© Кошкина Т., текст

© ООО «Издательство АСТ»

Поселок Звездный, дом 12

– Повторяю вопрос, где мой сын?

– Значит так, альфа-самец, приглушите гонор! Я не глупенькая девочка, чтобы на меня орать и бесцеремонно вламываться в мой дом, – Ирина даже поднялась на носочки, чтобы хоть как-то противостоять этому наглецу. Она была ниже сантиметров на пятнадцать, слон и Моська. Но если этот охамевший слон сунет свой хобот куда не надо, эта Моська его морским узлом завяжет, церемониться не станет.

– Где мой сын? – в третий раз, но уже тихо повторил слон, то есть мужчина. Он напряженно сжал тяжеловатую челюсть. Еще немного и этот Хатхи обрушит на Ирину свой гнев. Инстинкт самосохранения жалобно мяукнул, но получил выразительный пинок под облезлый хвост и спрятался под лавкой.

Ирина то ли оскалилась, то ли улыбнулась:

– Во-первых, принято сначала здороваться. Во-вторых, представляться и только потом спрашивать, – проще было сдать ему парня и выгнать всех мужчин из их женского монастыря. Но волна гнева уже поднялась и накрыла с головой. Пришел тут какой-то неврастеник средних лет, ввалился в дом, наорал и смотрит так, как будто она ему что-то должна.

– Знаете что? – вскипел было тот, но тут же взял себя в руки. – Просто скажите, где мой сын.

– В гостиной, – оставила попытки воспитания неотесанных слонов Ирина и проводила агрессивного гостя в дом. Пусть забирает своего обаятельного слоненка куда подальше. По синему морю, к зеленой земле и всё такое прочее.

– Ой, – Юля отпрыгнула от Ромы. Щеки горели, дыхание неровное. Вошедшие в комнату взрослые застали сцену поцелуя в лучших традициях романтических фильмов. Раненый герой на диване, девушка склоняется над ним, в воздухе витает устойчивый запах подтаявшего мяса.

– Роман, – атмосфера в комнате накалилась мгновенно. В голосе гостя звучали металлические нотки. Юлька вся сжалась. – Дома поговорим. Собирайся. Вы, – он резко обернулся к стоящей позади него Ирине. – Мы можем поговорить где-нибудь без свидетелей?

– Где-нибудь можем.

– Пап, стой, – попытался крикнуть Рома, но его уже никто не слышал. Дверь захлопнулась.

– Уберите вашу дочь от моего сына! – начал мужчина, стоило двери в кабинет захлопнуться за его спиной.

– Уберите вашего сына от моей дочери! – не осталась в долгу Ирина, вызывающе вздернула подбородок и грозно посмотрела на него сквозь стекла очков.

– Что? – собеседник от такой наглости явно обалдел. А чего хотел? Она никогда, подчеркнуто тремя красными чертами, никогда не позволит никому диктовать ей условия. Слава богу, давно вышла из возраста «я слушаю папочку», а статуса мужа, которого Ирина будет слушать, так никто и не заслужил.

– То! Это ваш сын подвернул ногу, когда лез в мой дом посреди ночи. Скажите спасибо, что я не вызвала полицию, – стекла очков блеснули в свете настольной лампы. Ирине отчаянно хотелось чем-то занять руки, по старой привычке, она начала щелкать выключателем. Мужчина поморщился, его явно бесил моргающий свет. Поводов продолжить щелкать стало на один больше. – Может, все-таки, позвонить? Скажу, что в мой дом вломился сначала какой-то парень, а потом его невменяемый отец. Пятнадцать суток за хулиганство, надеюсь, получите. Заодно поговорите, наконец, с ребенком и объясните, что лазить в окна к несовершеннолетним девушкам опасно для репутации. Вы же за нее так трясетесь?

Диагноз гостю Ирина поставила мгновенно. Дорогая рубашка, хороший парфюм, идеальная стрижка и минимум знаний о соседе напротив. Очень обеспеченный тип, дорогая машина, какой-то прибыльный бизнес и полное отсутствие интереса ко всему, кроме работы и малолетних дурочек, которые частенько бывали в его доме. Ирина не была любопытной, но как только переехала сюда, постаралась познакомиться со всеми ближайшими соседями. Этот субъект, помнится, отмахнулся от неё и, сев в машину, обдал пылью из-под колес. Тогда, пожав плечами, она бросила эту затею «дружить домами».

– Да прекратите уже щелкать! – разозлился мужчина и рывком отодвинул лампу в сторону.

– Прекратите нести чушь, – вернула лампу на место. – Просто заберите своего Ромео отсюда и проведите воспитательную беседу, раз так переживаете. Моя дочь разумная девочка, я ей доверяю и не стану ничего запрещать.

– Ага, разумная. И мама у неё тоже разумная, да? – ирония в каждом слове, рот кривился в усмешке. Зато лампу он оставил в покое. Ирина для верности щелкнула еще раз. – Решили выдать свою дочку без рода и племени замуж за парня из хорошей семьи? У Романа уже есть невеста, так что пусть ваша Юленька вокруг него хвостом не крутит и ноги не раздвиг…

Он переступил черту. Ту, которую ни один вменяемый человек никогда, не при каких условиях переступать не должен. Оскорбил её ребенка. Ирина могла снести хамство в свою сторону, но никто и никогда не обидит дочь, особенно, так. Рука взлетела мгновенно и обожгла ударом его щеку.

– Вон отсюда.

Только стекла очков защищали этого хама от убийства взглядом. Маленькая женщина посмотрела на него так, что он отступил назад, потирая рукой щеку. Ирина наступала, серые глаза смотрели напряженно и хладнокровно, как у волчицы, охраняющей своё логово.

– Вон отсюда, чертов высокомерный ублюдок, – она вытеснила его из кабинета. Мужчина молча отходил назад. – Не смейте оскорблять мою дочь! Забирайте своего сына и катитесь отсюда к чертовой матери! Ноги его больше в этом доме не будет, как и вашей!

Юля выбежала в коридор, с ужасом глядя на орущую Ирину, у той аж щеки раскраснелись. Иногда мама становилась по-настоящему пугающей. Она видела её такой всего три раза в жизни. Первый, когда Юлю привезли в больницу с острым животом и слишком долго оформляли в приемном покое. Второй, когда она сбежала с подружкой погулять в другой конец города и не возвращалась до вечера, досталось ей тогда по полной. Третий раз остался в голове Юли мутной картинкой, она была дома с температурой, кто-то пришел, мама что-то крикнула каким-то странным, чужим голосом и громко хлопнула дверью. Этот четвертый.

Два дня спустя. Офис J Electronic

– Лена, твою мать, какой декрет? – Олег с ужасом смотрел на документы, которые их штатный переводчик Леночка только что положила перед ним на стол. – Ты подождать не могла, что ли? У нас контракт с китайцами на три лярда с перспективой. А тебе, видишь ли, больничный, щадящий режим, а пузо вырастет и летать нельзя? У вас с Ильей свербило что ли?

Хоть стой, хоть падай. Лучший друг называется, партнер по бизнесу, который сам же сардельку в штанах не удержал накануне выгодного контракта. И с кем? Зато Лена сияла и паковала вещички, явно мысленно планировала переезд в комфортабельную квартиру в центре города, семейную жизнь с одним из ТОП-10 списка самых завидных холостяков города. Первое место в нем возглавлял он сам, Олег Михайлович Шилов, глава холдинга J Electronic, но тут Леночке не то что не светило, даже не отсвечивало.

– Ну, так получилось, – кокетливо улыбнулась та. Олег хмурился, понимая, что получилось так, как она хотела и ни о какой случайности речи не идет. Рука так и тянулась нарушить пару законов и уволить эту вертихвостку к чертовой матери. Останавливала только мысль о суде и штрафе, эта милая на вид платиновая блондинка была настоящим Цербером с характером заправской стервы. Если зацеплялась за что-то, то вгрызалась до кости и не успокаивалась, пока жертва не сдавалась.

– Ладно, переведу тебя куда-нибудь, где поспокойнее. Иди.

– Не надо меня переводить! – тут же встрепенулась Лена, еще одной ее чертой была неуемная гордость и амбиции. Переводить инструкции для микрочипов – это не её. Но кто спросит?

– Или так, или увольняйся по собственному. Мне здесь нужен полноценный работник, готовый к сверхурочным и перелетам профессионал. А не беременная истеричка, ясно? – для убедительности хлопнул кожаным ежедневником по столу. Это был негласный сигнал для всех работников его компании, в переводе на человеческий означало: «Скройся, босс не в духе».

– Илюх, я все понимаю, но какого хрена? – набросился он на друга по телефону, стоило двери кабинета закрыться за пока еще его главным переводчиком. – Ладно. Какого хрена я понимаю, твоего неуёмного. Но ты думать нужной головой не пробовал?

– Олег, развела она меня, как пацана, – Илья на том конце провода явно был не в духе от этой новости. – Хочешь, заберу ее и отсвечивать не будет?

– Это ты по-любому сделаешь. А вот где искать переводчика, который может быстро въехать в IT и техническую документацию. Надежного притом. Ума не приложу, – Олег отпил давным-давно остывший кофе, поморщился. Мерзость. Как раз созвучная настроению и ситуации.

– Слушай, мне тут Игорь Красов рекомендовал одну дамочку. Стоить будет дорого, но она крута. Работала с ними по торговому комплексу в Тайбэе. Помнишь? – друг отрапортовал быстро и почти без запинки. Олег сделал выводы, но промолчал. Хорошо хоть догадался подсуетиться заранее и справки навести. Илюха всегда был изворотливым засранцем.

– Какой Красов? Тот, что мой «Звездный» строил?

К подрядчику их коттеджного поселка претензий у него не было, как и особой любви. Нормальный делец, с которым Олег общих дел не имел и не планировал. Проблема была одна – тот продавал дома таким, как эта бешеная баба из коттеджа напротив. От воспоминаний передернуло. Дожил, получил по морде от женщины и не смог ничего ответить, просто молча вышел. Но взгляд у неё был, без шуток, безумный. Того и гляди набросится, как собака бешеная.

– Да, он самый. Мы тут с ним в сауне девок парили на днях, разговорились. Как раз зуб точит на эту переводчицу. Если я ему сейчас повод подкину к ней подмазаться, он будет в восторге. М?

– А пойдет эта ваша крутая, как яйца у слона, дамочка, к нам в штат? – где-то должен быть подвох.

– В штат нет. По подряду наймем, какие проблемы?

У Ильи вообще с понятием «проблема» большие нестыковки. Для него все было «не проблема», а потом частенько вылетало в трубу. По этой причине они все еще вместе. Изворотливый амбициозный Илья и Олег, у которого хватало выдержки и моральных сил претворить безумные идеи в жизнь, а идиотские отмести. Вовремя приземлить друга-фантазера и вернуть на грешную землю.

Но тут он был с ним согласен, нужно взять переводчика на этот проект и постепенно искать постоянного. Вход, который даст пул времени месяца на три.

– Договорись с ней на завтра, если согласится, тут все и обсудим. Часов в десять утра.

Поселок Звездный, дом 12

– Юль, ты как? – Ира тихо вошла в комнату дочери. Та сидела там несколько дней, прятала свои покрасневшие от слез глаза за темными шторами, почти ничего не ела.

– Не знаю, – безжизненный голос. Юлька, как маленькая, забилась в угол кровати, обняла большого медведя, которого много лет назад назвала Потапыч, и уткнулась носом в его мягкую шерстку. Такая взрослая на первый взгляд, но все еще ребенок. Ей многому предстоит научиться, много слез выплакать, прежде чем она изучит искусство любви. Ирине оставалось только надеяться, что она найдет свое счастье, не повторит историю своей неразумной матери. – Он звонит. Звонит постоянно. Пишет, что это ложь. Пишет, что невесты нет – это просто желание отца. Верить ему или нет? Мам, я очень хочу ему верить.

– Можешь верить, можешь не верить. Есть один главный вопрос: пойдет ли твой Рома против отца? Согласится ли потерять его поддержку ради тебя. Согласится ли не ездить на своей дорогой тачке, не учиться в лучшем вузе мира, а быть с тобой. Любить тебя, защищать, оберегать и делать все, чтобы сделать тебя счастливой. Своими силами, без папочкиной кредитки. Будет звонить, спроси его об этом. – Ирина присела на край кровати.

– Хорошо, спрошу, – пробурчала Юлька в затылок медведя и, отбросив его в сторону, подползла к маме. Обняла и прижалась, как в детстве, когда просыпалась от ночных кошмаров.

– Вот тогда и посмотрим. Приходи в себя, внизу завтрак. Твои любимые оладьи. Хватит голодать, заморив себя, горю не поможешь. Я в город, встреча по работе через час. Будет у нас куча денег, если все сложится.

– Угу.

Ирина была отпущена на свободу, проверенный временем Потапыч снова занял свое место.

– Мам, если бы ты себя заморила, меня бы не было, да? – едва слышный голос дочери заставил женщину остановиться.

– Ты знаешь, как я не люблю фразу «если бы».

Офис J Electronic

Олег впервые за много лет нервничал. Готовился к встрече тщательно: надел лучший костюм, рубашку, дорогой одеколон, побрился и тщательно расчесал волосы, едва тронутые первой сединой. У них в семье сорок лет – возраст, когда мужчины начинают седеть. Пришла и его очередь. Он недовольно поморщился отражению в зеркале.

Потенциальный переводчик – женщина, а значит, есть шанс произвести впечатление, пофлиртовать, запудрить мозги и скинуть цену. Её послужной список впечатлял, но фото к резюме не прилагалось. Олег надеялся на серую мышь, обделенную мужской лаской – идеальный вариант.

Дверь кабинета открылась ровно в десять. Мужчина приготовил свою лучшую улыбку… и тут же забыл о ней.

Ирина особенно не готовилась, с ней работают не за обтягивающие попу юбки, соблазнительно тонкую талию и полную грудь. Все решает только профессионализм, а этого у неё в избытке. Простое летнее платье подчеркивало нужное, прятало лишнее и создавало настроение ярко-желтой отстрочкой по подолу.

Игорь описал ситуацию весьма доступно, она им нужна, не они ей. Можно давить по цене сколько угодно. Холдингу невероятно повезло, что она только что сдала заказ и еще не взяла новый, хотела съездить с Юлькой отдохнуть. Но Красов так просил, что Ирина решила встретиться с заказчиком, к тому же дочь наотрез отказалась уезжать куда-либо до конца лета. Ох уж эта первая любовь!

Улыбаясь своим мыслям, Ирина поздоровалась с секретаршей и после предварительного звонка вошла в кабинет главного босса компании J Electronic.

Олег увидел вошедшую и попрощался с тремя миллиардами на всех языках, которые знал: русском, ломанном английском и русском матерном.

Офис J Electronic

Офис J Electronic

Поселок Звездный, дом 12. Несколько дней спустя

Офис J Electronic

Офис гудел, как улей, наблюдая новую корпоративную историю то ли ненависти, то ли любви, то ли бреда какого-то. Главная интрига под кодовым названием «что за нафиг происходит» держала внимание всех офисных сплетников и постепенно захватывала тех, кто в подобном обычно участия не принимал. Расторопная секретарша Светочка радостно снабжала всех желающих информацией из «первых уст» о том, как новый руководитель отдела переводов шлет на три русские буквы генерального, тот отвечает тем же, но и не думает увольнять её с работы.

– Ир, что у тебя с главным происходит, а? – не выдержала Маша, одна из стажеров, когда они обедали вместе в кафе.

Бойкая девица с амбициями и, что важно, со способностями. Ирина с первых дней почему-то прониклась к ней симпатией и, если можно так сказать, сдружилась. Подруг у нее давно не было, не удалось обзавестись из-за постоянной учебы и переездов. Знакомых по миру много, а подруг для встреч за обедом ни одной. Кудрявая брюнетка Маша с ясным взглядом карих глаз активно отвоевывала себе эту роль, стараясь еще и учиться у профессионала, задавала много вопросов. В общем, ругаться с ней не хотелось, поэтому Ира попыталась максимально сдержанно ответить на бестактный вопрос.

– У каждого человека есть свой сосед-идиот, – ответ спокойный, но со вкусом, – в моем случае, это он.

– В смысле? – Маша притормаживала, Ирина хмурилась.

– В прямом. Вот мой дом, – она поставила солонку, – а вот его, – поставила перечницу напротив. И поверь, от работы с ним я не испытываю ни малейшего удовольствия, равно как и он со мной. Просто так сложились обстоятельства.

Ответ вполне удовлетворил любопытство стажерки, дальше разговор потек об учебных заведениях и куда лучше всего ехать, у каких ВУЗов есть интересные программы по обмену и так далее. Маша мечтала поехать в Китай, но пока не хватало денег. Именно поэтому пошла работать к Шилову в компанию: стажировка, да еще и платная – мечта. Копейки, конечно, но по чуть-чуть и накопит.

Она с доброй завистью смотрела на Ирину, которая уже паковала чемоданы. Ей предстояла неделя в прекрасной стране Тайвань, которую Олег упорно называл Китаем, за что переводчице отчаянно хотелось ему врезать. Ира, в общем-то, и врезала уже три раза, но независимость демократического государства от коммунистического Китая он признавать по-прежнему отказывался.

Офис J Electronic. Вечер того же дня

Ирина устало потерла глаза и бросила короткий взгляд в небольшое зеркало, перед которым прихорашивались все уважающие себя девушки офиса. Да, вид ничего себе. Взгляд уставший, морщинки около глаз и рядом с губами, когда только успели появиться? Женщина коротко улыбнулась собственному отражению, а так она очень даже ничего. Подкраситься немного и вообще красотка. Через секунду отражение в зеркале нахмурилось, явно не понимая, к чему вообще эти любования и надежды на «я еще ого-го».

Наверное, дело в том, что совсем скоро они полетят в Тайбэй, где ей предстоит встреча с учителем. Он заявлен в качестве переводчика с их стороны. Они не виделись шесть лет. Разочарует ли она его? С каких пор ей так интересно, сделает ли Ван-Лаоши ей тринадцатое предложение руки и сердца? Дожила до того момента, когда любой комплимент от мужчины уже награда?

Завтра вечерним рейсом они летят в Тайбэй. Ирина вновь решила перепроверить документы, часть из которых готовила не она, а ее предшественница. Ехать же хотелось во всеоружии, чтобы без сюрпризов. Впервые такая нервозность из-за предстоящей поездки. Сто раз уже все перепроверила, но внутри по-прежнему жил червячок сомнения – что-то где-то недоработано. Облажаться перед Шиловым на таких масштабных переговорах не хотелось. Принтер отчаянно печатал все бумаги в двух экземплярах, а Ирина раздраженно грызла кончик карандаша, вредная привычка еще со студенчества, сидя перед монитором.

Время текло неумолимо, мягкий летний вечер за окном сменился ночью. В кабинете одна неугомонная дамочка, наконец, успокоилась, мило посапывая на заваленной бумагами клавиатуре.

Олег, которому среди ночи написал сообщение Ромка и сообщил, что Ирина до сих пор не вернулась домой и трубку не берет, даже умилился на секунду этой картине. Но вовремя вспомнил, что эта дамочка хороша, только когда молчит, ну или спит фэйсом в тэйбл, как сейчас. Приступ умиления как рукой сняло. Он отравил короткое смс сыну, что все в порядке, пропажа найдена и скоро будет дома в целости и сохранности.

В тайне Олег был благодарен ей. Если бы Ирина не заработалась, сын не связался бы с ним. Лишний разговор оказался далеко не лишним.

– Где я? – Ирина открыла глаза, в них тут же ударил яркий свет уличных фонарей. Машина как раз задавала крутой вираж на знакомой трассе. – Куда… ты меня везешь? – она обернулась к водителю и вскипела. Как она, черт возьми, оказалась в машине у Олега? Мужчина сидел за рулем и ухмылялся, поглядывая через раз то на нее, то на дорогу.

– Домой. Твоя дочь места себе не находит. Ромка даже решился мне написать. Мама трубку не берет, на сообщения не отвечает. Потеряли тебя гаврики, – мужчина сохранял удивительное спокойствие.

– А сразу разбудить не мог? – возмутилась она, теперь отлично понимая, каким образом попала в этот кожаный салон с приятным запахом древесного освежителя воздуха. От осознания, что этот орангутанг тащил ее в своих огромных лапищах, по спине пробежали мурашки – очевидно, от ужаса. А как же иначе? Монстрятина. Кинг Конг жив.

– Ты так мило пускала слюни на мои документы, что рука не поднялась, – не удержался от шпильки Олег. – Сиди смирно, почти приехали.

– Какая прелесть, – фыркнула Ирина, – только как прикажешь на работу завтра добираться? Машина там осталась.

– Одолжить денег на такси? – продолжал иронизировать мужчина, явно наслаждаясь бешенством сидящей рядом женщины. Она даже не заметила, что у неё очки чуть сдвинуты на бок, волосы растрепаны и под правым глазом темный след от туши. Любая из его девиц первым делом после пробуждения достала бы зеркало и поправила макияж. Ирина же начала с любимого дела – принялась пилить ему мозг и выводить из себя. Хоть какое-то разнообразие в серых буднях одинокого холостяка.

– Ты невыносим! – сложила руки на груди и демонстративно отвернулась к окну. В искаженном отражении разглядела, что этот паразит над ней еще и тихо посмеивается. Так бы и врезала, но водителя не убивать и не избивать – святая заповедь для пассажира.

Через несколько минут они круто повернули и въехали в полутемный гараж дома номер тринадцать. «Мог бы и на улице высадить», – раздраженно подумала Ирина, но нарываться на новую словесную перепалку не стала. Мозг отчаянно засыпал и не был готов к битве с весьма бодрым Шиловым. Вот уж правда, зло не дремлет.

– С вещами на выход! – громогласно скомандовал Олег, едва не оставив ее заикой, и заставил вернуться с размышлениям о зле с новой силой.

– С вещами, – проворчала она и выпрыгнула из высокого внедорожника, – хоть бы сумку мою прихватил.

– И надорвался: вам, барышня, скинуть бы килограмм пять! Тогда и сумку бы прихватил, – мужчина явно не собирался отпускать ее домой со здоровой нервной системой. Глаз дергаться уже начал.

– Что? – возмутилась весьма миниатюрная женщина. – Если силушки нет, чтобы девушку на руках носить, это уже старость, Шилов.

– Девушку, – хмыкнул в сторону Олег и все-таки получил очередную пощечину. Она была совершенно очаровательна в гневе – это он знал точно. Довольный собой, мужчина проводил взглядом уходящую в темноту ночи переводчицу.

Следующее утро

– Такая пробка, – Ирина раздраженно кусала губу. Хотелось до обеда сделать еще кучу всего: все-таки вылет вот-вот и целую неделю её не будет в стране. – Считайте, что довезли меня до места, – она кивнула водителю и выскочила из машины. В кармане пиджака вжикнул телефон – списались деньги за поездку.

Пройти оставалось всего ничего. Пара домов и большая площадь при въезде на которую и образовался затор. Ирина стремительно миновала небольшое ДТП, перебежала по пешеходному переходу в центр площади и, прикупив в сквере стаканчик бодрящего напитка в небольшой передвижной кофейне устремилась к стеклянному офисному зданию.

На пешеходном переходе её встретил отчаянный визг тормозов и чувствительный удар бампером в бок. Ирину отбросило в сторону, она едва удержалась на ногах, расплескав часть кофе по асфальту.

– Что за? – выпрямилась и зло посмотрела на частично заехавший на зебру автомобиль. Какой-то жутко дорогой, начищенный до блеска внедорожник.

Окно открылось и оттуда донеслось грубое:

– Слышь ты, курица, по сторонам смотреть не учили? Пошла отсюда!

Этого Ирина снести не могла. Недолго думая, женщина открыла крышку стаканчика и плеснула кофе на лобовое стекло машины. Дымящийся в утренней прохладе напиток медленно растекся по стеклу. Водитель тут же выскочил, это оказался грузный невысокий мужчина с выражением презрения к миру на обрюзгшем лице, видимо, навечно к нему прилипшим.

– Ты охренела? Стерва, – гаркнул он она всю улицу, приближаясь.

– Сам охренел! Пешеходный переход, – огрызнулась в ответ женщина, сжимая в руках бумажный стаканчик. Ситуация вызвала живой интерес публики, несколько людей уже остановились поблизости и, как по команде, подняли в воздух мобильные телефоны. «Стервятники,» – зло подумала Ирина, смерив их пренебрежительным взглядом.

– Ты знаешь, кто я, тварь? – мужчина больно схватил её за плечо и развернул лицом к себе.

– Знаю. Говнюк, каких поискать, – огрызнулась она, закусив удила.

– Ах ты, су… – он замахнулся для удара.

Вновь на переходе взвизгнули тормоза и с соседней полосы в сторону разыгравшейся сцены круто вывернул блестящий в лучах утреннего солнца черный внедорожник-инфинити. Зеваки закричали и разбежались с его пути. От неожиданности обидчик отпустил ее руку и тоже отпрыгнул в сторону. Автомобиль послушно затормозил в жалких сантиметрах от Ирины. Его она узнала без труда.

Водительская дверь открылась, злой, как черт, Шилов выскочил оттуда и, полностью проигнорировав замершую на месте женщину бросился к громко матерящемуся мужчине.

– Да ты охренел, придурок? – попытался взбрыкнуть тот, но когда его схватили за грудки и чуть приподняли над землей, как-то быстро растерял пыл.

– Ты сейчас подходишь к даме и извиняешься, быстро, – пробасил Олег и отшвырнул мужчину от себя в сторону Ирины.

– Это с какой стати, эта бл*дь херова по сторонам не смотрела, – возмущался тот, явно потеряв остатки инстинкта самосохранения. За что тут же поплатился: своей огромной рукой Шилов схватил его за шею и подвел к Ирине уже согнутого в три погибели обидчика.

– Извиняйся, я сказал, – сжал сильнее. – Пока я тебе шею не свернул.

– Олег, не надо… – наконец-то Ирина смогла произнести хоть слово, но и то прозвучало неубедительно.

– Извиняйся, кому говорю, – продолжал давить Олег. Ей показалось или что-то хрустнуло? Нет, должно быть фантазия разыгралась. Не станет же он ломать шею за это, глупо.

– Простите меня, – поморщился мужчина. Прозвучало неискренне. Рука Шилова сжала еще сильнее, Ирина видела, как напряглись мускулы под натянувшейся тканью рубашки. – Извините, я был не прав, – почти пропищал тот. Олег, кажется, удовлетворился этим и выпустил его.

– А теперь садись в свой тарантас и вали отсюда по всем правилам дорожного движения, – рыкнул в спину улепетывающему Шилов. – Ира, в машину.

Обалдев от всего происходящего, она послушалась. На всякий случай. Олег в гневе был по-настоящему страшен, но лучше так, чем остаться одной на улице, наполненной людьми. Да, представление собрало достаточно зрителей, кто-то точно станет сегодня звездой youtube.

Олег плавно вывел машину обратно на свою полосу, и через пару минут они молча въехали в подземный паркинг. Мотор затих. В салоне по-прежнему висела напряженная тишина. Ирина понимала, что должна его поблагодарить, но язык не поворачивался.

– Я бы тебя довез, зачем поехала сама? – нарушил, наконец, молчание Шилов. Он смотрел прямо перед собой, все еще крепко сжимая руками руль. – Почему не дождалась меня?

Ей показалось или говорит Шилов сейчас с кем-то другим? Не с ней. Тон какой-то другой, в голосе столько боли, что в кожаном салоне стало тяжело дышать.

– Олег, все в порядке? – в попытке привести вернуть его в реальность, Ирина коснулась рукой плеча. Мужчина вздрогнул и будто очнулся ото сна.

– Да, я в норме. Ты как? Он сильно тебя задел? – голос стал более привычным, низким и обволакивающим.

– Все нормально. Бок немного болит, но это пустяки. Ты не должен был…

– Нет должен. Из-за таких, как он, гибнут миллионы людей. Бесценных, самых близких людей. Если я смогу свернуть шею хоть одной такой твари, буду счастлив. Случайно, сама того не ведая, Ирина разбудила в нем злость. Женщина вжалась в спинку кожаного сидения. Будучи не робкого десятка, она все равно побаивалась его, этого огромного человека рядом, особенно после того удара. Хотела убрать с плеча руку, но он поймал её и вернул обратно. – Это меня успокаивает. Посидим минуту.

– Хорошо, – согласилась она. – И еще, Олег, спасибо.

Мужчина едва заметно усмехнулся. Все-таки обладала эта женщина какой-то странной властью над ним. Заставляла лететь на поиски среди ночи, заставляла нарушить кучу правил и безрассудно вылететь на пешеходный переход, заставляла успокоиться то, что бушевало внутри.

Ближе к обеду. Офис J Electronic

– Есть какие-то вопросы? Я сейчас уеду и буду на связи только по вайберу всю неделю, – объявила Ирина. У сотрудниц никаких недопониманий не оказалось, все постарались решить за неделю до отъезда руководителя. Даже удивительно, что получилось. Все-таки она никогда в жизни никем не руководила и даже такой маленький штат мог вызвать затруднения, но ей повезло. Видимо, впервые в жизни.

– У нас никаких, тут программисты заходили, им надо учетку на твое имя переделать, информацию всю перенести. Спрашивали, когда могут заняться, – вставила ремаркочку Маша, сминая и выкидывая стикер.

