v 1.0 — создание
v 1.1 — структура, скрипты, мелочь ProstoTac
ДА:
ДА:
ЭЛ: Не далее, как вчера (
ДА:
ЭЛ: Надеюсь, что со временем многие мои книги будут напечатаны в России. «Poltergeist Press» - мой эксклюзивный русскоязычный издатель, агент – Anna Hayward. «Backwoods» (
ДА:
ЭЛ: Сколько себя помню, с самого детства увлекался хоррорами – пересмотрел кучу фильмов, зачитывался Эдгаром По. Когда служил в армии – открыл для себя Лавкрафта. И работы Говарда зажгли во мне ту самую творческую искру. Именно тогда я понял, что это мое предназначение. Я ДОЛЖЕН был стать писателем хорроров. Первая новелла вышла, когда мне было 24 года, и я ни секунды не сомневался, что моментально стану супер-популярным кассовым автором! Ох уж эта юношеская наивность! Некоторое время спустя, я прочитал статью Дина Кунца, в которой он говорит, что в среднем на то, чтобы стать полноценным профессиональным писателем уходит около двадцати лет. Что ж. Должен признать: Дин был прав.
ДА:
ЭЛ: Критики считают, что я это делаю ради хайпа, чтобы шокировать читателя. Но это совершенно не так. Человек, который пишет хоррор только для того, чтобы шокировать читателя может вызывать только жалость. Если эти жесткие мерзкие сцены рассчитаны исключительно на эпатаж и не гармонируют с сюжетом, героями – выйдет никому не нужная чушь. Я вижу в жестких сценах отражение действительности, они придают книге жизнь, реализм, делают произведение более современным, приближает к действительности. Подобные сцены я описываю просто потому, что лично мне кажется, что они неотъемлемы сюжетной линии и делают повествование более реалистичным.
ДА:
ДА:
ЭЛ: В той или иной мере большинство моих произведений пропитано черным юмором. Но не все, возьмите «Backwoods», «Messenger», and «Flesh Gothic». В последней вообще нет ни одной шутки. Если говорить о моем друге, поздний Джек Кетчам сильно отличается от того, что делаю я. Джек писал о реальной жизни, я же скорее даю возможность читателя отвлечься от действительности, переношу его в вымышленные миры. У всех свои потребности, в том числе литературные. Лично я это читаю ради развлечения. А Кетчам мне неоднократно говорил, что ему абсолютно не хотелось никого развлекать. Вместо этого он провоцировал читателя, он видел свою миссию в том, чтобы донести до читателя, что жизнь на самом деле никакая не счастливая сказка. Для Джека было крайне важно, чтобы его работы рассматривались в первую очередь, как предостережение.
ДА:
ЭЛ: Это было очень круто! Кроме того, у нас был важный повод для этой работы, и она оказалась успешной. Но, возможно это тот самый случай, когда на одной кухне собралось много шеф-поваров! У людей слишком много идей, которые не всегда стыкуются между собой. В один прекрасный момент, кто-то (мне кажется это был Кетчам!) решил превратить все это в китч, лично для меня это было прикольно и у нас получилось! Это очень хорошая вещь, своего рода уникальная. Я написал первую главу, и почти уверен, что придет день, когда я продолжу ее и события будут развиваться так, как вижу это я. И, быть может, это будет уже не юмористическая новелла.
ДА:
ЭЛ: Джек Кетчам был моим лучшим другом среди писателей хорроров, и первым автором хорроров, которого я узнал. Мы вместе работали над рядом рассказов, все они были потом изданы в различных антологиях, а чуть позже в коллекции SLEEP DISORDER. Последний раз мы выпивали с Джеком в Нью-Йорке и обсуждали тогда будущие совместные проекты. В частности, два рассказа. Один был о болезни Альцгеймера, второй… Второй был о паре друзей, которые общаются в баре. Я сделал некоторые наброски, но у нас у обоих случились запарки по работе, которые не позволяли уделить время этим проектам. А потом. Потом уже было слишком поздно. Но я думаю, что как-нибудь я все же напишу эти рассказы. В том ключе, в каком мы с Джеком их обсуждали.
ДА:
ЭЛ: Не помню точно кто: Рэймонд Чандлер или Роберт Б. Паркер, но кто-то из них сказал, что лучшее средство для преодоления писателем творческого кризиса: «в минуты сомнения представь, что рядом с тобой стоит человек с пистолетом». Несколько раз пробовал. И это работает! Но если честно, для меня это нехарактерно. У меня скорее обратная проблема: СЛИШКОМ МНОГО идей. Столько, что я порой не могу решить, какую из них воплощать в тексте.
