«А потом я приеду к любимой учительнице Маржан-апай и женюсь на ней». Последние слова зачеркнуты. Заменены на похабные глаголы. Которые обычно не произносят в приличном обществе.

Прочитав последнюю фразу, директор отодвинул листок с сочинением и посмотрел на педагога, Маржан Жумабаеву. Мысленно согласился с автором сочинения. Преподавательница, брюнетка двадцати пяти лет, обычно одетая в деловые костюмы с глубокими вырезами на груди, настраивала мужчин на фривольные мысли.

– Вы прочитали? – апай возмущенно бросила авторучку на стол – Жаль, что казахстанской системой образования не предусмотрен такой вид наказания, как заливка расплавленного свинца в глотку. Я бы с удовольствием применила подобную кару к этому паршивцу Бекетову Арману.

Директор откинулся на спинку кресла и со скрипом крутанулся вокруг оси. Это был любимый способ главы учреждения для подстегивания мыслительного процесса.

– Бекетов, Бекетов… – пробормотал директор, закончив вращение – У него ведь почти нет замечаний по дисциплине, не так ли?

– Да, обычно это тихий и послушный мальчик. Не шумит и не кричит, в отличие, например, от Мухамедиярова. Немного рассеянный. И я не представляю, как он мог написать подобное!

– Уважаемая Маржан – директор глянул еще раз на сочинение – Как вы поступили с учеником? Надеюсь, его горло не сильно пострадало от свинца?

– Я вызвала его мать в школу. Она должна приехать к двум часам. Я собиралась указать ей на недопустимость подобных шалостей в стенах нашего заведения…

Но директор покачал головой.

– Думаю, вам лучше извиниться перед ней за причиненные неудобства. И отпустите мальчика домой.

– Это почему же? – оскорблено спросила Маржан-апай.

– Ну как же. В своем праведном гневе вы не заметили, что новая надпись, сделанная рядом с перечеркнутыми словами, по цвету и стилистике немного отличается от основного текста. Это написал не Арман. Кто–то подшутил над ним и вами. Зачеркнул конец предложения и дописал эту мерзость.

– Вы шутите?! – учительница схватила листок, внимательно рассмотрела – Действительно, другие буквы… Как же так? Получается, я несправедливо обругала Арманчика!

– Получается так. Я и не такие махинации видел.

– Да и не мог Арман написать такое. Это не в его духе – растерянно заметила преподавательница – Это Мухамедияров, наверное, сделал. Вечно он задирает бедного мальчика!

– Вот именно.

– Поторопилась я с обвинениями…

– Да, следовало копнуть поглубже. Впредь будьте аккуратнее. На этом, думаю, инцидент исчерпан? Я дарую Бекетову амнистию.

– Конечно. Я сейчас же извинюсь перед ним и его матерью. Только как быть с тем, кто это сделал? Истинный виновник избежит наказания?

Директор пожал плечами.

– Здесь я предоставляю вам полную свободу действий. Можете обратиться в полицию, чтобы пролить свет на загадку. Или сами допросите учеников с пристрастием. У вас, как я вижу, есть к этому некоторые склонности. Знаете, особенно эффективно введение эфира под кожу.

Учительница еле заметно улыбнулась.

– Хорошо! Обычно я предпочитаю сажать задницей на муравейник, но на сей раз попробую ваш метод. Простите, что отняла ваше время.

Встала, направилась к выходу.

– Только смотрите, чтобы не оставалось следов от пыток – крикнул вслед директор.

Дверь захлопнулась за учительницей. Директор хотел было подготовиться к выступлению перед маслихатом по образованию, но заметил листок с сочинением. Преподавательница забыла сей трактат у руководства.

Он придвинул произведение к себе и прочитал еще раз. Более старательно.

Сочинение называлось «Мои долгосрочные планы на будущее». Обычное рутинное задание для школьников. Арман Бекетов, тихий чертенок с ясным взглядом серо–зеленых глаз, спрятанных за очками, выполнил поручение своеобразно.

К долгосрочной цели мальчик собирался дойти окольными путями, постепенно поднимаясь по лестнице достижений: «Первоначально следует выполнить следующие обязательные пункты:

1) окончить школу,

2) поступить в колледж и успешно окончить его,

3) получить ученую степень в сфере ракетостроения,

4) устроиться на работу в Космическое агентство Казахстана.

И потом, через пять лет службы, внедриться в программу подготовки космонавтов и попасть в список претендентов для новой высадки человека на Луне».

Интересный список достижений. Наверное, такие программы в последний раз составлялись школьниками еще в шестидесятые–семидесятые годы XX века. Потом как-то вышли из моды.

– Чего это тебя потянуло вдруг к ракетам, мальчик? – пробормотал директор. Продолжил читать, по привычке вороша редкие волосы на макушке.

Юный мечтатель тут же ответил откровенной историей:

«Я решил, что полечу на Луну после того, как мы с родителями ездили на экскурсию в музей космонавтики. Когда мы стояли рядом с экспонатами, добытыми миссиями Аполлон, я сумел дотронуться до лунного грунта! Взрослые отошли разглядывать ракету–носитель «Сатурн–5», а я просунул руку под стекло, схватил горсть лунной почвы и засунул в пакет для еды. Специально взял сбоку, чтобы не было заметно».

– Господи, Арман, мало того, что вы бабник, вдобавок вы еще и воришка – заметил директор, переворачивая страницу.

Дальше пацан откровенничал о том, какой, оказывается, сыпучий и твердый лунный песок. И заканчивал сочинение самоуверенной декларацией:

«Я буду первым в XXI веке человеком, который высадится на Луне и колонизирует ее». В самом конце трактата следовала знакомая приписка с брачными планами по отношению к Маржан апай, беспощадно исковерканная таинственными недоброжелателями Армана.

А еще к проекту была добавлена иллюстрация, разукрашенная фломастерами. Мальчик в очках и скафандре передвигается по Луне, а далеко на Земле ему приветливо машут взрослые люди, очевидно, мама и папа. Вокруг мерцают звезды, пролетает комета, а на орбите зависла ракета.

Глава школы отодвинул листок, недоуменно приподняв брови:

– Глазам своим не верю, наконец–то попалось сочинение, в котором школьник хочет быть космонавтом, а не банкиром!

В этот самый момент Маржан апай сидела перед своим будущим мужем.

– Таким образом, выяснилось, что ты действительно не повинен в этой отвратительной записи – сообщила учительница Арману.

Преподавательница и ученик находились в учебном классе. Занятия закончились, остальные школьники уже разошлись по домам.

– Прошу извинить за мои подозрения – продолжала наставница – Я должна была сразу догадаться, что ты не мог написать такую мерзость.

Арман, полный лохматый подросток с внимательными глазами, увеличенными толстыми линзами очков, покачал головой.

– Маржан апай, вам не за что передо мной извиняться. Это и вправду написал я. Просто эта версия сочинения не предназначалась для чужих глаз. Я подготовил для школы другой опус, но перепутал. Так что, это все-таки я должен просить у вас прощения.

Черные глаза с длинными ресницами полыхнули яростным огнем.

– Ах ты, маленький червяк! Да как ты посмел написать эту пошлятину!

Мальчик опустил голову, вывел указательным пальцем кругляшок на парте.

– Вы очень красивая, Маржан апай. Я как увидел вас, сразу полюбил.

Учительница соскочила со стула, указала на выход.

– Сначала подтяни свои оценки по математике и казахскому языку, несчастный Ромео! Вон отсюда. Я хочу видеть твоих родителей! Немедленно!

Арман поднялся, удрученно накинул рюкзак на плечо и пошел к двери.

Педагог следила за ним взглядом. А когда несостоявшийся любовник коснулся ручки двери, добавила:

– Вот когда попадешь на Луну, тогда и поговорим, понял?!

Юнец обернулся, сияя улыбкой. Кивнул и выскочил из аудитории.

Когда дверь захлопнулась, Маржан от души расхохоталась.

Поздним апрельским утром 2025 года Арман выбежал из автобуса и поспешно нырнул в двенадцатиэтажное здание на проспекте Абая.

Подбежал к ресепшн на входе.

– Простите, уважаемые, как мне попасть в офис «Ин Джи Фармасьютикалз»?

Миловидная девушка ответила, не поднимая глаз от Зд-монитора:

– Седьмой этаж, пожалуйста – и поправила прическу.

Арман помчался к лифту, огибая других служащих, бредущих на работу. Свирепо ворвался в кабину подъемника, как дикий варвар, штурмующий вражеские ворота.

Мило улыбнулся стоящим вокруг счастливчикам, тоже сумевшим попасть в чертоги фуникулерного рая.

Лифт тронулся вверх.

Арман глянул на часы, пробормотал:

– Полный раздрай! – и прикрыл глаза, борясь с приступом клаустрофобии.

На седьмом этаже вывалился из клети, поспешил к кабинетам «Ин Джи Фармасьютикалз». По дороге чуть не сбил с ног девушку с огромной пачкой бумаг. Заизвинялся, мучительно покраснел, помог собрать рассыпавшиеся листы.

Словом, когда торопыга стремительно вошел в кабинет hr-менеджера компании Софии Оспановой, часы показывали пятнадцать минут девятого.

– Бекетов Арман, полагаю – ледяным тоном заметила София – Мы понимаем, что вы чрезвычайно важная персона, но всему есть предел. Вы опоздали на четверть часа! Даже английский король не позволяет…

– Дико извиняюсь – Арман преклонил голову, отдавая себя на растерзание – В Алматы просто невообразимые «пробки». Я видел две аварии с участием беспилотных машин.

– Видимо, вы были участником обеих аварий? – снисходительно спросила кадровик – Могли бы не приходить. Господин Воронов уже уехал играть в гольф. Он весьма нетерпим к опозданиям.

– Послушайте, это вопрос жизни и смерти – взмолился посетитель – Я проехал пятьсот километров, чтобы попасть на собеседование. До этого я успешно сдал письменное тестирование и дважды беседовал с вашими представителями по сети. Они рекомендовали меня на должность. Может быть, Воронов сделает крошечное исключение?

Что–то в его жаркой речи растопило холод внутри сотрудницы. София вздохнула и набрала на пульте комбинацию цифр.

– Слушаю – ответил бодрый мужской голос.

– Виктор Иванович – заворковала Оспанова – Подошел кандидат на должность старшего менеджера по продажам. Он опоздал из-за интенсивного трафика. Может быть, примете его?

Видимо, сегодня Воронов встал с правой ноги, поскольку он благосклонно ответил:

– Хорошо. Пусть едет на поле для гольфа. Тут и побеседуем. Дайте ему адрес.

София продиктовала адрес гольф-клуба. Арман горячо поблагодарил и выскользнул из офиса.

Через двадцать минут он добрался на до пункта назначения, взял электрокар и вскоре ежился под пронзительным взором Воронова, начальника отдела продаж корпорации.

– Составите мне компанию, Арман? Доводилось держать клюшку?

Кандидат слабо улыбнулся.

– Никогда не играл, к сожалению.

Поле было засажено идеальным зеленым газоном. Поодаль стояли другие игроки, водили опущенными вниз клюшками и готовились бить по мячику.

Ярко светило солнце, в ветвях деревьев чирикали воробьи.

Начальник отдела закинул клюшку на плечо, прижав к голубой рубашке. Серый пиджак и тонкий галстук валялись рядом на газоне.

– И все-таки попробуйте. Это штраф за ваше опоздание – велел потенциальный работодатель.

Арман выбрал клюшку, подошел к мячику и быстрым ударом отправил в воздух.

– Неплохо – оценил Воронов – Я считаю, что итоговое собеседование всегда надо проводить на спортивной площадке. Не важно какой, гольф или баскетбол. Манера игры говорит о многом, не правда ли?

И тоже легонько стукнул по мячику.

– Отличная идея. Так действительно можно хорошо узнать человека – Арман промахнулся, а потом ударил слишком сильно. Мяч улетел далеко в сторону.

Топ менеджер фармацевтического гиганта снова тщательно прицелился и потихоньку задел мячик. Сжал руку в кулак и потряс в воздухе, сетуя на неудачный ход.

– Разрешите задать вам несколько вопросов, Арман. Вы родились в Жамбылской области, где именно, если не секрет?

– Городок Акжар.

– Никогда не слышал. А учились в Алматы?

– Да, технологический колледж. Проектирование летательных аппаратов. Тогда был бум БПЛА, если помните.

– Было такое… Все, кому не лень, возились с беспилотниками. Чертовы бездельники – главный продавец компании раздраженно поднял клюшку после плохого удара – Один из таких идиотов соорудил штуковину, которая упала мне на голову и повредила волосяной покров. С тех пор у меня перестали расти волосы.

И хлопнул себя по лысой макушке.

Арман как раз собирался рассказать о двенадцати моделях беспилотников, разработанных им, но решил промолчать.

– Да, кстати! – присвистнул Воронов – Арман, вы мировой чемпион по банкротству! Сколько раз вы пробовали открыть бизнес? Я сбился со счета, читая ваш послужной список.

– Где–то чуть больше десяти попыток – робко заметил соискатель.

– Нет, там было больше тридцати раз! На рекорд Гиннеса не думали подать заявку? – наниматель добродушно расхохотался – Что так, почему коммерция провалилась? Вы двадцать раз объявляли себя банкротом! И в каких только областях вы себя не пробовали! Даже выращивание искусственных органов и ведение электронного журнала. Ну, что вы стоите столбом, бейте!

– Так сложились обстоятельства – объяснил Арман и снова ударил по мячу – Создание биоподобных органов в 2021 передали в государственное ведение. А цифровой журнал я перевел в видео формат. Он до сих пор существует в сети по адресу «Хулахуп.ком». Знаете, там размещают видео для помощи бездомным и…

– А агентство по продаже недвижимости? – перебил Воронов – Почему закрыли?

– Помните «алгоритм Сайкса»? После его открытия рухнул бизнес риэлторов. Кому нужны посредники, когда программа за счет анализа ваших поисковых запросов находит вам идеально подходящее жилье? Причем за мизерный процент.

– Понятно. Но опыт в продажах у вас ведь имеется?

– Смею заметить, весьма богатый.

– Ваше последнее место работы?

Соискатель немного помялся.

– Волонтер на Зимней Олимпиаде в Новосибирске, сэр.

– Хорошо – Воронов поглядел на собеседника, усмехнулся. Потом протянул руку – Вы проиграли партию в гольф, Арман. К сожалению, мы не можем принять вас на работу, Арман. Прошу извинить за беспокойство.

Ошеломленный Арман вяло пожал руку.

– Позвольте узнать, в связи с чем…

– У вас слишком «впечатляющий» стаж работы, Арман. Нам требуются другие…

Начальник отдела продаж так и не успел закончить фразу. Откуда–то сбоку прилетел мячик и звонко влепился в лоб гольфофила. Потом отскочил и бойко запрыгал по газону.

Воронов замер на месте, прикрыл глаза и рухнул лицом вперед. Арман еле успел схватить партнера по игре под руки.

Подбежали другие игроки, служащие гольф-клуба.

– Вызовите врача, пожалуйста – попросил Арман, аккуратно уложив Воронова на землю.

– Видимо, это мой мячик был – ошеломленно заметил один из игроков, высокий парень в спортивном костюме и с кепкой на голове – Извините, пожалуйста. Это досадная случайность.

В это мгновение раздалась трель 3д смартфона, выпавшего из кармана брюк Воронова. Арман машинально поднял аппарат и заметил надпись «босс». Недолго думая, ответил на вызов.

На экране гаджета появилось объемное изображение усатого пожилого мужчины. С благоговейным трепетом кандидат узнал президента корпорации Курта Богомолова.

– Воронов, где ты, лысый маленький тролль? – рявкнул небожитель – Мне срочно нужны бумаги по новозеландскому проекту.

– Прошу прощения – ответил Арман – Воронов получил травму.

– Кто это? Где Воронов, что с ним? Опять поперся на дурацкий гольф?

– Меня зовут Арман. Он проводил со мной собеседование, когда произошел несчастный случай…

– Слушай, Арман – перебил президент – Мне плевать, что там стряслось с Вороновым. У него в машине должны быть бумаги по химическому заводу в Новой Зеландии. Возьми их прямо сейчас и привези ко мне.

– Но… – растерянно протянул Арман – Я не вправе…

– Прямо сейчас, я сказал! У меня встреча с министром здравоохранения Новой Зеландии через пятнадцать минут, мне нужны эти чертовы бумаги! Считай, что ты временно назначен на место Воронова. Если справишься, я отправлю его на пенсию, а тебя поставлю на эту должность. Договорились?

– Договорились! – не веря ушам, ответил претендент – Лечу к вам.

Поручив Воронова штатному доктору клуба, Арман рванул обратно в офис компании. Начальник сектора продаж немного пришел в себя и пытался остановить новичка, твердя какую–то чепуху о том, что бумаги надо сжечь. Но Арман его не слушал.

Подбежал к автомобилю больного, радостно расхохотался, обнаружив, что ему уже дали доступ к управлению. Нашел на пассажирском сидении нужную папку с бумагами и приказал автопилоту мчаться в головной офис.

Глаза Армана радостно и возбужденно горели.

Домой Арман приехал поздно вечером. На улицы спустилась весенняя темнота.

Немного посидел на скамейке перед подъездом, подышал воздухом. Вредное деревянное изделие жестко давило в спину, но новоиспеченный корпоративный работник не обращал внимания на неудобства.

Фонарь не работал, поэтому скамейка тонула в темноте. Арман закинул голову вверх, посмотрел на звезды. Радостно и тихо посмеялся.

Магнитный замок запикал, выпуская из подъезда соседа. Арман поздоровался, посмотрел на часы, ахнул, заторопился, поднялся и нырнул в многоквартирное жилище.

Быстро взмыл на лифте на седьмой этаж, посмотрел в глазок двери. Система распознавания узнала его и впустила в квартиру.

Хоромы тоже погрузились в темноту. Детям завтра надо в школу, поэтому Лейла уложила их спать пораньше.

Ступая осторожно, как лазутчик на вражеской территории, Арман пробрался на кухню. Полез в холодильник, стараясь не шуметь.

– Жаным, плов в казане на плите – сказал металлический голос сзади.

От неожиданности Арман чуть не выронил молоко и сливочное масло. Обернулся, улыбнулся.

– Привет, солнце. Я думал, вы уже спите.

По приказу жены кухонка озарилась светом. Лейла сидела за столом. Лицо неподвижное, красивые пухлые губы сжаты в тонкую ниточку.

– Где ты шляешься? Знаешь, который уже час?

– Солнышко, не стоило беспокоиться. У меня отличная новость. Меня приняли на работу!

Арман сел за стол, схватил жену за руку.

– На должность директора департамента продаж! Там оклад десять штук в месяц!

Холодная маска на лице жены дрогнула, растаяла под напором радостной улыбки.

– Да ладно, ты прикалываешься? Такой высокий оклад? У тебя в жизни не было такого.

– А теперь будет. Представляешь, прежнему директору стало плохо прямо во время собеседования. Президенту срочно понадобились документы, а я был под рукой. Короче говоря, я привез ему документы, а он поставил меня на место заболевшего сотрудника.

– Ничего себе – Лейла тихонько похлопала в ладоши – Наконец–то ты получил нормальную работу. Прямо не верится!

– А что тут такого? – Арман потер ладони – Постараюсь показать себя на этой должности с самой лучшей стороны! Буду дневать и ночевать на работе! Они поймут, что не прогадали, и еще повысят меня.

– Ты, наверное, проголодался? – жена вскочила, бросилась к плите – Сейчас разогрею плов.

– Честно говоря, с утра не крошки.

– Сейчас, сейчас, жаным.

На столе с молниеносной быстротой появился ароматный ужин: тарелка дымящегося плова, тонко нарезанный хлеб, салат, пиала чая.

– Что же ты не позвонил, жаным? Сказал бы заранее. Я днем сделала вишневый пирог, будешь?

– Конечно, буду. У меня батарейка села на телефоне. Хорошо, что напомнила. Дай-ка я поставлю его на подзарядку.

Арман вытащил телефон из кармана, подсоединил к сети. Подождал чуть–чуть, и активировал. Жена положила пирог и присела за стол.

– Дети спят?

– Ага. Не дождались тебя. Ну что ты там, садись, все же стынет.

– Сейчас, послушаю входящие сообщения.

На экране появилась информация о пропущенных звонках и уведомлениях.

– Ого, пятнадцать пропущенных звонков. Большинство из компании. Что там стряслось, интересно? О, смотри, звуковое сообщение от президента фирмы. Давай послушаем. Он так и не успел меня поблагодарить. Наверное, хочет сказать спасибо и огласить список поручений на завтра.

Нажал на кнопку прослушки. Супруги притихли и слушали бодрый голос, вырвавшийся из динамиков.

– Слушай, как там тебя! Как посмел принести эту мутотень? Ты представляешь, что наделал? Ты подставил меня перед инвесторами и членами правления! Мы из-за тебя потеряли полтора миллиарда! Я тебя урою, жирная очкастая гнида!

Затем хлынул поток непечатных слов, способных сделать честь кондуктору межрейсового автобуса или оператору робота–погрузчика.

Арман ошеломленно выключил сообщение. Посмотрел на жену. Потом снова взглянул в телефон и включил другое уведомление.

– Здравствуйте, Арман! С вами говорит Диана Абаева, помощник президента «Ин Джи Фармасьютикалз». Немного поясню ситуацию. Коротко говоря, вы привезли не те документы. У нас существовал план по установлению контроля над химическим концерном в Новой Зеландии путем поглощения и слияния. План секретный и не подлежащий разглашению. Вы же, как раз, помогли его раскрыть. Из-за этого слияние стало невозможным. Мы понимаем, что вашей вины здесь нет, поскольку вас не поставили в известность. Однако, в связи с происшедшим, ваша дальнейшая карьера в нашей компании невозможна. Подписанные с вами соглашения аннулируются. Благодарю за внимание.

Арман снял очки и положил на стол. Вытащил платок и протер стекла.

– Этого просто не может быть.

Лейла медленно покачала головой.

– Какая же я дура!

Несостоявшийся фармацевт устало почесал глаза.

– Все образуется. Это какое–то недоразумение.

– Что ты несешь? Ты что, оглох? Тебя не взяли на работу! И неудивительно! А я, как ослица, развесила уши и поверила тебе!

– Милая, перестань кричать.

– Как вообще можно допустить мысль о том, что тебя, полного неудачника, взяли на такую работу? Это же уму непостижимо! Что нам теперь делать? Деньги закончились, нам никто не даст в долг! Прикажешь зубы на полку поставить?

– Ну, зачем так утрировать? Что-нибудь придумаем.

Жена раскачивалась на стуле из стороны в сторону, сжав голову руками.

– Что же за несчастье такое? Когда, наконец, ты начнешь приносить нормальные деньги?

Застыла на месте.

– Нет, так больше нельзя. Я не могу ни одной минуты оставаться рядом с тобой.

Вскочила, унеслась в другую комнату.

Арман поковырялся вилкой в плове, съел чуточку, не ощущая вкуса.

Посидел, размышляя, как быть дальше.

В коридоре вспыхнул свет, послышались голоса жены и детей.

– Что случилось, миленок? – Арман вышел из кухни, обнял заспанных детей.

Жена успела переодеться в джинсы и куртку, натянула одежду на дочерей. В руках две большие дорожные сумки и шуршащие пакеты.

– Лейла, что это значит?

Не отвечая ни слова, жена потащила детей и сумки к двери. Арман стоял, открыв рот, не веря своим глазам.

Девочки молчали, часто–часто хлопая глазами и готовясь разреветься плачем.

– Это значит, что нам не нужен такой идиот и неудачник, как ты – ответила супруга и приложила палец к двери. Система идентифицировала владелицу жилья и с шипением открыла перегородку.

Жена пулей вылетела в коридор, увлекая девочек и пожитки. Дверь закрылась. Сквозь нее на лестничной площадке послышался громкий плач дочерей. Потом раздался шум лифта, топот ног. Створки лифта закрылись, детское хныканье еле улавливалось.

А потом все стихло, и настала гробовая тишина.

После ухода жены и детей Арман доплелся до кровати. Рухнул на постель, не раздеваясь, и уснул.

Утром проснулся от сигнала телефона. Глянул текст сообщения и широко раскрыл глаза. Сердце бешено заколотилось. «Мать в больнице. Сможешь приехать?». Для звонка не осталось единиц.

Через полчаса Арман в измятой вчерашней одежде выскочил из метро, купил билет на самолет до Тараза.

Сел на борт. Смотрел в иллюминатор, превозмогая боязнь высоты. Самолет рванул в небо. Алматинские улицы и дома остались далеко внизу.

Пассажиры во время часового перелета вели себя по–разному. Кто–то спал, другие перекусывали. Дети и молодые люди смотрели 4-д фильмы, надев на головы ВР-шлемы. Две старушки на заднем сидении всю дорогу обсуждали рост цен на продукты и нравы молодежи. Арман честно пытался заснуть, но не получилось. Все думал, что там стряслось с мамой.

Выйдя из аэропорта в Таразе, взял такси до аула Акжар. Под глазами темные круги, волосы всклокочены. Очки скривились на переносице. Купил в аптеке таблетку от головы, зажевал, кривясь от горького вкуса.

До районной больницы подвезли на обычной старенькой электромашине.

Подскочил к рецепшн, спросил:

– В какой палате лежит Бекетова Римма?

– У нас таких нет – ответила медсестра, проверив фамилию по компьютеру – Не поступала.

Арман попросил проверить еще раз. Быстрой рысью обежал палаты. В итоге санитары скрутили нарушителя спокойствия и доставили на улицу. Родителей в больнице не нашел.

Помчался домой. Ворвался во двор, не обращая внимания на собаку. Влетел в дом.

Услышал голоса. В гостиной. Топоча ногами, как бегемот, вбежал в гостиную.

И увидел родителей. А с ними человек двадцать гостей. На лицах улыбки, в руках синие шарики, на стене надпись из позолоченной фольги: «Поздравляем с годовщиной!».

– О, Арман приехал, какой молодец! – закричал отец – Проходи за стол.

Арман посмотрел на счастливых родителей, потом закрыл лицо руками и разрыдался. Совсем, как в детстве, когда не разрешили оставить дома щенка.

Уже потом, после праздника, все разъяснилось.

– Это я ошибся – объяснил отец – Написал «в больнице» вместо «повеселиться». У нас же годовщина свадьбы, ты не забыл? А я все никак не могу разобраться с новой программой на телефоне. Постоянно ошибки выдает.

– Алтука тоже едет?

