Какую сказку расскажет старый граф Мирабель в этот раз? И почему она станет последней?
– Мирабель! —послышался с первого этажа приглушённый женский голос. —Мирабель! Нам пора, спускайся!
Оправив последний раз пышное платье из бордового бархата с открытыми плечами и широкими рукавами, сужающимися к тоненьким запястьям, и изящный золотой медальон на шее в виде небольшого сердечка на тоненькой цепочке, та самая девушка по имени Мирабель вышла из комнаты, аккуратно прикрыв тяжелую дверь с резной ручкой, и начала спускаться по витиеватой лестнице с мраморными ступенями, слегка держась пальцами за позолоченные перила.
– Восхитительно выглядишь, дорогая, – улыбнулась ей мать, выглядывая из просторного холла. – Граф будет в восторге.
– И опять будет рассказывать тебе сказки, рождающиеся в его старческом мозгу, – усмехнулась ещё одна молодая леди, оборачиваясь на сестру через плечо.
– Как грубо, Ванесса! – осадила говорившую Мирабель. – Мне нравятся его сказки!
– И нравится, что он называет тебя принцессой, как маленькое дитя, каждый раз, когда видит? – приподняла темную бровь Ванесса, очевидно подшучивая над младшей леди. —Умиляет твоя добродушность, Мирабель, но не знаю, сколько ещё ты будешь это терпеть.
Девушка нахмурилась, грозно смотря на старшую сестру.
– Мне нет необходимости это терпеть, ведь участвовать в интересной беседе намного лучше, чем слушать утомительный монолог недовольный грубиянки.
Ванесса в негодовании открыла рот, краснея от нанесённого ей оскорбления, но не успела ничего ответить, так как матушка поторопила обоих девушек на выход к прибывшей карете.
В полном молчании сёстры сели на мягкие подушки и, как только карета тронулась, отвернулись друг от друга в разные стороны, смотря на пролетающие мимо живописные пейзажи и думая о своём.
Дорога до поместья старого графа занимала не так много времени, а, пока Мирабель вглядывалась в мелькающие стволы тёмных деревьев и их шумящие изумрудные кроны, вспоминая все необычные сказки, рассказанные ей, вообще пролетела незаметно.
Гравий сменился ровной дорогой с каменными плитами, ведущей прямо к огромному дому, возвышающемуся в несколько этажей над землей и закрывающем крышей часть звездного неба. Однако полной Луны, окутанной туманной дымкой ночи, но всё ещё ярко освещавшей всё вокруг, она не доставала. Лунный свет красиво подал на мудрёную лепнину, украшавшую фасад особняка, придающую ему ещё более роскошный вид, и на мраморные мощные колонны, казалось, удерживающие весь дом на себе.
Карета подъехала прямо к крыльцу, остановившись напротив массивных распахнутых дверей, приглашающих приезжающих войти и узреть внутреннее убранство дома, поражающее ещё больше, чем наружное.
Мирабель не терпелось выйти на улицу, и, еле дождавшись пока галантный лакей откроет ей дверь и подаст руку в белоснежной перчатке, девушка выскочила из кареты, оглядываясь вокруг. Она уже была здесь много раз, но каждый раз был как первый: окружающие поместье леса, высокий забор с острыми шпилями, зелёные аккуратно постриженные кусты диких роз, большой каменный фонтан с кристально чистой водой, искрящейся под лунным светом, завораживали Мирабель, как будто она только увидела всё это.
Как бы девушке не хотелось отрываться от этого великолепия, пришлось последовать за матерью и сестрой, которые уже поднимались по широким ступеням наверх. Мирабель поторопилась за ними, кидая грустный взгляд на остающийся позади одинокий фонтан, окружённый розами.
На входе их встретили ещё двое лакеев, поклонившихся им и пригласивших в залу. Пройдя дальше, Мирабель задержала дыхание. Несмотря на то, что снаружи поместье поражало своим видом, внутреннее содержание не шло с ним ни в какое сравнение. Высокие потолки, казалось доставали до самого неба, видневшегося через стеклянные окна, в которые заглядывали звёзды. Колонны из бежевого мрамора по всему периметру огромной залы, огромные люстры с тысячью блестящих свисающих капель, от которых света становится ещё больше, стены, украшенные росписью голубых и золотистых цветов, в которой виднеются фигуры ангелов с белоснежными крыльями и кучевые облака, длинные столы с множеством всевозможных яств и массивные канделябры, освещающие золоченые бокалы. Но главная особенность этого поражающего помещения-зеркала, висящие по всем стенам танцевального зала. В позолоченных резных рамах, около двух метров вверх, они, такое ощущение, расширяют помещение, создавая чувство нереальности окружающего вокруг.
