Замуж хотелось просто жуть. Вот прям до зубовного скрежета.

Закусив губу, я угрюмо смотрела в окно и размышляла, почему жизнь обошлась со мной так несправедливо. Мои подруги давно числились замужем, а я и хотела бы им позавидовать, так не могла. Не было за что, ну вот совсем не было.

У Аньки олигарх, денег куры не клюют, а как глянешь на него, сразу тянет выпить даже непьющую меня. Наташка депутата отхватила, депутат был неплохой, да невезучий, посадили его, теперь Наташка сама подумывает в депутаты податься. Вика нашла себе красавца-военного, майор, горячие точки, у него папа-генерал в плен попал, срочно понадобилось много денег, чтобы его выкупить, и если бы не я, Витка-дура пока пленного генерала выручала, осталась бы голая и босая. Вот и думай, на кой он сдался, такой «замуж».

Лишь бы за кого выходить мне по рангу не положено, по рангу мне причитается мужчина серьезный, при деньгах и с положением, а сердце просит красавца со стальными мускулами, ровными кубиками на прессе и косыми мышцами, ныряющими за ремень, вот как у Лемехова, а еще чтобы темноволосый был, с темными, как омут, глазами, в которых утонуть раз плюнуть…

Вот те раз, с чего  мне этот предатель вспомнился? Я же себе слово дала, что ни знать его не хочу, ни видеть не желаю. И замуж хочу не ему назло, а просто чтобы рядом был мужчина, надежный, взрослый, чтобы я в свои двадцать пять за ним как за каменной стеной…

— Привет, подруга!  — Анька влетела ураганом, стребовала кофе и уселась на диванчик, вытянув свои длинные ноги, наверняка позабыв, что у меня на два с половиной сантиметра длиннее, нас Наташка специально замерила.

Пока я варила кофе, Анька трещала без умолку, не мешая мне предаваться размышлением, периодически вслушиваясь в извергаемый подружкой словесный поток и выуживая то, что поможет потом сложить в голове относительно связную картинку.

— Ты меня вообще слушаешь?  — упрекнула Анюта, отпивая кофе.

— И тогда он не выдержал и дал тебе деньги, — ткнула я пальцем в небо и попала.

— Дал, разве такое было, чтобы не дал? — вздохнула она, а потом добавила без перехода. — Насть, ты знаешь, что Сашка в городе?

— Знаю, — насторожилась я. Еще бы мне не знать, не зря я в подполье ушла, уже три дня как держу глухую оборону. — А ты что, виделась с ним?

Анька замялась и виновато кивнула.

— Он меня попросил. Сказал, ты трубку не берешь, звонки сбрасываешь, от встреч отказываешься. Может, поговори с ним, у вас такая любовь была!

— Была и сплыла,  — я отобрала у подруги чашку, — ты кофе пришла пить или сводницей подработать? Предупреждаю сразу, дело тухлое.

— Настя,  — Анюта выглядела очень взволнованной, — ты бы его видела, на нем лица нет! Ну поговори с парнем, кто знает, что случилось у него год назад? Он жениться на тебе хочет, предложение собрался делать, а ты его бортуешь.

— Мне муж-предатель не нужен,  — упрямо ответила я, отворачиваясь к окну.

— А кто тебе нужен, сонц? Вы с Лемеховым пара — закачаешься, фигура у него загляденье, а папа твой спит и видит, чтобы выдать тебя замуж за кого-то типа моего Юрика.

— Юрик хороший,  — попыталась я возразить, сама себе не веря.

— Ага, особенно в темноте, когда не видно, — согласилась подруга и потянула мою электронную книгу. — Что читаешь? Снова своих попаданок?

Я кивнула и пожала плечами. Мои глаза, что хочу ними, то читаю. Истории о попаданках я обожала, поглощала их в немыслимых количествах и ничего зазорного в этом не видела.

— Вот! — глубокомысленно заключила Анька. — Все потому, что ты фэнтези своего перечитала, теперь нормальные земные мужчины тебя не интересуют. В твоей голове одни драконы и всякие темные властелины.

Для человека, так пренебрежительно рассуждающего о ромфанте, Анютка была удивительно осведомлена, что наводило на определенные подозрения. Не без усилий я выпроводила ее из дому, а потом задумалась. В чем-то подруга была права, может, я в самом деле слишком много читаю и оторвалась от реальности? Не к месту вспомнился Анькин олигарх, я вздрогнула, а затем грустно вздохнула.

Сварила кофе и снова уселась у окна. Вот бы и мне попасть, чтобы меня пленил какой-нибудь драконий властелин, влюбился, долго соблазнял, а я упиралась сначала, а потом сдалась, сраженная его страстью. Или оборотень какой, или на худой конец темный маг… В голову полезли разные мысли — а что, если миры и в самом деле существуют и мой суженый не здесь, он там, а я тут сижу и выбираю между зеком-депутатом и сыном который год томящегося в плену генерала?

Я даже вскочила. Решено! Я должна попасть! Всего-то, плевое дело! Наверняка это легче, чем найти в этом мире кого-то хоть отдаленно напоминающего Лемехова… Так, все, Настюха, соберись, иначе профукаешь свое счастье!

