Диана Кинг

Когда миссис Блэнш выходила замуж, мать подарила ей картину.

– Этой картине скоро исполнится триста лет, – сказала мать. – Ее нарисовал наш далекий предок, который, как свидетельствуют семейные архивы, умел немного колдовать, благодаря чему был сказочно богат. Правда, сейчас от этого богатства практически ничего не осталось, а все потому, что нашему роду почему-то никогда не везло с женитьбой и замужеством. Если верить тем же семейным архивам, одного из наших предков, жившего двести лет назад, из ревности убила жена, а все его богатства увезла с собой во Францию. Другой предок все свое состояние умудрился каким-то образом потратить на судебные разбирательства со своей женой. Да и мой муж, то есть твой отец, ты же знаешь, не долго прожил вместе с нами и теперь где-то в Лондоне является владельцем очень большой и прибыльной гостиницы, которую он сумел построить на деньги, которые ему достались после нашего развода.

Миссис Блэнш вздохнула. Она почти не помнила своего отца, может, поэтому он казался ей значительно добрее и порядочнее, чем рассказывала о нем мать.

– Единственное, что удалось сохранить нашей родне, так это картину, которая с Сегодняшнего дня по праву переходит в твои руки. Это очень ценная картина, хотя, на первый взгляд, она не стоит и цента.

Мать и дочь стояли посреди крохотной, но довольно уютной комнатки, в которой миссис Блэнш спала, когда была ребенком, и посматривали на небольшую картину, висевшую на стене над кроватью.

Картина, действительно, мало походила на произведение искусства и скорее напоминала детский рисунок, один из тех, которые выбрасываются в мусорную корзину еще до того, как на них полностью высохнут краски.

На картине – тем не менее, будем называть ее именно так – было нарисовано кладбище, на переднем плане которого выделялась надмогильная плита со скупой надписью:

– Эту картину удалось сохранить только потому, что, пожалуй, никто всерьез не верил в ее ценность, как и в завещание старого Хоторна. Наоборот, многие считали, что это она приносит нашему роду одни несчастья, и даже пытались ее сжечь. Но, как ни странно, ее нельзя сжечь.

– Почему? – удивленно спросила миссис Блэнш.

– Потому что она не горит в огне, – спокойно ответила мать. – А почему не горит, я не знаю. Во всяком случае, это лишний раз доказывает, что наш далекий предок Хоторн действительно умел колдовать.

– Но в чем же ее ценность? – снова спросила миссис Блэнш.

– Видишь эту железную табличку в углу картины?

– Да. Правда, на ней ничего не написано.

– Не написано, – согласилась мать. – Но как только картине исполнится триста лет, на этой табличке сами по себе должны появиться слова, которые укажут, где Хоторн незадолго до смерти зарыл клад.

– Клад? – удивленно переспросила миссис Блэнш.

– Да. Правда, само завещание очень давно было утеряно, о нем мне рассказывал мой отец, а ему его отец. Но я не думаю, что это обыкновенное семейное предание.

– А что, – после продолжительной паузы спросила миссис Блэнш, – Хоторн действительно прожил двести лет?

– Этого я не знаю, – пожала плечами мать. – Вполне может быть.

– А где он похоронен?

– Этого никто не знает, – вздохнула мать. – Вся информация вот на этой картине. Но таких кладбищ в Америке столько, что потребовались бы годы, чтобы все их обойти. К тому же очень даже может быть, что настоящая могила Хоторна отличается от этой, нарисованной. И наконец, прошло столько лет – от могилы нашего далекого предка, да и от всего кладбища, на котором он был похоронен, вполне возможно, уже не осталось и следа.

В комнате на некоторое время наступила тишина. И мать, и дочь смотрели на картину так, словно видели ее впервые, хотя она висела на этом месте с незапамятных времен.

– Кстати, – вдруг сказала мать, словно вспомнив о самом главном, – эта картина была написана в том же году, в котором умер Хоторн – об этом свидетельствует надпись на ее обратной стороне. Так что осталось ждать всего лишь десять лет, и тогда ты сможешь узнать, действительно ли Хоторн спрятал клад и как его найти. А пока, – мать вздохнула, – пускай эта картина повисит у меня.

– Почему? – удивилась миссис Блэнш.

– Я же говорила тебе, что нашему, роду почему-то никогда не везло с женитьбами и замужествами. Твой будущий муж мне кажется очень порядочным человеком, и, тем не менее, я хочу убедиться, что вы подходите друг другу и сразу же за свадьбой не последует развод. Очень не хочется, чтобы последняя ценность, которая передавалась у нас из поколения в поколение, куда-нибудь исчезла.

И вот прошло десять лет. Миссис Блэнш не собиралась разводиться, поскольку была очень довольна своим мужем. А он, судя по всему, был очень доволен ею.

Правда, к рассказу жены о необычной картине отнесся с улыбкой и недоверием – мало ли какие сказки могли придумать ее предки.

Была весна. Миссис Блэнш и ее муж сели в свой великолепный «форд» и отправились из Нью-Йорка в город Сан-Паул, который, как известно, находится в штате Миннесота. В этом городе жила мать миссис Блэнш, добрейшая старушка по имени Маделина.

Она встретила дорогих гостей с распростертыми объятиями.

– Давно вас не было! – покачала она головой. – Я уж думала, не увижу моих деток больше.

– Дела, сами понимаете, – виновато вздохнул мистер Блэнш.

– Мама, мы же тебе звоним почти каждую неделю! – сказала в свое оправдание миссис Блэнш.

– Ох, уж этот телефон! – опять покачала головой миссис Маделина. – И зачем его только придумали?! Тогда бы люди встречались значительно чаще.

Мистер Блэнш слегка улыбнулся, но ничего не сказал.

После вкусного обеда, по такому случаю приготовленного с особым старанием, миссис Маделина повела гостей в маленькую комнатку, в которой в детстве жила ее единственная дочь.

– Вот, – сказала она, указывая глазами на картину, – теперь она должна находиться у вас. Я надеюсь, – обратилась старушка к мистеру Блэншу, – Диана сказала вам, что это за картина?

– Да, – ответил мистер Блэнш и не смог спрятать улыбку.

– Я вас понимаю, – вздохнула миссис Маделина, – в наше время в это, действительно, трудно поверить. Вы, возможно, даже в глубине души думаете, что я потихоньку начала выживать из ума...

– О нет, что вы! – воскликнул мистер Блэнш. – Я никогда бы себе не позволил такое!

– В любом случае, эта картина не займет у вас много места, – сказала миссис Маделина.

– Мы найдем ей самое лучшее место в комнате, – пообещал мистер Блэнш.

– А вот этого не надо делать! – возразила миссис Маделина.

– Почему? – удивленно спросила миссис Блэнш.

– Если она будет висеть на видном месте, ее будет легче похитить, – ответила старушка.

– Похитить? – не удержался мистер Блэнш. – Вы считаете, ее кто-нибудь может похитить?

– Я считаю, что было бы очень обидно потерять ее после трехсотлетнего хранения, – сухо ответила миссис Маделина.

– А когда ей исполнится ровно триста лет? – спросила миссис Блэнш.

Старушка пожала плечами.

– Это, к сожалению, неизвестно. На картине стоит только год ее создания. А в семейных архивах о ней вообще нет ни слова. Все, что я знаю об этой картине, я слышала от своих родителей, те – от своих, и так далее.

– Да уж, – тихонько пробормотал мистер Блэнш, так, чтобы не слышала миссис Маделина. Спорить с матерью своей жены и тем более портить с ней отношения ему совершенно не хотелось.

Вскоре картина была завернута в плотную бумагу, а на следующее утро супруги уехали обратно в Нью-Йорк.

Когда машина въехала в город и до дома оставалось совсем недалеко, мистер Блэнш мечтательно произнес:

– Сейчас приедем и сразу же поедим чего-нибудь очень вкусного!

– Ну, вот как раз этого-то я тебе обещать не могу, – сказала миссис Блэнш.

– Почему? – удивился ее муж.

– Потому что в нашем холодильнике пусто.

– И что ты предлагаешь? – спросил мистер Блэнш.

– Заехать в какой-нибудь тихий ресторанчик и там пообедать... – ответила миссис Блэнш.

– Идет, – согласился мистер Блэнш.

Через несколько минут они остановились у ресторана «Оближешь пальчики».

Вылезая из машины, миссис Блэнш прихватила с собой картину.

– А это тебе зачем? – удивленно спросил мистер Блэнш. – Ты что, собираешься ее всегда с собой носить?

– Но если ее, действительно, кто-нибудь украдет, мама очень расстроится, – ответила миссис Блэнш.

– Ее? Украдет?! – воскликнул мистер Блэнш, давая волю своим чувствам. – Я не хотел об этом говорить при твоей матери, но неужели ты и правда считаешь, что эта так называемая картина кому-нибудь нужна?!

– Нужна, – спокойно возразила миссис Блэнш. – Мне нужна. Как воспоминание о детстве.

– Ну хорошо, – развел руками мистер Блэнш, – я же ничего не имею против. Но грабителям она зачем? Ты что, тоже веришь во все эти сказки?!

– Грабителям она может и не нужна, но им может приглянуться наша машина. И если они украдут ее, то вместе с ней увезут и эту картину. А потом где-нибудь выбросят. Если мама об этом узнает, она очень расстроится.

– Хорошо, – вздохнул мистер Блэнш. – Но советую тебе каждый день брать ее с собой на работу.

– Зачем?

– А вдруг в нашей квартире случится пожар?

– Она не горит.

– И ты в это тоже веришь?

– Если хочешь, можешь попробовать. Только я бы тебе не советовала этого делать.

– Понимаю.

– Что ты понимаешь?

– Тебе жалко, что сгорит твоя память о детстве!

– Понимай, как хочешь.

Миссис Блэнш взяла под мышку завернутую в бумагу картину и направилась к ресторану. Мистер Блэнш захлопнул дверцу машины и торопливо пошел вслед за женой.

В ресторане они выбрали столик в углу. Заказали обед.

Неожиданно появился старый приятель мистера Блэнша – мистер Шелдон.

– О, рад вас видеть! – приветствовал он супругов, подсаживаясь к их столику. – Я не помешаю вам?

– Нет, что ты, – ответил мистер Блэнш.

Подошел официант.

– Что будете заказывать? – вежливо спросил он у мистера Шелдона.

– Чего-нибудь попить, на ваше усмотрение. Ужасно хочется пить.

Когда официант удалился, мистер Шелдон, взглянув на бумажный сверток, обратился к своему приятелю, мистеру Блэншу.

– А ты, я вижу, все подарки своей жене покупаешь! Молодец!

– Почему ты так решил? – не понял мистер Блэнш.

– Ну как же? – мистер Шелдон кивнул на бумажный сверток. – Разве это не подарок?

– Подарок, – улыбнулся мистер Блэнш и добавил: – только не мой.

– Да? – не нашелся что сказать мистер Шелдон.

Мистер Блэнш еще с юности все свои секреты доверял мистеру Шелдону, их жены между собой тоже очень дружили, поэтому он решил, что не будет ничего зазорного в том, если он расскажет приятелю эту забавную историю с картиной.

– В этом свертке подарок матери Дианы. Она подарила нам его, когда мы поженились. Это картина, нарисованная триста лет назад.

– Вот как? – удивился мистер Шелдон.

– Да.

Мистер Блэнш развернул бумагу и извлек из нее картину.

– Вот.

На лице мистера Шелдона появилось нескрываемое разочарование.

– И ее хранили целых триста лет? – только и спросил он негромко.

– Представь себе, – улыбнулся мистер Блэнш. – И знаешь почему?

– Почему?

Мистер Блэнш посмотрел на свою супругу, как бы спрашивая у нее разрешения на то, чтобы рассказать приятелю о ее семейной тайне. Она ничего не ответила, но по ее глазам он понял, что такое разрешение им уже получено.

– Потому что это не совсем простая картина. Правда, только по мнению предков моей жены.

– То есть как не совсем простая? – не понял мистер Шелдон.

– Видишь вот эту железную табличку в углу? – спросил у него мистер Блэнш.

– Вижу, – последовал ответ.

– Так вот на этой табличке через триста лет после создания этой картины, то есть именно в этом году, должны сами по себе появиться несколько слов. Или целых предложений, не знаю.

– Сами по себе? – недоверчиво спросил мистер Шелдон.

– Да, сами по себе, – подтвердил свои слова мистер Блэнш.

– А почему именно через триста лет? И что за слова здесь должны появиться?

– Почему через триста – не знаю. А вот что там должно быть написано, мать Дианы сказала.

– И что же там должно быть написано?

– Как найти клад, который триста лет назад спрятал, э-э-э... Генри Уодсворт Хоторн, – прочитал он надпись на могильном камне.

– Да, интересная сказка, – улыбнулся мистер Шелдон.

– Ну, что? – радостно воскликнул мистер Блэнш, обращаясь к своей жене. – Что я тебе говорил?

Миссис Блэнш пожала плечами, но ничего не ответила.

– Видимо, этому... Генри Уодсворту Хоторну очень хотелось, чтобы о нем помнили как можно дольше, – развил дальше свою мысль мистер Шелдон. – А еще он, видимо, был большим шутником.

– Да, даже из могилы ему удавалось неплохо разыгрывать своих потомков, – согласился мистер Блэнш.

За разговором никто и не заметил, что за соседним столиком к каждому их слову внимательно прислушивается средних лет мужчина в черном костюме и с галстуком в розовые цветочки.

Когда мистер Блэнш с женой встали и, попрощавшись с мистером Шелдоном, направились к выходу, он также поднялся из-за своего столика и пошел за ними следом.

Через несколько минут мистер и миссис Блэнш возвратились домой.

– Ну, куда мы повесим это великое произведение искусства? – весело спросил мистер Блэнш.

– Я думаю, в моей спальне, – ответила миссис Блэнш.

– Я не против, дорогая. Надеюсь, когда ты будешь смотреть на нее, к тебе будут приходить только хорошие воспоминания.

Мистер и миссис Блэнш разговаривали так громко, что разбудили не только Тома, который лежал в кресле, но и Джерри, который преспокойно спал в своей норке.

Джерри потянулся и с недовольным видом выглянул из норки. «Никогда не дадут толком поспать!» – подумал он.

– Да, занятную историю с этой картиной придумал твой далекий предок, – сказал мистер Блэнш.

– А что если, и правда, он перед своей смертью запрятал где-нибудь клад? По словам матери, он был очень богат, – неуверенно произнесла миссис Блэнш.

– Очень даже может быть, но тогда сведения об этом надо искать в семейных архивах, а не ждать, пока на картине сама по себе появится надпись о том, где спрятан клад. Конечно, клад бы нам не помешал, – вздохнул мистер Блэнш. – Во всяком случае, мы могли бы расплатиться со всеми долгами.

Джерри затаил дыхание, боясь пропустить хотя бы одно слово, – подобные истории его очень занимали.

Том, который в это время находился в другой комнате, также слышал все, что говорили его хозяева.

– Но, по словам матери, в семейных архивах о кладе ничего не сказано, – развела руками миссис Блэнш.

– Тогда, возможно, никакого клада и не существует. А может, нужные документы были утеряны, – вздохнул мистер Блэнш. – А что, этот твой далекий предок действительно умер триста лет назад? – спросил он.

– Наверное, – ответила миссис Блэнш. – Так ведь написано на картине.

– Ну, дорогая! – улыбнулся мистер Блэнш. – На картине, то есть на каменной плите, нарисованной на картине, написано, что он и прожил целых двести лет! Что же теперь и этому надо верить?

– Не знаю, – пожала плечами миссис Блэнш. – Ладно, давай повесим картину. Я очень устала и хотела бы сегодня лечь пораньше.

Супруги направились в спальню миссис Блэнш.

Джерри посидел немного у своей норки, пытаясь тщательным образом обдумать только что услышанное, и пошел искать Тома.

– Слышал? – спросил он приятеля еще издали.

– Что? – Том сделал вид, что не понял вопроса.

– Не прикидывайся, все ты хорошо слышал, – ухмыльнулся Джерри.

– Пускай себе и так, – пожал плечами Том, – что из того?

– Как что?

– Уж не хочешь ли ты сказать, что тоже поверил в существование клада?

– А ты хочешь сказать, что ты не поверил?

– Конечно, нет!

– А почему же тогда твои глаза так горят?!

– Вот еще... – смутился Том. – Стану я верить в разную чепуху!

– Ладно, – с ухмылкой произнес Джерри, – рассказывай, что придумал.

Том немного помолчал, как бы раздумывая, делиться или нет с Джерри своими соображениями, и наконец не выдержал:

– Ладно, так и быть, поделим пополам!

– Что поделим пополам? – удивился мышонок.

– Клад!

Джерри удивился еще больше.

– Как поделим?

Том помотал головой.

– Только не делай вид, что тебе не захотелось завладеть этим кладом!

– Мне? Завладеть?

– Конечно! Иначе чего бы ты сразу мчался ко мне, как только услышал о кладе?!

– Но я...

– Ладно, – перебил мышонка Том, – я думаю, его вполне хватит на двоих!

– Интересно, как ты собираешься завладеть этим кладом? – настороженно спросил Джерри.

– Нет ничего проще! Наши хозяева практически целыми днями не бывают дома. Так что мы первыми увидим, когда на картине появятся слова с указанием местонахождения клада. Картину надо будет тут же понадежнее спрятать и – в путь. Надеюсь, клад зарыт в Америке. Кстати, наши хозяева, насколько я понял, не верят в то, что эта картина волшебная, а это значительно упрощает нашу задачу.

– Интересно, что ты собираешься делать с этим кладом? – иронично спросил Джерри.

– Что делать? – переспросил Том. – Что делать! Уж я придумаю, что с ним делать! Были бы деньги! Куплю себе дом – большой и уж, конечно, не в Нью-Йорке. Я буду жить на природе. И буду пить молоко, не то, которое продается в магазине, а...

– А тебе не кажется, что этот клад принадлежит не тебе? – перебил приятеля Джерри.

– Не кажется, – уверенно произнес Том. – Клад на то он и клад, что пока спрятан, то не принадлежит никому. А тот, кто его найдет, тот и будет являться его хозяином. Я же ведь не лезу в чужой карман за деньгами, а честно...

Том не успел договорить, так как послышались шаги миссис Блэнш. Джерри тут же спрятался под кресло.

– А, вот ты где, проказник! – обратилась миссис Блэнш к Тому, взяла его на руки и понесла в свою спальню.

Том довольно мурлыкал и терся мордочкой о плечо миссис Блэнш.

– Каков хамелеон! – презрительно пробормотал Джерри, вылезая из-под кресла. В тот вечер Тому и Джерри больше не удалось поговорить о картине и кладе, да Джерри к этому, собственно, и не стремился. У него было другое мнение насчет ничейности кладов, во всяком случае, он считал, что было бы очень некрасиво присваивать себе клад, по праву принадлежащий хозяевам дома, в котором живешь.

А ночью ему приснился ужасный сон.

Снилось Джерри, что они с Томом шли ночью по городу и неожиданно провалились в канализационный люк. Джерри от ужаса закрыл глаза, а когда почувствовал под собой землю и открыл глаза, увидел, что вокруг него находятся горы золотых камней.

– Вот это да! – где-то рядом воскликнул Том. – Я же говорил тебе, что клад существует! Теперь все это наше!

Джерри ничего не успел ответить, так как тут же послышался рассерженный голос мистера Блэнша:

– Как это ваше? Мы первые нашли этот клад, и он принадлежит нам!

Джерри повернулся назад и увидел мистера и миссис Блэнш. Они стояли с большими мешками в руках, в которые, очевидно, собирали золото.

Джерри хотел было сказать им, что, конечно, так оно и должно быть, что они с Томом не претендуют и на тысячную долю этого клада, как вдруг его опередил Том.

– Нет, этот клад не может принадлежать вам! – закричал он.

– Это почему? – в один голос спросили мистер и миссис Блэнш.

– Потому что вы не верили в его существование!

– Это не имеет никакого значения! – возразил мистер Блэнш.

– Нет, имеет! – крикнул Том.

– По-моему, ты слишком распустила нашего кота! – недовольно произнес мистер Блэнш, обращаясь к своей жене. – Посмотри, он уже перестал реагировать на мышей! Нам необходимо от него срочно избавиться!

– Подожди, дорогой, может, он еще исправится, – неуверенно сказала миссис Блэнш.

– Я не хочу ждать! Сегодня он претендует на клад, завтра он станет претендовать на наш дом!

– Хорошо, – сказал Том, – я согласен поделить этот клад поровну.

– Поровну? – опять возмутился мистер Блэнш. – Ты не получишь ни цента!

– В таком случае, я ухожу! – спокойно произнес Том. – Но расскажу всем, каким богатством вы завладели. Пошли, Джерри, нам здесь больше делать нечего.

– Держи их! – закричал мистер Блэнш. – Хватай их! Не выпускай их отсюда!

Том и Джерри бросились наутек.

Неожиданно Джерри почувствовал, что опять куда-то проваливается. Послышался звон разбитого стекла.

«Странно, – успел подумать Джерри, – откуда здесь стекло?»

И тут же проснулся.

Ему показалось, что именно звон разбитого стекла его и разбудил.

Джерри высунулся из норки и замер от неожиданности. Незнакомый мужчина, разложив на столе, стоящем посреди комнаты, газету, заворачивал в нее картину, привезенную вчера мистером Блэншем и его супругой. На полу валялась разбитая ваза.

«Вор! – сразу же догадался Джерри. – Но откуда он узнал про картину?»

Мышонок, конечно же, не мог знать, что вчера этот самый мужчина подслушал разговор мистера Блэнша с мистером Шелдоном в ресторане «Оближешь пальчики».

Джерри бесшумно проскользнул в комнату, где обычно спал Том. Так и есть! Том лежал в кресле и, судя по его физиономии, видел какие-то приятные сны. Джерри принялся изо всех сил тормошить приятеля. Том сладко зевнул и, не открывая глаза, свернулся клубком.

– Проснись, соня! – прошипел Джерри и потянул Тома за ухо.

Том только промурлыкал во сне.

Тогда Джерри изо всех сил потянул Тома за хвост. Это подействовало. Том подскочил и чуть не хватил Джерри зубами.

– Ты что, с ума сошел?! – закричал Том.

– Сейчас ты сойдешь с ума, когда увидишь, что делается в соседней комнате! – негромко пообещал мышонок и бросился назад.

Но вор уже завернул картину в газету и подошел к самой двери. Пока Том слез с кресла, тот уже был на улице.

– Ну, от чего я должен был сойти с ума? – недовольно спросил Том и в этот миг увидел на полу разбитую вазу. – Ты что здесь погром устроил?! – воскликнул он. – А мне опять из-за тебя перед хозяевами отчитывайся?! Да, здесь точно можно сойти с ума!

– При чем здесь ваза?! – закричал Джерри.

– Как это при чем?!

– Картину украли!

– Какую картину?

– На которой нарисовано кладбище!

– Что?!

Том бросился в спальню миссис Блэнш и через мгновение вернулся обратно.

– Ее там действительно нет!

– Я же говорю тебе, что ее только что украли!

– Кто украл?

– Откуда я знаю?!

За окном послышался звук отъезжающей машины.

– Это он! – закричал Джерри и бросился к окну. По шторе он быстро забрался на подоконник.

– Кто он? – недоуменно спросил Том.

– Вор!

В мгновение ока Том тоже оказался на подоконнике. Вишневого цвета «форд», набирая скорость, удалялся от дома, в котором жили хозяева Тома и Джерри.

– Что же делать? – чуть не плакал Том. – Это же целое состояние, а не картина!

– По-моему, у нас только один выход, – задумчиво произнес Джерри.

– Какой?

– Искать картину.

– Но где мы ее будем искать?

– Не знаю.

– Но как же можно искать, не зная где?

– Я хотел сказать, что надо все хорошенько обдумать. Мы знаем, что вор уехал на «форде» вишневого цвета, а это уже кое-что.

И Джерри принялся все хорошенько обдумывать.

Через полчаса Джерри сказал:

– Кажется, я придумал!

Том недоверчиво посмотрел на своего приятеля.

– Давай, выкладывай.

– Для начала нам необходимо развесить по городу объявления.

– Какие объявления?

– Что ты хочешь жениться.

– Я? Жениться? Ты спятил!

– Но только так мы сможем найти картину.

– Ничего не понимаю!

– Сейчас все поймешь! Дело в том, что, когда вор уезжал отсюда, я через окно увидел на заднем сиденье кошку.

– Кошку? И что из того?! Мне тоже показалось, что там кто-то сидел... Может, кошка, может, кот... Может, еще кто-нибудь...

– Да нет же! – воскликнул Джерри. – Я ее хорошо рассмотрел!

– Пусть себе будет кошка, – сдался Том. – Но почему я должен на ней жениться?

– Можешь и не жениться, – сказал Джерри. – Я сказал только, что ты должен дать объявление, что хочешь жениться. Понятно?

– Так зачем же давать объявление о том, что я хочу жениться, если на самом деле я не хочу этого?

– Чтобы кошка, которая была в машине вора, прочитала его и пришла к нам.

– Зачем?

– Тогда мы сможем узнать, где живет ее хозяин. Теперь понятно?

– Теперь понятно. Только не совсем. В городе столько кошек – откуда мы узнаем, которая из них та, что нам нужна?

– Кошек, действительно, много, – согласился Джерри, – но таких, как эта, единицы.

– Каких это таких? – не понял Том.

– Мраморных.

– Каких? – переспросил Том.

– Мраморных, – спокойно повторил Джерри. – Это дикая кошка, и живет она на деревьях, только не у нас в Америке, а в Азии. Но в последнее время ее начали приручать. Правда, очень редко. Так что, я думаю, мы ее очень быстро найдем.

– А ты уверен, что она захочет прийти к нам? – после минутной паузы спросил Том.

– Все зависит от того, какое объявление мы напишем, – уверенно произнес Джерри, словно он сам уже тысячи раз давал брачные объявления и женился.

Вскоре на столе лежала гора чистой бумаги. Джерри диктовал, а Том тут же записывал:

– Ну, как? – спросил Джерри, несколько раз перечитав объявление. – По-моему, заманчиво.

Почесав затылок, Том произнес:

– А вдруг эта мраморная кошка не читает объявления? Что тогда?

– Действительно, – почесал затылок Джерри и тут же воскликнул: – Придумал! В конце объявления необходимо сделать приписку:

Когда Том написал и эти слова, Джерри еще несколько раз перечитал объявление и довольно произнес:

– По-моему, неплохо! Теперь необходимо это объявление размножить. Это предстоит сделать тебе.

– Почему мне? – с обидой в голосе спросил Том.

– Потому что у тебя хороший почерк. А у меня плохой, понимаешь? Хороший почерк – это полдела! К обеду Том управился со своей работой и пошел искать Джерри. Как же он разозлился, когда увидел того спящим в постели миссис Блэнш! От злости он готов был разорвать этого нахального мышонка на мелкие кусочки.

– Так вот чем ты занимаешься в то время, когда я работаю так, что даже мозоли на лапах натер!

– Ну, вот! – вскочил Джерри. – Опять ты все испортил!

– Я все испортил?

– Да, ты!

– Я работаю, ты спишь, и я еще виноватым оказываюсь!

– Разве ты не слышал, что самые лучшие идеи всегда приходит во сне?!

– Да?

– Да!

– Ну, и какая же идея посетила тебя сейчас? – ухмыльнулся Том.

– Как же, придет тут что-нибудь! Ты разбудил меня на самом интересном месте! Мне уже почти приснилось, как мы уже возвращаем картину обратно.

– Врешь ты, как всегда, – проворчал Том.

– Ничего я не вру!

– Эй! – вдруг воскликнул Том. – А почему ты говоришь «возвращаем обратно»?!

– Как почему? Потому что мы ее вернем обратно сюда!

– И не подумаю! С какой стати я должен рисковать своей жизнью и ничего с этого не иметь?!

– По-моему, ты имеешь, еще и сколько! – спокойно возразил Джерри.

– Что же я такое имею? – насмешливо спросил Том.

– А то. Ты катаешься словно сыр в масле. У тебя жизнь – лучше и не придумаешь! Ты просто не знаешь, каково тем котам, которые всю свою жизнь проводят на грязных помойках! Или у хозяев, у которых кусок хлеба еле выпросишь! А тебе даже хвостом лень пошевелить, чтобы помочь своим хозяевам выпутаться из долгов!

Последние слова Джерри несколько пристыдили Тома. На это ему возразить было нечего.

А мышонка уже невозможно было остановить. Он взад-вперед ходил по кровати и жестикулировал, словно профессор во время лекции.

– Ты что, хочешь, чтобы наши хозяева продали этот дом и купили себе маленькую квартиру в каком-нибудь грязном районе? Ты этого хочешь? Или тебе надоело есть «вис-кас» и ты решил перейти на хлеб и воду? А может, тебе плохо спится на кресле или кровати и ты решил перебраться на коврик у двери? Или вообще на улицу?

Когда Джерри наконец закончил свою длинную речь, он тяжело вздохнул и спросил:

– Ты переписал объявления?

– Да, – тихо ответил Том.

– Сколько получилось?

– Две тысячи сто сорок семь штук...

– Отлично. Теперь вперед, до вечера нам необходимо развесить их по всему городу!

– Две тысячи сто пятнадцать... Две тысячи сто четырнадцать... Две тысячи двадцать семь... – считал Том, приклеивая объявления на столб, или на здание, или даже на дверцу машины, стоящую возле какого-нибудь супермаркета, если, конечно, рядом не было ее хозяина.

– Пятьсот сорок пять... Пятьсот сорок четыре... Пятьсот двадцать одно... Осталось не так уж и много, – сказал он, тяжело вздохнув.

– Терпи, – улыбнулся Джерри, – скоро у тебя будет более приятная работа.

– Это какая еще работа? – не понял Том.

– Тебе необходимо будет произвести хорошее впечатление на мраморную кошку, чтобы она пригласила тебя к себе домой.

Том опять вздохнул. Он не очень-то любил кошек, даже мраморных. Все они одинаково обидчивые, плаксивые, и разговаривать с ними не о чем.

Когда нерасклеенными осталось только четыре объявления, Джерри неожиданно прошептал, потянув Тома за лапу:

– Смотри!

И показал на небольшую автостоянку. Там среди других автомобилей находился и «форд» вишневого цвета.

– Ты думаешь, это тот самый «форд»? – так же тихо спросил Том.

– Не знаю, – пожал плечами Джерри. – Но проверить не мешало бы. За мной!

И он первым бросился к машине. Том, немного подождав, словно раздумывая, стоит ли ему ввязываться в это опасное мероприятие, наконец бросил под ноги оставшиеся объявления и побежал следом за Джерри.

Боковое стекло в машине было открыто, и через него Том и Джерри проникли в салон «форда».

– Ну и что дальше? – тихо спросил Том. – Как мы узнаем, та это машина, которая нам нужна, или нет? Не думаю, что вор везде таскает картину с собой. Может, ты его хотя бы в лицо запомнил?

– Не очень, – покачал головой Джерри.

– Ну, вот!

– Это совсем, не обязательно.

– Почему?

– Потому что должен же он когда-нибудь ехать домой.

– Ты хочешь сказать, что мы вместе с ним... – начал было Том, но не успел договорить – к машине кто-то подходил.

– Тише! – прошептал Джерри.

Приятели спрятались подальше под сиденье.

Вначале открылась одна дверца машины, водительская, затем вторая. Хозяин машины был не один!

Опустившись рядом с ним на переднее сиденье, тот, второй, сказал:

– Ну, что, Джек, куда теперь? К тебе?

– Ко мне, Фред, – ответил водитель. – Надо же отпраздновать сегодняшнюю сделку, а?

– А быстро ты с ним договорился! – засмеялся Фред. – Он даже и не возражал!

– Не очень-то хочется возражать, если к твоему виску приставлен ствол пистолета! – весело ответил Джек.

Том и Джерри молча посмотрели друг на друга. «Да это же какие-то преступники!» – говорили их глаза.

Машина тронулась с места и начала набирать скорость.

– Неужели бы ты выстрелил в него? – спросил Фред своего напарника.