– Ну конечно. Скоро будет. Твоей сестре я тоже самое написал. Только она перезвонила, мы ей сразу объяснили. Она тоже решила прилететь, погостить у нас. Со столицы дольше лететь, рейсы все забиты.

Мать села рядом, погладила Армана по голове.

– Верблюжонок мой, что же ты так расстроился? Это все твой непутевый папаша. Не может нормально слов написать. Уй, идиот пустоголовый! Напугал ребенка.

– Ничего, не рассыпятся. Пусть знают теперь, что родителей нельзя забывать – сердито ответил отец – Что ты разревелся, как баба?

Мать махнула на супруга рукой.

– Хватит уже. Арман, а где Лейла, где девочки? Позже приедут?

– Не приедут пока что – Арман отвернулся в сторону – Мы решили немного пожить отдельно.

– Ой-бой! – мать всплеснула руками – Что случилось? Поругались?

– Конечно, поссорились – заметил отец – Лейлу тоже понять можно. Муж полгода сидит без работы, никуда не берут. Кому такой нужен?

– Ой, прекрати пожалуйста. Сам на диване лежит, ничего не делает, только с этими, как их, с роботами, в домино играет… Ничего, сынок, ничего. Потом сама прибежит.

Отец загрохотал на весь дом:

– Что значит, лежу на диване? Я пенсионер, заслуженный конструктор боевых дронов. Могу я отдохнуть на старости лет? И вообще, что ты здесь расселась, раскудахталась? Чай когда готов будет? Сейчас Алтынка приедет, а у тебя дастархан не накрыт.

Мать встрепенулась, убежала на кухню. Отец закурил сигарету, помолчал, посмотрел на сына.

– Ладно, не бери в голову. Найдешь работу, помиритесь.

Арман покачал головой.

– Ей не просто работа нужна, папа. Ей хочется, чтобы я высоко летал, руководил, подчинённых имел.

– Ну, такое с неба не падает. Должна понимать.

– Не понимает. Поэтому не знаю, вернётся ли…

После ужина Арман зашёл в детскую комнату. Родители ничего не меняли. Деревянный стол, синее мягкое кресло, полки с книгами. Разрисованные стены, плакаты с автомобилями, ракетами, певцами. Турник, баскетбольное кольцо. Шкаф для одежды, кровать.

Арман подошёл к столу, опустился в кресло. Посмотрел на старые фотографии с друзьями школьных лет. Взял со стола папку с рисунками, открыл.

На первой странице – мальчик, гордо идёт по Луне. Вдали ракета, Земля, звёзды.

– Ишь ты, сохранился – прошептал Арман – Привет, сопляк. Я тебя помню.

Перевернул страницу. Другая ракета, устремилась к Луне. В иллюминатор выглядывает тот же мальчик, радостно машет рукой.

Ещё рисунок. Ракета отрывается от земли, вся в клубах дыма. Папа и мама остались внизу, держатся за руки, смотрят на уплывающий ввысь космический аппарат.

Арман пролистал весь альбом. Ракеты, космос, звёзды, Луна. Почти везде мальчик радостно вздымает руки.

Захлопнул папку, задумался. Снял очки, положил на стол. Хлопнул ладонью по столу.

– А почему бы и нет, в конце–то концов? Чего мне терять? Гребаную профессию маркетолога? Обанкротившиеся предприятия? Нудную работу с толстожопыми чванливыми начальниками? Ушедшую сварливую жену?

Снова надел очки, не заметив, что сидят криво.

– К черту! Только вперёд и вверх. Лучше попробовать воплотить свою мечту, чем гнаться за чужими. У меня же даже канал называется Лунная колумбиада!

Чуть не опрокинув, вскочил с кресла. Стремительно прошёлся по комнате. Походил, сел обратно. И просидел так всю ночь. Вытащил стопку бумаг, ноутбук. Старательно печатал и писал, высунув язык. Так и не заснул ни разу.

Когда утром вышел к завтраку, мать спросила:

– Ты что пил, сынок? Глаза так и светятся изнутри.

Арман вышел из микроавтобуса, протер вспотевший лоб. По спине стекали струйки пота.

На Байконуре жарко. Небо чистое–пречистое, ни облачка. Туда–сюда снуют машины, ходят люди в светлых комбинезонах.

– Следуйте за мной – не дожидаясь ответа, Незаходов Алексей пошел вперед быстрым шагом.

В тени ангара стояли пять человек. В касках, халатах, в руках папки с бумагами. Из ангара медленно выезжал большегруз, таща в кузове огромное тело ракеты.

– Господа, позвольте представить Армана Бекетова. Того самого. Это его презентацию мы должны принимать сегодня.

Шесть пар глаз впились в Армана. Комиссия Роскосмоса. Во главе – председатель Артемьев. Он благожелательно улыбнулся.

– Ну–с, уважаемый господин. Видите, как получилось. Запуск спутника назначен на завтра. Сейчас вылетает ракета наших коллег по цеху. У нас мало времени. Поэтому выслушаем вас прямо здесь, не отходя от станка, так сказать.

А секретарь Незаходов, глянув на часы, добавил:

– Только давайте по существу, не тяните кота за хвост.

Гость поглядел по сторонам. Грузовик с ракетой протяжно рычал от напряжения. Неподалеку около забора стояли трое солдат с автоматами на плечах. Где–то далеко через динамики разносились команды.

Арман сглотнул слюну. И заговорил сиплым от волнения голосом.

– Спасибо, что согласились выслушать меня. Я постараюсь покороче. Тем более, что основные сведения изложены мною в докладной записке.

Артемьев покивал.

– Читал ваш опус, батенька. Поэтому и захотел встретиться.

Докладчик приободрился. Голос окреп.

– Коротко говоря, я предлагаю заняться вплотную проектом колонизации Луны. Причем не на уровне перекидывания бумаг и громких заявлений в прессе. А на самом деле. Сколько уже было заявлено проектов! А воз и ныне там. Между тем, освоение Луны сулит человечеству неисчислимые блага.

– Это какие такие блага? – заметил один из членов комиссии. Кажется, Виноградин Игорь Святославович – Доложите поименно.

Арман поднял руку и стал загибать пальцы.

– Конечно же, полезные ископаемые. Их добыча на Луне облегчена по причине низкой гравитации и отсутствия атмосферы. Мы даже не представляем еще, какие богатства скрывается в недрах спутника.

– Ну почему же, лунный грунт неплохо изучен.

– Но все же не настолько хорошо, как земная поверхность – улыбнулся Арман и вытер пот со лба – Между тем, в лунном грунте могут быть найдены солидные запасы скандия и других редких металлов. Подробные расчетные данные имеются в моей записке. Кроме того, изучение космоса с Луны намного удобнее, чем на Земле. Опять–таки по причине отсутствия воздуха. Там ничего не мешает наблюдениям.

– Это общеизвестный факт в научных кругах – снова кивнул Артемьев – Астрономы всего мира молятся богам космоса, чтобы телескоп типа «Хаббла» поскорее установили на лунной поверхности.

– И, тем не менее, этот проект тоже пока далек от завершения – подхватил Арман – Все зависло на стадии подготовки.

– Вроде бы европейцы планируют запустить через два года – пробормотал Виноградин.

– Далее – Арман загнул третий палец – развитие космического туризма. До Луны легко долететь, а многие состоятельные люди с удовольствием раскошелятся, чтобы потоптать сапогами лунную поверхность. И платить будут в казну государства или напрямую на счета обслуживающей организации. А лишние двадцать миллионов никому не помешают, не правда ли?

Члены комиссии ничего не ответили.

– Кроме того, в свете заявленной человечеством экспансии к звездам мы просто обязаны использовать Луну в качестве тренировочного полигона. Если удастся колонизировать спутник, обеспечить воздухом и водой, хотя бы и закрытого замкнутого цикла, это уже будет огромным достижением! Как нам планировать освоение Марса или Венеры, если даже Луну не приручили?

– Да, опыт был бы неплохой.

– Ну, и наконец, последний аргумент. Я считаю, что время настало – Арман загнул последний палец и заглянул в глаза Артемьеву – Может быть, вместо того, чтобы разрабатывать оружие, способное уничтожить планету, человечеству стоит отвлечься и разработать способы мирного освоения Луны?

Виноградин усмехнулся.

– Все это так, кто же спорит. Но какое государство выложит сто миллиардов долларов, чтобы колонизировать Луну? Причем деньги не вылупятся из воздуха или космического вакуума, если угодно! Их надо где–то взять, отложить от насущных нужд. Сократить военные и социальные расходы. Кто это может позволить себе безнаказанно?

– Во-первых, мой проект гораздо дешевле. За счет использования местных ресурсов и прямых полетов модулей задачу можно выполнить всего за триста–четыреста миллионов долларов.

Члены комиссии скептически усмехнулись. Арман продолжил:

– Кроме того, это может позволить консорциум государств. Вы правы, в одиночку с такой задачей справиться невозможно. Но если объединятся ведущие державы планеты, то цель будет вполне достижима.

– Насколько мне известно, вы уже предлагали свой проект другим государствам? – спросил Незаходов, глянув в бумаги.

– Да, было такое. Я делал презентации в НАСА, Европейском космическом агентстве. Предлагал и Китаю.

– Результаты?

Арман помолчал.

– Отказались. Планы освоения Луны имеются у всех. Но слишком далекие. И разнообразные. А, как я говорил, это лучше делать всем вместе. Поэтому пока все топчутся на месте.

Члены комиссии переглянусь между собой. Виноградин спросил:

– А в чем заключается ваш интерес в этом проекте, господин Арман? Неужели вы тоже…

– Так точно. Я сам с удовольствием оказался бы в первых рядах колонизаторов нашего спутника – бодро ответил Арман – Откровенно говоря, это мечта моего детства. И я твердо уверен, что человечество упускает отличный шанс для дальнейшего развития, задерживая проект освоения Луны.

– Так вы романтик?

– Практичный романтик, если можно так сказать. Я не предлагаю строить замок из песка. Я предлагаю конкретный проект освоения нашего спутника. Приблизительная коммерческая выгода от реализации – пять триллионов долларов в течение десяти лет.

– Неплохие деньги – Артемьев чуть поклонился – Должен сказать, что ваш доклад чрезвычайно заинтересовал нас. Не могли бы вы подождать…

Далеко сбоку послышался рев. Все оглянулись. В нескольких километрах от земли оторвалась ракета со спутником на борту. Хвост потонул в пламени и дыме.

– А вот и «Радуга-4» – заметил Незаходов – Вроде неплохо пошел.

Нос ракеты понемногу стал заваливаться в сторону. Она плыла уже не строго вверх, а вбок.

– А это уже непорядок – Артемьев поправил каску.

Ракета окончательно ушла с намеченного пути. Основание продолжало пылать огнем. Черный дым потянулся с носовой части.

Наблюдатели молчали, приложив ладони ко лбу.

Космический аппарат вспыхнул еще ярче, потом взорвался. В небе выросло черное облако. Обломки ракеты рухнули на землю.

Артемьев повернулся к Арману, развел руки:

– Боюсь, высадка на Луне откладывается. Сами видите, что творится.

Спустя неделю после поездки в Байконур Арман сидел дома и переводил проект «Колонизация Луны» на иврит. После визита ко всем известным космическим державам оставались страны поменьше. Например, Израиль. Стоило обратиться к ним.

От напряженной работы Арман по стародавней привычке высунул язык и забыл поужинать.

Ужина все равно не было. Супруга и дети жили у тещи.

На особо трудной фразе электронный переводчик завис на десять минут. Будущий покоритель Луны решил заварить чай. Когда из кухни вернулся к рабочему столу, то заметил мигание видеозвонка. Ответил на вызов.

На экране появилось знакомое лицо. Седой, бородатый, очкастый, голубоглазый. В клетчатой рубашке. Сидит где–то в кабинете. Один из членов комиссии Роскосмоса. Как его там, по имени–батюшке?

– Салют, мистер-твистер – помахал рукой абонент – Помнишь меня?

– Есть такое – Арман отхлебнул чай из кружки, обжег язык – Встречались на Байконуре.

– Вот и отлично. Моя фамилия Северов. Зовут Олег Афанасьевич. Я чего к тебе пробился–то? Понравилась твоя записка. Я и сам о чем–то таком давно подумывал. Уже прикидывал первые наметки. А тут ты свалился. Грех не воспользоваться.

Электронный переводчик сообщил, что попалась труднопереводимая фраза.

– Кто это? – насторожился Олег Афанасьевич.

– Да это Рерамо, робот-переводчик. Я уж подался на поклон в Тель-Авив. Сочиняю проект для евреев.

– Понятно – Олег Афанасьевич откинулся на спинку кресла, закашлялся – Ты это брось. Есть предложение.

Арман отставил кружку и постарался погасить радостные огоньки в глазах.

– Верится с трудом. Вы же меня тормознули на месте. Побежали спасать спутник.

– Эти чинуши дальше носа ничего не видят. С ними мы на Луне никогда не побываем. Они над бюджетом трясутся, как Кощей над златом. Я тебе другое предлагаю.

– Украсть ракету и самим рвануть к Луне?

Олег Афанасьевич улыбнулся.

– Можно и так. А можно образовать консорциум и подать заявку на участие в тендере Европейского космического агентства. Он состоится через месяц в Париже.

– Что за тендер?

– Ты не поверишь, но это тендер на проведение эксперимента по длительному пребыванию человека на лунной поверхности. Проводится в виде гранта на деньги Международного единого банка, поскольку Европа хочет привлечь к освоению космоса частные компании. К участию допускаются компании из любой страны мира. Бюджет – триста пятьдесят миллионов евро, сформирован полностью за счет частных инвестиций. Соображаешь?

Арман забыл о чае и недовольно ворчащем переводчике.

– Но у меня же другой проект. Колонизация Луны. И требуется гораздо больше денег.

– Да ладно, что ты придираешься – Северов опять прокашлялся и махнул рукой – Я же читал твой доклад. У тебя первый этап как раз на триста пятьдесят миллионов долларов. Тут всего делов-то. Образуем совместное предприятие. Переработаем твой проект. Договариваемся с поставщиками услуг. Берем в аренду ракету и модуль. Подаем заявку. Берем тендер себе и спокойно летим на Луну. Так сейчас все делают.

– Ух ты, как все просто – Арман отключил брюзжащего переводчика – А кто выступит поставщиками?

– Как кто? Роскосмос оператор и арендодатель ракет, а старт с Байконура. Надо только договориться. Кроме того, есть один богатенький дядька, медиа-магнат, он хочет отправить частный разведывательный аппарат на Луну. С ним тоже можно поговорить.

Арман почесал в затылке.

– Отправьте мне данные по этому конкурсу. Я почитаю на досуге. А потом давайте пересечемся, поговорим по душам.

– Отлично. Сейчас вышлю. Я еще неделю буду в Байконуре, здесь и увидимся.

И отключился.

Арман убрал кружку с чаем подальше, чтобы не опрокинуть. Издал радостный вопль и грозно взмахнул кулаком.

Стремительный лифт вознес Армана на пятидесятый этаж. Когда двери открылись, парень представил, на какую высоту поднялся и молниеносно выскочил из клетки. Чего он боялся больше всего, так это высоты.

Поправил узел галстука, прокашлялся. Выровнял бумаги в папке.

Перед лифтом стояла симпатичная девушка–блондинка.

– Здравствуйте, вы к месье Франсуа Аделарду?

– Ага. У меня назначено.

– Следуйте за мной.

Мило улыбаясь, проводница повела гостя по сказочному медиа-царству. Властелином информационной империи был Аделард. Это к нему, всемогущему магнату, вели на убой Армана.

Пройдя вереницу стеклянных дверей и офисов, девушка вошла в приемную. За столом сидела пожилая миледи, секретарь. Перед огромными двустворчатыми дверями сложив ручки, стоял улыбчивый молодой человек в сером костюме. На почти лысой яйцеобразной голове несколько коричневых локонов. Очки в толстой черной оправе. Молодой человек протянул руку:

– Приятно познакомиться, меня зовут Шарль Константен. Я помощник месье Аделарда. Проходите, он вас ждет.

Арман пробормотал:

– Рахмет – открыл дверь и вошел в кабинет.

Хоромы действительно царские. Таких больших офисов Арману видеть еще не приходилось. Стол для совещаний, кресла. У стены кожаный диван, кресла. На столике напитки и пузатые бутыли. Около стены, полностью состоящей из стекла, стол хозяина всего великолепия. А из-за стола встал и сам знаменитый богатей.

Господин Аделард не особо отличался от фото. Высокий пожилой мужчина. Под синим пиджаком отчетливое брюшко. Усики над тонким ртом. Гладкая нежная кожа. Веселые проницательные глаза. Словом, чувствуется порода.

В присутствии такого рода людей Арман терялся даже там, в родном Казахстане. Чего уж говорить о Париже, где обосновался миллиардер. Гость пожал руку хозяину чертогов и уселся за стол. Папку с бумагами положил перед собой.

– Как вам Франция, месье? – осведомился Аделард. Помощник встал за его креслом и застыл, как статуя. Готовый броситься на помощь.

– Все ок, мистер Аделард. Добрался с ветерком. Франция бесподобна.

– Это хорошо. Желаете кофе, чай? Может быть, чего покрепче?

Арман думал спросить кумыса. Вот только здесь, при всем могуществе владельца офиса, вряд ли найдется такой напиток. Гость улыбнулся умозаключению.

Но миллиардер, похоже, умел читать мысли:

– Могу предложить шубат или кумыс. Чудодейственные, кстати, эликсиры. Бодрят и чистят кровь. Добываются по древней тюркской технологии здесь, у французских коровушек.

– Нет, спасибо – растерянно потряс головой посетитель – Можно просто стакан воды?

– Хорошо – Аделард быстро просмотрел бумаги на столе – Я читал ваше письмо и сопроводительные документы. Вы принимаете участие в тендере по анализу лунной поверхности?

– Ага. И хотим вам предложить тоже самое. Вместе с нами.

– На каких условиях?

– На равных. У меня есть партнёр. С вами нас будет трое. По трети на каждого.

Миллиардер подался вперёд.

– И как распределяются расходы? В чем заключается мое участие?

– Мы обеспечиваем договоренности с космодромом и доставкой грузов. От вас информационные технологии и финансовый вклад.

– Не пойдет – Аделард покачал головой – Мой вклад более значим, поэтому моя доля должна быть больше.

От волнения Арман привстал со стула.

– Убедить Роскосмос идти у нас на субподряде тоже нелегкое дело. Так же, как и согласовать с Байконуром.

– У вас есть предварительные договоренности?

Арман похлопал по бумагам перед собой.

– Кое-какие наметки имеются.

Медиа-магнат протянул руку.

– Можно ознакомиться?

Арман схватился было за папку. А потом заметил настороженный взгляд помощника. Тот был похож на кота около мышиной норки.

Поэтому гость передумал.

– Все материалы будут в вашем распоряжении после подписания договора о сотрудничестве.

Аделард перестал благожелательно улыбаться. Шарль выпрямился, отвел взгляд от бумаг и сложил руки по швам.

– Зачем же начинать дело с недоверия? Я просто хочу узнать, насколько серьезны ваши намерения.

Но Арман уже уперся.

– К сожалению, мой партнер настаивал на сохранении тайны. Мы можем делиться сведениями только с равноправным участником. А вы таковым пока не являетесь.

Миллиардер развел руки в стороны.

– Тогда нам не о чем разговаривать, друг мой.

На секунду Арман дрогнул.

– Поймите меня правильно, месье Аделард. Я бы с удовольствием показал вам…

– Мы сами подаем заявку на участие в этом тендере – заявил магнат – Вернее сказать, уже подали. Так что было приятно с вами поболтать, месье Арман. Встретимся на оглашении итогов. Всего хорошего!

Когда гость из Казахстана вышел из кабинета на пятидесятом этаже небоскреба, раздался звонок. Арман невидящим взглядом посмотрел на экран. Потом откликнулся на вызов.

– Здравствуйте, Олег Афанасьевич.

– Как все прошло?

– Самым лучшим образом. Оказывается, эта медийная свинья уже подала заявку на тендер от своего имени.

– Ты шутишь?!

– Он сам мне только что заявил.

– Вот крысеныш. Ну да ладно, пусть плывет лесом. Ты знаешь, что? Срочно вылетай обратно. Тут по Байконуру такая жестокая проблема приключилась! Я потом расскажу, закачаешься.

– Уже еду – Арман дал отбой.

На следующий день неудачливый переговорщик сидел рядом с Северовым в вестибюле администрации космодрома.

Ученый тыкал в титульный лист проекта по лунной экспедиции, поданный на согласование Роскосмосу.

– Смотри вот сюда. Мы арендуем Байконур уже тучу лет. Вроде бы всем распоряжаемся без проблем. Но вот здесь наши заартачились. Лукьянов, координатор по полетам, сказал, чтобы сначала согласовали с казахстанской стороной. Во избежание, так сказать. Я и так и эдак уламывал, не поддается.

– И кто должен подписать? – Арман всмотрелся в лист – Зам по орг вопросам Турлыбаев?

– Да, именно он визирует все двусторонние документы. Потом, конечно, придется собрать подписи людей казахстанского профильного министерства, уровнем повыше. Но для начала, чтобы сдвинуть махину с места, сойдет и автограф этого деятеля.

– Если он подпишет, то согласятся люди из Роскосмоса? – переспросил Арман.

– Вот именно. Давай, подключайся. Он сейчас как раз у себя, я специально узнал. Зайди к нему.

– У меня после Парижа такое настроение паршивое, честно говоря.

Олег Афанасьевич снял очки, протер платком.

– Ничего не поделаешь, Армаха. Надо, значит надо.

Концессионер вздохнул, взял бумаги. Пошел к кабинету важной шишки из администрации. Северов сплюнул на прощание:

– Ни пуха, ни пера.

Арман походил по коридорам, поднялся на третий этаж. Дойдя до нужной двери, прочитал позолоченную табличку: «Турлыбаев Еркебулан Талгатович, заместитель директора». Постучался, услышал разрешение и вошел.

Согласователь от Казахстана был пожилым подтянутым человеком. Седоволосый, усатый, в официальном сером костюме. Руки порхают над клавиатурой, напряженно смотрит в экран. Как раз сочинял письмо, когда вошел Арман.

Это же чистейшей воды бюрократ, решил посетитель. Легче дождаться снега летом в пустыне, чем получить от такого подпись. И похолодел от томительного предчувствия неудачи.

– С чем пожаловать изволили? – чиновник нетерпеливо оторвал взгляд от компьютера.

– У меня такое дело, Еркебулан Талгатович – и Арман коротко изложил просьбу.

– Понятно – зам бегло просмотрел бумаги – Думаю, ваше ходатайство можно удовлетворить.

Арман был готов расцеловать собеседника. Тот продолжил:

– Вы напишите сопроводительное письмо и подайте через канцелярию. Мы рассмотрим и в течение пятнадцати дней дадим ответ.

У пришельца из Алматы дрогнуло сердце и свернулся желудок.

– Это долго. Нам нужно сегодня. Послезавтра заседание комиссии в Роскосмосе, мы должны представить согласованный проект. А то не успеем подать заявку на тендер через пять дней.

– Ясно – Турлыбаев понимающе кивнул – Но и вы войдите в мое положение. Есть специальный регламент. Я не могу нарушать инструкцию.

– Прошу вас, в виде исключения – посетитель готов был упасть на колени – Дело исключительной важности.

– Уважаемый, я же объясняю вам – Турлыбаев приложил руку к груди – Не могу я обойти предписания. Вы хотите, чтобы я выговор получил за потакание желаниям каждого посетителя?

– Да это же простая формальность! Все работы будет выполнять Роскосмос. От нас требуется только поставить подпись: «Не возражаю».

– Уважаемый, чего вы кричите? А если ракета свалится где-нибудь на территории Казахстана? Могут быть жертвы, понимаете? Думаете, только я принимаю решения? Это делает комитет в составе представителей разных госорганов.

– Какой комитет? Достаточно вашей подписи!

Турлыбаев вытянул руку в сторону двери.

– Освободите, пожалуйста, кабинет. Подайте запрос через канцелярию, рассмотрим в установленные сроки.

Арман постоял, тяжело дыша. Затем вышел, хлопнув дверью.

Его партнер сидел около ресепшн. Посмотрел на покрасневшее лицо товарища, скривился:

– Не подписал?

Арман хлопнул папкой о кресло.

– Какой там! Через канцелярию пишите, говорит, скотина.

– Что будем делать?

– Не знаю. Пойдемте перекусим, я со вчерашнего дня ничего не ел. Говорил же, не получится.

Компаньоны прошли в местную столовую. Поскольку время было полуденное, в закусочной толпились сотрудники космодрома. Партнеры заказали обед, уселись с подносами за столы. Трапеза протекала в полном молчании. Олег Афанасьевич отпил компот и спросил:

– Как его уговорить? Может, на кого–то из начальства выйдем?

Арман пожал плечами.

– Никого не знаю из шефов. Что-то не везет нам последнее время… Неужто не выйдем на тендер?

Позади раздался сильный кашель и хрип.

Приятели обернулись.

Господин Турлыбаев сидел за соседним столиком и сжимал горло руками. Лицо покраснело. Глаза выпучены, только и может, что сипеть.

– Он подавился – закричали рядом – Помогите же!

Арман подскочил к чиновнику, подхватил со стула, обхватил руками туловище. Сильно толкнул. Еще и еще раз.

Ничего не помогало. Турлыбаев продолжал сипеть, только все тише и тише.

Арман продолжал работать руками. Неужели не получится? Когда он продавал медицинские товары, то изучал спасение людей с засоренным дыхательным проходом. Вроде все делал как надо.

Заместитель директора издал булькающий звук и выплюнул изо рта кусочек хлеба. И тут же прерывисто задышал. Поднял слезящиеся глаза, глянул на спасителя.

– Это опять вы? Спасибо вам большое. Я чуть не задохнулся.

– Не стоит благодарностей – ответил Арман, глянув на Олега Афанасьевича.

– Как это не стоит? Где там ваши бумаги? Давайте, подпишу.

Спустя пять минут партнеры выбежали из здания.

– Теперь рвем когти в Москву – Северов схватил товарища за плечо – Надо договориться с Роскосмосом.

Теперь настала очередь Армана сидеть возле кабинета. Олег Афанасьевич уже час, как вошел в палаты Лукьянова Сергея, топ-менеджера Роскосмоса. Оттуда доносились приглушенные голоса. Дискуссия, судя по всему, выдалась жаркой.

Совладелец лунного предприятия успел выпить две чашки кофе, предложенные приветливой секретаршей. Наконец дверь открылась. Вышел Олег Афанасьевич. Уголки рта опущены, волосы взъерошены. Кивнул на выход. Союзники вышли из хором управленца.