Если что-то делаешь, делай хорошо, чем больше у меня будет информации, тем меньше останется шансов встретить старость в одиночестве. Итак, попаданки. Кто, как и откуда, я должна знать о них все, и тогда успех гарантирован на триста процентов.

Я открыла ноутбук и с головой ушла в водоворот самых разных историй. К вечеру глаза слезились, от выпитого количества кофе в мозгах было ясно, как в озаряемом молниями небе, а количество сброшенных звонков от предателя-Лемехова давно перевалило за сотню. Он бы и приехал, так тройной кордон охраны его просто не пропустит даже по старой памяти…

Тряхнула головой, прогоняя воспоминания о своей несостоявшейся вечной любви и сосредоточилась. Теперь полученную информацию следовало упорядочить  и сгруппировать.  При моей способности все раскладывать по полочкам с поставленной задачей я управилась очень скоро.

Итак, что имеем в сухом остатке? А в сухом остатке у меня числилось три основных пункта, все кандитатки в попаданки были: «а»  — глубоко несчастными в личной жизни, обманутыми или отвергнутыми. Это как раз обо мне, идем дальше. «Бэ» — перед непосредственно переходом, так сказать, в мир иной, обязательно должна произойти череда роковых, неприятных, и главное, абсолютно мне недоступных событий.

К примеру, героиню увольняли с работы, и она очень по этому поводу страдала. Но как, скажите пожалуйста, мне потерять работу, если я сама руководитель крупного холдинга? О том, что я же и учредитель, вообще молчу. Или вот как можно добираться домой в дождь и промокнуть насквозь, так и не дождавшись троллейбуса? На кой он мне, этот троллейбус? Нет, ну в чистой теории я могу в дождливый день в час пик припереться на остановку, встать в очередь, но куда тогда девать мой Бентли, бросить на стоянке? А как утром ехать на работу?

Или, вот, к примеру, у героини каблук на туфле отваливается. Смех один, ты попробуй оторви этот каблук! Легче Аньку от ее олигарха оторвать, чем каблук от моих «лабутенов». В общем, чтобы точно и качественно попасть, следовало находиться в полном раздрае, что для меня, девушки уравновешенной и флегматичной, было примерно из области фантастики.

И, наконец, «вэ» — все нормальные попаданки были сиротами. Ну чтобы не жалко было здесь никого покидать. Или древними старушками на пенсии, которые тут отходили с миром, а там были перехвачены неведомой силой и заброшены к красавцам драконам. Можно, конечно, махнуть рукой, дожить до старости и отдать концы в надежде прилететь по назначению, но, как поется в известной песне: «А че, (вдруг), если нет?». Так что старости я решила не ждать, подумала и набрала маму.

— Здравствуй, доченька,  — певуче сказала трубка, и у меня защипало в носу. Кто ж в здравом уме и твердой памяти от таких родителей отказывается? Но тут опять со страшной силой приспичило замуж, и я решилась.

— Мам, — начала туманно, — а вас с папой можно лишить родительских прав? Не по-настоящему, только по документам?

— Можно,  — ответила трубка,  — только уже поздно, раньше надо было думать, ты совершеннолетняя.

Я закусила губу. Что ж не везет-то так, а?..

— Вот разве что если отец тебя наследства лишит, тогда да, можно считать, лишение родительских прав так сказать от противного…

Ну уж нет! Замуж оно, конечно, хочется, но не такой ценой. Сеть ресторанов и отелей люксового сегмента  — да меня ни один дракон не поймет! Вот ради Сашки я бы не задумываясь все бросила, и свой холдинг, и папины отели… И снова он мне в голову влез этот Лемехов!

Я еле уснула, накрутив себя до ручки, а утром проснулась, посмотрела в окно и удивилась, какой ерундой вчера забила себе голову. Сегодня у Витки день рождения, гуляем в ночном клубе, мы будем танцевать до утра, и там не будет никаких драконов, властелинов и оборотней. Подмигнула своему отражению в зеркале и пошла на выход.

Мой Бентли сломался недалеко от ночного клуба. Ну как сломался, заглох по неизвестной причине, вроде и бак полный, и масло вовремя меняли, а что с ним случилось, я была без понятия. Позвонила охране отца, чтобы забрали мою машинку, а сама глянула на часы. Я безбожно опаздывала, а все потому что сначала долго упаковывали цветы, потом на заправке была очередь.

По проспекту к ночному клубу три квартала, а вот если дворами пойти, через несколько минут буду на месте. Достала с заднего сидения букет и двинула напрямик.

— Девушка, не подскажете, который час?  — послышалось сзади, я обернулась. На меня приветливо смотрел двухметровый здоровенный тип с татуированными до плеч конечностями, бритой головой и густыми бровями. Сзади скалились еще двое, выгядели они так, будто только сошли со стенда «Их разыскивает полиция».

 — Без понятия,  — буркнула я.

 — А можно в сумочке посмотреть? Что там у нас?  — насмешливо спросил один «стенд», приближаясь ко мне с мерзкой улыбочкой.