ДА:
ЭЛ: По правде говоря, это достаточно низкопробные произведения, которые написал неопытный пацан. Хотя, несмотря на то, что они были не очень хороши на мой взгляд, на взгляд нью-йоркского издателя они были достаточно удачны, чтобы их напечатать. Можно сказать, что эти произведения открыли для меня дверь в мир литературы. У меня не было желания их переработать просто потому, что я считаю, что лучше посвятить это время новым проектам.
ДА:
ЭЛ: Если речь о неоконченных произведениях, действительно, есть ряд таких. Одно из них научно-фантастическая книга, я назвал ее «The Epicycle», другая – экстрим-новелла «Trixie», ее я писал в соавторстве, но получалось как-то вяло, особенного желания продолжать эту работу не было. Еще была одна история про парня, с которым я служил, я назвал ее «Sergeant Sand», но она чересчур жуткая. Плюс несколько рассказов, которые не пошли́. Вообще, если автор забрасывает проект, это не бывает просто так на ровном месте, значит нужно просто отпустить ситуацию и не возвращаться к нему.
ДА:
ЭЛ: Как бы мне не хотелось этого, боюсь это сложно воплотить в жизнь. Я уже не молод, и, к сожалению, у меня не так много сил для совместной работы. Хотя конечно это было бы интересно.
ДА:
ЭЛ: Нет, не могу сказать, чтобы у меня когда-то были серьезные проблемы с цензурой. Давным-давно редакторы удалили некоторые жесткие моменты из моей работы «The Chosen», но я ее включил в «The Bighead» (сцена the Kohls Point). Один издатель отказывались публиковать «Dunwich Romance» и «Pages Torn From a Travel Journal» по подобным же причинам, но я продал эти работы «Deadite», и они имели хороший успех. Немецкое отделение «Amazon» отказалось публиковать «Haunter of the Threshold», в итоге это произведение было выпущено ограниченным тиражом в бумажном, твердообложечном варианте. Как-то по просьбе издателя я убрал одну сцену из рассказа «The Baby», но потом это произведение в первозданном виде было опубликовано в сборнике все теми же «Deadite». Но, с учетом того, что опубликовано пятьдесят с лишним моих работ – это не такие большие проблемы. На мой взгляд свобода слова в США соблюдается и не могу сказать, что цензура ей угрожает.
ДА:
ЭЛ: Не припомню, чтобы кто-то прежде меня спрашивал об этом! Прообразами Люнтвилля являются несколько местечек в Мэррилэнде, а что-то я присмотрел во время путешествия по западной Вирджинии. Рэднеки в штатах ПОВСЕМЕСТНО. Я боюсь их до смерти. Пара горцев из фильма «Избавление» по сравнению с ними -просто плюшевые мишки. Я автор хорроров, и просто не могу не писать о них, как не могу не терзаться вопросом, что они вытворяют с наступлением темноты. А эти парни способны на все что угодно.
Сюжет «Backwoods» развивается в вымышленном месте. Не в Люнтвилле, но где-то поблизости.
ДА:
ЭЛ: Нет, не думаю. Хотя я иногда прямо или косвенно и пользуюсь мифологией Лавкрафта. Говард - король ужасов! Никто не делал ничего подобного! Он – номер один!
ДА:
ЭЛ: Дайте подумать… Мне кажется начать стоит с рассказа «The Seeker». Там впервые появляется мой герой, которого зовут The Writer. Дальше – «Minotauress». Это - приквел «The Bighead», который был написан чуть ранее. Потом «The Bighead», «White Trash Gothic - 1» и (совсем скоро) «White Trash Gothic – 2». Действия «Головачей» тоже входят во «Вселенную Люнтвилля», несколько персонажей из этого мира также появляются и в других произведениях. Например, в «You are my Everything». Сейчас я работаю над третьей частью «White Trash Gothic». Вторая выходит в июне-мае. Не могу сказать, о дате релиза третьей, поскольку только начал ее. Главная дилемма – оставить ли в живых Винчетти или нет?
ДА:
ЭЛ: Начнем с того, в соответствии с авторским законодательством это возможно только с моего разрешения или через 75 лет после моей смерти. В данный момент мне не хочется, чтобы другие авторы писали книги на основе «Головачей» или «Люнтвилля». Когда я закончу с этой «Вселенной» – вероятно, я и дам свое согласие кому-то из авторов на подобное. Я давал подобное согласие нескольким авторам, для работы во «Вселенной City Infernal» и, должен сказать, они отлично справились.
