Resshen Заблудший-3

Испепелитель.

Пролог.

Три года пронеслись, словно один день. Постоянно используя Янь и Инь, я сильно вытянулся ростом и даже немного оброс мышцами, приобретя очень четкий рельеф.

Меня практически не выпускали за пределы Конохи: если против этого единым фронтом выступают сразу Советники и Хокаге, то вероятность побывать в походе приближалась к нулю.

Война с Киригакуре все это время шла довольно вяло. Деревни обменивались редкими болезненными уколами и все. Ничего подобного Войнам Шиноби.

Если бы я захотел — Война бы уже закончилась. Если бы Хирузен захотел — я бы убил и уничтожил все и вся, но...

Иногда у меня возникало ощущение, что Хокаге с Советниками предумышленно затягивают боевые действия.

А всего-то и нужно, что выпустить меня "погулять".

Мои действия по облагораживанию территории клана Учиха принесли интересные плоды.

Во-первых: из-за нереальной красоты моих высадок цветущих деревьев на территорию клана потянулись посетители, а следом за ними и торговцы. Что самое интересное, ночью, когда цветы светились особенно ярко, квартал был намного более шумным и многолюдным чем днем.

Торговцы вливали в казну Учих просто потоки золота. Конечно, налоги были тут повыше, чем в других кварталах и районах Конохи, но близость Полицейского Участка с известным отношением Учих к преступности не только не давали последней расцвести в тени нашего благополучия, но и крайне положительно способствовали росту объемов торговли.

В один из моментов Фугаку обнаружил, что Полицейский Участок больше не может вместить в себя разрастающийся штат сотрудников и, подраструсив свою мошну, снес его к чертям, а на его месте быстренько отшарахал двадцатиэтажное здание, на крыше которого я тоже высадил светящиеся деревца.

После этого все как с цепей сорвались и стали тянуть здания к небесам. Как результат — всего за год в Конохе выросло пять высотных зданий, не имевших ничего общего с тем традиционным стилем, в котором была построена Коноха.

Во-вторых: демографическая и психическая ситуация у Учих исправилась настолько, что теперь в каждой семье клана было от трех и больше детей. Пожалуй, единственной женщиной в клане, кто не родил за прошедшие три года ребенка — это моя любовница Наоми.

Наши с ней отношения под влиянием остальных женщин моего окружения были очень хаотичными. И как она терпела остальных — лично я не очень понимаю. Женская логика она такая логичная...

Иногда я начинал бояться, что они меня разорвут на сувениры. Как же хорошо, что, являясь супер-ирьенином, о наличии такой вещи как "железная потенция" я могу не беспокоиться.

Что касается финансов, то у меня возникла очень странная ситуация. Дело в том, что влиять на огромные финансовые потоки я мог запросто, а вот обладать большой суммой денег — нет. Пакура был официально мертва, денежные потоки моего детища Намигакуре тоже были вне досягаемости, а траты были серьезны — "Коготь Дракона" хоть и был пока небольшой организацией, но содержать ее нужно было. Вот и приходилось иногда запускать руку в кошелек Наоми. Хорошо, хоть Фугаку, убедившись в моей полезности и значимости, не поскупился на ее финансирование(меня же финансировать напрямую он не мог — Советники и так постоянно желали меня забрать от "плохих" Учих и посадить, для надежности, на цепь).

*****

Наоми вернулась с миссии очень раздраженная.

И лишь после яростного секса, лежа на влажных простынях, она начала разговор по существу:

— У клана появился еще один носитель Мангеко Шарингана. Это Шисуи, близкий друг сына Фугаку, Итачи. В связи с этим я думаю, что мне, Шизуке и Тоши тоже нужен Мангеко.

Я немного помолчал и произнес:

— Хорошо. Как показали последние наблюдения при частом использовании Мангеко происходит ассимиляция и цвет того же "Сусаноо" меняется под цвет владельца. Так что пара дней активного использования особых техник и никто не сможет доказать, что я занимаюсь размножением додзюцу у нас в подвале.

Она повернулась на бок и я позволил своему взгляду скользить по плавным изгибам ее тела.

— Как твои эксперименты с Вечным Мангеко?

Я фыркнул:

— Да никак. Они начнутся в тот момент, когда Мангеко Шизуки и Тоши приживутся и раскачают их чакросистемы. — мы немного помолчали и я сказал: — Значит Шисуи? Где он сейчас? В АНБУ?

— Да. — ответила она и подперла голову рукой: — Что думаешь?

— Интересно, а как он его получил?

— Традиционным путем. Здесь подсуетились все: начиная от Хирузена и заканчивая Фугаку.

Удивляюсь:

— Как это?

Она улыбнулась:

— Все хотят либо послушного носителя Мангеко, либо сам Мангеко. При этом дядя думает, что он переиграет Хокаге и всех Советников. Кстати, я слышала про сам способ, которым Шисуи получил Мангеко. — ее улыбка стала кривой: — Представляешь, Шисуи дали миссию завербовать молоденькую девочку из клана Юки. Естественно, они влюбились друг в друга. А потом Хирузен отдал приказ ее убить.

— Как мило. — хмыкнул я: — И они еще смеют удивляться дезертирству всех троих саннинов и того, что я боюсь за свою шкуру, кости и глаза.

Она хохотнула:

— Кстати, а знаешь, как тебя называют в Кири после разрушения Тесокине?

Я пожал плечами:

— Откуда? Я и на миссиях с тех пор ни разу не был...

— Они исказили твое имя из "Акио" в "Аккай".

— "Дьявол", говоришь? Забавно. Собирался стать Богом, а записали в дьяволы... — я рассмеялся.

Наоми помрачнела:

— В клане хотят свержения Хирузена и Советников. Фугаку этим настроениям потворствует. Ни для кого не секрет, что мы — сильнейший клан не только Конохи, но всех Стран. Поэтому, многие хотят посадить на трон Хокаге нашего ставленника.

Я провел рукой по ее плечу, а потом заскользил по ее руке.

— И Хирузен с Данзо об этом знают. Все это идет в разрез с моими планами. Нам придется действовать. Причем, желательно не своими руками. Насколько я понял, Фугаку хочет использовать меня?

Она кивнула:

— Да.

— Значит нужно самоустраниться. Причем чужими руками. Завтра пойду поговорю с Хирузеном. — она подняла брови, а я продолжил: — Войну нужно заканчивать по-быстрее, пока не появились еще носители Мангеко Шарингана, не принадлежащие к нашей организации. А закончить ее можно только убив Ягуру. В мое отсутствие нужно раскачать ситуацию до такого состояния, что бы у Хирузена и Советников не осталось иного выхода как устранить Фугаку. Ну, а Коготь Дракона проследит, что бы по нашему возвращению тебя ждал пост главы клана.

— Отбыв на миссию, мы окажемся не замазаны во всей этой грязи. А закончив войну и убив Ягуру — обретем славу и уважение. Думаешь этого будет достаточно, что бы не возникло лишних вопросов? Как ты собираешься проявить из тени Коготь?

— Посмотрим. Кохеку и Наори с Нака не идиоты. На худой конец по возвращению мы уничтожим Корень, а Данзо — прилюдно казним.

Наоми подняла брови:

— Но Хирузен...

— Он старый маразматик. И это понимает даже он. В случае чего силами Учиха и Когтя мы задавим недовольных. Кроме того можно подтянуть силы Намигакуре и даже попросить поддержки у Мэй.

Мы опять замолчали.

Наоми вдруг произнесла:

— Кстати, в этом году экзамен на чунина будет в Суне...

— Ты прекрасно знаешь, что Хирузен отправит меня на Чунин Шикен только через свой труп, а нам просто некого сажать на его трон. Сенджу я даже не видел ни разу. Не то что поговорить с ней. А уж работа по вербовке проведена у меня только в мыслях...

— А что, если...

Часть 1. Тени во Мраке

Я расположился возле Академии, возлежа на ребре чьего-то забора.

Вот занятия закончились и из корпуса выплеснулась волна ребятишек, судьба которых стать в будущем профессиональными убийцами. Лишь половина из них доживет до двадцати лет и лишь единицы из них увидят в старости своих внуков. И это — с моим воскрешением.

Розововолосая девочка, чья искра обладала всеми признаками раздвоения личности, с ходу залепила мощную затрещину желтоволосому мальчику, выбежавшему следом за ней с криком "Сакура-чан!...". Того аж перевернуло в воздухе.

Джинчуррики Кьюби но Йоко не впечатлял: замызганный, голодный и худой мальчик, одетый в ядово-оранжевый костюм. Мои зубы скрипнули сами собой: человек отдал за них жизнь, а его сын живет как дурачек...

А вот и следующее поколение Ино-Шико-Чо: дочка Иноичи была донельзя красива даже в детстве и грозила в будущем разбивать мужские сердца одним лишь взглядом, Шикомару пока напоминал своего отца лишь внешностью и с упоением ковырялся в носу, а вот Чоуджи активно даже не ел, а жрал чипсы из пакета. Все трое, как ни удивительно, уже держались вместе — клановые установки никто не отменял.

Сегодня я взял с собой в охрану Анко и Югито. Им будет полезно посмотреть на "доброту и справедливость" Хокаге.

Югито возникла из "шуншина" подомной и спросила:

— Это ваш джинчуррики Девятихвостого?

— Правда, не впечатляет? Я в его возрасте уже убил десяток сильных шинобии и знал множество высокоранговых техник...

Она выразительно хмыкнула:

— Не сравнивай его, сироту без клана, и себя, практически Бога, находящегося под крылышком Учиха, сильнейшего клана.

— Пф! Если уж на то пошло — я тоже был сиротой... Хотя ты права: наши ситуации очень разняться... Ну как?

Джинчуррики произнесла:

— Мы обнаружили две пары соглядатаев: пара АНБУ и пара оперативников Корня. Плюс ко всему за нами приполз хвост из чуть ли не десятка хрен знает кого.

Я дернул щекой:

— Ладно. Я пошел. Если нам попытаются помешать — захватите их, но не убивайте. Можете просто припугнуть, чтоб не вмешивались.

Она молча кивнула и исчезла в "шуншине".

Я же очень мягко спрыгнул на землю и пошел навстречу ребятишкам.

Детство... Я был его лишен. Память о Земле сохранилась лишь отрывками, у иллитидов я возник уже во взрослом индивидууме, а здесь было совсем не то: семья не полная, отец сначала пропадал на работе, а потом и погиб от рук Орочимару. Да и я уже был с полностью сформировавшимся сознанием, заточенным древним чудовищем, носящем имя Эрруу, под строго определенные цели.

Приветливо улыбнувшись маленькой застенчивой Хьюге, при виде меня застывшей на месте, я остановился и подождал, пока ко мне приблизится потиравший затылок и надувший щеки, словно воздушные шарики, джинчуррики.

— Здравствуй Наруто. — произнес я

— Я вас знаю? — обернулся мальчик.

— Может быть ты обо мне слышал. Мое имя Акио. Я из клана Яманака.

— Вы — родственник Ино? А что вам нужно от меня? — насупился сын Четвертого Хокаге.

Я мягко улыбнулся:

— Ничего. Сегодня твой день рождения?

— Да. — еще сильнее насупился он.

— Ну, тогда позволь тебя угостить...

— Не обманете?

— Я всегда держу свое слово, Наруто Узмаки. Тем более, пара тысяч ре — это не та сумма, что бы его нарушать.

Мальчик жизнерадостно улыбнулся на все тридцать два:

— Тогда идем!

Какой же он простой и доверчивый! О, всеми проклятые Владыки Ада, как же я хочу иногда убить Хирузена и иже с ним! Ублюдочные твари... Вам недолго осталось...

Мне удалось подавить эмоциональный взрыв и внешне я лишь выдавил улыбку, спросив его:

— Сегодня твой день. Выбирай куда идти.

— Ичираку Рамен!

О, демоны Бездны! Почему из всех мест он выбрал забегаловку? Только не говорите мне...

Какие же Советники с деданом жмоты!

Покосившись на удивленно наблюдающего за мной сына Шикаку, я не спеша отправился следом за пританцовывающим мальчиком.

Пока мы шли, я неожиданно обнаружил, что почти все жители деревни фактически излучают ненависть, фокусируя ее на джинчуррики.

Мда, уж. Выстроенная стратегия психической привязки к первому встречному, улыбнувшемуся мальчику, во всей своей красе. Я уверен, что наши спецслужбы переговорили с каждым в Конохе, что бы они и не думали помочь или даже просто улыбнуться ему. И как он не превратился в мрачного убийцу? Хотя, я слышал, что Четвертый Хокаге был очень жизнерадостным и позитивным человеком и требовалось что-то чрезвычайное, что бы сломать его доброжелательный настрой.

Я уверен, что когда Наруто узнает подоплеку всех этих событий — он простит каждого. Даже Хирузена, Данзо, Хомуру и Кохару...

Но я не так добр. А свое всепрощение я удушил почти тысячу лет назад.

Ох, я смешаю кому-то карты этим праздничным обедом в честь дня рождения мальчика! Смотрите не лопните от ярости...

Ичираку за прошедшее время не изменился. Тот же Теучи за стойкой, протирающий тарелки полотенцем, и голосок его дочери Аяме явно повзрослевшей за эти годы, доносящийся из глубины помещений.

— Здравствуй, Теучи. — мягко улыбнулся я.

Он выпучил глаза и даже чуть не выпустил тарелку из рук:

— Акио-сан? Вы выросли.

— Да, Теучи. Много времени прошло с тех пор, когда я был в твоей забегаловке в последний раз. Пусть мальчик ест — я плачу.

Его челюсть отвисла:

— А-а-а-а... но...

Я позволил себе тихо рассмеяться и, повернувшись к Наруто, произнести:

— Давай, заказывай!

И желтоволосое чудо заорало:

— Супербольшой рамен!

— Не стесняйся, малыш! — подбодрил я его.

— Пять супербольших раменов! — крикнул мальчик так, что задрожали окна.

— И еще один мне с говядиной и свининой. — добавил я.

Не глотать же мне слюну, пока джинчуррики будет поглощать заказанное?

Теучи пожал плечами и крикнул в глубину помещений:

— Аяме, пять супербольших раменов и один с говядиной и свининой... — повернувшись ко мне, он неожиданно наклонился и шепотом спросил: — Вы уверены, Акио-сан?

Я прошептал в ответ:

— Они мне уже давно не указ. А у мальчика день рожденья.

— Ну, как знаете...

Спустя пять минут, я удостоился чести видеть зрелище пожирающего рамен джинчуррики.

Неожиданно в забегаловку вошел зевающий беловолосый шиноби с закрытым тканевой полумаской лицом и левым глазом, скрытым за повязкой с протектором деревни.

Секунду он недоуменно взирал на нас, а потом устроился на дальнем от нас табурете.

Какаши Хатаке. Ручная собаченка Хирузена. Интересно, это он сам сюда пришел или его уже вызвали?

Наруто жрал в три горла. Совсем как я. Неужели Девятихвостый потребляет столько "янь"? Или у него какой-то перекос в чакрообразовании, на подобии моего?

Вообще его чакросистема выглядела очень сильной. Совсем как у среднего джонина. И это в его-то годы! Я прислушался к своим ощущениям. И абсолютно не развитые тенкецу. И это при его потенциале! Это просто преступление. Да в его годы он должен уже быть похожей на меня машиной смерти, а он даже не сможет защититься от атаки одногодка...

Тем временем мальчик выхлебал последнюю порцию и посмотрел на меня щенячьими глазами. Я вздохнул и сказал:

— Заказывай еще...

— Еще супербольшой рамен!

Теучи только покосился на Какаши и вздохнул.

Я же тоже посмотрел на него и, не отводя взгляда, спросил мальчика:

— Послушай, Наруто, а ты не знаешь, кто были твоими родителями?

Он погрустнел и вздохнув, ответил:

— Нет... — неожиданно в его глазках засветилась надежда: — А вы их случайно не знали?

Соврать или нет?

— Прости, Наруто, я их не знал... Просто я сильный ирьенин и думаю, что у тебя большое будущее.

— Правда? Значит я все-таки стану Хокаге!

Я засмеялся:

— Для того что бы стать Хокаге нужно обладать множеством качеств. И одно из них — мудрость. Скажи, мудр ли ты, Наруто!

— Конечно же да! — легкомысленно воскликнул мальчик, но немного подумал и спросил: — А что такое "мудрость"?

Говорю серьезно:

— Мудрость — это не просто ум, но и опыт, знания. Если ты не будешь разбираться в географии или не сможешь отличить олово от платины, то какой же из тебя будет Хокаге? Пойми — это крайне ответственный пост. И, к примеру, я сам не горю желанием его занять. Мне по горло хватает моих обязанностей в госпитале...

Мальчик решительно произнес:

— Значит, я добуду эту "мудрость" и стану Хокаге! И меня все признают!

Я помотал головой:

— Ты снова ошибаешься. Сначала тебя должны признать, а потом — станешь Хокаге. Но никак не наоборот. — Наруто надулся, а я улыбнулся и взъерошил ему шевелюру: — Не переживай ты так. Многие не понимают этих простых истин и хотят стать Хокаге. Естественно у них ничего не выходит. Если ты поймешь то, что я тебе сказал — ты одномоментно станешь ближе к посту Хокаге, чем все они.

— Понятно... — задумался он.

Однако, его мысли тут же исчезли, так как Теучи поставил перед ним следующую порцию рамена.

Спустя полчаса он все-таки наелся. Его организм перестал перерабатывать пищу в "янь" и мальчик стал похожим на члена клана Акимичи.

— Ох-ох-ох, даттэбайо... Вот это я наелся. Ик! Спасибо, Акио-сан... Пойду я. А то — не лезет уже.

— Иди-иди. Был рад пообщаться.

Мальчик аккуратно слез с табуретки и осторожно удалился.

Я невозмутимо отсчитал три тысячи ре и, отдав их Теучи, подошел ко все еще сидящему за стойкой джонину.

— Скажи мне, одно, Хатаке Какаши... Ты ведь был учеником Четвертого? Так вот, скажи мне, как ты допускаешь то, что его сын всеми ненавидим и живет впроголодь?

Он мрачно повернул ко мне лицо, но я посмотрел в его ничего не выражающий глаз и, фыркнув, кивнул замершему с выпученными глазами Теучи. После чего я, не глядя, применил короткий "шуншин" на улицу.

Рядом со мной появились Сэнго и Анко.

Бывшая ученица Орочимару аж светилась от счастья:

— Двое из Корня не послушались. Пришлось мордой по земле повозить.

— Хоть не насмерть? — поднял я бровь.

— Даже ничего не сломала.

— Ну и отлично.

Сэнго произнесла:

— Пойдем к Хокаге?

Киваю:

— Конечно. Он уже должен обо всем знать.

*****

Старик был явно недоволен. Наклонив голову так, чтоб поля его шляпы скрыли его глаза, он спросил вместо приветствия:

— Почему ты нарушил запрет?

— Мне скучно Хирузен-доно. Я устал сидеть в госпитале, как химе в своем дворце. Я хочу испытать границы своей силы. — он молчал и мне пришлось продолжать: — Если вы меня завтра не отправите на миссию по ликвидации Ягуры, я снова встречусь с сыном Четвертого. И кто знает, может я расскажу ему кем был его отец?

Хокаге пыхнул дымом:

— Очень не ко времени это. Время сейчас сложное, Акио-кун. И этот шантаж совсем не уместен.

Я показательно зевнул и заговорил:

— Хорошо. Давайте поговорим на том языке, на котором вы понимаете. Я знаю про грядущее восстание Учиха. Я знаю, что вы знаете о нем. Я подозреваю, что вы попытаетесь с помощью Шисуи, носителя Мангеко Шарингана, каким-то образом устранить Фугаку. Я делаю вам простое предложение: либо я с Наоми убиваю Ягуру и оказываюсь не замешанным в этом дерьме, либо я выступаю на стороне Фугаку и уничтожаю всех, кто встанет на моем пути. При этом я все равно убиваю Ягуру, но чуть позже. Кстати, вы, сенсей, должны понимать, что можете легко не пережить этого Мизукаге. — я красноречиво покосился на стену за которой явно находилась искаженная искра оперативника Корня и добавил: — При всем этом все наши договоренности не будут стоить и сожженного ре.

— Хм. Ты хочешь сделать главой Учих свою...м-м-м-м...любовницу?

— Почему "нет"? Я получу лояльный мне клан, опираясь на который, смогу лет через десять стать Хокаге. Но последнее еще не решено. Мне этот пост взор, как некоторым, не застилает. Мне он даже не нужен. Столько ответственности и так мало возможностей с личным временем. Вы же получите подконтрольный клан, в котором власть Наоми будет держаться на мне и моей личной силе.

Хирузен сощурился.

— Ответь мне только на один вопрос: чем тебе мешает Фугаку?

Я дернул уголком рта:

— Он не хочет меня допускать к тайнам риннегана и наследию Рикудо. Когда Наоми возглавит свой клан, смею надеться, что я получу доступ не только к этому, но и к казне Учиха. А ведь деньги мне понадобятся.

— Понятно... Кстати, а почему ты думаешь, что я не смогу тебя убить? Пусть и с большими разрушениями?

Мягко улыбаюсь и произношу:

— Конечно негоже демонстрировать врагу свои преимущества, но ладно. — на моем животе проявилась система из пяти синих ромбов. Четыре из них были расположены на вершинах, а пятый — внутри. Все они были соединены тонкими прямыми синими линиями.

— А теперь? Вы все еще так же уверены в своей победе? Здесь пятьсот моих резервов. — я выразительно хмыкнул: — Как вы думали, чем я собираюсь убивать Ягуру? Одним Мокутоном? Вы стары, сенсей, я же — вхожу в силу. Ваше время давно прошло. Из-за вас Коноха движется по инерции. Войну с Кири нужно было заканчивать год назад. Но вы все начали бояться того, что набравшиеся на войне силы и опыта Учиха вернутся с заданий и устроят переворот. А ваших сил АНБУ и Корня не хватит не то что бы их припугнуть, а даже сохранить ваши шкурки в случае открытого противостояния. Голосов в Совете кланов вам уже давно не хватает даже с мобилизаций мелких кланов Страны Огня, ваш авторитет в Совете Джонинов так же пошатнулся просто из-за того, что количество клановых джонинов на фоне войны стало также быстро расти. А потери в связи с моими трудами невелики. Фактически, за последний год ни один из джониов А-В класса не погиб. В то же время было выдано шестнадцать патентов на это звание. Из них — лишь пятеро — бесклановые. Ваша ставка на них не сыграла, сенсей. Время заслуженной пенсии неотвратимо подходит. — Я полуобернулся, собравшись уходить, но добавил еще: — Лишь вам решать: уйдете ли вы с честью или вас вынесут. Я жду вашего решения, сенсей.

— Подожди. — остановил он меня: — Если ты не собираешься становиться Хокаге, тогда кто?

Я загадочно улыбнулся:

— Не я, не Наоми и не Хьюга. Это — точно. Во всем остальном — мне все равно.

*****

Утро я встретил, как обычно, медитируя на лужайке. Два десятка теневых клонов завершали тренировку связок техник на полигоне.

Все дружественные кланы были оповещены о планах Фугаку и Хирузена с просьбой объединиться и занять нейтральную позицию до моего возвращения с задания(в том что Хирузен даст его мне я был уверен почти полностью).

Что интересно, через пару часов после того, как мой теневой клон переговорил с Хиаши ему пришли, практически одновременно, вызов к Хокаге и приглашение от Фугаку.

Вот только Хьюги отнюдь не идиоты, чтобы игнорировать мои пожелания и плыть по своему курсу. Благодаря бьякугану они знали реальное положение дел. Конечно, они о многом и не подозревали, но то, что по кварталу Учих лазит три десятка обладателей Мангеко Шарингана они видели точно.

Я вспомнил задумчивое выражение лица Хиаши и сощурившегося Хизаши у него за правым плечом, когда я честно ответил им на вопрос, кто сядет на трон Хокаге.

Вообще Хьюгам я доверял многое. Причина проста: уж они понимали, на что я в действительности способен, видя чакроситемы меня и моих приближенных. А уж члены Когтя Дракона заставляли их недоверчиво тереть своими холеными ручками свои глазки.

То ли еще будет.

Прорывавшиеся сквозь листву лучи солнца начали светить мне в прикрытые глаза и я решил, что достаточно. Поднявшись, я поправил хаори и не спеша вернулся в дом.

С кухни доносился звон посуды — теневые клоны готовили завтрак.

На диване гостиной, расслабленно прикрыв глаза, сидела Наоми со своими племянницами: сегодня ночью я пересадил им Мангеко, которые "производил" по мере надобности Нака Учиха.

Кстати, нужно сказать, что каждое Мангеко обладало своей уникальной особенностью. К примеру, Мангеко Нака обладало усиленным действием "изанаги"(особой ультимативной техникой Мангеко, способной фактически переписывать прошлое в пользу более выгодного будущего). Мангеко Наори обладало особым "изанами"(еще одной техникой, способной создать невероятное закольцованное гендзюцу). Подобные фишки были у всех носителей этой ступени шарингана: Шисуи мог менять убеждения людей, делая их лояльными себе. А сам Мадара обладал специфическим усиленным "сусаноо" — особой техникой создающей сверхплотный покров чакры вокруг пользователя.

Вообще, изначально те, кому я пересаживал Мангеко Нака, обладали лишь его особенностью. Однако, со временем, происходила так называемая "ассимиляция" додзюцу: вначале оно раскачивало под себя чакросистему, а потом уже чакросистема меняла под себя додзюцу. Как результат — менялся не только цвет "сусаноо", но и его особенность.

Так что пока у Наоми с племянницами будут одинаковые способности, а вот при активной прогонке чакры через додзюцу они изменятся. Делать мы это будем по-быстрому — применяя либо "сусаноо", либо "аматерасу". Последнее — это тоже сверхмощная техника, создающая черное всесжигающее пламя.

Если так задуматься, то все техники Мангеко Шарингана были невероятно мощными. Но и плата за их применение была высока — додзюцу быстро "выгорало", выжигая глазные чакроканалы, что приводило к полной слепоте.

В этом-то и было преимущество Вечного Мангеко перед обычным — им можно было пользоваться без опаски, но лично я думал, оно давало еще что-то, что было недоступно этой ступени.

Вместе с тем, благодаря моему "дару", слепоты как таковой не наблюдалось. Причина была в том, что повреждения чакросистемы у принявших его восстанавливались сами собой. Мне даже не нужно было лечить чакроканалы — даже полная слепота после применения "изанаги"-"изанами" за три-четыре часа полностью сходила на нет.

Это было удивительно. Хотя... Рикудо же не был слепцом?

Наоми посмотрела на меня своими новыми глазами. Ее голос был восторженным:

— Как удивительно... Все намного четче, чем обычно. Вот только чакроканалы немного жжет. Но неприятные ощущения быстро проходят.

Я уселся в глубокое кресло и, откинувшись на спинку, немного расслабился.

В комнату вошла Анко, одетая лишь в свою сеточку на голое тело.

Вяло скользнув взглядом по ее превосходному поджарому телу, я подумал о том, что она в последнее время серьезно добавила в силе. Сенчакра оказалась настолько мощным козырем, что даже я стал подумывать насчет путей ее изучения.

Продефелировав мимо меня, она села в соседнее кресло и спросила:

— Что будем делать, если Хирузен так и не даст нам этого задания?

Вяло скосив на ее бледную кожу взгляд, я произнес:

— Сначала я поддержу Фугаку и убью старика с Советниками. Потом — убью Фугаку и вообще всех, кто вздумает мне ставить палки в колеса. Посажу Наоми на трон сначала Учих, а потом и Хокаге. После этого организую культ имени самого себя и раздам Мангеко всем Учихам... А там — будет видно. Этот план "Б" самый простой, прямой и безотказный. Но, я думаю, что Хирузен не дурак. Я загнал его планом "Б" в угол. Простая угроза уничтожения его вместе с его кланом оказалась действеннее этой шутки с Наруто. Жаль. Я думал, он умнее... Кстати, я думаю Тоши и Шизуку тоже отправить на курсы ирьенинов. И даже вас всех напрягу в этом направлении. Инфуин — очень мощная вещь. Она позволяет хранить на черный день просто неприличные объемы чакры. Жаль только, что ставить его должен только каждый сам себе.

— Почему бы тебе не обучать нас? — спросила Анко.

Я прикрыл глаза:

— Идея интересная. Теневые клоны будут обучать теневых клонов... Так перспективно, что мне даже смешно... — Неожиданно мой клон прислал сообщение, что прибыл АНБУ. Оперативник сунул небольшой свиток моей копии, открывшей ему дверь, в руки и исчез в "шуншине". Я раскрыл глаза и произнес: — Ну, вот сейчас и узнаем.

Клон вошел в гостиную и развернул передо мной свиток.

Анко нетерпеливо спросила:

— Ну, что там?

Я поднял на нее взгляд:

— Нас всех официально вызывают к Хокаге.

Наоми подняла брови:

— Что думаешь?

Я задумался:

— Понадеюсь, что Хирузен не попытается нас убить. Но пойдем во всеоружии... Тебя это, Анко, касается в первую очередь. Мы то — ладно, привыкшие, а вот стариков, да еще забесплатно, нечего развращать.

— Пф! — фыркнула она, но покорно поднялась и побежала одеваться на второй этаж.

Встав вслед за ней, мы тоже отправились собираться.

Черный доспех, полумаска с противогазом, сетка и черный костюм. Наверх всего этого черный плащ с глубоким капюшоном.

Полноценным особым оружием мы так и не разжились, пользуясь трофейными чакропроводящими мечами шиноби Кири.

Набор кунаев, звездочек и печатей.

Кроме всего прочего я захватил серьезный запас наркотиков, стимуляторов и пищевых пилюль. На всякий случай — вдруг нас попытаются уничтожить чем-то настолько серьезным, что я окажусь перед выбором — или рвать когти или выкладывать козыря. В любом случае лучше бы выложить козыря и повысить ставки, чем срываться с теплого местечка и с хвостом из преследователей добираться до Намигакуре.

За прошедшие три года моя псионическая сила возросла серьезно. Настолько, что при последнем эксперименте со смесью травы "джу-ша" и стимуляторами Акимичи я, ненадолго, сумел даже превзойти свой прежний потолок.

Когда мы уже вышли на улицу, нас там дожидалась троица "как бы стариков" — чуть горбящийся Кохеку и Нака с Наори, закрывшие глаза черными шелковыми лентами. Никакого "хенге" лишь грим и игра опытнейших шиноби.

— О, Акио-сан, Наоми-сан! — проскрежетал Кохеку: — Вы уходите? А мы только к вам...

Я улыбнулся под маской:

— Прошу прощения, Кохеку. Нас вызвал Хокаге. Я думаю, нам хотят дать архиважную миссию. Пора заканчивать эту войну.

— Понятно, понятно. — покивал "как бы старик" и спросил: — А во всем остальном все так же?

Я покосился в сторону пары АНБУ, стоящих в конце улицы и, криво улыбнувшись, ответил:

— Да. Время операции настало. Думаю, что по возвращению я займусь вашими глазами.

— Отлично-отлично... — произнесла Наори: — Удачи вам, Наоми-сама... Шизука, Тоши — будьте осторожнее на миссии.

— Вам так же удачи и осмотрительности.

Попрощавшись, мы побежали к выходу. Выбежав из разросшегося кланового квартала, мы тут же применили "шушшин", переместившись в небо, а уже оттуда — прямо к Резиденции Хокаге.

Само здание за прошедшие годы не изменилось. Хотя я и слышал, что Хирузен планировал его перестроить после окончания этой войны.

Поднявшись на второй этаж, мы прошли мимо поста АНБУ и оказались в кабинете Хокаге.

Хирузен был не один. Нас дожидались все трое Советников.

Когда мы поклонились, Наоми произнесла:

— Вы нас звали Хирузен-доно?

Он окинул нас взглядом, после чего опустил голову и, почти спрятав лицо за полями своей шляпы, пыхнул сизым дымом:

— Да. Я решил... — затянувшись, он сделал драматическую паузу, за время которой я начал прикидывать вариант с его убийством прямо сейчас и здесь. Однако, то что он сказал, было вполне ожидаемым: — ...устранить Йондайме Мизукаге Ягуру. Мне надоела эта война, а с его смертью она закончится. — он поднял голову и посмотрел мне в глаза: — Акио, мы бы послали тебя за его жизнью раньше, но одной из причин, почему мы до сих не сделали этого — это тот вакуум власти, что образуется после его смерти.

Я согласно кивнул и сказал(голос из-за дыхательной маски звучал немного глуховато):

— Да, это проблема... А эта... Теруми...Мэй? Кажется так ее имя? Почему вы не хотите усадить ее на трон Мизукаге?

— Она женщина. — проскрежетал Данзо.

Я выразительно поднял бровь:

— Ну... Тем уязвимей будет ее позиция и тем более она будет зависима от нас. — Хирузен задумался, а я перевел взгляд на Севетников: — У вас есть с ней контакт? Может, я с ней переговорю? Надавлю и она будет нашей с потрохами. И у нас уже будет союз из трех Великих Деревень. А не только мы и Суна, которая вечно плетется в хвосте. С такой поддержкой, через пару лет, мы сможем начать войну сразу против Ивы и Кумо.

Кохару подняла на меня пытливый старческий взгляд:

— Это нужно обдумать и обсудить. Тем не менее, разумное зерно в твоих рассуждения есть. Поговори с ней. Пока от своего имени. А там — если контакт состоится и Ягура, наконец, сдохнет — можно будет и сделать ей официальное предложение от нас.

Я кивнул:

— Хорошо.

Хирузен пошамкал губами и сказал:

— Ну, что ж... Это миссия ранга S. Устранение Каге. — он помолчал и добавил: — Однако, дело осложняется тем, что Ягура является джинчуррики Треххвостого Исобу, более известного под именем Санби. Если удастся каким-то образом захватить джинчуррики или биджу... м-м-м... Сделай это, Акио-кун.

Пожимаю плечами:

— Ну... Убить его будет несравнимо легче. Биджу же, вроде, возрождаются каждые два года? Может, потом?

Хочаге пыхнул дымом:

— Я сказал "если"... — он перевел взгляд на Наоми и скомандовал: — Можете выступать.

*****

Заглянув еще раз в дом, мы плотно поели и, еще раз проверив экипировку, выдвинулись на выход из Конохи.

Наоми послала своего клона сообщить Фугаку, что мы все отправляемся убивать Ягуру. Я же разослал своих клонов по всем дружественным кланам с предупреждением о готовящейся попытке переворота и предложением по максимуму сохранять нейтралитет, что бы не попасть меж бешено вращающихся шестеренок моего Когтя Дракона, сил Фугаку, Корня и АНБУ

Ино-Шико-Чо, Инузуки, Абураме собрали свои семьи в одном месте и держали их под усиленной охраной, при этом делая вид, что все идет как обычно.

Мне захотелось пройтись по Конохе именно по тротуарам, а не по крышам(хрен его знает, что я застану по возвращении — может тут после буйства "аматерасу" Коноху придется отстраивать с нуля) и мы стали не спеша двигаться к окраине.

Я заметил, что патрулей полиции стало больше — очевидно Фугаку мобилизовал все свои силы и нарыв лопнет в ближайшие дни.

Интересно, что сделает Фугаку, когда поймет, что кланы его не поддерживают, а я вообще решил стать "нейтральным" и ушел на миссию? В принципе — и без меня Учиха крайне сильны и бесклановым, АНБУ и Корню ничего не светит в прямом противостоянии. Хирузен же слаб и Шисуи должен его убить даже не особо напрягаясь. Во всяком случае — его план таков. Он самоослепился и незахотел увидеть, что Шисуи явно будет не на его стороне.

Эх, зря он не дал мне доступа к наследию Рикудо. Может у него, с моей поддержкой, все бы и получилось. Конечно, гражданскую войну он бы своей медвежьей грацией обеспечил и бесклановые бы выли о "тиране, захватившем власть в Конохе" на каждом углу. АНБУ бы пришлось почти всех выбивать. Корень — весь. Вслед за Данзо и остальных Советников тоже выносить на кладбише...

Именно поэтому я не хочу применять свой план "Б" — слишком много побочных жертв. По крайней мере АНБУ и Корень нужно попытаться сохранить по максимуму... Да и стариков Кохару с Хомурой можно будет напрячь для помощи Сенджу.

Хирузена тоже не хочется убивать. На пенсию спихнуть — это да.

В общем со стариком ситуация простая: полезет защищать Данзо — уйдет вперед ногами следом за ним. Не полезет — будет жить.

А не слишком ли я мягок?

Но Сарутоби — тоже клан. Причем торговый. На его деньгах и держится Коноха.

Сенджу и Учиха — воины. Хьюга — аристократы. Тобирама это понимал как никто другой. Он выбрал Хирузена не сколько как личность на должность Хокаге, а больше — клан, который будет управлять Конохой. Политика...Экономика... Он связал их одним решением в один узел.

Абураме? Убийцы и сенсоры в одном флаконе. Управлять Конохой просто не смогут.

Инузука? Аналогично. И вообще — все остальные мелкие кланы также.

Учихи вряд ли способны управлять Конохой. Война у них прописана в генах и возведена в абсолют. Да и я придерживаюсь мнения, что отец Фугаку и был тем, кто загнал Тобираму в могилу. А следом за ним и весь клан Сенджу. Заодно там подсуетился и Данзо.

В раздумьях я и не заметил, что мы подошли к главным воротам.

Под удивленным взглядом поста охраны мы, один за одним, прыгнули к далеким деревьям.

*****

Хиаши мрачно смотрел на пустое место перед собой: здесь полчаса назад сидел посланец Фугаку с предложением поддержать планируемый переворот в Конохе.

Если бы только Фугаку знал то, что знает почти каждый из Хьюг — он бы, пожалуй, сделал себе сеппуку. Вот только, здесь было это чертово слово "пожалуй"...

Жаль, жаль. Но когда сам Бог говорит, что лучше в это дело не лезть, то остается только со вздохом послушаться.

Хиаши припомнил, как посланец, почти напышенно, убеждал:

— ... Шисуи обладает Мангеко...

В этот момент глава Хьюг чуть не рассмеялся ему в лицо: Фугаку даже и не подозревал, что по его кварталу лазит больше двух десятков носителей Мангеко. Опытнейшие ветераны двух Войн Шиноби, которым Бог вернул молодость и дал силу. Невероятную силу...

Иногда бьякуган показывал его обладателям такое, что Хьюги постигли всю глубину поговорки "не доверять глазам своим". Додзюцу видело, а разум не мог понять и объяснить то, что оно видело.

А вчера Акио просто взял и пошел кормить раменом джинчуррики девятихвостого. После короткого разговора с Хирузеном он спокойно ушел обратно. Ну, а сегодня ему официально поручили убить Ягуру.

Учитывая характер новоявленного Бога — этим все не ограничится. Как минимум он посадит нового Мизукаге, лояльного себе.

Хиаши мог бы вставить Акио пару палок в колеса, просто шепнув кому надо пару слов о настоящем положении вещей в Конохе, но... Перед ним постоянно крутилась его красавица Айко, а за спиной стоял брат, которых Бог вернул ему...просто так. Походя. Не спросив за это ничего. А ведь мог попросить все-все-все. Но ему хватило простой молчаливой лояльности.

Глава Хьюг признавался себе, что появление Акио было чуть ли не единственным лучом света после смерти Четвертого. Надежда на светлое будущее.

Предать мечту? Пф!

Один из слуг осторожно поставил перед ним чашку зеленого чая и беззвучно ретировался.

Хьюга с вялым интересом заглянул в чашку и стал наблюдать за двумя плавающими чаинками...

*****

Вечером мы остановились на совет.

На маленьком пятачке ровной земли между корней огромного дерева Наоми расстелила карту и спросила меня:

— Как пойдем? В лоб или через задницу?

Заглянув ей в глаза, я произнес:

— Пойдем напрямик. Прямо через их заслоны. Но не сейчас. Ты пошлешь сначала весть в Намигакуре — пусть собирают силы и договорятся к встрече с Мэй.

Она изогнула бровь:

— Хочешь сразу ее посадить на престол?

— Не только: она должна будет убрать лояльные ей силы с нашего пути. Ну и спасти материальные ценности... Корабли, деньги...

Учиха задумчиво покивала:

— Думаешь о будущем? Хочешь, чтоб ей досталось не совсем разрушенная и разворованная страна?

— Да. Мне бы не хотелось, чтобы и так покусанные силы Киригакуре исчезли вообще. Я хочу захватить Страну Воды, а не уничтожить ее. Мне не нужны обломки меча.

— Ну — так не уничтожай.

Я вытянул губы трубочкой:

— В свете грядущей схватки с другим носителем риннегана, мне нужно узнать свои пределы в противостоянии с джинчуррики. — покосившись на Югито, я пояснил: — Дело в том, что ее я победил с помощью моих особых сил и умений. А с ним такой фокус может не сработать. Мне нужно узнать ответы на вопросы. Сумею ли я противостоять удару "биджудамы"? Будет ли мой покров эффективен против чакры хвостатых? Поэтому мои разборки с Ягурой будут крайне разрушительны. Кое-что мы с Югито отрабатывали, но, конечно же, не в полную силу и не на полной скорости. Посмотрю на полномасштабные Стихиальные воздействия, Мокутон, Хьетон. Одно дело — полигон и совсем другое — поле.

— Понятно... — протянула Наоми. Она посмотрела на курту: — Тем не менее, даже в лучшем случае силы Намигакуре будут идти в Страну Медведя три или даже четыре дня. Когда прибудет Мэй — вообще неизвестно...

Я скептически посмотрел на карту и покосился на Учиху:

— Если ты думаешь над тем, чем мы будем заниматься это время то я тебя разочарую — я уже очень давно хочу провести один эксперимент. К сожалению, он настолько секретен и даже опасен, что я не мог это сделать на полигоне. Я думаю, что в скалистых пустошах Ю но Куни место будет самое то. Сколько отсюда будет до границы с этой страной?

Наоми взглянула на карту:

— Если поспешим, то часа три. Ну, а если нет — то больше.

— Тогда давай поспешим — послания пошлешь оттуда.

Солнце уже село, когда наша команда с ходу перепрыгнула глубокое ущелье, служившее границей между Страной Огня и Страной Горячих Источников.

Однако, мы не стали уходить дальше и побежали по стене ущелья вниз. По дну расселины текла быстрая речушка. Практически на одном уровне с водой я стал удалять камень, воздействуя Дотоном пока не получилась глубокая пещера.

Войдя в нее, я стал отдалятся от входа, постоянно ее увеличивая вширь и в глубину. Метрах в ста от входа я резко расширил пещеру и создал в центре ровный скальный пятачок диаметром около десяти метров.

Именно здесь я и создам портал в Ад.

Саму портальную площадку я сделал запросто — стихиальное преобразование чакры в Дотон у меня было на очень большом уровне: все таки Дотон — это часть Мокутона.

Дальше я начал объяснять своим сокомандницам то, что я буду делать, дабы они не учудили чего-то странного:

— Сейчас я попытаюсь разорвать пространство этой Вселенной. Если у меня получится, то образуется щель в Междумирье. В нее будет засасывать воздух, но несильно: я сразу ограничу перетекание материи туда специальным приемом. Кроме того сама Вселенная воспротивится вытеканию материи. Дальше я прорву дыру в следующей Вселенной и совмещу эти два разрыва так, что путь между ними будет стремиться к нулю. В этот момент и образуется полноценный портал. Обращаю ваше внимание, что грани портала невероятно острые. Фактически можно сказать, что их острота стремится к абсолюту. Дабы вам было понятно — само пространство будет выступать в качестве лезвия. Вы все видели мои тренировки и хоть однажды, но видели "Рассекующую волну". Так вот, портал — это следующая ступень развития этой техники. Создав портал, я попытаюсь перейти в иную Вселенную. Сразу отвечаю на невысказанный вопрос. Зачем я это делаю? Я собираюсь решить проблему своего личного призыва. Там, куда я пойду... живут? Нет... м-м-м...обитают сущности и демоны. Если мне повезет, то один из них согласится подписать со мной контракт призыва. — заметив волнение среди них, я вздохнул и произнес: — Ладно. Задавайте вопросы.

Наоми спросила:

— Мы можем пойти с тобой?