 — Хорошим людям все можно,  — согласилась я, открывая сумку. Баллончик «Кобра» всегда был со мной,  — а вот всяким козлам не обязательно.

Я выставила руку с распыляющим газ баллончиком, запустила вдогонку букетом, развернулась на пятке и со всех ног бросилась бежать.

 — Ну все, мал̀ая, ты попала! — визгливо крикнул кто-то из троицы, а я стремглав неслась прочь. Вот тут-то и сработало пресловутое «Никогда не говори никогда». Каблук хрустнул и надломился, нога подвернулась, и я полетела на асфальт. Черная мгла обернула меня плотным одеялом, я ойкнула (не только конечно, но вдруг это прочтут родители, так что будем считать, что ойкнула) и закружилась в калейдоскопе выборочных обрывков сознания.

«Попала! Попала!...»  — последнее, что выдал мне мой трепыхающийся разум прежде, чем отключиться, потом мигнул аварийными огнями и потух.

Очнувшись, я обнаружила, что лежу на горизонтальной поверхности. Глаза открывать не торопилась, потому как интуиция подсказывала, что в помещении я не одна. Что за помещение, я понятия не имела, но искренне надеялась, что это не морг. Пошевелила пальцами  — подо мной прощупывалась гладкая ткань, а не клеенка, и это вселяло определенные надежды.

— Тихо! Она пришла в себя, — послышался мужской голос, в котором мне почудились волнительные нотки, и я от любопытства приоткрыла один глаз. И чуть снова сознание не потеряла.

Меня разглядывал потрясающий красавчик, высокий, разве что на пару сантиметров ниже Лемехова, темноволосый, с продолговатыми глазами и вертикальным зрачком, и это смотрелось так атмосферно, что я даже забыла, что собиралась притвориться спящей.

— Прошу прощения, — сказала, привстав и решая расставить все точки над «i», — вы случайно не дракон?

— Дракон, — удивился вертикальноглазый красавчик, — а откуда ты знаешь?

«Ты-то мне и нужен!» — хотела уже выкрикнуть я и с победным воплем броситься ему на шею, но тут раздался еще один голос:

— Вообще-то мы тут все драконы. А ты наша невеста.

Я резко поднялась и села. Подо мной была огромная кровать с поднятым балдахином, а напротив полукругом стояли мужчины, ничем по красоте не уступающие своему собрату. Я начала считать, мысленно загибая пальцы. Раз, два, пять, семь… двенадцать… Двенадцать? Это что же, получается, мжм? Не так, это ммммммжмммммм!

Меня бросило в жар, потом в ледяной пот, потом снова в жар. Так не пойдет, я в такие игры не играю. «Кто ж тебе виноват, надо было уточнять на берегу», — без тени сочувствия сказал внутренний голос. Я гордо его проигнорила, сползла с кровати, поправила грудь, одернула платье и ослепительно улыбнулась присутствующим:

— Мне было дико приятно, правда-правда, но мне пора... так жаль... не могу... хорошего дня! — и метнулась к выходу.

Тот самый первый красавчик-дракон что-то запустил мне вслед, меня будто пригнуло к полу, я встала на четвереньки и быстро-быстро поползла. Прям почувствовала, как в зад впились сразу двенадцать пронизывающих взглядов, но я старательно перебирала всеми конечностями и неслась напролом.

Главное оказаться за дверью, а там буду думать, как отсюда выбираться. Похоже, здесь с замужеством тоже все плохо, возможно, генеральский сынок даже в некотором приоритете. В конце концов, в плену тоже можно сносно жить, тем более, если папа-генерал привык за столько лет…

— Куда она? — спросил голос за спиной. Хороший голос, приятный, но двенадцать это точно перебор. Да меня Лемехов убьет только за одни такие мысли!

Больше меня никто не останавливал, я в считанные секунды добралась до двери, но тут массивные створки распахнулись, и на пороге возникла внушительная фигура в платье ярко-оранжевого цвета. Дальше смотреть я не рискнула, мне вполне хватило расцветки.

— Мама! — хором воскликнули за моей спиной драконы.

— Мама? — удивилась я.

— Какая я тебе мама? — недоуменно произнесла фигура. И тут же преградила мне путь, косясь с подозрением. — Ты это кудой?

— Тудой, — неопределенно махнула я рукой, силясь просочиться между фигурой и дверным проемом, но дама стояла, как скала. Я попыталась ее оттолкнуть. — Ну что же вы здесь встали!

— А шо мине, тут лежать? — недовольно ответила дамочка, щелкнула пальцами, и я оказалась снова на кровати под балдахином.

— Не бежи так шустро, а то, не дай Бог, догонишь свой инфаркт, — бросила мне дамочка, обмахиваясь веером, и повернулась к драконам. — Фима, Дава, шо вы себе думаете! Она могла сбежать, за шо маме платить такие деньги?

Я замерла. Два старших дракона переглянулись, первый ответил с виноватым видом:

— Но мама, далеко не уйдет, зато она так забавно виляет задом!

— Фима, не делай маме нервы! — строго взглянула на него дракониха и смерила меня оценивающим взглядом: — Вы шо, спешите скорее, чем я?

