Лёгкая и не напряжная история в жанре бояръаниме.

Наличие аниме фансервиса гарантировано.

Гаремник и все вытекающие отсюда сиськи-письки, труселя присутствуют и в первом томе, но основная линия начнется во втором))) Всё же герой пока ещё в детском теле! Поимейте совесть! Да и времени у него на это в первом томе, вообще нет, то постоянно мутузят, то учиться приходится! Беда короче.

Наличие нецензурной лексики и откровенных сцен!

Присутствуют иллюстрации некоторых персонажей, как их видит автор.

– Казнить приговорённых в зале суда. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. – Закончив зачитывать приговор, председатель судейской коллегии обратился к крепкому мужчине лет сорока. – Дмитрий Викторович, можете приступать.

– Господа, прошу всех покинуть помещение. Но прежде освободите приговорённых. – обратился ко всем присутствующим палач.

– Дмитрий Викторович, вы прекрасно знаете, что мы не можем этого сделать. Исполнение приговора должно быть засвидетельствовано и запротоколировано! – возмутился председатель.

– Мне плевать, можете или нет! Эти люди – главы родов древней крови! Я не стану убивать их словно шелудивых псов. Смерть в бою! Вот единственная казнь, которой они достойны. – мужчина произносил каждое слово с невероятным спокойствием, лишь искры начавшие собираться вокруг его тела говорили об истинной буре, что бушевала у него внутри. – Протокол вы сможете составить и после исполнения приговора. А теперь пошли все ВОН!

Многие из присутствующих на суде не понаслышке знали, что значит гнев главы совета кланов, известного во всем мире, как Бог Грома. Поэтому, как только были произнесены последние слова зал заседания стремительно стал пустеть.

Судейская коллегия в полном составе, молча удалилась сквозь заднюю дверь. Их взгляды говорили о неприятностях, что за столь дерзкий поступок грозят Дмитрию Викторовичу. Но ему было на это плевать. Он готов понести любое наказание, но не станет поступать с этими людьми по-другому.

Последними из зала суда ушли шестеро охранников, предварительно освободив приговорённых, сняв с них блокирующие внутреннюю энергетику браслеты.

Шесть смертников. Шесть глав родов входящих в клан Распутиных, стояли и смотрели на личного палача императора.

Об этой ипостаси Дмитрия Викторовича в империи знали единицы – главы немногих родов и кланов приближённых ко двору. Клан Распутиных был одним из них.

– Спасибо Дима, что дал нам возможность достойно уйти на покой. – заговорил самый старший из приговорённых.

– Это единственное, что я могу для вас сделать Григорий Ефимович. – пожал плечами мужчина. – А теперь готовьтесь, я нападаю!

В следующее мгновение палач возник возле самого молодого из приговорённых и одним ударом руки, окутанной доспехом бога грома, пронзил парню сердце, оставив в его груди дымящуюся дыру. Кровь ещё не успела вырваться из разорванных артерий, как был казнён следующий приговорённый. Выставленный им щит не смог задержать палача даже на секунду.

Ещё два удара бешено колотившегося сердца и ещё две смерти. Палач задержался лишь возле пятого приговорённого, вернее – пятой.

Ольгу Серову он знал с самого детства. Их родители были дружны и даже всерьёз велись переговоры о женитьбе, но в итоге отец Дмитрия Викторовича выбрал другую кандидатуру. Даже после этого они с Ольгой не перестали дружить. В то время он забрал у неё первый поцелуй, а сейчас заберёт жизнь.

– Прости меня Дима. Я чудовище. – прошептала Ольга. Её рука неуверенно поднялась и коснулась небритой щеки своего палача. – Не мешкай. – было последнее слово, сорвавшееся с её губ.

– Их смерти на твоих руках старец. – произнёс палач, аккуратно уложив тело Ольги на пол.

– Этот выбор они сделали сами. Я лишь предложил им путь. – пожал плечами последний приговорённый.

Один из старейших целителей во всём мире, был отличным бойцом прошедшим две мировых войны без единой царапины. Уйти без боя, как это сделали остальные, он просто не мог. Палач прекрасно знал об этом. Он специально дал ему эти несколько секунд на подготовку, сперва покончив с остальными.

Палач напал первым. Удары с его стороны сыпались с невероятной скоростью. Обычный человек не смог бы даже уследить за его кулаками, старец же не уступал ему в скорости, парируя каждый удар.

После столкновения с руками старца, окутанными ядовито-зелёным свечением, кулаки палача горели, словно их облили кислотой. Впрочем, так оно и было. Доспех бога грома был уничтожен силой старца.

Разорвав на мгновение дистанцию, Дмитрий Викторович увидел, как с его кулаков слезает кожа, вместе с мясом. Два пальца на левой руке уже были полностью очищены от плоти. Боль напоминала ему, что он простой человек, способный в любой момент умереть.

Сейчас сражались два бойца нулевого ранга. Которых во всей империи официально насчитывалось восемь человек. После этого боя их останется семь.

Старец был силён, но всё же он был целителем. Его призванием было спасать жизни, а не забирать их.

Палач напал, направив почти весь резерв энергии в руки. Концентратор затрещал от напряжения. Доспех бога грома вновь занял своё место, только на этот раз сила переполняла его. Треск электричества оглушал. Молнии начали разлетаться во все стороны, круша всё вокруг. Каждый удар палача сопровождался выбросом снопа искр.

Подловив старца, палач отсёк ему руку, которая не успев долететь до пола, начала разлагаться. В нос ударил тошнотворный запах. На мгновенье замешкавшись, старик перестал успевать за своим противником.

Следом за первой рукой, была отрублена и вторая. Старец даже не поморщился. Его тело взорвалось ярчайшей вспышкой. Палач лично увидел тайную технику Распутиных. Из обрубков рук за мгновение выросли новые, полностью функционирующие конечности. Вот только ядовитого свечения на них уже не было.

Теперь сразу становится понятно, как старец смог пройти через столько сражений без единой царапины. Оставалось только искромсать его до такого состояния, что восстанавливать будет нечего.

Выйдя из здания суда Дмитрий Викторович сразу направился к ожидающему его автомобилю. Ни один человек из доброй сотни журналистов, что сейчас собрались возле здания суда, не отважился подойти к нему. Палач был весь забрызган кровью, местами на нём попадались ошмётки мяса и костей. Кого-то вырвало, кто-то упал в обморок от увиденного.

– Домой Витя. Домой. И позвони, пожалуйста, в канцелярию, скажи, что просьба выполнена. А долг я оставляю за ним.

Сегодня был день триумфа Базиля Иванова, то есть меня любимого.

В свои 23 года я смог окончить экстерном Высшую Школу Разума. И теперь являюсь самым молодым на планете обладателем ранга магистра псионики. Присвоенного самим Фредриком Лурье – единственным псиоником за всю историю, получившим звание грандмастера.

Во время финального испытания против меня вышло сразу пять магистров из других школ. Победа далась не то чтобы очень легко, но больших сложностей я не испытал. Даже несмотря на то, что сразу после начала финального экзамена меня ослепили довольно подлым приёмом из школы иллюзий.

Одним из главных преимуществ школы разума, открывающимся только на ранге магистра стала зона маны. В пределах собственной зоны маны я спокойно мог обходиться без зрения, слуха, обоняния. Всё это мне спокойно компенсировала пси-энергия разлитая вокруг.

Взаимодействуя с частицами пси-энергии, я с лёгкостью мог не только видеть действия своих противников, но и с большой долей вероятности предсказывать их следующий шаг. Частицы пси-энергии напрямую передавали сигнал в мой мозг, без помощи обычных посредников – глаз. То же самое можно было проделать и с другими чувствами, просто слегка изменить настройки зоны маны, и всё.

В момент использования зоны маны мозг работал в режиме нон-стоп обрабатывая просто колоссальные объёмы полученной информации. Удерживать зону манны на полной мощности и максимальном расстоянии я мог минуты три. Но если сократить число работающих чувств и радиус действия, то без проблем мог держать его активированным практически постоянно.

Сейчас моих возможностей вполне хватило, чтобы охватить зоной маны арену, на которой проводилось финальное испытание, и весь довольно вместительный стадион. А это метров сто пространства полностью контролируемого мной.

Почти все мои сокурсники не верили в меня и в открытую насмехались. В отличие от меня все они были выходцами из аристократических родов. Главной заводилой всегда была Луиза Бертран. Дочь одного из основателей «Империума» – корпорации за последние десять лет захватившей власть практически над всей Европой.

Луиза никогда не упускала возможности указать на моё плебейское происхождение. Да в общем-то, мне было наплевать, своих родителей я никогда не знал и воспитывался в одном из приютов в России, именно там я получил столь замечательную фамилию. А в ВШР попал благодаря сильнейшим псионическим способностям, о которых все эти дети богатеньких родителей могут только мечтать.

Сейчас же, сразу после присвоения мне одного из высших пси-рангов. Я одним махом оставил всех этих снобов далеко позади себя. Мне осталось только ждать, кто же из правителей одной из сверхдержав предложит более тёпленькое местечко.

Конечно, придётся самую малость повоевать, доказать свою лояльность нанимателю, так сказать, но это все мелочи. То будет честная война, а не подлое убийство в спину.

За время обучения нам неоднократно приходилось применять свои способности для устранения людей. Хоть это и были преступники, но не отменяло того факта, что они люди. Я и сейчас не могу нормально воспринимать приказы на устранение террористов. На этой почве меня едва не исключили из ВШР. Но скрипя зубами, всё же решили не делать этого. Всё же потерять одного из самых перспективных псиоников на материке не могла себе позволить даже ВШР.

Так вот убивать людей при помощи своей силы, да и вообще, просто убивать людей, мне очень не нравится. После подобных случаев я прихожу в себя несколько дней, не без помощи нескольких опустошённых бутылок с крепким алкоголем и своих верных друзей – Майка и Александра. Конечно, они тоже аристократы и их родители занимают далеко не самые последние места в правительствах некоторых стран, но они другие, совсем не испорченные. Можно сказать, что они не заразились звёздной болезнью от своих родителей и не впитали презрение к простолюдинам с материнским молоком.

Вот и сегодня они единственные, кто пришёл поддержать меня. И я их не разочаровал.

– Красавец! – Сграбастал меня в охапку Александр.

Он был почти на две головы выше меня и тяжелее килограмм на сорок. От его объятий у меня затрещали рёбра. Пришлось в срочном порядке укреплять их псионикой, а то услуги хорошего лекаря могут влететь в копеечку. А пока я всё ещё числюсь бедным студентом, живущим на стипендию, хотелось бы избежать подобных необоснованных трат.

На просьбы отпустить меня на землю Александр не реагировал, лишь, только когда Майкл сказал, что тоже хочет меня поздравить наш громила, сделав огромное усилие над собой, отпустил меня.

– Спасибо. – сказал я Майку, а Александра довольно ощутимо приложил пониже спины, жгутом из псиэнергии. Пока он не понял, что именно сейчас произошло и почему болит задница, я заговорил. – Сегодня идём отмечать мой выпуск. Приглашаю вас в «Эйфорию».

«Эйфория» являлась самым престижным клубом во всём учебном городке. Каждый вечер там играли настоящие музыканты. Звёзды с большой земли, выстраивались в очередь, чтобы выступить в клубе, в котором постоянно проводят время дети, родители которых вершат судьбу этого мира. Которые сами в ближайшем будущем станут очень влиятельными людьми.

– Ты уверен? – спросил у меня Майк. – Всё же вход туда стоит три тысячи с человека, а зная тебя, на наши деньги развлекаться ты не согласишься.

– Не переживайте! Я специально копил больше года, чтобы отложить на это дело.

– Ты давай завязывай уже со своим благородством. – не сильно ударил меня в плечо кулаком Александр. – Давай завалимся сегодня в Эйфорию и ты не будешь думать о такой мелочи, как деньги. Я хочу сделать тебе подарок. Будем отрываться по полной, без оглядки на финансы. Сегодняшний вечер будет только нашим и всё.

– Если хочешь, я могу вообще снять весь клуб на сегодняшний вечер и никто не будет нам мешать развлекаться. Его владелец как раз задолжал моему отцу, так что думаю проблем не должно возникнуть. – поддержал идею Александра Майк.

– Вы же прекрасно понимаете, что это моя победа. Мой праздник. И за всё платить должен только я. – Ну вот не могу я, если по-другому. Тем более в этом клубе я был всего пару раз и оба раза за меня платили друзья. Так что сегодня я хотел заплатить за всё сам. К тому же двадцати тысяч, сэкономленных мною за год, должно было хватить на очень хорошую развлекательную программу, даже в Эйфории.

– Я же говорил. Дохлый номер. – обратился к Александру Майкл, разводя руки в стороны. – Базиль слишком гордый, для гуляний за чужой счёт.

– Ну, было же пару раз. – замямлил наш великан.

– Я тогда был ещё молодой, глупый и слишком доверчивый. Чем вы без зазрения совести и пользовались. – выдал я.

– Ага. А за последние полгода с нашего крайнего похода в Эйфорию, ты прям повзрослел, поумнел и напрочь перестал верить людям. – сказал Майк.

– Людям верить не перестал. Поэтому жду вас ровно в восемь у общежития. Форма одежды, парадно-выходная! Настроение – боевое! Зажжём сегодня?

После моих слов оба парня громогласно закричали, «Да». И бросились ко мне обниматься.

Когда мы уже подходили к выходу со стадиона, я заметил стоящую в одиночестве стерву Бертран. Обычно она всегда ходит в сопровождении минимум двух подруг, столь же колких на высказывания, как и она сама. А сейчас стоит одна, бросая робкие взгляды в нашу сторону. Одно это должно было вызвать у меня интерес, впрочем, так и произошло.

– Идите вперёд, я вас позже догоню. – обратился я к своим друзьям, кивнув в сторону переминающейся с ноги на ногу Луизы. Оба друга посмотрели на меня, словно на идиота. Они прекрасно знали, как Бертран относится к простолюдинам и какие комментарии позволяла отпускать в мою сторону. А тут я добровольно, непонятно для чего решил к ней подойти. Говорить они ничего не стали, да этого и не требовалось всё и так было написано на их лицах.

Девушка стояла возле двери в служебное помещение. Она явно нервничала, прикусывала нижнюю губу и заламывала пальцы на руках.

Одета Луиза была, как всегда, просто потрясающе. Впрочем, это было и неудивительно, с деньгами её отца она могла позволить себе хоть по несколько раз на дню менять наряды от лучших мировых кутюрье. Но думаю, что и без этих нарядов она могла бы с лёгкостью заткнуть за пояс практически любую представительницу прекрасной половины человечества.

Луиза была довольна высокого роста, для девушки. Примерно метр восемьдесят, может, чуть меньше. Ухоженная, гладкая, практически идеальная кожа без единого изъяна, идеальные черты лица, потрясающая фигура – можно сказать, Луиза была моим идеалом женской красоты. Всю картину портили волосы, ярко-розового цвета. Не понимаю, что за мода сейчас пошла, красить волосы в самые не подходящие для этого цвета? Думаю, Луизе подошёл бы абсолютно любой естественный цвет волос, но не это – вот безобразие.

– Привет. – произнёс я, не дойдя до девушки метра три. Всё же нужно соблюдать социальную дистанцию как-никак. Да и вдруг она решит, что я к ней пристаю и решит меня чем-то огреть. А так я раз и уже убежал.

– Привет. – робко ответила мне Луиза. Было видно, что она хотела сказать что-то ещё, но отчего-то не решалась.

– Ты кого-то здесь ждёшь? – решил я начать издалека.

– Жду. Тебя. – указала на меня пальцем Луиза, думаю это специально, чтобы не возникло лишних вопросов.

– Для чего?

– А что я не могу просто так стоять и ждать симпатичного парня? – после её вопроса уже я стал заламывать пальцы и кусать нижнюю губу. Она назвала меня симпатичным? Может, я ослышался? Да она просто люто ненавидит простолюдинов. Или после получения ранга магистра, я автоматически перестал быть таковым? Но и аристократом-то я не стал. Так в чём подвох?

– Можешь конечно. Но только если этот парень не я. – усмехнулся я, попытавшись скрыть свою растерянность. – Если это не плебей из варварской страны, где пьют водку в обнимку с медведями играющими на балалайке. Если это не бракованный пробник, настоящего человека. Если это не грязь под ногами высшей аристократии.

– Хватит! – крик девушки заставил меня остановиться. Столь резкий переход, от только что смущающейся недотроги до первостатейной стервы дался Луизе с такой лёгкостью, словно она тренируется в подобном каждый день. Хотя может, так оно и есть, на самом деле. Кто знает, чему учат аристократы своих детей. – Прости меня Базиль. Я была слишком резка в своих высказываниях. Могу заверить тебя, что подобного больше не повторится. И если ты не против, давай начнём наше общение с чистого листа?

Вот тебе и здрасьте, приехали. А девчонка молодец. Прекрасно понимает, какие перспективы меня ждут и решила, не теряя времени взять простофилю в оборот. Возможно даже, что на этот шаг её подтолкнул отец. Ну ладно, давай малость тебе подыграю маленькая стерва. Правда если что случится, ты сама будешь виновата.

– Давай. Я не против. – улыбнулся я во все свои двадцать девять зубов. – Подходи сегодня в восемь к студенческому общежитию. Ты хоть знаешь где оно находится? – девушка медленно кивнула, явно пытаясь, отыскать в своей голове необходимую информацию. Помогать я ей не стал, в любом случае захочет прийти найдёт. – Сегодня в честь сдачи мною экзаменов идём в «Эйфорию». Не опаздывай.

После этих слов я быстро развернулся и побежал догонять ребят. Оставив Луизу размышлять о местонахождении студенческого общежития.

Время до вечера пролетело совершенно незаметно. Вроде только завалился в свою квартиру, а именно так расселяли студентов ВШР. Скромные трёхкомнатные квартиры, с великолепным ремонтом и обставленные по последнему слову техники предоставлялись каждому студенту, при подаче соответствующего заявления. В любой стране такая жилплощадь считается элитной, а в ВШР всего лишь общежитие для бедных студентов.

Общежитием наш дом назывался лишь по причине того, что практически все остальные студенты жили в собственных, отдельно стоя́щих домах. Которые их заботливые родители покупали своим чадам на время учёбы в ВШР, а после окончания оной продавали вновь поступившим. Майк с Александром не были исключением, имея собственные дома.

Вместе со мной в общежитии проживали ещё шесть человек. Два парня и четыре девчонки, с одной из которых у меня были довольно длительные отношения. Которые закончились сразу после того, как она начала всё настойчивее подталкивать меня к разговору о свадьбе. Я – конечно, ничего не имею против регулярного секса, но вот связывать свою жизнь с другим человеком пока не готов, тем более заводить детей. Что в 90% случаев происходит после свадьбы. Это слишком большая ответственность, от которой я предпочитаю как можно дольше оставаться в стороне.

Вот после этих слов с моей стороны наши отношения и закончились, уже больше полугода назад. С тех пор у меня никого не было, да и времени на это не было от слова совсем, подготовка к экзаменам съедала его полностью. Так что Луиза подвернулась как раз кстати, посмотрим, как далеко она готова зайти.

Перед выходом положил в карман упаковку презервативов. В отсутствии весёлых болезней у аристократки я был уверен, а вот становиться отцом, по причинам озвученным выше не собирался.

Без двадцати восемь я вышел из общежития, Майк и Александр уже ждали меня. Они сидели в роскошном автомобиле, подаренном Майку отцом на совершеннолетие. Электрокар от Ауди оснащённый самой современной техникой не нуждался в наличие водителя за рулём, что для нас сегодняшним вечером являлось основным критерием. Увидев меня, ребята с радостными криками выскочили из машины, в руках Алекса была уже опустевшая наполовину бутылка текилы. Эти паразиты начали отмечать мой выпуск, намного раньше меня самого. Вот что за несправедливость?

Быстро исправив это парой глотков из бутылки, я присоединился к друзьям сев в машину. Сразу после этого на парковку общежития заехал просто кричащий о роскоши золотой лимузин, вроде Крайслер, плохо разбираюсь в американских автомобилях. Луиза была в своём репертуаре. Пришлось сразу её обломать. Либо мы всё вместе едем в клуб на ауди Майка, либо она пролетает. К моему удивлению, Луиза сразу согласилась. Ну что же посмотрим, что будет дальше. Вечер обещает быть очень интересным.

Клуб находился в паре кварталов от общежития, поэтому добрались мы туда очень быстро. По дороге умудрившись допить всю бутылку, правда Луиза отказалась, сказав, что не употребляет столь крепкого алкоголя. А вот от парочки коктейлей в «Эйфории», она не откажется. Поймал её на слове, все же подвыпившие девушки более сговорчивы.

Выходя из машины, заметил, что за нами очень умело наблюдают двое мужчин в строгих костюмах. Слежку я смог почувствовать только благодаря вбитому на занятиях рефлексу, постоянно держать близлежащую территорию под контролем. Поднимать панику из-за этого точно не буду. Скорее всего, это охрана Луизы, вот не поверю, что девчонку вот так запросто отпустили в ночной клуб с неизвестными личностями и без сопровождения. Похоже, никто кроме меня не заметил слежку. На всякий случай повесил на потенциальных охранников моей спутницы на сегодняшний вечер, самую простенькую следилку, малость улучшенную лично мной. Она проинформирует меня в случае, если они решат зайти в клуб и испортить нам веселье. Вот тогда я и воспользуюсь улучшением. Подам короткий импульс на следилку и она ударит по носителю пси-ударом, гарантированно выбивая объект, из сознания. После чего полностью исчезнет, вместе со всеми следами моего вмешательства.

После проделанного стало совсем спокойно, теперь можно начинать развлекаться.

Вечер, плавно перетёкший в ночь, был просто потрясающим. «Эйфория» по праву считалась лучшим местным клубом. Море музыки, алкоголя, лучшие друзья и на удивление покладистая Луиза Бертран. О чём ещё может мечтать двадцатилетний, хорошо принявший на грудь, парень? Естественно, о том, что Луиза и дальше будет столь же покладистой.

Узнав у бармена о возможности уединиться у них в клубе. Был приятно удивлён. Оказывается, для этих целей в " Эйфории" имеется целый этаж, с десятком комфортабельных номеров. Правда стоит это удовольствие пять сотен за три часа. Но сейчас для меня деньги совершенно неважны и я с лёгкостью отдал одну восьмую часть своего месячного заработка в обмен на ключ-карту с номером семь.

Предложение продолжить вечер в более интимной обстановке было принято подвыпившей Луизой на ура. Как она и обещала в клубе позволила себе несколько коктейлей, от которых её довольно хорошо развезло.

Сегодня точно мой день. Сперва сдача экстерном главного экзамена, а теперь ещё и пьяная Луиза согласилась уединиться со мной в номере. Сейчас я буду мстить за все унижения, что мне пришлось стерпеть от её поганого языка. Сегодня он доставит мне море удовольствия.

Мы поднялись на нужный этаж. После того как за нами захлопнулась дверь, все звуки клуба моментально исчезли. Луиза тут же бросилась мне на шею, а так как она была немного выше меня, получилось у неё это не совсем так, как было задумано. После пары секунд неловких поисков наши губы всё же встретились. В номер мы ввалились, уже стаскивая с друг другу одежду.

Презервативы оказались как нельзя кстати, в номере они отсутствовали. Хотя по специфике предназначения номеров, обязаны здесь быть. Зато имелся мини бар, которым мы и воспользовались во время маленького перерыва, необходимого мне на восстановление.

Луиза ластилась ко мне словно я был любовью всей её жизни. Если честно, такое отношение со стороны Бертран мне очень льстило. Не знай я совершенно другую ипостась Луизы, мог бы даже всерьёз задуматься об отношениях.

Бррррр. Чего только не придёт в голову по пьяни. Луиза здесь и сейчас, только для раздувания моего ЧСВ. И своеобразной мести с моей стороны, за все те унижения, что я выслушал от неё, за два года обучения в ВШР.

Эти мысли разозлили меня. Я и сам не заметил, как подмял девушку под себя и стал с яростью двигаться в ней. Словно пытаясь проткнуть насквозь. Луиза начала громко стонать, что подстегнуло меня ещё сильнее ускориться.

Через пару минут бешеного секса в голове что-то щёлкнуло, сработало оповещение от моей следилки. Но я был слишком увлечён процессом и просто отмахнулся от сообщения, тут же забыв о нём.

Чужое присутствие в комнате я ощутил слишком поздно. Кто-то схватил меня за волосы и резким рывком оторвал голову от соска Луизы. Я попытался ударить пси-волной, но было уже слишком поздно. На белоснежное, лоснящееся от пота тело девушки брызнула кровь из моего перерезанного горла. В глазах Луизы читался настоящий восторг. Она начала размазывать по себе мою кровь, обхватила мои бёдра ногами не давая выйти из себя и изо всех сил прижала к себе, забившись в сильнейшем оргазме.

– Вот для чего это всё госпожа? Неужели нельзя их просто убивать? Для чего вы дарите своё тело покойникам?

Было последнее, что я услышал.

– Старик, всё готово. Мы можем начинать в любой момент. – без стука вошёл в кабинет патриарха рода Лопухиных его поверенный – Григорий Чернышёв. Редкостный засранец, грубиян и любитель спиртного. И чисто по какому-то величайшему недоразумению, один из сильнейших владеющих нового поколения. В свои двадцать два парень уже смог достичь первого ранга и сейчас являлся самым молодым кандидатом в нулевые.

– Спасибо Гриша. – с непомерной усталостью в голосе ответил Дмитрий Викторович. Он уже было собрался отпустить молодого человека, но в последний момент передумал. Подняв, поблёкшие от постоянного недосыпа глаза. Блеск которым уже не могли вернуть даже самые лучшие целители клана.

Он начал разговор, который стал уже привычным для обоих.

– Выпей. – Дмитрий Викторович налил парню в стакан своего любимого виски. – Гриша моё предложение до сих пор остаётся в силе. Ты можешь отказаться в любой момент и ни один пёс не посмеет обвинить тебя в трусости. Я чувствую, что должно случиться что-то страшное. Слишком многое поставлено на кон. Если нам не удастся вылечить Васю – стервятники, окружающие нас, постараются разорвать клан на куски пожарнее. В этом случае ты будешь незаменим в отваживании этих сволочей от кланового имущества. Я, конечно, позаботился обо всех юридических моментах, но ты сам прекрасно понимаешь, что значит ничем не подкреплённое слово, причём слово простого человека.

– Господин. – перебил патриарха Гриша. Он называл Дмитрия Викторовича господином, только в случае крайнего раздражения, прекрасно зная, насколько ненавистно это слово для старика. – Этот разговор не имеет смысла. Я прекрасно понимаю, на какой риск иду. Вся моя, паршивая, жизнь, с самого рождения и до момента, когда я сдохну, посвящена служению роду Лопухиных. Именно мне вы поручили охрану мелкого говнюка. Я просто не смогу дальше существовать, если буду знать, что конкретно моих сил не хватило, чтобы помочь ему. Тем более Чёрная Сотня в полном составе расположилась в гостевых домах. Думаю, найдётся мало идиотов, что рискнуть связаться с этими отморозками, если что-то действительно пойдёт не так.

Почему-то сам Гриша был абсолютно уверен, что во время вмешательства обязательно случится что-то непредвиденное. И даже знаменитая Чёрная Сотня, не сможет помешать этому. Он просто обязан присутствовать и в случае чего сделать всё возможное, чтобы уберечь своего подопечного.

– Гриша, прости старика. И иди передай остальным, что мы начнём через десять минут. И прекращай уже курить засранец! Хотя бы в моём кабинете.

Молодой человек быстро кивнул, выпустил облачко вонючего дыма и удалился. Вернее, попытался. Стоило ему сделать пару шагов в сторону двери, как его ноги подкосились и Чернышёв упал, распахнув дверь своим телом.

– Прости Гриша, но тебе придётся пропустить участие в этом деле. Что-то неспокойно у меня на сердце. – глубоко вздохнув, Дмитрий Викторович дал команду о десятиминутной готовности, своему заместителю, заглянувшему в кабинет через распахнутую дверь.

Через десять минут решится судьба не только рода Лопухиных, но и всего клана. Дмитрий Викторович и не ожидал, что на его призыв откликнуться столько сильных владеющих.

Отказались лишь три рода, во главе с Шуваловыми. Но этого стоило ожидать от оппозиции.

Судьба в открытую насмехалась над одним из сильнейших глав кланов древней крови. Так сложилось, что его любимая супруга приносила Дмитрию Викторовичу только дочерей. И лишь семь лет назад у них получилось зачать сына. В семьдесят лет у патриарха клана Лопухиных появился наследник.

Через две недели после родов наследнику поставили диагноз, страшнее которого в мире владеющих просто не могло быть.

«Полная блокировка энергетических каналов, в связи с отсутствием полноценного энергетического каркаса».

Это повлияло и на здоровье ребёнка – он оказался слепым. Целители все как один пеняли на возраст патриарха и его супруги. Они разводили руками, признаваясь в собственном бессилии что-либо сделать…

Если у Васи были открыты хотя бы два канала, как это бывает у простых, людей неспособных обращаться с силой на должном уровне, ему смогли бы вернуть зрение. Другими словами, его сын Василий – являлся ущербным, даже по сравнению с обычными людьми. Полное отсутствие притока силы в организм, ставило крест не только на его наследовании власти, но и на возможности прибегать к услугам целителя. Что в мире, где практически с любой болезнью возможно справиться при помощи силы, звучит как приговор. Конечно, современная медицина, за последние лет сорок совершила просто колоссальный рывок вперёд, но даже целитель третьего ранга с лёгкостью заткнёт её за пояс.

В мировой практике уже встречались подобные случаи. Бедняги не доживали до своего первого дня рождения. Но что не доступно простому смертному, доступно патриарху правящего рода, одного из сильнейших кланов в государстве.

Вася смог совершить невозможное, прожив почти семь лет. За которые изучение его болезни, благодаря огромным денежным влияниям Дмитрия Викторовича, вышло на новый уровень. Стали появляться первые гипотезы о возможности искусственного построения энергетического каркаса с дальнейшим раскрытием каналов.

Дмитрий Викторович уже практически смирился с мыслью, что после его смерти клан перейдёт под управление рода Шуваловых, как вторых по боевой мощи и первых по денежным активам в клане. Но пару месяцев назад к нему обратился человек, которого Дмитрий Викторович должен был уничтожить сразу, как только увидел его. Емельян Распутин – глава изгнанного рода. Подобные рода называли чёрными. Чёрным мог стать лишь изгнанный род древней крови, насчитывающий в своей истории не меньше пяти сотен лет, пробудивший силу крови.

В чёрный цвет род Распутиных окрасился после того, как император Алексей второй узнал об ужасных опытах, проводимых над новорождёнными в застенках поместий Распутиных. Они пытались научиться искусственно создавать владеющих из неодарённых детей. Младенцев похищали прямо из подконтрольных роду Распутиных больниц, говоря родителям, что ребёнок погиб при родах. Что было практически невозможно в современном мире.

Расследование, проведённое тайной канцелярией его императорского величества, доказало причастность клана Распутиных минимум к семи сотням детских смертей. Ещё больше полутысячи детей было спасено. Под суд пошёл не только род Распутиных, но и весь возглавляемый ими клан целиком.

Распутины лишились всего: титулов, земель, имущества, права находиться на территории Российской Империи. Были казнены главы всех родов, входивших в клан.

С тех пор минуло уже больше тридцати лет и на пороге его дома появился отступник с заявлением, что он способен помочь Василию. В доказательство он привёл с собой одного из своих подопытных.

Как оказалось, изгнанный клан, ушёл недалеко, обосновавшись в свободных землях, что простирались от южных границ Северной Империи до индийского океана.

Несмотря на потерю всего нажитого имущества, они быстро смогли встать на ноги благодаря силе своих владеющих и возобновили запретные эксперименты. На этот раз похищать детей не требовалось их приносили им добровольно. В свободных землях в основном жили неспособные управляться с силой люди, бежавшие от засилия кланов в остальных частях материка. Но жизнь там была очень тяжёлой. Постоянные военные конфликты не утихали в свободных землях практически никогда. Каждый хотел урвать себе кусок получше. В относительной безопасности себя там чувствовали лишь отряды наёмников, возводившие укреплённые базы. По огневой мощи защита которых порой не уступала слабеньким государствам. Да малочисленные кланы, полностью подчинившие себе крупнейшие города свободных земель.

Помимо Распутиных в свободных землях расположились ещё шесть чёрных кланов. Два с противоположного континента, один из Японии, два китайских и один индийский. Кланы не лезли в дела друг друга, поэтому Распутины продолжили свои опыты и достигли в них определённых успехов. Пока их интересы не пересеклись с кланом Лэгбэ – сильнейшим в свободных землях. Что-то у них пошло не так и теперь над кланом Распутиных нависла угроза полного уничтожения. Емельян пришел к палачу за помощью, за которую хотел расплатиться излечением его сына.

Мальчик, которого Емельян привёл с собой сразу после проведённого над ним вмешательства, смог выдать импульс энергии по силе тянущий на третий ранг. А парнишке не было ещё и десяти! В его возрасте лишь гении из родов древней крови могут опуститься до пятого уровня, а здесь сразу третий.

У патриарха рода Лопухиных не было выбора, он готов был хвататься за любую соломинку ради спасения наследника. Тем более времени практически не осталось. После семи лет открытие каналов становилось абсолютно невозможным. Об этом заявляли абсолютно все учёные.

Руководить процессом вмешательства будет сам Емельян.

Он наотрез отказался выдавать разработки своего клана, пригрозив полным уничтожением собственного разума, если на него попытаются надавить силой. Что для целителя его ранга было лёгкой задачей.

Отведённое на подготовку время подходило к концу. Последний раз окинув взглядом свой кабинет, Дмитрий Викторович направился в специально построенное для исцеления Васи здание, стоявшее в саду его загородного поместья. Там уже ждали преданные владеющие, готовые поставить свои жизни на кон ради благополучия клана.

– Выживи. – услышал я голос в темноте.

А после пришла боль, разлившаяся по всему телу. Которое словно было не моим.

И почему я вообще очнулся? Последним воспоминанием было обнажённое тело Луизы, забрызганное моей кровью. По всем раскладам я уже должен быть мёртв.

В глазах было темно, а по ушам ударили людские стоны, перекрываемые звуками боя. На мне лежало несколько человек, придавав своим весом к холодному полу.

В нос ударил просто чудовищный запах, вызвавший у меня рвотный рефлекс. Меня хорошенько так вывернуло. После этого боль начала отступать.

Я по-прежнему лежал придавленный телами к полу, только уже в луже собственной блевоты. Было слышно как невдалеке бегали люди, что-то выкрикивая на непонятном для меня языке.

Первое чему нас научили в ВШР, это не поддаваться панике. И в любых условиях уметь здраво оценить обстановку и только после этого решать, что делать. Для начала нужно выбраться из-под придавивших меня тел. Сделать это оказалось намного сложнее, чем могло показаться. В моём теле практически не было сил.

Я с трудом вытащил себя по скользкому залитом блевотой и кровью полу из-под тяжёлых тел. И сел, стараясь не дышать.

И так не паниковать. Что я имею? Определённо у меня проблемы со зрением. Подняв руку вверх, наткнулся на повязку, которой были завязаны глаза. Она была вся покрыта слизью. Сразу же сорвал её, но ничего не изменилось. С этой проблемой будем разбираться после. Что я могу предпринять ещё?

Первое, что пришло в мою голову, была зона маны. Я по привычке потянулся к разбросанным в окружающем пространстве частицам пси-энерги и был очень приятно удивлён. Вокруг был разлит целый океан никем не тронутой энергии. Да такое вообще возможно? Пси-энергией несознательно пользуются абсолютно все живые существа, и поэтому она крайне редко встречается в больших объёмах. Только из-за этого нас целый год учили накапливать её в собственном теле и пользоваться этим резервом только в самых крайних случаях.

Тут же в накоплении не было никакой необходимости. Бери столько, сколько сможет выдержать твой мозг, да смотри не надорвись.

Активировав зону маны, я долго не мог осмыслить происходящее.

Я находился в теле маленького мальчика, лет семи – восьми. С абсолютно седыми волосами, запачканными ещё не успевшей засохнуть кровью и блевотой.

Вгляделся в собственные глаза. Зрачки были полностью затянуты белой пеленой. Всё же выходит, что мальчик в тело которого я попал-слеп. Хрупкое тельце было полностью обнажено, на нём чёрной краской были выведены непонятные символы, больше похожие на наскальную живопись первобытных людей. Большинство из символов были практически смыты, попавшей на них чужой кровью и моей собственной блевотой. Только самый крупный, расположенный на груди отлично сохранился. Он был выполнен в виде человека, из тела которого во все стороны вели тончайшие линии, которые соединялись с другими символами.

Но картина собственного тела была не столь ужасающая, как моё окружение. Вокруг меня лежали окровавленные тела, наваленные друг на друга. Практически все они были чудовищно изуродованы. Оторванные руки, ноги, головы валялись повсюду. Разорванные на куски мужские и женские тела, покрывали собой практически весь пол, оставив пустым лишь один угол. Стены и потолок были забрызганы кровью. Её было столько, что она стекалась в одну большую лужу в дальнем от меня углу. Значит, меня вывернуло от запаха крови, свежего мяса и человеческих испражнений. При этой мысли желудок вновь дал о себе знать.

Вытерев рот рукой, я продолжил осмотр, стараясь больше не вспоминать о случившемся и дышать как можно реже. Стены помещения были сплошняком покрыты большими дырами, местами вообще отсутствовали целые куски. Выходит, находящихся здесь людей расстреляли. Но почему тогда я остался цел. Ещё раз осмотрев себя, убедился, что на мне нет и царапины. Кровь, которой забрызгано моё тело принадлежит не мне. Я остался в живых благодаря какому-то чуду. И этим чудом было семь тел, что закрыли меня собой. Именно из-под них, я выбирался.

Шесть женщин и один мужчина, который лежал поверх остальных. Он и принял на себя подавляющее большинство выстрелов. Которые превратили его тело в кусок кровоточащего мяса. Не тронутой осталась только голова. Его спокойное лицо было повёрнуто в мою сторону. Потухший взгляд был устремлён на меня. От этого зрелища защемило в груди. Я точно знал этого человека, и он был мне очень дорог. Слёзы потекли из глаз, оставляя на щеках кровавые дорожки.

С трудом проглотив ком, вставший в горле. Я старался больше не глядеть, на закрывших мня собственными телами людей.

Бой, звуки которого я слышал после появления в этом месте, шёл где-то в отдалении. Силы зоны маны не хватало, чтобы увидеть происходящее там. Зато я увидел, как к месту, в котором я находился, подходят около десяти человек.

Все были одеты в одинаковую темно-синюю экипировку, с замысловатым гербом, вышитым на левой стороне груди. На гербе были изображены минимум три единорога, ещё одна неизвестная для меня тварь, корона и какие-то ещё украшательства. Подобные гербы я видел лишь у высшей аристократии.

Практически все они были без оружия, лишь двое держали в руках автоматы. Неизвестной для меня конструкции.

Назвать себя специалистом в оружейном деле я не мог, но кое-какие знания имелись. В ВШР, помимо управления псионикой нас обучали обращаться с различным оружием. Мотивируя это тем, что если наш энергетический запас иссякнет во время боя обычный пистолет сможет спасти нам жизнь. В принципе, я был полностью согласен с этим, но вот как-то не сложилось у меня с огнестрельным оружием. Стрелять я конечно научился, только делал это каждый раз сквозь силу. Не знаю почему, но стоило мне взять в руки оружие, как хотелось сразу выбросить его а после чего отрубить себе руки, чтобы больше никогда не прикасаться к этой мерзости. И столь странная реакция была только на огнестрел. Холодное оружие, наоборот, всегда притягивало меня. Ещё живя в детском доме, я начал собирать разнообразные ножи: от самых дешёвых перочинных до настоящего боевого ножа, подаренного мне одним отставником. Я помог ему в одном довольно щепетильном деле и получил в качестве оплаты своих услуг его нож.

Это меня так колбасит из-за смены тела? Моя жизнь в опасности, а я начал размышлять о ножах.

Люди в синей экипировке продолжали приближаться. По мере того как они подходили на их лицах начинали появляться улыбки.

Первый вошедший в комнату и вовсе расхохотался, пнув первое подвернувшееся тело. Его смех отбойным молотком ударил по моим барабанным перепонкам. Боль, что казалось покинула моё тело вернулась вновь. Из горла невольно вырвался крик. Зона маны продолжала работать лишь благодаря огромному количеству энергии, что я влил в неё при создании.

По ощущениям тело начало разрываться на куски. Болело всё, словно к каждому нервному окончанию был подведён оголённый провод под напряжением.

Было очень трудно сосредоточиться, но что-то нужно предпринимать, долго такой боли я не выдержу. Дико не хотелось умирать, только начав жить заново.

Меня корчило на залитом кровью полу, судороги пробегали по всему телу. С каждой новой судорогой я ощущал, что-то неправильное, что-то лишнее в своём теле. Постаравшись как можно сильнее отгородится от боли, я сосредоточился на зоне маны. Чем больше я вглядывался, тем отчётливее различал свечение, пробивавшееся сквозь тонкую, детскую кожу. Его интенсивность нарастала с каждой секундой. Мою правую руку просто взорвало. Ослепительный луч света вырвался из неё, превращая всё на своём пути в пепел. После этого последовало ещё три подобных выплеска света. Боль начала утихать.

Словно по какому-то наитию, я зачерпнул столько пси-энергии, сколько неспособен был удержать, ещё ни разу. Мой мозг уже должен был превратиться в дымящуюся кашу, но я продолжал черпать ещё больше энергии. У меня есть всего один шанс, не знаю откуда, но абсолютно уверен в этом.

Я впитывал энергию до тех пор, пока вновь не стал замечать набиравшее силу свечение. Вместе с ним вновь пришла боль. Только на этот раз меня удерживала прорва энергии, что я успел собрать. Как только свет был готов вырваться из моего тщедушного тельца, я обрушил на него всю мощь накопленной энергии.

Две стихии встретились с оглушительным грохотом. Ударная волна от их соприкосновения очистила от мёртвых тел пространство вокруг меня на несколько метров. Свет был чертовски силён, но накопленной мной энергии было гораздо больше и она одержала верх, загнав свечение обратно в моё тело..

Благодаря зоне маны я наблюдал, как направленная мной энергия проникает в маленькое тельце, находит и укрывает собой свечение, образовывая некое подобие защитного купола. С последним заблокированным очагом света пропала и боль. Моих сил хватило только осмотреться вокруг. Разруха стояла страшная. Лучи света вырывавшиеся из моего нового тела уничтожили всё на своём пути. Четыре чёрных, обугленных полосы, каждая сантиметров по тридцать уходили далеко за пределы зоны маны.

Я увидел как в ужасе убегает, совсем недавно смеявшийся над мёртвыми человек с единорогами на груди. Ему в спину били молнии, огненные шары, прилетали пули, но не причиняли никакого вреда, обтекая словно вода и растворяясь в воздухе. На пределе дальности зоны манны я увидел, как в убегающего врезалась волна тьмы, сбивая его с ног. За волной показался человек в чёрном. В руках он держал меч, окутанный тьмой. Он двигался столь стремительно, что я не мог уследить за его движениями. Чёрным вихрем он налетел на упавшего, и они покинули радиус охвата зоны маны.

На этом силы покинули меня окончательно.

