<p>Кьяза. Дуэль струн, разума и чувств</p>

Первая встреча. Москва.

Дейв.

Пальцы в последний раз пробежали по грифу. Он дождался, пока последняя нота

растворится в воздухе, сливаясь с шумом большого города, и убрал скрипку. За

окном робкие сумерки пробивались сквозь неон уличных рекламных щитов и фонарей.

Дейв посмотрел в окно и накинул толстовку. С детства мотаясь по гастролям, он

любил приезжать в очередной город заранее, чтобы вечером пройтись по

переплетениям улиц, услышать мелодию незнакомых проспектов. Вот и сейчас,

неторопливо бредя по тротуару, скрипач разглядывал яркие витрины магазинов,

толпу спешащих по своим делам прохожих. Русских отличала суровая

сосредоточенность на лице и полное отсутствие улыбок. Даже девушки, словно

сошедшие с рекламных журналов, длинноногие и ослепительно красивые, шли

серьезные, словно решали сложные логарифмы. Дейв попытался мимикрировать под

местных жителей, но не получилось. А прохожие косились на блондина с голубыми

глазами, улыбающегося самому себе и окружающим. Кто сторонился блаженного, кто

пожимал плечами и шел дальше, а кто-то дарил робкую улыбку, мимолетную и

искреннюю.

Дейв свернул с набережной, прошелся вдоль грозных стен Кремля и свернул в оазис

зелени и вековых деревьев. Он помнил, что место носило странное название

Александровский сад. Пальцы сами отыграли на воображаемом грифе величественную

мелодию сюиты Свиридова "Время вперед!". В свое время требовательный, серьезный

мотив скрипач пытался переложить на современный лад, как множество классиков до

этого, но он не дался. Слишком пафосно и тяжело.

Воспоминания отвлекли немного от окружающей действительности, и он не сразу

заметил девушку, кормившую воробьев. Прямо в центре огромного мегаполиса, на

дорожке под вековым деревом с кряжистым стволом девушка сидела на бордюре, а по

протянутой руке прыгали наглые серые пернатые. Дейв залюбовался невольно.

Истинная русская красавица. Русая коса перекинута за спину, не доставая кончиком

до земли буквально миллиметра. Длинные ресницы дрожали в такт дыханию девушки,

обрамляя большие глаза. На губах притаилась робкая улыбка, столь не свойственная

русским. А длинная юбка и стилизованный жакетик добавлял нереальности видению.

Дейв не выдержал и шагнул к ней, стараясь не спугнуть шебутных приятелей девушки.

Он осторожно присел на корточки и вдруг утонул в голубых глазах, когда

незнакомка подняла на него взгляд. Его хватило лишь на :

- Hi! ( Привет!)

Лариса.

Лариса слегка размяла левую руку, пряча в кошелек кольца. Очевидно завтра будет

дождь, поскольку травмированное запястье и пальцы дали о себе знать противным

нытьем. Она осмотрелась и, подобрав юбку, привычно скользнула с Манежки в

сторону Александровского сада. Сегодня удалось ускользнуть от вредных заказчиков

пораньше. Оказавшись в центре столицы, девушка решила себе позволить немного

расслабиться. Статьи сданы, текстовки для сайта еще терпят, можно на полчаса

забыться. Пройдя мимо Вечного огня и грота, нырнув в арку у Кутафьей башни,

Лариса вышла в часть сада, не совсем популярную у туристов. Прошла чуть дальше и

с досады топнула ногой. Все скамейки были покрашены! Огляделась и, отойдя в

сторону, устроилась на бордюре. Народа практически не было, да и студенты любили

так посидеть, так что милиционеры не тронут, гонять не будут. В сумке нашлась

булочка, которую Лариса, утром даже толком не позавтракав, решила съесть. Тем

более уже вечер. Но планам не суждено сбыться. Ее атаковали воробьи. Маленькие

воришки пытались прямо из рук выхватить аппетитную сдобу. Девушка собрала крошки

и протянула ладонь, на которую тут же уселись пернатые наглецы и принялись жадно

собирать лакомые кусочки. А потом потребовали добавки.

Лариса настолько увлеклась кормлением птиц, что не заметила, как рядом с ней

остановился человек. К чести незнакомца, он практически не спугнул серых

наглецов. Но все же воробьи заметили нахально вторгшегося в их уединение

молодого человека и с сердитым чириканием вспорхнули вверх. Лариса подняла глаза

и замерла.

- Hi! ( Привет!)

Напротив нее, улыбаясь, сидел сам Дейв Гарлет.

Лариса нервно вздохнула и ответила по инерции:

- Здрасьте!

Дейв нахмурился:

- Sorry, I don't speak Russian. I was wаlking and saw you feeding birds. My name

is Dave Garlet. I'm on tour here. What's your name? (Прости, я совсем не знаю

русского. Просто вот гулял и увидел, как ты птиц кормишь. Меня зовут Дейв Гарлет,

я прилетел с концертом. А тебя как зовут?)

Из всей его речи Лариса смогла понять лишь имя и вроде он спросил как ее зовут.

- Я Лариса. Извините, я не говорю по-английски+. Ммм, черт, ну ... I do not

speak English. (Я не говорю по-английски).

-You speak in a funny way. Sorry, didn't mean laughing at you. I don't know a

word in Russian. Your name is Laressa, right? (Ты так смешно говоришь, ой прости,

не хотел смеяться. Я вообще по-русски не говорю. Тебя Ларесса зовут?)

- Нет, не Ларесса, а Лариса. А впрочем можно и Ларесса. Эммм. My name is

Lareessa.(Меня зовут Лариса).

- Laressa (Ларесса), - послушно повторил он, и девушка рассмеялась, махнув рукой.

Известный скрипичный виртуоз тоже улыбнулся ей и протянул руку, помогая встать.

Воробьи обиженно зачирикали, что их лишили булки. Но кто на них обращал внимания?

Лариса как завороженная коснулась кончиками пальцев до его ладони и поднялась.

- I admit it may sound pushy but can we have a cup of coffee? You shouldn't be

worry, I didn't mean anything. Just a lоvely night over a cup of coffee. (Я

понимаю, что это нагло с моей стороны, но может выпьем по чашке кофе? Ты не

бойся, я ничего такого не имею в виду. Просто хороший вечер за чашкой кофе), -

молодой человек пытался говорить медленно, осознавая языковой барьер, и Лариса

догадалась, о чем речь

- Кофе? Да, кофе, думаю, это хорошая идея. Знаете, если пройтись чуть дальше,

там будет очень хорошая кофейня. А какой там варят ристретто. Хотя, о чем я, вы

же наверняка лучше в этом разбираетесь.

Дейв внимательно слушал ее речь и вдруг услышал нужные слова:

- Yeah, yes, yes, ristretto. I love it. We just need to find a good coffee shop.

Laressa, do you know some place nice? Where is coffee here? (Да, да, да,

ристретто. Обожаю его. Осталось найти хорошую кофейню. Может ты знаешь, Ларесса,

куда стоит пойти? Где здесь кофе?) - последнюю фразу он построил совсем

упрощенно, словно от того, поймет его Лариса или нет, зависит по крайней мере

жизнь молодого маэстро.

- Там, - махнула она рукой в сторону Камергерского переулка, - идемте.

Лариса попыталась вытянуть ладошку из рук молодого человека, но он не отпускал,

как-то смущенно улыбаясь. Она сама робела от столь повышенного внимания к своей

персоне. Дейв Гарлет был известным виртуозом-скрипачом, причем знаменитость к

харизматичному американцу немецкого происхождения пришла еще в детстве. Первую

скрипку Страдивари ему подарил в одиннадцать лет президент ФРГ. Они были

ровесники, и даже более того, Лариса тоже великолепно играла на скрипке, но увы,

свои одиннадцать лет она встретила в больничной палате с загипсованной левой

рукой. Трагичная случайность. Окно в классе разбилось в тот момент, когда Лариса

выглядывала на улицу. Запястье буквально сшивали по лоскуткам, сухожилие

собирали по ниточкам, но приговор врачей был безжалостен. Пиликать на скрипке

сможет, словно маленький дошкольник, впервые взявший инструмент. Играть на

высоком уровне, заставляя скрипку петь, а сердца замирать - никогда. Учителя,

теперь бывшие, лишь разводили руками и прятали глаза, стараясь ускользнуть от

растерянной девочки с косой. Тогда Лариса сумела справиться с разочарованием и

болью. Забросив скрипку на антресоли, девочка ушла с головой в обычную учебу,

отказавшись даже от вокала. На память о музыке осталась лишь ноющая боль в руке

при смене погоды.

- Watch out! The car! (Осторожней, машина!) - ее дернули назад, возвращая резким

жестом из воспоминаний в реальность. Мимо по проезжей части пролетела машина.

Молодой человек обеспокоено смотрел на нее, махнув рукой в сторону дороги,

словно спрашивая, куда теперь.

- Ой, нам же в переход! - встрепенулась Лариса и потащила за собой удивленного

Дейва.

Они перешли на другую сторону и вдоль Тверской, поднялись до Камергерского

переулка, где неспеша по булыжной мостовой дошли до маленького уютного кафе.

Молча, лишь бросая друг на друга несмелые взгляды и даря робкие улыбки. Кажется,

оба ощущали себя в плену сказки, боясь лишним словом, звуком вспугнуть хрупкое

чувство полета.

Внутри царило кофейное настроение. На бежевых стенах висели фотографии,

стилизованные под старину, выдержанные в теплых оттенках сепии. Мореная мебель

цвета коньяка лишь оттеняла сияющую белизну чашек и сахарниц, где серебряными

молниями поблескивали щипчики для сахара. Даже сахар здесь был тростниковый,

красивого кофейного оттенка и карамельного вкуса. Среди приглушенного света

лилась инструментальная музыка. Они заняли столик у окна. Лариса с грустью

заметила, что на улице стал накрапывать дождик. Мягкий и нежный, слегка звенящий,

он рисовала лабиринты дорожек на стеклах.

Возле столика тут же появился официант:

- Добрый вечер, вы уже определились с заказом или вам подсказать?

- Здравствуйте, - Лариса улыбнулась и вдруг поняла, что с заказом могут

возникнуть проблем, - Вы знаете, мой спутник не знает русского, а я не говорю по-английски.

Может у вас есть, кто поможет мистеру Гарлету с заказом?

- Я знаю английский, - успокоил ее официант, бросая удивленный взгляд на

странную пару, - его зовут мистер Гарлет?

- Да.

Официант тут же обратился к мужчине:

- Good evening, Mr. Garlet. Can I help you with an order? (Добрый вечер, мистер

Гарлет, я могу вам помочь с заказом?)

- Hi. It's great you speak English. I'd like ristretto and cheesecake, and my

companion.... Could you ask her if she would like ristretto as well, and if I

could choose a dessert for her? (Привет, как хорошо, что вы понимаете английский.