– Не подписал – глухо сообщил Северов уже в лифте – График полетов забит под завязку до 2030 года, не получается сдвинуть. Ну никак, хоть тресни.

Они вышли из башни Роскосмоса, очертаниями напоминающей ракету. Уселись на скамеечке перед входом.

– Что делать будем?

– Не знаю – Арман пожал плечами – Может, тоже ему хлебную корочку подкинем?

– Похоже, только это и остается. Хотя, ты знаешь, что–то в этом есть! – Олег Афанасьевич почесал волосы, а потом замер на месте, уставившись в одну точку.

– В смысле?

– А в самом прямом! – Северов повернулся, потряс компаньона за плечи – Давай бить по его слабым точкам. Когда я у него сидел, ему дочка звонила. Маленькая. Он в ней души не чает. Она спрашивала, нашел ли он кошку редкой породы, сервал, кажется. И очень огорчилась, когда Лукьянов ответил, что еще не нашел.

– Предлагаете найти такую кошку?

– Точно. У меня приятель занимается разведением и продажей животных. Дай-ка я ему позвоню.

– Только не кошки. Только не эти волосатые уродцы.

Через пять минут коллеги выяснили, что в Москве остался только один свободный котенок породы сервал. Владелица котенка, телефон которой отправил товарищ, сообщила, что уже продала зверька и за ним скоро должны приехать.

– Девушка, миленькая – взмолился Олег Афанасьевич – Мы сейчас на всех парах приедем к вам. Поговорим с покупателем. Подождите чуток, пожалуйста. Вопрос жизни и смерти. Вы где находитесь?

Продавщица продиктовала адрес зоомагазина и друзья срочно выехали.

С покупательницей котенка столкнулись перед входом в зоошоп. Светловолосая женщина несла лукошко с попискивающим комочком шерсти.

– Извините, это сервал? – уточнил Олег Афанасьевич.

И получив подтверждение, припал на одно колено перед дамой.

– Вы что делаете, дедуля? – испугалась женщина – Прекратите немедленно.

– Ни за что – непреклонно ответил ученый – Пока вы не позволите выкупить у вас котенка.

– Котенок? А зачем он вам?

– Понимаете, дочка моего старого друга страстно желает получить зверька этой породы. У нее скоро день рождения, и мы хотим преподнести ей желанный подарок. Пожалуйста, продайте нам котика?!

– Ни за что – решительно отрезала женщина – Мне самой позарез нужен. Я полгода ждала очереди на покупку. Подарите девочке куклу. И освободите дорогу.

Хотела обойти незадачливого просителя, но споткнулась. Чуть не упала. Корзинка с пушистым зверьком вылетела из рук. Пролетела по воздуху и упала на тротуар. А мяукающий клубочек шерсти приземлился прямо на грудь Армана.

Совладелец лунного проекта машинально схватил котенка.

Бросил взгляд на партнера.

Решил, что это судьба. Сжал животное посильнее и побежал прочь, лавируя между прохожими. Позади слышались крики котохозяйки и возгласы Олега Афанасьевича. Товарищ пытался безуспешно успокоить обобранную женщину.

Встретились уже вечером. Перед зданием Роскосмоса.

– Ну ты даешь – ухмыльнулся Северов – Багдадский вор. Ты знаешь, сколько дополнительных седин я приобрел, пока уговорил тетку не подавать заявление в полицию?

– Не больше, чем я, когда бежал с этим тигренком по улице – Арман передал котенка другу – И еще он успел испачкать мои брюки в такси. Я готов утопить маленькое чудовище в ближайшем унитазе.

– Мы должны заплатить цену в двойном размере. До конца дня. Иначе твои портреты будут висеть на всех столбах по всей стране.

– Заплатим – Арман кивнул в сторону ракетного здания – Ну давайте уже, а то Лукьянов уедет. Документы взяли?

– Взял. Не боись. Когда услышит про сервала, прибежит хоть с земной орбиты – Олег Афанасьевич погладил котенка по головке и направился к входу – Жди меня, я недолго.

В Алматы распустились почки на деревьях. Солнце щедро заливало улицы лучами.

Арман встретился с Лейлой и дочерьми в торгово-развлекательном центре, на фудкорте. Заказали пиццу и газировку. Старшая дочь, Шолпан, читала сообщения с телефона. Младшая, Акбота, обняла отца за талию и сидела рядом.

– Как ты? – спросила супруга – Все носишься со своей идеей лунного полета?

– Да. У нас есть подвижки. На прошлой неделе…

– Собираешься искать нормальную работу?

Арман отпил напиток.

– Не собираюсь. Меня вполне устраивает нынешнее занятие.

– Понятно. Я хотела поговорить насчет квартиры. Нам надо…

Продавщица крикнула о готовности заказа. Арман поднялся и принес пиццу. Дочки набросились на еду.

– Я считаю, что нам нужно решать что–то с квартирой – продолжила жена – Мы не можем постоянно жить у моих родителей. Не возражаешь, если мы вернемся туда, а ты уедешь?

Акбота спросила с набитым ртом:

– А зачем папе уезжать? Он же может жить с нами.

Лейла недовольно глянула на дочку.

– Бота, пожалуйста, не вмешивайся в разговоры взрослых – и продолжила, обращаясь к супругу – Надеюсь, ты не будешь требовать раздела квартиры при разводе?

Арман посмотрел в сторону. За соседним столиком сидела семейная пара с грудным ребенком. Жена улыбалась и кормила мужа с ложечки.

Парень покачал головой.

– Нет, конечно, живите там. Я все равно постоянно в разъездах. И потом, я тоже хотел поговорить о квартире.

– О чем же?

– Я хочу заложить свою долю в банк для получения кредита. Нужно твое согласие, потому что мы еще официально не разведены.

– А зачем тебе кредит?

– Для моего проекта. Нужны деньги для гарантийного взноса по тендеру.

Лейла резко поставила стакан с газировкой на стол. Часть напитка вылилась на тарелку с пиццей.

– Ты совсем сдурел? Решил нас без жилья оставить?

– Почему? Если мы выиграем в тендере, взнос возвратят.

– А если не выиграете? Зная твою удачливость в бизнесе, я уже сейчас могу предсказать результат. Ты пролетишь со свистом, Арман! И что тогда? Ты понимаешь, что банк заберет нашу единственную крышу над головой?

Он снова покачал головой.

– Мы выиграем. Обязаны выиграть. Ты даже не представляешь…

– Не желаю ничего слушать! – у жены зазвонил телефон, но Лейла, не глядя, сбросила вызов – Я пришла поговорить с тобой по–человечески, Арман. Думала, ты, наконец, успокоился, ищешь работу, собираешься обеспечить семью. Мои родители настаивают, чтобы я помирилась с тобой. Но как я могу помириться, если ты до сих пор не взялся за ум?

– Лейла, выслушай меня…

– Не говори ничего! – жена вытерла уголки глаз салфеткой – Не смей трогать квартиру. Если ты…

Зазвонил телефон, теперь у Армана. Он ответил на вызов.

– Здравствуйте, да, это я звонил. Вы риэлтор? Как вас зовут? Карабай? Очень приятно, меня Арман. Да, я рассматривал вопрос продажи доли квартиры. Да, в процессе…

– Ты меня слушаешь? – на крик жены оглянулись с других столиков. Акбота зажала уши руками – Никакой продажи! Если ты продашь долю, ты больше никогда не увидишь дочерей! Ты понял?

Супруга вскочила и стала поднимать детей.

– Мама, я еще не доела – возмутилась Шолпан.

– Ничего, потом куплю – Лейла схватила девочек за руки и побежала прочь. Напоследок обернулась и погрозила пальцем – Я не шучу. Я подпишу необходимые документы, если ты продашь долю. А потом подам в суд на лишение родительских прав.

Арман нажал отбой, прекращая разговор с риэлтором. Смотрел вслед жене и дочкам. Старшая обернулась и помахала рукой. Младшая вытирала слезы. Недоеденная пицца лежала на столе. Стаканы опрокинулись. Газировка капала на пол.

Самолет жестко стукнулся о посадочную полосу и стремительно покатился дальше. Арман шумно выдохнул. Наконец–то можно посмотреть, что там снаружи. Потянулся к иллюминатору, надеясь рассмотреть Эйфелеву башню.

– Подгузники точно не нужно поменять? – Олег Афанасьевич покачал головой – Чего ты так боишься высоты?

Арман вытер лоб и запихал влажный от пота платок в карман. Как назло, попалось место у круглого оконца, хотя он предпочел бы подальше, у прохода. Весь полет просидел, не смея шелохнуться.

– Можно подумать, вы не боитесь летать.

Олег Афанасьевич усмехнулся.

– Терновый куст мой дом родной. Что ужасного в полете? Вот скажи, сколько раз ты прыгал с парашютом? Хотя нет, надо вот так: ты бы прыгнул с парашютом?

– Понадобится, сиганул бы, как миленький.

– Только подгузники надень. Без них тебе никак.

Самолет остановился. Пассажиры складывали вещи и доставали сумки из багажных полок.

– Я бы приземлился вам на голову.

Олег Афанасьевич постучал по часам.

– Мы с тобой дотянули до края. Сегодня последний день подачи заявки на тендер. У нас осталось три часа.

Арман пожал плечами.

– Времени достаточно. Документы готовы. Успеем.

Компаньоны вместе с другими приезжими вышли из стальной птицы. Доехали до терминала на автобусе. Направились к стойке регистрации. Олег Афанасьевич отдал паспорт на проверку.

Служащий заставы глянул на фотографию. Прикрыл документ, посмотрел на Северова.

– Вы не могли бы пройти в ту сторону?

И тут же рядом выросли двое рослых полицейских. Вежливо, но твердо повели гостя куда–то вглубь здания.

Не забыли и про Армана. Жандармы тащили путешественника из Казахстана следом.

Пару поворотов, мимо дверей с круглыми ручками. По коридору, освещенному длинными светодиодными лампами.

Затем приятелей ввели в небольшую комнату. Железный стол, стулья, зеркальная стена. Светильник вмонтирован в потолок.

Полицейские вышли. Прошло пару минут.

Дверь с лязгом отворилась, вошел высокий седовласый полицейский. Рангом повыше. Заговорил по-английски:

– Позвольте осведомиться, зачем вы приехали во Францию?

Коллеги переглянулись.

– Для участия в тендере космического агентства – ответил Арман.

– Подтверждение? – полицейский вытянул руку.

Олег Афанасьевич достал из сумки документацию на тендер. Подал суровому дознавателю. Тот пролистал, изучил схемы и графики. Поднял голову, широко улыбнулся.

– Кажется, произошла ошибка. Сейчас все разъяснится.

Гости улыбнулись в ответ.

– А пока что, может быть, кофе?

Не дожидаясь ответа, открыл дверь. Принял кофейник у полицейского. Повернулся и открыл было рот. Да только сосуд в руках неловко качнулся и опрокинулся на стол. Вернее, на документы, лежащие на столе.

Партнеры бросились к пачке бумаг. Подняли, отряхнули. Струйки кофе стекали с манускрипта.

– Тысяча извинений – повторял блюститель порядка, и вытирал платком следы разгрома.

– Бесполезно – вздохнул Олег Афанасьевич – Заявка уничтожена.

Коричневый кипяток поработал на славу. Безнадежно испортилась половина документа.

Спустя пять минут приятели вышли из заточения.

– Что-то я перестал любить кофе – заметил Олег Афанасьевич и повернулся к другу – Что делать будем, Армаха? Распечатать новую заявку не успеем. Неужели опоздали?

– Я отправил дубликат заявки из Москвы на прошлой неделе – ответил Арман – Нам надо успеть в офис ЕКА, чтобы лично подтвердить участие. Так что ходу.

Они побежали по аэропорту, расталкивая людей.

Один из прохожих показался знакомым. Арман обернулся. Большие очки, лысый череп. Старый знакомый, секретарь Аделарда. Что он потерял в этих краях?

Шарль заметил Армана, поспешно отвернулся.

– Кажется, проект неспроста облили кофе – сообщил казахстанец приятелю – За всем этим чувствуется рука конкурента.

Поздно ночью в здании, где проводился тендер Европейского космического агентства, Арман и Олег Афанасьевич вышли из подсобки. Они сидели там с вечера. Заперлись и снаружи повесили табличку «ремонт».

Время три часа ночи. В коридоре, куда они попали, темно. Только в конце светит лампа.

– Нам туда – Олег Афанасьевич, крадучись, пошел вдоль стены к выходу на крышу. Маршрут не попадал под «глазок» видеокамеры.

Кандидат наук, астрофизик со стажем, автор монографий. Пожилой и больной человек. Это он предложил пробраться в кабинет, где хранились заявки участников конкурса. Договорился с охранником. Сторож клялся приоткрыть окошко в заветную комнату.

Арман согласился было на авантюру. Изучить предложения других претендентов, потом поменять свое. Отличный шанс на победу. Регламент тендера допускает вносить изменения в заявку перед окончательным рассмотрением.

А теперь следовал за товарищем и проклинал глупость. Во мраке небоскреба затея выглядела безумной. Обязательно наткнутся на секьюрити, и прощай, лунный конкурс.

– Пойдемте назад, Олег Афанасьевич? Пока не поздно?

Коллега обернулся и сердито прошипел:

– Ни шагу назад!

Добрались до прохода на крышу. Открыли, выскользнули наружу. Подошли к краю, обогнув антенны и трубы.

Десятый этаж. Улицы французской столицы залиты огнями. Фигурки людей, гудки машин. Сирены полицейских и скорой помощи. Разноцветные вывески кафе и баров.

Северов высунулся за парапет, посмотрел вниз.

– Окно под нами.

Арман к краю не подошел.

Компаньон вытащил трос и электронную катушку. Привязал к креплениям солнечной батарее. Спустил конец вниз. Пристегнул «страховку». Подергал.

– Чего замер? Быстрей!

– Я не пойду.

Даже в ночном полумраке заметно, как округлились глаза старшего товарища.

– Спятил, что ли? Я один не справлюсь.

– Я не могу. Боюсь высоты, ты же знаешь.

– Знаю. Но сейчас это неважно. Просто лезь и все. Здесь автоматический механизм, сам опускает и поднимает.

Арман попятился.

Ветерок лохматил седые волосы Олега Афанасьевича. Он посмотрел на концессионера, потом сплюнул, перекинул ноги за край, спустился вниз.

Арман подождал немного, потер лицо ладонями и прицепил «страховку» к тросу. Подошел к месту, откуда стартовал приятель, выглянул.

Трос колыхался. Олег Афанасьевич спускался вниз, перебирая руками. Добрался до приоткрытого окна. Втащил ноги и туловище.

По тротуару под ним прошла компания парней и девушек. Они смеялись и громко разговаривали. Жаль, Арман плохо знал французский, чтобы понять их.

Стиснув зубы, второй партнер перебрался через ограждение и начал спуск.

Поначалу он замер на месте. Руки задрожали от напряжения.

Он понял, что если не двинется с места, то упадет. Родители, жена и дочки увидят его тело по утренним новостям. Вернее, по дневным, потому что в Казахстане сейчас уже утро.

Стуча зубами и стукаясь об окна, Арман пополз дальше.

Еще немного и ноги кто–то схватил. Глянул вниз, заметил Северова. Старик высунулся из окна и затаскивал его внутрь.

Забравшись наполовину, Арман отпустил веревку. Свалился на подоконник, толкнул Олега Афанасьевича, ударился боком и коленом, упал на пол. Лежал, тяжело дыша.

– Потише нельзя? – проворчал товарищ – Вся охрана сбежится.

И включил фонарик.

Обшарил тонким лучом бумаги на столе, в шкафу. Радостно шепнул:

– Нашел!

Сверкнул вспышкой карманного фотоаппарата. Потом еще несколько раз подряд. Заявки хранились в толстых папках. Чтобы скопировать, нужно много времени.

Арман поднялся, схватил компаньона за плечо. Развернул лицом.

– Подождите.

– Ну что ты мешаешь? Фото размазалось… – Олег Афанасьевич досадливо дернулся обратно.

– Не надо этого делать.

Приятель обернулся. На лицо падали синие отсветы рекламных щитов соседнего здания.

– Ты чего?

Арман смотрел в глаза пожилому другу.

– Я говорю, не надо копировать заявки.

– Это почему?

– Потому что это нечестно. Неспортивно.

Олег Афанасьевич пробормотал: «Идиот», освободился и отвернулся. Поднял было фотоаппарат.

– Подождите. Не стоит оно того.

Старший товарищ с рычанием схватил Армана за грудки.

– Не лезь ко мне. Мы заплатили охраннику пятьсот евро, чтобы попасть сюда! Лезли с крыши десятого этажа. На кону триста пятьдесят миллионов! Я не собираюсь упустить победу в конкурсе!

И оттолкнул совестливого партнера.

Арман ударился спиной о шкаф. Снова шагнул к Олегу Афанасьевичу.

В коридоре за дверью послышались шаги. Похитители замерли на месте. Северов выключил фонарик.

Шаги приблизились. Ручка двери повернулась пару раз. Кто–то снаружи проверял, надежно ли заперт вход в кабинет.

Друзья посмотрели друг на друга.

Шум за дверью утих. Вот только шагов не слышно. Может, стоит около двери и прислушивается?

Только через минуту в коридоре послышались шаги. Удалялись от кабинета.

Олег Афанасьевич шумно выдохнул. Швырнул фотоаппарат Арману.

– Мы чуть не попались из-за тебя. С меня хватит. Я лезу обратно. Делай что хочешь.

Шагнул к окну, вылез наружу, вскарабкался наверх.

Арман взобрался на подоконник, посмотрел на пляшущую веревку. Потом вниз, на ночные улицы Парижа. Голова закружилась. Он с грохотом упал назад, в кабинет. И потерял сознание.

Очнулся оттого, что кто–то хлопал по щекам.

Открыл глаза, и тут же прикрыл от яркого света.

– С вами все в порядке?

Арман приподнял голову. Над ним наклонился охранник. Кабинет залит лучами солнца.

– Уже утро? Я заблудился и не знаю, как сюда попал…

Охранник улыбнулся.

– Можете не придумывать историю. Вы пришли вместе с Олегом Северовым? Это я открыл вам окно. Скорее вставайте и выходите. Скоро придут сотрудники офиса.

Затылок и спина болели от удара об пол. Арман засунул фотоаппарат в карман и дохромал до выхода. Прошел к лифту, спустился вниз. В вестибюле уже ходило множество народу, прибывшего на работу. Ненадолго задержался у лифта, чтобы прощупать ребра. Вроде все в порядке.

Сзади, среди людей, ждавших лифта, послышались голоса. Говорили насчет тендера, поэтому Арман насторожился.

– Мы с прискорбием обнаружили, что подали неверную заявку. Теперь месье Аделард просит вас оказать любезность и принять изменения.

Знакомый голос. Никак снова Константен, секретарь миллиардера?

– Обычно подобные замены не поощряются. Но для месье Аделарда, так и быть, сделаем изменения.

А это уже секретарь комиссии. Аккуратный такой молодой человек, запамятовал его имя. Кажется, Оливер Гарсиа.

– Как же вы допустили такую оплошность?

– Между нами говоря, это наша обычная практика. Мы всегда стараемся отдать неверные сведения на первоначальном этапе, на случай утечки информации. И только через определенный срок подаем верную заявку.

– Очень предусмотрительно!

Звякнул сигнал лифта. Группа служащих втянулась в металлическую клетку. Створки закрылись, и лифт умчался наверх.

Арман потер бок и пошел к выходу из здания.

Секретарь, неисповедимым седьмым чувством узнавший о приближении судьи, обыденно заявил:

– Встать, суд идет!

Все вскочили. Арман, супруга, ее адвокатша, дети. Сотрудница органов опеки и сам секретарь.

Судья, высокая женщина бальзаковского возраста, вошла в зал судебного заседания, прошелестела мантией до возвышения. Уселась, строго осмотрела присутствующих, потрогала собранные в тугой узел волосы на макушке.

Все опустились на места.

– Рассматривается дело о расторжении брака и лишении родительских прав между супругами Бекетовыми – объявила судья, перелистав папку перед собой.

Пока секретарь собирал документы и объявлял о прибывших лицах, Арман, опустив голову, смотрел перед собой. Сначала предоставили слово жене. Он поднял взгляд, посмотрел на супругу.

– Уже два месяца не живем вместе – пожаловалась Лейла – Он совсем не приносит деньги. Не интересуется, как дочери живут. Бегает с какой–то сумасшедшей идеей полета на Луну.

– Я же каждый день звоню, спрашиваю, как дела! – приподнялся Арман.

Судья постучала по столу.

– Сядьте, вам предоставят слово.

Кивнула Лейле.

– Продолжайте.

Жена вытерла слезы.

– Ради этой дурацкой затеи он продал свою долю на квартиру. Если его замысел провалится, а я уверена, что провалится, мы рискуем остаться без жилья!

– Я обещаю, все получится, Лейла – заверил Арман.

Судья неистово погрозила пальцем.

– Ответчик, еще раз нарушите процесс, оштрафую. Будьте любезны, просите разрешения, если желаете высказаться или заявить протест.

Арман прикрыл рот.

– Молчу, молчу.

– Я просила, чтобы он не делал этого. Чтобы нашел стабильную работу, жил, как все. Но ему плевать на мои просьбы. Плевать на детей!

Супруг махнул было рукой, и снова приподнялся. Но судья бешено сверкнула глазами и он благоразумно промолчал.

Из дальнейшего рассказа жены выходило, что в радиусе тысячи километров вокруг нет более черствого и безжалостного человека, чем Арман. Он обвинялся в многочисленных грехах, связанных с нежеланием уделять внимание драгоценной половине и отпрыскам. Тяжкие преступления подтверждались, например, тем, что негодяй не помнил даты рождения супруги и годовщины свадьбы.

– В общем, он не выполняет обязанности по содержанию детей. Не занимается их воспитанием. Не ведет с вами совместное хозяйство. Распоряжается совместным имуществом супругов в сомнительных сделках – удовлетворенно перечислила судья и с надеждой спросила – Это все? Вредные привычки, употребление алкоголя, измены, азартные игры, побои?

Лейла удивленно покачала головой.

– Нет, такого за ним не водится. Хотя насчет измен, кто его знает. Мы уже два месяца раздельно живем. Наверное, нашел уже кого-нибудь на стороне.

– Ну что ты болтаешь! – не выдержал Арман – Ты прекрасно знаешь, что все это не так. Я же тендером занимаюсь круглыми сутками.

Судья хлопнула ладонью об стол.

– Не говорите, что я вас не предупреждала! Назначаю вам штраф за проявление неуважения к суду. Если этого мало, могу добавить административный арест на пять суток!

Арман поднялся.

– Делайте, что хотите. Я всегда любил жену и дочек. Мне очень жаль, что все так получилось.

И вышел из зала суда.

Когда смог немного соображать, то обнаружил себя сидящим на ступеньках перед храмом правосудия. Рядом мурлыкала кошка, терлась о джинсы. Арман пробормотал:

– Уйди, волосатый уродец – и отпихнул животное подальше.

Кошка недовольно пискнула и отошла, гордо подняв хвост.

Зазвонил телефон. Глянул на экран – отец.

– Ало. Привет, папа.

– Ты можешь приехать?

– Прям щас? У меня тут кое-какие проблемы…

– У нас произошел пожар.

Через три часа Арман вышел из такси рядом с домом родителей. Вернее, с тем, что от него осталось.

Обугленные дымящиеся головешки. Вместо двух соседних домов – тоже самое.

Родители, перемазанные сажей, копались в углях.

– Вот такая вот беда случилась, сына – горестно вздохнул отец, оторвавшись от поисков сокровищ в горелых останках.

Мать припала к шее и заголосила на всю улицу.

Рядом ходили соседи. Помогали таскать уцелевшие вещи.

– Аким приезжал. Обещал помочь – сообщил батя – Мы пока у вас поживем, наверное.

Арман походил по опаленному двору, потрогал руины родного дома. Сгорели дом, сарай, баня… Все, что напоминало о беззаботном радостном детстве.

– У нас не получится.

– А что так?

Арман посмотрел в усталые, слезящиеся от дыма глаза отца.

– Лейла на развод подала. Хочет родительских прав лишить.

Отец вытер грязный нос.

– Допрыгался? Это все из-за твоих космических похождений? Я же предупреждал тебя!

Арман отвернулся.

– Не надо, папа.

– Чего не надо? – закричал отец. На шее проступили жилы – Ты семью бросил, носишься с какой–то дурацкой поездкой на Луну, которая никогда не осуществится! Ну, зачем оно тебе сдалось? Что ты бегаешь, как ужаленный? Из детских штанишек никак не вылезешь?

Мать схватила крикуна за руку.

– Дорогой, успокойся. Люди смотрят

Отец толкнул ее в сторону.

– Да мне все равно на людей! Посмотри на идиота, которого мы вырастили. Какой–то бред в голову вбил, на работу устраиваться не хочет. Теперь потерял семью. Конечно, келинка подаст на развод. Кто согласится жить с тупицей?

Арман подхватил плачущую мать.

– Мама, все в порядке. Я действую по плану.

Отец махнул рукой.

– Уйди с глаз моих. Видеть тебя не хочу.

Мать торопливо зашептала:

– Сыночек, золотце мое, мы у Алтуки поживем, не беспокойся. Ты езжай по делам, видишь, папа расстроен очень.

Поцеловала в обе щеки, размазав по лицу сына копоть и слезы. Пошла вслед за мужем к обгорелым развалинам.

Арман постоял немного, развернулся и пошел обратно.

За десять минут до начала эпохального события Арман и Олег Афанасьевич, одетые в торжественные костюмы с галстуками, появились у здания ЕКА. Взмыли на лифте к нужному этажу, подошли к конференц-залу. Молодой соискатель держал в руке смартфон:

– Почтенные свидетели моих, то есть, наших с Олегом Афанасьичем, авантюр. Торжественно заверяю вас, что сегодня эпопея завершится. Мы напрямую транслируем процедуру подведения итогов тендера. Вы узнаете самыми первыми…

Северов замедлил шаг. Поправил галстук, пригладил редкую седую шевелюру.

– Арман, выключи на время телефон.

Чуть повернул голову и вполголоса предостерег:

– Если тебе втемяшится в голову сказать что–то, сначала посоветуйся со мной. Здесь тебе не там, мигом вышвырнут за дверь вместе с заявкой.

– У меня уши завяли от ваших зловещих советов – пожаловался юный соратник – Я все понял. Буду нем, как попугай, которому вырвали язык.