И снова боль. Это становится очень плохой привычкой приходить в себя от сильнейшей боли. Голова просто раскалывалась. Скорее всего, это от чрезмерного притока энергии, что я получил, когда купировал свечение. Такое уже случалось со мной пару раз. Нужно было просто дать мозгу отдохнуть, пару часов не пользуясь псионикой. И на пару часов остаться полностью отрезанным от внешнего мира. Что для меня сейчас было непозволительной роскошью.

На этот раз я уже не пытался открыть глаза, а сразу активировал зону маны. К моему дичайшему удивлению радиус поля сократился метров до двух. И это несмотря на то что вокруг по-прежнему в свободном доступе бушевал океан пси-энергии.

Сделав маленькую проверку собственных возможностей, загнул такую матерную тираду, что даже стало малость стыдно, перед самим собой. Почти вся энергия уходила на поддержание защитной оболочки, что сдерживала, разрывающее меня на куски свечение. А той энергии, что ещё оставалась, хватило, чтобы растянуть зону маны лишь на пару метров.

Я лежал на заднем сиденьи чёрного внедорожника. Нас знатно потряхивало. Явно местные дороги не эталон качества. Пару раз подпрыгнув на особо больших выбоинах, приложившись и без того гудящей от боли головой об жёсткий подлокотник я попытался сесть. При этом свалил несколько пакетов, с неизвестным содержимым, что стояли у меня в ногах. Раздался звук бьющегося стекла, в нос тут же ударил запах спиртного.

С переднего сидения ко мне повернулся молодой черноволосый парень, с сигаретой в зубах и что-то произнёс на своей тарабарщине. Он выглядел очень уставшим. Его чёрная, потрёпанная униформа напомнила мне чёрный вихрь, что я видел, перед тем как вырубиться.

– Не понимаю. – ответил я парню.

После этого попробовал сказать ещё пару фраз, на английском и немецком. К сожалению, из латыни, на которую был похож местный язык, я знал лишь Veni vidi vici – пришёл, увидел, победил. Но и эта фраза, не принесла положительных результатов.

Парень смотрел на меня с не меньшим удивлением, чем я на него. Наши гляделки продолжались ещё с минут, после чего он просто махнул рукой и протянул мне бутылку с водой, ткнув её мне в правую руку. От вида воды, у меня сразу же пересохло в горле. Судорожно скрутив крышку, я припал к живительной влаге. Убрал бутылку, только после того, как она опустела. После воды головная боль малость уменьшилась. Появилось новое, пока ещё не понятное для меня ощущение. Что-то тянуло внизу живота. Пару минут мне потребовалось на то, чтобы разобраться что хочет моё новое тело. А хотело оно облегчиться. Причём немедленно.

– Тормози! – громко крикнул я и треснул водителя по голове бутылкой из-под воды. Просто ничего лучше не смог придумать. – Стой говорю! – бутылка ещё пару раз опустилась на злосчастную голову водителя. Это оказалась её последняя гастроль. Парень, что дал мне воды выхватил у меня бутылку и выкинул её в открывшееся окно. Внутрь салона сразу залетел прохладный воздух, принеся с собой сладкий цветочный запах. В этот момент машина подпрыгнула, меня подбросило вверх и я влепился головой в крышу машины. Зубы сильно клацнули, а невольно взметнувшаяся рука отвесила парню подзатыльник.

После этого парень что-то сказал водителю. Машина начала сбрасывать скорость и через пару минут мы остановились. Я сразу выскочил и не отходя от машины, начал мочиться. Радиуса зоны маны вполне хватало, чтобы следить за своими охранниками. А ни кем иным эти двое просто не могли быть.

В прошлое моё пробуждение, в комнате заваленной трупами, именно молодой спас меня от мужиков с единорожным гербом. Они с водителем были одеты в одинаковую форму, отсюда и мои выводы об охране.

Как только я выскочил из машины, молодой было кинулся мне на помощь, но увидев, что я сам прекрасно со всем справляюсь, залез обратно в машину. Справив нужду, я решил немного осмотреться, не отходя от машины больше чем на пару метров.

Понял я лишь одно, что едим мы по просёлочной дороге, отсюда и вся эта тряска. На улице было достаточно тепло. Пахло цветами и свежескошенной травой. Должно быть, рядом находится деревня. Я сделал ещё несколько шагов вперёд, машина выпала из радиуса охвата зоны маны, но я отлично помню направление, поэтому не заплутаю. Тем более, стоило мне отойти от машины чуть дальше, чем нужно, молодой тут же подбежал ко мне и взял за руку. Он начал что-то торопливо говорить и потянул меня к машине. Не требовалось большого ума, чтобы понять, что от меня хотят.

Как только мы сели по своим местам, машина сразу же рванула с места, выбив из-под колёс облака пыли. Вновь началась бешеная гонка. Похоже, мы от кого-то убегали. И если водитель продолжал так гнать, то преследователи были совсем рядом.

– Да не понимаю я вашу тарабарщину. – ответил я молодому, явно пытающемуся у меня что-то узнать.

Тогда он попытался достать пакеты, что я сбросил при своём пробуждении.

С переднего сиденья это сделать было практически нереально. Я помог ему, после чего парень в недоумении уставился на меня. Пробормотав что-то себе под нос.

В пакетах оказалась еда. В основном пачки с печеньем, сухариками и чипсами. Малость покопавшись смог отыскать на дне пакета, пару упаковок с колбасной нарезкой. Ещё нашёлся хлеб для сэндвичей. Быстро состряпал себе пару бутербродов и принялся жевать.

Пока я ел молодой периодически бросал на меня изучающие взгляды. Стоило мне только перестать жевать, как этот придурок попытался ударить кулаком мне в лицо и похоже, совершенно не собирался сдерживать силу удара. Пришлось полностью вырубать зону маны, лишая себя возможности видеть, создавая мягкий щит перед лицом. Возглас удивления подтвердил, что моя защита сработала как нужно. Полностью погасив силу удара. Задумай он тут же нанести ещё один удар и я не смогу защититься. Требовалось минимум пара секунд, чтобы снова поставить щит. Второго удара не последовало.

Немного выждав, активировал зону маны и увидел, как парень пытается перелезть ко мне. Выходило у него это из рук вон плохо. Он уже практически протиснулся между крышей и подголовником переднего сидения, когда машину подкинуло в воздух. Я снова приложился многострадальной головой, после спиной, а после этого удары стали сыпаться со всех сторон. Машина начала кувыркаться, а вместе с ней и я стал летать по салону, ударяясь обо всё, что только можно. Прожив двадцать лет прошлой жизни, я ни разу не попадал в аварию. А здесь нахожусь всего ничего и вот тебе, пожалуйста.

Машина, наконец замерла, упав на измятую крышу. И снова болело, абсолютно всё. Я закричал, закричал изо всех сил. Кричал, пока в лёгких не закончился воздух, а после заплакал. Вся моя хвалёная концентрация разом слетела, а вместе с ней вырубилась зона маны и я ослеп. Возможно, что и защитный кокон тоже распался, но тогда боюсь это всё. В таком состоянии мне не удастся просто коснуться энергии, не говоря уже о создании новой защиты.

В ушах звенело, а в нос ударил запах бензина. " Маленькая искра и мои мучения закончатся" – промелькнуло у меня в голове.

Я лежал и не мог пошевелиться. Наверняка мои охранники уже мертвы и мне самому осталось немного.

Скрежет раздираемого металла больно ударил по ушам. Кто-то поднял моё переломанное тело на руки и стал удаляться от развороченного автомобиля. Секунд через десять меня положили на землю и сделали пару уколов в шею. Боль постепенно начала отступать. На полную силу обезболивающее подействовало через минуту. И я смог вновь видеть в радиусе пары метров. Кроме пыльной дороги и тонкой цепочки следов, я больше ни чего не видел. Слух уловил негромкие голоса, заглушаемые треском от начавшегося пожара. Похоже мои мысли порой материальны и наша машина всё же загорелась.

Лежать просто так на пыльной дороге, не имея даже возможности пошевелиться было непростительной глупостью. Наша машина не могла сама по себе начать так кувыркаться, а значит ей кто-то помог. И скорее всего, это тот от кого мы убегали. Необходимо срочно получить дополнительной энергии и как следует осмотреться вокруг.

Это было очень рискованно, но всё же я стал по капле высвобождать энергию, что сейчас сдерживала свечение. Буквально по крупице я с каждой секундой, медленно, но вполне уверенно увеличивал радиус действия зоны маны. Где-то глубоко внутри появился новый отголосок боли, но пока обезболивающее отлично справлялось со своей задачей, давая мне необходимое время.

Я смог растянуть поле метров на тридцать. Этого оказалось вполне достаточно, чтобы попасть на самое интересное. Мои охранники оба выжили и сейчас сражались с нападавшими на них, со всех сторон бойцами в знакомой синей экипировки. Нападавших было в несколько раз больше, но похоже, это абсолютно не беспокоило моих спасителей.

Практически все сражающиеся были окутаны странной энергией, очень похожей на псионическую, но в то же время кардинально отличавшеюся от неё. Словно эта энергия имела противоположный заряд.

Среди всех особенно выделялся молодой, его просто переполняла энергия, клубившаяся вокруг него чёрной дымкой. С лёгкостью парируя все выпады нападавших, он умудрялся довольно результативно контратаковать. Уже четверо из нападавших, неподвижно лежали на земле. Водитель прикрывал молодому спину, даже и не думая об атаке.

Моё внимание привлекло движение на самом краю действия зоны маны. Там показались ещё трое, которые явно направлялись в мою сторону. В одном из только что нарисовавшихся я с трудом узнал того единорожного ублюдка, что хохотал пиная трупы. Половина его лица и головы была покрыта ужасными шрамами. Сейчас он больше походил на монстра из фильма ужасов, чем на человека. При виде меня его целая половина исказилась в гримасе радости. Что мне очень не понравилось.

Похоже, вновь прибывших заметили и мои охранники. Молодой резко ускорился, стараясь пробиться ко мне, но нападавших было слишком много. Они пёрли со всех сторон словно тараканы.

Надеяться на охрану я не мог. Мужики сами едва справляются. Лежать и ждать, своих палачей тоже не собирался. Я ещё поборюсь за жизнь. Ведь для чего-то мне дали второй шанс.

Намеренья приближающихся ко мне людей были абсолютно ясны. Они пришли за жизнью недобитка. Похоже, что в тот день паренёк, чьё тело я занял должен был умереть вместе со всеми. В принципе так и произошло, вот только кто-то наверху решил, что теперь я должен прожить эту жизнь. И я буду цепляться за неё до последнего.

Троица остановилась в метре от моего тела. Мужики, что пришли вместе с обожжённым, сияли в энергетическом плане даже ярче молодого. Это были настоящие монстры.

Они о чём-то заговорили. Шрамированный бросил быстрый взгляд в сторону, где до сих пор сражались мои охранники. Присев он достал нож из-за голенища сапога. И подошёл ко мне вплотную. После чего не отказал себе в удовольствии пнуть лежащего на земле, полностью переломанного ребёнка, в живот. Мне оставалось только ждать подходящего момента, для нанесения удара. У меня была всего одна попытка, необходимо достать всех троих.

Похоже, изуродованный товарищ был главным и когда он вдоволь потоптался на мне, жестом подозвал своих прихлебателей. Он что-то сказал им и вновь оскалился в подобии улыбки. Единорожные шестёрки взяли меня за руки и подняли. Голова безвольно упала на грудь. Рука уродца потянулась к моей повязке, чудесным образом вновь оказавшейся у меня на глазах, и сорвала её. Это действо вызвало громкий хохот у моих мучителей. Сделав над собой огромное усилие, я открыл глаза и в момент, когда главный ублюдок перестал смеяться, поднял голову. Мои незрячие глаза встретились с его, и он закричал. Закричал от страха, это послужило для меня спусковым крючком.

Вмиг свёрнутая зона маны преобразовалась в три сложнейших конструкта. Бросив тело вперёд ударил стоявшего передо мной ублюдка головой в лицо, одновременно с этим наложил на своих мучителей подготовленные конструкты. Для их применения требовался физический контакт с целью. На практике это я применяю впервые. До этого лишь читал о подобном в одном древнем фолианте, по псионике.

Моё тело тряпичной куклой упало на землю.

Судя по крикам ужаса и боли раздающимся с трёх сторон я не допустил ошибок. Теперь разум этой троицы, будет полностью уничтожен. Они превратятся в овощи, забудут даже как справлять нужду и жевать пищу. Но это произойдёт не сразу. Сперва их ожидает шестичасовая агония. В моём мире эта техника являлась запретной и за её применение было лишь одно наказание – смерть.

И снова сознание покидает меня, от перерасхода энергии.

Придя в себя, я первым делом прислушался к организму. На удивление не было уже столь привычной для меня боли. Я чувствовал себя отлично отдохнувшим, вот только что-то сковывало мои движения. Активировав зону маны, увидел себя лежащего на больничной койке. Мои руки, ноги и грудь были покрыты чем-то наподобие гипса. Вот только это что-то было чёрного цвета и больше походило на пластмассу. На виски были налеплены какие-то датчики, а из шеи торчало несколько трубок, ведущих к стоящим рядом капельницам.

К собственной радости отметил, что сдерживающий свечение купол полностью восстановился после того, как я забрал от него часть энергии. У меня получилось создать самовосстанавливающийся защитный конструкт, да на такое способны лишь мастера псионики, не меньше. Получается, я всего за несколько минут смог перепрыгнуть сразу на три ступени мастерства? Да ну, бред. Такое просто нереально.

Кажется, что зона маны малость увеличилась, а это может означать лишь одно. Я подрос не только в мастерстве, но и в силе.

С этим разобрались, теперь нужно налаживать контакты с местным населением. А для этого нужно найти это самое население.

Почти сразу нашёл красную кнопку над изголовьем кровати. При желании, не будь я ограничен в движениях, с лёгкостью дотянулся бы до кнопки, даже не вставая. Пришлось импровизировать. Собрав как можно больше пси-энергии рядом с кнопкой, я постарался сжать её как можно сильнее, а после просто бросил получившийся комок в кнопку. Бедняга не выдержала столь грубого отношения и решила уйти в соседнюю палату, прихватив с собой кусок стены.

Толком нажать на кнопку у меня не вышло, но нужное внимание я привлёк.

Помимо, пожилого мужичка в белом халате в палату зашёл молодой. Сейчас на нём была надета простая синяя футболка без надписей и рисунков, чёрные джинсы и красные кеды. Только сейчас я смог его спокойно разглядеть. На вид ему было лет двадцать. Довольно высокий, спортивного телосложения. Лицо, типичного аристократа портила пара шрамов на правой щеке, которые не могла скрыть густая тёмная щетина. Чёрные, непослушные, давно не встречавшиеся с расчёской волосы торчали во все стороны. В зубах он держал тлеющую сигарету. Вижу его второй раз и постоянно он с сигаретой в зубах.

Молодой что-то спросил, обратившись ко мне. Я лишь замотал головой, типа не понимаю. После чего он махнул рукой и вышел, перед этим бросив пару фраз доктору.

Мой осмотр закончился довольно быстро. Пожилой доктор несколько раз что-то спрашивал у меня. Но не изменено получал отрицательный кивок головой. И похоже, смирился, с тем что я не собираюсь отвечать на его вопросы.

Как только ушёл доктор, вновь нарисовался молодой. На этот раз он пришёл не с пустыми руками, принеся воды и фруктов.

После чего взял мою руку, запаянную в пластик, приложил к своей груди и очень чётко произнёс.

– Гриша.

Услышав знакомое имя, я сперва даже не поверил и переспросил парня ещё несколько раз. Он только улыбнулся и коснулся на это раз моей груди.

– Василий.

Получается, в этом мире меня зовут Васей. Я усмехнулся. Именно так переводится моё настоящее имя, полученное в детском доме, с французского. Хотя бы в плане имён я точно не запутаюсь.

После того, как мы разобрались с именами, Гриша ещё с час проводил урок местного языка. На удивление я с лёгкостью усваивал новые для меня слова. Хватало буквально пары повторений и я легко мог произнести название того или иного предмета.

В госпитале я провалялся почти два месяца.

Меня знатно переломало после той аварии, подстроенной охотившимися на меня ублюдками. Тринадцать переломов и больше двух десятков трещин едва не стоили мне жизни. Как сказал Мустафа, именно так звали пожилого доктора, я выжил вопреки здравому смыслу. Все рёбра были либо сломаны, либо имели трещину. Первых две недели я провёл в медикаментозной коме. И лишь когда моё состояние стабилизировалось, мне дали возможность очнуться.

Гриша не отходил от меня ни на секунду. Он даже жил в соседней с моей палатой. Всё время, что я провалялся в госпитале, он учил меня местному языку. За эти месяцы я практически в совершенстве овладел северным диалектом, а именно так назвал свой, вернее, уже наш, родной язык Гриша. Ругаться я научился быстрее всего.

К слову, сам Гриша оказался тем ещё грубияном и любителем жёстких подколок. Он постоянно обзывал меня. Называя: кротом, слепым котёнком, мелким говнюком, задницей дохлого кузнечика – фантазия у него работала как надо. Самое обидное для меня обзывательство – слепошарый тюлень. Даже не знаю почему.

Из-за этого я на полном серьёзе собирался вдарить по его мозгам, оттянув побольше энергии с защитного кокона. Чтобы навсегда избавится от его подначек. Но в последний момент, что-то внутри остановило меня. Я понял, что не могу причинить этому увальню вреда. Похоже, предыдущий владелец этого тела считал Гришу своим старшим братом. И эти чувства передались мне. А меня вообще кто-нибудь спрашивал?

Ещё Гриша постоянно курил, практически не вынимая сигарету изо рта и бухал чуть ли не каждый день. И таскал постоянно с собой меч. Помнится, именно этот меч был окутан тьмой, когда Гриша отбивал нападение ублюдков, убивших мою семью. На мои вопросы по поводу меча он сказал, что это его концентратор, но не стал больше ничего объяснять.

– Если соберёшься поступать в одну из высших академий, там всё и узнаешь. – сказал он мне.

Но нужно отдать ему должное, постоянно старался находиться рядом, когда я бодрствую и выполнять все мои хотелки. Основными из которых, была информация, а я хотел знать всё. Про этот мир, про себя , про него, про людей что дважды напали на нас. На что Гриша мне каждый раз отвечал, что госпиталь неподходящее место для подобных разговоров. Максимум, на который я мог рассчитывать это общеизвестная информация.

Забрав из госпиталя, Гриша отвёз, меня на базу наёмников, что помогли вывезти меня из империи.

Мы находились в свободных землях. Как я понял – это была ничейная территория, на которой проживали очень неблагонадёжные слои общества и люди которыми не было места на их родине. Ну или отряды наёмников, вроде того, к которому мы следуем. Конечно, здесь были и крупные поселения, но они редко пускали на свою территорию посторонних. В основном такие города были вотчиной крупных кланов., которых в свободных землях были единицы.

К базе мы подъехали часа через четыре. По дороге Гриша рассказал о моём прошлом и что послужило причинами нашего бегства из северной империи.

Конечно, занесло меня так занесло. На дворе сейчас шёл 2036 год. Ещё точнее 11 сентября, ровно через девять дней мне должно исполниться семь лет.

По рождению я являюсь настоящим князем – Василием Дмитриевичем Лопухиным. В прошлой жизни меня просто воротило от аристократов с их замашками и манерами, а в этой я и сам стал аристократом. Причём наивысшей пробы, как объяснил мне Гриша, выше князей в северной империи стоит только император.

Мой отец был одним из сильнейших владеющих в империи.

– Кто такие владеющие? – перебив рассказ Гриши, спросил я.

– Владеющие – это люди способные управлять природной энергией, что разлита вокруг нас. – ни капли не обидевшись, начал объяснять Гриша. – Организм владеющего отличается от обычного человека наличием специального приёмника и преобразователя для этой силы. Помимо этого, в организме каждого человека имеется энергетический каркас, от которого отходят закрытые силовые линии. Всего таких линий в нашем организме больше трёх сотен. И чем больше линий способен открыть человек, впитывая в себя силу, тем он сильнее.

На базе Чёрной Сотни тебе расскажут всё более подробно. У них проживают несколько отличных учителей, во много раз лучше меня разбирающихся в этих вопросах.

Своим рассказом Гриша породил ещё больше вопросов. А понял я, что тут подобно моему миру, есть люди способные управляться с энергиями мироздания. Мне обязательно нужно будет пообщаться с этими учителями.

Дальше Гриша продолжил рассказ о моей семье. Оказывается, у меня было пять старших сестёр. Именно они вместе с мамой и папой закрыли меня своими телами в тот день. После их смерти, в империи у меня осталось три племянника и племянница, которые были гораздо старше меня.

Да что же за жизнь у меня такая! Уже второй мир и в обоих у меня нет семьи.

Очень странно, но слушая про совершенно не знакомых мне людей на глаза сами собой наворачивались слёзы. Я даже не заметил, как остановилась машина. Гриша прижал меня к себе и начал успокаивать. Он пообещал, что мы обязательно отомстим за предательство. Порвём очко всем ублюдкам, что пролили кровь Лопухиных. Заставим их жрать дерьмо, которое они навалят в собственные штаны, когда мы придём за их жизнями.

Эта мысль успокоила меня и я действительно, на полном серьёзе решил мстить за семью, которой совершенно не знал. Я просто был уверен, что обязан это сделать. И раз я попал в тело наследника рода Лопухиных, то должен сделать всё возможное, чтобы вернуть роду былое величие. Сперва я обрёл новое тело, а сейчас ещё и цель, ради которой пойду на всё.

Когда я успокоился, мы поехали дальше. Гриша продолжил прерванный рассказ.

Отец был одним из сильнейших владеющих. Главой рода Лопухиных и главой соответствующего клана. Об этом тоже обязательно нужно будет узнать более подробно. Понятие рода мне отлично знакомо, а вот про кланы слышу впервые.

До меня у родителей получалось делать лишь дочерей и лишь на седьмом десятке они зачали меня.

Возраст сказался на беременности матери. В итоге я родился полностью лишённым возможности прикоснуться к силе, что в этом мире было сродни приговору. Все энергетические каналы в моём организме, были наглухо закупорены. В добавок, я оказался абсолютно слеп. Слепоту было вполне возможно исцелить, будь у меня открыты хотя бы два канала, как у 99% населения планеты. Но я не имел даже этого минимума.

Учёными, что работали над моей проблемой был установлен срок в семь лет. Это был последний возрастной порог, в который ещё было возможно открытие энергетических каналов.

Надежду в род Лопухиных принёс глава изгнанного из империи рода целителей. Он представил доказательства, что энергетические каналы возможно открыть влиянием извне. Отец решился довериться изгнаннику, цепляясь за любые возможности.

Для осуществления задуманного необходимо было участие сильных владеющих. От них требовалась уже прошедшая сквозь преобразователи энергия, чем её было больше, тем выше становились шансы на успешное завершение.

Больше трёх сотен низкоранговых владеющих выявили желание помочь в моём исцелении. Для обеспечения безопасности во время моего лечения, были наняты одни из лучших наёмников на материке – Чёрная сотня.

После проведения эксперимента по моему излечению все владеющие были полностью опустошены и именно в этот момент на них напали. Это оказались люди Шуваловых, во главе с наследником рода. Им оказался тот урод, с обожжённым лицом, которому я выжег мозги.

Всё могло сложиться совершенно по-другому, но больше половины отряда Чёрной сотни были перекуплены врагом. Сам Гриша пришёл в себя уже после уничтожения владеющих. Отец не хотел, чтобы мой личный телохранитель участвовал во всём этом и поэтому подсыпал ему снотворного, с которым молодой организм сильного владеющего справился довольно быстро.

Именно благодаря тому, что Гриша смог побороть снотворное я и остался в живых. Он помог оставшимся верными роду Лопухиных наёмникам, а после разобрался с остатками Шуваловых. Правда, наследнику Шуваловых удалось скрыться от Гриши, которого ценой своих жизней задержали его слуги.

Гришей с остатками Чёрной сотни было принято решение бежать из северной империи. Добраться до императора не было ни единого шанса. Шуваловы продумали каждую мелочь, перекрыв своими наёмниками все ходы к отступлению. С трудом прорвавшись через несколько кордонов защиты им удалось вырваться из западни. Необходимо было срочно покидать империю. Укрыться они решили на базе отряда, которая находилась в глубине свободных земель и шансы, что Шуваловы осмелятся последовать за нами были минимальны. Слишком ненавидели здесь представителей империи.

Из рассказов Гриши я понял, что слова долг и честь не являются для него пустым звуком, каким бы раздолбаем он ни был. Даже после смерти отца и уничтожения рода Лопухиных он остался верен мне. Ради своего долга он покинул род Чернышёвых и стал изгоем. Потеряв не только свою фамилию, но и все преференции, полагавшиеся наследнику одного из древнейших родов империи.

К базе мы подъехали в сумерках. К этому времени я уже давно клевал носом и лишь тряска от езды не давала мне трубиться. Распахнув свою дверь, я попытался спрыгнуть на закатанную в асфальт землю. Затея была не из лучших. Организм ещё полностью не восстановился. За несколько часов в сидячем положении ноги порядком затекли и отказывались слушаться. Я просто выпал из машины на асфальт, едва успев повернуться боком, чтобы не разбить лицо. Удар об твёрдую поверхность выбил из меня весь воздух, заставив судорожно пытаться наполнить лёгкие. Во рту появился привкус крови, похоже, прикусил язык, но боли я не почувствовал.

Гриша оказался возле меня практически сразу, как я выпал. Попеняв на мою, слабость он взял меня на руки и двинулся к базе. Въезд на машинах туда был запрещён.

Вокруг базы был возведён высокий забор из металлических листов. Я заметил, как через каждые несколько метров к листам были подсоединены провода. Гриша подтвердил мою догадку, все ограждения находятся под напряжением. На въезде стояли две бетонные башни, на которых были установлены два монструозного вида оружия. Этакие пулемёты – переростки, стреляющие просто громадными пулями.

За время, проведённое в госпитале, я довольно хорошо научился обращаться с зоной маны в условиях постоянного дефицита энергии. Защитный кокон по-прежнему съедал её практически полностью. Теперь я мог менять форму зоны маны по своему желанию. Основным условием было соблюдение общих размеров.

Например, я мог растянуть зону маны метра на четыре вперёд, но для этого должен был пожертвовать обзором с других сторон. И при изменении формы поля возрастал расход энергии. Если сферу я мог спокойно поддерживать практически постоянно, то изменение формы сокращало это время в несколько раз.

Конечно, я мог высвободить дополнительную энергию, но в этом случае начинал испытывать боль. Моим пределом в прошлой жизни была зона маны почти стометрового радиуса. Тут же я едва не потерял сознание от боли на тридцати шести метрах, пока это был мой предел. Чисто теоретически я мог заплатить болью за вре́менное расширение своих возможностей, но что-то это не сильно меня прельщало.

Ещё я попробовал сотворить простые конструкты типа: пси-гранаты, защитного контура, мягкого и статического щита, простейшего усиления тела. Проблем с этим не возникло, если не считать, что для этого требовалось отключать зону маны. И за раз я мог сотворить лишь один конструкт, после чего требовалось немного времени на восстановление.

Древний конструкт, при помощи которого я спалил мозги той троице так ни разу мне и не поддался. Вроде делал всё точь-в-точь, как и тогда, но вместо сложнейшего конструкта у меня получались лишь корявые подобия, неспособные даже выбить из сознания. Я уж молчу про уничтожение мозга. Должно быть, в прошлый раз всё получилось с испуга, другого объяснения у меня нет.

Об этом я размышлял, пока Гриша нёс меня до базы, а после и по её территории. Я позволил себе максимально расширить радиус зоны маны, чтобы разглядеть большую часть базы. По мере продвижения пришлось ещё трижды истончать защитный кокон, но это того стоило.

Внутри огороженного периметра я ожидал увидеть что-то наподобие палаточного городка, максимум сколоченные из необтесанных досок простенькие домишки. Но оказался приятно удивлён. Пройдя основные защитные сооружения, склады с боеприпасами и ангары с разнообразной техникой мы вышли в основную часть. Здесь база Чёрной сотни больше походила на обычный коттеджный посёлок. Добротные каменные дома, с небольшими огородиками составляли костяк базы. Также я заметил парочку трёхэтажных строений и несколько вышек, возвышавшихся над всем периметром на несколько десятков метров. В каждой башне находился часовой.

Думаю, что в этих домах проживают семьи наёмников, пока те выполняют очередной контракт.

Гриша принёс меня к одному из высотных зданий. Там было некое подобие плаца, на котором нас уже ждали. Ровно двадцать четыре человека в чёрной униформе с вышитой цифрой сто на правой части форменной куртки, выстроенных в одну шеренгу.

При нашем приближении они словно по команде повернулись к нам и все как один ударили себя кулаком по левой стороне груди. После этого я снова восстановил защитный кокон, вернув зону маны в стандартный режим. Голова начинала гудеть, от перерасхода пси-энергии.

Силы малость восстановились и я попросил опустить меня на асфальт. Гриша поставил меня перед шеренгой наёмников.

Вперёд вышел азиат. На вид ему было лет пятьдесят. Он глубоко поклонился мне и представился.

– Меня зовут Гуоджин. Я, являюсь командиром Чёрной сотни со дня её основания. – после этих слов он упал на колени и впечатался головой в плац. – Я как глава отряда беру на себя полную ответственность за предательство своих подчинённых. Моя жизнь принадлежит вам юный господин, и вы вольны распоряжаться ей как пожелаете. – вокруг Гуоджина образовалась белая дымка, которая потянулась ко мне. Стоило ей коснуться меня и она тут же растаяла в воздухе.

Я не успел понять, что сейчас вообще произошло. Как один за другим все остальные наёмники повторили за своим командиром. Упали на колени, в плац головой и произнесли, что их жизни принадлежат мне. И ещё двадцать три раза меня касалась белая дымка. Я абсолютно не ощущал этих касаний.

С недоумением посмотрел на Гришу, надеясь, что он сможет объяснить мне произошедшее только что.

– Они присягнули тебе на верность придурок. В качестве залога предложили самое дорогое, что у них есть – жизнь. Сила зафиксировала их клятву. И если ты не примешь клятву они покончат с собой. – объяснил мне Гриша. Похоже, он знал, что именно задумал Гуоджин со своим отрядом. Мог же зараза предупредить, у меня было бы время всё обдумать. Не люблю вот так без подготовки принимать решения.

С одной стороны, на хрена мне всё это надо? Как я понял, если соглашусь, то стану их сюзереном, или как здесь это называется не знаю. В этом случае я беру на себя всю ответственность за них. И накосячь они что-то, то разбираться придут именно ко мне. А по роду их деятельности накосячат они по-любому. И смерть моих родных тому подтверждение.

С другой стороны, если я твёрдо решил, а именно так и есть, мстить Шуваловым своими силами мне не справиться. А тут уже готовое военное подразделение, хоть и в сильно урезанном виде. Но думаю со временем это легко исправить.

Вспомнив подобные обычаи родного мира, что нас заставляли смотреть на факультативных занятиях в ВШР, я начал свою короткую речь.

– Я принимаю ваши жизни. С этого момента ваши беды – это мои беды. Ваши печали – это мои печали. Ваше горе – это моё горе. Ваши радости – мои радости. – не успел я договорить, как весь плац затянуло густым туманом. Который, касаясь уже моих бойцов, втягивался в их тела.

После того как воздух на плацу полностью очистился, я увидел двадцать четыре пары широко раскрытых глаз, что изумлённо смотрели на меня. У многих на глаза блестели от навернувшихся слёз.

– Вот же блядство! – вырвалось у Гриши. Впрочем, я был абсолютно не удивлён. Выругался он на чистом Русском, это точно. Не каким северным диалектом здесь и не пахнет. Я всю свою жизнь провёл в русском приюте и этих слов теперь не забуду никогда.

– Не выражайся при детях! – чисто рефлекторно произнёс я.

– Ты кусок дебила! Не-е-т, ты цельный дебил! Бородавка на коровьей заднице! Прыщ на мошонке таракана! Ты только, что принял в слуги рода двадцать четыре человека, которых увидел первый раз в жизни! – Гриша орал на меня так самозабвенно, что даже не хотелось его прибить. Но зарубку в памяти всё же оставил. – Будь сейчас жив твой отец, старика точно удар хватил бы. Это же надо, двадцать четыре человека.

– Думаю, если был бы жив мой отец. Мне не пришлось сейчас стоять здесь! – вспылил я. И ведь вспылил из-за собственной ошибки. А ошибку совершил из-за банального незнания местных реалий. Срочно нужно пройти курс молодого бойца. А то боюсь этот косяк с моей стороны может быть не самым страшным.

– Тут ты прав, говнюк. – вздохнул Гриша. – Старый пень всегда мог найти выход практически из любой ситуации. Думаю нам стоит обсудить с тобой…

– Твоё скотское поведение? – перебил я своего телохранителя. – Достал уже тявкать и обзываться. Ещё раз услышу подобное, откажусь от твоих услуг. И прекрати уже тащить в рот сигареты. Ни разу ещё не видел тебя с пустой пастью. Про запах дыма и перегар вообще молчу – не сдержался я и выдал всё, что так долго копилось за время, проведённое в больнице. От чего-то сразу стало так легко. Хоть пой. Но боюсь, присутствующие на плацу не оценят. – Ты меня понял плешивый переросток?

Произнеся последнюю фразу, я ткнул указательным пальцем Грише в грудь, конечно, хотелось в лоб, но тогда пришлось бы подпрыгивать, а состояние моего организма сейчас вряд ли позволит мне провернуть подобный трюк.

– Кого-то ты мне напоминаешь. – с лёгкостью переключился Гриша. – Твоя старшая сестра Надя говорила мне нечто подобное, вот только угрожала малость другим. – при этом лицо Гриши расплылось в сальной улыбочке, которая тут же сменилась гримасой боли. Похоже, Гриша присматривал в нашей семье ни только за моим телом. Но это его личное дело. А для меня ещё один пункт, почему Гриша остался со мной.

– Кровь не водица. – припомнил я одно выражение, которое неоднократно слышал от ректора ВШР, на его лекциях по противодействию энергетическим атакам. – А про то, что ты хотел сказать. Мне действительно многое надо с тобой обсудить. И первым пунктом стоит моё обучение. Я хочу знать всё.

– Мой господин с этим не возникнет проблем. – влез в наш разговор Гуоджин, до сих пор стоя́щий на коленях. – На территории базы имеется школа, в которой преподают замечательные учителя.

– Прекрасно. Ещё я хочу обучаться боевым искусствам и владению холодным оружием. – сказал я. Решив, что необходимо сразу прозондировать почву на возможность всего озвученного.

– Но господин. Как же ваше… – здесь Гуоджин замялся, не в состоянии подобрать нужных слов.

– Если ты по поводу моего зрения. – решил я помочь бедняге. – То давай проведём маленькую проверку. У тебя есть боевой нож? – Гуоджин кивнул. – Ты умеешь его кидать? – ещё один кивок. – Со скольких метров попадёшь в меня со 100% гарантией?

– Метров с семи думаю, справлюсь. – задумчиво произнёс Гуоджин. – Вот только я не буду метать в вас боевой нож.

– Во-первых, тебя никто не спрашивает. – ответил я довольно грубо, чтобы сразу прекратить ненужные споры. Мне сейчас предстоит вытянуть зону маны на семь метров и постараться сделать это, не прибегая к истончению защитного кокона. Так что, уже пора готовиться. – А во-вторых ты сейчас отойдёшь на эти семь метров и бросишь в меня свой нож. Если так боишься меться тупым концом. Если нож попадёт в меня, я буду слушаться вас безоговорочно до момента своего совершеннолетия. Ну а если нет, то вы предоставите мне лучших учителей рукопашного боя и фехтования, которых сможете найти.

– Васютка – одумайся. – сказал Гриша, положив мне руку на плечо.

– Вспомни в машине, перед взрывом. – бросил я ему через плечо. Почти всё время проведённое в больнице я был сильно ограничен в движениях, поэтому мало чем отличался от слепого, за меня все делали медсёстры и Гриша. Поэтому он постоянно старался помочь мне не только в передвижении, но и вообще абсолютно во всём.

Конечно, я сейчас рисковал, растягивать зону так далеко я пока не пробовал, да к тому же тело ещё плохо слушалось. Появившись в этом теле, я, можно сказать, сегодня впервые пользуюсь им без ограничений. То постоянная боль, то фиксация после переломов. Сейчас нужно сразу показать им, что я не беспомощный инвалид, а то чувствую, в противном случае со мной будут постоянно находиться несколько человек на побегушках. Никакой частной жизни. На это я не согласен, от слова совсем.

Гуоджин неуверенно начал отмерять необходимое расстояние. Делал он это под тихий гул остальных наёмников. Кто-то из них говорил, что я сошёл с ума, кто-то наоборот говорил, что я смельчак, которых ещё сто́ит поискать. А кто-то и вовсе решил устроить тотализатор и по-быстрому собирал деньги с согласившихся сделать ставку.

Гриша отошёл на несколько метров в сторону, готовый в любой момент броситься мне на помощь.

Как я не старался вытянуть зону маны на семь метров без дополнительной подпитки не вышло. Уже привычная боль дала понять, что в таком темпе я смогу продержаться очень мало времени.

– Я готов. Начинай. – поторопил я Гуоджина.

– Вы уверены господин? – предпринял ещё одну попытку отговорить меня наёмник.

– Хватит уже разговаривать и бросай нож. – в голове начинало гудеть, первый признак отключения сознания. Если бы я сегодня не растягивал зону манны на максимально возможное расстояние, пока изучал базу наёмников, всё прошло гладко. Теперь приходится держаться из последних сил.

Хвала всем богам Гуоджин больше не стал разводить демагогию. Взяв нож за лезвие наёмник, практически не замахиваясь метнул его в меня. Я прекрасно видел траекторию полёта ножа. Он летел рукоятью вперёд, точно мне в грудь. Я просто отклонил корпус в сторону и нож пролетел мимо, со звоном упав где-то впереди. В этот момент я уже был на грани. Пришлось полностью вырубать зону маны, чтобы не потерять сознание.

Впрочем, это исправил Гуоджин. Он не поверил своим глазам, что слепой мальчик так легко увернулся от ножа. На мою беду, наёмник всегда носил с собой несколько ножей. Второй брошенный нож попал мне рукоятью в висок, сработав лучше любого выключателя.

Это мне рассказал сам Гуоджин, который сейчас сидел возле моей кровати в местной больнице.

В отключке я провалялся всю ночь и пришёл в себя только на следующий день, ближе к обеду. Как раз в тот момент, когда в палату зашёл наёмник, сменив Гришу. Он стоял и смотрел на меня с видом нашкодившего пса, который, случайно играя с хозяином, сделал тому больно.

Когда мне было лет десять, мы с детдомовскими мальчишками притащили в подвал щенка, которого подобрали на улице. Таскали ему еду с кухни пытались дрессировать и, конечно же, играли с ним. Во время одной из таких игр щенок прыгнул на одного парнишку и случайно распорол тому бедро своими когтями. Поняв, что, сделал больно человеку, который кормил и играл с ним, щенок сразу забился в угол и смотрел на всех перепуганными глазами. Именно этого щенка мне и напомнил Гуоджин.

Он так весело подпрыгнул, когда я спросил, что случилось и где я нахожусь. Что даже не стал предъявлять ему претензии, хотя по большому счёту и предъявлять то было нечего.

Этот случай на плацу показал, что зона маны не может в полной мере заменить мне зрение. Нужно что-то делать с дальними атаками. Если ближний бой я обязательно подтяну на тренировках, в которых после моей демонстрации никто не посмеет мне отказать. То вот с атаками на расстоянии у меня могут возникнуть большие проблемы. Я банально не успею среагировать на быстролетящий объект в зоне маны двухметрового радиуса.

– Так, что тут у нас? – в палату вошёл пожилой мужчина в белом халате и сразу отодвинул в сторону Гуоджина, заняв его место напротив меня. – Как вы себя чувствуете молодой человек? Голова не кружится? Не тошнит? В глазах не двоится? – стал заваливать меня вопросами врач. Он говорил невероятно быстро. Только я открывал рот, чтобы ответить хоть на один из его вопросов, как тут же получал ещё несколько. В итоге я плюнул на бесполезные попытки вставить хоть слово и просто стал ждать, когда иссякнет этот словесный поток.

– Что же вы молчите молодой человек? Не ответили ни на один мой вопрос. – удивился доктор. Правда на этот раз он всё же соизволил замолчать.

– Пытался запомнить, хоть половину тех вопросов, что вы задали. – сказал я, одновременно с этим поднимая указательный палец, останавливая уже собравшегося вновь говорить врача. – Отвечу сразу на все ваши вопросы. Чувствую себя вполне удовлетворительно. Из всего вами перечисленного малость голова болит. В остальном я в полном порядке.

– Отлично молодой человек. У вас просто великолепная регенерация. Подобное я наблюдал лишь у целителей третьего ранга и ниже. Этот остолоп, – доктор строго посмотрел на Гуоджина и покачал головой. – вчера едва не угробил вас. Сейчас мы поставим вам пару капельниц. Полежите у нас пару дней, для наблюдения и думаю, выпишем вас. – после этих слов доктор быстро подскочил, словно вспомнил, что оставил дома включённый утюг и выбежал из палаты.

Проходя мимо Гуоджина, он умудрился назвать того: извергом, садистом, детоненавистником и вообще редиской. Всё это доктор смог уложить в долю секунды, что находился рядом с наёмником.

– Что это было? – спросил я у ошарашенного не меньше моего наёмника.

– Это был доктор Смит. Глава нашей больницы. – ответил Гуоджин, мотая головой из стороны в сторону. – Потрясающий человек! Общение с ним можно назвать настоящим испытание для непривыкших к его поведению людей. Я привыкал больше двух лет. Но могу тебя заверить, что врач он просто замечательный. За время, что он работает у нас спас не одну жизнь.

По большому счёту мне было всё равно, как ведёт себя доктор, пусть хоть ходит по больнице со спущенными штанами, главное, чтобы хорошо справлялся со своим профессиональными обязанностями. А так он показался мне довольно забавным старичком. Думаю, мы ещё ни раз пересечёмся с ним.

– Почему вы решили доверить свои жизни ребёнку? – спросил я у наёмника. Резкий переход от одной темы к другой всегда сбивает людей с толку. Они могут рассказать то, что при обычных условиях предпочли бы умолчать. Ещё одно знание из моего обучения в ВШР, сейчас пригодилось как нельзя кстати.

– Чёрная Сотня была опозорена предательством, своего нанимателя. Репутация, которую мы нарабатывали годами, испарилась в одно мгновение. Если раньше люди стояли в очередь за нашими услугами и готовы были очень щедро их оплачивать, то сейчас об этом не может быть и речи. – Гуоджин закрыл глаза и потёр руками виски. – На базе вместе с нами проживают наши семьи и семьи предавших нас людей. Я давал слово, что буду заботиться о семьях погибших. И не собираюсь от него отказываться. За годы отличной репутации мы смогли скопить достаточно средств, чтобы сейчас продолжать жить как раньше. Этих средств хватит максимум на пару лет.

Ваш отец был очень мудрым и прозорливым человеком. Именно он создал наш отряд. – а вот это уже было интересно. Даже Гриша не знал этого, иначе рассказал бы, пока мы добирались сюда. – Поэтому мы всегда приходили по первому его зову. Несколько раз даже прерывая текущий контракт.

В этот раз он словно знал, что случится беда. И отписал отряду сумму, на которую мы сможем безбедно жить несколько десятков лет. Вот только одним из главных условий в получении этих денег была присяга лично вам.