– Да хоть сейчас, – Ирина взяла подготовленную папку со всеми документами и спецификациями, что могут пригодиться на переговорах. – Вызывай.

– Окей, – по привычке ответила девушка и набрала короткий номер.

Программисты оказались, о чудо, оперативными, и в дверях женщина столкнулась с растрепанным парнем в помятой футболке с выцветшим логотипом Звездных войн. Путь по коридору она продолжила в сопровождении тяжелых воспоминаний о другом поклоннике знаменитой франшизы.

– Идем ко мне Звездные войны смотреть? – он был весел и настойчив. – Родителей все равно нет, ругаться не будут, что мы допоздна.

– Мама ругаться будет, я домой, Миш.

– А в оригинале? – парень хорошо знал, чем ее привлечь. Глаз загорелся.

– Тебе привезли? Уже? – достать что-то приличное на языке оригинала было чем-то из ряда вон выходящим. Упустить такую возможность? Никогда. Такую глупость мог сделать кто угодно, только не сумасшедшая полиглотка Иришка Светлова – тоненькая девушка в легком светлом сарафане и двумя тонкими светлыми косичками. – Идем!

Юлька оказалась звездным ребенком, в прямом смысле этого слова.

Во второй половине дня ролик про благородного бизнесмена разлетелся по офису, каналам youtube и, о ужас, даже попал в несколько местных телевизионных передач. Олег вздрагивал каждый раз при входящем сообщении: все почему-то решили скидывать ему ссылки и писать всякие глупости. Входящие звонки Светка не пропускала, телефон молчал. Но ничто не вечно в кабинете гендира. Тревожный звонок и:

– Не хочешь дать интервью? – саркастично сказала Ира.

«Спасаешь ее, спасаешь, вот тебе и благодарность, сейчас еще извиняться заставит», – улыбаясь. подумал Олег.

– Тебе – хоть сейчас, – ответил мужчина. – Тоже достали?

– Есть немного, – выдохнула Ирина, для которой последняя пара часов превратилась в ад. Её в ролике слишком хорошо видно, а куда деваться от вопросов «ты спишь с Шиловым?» ей никто не объяснил. – Зайду?

– Валяй, – хмыкнул Олег.

Такое чувство, что она все это время была в коридоре неподалеку. Не прошло и пяти минут, как Ирина вошла в его кабинет, традиционно, громко хлопнув дверью.

– Надо придумать какой-то универсальный ответ, – начала с порога. Олег даже не сразу понял, что она имеет ввиду.

– Зачем? – ехидно улыбнулся мужчина, демонстративно развалившись в кресле. – Я предлагаю такой вариант. Сейчас ты прикрываешь меня с тыла, выходим через черный ход, садимся в подставную тачку и валим на Тайвань.

– Шилов, – Ирина поджала губы, он приготовился к грозе. Но вместо новой порции сарказма она рассмеялась. – Ты придурок или как?

– Или как. Просто ты слишком драматизируешь. Мы сегодня вечером улетаем на неделю, тут все уляжется, – такой подход казался сейчас рациональным и правильным. Зажужжал телефон.

– Ага, ей объясни про «забудется», – она демонстративно положила телефон на стол. Веселая фотка Юли заставила почему-то вздрогнуть. Об этом он не подумал. Зажужжал второй телефон. Олег положил его рядом, с экрана улыбался Роман.

– А им, Ирина, все можно спокойно объяснить. Вроде, никакого криминала не случилось. Просто один мудак спас тебя от другого мудака.

– Приятная самоирония, Шилов, – подбодрила Ирина и взяла трубку. – Юль, приеду через час, поговорим.

– Поедем на моей машине, – Олег поднялся с кресла. – Ром, приеду с Ириной. Никакого криминала, я себя хорошо вел.

Аэропорт

Олег стоял рядом со стойкой регистрации и косился в сторону Ирины. Такой он видел её впервые. Удобные легкие джинсы, топ, открытые плечи и распущенные светлые волосы до плеч. Интересно, ей не щекотно? На работе, да и в те разы, что ему доводилось вваливаться к ней домой, женщина всегда была с традиционным хвостиком сзади, сосредоточенным лицом и одеждой, застегнутой на все пуговицы. Сейчас издалека ее можно было принять за студентку, а если присмотреться, то за человека, который возвращается домой. Легкая улыбка на губах, чуть приподнятый подбородок и расправленные плечи. Она светилась изнутри, разговаривая с женщиной в форме.

– Олег! – громогласно разнеслось по залу регистрации.

Ирина обернулась, мужчина резко отвел от неё взгляд и принялся увлеченно изучать паспорт, не глядя на идущего к ним Кожевникова. То, что Ирина закончила регистрацию и подошла к нему, распознал только по легким шагам.

В голове всплыл разговор, который произошел с сыном несколько часов назад. Разумеется, видео оба восприняли адекватно. Ирина, как и многие женщины, слишком близко к сердцу приняла житейские глупости. Олег, честно признаться, отвык от таких дамских заскоков настолько, что просто молча привез её домой и в качестве мебели стоял рядом, пока она с видом воспитательницы детского сада объясняла ситуацию одному совершеннолетнему лбу и его почти совершеннолетней девушке. Интереснее был разговор с сыном один на один…

Они вышли в сад, оставив Ирину паковать вещи, а Юльку мыть чашки из-под чая. Сын плелся рядом до самой калитки. Он всегда так делал, долго собирался прежде чем высказать то, что его мучает. Ромка вообще был не склонен к откровенности, по крайней мере, на гнетущие его темы. Счастье, веселье, любовь – этим он делился со всеми, а страхи и сомнения оставлял себе, мурыжил внутри до тех пор, пока они из ушей не полезут, и только потом аккуратно обсуждал с отцом.

– Пап, – Ромка переминался с ноги на ногу, – можешь дать мне ключ от дома?

– Хочешь вернуться? – мужчина улыбнулся и сунул руку в карман.

– Боюсь наделать глупостей, – сконфузился сын, – как только Ирина уедет, я хочу переехать в наш дом. Не смогу я…

– Спать в одном доме? – понимающе хмыкнул Олег. – Я думал, ты уже всё для себя решил. А выходит, сомневаешься?

– Не сомневаюсь, – выпрямился парень, – просто Оле до сих пор ничего не сказал.

– Как так? – ему не нравилась эта ситуация, совсем не нравилась. Столько нервов, столько потрясений, а Ромка мечется, как девчонка. – Почему?

– Духа не хватает, – виновато посмотрел на отца незадачливый влюбленный.

– Духа не хватает? – Олег аж закашлялся. – Со мной ссориться у тебя духа хватило, значит, а Олю боишься? Знаешь что, сын, раз уж показал свой характер и дал слово, так держи. Будь мужиком, а не мямлей. Сказал, что любишь Юльку, иди и честно скажи Оле, чтобы шла лесом. Если переживаешь, моему бизнесу это не повредит. Ваши детские дела – ваши детские дела. Мы с Ильей не поссоримся, – он достал из кармана связку ключей с синим фонариком-брелком.

– Мои? – слабо улыбнулся пристыженный Ромка.

– С собой носил, на всякий…

Ирина никогда раньше не встречалась с Ильей Кожевниковым, компаньоном Шилова. В компании о нем ходили самые разные слухи, а большая часть знакомых ей женщин краснела и бледнела при одном его упоминании. Теперь она поняла почему. Высокий, прекрасно сложенный шатен, стильная одежда, самоуверенная походка и невероятная улыбка, такая кому хочешь крышу снесет. Возраст его не портил, скорее наоборот, добавлял обаяния. К счастью, её крышу снесло раньше, а второй раз в одну и ту же лунку снаряд не падает. Рднажды она уже увлеклась самым красивым мальчиком – это дорого ей обошлось. Больше никогда, да и знакомая платиновая блондинка рядом с ним будет против. Елена грациозно вышагивала рядом с Ильей, бросая высокомерные взгляды на поглядывающих на него женщин. Его громогласное появление не оставило равнодушной ни сотрудниц аэропорта, ни пассажирок.

– О, не знакомы, – ослепительная улыбка персонально ей. Так приятно, что подташнивает. Он так старался произвести первое впечатление, что безнадежно его испортил. – Илья Кожевников, партнер по бизнесу вот этого угрюмого мужика, – небрежно кивнул в сторону Олега.

– Который должен быть сейчас в офисе, – грозно пробасил Шилов и нахмурился. – Ну или в больничке с ней и проходить курс не очень молодого бойца.

– Молодым я уже отстрелялся, опыт есть, – заметил тот. – Решил поехать с тобой, да и Лена переживает за проект. А ей нельзя нервничать.

«Ага, прям вся на нервах«, – Ирина смерила коллегу по цеху снисходительным взглядом. Та вполне безмятежно улыбалась, теребя пальцами тонкий ремешок сумки. Чемодан, очевидно, уже сплавили носильщику.

– И кто будет заниматься компанией, пока меня нет? – рационально заметил Олег. Ей показалось или он странно напрягся, как будто всерьез сдерживался, чтобы не навалять бизнес-партнеру по шее? Нет, наверное, просто фантазия. Слишком часто Ирина видела его злым и несдержанным, вот и мерещится. Определенно.

– Да ладно тебе, по удаленке сейчас все можно сделать. А на месте Михалыч присмотрит, он же у тебя зам! – беспечно заявил Илья. – Еще я хочу посмотреть их производство, может, что утянем полезного, м? Запустим свою линейку смартфонов.

Ирина поморщилась. Абсолютно безответственный тип. Как эти двое еще не обанкротились? Несдержанный и агрессивный Шилов, халатный и явно изворотливый Илья – зашибись компания. Может, имеет смысл провалить сделку? Несчастных представителей Тайвани жалко.

Странно, это в зале душновато или опять нервы? Ирина достала из сумки маленькую бутылочку с водой. Все равно допивать.

– Знал бы, привязал тебя к стулу в офисе, – выдохнул Олег. – Это Ирина, наш новый переводчик.

– Ага, и твоя новая пассия, – выдал Илья, вновь одарив её своим вниманием.

От такой неожиданности «новая пассия» поперхнулась и остатки воды оказались на светлой рубашке Олега. Что такое «не везет» и как с этим бороться? Несколько раз тяжелая рука хлопнула по спине.

– Если решил угробить мне переводчика и вернуть Лене должность, так и скажи.

– А на видео вы так мило смотрелись, – подала голос Лена и потянулась за телефоном, явно замутить просмотр на бис.

– Это у меня просто день с утра не задался, – прокашлялась, наконец, Ирина. Горло неприятно жгло. Короткий извиняющийся взгляд и рука Олега, замершая на плече, скинута вниз. – Приятно познакомиться.

Лицо её точно сейчас говорило об обратном, но Ирине было глубоко наплевать. Хотелось сесть в самолет и спокойно проспать несколько часов в удобном кресле бизнес-класса, а не объяснять тонкости своих отношений с Шиловым.

– Ну конечно, – Ирина недовольно плюхнулась в одно из просторных светло-бежевых кресел салона. На соседнем, разумеется, восседал Олег. Кто бы сомневался? Интересно, Светочка сознательно это сделала или случайно накосячила. Интуиция отчаянно кричала о первом варианте. Офисные сплетницы требуют продолжения банкета, вот только фигушки. Пусть меньше книжек читают в стиле «я и мой злобный босс» или больше, только бы их с Шиловым не трогали.

– Да, приятное соседство, – хмыкнул мужчина и отвернулся в сторону прохода. Ей досталось место у иллюминатора. Мелочь, а приятно. – надеюсь, тебя не укачивает в самолете? Моя рубашка еще одного покушения не выдержит.

– Меня от тебя и без самолета тошнит, – настроение и так не айс, а Шилов решил потренироваться в остроумии.

– Девушка, будьте добры пакетик. Женщине плохо, – возвестил он на весь салон, призывая миловидную стюардессу. За что тут же получил болезненный толчок локтем. Сдерживая смех, Ирина отвернулась к «окну». Пережить взлет и вот он, долгожданный здоровый сон. Когда она откроет глаза, они будут почти на месте.

Несколько часов спустя

– Через полтора часа будем на месте, – улыбаясь во все тридцать два зуба ответила стюардесса и прошествовала мимо, красиво виляя бедрами.

Олег грустно выдохнул, но затекшей до боли рукой не пошевелил, чтобы не разбудить сопящую ему в плечо Ирину. Свернулась в кресле, как кошка, даже не разложила. Потом, видимо, стало неудобно, вытянулась и устроилась головой на его плече. Как можно спать в такой позе? Богу неизвестно, это точно происки Дьявола. Но что делать, если теплое дыхание этих происков проникает сквозь тонкую ткань рубашки, касается кожи и делает тебя чуточку счастливее.

«Хорошо хоть слюни не пускает», – усмехнулся Олег.

Тайвань встретила их жарой и ужасной влажностью. Пока шли по трапу до автобуса и усаживались Олег, кажется, промок насквозь. Двери закрыли, кондиционер включили, но было поздно – точно первым делом в душ. В здании аэропорта их встречал какой-то китаец с табличкой J Electronic, ростом чуть повыше Ирины, сияющей улыбкой и здоровенным букетом цветов. Он удивленно посмотрел на еще двух незваных гостей, но быстро сориентировался.

– Добро пожаловать на Тайвань, – улыбнулся всем присутствующим. Его русский был почти идеальным, только слегка картавым.

– Спасибо, – Олег коротко кивнул. – У нас внезапно прибавились двое, – хотел извиниться он, но Илья прервал.

– Мы своим ходом, Олег. Считай, что мы погулять приехали и немного поработать. Завтра в десять, да? – уточнил он, подхватывая их чемодан.

– Да, я предупрежу, – подтвердил вместо Олега китаец. – Ждем вашего переводчика и едем? Такси уже на стоянке.

– Ван-лаоши! – Ирина, которая замешкалась где-то на входе, наконец-то их догнала. Сияющая улыбка. Такой Олег никогда у неё не видел. Они обнялись, как старые друзья, мужчина что-то быстро заговорил по-китайски и вручил ей букет из белых и бордовых роз. Щеки женщины слегка порозовели.

– Давайте говорить по-русски, это невежливо по отношению к моему боссу, – спохватилась женщина. Олег хмыкнул: наконец-то она про него вспомнила. Хоть что-то.

– Хорошо, моя дорогая, – взгляд этого китайца ему не нравился. До дрожи в руках не нравился. – Извините, сейчас сядем в такси, я передам вам всю информацию и расскажу про планы на ближайшее время. Наша компания приготовила для вас небольшой тур по городу.

Всю дорогу до отеля Ирина внимательно разглядывала программу, которую приготовили им будущие партнеры. Определенно, расписание будет насыщенным. Утром визиты на производство, потом ланч и офисное заседание, вечером – культурная программа. Слава богу, догадались в день прибытия просто назначить приветственный обед. Замечательная предусмотрительность.

Взгляда своего учителя она старалась не замечать. Совершенно точно, не женат и снова во все оружии. Почему такого перспективного жениха до сих никакая предприимчивая дамочка не заарканила? Загадка. И все равно приятно, что кто-то в этом мире может любить так долго, пусть и совершенно безответно. Ван-лаоши знал о её равнодушии, но продолжал упорствовать.

Много лет назад. Аэропорт

– Мне пора, – она улыбнулась своему куратору. Жалко расставаться: столько прожито, пройдено и пережито вместе за этот год. Он прекрасный человек, лучший из всех, кого Ира когда-либо знала, и любит её.

– Не уезжай, – рука в руке. Тихий шепот на ухо по-русски. – Прошу тебя, моя МинЧжу.

Она вздрогнула при упоминании её китайского имени. «Драгоценность», так он её назвал однажды и навсегда. Другого имени Ира для себя так и не выбрала. Приросло.

– Я не твоя, – осторожно освободила свою руку и сделала шаг назад, – Ты знаешь, что не твоя. Прости. Я принадлежу своей дочери и не видела её целый год. Все, чего я хочу, это снова её увидеть.

– Возвращайтесь вместе. Мой дом открыт для вас, – он снова завладел её ладонью.

– Нет, Ю Мин, – впервые назвала его по имени, – твоя семья не поймет такой выбор. Женщина с ребенком, еще и русская. Люди не примут, я с тобой никогда не поступлю так, ты хороший человек. Ты должен найти достойную женщину.

– Мне всё равно, – он вложил в её ладонь тонкое золотое кольцо. – Выходи за меня. Если хочешь, я поеду с тобой. В России никто нас не осудит.

– Нет, – Ира вернула ему кольцо, – есть еще одна причина. Я тебя не люблю. Ты близкий мне человек, прекрасный друг, но только друг. Еще раз прости меня.

Рука снова была свободна, а Ирина с тяжелым сердцем впервые покидала остров, подаривший ей самые яркие моменты в жизни, хороших друзей и огромный опыт.

– Обещай, что вернешься, – донеслось вслед.

– Обязательно. Я буду скучать по тебе, Ван-лаоши, – помахала рукой и осторожно смахнула слезу со щеки.

Она выполнила обещание. Вернулась, и не один раз. Повезло попасть в группу стипендиатов по обмену через год, а через два её начали приглашать на переговоры в качестве переводчика. Каждый приезд заканчивался одинаково. Золотой ободок в ладони и возврат его хозяину. Как жаль, что можно вернуть ему кольцо, но нельзя вернуть сердце.

Поселок Звездный, дом 12. Пока родители в самолете.

– Рома, ты куда? – Юлька стояла в дверях и удивленно смотрела, как парень собирает вещи.

– Домой, – спокойно заявил тот, небрежно сложи очередную футболку и бросил в спортивную сумку.

– А я? – в глазах непонимание и легкая обида. – Оставишь меня здесь одну?

– Буду приходить к тебе каждый день, – отрезал Ромка. Не объяснять же, в конце концов, что сейчас он больше всего на свете хочет притянуть девушку к себе, долго целовать, а потом уронить на кровать и не отпускать до завтрашнего утра. От одной мысли об этом в голове и сердце начинался пожар, огонь растекался по венам, сдавливал горло и лишал разума.

– Ты сбегаешь? – улыбнулась и сложила руки на груди, в этот момент стала чем-то похожа на мать. Наверное, снисходительным и в тоже время цепким взглядом.

– Да, чтобы не натворить бед, – подтвердил он, резким движение застегнув молнию на сумке. Дело сделано – вещи собраны.

– Каких бед? – она опустила руки и приблизилась на несколько шагов. – Любить меня – это беда? – расстояние между ними снова сократилось. Прохладная ладошка коснулась его слегка колючей щеки, утром не побрился.

– Ты даже не представляешь какая, – улыбнулся и подмигнул, наивно пытаясь как-то разрядить обстановку.

– Беда здесь только одна, – хихикнула Юлька, – мы уже застряли в комнате с кроватью, и я не хочу тебя отпускать, – стремительное движение вперед и её губы касаются его, требовательно и настойчиво. Обвила руки вокруг шеи и прильнула всем телом. Его маленькая, трогательная, но такая решительная девочка.

– Черт, что ты со мной делаешь, Юлька?

Отпустить он её уже не сможет – это очевидно. Ни сегодня, ни сейчас, ни когда-либо еще. Двое упали на кровать, спортивная сумка с глухим ударом полетела на пол.

Гостиница. Люкс

Ирина открыла ключ-картой дверь номера и шумно выдохнула. Обалдеть, они всегда с таким комфортом на переговоры ездят? Люкс. Огромное пространство холла, дизайнерский интерьер, панорамное окно, несколько диванов и барная стойка, как в кино. Еще и куча дверей. Не веря своим глазам, она переступила порог. Придется потратить время на исследование местности, в первую очередь, на поиски спальни и ванной комнаты.

Первая нашлась почти сразу. Ирина улыбнулась, глядя на двуспальную кровать, застеленную красивым покрывалом пастельного цвета. Бросила сумку на пол, с трудом удержалась от желания прямо сейчас рухнуть на кровать и дать отчаянно ноющей после сна в самолете спине минутку отдыха.

– Сначала в душ! – громогласно возвестила она самой себе. Из комнаты вело куда-то две двери. Одна в холл, а вторая, очевидно, в ванную. Точно. Довольная улыбка не сходила с лица, когда Ирина обратила внимание на заламинированное объявление. По-детски захлопать в ладоши – единственное, что она могла сделать, прежде чем отправиться на поиски обещанной там ванной комнаты с джакузи.

Вернулась в холл вместе со всеми банными принадлежностями и, бинго, удача. Первая же выбранная дверь привела её в огромную комнату, отделанную идеально белым кафелем, даже входить страшно, чтобы не запачкать.

Около часа отмокания в теплой воде, массажный режим. Такое чувство, что приехала не работать, а на курорт. Сама хихикнула от своих мыслей, завернулась в мягкое белое полотенце и вышла в холл. Кожу царапнул охлажденный кондиционером воздух, слух обожгло недовольное:

– Ну сколько можно в ванной валяться? – Шилов скорчил страшную рожу и гордо прошествовал мимо ошарашенной Ирины в одном полотенце, обернутом вокруг талии. Ей оставалось только судорожно комкать руками полотенце, когда дверь за спиной захлопнулась, щелкнул замочек.

Одеться. Сначала одеться, а потом выбросить этого засранца прямо из панорамного окна. Какого черта он здесь делает?

Пока в ванной валялся небезызвестный Ирине орангутанг, она успела высушить голову феном, привести себя в порядок, накинуть халат и написать грозное сообщение Свете. Один номер на двоих? Это уже перебор.

– И это я долго торчу в ванной? – Ирина сидела на диване нога на ногу.

– Что за недовольное лицо? – не понял завернутый в полотенце Шилов.

– А я танцевать на столе должна? Какого черта мы в одном номере? – женщина старалась не смотреть на его обнаженный торс. Вон ваза на столике какая красивая и орнамент на подушке ничего себе!

– Если ты не заметила, это двухкомнатный люкс. Нафига нам два повышенной комфортности, если можно заселиться в один со всеми удобствами и за те же деньги, м? Уже отчитала Свету? Это я сказал ей забронировать этот номер для нас, – Олега собственная неодетость не смущала от слова совсем. Он уселся на кресло, стоящее как раз напротив Иры. Ей пришлось просто перестать смотреть в его сторону. – Есть еще вопросы?

– Меня предупредить не забыл? Соседствовать с тобой-то еще удовольствие, – буркнула Ирина, скрестив руки на груди.

– Тебе не привыкать, – тут же нашелся Шилов. – Что?

– Мог бы в таком виде не расхаживать, – продолжала распекать женщина.

– Что? Нравлюсь? – кольнул взглядом и улыбнулся.

Нравлюсь? Ирина вскипела. Ей в принципе ситуация была глубоко неприятна. Мало его на работе? После работы? В самолете? Теперь неделю жить с ним в одном номере. Она молчала и злилась, стараясь не смотреть на полуобнаженного мужчину напротив. Гад. Противный, с мерзким характером, но притягивающий её взгляд.

– Ты слишком хорошего о себе мнения, старикашка, – огрызнулась Ирина и уткнулась в смартфон – нужно было написать дочери, что полет прошел спокойно.

– И это я слышу от девушки второй свежести, – хмыкнул Олег и направился в свой спальню.

Вслед полетела диванная подушка, но только глухо стукнулась о дверь комнаты. Шустрый, засранец.

– Ты работать собираешься или на курорт приехала? – громогласно поинтересовался Шилов и постучал в дверь её комнаты.

– Если бы в моем номере на курорте оказался ты, я разорила бы этот курорт на заоблачную компенсацию морального ущерба, – проворчала Ирина, застегивая молнию на своем маленьком черном платье-футляре.

Универсальный наряд в поездке: и красиво, и подойдет для любого мероприятия. Быстро засунула ноги в туфли, поправила очки и махнула расческой по уложенным волосам. О, чего стоила ей эта укладка! Видимо, наличие Шилова в её номере привело в панику не только её, но и несчастные волосы. Как ни старалась, изобразить что-то приличное удалось с трудом, а тут все-таки первое впечатление. Пришлось постараться.

Закинула на плечо тонкий ремешок маленькой сумочки и резким движением открыла дверь, за которой её ждал один ну очень неугомонный босс. Лишь бы волосы при виде него от ужаса снова дыбом не встали.

Вечер выдался насыщенным: красивый vip-зал ресторана при отеле, новые лица, невероятное количество имен, информации, улыбок и не слишком приветливых лиц. К счастью, на празднике ждали только их с Ириной. Контролировать Илью он в такой ситуации был просто не в состоянии, а за этим дельцом нужен глаз да глаз.

Вот только глаз то и дело цеплялся за тонкую фигурку в черном платье. Большую часть вечера Ирина была рядом, переводила для него и улыбалась, попивая маленькими глоточками вино. На прозрачном краю бокала остался бледно-розовый след губной помады, раз за разом она прикасалась к нему. За этим процессом можно было наблюдать вечно.

Весь вечер рядом ошивался и этот китаец Ван вместе с генеральным директором, ближе к концу вечера он вежливо предложил женщине передохнуть. Ирина благодарно на него посмотрела, видимо, переключение между двумя языками – тяжелое дело.

– Предлагаю закончить о работе, – улыбнулся директор, невысокий шустрый тайванец, седой, как лунь. Но, судя по взгляду, который он бросал на оголенные ноги Ирины, тот еще бабник. Олег оскалился и подавил желание накинуть на острые колени салфетку. Платье и так было не слишком длинным, а стоило женщине сесть, как юбка подсобралась и стройные ноги предстали во всей красе. – Завтра приедет представитель головного офиса из Америки. Встретимся с ним после обеда и послушаем вашу презентацию, вы как раз успеете до этого времени осмотреть производство.

– Договорились, – кивнул Олег. Ван перевел.

– Замечательно, я знаю одно место, где прекрасно готовят жареный рис. Приглашаю вас и вашу прекрасную спутницу на ужин в неформальной обстановке. Здесь слишком много официоза, – изрек директор и окинул Ирину сальным взглядом. Голос переводчика дрогнул или Олегу показалось? Женщина же улыбнулась, что-то быстро произнесла по-китайски и встала с мягкого дивана. Длина плать вернулась в норму, Олег облегченно выдохнул. Но, черт возьми, что она сказала этому китайцу?

Безумный директор Ли потащил их поздно вечером в какую-то небольшую кафешку. Ирина слишком поздно смекнула, что задумал этот тип. Тайваньцы, как и многие азиаты, любили подшучивать над гостями страны. Вот и сейчас.

– Ван-лаоши, это же ресторанчик с очень острым рисом, не так ли? – шепнула на ухо учителю.

– Да, – усмехнулся тот. – Директор обожает такие розыгрыши. Считает, если у человека есть чувство юмора, с ним можно работать.

Ирина бросила сочувствующий взгляд на Олега. Чувство юмора? Похоже, эта сделка никогда не состоится.

Ирина вошла в номер, большое пространство их с Шиловым общего холла было освещено лишь блеклым сиянием вывески стоящего вдалеке здания. Кто-то явно наслаждался видом, пока её не было, и забыл закрыть занавески. Недовольно поморщилась: вот жила бы одна – никаких проблем. А теперь занавески закрывай, ой, обувь со входа убирай. Ирина пнула в сторону небрежно брошенные прямо на дороге огромные то ли ботинки, то ли лыжи. Какой у него размер? Сорок шестой?

Щелкнула по выключателю. Сна ни в одном глазу, после ухода Олега из ресторана они втроем болтали о каких-то глупостях и время пролетело незаметно, даже тяжелый запах специй не мешал. Директор Ли оказался очень прозорливым человеком с прекрасным чувством юмора, много рассказывал про розыгрыши других своих партнеров. Более опытные уже знали его повадки и заранее готовились ко всем возможным катаклизмам, но почти всегда что-то упускали. Именно эти «бреши в обороне» своих коллег и сотрудников любил искать новый знакомый.

Из воспоминаний её вырвал хриплый голос.

– Выключи свет и дай сдохнуть с видом на город, – просипел Олег. Звучало так пугающе драматично, что Ирина бросилась к дивану.

– Елки-палки, что с тобой?

Цвет лица бледный, можно сказать зеленый в холодном свете ламп, челюсти плотно сжаты, морщинка на вспотевшем лбу, ноги подтянуты к животу. Ирине стало стыдно, очень стыдно…

Два часа назад. Небольшой ресторанчик на одной из оживленных улиц Тайбэя

Они вошли в небольшую кафешку с обшарпанными столами и резким запахом приправ, ядреная смесь. Олег даже чихнул, получив вместо «будьте здоровы», три снисходительных взгляда. Понятно, он здесь один непосвященный, поэтому эти чертовы китайцы и одна их поклонница смотрят на него, как на дитя неразумное. Ничего, посмотрим, кто будет смеяться последним. Этот директор Ли с хитрющими узкими глазенками явно что-то задумал.

Олег послушно опустился на стул, тот жалобно скрипнул, но не развалился на части – на том спасибо. Он оглядывался, изучая странное место. Никогда еще люди такого высокого ранга не водили его по заведениям такого низкого уровня. Да уж, если Восток – дело тонкое, то Азия – зубочистка Востока. Сейчас Шилов чувствовал себя так, как будто им ковыряли в каком-то очень неподходящем месте и, как почетная часть зубочистки, он не мог сообразить, хорошее это место или не очень.