– Выстрелил бы, – спокойно ответил тот.

– Об этом бы завтра писали во всех газетах. Все-таки он высокопоставленное лицо...

– Зато у него руки не чище, чем у нас с тобой. И об этом тоже все знают. Все равно его когда-нибудь или убьют, или посадят в тюрьму.

– Но у него большие связи, – заметил Фред.

– У меня тоже связи, – вдруг засмеялся Джек. – У него свои, а у меня свои.

– По-моему, это тот человек, который нам нужен, – тихонько прошептал Джерри.

– Почему ты так решил? – еще тише спросил Том дрожащим голосом – по всей видимости, он чувствовал себя в этой машине не очень уютно.

– Ты слышишь, о чем они разговаривают? Это самые настоящие преступники! А вор ведь тоже преступник!

– Представляю, что будет, если они нас здесь обнаружат, – испуганно прошептал Том.

– А ты сиди тихонько, тогда они и не обнаружат.

Джек и Фред тем временем продолжали свой разговор.

– Джек, а когда мы поделим деньги? – спросил Фред.

– Какие деньги? – водитель «форда» сделал вид, что ничего не понял.

– Как это какие? Те, которые тебе только что дал Рыжий Смит!

– Рыжий Смит? – переспросил Джек.

– Да.

– А как ты хочешь, чтобы мы их поделили? – после продолжительной паузы спросил Джек.

– По-честному, как же еще?!

– Что значит по-честному?

– Тебе половину и мне половину!

– Ты считаешь, что это будет по-честному?

– Конечно! Ведь мы оба рисковали!

– Да, но ты рисковал в коридоре, где не было ни единой души. А я в любую секунду мог получить пулю в висок!

– По-моему, ты сам мог в любую секунду выпустить пулю в висок этому Рыжему Смиту!

– Ты хочешь сказать, что он не носит с собой оружия?

– Носит, но у тебя ведь перед ним были явные преимущества. Ты ворвался к нему в кабинет неожиданно и с пистолетом в руке!

– Почему же ты не предложил это сделать вместо меня?

– Да уж будь уверен, что я бы не стал претендовать на большую часть денег.

– Да, но не забывай, что это мне пришло в голову «почистить» Рыжего Смита!

– Почему тебе? Я первый заговорил о нем!

– Нет я!

– Нет я!

Машину начало бросать из одной стороны в другую – это Фред вцепился руками в горло своему напарнику.

– Давай половину, или я сейчас задушу тебя! – Ты что, с ума сошел?! – хрипел Джек. – Мы же разобьемся!

– Плевать! Давай половину!

– Ну, хорошо, хорошо! Только отпусти!

Машина пошла ровнее.

Одной рукой Джек вытащил из внутреннего кармана куртки толстую пачку денег.

– Но я же не могу одной рукой их считать! – воскликнул он. – Давай заедем ко мне домой.

– Нет! – не согласился Фред. – Я тебе больше не верю! Еще не хватало, чтобы ты там пустил мне пулю в лоб! Давай я буду считать.

– Ага, – ухмыльнулся Джек, – возьмешь деньги и выпрыгнешь из машины!

– Делать мне больше нечего! Я никогда не обманываю своих напарников!

– Ну, да, сказать можно все что угодно!

– Черт побери! – вдруг закричал Фред. – Смотри, это же Рыжий Смит! Давай быстрее! Жми!

В тот же миг один за одним послышалось несколько выстрелов.

– Вот это да! – испуганно прошептал Том. – Кажется, стреляют!

– И, кажется, в нашей машине уже разбили заднее стекло, – добавил Джерри.

– Жми! Жми! – кричал Фред. – Быстрее!

– Не командуй! Сам знаю! – огрызнулся Джек.

Машина дернулась от сильного толчка.

– Сейчас мы перевернемся! – завопил Том. – Не перевернемся, – не очень уверенно сказал Джерри. – Не...

Договорить ему не дал новый толчок.

– Давай выберемся отсюда! – дрожащим голосом предложил Том.

– Куда выберемся?

– Выпрыгнем через окно!

– Да ты что?! – воскликнул Джерри.

Вдруг машину резко развернуло, она сильно накренилась вправо. У Тома и Джерри перед глазами все завертелось, закружилось. Казалось, что живыми им уже не выбраться отсюда.

Наконец машина в последний раз перевернулась и замерла.

– Ты живой? – испуганным голосом спросил Джерри.

– Кажется, живой... – слабым голосом ответил Том. – Только лапа что-то болит...

– Давай быстрее убираться отсюда, – предложил мышонок. – Здесь опасно оставаться.

– Подожди, – попросил Том, – дай прийти в себя!

– Потом придешь! Вдруг сейчас машина взорвется!

– Что?! – испуганно воскликнул Том и бросился к разбитому окну автомобиля.

Только к вечеру возвратились домой Том и Джерри, оба голодные и уставшие. К тому же Том повредил лапу и немного прихрамывал.

Джерри сразу же шмыгнул в свою норку, Тому предстоял нелегкий разговор с хозяевами.

Но пока что на него никто не обращал внимания.

Миссис Блэнш, сгребая на совок осколки стекла, недовольно спрашивала у своего мужа, сидящего в кресле:

– Ну, что, теперь ты веришь, что эта картина, действительно, хранила в себе какую- то тайну?

– Нет, – пожал плечами мистер Блэнш.

– Но ведь ее же украли! – почти кричала миссис Блэнш.

– Украли, – согласился муж. – Вот это, в самом деле, непонятно.

– А мне теперь все понятно! – горячилась миссис Блэнш.

– Что тебе понятно?

– Что мама была права!

– В чем она была права?

– В том, что это картина волшебная!

– Извини, дорогая, но я в сказки перестал верить еще в семилетнем возрасте!

– Хорошо, как ты тогда объяснишь, что вор, который украл эту картину, больше ничего не взял с собой?

– Понятия не имею! – признался мистер Блэнш. – Может, его вспугнул кто-нибудь?

– Хорошо, но если эта картина не представляет собой никакой художественной ценности, зачем ее вообще было воровать? Что ты на это скажешь?

– Ничего, – развел руками мистер Блэнш. – Хотя...

– Что хотя? Ну, говори же!

– Может, какой-нибудь чудак прослышал о ее способности указывать на местонахождение клада и поверил в это... Так же, как и ты...

Да, но я никому не говорила об этом!

– Я тоже... Только Шелдону, ты же знаешь, тогда, в ресторане...

– Думаешь, он рассказал кому-нибудь?

– Сейчас узнаем.

Мистер Блэнш подошел к телефону и набрал номер своего старого приятеля.

– Привет, дружище! – сказал он, когда на другом конце провода подняли трубку. – Да, я... Да. Я звоню тебе по делу. Представляешь, у нас сегодня украли картину. Какую? Ты будешь смеяться – ту, которую мы вчера тебе показывали в ресторане. Да, представь себе... Я тоже так подумал... Тем не менее... И больше ничего не украли... Так я хотел у тебя спросить: ты о ней никому не рассказывал? Нет? Ну, мы подумали, может, какой-нибудь чудак поверил, что она волшебная, и похитил... В полицию? Не знаю... Что им говорить? Что украли волшебную картину? Они отправят нас в сумасшедший дом и будут правы, да... Ну, ладно, пока.

Мистер Блэнш положил трубку и повернулся к своей жене:

– Он никому о ней не рассказывал!

– Я это уже поняла.

– Так что будем делать?

– Не знаю.

В это время миссис Блэнш увидела Тома.

– Том! – воскликнула она. – Почему ты хромаешь? Что случилось? Том виновато склонил голову, ожидая, что ему сейчас сильно достанется от хозяйки.

Но миссис Блэнш неожиданно подбежала к Тому и схватила его на руки.

– Смотри, Гарри! – обратилась она к мужу. – У него повреждена лапа! Видимо, это грабитель ударил его чем-нибудь! Может, Том пытался наброситься на него?!

Мистера Блэнша последнее предположение жены очень удивило, но он решил не спорить с ней и только тяжело вздохнул, мол, ладно, пусть будет все так, как ей хочется: пусть на картине сами по себе появляются какие-то надписи, пусть коты бросаются на грабителей!

– Ему надо срочно перевязать лапу! – сказала миссис Блэнш, поглаживая Тома по голове.

На это мистер Блэнш ничего не мог возразить. Он даже был рад, что жена хотя бы на время перестала думать о картине и занялась чем-то другим.

Поэтому он сказал:

– Да, да, конечно! Обязательно!

Вскоре Том уже ходил с перевязанной лапой. Его накормили так, словно он попал на обед, устроенный в его честь самим президентом. Вид у него был такой, будто он действительно только что сражался с целой бандой грабителей и вышел из схватки победителем.

Всю ночь Тому снился один и тот же сон. Ему снилось, что в дом, в котором он жил, ворвались двое грабителей. Они сорвали со стены картину и принялись ее внимательно рассматривать.

– Ну что, – спросил один из грабителей, – где тут написано насчет клада?

– Ничего не вижу, – ответил второй. – Может, нас надули?

Голоса грабителей были точь-в-точь как у тех, которые ехали на «форде» вишневого цвета.

– Дорого же они тогда заплатят за это! – грозно произнес первый грабитель. – Что будем делать?

– Надо забрать картину с собой, – сказал второй грабитель.

– Верно. Там разберемся.

– Только дай я ее понесу.

– Почему ты?

– А вдруг ты удерешь с ней?!

– Я? Удеру? За кого ты меня принимаешь? Я честный грабитель!

– В наше время никому нельзя верить! Даже честным грабителям.

– Что же ты предлагаешь? – недовольно спросил первый грабитель.

– Я предлагаю разрезать картину на две равные части.

– А почему на равные? – возмутился первый грабитель. – Я первый ее обнаружил!

– Но мне же пришла в голову идея украсть ее!

– Почему тебе?! Я раньше об этом подумал!

– Нет я!

– Нет я!

Грабители вцепились в картину и начали вырывать ее друг у друга.

И тут они увидели Тома, который все это время стоял у двери комнаты и внимательно наблюдал за действиями непрошеных гостей.

– Смотри, – сказал первый грабитель, – оказывается, мы не одни.

– Сейчас будем одни! – пообещал второй. – Я разорву его на мелкие кусочки!

Том собрался уже было удирать подальше от грозных грабителей, но тут в нем проснулась необычайная смелость. Таким смелым Том еще никогда себя не чувствовал. Он выгнул спину и зашипел на грабителей, словно змея.

– Ты чего это?! – растерялся первый грабитель. – А-ну, брысь отсюда!

Второй грабитель попятился ближе к выходу.

Том зашипел еще громче.

– Брысь отсюда, а то сейчас!..

Первый грабитель не успел договорить, что он сделает сейчас. Том зашипел еще громче и бросился на него. – Ай! Помогите! – закричал тот.

Том выпустил свои острые когти и – проснулся. Точнее, его разбудили. Рядом стоял Джерри и пощипывал его за ногу.

– Ну, надо же! На самом интересном месте! – воскликнул Том. – Не мог подождать еще пять минут, чтобы я до конца досмотрел свой сон!

– Некогда смотреть сны, – сказал Джерри. – К тебе пришли.

– Ко мне? – удивился Том.

– Да.

– Кто?

– Сейчас увидишь его. Он в соседней комнате.

Том неохотно слез с кресла и следом за Джерри направился в соседнюю комнату.

Посреди комнаты на полу сидел большой серый кот. Увидев Тома, он поднялся и представился:

– Морган. Меня зовут Морган. Моя профессия – сводник. Главный сводник нашего района. Я помогаю обустроить жизнь всем одиноким, желающим найти себе хорошего спутника или спутницу жизни. Я читал ваше объявление и готов помочь вам за определенный гонорар, разумеется.

Том растерянно смотрел на гостя, затем перевел взгляд на Джерри, словно спрашивая у него, что делать.

Джерри хотел было что-то сказать, но Морган опередил его. Он достал из чемодана, который принес с собой, несколько альбомов с фотографиями. На всех фотографиях были кошки разных пород и разного возраста. Листая страницы, Морган попутно комментировал:

– Элизабет, два года. Персидская кошка. Хорошая хозяйка. Умна. Воспитана. Клавдия, полтора года.. Прибыла в Нью-Йорк из России. Немножко груба, но зато красавица. Вирджиния, два года. Сиамская кошка. Полгода плавала на большом корабле, знает множество интереснейших историй. Мирей, француженка. Год и два месяца. Мечтательна, добра, мила...

– Подождите, подождите, – перебил Моргана Джерри. – Но, как вы, наверное, поняли из объявления, Тому нужна не совсем обычная кошка. Мраморная.

– Да-да, я помню, – вздохнул Морган. – Это очень редкая порода. И в нашем районе таких нет. Но зачем она вам? – недоуменно спросил он Тома. – Ведь это дикая кошка! С ней хлопот не оберешься!

– Ну... просто... видите ли... – Том не знал, что ответить.

Ему на помощь пришел Джерри.

–Это было давно, – печальным голосом сказал он. – Том путешествовал по Азии. И однажды в гостинице он встретил мраморную кошку. Она была такая красивая, такая обворожительная, такая восхитительная... Короче говоря, они полюбили друг друга. Но на следующий день Тому пришлось уехать из этого города. Больше свою подругу он не видел.

– Да, печальная история, – вздохнул Морган.

– С тех пор Том не может смотреть на кошек других пород. Он все время вспоминает свою мраморную любимую.

Том стеснительно завилял хвостом, такая история ему самому ни за что бы не пришла в голову.

– Увы, здесь я ничем не могу вам помочь, – сказал Морган. – В нашем районе таких кошек нет.

– А в соседних? – с надеждой спросил Джерри. – Не знаю, – пожал плечами Морган и начал запихивать альбомы с фотографиями обратно в чемодан. Выходить за границы своего района опасно, поэтому...

– Почему опасно? – удивился Джерри.

– Ну как почему, – усмехнулся Морган, – потому что побьют!

– Кто побьет?

– Коты.

– За что?

– За то, что ходишь по чужой территории.

– А это что – запрещено?

– По нашим, кошачьим законам, да.

Джерри повернулся к Тому:

– Это правда?

– Не знаю, я что-то слышал похожее, – неуверенно произнес тот.

– Дело в том, что этот закон больше распространяется на дворовых котов, – пояснил Морган.

– Почему? – спросил Джерри.

– Потому что дворовые коты питаются с улицы.

– Ну и что? – не понял Джерри.

– Так ведь если коты из чужих районов будут шастать, допустим, по нашему району, нам самим меньше еды достанется. А если мы будем промышлять в их районах, им меньше достанется. Теперь понятно?

– Понятно, – вздохнул Джерри. – Значит, вы ничем нам не сможете помочь?

– Боюсь, что нет. Насколько я знаю, во всем городе только я один работаю сводником. Многие, наверное, просто еще не понимают, какой это выгодный бизнес.

– Очень жаль, – сказал Джерри.

– В таком случае, разрешите откланяться. – Морган взял свой чемодан и направился к выходу. У двери он остановился и, печально посмотрев на Тома, произнес: – Желаю вам успеха в вашем поиске!

– Спасибо, – ответил Том.

Не успела закрыться дверь за Морганом, как на пороге появился еще один посетитель. Это был черный худющий кот с заклеенным пластырем левым ухом и решительным видом.

– Стив, – представился он, – гроза всех бездомных котов города. Вы, надеюсь, слышали обо мне?

– Нет, – честно признался Джерри.

– Нет, – покачал головой Том.

– Очень странно! – воскликнул Стив. – Впрочем, не важно. Давайте сразу приступим к делу.

– Давайте, – согласился Джерри.

– Я читал ваше объявление, – обратился Стив к Тому. – Я вас понимаю. Я сам когда-то был влюблен в дикую кошку. Но, к сожалению, мы с ней не сошлись характерами.

– Ну, об этом легко догадаться, – заметил Джерри с улыбкой. Стив смерил мышонка недоверчивым взглядом и сказал:

– Да, я горяч, я дерзок. Мне необходимо постоянно с кем-нибудь драться. Что поделаешь, этот характер мне достался от моего отца. Надеюсь, хотя бы о моем отце, Джонсоне, самом прославленном кошачьем разбойнике за всю историю Нью-Йорка, вы слышали?

– Нет, – признался Джерри.

– Нет, – вслед за мышонком повторил Том.

– Черт, что же вы тогда слышали?! Или вы, быть может, поверили этому лгуну и трусу Максу, который все время наговаривает на нашу семью? – грозно спросил Стив. – Ну-ка, признавайтесь!

– Мы не знаем никакого Макса, – пожал плечами Джерри.

– Мы в первый раз о нем слышим! – добавил Том.

– Так знайте: он самый большой трус и хвастун во всем городе! – крикнул Стив.

– Вполне возможно, – сказал Джерри.

– Мы ничего не имеем против этого, – негромко добавил Том.

– И если он еще хотя бы раз попадется на моем пути, я сделаю из него бифштекс!

– Пожалуйста, хоть два бифштекса, – разрешил Джерри.

– Мы не против, – добавил Том.

– Вы, наверное, думаете, что если он на прошлой неделе победил меня, то я не способен буду с ним поквитаться?

– Мы так не думаем, – вздохнул Джерри, который из учтивости не хотел спорить со странным гостем.

– Еще как поквитаетесь, – сказал Том, который немного испугался грозного вида Стива.

– Даже не сомневайтесь! – сказал Стив. – Ну, ладно, вернемся к делу. Значит так, я прочитал ваше объявление и решил помочь вам. Но сразу предупреждаю: это будет стоить денег!

– Сколько? – осторожно спросил Джерри.

– Пятьсот долларов, – ответил Стив.

– Пятьсот долларов?! – в один голос воскликнули Том и Джерри.

– Да, вы платите мне пятьсот долларов, и я доставляю вам кого угодно и откуда угодно!

– А по-вашему, это не слишком много – пятьсот долларов? – осторожно спросил Джерри.

– В самый раз, – спокойно ответил Стив. – Какой-нибудь Макс, может, согласился бы работать и за двести долларов, но ему и такие деньги нельзя платить! Короче, о деле. Вам нужна любая мраморная кошка или какая-то конкретная?

– Конкретная, – в один голос ответили Том и Джерри.

– В таком случае, попрошу ее особые приметы.

– Но у нее нет особых примет, – с сожалением сказал Джерри. – То есть мы не заметили у нее никаких особых примет. Точнее, не успели заметить, – добавил он.

– Да, это хуже, – задумчиво произнес Стив. – Особенно, если учесть, что я вообще никогда не видел в нашем городе мраморных кошек. А вы ничего не перепутали, может, в Нью-Йорке нет таких кошек?

– Есть! – уверенно произнес Джерри. – Мы сами одну видели!

– Да, мы видели, – подал голос Том. – То есть это он видел, – Том кивнул головой в сторону Джерри.

– Что ж, – вздохнул Стив, – это стоит больших денег, друзья.

– Сколько? – спросил Джерри.

– Сколько? – переспросил Стив. – Ну... где-то около восьмиста долларов.

– Сколько? – удивленно воскликнули Том и Джерри. – Восемьсот долларов?!

– Да, восемьсот долларов.

– Но у нас нет таких денег!

– А сколько у вас есть?

– Ну, может, сто... или сто пятьдесят...

– Вы что, издеваетесь надо мной?! Чего же я тогда с вами тут целый час зря болтаю?! Вы что, сразу не могли сказать, что у вас нет денег?

– Но, во-первых, вы не спрашивали, а во- вторых, мы вас и не приглашали сюда, – дерзко произнес Джерри.

– Не приглашали?! Черт знает что делается! Распустились все! Наразвешивают объявлений, а потом говорят, что никого не приглашали! Никакого порядка! Прощайте!

– Эй, не туда! – закричал Джерри, видя, что Стив перепутал двери и направился на кухню. Но было уже поздно. Послышался звон бьющейся посуды, завывание. Наконец оттуда выскочил Стив.

– Черт знает что! Не дом, а лабиринт какой-то! – зло сказал он, направляясь к выходу.

Когда за ним закрылась дверь, Том и Джерри бросились на кухню. На полу лежало несколько разбитых тарелок и одна разбитая чашка.

– Да, – грустно произнес Том, – еще несколько таких визитов, и в нашем доме не останется ни одного целого предмета! Ну и влетит мне от хозяйки!

– Не переживай, возможно, она опять решит, что ты отбивался от грабителей, – ухмыльнулся Джерри.

Не успели Том и Джерри собрать осколки в мусорное ведро, как в дверь опять постучали.

– Ну и денек, – вздохнул Том, направляясь к двери.

– Радуйся, – бросил ему вслед Джерри, – что наши объявления читают!

– Да уж, – неопределенно пробормотал Том.

На пороге стоял кот, как две капли воды похожий на предыдущего, только у него пластырем было заклеено не левое, а правое ухо, да еще кончик хвоста был белого цвета и напоминал собой кисточку.

– Макс, – представился он, – гроза всех бездомных котов города. Надеюсь, вы слышали обо мне?

– Да, немного, – ответил Джерри, многозначительно переглянувшись с Томом.

– Слышали, – добавил Том.

– Очень хорошо, – довольно произнес Макс, сияя от гордости. – Обо мне все в городе знают!

– Мы слышали о вас от Стива, – сказал Джерри, пряча ухмылку.

– От кого? – сразу же вытянулась морда у Макса.

– От Стива, – повторил Джерри.

– От этого подлеца и труса?!

– Да, – улыбнулся Джерри. – Правда, что-то похожее он говорил и о вас.

– Негодяй! Жалкий трус! Что он еще говорил обо мне?

– Что сделает из вас бифштекс. А может даже и два, я точно не помню, – ответил Джерри.

– Ух, как я его ненавижу! – закричал Макс. – Пусть только он еще раз встретится на моем пути! Жалкий трус, как и все его семейство!

– Как, а разве это не его отец был самым прославленным кошачьим разбойником за всю историю Нью-Йорка? – Джерри сделал вид, что очень удивлен.

– Его отец? – подскочил Макс. – Джонсон, который всю свою жизнь провел на помойках? Смешнее вы ничего не могли придумать?

– Почему мы? – пожал плечами Джерри. – Стив сказал, что об этом известно всему Нью-Йорку.

– Всему Нью-Йорку?! Подумать только! Всему Нью-Йорку! Хвастун! Хвастун и трус! Терпеть таких не могу! Ух, если я его встречу! Я не знаю, что я с ним сделаю!

– Наверное, вы сделаете из него бифштекс! – подсказал Джерри. – Или два.

– Или два, – повторил Макс. – Это точно. Пусть только он попадется мне на глаза!

– Скоро такая возможность вам представится, – пообещал Джерри.

– Да? – удивился Макс.

– Да, Стив обещал, что вернется сюда через полчаса, – соврал Джерри.

Такой поворот событий явно не устраивал Макса. Некоторое время он молчал, словно обдумывая сложившуюся ситуацию, потом воскликнул:

– Ах, как жалко, что я очень тороплюсь и не могу его дождаться! Я бы ему показал! Вы бы тогда увидели, кто из нас трус, а кто нет! Однако давайте быстрее перейдем к делу. Я читал ваше объявление, – обратился Макс к Тому. – Я вас очень даже понимаю. Мне тоже иногда хочется чего-нибудь такого необычного, экзотического. Но... Мне некогда писать объявления, развешивать их по городу. У меня столько дел, столько дел! Ведь я гроза всего нашего района!

– О да, конечно! – воскликнул Джерри, улыбаясь про себя. – Конечно!

– Я берусь найти вам мраморную кошку, конечно, за определенную плату.

– И сколь... – начал было Джерри, но Макс его перебил:

– Дело это непростое. Я в своей жизни только раз видел мраморную кошку. Кстати, это было буквально на днях.

– На днях? – в один голос воскликнули Том и Джерри. – Вы говорите, на днях?

– Да, на днях. Кажется, вчера. Я видел ее, когда она проезжала в машине.

– В машине?

– Да, это была прекрасная машина – вишневого цвета «форд».

– «Форд»? Вишневого цвета? – хором вскрикнули Том и Джерри. – Вы ничего не путаете?

– Я никогда ничего не путаю, – гордо заметил Макс. – У меня великолепная память. Я, значит, гулял... где это я гулял? Ага, на пятой авеню. И вдруг вижу: стоит машина. Машина как машина. Таких полно в Нью-Йорке. Я бы не обратил на нее никакого внимания. Хотя она и прекрасна. Но меня этим не удивишь. Но в машине... Да, представьте себе, мраморная кошка. Я бы, может, так никогда и не догадался бы, что это именно мраморная кошка, а не какая-нибудь другая. Но возле машины стоял ее хозяин и беседовал со своим приятелем. И как раз в этот момент хвастался: мол, смотри, какая у меня великолепная мраморная кошка!

– А какой из себя был этот хозяин мраморной кошки? – спросил Джерри.

– Ну, мужчина... средних лет... в черном костюме. А что, вы его знаете?

– Да, этот тот самый мужчина, который ук... – Джерри спохватился, что может наболтать лишнего, и замолчал.

– Это тот самый мужчина, которого мы вчера видели у своего дома, – пришел на помощь другу Том. – Он как раз садился в свою машину, и мы успели заметить в ней мраморную кошку.

– Нам даже показалось, что она улыбнулась Тому, – добавил Джерри. – Даже не показалось, а так оно и было на самом деле!

– Я берусь за ваше дело, – сказал Макс, – но это, правда, будет стоить немалых денег.

– Сколько? – спросил Джерри.

– Сто долларов...

– Недорого, – вырвалось у Джерри. – Подождите, я еще недоговорил, – сказал Макс. – Сто долларов, независимо от того, найду я мраморную кошку или нет. То есть за работу. И триста долларов еще, если я найду мраморную кошку. Кроме того, первую часть денег я попрошу вперед, – закончил он.

– Э-э-э, это нас не устраивает, – покачал головой Джерри. – Во-первых, это очень много, во-вторых, мы не можем дать вам ни цента вперед.

– Почему?

– Потому что мы видим вас впервые в жизни! А вдруг окажется, что и в последний раз?

– Как это? – не понял Макс.

– Ну... вдруг вы возьмете сто долларов и – тю-тю! Обманете нас!

– Я? Обману?

Макс сделал такие страшные глаза, что Джерри сразу же понял, что в эту минуту он совершил самую ужасную ошибку в своей жизни.

– Да как вы могли даже подумать такое обо мне?! Да кто вы такие?! Да я вас сейчас в порошок сотру! Я сделаю из вас четыре бифштекса!

Макс забегал по комнате и начал ломать и переворачивать все, что попадалось на его пути.

Джерри понял, что надо срочно что-то предпринимать, или их дом через несколько минут превратится в руины. И тут ему в голову пришла спасительная мысль.

– Ах, я совсем забыл! – воскликнул он, стараясь перекричать грохот, стоящий в комнате. – Сейчас же должен прийти Стив!

– Что? – Макс остановился посреди комнаты как вкопанный. – Черт, я совсем забыл, у меня же срочное дело!

И, не попрощавшись, он выскочил вон.

– Ну и денек! – вздохнул Том. – Если бы я плохо знал самого себя, то подумал бы, что в нашем городе живут одни сумасшедшие коты!

– Кстати, – заметил Джерри, – уже скоро вечер, сейчас вернутся наши хозяева, надо быстрее прибраться!

– Только бы больше никого не было! – взмолился Том. – Я этого не выдержу.

К счастью, в этот день у них, действительно, больше никого не было.

Войдя в дом, миссис Блэнш с порога сказала:

– Нет, надо немедленно что-то предпринимать!

– Что ты имеешь в виду? – спросил мистер Блэнш, переступая порог вслед за своей женой.

– Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду! – недовольно ответила миссис Блэнш. – Потому что ни о чем другом не могу думать, кроме как о нашей картине!

– Ах, вот ты о чем! – вздохнул мистер Блэнш.

– Да, именно об этом! – воскликнула его жена. – Эту картину мои предки хранили триста лет. И вот теперь, когда со дня на день на ней должны появиться слова, которые... которые... – миссис Блэнш стало тяжело говорить, – она вдруг исчезла! Ее украли! А ты... а ты...

– Но, дорогая, при чем здесь я?! – развел руками мистер Блэнш. – Я делал все, как ты хотела! Ты хотела забрать ее у своей матери – мы поехали и привезли ее сюда, в Нью-Йорк. Ты хотела повесить ее в своей спальне – пожалуйста, я это сделал. Но ведь я же не мог сидеть целыми днями дома и сторожить ее! У меня работа!

– Конечно, – обиженно сказала миссис Блэнш, – я во всем виновата!

– Но, дорогая, тебя никто ни в чем не обвиняет!

– Я виновата, что послушала тебя и начала сомневаться, что эта картина необычная! – уточнила миссис Блэнш. – Если бы я тебя не слушала, картина бы теперь висела на месте!

Мистер Блэнш тяжело вздохнул, очевидно, поняв, что жену ему ни за что не переубедить, и сказал:

– Хорошо, давай подумаем, что мы можем сделать.

Миссис Блэнш промолчала.

– Давай вызовем полицию.

Миссис Блэнш опять промолчала, только пожала плечами.

Мистер Блэнш направился к телефону.

Если вы считаете, что полицейские всегда врываются в дом с пистолетом в вытянутых руках и при этом кричат «Всем оставаться на своих местах!», то вы глубоко заблуждаетесь.

Во всяком случае, полицейский Харман таким не был. Он входил в дом тихонько, словно кошка. Лицо его всегда было очень задумчивым, и, разговаривая с вами, он, казалось, своими мыслями в это время был где- то очень далеко.

– Здравствуйте! – сказал полицейский Харман, войдя в дом.

Он появился так неожиданно, что мистер Блэнш и его жена вздрогнули.

– Ой, как вы нас напугали! – воскликнула миссис Блэнш.

Полицейский Харман бросил на хозяйку дома недоуменный взгляд, словно не понимая, чем это он так мог ее напугать, и спросил:

– Полицию вызывали?

– Да, – ответил мистер Блэнш.

– Полицейский Харман.

– Очень приятно.

– Итак, что же у вас случилось? Убийство? Самоубийство? Угроза убийства?

– Нет, нет, что вы! – испуганно воскликнула миссис Блэнш. – Никакого убийства или самоубийства в нашем доме нет! И никто нам не угрожал!

– Очень жаль, – вздохнул полицейский Харман и принялся осматривать комнаты. – Действительно, – наконец сказал он, – никакого убийства. Что же, в таком случае, у вас случилось? Ограбление?

– Да, – торопливо ответил мистер Блэнш, – именно ограбление...

– И что же у вас украли? – опять спросил полицейский Харман.

– Картину.

– Кто украл?

–Это мы бы и хотели узнать, – растерянно сказал мистер Блэнш.

– Да? – словно удивился полицейский Харман.

– Мы ведь для этого вас и вызвали, – напомнила миссис Блэнш.

Полицейский Харман некоторое время молча ходил по комнате, наконец остановился и спросил:

– Где висела картина?

– В моей спальне, – ответила миссис Блэнш.

– Тогда пройдемте в спальню, – сказал полицейский Харман.

В спальне миссис Блэнш он долго смотрел на гвоздь в стене, на котором висела картина.

– Вы кого-нибудь подозреваете? – был его очередной вопрос.

– Нет, – в один голос ответили хозяева дома.

– Очень плохо, – вздохнул полицейский Харман. – Всегда надо кого-нибудь подозревать, – поучительно сказал он. – Это очень облегчает работу нам, полицейским, в раскрытии преступлений.

– Ну, уж нет, – не согласилась миссис Блэнш, – все наши друзья порядочные люди, и мы не собираемся никого из них подозревать.

Полицейский Харман на это ничего не сказал и неожиданно замурлыкал себе под нос какую-то песенку. Песенка была долгая, а может, он просто промурлыкивал ее несколько раз. Миссис Блэнш не выдержала и спросила:

– Так можем ли мы рассчитывать на вашу помощь?

– Прам-па-па, прам-па-па, – закончил петь полицейский Харман и уставился на миссис Блэнш. – Я для этого сюда и пришел, – наконец сказал он. – Опишите мне вашу картину, и как можно подробнее.

– Она была небольших размеров, – начала миссис Блэнш. – Очень старая.

