Офис мистера Ханса находился в самом центре Крейтона, на третьем этаже симпатичного домика из красного кирпича. Внизу была бакалейная лавка, откуда доносился убийственный аромат слоек с корицей — не устоять! Полли, с утра перекусившая яблоком, сглотнула слюну. Выпечка выглядела так аппетитно!

Нет, сначала дело. А вот после покупки особняка она обязательно потратит пару монет на слойку и насладится каждым кусочком! Кое-как успокоив себя этим обещанием, Полли с сожалением прошла мимо витрины.

Под крышей запахи ощущались не так отчетливо. Секретаря у мистера Ханса не было, поэтому, постучав, девушка сразу заглянула в кабинет и застала худого как жердь мужчину за поливом каланхоэ. Мелкие белые цветочки в простом глиняном горшке смотрелись неуместно на дорогущем антикварном столе, но владельца конторы это нисколько не смущало.

— А, мисс Фукс! Вы приехали! — узнал ее мистер Ханс и, отставив лейку, энергично пожал протянутую руку. — Располагайтесь. Как добрались?

— Спасибо, хорошо. — Полли не стала упоминать о краже и присела в кресло рядом со столом, сжимая драгоценный саквояж. — Документы готовы?

— С ними вышла небольшая проблема. — Мужчина уселся напротив и положил перед ней тонкую папку с бумагами. — Цена за дом выросла.

— Выросла? — голос предательски дрогнул, и Полли торопливо вцепилась в документы, чтобы узнать окончательную сумму. — В два раза?!

Девушка с возмущением уставилась на расположившегося за столом мистера Ханса. Заведующий сделками с недвижимостью в Крейтоне пожал плечами.

— Цены растут, мисс Фукс. Желающих перебраться в наш город больше, чем мы можем вместить. Месяц назад цена дома была пять тысяч, сейчас десять. А подождете еще пару недель, станет пятнадцать. — Он развел руками, показывая, что совершенно ни при чем.

От такой наглости у Полли уши встали торчком, и она порадовалась, что сидит в шляпке. Иначе маскировке пришел бы конец, а она не уверена, что для лисиц цена не вырастет еще во столько же. С момента Вистенского соглашения прошло двадцать лет, но равноправие между людьми и нелюдьми по-прежнему значилось лишь на бумаге.

Впрочем, обычному человеку спорить с Хансом было так же бесполезно.

Голова Полли усиленно заработала в поисках решения.

— Я могу взять дом в рассрочку? — спросила она, уже представляя очередную десятилетнюю кабалу ради осуществления мечты. Не для того она проехала столько миль, чтобы с позором вернуться в столицу!

Клерк с сомнением посмотрел на ее добротную, но старенькую одежду, потертые туфли.

— Не думаю, что мы сможем выделить вам такой большой кредит, — честно признался он, и Полли вздохнула.

Она догадывалась — в банке ей скажут то же самое. У нее не было ценного имущества, подходящего для залога, и знакомых, готовых за нее поручиться.

Полли отложила договор. Мечта о домике с розовым садом разбилась на крохотные осколки. Но пусть будет не дом в центре, а какое-то другое жилье. Должны же быть еще варианты!

— А если посмотреть что-нибудь подешевле? В пределах пяти тысяч, — расстроенно спросила она, даже не пытаясь скрыть своего разочарования.

Мистер Ханс с недовольным видом поднялся из-за стола и подошел к шкафу: до закрытия офиса оставалось меньше часа, а они все еще не разобрались с недвижимостью.

— Вот если бы вы прибыли на месяц раньше, как и обещали, я бы с легкостью подобрал вам подходящее жилье, — ворчал он, перебирая многочисленные папки, и Полли не нашлась, что ответить. Задержалась она по собственной глупости, позволив мистеру Лепвигу уговорить себя поработать еще месяц. — А может, вам рассмотреть вариант дома для двоих? Вы замуж не собираетесь?

— Нет! Я хочу свой дом! — прервала его Полли. Хватит с нее одного «совместного» проекта, последствия которого до сих пор болезненно аукались.

Ханс снова закопался в шкафу, пока не вытянул потрепанную и залитую кофе папку.

— Есть у меня один вариант…

Гоблин на пороге не встречал, и это насторожило. Не то чтобы Полли соскучилась по ворчливому аптекарю (век бы его не видеть!), но какими делами мог быть занят мистер Гроули? Ему ни одежду чистить не нужно, ни себя в порядок приводить. А может, у него встреча с другими привидениями? Какой-нибудь призрачный обед. Интересно, духи устраивают подобное?

Из гостиной донесся звонкий смех, и воображение тут же дорисовало, что вечеринку призраки решили устроить в ее доме. Тогда она точно вызовет некроманта! И священника за компанию, чтобы огородить дом от всякой нечисти!

Но когда она заглянула в гостиную, то вместо буйной вечеринки увидела утреннюю посетительницу. Пикси сидела на столешнице прилавка и о чем-то беззаботно беседовала с гоблином, но стоило Полли зайти, как она оборвала свой щебет и ринулась к ней.

— Милли найти «алое»! Милли помогать готовить мазь! — с гордостью воскликнула нелюдь и вытащила из-за спины… красный кружевной чулок.

Лицо Полли пошло пятнами. Зато стало понятно, почему так гадко ухмыляется гоблин.

— Где ты его взяла?

— Милли найти. — Пикси почувствовала исходящее недовольство и отлетела на несколько ярдов. — В корзине, в соседнем доме, — тише добавила гостья.

Полли сглотнула, представив себе объяснение с разгневанной соседкой, у которой украли белье. Судя по изящным кружевам, чулки были не из дешевых. И если она увидела, куда улетела воровка…

— Верни немедленно!

— Милли не вернуть! Милли готовить лекарство! — Пикси в испуге помотала головой и спрятала чулок за спину.

— Я сделаю тебе лекарство. Видишь, я принесла алоэ.

Полли показала горшок, но колючее растение понравилось Милли куда меньше кружевного чулка. Она взлетела к потолку, по-прежнему удерживая добычу и явно раздумывая, не поискать ли другую аптеку, где ей помогут.

Гоблин, уже не сдерживаясь, хохотал в голос.

Наверное, его смех стал последней каплей. Полли сделала вид, что сдалась и собирается уйти, но стоило пикси проскользнуть мимо нее к окну, как девушка в одно мгновение извернулась и ухватилась за свободный конец чулка. От неожиданности Милли выпустила его из рук, а лисица прижала добычу к себе.

— Мой алое! — горестно завопила Милли, с тоской глядя на чулок.

Полли скомкала его и убрала в карман юбки, пока причитания пикси не взбудоражили всю округу. Если уже не взбудоражили!

— Сиди здесь, — едва сдерживаясь, чтобы не накричать, девушка указала на столешницу. — Я сделаю тебе мазь и принесу.

Она ушла в лабораторию, водрузила несчастный горшок на стол и выбрала крупный мясистый лист. Срезав иголки, нарубила его в мелкую кашицу. Марлевый бинт лежал в саквояже, и Полли пришлось подняться за ним в комнату. Она всерьез предполагала, что по возвращении не застанет пикси на месте, но та сидела, насупившись, и с подозрением смотрела на хозяйку дома.

— Вытяни руки.

Милли недоверчиво протянула правую руку, и заверещала, когда прохладная кашица коснулась воспаленной кожи. Но алоэ быстро снимало раздражение, зуд ушел, и пикси недоверчиво покрутила кистью. Затем без напоминаний протянула левую руку.

— Отдашь мой алое? — спросила она непринужденно, когда с процедурой было покончено.

— Нет! — отрезала Полли и добавила, чтобы пикси не возмущалась: — Это плата за мазь.

— Ясно, — вздохнула Милли и, не поблагодарив — к чему, если уже расплатилась чулком? — полетела к окну.

Проводив пикси долгим взглядом, Полли мысленно повторила про себя десять основных ингредиентов сонного зелья, чтобы не зарычать в голос. Нет, так дальше продолжаться не может.

— Где в этом доме стремянка? — вслух задумалась новая хозяйка и, к своему удивлению, получила ответ.

— В чулане.

Аптекарь уже насмеялся, раз соизволил дать подсказку. Знай он, что задумала Полли, промолчал бы.

Стремянка нашлась под лестницей вместе с набором старых, тяжелых, но вполне годных инструментов. Полли выволокла лестницу наружу и бодро забралась по ней, поджав хвост и оседлав верхнюю ступеньку. Роста вполне хватало, чтобы дотянуться до плотно пригнанных гвоздей вывески. Схватившись клещами за ржавую шляпку, она потянула первый гвоздь на себя.

Хватит с нее посетителей. Нет здесь больше никакой аптеки! И не будет!

Гвоздь поддавался туго: раскачивался, но никак не хотел вылезать. Прикусив губу, Полли привстала и потянула со всей силы. Гвоздь так и остался на месте, а вот лестница опасно пошатнулась. «Главное, чтобы хвост уцелел!» — мысленно взмолилась Полли, уже предчувствуя грандиозное падение, и тут вдруг лестница перестала раскачиваться.

— Надо быть осторожнее, мисс! — раздался знакомый ироничный баритон.

Полли, отказываясь верить своим ушам, посмотрела вниз. Молодой мужчина, придержавший лестницу, еще мгновение назад улыбался, пытаясь разглядеть, что за красавицу спас, но стоило их взглядам встретиться, как улыбка сошла с худого лица. Брови спасителя изумленно взлетели наверх.

— Полли? — недоверчиво спросил он.

С каким трудом же лисица сдержалась, чтобы не уронить инструмент ему на голову! Вот уж кого она не думала встретить в Крейтоне, так это Тмора Рекорти!

Полли никому не призналась бы, но именно этот мужчина стал последней каплей, заставившей бросить заявление об увольнении на стол начальнику и уехать! Она надеялась никогда больше не увидеть Тмора, сбежала из столицы в самую глубинку, чтобы даже случайно не встретиться! Забыть некроманта, выбросившего возлюбленную, как надоевшую игрушку!

Но он снова стоял перед ней как ни в чем не бывало. Хотя тут Полли погорячилась. Тмор сильно сдал за этот год — из пышущего здоровьем мужчины превратился в свою тень. А вот взгляд светло-карих «звериных» глаз остался прежним — цепким и внимательным.

— Что ты здесь забыл? — выдохнула Полли, все еще не веря своим глазам.

— Хотел спросить у тебя то же самое.

Мужчина перевел взгляд на вывеску.

— Неужели дела настолько плохи, что ваша лаборатория перебралась в Крейтон?

— Я переехала, — растерянно ответила девушка и тут же спохватилась: какого дьявола она вообще что-то ему рассказывает?! Она не собиралась поддерживать видимость светской беседы, словно они давние знакомые, которые случайно пересеклись в городе. Словно не было долгих бессонных ночей, головокружительных поцелуев, планов на будущее и сладких несбывшихся обещаний…

— Отойди, мне надо слезть.

Полли постаралась добавить льда в голос. Тмор должен понять, что от той наивной девочки-одуванчика, которую знал, ничего не осталось. Он сам растоптал нежные чувства, и на месте милого цветочка вырос цепкий сорняк.

Тмор посмотрел на лестницу, затем на нее.

— Спускайся.

Мужчина и не подумал отойти, чтобы дать свободу для маневра, а сидеть наверху после того, как явно высказала свои намерения, было глупо. Не говоря больше ни слова, Полли начала спускаться и в какой-то момент оказалась зажата между Тмором и лестницей. Ей всего-то и нужно было поднырнуть под его рукой, но…

Его запах не изменился. Горькая полынь и лесной орех все так же кружили голову. Полли знала — если сейчас развернется, макушка упрется ему в подбородок. Он по-прежнему не носил шейный платок и расстегивал верхнюю пуговицу рубашки, игнорируя все правила приличия.

Тмор отстранился первым. Отступил на шаг, и Полли тут же очнулась от наваждения. Щеки вспыхнули, и она разозлилась на саму себя за эту предательскую реакцию. Между ними все давно закончено. Так почему сердце по-прежнему екает, стоит проклятому некроманту оказаться рядом?!

— Надеюсь, мы больше не встретимся, — сквозь зубы пробормотала Полли, хватая лестницу и бочком протискиваясь мимо Тмора.

— Сомневаюсь, — невозмутимо возразил мужчина, отчего-то покосившись на улицу.

Неужели приехал в Крейтон надолго?

Жаль, Полли не владела магическими силами, а то прокляла бы чем-нибудь заковыристым. Тмор вел себя так, будто ничего не случилось. Ну и подлец! Впрочем, надо было раньше догадаться, какой он «замечательный», когда неделю промаялась в неведении, куда делся уехавший на практику возлюбленный. Она-то ночами не спала, гадала, жив или случилась беда? Каждое утро обивала порог гильдии магов, пытаясь узнать хоть какие-то новости! А потом встретила Тмора на улице — живого, невредимого и равнодушного, как зомби!

— У тебя что-то случилось? — негромко уточнил некромант, прерывая воспоминания.

В его интонации звучала такая забота, что хотелось поверить. Только Полли больше не попадется на эту удочку!

— Пока не встретила тебя, все было просто замечательно!

— Правда? — Тмор одобряюще покивал, а затем резко наклонился и протянул руку, словно собирался обнять. Но вместо этого указал на узкий конец чулка, так не вовремя вывалившийся из кармана. — Ты чуть не потеряла. Кстати, раньше ты такие кружева не любила…

Полли рыкнула, запихнула чулок обратно, с грохотом прислонила стремянку к стене и захлопнула дверь перед длинным носом. Да с ним с ума сойти можно!

Голова мистера Гроули появилась между ступенек: покидать дом аптекарь не мог, будучи привязанным к месту смерти, и поэтому только беспомощно наблюдал за действиями новой хозяйки.

— Ты решила снять вывеску? — недовольным голосом поинтересовался он, явно заготовив целую гору возражений. Но у Полли не было никакого желания их выслушивать.