Только спустя пару минут Мирабель вспомнила, что нужно дышать для того, чтобы жить. Девушка завороженно остановилась в дверях, не в силах пройти дальше, в то время, как ее мать и сестра уже достигли старого графа, который весьма бодрым шагом обходил свои владения, проверяя всё ли готово к приходу гостей. Сегодня он был в особенно приподнятом настроении, о чем говорила и его походка, и выглаженный бежевый фрак, пересекающийся на груди широкой бордовой лентой с золочёнными витками, и рубашка в цвет ленты, и горящие тёмные глаза.
До Мирабель донеслись весёлые голоса, и она, очнувшись от оцепенения, двинулась через залу к говорившим.
– …рад, – кивал старый граф, целуя руку ее матери в шёлковой перчатке.
Повернув голову в сторону девушки, мужчина широко улыбнулся, отпуская почтенную даму и подходя к молодой леди. Мирабель видела, как при этом движении усмехнулась Ванесса, но ее внимание захватил уже другой человек.
– Принцесса! – воскликнул граф и дружелюбно взял ее руку, слегка кланяясь.-Очень рад Вас видеть!
Девушка улыбнулась в ответ, слегка приседая в реверансе и моментально заражаясь веселым настроем мужчины.
– Я тоже очень рада! – искренне сказала Мирабель. – Зал просто восхитителен!
– Говоришь так каждый раз, – глухо рассмеялся граф, привычно переходя на «ты» сразу после первого вежливого обращения.
– Потому что меня до сих пор поражает всё это, – улыбнулась девушка.
– На самом деле я счастлив слышать это от тебя, – сказал мужчина и перевёл взгляд на вошедших в залу новых гостей.
– Прошу меня извинить, —виновато улыбнулся граф, кивая головой в сторону входа.
– Ничего, – покачала головой Мирабель, прекрасно всё понимая.
Мужчина уже шёл к дверям, но девушка неожиданно окликнула его:
– Граф!
Он обернулся, приподняв серебристые брови.
– Вы сегодня расскажете мне одну из своих необычных сказок?
Старый граф тепло улыбнулся, кивая.
– Конечно, принцесса, сегодня ты увидишь самую необычную сказку из всех. Только дождись первого вальса.
И, не дожидаясь ответа на свою загадочную реплику, мужчина развернулся на каблуках, хитро улыбнувшись перед уходом и оставив Мирабель одну в смешанных чувствах.
«Как сказку можно увидеть? – думала девушка, следя за тем, как зал наполняется нарядными дамами в пышных платьях и их кавалерами в дорогих костюмах. – Может граф просто оговорился? И при чем здесь вальс?»
Как только она подумала про танец, заиграла приятная мелодия откуда-то сбоку, и девушка повернула голову на звук. В углу залы стоял небольшой оркестр, состоящий из четырёх групп музыкальных инструментов. Организация сегодняшнего бала поражала своим великолепием.
Когда все собрались, спокойная композиция сменилась на какую-то быструю мелодию, и в центр залы высыпались активно танцующие пары, пестрящие разнообразием цветов и нарядов.
Мирабель краем глаза наблюдала за синхронностью танцующих, ища в толпе старого графа. Ей не терпелось узнать, какая же сказка ожидала ее сегодня.
Мужчины нигде не было видно, а в зале всё сменялись композиции и виды танцев.
– Где твой кавалер? – послышалось прямо возле уха, и девушка резко обернулась от испуга.
– Ванесса, Господи! – воскликнула Мирабель. – Нельзя же так пугать!
– Я не специально, – непринужденно пожала она плечами и перевела разговор в другое русло, которое интересовала ее куда больше. – Так что, тебя сегодня оставили одну?
– Граф обещал вальс, – неопределённо ответила Мирабель, не смотря на старшую сестру, – и сказку.
Ванесса прыснула.