— Ни Боже ж мой! — пробормотала я, поджимая ноги.

Дракониха подняла брови и посмотрела на меня с куда большим интересом, а затем снова развернулась к сыновьям:

— И где вы откопали эту цацу? Дава, тебе сказали принести невесту, на какой помойке ты ее нашел?

— Мама, она красивая! — выпалил «мой» дракон и покраснел.

— Давид, ты вгоняешь маму в самый гроб и даже глубже, — припечатала дракониха, а затем осмотрела меня придирчиво и строго. — Ты посмотри, во что она одета, у нас в таком даже не хоронят!

— Что? Да это же Соня Рикель! — возмутилась я.

— Соня Израйлевна? — встрепенулась дракониха. — А шо, она еще живая?

— Так шо ж ей сделается? — удивилась я. Дракониха еще более заинтересованно на меня посмотрела.

— Я дико извиняюсь, но если бы мне объяснили, что здесь происходит… — несмело начала я, но она меня перебила.

— И шо, ты тоже из Одессы?

— Та не, — не стала врать я, — но тоже рядом. А вы?

— Та таки да, я из Одессы. С Привоза. А здесь я мать драконов, — ответила дама и великодушно разрешила: — Но ты можешь звать меня тетя Роза. Покушаешь с дороги?

— Мама! Что нам делать с невестой? — послышался нестройный хор голосов. Мы обернулись, драконы сверлили меня грозными взглядами, и я конвульсивно задвигалась по кровати, прячась за драконью маму.

— Как мы будем ее делить? — спросил самый низкорослый из братьев, если я не ошибаюсь, Сеня. Делить? Значит, это не то, что я думала? Что тут началось!

— Пошли все вон, это моя невеста!

— Нет, моя, я старше!

— А я сильнее!

— Уйди, шлемазл, я на ней женюсь!

— Нет я! Скажите ему, мама!

— Я предлагаю бой! — воинственно крикнул «мой» Давид и сдул прядь с лица, я им даже залюбовалась.

— Бой! Бой! — одобрительно зашумели драконы. — Будет битва!

— Битва так битва,— согласилась мама, — только недалеко, шоб я вас видела.

Драконы строем покинули комнату, а мы с тетей Розой вышли на огромный балкон. Драконы заняли пятачок перед балконом, разбились на пары и сходу вцепились друг другу в глотки.

— А вам их правда не жалко? — осторожно спросила я, присаживаясь сбоку.

— Они ж бессмертные! — удивилась дракониха, отсыпая мне жменю семечек. Мы грызли семечки и следили за битвой.

— Боря! Не бей так сильно Изю! Вспотеешь! — крикнула драконья мама, наблюдая, как драконы мутузят друг друга.

— Мама, — выкрикнул Фима, отплевываясь, — я вас, конечно, уважаю, только тьфу вам под ноги за ваше каменное сердце!

— Фима, закрой рот с той стороны, — поморщилась мать драконов, — лучше отпусти Сеню, не делай маму сиротой.

…Битва шла третий час. Драконы теперь перебрались в небо, приняв совсем устрашающий вид, и периодически поливали друг друга огнем.

— А вы давно попали? — спросила я, сплевывая шелуху.

— Давно… Лет сто назад.

— А кто их отец?

— Да был один, — махнула рукой тетя Роза, — змей.

— Почему был? — удивилась я. — Разве он был не бессмертный?

Тетя Роза загадочно улыбнулась, но промолчала.

— Я их победил! Теперь я буду жениться! — влетел на балкон черный дракон, обернулся Давидом и, довольный, присел возле матери. Я забеспокоилась.

— Иди помой руки и покушай, — сказала мать-дракониха, погладив его по загривку, — а потом пойдешь жениться.

— Зачем так быстро? — еще больше забеспокоилась я, почему-то мне совсем не хотелось выходить замуж. Ни за Сеню, ни за Борю, ни даже за Давида, хоть он и был из них самым красивым. Все драконы уже обернулись обратно в людей и стали еще привлекательнее.

— Драконы получают от девственниц большую силу, ну да ты сама знаешь, — ответил за мать Фима, а у меня гора с плеч свалилась.

— Спокойно, ребята, — встала я и заявила, с трудом сдерживая ликование, — неувязочка. Я не девственница.

В наступившей тишине прозвучал голос Сени:

— Дава, шлемазл, ты где ее взял?

Я снова сидела в центре, а драконы обступили меня полукругом и осуждающими взглядами выжигали во мне круглые дымящиеся дыры.

— Мальчики, я понимаю ваше разочарование, но и вы меня поймите! — примирительно проговорила я.  — Мне уже двадцать пять, в моем мире будь я девственница, меня бы никто не понял!

— Таки она права,  —  задумчиво протянула дракониха,  —  но за шо тогда с нас брали деньги?

—  Деньги?  — переспросила я.

— Мы покупаем лицензию на девственницу в вашем мире,  —  хмуро пояснил Фима, усаживаясь рядом.  — Раз в год один из нас может жениться, должен был лететь я, но мама сказала, пусть летит Давид. Дава, ну почему ты снова все сделал через заднее место?