Я задумался. Очевидно, что разговор с Ливруш будет сложный и лучше иметь за спиной союзников, чем идти к ней на прием самому. С другой стороны, мне придется объяснять Ливруш, откуда я ее знаю и откуда мне известны ее координаты... И лучше бы эти моменты моей биографии скрыть от своих любовниц-сокомандниц.

Но все же...

Если Ливруш согласится на договор, во время ее побывок в этом мире определенные факты моей биографии все равно всплывут. Причем Архидемоница может представить их в выгодном ей свете. Что подводит меня к тому, что мне все равно придется рассказать минимум часть правды.

Вздохнув, я произнес:

— Это хорошее предложение. И я согласен. Однако, вы будете в моей свите. Мы будем разговаривать с могущественными сущностями, которые знают многое. Чужая слабина в их глазах — это недопустимый грех. Поэтому, прежде чем мы отправимся, вы должны будете узнать кое что... — я поднабрался храбрости и твердо закончил: — ...про меня.

— Про тебя?! — протянули они хором.

— Ну...Да... — я нервно прошелся перед ними: — В общем, если говорить не особо углубляясь, я помню свои предыдущие жизни. И, проживая их, я был отнюдь не святым. Скорее — я был средоточием, ну не то что бы зла, но чем-то около того. Когда Акио Яманака попытался словить Кьюби но Йоко в хиден "Шитеншин" его разум...искра... погасла навсегда. Я увидел возможность и занял его место.

— Так вот что я тогда видела... — прошептала Нии Югито.

— Все стало на свои места... — вторила ей Наоми Учиха.

— Ну, конечно же... — произнесла потрясенно Анко.

Я опасливо посмотрел на них:

— Надеюсь, в наших отношениях ничего не поменяется?

Сэнго и Пакура громко фыркнули:

— Вот еще!

Остальные были солидарны с ними.

— Так что?

Наоми оглянулась на сокомандниц и выразила общую мысль:

— Я задам встречный вопрос: а разве что-то должно измениться? Мы тебя всего лишь узнали чуточку ближе...

Я поджал губы:

— Дело в том, что я пребывая в теле другого существа делал ужасные вещи и тем сущностям, с которыми я буду разговаривать, это прекрасно известно. Они могут попытаться манипулировать вашим отношением, эмоциями ко мне. Вы должны осознать, что они — демоны. Играть на нервах, издеваться и пытать — это, если можно так выразиться, у них в той жиже, которая заменяет им кровь. Будьте очень осторожны и не стесняйтесь бить со всей силы и даже на опережение.

Однако в глазах сокомандниц я не увидел сомнений.

— Мы будем настороже. — произнесла Наоми: — Да, девочки? — обменялась она взглядами.

— Ну и отлично. — вздохнул я: — Дальше. Мир, где мы окажемся — вулканический. Однако, усилиями демонов в нем можно дышать. Тем не менее, противогазов не снимайте и смотрите себе под ноги. Все понятно? Что ж, я приступаю...

Построение порталов — у псионов получается лучше всего. Наша стезя — воздействие разумом на пространство и материю. Манипуляторы тоже могут строить порталы, но это у них получается плохо. Совсем как у нас — ездить по мозгам.

Став на колени на скальном пятачке, я занялся созданием портала.

Все-таки я еще не вошел в границы своей силы и ткань мироздания рвалась крайне неохотно. Я уже раза два думал закинуться стимуляторами, но как-то сумел вытянуть без них.

Сначала в воздухе возникла рябь. Она быстро помутнела и вытянулась вверх и вниз, образовав линию, которая стала похожа на ярко-голубую трещина. Она разрослась еще, пока не коснулась остриями пола и потолка. После этого я стал раздирать ее вширь. Посреди ослепительной лини разрыва возникла черная полоска Междумирья. Сосредоточившись, я стал растягивать ее в стороны. Сначала раздался тонкий пронзительный свист вытекающего воздуха. Чем больше я растягивал трещину тем сильнее становился ток воздуха. Так и должно быть. Вся особенность построения портала состоит в том, что нельзя останавливаться на полпути. Главное правило: портал не должен быть меньше определенного размера. Чем больше портал, тем сильнее сопротивляется Вселенная и тем медленнее истекает из нее материя. Забавный парадокс, над которым очень долго поломали голову в свое время иллитиды, пока не решили принять это за данность. Когда я растянул портал еще, ток воздуха резко упал и, когда площадь портала достигла около трех квадратных метров, лишь легкий ветерок показывал, что воздух все-таки истекает из этой Вселенной в Междумирье.

Увеличив портал настолько, что б проход через него был более-менее удобен, я сменил природу чакры на Землю, создав каменные кирпичи, из которых быстро собрал арку, ограничившую изнутри портал. А то еще споткнутся и отрежут о его грань ноги или голову...

Отойдя на шаг в сторону. Я немного полюбовался на свою работу. Абсолютно-черное зеркало Междумирья, обрамленное камнем.

Конечно, сделано на коленке, но и так неплохо.

Эх, была бы у меня полноценная мана, а не чакра, я бы тут такое произведение искусства зашарахал... Но чего нет, того — нет. С чакрой тоже получилось хорошо.

Итак, полдела сделано. Даже две трети. Осталось самое сложное и вот здесь лучше не рисковать.

Достав из подсумка пачку стимуляторов, я распаковал по паре таблеток сока "джу-ша" и секретных пилюль, что делали Акимичи. Забросив их в рот, я стал жевать их, ожидая пока они начнут действовать.

О, да...Началось. Такое пьянящее ощущение всемогущества...

Абстрагируемся от своих мимолетных желаний и сосредотачиваемся на выуженных из памяти координатах портальной площадки возле замка Ливруш.

И тьма Междумирья послушно мигнула и исчезла, сменившись видом огромной каменной площадки и очень широкой лестницы, созданной из буквально наплывшей застывшей лавы.

Целую минуту я пытливо рассматривал открывшийся мен вид, а потом поправил противогаз и повернулся к свои сокомандницам, тоже с интересом заглядывающим в портал:

— Идем.

И создав несколько клонов, я оставил его по эту сторону портала, а сам первым шагнул в арку.

В уши ударил вой ветра и рокот извергающегося вулкана, на склоне которого и была создана портальная площадка. Обернувшись назад, чтоб посмотреть, как там выходят остальные, я взглянул в ту сторону, где было видно часть чудовищно огромного жуткого замка, принадлежавшего Ливруш.

Я замер. Что-то не так. Или склон горы существенно изменился или...

Видимой части замка с портальной площадки не было видно. Кроме того, портальная площадка Ливруш имела девять огромных порталов, соединявших это место с иными мирами и планами подконтрольным ее союзникам и начальникам. Это было тогда, а сейчас — восемь из них были разрушены. Лишь одна каменная арка еле-еле светилась маленькой точкой сжатого портала в другой мир, что уже было очень плохим знаком. Мой портал возник внутри одной из разрушенных арок, по соседству с чужим последним сжатым порталом.

Мои сокомандницы тем временем рассыпались по площадке, с интересом рассматривая пейзаж. Я же стал отмечать те детали, на которые сначала не обратил внимание: глубокие выщерблины на камне под ногами(и это при том, что Ливруш содержала портальную площадку в невероятном порядке, если и сражаясь здесь — то крайне редко), небольшие кратеры(следы от заклинаний?), обвалившаяся часть бортика, ограждавшая площадку по сторонам.

Кроме того: где привратники — демоны, встречавшие прибывших и докладывавшие своей госпоже о гостях?

Я громко произнес, привлекая внимание:

— Будьте крайне осторожны и внимательны. Здесь было сражение. И хозяева этих мест явно не в победителях...

Следы битвы были везде.

На всякий случай, вытянув из ножен меч, я вернулся к порталу и тоже стянул его в точку: будет неприятно, если в наш мир выберется какая-то тварь.

Обнажив оружие, мы стали медленно спускаться по лестнице. Конечно, можно было и взлететь, но пока не хотелось демонстрировать возможным врагам свои возможности.

Застывшая груда камней, лежащая на лестнице метрах в двадцати ниже портальной площадки, оказалась мертвым демоном, которого даже не потрудились убрать с парадного входа в обитель Архидемона.

— Очень плохо... — прокомментировал я.

— И чего? — поинтересовалась Анко.

— Ну, представь, что на площади перед резиденцией Хокаге лежит труп одного из чунинов Конохи. — ответил я и, склонившись над ним, добавил: — И, похоже, уже давно.

Она прониклась серьезностью ситуации.

Я раздвинул застывшие обломки руками. От доспеха, очевидно Адского Рыцаря, остался лишь намек. Его оружие пропало: похоже, его унесли нападавшие. Семь-восемь килограмм митрила — это довольно большая ценность даже в реалиях Адской Вселенной.

Дальше трупы демонов стали попадаться чаще. Иногда из них образовывались настоящие завалы, через которые мы легко перепрыгивали. Кое-где я принимался рыться, надеясь обнаружить нечто, забытое мародерами, но вся моя добыча составила лишь один смятый наплечник, сжимаемый в застывшей руке одного из оборонявшихся.

И вот очередной поворот лестницы показал нам то, что скрывалось за отрогом вулкана.

Разрушенный замок. Упавшие башни. Проломы в стенах. И тела демонов. Горы застывших трупов.

— Твою-ю-ю-ю ма-ать... — разочарованно протянул я.

Наоми подошла ближе и спросила:

— Я так понимаю, что тех, кого ты, Акио, искал, здесь больше нет и нам можно уходить обратно?

Прежде чем я ответил, с одного из далеких уступов ближайшего склона сорвался небольшой обломок скалы и, вызвав небольшой оползень, покатился по склону.

Я успел заметить мелькнувшую тень.

— Похоже нас засекли. — сказала Пакура.

— Значит так. Слушайте внимательно. Даже слабейшие из них могут легко захватить души своих поверженных врагов. Чем больше у них душ, тем сильнее становится демон. Смерть от лап демона — только начало страданий, которые будут длиться до тех пор, пока будет существовать этот демон. И то — если после его смерти его души не будут отобраны. Сами демоны не имеют души. Вместо этого у них есть некое образование, которое обычно называют по аналогии с другими...м-м-м...шиноби "источник". Хотя и оно не является им. Это некая основа, которая, поглощая захваченные души, становится больше и сильнее. Демонов просто рубить мечем может быть неэффективно, поэтому подавайте в клинок чакру и активно используйте техники...

Я хотел было продолжить лекцию, но на вершину далекой горы трупов взобралась жуткая тварь напоминающая одновременно двуголового пса и варана.

Оглушительно заскулив-завизжав она резво понеслась к нам.

Молниеносно замешав Хьетон, я метнул метровый обломок льда прямо в демона. Тот попытался увернуться, но снаряд, уже пролетая мимо, повинуясь моей воле, лопнул, оторвав ему одну голову и лапы и нашпиговав туловище ледяной шрапнелью. Демона отшвырнуло в сторону от взрыва и он, прокатившись метров двадцать, затих.

Этот демон еще кувыркался, а со всех сторон уже доносились ответные крики-визги других.

Демоны, казалось, выбирались отовсюду: из каждой расселины, груды камней и даже груд тел.

Наоми фыркнула и крикнула:

— Тоши, Шизука заливайте "аматерасу" справа, а я — слева. Так они смогут лезть к нам только сзади и спереди!

Полыхнуло черное пламя. Демоны вбегали в него и там и сдыхали. Несколько десятков поняли, что им осталось лишь два пути и они ринулись по ним, пытаясь задавить нас количеством. Вот только — это было еще бессмысленней: мы оставили ослепших на время Учих за спинами и спереди на острие клина стал я, подпираемый с боков Анко и Сэнго. А с другой стороны Югито, которая в один момент полностью воплотилась в Демоническую Кошку Мататаби. Ее поддерживала Пакура.

Пару минут была настоящая мясорубка. Я выпустил свой покров чары на полную и во всю обстреливал наступающих демонов самыми быстрыми техниками Хьетона, Мокутона и даже псионики. Лестницу стремительно завалило образовавшимся огромным валом из трупов погибших демонов. Югито было еще веселее — каждой их этих ящерок она уделяла время ровно для одного удара, который либо разрывал тварь на куски, убивая на месте, либо отшвыривал прямиком в пылающее "аматерасу".

Но вот низшие демоны отхлынули. Добив последнюю скулящую тварь метким броском ледяного копья, я смешал лечебную чакру и коснулся кончиками своих пальцев лбов недовольно щурящихся Учих, моментально исцелив их от последствий применения ультимативной техники Мангеко.

Я повернулся обратно вовремя, что бы увидеть, как на вал трупов низших, словно на пьедестал почета, важно взошел высокий рогатый демон, облаченный в сплошные доспехи из белого металла, который закрывал практически все тело, кроме почти человеческих кистей рук и головы. Рога у демона росли, загибаясь вперед и вовнутрь. Там, где они практически касались кончиками, горела яркая искорка. Его глаза тускло тлели углями. В правой руке демон держал митриловую секиру на длинной рукояти из этого же металла.

Не взирая на то, что лестница уходила вниз, демон, благодаря пьедесталу из трупов, был выше нас.

Старший демон, Адский Рыцарь, решил обратить на нас свое внимание.

— Кто вы такие? — спросил он глухим голосом, абсолютно не обращая внимание на пылающее слева и справа от него черное пламя. Все его внимание было обращено лишь на нас.

Низшие демоны при виде начальства стали возвращаться, но держались на одной линии с ним, обтекая его слева и справа.

Я вздохнул и взлетел над лестницей на три метра, выровнявшись с демоном. И только тогда произнес:

— Кто мы такие — не имеет значения.

Рыцарь выразительно исказил лицо в презрительной гримасе и фыркнул:

— Ф-ф-ф-ф... Смело... И самоуверенно. Что вы тут делаете?

Я пожал плечами:

— Я имел некоторые деловые договоренности с Архидемоном Ливруш.

Лишь услышав это имя, Рыцарь зычно захохотал и, полуобернувшись назад(при этом даже не думая выпускать нас из поля зрения), проорал:

— Они пришли повидаться с Ливруш-ш-ш! — неожиданно я увидел, что за его спиной стоят на лестнице минимум сотня похожих на своего командира, как две капли воды, демонов. Грязно выругавшись, я касаюсь пальцами своего живота и активирую систему фуин. Рыцарь же снова полностью поворачивается ко мне и презрительно произносит: — Вы хотели ее увидеть? Ха! Что ж. Вы увидите ее...но изнутри меня!

Он махнул секирой в нашу сторону и с низких туч прямо по нам ударила невероятно толстая ярко-бело-голубая молния, но я был к этому готов и исказил пространство над нами, отклонив магический удар прямиком в демонов.

Однако, Рыцарь к чему-то подобному готовился и, предвидев возможную контратаку, заранее окружил себя пузырем защитного заклинания. Молния не сумел его пробить, однако, когда он, криво ухмыляясь, уже поднял взор на нас, то увидел, как прямо на него лечу я. В момент касания моего покрова чакры я применил "опустошение", из раздела псионики, и его, вместе со всеми остальными Старшими, смело как кегли. Еще в воздухе их всех перемешало с трупами низших и обломками, не выдержавшей надругательства лестницы. Демонов расшвыряло в разные стороны. Они еще были в воздухе, а я уже начал с помощью "шуншина" метаться между ними, ударами катаны отсекая им головы.

Мне удалось прикончить больше двух десятков демонов, как я, двигаясь от одного к другому, оказался в зоне, где "опустошение" уже не так сильно их оглушило и первый же демон умудрился вывернуться в воздухе и сблокировать своей секирой мой удар. Сила столкновения оружия была такова, что ярко-белые искры брызнули во все стороны снопами. Мгновенно сориентировавшись, я отпустил меч левой рукой и, ухватившись ей за рукоять чужого оружия, ударил "импульсом" точно в центр его тела. Демона оторвало от его оружия и отбросило прямиком в пылающее сбоку "аматерасу".

Между тем большинство демонов уже упали обратно на землю. Рыцари, не подпавшие под основной удар, практически не пострадали и многие даже умудрялись приземлиться на ноги.

Метнувшись "шуншином" к последнему падающему Рыцарю, я отвел чужое оружие трофейной секирой и резким ударом катаны отделил его голову от туловища.

Я приземлился, как и планировал, просто посреди сумевших снова организоваться демонов. Но в тот момент, когда я уже хотел пустить "рассекающую волну", в зону поражения врезались мои сокомандницы, возглавляемые гигантской кошкой, сотканной из синего пламени. Оглушительно взревев, Мататаби врезался в Адских Рыцарей, не обратив на митриловое оружие и толики внимания.

А рядом со мной упали Учихи с горящим в глазах шаринганом. Предвидение ударов давало им невероятное преимущество перед демонами, давая возможность убивать их с одного удара.

Это была не битва — это была резня. Старшие не смогли в ближнем бою ничего нам противопоставить, а низших мы убивали походя. В конце я вообще создал пять сотен теневых клонов и они одним ударом смяли и погнали низших демонов, при этом стараясь обтекать пытающихся их достать секирами Адских Рыцарей.

Последний десяток демонов, став спиной к спине и плечом к плечу, попытался организованно отступить, но я с Сэнго нанес удар по ним Хьетоном: за секунду создав пятиметровый кристалл льда, мы его навесом забросили прямо за них. Ледяная бомба, коснувшись поверхности, лопнула, разбросав вокруг мелкую и невероятно острую шрапнель. Взрыв швырнул Адских Рыцарей на нас и тут их уже встретили Учихи.

На этом битва закончилась. Я отдал запечатывающий свиток своим теневым клонам и те стали мародерствовать, собирая доспехи, оружие и редко встречающиеся магические артефакты, представленные в основном небольшими магическими накопителями.

Склонившись над хрипящим Рыцарем, которому взрывом оторвало кисти рук и буквально вылизало от плоти половину головы, я спросил:

— Где Ливруш? Она мертва?

Демон закашлялся и насмешливо ответил:

— Га-кха-ха! Ее тень бродит по развалинам былого могущества!

Я сузил глаза:

— Как это "тень"?

Он усмехнулся уцелевшей половиной лица:

— Хы... Ты увидишь сам...

С трудом сдержавшись, чтоб не прикончить его, я приблизил свое лицо к его рогатой морде и спросил:

— Ну, хорошо. Кто вами командует? И лучше бы тебе, демон, ответить правдиво. Я — псион. Ты должен знать, что это такое...

Демон твердо посмотрел уцелевшим глазом на меня, но на таком расстоянии даже Старший против меня ничто и я несильно сжал его энергетическое естество. Демон зашипел и быстро сказал:

— Все-все-все! Я верю. Это не такая уж и тайна. Нами командует новый Архидемон Котшур.

— Где он сейчас? И к какому он относится классу?

— Он отбыл на прием к Высшему. Класс не знаю — видел всего два раза. — демон быстро облизнул черным языком уцелевшую часть своих губ и спросил: — Ну, что? Оставишь мне мое существование?

Я поднял взгляд и рядом с нами появилось два десятка "теневых клонов".

— Видишь их? Они за тобой присмотрят. Будешь вести себя тихо — выживешь. Начнешь колдовать — сдохнешь.

К нам подошла Наоми. В руках она держала свою катану и недовольно рассматривала появившуюся большую выщерблину на лезвии.

— Это был мой любимый меч. — сказала она.

Я глянул на свою катану, выглядевшую явно хуже ее, и ответил:

— Дома перекуем трофейное оружие и доспехи. Должно получиться намного лучше того что есть.

— Гм... — Учиха задумчиво подняла с земли вражеское оружие и спросила: — Что за металл?

— Митрил. — ответил я и продолжил: — У нас почему-то практически не встречается.

— Да? — она взвесила в руках секиру и со вздохом ткнула ее в руки пробегавшему мимо моему клону. — Раненых добиваем? Или на них у тебя есть какие-то планы?

Я мотнул головой:

— Нет, не добиваем. Стаскиваем в одно место и пусть за ними присматривают клоны. Кстати, вы бы не могли потушить "аматерасу"? Некоторые из демонов попадали туда и их доспехи с оружием нужно все-таки забрать.

Наоми цыкнула и ответила:

— Хорошо. — повернувшись к племянницам, контролирующим территорию, она крикнула: — Тоши, Шизука! Сюда!

Они оставили вместо себя "теневых клонов" и возникли рядом с нами из "шуншина".

— Да, тетя? — дисциплинированно спросила Тоши.

— Сейчас потушим "аматерасу".

— Хорошо, тетя..

Они сосредоточились и черное пламя стало опадать пока, не погасло. Когда они повернулись ко мне снова, я увидел текущие у них из глаз кровавые слезы.

Протянув к ним руку с замешанной лечебной чакрой, я исцелил последствия перенапряжения.

Когда я коснулся кончиками пальцев лба Наоми, она спросила:

— Что сказал раненый?

К нам стали подходить остальные члены моей команды. Даже Югито снова приняла человеческий облик, втянув чакру Мататаби.

Я мрачно дернул левым уголком рта и ответил:

— Что от той, к кому я шел, осталась лишь какая-то "тень". Не знаю, что это значит, но, похоже, придется действительно идти смотреть.

Оставив клонов контролировать территорию и присматривать за порталом и пленными, мы продолжили движение вниз к развалинам. Участок разрушенной мной лестницы быстро закончился и мы запрыгнули на ее целое продолжение.

Старших больше не было видно и я начал даже думать, что в окрестностях разрушенной обители Ливруш их больше и нет. Низшие же хоть и держались от нас подальше, но наблюдали за нами.

Мелькнувшую мысль применить что-то масштабное, дабы они скрылись вовсе, я засунул подальше. Смысл убивать низших?

Тем временем мы подошли к жуткой гигантской крепости Ливруш ближе и я смог убедиться, что разрушения очень серьезные. Надо было поспрашивать демона о том, что конкретно тут произошло...

Оплавленные кратеры всех размеров и форм в некогда изумительно красивом кроваво-черном покрытии пола...

Зияющие огромные провалы в стенах...

Упавшие своды гигантских зал, в которых раньше собирались подданные Ливруш...

Разбитые витражи, некогда изображавшие батальные сцены самых известных сражений Войны Владык...

Сгоревшая изысканная мебель и копоть от пламени на стенах...

Выбитые двери и врата...

И трупы демонов, застывшие в самых разных позах.

На моих сокомандниц цитадель-дворец Ливруш произвел неизгладимое впечатление. Они были потрясены до глубины души.

Я же ощущал чуть ли не боль. Мне когда-то безумно нравилось это место. По крайней мере по сравнению с Ишакши, оно выглядело как центр Манхеттена по сравнению с трущобами Мехико.

— Невероятно красиво... — произнесла Наоми, глядя на уцелевшую часть свода тронной залы и невероятную колоннаду, когда-то поддерживавшую ее.

Когда-то высота потолка в этом месте была больше ста метров, а сейчас половина помещения лежала в руинах. Из десяти гигантских хрустальных люстр, освещавших залу, уцелела лишь одна и магические светильники на ней не работали, похоже, уже давно.

Повинуясь, мимолетному желанию, я подлетел к ней и легким движением воздуха сдул опавший на нее пепел и пыль.

Люстра, словив тусклый свет далекого пламени извергающегося вулкана, слегка заиграла светом.

В этот момент за разбитым на мелкие осколки троном Ливруш, когда-то выточенным из единого куска кроваво-черного оникса и производившем невероятное впечатление, кто-то шевельнулся.

Испытав мгновение ярости на неразумных тварей, разрушивших творение искусства, я метнулся "шуншином" во мрак и схватил мелкого демона за шею.

Вздернув слабо трепыхающееся существо, я уже собирался оторвать ему голову, но мелькнувшее ощущение узнавания остановило меня.

В руке у меня извивался очень небольшой низший демон с мягкими, почти человеческими, чертами лица. Большие когда-то рога были обломаны, а правая рука бессильно болталась вдоль тела. Левой же демон слабо пытался разжать мою хватку.

Я расслабил пальцы и ошарашено произнес:

— Это ты, Ливруш? — услышав имя, демоненок прекратил бороться и замер. Я же попросил ее: — Не убегай. Я не наврежу тебе.

Осторожно поставив худенькую тушку на запыленные гранитные плиты, я отпустил демоненка.

Ливруш недоверчиво осмотрела наше оружие и подавленно вздохнула, очевидно, признав, что сбежать ей не удастся.

— Откуда ты знаешь это имя? — спросила она тонким, почти детским голоском.

Я грустно улыбнулся:

— Когда-то я носил иную оболочку. Я был иллитидом. Псионом на службе этой твари, носящей имя Эрруу.

Придерживая травмированную руку, демоненок недоверчиво окинул меня взглядом и почти прошептал:

— Заблудший? — неожиданно она рассмеялась: — Пф! Знал бы ты ближе демонов, то понял бы, что Эрруу на фоне некоторых выглядит чуть ли не святым анахоретом... Что ж, поздравляю — твоя мечта сбылась. Очевидно, богиня удачи Лоар присматривает за тобой. — грустно посмотрев на обрушившийся потолок и разбитый трон, демоненок добавил: — А вот мою мечту — уничтожили.

Сзади меня послышался тихий голос Анко:

— Как странно: она говорит на совсем другом языке, но я ее понимаю...

Демоненок посмотрел мне за спину и пояснил:

— Остаточный след моей сущности еще не окончательно выветрился из моего естества и немого мне помогает в моей теперешней жалкой жизни.

— А что случилось? — поинтересовался я.

Она вздохнула:

— Всего лишь Война Владык показала свой безобразный лик и разрушила все, до чего дотянулась...

— Так это сделал чужой Легион?

Ливруш выразительно фыркнула:

— Пф! Если бы, если бы... Мой.

Я удивился:

— Но почему? Неужели ты попробовала переметнуться?

— Я? Переметнуться? Поменять лаву на магму? Пф! Нет... Все гораздо хуже. — она пустила взгляд и продолжила: — Наш Высший погиб и Владыка объявил турнир за его место среди оставшихся Архидемонов его обезглавленного Легиона. Я проиграла... И мои души были забраны.

— Как — забраны?

Ливруш села на обломок запыленного гранита и стала объяснять:

— Для возвышения в Высшего нужно море душ. Миллионы и миллионы. Причем не всех подряд а душ магов. И взять их можно в том числе у Архидемонов. Наш Владыка не захотел морочиться и устроил турнир, забрав все души у проигравших в пользу победителя. — ее лицо исказилось: — Я хотела...думала...воспротивиться и... — она выразительно посмотрела вокруг — ...моей армии больше нет. Все, что я собирала и строила тысячелетиями — разрушено. Но я не хотела становиться снова низшей на службе у других Архидемонов. Поэтому новый Высший лишил меня душ и оставил пресмыкаться в развалинах моей обители, в надзидание всем остальным. Его мелкие выкормышы уже пять оборотов этой планетки вокруг светила не дают мне выбраться отсюда, загоняя обратно. И вот я живу здесь. В тени своего былого величия. — демоненок понурился: — Правда, я — жалкая? — неожиданно она подняла на меня твердый взгляд и попросила: — Убей меня... Я уже устала бороться... Владыка оставил мне всего одну душу, чтоб я не потеряла разум и полностью осознавала, что происходит. Даже демону невыносимо видеть, как все, над чем он корпел, идет прахом. И ладно бы, если бы он просто отпустил меня, как остальных, испытывать удачу, но возиться в пыли и пепле без единой надежды вырвать, хоть и в борьбе, пару душ — невыносимо.

Я сузил глаза:

— А ты можешь забрать души у других демонов?

Она пожала плечами

— Ну, я же была Архидемоном и как это делается, конечно же, помню. Постой, а ты что хочешь мне что-то предложить?

Улыбнувшись, отвечаю:

— Понимаешь, вообще-то я пришел к тебе ради призыва, который практикуется в моем новом доме. Хотел вот предложить тебе найти мне одного из своих демонов по спокойнее и уравновешеннее поработать на меня за души моих врагов... Однако, в связи с тем, что я тут увидел у меня возникла мысль адаптировать свой план применительно к тебе.

Ливруш показательно побаюкала свою руку и спросила:

— Я что-то перестала улавливать смысл. И чем тебе может помочь раненый мелкий демон? От моей армии ничего не осталось, а я даже на низшего с трудом тяну... — я улыбнулся и вытащил из кармана подсумка запечатывающий свиток. Развернув его, я достал огромный рулон бумаги, на котором был написан уже подготовленный контракт. Когда Ливруш увидела как "из ничего" появилось что-то, ее маленькие глазки сузились: — Ёхерный бабай! Это что такое сейчас было?

Подленько улыбнувшись, я произнес:

— Одна забавная пространственная техника. Но — не отвлекай меня. Значит так. Благодаря вот этому, я смогу призвать тебя к себе откуда угодно. А после того как завершится или время призыва или энергия, а может как пожелаю я, тебя отправит обратно в то место откуда взяло.

Демоненок тряхнул головой:

— Впервые о таком слышу. И это при том, что мне уже десяток тысяч лет.

Легкомысленно махнув рукой, я произнес:

— А — не преживай! Я тоже, когда услышал и увидел, то чуть на стену не полез. Смотри, подписываешь контракт, естественно, кровью... Ну, или что там у тебя в жилах течет? Насчет бумаги не беспокойся: в воде не горит, в лаве не тонет. Сам проверял...

Ливруш задумчиво спросила:

— И что — это навсегда?

— До моей смерти и даже потом, я смогу тебя вызывать...

— Иди ты в жопу, Заблудший!... — тоненько взвизгнул демоненок и, оттолкнув контракт, попытался сбежать, но его легко словили за ногу появившиеся "теневые клоны". Крепко держа его тельце, они вывернули его руку и, раскрыв его лапку, аккуратно прокололи тонкую кожицу. У Ливруш действительно в венах тек расплавленный металл. Подождав, пока маленькая капелька собралась на пальчике, один из клонов ловко подставил под нее свиток.

Сразу после этого они отпустили демоненка, который тут же стремглав понесся куда-то вглубь разрушенного дворца.

Повазюкав кровь лезвием куная в замысловатую закарлючку на бумаге, я перенес частичку крови демона себе на левое запястье и сделал глубокий разрез этим же лезвием себе на руке до самого локтя. Вложив себе в ранку успевшую застыть частичку крови, я ее заживил.

В следующее мгновение я ощутил точное расположение Ливруш, а потом даже увидел то, что видела она: демоненок лез на четвереньках в каком-то узком и очень темном тоннеле.

Ну что ж — наступило время первого призыва. Посмотрим, как сработает адаптация моих знаний и фуин.

Прикрыв глаза, я сосредоточился и поднял руки перед собой. Резко ткнув указательным пальцем правой руки в левую ладонь, я подал чакру и сразу после этого указал двумя руками перед собой на пыльную гранитную плиту.

Раздался слабый хлопок и перед нами оказалась стоящая на четвереньках Ливруш. Демоненок несмело поднял головку с обломанными рожками и, обозрев нас всех, устало сел на полу.

— Твоя взяла. Сейчас я не могу сопротивляться твоей непонятной силе. Что дальше? Ты так и не ответил на вопрос: зачем тебе такая слабачка, как я?

Я поднял бровь:

— Да? Ну, тогда слушай: возле портала на нас напали низшие демоны и Адские Рыцари. — Ливруш сощурилась и снова, теперь недоверчиво, окинула нас взглядом. Я же продолжил: — Пятерых мне удалось захватить. Я думаю их отдать тебе. Ты сожрешь их души и уже не будешь "такой слабачкой". А Старший Демон — это уже сила. Кроме того — ты обладаешь многими знаниями и довольно рассудительна для демона. А уж среди Архидемонов, так была вообще образцом уравновешенности. Я могу судить: уж вашего племени я повидал за тысячелетие больше сотни...

— Да ну? — не очень поверила Ливруш.

Пожимаю плечами:

— Услуги иллитидов нужны всем и Эрруу бросал меня из одной точки мироздания в другую...

Мои клоны легко внесли в разрушенный тронный зал обмотанных Мокутоном пленников. Пять пытающихся вырваться туш.

— Это они? — спросила Ливруш.

— Да. — кивнул я и добавил: — Приступай...

Связанных демонов уложили на пол в ряд. Ливруш подошла к ним и произнесла:

— Как странно... Из них практически не истекает мана. Эта штука ее поглощает? Что это такое за заклинание?

— Одна из моих сил. Очень мощная и многогранная. Одно из ее побочных свойств — это поглощение энергий. Ее название — Мокутон, Стихия Дерева.

Демоненок сел рядом с крайним коконом и осторожно хотел потрогать пальцем дерево, но резко отдернул руку и удивленно на нее посмотрел.

— Если можешь — убери. Оно тянет из моего тела и те капли манны, что я располагаю.

Я чуть наклонил голову к левому плечу:

— Это не проблема, но вот твоя жертва будет практически свободна и может попытаться до тебя дотянуться. Мы-то помешаем, но ты должна понимать, что промедление будет нежелательно.

Ливруш распрямилась и сказала:

— Хорошо, я первого убью быстро.

— Ну и отлично... — я с десятком своих клонов подошел к первой жертве и скомандовал: — Готова? Начали!

Чакра легко внедрилась в кокон и тот тут же раскрылся, словно цветок. Внутри него, лежал, закрыв глаза и скрестив на груди руки, голый Адский Рыцарь. Клоны молниеносно бросились к нему и жестко зафиксировали его, просто ухватив руками. Рыцарь раскрыл глаза и, увидев Ливруш, громко закричал:

— Что? Низвергнутая? Нет!

Он дернулся со всей силы, но клоны держали его крепко, а в следующую секунду между их рук протиснулся демоненок и вскочил на широкую мускулистую грудь Рыцаря. Упав на четвереньки, она неожиданно зычно низким голосом закричала, перекрыв крик демона :

— Твои души принадлежат мне!!!

Звук ее голоса еще не успел затихнуть, а из груди Рыцаря стали вырываться яркие светлячки, за которыми тянулись разноцветные шлейфы. Они перетекали нескончаемым потоком в тело, тоненько закричавшего демоненка. Однако, крик Ливруш все не прекращался, а приобретал глубину и наливался силой. Демон же наоборот затихал, переставая брыкаться, пока не стал мелко дрожать как в припадке.

Поток душ стал иссекать и, когда он закончился, Ливруш замолчала.

Демон уже не мог даже дрожать и лишь с трудом дышал.

Клоны отпустили его и отошли назад.

Ливруш поднялась на колени и стала меняться на глазах, чуть увеличиваясь в росте и приобретая массу. Ее рога снова отросли и, загибаясь к затылку, свернулись в спираль.

Она громко вздохнула и выдохнула изо рта толстый язычок пламени, тут же погасший в воздухе.

Я ухмыльнулся и произнес:

— Ну что? Жизнь теперь не кажется дерьмом?

Ливруш одним движением оторвала своей рукой голову лежащего под ней демона и с размаха швырнула ее себе за спину.

— Да. Так намного лучше...

Она поднялась с колен и я отметил, что теперь ее тело стало стремительно приобретать половые признаки. Пожалев про себя, что секс с демоном если не невозможен, то крайне болезененнен из-за очень высокой температуры тела, я спросил:

— Все в порядке? Мы продолжаем?

— Коне-ечно. — почти простонала она, похоже, пока не думая подниматься с трупа.

— Помощь тебе еще нужна?

Ливруш прикрыла глаза:

— Я еще слишком слаба, чтобы бороться с Рыцарем, поэтому — не помешает. — ее речь была уже нормальной.

Пожав плечами, я принялся повторять процедуру.

Вот только в этот раз она закончилась намного быстрее: как только кокон раскрылся и пленного Рыцаря обхватили клоны, Ливруш оттолкнула одну из моих копий и бросилась на свою жертву. Одним движением своих рук, она пробила ему грудную клетку и просто одномоментно поглотила выплеснувшиеся в воздух души.

В это раз обошлись без криков. Только демоница слегка покачивалась будто пьяная.

— Ну как? — спросил я.

— Теперь я справлюсь сама... Просто раскрывай следующего. — произнесла она.

Последующих двоих она лишила душ и убила очень быстро.

Однако, на последнем она начала растягивать удовольствие, вытягивая души явно намного медленнее, чем могла бы.

Неожиданно, мои клоны, дежурившие на портальной площадке заметили, что состояние второго портала изменилось. Мгновенно сориентировавшись, я стал смотреть глазами одного из них на то, как сжатый в точку проход между мирами стал растягиваться, занимая всю полуразрушенную раму.

— Второй портал активировался! — крикнул я, привлекая внимание своих сокомандниц и Ливруш.

Теряющий души Рыцарь надсадно прохрипел:

— Архидемон Котшур сожрет ваши души. Отныне вы будете страдать вечно...

Ливруш зарычала и поглотила оставшиеся его души одномоментно, прервав его речь. Следом за этим, она разорвала лапой его горло и, глубоко погрузив в раскаленную плоть пальцы, что-то схватила там и вырвала.

— Без этого ты больше не поболтаешь! — крикнула она ему в лицо и в этот момент он умер.

Она поднялась с пола и провела руками по своим рогам.

Я произнес:

— Нам всем нужно немедленно уходить — схватка с Архидемоном это совсем не то, чего мне бы хотелось.

— Надеюсь, ты заберешь меня с собой? — спросила Ливруш и добавила: — Потому что Котшур в лучшем случае вернет все обратно, а худшем — убьет меня, не взирая на приказ Хетота, нового генерала нашего Легиона.

Я мрачно кивнул:

— Да. Придется. Иначе все это потеряет смысл...

Один из моих клонов схватили ее на руки и мы все применили "шуншин" вверх, а потом еще один прямиком в сторону портала.

Но мы не успели: в тот момент, когда мы уже возникли над портальной площадкой, из ярко-алого овала чужого портала медленно вышел довольно высокий краснокожий демон в черных адамантовых доспехах.

Его рост превышал шесть метров. Длинные алые, одного цвета с кожей, рога росли изо лба и изящно тянулись к затылку. Короткие антрацитово-черные ровные волосы едва доставали до плеч. Глаза архидемона ярко светились желтым светом. На правом наплечнике он держал черный топор на длинном изогнутом древке.

Я услышал, как Ливруш начала ругаться.

— Твою мать! Это — Котшур! — крикнула она, не особо заботясь о маскировке.

Архидемон на моих глазах, удивленно оглянулся и пару секунд смотрел с портальной площадки вниз на разрушенную лестницу и горы трупов его подчиненных.

Удерживая остальных в воздухе, я переместился к ним ближе и с казал:

— Если дойдет дело до драки то — не подставляйтесь под его техники. По мощи Архидемон — это аналог даже не биджу, а сильного джинчуррики у нас. В гневе он может быть очень разрушителен. Хорошо, что молодой и может не знать всех границ своих сил. Кроме того — он один. Будь он с поддержкой — драка была бы на равных. А так... Наоми, Шизука, Тоши — применяйте "Сусаноо" и бейте всерьез. "Аматерасу" может или случайно задеть нас или мы можем туда упасть. Сэнго, Пакура, Анко, Югито — поддержка. Запомните все: никаких кунаев с печатями — одни техники. Мечами будем махать только если выдохнемся. Постоянное передвижение — залог успеха. Сам же я сцеплюсь с ним и отвлеку его основное внимание. Я думаю, мы его сможем задавить. Ливруш, в бой не лезь и приготовься к тому, что когда мы его убьем я тебя призову и тебе придется поглощать его души. — я криво улыбнулся: — Не пропадать же им?

Мои клоны было собрались уходить с демоницей на руках "шуншином", но Котшур обратил лицо к нам и произнес зычным голосом:

— Ты пошла против воли Акронса. Ты воспротивилась Хетоту. Я говорил им убить тебя, но мои слова не были услышаны. Что ж... Теперь у меня есть повод исполнить это.

Сразу после этих слов глаза Котшура разгорелись так ярко, что стали похожи на две звезды. Из его спины выросла пара огромных алых крыльев.

— Приступаем! — закричал я.

Мои сокомандницы тут же исчезли в "шуншине", а я впервые за сегодня выпустил чакру из своих "фуин" в окружающее пространство. Она мгновенно сформировала светящуюся синюю сферу. Я сосредоточился и она начала вращаться, параллельно разгораясь. С возрастанием скорости вращения цвет чакры стал смещаться с синего сначала в голубой, а потом и в ярко-ярко-белый. Моя видимость при этом существенно упала: мир потерял все богатство красок и четко поделился на черное и белое.

Архидемон чуть повел головой слева направо и обратно. Очевидно, определив положение Ливруш, он все же выбрал целью меня, как наиболее непонятного и опасного.

Чуть присев, он резко взмахнул крыльями и оттолкнулся ногами от портальной площадки. Сила толчка оказалась настолько огромной, что в следующую секунду площадка обрушилась и в пространстве так и остались висеть два портала — ярко-голубая точка моего и алый овал вражеского. Сам же Архидемон, выставив свой топор, понесся ко мне с такой скоростью, что в воздухе образовалась ударная волна.

В последний момент, когда он уже хотел рубануть своим топором по мне, я молниеносно применил "шуншин" и возник у него за спиной. Сразу же после этого я нанес удар, только начавшему поворачиваться архидемону, в спину. Повинуясь моей воле, чакра отделилась от бешено вращающейся сферы и изменилась в огромное ледяное копье, которое буквально вытянулось сквозь его спину. Однако, вместо того что бы, столкнувшись с адамантовым доспехом Коштура, отбросить и впечатать его в землю, оно просто не встретило сопротивления и продолжило расти вниз пока не воткнулось в скалы.

Что за?

Но Архидемон, не обращая внимание, что нанизан на ледяной штырь, уже развернулся и ударил мой шар своим топором. Его оружие легко рассекло толстый слой чакры и лишь немного не дотянулось до меня.

Мои инстинкты возопили о том, что стоит перехватить его руками, но мне пришлось задушить их — я не самоубийца, чтоб хвататься за адмантовое оружие, когда его держит Архидемон.

Вместо этого я свел ладони вместе и даже не смешал Мокутон, а воззвал к нему, тут же быстро разведя руки в стороны. Следом за ними из центра выросло огромная очень колючая сфера. Иголки моментально вытянулись в сторону Архидемона аж на два десятка метров.

А вот это подействовало: я увидел, как иглы уперлись в чужое оружие и... оттолкнули его вместе с его хозяином.

Не может быть... Архидемон-Воин? Высший же не мог принять такое решение самолично! Он же молод! Ему бы просто никто не дал! А Владыка, что... Обезумел? Экспериментирует?

Секунду моего замешательства враг использовал махнув в сторону сферы своим топором. Родившееся возмущение рассекло ее пополам, а меня отбросило в сторону.

Но ему не дали времени на попытку атаки непосредственно меня: тот объем пространства, что он занимал, пробило три призрачных меча полностью сформировавшихся "сусаноо" Учих. Один из них попал прямо по оружию врага и, с натугой загребя его, будто весло воду, отшвырнул в сторону.

— Бейте по его оружию! — крикнул я: — Лишь оно реально и может его ранить!

Следующий удар "сусаноо" был направлен сверху вниз. Архидемон его легко избежал, но я возник прямо над ним и, выплеснув из "фуин" в пространство почти пять десятков своих резервов, создал огромный айсберг. Лед взрывообразно прыгнул во все стороны, заключив не только меня в себя, но примерно треть топора Архидемона оказалась также захвачена им.

— Не-е-ет! — заревел тот, и, ухватившись крепче за рукоять, уперся ногами в айсберг, став тянуть оружие на себя.

Топор за мгновение раскалился до ярко-желтого цвета, но Хьетон — это не обычный лед и, щедро подпитываемый моей чакрой, держал хватку крепко.

Медленно повернув айсберг так, чтоб Архидемон оказался снизу, я, вместе с ним, ринулся вниз.

Удар был страшен: по скалам пошла сейсмическая волна, отмечая свой бег поднимающейся пылью.

Убедившись, что Архидемона зажало между базальтом и Льдом, я быстро переместился внутри айсберга почти в притык. Хьетон, повинуясь моей воле и силе, приобретенной от огромного количества чары, что я вложил в такой небольшой объем, стал медленно выворачивать чужое оружие лезвием обратно к Архидемону. Тот отчаянно и яростно бился, будучи не в состоянии ничего с этим сделать. В какой-то из моментов сопротивление возросло настолько, что мне пришлось помогать телекинетикой.