– Я бы советовала тебе приглядеться к более молодым и привлекательным кандидатам, – сказала девушка и, поправив лихо закрученный темный локон в высокой причёске, направилась в сторону симпатичного юноши, стаявшего неподалёку от них.
Мирабель вздохнула, отворачиваясь к столу. Не успев взять в руки золочёный бокал, девушка услышала, как окончил играть оркестр, и на всю залу раздался громкий голос старого графа, отдающийся от стен в воцарившейся тишине.
– Дамы и господа! С удовольствием готов объявить Вам о первом вальсе сегодняшнего вечера!
Гости бурно зааплодировали, улыбаясь. Мирабель оглядывала толпу и никак не могла понять, почему именно вальсу все придают такое большое значение. Однако девушка уже приготовилась – граф уверенным шагом направлялся к ней. Ему, как хозяину дома, выпало право танцевать первым.
Мужчина остановился в паре шагов от неё, протягивая ей грубую руку:
– Принцесса, – обратился к ней граф так, чтобы слышала только она, – позволите пригласить Вас на танец?
Мирабель согласно кивнула, кладя свою нежную беленькую руку в его. Со всех сторон снова послышались аплодисменты, которые стихли, как только мужчина повёл девушку в самый центр залы.
–Не противно танцевать со стариком, когда здесь так много более достойных кандидатов? – поинтересовался граф, пока они, не торопясь, шли вперёд.
– Нет, конечно, что Вы такое говорите? – возмутилась Мирабель, искренне не понимая сути вопроса и хмуря тонкие светлые брови.
Мужчина усмехнулся, покачав головой, и, выведя девушку на самую середину роскошного зала, галантно стал перед ней, аккуратно положив одну руку на ее тонкую талию, а вторую, крепко державшую нежные пальцы, отвёл в сторону.
Мирабель изящно положила свободную руку на плечо старому графу, и мужчина, легко кивнув головой оркестру, дал знак, чтобы он начал игру.
– Первый вальс, – улыбнулся он ей, и она заметила в тёмных глазах ещё больший блеск, чем перед началом бала, – и последняя сказка для принцессы.
Заиграли первые аккорды впервые звучащей за сегодняшний вечер мелодии, и граф, не теряя ни секунды, уверенно повёл девушку в танце, крепко удерживая в своих руках.
– О чем сегодня будет Ваша сказка, граф? – поинтересовалась Мирабель, смотря прямо на него и изящно двигаясь по кругу вслед за мужчиной.
– Много лет назад, когда я был совсем юным, – неожиданно начал граф приглушённо, отводя взгляд тёмных глаз в сторону, – я знал одну девчонку, которая мне нравилась…
Мирабель удивлённо приподняла подбородок, пытаясь вернуть зрительный контакт, чтобы прочитать хоть что-то в загадочных глазах, но граф не поддавался.
– Она была моей, и мы были влюблены… – мужчина печально улыбнулся краем губ. – Это было тогда, в прошлом, но это было правдой…
Больше не пытаясь вернуть его внимание, девушка внимательно слушала историю, ощущая всем нутром, что присутствует при чем-то очень важном.
Граф же продолжал кружить ее в танце и рассказывать сказку, которая, впрочем, перестала казаться сказкой.
– Я влюблён в сказку, хоть это и больно. И мне всё равно потеряю ли я рассудок, ведь я уже проклят…
Мужчина замолчал, сосредоточенно вглядываясь куда-то за спину девушки, и Мирабель повернула голову в желании увидеть то, что видел он. Мягкие золотистые кудри упали ей на плечо на одном из поворотов, и граф мимолётно взглянул на них, но она уже не заметила этого. Всё внимание девушки было приковано к другому. Гости, как по волшебству исчезли, и зала была абсолютно пуста, не считая одинокую пару прямо в центре всего этого безмолвного великолепия.
– Куда все подевались? – пролепетала Мирабель тихо. – Откуда играет музыка?
Граф не ответил, продолжая танец, и девушка, плавно следуя такту мелодии, взглянула на их собственное отражение, мелькавшее в зеркалах. Она не поняла, как такое возможно, но казалось, что мужчина выглядит в отражении немного моложе, чем есть на самом деле.
– Каждый день мы начинали ссориться, – продолжил повествование граф, заметив, куда именно смотрит Мирабель.