— Они мне не понравились,  — упрямо проговорил Дава,  — а эта красивая.

— Но я не девственница!  —  терпеливо повторила я, тщательно маскируя буйную радость.

 «И шо нам теперь делать? Снова ждать год? Шо вы кричите, мама, я понимаю слов!» — одновременно заговорили драконы.

— Не морочьте себе то место, где спина заканчивает свое благородное название!  — встала я.  — Где Дава брал, туда пусть и кладет.

Драконья мать одобрительно хмыкнула и показала мне большой палец.

— Не отдам, я эту хочу!  — набычился Дава.

— Тихо!  — вдруг сказал Боря, вглядываясь в небо.  — Он летит…

«Мои» парни застыли, словно захваченные врасплох. Я переспросила, снедаемая нехорошими предчувствиями:

— Кто «он»?

Ответом прозвучала тишина, и я в сердцах рявкнула:

— Мама!

— Мама? — повернули головы сыновья.

— Шо вы молчите, как в рот воды набрали?  — впилась я в нее выжидательным взглядом.

— Темный,  — неохотно проговорила дракониха, почему-то пряча глаза.

— Властелин?  — обрадовалась я, но та удивленно покачала головой.

— Та не…

 — Маг?

 — Не…

 — А кто же?

 — Просто Темный.

 — Брюнет?

На балкон влетел странный зверь похожий на лошадь, только с шестью ногами, перепончатыми крыльями и витыми рогами. На «лошади» сидел всадник, и я невольно отметила, как сногсшибательно он смотрелся в седле. Нижнюю часть лица полностью скрывал высокий воротник, а верхнюю закрывал шлем с прорезями для глаз. Все драконье семейство почтительно склонилось перед всадником.

— Ваше величество!  — с придыханием сказала дракониха. Вот это поворот, так он король?

— Вы взяли то, что вам не принадлежит,  — заявил Темный, спрыгивая со странной лошади.

— А вы думаете, шо вы не опоздали? Так я вам скажу, шо таки да, — проворчала драконья мама.

— Не смотрите так, — не скрывая раздражения в голосе, проговорил Темный, глядя на меня, — вы не в галерее.

— Я сделаю скандал, и вам станет нескучно! — предприняла я слабую попытку, но внезапно Темный подхватил меня под руки и легко усадил на шестиногую «лошадь».

— Лучше держись, — прозвучал низкий хриплый голос у меня в подкорке, и по спине пополз странный обжигающий холодок. Где-то я этот голос уже слышала... — И хватит делать вид, что ты на Привозе, тебе вообще не идет.

Тут он наклонился к драконихе и спросил негромко:

— Вы как тут, тетя Роза? Все нормально? Как дети?

— Та шо им сделается, — зашептала в ответ дракониха.

— То й добре. А как вы имеете своё здоровье?

— Ой, я никак, пока оно меня имеет!

Я обхватила руками его шею, и холодок переместился в живот. А Темный будто прочел мои мысли:

— Ничего не бойся, — пришпорил коня, и мы взмыли в небо, оставляя далеко внизу драконью семейку. Мне стало даже жаль, я уже начала к ним привыкать.

 Мы летели по небу, я едва успевала смотреть по сторонам, внизу простирались зеленые квадраты полей, узкой голубой лентой извивалась река, а мне вдруг так захотелось домой, что я едва не расплакалась.

— Что такое? — прошелестело над ухом.

— Отпустите меня домой! — всхлипнула я.

— Но ты так хотела попасть к драконам, выйти замуж, — все так же вкрадчиво шептал голос.

— Больше не хочу…

— У нас так нельзя. Ты получила то, что хотела. Ты хотела замуж, сегодня твоя свадьба.

— Как сегодня? — похолодела я. — А кто же жених?

— Я, — прозвучало протяжно в самой голове, и я от страха едва не лишилась чувств.

— Подождите, — озарило меня, я даже попыталась развернуться, — так вы не знаете главного! Я не девственница!

— Ты так говоришь, будто гордишься этим, — насмешливо проговорил Темный, впрочем, не переставая меня поддерживать, чтобы я не свалилась вниз.

— Я просто ставлю вас в известность, чтобы ко мне не было вопросов, — предупредила я, и охнула, так больно сдавили мне руку железные тиски. — А если вы еще рассчитываете получить от меня какую-то силу…

— Мне не нужна никакая сила, — прошипел Темный, — я ни на что не рассчитываю. Мне нужна ты, и сегодня ты станешь моей женой.

Я смотрела на себя в зеркало и не верила, что это не сон, что это все происходит со мной наяву. Подвенечное платье потрясающей красоты с длиннющим шлейфом — все так, как я мечтала, только вот мечтала я совсем о другой свадьбе и совсем о другом мужчине.

Я пыталась поговорить со своим женихом, но судя по всему, увидеть будущего мужа до свадьбы у меня не было никаких шансов.

Теплая ванная с ароматными маслами ненадолго отвлекла от грустных мыслей, но потом я попала в руки куафера и модистки, и как я вытерпела пятичасовой марафон причесывания и примеривания, сама не знаю. На все мои попытки заговорить обслуживающий персонал опускал глаза и безмолствовал, поэтому я бросила попытку хоть с кем-то пообщаться, и молча терпела все приготовления.