– Директор Ли советует вам это блюдо. Говорит, вы испытаете настоящий восторг, – перевела Ирина лепетание сидящего напротив мужчины. Олег, желая проявить любезность, ну и потому что сам ни черта не понимал в этом наборе иероглифов, поспешно ткнул пальцем в указанную строчку. Подбежавшая к ним секунду назад бодрая женщина в возрасте и старом помятом фартуке, по-девченочьи хихикнула, что-то пискнула «на своем» и записала.

– Спасибо за наводку, с удовольствием попробую, – Олег старался держаться максимально сдержанно и ничему не удивляться.

Удивиться ему все же пришлось, когда все та же бойкая дамочка принесла один за одним несколько блюд. Каждому досталась тарелка риса с какими-то мелко нарезанными овощами, в центр же поставили миски с разными блюдами: креветки, замаринованные куски мяса, что-то напомнившее ему филе рыбы и миски с разноцветными соусами. Выглядело очень аппетитно, но странно. К экзотическое пище он не питал ни любви, ни любопытства. Ему бы что-то попроще: тарелку щей, котлету и картошку кругляшами. Только в этой стране щей явно нет. Придется жрать, что дают.

– Вот этот соус сладковатый, этот поострее, – начала просвещать его Ирина. Тут её прервал директор Ли, что-то быстро пролепетав на своем. Она перевела. – А этот едят настоящие мужчины, говорит директор Ли. Выбирайте ваш соус, сдобрите им рис.

Взгляд Олега сверкнул. Так это проверка? Азиатский тест на профпригодность? Что не так с соусом? Он с сомнением глянул на каждую из мисок и зачерпнул странного вида металлической ложкой большое количество соуса из предложенной деректором Ли пиалы. Перемешал.

После него все сделали тоже самое, каждый выбрал что-то свое. Мужчины – тот же соус, что и Олег. Ирина остановилась на сладком и кусочках мяса. Все жевали с энтузиазмом, он же удивленно крутил в руках ложку. Ожидал, что придется мучиться с палочками – изобретением ада – но принесли нормальные приборы. Видимо, сделали скидку на европейский вид гостей или так положено? Хм, надо потом спросить у Ирины.

Первая ложка. Краем глаза он заметил пристальный взгляд директора и только поэтому не выплюнул обжигающую остротой субстанцию, на глазах выступили слезы. Ирина снисходительно улыбнулась и протянула ему стакан с белой жидкостью, видимо, с молоком. Аналогичные взгляды от Вана и Ли. Сдаться? Не дождутся. Он не облажается перед ними (ней). Иначе кое-кто ему до конца (жизни) совместной работы это припоминать будет.

Чем больше он ел, тем больше изменялись взгляды зрителей «первого ряда». Тарелка закончилась, кажется, целую вечность спустя.

– Необычно, но вкусно, – заключил Олег, заставляя себя показательно улыбнуться. Лицо горело, слизистую жгло. Чем накормил его эти садисты? Потом разберется. Главное, не отравиться странного вида рыбой, которой он закусывал безумно острый рис. Проиграть этому сальноглазому директору? Ни за что!

– Браво, – улыбнулся директор Ли во все тридцать два пугающе белых зуба на смуглом лице. Взгляд перепрыгнул с Олега на Ирину и заставил на секунду забыть о жжении. И чего он на неё смотрит? Блондинку, что ли, никогда не видел? Раздраженно Олег выпил целый стакан воды, предложенное Ириной молоко демонстративно отодвинул в сторону.

Через полчаса активной беседы, нервных взглядов и легких приступов смеха Олег едва не скрючился прямо за столом. Желудок схватило болью: резкой, пронизывающей солнечное сплетение и уходящей куда-то вниз. Жжение после острого блюда отступило, но на лбу снова выступил пот. На этот раз, от нового болезненного укола.

– Извините, у меня запланирован срочный звонок в Россию. Вынужден вас покинуть. Ирина, вы со мной? – поинтересовался он, поднимая из-аз стола.

– Пожалуйста, Олег, оставьте её нам. Мы еще немного повеселимся, если ваша чудесная спутница не против? – учитель Ван спешно перевел речь директора. Тот улыбался женщине, явно стараясь быть обворожительным. Спутница против не была, улыбнулась и коротко что-то ответила. В Олеге вскипело. Значит, так?

– Разумеется я не против, время уже не рабочее, – процедил Олег сквозь зубы, сдерживая очередной приступ режущей боли, подступившую к горлу тошноту и бесконечную ревность. С ними она была счастлива и расслаблена, он замечал это, а с ним – нет, только война. – Отель за углом, я не заблужусь. До завтра, приятного вечера.

– Олег, желудок? – она опустилась на колени рядом и приложла свое мягкое прохладное запястье ко лбу. – Черт, температура. Шилов, ты чем думал? Руки убери, – шлепнула его по ладони, пришлось послушаться. Мужчина дернулся от боли, когда она слегка нажала руками на живот. – Значит, здесь болит? – Ирина хмурила лоб, вызывая неизвестного ему абонента. Несколько фраз, в очередной раз на китайском. Почти бегом она бросилась к стационарному телефону.

– Не вздумай вызывать врача, – воспротивился Олег, но тут к горлу подступило и, каким-то чудом удержавшись на ногах, он бросился в комнату. Ирине катастрофически везло – всегда встречала его в самом непрезентабельном виде. Хоронить репутацию публичными обниманиями с тазом он не хотел.

– Ты здесь? – Ирина тихонько перешагнула порог его комнаты и включила свет.

– Иди спать, я завтра поправлюсь, – он лежал на неразобранной кровати, то и дело вздрагивал от боли. Общаться ни с кем не хотелось, проявлять свою слабость на людях – нет уж. Особенно на глазах весьма циничной особы.

– Не поправишься, только запустишь свой гастрит. У нас полкурса на стажировке от непривычки с ним слегло. Это все традиционная пища, – бутылка минеральной воды и пачка привезенного из дома угля материализовались перед удивленным лицом Олега. – Выпей и поспи.

– Есть проблема, все наружу лезет. Толку-то, – недовольно пробурчал больной, но сделал несколько глотков из предложенной бутылки. Вода приятно холодила изнутри, но новый спазм и порыв, чуть не сбил с ног Ирину, стоящую на пути. Извиняться не было времени.

Вернулся через пару минут и обнаружил ведро у своей кровати.

– Не бегай, просто лежи, – посоветовала женщина, увлеченно распаковывая знакомые с детства черные таблетки. Протянула ему целую горсть.

– Тогда выйди, – безапелляционно заявил новоявленный зеленый человечек.

– Ага, бросить тут тебя одного с температурой? Разбежался! – не ту женщину он пытался выгнать из своей спальни, не ту.

– Ира, я серьезно. Выйди. Я не собираюсь при тебе обниматься, – он выразительно посмотрел на ведро.

– Олег, я серьезно. Не пойду. Во-первых, это я виновата. Должна была предупредить тебя о директоре Ли, он заранее спланировал этот розыгрыш. Если бы я знала, что ты все сожрешь… Ну и во-вторых, мне не привыкать. У Юльки слабый желудок, то и дело травится. – она взяла стул, поставила рядом с кроватью и демонстративно уселась на него.

Олег нахмурился и завалился на кровать. Значит, так? Ирина поддержала злую шутку. Может, он чем-то и заслужил такое отношение, но, черт возьми, кого он нанял на работу. Внутри поднималась какая-то неприятная горечь-то ли новый приступ, то ли просто расстроился. Сегодня не разобрать. Хотелось остаться одному, закрыть глаза, расслабиться и, наконец, отключиться. Горло неприятно ссаднило, желудок все еще болел. настроение летело на дно Марианской впадины со скоростью звука. Переключать её на скорость света хотелось меньше всего.

– Почему ты не сказала? – сидеть в тишине было невыносимо, а вопрос так и норовил сорваться с языка.

– Я думала, будет весело. Съешь ложку, выплюнешь, поругаешься – мы посмеемся. Извини, но доводить тебя бесконечно весело, – пожала плечами Ирина. Несколько минут она упорно читала что-то на экране смартфона.

Не удержался и пнул ногой её стул. Никакого внимания больному – беспредел! Ирина подняла взгляд и улыбнулась, почти так же тепло, как директору Ли и Вану. От неожиданности Олег чуть её не простил, но передумал.

– Почему ты не отказался? Я начала переживать за твою адекватность, когда ты за пять минут сожрал всю тарелку.

– Не мог же я ударить в грязь лицом перед, – чуть не ляпнул «тобой», но вовремя исправился, – будущим бизнес-партнером.

– Имидж ничто – гастрит всё? – не в тему хихикнула Ира. Странно, здесь на острове она казалась какой-то другой. Свободной, что ли? Как будто стекло, отгораживающее её от мира, приоткрывалось. Режим сумасшедшей волчицы, охраняющей свое логово, куда-то исчез.

– Примерно, – согласился он и закрыл глаза. Голова становилась тяжелой, как огромный чугунок с этим ужасным рисом.

– Тебе плохо? – испуганный голос и снова прохладная ладонь прикасается ко лбу.

– Я в порядке, засыпаю, – ответил, не открывая глаз. Боль постепенно переходила из разряда острой в противную ноющую. – Иди спать. Завтра напряженный день.

– Хорошо, – послушно согласился голос, рука со лба исчезла. Через несколько секунд матрас промялся с другой стороны.

– Что ты делаешь? – от удивления Олег открыл глаза, но не обернулся.

– Ложусь спать, – лаконично ответила женщина. – Ты же не думаешь, что я оставлю тебя одного в таком состоянии?

Если он о чем-то сейчас и думал, так это о своем разыгравшемся воображении. Даже полностью разбитый, Олег поймал себя на мысли, что готов перевернуться на другой бок, обнять эту излишне заботливую садистку и не отпускать всю ночь. Возможно, не только обнять…

Главное, не оборачиваться.

Тайвань. Гостиница. Люкс

Омлет аукнулся новым приступом, прилепив Олега к ванной комнате еще на несколько часов. На производство этим утром пришлось отправить Илью и Лену, на свой страх и риск. С другой стороны, его партнер более близок к техническим моментам, да и посмотреть мечтал – сбылось. После возвращения домой он совершенно точно притащит ему идею об открытии собственного производства. Желудок и взбунтовавшийся омлет вымели мысли о работе из головы за долю секунды. Черт, лучше бы манку съел!

– Потрясающий вид, – Ирина сидела на диване и улыбалась, явно была довольна авоматически случившейся местью.

– Ой, только не начинай, – сел рядом и опустошил стакан воды, заботливо поставленный кем-то на тумбочку. Не верилось, что этой саркастичной блондинкой, но кроме неё некому. Как ей это удается? И злобно издеваться, и заботиться одновременно?

– Звонил директор Ли. Они отложили презентацию, – она поймала его удивленный взгляд, – не из-за тебя. Представитель головного офиса из США задерживается.

– Как думаешь, они специально нас маринуют? Обстановку накаляют? – нахмурился Олег. Напрягал его этот директор Ли со своими шуточками и переносами, не к добру это всё.

– Не знаю, наведу справки через учителя Вана. Вероятно, директор просто догадался о последствиях своей шутки и решил дать твоему слабенькому желудку прийти в себя, – уколола взглядом, добила улыбкой и поднялась, предоставив диван в его полное распоряжение.

– Нормальный у меня желудок, этот чертов соус и гиену до гастрита доведет, – огрызнулся в ответ, рука сама дернулась к ноющему животу.

– Да-да, – притворно согласилась в край обнаглевшая особа. Звонок стоящего на тонкой резной стойке телефона закочил их перепалку. Ирина взяла трубку, что-то протарабарила на этом басурманском. Через несколько минут в дверь постучали.

Олег молча наблюдал, как переводчица, сбросив туфли, бежит ко входу. Проводил взглядом тонкую фигурку в элегантном брючном костюме и нахмурился, когда курьер в нелепом наряде вручил ей огромный букет белых роз.

– От кого веник? – старался изо всех сил не скрипеть зубами, кажется, получилось.

– Тайный поклонник. Есть мужчины, которые дамам цветы дарят, а не шлепают по заднице и обращаются, как с дорогой шмоткой, – Ирина явно припомнила ему ту встречу с Аллой на парковке. Что ж, в этом вопросе он был с ней полностью согласен. Вот только от такого обращения Аллочка ловила самый настоящий кайф, у всех свои, знаете ли, эротические фантазии. Но объяснять это Ирине? Увольте. Много чести.

– Все мужчины шлепают своих женщин по попе, сразу после букета, шампанского и ресторана. Ты сейчас делаешь первый шаг на пути к чьим-то лапам на своей симпатичной заднице, – улыбнулся, глядя на обиженно поджавшую губы женщину. Особенно грело душу то, что его лапы там уже были, хоть и вероломным вторжением без объявления войны. – Кажется, ты неплохо вчера погуляла с этими китайцами, раз утром тебе шлют цветы, – хотел промолчать, но не сдержался. Так и тянуло ей высказать за вчерашний вечер, за то, что пришлось возвращаться в гостиницу одному и, возможно, отшлепать эту вертихвостку по полной программе.

– Не ровняй всех под себя, Шилов, – фыркнула женщина и гордо удалилась с букетом в свою комнату.

Коттеджный поселок Звездный, дом 12

Юлька любила, была любима и сияла от счастья. Просыпаться в любимых руках, целовать его по утрам, прижиматься к нему вечером перед сном – чистое, золотом разлитое по жизни счастье. Ромка, наконец-то, решил плюнуть на всё и тоже наслаждаться жизнью вместе с ней.

– Юль, ты готова? – он заглянул в комнату, чтобы поторопить. День рождения Макса, его старого друга, они договорились отметить в одном из самых крутых ночных клубов города. И сейчас они самым наглым образом опаздывали на празднество.

– Да, уже иду, – девушка скинула с себя легкий домашний халатик и побежала за платьем, но по дороге её схватили родные руки.

– Если будешь так ходить, мы никуда не уйдем, – долгий, сладкий, сносящий крышу поцелуй. Юлька готова была никуда не идти, плевать она хотела на эту толпу снобов, из которых самым приятным человеком был безбашенный мотоциклист именинник. Да, друзья у Ромки были, хм, специфические, и почти все не считали её подходящей ему партией. Многие открыто об этом заявляли и часто бывали посланы нафиг. – Собирайся, сходим ненадолго и домой. Макс обидится.

– Хорошо, – выскользнула из рук и продолжила путь к шкафу.

Ночной клуб «Iron»

Ромка крутил в руках стакан с коктейлем, напряженно хмурился и оглядывался по сторонам. До сих пор им удавалось избежать встреч с Ольгой Кожевниковой, его невестой. К своему стыду, за то время, что отец и Ирина отсутствовали, он так и не поговорил с ней. Слишком увлекся Юлькой и забыл обо всем на свете: на работе думал только о том, чтобы как можно быстрее вернуться домой. Но сегодня, в лучшем клубе города, заполненном бьющей по ушам музыкой, дымом электронных сигарет и пьяными людьми, трущимися телами друг о друга на танцполе, он был, как никогда, близок к провалу.

Юлька прыгала вместе с девчонками рядом с колонкой, волосы прилипли ко лбу, платье уже помялось. Временами она весело махала ему рукой.

– Привет, – соблазнительно улыбаясь к нему подошел самый большой страх. Ольга Кожевникова собственной персоной плавно опустилась на мягкий диванчик рядом со своим «женихом», грациозно закинула ногу на ногу, заставляя короткое дизайнерское платье подняться еще выше. – Как ты? Не звонишь, не пишешь, – пальчики с идеальным маникюром гладили его плечо.

– Я хорошо, надо поговорить. Выйдем? Здесь слишком шумно, – он выдохнул и поднялся. Всё, надо завершать эту эпопею, хватит прятаться. Отец прав, надо быть мужиком, а не мямлей.

– Ну хорошо, – Ольга напряглась, явно заподозрила что-то нехорошее. Но послушно пошла следом.

Никто из них не заметил удивленный взгляд Юльки. Её любимый уходил куда-то с длинноногой блондинкой.

Тайбэй. Следующее утро. Офис компании с нецензурным для русского слуха названием.

– Доброе утро, как вы себя чувствуете? Ирина говорила, что вам было нехорошо.

По закону подлости, стоило переводчице отлучиться, к Олегу в холле подошел директор Ли вместе с учителем Ваном.

– Да, все в порядке. Желудок не привык к такой пище, – он старался говорить максимально спокойно, держать лицо до последнего. – Сегодня мне намного лучше.

– Директор Ли просит извинить его за злую шутку. Он не ожидал, что у вас такой сильный характер. Это все его плохая привычка искать слабые стороны будущих партнеров, – переводчик говорил спокойно и понятно, но его картавость бесила. Когда же вернется Ирина?

– Мне жаль, что не нашли, – усмехнулся Шилов.

– А он не говорил, что не нашел, – хитро прищурился учитель Ван. Олег удивленно посмотрел на директора и проследил за его взглядом. Он, чуть улыбаясь, смотрел на Ирину, которая только что столкнулась в дверях с каким-то незнакомым мужчиной европейской внешности. Судя по её лицу, встреча была неприятной.

Ирина вернулась в зал, где через несколько минут им предстояло провести презентацию. Вроде бы стандартная процедура, но она отчаянно нервничала, даже руки слегка дрожали. Несколько раз глубоко вдохнула, успокоилась. Вот только жизнь решила не мелочиться и добить её окончательно.

Встреча была неожиданной, очень неожиданной.

Ночной клуб «Iron»

– О, Кинг-конг жив! – встретил Олега громогласный возглас. Время за окном было позднее, мужчина всерьез подозревал, что соседка видит уже третий сон. Но сюрприз не заставил себя долго ждать: стоило включить свет, как в глаза бросился феерический бардак в общей комнате возглавляла который госпожа Светлова собственной персоной в белом гостиничном халате и с бутылкой красного вина в руках. На нетвердых ногах женщина направилась к загулявшему в ночи Кинг-Конгу, тот как раз снимал ботинки. – Вина? – протянула бутылку и пошатнулась.

– Нет, спасибо. Да и тебе хватит, – попытка отобрать у Ирины бутылку не увенчалась успехом.

– Не тебе решать, хватит мне или нет, большая обезьяна, – пьяно усмехнулась и показала язык.

– Сейчас один маленький ёжик доболтается! – подыграл Шилов. Лучше так, чем быть облитым красным вином или того хуже, оценить лбом крепость бутылки, а не напитка.

– Кто ёжик? Я? – нахмурилась и все-таки пошла в атаку. Вот и подыграл, чертова женская логика под градусом. Остановилась в шаге. – Хм, а это мило, – довольная улыбка показалась ему странно плотоядной, – ёжик и орангутанг – сладкая парочка!

Со второй попытки бутылку он все-таки отобрал. Олег не любил пьяных людей, женщин же в таком состоянии переварить его осчастливленный гастритом желудок был просто не в состоянии. Появление этого козла задело её сильнее, чем он мог предположить. Концерт явно в его честь. Жаль, разбить ему нос не вышло. Учитель Ван подошел, испортил всю малину каким-то нелепым вопросом и уволок с собой в такси.

Он поставил вино на ближайший столик и оттеснил от него возмущенно размахивающую руками Ирину.

– Иди-ка ты спать, Ёж, – взял за плечи и повел в комнату. Полпути – полет нормальный, зона турбулентности случилась у самой двери. Ирина вздрогнула и, кажется, очнулась.

– Ёжик один спать не хочет! – вырвалась из его рук и буквально повисла на шее, для этого ей пришлось привстать на носки его ботинок. Олег поморщился. В нос ударил запах алкоголя и разбил бы его, но другой до упоения сладкий, манящий сделал это раньше. Перед глазами плыло всё, кроме неё. Четкой картинкой в поехавшем куда-то мире осталась только эта женщина, её губы, глаза, горячее прижимающееся к нему тело.

Он из последних сил сохранял разум. Впервые мерзкий запах алкоголя его спас, спас от самого себя.

– Не хочет, а пойдет, точнее поедет, – подхватил на руки активно сопротивляющуюся Ирину и осторожно внес в комнату.

Каким-то чудом она не ударилась ногами о косяк. Он точно мастер маневрирования пьяными сопротивляющимися особами. Вот только до кровати ему дойти не дали, применив контрприем. Ирина внезапно успокоилась, обвила его шею руками и поцеловала. Мягкие чуть прохладные губы касались настойчиво, соблазнительно, страстно. Язык осторожно коснулся губ и снес крышу окончательно.

Ответный напор должен был испугать её, отрезвить. Но Ирина лишь с большим азартом изучала его губы, отвечала на движения, запуская пальцы в коротко стриженные волосы, лаская шею. Уронить этого ёжика на кровать и задать хорошую трепку – идеальное решение.

– Нет, – он подошел и, как планировал, бросил Ирину на кровать, сам отошел на шаг назад, наслаждаясь её растерянным видом. – Завтра ты об этом пожалеешь. Спи.

Развернулся и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. На всякий случай прихватил ключ и запер женщину внутри, пока не уснет. Нет уж, если между ними что-то произойдет, она должна это запомнить. Запомнить надолго, а лучше повторить. В ушах все еще шумело, тело отчаянно тянуло в эту комнату с запертой дверью. Только осознание того, что он все делает правильно, спасало от нового срыва.

Взгляд сам упал на телефон Ирины. Мужчина обрадовался, что на нем нет пароля. Несколько секунд и дело сделано.

Следующее утро

Во рту будто кошки нагалидили. Ирина с трудом разлепила глаза, голова гудела, губы ссохлись и потрескались. Заглядывать в зеркало было страшно. О чем речь? Даже вставать с кровати было страшно, голова точно чугунок с прокисшей картошкой.

– Зашибись, – просипела, глядя на знакомую бутылку минералки и не менее знакомое ведро. Шилов, определенно, тренировал чувство юмора. И чего она так надралась? Никогда не позволяла себе подобного, даже страшно. Озноб, видимо, тоже был от ужаса или это отравление алкоголем?

Попытка вернуться во вчерашний вечер ни к чему не привела. Воспоминания обрывались на успешно открытой второй бутылке вина. Что было дальше? Как она легла спать? Видел ли её Шилов в таком виде? Горшочек упорно не варил. На всякий случай приподняла одеяло, чтобы убедиться – одежда на месте. Хоть голая перед ним не бегала.

– Не трогал я тебя, – сцену разглядывания помятого брючного костюма под одеялом застал вошедший в комнату Олег. – Какая скромная, вчера ты такой не была. Еле ноги унес, спасая свои честь и достоинство.

Щеки предательски вспыхнули: что она натворила? Приставала к Олегу? Серьезно? Нетипично. Даже на самых отвязных загулах (коих в её жизни было немного, но кое-какая статистика есть) она не позволяла себе развязного поведения.

– Я что? – доходило до неё по-похмельному туго.

– Ничего, я пошутил, – хмыкнул Олег. – Ты просто напилась в стельку, и мне пришлось снова тащить твое спящее тело на место. Это становится традицией, не находишь?

– Черт, напугал, придурок, – выдохнула женщина. Спала, значит, все в порядке. – Какая-то поганая традиция.

– Да, можно было и что-то получше придумать. Собирайся, через два часа мы должны быть на производстве. Завтрак я уже заказал, – отрапортовал и быстро покинул спальню. В комнате вместе с Ириной и кроватью находиться было решительно невозможно.

Ночной клуб Iron

– Макс, где Юлька? – Рома бегал по танцполу уже минут десять. Девушка как сквозь землю провалилась. Друга он оторвал от важного занятия – нежного воркования с Ларой, его любимой и обожаемой курносенькой блондинкой, по совместительству их соседкой по коттеджному поселку.

– Ушла куда-то минут пятнадцать назад. Я думала, в туалет пошла, – ответила вместо друга Лариса. – Больше не видела.

– Черт, – выругался парень и сорвался с места. по дороге еще несколько раз безуспешно набрал её номер. Куда она пошла? Встретила ли Олю? Много вопросов и ни одного ответа.

Коттеджный поселок Звездный, дом 12

Юлька вошла в совершенно опустевший без мамы и Ромки дом. Даже стены уютного теплого оттенка казались сейчас холодными и чужими. Щелкнула выключателем, не помогло. Лед ревности, сковавший сердце, тяжело растопить. Перед глазами все еще стояла сцена: Ромка уходит куда-то с длинноногой красоткой в дорогих шмотках, пока она, Юлька, доверчиво веселится на танцполе.

Что еще она могла сделать, кроме как уйти? После такой встречи в туалете – ничего.

– Привет, малышка, – красивая блондинка красила перед зеркалом губы. Ровный, красивый цвет. – Увела у меня жениха и радуешься?

– Невеста по договоренности? – Юлька даже улыбнулась. Забавная встреча. – Он тебя не любит, поэтому никого я не уводила.

– Не любит? Да, именно поэтому я сейчас поправляю макияж. Ой, и здесь размазалась, – поправила влажной салфеткой бледный след от помады, выпрямилась. – Приятно было поболтать. Отличного вечера с моим женихом, к счастью для тебя, я не ревнивая, – послала воздушный поцелуй и удалилась.

Бурная фантазия Юльки сделала свое дело, а воля случая его закончила. Они потерялись в Ромкой в толкотне клуба, разминулись у их пустующего столика всегда на пару минут. Только она села в такси, он вышел из клуба, чтобы поймать машину. Телефон жужжал в сумочке, но плачущая девушка его не слышала…

Теперь Юлька осталась наедине с ревностью в холодном доме. Пошла в мамину комнату, заперла её изнутри на ключ и упала на кровать, изо всех сил прижимаясь щекой к подушке. Сейчас мама была ей нужна как никогда. Написать? Там сейчас утро, она как раз на очередных переговорах или едет в такси. Узнает – будет переживать. Нет, лучше не писать…

Размышляя об этом, девушка крепко уснула.

Сообщение в Тайвань написал кое-кто другой. Кто-то, кто пробегал полночи по городу и по дому в поисках Юли. Заглянуть в комнату к Ирине Ромка банально не сообразил.

Утро на производстве вышло тяжелым, наполненным шумом вокруг и гулом в голове. Ей стоило огромного труда не напортачить при переводе сложных терминов и технических оборотов, не зря готовилась. Знала бы, что будет переводить это со страшного похмелья – готовилась бы в три раза тщательнее. Олег сочувственно на неё поглядывал и, стоя около очередного кулера, молча протянул ей помятую пачку анальгина.

– Не хочу, чтобы ты накосячила. На тебя смотреть страшно, – объяснил он и молча вернулся к директору Ли и учителю Вану.

После таблетки жизнь стала стремительно налаживаться ровно до момента встречи с Майком в одном из коридоров. В технических проходах он не участвовал, а вот административными делами интересовался с пугающим рвением, в том числе и ходом переговоров и общего тендера.

– Доброе утро, – мужчина вежливо поздоровался со всеми. Ирина постаралась напустить на себя независимый и довольный жизнью вид, отчаянно надеясь, что следы вчерашнего похмелья он не разглядит. А если и разглядит? Какое его собачье дело?

– Майк! – звонкий женский голос. Симпатичная молодая девушка со светлыми вьющимися волосами пронеслась сквозь толпу и беззастенчиво повисла на шее Майка. Только спустя секунду Ирина смогла разглядеть у неё небольшой, едва-едва округлившийся живот. – Я не смогла без тебя долго, папа разрешил прилететь, – на беглом английском.

– Мисс Хомсфорд, ой, простите, миссис, – тепло улыбнулся девушке директор Ли.

– О, директор Ли, рада вас видеть. Отец передавал вам большой привет! – девушка ни на секунду не отпускала, как догадалась Ирина, своего мужа.

– Спасибо, очень приятно. Ему тоже мои самые теплые пожелания.

– Милая, я рад, что ты приехала. Но мне нужно работать, а тебе отдыхать. С ума сойти, такой перелет, – он говорил шепотом, но Ирина расслышала все до последнего слова.

Горло будто сжали стальными тисками. Этот человек выглядит таким заботливым, настоящим отцом. Тем, кем не смог стать для её дочери. Внезапно в голове всё сложилось. Он удачно женился, они ждут ребенка. Миша не хотел знакомиться с дочерью, он хотел убедиться, что она не будет мешать, не станет искать отца и рушить его идеальную жизнь. Эта бывшая мисс Хомсфорд не должна узнать ничего о внебрачном ребенке своего мужа. Короткий взгляд Михаила, когда он обнимал жену, легкое движение головой из стороны в сторону и умоляющий взгляд это подтвердили. Обида сковала сердце. Её ребенок будет иметь всё, в том числе и отца, потому что она удачная партия.

За кого он её принимает? Девочка ни в чем не виновата. Она молодая, окрыленная жизнью в браке с любимым и счастьем материнства. Кто Ирина такая, чтобы лишать её этого? Озлобленная стерва? Нет. Пусть хоть у одного ребенка Михаила будет отец и семья.

Тяжелая горячая рука легла на плечо. Голос за спиной произнес:

– Так мы торопимся или нет?

Ирина автоматически перевела слова шефа директору Ли.

– Конечно, идем, – встрепенулся тот. – Прошу нас простить, дела, – короткая улыбка девушке и сдержанный кивок Майку.

Ирина вздохнула спокойно только когда оказалась на улице. Быстрее бы закончились эти переговоры. Ни разу визиты в Тайвань не были такими эмоционально и физически тяжелыми. Продержаться в случае положительного исхода нужно сорок восемь часов, в случае отрицательного – двадцать четыре. Все станет ясно совсем скоро. Еще никогда Ирина так не ждала провала.