Северов остановился перед самой дверью в чертоги конкурсного дворца. Схватил товарища за плечо, встряхнул.

– Я серьезно говорю. Даже если будет казаться, что тебя обжаривают на раскаленной сковороде с подсолнечным маслом, не издавай ни звука. Лучше попроси разрешения и выйди из комнаты, понял?

– Хорошо, куда уж понятней – проворчал младший компаньон.

Ученый отворил дверь и вошел в заполненный людьми зал. Арман ступил было следом, но притормозил. Его тянули за локоть назад. Оглянулся. Секретарь комиссии собственной персоной.

– Приветствую, месье Бекетов.

– И вам не хворать, месье Оливер.

– Можно вас на пару слов?

– Конечно – Арман последовал за таинственным господином в сторону от кабинета.

Они отошли подальше от людских потоков, бурлящих по этажу. Уединились в небольшом межкоридорном проеме. Рядом с окном стояли черные диванчики с тонкими железными ножками. Парочка развесистых пальм в клумбах.

Секретарь потирал узкие длинные ладони. Оглядывался по сторонам. Будто предлагал ограбить банк.

– Месье Бекетов, позвольте быть откровенным.

– Я вас слушаю.

– Честно говоря, у вас одно из лучших предложений. И по цене, и по содержанию.

– Отрадно слышать – Арман заинтересованно наблюдал за собеседником.

– Не далее, как час назад председатель комиссии поручил мне провести с вами конфиденциальную беседу.

– Какого плана?

– Понимаете, появилась возможность обсудить с вами условия предстоящего конкурса.

– Да, да, я вас внимательно слушаю.

Оливер засунул руки в карман, немедленно вытащил обратно.

– Дело в том, что после окончания подобного рода тендеров привлекаются особенные субподрядные компании. Так вот, в случае выигрыша, мы хотим предложить вам заключить договор с такой компанией.

– С какой компанией?

– С особенной, дружественной нам компанией – секретарь приподнялся на носках, потом переместился на цыпочки – Которая оказывает услуги за двадцать процентов от суммы конкурса. Вы понимаете меня?

– Кажется, начинаю понимать – медленно произнес Арман. Они пристально смотрели друг другу в глаза – И если мы согласимся заключить договор с такой компанией, то выиграем тендер?

– Не могу ничего гарантировать – Оливер улыбнулся – Это зависит от решения комиссии, сами понимаете. Но я слышал, что в других тендерах победа всегда доставалась именно тем, кто согласился заключить такие договора.

– Это достаточно неожиданно – признался казахстанец – Я даже не знаю, что сказать, если честно. Давайте…

Неподалеку раздался оклик:

– Арман! – к ним подбежал Олег Афанасьевич – Куда ты пропал? А, здравствуйте, месье Оливер. Арман, пошли, все начинается.

– Подождите. Нам нужно кое-что обсудить.

Секретарь улыбнулся обоим.

– Буду ждать вашего решения. Сейчас я открою тендер, оглашу список участников, потом сделаю небольшой перерыв. Надеюсь услышать от вас правильный ответ!

И удалился.

– О чем толкует этот мистер-твистер? – прищурился Северов – Что за вопросы ты обсуждаешь с ним за моей спиной?

Арман почесал голову, взъерошив прическу. Посмотрел на пайщика.

– Они просят взятку.

– Чего?

– Они. Просят. Взятку. Хваленые европейские тендермены. Или как там их назвать. Неподкупные и архичестные.

– Быть такого не может. Он так и сказал?

– Нет, в завуалированной форме. У них есть специальные фирмы, которые сядут нам на субподряд после тендера. Мы должны будем выплатить им двадцать процентов.

– Ну, ничего себе! – Олег Афанасьевич потер подбородок – Не верю своим ушам. Не верю глазам. Я вообще ничему теперь не верю и не удивляюсь. Мы точно в Париже, а не в СНГ?

И схватился за сердце.

– С вами все в порядке? – Арман взял старшего товарища за руку.

– Нормально, пройдет. Давление подскочило от сумасшедшей новости. И что теперь будем делать?

– Я не знаю, Олег Афанасьевич – Арман засунул ноготь большого пальца в рот и стал грызть – Мозги сейчас расплавятся. Если откажемся, они стопроцентно выберут другого. А мы не можем проиграть. Вы же знаете, во что нам обошелся этот проклятый тендер.

– Знаю, Армаха, знаю.

– Я могу потерять семью, если мы пролетим. Отец выгнал меня, когда узнал о разводе. А вы? Ведь это ваш последний шанс? Грант с такими условиями бывает раз в десятилетие. Давайте согласимся на их предложение, как считаете?

Северов засунул руки в карман, подошел к окну, уставился на парижские улицы. Арман опустился на диван.

Помолчали.

Олег Афанасьевич повернулся. Младший соратник смотрел на учителя: темный силуэт на фоне залитого светом окна. Северов покачал головой.

– Нельзя, Арман.

– Чего нельзя?

– Нельзя предавать мечту. Мы сражались. Боролись за нее изо всех сил. Добрались до самого финиша. И теперь нам предлагают победить таким низким способом? Как ты считаешь, достойна такая победа?

– Но мы же победим – простонал Арман, закрывая лицо руками – Разве победа не самое важное в этом мире? Плевать, какой ценой она получена!

Олег Афанасьевич подошел, сел рядом.

– Арман, если бы речь шла о чем-нибудь другом, я бы с радостью согласился. Но это цель всей моей жизни! Я никогда не был так близко к осуществлению своей миссии. Это то, о чем я мечтал с самого детства, когда был сопливым голожопым мальчишкой. Да и ты об этом мечтал, разве не так? И я понимаю, что такого шанса у нас больше не будет. Мое время почти истекло. Ты теряешь семью. Это больше чем поражение, это катастрофа.

Уголок рта Армана горько приподнялся.

– И это говорит человек, который предлагал похитить конкурсные заявки конкурентов!

– Это все детские шалости по сравнению с выигрышем в тендере. И потом, я же согласился с тобой, помнишь?

– Ну почему нам не достичь победы таким путем? Что в этом плохого?

– Я лучше соглашусь умереть прямо здесь и сейчас от своей смертельной болезни, чем достичь цели таким образом! Это же обесценивает, топчет в прах, обращает в пыль, песок любое наше достижение! Не бывать этому, слышишь? Если что–то и осталось в мире святого и непорочного, так это наши детские мечты, Арман. Давай лучше их оставим, чем позволим испоганить и унизить.

Арман спросил:

– Вы уверены, что сможете умереть спокойно, если мы проиграем?

Северов тут же ответил:

– А ты уверен, что твоя семья одобрит такую победу?

Арман задумался.

– Мать и жена ничего не скажут. Маме важно другое, чтобы со мной все было в порядке. Жена хочет сохранить семью. А вот отец и дочери…

Помолчал немного, сжимая челюсти. Потом решительно поднял голову.

– Вы правы, Олег Афанасьевич. Я никогда не решусь рассказать отцу и дочерям, что выиграл в конкурсе нечестно. Лучше проиграть, чем упасть в их глазах. Будь, что будет. По крайней мере, совесть наша будет спокойна. Мы сделали все возможное и невозможное. Курс только на Луну.

Спорщики пожали руки. Встали и направились в конференц-зал.

Месье Оливер Гарсиа встал, поправил воротничок, громогласно провозгласил:

– Господа, объявляю открытым тендер по освоению окололунного пространства силами и средствами Европейского космического агентства. Напоминаю, что тендер проводится в форме гранта на средства Всемирного банка и инвестиций коммерческих компаний. Поэтому на конкурсные процедуры не распространяется принцип географического распределения, используемый обычно на тендерах ЕКА. На дату, оговоренную в тендерной документации, представлено четыре заявки.

Сидящие в комнате господа замерли на месте, шевеля ушами от напряжения. Конференц-зал был небольшим уютным помещением, в котором два десятка человек могли без стеснения проводить круглосуточные собрания. Для этого здесь имелись все условия: длинный дубовый стол, удобные вращающиеся кожаные кресла, аудиосистема последнего выпуска, трибуна для выступлений, широкий экран. Официанты из ресторана на первом этаже готовы принести ароматнейшие блюда на любой вкус.

– Первая заявка – холдинг «Аделард Групп» – объявил Оливер. Тонко улыбнулся миллиардеру, сидевшему в первом ряду зрителей.

– Вторая заявка – корпорация «Божественное лунное сияние» – изысканный кивок китайской делегации. Гости из Поднебесной бесстрастно оккупировали второй ряд.

– Третья заявка от «Селена индастриз». Чикаго, США – представители западного полушария тоже расположились впереди.

– И четвертое предложение от «Лунного консорциума», совместное российско-казакх… казахск… казахстанское предприятие.

Едва секретарь закончил, как поднялся глава тендерной комиссии, месье Бертран Бонне, тучный господин средних лет в темно–синем костюме. Откашлялся и заявил густым басом:

– Объявляется пятиминутный перерыв для подготовки заявок.

Участники тендера направились к столу с закусками, промочить горлышко и поделиться впечатлениями.

Арман пытался выловить устрицу из ракушки, когда рядом незаметно возник секретарь комиссии.

– Что вы решили, месье Бекетов?

– А, это снова вы, Оливер.

Оливер держал руки сложенными за спиной. Чуть приподнял уголки рта вверх, считая это проявлением любезной улыбки.

– Председатель ожидает ответа.

– Скажите ему, что наш ответ нет. Мы отказываемся от вашего предложения.

Улыбка осталась прежней.

– Это ваше окончательное решение?

– Что? Да, окончательное. Как же вы справляетесь с этими устрицами, Оливер?

– Попробуйте вот эту вилку, месье – секретарь подал двузубый прибор, потом кивнул, сверкнув безупречным пробором – Благодарю за ответ, месье Бекетов.

И упорхнул прочь.

Через пять минут тендер возобновился.

Оливер сообщил:

– Каждый из участников представил заявку с техническим и финансовым обоснованием, согласно конкурсным требованиям. Напомню, что каждое предложение оценивается по пяти параметрам.

Наклонился к членам комиссии, пошептался с председателем.

– Первая заявка от «Аделард Холдинг». Соответствие техническим условиям – восемьдесят пять процентов. Соответствие условию об использовании местных ресурсов – сто процентов. Соответствие экологическим условиям – девяносто процентов. Соответствие условию об опыте работ на рынке – восемьдесят пять процентов. Предлагаемая цена – триста тридцать миллионов евро.

Отложил бумаги в сторону. Взял другой пакет.

– Следующее предложение от «Селена Индастриз». Технические условия соответствуют на девяносто пять процентов. Местные ресурсы – семьдесят процентов. Соответствие экологическим требованиям – девяносто пять процентов. Опыт работ на рынке – девяносто пять процентов. Предлагаемая цена – триста пятьдесят миллионов.

Замолчал, подождал, пока члены комиссии заполняют таблицы перед собой. Наконец, Бонне кивнул.

– Третья заявка от корпорации «Божественное лунное сияние» из Китая. Соответствие техническим условиям – восемьдесят пять процентов. Соответствие условиям по местным ресурсам – двадцать пять процентов. Экологические условия – шестьдесят пять процентов. Опыт работы – девяносто процентов. Предлагаемая цена – двести восемьдесят миллионов.

Закончил, отложил документ, взял последнюю бумагу.

– И заявка от «Лунного консорциума». Соответствие техническим условиям – девяносто процентов. Использование местных ресурсов – шестьдесят процентов. Экологические нормы – девяносто процентов. Соответствие требованиям об опыте работ – девяносто процентов. И предлагаемая цена… – здесь он ненадолго замолчал – Предлагаемая цена – двести пятьдесят миллионов евро.

Участники тендера взволнованно загудели. Оглянулись на скромно сидящих позади евразийцев.

Наслышаны уже. Обычно тендер выигрывает тот, кто предложил самую низкую цену.

Арман и Олег Афанасьевич глянули друг на друга, улыбнулись и пожали руки. Ладонь Северова была влажной от пота.

Оливер отложил последний документ, слегка поклонился.

Председатель комиссии снова поднялся.

– Комиссия удаляется для вынесения решения.

Участники собрания потянулись к выходу. Окончательный вердикт должны вынести через час.

Перед тем, как выйти из зала, Арман обернулся. Бертран Бонне с любезной улыбкой глядел ему вслед.

Пайщики расположились на коридорных диванчиках. Олег Афанасьевич принял лекарство и расслабил узел галстука.

Мимо прошла делегация из США. Улыбнулись, сверкнули стеклышками очков. Глава, высокий худой мужчина, подошел к Арману, протянул руку.

– Поздравляю с победой.

Арман пожал его ладонь.

– Спасибо, но результаты еще неизвестны.

Американец махнул.

– Обычно всегда выигрывает тот, кто предложил самую низкую цену. Сами понимаете, рынок.

И ушел с коллегами, беззаботно улыбаясь.

Арман полез за смартфоном. И обнаружил сообщение от младшей дочери.

«Привет, папа, как дела? Когда вернешься?»

Быстро набрал:

«Привет, солнышко. Все ок. Скоро вернусь. Надеюсь, с хорошими новостями».

Походил по коридору туда–сюда. Глянул на товарища.

Северов лежал неподвижно. И дыхания не видно.

Подскочил, схватил за руку. Олег Афанасьевич не шевелился.

Спустя пятнадцать минут Арман сидел в реанимобиле. Олег Афанасьевич покоился на носилках, на лице кислородная маска. Медсестра рядом придерживала стойку капельницы.

Машина скорой помощи с ревом сирены неслась по улицам Парижа. Другие автомобили послушно уступали дорогу.

В больнице Северова увезли в реанимацию. Он так и не пришел в сознание.

– Приходите часа через два – предложила медсестра – Врачи сделают все необходимое.

И Арман помчался обратно, на заседание комиссии.

Успел как раз к окончанию перерыва. Сел со смартфоном в руках. Видеосъемка уже работала. Надо запечатлеть момент триумфа, чтобы показать потом Олегу Афанасьевичу.

– А теперь месье Бонне объявит о результатах тендера – сообщил Оливер после краткого приветствия.

Председатель комиссии поднялся с места с листком бумаги в руках. Прокашлялся.

– По итогам рассмотрения заявок, поданных для участия в тендере Европейского космического агентства по проведению серии научных экспериментов на поверхности Луны, победителем объявляется…

Арман затаил дыхание.

– «Аделард Групп» – объявил Бонне. И уселся на место.

Смартфон дрогнул в руках Армана.

Участники тендера негромко переговаривались между собой. К Аделарду подошли несколько человек и пожали руки. Миллиардер улыбался.

Представитель американской компании поднял руку.

– А что же с другими заявками с более низкой ценой? Почему их обошли?

Оливер вежливо улыбнулся.

– Комиссия вправе не оглашать причины решения. Однако поскольку все будет указано в итоговом протоколе, мне разрешили сообщить некоторые подробности. Китайской компании добавлены штрафные баллы за экологию и местные трудовые ресурсы. А российско-казахстанскому консорциуму…

И посмотрел в сторону Армана.

– Российско-казахстанскому консорциуму добавлен штраф за слишком большое количество подрядных компаний. Согласно последним рекомендациям Европейской комиссии по борьбе с коррупцией, наличие числа подрядчиков более чем на две трети от объема работ, повышает риск коррупционных отношений в компании.

Американец улыбнулся и пожал плечами. Участники тендера встали с мест. Кроме Армана.

Он опустил руку со смартфоном. Заметил, что на телефон пришло сообщение из мессенджера. От матери. Начиналось со слов: «Ну, как все прошло? Можно поздр…».

– Месье Бекетов? – перед ним стоял Оливер.

Арман поднял голову.

– Тендер завершен, все расходятся.

Арман кивнул.

– Сожалею, что так вышло. Видите ли, по сравнению с вами, месье Аделард оказался более понятливым. Надеюсь, вы не в обиде.

Повернулся, чтобы уйти. Потом глянул на Армана еще раз.

– Месье Бекетов?

– Что? – хрипло спросил Арман.

– У вас кровь на подбородке. Дать платок?

Арман потер лицо. Действительно, под нижней губой мокро. Пальцы измазаны в крови. Во рту солоно. Видимо, он прокусил губу. И сам не заметил, когда.

Он поднялся, обошел Оливера и вышел из комнаты.

Арман вошел в палату. Поставил в вазу букет полевых цветов. Рядом положил хрустящий сверток с яблоками, бананами и ананасом.

Олег Афанасьевич лежал на кушетке. Слабо помахал рукой. Седая бородка взъерошена. Скулы отчетливей проступили на исхудавшем лице.

– Больничная форма вам к лицу – заметил Арман с улыбкой – Ну, как вы? Лучше уже?

– Все в порядке. Так, небольшие технические неполадки. Напугал я тебя? Так не вовремя. Ну, ничего, обойдется, выкарабкаюсь – ответил Северов – Как все прошло, по плану? Когда контракт заключать будем?

Арман опустил взгляд. Покачал головой.

– Не будет контракта. Прокатили нас, Олег Афанасьевич. Тендер достался Аделарду.

Северов прикрыл глаза. Помолчал.

– Это из-за нашего отказа?

– Да. Ко мне Оливер потом подошел, высказал все.

Олег Афанасьевич повернул голову, посмотрел в окно. Там виднелось синее парижское небо.

– Ну и ладно. Прорвемся. Чего-нибудь другое придумаем, верно?

Арман кивнул.

– Жаль только, могу не дотянуть до конца – заметил Олег Афанасьевич и вздохнул – Ты только не бросай это дело, хорошо?

– Теперь уже не заброшу – Арман вынул из кармана бумажку – Я почти холостяк, контролировать меня некому. Получил новую повестку в суд. По разводу. Сегодня лечу в Казахстан. Утрясу все дела, потом встретимся. Вы, главное, поправляйтесь.

– Ты потерял семью из-за меня.

Арман печально усмехнулся.

– Причем тут вы, Олег Афанасьевич? Все и так шло к этому. Рано или поздно все равно бы…

– Ты о дочерях не забывай. Дети пострадают, вот что самое плохое. Зачем я только втянул тебя в эту авантюру? Мне скоро помирать, а тебе жить да жить. А нам опять начинать сначала, с полного нуля. В одном шаге от победы были. И неизвестно, получится ли?

– Олег Афанасьевич…

– И зачем мы только отказались от их предложения? Ну, сунули бы двадцать процентов, подумаешь, велика потеря. Это все моя гордыня, Арман! Идиот я, идиот круглый. Зачем ты меня послушал?

– Прекратите – резко сказал Арман – Я взрослый человек, и знал, на что иду и чем жертвую. Не бывает побед без поражений и потерь. Да, я потерял семью. Да, от меня отвернулся отец. Да, мы проиграли треклятый тендер. Но зато мы хоть что–то делаем. А не сидим, сложа руки. И если вы завтра умрете, то будете знать, что сделали все возможное, чтобы воплотить мечту всей своей жизни. И будете умирать с чистой совестью. Разве это не стоит того?

Олег Афанасьевич помолчал. Потом кивнул.

– Правильно говоришь, мальчик мой. Прости за минутную слабость. Сколько бы раз мы не проигрывали, остается только вытереть слезы, сжать зубы и идти дальше. И если я упаду на этом пути, переступи через меня и продолжай движение. Иди до конца. Курс только на Луну.

Помолчали.

– Когда за вами племянник приедет, Олег Афанасьевич?

– Послезавтра должен быть. Думаю, через недельку рвану в Москву.

– Я вам позвоню, как только освобожусь. До свидания. Выздоравливайте поскорее.

– И тебе удачи.

Арман вышел из палаты.

На следующее утро прямо из аэропорта столицы Казахстана приехал на такси к сестре. Здесь сейчас жили родители.

Лифт поднял на десятый этаж. Арман подошел к входной двери, нажал кнопку звонка. Услышал, как внутри заиграла переливчатая мелодия. Дверь открылась.

Отец собственной персоной. В белой футболке и спортивных штанах. Родители всегда рано вставали.

– Явился – хмуро заметил родитель.

Арман кивнул.

– Ну, проходи – посторонился, пропустил внутрь.

– Как вы? – спросил Арман, снимая куртку и разуваясь.

– Потихоньку.

Голос сына услышала мать. Обрадованно вышла в коридор, обняла, поцеловала.

– Сыночек, как хорошо, что ты приехал. Как раз завтракать собирались. Что же не предупредил?

Они прошли на кухню. Сестра и ее муж уже умчались на работу, дома только родители.

– Ну, как там твой тендер? – спросил отец, усаживаясь за стол.

Арман тоже сел и опустил голову.

– Мы проиграли.

– Кто бы сомневался. Что теперь Лейла скажет?

– Завтра будет суд в Алматы. Там все решится.

Отец помолчал.

– Да уж понятно, чем все решится. Надеюсь, она с дочерьми потом позволит общаться?

– Надеюсь.

Мать сняла с плиты вскипевший чайник и подошла к столу.

– Не расстраивайся, сынок. Все будет хорошо, вот увидишь.

Арман позавтракал яичницей–глазуньей с сосисками. Мать и жена всегда готовили одинаковые блюда по–разному.

– Ладно – решил отец, выпив горячего чая с сахаром и лимоном – Ты решил идти своей дорогой, так иди дальше. В конце концов, ты мужчина, тебе решать. Только детей не забывай.

Обнял на прощание, потрепал по голове, совсем, как в детстве. Мать, вытирая глаза платком, поцеловала в щеку.

Арман вызвал такси и уехал на железнодорожный вокзал.

На следующий день он вошел в здание суда с повесткой в руках. Лейлы с детьми нигде не было видно. Подождал на входе минут десять, потом из недр здания выскользнул знакомый секретарь и выкрикнул:

– Бекетов к судье Абишевой по разводу и лишении родительских прав.

– Я здесь – отозвался Арман.

Секретарь повел его в зал заседания. А по дороге попросил:

– Постарайтесь сегодня вести себя прилично. На вас могут наложить арест.

Арман безразлично кивнул.

– А, это наш сорвиголова – заметила судья, сидевшая за столом – Как поживаете? Штраф оплатили?

– Еще нет, ваша честь. Скоро заплачу – ответил Арман, перебираясь за один из столов в зале.

– Давайте, давайте побыстрее – судья пролистала дело. Потом подняла удивленные глаза на ответчика – Вы зачем приехали? Могли бы устно передать по телефону, что согласны с определением суда. Или у вас есть встречные претензии?

– С каким определением? – спросил Арман – Встречных исков у меня пока нет.

Судья удивилась еще больше.

– Как это с каким? С вынесенным. Вы не ознакомились еще, что ли?

– Боюсь, здесь какое–то недоразумение – пробормотал Арман – Ничего не читал. Я только вчера из Франции вернулся.

– Вот дают – судья хлопнула ладонью по столу – Чего же с супругой не поговорил? Судебное разбирательство закрыто, дорогой ты мой! Забрала заявление твоя женушка. Передумала с тобой разводиться. А ты как? Согласен с этим? Или настаиваешь на разводе?

– Не может быть – ошеломленно сказал Арман – Я и не знал, ваша честь. Нет, мне не нужно развода.

– Ну, тогда иди, договаривайся со своей ненаглядной. Придете через пару недель, заберете документ о закрытии дела, он пока не готов.

Арман побежал к выходу. Перед дверью оглянулся, крикнул:

– Спасибо, ваша честь – выскочил наружу и помчался по коридору.

Через полчаса он подлетел к двери своего подъезда и хотел нажать кнопку домофона. Но дверь открылась сама. Из подъезда вышла соседка.

– Привет, Арман, как дела? – и пошла дальше – Что–то ты пропал совсем…

– Здравствуйте, апа – ответил Арман и вбежал в подъезд.

Поднялся на нужный этаж, остановился перед дверью в квартиру. Тяжело дыша, нажал на кнопку. Внутри квартиры раздался звонок.

Прошло несколько мгновений, потом дверь отворилась. На пороге стояла жена.

Они посмотрели друг на друга, потом Лейла сказала:

– Ну, что застыл? Проходи скорее.

Из комнат выглянули любопытные детские головки. Радостно завизжали:

– Папочка пришел! – и бросились обниматься.

Арман крепко прижал девочек к себе и даже немного приподнял в воздухе.

– Мы как раз за стол собирались – заметила Лейла – Вымой руки, садись.

После сытного обеда, когда дочери ушли в свои комнаты, Арман спросил:

– Ты передумала разводиться?

Лейла кивнула.

– Хотела, но не смогла. Видно, такая у нас судьба, Арман. Куда ты, туда и мы. Без тебя очень плохо.

Они обнялись.

– Ты меня прости, дорогая. Не получается по–другому – прошептал Арман.

– Как там твой тендер? – спросила Лейла.

Арман помолчал.

– Проиграли. Придется искать другой вариант.

Лейла улыбнулась.

– Я же предупреждала. Ну, ничего, что-нибудь придумаете. Главное, про нас не забывай.

Арман улыбнулся в ответ.

– Ни за что не забуду. Только вот Олег Афанасьевич, мой товарищ, приболел. Теперь…

Закончить не дал телефонный звонок. Арман посмотрел на абонента.

– Это как раз он звонит. Извини, мне надо ответить.

– Хорошо – Лейла крепче прижалась к нему.

Арман ответил на вызов.

– Здравствуйте, Олег Афанасьевич. Как ваше здоровье?

И потрясенно замолчал, потому что в трубке раздался громогласный крик.

– Ура, Армаха! – кричал Северов – Поздравляю! Я на двадцать лет помолодел!

– Это хорошо. Вылечились, значит?

– Вылечился? Да я готов по стенам и потолку бегать! Все-таки наша взяла, Армаха!

– Вы о чем, Олег Афанасьевич?

– Как о чем? Ты что, не в курсе еще? Мы выиграли тендер! Победу нам присудили!

Арман привстал с места.

– В смысле присудили? Мы же проиграли, я собственными глазами…

Северов оглушительно расхохотался.

– Значит, твои подписчики без тебя все провернули? Вот тихушники! Ты вообще ничего не знаешь, получается?

– Не знаю о чем? Рассказывайте, Олег Афанасьевич, не томите!

– Ну, ты даешь, мистер-твистер! Ты же постоянную съемку тендера вел, помнишь? Еще с того момента, когда мы только в здание вошли. И видео сразу в эфир отправлял. Весь твой разговор с Оливером полностью в сети оказался! Когда твои зрители узнали, как тут дела делаются, они такой шум подняли, мало не покажется. Комиссия спешно пересмотрела итоги конкурса. Нас, как предложивших самые выгодные условия, объявили победителями.

– Не может быть – прошептал Арман – Я точно не сплю? Лейла, ущипни меня.