— Это мой дом, что хочу, то и творю. Если что-то не устраивает, там снаружи некромант. Живо развоплотит, — пригрозила она, нисколько не лукавя: Тмору было по силам изгнать призрака. Другое дело, что вряд ли он стал бы помогать своей бывшей, но аптекарю об этом знать необязательно.

Гоблин притих, не ожидая такой гневной реакции, а Полли схватила оставленные на полке бумаги и поднялась на второй этаж. Кинула инструктаж на кровать и, не раздеваясь, плюхнулась рядом. Гораздо сильнее, чем читать, хотелось изорвать бумагу на мелкие клочки, чтобы хоть немного утихомирить гнев.

Неужели в ее жизнь никогда не придет спокойствие?..

Полли выглянула в окно. Тмор ушел. А чего она ожидала? Что некромант будет дожидаться под окнами, как она в свое время, когда надеялась выяснить причину странного поведения возлюбленного?

Выяснила себе на голову.

«Я даже прикасаться к тебе не хочу!» — вспомнились злые слова. В тот вечер некромант оттолкнул девушку, как гадюку. И это после двух лет жизни вместе!

Полли запрокинула голову, смаргивая слезы. Она больше не станет из-за него плакать. Эта встреча была случайностью. Что же, надо считать ее своеобразным прощанием с прошлым. Поставленной точкой в их отношениях. А завтра… Завтра начнется новая жизнь.

Полли подтянула к себе бумаги и вчиталась в нудную, но такую успокаивающую инструкцию.

Полли влетела в контору за пару минут до начала рабочего дня, чуть ли не штурмом пробившись через очередь. Судя по поджатым губам миссис Бетан, та до последнего надеялась, что девушка опоздает или хотя бы появится в неуместном виде. Но пенять оказалось не на что. В кебе Полли оправила помявшуюся после встречи с Найтом юбку, стряхнула с нее шерсть и теперь выглядела скромно и опрятно, как и подобает приличной служащей.

Не найдя, к чему придраться, миссис Бетан кивнула на свободный стол в углу. Узкий и маленький, он едва вмещал одного человека. Даже руки положить некуда, особенно учитывая, что нужно оставить место и для отработанных анкет, и для стопки чистой бумаги, и для чернильницы с потрепанным жизнью пером.

— Твое рабочее место, — не здороваясь, указала напарница. — В следующий раз постарайся приходить пораньше. Сейчас появятся первые посетители, и что их ждет? Ты совершенно не готова к рабочему дню!

— Уже готова! — Полли поспешно подошла к столику. Как хорошо, что в последние годы мода на шляпки была на пике — миссис Бетан не удивилась ее головному убору и не потребовала его снять.

— Ты прочитала инструкцию?

Женщина почти дышала в затылок. Подобное нарушение личного пространства раздражало настолько, что Полли с трудом удалось утихомирить бьющий по ногам хвост.

— Конечно. — Она вытащила инструкцию из ридикюля, водружая на край стола. Больше места не осталось.

— Значит, обязанности долго расписывать не буду, — словно не заметив ее дискомфорта, сказала миссис Бетан. — С сегодняшнего дня ты занимаешься нелюдями. До полудня прием посетителей, затем два часа на разбор новых вакансий. Новичкам заполняешь анкеты, для тех, кто пришел повторно, вакансии уже отобраны — находишь нужную и отдаешь. Если не понравится, пусть доплачивают за поиск других мест, мы тут благотворительностью не занимаемся! И постарайся не задерживать очередь. Все поняла?

— Конечно! — бодро солгала Полли, попутно пролистывая анкеты. По ходу разберется.

Выбранные профессии, попадающиеся на глаза, в основном были связаны с тяжелым физическим или низкоквалифицированным трудом. Грузчики в доках, строители, каменщики. Среди них затесались садовник, кучер и охранник склада.

Удивиться столь необычному совпадению Полли не успела — в дверь требовательно постучали.

— Входите, — громко пригласила миссис Бетан первого посетителя и вернулась за свой удобный массивный стол.

За дверью послышалась возня, и в кабинет зашел коренастый гном. Потертый сюртук явно был ему не по размеру и сидел нелепо. Гном то и дело поводил плечами, и ткань трещала. Миссис Бетан этого звука, похоже, не замечала, а вот Полли прекрасно слышала, как рвутся тонкие ниточки. Этак он без одежды останется, когда отсюда выйдет!

— Подходите ко мне! — торопливо произнесла девушка, и гном, сильнее выпятив грудь, приблизился к ее столу. Аромат щедро набрызганного на сюртук парфюма смешивался с застарелым запахом масел. Полли едва не чихнула, но сохранила дружелюбную улыбку.

— Вы у нас впервые?

— Нет, я приходил на прошлой неделе. Мне обещали подобрать достойную работу.

— Назовитесь, пожалуйста, — попросила девушка, подтягивая к себе увесистую кипу анкет.

— Бол кине Колесокрут. — Гном огладил пышную рыжую бороду, а потом, пока Полли искала его имя в списке посетителей, доверительно оперся рукой о стол. — Наверное, трудно вам пришлось?

— Вы о чем? — растерянно уточнила Полли.

— Найти достойную моего уровня работу. Вы ведь слышали о паровой машине в Стогмонде?

Полли качнула головой, не отрываясь от бумаг. Почерк у миссис Бетан оказался мелким и трудночитаемым, попробуй разбери, что она написала!

— Но с ветряной мельницей в Доггер-Весте вы знакомы?

Удивление в его голосе заставило Полли поднять голову — и поспешно отшатнуться. Гном оказался так близко, что длинная борода почти елозила по столу.

— Что-то слышала, — осторожно сказала лисица. Она действительно читала одну газетную статейку, но совершенно не помнила, о чем конкретно там шла речь.

— Вот! Их придумал мой троюродный дедушка, — с гордостью произнес гном, выпрямляясь.

Миссис Бетан, прислушавшись к разговору, громко фыркнула, а Полли наконец отыскала нужную анкету. Пробежала взглядом по отобранным предложениям и поняла, что влипла. Судя по записям, Болкинсу в лучшем случае светила работа подмастерья на стройке. При взгляде на вдохновленного гнома, с горящими глазами рассказывающего об изобретениях, сложно было представить его таскающим камни и бревна.

— О, это моя фамилия! — обрадовался Болкинс, обратив внимание на лист, который Полли сжимала в руках, и потянулся к нему. Но прежде чем успел забрать, девушка вскочила с места.

— Одну минуту, — попросила она, беспомощно оглядываясь на миссис Бетан: та как раз закончила принимать посетителя-человека и могла ей помочь.

Полли виновато улыбнулась и поспешила к коллеге.

— Кажется, здесь ошибка. Господин Болкинс хотел работать в гильдии артефакторов или механиков, смотрите, здесь даже подчеркнуто, — горячо зашептала она, показывая запись в анкете.

— Что за глупости? С анкетой все нормально, — прошипела в ответ миссис Бетан, выхватывая бумагу.

— Мистер Колесокрут, — сверилась она с фамилией, — для вас есть работа каменщика или подмастерья на стройке. Устроит?

Гном опешил от ее прямоты.

— Каменщик? Подмастерье? Погодите, вы что-то перепутали! Я ведь просил указать в анкете, что я изобретатель! Мне нужно поле для творчества, чтобы реализовать свои идеи!

— Никто не мешает. Изобретайте дома, в свободное от работы время.

— Но я видел, что в гильдию артефакторов требуется помощник, — настойчиво повторил гном.

— Да, такая вакансия была. Но она закрыта, — холодным голосом ответила миссис Бетан. — Решайте, пойдете в подмастерье или отложим на неделю? Напоминаю, взнос за поиск работы составляет один гант.

Гном подергал бороду.

— Я подожду, — со вздохом решил он и полез за кошельком. Монета с глухим стуком упала в металлическую шкатулку.

Когда за посетителем закрылась дверь, миссис Бетан развернулась к Полли, и бесстрашной лисице на мгновение стало не по себе. Она думала, миссис Бетан злилась на гнома? Как бы не так! Она злилась на Полли за ее нерасторопность.

— Ты что тут развела? Работай по списку. Мне плевать, чего они хотят — всем идеальное место мы подобрать не можем! Чтобы таких задержек больше не было, — выговорила она и бросила Полли анкету.

Следующим в контору зашел невзрачный полурослик, еще совсем молоденький на вид. Представители этой расы славились тем, что умели казаться незаметными. Посетитель, не иначе как просочившийся в комнату, мог претендовать на первый приз по скрытности! Обладая невыразительной внешностью, он к тому же сутулился и избегал смотреть на собеседника. Прежде чем выдавить свое имя, долго заикался, а потом столько же кашлял.

Так и до чахотки недолго, — размышляла Полли, пока записывала данные.

В этот раз ей достался новичок, пришлось заполнять анкету. Информацию из Терви Пирса вытянуть было не так-то просто. Из-за заикания обычная процедура затянулась до безобразия. К тому же у парнишки даже законченного высшего образования не оказалось, на что он мог рассчитывать?

— Приходите через три дня, — заполнив последний пункт, назначила Полли время для повторного визита.

Посетитель поблагодарил и снова закашлялся, согнувшись в три погибели.

— Вы бы присели, передохнули минутку, а я вам воды принесу? — предложила девушка, прикидывая, где можно найти чашку. Кажется, полурослику было больно дышать. И как он собрался работать в таком состоянии?

Чашка нашлась, вода тоже, а кашель у Терви немного стих.

— Что ты с каждым отбросом возишься?! — раздраженно спросила миссис Бетан, как только они снова остались вдвоем. — Укладывайся в отведенный регламент. Десять минут на посетителя!

Но Полли не успевала ни в десять, ни в двадцать. Поток визитеров не иссякал, а каждый второй норовил завязать спор. Многим не нравилась подобранная им работа, и Полли прекрасно понимала, почему. Разве не злая насмешка — отправить дриаду в помощницы мясника? Или предложить орку работать пресловутым воспитателем в магической школе? У лисицы возникло четкое ощущение, что миссис Бетан ненавидит нелюдей, и с каждой отработанной анкетой подозрение крепло.

Пару раз Полли замечала директора, мистера Вермана. Спросить бы его! Но он наблюдал за ней со стороны, попивая крепкий кофе, от божественного аромата которого у голодной с утра девушки закружилась голова, и подходить не спешил. От внимательного взгляда зудело между лопатками, и Полли очень хотелось огородиться стопкой бумаг. Интересно, он уже жалел о вчерашнем опрометчивом решении? Очередь под окном не слишком-то сократилась.

Разбираясь с бесконечным потоком нелюдей, Полли сама не заметила, как наступил полдень. Просто в какой-то момент стук в дверь прекратился, а напарница шустро собралась и ушла. Полли несколько минут прислушивалась к благословенной тишине, прежде чем сообразила, что это не затишье перед бурей. Посетители у здания расходились. Девушка обессиленно вытянулась на столешнице, раскинув руки. Она так устала, что встать не было сил!

Выждав для верности еще немного, Полли потянулась, разминая затекшие мышцы, и осторожно выглянула на улицу. Очереди не было. Что ж, от перерыва оставалось меньше получаса — как раз хватит, чтобы сбегать до ближайшей лоточницы.

Еще никогда чашка холодного молока и сладкий яблочный пирог не казались ей такими вкусными!

— Как вам работа, Полли? Не слишком утомила? — раздался голос Далина за спиной, и девушка подпрыгнула, чуть не подавившись куском пирога. Поспешно прожевала, стараясь сохранять милое выражение, насколько это было возможно. Похоже, мужчина узнал, куда она приехала от кучера и решил продолжить их начавшееся утром общение. Вот зачем так пристально смотреть, когда кто-то ест?

— Все замечательно, — соврала она, заглатывая последний кусок и преувеличенно бодро улыбаясь.

Наверное, ложь была слишком очевидной, потому что мужчина фыркнул и тут же попытался придать лицу серьезное выражение.

— Простите, не хотел смеяться, но вы совершенно не умеете врать. У вас такой вид, словно вы камни таскали, а не сидели с бумагами. Готов поспорить, миссис Бетан скинула на вас самую неприятную работу?

— Не думаю, что она специально, — попыталась оправдать напарницу Полли, но Далин только подмигнул.

— Я же говорю, врать не умеете. Не хотите пожаловаться? Честное слово, я никому не расскажу.

— Вообще-то, мне пора идти, — увернулась Полли, но Далин был не из тех, кто сразу уступает.

— Тогда что насчет обеда? Никаких грязных мыслей, клянусь. Только дружеская беседа, — он все-таки рассмеялся, глядя, как вытянулось ее лицо. — Полли, у вас ужасно выразительная мимика. Поверьте, я не потащу вас показывать картины в спальне. Это всего лишь обед, он ни к чему не обязывает.

Сложно было сказать, чего добивался Далин: ее смущения или возмущения — но завуалированные намеки девушка оценила.

— Хорошо, — согласилась она, умудрившись не покраснеть. — Я закончу в три. Где мы встретимся?

— Буду ждать у вашей конторы. А если вы слишком устанете, то вольны отказаться. Я не обижусь.

Оставшиеся пару часов Полли сортировала вакансии. К анкетам ее не допустили — миссис Бетан сама определяла, кого куда отправить, а Полли осталось разложить свободные места по виду деятельности. Она уже поняла, что не стоит просить о чем-то другом. Один раз робко заикнулась, что нашла подходящую должность для Болкинса — для частной ювелирной конторы требовался мастер-артефактор. Но миссис Бетан предпочла сделать вид, что не услышала. В какой-то момент Полли пожалела, что нет бесконечной очереди под окнами — с посетителями хотя бы поговорить можно было, в отличие от ее компаньонки. А так приходилось работать в гнетущей тишине, про себя считая оставшиеся до конца работы минуты.

Далин не солгал. Он появился ровно в три — Полли видела, как он быстрым шагом пересек площадь и остановился у их конторы. Ему пришлось подождать, пока она закончит с бумагами, но, когда уставшая от монотонной работы девушка вышла из здания, Далин ни словом не обмолвился об ожидании.