После этих слов Гуоджин замолчал. Его лицо налилось кровью, глаза предательски заблестели.

Получается, что они присягнули мне, чтобы получить деньги, оставленные отцом. Слишком всё сложно. И слишком мало вводных, чтобы сделать правильные выводы.

– Что будет с вами, если вы нарушите клятву, данную мне? – спросил я у наёмника.

– Смерть. – мгновенно ответил мне Гуоджин. Его голос слегка дрожал, очень тяжело ему даётся наш разговор.

– А можно конкретнее?

– Сила уничтожит нас. Клятвопреступники живут очень недолго. – ответил наёмник.

Выход, что всё не так уж и страшно. Да наёмники вручили мне свои жизни, ради получения денег. Да они использовали меня. В любом случае они не смогут отказаться о своей клятвы, если не хотят умереть. А это уже совсем другое дело. Думаю, хороший отряд владеющих мне всегда пригодится.

– Я понял ваши мотивы и не могу вас осуждать. Можете передать своим людям, что я не откажусь от своих слов. Чёрная сотня поможет мне отомстить роду Шуваловых. Только не сто́ит торопиться. Отряд должен быть полностью восстановлен. А мне необходимо многому научиться.

Гуоджин ни слова не говоря поклонился и ушёл. Вот и как мне его понимать?

Сразу после того, как ушёл Гуоджин, в палату вошла медсестра и поставила мне капельницу. Она всё время что-то говорила, но я её не слушал мои мысли были заняты совершенно другим.

Как и говорил доктор Смитт, из больницы меня выпустили через два дня, большую часть этого времени я проспал. Зато вышел полностью отдохнувшим и набравшимся сил.

С жилплощадью на базе имелись трудности и поэтому нас с Гришей подселили к вдове одного из наёмников. Женщине лет тридцати, у неё было двое детей. Девочка, старше меня года на три и мальчик, мой ровесник.

Дети откровенно боялись подходить ко мне. Хоть их мать и старалась вести себя со мной как со всеми остальными, я чувствовал, что она тоже меня побаивается. Итак было с большинством жителей базы, за исключением самих наёмников и медицинского персонала.

Как оказалось, причина этого лежала на поверхности. В этом мире считалось, что слепой человек проклят самими богами. И это проклятье распространяется на людей, находящихся с ним рядом. Это мне рассказал Тревор – сын вдовы приютившей нас, когда я зажал его в угол и потребовал объяснить, почему они боятся меня. После его объяснений я лишь пожал плечами. Не мне бороться с суевериями, что складывались в этом мире на протяжении сотен лет.

С тех пор я старался как можно реже покидать свою комнату.

Занятия начались в день моего рождения.

Гриша разбудил меня как только рассвело и вручил отличный армейский нож. Точно таким же меня отправил в нокаут Гуоджин.

Но это были не все подарки. Главным подарком для меня стали три человека, что готовы были взяться за моё обучение.

Один учитель общих дисциплин: математика, физика, география и так далее. Думаю, с этим учителем я буду видится реже остальных. Все же все начальные знания были мной получены ещё в прошлой жизни, а на память я никогда не жаловался..

Второй являлся учителем владения силой. Что на данный момент для меня было абсолютно пустой тратой времени. Я множество раз возвращался к произошедшему в тот день, когда появился в этом мире. Скорее всего, свечение, что сейчас спрятано под коконом пси-энергии и есть результат моего исцеления. Во мне всё же смогли открыть силовые линии, но что-то явно пошло не так. Я ещё ни разу не видел, чтобы хоть один владеющий корчился от боли, применяя свою силу. Поэтому пока я не найду способ коснуться этой энергии и при этом не сойти с ума от боли, этот учитель мне не нужен.

Третьим оказался мастер рукопашного боя. Некогда бывший инструктором в одной маленькой, но очень гордой стране. После того как его страну захватили, он бежал в свободные земли, где и встретился с Чёрной Сотней.

Обучать меня обращаться с холодным оружием вызвался сам Гуоджин. Вот такие мне достались подарки на семилетие.

Первым делом пришлось доказывать учителям, что я вполне способен передвигаться в окружающем пространстве самостоятельно. И вообще, могу вести полноценный образ жизни, несмотря на свою слепоту. Гуоджин с Гришей приняли это уже вполне спокойно, а вот учителя были поражены. Нужно отдать им должное, как и всем остальным кто знал об этом, лишних вопросов, ни кто задавать не стал.

Следующие три года прошли для меня под девизом " учиться, учиться и ещё раз учиться!". Мой мозг работал на пределе своих возможностей, усваивая новую информацию. А вот тело отставало порядком. За три года я подрос всего на три сантиметра, зато в весе прибавил почти десять кило. Благодаря чему перестал выглядеть, словно пленник концлагеря.

Полный курс общего обучения я сдал с отличием в восемь лет, чем поразил абсолютно всех жителей базы. Обычно общее обучение длится до шестнадцати лет, после чего идёт дальнейшее специализированное обучение. Как правило, для владеющих такими заведениями являются частные школы и академии, в которых в основном их учат работать со своими способностями. Для людей не способных управлять силой существовало множество обычных высших учебных заведений.

Скепсис по поводу уроков владения силой развеялся на первом же занятии. Мой учитель – месье Рануа, отвёл меня в комнату, в которой на основательном металлическом столе стоял непонятный для меня на тот момент агрегат. Множество лампочек, проводов, колб и ещё куча не известных мне приспособлений были подсоединены к вполне современному ноутбуку.

– Это измеритель удельной энергетической ёмкости, или просто ИУЭЁ. – начал свой урок месье Рануа. – Этот прибор позволяет определить количество энергии, которое способен усвоить организм человека. Сейчас именно по результатам измерений удельной энергетической ёмкости владеющим присваивают ранги. Измеритель был придуман в начале прошлого века. Конечно, современные измерители практически ничем не отличаются от обычного ноутбука, но у нас, к сожалению, имеется только этот экземпляр. Впрочем, со своей задачей он справляется отлично.

Вася возьмись руками, за вот эти ручки. – указал мне учитель на пару обмотанных медной проволокой штырей, которые были спрятаны под свисающей кипой проводов.

– Что делать дальше? – спросил я у учителя, ухватившись за штыри.

– Просто держись за ручки и всё. Сейчас я включу измеритель и он покажет, какое количество энергии ты способен усвоить и переработать.

Набрав пару команд на ноутбуке месье Рануа для чего-то надел на лицо сварочную маску, которую достал из ящика под столом и включил агрегат.

Сразу стало понятно, для чего была нужна маска. Пользуйся я сейчас обычным зрением, думаю вполне мог бы его лишиться. Началось настоящее светопреставление. Лампочки загорались одна за другой в произвольном порядке. Соединяющие трубки светились всеми цветами радуги. Вдобавок ко всему хаосу, что творился у меня перед носом, провода периодически замыкали, довольно болезненно осыпая меня искрами. Рукоятки слегка нагрелись. Я почувствовал лёгкое покалывание и всё прекратилось. Одновременно с этим ноутбук издал звуковой сигнал, об окончании измерения.

– Этого просто не может быть! – воскликнул месье Рануа, сразу после того как на экране ноутбука отобразился мой результат. – Скорее всего, этот раритет всё же приказал долго жить. Сколько раз уже говорил, что его пора заменить. И всегда один и тот же ответ, что сейчас на это нет средств. А когда они появятся? Когда? – негодовал месье Рануа.

Я же спокойно подошёл к ноутбуку и взглянул на него. Моя удельная энергоёмкость равнялась нулю.

– Что-то не так? – спросил я у учителя. Вроде всё, как и должно быть. С самого рождения я не мог прикасаться к силе из-за закрытых силовых линий и прибор это только подтвердил и ничего больше.

– Нет Вася. Не переживай. Всё хорошо. Должно быть, наш измеритель просто сломался.

– Вам ничего не рассказали про меня? – спросил я. И увидев непонимание на лице учителя, продолжил. – Я родился с повреждённым энергетическим каркасом и полностью заблокированными силовыми линиями. Моя слепота является своеобразным осложнением.

Месье Ранье громко ахнул и обнял меня, говоря при этом успокаивающие слова. Для него, как учителя по владению силой, невозможность коснуться её была страшнее всего на свете. Он пообещал, что сделает всё от него зависящее, чтобы мои знания по владению силой не уступали его собственным.

Я конечно, не стал говорить что-то против этого. А по поводу измерителя у меня появилась идея. Вот только для её осуществления необходимо будет научиться читать и писать на местном языке. А уж с ноутбуком после этого смогу разобраться без проблем.

Все свои теоретические знания по владению силой месье Рануа смог передать мне за три года. После того, как я экстерном сдал курс общего обучения, у меня появилась масса времени. Всё свободное время я посвятил обучению у месье Рануа. Он был только за. И за год, мы полностью доукомплектовали мой багаж знаний в области теории.

Сейчас я отлично умел читать и писать на северном диалекте. Пришло время воплощать мою идею в жизнь. А состояла она в ещё в одном измерении моей удельной энергоёмкости. Правда, на этот раз я хочу почти полностью убрать защитный кокон с ладоней и в таком состоянии коснуться ручек аппарата. Сейчас я научился точечно ослаблять кокон, что давало возможность большего высвобождения энергии. Думаю со снятием защиты с ладоней не должно возникнуть проблем.

Гриша как раз был на выполнении очередного контракта, поэтому проблем с отсутствием меня в доме возникнуть не должно.

Дождавшись пока за окном стемнеет, я пошёл в административное здание, именно в нём размещался измеритель. Чтобы не быть замеченным, пришлось растягивать зону маны до десяти метров. Уже привычная боль, не заставила себя ждать.

Где находились камеры наблюдения, я прекрасно знал и поэтому с лёгкостью смог их обойти. Главной проблемой был дежурный, что оставался в здании на ночь. Я уже разработал план, по его выманиванию из здания и обломался, увидев, что этот товарищ внаглую спит.

В комнате с измерителем всё было так же, как и три года назад, когда я приходил сюда с месье Рануа. Включив ноутбук, дождался, пока он загрузится. На рабочем столе нашёл иконку с названием ИУЭЁ и активировал программу. На экране высветилось, что всё готово, можно включать измеритель. Благо, что выключатель находился недалеко от самого аппарата и я мог спокойно дотянуться до него одной рукой.

Включив аппарат тут же снял практически всю защиту с ладони, которой сжимал измерительную ручку. Перед этим закусил деревянную палку, чтобы не закричать.

От боли в руке из глаз потекли слёзы. По мере того как аппарат раскочегаривался боль стала утихать. В прошлый раз он проработал с полминуты, сейчас же выключился спустя полтора часа. К этому времени боль в руке полностью исчезла. Ноутбук молчал. На экране было написано, " Идёт обработка. Пожалуйста, подождите«.

Спустя ещё час я услышал долгожданный сигнал. Взглянув на экран, едва не разбил его. Как и в прошлый раз там показывало 0. В расстроенных чувствах я пошёл на выход и только у самой двери вспомнил, что не выключил ноутбук. Вернувшись, я замер, теперь на экране горела надпись ранг, а через мгновенье и вовсе вылезло мигающее красным сообщение. «Нулевой ранг. Удельная энергетическая ёмкость превышает 100 000 единиц. Для получения более точных данных обновите программное обеспечение».

Нулевой уровень это же охренеть. Оружие массового уничтожения блин.

Выходит, три года назад у отца всё получилось. Вот только как мне пользоваться собственной силой? Теорию я знаю назубок. Убрать защитный барьер не вариант, мало того что крыша уедет от боли, так ещё и полбазы уничтожу запросто. Нужно думать, что возможно сделать в этой ситуации. По идее я должен сейчас скакать от радости после таких новостей, но что-то мне совсем не хочется. Меня, наоборот, пугает такая сила. Дождусь, когда Гриша вернётся, с ним и обсудим это дело. Может, после этого контракта он всё же перейдёт на нулевой ранг?

– Как всё прошло? – спросил я у зашедшего в дом Гриши. Да теперь у нас есть собственный дом. Несколько семей решили переехать в один из немногих крупных, городов на свободной земле – Газни. Один из освободившихся домов отдали нам с Гришей. Или как его прозвали среди наёмников – Тёмный, из-за специфики его силы. И ещё Гриша стал наёмником. За очень короткий срок заработавшим себе репутацию одного из лучших ликвидаторов.

– Как обычно. Кровь, дерьмо, мольбы о пощаде. В общем – скукота. – отмахнулся от меня Гриша. Он вообще старался как можно меньше мне рассказывать о своих контрактах. Но были добрые люди, делавшие это за него с огромной охотой.

– Перешёл на нулевой? – задал я ещё один стандартный вопрос.

– Ага.

– Я тоже. – решив, сразу пойти с козырей произнёс я.

Гриша сперва не понял, что я ему сказал. А потом ещё раз не понял и ещё. И так раз пять. Пока я не рассказал ему полностью всю подноготную. Пришлось выкладывать и про защитный кокон. Даже снимать его с одного пальца, чтобы убедить этого твердолобого. Микроскопический заряд силы, что прорвался сквозь истончившуюся защиту в щепки разнёс кресло, стоявшее в комнате. После этой демонстрации слезы выступили на глазах, от чудовищной боли. Хотелось кричать, но я сдержался.

Теперь Гриша смотрел на меня совершенно по-другому. Сейчас он видел во мне главу рода, которым без владения силы я считался лишь номинально. В этом мире только владеющие имеют реальную силу и власть.

За размышлениями мы провели всю ночь, но так ничего и не смогли придумать.

– С этой проблемой нам смогут помочь только в империи. Но возвращаться туда сейчас сродни самоубийству. – начал говорить Гриша, потирая, красные от бессонной ночи глаза. – Шуваловы встали во главе клана, набрав новых родов из молодой крови. Ещё у них появился нулевой. Они сейчас на пике своего могущества и походу не собираются останавливаться на достигнутом. На прошлом контракте я краем уха слышал, что Шувалов собрался сватать к дочери императора своего сына.

– Так ей вроде всего лет девять. – вспомнил я урок, на котором рассказывали об императорской семье.

– Скоро исполнится десять. Впрочем, как и младшему Шувалову. Как раз самый подходящий возраст для сватовства. Если информация подтвердится у нас могут возникнуть очень большие проблемы с возвращением в империю.

Если всё на самом деле обстоит так, как говорит Гриша, а не доверять ему у меня нет никаких оснований, моя месть может затянуться на неопределённый срок.

Размышления прервал стук в дверь. Это оказались местные мальчишки. Они зашли за мной, чтобы вместе пойти на тренировку по рукопашному бою.

В свободных землях очень любили проводить турниры по боям без правил. Участие в которых могли принимать только обычные люди. Победителей подобных турниров знали далеко за пределами свободных земель, они становились настоящими звёздами. Выступление на таком турнире становилось голубой мечтой любого мальчишки, как только он начинал разговаривать. Поэтому всё как один занимались рукопашным боем, представляя себя сильнейшим бойцом.

Ходили слухи, что проводятся подобные турниры и для владеющих. Но об этих турнирах практически не было информации. Подобные вещи находились под запретом абсолютно везде. Даже слабые владеющие являлись слишком ценным ресурсом, чтобы рисковать ими на подобных турнирах.

За прошедшие три года Гуоджин полностью восстановил численность отряда. Теперь Чёрная Сотня, реально была сотней. Пришли новые люди и привели с собой семьи. Сейчас на базе проживало больше тысячи человек. Правда, сам отряд отсутствовал, выполняя очередной контракт. Так вот среди вновь прибывших имелись и мои ровесники. Мы быстро нашли с ними общий язык и даже слепота не отпугнула их. Правда на их фоне я выглядел совсем маленьким ребёнком. Что впрочем, не мешало мне с лёгкостью выигрывать у них в тренировочных боях.

Благодаря постоянному поддержанию защитного кокона, пси-энергия укрепила мой организм. Что для меня стало настоящим подарком. Наконец сука-судьба, улыбнулась мне и в этом мире. Слишком болезненным и слабым было моё тело до этого.

Впервые я начал замечать изменения, когда в тренажёрном зале мне на ногу упал двадцати пяти килограммовый блин от штанги. Это произошло, примерно, через месяц после нашего прибытия на базу. На удивление я едва почувствовал удар и тут же попытался убрать блин с ноги. В тот момент мне даже не пришло в голову, что блин весит больше, чем я. Приподняв блин, вытащил ногу и увидел ошарашенные лица других мальчишек во главе с тренером. С тех пор моё тело стало ещё крепче. Сейчас по силе я равен взрослому мужику, а мою естественную защиту не под силу пробить даже тренеру.

Всё это сделало меня лучшим учеником среди рукопашников. На базе не осталось детей, кто не хотел бы дружить со мной.

До тренировочной площадки мы бежали, выкладываясь по полной. Это являлось уже привычным началом тренировки. Пробежка, разминка, растяжка и после уже само занятие.

Сейчас я спокойно выполняю всё, что мне говорит тренер. По началу тренировок мне было сложно отжаться больше трёх раз. На данный момент спокойно могу отжаться сотню раз.

Последний год моим неизменным спарринг партнёром является тренер. Просто остальные не в моей весовой категории. Вернее сказать, я не в их весовой категории, даже несмотря на то, что с лёгкостью побеждаю всех. Уже сейчас я стал замечать, что перерос даже своего учителя. Что он и подтвердил после тренировки.

Мы вместе пошли к Александру Игнатьевичу – заместителю начальника базы, который сейчас был на выполнении контракта и неизвестно, когда вернётся обратно. Выслушав нашу проблему, Александр Игнатьевич обещал подумать, что сможет сделать. Короче, обычная отговорка, если на самом деле не собираешься ровным счётом ничего делать.

Оставалось только ждать возвращения Гуоджина.

Гуоджин вместе с Чёрной сотней вернулись в начале октября. Они выполняли контракт по сопровождению каравана торговцев из Северной Империи в земли Китайской Автократии. Свободные земли являлись лучшим местом для перевозки контрабанды. И даже несмотря на огромный риск нарваться на сильную банду, этот путь пользовался огромной популярностью.

Торговцам было проще и дешевле заплатить за охрану сильному отряду наёмников, чем оплачивать все налоги и пошлины государствам. И Северная Империя и Китайская Автократия периодически проводили карательные рейды в свободных землях для выслеживания и последующего захвата подобных караванов. Обо всех подобных операциях нужные люди узнавали задолго до их начала и строили свои маршруты в обход рейдовых операций.

На этот раз Чёрной сотне пришлось покружить с караваном по всем свободным землям, сперва уходя от военных империи, а после и от людей китайской автократии. В итоге их контракт растянулся почти на два месяца, вместо предполагаемых трёх недель.

Узнав о скором прибытии отряда, я отправился встречать их к главному кпп.

– Молодой господин решил лично встретить наших ребят? – спросил у меня высунувшийся из кпп Аркадий Селин, бывший имперский прапорщик попавшийся на воровстве гос. имущества, за что и был с позором уволен. После этого в империи для него не нашлось места. Людей с его статьёй не брали на работу даже дворниками. Единственным выходом для него стали свободные земли, тем более семьи у прапорщика не было.

На самом деле он был очень добродушным дядькой и любил детей. Последнее время он учил меня и ещё нескольких местных пацанов играть в карты. Для меня это стало своеобразным отдыхом, от учёбы и постоянного напряжения.

– Да, дядь Аркаш. Нужно переговорить с Гуоджином. А то боюсь, если сейчас не перехвачу его, потом он освободится не раньше чем через неделю. Пока закончит со всеми отчётами, счетами и прочей лабудой.

– Да говорил я ему уже давно, что надо бы нам для этого дела специального человека найти. А ему, видите ли, самому всё нужно делать, так спокойнее и надёжнее. – сплюнул на землю прапорщик и махнул мне рукой в сторону техники, приближающейся с каждой секундой. Звук рычащих моторов я отлично слышал и поэтому побежал к ним навстречу. Надеясь переговорить с Гуоджином, пока машины будут отгонять на стоянку техники, что находилась в сотне метров за само́й базой.

Головную машину я перехватил метров за сорок до базы. Просто запрыгнув в открытую дверь на ходу. Там меня подхватили наёмники и затащили внутрь. Некоторые из них до сих пор не могли привыкнуть к тому, что слепой мальчик свободно перемещается без посторонней помощи и вообще ни в чём не уступает своим зрячим сверстникам.

– Прогуляемся? – спросил я у Гуоджина и не дождавшись его ответа, потащил к выходу.

Убедившись, что наёмник покинул машину, я последовал за ним. На ходу спрыгнув на асфальт, я ещё несколько метров пробежал по инерции, пока меня не поймал Гуоджин.

– И для чего это всё было? – спросил он – Нельзя было дождаться пока, я вернусь в расположение?

– Слишком долго ждать. – пожал я плечами подстраиваясь под быстрый шаг наёмника – Мне нужен новый учитель боевых искусств. Джасвиндеру больше нечему меня научить.

От удара Гуоджина я смог уклониться в последний момент. Просто остановившись на месте. И тут же принял на жёсткий блок удар ногой, который сдвинул меня с места. После чего последовала серия быстрых ударов по корпусу, но ни один из них не достиг цели. Трудно попасть по корпусу ребёнка, который практически в два раза ниже тебя.

Молниеносная контратака с моей стороны заставила наёмника отступить, уходя от моих ударов, он наступил на крупный камень, нога подвернулась и Гуоджин стал заваливаться на спину.

Решив, что наш спонтанный спарринг закончен я расслабился и сделал пару шагов назад. Это стало моей главной ошибкой. Вопреки всем законам физики Гуоджин прекратил падение и вернулся в вертикальное положение. Я даже не заметил, когда наёмник нанёс удар. Левую щеку обожгло болью, а сам я отправился в короткий полёт.

– Живой? – протягивая мне руку, спросил Гуоджин.

– Нормально. – ответил я, потирая горящую щеку. Синяк будет знатный.

Поднявшись на ноги и отряхнувшись я побежал догонять наёмника, который не стал ждать меня и пошёл к базе.

– Я знаю подходящего тебе учителя, вот только не уверен, что он согласится взять себе ученика. Но в любом случае я свяжусь с ним в ближайшее время. – произнёс Гуоджин, как только я поравнялся с ним. – Твои результаты и физические возможности поражают. Но обычный человек никогда не сможет победить владеющего ниже пятого ранга. Тот удар которым я тебя достал возможно использовать уже на четвёртом ранге, причём он один из самых простых. На него расходуется минимальное количество энергии. Новичок, только получивший четвёртый ранг способен нанести сотню таких ударов за десять секунд. Я могу около трёх тысяч – это тебе так, для сравнения. – хохотнул Гуоджин, увидев мои округлившиеся глаза. – Ещё ты слишком слаб перед дистанционными атаками.

Так вот что это было, я даже не понял, что Гуоджин применил силу. Гриша всегда отказывался спаринговаться со мной, Джасвиндеру не был владеющим, а больше я не к кому и не подходил с предложением провести бой.

Вообще, с моего появления в этом мире, где всем заправляют владеющие, я ещё ни разу не видел, как сражаются при помощи силы. Тот бой Гриши против людей Шуваловых в расчёт не берём, я там был слишком измотан и ничего толком не разобрал. И даже не представляю, как это выглядит со стороны. Месье Рануа дал мне теоретическую базу, а вот с практической у меня как-то не сложилось.

После кпп я простился с наёмником и отправился искать Гришу. Нужно схватить его за жабры и тащить на полигон, пускай показывает применение силы.

Нашёлся Гриша в так горячо любимом им месте – в кровати. Поспать мой телохранитель любил и никогда не отказывал себе в этом удовольствии. Тем более если был не на выполнении контракта.

Вытащить Гришу из кровати мне удалось лишь благодаря шантажу. Пришлось говорить, что если он не согласится идти со мной на полигон, то я заведу собаку, а то и две. Не знаю почему, но собак он ненавидел всей душой. Впрочем, они всегда отвечали ему взаимностью.

Однажды я был свидетелем, как Гришу гнала до дома маленькая собачонка на трясущихся тоненьких ножках и с выпученными глазами. После того как он спрятался за дверью – собачонка ещё минут с десять стояла и тявкала на дверь, пока её не забрала хозяйка. И везде где были собаки, стоило только появиться Грише и на него тут же открывалась охота. Именно на этой его слабости я и сыграл.

Чёрная Сотня только вернулась с прошлого контракта. И ещё минимум неделю будут отдыхать, поэтому полигон сейчас был полностью свободен. Сам полигон находился метрах в трехстах от базы. Его специально вынесли за периметр базы, чтобы не беспокоить остальных жителей тренировками отряда, порой очень шумных.

– Ну и для чего ты меня сюда притащил? – оглядываясь по сторонам, спросил Гриша.

– Как для чего! Давай показывай, что ты там умеешь делать?

Гриша внимательно посмотрел на меня, после чего потрогал мой лоб. Пожал плечам, типа «ну ладно, смотри». И засунул указательный палец в нос, при этом начав усердно им шевелить.

– Ещё могу вот это. – он согнул левую ногу в колене и начал прыгать, не переставая ковыряться в носу.

– Ещё могу…..

– Всё хватит! Я тебя понял. Конкретизируй и будет тебе счастье мальчик. – подытожил я показательное выступление своего телохранителя.

– Я хочу увидеть, как ты обращаешься с силой.

Гриша постоял с пару минут, почесал голову, пнул подвернувшийся камень, глубоко вздохнул и показав рукой мне на манекены, стоя́щие метрах в тридцати от нас, направился к ним.

– Только по моей команде и вот по этому. – показал я на ближайший ко мне манекен. Пришлось высвобождать немного энергии с защитного кокона, чтобы растянуть зону маны и активировать ещё пару сенсо́рных конструкций. Боль не заставила себя ждать. Чтобы эффективно противостоять владеющим, мне необходимо было понять принцип работы их способностей. Думаю, что базовые механики у всех одинаковые. Необходимо их только понять, а дальше будет уже намного проще.

Я вооружился по полной и дал отмашку Грише. Манекен разлетелся на несколько частей, одна из которых приложила меня по лбу. Но обидным было совершенно другое – я ничего не заметил. Вообще ноль, пустота, ничего не произошло. Манекен просто сам взял и разлетелся на куски.

– Можешь теперь вот этого? – указал я на соседний манекен. – Только если можно, на этот раз медленнее.

Гриша сделал, как я и просил. Результат оказался прежним.

– А теперь самым слабым приёмом, что есть в твоём арсенале.

Пусто.

– Может что-то с пятого ранга владения? – не собирался сдаваться я.

– В моей школе на пятом ранге нет атакующих приёмов. Только защитные и сдерживающие. – обломал меня Гриша.

– Давай хотя бы сдерживающее, хоть на него посмотрю. И помедленнее, пожалуйста.

Вновь прокачав собственное восприятие по максимуму, стал наблюдать за Гришей. Еще максимум минут десять и придётся прекращать попытки что-то увидеть. Боль становилась просто невыносимой. Для подобных экспериментов нужно попытаться раздобыть у доктора Смитта обезболивающих. это хоть малость, но сможет дать мне больше времени.

Гриша поднял вверх правую руку с тремя поднятыми пальцами и начал их загибать, ведя таким образом обратный отсчёт. Как только последний палец был загнут, я уловил молниеносное движение из-под ног телохранителя. Внимательно вглядевшись в то место ничего не нашёл, там была лишь тьма.

Так стоп тьма, а прозвище у Гриши Тёмный. Неужели он…

– Давай ещё раз также. – сказал я Грише. И снова обратный отсчёт. Вот только на этот раз я смотрел только на Гришину тень. На этот раз я увидел, как от тьмы у него под ногами отделился кусок мрака и полетел в сторону манекена. Вот оно, именно это я и искал. Осталось только понять, что с этим делать.

Что я хотел, увидел. Теперь оставалось замучить Чернышёва вопросами!

Замучить что-то не вышло. Гриша на первый же мой вопрос дал охренительно развернутый ответ, после которого отвалилась большая часть вопросов. Он рассказал, что со дня основания рода Чернышёвых все мужчины в роду являются владеющими тьмы. Род Чернышовых благодаря своим способностям зарекомендовал себя, как лучших в империи телохранителей. А также, хоть об этом знают единицы, одними из лучших ликвидаторов.

В тот день я многое узнал не только про род Чернышёвых, но и о других имперских родах и их возможностях. Глава рода Шуваловых был огненным нулевиком, что делало мою месть почти неосуществимой. Но ничего неосуществимого нет и нулевых убивают. Доказательством тому был мой отец за свою жизнь убивший больше пяти нулевых. И это только смерти о которых слышал Гриша.

Отец был гением, владел сразу двумя стихиями ветром и молнией. Он объединил стихии и создал уникальную – стихию грома. Противостоять которой было практически невозможно. Именно благодаря своей уникальной силе отец был призван императором на должность палача для владеющих. После чего он и получил своё прозвище.

«Комбинаций сил было великое множество и выучить их всё было просто нереально. Основными считались семь: воздух, земля, огонь, вода, молния, исцеление и свет. Остальные силы являлись производными из этих шести.» Сразу всплыли в памяти слова месье Рануа. Гриша малость добавил к этим словам. Что встречаются уникальные силы. Примером является род Чернышёвых и стихия тьмы.

Следующим утром меня разбудили ударами ноги в дверь. Кто-то усердно колотил, уже минут пять, не переставая. Я спрятал голову под подушку, надеясь, что дверь пойдёт открывать Тёмный. Но время шло, а удары в дверь не прекращались. Придётся самому смотреть кого там припёрло в такую рань, часы показывали шесть утра.

– Хватит ломать дверь! – крикнул я, выползая из своей комнаты. Удары прекратились.

Открыв дверь, тут же её захлопнул. Там стоял сияющий Гуоджин. Он реально напугал меня своим довольным видом. Обычно хмурый, серьёзный, брутальный азиат сейчас сиял словно новогодняя ёлка.

– В лотерею выиграл? – буркнул я всё же открыв дверь.

– Выиграл! Вот только не я, а ты! – ткнул он меня в грудь пальцем. – У тебя ровно пять минут, чтобы собраться. Поедем на смотрины к твоему новому учителю боевых искусств. Вот только, предупреждаю заранее, тебе могут сильно не понравиться его методы обучения. Конечно если он вообще согласится взять тебя в ученики.

После его слов я понял, что сейчас выгляжу ни чем не лучше Гуоджина. Он очень оперативно сработал. Только вчера получил задание на поиск учителя и уже сегодня получите, распишитесь. Если этот человек реально сможет мне дать больше, чем Джасвиндеру, пуская хоть розгами меня лупит, по полдня. Главное, чтобы был результат.

Собрался я за минуту. Просто сходил в туалет, плеснул в лицо водой и уже был готов. За воротами нас ждала машина.

Как оказалось, Гриша ещё ночью получил новый контракт и отбыл для его выполнения в китайскую автократию. Но он был осведомлен о моём новом учителе.

Ехали мы часов десять, постоянно петляя между скал. Остановились у подножия особенно высокой скалы. Чтобы осмотреть её полностью, пришлось растягивать зону манны до максимума. Ближе к вершине в скале была пещера.

– Нам туда. – указал наверх Гуоджин.

– Моим учителем будет горный орёл? – задрав голову вверх спросил я.

– Про орла бы я не торопился говорить, но вот на роль козла он вполне подходит. Скачет по местным скалам, словно в жопу ужаленный. Еле отыскал его здесь. Ты как по горам умеешь подниматься?

– Не умел, не умею и думаю, что никогда не буду уметь. Я вообще высоты боюсь, а падать оттуда ой как высоко. – стал причитать я.

– Всё с тобой ясно. Вот, просто держись за верёвку и подтягивайся, как дам тебе сигнал. – провёл для меня инструктаж Гуоджин.

Как он и говорил моей задачей было лишь подтягивание своей тушки, после его сигнала.

До пещеры мы добрались минут за двадцать. Вытащив меня Гуоджин споро переоделся, накинув поверх своей повседневной одежды некое подобие японского кимоно. Взяв меня за руку, он пошёл вглубь пещеры. Через несколько метров мы уткнулись в стену. Что-то я не наблюдаю здесь моего учителя.

Гуоджин что-то поколдовал со стеной и она отъехала в сторону. Перед нами открылся хорошо освещённый, длинный коридор, вырубленный в скале. Пройдя по этому коридору, мы оказались в небольшом помещении, стены которого были исписаны иероглифами. В этом помещении наёмник разулся и заставил то же самое сделать и меня. Очередная замаскированная под стену дверь вывела нас в довольно большой зал, пол которого был выложен спортивными матами. Пришлось ослаблять защитный кокон, чтобы осмотреть комнату, в которую мы попали. К боли я уже привык и практически не обращал на неё внимания.

Практически всё помещение было заставлено разнообразным спортивным инвентарём. От известных абсолютно каждому: мячи, скакалки, гантели, штанги и ещё куча всего прочего. До совершенно непонятных приспособлений. Даже не знаю, как их описать.

Разглядывая разношёрстное наполнение помещения, я умудрился не заметить сухонького азиата с лысой макушкой, сидящего практически в центре этой комнаты.

Он сидел на полу с закрытыми глазами, по левую руку от него лежала катана, по правую её ножны. Походу это и есть мой новый учитель боевых искусств.

Гуоджин толкнул меня в сторону старика. Я взглянул на него, но он лишь покачал головой, давая понять, что подойти к старику я должен в одиночестве.

– Только не вздумай врать, учитель с лёгкостью распознаёт ложь. – услышал я шёпот наёмника. – И вот преподнеси ему подарок. Он это любит.

Гуоджин впихнул мне в руки несколько тонких журналов. Посмотрев на которые, я охренел. Несмотря на то, что все надписи состояли из сплошных иероглифов, картинка на обложке сразу давала понять, что это за журналы.

На обложке были изображены две полуголые анимешные девчонки, рыженькая и брюнетка, которые страстно целовались. При этом рука брюнетки сжимала нереально большую грудь рыженькой. А рыженькая запустила свою пятерню в трусики к брюнетке, которые уже были влажными, и похоже, засунув ей пару пальцев внутрь.

Быстро просмотрев остальные журналы понял, что мой новый учитель ещё тот извращенец. Которого, видимо, очень прёт от лесбийской любви. Именно на эту тематику были все журналы.

Мой мелкий член было зашевелился у меня в штанах, напомнив, что он вообще у меня имеется. Но, как то практически сразу сдался. Что очень кстати, а то пришлось бы идти на смотрины к учителю, с оттопыренными штанами.

Хотел было сказать Гуоджину, к какому извращенцу он меня привёл, но кругом стояла тишина, нарушать которую я не решился. Пожав плечами, пошёл к старику. Гуоджин остался стоять на прежнем месте.

Остановившись напротив старика, я стал ждать, его реакции. Её не было. Простояв так ещё несколько минут, тоже сел на пол, прежде положив пикантные журналы между нами и стал ждать. Не знаю почему, но я был уверен, что должен ждать пока старик сам не обратится ко мне. И я ждал. Просто сидел и всё.

Мы сидели уже больше часа. За это время на морщинистом лице старика не дрогнул ни один мускул и сам он ни разу не пошевелился. Даже, кажется, не взглянул на моё подношение. Чего нельзя было сказать про меня.

– Для чего тебе повязка на глазах? – наконец спросил меня старик.

Я вздрогнул, словно меня окатили ведром ледяной воды. По телу побежали мурашки. Так и заикой легко остаться! Но почему, я не заметил, когда он начал говорить? Всё это время я не наблюдал за лицом старика и должен был заметить это. Очень интересно.

– Я слеп. А люди боятся, глядеть в глаза слепцу. – ответил я чистейшую правду.

– А разве ты слеп? Насколько я вижу, твои глаза действительно не работают, как им должно. Но разве ты слеп? – очередной вопрос старика заставил меня напрячься.

Скорее всего, Гуоджин рассказал ему, о моих возможностях, другого объяснения этим вопросам я не вижу.

– Нет я не слеп. – если этот человек станет моим учителем, то я не должен ему врать.

– Тогда для чего тебе повязка на глазах? – повторил свой первый вопрос старик.

На этот раз я не спешил отвечать. А действительно для чего всё это время я ношу повязку на глазах. Как только я оказался в этом теле, повязка уже была на мне. Дальше события развивались слишком быстро и я просто не обращал на неё внимания. К тому же очень сложно это сделать, если не пользуешься зрением, в привычном понимании этого слова. И да, как я уже говорил старику, люди боятся смотреть в глаза слепцу. Как только мы оказались на базе, мне дали это понять. Но это всё не то. Что хочет услышать от меня старик? Какой ответ он ждёт?

– Повязку я ношу для себя. – пришла в голову, на первый взгляд, совершенно глупая мысль. Но именно эта, глупая мысль, показалась мне правильной. Именно так, повязку я ношу для себя. Она является своеобразным барьером, между мной и остальным миром. Повязка единственная вещь, которая была со мной в тот день девятого сентября. Она же была со мной и тогда возле перевёрнутого автомобиля. Гриша с одним из наёмников оставили переломанного меня лежать на земле, а повязка осталась со мной. Можно сказать, что это единственная вещь, которая постоянно со мной.

Вот так старик одним простым вопросом заставил меня понять очень важную вещь. Понять, что я боюсь. Боюсь снять повязку и остаться в этом мире совершенно один.

– Сними её. В моём доме она тебе не понадобится. – в голосе старика зазвучала сталь. Я не посмел ему перечить и уже было потянулся к повязке, как получил болезненный удар по руке ножнами. – Я передумал. Лучше уничтожь её силой, что ты прячешь от остальных.

Вот тут я реально завис. Неужели старик имеет ввиду силу, спрятанную под защитным коконом из пси-энергии? Да ну нафиг. Я что мазохист? Да к тому же если сниму с глаз всю защиту могу задеть либо старика, либо Гуоджина.

Очередной удар ножнами, на этот раз в живот, прилетел столь же внезапно. Хорошо, что я вовремя смог заметить смутное движение и успел напрячь пресс. А то думаю пантомима на тему, «выбросившаяся на берег рыба», мне была бы обеспечена.

– Это может быть небезопасно. – попробовал я вразумить старика.

В ответ на мои слова старик заливисто рассмеялся. Он даже прилёг и начал стучать рукой по полу. Через пару минут его отпустило и он сел обратно.

– Пока ты можешь представлять опасность только для самого себя. – едва сдерживая смех, сказал мне старик.

И что-то меня так задело его поведение. Смеётся ещё надо мной, старый сморчок. Значит, я не могу представлять опасности. Ну ладно держи.

После этой мысли я один рывком снял защитный кокон с глаз, чего ещё ни делал ни когда. Боль, ударившая по мозгам, не давала думать. Сейчас я сидел лицом к старику и вполне возможно, что на его месте осталась лишь горстка пепла. Именно так было в тот день, когда я запечатал эту силу.

Эту пытку я смог выдержать всего три секунды. Но и этого должно быть более чем достаточно. По ушам ударил оглушительный треск. Нос наполнился запахом гари. Из глаз потекли слёзы.

Зона маны активировалось лишь с четвёртой попытки. Старик был целыми и невредимым, чего нельзя сказать об обстановке комнаты по сторонам от него. Всё, что попало под выброс моей силы превратилось в пепел. Целым остался лишь камень пещеры.

Сам же старик сидел, сжимая свою катану двумя руками. Это, что он разрубил выброс мечом и тем самым направил его по обе стороны от себя. А такое вообще возможно? И что у него за меч такой? Почему старик держит целый меч, а не оплавленный кусок металла? В голове крутился миллион вопросов, что очень помогло отвлечься от пульсирующей боли в области глаз.

Приглядевшись к себе, понял, что повязка осталась на прежнем месте. Какого хера она там делает? Её должно было распылить на атомы, как всё остальное на пути того выброса.

Оказалось всё довольно просто и в то же время сложно. Простым было то, что я, скорее всего, чисто интуитивно, считая повязку частью себя, защитил её точно таким же защитным коконом, что и остальное тело. А вот сложным оказалось то, каким образом выброс прошёл сквозь повязку. По идее он должен был срикошетить обратно в меня, но этого не произошло. Хрень какая-то.

– Вижу ты ещё не готов снять повязку и предпочитаешь казаться для всех слепцом. – заговорил старик. – Воля твоя. Всё, что я хотел увидеть я увидел. А теперь ступай в ту дверь. – в стене справа открылся проход на который мне указывал старик. – можешь выбрать себе любую комнату. А я пока переговорю с Ветерком.

Это он про Гуоджина, что ли? Да ладно – ветерок, серьёзно! Ха-ха-ха! Да я же теперь ему прохода не дам.

Прикольный старикан, вон какие клички придумывает. А вообще, у меня такое ощущение, что я должен тут быть, должен учиться у этого странного азиата. Старик кажется мне очень крутым дядькой. У такого явно многому можно научится. Вот только я не знал, что задержусь тут надолго и вещей с собой не взял. Это я и озвучил старику, словив сразу три удара ножнами. После чего решил больше не рисковать и пошёл в указанную стариком дверь.

За время нашего разговора старик так и не открыл глаза. Странно. Ну ладно, мало ли какие тараканы живут у него в голове. Чувствую, весело мне здесь придётся. Но я готов терпеть, если это сделает меня сильнее.

Я должен отомстить за семью. От этих мыслей вновь стало так паршиво, хоть волком вой. Почему меня так корёжит? Я ведь даже не знал этих людей. И готов рисковать жизнью, чтобы отомстить за них. Но не могу по-другому, не могу.

Нужно скорее отвлечься от этих мыслей, а то так загонюсь, что потом ни один мозгоправ не сможет помочь. Если они, конечно, вообще есть в этом мире. На базе Чёрной Сотни точно нету. Хотя это совсем не показатель. Например, у них нет ни одного воспитателя, хотя сад и дети подходящего возраста имеются, но есть микробиолог, таксидермист и даже двое тренеров по сёрфингу. Вот на кой чёрт они сдались Гуоджину, для чего он держит их на базе? Но это его дело, мне сейчас нужно думать совершенно о других вещах.

Буквально за пару метров до двери я обернулся и застал старика с одним из принесённых мною журналов в руках. Вот же старый извращенец. Как говорится «седина в бороду, бес в ребро». Да и фиг с ним, его дело. Главное, чтобы меня учил хорошо.

Пройдя в указанную стариком дверь, я оказался в довольно просторном холле, в котором было ещё порядка десятка дверей. За семью первыми дверями оказались абсолютно одинаковые комнаты: кровать, стол, стул и больше ничего.

За восьмой дверью был совмещённый санузел. За девятой непонятная для меня комната с высоким столом посередине и всё.

За десятой дверью скрывалась столовая, больше похожая на миниатюрное кафе. Внутри расположились пять небольших, круглых столиков. Несколько больших холодильников забитых едой и вполне современная кухня, со всем необходимым. Ещё тут стояла парочка автоматов: один с напитками, второй со снеками. Подойдя ближе обнаружил, что автоматы не нуждаются в деньгах. Просто выбираешь что хочешь, жмёшь на соответствующую кнопку и всё, получите, распишитесь, запихните себе в рот.

Отказывать себе в перекусе я не стал. Думаю, что Гуоджин со стариком задержатся надолго, поэтому перекус самое оно.

Съев четыре пачки печенья и выпив при этом две банки газировки. Вполне довольный жизнью завалился в ближайшую к столовой комнату. Делать тут нечего от слова совсем. Поэтому я лёг на кровать и попытался малость вздремнуть.

Мне снилось, что был совсем маленьким мальчиком, года четыре не больше. Я шёл куда-то держась за руки взрослых. Одним был пожилой мужчина, чем-то похожий на меня. А второй была женщина, тоже уже в возрасте. Они о чём-то разговаривали между собой, практически не обращая на меня внимание. Лишь изредка женщина проверяла на месте я или снова убежал играть в футбол с соседскими мальчишками.