– Что значит, очень старая? – перебил миссис Блэнш полицейский Харман. – Попрошу поточнее.

– Ей триста лет, – сказала миссис Блэнш.

– Триста лет? – удивился полицейский Харман.

– Да, – сказала миссис Блэнш.

– Наверное, это произведение какого-ни-будь великого художника? – спросил полицейский Харман.

– Не совсем, – как-то неуверенно произнесла миссис Блэнш. – То есть, я хотела сказать, совсем не великого. Это картина моего далекого предка.

– Прам-па-па, прам-па-па, – опять запел полицейский Харман, но, к большой радости миссис Блэнш, тут же замолчал. Он о чем-то долго думал, двигаясь из одного угла комнаты в другой, потом остановился и задал свой очередной вопрос:

– Скажите, а что на картине было нарисовано?

– Кладбище, – неохотно произнесла миссис Блэнш.

– Кладбище? – удивился полицейский Харман.

– Да, а на переднем плане была изображена надмогильная плита с надписью:

– Странная надпись, – заметил полицейский Харман, записывая что-то в свой блокнот. – Получается, что этот Генри... как его… – полицейский Харман посмотрел на только что сделанную им запись, – Уодсворт Хоторн жил целых двести лет!

– Получается, – кивнула головой миссис Блэнш.

– Но ведь этого не может быть, – сказал полицейский Харман. – Вот вы можете прожить двести лет? – обратился он к миссис Блэнш.

– Не знаю, – растерянно произнесла та. – Думаю, что нет...

– Вот именно: нет! И я не смогу прожить двести лет! И... и... – запнулся полицейский Харман, глядя на мужа миссис Блэнш.

– Мистер Блэнш, – подсказал хозяин дома.

– ...и мистер Блэнш не сможет прожить двести лет! Нет, я, конечно, ничего не имею против – живите хоть пятьсот или тысячу лет, но это противоречит всем законам природы!

Произнеся последние слова, полицейский Харман замолчал, соображая, не сказал ли он какую-нибудь глупость. Решив, что его речь была очень даже хороша, он спросил:

– Так почему же какой-то... э... Генри Уодсворт Хоторн смог прожить целых двести лет? Кстати, кто это такой, вы не знаете?

– Знаю, – сказала миссис Блэнш, не замечая, что ее муж все время делает пальцами знаки, чтобы она молчала.

– Кто же это такой?

– Генри Уодсворт Хоторн – мой далекий предок.

– Очень забавно, – почесал затылок полицейский Харман. – Очень...

– Мистер Харман, – обратился к нему мистер Блэнш, – давайте не будем обращать внимания на эту странную надпись. Возможно, художник просто пошутил.

– Пошутил?

– Конечно. В роду моей жены все большие шутники.

– Да? – полицейский Харман внимательно посмотрел на миссис Блэнш. – Хорошо, так что мы имеем? – он заглянул в свои записи. – Картина небольших размеров с изображением кладбища. На переднем плане надпись:

Помолчав, полицейский Харман положил блокнот во внутренний карман своего пиджака и сказал:

– В общем, будем искать!

– Скажите, – осторожно спросила миссис Блэнш, – а какова вероятность того, что вы найдете нашу картину?

– Какова вероятность? – переспросил полицейский Харман. – Очень небольшая. К этому времени картину уже могли вывезти из страны или спрятать в очень надежном месте. Кроме того, ее, например, могли порвать, сжечь...

– Ее не могли сжечь, потому что она не... – миссис Блэнш хотела сказать «не горит», но ее муж не дал ей сделать этого.

– Моя жена хотела сказать, кому придет в голову красть картину для того, чтобы ее потом сжигать?! – торопливо произнес он.

– Не знаю, не знаю, – покачал головой полицейский Харман. – Мы, полицейские, не должны исключать ни одного возможного варианта. В общем, будем искать, – повторил он и направился к выходу.

– По-моему, нет никакого смысла рассчитывать на его помощь, – вздохнула миссис Блэнш.

– Я в этом и не сомневался, – признался мистер Блэнш.

– Нам необходимо дать объявление в газету, – помолчав, сказала миссис Блэнш.

– По-моему, это так же бессмысленно, как и вызывать полицию, – заметил мистер Блэнш.

– Но ведь что-то надо делать! – воскликнула миссис Блэнш.

– Хорошо, дорогая, пусть будет все так, как хочешь ты. Какого содержания будет наше объявление?

– Примерно такого, – подумав, сказала миссис Блэнш:

– Ну, как? – спросила миссис Блэнш.

– Возможно, нам еще удастся поместить его в утренние газеты, – ответил мистер Блэнш.

На следующее утро, едва Том и Джерри проснулись, в дверь постучали. На пороге стояла серая с белыми пятнами кошка, одна из тех, которых каждый день можно увидеть на городских помойках.

– Катрин, – представилась она.

– Как ты думаешь, – прошептал Том на ухо Джерри, – это мраморная кошка?

– По-моему, она такая же мраморная кошка, как я африканский лев, – тихо ответил Джерри.

– Что будем делать? – растерянно спросил Том.

Джерри пожал плечами и обратился к гостье:

– Вы к нам? По делу?

– Да, – ответила Катрин. – Я из простой семьи, никогда не читаю ни газет, ни книг, которые часто валяются на свалках... – Она смутилась. – Я даже читаю по слогам... Но совершенно случайно я увидела и прочла ваше объявление...

– Вот это да, – прошептал Джерри Тому, – придется тебе как-нибудь самому с ней разобраться.

Том растерянно проговорил:

– Но... видите ли... Да, я писал это объявление... но... понимаете...

– Я понимаю, – грустно улыбнулась Катрин. – Вы ищете мраморную кошку... – Да, к сожалению... – пожал плечами Том. – Я писал там, что...

– Я понимаю... – опять грустно улыбнулась Катрин. – Я бы никогда не пришла к вам... но... я подумала...

– О чем? – тихо спросил Том. – О чем вы подумали...

– Понимаете, – Катрин с трудом находила нужные слова, – когда-то мама мне очень часто рассказывала историю о наших далеких предках. Они жили дикой свободной стаей. Моя прапрабабушка – звали ее Сантана – была в этой стае самой красивой кошкой. Возможно, она тоже была мраморной кошкой, я не знаю. Из-за нее устраивались настоящие кошачьи турниры. Под ее окнами каждую ночь коты-поэты пели серенады. Но она была очень гордой кошкой и сказала, что выйдет замуж за того, кто принесет ей из далеких стран волшебную розу...

– Волшебную розу? – удивился Джерри.

– Да, в одной далекой стране находился целый сад необыкновенных роз. Нигде больше не было таких пышных и красивых цветов. Но не это было удивительным. Волшебство их заключалось в том, что, когда с цветка розы опадал лепесток, можно было загадать любое желание, и оно бы обязательно исполнилось. Но этот сад день и ночь охранял страшный и могучий Великан. Если поймает он кого-нибудь в своем саду – тотчас превратит в камень. И вот таких камней собралась у его сада целая гора.

– Подумать только, сколько было охотников рисковать своей жизнью! – пробормотал Том.

– И вот один кот, звали его Бельмонд, решил отправиться в эту далекую страну, чтобы сорвать необыкновенную розу и подарить ее Сантане, – продолжала Катрин.

– Вот чудак, – тихо сказал Том.

– Он шел не один день и не один месяц и наконец дошел до страны, где был этот необычный сад, – рассказывала дальше Катрин. – Нашел его Бельмонд и дождался ночи, чтобы незаметно сорвать в саду волшебную розу. Но только он наклонился над цветком, как неизвестно откуда появился Великан.

– Несчастный воришка! – закричал Великан. – Как ты посмел забраться в мой сад?! Разве ты не знаешь, что тебя ожидает?..

– Знаю, – тихо ответил Бельмонд.

– Разве ты не видел гору камней, которая лежит у моего сада?

– Видел, – так же тихо ответил Бельмонд.

– Так как же ты осмелился прийти сюда?!

– Я прошел много миль и прошел бы еще столько же, – гордо сказал Бельмонд. – Я не боюсь никаких мук, потому что мной движет любовь.

– Любовь? – удивился Великан.

– Да, – промолвил Бельмонд.

– Кто же она такая, та, что заставила тебя прийти сюда? – спросил Великан.

Бельмонд протянул Великану небольшой портрет Сантаны.

– Ее рисовали лучшие художники, – сказал он, – но они не смогли передать на бумаге даже десятую долю ее красоты.

– Действительно, она очень красива, – промолвил Великан. – Очень красива, – повторил он.

Немного подумав, Великан сказал:

– Так и быть, я дарю тебе одну розу из своего сада, потому что ты не для себя ее хотел украсть, а для своей любимой.

Катрин замолчала.

– А что же было дальше? – нетерпеливо спросил Том. – Они поженились?

– Да, поженились, – сказала Катрин. – И прожили очень долгую и счастливую жизнь.

Катрин опять замолчала.

– Моя мама не раз мне говорила, что я могла бы быть такой же красивой и счастливой, как Сантана. Но в наше время этого можно добиться, только имея богатого хозяина или выйдя удачно замуж. Вот я и подумала, прочитав ваше объявление...

– Да, но... – Том не знал, что говорить. Ему было очень жалко Катрин.

И тут на помощь Тому пришел Джерри.

– Мой приятель, действительно, давал объявление, – сказал он извиняющимся то-ном, – но, понимаете, он разыскивает конкретную кошку. Он даже знает, как ее зовут...

– Как? – упавшим голосом спросила Катрин.

– Лолита, – соврал Джерри.

– Лолита?

– Да.

– Но ведь в объявлении ничего не было сказано об этом... – тихо сказала Катрин.

– Он забыл. Он так влюбился в нее, что забыл обо всем на свете. Он совершенно потерял голову. Сошел с ума. Том, какое сейчас время суток? – обратился он к своему приятелю.

– Время суток? Вечер... – Том быстро сообразил, что от него хочет услышать мышонок.

– Вот видите?! – воскликнул Джерри. – А в каком городе ты живешь? – снова обратился Джерри к Тому.

– В Вашингтоне, – не моргнув глазом ответил Том.

– Что я вам говорил?! – закричал Джерри. – Он ничего не помнит!

– В самом деле, – растерянно произнесла Катрин. – И давно это с ним?

– Почти полгода, – ответил Джерри. – С тех пор, как он познакомился с этой Лолитой.

– А что же эта Лолита? – спросила Катрин.

– Том видел ее только раз. Она проезжала мимо в машине и помахала ему лапой. И вот с тех пор... Мы приглашали лучших врачей, но они бессильны что-либо сделать. На лечение Том истратил почти все свое состояние...

– Почти все свое состояние? – разочарованно воскликнула Катрин.

– Да, к сожалению, Том теперь очень беден.

Услышав последние слова, гостья вдруг заторопилась.

– Мне пора, – сказала она, направляясь к двери, – извините, что отняла у вас время.

Когда дверь за ней захлопнулась, Том вздохнул:

– Жалко бедняжку.

– Ох, и натерпелся бы ты с этой бедняжкой, – ухмыльнулся Джерри.

– Это почему? – удивился Том.

– Разве ты не понял, что для нее самое главное это богатство?

– Пожил бы ты столько времени на помойке, ты бы тоже мечтал о богатстве, – сказал Том.

Прошло уже больше часа после того, как Катрин ушла, а Том все никак не мог забыть о ней.

– Мы живем в полном достатке, – размышлял он, – а кто-то целый день бродит по городу в поисках куска хлеба. Почему так получается?

Услышав о еде, Джерри подумал, что ему тоже не мешало бы немного подкрепиться, и, незаметно для Тома, шмыгнул в свою норку.

Том продолжал философствовать:

– Почему все так несправедливо? Вот у меня, например, каждый день столько еды, что ее хватило бы на четырех котов, а у некоторых ничего нет. А я даже Катрин не угостил. Мне даже в голову не пришло, что она голодна.

Том долго рассуждал над тем, почему так несправедливо устроен мир, и даже не заметил, как в доме появился еще один гость.

Черный кот, воровато оглядываясь по сторонам, осторожно вошел в комнату Тома и остановился у двери, прислушиваясь к бормотанию Тома. Ничего не поняв из его философских рассуждений, он пошарил взглядом по комнате и неожиданно в углу увидел блюдце с молоком. Глаза черного кота жадно заблестели, он уже сделал несколько шагов в сторону блюдца, но тут же остановился в нерешительности. Чувство голода толкало его вперед, но чувство опасности удерживало на месте.

Минут пять черный кот боролся с самим собой. Наконец чувство опасности победило, и он сказал:

– Привет, я Артур.

От неожиданности Том подскочил в кресле.

– Привет, – сказал он, оправившись от испуга.

Услышав голоса в доме, Джерри бросил недоеденный кусок сыра и выбежал из своей норки.

– Привет! – бодро сказал он, словно тысячу лет был знаком с черным котом. – Вы, наверное, тоже самый сильный и смелый кот в городе и хотите предложить нам свои услуги по поиску мраморной кошки?

Артур недоуменно уставился на Джерри, словно тот задал ему решить какую-нибудь очень сложную задачу, и наконец смущенно промолвил:

– Да, не спорю, я очень смелый и сильный кот, но я вам ничего не хочу предлагать.

– Тогда что же вас привело сюда? – удивленно спросил Джерри.

– Меня прислала сюда та, которую вы ищете.

– Мраморная кошка? – в один голос воскликнули Том и Джерри.

– Да, она даже заплатила мне за то, чтобы я нашел автора объявления и привел к ней.

– Привел к ней? – пробормотал Том.

– Да, я ее сосед, мы даже, можно сказать, дружим. Иногда, когда у нее никого нет дома, она приглашает меня на обед...

– Я готов, – нетерпеливо перебил его Том. – Когда мы отправляемся?

– Можно, конечно, прямо сейчас, – неуверенно ответил Артур, – но... Он посмотрел на блюдце с молоком голодными глазами.

Джерри первым догадался, чего хочет гость.

– Но, может, вы хотите отдохнуть с дороги и немного поесть? – спросил он.

– Да, я бы не отказался, – Артур опять посмотрел голодными глазами на блюдечко с молоком.

– Пожалуйста, попробуйте нашего молока, – торопливо предложил Том, – оно свежее.

Артур не заставил себя долго ждать. Не прошло и минуты, как блюдце опустело.

– Вот теперь порядок, – довольно сказал он. – Теперь можно отправляться.

– Я с вами, – сказал Джерри. – Мы с Томом всегда ходим вместе, – на всякий случай объяснил он гостю.

Артур пожал плечами и ничего не ответил, хотя его глаза ясно говорили, что он в этот миг подумал: ну и компания!

Утро было солнечное и теплое. Потоки машин проносились по дорогам с бешеной скоростью. По тротуарам текли людские толпы – того и гляди, что кто-нибудь даст тебе пинка или наступит на хвост.

– Терпеть не могу этот город! – тяжело вздохнул Артур. – Суета, шум, толкотня. Будь моя воля – давно бы уехал в деревню!

– Что же тебя останавливает? – спросил Джерри. – Возьми и уедь.

– Не очень-то меня там ждут, – сказал Артур. – Вообще, мне никогда особенно не везло в жизни...

– А что так? – спросил Том.

– Мать свою я почти не помню, как, впрочем, и дома, в котором родился. Почти сразу после рождения я попал в квартиру к одной старушке, у которой не было никого из близких. Пожалуй, у нее можно было бы жить, если бы... – Артур замолчал.

– Что «если бы»? – спросил Том, когда пауза слишком затянулась.

– У старушки было не все в порядке с памятью, – сказал Артур. – Если ей казалась, что она меня только что покормила, то это не значит, что так оно было на самом деле. Так могло продолжаться целые сутки, и тогда мне приходилось что-нибудь воровать у нее. Тогда я, наверное, и пристрастился к этому... – вздохнул он.

– К чему, к этому? – не понял Джерри.

– К воровству, – опять вздохнул Артур.

– К воро... – начал Джерри и не закончил.

– Я, конечно, все время пытаюсь сдерживать себя, – сказал Артур, – но это не всегда получается – привычка.

– А потом старушка и вовсе умерла, – продолжил он свой рассказ. – И пришлось мне скитаться по улицам. Я жил на лестничной площадке почти полгода. Потом удалось устроиться в одном магазине. Там я, правда, отъелся за все эти полгода, но через неделю меня оттуда выгнали. Опять бродяжничал, пока чудом не попал в одну семью. Благодаря ребенку, которому я чем-то очень понравился. Правда, любовь его вскоре куда-то пропала, обо мне и здесь стали забывать. Спасибо Линде – она всегда поделится своим обедом.

– Линда? – спросил Том.

– Да, так зовут мраморную кошку, – объяснил Артур.

– Кстати, нам еще далеко идти? – на всякий случай поинтересовался Джерри.

– Через полчаса будем на месте, – сказал Артур. – Можно, конечно, было бы дождаться какого-нибудь транспорта, но, боюсь, так будет еще дольше. Эти машины ездят, куда хотят и как хотят. Однажды я незаметно забрался в такси, чтобы ехать к своему приятелю, но неожиданно машина развернулась и поехала в обратную сторону, и так без остановки в другой конец города. Я не только к приятелю не попал, но и еле домой добрался.

– Это что, – гордо сказал Том, – вот мы однажды сели в машину, которую через несколько минут обстреляли!

– Врешь?! – недоверчиво сказал Артур.

– Больно мне надо врать! – обиженно произнес Том. – Мы еле живыми из нее выбрались! Она, к тому же, еще и перевернулась!

Артур посмотрел на своих спутников уважительно.

Джерри тут же начал рассказывать, как все происходило. При этом он прибавил кое- что от себя, так что получалось, что за «фордом» гналась не одна, а целых три машины, и над головами Тома и Джерри проносился просто целый ураган пуль.

Джерри, не моргнув глазом, рассказывал, как под их сиденьем каким-то образом оказался заряженный пистолет. Джерри, конечно же, схватил его и начал стрелять по преследователям.

Неизвестно, что еще пришлось бы услышать Артуру, если бы они наконец не оказались у дома мраморной кошки.

Хотя Том и не испытывал особого удовольствия от общения с кошками, которых он считал легкомысленными и глуповатыми, все же, поднимаясь на третий этаж, где, по словам Артура, жила мраморная кошка, он немного волновался. И волнение это усиливалось тем больше, чем выше он поднимался.

– Будем надеяться, что это именно та кошка, которая нам нужна, – шепнул Джерри.

– Что? – переспросил Том.

– Я говорю: было бы здорово, если бы это оказалась та кошка, которая нам нужна, – громче сказал Джерри, но так, чтобы не слышал Артур.

– Зачем? – Том уже с трудом соображал, о чем ему говорил Джерри, и сам еле мог говорить.

Джерри удивленно посмотрел на него и ничего не ответил.

Линда оказалась довольно крупной кошкой, крупнее Тома. Она лежала в кресле и листала какой-то журнал.

– Поздоровайся первым, – шепнул Тому Джерри, когда они вмесите с Артуром вошли в ее комнату.

– При... – дрожащим голосом начал было Том, но не успел закончить своего приветствия.

Мраморная кошка лениво повернула голову в сторону гостей, но в ее глазах тут же блеснул хищный огонек. Она подскочила на месте и выгнулась дугой.

– Ш-ш-ш-! – зашипела мраморная кошка, обнажая свои острые зубы.

Вошедшие испуганно переглянулись.

– Это те, которые давали объявление, – попытался было внести ясность в происходящее Артур, но Линда, казалось, не слышала его. Вдруг она быстро спрыгнула с кресла и бросилась в сторону гостей.

– Что такое?! – недоуменно крикнул Том, отскакивая в сторону.

Но вовсе не он был нужен мраморной кошке. Джерри – вот кого она сейчас хотела бы схватить своими острыми когтями. Мышонок это понял раньше всех и не стал дожидаться, пока Линда заключит его в свои объятия. Мраморная кошка проделала только половину пути, а он уже сидел на книжной полке. Линда повисла на шторе и начала подбираться к нему.

К этому времени Джерри уже успел побороть свой страх и поджидал ее спокойно, словно собирался вместе с ней полистать какую-нибудь книжку.

Изловчившись, мраморная кошка наконец перепрыгнула на книжную полку, но к этому времени Джерри там уже не было. Он преспокойно сидел в кресле, где еще совсем недавно находилась Линда.

Это, кажется, ее окончательно взбесило, и она, словно гимнастка в цирке, прыгнула вниз, пролетев довольно приличное расстояние, но кресла все же не достигнув.

Джерри зааплодировал такому великолепному прыжку и едва не поплатился за это, потому что следующий прыжок мраморной кошки был хотя и не такой красивый, но зато почти достиг своей цели, и только молниеносная реакция мышонка спасла его от неминуемой смерти.

Джерри не стал еще раз испытывать судьбу и бросился в соседнюю комнату, которая оказалась столовой.

Но и мраморная кошка не собиралась отступать и помчалась следом за ним.

– Надо что-то делать, – испуганно сказал Том. – Сейчас от него не останется даже кусочка хвоста!

– Да уж, конечно, она не поцеловать его собирается, – спокойно согласился Артур. – Если честно, приятель, то моим первым желанием, как только я увидел этого мышонка, тоже было попробовать свежего мяса.

– У меня такая возможность была тысячу раз, но мне от него больше пользы, когда он живой, – сказал Том. – Его надо как-то спасти!

– Не знаю, приятель, – пожал плечами Артур. – Линда – дикая кошка, ее трудно остановить. Честно говоря, я не понимаю, чего тебе вдруг взбрело в голову жениться на ней?!

– Я же не сумасшедший, – буркнул Том и направился в столовую, озадачив своим ответом Артура.

В столовой тем временем шло настоящее сражение. Джерри находился на кухонном столе и одну за другой швырял тарелки в мраморную кошку. Линда не оставалась в долгу, и в отважного мышонка летели вилки и ложки. Когда посуда помельче закончилась, в ход пошли кастрюли.

– Подождите! – попытался было успокоить дерущихся Артур, но в этот миг кем-то брошенный черпак угодил ему прямо в лоб.

Наконец, и у мраморной кошки, и у Джерри силы начали понемногу иссякать.

Спрыгнув с кухонного шкафа на стол, Линда, казалось, только теперь заметила Тома и, тяжело дыша, уставилась на него.

– Вы могли бы и помочь мне, вместо того, чтобы смотреть, как я гоняюсь за этой мерзкой тварью! – с обидой в голосе произнесла она.

Пока Том обдумывал, что ответить в свое оправдание, Джерри поднял с пола чудом уцелевшую чашку и запустил ее в Линду.

– Это вам за «мерзкую тварь»! – в восторге взвизгнул он, убедившись, что чашка достигла цели.

– Простите меня, это я во всем виноват! Это я его привел сюда! – закричал Том, прежде чем мраморная кошка успела запустить чем-нибудь в мышонка.

– То есть как это привели? – недоуменно уставилась на него Линда.

– Мы живем с ним в одном доме... – как-то виновато объяснил Том.

– В одном доме? С мышью? – брезгливо спросила мраморная кошка.

– Конечно, к этому не сразу привыкаешь... – промямлил Том. – Вначале терпишь...

Джерри хотел было сказать, что еще неизвестно, кто кого терпит, но вовремя вспомнил цель своего визита и промолчал.

– О, эта ужасная Америка! – проворчала недовольная Линда. – Я здесь всего два месяца, а уже просто выть хочется от этих порядков! Если бы найти богатого жениха, который бы согласился со мной ехать хоть на край света, я бы не задержалась здесь ни на одну минуту!

– Линда, я привел к тебе того господина, который развесил по всему городу объявления, – напомнил Артур.

Мраморная кошка смутилась, казалось, она только теперь догадалась о цели визита Тома.

– Ах, извините! – мягко сказала Линда. – Не очень хорошо получилось... – Она посмотрела на Джерри. – У нас в Азии другие порядки. Это Артур принес мне ваше объявление о том, что вы хотите... ну, в общем, познакомиться...

– Да, – смущенно промолвил Том и посмотрел на Джерри, который, на всякий случай, все еще держался на приличном расстоянии от Линды.

– У моего приятеля голубая мечта: познакомиться с мраморной кошкой, – пришел на помощь Тому мышонок.

Линда смутилась еще больше Тома.

– Ах, извините, здесь такой беспорядок, я сейчас все уберу, – сказала она, оглядывая столовую.

– Я помогу вам, – торопливо проговорил Том.

– Да-да, надо быстрее все это убрать, потому что, если вернется хозяин, будет худо, – покачал головой Артур.

– Да, с хозяином мне не очень повезло, – согласилась мраморная кошка.

Все, включая и Джерри, дружно принялись за уборку. Разбитые тарелки и чашки полетели в мусорное ведро.

– А чем занимается ваш хозяин? – спросил Джерри, пытаясь направить разговор в нужное ему русло.

– Не знаю, – пожала плечами Линда. – Каким-то бизнесом...

– У него неплохая квартира, – заметил Джерри. – Много книг. Наверное, и картины есть?

– Нет, – ответила мраморная кошка. – Точнее, была одна, но она провисела здесь всего пару дней. До сегодняшнего утра. Утром мы ездили с ним на его вторую квартиру, он ее оставил там...

– У него есть еще одна квартира? – спросил Том.

– Да, точнее дом, где-то на другом конце города, я была там только два раза. Ужасное место. Там столько бродячих котов! Кстати, в том доме тоже живет один... Удивительно, как таких вообще можно в дом пускать?! Мы чуть не подрались, и я решила, что больше там лапы моей не будет!

– А что за картину перевез сегодня туда твой хозяин? – нетерпеливо спросил Джерри. – Наверное, какая-нибудь очень ценная?

– Ценная? – усмехнулась мраморная кошка. – Да так, мазня. Кладбище какое-то...

Услышав последние слова, Том, который в это время нес в кухонный шкаф оставшуюся целую посуду, словно споткнувшись, выпустил ее из лап.

Пока Линда подметала пол, Том и Джерри незаметно удалились в соседнюю комнату.

– Что будем делать? – тихо спросил Том. – Картины здесь нет!

– Зато мы знаем точно, где она! – возразил Джерри.

– Знаем? – иронично переспросил Том. – По-твоему, знать, что она на другом конце города, достаточно, чтобы найти ее? Ты знаешь, сколько в городе концов?

– Я знаю, что в городе один кошачий район, – сказал Джерри. – Это самый старый район Нью-Йорка. Половина зданий в нем подлежит сносу. И я знаю, как туда попасть.

– Но в этом районе много домов, нам потребуется не один день, чтобы найти нужный. К тому времени надпись на картине уже может появиться, и вор раньше нас узнает, где искать клад.

– Во всяком случае, если мы будем сидеть здесь сложа руки, то картину точно никогда не найдем! – язвительно воскликнул Джерри. – Нам нужно как можно больше узнать у Линды о местонахождении картины и быстрее сматываться отсюда!

Разговаривая вполголоса, Том и Джерри даже мысли не могли допустить, что их кто-то подслушивает. Но неосторожность в подобных делах никогда не идет на пользу.

В это время черный кот Артур стоял у двери и все слышал. Когда разговор зашел о кладе, Артур даже перестал дышать. Если бы можно было, он бы на минуту остановил свое сердце, чтобы лучше слышать, что говорят Том и Джерри.

Впрочем, ему и так все было хорошо слышно.

Когда стало ясно, что разговор подходит к концу, Артур незаметно прошел через столовую и бросился вон из квартиры.

Уже давно у него не было такого замечательного настроения. Уже давно у него в груди так взволнованно не стучало сердце. Клад! Вот, о чем он мечтал всю свою жизнь! Вот, что ему нужно, чтобы обрести независимость! Чтобы есть самую дорогую колбасу и спать на самых мягких в мире подушках!

Правда, Артур пока еще толком не представлял себе не только того, как ему найти клад, но и как заполучить эту необычную картину. Но он ни перед чем не остановится! Он любыми путями добьется своего!

Артуру сразу показалось странным поведение Тома и Джерри. Жениться на мраморной кошке? Надо быть сумасшедшим, чтобы в голову пришла такая идея! И потом не похож этот туповатый кот на жениха!

Артур прошелся по квартире, в которой ему пришлось жить в последнее время. Возможно, больше он сюда уже никогда не вернется.

Если вам когда-нибудь приходилось навсегда оставлять то место, где вы жили некоторое время, то вы, вероятно, помните, какие странные чувства при этом одолевают? Почему-то сразу же забывается все плохое, связанное с этим местом, а в памяти остается только хорошее.

Артур ходил по квартире, и в этот миг ему тоже казалось, что здесь ему было не так уж и плохо.

Вот спальня маленького мистера Гатри, который, правда, иногда таскал за хвост его, Артура, но ведь и Артур в долгу не оставался и царапал ему руки.

Вот блюдце, в котором ему приносили еду. Конечно, и блюдце не самое большое и еда часто была не самая вкусная, но все же могло быть и хуже. В конце концов, не такие они и богачи, эти Гатри.

Вот коврик, на котором приходилось спать ночью Артуру. Тоже, конечно, не президентская постель, но ничего, как-то привык, бывало в жизни и похуже с ночевкой.

Артур долго думал, взять ли ему что-нибудь с собой в дорогу, но решил, что не стоит таскать ничего лишнего, еще не известно, что там будет за картина. А вот поесть перед дорогой как следует – это как раз то, что необходимо сделать в первую очередь.

Артур не стал себя утруждать размышлениями, ограничиться ему тем, что находится в блюдце, или заглянуть в холодильник. Через несколько мгновений добрая половина содержимого холодильника оказалась на полу, а через несколько минут – в желудке Артура.

– А где это Артур? – спросил Джерри, оглядываясь по сторонам, когда они с Томом возвратились в столовую.

Линда недоуменно пожала плечами.

– Он любит отлынивать. Наверное, лежит где-нибудь в кресле, а может, и вовсе домой пошел. Но это и к лучшему. Ведь нам необходимо поговорить с вами, да? – она ласково посмотрела на Тома.

Том смутился и промямлил:

– Да... надо... Но сначала надо все убрать...

– Так ведь все уже убрано, – улыбнулась мраморная кошка, решив, что Том очень волнуется перед предстоящим разговором.

На самом же деле, Том не знал, как бы побыстрее уйти отсюда.

– Действительно, – сказал он, – все убрано.

– Пройдемте в комнату, – пригласила Линда.

Том растерянно посмотрел на Джерри. Тот пожал плечами: что делать, придется идти, раз приглашают.

Поудобнее устроившись в креслах, Линда, Том и Джерри завели разговор, обычный пустой разговор, который обычно заводят в подобных случаях. Точнее, разговаривали Линда и Джерри, а Том только слушал и нетерпеливо посматривал на большие часы на стене, стрелки которых, как ему казалось, двигались слишком быстро.

– Так где вы живете? – обратилась Линда к Тому.

– На тридцать первой улице в доме мистера Блэнша, – ответил за Тома Джерри.

– У него, наверное, большой дом, у этого мистера Блэнша? – спросила Линда.

– Да, порядочный, – ответил Джерри.

– А у нас вот квартира, – развела лапами Линда, – правда, тоже большая.

– Да, большая, – согласился Джерри.

– В объявлении было написано, что вы очень состоятельный кот, это правда? – опять обратилась мраморная кошка к Тому, постепенно подступая к самой главной теме разговора.

– Да, состоятельный, – раньше Тома ответил Джерри. Он решил, что надо закругляться с этим визитом, и добавил: – Правда, за деньги все не купишь.

– Ну, почему же, – не согласилась Линда. – За деньги можно все купить. Все, что пожелаешь. Если, конечно, их хватит...

Джерри тяжело вздохнул:

– Да, но если ты, например, болен...

– Болен? – удивилась Линда и обратилась к Тому: – Вы что больны?

Том хотел уже было воскликнуть: «Нет, что вы!», но Джерри опередил его.

– Да, он очень болен! – сказал мышонок с притворной грустью.

Том недоуменно посмотрел на своего приятеля. Джерри незаметно подмигнул ему, мол, помалкивай.

– И чем же вы больны? – спросила Линда у Тома.

– О, не спрашивайте! – взмолился Джерри. – Об этом очень тяжело говорить!