— Я бы посоветовал шикарный ресторан в центре Крейтона, но, кажется, сейчас тихое и спокойное место придется вам больше по душе, — сказал он, предлагая следовать за ним.

Выбранный ресторанчик оправдывал свое название. «Совиный угол» был настоящим раем для тех, кто жаждал уюта и тишины. Расторопные немногословные официанты, вкусные, но простые блюда. Единственное, что не понравилось Полли — чучела сов, глядящие с полок. Но не портить же себе аппетит из-за любителя-таксидермиста, придумавшего здесь интерьер?

— Нравится? — с тревогой поинтересовался Далин, и Полли улыбнувшись, кивнула. Признаться, сейчас она радовалась одной возможности побыть подальше от работы. А дивные ароматы из кухни добавляли прелесть их незатейливому времяпровождению.

Как Далин и обещал, он вел себя сдержанно, хоть и умело флиртовал, вынудив рассказать больше, чем хотелось. Они довольно скоро перешли на неформальное обращение, немного поговорили о столице, о работе в лаборатории. Узнав о мизерном жалованье, Далин поначалу даже не поверил — он не представлял, как на такие деньги вообще можно было прожить.

Снимая унылую комнатушку на чердаке, — могла пояснить ему Полли, но предпочла не вдаваться в детали. С тех пор как умерла мама, пришлось непросто, и чудо, что она вообще смогла встать на ноги самостоятельно! Отца Полли не знала, хотя мама всегда вспоминала о нем с теплой улыбкой и никогда не сетовала, что обычному плотнику и лисе-зельевару не удалось скопить на собственный маленький дом.

О себе Далин рассказывал с неохотой. Немного о семье — близких родных у него не осталось, гораздо больше — о работе: оказывается, в Крейтоне охранное агентство пользовалось спросом, особенно в туристический сезон, и самую малость, с юмором — о прошедших немногочисленных свиданиях. Местные кумушки задались целью непременно женить Далина до конца года, и каждый визит к клиентам оборачивался для него настоящими смотринами!

Несмотря на риск, что Полли — очередная охотница на мужа, его флирт был непринужденным, и лисица понемногу училась понимать, когда он шутит, а когда серьезен.

— Прости за нескромный вопрос, но что тебя связывает с мистером Рекорти? Мне показалось, вы довольно близки, — спросил Далин, когда принесли десерт. Шоколадный пудинг просто таял во рту, но от вопроса на языке возникла неприятная горечь.

— Если не хочешь, не отвечай, — поспешно добавил он, заметив, как помрачнела его спутница.

— Тут нечего скрывать. Он мой жених. Бывший, — пояснила Полли, поддевая ложкой кусок пудинга и машинально размазывая его по тарелке. — Только не спрашивай, почему мы расстались.

«Я и сама толком не знаю», — не договорила она, ощущая, как затихшее было чувство неуверенности в себе поднимает голову.

— Значит, я не ошибся в первом впечатлении — он полный идиот, — неожиданно поддержал ее Далин и пододвинул девушке свою нетронутую тарелочку с десертом. — Если будет приставать, просто скажи. Я умею разбираться с плохими ребятами.

— Хорошо! — Полли невольно улыбнулась, зачерпывая десерт, и тоска отступила.

Время пролетело незаметно, и девушка точно не пожалела, что согласилась на обед. Интересно, она могла считать это первым за последний год свиданием?

Наверное, все-таки да, потому что за обед Далин расплачивался сам, а затем подвез ее к дому под смешливым взглядом знакомого возницы.

Тмор наблюдал за ними со двора. Судя по аромату мясной похлебки, исходящему от миски в его руках, некромант собирался кормить Найта, а в итоге стал свидетелем их прощания. Вот только деликатностью он не отличался, и вместо того, чтобы уйти, прислонился к собачьей будке.

Между прочим, ничего неприличного. Далин просто поцеловал ей руку, как и в первый день знакомства. Тмор же смотрел с таким негодованием, будто Полли предавалась разврату на пороге его дома!

Подойдя к аптеке, Полли сердито зазвенела ключами, пытаясь расправиться с заевшим замком на дверях. Ничего не выходило, ключ не то что не двигался — не вставал до предела, словно замок примерз! А когда девушка прикоснулась к замку, действительно ощутила неестественный холод. Магия? Неужели Тмор так рассердился из-за ее утреннего визита, что решил проучить? Нет, это было слишком мелочно для него. Или гоблин обиделся за попытку снять вывеску? Призраки не могли сильно влиять на окружающий мир, но рядом с ними слегка менялась температура. Вредный дух мог заморозить замок, чтобы ей отомстить!

— Эй, старик, открывай эту дурацкую дверь! Или клянусь, я вызову некроманта, чтобы в моем доме стало тихо и спокойно, — пригрозила Полли.

— Некромант уже здесь. А ты так сломаешь дверь, — чужая рука в перчатке легла на ее ладонь, и девушка ощутила дуновение теплого ветерка. В тот же момент ключ провернулся и дверь открылась.

Выдавить из себя слова благодарности не получилось, но Тмор их и не ждал.

— Астер знает о твоей пушистой проблеме? — вместо этого спросил он, и Полли нехотя развернулась к нему.

— А если нет, то что? Просветишь?

— Мы не настолько близки, чтобы я предупреждал его о подобном, — «успокоил» ее Тмор.

— Тогда к чему вопросы? Почему бы тебе просто не оставить меня в покое? — обреченно выдохнула Полли. Она и правда не понимала, почему Тмор так настойчиво ищет с ней встречи.

— Мне не нравится, что ты моя соседка. Навевает ненужные воспоминания, знаешь ли. Уезжай обратно в столицу, — предложил Тмор, и Полли рассвирепела. Какое он имел право решать, что ей делать?

— Если тебе так противно наше соседство, почему бы не убраться самому? — спросила она, ткнув пальцем ему в грудь. Тмор перехватил ее руку и сжал, не отпуская, и Полли, ощутив его хватку, впервые испугалась. А не зашла ли она слишком далеко? Привыкла, что Тмор никогда не обидит. Хотя словами он ранил даже сильнее…

— Поверь, я бы съехал. Но знаешь, сколько времени потребуется, чтобы обустроить лабораторию заново? А у тебя вещи наверняка не разобраны и дом не обжит. — Некромант наклонился к ней и доверительно добавил: — Если нужно, я дам денег.

— Засунь их себе!..

Она с силой оттолкнула его, заставляя попятиться с крыльца на заросшую травой дорожку, и некроманту пришлось отпустить руку.

— Полли!

— Для тебя — мисс Фукс! — Она отшатнулась от него, не позволяя сократить расстояние. Тмор выглядел растерянным. Он был так уверен, что она согласится уехать?

— Давай представим, что мы незнакомы. А еще лучше, что нас друг для друга не существуют. Если встретимся в следующий раз — проходи мимо. Я буду поступать так же, — предложила единственный подходящий вариант Полли.

Или ей казалось, что вариант подходящий?

Тмор побледнел, хотя сильнее было уже некуда, несколько секунд выжидающе смотрел на нее, а затем нехотя кивнул.

— Отлично! Договорились.

Некромант развернулся и пошел к калитке. Он что, разозлился? Полли недоуменно нахмурилась, глядя ему вслед.

— А ты не теряешь времени даром! Крутишь перед ними хвостом, как хочешь! — окликнул ее чей-то смутно знакомый голосок, и Полли увидела эльфийку с платиновыми волосами на балкончике соседнего дома. А не она ли увела у Полли из-под носа экипаж? Но сейчас эльфийка выглядела раздраженной, а не виноватой.

— Простите? — попыталась сохранить видимость приличий Полли. Может, соседка не к ней обращалась.

— Не знаю, кто ты такая, но советую держаться подальше от моего Далина! Иначе в следующий раз я могу промахнуться, — прищурившись, заявила эльфийка и взмахнула рукой. Полли обдало холодом, и входная дверь снова покрылась льдистым узором за считаные секунды. Похоже, зря Полли грешила на призрака — нашлась другая особа, которой не понравилось поведение лисицы.

— Не знала, что у Далина есть жена или невеста, — вспомнив, как леди Кастэль расхваливала его как потенциального жениха, сказала Полли. Столь явная демонстрация силы впечатляла, но гораздо сильнее злила.

— Я планирую стать его женой, — надменно вздернула нос соседка.

— А Далин в курсе? Хотя глупый вопрос. Иначе он не пригласил бы меня на свидание, — себе под нос пробормотала Полли, прекрасно зная, какой острый у эльфов слух. И пока соседка придумывала колкость в ответ, лисица с силой, до хруста ледяной корочки, не обращая внимания на заморозку, надавила на ручку. Дверь открылась.

Кажется, с новой соседкой отношения тоже не сложились.

В этот раз гоблин не ругался, провожая ее на работу. То ли смирился, удовлетворившись тем, что Полли готовит лекарства по вечерам, то ли решил, что блажь с работой скоро пройдет. Промелькнула мысль, что ему что-то известно о ее работодателе — услышав, где именно устроилась Полли, гоблин заметно повеселел. Правда, «радовать» ее не спешил, и девушка не стала себя накручивать.

Она почти дошла до перекрестка, откуда ходили кебы, когда почувствовала кровь. Острый металлический запах шел из переулка. «Это тебя не касается», — мысленно сказала себе Полли и сделала несколько быстрых шагов, старательно отворачиваясь от подозрительного места…

Ее хватило на полминуты.

В грязном, темном, сыром переулке помимо крови несло нечистотами. Среди мешков мусора, а вернее, под ними, лежал знакомый воришка-полурослик. На нем живого места не было! Разодранное горло, распоротый живот с вывалившимися кишками. Никакая регенерация нелюдей не могла залечить такие раны. Полли тоже чудес творить не умела. А вот немного поддержать, пока не придет помощь, могла.

Она резанула коготком по собственной ладони и, сдержав рвотный порыв, поднесла окровавленный кулак к ранам мальчишки. Достаточно было пары капель, чтобы запустить ускоренную регенерацию, но Полли предпочла перестраховаться. Когда встала, ее саму повело, вот только расслабляться было некогда.

Она развернулась и бросилась к дому Тмора. Повезло, что он не закрыл калитку. Лисица замолотила в дверь, забыв, что недавно собиралась выкинуть некроманта из головы. Это было нормальным, естественным и привычным — позвать его на помощь. И мысли не возникло, что Тмор может отказать.

Видимо, она прервала его завтрак: под носом у некроманта вырисовывались «усы» из молока, а рубашку он так и не переодел и не соизволил застегнуть. А еще он по-прежнему был в перчатках. Завтракал и одновременно возился с зельями?

— Быстрее! У нас мало времени! — выпалила Полли и, прежде чем он что-то сказал, схватила его за рукав.

Тмор вырваться из цепкой хватки лисицы не сумел, а она уже тащила его за собой. Объяснять что-либо на бегу не стала. Разберутся на месте и по ситуации: вдруг мальчишка уже уполз или, что вероятнее, загнулся от ран?

Когда они вбежали в переулок, полурослик лежал там же, где Полли его оставила. Тмор, не колеблясь, опустился перед ним на колени, проверил слабый пульс и зрачки и провел ладонью над раной, диагностируя повреждения.

— Ты давала ему свою кровь?

— Чтобы продержался до твоего прихода. Не нужно было? — встревоженно уточнила Полли. Сердце болезненно екнуло. Что, если она собственными руками лишила мальчишку последнего шанса на исцеление?

— Нужно, молодец. Регенерация заживила поврежденную артерию, иначе недотянул бы. Он и так потерял много крови. — Тмор разорвал на полурослике окровавленную рубашку и приступил к лечению.

Полли в волнении грызла ногти, глядя, как мальчишка с хрипами выдыхает воздух. Она боялась, что каждый вздох может стать для него последним. Раны действительно выглядели ужасающе. И кто мог сотворить с ним такое?!

В какой-то момент Тмор покачнулся, и Полли показалось, что магу не хватит сил, чтобы вытянуть воришку с того света.

— Отойди, — коротко приказал некромант неестественно глухим голосом, и его рука уперлась в землю.

Потоки магии взвились в воздухе черными спиралями. Даже отскочив на десяток шагов, Полли ощутила отголоски колдовства. А вот крыса, сидящая у мусорного ящика, была не так проворна, и спустя мгновение от нее остался хладный трупик.

Девушка сглотнула, сделав еще шажок назад. Сначала птица, теперь крыса. Раньше Тмор никогда не отнял бы жизнь у живого существа ради магии! А теперь перестал заботиться о подобных мелочах. Хотя… Полли покосилась на затянувшуюся рану на животе полурослика. Если уж выбирать между мальчишкой и крысой, решение очевидно.

— Все. Я выжат досуха, больше ничем не помогу. — Некромант поднялся и машинально вытер ладони о брюки. На серой ткани остались кровавые полосы. — Ему надо к целителю. Повезло, что вообще выжил.

— А без целителя никак? — осторожно поинтересовалась Полли, подозревая, что если притащить полурослика в лечебницу, то его выставят на улицу. И хорошо, если просто выгонят, а не вызовут констебля.

— Очень интересно, — медленно протянул Тмор. — Чего я не знаю? Вы знакомы?

— Он пытался обокрасть меня в день приезда, — призналась Полли. — Знакомство вышло так себе.

Тмор помрачнел. Видимо, тоже представил безрадостные перспективы для воришки.

— Без целителя все равно не обойтись, — с недовольным видом сказал он. — А визит мага на дом выльется в приличную сумму. Тут ведь не простуду вылечить. За такую рану не меньше сотни гантов возьмут.

Полли кивнула. Некромант подлатал и сохранил жизнь, но дальнейшее лечение стоило доверить целителю. Иначе с такими ранами у мальчишки возрастет риск лишиться если не жизни, то голоса точно.