ДА:
ЭЛ: Я видел первый «Топор». Для меня это классика (на одной конференции я познакомился с Кэйном Ходдером – милейший человек, равно как и Тони Тодд). Некоторые сходства есть: и тот и другой уродцы, жертвы кровосмешения. Продолжение «Топора» я не смотрел, так что я не могу составить достаточное полное представление о становлении Кроули, развитии этого персонажа. Могу предположить, что это бессмертный призрак. Толстолоб был написан за десять лет до выхода Топора, и он не призрак. Он частично человек, рожденный в инцесте, частично демон или пришелец. Но и Кроули и Толстолоб яркие представители старой доброй школы «Монстров в Лесах».
ДА:
ЭЛ: Как я уже говорил ранее, рэднеки наводят на меня ужас. И они повсюду в Америке – от Мэррилэнда до самых южных глубин, до тихоокеанского северо-запада. А мое неуемная любознательность заставляет работать воображение и рождаются разные истории. Надеюсь и в России кто-нибудь напишет о русских рэднеках.
ДА:
ЭЛ: Речь о The Writer, правильно? Он действительно появляется во многих моих произведениях. И это главный герой трилогии «White Trash Gothic». Кстати, в третьей части у парня БОЛЬШИЕ неприятности!
ДА:
ЭЛ: Нет-нет. Не думаю. Парни из «Family Tradition» рэднеки с тихоокеанского северо-запада, а это более чем три тысячи километров от Люнтвилля. Но идея конечно хороша!
ДА:
ЭЛ: Шутишь?! Конечно Боллс Коннэр! Он отдуплит этих зомбарей до смерти!
ДА:
ЭЛ: Многие впечатлили. На самом деле за несколько лет появилась своеобразная «Новая Волна» Молодых Хоррор Авторов. И они моментально зажгли! Большинство из этих ребят, когда захотят, пишут просто нереально жестко. Великолепный пример - Jonathan Janz, равно как Matt Shaw и Matt Hayward. Райана Хардинга сложно назвать молодым автором, так как он уже достаточно опытный писатель, но по возрасту еще очень молод, а уже является одним из лучших писателей в экстриме. Не так давно в соавторстве с Matt Shaw они написали «A Thousand Severed Dicks», одно название чего стоит, согласись? Также из новой волны я бы посоветовал обратить внимание на C.V. Hunt, она пишет просто нереально шокирующие вещи! Но, в целом, сейчас много новых авторов, заслуживающих внимания, всех не перечислить. И это лишнее подтверждение тому, что наше движение сейчас очень мощное!
ДА:
ЭЛ: Самый простой вопрос за сегодня: «The Pig», «Bighead», «Haunter of the Threshold»! (и еще - «Going Monstering»).
ДА:
ЭЛ: Соглашусь. Клайва вполне можно назвать «отцом» сплаттерпанка. Он для многих открыл глаза на жанр. Ты просто вдумайся он уже в 1984 году сделал «Полуночный Экспресс» и «Царя Зла»! Прежде ни у кого, кроме Баркера не хватало ни способностей, ни яиц, чтобы сделать подобное!
ДА:
ЭЛ: Не могу сказать, что у меня какая-то личная антипатия к Муркоку. Просто, когда кто-то начинает мочить Лавкрафта, я всегда встаю на сторону Говарда. Лавкрафт основоположник современного хоррора в литературе. Это эпоха! Муркок - не хоррор автор, он пишет фантастику/фэнтези, пусть и называет это «анархией». В армии я с удовольствием прочел всю серию Графа Брасса, а чего стоит его работа с замечательной группой 70-х «Hawkwind»! Скажу больше, считаю, что его сольник «The New World's Fair» – один из самых выдающихся и неповторимых рок альбомов 70-х.
Но не нужно лезть на Лавкрафта! Не нравятся его произведения, ничего страшного, на вкус и цвет - товарища нет. Но если ты прыгаешь на кого-то, будь готов, что прилетит ответ.
Муркок обвиняет Лавкрафта в антисемитизме, при том, что у Говарда жена – еврейка, агент – еврей, близкие друзья – евреи. И это антисемит?
Далее, Муркок говорит, что Лавкрафт был женоненавистником. И это просто потому, что главные герои у Ховарда преимущественно – мужчины. Вот это аргумент! Если у Лавкрафта мало женщин-заглавных персонажей романов, это вовсе не означает, что он ненавидел женский пол. У Говарда была жена, были женщины, с которыми он работал, дружил, ради встречи с некоторыми проделывал немалые расстояния.