– Короче, Армаха. Мне болеть некогда. У нас теперь дел невпроворот. Срочно вылетай сюда, начинаем работать по–серьезному.

– Слушаюсь, Олег Афанасьевич – ответил Арман и отключился.

Потом подхватил жену на руки и с дикими воплями стал носиться по комнате.

Ракета «Луч» содрогалась. Поднималась вверх, пробивая небесный свод.

На тело навалилась тяжесть. Не пошевелить ни рукой, ни ногой. Уши заложило. Слышен только мощный рев двигателей.

Арман чуть повернул голову вправо. Стекло шлема скафандра чуть запотело от дыхания.

Присмотрелся к Алексею. Зубы сжаты, на лбу капельки пота. Голова трясется от толчков. Дальше, в иллюминаторе, видно голубое небо. Изредка мелькают клочья облаков.

Скосил глаза влево.

Третий член экипажа, француз Андрэ, сосредоточенно морщит лоб и покусывает нижнюю губу. Есть у него такая привычка. А в остальном, как будто и не ощущает перегрузок, паршивец. Как будто в кафе сидит и размышляет, что заказать на ужин.

У самого Армана скрутило желудок. Он уставился вперед, морщась и заставляя себя следить за показаниями приборов.

С момента запуска прошло всего полторы минуты. Он зажмурил глаза. Низ живота затягивало в пятки.

Сквозь шум двигателей послышался короткий писк. Арман тряхнул головой. Слуховые галлюцинации, плохой признак. Не потерять бы сознание. Вот будет потеха, если командир экипажа свалится в обморок, как старшеклассница при виде крови.

Сколько продолжалась пытка, он не заметил. Просто шум притих, нагрузка спала. Потом ощутимый толчок и грохот. Отделились ступени.

Голубое небо в иллюминаторе исчезло. Вместо него темнота.

И ощущение легкости в теле.

– Луч, как слышите? Как самочувствие, парни? – это диспетчер ЦУПа – Как слышите?

Арман переглянулся с товарищами.

– Самочувствие? Какое может быть самочувствие, если по тебе каток проехался? – проворчал Алексей – У меня зубы болят, как у акулы.

– Это ты челюсть сильно сжал, я видел – заметил Арман. Глянул на француза, спросил по-английски – Андрэ, как ты?

Иноземец покачал головой. На губах кривая улыбка, как будто лимон жевал.

– Земля, все в порядке – доложил Арман.

– Что там с зубами у Иволгина? Причем здесь акула? – встревожился ЦУП.

– Притом – ответил Алексей – Вы стих про Айболита забыли, что ли? Зубки болят у бедных акулят.

– Земля, не обращайте внимания – успокоил Арман – Это шутка. Если что, я сам вырву больные клыки.

– Понятно. Ну что же, Луч, поздравляю. Вы в космосе, парни. Все идет по плану. Можете открыть шампанское.

Потянулись, размялись, хрустнули суставами. Отстегнули скафандры от кресел. Сняли шлемы, перчатки, вылезли из костюмов. Шлем Андрэ поплыл по салону космического корабля.

Алексей улыбнулся и поплыл следом. Тренировочный костюм на спине пропитался потом.

За ним следом прыгнул Арман. Перекувыркнулся, достал до стенки. Оттолкнулся обратно, врезался в Андрэ.

Но француз не обратил внимания. Он колыхал у иллюминатора. Рассматривал Землю.

Тяжело дыша, Арман тоже замер у смотрового отверстия.

Через чуточку заиндевевшее стекло была видна голубая планета, парящая в космосе. Белые волны облаков застыли над коричневой поверхностью.

– Красота! – прошептал Арман.

И снова услышал протяжный писк.

Это уже не показалось. Тем более, что Алексей схватился за карман на груди.

– Что это было? – подозрительно спросил командир – Что ты опять устроил, Алеха?

– А что я? Что сразу Алеха?

– Иволгин! Ну что с тобой делать!

Из нагрудного кармана Алексей вытащил дрожащий серый комок. Подержал в руках и кинул командиру. Комочек замахал лапками, пискнул еще раз и поплыл к Арману.

– Только не это, Леха! – Арман схватил зверька, подержал в руке, поднес ближе к лицу – Вот ведь маленький волосатый уродец. Это же енот.

Андрэ нахмурился и протянул руку.

– Как ты умудрился протащить его через карантин? – спросил командир, передавая енота французу.

– Есть знакомые – туманно ответил Алексей.

– Это то, что я думаю! – заревели в ЦУПе – Это что, енот на борту? Как он туда попал? Опять твои проделки, Иволгин? Ты совсем спятил?

– Эй, земля, спокойнее. Чего разнервничались. У нас и так здесь целый зоопарк для био исследований. Крысы, кузнечики, тараканы. Пусть и енот будет.

– Так он же не проверен и не дезинфицирован! На нем микробов и бактерий больше, чем на вокзальной шлюхе. Ты поставил экспедицию под угрозу!

– Мы сейчас его почистим – подключился Арман – Помоем и почистим. Что теперь сделаешь?

– Надеюсь, у Иволгина бегемота за пазухой нету – недовольно пробормотал ЦУП – Давайте, работайте. Скоро выход на курс к Луне.

Алексей намылил шампунем и вытер насухо жалобно пискающего енота. Арман и Андрэ проверили курс и состояние двигателей.

А потом укротитель семейства полоскунов жалобно пробасил:

– Кэп, меня из-за пережитых треволнений потянуло пожевать челюстями.

Не отрывая взгляда от гироскопа, Арман заметил:

– У тебя же ротовая полость болит. Хуже, чем у акулят.

– Уже прошло. Да и питомец мой проголодался. Как назовем его, кстати?

Зверек плавно скользил по внутренностям космолета. Пискнул. Сзади выползла золотистая жидкость, тут же закольцевалась в шарик. Колыхаясь, кругляшок придвинулся к Андрэ, расплющился о спину.

Француз обернулся, понюхал испорченный свитер, обрушил на енотов род страшные проклятия.

– Может, назовем скунсом? – поморщился Арман.

– Не, так не пойдет. Поскольку он царапается, как дьявол, он, конечно же, отныне и впредь, будет Кактусом.

– Хорошо. А ты за него в ответе, понял, инженер? Если он выставит на корабле хоть одну мину, я вас лично обоих за борт вышвырну.

– Так точно, кэп. А теперь разрешите сервировать стол в ресторане, кэп?

– Действуй.

Сверив с ЦУПом показания приборов, экипаж пристроился перекусить. В вакуумированные пакеты с едой налили горячей водички. Вскоре потянуло ароматом супов и жареной картошки. Изголодавшаяся команда приступила к трапезе и молча хрустела челюстями. Андрэ запивал яства апельсиновым соком, Арман предпочел чай. Кактус напился молока и заснул, раскинув лапки в стороны.

Алексей пошуршал рукой в аптечке. Вытащил коричневую упаковку с запасом донорской крови.

Арман поперхнулся чаем.

– Ты вампир, что ли, ко всему прочему?

Бортмеханик поднял упаковку, отсалютовал.

– А то как же. За ваше здоровье.

Открыл и выпил пару глотков. Андрэ при виде этого снова выругался по–французски.

Арман почувствовал запах спиртного.

– Алеха, как ты алкоголь пронес? А кровь где? Что будем заливать при необходимости?

– Это мои запасы. Можете мне водку залить, если что. Так даже лучше будет.

Командир экипажа вздохнул.

Потом осмотрелся по сторонам. Солнечные лучи пробивались через иллюминаторы правого борта. Космический аппарат пронзал космос. Позади синели изогнутые просторы земного шара.

Арман отключил микрофоны. И сказал:

– Ладно, раз уж сегодня выдался день сюрпризов, я тоже открою вам маленькую тайну.

Поманил коллег, приложив палец к губам. Бортинженер и ученый подплыли к нему поближе.

– Ребята, мы не просто так летим на Луну. Мы там остаемся.

Енот полетел в сторону. Арман бросился к приборам. На экране один из семи двигателей отображен красным цветом. Рядом предупредительная надпись: «Выход из строя».

– Остальные в порядке?

Алексей полностью выплыл из перегородки, ведущей в соседний отсек. Присоединился к главе экипажа.

– С четвертым тоже проблемы. Работает только на шестьдесят процентов.

Арман щелкнул кнопкой связи с Землей.

– Что со связью? Почему не слышно ЦУП?

– Авария, кэп.

– Резервный канал?

– Андрэ проверяет.

– Причины поломки?

– Еще неизвестно.

Капитан космического аппарата устремился к соседнему отсеку.

– Алексей, пойдем, проверим движок.

Через полчаса проблему удалось установить. Замыкание в подаче питания. Алексей поколдовал в схеме энергообеспечения. Двигатели заработали.

А затем с помощью француза подключился ЦУП. Те же проблемы с питанием, оказывается, повлияли и на связь.

– Значит так, парни – сообщил диспетчер – Разберите на косточки и проверьте состояние всей схемы. Такая ситуация может повториться в любую секунду. Найдите неисправные участки, а потом будем решать, что делать дальше.

– Минутку – в волосы Армана вцепился Кактус, он оставил это без внимания – Если неисправности превысят критический предел, вы отмените экспедицию?

Пауза. Потом ЦУП ответил:

– Будем решать.

Арман замер на месте. Потом поднял руку и скомандовал:

– Ладно, мистеры. Работаем.

Экипаж бросился проверять электрооборудование корабля.

Через пять часов кропотливой работы участники полета, и земные техники признали: вся система в полном порядке. Неисправность, скорее всего, дело случая.

Космонавты наскоро перекусили и легли отдыхать. Кактус пробрался в узкую каюту Алексея. Устроился на груди у хозяина.

Арман закрыл глаза и сразу заснул.

Проснулся от пронзительного сигнала сирены.

– Задымление в системе теплозащиты – предупреждал металлический женский голос – Угроза пожара третьей категории. Примите срочные меры.

Андрэ на месте не было. Алексей продолжал сладко храпеть, не обращая внимания на шум. Кактус смотрел на сполохи красного света и пытался поймать прыгающие зайчики.

Арман потряс механика.

– Вставай, Алеха. Опять авария.

Иволгин прервал храп, недовольно заворчал. Потом услышал сирену и мигом проснулся.

Связь с Землей снова исчезла.

Они проплыли по отсекам и обнаружили Андрэ в хвостовом отделении.

– Опять замыкание – объяснил француз – Не могу найти источник.

Арман открыл проход в технический отсек, закашлялся от дыма. Хотел закрыть, но мимо проскользнула крупная фигура Алексея в скафандре. На шлеме ярко сияла лампочка налобного фонарика.

Через двадцать минут помехи устранили. Оказалось, снова случайное разъединение элементов. В остальном схема работала безупречно.

– Ничего не можем понять – недоумевал заработавший ЦУП – Прямо мистика какая–то.

Экипаж собрался в главном отсеке.

– Что будем делать? – спросил Алексей – Две аварии за десять часов, это вам не шутки.

Арман тяжело дышал. Опустил голову и глухо сказал:

– Пока не получу ясного подтверждения о неисправности системы, полет не отменю.

– Кэп, с ума не сходи. Какой полет, если наши задницы чуть не превратились в яичницу? Надо поднимать вопрос об экстренной…

– Я сказал, пока никакой отмены.

У Алексея на потном лице широко раздувались ноздри толстого носа.

– А я не собираюсь лететь на пороховой бочке. Я свяжусь с ЦУПом и потребую эвакуации.

– Какие основания для спасательной экспедиции? Корабль функционирует нормально. Были неисправности в системе, но они не выходят за процент погрешности. Нет никаких явных…

– Основания? Какие еще основания? Ты спятил, Арман? Мы осмотрели только семьдесят процентов системы. В тех местах, куда физически невозможно добраться, может таиться масса скрытых дефектов. И они могут проявиться в любой момент. В следующий раз будет не просто немножко дыма, как на сельской дискотеке. Будет большой «Бум»!

– У тебя есть доказательства, кроме обычных предположений?

– Арман, запускай протокол спасения.

– Ни за что, Алексей. Перестань паниковать. Если ты будешь настаивать, я расценю это, как неподчинение приказу. И поступлю соответствующе.

Андрэ молчал и смотрел на их ожесточенные лица. На непримиримые взгляды, упертые друг в друга.

Кактус подлетел было к Алексею. Но бортинженер отпихнул енота. Потом отвернулся от командира.

– Ладно, твоя взяла. Летим дальше и ждем, пока нас раздербанит на осколки.

Арман выдохнул и расслабился.

А ученый француз сообщил:

– Браво, друзья. Вы прошли испытание.

Командир посмотрел на иностранца:

– Ты о чем вообще?

– Это психологический тест. На действия в экстренной ситуации. Дополнительный, предусмотренный программой полета.

Алексей повернулся к ним.

– То есть?

Андрэ безуспешно пригладил кудрявые волосы.

– Совершенно верно, друзья. Эти аварии подстроены специально. С моей помощью. Чтобы исследовать ваши реакции. У меня секретная директива от Европейского космического агентства. Получил за два месяца до старта.

Алексей крикнул: «Ах, ты мудак!», опять отшвырнул обиженно пискнувшего Кактуса, попробовал ударить коллегу по лицу.

Получилось неуклюже. В космосе драться неудобно. Как будто бьешь под водой.

Тогда Алексей попробовал придушить исследователя.

Пришлось вмешаться Арману. Оттащил инженера от придавленного француза.

– Ого – заметил ЦУП – Весело у вас там. Иволгин, ты не обижайся на Андрэ. Видишь, оказывается, не только у тебя козырные тузы в рукавах бывают.

Алексей расправил комбинезон на шее и плечах.

– Да не обижаюсь я. Просто выброс адреналина.

И погрозил ученому пальцем.

– Мы были в курсе, если вам от этого станет легче – добавил диспетчер – Все заранее согласовано. Так что оставь Сигаля в покое. Ему запретили говорить.

Арман покачал головой.

– Пойду, высплюсь.

Вернулся в тесную каюту. Пристроился в спальнике поудобнее, заснул.

Открыл глаза от шума сирены. Чертовы красные сполохи от сигнализации знакомо пробегали по стенам корабля.

Рядом Андрэ. Курчавые волосы торчат во все стороны. Бледно–желтый цвет лица. Трясет руками.

– Командир, вставайте скорее. Опять авария. Запасы воды под угрозой.

Арман повернулся на другой бок, что в невесомости ощущалось достаточно условно.

– Отстань со своими дурацкими розыгрышами и тестами.

– Это не тест, командир! Это реальная поломка!

– Андрэ, дай поспать. Сначала было смешно, сейчас уже не остроумно.

– Что делать, что делать?

Сквозь дремоту Арман слышал, как француз взывает к Алексею.

– Проснись, у нас катастрофа.

– Каналья – зарычал пробужденный инженер – Тебе жить надоело? Опять проверка? Иди, знаешь куда, со своими катастрофами.

Еще немного Андрэ пытался вытащить их из постелей. А потом утих. Видимо, уплыл докладывать на Землю, что исследование провалилось.

Арман хотел снова окунуться в царство Морфея. Но через громкую связь зазвенел голос Артемьева.

– Бекетов, Иволгин, немедленно поднимайтесь!

Арман вылетел из спальника. Если уж сам координатор проекта вышел на связь, дело серьезное.

– У вас прорыв в баках. Уровень воды критический.

Командир экипажа спросил было:

– Это точно не проверка? – и осекся. Через иллюминатор заметил, как из обшивки корабля в открытый космос выползает струйка воды. На лету превращается в льдинки.

Заорал:

– Алексей, быстрее перекрывай подачу воды.

Заспанный бортмеханик проследил за взглядом капитана, заметил несанкционированную утечку и мигом проснулся. Сунулся в технический отсек, но Арман остановил.

– Накинь скафандр. Там наверняка пробило оболочку, разгерметизация салона.

Алексей облачился в белое пузырчатое одеяние со стеклянным шлемом, уплыл. Арман сел за приборы. ЦУП давал указания, он выполнял. Докладывал о результатах.

Вскоре ручеек иссяк. Лед в космосе остался позади. В отсек вплыл Андрэ. Пробурчал:

– Воды осталось меньше половины. Что за проклятая поездочка.

Арман и сам видел.

– Земля, у нас не хватит воды на весь период эксперимента.

– Слышим – отозвался Артемьев – И думаем, что делать. Оставайтесь на связи и следите за показаниями приборов.

Француз рядом тяжело вздохнул и пробормотал ругательство на своем языке.

Ну, это уже никуда не годится. Арман хватался руками за стены космолета. Обследовал самые потаенные уголки.

Французский коллега так и не появился. Даже через три часа после сообщения Алексея.

Они забеспокоились, когда Алексей закончил тренировку. Чтобы мышцы и кости не атрофировались в невесомости, их нужно постоянно держать в тонусе.

– А что французик? Ему тоже не мешало бы потягать упоры – спросил он у Армана.

Действительно. Андрэ уже давно пропал.

Арман вызвал товарища по радиосвязи. В ответ молчание.

Встревожились.

Доложили ЦУПу.

– Заснул, наверное – предположили на Земле – найдите и разбудите. Мы отслеживаем его состояние по датчикам. Все в порядке.

Алексей направился в технический отсек. Арман в грузовой. Плыл, осматривая помещения одно за другим. Может, Андрэ потерял сознание? Лежит, зажатый грузом.

Багаж на корабле солидный. Запасы еды, воздуха. Изрядно облегчавшие резервы воды. Оборудование для научных экспериментов. Компьютеры, средства связи. Луноходы в разобранном виде. Механизмы бурения и стройки. Химические материалы. Лабораторные животные и растения. В общем, переносной городок.

– Ну как там, кэп? – спросил Алексей – Показался наш блудный сын на горизонте?

– Ни сном, ни духом – Арман как раз отдирал от стены упаковку с малогабаритным телекоммуникационным спутником. Она мешала пробраться дальше по отсеку.

– У меня тоже ничего. Надеюсь, он в машинное отделение не залез. Сейчас проверю и доложу. Ай, Кактус, хватит царапаться!

– Действуй.

По всему кораблю гудели установки обработки воздуха. Как будто рядом с автобусным парком, где беспрерывно прогревают двигатели.

Командир проплыл через всю грузовую камеру. Проверил все отверстия, где мог поместиться человек. Андрэ нигде не было. Лампы освещали вокруг ярко, с желтым оттенком.

– Ничего себе! – воскликнул Алексей – Вы только посмотрите на это!

– Что такое? – заволновался Арман.

– Тут… – и связь пропала.

– Иволгин – позвал Арман – Алексей!

Рация молчала.

– Земля, как слышите?

Ни звука.

Он пихнул огромный пакет с реактивами, который упрямо лез в руки. Поплыл обратно.

Свет погас. Кондиционеры утихли. Почти кромешная темнота. Только из иллюминатора неподалеку внутрь пробивалось бледное мерцание звезд.

Космический аппарат как будто застыл в космосе.

– Что происходит? – пробормотал Арман.

Осторожно двинулся дальше и тут же ткнулся макушкой в плотную упаковку с грузом. Голова заболела. Он нащупал путь, медленно, шаря руками, пробрался вдоль стены.

Доплыл до иллюминатора, посмотрел.

Вокруг только плотная россыпь звезд.

Вдруг вспыхнул свет. Шумно заработали установки. В ушах раздался голос Алексея:

– Ну, вот и все, теперь ищем дальше.

– Что это было? – спросил Арман – Что ты сделал?

– В четвертом движке перепад давления странный был. Я перезагрузил. Поэтому свет пропал.

– Что насчет Андрэ?

– Нету. Что за чертовщина творится?

– Ищи дальше.

За полтора часа обшарили весь корабль. Француз бесследно исчез. Алексей и Арман встретились в основном отсеке. Еще раз доложили о происшествии на Землю.

– Вы там не только котят, а еще и гашиш протащили, что ли? – предположил ЦУП – Как так исчез? Мы прямо сейчас отслеживаем жизненный цикл его организма. Немного уровень кислорода в крови повышен. А в остальном чувствует себя превосходно.

Арман постучал по голове.

– Кажется, я знаю, где он – и проверил, на месте ли скафандр Андрэ. Экипировка тоже пропала.

Командир сказал Алексею:

– Одевай скафандр. Проверим снаружи.

Быстро провели разгерметизацию шлюзовой камеры. Подготовились к выходу в открытый космос.

Облачились в костюмы для прогулки в космическом вакууме, заплыли в камеру, ведущую к внешнему люку.

Арман глубоко вдохнул воздух. Все-таки первый выход в открытый космос.

– Все в норме – подбодрил диспетчер ЦУПа – Удачи, парни.

Алексей с гулом открыл круглую дверь. Один за другим выплыли наружу.

В первое мгновение у Армана перехватило дыхание.

Черная мгла вокруг. Мириады звезд. Позади голубой диск Земли. Впереди по курсу огромная серебристая Луна.

И неподалеку от носа корабля колыхается человек в белом скафандре.

Закрыв люк и пристегнув страховку, они направились к блудному сыну.

Алексей добрался первым. Заглянул в стекло шлема, обернулся, помахал рукой.

– Он в отключке, кэп.

– Понятно. Тащим обратно.

Алексей схватил Андрэ под руки, потянул за собой. Через пару метров француз зашевелился.

Уперся руками в спасителя, оттолкнул.

– Нашли все-таки? Долго вы копошились.

В шлеме мелькнуло удивленное лицо Алексея.

– Ты знал, что мы тебя ищем? И молчал?

– Да, было такое – признался Андрэ – После аварии я решил проверить, нет ли где еще утечки. Выбрался наружу…

– Ты знаешь, что выход в открытый космос разрешен только с согласия командира экипажа и Земли. Почему нарушил инструкцию? – перебил Арман.

Андрэ помолчал.

– Я был немного зол на вас. За то, что не верили в последнюю аварию. Поэтому решил сам.

– А почему потом молчал, обиженный ты наш? – спросил Алексей.

– Мы тоже хотим знать, если честно – вмешался диспетчер ЦУПа

– Потерял сознание. Или задремал. Очнулся только сейчас.

– Еще и вне зоны видеокамер спрятался – усмехнулся Арман – Как дитя малое. Что в итоге? Нашел утечки?

– Нет, больше нету.

– Хорошо, идем обратно. Позже с тобой разберемся.

Экипаж в полном составе двинулся к люку. Арман включил камеру, чтобы показать подписчикам свой выход в открытый космос.

Пробирались по обшивке корабля, держась за поручни. Когда прошли часть пути, Алексей заглянул в попавшийся иллюминатор.

– Всегда хотел посмотреть в наш отсек снаружи. А что это там Кактус делает?

И забарабанил по стеклу.

– Эй, Кактус, малыш, прекрати. Это очень опасно.

Арман подвинул коллегу, тоже впился взглядом в заиндевевшее стекло. Сначала не разобрал, а потом заметил клубок серой шерсти. Енот барахтался среди разноцветных проводов. Непонятно, как умудрился вытянуть из–под стенки. Провода тонкие, могут порваться.

– Это кабели к подаче кислорода – заметил Алексей. Повернулся к Арману – Если они испортятся…

Внутри корабля мелькнула яркая вспышка света. Лунолет ощутимо вздрогнул. В который раз замелькали красные аварийные огни.

– Может произойти катастрофа – закончил бортинженер. Посмотрел в иллюминатор – Что же ты наделал, малыш?

Арман мельком глянул внутрь. Среди вспышек алого цвета виднелось безжизненное тельце енота. Он плыл в невесомости, растопырив лапки в стороны.

– Быстрее назад.

Команда устремилась к люку.

Интересно, маринованные помидоры точно также видят мир через банку? Мутно и неудобно?

Вот о чем первым делом подумал Арман, когда открыл глаза. Глядя на космос через стекло скафандра.

Крутанулся, посмотрел по сторонам.

Недалеко светлая громада корабля. За ним диск Земли. И тонкая нитка страхующего троса. Конец в руках рослой фигуры в скафандре. На плече шеврон с российским триколором. Все понятно, Алексей буксирует командира к звездолету.

Рядом с распахнутым люком возится другой космонавт. Андрэ. Обидчивый гальский психо тестировщик.

Арман потряс головой. Пронзительный звон в ушах чуточку ослаб. Хрипло шепнул:

– Я думал, уже в белого карлика превратился.

Алексей повернулся, осмотрел командира с ног до головы. Обычно так домохозяйки оглядывают старую, изъеденную молью шубу. Прикидывают, выбросить на помойку или оставить на подстилку собаке. Ворчливо ответил:

– Ты не карликом, кэп, ты чуть гребаным факелом не стал.

Арман заметил обугленные перчатки и ноги скафандра. Прочный космический доспех спас от неминуемой смерти. На внутреннем экране шлема настойчиво мигала красная надпись: повреждены шестьдесят процентов защитного аппарата. Ладно, это подождет.

Они добрались до корабля, нырнули в раскрытую пасть люка.

– Что случилось? – спросил командир – Насколько серьезная авария?

Индикаторы предупреждали, что в воздухе превышено содержание углекислого газа. Снимать скафандры не рекомендуется.

Мигали красные лампочки, сигналили о катастрофе.

Вдобавок связь с Землей обрублена. Внутри корабля прошелся огненный ураган. Хорошо, что они были снаружи.

Алексей пощупал растопыренную лохмотьями, обугленную обшивку. Погрозил кулаком Андрэ.

– Эх ты, лягушатник. Если бы не твои дурацкие обиды, этого бы не случилось.

Француз поплыл к пульту. Приостановился, когда перед ними пролетел недвижимый клочок серой шерсти. Осторожно взял Кактуса в руки.

Алексей тут же подскочил, вырвал питомца, прижал к груди.

– Не трогай его, идиот.

Отвернулся.

– Алексей, жаль енота. Но давай оставим печали на потом – сказал Арман, пытаясь наладить вещание с ЦУПом – Мне нужен полный отчет о повреждениях.

Инженер погладил неподвижную зверушку, прицепил к стенке около иллюминатора. Поплыл к приборам. Осмотрел, свистнул от удивления.

– Ниче себе. Как только нашу консервную банку на куски не разворотило от такого перепада давления. Короче, полный шиздец, кэп.

– Воздуха мало, Арэман – добавил Андрэ – Система подачи ко всем чертям полетела. До конца проектного периода не дотянем.

– Ты имеешь в виду, на Луне не хватит? – уточнил Арман.

– Да. Придется сократить программу как минимум вдвое.

– И еще «хорошие» вести – добавил Алексей – Тяга двигателей в обратную сторону упала. Что–то с поворотными механизмами.

– Это значит?