— И чего ты киваешь? У тебя деньги лишние? Или ты внезапно разбогатела? — неожиданно разозлился Тмор, подойдя к ней и схватив за порезанную руку.

Полли вскрикнула, а некромант уже залечил рану. А ведь врал, что без сил!

Полурослик застонал, и она решилась.

— Помоги оттащить мальчишку ко мне. А насчет денег не беспокойся — найду. Главное, чтобы он оклемался.

Полли просто не могла его бросить!

Некромант вполголоса обругал безрассудных лисиц, лезущих не в свое дело.

— А если он умрет? Как будешь объясняться с полицией?

— Ты же сам мечтал от меня избавиться! Если я буду в тюрьме, никто не будет тебе мешать, — не сдержалась Полли. Обида вспомнилась не к месту и не по времени.

Тмор скрипнул зубами, но ничего не сказал. Зато поднял воришку, накидывая на него иллюзию спящего ребенка.

— Меньше вопросов, — пояснил он Полли на выдохе: не таким уж и легким оказался мальчик.

Заурчала, она заурчала!

Стоило закрыть дверь, и Полли прижала ладони к горящим щекам. Она не просто позволила себя погладить, а самым явным образом показала, что ей это понравилось!

Хорошо, что он гладил уши, а не хвост, иначе страшно представить, как ее повело бы от любимой ласки. Тмор знал все ее слабости, а она поддалась моменту!

— Уверена, что вы расстались? — иронично уточнил аптекарь, вылетев из-под лестницы.

Полли подняла на него покрасневшее лицо.

— Не твое дело! — зарычала она, стремительно проходя мимо.

Гоблин ничего больше не сказал, но ухмыльнулся понимающей улыбкой, чем вызвал у девушки еще большее раздражение.

Оставить мальчишку на призрака она не могла и до вечера застряла дома. Пока полурослик спал, собрала старые и ненужные вещи в одну большую кучу и освободила половину кладовки под лестницей. Раньше аптекарь хранил здесь травы: на полу валялись засохшие листочки мяты, вербены, тысячелистника. Но то ли домушники постарались и растащили, толи наследники выгребли все подчистую. Запасы нужно было собирать заново.

Она как раз закончила отчищать от пыли верхние полки, когда прозвенел дверной колокольчик. В этот раз нос уловил чужой и в то же время смутно знакомый запах. Пахло почти как у нее в лаборатории: чистыми бинтами, лекарствами и спиртом.

Вытерев руки о юбку, Полли прошла в холл и открыла дверь. На дорожке стоял целитель в фирменном белом костюме и с саквояжем в руках. Стоило ему увидеть пушистые уши хозяйки дома, и благодушную улыбку с его лица как стерли. Но деньги шерстью не обрастают, а потому разворачиваться и уходить маг не стал.

— Поллет Фукс? — уточнил он, сверившись с бумажкой. — Ну и где ваш пациент?

Взглянув на полурослика, целитель нахмурился еще сильнее — вряд ли ему часто приходилось иметь дело с нелюдью. Услуги целителей стоили дорого, и мало кто мог позволить себе такое дорогое удовольствие.

Тем не менее свое дело маг знал. Осторожно снял повязки, осмотрел багровые шрамы. Они все еще сочились сукровицей, а в одном месте разошлись, несмотря на колдовство.

— Интересненькое дельце. Не знаете, кто на него напал? — спросил целитель, подцепив край раны пинцетом и капнув из какого-то пузырька. Незнакомое зелье оказалось эффективным: вспенилось при соприкосновении с раной, выплеснув наверх серый налет, и края стянулись. Гораздо аккуратнее, чем с помощью магии Тмора. — Если бы не глубина, я поставил бы на собаку. Но здесь как у медведя когти!

Он покосился на ноготки Полли, и девушка поспешно сжала пальцы в кулаки.

— Я нашла его в таком состоянии, — пояснила она.

Маг снова окинул ее подозрительным взглядом, но выяснять подробности не стал.

Возился он долго. Поначалу посоветовал Полли заняться своими делами и не мешать, но, когда девушка пару раз придержала полурослика, чтобы не дергался, и без подсказок подала нужные зелья и инструменты, перестал гнать прочь. Прошло не меньше пары часов, прежде чем целитель закончил с мальчишкой и, уставший, вышел из комнаты. Стащил с рук окровавленные перчатки и бросил в саквояж, вытащив оттуда новую пару и очередной непрозрачный флакон.

— Он проспит полсуток. После надо разбудить его, напоить вот этим зельем и накормить бульоном. У него сильно повреждено горло, никакой твердой пищи в ближайшую пару недель: лучше всего приготовить куриный суп или жидкую кашу. И пусть не пробует говорить — окончательно онемеет. Завтра вечером я зайду к вам, посмотрю, как он.

— Спасибо! Сколько я вам должна? — Полли вздохнула, представляя огромную сумму, но, к ее удивлению, мужчина покачал головой.

— Нисколько. Мистер Рекорти оплатил визит.

— А лекарства?

— Все счета за сегодняшнее и дальнейшее лечение будут выставлены на его имя. Если хотите обсудить этот вопрос, решайте через него.

Маг откланялся и ушел, оставив девушку в полной растерянности.

До вечера она провозилась со шкафчиками для лекарств. Совершенно случайно обнаружилось, что замки были выломаны, да и сами дверцы держались на честном слове. Видимо, после смерти аптекаря мистер Ханс решил, что чинить их нет смысла: зачем зря тратить силы, если все равно нет зелий? А вот Полли порядком надоела гора флакончиков в ее комнате.

Пока чинила, рассказала гоблину о встрече с тварью. Подробности не смаковала, но ее охватил озноб и без красочного описания того, как зверь пережевывал пикси. Переволновавшись, девушка чуть не угодила себе молотком по пальцам.

— Не нравится мне эта история. Говоришь, нападает только на нелюдей? Подозрительная избирательность. — Гроули покосился на спящего мальчишку. — Думаешь, и его он подрал?..

— Была такая мысль, но проверить не получилось. Я сегодня завернула в ту подворотню, но вчерашний дождь смыл все запахи. — Полли повертела дверцу, проверяя петли. Шкафчик после ремонта выглядел почти как новый. — А раньше в Крейтоне были подобные случаи?

— Никогда. — Аптекарь качнул головой и тут же поправился: — По крайней мере, я о них не слышал.

— Хорошее дополнение, — невесело улыбнулась Полли.

Она точно выбрала не лучшее время для переезда. Становиться случайной жертвой неведомого зверя не входило в ее планы.

Девушка убрала инструменты в ящик и задвинула его за прилавок. В гостиной еще многое предстояло починить, да и перестановка не помешала бы. Однако попробовав передвинуть шкаф, Полли едва не вывихнула плечо. В конце концов она оставила мебель в покое: к вечеру стоило немного отдохнуть и привести себя в порядок.

— После того, что ты рассказала о звере, я еще больше уверен, что на кладбище тебе в одиночку делать нечего. Почему бы не попросить о помощи Рекорти? Пусть проводит. И мне спокойнее будет. — Аптекарь по старой привычке устроился в кресле, хотя мог с тем же успехом зависнуть в воздухе. — Вы ведь давно знакомы! Не знаю, что за черная кошка между вами пробежала, но ты ему явно небезразлична.

— Ага, настолько дорога, что он меня на кладбище и прикопает. Под первым же камушком. — Полли упрямо закусила губу. Однажды она уже сдалась под натиском некроманта и больше наступать на те же грабли не собиралась!

Впервые они встретились, когда ей было девятнадцать. Тмор еще учился в Академии и пришел в лабораторию на стажировку. Как же он ее бесил! Заносчивый студент, вечно уверенный в своей правоте и ни во что не ставивший младшую помощницу. Они постоянно ругались из-за зелий: Полли в привычной для себя манере готовила на глазок, следуя больше интуиции, чем правилам: где-то пересыпала ингредиентов, где-то заменяла. А Тмор такого не терпел. На каждый ее успех он твердил, что это случайность, а неудачи высмеивал со всей колкостью, на какую был способен.

Когда же все изменилось? В какой момент самовлюбленный наглец вдруг стал внимательным другом, а позже, несколько лет спустя, и заботливым возлюбленным? После ночи в лесу, когда, добывая чагу, Полли вывихнула лодыжку и не смогла до темноты вернуться, а Тмор отправился ее искать? Или раньше, когда они сидели голова к голове в крохотной пропахшей травами каморке и до утра варили лекарство для его больного отца?

А ведь Полли почти убедила себя, что его любовь и внимание были просто игрой! Почему же тогда он продолжил помогать ей и в Крейтоне?

— Не хочешь брать некроманта, позови с собой Астера, — прервал ее мысленные терзания призрак. — Уверен, он придет в восторг от романтичного свидания под звездами.

— Не хочу, — отвернулась Полли, все еще обиженная на самоуправство Далина.

— Ну и зря. Что может быть прекраснее девушки в лунном свете, занимающейся любимым делом? — с мечтательным вздохом произнес призрак.

— Что это?

Полли вскинулась, прислушиваясь. Показалось, что кричала женщина, но теперь лисица ни в чем не была уверена.

— Я ни-ничего не слышал! — заикаясь, помотал головой собеседник, молодой полурослик с лихорадочным румянцем на впалых щеках.

Кто бы подумал, что она снова встретится с Терви, да еще при таких обстоятельствах! Когда Полли увидела в доме постороннего, то первым делом хотела позвать констебля. Повезло, что призрак оказался на стороне незваного гостя и вовремя ее остановил. Иначе вместо мирных посиделок за чаем Терви пришлось бы разговаривать со стражем порядка и ему объяснять, каким хитрым образом он, минуя замки, проник в дом. Правда, не факт, что тот стал бы слушать его долгие заикающиеся объяснения.

Полурослик, с которым она познакомилась в службе занятости и которого планировала лечить от простуды, приходился воришке братом. Сейчас он мялся у нее на кухне, как девица на выданье, и обеспокоенно поглядывал в гостиную, где спал младший.

История братьев Пирс оказалась на диво банальной. Они родились в небольшой деревушке неподалеку от Крейтона. Мать и отец держали собственную ферму — крепкое хозяйство, дети ходили в приходскую школу. В деревне, где все друг друга знали, к нелюдям относились как-то проще. Главное, что свои, а какой крови — не важно. Братья учились, и способность Терви схватывать все на лету заметили не только местные учителя, но и читающий воскресные лекции городской лиценциат. Он и убедил фермеров отправить сына в крейтонский лицей. Два года учебы и возможность дальнейшего поступления в университет открывали перед деревенским мальчишкой огромные перспективы.

Поначалу в Крейтоне Терви безумно скучал по старой мирной жизни, отправлял длинные письма, при любом удобном случае ездил домой. Но к концу первого семестра он с головой ушел в учебу, а еще через год начал готовиться к поступлению в университет с надеждой на стипендию. На открытом родителями счету скопилась небольшая сумма, и ее ежемесячное пополнение на пятьдесят гантов осталось единственным общением семьи со старшим сыном.

А потом пришла эпидемия. Вспыхнув за городом, она перемолола половину жителей приграничных деревень, и чета Пирсов не стала исключением. Перед итоговыми экзаменами Терви пришло уведомление о вступлении в наследство — и неимоверном долге, повешенном на него за лечение младшего брата. Мальчишка, в отличие от родителей, выжил.

Расплатиться пришлось фермой. Терви забрал Фирса в город, и ни о каком поступлении в университет речи больше не шло. Надо было где-то жить и чем-то питаться. Некогда лучший ученик лицея устроился младшим помощником счетовода, взяв на себя почти все дела и зарабатывая сущую мелочь. Он и в агентство занятости заглянул в надежде найти приработок, потому что денег катастрофически не хватало. Тут Полли вздохнула, понимая, в насколько схожей была ситуации.

Пропадая с утра до вечера на работе, он не мог присматривать за братом, и Фирс попал в дурную компанию. Начал врать, приворовывать. Терви пытался его остановить, но все разговоры кончались скандалом. Несколько раз Фирс уходил из дома, вот и после последней ссоры ушел, пообещав, что Терви пожалеет — и пропал на несколько дней. Первые сутки Терви не беспокоился, но, когда брат не объявился и на второй день, отправился на поиски.

Естественно, приятели Фирса сделали вид, будто его не знают, а показания жителей слишком разнились: кто-то видел мальчишку за мостом, другие — в трущобах в компании бродяг, третьи считали, что никуда он не ушел и шныряет неподалеку — неслучайно у булочницы Вессы недавно кошелек пропал!

Узнав, что некая приезжая девица расспрашивает о полуросликах, Терви решил не упускать шанс и явился в дом любопытной особы.

Полли встала перед дилеммой. Идти братьям было некуда — они снимали однокомнатную хибару, и неделю назад хозяин, поднявший цену и раздраженный просьбами об отсрочке, предложил им съехать. Шансы снять где-то угол стремились к нулю. Терви буквально умолял Полли разрешить брату пожить у нее в доме, пока тот не встанет на ноги. Сам он собирался бродяжничать и копить деньги, чтобы к выздоровлению Фирса обзавестись хотя бы самым дешевым жильем.

— Если приберешься в гостевой комнате, можешь оставаться там, — скрепя сердце, предложила Полли. Выгонять полурослика на улицу, когда по городу бродит охотящийся за нелюдью зверь, было бы бессердечно.

— Рекорти это не понравится, — заметил аптекарь, когда девушка, оставив старшего брата ухаживать за младшим, отправилась в свою комнату.

— Ты сам попросил помочь. Я свалю вину на тебя, — беззастенчиво предупредила Полли и захлопнула перед призраком дверь.

Соваться туда и продолжать бухтеть он не стал. Девушка же, вымотавшись за ночь, собиралась принять душ и поспать пару часов. В итоге уснула прямо в ванной, и разбудил ее не дверной колокольчик, не ломящиеся в аптеку незнакомцы и даже не остывшая вода — аромат яблочного пирога с корицей приятно защекотал ноздри.