Он уступал мне сантиметр за сантиметром, пока я не посчитал, что достаточно, и с силой толкнул топор в его хозяина так, чтоб оно направилось в голову. Оружие легко разрезало лицо Котшура и, немного погрузившись в его нагрудник, застряло.

Я его убил... Как же трудно это вышло...

Повинуясь моей воле, Айсберг взмыл в небо, выпуская меня из своего нутра, и полетел по высокой дуге в сторону.

Не теряя времени, я призвал Ливруш и та сразу же припала к поверженному, поглощая его души.

Рядом со мной возникли мои сокомандницы. Сэнго, Пакура и Анко держали на руках тяжело дышащих Учих, у которых из глаз текла кровь. На лицо было сильное истощение чакросистемы и даже частичное выгорание глазных чакроканалов. Мангеко, прокачав через каналы объем чакры для создания "сусаноо", явно перенапряг только начавшую меняться под него чакросистему. Похоже, что если бы не мой "дар", то за те секунды, что шла схватка между нами и Архидемоном, не ассимилированное додзюцу убило бы всех троих...

Вытянув руку, я смешал лечебную чакру и влил немного им в чакросистемы. Отреагировав на это, они тут же стали приходить в норму. Что интересно: теперь, когда чакроситемы Учих, подстегнутые моим воздействием стали восстанавливаться, я увидел, что они стали намного разветвленнее. Множество мелких отростков, будто капилляры, ответвлялись от основных чароканалов, выходящих к тенкецу, и подходили к коже рядом с последними. Эдакие микро-тенкецу. Подобное наблюдалось у других реципиентов Мангеко Нака, но намного медленнее и не всегда. Может, это особенность правящей семьи? Или последствия стресса, который сильно влияет на развитие Шарингана?

В любом случае — ассимиляция идет полным ходом. Вполне возможно, что на обратном пути в Коноху уже назреет необходимость проведения эксперимента с обменом Мангеко между Тоши и Шизукой...

Наоми щурясь покосилась на меня:

— Ну, что — все в порядке?

— Да. — кивнул я: — Ассимиляция идет даже быстрее чем обычно. На обратном пути можно будет попробовать получить следующую ступень шарингана. А уже в Конохе я приступлю к изучению плиты Рикудо.

Анко ее опустила на землю и она осторожно сделала пару шагов:

— Ну, что — будем уходить?

Я мотнул головой в сторону все еще втягивающей души у убитого Архидемона Ливруш. С каждым светлячком, исчезающем в ее груди, по ее телу пробегала рябь-волна слабого изменения.

— Сейчас она закончит, а потом мои клоны заберут его труп и — мы уберемся.

— Хорошо...

Между тем души стали иссякать пока их поток не превратился в редкие-редкие искры.

Я подошел к ней и спросил:

— Ну, что — на этом все?

— Сейчас. Последняя. Сопротивляется...— с натугой выдохнула она и следом за ее словами из груди павшего Архидемона вынырнула ярко-ярко светящаяся сфера, размером с два кулака.

Ливруш схватила ее руками и с натугой утопила ее себе в грудь.

Я поражено выдохнул:

— Вот это душа... Чья она?

— Одного великого воина, который пожертвовал ей ради выживания своего народа. Сейчас его имя уже забыто, а его народ сгинул в горниле Войны Владык: его жертва лишь немного оттянула неизбежный конец. Это все, что я помню. Понимаешь, эту душу захватывала не я — мне она перешла по наследству, как и Котшуру от меня. Вот только я убила предыдущего владельца и как-то расспрашивать его о деталях, как он нашел такое сокровище, по стоимости, как целый мир, мне было некогда...

— Целый мир? Неужели она стоит так дорого?

— Она бесценна. И по этой причине ее ни один демон не отдаст ни за какие деньги или что-то еще... — неожиданно она прервалась и, выпучив глаза, посмотрела в сторону порталов: — Нужно убираться — я чувствую сильное возмущение. Кто-то сильный собирается сюда войти...

Ни слова не говоря, я подхватил протестующе что-то пискнувшую демоницу подмышку и мы все скаканули к порталам.

Уже переместившись к висящему в пространстве нашему порталу, я отметил, что чужой ярко-алый овал стал быстро увеличиваться в размере. Подхватив в телекинетику появившихся рядом со мной сокомандниц вместе с клонами, я растянул портал и...

— Кто ты? — пророкотал совсем рядом со мной глубокий бас. Мы замерли и медленно повернулись на звук чужого голоса.

Зеркало чужого портала уже растянулось до размера двадцати метров диаметре и в него, словно из окна, держась трехпалой лапой за край, выглядывала чудовищная голова огромной твари. Морда монстра была очень широкой и обладала сразу двойным набором челюстей, из-за чего казалось, что на демоне нечто вроде рыцарского забрала. У чудовища на морде было две пары дыр, намекающих на то, что это были глаза, но возникало впечатление, что это были просто дыры во внешнем скелете. Сквозь них было видно, что внутри пылает бешеное желто-оранжевое пламя, которое вырвалось изнутри и медленно, практически не истаивая, поднималось к затянутым пепельным тучам небесам, формируя высоко поднимающиеся столбы.

Кроме всего прочего я почувствовал невероятно раздутый демонский источник. Сколько же там миллионов душ? Неужели это — Высший? Я ни разу их не видел. Ни того я был полета птица, чтоб быть удостоенным внимания конечной ступени развития демонов. Существа, способного взрывать планеты.

Подтверждая мои мысли, Ливруш тихо спросила:

— Что с тобой произошло, Хетот?

Тем не менее, Высший ее услышал и пророкотал:

— Принятые души меня недавно переродили.

Отбегались... Но еще не все потеряно. Уходить через портал в наш мир бессмысленно: он уже знает, куда тот ведет, и просто построит туда свой. А если даже не знает — то немного подумает и узнает. Я вспомнил Эрруу, объяснявшего мне иерархию демонов, и его мысль: "Для Высших нет преград и скрытое для них — не тайна..."

— Очень интересно. — пророкотало чудовище и, посмотрев на меня, произнесло: — Тебе не место здесь! Убирайтесь... — после чего перевел взгляд на Ливруш: — А ты... Неужели ты убила Котшура? И вернула себе статус Архидемона? Ты отвергла свое наказание?

А вот не верю я, что ты нас отпускаешь. И даже если это так, ничего не мешает тебе вспомнить о нас чуть погодя. Даже если я отдам тебе Ливруш. Вот проклятье...

Как же все неудачно! Остается одно: попытаться тебя убить. Или хотя бы тяжело ранить. Отпор должен тебя отпугнуть. Есть одно, что может тебя убить, но как же мне не хочется этого делать...

Но другого приемлемого выхода нет. И я твердо произнес:

— Это я его убил.

Хетот удивленно на меня воззрился, а потом посмотрел на Ливруш. Пару секунд его взгляд бегал между нами. Однако, в конце концов, он становился на мне.

— Значит, я заберу ваши души. А после этого приду в ваш мир и уничтожу и его. Я сотру все воспоминания о вас.

Что ж... Ты сам так решил.

Повинуясь моей воле, мои клоны просто запихнули всех в мой портал, который я сразу же сжал и разрушил.

Высший удивился и произнес:

— Ты решил драться со мной в одиночку? — он глухо зарокотал: — Ты донельзя самоуверен.

Чудовище ухватилось трехпалыми лапами за края портала и резко его растянуло, увеличив до размера больше ста метров. А потом Хетот просто сместил его назад, позволив порталу забрать его тело.

Вот это мощь. Так легко сделать такой фокус.

Нужно начинать. Схватка начнется уже в следующие секунды. Запустив руку в карман, я достал упаковки со стимуляторами и, помогая себе телекинетикой, стал быстро забрасывать их себе в рот, стараясь даже не думать о последствиях. Дожить бы еще до них...

Мое предыдущее предположение, что его твердая оболочка является чем-то вроде экзоскелета, внутри которого находится сверхгорячая субстанция, оказалось верно: тело демона состояло из раскаленной лавы, которая была, похоже, сформирована и удерживалась личной силой Хетота. Сам же он находился где-то внутри этого созданного им тела-доспеха.

Я еще не успел проглотить и четверть всех своих запасов, как Хетот сделал первый пробный заход и, раскрыв пасть, без никакой подготовки просто выдохнул в меня целым облаком огненных шаров.

Длинный "шуншин" в сторону и вверх. Когда я взглянул вниз, то увидел, что следом за шарами Хетот очень быстро нанес удар своей лапищей, за секунду раскалившейся до желтого цвета.

Выиграв пару секунд, я продолжил глотать все, что у меня было. Огненные шары, достигнув скальной поверхности, стали очень сильно взрываться, расшвыривая огромные обломки скал во все стороны и рождая огромное облако перегретой пыли и дыма, внутри которого продолжались взрывы. Прямо туда залетела раскаленная лапа Хетота. От удара по поверхности во все стороны побежали огромные трещины-расщелины. Высший секунду смотрел туда, а потом недовольно поднял голову в мою сторону и пророкотал:

— Очень интересно... Ты очень подвижен. Мне будет интересно с тобой сражаться.

В следующую секунду он намного быстрее выдернул руку из облака пыли и огня и выбросил из него в мою сторону огромную дугу из крупных скал, покрытых трещинами. Мне было видно, что внутри каждой, сквозь трещины, что-то очень ярко светилось.

Пока они летели, я забросил в рот последние стимуляторы и даже закусил их пищевыми пилюлями.

Я снова решил избежать чужой атаки "шуншином" и когда я появился значительно правее, то увидел, как скалы неожиданно сильно взрываются в том месте, где я был, ярчайшими элекрическими вспышками.

Однако Хетот уже снова перенес атаку на мое новое положение и я обнаружил, что в меня уже снова летит огромный энергетический сгусток. Мое пси уже начало разгоняться и в этот раз я просто отклонил его в сторону. Заряд попал в отрог вулкана, рядом с которым стоял дворец Ливруш. Секунду ничего не происходило — я даже подумал, что этот прием Высшего не должен взрываться, но в следующее мгновение вулкан разорвало на куски и бросило в небеса. От гигантского облака взрыва во все стороны полетели огромные лавовые бомбы. Ударная волна оторвалась от расширяющегося облака пепла с языками пламени и стала сносить все на своем пути. От того что осталось от вулкана во все стороны понеслась огромная палящая туча.

Картина разрушения мне очень понравилась, но Хетот даже и не думал давать мне передышку. Он вытянул в мою сторону свою лапу. В ней неожиданно образовался огромный тоннель и через него, на целое мгновение, я увидел ярчайшее ядро Высшего. Однако сразу после этого оно родило мощнейшую молнию, которая ударила прямо в меня. Мой щит из искаженного пространства исправно отвел и эту угрозу в сторону. Я даже немного поиграл отраженным потоком энергии, полоснув ей по заливаемой лавой поверхности под нами.

Местность вокруг стало стремительно затягивать пеплом даже на той высоте, где был я. Тем не менее Высшего было отлично видно, поскольку его лавовый доспех разогревался в течении боя все сильнее.

Я чувствовал, как быстро разгорается моя искра и ее свет выхватывает ранее невидимое для меня.

Хетот правой лапищей вырвал из земли гигантскую скалу размером не менее двухсот метров в поперечнике. Слегка вращаясь в воздухе, она как-то даже не спеша полетела в моем направлении. Однако, это была не сама атака — это был щит, за которым Хетот слепил из черного тумана большую сферу и метнул ее в меня вдогонку скалы.

Перед глазами возникло видение Эрруу говорящего: "Силы — это не Стихии. Их нельзя сравнивать. Но, в целом, заклинания Сил сильнее заклинаний Стихий на порядок. Существует четыре Силы: Свет, Тьма, Жизнь и Смерть. Увидев их — ты просто не можешь их спутать и назвать одно другим..."

Высший решил прекратить играться. Хорошо, что он молод и все еще не воспринимает меня всерьез.

Эрруу смеется низким приятным смехом, что в купе с его чудовищным обликом создает разрыв шаблона. Его голос даже приятен на слух: "Не-е-е-т, псион. Опытный Высший, знающий границы своей силы и умеющий манипулировать своими и чужими слабостями — это крайне могущественный и опасный протиивник... Иногда даже Владыки терпели от них поражение. Как? Все просто — сила Владык зависит от их веры в свои силы. Забавно, да? Значит, если поколебать его веру, испугать, заставить паниковать, совершать ошибки — то его можно победить. Особенно молодого. А от чего зависит сила Высшего? Лишь от душ, которые находятся в его "источнике". Понял разницу?"

Да, Эрруу, я понял. Зря я сюда полез. Нахрен мне нужна была эта Ливруш? Хотел призыв? И раскрыл рот на Архидемона? А ведь нужно было уходить, как только понял, что вижу первые признаки Войны Владык.

Пора атаковать. Половина наркотика уже всосалась в кровь и разогнала искру раз в десять сильнее, чем было. Сосредоточившись, я быстро усилием воли значительно замедлил работу своей печени — так мне удастся сосредоточить в крови максимальную концентрацию наркотика и, соответственно, максимально разогнать искру. Посмотрим, хватит ли этого, чтобы сжать и вырвать...

Чакра вырвалась из инфуин неудержимым потоком и одновременно смешалась, образовав Хьетон и Мокутон. Причудливо переплетясь, они моментально сплелись в гигантскую гуманоидную фигуру из переплетенных корней и с множественными включениями ярко-синего льда. Поскольку чакра истекала из меня, то я оказался внутри нее, надежно защищенный метрами и метрами льда и дерева. Мы с Хетотом оказались почти одинакового роста — мой "доспех" даже был чуточку выше.

Повинуясь моей воле, фигура молниеносно перехватила лапищей летящую скалу и, легко увернувшись от летящего следом за ней сгустка Тьмы, обрушила ее сверху на Хетота. Я проделал это все с такой скоростью, что тот сумел лишь раз стрельнуть в мой "доспех" очень резким ярко белым лучом Света из раскрытой пасти. Выстрел был хорош, но мне удалось сместить свое тело с линии чужого удара в левую часть туловища. Луч пробил мой "доспех" насквозь, но повреждения, нанесенные им, затянулись сразу же после прохождения заряда. А потом — обломок скалы обрушился на голову врага, смяв ее и разбрызгав в стороны ярко-белую внутреннюю лаву.

Однако, Хетот и не подумал умирать или как-то обращать на это внимание.

Своей левой лапой он перехватил ту мою лапу, что держала обломок скалы, а из правой начал заливать моему "доспеху" грудь кипящей лавой. Он вылил так много, что Мокутон загорелся, а кристаллы Хьетона потрескались и начали плавиться.

Почувствовав как чакра начала лавинообразно уходить из фуин на поддержку защиты, я зашипел и, плеснув еще чакры на укрепление левой лапы своего "доспеха", ударил ей ему точно в правую руку. Удар заткнул и смял ствол, по которому поступала лава.

На секунду мы замерли. Я начал внедрять в его доспех корни Мокутона. При определенной удаче — это должно было сработать.

А потом Хетот ударил заклинанием просто через лапу своего доспеха. Оно легко пробурилось сквозь лаву, но, столкнувшись с Мокутоном, взорвалось, родив невероятно яркую маленькую вспышку.

Взрыв отбросил нас друг от друга.

Зачерпнув еще чакры, я практически сразу легко поднял свой доспех.

А вот Хетот не спешил вставать. Его "доспех" почернел и даже развалился. Его источника не чувствовалось.

Я же его даже не достал...

И тут я понял, что он сделал. Он просто сбросил отслуживший свое "доспех" и... что? Каков же будет твой следующий шаг?

Воспользовавшись силой невероятно пылающей искры, я поднял телекинезом над потрескавшейся и заливаемой лавой равниной свой "доспех" и стал ожидать чужого шага.

Источника Высшего не ощущалось даже не смотря на то, что радиус восприятия у меня сильно вырос.

Прошла минута напряженного ожидания. У меня мелькнула даже мысль, что Хетот не так глуп и вполне может попытаться потянуть время: даже при сниженных функциях печени наркотик скоро переработается моим организмом и я столкнусь с вероятно крайне сильным "откатом". Хоть бы не сдохнуть. А ведь есть вероятность ослепнуть в псионном плане на продолжительное время. И что тогда? Смерть? Смерть от лап демона — лишь начало страданий. Не хотелось бы мне повторять судьбу той супер-души и десятками тысячелетий переходить из лап одного хозяина в лапы другого...

Но вот я почувствовал глубоко-глубоко подомной источник Хетота. Поднимается?

Поверхность начала покрываться трещинами, которые стали становиться все глубже и глубже. Земля дрожала и шла волнами. С краев срывались огромные скалы и падали в лаву, плещущуюся далеко в глубине расселин.

Неожиданно целое плато резко сорвалось и упало в бешено кипящую лаву. Я увидел, что в ней что-то шевелилось. Но ведь Хетот еще далеко?

Вот на озере стал подниматься громадный горб. Очевидно, в его сердце и будет Хетот. Низко плаваешь — всего-то и решил собрать больше "доспех"...

Меня отвлекло что-то на горизонте. Переключив свое внимание, я увидел, как на горизонте бешено извергаются вулканы и там лава поднимается высоко в небо чудовищными явно управляемыми щупальцами-языками.

А вот это уже интереснее.

Я снова сосредоточился на озере лавы. Горб начал меняться и распрямился, приняв безликий гуманоидный вид. В высоту это создание было выше моего "доспеха" раз в пять.

Что интересно — в этом сгустке управляемой лавы Хетота тоже не было. Он находился метрах в двухстах под поверхностью.

Высший сделал ход первым.

Лавовый гигант быстро поднял руки в мою сторону и стал обстреливать мой "доспех" мелкими лавовыми бомбами с жидкой лавой внутри.

Я же стал швырять длинные ледяные штыри, которые метал не в направлении Хетота, боясь его спугнуть, а в направлении его создания.

Мне нужно было только тянуть время до того момента, пока в крови не окажется максимальная концентрация наркотика. Мои удары должны не дать Высшему опять отступить. Я должен его убить. Иначе в мой мир вторгнется его Легион... А может и не только.

Огромные языки лавы на горизонте поднялись невероятно высоко и исчезли в облаках пепла.

Не нравится мне это.

Выплеснув чакру в воздух, я попытался расчистить над собой небо, чтобы его лучше видеть. Получалось плохо: взорванный атакой Высшего вулкан извергался настолько яростно, что здесь был форменный конец света.

Однако, мне удалось увидеть, что языки лавы уже встретились надомной и теперь перебрасывают дополнительные щупальца между собой.

Оригинально. Я понял задумку. Это будет сначала сеть, а потом и купол, который в конце концов должен обрушиться на меня и прижать к Высшему. Плохая видимость не даст мне применить "шуншин". Интересно, он понял его принцип? Или просто перестраховался? Случайность или сталкивался с чем-то подобным?

Что ж. Продолжаем играть немного недалекую роль и не обращаем на творящееся надо мной безобразие внимание...

Еще немного. Еще чуть-чуть. Последняя капля наркотика впиталась в кровь.

Одновременно с этим над нами образовался невероятно-гигантский купол из сверхгорячей лавы.

Мы начали действовать одновременно.

Вот только моя атака была эффективнее и запросто нивелировала его.

Когда-то давно мне пришла идея, взятая из моего далекого прошлого. Она основывалась на том факте, что температура объекта измеряется колебанием атомов и молекул между собой. А что будет, если я психокинетикой попытаюсь остановить эти колебания или наоборот — усилить? Вот так я для себя открыл криокинез и пирокинез. Тогда я был не особо силен и для убийства противников вполне хватало обычной "общей" телекинетики. Да и сила воздействия была невелика.

Сейчас же я разогнал свою искру наркотиками чуть ли не в сто раз и сила удара должна быть чудовищной.

Все время схватки, я просчитывал объем, который я смогу полностью заморозить и объем дальнейшего охлаждения...

Сейчас же я подал в построенную модель максимальный ток пси, постаравшись защитить себя искаженным временем.

Все случилось между двумя ударами сердца — вот подомной кипящее ярко-желтое озеро лавы с гигантом на его поверхности и вот — все стремительно потемнело и застыло.

Купол тоже охладился и, потрескавшись, начал разваливаться на огромные куски, обрушиваясь вниз.

Охладившаяся атвомсфера стала выпадать грязным мокрым снегом жидкого воздуха. Завыли образовавшиеся жуткие смерчи, когда сверххолодный воздух устремился вниз смешиваться с горячим.

Хетота, конечно же, не убило, но приложило очень неплохо. Кроме всего прочего, он оказался заключен в моментально застывший камень.

Его же сила сыграла против него. Как я и рассчитывал.

Мой доспех тоже промерз. Нисколько не сожалея, я просто вырвался из его недр и уронил его вниз.

А потом ринулся к подножию застывшей гротескной лавовой фигуры. Очутившись у ее подножия, я применил сильнейший "импульс" и одним ударом расколол двести метров застывшего базальта.

Моему взгляду предстала правильная человеческая фигура. Никаких рогов или странных излишеств. Лишь одно — он как бы состоял из тускло-серого металла.

Так вот как ты выглядишь, Хетот.

Высший медленно согнул руку и приблизив ее к своему лицу произнес:

— Что за?...

— А теперь — ты умрешь. — произнес я и ударом "импульса" прижал его.

Упав рядом с ним на колени, я положил на его грудь правую ладонь.

Оказавшись так близко к нему, я обхватил его души и стал их вырывать из него, собирая себе в ладонь и окружая искаженным пространством, дабы они не разлетелись во все стороны.

Высший же зычно заорал и попытался что-то предпринять, но я не давал.

Душ было очень много. Я все тянул и тянул их.

Хетот слабел на глазах. Неожиданно я понял, что тоже начинаю слабеть. Похоже, моя искра, выдав всю эту энергию, начала ужиматься еще стремительней, чем усиливалась до этого. Вырвав последнюю душу, я поднялся и добил демона, пришпилив к камням ледяным копьем, которое создал из последних капель чакры.

Мысли ворочались вяло.

Инфуин пуст вообще. Моей личной чакры осталась десятая часть. И лучше ее расходовать умно для поддержания своей жизнедеятельности в этом ставшем негостеприимном мире. Псионика же сейчас схлопнется и кабы не на долгие месяцы...

Что делать с душами? Мне они не нужны. Я — не демон и отнюдь не маг, чтобы их как-то заточить и доить вырабатываемую ими ману. Дать их Ливруш? Можно, но тогда я могу умереть от истощения. Ну, может не умру, но сознание потеряю — точно. Призыв — не бесплатное дело. Ведь неизвестно сколько чакры он сожрет за перемещение Архидемоницы между Вселенными. Оказаться с Ливруш же один на один в бессильном состоянии очень не хочется. Вот возьмет и заберет мою душу. Сама вон распиналась "какая это ценность"...

Куда не кинь — всюду клин...

А что, если временно засунуть в инфуин?

Попробуем. Другого выхода, кроме как просто отпустить их, я не вижу. Хотя, если не выйдет — то можно будет попробовать засунуть души в свиток, но оттуда они гарантированно сбегут...

Действовать нужно быстро: с минуту на минуту псионика схлопнется настолько, что я просто не смогу удерживать души и они вырвутся.

И обретут долгожданную свободу.

Сжав посильнее сферу, я прижал ее к фуин и стал осторожно переливать их туда.

На последних дыханиях ослабевающей искры, мне удалось завершить процесс.

Ощущения были непривычные. Такое впечатление, что фуин переполнен, но я-то понимаю, что чакры в нем нет...

Кстати о чакре. Я достал из кармашка подсумка свиток с пищевыми пилюлями. В нем их было около двухсот восьмидесяти штук. Вытянув пару, я забросил их в рот и очень аккуратно разжевал. Припасы нужно беречь — неизвестно, когда вернется пси. Хм...

Неожиданно облака расступились и всю пустошь, вместе со мной, осветило алым светом с небес. Я поднял лицо вверх и, усевшись на гладкий обломок скалы, посмотрел вверх на Адскую Вселенную.

Прекрасное и подавляющее зрелище. Материи здесь так много, что Галактики постоянно сталкиваются. Вспышки Сверхновых, туманности и облака ярко светящегося газа везде уда втыкается мой взор. Что самое интересное и неповторимое — цвет туманностей в основе своей имеет глубокий красный оттенок. Иногда красный цвет резко сдвигался в ядовито-фиолетовый спектр.

Почти девяносто процентов планет в Адской Вселенной пребывают в горячем состоянии из-за того что их поверхность постоянно бомбардируется небесными телами всех форм, типов и размеров. Из-за этого небеса этих миров почти постоянно затянуты пепельными облаками. А если приплюсовать к этому вулканическую активность, то должно стать ясно, почему я с таким удивлением смотрел на открывшееся чудо. За все разы посещения этого мира небеса я не видел ни разу. И лишь из-за того, что стены обрушевшегося купола поднимались выше уровня облаков, а большая часть того пепла, что была внутри, связалась со снегом и выпала на поверхность, я и могу наблюдать это невероятное зрелище.

Адская Вселенная — самое первое и самое огромное создание Творца. Ходит мнение, что и демонов создал тоже он. Дальше пошли уже его другие эксперименты — Вселенные более низкого порядка, Миры, Планы. И потом он исчез. Древние Владыки говорят, что он, выдохшись, просто заснул в одном из своих творений. Они говорят, что когда он проснется, то уничтожит все творения свои и начнет все заново.

Верить Владыкам на слово? Пф! Да ни один из них даже не знал не то что тех, кто мог видеть или хоть ощущать Творца, а даже тех, кто знал тех, кто знал тех...

Предания, слухи и следы. Вот и все, что осталось.

Я скосил взгляд на огромное алое зеркало портала, который создал Хетот. Невзирая на то, что до него было больше десяти километров по голой оплавленной поверхности застывшего лавового озера, стометровый ярко светящийся овал было отлично видно.

Отсидеться бы тут, но, похоже, что оставаться здесь нельзя. Судьбой Высшего заинтересуются как его союзники — так и его враги. Немного посижу, восстановлю чакру хоть до половины и начну инфильтрацию в чужой Легион. С техниками шиноби и "хенге" — я способен на многое.

Как же я устал. Потянуло на сон. Прикрыв глаза, я подумал о том, что ничего не случится, если я подремаю полчасика...

*****

Он всех вытолкнул настолько быстро что, когда портал схлопнулся, до Наоми не сразу дошло, что Акио остался там. Остальные просто шокировано взирали на опустевшую арку.

Кроме них здесь оказалось больше трех сотен клонов Акио, которые, сразу же собрались в кучу и аккуратно расселись на полу. Возможно, из-за этого некоторые подумали вначале, что Акио среди них. Что они делали — Наоми не знала.

Но шиноби, активно пользующего сен-чакру, клоны не могли обмануть: Анко первой потрясенно произнесла то, о чем боялась думать Учиха:

— Я его не чувствую. Он остался там...

Ее слова начали отражаться внутри головы Наоми, перемешивая и уничтожая все мысли. Взгляд сам собой забегал по помещению и неожиданно наткнулся на обнаженную демоницу, с интересом осматривающуюся по сторонам.

Из-за нее он полез туда. И из-за нее он остался там...

Зубы сами заскрипели от злости и Наоми просто оказалась рывком рядом с демоном и одним движением схватила ее рукой за шею:

— Ты должна уметь строить эти порталы. Немедленно открывай!

Демоница неожиданно ловко вывернулась из нехитрого захвата, но пока Наоми думала, над тем, как бы врезать демону, случайно не убив его, Ливруш сбил с ног воплощенный Двуххвостый. Прижав ее к каменному полу, Мататаби прорычала:

— Если ты боишься, что там тебя убьют — здесь мы убьем тебя быстрее.

— Это не так просто... — задавлено просипела демоница.

— А вот Акио это все сделал за минуту. — произнесла Наоми указав на теперь уже пустую арку.

Архидемоница захрипела:

— Для псионов даже менять течение времени — не проблема, а уж создавать порталы они могут чуть ли не с момента рождения. Я могу построить портал, но для этого потребуется некоторое время и определенные знания...

Мататаби убрал с нее лапу и спросил:

— И какие же знания тебе нужны?

Демоница села на каменном полу и, тяжело вздохнув, ответила:

— Сперва наперво — мне нужно посмотреть на небо. Желательно — на ночное.

— И зачем? — выразила общую мысль Наоми.

Архидемоница снова вздохнула и ответила:

— Мне нужно определить хотя бы примерную ступень в классификации этой Вселенной, где мы находимся. Самый простой способ — взглянуть на небо. Есть еще пара десятков, но — они довольно сложные и каждый из них потребует много времени. — она понюхала воздух и добавила: — Хотя, очень богатый общий магический фон уже намного сужает круг подозреваемых.

Все посмотрели на выход из пещеры. Там была ночная мгла.

— Тебе повезло — сейчас ночь.

Демоница кивнула и в сопровождении Анко, Наоми и Югито, снова принявшей свой обычный облик, вышла наружу.

Она подняла лицо вверх и стала шарить взглядом по ночному небу, шепча:

— Неужели Вторая Афе-Ктиер? Сектор Области Сталкивающихся и Взрывающихся Галактик? Твою-то мать... Но там же... — она оборвала себя и прошептала: — Ну и хрен с ним...

— Ну что? — не утерпела Анко.

— Все в порядке. Сейчас начну. Будет легче, чем я думала.

Она зашла обратно и стала вокруг пустой арки выжигать круг с непонятными символами. Когда демоница проходила мимо напряженно следившей за ней Югито, она, не отрываясь, спросила:

— Я вот гадаю: а что ты такое?

— Я — джинчуррики. — Югито нахмурилась и разъяснила: — Внутри меня заключен биджу. Это такое могущественное существо. Нечто вроде вас, демонов.

— Да не похоже оно на демонов. И ты, когда возвращаешь свой облик, сохраняешь свою одежду и доспехи. Обычные одержимые полностью выжираются демоном изнутри и их душа перестает принадлежать им. Демон их полностью подчиняет.

Наоми нахмурилась:

— У нас тоже такое бывает. Однако с биджу можно договориться и тогда можно действовать с ним сообща. Но довольно — не отвлекайся, демон. Если Акио умер — ты сдохнешь следом.

Ливруш поджала губы:

— Вы все должны понимать, что против Высшего демона у Заблудшего практически нет шансов. Высшие демоны — это основная ударная мощь и топливо Войны Владык... По той простой причине, что сами Владыки и Боги крайне редко вступают в битвы, предпочитая оставаться за кулисами и руководить оттуда. И лишь прижатые к стенке, они вступают в Войну.

— А что такое "Война Владык"? — неожиданно для себя заинтересовалась Наоми.

Не отвлекаясь от начертания символов, Ливруш стала рассказывать:

— Примерно десять миллиардов лет назад существовала одна цивилизация. Сейчас все что от нее осталось — лишь захваченные души, перешедшие Владыке Рамаэлю в наследство от другого Владыки, а тому от другого. Так вот. Эта цивилизация достигла невероятного могущества. Она контролировала больше половины всего Мироздания. Это был единственный пример в истории, когда обучение Владык и Богов было поставлено на поток. Вещают, что то время было Золотой вехой в обозримой истории. Но, как это всегда бывает, началось идеологическое противостояние между Богами и Владыками. Что тогда точно произошло — не знает никто. Противостояние все углублялось и началась война. Сначала Владыки воевали против Богов и победили их. Но не смогли остановиться и начали убивать друг друга. Остатки Богов самоустранились и рассеялись по Мирозданию. Постепенно причина конфликта забылась. Цивилизация исчезла, не оставив после себя не то что испепеленных или израненных планет, а даже звезды, вокруг которых они вращались, были разбиты. Целые сектора и Галактики оказались развеяны в пыль. И безбрежный конфликт, длящийся до сих пор, был назван Войной Владык. Есть пророчество, что Война Владык завершится только тогда, когда останется Последний Владыка, который захватит все, что было создано Творцом...

— И много этих Владык?

— Больше полутора тысяч. Точной цифры я не знаю: постоянно кто-то гибнет или появляется.

— А какова роль демонов во всем этом?

Заканчивая создавать круг, Ливруш произнесла:

— Мы идеально подходим для Войны: нам не нужна еда, раны очень быстро заживают, мы можем существовать в очень широком спектре условий, меняясь под них, и даже менять под себя облик планет, многие из нас легко могут существовать даже в межзвездном вакууме, мы быстро можем восполнять свою численность и, самое главное, когда мы сражаемся — мы становимся сильнее. — она распрямилась и окинула свой рисунок взглядом: — Вот и все. Я закончила. Вы готовы? Вполне возможно, что на той стороне мы наткнемся на злобного Высшего, который, как только увидит нас, тут же бросится в бой...

*****

Ливруш мрачно окинула приготовившихся девушек взглядом.

Они готовы к тому, что будет по ту сторону. В их глазах была решимость существ, прекративших бытие многих и многих. Конечно, их опыт было не сравнить с опытом самой Ливруш, но перед глазами Архидемона все еще стояла картина того как они с Заблудшим во главе очень быстро и грамотно убили возвышенного Котшура. И это при том, что Котшур, конечно же, не имел боевого опыта битв в качестве Архидемона, но вот в качестве Рыцаря у него за плечами были тысячи битв. Он был очень опытен, хоть и также самоуверен. Да и, прямо говоря, немного туповат.

Его обманула необычность энергетических аур этих странных боевых магов. Они выглядели середнячками, даже вместе не способными противостоять ему.

Но они его убили. Кстати — довольно легко, как на ее искушенный взгляд.

Практически всю работу сделал Заблудший, носящий новое имя "Акио". Но как он это сделал! Сначала вморозил его в огромный кусок странного послушного ему льда, а потом быстро и эффективно прикончил.

Жаль, что набор душ Котшура отнюдь не такой как был у нее. Перестройка тела еще не закончилась, но было уже ясно, что универсальным Архидемоном-Рыцарем ей не быть. Магической силы — капли, а все богатство — невероятно сильные души магически обделенных воинов.

— Мне нужно оружие и доспех Катшура. — произнесла она не очень надеясь на положительный ответ. Но в самом же деле — не идти же в бой голой?

Если бы Хетота она когда ни будь бы интересовала с точки зрения секса, то тогда да — можно было бы отвлечь его, но он всегда был к ней равнодушен и, кроме того, они и виделись крайне редко.

Главная из девушек с очень странными глазами, оценивающе окинула ее тело взглядом и как-то неуверенно оглянулась на копии Заблудшего, которые, не двигаясь, сидели большой группой.

Это была еще одна загадка. Магия местных потрясала. Ливруш не видела никогда ничего подобного. Это были не просто миражи или големы. Копии были вполне реальны и даже могли переносить грузы и сражаться.

Ливруш видела возможность обрести силу, которой не было ни у кого из известных ей существ. Хотя, конечно, Владыки могли многое. Но на них лучше не равняться...

Демоница опять обсмаковала мысль о побеге и со вздохом отбросила ее подальше. Куда тут смоешься? Если по ту сторону портала победил Хетот — он найдет ее и на другом конце Мироздания. Можно было, конечно, податься на службу к другому Владыке. Но идти к нему фактически голой? Лишь с душами в источнике? А где гарантии, что их у нее не отберут, как это сделали недавно? Уж врагов у нее за эти тысячелетия набралось немало.

Потом: если Хетот ранен — то в девятером они могут и убить его. А что? Она — полноценный Архидемон. Остальные тоже выглядят ничего так: синевласка и та, что с мелированным зеленым цветом темными волосами — похоже поддержка, девушка со змеиными повадками — судя по всему предпочитает ближний бой, очень странная блондинка, одержимая кем-то сравнимым по мощи с Архидемоном и, на последок, троица девушек со странными демоническими глазами. То что продемонстрировали последние вообще не вязалось ни с чем, что видела кода ни будь Ливруш. Призыв огромного призрачного жутковатого доспеха. Вооруженным вполне реальным оружием. Как минимум они могут на короткое время выйти на уровень сильного Архидемона. Правда, потом они валялись пластом, но сам факт.

Шансы добить раненого Хетота были. И очень неплохие.

Самое главное: завалив его, можно прикарманить его души...

О-о-о-о! Это будет просто невероятно. Стать Высшей! Все враги сразу заткнутся. Можно будет плюнуть на этого Акронса и пойти поискать другого Владыку. Даже можно будет остаться на прежнем месте и потребовать статуса Хетота. А что? В количестве Владык не убыло. Просто поменялся рулевой...

Другой вариант развития событий рождает множество вопросов.

А что, если победил(победит) Заблудший? Мысленный конвейер Ливруш в это момент дал сбой. Эм-м-м-м... Псион, убивший Высшего — это будет нонсенсом. Но Ливруш видела его мощь. Поэтому, возможно что Заблудший применит нечто из своего, судя по всему, опасного арсенала и... Хетот падет. Души разлетятся. Акронс, когда поймет, что кто-то ухлопал Хетота, подожмет хвост: без Высшего само существование этого Легиона будет бессмысленным. Он сам же угробил всех Архидемонов в Легионе. Без своих офицеров и генерала — это просто толпа низших с редкими вкраплениями Старших.

Похоже, Ливруш бежать в этом случае будет бессмысленно. Заблудший просто призовет ее к себе из любой точки Мироздания...

Наоборот — нужно продемонстрировать верность новому хозяину. Который может убивать Высших и, следовательно, его можно просто воспринимать как нового генерала нового Легиона. А что — неплохо!

Пока Ливруш думала, одна из копий Заблудшего, наконец-то отреагировав на их слова, встала и быстро подошла к Наоми. Клон засунул в себя руку и вытащил огромный свиток.

Вот и еще одна загадка: пространственные артефакты и заклинания. Это все нужно разнюхать. Какие только возможности! А что, если можно с собой таскать в свитке весь Легион? НУ или хотя бы Архидемонов. Это будет принципиальный прорыв в стратегии Войны Владык. Можно начать кошмарить какого-то Владыку (Владык?). Грабить, уничтожать..

Взяв свиток, девушка разложила его на каменном полу и приложила к странным письменам руки. Спустя мгновение после того как она подала в него странную энергию на нем возникло огромное тело погибшего Архидемона облаченного в доспех. Огромный топор все также торчал из его лица.

Ливруш ругнулась — изменения тела еще не завершились и доспех Котшура был чересчур велик на нее. А вот его ружие...

С учетом того, что она тоже станет Архидемоном того же класса что и убитый, топор для нее подойдет. Одним движением запрыгнув павшему на грудь, Ливруш ухватилась за адамантовое древко и, резко дерну,в легко выдернула оружие из тела.

Как странно... При том, что только топорище должно весить больше ее самой общий вес топора не ощущался вообще. Казалось, что Ливруш держит в руках хворостинку.

— Доспехи чересчур велики. Есть что-то другое? — спросила она девушку.

Та ответила:

— В принципе, мы набили сотни две этих Рыцарей. Акио говорил, что у них доспехи сделаны из какого-то "митрила", поэтому мы собрали все...

Демоница сказала:

— Давайте. Я подберу себе что-то.

Девушка повторила операцию со свитком и над ним стала расти гора практически однотипных частей доспехов.

Ливруш себе быстро подобрала полный гарнитур. Самое прекрасное было в том, что магические крепления и специальные крючки, цеплявшиеся непосредственно за плоть, практически не пострадали и демоница легко и быстро облачилась.

Забросив огромный топор на плечо, что бы не мешал, Ливруш подошла к арке и, произнесла, обернувшись:

— Сейчас начну открывать. Будьте внимательны: я не смогу прикрыть вас от воздействия того, что будет по ту сторону — сражаясь с Заблудшим, Владыка полнее мог устроить масштабные изменения среды. Нас может встретить все, что угодно — от огня и льда до буйства Сил. Если вы поймете, что это явно выше ваших возможностей — возвращайтесь обратно через портал: я оставлю арку открытой. Даже если я погибну — она не закроется. Все понятно?

Дождавшись кивка, Ливруш собрала энергию душ и стала привычно протыкать ей пространство, формируя портал. Что интересно — в этот раз было легче. Очевидно, энергия душ Котшура была более качественной.

Прикрыв глаза, Ливруш сначала проткнула две Вселенные крошечной точкой перехода, а потом стала медленно расширять его до размера вполне приличного зеркала.

Растянув его на всю арку, она тяжело перевела дух.

— Я закончила. Готовы? Тогда идем...

И перехватив, поудобнее топор, шагнула в зеркало.

Первое что она увидела по ту сторону: залитая слабым алым светом черная равнина и странные чудовищные горы, закрывающие весь горизонт.

А потом она стала падать. Привычно сгруппировавшись, Ливруш мягко присела, чуть погасив момент инерции.

Вместо тяжелых пепельных облаков, которые застилали небеса с того самого момента как Ливруш впервые вступила на почву этого мира небо было практически чистым и демонстрировало красоту Адской Вселенной.

Вулкана Злобный Дракон больше не было — вместо него зиял огромный неправильный кратер. От развалин ее дворца не осталось вообще ничего. Похоже, его полностью залило лавой, которая теперь застыла.

А вдалеке стояла, освещенная алым светом, черная огромная жуткая гуманоидная фигура.

Ливруш прислушалась и не услышала ничего, кроме шума ветра. Магических возмущений тоже не было.

Ничего хорошего. Может, они друг друга убили?

Рядом с ней также мягко приземлись остальные.

Демоница покосилась в сторону огромного портала, через который, похоже, прошел Хетот.

— Нужно, что бы кто-то за ним присматривал. — произнесла она и увидела как девушки тут же создали пару своих копий и послали их в ту сторону.

Неожиданно одна из них, с змеиными глазами, произнесла:

— Я его ощущаю. Он в той стороне.

Пока демоница думала над тем, как та определила местоположение Заблудшего, они все молча сорвались с места и длинными прыжками шустро понеслись в указанном направлении.

Чертыхнувшись, Ливруш последовала за ними.

При приближении оказалось, что гигантская фигура состоит из застывшей лавы и стоит посреди огромной пустоши черного базальта.

Хетот явно еще не освоился со своей силой. Ливруш, в отличии от него, часто общалась с Ктасом, погибшим недавно генералом их Легиона, и знала что тот был чудовищно силен. Может, другой набор душ диктовал другую стратегию ведения боя?

Неслись они чуть в сторону от застывшей гигантской фигуры. При приближении к ней стали попадаться узкие очень глубокие расселины расширяющиеся к эпицентру, явно расположенном у нее в ногах.

Кошмарно. Неужели Заблуший его убил? Ливруш начала слегка побаиваться этого исхода.

Да, Хетот был туповат, но он победил ее на Арене, специально созданной для турнира Владыкой Акронсом. Тогда она сумела уйти...

И тут они все выбежали по отрогу к эпицентру разрушений. Внизу, в центре огромного кратера, без движения лежала маленькая серебристо-матовая фигурка.

Недолго же ты, Хетот, был Генералом Легиона. Зря Акронс решил избрать нового Высшего по критериям силы. Нужно было выбирать по уму, а сила бы приложилась...

Остальные мало обратили на лежащее тело и понеслись дальше.

Лишь Ливруш остановилась и раздраженно пнула какой-то обломок скалы. Это же сколько душ исчезло!

Но хватит стоять — нужно посмотреть, что там с Заблудшим.

Неожиданно земля под ногами очень сильно вздрогнула и даже как-то вздохнула. Скалы заходили ходуном. Землетрясение?

Мимо нее пробежали обратно девушки. Та, что была со странными глазами, держала на руках тело бессознательного Заблудшего.

Ливруш последовала за ними назад к порталу.

По крайней мере, его душа при нем и она даже стала фонить намного сильнее. Вообще у псионов души неприлично огромные и сильные. Жаль, что они не маги.

Судя по всему, во время схватки с Хетотом что-то произошло.

Земля под ногами снова вздрогнула. По застывшему лавовому озеру стали бежать огромные трещины, сквозь которые вырвались лавовые гейзеры.

Там, откуда они убегали, скалы начали подниматься огромным пузырем.

Судя по всему, схватка дестабилизировала планетарное ядро. И там сейчас идут какие-то деструктивные процессы...

Хорошо, что они скоро отсюда уберутся к чертям...

Внезапно, на горизонте прямо возле странных чудовищных гор, тянущихся вверх, словно жуткие когти, коротко полыхнуло мощным взрывом. Огромная скала обрушилась и в образовавшийся пролом ринулся жуткий пепельный поток

Вместо того чтобы еще ускориться, главная девушка вместе со всеми остановилась.

Что они делают?