– Но все же! – испуганно воскликнула мраморная кошка. – Скажите, я прошу вас! Я должна об этом знать! Ну, не молчите же!

Джерри лихорадочно соображал, чтобы ему такое придумать, и сказал первое, что пришло в голову:

– У него белая горячка!

– Белая горячка?! – воскликнула мраморная кошка. – Это же ужасно!

– Ужаснее всего то, что ее практически нельзя излечить, – трагическим голосом произнес Джерри.

– У меня есть знакомый врач, – сказала мраморная кошка, – с печальной нежностью глядя на Тома, – он вылечит вас. У него золотые лапы. Он делает настойки из разных трав.

«Пропали!» – подумал Джерри. И тут он вспомнил о визите Катрин.

– А еще у него случается потеря памяти! – радостно воскликнул он. – А ну-ка Том, скажи, какое сейчас время суток? – обратился Джерри к своему приятелю.

Том тоже вспомнил о визите Катрин и тут же ответил:

– Вечер.

– Но какой же сейчас вечер? – растерянно произнесла мраморная кошка. – До вечера еще очень далеко!

– Вот видите?! – с довольным видом произнес Джерри. – А в каком городе ты живешь? – Опять обратился он к Тому.

– В Париже, – ответил Том.

«Дубина!» – чуть не крикнул Джерри, но вслух произнес:

– Тома когда-то хозяин брал с собой в Париж, и ему теперь иногда кажется, что он остался там.

– Ах, Париж! – мечтательно воскликнула Линда. – Я бы тоже очень хотела там побывать! Мы обязательно должны туда поехать хотя бы...

– Том, а сколько тебе лет? – Джерри нетерпеливо перебил мраморную кошку.

– Два, – сказал Том чистую правду.

Увидев, что Джерри готов лопнуть от злости, он тут же добавил:

– Два было десять лет назад.

– Надеюсь, свой возраст он тоже забыл? – испуганно спросила Линда.

– А вот как раз теперь нет. Кажется, память постепенно начала опять возвращаться к нему. Но вы не волнуйтесь, скоро он опять начнет все забывать. Возможно, это связано с возрастом... Все-таки двенадцать лет...

– А выглядит он значительно моложе... – недоуменно произнесла мраморная кошка.

– Внешность бывает обманчивой, – сказал Джерри. – К сожалению, это так...

Линда долго о чем-то думала, потом тихо сказала:

– Я знаю пары, у которых большая разница в возрасте, и ничего, они живу довольно неплохо.

И тогда Джерри решил использовать последний – проверенный – аргумент, который у него был в запасе.

– Конечно, если у них есть на что жить, – начал он издалека.

– Да, к счастью, у вашего друга целое состояние, – улыбнулась Линда.

– Да, правда, он его еще никогда не видел, – вздохнул Джерри.

– То есть как не видел? – удивленно спросила мраморная кошка.

– Его мать составила завещание, в котором написала, что все ее сбережения после ее смерти перейдут к Тому.

– Очень хорошо! – воскликнула Линда. – Так почему же вы говорите...

– Так ведь его мать еще не умерла! – перебил ее Джерри. – И, кстати, не собирается умирать. И вообще, не известно, где она.

В комнате воцарилась мертвая тишина. Мраморная кошка сидела не шевелясь, словно на портрете.

Джерри стал оглядываться на дверь, боясь, как бы им с Томом не пришлось кубарем выкатываться отсюда, когда она придет в себя.

Возможно, так бы оно и случилось, если бы раньше не произошло нечто совершенно другое.

Входная дверь отворилась, и на пороге послышались чьи-то голоса.

– Хозяин вернулся! – взвизгнула мраморная кошка. – Прячьтесь!

– По-моему, он не один, – сказал Джерри. – С ним еще кто-то.

– Это его подружка. Она к нему иногда приходит. Прячьтесь! Они идут сюда!

Тома и Джерри не пришлось уговаривать. В один миг они оказались под диваном. И сделали это очень вовремя, потому что в комнате тут же появился хозяин квартиры, а следом за ним вошла и его гостья, женщина лет тридцати с длинными белыми волосами, спускающимися по плечам почти до самого пояса.

– Привет, Линда! – воскликнула гостья, увидев мраморную кошку, лежащую в кресле. – Ты все валяешься, лентяйка?! Сколько можно спать?!

Линда сладко потянулась, делая вид, что, действительно, только что проснулась.

– Гарри, ты ее закормил совсем, – сказала гостья, обращаясь к хозяину квартиры.

– Люси, мне надо с тобой поговорить. И оставь в покое мою кошку, не забывай, что она дикая, – Гарри уселся на диван, под которым лежали Том и Джерри.

– Говори, я слушаю тебя, – Люси взяла Линду на руки и села в кресло.

– Только, попрошу, отнесись к этому серьезно, – предупредил Гарри.

– Пожалуйста, я слушаю тебя внимательно, – пожала плечами Люси, поглаживая Линду.

– Скоро мы с тобой будем очень богаты, – сказал Гарри и внимательно посмотрел на женщину, ожидая ее реакции.

Люси улыбнулась и спросила:

– Ты что, решил ограбить какой-нибудь банк?

– Нет, я уже ограбил, – спокойно ответил Гарри.

– Банк? – спросила Люси.

– Нет.

– Что же тогда?

– Я побывал в одном частном доме.

– И что же ты оттуда вынес?

Гарри немного помолчал и наконец сказал:

– Картину.

– Подлинник? – удивилась Люси.

– Да.

– И кто же художник?

– Генри Уодсворт Хоторн.

– Первый раз слышу такое имя, – призналась Люси.

– Я тоже, – сказал Гарри.

– Почему же ты решил, что на ней можно разбогатеть? – удивилась Люси.

– Потому что это не совсем обычная картина, – сказал Гарри.

– Что же в ней такого необычного?

– Она написана в 1696 году.

– Старая вещь, – согласилась Люси. – И это все?

– Ее автор прожил двести лет и написал ее, кстати, в год своей смерти.

– Шутишь?

– Нет, вполне серьезно.

– Откуда ты узнал о том, что он прожил двести лет?

– Так написано на его надмогильной плите, нарисованной на картине.

– Получается, что он заранее знал, когда умрет? – усмехнулась Люси.

– Он был не совсем обычный человек....

– Не совсем обычный человек, который рисовал не совсем обычные картины?

Было видно, что Люси не верит в то, что говорит Гарри.

– Он был волшебником, – в голосе Гарри чувствовалась безнадежность.

– Об этом тоже было написано на картине? – с улыбкой спросила Люси.

– Нет, на картине было написано другое.

– Что же?

– То есть, я хотел сказать, на ней должно быть написано другое, – уточнил Гарри.

– Так написано или должно быть написано? – спросила Люси. – Что-то ты меня совсем запутал.

И тогда Гарри рассказал Люси все, что он слышал в ресторане «Пальчики оближешь», когда там обедал мистер Блэнш со своей женой. Люси слушала, не перебивая Гарри, но по ее лицу было видно, что она не миссис Блэнш и в существование волшебников уже давно не верит.

Когда Гарри закончил свой рассказ, она, пряча улыбку, спросила:

– Ну, и где же сама картина? Ты мне покажешь ее?

– Покажу, только не сейчас, – замотал головой Гарри. – Потом.

– Ты что, боишься, чтобы я ее у тебя не украла? – засмеялась женщина.

– Нет, я остерегаюсь не тебя, а бывших владельцев этой картины...

Гарри поднялся с дивана, подошел к журнальному столику, взял на нем газету и, найдя нужное место, прочитал:

Гарри положил газету обратно на столик и сказал:

– Они уже ищут ее, понимаешь? Поэтому я отвез ее в свой домик в кошачьем районе. Они думают, что я простофиля и легко поймаюсь на их удочку. Но они очень ошибаются!

По лицу Люси трудно было определить, смог ли Гарри хоть немного убедить ее в необычности похищенной картины, но ему это сейчас было не так и важно. Рассказывая историю картины, мысленно Гарри уже представлял себя богачом, у которого есть несколько прекрасных домов в разных странах мира, машины, яхта. И ему уже не надо будет грабить банки или воровать кошельки у зевак-прохожих, чем он в последнее время и занимался.

Думая о своем будущем, Гарри так размечтался, что на некоторое время совершенно забыл о Люси, пока та сама не напомнила о себе.

– Гарри, – громко сказала она, – а не пора ли нам пообедать?!

– Да, конечно, – спохватился Гарри, и они направились в столовую.

Этого момента только и ждали Том и Джерри. Один за другим они выскочили из-под дивана и бросились к выходу.

– Подождите! – закричала Линда. – Когда мы сможем опять с вами встретиться?

– Очень, очень скоро! – бросил на ходу Джерри, испаряясь за дверью.

Как уже было сказано выше, в одном из окраинных районов Нью-Йорка жило очень много бродячих котов. Поэтому район так и прозвали – кошачий. Котов в районе было столько, что пройти несколько кварталов и не встретить ни одного этого милого создания представлялось делом совершенно невозможным.

Впрочем, насчет милых созданий у жителей района было свое мнение. Они значительно чаще называли их «хвостатыми тварями» и вели с ними беспощадную борьбу. Это, конечно, касалось бродячих котов. Потому что почти у каждого в доме или квартире тоже жил кот или кошка.

Бродячих котов пытались ловить и вывозить в неизвестном направлении в больших крытых машинах, их травили, в одно время даже отстреливали, но это ни к чему не привело. Бродячих котов становилось все больше и больше.

И тогда жители района махнули на них рукой.

Как известно, плохие привычки перенимаются быстрее, чем хорошие. Стоит ли поэтому удивляться, что плохие привычки людей со временем начали перенимать и бродячие коты, занимавшие предназначенные для сноса дома?

Особенно это касалось тех котов, которые раньше жили у людей, но по разным причинам оказались на улице. Занимая опустевшие дома, они старались во всем подражать своим бывшим хозяевам, словно пытаясь таким образом сохранить память о прошлой беспечной жизни, и нанимали Себе домработников – из бродячих котов, конечно, – открывали магазины, рестораны, продавая в них найденное на мусорных свалках или же украденное у людей.

Иногда в кошачьем районе проходили целые кошачьи войны, но, справедливости ради, надо отметить, что это случалось не так уж и часто. Возможно, потому, что кошачий район был не очень большой, а возможно, потому, что делить котам особенно было нечего.

Конечно, далеко не все коты и далеко не всегда дружили между собой, но все знали друг друга, и появление здесь кота из другого района не могло остаться незамеченным.

Была вторая половина дня, но солнце стояло еще высоко, посылая свои горячие лучи на раскаленную землю.

В такое время не очень-то хочется бродить по шумным, душным улицам, хочется лежать где-нибудь в теньке, попивая холодную колу. Поэтому появление в кошачьем районе странного незнакомца сразу привлекло к себе внимание. В первую очередь бросался в глаза его внешний вид. Впрочем, в нем не было бы ничего удивительного, если бы не одна деталь: передняя левая лапа кота была перевязана, и кот шел, опираясь на палку. Он шел не спеша, уставший, с мучительным выражением в глазах.

Остановившись около кота, беспечно лежащего в теньке под деревом, он представился:

– Артур.

Действительно, это был он, Артур, сосед мраморной кошки по имени Линда. Глядя на него, можно было подумать, что с тех пор, как он незаметно выскочил из квартиры своей соседки, прошло не несколько часов, как это было на самом деле, а несколько лет – так он изменился.

Кот, беспечно лежащий в теньке, смерил Артура презрительным взглядом, каким довольно часто меряют нищих и бродяг, и ничего не сказал, очевидно решив, что сейчас незнакомец станет просить у него денег или чего-нибудь поесть.

Артур, действительно, начал так, как нередко начинают проголодавшиеся нищие:

– Какая духота! Я целый день бреду под этим солнцем! Просто ужас...

Кот, беспечно лежащий в теньке, смерил Артура еще одним презрительным взглядом и язвительно усмехнулся:

– Кто же тебя заставляет целый день печься на солнце?! Ляг себе под деревом, и не будет так душно.

– Я не могу, – вздохнул Артур. – У меня нет времени лежать.

– Чем же ты занимаешься? – удивленно спросил кот, беспечно лежащий в теньке. У всех котов в кошачьем поселке всегда было полно времени.

– Я ищу своего отца, – грустно сказал Артур.

– Ищешь своего отца?

Кот, беспечно лежащий в теньке, смерил Артура недоуменным взглядом. После этого он лениво поднялся и подошел к нему поближе.

– Да, – тихо произнес Артур.

– А где же твой отец живет?

– Не знаю, – пожал плечами Артур. – Где-то здесь, в кошачьем поселке.

– Но зачем он тебе понадобился? Кстати, меня зовут Джек...

– Артур, – еще раз представился сосед мраморной кошки.

– Так зачем ты его ищешь? – повторил свой вопрос любопытный Джек.

– Я хочу сообщить ему, что умерла мать, – горько произнес Артур. – Я сирота.

Некоторое время Джек молчал и наконец сказал:

– Но все матери когда-нибудь умирают. Стоило тянуться из-за этого целый день, да еще в такую жару?

– Я хочу сообщить ему, что мать оставила и мне, и ему кое-какие деньги.

– Представляю, как он обрадуется, – покачал головой Джек.

– Не думаю, – не согласился Артур.

– Почему? – удивился Джек. – Ты их взял с собой? – Но прежде, чем Артур успел ответить на этот вопрос, Джек горячо заговорил, приблизившись к Артуру почти вплотную: – Слушай, а зачем ему вообще сообщать о них?! Ты ведь сам говоришь, что его почти не помнишь! Он бросил тебя, а ты ему за это еще будешь деньги давать! Я могу помочь тебе вложить их в какое-нибудь очень выгодное дельце! Слушай меня, и ты не пропадешь! Здесь все знают Джека и все верят ему!

– Но у меня нет этих денег, – с сожалением в голосе сказал Артур.

– Нет? – разочарованно переспросил Джек. – А где же они?

– Их украли.

– Да-а-а, – потянул Джек.

– Меня ограбили, – пояснил Артур. – Я пытался защищаться, но... вот, – он показал перебинтованную лапу. Последними словами Артур заставил своего собеседника посмотреть на него уважительно.

– Честно говоря, я не думаю, что с такими вестями стоит торопиться искать своего отца, – покачал головой Джек.

– Я хочу найти его и предложить найти грабителей и вернуть свои деньги! – воскликнул Артур.

– По-моему, это бессмысленная затея, – махнул лапой Джек. – Боюсь, что в нашем районе найдется мало охотников, кому такая работенка придется по душе. Я вот, например, тоже не трус, но, честно говоря, неизвестно куда и неизвестно зачем, понимаешь?

– Но почему неизвестно зачем? – воскликнул Артур. – Очень даже известно!

– Брось, приятель!

– И все же я должен его найти!

– Отца?

– Да.

– Попытайся. Но не представляю, как тебе это удастся. Если он бродячий, то есть свободный кот...

– Нет, – перебил Джека Артур, – он живет у хозяина.

– Тем более, – усмехнулся Джек, – значит, он какой-нибудь неженка. Его и на улицу-то не вытащишь. Зря ты затеял все это, приятель. Видишь, сколько вокруг домов? И в каждом живут коты. Попробуй, найди среди них своего отца!

– Но я знаю одну примету, по которой мне будет легче его найти, – с надеждой в голосе произнес Артур.

– И что же это за примета такая? – спросил Джек.

– Хозяин, у которого живет мой отец, ездит на «форде» вишневого цвета.

– Э, удивил! – улыбнулся Джек. – Попал пальцем в небо! Да здесь каждый день проезжают десятки «фордов» вишневого цвета. Что еще ты знаешь о хозяине своего отца?

– Он любит картины.

– Ну, многие любят картины, – резонно заметил Джек. – Зайди в любой дом или квартиру и обязательно что-нибудь такое увидишь на стене. Вот, кстати, недавно был у своего приятеля, так у него на стене...

– Он вчера привез сюда новую картину, – перебил Джека Артур.

– Кто перевез? – не сразу понял Джек.

– Как кто – хозяин моего отца, – почему-то вдруг став сильно волноваться, сказал Артур.

– А-а-а, не видел, – пожал плечами Джек. – А еще что о нем ты знаешь?

– Больше ничего, – опустил голову Артур.

– Тогда я тебе не завидую.

– И все же я попытаюсь его найти, – сказал Артур.

– Попытайся, – Джек зевнул.

Он уже потерял всякий интерес к своему случайному собеседнику. И как только Артур направился дальше по улице, Джек вернулся на свое место под дерево. Через минуту он уже дремал.

Прошло около часа после ухода Артура.

Солнце спускалось все ниже и ниже, и его лучи уже не были такими жаркими.

Джек открыл глаза и зевнул. Спать больше не хотелось. Он посмотрел по сторонам. Неожиданно его внимание привлекли две фигуры. Одна большая, другая поменьше. Ничего более удивительного Джеку еще не приходилось видеть в своей жизни – по тротуару мирно шагали кот и мышонок.

Джек подумал, что это ему кажется или вообще снится, и протер глаза. Но две фигуры – большая и поменьше – не пропали.

– Ну и дела! – пробормотал Джек, глядя на приближающихся к нему кота и мышонка.

Кот прихрамывал на заднюю лапу и опирался на палку.

Приблизившись к Джеку, путники представились:

– Том!

– Джерри!

Джек смотрел на них, не в силах открыть рот.

– Мне кажется, он немой, – сказал Джерри, намереваясь идти дальше.

– Кто немой? – К Джеку вдруг вернулся дар речи.

– Нет, теперь уже говорящий, – сказал Том. – Послушай, приятель, ты не мог бы нам помочь?

Джек хотел что-то сказать, но все что он смог сделать, так это только открыть рот.

– Кажется, у него опять отключился звук, – насмешливо промолвил Джерри. – Надо поискать в этом районе кого-нибудь более разговорчивого.

– Ты сказал, помочь вам? – У Джека наконец опять прорезался голос.

– Да, помочь нам, – повторил Том.

– То есть тебе и этой мыши? – еще раз решил уточнить Джек.

– Эй, приятель, поосторожнее! – недовольно произнес Джерри. – Тебе, кажется, что-то не нравится? Мои зубы достаточно остры, а желудок достаточно голоден, чтобы ты навсегда пожалел, что встретился нам на дороге!

В эту минуту Джек впервые в жизни понял, что он трус. Испугался мышонка! Какой позор! Пытаясь хоть как-то себя успокоить, он тут же подумал, что, возможно, это и не трусость, а просто нежелание связываться со всякой мелкотой.

Такая мысль ему понравилась больше, но произнести ее вслух он почему-то не решился.

– Я просто хотел сказать, что мне еще никогда в жизни не приходилось помогать мышам, – Джек решил превратить все в шутку.

– Смотри, приятель, чтобы твоя жизнь не оказалась слишком короткой из-за того, что у тебя слишком длинный язык, – предостерег его Джерри.

– Итак, что вы хотели? – обиженно спросил Джек.

– Мы ищем мою мать, – грустно произнес Том.

– Кого? – воскликнул Джек.

– Его мать, – вместо Тома ответил Джерри. – В этом районе живет мать моего приятеля. Мы уже целый день тащимся под этим чертовым солнцем, – добавил он, взглянув на небо.

Джеку показалось, что он начал сходить с ума.

– А где она живет? – осторожно спросил он.

– Говорят же тебе, дубина, где-то в этом районе! – ответил Джерри.

В это время из ближайшего дома, вяло переставляя лапами, вышел серый с белыми пятнами кот. Завидев странную компанию, состоящую из двух котов и мышонка, он направился к ней. Это сразу же придало смелости Джеку. В подобной ситуации вдвоем всегда легче, чем одному.

Зато Джерри сразу как-то сник. Дерзить двум котам сразу было слишком опасно.

– Значит, приятель, ты ищешь свою мать? – прищурившись, спросил Джек у Тома.

– Да, – ответил тот.

– А зачем она тебе?

– Я несу ей пренеприятнейшее известие, – шумно вздохнув, сказал Том.

– И что же это за известие, приятель? – спросил Джек, совсем осмелев.

– Я хочу ей сообщить, что умер наш отец, с которым я жил в последнее время. Я сирота.

– Сиротинушка, – добавил Джерри. – Он столько перенес в своей жизни!

– Но все отцы когда-нибудь умирают, – лукаво произнес Джек. – Стоило тянуться из-за этого целый день, да еще в такую жару?

– Я хочу сообщить матери, что отец оставил и мне, и ей кое-какие деньги.

– Представляю, как она обрадуется, – покачал головой Джек.

– Не думаю, – вздохнул Том.

– Почему? – удивился Джек. – Ты их разве не взял с собой?

– У меня нет этих денег, – с сожалением в голосе сказал Том.

– Нет? – Джек сделал вид, что очень удивлен. – А где же они?

– Их украли.

– Да-а-а, – потянул Джек.

– Меня ограбили, – как можно скорбнее произнес Том. – Я пытался защищаться... Мы с Джерри сражались, как волки, но... вот, – он кивнул на перебинтованную лапу.

Джек насмешливым взглядом смерил Тома, потом Джерри, затем обратился к серому коту с белыми пятнами:

– Скотт, ты слышал, что они тут рассказывали?

Скотт утвердительно кивнул. Слова Тома произвели на него такое большое впечатление, что он только и мог, что молча кивать головой.

– Так вот, – продолжал Джек, – час назад я уже слышал точно такую же историю, только от другого кота! Правда, у него была перевязана передняя лапа и у него умер не отец, а мать! Что ты на это скажешь?!

Но Скотт молчал, переводя недоуменный взгляд с Джека на Тома, а с Тома на Джерри.

– Не может быть! – переглянувшись, в один голос воскликнули Том и Джерри.

– Что-то здесь подозрительно! – сказал Джек. – По-моему, этим типам не очень стоит верить. Уж больно у них морды хитрые. Особенно у этой мыши!

– Это, наверное, один из тех грабителей, которые ограбили Тома! Теперь они хотят ограбить и его мать! – вскликнул Джерри.

Джерри произнес эти слова таким убедительным тоном, что Джек почти поверил ему.

Некоторое время он молча с недоумением смотрел на мышонка, затем сказал:

– Да, но тот кот искал отца, а не мать!

– Конечно! – Джерри уже полностью пришел в себя. – Он мог сказать, что ищет здесь своего прапрадедушку! Как его звали?

– Кажется, Артур, – пожал плечами Джек.

– Артур?! Сосед мраморной кошки?! – удивлению Тома и Джерри не было предела.

– Какой сосед? Какой мраморной кошки? – ничего не понял Джек.

– Это один из тех разбойников, которые напали на Тома! – закричал Джерри. – Что он еще говорил?

– Что его сосед живет у какого-то хозяина, который любит картины и ездит на «форде» вишневого цвета, – пробормотал Джек.

– Нам надо опередить его! – воскликнул Джерри, и пока Джек и Скот приходили в себя, они с Томом уже были далеко.

Немного отдышавшись от быстрого бега, Джерри сказал:

– Да, дела наши не очень хороши. Во- первых, нам надо во чтобы то ни стало найти этого Артура и отучить его раз и навсегда подслушивать чужие разговоры и искать чужие картины. Во-вторых, нам надо менять тактику. История с мамой, к которой возвращается сын, не пойдет. Кто же знал, что этот Артур читает те же детективы, что и я, и так же старательно запоминает в них различные способы, как войти в доверие к незнакомым лицам?! В общем, надо придумать что-нибудь более оригинальное!

Том молча вздохнул, что означало его полное согласие с мнением Джерри.

Поиск картины Том и Джерри продолжили уже на следующее утро, переночевав в небольшом заброшенном скверике.

Им предстояло обойти те дома, хозяева которых имели «форд» вишневого цвета.

К счастью, первый встретившийся им на пути котенок указал на один из таких домов.

– А кто в нем сейчас может находиться? – спросил Том.

– Ясное дело, Чарльз, – ответил котенок.

– А кто такой Чарльз? – спросил Том.

– Ясное дело, чемпион кошачьего района по шашкам, – ответил котенок.

– Ясно, – довольно промолвил Том. Иметь дело с чемпионом по шашкам куда приятнее, чем с каким-нибудь чемпионом по дракам.

Через несколько минут план, как себя вести в гостях у кошачьего чемпиона, был готов. Как всегда, идея плана принадлежала Джерри, но вот воплощать его в жизнь в основном должен был Том.

Особняк, в котором жил Чарльз, был небольшой, но довольно уютный. Дорожка, ведущая к парадной двери, напоминала шахматную доску, да и сама дверь была разрисована точно так же.

То, что в большой гостиной на полу лежал именно Чарльз, а не какой-нибудь другой кот, можно было легко догадаться по разложенным перед ним шашкам. Как все настоящие чемпионы, Чарльз все свое свободное время посвящал тренировкам.

Он так старательно продумывал свой очередной ход, что не расслышал, как в гостиную вошли Том и Джерри.

Не расслышал он и их приветствия, поэтому его пришлось повторить три раза. После третьего приветствия Чарльз наконец поднял голову и посмотрел на гостей. Его взгляд говорил только об одном: и зачем мне опять помешали?!

Тому и Джерри пришлось представиться в четвертый раз.

– Я много наслышан о вас, – сразу же приступил к делу Том, помня все наставления Джерри.

– Спасибо, – сухо сказал Чарльз. Видно, ему очень часто приходилось слышать различные похвалы в свой адрес, и они его мало волновали.

– Я представитель нью-йоркской организации «Коты и шашки», – после некоторой паузы промолвил Том и стал следить за реакцией чемпиона.

Реакция была великолепная.

– А что это за организация? – заинтересованно воскликнул Чарльз. – Я, кажется, ничего о ней не слышал!

– О, это совершенно новая организация, – пояснил Том. – Мы объединяем котов Нью- Йорка, играющих в шашки. На сегодняшний день наша организация насчитывает пятнадцать котов.

– Пятнадцать котов?! – радостно воскликнул Чарльз.

– Возможно, даже шестнадцать, – подумав, сказал Том. – Если, конечно, вы согласитесь к нам присоединиться.

– Я? Конечно! – в восторге заорал Чарльз. – Ведь в нашем районе практически не с кем играть! Какой интерес обыгрывать того, кто не умеет играть?! Поэтому и мое чемпионское звание как бы оправдывает себя только наполовину.

– Ничего, – пообещал Том, – вскоре оно сможет оправдать и свою вторую половину!

– Вы так думаете? – обрадовался Чарльз.

– Я уверен в этом, – сказал Том. – В перспективе наша организация «Коты и шашки» собирается объединить в свои ряды всех котов Америки, играющих в шашки. А более далекая перспектива – сделать нашу организацию всемирной.

– Здорово! – воскликнул Чарльз.

Джерри тем временем незаметно прошмыгнул в соседнюю комнату. Ему предстояло осмотреть все стены дома – возможно, на одной из них висит картина Хоторна.

– А вы, – с надеждой в голосе спросил у Тома Чарльз, – играете в шашки?

– Я? – замялся Том. – Я... да, конечно. Ведь я президент этой организации.

– Президент?! – воскликнул Чарльз.

– Да, – уже более убедительным тоном произнес Том. – Президент.

– Какая большая честь для меня! – Чарльз был на седьмом небе от счастья.

– Мне тоже очень приятно разговаривать с вами, – заверил Том.

– Я, конечно, могу показаться очень навязчивым, но вы не могли бы сыграть со мной партию? –робко произнес Чарльз, с надеждой глядя в глаза Тома.

– Что сделать? – не понял Том. Он не только никогда не играл в шашки, но даже очень смутно представлял себе, что это за игра.

– Сыграть. В шашки, – повторил Чарльз.

«Попался! – подумал про себя Том. – Как же я теперь выкручусь?! Говорил же Джерри, пусть он сам будет президентом этой организации и назовет ее «Коты, мыши и шашки», так нет, неправдоподобно, видите ли, получится! Зато сейчас все будет правдоподобно, когда я сяду играть с этим болваном! Хоть бы Джерри быстрее осмотрел этот дом!»

Но Джерри все не было и не было, пауза затягивалась, и Тому ничего не оставалось, как согласиться на предложение местного чемпиона по шашкам.

– Хорошо, – сказал он. – Но только один раз, потому что у меня очень мало времени!

– Не беспокойтесь, – скромно сказал Чарльз, – я не отниму у вас много времени. Такому шашечному специалисту, как вы, ничего не будет стоить обыграть меня в течение считанных минут. Ведь у меня очень маленькая практика таких игр.

«Ага, в течение нескольких минут, – усмехнулся про себя Том. – Хорошо бы затянуть эту игру как можно дольше, до появления Джерри. А еще лучше – вообще ее не начинать! И зачем я только согласился?!»

Но отступать было поздно.

Чарльз расставил на доске шашки.

– Какими будете играть? – спросил он у Тома.

«Если они у него только двух цветов – белого и черного, – подумал Том, – значит, и играть можно только либо черными, либо белыми».

– Черными, – сказал Том.

Чарльз взял с доски одну черную шашку, одну белую и спрятал их за спиной.

– Выбирайте, – сказал он.

– Что выбирать? – опять ничего не понял Том.

– Кто первым будет ходить, – улыбнулся Чарльз.

– Нет, нет, ходите вы первым! – воскликнул Том.

Для начала ему надо было хотя бы узнать, как делаются ходы.

Дрожащей от волнения лапой Чарльз взял с доски одну из белых шашек и передвинул ее немного вперед, на соседнюю клетку. Подумав, Том проделал то же самое с одной из черных шашек.

Чарльз тяжело вздохнул и молча, словно статуя, уставился на доску. Его молчание продолжалось несколько минут, и Тому уже начало казаться, что он сделал что-то не так, чем озадачил своего соперника, но, к счастью, статуя вдруг ожила и сделала свой второй ход.

«Оказывается, играть в шашки совсем легко, – с облегчением подумал Том, проанализировав очередное действие своего соперника. – Бери себе одну кругляшку и толкай ее вперед. А я уже было испугался. Посмотрим, может, я еще и выиграть смогу. Вот будет потеха!»

Том сделал свой ход. Но Чарльз неожиданно уставился на «президента» с недоумением в глазах.

– Что такое? – испугался Том.

– Но так не ходят, – растерянно сказал Чарльз.

– Как не ходят? – спросил Том.

– Вот так, как вы пошли, – Чарльз развел лапами. Это не по правилам!

– Как не по правилам? А как по правилам?

– Нельзя ставить шашки на белые клетки, – почему-то смущенно произнес Чарльз, будто это он сделал такую глупость.

– Разве? – с досадой произнес Том. – А у нас, в нью-йоркской организации «Коты и шашки», можно.

– То есть как можно? – удивился Чарльз.

– Да, представьте себе! Вообще, хочу вам сказать, что за последние годы шашечная мысль шагнула далеко вперед. То, что раньше нельзя было делать, теперь уже можно, а то, что раньше можно было делать, теперь, наоборот, нельзя, – сказал Том, и его голос с каждой фразой становился все тверже. – Это делает игру более интересной и непредсказуемой. Ведь играть по одним и тем же правилам скучно! – воскликнул он. – То ли дело, когда игрок не знает, по каким правилам будет играть его соперник. Вот где азарт! Такая форма игры приобретает в мире все большую популярность!

– Странно, – сказал Чарльз, – никогда об этом не слышал.

– Провинция, что вы хотите, – вздохнул Том. – Но ничего, вступив в нашу организацию, вы сможете разъезжать по всему миру, вы будете в курсе всех шашечных новостей! Это я вам гарантирую!

– Извините, – пробормотал Чарльз, – я как-то не готов к такой игре. Можно мы с вами доиграем по старым правилам?

– По старым? Что ж, давайте по старым, – нехотя согласился Том и тут же предупредил: – Но мне так играть тяжеловато – привычка!

Чарльз долго думал и наконец сделал очередной ход.

«Здесь, оказывается, еще можно думать! – наконец дошло до Тома. – Вот что можно использовать!»

И он начал думать. Он думал минуту, две, три, он чесал голову и лоб, он вздыхал и охал.

Наконец, поймав на себе недоуменный взгляд Чарльза, передвинул вперед одну черную шашку. Однако после этого взгляд Чарльза стал еще больше недоуменным.