Наконец, меня провели длинным коридором, который освещался пучками искр, вращающимися спиралями вдоль стен, и ввели в громадный зал с высокими потолками. Я задрала было голову, чтобы на глазок прикинуть стоимость лепнины, как тут увидела Темного, он стоял в самом центре и смотрел на меня такими горящими глазами, что из головы тут же улетучились все расценки. Высокий воротник по-прежнему скрывал его лицо, но мне показался силуэт несколько знакомым,  я так засмотрелась, что даже споткнулась.

— Брмрбурмбу….ан первый, согласны ли вы взять в жены Анастасию Березину?  — разнесся под сводами голос, «сжевавший» имя жениха.

— Согласен! — ответил Темный, не сводя с меня пылающего взора.

— Анастасия Березина, согласны ли вы взять в мужья… — вещавший голос вновь «зажевал» имя жениха, но мне уже было не важно.

— Нет! — крикнула я в пустоту, и мои слова эхом отозвались под сводами зала. Я повернулась к жениху и повторила, глядя ему прямо в глаза: — Нет.

— А мне все равно, Анастасия, — проговорил тот, — вопрос задан исключительно для соблюдения процедуры. Продолжайте обряд!

— Но я не хочу!  — изумленно заговорила я. — Я тебя не люблю! Я даже не знаю, как тебя зовут! Я Сашку люблю, Лемехова!

— Что ж ты тогда здесь делаешь, если его любишь? — прошипел Темный, больно сдавив мне руку. — Ты же сама сюда попросилась, замуж хотела за дракона или за оборотня, где же твой Лемехов?

— Он остался в моем мире, — покаянно призналась я, — Сашка не виноват, он хотел помириться со мной, звонил с утра до ночи, даже Аньку подослал.

— А ты? — мне показалось, Темный затаил дыхание. — Ты что же?

— Он меня бросил год назад, — прошептала я, и слезы закапали на перчатку Темного, — просто взял и исчез. Отец увидел, как я страдаю, и рассказал, что дал Сашке денег, чтобы он меня бросил. Мой папа олигарх, — уточнила на всякий случай, чтобы Темному понятнее было, — а Сашка к нему в охрану пришел работать. Он из спецназа, видел бы ты его. Как такого не любить?

И я разревелась, уткнувшись Темному в грудь. Так себя жалко было, страх, думала, а вдруг и он меня пожалеет? Но Темный оказался подлецом и негодяем. Воспользовавшись минутной слабостью, схватил мою руку и надел на палец кольцо. Палец обожгло, я выдернула руку и попыталась его снять, но кольцо будто вросло в кожу. Темный с мстительной радостью наблюдал за моими стараниями, а потом с непонятным блеском в глазах сказал:

— Ну все. Я твой муж, наконец-то. А ты теперь моя! — подхватил меня на руки и понес прочь из зала. Я пыталась вырваться, но хватка у гадского мужа оказалась железная, он нес меня с невозмутимым видом, не обращая внимания на мои конвульсивные дергания.

— Куда ты меня несешь? — возмутилась я.

— А ты догадайся, — муж лучился самодовольством, мне сразу захотелось запустить в него чем-то тяжелым. Судя по тому, что он задержался перед массивной кованой дверью, мы уже пришли.

Темный толкнул дверь ногой, и мы оказались перед огромной кроватью.

— Я не буду с тобой спать, — зашипела я, снова извиваясь в конульсиях.

— Надо же, я тоже не собираюсь спать с тобой, — ехидно заметил Темный, а я покраснела как рак. Ему все же пришлось выпустить меня из рук, и как только я оказалась на свободе, тут же отскочила на безопасное расстояние. — Я буду консумировать наш брак!

— Это без меня, — предупредила я, — иди в душ, и там консумируйся сколько влезет.

Но Темный с гадкой улыбкой двинулся ко мне.

— Не подходи! — схватила подушку и запустила в мужа. — Даже не думай.

Темный довольно ловко уворачивался от подушек, а затем ухитрился протянуть обе руки, и я по воздуху сама поплыла к нему, безуспешно упираясь и сопротивляясь.

— Я маг, — зачем-то объяснил Темный, будто извиняясь.

— Надо же, — задыхаясь, просипела я, — а я уж решила, что ты Дэвид Копперфильд. Слушай, отпусти меня домой, а? Ну пожалуйста. Ну не люблю я тебя, разве тебе нужна жена, которая тебя не любит?

Темный молчал, разглядывая меня, а я снова заплакала, сев на пол и облокотившись о кровать. И тут меня подняли сильные руки, и знакомый голос сказал мне в волосы:

— Не плачь, Настенька, любимая! Прости, что уволок тебя сюда, но ты не хотела меня видеть, а я без тебя жить не могу!

Я оцепенела, подняла глаза и увидела родные темные, почти черные глаза, что смотрели на меня с напряженным ожиданием.

— Саша! — только выговорила, и тут же провалилась в темный вращающийся калейдоскоп.