Да, да, пожалуй можете, мне ристретто и чизкейк, а моей спутнице... Вы можете

спросить, будет ли она тоже ристретто? И могу ли я сам выбрать ей десерт?)

- Ваш спутник интересуется, будете ли вы ристретто и может ли он вас угостить

десертом?

- Ристретто с удовольствием, а десерт.. Я хотела торт "Три шоколада", у вас он

всегда великолепен, но впрочем... Хорошо, пусть он сам выберет, вдруг угадает?

Переведете?

- Да, конечно, - похоже, официанту самому нравилась эта игра. Он тут же

обратился к Дейву, - Your lady is fine with ristretto and also allows you

choosing a dessert. I would advise this cake on the left page third from the top.

She likes it a big time but won't admit same. (Ваша девушка согласна на

ристретто и даже разрешает вам выбрать десерт, особенно если это будет торт с

левой страницы третий сверху. Она очень его любит, хоть и не готова признаться.)

Лариса заметила, как удивленно изогнулась бровь у скрипача. Он бросил быстрый

взгляд в меню, затем на нее и с ошеломляющей улыбкой, яркой и искренней, сказал

официанту, не отрывая от смущенной девушки сияющих глаз:

- Well, then bring her, please, this cake. Also, please bring one vanilla ice-cream

scoop. Thank you for the advice. Could you please hold the details of the order

- let it be a surprise. One more thing, can you get some flowers? No roses,

something more delicate. (Тогда именно этот десерт и принесите для нее. И еще

шарик ванильного мороженого. Спасибо за подсказку. Только не говорите ей состав

заказа, пусть будет сюрприз. Кстати, а вы можете раздобыть букет цветов? Только

не роз, а что нибудь более нежное?)

- White tulips? I saw such in the nearby flower shop.Белые тюльпаны? (Я видел,

как их разгружали в соседнем магазине цветов.)

- Superb! Agreed. (Гениально, мы друг друга поняли.)

Лариса удивленно заметила, как Дейв достал деньги и дал их официанту. Тот без

слов исчез.

Дейв

Он смотрел на смущенную девушку и не понимал, что с ним творится. Сейчас слов не

находилось вообще. И проблема не в языковом барьере. В конце концов существуют

жесты, мимика, предметы, но для их использовании нужна жаждать общения. А ему

больше нравилось сидеть и смотреть на нее молча. Ему не досаждали соседи по кафе,

шумные возгласы, мелькание персонала. Дейв подался чуть вперед, осторожно и

невзначай накрывая ладони своими, невольно отмечая, что левая рука у Ларессы

немного холоднее.

- Laressa, -и вновь умолк, смотря, как она встрепенулась, слегка покраснев.

Спасла музыка. Из динамиков полилась мелодия скрипки, нежная и скромная, словно

юная девушка.

- Это вы играете, - тихо шепнула Ларесса, - эммм. It's you play. Violin. You, -

словно подтверждая корявые фразы, махнула на него рукой и сымитировала игру на

скрипке. Дейв завороженно смотрел, как пальцы изящно пробежались по

воображаемому грифу, а кисть правой руки держала воображаемый смычок. Как-то

органично, естественно и вместе с тем соблазняюще беззащитно выглядела Ларесса,

играя на невидимой скрипке.

- Yes, it's me playing. You did it amazing... Ummmm.... Do you play violin? You...

Violin...(Да, это я играю. Ты потрясающе показала. Эммм... Ты.... Играешь... На

скрипке?)

Дейв повторил пассаж такт в такт музыке и показал на нее рукой. Ларесса грустно

покачала головой и выразительно продемонстрировала кисть левой руки, а затем с

жалобным выражением покачала ее, словно она болела. Он нахмурился. Девушка

вздохнула, достала зубочистку из вазочки на столе. Она сначала показала тонкую

палочку, затем свою кисть. Он кивнул, показывая, что понял, что палочка это

кисть. Ларесса тут же ловко сломала зубочистку, так что Дейв даже вздрогнул.

- Did you stop playing because of the fracture? Ummm... Child... Was you a child

when you broke your hand? Ummm...A baby? (Ты перестала играть из-за перелома?

Эммм... Ребенком... Ты была ребенком, когда сломала руку? Эмм... Беби?)

Ларесса покачала головой и добавила

- School baby, эммм. ..( Школьницей).

- Oh, school student - подсказал Дейв и вздохнул, - I'm very sorry. (Школьница.

Мне жаль, что так вышло.)

Ларесса нахмурилась, а он поймал левую руку, и прежде чем она успела возразить,

поцеловал, а затем покачал, словно успокаивая и жалея кисть. Девушка прыснула от

смеха, Дейв же наслаждался ее нежной кожей, осторожно поглаживая внутреннюю

сторону запястья большим пальцем, там, где отбивал ритм пульс.

Нежность прервало вежливое покашливание возле стола. Вернулся официант с

подносом. Он ловко расставил приборы и заказанные десерты и протянул Дейву букет

из белых тюльпанов. Девушка изумленно переводила взгляд с двух заговорщиков на

цветы и обратно.

- Laressa, these are for you. Hope, you like tulips. They resemble you. (Ларесса,

это тебе. Надеюсь, ты любишь тюльпаны, мне они напоминают тебя), - ну вот куда

девалось его красноречие, Дейв тщательно пытался подобрать слова, но ничего

умного в голову не приходило.

Официант оказался смышленый и быстро перевел девушке его слова:

- Мистер Гарлет просит принять от него букет в надежде, что вы любите тюльпаны.

Он говорит, что эти цветы похожи на вас.

- Спасибо, эммм... Thank you, - Ларесса взяла протянутый букет и вдохнула легкий

аромат цветов. Затем огляделась вокруг, и перед ней тут же возникла ваза.

- If you need me, just call please. Will gladly help you with the translation.

Have a nice evening. (Если надо будет, зовите меня, я помогу с переводом.

Приятного вечера.)

Дейв кивнул, стремясь быстрее остаться наедине с девушкой. Она же от смущения

прятала взгляд, усиленно делая вид, что голодна. Черт, а она и вправду голодна.

Всего несколько кусочков, и бледная кожа девушки порозовела, да и глазки стали

веселее. Дейв спрятал улыбку за маленькой чашкой кофе. Напиток был и вправду

восхитителен, терпкий и бодрящий, с той самой горчинкой, которая придает

пикантность и освобождает от усталости. Он проследил, как девушка доела десерт,

и осторожно пододвинул свой, подмигивая.

- Нет, нет, нет, - испуганно замотала она головой, затем перешла на английский,

- no, no, no, thank you.

- OK, - кивнул серьезно Дейв, подвигая блюдце с десертом к себе, взял ложечку и

отломил кусок чизкейка, затем подозрительно покосился на девушку, тяжело

вздохнул и протянул ей на ложке, почти касаясь губ, - Let me help you with the

food. I'm confident you're hungry. Eat. (Давай я тебя сам покормлю. Ты же

голодная, я вижу. Ешь).

Смотреть в широко распахнувшиеся глаза было приятно до какого-то щемящего

восторга внутри. А она вздрогнула и решилась. Слегка наклонившись вперед,

аккуратно лишь губами сняла с ложки вкусный кусочек. Дейв задержал дыхание,

нервно сглатывая. Да что же с ним творит эта девушка???

- Want more? (Еще?) - голос слегка охрип, а она лишь кивнула, слегка покраснев.

Лариса

- Господи, что я творю? Сумасшествие какое-то, - Лариса еле слышно простонала,

когда Дейв стал кормить ее с ложки. Горящий взгляд мужчины смущал девушку, и она

мотнула головой, когда он протянул ложку в третий раз

- Want more?( Еще?)

Она еще раз покачала головой, и Дейв пожал плечами и положил кусок в рот,

оценивающе продегустировал и довольно улыбнулся, даже облизывая ложку, чем

вызвал смех Ларисы.

- Want more? Laressa? (Еще? Ларесса?)

- Лариса. Знаете, вы тогда Дивом будете, - она попыталась отклониться от еще

одного кусочка тортика, а затем просто нахально перетянула на свой край остатки

чизкейка. Мужчина не ожидал такого демарша и слегка растерялся, но потом

рассмеялся, доев остатки на ложке

- As the matter of fact, this is my cheesecake. Laressa, it's not fair. It's

mine. (Вообще то это мой чизкейк, мое. Ларесса, так нечестно. Мое), - он покачал

головой, подкрепил свою речь выразительными жестами и даже попытался отнять

тортик, но девушка нахально подхватила блюдечко с десертом и откинулась на

спинку стула, да еще и язык продемонстрировала:

- Было ваше, стало наше. Мое... Эмм... Its my, mr Div (Это мое, мистер Див)

- Div? - он изогнул удивленное бровь, и Лариса снова прыснула со смеху.

-Ларесса, - она показала на себя чайной ложкой, предусмотрительно держа тортик

подальше от скрипача, который, словно ребенок, делал шутливые попытки вернуть

себе десерт, - Див, - теперь ложечка указывала на мужчину.

Он нахмурился, пытаясь понять смысл, а Лариса продолжила:

- Лариса, - вновь на себя, - Дейв,- вновь на него.

Мужчина хмыкнул:

- Larissa.....Laressa.... Dave.....Div.... Okey, as you wish, darling. I like

Div, as well.( Лариса... Ларесса... Дейв... Див... Хорошо, как скажешь, дорогая,

Див мне тоже нравится.)

Он перегнулся через стол и поймал руку девушки:

-Let me introduce myself, young lady Laressa, Mister Div Garlett, on tour here.

(Позвольте представиться, юная мисс Ларесса, Мистер Див Гарлет, проездом на

гастролях.)

Она рассмеялась и замолкла, потому что у него зазвенел мобильный. Дейв

нахмурился и ответил:

- Yes ? (Да?)

Дейв

- For God's sake, Dave, where are you? We are worried. This is Russia, lots of

bullies....and you wandering somewhere. (Дейв, где тебя носит? Мы же волнуемся,

это Россия, здесь много бандитов, что за привычка уходить гулять), - звонила его

администратор.

- I'm at a coffee shop near the Kremlin, having a cup of ristretto. (Я в кофейне

неподалеку от Кремля, ристретто пью).

- Where exactly? Will send a car to pick you up. (Где точнее? Я сейчас машину

пошлю).

- Address? I don't know the address, Tina. (Адрес? Я не знаю адрес, Тина).

Он беспомощно посмотрел на Ларису, а девушка догадалась причину его

растерянности, вычленив знакомые слова:

- Адрес? Камергерский переулок, Зенкофе.

Дейв старательно повторил адрес и добавил:

- Tina, could you please take along one ticket for the tomorrow's show?(Тина, а

ты не могла бы привезти билет на завтрашний концерт?)

- Showing off before a lady? (Ты опять девушек охмуряешь?)

- Just take it, Tina (Тина, просто привези).

- Okey. Sit there and wait. (Хорошо, жди и не уходи оттуда).

Он сбросил вызов, поймал грустный взгляд девушки и улыбнулся немного виновато.