Общее совещание с участниками тендера, что может быть скучнее? Все ждут только одного – ответа на вопрос, решения. Чего добивался директор Ли этими показательными смотринами? Что за игры он вел? Олег мог только догадываться, сидя напротив высокомерного француза, вот уж кто был уверен в победе на все сто. Справа от того сидел какой-то азиат, как отличить какой? Фиг знает, судя по наличию переводчика, точно не китаец. Тот смотрел на конкурентов сдержанно и мог бы вызвать у Олега симпатию, не будь он напомаженным тощеньким мужчиной в чрезмерно обтягивающих штанах и с пугающе хорошей укладкой.

Директор Ли и Майк на два голоса рассказывали о проекте и перспективах сотрудничества с компанией, переводчики трудились не покладая рук, а точнее языков. Ирина хоть и была нежно зеленого цвета, работу выполняла безупречно. В его наушнике звучал четкий синхронный перевод, почти без задержки, как бывало у её предшественницы.

Олег мог бы равнодушно слушать их рассказы, если бы ни одно «но». Утром, стоило им придти на производство, он получил важное сообщение от сына.

«Юлька пропала. Не знаю, что делать. Не могу её найти. Кажется, она обиделась. Возможно, из-за Кожевниковой. Набери, как сможешь»

Ирине об этом до конца дня знать явно не следовало. Или все-таки сказать? Нет. Она сорвется и не сможет работать, а ему сейчас нужен профессионал. Олег бросил быстрый взгляд на зону переводчиков, сегодня их отделили и снабдили микрофонами. Так было удобнее и ему, мужчине требовалась светлая голова, а сохранить её, слушая шепот Ирины рядом нереально. Как назло, перед кофе-брейком желудок резануло болью. Завтрак на гастрит не лег, лучше бы каши поел, как советовала Ирина. Говорила же она, рано жевать бутерброды и запивать кофе. Хорошо хоть не тошнило.

Он выпрямился в кресле и стиснул зубы, ну не просить же таблетку угля и бутылку той лечебной минералки, что приносила Ира? Следующие двадцать минут тянулись мучительно долго: Олег с трудом воспринимал информацию, искренне надеясь, что в пакете документов все это в любом случае написано. Эти ребята явно зачем-то перед ними Ваньку валяли, тянули кота за хвост и делали кучу других бесполезных дел.

– Перерыв двадцать минут. Приглашаем вас выпить кофе в холле и попробовать угощения.

Олег старался двигаться медленно и спокойно, направляясь к заветному выходу из здания. Через дорогу он заприметил симпатичный магазин с аптекой. Только на полпути мужчина сообразил: у него нет двух необходимых для этого крестового похода вещей – переводчика и телефона.

«Куда запропастился Шилов?» – раздраженно думала Ирина, подходя к его месту за столом. Он как сквозь землю провалился, только что был здесь, а теперь, увы. Экран смартфона моргал, кто-то настойчиво звонил Олегу. Ромка?

Сердце екнуло: вдруг с Юлькой беда? Вопреки всем нормам этикета Ирина взяла трубку. Не успела сказать ни слова, как на неё обрушилась целая волна слов:

– Пап, как хорошо, что ты ответил. Её все еще нет! Я полгорода пробежал, все места. Искал всю ночь. У тебя есть телефон какого-нибудь безопасника? Розыскника? Сыщика? Да хоть кого-нибудь!

– Рома, успокойся. Только не говори мне, что эта паника касается моей дочери, а не угнанной машины, – с нажимом произнесла Ирина, голова которой снова начала мерзко гудеть, в висках неприятно пульсировало. Догадка заставила материнское сердце сжаться.

– Ой, – парень то ли успокоился, то ли испугался. – Юля пропала со дня рождения одного знакомого. Я ищу, все будет хорошо. Написал отцу сообщение утром, он вам не сказал?

Разумом Ирина понимала: с точки зрения босса Олег поступил правильно, придержав информацию до окончания дня. Сердцем же готова была порвать его на мелкие кусочки. Она имела право знать! Сразу! Как только он получил сообщение! И это сердце сейчас благополучно взяло верх над разумом.

Довольный Олег возвращался из магазина и почти как родному улыбался переводчику Вану. Тот столкнулся с ним на выходе и любезно предложил свою помощь. А телефон? Телефон может и полежать без присмотра десять минут. Ничего же не случится.

– Ой, – по лицу приближающейся Ирины ясно что, что-то все-таки случилось. По его мобильнику в руках стало понятно, что именно.

– Нам надо поговорить, наедине, – процедила женщина сквозь зубы.

– Я провожу, здесь есть вип-зал для переговоров, – тут же встрепенулся Ван и стал нравиться Олегу значительно меньше.

Небольшая комнатка, обшитая светлым деревом и с круглым столом посередине, встретила их легким шумом кондиционера и запахом полироли. Видимо, только что здесь пробежала шустрая уборщица.

– Ван-лаоши, дождитесь меня в приемной. Хочу вас кое о чем попросить. Это очень важно.

– Конечно, моя дорогая, – улыбнулся тот и исчез.

Ноль. Закончился обратный отсчет до новой ссоры. Дверь за спиной Олега с тихим щелчком закрылась.

– Почему ты не сообщил, что Юлька пропала? Куда ты ушел? Должен был сразу пойти ко мне! – Ирину прорвало.

– Успокойся, – Олег выставил вперед руки в примирительном и одновременно оборонительном жесте. – Я…

– Я должна срочно лететь домой! Забирай к черту контракт, деньги и сына прихвати. Если с ней что-то случится! Если с ней уже что-то случилось!

Ирина будто в лихорадке. Горящий взгляд блуждал из стороны в сторону, руки дрожали уже не от тяжелого похмелья. Она металась по комнате, как безумная, будто искала телепорт домой. Увы, таких еще не изобрели. Олег пытался её успокоить словами, говорил тихо и спокойно, но женщина явно его не слышала.

– Ира, успокойся, черт возьми! – гаркнул Шилов, схватив её за плечи. Она на мгновение испуганно замерла на месте.

– Не ори на меня! – очнулась и ответила тем же. – Какого лешего ты на меня орешь? Что ты вообще понимаешь? Это моя дочь сейчас неизвестно где! Я нужна ей, а я здесь, веду твои дебильные переговоры!

– Надоела, – выдохнул Олег и сделал, должно быть, самую безумную вещь в жизни.

Её просто заткнули поцелуем раньше, чем она успела сообразить, что происходит. Одна сильная рука подхватила её за талию и, кажется, приподняла над полом. Другая легла на затылок, не дав вырваться. Ещё и хвостик растрепал, гад.

Это не было поцелуем, скорее нападением. Сильным. Наглым. Захватническим. Его губы буквально вжались в её, приказывая замолчать. Все внутри клокотало, то ли от невысказанных слов, то ли от новых вспыхнувших чувств. Снова эти обжигающие искры, как тогда в лифте. Снова электрический разряд через каждую клеточку захваченного в плен тела.

– Теперь успокоилась? – произнес он, прервав этот странный контакт.

Хлесть. Ладони стало больно. Его щеке, должно быть, еще больнее. Как он посмел? Как у него вообще наглости хватило на подобное? Взбесившееся сердце, ты с ума сошло? Успокойся сейчас же, останови свой безумный ритм. Щеки, прекратите пылать. Дыхание, вернись в норму. Запах его одеколона, исчезни из легких. Запах его тела, прекрати кружить голову.

– Понял, – улыбнулся Шилов и повторил успокоительную процедуру еще раз. Второй поцелуй был более мягким, почти нежным. Влажный язык коснулся плотно сжатых губ, прося о большем. Ирина понимала, что должна вырваться, ударить его и бежать, но не могла. Тело отказывало её слушать, губы готовы были впустить вероломного захватчика, но поцелуй прервался.

– Отпусти, чертов извра… – ей в очередной раз не дали договорить. Губы стали более требовательными, язык воспользовался отсутствием преграды и оказался внутри. Этот человек поглощал её сопротивление своим упрямством. Сомкнуть зубы? Откусить ему этот наглый язык? Отличная идея, только вместо этого её наглый язык уже вступил в игру, губы ответили на поцелуй, а руки бессовестно обвили шею. Это была капитуляция. Полная, безоговорочная капитуляция.

– Теперь успокоилась. Вечером все обсудим, сейчас мы ничего сделать не можем, – он аккуратно достал свой телефон из все еще судорожно сжимающих его пальцев. – Приведи себя в порядок и иди в зал.

Мужчина выпустил её на свободу и спокойно вышел. Ирина не могла видеть его довольную улыбку. Да, сейчас Олег появится в зале с отпечатком руки на всю щеку. Одни переговоры сегодня явно увенчались успехом. Этого чуть больше, чем достаточно.

«Мама, все в порядке. Это недоразумение. Прости, что напугали», – пришло короткое сообщение на её телефон. Ирина шумно выдохнула: хоть здесь устаканилось.

А вот в их с Шиловым стакане только что определенно поднялась буря…

Коттеджный поселок Звездный, дом 12

Очень и очень давно она не просыпалась в мужских объятиях. Эта командировка определенно баловала её невероятным количеством событий и встреч, накалом страстей и эмоций. Ирина потянулась и осторожно выползла из-под тяжелой руки мирно сопящего Олега. Она невольно задержала на нем свой взгляд. Сказать или нет? Наверное, не стоит. Завтра они улетают домой, что такого в обеде с учителем Ваном? В конце концов, Шилов ей не муж, чтобы перед ним отчитываться.

С другой стороны, что такое муж? Детей можно рожать и без него – это она уже проходила. Спать тоже можно с любым мужчиной и без печати в паспорте. Получается, что муж – это какое-то человеческое существо, перед которым обязательно нужно отчитываться, если хочешь встретиться со старым другом? Существо, которое в юридическом праве от тебя что-то требовать? Зачем тогда он вообще нужен. Ирина одернула себя и быстрым шагом направилась в ванну. С чего ей вообще пришли в голову мысли о муже? Бред какой-то. Еще и глядя на Шилова, после второй ночи вместе. По такому принципу ей впору выходить за Игоря. А что? С ним они гораздо ближе знакомы и дольше.

– Черт! – выругалась и чуть не уронила мочалку. После возвращения из командировки Красов будет ждать ответ. Она и так не собиралась соглашаться, а теперь? Как вообще с ним встретиться под самым носом у ревнивого Шилова, хотя бы для того, чтобы честно ему отказать.

– Ир, все впорядке? – в незапертую дверь ванной просунулась лохматая голова Олега.

– Да, поскользнулась, – высунулась из приоткрытой дверки душа, выпуская облачко пара и сладковатый запах геля для душа.

– Ммм, – улыбка чеширского кота на помятом после сна лице с отпечатком подушки. – Тебя подстраховать? Дело-то ответственное.

– Кыш! – рассмеялась и швырнула в него немного мыльной пены. – На мне и так полно твоих отпечатков пальцев! – показала язык и захлопнула дверцу.

– Уточнение, – в неё постучали, – не только пальцев. Ты сейчас всё смоешь, мне опять работы на всю ночь.

– Уйди отсюда, извращенец, – продолжала упорствовать Ира, показательно медленно натирая тело мочалкой. Из-за матового стекла дверцы донесся звук подозрительно похожий на рычание.

– И чего ты по утрам такая моралистка? – проворчал недовольный голос.

Расплывчатый силуэт мужчины удалился от кабинки и скрылся из зоны видимости. Ирина удивленно выглянула: правда, что ли, обиделся?

– Попалась! – торжественно объявил охотник на ежей из засады и затолкал её обратно в душ. Место там стало катастрофически мало, да им много было и не нужно. – Сейчас, как твой босс, я проверю качество работы по удалению отпечатков пальцев.

Ирина шла по коридору следом за миниатюрной женщиной в национальном костюме. На этот раз Ван-лаоши выбрал для встречи ресторан традиционной кухни, судя по обстановке и тому, как её приняли, очень дорогой ресторан.

Женщине каким-то чудом удалось сбежать от Олега, точнее не чудом, а при помощи директора Ли, который в срочном порядке решил показать своему новому партнеру Музей императорского дворца и намекнул, что переводчика с собой можно не брать. Мол, последние дни Ирина бледновата, можно воспользоваться переводчиком компании. Да, бледновата. Недосып. Категорический недосып из-за слишком бурной личной жизни, вот только объяснять это директору Ли никто не планировал. Хотя Ирине казалось, что этот старый плут сам все понимает. И, судя по тому, что Ван-лаоши обед не отменил, они с директором Ли заодно.

Странно? Ирина впервые пришла на встречу раньше своего учителя. Удивленно осмотрела пустую комнату с красивыми национальными рисунками на тонких стенах, изящным резным столиком и минималистичным интерьером. Женщина в традиционном положила на стол папку меню с изящной золотистой кисточкой.

– Официант подойдет через пару минут и примет ваш заказ, – сдержанно улыбнулась и вышла.

Ирина хотела поинтересоваться, где туалет, но почему-то передумала. То ли стеснялась впервые в жизни, то ли тихий голос за стеной около которой она остановилась показался знакомым. Русский язык? Нет, вряд ли. Таких совпадений не бывает. Смех. Нет, Ира не могла ошибаться. Четко зная, что подслушивать нехорошо, она выскользнула в коридор и приблизилась к двери в соседний зал.

– Не шумите так. Это очень хороший ресторан, но стены тонкие. В обеденное время здесь почти никого нет, но это не отменяет осторожности, – быстро проговорил, Ирина уже не сомневалась, Миша.

– Да понял я, понял. В другом мы бы вызвали подозрения. Так, вроде, все обсудили. Я обеспечиваю две бракованные поставки подряд, в соответствии с договором Шилов влетает на астрономический штраф, вы расторгаете контракт и заключаете его со мной. Продукция один в один та же, в дальнейшем две эксклюзивные доработки для вашей корпорации, как и договаривались. Ваш личный процент вы знаете. Моему тайному бизнесу давно пора стать явным.

Ирина прижала руку ко рту, чтобы не вскрикнуть от удивления. Вот тебе и лучший друг, соратник и все такое прочее. Нужно сообщить Олегу, срочно. Дрожащей рукой она извлекла из сумочки телефон и нажала на запись. На таком расстояние вероятность того, что запишется четко невелика, но хоть попытается. Илья в любом случае уже изложил план, вряд ли будет повторять еще раз.

– Илья, один вопрос. Зачем ты топишь Шилова? Вы же, вроде, друзья? Бизнес общий. Мне все равно, чистое любопытство.

– Достал он. Вздохнуть свободно не дает, мои идеи топит. Как будто я подчиненный, а не полноправный партнер, – мужчина что-то с грохотом поставил на стол.

– Илья у меня амбициозный, а Олег не дает ему развиваться. Идею нового производства не поддерживает, – пропел женский голос.

– Это я понял, но вы планировали завалить тендер, я ждал провала Шилова раньше, – произнес Михаил.

– Он сместил меня с должности. Не дал довести дело до конца, а через эту Ирину фиг проберешься. Вцепилась в этот тендер мертвой хваткой, как питбуль, – недовольно проворчала Лена.

– Зато профессионально, – лаконично заметил американский представитель. – Мне пора, жду дальнейших действий. Если что, помните, бумаги у меня…

Заскрипели стулья. Ирина сорвалась с места и едва успела скрыться в своем обеденном зале. Через щель в приоткрытой двери разглядела всех выходящих. Да, не ошиблась, Майк, Илья и Лена, собственной персоной.

Женщина с опозданием нажала на кнопку выключения диктофона и шумно выдохнула. Черт, надо звонить Олегу! Не успела она нажать зеленую трубку, как в комнату вошел улыбающийся Ван-лаоши и вручил ей букет роз. Что-то коротко сказал подошедшему официанту и тот куда-то скрылся, плотно закрыв за собой дверь.

– Это тебе, моя МинЧжу, – вручил букет слегка ошарашенной Ирине и сел напротив. За все время поездки он впервые назвал её этим именем. Внутри все похолодело. Что, опять? Да, это льстит самолюбию, но сердце разрывается от боли каждый раз.

– Ты сбежал от директора Ли? – улыбнулась в ответ Ирина, осторожно опуская бордовые розы на край стола.

– Нет, я здесь по просьбе директора Ли, – коротко по-деловому ответил. Женщине стало легче дышать: значит, обед все-таки деловой, а цветы просто дань традиции. – Ты хорошо расслышала разговор за стеной?

– Да, – внутри снова все всколыхнулось. Он специально выбрал этот ресторан? То, что она подслушала, было спланировано заранее? Кем? Для чего? Почему просто не пригласили сюда Олега, не дали самому послушать эти песни под баян?

– Прекрасно. Директор Ли не одобряет идею Майка. Даже более того, считает Илью опасным партнером, а Олега надежным. Чем-то твой Шилов ему понравился.

– Он не мой! – возмутилась Ирина, но запланированные следом нелепые оправдания прервал официант.

Она поспешно сделала свой заказ, почти не глядя в меню. Ей не терпелось услышать продолжение, но даже после ухода официанта Ван молчал.

– Я рада, что Олегу директор доверяет больше. Но зачем мне знать о заговоре? Директор Ли сам мог все рассказать. Одно его слово стоит больше моего, – она не понимала свою роль в этой игре, категорически.

– Директор Ли так не считает, – усмехнулся учитель и понимающе подмигнул. На секунду в голове Ирины даже промелькнула мысль: неужели знает? Пальцы нервно сжали тканевую салфетку с изящной вышивкой. Несколько минут назад Ирина аккуратно положила её себе на колени. Нет, он не должен знать, откуда?

– И что от меня требуется? – тянуть кота за хвост она не привыкла.

– Две вещи. Рассказать обо всем Олегу и помочь нам урезонить Майка. Вы же знакомы, не так ли? Ты должна понимать: Илья всего лишь пешка. Рыбу нужно разделывать с головы.

Подобная осведомленность учителя Вана напугала ни на шутку. Неужели он их слышал? Где? Когда? Видимо, все это отразилось на её лице.

– Все, что происходит в стенах компании, становится известно директору Ли, так или иначе, – голос смягчился. Взгляд хитрых карих глаз намекал на то, что эти секреты он ей раскрывать не планирует. – Я должен знать больше, убедиться. Майк действительно отец твоей дочери? Если мы сделаем тест ДНК, он это подтвердит?

– Я не позволю впутывать сюда мою дочь, – впервые за все время знакомства Ирина повысила на него голос и громко хлопнула ладонью по столу.

– Спокойно. Мы не собираемся её впутывать. Если все пойдет по плану, даже не будем делать тест. Просто припугнем Майка тем, что все знаем и можем в случае чего предоставить доказательства. Ну, отправишь нам волосок почтой, если потребуется. Твоя дочь ничего не узнает. А Майка мы прижмем к стенке, спасем контракт. Больше всего он боится потерять свой статус и семью, которую обрел, так удачно женившись, – голос учителя стал более низким, успокаивающим. – Только тебе решать, Ирина. Фактически все в твоих руках. Дай мне разрешение на использование этой информации. Устное, только и всего.

– Хорошо, но сделай все возможное, чтобы наши с Юлькой имена не упоминались нигде как источник информации. Она на самом деле его дочь, если сделаете анализ, он будет положительным, – выдохнула женщина. Перед глазами стоял яркий образ жены Майка, такой молодой, такой наивной, такой беременной, в конце концов. На душе стало мерзко и грустно. Она не хотела, искренне не хотела поднимать со дна их общее прошлое. Но такое коварство, даже страшно подумать, как будет чувствовать себя Олег, когда узнает о предательстве друга. Как она почувствует себя, если откажется помочь? Будет видеть, как рушится дело всей его жизни, а потом совесть не выдержит, Ира выдаст себя, сообщит ему, что знала и ничего не сказала, потому что пожалела беременную жену Майка? Даже думать об этом страшно.

– Спасибо, а теперь давай о хорошем? – он улыбнулся вошедшему официанту. Тот ловко выставил на стол заказанные блюда, а так же положил перед Ириной до боли знакомую коробочку и тонкий конверт. Острый взгляд учителя Вана напугал и так растерянную женщину. Слишком много событий за один обед, слишком много. Мысли в голове путались, она с трудом собрала их обратно.

– Что, опять? – постаралась улыбнуться мужчине как можно доброжелательнее. Кольцо призывно поблескивало в неярком свете.

– Открой конверт.

Она поставила коробочку рядом с тарелкой. Дымящаяся запеченная курица с овощами наполнила пространство дразнящим ароматом сладких специй. Вкусно, но сначала конверт. Ирина достала из него открытку нежно-бежевого цвета и улыбнулась. Искренне, счастливо, впервые за последний час.

– Правда? Поздравляю, Ван-лаоши, – вскочила с места, уронила на пол злосчастную салфетку и радостно обняла своего учителя. Тот, кажется, немного смутился такого яркого проявления эмоций, обычно Ирина была более сдержанной. – Через четыре месяца свадьба?

– Да, ты получила приглашение одной из первых. Приедешь? Я очень хочу видеть тебя на своей свадьбе.

– Обязательно, – она снова заняла свое место напротив и напрочь забыла поднять салфетку, но тут же нахмурилась. – Подожди, а зачем ты принес мне кольцо? – на секунду промелькнула мысль, что сейчас её поставят перед фактом – через четыре месяца ты выходишь за меня замуж. Имя невесты она не догадалась посмотреть. Бросилась поздравлять сразу же, как поняла, то это приглашение на его свадьбу.

– Оно твоё. Не подумай ничего плохого, я, действительно, женюсь. Своей невесте я подарил другое, то, которое ей подходит. А это кольцо твоё, оно как будто создано для твоих пальцев. Вдруг соберешься замуж – пригодится. Или дочь соберется, она у тебя уже взрослая. Мне всегда казалось, что это кольцо сделает тебя счастливой.

По какой-то странной, непонятной причине на глаза навернулись слезы. Ирина улыбнулась шире и сделала небольшой глоток вина из бокала, что так предусмотрительно наполнил официант перед уходом.

– Спасибо, – на большее просто не хватило. Дрожащими руками она убрала коробочку в сумку. – Кто она?

Остаток обеда прошел в расслабленной обстановке. Ирина расспрашивала учителя про его будущую жену, про планы на свадьбу и многое другое. Хотелось, чтобы эта приятная часть их встречи никогда не заканчивалась, но время неумолимо. Оно движется вперед с невероятной скоростью на волнах нашего смеха, улыбок, горечи, слез, превращая всё это в воспоминания.

Олег вернулся в самом замечательном настроении, напевая мотив какой-то прилипчивой китайской песенки про «маленькое яблочко». Директор Ли устроил ему самый настоящий культурный ликбез в музее, а потом уговорил на прогулку с дегустацией разных национальных блюд. Торжественно пообещал, что ничего острого партнеру с гастритом рекомендовать не будет, все в пределах допустимого. Мужчина даже проникся этой страной, оценил историческое наследие и невероятный экономический скачок. Сколько сил и жизней было в это вложено? Уму непостижимо!

– Олег, нам надо поговорить, – в номере его ждала напряженная Ирина. Да, не так он хотел провести их последний вечер перед возвращением домой.

Ирина была удивлена так сильно, что даже забыла выпить свой кофе. Узнав все подробности и прослушав едва понятную запись с её мобильного, он не принялся рвать и метать, судорожно звонить своему теперь уже бывшему другу, орать и делать все то, что предполагала женщина, зная его взрывоопасный характер. Он спокойно допил свою чашку чая, обнял её и прижал к себе, заставляя зажмуриться от приятного тепла, обволакивающего каждый миллиметр тела.

– Спасибо, – тихо и на ухо, обжигая дыханием. – Я рад, что ты пошла на этот обед и даже не буду спрашивать, что еще ты делала там со своим любимым переводчиком Ваном, – куснул за ухо и улыбнулся.

– Олег, – Ирина хмурилась, всерьез подозревая, что Кинг-Конг влюбился и перестал быть монстром. Сейчас, черт возьми, им нужен монстр, который прикроет эту лавочку и открутит голову Илье. – Почему ты ничего не делаешь?

– А что я должен делать? Поднимать шум, звонить Илюхе и орать, что всё знаю? – хмыкнул мужчина, откидываясь на спинку дивана. – Так я все испорчу. Раз он взялся за это дело, значит, в компании у него есть помощники. Для начала нужно в тихую их вычислить и вымести всех диверсантов.

Ирина совершенно не в тему хихикнула, представив сурового орангутанга в образе в горничной: фартучек, чепчик и разноцветный пипидастр, которым он сметает пыль с полок. А то, что пыль – это маленькие гнусные человечки-предатели? Что ж. Сами виноваты. Нечего гневить её персонального охотника на ежей.

– Что? – Олега тоже удивила её реакция. Он, между прочим, говорил серьезно.

– Ничего, – продолжала улыбаться навязчивой картинке, – ты со шваброй и пипидастром смотрелся бы очень нечего.

– С чем? – если первое слово он понял без труда, то второе – увы.

– Ну такая штука разноцветная у горничных, пушистая, – попытка объяснить, кажется, провалилась. Пришлось просить помощи у интернета. Мужчина взглянул на экран и плотоядно улыбнулся. С одной из картинок на них смотрела симпатичная девушка в коротком платье горничной и, разумеется, с пресловутым пипидастром в руках.

– М, срочно хочу себе пипидастр. Я должен знать, как это работает, – снова руки на талии, короткий поцелуй в шею. Когда она научилась читать его мысли? Об этом Ирина подумать не успела, зато тут же отрезала ему все фантазии, и пусть радуется, что только их.

– Шилов, нет. Я отказываюсь изображать горничную и показывать тебе, как это работает, – сложила руки на груди. Вот уж нет, никаких ролевых игр.

– Я об этом и подумать не успел, но теперь буду думать постоянно. Тебе пойдет фартук, да и пипидастр к лицу будет, – рассмеялся и тут же получил ладонью по груди. – Да-да, особенно к такому выражению. Его точно нужно смести с твоего лица.

– Извращенец, – прошептала секунду назад опрокинутая на диван женщина.

– Сама виновата. Как я могу думать о работе, когда представляю тебя в таком образе? Ммм, решительно невозможно, – его рука каким-то чудом протиснулась между обивкой дивана и её пятой точкой, с силой сжав ягодицу.

– Прекрати!

– Разбежалась! Завтра мы возвращаемся, я перестану видеть тебя каждое утро. Мне придется много работать, воевать с лучшим другом и прятаться от собственного сына. Последние минуты свободы я упускать не хочу, – возмутиться ей не дали, захватив губы. Целуя так, будто никогда больше не сделает этого снова. Целуя так, будто хочет навсегда запомнить эти «последние минуты» с ней.

Где-то между размытых страстью мыслей появилось четкое осознание: он боится. Боится, что после возвращения домой для них все закончится. Любовь между ёжиком и орангутангом и в реальной среде обитания невозможна. Это как в песне про жирафа: «Видно быть потопу. В общем так, один жираф влюбился в антилопу».

Он нервничал, хоть и не показывал вида, хоть и среагировал спокойно. Напускное. С каждым поцелуем, с каждым прикосновением она сильнее чувствовала его взвинченность, злость на ситуацию и стремление отрешиться от всего происходящего сейчас.

Ирина, отвечая на поцелуи, подаваясь навстречу ласкам, чувствовала свою нужность, необходимость. Это ощущение пьянило. Ему нужна была она, а не просто хороший секс. Ему нужна была она, колючая, вспыльчивая, целующая его со всей страстью, на которую способна.

– Держи, – мужчина протянул ей конверт. Белый, ровный, шершавый, без каких-либо надписей.

– Что это? – Ирина взяла его в руки, но открыть почему-то не хватило смелости. В голове пролетела сотня мыслей от «все было хорошо, это бонус за твои особые заслуги, прощай» до признания в любви на пяти страницах.

– Это благодарность. Открой.

Странный выдался у них ланч. После возвращения с обеда, разговора об Илье и легкого «успокоительного», Олег коротко её поцеловал и скрылся в своем номере. Несколько часов его было ни слышно, ни видно. Ирина даже чуть-чуть обиделась на то, что он просто так ушел со своим коротким: «Мне нужно сделать несколько звонков». Бросил одну на смятых простынях кровати, как любовницу, к которой заходит выпустить пар между рабочими совещаниями.

С другой стороны, а кто она ему? Так и есть, почти случайная любовница. Иногда ей казалось, что он просто не выдержал жизни вместе с женщиной на одной территории, поддался внезапно вспыхнувшему желанию. Пожалеет об этом, непременно пожалеет.

– За что? – Ирина напряглась. Правда, что ли, за секс решил расплатиться или за информацию об Илье? Надеялась, что хотя бы за второе.

– Открой конверт, – уже с нажимом, – пока я не передумал.

Послушалась. Пальцы слегка дрогнули. Она перевернула конверт и аккуратно отогнула язычок, была не была. Билет?

– Что это значит? – не поняла Ирина, удивленно разглядывая билет домой на сегодняшний вечерний рейс.