Следующее обвинение: расист. Да, у Лавкрафта были предубеждения против мигрантов. И его ранние рассказы, например, «Red Hook»- свидетельствуют об этом. Как и некоторые из его писем говорят о том, что он недолюбливал черных. Но это всего лишь следствие невежества, бедности, воспитания. Бедность питает расовые предрассудки, она - причина невежества. Так было всегда и везде. С младенчества и до самой смерти Лавкрафт прожил в дикой нищете, его воспитывали расистки, его мать (вполне вероятно психически больная женщина) была расисткой.
Лавкрафт вырос в этой среде, и в этом нет его вины. Мы все – продукты своей эпохи, общества, в котором живем. Только знания и опыт могут скорректировать наше воспитание, предубеждения. В зрелом возрасте Лавкрафт признавался, что очень сожалеет о тех расистских взглядах, которых ранее придерживался. Это видно из его писем друзьям.
Так что, быть может мистеру Муркоку стоит оставить Говарда в покое? Мне также не нравится, как о Лавкрафте отзывались Элдженрон Блэквуд и Артур Мэйчен, но я уверен, что в них просто говорила зависть. Говард сделал их, их скучные рассказики стали никому не нужны. Кто сейчас помнит о Блэквуде и Мэйчене? А Лавкрафта знают ВСЕ.
ДА:
ЭЛ: В первую очередь, конечно, это был Лавкрафт. Я открыл его для себя в 70-х, когда служил в армии. Также, тогда я прочел несколько полу-экстрим новелл, позднего Брайна МакНотона, особенно запомнилась «Satan's Lovechild». Причем я прочел ее в прямом смысле слова сидя в танке. И мне просто сорвало голову! Когда я вернулся со службы, первой книгой, которую прочел были «Стервятники» Джека Кетчама, и «Подвал» Ричарда Лаймона. И я просто помешался. После того, как прочел это, я понял, что ДОЛЖЕН писать хорроры. А что еще круче, оба автора, и Кетчам, и Лаймон, впоследствии стали мне очень добрыми друзьями. Еще могу выделить «Мою любимую колдунью» Фритца Ляйбера, «Подвалы» Джона Ширли и всего Рэмси Кэмпбелла. Все это и помогло мне стать хоррор писателем.
ДА:
ЭЛ: В колледже я изучал литературу, так что, конечно, читал ряд самых значимых русских классиков: Достоевского, Толстого, Тургенева. Также я прочел «Архипелаг Гулаг» и «Один день из жизни Ивана Денисовича» Солженицына: очень сильные вещи. Еще я помню рассказ одного русского автора: «Шинель» - аллегорическое произведение, в котором показано насколько может быть важна такая, казалось бы, простая вещь, как шинель, пальто. Один из лучших рассказов, которые я читал в своей жизни, но вот фамилию автора вспомнить не могу.
ДА:
ЭЛ: Мне всегда задают этот вопрос, и я всегда даю на него один и тот же ответ: каждый вечер, перед сном я читаю одних и тех же авторов: Лавкрафт, М.Р.Джеймс, Август Дерлет. Я не могу сказать сколько раз я уже перечитал все, что написали эти люди, но ничего не могу с собой поделать. «Данвичский ужас», наверное, уже раз сто прочел, как-то раз прочел «Ясень» М.Р.Джеймса 12 раз подряд. Знаю, все это весьма странно звучит. Но просто не могу остановиться. В промежутках читаю книги своих друзей.
ДА:
ЭЛ: Ни разу не видел, и не испытываю ни малейшего желания. Но я знаю людей из правоохранительных органов, которые говорят, что такие фильмы реально существуют. Эти знакомые даже занимались расследованиями в связи с подобными видео. Но сейчас у нас есть «Аль Каиеда», «Талибан», «ИГИЛ», которые снимают на видео казни, а потом вываливают это в сраный Ютьюб. Я считаю, что это нереально круто, когда порой американские и российские войска совместно мочат этих детоубийц, кровожадных террористов.
ДА:
ЭЛ: Мы познакомились в конце 80-х, писали совместно, когда интернет был еще в зачаточной стадии (мы оба работали на пишущих машинках!). Первоначально мы вообще друг другу тексты присылали по обычной бумажной почте, электронной у нас тогда не было. Я испытываю чувство гордости, что мне посчастливилось работать с таким значимым автором и еще большее чувство радости, что Джек был моим близким другом.