Шли мы очень долго, пока не встретили пятерых девушек. Каждая из которых считала своим долгом потрепать меня по голове и произнести что-то одобряющее. Зря они стараются, я всё равно ничего не понимаю, что они мне говорят. И как только последняя девушка выполнила свою норму по трепанию меня по голове, раздались выстрелы. Сперва редкие, одиночны. А по мере того как кругом начиналась паника. Выстрелов становилось всё больше и больше. Мы все вместе побежали прочь – прятаться. И как назло из-под земли выскочил крупный камень, я споткнулся и упал. В этот момент выстрелы подобрались почти в плотную. Все окружающие решили помочь. Они закрыли меня собственными телами. Очередная порция выстрелов заставила меня снова ощутить всю гамму чувств, что я испытывал в первый день своего прибытия в это мир. Сверху на меня стала течь кровь с каждой секундой её поток всё увеличивался и увеличивался.

Я уже был с ног до головы покрыт кровью когда на меня стали падать тела моих защитников. Сперва одно, а за ним и все остальные.

Сверху лицом ко мне лежал отец. Его глаза распахнулись, и он произнёс. – Выживи. – Именно с этого слова началась моя новая жизнь в этом мире.

Я начал кричать, но не издавал не звука, что было в несколько раз страшнее.

Через мгновение я исчез под наваленными сверху трупами. Меня снова спасли ценой собственной жизни. И снова это сделала моя семья. Впервые с того дня мне приснился кошмар.

Проснулся я весь в холодном поту. На стуле рядом с кроватью сидел старик и как всегда делал вид, что не замечает меня., вновь не открывая глаз.

На этот раз я решил рискнуть и первым задать вопрос. Как мне кажется самый подходящий, по крайней мере, один из самых необходимых.

– А как вас зовут? – громко спросил я.

– Хироши Сумидзу. Ты можешь называть меня Хироши сенсей. С этого дня и до того момента пока я не решу, что ты готов, ты становишься моим учеником. У меня всего три правила: слушаться меня беспрекословно, отдаваться на тренировках по полной и съедать всё, что тебе положат. – провёл краткий инструктаж учитель.

– Когда мы начнём тренироваться Хироши сенсей? – решил я перейти сразу к главному. Не теряя время на ненужные расшаркивания.

– Мы начали ещё тогда, когда ты впервые вступил в пещеру на вершине скалы. – с улыбкой произнёс учитель.

– А теперь я хочу, чтобы ты научился видеть мир, как его вижу я. Не прибегая к помощи извне. Располагая лишь тем, что дано было тебе при рождении. – после его слов зона маны отключилась и сколько я не пытался вновь активировать её ничего не выходило. Громко выругавшись я обратился за объяснениями к сенсею.

– Я заблокировал тебе возможность пользоваться силой. – начал отвечать учитель. – Любой из её вариаций.

Охренеть, старик знает, что существует и другие виды энергии, кроме природной. Становится всё интереснее и интереснее.

– Как мне вернуть свои возможности? Без них я просто слепой мальчик.

– Вернуть свои способности ты сможешь, как только перестанешь быть слепым мальчиком и научишься видеть мир не только глазами и силой. Ощущать его всем телом, каждой частичкой кожи. Видеть то, о чём другие даже не догадываются.

После этих слов я услышал, как учитель встал и вышел из моей комнаты. Оставив меня один на один с темнотой.

Я тупо провалялся почти весь день, не зная, что предпринять и как вернуть себе силу. В туалет выбирался всего один раз, идя на ощупь. Но даже так собрал по дороге почти всё, что только можно было, наставив себе кучу синяков и ссадин. Про столовую даже думать себе запретил. И только когда совсем стало голодно, а желудок начал петь дифирамбы еде. Я соизволил туда зайти.

Соваться в холодильники не было смысла, что в них лежит, я не увижу, а доставать продукты методом тыка ещё то удовольствие. Поэтому идеальным для меня вариантом стали аппараты со снеками и газировкой.

На ощупь, продвигаясь по стенке, я достиг одного из аппаратов. Вот только ещё бы помнить в каком, что находится. В аппарат со снеками попал с первого раза. Наугад нажал на несколько кнопок. Мне достались различные вариации одного и того же печенья. Не отходя от аппарата, разорвал упаковку и с жадностью стал запихивать в себя её содержимое.

– Я думал, что ты так и не решишься выбраться из своей комнаты. – голос сенсея раздался совсем близко. От неожиданности я подавился и закашлялся. На вид сухонький старичок, пару раз приложил меня ладонью по спине, да так, что рёбра затрещали. – Это не еда. – забрав у меня из рук пачки с печеньем сенсей выкинул их. – Одним из главных правил для хорошего обучения является пища. Она должна быть здоровой, сытной и самое главное обильной. Так, что пока садись, а я сейчас приготовлю для нас ужин.

После этих слов Хироши сенсей помог мне сесть на стул и сказал никуда не уходить, при этом пару раз хохотнув. Тоже блин шутник мне нашёлся. Но другого выхода у меня и не было. От той пары печений, что я успел запихнуть в себя ещё больше захотелось есть.

Учитель сразу развил бурную деятельность. Загремели кастрюли, по разделочной доске застучал нож, зажурчала вода.

Сенсей готовил молча, а я почему-то не решался начать разговор первым. Хотя вопросов у меня накопился вагон и маленькая тележка.

Когда по кухне стали разносится соблазнительные ароматы, мой желудок окончательно взбунтовался, с постоянной периодичностью оглашая помещение своим рычанием. Пытка ароматами продолжалась ещё с полчаса.

– Прошу, угощайся. – сказал сенсей, поставив на стол тарелку с ароматным содержимым. – Это рамен по рецепту моей бабушки. Многие люди специально приходили за сотни километров в наш Рётэй, чтобы отведать его. А теперь не стесняйся, налетай. Если что, Хаси лежат справа от тебя.

– Спасибо. – только и смог я выдавить из себя.

Хаси? Слово было мне смутно знакомым ещё из прошлой жизни. Что оно означает я так и не вспомнил. Надежда оставалась только на тактильное восприятие. Осторожно положив руку на стол, медленно стал ощупывать его. Хаси – оказались палочками для еды.

Да он, что специально издевается? Палочки? А нормальных приборов здесь нет? В моём нынешнем состоянии я даже ложкой попаду в тарелку с десятой попытки. А с палочками у меня нет ни единого шанса поесть. Ими я не пользовался ни единого раза, что в той, что в этой жизни. Максимум видел, как это делают другие. Но похоже, сенсея это не волновало.

Он сел со мной за один стол и что-то напевая себе под нос принялся за еду, периодически прихлёбывая и чавкая. От этого моё слюноотделение достигло просто катастрофических масштабов. Так и захлебнуться недолго.

Раз Хаси, значит Хаси… выбора у меня всё равно нет.

Взяв палочки в правую руку, кое-как зафиксировал их между пальцами. Левой же рукой нащупал тарелку, пододвинул стул вплотную к столу, что даже дышать было трудно и навис над тарелкой, максимально сокращая расстояние между нами.

Первый блин оказался комом, я лишь испачкал Хаси в бульоне, к слову, очень вкусном бульоне. Но неудача не заставила меня сдаться, и уже попытке на десятой я смог отправить в рот немного лапши. Которая словно целебный нектар попала в мой бунтующий желудок. Тогда наплевав на все приличия, я просто приложился губами к краю тарелки и стал запихивать её содержимое в свой рот. Такой способ приёма пищи оказался в разы эффективнее и со своей порцией я управился в одно время с сенсеем.

– А ещё есть? – поинтересовался я.

Хироши сенсей не сказал ни слова, но через минуту я услышал, как на стол поставили тарелку. С добавкой я справился ещё быстрее. Желудок наполнила приятная тяжесть, дарившая чувство сытости.

– Огромное спасибо Хироши сенсей. Теперь я понимаю, почему люди шли сотни километров, чтобы отведать этого рамена. Ничего вкуснее в жизни не пробовал. – поблагодарил я учителя, ни чуть не покривив душой.

– Рад, что тебе понравилось. У тебя есть десять минут, чтобы привести себя в порядок, сходить в туалет, переодеться и всё такое. Пока я мою посуду. А потом мы начнём нашу первую тренировку. Одежда лежит в твоей комнате, а посуду завтра моешь ты.

Вот так сразу? С полным желудком? Да он точно издевается.

Спорить я в очередной раз не стал. Это стало входить в традицию. От Хироши сенсея исходила настолько властная аура, что спорить с ним, а тем более поступать наперекор, не было никакого желания. Впервые встречаю подобного человека, за обе свои жизни.

По большому счёту единственное, что мне нужно было сделать сходить в туалет и переодеться. А с моим темпом передвижения это как раз и заняло отведённое мне время. Могу сказать, что переодеваться на ощупь, то ещё удовольствие. Хорошо, что не было замков, пуговиц и прочих застёжек. Лёгкие штаны, майка, кофта и всё. Обувь, как и носки, отсутствовала.

Когда я вышел из комнаты, сенсей уже ждал меня.

– В первый раз я помогу тебе дойти до тренировочной площадки впоследствии тебе самому придётся туда добираться. Запоминай дорогу. – сказал мне Хироши сенсей и взяв за руку, потянул за собой. Ни чего лучшего, чем считать шаги и запоминать повороты я не придумал. Благо мой мозг, как псионика был отлично тренирован.

Шли мы минут десять. Пока не упёрлись в очередную, потайную дверь.

– Необходимо нажать на рычаги в порядке: второй, первый, первый, третий и дверь на тренировочную площадку откроется. Комбинация меняется каждую неделю, по четвергам. – Хироши сенсей положил мои руки на небольшие рычаги, что торчали из скалы с правой от нас стороны.

Нажав на рычаги, в последовательности названной сенсеем я услышал щелчки открывающихся замков. В лицо подул свежий, прохладный воздух. Получается тренировочная площадка находится на открытом воздухе.

Пройдя ещё метров десять мы остановились. Сенсей велел мне полностью раздеться. Вот тут я реально напрягся. Нахожусь неизвестно где, лишённый возможности видеть и практически незнакомый старик говорит мне раздеться догола. Старик, которому в качестве подарка я преподношу порножурналы, с нарисованными тёлками.

– Дурак, что ли? – видя моё замешательство, сказал Хироши сенсей, сопроводив свои слова ударом ножнами между лопаток. – Все свои опошленные мысли оставь за пределами этой тренировочной площадки. А то вон, аж весь побледнел от страха за свою невинность. – Да он, что мысли мои читает? – Если не хочешь выполнять, что я требую можешь проваливать. Дам знать Ветерку он пришлёт за тобой кого-нибудь.

Пристыжённый учителем, я стал стягивать с себя одежду. Если, что попробую отбиться. При первой нашей встрече Хироши сенсей выглядел довольно плюгавенько.

Ветер что сперва показался мне лишь прохладным, в действительности оказался ледяным. Но даже он не мог сравниться с камнем полом тренировочной площадки, на который я встал босыми ногами. Поначалу, казалось, что я стою на ледяной глыбе. Всё тело в одно мгновение оккупировали гигантские мурашки. Зубы начали выбивать барабанную дробь.

– Пробегись. – велел мне сенсей. – Прямо тридцать шагов и обратно. И так пять раз. – видя мою нерешимость, добавил он.

– Теперь сделай по десять приседаний, наклонов, отжиманий и обычных прыжков на месте.

Потом этого сенсей попросил меня показать растяжку. Показать пару комбинаций, которым меня научил Джасвиндер. А после заставил повторить всё с самого начала. Бег, прыжки и дальше по списку.

Через два круга этих упражнений я окончательно согрелся. Теперь ветер приятно холодил кожу. До этого момента я даже не представлял, насколько более удобно заниматься без одежды. Всё открыто, ничего не сковывает движения. Каждое движение выполняется малость легче.

А вот без обуви заниматься было отвратительно. Мои стопы были слишком избалованы, постоянным ношением комфортной обуви. Для них это была настоящая пытка.

– Могу сказать, что твой предыдущий учитель дал тебе достойную базу. Но только базу и ничего сверху. Сейчас ты словно красивая ваза – отлично выглядишь снаружи а внутри пока пустота. И раз я взял тебя в ученики, то моей задачей будет наполнить эту вазу. – выдал свой вердикт Хироши сенсей. – Первым этапом твоего обучение будет подгонка твоих физических параметров под мои требования. Сейчас я даю тебе единственную возможность отказаться от моего обучения. Обещаю, что будет очень тяжело.

– Если я стану сильнее, то никакие трудности меня не страшат. Я должен лично отомстить за семью.

– Ветерок рассказал мне о случившемся. К сожалению, в нашем мире это вполне обычная практика. Мстителей подобно тебе огромное множество и лишь единицам удаётся воплотить задуманное. Жизнь ради мести нельзя назвать жизнью. Что ты станешь делать после того, как отомстишь? Могу с уверенностью сказать, что ты и сам не знаешь. – сенсей замолчал на пару секунд и продолжил. – Я не знал.

– Я тоже не знаю. – честно ответил я.

А ведь и правда, я даже не задумывался, что буду делать после того, как расквитаюсь с Шуваловыми. Какие вообще у меня имеются планы на жизнь помимо мести? Не известно.

– Я никогда не брал к себе в ученики людей, собравшихся использовать мои знания для мести. Твой отец был моим лучшим учеником. Я любил его словно собственного сына, которого у меня никогда не было. – на этом месте сенсей запнулся и тяжело задышал. – Новости сюда доходят с большим опозданием. Когда я узнал о случившемся, было уже слишком поздно. Род подлецов, что ударили в спину, Райдену слишком приблизился к императорской семье. Только ты как единственный выживший в роду сможешь беспрепятственно добраться до них. Никто в империи не посмеет встать у тебя на пути. Вот только для этого ты будешь обязан показать им силу. А научить тебя быть сильным уже моя задача.

От только что услышанного я просто охренел. Получается просто сериал какой-то. Наши цели с Хироши сенсеем совпадают, а это не может не радовать. Надо будет обязательно расспросить у него про отца. И почему он назвал его Райденом?

После этого разговора началась настоящая тренировка. Для первого раза нагрузка была просто чудовищной. По окончании тренировки я с трудом добрался до своей комнаты. Открыв дверь, даже не стал искать кровать, а просто лёг на пол и отрубился.

Следующим утром меня разбудили просто сумасшедшие запахи, доносившиеся с кухни. Пробуждение от столь манящих запахов испортила боль, разлившаяся по всему телу. Сенсей вчера дал мне просто чудовищную нагрузку и сегодня болит абсолютно всё.

С трудом встав, на отказывающие ноги я поплёлся в туалет. Кое-как справив утреннюю нужду и ополоснув лицо, пошёл в столовую. Здесь ароматы были ещё более потрясающие.

– Доброе утро. Ты как раз вовремя. Садись, сейчас подам завтрак. – крикнул мне сенсей, стараясь перекричать скворчащее на сковороде масло.

Найдя первый попавшийся стул, я сел на него. Хироши сенсей поставил передо мной тарелку и начал, в неё что-то насыпать. Я постарался нащупать Хаси, но ничего не нашёл.

– Для чего тебе Хаси, если ты предпочитаешь есть как собака? – задал вопрос сенсей. Я вспомнил вчерашний вечер и мне стало стыдно. – И раз ты предпочитаешь есть как собака, я решил, что тебе должен понравиться собачий корм.

Действительно, в моей тарелке лежали небольшие шарики, на ощупь похожие на кукурузные хлопья, что я часто ел на базе. Поэтому я решил, что сенсей просто шутит и отправил горсть шариков в рот. Меня едва не вывернуло, это реально оказался собачий корм. Я тут же призвал к справедливости. В ответ получив пару ударов по голове и отповедь, что пока не научусь есть, как человек буду питаться как животное. Но великий сенсей очень добрый и так уж и быть, даст мне Хаси, чтобы я начал учиться ими есть. Для начала – собачий корм. Но это будет только вечером, а пока мне предстоит есть руками.

В сердцах подскочил и пнул стул, на котором сидел. Мой поступок вызвал смех у учителя. И я словил ещё пару ударов, пришедшихся мне по заднице. Тогда я схватил свою миску, тарелкой это назвать у меня язык не поворачивается, и собрался запустить её в сторону сенсея. Сильный удар по отваливающимся после вчерашней тренировки рукам заставил меня передумать. Я просто разжал руки и моя миска со звоном разлетелась на куски, встретившись с полом. Шарики корма раскатились по всей кухне. Я едва не упал, наступив на пару шариков выбегая из столовой.

Хироши сенсей пришёл за мной примерно через час. Поинтересовался, почему я не стал завтракать и не став дожидаться ответа, велел идти на тренировку. Сегодня я должен был повторить всё, что делал вчера. Вот только добраться до тренировочной площадки должен самостоятельно.

Всё ещё не отойдя от выходки учителя с собачьим кормом я оскорблённый в лучших чувствах, молча пошлел на тренировку, отсчитывая шаги. Вот только вчера мы отходили от столовой, а сегодня я двинулся от своей комнаты. Об этом я понял, когда после очередного отсчёта шагов не нашёл нужную мне дверь. Пришлось возвращаться обратно. Можно сказать, по собственным следам, и начинать путь заново. Заодно думал прихватить пару пачек с печеньем, есть хотелось ужасно.

Дверь в столовую оказалась закрытой, учитель позаботился, чтобы я туда не попал. Словно знал, что я вернусь. Очередная вспышка злости немного притупила голод. На этот раз хоть и медленно, но я смог найти дорогу до тренировочной площадки.

Конечно, можно было забить на это дело, тем более сенсей не смотрит на меня. Но тогда для чего я вообще нахожусь тут? Если я сам не заставлю себя тренироваться, то никто не сможет это сделать.

Сегодняшняя тренировка далась в разы тяжелее. Мышцы отказывались работать. Несколько раз их сводило болезненными судорогами, справиться с которыми отлично помогал холодный камень тренировочной площадки.

Закрыв за собой дверь, я решил немного отдохнуть здесь, возле входа на тренировочную площадку и сам не заметил, как заснул. Проснувшись долго не мог сообразить, где нахожусь. Пока не нащупал рычаги, торчавшие из стены. К агонизирующему от боли телу и требующему пищу желудку присоединилась головная боль. Как будто без неё я бы не смог дальше жить.

С трудом добравшись до своей комнаты, упал на кровать. Стон невольно вырвался из груди, так сильно всё болело.

– Молодец. – раздался голос Хироши сенсея. – Выполнил абсолютно всё, что мы вчера делали. Хотя мог и просто там отдохнуть. За это тебе положена награда. Давай поднимайся и пойдём, вручу тебе её.

Сенсей помог мне подняться с кровати и придерживая под руку отвёл куда-то. Оставив меня рядом с чем-то напоминающим стол сеснсей сказал мне раздеваться и ложиться лицом вниз. А сам он пока всё приготовит. Похоже, сенсей привёл меня в ту комнату, со столом, непонятного для меня назначения.

С трудом стянув с себя одежду, я плюхнулся на стол. Он был застелен свежей простыней, от которой исходил приятный цветочный аромат. Стоило мне только лечь, как я начал проваливаться в сон. Из которого меня вырвал учитель, вернувшийся с чем-то очень громыхучим.

Он молчал и что-то старательно делал, стуча стеклянными и металлическими предметами.

– Расслабься. – сказал сенсей и воткнул мне в спину иголку. Я один раз, в прошлой жизни ходил на подобную процедуру, поэтому могу понять, что сейчас происходит. Из меня будут делать дикобраза.

Иголка за иголкой занимали своё место на моей спине. Боль начинала постепенно уходить, вместо неё вновь появилось желание спать. Даже голод, накативший новой волной не смог помешать мне заснуть.

Пробуждение оказалось худшим в моей жизни. Меня окатили ледяной водой. Ледяной в буквальном смысле этого слова. В воде был лёд, который запутался в волосах и пришлось вылавливать его оттуда.

Я подскочил и едва не свалился со стола, на котором заснул. Хорошо, что меня успел поймать учитель.

– Намажься, где достанешь и потом приходи в столовую. – сказал он, вкладывая мне в руку небольшую баночку, с чем-то тёплым внутри. Пахло из неё не очень приятно: тухлой рыбой, старыми вонючими носками, уксусом и спиртом. И вот этим я сейчас должен намазаться, а потом ещё заявится в столовую, принеся с собой букет чудесных ароматов? От одной только этой мысли меня едва не вывернуло. Хорошо, что желудок был пуст.

Несмотря на тошнотворный запах всё же начал себя мазать. На удивление почти ничего не болело, а отвратительная мазь приятно холодила.

Одежды поблизости я не нашёл. Пришлось возвращаться в свою комнату, а для этого вспоминать в каком направлении она находится. Всё получилось с первого раза.

Одевшись, сперва заглянул в туалет, а уже после двинул на кухню. Сегодня я не чувствовал других запахов, кроме мази. Поэтому вызвать у меня голодный обморок чудесными ароматами у сенсея не выйдет. Если сейчас снова получу собачий корм, придётся давиться им. Тренировки отнимают уйму энергии, а я уже больше суток ничего не ел.

Нащупав ближайший к выходу стул сел на него и пододвинулся к столу. В правую руку мне уткнулись Хаси.

– На, ешь. – Следом за палочками появилась и тарелка.

Сегодня это был рис с морепродуктами. Рис был слеплен небольшими комочками, которые у меня довольно неплохо получалось ловить Хаси. А вот с кальмарами и осьминогами дела обстояли не совсем хорошо. Они были слишком скользкими и никак не хотели держаться между палочек. Пришлось использовать Хаси как вилку, накалывая на них кусочки морских гадов. Кальмаров я ел много раз и до этого, вкус был мне знаком. А осьминогов узнал, по длинным щупальцам с присосками.

Сегодня я старался есть максимально культурно и только при помощи Хаси. Максимум, что позволял себе нащупывать руками, где стоит тарелка.

Сенсей справился намного быстрее меня и ждал, когда я закончу.

– Вот, выпей этот настой. – сказал сенсей, как только мне стоило отправить в рот последний комок риса.

Даже не пытаясь понять, что даёт мне сенсей, осушил кружку за один присест. На удивление настой оказался очень вкусным. Словно чай с добавлением фруктов, вот только без сахара.

– Сегодня у тебя начинаются новые тренировки. Твоё тело достаточно ослаблено и не будет мешать нам. Пора учиться взаимодействовать с миром без помощи всяких костылей. Вымой посуду и пойдём.

– Хорошо учитель. – сказал я и начал шарить по столу, собирая грязную посуду.

До раковины я шёл словно по минному полю, прощупывая ногой каждый сантиметр впереди. Моей радости не было предела, когда нога уткнулась в кухонный гарнитур. Дальше оставалось найти раковину, губку и средство для мытья посуды. С этим делом оказалось всё намного проще.

Закончив мыть посуду, сложил её рядом с раковиной. Сенсей позвал меня следовать за ним. Едва успел, пару раз налетая на стулья, но всё же застал сенсея в коридоре.

Вышли мы в ту самую комнату, в которой встретились впервые. Понял я это по матам, что лежали на полу. Да и идти не куда не нужно было, просто прошли через одну дверь и всё.

– Садись. – велел мне сенсей.

– А теперь попробуй полностью расслабиться и почувствовать окружающее тебя пространство.

Я, конечно, попробовал сделать, как говорил Хироши сенсей. Но единственное, что почувствовал минут через двадцать это затёкшие ноги.

– Получается? – спросил меня сенсей примерно ещё через полчаса.

– Нет. – честно признался я.

– А вот так?

Сенсей дотронулся рукой до моего лба и я почувствовал тепло, исходящее от него. Вместе с теплом я стал ощущать, что-то совершенно непонятное мне. Вокруг нас всё было заполнено мельчайшими светящимися частичками пси-энергии, которые постоянно передвигались. Их было просто нереально много. И видел я эти частички точно не глазами. Моё тело превратилось в один большой радар по их обнаружению. Словно сейчас вокруг меня была активирована зона манны, настроенная на восприятие энергии. До этого момента я всегда просто ощущал энергию, разлитую рядом, сейчас смог её увидеть.

После двух дней, проведённых в полной темноте, свет, исходящий от этих частичек, показался мне самым прекрасным, что я вообще видел в жизни.

Я попытался поймать одну из них рукой. Получилось, просто охренеть не встать. Частичка впиталась в мою руку, которую я тут же увидел, словно смотрел на неё своими глазами.

– Теперь сосредоточься и смотри внимательно. – сказал сенсей.

Вот только как это сделать он не сказал. Пришлось просто смотреть. Но это было ужасно сложно сделать, постоянно отвлекала проявившаяся рука. Пришлось прятать её за спину.

Сперва я ничего не мог заметить. Вокруг по-прежнему продолжали кружить частички и ничего больше.

Через пару минут я всё же смог уловить движение. Одна из частичек целенаправленно летела куда-то влево, словно её движением управляли.

Миг и частичка исчезает, а перед моим взглядом предстаёт манекен для отработки ударов. Подобный манекен был у нас на базе, вот только тренироваться с ним я не мог. Не вышел ростом.

После проявления собственной руки манекен уже не смог произвести нужного эффекта.

Множество частичек вокруг бросились в разные стороны и перед моими глазами вспыхнуло всё помещение, в точности такое, каким оно было два дня назад. Вот только не было Гуоджина и сенсей сейчас сидел, прижав руку к моему лбу.

Да это будет покруче зоны маны. Думаю подобные частицы энергии возможно отправить очень далеко. При таком подходе требуется просто мизерное количество энергии, чтобы обозреть пространство сопоставимое по размерам с той же зоной маны. Главное – научиться распылять пси-энергию на эти самые частицы и управлять ими.

– Охереть. – только и смог сказать я. После чего мир тут же снова погрузился в абсолютную тьму, а я словил увесистый подзатыльник. – Простите Хироши сенсей, не сдержался. Слишком поразительным было показанное вами. Что это вообще было? И каким образом я мог видеть?

Слова вырывались из меня непрерывным потоком. Хочу, хочу, хочу. Хочу блин научиться так же. Это просто мега скилл.

Выходит, в этом мире всё же знают, о пси-энергии. И почему тогда месье Рануа ничего мне об этом не рассказывал?

– Сейчас я показал тебе свою внутреннюю энергию, при помощи которой и возможно провернуть подобное. На моей родине её называют – Кэкки. Кэкки есть у всех живых существ и даже наша планета обладает своей, собственной Кэкки. Которая заключена в её ядре, но порой вырывается и на поверхность. У каждого человека способного прикоснуться к этой энергии она уникальна.. Тебе необходимо научиться видеть свою Кэкки. Сейчас я дал тебе вектор направления, не больше. В дальнейшем всё зависит только от тебя. Самое трудное увидеть эту энергию первый раз. Дальше это будет получаться практически автоматически.

– Но ведь она разлита повсюду. Бери – сколько сможешь удержать.

– Хочешь сказать, что ты способен видеть кэкки нашей планеты? – неподдельно удивился учитель.

– Я могу ощущать эту энергию и пользоваться ей при необходимости. Вот только мои методы в сотни раз более затратны в энергетическом плане, чем-то, что вы показали мне сейчас.

-Что ты можешь пользоваться кэкки я понял сразу, как увидел тебя. Твоё тело было окружено просто колоссальным количеством энергии. Я сперва даже не поверил своим глазам и почти час пытался понять, откуда ты взял такое количество энергии. Но так и не смог понять. Твоя способность пользоваться планетарной Кэкки отвечает на множество вопросов.

Так вот почему так долго молчал сенсей в тот день. Пытался разобраться, что со мной не так, но не смог.

– Я зову это зоной маны. – ответил я малость исказив действительность.

Зоной маны – этот приём назвали задолго до моего появления. Но это было в другом мире. В этом же я могу спокойно присвоить себе название техники.

– Только благодаря ей могу видеть окружающее пространство. И только благодаря ей смог выжить.

– Боюсь, что кроме тебя, на всей планете не найдётся ни одного человека способного взаимодействовать с планетарной кэкки и применить подобную технику. Владеющие похожие на нас с тобой пользуются лишь своими внутренними резервами. Не имея возможности прикоснуться к чужой, заимствованной силе, как это делаешь ты. Сейчас я хочу, чтобы ты научился пользоваться своей внутренней силой, не прибегая к планетарной. И да, я тоже могу пользоваться кэкки.

Для чего-то сказал мне сенсей. Хотя я уже давно это понял и сам. Вот только при наших первых встречах не смог уловить те крохи пси-энергии, которыми пользуются местные псионы.

– На базе Чёрной Сотни я изучил полный курс теории о силе владеющих, но там ни слова не говориться о других типах энергии, кроме природной. – только сейчас осенило меня.

– Слишком ничтожное количество владеющих способно взаимодействовать с кэкки. Нас не больше нескольких сотен. Поэтому о ней ни чего и не говорят во время начального обучения владению силой. Эти знания практически утеряны. Только старики, вроде меня ещё могут их передать своим ученикам. При условии, что эти ученики могут использовать Кэки.

-Ты можешь, так что слушай. – начал свой рассказ учитель. – Всего в нашем мире существует четыре типа энергии.

Первый и самый распространённый – Рейки, или как её ещё называют – природная энергия. Именно ей пользуется подавляющее большинство владеющих. Рейки разлита по всей планете. Образуя естественный энергетический фон планеты.

Вторым видом энергии является Кэкки – внутренняя энергия человека. Эта энергия даётся нам при рождении. Древние мудрецы ещё называли её энергией разума. Также Кэкки присутствует во всех живых существах, но гораздо в меньших объёмах. И как я уже говорил, внутри нашей планеты. Поэтому, можно сказать, что наша планета обладает разумом.

И третий вид энергии – Синки. Божественная энергия, или как её ещё называют – сила императоров.

Для того чтобы пользоваться Синки нужно обладать возможностью использовать Рэйки и Кэкки вместе. А это практически нереально. Если владеющих Кэкки всего несколько сотен, то владеющих способных применять Синки во всём мире единицы, лично я знаю только троих.

В легендах обладателям Синки приписывают просто нереальные вещи. Но ты сам, должен прекрасно понимать, что 90% рассказанного в легендах наглая ложь.

Я смогу обучить тебя лишь владению Кэкки, Синки так и не поддалась мне. – с печалью в голосе произнёс сенсей и продолжил. – Четвёртым видом энергии является Ки – естественная энергия, которая исходит от людей и объектов при движении. При надлежащей тренировке Ки может использоваться для предсказания атак и движений, а также для распознавания лжи.

Ки каждого человека подобно Кэкки, уникальна. Сильный боец просто обязан уметь видеть Ки. Без Ки он не сможет продолжить совершенствоваться.

– Получается, что я способен пользоваться и природной, и внутренней энергиями? – спросил я, стоило сенсею замолчать.

– Да. Вот только я пока не смог понять, что за сила спрятана под твоим покровом из кэкки. Но с этим я обязательно разберусь. Как только, ты научишься видеть свою внутреннюю энергию.

Сенсей смог увидеть мой защитный кокон? Охренеть не встать. Хотя чему я удивляюсь. В кокон вбухано столько пси-энергии, что для людей способных видеть Кэкки он должно быть светит подобно солнцу.

– А каким образом научиться видеть Ки?

– Для начала тебе нужно выйти совершенно на новый уровень в боевых искусствах. Думаю года за три ты должен с этим справиться. Как только твое тело и твой разум будут готовы к восприятию Ки, я дам тебе всю необходимую информацию. Сейчас она тебе ни к чему, будет только мешаться в голове и всё.

– А если я не смогу выйти на новый уровень?

– Тогда я буду считать себя паршивым учителем. А тебе придётся найти себе кого-то другого для обучения.

Ну уж нет я из кожи вон вылезу, но научусь видеть свою внутреннюю энергию. и подготовлю тело и разум, к восприятию Ки. Штука просто офигительная.

Сейчас моя уверенность в том, что сенсей сможет очень многому меня научить, обзавелась железобетонным фундаментом.

– Теперь помимо тренировок по укреплению тела ты будешь учиться взаимодействовать с внутренней энергетикой. А как только освоишь это дело, я посмотрю, что можно сделать с силой рвущейся из тебя. А сейчас вспомни свои ощущения, когда я коснулся твоего лба и пробуй их повторить.

Пять лет спустя.

А Хироши сенсей оказался ещё тем шутником. Он отправил меня на участие в одном из турниров, на котором сражаются владеющие. И я должен занять на нём первое место. Только в этом случае, моё испытание будет считаться пройденным.

В любой другой части света такие турниры были под строжайшим запретом. Единственным местом, где это не преследовалось законом, были свободные земли. Такие турниры проводились достаточно редко и как правило, пользовались просто бешеной популярностью. Для участия в турнире отбирали только лучших владеющих не ниже четвёртого ранга. К слову, считалось, что владеющий четвёртого ранга вполне способен справиться с парой взводов простых солдат.

Одним из главных условий участия в турнире являлось отсутствие принадлежности к клану. Для владеющих четвёртого ранга и ниже это условие являлось самым трудновыполнимым. Четвёртый ранг считался уже серьёзной боевой единицей.

Кланы вели настоящую охоту на подобных самородков. Именно из-за этого условия подобные турниры и пользовались такой бешеной популярностью. Зачастую зрителями на них являлись высокопоставленные гости из цивилизованного мира. И рекрутеры крупных кланов. На таких турнирах они присматривали для себя новых бойцов. Нередко участники турнира становились телохранителями очень важных персон. Такие своеобразные смотрины для бойцов.

Абдулла всю дорогу мне что-то рассказывал. Запомнил я лишь, что мы едем в Ургунди к старейшине Муатабару. Он и должен будет рассказать мне основные моменты по турниру, что необходимо знать. И ещё, что Джамиля готовит просто восхитительный кебаб, при виде которого Абдулла забывает, что у него уже есть две жены. Я же только постоянно кивал и соглашался со всем. Размышляя, как мне победить на турнире, используя лишь то, чему меня научил сенсей. Вживую я ещё ни разу не видел, как сражаются владеющие, имея об их возможностях лишь теоретические знания.

За этими размышлениями я и не заметил, как мы приехали в Ургунди. Абдулл сказал, что Ургунди один из самых больших кишлаков. У них даже имеется собственная армия в пару тысяч стволов и полсотни владеющих. Правда самый сильный из них имеет только второй ранг. Я, конечно, сделал вид, что очень впечатлён местными войсками, но думаю, Чёрная Сотня сметёт их войска за пару минут. Гуоджин принимал в свой отряд только владеющих не выше третьего ранга. А сам он и ещё два офицера имели первый ранг.

Сам Ургунди больше напоминал большую деревню. Небольшие дома, каменные заборы, тонкие тропки по которым беспрепятственно ходила домашняя скотина. Абдулла привёл меня, наверное, к самому большому дому во всём кишлаке.

Нас встретила женщина в парандже и молча проводила к старейшине Муатабару.

Старейшина оказался крепким мужчиной лет за шестьдесят. Он, как и Абдулла, носил пышную бороду, но в отличие от моего водителя сбривал усы. При нашем появлении он встал и протянул мне правую руку. Его рукопожатие оказалось на удивление сильным, словно мою руку зажали в тисках. После того как он пожал руку и Абдулле тот, сославшись на неотложные дела, покинул нас.

– Приветствую тебя Макото в своём доме. Да будет твой дом всегда наполнен детским смехом, а карманы звонкой монетой. – начал разговор старейшина Муатабар. – Надеюсь, дорога не доставила тебе неудобства?

– Благодарю вас за заботу и столь тёплые слова. Всё просто отлично. – ответил я, даже не представляя о чём мне ещё разговаривать с этим человеком.

– Ясмин сейчас принесёт нам кофе. А пока не мог бы ты рассказать для чего тебе участие в турнире? Ради тебя нам пришлось снимать довольно перспективного парня, который вполне мог оказаться победителем, тем самым принеся нам очень хороший доход. Но меня попросил мой старинный друг, чтобы я отдал одно место тебе. Даже без предварительных испытаний. Старый крот слишком многое сделал для моей семьи и поэтому я просто не могу ему отказать.

– Простите. – перебил я старейшину. – Вы сейчас говорите о Хироши сенсее?

– Это для тебя он сенсей, а для меня всегда был и останется старым кротом. – рассмеялся Муатабар.

– Но почему крот?

– Да потому что твой сенсей также слеп. – старейшина замер и внимательно вгляделся в моё лицо. После чего он достал очки из футляра, что лежал рядом с ним и надел их. – Прости меня мальчик, сослепу я не увидел твоей повязки. – Муатабар глубоко поклонился мне и не разгибаясь продолжил. – Теперь мне становится понятно, почему Хироши всё же взял себе нового ученика. Лет десять назад он полностью абстрагировался от мира и дал зарок, что больше не будет никого обучать.

Мне даже стало неловко от такого поведения старейшины. Он посчитал, что обидел меня своими словами про старого крота. Но лишь удивил. Я пять лет прожил с человеком под одной крышей и не смог понять, что он, как и я, слеп. Только сейчас я понял, что за все пять лет моего обучения так ни разу и не видел глаз сенсея. С ним у меня будет отдельный разговор, после того как я вернусь с турнира.

Неловкий момент сгладила принёсшая ароматно пахнущий кофе Ясмина. Она разлила кофе по чашкам и ушла, оставив кофейник на маленьком столике, по правую руку от Муатабара.

– Уважаемый Муатабар. Можете не беспокоиться на этот счёт. Ваши слова не обидели меня. Наоборот, вы рассказали очень интересную вещь об учителе. За время своего обучения я не смог понять, что он такой же, как и я. Так что я даже благодарен вам.

После моих слов старейшина окончательно расслабился. И не спеша начал вводить меня в курс дела. Постоянно подливая мне кофе, который был чудо как хорош.

Сам турнир начнётся завтра. Всего в нём примут участие шестнадцать владеющих, предварительно прошедших через квалификационные бои. Кто с кем будет сражаться определит жребий. Всё было предельно просто: проиграл, едешь домой, победил, проходишь дальше.

В первый день запланировано восемь боёв. Во второй четыре. В третий два и в последний день состоится финальный поединок. Победитель, кроме известности и массы предложений от потенциальных работодателей получит довольно внушительный денежный приз. Сто тысяч империалов. На эти деньги можно было купить хорошую квартиру даже в столице северной империи, с её заоблачными ценами на недвижимость.

Муатабар оставил меня в своём доме, при этом очень плотно накормив. После ужина я получил краткий инструктаж по поведению в доме старейшины и запрет на появление, на женской половине дома. Нарушать местные обычаи я не собирался, поэтому из выделенной мне комнаты выходил лишь пару раз, до туалета и обратно.

Турнир начинался в девять утра. До места его проведения меня вновь подвёз Абдулла. По дороге он шепнул мне на ухо, что сделает ставку на меня и в случае моей победы треть от выигрыша моя. Возражать я не стал. Пора уже начинать думать о своём финансовом положении. Деньги отряда, это деньги отряда, а мне нужны свои собственные финансы.

Арена на которой будет проводиться турнир располагалась в паре километров от Ургунди. Она была вырублена прямо в скале. Некое подобие колизея, вот только над головой нависали тяжёлые камни, а не чистое небо.

Абдулл сказал, что будет моим представителем на церемонии жеребьёвки, и потащил в сторону уже стоящих на расстоянии друг от друга молодых, парней и девчонок.

Получается, что мне может выпасть бой с девчонкой? Блин на такое я не подписывался. Буду думать по ходу появления проблемы, возможно всё сложится благополучно и я не буду сражаться с девчонкой.

– А вот и наш последний участничек! – из толпы молодёжи высунулась полностью лысая голова, а следом за ней показалось нечто. Нечто одетое словно на карнавал. Обтягивающий салатовый комбинезон, поверх которого была накинута кофта с огромным воротником из перьев. Огромная сумка, больше похожая на мешок, перекинутая через плечо. Фиолетовые ботинки на огромной подошве. И в довершение ко всему увиденному боевая раскраска на лице, которой могут позавидовать даже маори с их скучными ,однотонными татуировками на всё лицо.

Я непроизвольно спрятался от этого создания за Абдуллой, который тоже был весьма впечатлён подобной встречей. Но ему в отличие от меня прятаться было некуда.

– Ну что же вы молодой человек прячетесь? – голос был под стать внешности. Очень протвный, писклявый – словно кота тянули за яйца, да при этом ещё лупили по морде тапком. – Не стесняйтесь! Идите регистрируйтесь, уже пора начинать жеребьёвку.

Я нерешительно высунулся из-за спины Абдуллы, что было огромной ошибкой.

– Ой! Простите меня, пожалуйста, я не знал, что вы слепы. Давайте я провожу вас до столика регистрации и помогу заполнить все необходимые документы. – завело новую песню это нечто.

– Благодарю, но не стоит я и сам прекрасно справлюсь с задачей. Порой внешность бывает очень обманчива. – после этих слов я спокойно прошёл мимо этого чуда и двинулся к стойке регистрации.

– Как же вы собрались принимать участие в турнире? – семенило за мной следом нечто. – В этом году на турнире собрались, как никогда, сильные участники. Показатель удельной энергоёмкости двоих из участников соответствует третьему рангу. А одного и вовсе второму. Такого не было уже лет двадцать, если я не ошибаюсь. Чувствую разразится настоящая битва за этих бойцов, среди рекрутеров.

Нечто продолжало говорить, даже после того, как я начал регистрацию. На заполнение всех необходимых документов у меня ушло минут пять. Я подписал кучу соглашений. В одном из которых разрешил себя убить! Вернее, что вполне осознаю риск возможности получения травм несовместимых с жизнью и полностью снимаю с организаторов ответственность за свою жизнь.

Всё это время чудо стояло и наблюдало, что я делаю.

– Но как? Как вам удалось всё это сделать? Я совершенно точно могу утверждать, что вы прочли каждый документ, а не просто ставили подпись, там куда вам ткнут пальцем! Вы же слепы! Или возможно, что под повязкой вы всё же зрячий? – не унимался разряженный попугай.

– У каждого есть свои секреты. И неужели вы думаете, что я раскрою вам свои. – ответил я чуду в перьях и отодвинув его в сторону, пошёл обратно к ждущему меня Абдулле.

После того как я начал ощущать окружающее меня пространство благодаря Кэкки. А начало у меня это получаться ближе к концу первого года обучения. Самой сложной задачей для меня стало чтение. Я просто не мог воспринимать печатный текст никаким образом. Написанный от руки ещё мог разобрать с трудом, а вот напечатанный нет. Сенсей объяснил это тем, что человек совершая даже самое простое действие оставляет после себя маленькую частичку энергии, благодаря которой я мог читать рукописный текст. Природные объекты также несут в себе частичку энергии, но уже планетарной.

В напечатанном же тексте нет энергетической составляющей, как и во многих других предметах. От меня требовалось самостоятельно внести эту составляющую в такие предметы. На словах довольно легко, а вот на деле оказалось почти невыполнимой задачей. Три месяца у меня ушло на первую удачную попытку, я смог прочитать два слова, именно прочитать, а не угадать. Дальше требовалось только закрепить успех.

Сейчас я уже на полном автомате рассылаю вокруг себя частички Кэкки, стоит мне куда-то пойти. В сравнении с зоной манны, для подобного метода требовались просто смешные крохи энергии.

Естественно, я не могу видеть сквозь стены, или заглядывать в закрытые объекты. Кэкки может касаться только поверхности предметов, но не проникать сквозь них.