Полли проснулась. Поспешно вылезла из ванны, с силой растираясь полотенцем, чтобы согреться. Потянулась, встряхнула хвостом, разбрызгивая по комнатушке капельки воды, и только после сообразила, что раз она спала, готовил кто-то другой! Тмор или Терви? Не став гадать, Полли накинула халат и бросилась вниз по лестнице.

На кухне хозяйничал полурослик. От медной турки на плите поднимался пар, а румяный пирог остывал на столе.

— Вы проснулись? Проходите, при-присаживайтесь! — Терви шустро выдвинул стул. — Кофе?

Он потянулся к кофейнику, но налить не успел, согнувшись под приступом кашля. Кофе пятном разлился по столу. Остановить кашель никак не получалось, и по щекам парня пошли красные пятна. Терви лихорадочно застучал себя по карманам, вытащил какой-то флакон, дрожащими руками принялся отвинчивать крышку.

Солодку Полли почувствовала прежде, чем он опрокинул в себя лекарство, и резко выбила флакон у него из рук.

— Что вы делаете?.. Что…

Кашель не дал полурослику нормально продолжить, и Полли метнулась к зельям на полке, нашла приготовленное для него лекарство.

— Держи, специально для тебя сделала, — сказала она, заставляя парня проглотить залпом половину микстуры. Зелье было противным на вкус, гораздо более омерзительным, чем тот настой, что он собирался выпить, зато действенным. — Ты чем думал, когда купил зелье с солодкой?

— Мне сказали, это от простуды. Лекарство п-помогает…

— Не сомневаюсь. — Полли сердилась, но больше не на Терви, а на аптекаря, всучившего ему зелье. — Только у полуросликов через какое-то время вызывает паралич. Долго ты его пил?

— Пару дней.

— Я приготовлю противоядие на всякий случай, — с досадой вздохнула лисица, возвращаясь к шкафчику с зельями. Не хватало еще со вторым полуросликом возиться. Тогда вместо «Аптеки» можно сменить надпись на «Дом милосердия». Вот же свалились на ее голову!

— П-простите, от нас одни хлопоты, — почувствовав ее настроение, повинился Терви, пока Полли на глазок смешивала ингредиенты. — Вы приютили меня и брата, лечите его, хоть он доставил немало хлопот. Вы скажите, сколько г-гантов ушло на его лечение, я все возмещу! Не-не сразу, но обязательно верну до последнего ганта! И ваши усилия мне бы тоже хотелось ком-ком-компенсировать…

Он заикался через слово, глядя на Полли с такой щенячьей преданностью, что девушке стало не по себе.

— Прекрати! Я помогаю не ради денег! — рассердилась она.

Терви, почувствовав ее раздражение, замолчал и уставился в стол. Кажется, он и забыл, когда ему в последний раз помогали безвозмездно. Зато гоблин готов был осчастливить каждого посетителя, и теперь недовольно хмурился за спиной полурослика, знаками показывая Полли, что неплохо бы успокоить паренька. Отлично, может ей теперь и с душевными терзаниями разбираться?!

Она поставила перед Терви флакон с противоядием.

— Послушай, если хочешь отплатить за помощь, помоги с домом. Я только въехала, и мне надо обжиться: убраться, прополоть огородик с целебными травами, черепицу кое-где поменять. Что скажешь, справишься? — предложила она, и парень вскинул на нее счастливый взгляд.

— Да!

— Вот и договорились. Но не переусердствуй и не забывай пить микстуру каждые три часа. — Полли хлопнула его по плечу и уселась завтракать.

Кофе безнадежно остыл, как и пирог, но девушка уже привыкла к тому, что ее мирная жизнь в Крейтоне далека от воображаемого идеала. Хотя, определенно, протекает насыщеннее, чем в столице. Там каждый день после расставания с Тмором казался одинаковым: работа и сон в каморке под крышей под писк летучих мышей и ругань хозяев дома, где она снимала комнату.

Стук в дверь отвлек ее от завтрака. «Нежданный посетитель», — нахмурилась Полли, раздумывая, стоит ли его проигнорировать или все-таки пустить.

Посетитель больше не трезвонил, но, судя по неисчезающему запаху муската (почему-то в этот раз смешанному с цветочным ароматом!), продолжал терпеливо ждать. Полли решила, что от разговора с нее не убудет. Вместо шляпки она поспешно наценила ужасный чепчик, не желая разъясняться по поводу ушек. Да и честно сказать, лисица считала, что вчера они поссорились всерьез и надолго.

Далин стоял на пороге с виноватым выражением лица. Позади него маячил ожидающий кеб, а сам мужчина поспешил вручить Полли огромный букет белых лилий.

— В знак примирения. Мне показалось, ты на меня вчера обиделась.

— Не показалось, — не стала юлить Полли, осторожно принимая букет. В носу засвербело от острых запахов, и пришлось сдерживаться, чтобы не чихнуть. — Мне не нравится, когда за меня решают, что делать.

— Я не пытался тобой командовать. Но в Крейтоне свои правила, и если хочешь чего-то добиться от стражей порядка, нельзя идти напролом. Вчера я съездил в ратушу, рассказал о случившемся. Бургомистр возьмет дело под свой контроль. Так что не волнуйся больше. — Он улыбнулся едва заметно, словно боялся, как Полли отреагирует на его слова.

— Ты мог объяснить это вчера.

— Мог. Но ты слишком хотела справедливости, — заметил Далин.

Полли отвела взгляд. Наверное, действительно погорячилась. Но она ведь не виновата, что ситуация задела за живое!

— Как ты провела ночь?

Лисица невольно покраснела от вопроса. Некстати вспомнились крепкие руки Тмора, его предложение о поцелуе и совместные посиделки в склепе.

— Ты ведь спала? Выглядишь усталой. Прости, я не подумал принести зелья от бессонницы. Наверное, тебя мучили кошмары… — Далин продолжал строить предположения, и Полли прервала его, не в силах согласиться или опровергнуть:

— Я уснула под утро.

— Тогда тебе стоит еще немного отдохнуть. Не буду больше отвлекать. — Мужчина отступил с порога, не став напрашиваться в гости или приглашать на прогулку.

— Ты заехал, только чтобы вручить цветы? — удивилась Полли.

— Я хотел тебя увидеть. Это веская причина, — гораздо шире улыбнулся он, подавшись вперед и коснувшись рукой ее щеки. Затем так же быстро отпрянул. — До встречи.

Кеб уехал. Лилии благоухали так сильно, что от запаха кружилась голова, и Полли поспешила убрать их в гостиную. Там их запах хотя бы отбивал вонь лекарств и крови.

К возвращению Полли оба полурослика крепко спали. Терви, вместо того чтобы подняться на второй этаж в предоставленную ему комнатушку, устроился прямо на полу в гостиной, рядом с диванчиком брата. Полли сходила за вторым пледом и набросила на парня: последние дни так вымотали его, что он уснул без задних ног.

А ведь ему тоже надо было идти на работу. На сколько дней ему могли дать выходной? На два? Три? Лисица помнила, что даже когда тяжело болела, старик Лепвиг отпускал ее нехотя — слишком большие убытки терпел в отсутствие помощницы. Если Терви выполнял обязанности счетовода, то и его скоро начнут искать — или подыщут на освободившееся место кого-то более расторопного.

Как ни посмотри, а чем быстрее она приготовит зелье с ночецветом, тем лучше.

На всякий случай перед сном Полли заглянула в лабораторию, проверила основу. Та оставалась гармоничного нежно-зеленого оттенка, но к рассвету потускнеет, утратит насыщенность, и можно будет приступать к работе.

Утро началось рано — с посетителей. Заглянула Милли, в этот раз не одна, а с целой стаей подружек: пикси устроили поминки по погибшей сестре, перебрали нектара и теперь страдали от похмелья.

«Может, хорошо, что они не способны долго переживать из-за случившегося, — подумала Полли, глядя, как после приема зелья они весело защебетали. — Уж лучше пусть смеются, чем плачут».

Пикси заплатили сладкими фруктами, наверняка утащенными с рынка, и Полли поспешила уничтожить улики: одно яблоко сгрызла сама, второе порезала для Терви, а третье перемолола в пюре для воришки. Фирс пока подпускал к себе только брата, и то Полли сомневалась, что узнавал его. Но бульоны пил и позволял ему себя обтереть, не скандаля. Отвратительный запах испражнений, крови и пота исчез, и девушка наконец могла спокойно находиться с полуросликом в одной комнате и не задыхаться от вони.

Полли нацепила чепец и фартук, предупредила, чтобы ее не трогали, и взялась за приготовление зелья. Но тут в дверной колокольчик снова позвонили. На этот раз беспокоили не клиенты аптеки — молодая чета Саверсов, потерявшая дочь, стояла у порога. Муж обнимал за плечи изможденную жену. Куда делась та красивая молодая особа, которую Полли видела позапрошлой ночью? От миссис Саверс осталась бледная тень: осунувшееся лицо, заплаканные глаза, в темных волосах появились седые пряди. Не верилось, что человек может измениться столь сильно всего за пару дней!

Мистер Саверс держался немногим лучше.

— Мисс Фукс, простите, что без приглашения, но мы можем войти? — спросил он, и столько глухой боли прозвучало в его голосе, что отказать Полли не смогла: зелье пару часов подождет, а вот Саверсы — вряд ли.

— К сожалению, не могу пригласить вас присесть в гостиной, но, может быть, кухня устроит? — спросила девушка.

Гости кивнули. На полуросликов в гостиной они покосились, но ничего не сказали. Кажется, им очень важно было поговорить с Полли, раз они поступились этикетом. Вот только разговор не клеился. Неловкое молчание угнетающе звенело в воздухе.

Спрашивать, будут ли гости чай, Полли не стала. Сразу разлила его по чашкам, добавила мяты и мелиссы и поставила перед супругами.

— Выпейте, здесь нет зелий, просто немного трав, — посоветовала она.

Миссис Саверс сжала чашку трясущимися руками. Видя, с каким трудом ей дался и один глоток, муж взял инициативу на себя и начал разговор:

— Завтра похороны Алии. Мы благодарны мистеру Рекорти, что он отыскал нашу дочь, и она перестала быть… чудовищем. — Мужчина сглотнул. Он входил в состав поисковой группы, отправленной к склепу, чтобы забрать тело девочки, и наверняка насмотрелся на оживших (и уже упокоенных) мертвецов. Существования в ипостаси зомби никому не пожелаешь. — Но моя жена хотела узнать, какими были последние минуты Алии. Вряд ли мистер Рекорти станет делиться подробностями, все-таки он некромант, и мы подумали…

— Вы ведь были там. Скажите, что вы видели? — Миссис Саверс повернулась к Полли и неожиданно схватила ее за руку. — Моей девочке было страшно? Она мучилась?

— Не думаю, что ваша дочь понимала, что происходит, — честно ответила лисица, пожимая тонкие пальцы. — Ее вторая смерть была быстрой и безболезненной.

Рука миссис Саверс бессильно обвисла.

— Она скучала по вам, — добавила девушка, вспомнив взгляд умершего ребенка. Это было нечестно и обидно! Почему Алия должна была умереть так рано?

Рассказ много времени не занял, но к его концу в душе миссис Саверс словно прорвало плотину. Женщина говорила и говорила. Рассказывала, как они ждали рождения Алии, как та сделала первые шаги, впервые назвала ее «мама». Как научилась читать по слогам и рисовала смешные портреты семьи и прислуги. Как притащила с улицы грязного кота и до слез не хотела расставаться с ним, даже когда нашелся его настоящий хозяин.

— Алия всегда была такой непоседой. Постоянно спрашивала меня, что и как устроено, лезла везде, где можно и нельзя. А мы только потакали… — Мужчина сжал пальцы в кулаки.

— Может, будь мы с ней построже, беды бы не произошло, — всхлипнула миссис Саверс.

— Не надо, дорогая. — Муж притянул к себе ее голову, поцеловал в висок.

Став невольной свидетельницей семейной трагедии, Полли сидела очень тихо. Но когда миссис Саверс умолкла и расплакалась, девушка вышла и вернулась с флакончиком успокоительного зелья.

— Мы, пожалуй, пойдем, — поглаживая жену по спине, сказал мистер Саверс. — Простите, что вывалили на вас все это, и спасибо, что дали моей жене выговориться.

— Если вам потребуется лекарство, приходите в любое время, — пригласила Полли.

Мистер Саверс с благодарностью кивнул, пряча флакон в карман сюртука.

Надолго задержаться Тмору не получилось: ему надо было в ратушу по делу, а затем на кладбище — провести обряды над могилами, из которых появлялись мертвецы. Испугавшись обилия нежити, бургомистр расщедрился и оплатил услуги некроманта из государственной казны. Тмор с удовольствием передал бы работу коллегам, но в Крейтоне было всего три некроманта, и двое из них находились в таком почтенном возрасте, когда на кладбище скорее приносят, чем отправляют с заданием.

Стоило ему выйти за дверь, как появился курьер с цветами. Принимать очередной огромный букет лилий Полли не хотела, но курьер оказался настырным и наотрез отказался везти цветы обратно: его дело вручить, а что дальше будет, решайте сами. Хоть выбрасывайте, хоть ешьте!

В гостиной уже стоял один букет, и аромат лилий настолько пропитал комнату, что у Полли отнимался нюх. Отнести его в свою спальню она тем более не могла. Навязанный подарок обрел пристанище на тумбочке у Терви, и Полли не сомневалась, там он и останется, пока не завянет.

Захлопнув дверь в гостевую комнату, девушка прислушалась к происходящему на первом этаже. Полурослики разговаривали почти час, и за это время успели поругаться, помириться и вспомнить прошлое. Судя по ответам Терви, Фирс пообещал брату вести себя прилично, и Полли искренне надеялась, что мелкий воришка сдержит слово. Не хотелось бы недосчитаться алхимической посуды или зелий.