Прикоснулся к тонким пальцам и промурлыкал мотив песни I Just Called to Say I

Love You Стиви Уайндера. Заметив в шутку надутые губки, едва удержался от

желания поцеловать. Увы, Тина права и неправа одновременно. Флирт с поклонницами

он себе позволял не раз, хотя бы потому что девушек любил не меньше, чем музыку.

Но никогда не переходил границ разумного, не настаивал и всегда отдавал себе

отчет, где эйфория от внимания кумира, а где реальные чувства, вернее их полное

отсутствие. И вот сидит напротив простая девушка. То, что она узнала, кто перед

ней, Дейв понял сразу. Но реакция Ларессы... Не было ни дикого искусственного

восторга, ни глупых экзальтированных речей. Легкое замешательство и искреннее

детское любопытство. И моментальное единение душ, несмотря на языковой барьер.

Насколько она естественна и открыта. Хотелось увести за собой в номер, сыграть

для нее, а ведь он не любил очаровывать своих подруг скрипичными концертами,

четко разделяя любовь к музыке и любовь к девушкам . Но с Ларессой он готов был

пойти на наглое неприкрытое искушение для скрипача - предложить ей сыграть на

легенде Страдивари. Уговорить саму взять инструмент в руки и сыграть. Для него

одного. До невозможного хотелось услышать как под ее пальцами рождается музыка,

незатейливая, правдивая и чувственная. Он догадывался, что после травмы она не

притрагивалась к скрипке, но Дейв верил и видел, ее руки, пусть и немного зажаты

травмой, но прекрасно чувствуют струны и смычок. Интересно, она машинально или

намеренно наиграла мелодию, но он узнал по воздушному танцу пальцев Ноктюрн

Шопена, лиричный мотив с нежным привкусом грусти.

Дейв слегка мотнул головой и понял, что использует запястье девушки как гриф, в

такт перебирая воображаемые струны того самого Ноктюрна. Ларесса удивленно

смотрела на него, а с губ лишь сорвалось:

- Шопен.

Дейв лишь кивнул, поглаживая ладонь девушки.

Появление Тины было некстати, хотя сейчас кто угодно воспринимался скрипачом

болезненно. Однако его администратора - мулатку совершенно не смутило чересчур

интимное молчание пары. Она бесцеремонно плюхнулась на стул рядом с девушкой:

- Hi, my name's Tina. Dave, here is what you've asked. Sorry to interrupt but it's

time. Dave, come on. We have rehearsal in the morning, then a press conference.

Plus, we have to get to the TV on time. Oh, forgot to ask your name. (Привет,

меня Тина зовут. Дейв, вот то, что ты просил. Извините, что помешала, однако у

нас время. Дейв, поехали, завтра утром прогон, затем небольшая пресс-конференция,

еще надо на телевидение успеть. Ой, забыла спросить, как вас зовут?)

- Laressa doesn't speak English. Tina, could you please wait outside - will be

in a minute. (Ларесса не говорит по -английски. Тин, подожди снаружи, я сейчас

подойду), - недовольно пояснил Дейв.

- Wow, how do you manage to talk? Can't believe it! (Ну ты даешь, а как вы

общаетесь? Я тебя не узнаю).

- Tina, please (Тина, я попросил).

Администратор фыркнула и тут же убежала на улицу. Дейв вздохнул и протянул

конверт девушке:

- Would like to invite you for tomorrow's show. I will be pleased. Shit! Why is

it so easy and complicated at the same time? Laressa, this is for you. I will be

glad if you come. Please . (Я хотел бы, чтобы ты пришла завтра на концерт, мне

было бы приятно. Черт, ну почему так сложно и просто одновременно? Ларесса, это

тебе, я буду рад если ты придешь. Пожалуйста), - он протянул конверт, жестами

попросив открыть его.

Девушка, слегка приунывшая, послушно вскрыла конверт. Когда она достала билет,

голубые глаза засияли, а парень понял, он пропал. Неправильно и эгоистично, но

он не мог отпустить ее. Не сейчас, не в эту ночь.

- Thank you. Спасибо, я мечтала сходить на концерт, но билеты такие дорогие.

Сказка, Див, спасибо большое, - смысл слов был непонятен, но по интонации Дейв

догадался, что девушка рада. И невесомое 'Див' перевесило здравый смысл и

принципы:

- I'm glad you like it. Could you wait for a moment. (Я рад, что тебе

понравилось. Подожди, я сейчас),- Дейв выскочил из-за стола и поспешил на улицу,

не забыв подойти к стойке с кассой и расплатиться.

Лариса.

Появление помощницы, весьма нахальной мулатки, сбило весь настрой. Лариса, еще

минуту назад купавшаяся в океане романтики, вспомнила, кто она и кто ее спутник.

Тина, если она правильно расслышала имя девушки, пренебрежительно бросила Диву

конверт, что-то быстро говоря и полностью игнорируя девушку. Утешало, что

молодой человек тоже не был доволен поведением знакомой, он ей сказал непонятное,

и она тут же ушла, фыркнув на прощание. Лариса украдкой вздохнула, жалея, что

ореол сказочности случайной встречи разрушен, да и поздно уже. Мистер Гарлет

возвращается в свой волшебный мир музыки, где взмах смычком приравнивается к

магическим пассам волшебной палочки, мир, куда ей путь закрыт. Она делала

попытки играть на пианино и гитаре, но рука ныла и болела, как позже пояснил

доктор, сухожилия плохо срослись. Да, Маэстро сейчас уйдет, а у нее нет денег на

его концерт, билеты на выступление виртуоза-скрипача продаются по баснословным

ценам. Пора Золушке возвращаться домой, пока метро не закрылось.

Вдруг Дейв протянул конверт, что-то говоря быстро. Он взъерошил раздосадовано

волосы, и Лариса старалась не думать, что там возможно деньги, типа за кофе. Див

попросил посмотреть и она послушно достала... Билет? Партер? Завтра?

- Thank you. Спасибо, я мечтала сходить на концерт, но билеты такие дорогие.

Сказка, Див, спасибо большое, - даже осознавая, что он не понимает, она

благодарила за действительно бесценный дар. Сказка продолжается.

Дейв лишь улыбнулся, добавил еще пару фраз и, резко встав, направился к выходу.

Вот так вот - банально и неожиданно. Лариса проводила его взглядом, отметила,

что он задержался, чтобы заплатить. 'Ну а что ты хотела? Сравнила, кто он и кто

ты. Забудь. Свою сказку ты получила, и даже больше, - пыталась она убедить себя,

чтобы слезы не потекли, - завтра схожу на концерт, получу эстетическое

удовольствие. По крайне мере, честно и четко. И спасибо, что не захотел

поразвлечься с наивной девчонкой. Все равно молчала, хотя. .. Все, забудь'.

Она махнула рукой и к ней тут же подскочил тот самый официант.

- Принесите мне счет и, пожалуйста, с собой ванильный латте, сверху посыпьте

корицей.

- Ваш спутник уже оплатил заказ, кофе сейчас будет готов, - ей показалось, что

официант насмешливо смотрел на наивную девушку.

Картонный стаканчик появился у нее ровно через три минуты. Когда она попыталась

расплатиться, официант лишь загадочно улыбнулся и заговорщически шепнул, что за

все заплачено, и он прекрасно понимает мистера Гарлета. Лариса вздохнула.

Маэстро ведь ушел, так что тут понимать. Ну почему в ней романтика цветет буйным

цветом?

Выходила из кофейни, держа в одной руке кофе, который намеревалась выпить по

дороге, а другой нежно прижимая хрупкие белые цветы к груди, словно защищая от

непогоды и чужих завистливых взглядов. Дождь усилился, барабаня сюиту весне по

многочисленным лужам. Сумерки сгустились, но свет фонарей прогонял темноту,

отражаясь от луж и витрин. Немногочисленные гуляки бежали, перепрыгивая через

маленькие озерца холодной воды на мощеной мостовой, накрывшись кто зонтом, кто

куртками, попадались даже индивидуумы с пакетами на голове. Среди вечерней

дождливой суеты улыбающийся Дейв с большим зонтом в руках, стоявший напротив

входа, казался миражом, ее ожившей фантазией грустной души, что Лариса даже

застыла, не обращая внимание на холодные струйки воды, которые решили атаковать

девушку. Маэстро не дал, словно рыцарь, спасающий даму от злого дракона, он

быстро шагнул вперед, пряча девушку от ненастья под черным куполом зонта.

Уединение среди толпы. Стена дождя, который лишь усилился, подвывая, что упустил

добычу, отрезала их от остальных. Стакан с кофе выскользнул из ослабевших рук

растерявшейся девушки. Дейв обнял за талию, притянул к себе и едва слышно напел

мотив известной песни, которую пели то ли Bad Boys Blues, то ли Modern Talking:

- You're a woman, I'm a man.

You're my fortune, I'm your fame.

These are things we can't disguise.

Be my lady of the night.

(Ты женщина, я - мужчина.

Ты моя судьба, я - твоя воля.

Это то, что мы не можем спрятать,

Будь моей леди сегодня ночью.)

Впрочем, какая разница, кто раньше пел откровенный текст, важней, что сейчас

слегка хриплый голос исполнителя едва скрывал желание и боязнь отказа. Искренний

до бесстыдства в своей страсти, стеснительный в собственной наглости, он

очаровал и разбил последние оковы сомнения девушки, что едва шепнула в ответ:

- Yes. (Да).

Дорога по ночным улицам в сторону гостиницы, где остановился Дейв, затерялась в

пасмурной погоде, сумраке ночи, который прятал парочку, что замерла на заднем

сидении автомобиля, переплетя пальцы. Тина тактично или по настоянию Дейв

добиралась сама, и Лариса была благодарна, но молчала, боясь спугнуть пьянящее

безрассудство. Казалось, если тишину прорежет хоть одно слово, она сбежит. Но

Дейв тоже безмолствовал, лишь сжимал ее ледяные пальцы, пытаясь согреть.

Он действительно согрел, лишь они переступили порог номера. Согрел без слов,

сжигая без остатка и возрождая из пепла. Здесь не имело значения, что он не

говорит по-русски, а она не помнит школьную программу английского. Этой ночью

они говорили на языке страсти. Где важнее отклик тела, протяжный стон, что

срывает с губ ласка. Они говорили на одном языке.

Утром Лариса сбежала чуть свет, испугавшись своей смелости. Словно мышка

прокралась в небольшой холл номера, быстро оделась, впопыхах закрутив

растрепанные волосы узлом, и выскользнула за дверь. Гостиница еще спала, лишь на

стойке у входа ее проводили скучающим взглядом дежурные администраторы.

В пустом вагоне метро она вспоминала вечер и ночь, и тень улыбки скользила по

губам. Безрассудно? Возможно... Глупо? Не уверена. Одна из многих? Нет, точно

нет. И хоть ночью Див шептал кучу незнакомых слов, перемежая английский и

немецкий, она была твердо убеждена, он сам испытывал смятение от их близости.