Чтобы закончить с регистрацией, оставалось только измерить УИЭЁ. Конечно, я попытался отвертеться от данной процедуры, но девушки, производящие регистрацию участников, были непреклонны. Как только они увидели мой уровень энергоёмкости, то сперва не поверили и заставили меня ещё раз провести измерение. И снова на измерителе высветился ноль. Тогда они отправили к организаторам турнира человека, чтобы решение по мне приняли именно они. В итоге я всё же получил разрешение на участие.

Стоило мне только подойти к остальным участникам турнира. Как на арену вышла делегация человек в сорок. Впереди шёл Муатабар, все остальные двигались за ним. Состояла делегация из совершенно разных людей. В основном это были европейцы в деловых костюмах. Среди этой толпы особенно выделялись трое.

Чернокожий парень, на вид лет двадцати, был одет в майку и лёгкие шорты, которые он натянул на голое тело. Все его достоинства чётко вырисовывались сквозь тонкую ткань. Что вызывало отвращение на лицах практически всех, кто смотрел на парня. Похоже. его вся эта ситуация лишь забавляла. Он приветливо всем улыбался и махал рукой.

Азиатка лет тридцати, с вызывающим макияжем, полностью затянутая в кожу. Ей бы ещё плётку в руки для полноты образа.

И очень старая бабушка. Именно бабушка. С морщинистым лицом, седыми волосами, шалью накинутой на плечи, очками на кончике носа и клюкой в руках, на которую она опиралась при ходьбе.

Как оказалось, эти люди являлись соучредителями данного турнира. Их детьми, родственниками либо доверенными лицами. И несколько представителей крупных кланов, выявивших желание посмотреть поближе на участников, ещё до начала турнира.

Жеребьёвка прошла очень быстро. На арену вынесли барабан, в котором лежали бумажки с нашими именами. После чего Муатабар и Дарима, матрона сильнейшего клана в свободных землях, а именной ей оказалась бабушка, по очереди начали доставать бумажки.

– Макото! – прочёл Муатабар моё имя. Со слов Абдуллы, так велел мне представляться учитель, да и я уже сам привык к этому имени.

– Гасан! – ответила ему Дарима.

На меня посмотрел хмурый, темноволосый парень, стоявший совсем рядом с попугаем, который наконец-то отвязался от меня и похоже, нашёл себе новую жертву. Мне сразу стало понятно, чем так раздражён Гасан. Я махнул ему рукой, но не получил ответа.

Все бои были распределены. Мне предстояло выйти на арену третьим. Нас отвели в специальное помещение, находившееся над одной из трибун. К слову, они уже были заполнены людьми. В основном там сидели очень представительные мужчины и женщины. Редко можно было заметить молодёжь и уж тем более ребёнка. Между зрителями мелькали люди в одинаковой униформе, с блокнотами в руках. Должно быть, они принимали ставки.

Первый бой начался практически сразу, как мы покинули арену.

Сражались две девчонки. Обе четвёртого ранга. Одна блондинка с двумя длинными косами. Вторая брюнетка с короткой стрижкой. Блондинка владела огнём, а брюнетка до последнего не показывала своих возможностей, просто уворачиваясь от атак своей соперницы. Огненные шары размером с бейсбольный мяч летели довольно медленно, но блондинка создавала их один за другим практически без остановки.

Так продолжалось несколько минут. Блондинка атаковала, а брюнетка лишь уворачивалась. Как оказалось брюнетка просто собирала силы для атаки. Подобно мне она усиливала собственное тело и когда концентрация энергии достигла необходимого количества, атаковала сама. Её скорость возросла в несколько раз. Разделявшие их пятнадцать метров брюнетка преодолела за полсекунды, с лёгкостью избегая столкновения с огненными шарами. Когда до соперницы оставалось не больше метра, она ускорилась ещё сильнее. Вокруг ног брюнетки закружились маленькие смерчи, что и придали ей ещё большее ускорение. Брюнетка с невероятной силой, совершенно несвойственной хрупкой девушки нанесла удар, который просто снёс её соперницу с места. Во время удара раздался сильнейший хлопок, словно самолёт преодолел звуковой барьер.

А брюнетка оказалась очень способной владеющей. Совместить сразу несколько техник и идеально рассчитать время для их применения очень непросто.

На пару секунд арену затянуло пылью, поднявшейся после удара брюнетки. Её тут же развеяли организаторы турнира, предоставив для всех присутствующих просто потрясающее зрелище.

Можно было подумать, что блондинка после столь сокрушительного удара больше не сможет продолжать поединок. Но похоже, этот удар не нанёс ей урона. Разве, что задел её самолюбие, да разорвал майку, которая сейчас висела на одной лямке, предоставив всем присутствующим прекрасный вид молодой, упругой груди. Которая напомнила мне о моём возрасте и всех вытекающих отсюда проблемах сексуального характера.

Тело блондинки было покрыто огненным покровом, с которого во все стороны срывались языки пламени.

Покров являлся мощнейшей защитной техникой, которая была доступна с третьего ранга силы. И зависел лишь от стихии владельца. Блондинка была настоящим гением, раз смогла освоить покров ещё на четвёртом ранге. Это было даже круче совмещения нескольких техник брюнеткой. Блондинка имела потрясающий потенциал.

Сейчас блондинка была полностью защищена от физических атак пока ресурс её покрова не иссякнет. У брюнетки было всего два варианта, продолжать атаковать и ждать, когда покров спадёт или нанести удар мощной энергетической техникой. На их ранге силы подобной техникой был молот стихии. Но для его применения нужно несколько секунд, которых блондинка точно ей не даст.

Брюнетка выбрала первый вариант. Начав валять блондинку по всей арене. Скорость в бою решает очень многое. Теперь оставалось только ждать, кто из них первый выдохнется.

Первой всё же сдалась блондинка. После очередного удара брюнетки покров спал. Блондинка ещё пыталась что-то предпринять, но всем уже было понятно кто выйдет победителем из этого боя. Ещё минута и поединок был завершён победой брюнетки.

Покидали арену обе девушки на своих ногах, под жидкие аплодисменты зрителей. По большому счёту если в следующем раунде мне выпадет сражаться с брюнеткой это будет для меня лёгкий бой. Того, что я увидел, вполне хватило, чтобы составить полную картину о её возможностях. Месье Рануа в своё время отлично постарался вложив в меня знания о владении силой и базовых техниках. Поэтому я легко мог оценить силы сражающихся.

Второй поединок закончился очень быстро. В нём сражался парнишка, на вид которому нельзя было дать больше шестнадцати лет и что самое удивительное, он был одним из двух участников имеющим третий ранг.

Парнишка почти не заметил сопротивления со стороны своего соперника. Сразу после начала поединка он активировал покров. Его кожа позеленела и покрылась мхом, что ли. Даже не знаю, как назвать это по-другому. Все атаки противника, который владел стихией ветра, с лёгкостью блокировались покровом. Это дало природнику достаточно времени для применения довольно интересной техники.

За спиной его противника из земли вылезли толстые лианы, которые в мгновенье опутали его. Казалось, что этого вполне будет достаточно для победы, но атака природника на этом не прекратилась. Следом за лианами выросли три высоких стебля, на концах которых распустились странного вида цветы с присосками вместо пестиков. Этими присосками цветы прилипли к коже уже связанного парня. Секунд десять и лианы отпустили бессознательное тело.

Соперник природника был полностью опустошён в энергетическом плане. Возможно, я единственный из всех присутствующих смог понять, что на самом деле произошло. Цветы при помощи своих присосок с чудовищной скоростью выкачали энергию из бедолаги.

Но это было ещё не всё. И лианы, и цветы под землёй имели общий корень, который располагался прямо под ногами природника и был соединён с ним. Вся энергия откачана из побеждённого через корневище передалась природнику, пополнив его запас. Благодаря энергетической вспышке под землёй я смог это заметить. Природник был настоящим читером. При таком подходе его энергетический запас был практически бесконечным и неизвестно какие ещё козыри имелись у него в рукавах.

На арену выбежали люди с носилками, рядом с ними семенила маленькая женщина в непонятном белом балахоне накинутом поверх купальника. Охренеть! Сперва, даже не поверил, и для большей достоверности добавил больше Кэкки. Не показалось, балахон был реально одет поверх купальника.

Сам балахон имел просто огромные рукава и не менее огромный капюшон, который сейчас был откинут на спину. Коротко стриженые волосы торчали во все стороны, а на носу сидели квадратные очки. Сквозь ткань балахона пробивалось голубоватое свечение, что исходило от рук женщины.

А тут всё очень даже серьёзно, раз на турнире присутствует целитель. Судя по увиденному мной потоку энергии, что исходил от женщины к опустошённому парню, она имела довольно низкий ранг. Встретить в свободных землях целителя такой силы было практически нереально. Скорее всего, её специально пригласили на турнир. Боюсь даже представить, сколько в таком случае стоят её услуги.

После победы природника трибуны взорвались аплодисментами. Стихия природы была очень редкой, что заслуженно вызвало повышенный интерес со стороны зрителей. Этот бой, в отличие от первого они смотрели от начала и до конца. А по окончании сразу несколько человек встали со своих мест и пришли к нам, чтобы побеседовать с победителем.

Для меня он может стать очень серьёзной проблемой. Я вообще ничего не знаю, о его стихии, кроме её названия. Про используемые техники тем более.

Об этой проблеме подумаю позже. Пришла моя очередь выходить на арену.

Что мне понравилось в организации турнира, так это анонимность участников. Даже когда нас объявляли называли лишь номера, ни каких имён и ни какой информации вообще. Разве, что во время жеребьёвки произносили наши имена и все.

Я был участником номер два.

Как только начался наш бой я решил не нападать первым. Для начала нужно понять с чем имею дело. Гасан не разделял моих взглядов и поэтому сразу пошёл в атаку. Пара камней размером с крупное яблоко полетело в мою сторону. Значит мой противник владеет стихией камня, не самый худший вариант для меня.

С камнями я не стал ни чего делать, просто подождал пока они ударят по мне. Один попал в левое плечо, второй в живот. Почувствовал лишь легкий толчок.

За пять лет моего обучения у Хироши сенсея я очень сильно подрос и набрал в мышечной массе. Благодаря ежедневным тренировкам моё тело стало невероятно сильным и выносливым. А если принять во внимание защиту приобретённую благодаря постоянному ношению кокона из Кэкки, можно сказать что у меня имелся свой собственный стихийный покров, который не требовал энергетической подпитки. Вот правда его ресурс прочности не был известен даже мне.

Столь пренебрежительное отношение с моей стороны к атаке Гасана заставило его малость поубавить прыти. Он остановился и запустил в меня еще несколько камней. Я снова не стал ни чего предпринимать. Один из камней я даже умудрился поймать и бросить его в обратную сторону.

Гасан стоял и не понимал, что ему делать дальше. Похоже для парня это первый серьезный бой. Для меня конечно тоже, но тренировки с сенсеем отлично делают свое дело.

Пока мы игрались в гляделки я начал накапливать силу в руках и ногах. Чтобы пробить защиту владеющего камнем, мне потребуется нанести довольно сильный удар. А наш поединок я собирался закончить одним ударом.

Интересно сколько денег я получу с выигрыша Абдуллы? И возможно ставить на самого себя? Обязательно нужно будет узнать это после боя. Все равно этот бой уже можно считать выигранным.

Гасан предпринял еще несколько попыток атаковать меня. Но все с тем же результатом. Ему не удавалось пробить мою «естественную защиту». В отчаянии он кинулся на меня с голыми кулаками. Вернее сперва его руки покрылись каменной коркой, а потом он уже пошёл в рукопашную. К этому моменту необходимое количество силы уже было собрано и я нанёс свой удар.

Нужно отдать Гасану должное он остался стоять на ногах. Правда не имею понятия как ему удалось это сделать потеряв сознание.

Со стороны могло показаться, что я использовал ту же технику стихии ветра, что и брюнетка. Эффект от применения был очень похож. Вот только моя атака была направлена не только на причинение физических повреждений. Главной её задачей было выведение противника из строя мощным псиударом, что в шестидесяти процентах случаев приводило к потере сознания. А в оставшихся сорока к кратковременной дезориентации. Правда на эту технику я тратил почти весь свой запас Кэкки. Сенсей же запретил мне пользоваться энергией разлитой вокруг, а собственный запасы были довольно малы.

Наш с Гасаном бой не вызвал зрительского интереса. Аплодировали только те, кто поставил в этом бое на меня. Одним из таких товарищей был Абдулла.

– Сколько выиграл? – спросил я у него, как только оказался рядом.

Абдулла взял меня под локоть и отвёл в сторону. После его слов я сразу понял почему.

– Почти двадцать пять тысяч. – как можно тише прошептал он мне на ухо, при этом постоянно озираясь по сторонам.

После озвученной Абдуллой суммы я невольно присвистнул.

– Твои слова все еще в силе? – спросил я. Думаю напоминать ему, какие именно не требуется.

– Абдулла всегда держит свое слово! – ответил он. Похоже, что мой вопрос обидел его. Но мне как-то все равно. Обещал, что отдашь тридцать процентов от выигрыша – отдавай.

– Тогда поставь эти деньги на меня в следующем туре. – попросил я Абдуллу. Он что-то пробубнил себе под нос, но согласился.

Следующий бой уже начался. Конечно, свой я выиграл и до завтра мог быть совершенно свободен. Но поступить так будет большой глупостью с моей стороны. Сейчас главное узнать способности всех прошедших в следующий тур.

Из пяти оставшихся боев интересными оказались лишь два. В одном из которых тоже сражалась девчонка. Одна просто мастерски владела стихией воды отлично показывая себя и в дальнем и в ближнем бою. Но ей не повезло напороться на второй ранг.

Единственным владеющим второго ранга, выступающим на этом турнире оказался уже не молодой мужчина. На вид ему было далеко за сорок. И как он столько времени умудрялся избегать попадания в клан?

Его стихией оказался огонь. Вот только в отличии от блондинки мужчина создавал огненные шары размером с голову взрослого человека. При соприкасании с чем-либо они ещё и взрывались, посыпая все вокруг тысячами искр. И посылал он их в свою соперницу один за другим, абсолютно не волнуясь о расходе энергии.

Девушка смогла продержаться под таким обстрелом достаточно долго лишь благодаря своей стихии. Вода отлично справлялась с огнём.

И вот когда она уже порядком вымоталась огневик поставил очень эффектную точку. С его рук сорвались огненные птицы и понеслись к девушке просто с невероятной скоростью. Она даже не успела ни чего предпринять, как первая птица ударила ее в голову. За ней ещё одна и ещё. После пятого удара девушка отключилась.

Огневик не стал мудрить и просто послал сгустки энергии придав им вид птиц. Сразу видно, что он прошёл не через одну битву. Столь эффективному применению сырой Рэйки учат в армейских подразделениях, ну или в отрядах наёмников.

Он тоже может стать для меня большой проблемой. Даже не знаю, смогу ли я что-то противопоставить ему.

Во втором запомнившемся мне бое сражались два парня. Оба были владеющим стихии молнии. Запомнился мне это бой своей яркостью. Молнии разлетались от них в разные стороны, искры сыпались на землю настоящим водопадом. Зрелище было просто потрясающим. Выиграл в этом бою парень, у которого запас энергии оказался больше. Для меня он не был противником. С ним будет даже легче справиться, чем с Гасаном.

Ещё в следующий тур прошли два владеющих стихией земли и девушка имеющая третий ранг. Она просто вырубила своего соперника голыми руками, ни разу так и не воспользовавшись Рэйки. Уж не знаю для чего тот товарищ полез драться с ней в рукопашную, но что отхватил он знатно это факт. Девчонка дралась примерно на одном уровне со мной. А я считаю себя далеко не слабым в плане боевых искусств.

После окончания первого турнирного дня ко мне вновь попыталось прилипнуть нечто. Как оказалось это нечто зовут – Ларс фон Триер и с его слов, он очень известный дизайнер. На это турнир его привёз друг, который сейчас слишком занят деловыми переговорами. Фон триеру стало слишком скучно в одиночестве и он решил поговорить с участниками турнира. И как раз тут объявился я.

Это чудо решило подарить победителю приз лично от себя. Фон Триер брался совершенно бесплатно создать неповторимый образ для победителя. Даже боюсь, представить, что сделает из меня Это, если я выиграю. Хотя в любом случае, нужно держаться о подобных кадров как можно дальше.

От фон Триера меня спас Муатабар. Он поздравил меня с победой и сказал, что Абдулла выполнил мою просьбу, а сейчас ждёт меня на стоянке в своём автомобиле, чтобы отвезти обратно в дом Муатабара.

Как только ко мне подошёл Муатабар нечто постаралось исчезнуть, что у него довольно неплохо получилось. На всякий случай попросил старейшину проводить меня до выхода с арены. А то вдруг снова нарисуется «известный дизайнер».

В доме Муадабра меня вновь встретила Ясмин. Она сразу же накрыла для нас с Абдуллой стол. Большую часть дня мы провели на арене и поэтому дико проголодались. Набив полный желудок я простился со всеми и отправился в выделенную мне комнату. Дико хотелось спать.

Проснулся я лишь следующим утром. И то меня разбудил автомобильный сигнал на который без остановки нажимал Абдулла. Пришло время отправляться на арену , второй тур должен уже скоро начаться.

Ясмин дала мне в дорогу бутербродов, за что я был ей очень благодарен. Все бутерброды умял в одно лицо, хотя Абдулла всячески покушался на них. Дошло до того, что он даже попытался купить у меня бутерброд. Но я был непреклонен.

У входа на арену нас уже встречали. Это оказалась матрона клана Лэгбэ – Дарима. Она ждала нас в сопровождении пары мужчин в деловых костюмах. Один из них держал в руках дипломат, очень похожий на те, в которых передают деньги в фильмах..

– Так значит тебя зовут Макото? – начала разговор бабушка.

Её голос совсем не соответствовал внешности. Он принадлежал сильному, властному человеку, который привык получать всё, что захочет. И кажется, я догадываюсь чего, а вернее, кого захотела матрона. Если на месте матроны стоял другой человек, я бы просто прошёл мимо, не обращая на него внимания. Но боюсь, если я поступлю сейчас подобным образом, то наживу себе очень опасного врага в свободных землях. Чем подставлю всех жителей базы Чёрной Сотни. Думаю, что для Даримы не составит особого труда выяснить, кто я и где живу. А дальше дело за малым, сил у Лэгбэ вполне хватит, чтобы справиться с моими наёмниками, а после уничтожить базу. Поэтому надо вести себя предельно осторожным в общении с этой бабушкой.

– Это имя мне дал мой учитель.

– И кто же он? – спросила старушка. Она так пристально смотрела на меня, что мне даже стало не по себе. Боюсь придётся говорить ей только правду. Есть у меня странное ощущение, что бабушка может распознавать говорит человек правду или лжёт.

– Хироши Сумидзу. – с трудом выдавил я из себя.

– Значит, старый паршивец до сих пор жив. Да ещё и взял себе нового ученика! – лицо матроны расплылось в широкой улыбке и она сразу растеряла свой устрашающий вид, превратившись в обычную бабушку. – Ты молодец. Во вчерашнем бою не показал свою силу. Надеюсь, и сегодня тебе не придётся выкладывать сразу все свои козыри. Ученик Хироши достоин стать победителем.

После сказанного Дарима потрепала меня по волосам и сказала, что мы обязательно ещё встретимся. У неё имелось для меня хорошее предложение. Но узнав, что я ученик Хироши сенсея она тут же передумала предлагать мне изначально паршивый вариант, как она сама выразилась. Он был хорош для простого владеющего. Ученикам Хироши сенсея должны предоставляться эксклюзивные предложения с самыми лучшими условиями работы.

А я, оказывается, многого не знаю о сенсее. Вон как о нём отзываются в свободных землях. Его тут действительно уважают. Кем же он был до того, как перебрался в свободные земли? Обязательно нужно будет побольше узнать о прошлом учителя. Но это будет после того, как я одержу победу на этом турнире.

Второй день турнира также начался с жеребьёвки. Мне выпало сражаться последним, а моим противником стала девчонка, которая вчера вырубила своего противника голыми руками. Ещё одна тёмная лошадка, о силе которой неизвестно ничего. К тому же и третьего ранга.

Начинать сегодняшний день вновь выпало брюнетке – воздушнице. Её соперником стал один из владеющих стихией земли. Девушка, как и в прошлом бою начала с усиления собственного тела. Она вновь поставила на свою скорость. Вот только на этот раз против неё был универсал стихии земли, что она похоже совсем не учла. Как итог поражение. Парень просто размягчил почву арены на том месте, где стояла девушка. Когда она погрузилась в землю сантиметров на десять, вновь сделал её твёрдой. Теперь брюнетка была лишена любой мобильности. Конечно, она предпринимала попытки освободиться, но стоило ей только начать разбивать почву под ногами парень тут же сводил все ее труды на нет, затягивая все повреждения. Тогда она начала применять дальнобойные техники, пуская в парня воздушные серпы и волны. Эффекта от них практически не было, разве что пыли нагнала она знатно.

Поняв, что этот бой она проиграла, брюнетка подняла руки и сдалась. Парень тут же освободил её и приобняв увёл с арены, говоря что-то на ухо.

Следующие два боя прошли довольно быстро. Природник одолел парня владеющего молнией, также оставив его без капли энергии. А огневик с лёгкостью справился с ещё одним земляком. Он просто залил бедолагу пламенем, сквозь которое тот не смог пробиться и сдался.

Девчонку с которой мне предстояло сразиться звали Марика. Она была довольно высокой, почти на голову выше меня. На вид ей было лет двадцать.

Вообще, все участники были примерно одного возраста, исключением был я, природник и второранговый огневик.. В то время как мы с природником явно были моложе остальных, огневик был значительно старше всех участников.

Марика была довольно симпатичной девчонкой. Даже, можно сказать, что с такими данными её с лёгкостью возьмут сниматься для всяких интересных мужских журналов. Впрочем, остальные участницы турнира вполне могли составить конкуренцию Марике на страницах этих журналов. Просто не виданный карнавал женской красоты.

Как только начался наш бой, я пошёл на сближение. Вчера Марика показала потрясающее владение боевыми искусствами. Я хотел с ней сразиться проверить, чему я смог научиться за пять лет проведенных с сенсеем. Конечно, я буду стараться сдерживаться и не бить в полную силу, но в пылу боя может всякое случиться.

Марика не собиралась дожидаться меня и тоже устремилась вперёд. Сблизившись, мы обменялись серией быстрых ударов и тут же разорвали дистанцию. Каждый уже имел достаточное представление о возможностях своего противника.

Марика и сейчас не предпринимала попыток воспользоваться силой, даже для собственного усиления. Она улыбнулась и спросила меня.

– Как зовут твоего учителя?

– Хироши Сумидзо. – ответил я.

Уже второй раз за сегодня меня спрашивают о Учителе. Хироши сенсей, должно быть, весь обикался.

Услышав имя сенсея Марика округлила глаза и поклонилась мне, при этом её кулаки были сжаты и она продолжала следить за мной.

Помниться сенсей говорил, что так положено кланяться перед поединком, в знак уважения своему противнику. Но таковых у меня не было за всё время обучения. Сенсею же я кланялся как своему учителю, без сжатых кулаков и с опущенными вниз глазами.

Я повторил поклон Марики и похоже сделал всё, как полагается.

– Для меня будет огромной честь сразиться с учеником Божественного Кузнеца, одного из пяти великих мастеров. Прошу не сдерживайся.

Я лишь кивнул. Охренеть! Ну и прозвище у Хироши сенсея.

Марика атаковала первой. Сперва мы просто обменивались ударами, постепенно всё больше и больше наращивая скорость. Когда я достиг своего предела, Марика не остановилась, продолжая ещё сильнее ускоряться. Это было невероятно, без усиления силой Марика развила просто невероятную скорость. Её удары были очень быстры, пару я пропустил просто из-за того, что не успевал ничего сделать. Сила удара Марики была просто невероятна. Гасан со своими камнями нервно курил в сторонке.

Первый её удар вскользь пришёлся по правой скуле. Которую тут же охватило жаром. Боль появилась секундой позже. И как раз в этот момент я пропустил удар в корпус. Воздух застрял в лёгких, я не мог вздохнуть. Пришлось срочно разрывать дистанцию. Если так пойдёт и дальше, Марика и со мной сможет справиться голыми руками. Интересно, кто её учитель. Если мой один из пяти великих мастеров, то её получается величайший?

Только сейчас я догадался – Ки. Марика наверняка тоже умеет пользоваться энергией Ки. А все эти разговоры и поклоны как раз дали ей необходимое время, для её восприятия. Я же дурак не воспользовался имеющейся возможностью. Вот теперь буду пожинать плоды собственной тупости. Остаётся лишь надеяться, что смогу активировать Ки в бою, как во время спарринга с учителем.

Марика не дала мне много времени на размышления. Она ещё сильнее ускорилась, теперь я пропускал каждый третий удар. Но с увеличением скорости всё же сила ударов ослабла. Что не могло не радовать. Я ушёл в глухую оборону и теперь лишь принимал удары от Марики, даже не пытаясь ей ответить. Секунд через пять моего избиения я наконец смог уловить едва различимый отблеск Ки. У меня получилось!

Сразу после того, как я смог настроиться на Ки Марики рисунок боя резко изменился. Похоже, девушка до последнего была уверена, что Ки для меня не доступна. Получилось как во время моего поединка с Хироши сенсеем. Тогда я, окрылённый своим успехом, не принял во внимание, что не только я могу использовать Ки. Сейчас такую ошибку совершила Марика.

Теперь каждое движение девушки я знал наперёд. Марика сразу отступила, стоило мне начать отражать все её удары. Я мог достать её пару раз, но специально останавливал кулак в паре миллиметров, чтобы она осознала, что я тоже могу использовать Ки.

После этого осознания Марика наконец воспользовалась силой. Её стихией оказался ветер. Она начала собирать силу в руках и ногах. Если я позволю ей сделать это, точно проиграю. Доигрался блин в благородного воина! Мог же с самого начала боя начать накапливать энергию. Теперь придётся делать это по экспресс-методу, который отличается от обычного чрезмерными болевыми ощущениями.

Резкое уменьшение защитного кокона ещё ни разу не способствовало моему хорошему настроению. Бой я закончил тремя ударами. Марика даже не поняла, что произошло. Просто она потеряла сознание и всё.

Зрители тоже не смогли понять, что же произошло. Вот мы стоим напротив друг друга, проходит секунда и девушка падает без сознания. Я же спокойно разворачиваюсь и иду к выходу с арены. Все тело ныло от перегрузок, которые оно испытало за долю секунды, которой мне хватило чтобы сблизиться с Марикой и нанести три точных удара.

В первый раз, когда у меня получилось так ускориться я врезался в стену тренировочной площадки, разбив себе лицо и оставив множество синяков по всему телу. Хироши сенсей в тот раз смог снять боль от перегрузок иглоукалыванием и сеансом массажа с особо вонючей мазью. Но тут нет сенсея и мне придётся справляться с последствиями собственными силами.

Единственное до чего я додумался, это попросить Абдуллу достать мне обезболивающих. Как оказалось, обезболивающее имелось у него в машине. В себя я закинул сразу пять таблеток, надеясь на более быстрый эффект.

Как только я попал в дом Муатабара, сразу завалился в кровать, вежливо отказавшись от еды. Ясмин пригрозила, что обязательно расскажет мужу, что я плохой гость. Но мне было всё равно, таблетки ещё не начали действовать. Боль становилась только сильнее.

Я даже не понял, когда провалился в некое подобие сна. Мне снилось, как меня куда-то тащат, раздевают. После издеваются над моим и без того разбитым телом, поочерёдно окуная меня то в ужасно горячую, то в обжигающе ледяную воду. После чего меня мазали чем-то отвратительно пахнущим. Избавление от мучений пришло вместе с тёплой жидкостью, что мои мучители влили мне в горло.

Проснулся я в комнате отведённой мне Муатабаром. В окно только начинали заглядывать первые лучи солнца.

Сколько же сейчас времени?

Я почему-то был абсолютно голым. Только неизменная повязка, как всегда была на своём месте. Всё тело было измазано непонятно чем и воняло от меня словно от дохлой крысы. От отвратительного запаха к горлу подступил ком. Я тут же подскочил и побежал в туалет. К моему удивлению, боль от перегрузки прошла. И чувствовал я себя просто прекрасно. Но прекрасное самочувствие не помешало моему желудку избавиться от своего содержимого.

Как только желудок полностью очистился, я сразу же завалился в душевую. Простоял там не меньше часа, с усердием натирая себя жёсткой мочалкой. Кожа от такого издевательства над ней выглядела, словно ошпаренная. Но мне всё ещё казалось, что от меня воняет. За этот час я истратил на себя абсолютно все средства, что можно использовать для мытья, которые были в душевой. Придётся возмещать Муатабару убытки. Вчера я даже забыл забрать свой выигрыш у Абдуллы. Вот из этих денег и отдам.

Сразу после выхода из душевой меня перехватил Муатабар.

– Вот, возьми. – протянул он мне вместе с полотенцем мои же вещи. – Ясмин их выстирала и высушила.

Подождав пока оденусь, Муатабар пригласил меня позавтракать с ним. Даже несмотря на утренние приключения мой желудок, одобрительно заурчал. Я извинился за это перед хозяином, на что тот лишь рассмеялся. Сказав, что после вчерашнего моему организму просто необходимо обильное питание.

– Макото. – начал разговор Муатабар, только после того, как я уже не в силах был прожевать ещё хоть один кусок. – Вчера ты очень сильно обидел меня, как хозяина этого дома. Тебе было плохо и ты не рассказал об этом. В наших краях это считается очень серьёзным оскорблением. Плох тот хозяин, что не может накормить и приютить своего гостя. Но ещё хуже тот, которому гость боится рассказать о своих проблемах. Так говорил ещё мой дед, а до этого ему его дед. – немного помолчав, Муатабар продолжил. – Я понимаю, что ты совершенно незнаком с нашими обычаями и поэтому прощаю тебя.

После этих слов Муатабар подошёл и поцеловал меня в лоб. Я же стоял и не знал, что мне говорить. Было ужасно стыдно. Даже не знаю отчего больше: оттого, что не рассказал о своём состоянии вообще никому, или оттого, что, по сути, чужим для меня людям пришлось провозиться со мной всю ночь.

Внутри меня что-то взорвалось, до этого неизвестные мне чувства вырвались наружу. Слёзы с трудом нашли себе дорогу через повязку и выбрались наружу. В этот момент я был совершенно обескуражен и не понимал, что мне делать. Было, с одной стороны, стыдно, что Муатабар видит мои слёзы, а с другой стороны, мне хотелось, чтобы кто-то увидел эти слёзы.

Муатабар сделал, наверное, единственное, чего сейчас мне хотелось сильнее всего. Он подошёл, обнял меня и произнёс длинную фразу на непонятном для меня языке. Но перевода и не требовалось, главное были интонации с которыми он её произносил. Они успокаивали и вселяли уверенность в самого себя. Всего пара предложений, смысл которых мне был непонятен и я снова вернулся к своему обычному состоянию.

– Когда ты молод, то думаешь, что сможешь вынести на собственных плечах практически всё. И только с годами понимаешь, что это невозможно. Как бы силён и вынослив ты ни был, груз проблем и забот, всегда будет придавливать тебя к земле. Просто попроси близких помочь и сразу станет легче. – уже на северном наречии произнёс Муатабар.

О словах, сказанных мне Муатабаром, я думал всю дорогу, пока мы добирались до стадиона. Абдулла к моему удивлению, сегодня был молчалив, как никогда. За что я был ему благодарен.

Возле входа, как и вчера нас поджидала Дарима. Сегодня она была совершенно одна.

– Здравствуйте, госпожа. – первым поздоровался я и поклонился матроне.

– Здравствуй Макото! Какая я тебе госпожа! Ты можешь называть меня просто – бабушка Дарима. Давай оставим весь этот официоз для напомаженных аристократов, которые считают себя пупом земли. – задорно подмигнула мне бабушка. Она подошла ко мне и взяла под локоть.

Сразу после прикосновения матроны, что-то словно погладило мою ментальную защиту. Которую я установил на свой разум ещё в прошлой жизни. Без этой защиты мне никогда не дали бы звание магистра псионики.

Ощущение было столь мимолётным, что я даже засомневался, было ли что-то на самом деле или просто разыгралась моя фантазия. В любом случае я сильно сомневаюсь, что в этом мире найдётся человек способный пробиться через все слои и блоки моей защиты.

– Пойдём, провожу тебя до места жеребьёвки. – сказала мне бабушка Дарима. – Надеюсь, что и сегодня ты покажешь отличный бой. После твоей вчерашней победы, очень многие влиятельные люди стали интересоваться твоей скромной персоной. На время мне удалось поубавить их пыл, но хочу тебя предупредить, что даже я не могу гарантировать тебе возможность спокойного окончания турнира. Думаю уже после сегодняшних боёв тебе стоит ожидать в гости представителей как минимум пяти очень серьёзных кланов.

– Я не собираюсь вступать в какой-либо клан. – перебил я торопливую речь матроны. И ляпнул даже не подумав. – Я создам свой собственный, чего бы мне это ни стоило.

Бабушка Дарима лишь хмыкнула. Подумав самую малость, она осторожно спросила.

– Из какого ты рода Макото?

– Из почти угасшего. – единственное, что я мог ответить, не выдав правды, но и не соврав. В свободных землях не должны знать, что тут живёт наследник Лопухиных. Мы решили это с Гришей, ещё в тот момент, когда я валялся госпитале Газни. Слишком много врагов за свою жизнь нажил мой отец. Всегда лучше перебдеть, чем после горевать над могилами погибших. Конечно, многие люди знали о связях отца с Чёрной Сотней и могли догадываться, куда мог пропасть единственный выживший член рода. Но одно дело догадываться, а другое точно знать.

Дарима резко остановилась и отпустила мой локоть, заставив меня почти развернуться на месте.

– Макото! Ученик Хироши Сумидзо! Я глава клана Лэгбэ даю слово, что если ты одержишь победу на этом турнире. Клан Лэгбэ поможет тебе в осуществлении задуманного тобой. Можешь рассчитывать на любую помощь с нашей стороны. – после произнесённого из бабушки Даримы словно выдернули стержень. Она сразу ссутулилась и тяжело дыша опёрлась на трость, которая до этого просто болталась у неё в руке. Я поспешил помочь ей. Взявшись за моё плечо, матрона вновь заговорила. – В наше время молодые люди перестали ставить перед собой труднодостижимые цели, путь к которым может затянуться на десятки лет. Максимум, к которому сейчас стремятся мои внуки, это затащить к себе в кровать европейку посмазливее. Я считаю, что просто необходимо помогать таким, как ты Макото. Тем более ты мне чем-то очень глянулся, похож на моего внука в этом возрасте. Да и имеется у меня небольшой должок, перед твоим учителем. – пояснила мне бабушка.

Вашу мать! Да что же за день сегодня такой? Сперва Муатабар теперь вот и Дарима. С чего такое отношение ко мне? Я совсем не понимаю.

– Благодарю госпожа. – снова поклонился я бабушке, за что получил клюкой по спине.

– Сказала же не называть меня так!

– Простите бабушка Дарима. Но по-другому нельзя, вы только что сделали для меня подарок, о котором я даже не смел и мечтать. – отойдя на пару шагов, ещё раз поклонился. В мою сторону полетели ругательства.

Слова бабушки Даримы я обязательно запомню и как только придёт время, воспользуюсь её даром.

К месту проведения жеребьёвки мы подошли последними, из-за нашего разговора. Но никто не сказал на ни слова по этому поводу.

Как и в предыдущие дни жребий тянули Муатабар и Дарима. Сегодня удача отвернулась от меня. Моим противников стал огневик. Природнику достался, парень, одержавший победу над брюнеткой.

Первыми выпало сражаться нам с огневиком.

На этот раз я не стал полагаться на волю случая и подготовился заранее. Руки и ноги ещё до начала боя были напитаны энергией. А нескольких секунд, что мы с огневиком ждали сигнала к началу боя, мне вполне хватило, чтобы настроиться на его Ки.

Сразу после начала боя тело огневика окутал огненный покров. Он решил не рисковать и просто расстрелять меня с дальней дистанции. Начав выпускать по мне огненные шары, от которых я с лёгкость уворачивался. Сила накопленная в руках и ногах рвалась наружу, но пока было ещё слишком рано.

Постепенно сокращая между нами дистанцию, я стал подбираться к огневику. Думаю, если смогу втянуть его в ближний бой, то у меня есть все шансы одержать победу. Но это прекрасно понимал и мой соперник.

Видя, что бомбардировка огненными шарами приносит нулевой эффект, огневик сменил тактику.

Когда мне оставалось всего пара метров до его тушки, моя нога наступила на что-то. Это что-то взорвалось столбом пламени, которое целиком поглотило меня. В первые мгновенья я ужасно испугался и даже попытался закричать, горячий воздух устремился в мои лёгкие и я резко передумал.

К моему удивлению, пламя совсем не обжигало, только первая вспышка, которая и нагрела воздух. Эта вспышка послужила отличным отвлекающим маневром. За те несколько секунд, что я подарил огневику он успел запереть меня в огненную тюрьму. Сейчас со всех сторон я был окружен стенами ревущего пламени, которые начали двигаться ко мне. единственная возможность выбраться из этой ловушки, перепрыгнуть пламя поднявшееся метра на два. Под двойным усилением вполне возможно совершить такой прыжок, вот только придется это делать практически с места. Но выбора у меня нет.

Прыжок получился на славу, вот только все равно не достаточно высоким. Я перелетел через огненную стену, ввалившись в нее ногами, чуть выше колена. Штаны и обувь тут же вспыхнули. К тому же огневик похоже ждал подобного развития событий и стоило моей тушке появиться над огненной стеной, как в грудь угодил один из взрывающихся шаров. Меня словно сбили машиной. Откинутый взрывом я оказался за стеной огня. Грудь ужасно болела, в том месте куда попал огненный шар одежда прогорела. Но взрыв оказал мне и не плохую услугу, потушил горящие штаны и обувь. Правда теперь в штанах имелось множество дыр, кожа в этих местах неприятно саднила.

Увидев меня в таком виде, трибуны сразу же оживились. Многие уже поздравляли огневика с победой, но я еще не сдался.

До сих пор находясь под двойным усилением я высвободил всю энергию накопленную в ногах. На огромной скорости обогнул уже затихающую стену огня и увидел огневика, стоявшего с закрытыми глазами и создающего сложнейшую технику судя по потокам энергии, что закручивались вокруг него. Похоже он не был уверен в моем поражении, в отличие от зрителей. И хотел наверняка прихлопнуть меня этой техникой. Но кто же даст ему её завершить!

Мгновение и я оказался лицом к лицу со своим противником, он уже практически завершил создание своей техники. И каким же было его удивление, когда я нанёс удар, вложив в него последние остатки сил. Его покров разлетелся вдребезги. Сила ударившая по его разуму не смогла выбить его из сознания, но этого и не требовалось.

Техника, готовая уже сорваться с рук распалась, вызвав сильнейший взрыв. К этому времени я уже успел отойти в сторону, метра на три. Всё же вырвавшаяся из-под контроля сила – страшная вещь.

Взрывной волной нас откинуло метров на десять. Меня впечатало в стену. Я не успел вовремя сгруппироваться и очень неудачно упал на левую ногу. Сломать я её, конечно, не сломал, но вот знатно вывихнул это точно. Нога болела просто ужасно, затмевая собой боль от ожогов.

С трудом поднявшись я осмотрелся. Похоже, что огневику досталось даже сильнее, чем мне. Все же сила сдетонировала практически у него в руках. Он лежал на другом конце арены, то и дело, предпринимая попытки подняться. Одежда на огневике висела дымящимися лохмотьями. Волосы на голове практически полностью выгорели. Кожа была сильно опалена. Без покрова такой взрыв причинит вред даже владеющему второго ранга. Было сразу понятно, что дальше огневик не сможет продолжать бой. Победа осталась за мной.

Я прекрасно понимал, что только благодаря чистой случайности мне удалось выиграть. По большому счёту огневик победил себя сам, не удержав мощнейшую технику, предназначавшуюся мне.

К нему уже бежали медики во главе с маленькой целительницей. Я же с трудом, наступая на ногу, поковылял к выходу. На сегодня для меня хватит. В победе природника я не сомневался. В финале мне предстоит сразиться именно с ним. С такой ногой это будет практически нереально. Но сдаваться я не собираюсь.

Абдулла догнал меня очень быстро, что и не удивительно с моей скоростью передвижения. Он подставил мне своё плечо и потащил, не обращая внимания на все мои протесты, к целительнице. Которая, осмотрев мою ногу, попыталась исцелить её, но безрезультатно. Её удивлению просто не было предела.

– За всю свою жизнь я впервые встречаю человека, которого невозможно исцелить при помощи силы. – с восторгом в голосе сказала целительница. При этом её глаза как-то очень не добро сверкнули. – Молодой человек, вы не будете против, если я изучу вас более детально? Это займёт всего пару недель, не больше. Просто уму непостижимо, человек, который не поддаётся исцелению! Уже взрослый человек с подобной аномалией!

Сейчас целительница выглядела как настоящая маньячка. Постоянно потирая руки, она не переставала говорить. Перечисляя, какие анализы у меня нужно будет взять. Список мог бы растянуться до нескольких сотен пунктов. Если бы я стал дожидаться, пока она закончит. Вместо этого, я подозвал жестом Абдуллу, который находился паре метров от нас. С его помощью я поднялся на ноги и поковылял к выходу.

– Постойте молодой человек! – спохватилась целительница, когда мы были уже практически у выхода. – Вам же нужна помощь! Ногу нужно обязательно зафиксировать. И ещё вы не ответили на моё предложение!

– Абдулла давай поднажмём, а то боюсь эта маньячка начнёт разделывать меня на куски прямо тут, на полу. – жалобно произнёс я.

Абдулла был мужиком понятливым. Недолго думая, он подхватил меня на руки и побежал к своей машине. Через несколько минут мы уже были дома у Муатабара.

Как всегда, встречать нас вышла Ясмин. На этот раз я не стал строить из себя героя, всё рассказал и попросил её о помощи. Женщина ничего мне не ответила лишь показала двигаться за ней.

Абдулла уехал и поэтому передвигаться мне пришлось самостоятельно. Нога начала сильно ныть. Ясмин привела меня в настоящую больничную палату, обставленную современной техникой. Я даже понятия не имею, как называются все эти аппараты.

Указав мне на белоснежную кушетку, Ясмин скрылась за соседней дверью. Пришла она через пару минут облачившись в медицинский халат и принеся с собой отвратительно пахнущую субстанцию, в маленьком металлическом ведёрке. Я сразу же вспомнил своё пробуждение, меня снова затошнило. К собственной радости, с этой проблемой я смог справиться самостоятельно. Просто схватив со стоявшего рядом стола вату и засунул её себе в нос. Правда теперь придётся постоянно дышать ртом, но ничего потерплю.

Хозяйка дома осторожно осмотрела мою ногу, которая к этому времени уже очень сильно опухла и была сейчас больше похожа на валенок. Покачав головой, женщина сделала пару уколов прямо в ногу, а после густо обмазала её этой отвратительной субстанцией. Когда Ясмин намазывала мою ногу, мне показалось, что от её рук исходит лёгкое свечение. Но приглядевшись внимательнее, понял, что этот свет падает из окна, расположенного в потолке. Этой же мазью были обработаны и ожоги.

После того как Ясмин намазала мою ногу, очень плотно обернула её пищевой плёнкой и туго забинтовала.

Превратившаяся в лохмотья одежда полетела в мусорное ведро. Ясмин пообещала до завтра найти что-нибудь подходящее мне по размеру.

