Несмотря на меньшие размеры, Дворец Роак выглядел также, как и Королевский Замок, с каменными зубцами и квадратными башнями. На самом деле, он напоминал Джанел замок прямо из сборника рассказов о храбрых рыцарях и красивых королях.

— А ты уверен, что я не беременна?

— Нет, рикка. Я бы почувствовал.

Джанел нахмурилась.

— Что-то не так со мной?

Это заставило его рассмеяться.

— Нет, с тобой все в порядке. Зачатие во время первой женской горячки не всегда гарантировано.

Он остановил ее у высоких деревянных ворот дворца и наклонился, чтобы поцеловать в лоб.

— Ты здорова, моя пара. Будет много возможностей попробовать еще раз.

— Джордан беременна, — возразила она.

Вишер смахнул волосы с лица Джанел и поцеловал с такой нежностью, что слезы набежали на ее глаза.

— Как я уже сказал, с тобой все в порядке, рикка. Ты совершенна во всех отношениях. Когда ты восстановишься и будешь достаточно сильна, мы попробуем еще раз.

В начале, до того, как она встретила Вишера, она была категорически против использования себя в качестве племенной кобылы, и теперь казалось сумасшествием, что переживает о том, что не беременна. Тем не менее, это было так. Непонятная тоска закралась в ее сердце, и когда Джанел представляла, что держит на руках ребенка с голубыми глазами и темными волосами Вишера, боль становилась такой интенсивной, что перехватывало дыхание.

Взяв Вишера за руку, Джанел оттолкнула эти мысли и приблизилась к нему, когда огромные двойные двери со скрипом открылись. Воины выстроились по широкому коридору, и, когда они с Вишером прошли, все опустились на одно колено и склонили головы.

Потребуется время, чтобы привыкнуть, если ей вообще удастся когда-нибудь найти в этом что-то нормальное. Мысль о том, чтобы быть Леди Дворца Роак, наполняла ее тихим ужасом. Джанел не знала точно, каковы будут ее обязанности, но понимала, что должна была руководить людьми Черных Ветров вместе с Вишером, и она была уверена, что не готова к этому.

Вот черт, у нее заняло полгода, чтобы понять, как управлять термостатом.

— Я не знаю, что делать, — призналась она вслух, ни к кому в частности не обращаясь. — Я к такому не готова.

— Я буду направлять тебя, — пообещал Вишер. — Ты Леди Дворца Роак, — добавил он. — Ты делаешь все, что тебе угодно.

Это не очень помогло.

— Что если я скажу что-то не так?

— Ты будешь в хорошей компании, — со смехом ответил он.

Великолепно.

— Что если я буду есть неправильной вилкой?

Брови Вишера нахмурились на мгновение, вероятно, пытаясь понять, почему ее так беспокоила вилка. Затем он просто пожал плечами.

— Ешь руками.

— Что если …

Она резко осеклась и застонала, когда Вишер схватил ее лицо большими грубыми ладонями и поцеловал, заставив задохнуться.

— Ты сильная. Умная. Мужественная.

Он чередовал каждый комплимент новым поцелуем.

— Ты быстро освоишься, я не сомневаюсь. Что касается наших людей, они счастливы называть тебя своей леди, и им лучше помнить об этом.

Его слова были как успокаивающий бальзам для измученных нервов, но, несмотря на данное утверждение, он не мог все контролировать.

— Ты не можешь заставить их любить меня или доверять мне.

Его черные, овальные зрачки расширились, чтобы заслонить янтарную склеру, но почти мгновенно вернулись в нормальное состояние.

— Еще посмотрим.

Вздохнув, Джанел открыла рот, чтобы еще раз аргументировать свою точку зрения, но замерла, когда громкий женский голос эхом отозвался по каменному коридору.

— Вишер! Вишер, ты вернулся!

Джанел повернулась, чтобы посмотреть, как женщина Воа спешит к ним. Ее волосы были такими же черными, как у Вишера, глаза такие же странные, но она, вероятно, была не больше, чем на дюйм или два выше Джанел. Бледно-голубое платье обтягивало ее тело, как вторая кожа, подчеркивая широкие бедра и полный бюст.

Джанел сразу же ее возненавидела.

Женщина пронеслась мимо нее, намеренно игнорируя, и крепко обняла Вишера. К его чести, мужчина не обнял ее за спину, и выглядел чертовски смущенным, пытаясь оттолкнуть, не причинив вреда.