Див. Немного жаль, что трусливо сбегая, она забыла букет в номере. Белые

тюльпаны. Лариса вновь улыбнулась, прижимая к груди рюкзак. Там билет в личный

Эдем. Еще один вечер безумной авантюры. Сегодня. А вдруг для него все было

серьезно, и он найдет ее после концерта? Хотя почему, а если? Они точно

встретятся вечером. И он вновь тихо шепнет: ' Laressa. (Ларесса)'.

Весь день Лариса провела в невероятном по своей тягости ожидании. Она впервые

пересмотрела весь гардероб в поисках, что же одеть? Забросив статьи, напевала

любимые мелодии и даже отыскала футляр со скрипкой, но взять в руки не рискнула.

Лишь нежно провела по деке пальцем.

В главный зал Филармонии она прилетела за полчаса до начала. Победил здравый

смысл и вечная классика. Маленькое черное платье, белый плащ с черной окантовкой,

белый аккуратный клатч и белые туфли. Монохромная строгость. Лишь коса

переливалась на ярком солнце мягким золотом.

В смятении Лариса заняла место, указанное в билете. Она не могла расслабиться,

словно натянутая струна, что звенит в тишине. Обитатели партера оглядывались на

девушку, которая молча и не мигая смотрела на сцену, погруженная в свои мысли.

И вот оркестр отыграл настроечную вакханалию и замер в ожидании. Перечислив

регалии строгий голос объявил солиста. Перезвон оваций, стремительный выход

Дейва. Лариса замерла. В смокинге с зачесанными волосами назад, недоступный маг

музыки. Дождавшись взмаха дирижерской палочки, коснулся смычком скрипки и...

Исчезли стены зала, соседи и люстры. Мелодия рассказывала свою историю любви.

Где-то испуганно и неверяще, где-то неистово заходясь в собственной страстности,

звуки лились, заплетаясь в узоры и рождая новый мир. Скрипка главенствовала,

царила, захватывая умы и души в плен. Она заставляла сопереживать, говорила без

слов, просила верить и обещала любить. Лариса внимала нескончаемой повести не

дыша, пропуская кружево из нот сквозь себя. Полтора часа пролетели как короткое

мгновение. Последний аккорд, и последняя нота растаяла под сводами потолка.

Пауза тишины, что давала возможность опомниться и прочувствовать мелодию до

конца. И зал взрывается овациями. Людское море бурлило словно шторм. Лариса

аплодировала вместе со всеми.

Неожиданно в сумочке завибрировал телефон, сообщая о вызове. Девушка замерла.

Публика постепенно разделилась, особо ретивые направились в сторону гардероба,

остальные заваливали солиста цветами. Дейв улыбался, выслушивал, благодарил, но

глаза мужчины обеспокоено бегали по залу, словно искали кого-то. Лариса пожалела,

что в волнении забыла купить цветы, ведь какой повод подойти пропал. Телефон

настойчиво продолжал разрываться. Девушка осторожно выудила аппаратик из клатча

и ответила. Звонил один из заказчиков. У них один из штатников попал в аварию,

остался жив, отделавшись переломом ноги, и требовалось его срочно заменить на

выездном репортаже. Лариса оглянулась на сцену. Дейв уже ушел. Сдержав тяжелый

вздох, она вместе с остальными зрителями отправилась на выход. Задержавшись в

фойе выслушала все обещания заказчика и согласилась на поездку

- Отлично, Лар, ты где?

- В филармонии на концерте Дейва Гарлета.

- Отлично, тогда сделаешь заметку. Лар, очень срочно нужны паспортные данные для

визы. Фестиваль в Финляндии в пригороде Турку.

- У меня их нет с собой.

- Лара, я за рулем и через пять минут буду на Маяковке. Выходи, это

действительно архиважно. Времени в обрез. Я тебя отвезу и. ..

Он продолжал говорить, а Лариса смотрела на Дейва, который выскочил из

служебного коридора, словно ища кого-то. Сердце радостно затрепетало, она даже

сделала шаг навстречу. Но маэстро тут же облепили более наглые поклонницы,

всплескивая руками и что-то радостно щебеча. На английском. Дейв улыбался и

отвечал, все равно оглядываясь вокруг. Наконец, появилась его администратор Тина,

которая собственнически подхватила скрипача под локоток и увела от назойливых

фанатов. Лариса вздохнула и вновь переключилась на телефон:

- Ты что-то сказал?

- Я, говорю, уже подъехал. Выходи.

Девушка забрала плащ и тенью выскользнула из дверей. Ее сказка закончилась.

Дейв.

Он был уверен, что она пришла. Волнуясь как мальчишка, пытался сдерживаться в

порыве выглянуть и посмотреть - где она. Как все утром глупо получилось. Когда

он проснулся, Ларесса уже исчезла, оставив на столе увядшие тюльпаны. Вместо

прекрасной незнакомки в номере его дожидалась Тина, позволив в адрес Ларессы

едкое замечание. Дейв промолчал, отметив про себя, что после возвращения надо

заняться поиском нового агента. Мулатка была идеальным работником, но в

последнее время слишком часто позволяла вторгаться в его личную жизнь, претендуя

на большее. Дальнейший день проходил по накатанной, и вот перед концертом, за

миг до выхода он вспомнил большие голубые глаза и тихий стон:

- Di-iv (Дииив).

Ларесса пробралась в душу и, уже стоя на сцене и ожидая взмаха дирижерской

палочки, Дейв хотел лишь одного - минуя все преграды и недопонимания, донести до

девушки его эмоции. Музыка ему поможет. Сегодня он играл для нее и про нее,

рассказывая метания души и муки сердца. И когда умолкла последняя нота, он все

еще был с ней. .

Потребность увидеть девушку, вдохнуть аромат русых волос была настолько велика,

что он не выдержал, выскочил в фойе в надежде.. А что он скажет? А может с ее

стороны была игра? Ради чего? Что заставило сбежать? Почему не осталась с ним?

О том, что он поддался порыву, Дейв понял, когда его тут же окружили поклонницы.

Идеальный английский, дорогой парфюм, журнальные лица, искусственные знания. Как

никогда, сейчас они казались куклами, подделкой под людей. В какой-то миг

показалось, что он ее видит. Маленькое черное платье, белая сумочка и белые

туфли. И бездонные голубые глаза, и робкая улыбка. Дейв сделал шаг к ней на

встречу, но виденье исчезло. Появившаяся из-за спины Тина настойчиво увела его,

с собственническими замашками пресекая все общение с фанатами.

Уже вечером, сидя в самолете и краем уха слушая об этническом фестивале в Турку,

где неплохо бы выступить, Дейв пришел к двум мыслям. Поменять агента, тем более

он слышал, что у Роберта Лукермана как раз заканчивается контракт с известным

пианистом. И забыть голубые глаза. Ну или хотя бы попытаться. Например, все-таки

взяться за воплощение идеи о Паганини. Лукерман согласится представлять его

интересы в переговорах с Голливудом. Кстати, хорошая наживка для переговоров с

потенциальным агентом. Работа, работа, работа. А чашку кофе с белыми тюльпанами

оставим Ноктюрну Шопена. И голубые глаза. И нежное 'Di-iv (Дииив)'.

Вторая встреча. Две недели спустя. Турку.

Дейв.

Переговоры с Лукерманом прошли удачно и уложились в три часа. Встреча состоялась

прямо в аэропорту. Молодой еврейчик с благодушной улыбкой и волчьей хваткой

быстро согласился быть агентом молодого виртуоза. Он взял на себя вопросы с

увольнением Тины, пересмотрел расписание музыканта, что-то добавил, что-то

вычеркнул. Хитрый профессионал сразу понял, что в Москве произошло нечто, что

наложило отпечаток на всегда спокойного и веселого скрипача. А работа - лучший

повод забыть любовное приключение, особенно если речь идет о прекрасных русских

девушках.

На музыкальном фестивале под открытым небом в старом Турку Дейв заявлен не был,

но Лукерман умудрился ввести его в насыщенную программу мероприятия, представив

как почетного гостя. Он даже умудрился найти большой коттедж неподалеку от

города, где смогли разместиться все, и место еще осталось. И если первые полторы

недели он гнал подопечного, выматывая на встречах, тусовках, репетициях и

съемках с записями, то буквально за два дня до начала музыкального марафона,

строго настрого запретил и думать о работе и инструменте. Дейв с ребятами

ошалели от требования агента, однако потом поняли прелесть незапланированного

отпуска. Они излазили весь городок, где строгий и безликий новострой

соседствовал со старыми зданиями. Покатались на маленьком пароме с забавным

именем Фери через реку Аурайоки, что делила город на две части. Насладились

знаменитым яблочным пирогом, чей рецепт хранится в строжайшей тайне. Ребята

затащили Дейва в лавку, где продавались этнические ювелирные украшения по

мотивам скандинавского эпоса.

Скрипачу приглянулся серебряный комплект с поэтическим названием "Дом сердца".

Такой подошел бы Ларессе, неброский и в тоже время благородный. Скромный, однако

безумно красивый и дорогой. Ларесса... Опять вспомнились голубые глаза. Дейв

сжал зубы и вышел на улицу. Сам виноват. Девочка испугалась и сбежала, пока он

дрых. Надо было хоть телефон у нее взять или адрес. А может на это и был расчет?

Легкое приключение без обязательств, раньше он был не против такого развития

событий. Вот ведь заноза в разуме. И ведь если приехать в Москву, шанс найти ее

равен нулю.

Дейв кивнул подошедшим друзьям. Они приняли решение посетить замок Або, который

возвышался среди изумрудной зелени на окраине города. Уже возле ворот заметили,

что Тим отстал от них. Ребята посмеивались, намекая, что ударник опять увидел

красивую девушку и забыл о цели прогулки. Городок бурлил от наплыва любителей

музыки. Возле замка слонялись толпы туристов, а красивые девушки строили глазке

группе парней, однако скрипач не обращал внимания, мыслями уносясь в дождливый

вечер в Москве. В вечер с ароматом кофе, звуками скрипки и большими голубыми

глазами напротив.

Ребята особенно оживились, и даже гитарист выдал замысловатую тираду на

испанском, преисполненной восхищения. Дейв бросил скучающий взгляд в сторону,

куда показывали музыканты и застыл. Тим, весело переговариваясь, вел за руку

девушку, а та смеялась и шутила в ответ. Ударник кивнул ей в сторону ожидавших

друзей, красавица перевела взгляд. Она узнала его. А Дейв... А Дейв вновь утонул

в голубых глазах Ларессы.

Лариса.