— Настюш, я не брал деньги у твоего отца, — говорил Сашка, пропуская через пальцы мои волосы, он всегда любил с ними играть. — Ну сама подумай, зачем они мне, если здесь я самый могущественный маг и король?

— А как ты очутился в нашем мире? — подняла было голову я, но муж тут же уложил ее обратно, и я безропотно подчинилась. Сил сопротивляться после трех «консумаций» подряд не было никаких, да и не хотелось, хотелось вот так лежать и нежиться в теплых объятиях моего теперь уже законного супруга.

— Бродил по мирам в поисках невесты. Здесь девушек мало, а те, что есть страшненькие все, это для совсем уж ленивых, — начал рассказывать муж. — Я всегда любил погулять по мирам, а как тебя увидел, сразу влюбился. Сначала мне у вас дико не нравилось, а потом прижился, даже во вкус вошел. Хотя я здесь живу в основном, я же король, а там появляюсь ненадолго. У нас разница большая во временных промежутках, пока у вас месяц проходит, здесь всего пара минут, поэтому я мог надолго там зависать.

— А почему спецназ? Или ты меня обманул? — снова подняла я голову.

— Не обманул, — меня снова уложили обратно, — просто ты мой торс видела, куда с таким идти? Не в президенты же!

Я провела пальцами по кубикам пресса и довольно вздохнула. Да уж, торс тут что надо…

— Я к твоему отцу потому в охрану устроился, чтобы к тебе ближе быть. Он когда предложил мне от тебя отказаться, я хотел тебя сразу сюда увезти, а потом решил, что тебе может не понравиться быть королевой.

— А что теперь будет со мной там? — спросила я. — В том мире? Я вернуться хочу, там же родители, подруги, бизнес.

— Там наш брак дублируется автоматически, — пояснил мне Сашка, — в тот самый момент, как я надел тебе на палец кольцо. Ты моя жена, а в остальном, как сама решишь.

— Саш! — позвала я, помолчав. — А у вас тут правда девушки страшные?

— Правда. У нас вообще женщин мало, вот почему мне пришлось тетю Розу просить к нам перебраться.

— Просить?

— Ну да. Когда мальчишки осиротели, их отец в загул ударился, а дети брошенными остались. Я тетю Розу увидел на Привозе, она цыплят продавала, так управлялась с ними, что сразу решил ей предложить дракончиков усыновить. Фото ей показал, а она как увидела, расчувствовалась и вмиг согласилась. От нее тогда муж к любовнице ушел, своих детей у них не было. Она мальчиков как своих полюбила, да ты бы видела их тогда, сердце кровью обливалось. Фима вон болел часто, Изя с Борей до сих пор вечно с ангиной...

— Так она не дракониха?

— Ну как же, теперь дракониха, самая настоящая драконья мать, да ты сама все видела. На самом деле их по-другому зовут, Фима тот Эфимбатхар, Сеня — Арсантхир, Дава — Давтаргхан, Боря — Намхисбор…

— Ты так хорошо все помнишь, — ревниво пробормотала я, стараясь, чтобы муж ничего не заметил, но он заметил. Взял за подбородок и заглянул в глаза:

— Настя, не ревнуй, конечно помню. Я же их король, они мне как дети. Я их отца Даргондара лишил всех званий и регалий, тете Розе передал, теперь он к ней клинья подбивает, замуж зовет. Но мы с тетей Розой держим оборону, она его помучить хочет, чтобы знал свое место.

— Они же старые! — удивилась я.

Сашка загадочно усмехнулся, и я опомнилась.

— Погоди, Сань, а тебе сколько лет?

— Не спрашивай, милая, все равно не скажу.

— Ты что, старше папы? — подозрительно прищурилась я.

— Я старше твоего прапрадеда. Но это ничего не значит, — Темный, прижимался губами к моим волосам, а у меня сердце прыгало, как попрыгун. — Я похлеще многих ваших молодых…

И на всякий случай, для верности, консумировал брак в четвертый раз. Тут я не выдержала и отрубилась, последнее, что помнила, довольный смешок мужа, а дальше сознание надолго со мной попрощалось.

Я разлепила веки и будто вынырнула из толщи воды. Первой мыслью было, что это сон — крашеные стены, воткнутая в вену игла, стойка капельницы. И фигура отца, задумчиво уставившегося в окно. А где Саша? Где мой король? Где мой Темный маг, наконец?

Ужасная догадка настигла меня — этого всего не было, я упала в подворотне, ударилась головой, и мне все привиделось, и драконы, и свадьба, и тетя Роза… За свадьбу было обиднее всего, особенно за брачную ночь, аж плакать хотелось.

— Очнулась? — отец обернулся, увидел, что я не сплю и присел на стул возле кровати. — Настюша, дочка. Я очень виноват перед тобой, перед тобой и этим парнем, Александром. Он оказался настоящим героем.

— Что такое? — похолодела я. — Что он сделал, пап?