Девушка хотела поднять на него взгляд, но вдруг изображение в зеркале начало меняться. Мирабель увидела графа в довольно старомодном костюме, который, скорее всего, носили ещё век назад, и себя в пышном платье с белыми рюшами и воротничком. Такое могла носить её прабабушка в далёкой молодости.
Девушка не слышала, о чем они спорили, но точно знала, что она сама и граф находятся в ссоре. Уже довольно молодой мужчина с тёмными, коротко стриженными волосами, стоял возле ярко горящего камина, хмурясь и активно жестикулируя. На камине разместилось несколько канделябров и потрепанных книг в старых обложках. Мирабель же была напротив него возле широкой высокой постели с тяжёлым бордовым балдахином и изумрудной накидкой. За ее спиной находился массивный деревянный комод, отделанный искусно вырезанными деталями и стоящий на холодном мраморном полу. Сама комната была небольшая, но довольная уютная, со светлыми стенами и картинами на них.
Несмотря на царящую атмосферу тепла, Мирабель что-то гневно говорила в ответ, а в конце и вовсе запустила в сторону камина открытой книгой, которая до этого спокойна лежала на постели.
– А каждую ночь мы заново влюблялись друг в друга… – послышался совсем близко, но очень тихо мужской голос, и картинка вновь изменилась. Теперь граф предстал перед ней совсем молодым человек с кудрявыми темными волосами, красиво спадающими на высокий лоб, резко очерченными скулами, прямым носом и широкой лучезарной улыбкой. На нем была шелковая белоснежная рубашка с рюшами на кистях, заправленная в высокие чёрные штаны, и кожаные сапоги. Граф нежно держал Мирабель за руку, поминутно целуя ее кисть и улыбаясь. Девушка, одетая в летящее платье под цвет его рубашки, заливисто смеялась, возвращая все его поцелуи обратно. Счастливая улыбка не сходила с их губ, пока они находились в саду. Теперь Мирабель увидела, что это был прекрасный зелёный сад. Пара сидела на каменной скамье, абсолютно увлечённая друг другом, перед ней журчал фонтан, а от любопытных взоров их скрывали кусты диких алых роз. Граф наклонился к одной из них, аккуратно сорвал и протянул в подарок девушке, что-то тихо прошептав ей на ухо. Мирабель улыбнулась, принимая цветок и нежно проводя кончиками пальцев по бархатным лепесткам.
– Никто не мог сделать меня печальнее, но и никто не мог вознести меня на вершину блаженства…
Сцена опять преобразилась. Граф, одетый в бордовую свободную рубашку и чёрные брюки, стоял на балконе, оперевшись руками на каменные перила и смотря на уходящий багровый закат. Мирабель появилась за его спиной, обнимая молодого человека за плечи и нежно целуя в щеку. Он повернулся к ней, слегка улыбаясь и что-то говоря. Девушка согласно кивнула, усмехнувшись, и стала к юноше спиной. Молодой человек, ранее спрятавший что-то в кулаке, подошёл ближе к Мирабель, откидывая копну золотистых волос ей на плечо и открывая белую шею, на которой он аккуратно застегнул приготовленный подарок. Нежно поцеловав девушку в плечо, он разрешил ей повернуться обратно. Мирабель улыбнулась, опуская голову и смотря на золотой медальон в виде небольшого сердечка на тоненькой цепочке. Девушка дотронулась до него пальцами…
И тут Мирабель почувствовала, что сделала тоже самое только уже наяву. Золото пощекотало кончики пальцев прохладной. Сердце билось в темпе недавнего вальса, и она никак не могла понять, что несколько минут стоит на месте, а музыка не играет. Не в силах поднять взгляд, девушка сжала в руке медальон, надеясь, что он придаст ей уверенности и вернёт в настоящий мир, ведь сказки никогда не были реальностью.
– Я не знаю, как это получилось, но неожиданно мы расстались, – услышала Мирабель знакомый низкий голос. – Теперь я не могу найти её, но когда я найду её, мы всё начнём с самого начала…
Девушка резко вскинула голову, встречаясь взглядом с тёмными блестящими глазами. Молодой граф стоял подле неё. Свободная бордовая рубашка, чёрные брюки, кожаные сапоги, тёмные кудри, спадающие на высокий лоб, резко очерченные скулы и широкая лучезарная улыбка. Он смотрел на неё, как тогда. Как всегда смотрел…
– Ну здравствуй, любовь моя!