– Это значит, что мы рискуем разбиться в лепешку во время прилунения. А потом можем не взлететь. Вот такие пироги.

– Но долетим хотя бы?

– Долетим с ветерком.

Арман отправил Андрэ проверить груз. Сам пытался наладить общение с Землей. Алексей продолжал осматривать двигатели.

Вскоре француз вернулся с докладом. Груз, к счастью, почти не пострадал, спасла надежная герметичная упаковка.

– Меня беспокоит воздух, Арэман – Андрэ вытащил маленький блокнотик. Бледное лицо за стеклом шлема покрыто капельками пота. На лоб спустился кудрявый локон – Я провел расчеты. Получается, что запасов может не хватить на обратный путь.

– Даже если мы сократим срок пребывания на Луне?

– Да. Есть только небольшая альтернатива.

– И какая же?

– Можем оставить на Луне одного человека. Двое полетят на Землю. Тогда кислорода хватит всем. А с Земли нужно будет запускать срочную спасательную экспедицию на Луну. Чтобы помочь тому, одному.

Арман потянул было руку, почесать затылок. Наткнулся на скафандр.

– Интересная у тебя альтернатива, Андрэ.

К ним подплыл Алексей.

– Кэп, давай перекусим. И еще, кислородные баллоны надо поменять, скоро подохнут.

Так и сделали. Трапеза получилась быстрая и неудобная. Уж на что непривычно обедать в космосе, но делать это в скафандре – полная дичь. Под конец застолья шлем Армана заляпался изнутри кусочками еды и соками.

А когда меняли емкости для воздуха, услышали свист и хрип в наушниках. Появилась связь с Землей.

– Как слышите, Луч? – сквозь помехи повторял диспетчер – Повторяю…

Арман бросился к пульту. Алексей как раз поменял баллоны и полетел к машинному отсеку. Андрэ дожидался заполнения кислородом своих баков.

– Как слышите, Земля? – закричал Арман.

– Наконец–то. Что у вас стряслось?

– Эй, Арэман – позвал француз.

– Подожди, не сейчас, Андрэ – отмахнулся командир.

– Смотри, ты только посмотри на это.

– Сохраняй молчание, тупица! – закричал Арман – Из-за тебя я не слышу ЦУП!

– Смотри, капитан, там Кактус. Надо его остановить.

Арман обернулся. Увидел енота. Малыш опять плескался рядом с проводами. И как умудрился туда угодить? Вроде бездыханный лежал.

Командир рванулся к зверенышу. Но не успел. В ушах снова раздался голос диспетчера:

– Доложите текущую ситуацию, Луч. У вас многочисленные повреждения. Нам нужно срочно…

И опять пропал.

Андрэ находился ближе.

– Что там с Кактусом, кэп? – спросил Алексей – Неужто очнулся, чертенок?

– Держи волосатого урода! – закричал Арман – Но только осторож…

Поздно. Андрэ подлетел к сгустку проводов. Схватился. Лихорадочно заработал руками. Высвободил енота. А сам вдруг изогнулся дугой. Чуть не коснулся пятками затылка в шлеме.

А потом свет мгновенно погас.

Двигатели и кондиционеры тоже утихли.

Гробовая тишина. Глазам больно от кромешной темноты.

И только еле слышно пискнул енот.

Тело Андрэ упаковали в большой серый пакет. Потом выкачали из мешка воздух.

Алексей выпустил насос из рук. Прибор немедленно уплыл в сторону.

Помолчали.

– Где хоронить будем? – спросил Алексей – На лунной базе или в космос выпустим? И в центре язык прикусили, ничего не говорят.

– На Земле – ответил Арман, глядя на пакет.

– Что на Земле?

– Хоронить будем на Земле.

Алексей развернул скафандр полностью к командиру.

– Ты о чем сейчас, кэп? Неужели…

– Готовь корабль к развороту на Землю. Через два часа.

– Послушай, кэп.

Арман поднял руку.

– Не хочу ничего знать. У Андрэ на Земле осталась молодая невеста. Что я скажу ей? Он был под моим началом. Я отвечал за него. И не уберег.

– Ты не виноват. Кактус запутался, и надо было его спасать. На месте Андрэ мог быть любой из нас. Ты не должен…

Командир полетел по узкому коридору в основной отсек.

– Это не обсуждается, Алексей. Я не хочу привезти на Землю два трупа. А если мы полетим дальше, так и произойдет. Если не хуже. Меня тоже ждет семья.

Бортинженер схватил коробку с Кактусом и полетел следом.

– Ты испугался, кэп?

– Да, если хочешь знать. Я испугался. С самого начала нас преследуют аварии. Мы вынуждены находиться в скафандрах на собственном корабле. И смерть Андрэ – это предупреждение, неужели непонятно?

Алексей догнал командира, вцепился в плечо, остановил. Они кружились в невесомости. В иллюминаторе сияли звезды.

– Ты о чем вообще, кэп? Андрэ знал, на что идет. Я знаю, ты знаешь. Таковы правила игры. Даже наш Кактус…

– Хватит, Алексей – Арман пихнул товарища в грудь – Если на то пошло, это ты притащил енота на борт. И видишь теперь, к чему это привело?

Огромная фигура бортинженера сразу виновато сжалась. Он поглядел на животное в руке. Тихо сказал:

– Я знаю – и поплыл вперед.

Теперь Арман следовал сзади. Добрались до пульта. Арман вызвал Землю.

– Какие новости? – откликнулся ЦУП.

Арман покосился на коллегу и сообщил:

– Мы, то есть я… Решил отменить экспедицию. Прошу рассчитать оптимальное время для разворота на Землю. По моим прикидкам, через два часа пятнадцать минут.

– Вполне разумное решение, Луч – ответил диспетчер – Мы и сами рассматривали такой вариант. Тем более, в свете последних событий. Запрошу подтверждение и свяжусь с вами.

– Принято – сказал Арман и отключился. Повернулся к Алексею, положил руку на плечо – Ты меня извини, ляпнул не то. Но я действительно…

– Никаких обид, капитан – Алексей тряхнул плечом, отбросил руку коллеги – Разрешите готовиться к смене курса?

Арман вздохнул.

– Готовься.

Алексей уплыл в машинный отсек.

Командир посмотрел в основной экран, который показывал пространство перед кораблем. Сейчас весь экран был заполнен изображением Луны. Близкой, молчаливой, ждущей.

Он провисел так около получаса. А затем объявился ЦУП.

– Ваше решение утверждено. Готовьтесь к развороту. Данные сейчас вышлют.

– Принято – ответил Арман.

Скрючился перед пультом, обхватил было голову руками, да наткнулся на шлем. Так его и нашел Алексей.

– Все готово к смене курса, капитан. Когда приступаем?

Арман молчал.

Бортинженер тронул его за плечо.

– Все в порядке?

Повернул к себе. Командир опрокинулся, глаза закрыты, со рта течет струйка слюны. Руки висят свободно, как у куклы.

– Опа, приехали – пробормотал Алексей.

Потряс начальство, голова безвольно болтается в скафандре. Увеличил кэпу дозу кислорода. Снял перчатку, сначала свою, потом Армана. Пощупал пульс. Нахмурился.

– Что с Бекетовым? – немедленно вмешался ЦУП – Датчики пляшут, как бешеные.

– Потерял сознание, оказываю первую помощь – ответил Алексей. Открыл ампулу с тонизирующим, вколол Арману.

Торжествующе заметил, как командир охнул и приоткрыл глаза.

– Что-то я задремал – сказал Арман и огляделся.

– Ага. Может, я тебе приснился?

Алексей оттащил шефа в ячейку для сна. Уложил, упаковал, натянул перчатку. Похлопал по шлему:

– Лежи, кэп, отдыхай. Дальше я сам управлюсь. Ты перенервничал немного.

– Голова сильно разболелась – пожаловался Арман – Глаза чуть не выпали из глазниц. Ничего не вижу.

– Ты раньше очки вроде носил?

– Мне сделали операцию на зрение. Чтобы подогнать под требования по здоровью. Видишь, как обернулось?

– Эх ты, очкарик недоделанный. Ладно, кэп, я справлюсь. Полежи, расслабься. Массажисток позвать?

Арман слабо улыбнулся.

– Не надо, меня жена из дому выгонит.

– А откуда она узнает? – подмигнул Алексей.

Капитан прикрыл глаза на минутку. Потом открыл и увидел перед собой крышку отсека для сна. Голова прошла, осталась небольшая ломота в висках. Глянул на часы, удивился. Оказывается, он проспал четыре часа. Как там прошла смена курса?

Выбрался из капсулы. Подлетел к пульту, посмотрел на приборы. Потом поднял голову на экран. Луна по–прежнему стояла перед кораблем. Только стала чуть больше.

Вздохнул. Включил связь.

– Алексей, я тебя убью.

– Как самочувствие, кэп?

– Ты ослушался моего приказа? Я же ясно сказал…

– Ослушался, так точно. Может, выкинешь меня за борт?

– Быстро дуй сюда.

Механик вплыл в камеру через пару минут. Через стекло шлема видно, что улыбается во весь рот. В руке неизменная коробка с дрейфующим Кактусом.

– Как ты посмел?

Алексей улыбнулся еще шире.

– Курс только на Луну, кэп. Забыл, что ли?

После известия о продолжении полета головная боль чудесным образом испарилась. Вернее, Арман забыл о ней. Последние два часа он сидел с карандашом и проверял данные, переданные с Земли.

Краем глаза заметил боковое движение.

Это Алексей выскользнул из коридорчика, ведущего к техническому отсеку.

– Ну как? – спросил командир.

Алексей покачал головой внутри шлема скафандра.

– Не поворачиваются. Я и так пробовал и эдак. Висят только в одном направлении, хуже, чем у импотента.

– Короче, маневрировать перед посадкой не получится. В лучшем случае, просто смягчаем прилунение.

– А потом завалимся набок и ударимся о поверхность. Сплошное веселье. Я уже жалею, что мы не развернулись обратно.

Арман хотел машинально сунуть кончик карандаша в рот, но стукнул о стекло шлема.

– Какие варианты?

– Постараться развернуть корабль идеально прямо к поверхности. И опускаться как можно нежно и деликатно. В общем, вести себя, как с девственницей в постели.

– В режиме ручного управления.

– Не знаю. Может быть, роботы посадят надежнее. Любое отклонение от траектории с самого начала нельзя будет выровнять. Корабль на сумасшедшей скорости полетит вниз под неверным углом.

– Можно будет взлететь выше и снова развернуться.

– И расходовать драгоценное топливо? Чтобы навсегда остаться на этом сером куске сыра? Ты не забыл, что меня ждут дети на Земле? Нет, у нас только одна попытка.

Арман оглянулся на бумаги.

– ЦУП прислал расчеты. Угол и точки наклона, координаты для входа. Но предупредил, что в случае ошибки даже на полградуса мы врежемся в поверхность. Корабль лопнет, как бутылка, упавшая на асфальт. А нас размажет по поверхности.

Посмотрел на напарника.

– Еще не поздно развернуться.

Алексей поморщился.

– Ты шутишь? В пяти минутах от Луны? Да я сдохну со стыда по дороге.

Немного помолчал и добавил:

– Хотя, ты командир, последнее слово за тобой. Если решишь вернуться, в этот раз мешать не буду. Клянусь. У тебя семья на Земле осталась. Родители. У меня никого нет, даже дети меня не видели.

Арман глубоко вдохнул воздух.

– Тогда решено. Рискнем.

Хрип по рации. Знакомые голоса.

– Настоятельно рекомендуем вернуться на Землю, ребята – это, конечно же, ЦУП – Корабль неисправен. Попахивает чистым самоубийством.

– Тогда готовьте пафосные некрологи – ответил Алексей.

– Иволгин, шутки в сторону. Может, нам перехватить управление?

– Командой принято решение произвести высадку на Луне – вмешался Арман – Прошу согласовать. Мы осознаем степень риска. И берем всю ответственность на себя.

– Чтоб вас всех… – ЦУП отключился.

Арман посмотрел на товарища.

– Пора. Высадка на носу.

– Бородавка на носу – пробормотал Алексей и отправился в технический отсек.

Когда корабль вышел на орбиту Луны, по ту сторону рации появился Комаров.

– Мы утверждаем план высадки на Луне. Удачи, ребята. Постарайтесь держаться наших координат.

– Спасибо – ответил Арман.

Перевел управление в ручной режим. Осторожно манипулировал двигателями, поворачивая космолёт в нужное положение. Корпус мелко вибрировал. Стекло шлема сильно потело изнутри от шумного дыхания.

– Расслабься, кэп – подбодрил Алексей – Прорвёмся.

Наконец, бортовые компьютеры сообщили:

– Достигнута заданная точка.

Арман попытался стереть пот со лба. Не смог. Рука ткнулась об стекло шлема.

– Поехали – прошептал командир.

Корабль начал спускаться к Луне.

– Фантастика – сказал Алексей, разглядывая поверхность земного спутника через иллюминатор. Бесчисленные скалы и кратеры. В расселинах непроглядная тьма.

– Пройдено двадцать процентов по заданному маршруту – заметил ЦУП – Если так будет дальше, мы будем аплодировать ногами и руками.

– Вашими молитвами – ответил Арман.

Поморщился. Опять заболела голова. Потихоньку вел корабль, будто шел по минному полю.

– Тридцать процентов – отметил ЦУП – Молодцы. Так держать.

Гул двигателей резко сменился. Ровный звук вдруг стал тише. Корабль накренился. А потом гул пропал насовсем.

Корабль камнем понесся вниз. Бесшумно и неотвратимо.

– Что такое? – крикнул Арман.

Алексей развел руки. Он что–то говорил, но ничего не было слышно. Связь пропала.

– Внимание, экстренная посадка – предупредил бортовой компьютер – Рекомендуется вариант внешнего прилунения.

Проходили уже такое. На курсах подготовки в Звездном городке. Чертовски неприятный способ. На самый крайний случай. Такой, как сейчас.

Арман полетел к шлюзовой камере. Алексей за ним.

– Тридцать секунд до прилунения – любезно сообщил корабль.

В нише рядом с люком таились реактивные ранцы. Для перелетов по Луне на небольшие расстояния. Космонавты быстро надели их.

– Пятнадцать секунд – поторопил компьютер.

Арман рванул рычаги, открыл люк. Хорошо, что заранее позаботились о выравнивании давления.

В отверстии видно, как стремительно надвигается Луна.

Алексей вдруг отодвинулся назад, поплыл обратно. Арман застыл у люка.

Бортинженер скрылся в проходе. Куда рванул, несчастный? Неужто крыша поехала?

Что делать? Прыгать самому?

– Десять секунд.

Алексей вплыл обратно в камеру. В руке коробка с Кактусом. Енот спал, растопырив лапки во все стороны.

– Девять. Восемь.

Арман махнул товарищу и выскользнул из люка. Включил ранец. Следом выскочил Алексей.

Из турбин на спине и локтях вырвались небольшие огненные хвостики. Резкое падение прекратилось. Корабль промчался мимо и ухнул вниз, в объятья равнин Луны.

Они спускались гораздо медленнее. Как на раскрытом парашюте. Арман рассматривал бескрайние лунные просторы внизу, испещренные кратерами, трещинами и холмами.

Потом поглядел на звездолет.

Кораблю пришлось несладко. Со всего маху космический путешественник врезался о поверхность, разбросав по сторонам высокое облако серебристой пыли. С обшивки полетели куски металла. Люк распахнулся, посыпались мешки с грузом.

Лунолет накренился было в сторону, чуть не свалившись в жерло огромного кратера. Но в последний момент передумал и тяжело осел в другом направлении.

Алексей, летевший ниже, поднял голову. Поглядел на командира, покачал головой.

Два человека в скафандрах, с язычками ровного пламени, урчащего из небольших двигателей, и безмятежно дремлющий енот, медленно снижались на Луну.

Торжественное прилунение вышло так себе. Под конец один из двигателей захрипел и затих. Арман завалился вбок. Не удержал равновесия и полетел кубарем.

Помог Алексей. Он опустился чуть раньше. Подал руку, отряхнул от пыли.

Командир встал на ноги, оглядел лунные просторы. Поднял руки вверх и завопил от восторга.

Правда, связи до сих пор не было. Так что крик вышел тихим и жалким.

Но бортмеханик все равно кивнул, похлопал по спине.

Не теряя времени, показал на груду корабля неподалеку. Потом коснулся запястья, мол, времени мало, кэп. Кислород испаряется.

Верно. Долетели до Луны совсем не по плану. И чтобы добраться обратно до дома, надо позаботиться о транспорте.

Экипаж бросился к лунолету. После нескольких дней в невесомости бежать по твердой поверхности непривычно. Но быстро наловчились. Благо лунная гравитация меньше земной, да и тренировки в Звездном городке не лишние.

Корабль уныло лежал на боку. Алексей вскарабкался по обшивке к открытому люку, юркнул внутрь. Арман полз следом.

На первый взгляд, космический перевозчик не очень пострадал. Вроде все в целости и сохранности. Не считая помятого носа, вылетевшего экрана и груза, разбросанного внутри и вокруг корабля.

Попытались включить двигатели. Тишина. Ноль реакции.

Алексей повернулся, в темноте видно, что губы шевелятся. Ругается. Потопал в технический отсек.

Арман огляделся. Передний смотровой экран лежал на поверхности Луны впереди. Удастся ли разбудить раненого зверя?

Он стал проверять состояние приборов. Вроде в порядке. Если наладить подачу питания, все должно заработать.

Нажал еще раз кнопки пуска.

Корабль вздрогнул и отозвался урчанием моторов. Загорелись экранчики приборов.

– Кэп, как слышно?

– Повторяю, как слышите, ЦУП на связи, ответьте.

В наушники разом ворвались голоса Алексея и диспетчера.

– Слышу вас, Земля – доложил Арман – Связь налажена, Алексей.

– Ну и хорошо – ответил бортмеханик – Я покопаюсь в четвертом двигателе. Не нравится мне, как он работает.

– Давай, не отвлекайся. Я скоро принесу баллоны с кислородом.

По внешней связи соединился Артемьев.

– Как вы там, ребята?

Арман объяснил:

– Корабль вдруг полностью отрубился. Как консервная банка. Поэтому связь пропала. Упал на поверхность, но выдержал. Мы в порядке. Приземлились на реактивных ранцах.

– Уф. Вы не представляете, что мы пережили. Думали, что произошла авария. Теперь о дальнейших планах. Мы видим показания приборов. Ресурсов хватит на двадцать дней. Сворачиваем экспедицию?

Командир покачал головой.

– Мы хотим попробовать обустроить базу. Химические вещества для производства кислорода вроде не пострадали. Давайте придерживаться первоначального плана.

– Пять дней максимум, Арман. Потом начнется лунная ночь, поэтому заранее пакуйте чемоданы. И хватит этих ваших творческих инициатив.

– Принято.

– Корабль поднять и установить сможете?

– Распакуем роботов, только с их помощью.

Диспетчер помолчал.

– И еще, Арман. Мы только что узнали. Завтра на Луну приземлятся американцы.

– Как так?

– Мы сами в шоке. Концерн Аделарда, твоего старого знакомого, в сотрудничестве с НАСА, направил на Луну двух космонавтов. Эту информацию тщательно скрывали, даже в новостях не сообщали о запуске. Они стартовали сразу после вас, замаскировали под отправку груза к космической станции. И скоро тоже прибудут на Луну. Судя по траектории полета, прилунятся неподалеку от вас.

– Ладно – задумчиво ответил Арман – Спасибо за информацию.

– Хорошо, жду доклада по кораблю.

Арман поменял баллоны с кислородом. Взял запасные, даже для Кактуса, и направился к Алексею.

Товарищ исследовал внутренности капризного двигателя.

Они наскоро пообедали и прилегли отдохнуть.

Сквозь треснувший иллюминатор были видны бескрайние лунные холмы. А над ними висел полукруглый голубой земной шар.

Первым делом роботы–грузчики установили корабль в правильном положении. Теперь покоритель космоса стоял вертикально на лунном грунте. Макушка устремлена ввысь.

Алексей конфисковал двух роботов в помощь и скрылся в недрах космолета для ремонта.

Арман мобилизовал трех других металлических автоматов на рытье поверхности.

Механизмы с тонким жужжанием раскрутили сверла и вгрызлись в лунную почву. Вокруг сразу поднялись облака густой пыли.

Через полчаса помощники выкопали яму глубиной пять метров. А еще через пять минут буравчики лопнули, один за другим. Арман послал робота достать запасные сверла.

Два оставшихся принялись выравнивать стены отверстия. Арман посмотрел по сторонам. Неужели он действительно стоит на Луне? Далекое солнце припекало. В скафандре жарко, капли пота текли по лбу и застилали глаза.

– Алексей, как дела?

Товарищ отозвался не сразу. Он ругался с роботом.

– Когда я говорю, займись сваркой, это значит только сварка. И ничего больше. Понятно, консервная ты банка? Кэп, работы выше крыши. Надеюсь, управимся за трое суток. У вас там как?

– Выкопали небольшое помещение. Сверла накрылись.

– Вот ведь досада.

– Ничего, теперь будет легче.

Робот притащил буры и работа возобновилась. Арман пробовал стереть пот со лба. Рука ткнулась о стекло шлема. Пошевелил зубами и почувствовал скрип. Какие–то мелкие песчинки. Лунная пыль. Как умудрилась проникнуть в скафандр?

Два робота продолжали долбить грунт, а третий устанавливал крышу из жидкого бетона. Залил ровную шапку конуса, подождал пять минут, чтобы материал застыл. Потом стал сгребать сверху грунт и сыпать песок.

В общем, к обеду выкопали три помещения. Вход только над одним, оставшиеся шли полностью под поверхностью. Соединялись между собой узким коридорчиком.

Бортинженер залез внутрь, осмотрел, остался доволен. Арман, в свою очередь, проверил успехи компаньона. Главное, Алексей нашел причину отключения систем. Скоро должен исправить неисправность.

Быстро перекусили.

– Гребаная пыль – проворчал Алексей, пережевывая горячий суп – Никуда от нее не денешься.

Арман уже смирился со скрипом на зубах. Стекло шлема приходилось все время протирать от лунного порошка.

После обеда роботы вычистили комнаты. Установили лампы, затащили ящики с химикатами.

Командир стоял внутри и указывал, куда что ставить. Внутри выдолбленные в грунте комнаты ничем не отличались от земной шахты. Вот только вместо земли твердые коричневые стены, как из камня.

Робот принес сразу семь коробок. Зацепился ногой за кучку камней на полу, упал.

Раздался громкий хлопок. Лампы погасли.

Армана отбросило вверх и в сторону. Он ударился головой и спиной, потерял сознание.

Очнулся от нехватки воздуха. Вокруг темно. Где–то слышался тонкий свист. Металлический голос системы контроля скафандра предупредил:

– Кислородный баллон деформирован. Требуется срочная замена. Уровень кислорода три процента.

Арман попробовал пошевелить руками и ногами. Не получается. Неужели засыпало?

Впереди послышался хруст. Грунт осыпался, в глаза ударил яркий свет.

– Вот ты где, кэп! Как тебя угораздило?

– У меня пробит баллон с воздухом. Вытащи меня поскорее.

Алексей лихорадочно возился вокруг, руками копая землю. Ему помогали два робота.

– Не получается, кэп. Тебя завалило крышей. Только шлем торчит.

Компьютер сообщил:

– Уровень кислорода один процент. Требуется срочная замена баллона.

– Кэп, не могу добраться до твоей спины, чтобы поменять резервуары.

В глазах потемнело. Арман еле дышал.

– Сделай что-нибудь – просипел командир – открой шлем и давай воздух прямо сюда.

Алексей покачал головой.

– Воздух сразу улетит. Как ты будешь дышать с открытым забралом? Подожди минут десять, мы тебя откопаем.

– Уровень кислорода полпроцента.

От нехватки воздуха перед глазами заплясали яркие огоньки.

– Я кое-что придумал, кэп. Подожди чуток.

Алексей сорвался с места, подбежал к капсуле с Кактусом. Жилище енота лежало неподалеку, на груде строительных материалов.

Товарищ схватил прозрачную клетку, помчался обратно. Подбежал к капитану, рухнул на колени. Быстро сказал:

– Раз, два, три – и одновременно открыл шлем Армана и капсулу енота. Воткнул клетку в шлем командира. Прижал.

Арман ничего не почувствовал. Клетка плотно прижалась к шлему, подошла, как влитая. Кактус недоуменно взвизгнул, подошел ближе, лизнул командира в нос.

Воздуха здесь было предостаточно.

– Уровень кислорода двадцать процентов – обрадовался компьютер.

Перед глазами теперь маячила задняя стенка клетки. Остальное еле виднелось.

– Ну как, кэп? Воздух нигде не пропускает наружу?

– Нет. Спасибо, Алексей.

– Потерпи немного, скоро мы тебя вытащим.

Роботы загудели моторами, старательно выкапывая грунт. Арман сплюнул пыль, набившуюся в рот. Кактус еще раз фыркнул.

– Как дела, волосатый уродец?

По сигналу Алексея робот прекратил копать и отъехал в сторону. Пыль горстями сыпалась с корпуса механического помощника. Автомат остановился рядом с телом Андрэ, завернутым в пакет, приподнял стальные клешни.

Арман кивнул.

Робот медленно поднял пакет. Подъехал к яме. Опустил груз вниз, неимоверно вытянув конечности.

Люди взялись за небольшие лопаты. Поочередно бросали тяжелый песок в яму. Пакет с телом Андрэ постепенно скрывался в лунной твердыне.

Коробка с Кактусом стояла неподалеку. Енот лежал и смотрел на людей. Открывал пасть, видимо, фыркал.

Когда над могилой вырос холмик, отложили лопаты.

– За время, что мы готовились к экспедиции, я узнал Андрэ – сказал Арман – У него был своеобразный характер. И в то же время он был прекрасным спецом, всесторонним ученым, подготовленным космонавтом. И что еще важнее, оказался преданным другом. Потому что не побоялся рискнуть всем для спасения живого существа. Франция отправила в космос одного из достойнейших своих сыновей.

Помолчали.

– Не скрою, в последнее время у меня были проблемы в общении с Андрэ – добавил Алексей – Возможно, я косвенно виновен в его гибели. Я хочу попросить у тебя прощения, Андрэ. Ты был профессионалом своего дела, полноправным членом нашей команды. Жаль, что все так получилось. Покойся с миром.

– Покойся с миром – повторил Арман.

Они стояли рядом с холмиком. Вокруг звенящая тишина. Далеко в черном небе горело солнце.

Развернулись, пошли к кораблю.