К счастью, у Джанел не было проблем, связанных с нанесением вреда незнакомке. Схватив ее за плечо, она дернула самку и шагнула вперед, эффектно разместившись между своей парой и улыбающейся потаскушкой.

— Кто ты, черт возьми, такая?

— Как ты смеешь меня трогать!

Ее возмущенный взгляд метнулся мимо Джанел к вождю.

— Вишер?

— Нет уж.

Джанел щелкнула пальцами перед лицом женщины, чтобы привлечь ее внимание.

— Сюда. А теперь скажи мне, кто ты.

Она чувствовала, что Вишер за ее спиной больше, чем просто напряжен, и когда он заговорил, его тон был твердым, как гранит.

— Отвечай и следи за своим тоном, когда будешь говорить с моей парой.

— Твоей парой?

Глаза женщины так расширились, что было почти смешно, и она отступила на полшага.

— Кайса Сорко, — ответила женщина, неприязненно глядя на Джанел. — Прости мою грубость.

Только вместо этого Джанел услышала «отвали». Это что-то новенькое. Как правило, она пыталась избегать конфликтов, но у нее не было проблем с тем, чтобы быть злобной девчонкой, когда ситуация того требовала. Сейчас как раз такая ситуация.

— Слушай, я не знаю, кто ты, и мне плевать. Вишер — мой. Так что, ты можешь оставить свои очаровательные улыбки и призывные взгляды, спрятать свой четвертый размер обратно в платье и свалить.

Позади нее Вишер издал звук, похожий на что-то среднее между фырканьем и кашлем. Джанел проигнорировала это.

— Ты думаешь, что ты особенная, — ответила Кайса, ее глаза блестели от злобы. — Ты просто домашнее животное. Может быть, сейчас он благоволит тебе, но довольно скоро ты узнаешь свое место.

— Кайса! — гаркнул Вишер, и даже Джанел задрожала от угрозы в его голосе.

Тем не менее, она не нуждалась, чтобы он сражался за нее в каждой битве, и уж точно не в этой. Она не смотрела на него, но подняла руку и покачала головой.

— Спасибо, но я справлюсь.

Казалось, Кайса поняла, что только что сделала, потому что кровь покинула ее лицо, делая ее бледно-пепельной, и отступила.

— Прости меня. Я близка к горячке, я не в себе.

У Джанел не было проблем с тем, чтобы сложить два и два. Кайса была близка к горячке. Она встретила Вишера, как старого любовника. Очевидно же, он был тем, кто помогал ей в прошлом, и, возможно, она даже заботилась о нем. И, конечно же, была достаточно ревнива. Джанел было все равно.

— Хочешь знать, где мое место? — Ее слова текли как темный, опасный поток, пока она приближалась к женщине. — Прямо здесь. Рядом с ним. Хочешь знать, почему? — Она не дала самке возможности ответить, повысив голос, когда Кайса попыталась что-то сказать. — Потому что он выбрал меня. Не тебя. Я Джанел Роак, Леди Дворца Роак, и в будущем ты будешь обращаться ко мне с уважением!

— Конечно, моя…

— Я не закончила, — перебила Джанел. — Что ты будешь делать во время горячки — это не моя проблема, милая. Найди кого-нибудь другого, но держись подальше от моей пары. Я ясно выражаюсь?

Кайса стоял прямо, распрямив плечи и официально кивнула.

— Да, миледи.

— Хорошо. А теперь проваливай.

Затем, она повернулась к Нико.

— Я хочу, чтобы она ушла. Не причиняй ей боль, и убедись, что о ней позаботились, но я не хочу видеть ее во дворце.

Губы капитана дергались, как будто он сопротивлялся усмешке, но он просто склонил голову.

— Как пожелаете, миледи.

Когда адреналин сошел, и разум прояснился, Джанел застыла, опечаленная своим поведением, наблюдая, как капитан сопровождает женщину по коридору. Джанел не собиралась позволять маленькой гарпии отираться около своей пары, но могла бы справиться с ситуацией намного лучше. Черт возьми, она была не подготовлена к этому правительственному дерьму.

Когда Нико и Кайса исчезли за углом, Джанел глубоко вздохнула, прежде чем повернуться лицом к Вишеру. Она не знала, что собирается сказать, но это не имело значения, потому что у нее не было шанса.

С глубоким рычанием, Вишер преодолел расстояние между ними, поднял ее над полом мощными руками и захватил ее рот в поцелуе, от которого поджались пальчики. Противостояние с женщиной Воа было полностью забыто, она обняла его шею руками и ногами его талию, целуя в ответ.