— Нужно уходить! — крикнула Ливруш: — Хетот, очевидно, сделал что-то, совсем не думая о последствиях. Этому месту конец!

Но одна из девушек кивнула и спокойно произнесла:

— Держись за меня очень крепко. — и протянула левую руку.

Ливруш, не задумываясь, ухватилась за нее и они переместились прямо к порталу.

Фактически оттолкнувшись от воздуха, все они ввалились в его овал, затянув туда и ее.

Почувствовав под ногами твердую землю, Ливруш тут же вскочила и закрыла портал.

*****

Среди кружащихся огромных все еще раскаленных обломков висели двое.

Маленький светлячок, испускал настолько сильный белый свет, что тот мог легко поспорить со светом звезды. Однако, даже его свет очень нехотя освещал висящего рядом с ним высокого чернокожего статного демона, который, казалось, был соткан из самой Тьмы. Облаченный в изысканные черные доспехи, украшенные проточкой, он очень медленно взмахивал своими невероятно огромными угольно-черными кожистыми крыльями. Единственное что выделялось на фоне этого куска Мрака — это его глаза, которые горели невыносимо ярким сине-белым светом, который мог даже поспорить со светом светлячка.

Кто говорил было не понятно, поскольку демон не открывал рот, а светлячок просто его не имел. Тем не менее, голос, звучавший здесь, был пронизан волей и силой:

— ...Эта планета была важным опорным пунктом. Здесь были большие залежи редких металлов, а кроме всего прочего — местные полностью меня поддерживали... Ливруш правила эффективно. Она была умна и хитра. Я думал, что Ливруш немного посидит в грязи под присмотром Котшура, а потом я явлюсь и предложу ей снова вступить в мои Легионы... Сначала в качестве Рыцаря, а там — все бы было в ее руках. Все-таки опыт и знания никуда не делись. Да и источник уже растянут... — светлячок неожиданно коротко пыхнул светом и продолжил: — Релуш, найди мне того, кто играет против меня. Любой ценой. Можешь взять весь свой Легион.

Демон проявил эмоции, удивленно расширив свои глаза и ошарашено зычно произнеся:

— Но... Владыка... Я же оголю наш тыл!

Светлячок вроде как даже вздохнул:

— За последнее время меня уже и так сильно потеснили, а для контроля меньшей территории требуется и меньше сил. Я, вдобавок ко всему, сосредоточусь лишь на слежении за нашими территориями. Однако... Бестолку сидеть в обороне и ждать следующего удара неизвестного противника. Разошли разведчиков, но скажи мне, кто из Владык играет против меня.

Светлячок на продолжении всего разговора разгорался все яростнее и Высший покорно склонил голову, тихо произнеся:

— Да, мой Владыка...

В следующее мгновение пространство опустело: светлячок, коротко мигнув, исчез, а глаза демона потухли.

Без этих источников света различить что-то между сталкивающихся обломков стало невозможно.

Часть 2. Обугленный в ненависти

Сознание возникало и гасло, словно волны, набегающие на берег.

Сначала были просто рваные звуки, а потом сквозь пелену стали пробиваться слова.

Испуганный голос Ливруш:

— ...откуда я могу знать о том, что происходит?

— Он говорил, что прожил много жизней и часто контактировал с демонами... И похоже ты знаешь его очень хорошо. Как ты его называешь? "Заблудший"?

Голос демоницы выдавал ее с головой: она боялась.

— Ну, да. Это его кличка. Я ее придумала. Ну, что бы выделять его среди других. У них там в их обществе имена были не в ходу. Они различали друг друга по ощущениям, образам. Я пыталась понять, как это может быть, но общество телепатов — абсолютно другое. Я мало что поняла. Ну, ладно-ладно! Вот, смотри: представь себе существ, которые состоят из одного рта и могут ощущать лишь вкус. Представила? Как они отличают друг от друга? По вкусу? Так и у них — они как бы ощущали привкус силы друг друга... Мысли, "искры"...

Кто-то раздраженно цыкнул, похоже Наоми:

— Тц! И что мы будем делать? Нам нужно что-то решать. Он без сознания. Никто из нас не имеет особых успехов в ирьенин-дюцу. Даже не знаю, что делать. В Коноху ему точно нельзя в таком состоянии...

Мои глаза закрыты. Дыхание ровное. Лежу одетый на чем-то твердом. Неужели они за мной вернулись? Не ожидал. Приятно, что за меня беспокоятся.

Сосредоточиться на том, чтоб открыть глаза. Не получается. Веки почему-то очень тяжелые.

Псионики нет вообще. Ожидаемо.

Чакра? Слабо, но ощущается. Жить можно.

Так. Заглянуть в источник и замешать немножко. Подаем в чакросистему...

Ощущения вернулись рывком. Просто раз и — самочувствие улучшилось моментально.

Я резко вздохнул и открыл глаза.

Та же самая пещера, что я и делал. Похоже, девчонки собрались на совет и уже начали тыкать друг в друга пальцами: "Ты дура!" — "Нет, ты дура!". Демоница абстрагировалась от разборок и пытается не отсвечивать. Причем, девушки даже не обратили внимание на то, что я пришел в себя.

В моем разуме возникло ощущение трех сотен теневых клонов. Волевым усилием я их разрушил, отозвав чакру обратно в источник. Та туда ухнула, как в бездну, практически не повысив уровень.

Какого?

Три сотни клонов должны были вернуть минимум четверть чакры! Почему восстановилась меньше одной сороковой?

Я резко сел и посмотрел на свои руки.

Вроде бы все нормально. Только почему-то их будто кто-то подсвечивает с моей стороны светом, высвечивая кости. Такое впечатление, будто свет испускается моими глазами...

Додумать мне не дали: кто-то вскрикнул и я оказался в центре внимания.

Наоми села рядом со мной на корточки и странно заглянув мне в глаза спросила:

— С тобой, Акио, все в порядке?

Я кивнул и ответил:

— В целом да, Наоми. Только пси не ощущается и чакры очень мало. Я развоплотил своих теневых клонов, но она практически не восстановилась.

Наоми долго смотрела мне в глаза, что-то там высматривая, а потом, вздохнув, произнесла:

— Дело в том, что у тебя очень сильно светятся глаза. Причем круги вокруг зрачка видны особенно четко. — я удивлено поднял брови и она продолжила: — Мне кажется, что твой риннеган завершился.

— Дайте зеркальце. — попросил я.

Наоми тут же его протянула и я удостоился вида на свое лицо. Глаза действительно светились. Ярко-ярко-синим светом. И очень сильно.

При этом было точно видно, что черные кольца полностью пожрали белок. В центре же была маленькая точка зрачка.

Я выругался:

— Твою мать! Наоми, сколько я был без сознания?

— Ну, мы тебя вытащили всего четыре часа назад.

— Тогда слушай. Мы все-таки продолжаем следовать нашему плану. Причем по возвращению нам придется устранить Данзо в любом случае.

— А Корень? — подобралась она.

— Попытаемся блокировать на их базе, а там — по ситуации.

— Понятно... — протянула она и спросила: — Хирузен? Хомура? Кохару?

Я для пробы сжал кулаки. Хм, ощущения вполне нормальные. Отлично...

— Насчет сенсея — тоже по ситуации. А Хомуру и Кохару у меня есть чем купить. Да и такие старые волки мне пригодятся в элитных отрядах. Конечно, если они не согласятся — то отправятся вслед за Данзо. — поднимаюсь на ноги. Немного ведет, но чувство равновесия восстанавливается быстро. Ищу рукой подсумок и ненахожу: — Где мои вещи?

Клон Анко протянул подсумок со свитками и меч мне. Выхватив его, я нашел свиток с пищевыми пилюлями и, распечатав жменю, тут же забросил в рот.

Самочувствие быстро улучшалось. Вот только чакра если и восстанавливалась — то очень медленно.

Жуя пилюли, в мыслях я анализировал ситуацию.

Одно из двух: либо нарушение работы источника(уж я бы это точно прочувствовал), либо объем моей общей чакры увеличился раз в двадцать, а скорость восполнения выросла не намного.

Завершение риннегана сулит как огромные возможности — так и кучу неприятностей. И это при том, что пси временно недоступна.

Много кто захочет мои глаза.

Хорошо, что хоть команда у меня есть. Даже Ливруш напрягли в Ад залезть за мной. Приятно, демон загреби.

— Спасибо, что вернулись за мной. — произнес я и попытался мило улыбнуться.

Неожиданно я увидел, что глазки девушек явно блестят недобрым светом.

Первой начала, как всегда, Наоми:

— Скажи-ка, милый Акио, а какого хрена ты остался там ОДИН? Или мы не команда?

Я грустно вздохнул и покаялся:

— Простите меня. Но я не был уверен, что у меня получится убить Высшего. Я и так сожрал все свои стимуляторы и израсходовал все, что было у меня запасено в инфуин. Удары Хетота были очень страшные и я с трудом себя прикрывал, а уж если бы там были вы — я бы не смог маневрировать. А ведь от части ударов я увернулся. Кстати, Ливруш, прости, но твоего дворца больше нет. Вообще.

Она подняла скептически бровь:

— Как и всей планеты. Похоже, Хетот оказал на ядро мощное воздействие, которое с его смертью не прекратилось.

Я присвистнул.

— М-да уж. Ну это сделал точно не я. — переведя взгляд на Ливруш, я отметил, что она облачена в доспех Рыцарей и вооружена здоровым топором Катшура, который она беззаботно забросила на плечо.

— А что ты собираешься делать? Отправишься со мной или попытаешься вернуться?

Она, совсем по-человечески, вздохнула:

— Не знаю. Я сейчас не настолько могущественна, чтобы плавать сама. А души Хетота утеряны.

Я поднял бровь:

— Они не утеряны. Я забрал их, чтобы мне было легче убить его.

Демоница пораженно выдохнула:

— Забра-ал?

— Да. Сейчас все души Хетота, до последней, во мне.

— Но как!? — воскликнула она и даже попятилась.

— А вот не скажу. — улыбнулся я: — Так что ты решишь?

Она закрыла глаза и выдохнула:

— Я пойду за тобой. В конце концов, чего в Сотворенном не бывает... Может, я здесь найду свое место?

Я хмыкнул:

— Кто знает? На худой конец, когда ты поглотишь души местных, ты ответишь мне на некоторые вопросы о местных странностях.

Ливруш вздохнула и неожиданно встала на колено. Низко опустив голову. она произнесла:

— Я признаю себя твоим вассалом, Заблудший. Прими меня.

Это было внезапно.

— Эм-м-м. Ливруш, прости, но я не знаю вашей ритуалистики... Ты уверена в этом? Я слышал, что демоны не могут служить "не-демону" — сказал я.

Она чуть подняла свою рогатую голову и произнесла:

— Это не важно. Если ты сумел убить Высшего — не особо значимо был ли он силен или слаб — значит, ты достоин уважения, соответствующего статуса и обязанностей. Мне будет не зазорно служить подобному существу.

— Ну, ладно. — пожимаю плечами: — А что мне ответить? Просто: "Я принимаю тебя на службу." сойдет?

Она поднялась:

— Да. Этого достаточно. Теперь было бы полезно, если бы вы посвятили меня в свои планы и местную геополитику.

Вздыхаю:

— Это будет долго. Я тебе, конечно, все объясню, но не сейчас. Ты уже познакомилась?

— Нет. Некогда было.

Я поднял удивленно брови. Они уже четыре часа тут сидят над моим телом. Чем они тут занимались?

Наоми демонстративно начала чистить свои ноготки сенбоном.

— Ну, хорошо. Тогда в общих чертах. Местные маги называются "шиноби". Мана у них необычная. Фактически шиноби — это, в некотором роде, демоны, но наоборот. Каждый из них доит свою душу для создания заклинаний, которые тут называются "техники". Некоторые из них достаточно сильны, чтобы без особых проблем убить даже Архидемона. Ты должна понимать, какие энергии можно выдоить с души и чем это может обернуться как для атакующего так и для его противника. Более детально разберешься потом. Я тут варюсь уже довольно долго и в результате неких событий я считаюсь тут практически Богом... — Я остановился, а Ливруш чуть приподняла левую бровь. — В общем, мы тут на боевой миссии по устранению военного лидера противостоящей страны. В спокойное время заняться Призывом я не мог — за мной тут организована серьёзная слежка и Межмировой портал явно вызвал бы множество неудобных вопросов. Совсем скоро я планирую двойной переворот: сначала во вражеской стране я посажу на престол своего ставленника, а потом, сразу по возвращению в свою страну, выбью в ней всех своих врагов. Это все очень-очень сокращенно. Есть множество нюансов и лучше тебе держать язычок за зубами, чтоб не подставить меня. — я замолчал и даже прошелся туда-сюда пред ней: — Ну, более подробно мы будем тебя посвящать по ходу дела: тут очень запутанный клубок отношений друг-враг. — остановившись, я продолжил: — Теперь знакомимся... — я стал представлять девушек: — Анко — ученица одного очень сильного, но странного шиноби по имени Орочимару. Несколько лет назад он убил моего биологического отца и провел над мной и ней несколько жестоких экспериментов. Техники в основном ближние. Чтоб тебе понятнее было — она маг-контактник. Сэнго из клана Юки. Этот клан обладал высокой властью над Льдом. Однако местный Лед совсем не тот магический лед, что ты думаешь. Он образуется от слияния Воды и Воздуха и лучше его называть "Хьетон". Этот лед очень управляем в руках шиноби, который его создал и шиноби даже может передвигаться внутри него. Естественно, им лучше пользоваться на дальнем расстоянии, но все кого ты видишь здесь универсальны и в ближнем бою очень опасны, так что и Сэнго, будь враг подберется в близь, будет отнюдь не беззащитна. Пакура из клана Собаку. Ее стихия называется "Осушение". Создается на стыке Огня и Молнии. Общая ситуация аналогична Сэнго. Нии Югито является джинчурррики. Это шиноби, в теле которого заключен "биджу". Биджу — это разумное искусственное существо, созданное довольно давно. Его силу можно сравнить с силой сильного Архидемона. Этого биджу зовут Мататаби. Югито сумела с ним договориться и он дает ей свои силы. Соответственно, она может сражаться с тобой более чем на равных, компенсируя весь твой опыт своей силой. Кроме того — она мощный шиноби и в тех моментах, когда силы Мататаби может не хватать, она может компенсировать эти моменты своей личной силой. Вот эти трое — родственницы. Старшая — Наоми Учиха, племянница нынешнего главы клана Учиха. Младшие близняшки — Тоши и Шизука. Они приходятся племянницами уже Наоми. Их клан обладает множеством сильнейших техник и огромным влиянием даже на международной арене. Кроме того для их усиления приложил руку я. Теперь пожалуйста представься сама: мне тоже будет интересно...

Очень внимательно слушавшая меня, демоница кивнула и начала говорить:

— Ну, я — демон. Имя — Ливруш. Живу уже по "основному" летоисчислению больше двадцати тысяч лет. Демоны бессмертны, поэтому от старости я не могу умереть в принципе. Последние десять тысяч лет являюсь Архидемоном. Участвовала в пяти десятках мелких столкновений Войны Владык и в двух довольно больших сражениях. Была Рыцарем, ну а сейчас, похоже, буду Воином. Чтобы было понятнее: Рыцари — это универсальные демоны, способные сражаться и в рукопашную и магией. Воины — только в рукопашную. Хотя, у них есть свои умения для дальнего боя, которые, однако, призваны лишь дать время Воину подобраться поближе или избежать чужого воздействия. Физически я крайне сильна, а когда договорюсь со своим оружием, то стану еще и ограниченно бесплотной для любых враждебных воздействий. При этом, как вы все уже поняли, мое оружие останется материальным и только им можно будет меня ранить.

Я спросил:

— А много времени нужно на этот договор?

Она чуть помотала головой:

— Я не знаю — души должны усвоиться источником для набольшей эффективности сбора энергии с душ. После этого начнет меняться тело. В зону изменений будет захвачена моя одежда, доспех и оружие. После этого я стану единой со всем этим. Сколько займет сам процесс — я не знаю. Таинство возвышения у каждого класса свое и во время него мы часто бываем довольно уязвимыми. Из-за этого мы часто на это время прячемся. Мне бы тоже было бы желательно где-то отсидеться, когда тело начнет меняться. Не бывает двух абсолютно похожих Архидемонов даже одного класса и что из меня получится — знает лишь Творец.

Качаю головой:

— А вдруг станешь уродкой?

Она фыркнула:

— Понятие красоты — вещь относительная. А уж у демонов — и подавно.

— Ладно... — поджал губы я: — Надо собираться и выдвигаться в дорогу. Наоми, ты не знаешь сколько мы отсутствовали?

— Почти трое суток. — буркнула она.

— Значит нам тем более нужно в путь. Сколько нам отсюда до Карану?

Сверившись с картой, Наоми ответила:

— Если по суше, то часов двенадцать, а если попрем напрямик через залив — то, думаю, в половину меньше. — она пытливо заглянула мне в глаза: — Выдержишь?

Я наклонил голову: бежать около шести часов по волнующемуся морю довольно трудно.

— Сейчас кое-что проверю и отвечу. — произнес я и прикрыл глаза, сосредоточившись.

Давно я не складывал ручные печати. Итак, рас-рас-два-два-хоп.

Теневой клон готов!

Расход чакры на его создание практически не отразился на моем запасе. Как я и думал — ринеган растянул мой резерв до просто огромных масштабов. Ладно, нужно еще кое-то попробовать... Но теперь уже древесного клона.

Девесные клоны жрали примерно в четыре раза больше чакры, чем теневые, а эффект(при моей-то плотности чакры) был практически тем же. Поэтому я ими и не пользовался, однако прекрасно знал, как их создавать.

Секунда и вылившийся Мокутон скопировал меня по всем параметрам.

И как же все-таки растянулся мой резерв! Просто невероятно. Емкость чакросистемы выросла раз в сто. Кошмар. Это что — в один ифуин теперь будет помещаться всего пять моих резервов? Пф!

А ведь все инфуин заняты. Нужно расширить систему и добавить для симметричности еще четырнадцать инфуин. Хорошо, что я расположил их на животе — место еще есть. А вот притули я его на лбу, как рекомендовалось и все — вся морда в ромбиках...

Но почему не возросла генерация чакры? Может это еще только начало?

Итак, нужно думать логично. Стимуляторы разогнали тело, а оно — разогнало чакру. Чакра разогнала искру. И вот появился риннеган. Возникает простой вопрос: что спровоцировало чье появление?

Фактор первый: разгон чакры огромной дозой стимуляторов.

Ну, не знаю. Наименее вероятный результат. Два других выглядят поубедительнее.

Фактор второй: пропускание чудовищного количества чакры из инфуин через чакросистему.

Это могло разогнать всю чакросистему. Что и наблюдается. При этом чакра вырабатывалась не источником. Вот он и не разогнался, а вот чакросистема — разогналась, да еще как...

Логично. Встает вопрос: как теперь разогнать источник, чтобы он соответствовал этой чакросистеме? Кроме как тупого "...сражаться и тренироваться, сражаться и тренироваться, сражаться и тренироваться..." в голову ничего не лезет...

Последний фактор. Обратный разгон, который наблюдается у владельцев пересаженного Мангеко. Моя искра начала выдавать стократные размеры энергии, а поскольку в этом мире чакра, искра и тело крайне тесно завязаны в одну систему, то получается, что наркотик разогнал искру, а уже она повлияла на чакру и тело. Риннеган среагировал на это и завершился. Искра раздула чакросистему, а вот источник — просто не успела.

Вполне возможно, что все это наложилось друг на друга и я в результате имею светящийся риннеган, перераздутую чакросистему(надо еще проверить тенкецу — не увеличились ли?) и относительно хилый чакроисточник.

Кстати, а ведь если риннеган завершился, то у меня должен возникнуть последний элемент — Молния. А с ней я смогу пользоваться Шакутоном — Осушением. Можно даже попробовать в гибридных техниках заменить Огонь на Молнию. Все-таки плазма — это вам не пламя. Около тридцати тысяч градусов по абсолютной шкале. Да я термоядерный взрыв смогу устроить! А сам выживу в эпицентре!

Раскрыв глаза, я тихо засмеялся от самой абсурдности этой мысли.

А ведь кроме этого можно попробовать пересадить свой риннеган(если уж он завершен) кому-то из девчушек. Выйдет забавно.

Конечно, немного боязно давать такую мощь всем подряд, но им я и так много чего доверил.

Неожиданно меня стрельнула мысль, что можно поэкспериментировать с Ливруш, пока она стала не совсем бесплотной...

— Эм-м-м? Акио, все в порядке? Не пугай меня... — как-то нерешительно озвалась Наоми.

Я немного успокоился и ответил:

— Да вот подумал, что стоит начать пробовать Молнию. А кроме того — некоторые знания из других миров нужно проверить в совмещении с ней. — я немного задумался и продолжил: — Конечно, когда пси восстановится.

— Но ты выдержишь движение по воде или может тебя понести? — озаботилась Анко.

Я опять рассмеялся:

— Нет-нет. Не стоит. Я должен выдержать. Просто объем моей чакросистемы вырос примерно в сорок раз, а вот восстановление чары осталось на том же уровне.

— В сорок раз? — удивились они.

Медленно киваю:

— Собирайтесь — мы выдвигаемся. — мой взгляд падает на Ливруш и я спрашиваю: — ты уже можешь летать?

— Еще не пробовала. — отвечает она.

— Пробуй. Иначе тебя придется тянуть на руках.

— Вот еще! — воскликнули остальные чуть ли не хором.

Демоница покосившись на них, прикрыла глаза. Пару секунд ничего не происходило, а потом из ее спины бесшумно вылезли два огромных сложенных кожистых крыла.

— Отлично. — прокомментировал я: — Давайте выбираться: я взорву и перемешаю тут все. Никто не должен понять что я сделал. Заодно и опробую кое-что.

Наоми покосилась на меня и кивнула остальными. Заделалась в мои заместители, пока меня не было? Ну и пусть. Скоро она возглавит свой клан и ей будет не до того.

Они все выбрались и только тогда я понял, что не смогу сделать то, что хотел — псионики-то у меня нет, а значит дожимать чакру не получится.

Значит особо мощного взрыва не получится. А жаль.

Тогда просто обрушу здесь все.

Я выделил чакру и, прикрыв Глаза, стал пробовать менять ее природу. Порывшись в своей памяти, я обнаружил там теорию по Молнии. Действуя четко по инструкции, мне удалось сменить природу практически сразу.

Хорошо, что принципы построения Стихиальных техник очень похожи, хоть и получается совсем другое.

Следующим шагом я создал из чакры очень мощную шаровую молнию, размером больше метра в диаметре. Когда холодная плазма такого объема коснется окружающей среды взрыв должен получиться очень сильный: дело в том, что сильнейшие взрывчатки, сгорая, не могут превысить температуру в три четыре тысячи градусов. Конечно, при сгорании главное не температура, а скорость сгорания и, соответственно, скорость расширения газов, которые и нагнетают среду, образуя ударную волну. Однако, плазма в этом отношении намного лучше — когда (в моем случае) воздух соприкоснется с плазмой, он моментально нагреется и начнет расширяться даже частично тоже став плазмой. Взрыв метрового плазмоида будет сравним с подрывом десяти-пятнадцати тонн обычного вещества. Во всяком случае, я на это надеюсь.

Сейчас воздух не касается плазмы лишь благодаря толстому слою моей сверхплотной чакры. Однако, чакра имеет свойство испаряться и именно этот фактор сыграет роль часового устройства.

Пару секунд понаблюдав за своим творением, я сорвался с места и выпрыгнул наружу. Немного не рассчитав, я влетел в речку и побежал по ней до противоположной стены ущелья.

С ходу вскочив на стену, я добавил скорости и понесся по отвесной скале скачками. Вверху я увидел своих и махнул им рукой "Вперед".

Мы резко выскочили на свет. Мелькнула мысль про то, что, похоже, наступило утро. На голубом небе не было ни облачка

Выскочив со стены на горизонтальную поверхность я догнал команду и мы побежали дальше.

Наоми со мной поравнялась и спросила:

— Получилось?

— Сейчас узнаем...

Пробежав еще километр и перемахнув с ходу еще одну широкую расселину(демоница использовала крылья, спланировав будто белка летяга) мы остановились и стали смотреть назад.

Секунды текли неторопливо. Я даже начла немножко сомневаться.

Но потом, абсолютно неожиданно, скалы под нами вздрогнули и зашевелились. Там же к небесам вывернуло целые скальные пласты. Поднялось просто огромное облако горячей пыли, которое начало сносить в сторону от нас ветром.

Пф! Когда вернется псионика, я начну работать над термоядом, дожимая "холодную" плазму и делая из нее горячую. Надо только подумать какая защита от излучения понадобиться, поскольку свет будет очень яркий и горячий. Справится ли покров чакры? Не уверен. Можно еще подумать над созданием не просто техники "как бы термоядерной бомбы", которая может собираться в боевых условиях, а даже прикинуть несколько ступеней реакции. Понять бы как выделить тяжелую воду из морской и я смогу стирать целые континенты. Будь это потребуется...

— Уходим? — спросила Наоми.

— Да. — тихо произнес я.

— Что будем говорить насчет нее? — она мотнула головой в сторону демоницы и добавила: — Насколько я поняла — она будет идти с нами, так как ей некуда возвращаться.

Я хмыкнул:

— Часть правды. Призывное существо. Новый призыв. А в будущем я попробую решить эту проблему: риннеган завершился и насколько я стану сильнее суммарно, когда вернется псионика, — даже я не знаю...

Посмотрев на меня, Наоми красноречиво подняла бровь.

— Ладно. Она будет над нами?

Покосившись на Архидемона, я кивнул:

— Разведка. А там — посмотрим.

Через три часа скачки по деревьям мы оказались на берегу залива. Даже и не подумав о маскировке мы с ходу выпрыгнули на водяную гладь и побежали по ней.

Море было спокойным, а небо ясным. Благодаря этому мы даже могли видеть на горизонте ныне безлюдную Узу но Куни, Страну Водоворота, вотчину и наследие великого клана, единственным официальным владельцем которой был маленький желтоволосый мальчик, прозябающий в жуткой бедности и носящий в себе Кьюби но Йоко...

Порыться бы там, но даже для меня это может быть опасно: говорят, развалины до сих пор пестрят множеством не сработавших ловушек, в которых с завидной регулярностью гибнут "случайные" гости этого негостеприимного места.

Словно в доказательство этого я увидел вдалеке маленький кораблик, плывущий явно оттуда. Мародеры или искатели? Даже не знаю, как их назвать...

Люди, ищущие сокровища некогда богатой страны, полностью опустошенной войной...

Через три часа бега мы пересекли по прямой залив и выскочили с ходу на берег Страны Медведя

Здесь мы серьезно замедлились и, достигнув окраин города-порта Карану, накинули свое прошлое "хенге".

Демоницу мы одели в запасной плащ, который лишь частично прикрыл блеск вычурных митриловых доспехов.

Ну, уж с таким сопровождением на нас гопота не должна налезть...

И действительно — многие из прохожих выказывали скрытый интерес к нашей компании, но никто из людей даже не остановился, чтобы рассмотреть нас получше, а немногочисленных стражников Наоми окатывала слабым гендзюцу.

Портовый город Карану казалось, практически не изменился за прошедшие три года. Мне даже показалось, что он стал еще грязнее.

Коноха действительно по сравнению с ним — образчик порядка, чистоты и изысканности.

Мы не спеша направились прямиком в порт.

Тут было все так же грязно. Дабы не переться до самых причалов без толку, мы загнали в угол одного мужика и задали ему всего один вопрос:

— Что за корабли сейчас в порту?

— Можно было и по вежливее спросить... — буркнул мужчина и, косясь то на Ливруш то на ее монструозный топор, который она закинула на плечо, продолжил: — Два корабля из Страны Воды: здоровенный флагман "Хэйен" и рейдер "Титосэ". Потом один из Страны Моря — вроде его название "Меко" — и каботажный грузовик "Тинъэн" с севера. Все. Я могу идти?

Наоми одарила его на прощание гендзюцу и мы продолжили путь.

Когда мы завернули за очередное здание складов, нашему взгляду предстал огромный флагман Теруми Мэй "Хэйен". На его фоне остальные корабли терялись. Даже старый широкий грузовик выглядел рядом с ним невзрачным крошкой-карапузом. Ярко сверкающая позолота в свете заходящего солнца притягивала взгляд.

На соседнем причале встал "Меко", когда-то давно принадлежавший пирату Фуджите. Я скользнул по нему взглядом и отметил команду, явно пребывающую под "хенге".

— Куда сначала? — спросила Наоми?

— Поговорим с шиноби Намигакуре, а потом уже в гости к Мэй.

Не думал, что Мэй успеет добраться сюда за три дня на своем кашалоте. Может, была недалеко?

Нам повезло — возле трапа на пирсе стояло, не скрываясь, трое шиноби. Один из них был с протектором Киригакуре, а двое других в стальных полумасках с выгравированным на них изображением оскаленной пасти дракона.

Очень интересно. Амеори решила отвергнуть традиции и сделать что-то свое?

Когда мы подошли ближе, я опознал в одном из шиноби Намигакуре Кина Синну. Что интересно, его волосы из снежно-белых явно стали отливать темным золотом. Влияние моей ДНК?

Все трое настороженно обернулись к нам и я снял "хенге".

— Здравствуй Кин. — произнес я.

Он секунду удивлено смотрел мне в глаза, а потом поклонился:

— Вы пришли, господин. — сказал он.

Остальные также поклонились следом — даже шиноби Киригакуре.

Посмотрев на него, я произнес, когда он разогнулся:

— Госпожа Темуми Мэй здесь?

— Да. — ответил он.

— Можешь передать ей, что я поговорю с ней чуть позже.

Он поклонился и побежал к своему кораблю.

Я обратил свое внимание на заместителя Руйкаге.

— Кин, ты прибыл один или Амеюри тоже здесь?

— Она вас ожидает на борту. Пройдемте...

Он поднялся по трапу и мы последовали следом.

Если внешне корабль практически не изменился, то его внутренняя планировка изменилась капитально.

Кроме всего прочего — дерево носило отпечаток минимум десятка разных чакр.

Это хорошо. Значит, минимум у десяти шиноби Намигакуре получилось дотянуться до Мокутона.

У меня будет чем воззвать к последней из Сенджу. Если ее не проймет и это. Ну, что ж... У меня полно кандидаток на трон Хокаге.

Возле дверей стояло двое шиноби в черных шелковых костюмах и в странных алых полумасках на лицах. Похоже, так выделили личную охрану Руйкаге.

Оказавшись перед ними, мои сокомандницы сняли "хенге"

Тот, что бы справа от нас, скользнул по нам взглядом и, глядя на меня, вежливо постучал в дверь. Дождавшись усталого "Да-да. Проходите...", шиноби открыл для нас дверь и мы вошли.

Капитанская каюта была достаточно большой, что бы спокойно вместить нас. Несколько небольших окон выходило на корму и сквозь них врывался ярко оранжевый свет заходящего солнца. Его уже было явно недостаточно и каюту освещали еще четыре масляные лампы. В каюте было четыре небольших мягких кресла, которые буквально приросли к полу.

Когда мы вошли, Амеюри сидела за столом, на котором была расстелена подробная морская карта. Немного наклонившись над ним и оперев подбородок на кулачек, она задумчиво скользила взглядом по карте.

Одета она была в черный шелковый костюм шиноби, расшитый золотом. Среди узоров легко угадывался золотой дракон, расположенный напротив сердца. Чудовище расправило крылья и выдыхало пламя. В его видимый левый глаз был вставлен маленький изумруд, хищно поблескивавший в свете ламп. На лице Амеюри заняла место небольшая изящная золотая полумаска, полностью закрывающая нос и рот. Она была закреплена черными широкими лентами. Волосы были собраны в тугую короткую косу. Я заметил, что их цвет сильно изменился из бардового сильно высветлившись практически в светло-светло-розовый.

Очень интересно...

Амеюри оторвала взгляд от карты и узнала меня. Подхватившись, она подскочила ко мне и воскликнула:

— Рада видеть, что вы, господин, добрались к нам. — на заглянула мне в глаза и спросила: — Вы добирались необычно долго. Все в порядке?

Я качнул головой в сторону Ливруш, которая сняла свой монструозный топор с плеча еще на палубе и сейчас держала его как алебарду.

— Я решил проблему своего Призыва. И теперь у меня будет призываться она... Это Архидемон. Ее имя Ливруш. Ну, а кроме того — мой риннеган завершился, Амеюри.

Она окинула мое приобретение оценивающим взглядом и, явно улыбнувшись под маской, сказала:

— Ну, так это же прекрасно?

Я дернул уголком рта:

— Не все так хорошо как кажется. Нам придется заняться воплощением почти всех наших планов. Мне могут понадобиться все наличные силы Золотого Дракона. Сперва — я убью Ягуру и посажу на его место Теруми Мэй, а потом — мы все должны поменять Хокаге. Время на подготовку вышло, Амеюри.

Она покорно склонила голову:

— Мы готовы, господин. На корабле шестьдесят два шиноби, одаренных вами и тренированных лично мной. Они готовы отдать жизнь за вас. Кроме этого на борту еще сорок отобранных лично мной новобранцев. Из них лишь единицы могут управлять чакрой, однако они фанатично верны Золотому Дракону.

Я испытывающе посмотрел на нее, остановив взгляд на озорно блеснувшем изумрудном глазе дракона и произнес:

— За эти три года мне не удалось физически вырваться из Конохи и одарить своей кровью и чакрой примкнувших к вам в течении этого времени. Я думаю, что пока мы будем плыть в Кири, у меня будет время заняться этим вопросом. Ну, а сейчас возьми пару своих людей: мы все вместе отправимся разговаривать с Мэй.

— Хорошо, господин. — она посмотрела на своего заместителя и сказала: — Кин, позови Юу.

Он кивнул и вышел из каюты.

Когда за ним закрылась дверь, я сел в кресло и произнес:

— Амеюри, нам нужно обсудить дальнейшее будущее Намигакуре.

Она подняла брови:

— А что не так?

Я вздохнул:

— Дело в том, что когда Золотой Дракон я вит свою силу всему миру, посадив Мэй на престол, уже многие забеспокоятся. А когда я смещу Хирузена то всем станет ясно, что Намигакуре — это мой проект. Ваши силы не велики и может быть предпринята попытка их уничтожить одним внезапным ударом. Когда Кумогакуре и Ивагакуре осознают, что остаются вдвоем против троих, они могут предпринять все что угодно в попытке или ослабить нас или даже разбить новосозданный союз. Это просто — нанести удар по Намигакуре, которая вроде как находится в тылу и навести след на Кири... Или еще что... — я помолчал и продолжил: — Выход, конечно, есть. Я думаю затащить вас всех в Коноху.

— И каким это образом? — удивлено спросила Наоми у меня из-за спины.

Я чуть повернул голову в ее сторону и ответил:

— Мы создадим заново клан Сенджу. А во главе клана посадим принцессу Цунаде. Я даже думаю о политическом браке между мной и ей. Я стану объединяющей силой в Конохе, которая объединит Сенджу и Учиха, Хьюга, Абураме и Инудзука, Ино-Шико-Чо и остальные кланы. Кроме того можно будет бесклановых держать в узде АНБУ и того что останется от Корня.

Она фыркнула:

— Все-то прекрасно звучит, но "создадим заново клан Сенджу"?

Я улыбнулся:

— Я чувствую чужое влияние на корпус корабля. Минимум десять носителей Мокутона заставит нашу строптивую принцессу бегать за ними хвостиком. А уж когда она узнает о том, что члены "Когтя дракона" тоже владеют им — у нее случится когнитивный диссонанс, связанный с разрывом устоявшейся картины мира.

— Ну, если так... А что насчет тебя? Ты же в Мокутоне чрезвычайно силен...

— Ну, я-то боженька. Мне — полагается по статусу. Да и, думаю, Цунаде знает обо мне. Хоть какие-то слухи должны были ее достигнуть. Да и высадка светящихся деревьев в квартале Учиха должны были навести ее на определенные мысли.

Голос Наоми стал напряженным:

— Но тогда почему она ведет себя так вяло? Она даже не взглянула на тебя за три года, прошедшие с нашей последней миссии и твоего представления.

Я пожал плечами:

— Думаю, ей настоятельно порекомендовали не лезть ко мне ни под каким соусом. Я вот сейчас думаю, что тот случай с ее неожиданным визитом в Коноху и Госпиталь был не случаен. Возможно, что тогда она и хотела со мной поговорить, но, очевидно, ей помешали. Не суть важно был ли это наш общий сенсей Хирузен или Советники во главе с Данзо водили вокруг нее хоровод. Они могли разыграть любую карту. Может быть финансовое давление. Или даже угроза принудительной женитьбы "на благо деревни". Итог был таков, что наша платиновая химе убралась из Конохи, даже практически не кутив, как обычно она делает.

— Хм-м-м. Очень интересно. — протянула она.

Все это время слушавшая нас очень внимательно Амеюри, спросила:

— Господин, а что такое "Коготь дракона"?

Я чуть улыбнулся:

— Такая же организация, как и Намигакуре, но созданная внутри клана Учиха из старых веранов, которым я вернул молодость и дал им могущество...

В дверь постучали и Амеюри произнесла:

— Входите!

В каюту вернулся Кин с еще одним шиноби в алой полумаске.

— Это Юу. Командир первого отряда. — представил он.

Я поднялся с кресла и чуть кивнул ему:

— Отлично. Идемте...

Наша группа сильно разрослась. Одиннадцать шиноби A-S класса — это огромная мощь. Приятно ощущать такую поддержку за своей спиной.

Не забыв про "хенге", мы не спеша вышли из недр "Меко" и спустились по трапу.

Когда мы подошли к фламану "Хэйен" нас уже встречала большая делегация во главе с правой рукой Мей Ао.

Я заговорил первым:

— Здравствуй, Ао. Я думаю, ты не только знаешь зачем мы здесь, но и видишь это.

Он низко поклонился и следом за ним поклонились остальные. Распрямившись, он скользнул по нам взглядом и произнес:

— Госпожа Мей ожидает вас. Следуйте за мной.

Поднявшись на борт мы сняли "хенге"

Казалось, и не было этих трех лет.

Мэй сидела в той же позе, что и тогда, при первых наших переговорах.

Сама она окончательно оформилась в цветущую представительницу аристократических родов. Изысканное очень богатое шелковое платье с глубокими вырезами совсем не наводили мысли о том, что перед нами куноичи, убившая сотни и сотни людей.

— Приветствую, госпожа Теруми Мэй. — произнес я, слегка наметив поклон.

Она чуть улыбнулась:

— Взаимно, Акио Яманака, Новый Бог этого грешного мира. Я вижу, что твои глаза светятся. Неужели риннеган завершился?

— Да. — подтвердил я и сказал: — Время смерти Ягуры настало. Мы пойдем напролом прямо в Киригакуре.

— Прямо в открытую? — удивилась она.

Я кивнул:

— Да. Мне нужен легендарный подвиг, чтобы приобрести достаточную славу для свержения Хирузена. Заодно заглянем к вашим аристократам и сосредоточим в твоих руках всю полноту власти в Стране Воды.

— Так ты все-таки хочешь убить дайме? — спросила она мрачно.

— Да. Я собираюсь собрать всю полноту военной и экономической власти в одних руках.

— Гм. Многие аристократы завязаны на кланы шиноби... Неужели ты хочешь уничтожить их всех?

— Не совсем так. Ты должна убрать с нашего пути тех, кто может тебе пригодиться в будущем и попытаться спасти деньги. Ну и другие материальные ценности.

Она мотнула головой:

— Сохранить тайну при таких масштабах будет невозможно. Даже если утечка каким-то образом не произойдет, то сложить два и два они сумеют. — Мэй заиграла жвалами: — Они будут готовы к вашему удару.

— Мне плевать. Я это понимаю и желаю этого. Пусть покажут все, на что будут способны. Все приспешники Ягуры падут вместе с ним. У нас есть чем уничтожить их всех.

Мэй помрачнела:

— А как вы будете добираться до Киригакуре?

— Вероятнее всего — высадимся прямо в Оде.

Она поджала свои губки:

— Ода — не только столица Страны Воды, но и основная база всего военного флота и сейчас там сосредоточены почти все наши корабли. Это — сто девяносто джонок с экипажами. Там почти сорок тысяч солдат и матросов. Кроме того, дайме объявил мобилизацию и сейчас под его командованием двести тысяч ополченцев. Конечно, не все они находятся в столице, но не менее сорока тысяч обеспечивают правопорядок. И вдобавок ко всему — там находятся сейчас четверо Мечников...

Я заинтересовался:

— Обычные солдаты и низкоранговые шиноби меня не интересуют, а вот о Мечниках поподробнее...

Мей встала из-за стола, позволив моему взгляду скользнуть вдоль ее оголенной ноги, мелькнувшей в вырезе платья, который шел даже выше бедра, и, повернувшись к нам спиной, подошла к панорамному окну своей шикарнейшей каюты. Глядя на почти скрывшееся за горизонт солнце, она начала рассказывать:

— Кое-что из того что я скажу, ты можешь знать. Четверо из Мечников находятся в Оде. Куросуки Райга в данный момент владеет парными мечами Киба. Он довольно жесток и верен Ягуре. Состоял в нашем АНБУ в ликвидационной группе. Киба — это те мечи, что принадлежали Амеюри. Они позволяют пользоваться Стихией Молнии на очень и очень высоком уровне. Акебино Джинин имеет Кабутовари. Довльно эгоистичен и самовлюблен. Его оружие тоже парное. Это система из топора и молота. Сначала наносится удар топором, а потом, если топор приняли на блок, по нему наносится удар молотом. Это ломает мечи и вообще все препятствия. Не принимайте удары на жесткий блок. Иначе — конец. Хозуки Мангецу владеет мечем Хромекарей. Он усиливает чакру, пропускаемую через него. В несколько раз. Получается нечто вроде формы чары. Владельцем Шибуки сейчас является Мунаши Джинпачи. Это изделие назвать "мечем" не получится никак так как фактически имеет форму огромного свитка на который налеплены взрыв-печати, детонирующие при ударе. Момочи Забуза в данный момент владеет Кубикирибочо. Этот меч не так опасен и из всех свойств имеет лишь то, что восстанавливается в крови. Он замыслил переворот и попытался убить Ягуру. — Мэй вздохнула: — Я пыталась с ним поговорить, но он не слушал. Чокнутый маньяк. Ему удалось уйти живым. Мне рассказывали, что он создал просто огромное облако тумана и скрылся. За ним послали три команды АНБУ, но вернулась лишь одна. После этого случая Ягура стал при себе постоянно держать одного из Мечников — Хошигаке Кисаме, владеющего, пожалуй, самым опасным мечем для тебя — Самехада. Этот меч полуживой и пожирает чакру врага, отдавая ее владельцу. Лично я считаю этот меч самым жутким из всех, а Кисаме — самым опасным из Мечников. Он холоден, расчетлив и имеет количество чакры, как у джинчуррики.

— А вот последнего я не знал... — сощурился я: — Не знаешь его Элементы?

Она повернулась к нам:

— Точно, что Вода. Если и есть что-то еще, то я не знаю.

— Понятно.

Наоми уверенно произнесла:

— Не думаю, что они будут уж такой не решаемой проблемой: у нас крайне сильная команда. Я со своими племянницами, Пакура, Сэнго, Анко... А уж Югито способна в одиночку уничтожить любого из них. Не говоря об Акио, который еще три года назад убил один на один Кушимару Куриараре. Их всего четверо на нашу всю команду. И это при том, что каждая из нас превосходит многогранностью своих сил и голой мощью каждого из них. Кроме того... — она выразительно качнула головой в сторону демоницы и продолжила: — ...у нас есть туз в рукаве.

Я посмотрел на Мэй и произнес, обращаясь к Наоми:

— Однако, сейчас мои силы ограниченны: в Аду я потратил все свои резервы. Хоть я завершил риннеган, но мне не хотелось бы случайно погибнуть, когда я так рядом со всемогуществом. Еще не все мои силы восстановились. Поэтому, я думаю, что вы должны будете заняться непосредственно проблемой Мечников, а я займусь уничтожением остальных сил и флота.