«Черт побери! – подумал Том. – Что я опять не так сделал?!»

– Но ведь я вас так побью... – растерянно произнес Чарльз.

– Что? – закричал Том. – Меня? – И он тут же выпустил свои острые когти. – Ах ты, чемпионишка! Да я тебя одной левой! Да мне подавай десять таких сопляков, я справлюсь со всеми! Да я...

– Вы меня неправильно поняли! – испуганно закричал Чарльз. – Я хотел сказать, что побью вашу шашку!

– Зачем же ее бить? – недоуменно спросил Том. – К тому же она пластмассовая.

– Да, – с сожалением в голосе произнес Чарльз, – видимо, за эти годы шашечная мысль, действительно, шагнула очень далеко вперед!

И он принялся объяснять смысл понятия «побить шашку». Том слушал очень внимательно и наконец сказал:

– Да, теперь я понял, что вы имели в виду. Во всем шашечном мире теперь это называется «совершить вынужденную посадку». Это звучит не так агрессивно. Мы выступаем против всякой агрессивности. Игра в шашки – самое мирное занятие в мире.

– Красиво звучит, – признался Чарльз.

Он посмотрел на доску и сказал:

– Да, но зачем вы так пошли? Ведь сейчас я совершу вынужденную посадку!

Том почесал голову.

– Видите ли... дело в том...

– Я понимаю, – с сожалением в голосе сказал Чарльз, – вы опытный игрок и, наверное, просчитали партию на десять шагов вперед и уже видите мое поражение.

– Да, – согласился Том. – Просчитал.

– Ну, что же, я все равно не буду сдаваться и доиграю эту партию, – вздохнул Чарльз.

«А вот этого и не надо было бы!» – со злостью подумал Том.

Наконец появился Джерри.

– Играете? – спросил он бодро и, незаметно для Чарльза, развел лапами, мол, никакой картины в доме нет.

Чарльз что-то пробормотал себе под нос, не поднимая головы.

– Пора сматываться! – прошептал Джерри Тому.

Том молча кивнул на Чарльза.

В этот время Чарльз как раз сделал очередной ход.

Джерри подошел к доске, взял в лапы одну из черных шашек, повертел ее немного и поставил обратно на доску.

Чарльз долго молчал и вдруг как закричит:

– Какой позор! Какой позор!

– Что такое? – испугались Том и Джерри.

– Я проиграл! – кричал Чарльз. – Я проиграл на первых ходах! Какой позор!

– Ничего, приятель, – успокоился Джерри. – Просто надо больше тренироваться.

И он потянул Тома к выходу.

– Где ты так ловко научился играть в шашки? – недоуменно спросил Том, когда они оказались на улице.

– Играть? – усмехнулся Джерри. – Я просто хотел посмотреть, из чего они сделаны.

Дом, где жил хозяин еще одного «форда» вишневого цвета, найти было тоже не сложно. То ли местные коты были слишком разговорчивые и отзывчивые, то ли Том и Джерри своим видом вызывали сострадание и желание помочь, но не прошло и часа, как приятели уже стучали в дверь следующего дома.

– Или там живут глухие, или там никого нет, – недовольно ворчал Том, изо всех сил барабаня в закрытую дверь.

Наконец из-за двери послышался глухой кошачий голос:

– Кто там?

– Свои! – пропищал Джерри.

– Кто это – свои? – в голосе того, за дверью, слышалось недоверие.

– Мы из комиссии по разделу имущества, – грозно сказал Том.

– Я не знаю никакой такой комиссии, – после минутной паузы послышалось за дверью.

– Это естественно, – крикнул Джерри, – поскольку она только вчера была создана.

За дверью наступила тишина.

– По-моему, он там уснул, – не выдержав, прошептал Том. – А может, ушел?

– Вряд ли, – сказал Джерри. И, постучав в дверь, крикнул: – Эй, вы слышите нас?

– Но какое мне дело до какой-то комиссии, – наконец сказал тот, кто стоял за дверью.

– Зато нам есть до вас дело! – сердито воскликнул Джерри.

За дверью молчали.

– Эй, вы слышите?! – вскричал Том.

Дверь осторожно отворилась.

У порога стоял старый кот и смотрел на непрошеных гостей со страхом и изумлением. Со страхом, потому что он ужас как боялся всяких разбойников, и с изумлением, потому что впервые в жизни видел, чтобы к нему вместе с котом пожаловала мышь. Возможно, лет пару назад при виде Джерри он бы тут же выпустил когти и набросился на него, но теперь кот был уже слишком старым, почти ничего не видел, а когти и зубы его так притупились, что от них почти ничего не осталось.

– Что же вы заставляете нас так долго ждать? – сразу же правильно оценив обстановку, строго спросил Джерри. – Мы же все-таки не в гости к вам пришли!

– Да, но я вас и не приглашал...

– Нас не надо приглашать. Мы сами придем, когда надо. Понятно?

– Не совсем... – честно признался старый кот.

– Сейчас все поймете, – пообещал Джерри. – Вас как зовут?

– Мистер Лу.

– Приезжий? – осведомился Том.

– Да, – виновато промолвил старый кот.

– Так вот, мистер Лу, – заявил Джерри, – ваш дом подлежит сносу.

– Я знаю, это должно произойти через пять лет.

– Правильно, но ваш хозяин собирается выехать отсюда не сегодня-завтра.

– Разве? – удивился мистер Лу.

– Да, – уверенно сказал Джерри, словно только что отобедал с хозяином мистера Лу в каком-нибудь ресторане. – Возможно, вас он заберет с собой, а возможно, и нет, учитывая ваш преклонный возраст.

Мистер Лу опустил голову. Он и сам об этом не раз подумывал.

– Если вы останетесь здесь, то у вас могут возникнуть некоторые проблемы, – предупредил Джерри.

– Что вы имеете в виду? – испугался мистер Лу.

– Видите ли, дом, в котором вы живете, очень большой. Можно сказать, даже слишком большой для проживания в нем одного жильца. А вы, наверное, знаете, как остро у нас, котов, сейчас стоит квартирный вопрос.

– Да, – тихо сказал мистер Лу, – я слышал, что в нашем районе развелось очень много бродячих котов. Они чуть ли не каждую ночь орут под нашими окнами.

– Пожили бы вы так, как они, вы бы тоже орали каждую ночь, – с презрением в голосе сказал Джерри. – Так вот, если вы здесь останетесь, вам, вероятно, придется потесниться.

– Но я привык жить в одиночестве... – пробормотал мистер Лу. – Я не переношу шумных компаний. Мне нужна тишина. Я читаю серьезные книги, которые требуют сосредоточенности, вдумчивости... Я привык думать...

– Сейчас у вас будет время и о чем подумать, – пообещал Том. – Но только после нашего ухода. Сейчас же мы с приятелем должны будем пройтись по дому, чтобы прикинуть, сколько котов сюда можно будет заселить.

– Какой ужас! Мне нужна тишина! – повторял мистер Лу, следуя за Томом и Джерри. – Я читаю серьезные книги.

– Кроме того, – сказал Джерри, остановившись посреди просторной комнаты, – все имущество, которое останется здесь после выселения вашего хозяина, тоже станет общим. Все должно быть разделено по справедливости.

– По справедливости... какой ужас... по справедливости... – бормотал мистер Лу.

– Здесь ее нет, – вполголоса обратился Джерри к Тому. – Пойдем дальше.

Так они обошли все комнаты. Картины нигде не было.

Раздосадованный Джерри обернулся к мистеру Лу и твердо сказал:

– Пожалуй, сюда можно будет заселить котов десять!

– Десять котов! – возмутился мистер Лу. – В четыре комнаты?!

– А что здесь такого?! – пожал плечами Джерри. – Квартирный вопрос у нас стоит очень остро!

– Но ведь это же... это же неслыханно! Десять котов в четыре комнаты! Мне же необходима тишина! Я не переношу шума! И потом, эта общая кухня – это же страшно представить, что это такое!

– От этого еще никто не умер! – бросил Джерри, направляясь к выходу. – Некоторые в такой обстановке всю жизнь живут, а вы всю жизнь как сыр в масле катались.

– Как сыр в масле?! – всем телом задрожал мистер Лу. – Да что вы знаете о моей жизни?! Я, может, пять лет жил в подворотне, а до этого полмира исколесил не по своей воле, и только сейчас почувствовал себя настоящим котом...

– Хорошо, – оборвал его Джерри, – напишите обо всем этом в своем заявлении. И как можно подробнее. Возможно, комиссия по распределению имущества учтет это. Пишите, а мы завтра заберем вашу бумагу.

Последние слова Джерри произносил, уже выходя из дома.

Следующая дверь, в которую собирались постучать Том и Джерри, открылась раньше, чем они подошли к ней. На пороге появилась молодая ангорская кошка и, глянув на небо, недовольно произнесла:

– Ах, кажется, сегодня опять будет дождь и я не смогу погулять по городу.

Том и Джерри тоже посмотрели на небо, но не увидели на нем ни одной тучки.

– Странно, – сказал Том, первым приблизившись к ангорской кошке, – почему вы решили, что будет дождь? Небо чистое, словно его несколько часов протирали тряпочкой.

– Но разве вы не видите, как душно? Когда душно, всегда надо ждать дождя, – пояснила кошка. – Ах, кажется, я сегодня не смогу погулять по городу! Ну, почему мне все время так не везет?!

Том и Джерри поняли, что сейчас им предстоит иметь дело с самым капризным созданием из всех, с которыми им доводилось встречаться в последнее время.

Впрочем, сама Лоретта – так звали ангорскую кошку – поняла это значительно раньше. Но позволять себе капризничать тогда, когда ей этого захочется, Лоретта могла по нескольким причинам.

1. Она была красива. Красивым кошкам всегда прощается многое из того, за что другие получают хорошую трепку.

2. Она жила в большом красивом доме у хорошего хозяина, который ни в чем ей не отказывал. Достаток и личное благополучие иногда очень плохо влияют на характер.

3. Наследственная. Мать Лоретты была еще более капризной и придирчивой.

Лоретта направилась обратно в дом, словно тут же забыв о Томе и Джерри. Но, прежде, чем она захлопнула за собой дверь, приятели успели проскочить в дом.

– Мы к вам по очень важному делу, – сказал Том и представился: – Том, владелец магазина. А это мой компаньон, Джерри. – Он кивнул на мышонка.

Джерри поклонился.

– Ой, какое славное создание! – воскликнула Лоретта и хотела взять Джерри в лапы, но тот предусмотрительно отбежал на безопасное расстояние. – Не бойся, я мышей не ем. Я вегетарианка...

Джерри последнее слово ни о чем не говорило, поэтому он остался стоять на месте, готовый в любое мгновение отразить нападение.

– Мы к вам по делу, – снова обратился к Лоретте Том.

Лоретта молча уставилась на Тома своими большими глазами.

– Я знаю, что вы самая большая ценительница моды в кошачьем районе, – сказал Том, – и поэтому решил обратиться именно к вам.

Лоретта никогда не думала, что она считается здесь самой большой ценительницей моды, и слышать подобные слова ей было очень приятно.

– Я только что открыл магазин мод, – продолжал Том. – В нем можно купить все, что хотели бы приобрести самые привередливые в выборе коты и кошки, – шляпки, зонтики, очки и многое другое.

– Это интересно, – в голосе Лоретты послышалась заинтересованность.

– Но я хотел бы не только продавать, но и демонстрировать новые модели, – сказал Том. – Для этого мне нужна манекенщица.

– И вы считаете... – начала Лоретта и не закончила, не в силах поверить в то, что ей собирались предложить.

– Да, – сказал Том, – я считаю, что лучшей манекенщицы, чем вы, найти невозможно.

Наверно, очень трудно найти другие слова, которые бы так нравились кошкам.

– Что же мы стоим у порога?! – воскликнула Лоретта. – Пройдемте в комнаты, я должна вас непременно чем-нибудь угостить.

Это предложение было как нельзя кстати. Том и Джерри ничего не ели со вчерашнего дня.

– Молоко? Сметану? Колбасу? – спросила Лоретта, обращаясь к Тому.

– Да, молоко... или сметану... и колбасу, – не знал, на чем остановить свой выбор, голодный Том.

– И сыр! – напомнил о себе Джерри.

– Да, конечно! – улыбнулась ангорская кошка.

Один за другим отправляя в рот кусочки колбасы, Том рисовал перед Лореттой радужные картины их совместного проекта:

– Вот увидите, – говорил он, – о нас услышит весь кошачий мир! Мы будем ездить со своими новыми моделями в Париж, в Рим, в Лондон!

– В Лондоне сыро! – поморщилась Лоретта.

– Ну хорошо, мы не поедем в Лондон, – согласился Том. – Мы поедем в Париж, в Рим, в Москву!

– В Москве грязно! – еще больше поморщилась Лоретта.

– Ну хорошо, мы не поедем в Москву, – вздохнул Том. – Мы будем ездить туда, где сухо, чисто и нет собак.

– Да, – согласилась Лоретта, – собаки – это ужасно!

– Кстати, – заметил Том, – у вас большой дом.

– Большой, – не стала спорить Лоретта. – Мне нравятся большие дома.

– Для начала мы могли бы демонстрировать новые модели в нем, – осторожно сказал Том.

– А как же ваш магазин? – напомнила ангорская кошка.

– Можно, конечно, и в нем, – неуверенно произнес Том, – признаться, поначалу я так и думал, но ваш дом намного больше и просторнее моего магазина. Мы могли бы приглашать сюда намного больше зрителей и имели бы с этого больший доход.

– Это неплохая идея! – обрадовалась Лоретта. – Мне она нравится!

– Тогда, может, давайте как следует осмотрим его? – предложил Джерри, к этому времени покончивший с большим куском сыра.

Лоретта была не против.

Они переходили из комнаты в комнату. Том и Лоретта увлеченно обсуждали планы своего дальнейшего сотрудничества, а Джерри тем временем искал картину. Он не только осматривал стены, но и залезал в столы, рылся в шкафах, лазал под кровати, под подушки.

Картины не было.

Поняв это, Том как-то сразу охладел к совместному с Лореттой проекту. Чем больше восклицаний вырывалось из уст ангорской кошки, тем рассеяннее становился Том. Он уже не слушал, что говорила ему Лоретта, и отвечал ей невпопад.

– Со временем мы сможем даже выпускать свой журнал мод! – восклицала ангорская кошка.

– Да, всех будем впускать, всех, – соглашался Том.

– Одного магазина нам будет мало! – восклицала ангорская кошка.

– Да, к сожалению, в моем магазине товара пока мало, – отвечал Том.

К счастью, Лоретта была так увлечена своими мечтами, что тоже не слышала, что ей говорил Том.

Джерри смотрел то на Тома, то на Лоретту и ему казалось, что перед ним стоят двое сумасшедших.

– Нам пора уходить! – громко крикнул он.

– Да-да, – очнулся Том. – У нас сегодня очень много дел!

– Я очень буду вас ждать завтра, – сказала на прощание ангорская кошка.

– Мы непременно придем, – пообещал Джерри.

– Опять неудача! – вздохнул Том, когда они оказались на улице.

– Не грусти, приятель, наши шансы заполучить картину растут с каждым часом! – бодро сказал Джерри.

– Это почему? – не понял Том.

– Потому что, чем больше домов мы обходим, тем меньше нам остается обойти. А значит...

Джерри не договорил. Его глаза стали такими большими, какими только большими можно представить себе глаза мышонка.

– Ты чего? – удивился Том.

– Ка... ка... – пробормотал Джерри.

– Что «кака»? – не мог понять Том.

– На... на... – перешел на другой слог Джерри.

– Что «нана»? – начал злиться Том. – Ты можешь говорить нормально?!

Джерри кивнул головой в сторону дороги.

Том глянул туда, куда показывал Джерри, и остолбенел.

На переходе, дожидаясь, когда загорится зеленый свет, стоял Артур, сосед мраморной кошки. Но не это больше всего удивило Тома и Джерри. Под мышкой Артур держал картину, за которой они охотились уже несколько дней!..

Артур не мучил себя мыслями, как втереться в доверие к жителям кошачьего района, – с ролью несчастного сына, который ищет своего отца, он великолепно справлялся.

Со страдальческим выражением на мордочке и перевязанной лапой он переходил от одного дома к другому, рассказывал свою страшную историю о том, как его ограбили, потом обязательно находил повод, чтобы осмотреть дом, и, не найдя картины, с сожалением удалялся.

Этот небольшой дом был уже третьим на его пути. Какой-то облезлый кот, безучастно наблюдающий, как всего в нескольких шагах от него воркуют два голубя, сказал Артуру, что именно у этого дома почти каждый день останавливается «форд» вишневого цвета. Артур тут же рассказал ему душераздирающую историю об украденных деньгах и пообещал, что, как только деньги будут возвращены законному владельцу, он непременно перешлет ему несколько долларов за ценную информацию.

Облезлый кот не очень верил в такую щедрость, но тем не менее поблагодарил незнакомца.

– Может, когда-нибудь свидимся, – сказал он безразличным голосом.

Артур без труда перелез через железные прутья высоких ворот и через минуту оказался у входной двери.

Ему долго не открывали.

«Спит, наверное, – подумал Артур про кота, который, как ему сказали, ведет здесь затворнический образ жизни и очень редко выходит на улицу. – Небось, на хозяйской постели разлегся, пока дома никого нет».

Наконец дверь начала отворяться.

Артур тут же придал страдальческое выражение своей хитроватой мордашке.

Одного взгляда на появившегося в проеме двери кота было достаточно, чтобы Артур понял: перед ним обыкновенный туповатый лопух, которому можно рассказывать сказки про то, как он, Артур, например, победил десяток голодных и злых собак.

– Я, наверное, вас разбудил?! – извиняющимся тоном произнес Артур. – Мне, наверное, не следовало так долго стучать в дверь?!

– Ничего, я не спал, – ответил затворник, хотя, судя по его заспанным глазам, вряд ли это было правдой. – Вы ко мне?

– Возможно, – вздохнул Артур. – Я ищу своего отца.

– Отца? – удивился заспанный кот.

– Да, своего отца, – повторил Артур. – Как вас зовут? – неожиданно спросил он.

– Гораций.

– Прелестное имя, – сказал Артур. – Так вот, Гораций, я уже целую неделю ищу своего отца.

– Зачем он вам? – спросил Гораций. – Я, например, вообще ничего не знаю о своем отце, но мне это и неинтересно.

– А как же сыновний долг? – грустно улыбнулся Артур.

– Какой долг? – не понял Гораций.

– Давайте пройдем в дом, здесь что-то дует, – предложил Артур.

– Да, конечно, извините, – Гораций пропустил гостя вперед.

Когда они оказались в большой комнате, Артур продолжил свою мысль:

– Все мы всегда что-то должны своим родителям, хотя иногда об этом даже не догадываемся. Я, например, должен своему отцу несколько тысяч долларов.

Гораций присвистнул:

– Несколько тысяч долларов?

– Да, – вздохнул Артур.

– И вы ищете своего отца, чтобы отдать их ему? – недоуменно спросил Гораций.

– Нет, – ответил Артур, – я ищу своего отца, чтобы сказать ему, что их у меня нет.

– Понимаю, – улыбнулся Гораций. – Вы их на что-то потратили?!

«А он не такой уж лопух, как мне вначале показалось!» – подумал Артур, а вслух произнес:

– Нет, не угадали.

– Вы их потеряли?! – вырвалось у Горация.

– Нет, – сказал Артур.

– Где же они?! – удивленно воскликнул Гораций.

– Их у меня украли!

Артур произнес эти слова таким печальным голосом, что даже сам поверил в их искренность.

– Украли?! – вскричал Гораций.

«Нет, он все-таки лопух!» – решил Артур.

– Видите? – Артур вытянул вперед перебинтованную лапу. – Видите, что они со мной сделали?

– Кто, они? – испуганно спросил Гораций.

– Грабители! – грозно произнес Артур.

Гораций отшатнулся, словно грабители оказались прямо перед его носом.

– Они вас пытали? – дрожащим голосом спросил он.

– Да, – прикрыл глаза Артур, давая понять, что ему очень тяжело об этом вспоминать. – Они унесли с собой все деньги, которые остались после смерти матери.

Видя, что он имеет дело с наивным трусом, Артур сразу же понял, как себя вести дальше.

– Вообще, в последнее время в Нью-Йорке развелось очень много грабителей, – обреченно произнес он. – Кстати, у вас они еще не бывали?

– У меня? – с трудом выдохнул Гораций. – Но у меня же нечего грабить!

– Ну, грабить всегда найдется что, – уверенно сказал Артур. – У вас или у вашего хозяина.

– Но при чем здесь я?

– Станут они разбираться! – ухмыльнулся Артур. – А сюда они непременно когда-нибудь нагрянут. Здесь есть чем поживиться!

Артур переходил из одной комнаты в другую и кивал на все, что попадалось на глаза:

– Вот этим, например. Или вот этим.

И вдруг он замер. Его взгляд упал на картину, которую он несколько дней назад видел на стене в доме у мраморной кошки. Несомненно, это была та картина, о которой говорили Том и Джерри.

Артур медленно перевел свой взгляд с картины на Горация и спросил как ни в чем не бывало:

– Кстати, а что вы собираетесь делать, когда грабители ворвутся в этот дом?

– Не знаю... – честно признался Гораций. – Я вообще-то об этом не задумывался...

– И очень зря! – как-то чересчур радостно воскликнул Артур.

– А что же мне надо делать?

– Прятаться! Вам необходимо спрятаться так, чтобы вас не нашли! Ну-ка, идите в ту комнату и попытайтесь где-нибудь спрятаться. Через пять минут я зайду и попытаюсь вас найти.

– Хорошо, – согласился растерянный Гораций и, пошатываясь, направился в соседнюю комнату.

Через приоткрытую дверь было видно, как он, сопя, взбирается на кровать и прячется под подушкой.

Артуру потребовалась всего одна минута, чтобы снять картину и неслышно покинуть дом.

«А ловко у меня получилось! – с гордостью думал он. – Проще простого!»

– Держи его! – закричал Том, и это было его ошибкой.

Услышав крик, Артур оглянулся. Увидев бегущих к нему Тома и Джерри, он сильнее прижал к себе картину и рванул на красный свет.

Машины сигналили, визжали тормоза, едва не наскакивая друг на друга, но ни Артур, ни Том и Джерри не замечали их.

– Держи его! Держи! – кричали преследователи.

Расстояние между ними и Артуром то увеличивалось, то сокращалось. Прохожие, идущие по тротуару, наблюдали странную картину: за котом гналась мышь, за которой едва успевал другой кот!

– Теперь она наша! – подбадривал себя и Тома Джерри. – Сейчас мы его догоним!

– Я не могу больше бежать! – жаловался Том. – Я устал!..

– Это потому, что ты спишь целыми днями и не занимаешься спортом!

– Можно подумать, что этот воришка занимается спортом, – не соглашался Том. – А вон как мчится, да еще с картиной под мышкой!

– Это его страх гонит! – объяснял Джерри. – Он знает, если попадет к нам в лапы, то лишится не только картины, но и жизни!

Расстояние между Артуром и Томом и Джерри опять сократилось.

– Эй, слышишь?! – крикнул Джерри. – Остановись, нам с тобой побеседовать нужно!

– Сначала догоните, тогда и побеседуем! – ответил Артур.

– Когда мы тебя догоним, тогда никакие слова не понадобятся! – пообещал Джерри.

– Хвастуны!

– Воришка!

– Сами такие!

– Мы хотим вернуть картину хозяевам!

– Так я вам и поверил!

– Честное слово!

– Ищите дураков в другом месте!

– Слышишь, отдай картину по доброй воле, иначе тебе придется худо!

– Напугали!

Артур прибавил скорости, и расстояние между ним и Томом и Джерри опять увеличилось.

– Никогда еще так не бегал! – пыхтел Том.

– Ничего, это полезно, – подбадривал его Джерри.

– Может, кому и полезно, – не соглашался Том, – а для меня, чувствую, это добром не закончится.

Еще раз перебежав улицу, Артур бросился в раскрытые ворота и исчез на территории большого особняка.

– Черт побери! – закричал Джерри. – Здесь нам его не найти!

Особняк утопал в зелени деревьев и кустарников. Огромные цветочные клумбы свидетельствовали о том, что здесь живут очень зажиточные люди. Вокруг было столько цветов и от них исходил такой приятный аромат, что у Тома и Джерри поневоле закружились головы.

– Хорошее место для игры в прятки, – усмехнулся Том. – Можно целый день искать и не найти.

– Он должен быть где-то рядом, – сказал Джерри. – Он не мог далеко убежать!

Мышонок прошелся вдоль одной из клумб, остановился и крикнул:

– Эй, воришка, выходи, мы знаем, что ты здесь!

Никто не отозвался.

– Выходи, мы ничего тебе не сделаем! – пообещал Том. – Слышишь?

Однако если Тома и слышали, то не хотели, чтобы ему было известно об этом.

– Зачем тебе эта картина? – спросил Джерри, меняя тактику. – За нее тебе не дадут и пяти центов.

Очевидно, Артур был не согласен с этим утверждением Джерри, потому что молчал, словно рыба.

– Хорошо, – подумав, произнес Джерри более мягким голосом, – эта картина, действительно, необычная. Она может приносить ее владельцу большие деньги!

Том с ужасом посмотрел на Джерри.

– Ты что, с ума сошел?! – прошипел он. – Зачем ты говоришь об этом?!

– Спокойно! – прошептал Джерри. – Если он искал ее, значит, он и так знает, что она необычная!

И Джерри опять закричал:

– Но получить эти деньги сможет только тот, кто знает секрет картины. А его знаем только мы с Томом! Верни картину, и мы расскажем тебе ее секрет и примем в свою компанию. Ты сможешь стать богатым!

– Очень богатым! – добавил Том.

И на это предложение никто не отозвался.

– Хорошо, – сказал Джерри. – Мы даем тебе на размышление пять минут. Если же ты не согласишься...

Закончить свою мысль Джерри не успел. На бетонной дорожке неожиданно появилась большая собака. Настороженно подняв уши, она медленно приближалась к Тому и Джерри.

– Собака! – взвизгнул мышонок.

Тома не надо было предупреждать дважды. Услышав одно из самых страшных слов, которые он знал, Том бросился в кусты. Джерри решил, что оставаться на месте было бы глупо, и тут же последовал примеру своего приятеля.

– Держите их! – закричала собака.

Оказалось, что она была не одна. Собачий лай заглушил собой все другие звуки. Можно было подумать, что на этой усадьбе собрались собаки со всего Нью-Йорка.

В мгновение ока Том и Джерри выскочили через ворота на улицу. Следом за ними с картиной под мышкой мчался Артур. За Артуром бежало несколько собак.

Пробежав пару метров, собаки остановились. Потом остановился Артур. Наконец решили перевести дух Том и Джерри. Тяжело дыша, Том оглянулся и увидел Артура.

– Вот он! – закричал Том. – Хватай его!

Артур бросился было обратно, но там были собаки. Оказавшись зажатым с двух сторон, похититель картины выскочил на проезжую часть. Взвизгнули тормоза машины. Артур от страха выронил картину и со всех ног кинулся на другую сторону улицы.

Собаки, не рискнувшие бежать за ним, чтобы не оказаться под колесами машины, бросились навстречу Тому и Джерри.

Приятелям не оставалось ничего другого, как тут же развернуться и бежать обратно.

К счастью, собаки не стали демонстрировать свои спринтерские способности и вскоре вернулись обратно в усадьбу.

Том и Джерри посчитали глупым бежать, когда за ними никто не гонится, и тут же остановились. Они видели, как Артур выронил картину. Наконец у них появился шанс заполучить ее.

Но Артур тоже не собирался просто так уступать им картину. Стоя на другой стороне улицы, он ждал, пока немного уменьшится поток машин. К счастью, картина лежала посреди дороги, и машины не задевали ее.

Наконец улица постепенно стала пустеть, и теперь многое зависело от того, кто первый добежит до картины.

Но тут случилось непредвиденное. Одна из машин остановилась прямо у картины. Из машины вышел шофер – пожилой седовласый мужчина в очках и сером с иголочки костюме. Он наклонился над картиной, поднял ее и, повертев в руках, бросил на заднее сиденье. Машина тут же укатила дальше.

– Мы потеряли ее! Теперь мы навсегда потеряли ее! – закричал Том.

Не обращая внимания на машины, он бросился на другую сторону дороги, где стоял поникший Артур.

– Все из-за тебя! – закричал Том. – Что ты наделал?! Теперь мы никогда ее не найдем!

– Да ладно тебе убиваться! – неожиданно спокойно сказал Артур. – Жили же без картины! В конце концов, есть много других способов, как заработать деньги.

– Что?! – закричал Том, и в его глазах появилось столько злости, что Артур посчитал за лучшее поскорее убраться отсюда.

– Стой! – закричал Том.

Погоня продолжалась.

Больше всего в жизни мистера Торенса интересовала живопись. Леонардо да Винчи, Рафаэль, Тициан... В их окружении мистер Торенс бывал чаще, чем в кругу своих друзей. Впрочем, и друзей особых у него не было. Как и семьи. Мистер Торенс жил один в большом доме. Если, конечно, не считать домработницы, миссис Уоллес, женщины, которая каждое утро приходила убирать в доме мистера Торенса.

Миссис Уоллес не любила живопись, ничего в ней не смыслила, и это несколько раздражало мистера Торенса, потому что он мог часами говорить о каком-нибудь известном или даже не очень известном произведении.

В доме было восемь комнат, и в каждой из них на стенах висели картины. Конечно, большинство из них были репродукции, но можно было встретить и оригинальные творения, за которые мистер Торенс платил большие деньги.

Сегодня у мистера Торенса было очень хорошее настроение. Во-первых, мистер Торенс только что вернулся из Музея изобразительного искусства, где через неделю должна открыться выставка его частной коллекции, о которой там все очень тепло отзывались – значит, выставка могла принести ему неплохой финансовый доход.

Во-вторых, мистеру Торенсу было предложено во время выставки прочитать школьникам несколько лекций по искусству средних веков – когда-то мистер Торенс был очень известным Нью-Йорке лектором-искусствоведом.

В-третьих, возвращаясь домой, мистер Торенс прямо на дороге нашел небольшую картину, судя по всему, очень старую. Конечно, особой художественной ценности она не представляла, но было в ней что-то таинственное, непонятное. К тому же мистер Торенс любил старину.

– Миссис Уоллес, посмотрите, какую интересную вещицу я нашел сегодня на дороге! – с порога воскликнул мистер Торенс. – Просто удивительная вещица!

Миссис Уоллес, протиравшая пыль на книжном шкафу, бросила тряпку и поспешила к старику. Ей было любопытно, какую же вещицу Торенс мог назвать удивительной. Но едва она увидела в его руках картину, как ее любопытство сразу же куда-то улетучилось. Но, стараясь угодить мистеру Торенсу, она сказала:

– Да, неплохая штука, хоть немного и мрачноватый. И зачем ее выбросили?

– Выбросили?! – вскричал мистер Торенс. – Да что вы такое говорите! Разве такие вещи выбрасывают?!

– Но вы же сами сказали, что нашли ее на дороге, – пожала плечами миссис Уоллес.

– Если вещь лежит на дороге, это еще не говорит о том, что ее выбросили, – наставительно произнес старик. – Тем более, когда речь идет о картине. Картины не выбрасывают. Это же произведение искусства, а не кастрюля какая-нибудь! Понятно?

Миссис Уоллес поняла, что угодить привередливому старику ей сегодня не удалось, и она решила дальше говорить то, что думала:

– А по-моему, – сказала миссис Уоллес, – от кастрюли больше проку, чем от такой вот мазни, – она ткнула пальцем в картину, которую мистер Торенс нашел на дороге. – В кастрюле можно суп сварить, а картину кроме стены никуда больше и не пристроишь.

– Суп сварить?! – Мистер Торенс воспринял эти слова миссис Уоллес как оскорбление не только в свой адрес, но и всего мирового искусства, всех – Леонардо да Винчи, Рафаэля, Тициана... – Да как вы можете такое говорить?! – возмутился он. – Как вам не стыдно?!