– Это значит, что завтра твоей дочери исполнится восемнадцать лет, и ты должна быть с ней. Уверен, она расстроилась, когда узнала, что ты не успеешь на праздник из-за поездки, – Олег не смотрел на неё, его больше интересовал пейзаж за окном. Днем он не представлял из себя ничего выдающегося: плотная высотная застройка, серые проспекты, внизу мечущиеся туда-сюда автомобили. Другое дело ночью…

– А ты? – вспыхнувшая внутри искра радости упорно отказывалась превращаться в костер. Чиркала, как промокшая спичка, но чего-то отчаянно не хватало, чтобы разгореться как следует.

– У меня ничего не изменилось. Лечу завтра вечерним рейсом, переводчик Ван согласился тебя заменить на оставшееся время, – все тот же спокойный голос, даже страшно. Олег всегда поражал своей палитрой эмоций, каждое слово говорилось с ярко выраженными оттенками – веселья, гнева, сарказма или нежности, в самые интимные моменты. Впервые он был абсолютно безэмоционален, как будто закрылся в космической капсуле и планировал заморозить свою тушку на веки вечные.

– Спасибо, – не придумала ничего лучше, кроме как повиснуть у него на шее. Пришлось подпрыгнуть, чтобы дотянуться и прижаться к горячей коже щеки губами. – Правда, спасибо.

– Иди, собирайся, а то опоздаешь на самолет. Ван приедет через два часа.

Он не нашел в себе сил её обнять: не смог бы отпустить. Чокнутый, зачем купил этот билет, зачем лишил себя последних суток вместе? Олег не мог внятно объяснить. Сегодня он долго говорил с Россией, своими проверенными людьми на производстве – запустил механизм, работа которого к его возвращению уже принесет первые плоды. А потом связался с директором Ли и Ваном, они не стали от него скрывать, как именно будет поставлен на место Майкл. Очевидное решение и невероятное согласие Ирины.

Тут еще это сообщение от Ромки: «Что подарить Юльке день рождения? Есть идеи?». В общем, сошлось. Чего Олег хотел больше? Её рядом еще на сутки или поблагодарить за поддержку? Больше всего он хотел третьего, порадовать Ирину. Порадовал и сам себя за это ненавидел.

Он будет слишком по ней скучать. Прикипел за неделю, прилип, приклеился, приварился и теперь с чувством физической боли отрывал её от себя, отпуская домой. Что будет дома? Не знает никто.

Ирина собирала вещи и понимала, что ей страшно. Страшно уезжать отсюда, потерять этот странный сложившийся между ними мир на территории одного отдельно взятого номера. Страшно потерять пробуждение от короткого поцелуя по утрам, потерять его громогласное «Работать!», потерять совместные завтраки и драку за ванную, хоть в номере их и было три штуки. Она старательно заметала эти мысли под кровать, смахивала их пыль с полок и снова прятала. Но вместо того, чтобы исчезнуть, они заползали в чемодан и прятались между тщательно сложенной одеждой.

– Я просто привыкла. Вернусь домой и вздохну свободно, – выдохнула и попыталась успокоить себя вслух.

– Ир, боюсь, не смогу тебя проводить. Директор Ли срочно просит приехать, что-то по документам. Ван тебя отвезет, он обещал, – подошел и обнял со спины. Нет, вздохнуть свободно не получится, дернулось взбесившееся от одного прикосновения сердце.

– Может, закончишь сегодня и полетим вместе? – она сделала маленький шаг назад, прижимаясь сильнее, вбирая в себя его тепло.

– Сейчас не я решаю. У нас были договоренности, их нужно соблюдать, ты же понимаешь, – коротко поцеловал её одуряюще пахнущую шампунем макушку.

– Понимаю, – отозвалась эхом. Конечно, понимает, лучше, чем кто либо, но так хотелось вернуться вместе. Может быть, даже придти на день рождения к Юльке вдвоем. Одернула себя: нет, рано еще. С ума сошла? Мысли о муже, вместе на день рождения, еще и кольцо это в кармане сумки вместе с приглашением на свадьбу. Совсем чокнулась.

– Тогда я поехал, до встречи, – еще один короткий поцелуй, руки чуть дольше, чем нужно, задержались на талии, но и это тепло покинуло её.

– До встречи.

Тайвань. Аэропорт

– Ты что здесь делаешь? – Ирина замерла рядом со своим местом в пресловутом бизнес-классе.

Поселок Звездный д.12. Следующее утро

Впервые в этот день раньше всех её поздравила не мама. Юлька открыла глаза и улыбнулась всему – проникшему в комнату золотистому лучу солнца, огромному букету роз, подносу с ароматно пахнущим завтраком и симпатичной открытке.

Ромка толком готовить не умел, поэтому романтический завтрак слабо походил на картинки из интернета. Но было видно – старался. Яичница в форме помятого сердечка с улыбкой из кетчупа, криво нарезанный бутерброд с куском колбасы, как в рекламе «папа может», и термос. Юлька открыла и вдохнула запах, да, отличный кофе.

Маленькую красную коробочку из ювелирного магазина она заметила не сразу.

Пока Ирина поднимала свою воображаемую челюсть с воображаемого пола, Олег улыбался от уха до уха и был откровенно доволен такой реакцией. Мужчина вальяжно откинулся на спинку кресла и похлопал рукой по месту рядом.

– Лечу с тобой, ты не рада?

Искра радости внутри Ирины, что никак не желала превращаться в пламя, вспыхнула, ослепила и совершенно дезориентировала, заставив на время ослепнуть и оглохнуть.

– Но как? – она упорно игнорировала просьбы Шилова и присоединившейся к нему стюардессы занять свое место и не мешать остальным пассажирам рассаживаться. Девушка в форме уже начала терять терпение, когда мужчина спас ситуацию, буквально силой усадив Ирину к себе на колени.

– Мы с директором Ли очень мило побеседовали, подписали пару безопасных для нас доп. соглашений, а всем остальным займется Илья. Ему же нарушать, пусть точно знает, что именно должен нарушить для максимального штрафа, – мужчина осторожным движением заправил за ухо выпавшую из её светлого хвостика прядь волос. Ирина вздрогнула и очнулась.

– Ты как прошел? Я тебя не видела, – она все еще не верила своим глазам.

– По крышам добежал, я ж большая неотесанная обезьяна, – хмыкнул Олег и получил легкий удар в плечо, но только крепче прижал женщину к себе. – Может, пересядем в эконом?

– Зачем? – Ирина продолжала довольно улыбаться, не замечая странных взглядов соседей по салону.

– Там между сиденьями ручки убираются, сможешь нормально спать у меня на плече, а не как в прошлый раз, – об этом маленьком секрете он ей не рассказывал. Перед самой посадкой разбудил её и вовремя убрал безумно затекшую руку.

– Извините, прошу вас занять свое место. Мы взлетаем, – на этот раз стюардесса понимающе улыбалась.

– Да, конечно, – Ирина будто только что проснулась. Какого черта? Она уже несколько минут сидит в салоне самолета на коленях у Олега, все вокруг на них косятся, а стюардесса так вообще призывает к порядку. Неловко. Теребя в руках ремешок сумочки, она села, пристегнулась и отвернулась к окну.

– Ира, – он поймал её руку, положил на широкий деревянный подлокотник и накрыл своей горячей ладонью, – открой секрет?

– Какой? – тепло медленно расходилось по всему телу, переносилось по венам и артериям, наполняя её целиком. Смущение и неловкость постепенно отступали. В конце концов, всякое бывает. Может, это слишком темпераментный муж!

– Что ты сделала с директором Ли? – хитрый блеск в глазах. Ирина нахмурилась, не понимая, о чем речь.

– В смысле?

– Сам не знаю. Он свернул все переговоры и отправил меня домой, когда узнал, что ты улетаешь. Сказал, что со мной бесполезно сейчас о чем-либо договариваться и всучил билет. Соорудил на этой почве невероятный, но прекрасный план. Илья фактически сам попадет в собственные сети. Потому выдал мутную фразу примерно такого содержания: если сердце твоё будет уверенным, то и шаги твои будут уверенными. Точно не помню, – довольная физиономия Олега сообщала, что он только рад этому развитию событий, но вопросы возникали. – Я уже не уверен, что хочу с ним работать.

– Директор Ли – очень проницательный человек, только и всего, – пожала плечами Ира. Работа с азиатами её удивляла только первые пару лет, потом она привыкла к их странностями. Сегодня большая часть азиатских бизнесменов уже мыслит по-европейски, теми же нормами и стандартами. Но есть та небольшая прослойка управленцев, еще помнящая незабвенные мысли из «Искусства войны» и других философских трактатов. С ними было сложнее всего – совершенно особый стиль мышления, особая стратегия и почти всегда беспроигрышная. К ним и принадлежал директор Ли, который, сидя в своем кабинете, по словам Вана, умудрялся подкручивать гайки и в американском головном офисе, и на маленьком производстве в Индии. Олег просто еще не понял, с кем связался, но, кажется, начал догадываться.

– Это меня и пугает.

– Не переживай, ты его сильно впечатлил. Он очень высокого мнения о тебе, как о человеке. Для него это главное. Мне сказал об этом Ван-лаоши за обедом, – Ирина успокаивающе погладила пальцем тыльную сторону его ладони.

– Чем же я его впечатлил? – заинтересовался Олег.

– Своей способностью поедать острый рис, очевидно, – совсем по-девичьи подмигнула она и, приподнявшись на сидении, прикоснулась губами к кончику его носа.

Шутки шутками, а Ирина не соврала. Директор Ли с самого начала пристально наблюдал за Олегом Шиловым, и рис сыграл в этом свою роль: показал, что человек заботится о своей репутации, он настойчив, сдержан и вынослив. Они оценили и прекрасную презентацию продукта, заботу об Ирине на производстве и призыв к порядку при появлении жены Майка. Директор Ли наблюдал за всем и в своем сознании поставил на лоб Олегу огромную прямоугольную печать с надписью: «Одобрено». Учитель Ван, вопреки обещаниям, все рассказал Ирине. Он никогда не умел ничего от неё скрывать, зато она умела выпытывать и добывать информацию.

Ирина отключилась как-то внезапно, даже сумку из рук не выпустила. Как прижалась к его плечу, пока они обсуждали переговоры и планы на вечер, так и заснула. Олег некоторое время смотрел на доверчиво сопящую на его плече женщину. Она определенно отличалась от тех, с кем последние годы он проводил досуг, начиная с внешнего вида и заканчивая неподдельной искренностью во всем, что делала. Если уж ругала его, кидала вещи и возмущалась, так от души, без жеманства и желания заполучить дорогой подарок от своего личного кошелька с деньгами. Если одевалась, то как подобает случаю, а не как товар в праздничной упаковке. Если работала, то с полной самоотдачей. Если любила… А любила ли?

Белая прядка снова сбежала из-за уха и упала на лицо. Он осторожно вернул её на место. Чувства женщины все еще оставались для него загадкой. Да, все происходящее в постели было идеальным: страсть, огонь, желание. Они предпочитали одно и то же, понимали друг друга как любовники. А как любящие?

Олег впервые за много лет поймал себя на рефлексии, захотел дать себе же пинка и умыться холодной водой. Обычно он действовал просто: цель вижу – препятствий не замечаю. Прямая логика без лишних вопросов. Но здесь? Мужчина путался в себе. Их дети любят друг друга. Отвратительное знакомство, он со своими предрассудками по поводу «охотниц за деньгами». Нелепая ошибка, глупая взвинченность.

Мужчина осторожно коснулся её шеи. Синяк прошел, остались только воспоминания. Аккуратно приподнял голову и положил поудобнее себе на плечо. Ирина зашевелилась и перевернулась на бок. Сумка выскользнула из ослабевших пальцев, мелкие вещи рассыпались по полу.

– Это что еще за хрень?

Её будильник таким тоном говорил впервые. Ирина открыла глаза и удивленно посмотрела на склонившегося, аки рябинушка во всем известной песне, Шилова. В его руках знакомая до боли коробочка и конверт с приглашением, из которого мужчина точно не понял ни слова, кроме Wedding day. А может и его не понял, тут с английским все было весьма и весьма сложно.

– Шилов, обалдел? – прошептала, чтобы не будить спящих вокруг людей. За бортом ночь, по часам тоже, и только одному Кинг Конгу не спалось. – Ты какого черта по моим вещам лазишь?

– Что это такое? – он наспех затолкал остальные мелочи в сумку и, нахмуривись, продемонстрировал Ирине и так знакомое кольцо.

– Кольцо, – каков вопрос – таков ответ.

– Ира, – поджал губы и нахмурился. Кинг-Конг в гневе. У неё это выражение лица вызвало острый приступ веселья. Так и хотелось щелкнуть по носу и сказать: «Шиловь, ты – мнительный осел!».

– Что Ира? Колечко мне подарили, что не так? – её глаза смеялись. Олег злился еще больше. В его голове, видимо, крутились самые странные сюжеты. Вряд ли они были хоть на шаг близки к реальности.

– Колечко и приглашение на свадьбу?

Отлично, мы-таки понимаем, что значит Wedding Day. Оценила. Галочку поставила. В землю б закопала и надпись написала, но на высоте в несколько тысяч метров это потенциально проблематично. Тем временем чайничек модели «Шилов электроникс» стремительно закипал.

– Да, люди иногда женятся, Олег. С ними такое бывает, знаешь ли. Находит помрачение рассудка, – чем выше поднималась температура его гнева, тем веселее отчего-то становилось Ирине. Доводить его – отдельный бонус их отношений, придающих им особенный вкус и колорит. Определенно, ради этих моментов стоило быть рядом.

– Только попробуй сказать, что собралась замуж за этого китайца, – сквозь зубы прорычал мужчина и, резко притянув к себе, поцеловал. Жестоко, требовательно и зло. Конверт с тихим шорохом снова упал на пол, освободившейся рукой мужчина с силой схватил Ирину за плечо. Она тихо пискнула и попыталась вырваться. Губы удалось освободить с большим трудом и только по милости Олега, который, кажется, начал успокаиваться.

– Шилов, ты чокнулся? – тихо смеялась ему в губы. После такого горячего поцелуя было немного больно ими шевелить, но она все равно подарила Олегу короткое примиряющее касание. Он ревновал, и это делало её счастливой. Этот идиот хоть сам понимает, насколько счастливой? – Это приглашение на свадьбу учителя Вана с другой девушкой. А кольцо он мне на память подарил, я ему двенадцать раз отказывала! – коротко пояснила она, мягко прикасаясь руками к его чуть покрасневшей от гнева шее.

– Сразу сказать не могла? – обиделся он. Освободился от её рук, откинулся на спинку своего сидения, шумно выдохнул и демонстративно закрыл глаза.

– Это мне положено обижаться. Как тебе в голову пришло, что я могу спать с тобой, имея под боком жениха? – показала ему язык – знала, что косится на неё из-под полуприкрытых век.

– Извини, – коротко буркнул мужчина и погрузился сначала в свои мысли, а потом в сон.

– Ну и дуйся, – хмыкнула Ирина и, спрятав сумку вместе с многострадальным кольцом и приглашением на полку, тоже отправилась в страну снов. Там Шилов вел себя значительно лучше.

Коттеджный поселок Звездный. Дом 12

Юлька сидела и кусала губы. День рождения заладился с утра и не заладился днем. До обеда она успела сбегать в магазин, встретиться и поесть тортиков с Ларисой. Подруга только что прикатила домой с Канарских островов и горела желанием осчастливить её подарками и рассказами о приключениях. Осчастливила и отпустила домой с миром.

В юлькиной же голове и сердце творилось что-то странное. Мама не позвонила до сих пор. Обычно она первой поздравляла дочь, а сегодня – тишина. Набрала её номер «Абонент временно недоступен». Снова набрала через час – те же слова. На каком-то автопилоте девушка вернулась домой, разложила продукты в холодильнике и поднялась наверх, где её ждал очередной сюрприз. Полупустой шкаф.

Утром, окрыленная романтическим пробуждением и милым золотым кулоном в коробочке, она не обратила на это внимания или тогда все было в порядке? Девушка набрала номер Ромки, тот ответил почти сразу.

– Ром, а где твои вещи? – прошептала в трубку.

– Я обещал отцу, что вернусь домой. Мы об этом с тобой говорили, как только Ирина уехала. Завтра он вернется, нужно сделать вид, что я там жил и переехал от вас, – спокойно ответил Ромка, не понимая её волнения. Девушка шумно выдохнула.

– Значит, у нас всё в порядке? Ты придешь вечером ко мне? Правда-правда?

– Приду, конечно. Но сначала праздничный ужин, я забронировал столик в AltFood. Говорят, отличное место. Заеду за тобой в семь, никуда не сбегай и хватит паниковать, – короткий поцелуй будто передался ей через спутниковую тарелку. Юлька снова улыбалась, пока только своему отражению в зеркале шкафа.

– Хорошо. Тебе папа не звонил? Я не могу дозвониться маме. Она до сих пор меня не поздравила, это так странно, – девушка теребила в руках первую попавшуюся тряпочку, своё нежно-бирюзовое выпускное платье.

– Не звонил. Юль, ну они работают. Там тендер тяжелый, суммы огромные. Позвонит, не переживай, – голос Ромки успокаивал. Юля плотнее прижалась ухом к трубке. Глупо, он от этого ближе не станет, но хоть так.

Звонок в дверь заставил вздрогнуть. Кто это? Она никого не ждала. Мама приедет завтра после обеда, Ромка на работе, а больше сюрпризов ждать не откуда. Настойчивый звонок в дверь повторился.

– Ой, Ром, кто-то идет. Пойду открою, не буду отвлекать, – с сожалением положила трубку. Все-таки зря она не нашла работу на это лето, не чувствовала бы себя так одиноко пока все вокруг заняты своими делами.

Громко топая, она пробежала по лестнице к двери и, взглянув на монитор видеодомофона, запищала от восторга. Мама! Секунду спустя девушка неслась со всех ног по дорожке сада и с громким «ура, мама приехала!» повисла на шее у все еще помятой после полета Ирины.

– Сюрприз! С Днем Рождения, Юлька! – обняла дочь и чмокнула в щеку.

– Я так переживала, когда ты не позвонила утром, – проворчала девушка, жмурясь на солнце, – думала, что-то случилось.

– Мы были в самолете. Получилось вылететь пораньше, сразу запрыгнула и к тебе, даже не подумала позвонить. Потом решила, пусть сюрприз будет, – еще раз поцеловала дочь.

Девушка, наконец, выпустила маму из своего супер-любвеобильного захвата и удивленно уставилась на стоящего позади неё мужчину. Нахмурилась. Олег ей не нравился, особенно после всего, что сказал и сделал. Да, крышу они им с Ромкой починили и помогли тогда, но это не повод простить ему огромный мамин синяк и обидные слова. Вот уж дудки!

– С днем рождения, Юлия, – Олег улыбнулся пугающе тепло. Юлька насторожилась, но поблагодарила. – Ирина, я помогу донести чемодан. Командуй, куда.

– Спасибо, пойдем, – говорить дежурными фразами было так непривычно и раздражающе. – Юль, надеюсь, я вам с Ромкой планы на вечер не испортила своим появлением? – поинтересовалась она, двигаясь по узкой каменной дорожке в сторону дома. Мужчина молча шел следом.

– Нет мам, ты что? Мы хотели в новый ресторанчик сходить, но это и в другой раз можно, ты же приехала! – девушка ластилась к ней, как соскучившийся котенок. Знала бы она, что её отец устроил в Тайвани. Ирина не переставала радоваться тому, что они не знакомы.

– Брось здесь, – Ирина указала в угол комнаты, – потом разберу.

– А где моё «спасибо»? – коварно улыбающийся Шилов шел в наступление. Юльку они очень вовремя отправили на кухню, выдав партийное задание – приготовить чай.

– Спасибо, – улыбнулась женщина, отступая на шаг в сторону двери.

– Как-то неискренне звучит, – похоже, охотник на ежей решил отказаться от маскировки, а они, между прочим, договаривались. Несколько мгновений и спина отступающей назад Ирины столкнулась с дверью. В окружении рук усмехающегося Олега было страшновато и одновременно приятно: от него исходило пьянящее тепло, а терпкий запах одеколона, к которому она привыкла за эти дни, будил яркие воспоминания.

– Искренне будет позже. Олег, не здесь, прошу тебя, – попыталась воззвать к разуму, упираясь ладонями в широкую грудь, – Юлька внизу.

– Ненавижу конспирацию, – прошептал уже в губы и поймал их своими. Ей хотелось разорваться надвое – отдаться этому поцелую целиком, сдаться на милость своего разбушевавшегося чудовища, и одновременно вырваться из его рук, спрятаться за новой стеной из приличий, вернуться к дочери. Слабая попытка освободиться провалилась.

– Маам, вы еще долго там? – топот пяток возвестил о приближении Юльки. Тяжело дышащую Иру тут же отпустили на свободу. Нескольких секунд хватило, чтобы отдышаться и мазнуть по губам помадой, стереть все подозрения. Хотя какие у неё могут быть подозрения? Или могут?

У Юльки подозрений не было, а вот опасений сколько угодно. В её сознании Олег Шилов был опасным человеком, наедине с которым маму оставлять ну никак нельзя. Она и так с ним работает, не хватало еще, чтобы он ей дома жизнь отравлял. Да, он отец Ромки, но это не отменяет его отвратного характера и мерзкого поведения.

Выдворив Олега домой, девушка, наконец, успокоилась и завалила маму вопросами о поездке, увлеклась разбором подарков и просто была счастлива на все сто процентов. День рождения удался!

– Да? – когда на коттеджный поселок Звездный опустились сумерки, Ирина удивленно приняла вызов от Ромки. Обычно он ей не звонил, телефон был записан на всякий случай, вдруг, уедут вместе и Юлька, как всегда, не услышит мобильник.

– Ирина, у меня вопрос, – парень явно смущался, – по поводу праздничного ужина.

– Спрашивай, конечно, – сейчас женская интуиция была на шаг впереди юношеской скромности. Интересно, как Олег его заставил? Потом обязательно нужно узнать. Ирина загадочно улыбалась, помешивая деревянной ложкой сливочный соус с умопомрачительным запахом грибов, чеснока и набора пряных трав. Юлька, которую отправили переодеваться к ужину, крутилась неподалеку, даже косметику в столовую притащила. Она обожала грибной соус до дрожи в кончиках пальцев.

– Можно со мной придет еще один гость? – произнес, наконец, парень.

– Я не против. Только не опаздывайте, у меня почти всё готово, – пропела Ирина и осторожно положила телефон на край разделочного стола. У Шилова точно шило в…

Нужно срочно сменить платье!

Ровно через двадцать минут раздался настойчивый звонок в дверь. Быстрый взгляд на часы – вовремя. Не могли, что ли, задержаться? Пришлось поспешить с выбором платья. А, была ни была! Схватила вешалку с романтичным платьем в цветочек с совсем не романтичным декольте. Давно его не носила, но ей почему-то помнилось – оно очень эффектно облегает грудь, а легкая юбка до колена очень красиво подлетает, когда спускаешься по лестнице. Появление должно быть впечатляющим.

– Юля, открой! Я переодеваюсь!

– Бегу!

Дочь в своей комнате, похоже, занималась тем же самым – наводила марафет перед приходом гостя. Ничего, Ромка на неё и так влюбленными глазами смотрит, а вот уронить на пол челюсть одного безумного орангутанга хотелось до боли. Ирина предвкушала особое удовольствие от игры с ним на её территории, там, где он не может ничего сделать.

Раздалось еще три звонка, прежде чем Юлька соизволила пробежать по лестнице, как всегда, громко топая. Ирина слегка расчесала волосы и подкрасила губы. Достаточно. Платье сидело идеально – отлично! Этого будет достаточно.

Ощущая давно забытую легкость во всем теле, Ирина выбежала из комнаты и, спускаясь по лестнице, вместо восхищенного взгляда Олега встретилась сначала с удивленным Юлькиным.

– Мам, это к тебе, – она коротко кивнула в сторону огромного букета из роз, за которым женщина не сразу рассмотрела гостя. Игорь Красов собственной персоной. Идеально сидящий костюм, стрижка, новые очки – одет с иголочки, явно готовился.

– Ира, прекрасно выглядишь. Кажется, я не вовремя. Узнал, что ты вернулась, и хотел сделать сюрприз.

Настроение рухнуло в бездну, вся игривость укатилась к черту, а легкость испарилась, словно и не было её. Ирина прекрасно понимала, зачем он пришел. Ему нужен ответ. Женщина поджала губы, выдохнула и подошла к гостю.

– Сегодня у моей дочери день рождения, не лучшее время для визита, – старалась, чтобы голос звучал ровно, но как же хотелось выпроводить его отсюда, пока не пришли Ромка с Оле…

– Кажется, здесь сегодня много гостей, – вкрадчивый, бархатистый голос, от которого мурашки пробежали по коже, мог обмануть кого угодно, только не Ирину. Олег зол, она чувствовала это каким-то неведомым инстинктом. Кажется, это был инстинкт самосохранения.

– Есть званые гости, а есть незваные, – бесцеремонно выдала дочь и подбежала к Шиловым. Из двух зол она определенно выбрала Олега, тем более к тому прилагался бонус в виде Ромки с его влюбленным взглядом и букетом любимых гербер.

– Юлия права, извините. Как говорят? Незваный гость хуже татарина. Я зайду завтра, – вручил Ирине букет и развернулся, чтобы уйти.

– Нет, зачем откладывать? Гости пока сядут за стол, наполнят бокалы, а мы поговорим в саду, – ей послышалось или Олег в этот момент скрипнул зубами? Нет, фантазия разыгралась. Судя по взгляду Игоря, фантазия разыгралась не у неё одной, там промелькнул не просто огонек, а целое пламя надежды, которое ей придется потушить одним коротким ответом.

– Юля, проводи гостей. Я вернусь через минуту.

Пройти мимо Олега в узком коридоре, не прикоснуться, не взглянуть и не вдохнуть запах его одеколона – получилось. Она все объяснит, но чуть позже. Сначала нужно разобраться с Красовым.

– Прости, я не вовремя. Не хватило терпения дождаться твоего ответа, – когда они вышли в сад, Игорь достал из кармана бордовую бархатистую коробочку. Она с тихим щелчком открылась и явила миру золотое кольцо, по ободку которого уютно расположились поблескивающие в лучах закатного солнца бриллианты. – Ты выйдешь за меня?

Вот и дожила Ирина Светлова до самого романтичного предложения в своей жизни: закатное солнце, бриллианты, о нет, он еще и на одно колено встал! Могла ли она представить, что через восемнадцать лет после краха всех романтических надежд увидит такое? Вот только думала Ирина в этот момент совсем о другом человеке. Его сложно назвать романтиком, скорее захватчиком. Его сложно назвать идеальным человеком, он необходимый. С ним всё сложно и в тоже время так упоительно легко.

Олег Шилов вряд ли встанет перед ней на одно колено, вряд ли подарит огромный букет из роз и вряд ли будет смотреть такими по-щенячьи преданными глазами. Вероятность того, что он вообще предложит брак, близка к нулю. Но… брак ей больше не нужен.

– Прости, Игорь. Мой ответ из трех букв. Нет. Я не выйду за тебя замуж. У меня было время подумать и моё мнение не изменилось.

– Что ж, – он поднялся и педантично отряхнул брюки. – Значит, не судьба. Впервые в жизни решил сделать все правильно и вот, что вышло. Спасибо за честность.

– Спасибо за, – горло будто пережало, стянуло горечью, – за это момент. Правда, он много для меня значит.

– Но недостаточно много? – ирония тоже вышла какой-то горьковатой.

– Наверное, – пожала плечами и заставила себя улыбнуться, – мне тоже не судьба сделать все правильно.

– Ты сегодня очень красивая. Платье просто невероятное. Могу обнять?

– Обнять платье? – невпопад ляпнула Ира. – Конечно, можешь.

– Тебя, неправильная.

Обнимая Игоря, вдыхая его запах, смесь сладкого одеколона и лосьона после бритья, за стеной из которого с трудом чувствовался его природный, человеческий аромат, она лишний раз убедилась – ответ «нет» был единственно возможным. Да, у них были определенные отношения, но никогда не было и одной миллионной тех искр, что летели во все стороны, стоило им с Олегом столкнуться хотя бы на словах, не говоря уже о прикосновениях и поцелуях.

Второй раз в жизни она выбрала страсть. Рациональность и забота о будущем проиграли с разгромным счетом одному вспыхнувшему чувству. С Игорем она могла бы жизнь спокойно, не считая мыслей о его прошлых загулах, откладывать деньги на обучение дочери, не задумываясь над тем, как будет жить, когда Юлька выйдет замуж и оставит её одну в этом доме. Рано или поздно это случится. Её девочка выросла – глупо отрицать. Восемнадцать лет. Что будет завтра? Взвоет ли она от одиночества, когда они с Олегом перекипят, пылающая стружка на бенгальском огне их чувств закончится и останется только медленно остывающая в руках алюминиевая палочка. Ирина прекрасно знала, что так все и будет. Такое пламя быстро гаснет, но выбрать равномерно тлеющие угли не могла. А на них можно было и мясо пожарить, и руки над теплом согреть.

Но нет, сейчас её интересовал только огонь, который совершенно точно пылает сейчас в гостиной и придирчиво наблюдает, как Юлька раскладывает по тарелкам свою обожаемую пасту со сливочно-грибным соусом.

– Мне пора, – Ирина отстранилась и улыбнулась, на этот раз совершенно искренне. – Друзья? Если что, я все еще готова с тобой работать. Замуж я не иду, так что заказы пригодятся, – попыталась пошутить. Получилось.