Мэй села обратно в кресло и стала задумчиво рассматривать равнодушную демоницу:

— И кто она такая, что вы возлагаете на нее определенные надежды?

Я криво улыбнулся:

— Это — мой призыв. Демоны. Ее зовут Ливруш.

Все присутствующие еще раз оглядели мое приобретение.

— Новость интересная. Надеюсь, что твои надежды оправдаются. — Мэй уталила свое любопытство и взглянула мне в глаза: — Но ведь это же, надеюсь, не все? Я так понимаю, что ты уже что-то задумал?

Я кивнул:

— Да. Я изначально планировал масштабное воздействие на стихию и не собираюсь отступать от своей идеи. — посмотрев на скрывшийся за горизонт краешек солнца, я добавил: — Жаль конечно, что я так растратился в Аду, но с другой стороны чакроисточник тоже нужно качать. — перевожу взгляд на Мэй и говорю: — Было бы желательно нам отчалить немедленно. Оповести всех тех, кого ты хочешь спасти, о том, что я иду разрушать Оду и убивать Ягуру с даймё. Если произойдет утечка — это даже будет полезно при любом раскладе: если они попытаются вывести часть сил из-под удара — значит, тебе будет с чем работать после всего этого, а если они наоборот соберут все силы в Оде — значит, нам же будет легче.

Мэй помрачнела и кивнула:

— Немедленно разошлю послания... Когда ты начнешь и где быть мне?

Посмотрев ей в самую глубину ее глаз, я произнес:

— Я создам огромный тайфун. В центре будет естественно Глаз — относительно безопасное и спокойное место. Мы будем там. Можете двигаться с нами.

Мей подняла брови:

— Ого! Ты понимаешь, что там хоть и относительное безветрие, но также — и самые высокие волны. Они там могут сталкиваться и образовывать настоящие горы, высотой до сорока-пятидесяти метров. Не на "Хейене" там плыть.

— Гм... — я задумался и спросил: — А сколько будет добираться "Хэйен" до Оды?

— Три с половиной дня. — последовал ответ.

Я повернулся к Амеюри:

— А "Меко"?

Она мрачно произнесла:

— Меньше двух суток. Но, Акио, из-за волн будет просто жуткая качка.

Я нахмурился:

— Ну, это понятно. И вместе с тем нам бы лучше прибыть одновременно. Чтобы ты начала подгребать под себя уцелевших и не допустить мародерства или еще чего. — бросаю взгляд на Мэй: — Может, нам внедрить Мокутон в структуру "Хейена"? Мы даже сможем перестроить его внутреннюю планировку. Это не сложно. Кроме того: днище мы очистим от всех наростов и даже можно стыки между досками убрать. Корабль станет намного прочнее и устойчивее.

— А это долго? — заинтересовалась Мэй.

— Да не очень. Кроме того — изменять корабль могут все, кто имеет Мокутон, а я — пока отдохну и подготовлюсь к предстоящему удару.

— Тогда приступайте. — произнесла она.

Я встал:

— О, мы изменим твоего беременного кашалота так, что не узнаешь.

Она хмыкнула:

— Только не утопите его...

*****

Сначала появились высокие облака. Они не спеша затягивали небо, скрывая яркое полуденное солнце. Чем ниже опускался взгляд к горизонту, тем темнее становились тучи. А там, еще дальше, постоянно мелькали далекие молнии.

Невысокий почти мальчик, обезображенный уродливым шрамом, смотрел с балкона своей резиденции на разворачивающееся далеко-далеко от него действо.

Ягура знал, что сейчас в порту столицы волны достигли уже семиметровой высоты и начали перехлестывать причалы. Корабли флота Страны Моря сталкивались с друг другом. Мольбы утопающих нельзя было услышать из-за чудовищного воя ветра и шума небывалого ливня.

Новоявленный бог явил свою ярость совсем не так как ожидалось. Все предполагали, что он проведет либо просто примитивную атаку, либо высадится совсем в другом месте.

Но никто не думал, что он попрет напролом. Да еще так.

То, что он решит посадить своего ставленника на трон Мизукаге и то, что он решил остановить свой выбор на Теруми Мэй — уже никого не удивило. И действительно — кого как не ее? А уж о слабости Акио-Аккая к женщинам говорили чуть ли не на каждом углу.

— А я говорил, что нужно было ее убить раньше. — прошептал голос.

— Мы делали попытки. — ответил Ягура: — Скольких мы послали за ее головой? И никто не вернулся.

— Мечники... — начал было голос.

Но Ягура прервал его, что было чуть ли не впервые за долгое-долгое время:

— Что — "Мечники"? Их слишком мало и они не так уж и сильны, как нам бы хотелось. Кушимару умер, а его Меч исчез. Над нами нависла угроза набравших силу Учих. Ну, а в последнее время, после предательства Забузы, Мечники не могут даже отойти от даймё на шаг. И нельзя скидывать со счетов возможность еще одного предательства. А вдруг посланный за Мэй Мечник перейдет на ее сторону? Что тогда? Я отвечу — все крысы побегут с корабля. И даже даймё. Я знаю, что он уже думает чуть ли не о капитуляции...

Он хотел еще что-то сказать, но во тьме угла яростно сверкнул шаринган и Ягура замолчал. Мизукаге стал смотреть на большую стаю испуганно кричащих птиц, пролетевших над ним.

*****

Волны вздымались к небесам, как горы, и — тут же падали вниз. Болтанка была жуткой.

Глаз созданного мной тайфуна был диаметром около десяти километров. За его пределами творилось нечто невероятное.

Быстро вращающиеся вокруг Глаза тайфуна тучи размазывались ветром в сплошную стену, которая опускалась практически до высоты около ста метров над поверхностью воды. Если учитывать, что волны тут вздымались чуть ли не на все пятьдесят метров то казалось, что было можно до туч дотянуться...

Но там, под тучами, ветер достигал жуткой скорости. Его низкий вой и глухой рокот было слышно нам из самого центра, где мы находились.

Там постоянно сверкающие молнии били не переставая в верхушки волн. Их ярко-голубой свет высвечивал метающиеся по кругу, будто ведущие хоровод, жуткие трубы-змеи водяных смерчей, качающих воду напрямую в облака. Солнечный свет не мог пробиться сквозь многокилометровую пелену очень плотных туч и если в Глазе было довольно светло, из-за того что свет отражался от стен "трубы", то там, под ними, была тьма, освещаемая лишь вспышками молний.

А там дальше был настоящий кошмар. Ветер был настолько сильным, что срывал с поверхности волн густую водяную пыль. Она дополнительно насыщала узкую полоску атмосферы водой, которая смешивалась с сильнейшим ливнем.

Я расположился на самой верхушке мачты "Хейена". И пытался постоянно контролировать свое "произведение".

Когда я думал о том, какой будет эффект от удара всей этой мощи по столице Страны Воды, мои губы искажались в жестокой усмешке. Случайные жертвы? Ф! Меня больше волновало, как мне остановить или погасить это все, когда Глаз тайфуна достигнет суши и, соответственно, "Меко" и "Хэйен" не смогут продолжать путь. Ведь вся соль была в том, что сейчас тайфун фактически не подпитывался моей чакрой, как было на моменте создания всей этой чудовищной системы.

Изначально я планировал разогревать воду с помощью Стихии Огня, а потом подумал: а почему мне бы не попробовать сразу создавать горячий водяной пар? И вообще, если уж риннеган у меня завершился, то почему бы не использовать Молнию?

Время от времени, я выпускал молнии в стену туч, заряжая их. Иногда молнии били в меня, но бессильно стекали по покрову чакры.

Само следование по курсу на Оду в этих условиях было бы довольно проблематичным.

К счастью, я осознал это довольно рано, поэтому начал создавать тайфун уже находясь на полпути к столице Страны Воды.

Самым странным было то, что чем больше я расходовал чакры — тем лучше ее вырабатывал источник. Поначалу это меня сильно озадачило, а потом я подумал, что это вписывается в мою теорию о взаимосвязи додзюцу-чакросистема. В данном случае риннеган "подтягивал" под свои нужды источник.

В целом, это было просто отличной новостью.

Вместе с тем, я ощущал, что мои пси силы начали возвращаться. Очень-очень медленно, но ощущать свою искру — уже было неплохо.

К сожалению, чем больше созданная мной система завлекала в себя посторонние ресурсы в виде природной воды, тем хуже она начала ощущаться и, как следствие, управляться. Возникшая некая инерционность постепенно усугублялась.

И вот, при очередной невероятно яркой вспышке молнии, сквозь пелену дождя я увидел темный силуэт вздымающихся гор.

Я никогда не был на центральном и самом большом острове архипелага Страны Воды Касадо. И уж тем более не был в Оде. Поэтому мне пришлось отвлечься от управления тайфуном и, оставив вместо себя перекачанного чакрой клона, спрыгнуть на палубу.

Мэй я нашел быстро: она сидела на своем столе в позе "лотоса" и медитировала, глядя на вид из панорамного окна в своей каюте. Через него время от времени было видно либо стену воды (когда корабль взбирался на волну, то корма смотрела прямиком в морскую бездну) либо, во всей его чудовищной красе, Глаз тайфуна(когда корабль съезжал с волны вниз).

Сама качка на шиноби слабо оказывала влияние — прилепился к поверхности чакрой и все. Мебель и разные мелочи мы прирастили к полу еще в момент изменения "Хэйена" Мокутоном.

Рядом с Мей стоял Ао.

Я произнес:

— Мэй! Я вижу землю. Сверьтесь с картой.

В эти секунды "Хэйен" взобрался на очередную волну и через кормовые окна стало видно Глаз тайфуна во всей его красе. Она повернула голову направо, продемонстрировав мне на фоне окна свой профиль, и ответила:

— Курс верный. Это должен быть Касадо. Попытайся сориентироваться по возвышенностям. Там большая бухта. Если мы заходим с юга — там просто невозможно промахнуться.

Я пожал плечами и вернулся на палубу и легко взбежал обратно на мачту. Развеяв волевым усилием клона, я втянул его чакру обратно и в это момент получил подряд три удара молнии.

Прежде чем я успел хоть как-то среагировать — молния чуть проникла в чакросистему и вместо того, что бы нанести серьезнейшие повреждения, просто...истаяла.

Что за?..

Да как это может быть? Я лихорадочно прокрутил в памяти произошедшее. Ответа не было. Новая способность?

Ладно, разбираться и экспериментировать буду позже. По крайней мере — это к лучшему...

Я поднял взгляд и смотрелся во мрак, освещаемый вспышками молний. Береговая полоса была уже ближе и мне удалось рассмотреть город, полосу прибоя и сталкиваемые с друг другом корабли флота Страны Воды.

Прикрыв глаза, я выплеснул в окружающее пространство огромные струи горячего пара, который тут же начал смешиваться с облаками тайфуна. Почти исчезнувшая связь меня с тайфуном снова окрепла. Я предельно сосредоточился и направил узкие трубы смерчей прямиком в бухту.

Один за одним, передвигаясь, словно кривляющиеся пьяные танцовщицы, они стали врезаться к корабли, ломая мачты и поднимая в воздух обломки.

Смерчи добрались до порта и успешно выбрались на сушу, тут же набрав в себя вместо воды грязь и обломки.

Что ж... Наступило время второй фазы.

Еще подпитав тайфун, я толкнул его вперед со всей силы и сосредоточился на том, чтоб бушующие ветры обтекали маленькую область в которой находились "Хэйен" и двигающийся следом за ним "Меко".

Когда Глаз пошел дальше и мы приблизились к облачной стенке, я создал широкую щель в облаках и ветре в которую мы и зашли. Без этого нас бы вероятнее всего разломало.

Как оказалось, центр тайфуна со стороны выглядел гигантским бешено вращающимся конусом. Эдакий смерч-переросток, который врезался в берег и пошел дальше, оставляя после себя лишь мусор.

Больше двух часов я сосредоточенно боролся с ветром и облаками. Лишь когда скорость ветра достигла приемлемых отметок я позволил себе немого расслабиться.

Ветер еще выл, а море еще бушевало, когда я мягко спрыгнул на палубу.

Здесь Мэй уже построила своих шиноби и прохаживалась перед ними, бросая взгляды то на облака над головой, то на меня, то в сторону порта.

Она сменила свой рисковый наряд на обычную форму шиноби с жилеткой джонина. За ее спиной был пристегнут подаренный мной меч-игла Нуибари.

— Ну, что? — спросила она.

Я пожал плечами и забросил к себе в рот пищевую пилюлю. Раскусив ее, я покосился в сторону порта и сказал:

— Еще часик поболтаемся и можно высаживаться. Сначала пойдем мы: посмотрим что там с Мечниками и даймё. Ну и заодно со всеми остальными разберемся.

Я подошел к борту корабля и стал смотреть на море и все четче проступающий из дождевой пелены город.

Судя по всему удар стихии был страшен. И особенно отличился Глаз тайфуна и смерчи.

Вся бухта была забита разломанными и полузатопленными кораблями. Сломанные мачты, разбитые и проломленные борта. Волны бились о них поднимая тридцати-тридцатипятиметровые стены брызг.

В порту ветер посрывал крыши со складов и доков. Гражданские постройки пострадали не меньше. Если не больше. Крепость-дворец даймё оказался довольно сильно разрушен.

Как я и ожидал, все здания и дома, построенные из дерева, оказались практически полностью уничтожены. Строения из камня и бетона оказались намного меньше повреждены.

Тайфун превратил столицу Страны Воды в огромную мусорку.

Сзади меня мягко упали на палубу мои сокомандницы, перепрыгнувшие на "Хейен" с "Меко".

Обернувшись назад, я увидел, как следом за ними последовала Амеюри с шестью десятками шиноби Намигакуре в стальных и красных масках. Запрыгнув на качающуюся палубу они построились в группы по три в виде треугольников сбоку от шиноби Мэй. Перед всеми ними встала бывшая Мечница. Кин занял место у нее за правым плечом, а Юу за левым.

Мои же сокомандницы встали рядом со мной.

Окинув их всех взглядом, я произнес:

— Задача "Золотого дракона" будет в поддержке сил Мэй и уничтожении тех сил, что мы пропустим. Можете попытаться полностью зачистить город, но я бы не советовал разбредаться. Я лезть непосредственно в бой не буду. Мои силы еще не полностью восстановились. Однако на поддержку меня хватит с лихвой. Двигаться я буду внутри смерча — так атаковать меня обычным оружием будет очень трудно. Я отправлюсь прямиком к дворцу даймё. Можете следовать за мной или слева-справа. Близко не приближайтесь — иначе заденет обломками. Не забывайте про покров чакры и не лезьте на рожон. Мечников убивайте в паре. Наоми, Тоши и Шизука — не применяйте "Аматерасу" вообще. Иначе столицу придется переносить.

После этого я повернулся к порту и прыгнул вперед в волнующееся море.

Жаль, что мои пси-силы только-только начали просыпаться. Так бы расход чакры был бы намного меньше.

Я сильной струей стал выпускать в низкие тучи горячий пар. Когда он достиг облаков и смешался с ними, мне удалось снова захватить под свое управление часть туч и отделить их от основной массы быстро удаляющегося тайфуна.

Просветлевшие, было, облака снова потемнели и я, продолжая выпускать пар, опустил с них вниз вихрь так, чтобы оказаться в его центре. Толщина смерча оказалась довольно большой — около двухсот метров.

Скорость вращения ветра я сделал не такой уж и большой, чтобы не оказаться в столбе воды, закачиваемой в облака. Сам вихрь должен был выступить в качестве системы защиты: ударить меня обычным оружием или добросить до меня нечто вроде куная со взрыв-печатью будет невозможно. Кроме того, эффективность "шуншина" тоже существенно падает из-за снижения прямой видимости и из-за этого "прыгнуть" прямо ко мне не сможет никто. Конечно, это правило работает в обе стороны, но я в любой момент смогу убрать смерч и обрести свободу...

Из-за напора ветра поверхность моря вскипела и наполнила воздух облаком мельчайших брызг, ограничив видимость фактически парой-другой метров внутреннего пространства трубы. Пришлось напрячь свои медленно восстанавливающиеся пси-силы и я медленно взмыл внутри быстро вращающегося вихря на высоту метров ста над волнующемся морем. Здесь морских брызг практически не было, однако их с успехом заместил быстро вращающийся облачный рукав. Тем не менее отсюда обзор был лучше, чем снизу.

Сконцентрировавшись, я потянул систему облако-смерч прямиком через порт и город к дворцу даймё.

*****

Дверь каюты распахнулась и в проеме возник черный силуэт.

Демоница ухватилась за дверную раму и с видимым трудом фактически вылезла из каюты. Протиснувшись к выходу, она выбралась на палубу и только здесь смогла распрямиться. Теперь стало явно видно, что в ней росту оказалось больше трех метров. Увеличились все части доспехов, а топор наконец-то стал выглядеть вполне адекватно ее размеру.

Демоница громко зевнула:

— Твою мать, как долго я спала! — она удивленно посмотрела на свои руки и добавила: — Наконец-то все завершилось. — Подняв взор, Ливруш забегала взглядом по пустой палубе, зашипев: — Уш-шли без меня?..

Она резко повернулась к порту и, сощурившись, стала рассматривать картину смерча, бушующего в городе.

Из ее спины выросли крылья, но не толкнули свою хозяйку в небеса, а неуверенно стали складываться-раскладываться...

*****

Парень с острыми, будто акульими, зубами криво улыбнулся и произнес:

— Нужно выходить. Тайфун прошел и они точно уже вступили в город. А этот идиот пусть сидит тут. В любом случае — либо мы с ними справимся, либо...

*****

Пока мой смерч разбирал очередное здание на обломки, которые потом я швырял прямо перед собой, я сумел осмотреться

Три гигантские фигуры "сусаноо" ударами мечей снесли целый квартал каменных зданий, на крышах которых было показались вражеские шиноби. Они попытались применить какую-то командную технику, выдохнув тугие струи воды в призрачных гигантов, внутри которых висели Учихи, но это было так же бесполезно как и поливать танк из гидранта, надеясь, что того смоет.

Сэнго создала из Хьетона огромный тридцатиметровый айсберг и швырнула его накатом по улице. Огромная глыба попрыгала по завалам обломков и, подскочив особенно высоко, обрушилась сверху на какое-то здание.

Пакура зашвырнула бело-красный сгусток в окно второго этажа дома, из которого ее пытались достать кунаями с взрыв-печатями. Внутри строения полыхнуло ярко-алым светом и оно обрушилось, подняв облако пыли.

Джинчуррики полностью воплотилась. Демоническая кошка Мататаби играла в прятки с большим отрядом самураев, выбравшимся из каких-то уцелевших под напором стихии каменных казарм. Учитывая то, что они просто не могли ее ранить, а она уже убила больше половины из них, выглядело это так, словно матерая кошка играет с сотней полевок. Анко ей помогала, время от времени проскакивая прямо сквозь их сплоченные порядки: она возникала в центре их построения и наносила пару ударов мечем. При этом ее змеи тоже выхватывали двух-трех солдат. Сразу после этого, не давая им времени на реакцию, она отскакивала "шуншином" на крышу. Дождавшись, пока змеи проглотят свою добычу, она повторяла цикл.

Мечников пока не было, а всех остальных мы уничтожали вообще без проблем.

Интересно, когда они нападут?

Я увеличил истечение чакры. Смерч тут же отреагировал на это, усилившись. Пыль грязь и обломки стало затягивать все выше. Пока они не достигли облаков.

Ветер поднял черепичную крышу с соседнего дома. Раскрутив я швырнул ее в сторону дворца. Не долетев пару десятков метров обломки обрушились на какой-то дом.

Вытянув смерч, на центральную улицу, я обрушил перед собой еще один дом. Отсюда до дворца было около пары километров. Улица была очень широкой, но так причудливо изогнута и изломана, что было ясно, что было легче двигаться напрямую.

По мере продвижения смерч стал сносить все, что у него было на пути. Облачный рукав опустился до самой земли. Мне пришлось чакрой раздвинуть потоки для того чтобы сделать большую почти горизонтальную щель для обзора. Однако, вращающиеся обломки и грязь образовали настоящее непрозрачное облако, над которым я был не властен. Из-за этого временами ориентирование было сведено до тех моментов, когда в обломках появлялся зазор.

Ловушка была мастерской.

Они начали действовать когда я, пребывая внутри смерча, выперся на какую-то площадь. Сначала меня заключили в огромный барьер, а потом подорвали всю площадь взрыв-печатями. Ударная волна сорвала и разрушила смерч, оставив меня без его защиты.

В следующую секунду меня довольно примитивно атаковали все четверо Мечников.

Вот только я был уже готов подобному развитию событий. Слева меня очень быстро атаковал шиноби, вооруженный парными мечами Киба. Куросуки Райга, наследник Ринго Амеюри.

Киба окутались разрядами молнии и без проблем внедрились в покров чакры. Пришлось вытянуть свою катану из ножен и блокировать удар чужого оружия ей, также пропустив сквозь ее лезвие Молнию. Моему мечу это не понравилось и он моментально раскалился до алого цвета. Однако, сумел сдержать удар.

Сверху на меня уже падал еще один парный Меч — Кабутовари, состоящий из топора и молота. Еще один Мечник — Акебино Джинин.

Изогнув свое тело, я выбросил свои ноги ему на встречу, таким образом, чтоб они проскользнули мимо его оружия и ударили ему в центр туловища. Одновременно с этой атакой, мое тело ушло с линии удара ногой Райги. Я уже выделил "янь" из стоп и даже внутренне поздравил себя с удачей, как ощутил, что рядом со мной появился "шуншином" еще один мечник. А потом в меня врезалась форма чакры. Пробить покров она не смогла, а вот загрести меня и отшвырнуть меня вниз, словно мячик, ей удалось запросто. Райга жестко сблокировал мой меч, и его вырвало у меня из рук.

Полет был быстрым и очень недолгим. Оставив за собой пару шаровых молний, я пробил спиной крышу и пару перекрытий какого-то дома. Наконец-то остановившись в подвале, я отметил три яркие вспышки над собой от взрывов плазмоидов. Ударная волна от мощных взрывов еще рвала и сминала крышу, а возле меня уже очутился еще один Мечник. В руках у него был донельзя странный гибрид свитка со взрыв-печатями и меча.

Мунаши Джинпачи. Похоже, все четверо здесь.

Взрыв-печати на его мече развернулись и наползли на лезвие. Он широко замахнулся, очевидно, собираясь внедрить свой Меч как можно глубже в мой покров чакры. Это вполне сможет меня серьезно ранить...

За краткое мгновение я выставил ладони в стороны и резко крутнулся вокруг своей оси, создав "кайтен" на секунду. Когда свечение пропало, я обнаружил, что нахожусь внутри небольшого кратера. От окружающего меня здания осталось очень немного. Все заволокло горячей пылью.

Судя по количеству чужих "искр" в непосредственной близости от меня и напряжению чакры — Джинпачи не сдох. Жаль...

Но как раз для подобных случаев я и притащил с собой Ливруш. Она как раз очнулась от своего сна. Нужно ее призывать, пока они меня не видят в этой пыли.

Резко воткнув указательный палец правой руки себе в левую ладонь я призываю Ливруш.

Чакры ушло совсем немного. Регенерация у меня сейчас стала очень высокой.

С громким "Пуф" передо мной раздулось облако чакры и в нем возникла Ливруш. Она добавила минимум два метра росту. Все ее детали доспеха, который принадлежал когда-то обычному рыцарю, увеличились в размере. Лишь огромный адамантовый топор теперь в ее руках смотрелся вполне адекватно.

Обозрев меня и окружающее, она зычно хмыкнула:

— Пфы! А я уж начала опасаться, что меня так и не позовут на веселье!

Я криво улыбнулся и произнес:

— На меня напало четверо Мечников. Они элита вражеской армии. Всех четверых я могу и не вытянуть. Поэтому попытайся занять двоих из них. Сумеешь их убить — их души твои.

Она хищно оскалислась-улыбнулась:

— Договор заключен...

Пыль начало быстро сносить ветром в сторону. Похоже, кому-то из Мечников надоело ждать...

Когда воздух очистился в достаточной мере, мы увидели друг друга почти одновременно: четверо Мечников заняли позиции вокруг нас на крышах зданий.

— Эм-м-м? — произнесла неуверенно Ливруш: — Когда ты сказал "Мечники", я думала, что они будут вооружены мечами...

— "Мечами" здесь называется Великое Оружие. И даже если меч выглядит как дубина или молоток — это ничего не значит...

Ливруш сдерживалась лишь секунду, а потом зычно захохотала:

— Ой, не могу!... — она успокоилась и сказала: — Мои — мужик с топором и мечем и вон тот сладенький мальчик со странной херней в руках.

— Мне все равно... — произнес я.

В следующую секунду мы сорвались с места.

Демоница просто рванула вперед с мощью реактивного истребителя. Я же толкнул себя телекинетикой.

Смешав Мокутон, я начал из тенкецу тут же выделять Мокутон, который начал покрывать меня огромными деревянными доспехами. Конечно, объем чакры, который я мог потратить на создание этого доспеха, был кратно ниже, чем во время драки с Хетотом, но даже так мне удалось создать двадцатипятиметровое создание, в центре туловища которого был я.

Разом огромный барьер, который ограждал не только взорванную площадь, но и по полквартала домов, примыкающих к ней со всех сторон, мне показался довольно небольшим.

Цель моей атаки была на Райгу, но он сумел "отпрыгнуть" коротким "шуншином". Увеличившаяся в момент удара лапища моего доспеха врезалась в тяжелую черепичную крышу какого-то четырехэтажного здания. Сила и скорость была настолько большой, что удар доспеха пробил не только ее, а и остальные перекрытия, будто бумагу. Когда лапа достигла фундамента, то пробила его и глубоко погрузилась в землю. Во все стороны брызнули обломки и выброшенный грунт. Здание не выдержало подобного издевательства и обрушилось.

В следующее мгновение над спиной моего доспеха появился из "шуншина" Джинпачи. Он с размаху нанес удар своим мечем. Сразу после этого взрыв-печати взорвались.

Тем не менее, повреждения были невелики.

Быстро сориентировавшись, я воззвал к Хьетону и швырнул, прямо через спину и образовавшееся облако взрыва, большой обломок льда.

В последний момент Мечник сумел увернуться и уйти коротким "шуншином" в сторону. В результате лопнувший обломок льда не задел его осколками.

Раздраженно рыкнув, я захватил лапищей горсть обломков разрушенного дома и, щедро разбавив их небольшими ростками Мокутона, швырнул это все в сосредоточенно концентрирующего чакру Райгу, который стоял на крыше почти возле самой стены барьера. Ему пришлось прервать технику и отпрыгнуть в сторону. Но атака на этом не прервалась и я стал генерировать постоянно Мокутон из лапы, стреляя в Райгу, как из пулемета.

Я бы достал его, но опять проявился Джинпачи, врезавший своим мечем доспеху по ноге. Взрывом ее чуть не оторвало и он начал заваливаться назад.

Разозлившись еще сильнее, я выплеснул еще чакры и тоже применил "шуншин", потянув следом за собой и весь свой доспех.

Проявился я прямо над спиной Джинпачи, уже нанося мощнейший удар левой лапой. На чистых рефлексах он умудрился перескочить средоточие Мокутона, разочарованно сорвавшего крышу, на которой он стоял. Но я, повинуясь предчувствию, сработал на опережение и плюнул тонкой, но очень длинной ледяной иглой точно в то место, где он оказался.

Игла проткнула его доспех АНБУ Кири, словно его и не было, и, сбив его воздухе, пришпилило его к брусчатке, брызнувшей во все стороны. Коротко вскрикнув, он выронил Меч и ухватился руками за иглу, пытаясь слезть с нее.

Но мне не дали насладиться муками поверженного противника — с тяжелых туч в доспех ударила сильнейшая молния, нанесшая намного большие повреждения, чем все усилия Джинпачи: древесина полопалась и даже загорелась. Сам разряд дошел до меня и неожиданно просто втянулся мне в источник.

Я позволил себе чуть улыбнуться: новая козырная карта дает о себе знать.

Работа Райги? Каким-то образом перехватил управление над тем куском тайфуна, что я тянул за собой?

Оказалось, что нет. Он просто воспользовался тучами как проводником для своей техники. Повинуясь моей воле, в тучах начали рождаться молнии все больше и больше, пока не родилась огромная, вырвавшаяся оттуда и ударившая прямиком в Райгу. Ее удар был не секундным — она все продолжала и продолжала бить в него. Ярко-бело-голубой свет залил всю округу. Я видел, что Мечник пытается защититься своими Мечами, но молния была толщиной с дерево и количество энергии, изливаемой через нее было огромным. Кроме того, если вначале она была одной, то дальше она стала ветвиться, разнося крышу, на которой стоял Райга. Он бы упал, но молния резко усилила натиск и отбросила Мечника прямо на барьер, прижав его спиной к нему.

От воздействия Молнии одежда Райги загорелась и он начал кричать. В какой-то из моментов он больше не смог удерживать Мечи и молния удалила его просто грудь, моментально испепелив.

Его Мечи упали вниз и неожиданно легко воткнулись в камни брусчатки, погрузившись в них чуть ли не наполовину.

Молния исчезла.

— Нет! Райга!!!! — отчаянно закричал пришпиленный Джинпачи.

Его крик легко перебил зычный рык Ливруш:

— Твоя! Душа! Принадлежит! Мне-е-а-р!

Я повернулся на звук и осторожно высунулся из доспеха.

Ливруш прижала к земле Джинина. У него были отрублены руки по плечи. В данный момент демоница извлекала из груди большую сферу его души. На мой взгляд, если она и уступала той, которой хвасталась Ливруш, то не намного.

Второй мечник лежал невдалеке возле стены и, тяжело дыша, расплывался лужей воды. Хочет сбежать? Нет. Это не в моих планах. Хотя они и очень гибкие, но меня совсем не радует встретить его рядом с Ягурой.

Я выпустил в него и пришпиленного Хьетоном Джинпачи Мокутон, но так, чтоб не убить их, а захватить.

Неожиданно от барьера донеслось синейшее "ду-ду-х".

Оказалось, трое Учих пробивали барьер. Причем тот вел себя, словно стекло, и быстро покрывался трещинами.

Очень интересно...

Учихи пробивали барьер.

Удар, еще удар и — он был проломлен. В него тут же ворвались Анко и Сэнго. Вскочив на крышу уцелевшего здания по соседству, они окинули поле битвы взглядом

Я выбрался из доспеха и встал на его плече.

Анко спросила, крикнув мне:

— Все в порядке?

Я ответил:

— Да! Мы справились. Проконтролируйте территорию. Мы разберемся с Мечниками и продолжим двигаться к дворцу. Что с Пакурой и Югито?

— Они застряли на базе самураев. Но туда уже выдвинулись отряды Золотого Дракона. Мы контролируем ситуацию.

Я одобрительно кивнул:

— Хорошо. Но пусть Наоми с племянницами тоже туда заглянут и вообще протралят весь город на предмет очагов сопростивления. Где Мэй?

— В порту. Только высадились. Занимаются спасением утопающих и того что еще можно спасти.

Что ж, все идет по плану.

Создав клона, я отправил его к демонице.

Ливруш как раз закончила извлекать душу из Джинина и медленно распрямилась. Ее глаза были закрыты. Она произнесла:

— Да... Вот это — сила...

Через свою копию я сказал:

— Ливруш, я поменяю паренька на другого Мечника.

Она чуть приоткрыла глаза и скосила на меня взгляд:

— Он тебя заинтересовал?

Копия кивнула:

— Я вспомнил, что он член одного очень богатого клана. Сохранив ему жизнь,я смогу приобрести определенные дивиденты.

Архидемоница пожала плечами:

— Я согласна...

Высунувшийся из-под земли корень перенес ей замотанного, как куколка, Джинпачи. Из кокона торчала игла, на которая его проткнула.

Повинуясь моей воле Мокутон раскрылся и вытряхнул из своего нутра вскрикнувшего Мечника.

— Я смотрю, души у них очень большие.

Ливруш задумчиво покивала:

— На удивление — да. Их сила огромна. Хоть магического дара и кот наплакал. Фактически из трех четырех подобных душ можно вполне создать Архидемона. — она чуть примружила левый глаз и добавила: — А если собрать пять-шесть десятков — вполне можно возвысится в Высшего.

— М? — мой клон удивленно поднял бровь.

Демоница же хохотнула:

— Вот же будет забавно — Высший-Воин. Я о таком только слышала. В основном истории о их тупости и прямолинейности... Кстати, а четвертого ты убил?

— Да. Его тело сгорело.

— Ш-ш-ш-ш... — расстроено зашипела она, став на колени над стонущим Мечником: — Такие души бесценны. Честно говоря, очень-очень странно все это. — Ливруш ухватилась своей правой рукой за ледяную иглу,а левой уперлась в грудь Мечника и резким движением вырвала ту из его тела. Изо рта шиноби потекла кровь, а демоница наклонилась над ним и крикнула: — Твоя душа принадлежит мне! — напрягшись, она даже задрожала всем телом и глухо низко зарычала.

Мечник тоже начал дрожать и из его живота поднялась ярко светящаяся сфера души. Демоница дрожа от напряжения вытянула руки и крепко обхватила ее. Переведя дух, она резко втолкнула душу себе в грудь.

— Ну, как? — поинтересовался я.

— С этой вышло чуть сложнее. — вздохнула она и добавила: — Нужно немного подождать, пока источник оптимизирует их расположение, и я получу прибавку в силе.

Мой клон подошел к кокону с последним захваченным Мечником и подхватил его под мышку. Я же тем временем создал еще пару клонов, которых послал за Мечами.

Повинуясь моей команде, один из клонов принес мне парные мечи Киба, которыми был вооружен Райга. Я пробно взмахнул ими а потом подал в них немного чакры. Как и оказалось, они меняли природу чары на Стихию Молнии. Причем, преобразование было крайне эффективным. Практически без потерь. С этими мечами обычный джонин В-класса вполне мог тянуть на твердую А или даже S.

Конечно, для меня это было не так уж и важно, но поскольку моя катана пришла в негодность они будут отличной ему заменой. Интересно, какое воздействие Стихией Молнии я могу создать если прокачаю через них объём равный объему всей моей чакроситемы? Наверное — это будет нечто кошмарное.

Жаль, что ножны сгорели. Если они вообще у Райги были.

Остальные мечи мой клон спрятал в свиток.

Рядом со мной мягко встала на плечо деревянного гиганта Анко:

Она спросила:

— Что будешь с ними делать?

Я поднял бровь:

— Отдам Мэй.

Анко удивленно подняла бровь:

— Но зачем?

Укоризненно улыбаюсь:

— Эти мечи были выкованы здесь, в Стране Воды. Пусть местные кузнецы создадут нам что-то более интересное, чем эти игрушки. Уж трофейного металла мы из Адской Вселенной натаскали достаточно. Вдобавок мне не нравится их вычурная форма. Меч, и ты с этим согласишься, должен быть именно "мечем", а не топором. И если форма Кибы еще куда ни шла, то все остальное пусть лучше будет вращаться в Киригакуре, чем у нас в руках.

Анко пожала плечами:

— Ну, смысл в этом есть.

— Еще бы! Ладно, выдвигаемся к дворцу и зачищаем его. Ты займись поиском даймё. Пусть Сэнго тебя прикроет. Я же пойду в этом. — я красноречиво пнул свой доспех и снова медленно погрузился в него.

Лишь проследив за тем, как четверо моих клонов, с запечатанными Мечами и одним Мечником, отправились к Мэй и установили с ней контакт, я пошел дальше.

Мы осторожно двинулись вперед. Конечно, четверо мечников побеждены, но ведь может быть все что угодно — начиная от того, что здесь может появиться последний Мечник и даже сам Ягура, до — отряда другой Скрытой Деревни.

Ливруш же нагло забралась мне на левое плечо и села там на корточках.

Неожиданно Сэнго и Анко, прыгавшие по крышам слева и справа от меня, остановились и сделали знак "опасность".

И сразу же передо мной улицу загородили самураи в сплошных стальных доспехах с но-дачи наперевес.

Я поднял правую лапу с останавливающем жесте и мои спутницы, собравшиеся уже начинать крошить солдат, замерли:

— Четверо Мечников повержены. Если вы не сдадитесь, то я отправлю вас всех в Ад. — произнес я, усилив голос чакрой.

— Мы не можем. Приказ даймё... — глухо ответил офицер в позолоченной маске и с какими-то знаками различия.

Но я его услышал и тоже тихо произнес:

— Жаль. Новому правителю вы бы понадобились...

Повинуясь моей воле, доспех поднял лапы вперед и из них стали вырываться сгустки живого дерева. Импровизированные снаряды стали врезаться в самураев, которые как бы даже были рады этому, даже не пытаясь увернуться и подставляя под удары смерти свои сердца.

Вот и все. Последний самурай из охраны даймё умер.

Какая верность своим идеалам... Надеюсь, если что Золотой Дракон отдаст свои жизни без раздумий за меня так же как и они...

Повинуясь наитию я повлиял на проросшие в их телах куски Мокутона и они снова ожили, став расти, пока не завернули тела и оружие в коконы.

Прекрасно. Поговорим чуть позже, когда даймё и Ягура сдохнут, а на троне умостит свой задик Мэй...

Доспех вырвал из брусчатки, погрузившиеся и даже немного проросшие, ноги и преодолел последние сотни метров до высоких закрытых стальных ворот. Они были почти такой же высоты, как и мой доспех.

Я вкачал в правую лапу доспеха еще чары Мокутона. Конечность разбухла, серьезно увеличившись в размерах. Тяжело размахнувшись, я ударил ей в центр ворот. Те вырвало с мясом и вбросило вовнутрь.

Дворец встретил меня запустением.

Внутренний дворик с большим водоемом по центру был завален мусором, который сюда нанес тайфун. Многие крыши были сорваны и постройки щеголяли раскрытыми коробками стен.

Вынырнув из доспеха я махнул рукой Сэнго и Анко указав на дворец. Они кивнули и прыгнули туда. Оказавшись внутри, каждая из них тут же создала несколько десятков теневых клонов, которые стали оперативно обыскивать помещения.

Я даже не успел заскучать, как они одновременно сорвались с места и забежали в одну из дверей.

Спустя пару минут ожидания они появились из тех же дверей, лолача за руки не сопротивляющегося мужчину, оставляющего за собой небольшой кровавый след.

— Еще живой? — спросил я без особого интереса.

Анко ответила:

— Да. Хотел сбежать... Пришлось подрезать сухожилия на ногах.

Даймё был одет в свободные одежды из дорогой светлой ткани. Черные длинные волосы, покрытое резкими морщинами лицо, минимум драгоценностей.

Мои сокомандницы отпустили его и разошлись в стороны, оставив своих клонов рядом.

Я подошел ближе и сказал:

— Выпрямитесь. На этом ваш путь заканчивается.

Он тяжело вздохнул и, опираясь руками о пол, поднялся на колени. Подняв голову, он гордо взглянул мне прямо в глаза.

— С моей смертью Страна Воды исчезнет, как утренний туман? — неожиданно спросил он.

— Нет. — ответил я и продолжил: — Я собираюсь посадить на трон Мизукаге Теруми Мэй. В ее руках я планирую сосредоточить всю полноту власти и экономической мощи.

— Власть развращает. Посмотри, что она сделала с Ягурой. — произнес он.

Я грустно улыбнулся и ответил:

— Это произошло потому, что ему некого было бояться. Ему не на кого было ровняться. Он был одинок. Мэй же сможет в любой момент обратиться за помощью ко мне, Новому Богу этого мира.

— Понятно... — он прикрыл глаза и произнес: — Я готов.

Резкий горизонтальный удар правого меча Киба. Клинок был настолько острый, что прошел сквозь позвонки даже не заметив сопротивления

Голова даймё соскочила с плеч и откатилась в сторону. Тело завалилось на левый бок.

Вот и все.

Создав клонов, я послал их с известием к Мэй и остальным.

*****

Мэй молча смотрела на лежащее в грязи тело даймё.

До этого момента она подсознательно ожидала, что у Бога не получится... Что его остановят Мечники... Что что-то произойдет, что помешает его планам. Что армия даймё хоть как-то сможет сопротивляться...

Да, Мэй была в Тесокине и видела разрушения, но она думала, что их причинили Учихи, чья сила была легендарной.

До этого момента поддержка Золотого Дракона (и Намигакуре в одном лице) еще ничего не значила.

Она никогда не видела его силы. Силы бога, которая обрушилась на столицу и большую часть лояльных сил Ягуры, ее защищающих.

Великого Флота, в основе своей больше не было.

Количество погибших солдат и гражданских? Мэй приблизительно уже знала ответ на этот вопрос: около четверти всех людей живших в Оде. Из огромного флота даймё уцелела лишь десятая часть, а из ополчения, расквартированного в столице, — пятая.

Почти все корабли потоплены или выброшены на берег чудовищно высокой нагонной волной. Оставшиеся были так сильно повреждены, что ремонтировать их было бессмысленно. Легче построить или создать новые.

Бог явил свою ужасающую ярость и сокрушил практически в одиночку одну из Великих Стран...

Даймё убит его рукой...

Мэй несмело скосила взгляд на него, но побоялась поднять взор и взглянуть в нестерпимо горящие бело-голубым светом глаза.

Очевидно, в дальнейшем он собирается уничтожить Ягуру и Киригакуре.

И на развалинах столицы и Скрытой Деревни построить нечто новое. Прежде невиданное.

А этот подарок в виде трех Мечей и спеленанного Мокутоном Хозуки Мангецу?

Уцелевший Мечник был морально раздавлен настолько, что не острил и перебивал, молча слушая то, что она ему сказала.

"Когда Ягура будет мертв, ты будешь служить мне."

После этих слов Мангецу опустил голову. Он увидел разницу между тем, что мог он, и тем, что могли они. Он увидел новую вершину, но между ней и ним была даже не пропасть, а непреодолимая долина.

Мэй не стала его пока отпускать — пусть он поварится в собственном соку. А то еще решит сбежать к Ягуре или сделать сеппуку. С наследника клана Хозуки станется...

Акио произнес:

— Силы Золотого Дракона помогут тебе осуществлять поддержание порядка. Я оставлю с тобой несколько моих клонов на случай неожиданной атаки ударных отрядов Кумогакуре или Ивагакуре. Есть даже вероятность, что атаку проведут силы Конохогакуре. В любом случае — не сдерживайтесь. И мне плевать на то будет ли это Корень, АНБУ или обычный элитный отряд. — произнес он.

Мэй скосила взгляд на Амеюри, которая продолжала носить на лице одетую золотую полумаску.

Бывшая Мечница молча низко склонилась, как и другие шиноби Золотого Дракона стоявшие за ее спиной

Когда Амеюри распрямилась, она спросила:

— Что делать с телом?

— Похороните. Со всеми почестями... — последовал ответ.

*****

Двое стояли возле строго обветшалого храма.

Невысокий паренек был одет в форму офицера АНБУ. Не взирая на невеликие года он уже приобрел на войне с Киригакуре впечатляющую славу. Его имя враги произносили лишь шепотом, постоянно оглядываясь.

"Шисуи... Шуиншин но Шисуи..." — шептали они. Мастер техники "шуншина". Офицер АНБУ. Доверенное лицо как Фугаку, так и Хирузена. В его глазах горел Шаринган.

Напротив него стоял чуть сгорбленный забинтованный инвалид.

— Шисуи, я не доверяю тебе. Ты чересчур слаб. Ты хочешь применить "Кото Амацуками" на Фугаку, что бы избежать переворота? Тебе Хирузен пообещал изменить Коноху. Но скажи мне, а что ты будешь делать с остальными? Со мной, например?

Он резко протянул руку к глазу Шисуи, но безвольно замер.

Учиха произнес:

— Это — всего лишь гендзюцу.

Он повернулся, чтобы уходить, но внезапно перед ним, уже нанося удар, снова проявился Данзо. Его удар, направленный в правый глаз Шисуи, достиг цели.

Шисуи отпрыгнул, но было уже поздно — его глаз был уже вырван и кровь обильно текла из пустой глазницы.

Сбросив повязку, Данзо быстро заменил свой ослепший правый глаз на трофейный.

За его спиной появились три тройки оперативников Корня.

— Мангеко? — выдохнул Шисуи.