Две недели суеты с документами, оформлениями визы и страховки, покупка билетов

не дали Ларисе с головой уйти в самокопание, как и положено людям с

меланхоличным темпераментом. От природы стеснительная и чересчур правильная по

воспитанию, сожаление о минутном порыве, которому поддалась девушка в тот вечер,

грызло ее изнутри. Но как-то тихо и скромно. И даже в ночь отъезда на

Ленинградском вокзале, когда девушка садилась в поезд с весомым именем 'Лев

Толстой', оно молчало. Устав от беготни последних дней, Лариса смогла лишь

спрятать вещи в полку и упасть, и забыться сном. Соседи попались тихие, и вскоре

все купе уже спало. А ранним утром их разбудили пограничники в Выборге. Проверка

багажа и документов. И соседи вновь уснули, лишь девушка тихо выскользнула из

купе, взяла у заспанной проводницы обжигающий чай в массивном стакане с

подстаканником и вновь шмыгнула внутрь. Забравшись с ногами на импровизированную

кровать, девушка наблюдала, как за окнами мелькают почти пасторальные картинки

застенчивой Финляндии. Зачем она поддалась чувствам? О чем тогда думала? Как она

даже могла предположить, что великий маэстро ей заинтересуется всерьез. Для Дива

она лишь маленькая бабочка в его богатой коллекции. Для Дива... Его хриплый

голос, незнакомые слова в темноте, что он шептал в ночи, лаская ее. Она

вспомнила, как бесстыдно сама подставляла тело под его губы, хватая за плечи,

когда... Огонь воспоминаний опалил щеки, и Лариса украдкой оглянулась на соседей.

Спят.

Забыть, забыть и не вспоминать. Оставить в памяти как сказку, как сон, как мечту.

Прибыв на вокзал в Хельсинки, Лариса растерялась, коря себя, что согласилась

ехать на этот этнический фестиваль музыки. Однако в кассе ей ответили на вполне

сносном русском, подсказали как пройти на электричку до Турку, где поменять

деньги и даже пожелали приятного отдыха. Осмотреть Хельсинки не получилось,

Лариса едва не опоздала на Пиндолинну, так поэтично назывался скоростной поезд,

что словно ласточка, нес ее на юг страны, в Турку. Два часа безмятежного

путешествия, и Лариса уже на небольшом чистом вокзальчике скромного городка. И

вновь искреннее изумление. Ее поняли и вновь на русском подсказали, как

добраться до маленькой гостиницы. Еще полчаса, и девушке дают ключи. Номер

маленький, но уютный. Можно и отдохнуть, тем более завтра надо решить с

аккредитацией, но душ и легкий перекус восстановили силы, а внутренний голос

соблазнительно шепнул, что как раз потом не будет времени. Девушка согласилась,

переоделась в джинсы и футболку, натянула кеды. Длинные и непокорные волосы

заплела в косу. В рюкзак бросила фотоаппарат, запасные пленки. Редакция не

требовала с нее снимков, лишь описание. Однако для себя Лариса собирала

фотографии интересных концертов, а тут она впервые заграницей. Тем более

командировочные были вполне достаточными, с учетом скромных запросов девушки.

Выйдя на улицу, старательно записала название улицы, чтобы потом найти дорогу

домой, и пошла по переплетениям переулков. Булыжные мостовые граничили с

асфальтом. Строгие серые дома утопали в цветах, что буйствовали яркими пятнами,

словно стремились разбавить пастельные тона чопорного скандинавского городка.

Увидев издали замок, Лариса направилась в его сторону, но ее привлек маленький

паромчик через речку. Засмотревшись на него, девушка не заметила, как налетела

на парня.

- Ой, простите! - залепетала она, проклиная свою неуклюжесть.

- Лара? - на нее удивленно смотрел бывший одноклассник Тимофей.

Девушка даже поморгала глазами, не веря в такое совпадение. Тим учился с ними до

девятого класса, потом его родители переехали в США, и парень исчез. Изредка

доходили слухи, что он играет на ударных с именитым музыкантом, но с кем -

неизвестно. И вот вдруг здесь.

- Тим? Это правда ты?

- Лара, я, честное слово! Сам в шоке! - парень заулыбался и даже подпрыгнул на

месте.

Лариса улыбнулась. В школе они были друзьями. Парень очень поддержал ее, когда

после травмы девушка не могла продолжить играть на скрипке. Тим учился на

ударных в той же школе, и едва не бросил из чувства солидарности, но подруга

отговорила, не согласившись принять такую жертву. Именно друзья, хотя Тим

пользовался успехом у девушек, и даже часто уходил в подростковые загулы, но

никогда не забывал о тихоне с длинной косой.

- Ларка, ты такая красавица стала, - восхищался парень.

- Тим, успокойся, тебе не светит, - рассмеялась она, чувствуя как становится

спокойно.

- Вау, кому сердце отдала?

- Никому, Тим, нет достойных.

- И кого ждет принцесса? - он по-хозяйски забрал у нее рюкзак и, взяв левую руку,

внимательно рассмотрел ее кисть, - как рука?

- Играть не могу, Тим, не надо. Ты как здесь очутился?

- С гастролями, как обычно, а ты?

- По заданию редакции, пишу обзор по фестивалю.

- Фестиваль завтра откроют. Слушай, ты одна? Пойдем, я тебя с ребятами

познакомлю. У нас там интернационал. Пошли, Лар, чего одной бродить.

А правда, почему бы и нет? Лариса кивнула:

- А пошли.

Тим повел ее за руку, по дороге рассказывая веселые история. Лариса смеялась,

забывая грустные мысли.

- Куда мы идем?

- Замок Або. Нам Роберт дал два дня свободы от музыки, до этого выжав до

последней капли.

- Роберт?

- Ага, агент. А вон и ребята.

Он кивнул в сторону группы молодых мужчин, вокруг которых, стараясь привлечь

внимания, кружили красотки. Лариса машинально продолжала идти, словно в тумане,

уже не видя никого. На нее, не мигая, смотрел Дейв Гарлет.

- Hi, guys. Sorry, I'm a bit late. This pretty lady is my good friend, we went

to school together. Lara, this is our band. These are Rodrigo and Kelvin -

guitar, Sebastian - keyboard, Alex- bass guitar, and this is Dave Garlett on his

own - violin. (Ребята, привет. Извините, задержался слегка. Эта красавица моя

знакомая Лариса, мы вместе учились. Лара, наша группа, это Родриго и Кельвин-

они гитаристы, Себастьян - клавишник, Алекс - бас-гитарист, а это сам Дейв

Гарлет - скрипач).

-Hi (Привет), - пискнула она и повернулась к другу, старательно избегая смотреть

на Дейва. - Тим, я не знаю английского, переведи, пожалуйста.

- О, подруга, я попал. Хорошо, побуду твоим личным переводчиком, - и молодой

человек старательно повторно представил всех.

Ребята наперебой загомонили, попытались по очереди выловить ее руку, кто просто

пожал, кто галантно поцеловал. Лариса покраснела от внимания, а сердце царапнуло

от того, что Дейв молчал и не двигался. Тим недоуменно посмотрел на друга,

который теперь сверлил взглядом их руки, вернее тонкие пальцы в руках ударника.

- Dave, are you okey? Do you mind Larissa going with us? (Дейв, ты в порядке? Ты

против, чтобы Лариса пошла с нами?)

Все вокруг стихли. Тут скрипач словно очнулся ото сна:

- What? Hmmmm. I don't mind. Not at all. Sure, let Laressa go with us. Emmm,

sorry, brooded over a bit. My respects, Miss. It's nice to meet you. (Что? Эээ,

нет, что ты я совсем не против, конечно, пусть Ларесса с нами пойдет. Эээ,

извините, задумался, Мисс, мое почтение, рад встрече. )

-Laressa?( Ларесса?) - Тим переводил взгляд с растерянного скрипача и испуганной

девушки и обратно, и вдруг его осенило, -Dave, do you know each other? (Дейв, вы

знакомы?) - и он обратился к девушке, - Лара, вы знакомы?

- Мы случайно встретились в Москве, перед концертом. Див угостил меня кофе, -

еле слышно прошептала она в ответ, а скрипач встрепенулся, услышав знакомое имя.

- Див? - переспросил Тим и вновь обратился к скрипачу, - Див? ДЕЙВ?

- We met with Laressa in Moscow and spent a wonderful evening over a cup of

ristretto. (Мы встретились с Ларессой в Москве и провели приятный вечер в

кофейне за чашкой ристретто), - ответил он, не сводя сияющих глаз с девушки.

А Лариса забыла как дышать. Как разительно изменился скрипач, когда услышал то

имя, которым она его наградила за коверкание собственного. А эта улыбка...

Тим и ребята еще покрутили голову от одного к другому и обратно, и ударник

осторожно уточнил:

- Are we going to the castle?(Мы в замок то идем?) Лариса, вернись на землю.

- А? Что? Да, конечно идем, - но так и не тронулась с места.

- It's all clear with you, guys, - вздохнул Тим и вложил руку девушки в ладонь

скрипача, - Dave, it tears my heart practically. Keep your ends up, Dave, I gave

you my most precious. Can we go now?(Все с вами ясно, ребята. Дейв, практически

от сердца отрываю. Самое ценное доверил, не подкачай. А теперь может пойдем?)

Ноль внимания.

- Совет и любовь, - съехидничал парень под смешки остальных

Лариса вспыхнула от намека и сделала шаг вперед

- Hi (Привет), - улыбнулся Дейв, нежно, но настойчиво притягивая девушку к себе.

- Hi (Привет), - ответила она, а внутри разгорался маленький огонек счастья.

- Well, we are leaving. Follow us, if you want to. If you need an interpreter, I'm

all yours. (Ну мы пошли, догоняйте, если хотите. И если переводчик потребуется,

обращайтесь),- Тим повторил фразу по-русски, и они, правда, пошли вперед,

посмеиваясь.

- Laressa (Ларесса), - выдохнул скрипач таким обжигающим тоном, что у девушки

невольно подогнулись колени.

- Див, пойдем, нас ждут, - взмолилась она, бросая красноречивый взгляд на

ушедших и понимая, что еще секунда и ей станет наплевать на окружающих.

Дейв тоже покосился на парней, потом на девушку и кивнул:

- Come on (Пойдем).

Они молча догнали ребят и, не обращая внимания на подколки, пошли рядом с

остальными, не нарушая свою личную тишину - одну на двоих. Лишь пальцы Дейва,

едва касаясь запястья девушки, танцевали, словно по струнам. На вопрошающий

взгляд Ларисы он лишь шепнул:

- O Sole mio.

Она вспыхнула, вызвав новые смешки остальных. Дейв улыбнулся и обхватил ее за

плечи. Так они и бродили по каменным коридорам старого замка, ни на секунду не

разрывая объятия. Тим изредка помогал с переводом, но в большинстве своем ребята

не трогали парочку, лишь обменивались понимающими взглядами, а Лариса

согревалась теплом ладони, бережно державшей ее за плечи.

Дейв.