– Друзья, – Игорь улыбнулся в ответ, – мне не восемнадцать лет, чтобы обижаться на взвешенное решение любимой женщины. Возможно, ты права и через пару лет я снова сорвался бы в загул. Может, и раньше, – он нервно теребил в руке коробку с кольцом. – Знаешь что? Возьми кольцо. Думаю, на еще одно предложение руки и сердца я вряд ли решусь. Считай это моим подарком на совершеннолетие твоей дочери, – он аккуратно вложил в руку остолбеневшей Ирине теплую, шершавую коробочку, помахал на прощание и быстрым шагом удалился.

«Они издеваются?»

Бежать за ним, чтобы вернуть, глупо. Оставлять в саду тоже бред. Отнести потом? Так не возьмет же. Ира вздохнула и сунула коробочку в неприметный карман платья, кажется, у неё сама собой подбирается коллекция. Как же её правильно назвать? Кольца, которые так и не стали обручальными?

Заходить в дом был страшно, но какие варианты? Вошла, как миленькая. Улыбнулась всем, как положено. Опасливо села на стул под цепким взглядом Олега. Отчего-то захотелось в срочном порядке отправить детей погулять, но, увы. Впереди был праздничный ужин…

Юлька была ему не рада, это он почувствовал сразу, как только Ирина скрылась за дверью вместе с этим негодяем Красовым. Олег не знал, гад Игорь или нет на самом деле, но то, что он пришел сюда с этим ужасным пафосным веником, напомаженный от уха до уха, лощеный, как старый облезлый кот, собирающийся на мартовскую свиданку, уже делало его врагом номер один, негодяем и сволочью. Ему отчаянно хотелось открутить голову. Удержали две вещи: во-первых, он пришел в гости с миром и не планировал сегодня устраивать в этом доме побоище; во-вторых, Ирина сама должна дать ему от ворот поворот, разумеется, если считает, что их тайваньский роман чего-то да стоит. Если не считает, что ж… придется доказать теорему еще раз с более вескими аргументами, опираясь на аксиомы, предыдущий опыт и свой прирожденный талант к убеждению. Короче, дубиной и в пещеру, а там как пойдет.

Еще оставалось помириться с Юлькой. Дело тонкое, можно сказать, деликатное. Такие у него обычно получались из рук вон плохо.

– Ну что, ты нас в дом пустишь или тут поздравлять будем? – пошутил Ромка, видя повисшее в воздухе напряжение. Юлька, конечно, согласилась с присутствием его отца на празднике, но чувства обиды это не снимало.

– Ой, да, – спохватилась девушка и проводила их в гостиную.

– Ребят, пока Ирины нет, я хочу с вами поговорить.

Олег был в своем репертуаре, усадил их за стол рядышком и вошел в режим: «папа рассказывает детям о птичках и пчелках». По крайней мере, он себя чувствовал сейчас именно так. А что думали там птичка и пчелка? Кто их разберет. Просто сидели и удивленно на него смотрели. Ромка с любопытством. Юлька явно в ожидании беды.

– Во-первых, я хочу извиниться за все, что произошло. Особенно за наше первое знакомство. Юля, мне очень стыдно, что я принял тебя за девушку, кхм, плохого поведения.

Дети изменились в лицах мгновенно. Тут они были единогласны, разве что челюсти с пола не подбирали. Ромка никогда не думал, что строгий характерный отец умеет извиняться и признавать собственную неправоту. Юлька просто была в легком шоке: так не вязался этот ровный, успокаивающий тон и плавная речь, с тем, что она слышала в свой адрес раньше.

– Ну, а теперь, пока вы это перевариваете, попробуйте переварить еще кое-что, – он достал из кармана пиджака сложенный вдвое файл, положил на стол и пододвинул ближе к девушке. – Не мог же я прийти на день рождения без подарка.

Девушка недоверчиво подцепила пальцами файл и развернула.

– Ой, – на секунду замерла, а потом нахмурилась. Нет, это был прекрасный невероятный подарок, но чувство, что её покупают, грызло изнутри противным маленьким крысенышем. – Только я не продаюсь. Если вы думаете, что можно купить мое прощение таким подарком, – положила листок на стол и отодвинула, – вы ошибаетесь.

В бумажку тут же заглянул Ромка. Он, в отличие от Юли, был об отце лучшего мнения и благодарно улыбнулся, когда Олег посмотрел на него в поисках поддержки.

– Я тебя не покупаю, – спокойно ответил на её выпад мужчина, – просто хочу помириться. Тем более, вы с Ромкой опять живете отдельно. Ты скучаешь, наверное. У него вагон работы вместо студенческого летнего отдыха и тебе вряд ли хочется здесь торчать. Езжайте и отдохните как следует вместе. Твоя мама помогла мне заполучить очень денежного клиента, думаю, я могу себе позволить такую роскошь, как хороший подарок её дочери и собственному сыну. Мне кажется справедливо, а тебе?

Девушка неуверенно посмотрела на сидящего рядом любимого. Тот кивнул, негласно подтверждая, что отцу можно доверять. Пару секунд они говорили глазами на одном им понятном языке. Это код, уникальный, понятный лишь двоим. Рано или поздно он появляется у всех любящих людей.

– Ром, у тебя же работа, – прошептала, наконец, Юля. На это возражение Олег тоже приготовил ответ. Участие в переговорах и чему похуже научить может.

– С Даней я договорился, он даст две недели. Роман пока на оплачиваемой стажировке, закончится она как раз через пару дней. Вернетесь и с новыми силами на работу, в штат он уже зачислен… ой, – Олег понял, что ляпнул лишнего. Юлька же засияла от радости, как настольная лампа.

– Пап, я хотел сам сказать! – притворно обиделся парень.

– Потом в красках опишешь, – отмахнулся Олег, – ну что, подарок принимается, именинница?

– Да, – девушка неуверенно кивнула, все еще отходя от шока. Что ж, глупо отказываться и ругаться, дают – бери, бьют – беги. Вот только что скажет на это мама? Юлька осторожно убрала файл с билетами и рекламным проспектом luxury-отеля на Бали на верхнюю полку шкафа.

За столом было на удивление мирно. Юлька переставила стул поближе к Ромке и склонилась на бок, прильнув к его плечу. Олег о чем-то тихо с ними разговаривал. Она на секунду замерла в дверях, чтобы полюбоваться этой идиллической картиной. Наконец-то они все мирно беседуют, не ссорятся и не убирают последствия грандиозного шухера. Просто сидят, даже шампанское по бокалам еще не разлили.

– Я вернулась, почему еще не открыли шампанское? – села на свободный стул рядом с Олегом. Юлька напротив улыбалась во все тридцать два зуба.

– Тебя ждали. Теперь можно открывать. Олег Михайлович, вы обещали с фонтаном, – кокетливо напомнила именинница.

– Ну, с фонтаном, так с фонтаном, – коварно улыбнулся и с силой встряхнул бутылку из темного стекла.

– Убирать сам будешь! – воскликнула Ирина как раз в тот момент, когда пробка с громким хлопком вылетела из бутылки и стукнулась о потолок. Холодные брызги полетели на стол и всех сидящих за ним людей, что вызвало бурный восторг у Юльки и приступ гнева у той, кому все это потом стирать.

– Ура! С Днем Рождения! – возвестил Рома, подставляя свой и Юлин бокалы под поток.

Ирина обтекала. В прямом смысле этого слова. Ей вместе с платьем досталось больше всех. Но гнев куда-то испарился, остался только смех – слишком уж заразительным было общее веселье. Чокнулись и, все так же, смеясь, выпили по бокалу игристого напитка. Ирино сердце в какой-то момент сжалось до боли и ухнуло изо всех сил. Одно мгновение, всего на одно мгновение ей показалось, что они семья. Счастливые родители и дети. А то, что дети уже совершеннолетние влюбленные – дело десятое.

– По-моему, мне надо найти ванную, – пробасил, отсмеявшись, Олег. Его рубашка пострадала меньше всех, досталось только манжетам. Зато руки залило по полной программе. Веселящаяся больше всех молодежь согласно закивала, им досталось чуть больше.

– У меня тут как раз футболка осталась, – обрадовался Ромка.

– Мне тоже придется переодеваться, – Ирина с укоризной оглядела присутствующих.

– Зато как весело! – еще раз хлопнула в ладоши именинница.

– Иди переодевайся, веселушка, – хмыкнула она и подтолкнула проходящую мимо дочь к выходу.

Ребята, все еще смеясь, убежали вверх по лестнице. Что-то Ирине подсказывало, быстро они не вернутся.

– Ну и зачем ты это устроил? Теперь я вся липкая, – проворчала она, поднимаясь из-за стола.

– Не могу видеть тебя в этом платье, так бы и прилип, – Олег воспользовался моментом и приобнял её за талию. – Согласись, было весело!

– Руки убрал! – Ирина скинула с себя наглую лапищу и гордо прошествовала мимо в сторону лестницы на второй этаж.

– Мне можно, – нагло заявил мужчина.

– По какому это праву? – она была довольна. Да, платье все-таки произвело нужный эффект, хоть и вышло смазано. – Нечего на меня облизываться. Идем в ванную.

– Вместе? – с надеждой. Догнал и снова облапал, ну что за человек? Ах да, он же Кинг-Конг местного пошива или обнаглевший в край слон, домогающийся, ой, плохое сравнение.

– ШИЛОВ! – шикнула на него зло и, шлепнув по рукам, вновь получила свободу и припустила вверх по лестнице.

Вслед послышалось выразительное: «Зануда!». С этого ракурса Олег смог в полной мере оценить юбку платья, которая эффектно подлетала вверх, обнажая стройные ноги. В ванной пришлось еще и умыться холодной водой.

Так официальная форма одежды сама собой сменилась на повседневную, атмосферу праздника это нисколько не ухудшило, даже наоборот. Простая коричневая скатерть, вкусная еда, еще немного шампанского (на этот раз открыли без происшествий) и много шуток. Ромка при отце вел себя более раскованно, постоянно рассказывал интересные истории из своей жизни за границей, нелепые случаи с теми, кто плохо знает язык. Ирина тоже в долгу не осталась, вспомнив, как один не слишком опытный турист наивно пытался купить в аптеке таблетки от простуды. В общем, тайваньские фармацевты удивленно взирали на европейца, который зачем-то возжелал предаться акту неразделенной любви с их кошкой, коих в аптеке отродясь не водилось. А все почему? Учите тоны, господа.

– Мам, – смущенная Юлька отловила её у раковины с грязной посудой.

– Что? – Ирина как раз увлеченно складывала туда первую партию грязных тарелок.

– Можно Ромка сегодня у нас переночует? – именинница краснела, бледнела и смотрела на свои руки с маленькими ухоженными ноготками, что сегодня утром лично выкрасила в цвет морской волны. – Мы будем хорошо себя вести.

– Знаю я ваше хорошо, – понимающе хмыкнула она. – Пусть остается, я не против. Ты теперь взрослая девушка, сама за себя отвечаешь.

– Спасибо! – Юлька повисла на шее и радостно запрыгала вокруг. – Мы тогда в сад пока пойдем, хорошо?

– Идите-идите, – махнула рукой на нерадивую именинницу. У неё праздник, пусть гуляет.

Ирина вернулась к столу, чтобы забрать с него остатки тарелок, и встретилась с пронизывающим взглядом. Да, он заметил платье номер два и оценил. Фасон чуть попроще, но если наклониться за тарелкой, как она сделала сейчас, вид открывается лучше, чем на горные вершины Кавказа. До Гималаев она не дотягивала, но ему и так нравилось. Это Ирина знала точно.

– Я помогу, – взял плошку с салатом, первую попавшуюся тарелку и понес к раковине.

– Не надо, – бросилась следом, – я сама, – отобрала и засунула одну в холодильник, другую оставила рядом с мойкой. Да, когда гости уйдут, ей придется потрудиться.

– Твои платья – это чистой воды садизм, – сделал несколько шагов вперед, прижав её к одному из ящиков. – Не играй с охотником, Ёжик. Я видел, как тебя раздевал глазами Красов. Особенно вот эту часть, – второй рукой провел по контуру декольте, щекоча подушечками прохладную нежную кожу.

– Скажи, что ты бы не поедал, – хитро прищурилась и сбросила с себя обнаглевшие лапы. Этим вечером он вел себя просто ужасно или прекрасно, она еще не решила.

– Для меня и одевалась, не так ли? – лапы вернулись на место, на её мягкое место.

– Еще чего, Игорь вот как честный мужчина пришел предложение делать. Может, для него старалась? – довольно улыбнулась, наслаждаясь вырванной у вечера минутой близости.

– Угу, конечно, – о планах Красова он уже догадался и мог предположить её реакцию. – Насколько убийственным стал твой отрицательный ответ?

– Нууу, – Ирина без лишних слов достала из кармана платья заветную коробочку, открыла и продемонстрировала кольцо. Выражение лица Шилова стало лучшей наградой за эту шутку. Взгляд вспыхнул, губы превратились в одну тонкую пугающую линию, желваки заходили, выдавая крайнюю степень злости.

– Ира, какого черта ты сделала? – он был серьезен и, кажется, испуган. Смотрел ей в глаза с вызовом, напрочь забыв, что в любой момент сюда может войти кто-то из детей. Руки медленно двигались вверх по её спине, прижимали к себе, как самое ценное сокровище на планете. – Зачем?

Только все стало налаживаться и тут бац, он будто оказался в страшном сне. Согласилась выйти замуж за Красова? Серьезно? Стать женой главного бабника города и отрастить рога, как у заправского половозрелого оленя? Ёжику такой фасон не идет, нет уж, никогда этого не будет. Он запрет её у себя дома, спрячет, увезет и никому не отдаст. В крайнем случае женится! Если Ира до сих пор ничего не поняла, поймет в процессе. У него пока достаточно сил, чтобы объяснить популярно и в разных позах. Может, в какой-то особенно изощренной до неё, наконец-то, дойдет.

Второй свадебный шок за сутки снес последний шифер с его крыши.

– Шутка. Я отказала, – выдохнула женщина ему в губы, стараясь найти в наполненном его запахом пространстве хоть чуточку свежего воздуха, и улыбнулась.

– Светлова, я тебя когда-нибудь убью! – прорычал он прежде, чем впиться в её губы со всей заслуженной яростью и страстью. – Ты меня с ума сведешь, – оторвался на мгновение, тяжело дыша, и снова вернулся к поцелую.

А вот Ромка вместо поцелуев вернулся за кофтой, которую его девушка так легкомысленно забыла на диванчике в гостиной, и оценил нападение охотника на дичь в полной мере.

Коттеджный поселок Звездный, дом 12

Оно того стоило, определенно. Ирина последней вошла в переговорку. Прекрасно, сплошные мужчины и она вся такая при параде, не совещание, а мечта. Вот только увы, не её мечта. Слишком много внимания ей в один момент уделили все присутствующие: взгляды, улыбки. Илья Кожевников – человек, которому отчаянно хотелось расцарапать лицо за предательство друга, поднялся со своего места и отодвинул для неё стул по левую руку от Олега.

– Ирина, я рад, что вы почтили нас своим присутствием, и мы можем, наконец, начать, – только на лице Олега ни один мускул не дрогнул при виде такой красоты. Обидно, а она для него старалась, мог бы хоть улыбнуться! Цокая каблуками по плиточному полу, Ирина прошла на свое место.

– Прошу прощения, заработалась, – коротко кивнула и бросила на мужчину злой взгляд. Спокойствие Олега бесило, присутствие Ильи раздражало по всем остальным пунктам. Отвратительное место ей досталось, просто ужасное.

Время тянулось медленно, тиканье настенных часов уже сводило с ума, разговоры про новый проект, перспективы и все такое прочее выбивали из колеи. Её присутствие было простой формальностью, весь доклад по подготовке документов и срокам занял минут пять. Ирина вполне могла потратить остальные полтора часа с пользой, например, доделать отчет. Но нет, сиди, голубушка, страдай и пинай ногами ненавистную ножку стола на стороне Олега. Ой. Это уже не ножка. Это самая настоящая нога, волосатая нога – Ира по опыту знала.

Не смогла удержаться и, скинув туфлю, провела по ноге Олега своей. Тот вздрогнул, но вида не подал, даже в её сторону не посмотрел. Ах так? Месть будет сладкой. Нащупала пальцами край штанины достаточно просторных классических брюк и осторожно проникла под жесткую ткань ногой. Носок. Это не интересно. Где там суровые волосатые мужские ноги? А, вот и они. Пощекотала большим пальцем теплую кожу. Олег попытался двинуть ногой, но штанина мешала ему выйти из игры.

Ох, как сложно было сидеть с серьезным выражением лица. Видимо, не ей одной. Олег сжал ручку изо всех сил. Ирина очень сомневалась, что он сейчас записывает в блокноте хоть что-то дельное.

– Ну, и завершу позитивом, – кашлянул, будто прочищая горло. Ирина довольно улыбнулась, теперь можно. Сейчас счастливые улыбки появились на лицах доброй половины заседателей. Причиной большинства были явно не маленькие шалости под столом, хотя, кто знает этих топ-менеджеров. – Раз мы заполучили такой отличный контракт, в субботу будет организован корпоратив. Матвей Сергеич, твоя функция, – пронзительный взгляд в сторону высокого лохматого парня в помятой рубашке со странным полосатым шарфиком на шее. Ирина знала о Матвее только то, что этот странный тип возглавляет их отдел продвижения и рекламы.

– Корпорат? Это мы любим. Будет сделано, – весело отозвался тот и показательно козырнул.

– Жду наметки к вечеру. Место, время, формат. Бюджет, так и быть, завтра чистовой скинешь, – Олег гнал коней, Ирина продолжала беспощадно щекотать его ногу. – Все свободны.

«Ну, давай! А вас, Штирлиц, я попрошу остаться!» – все начали стремительно покидать переговорку, только Ирина не спешила, ожидая приглашения задержаться. Но его не было.

– Ирина, вы идете? У меня есть для вас одно письмо на перевод, – Илья поднялся со стула и заинтересованно уставился на женщину, та упорно продолжала сидеть на своем месте. Ох, как же хотелось высказать ему всё, но это помешает Олегу действовать, значит, придется молчать. Ирина натянула на лицо улыбку, засунула ноги в туфли и бросила обиженный взгляд на Шилова. Вот придет он к ней вечером, посмотрим, кто-кого! Ромку домой и никаких ночных похождений… и похищений!

Они почти дошли до выхода. Ирина успела проклясть этого зловредного гамадрила раз пять и не только цензурными словами, просто из вредности. Ну вот как так? Готовилась, готовилась, а тут полный игнор. Издевается ведь, гад. Точно издевается. Внутренне, наверное, смеется и наслаждается её недовольной физиономией.

– Илюх, пришли ей на почту. У меня дело важное, чуть не забыл. Ирина, задержись, – послышался за спиной все такой же спокойный голос. Она оглянулась. Этот редис орангутанговый обычный даже со своего места не поднялся. Корни, видать, пустил из самого корнеплодного места.

– Вот вечно ты мне малину портишь. Хотел еще немного насладиться видом нашего прекрасного переводчика. Сегодня так во всех смыслах прекрасного, – Илья поймал её руку и коротко поцеловал. Переводчицу передернуло от отвращения, но улыбку она смогла на свое лицо натянуть, второй раз за день. – Но так и быть, в очереди постою. До встречи, – махнул рукой и вышел, как всегда, своей свободной размашистой походкой.

Ирина проводила его недовольным взглядом. В комнате сразу стало легче дышать, но ненадолго. Стоило отвернуться от Шилова, вдохнуть и мысленно выругаться в спину уходящего предателя, как огромные руки уже обнимали её талию, а губы нежно шептали на ухо:

– Ты играешь со мной, ёжик? – Ирина довольно зажмурилась, наслаждаясь горячим дыханием коснувшимся шеи. Да, как же обманчиво было его спокойствие, теперь она чувствовала каждый удар сердца, каждый глубокий вдох.

– Вы о чем, Олег Михайлович? – ответила она, чуть улыбнулась и склонила голову набок, демонстрируя изящный изгиб шеи. – Какие игры? Мы на работе.

– На работе, – губы несколько раз коснулись шеи, дразня, – а ты срываешь процесс. И не только мне. Твои ключицы чуть совещание не остановили, – поцелуи продолжили путь от шеи к плечу. Прикусил кожицу на косточке одной из злосчастных ключиц и шумно выдохнул. Мир вокруг Ирины начал медленно вращаться, оставалось только зажмуриться и не чувствовать, как падаешь в какую-то безумную бездну из чувств и желаний.

– Прекращай, мы в офисе, – кто-то должен был взять себя в руки. – Сейчас кто-нибудь войдет…

– Мне наплевать, забыла? – земля на несколько секунд ушла из под ног, когда Олег резко развернул её лицом к себе. – Я в прятки не играю, – доказательство в виде поцелуя она приняла со всей возможной страстью. Откликаться на его губы, ловить их, чтобы снова прижаться и ощутить вкус, запах и дыхание, которое стало сейчас одним на двоих, что может быть правильнее?

– Хватит, – пришла в себя сколько-то секунду спустя или счет уже пошел на минуты?

– Хочешь, чтобы отпустил туда, где все пожирают тебя глазами? – проворчал Олег. Руки снова сомкнулись на талии, сжимая еще сильнее.

– Ревнуешь? – еще больше удовольствия от этого грозного недовольного взгляда. Секунду назад он смотрел на неё с любовью, теперь искренне негодовал.

– О да, но я правильно понял, это для меня? – кожа вспыхнула от новых требовательных прикосновений. Кофта определенно имела эффект. Именно тот, который ожидала её хозяйка. – Всё моё вместе с иголками?

– Нет, моё, и нечего покушаться, – пришло время повредничать, чтобы не расслаблялся. Сам её за нос водил, сидел тут с каменной рожей, хоть бы взгляд бросил. Попыталась оттолкнуть ладонями, но только лишний раз прикоснулась к груди. В ладонь стучало его сердце, так сильно и отчетливо, как будто она держала его в руках.

– Это мы еще посмотрим, – её подхватили под пятую точку и усадили на стол. – Руки так и чешутся…

– Ты уверен, что руки? – хихикнула и укусила его за нос.

– Ужин, – Олег отпустил её, но слезть не позволил, поймав в тюрьму из рук, тела и дыхания. – Сегодня мы ужинаем вместе.

– Кто это сказал? – нахмурилась она и отодвинулась чуть дальше. Этот разговор переставал быть приятной игрой, он превращался в триумф тирании одного обнаглевшего в корягу орангутанга. Ничего, революцию ежей еще никто не отменял.

– У меня другие планы, – отрезала Ирина и скрестила руки на груди. От легкого налета романтики, желания и любви не осталось и следа. Только напряжение – оно между ними было всегда и очень часто коротило, как успела заметить женщина.

– Какие? – он наклонился ближе, но не коснулся её. – Колись, Ёж, какие планы?

– Отчет завтра, угадай для кого, – обвила руками шею и коснулась губами кончика его носа. – Там работы ого-го.

– Не пригодится. С завтрашнего дня я буду очень сильно занят, Ирин. Хочу последний свободный вечер провести с тобой, – глаза в глаза. Это слишком проникновенно, слишком интимно и слишком искренне. В одну секунду по спине пробежали мурашки страха, искреннего ужаса. Ирина сама не знала, чего испугалась в этот момент. Возможно того, что игры кончились?

– Привет, богини перевода, – Илья небрежной походкой вошел в отдел. – Ваш большой босс еще не вернулась? – он удивленно посмотрел на пустующий стол.

– Очевидно, нет, – хмыкнула Лидия Михайловна, старейший сотрудник отдела переводов и единственный, кто не исходил слюной при виде красавца-учредителя. – У вас есть какие-то задания? Оставьте мне, я передам. Или на стол можете положить.

– И как я без вас не догадался? – усмехнулся Кожевников и нарочито небрежно бросил на клавиатуру сложенный вчетверо листок. – Видимо, Олег решил завалить вашего босса работой сразу после возвращения. Наверное, опять ругаются до потери пульса. Держитесь, девочки, – подмигнул и вышел.

Стоило выдохнуться запаху его одеколона в кабинете отдела переводов, как в двери вошла Ирина. Женщина хмурилась и была слегка растеряна, её смущали собственные чувства и чрезмерно серьезное поведение охотника. Кончики пальцев все еще покалывало от страха. Но испуг как ветром сдуло, стоило развернуть послание Ильи.

«Есть предложение. Давайте пообедаем вместе завтра, в 14:00, кафе „Идальго«. Вы не сможете отказаться от моего предложения»

Ирина поджала губы. Хочешь-не хочешь, а она оказалась втянута в эту игру. Интересно, знает ли Кожевников, что она – козырная карта Олега и директора Ли? Или просто хочет предложить стать перебежчиком? Идти или нет? В голове крутилась новая сотня страхов продвинутого уровня, две сотни решений и всё это ей предстоит переварить до завтрашнего обеда. Сразу после сегодняшнего ужина.

Сопротивляться было бессмысленно, показывать характер тоже. Её бесцеремонно закинули на плечо прямо на паркинге и засунули в черный внедорожник. И самое дурацкое, что она ни на секунду об этом не пожалела.

– Шилов. ты – тиран! – возмущалась накормленная обалденным ужином, опьяненная прекрасным сухим вином и влюбленная, кажется, по самые уши. Даже дневные страхи куда-то исчезли. Она прекрасно знала, что временно. Об этой пугающей искренности стоит еще подумать, да и записка Ильи. Про неё Ирина не сказала ни слова, не хотелось портить такой прекрасный вечер, тем более Олег хотел отдохнуть, а не беситься из-за того, что его старый друг и дражайший бизнес-партнер решил перевербовать переводчицу на свою сторону. Нет, потом расскажет.

– Ничего подобного. Просто ты – несговорчивый ёж. Нет бы сразу согласилась, – хмыкнул Олег, съезжая с шоссе. Легенда о внезапной встрече с бизнес-партнерами для детей была уже отработана и отрепетирована.

– Еще чего, тогда ты совсем обнаглеешь, – она откинулась на сиденье и хитро улыбнулась.

– Тоже мне воспитательница, – Ирина подскочила на сиденье, когда он, резко вильнув, объехал яму. Черт, когда же им починят дорогу? Элитный-элитный поселок, а до него хрен доедешь.

– Воспитательница? Бери выше, дрессировщица, – показала язык.

– Сейчас довредничаешься, – резко затормозил, прижавшись к обочине, и грозно на неё посмотрел. Ха, не на ту напал, Ирина только смеялась, глядя на него. Она-то прекрасно видела, что в глубине темных глаз тоже блестят смешинки. Тщательно спрятанные, но все равно заметные. Дрессировать и дрессировать, работы непочатый край!

– И что? – отстегнула ремень безопасности и повернулась к нему, обжигая взглядом.

– Вот что, – сильные пальцы схватили за шею и притянули к себе. Губы к губам. Болезненно и бесконечно страстно. Он целовал сильно, чуть прикусывая чувствительную кожу. Мысли о том, что она придет домой с опухшими губами от бизнес-партнеров, вылетели из головы за сотые доли секунды. Как-нибудь объяснит. – Черт, я хотел сегодня выспаться. Отменяю планы.

– Шилов, ты мне чуть шею не свернул, – ответила, касаясь губами его губ. – Отпусти и поехали домой. Иначе на поводок посажу.

– Извращенка, – улыбнулся, но и не подумал отпускать, – я на такое не подписывался.

– Я тоже много на что не подписывалась, – прикусила за нижнюю губу и потянула на себя. Отпустила.

– Невозможно, – еще один короткий поцелуй. Олегу пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы отпустить её, нажать на педаль газа и стартануть в сторону дома. Эта женщина доведет его до инфаркта, и не факт, что это будет не в постели в процессе чего-то очень интимного.

Коттеджный поселок «Звездный» имел два подъезда. Один для простых элитных смертных, другой для находчивых и обладающих связями. Шилов явно относился к группе вторых, потому что не поехал в объезд по раздолбанному асфальту, а притормозил у шлагбаума, ведущего к небольшому поселку с индивидуальной застройкой. Жители называли эти дома «местная Рублевка». Огромные, за красивыми заборами, сияющие разноцветными огнями по вечерам и скрывающие множество тайн. Ирину никогда не интересовала жизнь богатых и знаменитых, а вот обзавестись пропуском и доступом к короткой дороге домой она была бы очень непротив.

– Откуда? – удивленно посмотрела на мужчину, когда они благополучно миновали шлагбаум.

– Места надо знать, – подмигнул Олег и вернулся к дороге.

Несколько секунд спустя фары осветили изящную фигурку женщины. Она вела на привязи огромного лохматого пса, тот бегал вокруг, мешая вести себя на поводке.

– О, Кравцовы вернулись, – в очередной раз за поездку автомобиль прижался к обочине. – Я на секунду. Если хочешь, выходи. Познакомлю.

– С кем? – не поняла Ирина, глядя на приближающуюся к ним женщину с собакой.

– С хозяйкой ресторана, в котором мы ужинали, – он вышел из машины и громко хлопнул дверью. Собака Баскервилей, как окрестила про себя маячащую в темноте псину, была спущена с поводка и тут же водрузила свои лапы ему на грудь.