– Но почему мне должно быть стыдно? – искренне удивилась миссис Уоллес. – Вот вы, например, не смотрите «Санта-Барбару», но я же не упрекаю вас в том, что вы плохо отзываетесь об этом фильме.

– «Санта-Барбару»? – взорвался мистер Торенс. – Да как вы можете сравнивать?!

– Могу! – воскликнула миссис Уоллес. – «Санта-Барбару» смотрит вся Америка, а вашу выставку хорошо если несколько сотен человек посмотрит!

Миссис Уоллес поняла, что сказала лишнее.

– Ма... ма... мою выставку не... не... несколько сотен?.. – задыхаясь от негодования, проговорил мистер Торенс. – Са... са... «Санта-Барбару» вся Америка?

– Извините, я погорячилась, – сказала миссис Уоллес.

Старик схватился за голову.

– Но как можно сравнивать?..

– Извините, – еще раз попросила миссис Уоллес.

– Да я... да мне... Да мне завидуют все частные коллекционеры Америки... Как же можно сравнивать?.. Ведь это же Рафаэль, а это...

– Может, вам кофе приготовить? – Миссис Уоллес попробовала переключить старика на другую тему.

– Да... кофе... приготовить... – пробормотал мистер Торенс.

Настроение было испорчено.

Мистер Торенс тяжело опустился в кресло и поднес найденную на дороге картину к лицу, чтобы внимательнее рассмотреть ее. В правом нижнем углу ее была небольшая железная табличка. Мистеру Торенсу показалось, что на табличке что-то написано. Но слова были еле заметны.

«Очевидно, они стерлись со временем, – подумал мистер Торенс. – После выставки надо будет показать картину специалистам, которые бы смогли установить ее точный возраст и прочитать, что было написано на табличке».

Уже который день Том и Джерри бродили по городу уставшие и голодные.

– Все зря, – в который раз повторял Том. – Как мы сможем найти картину в этом огромном городе? Ведь это сложнее, чем искать иголку в стогу сена! С ней могли сделать все что угодно – выбросить в мусорный ящик, порезать, сжечь – ведь никому и в голову не придет, что она представляет собой какую-то ценность.

– Она не горит, – напомнил Джерри. – К тому же, нетрудно догадаться, что это очень старая картина. А старые вещи многие коллекционируют.

– Ну и где нам искать этого коллекционера? – ухмыльнулся Том. – Нам же не один год понадобится, чтобы обойти все квартиры!

Джерри понимал, что Том прав, и поэтому не спорил с ним. Но и возвращаться домой с пустыми руками ему не хотелось.

– Мы должны что-нибудь придумать, – повторял Джерри.

– Ага, должны, только вот почему-то ничего не придумывается, – ворчал Том.

– Главное, не отчаиваться, – советовал Джерри. – Потому что, когда начинаешь отчаиваться, никакие мысли вы голову не приходят.

Том старался не отчаиваться, но что-нибудь стоящее в голову все равно не приходило.

Судя по мрачному виду Джерри, ему тоже.

Так прошел день.

Потом прошел еще один.

Потом еще...

Как-то в полдень Том и Джерри присели отдохнуть около рекламного щита. Неожиданно внимание Джерри привлекла афиша, на которой большими буквами было написано:

На афише красовался большой портрет мистера Торенса.

– Смотри! – закричал Джерри. – Это же тот человек, который подобрал на дороге нашу картину!

Тома словно током ударило.

– В самом деле! – воскликнул он. – Как же нам узнать его адрес?

– По-моему, это совсем не обязательно, – задумчиво возразил Джерри.

– То есть как не обязательно? – удивился Том. – Что ты хочешь этим сказать?

– Я хочу сказать, что наша картина уже наверняка находится в музее.

– Ну и дела! – растерянно произнес Том. – Там же такая охрана! Как мы ее оттуда вынесем?

– Вначале нам необходимо убедиться, что она действительно там, – сказал Джерри.

Всем известно, что главный человек в музее – это билетер. От него зависит, попадете вы в музей или нет. Конечно, если у вас есть билет, то тогда вам никакой билетер не страшен, но если же у вас нет билета, все зависит от него. Ну, и от вашей смекалки, конечно.

Джерри не составляло никакого труда незамеченным проскочить около ног главного человека в музее, толстой и маленькой тетеньки, но Том сразу же был остановлен грозным окриком:

– Котам и прочим домашним животным в музей проходить запрещено!

«Ну, вот, – подумал Том. – Начинается! И чем, интересно, коты хуже людей?! Почему нас постоянно ущемляют в наших правах?!»

Том обиженно отошел в сторонку.

Вдруг он увидел, что к музею приближается группа иностранцев – человек десять, не меньше. «Попробую-ка я пройти вместе с ними, – решил Том. – Может, и не заметят».

Он затерся между ног подходивших к билетерше иностранцев и уже почти было прошел незамеченным, но в самый последний момент грозная тетенька опять окрикнула его:

– Я ведь уже говорила: котам и прочим домашним животным вход в музей запрещен! Чей это кот?

Иностранцы недоуменно переглянулись.

«Почему обязательно чей?! – обиженно подумал Том. – Будто кот не может быть сам по себе!»

– Ходят тут всякие бродячие коты! – грубо сказала билетерша. – Только работать мешают! А ну-ка, брысь, давай, иди отсюда! Небось, хочешь у кого-нибудь чего-нибудь поесть стащить?! Я вас всех насквозь вижу!

«Какие же злые бывают люди! – подумал Том. – Всегда о всех думают только плохо. И другим настроение портят, и себе».

Он опять отошел в сторонку – еще подальше.

– Что, не пускают? – вдруг услышал он над собой чей-то незнакомый, но очень приятный голос.

Том поднял голову. Над ним, улыбаясь, склонилась какая-то девушка.

– Первый раз вижу, чтобы котов интересовали музеи! – сказала она.

Том постарался сделать умное выражение лица, мол, да, интересуемся.

– Ладно, так и быть, возьму тебя с собой, – сказала девушка. – Может, ты, и правда, какой-нибудь ученый кот.

«Еще какой ученый! – хотелось воскликнуть Тому. – Уж такой ученый, что ученее не бывает!»

Девушка взяла Тома на руки.

«Интересно, как она собирается меня пронести? – подумал он. – Неужели тех котов, которые ходят пешком, не пропускают в музеи, а тех, которые ездят на руках, – всегда пожалуйста?! Ну и правила!»

Но девушка открыла свою сумочку и спрятала в ней Тома.

– Только сиди тихо! – предупредила она. – Иначе достанется и тебе, и мне!

«Ну, насчет этого не беспокойтесь! – подумал Том. – Буду сидеть словно мышь под веником!»

В одном из музейных залов девушка незаметно выпустила Тома.

– Ну, беги, – улыбнулась она. – Любуйся искусством. Надеюсь, тебе оно доставит удовольствие!

«Еще как доставит! – подумал Том. – Особенно одна картина, на которую вы, возможно, даже не обратите внимания».

В знак благодарности Том потерся о ногу девушки и помчался искать Джерри.

Мышонок сидел в углу небольшого зала и, казалось, с интересом слушал выступление лектора.

«Еще один ученый нашелся! – ухмыльнулся Том. – Вместо того, чтобы искать картину, он сидит себе развесив уши».

Но, взглянув на лектора, Том все понял. Это был тот самый человек, который недавно подобрал на дороге их картину.

«Значит, и картина, наверное, находится где-то здесь!» – радостно подумал Том.

Действительно, он вскоре увидел ее. Картина висела на стене, рядом с другими. На нее никто не обращал внимания. Конечно, кроме двух посетителей – Тома и Джерри.

Мистер Торенс тем временем читал свою лекцию.

– Мона Лиза была очень красива, – воодушевлено говорил он. – Создавая ее портрет, Леонардо да Винчи прибег к следующему приему: он приглашал музыкантов, которые играли на лире и пели, и шутов, которые постоянно поддерживали в ней веселое настроение. Все это предпринималось для того, чтобы меланхолия не исказила ее черты...

– Надо же, – прошептал Том, усаживаясь рядом с Джерри, – как не просто, оказывается, рисовать картины!

– Помолчи минуту, – отозвался мышонок, внимательно слушая лектора.

– Глаза «Мона Лизы», – продолжал мистер Торенс, – имеют тот блеск и ту влажность, которые постоянно наблюдаются у живого человека. Нос со своими прекрасными отверстиями, розовыми и нежными, кажется живым. Рот представляется не сочетанием различных красок, а настоящей плотью. Улыбка столь приятна, что, глядя на этот портрет, испытываешь более божественное, чем человеческое, удовольствие. Этот портрет был признан удивительным произведением, ибо сама жизнь не может быть иной.

– Никогда бы не подумал, что, глядя на картину, можно столько сказать о ней, – восхищенно прошептал Том.

– Конечно, – ухмыльнулся Джерри, – тебе ведь и думать-то нечем.

– К сожалению, моя «Мона Лиза» – это не подлинник, а всего лишь копия, – вздохнул мистер Торенс. – Впрочем, почему я говорю «к сожалению»?! Наверное, к счастью. Потому что кто бы ее видел в моем доме? Я да моя домработница. А ведь Лувр, музей, где она хранится, ежегодно посещают тысячи людей! Могу себе представить, – улыбнулся мистер Торенс, – во что бы превратился мой дом, если бы в нем побывало столько посетителей! Зато вот это, – он указал рукой на картину, за которой столько дней охотились Том и Джерри, – это точно подлинник.

– Смотри, смотри! – взволнованно прошептал Том. – Он говорит о нашей картине!

– Вижу, – ответил Джерри. – Не шуми так.

Посетители выставки – человек пятнадцать школьников – засмеялись.

– Между прочим, вы зря смеетесь, – сказал мистер Торенс, сам улыбаясь, – эта кар-тина тоже может рассказать о многом. Очень о многом!

– Он узнал ее секрет! – почти закричал Том. – Он все знает!

– Не суетись! – одернул его Джерри, хотя было видно, что он расстроен, не меньше Тома.

– Ведь этой картине, – продолжал мистер Торенс, – не менее двухсот лет! Да, да, двухсот лет! А может и значительно больше. Я, к сожалению, не очень большой специалист в этой области, но могу ручаться за свои слова. Такие вещи, если они не представляют собой никакой ценности, не хранятся бережно столько лет. И если мы узнаем ее автора, точное время ее написания, я уверен, мы откроем какую-нибудь удивительную тайну, пока скрытую от нас завесой веков.

– Не обнадеживайте себя зря, мистер лектор, – немного успокоившись, прошептал Том, – мы сделаем это раньше вас.

Вскоре мистер Торенс закончил свою лекцию. Школьники еще немного постояли около его коллекции и не спеша направились осматривать другие залы.

– Скоро музей будет закрываться, нам нужно где-то спрятаться, – сказал Джерри.

– Ты что, хочешь остаться здесь на ночь? – спросил Том.

– Уж не собираешься ли ты воровать картину прямо сейчас? – язвительно спросил Джерри.

– А разве он не заберет свои картины домой? – удивился Том, имея в виду мистера Торенса.

– Зачем же ему забирать их домой, если выставка только открылась и завтра утром они снова должны будут здесь висеть?

– Об этом я как-то не подумал, – признался Том.

– Чем совсем не удивил меня, – съязвил Джерри.

Музей изобразительного искусства был молодым музеем и не мог похвастаться большим количеством полотен знаменитых мастеров. Половина картин принадлежала перу современных художников, частично купленных, частично подаренных музею авторами.

В одном из залов было решено организовывать встречи с наиболее видными представителями современной культуры, для чего в нем сейчас проводились необходимые ремонтные работы. Здесь и решили спрятаться Том и Джерри.

Наступила ночь.

Том и Джерри осторожно выбрались из-под досок, где они прятались, пока музей не опустеет, и двинулись в зал, к заветной картине.

– Стой! – вдруг прошептал Джерри. – Ты слышал?

– Что? – не понял Том.

– Чей-то шепот.

– По-моему, тебе показалось, – сказал Том. – Кто здесь ночью может шептаться?!

Они двинулись дальше.

– А теперь? – вдруг снова остановился Джерри.

– Что теперь?

– Ты слышал, как что-то стукнуло?

– Нет, – повертел головой Том.

Дальше приятели шли еще осторожнее.

Вот и зал, где находится коллекция мистера Торенса.

И тут приятели увидели такое, что сразу не могли поверить своим глазам.

В зале орудовали воры!

Они одну за другой снимали картины из коллекции мистера Торенса, аккуратно вырезали их из рамок и скручивали в тоненькие трубки.

По всей вероятности, воры были уверены в своей безопасности, поскольку разговаривали спокойно и достаточно громко.

– Сегодня у нас неплохая ночь, не правда ли, Стив? – спросил один из них, аккуратно орудуя специальным ножом.

– Ты же знаешь, Крис, я не люблю делать выводы, пока не закончу работу, – ответил второй, но по его голосу можно было догадаться, что выводы он все же собирается сделать хорошие. – Вот когда доберемся домой, – мечтательно произнес он, – тогда и поговорим об этой ночи.

– И как все просто получилось! – изумленно воскликнул Крис. – В этом музее при желании может спрятаться человек двадцать – и никто не заметит!

– Не волнуйся, после этой ночи сюда и комар незамеченным не пролетит, – сказал Стив.

– Но нам-то уже будет все равно! – засмеялся Крис. – Ищи-свищи!

– Ну, не скажи! – не согласился Стив. – Я бы сейчас с большим удовольствием поработал в других залах. На картинах этого Торенса не долго проживешь, в основном ведь все копии. Хотя есть несколько...

– Но ведь, Стив, в остальных залах картины находятся под сигнализацией! – напомнил Крис.

– Знаю, – буркнул Стив. – Поэтому мы и работаем здесь, а не там.

– А эту картину будем брать? – спросил Крис.

Том и Джерри замерли.

Вор держал в руках картину их хозяев.

– Мазня какая-то, – добавил Крис.

Стив взял в руки полотно и, внимательно рассматривая его, сказал:

– Может, и мазня. А может, и не мазня. Ты слышал, как Торенс говорил про какую-то тайну этой картины?

– Слышал, – ответил Крис. – Правда, ничего не понял из его болтовни.

– Нам понимать и необязательно. Пусть понимают те, которые ее будут покупать.

– Пожалуй, ее и резать не стоит, – сказал Крис. – Она маленькая, и так в сумку войдет.

– Тогда засовывай.

– Что же нам делать? Что же нам делать? – простонал Том. – Они сейчас унесут ее!

– По-моему, отсюда не так-то просто выбраться, – задумчиво сказал Джерри.

Действительно, воры и не собирались покидать музей. Сложив в сумку картины, они разлеглись прямо на полу.

– Устал я сегодня, – сказал Стив.

– Да, работа у нас нервная, – согласился Крис, – быстро устаем.

– Ты только не вздумай уснуть, а то нас здесь утром быстро повяжут! – грозно произнес Стив.

– Не волнуйся, – заверил Крис, – я могу целую неделю глаз не закрывать!

– Смотри, а то они у тебя тогда навсегда закроются! – пообещал Стив.

Прошло несколько минут.

– Стив! – позвал Крис.

– Ну, что тебе?

– По-моему, один глаз у меня все же начинает закрываться! – жалобно сказал Крис.

– Я тебе сейчас закроюсь! – заворчал Стив.

– Хорошо, я понял, – вздохнул Крис.

– Смотри у меня! – сквозь сон пробормотал напарник.

Прошло еще несколько минут.

– Стив! – снова позвал Крис.

– Ну, что тебе? – нехотя отозвался тот.

– Теперь второй закрывается!

– Кто второй закрывается?

– Глаз!

– Чей глаз?

– Мой!

– Послушай, ты что, хочешь, чтобы нас посадили в тюрьму? Ты этого хочешь?

– Нет! – воскликнул Крис. – Что ты! Что я, сумасшедший?!

– Тогда не спи!

– Но ведь ужасно хочется!

– Ты же только что говорил, что можешь целую неделю не спать!

– Я думал, что могу, а оказалось, что нет, – виновато сказал Крис.

– Тогда не лежи, – посоветовал Стив. – Попробуй ходить из угла в угол. Когда ходишь, спать меньше хочется.

– Хорошо, я попробую, – вздохнул Крис.

Он поднялся и в полутьме стал бродить по залу.

Так прошла минута, другая.

Вдруг послышался грохот.

– А! Я не виноват! Это он! – закричал спросонья Стив. – Что такое?! Что случилось?! – Наконец он пришел в себя.

– Это я упал на тебя, – поднимаясь, глухо промолвил Крис.

– Болван! – рассердился Стив. – Ты что, ходишь и не видишь, что я здесь лежу?! Здесь не настолько темно, чтобы не увидеть лежащего на полу человека!

– Я ходил, ходил, – признался Крис, – а потом мои глаза стали все равно закрываться.

– Который час? – недовольно спросил Стив.

– Пять минут третьего, – взглянув на часы, с готовностью ответил Крис.

– Какой ужас! Еще целых семь часов до открытия музея! У нас осталось что-нибудь съедобное?

– Кусочек колбасы, – сказал Крис.

– Давай.

– Пополам? – спросил Крис, доставая из сумки завернутую в бумагу колбасу.

– Нет, по справедливости, – ответил Стив.

– Это как? – не понял Крис.

– Кто как работал, тот так и будет есть. Дай сюда.

Вор выхватил из рук своего напарника колбасу и поделил ее на две неровные части. Большую часть оставил себе, а меньшую протянул Крису.

– Впрочем, ты и этого не заслуживаешь, но, будем надеяться, потом отработаешь.

– Когда мы продадим эти картины, – мечтательно произнес Крис, жуя колбасу, – я куплю себе хороший дом и машину. Но сначала...

– Но сначала ты вернешь мне долг, – перебил его Стив. – А потом купишь себе хороший дом и машину. Если, конечно, останутся деньги.

– Да, конечно, – вздохнул Крис.

Минуту он молчал, видимо думая о своем незавидном положении, но вскоре опять заговорил:

– А еще хорошо бы яхту купить!

Эта идея понравилась Стиву, и он согласно кивнул своей большой головой:

– Да, яхта это хорошо!..

– Когда же, они наконец наговорятся?! – зло прошептал Том. – Если они уснут, мы подкрадемся и заберем у них нашу картину!

– Да, если бы они уснули, было бы здорово! – согласился Джерри.

Но воры не собирались засыпать. Они все беседовали и беседовали, то ссорясь, то мирясь, зато вместо них незаметно уснули Том и Джерри.

Том и Джерри проснулись от шума, стоящего во всех залах музея. Оказалось, что уже наступило утро и в музее появились первые посетители.

– Мы их проспали! – воскликнул Джерри и сразу же бросился к выходу.

Хоть мышонок и не сказал, кого именно они проспали, Том сразу понял, о ком идет речь. Воров в зале, где выставлялась частная коллекция мистера Торенса, уже не было. Том, долго не раздумывая, помчался следом за Джерри.

На этот раз им повезло. Стив и Крис еще не покинули музей. Они быстро смешались с толпой посетителей, делая вид, что только что появились здесь.

Том и Джерри остановились, наблюдая, что будет дальше.

Неожиданно в музей торопливым шагом зашел мистер Торенс. Он было сразу направился в зал, где проходила выставка его коллекции, но Стив, что-то шепнув Крису, бросился ему наперерез. Крис медленно, спокойно направился к выходу.

– Мистер Торенс! – закричал на ходу Стив, – я корреспондент газеты «Нью-Йорк стар» и хочу задать вам несколько вопросов.

Мистер Торенс удивленно посмотрел на Стива и сказал:

– Что ж, слушаю вас. Правда, я, к сожалению, ничего не слышал о вашей газете...

– О, это совершенно новое издание. Оно будет знакомить своих читателей с интересными людьми, с их общественной и личной жизнью. Вы, можно сказать, будете одним из тех, кто откроет нашу газету.

– Для меня это большая честь, – улыбнулся мистер Торенс. – Желаю вашему изданию большой популярности и долголетия!

– Спасибо! – поблагодарил мистера Торенса Стив. – А теперь, если можно, несколько вопросов.

– Пожалуйста, – кивнул головой мистер Торенс.

– Как давно вы начали собирать свою коллекцию?

– С двадцатилетнего возраста.

– А сами вы никогда не пробовали рисовать?

– Пробовал. Но эти рисунки не для широкой публики.

– У вас есть семья?

– На данный момент я живу один.

– Увлекаетесь ли вы чем-нибудь еще кроме коллекционирования картин?

– Нет. Я очень увлечен искусством, и оно отнимает у меня очень много времени.

– Большое спасибо! – слегка поклонился Стив. – Мы обязательно подарим вам первый экземпляр своей газеты!

– Буду признателен вам!

Мистер Торенс направился в зал, где выставлялись его картины, не зная, что произошло там прошлой ночью, а Стив, именно потому, что знал, что там произошло, быстрыми шагами направился к выходу.

– Ну и ловкач! – в один голос сказали Том и Джерри.

Им очень хотелось услышать, как поднимет сейчас тревогу мистер Торенс, не найдя на месте половины своей коллекции, но нельзя было упускать из виду Стива, и они пулей вылетели из музея.

Крис поджидал Стива на противоположной стороне улицы. К счастью для Тома и Джерри, они пошли пешком, и приятелям не составляло большого труда все время держаться от них на небольшом расстоянии и слышать все, о чем они говорили.

Воры не скрывали своих чувств и говорили громко, не боясь, что их кто-нибудь услышит.

– Получилось! – восклицал Стив. – Нам удалось их обвести вокруг пальца!

– Теперь им долго придется ломать голову, как это воры сумели проникнуть через запертую дверь! – поддакивал Крис. – Пусть поломают!

Воры свернули на другую улицу, потом еще на одну. Том и Джерри не отставали.

Так они дошли до большого многоквартирного дома. Как оказалось, здесь, на первом этаже была квартира Стива, в которой воры хранили украденное.

Когда Стив открывал дверь, Джерри незаметно проскочил в нее. Через полчаса мышонок помог пробраться в квартиру к Тому.

Стив направился к холодильнику, чтобы найти чего-нибудь поесть, как вдруг ему в спину полетела тарелка.

– Это еще что такое?! – зло крикнул вор и обернулся. – Ты что, с ума сошел?!

Однако на кухне никого не было.

– Крис, не прячься, – пробубнил Стив, – или если я найду тебя, то оборву твои большие уши.

Но ему никто не ответил.

Стив заглянул под стол, подошел к окну и отдернул штору– нигде-никого.

– Ну, подожди же! – Стив направился в другую комнату.

Крис как ни в чем не бывало, развалившись в кресле, смотрел телевизор.

– Ты что, пошутить надо мной вздумал?! – проревел Стив. – Так знай, что я за такие штуки могу оторвать твои грязные уши!

– Ты о чем? – недоуменно спросил Крис. – Какие шутки? Что случилось?

– Ты зачем бросил в меня тарелку?

– Я? Тарелку? Когда?

– Только что!

– Да как я мог бросить в тебя тарелку?! Я сижу и смотрю телевизор!

– Не прикидывайся!

– Да зачем мне прикидываться?!

– Что же она, по-твоему, сама полетела? По-твоему, в моем доме завелись летающие тарелки?

– Я не знаю, Стив, не знаю, – робко пролепетал Крис. – Может, здесь еще кто-нибудь есть?

– Ты что, считаешь меня вообще сумасшедшим или сам с ума сошел? Кто здесь может быть?!

Крис молча пожал плечами.

– Ладно, чтобы это было в последний раз, – примирительно сказал Стив. – Куда это я шел? Ты не помнишь?

– Кажется, взять чего-нибудь поесть.

– Ах, да!

Стив опять направился на кухню.

Но не прошло и минуты, как он влетел обратно в комнату, держась за макушку. К своему несчастью, Крис в этот момент как раз поднялся с кресла, чтобы тоже идти на кухню, и лоб в лоб столкнулся со Стивом.

– Ну, что, ты и теперь будешь утверждать, что ничего не бросал в меня? – ехидно спросил Стив.

– Да нет же! – растерянно сказал Крис. – Я шел, чтобы...

– Послушай, Крис, – перебил его хозяин квартиры, – я понимаю, что у тебя после удачной работы очень хорошее настроение. Но я могу его очень быстро испортить!

– Но я тут ни при чем!

– Конечно, ни при чем! – ухмыльнулся Стив. – Сначала сама по себе в меня полетела тарелка, потом чашка!

– Да, про летающие чашки я еще никогда не слышал! – озадаченно пробормотал Крис.

– Если это не ты бросаешься, то почему тогда в тебя ничего не летит? – сузив глаза, спросил Стив.

– Не знаю, – пожал плечами Крис.

– Вот что, иди-ка теперь ты на кухню и принеси мне чего-нибудь поесть, а я пока посмотрю телевизор.

Стив уселся в кресло, а Крис направился за едой.

Через минуту он вернулся и молча поставил перед Стивом поднос с пиццей и двумя большими яблоками.

– Ну, что? – подозрительно спросил Стив. – В тебя летело что-нибудь?

Крис пожал плечами:

– Нет.

– Ну, что, я же тебе говорил! Вот ты и раскололся! – довольно взвизгнул Стив. – Если в тебя тарелки и чашки не летают, значит, это ты ими бросаешься!

– Да нет же, Стив! – взмолился Крис. – Клянусь, это не я!

– Ладно, приятель, перестань дурачиться. Я тебя раскусил, ясно?

Стив взял тарелку с пиццей и уставился в телевизор.

Крис хотел было ему возразить, но махнул рукой.

– Кстати, а почему ты не принес ничего попить? – вспомнил Стив. – Там должна быть бутылка колы!

Крис нехотя отправился на кухню.

– А-а-а! – вдруг послышалось пронзительное.

Стив вскочил.

– Ты что там опять вычудил?!

Крис появился в комнате, пошатываясь и держась обеими руками за голову.

– На меня со шкафа свалился графин! – жалобно простонал он.

Стив бросился на кухню, Крис медленно пошел следом. Они обшарили всю комнату, но никого не обнаружили.

– Черт знает что такое! – недоуменно произнес Стив. – Такое впечатление, что здесь поселилось привидение!

– Ты веришь в привидения? – спросил Крис.

– Глядя на твою разбитую голову, поверишь во что угодно, – фыркнул Стив.

– Да, моя голова, – простонал Крис. – Надо посмотреться в зеркало.

Он направился в комнату, и почти сразу же оттуда раздался его испуганный крик:

– Стив! Иди скорее сюда!

Стоя у большого зеркала, висевшего на стене, Крис тыкал в него пальцем.

К зеркалу был прикреплен лист бумаги, на котором неровными буквами было написано:

– Как, по-твоему, привидения умеют писать? – почти шепотом спросил Крис.

– По-моему, над нами кто-то решил подшутить! – крикнул Стив. – Он еще не знает, что я делаю за подобные шуточки! Но ничего, сейчас ему будет очень больно, и у него навсегда пройдет желание заниматься подобными делами!

Стив и Крис обползали всю комнату, заодно перевернули все, что можно было перевернуть, и в другой комнате, но так никого и не обнаружили.

– Чувствуешь? – вдруг потянул носом Крис.

– Что?

– Что-то горит!

Воры стремглав бросились на кухню. Штора на окне уже наполовину сгорела. Стив стал набирать в кастрюлю воду из-под крана и лить ее на огонь.

– Первый раз вижу, чтобы привидения могли что-то поджигать! – воскликнул Крис, когда с огнем было покончено.

– Кажется, нам еще одно послание, – пробормотал Стив и взял со стола лист бумаги.

На нем было написано:

– По-моему, здесь не одно привидение, а несколько, – сказал Стив, бросая бумагу на пол. – Но сколько бы их там ни было, нас они не напугают!

– Да, не напугают, – согласился Крис дрожащим голосом. – Пусть только попробуют!

Боясь, как бы привидения не подожгли еще что-нибудь в квартире, воры стали ходить из одной комнаты в другую. Все было спокойно.

– Кажется, они успокоились, – с надеждой в голосе произнес Стив.

– А может, и вовсе ушли отсюда, – предположил Крис.

– Наверное, они просто поняли, с кем не стоит связываться.

Но едва он произнес последнее слово, как на кухне послышался грохот бьющейся посуды.

– Быстрее туда! – закричал Стив.

Однако на кухне и на этот раз никого не оказалось.

– Мой лучший столовый сервиз! – рявкнул Стив. – В дребезги! Подарок моей мамы! Они где-то здесь! Я не прощу им этого!

Стив схватил стул и начал махать, сметая все на своем пути.

– Вот вам! Вот вам! – злорадно кричал он. – Что, испугались? Это еще не все! Вот вам! Вот вам! Вы никуда от меня не спрячетесь!

Через несколько минут кухня представляла собой мрачное зрелище, словно через нее только что прошла армия Наполеона. Немного успокоившись, Стив бросил на пол сломанный стул и, с трудом передвигая ноги, направился в другую комнату.

– Пусть теперь знают, кто такой Стив Болес, – мрачно сказал он, повалившись на постель. –Я не позволю над собой издеваться кому бы то ни было!

Стив устало закрыл глаза.

– Апчхи! – послышалось рядом.

– Ты что, простыл? – спросил Стив, думая, что чихнул Крис.

– Я? Нет, – ответил тот.

– Разве это не ты чихнул?

– Нет, мне показалось, что это ты...

– Я? Да я с детства ни разу не простывал!

– Я простываю почти каждый год, – сказал Крис, – но сегодня я здоров.

– Кто же тогда, по-твоему, чихнул?

– Не знаю... Может, привидения?

– А вот мы сейчас это проверим!

Стив наклонился и посмотрел под кровать. Под кроватью, сверкая в темноте глазами, сидел Том.

– Что здесь делает этот кот? – недоуменно спросил Стив. – Как он попал сюда? Это ты его привел? – обратился он к Крису.

– Да я терпеть не могу котов, – возразил вор, – зачем я стану его приводить сюда?!

– А ну-ка вылезай! – шикнул на Тома Стив.

Том приготовился к обороне.

– По-моему, он дикий, – сказал Стив. – Сейчас мы его выкурим отсюда.

Через несколько мгновений в Тома полетела пустая бутылка из-под колы, и, с трудом увернувшись от нее, он понял, что дела его Плохи...

– Вызовите полицию! Быстрее вызовите полицию! – закричал мистер Торенс, как только вошел в зал, в котором выставлялась его частная коллекция.

– Что такое? Что случилось? – воскликнул директор музея, который в это время находился в соседнем зале.

Он бросился к мистеру Торенсу, но тот остановил его, замахав руками:

– Стойте! Остановитесь!

Директор перестал бежать, но, ничего не понимая, продолжал медленно приближаться к собирателю картин.

– Что случилось? – удивленно повторил он свой вопрос. – Зачем вам полиция?

– Стойте, иначе вы все погубите! – взмолился мистер Торенс.

– Погублю? Что погублю? – растерялся директор.

– Следы!

– Какие следы?

– Вора! Вы видите?

– Что?

– Мои картины! Их украли!

Только теперь директор понял, в чем дело. Через минуту у зала, где выставлялась коллекция картин мистера Торенса, собрались все работники музея. За ними толпились немногочисленные посетители.

Еще через несколько минут послышался вой полицейской сирены.

– Полиция! Полиция! – послышались голоса.

Полицейский Мориссон вошел уверенным шагом, каким обычно входят полицейские, заранее уверенные в том, что дело, за которое они берутся, будет распутано за несколько дней, а то и раньше.

– Сержант Мориссон, – важно представился он, похлопывая по карману, в котором, очевидно, лежало его удостоверение. – Что случилось? – спросил полицейский, обращаясь к директору музея.

Директор показал пальцем на мистера Торенса:

– Вот... к нему...

Видимо, кража так расстроила директора, что он наполовину лишился дара речи.

– Мистер Мориссон! – воскликнул мистер Торенс. – Сюда, пожалуйста! Из музея украли мои картины!

Полицейский вошел в зал, где висела коллекция мистера Торенса и стал внимательно рассматривать картины, висящие на стене, которые воры не тронули.

– А это? – наконец спросил полицейский Мориссон, – Это не ваши картины?