Вишер был таким твердым, что, казалось, будто он вырезан из камня, пока нес свою пару через дворец в их покои. У его сладкой рикки был характер, и он не хотел бы попасться ей под руку, но смотреть, как она защищает то, что считала своим, было самой горячей чертовой вещью, которую он когда-либо видел.

Он задавался вопросом, что она чувствовала к нему, когда последовала за ним в Черные Ветра? Она хотела этого сама или потому что чувствовала, что у нее нет выбора? В некотором смысле, он предполагал, что она поехала с ним, потому что он обещал объявить войну даже самому королю, чтобы сохранить свою пару. Услышав, что Джанел называет его своей парой — термином, незнакомым для человеческих возлюбленных, солнечный свет, будто полностью его поглотил. Когда натиск эмоций Вишера ослаб, он не хотел ничего, кроме как взять свою пылкую пару на ближайшей плоской поверхности.

Оказавшись в их покоях, он пнул дверь за собой, и опустил Джанел на ноги, позволяя ей почувствовать каждый твердый дюйм его тела. Ему нравилось, как ее яркие голубые глаза остекленели, когда она подняла на него взгляд. Однако Вишер не ожидал слов, которые сорвались с ее распухших губ.

— Сколько раз ты ее трахал?

Он не хотел лгать ей, но и не хотел говорить о Кайсе прямо сейчас.

— Мы обсудим это позже.

Рука Джанел оказалась посередине его груди, и мягкое выражение лица стало жестче и настойчивей.

— Мы поговорим сейчас. Ответь на вопрос.

— Несколько раз, — неохотно проворчал он.

— У тебя есть к ней чувства? Потому что, похоже, она уверена, что они у тебя есть.

— Нет.

Он помогал Кайсе последние три горячки, не более. По крайней мере, не с его стороны. Для женщины было необычно выбирать одного и того же воина несколько раз, но он предположил, что Кайса выбрала его, потому что он был знакомым и с ним было безопасно. Тем не менее, он не верил, что женщина питала к нему романтические чувства. Это было не в ее натуре, и у него было тревожное чувство, что ее битва за доминирование с Джанел больше связана с его положением вождя.

— Она живет здесь? — продолжила Джанел.

— Она живет в деревне.

Джанел нахмурилась, явно недовольная его короткими ответами.

— Тогда почему она была здесь?

— Женщины приходят сюда, когда они близки к своей горячке, чтобы найти воина и облегчить ее.

— Хм, ну, теперь с этим покончено. Мы придумаем способ, как им получить доступ к воинам, когда они в них нуждаются, но, если женщины не работают здесь, я больше не хочу, чтобы они были во дворце, особенно твои бывшие.

— Бывшие?

— Бывшие любовницы, — пояснила она.

— Все, что захочешь, рикка.

Самки на его планете были испорчены, им угождали слишком долго. Они ожидали, что смогут сами выбрать воина, и это превратило некоторых из них в эгоистичных и корыстолюбивых женщин, при этом Кайса была одной из худших. Раз в несколько месяцев она прочесывала дворец Роак, приказывая воинам, и делая все так, словно она была Леди Дворца.

Большая часть вины лежала на нем, и Вишер это знал. Он должен был положить конец такому поведению Кайсы несколько месяцев назад, но вместо этого он потакал ей. Ну, это было не совсем так. После того, как ее горячка заканчивалась, ему было все равно, что она делала или куда шла. Она не была его парой, поэтому ему не приходилось беспокоиться о том, что Кайса забеременеет, и до тех пор, пока она не возвращалась на время своего следующего цикла, он не думал о ней.

Может быть, это звучало сурово, но, как и каждый воин, Вишер поклялся защищать женщин своей расы. Он был преданным воином, но он ничего не чувствовал к Кайсе кроме долга.

Вздох Джанел вернул его в реальность.

— Я знаю, что это несправедливо с моей стороны, но я не хочу, чтобы ты снова с ней встречался.

— Я бы никогда не опозорил тебя, разыскивая другую женщину.

— Да, хорошо. Замечательно.

Печаль в ее глазах сдавила его грудь. Тогда ему стало ясно, что его пара ждет заверений.

— Джанел, посмотри на меня. — Когда она проигнорировала его, он взял ее за подбородок и приподнял лицо. — Я никогда не буду искать другую женщину, потому что я не хочу никого, кроме тебя. — Взяв ее за руку, он прижал ее ладошку к своей груди. — Мое сердце бьется для тебя, рикка. Я хочу только тебя, я люблю только тебя.