Боль начинала успокаиваться. Должно быть, Ясмин вколола мне обезболивающее. После всех процедур женщина проводила меня до моей комнаты. Где я сразу же улёгся на кровать и задремал.

Вообще, довольно пугающая тенденция, второй день подряд я возвращаюсь с турнира в весьма плачевном состоянии. Боюсь, что до завтра нога не пройдёт и победу автоматически отдадут природнику. В таком случае я могу проститься с успешным завершением обучения у Хироши сенсея и с правом воспользоваться помощью клана Лэгбэ. Перспектива вырисовывается просто отвратная.

Через пару часов меня разбудил Муатабар. Принеся мне спортивный костюм, моего размера и кроссовки. Он вернулся в сопровождении маньячки-целительницы. Звали её – София Аспарухова. Она разузнала, где я живу и пришла получить моё согласие, на полный осмотр. Я как можно вежливее попытался отказать, сославшись на то, что сейчас совсем нет на это времени. Маньячку от медицины сказанное мною совершенно не впечатлило и она продолжила наседать на меня. Меня спасла Ясмина. Она накрыла на стол и приглашала всех есть.

Даже, несмотря на повреждённую ногу, я умудрился опередить всех, лишь бы быть подальше от целительницы. Которая не сводила с меня глаз, постоянно, что-то записывая в маленький блокнот, который она принесла с собой.

К слову, опухоль с ноги уже практически спала. А ожоги перестали болеть. Отвратное месиво просто творило чудеса.

За столом я сидел молча. Разговор между собой вели Муатабар и София. Хозяин дома смог чем-то очень завлечь целительницу она даже перестала следить за мной. Чем я и воспользовался, выскользнув из столовой и направился в свою комнату. Там я и закрылся, хватит мне на сегодня общества целительницы.

Она ещё несколько раз предпринимала попытки попасть в мою комнату, но замок со своей задачей справлялся исправно. А хозяева дома, за что им огромное спасибо, отказались открывать мою дверь снаружи, сославшись на то, что мне нужен покой.

В этот день целительница оказалась не единственным гостем в доме старейшины Ургунди. Как и говорила бабушка Дарима. Ко мне заявились представители очень влиятельных кланов. Двое были из европейского конгломерата, по одному из северной империи, китайской автократии и республики Индия. Ещё одним рекрутером оказался местный, из клана Лэгбэ. Я уже видел его в первую нашу встречу возле арены с бабушкой Даримой. Тогда он стоял с дипломатом в руках. Всё же бабушка решила прислать своего человека, хотя я ей уже всё сказал. Ну ладно одним больше, одним меньше не беда.

Как только появились представители кланов, целительница вспомнила, что ей нужно проведать огневика и посмотреть, как идёт процесс заживления ожогов. Меня, конечно, не радовала перспектива общаться с этими людьми, но за уход Софии я был им благодарен.

Выслушивать предложения рекрутеров мне пришлось около часа. В основном они предлагали мне одни и те же условия, разнящиеся мелочах. Где-то жильё побольше, где-то больше платят. Местные вообще предлагали мне взять в жены одну из представительниц их клана, что автоматически делало меня полноценным их членом, а не наёмником, как во всех остальных случаях.

Сразу отказывать я никому не стал. Взял время подумать, до окончания турнира. И наконец, распрощавшись со всеми гостями, завалился спать. Завтра предстоял финальный поединок с природником. А по тем темпам, с которыми моя нога восстанавливалась можно было надеяться, на то, что я всё же смогу сражаться.

Проснулся я от того, что Ясмина снимала бинты с моей ноги. А после довольно внимательно осматривала её, крутила, вертела, всячески проверяла её работоспособность. К моему удивлению, нога отлично функционировала, не причиняя даже малейшего дискомфорта. Да и ожоги словно испарились.

Всё это время в дверях стоял Муатабар и смотрел, как работает его жена.

– Макото. – после того, как Ясмин вышла из комнаты, обратился ко мне старейшина. – Ты должен будешь уехать сразу после финального поединка. Мои люди рассказали о готовящемся на тебя покушении. Один очень недобросовестный клан собрался похитить тебя и силой принудить работать на них. Ты уже мог видеть их представителей, во время жеребьёвки: темнокожий парень и азиатка с вызывающим макияжем.

– Вы имеете в виду того негра без нижнего белья и узкоглазую проститутку, затянутую в кожу? – спросил я, вспомнив этих запоминающихся товарищей.

– Да – это они. Насколько мне известно, в своё время они оба были похищены кланом Скорцезе. И вот теперь работают на своих похитителей. Уж не знаю, чем их смогли там прельстить. Они оба имеют первый ранг в силе. – Тут Муатабар запнулся и тяжело вздохнув продолжил. – К моему сожалению, я не смогу защитить тебя. В составе делегации этого клана слишком много низкоранговых владеющих, во главе с нулевым. Впредь они никогда не получат приглашения на подобные турниры. А сейчас единственным выходом для тебя будет исчезнуть сразу после боя. Абдулла уже в курсе всех дел, он доставит тебя к Хироши. И по возможности введёт в курс дела.

Каждый день начинается всё интереснее и интереснее. Меня хотят похитить и принудить работать на себя. Может, тогда вообще ну его на хрен этот финальный бой. Свалить прямо сейчас и вообще никакого риска. Лучше уж не пройти финальное испытание, чем оказаться в чьём-то рабстве, а по-другому это нельзя назвать. Свои силы я оцениваю вполне трезво, в настоящем бою мне не справиться даже со вторым рангом, а тут имеется целый ноль.

Услышав мои рассуждения, Муатабар сказал, что за его домом следят. И скрытно уйти отсюда у меня не получится. А вот на арене он поможет мне, проведёт тайным ходом, о котором знают лишь самые проверенные люди. В любом случае выбор как поступить остаётся за мной. Муатабару я верил и поэтому согласился поступить, как советует он.

До арены я добирался, с неизменным Абдуллой. Он пытался вести себя как обычно. Но я заметил, насколько он был напряжён. Мужчина постоянно бросал быстрые взгляды во все стороны, надеясь заметить следящих за мной людей.

Каюсь, я тоже сделал так несколько раз, но не смог заметить ничего подозрительного и успокоился.

На арену я прибыл раньше своего соперника. В сопровождении Абдуллы прошёл к месту пребывания участников, в котором меня уже поджидали.

– Молодой человек вы ещё не подумали над моим предложением? – набросилась на меня София. Пришлось быстро ретироваться.

Я захлопнул дверь прямо перед носом женщины и подпёр ручку стоявшим у соседней стены стулом. Думаю минут десять спокойствия у меня есть.

Время, оставшееся до начала боя, пришлось провести на арене. Меня постоянно о чём-то спрашивали зрители, но я не отвечал им. Сейчас я был слишком занят подготовкой к бою. Раз выдалась возможность подготовить поле для сражения, нужно этим пользоваться.

Я равномерно распределил частички энергии по всей площади арены. Пока Абдулла снова начал тараторить обо всём без разбору. Единственное, полезное для меня, что я смог разобрать в болтовне Абдуллы, было имя моего противника – Сей.

Помня о показанных Сеем возможностей мне необходимо было не пропустить энергетическую вспышку, под ногами парня. Вспышка покажет, когда он начнёт создавать свои зелёные гостинцы.

Для меня главной задачей было не попасться в ловушку из лиан. А если уж и попадусь, то не подпустить к себе эти энергетические пылесосы, в виде цветов. Дальнобойных атак в моём арсенале не было. И рассчитывать на выведение противника из строя пси-ударом тоже не мог, тупо не было на это энергии. Достать его я смогу только, если пробью покров и потом хорошенько тюкну по голове.

Сэй вышел на арену точно в срок. К этому времени все мои приготовления уже были закончены, а Абдулла поднялся к зрителям.

Вся арена сейчас являлась мои продолжением, я видел каждый её уголок, каждую песчинку на полу, ощущал каждую трещину в камне. Почему я додумался до подобного только сейчас? Проверни я такой трюк перед всеми предыдущими боями, мне практически не пришлось бы напрягаться. Разве, что огневик мог порядком мне подгадить.

Конечно, на подобный эксперимент я угрохал почти весь запас энергии, но оно того стоило. Оставшейся энергии хватило на усиление ног и только одной руки. Пришлось ещё оставить каплю про запас, наверняка одного удара не хватит, чтобы пробить защиту Сэя.

Видеть Ки с каждым разом становилось всё легче и легче. Сейчас я смог настроиться на Сэя, взглянув на него один раз. Парнишка был настроен очень серьёзно. Энергия бурлила в нём. Её было так много, что я сперва даже не поверил, что такое вообще возможно. Если сравнивать его с тем же второранговым огневиком, то природник по энергетическим запасам превосходил того на голову. Боюсь даже представить, как будет выглядеть первый ранг, про нулевой вообще молчу.

Раздался сигнал о начале боя. Сэй сразу же активировал покров. А я устремился к нему, по максимуму высвобождая энергию в ногах. В этом поединке скорость моя единственная возможность одержать победу.

Возле Сэя я оказался быстрее, чем успел сформироваться его покров. На лице парня ещё оставались незащищённые участки. Для меня это был отличный шанс завершить бой уже сейчас. Я нанёс удар, одновременно с которым высвободил накопившуюся энергию. Мой кулак остановила стена бамбука, выросшая между нами за долю секунды. От моего удара трава разлетелась мелкими щепками. Я попробовал атаковать, с другой стороны, и снова на моём пути выросла стена из бамбука. Похоже, помимо покрова у Сэя имелась ещё и активная защита, в виде мгновенно вырастающего бамбука. Если я что-то сейчас не придумаю, то на этом наш бой и закончится.

Пришлось разрывать дистанцию и думать, что предпринять. Как только я отошёл метров на пять, Сэй атаковал меня лианами.

Под землёй, в том месте где стоял парень, взорвалась настоящая энергетическая бомба, порождая из себя корневище. Лианы выстрелили собой из-под земли там, где секунду назад находился я.

Я был готов к чему-то подобному. Поэтому, как только творения Сэя начали появляться из-под земли, уже преодолел большую часть расстояния разделявшего меня и Сэя. Сил на атаку у меня почти не осталось. Вот тут и пригодилась энергия, которой я пропитал всю арену. Моя собственная сила охотно откликнулась на призыв. Я забрал всё, что вложил в пол арены. Этой силы вполне хватило, для ещё одного, второго, усиления. Моя скорость возросла на порядок, так же как и сила. Теперь бамбуковая защита с трудом успевала за мной. Но всё ещё оставалась непреодолимой для меня.

В таком темпе я не смогу долго продержаться. Уже сейчас я ощущал, как мой организм начинает бунтовать, против таких перегрузок. Перед глазами начали летать мушки, а сердце колотилось с такой силой, что вполне могло сломать мне пару рёбер. Но и этого было мало, нужно было ещё сильнее ускориться. Тройное усиление я не применял ещё ни разу. Думаю, если верну примерно половину энергии, что сейчас осталась на арене, то этого должно будет хватить. Правда в этом случае я утрачу контроль над большей частью арены. Уже сейчас я потерял возможность следить за тем, что происходит под землёй. После второго усиления я перестал опасаться лиан, они тупо не успевали за мной. Делать нечего, придётся рисковать и активировать третье усиление.

Обзор сократился метров до пяти. Энергия влившаяся в меня начала причинять сильную боль. Всё же мой организм ещё не был готов к подобным перегрузкам. Третье усиление я активировал сразу после того, как разнёс очередную бамбуковую преграду. На этот раз защита Сэя не смогла успеть за мной. Я видел, как глаза парня широко раскрываются, когда он увидел мой кулак перед своим лицом. В удар я вложил всю оставшуюся силу.

Удар оказался поистине сокрушительным, природник отправился в полёт на бешеной скорости. Если бы не стена, в которую он врезался, думаю лететь ему ещё и лететь. От удара Сэя об стену содрогнулась вся арена, в том месте поднялось большое облако пыли. Если парень сможет подняться и продолжить бой после такого удара, то я всё – сдаюсь. Подобного монстра мне не одолеть.

Время тянулось не позволительно долго. Боль продолжала нарастать. Казалось, словно болят даже кости. Что вполне могло быть правдой, не удивлюсь, если после подобных перегрузок появится пара трещин, а то и переломов.

Стоило мне остановиться, как по ушам ударил зрительский гвалт. Одни хвалили меня, другие ругали, третьи просто радовались отличному бою. Я же не сводил глаз с пылевого облака, что начинало рассеиваться. Там явно происходило что-то нехорошее.

– Вот же блядство! – не сдержавшись, выругался я, как только пыль достаточно осела, чтобы можно было разглядеть, что случилось с Сэем.

А случился с ним большой такой, зелёный кокон, что вырос на том месте, где должен находиться парень. Кокон словно пульсировал. Сейчас я сильно пожалел, что не могу посмотреть, что творится под землёй. Могу поспорить, что и этот кокон вырос всё из того же корневища. Думаю, именно это корневище и есть главная сила Сэя. Скорее всего, оно может передвигаться под землёй, следом за своим хозяином. Если уничтожить его, то вполне возможно, природник останется без своего оружия. Вот только сил у меня сейчас просто кот наплакал.

– Привет тебе от Хироши Сумидзо. – услышал я голос справа от себя. После чего моё тело отправилось в полёт.

Думаю, скорость моего полёта была ни капельки не меньше, чем у Сэя. Вот только в отличие от него пульсирующего кокона в моём арсенале не было. Чутка сгруппировавшись во время полёта, в стену я влетел спиной, оказавшись совсем рядом с тем местом, куда недавно угодила тушка Сэя..

А там, где секунду назад находился я, стоял и как ни в чём не бывало улыбался Сэй. Он весь был покрыт зелёной слизью, но кажется, это его абсолютно не волновало. В руках парень держал огромный деревянный молот, которым поди и приложил меня. И что за бред он мне сказал, перед тем как нанести удар?

Я медленно сполз по стене вниз и позволил себе застонать. Мышцы и защитный кокон отлично справляются с защитными функциями, вот только делают они это снаружи. Изнутри же мой организм полностью беззащитен. Этот удар явно отлично перемешал мои внутренние органы. Я попытался встать, получилось только с пятой попытки и то пришлось опираться об кокон Сэя, что по-прежнему оставался на месте.

Как только моя рука легла, на пульсирующее растение она провалилась внутрь. Попав в какую-то тёплую жидкость. Боль мгновенна ушла из руки и я почувствовал, как кокон начал подпитывать меня энергией. Недолго думая залез в него целиком. Склизкая гадость попала в рот, глаза, нос, уши – это было отвратительно. Но ради эффекта, полученного мной, спустя всего пару секунд, можно и потерпеть. Силы полностью восстановились как в физическом, так и в энергетическом плане.

Сэй понял свою ошибку, лично доставив меня к собственному центру восстановления, но было уже поздно. Я опередил его и теперь снова был во всеоружии.

Выбравшись из кокона тут же отпрыгнул в сторону. Сэй лично уничтожил его, своим монструозным молотом. Забрызгав меня и себя содержимым кокона.

Сейчас Сэй был без покрова, необходимо срочно нападать.

Сразу активировав тройное усиление, я начал атаковать. Первую серию, ударов провёл без проблемы, а вот во время второго захода знатно так получил в ответ. Даже не заметив, что это было. Меня зашатало, но на ногах удержаться я смог.

Каким образом Сэй умудрился достать меня под тройным ускорением? Он реально монстр.

Из молота в руках Сея начали вырастать лианы и обвивать его тело, сооружая некое подобие брони. Это происходило настолько быстро, что я с трудом мог уследить. Даже Ки не успевала за скоростью лиан. Стоило очередной лиане занять своё место, как она тут же засыхала, покрывая тело Сэя деревянной бронёй.

Медлить было нельзя, но энергии практически не осталось. Единственной возможностью, если не победить, то хотя бы свести этот бой к ничьей была энергия защитного кокона. Но тогда я точно провалю последнее испытание сенсея. Хотя какая уже разница! Я в любом случае провалю его, так что будь, что будет.

Энергия защитного кокона позволила мне нанести пять безответных ударов, по корпусу Сэя, в места, где ещё не было деревянной брони, как думал я. Во время последнего удара в мой кулак что-то воткнулось. Я сразу же почувствовал сонливость, но меня так просто не взять. Боль от ослабления защиты помогла мне не отрубиться на месте. Я снова бросился в атаку, на этот раз уже не пытаясь попасть в незащищённые места, а бил куда придётся, тупо размахивая кулаками. В удары я вкладывал всё, что смог оттянуть с защитного кокона. Деревянная броня под моими ударами трещала, лопалась, в стороны отлетали щепки, но всё же она не поддавалась мне.

Сэй смог выстоять под моим безумным натиском и атаковал сам. Откинув меня на несколько метров, ударом в грудь. Сил на защиту у меня просто уже не было.

Сейчас я стоял напротив Сэея, едва держась на ногах. Но и мои атаки всё же не прошли для него безвредно. Его заметно пошатывало. Парень вытянул вперёд руку и в мою сторону полетели острые иглы, какого-то растения. Их кончики очень подозрительно поблескивали. Думаю, если в меня воткнётся такая игла, то я либо буду отравлен, либо ослаблен, либо усыплён. В последний момент я поднырнул под летящие иглы, пропуская их над своей головой и едва не потерял сознание. С огромным трудом смог подняться на ноги.

По идее следующая атака Сэя должна была окончательно вывести меня из строя, но её не было. Посмотрев на паренька, сразу всё стало понятно. Некогда бурлящий, от переполняющей его энергии источник, сейчас был пуст.

Не один я полностью выложился во время боя. Похоже, тот восстанавливающий кокон жрёт просто нереальное количество энергии.

Сейчас мой противник стоял, опершись на свой монструозный молот. Похоже, что даже это даётся ему с огромным трудом. Мне сейчас нужно просто подойти к нему и нанести всего один удар. Думаю, что тут даже не потребуется усиления. Вот только осталось теперь заставить себя это сделать.

Пока я собирался с силами за спиной Сэя вырос, тот самый цветок пылесос. Во только на этот раз он не начал высасывать энергию, а наоборот, стал её отдавать. Для меня это означало только одно – писец, большой такой, жирный!

Тело Сэя вновь было наполнено энергией. Но он не спешил нападать. Деревянная броня спала с его тела, и он приветливо улыбнулся мне, показав окровавленные зубы. Всё же ему хорошо досталось от меня. И это не могло не радовать.

Через мгновенье я почувствовал лёгкий укол в области шеи и снова ощутил накатывающую сонливость. Вот только на этот раз, справиться с ней мне не помогла даже боль.

Очнулся я от бешеной тряски. Пахло бензином и потом.

Энергия малость восстановилась, пока я находился без сознания. Странно, но ничего не болело. Хотя после тех перегрузок, что мое тело испытало во время боя с Сэем, я сейчас должен мало чем отличаться от бревна.

Нескольких крох энергии мне хватило, чтобы убедиться – еду я в машине с Абдуллой. На заднем сиденьи сидели Марика и долбанутая целительница. А они что тут забыли?

– Куда ты так несёшься? У меня уже весь ливер болит. И почему с нами эти бабы? – сказал я, с трудом принимая вертикальное положение.

– Ты, должно быть, забыл, что сразу после турнира тебя хотели захватить? – буркнул себе под нос Абдул. – А эти бабы увязались за мной, сразу как я утащил тебя с арены. Даже старейшина Муатабар не смог прогнать их. – Абдулла нервно хихикнул и продолжил. – Бойцов клана Скорцезе он смог обмануть, а двух девиц нет. Кому рассказать, поднимут на смех!

– Спасибо. – поблагодарил я мужчину.

– За что?

– За то, что теперь я знаю, кто хотел захватить меня в рабство. – Придет время, я поквитаюсь с ними за это.

– Молодой человек. – голос целительницы, заставил меня вздрогнуть. – Я вижу, вы пришли в себя. Так что там по поводу моего предложения?

– Идите в задницу. – Вот же приставучая зараза. Увязалась за мной даже не имея понятия, куда едет. Впервые вижу подобного фанатика своего дела. – Для чего вы вообще увязались за мной?

– Вы уникальны! Я просто не могу потерять вас из вида, пока не возьму все интересующие меня анализы и не проведу подробнейший осмотр вашего организма. – на последних словах целительницы машина подскочила на особенно большой кочке, тряхнуло нас знатно. Абдулла потерял на миг управление и машину стало заносить к ограждению, которое было установлено на всей протяжённости горной дороги. Я с ужасом осознал, что мы ехали по узкому серпантину и сейчас просто свалимся неизвестно с какой высоты вниз.

Сзади заверещала София, тоже осознав ту задницу в которую мы попали.

Хлипкое ограждение практически без сопротивления разлетелось под весом тяжёлого внедорожника. Машина клюнула носом вниз. Я уже начал прощаться с жизнью, когда наше падение прекратилось. Машина выровнялась и Абдулла включив заднюю передачу спокойно вернулся обратно на дорогу.

– Твою мать Абдулла! Что сейчас вообще это было? – заорал я на ухо, совершенно спокойному горцу.

– Малость занесло. На местных дорогах порой такое случается. – словно ни чего не произошло, произнёс он, едва пожав плечами. Тело Абдулы было наполнено силой. Он сиял в энергетическом плане, совершенно не уступая Сэю. Минимум второй ранг. Так вот кто не дал машине упасть.

На заднем сиденьи продолжала верещать целительница.

– Я чуть в штаны не наложил от страха! Давай дальше поедем, чуть медленнее. Не хочу, чтобы мои останки клевали с камней падальщики. – произнёс я и как раз в этот момент, где-то над нами раздался пронзительный крик хищной птицы.

– Не бойся Макото. Со мной ты в полной безопасности. За всю свою жизнь каменный Абдулла ещё ни разу не подводил Муатабара. – Вот и выяснилась стихия, которой владеет Абдула – камень.

После его слов до наших ушей откуда-то снизу долетел звук сильнейшего взрыва. Абдулла тут же рванул с места, вновь давя на педаль газа до упора.

– Скорцезе поняли, что их обвели вокруг пальца. Взрыв прогремел в районе Ургунди. – улыбка появившаяся на лице Абдуллы, очень меня напугала. Не спятил ли он часом? В его кишлаке сейчас наверняка идёт бой, с очень серьёзным противником, а он улыбается. – Муатабар предвидел подобное развитие событий и подготовился. Можешь не переживать, мы справимся. Не думай о происходящем в Ургунди, лучше держись крепче. До скалы твоего учителя нам добираться ещё часа три.

Узнав, что Абдулла владеющий второго ранга, стихии камня, я начал успокаиваться. В горах он был очень силён. Сейчас с трудом верится в то, что мы сможем сорваться в пропасть. Не много придя в себя я начал думать и сразу появилась куча вопросов.

– Почему я так быстро очнулся после боя с Сэем? Он же чем-то отравил меня. – адресовал я свой вопрос до сих пор бубнящей что-то себе под нос целительнице.

– Должно быть это был не яд, а снотворное или очень сильное успокоительное. Не получив образцы и не проведя анализ, я не могу точно ответить на твой вопрос. Но я могу выделить образец вещества из вашей крови. У меня как раз имеется с собой несколько шприцев для забора. Просто закатай рукав и всё. – ответила целительница. И была в очередной раз мною послана. – К тому же сразу после вашего поражения Сэй, влил вам в рот что-то из небольшого цветка, выросшего рядом с вашей головой. Возможно, противоядие, а возможно и что-то другое. Мне отвечать он отказался, а времени на расспросы совсем не было, вас уже уносили с арены и мне пришлось бежать следом.

Похоже, Сэй оказался вполне нормальным парнем и помог мне не только быстрее справиться с отравой, но и восстановить организм. Сразу вспомнил, восстанавливающий кокон. Возможно, в том цветке было нечто схожее. Ну да ладно, я пришёл в себя и вроде даже чувствую не совсем паршиво. Энергия постепенно восстанавливается, а вместе с ней и мои силы.

Если с целительницей для меня всё более-менее стало понятно. Она теперь не отвяжется, пока не получит моё тело для своих опытов. То для чего за мной последовала Марика было загадкой.

– Марика для чего ты здесь? – обратился я к девушке. Она единственная кто не произнёс ни слова с того момента, как я пришёл в сознание. И даже когда мы едва не сорвались с дороги, девушка оставалась совершенно спокойной.

– Ты победил меня в честном бою. – тихо произнесла она.

– И что? – Для меня вообще не было понятно, в чём связь между тем, что я победил её и тем, что она сейчас увязалась следом за мной.

– Я выполняю волю своего учителя. – и снова фраза без каких-либо объяснений. Чувствую, этот разговор будет очень трудным.

– Может, ты прекратишь говорить загадками и ответишь нормально на мои вопросы? – попытался я надавить на Марику.

Девушка ничего мне не ответила. Дальше приставать к ней с расспросами я не стал.

Следующий час мы ехали молча. Даже целительница, постоянно, что-то бубнящая себе под нос, замолчала. Да и Абдулла был как никогда молчалив. Всё же как бы он не храбрился, было заметно, что сейчас его мысли находятся в Ургнуди. Я осознал, что провалил свой последний экзамен и теперь буду вечным учеником сенсея, как и Гуоджин. Но в любом случае участие в турнире позволило мне стать ещё малость сильнее.

Дорога продолжала взбивать наши внутренности, постоянно виляя из стороны в сторону. Крутые подъёмы чередовались с не менее крутыми спусками, на многих из которых у меня закладывало уши. Приходилось постоянно сглатывать, чтобы вновь начать нормально слышать. Из-под колёс машины то и дело вылетали крупные камни. Которые ударялись о скалы и разлетались на мелкие осколки, барабанящие по кузову машины. В такие моменты мы словно находились под обстрелом.

Тишина начинала давить.

Энергия уже давно полностью восстановилась и от безделья я решил осмотреться. Испытание провалено, поэтому теперь я могу спокойно пользоваться зоной маны.

Как только я активировал зону, информация об окружающем нас пространстве волной цунами обрушилась на мой отвыкший от подобного разум. Почти пять лет я видел окружающий мир только в энергетическом плане. А теперь полноценная картинка происходящего вокруг нас начала поступать в мой разум.

На огромной скорости мы неслись по узкому ущелью, по дну которого тёк маленький ручеёк, в который ссыпались мелкие камни из-под наших колёс. Не знаю, почему меня так увлёк этот ручеёк, но я стал следить за ним. Пришлось трансформировать и вытягивать поле манны, чтобы увидеть, как далеко течёт этот ручей. Но энергии, имеющейся в наличии, хватило всего метров на сорок, а ручей тянулся значительно дальше. Тогда я начал тянуть энергию с защитного кокона, постепенно удлиняя линию обзора.

– Впереди засада. – голос Марики, прозвучавший в полной тишине, оказался подобен раскату грома. Я только собирался спросить её, откуда она это узнала, как нашу машину подкинуло в воздух. Что-то мне это смутно напоминает.

Машина несколько раз перевернулась в воздухе. В голову ворвались, с невероятной скоростью, мелькающие картинки, зона маны была до сих пор активна. Благодаря этому мне удалось увидеть лицо человека, напавшего на нас.

Метрах в десяти от того места, где нас подбросило в воздух, на небольшой возвышенности стоял тот самый, второранговый огневик, у которого я выиграл в полуфинале. Его лысая голова блестела на солнце. А лицо было искажено от ярости.

Всё это я смог разглядеть, пока машина находилась в воздухе. После чего последовал сильный удар о стену ущелья. Удар пришёлся на левую сторону машины. Меня кинуло на Абдуллу. И какого чёрта я не пристегнулся ещё после того, как едва не сорвались в пропасть?

Стоило машине коснуться земли, как я вылетел наружу, вынеся собой заклинившую дверь. Этот говнюк отлично подготовил, своё нападение. Вокруг того места, где упала машина из земли начали вырываться столбы пламени высотой метра под три и толщиной с метр. Всего таких столбов я насчитал девять. Столбы начали медленно двигаться, постепенно прижимая нас к скале.

К этому времени из машины выбрались практически всё за исключением целительницы, которая единственная из всех была пристёгнута ремнём безопасности и сейчас лихорадочно пыталась отстегнуть его. На первый взгляд, Абдулла был, полностью не вредим, чего нельзя было сказать о Марике. Лицо девушки было запачкано кровью, вытекающей из длинной ссадины на лбу, а левая рука была вывернута под неестественным углом.

Быстрое сканирование окружающего пространства на предмет обнаружения огневика ничего не дало. На том месте, где я заметил ублюдка, было уже пусто. Похоже, он отошёл на более дальнюю дистанцию, чем берёт зона маны. Стоило мне только начать увеличивать радиус поиска, как в мою сторону полетели огненные шары. Я даже не успел испугаться, как все шары разлетелись огненными сгустками столкнувшись с каменными пиками, вылезшими из земли. Абдулла с лёгкостью смог блокировать эту атаку.

Впервые мне довелось сражаться в команде и это уже начало мне, чертовски нравиться. Но не стоит расслабляться огневик ещё не обнаружен.

– Дай мне секунд двадцать и я найду засранца. – крикнул я Абдулле начиная откачка энергии с защитного кокона. Боль, ставшая для меня почти родной, начала скручивать тело. Вытянув зону маны почти на сотню метров и сделав её пару метров шириной, я начал прощупывать окружающие нас скалы.

Огненные столбы продолжали расти и приближаться к нам. Раскалённые шары вылетали из них почти без остановки. Абдулла уже не успевал блокировать их всё. Ему на помощь пришла Марика. Несмотря на свои раны она создала вокруг нас воздушное кольцо и постепенно начала расширять его. Огненные шары, попадая в кольцо, увлекались за собой сильнейшими порывами ветра. За несколько секунд воздушное кольцо превратилось в настоящий огненный смерч. Который всё продолжал расширяться, не пропуская пламя внутрь.

Целительница наконец справилась с ремнём и сейчас стояла возле Марики, залечивая её травмы. Рана на лбу девушки уже практически затянулась.

Абдулла спешно начал возводить вокруг нас каменный купол. Каждую секунду из земли он вырастал на пару сантиметров и уже доходил мне почти до колена. Огненный смерч Марики достиг колон пламени и теперь они пытались перебороть друг друга. Все же колонны были сильнее, огненное кольцо вокруг нас вновь начало сжиматься.

– Нашёл! – выкрикнул я, наконец обнаружив ублюдка.

Огневик очень умело спрятался между скал, метрах в тридцати от места, где находились мы. В месте, где заканчивалось ущелье и начиналась небольшая равнина, заваленная множеством камней. Возможно, я и не обратил бы на этот участок внимания, не начав он подпитывать энергией технику огненных колон, что сейчас теснили нас. Тоненькая энергетическая нить соединявшая огневика с его техникой в этот момент ярко засветилась в энергетическом плане. Думаю, чтобы разрушить технику достаточно будет разорвать эту нить, лишив колоны подпитки.

– Марика, ты сможешь мне помочь перепрыгнуть через колонны? – заорал я, пытаясь перекричать гул пламени. Девушка просто кивнула. – Абдула, как только я окажусь на той стороне от тебя потребуется обрушить вон те скалы. – указал я на место, в котором засел огневик. Необходимо его малость отвлечь, чтобы не смог помешать мне, лишить его ловушку энергетической подпитки.

– Всё сделаю в лучшем виде. – ответил Абдула. Защитный купол, выросший ещё на двадцать сантиметров вверх, прекратил расти дальше. Абдула вытянул руки в сторону указанных мною скал и начал ждать сигнала.

Напитав ноги достаточным количеством энергии, сразу врубил двойное усиление. Покорёженный автомобиль оказался отличным трамплином. Под усилением я смог подпрыгнуть гораздо выше бушующей вокруг нас стихии. Когда я находился в наивысшей точке прыжка, меня подхватил сильнейший порыв ветра и перенёс через огненные колонны. Стоило мне только коснуться земли, как спину обдало сильнейшим жаром. Изнутри жар от нас отводил ветер Марики, а оказавшись по другую сторону я сполна ощутил всю мощь стихии. Волосы на голове затрещали от нестерпимого жара. Пришлось быстро отходить на несколько метров, чтобы не вспыхнуть словно спичка. Уверен, что подобный жар моя шкура не выдержит.

В месте где прятался огневик, раздался оглушительный грохот падающих камней, с лёгкостью перекрывший собой гул пламени. Время пошло на секунды, теперь я должен успеть перерубить энергетический канал. Самое тонкое место оказалось примерно в десяти метрах от меня. Единственным в моём арсенале, что подходило для этой цели, была сила, спрятанная сейчас под защитным коконом. Нужно было попасть по энергоканалу с первого раза, просто боюсь второй попытки может уже и не быть. Вот только с такого расстояния я вряд ли попаду точно с первого раза.

Моё тело всё ещё находилось под двойным усиление. Требуемое расстояние я преодолел за полсекунды. Направив руку на энергоканал полностью снял защитный кокон с ладони. Сила, вырвавшаяся из моей руки, перерубила нить связывающую огненные колоны со своим создателем. Боль начала выкручивать меня наизнанку, пока я вновь не восстановил защитный кокон.

Перерубленный энергоканал словно натянутая до предела резинка разлетелся в разные стороны. Одним концом ударив по огневику. Ублюдок уже выбрался из завала устроенного Абдуллой. Обрубленный энергоканал ударил по нему словно разогнавшийся грузовик, снеся огневика прочь. Тело окутанное огненным покровом полетело словно будто мячик, кувыркаясь и подпрыгивая на камнях. Свой полёт огневик остановил, впечатавшись в подножье большой скалы, возвышающейся над ущельем. От удара по камню пошли трещины, сам же огневик, похоже, пострадал не сильно. Он уже пытался подняться, опираясь одной рукой о скалу.

Сразу после того, как колоны лишились подпитки, Марика пробила в них брешь и мои спутники тоже выбрались из огненной западни. Абдулла тут же протянул обе руки в сторону скалы, у подножия которой пытался подняться на ноги наш враг. И сильно хлопнув в ладоши, что-то прокричал.

Я не успел ничего предпринять, огромный кусок породы упал на огневика со стопроцентной вероятность, превратив того в лепёшку. От падения нескольких тон горных пород не спасёт никакой покров, тут нужны защитные техники минимум первого ранга.

– Зачем? – спросил я у Абдулы, подойдя к ним.

– Он посмел уничтожить мою машину. – сквозь зубы процедил горец. В подтверждение его слов раздался взрыв и мимо нас пролетела раскуроченная автомобильная дверь. Огненные колоны добрались до автомобиля, хоть и лишённые подпитки они всё ещё несли в себе достаточно энергии.

– Мы могли захватить его живым и узнать, почему он напал на нас. А уже только после этого убить. – сказал я. И только после произнесённого удивился сам себе, с какой лёгкостью я приговорил человека к смерти.

– Плевать! – Абдулла сплюнул себе под ноги и пнул первый подвернувшийся камень. – Просто хотел отомстить, опозорившему его сопляку, да и всё. Теперь, из-за этого мстюна придётся идти пешком до убежища твоего учителя. А это ещё километров тридцать не меньше. До темноты нужно успеть, иначе будем ночевать в скалах. Поверь мне парень, это не самое приятное, что с тобой может случиться.

После этих слов горец развернулся в сторону, куда мы ехали и зашагал вперед, пытаясь держаться подальше от ручья.

– Ты как сможешь идти? – спросил я Марику. Выглядела она не очень. Всё лицо было в спёкшейся от жара крови. На лбу виднелся розовый шрам. Рука по-прежнему была вывернута и не функционировала.

– А у меня есть выбор? – ответила Марика и двинулась следом за Абдуллой.

– Сможете что-нибудь сделать с её рукой? – обратился я к целительнице. Которая встала рядом со мной и пыталась, что-то разглядеть в моём ухе.

– Как только мы окажемся в подходящем месте, то я обязательно исцелю ее руку. Там необходимо хирургическое вмешательство, а в подобных условиях. – София обвела руками ущелье. – это просто невозможно сделать. Но сейчас я могу взять у вас кровь, это можно сделать и тут.

Слушать дальше я не стал и пошёл догонять ушедших вперёд.

Добраться до жилища Хироши сенсея до темноты мы всё же успели. Правда, последние десять километров нам с Абдуллой пришлось по очереди тащить на себе Марику. Как бы она ни храбрилась, но травмы оказались куда серьёзнее, чем могли показаться, на первый взгляд. София осмотрела девушку и вынесла не самый утешительный вердикт. Больше половины внутренних органов сильно пострадали, имелось несколько очагов внутреннего кровотечения. Целительница на скорую руку подлатала самые опасные повреждения, но этого было очень мало, требовалось серьёзное лечение, включающее в себя хирургическое вмешательство не только для восстановления руки, но и для исцеления внутренних органов.

Вопрос с подъёмом до пещеры, в которой находится вход в убежище сенсея, решился довольно легко. Абдулла, используя свою силу, соорудил каменную лестницу прямо в скале. А по мере, того как мы поднимались наверх, лестница за нами вновь становилась одним целым со скалой. Теперь мне становится понятно, каким образом жители Ургунди построили арену, полностью вырубленную в скале.

– Смотрю, по дороге вы встретили неприятности? – спросил Хироши сенсей, стоило нам только подняться в пещеру. Похоже, учитель заметил нас уже давно и решил лично поздороваться.

– Вы должны мне машину. – вместо приветствия буркнул Абдулла. И двинулся вглубь пещеры, он явно уже бывал здесь раньше и знает, куда нужно идти.

Я же постарался как можно короче рассказать сенсею, всё, что с нами произошло в пути. Узнав, что Марике требуется помощь, сенсей отвесил мне затрещину и назвал идиотом. Первым делом нужно было оказать помощь девушке, а все рассказы уже после.

Он тут же двинулся внутрь пещеры, забрав у меня девушку. Мы с целительницей двинулись следом. Пройдя буквально пару поворотов, мы оказались в медицинском блоке. Сенсей предоставил Софии всё, что ей требовалось для исцеления Марики. Целительница сказала, что работа займёт часа два и в это время её лучше не беспокоить.

– Макото, ступай в свою комнату. Тебя там ждут. – сказал мне сенсей, как только мы покинули медицинский блок.

Ломая голову, кто это может быть я пошёл к себе.

– Здравствуйте, Василий Дмитриевич. – обратился ко мне пожилой мужчина в военной форме, стоило мне только открыть дверь. Мужчина сидел на моей кровати и что-то писал в маленький блокнот, который тут же убрал при моём появлении. – Я приехал за вами. Настало время вернуться в империю.

После этих слов я застыл словно парализованный. Кто это и как он смог найти меня в жилище сенсея? Да какого хера тут вообще происходит? Какая к чертям империя?

– Позвольте пояснить. – видя мой ступор снова заговорил мужчина. – Меня зовут Воронцов Сергей Михайлович. Я поверенный его императорского величества Алексея Второго, а по совместительству командующий войсками специального назначения Северной Империи в свободных землях.

После представления мужчина встал и протянул мне руку. От всего сказанного я охренел ещё больше и тупо не понимал, для чего он тянет мне свою руку и что вообще нужно такому человеку от меня.

– Ну что же, ваше право. – так и не дождавшись от меня ответа, мужчина отдёрнул руку и сел обратно. – Я прибыл сюда по просьбе императора. Мне было поручено разыскать вас и доставить в столицу. Император обещал вашему отцу, что позаботиться о вас. А свои обещания он выполняет всегда. Вы как последний представитель своего рода попадаете под личную защиту императора.

Первого сентября сего года, вам Василий Дмитриевич, надлежит явиться в академию Годуновых, для прохождения обучения. Император полностью берёт на себя все обязательства и гарантирует вам неприкосновенность до окончания учёбы. Более подробная информация изложена в этой папке. – поверенный императора указал на толстую папку, лежавшую на моей подушке. – Может вам требуется помощь в прочтении документов? – спросил он, но так и не получил от меня ответа. Тяжело вздохнул, помотал головой, после чего поднялся и вышел из комнаты, отодвинув меня из дверного проёма.

– Думаю, времени до завтрашнего вечера вам вполне хватит, чтобы ответить мне. – напоследок сказал Воронцов.

В прострации я простоял ещё минут десять. В голове было совершенно пусто. И снова отец, даже после смерти он помогает мне.

Вот только спрашивается почему только сейчас? Почему император решил сдержать своё слово спустя восемь лет. Где он был всё это время? И почему сам не разобрался с предателями, что уничтожили мой род? Море вопросов и не одного ответа.

Папка, что оставил Воронцов! Возможно, в ней я смогу найти ответы.

Действительно, в папке я нашёл очень много интересного. Но ответа на главный вопрос там не было. Ее изучение растянулось на всю ночь. По хорошему мне был необходим отдых, но я просто не смог бы заснуть. Мой воспалённый мозг требовал ответов.

Ближе к утру зашел сенсей и принес мне поесть. Вроде, он уже заходил вечером, что-то смутно припоминаю. Сенсей сказал, что в обед ждёт меня в столовой. И моё присутствие обязательно. Благо документов в папке оставалось совсем мало.

Из всего прочтённого у меня сложилась довольно двоякая картина произошедшего восемь лет назад. Уничтожение рода Лопухиных император взял под личный контроль. Дело до сих пор не закрыто. Шуваловы проходят по делу в качестве свидетелей, наряду ещё с двумя родами, входящими в мой бывший клан. В тот день не погибло ни одного человека из этих родов.

Свидетели отсутствовали, а все видеозаписи с камер наблюдения чудесным образом испарились.

За свидетелей вполне могли сойти выжившие бойцы Чёрной Сотни, но как раз на них и решили остановиться законники империи. Заочно обвинив в уничтожении рода именно наёмников.

Чёрная Сотня была объявлена в розыск по всей империи. Путь туда был им закрыт. Но почему тогда Гуоджин, не рассказал мне об этом? Ведь это всё произошло ещё до того, как я начал обучение у сенсея.

А вот про Григория Чернышёва ни в одном из документов не упоминалось вообще. И что это может значить? Что у него имеются очень влиятельные покровители? Которые с лёгкостью могут удалить любое упоминание о нём из материалов расследования? Или что? Этот вопрос остаётся открытым.

Дальше шло ещё более интересное чтиво. Досье на Шуваловых.

После уничтожения моего рода Шуваловы получили власть в клане. Всего за три года они смогли поднять клан до небывалых высот, сменив статус клана. Вместо клана древней крови они вывели в свет клан новиков и не прогадали. Вычеркнув ослабленные или уничтоженные рода из состава клана, Шуваловы смогли перетянуть на свою сторону четыре очень перспективных молодых рода. Которые за три года смогли сделать Шуваловых богатейшим родом империи.

Они подмяли под себя производство обезличенных концентраторов, автомобильную промышленность и разработку полезных ископаемых. Глава рода Шуваловых – Александр Григорьевич опустился на нулевую ступень, что ещё больше укрепило позиции рода в империи.

И вдобавок ко всему младший Шувалов – Дмитрий. Который после смерти своего брата Филиппа, стал наследником рода, был помолвлен с Великой Княжной Софией Алексеевной. Пожениться они должны через три года, сразу как достигнут совершеннолетия. Вот тогда род Шуваловых станет практически неприкосновенным и месть может навсегда остаться лишь в моих мечтах.

Ещё в папке имелась информация об академии Годуновых и правила обучения в ней.

Академия являлась неким подобием высшего военного командного училища. Обучение в ней проходили только потенциально сильные владеющие.

Академия являлась заведением закрытого типа. То есть учащиеся в ней жили и учились на территории академии.

Обучение в академии начиналось с шестнадцати лет. И длилось ещё пять.