Сквозь стекла Ирина могла видеть, как Олег чешет его шею. Наконец-то, нашел кого-то своей весовой категории. Отбившись от огромных лап, он обошел внедорожник и открыл дверь, приглашая растерянную переводчицу выйти. Огромная морда тут же заглянула в салон. Она видела когда-то давно такую породу на картинках: серая шерсть, вьющаяся косичками, даже глаз не видно. Юлька называла таких «растаманская собака» или как-то так.

– Лаки, фу! – грозный женский голос раздался совсем близко. Пес услышал хозяйку и потерял всякий интерес к обитательнице машины.

– Привет, Марин. Как Париж поживает? Вы все вернулись или по частям? – улыбнулся Олег, помогая Ирине выбраться из машины. Да, вот тебе и «если хочешь». Делай, Ира, свой свободный выбор. Все равно вытащат из машины и заставят.

– Здравствуй, Олег Михайлович. Все вернулись, Макс бдит за мной теперь, как надзиратель, – тепло, но сдержанно улыбнулась женщина с красивыми чертами лица и просто фантастическими густыми, чуть вьющимися темными волосами. Ирина чуть не икнула от женской зависти – всегда хотела такую косу, но у неё косичка всегда получалась тоненькая и какая-то невзрачная. – Добрый вечер! Олег, познакомишь с дамой? – такая же улыбка досталась и ей.

– Это Ира, очень талантливый переводчик, который упорно отказывается выходить за меня замуж, – отмочил Шилов со всей чистосердечностью и прямолинейностью. Ирина закашлялась. Вообще-то, он не предлагал. Но да, она бы отказалась. Совершенно точно отказалась, потому что выходить замуж за Кинг-Конга – это уже зоофилия. – Ну и просто прекрасный специалист в своей области. Если решишь сотрудничать с китайцами, очень рекомендую, – мужчина явно наслаждался произведенным эффектом.

Стукнуть бы его, но при посторонней и строгой на вид женщине было неудобно. Хотя, почему неудобно? Ткнула его локтем под бок.

– Эй! Не верьте этому болтуну, пожалуйста, – тут же оправдалась Ирина.

– Ничего, я привыкла. Марина Селезнева, – она протянула изящную бледную руку. Ирина пожала. Холодная. – Приятно познакомиться. Понимаю вас, я бы тоже за него не пошла, – неожиданно улыбнулась уже по-настоящему и подмигнула. – Характер скверный, бабуинский, не женат.

– Эй! – возмутился Олег, глядя как Ирина понимающе кивает и женщины начинают тихо над ним посмеиваться. – Познакомил на свою голову.

– Сам виноват, – заметила Марина. – Зайдете? – кивнула в сторону добротного двухэтажного дома с подъездной дорожкой и странными воротами. Вроде бы, деревянные, но с мало понятным в летних сумерках рисунком.

– В другой раз. Мы только что из твоей Франции, а завтра просто безумный день. Взяли на днях тендер на несколько лярдов, надо отрабатывать, – корректно отказал, Ирина была ему за это благодарна. Слишком устала. Марина ей, конечно, понравилась, но на общение просто нет сил. – Кстати, о тендере. По поводу хотел устроить корпоратив в пятницу, твои что-то цену загнули в этот раз. Матвей принес два бюджета, у твоих Ассорти много нулей.

– Какой ресторан? – чуть поджав губы поинтересовалась Марина. Лаки увлеченно облизывал её руки, даже пытался прикусывать. Псу было скучно стоять на месте.

– Францию он запрашивал. Я хотел сегодня зайти в директору, но на месте не застал. – небрежно пожал плечами Олег.

– Минутку, – она выудила из кармана красиво обтягивающих её фигурку брендовых джинс смартфон и набрала номер. – Лар, а что за ерунда у нас с J Electronic? Им сегодня какой-то жуткий прайс на субботу выдали, – голос звучал холодно и строго.

Это была уже не улыбчивая женщина с собакой, а босс, от звонка которого в столь поздний час у кого-то волосы дыбом встали, без сомнения. Ирина с интересом разглядывала её. Слишком уж быстро она изменялась, как два разных человека. Тем временем на том конце что-то быстро отвечали.

– Даже так? А какого хрена вы им просчет сделали, если занято? У тебя менеджер там каким местом думает? – рыкнула Марина. – Завтра приеду – разберемся, кто у нас на рабочем месте базой данных пользоваться не научился. Уволю к чертовой матери, – отключила вызов и раздраженно засунула телефон в карман. – Эти идиоты тебе чуть забронированный ресторан по второму кругу не впарили. Разберусь. Может в Италию пойдешь? Там сейчас шикарный повар.

Олег закашлялся, скрывая улыбку. Кажется, именно на такой ответ расчетливый Шилов и надеялся, когда заводил тему про корпратив.

– Ну ты крута, Марина, – уважительно протянул он. Ирину же несколько передернуло. Да, работать с этой женщиной она бы не хотела, уж очень требовательная. Хотя Шилов не лучше, это просто у неё теперь скидка за вредность и всякие там индивидуальные бонусы. Даже не знаешь теперь, что хуже. Верно сказал классик: «Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь». Ирина за последний месяц испробовала на себе всё. Что хуже? Еще один вопрос, который навсегда останется в её голове без ответа. Потому что она точно знает, что лучше, и от этого отказываться не собирается. По крайней мере сейчас.

– Вот кто бы говорил, – кольнула его голосом хозяйка сети ресторанов «Ассорти». Пес рядом уже жалобно поскуливал от нетерпения – стоять на месте ему явно не нравилось. – Громов снял весь ресторан на субботу. Свадьба – святое дело.

– Серьезно? – Олег удивленно покосился в сторону особняка за глухим забором. – И молчит. Неужели решил жениться на своей молоденькой писательнице?

– Как видишь, – пожала плечами Марина. – Даниил в своем репертуаре. Десять человек гостей, только семья, и полная секретность. Живем через забор, а я понятия не имею, что творится в этом семействе.

Пока Марина беседовала со старым знакомым в её семействе тоже что-то произошло. Из ворот дома, напротив которого они стояли, выбежал взлохмаченный парень в перепачканной краской футболке, на руках он держал симпатичную девчушку с темными кудрявыми волосами. Та тоже вся перемазалась. На вид Ирина дала ей года два, не больше. Парню явно нет тридцати или так хорошо сохранился? Или это няня-мужчина? Чем черт не шутит! У всех свои причуды.

– А мы думаем, где мама ходит, – громогласно возвестил он, передавая Марине ребенка. Девочка протянула перепачканные краской руки к матери. – Лаки, гуляй, – наклонился и спустил пса с поводка, тот умчался в сторону дома.

– Всё, конец моим розам! – грустно возвестила Марина, провожая взглядом собаку.

– Ты же их всю жизнь ненавидела, а тут вдруг любовь проснулась? Еще раз посадишь, – пожал плечами парень и протянул было руку Олегу, но тут же передумал. – Привет, извини, мы немного рисовали. Не буду пачкать.

– Я вижу, – кивнул Олег, красноречиво глядя на веселое семейство.

– Уши оторву, обоим, – вынесла приговор Марина и улыбнулась, теперь уже по-настоящему тепло. В уголках глаз собрались мелкие морщинки, но даже они не портили красоты её лица. – Просила же, не пускать Алису в мастерскую.

– Она сама залезла, а потом мы увлеклись, – развел руками незадачливый отец. Да, Ирина убедилась, точно отец. Глаза у малышки были такого же цвета, искрящегося голубого. Редкое сочетание. Брюнетка и кристально-голубые глаза. Хотя, возможно, с возрастом что-то изменится. И очень неожиданный семейный тандем. Насколько Марина его старше? Или не старше? Нет, точно же старше, лет на пять не меньше…

Казалось, про Ирину забыли, но не тут-то было. Олег встрепенулся и быстро её представил художнику с мировым именем. Вот тут ей стало по-настоящему стыдно. Она никогда не слышала ни слова о Максиме Кравцове и не видела ни одной его работы. Отстала от жизни, придется наверстывать.

– Тебе, помнится, понравилась закрытая зона, в которой мы сидели. Там, где веточки сирени спускаются, – напомнил Олег, – вот это его работа. Золотые руки, – в очередной раз похвалил работу мастера.

– О, – Ирина действительно впечатлилась. Ресторан был оформлен очень красиво, с тонким вкусом и совершенно особенным изяществом. Выбор цветов сперва показался странным, а потом единственно верным, атмосферным и притягательным. Особую роль играло превосходное воплощение. – Это действительно потрясающе.

– Ну, я очень старался. Был повод, – подмигнул парень и бросил красноречивый взгляд на жену.

Ирина тут же почувствовал себя странно лишней в этом пространстве любви, теплоты и нежности. Как уродливый булыжник в цветочном саду, окутанном красотой и ароматами. Все вокруг впитывают или дарят тепло, а она ледяным камнем стоит среди всего этого и хмуро смотрит по сторонам. Хочется порадоваться, но где-то далеко, в темном уголке стальная булавка зависти колет сердце. Ей тоже хочется стать цветком и распустить лепестки навстречу солнцу, доверчиво и ярко. Но она, мать вашу, ёж!

– Олег, по-моему, нам пора, – осторожно коснулась его руки, привлекая внимание, – завтра действительно очень тяжелый день.

– Да, заболтался, извини, – пошел на попятную мужчина.

– В ближайшее время мы в городе, заезжайте. У нас весело, – подмигнул Макс, прежде чем распрощаться окончательно.

Когда автомобиль тронулся, Ирина, которую распирало от любопытства, не выдержала и задала вопрос:

– Интересная пара, очень приятная. Где познакомились?

– Долгая история, – отмахнулся Олег, – первый муж Марины инвестировал в мой первый проект. Так и познакомились. Мутная история, даже вдаваться не хочу в эти подробности, а про историю с Максом ты, наверное, знаешь. Весь город шумел, да и не только он.

– Нет, – смешно, но она ничего не слышала. Вообще не читала городские новости, они были ей мало интересны. Чаще женщина заседала на китайских новостных порталах и сайтах с тематической литературой.

– Ты в какой тундре живешь, Ёж? Несколько лет назад везде только об этом и говорили. Гениальный художник, которого расстреляли в подворотне сразу после помолвки, – в сердцах махнул на неё рукой Олег.

– Два года назад я большую часть времени моталась между континентальным Китаем и домом. Было совершенно не до этого, – насупилась и показала язык.

– Я и забыл, что ты летающий перелетный колючий ежище, – продолжал бесить Шилов. Ирина прекрасно знала, чего он добивается. Но её месть будет сладкой. Сегодня она пойдет домой и будет спать в своей кровати до самого утра! И никаких бешеных орангутангов, охотников на ежей и других редких животных.

Как ни странно, план удался. Её отпустили и даже написали милое сообщение в стиле: «Приятных снов, Ёжик! Высыпайся, как только все закончится, спать тебе не придется. Гарантирую. Охотник»

Сообщение в полночь: «Передумал» она благополучно не увидела.

Поселок Звездный. Полночь. Где-то между домом 12 и 13. Фонарь кто-то разбил. Темно, страшно.

Две фигуры столкнулись. Одна шла из дома номер тринадцать в дом номер двенадцать со стремянкой, другая – в обратном направлении без стремянки.

– Ромка?

– Папа?

Немая сцена тянулась не более пары секунд. Фоном ей послужило веселое стрекотание кузнечиков и тихий шум листьев. Где-то лягушка квакнула. Прохладный ветерок играл с волосами одинакового цвета, только у одного героя они были длинными и взлохмаченными, другой же стригся значительно короче и начинал потихоньку седеть.

– Ты что здесь делаешь? – хором и с одинаковым выражением.

– Я от Юльки иду, – замялся, – пожелал спокойной ночи. А вот ты что здесь делаешь? – парень решил поиграть в неосведомленность. Интересно, как отец будет выкручиваться. Не так часто выпадает шанс поймать за хвост собственного родителя, обычно в жизни детей всё наоборот. Папа ловит за хвост, дает по ушам и начинает активно воспитывать. Ролевая модель понятная, проверенная поколениями. А что сыну делать в такой ситуации с отцом? Не доставать же ремень!

– Надо решить пару вопросов по работе, – нашелся Шилов-старший. Вот и стремянка нашлась, а он её по всему гаражу полчаса искал. Черт, вечер не задался так не задался. Ёжик ему в пятую точку иголок по полной навтыкает, если он сейчас расколется.

– В двенадцать часов ночи? Пап, не гони, – хмыкнул сын, опустив стремянку на землю. Довольная улыбка даже в темноте была заметна. «Мог бы светиться – заменил бы фонарь,» – мозг сам выдал практический совет по использованию влюбленных балбесов в бытовых целях.

– Ты же знаешь, я трудоголик, – не сдавался Олег, а потом сделал единственную возможную в этой ситуации вещь – драпанул домой с совершенно нелепой улыбкой на лице. Сначала нужно отжать стремянку, и пусть только попробует не поставить её на место. Засада. Охотник отправился в засаду. Для начала прицел на стремянку, потом уже на ежа-скалолаза, что забрался аж на второй этаж.

Ромка озадаченно посмотрел ему вслед и покрутил пальцем у виска. Интересно, кто из них чокнулся? Он или отец? Или оба сразу? Как там говорил папа дяди Федора? С ума поодиночке сходят – это только гриппом все вместе болеют. Нет, тут попахивает коллективным безумием, примерно на четверых! Или все-таки кто-то чихнул неудачно?

Она проснулась от храпа. Оглушительного мужского храпа прямо в левое ухо. Осторожно пошевелилась, автоматически, не открывая глаз, скинула с себя огромную горячую руку. Олег, зараза, под утро начинает так храповицкого раздавать, что никакой будильник не нужен – шесть утра.

Ирина открыла глаза и посмотрела на часы. Стабильность директора – признак хорошей компании и ужасного сна для одной не в меру везучей переводчицы. Будильник только через двадцать минут, целых двадцать минут сна! И все Шилову под…шило!

Сонный мозг для начала смачно выругался и только потом осознал, что она сейчас у себя дома, в своей кровати, где совершенно точно засыпала в гордом одиночестве. Черт, Юлька! Хорошо, что её комната в дальнем конце коридора, шумоизоляция тут сделана на совесть – вряд ли она что-то слышала. Ирина вспомнила давно заброшенные занятия йогой и перекрестилась левой пяткой, разумеется, мысленно.

– Олег! – потрясла его за плечо. Мужчина поморщился во сне и скинул с себя навязчивую руку будящую. – Шилов, зараза, проснись! – прошипела в самое ухо и не удержалась, укусила за мочку.

– Эй, хищник, дай поспать, – сграбастал руками и прижал к себе.

– Шилов, что ты делаешь у меня дома? Как ты сюда попал? – свирепый Ёж успокаиваться не собирался.

– Ночью залез, – проворчал мужчина и все-таки соизволил приоткрыть один глаз. Губы тут же растянулись в коварной улыбке. – Ммм, завтрак…

– Не вздумай, нет, Олег, – попыталась вырваться и отползти, но куда ж ей против этого храпящего монстра. Он вжал её в матрас и заставил замолчать, ответить на требовательный поцелуй, обвить руками горячую шею и запустить пальцы в растрепанные жесткие волосы. А нет, последние два действия Ирина сделала сама, забылась.

– Шрек, у тебя изо рта смердит! Жуй тик-так, – вывернулась из его рук, как только мозг проснулся окончательно. Почему-то отформатировался под ослика из Шрека, но так хоть большой и незеленый тролль потерял бдительность, чем она и воспользовалась секунду назад.

– Нет в тебе романтики, Ёж, – Олег откинулся на подушку и потянулся на кровати. – Я встал среди ночи, влез в окно к любимой женщине в желтой пижамке и, цени меня, умилился твоему спящему виду и не стал будить.

«Любимой» обожгло сердце и кипятком прошло по венам. Упоминание её нелепой, но столь обожаемой желтой пижамы смутило. Адекватность же встрепенулась, потягиваясь, выгнула спину, зевнула и в ужасе бросилась к окну. Этот центнер наглости и, как оказалось, романтики лазил по её крыше?

– Ты идиот, Шилов, – не сдержала улыбки, глядя на совершенно целую крышу. – Чокнулся на старости лет?

– Может, не чокнулся, а влюбился? – он валялся на кровати и выглядел совершенно счастливым: улыбался, щурился, как сытый кот и был пугающе уютным в светлых домашних брюках и футболке. Одежда благополучно помялась, добавляя всему этому какое-то особое очарование. Очаровательный орангутанг, дожили. Вот уж точно, кто рано встает, тому Бог подает. Наконец-то и ей обломилось чудо в особенном стиле.

– Слушай, а как ты туда забрался? – она удивленно смотрела на крышу и зеленую лужайку под ней.

– Как-как, сначала по стремянке, потом по крыше. Ты с открытым окном спишь, заходи, кто хочет. Калитка открыта, – последнее произнес недовольно. – Я негодую.

– А где стремянка? – вопрос раздался вместе со звоном будильника сразу в двух комнатах. Юлька традиционно вставала в одно время с матерью, привычка. Ирина об этом прекрасно знала. Сейчас дочь встанет и, выглянув в окно, заметит эту злосчастную лестницу!

– Олег, её надо убрать, срочно! – в очередной раз за утро высвободилась из его рук и вскочила с кровати.

– Да успокойся ты, – начал было мужчина, но тут знакомый стук пяток возвестил о приближении Юльки. Ирина побледнела в одно мгновение. Сейчас дочь будет здесь.

– В шкаф, быстро! – стянула его с кровати за руку и почти насильно запихнула в приооткрытый шкаф в стене. Олег даже не успел удивиться или попытаться сопротивляться, его слишком забавляла ситуация. Где-где, а в шкафу, как любовник из бородатого анекдота про «муж вернулся из командировки», он еще не сидел. Тем более, всегда можно открыть дверь в самый подходящий момент… и получить утюгом по башке от Ежа. Нет уж, лучше тут посидит.

Ирина критично оглядела хрупкие дверцы шкафа: вроде поместился. Никогда ей еще не приходилось заталкивать никого в шкаф, прятать от дочери. Но объяснять их отношения с Олегом Юльке пока не было никакого желания. Может, так отпустит? Надоедят друг другу, прекратится это дикое, совершенно безумное влечение. Одна душа отчаянно желала этого – вернуться к спокойной жизни, другая протестовала вовсю.

– Мам, а ты не видела мой махровый халат, синенький? – дочь ворвалась в комнате босоногим, растрепанным ураганом в легкой ночной рубашке на тонких бретельках.

– Видела, в стирке, – она упорно делала вид, что заправляет кровать. Поправила подушки, встряхнула одеяло. Что-то негромко стукнулось об пол. Ключи с красивым серебристым брелком – логотипом компании Toyota – упали на пол. Этот неловкий момент, когда король забыл ключи от коня в койке королевы соседнего государства. Такие вот сказочки. Класс, только что теперь сказать принцессе?

– Ой, что это? – девушка подняла с пола и принялась внимательно осматривать ключи, как будто отпечатки пальцев глазами считывала. – Ты купила новую машину?

– Нет, – тут же нашлась Ирина, – коллега один забыл в офисе, я обещала вернуть. Наверное, из сумки выпали.

– Угу, – подмигнула дочь, которая еще вчера начала что-то подозревать. Но вопросов не задавала, только хитро улыбалась. – Жалко, что халат в стирке. Пойду розовый найду, – бросила ключи на комод и убежала восвояси.

Ирина шумно выдохнула и походкой очень воинственного и очень колючего Ежа направилась доставать охотника из засады. Вот только он на то и в засаде, чтобы вероломно, без объявления войны выскочить и утащить маленького беспомощного зверька прямо в недра платяного шкафа.

– Шилов, ты что делаешь? – возмущенно прошептала, когда её прижали к стене вместе с несколькими особенно сильно мнущимися платьями.

– Внезапно пришла в голову мысль. Я еще никогда не целовал никого в шкафу, – убрал с её лица растрепавшуюся светлую челку и, осторожно взяв лицо в ладони, поцеловал. Шкаф перестал иметь значение, смятые вещи тоже. Только губы и руки, которые решили, что ей срочно нужно переодеться и уже проникли под пижамную рубашку.

– Тебе надо уходить, – в перерыве между поцелуями. – Пока Юлька в душе, ты можешь выйти незамеченным.

– Она большая девочка, всё поймет, – снова попытался поцеловать.

– Нет, – губы поймали только мягкие подушечки её ладони. Каким-то чудом Ирина успела спрятаться за ней от желанного поцелуя. – Иди. Быстро. Олег, пожалуйста, – чуть не плача. Когда-нибудь этот гамадрил своего добьется и их раскроют, без сомнения, но это будет не сегодня. Не в её доме! Не так!

– Хорошо-хорошо, – все-таки коснулся щеки губами, убирая одинокую сбежавшую из глаз слезинку. – Ухожу.

Ирина не могла объяснить как, но почувствовала – задела. Чем? Своими слезами, паникой, страхом, нежеланием говорить правду всему миру, особенно, дочери. Юлька и была, по сути, её миром. Сейчас же он стремительно раскалывался, Ирина теряла его. Дочь выросла. В её жизнь вошел Ромка – сразу раскол. Потом появился этот чокнутый гамадрил – еще один раскол. Эта безумная Тайвань, кольца. Как не сойти с ума? Как объяснить, что ей сейчас просто страшно. Она боится, что это счастье кончится. Боится снова быть преданной. Боится потерять любимых людей, теперь их стало несколько больше…

Олег ничего не сказал, никак не проявил обиду, просто молча вышел из шкафа.

Офис

Тема: «Ёжик – Охотнику»

Ты забыл у меня ключи от машины. До тебя не добраться, загляни ко мне – я верну. Может, пообедаем вместе?

Отправила и принялась терпеливо ждать. Этот рабочий день выдался каким-то странным. Во-первых, она выгуляла очередную свою красивую кофту. Во-вторых, отчет с неё Олег так и не спросил. В-третьих, он просто заперся в кабинете, запретив пускать всех, кроме тех, кому назначено. Она пыталась пройти и хотя бы передать ключ, но секретарша сидел, поджав ушки и упорно отказывалась даже принимать ключи из её рук.

С Ильей переводчица решила не встречаться, пусть один обедает. Ей за одним с ним столом кусок в горло не полезет. Утром в вежливой форме она написала отказ по корпоративной почте, сославшись на занятость. Интересно, это почта барахлит или оба босса игнорируют все её сообщения?

Нет, оказалось, не игнорировали. Первым о себе заявил Шилов.

Тема: «Охотник-Ёжику»

Это твои ключи от твоей машины. Подарок. Спустись на паркинг и нажми кнопку.

Прости, что не вручил лично. Занят.

Тема: «Ты охренел?!»

Шилов, не принимается. Мне не нужна машина. Ключи в моем рабочем столе, верхний ящик. Забери, как освободишься.

Тема: «Возьми машину»

Я не доверяю твоей развалюхе. Будешь ездить на этой машине.

Тема: «Пошел к черту»

!!!!!

Тема: «И я тебя люблю»

!!!!

Вместе с бешено встрепенувшимся сердцем возмутилась и гордость. Что этот гад о себе возомнил? Решил, что она мечтает стать его содержанкой? Что за подарки из серии пошлого «хорошо поработала ртом»? Безумно дорогая поездка на совершеннолетие Юльки – это ладно, попытаться подкупить наивную девушку, прощения попросить и порадовать сына вполне в его стиле. Подобное Ирина могла простить и даже поддержать, если бы заранее предупредил. Но машина? Какая к чертям машина! У неё достаточно денег, чтобы купить себе новую, но этот старый уютненький гетс нес свои воспоминания. Бесценные. Дорогие сердцу.

Когда-то его помог купить отец. Рассказывал, как ухаживать за машиной, объяснял всё нерадивой дочери. Они очень много времени тогда проводили в гараже, изучая агрегат. На ней Ирина училась водить, сначала по полю, а потом по дороге. В городе сразу после обучения было жутко страшно. Машинка так срослась с этими счастливыми воспоминаниями, что сдать её в трейд-ин или забросить в гараже просто не хватало душевных сил. Да, возможно, Ирина излишне сентиментальна. Возможно, наивна в своей любви к бездушному железу канареечного цвета. Но если она решит променять её на другой автомобиль, то выберет его сама и купит на свои честно заработанные деньги.

Подачки от Шилова ей не нужны – это точно! Если он привык так обращаться со своими едва созревшими нимфетками, то пусть к ним и идет со своей благотворительностью. Они только рады будут.

Лирическую переписку с боссом и приступ самоанализа прервал Илья Кожевников собственной персоной. Он, как всегда, расслабленной походкой вошел в кабинет и направился к её столу.

– Ирина, всё-таки я настаиваю. Пора обедать, у меня есть к вам пара дополнительных поручений. Готов совместить приятное с полезным в любом удобном для вас месте.

Хрясь, монитором по башке! Ирина вздрогнула, обгоняя непрошенную фантазию. Ах, а как хотелось! Съездить прямо по темечку предателю, а потом пусть Шилов вытаскивает её из тюрьмы, нанимает дорогого адвоката, раз все равно деньги некуда девать. Вместо машины! Посылать ж прилюдно Илью было нехорошо, хватит ей публичных дрязг с Олегом. К тому же, у неё созрел план…

Двадцать минут спустя. Кафе «Райское искушение». Рядом с офисом J Electronic

Еду по бизнес-ланчу принесли быстро. Они не успели и парой фраз перекинуться, как официант уже расставлял на столе салаты.

– Может, вина? – галантно предложил Илья, рассматривая побитую временем винную карту.

– Нет, спасибо. Я за рулем и у меня еще много работы. При переводе нужно быть очень внимательной, – как могла вежливо отказалась от предложения. «Не пей вина, Гертруда!» – прозвучало в мыслях. Хоть в этом бокале и не будет яда, но попытка ослабить бдительность господину Кожевникову уже засчитана. – О чем вы хотели поговорить? – решила не тянуть время Ирина.

– Вот так сразу? С места в карьер? А светская беседа? – беспечно улыбался учредитель, расстегивая пуговицу на пиджаке. Он картинным жестом откинул назад густую челку и улыбнулся во все тридцать два. Осечка. Мимо. Удар обаянием рикошетом отскочил в проходящую мимо официантку, та налетела на клиента и уронила поднос с чьим-то клюквенным морсом.

Пока девушка в изящном фартуке с логотипом кафе шумно извинялась, Ирина съела несколько листьев салата, пропитанных цитрусовым соусом. Освежающее блюдо в жаркий июньский день. Интриги интригами, а обед по расписанию. Не оставаться же голодной из-за чрезмерно болтливого начальства.

– Ну так что? – напомнила о себе Илье, что увлеченно рассматривал вторые девяносто девушки, собирающей с пола осколки.

– Да, извините, – тут же вернулся к менее привлекательному зрелищу в виде её строгой физиономии в очках. – Я хотел немного поделиться с вами проблемами нашей компании. Возможно, вы что-то посоветуете или согласитесь мне помочь. Зная ваши разногласия с моим партнером, думаю, мы поймем друг друга…

И понеслась. Лучший друг в один момент оказался «консервативным боссом», «тираном», «самодуром», в общем, человеком, который замедляет рост компании, не видит перспектив, запрещает осваивать новое. Так Шилова она и в самые острые моменты гнева не опускала, даже мысленно. «Лайк за честность,» – как сказала бы Юлька. Столько открыто поливать грязью человека, на это тоже нужна смелость. Вот только это единственный «лайк», который заслужит сегодня Кожевников. За всё остальное – расстрел.

– И что вы хотите от меня? Ваша невеста – профессиональный переводчик. Вряд ли вам нужны мои услуги, – улыбнулась женщина.

– Мне нужен человек во главе департамента переводов. Только у вас есть доступы к некоторым документации, только вы можете доводить до сведения Олега и директора Ли нужные мне факты. Только вы можете добывать нужную мне информацию. А взамен я гарантирую вам пост руководителя департамента в моей новой фирме и двадцать процентов со всех контрактов за первые три года, – вопреки желанию на её лице отразилось недоверие. Илья это заметил и поспешил добавить. – Соглашайтесь, вам же не нравится работать с Олегом. Я лучший босс, более сговорчивый.

Пришлось наступить себе на горло, завернуть морским узлом душу и каким-то чудом включить режим Маты Хари. Улыбнулась и согласилась, но чувствовала, что кусок в горло теперь ей точно не полезет. Пришлось все-таки согласиться на повторное предложение выпить вина. За плодотворное сотрудничество!

Знала бы Ирина, что именно в этот момент мимо кафе проходил Охотник без ружья, зато с зорким глазом. Сквозь панорамное стекло, он без труда разглядел дичь, нахмурился, поджал губы и… пошел дальше. Его уже ждали на производстве. Кожевников был, определенно, увлечен его Ежом. Значит, ближайшее время горе-партнера по бизнесу на работе ждать не придется. Вино, хм…

Другое дело, что желваки гуляют, руки судорожно сжимаются в кулаки, которыми очень хочется приложить одного скользкого засранца. Променять друга на амбиции, предать, попытаться подставить. Когда-нибудь он за всё ответит. А Ирина? С ней он поговорит позже. И этот разговор ей вряд ли понравится.