— Пришлось на тебя его потратить. Ты же — отдашь мне и второй... — произнес глава Корня, но перед ним уже никого не было.

*****

Глядя на произошедшее из кроны далекого дерева, Кохеку нахмурился и молча обменялся взглядами с еще одним членом Когтя, сидящим с ним рядом на ветке.

Очень многое прояснилось. Данзо сорвал свою маску и показал, что за ней скрывается.

Глядя на очень недовольного главу Корня, осознавшего, что Шисуи не зря носил свое прозвище, Кохеку жестоко улыбнулся под черной полумаской.

Конечно, Шисуи силен, но до таких ветеранов как члены Когтя, ему расти и расти. Оперативники Корня может и не смогут взять его след, а вот Кохеку, получивший в дар от Акио не только плоть и чакру, но и Мангеко — запросто...

Ветеран давно лишился сантиментов и знал, что если бы был на месте Шисуи и Данзо протянул бы к его глазам свои шаловливые ручки, то как минимум последний из клана Шимура этих ручек лишился бы сразу и без каких-либо разговоров. А дальше — уже под настроение...

Конечно, можно было бы напасть на Данзо уже сейчас или тупо обработать его "Аматерасу", но его смерть не входила в планы Акио по посадке на пост главы клана Учиха своего ставленика.

И так все висело на волоске. Хирузен явно что-то заподозрил и решил дать заднего, дойдя даже до того, что попросил Шисуи применить его особую технику Мангеко Шарингана. Нечто, что меняло моральные устои человека, на те, которые были нужны.

Фактически применение этой техники привело бы к тому, что Когтю пришлось бы устранять Фугаку самим. Что претило Кохеку.

Убивать главу своего клана, а потом заметать следы, будто в его доме случился пожар и тот угорел... Гадко.

А так — Шисуи с одним глазом, вероятно, не сможет создать свою технику и...

До этого момента Фугаку балансировал на краю пропасти, к которой он шел, отказав Богу в доступе к плите Рикудо. Сейчас же земля под его ногами обвалилась и он начал падать...

Позволив себе еле слышно хмыкнуть, он подал своему напарнику короткий сигнал "уходим" и они тенью понеслись по лесу, идя по еле заметному следу Шисуи.

*****

Сидя в позе "лотоса", на специально расчищенной площадке, я медитировал, восстанавливая чакру, для того, чтобы заполнить весь объем своей чакросистемы.

За более чем двенадцать часов постоянной медитации и уполовинивания всего своего запаса пищевых пилюль восстановилась едва ли треть.

Конечно, мощь чудовищная. Последняя битва немного подстегнула источник и сейчас он вырабатывал просто невероятные объемы чакры. Подумать только, источник вырабатывал за двенадцать часов такое количество чакры, которое вырабатывал раньше за две недели.

Но даже этого мне казалось мало, по сравнению с перераздутым объемом моей чакроситемы. Что самое интересное — она начала постепенно находить равновесие и развитие чакроканалов прекратилось.

Наоми мне сообщала, что мои глаза стали ярко светиться. Не знаю к чему бы это. Ощущались вполне нормально.

Насчет новых способностей... Я обнаружил, что могу отличить теневых клонов от вполне живых людей. Теневые клоны как бы были слегка прозрачны, а люди — нет.

Вместе с тем это касалось только теневых клонов. А вот древесных или созданных с помощью других Стихий — уже нет.

Я предположил, что это видение чакры — это следующий шаг того что у меня было раньше. Некое видение правды. Раньше я видел просто чакру и даже чакросистемы. Сейчас же я уже могу со взгляда различать и видеть сквозь такие сложные формы чакры как теневые клоны и хенге.

Еще одним бесплатным бонусом стало то, что я ночью вижу все как и днем.

И это радовало.

Про другую способность, уже проявлявшуюся ранее, я не хотел рассказывать никому. Нивелирование и даже поглощение вражеских вредоносных воздействий на основе чакры? Да кому такое расскажешь, когда мы на миссии и вокруг может быть множество врагов?

Мрачно глядя на встающее над разрушенным городом солнце, я решил заняться увеличением системы инфуин.

Инфуин представляет собой свернутый пузырь пространства, соприкасающийся с моим телом лишь в точке, которая проявлялась в виде синего ромба на теле. Просто и гениально одновременно. Принцип, тут применяющийся, был схож с принципом обычного свитка, в который запечатывали предметы. Однако в инфуин был специально разработан для запечатывания энергии, а не материи и в него нельзя было запечатать кунаи.

Как оказалось, инфуин отлично подошел для удерживания в себе примерно миллиарда душ поверженного мной Высшего демона Хетота. Что с ними делать дальше я представлял откровенно слабо. Доить из них ману, как это делают демоны? И как? А может квинтэссенцию Порядка-Хаоса, иногда называемую "праной"?

Или отдать Ливруш?

Последняя идея мне понравилась больше. Но если это и делать, то лишь тогда, когда я восстановлю свои пси-силы и освоюсь с новыми возможностями. Демоны — они такие.

Это сейчас Ливруш ведет себя паинькой. Она видела, что мы уложили Котшура без особых усилий. А уж сейчас и тех проблем может не быть. Став же Высшей, Ливруш вполне может начать показывать свой отнюдь не легкий норов. Уж какой сбрендившей сукой она была временами — я помню прекрасно.

Она вполне может начать пастись на моем огородике и даже сожрать мой милый цветник. Особенно под соусом того, что это ее соперницы. А уж к каким последствиям приводит драка с Высшим в полную силу — я уже видел.

Но к тем временам, я может и решу что-то с проблемой выкачки и абсорбции из трофейных душ маны.

Пока что нужно решить проблему инфуин. Эта же занята и качать-выкачивать из нее чакру опасно — души могут и сбежать.

Встав, я подошел к своему подсумку и достал свиток с полевым хирургическим набором.

Система будет простой — вокруг центрального будет расположено еще восемь таких же взаимосвязанных между собой инфуин. Они будут как бы держать центральный в кольце.

В принципе эта система будет должна работать по принципу взаимосвязанных сосудов. Ну, а если что-то пойдет не так — ее можно будет и перестроить или вообще уничтожить и начать заново.

Улегшись на земле, я создал пару теневых клонов, которые и будут проводить операцию.

Когда я обнаружил эту технику в секретной библиотеке ирьенинов, куда имели доступ лишь шестеро человек в Конохе, я поразился ее потенциалу. В самом свитке было сказано лишь про то, что можно расположить один инфуин, но обмозговав всю технику и проведя пару опытов, я понял что, количество фуин может быть ограничено лишь площадью кожи человека. Да-да, можно на себе расположить сотни и тысячи этих образований... Но зачем? Ведь для заполнения системы из семи инфуин мне понадобится семь десятков дней. И ведь высвободить эту мощь разом может быть крайне проблематично — тенкецу точно не выдержат. Я вполне могу просто лопнуть, как воздушный шарик.

Да, можно рискнуть и опять обожраться счтимуляторами, а потом опять прогнать через чакроканалы весь запас и растянуть чакросистему еще больше. Но, а в друг?

При всем том, количество чакры всегда было не самым определяющим фактором в схватках и битвах.

Я прикрыл глаза и сосредоточился. Клоны стали мягко влиять на мою чакросистему. Ощущая их прикосновения и видя то, что видели они, я стал менять рисунок чакроканалов. Теперь скальпелем чакры наметить контуры будущих инфуин...

Еще немного...

Готово! Подаем лечебную чакру в организм, чтоб чакросистема восстановилась и — новые инфуин заработали.

Я сосредоточился и качнул немного чакры в систему инфуин. Что ж. Все функционировало как, и задумывалось.

Поднявшись, я развеял клонов и быстро собрал хирургические инструменты.

Из-за угла не спеша вышла Ливруш и, чуть поигрывая своим топором, направилась ко мне.

Подойдя ближе, она произнесла:

— Заблудший, с тобой хочет поговорить эта Мэй. Говорит, что срочно.

Запечатывая в свиток хирургический набор, я произнес:

— Пусть идет. И на будущее — если сведения срочные, то сразу пропускай...

Архидемоница чуть пожала плечами:

— Ладно...

Я покосился на небо над головой и вздохнул: я расположился в каком-то помещении дворца дайме. Причем выбрал комнату с сорванной тайфуном крышей. Из-за этого сюда накидало много мусора и щедро залило это все дождем. Клоны просто отодвинули мусор к стенам и выпарили немного влагу.

В комнату вошла Мэй, одетая в роскошное открытое платье синего цвета. Похоже, пришла что-то сообщить и о чем-то договариваться.

— Доброе утро. — произнесла она, чуть улыбнувшись.

Я вздохнул и, распрямившись, коснулся подушечками пальцев системы инфуин. Они сразу же после этого стали невидимыми. Мэй заметила это.

— Доброе утро. Что-то случилось? — спросил я

— Да... Мои шпионы доложили мне, что Ягура и Кисаме в данный момент находятся в Киригакуре в резиденции Мизукаге.

Начав одеваться, я кивнул:

— Это хорошо. Все эвакуировались?

Мэй помрачнела:

— Кто мог. Многие из колеблющихся и нейтральных кланов уже переметнулись к нам. Кроме того благодаря тому, что ты сохранил жизнь Мангецу клан Хозуки полностью ушел из Киригакуре. Вот только я уверена, что из тех, кто пришел к нам, много кто продолжает слать информацию Ягуре. И даже если нет, то не понять к чему тут все идет не сможет только идиот. Я также думаю, что он знает о том, что Мечники мертвы. Это я веду к тому, что они знают, что ты идешь, и будут готовы.

Я натянул чакропроводящую сетку и стал пристегивать части доспеха.

— Ну и что? У меня есть джинчуррики Двуххвостого и три Учихи. Даже если атакуют лишь они вчетвером, то раздавят их двоих.

— Это если они будут двое. Остатки АНБУ, судя по всему, решили сражаться до конца. Кроме того появился один любопытный слух, что Ягуру везде сопровождает человек в странной одноглазой маске. У него шаринган.

Собравшийся уже презрительно фыркнуть, я замер и напряженно повернулся к ней:

— Ты уверена?

— Это только слух. — пожала она плечиками: — Одна из служанок Ягуры тоже сбежала и рассказала, что видела странного человека, ходящего за Мизукаге как его тень. При этом все его как бы не замечали. Его глаз постоянно горел красным светом Шарингана.

Я прикрыл глаза и создал клона, тут же послав его на поиски Наоми:

— Твою мать! Неужели кто-то решил играть против меня? Или это давняя игра Фугаку? — я стал ходить туда-сюда: — А может Хирузен? Ого-го-го... Может, поэтому старпер так легко и согласился на миссию? Или мне просто кажется? А ведь у АНБУ и Корне служат Учихи. Тот же Шисуи и Итачи... — я остановился перед Мэй и, неожиданно для себя окинув ее раздевающим взглядом, произнес: — Найди эту служанку. Срочно. Мы с Наоми пороемся в ее воспоминаниях и если действительно обнаружим там Учиху то придется про что-то думать.

Мэй кивнула и скрылась за углом. Глядя ей в след, мне пришлось приложить усилие, чтобы не следить за ее ножкой, мелькающей в высоком вырезе платья.

Отвернувшись, я сумел переключить мыслительный конвейер на неожиданно вырисовывавшуюся на горизонте проблему. Неизвестный Учиха и Ягура...

В комнату безмолвно вошли Ливруш и Наоми. Учиха подозрительно окинула взглядом помещение и одевающегося меня, после чего выразительно перевела взгляд на демоницу.

Я подошел к ней и сказал:

— Только что у меня была Мэй. Она имеет сведения, что возле Ягуры крутится Учиха. Она сейчас приведет этого человека, который его вроде как видел.

— Учиха? — сощурилась Наоми: — Я не слышала о таких операциях. Да тем более с Ягурой.

Я зашипел, втянув воздух через зубы:

— Эту операцию специально мог провести мимо тебя Фугаку. Кроме того, Учихи есть на службе у Данзо и АНБУ. Что-то могло пройти мимо Когтя.

Наоми озадаченно нахуирилась:

— Акио, ты опасаешься ловушки? Даже если она есть, то не рассчитана на то, что ты завершил риннеган, а у нас у всех уровень явно выше официального. Да и даже если там Шисуи — у нас троих тоже Мангеко.

Я кивнул:

— Вот именно. Ты же знаешь "изанаги" и "изанами"?

Она сощурилась:

— Ты предполагаешь, что...?

— Да. Возможно вам придется применить их, чтобы вытащить меня из того света или убрать из-под удара "Аматерасу". И запомни, что я не смогу вас воскресить, если от тела мало что останется, а вот глаза восстановить я смогу запросто.

Создав дюжину клонов, я направил их приводить в порядок занятую мной комнату. За пол часа они убрались в помещении и вытянули поврежденную мебель. Вместо нее я создал из Мокутона кресла и лавочки. Жестковато, конечно, но сойдет. Клоны тем временем нарастили крышу. В качестве освещения, я создал несколько больших светящихся цветов.

Когда Мэй вернулась с Ао и сильно испуганной небогато, но опрятно, одетой девушкой, я как раз заканчивал.

Мэй и Наоми обменялись приветственными кивками. А я, мягко улыбнувшись, спросил:

— Так это ты видела странного мужчину, на которого никто не обращал внимание? — но девушка лишь затравленно уставилась на меня, словно кролик на удава. Пришлось посмотреть на Мэй и спросить уже ее: — Как ее имя?

— Мива Като. — ответила та.

— Отлично. Итак, Мива, я и вот эта куноичи сейчас просмотрим твои воспоминания. Присаживайся. — когда Мэй усадила ее на лавочку, я продолжил: — Не беспокойся — мы опытны в этих делах. Может быть немного больно, но ты не стесняйся и говори сразу нам об этом. Хорошо?

— Да-да. — немного отмерла она.

Я немного подумал и достал из своего набора небольшую наркотическую таблетку. Отломав половину, я протянул ее девушке:

— Проглоти и мы начнем. — подождав пока девушка сделал требуемое, я перегланулся с Наоми и произнес: — Ну, что? Сначала я?

— Я не против. — пожала она плечами: — Если не получится у самого одаренного из Яманак, то мне там вообще делать нечего.

Хмыкнув, я наклонился к девушке и коснулся ее лба своим.

Телепатия на удивление отозвалась намного легче, чем обычно. И это при том, что я ощущал, что не вышел на свой максимум. Завершившийся риннеган кроме чакросистемы разогнал еще и искру? Офигеть. Дайте три пары...

Легко погрузившись в чужие воспоминания я нашел нужный момент. И еще один. И еще. И вообще местами ее память как будто подтирали. А вот сейчас не успели...

Странный мужик везде шляется за Ягурой. Кстати, впервые я увидел нынешнего Мизукаге и был очень удивлен тем, что он — мальчик, вроде как внешне еще моложе меня.

Маска у Учихи очень странная. И всего одна прорезь для глаза, в глубине которой горит явно Мангеко Шаринган.

Кроме того в ее воспоминаниях удалось даже найти Кисаме. Синекожий синеволосый жутковатый мужик с таким же синим оружием за спиной. Если ЭТО — меч, то я — черепаха...

Увидев достаточно, я вынырнул из чужих воспоминаний. Отстранившись, я произнес:

— Действительно — одноглазый Учиха с Мангеко Шаринганом.

Наоми нахмурилась и сказала:

— Дай, теперь я попробую.

Я приглашающее повел рукой, а сам сел в деревянное кресло и стал думать о том, чья это может быть игра. На ум ничего путного не приходило. Слишком многие это могли быть. Вплоть до того варианта, что это был шиноби Ивы или Кумо с имплантированным одним шаринганом.

Вопрос один: как сильно влияет присутствие этого шиноби на мой план?

Чем дольше я об этом думал, тем больше понимал, что в целом — никак. Мне все равно нужно убить Ягуру. И без разницы кто встанет на его защиту...

Вот Наоми закончила и задумчиво отстранилась от девушки.

— Даже не знаю что сказать. Но это явно шаринган. Даже не знаю, кто это может быть. Одноглазых Учих в Конохе было всего пятеро и всех их уже завербовали в Коготь. Нукенины Учихи? Это даже не смешно. Во времен Мадары их не было. В любом случае по возвращении в Коноху нужно будет инициировать серьезное расследование по этому факту.

Я посмотрел на молча подпирающего стеночку Ао, подручного Мэй. Его правый глаз был закрыт черной повязкой. И темнее менее я видел, что под ней явно был функционирующий глаз. Вот только... Это был совсем не простой глаз. Я уже подобные видел.

Улыбнувшись, я произнес:

— А почему мы решили, что он из Конохи? Я вот смотрю на Ао и думаю о том, что у это шиноби глаз имплантирован.

Наоми тоже посмотрела на Ао. Тот же забегал взглядом неприкрытого глаза по помещению.

Учиха сощурилась:

— Очень интересно. И что же у Ао под повязкой?

Я скосил взгляд на Мэй:

— Думаю — бьякуган. Покажете мне?

Ао произнес:

— Этот бьякуган добыт в бою. Он достояние деревни.

— Не беспокойтесь. Мы не скажем Хьюгам.

Помощник Мэй вопросительно посмотрел на свою начальницу. Она пожала плечами:

— Ладно. Показывай.

Ао подошел ближе и поднял повязку.

Под ней действительно оказался бьякуган. Приживлен не очень хорошо.

— Иногда жжет? — спросил я.

— Бывает. — немного неуверенно ответил он.

— Сейчас внесу изменение в твою чакросистему. Постарайся расслабиться. — произнес я. Замешав лечебную чакру, я сосредоточил ее в кончиках пальцев левой руки и коснулся пальцами его лба. Моя чакра заставила мелкие оборванные чакроканалы додзюцу и чакросистемы переплестись, срастаясь в единое целое. Завершив операцию окончательному приживлению додзюцу, я убрал руку и произнес: — Я закончил. Кстати, вы должны знать, что связь чакросистема-додзюцу не только прямая, но и обратная.

— Это как? — нахмурилась Мэй.

Я улыбнулся:

— Дети Ао будут нести ген Хьюг. Со всеми минусами и плюсами. Вполне возможно, что они родятся либо со слабой мутацией глаз, либо даже с полноценным бьякуганом. — Я посмотрел Ао в глаза и добавил: — Ты должен так же знать, что женщины, рождающие Хьюгу получают сильнейшее расслоение источника во время беременности. И если ребенку это не угрожает, то мать такого ребенка с вероятностью около пятидесяти процентов умирает без должного ухода. Поэтому, если ты, Ао, решишь заиметь детей, то твоя избранница должна находиться под присмотром кого-то из Золотого Дракона, либо Сенджу, либо, на худой конец, даже меня.

Наоми произнесла:

— Говоришь связь обратная? Как насчет Какаши Хатаке? У него тоже один глаз — шаринган.

Я чуть покивал:

— Да-да. Его дети будут Учихами. В полном смысле этого слова. Сколько у него там томое?

— Уже три.

Я поднял левую бровь:

— То есть как это — три? Было меньше?

Она кивнула:

— Да.

Хмыкнув, я произнес:

— Повысить уровень шарингана можно только при его полной ассимиляцией чакросистемой хозяина. Очевидно, что дозюцу также повлияло на ее развитие. Если бы этого не было — перейти на новую ступень было бы невозможно.

Наоми задумчиво покивала:

— Ладно, с этим понятно. Что будем делать с одноглазым.

— Убьем. — пожал я плечами: — Мне все равно нужно убить Ягуру. Так или иначе. И тот факт, что его кто-то контролирует меня волнует лишь в смысле неопределенности.

— Когда выступим?

— Часам к десяти. Сколько от Оды до Киригакуре? Полчаса ходу?

Мэй покосилась на спящую на лавочке девушку и спросила:

— Что с ней?

Я вздохнул:

— Сейчас подотрем воспоминания и пусть пока попасется...

*****

Глубокая ночь в лесу возле Конохи. В условленном месте стоял Итачи.

Над ним слегка прошелестела мелькнувшая тень:

— Следуй за мной.

— Шисуи? — лишь спросил Итачи и понесся следом.

Возле водопада Итачи догнал своего друга.

Шисуи стоял спиной к нему и смотрел вниз. Он уже все решил. Сейчас ему стоило сделать лишь последний шаг.

Он произнес:

— Я хотел остановить восстание. Наложить технику 'Кото Амацуками' на Фугаку. Но мне не дали. Мне не доверяют... Если Учиха восстанут, то остальные деревни нападут на нас, воспользовавшись неразберихой. Мятеж во время войны с Киригакуре? Это будет конец. — он повернулся к Итачи и тот увидел, что у его друга одного глаза нет: — Данзо забрал мой правый Мангеко. Он хочет защитить деревню по-своему. Корень идет за моим вторым глазом. Я отдам тебе его. — он вырвал глаз и протянул его Итачи. С ночного неба хлопнув крыльями появился ворон. Он схватил глаз лапами и исчез.

— Что ты собираешься делать?

Шисуи улыбнулся и произнес:

— Я слышал, что Акио и его отряд устранились от мятежа и не будут поддерживать Фугаку. Ради этого они покинули Коноху. Поэтому Фугаку надеется на меня. Даже без додзюцу я все еще полезен клану. Учиха могут обвинить Данзо в краже шарингана. Тогда их поддержат Хьюги и станет еще хуже чем могло бы быть. Поэтому я написал записку, что клан давит на меня и закончу это все сейчас и здесь. Моя смерть может остудить горячие головы в нашем клане... Прощай...

Он шагнул назад и упал с обрыва.

Итачи метнулся за ним, но не успел его поймать.

Кохеку криво улыбнулся и прошептал:

— Как же удачно все складывается... Мальчишки. Глупые мальчишки, удумавшие, что все зависит от них.

Его напарник чуть кивнул и криво улыбнулся под полумаской:

— Ну, не знаю: судя по всплеску чакры Итачи прямо сейчас поднялся на ступень Мангеко. Что будем делать с телом Шисуи?

Кохеку сощурился и прошептал:

— Пусть плавает. Вызови поддержку — пусть они проследит за тем, чтоб тело не затерялось... Возможно, Бог еще вернет ему жизнь.

*****

Резиденция Мизукаге в Киригакуре.

В рабочем кабинете находились трое. Ягура, одетый в ритуальные одежды, сидел за письменным столом. За его спиной находился мужчина, чье лицо было закрыто спиральной одноглазой маской, сквозь ее прорезь было видно ярко горящий шаринган. Перед ними стоял оперативник АНБУ Киригакуре.

Ягура сощурился:

— Значит, даймё мертв?

— Да. Кроме того агенты говорят, что столица сильно разрушена искусственным тайфуном, что создал Акио-Аккай. По городу прошли несколько мощных смерчей. От личной гвардии даймё не осталось ничего. Потери среди регулярных сил и ополчения огромны. Они дезорганизованы и охвачены паникой. Их командиры уже присягают Теруми Мэй по первому зову.

— Гм. Ожидаемо. Жалкие шавки тут же начали лизать пятки новому хозяину. Удалось узнать, на счет того, что произошло с Мечниками?

Безликий оперативник вежливо кивнул:

— Нам удалось разговорить нескольких случайных очевидцев. Они говорят, что Аккай их убил. Но не сам. Ему помогало странное существо, напоминающее высокую рогатую женщину с жутким топором в руках. Она победила двоих Мечников, а Аккай остальных. Судя по всему — она его призыв. Или что-то такое.

— Вот как... — задумчиво произнес мужчина за спиной Мизукаге.

На него никто не обратил внимание, но Ягура следом за ним повторил:

— Вот как... Что-то еще?

Оперативник АНБУ кивнул:

— Очевидцы все как один вторят, что видели нечто очень сильно похожее на огромных трех призрачных воинов, будто сделанных из чакры...

— Да неужели? Не может быть... — задумчиво прошептал мужчина в маске.

Внезапно рядом с докладчиком появился из "шуншина" еще один АНБУ. Став на колено, он произнес:

— Хозуки ночью ушли. Их квартал пуст. Они забрали все материальные ценности с собой. — произнес он.

— Проклятые предатели! — раздраженно произнес мужчина.

— Проклятые предатели!!! — уже крикнул Ягура и добавил спокойнее: — Возьмите четыре тройки АНБУ! Догнать и...

Неожиданно он прервался. Все присутствующие ощутили далекий мощный всплеск чакры и повернули голову в том направлении. В кабинете появился еще один АНБУ. Он торопливо произнес:

— Мы обнаружили чужаков в пятой патрулируемой зоне. Несколько патрулей уже ведут бой...

*****

Изначально план предусматривал, что я нанесу удар сам или с поддержкой тройки Учих. А все остальные займутся подавлением тех шиноби и АНБУ Киригакуре, что остались верны нынешнему Мизукаге. Потом Наоми, Тоши и Шизука займутся Кисаме, а я — займусь Ягурой.

В этих условиях я мог не сдерживаться и обрушить на Мизукаге всю свою мощь не только чакры, но и, если потребуется, моей пси.

Однако с появлением на сцене неизвестного шиноби с одним шариганом нам придется учитывать такой фактор, как возможность применения им в самый ответственный момент "изанаги", "изанами" или "аматерасу". Вопрос с тем получится ли у этого противника создать "сусаноо" тоже оставался открытым.

Перебивать эти ультимативные техники придется лично Наоми.

При всем этом применение "изанаги" так и не получилось в холостую ни у кого из троих Учих. Вместе с тем вся особенность шарингана состояла в том, что при сильных эмоциональных взрывах в критических ситуациях Учиха мог прыгнуть выше головы. Поэтому я надеялся, что если этот неизвестный шиноби меня прижмет (или даже убьет) то Наоми сможет откатить время назад и перестроить реальность.

Но уверенности в этом не было.

Ультимативное гендзюцу "изанами" также получалось через раз. Однако, мне объяснили принцип ее работы и как из нее выбраться. Я надеялся, что сумею это сделать достаточно быстро, чтобы враг меня не добил.

Хуже было с обычными гендзюцу и их вершиной "тсукуеми", позволявшей погружать противника в особое гендзюцу, разгоняя его внутреннее время до предела. По идее, мне, как псиону и немножко телепату, должно было быть легче. Однако, там тоже была пара нюансов.

Времени было немного и Наоми меня всего четыре раза забросила в "тсукуеми". Да, в нем пребываешь всего пару секунд, но проведенные там дни были довольно поучительны. Немного иллюзорных пыток и боли. Отгородиться от этого всего было просто. Но выпасть на пару секунд из реальности во время боя?

Именно из-за этого мы решили направить драться с Кисаме Ливруш, Анко и Югито. Конечно, команда критично не сыграна и даже не до конца понимает, что ожидать от союзников, но их совокупной силы должно легко хватить задавить последнего Мечника. Вообще единственной проблемой Кисаме был его Меч — Самехада. Живое оружие, пожирающее чакру врага и предающее ее своему хозяину. Жутковатая вещь. Поэтому мы и решили поставить против него самых неудобных противников: не обладающую чакрой вообще Архилемона-воина, опирающуюся на сен-чакру бывшую ученицу Орочимару и джинчуррики двухвостого Мататаби.

Меня же будут прикрывать все трое Учих. Остальных шиноби врага придется взвалить на Пакуру и Сэнго, которым будут помогать части "Золотого Дракона".

Когда (или если?) неизвестный одноглазый шиноби вылезет для участия в нашей драке, Учихи должны будут им заняться, оставив на меня Ягуру...

Выступили мы ровно в десять утра. "Золотой дракон" в полном составе последовал за нами.

Киригакуре была расположена в каменистой низине. Растительности тут было немного. Вдобавок ко всему она резко обрывалась не доходя до самых стен Скрытой Деревни больше пяти километров.

Не доходя до этой зоны около полукилометра, шиноби, возглавляемые Амеюри, отстали и начали обтекать всю деревню слева и справа.

Мы продолжили движение и практически сразу же наткнулись на патруль АНБУ Киригакуре, в количестве тройки шиноби. При виде нас они тут же рванули по направлении к Скрытой Деревне.

Следом за ними молниеносно метнулась Анко и сбила одного из них в воздухе. Еще одного ей удалось загрести в объятия огромной белой змеи, вырвавшейся у нее из продольного разреза в форме на спине.

Последний АНБушник в воздухе вывернулся и швырнул ей в след три куная со взрыв-печатями. Их разрывы не нанесли ей вреда. В следующее же мгновение ледяное копье, выпущенное Сэнго, нанизало его, как жука на булавку, и сбросило вниз.

Скрываться больше не было смысла. Да не планировалось нечто подобное.

Выпустив чакру, я сформировал из нее очень плотный покров и мягко взлетел над верхушками деревьев.

За мной двинулась тройка Учих в "сусаноо".

Справа пронзительно и отчаянно закричало двое каких-то шиноби, по которым врезала ярко-бело-розовыми сферами Шакутона Пакура.

— Ягура-Ягура, тук-тук-тук. Выходи-выходи. Пора умирать... — произнес я про себя.

Подлетев ближе, я обратил внимание, что стена, защищающая Скрытую Деревню, в основе своей была не рукотворной, а естественной. Она представляла собой высокие скалы, похожие на стремящиеся в небеса пальцы, соединенные каменными перепонками.

Киригакуре была окружена почти со всех сторон горами и пробиваться вовнутрь было легче в лоб, чем с боков или тыла.

В стене был очень широкий проход, к которому мы не спеша и направились.

Ливруш, Анко и Югито держалась плотной группой метрах в ста справа от нас.

Напряжение нарастало и я чуть поиграл парными мечами Киба, которые сжимал в руках.

Виднеющийся за стеной город начало быстро заволакивать очень густым туманом.

Он хочет драки в этой пелене? Ну, в принципе, смысл есть. Вот только я на такое не согласен.

Мы остановились и я качнул через мечи чакру. Послушно поменяв природу, она излилась очень толстой молнией. Я повел ей слева направо. Внутри тумана стали полыхать вспышки взрывов.

Кроме этого, я выпустил целое облако очень горячего пара. Поднимаясь вверх, оно принялось завлекать в себя большие объёмы воздуха. Поднявшийся ветер начал сносить туман.

Когда молочная пелена исчезла нам предстала настоящая армия из более чем тысячи шиноби Киригакуре. Во главе них стояли двое: мальчик, одетый в черную форму шиноби с красивым деревянным посохом в руках, и высокий синекожий и синеволосый мужчина со здоровенной дубиной обмотанной тканью. Мизукаге Ягура и Мечник Кисаме.

Одноглазого видно не было.

Над головой сверкнула молния. А потом еще одна и еще. Протяжно загремел гром. Ярко светящее солнце начало скрываться за тучей.

Честно говоря, я не планировал создавать грозовой фронт. Но пусть будет...

Что, так и будем стоять? Зря...

В туче стали рождаться молнии одна сильней другой, пока, наконец, одна из них не ударила прямо в центр построения вражеской армии. Цели она не достигла — несколько шиноби моментально подняли на ее пути высокую земляную стену.

Вообще-то так делать нельзя Молния сильнее Земли. Однако все всегда определяет не это правило, а мастерство и знания защищающегося.

Вот и сейчас разряд выбил лишь большую воронку в стене и бессильно сбежал по стене в почву. Использовали влагу?

Я хмыкнул и произнес:

— Наоми, Тоши, Шизука! Занимаетесь вражеской армией и моей страховкой на случай появления одноглазого. Все остальное — по плану. Начинаем!

В следующую секунду я щедро зачерпнул чакры и змашав Мокутон бросил ее в земляную стену.

Еще в воздухе распухший комок живой древесины глухо ляпнулся о преграду и расплескавшись по ней, стал внедрять в нее корни, разрывая и разламывая нее. При виде этого буйства вражеская армия даже попятилась.

Я засмеялся и резко хлопнул ладонями, сложив их в печать концентрации. Мокутон отзвался на мои действия и запустил технику "Каджукай Корин". Деревья стали выпускать большие бутоны цветов. Спустя пару секунд бутоны начали с хлопками раскрываться выпуская смертоносную пыльцу.

Однако, Ягура отдал резкий приказ и больше пятидесяти шиноби стали заливать желтое облако струями воды. Это оказалось неожиданно эффективно. Не став дожидаться, пока они прибьют все облако, я опять инициировал молнию в грозовой туче над нашими головами и та послушно ударила в образовавшиеся заросли. Пыльца взорвалась, полыхнув ярко-желтым пламенем. Но эффект был намного слабее ожидаемого. Ударная волна была настолько слабой, что лишь взбаламутила пыль.

Фыркнув, я применил резкий "шуншин" и оказался прямо над горящим Мокутоном.

Здесь было горячо и довольно дымно.

В этот раз я создал Огонь и резко выдохнул его из легких огромным огненным порывом.

Они опять попытались встретить его, командой выпуская струи воды, но я мгновенно выплеснул Хьетон и создав огромную глыбу темно-синего льда швырнул прямо сквозь их водяную завесу. Пробив ее, как газету, она, повинуясь моей воле, лопнула, разбросав мелкие куски-осколки по фронту передомной.

Когда схватка Воды и Огня исчерпала себя, я смог полюбоваться на свою работу.

Многие шиноби, конечно, сумели защититься, в основном создав индивидуальные куполы из Земли, но центр построения вражеской армии изобиловал ранеными и трупами.

Похоже, Ягуре это надоело. Он махнул рукой в нашу сторону и его армия побежала вперед. Я заметил, что Кисаме начал быстро разматывать свой Меч, Самехаду. А Ягура явно напрягся.

Ко мне быстро побежали Учихи. Столкновение их и вражеской армии произошло на одной линии со мной.

В первые же мгновения "Сусаноо" загребли первые ряды врагов своими огромными мечами, убив десятки шиноби. Те же попытались в ответ достать Учих низкоуровневыми техниками и кунаями. При этом группа, которая должна была заняться Кисаме, скрытно зашла мне за спину, оказавшись вне поля зрения Мечника и Мизукаге. Поэтому, когда Кисаме прыгнул ко мне "шуншином", уже замахиваясь своим монструозным мечем, его удар встретила своим топором Ливруш. Сила столкновения была такова, что адамант коротко пыхнул бело-голубой вспышкой.

Не ожидавшего этого, Кисаме снесло в сторону. Приземление было жестким — под него ногами землю вывернуло в сторону.

В эту точку уже бросилась воплощенная Мататаби. Кисаме успел подставить под удар огромной лапы свой Меч, но сила удара была такова, что его выбросило далеко за пределы поля боя.

Все трое членов ликвидационной команды бросились следом за ним, прямо сквозь ряды вражеских шиноби, практически не обратив внимания на их попытки пытавшихся им помешать.

Это возымело эффект вошедшего на полных парах атомного авианосца в строй маленьких китайских джонок. Подминая и расшвыривая всех, кто попадался у них на пути они продолжили вытеснять Мечника подальше от меня куда-то влево. За ними образовалась огромная просека из мертвых и раненых шиноби Кири.

Между мной и Ягурой остались лишь центральная часть армии. Справа и слева во всю работали Учихи: "сусаноо" убивали врагов десятками. При всем этом они оказались неуязвимы для них.

Когда счет пошел уже на сотни погибших, Ягура решил вмешаться напрямую: перед его армией земля расступилась, образовав огромную расселину. В ответ мне пришлось заполнить ее Мокутоном.

В эти секунды с флангов нанес удар Золотой Дракон. Слева возглавляли атаку Сенго и Амеюри, а справа — Пакура и Кин. Да, в Золотом Драконе было всего восемь десятков шиноби, но все они были уровня среднего джонина. Это полностью нивелировало вражеское численное преимущество.

Рубка была жуткой. Удерживая постоянно Ягуру в центре внимания, я все же заметил, что шиноби Намигакуре активно применяют формы чакры и стихиальное сродство. Но тех, кто мог использовать Мокутон или Хьетон были единицы.

Надеюсь, что настолько жестокая битва подстегнет развитие многих из них в нужном направлении.

Противостояние начало набирать обороты.

Спустя пару минут битва показала, что враг нам настолько сильно уступает, что еще немного и он побежит.

При всем этом Учихи стали все меньше участвовать в мясорубке и все больше контролировать поле битвы и в особенности меня, ожидая внезапного нападения одноглазого. Я тоже самоустранился, зависнув в пламени, которое поднималось над горящим Мокутоном.

Ягура понял, что или он сейчас вступает в битву или — будет уже неважно вступит ли он в нее вообще.

Он выпустил чакру биджу и сформировал покров. За его спиной появился один хвост и в следующее мгновение он уже невероятно быстро бросился в самую гущу схватки.

В тот момент, когда он возник возле одного шиноби из Золотого Дракона, я появился из "шуншина" рядом с ним и подставил под удар правой лапы джинчуррики мечи Киба, накачанные Молнией под завязку.

Артефакт выдержал удар с честью. Вот только мощь воздействия была такова, что чакра биджу, смешавшись с воздухом, буквально взорвалась, отшвырнув ударной волной того, кого я защитил, словно игрушку, далеко в сторону.

Я успел заметить, как его чакросистема и источник коротко полыхнули и погасли, что означало, что шиноби погиб. В принципе — это не важно. Главное, чтобы тело сохранилось, а воскресить я его всегда успею.

Ягура схватился рукой за искрящий разрядами меч и медленно повернулся ко мне. За спиной у него появился второй хвост и кожа джинчуррики стала слазить лохмотьями и выгорать. Я заметил, что мечи, напитанные Молнией, все-таки сумели рассечь покров чакры биджу и немного погрузились в чужую плоть. И это — Киба, который резал камень как масло...

Надеюсь, что рядом больше нет никого из Золотого Дракона, а то пережить наши с Ягурой разборки смогут лишь мои любовницы за счет покрова чакры.

Мизукаге полностью принял промежуточную двухвостую багрово-алую форму. Судя по всему когда он выпустит третий хвост — биджу полностью воплотится. Когда наступит этот момент — я тоже сдерживаться не буду. И схватка закончится очень быстро. Ну, а пока — мы немного поиграем.

Когда уж мне выпадет шанс узнать горизонт моей новой силы?

Глядя на Ягуру, я ощутил, что он собирается нанести удар и выпустил еще больше чакры уже в свой покров.

Динчуррики врезал наотмашь. Полыхнуло ярко-желтым пламенем и в мою чакру погрузилась лапа. Ее когти врезались в черную защитную адамантовую пластину и оставили глубокие цариапины.

Я почувствовал ярость и, плеснув чакру в Меч, резко дернул его на себя. Нужно заметить, что Киба обладал двумя странными отростками в виде рогов: один был ближе к гарде, а другой с обратной стороны, но ближе к острию. Поэтому, когда меч заскользил у джинчуррики в лапе, то этот отросток отсек Ягуре большой палец.

Мизукаге взревел от боли и ярости. Широко размахнувшись покалеченной лапой, он ударил по мне. Пришлось опять защищаться мечами.

Снова полыхнуло. Меня немного отбросило в сторону. Джинчуррики прыгнул следом, выбросив лапы в ударе.

Выставив мечи в стороны, я крутнулся на месте, создавая "Кайтен". Последовала короткая ярчайшая вспышка. Образовавшаяся волна молний, расходящаяся в стороны, словно ударная волна, отбросила Ягуру в сторону.

Похоже, его или приложило неплохо или озадачило, поскольку он хоть и сразу же вскочил на четвереньки, но нападать не спешил. Короткую передышку, я использовал для того чтоб оглянуться.

Пока мы дрались, вражеская армия уже прекратила свое существование: наша схватка оказала губительное воздействие на мораль врага и ее остатки рассеялись, беспорядочно отступая в горящий город. Золотой Дракон с моими сокомандницами расступились в стороны и заканчивали создавать секции огромного мощного барьера вокруг нас с Мизукаге.

Кисаме видно не было, но в двух километрах в стороне был огромный пузырь воды, в котором яростно метались какие-то тени. Внезапно там полыхнула короткая яркая вспышка и вспух пузырь взрыва.

Ягура закончил думать и стал из своего тела извергать чакру. Вокруг него стали возникать синие и черные шарики, которые тут же начали собираться в небольшую абсолютно черную сферу.

Югито мне показывала этот фокус. Она говорила, что это очень простая, но и крайне мощная техника. Как там говорил Хирузен? Техника, способная стирать города. "Биджудама". Э, нет, родной, этой штукой я по хребту точно не желаю получать. Конечно, выдержать ее удар я может и смогу, но зачем так подставляться?

Минус этой техники — в неполном воплощении она создается довольно долго.

И этого времени я тебе точно не дам.

Скрестив Мечи, я послал из них в грозовые тучи очень мощную ярко-голубую молнию. Поменявшая свою природу чакра истекала, заряжая их. В ответ внутри тучи стали рождаться разряды. И тогда, когда Ягура собрал "Биджудама" визуально лишь на половину, из облаков прямо в него ударила невероятно толстая молния. Это был не простой удар, а такой же, как и тот, чем я убил прежнего хозяина Мечей Киба.

Удар был крайне силен и сбил концентрацию джинчуррики, прижав его к земле. Незаконченная "Биджудама" мощно взорвалась бело-желтым пламенем. Но прямо через это облако продолжала бить молния.

Не прерывая подачу питания, я применив сверхкороткий "шуншин" возникнув прямо рядом с тем местом, куда прижало Мизукаге.

Яркость света здесь была невероятна. Он, не взирая на то, что от основного потока молнии ответвилось наверное миллион маленьких разрядов, каждый из которых бегая по окружающим камням раскалывал и взрывал их, поднимая облака перегретой пыли, высвечивал все вокруг.

Для того, чтобы убить джинчурики этого было явно мало. Находясь под этим чудовищным водопадом энергии, он все пытался подняться хотя бы на четвереньки.

Неожиданно у меня под ногами из-под земли вырвались его огромные лапы. Резко оттолкнувшись, я избежал их хватки и, прервав технику Молнии, ринулся прямо на Ягуру, выбросив ногу в прямом ударе, усиленном мощным выбросом "Янь" чакры. Какм-то чудом он сумел избежать моей атаки, резво вырвав из земли лапы и сместившись вправо.

Моя нога погрузилась в раскаленные обломки по колено. Выброшенная при ударе чакра рванула вниз и взорвалась, отбросив в сторону Ягуру, уже было собравшегося нанести по мне удар своими лапами.

Я завис в пространстве, благодаря "полету" — мне не хотелось попасться в "нежные" объятия лап джинчуррики. Все вокруг было затянуто густой пылью. Однако, похоже, она нам не особо мешала видеть друг друга. Я видел его оранжево-алую ауру его чакры, а он, похоже, видел бело-голубое облако моего покрова.

Тем не менее, сразу же атаковать мы не спешили: я перебирал в уме известные техники А-S класса, способные подействовать на джинчуррики, а он же явно собирал чакру для следующего удара.

Я решил не просто убить Ягуру, а вырвать его биджу. Он мне пригодится для обеспечения власти Мэй. А уж в кого его засунуть — я придумаю. Может даже в саму Мэй. Конечно, подсаживать биджу в уже сформировавшуюся чакросистему взрослого шиноби "не есть хорошо", но на худой конец можно присадить новому Мизукаге мой "дар". А может и не только одной Мэй. Все равно эта тайна уже совсем скоро будет известна.

Тем временем ветер снес пыль в сторону и я обнаружил, что мы находимся в центре большого кратера, в который превратилось место моих разборок с джинчуррики. Кратер был образован вывернутыми к небу огромными скалами и ограничен со всех сторон защитой, за которой собралось много шиноби, среди них я заметил даже протекторы Кири. Интересно, Мэй тоже здесь?

Ягура тоже их увидел и низко заворчал. А неплохо я его потрепал.

Похоже, он сейчас опять бросится в атаку.

В принципе, обычные стихиальные воздействия продемонстрировали свою бесполезность в борьбе существ уровня джинчуррики. Что ж, остается попробовать новые элементы доступные мне — Хьетон и, напоследок, Мокутон. После последнего или Ягура завершит воплощение или я выдеру его биджу и так. Вопрос только в том, как это сделать? Биджу — это чистая чакра. Голый сверхмощный источник, не завязанный на физическое тело и могущий материализовать оное. Отсюда простой вывод — когда биджу выдохнется, то очень сильно ослабнет. В это время его вполне можно захватить. Что обычно и делают. Вот только куда его деть? Засунуть в "фуин"? А выйдет? Хорошо, что я серьезно расширил систему и она сейчас пустая...

Криво улыбнувшись, я произнес:

— Если ты не хочешь атаковать, то значит — наступил мой черед...