Каждый год в академию принималось от девяти до пятнадцати человек. Которых отбирала вступительная комиссия, по критериям, которых вообще никто не знал. Были случаи, когда в обучении отказывали очень сильным владеющим из влиятельнейших родов, беря на их место совершено ни кому неизвестных владеющих. Порой даже безродных, что было величайшей редкостью.

На территории академии не существовало никаких титулов, разделений по родам и кланам. Там были все равны. И простолюдин мог спокойно обучаться с императорским наследником.

Из-за закрытости академии на её территории возможно было приобрести практически всё что угодно. Вот только обычные деньги там не котировались. Всё покупалось за очки заслуг, про которые в этих документах ничего не было сказано.

И что мне понравилось больше всего, так это полная анонимность обучающихся. При поступлении возможно было представиться абсолютно любым именем. Вот только это мало поможет, если ты отпрыск влиятельного рода и твоё лицо всем прекрасно знакомо. Меня же в империи вообще никто не знал. С этой стороны не должно возникнуть никаких проблем.

Директором академии был Аркадий Годунов. Представитель рода видящих. Для меня знакомство с ним может статься, очень полезным. Хироши сенсей говорил, что понять мне силу, сидящую во мне, помогут другие пользователи Кэкки.

Последним листом в папке оказалось письмо адресованное лично мне и скреплённое сургучной печатью, на которой был изображён двуглавый орёл, над головами у которого находилась корона. В правой лапе орёл держал скипетр, а в левой державу – вроде так это называется.

Сломав печать, развернул лист, на которым было написано очень корявым почерком следующее.

" Буквально за три дня до своей смерти твой отец попросил меня приглядеть за тобой. И я выполню своё обещание, даже если придётся лично найти тебя и притащить в империю за шиворот. Только тут я смогу гарантировать тебе безопасность. До этого момента твои враги не рискнули бы сунуться в свободные земли. Сейчас же они стали сильны, как никогда и вполне могут пойти на риск и послать людей, за твоей головой.

Все прекрасно знают, чьи руки запачканы в крови твоего рода. Но большинство сильнейших кланов вполне устроил такой расклад. Слишком твой отец был принципиальным и несговорчивым. Даже императора порой не слушал, поступая, как посчитает правильным.

Прости Вася. Интересы империи всегда будут превыше моих собственных. Сейчас Шуваловы нужны империи. Но я обещаю тебе, что как только мои люди найдут способ ослабить влияние рода. Я помогу тебе отомстить. Сдержу свору, что попытается накинуться на тебя.

Возвращайся. Пройди обучение и тогда решишь, как поступить.

Дядя Лёша.

P.S. Пожалуйста, будь снисходителен к Воронцову. У него месяц назад был инсульт, еле успели доставить к целителю. Прошу не угробь мне лучшего специалиста по спец. операциям. Буду надеяться на твоё понимание. И ждать в гости, как окажешься в столице.

P.S. P. S. Все счета и имущество рода Лопухиных законсервированы и ждут возвращения хозяина. Не медли. «

На этом письмо заканчивалось. Вот тебе и дядя Лёша – император мать его! Гондон ты дядя Лёша! Император, который ничего не может сделать в собственном государстве, раз кланы решают за него кого наказывать, а кого трогать не стоит. Вот оно мне надо возвращаться в империю, которой управляют подобные люди?

Но если я промедлю, то Шуваловы действительно могут стать недосягаемыми для меня. Вот же гадство! Что мне делать? Как правильно поступить?

Мне срочно нужен Гриша. Каким бы раздолбаем по жизни, он ни был, всегда принимает правильные решения. Вот и тут нужно послушать, что он скажет по поводу всей этой петрушки, что началась вокруг меня.

Пришло время обеда и я направился в столовую. Как оказалось, ждали только меня. За столами сидели практически всё, за исключением Абдуллы и Хироши сенсея. Горец ещё ранним утром отправился в Ургунди, позаимствовав у сенсея машину. Которая у того, к моему глубочайшему удивлению была. А учитель стоял возле плиты, раскладывая еду по тарелкам.

– Макото помоги мне. Отнеси каждому его тарелку. – обратился ко мне сенсей.

И я по собственной воле превратился в официанта.

Первой стряпня сенсея досталась Марике. Она выглядела отлично. Ни что не говорило о том, что ещё вчера вечером её жизнь была под угрозой.

Следующей оказалась София, которая снова поинтересовалась у меня, когда я отдамся в её, жаждущие новых знаний, руки. Сказал, что мне ещё нет восемнадцати и её могут посадить.

А вот с Воронцовым выдалась довольно интересная беседа. Он ни словом не обмолвился по поводу моего решения. Зато выяснилось, что был заместителем моего отца и после него занял пост командующего спец. войсками.

Дальше Сергей Михайлович начал травить байки про свою службу под руководством отца. Слушал я его с открытым ртом, даже не заметил, как умял две порции рагу, которое сегодня приготовил сенсей.

Оказывается, Воронцов нормальный мужик. Правда, слегка повёрнутый на службе. Но думаю, что это вполне обычная проф. деформация. Тот же Гуоджин лет через десять тоже начнёт вещать только про службу, да про оружие. Хотя может он уже? Всё же последний раз виделись пять лет назад.

Вчера я был слишком шокирован известиями, что меня ждут в империи и не смог сказать Воронцову даже слова. Впрочем, и сейчас, я в основном слушал, лишь изредка вставляя пару слов.

Хироши сенсей весь обед провёл за столиком вместе с женской половиной. И только, когда Марика, вызвавшаяся убрать со столов и помыть посуду, начала собирать у нас тарелки, сказал мне отправляться на тренировочную площадку и ждать его там.

Как только я встал из-за стола Сергей Михайлович всё же напомнил мне, что у меня есть время на ответ до вечера. Обещал ему, что всё будет.

Выйдя на тренировочную площадку сразу начал заниматься. За дни проведённые в Ургунди тело начало отвыкать от постоянных нагрузок. Приятная тяжесть в мышцах заставила меня на время забыть обо всех проблемах.

Закончив стандартную тренировку, заметил Хироши сенсея сидящего на камне. В руках учитель держал три катаны. Одна была его собственная, ножнами от которой учитель так любит воспитывать меня. И две абсолютно одинаковые, словно сделанные под копирку.

Заметив, что я закончил тренировку сесней обратился ко мне.

– Как я тебе и говорил, не зависимо от того пройдёшь ты финальное испытание или нет, тебе придётся покинуть меня. Думаю, лучше момента уже не будет. Ты готов Макото. – после этих слов Хироши сенсей передал мне две катаны, оставив свою при себе. – Эти концентраторы я создал специально для тебя. Они помогут совладать с силой, что скрыта в тебе. Просто направь в них силу, скрытую в тебе и они помогут. Я ещё не раскрыл их полный потенциал, но думаю ты сможешь сделать это самостоятельно.

– Благодарю учитель. – поклонился я так сильно, как только смог согнуться. – Вот только я не умею ими сражаться. Вы обучали меня сражаться, используя только собственное тело.

– Не переживай, стоит только взять их в руки и они сами подскажут тебе, что делать. Левую зовут – Хидари, правую – Тадаши. А теперь соедини их вместе и направь немного Кэкки.

Я сделал, как мне сказал учитель и охренел. Вместо, двух катан в моих руках оказалось странного вида копьё. К длинной рукоятке крепилось полуметровое изогнутое лезвие.

– Это нагината. – пояснил мне учитель. – Оружие монахов и отшельников. Даже не спрашивай! Я сам не знаю, как у меня это получилось. Я создал десятки концентраторов, но такое получилось впервые.

После этого подарка я сразу вспомнил слова Марики, про «Небесного Кузнеца». Полностью подходящее прозвище для человека способного создать подобный концентратор.

Сенсей объяснил мне как нагинату трансформировать обратно в катаны. После чего сказал повторить этот процесс раз десять.

– И ещё вот, возьми Сая к твоим мечам. – Хироши сенсей протянул мне выполненные из дерева и обтянутые чёрной кожей ножны, очень похожие на его собственные. – И вот. – он достал толстый ремень с креплениями по бокам, к которым и подвешивались мои мечи.

После чего сенсей помог мне всё это правильно одеть. Ощущения очень непривычные. В таком положении мечи сковывали движения. Скорее всего, это просто с непривычки и походив так денёк, другой я перестану их замечать вовсе. Но пока всё же предпочту снять мечи и ходить без них.

– А теперь направь Кэкки в пояс. – сказал сенсей, сразу после того, как я попробовал походить в таком виде.

После подачи Кэкки вместо пояса на мне оказался кожаный кардиган с глубоким капюшоном. После этой трансформации мечи исчезли, просто испарились. Я даже перестал ощущать их тяжесть. Тут же начал крутить ощупывать себя как дурак, пытаясь понять, куда делись мои концентраторы.

– Успокойся Макото. Хидари и Тадаши находятся на своём прежнем месте. Просто в немного искривлённом пространстве. Направь Кэкки на поиски своих мечей. – начал объяснять учитель. – И как только найдёшь их, добавь ещё немного энергии. Это поможет мечам вернуться обратно.

– Охереть! – вырвалось у меня, когда мечи вновь появились висящими на поясе. Вот только кардиган оставался по прежнему одет на мне. Хироши сенсей просто нереально крут.

Удар ножнами в живот заставил меня согнуться пополам. Слишком я был занят восхищением свалившимися на меня подарками и не заметил удара сенсея.

– За что сенсей? – прекрасно понимая, что получил за ругательство. – Как я ещё должен выразить чувства, переполняющие меня после таких подарков?

Сенсей никак не отреагировал. Хотя я сам виноват, не сдержался.

– Его зовут Саккаку. – сенсей провёл рукой по кардигану. – Можешь придавать ему практически любую форму. В пределах разумного естественно, но жрёт это просто нереальное количество энергии. Разобраться с этим сможешь и сам. – тут же сказал сенсей, увидев, что я уже открыл рот и готов задать вопрос. – За всю жизнь я создал всего четыре подобных концентратора. Один, из которых был у твоего отца. Он единственный, кто смог раскрыть весь потенциал вещей, созданных мной. Гений северной империи. – Рассказы подобные этому были очень редки. Сейчас я даже не дышал, боясь пропустить хоть слово. – Его звали так до начала обучения у меня. После он получил имя, которое знал каждый человек на планете. Райден – Бог Грома. Свой Саккаку он превращал в сильнейшую технику, против которой практически не существовало защиты. Что у меня, как его учителя вызвало величайшую гордость. До того момента, как до меня не стали доходить слухи о палаче, от которого невозможно было скрыться даже в свободных землях. О палаче в доспехе бога грома.

Учитель замолчал. Было видно, как ему больно. Стоило ему заговорить об отце он сразу начинал улыбаться. Но это длилось недолго, в конце неизменно сенсея настигала боль.

Молча мы простояли минут десять. Каждый думал о своём. Теперь я понял, почему отец получил от учителя имя Райден.

– А теперь можешь задавать вопросы, столь интересующие тебя. – прервал наше молчание учитель.

Как всегда, сеснсей видел меня насквозь. После произошедшего на турнире, услышанного и увиденного здесь у меня накопилась куча вопросов. Главным, из которых был вопрос про Сэя. Но первым делом я спросил другое.

– Почему вы начали называть меня Макото?

– Каждый учитель обязан дать наиболее подходящее имя или прозвище для особо выделившихся учеников. Это заведено ещё очень давно. Имя Макото, я дал тебе после того, как смог разобраться в силе, спрятанной в тебе. Макото – означает истинный. Прости Макото. – развёл руками сенсей. – большего я не могу тебе рассказать. Придёт время и ты сам всё узнаёшь. Любому знанию своё время. Время этого ещё не пришло.

И снова любимая отговорка учителя. Делать нечего, придётся смириться. Всё равно пытаться вытянуть из него что-то дохлый номер.

Следующий мой вопрос был про Сэя.

– Сэй ученик моего старого приятеля. Он настоящий гений. Прости Макото, но у тебя изначально не было и единого шанса против Сэя. Вы находитесь на разных ступенях силы и мастерства.

– И для чего тогда всё это было? Для чего вы поставили мне заведомо невыполнимую задачу? – с обидой в голосе спросил я. Сенсей, получается, специально подставил меня, а как это ещё назвать? Не ожидал я от него подобного.

– Главная ошибка молодости, это самоуверенность. – улыбнувшись, начал отвечать сенсей. – Чем раньше ты осознаёшь, что далеко не каждый противник тебе по зубам, тем больше будет вероятность, что ты сможешь выжить. Мир владеющих очень жесток. Излишняя самоуверенность в нём приравнивается к самоубийству. Будь ты даже самым сильным на планете, всегда найдётся способ справиться с тобой.

Дав мне не много времени на осмысление только, что услышанного сенсей заговорил снова.

– Жизнь, самое ценное, что имеется у человека и для её сохранения пригодны любые методы. Даже самые грязные и подлые. Если твоей жизни кто-то угрожает, то необходимо уничтожить не только его, но и всех, кто может решить мстить тебе. Никогда не щади своих врагов! – сенсей вцепился в свою катану с такой злостью, что мне показалось, он сейчас сломает ножны. Похоже, что в прошлом он совершил подобную ошибку и решил предостеречь меня.

Эти слова заставили меня совершенно по-другому посмотреть на учителя. С самого начала он представлялся мне, как человек чести, неспособный пойти на подлость вне зависимости от ситуации. А тут на тебе, не такой уж он и благородный. По крайней мере, сейчас. Что было в прошлом, я не знаю.

– Я знаю, для чего приехал Кровавый Ворон. – резко переключился сенсей. – Решать только тебе Макото. Обучение в академии видящего пойдёт тебе только на пользу. Вот только твоя жизнь будет находиться в постоянной опасности.

Я лишь кивнул сенсею промолчав. Если соглашусь вернуться в империю. Буду постоянно ощущать опасность и озираться по сторонам, принимая каждого встречного за возможного убийцу. Обучение в академии займёт минимум пять лет. За которые ещё не известно, что может произойти. Не смотря не то, что прошло почти девять лет, думаю Шуваловы найдут способ найти меня, стоит мне показаться в империи и дать о себе знать.

Если же я решу отказаться и остаться в свободных землях. То по-любому вступлю в Чёрную Сотню и стану одним из наёмников. Мне нужен реальный боевой опыт. Без него и думать не стоит соваться к Шуваловым. Их глава ещё довольно молод и с лёгкостью протянет лет сорок, а то и больше. Так, что ждать пока преставится их нулевик не имеет никакого смысла. Да и без него у этих ублюдков хватает сильных владеющих, спасибо Воронцову за сводку по боевой мощи рода и клана.

– Получается теперь я буду вашим вечным учеником? – с грустью в голосе произнёс я.

– Всё, кого я обучал. Остаются навсегда моими учениками. По-другому просто не может быть. – с такой же грустью ответил мне сенсей. – Просто есть те, кто остаётся без моих подарков. Можно сказать, что полученные от меня вещи являются своеобразным дипломом.

Говорить я ничего не стал. Просто подошёл и обнял учителя. За эти пять лет, он был очень строг со мной. Порой хотелось его убить. Он множество раз перегибал палку, но в итоге его методы обучения помогли мне стать намного сильнее. За время, проведенное с сенсеем, он стал для меня практически отцом, которого я не знал в обеих жизнях. Строгий, требовательный, постоянно выдумывающий новые наказания и в то же время мягкий и душевный. Про стряпню сенсея вообще молчу кто ещё будет мне готовить рамен по рецепту бабушки.

К сожалению, сенсей не разделял моих эмоций. Несколько молниеносных ударов по корпусу стали тому подтверждением.

– Пойдём обратно. Люди императора ждут от тебя ответа. Каким бы он ни был, завтра за тобой приедут. – стоило мне перестать хватать ртом воздух, сказал учитель.

– Гуоджин?

– Нет. Ветерок сейчас на выполнении контракта. На базе Чёрной Сотни сказали, что пришлют за тобой человека, а для меня этого вполне достаточно. А теперь давай вернёмся внутрь.

В одном из коридоров ведущих к жилым комнатам нас подловила Марика. К моему дикому удивлению одетая в платье. Она плюхнулась на колени перед учителем и поклонилась, ударившись лбом об пол. Похоже, чокнутая целительница всё же накосячила вчера и слегка повредила девчонке мозги.

– Встань девочка. Ты не должна так кланяться передо мной. – произнёс, удивлённый не меньше моего, учитель.

– Хироши сенсей. Я Марика из рода Адрастос, прошу вас засвидетельствовать волю моего учителя. Дэйю Ву перед своей смертью дала мне последнее задание. Я должна следовать за тем, кто одолеет меня в честном поединке – пять лет. Стать его личным помощником, защитником и учеником. После истечения этого срока я должна вновь вызвать на поединок этого человека, либо навсегда отказаться от пути воина. – не поднимая головы, выпалила девушка.

Это она сейчас вообще о чём? Какой на хрен защитник, помощник и ученик! Что же мне за бабы попадаются долбанутые? Одна на опыты пустить хочет, другая учеником стать.

Вот чему я смогу её научить? Дерётся она явно лучше меня, тут даже не обсуждается. А на турнире я смог победить только благодаря пси-удару. И что-то сенсей подозрительно долго молчит. Неужели он всерьёз обдумывает слова этой полоумной?

– Значит, Дэйю Ву покинула нас. Из всей пятёрки остался только я. – сенсей улыбнулся и ненадолго замолчал. – Марика из рода Адрастос, я Хироши Сумидзу последний из Пятёрки Раскаявшихся, так же известный как «Небесный Кузнец» с радостью засвидетельствую волю твоего учителя.

После этих слов Марика ещё сильнее вжалась лбом в пол. Если так будет продолжаться дальше, то она вмятину в камне оставит.

– Макото. Теперь Марика из рода Адратос на ближайшие пять лет будет твоим самым верным другом. Заботься о ней. – хлопнул меня по плечу учитель, после чего громко рассмеялся. Перешагнув через Марику, до сих пор распластанную на полу.

– Не-е-ет! – закричал я и ухватил сенсея за рукав. – Я не подписывался на подобное!

– Дэйю Ву всегда умела выбирать учеников. Боюсь, что девушка никогда не откажется от своего пути. Единственная возможность отделаться от неё – убить. Решать только тебе Макото. – ещё раз хохотнув учитель выдернул свой рукав и пошёл дальше.

– Может, ты встанешь? – обратился я к Марике и очень пожалел об этом практически сразу. Она выпрямилась напротив меня по стойке смирно. Что за сволочь нарядила её в это платье? Да ещё и не дав нижнего белья!

Девушка была выше меня и поэтому сейчас, практически напротив моего лица я наблюдал молодую, сочную, обтянутую тонкой тканью платья грудь, своего любимого второго размера. Походу платье было малость мало Марике, а возможно, она просто замёрзла, или у неё такая реакция на согласие Сенсея. Сейчас её соски, двумя вишенками, явственно выделялись под тканью.

Что-то мне стало жарко, дыхание сбилось, и пульс зачастил. В штанах стало тесно. Мне же уже пятнадцать! Секс, мне нужен секс! Но как-то всё было не до этого. Постоянные тренировки не давали заползать в голову подобным мыслям. А тут на тебе, грудью в нос. Мозгами я понимал, что это вполне нормально, а вот организм бунтовал, требуя удовлетворения естественной потребности. Второй раз переживать период полового созревания слишком жестоко!

– Ты что-то имеешь против? – спросила у меня Марика и сделала шаг вперёд. Расстояние между моим лицом и её грудью сократилось до критического значения. Я почувствовал просто потрясающий запах, исходящий от девушки, это и стало последней каплей.

Сильнейший оргазм накатил на меня. Я, не осознавая, что творю, вцепился в девушку, прижимая её к себе и стоял так пока не прекратились мои конвульсии.

Всё это время Марика, похоже, даже не дышала.

Как только меня отпустило, накатило осознание того, что сейчас произошло. Долбанные гормоны! Опозорился так опозорился.

Побег – вот единственный выход, который пришёл мне в голову.

– Василий Дмитриевич. – окликнул меня Воронцов, буквально на пороге моей комнаты. – Вы приняли решение?

Отвечать я ничего не стал, быстро вошёл в комнату и захлопнул за собой дверь. Я срочно должен сменить нижнее бельё и штаны. Мало того что теперь я буду чувствовать себя последним извращенцем в присутствии Марики, так ещё возможно, что пятно на моих штанах увидел Воронцов.

Вот же меня угораздило! Будет мне теперь уроком. Не стоит забывать, что мой организм уже в полной боевой готовности. Теперь нужно срочно думать, как избежать подобного в будущем. Ох и тяжело мне будет, если Марика постоянно будет находиться рядом. Тут же в памяти всплыла картина её восхитительной груди, заставив меня снова напрячься от возбуждения. Блин! Хоть рукоприкладством занимайся!

Стук в дверь заставил меня вспомнить, что нужно срочно переодеваться.

– Минуту. – крикнул, слегка осипшим голосом я, впопыхах натягивая чистую одежду. Испачканные штаны и трусы закинул под кровать. После разговора с Сергеем Михайловичем отнесу их в прачечную.

– Войдите. – произнёс я, сев на кровать и прикрыв подушкой свой пах.

Воронцов не стал задавать лишних вопросов. Взглядом спросил разрешения сесть на стул и только после этого заговорил.

– У нас осталось не так много времени Василий Дмитриевич. Ваш ответ нужен мне сейчас. Уже завтра мы должны начать движение к границам империи. В противном случае рискуем не успеть, к началу учебного года. Никогда не знаешь, что может ожидать в свободных землях. А опоздание чревато, не самыми приятными последствиями. Ректор академии – господин Годунов, очень не любит, когда нарушают правила установленные ещё при основании его заведения.

– И что случится, если я не успею? Исключат?

– Исключить, конечно, не исключат. Но вот отправить на исправительные работы вполне могут. Поверьте мне, как выпускнику академии, что это может быть уж очень неприятно. – при этих словах Воронцов передёрнулся, словно увидел нечто очень неприятное.

– Я склоняюсь к отрицательному ответу. Но окончательное решение я приму после того, как посоветуюсь со своими людьми. – ответил я.

Это единственный вариант, который устраивал меня на данный момент. С одной стороны, было слово императора, что он гарантирует мою защиту, хотя однажды он уже смог облажаться, а с другой – были Шуваловы с их разросшимся влиянием. Сейчас я представляю реальную угрозу для них.

Думаю стоит мне появиться в империи, как я тут же открою сезон охоты, на себя любимого. Я буду словно кость в горле у Шуваловых, которую срочно необходимо вытащить и вышвырнуть в мусор. Но это случиться только после того, как я закончу академию Годуновых. Если, конечно, соглашусь на предложение императора и он реально сможет обеспечить мою безопасность.

– Насколько я знаю, завтра вас должны забрать из этого места и вернуть на базу Чёрной Сотни. – немного подумав заговорил Воронцов, ни как не отреагировав на мой ответ. – Я могу малость ускорить этот процесс. Мой отряд разбил лагерь в соседнем ущелье. А база Чёрной Сотни как раз располагается на пути к границам империи. Если выдвинемся через пару часов, то утром уже будем на базе. Можем убить двух зайцев одним выстрелом, так сказать.

– Получается на сборы у меня есть ещё два часа? – спросил я. Всерьёз обдумывая предложение Воронцова. В любом случае завтра я покину жилище Хироши сенсея, так зачем тянуть кота за яйца, если поступило предложение сделать это раньше.

– Именно так. За это время мои люди как раз успеют свернуть лагерь и выстроить технику в походное положение. – не успев договорить, Воронцов развернул походный планшет, достав его из нагрудного кармана и стал быстро набирать какие-то команды.

– Тогда, через два часа встречаемся перед скалой. Вы сможете самостоятельно спуститься вниз? – на всякий случай поинтересовался я.

– Не переживайте Василий Дмитириевич, с этим не возникнет никаких проблем.

– Сергей Михайлович можете больше не обращаться ко мне так официально? Чувствую себя очень неуютно. Просто Вася, а ещё лучше Макото. – попросил я Воронцова. Просто передёргивает всего, когда ко мне обращаются подобным образом. Конечно, я понимаю, князь по рождению и все дела, но не могу ничего с собой поделать.

– Без проблем Макото. Твой отец тоже на дух не переносил, когда к нему так обращались. Это спускалось с рук только главам родов и императору. Я даже пару раз получил от него по морде за подобное обращение. – усмехнулся Сергей Михайлович.

Очень странная ирония судьбы. Даже совершенно не зная отца, оказываюсь похожим с ним.

– Тогда ты называй меня – Вороном. Привык к этому имени за годы, проведённые на службе.

Договорившись с Воронцовым встретиться через два часа возле скалы, каждый отправился по своим делам. Сергей Михайлович отправился дальше отдавать распоряжения своим людям, а я пошёл искать Хироши сенсея. Сейчас мне предстоит самое трудное – проститься с учителем.

Прежде, чем я смог найти учителя, меня нашла София.

– Молодой человек может, вы всё же передумали и согласитесь дать мне провести всего парочку опытов? – попытавшись сделать очень жалостливые глазки и схватив меня за руку снова завела свою пластинку целительница.

– Не старайтесь. Я всё равно ничего не вижу. – тут же обломал её я. – И сейчас очень тороплюсь. Вы не видели, случайно, Хироши сенсея?

– Плохо обманывать женщин молодой человек! Как же не видит он! На турнире вон как руками, ногами махал! – отпустив мою руку, наехала на меня София и тут же переключилась. – Случайно видела и даже знаю, где он сейчас находится. Вот только расскажу вам это только после того, как вы расскажите мне, куда вы так торопитесь.

– Через два часа я покидаю жилище мастера и возвращаюсь домой. – некогда мне сейчас с ней припираться и придумывать отмазки.

Глаза целительницы округлились, она набрала в грудь побольше воздуха и уже собиралась что-то сказать, но не смогла выдавить ни слова от негодования.

– Вы обещали мне рассказать, где сейчас находится сенсей. – напомнил я.

– Господин Хироши сейчас находится в медицинском блоке, я малость восстановила его организм и теперь ему нужен покой. – всё же выдавила из себя целительница.

Она говорила что-то ещё, но я уже ушёл, оставив Софию стоять в коридоре.

– Входи Макото. – позвал меня сенсей, стоило мне только подойти к медицинскому блоку. – Я уже стар и просто не мог упустить такую возможность. Слишком трудно в свободных землях найти целителя способного провести процедуру по восстановлению организма. А за пределы этих земель я сам не высуну носа, да и не будут мне там рады.

Сенсей лежал на операционном столе, укрытый лишь одной простыней, на которой были видны влажные разводы. Пол вокруг стола был заляпан прозрачной слизью, которая стекала из-под сенсея. Мерзкое зрелище.

– Прощайте Хироши сесней. Через пару часов я уезжаю с Воронцовым. Он подкинет меня до базы Чёрной Сотни, а там я уже решу. Поеду обучаться в империю, или останусь в свободных землях. Скорее всего останусь здесь.

– Не дури Макото. Образование тебе просто необходимо. Возможно Годунов сможет помочь тебе разобраться с силой, спрятанной внутри. Если твой император обещал тебе неприкосновенность до окончания обучения, значит, так оно и будет. Он всегда был человеком слова.

Слова сенсея вызвали у меня лишь раздражение.

– У меня нет императора. Его не стало в то день, когда погиб мой род. – довольно грубо ответил я. – В любом случае для начала мне нужно посоветоваться с Гришей и Гуоджином, а уже после этого принимать окончательное решение. – решил я прекратить столь непонятный для меня разговор.

– Посоветуйся. Но принимай решения, которые сам считаешь правильными. Самое страшное на пути любого человека – это сомнения. Стоит только начать сомневаться и всё тут же пойдёт из рук вон плохо.

– Невозможно не сомневаться. Я не знаю ни одного человека, который не сомневался ни разу в жизни. – ответил я. На мой взгляд, сомнениям подвержены абсолютно все. А если человек не сомневается в своих действиях, то он просто дурак.

– Если ты чётко поставил перед собой цель и знаешь, как её достичь, сомнениям просто не останется места в твоей голове. И это всего лишь один пример. – сказал мне учитель. – Ярким тому доказательством является ученица Дейю Ву. Она выполняет волю своего сенсея и даже не сомневается в правильности своего пути.

– Да дура она просто. – не удержался я.

– Согласен. – выдал учитель и тут же спохватившись начал переводить стрелки. – Когда будешь уезжать, не забудь прихватить с собой эту дуру. Ближайшие пять лет она должна безотрывно следовать за тобой. А если ты откажешься от неё, то вполне возможно, что она убьёт себя. Уж не знаю, какие ограничения ей поставила Дейю. Но знав её, могу сказать, что смерть вполне возможна.

Вспомнив Марику тут же покраснел.

Со слов учителя Марика на протяжении пяти лет должна будет везде следовать за мной. Интересно это распространяется на душевую кабину? И снова мои мысли повернули не в ту сторону.

Короче, я не хочу, чтобы Марика накладывала на себя руки и поэтому даже несмотря на свой позор, сейчас найду её и оповещу про наш отъезд. Собирать ей нечего, впрочем, как и мне. Концентраторы были на мне, а из остальных вещей только сменный комплект белья, который необходимо стирать.

– Спасибо за всё Хироши сесней. – после этих слов я встал на колени и поклонился сенсею, упёршись лбом в пол.

– Ты был хорошим учеником Макото, надеюсь, что смогу увидеть тебя ещё раз перед смертью. А теперь ступай. Не люблю прощаться. И да не забывай про старика, пришли мне что-нибудь почитать. Мои предпочтения ты знаешь. – Вот же старый извращенец!

– Как только окажусь в крупном городе, сразу пришлю вам весь лесбийский хентай, что смогу там найти. – пообещал я учителю и своё обещание обязательно выполню.

Оставив сенсея одного, я пошёл на поиски Марики.

На удивление, прощание с сенсеем далось мне намного легче, чем я предполагал. Накатившая на меня тоска сейчас даже играла мне на руку. Не придётся изображать раскаяние в собственном грехе, когда встречу девушку.

Марику я искал практически всё оставшееся, до встречи с Воронцовым время. Нашлась девушка в столовой. В которую я додумался заглянуть в самый последний момент.

Она сидела ко мне спиной и пила кофе. Характерный аромат обжаренных кофейных зёрен очень редко появлялся в этих стенах. За всё время моего обучения сенсей варил себе кофе всего раза три.

– Привет. – обозначил я своё присутствие. – Прости, за случившееся. Просто накатило и вот, что из этого вышло.

– Всё нормально. – ответила девушка, даже не повернувшись ко мне. – Ты же парень, а вам свойственно идти на поводу у своего члена. Если тебе доставило удовольствие потереться об меня. Пожалуйста, на здоровье. Вот только теперь ты должен будешь мне одно желание. – в голосе Марики послышались нотки веселья. Да она сидит и внаглую насмехается надо мной. Я тут перед ней распинаюсь, а она….

– Моё обучение у сенсея окончено и я уезжаю. Если ты со мной, то у тебя есть пять минут, чтобы собраться. – По правде времени оставалось ещё минут двадцать. Просто не люблю, когда надо мной стебутся.

Марика едва не подавилась громко закашлявшись после моих слов. Она тут же подскочила и выбежала из столовой, оставив на столе недопитый кофе.

Вот интересно, куда она так понеслась? У Марике же нет вещей, или я чего-то не знаю? Ну ладно, спрошу у неё самой, как только вернётся.

Я же зашёл в свою комнату, собрал папку с документами, предоставленную Воронцовым и вытащил грязное бельё из-под кровати. Как раз ещё есть время закинуть их в прачечную.

Марика была на месте ровно через пять минут. Она вновь была одета в свою старую одежду, которая прекрасно скрывала все её достоинства. Чему я был очень благодарен. В ближайшие часов двенадцать у меня не будет возможности сменить бельё.

Возле скалы нас уже ждал Ворон в сопровождении трёх бойцов в песочного цвета форме. При большом желании они вполне могли спрятаться даже на совершенно ровной местности. Их форма просто идеально подходила для свободных земель.

На груди у каждого бойца был вышит кроваво-красный ворон. В лапах которого были зажаты стрелы.

Бойцы Ворона были вооружены автоматами очень странной конструкции. Похожими на автомат Калашникова – самый популярный автомат в моём прошлом мире. Там этот автомат состоял на вооружении практически во всех армиях мира.

Местный аналог имел более длинный ствол и массивный прицел. За счёт этого автомат больше был похож на снайперскую винтовку. Но не могут же в отряде Воронцова быть одни снайперы? Помимо автомата, у каждого бойца имелся пистолет, несколько гранат и нож. На голове у них были одеты непонятные приборы. Скорее всего, прибор ночного видения или что-то в этом роде.

– Сергей Михайлович. У вас хватит места, для ещё одного человека. – спросил я у ворона, показывая на Марику.

– Даже если и не хватит, мы обязательно что-нибудь придумаем. – ответил Воронцов, не сводя глаз, с Марики. Как будто увидел её в первый раз.

– Тогда вперёд. – сказал я и двинулся по дороге, в сторону, откуда мы приехали сюда с Гуоджином, ещё пять лет назад.

Стоило нам отойти от скалы метров на двадцать, как сверху раздались душераздирающие крики. Кричали из пещеры, что является одним из входов в жилище сенсея. Мы все разом повернулись в эту сторону. Бойцы Воронцова тут же сдёрнули предохранители и взяли пещеру под прицел.

Очередной крик предзнаменовал собой появления главного действующего лица. Из пещеры навстречу с камнями летела она – долбанная целительница София. В своём безразмерном балахоне она была похожа на диковинную птицу. Тело целительницы было окутано голубым свечением. Полёт был очень скоротечным, а удар о камни заставил нас всех передёрнуться.

После секундной заминки мы все как один бросились ей на помощь. Хотя прекрасно понимали, что после такого не выживают.

Это мы думали, что не выживают. А София взяла и поднялась.

– Сейчас малость отряхнусь и можем идти. – сказала нам совершенно невредимая целительница. Да после такого падения она должна превратиться в лепёшку. Даже низкоранговый владеющий в своём покрове, не избежал бы сильнейших травм.

– С вами всё в порядке? – спросил малость заторможенный Воронцов.

– Да, да, без проблем. – затараторила София, хлопая себя по карманам. – Вот только разбила последнюю колбу, в которую так хотела набрать крови господина Макото.

– Говорю сразу – я против. – не став дожидаться дальнейшего развития событий, мешался я. – Для чего вообще вы устроили весь этот цирк?

– Как зачем? Я же должна была задержать вас, пока вы не ушли. И похоже, это у меня прекрасно получилось.

– Для чего вам нас задерживать?

– Я тоже отправляюсь вместе с вами. – уперев руки в бока и выставив вперёд правую ногу, ответила мне целительница. – Или вы думаете, что я смогу отказаться от надежды получить от вас необходимые мне биоматериалы? До той поры, пока этого не случится я буду вашей тенью. Буду следовать за вами по пятам, не боясь никаких трудностей.

После этих слов целительница попыталась состроить героическое выражение лица. Конечно, как она это понимает. Но её кривляния лишь вызвали смех у бойцов Воронцова.

– Сергей Михайлович….

– Да понял я уже. Пускай идёт и для неё найдём место. Заодно посмотрит наших ребят. Траванулись тут чем-то, три дня несёт из всех отверстий, ещё немного в таком темпе и можно будет закапывать. – махнул рукой на это чудо в очках и балахоне. Интересно она когда-нибудь снимает эту безразмерную тряпку? Конечно, за исключением сна.

Вот так в расширенном составе мы пошли в соседнее ущелье. Нам предстояло перелезть через невысокое нагромождение камней. На котором София умудрилась толкнуть одного из бойцов Воронцова и скинуть его вниз с трёхметровой высоты. Хорошо ещё, что парень оказался настоящим профи, готовым практически к любому развитию событий. Во время падения он успел врубить покров, окутавший его тело тонкой водяной плёнкой.

Значит, у Воронцова в отряде есть довольно сильные владеющие, что не может не радовать. Тут же в памяти всплыла засада устроенная огневиком. В свободных землях подобные нападения считаются нормой. Поэтому без хорошего прикрытия лучше не соваться сюда в одиночку.

Перебравшись через камни, мы увидели шесть абсолютно одинаковых, огромных военных автомобиля. Вроде такие называют бронетранспортёрами. И используют их для перевозки личного состава. Правда, эти машины сильно отличались от подобных из моего прошлого мира. Они были достаточно высоки, думаю я в вполне смогу находиться внутри, даже стоя.

В гаражах Чёрной Сотни имелись похожие машины, но при мне они ни разу ими не воспользовались. Почти всегда выезжая на легкобронированных внедорожниках.

На боку каждого из автомобилей был нарисован точно такой же кровавый ворон, как и на форме у бойцов Воронцова. Все машины были выстроены в ряд. Над первой и последней, помимо кучи антенн, развевался флаг, с изображением всё того же ворона. На крышах остальных были установлены крупнокалиберные пулемёты. А ни чем иным эти бандуры с пять стволами просто не могут быть.

– Наш вон тот. – указав на третью машину, сказал Воронцов. – нужно добраться до базы, пока не начнёт палить солнце. Ненавижу жариться в этих гробах. Так что ночь предстоит длинная. Обещаю, что трясти будет очень сильно.

Стоило нам подойти к указанному Воронцовым автомобилю, как его двери распахнулись, а сидящие внутри бойцы, помогли забраться внутрь.

– Вас госпожа Аспарухова ждут в предпоследней машине. – сказал целительнице Воронцов, за что я был ему благодарен. Не хватало мне ещё всю дорогу до базы терпеть её домогательства. Достаточно того, что рядом будет находиться Марика и смущать меня одним своим присутствием.

Целительница было начала возмущаться, но Сергей Михайлович ей тут же напомнил, что только при условии исцеления его бойцов её взяли с собой. Тут ей было нечем крыть и София пошла в указанную ей машину.

Как только двери машины закрылись, мы тронулись с места.

Помимо нас в этом бронетранспортёре, а это всё же был он, я осведомился у Воронцова, находилось ещё трое бойцов и водитель.

Внутри машины было напихано множество техники, о назначении которой я мог только догадываться. Вдоль стен тянулись длинные сиденья, в виде лавочек.

Я, Марика и Воронцов расположились на правой, бойцы отряда на левой, но сперва основательно зафиксировали нас ремнями безопасности. Особенно долго они возились с Марикой. Пока один из них получил от меня по рукам. За то, что слишком задержался возле груди девушки, откровенно пялясь на неё.

Боец лишь рассмеялся, а Воронцов закатил глаза и сказал. " Детский сад, трусы на лямках." Сама же Марика никак на это не отреагировала. Как только её пристегнули, девушка закрыла глаза и спокойно засопела. Чуть позже к ней присоединился и Сергей Михайлович. Вот бы мне так уметь. Боюсь, что заснуть в таких условиях я не смогу.

Как и обещал Воронцов, трясло нас просто безбожно. Если бы не ремни, летать нам по всему бронетранспортёру.

Бойцы Воронцова оказались очень разговорчивыми ребятами. И не дали мне заскучать. Рассказав про себя и своего командира много интересного.

Кровавые вороны, а именно так называлось их подразделение, в империи числились, как взвод специального назначения. Вотчиной взвода являлись свободные земли.

Бойцы отряда практически жили в свободных землях. В империи они бывали, только во время коротких отпусков, пару недель в году не больше. Но это всех устраивало. Элитный отряд, состоящий только из владеющих, причём не выше третьего ранга, мечта большинства военнослужащих империи.

О роде своей деятельности бойцы не стали особо распространяться. Сказали, что в основном отлавливают контрабандистов и выполняют особо деликатные поручения. Одним из которых как раз и стало моё сопровождение до границ империи. Но как-то они слишком разнервничались после моего вопроса. Но это их дела, лезть в которые у меня нет совершенно никакого желания.

Сергей Михайлович оказался очень крутым дядькой. Нулевой ранг, один из сильнейших владеющих в империи. Человек старой закалки, со своими принципами и идеалами. Он отказался от титулов и предпочёл посвятить свою жизнь службе империи. Один из не многих из верхушки армии, для кого слово честь не является пустым звуком. Ярый последователь Бога Грома и наследник его принципов. Бойцы просто светились от гордости, когда рассказывали о своём командире.

Отец смог оставить очень яркий след в имперской армии. Если Воронцов является его ярым последователем, то всё рассказанное о нём можно смело говорить и об отце. Я, конечно, знал, ещё из рассказов Гриши и Гуоджина, что он был дядькой что надо. Но они являлись его приближёнными, а эти люди совершенно не знали отца и всё равно отлично отзываются о нём. Гордость за отца вызвала у меня непроизвольную улыбку, которая не сходила с лица очень долго.

Через пару часов после рассвета до наших ушей донеслись гулкие, бухающие звуки. Бойцы тут же встрепенулись и отстегнувшись бросились к аппаратуре. Как они могли стоять на ногах при подобное тряске для меня было настоящей загадкой.

– Красный Один, это Ворон. Приём. – раздался голос Воронцова над моим ухом.

Только что сопящий в обе дырки Ворон, выглядел будто вовсе и не спал. В одной руке он держал рацию, а другой что-то быстро печатал в планшете.

– Это Красный Один. Приём.

– Красный Один. Докладывай, что там происходит. Приём.

– Красный Один. Ворону. Предположительно идёт бой с использованием тяжёлого вооружения. Возможно присутствие сильных владеющих. Информации пока слишком мало. Приём.

– Красный Один. Через сколько времени получим более точную информацию? Приём.

– Красный один. Ворону. Спутник будет в нужной точке, через двадцать три минуты. Приём.

– Красный один. Принято. Жду доклад, через двадцать пять минут. Приём.

Закончив разговор, Воронцов отложил рацию и с хмурым видом уставился в планшет.

– Случилось что-то серьёзное? – спросил я.

– Пока не известно. Сам же слышал, что слишком мало информации. Впереди точно идёт серьёзный бой. Вот только в этой местности совершенно невозможно без информации со спутников определить расстояние и точные координаты этого места.

Минут через пять Воронцов протянул мне планшет.

– Это предполагаемый квадрат ведения боевых действий. – он указал мне пальцем в выделенную красным местность на карте. База отряда Чёрная Сотня, гласила единственная надпись в выделенной зоне.

– Вы точно уверенны? – спросил я, даже боясь представить, что это может быть правдой.

– Точно мы будем уверены, через семнадцать минут. – сверившись со своими часами, ответил Ворон. – В любом случае база наёмников является наиболее вероятным объектом.

Семнадцать минут тянулись целую вечность.

– Красный Один. Ворону. Приём. – наконец раздалось из рации.

– Это Ворон. Приём.

– Красный Один. Ворону. Бой идёт на базе Чёрной Сотни. Защитные укрепления базы разрушены. Огневое сопротивление подавлено. Бой сейчас идёт в районе жилых построек. Сражаются владеющие. Зафиксированы мощнейшие всплески силы. Приём. – после этих слов сердце бешено заколотилось в груди. На базе остались слуги рода. Люди, к которым я успел привязаться, которые были добры ко мне и всегда старались помочь. Много женщин и детей, за жизни которых я был в ответе.

– Кто напал на базу? – заорал я в рацию, выхватив её из рук Воронцова.

Меня всего трясло. Трясло от страха за жизни людей, которые присягнули мне на верность. До этого момента я даже не задумывался, что теперь у меня есть слуги. Ну, принял я с пол сотни человек в слуги рода и ладно. Не каких телодвижений от меня до сих пор не требовалось. И отрядом, и бытом базы управлял Гуоджин. Моей задачей было как можно скорее вырасти и выучиться.

И вот теперь я слышу, что защита базы уничтожена и в бой вступили владеющие. Оставалось только надеяться, что бойцы отряда смогут отбиться от противника и спасти как можно больше людей.