Дейв бродил вместе со всеми по залам старого замка, читал про себя аннотации и

слушал разговоры друзей. Но все тут же вылетало из головы, важным оставалась

лишь девушка, которую он обнимал. Хрупкие плечи под ладонью, золотисторусые

волосы, в которые хотелось зарыться носом и вдыхать солнечный аромат. А еще

хотелось целовать нежные губы и... Дейв мотнул головой, отгоняя слишком

откровенные мысли. Нет, он не допустит больше той московской ошибки. Поймав

удивленный взгляд Ларессы, вновь покачал головой с улыбкой, и поцеловал ладошку,

вызвав у друзей восхищенный возглас: 'Wow! (Вау!)' Девушка покраснела, а Дейв

вдруг некстати осознал, что у них опять нет времени, всего три дня он здесь еще,

а потом опять гастроли - Хельсинки, Вена, Гамбург. Какое-то драйверское

помешательство, словно он постоянно опаздывает, спешит догнать упущенное и

теряет главное. В погоне за будущим теряет настоящее. Он покосился на девушку,

которая, хмурясь, беззвучно проговаривала про себя надпись таблички. Вот она

медленно вчитывается в текст, затем сводит вместе слова. Прикусывает губу,

легкое движение головой и вновь шепчет про себя. Дейв покосился, быстро

пробежался по строкам на английском и замер столбом. Им предлагали рассмотреть

систему устройства туалета и канализации в древнем замке. Он вытянул шею,

заглядывая на дырку в каменном сидении и вновь перевел на Ларессу взгляд. А та,

наконец, осознала, что именно написано на табличке. Дейв с удовольствием и каким-то

щемящим чувством нежности смотрел, как девушка бросила вороватый взгляд на

произведение средневекового гигиенического помещения. Ее ушки порозовели, щеки

залил румянец. Она бросила смущенный взгляд на Дейва, и вдруг стало стыдно, что

он затормозил так удачно. Словно извиняясь, слегка пожал плечами, чувствуя, что

тоже краснеет. Ее ресницы распахнулись от удивления при виде его смущения, а

Дейв лишь сильнее прижал к себе тонкую спутницу и даже попытался поцеловать, но

она вырвалась, бросая красноречивый взгляд на экспонат.

Рассмеялись одновременно, вызвав удивление остальных. Но Дейву было все равно,

он уже увлек девушку на выход из зала. Какой замок, какая архитектура и

историческая ценность? Сейчас хотелось лишь целовать и целовать эти нежные губы.

Он сдержался, вспомнив, как она сбежала тогда в Москве. Лишь опять отметил, что

руки похолодели. Девушка в его руках чувствовала себя явно неуютно и озиралась

вокруг.

- Laressa, are you okey? Are you tired? Hungry? ( Ларесса, все хорошо? Ты устала?

Проголодалась?) - он не понимал ее тревогу, - и засыпал вопросами.

- Что? Не поняла. Где Тим?

Дейва царапнуло имя барабанщика, тем более он не понимал, почему она вспомнила о

нем. Разве ей плохо рядом? Ревность? Откуда? Почему? Дейв испугался водопада

эмоций, который обрушивался на него, когда Ларесса была рядом. Он не был готов к

серьезным отношениям, но и отпускать ее не хотел. Сейчас привычный уклад дал

ощутимую трещину, когда переосмысливалась сама суть жизни. Его жизни. Любовь? Но

две встречи, всего две случайные встречи, они даже не понимают, о чем каждый

говорит. Дейв посмотрел на девушку, которая тоже подняла на него свои голубые

глаза.

- Hey, here you are! Are we interrupting anything?(А вот вы где! Мы не помешали?)

- их догнали остальные.

- Тим, мне надо идти, я еще должна отдать документы на аккредитацию, иначе

завтра меня на пресс-конференцию не пустят, - заговорила Ларесса, а Дейв

нахмурился, не понимая ее.

- Тебя проводить? Город незнакомый, а ты иностранными не разумеешь, - усмехнулся

барабанщик.

- Финны неплохо говорят по-русски, а завтра от гостиницы идут автобусы до

фестиваля. Тим, я большая девочка.

- А ведешь как маленькая. Тише, подруга, твой рыцарь меня сейчас смычком

проткнет, - засмеялся барабанщик, когда девушка топнула ногой и даже попыталась

ткнуть его кулаком.

- Tim (Тим), - грозно потребовал Дейв, поскольку сути диалога не понял, однако

интуиция ему подсказывала, что девушка должна уйти.

- Take it easy, Romeo. Larissa must timely submit the documents in order to get

accreditation and receive a press card. She has to go. I suggested going

together, but she'd gotten angry. (Спокойно, Ромео. Ларисе надо на аккредитацию

подать документы, чтобы завтра получить журналистский пропуск. Ей пора уходить.

Я предложил проводить, но она сердится).

- We can drop by there together and have a dinner?(Может мы вместе туда заявимся,+

а потом пообедаем?) - предложил Дейв, не готовый отпускать девушку.

- Are you kidding? There are plenty of journalists right there. They will

certainly recognize us, and we can only say goodbye to our dinner. In the worst

case we'll have to run away. (Замечательно, там же куча журналистов. Вас узнают,

и про обед можно забыть, еще и убегать будем), - перевел Тим гневную тираду-ответ

Ларессы.

- Okey then. We can wait in a nearby caffe. (Тогда мы можем подождать рядом), -

не сдавался Дейв.

- Хорошо, но вы сидите тихо, как мышки, в кафе, меня не ищете и терпеливо ждете,

пока я приду. Тим, пожалуйста, одна я там быстрее справлюсь, а маэстро лишь

создаст шумиху. Я же могу на тебя положиться? - сдалась уже она, устав спорить.

- Без проблем, надо будет - спеленаем, - ответил Тим и быстро перевел остальным

суть договоренности.

Дейв еще по интонации, до перевода, понял, что она согласилась. Ее тело говорило

за свою хозяйку, вот она слегка прижалась чуть сильнее, словно и сама не хотела

расставаться. Он снисходительно выслушал, как барабанщик пообещал его спеленать,

если он пойдет разыскивать Ларессу. Смейтесь, смейтесь, друзья-товарищи. Вы

просто завидуете. Важно другое, до вечера она с ними, а потом он что-нибудь

придумает. Они сумеют договориться и без Тима. Больше он ее не обидит.

Дейв проводил хрупкую фигурку, скрывшуюся в здании, и со вздохом под смешки

друзей вошел в кафе напротив.

Когда заказ уже был выполнен, ребята с нескрываемым интересом уставились на

скрипача.

- Where did you two meet?(И где вы познакомились?) - спросил Родриго.

- In Moscow. She was feeding birds in one of the parks. (В Москве. Она кормила

птиц с ладони в одном из скверов), - нехотя ответил Дейв.

- Gosh, did you sneak away again? Now I see why Tina's been freaking out. (Ты

опять улизнул от Тины? Так вот чего она взбешенная прилетела).

- Tina's been freaking 'cause I'd decided to discontinue the contract. I have

had enough of her. (Взбешенная она была из-за того, что я не согласился

продлевать контракт. Тина перешла грань).

- Yeah, it's crystal clear - Tina had been harsh on Laressa hence did not get

the contract. Now I wonder which park was a witness to the epic meeting? (Сдается,

что Тина проехалась по Ларессе, поэтому контракт и не продлили, я ее

предупреждал. Мне интересно, в каком же сквере вас свела судьба), - фыркнул Тим,

-- There was something about Russian gem of architecture. Oh, got it - Kremlin.

(Там эта, российская жемчужина старой архитектуры. О, вспомнил. Кремль).

- Kremlin? Was this a park alongside a big red brick wall? (Кремль? А сквер

случайно не вдоль красной кирпичной стены?) - поразился барабанщик, едва

сдерживая смех.

- I'm not sure, Tim. The tour guide referred to something related to Aleksandr.

(Да, Тим, я плохо помню из путеводителя, кажется название связано с Александром).

- Dave, you better be safe with the words. Aleksandrovsky Garden is Larissa's

favorite place. She comes there a lot. She absolutely adores its old trees,

which have been through a lot and even survived the revolution and great

patriotic war. After she got injured, she's been there a lot to unwind. Mind

that I did not tell you anything. (Дейв, ты только Ларисе не ляпни про сквер.

Александровский сад - ее любимое место прогулок. Она туда специально приезжает.

Обожает вековые деревья, которые много чего видели и перенесли, выжив даже при

революции и Великой Отечественной. Она, когда руку травмировала, туда сбегала из

школы, чтобы набраться сил. Только я тебе ничего не говорил).

- What's wrong with her hand? She said she had broken it. (Что у нее с рукой?

Она сказала, что сломала).

- Did she?!! (Сказала???)

Остальные тихо слушали разговор.

- Well, showed. What's about it? (Жестами показала потом в кафе. Так что с рукой?)

- Dave, you've got to understand two things, okey? I did not tell you anything

and you definitely shouldn't demonstrate the pity. Larissa played violin

absolutely fantabulous. She was the best back in the music school. It was a pure

accident when the glass broke beside her. It's a sheer luck she doesn't have

scars across her face. The bad thing though her left hand was seriously injured

- many tendons were cut. With time sensibility got back but she could not play

violin anymore. Without that injury, I'm sure she'd beat you. Again, I didn't

tell anything. Also applies to you, guys. (Дейв, усеки два момента. Не говори,

что я тебе расскажу, и не жалей ее. Лариса божественно играла на скрипке, была

лучшей в музыкальной школе, когда однажды по роковому стечению обстоятельств

возле нее разбилось оконное стекло. Чудом не осталось шрамов на лице, однако

кисть левой руки посекло осколками серьезно, порезало много сухожилий.

Чувствительность восстановили, но играть она больше не может. Если бы не то

происшествие, я уверен, она бы превзошла тебя. Но я тебе ничего не говорил. И вы,

ребята, тоже молчите).

Все кивнули, притихнув в размышлениях о судьбе девушки. Словно воспользовавшись

паузой, возник официант, ловко расставил заказ и исчез. Тим наклонился к Дейву и

тихо поинтересовался:

- What happened between you in Moscow? (Что у вас было в Москве?)

- Just a cup of coffee. (Кофе в кофейне), - уклончиво ответил скрипач, а память

рисовала белые простыни и Ларессу на них, сгоравшую под ласками и сжигавшая его.

- Hmmmm... It's not my business, of course, but let her go. (По лицу заметно.

Знаешь, не мое дело, но отпусти ее).

-- I can't (Не могу).

- What's next? (И что дальше?)

- Don't know. (Не знаю).

Тим вздохнул и отстал, переключив свое внимание на обед. А у Дейва пропал

аппетит. А ведь правда, что дальше?

Лариса.

С аккредитацией пришлось помучиться, потому что сложно было объяснить причину

замены финну, плохо говорящему на русском, однако вскоре нашелся переводчик, и

все формальности были улажены. В головном офисе Лариса встретила несколько

знакомых, те упорно звали отметить начало фестиваля, однако девушка быстро

открестилась, заявив, что ее ждут. Ждут... Сейчас, когда дурманящие голову и

отключающие разум руки Дива были далеко, девушку вновь одолели сомнения. Радость

скрипача была искренняя, его страсть невозможно подделать. Но что дальше?