Ягура настороженно очень низко рыкнул.

Я применил самый быстрый "шуншин", который я мог создать и возник справа от него уже нанося удар ногой в челюсть Ягуры. Как ни удивительно, но тот не сумел хоть как-то среагировать на это и тот достиг цели.

Если учитывать, что в удар я вложил чакру "Янь", то было удивительно, что он не только не умер, а даже вполне сохранил сознание и боеспособность. Все дело в том, что ирьенин-дзюцу практически бесполезно против джинчуррики в воплощенной форме, поскольку их тело уже начало переходить в энергетическую форму.

Однако, когда динчуррики уже отбросило от меня, из его чакры невероятно быстро сформировалась еще одна лапа и врезала по мне. Легко прорвав покров, кривые алые когти сильно полосонули меня по шее как раз над пластинами адаманта, прорвав чакропроводящий костюм и надетую поверх него сетку.

Мда уж. Похоже, что Югито сильно сдерживалась на наших с ней тренировках. Ну, или чем больше хвостов у биджу — тем он сильнее.

Тем не менее, нанеся удар, Ягура "провалился" следом и я воспользовался мечами Киба "ножницами" нанеся удар по лапе снизу и сверху. Отрубить лишнюю часть тела не удалось, однако мечи довольно глубоко врубились в чужую плоть-чакру.

Получив отпор, чакра также молниеносно втянулась обратно в тело джинчуррики. Похоже, не всеми процессами управляет Ягура и даже в этой форме часть управления уже перетягивает биджу.

Короткий "шуншин" в сторону позволяет мне избежать еще одной атаки.

Мы снова оцениваем друг друга.

Шею очень неприятно дернул очень сильный болевой спазм. Краткая диагностика показала, что в рану попала ядовитая чакра биджу. Пришлось замешать лечебную чакру и прогнать ее по своей чакросистеме.

Покончив с диверсантом, я раздраженно забросил мечи в петли на поясе и обратился к Хьетону. Первым делом я решил порыть свое тело дополнительной защитой в виде прозрачного, словно стекло, ледяного доспеха. Высота марионетки вышла не маленькой — не меньше пятнадцати метров. Вот только просадил я на это довольно большую часть своего не до конца восстановившегося за ночь резерва. Однако, самое главное — я мог этот объем легко таскать через "шуншин", продемонстрировав это тут же бросившись в новую атаку.

Появившись над Ягурой, я попытался припечатать его ледяной ногой доспеха к скалам, но, похоже, я начал двигаться значительно медленнее, поскольку тот снова увернулся и даже попробовал провести расширенную версию уже опробованной контратаки: из его тела вырвалась уже джина лап из чакры, сосредоточенно ударив по ледяной ноге. Хьетон такого не выдержал и ледяную конечность разбило на множество обломков.

Вот только — это была ошибка. Ягура не успел даже закончить атаку, а вообще весь созданный мной лед взорвался мелкой крайне острой шрапнелью, щедро засыпав не только джинчуррики, но и все поле боя.

А вот новый элемент оказался очень эффективен против покрова из чакры биджу — осколки легко пробили его и буквально нашпиговали тело Ягуры.

Мизукаге закричал-заревел и вырастил третий хвост, начав превращаться полностью в форму биджу.

Пока чакра принимала форму, я поднялся повыше, дабы оказаться вне прямой досягаемости Исобу.

Ну и тварь... Огромная недо-пере-черепаха.

Биджу заревел и, нацелившись на меня, начал собирать "Биджудама".

Игры закончились. Времени мало.

Сосредоточившись, я применил "опустошение" с эпицентром на Исобу. Воздух завыл и заревел. А потом жуткий удар сбил технику биджу и вмял того в скалы. Незаконченный "Биджудама" полыхнул коротким взрывом.

Как странно... У меня возникло чувство, что я сейчас задействовал не только пси...

Но...Хотя...Почему нет? Еще одна способность риннегана?

Пора заканчивать. Одноглазый так и не вылез. Похоже, Ягура ему не так уж и нужен. Попользовался и выбросил. Гм... Тоже мне.

Над моей ладонью возникло четыре концентрированных сгустка Мокутона. Перевернув ладонь, я уронил их вниз на отчаянно воющего биджу. Они попали точно в фокус "опустошения" и понеслись вниз, все набирая скорость и переплетаясь друг с другом, формируя огромную сеть. Упав на Исобу, Мокутон стал шустро оплетать его. Прервав действие "опустошения" я уронил на чудовище еще сгусток Моктона. Исобу, взревел и попытался вырваться. Вот только Мокутон крайне эффективен против биджу из-за того, что вытягивает из них чакру. Чем яростней бился Исобу — тем быстрее он слабел. И не мудрено — если Хоширама укатывал Мокутоном вообще всех биджу в одиночку, то у Теххвостого вырваться вообще не было шансов.

Покров стал светлеть и... исчезать, начав откатывать изменения Ягуры, пока в ужимающихся объятиях деревьев не остался лишь сам окровавленный Ягура в изорванной одежде Мизукаге.

Я опустился к нему, а Мокутон поднял его ко мне.

— Вот и все. — произнес я: — Скажи мне лишь одно: что за одноглазый шиноби с Мангеко?

Он захрипел:

— Какой шиноби? Я таких не знаю.

И точно — его искра оплетена каким-то сверхсложным воздействием.

— Понятно. Ты под гендзюцу. Прости меня, но ты должен умереть.

Корни дервьев, повинуясь моей воле, растянули Ягуру, как на дыбе. Он вскрикнул от боли, но меня его состояние не волновало. Пробежавшись по его туловищу пальцами, я закрыл тенкецу и нарушил работу чакроканалов. В ответ его тело затряслось в конвульсиях, а на животе проступила печать. В фуин я разбирался не очень, да и не время их сейчас изучать. Просто запомнив все закарлючки до последней точки, я напряг пальцы правой руки и резко вогнал их просто в центр печати на животе. Одним движением ухватив источник, я расслоил его и, отделив источник биджу от двух остальных, резким движением вырвал его из тела Ягуры. Его смерть наступила чуть ли не в следующее мгновение, поскольку душа тут же, освободившись, была выдавлена Вселенной в нижние миры. Можно было, конечно, попытаться словить ее и скормить Ливруш, поскольку душа была довольно большой, но мое внимание было занято удержанием Исобу. А за двумя зайцами погонишься — можно и не поймать ни одного...

Левой рукой рванув ремешки на доспехе, я раскрыл их и еще одним движением разорвал сетку с тканью костюма. Как только система инфуин, повинуясь моей воле, проявилась на животе, я тут же резким движением загнал туда источник Исобу. Сразу после этого я ее закрыл.

И только потом я перевел дух.

Получилось.

*****

Югито нанесла удар лапой по Кисаме, вложив в него всю свою огромную силу.

В последний момент, когда она уже начала торжествовать, Мечник прикрылся своим монструозным оружием, вывернув его так, чтоб зубатая пасть закусила плоть биджу.

Отстраненно отметив, что чакра явно стала перетекать прямо к Кисаме, джинчуррики рванулась обратно, желая разорвать дистанцию. Мечника было потянуло следом, но его встретила мощнейшим ударом ноги в солнечное сплетение Анко. Энергия удара оторвала его от джинчуррики и швырнула прямо на ожидавшую этого демоницу.

Кисаме продемонстрировал свою невероятную выносливость, практически не обратив внимание на то, что его ребра предательски хрустнули от удара обманчиво легкой ножки и сумел извернуться в воздухе, подставив под опускающуюся на него огромную секиру демоницы Самехаду. Это защитило его от непосредственного воздействия лезвия секиры, но сам удар бросил его спиной на скалы. В месте его падения землю выбросило в стороны, образовав небольшой кратер.

Когда демоница размахивалась уже второй раз, намереваясь обрушить еще один удар сверху, Кисаме сложил одной рукой печать концентрации и вокруг него вздулся огромный водяной купол. Вода отшвырнула от него троих его противниц.

Кисаме оттолкнулся от земли и всплыл на высоту метров пятнадцати над дном. Одним движением сорвав с себя форменную куртку, он продемонстрировал как сломанные ребра его грудины встали на свое место. Самехада при этом явно передал ему переработанную в "янь" чакру биджу.

— Чем дольше мы сражаемся — тем сильнее я стану... — произнес Мечник.

Его противницы тоже всплыли на его уровень.

Демоница произнесла:

— Архидемоны могут сражаться даже в вакууме без устали вечно. Поэтому — тебе меня не победить. — она чуть скосила взгляд на Анко и Югито: — А вы как там?

Анко выпустила из рукавов куртки две пары белых змей, которым вода вообще не мешала, и ответила:

— Полчаса выдержу.

Мататаби прорычала:

— Если драка будет идти в таком же темпе — то аналогично, а если мы начнем обмениваться высокоуровневыми техниками — то намного меньше. Гораздо хуже обстоит дело с движением в воде, созданной из чужой чакры. Да и его оружие поглощает мою чакру и, похоже, использует для лечения своего хозяина.

Ливруш неожиданно резко махнула перед собой своей секирой. Образовавшаяся мутная дуга понеслась к Кисаме, но тот ее предпочел не принимать ее на свое оружие и просто резко отплыл в сторону.

— Надо вырвать у него его Меч. — произнесла Анко.

Словно в ответ Самехада стал сливаться с телом своего хозяина. Мечник стал быстро мутировать в форму, сильно напоминающую смесь акулы и человека

Джинчуррики произнесла:

— Если все его тело приобретает свойства Самехады — то будет совсем плохо.

— Возможно. А вот я уже кое-что придумала. Будьте здесь — я применю кое что очень и очень не приятное. — произнесла Ливруш и ринулась в атаку, помогая себе под водой взмахами крыльев. Из-за плотности среды ее скорость в воде была не намного ниже ее скорости на воздухе.

Кисаме сумел увернуться от прямого и предсказуемого улара черной секирой. Ливруш провалилась вслед за своим оружием и Мечник выбросил ей на встречу лапу с острыми когтями. Однако, когда он уже предвкушающее улыбнулся, его удар просто прошел сквозь тело демоницы. Мгновение удивления стоило ему того, что Ливруш нанесла свой удар. Но не по Мечнику, а левым кулаком по антрацитово-черному древку своего топора. Эффект был похож на взрыв глубинной бомбы. Родившаяся короткая ударная волна отбросила Кисаме далеко в сторону. Он зажал руками то место, где у обычного человека были бы уши, и пронзительно закричал от боли. Из-под его пальцев, из глаз и жабр потекла алая кровь, смешивающаяся с водой.

Водяной пузырь потерял свою форму и разлился во все стороны.

Кисаме катался по земле, рыча от боли. Ливруш мягко прыгнула к нему и, подкорректировав полет взмахом крыльев, приземлилась точно рядом с Мечником, прижав его к земле погой.

Замахнувшись своим монструозным топором, ока зычно крикнула:

— Твоя душа будет принадлежать мне вечно!!!

Она уже стала опускать свой топор, как рядом с ней возник шиноби в странной одноглазой маске. Резким ударом черного куная он отвел в сторону топор и отбросил Лирвуш.

В следующее мгновение сквозь него пролетела Анко, вокруг которой шевелились толстенные белые змеи. Не обратив на нее внимание, одноглазый подхватил стонущего Кисаме под мышку и исчез в водовороте пространства. Когда на это место спустя секунду упала Мататаби — там уже никого не было.

*****

Загнав свои пальцы в плоть, я ухватил тело Ягуры правой рукой за грудной отдел позвоночника и применил "шуншин" за пределы огражденной барьерами территории.

Я не спеша подлетел к группе шиноби, среди которых выделялась Амеюри в своей золотой маске. Рядом с ней стояла Сенго, Пакура, Кин и еще несколько командиров отрядов.

Мягко приземлившись рядом с ними, я движением руки придал трупу вертикальное положение и произнес:

— Как видите — я убил Ягуру.

— Что с биджу? Умер с ним? — спросила Руйкаге.

— Нет — я извлек его и временно переместил в себя. Так что, в некотором смысле, я теперь джинчуррики. Вот только я им не собираюсь оставаться... — я повернул труп Ягуры к себе лицом и задумчиво добавил: — Он не знал, что за одноглазый шиноби держал его под контролем... И тот так и не появился для того чтоб спасти свою марионетку.

Рядом с нами из "шуншина" выпрыгнули трое Учих. Наоми довольно окинула взглядом тело Ягуры и меня и произнесла:

— Отлично! Я видела, что ты забрал бижду? Теперь ты джинчуррики?

Я перевожу взгляд на нее и пожимаю плечами:

— В некотором роде. Но я отдам его Мей. — я снова взглянул на Амеюри: — А что там у других?

— Группа Анко-Югито-Ливруш отогнала Кисаме довольно далеко. Что там происходит — мы пока не знаем. Армия Киригакуре разбита. Ее остатки отступают, оставляя Киригакуре нам. В город будем входить?

Я чуть помотал головой:

— Конечно же нет. Там полно ловушек. Вызывай Мей и ее людей — она должна первая вступить в город и именно ее силы должны соблюдать законность. Мы будем лишь оказывать ей поддержку.

Амеюри склонилась:

— Будет сделано господин.

Задумчиво покивав, я произнес:

— Отправляемся к нашей группе ликвидаторов — надеюсь они живы.

Но Наоми указала рукой мне за спину:

— Кажется — я их вижу. Да, вон они... Они сейчас будут здесь.

И действительно — не успел я повернутся, как невдалеке от нас взвихрилась чакра и там проявилось трио наших убийц. Судя по мрачному виду — неудачливых.

Югито оглянулась и, заметив нашу группу, снова переместилась, но оказалась уже совсем рядом с нами. Она затянула за собой и возвышающуюся над ней почти на половину Ливруш. Рядом с ними возникла и Анко.

Они настороженно окинули нас взглядом и, заметив тело Мизукаге у меня в руке, как-то разом вздохнули. Югито произнесла:

— Он сбежал. Его вытащил тот одноглазый. Похоже, он владеет какой-то странной пространственной техникой.

Я мягко улыбнулся:

— По крайней мере — вы живы, а то, что ваши противники сбежали бросив Ягуру на съедение мне — уже не так важно. Конечно жаль, что Кисаме выжил, но он не был главной целью. Его существование лишь означает, что Мей придется чаще оглядываться и больше полагаться на наши силы. Что, в целом, не плохо. — я повернулся ко всем: — Однако вы должны понимать, что на горизонте возникла проблема этого одноглазого шиноби. Отныне нам придется оглядываться на то, что он существует. Его угрозу нельзя не видеть или считать ее незначительной. Для всех — если столкнетесь то в схватку с ним в одиночку не вступайте. Силу Мангеко нельзя недооценивать. Ливруш, Анко, Югито — вы сейчас нам расскажете все что видели. Постарайтесь вспомнить все детали. Потом — мы я с Наоми погрузимся в ваши воспоминания...

Часть 3. Окровавленные призы

Почти неделю мы мотались по Стране Воды, улаживая проблемы с несогласными радикально. Дело было в том, что принять смену Каге согласны были все: Ягура основательно всех достал своими приколами. А вот согласиться с тем, что Мей примет в свои ручки еще и политическо— экономические бразды, раньше принадлежащие Дайме, не мог почти никто.

И зря.

В конце, после того, как часть аристократов попыталась поднять бунт и нанять большую группу шиноби из Кумо для войны, я принял решение вообще устранять большую часть всех аристократов, дабы Мей никто не ставил палки в колеса минимум лет десять.

Старые замки и древние родовые поместья умылись кровью своих хозяев...

****

Кабинет Мизукаге.

Вся наша команда, расслабленно развалившись в креслах, сидели перед Мей, одетой в ритуальные одежды Каге. Ее шляпа лежала перед ней на столе.

Я посмотрел на Ао, который стоял за ее плечом, и сказал:

— Тебе нужно решаться, Мей. Сейчас как раз затишье. Мне Исобу не нужен. Тебе же — будет просто необходим. А поскольку из шиноби А-класса в Киригакуре остались единицы — другого претендента, кроме тебя, нет.

Она сузила глазки:

— Я — уже взрослая куноичи. И ты предлагаешь мне стать джинчуррики? Я физически не вынесу этого! Биджу порвет мою чакросистему так, что ты, возможно, не сможешь меня воскресить. Кроме того — в случае провала Исобу будет утерян на два года...

Я задумался и обменялся взглядами с Наоми.

Вчера ворон принес письмо из Конохи от Кохеку Учиха. В письме говорились довольно тревожные вести.

Уж чего-чего я не ожидал, так того, что Данзо заберет один Мангеко Шисуи с помощью "изанаги".

А ведь я был о Шисуи высокого мнения. Малолетний наивный дурачек! Воистину промывание мозгов в АНБУ и Корне делает из адекватных шиноби — слабоумных идиотов, способных только сопли пускать на тему "воли огня" и "служения Конохе".

И надо же после прямого нападения Данзо не отправиться к Фугаку ну или, хотя бы, Хокаге, а пойти топиться! При этом отдать второй глаз призывной вороне! Безумие какое-то! Бред!

Каким-то образом ему промыли мозги до такой степени, что поменялась его система ценностей. До вступления в АНБУ у Шисуи во главе угла был клан, а спустя годы оказалось, что теперь у него на первом месте Коноха(!), а Учихи — вращаются где-то возле толчка.

Что начало происходить в Кохогакуре после этого перестал понимать каждый из Когтя. Члены организации метались по городу, осторожно следя, где возможно, за ключевыми фигурами и развитием событий, но о том, что происходило в Корне, могли только догадываться.

Кохеку выловил из озера тело Шисуи и спрятал его в подвале дома Наоми. Честно говоря, я сильно сомневался в том, что его нужно воскрешать. Нафига деревне обезьяна даже не с гранатой, а за рулем танка?

Его друг, сын Фугаку тоже стал настолько мутным, что я начал обдумывать мысль об том, чтоб отдать приказ о его устранении. Он знал о том, что Данзо забрал глаз у Шисуи, что шло в разрез с планами и приказами Хокаге, но молчал об этом. Итачи получил Мангеко из-за смерти Шисуи, но тоже умолчал об этом...

В связи с исчезновением Шисуи, Фугаку начал расследование и чуть ли не в открытую начал подозревать своего сына в убийстве соклановца и работе двойным агентом...

Фугаку под впечатлением всего этого мрака фактически согласился с радикалами, ратовавшими за смещение Хирузена.

Причем об этом знала даже каждая шавка. На лицо был провал контрагентурной работы Учих.

Одним словом нарыв совсем скоро должен был лопнуть и забрызгать кровью и гноем всю Коноху.

Предприняв мозговой штурм, я начал думать, что в случае с Итачи-Шисуи потрудился или лично Данзо (обладая Мангеко можно неплохо в мозгах покопаться) или кто-то из моего клана. Дядя Санта? Будет очень плохо, если это так. Иноичи ему доверяет и вполне мог что-то сказать обо мне сверх того, что известно главе Корня.

Наоми мрачно кивнула и я перевел взгляд на Мей:

— Пусть из охраны останутся только те, кому ты доверяешь безоговорочно. Дальше разговор пойдет об крайне высоких материях.

Мей пару секунд смотрела мне в глаза и, вздохнув, громко сказала:

— Охрана! Оставьте нас...

Из ниш в стенах вышли четверо АНБУ Киригакуре и молча вышли в двери, аккуратно их за собой затворив.

— А этот? — я красноречиво посмотрел вверх на последнюю искру, скрывавшуюся за панелью подвесного потолка.

— Ему я доверяю — он был со мной с самого моего детства.

— Ну, что ж... — слегка пожимаю плечами и продолжаю: — В любом случае тайна будет уже храниться не так уж и долго. Совсем скоро мы с Золотым Драконом отправимся смещать Хирузена с поста Хокаге и тайное перестанет быть таковым... Итак, я думаю, что для тебя, Мей, да и твоего ближнего круга, тот факт, что я могу делать из обычных людей шиноби, не должен быть тайной. Я это делаю довольно простым способом. Правда, это как для меня — "простым", а для остальных... Я просто даю людям свою кровь и чакру. — Мей сощурилась, а я посмотрел ей в глаза и сказал: — Рисков при этом практически нет: являясь ирьенином с невероятными возможностями я могу нивелировать любые негативные эффекты этого влияния. Причем усиливаются не только обычные люди, становясь шиноби довольно высокого класса, но и те, кто уже умеет и может пользоваться чакрой. Я предлагаю пройти ее и тебе, Мей... — я грустно улыбнулся под маской: — Если ты сомневаешься, то я скажу, что все мои сокомандницы прошли эту процедуру и прибавка оказалась существенной. Процедура уже многократно отработана и никаких эксцессов пока не наблюдалось, а ведь многие ходят с моим "даром" уже больше трех лет. После того как ты пройдешь процедуру, я думаю, что твоя чакросистема выдержит нагрузку при внедрении в нее биджу относительно спокойно.

— Гм-м-м... — Мизукаге окинула задумчивым взглядом моих сокомандниц: — Значит кровь и чакра...

— Соглашайся... — произнес я: — Мне нет никакого резона тебе лгать или искажать правду. Я слишком много вложил в тебя, чтобы допустить твою смерть или инвалидность... Кстати, у моего "дара" кроме всего прочего наблюдаются очень занимательные побочные эффекты. И один из них, я думаю, тебя заинтересует: дело в том, что я несу признаки клана Сенджу, а они и в глубокой старости выглядели на двадцать-двадцать пять лет. Многие из тех, кто получил его, омолодились и сильно: даже шестидесятилетние шиноби с огромным букетом старых травм стали выглядеть от силы на тридцатник.

Когда прозвучали слова об эффекте омоложения, глаза Мей распахнулись и, когда я замолчал, она практически сразу произнесла:

— Хорошо. Я согласна.

— Тогда начнем прямо сейчас, а завтра, когда чакроисточник закончит меняться и уже начнет менять под себя чакросистему, можно и приниматься за биджу. Кстати, мастера фуин, способные запечатать биджу, к Киригакуре остались?

— Да. — кивнула она.

— Я посмотрю на их работу?

Она отвела глаза в сторону и слегка смутилась:

— В принципе — можешь.

Я достал из кармана свиток и вынул из него хирургический набор. Воткнув шприц-пистолет в шею, я, поморщившись от боли, стал набирать свою кровь.

— Ну, вот и хорошо. Тогда ложись на стол. Можешь не раздеваться полностью — мне нужен доступ только к источнику и сопутствующей части чакросистемы.

Я создал клонов и они очистили стол от немногих предметов, что на нем лежали. Мей поднялась с кресла и, захватив собачку на своем платье двумя пальчиками, не спеша раскрыла молнию до пояса. Ее две тяжелые груди правильной формы, не удерживаемы более ничем, тяжело заиграли под действием гравитации. Для меня оказалось неожиданно трудно отвести взгляд в сторону.

— Ну и бабник... — услышал я обвиняющий голос Наоми.

— Нормальная реакция нормального парня с нормальной ориентацией. — произнес я.

Мей громко фыркнула и осторожно улеглась на столешницу.

Я выдернул из шеи иглу и, встав с кресла, подошел сбоку к лежащей девушке. Проведя пальцами левой руки по поджарому животу, я позволил себе слегка промедлить перед уколом. Закачав свою кровь, я начал влиять на источник и чакросистему лечебной чакрой не позволяя им разрушаться.

Спустя минуту я сделал шаг назад и довольно произнес:

— Вот и все. Можешь одеваться.

Мизукаге села на столе и медленно застегнула молнию, скрыв от нас вид на свои сиськи. Я даже вздохнул.

— И что теперь? — спросила она.

Я снова сел обратно в кресло:

— В принципе, определенные эффекты должны наблюдаться практически сразу. В течении суток должны существенно увеличиться все параметры источника: качество чакры, ее плотность, скорость выработки. Потом еще двое-трое суток будет меняться чакросистема. Дальше она потянет за собой тело. Все это время ты должна усиленно тренироваться — в случае шиноби Золотого Дракона и моих сокомандниц именно в это время эффект от тренировок превосходит любые мечты. Однако, даже без нагрузок чаросистема раскачается так, что ты можешь сразу шагнуть на ступень по классификации вверх. Даже если это будет означать прибавку "плюсика" к твоей "эске".

Мей шумно втянула воздух носом и произнесла:

— Я уже что-то чувствую...

Хмыкаю:

— Кроме всего этого должен усилиться контроль элементов. Я слышал у тебя два?

Она медленно кивнула:

— Йотон и Футтон — Лава и Пар.

— Плюс к ним у тебя может получаться все остальное: Мокутон, Хьетон, Шакутон. У тебя теперь должны быть все Стихии.

— Понятно... — задумчиво кивнула она.

— И да: вырастет естественная регенерация и аппетит. Вот только потолстеть тебе не будет светить в не зависимости от того сколько ты съешь. — она удивленно подняла бровки. Мои клоны стали раскладывать обратно на стол забранные вещи. Я поднялся и следом за мной поднялись мои сокомандницы: — Не забудь подготовить на завтра ритуал. — она кивнула и мы попрощались: — До завтра, Мей-сама. — я чуть поклонился и направился к выходу.

— До завтра, Акио-сама. — очнулась она от дум.

Все это время изображавший статую Ао низко склонился.

Мои сокомандницы тоже попрощались и вышли из кабинета следом за мной. В холле стояли тесной группкой АНБУ Кири. Оглянувшись в открытую дверь на Мизукаге, они торопливо вернулись обратно в помещение.

Мы не спеша шли по улице Кири. До выделенного нам Мей особняка было недалеко. Я расслабленно смотрел по сторонам, обдумывая дальнейшие свои шаги.

Что делать по возвращению в Конохогакуре? Сразу смещать Хирузена и тут же брать штурмом Корень? А если АНБУ будет драться до конца? Убивать всех? А если к ним присоединятся бесклановые? Тоже в расход?

Конечно, можно пустить под нож всех инакомыслящих, но... как-то мне это претит. Проредить ряды, устранив откровенных врагов — это да, а вот устраивать полномасштабное выпиливание всего и вся по принципу "кто не со мной — тот против нас"... Противно, одним словом. И что я в результате построю на крови? В мозгу всплыла древняя эльфийская пословица: "На горе трупов — сад не вырастить..." А уж кто-кто, а эльфы знают толк в вырезании друг друга и теми последствиями, что из этого идут.

Мои мысли перескочили с эльфийской истории на мою ситуацию. Но Данзо нужно убивать. Иначе эта крыса в конце концов может и сожрать меня или кого-то из моих соратников, взяв с их тела еще(?) один Мангеко Шаринган. А уж если я соберусь раздавать Вечный Мангеко или даже свой Риннеган то...

Кстати-кстати... Сейчас как раз затишье и можно будет попробовать потасовать додзюцу Тоши и Шизуки. Ассимиляция должна была уже пройти... Хоть бы получилось.

И Хозуки снова вернулись в Кири. Нужно будет разведать насчет их кузнецов: возьмутся ли они ковать уникальное оружие для меня? И если да, то что запросят за это?

Навстречу нам попался патруль местных шиноби, усиленный тройкой Драконов в стальных полумасках. Хотя в Стране Воды уже трое суток было тихо как в могиле(после жестокого подавления восстания аристократов даже крестьяне, которых никто не трогал, боялись даже вздохнуть лишний раз) мы были все еще напряжены: Одноглазого и Кисаме никто не видел с тех пор. Кроме того — Забуза гулял где-то на горизонте. А последний явно метил на пост Мизукаге, намереваясь оспорить право Мей занимать его.

Кстати, Мей отнюдь не крепко сидела на престоле. Многие были недовольны тем, что я(читай -Коноха) усадил ее(мало всего этого так еще и женщину) в кресло Мизукаге. Опять же вырезать всех недовольных здесь был не выход — эдак Киригакуре вообще обезлюдеет.

В связи с этим дать ей биджу было чуть ли не необходимостью, чтобы она сидела на троне, по крайней мере, хоть по праву сильного. Как Ягура.

В качестве базы нам выделили особняк совсем рядышком с резиденцией Мизукаге. А конкретнее — у отвесной скалы за ней. Три этажа, бассейн, сад с мостиками и прудом с золотыми рыбками, богатая отделка и меблировка основных строений, отдельный большой дом для двух десятков слуг, конюшня... Все это явно намекало, что раньше здесь жил кто-то очень богатый.

Усадьба была раза в четыре больше дома Наоми в Конохе и я даже немного жалел, что нам придется совсем скоро ее оставить.

Дома нас ждало могучее застолье: половина операции, планировавшейся в течении трех лет, сегодня была официально завершена и я захотел отпраздновать это.

Промежуточные итоги радовали: Ягура мертв, Мей — Мизукаге и полностью поддерживает меня, итоги эксперимента под названием "Синдикат Золотой Дракон" оказались впечатляющие.

Осталась лишь ровно половина распланированных дел: отдать биджу Мей и начать работу по непосредственному свержению Хирузена и физическому устранению Данзо.

Я собрал не только сокомандниц, но и узкий круг командиров Намигакуре. Кроме того, сегодня я планировал "одарить" еще сорок человек, которых навербовала Ринго Амеюри за три года существования Намигакуре. Они изначально путешествовали на борту нашего флагмана "Меко", но в битве, естественно, не участвовали: смысл им, в большинстве своем не могущим даже манипулировать чакрой, лезть в драку шиноби и самураев?

Возрастов они были разных — встречались даже старики-инвалиды, бывшие самураи на службе аристократов. Кроме всего этого я собрал и запечатал в свиток триста трупов гвардии Дайме, каждый из которых был заключен в куколки из Мокутона. Я держал последних в уме, все не решаясь их воскрешать — очень не хотелось разочароваться: вдруг они, даже помариновавшись на том свете, не захотят мне служить и предпочтут все равно уйти в небытие вслед за Дайме?

Клоны подносили еду и питье, организовав настоящий конвейер. Спиртного было немного и лишь для вкуса. Я ел не спеша, но основательно — сегодня мне придется работать долго и однообразно. Хорошо, что хоть своей крови я надоил заранее. Осталось лишь ее зарядить и провести собственно саму процедуру.

Пожалуй, пора приступать.

Я поднялся и вырастил посреди зала из Льда высокий пьедестал. Медленно взлетев, я завис над ним и заговорил, слегка усиливая голос чакрой:

— Многие из вас ждали этого момента годами. Кто-то — всю свою жизнь. Теперь же я говорю вам: это час настал. Сегодня вы получите мой дар. Кровь от крови и чакра от чакры. Однако, не стоит думать, что вы получите от меня всемогущество. Нет. Я вас только поставлю на нижние ступени лестницы силы. Лишь от вас будет зависеть как далеко вы по ней заберетесь вверх... Помните лишь одно — упорство в тренировках отныне даст великие плоды, которые вы будете вкушать в моей тени... Тени нового бога это грешного мира... — ледяной пьедестал подомной стал меняться, перетекая в новую форму длинного стола. Когда трансформация завершилась, я снизился и повел приглашающе рукой: — Прошу.

Первым уверенно заковылял вперед одноглазый однорукий старик. Его история была банальна. Я знал, что он в молодости был самураем на службе одного аристократа. Однажды кто-то нанял полноценную команду шиноби для его убийства. Охрана хоть и была к этому готова, но предпринять ничего особого не сумела и аристократа убили. Молодой парень в ту ночь получил серьезное ранение и сорок лет влачил жалкое существование, плетя рыболовецкие сети одной рукой. Когда, после проверки, Амеюри предложила ему излечение и возвращение молодости, в обмен на верную службу — он не сомневался ни секунды. Хотя ожидание обещанного и несколько затянулось...

История этого старика не была уникальна — у многих биография была очень похожа: Амеюри специально собирала людей, которых занесло на самое дно общества: сироты, инвалиды, рабы, беглецы, нищие и даже бывшие гейши. Их объединяло одно — если бы не вступление в Намигакуре, то в ближайшем будущем они бы отправились прямиком на кладбище, причем лишь единицы из них имели бы некое подобие могил.

Каждый из новобранцев проверялся непосредственно перед процедурой шаринганом на предмет того, что в толпу мог затесаться "заяц". Чей? Кандидатур было много — начиная от Орочимару и кончая длинной вереницей врагов поменьше или побольше.

Кроме этого, я внимательно рассматривал чакросистемы и искры, ища настораживающие аномалии. Иногда я даже погружался в разум, считывая, как поверхностные так и глубокие, мысли и желания.

Все процедуры прошли как по маслу. Впрочем, я и не ожидал, что будет по-иному.

Практически сразу Амеюри стала формировать из новобранцев команды, которые отдавала ожидающим командирам. Уже завтра, еще до восхода солнца, они начнут тяжелые тренировки.

Ну, а пока прерванный, было, пир продолжился с новой силой.

*****

Женщины... Они лучше любых материальных ценностей. Они красивее их.

Ради женщин мужчинами творились самые ужасные преступления. Из-за женщины происходили самые жуткие убийства. Во всех мирах и во все времена.

Скольких великих мужчин сгубила всего лишь улыбка красивой женщины? Не счесть...Не упомнить...

Обещание порока... Возможность продолжить именно свой род. Основной инстинкт...

Женщины, очевидно, сгубят и меня. Но я этому даже рад...

Справедливости ради стоит заметить, что ради них творились не только страшные вещи, но и величайшие творения искусства...

Я повернул голову и жадно заскользил взглядом по идеальному обнаженному телу Наоми, которая спала рядом со мной.

Единственный порок, который удерживает меня от окончательного поглощения иллитидом. Якорь, из грешного чистого золота, за который я уцепился руками и ногами...

Рассвет. Пора подниматься. Но, о Проклятые Владыки Ада, как же мне хочется оттянуть этот момент чуть дальше...

Подняв руку, я запустил пальцы в волосы Анко, использовавшей мой живот в качестве подушки. Влияние моего "дара" сказывалось на всех, кто его получил, и она была не исключением: непослушные фиолетовые волоски за эти годы выпрямились и потяжелели. Их цвет сильно поменялся, став темно русым лишь со слабым-слабым намеком на фиолетовый оттенок. Ее кожа выбелилась, приобретя аристократический снежно-белый тон. А вот это уже не Сенджу. Это — наследие Орочимару...

Потерянная малышка, ушедшая от своего сенсея, выросла в одну из мощнейших куноичи. Жуткие призывы, сенчакра, весь спектр нин-тай-ген. Лишь в ирьенин-дзюцу она слаба. Впрочем, как и все мои любовницы. Хотя, я собираюсь наверстать это упущение уже в ближайшем будущем.

Если мои планы свершаться, то абсолютное большинство моих врагов на внутренней арене Конохи будут мертвы. После этого — все остальные заткнуться и разбегутся по щелям...

Хотя... Я сильно сгущаю краски: было бы там столько этих врагов. Советники? Лишь Данзо откровенно мутит воду. Хомура и Кохару, скорее, просто топчаться в его кильватере, не решаясь перечить главе Корня АНБУ. Мне стоит им сделать предложение и они будут прыгать через скакалку по моему сигналу.

Все остальные — находятся вне Конохи... Одноглазый в маске, остатки Мечников, Ивагакуре, Кумогакуре, нынешний Казекаге... Орочимару...еще один носитель риннегана...

От моих прикосновений Анко улыбнулась во сне и медленно открыла свои глазки. Ее взгляд заскользил по обстановке и нащупал мое слегка улыбающееся лицо.

— Доброе утро... — счастливо улыбнулась она и почти замурлыкала от удовольствия.

Эрруу улыбается своей кошмарной пастью: "Посеешь семечко внимания — пожнешь великую верность..."

Я раздраженно запихнул некстати вылезшее воспоминание подальше, замаскировав его крайне откровенной картиной произошедшего этой ночью.

— И тебе... — нежно улыбнулся я.

Кстати, вылезла одна интересная проблема: те, кто получил мой "дар" вчера, имели Молнию и даже могли сразу ей пользоваться. Разом затмив этими успехами "первое поколение".

Это же касалось и моих любовниц. Лишь Югито могла оперировать Райтоном, а все остальные — нет. То есть если "одариваемый" не мог пользоваться Молнией базово — он ее не получал. Сейчас же вчерашние одариваемые ее имели. Кроме того — они получили больше сил. Я прикинул, что в итоге через неделю, когда их организмы закончат меняться, они уже будут минимум на уровне джонина В-класса. А ведь "первому поколению" для достижения этого потребовалось три года сплошных тренировок. Это означало, что совсем скоро они выйдут на ступень А-класса.

Мне бы пару месяцев и можно было бы их смело брать с собой в Коноху. А так придется оставлять их с инструкторами в Киригакуре.

Кроме этого возник вопрос: возможно ли второе "одаривание"? Из него проистекало: какой будет эффект? А вдруг у них проснется риннеган?

Вопросы были простые, но ответов я немного боялся. Так же как и ответа на вопрос: "Кому я настолько доверяю, чтобы дать ему риннеган?"

Хотя, конечно, его можно было дать его своим любовницам. И первая кандидатка сейчас лежала у меня на животе, счастливо улыбаясь.

Анко и Сенго я доверял практически абсолютно. Они были со мной с самого сначала. На их сознание я влиял уже очень долго и практически беспрерывно. Они меня просто не смогут предать. Я в центре их системы ценностей.

Все остальные были, конечно, тоже верны, но определенные опасения у меня были.

И самое главное — Наоми Учиха. Вот уж кому второй "дар" не нужен. Получить вместо Вечного Мангеко риннеган она точно не планирует. Да, она со мной регулярно трахается, но чего женщины не делали ради власти и денег? Она происходит из правящей семьи Учих. Она аристократка... Что будет происходить после того, как я вступлю в политический брак с Сенджу? Не перемкнет ли ее? От любви до ненависти всего один шаг. Ревность разрушала и более крепкие союзы. Наоми вполне может попытаться убить Сенджу. Всего лишь ради возвращения того же статуса-кво или даже для того, чтобы занять престол Хокаге. Ведь она знает, что в случае не достижения согласия или смерти Сенджу именно она умостится на троне...

Нужно поговорить. Этот разговор между ней и мной все откладывался и откладывался. Медлить больше нельзя: со дня на день в Конохогакуре произойдут определенные события и нам придется возвращаться, дабы они не вышли из запланированных рамок: я вовсе не собираюсь править горой битого камня...

Мои мысли сами по себе вернулись к моему старому учителю-мучителю. Эрруу, древнее чудовище, которому служат иллитиды. Жуткая тварь, обладающая огромной телепатической силой и извращенным интеллектом.

Мне никогда не достичь его вершин. Он — телепат, а я — псион. Мы разные концы одной палки...

Вероятнее всего он влиял на мой разум, так же как и я влияю на разумы своих любовниц. Вот только его влияние многократно искуснее и сильнее.

Он приучил меня к своеобразному способу мышления. Он обучил меня работе со своим сознанием и памятью. Он выковал себе меч, который волею случая вырвало у него из руки.

Но вот освободился ли я от него?

Анко скользнула ниже и беззвучно поднялась с кровати. Глядя на ее тренированное молодое тело, мне захотелось встать и снова слиться с ним в едином порыве.

Почувствовав мой взгляд, куноичи обернулась и, игриво качнув бедрами, начала одеваться. Хотя это так только называлось: она в два движения натянула на себя сетку из чакропроводящих тросиков и вот так, фактически голая, вышла из комнаты.

Мы-то привыкшие — голыми видели друг друга много раз, а вот какого-то мужика, при ее виде, на моих глазах чуть удар не хватил: у него натурально из носа потекла кровь. Нудистка... Хорошо хоть по Конохе так не ходит — это было бы оружие массового поражения: сколько бы людей шеи посворачивали да из окон попадали... Есть ей чем хвастаться...

Хм. Может это мой шанс сейчас поговорить с Наоми?

Как раз в этот момент она начала просыпаться и повернув к ней голову, я удостоился вида ее прекрасных темных, с алым отливом, глаз.

— Доброе утро, Наоми.

Она чуть улыбнулась:

— Доброе утро, Акио.

Я повернулся к ней и произнес:

— Я хочу поговорить с тобой.

— М?

— Серьезно. О будущем.

Она вздохнула:

— Ну, давай...

Я собрался с мыслями:

— Наоми, ты дорога мне. Как и все. Я не хочу терять ни тебя ни кого-то из других девушек. Однако, я хочу чтобы ты поняла, что мне придется жениться на последней из Сенджу. — она быстро отвела взгляд, но я ощутил в ее эмоциональном фоне смесь из раздражения и даже ярости. Так я и думал. Была бы Наоми обычной женщиной — она бы могла смириться, но не Учиха. Учиха не плачут — они ненавидят.

Неожиданно она резко поднялась и произнесла:

— Я все поняла. Не беспокойся.

Но я положил руку ей на голое бедро и скользнул следом, обняв ее за плечи:

— Наоми. Тебе меня не обмануть. Я вижу твою ярость. Скажи мне все. Я пойму и не оставлю тебя. — в конце своей речи я начал успокаивающе гладить ее рукой по спинке, медленно спускаясь ниже.

Она повернула голову ко мне и долго смотрела в глаза.

Неожиданно Учиха произнесла:

— Я хочу от тебя ребенка. Все женщины моего клана в моем возрасте уже имеют детей. Моя сестра успела родить двойню, хотя была моложе меня на год. Я не хочу слышать шепотки у себя за спиной. Раньше твой риннеган был не завершен, но теперь...

Вот он, ответ. Материнство. Занятая детьми может не интриговать.

— В любой момент Наоми. И даже не одного, а сколько захочешь. Пара-другая дней и ты — глава своего клана. А там можешь в любой момент в декрет.

— Как только я забеременею — остальные тоже захотят. — вздохнула Наоми.

— Почему нет? Или ты не хочешь мной делиться? — она, было, отвела взгляд в сторону, но я сместил голову следом не выпуская его. Я улыбнулся: — Учиха такие собственники. Они хотят обладать всем. Но такого не бывает. Всегда приходится с кем-то делиться. Вы живете одиночками, не понимая, что в стае легче растить детей. Легче жить и даже умирать. От той же старости, к примеру. Легче сражаться и легче убивать. Но Учихи, как тигры в джунглях, сталкиваются лишь чтобы заняться сексом. Не стоит, Наоми. Не нужно. Оглянись — ты не одна и ты не будешь одной. Твои подруги присмотрят за детьми, когда ты будешь в отлучке, они помогут их воспитать, им будет с кем играть и будет у кого спрашивать и учиться. Ну же, малышка?

— Малышка! — фыркнула она и попыталась отстраниться, но не вышло и мы опять завались на кровать. Я позволил себе повести рукой по ее упругой груди. Наоми глубоко вздохнула и произнесла: — Ладно. Чего ты от меня добиваешься?

Моя рука мягко заскользила по ее животу и ниже. Я же произнес:

— Ты не будешь пытаться убить последнюю Сенджу — я знаю, что это отец Фугаку свел в могилу Тобираму и почти всех ее соклановцев.

Она скосила на меня свой шаринган:

— Откуда ты?..

Я улыбнулся:

— Не держи меня за идиота — для меня вся эта история настолько очевидна, как будто я это все видел своими глазами. Так что?

— Х-хорошо... — выдохнула она.

— Ну, вот и отлично. У нас еще есть несколько минут. Предлагаю провести их с пользой. Хочешь, покажу еще раз ночной фокус?

*****

Архидемоница лежала, свернувшись в позу эмбриона и задумчиво смотрела, как пылинки танцуют в лучах света.

Она старалась не показывать, как сила душ местных ее потрясла.

Ее ощущения можно было сравнить с голодающим, попавшим на шоколадную фабрику и осознавшим, что отныне голодно ему не будет никогда.

Всего лишь протяни руку и в нее упадет душа, размером с кулак...

Демоница, расслабленно примружившись, посмотрела сквозь стены. О, Творец, сколько же их здесь! С этого мира можно собрать душ не на один Легион, а на два или даже три!

Но Ливруш была не глупа: Заблудший ее связал с собой и узнает, если она будет жрать всех подряд. А ведь судя по всему у него на этот мир планы.

Зачем ломать деревья, чтобы добраться до фруктов? Когда они сами, созрев, будут падать ей в руки. А уж терпеть Ливруш за тысячелетия своей жизни научилась.

Кроме того Заблудший явно планирует войну. А ведь именно это и было одной из очень немногих целей существования демонов...

Демоница медленно прикрыла глаза и подумала о том, что возможно пора искать место для возведения своей обители.