– Мои, – кивнул головой мистер Торенс. – А вот эти, – он поднял с пола голые рамы, – эти украли.

– Чем вы можете объяснить тот факт, что половина картин было украдена, а половина осталась на месте?

– Видимо, вор знал, что здесь выставляются как подлинники, так и копии. Копии он решил оставить, а подлинники забрать...

– Мне нравится ваша версия, – похвалил мистера Торенса полицейский.

– Но дело в том, что похищены и некоторые копии, а вот некоторые подлинники, наоборот, оставлены.

– Очень странно, – задумчиво произнес полицейский. – Это дело не такое уж простое, как это кому-то может показаться... Кстати, у вас есть какие-нибудь предположения насчет того, почему вор оставил подлинники, а копии забрал с собой?

– Не знаю, – пожал плечами мистер Торенс. – Возможно, вор не смог отличить подлинники от копий...

– Значит, – подхватил эту мысль полицейский, – вы считаете, что преступник был дилетант в искусстве?

– Возможно, – неуверенно произнес мистер Торенс. – Все может быть...

– Кстати, – сержант Мориссон внимательно посмотрел на жертву ограбления. – Вы никогда не служили в полиции? Что-то мне ваше лицо знакомо...

– Нет, – вяло улыбнулся мистер Торенс. – Никогда. Не приходилось.

– Очень жаль, – заключил полицейский, – вы соображаете почти так же быстро и хорошо, как и наши ребята. Мы бы с вами сработались.

– Спасибо, – поблагодарил мистер Торенс. – А вы, как мне показалось, неплохо разбираетесь в искусстве.

– Да, я люблю искусство! – расцвел сержант Мориссон. – Но все же я больше люблю ловить воров, мошенников и убийц. И я уже догадываюсь, кто похитил ваши картины.

– Кто же?! – воскликнул мистер Торенс. – Неужели вы найдете его?!

– Конечно, найдем! – гордо ответил полицейский. – Но не будем торопиться. Я бы хотел задать вам еще несколько вопросов...

– Пожалуйста, – с готовностью согласился мистер Торенс, – задавайте.

– Когда открылась ваша выставка?

– Вчера.

– А вы не заметили каких-нибудь странных, подозрительных людей в зале?

– Нет, кажется.

– А сегодня?

– Нет, я ведь только что пришел... У входа меня на несколько минут задержал какой-то журналист...

– Журналист?

– Да.

– Как его звали?

– Он, к сожалению, не назвал себя. Сказал только, что представляет какую-то новую газету. Кажется, «Нью-Йорк стар»... Да, точно, она так и называется. Он задал мне несколько вопросов... Так, пустяковых. И пообещал, что подарит первый номер своей газеты.

– Как он выглядел?

– Ну, высокий, достаточно молодой. Немного полный. И глаза какие-то странные...

– Странные глаза? – переспросил полицейский.

– Да, странные.

– Что же в них странного?

– Ну, как вам сказать... – задумался мистер Торенс. – Они все время бегают...

– Бегающие глаза, – ухмыльнулся сержант Мориссон, – понятно. Он был один?

– Кто?

– Ну, этот... журналист, – сержант Мориссон опять ухмыльнулся.

– Кажется, один.

– Понятно. Отвлекающий маневр.

– Что? – не понял мистер Торенс.

– Я говорю, отвлекающий маневр. Пока этот, так сказать, журналист беседовал с вами, его сообщник выносил из музея картины. Знакомый почерк.

– Но когда же они успели их украсть?! – изумился мистер Торенс. – Ведь кругом же люди!

– Возможно, ночью, – сказал полицейский. – Это мы вскоре узнаем. Главное, чтобы они оказались на месте.

– Кто они? – спросил мистер Торенс.

– Преступники. Да и картины тоже... А сейчас я попрошу всех разойтись и не мешать полиции! – обратился к окружающим сержант Мориссон. – Я должен еще немного поработать в этом зале.

Том понял, что спасение ему надо искать в другом месте, и выскочил из-под кровати.

– Держи его! – закричал Стив.

Крис хотел было схватить Тома за шиворот, но тот так цапнул его зубами, что вор тут же отскочил от него на несколько метров.

– Это какой-то совсем уж дикий кот! – завопил Крис.

– Сейчас мы его укротим! – злорадно крикнул Стив.

Том метался из угла в угол, а за ним, ломая и круша все на своем пути, мчался хозяин квартиры.

– Все равно не уйдешь! – кричал он.

– Хватай, хватай его, Стив! – топал ногами Крис, стоя в сторонке и прижимая к груди прокусанную руку.

Том почувствовал, что еще немного, и он окажется в руках вора. Он рванул в сторону и бросился в первую попавшуюся на глаза дверь. К несчастью для него, она вела в ванную комнату. Дверь тут же захлопнулась за ним.

– Попался?! – злорадно воскликнул Стив, барабаня кулаком в дверь. – Отсюда ты никуда не уйдешь! Посиди там пока, а мы подумаем, что с тобой сделать.

– Ты думаешь, это он устраивал здесь погром? – с долей сомнения в голосе спросил напарника Крис.

– А кто же еще?! – тоном, в котором не было ни тени сомнения, ответил Стив. – Приблуда голодный, наверное, искал, что поесть, и все посбрасывал на пол. И мой любимый сервиз! Это ему так не пройдет! – пригрозил Стив.

– И посуду в нас бросал тоже он? – напомнил Крис.

– Посуду? – переспросил Стив, и в его голосе уже не было недавней уверенности.

– И штору он поджег?.. И записки писал, чтобы мы картины вернули?.. – перечислял Крис.

– Не знаю... – после минутной паузы ответил Стив. – Но вот у моего приятеля был кот, так он таблицу умножения знал. Эти твари только прикидываются, что ничего не понимают и ничего не умеют, а на самом деле они на что хочешь способны.

– Но откуда он мог узнать, что мы сегодня ночью украли из музея картины? – не сдавался Крис.

Но Стив не успел ответить на этот вопрос. В дверь настойчиво позвонили.

– Кого там еще нелегкая принесла? – недовольно проворчал хозяин квартиры. – Ты хорошо картины спрятал?

– Да, они в шкафу.

– Тогда открой.

Едва Крис щелкнул замком, как дверь тут же резко распахнулась.

– Полиция! – рявкнул вошедший в квартиру сержант Мориссон.

Крис сразу же побледнел, словно его лицо испачкали мелом. Он попятился в комнату, где находился Стив.

– П-п-проходите...

– О, знакомые лица! – воскликнул сержант Мориссон, весело глядя на ставшего вдруг заикаться Криса. – А где же твой хозяин?

– Т-т-там...

Увидев Стива, полицейский заулыбался еще больше.

– А я уж боялся, что не застану тебя дома, – сказал он, без приглашения садясь в кресло.

– А где же мне еще быть?! – Стив старался не показывать своего волнения.

– Как всегда: сбывать украденное, – с видом человека, знающего цену каждого слова, сказал сержант.

Но Стив не собирался так просто сдаваться.

– Вы оскорбляете мое достоинство! – гордо сказал он. – Я могу подать на вас в суд!

– Подавай, – легко согласился полицейский. – Когда выйдешь из тюрьмы. Вместе со своим напарником.

Сержант Мориссон бросил проницательный взгляд на Криса, и тот побледнел еще больше.

– Почему это я должен сидеть в тюрьме? – настороженно спросил Стив.

– Потому что ты сегодня ночью украл коллекцию мистера Торенса, – улыбнулся сержант Мориссон, словно выносил вору за это благодарность.

– Ничего не знаю! – воскликнул Стив. – Я всю ночь был дома. Крис может подтвердить это.

– Д-да, о-он б-б-ыл д-дома, – подтвердил Крис, пряча за спину дрожащие руки.

– Бросьте отпираться, – вздохнул полицейский. – Мне все известно. В музее вы оставили столько отпечатков пальцев, что если ваша соседка подтвердит, что вы этой ночью летали в космос, это все равно не спасет вас от тюрьмы!

Ноги уже не держали Криса, и он вяло опустился на край кровати.

– Кстати, Стив, я же тебе сколько раз говорил, – сержант Мориссон достал из кармана сигареты «Мальборо» и закурил, – прежде чем воровать картины, вначале научить разбираться в искусстве.

Стив насторожился.

– Тебе, наверное, это будет неприятно слышать, – продолжал полицейский, – но половина украденных тобой картин – не подлинники.

– Как не подлинники?! – воскликнул Стив, выдавая тем самым свою причастность к ограблению музея.

– Да, это копии, – спокойно сказал сержант Мориссон. – Много на них вы бы не заработали.

Стив схватился за голову. Слышать подобные слова – самое унизительное, что может быть для профессионального вора. А Стив (как, впрочем, и Крис) именно таким и являлся, поскольку воровал уже целых десять лет.

– Кстати, а где картины? – спросил сержант Мориссон, оглядывая комнату.

Стив и Крис молчали.

– Зря молчите, – вяло улыбнулся полицейский, – у меня ведь есть ордер на обыск.

Он медленно поднялся с кресла.

– А почему это у вас такой беспорядок? – спросил он. – Вы что, чего-то не поделили? Впрочем, этим и должно было в конце концов все закончиться. Удивительно, как вы еще не перестреляли друг друга...

– Это не мы, – тихо сказал Крис.

– А кто же? – удивился сержант Мориссон.

– Это...

– Буквально за полчаса до вашего прихода, – перебил своего напарника Стив, – к нам в квартиру ворвались какие-то неизвестные. Они перевернули всю квартиру и забрали с собой картины!

Крис удивленно посмотрел на Стива и тут же отвел глаза в сторону. Однако это не могло ускользнуть от проницательного взгляда полицейского.

– Неизвестные, говорите? – со скрытой насмешкой в голосе спросил он.

– Да, неизвестные, – повторил Стив.

– Ну, что ж, проверим.

Сержант Мориссон открыл входную дверь и сказал:

– Райдер, можно начинать обыск.

Здоровенный полицейский, почти полностью закрыв собой дверной проем, вошел в квартиру. Начался обыск, который представлял собой перебирание всех вещей, находящихся в квартире, и заглядывание во все дырки и щели, в которых можно было спрятать украденное.

Сержант Мориссон медленно подошел к ванной комнате и открыл дверь. Из ванной тут же выскочил Том и бросился под кровать.

– Бедное животное, – промолвил Мориссон, – они, наверное, совсем замучили его!

– Сержант! – крикнул полицейский Райдер из другой комнаты, – я нашел картины!

– Что и требовалось доказать, – пробубнил себе под нос Мориссон.

Он вошел в комнату, в которой находились Стив, Крис и Райдер. У Стива и Криса было такое выражение лица, словно им сейчас предстояло прыгнуть с крыши десятиэтажного здания. Райдер сиял, словно ему только что присвоили очередное звание.

– Что вы на это скажете? – спросил сержант Мориссон, обращаясь к Стиву и Крису.

Воры молчали, понимая, что уже никакие слова не спасут их от тюрьмы.

– Вы арестованы! – торжественным голосом произнес сержант Мориссон.

Том осторожно вылез из-под кровати и позвал:

– Джерри, ты где?!

Мышонок не отзывался.

– Джерри, ты слышишь меня? – в голосе Тома чувствовалось беспокойство.

Ему опять не ответили.

– Джерри! – закричал Том.

– Ну, чего орать?! – неожиданно послышалось у него за спиной.

Джерри выходил из кухни, держа в лапе кусок сыра.

– Картины! – опять закричал Том. – Они унесли с собой картины!

– Ну и пусть, – спокойно ответил Джерри, покусывая сыр. – Картины и должны быть возвращены их законному владельцу.

– Да, но наша картина должна принадлежать нам!

– Должна, – согласился Джерри.

– А они и ее унесли!

– Разве? – удивился Джерри. – А мне казалось, что она лежит за шкафом!

– Как за шкафом?!

Джерри засунул в рот оставшийся сыр, старательно прожевал его и пояснил:

– Пока ты отсиживался в ванной, я зря времени не терял: залез в шкаф и перепрятал картину.

– А ты не врешь?

Вместо ответа Джерри нырнул в шкаф и через минуту вылез обратно вместе с картиной.

– Вот, в целости и сохранности!

Том готов был расцеловать Джерри, но кошачья гордость помешала ему сделать это.

– Теперь нам надо подумать, как выбраться отсюда, – сказал он, когда радость немного улеглась в нем.

– А что, это уже проблема? – спросил Джерри.

– Уходя, полицейские закрыли дверь на замок.

– А окно? Они заколотили его досками?

– Об этом я как-то и не подумал... – смущенно произнес Том.

– Ну, это, в общем-то, понятно, – ухмыльнулся Джерри. – Кстати, на кухне окно открыто. Его открыли во время пожара и забыли закрыть. Бери картину...

– Какое счастье, что воры живут на первом этаже, – пробормотал Том, первым взбираясь на подоконник.

Он уже собрался было прыгать вниз, но неожиданно отпрянул назад.

– Ты чего? – удивился Джерри.

– Там... собака!

– Ну и что теперь делать? – недовольно спросил Джерри. – Ждать, пока она уйдет?

– По-моему, она не скоро уйдет, – обеспокоенно произнес Том.

– Почему?

– Потому, что она увидела меня.

– Ну, вот! – недовольно сказал Джерри. – И за что вы только так ненавидите друг друга?!

– Это надо спросить у наших предков! – отрезал Том. – Что будем делать?

– Значит, так, – Джерри тоже забрался на подоконник, – я отвлекаю собаку, а ты в это время с картиной бежишь... ну, скажем, в сторону вон того канализационного люка. Там и встретимся.

Джерри подошел к самому краю подоконника и насмешливо произнес, глядя на лохматого пса, который, задрав голову, выжидательно смотрел в их окно:

– Эй, тюфяк, подойди-ка поближе, я хочу прыгнуть тебе на спину!

– Что?! – рявкнул пес. – Ты с кем это разговариваешь, сопляк?!

– С тобой, с кем же еще?! – с презрением молвил мышонок. – Подставляй свою лохматую спину, сейчас ты повезешь меня на другой конец города!

– Могу гарантировать тебе только одно: через пять минут от тебя не останется и мокрого места! – заверил пес.

– Не сильно ли сказано?! – усмехнулся Джерри.

– Сказано псом, который не раз имел дела кое с кем посерьезнее, чем ты.

– Я и вижу, что тебя сильно пощипали! Признайся, тебе часто доставалось?!

– Мне?! – прохрипел пес. – Да я никого к себе ближе чем на пять метров, не подпущу, если хочешь знать! Меня здесь все боятся!

– Буду знать, – сказал Джерри. – Если мне на хвост сядет муха, я позову тебя, чтобы ты согнал ее. Мухи тебя точно боятся!

– Будь уверен: если я доберусь до твоего хвоста, я сделаю из него шнурок для ботинка!

– За чем же дело стало? Квартира открыта. Входи, и мы посмотрим, кто из нас останется без хвоста! Впрочем, у тебя от него и так почти ничего не осталось!

В глазах пса было столько злобы, что, казалось, еще немного, и они выстрелят, словно двуствольное ружье.

Несколько мгновений пес колебался, как бы решая, что ему делать, затем зарычал и бросился в подъезд дома.

– Быстрее! – крикнул Джерри Тому. – Прыгай! Он сейчас вернется!

Том не заставил себя упрашивать дважды.

– Бросай картину! – крикнул он Джерри с улицы.

Но едва сам мышонок успел соскочить на землю с подоконника, как из-за угла дома показался знакомый пес.

– Значит, решил меня надуть?! – закричал он, бросаясь на мышонка. – Сейчас мы увидим, кто из нас останется в дураках!

Джерри краем глаза глянул на Тома: тот уже успел отбежать довольно далеко. Но у него в лапах была картина, а бегать с ней было очень нелегко.

Джерри выждал, пока пес почти совсем приблизился к нему, и неожиданно резко прыгнул в сторону. Пес, который было уже решил, что мышонок от страха не может пошевелиться и со смирением ждет своей участи, проскочил мимо. Резко развернувшись, он помчался в обратную сторону, но Джерри и на этот раз удалось увернуться. Все это так взбесило пса, что у него начало двоиться в глазах, и, в очередной раз проскочив мимо мышонка, он со всего разбегу ударился головой в дерево. Это был неслыханный позор! Немного придя в себя, пес бросился на Джерри с еще большим остервенением.

– Приятель, тебе сегодня, кажется, сильно не везет! – воскликнул мышонок.

– По-моему, тебе уже не повезет больше никогда в жизни! – задыхаясь, ответил пес и приготовился к новому прыжку. – Держись, приятель!

Но Джерри не стал больше испытывать свою судьбу и бросился по следу Тома. Разъяренный пес помчался за ним. Чем меньше становилось расстояние между Джерри и Томом, тем слышнее становилось дыхание пса за спиной.

«Кажется, я просчитался!» – с горечью подумал про себя мышонок.

Вот он уже почти поравнялся с Томом, которому было очень тяжело бежать с картиной под мышкой. Вот они уже бегут на одной линии. Еще мгновение, и пес схватит кого-то из них, непременно схватит...

И вдруг прямо перед ними оказался открытый канализационный люк.

Долго не раздумывая, Том и Джерри тут же нырнули в него...

Том упал на что-то мягкое. Это что-то дико взвизгнуло и, с трудом выбравшись из- под кота, с писком бросилось наутек. Джерри упал рядом с Томом, не почувствовав под собой ничего, кроме холодного бетонного пола.

Вначале Тому и Джерри показалось, что здесь, под землей, кромешная тьма. Но чем больше их глаза привыкали к этой темноте, тем отчетливее они стали различать различные предметы вокруг себя. Темнота рассеивалась все больше и больше, и приятели, к своему удивлению, вскоре увидели, что сюда, под землю, сквозь толстые бетонные стены каким-то образом проникают тоненькие солнечные лучи.

Вверху, у открытого люка, что-то мелькнуло.

– Кажется, этот пес не собирается оставить нас в покое, – недовольным голосом промолвил Джерри. – Давай немножко пройдемся под землей – возможно, мы найдем еще один открытый люк.

Приятели пошли по туннелю. Они все время смотрели по сторонам, и странное чувство овладевало ими. Казалось, они попали не просто под землю, а в чьи-то владения. Вот небольшой отсек, который вполне мог служить чьей-то спальней. Множество крохотных кроваток – как раз для Джерри! – стояло в один ряд. А вот столовая. На длинных столах стояло огромное количество различной посуды, очевидно, принесенной сюда со свалок или мусорных ящиков. Как правило, она была или расколотая, или без ручек, или дырявая – одним словом, та, которую хозяева выбрасывают. А вот отсек, который напоминал зал заседаний. Так, во всяком случае, показалось Джерри. Здесь, правда, не было кресел, но зато у дальней стены возвышался ящик, напоминающий трибуну.

Больше Том и Джерри ничего рассмотреть не успели. Вдруг послышался топот множества маленьких ножек, и не успели приятели подумать, что бы это значило, как со всех сторон были окружены огромным количеством серых крыс.

Крысы с опаской смотрели на Тома, боясь приблизиться к нему, но их голодные глаза свидетельствовали о том, что они готовы в любую минуту броситься и разорвать его.

Никогда еще в своей жизни Том не видел столько крыс. И никогда бы не подумал, что будет бояться их. Ведь всем известно, что многие коты не прочь иногда поохотиться за крысами. Но здесь...

В испуге Том отступил назад и сразу же услышал за своей спиной грозное шипение.

Вдруг из этой толпы, с трудом продираясь сквозь плотно прижатые друг к другу тела, вылезла одна крыса – несколько крупнее остальных. Очевидно, она была здесь за главную.

Зло сверкнув глазами, крыса крикнула:

– Вы наши пленники! Следуйте вперед!

Крысиное войско тут же расступилось, освобождая узкий проход. Том и Джерри нерешительно двинулись в направлении, куда им указывала большая крыса.

– Послушайте, Генерал, – вдруг услышали они за своей спиной чей-то приглушенный возбужденный голос, – разве мы не съедим их здесь, на месте?

Том и Джерри вздрогнули. Такой поворот событий их явно не устраивал.

– Нет, – твердо ответил Генерал (им, кстати, оказалась большая крыса), – Королева приказала всех пленников отводить в тюрьму!

– Ясно! – недовольно сказал все тот же голос. – Она опять хочет оставить все себе!

– Прекрати болтать. Не нам обсуждать приказы Ее Величества!

– Да, конечно. Только больно уж есть хочется!

– А ты когда в последний раз поднимался наверх?

– На прошлой неделе.

– Так чему же тут удивляться?! – ухмыльнулся Генерал. – Полезай наверх, зарабатывай себе на пропитание!

– Но еще не пришла моя очередь! Пусть ходят за едой те, чья сейчас очередь!

– Они и ходят, – недовольно сказал Генерал.

– Как же, ходят! – проворчала голодная крыса. – За целый день всего несколько корочек хлеба, кусок вонючего мяса да какое- то трухлявое полено! И это на всю нашу колонию!

– Но ты же знаешь, что семейству Шансона крупно не повезло: позавчера людьми было убито пять его членов! – молвил Генерал.

– У меня тоже брат пропал на прошлой неделе, но я же не убиваюсь так, как они! – с презрением сказала голодная крыса. – Ну и семейка!

– Каждый переживает горе по-своему, – со вздохом произнес Генерал.

На этом их разговор оборвался. Впереди показался отсек, который служил крысам тюрьмой.

Едва Том и Джерри вошли в него, как за ними тотчас же опустилась железная решетка.

– Я в первый раз оказался в таком глупом положении, – признался Том, внимательно оглядывая место своего заточения. – Быть съеденным крысами – глупее и позорнее нельзя ничего придумать!

Он подошел к углу камеры и аккуратно поставил в нем свою картину.

– Не торопись, – вздохнул Джерри, – может, еще все обойдется!

– Как же, обойдется! – безнадежно промолвил Том. – Ты видел, какие у них злые и голодные глаза? Они съедят нас быстрее, чем мы успеем сосчитать до десяти!

Джерри чувствовал, что Том прав. И никакого спасительного решения в голову его сейчас не приходило.

– Странно только, что вместе со мной они засадили сюда и тебя, – после небольшой паузы сказал Том. – Ну, то что я здесь оказался, это, предположим, понятно – мы старые враги. Моими сородичами было уничтожено столько этих несносных тварей, что у них есть все основания отыграться сегодня на мне. Но почему они заперли здесь и тебя? Ведь ты же их близкий родственник!

Джерри молчал.

– Да, с такими законами вам только под землей и жить! – язвительно произнес Том.

Джерри и на это ничего не ответил.

Так прошло минут десять.

Вдруг решетка немного поднялась и перед приятелями опять предстал крысиный Генерал.

– Ты, – он указал на Джерри, – пойдешь со мной!

Мышонок посмотрел на Тома так, словно видел его в последний раз в своей жизни, и медленно направился к выходу.

Они шли минут пять. За всю дорогу Генерал не промолвил ни слова. Да и Джерри особенно не стремился с ним заговорить. О чем? Просить пощады? Этого от мышонка не дождется никто и никогда!

Наконец они повернули в большой отсек, у входа в который стояли двое крыс-часовых, и остановились.

В этом помещении было значительно светлее, чем во всех остальных, поскольку, кроме солнечных лучей, которые пробивались сквозь стены, здесь еще горело несколько свечей.

Посреди помещения Джерри увидел что- то невероятное. Несколько десятков крыс лежали на полу, тесно переплетясь друг с другом хвостами. На этом живом троне важно восседала большая серая крыса с маленькой золотой короной на голове.

«Королева!» – подумал Джерри, на мгновение забывая о своем страхе.

– Спасибо, Генерал, вы свободны! – сказала Королева и тут же улыбнулась Джерри: – Здравствуй, дружище!

Джерри растерянно поклонился.

– Извини, что мои верные солдаты поместили тебя в эту грязную камеру для преступников и врагов – произошло небольшое недоразумение! Я приказала бросать туда всех чужаков, которые появятся на территории моего королевства. Я бы никогда не подумала, что ко мне могут пожаловать не только враги, но и просто хорошие соседи. Ты, наверное, много слышал обо мне и решил пожаловать в гости? Так ведь? – с надеждой в голосе спросила Королева.

– Нет, – честно признался Джерри, – я удирал от собаки...

– Ах, это, в общем-то, не важно, – перебила его Королева. – Все равно ты мой гость. У меня так редко бывают гости! – пожаловалась она. – Ты первый. А так хочется похвастаться кому-нибудь своими владениями! Ведь у меня великолепное королевство! Ты никогда не видел ничего подобного, правда ведь, дружище?

– Да, – честно признался Джерри.

– Тогда пойдем прямо сейчас! – довольным голосом воскликнула Королева и спустилась со своего живого трона. – Покормите их! – бросила она нескольким маленьким крысам, тихонько сидящим в углу королевского помещения.

Три крысы тотчас же бросились к королевскому трону. У каждой из них в лапках была какая-нибудь еда. Этой едой они стали кормить своих сородичей, служащих Королеве живым троном.

Впервые видя такое зрелище, Джерри остановился, но Королева позвала его:

– Пойдем, дружище, мне хочется тебе многое показать!

Они медленно шли по тоннелю, и все крысы, которые встречались им на пути, низко кланялись своей Королеве. Королева иногда отвечала им едва заметным кивком головы, иногда проходила мимо, даже не взглянув в их сторону. Очевидно, это должно было свидетельствовать о королевском величии.

– Это наш концертный зал! – с гордостью сказала Королева, подходя к одному из небольших отсеков.

Несколько крыс с трудом водили смычком по разбитой скрипке с одной струной.

– Ну как, Иоганн, – обратилась Королева к одной крысе, – скоро будет готова музыка?

– Думаю, к утру получится! – с готовностью ответила крыса-музыкант.

– У меня на следующей неделе день рождения, – объяснила Джерри Королева, – хочется чего-нибудь такого, необычного. Я очень люблю музыку. Особенно классическую, – гордо добавила она. – Вот Иоганн, наш композитор, сейчас и сочиняет классическую музыку специально для моего дня рождения.

Королева посмотрела на маленькую мышь, как-то странно подпрыгивающую в другом конце концертного зала, и спросила:

– А что нам скажет наша гордость – танцовщица Элизабет? Мы можем надеяться увидеть что-то новенькое?

– Непременно, Ваше Величество! – ответила Элизабет. – Мне осталось разучить еще несколько па.

– Хорошо, малышка, разучивай, – нежно сказала Королева. – Я надеюсь, это будет что-то необычайное!

Элизабет, видимо, из скромности, промолчала.

В этот миг в концертный зал вбежала запыхавшаяся мышь с маленьким галстуком- бабочкой на шее.

– Лучано, что это значит? – строго спросила Королева. – Ты опять опаздываешь на репетиции!

Лучано низко опустил голову.

– Ну-ка, спой, я послушаю! – приказала Королева. – Да погромче, чтобы было слышно во всем моем королевстве. Я люблю громкое пение.

Лучано напрягся и издал такой писк, отдаленно напоминающий отрывок какой-то известной мелодии, что Джерри пришлось заткнуть уши, чтобы не оглохнуть.

– Ну, как? – довольным голосом спросила у него Королева, когда пение закончилось.

– Очень громко, – признался Джерри.

– Талант! – согласилась Королева.

Они пошли дальше.

– Это наша тюрьма, – сказала Ее Величество. – Да ты и сам знаешь, так что заходить не будем.

– Погодите! – воскликнул Джерри, видя, что Королева направляется дальше.

– Что такое?

– Там мой приятель, Том, нельзя ли его отпустить? – робко попросил Джерри.

– Это тот кот, который попал к нам вместе с тобой? – спросила Королева. – Нет, дружище, это исключено. С котами у нас особый разговор. Нет врага опаснее, чем коты. Даже с человеком бороться легче. Вот, например, моя тетя недавно прислала письмо. Пишет, что в Вашингтоне на крыс была проведена массовая атака. В дератизации города участвовало чуть ли не все население, были выделены огромные средства. Ну и что? Эти их яды, оказывается, даже довольно приятные на вкус. Но за такую наглость местные крысы хотят отомстить людям и, хотя бы на несколько дней, вывести из строя тамошнее метро.

– Как это? – удивился Джерри.

– Обыкновенно, – пожала плечами Королева. – Они перегрызут проводку, сделают замыкание. Вот где повеселятся! Так что, дружище, забудь об этом коте!

– А что вы с ним сделаете? – испуганно спросил Джерри.

– Известно что – съедим! – ответила Ее Величество. – Честно говоря, в последнее время у нас с продуктами не очень хорошо...

– А может, его можно оставить... ну, скажем, для каких-нибудь тяжелых работ? – с надеждой спросил Джерри. – Он безобидный и любит работать.

– Хм, – покрутила головой Королева, – я подумаю об этом. Нам нужна рабочая сила.

Они пошли дальше. Королева продолжала знакомить Джерри со своим королевством.

– Вот здесь у нас зал заседаний, – сказала она.

– А кто у вас здесь заседает? – спросил Джерри.

– Как кто? Мы заседаем! Я и мои приближенные. Знаешь, сколько у меня приближенных?

– Нет, – признался мышонок.

– У меня много приближенных! – с гордостью сказала Королева и начала пересчитывать: – Главный Советник, потом, значит, Генерал Моей Армии, потом Главный Тюремный Надзиратель, потом Заместитель Главного Повара, потом...

– А почему только Заместитель, а не сам Главный Повар? – удивился Джерри.

– Я же говорю, – нехотя сказала Королева, – что у нас постоянные проблемы с пищей.

– Ну и что? – не понял мышонок.

– А то, – ответила Ее Величество, – что обеспечивать королевство достаточным количеством пищи должен Главный Повар. Если же пищи не хватает, то он и несет за это справедливое наказание, то есть лишается жизни. Но поскольку у нас постоянно проблемы с едой, то Главный Повар, утром вступив в должность, к обеду уже лишается жизни. Поскольку заседания я провожу обычно после обеда, так как люблю хорошо поспать, то обязанности Главного Повара в это время исполняет его Заместитель. Теперь понятно?

– Понятно, – ответил Джерри. – А Вы не боитесь, что в скором времени не из кого будет выбирать Главных Поваров? – спросил он.

– Нет, – сказала Королева, – не боюсь, потому что, несмотря на такие карательные меры, численность населения нашего королевства постоянно растет. Значит, нам всегда будет из кого выбирать Главных Поваров и всех других моих приближенных. Кстати, вот наша столовая. Я думаю, ты проголодался с дороги и хочешь немного поесть, так ведь?

– Да, немного, – согласился Джерри.

– Оли, что у нас сегодня можно поесть? – спросила Королева у крысы, которая копалась на дне старой небольшой кастрюли, выставив на всеобщее обозрение свой хвост.

Услышав свое имя, Оли тотчас выскочила из кастрюли и сказала:

– Сегодня у нас пару кусков черствого хлеба, собачья кость и несколько старых книг.

– А книги интересные? – спросила Королева.

– Одна художественная – любовный роман, а вторая какой-то справочник.

– Роман оставьте мне, – приказала королева, – я его на досуге почитаю.

– Слушаюсь, Ваше Величество, – сказала Оли. –Вот только...

– Что? Говори скорее!

– У этой книги не хватает половины страниц, – виноватым голосом сказала Оли.

– Где же они? – недовольно промолвила Королева.

– Их съели...

Некоторое время Королева молчала, решая, наказывать или нет тех, кто затянул книгу сразу в столовую, не показав ей, потом спросила:

– А последние страницы есть?

– Последние есть, – робким голосом ответила Оли.

– Ладно, принесите мне то, что осталось. Самое интересное всегда пишут на последних страницах.

– Слушаюсь, – сказала Оли радостным голосом.

– Так что будешь кушать? – обратилась Ее Величество к Джерри.

– Спасибо, мне что-то перехотелось, – вежливо ответил мышонок, представив, как он будет грызть собачью кость.

Королева хотела пройтись с Джерри дальше по своим владениям, но тут откуда-то появилась запыхавшаяся крыса и, поклонившись своей правительнице, прокричала:

– Ваше Величество, мы поймали одного из наших заклятых врагов – крысу из королевства Гарузы!