Офис компании Contents K. IT-департамент

Очередная бессонная ночь, невероятно долгие сборы на работу. У Ирины был свой закон, чем хуже настроение, тем лучше она должна выглядеть, чтобы никого не придушить. Тем более, сегодня она должна отдать все документы Шилову, как договаривались. А значит будет встреча, и тут она за себя не ручается. Ежи, говорят, могу быть переносчиками бешенства. Вот, будет ему бешеный еж со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Приехала пораньше, запарковала свою желтенькую машинку на любимом месте, рядом с лифтовым холлом, и направилась в офис. Путь прошел спокойно, на глаза не попался ни маячивший обычно в офисе Кожевников, ни смертник по имени Олег. Когда показывали Кинг Конга, многие соболезновали огромной волосатой обезьяне, переживал, когда в него стреляли безжалостные люди. Так вот, сегодня к волосатой обезьяне у неё не будет ни капли сострадания. Сама пристрелит и глаз не дернется. Красная машинка утром по-прежнему стояла напротив дома, а значит, Шилов не будет слишком спешить на работу. Он утром любит поваляться и продолжить ночные игрища. Это она точно знала. От воспоминаний передернуло.

– Ирина, у вас встреча через час с главным? – Маша подошла и замерла рядом с её рабочим столом.

– Да, а что случилось? – она сделала маленький глоток кофе и вынуждена была снять запотевшие от горячего пара очки. Протерла их маленькой серой тряпочкой.

– У меня вот, – положила на стол бумажку. Очки пришлось надеть, чтобы прочитать отчаянно расплывающиеся перед глазами буквы.

– О, Маша, поздравляю! Взяли, – впервые за утро улыбнулась. Последнюю неделю девушка готовилась к квалификационным экзаменам, чтобы попасть в бесплатную программу по обмену. – Супер! А зачем к Шилову? Давай я подпишу характеристику и всё.

– Они требуют от генерального еще подпись, – улыбнулась счастливица. – Я все приготовила. Вот тут вам надо подписать, вот тут ему. Печать я сама поставлю. Отзыв стандартный, но если вы с чем-то не согласны – исправлю.

Ирина быстро пробежала глазами по характеристике. Ничего нового, она сама такую же в свое время подписывала. Фантазии у этих бюрократов ни на грош, лишь бы была бумажка.

– Нет, у меня никаких нареканий, ты – умница. – быстро поставила подпись. – После обеда заберешь, подсуну генеральному, – назвать его по имени она просто не смогла. Сейчас нужно быть бесстрастной, а ей хочется выплюнуть его имя, как ругательство. Зло и обиженно, желательно, ему в лицо. Кобелина! Ох, возьмет она с собой ножницы. Острые, канцелярские.

Офис J Electronic. Кабинет генерального директора

Ирина вошла внутрь с толстой папкой бумаг. Она собирала их тщательно, структурировала все до последнего дежурного письма. В её руках сейчас был ключ к краху Ильи Кожевникова, увесистый ключ, которым хотелось отчаянно запустить в сидящего за столом Шилова. Вызывал, видите ли! Она поджала губы и изо всех сил швырнула папку на стол. Мужчина едва не подпрыгнул на месте от громкого, неожиданного удара.

– Ира, что случилось? – выражение её лица было таким красноречивым, что даже гений проницательности Олег Шилов догадался. Что-то не так.

– Если ты считаешь, что все нормально, значит, все нормально, – не хотелось ему объяснять очевидные вещи. А что такого? Если у него переизбыток наглости и недостаток совести, пусть наслаждается процессом и голову ломает.

– Я вижу, что ты обижена, – взял папку и открыл. – Объясни, что не так? Тут все документы?

– Документы и переписка, можешь своего любимого Кожевникова хоть прям сейчас на кресте распять и тебя все радостно поддержат. Еще под этим крестом кан-кан станцуют, – ответила только на последний заданный вопрос. Знала. что это выведет его из себя. Так и получилось. Папке сегодня явно не везло. Второй раз за утро её с силой бросили на стол. В этот раз сила была раза в три больше.

– Ира, твою мать, объясни нормально. Что за обиды? Я не умею читать мысли! – рыкнул Олег.

– Учись, – развернулась и выбежала из кабинета, громко хлопнув дверью. Кипящий за ней Шилов не подозревал как близок он был к скоропостижной кончине от рук собственного переводчика.

Пылая праведным гневом, она совсем забыла про бумажку для Маши, которая так и осталась сиротливо лежать на столе Олега под несчастной папкой с компроматом.

Тем же вечером

Сотрудницы отдела переводов мерно стучали клавишами, завершая последние на сегодня тексты. А Ирина кусала губы, размышляя, как вызволить из плена характеристику Маши так, чтобы не встретиться с бабуином, который свои причиндалы в штанах удержать не может. Одно она не учла, что если весь день думать одну и ту же мысль, она имеет свойство материализоваться.

Материализоваться в лице Олега Шилова собственной персоной на пороге кабинета за полчаса до конца рабочего дня. Стук клавиш затих. Если Кожевников вечно носился по офису, то Шилов исключительно вызывал к себе в кабинет. Создавал образ большого босса и у него это прекрасно получалось, сотрудники относились к генеральному с молчаливым трепетом. Сейчас же он стоял здесь и удивлял сотрудниц.

– Да? – она сжала зубы, чтобы не ляпнуть какую-нибудь грубость. Только не перед подчиненными.

– Ирина, вы забыли у меня на столе характеристику. Я всё подписал, – подошел к столу и положил на него злосчастную бумажку. Женщину передернуло от одного взгляда на его руки. Те, что ласкали её столько раз, а вчера ночью… кого-то другого. Отвратительно. Омерзительно. Гадко. – Можно вас на пару слов в мой кабинет?

– Нет, – сорвалось с губ раньше, чем она поняла свою ошибку. Взгляд мужчины был обманчиво спокойным. Каким-то шестым чувством Ирина поняла, он в одном шаге от своего любимого действия – схватить и утащить. Но менять решение было поздно.

– Две минуты. Собирайте вещи и жду вас в коридоре. Это срочно! – больше просьб не было. Развернулся и вышел, хлопнув дверью.

На неё тут же устремились взгляды трех пар удивленных глаз.

– Босс не в духе, – пожала плечами Ирина, закидывая телефон в сумку. По пути к двери положила листок с подписями перед удивленной Машей. – Если завтра не вернусь на работу, значит, генеральный оторвал мне голову.

Взгляды сменились на сочувствующие. Это её совершенно устроило.

Лифт

Ирину галантно пропустили в открывшиеся двери лифта. Где-то она это уже видела? Ах да, двери отеля, за несколько минут до…

Один на один в замкнутом пространстве. Ирина разгадала план слишком поздно. Олег оттеснил её от выхода и остановил лифт между этажами. С тихим скрежетом железная кабина замерла на месте.

– Не выйдешь отсюда, пока не скажешь, что случилось, – заявил мужчина, преграждая путь к кнопкам. – Я не собираюсь играть с тобой в «Угадай маразм». Ни с трех, ни с пяти нот я его не разгадаю. Говори прямо, что случилось за эту неделю, из-за чего ты волком на меня смотришь?

– А как я должна на тебя смотреть? Ты не звонишь, не пишешь, мои звонки игнорируешь. А потом у тебя ночует Алла! – выплевывала каждое слово, как ругательство.

Ах, как хорошо не держать все это больше внутри, а выплеснуть наружу. Пусть сам разбирается во всей этой дряни, с неё достаточно. Поиграла в любовь, поверила, в очередной раз об неё вытерли ноги. Не привыкать. Встанет, отряхнется и дальше пойдет с высоко поднятой головой.

Олег, кажется, был в легком недоумении.

– Ты за моим домом наблюдаешь, что ли? – нахмурился. Явно не ожидал такой осведомленности.

– Шилов, я живу напротив. Подошла к окну, выглянула в сад, а там Алла на своей красной машинюке подъезжает. Меня это, знаешь ли, заинтересовало. Потому что я верила до последнего – у нас все серьезно. Думала, через пять минут она вылетит из твоего дома, как пробка из бутылки. А вместо этого… – всё, заплакала. Дышать стало труднее, глаза наполнились слезами от одного воспоминания. Что она почувствовала в этот момент? Боль. Разочарование. Обиду. Всё это вышло наружу вслед за тирадой слов, вместе с потоком слез.

Её как всегда, особо не спрашивали. Олег сграбастал отчаянно ревущую женщину в охапку и с силой прижал к груди, не беспокоясь о сохранности очков. Оправа опасно скрипнула, но, кажется, выдержала.

– У нас всё серьезно, более чем серьезно, – произнес он, когда Ира перестала отчаянно сопротивляться объятиям и просто размазывала слезы вместе с текущей по щекам тушью по его пиджаку. – Я позвонил Алле, чтобы закончить наши отношения. В итоге она приперлась, злая, как сто чертей, устроила мне истерику. Орала что-то про вселенскую любовь, а потом схватила нож и попыталась вскрыть себе вены. Разумеется, безуспешно. Я не мог отпустить девушку домой в таком состоянии, запер в гостевой спальне. Утром руководитель службы безопасности отвез её домой. Ничего не было, совсем ничего.

– Правда? – сейчас, выплакав накопившееся напряжение, Ирина искренне хотела ему верить. Всё внутри кричало: «Поверь ему и все будет в порядке». Но маленький колокольчик сомнения продолжал звенеть где-то на заднем плане.

– Правда. Можешь спросить у Сергея Михайловича, он все тебе расскажет, – он сделала маленький шаг назад и, поймав её подбородок пальцами, заставил поднять вверх заплаканное лицо.

– Куда ты пропал? Почему не встречался со мной? – все оставшиеся сомнения она вложила в эти вопросы.

– Боялся, что Илья нас увидит и что-нибудь заподозрит. До сегодняшнего дня ты должна была быть на его стороне. Теперь всё. Директор Ли прижал Майкла. А я запустил программу «уничтожение Кожевникова». Твоя работа мне очень помогла. Ты умница, – мягко коснулся её горьковатых, мокрых от слез губ. – Мой Ёжик самый лучший на свете! – еще несколько раз поцеловал, успокаивающе и мягко. К последнему касанию, Ирина уже чуть-чуть улыбалась, приходила в себя. Верила.

– Едем домой? Спрячу тебя у себя дома и не выпущу до утра. И на работу завтра не пойдем, я тебя отстраняю. Будешь моим личным переводчиком на весь день, – изложил краткий план по захвату Ежей неугомонный Охотник.

– И что же я буду переводить? – улыбнулась и, наконец-то, прижалась к нему без опаски. Зловредный колокольчик, кажется, угомонился.

– Свои мысли, а то я в них нихрена не понимаю, – еще раз поцеловал и все-таки нажал заветную кнопку. Лифт медленно поехал на подземную парковку. Удивительно, но их уединение так никто и не потревожил. Видимо, все активно дорабатывали последние заветные рабочие часы.

Умеет Шилов все испортить. Вот, казалось бы, только помирились, ехать бы домой и наслаждаться друг другом. Так нет, нужно было завести песню про неисправную машину, насильно вложить ключи в руку и прочитать лекцию о безопасности вождения. Ирина снова вскипела, села в свой гетс и громко хлопнула на прощанье дверцей. Резко повернула ключ, двигатель взревел. Ладно-ладно, в лучшем случае зашуршал, реветь могла другая, более мощная машина.

– Ира! Какого черта ты опять творишь?! – он подбежал к машине и оперся руками на край крыши. Женщина открыла окно и швырнула в него ключами со зловредным брелком тойоты.

– Я не предам свою машину! Мне не нужна новая! И от тебя ничего не нужно, ни подарков, ни финансовых вложений в мою жизнь. Я не банк, Шилов, и не бизнес. Мне не нужны инвестиции. Мне ты нужен, понимаешь? – с горечью в голосе бросила последнюю фразу и закрыла окно. Взвизгнули шины и маленькая желтая машинка сорвалась с места, оставляя позади растерянного орангутанга.

Погода тем временем испортилась. Небо закрыли плотные тяжелые облака и начался дождь, самый настоящий летний ливень. Но даже через плотную пелену Ирина смогла разглядеть знакомый черный внедорожник. Он догнал её на выезде из города. Машин на трассе почти не было, женщина воспользовалась этим и вдавила педаль газа. Желтой молнией гетс несся сквозь дождь.

Олег ехал следом и клял себя на чем свет стоит, додумался же. Надо было подождать, постепенно донести, а он опять с места в карьер. Ну нельзя доверять этой машине, даже звук её мотора говорил о том, что старушка добегалась. Ей только по деревне со скоростью двадцать километров в час ездить, и то бы не рискнул.

Хотел как лучше, а получилось так, что теперь несется Ирина сквозь дождь на разваливающемся на ходу тарантасе. Стоило подумать об этом, как хорошо заметная желтая машинка странно вильнула и будто в замедленной съемке слетела с дороги в кювет.

Сердце замерло и пропустило несколько ударов. Мужчина ударил по тормозам и резко сошел на обочину, едва сам не потерял управление. Поднял вверх волну грязи, но все-таки остановился. Забыв включить аварийки, он метнулся под дождь…

Нестройной азбукой морзе сердце отбивало только одно имя: «Ира».

Где-то между городом и коттеджным поселком

Съехал вниз по скользкой грязи, большую часть пути проделал на пятой точке. Но было уже все равно. Всё равно, что колючки кустарника цепляются к дорогому костюму, ботинки проваливаются в размытую дождем почву и уже промокли насквозь. Он подбежал с замер.

– Везучий мой Ёжик, – шумно выдохнул и бросился к машине, что так удачно пролетела ровно между двумя деревьями, и встряла в грязь. Миллиметр вправо, миллиметр влево – Ирину пришлось бы доставать при помощи МЧС и, возможно, по частям. Сейчас же бампер только слегка помялся. Больше пострадал какой-то непонятный куст, что теперь под неестественным углом торчал из земли, обломки веточек валялись вокруг.

Олег остановился у машины, изо всех сил дернул водительскую дверь. Крепление предательски скрипнуло, но не сломалось. А крепкий все-таки корейский броневичок! Дверь открылась без проблем, ей было глубоко наплевать на истерику какого-то там мужика. Плевать на то, что её хозяйка чуть не погибла. Железка, что с неё взять?

А вот Ирина железкой не была. Она сидела на месте, растерянно хлопала глазами и не двигалась. Кажется, вообще его не видела.

– Ира! – гаркнул во всё горло, чтобы хоть как-то привлечь к себе внимание. Не получилось. Хотелось встряхнуть её изо всех сил, вытащить из машины, прижать к себе и никогда не отпускать. Спрятать Ёжика в своих руках и обнять, несмотря на колючки. Но он хорошо помнил главное правило после аварии – не трогать пострадавшего. Удар в любом случае был, ремень безопасности Ирина, слава богу, пристегнула, но он мог повредить плечо или спину. Любое движение может усугубить невидимую травму. Навредить своему Ёжику еще больше он не хотел.

– Я люблю тебя, – он не сразу расслышал тихий голос за интенсивно барабанящими по автомобилю каплями дождя и гулом пролетающих машин. Все звуки вернулись внезапно вместе с её голосом, будто кто-то выкрутил у телевизора звук на максимум. – Я люблю тебя, Шилов, – повторила громче.

Её глаза по-прежнему смотрели в одну точку перед собой. Это был шок, определенно. Теперь в таком же состоянии пребывал и Олег. Ирина раз за разом повторяла одну и ту же фразу, пока он не пришел в себя, заглянул внутрь салона и вытер ладонью её слезы, что уже пару минут катились по лицу. Ну лбу женщины красовался внушительных размеров синяк – нужно было ехать в больницу.

– Ира, успокойся. Все будет хорошо, все будет хорошо, – успокаивал он её или, на самом деле, себя? Кто его знает? Видимо, обоих сразу. – У тебя что-то болит? Спина? Шея? Попробуй пошевелиться.

Она не ответила, но просьбу выполнила. Покачала головой, двинула плечами, наклонилась из сторону. Поморщилась от боли.

– Плечо болит, – потерла его рукой. Ремень безопасности слишком сильно в него врезался. – И такое чувство, что меня кто-то перетряхнул, как баночку с драже и все органы перемешались. Внутри ноет.

– Ну ничего, это не страшно, – наклонился, отстегнул ремень безопасности и аккуратно взял женщину на руки. Теперь можно. Раз шевелится, значит, за позвоночник и шею можно не переживать.

Боль в плече перестала иметь значение, когда Ира обняла широкую шею, прижалась к щекой к мокрому пиджаку и заплакала. Слезы смешались с каплями дождя. Кусая его за лацкан, чтобы не разрыдаться в голос, Ирина еще раз переживала то, что случилось в момент аварии. За эти несколько секунд полета в кювет перед глазами пронеслось всё. Нет, не вся жизнь, как обещают в фантастических фильма. А всё, чего она не сделала. Всё. что она может сейчас потерять навсегда. Юлька. Потенциальные внуки. Мечты о домике у моря. Свадьба учителя Вана, он же будет ждать. Олег. На самом деле, мысль о нем пришла раньше, сразу после дочери.

Если её она успела хотя бы поцеловать на прощанье, то с Олегом в очередной раз поругалась. Неужели такой будет их последняя встреча? Наполненной раздражением, обидой, злостью. От одной мысли сердце сжалось, а от мысли, что она потеряет его навсегда – разорвалось на мелкие кусочки.

Сейчас, обнимая своего Охотника, втягивая носом запах не такого уж и тяжелого парфюма, смешавшийся с потом и дождем, слушая глубокое сбивчивое дыхание, чувствуя, как её бережно несут прочь от машины, Ирина могла повторять только одно предложение. Я люблю тебя. Пусть еще сто раз его услышит. Ей больше не будет больно и страшно из-за того, что не успела сказать. Можно с чистой совестью снова лететь в кювет.

Она дрожала в его руках, как осиновый лист. Думалось лишь об одном: «Быстрее добежать до машины, завернуть в плед и отвезти в больницу». Аккуратно усадил на сиденье промокшую насквозь женщину, то, что сам больше похож на искупавшегося в грязевом водопаде, он не думал, даже холода не чувствовал.

– Едем в боль… – сделать безапелляционное заявление ему не дали. Контраргумент был слишком весомым, сладким и безумно нежным.

Коттеджный поселок «Звездный». д. 13 Три часа спустя

– Лежи, – её мягко опустили на огромный диван в просторной гостиной. Дом Олега был в два раза больше, чем её, и комнаты, соответственно, тоже отличались выдающимися размерами. Он не стал мучится и снес на гостевом этаже все стены, которые можно было снести. А где нельзя сделал поддерживающие колонны. Много пространства, мало мебели. Это для Ирины диван был велик, а в комнате он казался маленькой точкой.

– Мне надо домой, – легла головой на подлокотник и внимательно посмотрела. Уходить не хотелось вообще никогда. И дом к этому не имел никакого отношения, а вот его хозяин – да. – Юлька будет переживать, – голова гудела и кружилась. Легкий шум в ушах мешал сосредоточиться. Слава богу, обошлось легким сотрясением мозга. Диагностика заняла больше времени, чем непосредственно лечение.

– Я сказал, что ты со мной. Не тошнит? – он пододвинул столик из гладкого темного дерева поближе к дивану и поставил на него стакан воды. – Пойду переоденусь.

Пока её осматривали в больнице, Олег сбегал в ближайший магазин за сухой одеждой, но догадался всё купить только для неё. Сам так и ходил в мокром офисном костюме. Ирина же разжилась красными спортивными брюками и футболкой на размер больше.

Кажется, до самого Олега только сейчас дошло, что нужно переодеться. Ирина начала понимать, как глубоко он переживает случившееся, сильно нервничает. Все это время мужчина казался пугающе спокойным, но только казался. Истина крылась в деталях.

Ира же всю дорогу переживала, не заболеет ли её Охотник. Пусть это и казалось невозможным. Она не могла представить себе Олега чихающим, стонущим от температуры на диване и бледным от слабости. Да, в Тайвани его свалил гастрит, но это совсем другая история. Даже тогда он был полон сил и язвительности. Сейчас же от предложения заехать в магазин и купить сухую одежду просто отмахнулся.

Когда висишь на плече у вконец обнаглевшего мужика, который с упорством питекантропа тащит тебя сначала по коридорам бизнес-центра, затем через сквер и заканчивает свой маршрут в торговом центре на другой стороне улицы, тебе остается только наблюдать за удивленными взглядами. И, самое важное, запиши-запомни. Упорно делать вид, что так и должно быть.

Пока Ирина пыталась внушить себе эту мысль и не прибить Шилова, её внесли не куда-нибудь, а в свадебный салон и, как мешок с картошкой, бросили на мягкий диванчик.

– Упакуйте мне невесту, пожалуйста, – громогласно возвестил Олег, когда к нему подскочила щупленькая продавщица. Её губы чуть подрагивали, она явно сдерживала смех.

– Да, конечно, – тут же засуетилась и приняла из рук мужчин пластиковую карту.

– Вернусь через полчаса. Тоже приоденусь, – поправил сбившийся пиджак и с самым довольным видом покинул обитель белых платьев, стразиков и другой свадебной мишуры.

В салоне повисло молчание. Ирина понятия не имела, что надо делать и как ведут себя нормальные люди в свадебных салонах. Продавщица, похоже, все еще была в легком шоке. Постепенно до всех участниц немой предсвадебной сцены начала доходить абсурдность момента и в комнате зазвенел смех.

– Да, такого в моей практике еще не было, – заключила продавщица, отсмеявшись.

– В моей тоже, – хихикнула Ирина, приходя в себя.

– Идемте, я покажу вам платья…

Следующие полчаса Ирину пытали: затягивали, засовывали и потом с трудом доставали из того, куда засунули. В общем, если бы в период инквизиции существовали свадебные салоны, пыточные камеры бы не понадобились. Когда женщина всерьез разозлилась, высвобождаясь из тугого, ненужного ей корсета и множества юбок, был найден нужный вариант.

Строгий силуэт атласного платья-футляра подчеркивал достоинства фигуры, а квадратный вырез и плотная ткань помогли сделать яркий акцент на груди. Соблазнительно получилось. Село идеально, Ирина сама засмотрелась и ехидно про себя заметила, что платье плотно прилегает к телу, молния длинная – Шилову придется постараться, чтобы её оттуда достать. А то, что он будет пытаться – это факт. Такой соблазнительный вырез, без сомнения, захватит его взгляд.

И, что самое главное, его цена не кусалась, по сравнению с остальными. Обошлось без кристаллов сваровски, бриллиантовой крошки, кружева и всего остального. Ирина решила приберечь это для дочери, Юлька точно выберет что-то в таком духе на свою свадьбу.

Олег вошел в салон, когда Ирина уже подтвердила свой выбор, а продавщица красивым жестом провела картой по аппарату.

– Это что? – новоявленная невеста в красивом платье уставилась на новоявленного жениха в драных джинсах и черной футболке с надписью Game Over.

– Я всегда мечтал жениться в джинсах и футболке, ты, как девочка, явно хотела платье, – невозмутимо пожал плечами. Ирина так и села. Этот несносный орангутанг поставил диагноз, назначил лечение и все это без её согласия. А в глаз?

– Ты умом тронулся, Шилов? – спустилась с постамента, на который её затащила продавщица, чтобы удобнее было мерять платья, и подошла к сияющему, как начищенный пятак мужчине.

– Нет, я просто счастлив, – и пискнуть не успела, как тут же снова оказалась на плече. Сопротивляться в этом платье было неудобно, да и жалко – порвется. Олег забрал другой рукой вещи, что продавщица быстро собрала в пакет, и понес Ирину дальше.

Стараясь на свернуть шею пока еще не мужу, женщина успокаивалась, вспоминая свой разговор с девушкой несколько минут назад.

– Извините, можно спросить? – вкрадчиво поинтересовалась продавщица, застегивая пуговки на платье.

– Что именно? – удивилась Ирина, но была в таком хорошем расположении духа, что могла простить сейчас многие вольности.

– Вы за него точно по своей воле идете? По любви? – настороженно. Видимо, появление, действительно, оказалось эффектным.

– Если б не любила – прибила бы к черту за такое! – улыбнулась она, поправляя растрепанную челку.

ЗАГС встретил их прохладными коридорами, веселым директором, что уже заготовил поднос с коньяком и тремя стопками. Даже традиционную тетку с воланами никто не позвал.

– Является ли Ваше желание свободным, искренним и взаимным, с открытым ли сердцем, по собственному ли желанию и доброй воле вы заключаете брак? – хитро улыбаясь, произнес щуплый лысеющий мужчина с хитрым еврейским прищуром. Да и фамилия на двери была из серии «Изя Шниперсон». – Прошу ответить вас, жених.

– Да, – кивнул Шилов.

– Прошу ответить вас, невеста.

Вот в этот момент ей реально захотелось сделать ноги из этого дурдома или громко крикнуть «Нет!» и выпрыгнуть из окна. Но рука Олега в одно мгновение стала такой напряженной, Ирине даже показалось, что он перестал дышать, ожидая её ответ. Сказать «нет» или съязвить просто не повернулся язык. А горячий поцелуй после компенсировал все страхи.

Два месяца спустя. Тайвань

Ирина наблюдала за первым танцем молодых, сжимая крепче руку мужа. Вопреки опасениям, они полетели на свадьбу учителя Вана, чем несказанно обрадовали и жениха, и директора Ли, и невесту, которая, как оказалось, столько слышала об Ирине, что ей нетерпелось познакомиться. Последней же оставалось надеяться, что про кучу предложений руки и сердца девушка ничего не знала. Молодая, невысокая китаянка с богатыми черными волосами. Именно они, длинные прямые лоснящиеся впечатлили Ирину больше всего. Классическая азиатская красота в чистом виде.

Она поприветствовала их по-китайски и по-русски. Чему несказанно были рады Олег, Юлька и Ромка. Лететь решили всей семьей.

– Так вот ты какая, Юля. Много о тебе слышал, – Ван-лаоши подошел к их столу вместе с женой, когда официальная часть мероприятия закончилась и все превратилось в некое подобие вечеринки.

– Здравствуйте, – девушка засмущалась. Мама ей про этого человека наоборот рассказывала пугающе мало. – Очень приятно.

– Учитель, не смущайте её. Она и так у нас еле ходит, никак токсикоз не отпустит. Не в меня пошла, – произнесла цветущая Ирина, чего от неё с поздней беременностью точно никто не ожидал.

– Ничего, зато какое счастье – столько детей! – восхитилась невеста.

– Догоняйте, – пробасил Олег, как всегда в своем стиле. Учитель Ван автоматом перевел его шуточку жене, та мгновенно смутилась. Ирина больно ткнула мужа рукой под ребра.

– Вот ни капли такта!

Все рассмеялись, не замечая пристального взгляда одного из гостей. Майк не сводил глаз с дочери, которой никогда не знал: такая взрослая, такая красивая и счастливая. Правда, слегка бледновата, как будто съела на ужин что-то не слишком удачное. Отчаянно захотелось подойти и познакомиться, но рядом была жена, куча деловых партнеров и все атрибуты успешной жизни, к которой он так стремился. Случайно пойманный взгляд Ирины отбил остатки желания наладить контакт. Да разумом Михаил понимал – нельзя, чтобы его видели рядом с Юлькой. Все станет слишком очевидно.

Тайвань. Ночь после свадьбы

– Шилов, ты виагры объелся? – она вытянулась на кровати, болело, кажется, все тело. Отвыкла Ира от таких забегов на длинные дистанции, а ему хоть бы что. – В твоем возрасте так и до инфаркта недалеко!

– Я скорее не доел, – усмехнулся Олег, – тебя. Но идея сдохнуть от оргазма мне нравится, попробуем воплотить?

– Неет, Олег, пожалуйста, – буквально взмолилась о пощаде. Кто бы мог подумать, что можно затрахаться в прямом смысле этого слова? Но в руках этого чокнутого бабуина в период повышенной чувствительности всё возможно. Зря – зря им доктор сказал, что секс в их случае даже полезен. Олег следил за исполнением этого предписания с особым рвением.

– Ёжик капитулирует? – рассмеялся он, вытирая тыльной стороной ладони пот с её лба.

Они расположились в том же номере, где жили целую вечность назад. Только на этот раз сразу заселились в одну спальню. Другую же Ирина активно использовала, как зону для обид и угроз. «Уйду в другую спальню, Шилов!» – заявляла она, когда кое-кто окончательно ей надоедал, играл роль занудного опекуна или, еще хуже, пытался изобразить властного тирана. Угроза действовала на раз, на два, а на три её просто закидывали на плечо и несли, куда сказано.

Сейчас же Охотник явно соскучился и решил компенсировать ей отсутствие внимания на Родине. Трудоголик-бабуин в последнее время ушел в работу по уши: суды, совещания, увольнения. С уходом Ильи работы прибавилось, пришлось вникать. Ирина это понимала и ждала, ровно до того момента, пока он не отказался лететь на свадьбу. Проблему решили просто: легкий скандал, бурное примирение и на следующее утро законченный трудоголик Олег Михайлович Шилов вместе с чемоданами тащился на регистрацию. Безропотно и даже счастливо.

– Да, сдаюсь, – подняла руки и улыбнулась распухшими, искусанными губами. – Пойду спать в гостиную. Здесь кровать грязная, – показала язык.

– Ещё раз так сделаешь, и я все-таки рискну тебя добить, – глубокий, проникающий под кожу взгляд потемневших от возбуждения глаз говорил, что он не врет. Рассмеялась и показала язык еще раз. – Я предупреждал…