ДА:
ЭЛ: Мои видео-проекты, это просто хобби, любительское развлечение, с крайне скудным бюджетом. Я признаю, что не силен в этом аспекте. Но, пытаюсь, работаю над собой. До твоего вопроса я даже не слышал ни о каком «Hotel Inferno», но ты меня заинтриговал, и я глянул на Амазоне. ОГОНЬ! Просто дикое оккультное месиво! Вид «от первого лица» очень гармоничен, фильм скорее напоминает компьютерный «шутер». Выдающееся видео. Нужно сделать что-то подобное, только с участием голых призраков! Я снял несколько полнометражек: «Walking Woman», «The ABC's of Nude Horror», и «Paranormal Nudist Camp Massacre»; их можно посмотреть за доллар на «Vimeo». Плюс, еще несколько забавных короткометражек с обнаженкой. Большинство моих видео-работ – это комедии, но в будущем я хочу сделать несколько серьезных фильмов, а также трибьют Линчу, его «Голове-Ластику» и «Порожденному Мереджа». Но это просто хобби.
ДА:
ЭЛ: По большому счету жанр уже достаточно популярен. Можно называть эту литературу книгами «для своих», андеграундом, можно причислять ее к поп-культуре, это не имеет значения. Дело не в названии. Главное, что есть аудитория, читатели, а у них, в свою очередь, есть книги.
ДА: Что Вас вдохновляет? Музыка, кино, литература? Ваш любимый фильм и музыка (можете ли назвать пару исполнителей или фильмов) - Олег Казакевич, Дмитрий Александрович
ДА: top 5 horror movie - Роман Незнаю
ЭЛ: Я никогда не слушаю музыку, когда пишу. Она слишком отвлекает. Но многие авторы слушают. И громко. А в целом, я всегда любил альтернативный рок, индастриал (Killing Joke, Joy Division, Funker Vogt), прогрессив 70-х (King Crimson, Eno, Roxy Music, Hawkwind), классику (Vivaldi, Beethoven, Bach).
Любимые фильмы ужасов – «Девятые Врата», «Синистер», «Паранормальное явление», ранний Джесс Франко, Пол Нащи, Жан Роллен. Лучший фильм ужасов… Думаю это «Ужас Из Могилы» Пола Нащи. Чувак, да этого чела наверняка самого перло от того, что он делал! Если говорить не о хоррорах, то я бы назвал «Гражданина Кейна», «Час Волка» Бергмана, «Победителей», Барри Линдона и «Зардоз».
ДА:
ЭЛ: Никогда! Безумие рассчитывать, что наркотики помогут лучше писать. Это удел одиноких наркоманов. Я иногда после трудового дня позволяю себе выпить пива, хотя это и не самая лучшая идея, поскольку писатели привержены зависимостям и алкоголизму, в частности.
ДА:
ЭЛ: О да! Почти каждую ночь мне снятся сны, но, если ты думаешь, что это сплошь ужасы, спешу огорчить – они достаточно глупые и скучные. Один-два раза в году может присниться кошмар про какой-нибудь цунами (вчера, кстати, такое случилось) – вот это круто! А так… То на круизном лайнере потеряюсь, то какие-то общежития студенческие, офисы, забитые унитазы, рыбные рынки, китайские рестораны. И НИКОГДА не снится секс, представляешь: такой облом! Раз в сто лет во сне мне может привидеться что-то, что можно положить в основу произведения.
ДА:
ЭЛ: Нет ли у меня «группиз», как у музыкантов? Как-то случалось, но в целом то, что статус известного писателя мне как-то помогает в личной жизни – заблуждение. Если женщина проявляет ко мне интерес в связи с моей профессиональной деятельностью… С учетом того, ЧТО я пишу… скорее свидетельствует, что у нее не все дома.
ДА:
ЭЛ: Нет, никогда такого не было. Одна из причин того, что в моих произведения такие бурные сексуальные сцены – то, что моя собственная половая жизнь весьма заурядна.
ДА:
ЭЛ: Либо Йен Кертис и Joy Division, либо Король - Элвис.
ДА:
ЭЛ: Я ОЧЕНЬ все вам признателен за то, что вы читаете мои работы, за ваш интерес ко мне, моему творчеству. Я горд и польщен тем, что моя книга выходит в вашей великой стране и надеюсь, что и в Америке выйдут работы кого-то из вас, моих читателей. Спасибо за ваши вопросы, по-моему, хорошо пообщались. И да хранит вас Господь!