А с Далином пора было поговорить. Полли, в общем-то, нравилось с ним общаться. Интересный собеседник, он умел развеселить, а в нужный момент повести себя со всей серьезностью. Он ухаживал с особой галантностью, от которой сложно было увернуться. Но именно эти рамки и раздражали свободолюбивую лисицу. Она ведь Тмора любила в том числе и за его порывистость, за те сюрпризы, которые он привносил в их жизнь. Он мог запросто увлечь ее за город, чтобы всю ночь любоваться звездным небом, лежа на пледе. Мог часами рассказывать о своей работе, не боясь, что Полли наскучит, — и ничуть не обижался, если она начинала заниматься своими делами, устав от его долгих рассуждений. Тмор не дарил украшений, кроме кольца, и иногда за его подарки Полли приходилось краснеть, настолько несуразными они были. Тот же пресловутый шампунь для хвоста она запомнила надолго! Но каждый его подарок говорил о том, что он действительно подумал о ней. Некромант не видел в ней красивое дополнение к статусу или костюму, а любил и принимал такой, какая есть, и это делало их обоих счастливыми.

Полли прижала пальцы к губам, все еще горящим после поцелуев. У нее и Тмора появился второй шанс на счастье. И все возможные недоразумения лучше было разрешить сразу.

Стыдно признать, но Полли до сих пор не удосужилась спросить, где живет Далин. Зато найти его охранную контору оказалось несложно: мужчина снимал первый этаж крепкого на вид каменного здания в центре Крейтона. Строгий секретарь средних лет попросил подождать, и пока докладывал о визите, Полли осмотрелась. Далин не окружал себя роскошью: пожалуй, в чем-то обстановка выглядела аскетично, зато мебель была удобной, с диванчика даже вставать не хотелось.

— Полли! — Далин вышел из кабинета и быстрым шагом приблизился к ней. — Ты пришла! Что-то случилось?

— Ты занят?

— Мистер Астер, до пятнадцати его сиятельство Ленден ждет договор, — сухим безэмоциональным голосом напомнил секретарь, и Далин покосился на высокие напольные часы на полу.

— Мне надо заглянуть домой за бумагами, завезти их графу на Малую площадь, а потом я свободен. Не хочешь прогуляться со мной, если есть время? — Секретарь откашлялся, и Далин добавил, с легкой усмешкой глянув в его сторону: — Если не боишься, что будешь этим скомпрометирована.

Боялась Полли одного — встретить в городе Тмора, но уточнять не стала и под неодобрительным взглядом секретаря согласилась на предложение. Как часто Далин приглашал девушек прокатиться с ним до дома? И сколько из них оставались у него до утра?

— Ты так рассматриваешь меня, что страшно представить, какие мысли бродят у тебя в голове, — усмехнулся Далин, подавая ей руку. Ступеньки в кебе были неудобны для подъема.

— Мне интересно, сколько у тебя было любовниц, — честно призналась Полли, и мужчина закашлялся не хуже секретаря.

— Достаточно, чтобы набраться опыта, — ответил он со смехом.

Только тогда Полли поняла, насколько бестактно прозвучал вопрос, но смущаться было уже поздно.

Дом Далина, в отличие от офиса, располагался ближе к окраине. По сравнению со многими домами в округе он выглядел презентабельно: отделка из красного кирпича, массивная, обитая железом дверь. И все же Полли ожидала, что размерами он будет больше ее аптеки.

— Разочарована? — заметив скользнувшее во взгляде удивление, с кривой усмешкой уточнил Далин. — После покрытия долгов отца матери едва хватило оставшихся денег на эту развалюху. Сложно привыкнуть к жизни в доме, где комната как кладовка.

Он открыл дверь, галантно предлагая зайти. Щелкнул по магическому светильнику, зажигая свет в холле. Полли, успевшая сделать несколько шагов, застыла на месте, увидев уставившуюся на нее лису, готовую к броску. Не сразу сообразила, что это не домашнее животное, а чучело: так детально и кропотливо была выполнена работа таксидермиста.

— Что-то случилось?

— У тебя очень необычный интерьер, — вымученно улыбнулась Полли, кивая на лису. Невольно представила себя на месте бедного животного, и у нее встопорщился хвост вместе с ушами.

— Нравится? — Далин с гордостью посмотрел на чучело. — Отец был заядлым охотником, и в нашем прежнем доме хранилась целая коллекция чучел. К сожалению, мне удалось оставить себе лишь одно, коллекцию распродали. — Тут он помрачнел, но тряхнул головой, отгоняя тягостные думы. — Эту лису я поймал сам, когда мне было десять.

Возможно, Далин ожидал похвалы, но Полли не смогла заставить себя улыбнуться. По ее мнению, бессмысленные убийства были явно не тем, чем стоило гордиться.

— Подождешь немного? Я схожу за документами и вернусь, а ты пока можешь осмотреться, — предложил мужчина, нарушая возникшую паузу, и Полли кивнула. Оставаться рядом с лисой не хотелось, а посмотреть, как живет начальник охраны, было действительно интересно.

Обстановка в доме оказалась скромной, даже скудной. Видавшая лучшие дни мебель, пыльные портьеры, старый камин. Из гостиной вела дверь в кухоньку, и девушка сунула туда любопытный нос. Будто на собственную кухню попала, мебель один в один походила на ту, что стояла в ее доме. Может, на весь Крейтон работал всего один мастер по дереву?

Не найдя на кухне ничего интересного, Полли вернулась в гостиную, собираясь чинно посидеть в кресле, но тут послышался странный звук. То ли поскрипывание, то ли шуршание, доносящееся из-под пола. Мышами или крысами в доме не пахло, да и звук был слишком тяжелым для мышиных лапок. Заинтригованная, девушка присела на корточки, дотронулась пальцами до деревянного пола. Тот чуть заметно вибрировал, когда звук повторялся: протяжный гул, будто кто-то запустил в подвале мельничные жернова или маленькую паровую машину. Что могло издавать такое звучание? Или кто?

— Полли, что ты делаешь?

Далин стоял в дверях, и девушка, невольно вздрогнув, быстро вскочила на ноги.

— Какой-то необычный шум, — со смущенной улыбкой сказала она. — Вот, послушай. Как гудение…

Мужчина прислушался, а затем тряхнул головой.

— Едва слышу. Может, это Ферра? Река ведь неподалеку, — напомнил он.

Полли кивнула с долей сомнения. Незаметно принюхалась. Не сказать, чтобы запах сильно напомнил речную тину, но и знакомых ароматов девушка не почувствовала. Скорее, буйная смесь запахов, но именно так и пахла городская речушка.

— Я забрал документы. Поторопимся, не хочу опоздать к потенциальному клиенту.

Полли поспешно покинула дом, бросив на чучело прощальный взгляд. Желтые стеклянные глаза смотрели сквозь нее. Выходит, первое, что видит Далин по приходу домой — мертвую лису! Жутковато.

— Ты живешь один? — поинтересовалась Полли, пока они ехали к графу Лендену.

— Уже давно. Мать умерла восемь лет назад, отец еще раньше.

— А братья или сестры?

Мужчина слегка нахмурился, вопрос явно был ему неприятен.

— У меня был брат, сводный, — нехотя сказал он.

— Вы не ладите?

— Он утонул. Не извиняйся, — опередил ее Далин, увидев, как побледнела девушка. — Я его практически не знал. После смерти отца мать вышла замуж во второй раз. У отчима был сын на год старше меня, и мы не очень ладили. Подростки, что тут сказать. Дрались частенько, обзывались. Однажды он убежал к Ферре, собирался поплавать, ну и… Прости, я не хотел бы вспоминать.

Полли понятливо кивнула, и в кебе воцарилось неловкое молчание.

— Ты о чем-то хотела поговорить, — напомнил Далин.

— Может, за обедом? Если ты не против, — предложила Полли, не в силах сейчас начинать разговор.

Далин задумчиво посмотрел на нее. Кажется, понял, что разговор предстоит не из приятных.

У графа он не задержался. Полли дожидалась в кебе, продумывая варианты диалогов. Она десятки раз давала отказы, но впервые ей было сложно это сделать. Далин располагал к себе, и Полли совсем не хотела терять друга. Вот только мужчина явно рассчитывал на большее, чем милые разговоры и ничего не обязывающие прогулки.

— Где будем обедать? Может, сходим в «Совиный угол»? — предложил Далин, вернувшись, и Полли согласилась — лучше поговорить в знакомом кафе в спокойной обстановке.

Они выехали с Малой площади, и тут лошади испуганно заржали, а возница вскрикнул. На крышу приземлилось что-то крупное и тяжелое. Девушка ощутила животный запах, а в следующий миг крыша обрушилась под ударом лапы. Вместе с обломками внутрь свалилась громадная кошка с кожистыми крыльями. Сложила их за спиной, чтобы не поцарапать об острые щепки, и облизнулась, глядя на лисицу с явно гастрономическим интересом. Протянула лапу с острыми как бритва когтями… Инстинкты Полли завопили об опасности, и лисья натура взяла свое. Девушка выпустила собственные когти и ударила ими по большому кошачьему носу прежде, чем сообразила, кого именно видит перед собой.

Тварь обиженно взвизгнула и неуклюже отпрянула, чудом не завалив кеб. Полли выскочила с другой стороны, потянув за собой Далина. Она боялась увидеть труп кучера, но вознице повезло — крылатая тварь заинтересовалась только труднодоступной добычей в карете, предпочтя их пропахшему табаком мужчине.

Во все стороны от кеба шарахались люди, крича так, что Полли едва не оглохла. Она и сама побежала бы прочь, если бы не боялась повернуться к твари спиной. Казалось, только развернись, и та в один прыжок настигнет и прикончит! В какой-то момент мимо просвистела пуля — один из констеблей попытался застрелить химеру, но не преуспел. Зато напугал знатно. Тварь тяжело взмахнула крыльями, собираясь взлететь, но вдруг дернулась, словно наткнулась на незримую стену. Забилась в невидимой клетке, не находя выхода. Люди загалдели сильнее, догадавшись, что случилось: в этот раз вовремя подоспела не только полиция, но и маги.

Запах полыни Полли учуяла сразу же, и когда сильные руки сграбастали ее и прижали к груди, нисколько не сопротивлялась. Ей действительно было страшно. Только сейчас она осознала, как близка была к смерти. Один удар когтистой лапы мог оборвать ее жизнь!

Полли затрясло, и глухие рыдания вырвались наружу. Она порвала на Тморе жилет, не спрятав вовремя когти, а некромант только крепче обнял, гладя по голове и шепча, что все будет хорошо. Шляпка во время побега потерялась, но сейчас Полли было не до того, чтобы думать о своей маленькой пушистой тайне. Зря Тмор называл ее храброй лисичкой. Она оказалась той еще трусихой, столкнувшись с настоящей опасностью лицом к лицу.

— Куда ты смотрел?! Почему не защитил? — с гневом зарычал некромант, глядя на кого-то за спиной Полли, и девушка вспомнила о Далине. Обернулась. Тот смотрел на нее с недоверием и обидой, губы сжались в тонкую полоску. Он… злился?

— Как вижу, Полли не нуждается в моей защите, — процедил он с плохо скрываемым отвращением.

Так разочаровался, что они с Тмором снова вместе? Или не переносил женских слез? По крайней мере, необходимость в разговоре отпала. Далин решил все сам, явственно дав понять, что не желает иметь с ней никаких дел.

Они заканчивали уминать вкуснейший омлет с прожаренными до ароматной корочки тонкими полосками ветчины и пикантными южными травами (Тмор научился готовить просто изумительно!), когда хлопнула входная дверь.

— Куда ты дел своего охранника? К тебе любой проходимец зайти может, — раздался голос баронессы Кастэль.

Полли испытала огромное желание спрятаться — куда угодно, хоть под стол, лишь бы не встречаться сейчас с почтенной дамой. Но осуществить желаемое не успела. Баронесса стремительным шагом вошла в гостиную, бросила недовольный взгляд на племянника, затем заметила его гостью. Выражение ее лица стало немного растерянным.

— Ох, Полли, милочка, ты здесь? Сегодня я слышала о тебе ужасные слухи, — защебетала она с натянутой улыбкой и тут разглядела пушистые лисьи ушки, в этот раз ничем не прикрытые, — которые только что подтвердились, — закончила она механически.

Баронесса повернулась к племяннику, сверкая глазами, как праведница, заставшая грех прелюбодейства.

— Что здесь делает нелюдь?

У Полли болезненно кольнуло в груди. Она не первый раз сталкивалась с таким отношением, но слышать подобное от женщины, которая отнеслась к ней с заботой и вниманием, оказалось гораздо больнее.

— Разве не вы познакомили нас не далее как позавчера, тетушка? — притворно удивился Тмор, отложив приборы, и баронесса покраснела от гнева. — Мне показалось, вы испытываете к мисс Фукс весьма теплые чувства.

— Тогда я не знала, что она лисица, — вздернула подбородок леди Кастэль.

— Хотите сказать, что расовая принадлежность делает Полли хуже? — приподнял брови некромант.

Женщина рассерженно сощурилась, понимая, в какую ловушку пытается завести ее племянник. Открытое неприятие нелюдей и отрицание их прав и свобод порицалось (хотя за глаза все говорили, что хотели).

— Ты прекрасно знаешь, что я хочу сказать. Всяким… лисам не место в твоем доме. Особенно тем, кто добивается своего через постель.

Полли вздрогнула, будто получила пощечину. Баронесса перешла границу, и Тмор тоже это понял.

— Леди Кастэль, я попрошу не оскорблять мою невесту, — холодно произнес он, тотчас прекратив изображать гостеприимство.

Обстановка накалилась до предела. Полли действительно жалела, что не осталась в лаборатории, не ушла домой пораньше или не нырнула под стол. Она не хотела становиться причиной ссоры Тмора с родственницей, хотя понимала — рано или поздно этого было не избежать.