И построить тут огромный дворец. Или может быть что-то невероятное? Нечто потрясающее...

Уж строить Ливруш умела и любила.

Как там говорил тот старый демон? "Разрушать города или строить дворцы — ради душ ты должна уметь делать все..." И неважно, что она теперь даже не Рыцарь. У Воина свои пути...

*****

После обильного завтрака мы собрались в гостиной и тщательно проверили помещение насчет прослушки. Кроме этого мы усилили патрули своими теневыми клонами, а я пропитал весь дом своим Мокутоном.

После этого мои сокомандницы расположились на низком диване, а я стал в задумчивости передними прохаживаться туда-сюда:

— Итак, наши планы на сегодня... Я даю Треххвостого Санби Мей и сразу после этого мы все занимаемся двумя вещами. Первая: я провожу эксперимент с обменом додзюцу между Шизукой и Тоши — ассимиляция додзюцу завершилась, а значит нужно переходить к этапу Вечного Мангеко Шарингана. Вторая заключается в том, чтобы провести эксперимент с повторным одариванием вас моей кровью...

— А в чем будет заключаться эксперимент с Шаринганом? И какой смысл нам давать еще раз свою кровь? — спросила Наоми.

Я пожал плечами:

— Итак, насчет Шарингана: я проанализировал записи о моменте получения Вечного Мангеко Мадарой и выделил два интересных условия. Первое: Мадара посадил свое додзюцу до полной слепоты. Ну, а второе — он забрал другое Мангеко у своего кровного брата себе. При этом, заметьте, ни где не упоминается степень выгорания Мангеко у его брата. Я просто был потрясен когда понял этот момент — ведь получается, что это вообще не важно! Фактически, если бы его брат, Изуно Учиха, вставил выгоревшее додзюцу Мадары себе — они бы оба, вероятнее всего, имели бы Вечный Мангеко. Однако, мы должны выполнить эти два условия — выгорание Мангеко и обмен его между родственниками. При всем этом садить додзюцу Тоши и Шизуке придется именно что особыми техниками, которые проходят через Мангеко. Я понимаю, что это будет проблематично, особенно в свете того, что дар моей крови будет постоянно регенерировать глазные чакроканалы. Поэтому, по достижении слепоты, действовать придется очень быстро... Возможно, что мне даже придется снова налечь на стимуляторы... — я задумчиво прошелся туда-сюда перед ними, прикидывая в уме вероятность неудачи и, как следствие, влияние на образование Вечного Магнеко Шаригана эмоциональной составляющей. Прокрутив варианты, я добавил: — В случае неудачи, придется тебе, Наоми, применить на них сильнейшее гендзюцу, дабы полностью имитировать исходные условия между Мадарой-Изуной в тот конкретный момент... — Наоми мрачно кивнула, а Тоши и Шизука боязливо переглянулись. Я же продолжил: — Что касается второго "дара" моей крови и чакры: дело в том, что первый "дар" был вам сделан, когда риннеган не был завершен и я не имел Райтона. В результате те из вас, кто не имел этой Стихии базово, ее и не имеют. Вместе с тем... — я остановился перед ними и посмотрел каждой в заинтересованно-настороженные глаза. Выдержав паузу, я продолжил: — ...вполне возможно, что повторная инъекция моей крови и чакры продолжит тянуть вас следом за мной. Есть вероятность образования риннегана... Либо незавершенного... Либо даже полного. А это означает, что вы — Наоми, Тоши и Шизука — должны решить: что вам нужнее Вечный Мангеко Шаринган или риннеган.

Наоми опустила взгляд:

— Ты прав... Я думаю, что шаринган. — она покосилась на племянниц: — Тоши? Шизука?

Тоши обменялась взглядами с сестрой и произнесла:

— Мы согласны с тетей.

Я слегка кивнул:

— Что ж — хорошо. Наоми, Анко, Югито — идемте... Мне пора к Мей.

***

Возле резиденции Мизукаге на встретила пара безликих. Уважительно поклонившись, они повели нас вглубь здания по довольно узкому изломанному поворотами корридору. Возле одной из дверей они остановились. Один из безликих вежливо постучал в нее и, сделав в сторону шаг, произнес:

— Вас ждут.

Я кивнул и, отворив дверь, вошел. Моя свита последовала за мной.

Комната была довольно большой, а по форме была полусферической. Из центра потолка вертикально вниз падал свет. Он освещал, находивший центру комнаты невысокий стол, на котором сидела Мей, завернувшаяся в синюю махровую простынь. Ее волосы были аккуратно собраны и зафиксированы множеством кожаных ремешков.

Кроме нее в комнате на специальных стульях сидело трое древних стариков. Очевидно, мастера фуин.

Услышав звук открываемой двери, Мей подняла взгляд и увидела меня:

— Здравствуйте. — произнесла она: — Акио-сан...

Я улыбнулся:

— Мизукаге Мей-сама... Для меня радость видеть вас. Вы готовы?

Она бросила короткий взгляд на стариков:

— Да.

Я снял с лица полумаску и сунул ее в руки Анко. За ней последовали остальные части доспеха: я не хотел повредить его во время изымания из фуин Санби.

По взглядами присутствующих я оголил торс и сразу же средним пальцем коснулся по системе инфуин. Та послушно проявилась на моем животе.

Сосредоточившись, я прикрыл глаза и нырнул сознанием в ту часть инфуин, в которой был заперт биджу.

В следующее мгновение я увидел черная пустоту и зависшую в ней передо мной огромную жуткую черепаху. Мы разглядывали друг друга лишь какое-то мгновение. А потом биджу атаковал, замахнувшись на меня лапой.

Легкое волевое усилие и моя сила не дала закончить движение Санби, начав сжимать его в сферу. Он пытался бороться, но все было бесполезно — я заметил, что завершившийся риннеган нетолько раскачал мне чакросистему, но и серьезно усилил мою искру. Моя теория о взаимосвязи искра-чакосистема-тело все больше собирала подтверждений. А что, если?

Впрочем, сейчас немного не время...

Биджу сжало в маленький синий мячик который я тут же погнал по своим чакоканалам правую руку. Когда чакру стало выгонять через тенкецу, те отозвались очень сильной болью и мне пришлось прогнать следом лечебную чакру.

Раскрыв глаза, я поднял руку на уровень глаз и внимательно посмотрел на сферу сверхплотной чакры, которую я сжимал в правой руке. Как дополнительную предосторожность я выпустил свой покров, и создал из своей чакры защитную оболочку.

Если присутствующие старики и были потрясены продемонстрированным мной фокусом. То не подали и виду.

А вот Мей и мои сокомандницы смотрели на шар у меня в руке чуть ли не с благоговейным ужасом

Внезапно один из стариков, древний дед с наползжшими на глаза кустистыми бровями, прокряхтел:

— Очень интересно... Какой сильный молодой человек. Значит, это он убил Ягуру?

Я начал отвечать до того как Мей среагировала:

— Да, я убил Ягуру один на один. Его сил не хватило, чтобы занять меня надолго. Если же вы не слышали — мое имя Акио Яманака.

Старик проскрежетал:

— Да, я слышал о тебе. Говорят, что ты хочешь стать богом. — он немного помолчал и добавил: — Вот только пока что все называют тебя лишь дьяволом.

Я позволил себе рассмеяться:

— Никто не без изъяна. — я сделал два неспешных шага вперед и подняв левую руку нежно провел подушечками пальцев по линии подбородка сидящей на столе Мизукаге: — Мои слабости общеизвестны — женщины и роскошь. А особенно я люблю роскошных женщин. — я повернулся к старику и подошел к нему: — Кроме того, своих врагов — я убиваю. Если судить по этим критериям — то да, я — дьявол. Если же судить меня по моим делам — я уже давно должен носить белую тогу: работаю в Госпитале, лечу и воскрешаю шиноби своей деревни почти за просто так. Вот только совсем скоро это все изменится. И я бы вам не советовал связываться с плохими людьми из Конохи: те, кто мне верен, получают больше, чем могли желать, те же, кто меня предал, будут страдать вечность...

Старик прогудел:

— Может ты и сильнее, но не тебе меня пугать. Я уже ничего не боюсь — все мои близкие давно мертвы, а я сам скоро последую за ними.

Я улыбнулся шире:

— У каждого есть цена и каждому есть чего бояться. — старик поднял взгляд и посмотрел мне в глаза: — Но я здесь не для того, что бы меряться с тобой членом, старик. Сегодня Мей станет джинчуррики и сможет занимать трон Мизукаге по праву силы. Сегодня к союзу Суны и Конохи присоединится еще и Кири. Война закончится.

Она опустил голову и тихо произнес:

— Хоть ты и говоришь о мире, но чую я рык большой войны в твоем голосе...

Фыркнув, я отвернулся:

— Войны неизбежны, старик. Уж это то, что ты должен был осознать за свой век. Кроме того, я — ее плод. Я — оружие, выкованное в ее горниле и закаленное в крови... Мечем нельзя пахать землю, старик... Меч создан лишь чтобы рубить врагов. Это — его судьба. — Я тихо засмеялся и неожиданно для себя действительно услышал в своем смехе раскаты далекого рыка. Бросив взгляд на Мей, я поднял правую руку и еще раз осмотрел шар биджу: — Довольно разговоров. Начинайте ритуал...

Мей сглотнула и покосившись на мою свиту, замершую возле двери, стянула с себя простынь, под которой ничего не оказалось. Застелив тканью каменный стол, она, вздохнув, улеглась на него. Я аж облизнулся.

Старики сразу же обступили ее и достав баночки с какой-то черной краской, стали рисовать печать фуин у Мей на животе.

Я внимательно за этим наблюдал, стараясь не отвлекаться на большую грудь лежащей куноичи. Опасаясь ошибки(даже преднамеренной — а что? "Ой" — и Мей мертва. И привет Забуза. А ведь напортачить с фуин можно так, что от девушки может и пепла не остаться. А виноват кто? Правильно — проклятая Коноха...) я постоянно сверял закарлючки с теми, что я видел на животе Ягуры.

Пока все было правильно. Надеюсь, старики прониклись нашим диалогом и чудить не будут.

Намалевав кисточкой последнюю закарлючку, старики минуту проверяли написанное. И лишь после этого давешний дед произнес:

— Печать завершена. Раньше использовались системы фуин для затягивания в источник чакры биджу. — он покосился на меня и продолжил: — Но, похоже, что все это сейчас не нужно. Осталось только поднести к ней биджу...

Я подошел с боку и протянул к печати руку, пальцы которой держали сферу Санби. Повернув кисть, я осторожно коснулся биджу печати и его чакра тут же стала, словно густой гель, медленно ниспадать вниз. Касаясь кожи, биджу тут же затягивался по спирали в центр печати, который совпадал с пупком. В энергетическом плане все выглядело еще интереснее: фактически биджу совмещался с источниками чакры. В этом плане получалось, что у джинчуррики есть не только Инь и Янь, которые смешиваясь в источнике формируют чакру, а еще один источник, в котором есть своя Инь и Янь. Это очень интересно и рождает просто кучу вопросов.

Самое интересное, что даже обладая своим собственным джинчуррики, я не особо и задумывался над ними. Есть и есть. Работает — и пусть. Сейчас же стало ясно, что потенциал джинчуррики может быть очень огромным и мне стоило заняться Нии Югито плотнее.

В руке осталась последняя капля чакры биджу, когда я понял, что мне нужен образец для опытов, и я усилием воли не пустил ее следом, отделив от основной массы.

Мгновение и маленький шарик засосало обратно в мою чакросистему, вбросив обратно в инфуин.

Старик произнес:

— Все. Процедура завершена.

Не заметил? Не придал значения? Решил не лезть не в свое дело?

Вне моего влияния биджу начал ворочаться в источнике Мей, словно устраиваясь поудобнее.

Мизукаге сцепила зубки и застонала от боли. Ее ноготки начали царапать стол.

Я решил вмешаться и положил ей на живот ладонь. Смешав лечебную чакру, я толчком подал ее прямо в источник. Биджу тут же успокоился, а девушка задышала намного легче. Печать на ее животе стала быстро исчезать и спустя пару секунд стала невидимой.

Мей вздохнула:

— Странное ощущение...

— Ну, вроде бы, все закончилось. — моя рука помимо моей воли стала поглаживать бархатистую кожу ее животика: — Теперь ты — джинчуррики.

Приложив титаническое усилие, я убрал руку и сделал шаг назад. Мей посмотрел мне в глаза и выразительно подняла бровь. После этого она грациозно села и закуталась в простынь.

Ее взгляд скользнул по старикам:

— Благодарю вас, старейшины. — произнесла она.

— Все на благо деревни... — прокряхтел старик и не спеша направился к выходу.

Остальные, все так же молча, потянулись за ним следом. Когда они все вышли из комнаты, Мей спросила меня:

— Ты сделал, что хотел. Что ты планируешь дальше?

Я пожал плечами:

— Я оставлю в Кири одаренных мной вчера людей. Их будут тренировать до приемлемого уровня. Если тебе потребуется помощь — ты сможешь обратиться к ним: там будут опытные инструкторы и пара команд быстрого реагирования. Ничего серьезного — шиноби В-класса...

— Пф! Это для тебя не серьезно — все знают, на что способны Драконы. — фыркнула она.

— Думаешь, что это будет воспринято как гарнизон? — я пожал плечами: — Мне их некуда деть — все знают, что я опираюсь на силы Намигакуре и могут нанести удар по Стране Морей. Сюда они, по крайней мере, подумают, прежде чем сунуться. К тому же, большинство из них имеют непосредственное отношение к Киригакуре: изнанники, инвалиды, ветераны... Но я прошу тебя, Мей, не стоит их перевербовывать к себе: если тебе нужны будут шиноби — я лучше создам для тебя отдельно. Да хоть вот этих советников омоложу — и вперед. Договорились?

Мизукаге покосилась в сторону закрытой двери:

— Конкретно их — не стоит. Они могут начать интриговать за моей спиной, а я и так не очень крепко сижу. Они могут стать намного опаснее Забузы, хотя бы из-за того, что они сейчас в деревне.

Я пожал плечами:

— Тогда подбери кого-нибудь из своего АНБУ или из молодых.

Она задумчиво кивнула:

— Хорошо. Когда планируешь выдвигаться в Коноху?

Хмыкаю:

— Как только получу извещение от Когтя о том или ином исходе восстания Учих. После этого возьму три десятка Драконов и пойду триумфально возвращаться в свою вотчину.

— А если?

Склонив голову, я прошептал:

— Если три десятка одаренных ветеранов Учих с Мангеко Шаринганом не справятся, то мне там делать нечего. Я выведу оттуда кланы и уничтожу Коноху. После чего — создам ее заново...

— Даже так? — удивленно спросила Мей.

— Да... — я повернулся к двери уже уходить, но вспомнил кое-что: — Чуть не забыл...У меня есть пара вопросов.

Мизукаге пожала плечиками:

— Ну, спрашивай.

— Кто создал Мечи?

Мей вздохнула:

— Есть пара кузнецов в клане Хозуки. Мы хотели иметь оружие для АНБУ и избранных джонинов. Рассматривалось несколько концепций и было решено создать экспериментальные образцы. Но из-за высокой стоимости работа над программой на том и застопорилась. А что? Хочешь и себе что-то заказать?

Я кивнул:

— Да. В нижних мирах мне повезло разжиться не только призывом демонов, но и некоторыми материалами из которых я бы хотел заказать оружие... Если не для всех, то хотя бы для себя и своей группы.

Мей задумалась и сказала:

— Ну, Хозуки уже как пару дней вернулись в свой квартал... Я могу устроить встречу.

— Буду признателен.

— Тогда я передам ответ с посыльным.

Я чуть поклонился:

— Благодарю вас, Мей-сама,.

Она тоже наметила поклон:

— Акио-сама, это меньшее, что я могу сделать.

Мы вышли из комнаты в коридор.

Там нас дожидался Ао, держащий в руках аккуратно сложенную одежду. Обеспокоенно заглянув вовнутрь, он увидел стоящую Мей и облегченно выдохнул. После этого он быстро поклонился нам и торопливо зашел в помещение.

Мы же последовали за тем же АНБУ, что и завел нас сюда, к выходу.

Шизука и Тоши под нашим присмотром стоя на коленях поливали Аматерасу огромный кратер, оставшийся от моей битвы с Ягурой. Гигантские языки черного пламени вздымались к небесам, в своей слепой ярости силясь испепелить и их. Поднимающийся горячий воздух пробил в низких тучах дыру, сквозь которую пробивалось полуденное солнце.

А близняшки, сцепив зубы, все качали и качали чакру через свои додзюцу под нашим чутким руководством.

Честно говоря, когда я смотрел в глубину черного пламени я ощущал, как страх несмело выглядывает из глубин моей души. Пожалуй, Аматерасу было единственной техникой, представлявшей для меня крайне огромную опасность. Черному пламени было плевать на покров чакры. Ему было плевать на техники. Глядя в черный огонь, я плохо представлял, как Хоширама победил Мадару. Очевидно, что что-то было не так...

Шаринган принимал смешанную в определенных пропорциях "инь-янь" и выстреливал ее почти со скоростью света туда, куда смотрел их владелец. В этом месте смесь расплескивалась и начинала...гореть? Можно ли процесс, напоминающий цепную холодную термоядерную реакцию назвать термином "горение"? Не знаю...

Я как-то всунул в Аматерасу палец. Потушить его не вышло. Кроме всего прочего пламя начал распространяться по руке. Большую часть кисти пришлось экстренно отрубить. Правда, через пять минут утерянное уже отросло, но сам факт...

За эти секунды я попробовал многое. И даже "пси".

Хорошо, что скорость распространения реакции горения вещества в Аматерасу очень невелика..

Еще немного. Еще чуть-чуть.

Я забросил себе в рот жменю наркотическую пилюль — сильнейших стимуляторов. Тщательно разжевав их, мне пришлось приложить огромное усилие, чтобы проглотить чудовищно-горькую жижу.

Из-за того, что таблетки из сока джу-ша я сожрал во время драки с Высшим все под чистую, мне пришлось импровизировать с общедоступными средствами, которые не обладали достаточно мощным воздействием. Но в моем случае даже эффект, сравнимый с чашкой кофе, крайне важен.

В тот момент, когда мир из-за стимуляторов стал несколько четче, Шизука покачнулась и стала заваливаться назад. Спустя секунду ее примеру последовала Тоши. Мои клоны их придержали и аккуратно уложили на спину, распрямив им ноги. Два других, особых клона молниеносно вырвали их додзюцу и тут же поменяли им их хозяев.

Я расположился между сестрами и, не обращая внимание на жуткий пылающий столб Аматерасу перед нами, положил ладони им на глаза, начав мягко влиять на чакросистемы.

Пара секунд и я стал ощущать, как и без того крайне разветвленная чакроситема сестер начала развиваться еще сильнее. Микрочакроканльчики прорастали во все стороны от додзюцу и соединялись с основной чакросистемой. Я прикрыл глаза и стал ориентироваться по своим ощущениям.

Выходило, что новая чакросистема будет раза в два гуще и больше обычного Мангеко. А значит — будет способна выдерживать как большие нагрузки по продолжительности, так и прокачивать через себя большие объёмы чакры.

Когда перестройка чакросистем начала замедляться, я понял, что скоро транформация завершится и стал мягко влиять на девочек очень небольшими порциями лечебной чакры. Их чакросистемы тут же отозвались на это, лавинообразно завершив изменения.

Похоже, вот и конец. Сейчас увидим, получился ли Вечный Мангеко или нет...

Я раскрыл глаза и убрал ладони с глаз двойняшек.

Девочки были в сознании и нетерпеливо ерзали в ожидании.

— Можете сесть, но глаза не открывайте. Сначала я проведу визуальный осмотр, а потом уже будете играться. — строго закончил я.

Сестры послушно встали на коленки. Я повернулся и сначала обратил внимание на Тоши, аккуратно приоткрыв ей пальцами веко одного глаза.

Что ж. Судя по всему рисунок Мангеко при пересадке наложился на уже существующий и сформировал нечто совершено индивидуальное. Зрачок реагировал на свет, однако...

— Ты меня видишь? — поинтересовался я и отпустил ее веко.

— Да. Очень и очень четко. — моргнув, прилежно ответила она.

— Хорошо... Открывай второй глаз... — здесь рисунок оказался тот же: — Этот видит так же хорошо?

Тоши кивнула.

Я повернулся к Шизуке:

— Открой левый глаз... — рисунок шаригана у второй девочки оказался немного другим, что родило несколько вопросов, на которые я не знал ответа и сомневался, что знает кто-то. Может что-то найду на плите в Храме Накано? Но это дело пока откладывается на такое неопределенное будущее. Кивнув своим мыслям, я скомандовал: — А теперь второй... Очень хорошо. Что ж, изменения завершились. Можете потушить Аматерасу?

— Чакры мало... — пожаловалась Тоши.

— Вы попробуйте...

Черное пламя под их взглядом, в последний раз коротко пыхнув в небеса, опало но прежде чем оно исчезло девочки покачнулись и снова чуть не упали. Я придержал их и покосился на оставшийся десятиметровый язык Аматрасу.

Мои клоны легко подхватили девочек на руки и мы отправились к ожидающей меня делегации моих сокомандниц.

— Ну как? Получилось? Не томи! — затараторила Наоми, как только я подошел достаточно близко.

Я улыбнулся:

— Я думаю, что да.

— Ну так это же отлично! — всплеснула она руками: — А когда мне будем делать пересадку?

Пожимаю плечами:

— Пока — рано. Я отвечу точнее завтра.

Наоми активировала Мангеко и дотушила последние языки Аматарасу.

Лишь после этого мы не спеша отправились на нашу временную базу.

*****

— Значит Киригакуре пала?

— Да.

— Ягура?

— Мертв.

— Биджу?

— Теперь Теруми Мей — джинчуррики Санби.

Сарутоби удивленно поднял голову и потянулся к трубке, лежащей перед ним:

— Он начал сам принимать решения... Что-то еще?

Данзо мрачно продолжил:

— Агенты говорят, что столица Страны Воды Ода — разрушена. Дайме — мертв. Теруми Мей объявила, что на время восстановления она принимает "на свои плечи тяжелую ношу" постов Дайме и Мизукаге. Сейчас Акио с отрядами Намигакуре вырезает всех аристократов, а их имущество — национализируется.

— Очень интересно... — произнесла Кохару: — Небольшая деревенька почему-то подержала Мей и Акио. Нужно разобраться в этом... Кстати, помните, он говорил, что собирается то же самое провернуть и у нас...

Хомура посмотрел на Хокаге:

— Надо попытаться сделать так, чтоб наш Дайме узнал о произошедшем как можно позже. Либо вообще — искаженную информацию.

Глава Корня произнес:

— Я приму меры. Но — это не так важно. Вы знаете, ради чего мы собрались здесь: Шисуи исчез. А значит, он не сможет повлиять своей техникой на Фугаку. Вы все знаете, что Учихи собираются сделать. Кстати, мои агенты говорят, что видели черное пламя Аматерасу. Есть предположение, что Тоши и Шизука Учиха обладают Мангеко.

Хомура и Кохару удивленно выдохнули:

— Но как?

Данзо чуть пожал не забинтованным плечом:

— Точно неизвестно. Однако, если учитывать, что Акио может воскрешать...

Сарутоби произнес:

— Акио захотел самоустраниться от всего этого. Он хочет видеть в качестве главы Учих Наоми. Очевидно, что если в ее распоряжении будет два носителя Мангеко, то она будет сидеть более прочно. — но покивал: — Это хорошая новость. Если нам тут все удастся провернуть с приемлимыми потерями то сила Конохи даже увеличится. Мы получим более-менее управляемых Учих, чья глава будет спать с Акио и будет оглядываться как на него, так и вообще на нас и Совет кланов...

*****

Итачи стоял перед одноглазым:

— Мне нужно, чтобы ты помог мне сегодня уничтожить мой клан...

*****

Кохеку с напарником, максимально притушив токи чакры и тщательно мониторя окружение, следили издалека за происходящим.

Мужчина жестоко улыбнулся под тканевой полумаской: маленький ублюдок решился вступить в сговор с врагами и уничтожить свой клан. От желания обработать весь этот участок леса Аматерасу свело скулы. Лишь чудовищная воля старого ветерана все еще удерживала его от непродуманных поступков.

Если раньше еще были сомнения в том, что Фугаку лучше смотрится во главе клана, то теперь они отпали полностью. Жалкий глупец! Да, Наоми — женщина, но она, хотя бы, знает себе цену.

Вчера Коготь собрался в последний раз обсуждать происходящее. Многим не нравилась идея с Наоми, как главы клана Учиха. Они даже подумывали о том, чтобы посадить в кресло главы Учих нового Бога. Им было даже не очень важно, что он фактически родился в другом клане...

Разброд мнений существовал, но все до единого согласились с тем, что Фугаку допустил слишком много просчетов. Чересчур нерешительный, слабый глава, не способный даже сына воспитать как нужно. Чтобы сын главы клана Учиха решил уничтожить весь свой клан? Да еще и сговорился с врагом?

Безумие какое-то.

Да кто этому сопляку дал право решать???

Кохеку словил себя на том, что ожесточенно скрипит зубами. К счастью, этот звук потерялся в естественном скрипе качающихся под дуновеньем ветра деревьев.

Внезапно из соседнего дерева вылезла жутковатая на половину черная наполовину белая фигура. Кохеку перестал дышать и даже замедлил сердцебиение почти до предела.

Чужак тоже стал наблюдать за встречей.

Это еще, мать его, кто?

*****

Глядя на четыре капсулы, заполненные моей кровью, заряженной чакрой, я думал последствиях всего этого.

Мы с Наоми только что получили письмо, отправленное Кохеку, с описанием происходящих в Конохе событий.

Наоми потерянно уставилась в пол. Известие о том, что наследник Фугаку сговорился с врагами деревни не для уничтожения Конохи, как образования, или смены власти, а для полного уничтожения клана, не помещалось у нее в голове.

Да, мы рассчитывали на то, что ситуация явно выйдет из-под контроля Фугаку, но что дойдет до того, что его сын решит самолично убить отца и мать...

Изначально подразумевалось, что Коготь устроит "несчастный случай" и переворот затихнет, поскольку все будут на похоронах главы клана. Виноватые? А вот они — Хирузен и Данзо. Мы, герои, убившие Ягуру и закончившие войну, возвращаемся в Коху и "опечаленные утратой" объявляем недоверие нынешнему старику. Тут бы выскочил Коготь и арестовал всю шайку. Кто не сдался — того в утиль. При поддержке Учих, остальных кланов и отборных шиноби Золотого Дракона мы бы задавили Корень и АНБУ. Все. После всего этого, я, в белом фраке, отправляю поисковые партии за принцессой Сенджу и когда ту находят, снимаю с нее гендзюцу перед Советом кланов. Потом провожу обстоятельный с ней разговор один на один, в котором загоняю ее в угол, из которого один выход — объявление о "политическом браке" со мной. Финал: я — получаю абсолютную свободу и полный карт-бланш на подготовку к полномасштабной грядущей войне с Ивой и Кумо. Параллельно этому можно было бы послать убийц на поиски оставшихся Мечников, одноглазого, Орочимару и т.д. и т.п.

Конечно, план предусматривал множество отступлений от генеральной линии. Вплоть до того, что я бы потянул в Коноху остатки армии Кири во главе с Мей(в качестве силовой поддержки) или вообще разрушил Коноху, предварительно выведя кланы и лояльных мне бесклановых.

Но вариант с тем, что Итачи зарежет папашу и уничтожает Учих — треть(если не половину) боеспособных сил Конохи... М-да уж. Одним словом, кое-то так намудрил с его закладками, что у бедолаги сорвало все предохранители.

Жаль, жаль...

Я произнес:

— Наоми, придется отдавать приказ действовать в случае Итачи по обстоятельствам. И вообще — похоже, что нашим планом можно подтереться.

Она подняла на меня взгляд:

— Не могу поверить. Он был таким умным мальчиком. Гением, закончившим Академию раньше всех. Он возмужал на войне с Кумо, а закалился на войне с Кири... У него открылся Мангеко... Итачи из одной из стержневых семей Учих. И он решил уничтожить клан... — она прикрыла глаза и помотала головой: — Мне не верится в это.

— Чему тут удивляться? Ты видишь — я говорил, что Орочимару таскал для Данзо шаринганы. Мне никто не верил. А оказалось, что у него в правом глазу аж Мангеко. Мне даже интересно, что он сделал с остальными? Надеюсь, что я смогу еще задать ему этот вопрос.

— Я тож-же. — неожиданно яростно прорычала Наоми и зашипела: — Пусть убьют его. Пусть убьют всех, кто в этом замешан. Я не хочу видеть даже их пепла, когда вернусь!!! — она вскочила с кресла и стала, тяжело дыша, метаться передо мной туда-сюда, словно тигр в клетке: — Данзо хочет, мать его, войны? Я ему покажу войну! Акио, немедленно вкатывай свою кровь всем и отправляемся в Коноху немедленно! Я им всем собственноручно сердца через жопы повырываю и заставлю сожрать!... Р-р-а-а!!! — она с ходу пнула низкое креслице, на котором только что сидела, разбив его на мелкие щепы.

Холоднокровно увернувшись от подлокотника, летевшего мне в морду, я решил прояснить пару моментов:

— Ты определись в том, чего хочешь: чтоб их испепелили Аматерасу до твоего приезда или хочешь убить их сама особо жестоким способом?

Она остановилась и попыталась успокоиться:

— Мне хочется и того и этого.

В мозгу мелькнула мысль, про то, что Наоми чистокровная Учиха и это естественно, что ей хочется всего и сразу. Хорошо, что я — Яманака и немножко телепат: для меня плавать в море эмоций Учихи, сглаживая острые углы в общении, довольно просто.

Пожимаю плечами:

— Давай Итачи устранят, а Данзо — убьем лично? Я как-то, кстати, обещался его душу отдать демонам... Демон есть. Осталось за малым — вынуть и отдать. Он будет страдать долго. Пока Ливруш не убьют. И то — там есть варианты.

Наш разговор прервало сообщение от теневых клонов о том, что один из АНБУ Кири передал мне послание.

— Чего он хотел? — спросила Наоми.

— Мей устроила мне встречу с Хозуки. — она подняла вопросительно брови и я ответил на невысказанный вопрос: — Именно их кузнецы создали Мечи. Поэтому я хочу, чтобы они перековали те доспехи и оружие, что мы натаскали из Ада. В свете будущей войны с Кумо и Ивой это все ох как пригодится... Но ладно... — я поднялся и взял капсулы с кровью: — Хватит отсрочек.

— Даже ты чего-то можешь бояться...— улыбнулась Учиха.

Я фыркнул:

— Я боюсь очень многих вещей. И одна из них — возможность потерять кого-то из вас.

Выйдя из комнаты, я кивнул невозмутимо стоявшей на страже Ливруш и проследовал по коридору к лестнице. Она молча пошла за мной.

Внизу мена ожидали мои "добровольцы". Четверо куноичи, которы должны были стать моими первыми подопытными.

Если удастся с ними то — после последуют основные офицеры Драконов: Амеюри, Кин, Юу. Больше не нужно. Если этим я доверяю абсолютно и их верность не подлежит сомнению, то остальные — уже не так однозначны. Да, Золотой Дракон и Намигакуре дали им все, но...

Одетая в стиль "ню" Анко сидела в кресле. Она забросив ногу на ногу, задумчиво смотрела на маленькую змейку кричащего красно-желтого раскраса, обвившую ей руку и неотрывно смотрящую ей в глаза. Я подумал о том, что капли яда этой змеи хватит уложить в могилу пачку джонинов А-класса.

Сенго, одетая в нашу обычную форму, только без полумаски на лице, задумчиво крутила в руках правильный кристалл льда глубого синего цвета. Холодный воздух настоящим потоком изливался на пол.

Югито и Пакура сидя на полу медитировали.

Юки первая обратила на меня внимание:

— Что у вас там за шум был? Наоми даже потрахаться без драки не может? — ввернула она шпильку.

Я фыркнул:

— Если бы... Мы обсуждали известия из Конохи.

Анко включилась в разговор:

— И что же вывело нашу принцессу из себя?

— Не все идет по плану и, похоже, ее племянник решил предать все и вся и не только прирезать Фугаку с Микото, но и весь клан свести в могилу под чистую.

— Пф-ф-ф-ф-ф... — выпучили все глаза от такой новости. Даже Югито и Пакура вынырнули из медитации.

Я пожал плечами:

— Новость так себе. Мы решили пустить его в расход. Коготь должен справиться. Есть намного более настораживающее известие — Данзо имеет минимум один Мангеко Шаринган

Они задумались.

— Это действительно новость из разряда... — задумчиво произнесла Анко

— Ладно. Времени немного. Думаю этим вечером нам уже придется возвращаться в Коноху. — поднял на уровень глаз капсулы с моей кровью и про должил: — Поэтому давайте приступать. Вы готовы?

— Прямо здесь? — Сенго с сомнением глянулась.

— Тут есть подвал. Золотой Дракон поставил там дополнительную защиту. Этого должно хватить. В конце концов — эта тайна скоро станет совсем не тайной...

Я направился к лестнице. Мои сокомандницы поднялись, последовав за мной и, все это время невозмутимо молчавшей, Ливруш, решившей исполнять роль моего личного телохранителя.

Одна из подвальных комнат использовалась под склад, но сейчас здесь было пыльно и пусто. Повинуясь моей воле, бетонный пол треснул и из него выросло дерево сформировавшее из своих ветвей ложе.

Когда изменения завершились, я приглашающее повел рукой.

Первой как всегда шагнула вперед Анко. Игриво косясь на меня, она выскользнула из своей сеточки и улеглась на узкое ложе.

Я криво улыбнулся и вырастил рядом узкий столик-подставку. Разложив на нем свою аптечку, я, взял в правую руку свой шприц-пистолет и заменил пустую капсулу на капсулу с моей кровью.

— Готова? — спрашиваю я лежащую девушку.

Она в ответ молча кивнула, глядя на шприц в моей руке. Более не медля, я сразу воткнул его ей в живот, параллельно начав левой рукой осторожно заливать медчакру ей в источник и чакроканалы.

Анко тут же напряглась и застонала через стиснутые зубки. Руками она ухватилась за деревянное ложе. Повинуясь моей воле Мокутон развернулся и прижал выгнувшееся тело обратно кложу. Отложив в сторону опустевший шприц, я стал вливать медчакру в ее чакросистему уже двумя руками.

Изменения как обычно были огромными, моя чакра сначала раздула, а потом и уплотнила источник. При этом по чакросистеме пошла будто приливная волна изменений. Чакроканалы утолщались, образовывались новые чакроканальчики. Даже тенкецу и без того невероятно разработанные увеличились снова.

Когда изменения существенно замедлились и жизни Анко перестало что-то угрожать я убрал руки и, тяжело перевел дух. Это было намного-намного сложнее чем обычно. Я даже на секунду подумал, что при все моей силе не справлюсь "мягким" воздействием и придется полностью вытеснять всю личную чакру Анко из ее чакроканалов и чакроисточника, но обошлось.

Дыхание девушки быстро успокаивалось. Я наклонлся над ее лицом и аккуратно раздвинул пальцами веко левого глаза, чтобы взглянуть на радужку и зрачок. В первую секунду я не заметил хоть каких-нибудь изменений, но буквально сразу же радужка стала быстро светлеть и расти, заполняя белок глаза. При этом на радужке стали проявляться четко различимые кольца. Когда их количество достигло трех процесс, к моему облегчению, остановился.

В эту же секунду, не реагировавший на свет зрачок сузился и повернулся в мою сторону.

— Все в порядке? — спросил я.

— Да. — ответила она: — Сначала было очень больно, но сейчас боль быстро уходит.

— Как со зрением? Видишь что-то? Ничего не арсплывается?

— Да. Все отлично. Только мне кажется, что я вижу чакру...

Я заглянул в ее правый глаз и увидев там картину, идентичную левому, удовлетворенно кивнул:

— Привыкнешь... Можешь вставать.

Анко села и свесив ноги с ложа осторожно встала на пол.

— Странное ощущение... — произнесла она и, быстро наклонившись, подхватила свою сеточку с пола. Подойдя к стене она встала на колени и стала удивленно осматривать нас.

— Что ж. Следующая.

Сенго вырастила на полу большой усеченный ледяной сталагмит и стала складывать на него оружие и вещи.

Позволяю себе жадно скользить взглядом по ее обнажающемуся телу. С трудом перключив внимание, я заменил капсулу и сделал в сторону стола приглашающий жест.

Старясь не отвлекаться, я провел быстро провел процедуру и стал обрабатывать лечебной чакрой тело Сенго.

По окончанию изменений, я резюмировал, что у нее так же в глазах появились кольца риннегана. Вот только он также был незавершенный...

Когда я закончил со всеми куноичи, то обнаружил что серьезно выдохся. Это был неожиданно — с моим-то огромным резервом и добраться почти до его дна!

Вся шутка была в том, что риннеган серьезно разгонял у девушек сразу весь организм, постоянно его разрушая, а это привело к тому, что на восстановление уходили просто неприличные объемы чакры. Особенно стоит выделить Нии Югито — фактически ее источник попытался толи отторгнуть толи сожрать ее биджу. Пребывая в легкой панике, я залил в ее чакросистему большую дозу лечебной чакры. К счастью, этого оказалось достаточно...

Все четверо, пребывая в прострации, сейчас сидели возле стеночки и пытались адаптироваться к новому зрению и намного более расширенному мироощущению вообще.

Сложив печать, я создал четверых клонов, которые, завернув девушек в белые махровые полотенца, вынесли их из подвала и аккуратно и даже нежно усадили их рядышком на диване.

Еще раз проверив состояние их организмов, я сел рядом с ними в кресло и собрался немного помедитировать, забросив в рот пару пищевых пилюль.

Но мне не дали этого сделать — по лестнице спустилась Наоми и окинула нас вопросительным взглядом:

— Ну что, получилось?

— Думаю, да. Риннеган вот только получился как у меня кода-то — незавершенный. Но тут уже я вряд ли смогу помочь. Все будет зависеть от них.

Она подошла ко мне ближе, фактически став передо мной:

— Что насчет моего Вечного Мангеко?

Кто о чем, а Учиха думает о могуществе...

— У меня сейчас мало чакры — очень потратился. Давай через час-два... — в этот момент пришел сигнал от одного из моих клонов. Прикрыв свои глаза на секунду, я взглянул на гостя через его глаза и увидел стоявшую перед ним Мизукаге Теруми Мей с сопровождением из четырех АНБУ Киригакуре. Вынырнув, я поднял взгляд на Наоми: — Здесь Мей. Шизука и Тоши уже пришли в себя?

Она сосредоточенно кивнула:

— Более-менее.

— Вызови их. Пусть дополнительно проконтролируют территорию, усилив патрули Намигакуре...

В гостиную вошла Амеюри в боевом облачении и своей золотой маске дракона:

— Вы звали, Акио-сама? — склонилась она в поклоне.

— Да. Сейчас сюда придет Теруми Мей. Обеспечь безопасность и поддержку.

— Конечно, господин.

Когда она исчезла в "шуншине", я взглянул на Наоми:

— Останешься?

Она кивнула:

— Да. А как насчет них? — она мотнула головой на четверых девушек, расслабленно возлежащих на диване.

Я косил на них взгляд. Клоны, повинуясь мой воле, заботливо запахнули полотенца скрыв от пытливых взоров самые откровенные места.

Девушки, очнувшись от прикосновений, закутались еще сильнее и окинули нас взглядом из-под полуприкрытых век.

В этот момент в гостиную зашла Мей, одетая в свои ритуальные одежды Мизукаге. С ней шли четверо АНБУ.

Я встал с кресла и кивнул:

— Приветствую вас, Мей-сама. Что привело вас ко мне?

Она произнесла:

— Ох, я тоже рада тебя видеть Акио-сама. Я здесь с сообщением, что Хозуки согласны поговорить с тобой насчет новых Мечей.

— И только? — я вопросительно поднял левую бровь.

— Вы проницательны. — польстила она мне и продолжила: — Ваше обещание об усилении нескольких моих АНБУ еще в силе?

Я заинтересованно наклонил голову к левому плечу:

— Ну... Да. — я перевел взгляд на четверых АНБУ за ее спиной: — Это они?

Она кивнула:

— Самые верные и преданные. Все они были со мной с детства. Возможно именно благодаря им я все еще жива.

Пройдя мимо нее, я подошел к ним и стал идти вокруг них:

— Снимите маски. — произношу.

После того. как Мей подтверждающе кивнула, они это сделали.

Четверо уже не молодых мужчин. У двоих зубы били заостренными. Кровь Хозуки?

Поведя рукой, я вырастил за моей спиной прямо из пола ледяной лежак. Я не случайно использовал Хьетон — они должны знать, что получают.

— Сейчас от меня вы получите молодость и силу, достаточную, чтобы продолжить достойною службу Киригакуре. Никогда не забывайте, кто вам это дал и для чего. — один из моих клонов принес мне мой шприц-пистолет, который я тут же, почти привычным движением, воткнул себе в шею. Пока капсула набиралась я другой рукой указал на ложе: — Раздевайтесь до пояса и ложитесь. После вчерашних сорока процедур эти четверо прошли рутинно. Глядя как АНБУ снова облачаются в свое облачение, я забросив в рот две пищевый пилюли и произнес: — Эти сутки вы должны провести в тренировках. Мей-сама посвятит вас в детали. Вы теперь можете развить какие угодно кеккай-генкаи и в любом количестве. И да — не забывайте хорошо питаться. — я вздохнул и достал еще пару пищевых пилюль. Когда я забрасывая их в рот, то мой взгляд упал на показавшуюся из под ткани печать призыва Ливруш: — Кстати, Мей, меня интересует кое-что.

— М? — Мизукаге вопросительно склонила голову

— Как думаешь, какой из призывов Киригакуре самый сильный?

Она задумчиво нахмурилась:

— У Хозуки есть Моллюск и Акулы. Очень сильны, но вряд ли они их тебе дадут.

— Хм. Ну, ладно. Зайдем с другой стороны. — разочарованно вздохнул я.

Можно конечно надавить на Хозуки, но в свете того, что они будут делать мне Мечи это не желательно. А жаль. Судя по всему призывом мне просто так не разжиться. Остается лишь одно -так называемый "слепой" призыв. Меня может забросить куда угодно, но поскольку я умею строить порталы — в случае чего я легко оттуда выберусь. Как разгружусь со всем этим так и отправлюсь. Сен-чакра чересчур сильный козырь, чтобы не получить его в свои руки. Да и получить призывную зверушку должно быть забавно.

Кстати... Я сосредоточился и коснулся разумом спящей Аридемоницы, даже во сне сживающей свою чудовищную секиру.

— Ливруш! Очнись ото сна.

Она медленно раскрыла свои глаза внутри которых начало медленно разгораться пламя.

— Я готова, мой господин.

— Сейчас я тебя призову...

Архидемоница легко перекатилась и приготовившись встала на одно колено.

Я прошелся по гостиной выбирая место и быстро коснулся рукой пола.

Чакра выплеснулась в воздух, образовав большое голубое облачко. Сквозь быстро тающую дымку проступили контуры тела покорно склонившей рогатую голову Архидемоницы. Даже стоя на одном колене она была мне по грудь. Однако, меня возникло впечатление, что ее тело стало немного меньше.

Медленно подняв голову, Ливруш произнесла глубоким голосом, в котором как бы слышался далекий рокот грозы:

— Я слушаю, мой господин.

Повернувшись к Мизукаге и насторожившимся АНБУ при виде моего призыва я сказал:

— Ты должна знать, Мей, что сегодня мы отбываем обратно в Конохогакуре: гной, копившийся все эти годы, наступила пора спускать. Поэтому с Хозуки придется говорить прямо сейчас.

Она окинула немного испуганным взглядом Архидемоницу, лениво осматривающую гостей, и ответила:

— Тогда нужно идти. Я провожу вас.

Я кивнул и повернулся сокомандницам:

— Вы все остаетесь здесь. Наоми, присмотри за остальными. Отдыхайте, набирайте сил. Потому-что через часа три нам уже придется выступать. Ливруш — ты идешь со мной в качестве охраны.

Архидемоница молча кивнула и распрямилась, уперевшись рогами в потолок.