Через час приступили к работе. По команде роботы потащили в лунные пещеры тяжелые ящики.

Вход еще накануне откопали заново. Укрепили, добавили титановые стойки для усиления. Закрыли люком, обмазали специальным цементом.

Арман спустился вслед за роботами. Алексей за ним. Люк захлопнулся.

Подземные убежища освещались мощными лампами. Через стенки шлема слышно, как гудели генераторы.

Машины бережно разворачивали ящики. Вскопали землю внутри. Вытряхнули удобрения, полили водой. И высыпали семена растений.

– Это лук, морковь, редиска, щавель – бормотал Арман – А где укроп?

– Здесь – откликнулся бортинженер от соседней коробки – В те ящики уже не поместился.

Умные механизмы зарыли саженцы. Командир проверил каждую посадку, все ли сделано правильно.

Перешли в соседнее помещение. Здесь роботы посадили колонию водорослей. В третьей пещере посеяли семена картофеля, кукурузы и банана.

Алексей снимал происходящее на видео.

Когда закончили, Арман оглядел камеры. Всюду ровными рядами стояли ящики.

– Знаешь, когда мы обсуждали все эти планы там, на Земле – сказал Арман – Я не верил, что мы это сделаем. Думал, неужели я и вправду буду садить укроп на Луне?

– А я вообще тогда не слушал – ответил Алексей – Меня Люся тогда все время просила купить новый телефон. Постоянно названивала.

– Люся, это которая менеджер по туризму?

– Не, менеджер это Настя. Люся это официантка из кафе Звездного городка. Помнишь, кудрявая такая?

Арман кивнул.

– Ага, помню.

Они двинулись к выходу.

Роботы выстроились в коридоре неподалеку от входа.

Арман подошел к люку. Нажал на кнопку, сбрасывая давление, повернул рычаг.

Люк не сдвинулся.

– Дай сюда – Алексей протиснулся вперед – Он клинит иногда, все крепления новые.

Заворочался перед доступом в лунное жилище, заслонив широкой спиной. Люк лязгнул и отворился.

Товарищи вышли наружу. Потом с тихим жужжанием выползли роботы.

Пока шли к кораблю, Арман связался с Землей.

– План выполнен – доложил он диспетчеру – Корабль восстановлен. Помещения для базы обустроены. Саженцы посажены. Созданы все условия для продолжения экспедиции.

– Отлично, Бекетов. Отправьте видео отчет.

– Мы уложились в обусловленный срок. Прошу добра на дальнейшее пребывание на Луне.

– Хорошо, я сообщу руководству. Из-за американцев, думаю, вас там еще оставят.

– Конец связи – Арман отключился.

Алексей шел впереди. Обернулся.

– Слушай, что нам здесь еще ловить? Поехали домой, а?

Арман продолжал идти вперед. Ноги в скафандре утопали в лунном песке. Как будто шагаешь по песчаному бархану.

– Я сделаю вид, что не слышал этого.

Алексей сплюнул.

– Достала уже пыль. Никуда без нее. Я бы все отдал за баню и горячую ванну. А ты еще пару месяцев хочешь здесь кантоваться в вонючих комбинезонах.

– Эти скафандры спасают нам жизнь. Без них…

– Может, все-таки примем душ в корабле? – Алексей с надеждой посмотрел на командира.

– Нельзя, сколько раз я тебе говорил. Мало запасов. Не хватит для растений.

– Ну не вырастет пара кустиков, что с того?

– Нет.

Бортинженер снова сплюнул. Отвернулся, быстро зашагал к кораблю. Поднялся на борт по лесенке, исчез внутри.

Когда Арман забрался в корабль, то обнаружил Алексея сидящим за обеденным столиком.

– Мы же недавно обедали. Неужто проголодался?

– Ага. Жрать хочу – угрюмо ответил Алексей.

Арман посмотрел на товарища.

– Слушай, давай сделаем так. Если ты меня обыграешь в футбол, я разрешу искупаться.

Механик поднял голову.

– Давай. До десяти голов, идет?

– По рукам.

Среди корабельных запасов имелся и футбольный мяч. Парни снова вышли из космолета. Арман поставил кучки булыжников, обозначив ворота. Алексей надул мяч автоматическим насосом. Поставил на поверхность, разбежался и пнул.

Мяч улетел далеко в сторону.

– Ты не забывай о здешней гравитации – напомнил Арман – Мяч чуть не испарился в космос.

Робот по приказу отправился за мячом. Клубы пыли вздымались из–под нижних конечностей.

Через час веселых толканий, пиханий и ударов торжествующий Алексей отправился в душ. Он выиграл со счетом десять – пять.

Арман тоже зашел в корабль. Только прилег отдохнуть, как запикал тревожный вызов. На связи ЦУП.

– Арман, у ваших соседей ЧП – сказал диспетчер – Большой пожар и взрыв топлива. Разнес все вдребезги. Они лишились всех ресурсов и могут поджариться на открытой местности. Просят экстренной помощи.

Лунный мир неожиданно крутанулся вокруг оси.

Хорошо, что лунные жители пристегнулись к сиденьям. Машина отлетела в сторону, упала вверх тормашками. На такой случай имелись пневматические рессоры. Ситуация несколько раз отрабатывалась еще на Земле. Поэтому Алексей должен знать, что делать.

Бортмеханик не подкачал. Ткнул нужную кнопку. Рессоры с коротким шипением выскочили из потолка, уперлись в грунт. Оттолкнулись.

Луноход взлетел в воздух. Опять перевернулся. Теперь уже в правильном положении.

– Что случилось? – спросил Арман. Заворочался на сиденье, устраиваясь поудобнее.

– Метеорит – пояснил Алексей.

В боковом отверстии светлело облако пыли, поднятое снарядом из космоса.

– А если бы попал по нам?

В ответ Алексей провел ладонью по горлу.

Луномобиль тронулся дальше. Теперь, помимо обозревания равнин, приходилось подглядывать наверх.

Через два часа Арман сменил товарища за штурвалом. Ехали осторожно, двадцать–тридцать километров в час.

После того, как машина с трудом поднялась на склон огромного кратера, вдалеке показались огни.

– Это их база, зуб дам – сказал Алексей – Кэп, дай за руль сяду. Тебя улитка обгонит.

Арман освободил место шофера. Алексей бодро двинул луноход прямиком через жерло кратера. Чуть не перевернул технику, когда пересекли край.

Командир связался с Землей.

– Видим базу американцев – доложил он в ЦУП сквозь сильные помехи.

– Понял вас – затрещал в ответ центр – Продолжайте. И будьте осторожны.

Луноход добрался до противоположного конца кратера и попытался переехать.

Завертел гусеницами в воздухе, опасно наклонился назад.

– Свалился, сдай обратно – закричал Арман.

– Не боись, кэп – Алексей широко улыбнулся.

Рванул рычаги на себя. Повернул руль вправо. Вездеход с довольным урчанием завалился вперед. Боком переехал через край, развернулся. Покатил к американскому лагерю.

Поначалу казалось, что конкуренты не пострадали. Ярко светили прожекторы. В лунном модуле и капсулах базового лагеря, наполовину зарытых в землю, тоже огни.

А потом луномобиль объехал свежую воронку. Лунный грунт расплескался вокруг. Обогнул другую, третью. Вся местность словно подверглась бомбардировке.

Половина солнечных батарей и фонарей разбита. Лагерь разворочен на куски. Лунный модуль помятый. Вдобавок в иллюминаторах полыхают блики огня.

– Что–то их нигде не видно – заметил бортмеханик.

– Будем искать – ответил Арман и поторопил – Давай быстрее.

Алексей и сам прибавил скорость.

Вездеход сильно затрясся на кочках. Подскочил на камнях, заехал в овраг, перевалил через неглубокий ров. Остановился перед лунным модулем.

Спасатели быстро облачились в скафандры. Кактуса тоже засунули в коробку. Выскочили из машины. Неуклюже побежали к летающему объекту.

Полезли по лесенке вверх. Сначала Алексей. Добрался до входного люка, подтянулся на руках, заглянул в отверстие. Огонь внутри модуля озарил стекло его шлема.

Повернулся, покачал головой.

– Я их вижу. Лежат около входа. По–моему, все уже, не жильцы.

– Дай посмотрю – Арман нетерпеливо протиснулся к люку.

Заглянул в окошко.

Так и есть. Неподалеку от люка две фигуры в скафандрах. На полу, без движения. Пятку одной фигуры уже потихоньку лижут языки огня.

– Может, они потеряли сознание? – засомневался Арман – Если бы погибли, нас предупредили.

– Как туда пролезть? – Алексей потряс люк за ручку.

– Надо выломать люк.

Они схватились за ручку и потянули на себя. Космический транспорт был сделан на совесть. Люк не шелохнулся.

Алексей полез в сумку с инструментами на поясе. Вытащил большой гаечный ключ. Размахнулся и стукнул по двери. Спустился ниже по лесенке и засунул ключ под люк. Потянул вверх.

– Давай помогу – Арман тоже ухватился и рванул.

– Осторожней – предупредил Алексей.

Но ключ уже успел согнуться и лопнуть.

Арман пнул по люку.

– Что теперь будем делать?

– Есть идея. Оставайся здесь, кэп. Принимай трос.

Бортмеханик легко спрыгнул с лестницы на грунт. Побежал к луноходу. Нырнул в салон. Вытащил буксирный трос. Прицепил к корме машины. Поволок к американскому модулю.

Арман спустился ниже, ухватился за другой конец. Пристегнул к ручке люка. Махнул Алексею и спустился вниз.

Тот залез в луноход. Заворчал двигателем, заскрежетал гусеницами. Вдруг трос слетел с кормы вездехода. Арман замахал руками. Подскочил, прицепил снова. Проверил крепления. Залез в кабину, уселся рядом со штурманом.

Взревел двигатель, лунный транспорт напрягся, потянул трос изо всех сил. Арман оглянулся. Стальной канат взлетел с грунта, тонкой нитью выпрямился между вездеходом и лунным модулем.

– Тащи быстрее – закричал Арман.

– Я и так рву изо всех сил – огрызнулся Алексей.

Луноход взрыл гусеницами тучу пыли. Натяжно рычал мотор. Люк не желал поддаваться.

– На совесть сделали, твари – пожаловался бортмеханик.

Арман опять посмотрел назад. Трос качался, как струна. Того гляди, лопнет.

– Надеюсь, он выдержит – сказал Арман.

И сразу после трос порвался. Прямо посередине. Чиркнул по рванувшему вперед луноходу. Свернулся в клубок, упал на грунт.

– Ну как, отлетел люк? – радостно улыбнулся Алексей. Он еще не понял, что трос порвался.

Арман покачал головой.

– Не может быть – Алексей оглянулся назад, заметил обрывки троса, присвистнул – Заговоренные у них двери, что ли?

– Это не имеет значения. Мы не успели их спасти. Придется доложить на базу, что наша миссия провалилась.

– Знаешь, можно попробовать взорвать чертов люк – Алексей не успел договорить.

В дверь лунохода деликатно постучали. Снаружи. Со стороны водителя.

Космонавты оглянулись на стук. И замерли от удивления.

Рядом с вездеходом стояли два человека в скафандрах. С нашивкой из американского флага на рукаве. Приятельски махали руками.

– Ну, здравствуйте, соседи! – пробормотал Алексей.

– Да, и ему пришлось скушать гусеницу – закончил историю Алексей.

Они сидели внутри лунохода лицом друг к другу. В тесноте, потому что транспорт рассчитан на двух пассажиров. По дороге хозяева лунного фургона развлекали приунывших гостей смешными баснями. Особенно старался бортинженер. У него имелись забавные анекдоты на все случаи жизни.

Поначалу, после финала, озвученного только что Алексеем, американцы молчали. Внутри вездехода они сняли шлемы. Джессика хлопала серыми глазами и гладила Кактуса, уютно лежащего у нее на коленях. Ричард переводил взгляд с Армана на Алексея.

А потом до них докатился смысл сказания, переданного механиком. И они оглушительно расхохотались. Джессика откинулась назад, только золотистые кудряшки мелькнули. Зубы Ричарда белели в полумраке, чернокожая лысина поблескивала на далеком солнце.

– Что я вам говорю? – подхватил Алексей, тоже заливаясь смехом – Прям взял, и положил в рот! Ням-ням!

Они похихикали еще пару минут.

А потом Арман посмотрел в передний экран. Бросился к штурвалу.

Ведь луноход управлялся автопилотом.

– Давай отдохнем, кэп – беззаботно предложил Алексей, как только отъехали от звездно-полосатой станции – Луноход сам нас отлично довезет. Данные маршрута есть в памяти. Поболтаем лучше с коллегами, повеселим их.

– Сам доставит куда надо? – переспросил командир, поглядывая на пульт.

– Есстессвенно – просвистел бортинженер, поглядывая на Джессику – Поставим малую скорость, будем следить за картой. Ну, давай, гостей надо отвлечь от грустных воспоминаний, где твое гостеприимство?

– Ну ладно – согласился Арман и доверился технике.

А вот теперь оказалось, что зря.

Внезапно транспорт ухнул вниз. Перевернулся, ударился корпусом. Пассажиры повалились вперед, налетели друг на друга, сбились в кучу малу. Американка завизжала. Кактус зашипел.

Луноход опрокинулся в другую сторону. Все дружно упали набок, зазвенели инструменты. Слабо вскрикнул Алексей.

А потом двигатели умолкли.

Смотровые экраны погасли. Связь с базами, и земной и лунной, тоже пропала. Хорошо хоть, освещение не отключилось.

– Ну вот, опять не слава богу – пробормотал Арман.

Вездеход упал носом вперед, да так и застрял. Потому что его обитатели валялись в нелепых позах на приборной доске.

Алексей оказался в самом низу. Когда все поднялись, остался лежать без сознания. Бледный, с закрытыми глазами, из носа кровь.

Попробовали привести в чувство, не удалось.

Арман пощелкал кнопкой переключения камерами. Бесполезно.

Видно, застряли в сугробе реголита.

– Ладно, пошли, осмотримся – и Арман стал натягивать шлем. Американцы последовали его примеру.

Ричард нахлобучил космический колпак и на обморочного Алексея.

Люк в потолке не открывался. Пришлось лезть через заднюю дверцу. Арман распахнул ворота. Кряхтя, вылез из машины. Встал было на корме.

И покачнулся, когда огляделся по сторонам. Поскорее схватился за поручни на корпусе.

Дело в том, что луноход не просто свалился в канаву. Он рухнул в огромную глубокую трещину в грунте. Застрял между стенками.

Непонятно, откуда появился провал. Видно, когда ехали к американцам, проехали мимо буквально в нескольких метрах. А вот обратно напоролись.

Арман осторожно поглядел вниз, за луноходом. Впадина темнела далеко уходящим вглубь обрывом. Дна не видно. Машина держалась на честном слове. Если сильно шатать, скользнет дальше, запросто свалится в пропасть.

– Выходите потихоньку – прошептал Арман американцам. Махнул к себе рукой. Сам полез внутрь, обвязывать Алексея для транспортировки.

Гости выползли наружу. Арман ожидал криков Джессики, но девушка молчала. Он вытащил веревку, протянул подмышками у товарища, завязал узел.

Выбрался из лунохода. Коллеги уже вылезли из щели на поверхность, благо, свалились только на два метра.

– Помогите – попросил Арман. Передал кончик каната Ричарду. Втроем вытащили постанывающего Алексея из ловушки. Следом из расселины выбрался командир. Капсула с Кактусом в руках.

Бортмеханик так и не пришел в сознание. Лежал с закрытыми глазами. Джессика пыталась ему помочь.

– Что теперь? – Ричард подошел к краю трещины, поглядел вниз – Мы сможем добраться пешком до вашей базы?

Арман покачал головой.

– Еще сорок километров осталось. У нас не хватит воздуха. Вдобавок поджаримся на солнышке. Радиация зашкаливает.

– Значит, надо вытащить тачку. У вас здесь крана не завалялось поблизости?

Арман тоже подошёл вплотную к оврагу.

– Только ручками, Ричард, только ручками. Пониженная гравитация должна помочь.

Но ручонки оказались бесполезны. Обтянули трос вокруг валуна, валявшегося неподалеку. Потащили, как бурлаки баржу по реке. Еле–еле, стыдно признаться, с помощью Джессики, сдвинули попавший в ДТП вездеход. И чуть не уронили еще дальше.

Вытащить машину без другого механизма не получалось. Слишком тяжела. Арман едва не надорвался. Вдобавок, так кричал: «Давай–давай, еще немного!», что охрип.

– У вас есть подъемные механизмы на базе? – тяжело дыша, спросил Ричард – Может, легче наладить связь и вызвать сюда корабль или роботов дистанционно?

– Нету связи – также отдуваясь, ответил Арман – Даже если бы и была, корабль дистанционно вряд ли полетит, он у нас дефектный. А роботы не успеют добраться.

– Да уж – улыбнулся американец – Вы вроде нас спасать ехали. А теперь, получается, вместе помирать будем.

– И спасем – заверил Арман – Никуда не денетесь с подводной лодки.

– С подводной лодки? – переспросил Ричард.

Джессика глядела в бездну, где покоился в капкане луноход. Повернулась, подошла к парням. И спросила:

– А если попробовать помогать колесами?

– Это как? – не понял Арман.

Сначала вроде бы получилось. Девушка спустилась в щель, села в транспортник, завела двигатель. Потом дала задний ход. Одновременно парни тянули машину сверху.

Луноход рванулся вверх, вращаясь колесами по стенке трещины. Доехал почти до края. Даже показался чуток из пропасти. А потом сорвался вниз. Исчез из поля зрения.

Алексей продолжал безмятежно валяться на грунте.

Парни бросились к оврагу.

Луноход свалился еще ниже, чем раньше. Вдобавок развернулся и теперь лежал вверх правым боком. Джессика помахала из кабины. Ее скафандр был весь в пыли.

– Прекрасно выглядишь – крикнул Ричард в ответ – Сэлфи не хочешь сделать?

Повернулся к Арману и постучал по руке. Там, где обычно носят наручные часы. Напомнил:

– У нас три часа осталось. Потом уляжемся все вместе туда – показал вниз, где вездеход – И споем напоследок песню.

– Подожди хоронить, коллега – зло бросил Арман – Мы еще даже не начинали спасательную операцию.

Направился к Алексею. Схватил за плечи, приподнял, хорошенько встряхнул.

– Вставай, Алеха! Твоя помощь дико нужна.

Друг приоткрыл глаза, мутно посмотрел по сторонам.

– Что случилось? Если что, я не виноват.

– Да очнись ты. На ногах можешь стоять?

Вместе с Ричардом привели пострадавшего в вертикальное положение. Алексей шатаясь, подошел к оврагу. Наклонился вниз.

– Ничего себе. Как это нас угораздило?

– Это не важно. Не можем вытащить. Знаешь, как быть?

Инженер повернулся к Арману. Прикрыл глаза. Как будто заснул на ходу.

Ричард помахал перед ним ладонью.

– Что это с ним? Он сейчас упадет в трещину.

– Он собирается с мыслями – ответил Арман, не отрывая взгляд от товарища.

Затем Алексей открыл глаза. Встряхнулся. Стукнулся головой о стенки шлема.

– Трос есть? Лом есть? Монтировка, кажется, тоже есть.

Арман кивал.

– Все, что надо дадим, только вытащи отсюда.

– Ладно, тащи подручные средства. Сейчас я покажу, как мы в Сибири вытаскиваем застрявшие в снегу машины.

Он перекинул лом через овраг. Попробовал, крепко ли держится. Кивнул, довольный. Потом перебросил через лом канат, один конец которого был привязан к луноходу. Второй спустил в щель. Прикрутил к обоим задним колесам застрявшего транспорта хитроумным узлом и укрепил монтировкой.

Перелез в сиденье водителя, согнав оттуда Джессику. Врубил двигатель, потихоньку газанул. Вездеход потащило вбок. Потом машина выровнялась и повисла над трещиной.

Алексей дал ходу. Колеса равномерно закрутились, накручивая трос. Луноход стал вытаскивать сам себя. Добрался до края, заскрипел под провисшим ломом. Джессика судорожно хваталась за шофера.

Водитель нажал на кнопку. Выскочили пружины, выбрасывающие амортизаторы из крыши лунохода. Ударили в противоположную стенку, оттолкнули вездеход вверх. Машина выскочила из трещины, как пробка из шампанского. Приземлилась метрах в десяти от оврага. Солнечная батарея отвалилась от крыши и упала рядом.

Лом тоже отлетел. Крутясь в воздухе, воткнулся в реголит рядом с ногой Ричарда.

Американец ошеломленно посмотрел на Армана.

Наручный будильник настойчиво запикал. Уже в третий раз.

Арман застонал, открыл глаза. Нащупал кнопку, выключил.

Заставил себя подняться. Почесал бок. Охнул.

Вчера на подходе к лагерю они все-таки угробили луноход. Неловкое движение рулём, и машина полетела вверх тормашками. Никто не пострадал, но помяли космонавты себя изрядно. А транспорт теперь годился на утиль.

Командир умылся, сел завтракать. Остальные еще спали.

В иллюминатор виднелся вход в подземные пещеры. Около пещер копошились два робота. Разворачивали очередную солнечную батарею. За последние дни их вокруг базы выросло несколько десятков.

Рядом послышалось сопение. Арман обернулся, заметил Ричарда.

– Доброе утро – поздоровался Арман – Как спалось, кошмары не замучили?

– Неа. Меня беспокоили не ужасы, меня беспокоил ваш зверь. Он забрался в спальный мешок и кусал за ноги.

Арман пожал плечами.

– Кактус хуже любого метеорита.

Ричард улыбнулся.

– У вас нет лишней зубной щетки?

Арман покачал головой и засунул в рот пасту с лагманом. Последний раз он чистил зубы на Земле.

Вслед за Филлером проснулась Джессика. Потом Алексей.

Перекусили.

Осмотрели синяки и ссадины.

Хозяева станции разбрелись по делам, гости связались с НАСА, поговорить по душам.

Арман напялил скафандр, помог облачиться напарнику. Не стал дожидаться, пока тот запихает в капсулу упирающегося енота. Выкарабкался через шлюзовую камеру наружу.

Подошёл к солнечным батареям. Осмотрел. Почистил от неизбежной пыли.

Оглянулся. Два человека в скафандрах вышли из космолета. Отсюда не видно, кто именно. Вроде бортинженер и посетительница из американской базы.

Арман проверил железных помощников. У одного робота сломалась конечность, отправил его к Алексею на починку.

Настала пора спуститься в подземелья. Поглядеть там, что да как. Не хочется, но что поделаешь.

В рукотворных пещерах было темно. Арман глубоко вздохнул, зажмурился. Досчитал до пяти, шумно выдохнул.

Здесь жутковато, конечно. Зато пыли меньше, чем наверху. Арман прошел по небольшому коридору в первую оранжерею и остановился в изумлении.

Пять из семи рядов посаженных культур проросли. Причем до небывалых размеров. Растения вымахали в человеческий рост. Всего за несколько суток.

Арман ходил между молодых побегов, как в тропическом лесу. Удивленно посвистывал.

Открыл массивную дверь, заглянул в другую комнату.

Та же история. Гречка и кукуруза колыхались, задевая темный коричневый потолок.

Может, все дело в облегченной гравитации? В реголите, полном полезных веществ.

– Это у нас здесь неплохой урожай наклевывается – Арман по привычке хотел почесать затылок, но наткнулся на купол шлема.

Направился к третьему помещению. Только дошел до двери, как лампы, освещающие камеру, погасли.

Внезапная темнота как удар дубинкой. Арман задрожал. Хотел вызвать Алексея, забыв, что внизу почти нет связи.

Лампы снова вспыхнули. Арман сипло выдохнул. Повернулся было назад. Потом покачал головой, открыл дверь в третью комнату.

Здесь гигантских растений не случилось. Из грунта, уложенного в ящики, как положено, проклевывались небольшие побеги.

– А что так? – спросил Арман у ближайшей травинки.

Наклонился, осмотрел. Изумился ещё больше.

– Вы посмотрите, что творится. Это же слизни.

Как они сюда попали? Все семена проходили тщательную обработку. Видимо, сыграл свою роль неизбежный человеческий фактор. Кто-то напортачил.

Пошел в четвертый погреб.

Здесь растения выросли еще выше. Джунгли из водорослей и кустов. Многие зелёным ковром струились по полу.

Арман осторожно прошел по зарослям. Если такое дело, понадобятся новые пещеры. Он почти добрался до последней камеры.

Заметил, что дверь распахнута. Вопреки правилам.

А за стеной кто–то был. Видно было, как колыхается длинная трава.

Бежать за подмогой? Или рискнуть?

Постоял на месте минуту. Незнакомец в соседнем помещении тоже притих.

– Ладно, иду к нему – решил отважный ботаник.

Облизал губы. Аккуратно двинулся вперёд, наблюдая за объектом.

Зашел в помещение, готовясь к самому худшему. Жаль, у них не предусмотрено оружие.

Существо повернулось к гостю. На мгновение замерло, а потом отчаянно бросилось на землянина.

Арман развернулся и кинулся бежать. Неуклюже стукнулся о стенку. Выругался.

Нашел выход, ворвался в него. Сзади пронзительно верещал инопланетный агрессор.

Арман споткнулся о лианы растений, упал на пол. Опасная тварь запрыгнула на командира, стала исполнять победный танец. Беглец перестал изображать космонавта, на которого напали мутанты. Повернулся, стряхнул с себя овальную тушку енота.

– Кактус, я тебя когда-нибудь прибью.

Когда начальник станции выбирался из глубинных оранжерей, чуть не забыл засунуть Кактуса в капсулу. Енот в последнее время возненавидел свою оболочку и отчаянно упирался всеми лапами. Пришлось применить насилие над животным, чтобы запихнуть в спасительную клетку.

Когда Арман вышел из галерей и направился к кораблю, зверек яростно скреб стенки капсулы у него в руках.

Давешний робот, хромая, продолжал таскать детали солнечной батареи. Капитан остановил его.

– Я же отправил тебя на ремонт? – спросил он у механизма.

– Действительно так. Но я не нашел инженера Иволгина – ответил робот.

– Хорошо. Тогда пока что иди в техотдел и отдохни. Не хватало, чтобы у тебя ноги отвалились.

Робот послушно направился к кораблю.

– Куда подевался Алексей? – Арман вызвал товарища по рации.

Ноль внимания в ответ.

Он ускорил шаг. Добрался до лунолета, зашел внутрь. Поглядел на Ричарда, сидевшего за бумагами.

– Ты не видел Алексея?

Американец покачал головой.