— Невесту? Я никогда не допущу, чтобы леди Рекорти стала какая-то нелюдь! — Баронесса задышала тяжелее, не веря, что не ослышалась, и сунула руку в ридикюль за нюхательной солью.

— А я не позволю оскорблять Полли! Я требую уважения на правах старшего в роде, — повысив голос, оборвал ее некромант.

Баронесса отступила на шаг. Кажется, она не до конца верила, что рассеянный, увлеченный наукой племянник может быть таким. Полли вздохнула. Договориться с леди Кастэль определенно будет сложнее, чем с отцом некроманта. Тот, тяжело заболев, был доволен, что сын не останется в одиночестве, и появление Полли в его жизни воспринял с радостью. А вот баронесса не скрывала своего разочарования. Лисица не сомневалась, что она подыскивала для племянника достойную во всех смыслах скромную кандидатку, готовую беспрекословно слушаться не только мужа, но и его ближайших родственников.

Назревающий скандал прервал звонок дверного колокольчика.

— Не хочешь открыть? — спросила баронесса, когда Тмор никак не отреагировал на посетителя.

Некромант заколебался. Он явно не горел желанием оставлять женщин наедине.

— Иди, — едва слышно шепнула девушка, и Тмор, на секунду сжав ее плечо, вышел в холл.

Полли и леди Кастэль остались наедине. Баронесса отошла к окну, делая вид, что не замечает ее. Флакон с нюхательной солью так и остался в ее руке закупоренным. От женщины веяло холодом и осуждением.

— А вы пронырливы, милочка. Только познакомились и уже соблазнили, — протянула она равнодушным голосом, и Полли с трудом сдержалась, чтобы не возразить. — Впрочем, неудивительно, с учетом того, кем вы являетесь. — Баронесса слегка повернулась, окинув ее презрительным взглядом. — Надеюсь, вы подарите моему племяннику достаточно приятных часов, согревая его постель. Но знаете, Тмор уже встречался с одной лисицей в столице, и она не смогла его удержать.

— Знаю. Он встречался со мной. — Полли выпрямилась, и леди Кастэль второй раз за короткий разговор не нашла слов.

К счастью, Тмор вернулся раньше, чем затянувшееся молчание вылилось в поток обвинений.

— Меня вызывают на похороны, надо запечатать могилу. — Тмор обращался к Полли, но было видно, что тетушка жадно обратилась в слух. По ее губам скользнула улыбка — сегодня баронесса была рада его работе, хотя обычно терпеть не могла кладбища. — А вам, леди Кастэль, лучше уйти, — сказал он, и женщина поджала и без того тонкие губы.

— Выгоняешь меня, а не ее? — с обидой начала она, и лисица не выдержала.

— Не волнуйтесь, я тоже ухожу. — Она промокнула губы салфеткой и встала из-за стола. — Увидимся вечером.

— Я зайду перед уходом, — шепнул Тмор ей на ухо, и Полли кивнула.

В любом случае ей надо было домой, а зря раздражать баронессу было ни к чему. К тому же, чтобы привыкнуть к невестке-нелюди, нужно время.

Беспокойный вечер вылился в не менее тревожную ночь. Полли спала урывками, перепрыгивая из сновидения в сновидение: то пыталась доказать причастность миссис Бетан к похищению трактата (вот уж кого она предпочла бы во сне не видеть!), то сама проникала в дом к неизвестному и уносила под мышкой драгоценную книгу.

Посреди ночи лисица проснулась, сонно щуря глаза и пытаясь понять, который час. Для утра было слишком темно, рассвет не забрезжил. А сна — ни в одном глазу!

Тмор тоже не спал. Сидел на краю кровати, погруженный в свои мысли, и лунный свет серебрил любимый профиль. Полли, не удержавшись, приподнялась и провела ладонью по его напряженным плечам — все-таки удивительно, как худоба в нем сочеталась с силой.

— Я разбудил тебя? Прости. — Он с виноватой улыбкой повернулся к ней.

— Мне самой не спится, — мотнула головой Полли. — Что-то случилось?

— Есть идея, как найти воровскую гильдию. Но это… не совсем законно, — признался Тмор.

— И ты сомневаешься, должен ли так поступать? Расскажи, что задумал. — Девушка выскользнула из-под одеяла и обняла его со спины.

— Мне не хотелось бы тебя вмешивать.

— Мы договаривались — больше никаких секретов.

Тмор поймал ее руку, оставляя на ладони короткий поцелуй.

— Ну, хорошо. Помнишь, бургомистр недавно попросил зачистить кладбище от нежити? Так вот, там есть одно место для захоронения убийц, воров и бродяг — разного «отребья», как принято говорить в городе. Само место защищено, а могилы — нет, слишком хлопотно тратиться на каждого преступника. Вот я и подумал, что можно поднять какой-нибудь недавний труп и спросить о гильдии.

— Мертвец не сможет солгать. Отличная идея! Я с тобой, — мигом сориентировалась Полли.

— Нет, — Тмор качнул головой, — это будет отвратительное зрелище: в последний раз там хоронили месяц назад. И за незаконную некромантскую практику грозит тюремный срок.

— Тогда тем более пойдем вместе. Если кто-то из живых появится рядом, я почувствую это раньше тебя. И не спорь. — Полли поспешно поднялась за одеждой. — Мне хватило года разлуки, давай не будем повторять этот неудачный опыт.

Собрались они быстро. Откладывать поход не имело смысла, да и чем дольше ждешь, тем больше вероятность, что подходящий труп окончательно придет в негодность. Как бы цинично это ни звучало, но сейчас чем свежее мертвец, тем лучше. Хотя бы связно поговорить сможет!

Сторож на кладбище не сменился, разве что обзавелся дополнительным шрамом поперек щеки — никак получил его во время недавнего нашествия мертвецов! Зато, увидев их вместе, взял двойную мзду как доплату за свидание. Разубеждать его не стали, напротив, Тмор ухмыльнулся, по-свойски положив руку Полли на бедро, чтобы только укрепить подозрения. Что ж, свидание их ждало замечательное!

Место, о котором упомянул некромант, находилось на восточной стороне кладбища. Ухоженные могилы постепенно сменились заброшенными, заросшими густой травой надгробиями, а запах ладана и соли окончательно выветрился. Полли старалась не вдыхать слишком глубоко, но не могла не сморщить нос: тлетворный сладкий смрад разложения в этой стороне ощущался сильнее. Наверное, из-за того, что здесь могилы рыли кое-как — едва ли глубже, чем на ярд.

— Пришли.

Тмор остановился у высокой металлической ограды с частыми прутьями и заостренными пиками. Входить не спешил, напряженно вглядываясь вдаль и кого-то высматривая. Первое время ничего странного не происходило, а затем среди деревьев впереди промелькнула чья-то тень.

— Там кто-то есть. — Полли попробовала разглядеть получше, но существо успешно пряталось в темноте среди могильных плит.

— Ага, упырь, — безошибочно определил Тмор.

В тот же момент тень кинулась к ним. Лисица отпрянула, а вот некромант даже не шевельнулся. Мертвец, ударившись об ограду, с глухим рыком отлетел назад. Запахло паленым мясом.

— Не бойся, на ограде защита.

— Но ведь нам надо внутрь, — уточнила Полли, и некромант криво улыбнулся, создавая на пальцах клубящуюся тьму.

Упырь оказался не один. Было ли это изощренной местью преступникам — их второе подобие жизни, в котором они мечтали только утолить ненасытный голод, или бургомистру действительно не было дела до нежити на кладбище, но меньше чем за час Тмор окончательно умертвил с пятерку упырей и скелетов. Последнего скелета упокоила Полли — некромант зазевался, почувствовав относительно свежую могилу, и нежить напала на него сбоку. Пришлось лисице броситься наперерез, отвесив такую когтистую оплеуху, что скелет развалился на части. Она же вытерла когти, понимая, что так просто вонь не выветрится, и с отвращением выкинула платок.

— Улики не разбрасывай!

Платок вспыхнул и сгорел в считаные секунды.

— Здесь более-менее свежее захоронение, отсюда и попробуем, — указал Тмор на неприметный холмик. Бандитам могильные плиты не ставили, только покосившиеся деревянные кресты, и крест на новой могиле уже успел съехать вбок.

— Тебе помочь?

— Проследи, чтобы никто не полез.

Некромант вытащил из сумки ритуальные свечи. Призыв мертвеца был отнюдь не самым простым ритуалом, особенно если требовалось не только поднять тело, но и вернуть ему зачатки разума и те воспоминания, которые тесно переплелись с телесной оболочкой: дом, семья, работа…

Пока Тмор готовился к ритуалу, Полли осматривалась. Вот вам и тихий курортный городок! Преступников было предостаточно, раз под них пришлось выделить отдельную площадку на кладбище.

— Надеюсь, ты не поднимешь серийного убийцу, — заметила Полли, поежившись от подобной перспективы.

Тмор пожал плечами.

— После смерти они все хотят убивать. Так что без разницы, — «успокоил» он ее, рисуя вокруг могилы защитные руны: не хватало еще гоняться потом по всему кладбищу за собственноручно поднятым зомби! Некромант направил руку на могилу. Земля всколыхнулась, холмик приподнялся. — Думаю, этого будет достаточно, чтобы он быстро выбрался наружу, — решил мужчина и покосился на подругу. — Я начинаю. Учти, зрелище будет не самое приятное. Думаю, он пролежал около месяца. Готова?

— Давай побыстрее покончим с этим, — попросила Полли, которой уже и одного запаха было достаточно. Это люди воспринимают мир в основном через зрение, для лисы же с обостренным нюхом кладбище давно провоняло мертвецами.

Впрочем, к открывшемуся зрелищу подготовиться было невозможно. Поднятый мужчина умер не своей смертью — ему проломили череп, и полуразложившееся тело сильно смердело. Опарыши копошились в пустых глазницах, залезали в полуоткрытый рот. Разобрать, что говорил мертвец, получалось с большим трудом.

— Лис. Жила. Золото, — повторял мертвец в ответ на вопросы, как найти воровскую гильдию, и в конце концов Тмор сдался.

— Похоже, у него осталось слишком мало воспоминаний, — признал некромант, отпуская заклятие, и покойник кулем повалился на землю. — Или это вообще не член гильдии.

Помимо организованной преступности, в уголовном мире всегда хватало одиночек — и случайных лиц, и «специалистов», не желавших отстегивать долю в общак гильдии, и отморозков, не брезговавших самым гнусным разбоем. Последних в гильдии не любили и часто сдавали полиции или вершили правосудие самостоятельно. Не то чтобы «честные» воры отличались каким-то благородством — просто после особо грязных дел полиция начинала трясти их с удвоенным рвением.

Тмор снова направил руку на могилу, и земля провалилась на несколько ярдов вместе с мертвецом. Сверху некромант бросил горсть зачарованной соли, и почва окончательно сомкнулась. О том, что могила была потревожена, напоминал только упавший крест, но мужчина быстро водрузил его обратно.

— Поищем могилу посвежее? — Полли коснулась руки некроманта.

Тот покачал головой.

— Скоро рассветет, лучше вернуться. Я вымотан и не уверен, что смогу поднять и разговорить еще одного покойника. У нас оставалась бодрящая настойка? Или хотя бы кофе? Боюсь, если не выпью чего-нибудь тонизирующего, попросту усну на работе.

— Ты можешь взять у меня немного силы…

— Я не собираюсь тянуть у тебя силу без особых причин, — довольно резко прервал ее Тмор, и лисица замолчала.

Как бы ни хотелось девушке во всем поддерживать любимого человека, это было его правом — принимать помощь или справляться самому. Ей же не стоило обижаться на подобные отказы, чтобы не ранить его чувство гордости.

— Я думаю, это кто-то из высших чинов.

Полли помешивала зелье, гадая, кем мог быть загадочный создатель химер. То, что Лиса арестовали, говорило о немалом влиянии мага в городе. Может, сам бургомистр? Нет, он себе репутацию портить не станет, в последнее время из-за крейтонского зверя ему прибавилось хлопот. Вроде даже проверку из столицы грозились вызвать, вот он и забегал: теперь констебли усиленно патрулировали улицы, а пятерка боевых магов прочесывала окрестности, надеясь выйти на след зверя. К тому же магии за бургомистром не замечали, хотя далеко не все магически одаренные в свое время заканчивали Академию. Не собираешься колдовать, никто заниматься не заставит.

Но если не бургомистр, тогда кто? Его помощники? Беспорядки в Крейтоне давали им отличную возможность подсидеть начальника.

Или оппозиция. Та же мисс Темптон — гномка, ставшая заместителем бургомистра и борющаяся за права и свободы «маленького народа». Хотя ее как раз можно было вычеркнуть. Она перегибала палку во многих вопросах, но любви к своей расе и нелюдям в целом мисс Темптон было не занимать.

— Не стоит соваться в это дело, — прервал ее размышления Тмор, бросая в закипевший отвар в котле мелко порезанный синелистник. — Мы едва не попались вчера.

— А не поздно? Мы уже вляпались дальше некуда, — возразила Полли, показывая книгу с рецептом.

Как оказалось, против химер, которых не брала ни одна магия, отлично помогали зелья, и именно такое экспериментальное снадобье по рецепту из гримуара они готовили с самого утра. Некромант рассчитывал к вечеру раздать его коллегам, а пару флаконов оставить для собственных нужд: если повезет встретить химеру, будет шанс испробовать в деле.

Полли бросила в котел щепотку толченых мышиных костей и немного пригасила пламя горелки. От зелья пошел неприятный запах, а в последнее время ее нюх стал особенно чувствителен. Наверное, какая-то весенняя аллергия — девушке было не до того, чтобы искать причину.

— Огест, мне нужен яд скорпиона, передай, пожалуйста, — попросила она скелета, стоящего у шкафа с ингредиентами. Тот без уточнений достал нужную склянку и протянул хозяйке.