Ее жесткий взгляд смягчился, и влага собралась на ресницах.

— Хорошо, потому что я тоже люблю тебя, и не собираюсь делиться.

Его сердце перестало биться.

— Повтори еще раз.

От ее улыбки у него перехватило дыхание.

— Я люблю тебя, Вишер. Может, все происходит слишком быстро. Может, я сумасшедшая, но мне все равно. Я люблю тебя, и хочу, чтобы ты был всегда со мной.

Его рот обрушился на ее, пока он ласкал и поглаживал каждый дюйм ее гладкой кожи, которой только мог коснуться.

— Еще раз, — прохрипел он. — Пожалуйста, повтори еще раз.

С милым женским вздохом, его пара угодила ему.

— Я люблю тебя.

Джанел никогда не чувствовала себя красивее или любимее, чем в тот момент, когда Вишер смотрел на нее обжигающим взглядом. Она все высказала, и больше не хотела тратить время на разговоры. У них будет целая жизнь для разговоров, а прямо сейчас она просто хотела почувствовать, как его обнаженное тело прижимается к ней, и двигается внутри нее.

С этим урчащим мурлыканьем, которое она так любила, он понес ее через комнату, где положил в центре королевской кровати среди шелковых одеял и плюшевых подушек черного и бордового цвета. Он быстро избавился от ее платья, разрывая прекрасный материал прямо посередине.

Его глаза горели красным и его взгляд блуждал по ее обнаженному телу, пока Вишер освобождался от собственной одежды. Сердце Джанел колотилось в горле, мешая дышать, но она не боялась его. Его агрессивное проявление силы только подпитывало ее желание, подталкивая страсть к лихорадке.

Забираясь на постель, его мышцы вздымались и изгибались под золотой кожей, он сжал ее колени, грубо раздвигая бедра, прежде чем разместиться между ними.

— Я хочу попробовать тебя, рикка.

Его клыки удлинились, и он снова замурлыкал, проводя пальцем вниз по ее щелочке.

— Как только я начну, то не остановлюсь, пока ты не будешь лежать бездыханной и ослабевшей от удовольствия. Понимаешь?

— Да, — вздохнула Джанел.

Слова Вишера вызвали огненный шторм в низу ее живота.

— Если ты не хочешь, скажи мне сейчас.

Она ничего не сказала, глядя на него и извиваясь на простынях, а он продолжал дразнить ее легкими словно перышки прикосновениями.

— Скажи мне, — приказал он, прежде чем опустить голову и провести кончиком языка вдоль ее щелочки. — Ты хочешь, чтобы я остановился?

— Нет, — она задыхалась, покачивая бедрами в пытке приблизиться к его рту. — Не останавливайся.

Положив руку на бедра, он удерживал ее, прижимая к кровати, раздвинул ее гладкие складки, обнажив лоно. Он дразнил Джанел, медленно скользя языком по плоти легкими и мягкими движениями, которые и соблазняли, и распаляли. Клык задел пульсирующий клитор, и маленькая крупица боли чуть не разбила Джанел на части.

— О, черт, Вишер! Пожалуйста!

Он зарычал так громко, что затряслись стекла в окнах, и все ее тело изогнулось на постели, когда он накрыл губами пульсирующий комочек нервов и сильно всосал. Два толстых пальца обвели ее вход и погрузились внутрь, а затем отступили, пока он продолжал мучить ее клитор.

Обезумев от желания, Джанел стонала и хныкала, прижимая бедра к его рту, пытаясь насадить себя на пальцы. Когда он, наконец, проник внутрь, она была так близко к краю, что едва могла сдерживаться.

Толкаясь пальцами в ее влажное тепло, он безжалостно подталкивал ее все ближе и ближе к оргазму, пока весь ее мир окончательно не разбился на осколки экстаза.

Джанел все еще дрожала от освобождения, когда он скользнул вверх по ее телу, оставляя огненный след от поцелуев на ее коже. Его пальцы все еще двигались внутри нее, ударяя по нужным местам, пока Джанел не стала умолять его заполнить ее.

— Моя прекрасная пара, — пробормотал он приглушенным голосом напротив ее живота. — Я не могу насытиться тобой. Я хочу больше звуков, которые ты издаешь, больше реакции твоего тела на мои прикосновения.

Запустив руки в его черные волосы, она развела ноги и выгнулась для него, бесстыдно предлагая себя.