Хотелось сбежать, только вот с направлением Лариса никак не могла определиться.

К нему? От воспоминаний о единственной совместной ночи дыхание сбивалось, ноги

подкашивались и хотелось повторения. Безрассудной юношеской безбашенности, когда

о последствиях не думается, когда сердце еще молчит. А вот молчит ли? А может

сбежать, закрыться в гостинице? Так правильней, трусливей, но честнее по

отношению к себе. К своей гордости, потому что быть лишь приключением, Лариса не

хотела. Она не ханжа, и может поддаться гормонам, но не с ним. С Дивом хотелось

просыпаться по утрам, пить вместе кофе. Иметь возможность поговорить обо всем,

прижаться и не убегать утром, прячась от фанаток. Неужели любовь? От одной

встречи? Нет, ерунда, глупости. Любви с первого взгляда, с одного прикосновения

не бывает. Они с разных планет, разных миров, разных стран. Они не должны быть

вместе. А физиология скоро успокоится. Но эмоции зашкаливали, девушка уже

ощущала голод по его рукам, сияющему взгляду,+ чуть хриплому от плохо

сдерживаемой страсти голосу. Поздно сопротивляться. В дуэли разума и чувств под

соблазнительные переливы струн скрипки победила страсть. Их обоих уже несла

бурная река эмоций, которым сложно противостоять, и лишь остается уповать на

милосердие небес и друг друга, что расставание не будет слишком болезненным и

когда их выбросит на берег жесткой реальности, они смогут пойти дальше, с теплом

вспоминая несколько безумных дней в Турку и один кофейный вечер в Москве. И

потом, когда как не в молодости чудить? Лариса мотнула головой и шагнула в

сторону кафе, где ее ждали.

Сквозь стекло она увидела ребят, уже пьющих чай. Все болтали, лишь Див хмуро

сидел над нетронутой едой. Лариса лишь на секунду замерла у входа и решительно

вошла внутрь, словно отсекая сомнения. Скрипач поднял глаза и подскочил, едва не

уронив тарелку:

- Laressa! (Ларесса)!

Девушка улыбнулась.

- Я все сделала. Спасибо, что дождались, - сообщила она.

Тим быстро перевел и тут же ее спросил:

- Ты есть будешь?

- Обязательно, я голодная как лев после неудачной охоты.

Меню было на трех языках, русском, английском и финском. Девушка быстро

определилась с заказом,+ и официант отправился его выполнять. Дейв тут же

собственнически накрыл ее левую руку своей ладонью. Теплые пальцы обожгли, и

Лариса невольно вздрогнула. Подняла глаза и утонула в карих омутах. Но

реальность бытия мигом разрушила хрупкое очарование, потому что краем глаза она

увидела нетронутые тарелки скрипача. Желудок тотчас напомнил о себе. Див

улыбнулся и пододвинул к ней тарелку с мясом и овощами, затем протянул вилку.

- Сиятельный ничего не ел, страдал-с, - пояснил Тим, параллельно перевел на

английский.

Див нахмурился и о чем-то спросил его, тот ему ответил. Когда же официант принес

ее заказ, тарелка Дива сияла своей белизной. Див усмехнулся и пододвинул заказ

девушки к себе.

- Эй, это мое, - обиделась в шутку Лариса и повторила для удивленно изогнувшего

бровь Дива, - it's mine. (Это мое).

- ОК, - серьезно кивнул Див и наколол цветную капусту, протянув ее через стол

девушке.

Лариса опешила, а музыканты захмыкали, пряча усмешки. Див же ждал.

- И разделил он с ней хлеб, воду и кров, - пафосно произнес Тим, и быстро

протараторил что-то на английском, однако Лариса не сводила глаз со скрипача,

продолжавшего держать перед ней вилку. Кажется, они вспомнили одно и тоже. Не

обращая внимания на остальных, она осторожно сняла губами с вилки цветную

капусту, заметив как Див нервно сглотнул. Оба играли на грани, зажигаясь

страстью от одного взгляда. Сумасшествие, полное сумасшествие.

- That's all. Thank you (Все. Спасибо), - прошептала она, и он согласно кивнул.

После обеда они бесцельно бродили по небольшому городку. Лариса чувствовала на

талии горячую ладонь скрипача. Тихо и спокойно, и права была мудрая Скарлетт.

Однако все когда-нибудь заканчивается. Лариса показала Тиму адрес, они

расспросили окружающих и наконец нашли небольшую гостиницу, где остановилась

девушка.

Остальные тактично отошли в сторону, даже Тим бросил их. Див крепко держал ее за

руки, не произнося ни слова. А впрочем, они были ни к чему, все равно языковой

барьер им не мешал. Вместо слов говорили глаза, отражавшиеся одинаковые эмоции,

и в голубых и в карих - грусть, страсть и обещание скорой встречи. В последнем

никто не сомневался.

- Мне пора, - шепнула Лариса, поднимаясь на ступеньку.

Див кивнул, но рук не отпустил. Лариса осторожно высвободила их и сделала еще

шаг вверх, но Див поймал ее, перепрыгнул к ней и поцеловал. Ноги подкосились, и

она схватилась за плечи молодого человека, чтобы не упасть. Молодой человек тут

же прижал еще сильнее. Поцелуй так же внезапно оборвался. Скрипач аккуратно

отпустил девушку, придержал, чтобы не упала, и потом отступил назад, неуверенно

махнув рукой. Лариса тоже махнула рукой. Слов не было, они вылетели из головы,

как и мысли. Сил хватило лишь резко развернуться и взлетев по ступеням,

захлопнуть за собой дверь.

Сон не шел. Губы пылали, и даже распахнутые в ночи окна номера не могли остудить

пылавшие щеки девушки. Уже не нужен был фестиваль, музыка, Финляндия. В любом

ночном шуме девушке чудился Див. Что с ней? Это любовь или желание обладать

запретным плодом? А за окном по подоконнику шелестел ветер, напевая 'Ларесса,

Ларесса, Ларесса!'

Ветер? Лариса бросилась к окну. На улице, на булыжной мостовой, стоял Див.

- Laressa! (Ларесса!)

- Див, что ты здесь делаешь?

- С ума сходит, - буркнула тень у крыльца гостиницы голосом Тима, - угнал машину

у Роберта, я едва успел впрыгнуть. Лар, он псих, так что легче сдаться. Он

сказал, что без тебя не уйдет. Я честно пытался отговорить, но потерпел крах.

Можешь попробовать сама.

Див с улыбкой стоял внизу и ждал.

- Тим, подождите немного, - она бросилась вглубь комнаты, совершенно не заботясь,

что о ней подумают.

- Понятно, вирус сумасшествия витает в воздухе, - донеслось вослед.

А Лариса быстро собрала вещи и выбежала из гостинцы, бросив ключ на стойку

ресепшн. И тут же попала в крепкие объятия:

- Laressa! (Ларесса!)

- Да, Ларесса, Ларесса, - зевнул Тим, - поехали, я спать хочу.

Он повторил фразу на английском, и Див кивнул, увлекая девушку за собой к машине.

И вновь ночь, звезды, шуршание шин и шелест ветра. Тим неодобрительно косился в

зеркало заднего вида, но послушно направлял машину на шоссе из города, где через

полчаса они притормозили рядом с коттеджем. Все окна отражали темное небо, лишь

над входом горела лампочка.

- Надеюсь, Роберт не проснулся, - пробурчал Тим и сказал пару фраз Диву, тот

кивнул и похлопал парня по плечу. Лариса не улавливала суть разговора, слова

терялись и уносились с ветром, лишь одна мысль пульсировала 'Он вернулся за мной!'

Брести в обнимку по темным коридорам было волнующе страшно. Ларису разбирал смех,

на что Див цокал языком, призывая к порядку, хотя девушка чувствовала, что он

улыбается. Нервный смех исчез, когда они попали в комнату Дива. Скрипач зажег

свет и повернулся к девушке.

- Laressa... (Ларесса)...

Рюкзак упал и его небрежно отпихнули ногой в угол, туда же отправились толстовки

ребят. Не выключенный перед побегом плеер Дива играл Рахманинова. Но пара не

слышала его, их сердца и тела рождали иную музыку, вечную и бесконечную.

Утром Лариса проснулась от легкого дуновения ветра, которое коснулось лица. Она

открыла глаза. Над ней склонился Див. С мягкой улыбкой он смотрел на девушку.

- Laressa... (Ларесса)...

Она улыбнулась и тут же почувствовала легкий поцелуй на губах. Еще один, и еще.

Нежные и невесомые, неспешные, дарящие покой и умиротворение. Она потянулась,

чтобы ответить, и тут же маэстро стал настойчивее, требовательней.

- Див, ты сумасшедший, а если кто войдет? - одновременно и сопротивляясь и

подаваясь навстречу ласкам, прошептала девушка.

- What? (Что?) - Див на секунду отвлекся от соблазнения.

- Ничего, - беззвучно ответила Лариса, сама целуя его.

Они уже перешли к более решительным действиям, когда в дверь постучались.

- Кто это? - испугалась девушку.

- Dave, it's time. We're leaving shortly. (Дейв, пора вставать. Скоро выезжаем).

- раздался за дверью незнакомый мужской голос.

- Okey. Coming (Хорошо, сейчас приду), - ответил Див, прижимая к себе Ларису.

- Don't keep us waiting. Why is it closed? Оpen the door. (Не заставляй всех

ждать. И почему закрыто? Открой).

- I'm coming, Robert. (Я сейчас приду, Роберт).

К разговору присоединился Тим.

- Mr. Lukermann, guys've been looking for you. They're in the dining-room. (Мистер

Лукерман, ребята хотели вам пару вопросов задать. Они в столовой ждут).

- What on Earth is going on? (Да в чем дело? Что происходит?) - незнакомый

мужчина удалился, - Tim, are you coming? (Тим, ты идешь?)

- Will be in a sec, Mr. Lukermann,- shoelace got untied. (Я сейчас догоню,

мистер Лукерман, шнурок развязался).

- Crazy morning! (Мистика какая-то творится).

Голоса стихли, а потом раздался шепот Тима:

- Лар, все хорошо. Одевайтесь и выходите к завтраку, - следующие его фразы уже

звучали по- английски, - Dave, Robert already asked, who'd taken the car. The

guys will prep him for the guest. Hurry up. (Дейв, Роберт уже спрашивал, кто

брал машину, ребята сейчас постараются подготовить его к гостье. Поторопитесь, я

жду,) - и вновь по-русски, - Лариса, поторопитесь, мы все проспали. Я здесь вас

жду.

Кажется еще никогда Лариса так быстро не собиралась. Через четверть часа они уже

выходили из спальни, на плече скрипача висел ее рюкзак.

- Лар, все будет хорошо, - повторил Тим и бросил недовольный взгляд на Дива.