— Иногда я сомневаюсь, кто из нас некромант, — хмыкнул Тмор, наблюдая, как она преспокойно распоряжается его слугой.

— Просто тебе обидно, что сам не догадался попросить Огеста о помощи, — парировала Полли, добавляя последний ингредиент в зелье.

С тех пор как она стала ночевать у Тмора, скелета выселили из спальни, и он прочно обосновался в лаборатории. Из-за этого вышел конфуз: на прошлой неделе, когда Полли возилась с зельями, а некромант ненадолго уехал в контору, в очередной раз пришла леди Кастэль — навестить племянника. Конечно, она решила воспользоваться ситуацией и закатить лисичке скандал. Но Огест так рьяно вступился за хозяйку, что баронесса пулей вылетела из лаборатории!

— Как думаешь, Лис передаст нам информацию о «коконе фейри»? — вернулась Полли к разговору. Ожидание было просто невыносимым!

— Сейчас он под стражей и вряд ли сможет что-то узнать. Придется ждать, когда его выпустят.

Тмор привлек ее к себе, не слишком удачно скрывая собственный вздох сожаления. Одно радовало: вряд ли посредник надолго останется в тюрьме. У воровской гильдии достаточно обширные связи, чтобы его вытащить.

— И кто только придумал такое дурацкое название — «кокон фейри»? — буркнула Полли и вздрогнула, когда в ответ раздался скрипучий голос Огеста:

— Кокон фейри, он же колыбель, выращивают пикси из тел своих умерших соплеменников. Он обладает высокими магическими и заживляющими свойствами и почти полностью нейтрализует магию.

— Что ты сказал? — Тмор резко повернулся к скелету, и тот повторил сказанное слово в слово.

— Ну конечно! Он ведь был некромантом и жил несколько веков назад! — треснул себя по лбу маг и совсем по-другому взглянул на Огеста.

Что-то подсказывало Полли — на несколько дней некроманта она потеряет. Кажется, Тмор планировал устроить скелету настоящий допрос.

— Прежде чем ты замучаешь наш бесценный источник информации вопросами, может, все-таки сходим за коконом? — предложила Полли, выключая горелку.

— А ты знаешь, где кладбище пикси? — не на шутку удивился Тмор. Маленький народец был скрытным, когда дело касалось их семей. А может, они просто не хотели, чтобы люди вмешивались в их привычный уклад жизни.

— Скорее, я знаю, кто может помочь! — уверенно ответила лисица.

Старший инспектор переоценил своих помощников: на восстановление лаборатории ушло три дня, два из которых Полли с Тмором провели в полицейском участке — им выделили комнатушку, полностью оборудованную для приготовления зелий. Более того, от дома до участка их сопровождала охрана. В полиции опасались, что нападение повторится. Крейтон усиленно патрулировали, и пока все было тихо, но кто знает, сколько еще химер бродит по городу?

Все-таки здорово было вернуться в собственную лабораторию! Теперь о буйстве зверя в ней напоминали разве что следы когтей на стене да вытоптанные клумбы под окнами. Феникс по-прежнему ютился на подоконнике и не пострадал во время нападения. На клетку была наброшена ткань, и тварь попросту не заметила птицу.

А вот гримуар пришлось собирать по листам. Сцепившись с Огестом, зверь перевернул всю лабораторию вверх дном — хорошо, что никто из констеблей не додумался посмотреть, что за бумажки разбросаны по полу. «А может, и додумались, но не подали виду, — поймала себя на мысли Полли. — Не случайно же инспектор так пристально наблюдал за нами все это время!»

Тем не менее, после того как партия зелья против химер оказалась в полиции, их больше не беспокоили. Наконец-то нашлось время, чтобы расправиться с проклятием. «Кокон фейри» Полли перетерла в порошок, и еще один вечер был потрачен, чтобы проверить расчеты некроманта. Исключительно теоретические изыскания на бумаге были для лисицы внове, приходилось представлять, к чему приведет то или иное действие, а не видеть результат воочию.

На четвертое утро после нападения, только проснувшись, она засобиралась в лабораторию.

— Еще не рассвело, спи, — попытался успокоить ее Тмор, сонно щурясь.

Лисица осталась неумолима. Не помогли даже крепкие объятия и поцелуи, хотя, пронзительные и сладкие, они на время увлекли обоих. Тревога, помноженная на надежду, дарила целую гамму чувств. Но если некромант думал, что блаженная истома после бурного утра помешает Полли осуществить задуманное, то зря. Она не собиралась откладывать эксперимент. Выбравшись из кровати ближе к полудню, девушка упрямо завернула в лабораторию, увлекая за собой и Тмора. Пока он нарезал и толок ингредиенты, она готовила основу для зелья. Разделять работу было непривычно, но оказалось, так гораздо удобнее.

— Корень златогласки, зубы василиска, теперь немного порошка из кокона фейри…

В этот раз зелье напоминало ведьмовское снадобье, но главное, чтобы оно подействовало. За счет катализатора отвар стал синевато-прозрачным, а не болотного цвета, как раньше. Правда, остывал так же долго, и они издергались в ожидании: Полли мерила шагами лабораторию, не в силах успокоить хвост, который так и бил по ногам, а Тмор привычно убирался, чтобы не выглядеть таким же встревоженным. Кто-то из них должен же был сохранять хотя бы видимость спокойствия?

Последние песчинки в часах упали на дно, и Полли протянула Тмору флакон. Руки лисицы дрожали, словно это ей, а не некроманту предстояло испытать на себе действие зелья. Тмор вздохнул, накрывая девичьи ладони своими.

— Давай ты выйдешь, — неожиданно предложил он, принимая флакон из ее рук.

Полли нахмурилась.

— Зачем?

— Вся эта процедура — не самая приятная вещь. Не хочу, чтобы ты видела.

— А если тебе станет плохо, кто поможет? — возразила девушка. — Нет уж, давай я здесь побуду, на всякий случай.

Некромант в очередной раз вздохнул — собственно, он и не сомневался, что Полли откажется, — и снял перчатки. На почерневшие, будто их окунули в чернила, пальцы было больно смотреть, и Полли прикусила губу. Хорошо, что руки не болели — а то ведь были и такие проклятия, которые приносили своим владельцам адские муки! Хотя моральные терзания тоже никто не отменял.

— Только не пугайся.

Маг капнул зелья себе на руки, растер ладони. Легкое свечение от кожи усилилось, тонкая пленка зелья коростой покрывала руки. Тмор скрипнул зубами, стараясь сохранить невозмутимость, но боль взяла свое. Некромант оперся о стол, тяжело дыша, а затем и вовсе упал на колени, глядя куда-то перед собой. Полли рванула было к нему, но остановилась как вкопанная, услышав:

— Не подходи! Пройдет. Так… всегда.

Тмор говорил рвано, коротко, будто каждое слово давалось ему с трудом. Рубашка на спине прилипла к телу: его охватил сильнейший жар. Некромант держался, не стонал, но каких усилий это ему стоило!

«Всегда»? До Полли медленно доходил смысл его слов. Получается, и в тот раз, когда она увидела Тмора из окна аптеки, он так же корчился на полу от боли? А сколько раз до этого?!

Девушка прижала руку к губам, сдерживая рвущиеся наружу мольбы. Казалось, она забыла, как дышать, беззвучно шепча их. Ну, пожалуйста, пожалуйста, зелье должно помочь, они ведь все сделали правильно!

Узор, уродовавший руки от запястий до самых кончиков пальцев, мучительно медленно стал отступать, растворяться, будто кто-то провел по почерневшей коже губкой. Наступившую тишину можно было разрезать, как праздничный пирог. Какое-то время некромант не двигался, потом нашел в себе силы подняться. Посмотрел на Полли с испуганным выражением, трогательным в своей искренности и больше подходящим растерянному мальчишке, чем мужчине. Он словно не верил, что проклятие ушло. Боялся сказать это вслух, чтобы не спугнуть удачу.

— Проверяй… — Полли едва узнала свой голос, настолько слабо и жалко он прозвучал.

Наверное, ее страх послужил для Тмора толчком — его взгляд снова стал уверенным, он расправил плечи и подошел к клетке.

— Фьоне, я надеюсь, что это в последний раз, — сказал он фениксу и коснулся яркого оперения.

Пять, десять, двадцать, шестьдесят… Полли с волнением отсчитывала секунды, но ничего не происходило.

— Получилось? — не веря, прошептала она.

Тмор молча смотрел на свои обычные руки — с натруженными мозолями, старыми шрамами, но без темного узора проклятия.

— Получилось, — эхом повторил некромант, но стоило Полли шагнуть к нему, и он отступил. — Подожди. А если мы не правы, и проклятие осталось? — В его голос снова прокралось сомнение. Он прожил с этим год — неудивительно, что теперь ему так сложно было поверить в исцеление.

— Феникс жив, — кивнула девушка на недовольно косящую на них желтым глазом птицу.

— Но ты — не феникс. Я не хочу рисковать.

Тмор с отвращением надел перчатки, наверняка давно осточертевшие, а Полли подавила разочарование. Она так надеялась, что сегодня все закончится!

— Предлагаешь проверить на случайном прохожем? Если упадет замертво, значит, не сработало, — с досадой пошутила она и поняла, что зря — Тмора передернуло. Видимо, он и сам боялся подобного исхода.

— Давай получим ответ от гильдии магов. Просто немного подождем. Хорошо?

Он притянул Полли к себе, сжимая в объятиях. Ну, хоть морщинка на лбу разгладилась, и, кажется, некромант стал спокойнее.

— Ты в курсе, что ты ужасный перестраховщик? — вздохнула лисица.

— Зато моя девушка жива и здорова. — Тмор поцеловал ее в макушку, извиняясь, и отправился писать запрос в гильдию на проведение обследования.

На шум в аптеке Полли обратила внимание не сразу: во-первых, там редко когда бывало тихо — та же Милли с подружками такой гвалт порой поднимала, что уши болели. Во-вторых, Полли доверяла Терви — он сильно вырос за два года и из застенчивого заикающегося юноши превратился в уверенного в себе мужчину. Правда, заикаться не перестал, хотя в последнее время это случалось все реже.

Полли не сомневалась, он разберется, если что-то случится. Поэтому застала только конец скандала — и то потому, что услышала знакомые истеричные нотки. Представить этого человека в своей аптеке она не могла, но слух не подвел. Мистер Лепвиг ругался с Гроули, брызжа слюной и доказывая, что без его помощи и титанических усилий, вложенных в обучение бездарной и ленивой ученицы, Полли даже простейшую мазь не смогла бы сделать! А когда выучилась, самым бесстыжим образом забыла о его заботе, в то время как ему теперь приходится справляться со всем в одиночку.

— Так наняли бы помощника, и дело с концом, — не выдержала Полли, услышав последнее обвинение.

Мистер Лепвиг ее заметил. Сощурился, оглядывая с ног до головы. Наверное, ожидал встретить несчастную, обездоленную и голодную лисицу в тряпье, а увидел успешную владелицу собственной аптеки. Правда, с разочарованием старик справился быстро.

— Поллет, а ты все так же нерасторопна. Мне пришлось тебя ждать.

— Если бы вы предупредили о своем визите, я постаралась бы выкроить время, — вежливо ответила Полли, хотя гораздо сильнее хотела выставить его за порог. — А прервать работу я не могла. Вам ли не знать, что зелье от простуды надо непрерывно помешивать?

Он почему-то обрадовался ее словам.

— Именно! Об этом я и говорю — ты всему научилась у меня! — Старик с торжествующим видом повернулся к гоблину.

— Вообще-то об этом мне мама рассказывала, — не сдержалась Полли.

— Не смеши! Твоя мать была безграмотной лисицей, откуда ей было знать подобные тонкости. — «И ты такая же», читалось в его взгляде, но проверять терпение хозяйки дома он не стал.

— Так зачем вы хотели меня видеть, мистер Лепвиг? — холодно спросила Полли. Встреча оказалась не самой приятной, и она предпочла бы поскорее с ней покончить.

— Ты, наверное, не знаешь, но, когда ученик открывает свое дело, он передает часть дохода учителю в качестве платы за обучение, — начал Лепвиг.

У Полли язык зачесался поинтересоваться «сколько?», но гораздо сильнее хотелось расхохотаться. Когда она единственный раз спросила об ученичестве, лет в семнадцать, Лепвиг посмотрел на нее, как на умалишенную. «Да меня высмеют, если я возьму в ученицы лису!» — только и сказал он тогда, и больше Полли тему не поднимала.

— Да, я об этом слышала.

Девушке было очень любопытно, как Лепвиг начнет вилять, подходя к вопросу оплаты, но, похоже, он не сомневался, что имеет полное право требовать свою «долю».

— Тогда почему ты до сих пор не прислала мне денег?! — возмущенно спросил он.

— Потому что вы не были моим учителем, — развела руками Полли, и старик с силой ударил тростью по полу.

— Не говори ерунды! — Он действительно рассердился. — Я научил тебя всему, что ты знаешь. А договор — пустая формальность!

— Согласно которой учитель должен не только обучить, но и подготовить к аттестационному экзамену в гильдии алхимии. Разве не так? — возразил Гроули, и Лепвиг зло посмотрел на призрак.

— Не лезь, куда не просят, — прошипел он и бросил Полли какую-то бумагу. — Я подозревал, что дело так обернется, поэтому заранее приготовил предложение. Сейчас моя лаборатория переживает не лучшие времена. Уж не знаю, чем покупателей не устраивают мои зелья, сделанные строго по рецептам! Я хочу нанять помощника, но на это нужны деньги. Тридцать процентов от прибыли, и я вернусь обратно в столицу, позабыв, что такая бесстыжая девка когда-то у меня училась!

— А если я откажусь? — Полли скрестила руки на груди.

— Тогда мне придется обратиться в гильдию алхимиков, — не скрывая злорадства, ответил старик. — У тебя ведь до сих пор нет ни учителя, ни лицензии? И тогда посмотрим, останется ли твоя аптека вообще открытой.