— Он спас тебя от тех бандитов, что напали. Мне страшно подумать, что было бы, если бы не он. Признаю, я оболгал его, я действительно предложил ему деньги, но он отказался, сказал, что сам хочет заработать, чтобы стать тебе ровней. Признаться, я не думал, что его бизнес-идея окажется настолько удачной и прибыльной.

«Папа, да он маг и король, мы никогда не будем ему ровней!» — хотела сказать я, но отец не дал мне даже рта раскрыть.

— Он мне все рассказал, и что вы тайно поженились, и что ты беременная. Дочка, — отец взял меня за руку, — тебе не нужно было прятаться от меня, я же твой отец, и я тебя люблю. Вот только скажи, почему тебя, беременную, понесло через подворотню? А если бы твой муж опоздал?

— Кто беременный? — подскочила я, как ужаленная, и тут увидела свою руку, которую держал отец. Точнее, палец на руке. Там сияло кольцо, точь-в-точь как то, что мне надел на палец мой Темный маг.

Распахнулась дверь, и в комнату вплыл огромный букет. Отец деликатно кашлянул и вновь отошел к окну. Букет доплыл до меня, а потом из-за него показался мой Сашка, серьезный и взволнованный.

— Любимая, я пришел за тобой.

— Саша! — прошипела я. — Почему мне папа талдычит о какой-то беременности? Что ты ему наплел?

— Не наплел, — расплылся в улыбке мой Темный, — я же говорил, что пока у нас проходит несколько минут, здесь дни и месяцы, а ты в курсе, что то, чем мы с тобой занимались в том мире, обычно заканчивается беременностью? Так что в нашем королевстве уже ждут наследника. Если ты, конечно, захочешь вернуться, — поспешно добавил муж.

— А о какой-такой бизнес-идее говорил отец? — подозрительно спросила я мужа, когда мы вышли из больницы. Отец уехал, предварительно взяв с нас обещание поужинать семьями, мой букет в машину унесла охрана. Сашка взял меня за плечи и повернул налево.

Прямо передо мной на фасаде торгового центра красовался огромный рекламный баннер. «Охранное агентство «Драгон», и все мои двенадцать драконов, все красавчики, один лучше другого. Впереди Дава с Фимой, ой простите, Давтаргхан с Эфимбатхаром, за ним остальные ровным строем, я аж залипла. Муж, кажется, даже приревновал.

Впрочем, когда вечером мы сидели в ресторане — я, Сашка и мама с папой, — он вывел меня на балкон и обнял со спины.

— Смотри, милая, — махнул рукой, и я глянула вниз. И рот сам растянулся до ушей.

Двенадцать красавчиков-байкеров склонили головы в приветственном поклоне — перед Темным или перед нами обоими, я ведь теперь как бы тоже их начальством числилась — и мне показалось или нет, но в глазах Давида мелькнула грусть.

— Взял мальчиков с собой, — прошептал мне в волосы мой король, — пусть погуляют, может присмотрят себе кого-то.

— И что, тетя Роза их так просто отпустила? — удивилась я. Муж засмеялся.

— Да жди. Смотри!

— Фима! Фима! Надень шапку! — послышалось знакомое. — Боря, ты сходил в туалет?

Драконы переглянулись, как по команде взревели моторы, и черные блестящие байки один за другим понеслись по вечернему проспекту.

— Тетя Роза, — перегнулся Сашка через перила, — оставьте мальчиков в покое! Вы мне сделали все нервы!

— Шоб ви так жили, как прибедняетесь! Сейчас моего Фиму охмурит какая-то лахудра, а у него уши! —  отмахнулась тетя Роза, выруливая на Хаммере и пускаясь вслед за байками.

— Саш,  — провернулась я в объятиях мужа,  — а правда, что девственницы придают драконам силу магии?

 — Нет конечно,  — улыбнулся мой Темный,  — магия она или есть, или ее нет. Это все тетя Роза придумала, чтобы ее мальчики нашли хороших девочек.

 — Это же нечестно!  — запротестовала я, но Темный снова меня обнял, он вообще только  и делал, что лип ко мне.

 — Не волнуйся, милая, тебе нельзя волноваться! Конечно, я им все рассказал, они в курсе, мы просто ничего не скажем маме. Подожди, скоро прилетит Даргондар, тете Розе будет не до сыновей. Тогда и объявим отбор невест.

 — Отбор?  — удивилась я. Мой муж загадочно ухмыльнулся.

 — Именно! И я точно знаю, кто будет отбирать невест. Ты ведь им теперь как сестра!

Я и сама догадалась! Что ж, такая перспектива меня полностью устраивала, я своего Давида лишь бы кому за так отдавать не собиралась.

 — Хорошо,  — улыбнулась я мужу и погладила по гладко выбритой щеке, — как скажешь!

Держитесь, девчонки, драконья сестра объявляет отбор невест! Хм, пожалуй, неплохое название для следующей книги. Но мужу я ничего говорить не стала. У меня впереди целое дело, надо теперь прошерстить все, что я читала об отборах, выбрать подходящие испытания, а еще девушек где-то искать...

 — О чем ты задумалась, любимая?  — склонился ко мне муж. Я посмотрела на него и ответила как можно честнее:

 — О тебе!

И сказала ведь чистую правду!

Конец!