– Очень хорошо! – довольным голосом произнесла Королева. – Ведите ее в зал суда и передайте всем: через десять минут состоится суд!

– О каком королевстве Гарузы она говорила? – спросил Джерри у Ее Величества, когда крыса, принесшая важную новость, убежала.

– Это королевство находится рядом с нашим. Им правит королева Гаруза. Я часто с ней воюю.

– Зачем? – удивился Джерри.

– За территорию. Если я побеждаю, я захватываю ее воинов в плен и забираю все съестные припасы, если она...

Королева не договорила, полагая, что тут и так все понятно.

– И что, без войн совсем нельзя обойтись? – спросил Джерри.

– Не знаю, – пожала плечами Королева. – Я воюю всю свою жизнь, и предки мои всегда воевали. Значит, войны необходимы. Ведь в них погибают те, кто послабее, и выживают сильнейшие. А это очень важно для боеспособности армии. Пойдем, посмотришь, как у нас проходят суды – самые справедливые в мире, – позвала Королева.

Зал суда уже был битком набит крысами. В дальнем конце суда, низко опустив голову, стояла пленница в окружении нескольких охранников. Немного в стороне находилось некое подобие трона, под который был приспособлен старый деревянный ящик из-под фруктов.

Увидев Королеву, крысы расступились. Она важно прошла к трону и, бросив мимолетный взгляд на пленницу, с помощью нескольких крыс, которые с готовностью подставили правительнице свои спины, взобралась на ящик.

В зале наступила тишина.

– Собратья! – громко сказала Королева. – Сегодня нами был захвачен в плен один из наших заклятых врагов. Кто знает, может быть, именно эта крыса когда-то убила вашего брата или сестру, вашу мать или отца! А сейчас она хотела, наверное, выведать кое- какие наши секреты. Я думаю, что наш суд будет недолгим, но справедливым. Как вы считаете?

– Правильно! Правильно! – зашумели крысы. – Смерть врагу!

Королева подняла лапу, и сразу все замолкли.

– Но мы не будем слишком спешить с вынесением приговора и по нашему самому гуманному и справедливому в мире закону сейчас предоставим слово пленнице.

– Правильно! – опять зашумели крысы. – Пусть говорит! Мы слушаем!

Пленница сделала несколько шагов вперед и еле слышно произнесла:

– Вы, конечно, можете сделать со мной все, что угодно, но я не виновата...

– Громче! – закричали крысы. – Говори громче! Ничего не слышно!

– Я говорю, вы можете со мной делать все, что хотите, но я не виновата, – повторила пленница, повысив голос.

– То есть как это не виновата? – спросила Королева. –Разве ты не шпионила у нас? Разве ты не хотела выведать какие-нибудь наши тайны?

– Нет, – ответила пленница, – я пришла к вам добровольно сдаться...

Это было так неожиданно, что некоторое время в зале стояла мертвая тишина.

– Ты можешь выражаться яснее? – наконец спросила Королева. – Что значит добровольно сдаться?

– Я оставила свое королевство, потому что не могу там больше жить.

– Тебя там что, может, коты достали? – со смехом спросила одна из крыс, сидящих в передних рядах. Однако остальные ее не поддержали.

– Многие крысы в последнее время начали тайком оставлять наше королевство, – не обращая внимание на смех, продолжила пленница, – потому что живут там все впроголодь, а королева Гаруза становится все злее и злее и никого не щадит – казнит за любую мелкую провинность. Наша армия совсем развалилась, и теперь она не способна сразиться даже с одним мелким вашим отрядом.

– Любопытно, – задумчиво произнесла королева. – Если ты, конечно, не врешь, то твоя информация представляет для нас очень большой интерес.

– Зачем же мне врать? – вздохнула пленница. – Зачем мне рисковать своей жизнью? Разве вы не видите, что я еле держусь на лапах и готова в любой момент потерять сознание от голода?

Пленница, действительно, немного пошатывалась, и, возможно, именно этот факт притупил бдительность крыс, в том числе и самой Королевы.

– Ладно, – сказала она, – если твои слова подтвердятся, мы оставим тебя в живых. А пока тебе придется посидеть в нашей тюремной камере. Отведите ее в камеру! – приказала Королева стражникам.

– Но ведь там же этот... кот, – напомнил один из стражников.

– Да, я как-то совсем забыла про него, – поморщилась Королева.

Джерри решил использовать этот момент и тут же подбежал к Королеве.

– Ваше Величество, – сказал он, – а нельзя ли выпустить Тома? Ведь он совершенно безопасен! Тогда освободится камера для пленницы!

– Нет, – подумав, ответила Королева. – Может, он и безопасен, но я не могу ручаться за его безопасность. У моих подданных накопилось слишком много злости на котов. К тому же, всем известно, что коты очень хитры и коварны, и никогда не стоит особенно доверять им. Крысы уже не раз платили своими жизнями за то, что принимали котов за безобидных существ.

Джерри вздохнул. Он прекрасно понимал Королеву, и спорить с ней было бесполезно.

Некоторое время Королева молчала, думая, куда же поместить пленницу, и наконец сказала:

– Ладно, поместим ее в нашу вторую тюремную камеру!

– У вас есть еще одна тюремная камера? – удивился Джерри.

– Да, – ответила Королева, – правда, она еще не достроена, но если все, что нам рассказала эта крыса, правда, то ей незачем бежать. К тому же там будут все время находиться стражники. Отведите пленницу во вторую тюремную камеру! – приказала она.

Проходя мимо Королевы, пленница сказала:

– Да, я совсем забыла вам сообщить: я слышала, что наша Королева хочет вести с вами переговоры.

– Какие переговоры? – Ее Величество даже наклонилась вперед, чтобы лучше слышать слабый голосок пленницы.

– Она хочет заключить с вами вечный мир и признать вас единственной правительницей двух Королевств. А она бы сама согласилась на должность вашей Первой Заместительницы в своем Королевстве.

– А ты не врешь? – недоверчиво произнесла Королева.

– Я не могу ручаться, что так оно и есть на самом деле, но об этом втихомолку говорят очень многие.

Ее Величество задумалась.

– Ладно, – сказала она наконец, – я благодарна тебе за эту информацию, но если все, что ты сегодня наговорила, окажется неправдой, тебе несдобровать!

– Мне незачем вам врать... – тихо произнесла пленница. – Лучше умереть здесь, чем жить там.

В тот же день состоялось заседание королевского совета, на котором присутствовали все приближенные Ее Величества. Королева пригласила на заседание и Джерри, который скромно уселся в уголке зала.

– Очевидно, вы все слышали, что рассказала нам сегодня крыса, которая прибежала из соседнего Королевства, – такими словами открыла заседание Королева, восседая на своем крысином троне. – Если верить ее словам, Королевство Гарузы пришло в упадок, а сама правительница желает заключить со мной вечный мир и довольствоваться должностью моей Первой Заместительницы. Судя по виду пленницы, она не врет, и сейчас нам надо всем вместе решить, какие шаги мы должны будем в связи с этим предпринять.

Первым взял слово Главный Советник. Он начал издалека.

– Как известно, – сказал Главный Советник, – наше Королевство воюет с Королевством Гарузы уже несколько веков. Простые математические операции позволяют нам узнать, сколько воинов с обеих сторон погибло в этих войнах. Но я не буду сейчас говорить об этих ошеломляющих цифрах, потому что они вам все равно ничего не скажут, так как в нашем Королевстве знакомы с математикой только Ее Величество и я. Скажу только, что если бы все воины, погибшие в этих войнах, были сейчас живы, то нам приходилось бы ходить друг по другу, поскольку ходить по земле, то есть, простите, по бетону, всем бы не хватило места. Я уже не говорю о еде. Таким образом, нетрудно понять, чем нам грозит заключение вечного мира с Королевой Гарузой.

Члены королевского совета зашумели.

– Подумать только, – испуганно произнес Заместитель Главного Повара, – ходить друг по другу! Это же уму непостижимо! И потом, скажите, пожалуйста, кто будет решать, кому находиться сверху, то есть на ком-то, а кому снизу, то есть под кем-то?

– Ну, в нашем Королевстве пока что все еще решаю я! – с достоинством произнесла Королева.

– О, извините, Ваше Величество, я, кажется, сказал глупость! – испуганно воскликнул Заместитель Главного Повара. – Извините!

– Если прекратить войны, чем же тогда будет заниматься моя армия? – спросил Генерал. – Ведь только войны закаляют солдат и позволяют совершенствовать боевое мастерство! Нет, война и только война!

– Не кричите так, Генерал! – остановила его Ее Величество. – Вы кричите так, словно командуете не только своей армией, но и всем моим Королевством.

– О, извините, Ваше Величество! – пролепетал Генерал. – Кажется, я увлекся...

– Слишком увлеклись! – поправила Королева.

– Да, очень сильно увлекся...

– Но в этом деле есть, так сказать, и другая сторона медали, – опять взял слово Главный Советник. – Ведь если подходить к этой проблеме с философской точки зрения, то все мы, крысы, сестры и братья. И если нам не воевать друг с другом, а попытаться объединиться, то мы могли бы идти войной не только, скажем, на котов или собак, но и на человека! Да-да, человека, как ни страшно звучит это слово! Идти и победить его! Не сразу, конечно, а постепенно, для этого, может, потребуются столетия. Но тогда мы сможем жить не здесь, под землей, а в больших домах, есть не книги, которые, кстати, еще можно и читать, а сыр, колбасу и еще многое из того, о чем мы даже не слышали, но чем давно питается человек. Мы ходили бы друг к другу в гости. Впрочем, почему ходили?! Мы ездили бы на великолепных машинах, как это делают люди!

Главный Советник закончил свою речь, и в зале заседаний сразу воцарилась мертвая тишина. Все были так потрясены словами Главного Советника, что никто не мог произнести ни звука. Каждая крыса уже представляла себя лежащей в мягкой постели, жующей огромный кусок сыра или колбасы, попивающей пепси или фанту.

Первой вышла из этого пьянящего состояния Королева.

– Таким образом, – сказала она каким- то полусонным голосом, – мы должны принять решение, какую политику проводить в отношении соседнего Королевства.

– Мир! Мир! – закричали члены королевского совета. – Мир со всеми крысами!

Даже Генерал, который всю свою жизнь только и делал, что с кем-то воевал, теперь кричал:

– Мир! Мир! Будем ездить на красивых машинах!

Когда страсти немного улеглись, Королева сказала:

– Значит, так: в честь предстоящего заключения мирного договора с соседним Королевством необходимо будет дать праздничный обед, поэтому все свободные крысы сейчас должны отправиться на поиски пищи. На этом заседание королевского совета закончено.

Джерри подошел к Королеве и, пользуясь моментом, с надеждой в голосе спросил:

– Ваше Величество, может, по случаю предстоящего заключения мирного договора с соседним Королевством можно выпустить из тюрьмы Тома?

– Завтра, дружище, завтра все решим! – пообещала Королева.

Но на следующее утро случилось то, чего не ожидал никто в Королевстве.

Ее Величество еще спала, когда в ее покои влетел растерянный Генерал и закричал:

– Ваше Величество! Просыпайтесь! Беда!

Королева протерла глаза и недовольно спросила:

– Что такое?! Как вы смеете врываться ко мне в такую рань?!

– Ваше Величество, беда! – повторил Генерал.

– Какая еще беда? – проворчала Королева. Сегодня ночью ей снился удивительный сон, будто она живет в огромной квартире, и Королева была страшно огорчена, что ее разбудили на самом интересном месте.

– Война! – выдохнул Генерал.

– Какая война? С кем? – Королева уставилась на Генерала недоуменными глазами.

– Война с Гарузой!

– Как с Гарузой? – закричала Королева, вскакивая с постели. – Ведь она со дня на день должна прийти к нам с предложением о мире!..

– Вместо этого она напала на нас! – простонал Генерал. – Пленница обманула нас. Оказывается, это была шпионка!

– Сейчас же доставьте ее ко мне! –приказала Королева. – Сейчас же!

– Это невозможно! – упавшим голосом сказал Генерал.

– Почему невозможно? – взвизгнула Королева.

– Ночью ей удалось убежать!

– А что же в это время делали стражники? – закричала Королева.

– Спали, – ответил Генерал.

– Всех виновных в побеге повесить!

– Будет сделано!

– А теперь доложите мне обстановку на фронте! Да побыстрее, вы нужны там, на переднем крае!

– Наши крысы сражаются, как волки! – гордо сказал Генерал. – Но, увы, силы неравные! – потухшим голосом добавил он. – Многие наши воины не вернулись из города...

– Что они делают в городе? – сердито спросила Королева. – Кто отпустил?

– Они ищут пищу для торжественного обеда в честь предстоящего подписания мирного договора с Королевством Гарузы, – пробормотал Генерал.

– Вон! – закричала Королева. – На фронт! Сию же минуту. И каждые десять минут лично докладывайте мне, как там идут дела!

– Слушаюсь! – поклонился Генерал и бросился вон из королевских покоев.

Джерри проснулся от невероятного шума, который царил в королевстве. Все куда-то торопились, кричали.

– Что такое? Что случилось? – спросил мышонок у пробегающей рядом крысы.

– Война! – ответила та на ходу.

– Война? – удивился Джерри. – С кем?

– С Гарузой!

– Так ведь... – хотел было еще что-то сказать мышонок, но крыса была уже далеко.

Джерри бросился к Королеве. Ее Величество была в отвратительном расположении духа.

– Это ужасно! – все время повторяла она. – Нас обманули самым наглым образом!

Вслед за Джерри в тронном зале появился Генерал.

– Ну, что? – нетерпеливо спросила Королева. – Как дела на фронте?

– Плохо! – ответил Генерал. – Враги уже заняли три отсека!

– Три отсека?! Какой ужас! Какой ужас! Если вы не остановите врага, я прикажу казнить вас! А теперь быстрее бегите к своим солдатам!

– Слушаюсь! – рявкнул Генерал и выскочил из тронного зала как ошпаренный.

– А что будет, если Гаруза победит? – осторожно спросил Джерри Королеву.

– Она превратит нас всех в своих рабов! Этого никак нельзя допустить! Лучше я умру, чем стану пленницей Гарузы, этой безмозглой хвастуньи!

Отсюда, из тронного зала, было хорошо слышно, как дерутся крысы. Под землей стоял невероятный шум, писк, топот тысяч крысиных ног.

– Обычно войны ведутся не больше часа, – сказала Королева. Как только побеждающая сторона захватит достаточное количество пленных и съестных запасов, она возвращается обратно на свою территорию. Иногда, правда, войны ведутся и с целью захвата новых территорий, но захватить три отсека – это уж слишком!..

В это время в тронном зале опять появился Генерал.

– Ну, что? – нетерпеливо спросила Королева.

– Плохи дела, Ваше Величество! – простонал Генерал. – Враг захватил четыре отсека и находится недалеко от тронного зала. Вам необходимо перейти в другое место!

– Как вы могли допустить такое?! – закричала Королева. – Разве не вы меня убеждали, что ваша армия самая сильная в мире?!

– Я, – признался Генерал. – Но, Ваше Величество, многие солдаты до сих пор не вернулись из города!..

– Не напоминайте мне об этом! – еще больше разозлилась Королева. – Если врагу удастся захватить еще хотя бы один отсек, я прикажу отрубить вам голову!

– Можете сделать это прямо сейчас, – гордо сказал Генерал, – но моя армия делает все, что может... К этому времени ей удалось уничтожить большое количество врагов.

– Это правда? – воодушевилась Королева.

– Да, Ваше Величество. Несмотря на большие потери и с нашей стороны, воины моей армии не дрогнули и будут бороться до последней капли крови.

– Хорошо, Генерал, – сказала Королева, – можете идти. И передайте своим доблестным воинам, что мысленно Королева с ними!

– Обязательно передам! – пообещал Генерал и покинул тронный зал.

Как только он ушел, Королева сразу же помрачнела.

– Это поражение, – вздохнула она. – Мы проиграли войну...

– Но почему? – удивился Джерри. – Ведь Генерал сказал, что его армии удалось уничтожить большое количество врагов и что воины будут драться до последней капли крови!

– Все равно это поражение, – сказала Королева. – Гарузе еще никогда не удавалось продвинуться так далеко.

И тут в голову Джерри пришла великолепная идея.

– Послушайте, а что если выпустить Тома? Я думаю, что он один стоит половины вашей армии.

– А это неплохая мысль! – воскликнула Королева. – Надо срочно послать за ним, и если он согласится... Это было бы здорово!

– Еще бы он не согласился! – пробормотал про себя Джерри.

Через минуту Том в сопровождении нескольких стражников появился в тронном зале.

– Уважаемый Том! – обратилась к нему Королева. – Надеюсь, что вы простите нас за те неудобства, которые мы вам причинили...

От удивления Том раскрыл рот: то его сажают в тюрьму, то просят прощения! Что за странные существа эти крысы!

Затем Ее Величество вкратце изложила Тому свою просьбу, сказав при этом, что в любом случае без боя ему отсюда наверх не выбраться, так как территория у люка уже занята врагом. Тому не оставалось ничего другого, как согласиться на просьбу Королевы.

Тут же был вызван Генерал. Узнав, зачем был выпущен из тюрьмы Том, он сразу же воспрял духом.

– Главное, появиться неожиданно! – стал учить он Тома. – Неожиданность в бою играет большую роль!

Джерри вначале на всякий случай хотел было проститься со своим приятелем, но потом передумал, чтобы не портить Тому настроение перед боем.

И, надо заметить, правильно сделал. Увидев кота и услышав его грозное шипение, выбитые из сил долгим сражением крысы и той, и другой армии бросились врассыпную. Армия Гарузы помчалась в свое королевство. Зря кричал Генерал своим воинам, чтобы не боялись кота – они прятались где могли. Крысы удирали так быстро, словно началось землетрясение. Не прошло и минуты, как рядом не осталось ни одного воина.

На всякий случай Том пробежался несколько метров вслед за удирающей вражеской армией и вернулся обратно.

Вечером того же дня в зале заседаний собрались крысы со всего Королевства. Посреди зала на ящике из-под фруктов важно сидели Том и Джерри. Рядом с ними на своем живом троне восседала Королева. Около Королевы стоял Генерал с перевязанной лапой. Глаза его сияли от счастья.

– Я собрала вас для того, – сказала Королева, обращаясь к своим подданным, – чтобы выразить благодарность за мужество и верность своей Королеве, то есть мне. Вы еще раз доказали, что армия нашего королевства самая сильная в мире!

Крысы одобрительно зашумели.

– Слава Королеве Бентоне! – крикнул кто-то.

– Слава! Слава! – подхватили остальные крысы.

Когда шум улегся, Королева сказала:

– Я также хочу выразить благодарность нашему Генералу, который даже раненый не покинул поля боя!

При этих словах Генерал еще больше выпрямился, выпятив грудь.

– Я хочу наградить его орденом Банапура, названным так в честь нашего прославленного предка, которого боялись все соседние королевства.

Одна из крыс, сидевших в уголке, подбежала к Королеве и протянула ей орден, на котором была изображена крыса. Ее Величество взяла орден, подошла к Генералу и нацепила на его грудь орден.

– Слава Генералу! – крикнул кто-то.

– Слава! Слава! – подхватили остальные крысы.

Генерал был на седьмом небе от счастья. Он поцеловал лапу Королеве и, когда шум улегся, сказал:

– Хочу заверить Ваше Величество, что я и впредь буду служить вам верой и правдой и не пожалею своей жизни, защищая наше Королевство от врагов.

Королеве эти слова очень понравились, и она довольным голосом произнесла:

– Спасибо, Генерал!

Вернувшись на свой трон, Ее Величество сказала:

– Еще я хочу выразить благодарность нашим гостям, Тому и Джерри, чья смекалка и мужество помогли нам выиграть эту нелегкую войну! Они тоже награждаются орденом Банапура!

Две крысы, сидевшие в уголке, подбежали к Королеве и протянули ей два ордена. Королева подошла к Тому и Джерри и нацепила им на грудь по ордену.

– Слава спасителям! – крикнул кто-то.

– Слава! Слава! – подхватили его остальные крысы.

Том от смущения принялся рассматривать свою награду, а Джерри важно поглядывал на окружающих так, словно он каждый день получал ордена.

После награждения начался торжественный обед. Конечно, все крысы не могли поместиться в столовой, поэтому на обеде присутствовали только Королева, ее приближенные и Том и Джерри. На длинном столе, который представлял собой длинную трухлявую доску, стояла посуда с кушаньем, принесенным с мусорных свалок.

– Ну, уж нет! – шепнул Том на ухо Джерри. – Эту гадость я есть не собираюсь!

– Но тогда они могут обидеться на тебя! – так же тихо произнес Джерри, который тоже не привык к подобной еде. – Ведь они угощают тебя от всей души!

– Ну и пусть обижаются! Это лучше, чем если я умру от их пищи!

Возможно, они бы еще долго спорили о том, как себя вести в подобной ситуации, если бы вдруг Королева не сказала, постучав по столу вилкой с одним целым зубом, требуя тишины:

– Для наших гостей мы приготовили специальное угощение, помня их большие заслуги в разгроме врага!

Две крысы тут же принесли Тому и Джерри по одному большому бифштексу, как ни странно, совершенно свежему. Можно было догадываться, каких трудов стоило крысам достать в городе эти деликатесы.

– Вот это другое дело! – довольным голосом негромко произнес Том. – Это можно и съесть!

Он сразу же повеселел и стал даже любезничать с Ее Величеством.

– Трудно, наверное, быть Королевой вот здесь, под землей? – сказал он, проглотив очередной кусочек бифштекса. – Ведь даже я, обыкновенный кот, не король и даже не принц какой-нибудь, живу в лучших условиях, пользуюсь всеми преимуществами современной цивилизации. А уж Королеве это и подавно положено!

– Да, – согласилась Ее Величество, – жить под землей нелегко. Хотя не надо думать, что я никогда не выхожу на люди. Ночами я часто гуляю по городу. Конечно, я могла бы жить, например, в каком-нибудь большом магазине, где много света, где много всего интересного, где есть эта, как вы говорите, цивилизация. Но разве могу я поселить в каком-нибудь магазине всех своих подданных?!

– Нет, всех, пожалуй, нельзя, – согласился Том, представив себе, что будет, если обнаружится, что в магазине живет целая колония крыс.

– Вот видите, – сказала Ее Величество. – А что за Королева без своего Королевства?! Нет, лучшего места, чем это, для нас трудно найти. Конечно, здесь темно, но и спокойно. Люди особо не тревожат, коты, извините, тоже. К нам иногда попадают даже нью- йоркские газеты или старые книги. Так что мы в курсе всех событий, которые происходят там, наверху.

Том еще немного поболтал с Королевой. Так за разговорами и закончился торжественный обед.

Когда подданные Королевы начали выходить из-за стола, Джерри сказал Ее Величеству:

– Нам у вас очень понравилось, но, к сожалению, нам пора домой.

– Да, – спохватился Том, – а где наша картина? Я оставил ее в тюремной камере!

– Я сейчас прикажу кому-нибудь принести ее! – сказала Королева.

– Нет, я сам! – засуетился Том. – Я сам принесу ее! Вы думаете, она цела?

– Думаю, что да, – пожала плечами Королева. – Разве что Кто-нибудь из стражников немного погрыз ее...

– Что?! – воскликнул Том и опрометью бросился из столовой.

К счастью, картина оказалась совершенно целехонькой. Том взял ее под мышку и сказал:

– Я готов!

– А где вы живете? – спросила Королева. Джерри принялся объяснять, в каком районе Нью-Йорка они с Томом живут.

– Представьте себе, именно там заканчиваются мои владения! – гордо сказала Королева. – Так что вам совсем необязательно прямо сейчас выбираться наверх, вы можете пройтись по моему Королевству. Мало того, я сама проведу вас, все-таки не каждый день у меня бывают такие гости!

Том и Джерри согласились. В конце концов, этот путь значительно безопаснее, чем если бы они шли по городу.

Вместе с Королевой отправились Генерал и несколько крыс-охранников – в целях безопасности Ее Величества.

– Я вижу, вы интересуетесь искусством, – уважительно произнесла Королева, как только они вышли из столовой.

– Да, – не очень охотно отозвался Том, – очень интересуемся...

– А чье это произведение у вас? Наверное, какое-нибудь очень известное?

– Да, – солгал Том, – Римбранта.

– Рембрандта, – тихонько поправил его Джерри.

– Какая разница?! – отмахнулся Том.

– К сожалению, я сама почти ничего не смыслю в искусстве, – призналась Королева. – Но люблю посмотреть на красивые вещи. Правда, мне кажется, что ваша картина какая-то слишком бледная.

– Какая? – переспросил Том.

– Ну, я хотела сказать, что на ней почти ничего не видно...

– Как не видно?

Том и Джерри уставились на картину. Действительно, изображение словно затянуло густым туманом.

– Кажется, начинается! – воскликнул Джерри. – Нам надо спешить домой!

– Что начинается? – спросила Королева. – Что-нибудь случилось?

– Да... то есть нет... То есть я хотел сказать, что картина очень старая и краска на ней уже начала осыпаться.

– И что же теперь будет? – допытывалась Королева.

– Не знаю, – ответил Джерри. – Мы собирались повесить ее где-нибудь у себя дома на видном месте, но как быть с ней теперь...

– А может, вы подарите ее мне? – с надеждой спросила Ее Величество. – Я была бы очень счастлива! Картины – это такая редкость! Пусть даже на ней ничего не видно, я бы могла смотреть на нее часами!

– Увы, – сказал Джерри – эту картину Тому подарила его бабушка, и он не может ее никому ни подарить, ни продать. Но дома у нас полно всяких картин, и когда мы придем к вам в гости в следующий раз, мы обязательно захватим одну с собой, – тут же поспешил успокоить Королеву Джерри.

– О, это был бы для меня великолепный подарок! – воскликнула Ее Величество.

– А может, пока не поздно, – шепнул Том Джерри, – отправимся сами за кладом?

– Ты что, опять?! – разозлился Джерри.

– Да ладно, я же пошутил! – стал оправдываться Том. – Ты совсем перестал понимать шутки!

– Будем шутить, когда вернемся домой! – недовольно произнес Джерри, понимая, что, согласись он отправиться за кладом, Том был бы только рад этому.

Тем временем они шли все дальше и дальше. Королевство Бентоны оказалось действительно большим, правда, встречающиеся на их пути отсеки были пустынны и почти не обжиты. Да и крыс почти не было видно.

– Мы обживаем Королевство по мере необходимости, – объяснила Королева. – У нас еще не очень много жителей, и мы все держимся вместе, чтобы в случае нападения сразу же дать противнику достойный отпор. Я права, Генерал?

– Да, Ваше Величество! – ответил Генерал, который двигался на некотором расстоянии от Королевы.

– Здесь в основном можно встретить только наших стражников, которые в случае приближающейся опасности тут же известят об этом меня и Генерала. Я права, Генерал?

– Да, Ваше Величество, Вы правы! – гордо ответил Генерал. – У нас отлично налажена связь!

– Правда, насколько мне известно, с этой стороны можно особо не опасаться неприятеля, поскольку поблизости нет крысиных королевств. Я права, Генерал?

– Да, Ваше Величество! – ответил Генерал. – И все же мы всегда должны быть начеку!

Королева улыбнулась, довольная ответом Генерала.

Том и Джерри то и дело посматривали на картину. Они просто сгорали от любопытства, желая узнать, какие же слова появятся на железной табличке. Но пока там невозможно было что-либо разобрать. С другой стороны, надо было торопиться домой, потому что если теперь картину удастся кому-нибудь похитить, то можно почти не сомневаться, что клад не достанется их хозяевам.

Приятели так торопились, что Королева со своей свитой еле успевала за ними.

– Когда вы в следующий раз придете ко мне в гости, вы не захватите с собой небольшой кусочек зеркала? – спрашивала она, тяжело дыша от быстрой ходы. – А то мое совсем разбилось!..

– Непременно! – отвечали Том и Джерри. – Мы принесем вам большое зеркало!

– Ах, как это здорово – иметь большое зеркало! – восклицала Королева. – А губную помаду? Вы не могли бы захватить с собой немножечко губной помады?

– О, у нас ей завален весь дом! – отвечали Том и Джерри. – Мы захватим с собой столько, что вам хватит на несколько лет!

– Я буду вам очень благодарна! – восклицала Королева. – Гаруза просто лопнет от зависти, когда узнает об этом!

– Обязательно лопнет! – соглашались Том и Джерри.

– Было бы очень здорово, если бы все это вы принесли ко дню моего рождения! – просила Королева.

– Мы постараемся, Ваше величество! – обещали Том и Джерри.

– Обязательно постарайтесь! – умоляла Королева.

– А мне, – неожиданно робко попросил Генерал, – вы не могли бы мне принести какую-нибудь такую маленькую шпагу?

– Ах, Генерал, ну, ведь это неприлично – приставать к гостям с различными просьбами! У вас же есть деревянный пистолет, зачем вам еще и шпага?! – покачала головой Королева.

– Ну, что вы, когда мы будем идти, мы обязательно захватим с собой и маленькую стальную шпагу! – пообещали Том и Джерри. – У нас как раз есть такая, а мы ей все равно не пользуемся.

Генерал засиял от счастья.

Наконец, несколько крыс, которые бежали немного впереди, остановились и сказали:

– Все, выход здесь.

И показали на лестницу, которая вела вверх, к полуоткрытому люку.

– Отсюда вы попадете на пустырь, – сказала Королева, – но, если я не ошибаюсь, от него не очень далеко до вашего дома...

На прощание Том и Джерри еще раз пообещали, что обязательно придут на день рождения Королевы, и непременно с подарками, и стали подниматься вверх.

Миссис Блэнш выскочила из своей спальни, словно за ней гналась злая собака. На ее лице можно было одновременно прочитать и испуг, и волнение, и радость.

– Ты не поверишь, – крикнула она мужу, – наша картина висит на месте!

– Какая картина? – мистер Блэнш нехотя оторвался от газеты, которую читал, приятно развалившись в кресле.

– Как какая?! Та, которую у нас украли!

– Что же, по-твоему, вор вернул ее обратно? – недоверчиво произнес мистер Блэнш.

– Я не знаю, кто ее вернул, но только она висит на том же месте, на котором висела и раньше!

Мистер Блэнш, пряча улыбку, направился в спальню жены. Едва переступив порог, он застыл с изумлением на лице.

– Действительно, – растерянно произнес мистер Блэнш, – она висит на месте. Но на ней почти ничего не видно! Ее, наверное, испортили и после этого вернули нам обратно! – по его голосу можно было легко догадаться, что мистер Блэнш очень расстроен.

– Смотри, на табличке можно прочитать кое-какие слова! – воскликнула миссис Блэнш, подходя поближе к картине. «Клад», «замке», – прочитала она.

– Наверное, клад находится в каком-то замке! – догадался мистер Блэнш.

– Но как же мы его найдем? В Америке много старинных замков.

– А может, это и не в Америке вовсе?

– Но почему исчез рисунок?

– А может, кто-то уже нашел наш клад, поэтому и рисунка не видно?

Мистер и миссис Блэнш терялись в догадках. Целый вечер только и было разговоров, что о картине. Каждую минуту супруги поочередно бегали в спальню смотреть, не произошло ли каких-либо изменений на картине. Увы, полотно стало совершенно белым, только на железной табличке появилось новое слово: «Старинном»...

Том и Джерри, сытно и вкусно отобедав, спокойно спали, утомленные долгими и опасными приключениями.

Поздно вечером в доме появился полицейский Харман.

– Увы, – сказал он почти с порога, – хочу предупредить сразу: у меня нет для вас хороших новостей! Мы даже поймали преступников, у которых находилась ваша картина, но она куда-то исчезла из их квартиры! Невероятно, кому она могла понадобиться?!

– Ничего, – вздохнула миссис Блэнш, – мы уже смирились с этой потерей.

– Да, – добавил ее муж, – мы даже стали забывать о ней и решили купить другую.

– Вот и хорошо! – вздохнул полицейский. – Ведь, если честно, шансов найти ее почти не осталось!

Полицейский откланялся, а в доме мистера и миссис Блэнш еще долго горел свет.