Тот молча пожал плечами, сжимая ладонь девушки в своей руке. Лариса прижалась к

маэстро, инстинктивно ища защиты:

- Может я просто уеду по-тихоньку, Тим?

- Я думал об этом, но тогда тебе легче переждать в спальне, а когда мы уйдем,

попытаться самостоятельно выбраться отсюда, однако тогда ты опоздаешь на

фестиваль. Он в пригороде же проходит.

- Да я придумаю что-нибудь.

- What are you talking about? (О чем вы говорите?) - вмешался в разговор Див, и

Тим быстро перевел суть разговора.

- No, Laressa is going with us. Robert has to accept this. Go grab some

breakfast. (Нет. Ларесса поедет с нами. Ничего Роберт ей не сделает. Пойдемте

завтракать), - тут же мотнул скрипач головой

- Dave, you know how he feels about journalists and Larissa IS a journalist. (Дейв,

ты же знаешь, как он относится к журналистам, а Лариса - журналист).

- Laressa is a musician - your words. After all, it's none of his business. Come

on. (Ларесса - музыкант, ты сам говорил, и вообще мы с ней сами разберемся.

Идемте).

Она не вмешивалась в их разговор. Ощущения были двоякие. С одной стороны, словно

два подростка, застуканные родителями в первый раз, хотелось спрятаться от

страшного Роберта, чью машину угнал вчера Див, спеша к ней. А с другой стороны,

серьезный тон диалога, который вели ребята, она не понимала, однако почему-то

была уверена, что ничего плохо не будет. Успокаивал то ли уверенный тон маэстро,

то ли легкое пожатие ее ладони и витиеватый узор на запястье, который рисовал

большим пальцем скрипач. Он перехватил ее за плечи, заявляя свои права на

девушку, и увлек вперед по коридору. Тим пошел следом, бормоча об излишней

самоуверенности некоторых и про то, что дуракам везет. О ком он говорил, Лариса

не успела уточнить, как они вошли в большую светлую комнату. Возле одной стены

расположился рояль. У окна стоял синтезатор, рядом на подставках стояли гитары,

в углу возвышалась барабанная установка. Напротив за столом собрались остальные

ребята, среди которых выделялся мужчина средних лет. Невысокого роста, худой, в

волосах уже серебрилась седина, по идее незаметный и тихий, может и забитый,

если бы не взгляд. Словно рентген сканировал девушку, тяжелый и изучающий,

вытягивающий все наружу. Однако Лариса почти не испугалась. Ее внимание привлек

рояль, вернее скрипка, лежащая на нем. Темное дерево, изящный изгиб грифа,

тонкие лучи струн. Рядом смычок с белым волосом. Лариса затаила дыхание. В ней

нарастало неистовое желание докоснуться до манящего таинственного инструмента,

сомнения не было - перед ней легендарная скрипка Страдивари.

- What a surprise - we have guests, - деланно удивился Роберт и встал, - Dave,

introduce us. (У нас оказывается гости? Дейв, познакомь нас).

- Tim, may I ask you to help with the translation? Just want Laressa to be kept

up. Robert, this is Laressa. We met in Moscow. Laressa, this is Robert Lukermann,

our agent. (Тим, я могу тебя попросить поработать переводчиком? Не хочу, чтобы

Ларесса не была в курсе разговора. Роберт, это Ларесса, мы познакомились в

Москве. Ларесса, это Роберт Лукерман, наш агент).

- Laressa? Is she Russian? And doesn't speak English... How do you manage to

communicate? ( Ларесса? Девушка русская? Не знает английского? Как вы общаетесь?)

- теперь удивление мужчины стало искренним.

- We hit that off. (Мы нашли общий язык), - уклончиво ответил Див.

Лариса отвлеклась от скрипки, вслушиваясь в беседу, которую старательно

переводил Тим.

- Dave, I don't get what's going on. How did she get in here? (Дейв, я не

понимаю, что происходит. Откуда взялась это девушка в доме?)

- Я журналист, - ответила Лариса, которой надоело, что о ней говорят в третьем

лице.

- Лара! - застонал Тим.

- А что такого позорного? Я пишу о музыке и музыкантах. И вообще мне неприятно,

что меня обсуждают словно стол. Это невежливо -говорить о присутствующих в

третьем лице. Можешь так и перевести грозному мистеру Лукерману. Дословно.

- Он не любит журналистов.

- Это его личная проблема. Переведи, пожалуйста.

- Tim! (Тим!) - грозно воскликнули агент и маэстро.

- С последней фразой и дословно? - ехидно отмахнулся барабанщик, отмахиваясь от

непонимающих ни слова из их диалога иностранцев.

- Нет, - вдруг покраснела Лариса.

Тим, пряча усмешку, перевел.

- Laressa! (Ларесса!) - теперь рассерженно воскликнул скрипач, недовольный ее

вмешательством в разговор.

- Journalist? Did you bring home the journalist? (Журналист? Вы привели домой

журналиста???) - возмутился Роберт.

- А что плохого в моей профессии?

- - Lady, this is a weird question. Though, you're yet another prove that

journalists would do anything for some breaking news. (Леди, ваш вопрос странен.

Впрочем, все ваше поведение показывает, что в погоне за сенсацией журналисты

готовы на все), - он иронично смотрел на нее

- Мистер Лукерман, вы кажется не услышали, либо Тим неправильно перевел! Я пишу

о музыке и музыкантах. Если вы не можете различить шоу-бизнес и высокое

искусство, то мне вас искренне жаль. Мое образование позволяет разделять два

понятия.

- Robert you must apologize! (Роберт, извинитесь перед Ларессой!) - возмутился

скрипач.

- Dave, I can understand a lot of things, but why the damn journalist? Like

there are no other girls! (Дейв, я понимаю твои чувства, но черт возьми, почему

именно журналист? Неужели других девушек нет?)

- Robert! (Роберт!)

- Мистер Лукерман, перестаньте говорить обо мне, будто меня нет. Нравится или

нет, я уже здесь, - взорвалась Лариса, - и поверьте, я умею различать работу и

личное время, и тем более у меня хватает воспитанности и такта не писать о том,

что касается двоих. И вам не советую лезть своим длинным носом в наши отношения.

Все ошеломленно уставились на девушку.

- Лар, успокойся, пожалуйста. Давай мы с Дейвом сами все объясним, -

примирительно предложил Тим.

- А ты все перевел?

- Я опустил фразу про длинный нос.

Лариса кивнула, понимая, что действительно ведет себя некрасиво, оправдывая

стереотипы о современных журналистах. Она так и стояла, прижимаясь к Диву. Тим

уже не переводил, и суть разговора ускользала от нее. Родриго, поймав ее взгляд,

улыбнулся и продемонстрировал вздернутые вверх большие пальцы, одобряя девушку.

Да и остальные музыканты, понимавшие словесные баталии трех спорщиков, тоже

смеялись. Наконец, спорщики приумокли. Роберт спросил ее:

- Lady, I must apologize for the harsh words. Tim said you'd used to play violin.

I almost believe you might be good, however......(Леди, я приношу извинения за

свои резкие слова. Тим сказал, что вы в свое время тоже играли на скрипке. Я

почти верю, что вы можете разбираться в музыке, однако...)

- Однако хотите, чтобы я сыграла? Я не брала инструмент в руки уже много лет. Не

хочу позориться, - она бросила возмущенный взгляд на переводившего Тима.

- - I only ask for a proof. No difficult stuff. Give some comfort to the old Jew.

(Я прошу лишь показать. Исполнение сложных партитур не прошу. Успокойте старого

еврея).

- Не напрашивайтесь на комплимент, не дождетесь.

- That's tough (Вы жестоки).

- Я справедлива. А здесь есть другая скрипка? - решилась Лариса. Если надо,

чтобы отстали от Дива, она пропиликает им Сурка Бетховена.

- What's wrong with this instrument? (А чем вас не устраивает это инструмент?) -

удивился Лукерман.

- Скрипка Страдивари? Вы смеетесь? - она даже отшатнулась от него.

- - Why not? Dave, do you mind?(А почему бы и нет? Дейв, ты позволишь?)

Див посмотрел на девушку, а потом подал ей скрипку.

- О нет, я не имею право!

- Please, humor me. (Пожалуйста, ты меня порадуешь), - попросил ее Див.

Словно под гипнозом она взяла легендарный инструмент в руки. А дальше. Руки

словно сами вспоминали, будто и не было десяти лет молчания. Она подошла к роялю,

быстро пробежалась по клавишам, вслушиваясь в звуки. Затем проверила настройку

скрипки, приноравливаясь к ее струнам. Просить канифоль не рискнула, боясь

показаться смешной. Тим смотрел на нее с тревогой.

- Лариса, а рука?

- Ты слишком много болтаешь, Тим. Не волнуйся, пять минут позора и все встанет

на свои места.

Роберт с интересом следил за ней, а вот Див... Она не понимала его взгляда,

напряженного и взволнованного. Не доверяет ей? Да кого она хочет обмануть???

Спокойно, Лара. Это просто игра. Просто скрипка, просто утро. Мимолетный эпизод

в твоей жизни. Чтобы не видеть взгляда Дива, она отошла к окну. Скандинавское

лето светилось мягкой красотой в утренних лучах. Казалось, даже сквозь закрытые

окна прорывался запах моря, сосен. Лариса вздохнула, прислонилась к подоконнику.

Давным давно ее впечатлила песня Адажио из Аранхуэсского концерта Хоакина

Родриго. Настолько, что девочка переложила партию гитары на скрипичную, от себя

добавив переходы. Она готовилась к ее исполнению на одном из концертов, когда...

Не думать. Однако даже сейчас она помнила все, до малейшего знака. Лишь бы рука

не подвела. Взмах смычком и... Пальцы помнили, музыка шла из сердца, а в комнате

разливалась лиричная мелодия, пленяя разум, сердце и чувства своей

незамысловатостью и в чем-то неизбежностью. Рассказывая о том, что знали оба, но

боялись сказать.

Аранхуэс...

Сновиденья, грёзы и любовь...

Плеск фонтанных струй, чистейших как хрусталь,

В саду звучит, точно вода

Что-то тихо шепчет розам.

Музыка звучала диалогом двух сердец, ничего не обещая, лишь даря надежду на

лучшее, надежду, которой не суждено сбыться. Потому что иногда обстоятельства

сильнее двух влюбленных, что судьба словно насмехаясь над любовью бросает им все

новые и новые испытания, пытаясь сломать тех, кто хочет лишь одного - быть

вместе. Лариса играла, пытаясь хотя бы через музыку донести до стоявшего

напротив нее Дива, что она чувствует, моля развеять страхи и обмануть, обмануть

хоть еще на один день, обещая быть вместе навсегда. Мелодия пела о том, что

неизбежно, но что еще можно отсрочить, словно отсрочка приговора спасет жизнь.

Аранхуэс...

Стаи листьев, жёлтых и сухих...

Их носит ветер,

Как листы воспоминаний дорогих...

Узы, что связали нас двоих