— Да, — зарычал он, прижимаясь к ее груди. — Я хочу, чтобы ты снова кончила, хочу почувствовать твое освобождение на своей руке.

Сжав ее торчащий сосок зубами, он сильно его потянул, пока крутил пальцами внутри нее, снова отправив ее к краю.

Грудь Джанел вздымалась, пока она изо всех сил пыталась отдышаться, но, по-видимому, Вишер еще не закончил. Подняв с постели, он перевернул ее, поставил на колени, приникнув к ней всем телом, ее спина плотно прижалась к его жесткой груди. Он взял запястья Джанел, подняв руки над головой так, чтобы она могла обнять его за шею.

— Не двигайся, — приказал он, его голос был низким, сексуальным рычанием.

Положив руки на ее бедра, он раздвинул коленом ноги, а затем разместил головку толстого члена у входа. Он медленно двинулся в нее, вторгаясь в глубины одним размеренным движением и обхватывая набухшие груди. После того, как полностью поместился в ней, крепко прижавшись к ее ягодицам, он медленно, чувственными волнами задвигал бедрами, наполняя ее больше, чем когда-либо.

Одна рука скользнула по ее животу, лаская влажную от пота кожу бедер. Задыхаясь от нужды и отчаянья, Джанел изо всех сил пыталась держаться за шею Вишера, вместо того чтобы схватить за руку и направить туда, где она больше всего нуждалась.

К счастью, ей не пришлось долго ждать. Добравшись к местечку между ее бедрами, Вишер безошибочно нашел клитор, быстро и жестко дотронулся до ее плоти в то время, как зажимал и дергал ее сосок свободной рукой. Ощущения обрушились на Джанел, сбивая дыхание, пока она не почувствовала головокружение и не обезумела от удовольствия.

Прикосновение, вкус, запах Вишера окружали ее, чувства переполняли и поглощали.

По мере того, как огонь между ними разгорался все ярче, его темп увеличивался, пока он не вонзился в ее влажное лоно с жесткой, неукротимой энергией. Его непрекращающийся рык и ее гортанные стоны смешались со звуком соприкасающейся обнаженной кожи, создавая эротическую симфонию, которая отражалась от высокого потолка, создавая абсолютное крещендо их страсти.

Сжав ее волосы в кулаке, Вишер потянул ее голову назад, обнажая горло. Зная, что он намеревался сделать, Джанел закрыла глаза и изогнула шею, нуждаясь в его укусе настолько, насколько ему необходимо было ее укусить.

Но его клыки не пронзили кожу. Вместо этого он погладил языком брачную метку, рыча от удовлетворения, когда она выкрикнула его имя. Свет взорвался внутри нее, нужда затопила, и она дернулась в его объятьях, когда лоно конвульсивно сжалось вокруг его пульсирующего члена.

Вишер крепко держал Джанел, его рука обвилась вокруг ее талии в железной хватке, когда он взревел, двигаясь жестко и быстро, достигая своей собственной кульминации. Когда он замер и вздрогнул, Джанел пыталась подготовить себя к тому, что будет дальше, но это было бесполезно. Когда головка его члена раздулась внутри, запирая его в ней, и его теплое семя заполнило глубины, она с головой бросилась в еще один ослепительный оргазм.

Долгое время Джанел парила, чувствуя себя полностью насыщенной, и, как было обещано, полностью ослабленной. Когда мир наконец вернулся в фокус, она обнаружила себя растянувшейся на постели и зажатой в крепких объятьях Вишера. Прижавшись к ее шее и уткнувшись лицом в ее волосы, он поглаживал ее чувствительную кожу, пока шептал самые сладкие слова любви и преданности.

Всю свою жизнь она искала то, чему сама не могла дать название. Некоторое время она думала, что нашла это в своей музыке, но здесь, свернувшись на груди Вишера, она, наконец, почувствовала себя целой. Жизнь с вождем на чужой планете никогда не будет легкой. Было так много, чему ей нужно будет научиться и чем пожертвовать, но она была готова. Пока Вишер был рядом с ней, все остальное не имело значения.

Спустя несколько мгновений она открыла глаза, когда услышала, как он что-то пробормотал у ее кожи сонным голосом.

— Что ты сказал, любимый?

Он мурлыкнул и сжал руки, как будто хотел быть еще ближе.

— Спой мне, рикка.

Улыбаясь, она откинулась в его объятьях, провела пальцами по шелковистым волосам и запела.