– А где Джессика?

Астронавт посмотрел по сторонам и встал со стула.

– Разве она не здесь? Я сидел с бумагами, готовил отчет в НАСА. Ничего не слышал, честно говоря.

– Я видел, как они вместе вышли из корабля. Неужели они не приходили? Кстати, почему Кактус очутился в пещерах? Я помню, как Алексей ложил его в капсулу. Он что, был в подземельях передо мной?

Ричард бросился к скафандру.

– Мы должны немедленно осмотреть базу.

Они выскочили из корабля и помчались к нижним уровням.

Американец заметил высокие растения и показал большой палец.

– У вас здесь джунгли, как на Амазонке. Мы у себя не стали ничего откапывать, хотели построить бетонные бункеры.

Обыскали все помещения, заглянули в кусты. Ни души.

Только в самой последней пещере, там, где Кактус обратил командира в бегство, в ящике с фасолью обнаружился отпечаток руки.

– Куда они подевались? – спросил Ричард.

Поисковики выбрались наверх.

– Может, они в кислородном заводе?

Недавно роботы приступили к сборке цеха по выработке воздуха из реголита. С помощью водорода, доставленного с Земли. Огромный бак с веществом роботы вытащили из корабля. Установили неподалеку. И уже успели смонтировать фабрику наполовину.

Осмотрели три комнаты, где устанавливали оборудование. При их появлении роботы почтительно останавливали труды. Но живых существ не было.

Вышли, встали в раздумье.

Ричард тронул коллегу за плечо.

– Может, там тоже надо посмотреть? – и показал на бак с водородом.

– Я не думаю, что Алексей мог… – начал было Арман. А потом вздохнул – Надо проверить, от него всего можно ожидать.

Напялили реактивные ранцы, взлетели. К баку из-за огнеопасности не приближались. Но даже с расстояния в пару десятков метров видно, что на крышке бака никого нет. И никто не прикасался к креплениям.

Они спустились на твердую почву. Арман пнул камешек, подняв тучу пыли.

– Где они шляются? Устроили романтическую прогулку по окрестностям?

Но Ричард не слушал. Крикнул по рации:

– Когда мы взлетали, я кое-что заметил среди солнечных аккумуляторов – и неуклюже побежал к батареям.

Арман полетел за ним на малой высоте. Обогнал, приземлился возле солнечных панелей.

Вроде ничего не видно. А потом возле самой дальней батареи усмотрел свежий холмик с реголитом. Под бугорком торчала рука в скафандре.

Мимо на бреющем полете промчался Ричард. Тоже сообразил подключить ранец.

Они подлетели к загадочному кургану одновременно. Американец с криком пытался раскидать тяжелый грунт. Чуть не порвал скафандр.

Арман вызвал роботов и приказал осторожно раскопать холмик. Автоматы ровными пластами отбрасывали коричневую лунную почву. Глянул на Ричарда. Астронавт безотрывно глядел на бугор.

Когда руку почти откопали, Арман отозвал роботов. Дальше сами.

Ричард потянул за конечность. Тело пошло вверх легко, как пушинка. Арман присмотрелся. Из реголита вынырнул манекен в разорванном скафандре.

Он тронул Филлера за плечо.

– Это наши первичные отходы. Манекен для испытаний по гравитации. Мы шли по ложному следу.

Американец и сам уже догадался. Бросил обманку, выпрямился.

– Где тогда наши друзья?

Арман показал на луноходы, замершие на краю лагеря.

– Давай там проверим. Если и там нет, я не знаю, где искать.

Поскольку топлива в ранцах оставалось немного, пришлось топать до роверов пешим ходом.

Уже на подходе к вчерашнему вездеходу Арман заметил интересное явление.

Луноход, помятый и искалеченный, таинственным образом колыхался. Видимо, кто–то внутри проделывал ритмичные движения.

Арман с тревогой глянул на коллегу. Как он воспримет роман между Алексеем и Джессикой? Не грянет ли международный скандал?

Филлер тоже обратил внимание на любопытные скачки. Повернулся к Арману, пожал плечами, насколько это возможно в скафандре.

Арман подошёл к луноходу, деликатно постучал в окно.

Внутри, видимо, были очень заняты. Ритмика даже усилилась. Пришлось постучать еще раз, посильнее.

Колыхания наконец–то прервались. В окне появилась растрепанная голова Алексея. Дальше, в салоне, мелькнуло любопытное личико Джессики.

– Выходи, Казанова! – позвал Арман и поманил пальчиком.

Обернулся к Ричарду. Американец хмурил густые брови, морщил лоб. Видимо, дипломатического конфуза все-таки не избежать.

– Я подвергну его самому строгому наказанию – пообещал Арман – Впредь подобное не повторится.

Люк вездехода открылся. Космические Ромео и Джульетта, смущенно улыбаясь, выбрались наружу.

Ричард быстро шагнул к Алексею. Бортинженер поднял кулаки для самообороны.

И зря.

Потому что Ричард весело расхохотался. Пожал руку Алексею, подмигнул Джессике. Отошёл. Снова согнулся в неудержимом приступе смеха. Затем махнул рукой:

– Не обращайте внимания. Это психологическая реакция. Я боялся, что вы пропали, а у вас просто–напросто любовь вспыхнула.

Джессика резко прошла вперед. Отодвинула Филлера плечом. Размашисто двинулась к кораблю. Мужчины поплелись следом.

Ричард хихикал весь остаток дня. Даже ночью Арман слышал, как американец посмеивается в спальнике. Ну что же, так даже лучше.

На следующее утро Арман остался лежать в постели. Не утруждал лицо умыванием. Просто выдавил в рот тюбик с овсяной кашей. Пожевал, проглотил. Подошел к сливному устройству, сплюнул остатки. Отпил компота. Забрался обратно в спальник.

Алексей переглянулся с гостями. Скривил гримасу. Приблизился к товарищу.

– Кэп, Джессика приготовила отличный кофе. Попробуешь?

Молчание.

– Роботы почти закончили кислородный завод. Надо запускать. Порежешь ленточку?

– Начинайте без меня.

– Так нельзя. Подумаешь, полетим обратно пораньше. Мы добились всего, чего хотели.

Арман повернулся, поднял голову.

– Мы ничего не добились. Ничего из того, чего желал Олег Афанасьевич. Не изучили грунт, не развели животных, не составили карту окрестностей. Луна не завоевана окончательно.

Кактус проковылял мимо, нырнул в ящик с инструментами. Чем–то зашуршал внутри.

– Мы сделали первый шаг. И вдруг трусливо прячемся обратно в свою вонючую нору.

– Я бы не сказал, что Земля это нора – заметил Алексей. Пожал плечами, вернулся к завтраку.

После утреннего приема пищи подошел опять. Потрогал за плечо.

– Кэп, что с утренним сеансом связи? Мне самому…

И не докончил.

Снаружи раздался грохот.

Колонисты бросились к окнам.

Вокруг лагеря и по нему били каменные глыбы. Прямиком из космоса. На глазах Армана огромный камень раздавил робота. Небольшие снаряды стучали по обшивке корабля.

База накрылась тучами реголитной пыли.

– Метеоритный дождь – закричал Ричард – Давайте спрячемся в пещерах, а то нас раздавит!

Арман кивнул.

Они лихорадочно одели скафандры. Кактус выбрался из ящика и с визгом носился по кораблю.

Космолет трясся от ударов метеоритов.

Астронавты выскочили наружу. Побежали наугад. Все вокруг потонуло в клубах коричневой пыли. Почва содрогалась от ударов космических камней. Джессика не удержалась на ногах и упала. Алексей и Ричард помогли подняться.

На половине пути обитателей базы чуть не раздавил валун размером с человека. Он глубоко вонзился в почву. От ударной волны люди отлетели назад.

Поднялись, кашляя и хрипя.

– Где Кактус? – кричал Алексей – Я не вижу Кактуса.

Арман ничего не видел из-за пыли. Пошарил руками. Ничего не нащупал.

Заметил рядом фигуру. Пригляделся и узнал Ричарда.

Американец держался за плечо. Скафандр пробит осколок метеорита. Из–под пальцев видна кровь.

– Скорее! – закричал Арман – А то нас раздавит.

Схватил Ричарда и потащил за собой.

– Кактус, где ты? – кричал Алексей.

Джессика обняла его за талию. Просила уйти.

– Я никуда не пойду без Кактуса – вырывался Алексей.

Арман повел американца. Оглянулся. Джессика тянула бортинженера за собой. Рядом упал еще один метеорит, накрыл их кусками реголита.

Огибая воронки, в изобилии появившиеся от космической бомбардировки, доковыляли до подземных укрытий.

Арман открыл люк, впихнул Ричарда. Пошел обратно, за влюбленной парочкой.

Не успел отойти пару шагов, как из облаков пыли вышли Джессика и Алексей. Механик оборачивался, смотрел назад.

Поспешно нырнули внутрь. Тяжелый люк содрогался от ударов метеоритов. Ричард согнулся около входа. Потащили его дальше.

Остановились в первой комнате. Кислорода достаточно, можно ненадолго снять скафандр.

Джессика и Алексей обработали рану. Аптечка с минимальным запасом медикаментов была у каждого члена экспедиции. Порез на скафандре оказался слишком глубок. На время грубо скрепили ткань скотчем.

– Тебе нельзя выходить наружу – сказал Арман американцу. Ричард тяжело дышал, смуглое лицо вспотело.

Командир посмотрел на Алексея. Бортинженер сидел на полу, уставился вниз.

– Так получилось, Леха – сказал Арман – Мне очень жаль Кактуса.

Снаружи раздался мощный взрыв. С потолка посыпалась пыль. Космонавты еле устояли на ногах.

– Это, кажется, водород – заметил Арман.

Они сидели в укрытии, пока свет не стал гаснуть. Вдобавок отключилась связь.

Удары по поверхности Луны утихли.

Арман поднял забрало шлема, тронул Алексея за плечо.

– Вроде бы закончилось. Надо посмотреть.

Обернулся, наклонился к Джессике.

– Мы скоро вернемся.

Не успели дойти до выхода, как пещеры вздрогнули от удара. Как будто в укрытие угодил снаряд. Друзья повалились на пол.

Сели, отряхнули голову от жуткого звона в ушах.

Алексей показал жестом назад. Арман поднялся. Шатаясь и держась за стену, пополз обратно.

Американцы целы. Лежат без сознания. Покрыты толстым слоем пыли. Арман надел на Ричарда шлем.

Люк в соседнюю комнату вылетел от удара.

Арман заглянул и сначала ничего не увидел. Помещение окутано туманом из мельчайшего реголита. Пригляделся.

Большой метеорит пробил потолок и вошёл в пол. Очертания космической бомбы смутно угадывались сквозь сизую пелену. Вверху еле виднелось черное небо Луны.

Рядом появился Алексей. Поглядел на разрушения, вернулся в первую комнату.

Они осторожно прикрыли вход в помещение. Выскользнули из пещеры. Огляделись.

Метеориты окончательно утихомирились. Пыль почти осела. Местность вокруг выглядела, как после обстрела артиллерией.

От бака с водородом остался покореженный четырехугольник. Сиротливо лежал на боку, зияя разорванной стенкой.

Кислородный завод вряд ли удастся запустить в ближайшие сутки. Только через две недели усиленного ремонта.

Из роботов уцелел только один. Но и он лишился трех конечностей. Беспомощно валялся на почве и судорожно двигал последней ногой.

Луноходы разбиты. Солнечные батареи тоже, почти все.

Когда Арман глянул в сторону корабля, ноги подкосились. По лунолету метеориты били прицельной наводкой. Пробили корпус в трех местах. Устроили пожар. От корабля остался высокий продолговатый цилиндр с обрубленной крышкой. Космолет больше не смотрел гордо в небо. Он теперь жалобно клонился лохмотьями обшивки к поверхности Луны.

Алексей что–то кричал рядом. Непонятно из-за обрыва связи. Схватил командира за руку, повернул. Указывал на разбитую капсулу, в которой переносили Кактуса, валяющуюся неподалеку. Сжал кулаки, упал на колени, ударил по грунту.

Арман молчал.

В черном небе светило маленькое ослепительное солнце. Над пиками далеких гор нависла голубая Земля.

Арман вошёл в разбитый корабль. Подошел к обгоревшему пульту, попытался связаться с ЦУПом. Безнадежно. Приборы наглухо сломаны.

Алексей вскарабкался в технический отсек. Вернулся, покачал головой. Арман и сам видел, что от двигателей ничего не осталось.

Осмотрели баки для кислорода. Уцелел только один. Хватит на десять часов.

Вышли из раздробленного космолета. Вернулись к пещерам. По дороге Алексей подобрал капсулу Кактуса, прижал к груди.

Американцы очнулись. Сидели, привалившись к стене. Арман протянул Ричарду запасной скафандр. Помог быстро переодеться.

От движения рана на плече снова открылась. Джессика наложила новую повязку, хоть Ричард и жаловался на дикий холод.

В помещении осталось чуточку воздуха. Поэтому Арман приподнял стекло шлема.

– Все плохо. Корабль уничтожен. Запасы кислорода и топлива на нуле. Роботы и луноходы разорваны в клочья. Даже наше подземное убежище выведено из строя.

– Когда должен прилететь спасательный корабль? – спросила Джессика. Поднять забрало шлема она не отважилась. Голос звучал глухо и негромко.

– Планировали через неделю.

Девушка переводила взгляд с Армана на Алексея.

– На Земле наверняка видели, что здесь произошло. Неужели нельзя побыстрее?

– Даже если они ускорят запуск, у нас не хватит воздуха – пояснил Арман.

Джессика откинулась назад, закрыла лицо руками.

А Ричард слабо поднял руку. Командир наклонился к раненому.

– Есть один способ добыть воздух – прохрипел коллега – Если сможете достать изо льда.

– Как так?

– В пятнадцати милях отсюда кратер. Вот координаты – сказал Ричард – На дне солидные запасы лунного льда. Этот факт зафиксирован автоматическим луноходом. Он обследовал эту территорию три года назад. НАСА до поры до времени засекретило информацию.

– Если мы доберемся, то с легкостью выработаем кислород – Арман радостно выпрямился – Это хорошие новости.

Алексей оторвался от созерцания капсулы.

– А на чем поедем? Луноходы разбиты.

– Сейчас пойдем и тщательно осмотрим их. Может быть, удастся немного подшаманить?

Командир вскочил. Потащил за собой механика.

Детальный осмотр показал, что один из луноходов все-таки еще на ходу. У него серьезно пробило крышу. Товарищи сняли покрытие с другого вездехода. Приладили. Арман пошел за оборудованием для извлечения кислорода. А когда вернулся, Алексей показал ему уровень топлива.

Арман долго смотрел, не зная, что делать.

Вернулись к гостям.

– Горючего едва хватит в один конец. Нам придется всем ехать к кратеру и дожидаться там спасательный борт.

Ричард глянул на Джессику. Кивнул.

– А что, у нас есть выбор?

– Выезжаем прямо сейчас. Времени в обрез. Тем более, что на носу долгая лунная ночь. Грузим припасы и двигаем отсюда.

Девушка помогла раненому подняться. Направились к выходу.

Напоследок Арман обернулся. Комната засыпана серебристой пылью. По стенам и потолку пролегли трещины. Растения завяли и пожухли. Из кадок высыпалась земля.

Они отвели Ричарда к луноходу. Сделали три ходки к кораблю, перенеся уцелевшие инструменты, пищу и оборудование. Арман написал на бумаге координаты кратера, оставил на приборной панели.

Все, кроме механика, уселись в машину.

Алексей поставил капсулу на грунт. И тоже залез в транспортник. Завел двигатель.

Нагруженный вездеход медленно тронулся в путь.

Джессика что–то спросила.

Алексей знаками показал, что не слышит.

– Быстрее нельзя, Альеша? – крикнула девушка – У нас мало воздуха.

Механик пожал плечами, насколько это было возможно в скафандре. Немного прибавил скорости.

Когда отъехали на два километра, Арман оглянулся. Лунная база стояла безлюдная. Корабль снова загорелся. Покореженные солнечные батареи валялись на почве. Роботы неподвижно лежали вверх брюхом.

– Помогите – крикнула Джессика – Ричарду плохо.

Астронавт потерял сознание. Арман снял с него шлем, обнажил плечо. Рана воспалилась. Быстро поменяли повязку. Надели скафандр.

Во время путешествия молчали. Командир глядел на валы кратеров прямо по курсу. Может, не надо было уезжать? Вдруг никакого льда нету? Тогда через несколько часов их ожидает смерть от удушья.

Доехали до цепи кратеров.

Алексей повернулся к Арману. Какой кратер нужен?

Арман посмотрел на американца. Потряс легонько. Ричард очнулся. Огляделся, указал на центральную гору, одну из самых больших.

Луноход потихоньку полез по склону. К счастью, достаточно пологому. Добрался до края. Замер, дребезжа мотором.

Водитель вопросительно глянул на командира. Арман кивнул.

Вездеход перевалил через гряду. Сразу попал в темноту. Солнце сюда редко заглядывало.

В машине сразу похолодало. Алексей врубил фары. Одна не работала. Тусклый свет другого прожектора выхватывал из мрака пылинки реголита. Больше ничего не видно.

Луноход покатился вниз. Слишком быстро.

– Осторожно! – закричал Арман – Перевернемся!

Алексей яростно крутил руль в стороны. Луномобиль заносило туда–сюда. Вокруг тучи пыли, как в пустыне на Земле.

Наконец остановились. Спуск закончился. Достигли дна кратера.

Фонарь продолжал светить во тьму. Пыль постепенно улеглась. Впереди угадывались очертания высоких скал и валунов.

– Это же обычные камни – пробормотал Арман.

Алексей потянул рычаг, вездеход продвинулся вперед. Свет фары уперся в возвышенности.

Арман пригляделся. Камни светлые. Отражают лучи. Совсем, как лед в глубокой пещере. Закричал во все горло:

– Мы сделали это! – толкнул застывшего Алексея в бок и обнял Ричарда.

В кратере стояла мертвая тишина.

Тем не менее, Арман с криком проснулся. Приснилось, что упал в ледяную воду и тонет.

Огляделся. Они лежали в луноходе. Последнее пристанище.

Товарищи спали крепким сном. Умаялись за вчерашний день.

Работы хватало. Вручную откалывали глыбы льда от торосов на дне кратера. Таскали к сборочному сосуду. Нагревали. Опускали в прибор для переработки. Очищенный кислород загружали в баки, а водород в небольшую цистерну.

Можно было бы изготовить топливо, да вот только перегонные аппараты остались в лагере. Да и не сделаешь ничего, сломаны.

А воздуха набрали достаточно. Наверняка хватит до прилета спасательной миссии. Даже на обогрев пустили, потому что в кратере было чертовски холодно.

Вроде все идет путем. Вот только почему свербит на душе?

Что–то он упустил, когда отъезжали от базы. Какая–то мысль мелькнула. А потом отвлекся на ранение Ричарда.

Внезапно командира прошиб озноб. Застонал с досады. Да так громко, что разбудил Джессику.

Девушка спала на груди Алексея. Подняла голову, опустила забрало шлема.

– Что случилось? Почему не спишь?

– Я погубил нас всех – ответил Арман – Мы пропали. Нас не смогут спасти.

– Ты о чем? – встревожилась Джессика.

Командир зажег в салоне свет. Тряхнул Алексея. Ричард прекратил храпеть. Заворочался, потом встал.

Алексей тоже проснулся. Пробормотал что–то в шлеме. Потом снял, хрипло спросил:

– Чего кричишь, кэп?

– Когда мы выезжали из поселения, я заметил, как корабль загорелся. Тогда не придал значения. А теперь понимаю, что это конец. Нам всем.

– Почему? – спросил Алексей, хлопая сонными глазами.

– Я оставил записку с нашими координатами в корабле. Скорее всего, она сгорела вместе с ним. А значит, они не найдут нас.

– Не может быть – бортинженер подскочил на месте и ударился головой о крышу – Ты уверен? Точно видел, как корабль горит?

Арман кивнул.

– Но почему не подумал об этом? Можно было повернуть назад.

– Честно говоря, мы так торопились. Все мысли были о том, чтобы успеть. Там же счет шел на минуты.

Алексей схватился за голову. Ричард выругался. Джессика заплакала.

– Что делать? – спросил бортмеханик – У нас не хватит топлива даже выехать из кратера.

– Я не знаю – тихо ответил Арман.

– Может, кто–то пойдет пешком?

Арман покачал головой.

– Слишком далеко. Радиация сожрет. И еще снаружи дикий холод. Ты забыл, что настала лунная ночь? Максимум полчаса можно продержаться.

– А если выйдем из кратера в день прилета спасателей? Они будут облетать окрестности, заметят нас.

– Я же говорю, лунная ночь. Вокруг темно. Не увидят.

– А что ты предлагаешь? – закричал Алексей – Сложить руки и подыхать?

– Я не знаю, Алеха – еще тише ответил Арман – Не знаю.

Алексей стал успокаивать Джессику. Ричард потушил свет. Все постарались заснуть, но никому не удалось.

Поднялись через пару часов.

Алексей отказался идти колоть лед.

– А какой в этом смысл? Если нас не найдут, все равно подохнем.

Арман впихнул лом ему в руки.

– Иди работать. Есть идея, как позвать спасателей.

Все последующие дни они продолжали добывать кислород. Растягивали приемы пищи, сильно урезали порции. Но все равно, вскоре съели последний кусок.

Через день после того, как закончилась еда, настало время, когда по расчетам, новый корабль должен уже прибыть на Луну.

Алексей и Арман потащили наверх бак с кислородом. Шли долго, минут сорок. Наконец, взобрались. Полежали, отдыхая.

Выкопали яму, установили бак. Прикрепили небольшой шнур, пропитанный ракетным топливом.

Алексей пытался поджечь фитиль. Веревка не тлела. Мешали отсутствие атмосферы и жуткий холод. Пальцы тряслись от мороза.

Мысль состояла в том, чтобы поджечь кислород. Вспышку, возможно, заметили бы на эвакуационном корабле. Но, похоже, и эта затея провалилась.

Алексей оторвал фитиль, поднес зажигалку вплотную к баку. Махнул командиру, чтобы уходил вниз. Сам, мол, подожгу бак и плевать, что разорвет на куски.

Арман покрутил пальцем у виска. Схватил друга за руку, потянул к себе. Они молча боролись. Алексей неуклюже откинулся. Толкнул бак. Канистра с кислородом пошатнулась и покатилась вниз. По внешнему склону горы. Напоролась на кусок почвы. Гулко лопнула. Воздух светлым облачком, еле заметным в темноте, выплыл наружу.

Товарищи посмотрели на бак. Упустили последнюю надежду.

Отцепились друг от друга. Алексей отвернулся и пошел вниз, на дно кратера. Арман посмотрел вдаль, туда, где должен был находиться лагерь. Пошевелил заледеневшими пальцами ног. Побежал вслед за механиком.

Они едва не потерялись в темноте. Хорошо, что кто–то из американцев догадался включить фары. Из последних сил добрались до лунохода. Долго обогревались в салоне.

Шлемы сняли. Неважно уже. Включили свет в салоне.

Алексей посмотрел в окно. В кромешный мрак. Заметил:

– Мы как будто где–то в горах заблудились. Как на Земле. Вокруг темнота. Кажется, что там притаились злобные монстры и сейчас утащат в свое логово.

– Я бы с удовольствием заблудился бы в горах – мечтательно ответил Ричард – Все отдал бы, чтобы услышать вой волка или рев медведя.

Джессика сжала плечи руками.

– Как же кушать хочется. У нас остались другие идеи?

Арман покачал головой.

– Еще чуть–чуть и я соглашусь сесть на цистерну с водородом и взорвать ее. Лучше быстрая смерть, чем мучительная.

Алексей спросил, не отрывая взгляда от окна:

– А как же Северов?

– В смысле? – удивился Арман.

Алексей повернулся, посмотрел командиру в глаза.

– Олег Афанасьевич верил в тебя. Разве нет? Больше, чем в меня. Даже больше, чем в себя. Как ты думаешь, он бы одобрил твою идею? Сдался бы?

Арман почувствовал, как у него краснеют уши.

– Честно говоря, я оказался здесь по милости Олега Афанасьевича. На другой планете, вдалеке от любимой семьи. Без какой–либо надежды на выживание.

– Ты не ответил на мой вопрос.

– Я и ты, мы сделали все, о чем он мечтал – закричал Арман – И остаемся здесь подыхать.

– Ты не ответил на мой вопрос – чуть громче повторил Алексей.

Арман вдруг утих. Опустил голову.

– Нет. Олег Афанасьевич ни за что бы ни сдался. Он и так продолжал бороться до конца, пока болезнь не убила его.

– Так почему ты сдаешься? Ты, его любимый ученик? Кто говорил, курс только на Луну?

– Я не сдаюсь – пробормотал Арман – Не сдаюсь, не сдаюсь.

Надел шлем. Подтянул рукава скафандра. Выскочил из лунохода, не обращая внимания на то, что другие сидят без шлема.

Снова пополз наверх. К верхушке кратера.

Поднимался на четвереньках. Реголит осыпался под ногами, как песок. Он бормотал: «Не сдаюсь» и продолжал ползти вверх. Внизу что–то кричали товарищи, но он не обращал внимания.

Арман не помнил, как вскарабкался на кромку горы. Лег на живот. Тяжело дышал. Вытащил карманный фонарик и стал быстро нажимать на кнопку. Бледные вспышки света мигали в сторону лагеря.

Сколько прошло времени, непонятно.

Руки онемели от холода. Ног он не чувствовал. Подняться не было сил.

Арман бормотал, стуча зубами: «Не сдаюсь». И что было силы, давил на кнопку фонарика. Вспышки света, поначалу интенсивные, постепенно начали утихать.

– Простите, девочки – прошептал Арман – Лейла. Мамочка. Отец. Встретимся на том свете. Я не хотел, так получилось.

Помолчал. Говорить было трудно. Нажал на кнопку еще четыре раза.

– Олег Афанасьевич, я не сдавался. Как вы и хотели. До конца.

Прошептал опять: «Не сдаюсь». Прикрыл глаза. Уронил голову наземь. Рука с фонариком опустилась.

Арман уже не видел и не слышал, как к вершине кратера подлетел огромный корабль. Осветил мощным прожектором лежащего космонавта. Нащупал на дне цирка луноход и скачущие возле машины фигурки людей в скафандрах. Выбрал поблизости ровную площадку и прилунился.

Открылись шлюзы и из корабля вылетели астронавты с реактивными ранцами. Устремились к Арману и другим членам экипажа.