– Красный Один. Ворону. Неизвестное военное формирование. Без опознавательных знаков. Восемь бронетранспортёров Арма и три танка Алтай. Предположительная численность личного состава до ста человек. Имеются низкоранговые владеющие. Возможно присутствие нулевика. Слишком сильные повреждения зданий и защитных укрепления. Скорее всего, тоже наёмники. Приём.

– Красный Один. Расстояние до базы? Приём.

– Красный Один. Ворону. Тридцать два километра, если напрямик через скалы и сорок шесть по дороге. Приём.

– Красный Один. Продолжайте сбор информации. Держать меня в курсе событий. Приём. – отобрав у меня рацию, раздал распоряжения подчинённым Воронцов.

– Принято. Приём.

– Боюсь Василий Дмитриевич, что наша поездка на базу наёмников ввиду последних событий невозможна. – обратился ко мне Воронцов.

Мгновенье понадобилось мне для того, чтобы освободиться от удерживающих меня ремней. Хидари и Тадаши, даже не заметили их сопротивления, оказавшись в моих руках. С лёгкостью пробив борта БТР на уровне шеи Воронцова.

Сила потекла в концентраторы, одарив меня привычной болью.

– Не дёргайтесь. – кинул я через плечо бойцам Воронцова, и слегка надавил, на скрещёные на его шее, клинки.

К слову, Марика тоже освободилась от ремней и встала, прижавшись ко мне спиной. Я ощущал, как она была напряжена, готовая в любой момент броситься в бой.

Вспышка боли, за ней ещё одна и ещё. Вокруг меня появилась белёсая дымка, наподобие той, что появилась во время принятия наёмников в слуги рода. Дымка периодически втягивалась в меня, чтобы принести очередной приступ боли. Да, что за дерьмо происходит?

Очередная волна боли оказалась в разы сильнее предыдущих, мои руки дрогнули. Защитный кокон полностью восстановился, отрезая силу от концентраторов. В голове возник образ, разорванного на куски тела. На особенно крупном куске отлично была различима эмблема Чёрной Сотни.

Они умирают. Люди, присягнувшие мне, которым я обещал свою защиту, сейчас гибли. Каждая смерть причиняла мне боль. Сила наказывала меня. Я должен им помочь! Мать вашу! Вот что значит принять на себя ответственность за других, принять их боль. Боль продолжала накатывать на меня. Я сдерживался с огромным трудом, чтобы не заорать.

– Прикажите своим людям остановить машину. – сказал я, ещё малость надавив на клинки. Крохотная капля крови собралась на лезвии Тадаши.

– И что дальше? – ни капли, не испугавшись моих угроз, спросил Воронцов. – Ты в одиночку помчишься спасать жителей базы? Там есть люди, которых ты принял в слуги рода? Не отвечай, вижу, что есть. И много из них останется в живых, к тому моменту, как ты доберёшься туда? Успеешь ли ты помочь хоть кому-то? Сможешь справиться с противником, который смог разгромить отлично защищённую базу? Как быстро ты сможешь оправиться после их смертей? Или ты по собственной глупости готов идти на убой?

С каждым новым вопросом я понимал, что Воронцов абсолютно прав. Но и просто бездействовать, пока убивают жителей базы, я не мог. Я обязан им помочь! Даже если не успею, всё равно должен идти туда. Найти этих ублюдков и уничтожить их. Даже если моих сил хватит лишь на одного, я должен это сделать. Вспомнив слова Хироши сенсея, что ценнее собственной жизни ничего нет я лишь усмехнулся.

Ярость накатила на меня, отодвигая боль на задний план. Руки дрогнули. Клинки ещё глубже погрузились в шею Воронцова. Кровь тонкими струйками стала стекать по лезвиям, капая мне на ноги.

– Я должен убить, тех кто напал на моих слуг! – прорычал я, сквозь стиснутые от ярости зубы. Слова были продиктованы силой, наказывающей меня за смерти слуг.

Воронцов рассмеялся.

– Глупый пиздюк! Но как же похож на своего отца.

Ослепительная вспышка энергии вырвалась из тела Ворона. Лишь для того, чтобы с умопомрачительной скоростью вернуться обратно. Воронцов стягивал в своё тело просто нереальное количество силы.

В одно мгновенье его глаза налились кровью, которая полностью закрыла белки, оставив лишь чёрную точку зрачка. В уголках глаз набухли кровавые слёзы.

Кровь, что до этого момента спокойно вытекавшая из ран на шее обволокла клинки моих концентраторов. Начав отталкивать их от шеи Воронцова. Я напрягся изо всех сил, чтобы удержать их на месте, но это было всё равно, что пытаться сдвинуть с места гружёную фуру. Мои руки медленно, но уверенно расходились в стороны.

Стоило Воронцову освободить свою шею, как оба клинка вырвало из моих рук. Кровь с них перебралась на меня. Вытянувшись тонкой нитью, она обвила мои руки. Лужица крови, что успела натечь капая с клинков сейчас преобразилась в такие же нити и связывала мои ноги.

Моё тело оторвалось от пола и я с раскинутыми в разные стороны руками завис в воздухе, упёршись головой в потолок. К этому моменту Марика уже была обезврежена одним из бойцов Воронцова. Я не видел, как это произошло, но сейчас девушка без сознания лежала на противоположных сиденьях. Грудь поднималась от дыхания, значит, жива.

– Ты не можешь помочь даже себе Вася! – покачал головой Воронцов. – Так кого ты спасёшь, если тебя прибьют ещё задолго до подхода к базе. А там настоящие спецы и будь уверен, что они организовали всё как надо. Выставив секреты и контролируя все подходы к базе. Против них нужны спецы не хуже, а в идеале в разы лучше.

– Плевать. Даже если буду уверен, что меня убьют, я всё равно пойду туда. Остановите машину, я уйду. Только позаботьтесь о девчонке. Там мои люди и только я в ответе за них!

Путы из крови не отпускали меня, как бы я не старался вырваться. Отчаяние накатило на меня. Я не могу помочь тем, кто доверил мне свои жизни. Да я даже себе не могу помочь! Как и сказал Воронцов.

– Малолетний идиот! Один ты не справишься. – вновь попытался воззвать к моему здравому смыслу Воронцов, по-прежнему удерживая силу.

– У меня нет выхода.

– Выход есть всегда.

Воронцов высвободил энергию бурлившую в нём и вновь уселся на лавку. Обретя свой привычный вид. Раны на шее полностью затянулись. Он тяжело вздохнул и начал говорить.

– Император дал мне чёткие указания на твой счёт. Главным, из которых является твоё добровольное возвращение в империю. Он запретил мне трогать тебя. Сказав, что в крайнем случае лично заберёт тебя. Но сдаётся мне, что после этих событий ты явно решишь остаться в свободных землях. Да ещё и моберёшься мстить за своих людей – что абсолютно правильно. Твой отец никогда не бросал присягнувших ему. А ты очень во многом напоминаешь мне его. – Ворон потёр вернувшиеся в норму глаза, тяжело вздохнул и продолжил. – Император очень занятой человек. И чтобы не тратить его время ещё и на тебя. У меня есть предложение Макото.

– Я слушаю.

– Мой отряд поможет тебе и твоим людям, которых удастся спасти. В замен ты возвращаешься в империю вместе с нами и поступаешь в академию. Там ты проводишь минимум один учебный год. После чего и решишь, продолжать обучение или пойти другой дорогой. – малость подумав Ворон добавил. – В качестве дополнительной гарантии прими мои услуги как своего телохранителя, на этот год. Одного моего присутствия рядом с тобой, хватит чтобы остудить пыл практически любого человека в империи. В любом случае по возвращении меня ждёт отставка. – Читал в письме от «дорогого» дядюшки, про инсульт, вот вам и отставка. – Как видишь, я предлагаю тебе отличную сделку. – сказал Воронцов и наконец освободил меня. Я хотел было поднять свои концентраторы, но он покачал головой, поставив на них ногу.

Ворон просто не оставлял мне выбора и прекрасно это понимал. Но оставалась ещё надежда, попытаться выкрутиться из этой ситуации.

– Я согласен, только при условии, что вы поможете мне уничтожить напавших на базу. – сказал я, также не оставляя Воронцову выбора.

– Условие принимается, если ты, в свою очередь, дашь мне клятву силой, что не откажешься от своих слов, после того как мы поможем тебе. – ответил Ворон. Вот теперь он точно загнал меня в угол. Клятва силой не оставит для меня лазеек. Выбора не было.

После того как я дал клятву, что вернусь в империю и пойду обучаться в академию Годуновых, сила подтвердила мои слова белой дымкой. Воронцов сразу развил бурную деятельность, но прежде удивил своим поступком. Он принёс мне ответную клятву, обязуясь защищать меня от любого человека в империи, будь это даже сам император. Сила подтвердила клятву. Теперь мы оба тесно связаны на ближайший год. А мои шансы на выживание в империи резко возросли.

– Красный Один. Ворону. Действуем по протоколу "Возмездие". Приём. – тут же отдал приказ Воронцов. Сделал он это практически без раздумий, словно предвидел подобный поворот событий. Скорее всего, так оно и было, опыта Ворону не занимать. Должно быть, он читает меня как открытую книгу. Очень неприятно это осознавать.

– Принято. Дублирую. Приём.

Дождавшись, когда спутник снова займет нужное положение, разведка обнаружила, что нападавшие уже покинули базу и сейчас двигаются в противоположную сторону от нас. На том направлении находились ещё две базы наёмников. Вполне возможно, что эти упыри квартировались на одной из этих баз. Что маловероятно. Местные отряды не нападают друг на друга, даже если на кону стоят огромные деньги. Скорее всего, нападавшие хотят замести следы.

За это время боль, приносимая силой, накатывала ещё множество раз. Один особенно сильный всплеск едва не вырубил меня, в глазах потемнело и я уже начал падать. Остаться в сознании мне помог Воронцов, отвесив смачную оплеуху.

После чего отдал приказ как можно быстрее добраться до базы. Возможно удастся кого-нибудь ещё спасти. С нами связалась целительница и пообещала помочь раненым, если они имеются на базе. После этого заявления я обязательно разрешу ей воткнуть в меня пару иголок, как только окажемся в безопасном месте. О чём сдуру и ляпнул в эфире. Визг радости, раздавшийся из рации едва не оглушил всех присутствующих.

Как только мы подъехали к развалинам, а по-другому просто невозможно назвать, то что осталось от базы. Я тут же выскочил сквозь боковую дверь и побежал на базу. Воронцов что-то кричал мне вслед, но сейчас мне было не до него. Я должен найти выживших. Должен помочь раненым. Я должен.

Внутрь базы я зашёл сквозь оплавленную дыру в стене. Которых оказалось огромное множество. За пять лет моего обучения по всему периметру базы возвели каменные стены и обшили их металлом. Но это совершенно не остановило нападавших. Тут явно работали сильные владеющие. Вот только почему я не вижу, что владеющие отряда отвечали напавшим? Окрестности базы не тронуты, а все разрушения только внутри.

Пройдя всего несколько метров, наткнулся на первый труп. Это был один из наёмников Чёрной Сотни. Обезглавленное тело валялось в луже собственной крови. Понять кто это был не имелось ни малейшей возможности.

Дальше мёртвые тела встречались мне практически на каждом шагу. Помимо людей Чёрной Сотни и гражданских, проживавших на базе мне попадались тела в темно зелёной форме с вышивкой в виде лаврового венка. К какому отряду наёмников принадлежали эти люди, я выясню потом. Но что это были наёмники, я теперь не сомневался. А значит их кто-то нанял, для нападения на базу.

Чем дальше я шёл, тем сильнее во мне разгоралась ярость. Зона маны сейчас работала на полную. Ярость позволяла на время забыть о боли.

Сейчас моей единственной надеждой найти выживших были два бункера, что располагались практически в самом конце базы. Под двумя неказистыми зданиями, которые были специально возведены в целях маскировки.

Чем дальше я заходил вглубь базы, тем чаще мне стали попадаться трупы гражданских. Пока я не увидел ни одной женщины или ребёнка, что очень обнадёживало.

Почти все дома были если не раскурочены полностью, то порядком потрепаны. Отсутствовали куски крыш, в стенах зияли дыры. Больница была разрушена до основания.

Особенно много трупов было на плацу возле административного здания. Пол дома были напрочь снесены вместе с соседними постройками. Да что же здесь произошло? Что за монстр способен на подобное. Найду и лично отрежу ублюдку яйца. Он заплатит мне за каждую жизнь, что сегодня забрал!

В одном из убитых узнал Джасвиндеру. Левая половина тела у него полностью отсутствовала, но крови не было вообще. Всё спеклось в отвратительную корку. Тут явно поработал владеющий огненной стихии.

– Покойся с миром тренер. – сказал я, закрыв ему глаза.

Дальше я шёл, стараясь не смотреть на убитых. Всё чаще мне стали попадаться знакомые лица.

Подойдя к домам, что прикрывали собой бункера, я упал на колени и закричал. Закричал изо всех сил. Ярость всё сильнее нарастала во мне. Казалось, ещё немного и она прорвётся наружу, сметая всё на своём пути.

Здесь была настоящая бойня. Оба дома практически отсутствовали, от них остался лишь фундамент.

Возле обломков были навалены кучи мёртвых тел. Женщины и дети вперемешку с редкими трупами нападавших.

Среди мёртвых лиц я узнал ребят, которые, не смотря на мою слепоту, не испугались меня, а предложили свою дружбу. Все они очень подросли за время моего отсутствия, но я их легко узнал. Сейчас они лежали изломанными куклами, с оторванными конечностями, развороченными животами и множеством других ран, запачканные собственной кровью. Они смотрели на меня потухшими глазами, в которых сейчас отражался слепой подросток, яростно сжимающий мечи, которые неизвестно как оказались в моих руках.

Единственное, что я мог сейчас сделать это отомстить. Отомстить ублюдкам, что сделали это. Но сперва я должен тут прибраться.

Отключив зону маны, я выпустил Кэкки. Выпустил абсолютно всё, что у меня имелось. Моя внутренняя энергия обволакивала собой пространство вокруг на добрую сотню метров, вливая в себя планетарную Кэкки. Сзади уже подходили бойцы Воронцова. Но они сейчас неинтересны мне.

Среди нагромождения мёртвых тел нашёл место вокруг которого лежало семь человек в зелёной форме. Их тела были искромсаны на куски, а в центре сидел улыбающийся месье Рануа. В его груди зияла дыра, размером с кулак взрослого человека. Края раны были оплавлены, а ткань вокруг осыпалась пеплом. Похоже, месье Рануа убил тот же владеющий, что и тренера. Я найду его! И заставлю страдать.

Ярость новой волной затопила мой разум. Кэкки была отзывчива, как никогда. Постарался дотянуться до, как можно большего количества погибших. Каждое тело я максимально насыщал своей Кэкки и когда концентрация достигла предела, полностью снял защитный кокон. Чудовищная волна энергии вырвалась из моего тела. Энергия, которая должна была уничтожить всё на своём пути сейчас целенаправленно выбирала насыщенные моей Кэкки тела. Она впитывалась в них, смешиваясь с Кэкки. Из этого союза рождалась совершенно новая, ни на что не похожая сила. Золотистое свечение появлялось вокруг тел, до которых я смог дотянуться. Как только процесс превращения закончился, эта сила потянулась ко мне, попросила забрать её.

Я начал собирать всё, что было разбросано в одну-единственную точку. Как только у меня это вышло, энергия полностью исчезла. Исчезла вместе с телами, жителей базы. Оставив после себя лужи крови и испражнений. Последние почести, которых достойны эти люди.

Я почувствовал, как что-то внутри меня изменилось, но не смог понять, что же это было.

В радиусе ста метров остались только трупы нападавших. Не знаю, что и каким образом сейчас сделал. Просто чувствовал, что делаю всё правильно, что я должен поступить именно так.

Сейчас я был полностью опустошён, исчезла даже сила, приобретённая девять лет назад. Я стал простым человеком, но чувствовал, что вскоре всё вернётся на свои места.

Тьма вновь поглотила меня. В ближайшие несколько часов я буду, по настоящему, слеп. Но это даже хорошо, я не увижу больше кровь.

Кто-то подошёл сзади и положил руку мне на плечо.

– Мы отомстим за них. – тихо произнесла Марика. Девушка села рядом со мной и обняла за плечи. Ярость ушла, вместо неё осталась пустота. Словно со смертью этих людей я потерял частичку себя.

Сейчас я был полностью опустошён: морально, физически и энергетически. Я хотел лишь одного – найти и убить. Но не мог заставить себя просто подняться на ноги.

– Срочно целителя сюда! Есть выжившие! – закричал кто-то из бойцов Воронцова.

Эти слова словно сильнейший энергетик, подорвали меня с места. Я побежал в то место, откуда кричали. По дороге несколько раз спотыкался и падал, пока на помощь не пришла Марика.

– Сколько их? – спросил я. Пытаясь понять, где находится мой собеседник.

– Точно ещё не знаем, но не меньше трёх десятков детей и две женщины. Они укрылись в одном из бункеров.

– С выжившими остаётся госпожа Аспарухова и оба её недавних пациента. Оказать всю необходимую помощь. Я уже связался с кланом Лэгбэ – они выслали помощь. Часов через пять обещались быть на месте. – услышал я голос Воронцова. – Ну а нам нужно немедленно отправляться за скотами учинившими это. Не волнуйся, мои остолопы присмотрят за детьми.

Последняя фраза предназначалась для меня. Вот что значит огромный боевой опыт. Воронцов предусмотрел всё и даже вызвал подмогу. В то время как я совершенно бездумно помчался сломя голову на базу.

– Ты как сможешь сам идти? – спросил Сергей Михайлович.

– Смогу, но это займёт слишком много времени. – ответил я, ощущая, как подкашиваются ноги

– Лёша, Витя – помогите пацану. – отдал распоряжение Воронцов.

Меня тут же подхватили под руки и бегом двинулись к ожидавшим нас машинам. Рядом бежала Марика. Её лёгкие шаги ярко контрастировали с топотом ног моих переносчиков.

Меня занесли в машину и уложили на лавку.

– Ориентировочное время до перехвата восемь часов. Так, что пока можешь поспать и восстановиться. Такой огромный расход энергии вполне может убить человека. – заговорил Воронцов, стоило только захлопнуться дверям бронетранспортёра. – Вперёд уже выдвинулась группа перехвата. Они задержат противника, до подхода основных сил.

– Спасибо. – сказал я и тут же провалился в сон.

– Пульсар, за нами хвост. Пока рано утверждать, похоже, это люди Кровавого Ворона. – доложил один из разведчиков своему командиру. – Они в десяти километрах от нас и стремительно догоняют.

– Попробуйте выйти с ними на связь и узнать, какого хера им надо. – ответил Пульсар – один из немногих наёмников-нулевиков на континенте. – А пока продолжайте наблюдение и постарайтесь не выдать своего местоположения. Если это действительно люди Ворона, у них наверняка имеется сенс.

Сразу ему не понравился этот контракт. Убивать женщин и детей он ненавидел больше всего. Но отказать Пульсар просто не мог. Слишком тесно они связаны с ублюдком Шуваловым. И тот ясно дал понять, что если получит отказ, то отряду Пульсара будет закрыт путь не только в Северную империю, но и в большинство государств пользующихся услугами наёмников.

Сам Пульсар мог наплевать на эти угрозы. Спрос на его услуги как нулевика будет всегда. Но вот кинуть своих друзей, с которыми он провёл в боях не один десяток лет, просто не мог. Да он был наёмником, но это не означало, что у него напрочь отсутствовало понятие чести и долга.

Ещё в первый раз, когда они получили контракт на убийство наследника Лопухина, у Пульсара появилось странное чувство, словно что-то пыталось заставить его отказаться. Наёмник так и хотел поступить, но Блазару удалось уговорить его, за что он и поплатился собственной жизнью.

В тот день Пульсару удалось выжить лишь благодаря своему концентратору, который смог оттянуть на себя основную часть удара мальчишки. На второй день после этого концентратор рассыпался прахом. Чего просто не могло быть при живом владельце. Из-за потери концентратора Пульсар сильно просел в силе и с тех пор старался избегать излишнего риска.

Даже для этого задания он сделал всё возможное, чтобы максимально сильно ослабить защиту базы Чёрной Сотни. Пришлось тратить огромные деньги, чтобы выманить сильнейших бойцов отряда.

Ещё очень повезло, что Тёмного уже больше года не видели на базе. Несмотря на весь свой опыт Пульсар прекрасно понимал, что не выстоит против грёбанного гения Чернышёва. Года три назад, ему уже пришлось спасаться бегством от этого отморозка.

А сейчас на хвост отряда сели люди Кровавого Ворона. Ставшего новым палачом императора, после смерти Бога Грома. Один монстр сменил другого.

Пульсар выругался. Оставалось только ждать новых донесений разведчиков.

Вот только концентраторы оказались на пути луча раньше. Резкая боль, от снятия защитного кокона едва не заставила меня упасть на колени. Удержался я благодаря чуду… чуду в решете, по-другому назвать Марику просто невозможно. Девчонка покинула свою позицию, на склоне ущелья и сейчас поддерживала меня сзади. Пришла она в самый подходящий момент, как раз нашу главную боевую единицу ликвидировали.

Луч, пронзивший Ворона, ударил в скрещённые клинки и спарился. Просто взял и исчез, словно его и не было. Лишь лёгкая дымка и мощнейший энергетический след говорили, что луч был реальным.

Следом за первым лучом последовали ещё несколько, вот только на их пути уже стоял щит.

Пробегающий мимо щитовик ухватил меня за руку и потащил за собой. Мы бежали к Воронцову, в груди которого была видна приличных размеров дыра. Точно такая же была в груди у месье Рануа. Это был он – Пульсар. И он смог убить Кровавого Ворона.

С выводами я поторопился. Щитовик подбежав к Воронцову, лежавшему на земле с закрытыми глазами, полоснул себя по запястью ножом. Кровь быстро стала капать с пальцев на грудь его командира. После этого действия кровавая броня, до этого момента словно застыв начала вновь своё непрестанное движение. Дыра в груди Воронцова начала стремительно затягиваться. Пара секунд и глаза Воронцова распахнулись.

– Засекли? – как ни в чём не бывало, спросил воскресший Ворон у своего подчинённого.

– Восемьсот метров от нас, на девять часов. Основные силы наёмников, дали бой нашим за три километра до ущелья. – быстро отрапортовал боец.

– Основные силы сейчас шмаляют по нам из главного калибра. – поднимаясь на ноги, сказал Воронцов.

После чего он вытянул руку в сторону, всё ещё сидящих за укрытием бойцов противника. Крики боли и ужаса резанули по ушам. А из-под опрокинутого бронетранспортёра к Воронцову потекла кровь. Занимая своё место в его кошмарной броне. – Пульсар себя выдал, теперь они больше не нужны.

Выходит, они заранее знали, что эти машины лишь отвлекающий манёвр? Но почему тогда не рассказали об этом мне? Обязательно задам этот и ещё кучу других вопросов, как только закончится бой.

По нашему щиту прилетело ещё несколько лучей. Один просто огромный, накрывший собой весь защитный купол и оставивший после себя оплавленную дыру в скале, за нашими спинами. Такие же повреждения я видел и на базе. Этот ублюдок ответит мне за каждую смерть!

– Минута. – сказал щитовик, сверяясь со своими часами. Защита продержится ещё минуту, за которую Ворон должен достать ублюдка.

– Максим. – Ворон подозвал к себе второго бойца, что пошёл в атаку вместе с нами, вот только я что-то не видел, чтобы он принимал участие в бою. – Ты как осилишь?

– Далековато. Но я попробую. – пожал плечами боец. После чего он достал из кармана планшет и посмотрев на него, кивнул. – Картинку со спутника уже получил. Готовность десять секунд.

– Как только откроется окно, я захожу первый и только после меня ты Макото. – быстро начал объяснять мне Ворон. – Постарайся сразу укрыться где-нибудь. Не бойся, я помню, что последний удар твой. Семёнов, отвечаешь за девчонку. Не хватало, чтобы у меня ещё кто-то под ногами путался.

Щитовик кивнул и встал позади Марики, положив ей руку на плечо. Но девушка похоже и не собиралась идти следом за нами, мозгов у неё явно побольше, чем у меня.

Максим вышел вперёд, развёл в стороны руки и в метре от него, прямо в воздухе стал расширяться светящийся овал. Как только овал достиг подходящих размеров, Ворон шагнул в него. Я последовал за ним и едва не напоролся на луч света, который пролетел в десятке сантиметров от моего лица и ушёл в открытый для нас портал.

Стоило мне выйти из портала, как я тут же потерял Ворона из виду.

Мы оказались на довольно широкой ровной площадке. Наш противник стоял метрах в тридцати правее от нашей точки выхода, заняв очень удобную позицию между двух высоких скал. С этого места открывался отличный обзор, на ущелье в котором мы устроили засаду.

Это был довольно высокий мужчина в точно такой же форме, как на трупах людей, напавших на базу. Вокруг него кружились несколько светящихся сфер, которые при нашем появлении тут же открыли по нам огонь. Именно эти сферы выпускали те смертоносные лучи.

Мне вновь пришлось прибегать к помощи Хидори и Тадаши. В таком темпе ещё пару раз я смогу отразить его атаки, и на этом мои силы иссякнут. Частое восстановление защитного кокона отнимало слишком много энергии. А держать постоянный контакт с запечатанной силой не позволяла чудовищная боль, терпеть которую больше пары секунд было выше моих сил.

Под двойным ускорением я смог уйти из-под огня и спрятаться за огромным валуном, лежавшим невдалеке. Моей скорости едва хватало, чтобы избегать попаданий. Я видел, как лучи света плавят камень в том месте, где мгновение назад я находился. Раза три меня задело по касательной, оставив саднящие раны и оплавленные дыры в Саккаку.

Укрывшись за камнем, дал себе пару секунд передышки.

Сейчас наёмник тупо бил своей силой в одну точку на камне, за которым я укрылся. В том месте, куда попадали лучи камень начал плавиться. Долго моя защита не продержится. Срочно нужно что-то предпринимать.

Единственным выходом, который я сейчас видел был поиск нового укрытия. Склон холма, на которым мы сейчас находились, прекрасно подходил для этой цели, там Пульсар не сможет достать меня.

Только я собрался перебегать к новому укрытию, как на наёмника обрушился Ворон.

Он возник из неоткуда, просто материализовавшись за спиной ублюдка . Кровавые щупальца обвили тело Пульсара и оторвали его от земли. Хорошенько приложив о ближайшую скалу. После чего Ворон вновь исчез, а на том месте, где он находился, возникла маленькая ослепительная точка, которая взорвалась с оглушительным грохотом, пораждая сильнейшую ударную волну.

Мелкие камни, лежащие на земле, после взрыва превратились в настоящую шрапнель, разлетевшись в разные стороны с сумасшедшей скоростью. Врезаясь в окружающие нас скалы, они высекали искры. Если бы я сейчас бежал к новому укрытию, меня по-любому изрешетило этими камнями.

Несколько осколков точно попали в Пульсара, но причинили они ему вред или нет, было невозможно понять. Слишком ярко сияли сферы по-прежнему окружающие его.

Подняться наёмнику на ноги не дал Ворон. Вновь появившийся из ниоткуда. На этот раз он обрушил на Пульсара сотворённый из крови огромный кулак, который придавил наёмника к скале. Простого человека от такого удара просто размазало бы, а вот Пульсар, похоже, не пострадал. Очередная ослепительная точка взорвалась, разнеся кулак, кровавыми брызгами. Некоторые долетели даже до меня. Этого взрыва Ворон не успел избежать, взрывная волна отшвырнула его на несколько метров. Тело, окутанное кровавой бронёй, словно тряпичная кукла врезалось в скальный выступ, находившийся в нескольких метрах от меня.

Удар оказался очень сильным. Ворону требовалось время, чтобы прийти в себя и вновь продолжить бой.

Пульсар же уже оправился от удара кровавого кулака.

Сферы, летающие вокруг него, стали делиться, их становилось всё больше и больше. Исходящий от наёмника свет ослеплял, даже я не мог спокойно смотреть на него. Немыслимое количество энергии было сейчас сконцентрировано вокруг этого ублюдка.

Когда сфер стало раз в десять больше, от изначального количества Пульсар ударил. Десятки, сотни, а возможно, даже тысячи уничтожающих всё на своём пути лучей устремились к Ворону, который ещё не до конца оправился от взрыва и сейчас просто не успевал уйти из-под удара.

Даже не думая, что творю, выскочил из своего укрытия и помчался на помощь Воронцову, игнорируя его приказ.

Третье усиление позволило мне опередить атаку наёмника. Ещё на ходу соединил вместе и направил малость энергии в концентраторы, как делал это на тренировке, под присмотром Хироши сенсея, преобразовывая мечи в нагинату.

Как только занял позицию, перед пытающимся подняться на ноги Вороном, открыл своей силе путь в нагинату, начав вращать её с бешеной скоростью. Создав вокруг нас защитный круг, который принял на себя всю мощь удара Пульсара. Атака длилась секунд пять. Чудовищная энергия сталкиваясь с нагинатой просто испарялась, оставляя после себя ослепительный след.

– Высеку, как только окажемся в безопасности. – услышал я голос Воронцова за спиной.

Стоило атаке закончиться, нагината выпала из моих вмиг ослабевших рук, а сам я упал на левый бок. Вмиг потеряв равновесие из-за отсутствия левой ступни. И как это вообще произошло? Почему я не почувствовал, когда мне оторвало ногу?

Из носа, глаз и ушей у меня текла кровь. Ещё я насчитал с десяток дымящихся дыр в собственном теле. Но боли сейчас совершенно не чувствовал. Сейчас я ликовал.

Подаренного мной Воронцову времени вполне хватило, чтобы оправиться и контратаковать наёмника. Который, похоже, вложил в последнюю атаку слишком много сил.

Сейчас Кровавый Ворон пировал над поверженным противником, насаженным сразу на несколько кровавых копий. Он просто разрывал его на куски. Несколько тускло горящих сфер, были окутаны кровью и полностью уничтожены.

Свечение сфер перестало мешать, и я смог разглядеть человека, который убил моих людей. Увидев его лицо, я заорал от ярости. Это был один из тех ублюдков, которым я спалил мозги восемь лет назад.

Получается, что мои люди погибли из-за меня. Ещё до появления в этом мире я стал причиной сотен смертей, теперь этот счёт идёт уже на тысячи. Ярость позволила мне остаться в сознании, удерживая меня на самой грани.

– Мо-о-й! – заорал я из последних сил, привлекая внимание Воронцова.

Слишком он бодро принялся за разделывание наёмника, а убить эту тварь я должен своими руками. Кто является заказчиком было понятно и так. Мой счёт к Шуваловым растёт в геометрической прогрессии. Я уничтожу их, раздавлю, как тараканов! А после найду способ вернуть их обратно к жизни, чтобы снова убить! И так раз за разом. Пока они не отдадут мне долг!

– Я помню, что обещал тебе его жизнь. – сказал Ворон, подтащив ко мне, то что осталось от наёмника. – Поверь в моих руках очень сложно умереть.

Сейчас наёмник представлял из себя кусок окровавленного мяса, но явно находился в сознании и прекрасно ощущал всё, что с ним происходит. Надо отдать ему должное, он не издал ни звука, пока Кровавый Ворон разделывал его.

Пульсар был лишён рук и ног. Кожа была снята с него практически полностью. Нетронутой осталась лишь голова. Кровь, которая выступала из разорванных сосудов и артерий тут же собиралась в тоненькие струйки и под управлением Ворона обратно поступала в изуродованный организм, поддерживая жизнь в наёмнике.

Несмотря на свой проигрыш. Он смотрел на меня с презрением. Словно видел перед собой кучу вонючего дерьма. Ярость на мгновенье начавшая отступать при виде изуродованного тела, накатила с новой силой.

Подтягиваясь на руках, я пополз к наёмнику. И как только приблизился к его лицу, сорвал с глаз повязку.

– Помнишь меня тварь? Помнишь слепого мальчишку, которого вы попытались убить восемь лет назад? Тогда ты каким-то образом смог выжить. Сейчас не выйдет.

Из последних сил я сжал горло Пульсара и стал давить на него. Воронцов всё понял без слов. Меня тут же окатило кровью больше не сдерживаемой силой Ворона.

Презрение в глазах наёмника сменилось настоящим ужасом. Кровь тонкой струйкой вытекла из приоткрытых губ Пульсара. Он последний раз дёрнулся и навсегда затих.

Я так и продолжал душить уже мёртвого убийцу. Скрипя зубами, из последних сил давил и давил. Пока мои руки не убрал Воронцов.

– Хватит Вася. Он сдох.

Но я хотел убить его ещё раз, и ещё раз.

– Ну так оживи его! – заорал я на Воронцова. – Ты долбанный Кровавый Ворон, или кто? Закачай в это тело крови, пусть оживёт! – ярость начала утихать, а вместе с этим появилась боль.

Раны, нанесенные мне Пульсаром, начали дико болеть, нога просто разрывалась. Кровавые слёзы потекли из глаз.

– Потерпи парень. Сейчас спустимся к нашим, там тебе и помогут. – сказал Воронцов, закидывая меня на плечо. От его ужасной брони ко мне тянулось несколько кровавых нитей, которые, похоже, не дают мне умереть.

Стоило Ворону закинуть меня на плечо, раздался оглушительный треск. От скалы нависавшей над нами откололся кусок породы, раза в два больше того, которым прибило огневика. Шансов выбраться у нас просто не было.

Но это оказалось не всё. Помимо скалы, что сейчас падала на нас, к нам летело множество различных дальнобойных техник. От банального огненного шара до очень редких сосулек. Похоже на подмогу своему лидеру прибыли другие бойцы Лавра.

– Прости Вася. – услышал я вмиг изменившийся голос Воронцова и сознание покинуло меня.

Разбудил меня свет, падающий на лицо из окна. Какое на хрен окно? Я резко подскочил с кровати и тут же упал, не удержавшись на ногах , опрокинув маленький столик, что стоял возле кровати.

На ногах! Но блин как? Я прекрасно помню, что левая ступня была оторвана выстрелом Пульсара пробившимся, сквозь мою защиту. Да и в теле дыр было достаточно. А сейчас вроде всё нормально. Ничего не болит. Разве, что левой ногой почти не могу управлять, да и не чувствую её.

Кое-как поднявшись обратно на кровать. Попытался хоть что-то вспомнить. Но мои воспоминания обрывались на том моменте, как на нас начал падать кусок породы. Дальше полная пустота.

Сейчас же я совершенно точно в комнате, которую мне выделил, на время проведения турнира, Муатабар.

За стеной послышались громкие шаги и дверь через мгновенье распахнулась.

В комнату одновременно попытались протиснуться несколько человек. Очень забавно застряв в дверном проёме и сейчас размахивая руками и ногами.

Первым выбраться из этой ловушки удалось хозяину дома.

– Хвала всем богам, ты очнулся! – подняв руки вверх сказал Муатабар. – Ясмин не могла точно сказать, придёшь ты в себя или нет. В твоём случае, даже её сил едва хватило. Ты сильно напугал всех Макото.

– Пришёл в себя и хорошо. Я вытаскивал его отца после боя в ещё более плохом состоянии и ничего! Лопухиных не так просто убить. – Следом за Муатабаром появился Воронцов.

– Ну наконец-то молодой человек! – А она, что здесь забыла? Третьей в комнату влетела София. – У вас было достаточно времени, чтобы подумать над моим предложением, пока вы лежали без сознания. Всё же две недели очень приличный срок…

– Две недели?! – с недоумением спросил я, перебив целительницу. Но та даже не заметила этого и продолжила дальше пытаться выбить из меня согласие на проведение опытов, над моей тушкой.

Муатабар с Воронцовым попытались вытолкнуть её из комнаты, но это оказалось невыполнимой задачей. Целительница, вцепилась руками и ногами в дверной косяк и что-то ещё долго верещала.

Последней в комнату зашла Марика. Но в отличие от остальных она не произнесла ни слова, просто подошла и села на край кровати у меня в ногах.

– Хватит! – рявкнул я на возившуюся возле двери троицу. Они шумели, просто невыносимо. – Успокойтесь уже и давайте рассказывайте, что произошло, после того как я потерял сознание.

Троица тут же успокоилась и даже целительница опустила глаза в пол. Ух, ни фига себе, даже не ожидал подобного эффекта. Может, ради эксперимента, попробовать рявкнуть на них, чтобы они сели?

От моего эксперимента троицу спасла Ясмин.

– Освободите, пожалуйста, комнату и оставьте нас с мальчиком наедине. – раздался спокойный голос, жены Муатабара из коридора.

На удивление шумная троица, даже не попыталась возражать. Они просто развернулись и вышли, в этот раз соблюдая очерёдность. Марика последовала за ними, так и не сказав ни слова. Когда она проходила мимо стоявшей в дверях Ясмин, та что-то шепнула ей на ухо. Отчего лицо всегда невозмутимой девушки вспыхнуло красным и она припустила бегом.

Ясмин звонко рассмеялась вслед убегающей Марики.

– Как прекрасен мир, когда ты молод и впереди тебя ждут сотни дорог и тысячи новых впечатлений. – начала свой разговор Ясмин, всё ещё смотря вслед убежавшей девушке. – Здравствуй Макото. Думаю, я смогу ответить на интересующие тебя вопросы. Спрашивай. – обратилась уже ко мне Ясмина.

По большому счёту у меня был всего один вопрос, который я и задал.

– Как? – спросил я единственное, что сейчас пришло в голову.

– Как тебя смогли исцелить? – Я кивнул. – Ты сам себя исцелил Макото. – ошарашила меня Ясмин. – Что ты вообще знаешь о собственных способностях? Что тебе рассказывал Хироши о видах энергии и их свойствах.

Я не до конца понимая, что именно хочет от меня Ясмин, просто повторил, что мне рассказывал учитель о четырёх видах энергии, используемых разумными.

– Скажи мне ещё, ты что-нибудь делал в последнее время, что могло показаться тебе нереальным?

Вот тут я задумался. В голову пришла мысль только о том, как я похоронил убитых на базе Чёрной Сотни. В тот момент я полностью снял защитный кокон, правда, только на мгновенье, но и этого должно было хватить, чтобы уничтожить окружающее меня пространство. Да я там вообще сам не понимал, что творю.

Всё это я и рассказал Ясмин.

– Я знала, что ты уже использовал Синки. В твоих энергетических каналах остался её след. – сказала Ясмин и села рядом со мной. – Как только ты появился в нашем доме, я сразу поняла, что ты владеешь Кэкки. Твой учитель специально ничего мне не сказал, устроил проверку, старый маразматик. – женщина усмехнулась и продолжила. – Как ты, должно быть, догадался я тоже способна использовать Кэкки. Вот только мои возможности очень сильно отличаются, от остальных владеющих. При рождении я получила дар управлять потоками энергии в организмах других. Именно благодаря этому ты сейчас жив и твое тело восстановлено. Пришлось использовать твою же Синки, для восстановления.

– Так получается, что мои чудесные излечения, это не заслуга той отвратительно пахнущей мази? – просто при воспоминании, о которой меня начинает тошнить.

Ясмин громко рассмеялась. После чего она рассказала мне ещё много, чего интересного. И запретила в ближайших пару лет даже думать прибегать к использованию Синки. Для восстановления ноги потребовалось слишком много божественной энергии. Для созидания всегда требуется намного больше энергии, чем для разрушения. Мои энергетические каналы едва выдержали это. И сейчас пребывали в состоянии, близкому к полному разрушению. А это может быть чревато просто катастрофическими последствиями. Слишком много энергии, сейчас укрыто под защитным коконом. И если она вырвется наружу мало никому не покажется.

В любом случае, я не имел понятия, как пользоваться Синки. На базе все произошло само собой, словно кто-то направлял меня.

Ясмин также предостерегла меня от ослабления кокона. Сейчас, когда энергетические каналы пребывают в столь сильном возбуждении, напор на кокон возрос многократно и его вполне может прорвать, даже при лёгком ослаблении защиты. С этим Ясмин рекомендовала подождать хотя бы полгода.

Ну ладно, это время, думаю, вполне смогу справляться только своей Кэкки, не прибегая к планетарной. Тем более это время, я должен буду провести в академии Годуновых. И буду надеяться, что в полной безопасности.

На мой вопрос можно ли таким же способом вернуть мне зрение? Ясмин покачала головой, сказав, что сейчас уже слишком поздно. На подобное мне понадобится копить Синки лет пятьдесят, не меньше. Но я как-то совсем не расстроился. Напитка Кэкки окружающего пространства для меня сейчас была уже привычным делом, происходящим на автомате.

Нога не слушается меня, из-за ещё формирующихся в ней энергетических каналов. Это должно пройти максимум через неделю. Ещё она пожурила меня, что я полез на рожон. Хотя со всем прекрасно мог бы справиться и сам Воронцов, со своими людьми. На это я лишь пожал плечами и вспомнив, как подыхал Пульсар, улыбнулся. Я превращаюсь в монстра?

Стоило только за Ясмин закрыться двери, как в неё тут же постучались. А это, что-то новое.

– Войдите. – сказал я.

– Прости, что мы вломились вот так к тебе в первый раз и не смогли удержать Софию. – засунув в комнату только голову извинился Воронцов. – Просто всё, очень ждали момента, когда ты придёшь в себя.

– Сергей Михайлович. Может, вы войдёте ко мне целиком, а то как-то совсем не прельщает разговаривать с одной головой.

– Извини Макото, – после этих слов Ворон закряхтел, а его лицо налилось кровью. Словно сейчас, за дверью, он толкал грузовик, который кто-то ещё поставил на тормоз. – Если я попаду в твою комнату целиком, со мной просочится и София. А она набрала с собой целую кучу шприцев, колбочек, ваточек, палочек. В общем, всё то, чем можно из тебя что-то достать. Так, что думаю пока воздержаться от твоего предложения.

– Сергей Михайлович, прекращайте весь этот балаган и откройте уже дверь. Дайте, я сам поговорю с целительницей. – махнул я рукой. Нужно что-то предпринять, а то она меня не оставит в покое!

– Вижу, вы наконец приняли верное решение. – сказала улыбающаяся во все 32 зуба целительница, отталкивая от двери Ворона.

– Слюна.

– Что слюна? – с недоумением в голосе спросила София.

– Вы оставите меня в покое, хоть на какое-то время, если я дам вам образец своей слюны?

– И прядь волос! – начала торговаться со мной целительница, постоянно поправляя очки.

– Госпожа Аспарухова. Я не торгуюсь. Либо слюна и вы оставляете меня в покое, либо ничего не получаете и я прошу Сергея Михайловича запереть вас где-нибудь.

Протянутая мне колба, была ответом.

– Вот же приставучая зараза. Вообще, ни кого и ничего не боится. – глядя вслед Софии, сказал Воронцов, на этот раз оказавшись целиком в моей комнате.

– Фанатики от науки, все такие. – махнул я рукой. – Вы о чём-то хотели поговорить?

– Есть такое дело. Ни столько поговорить, – в этот момент Ворон начал расстёгивать ремень и вынимать его из штанов. – сколько научить тебя засранца, что во время боя, ты должен думать только о своей заднице, если противник намного сильнее тебя.

– Эй! Вы чего? Стоять!

Мои крики не остановили Воронцова. Он с лёгкостью скрутил меня и перевернул на живот, стащив с задницы штаны. Хорошо ещё, что он не знает о моей бронированной шкуре. Так что ударов ремня я практически не почувствовал. Пришлось пару раз всхлипнуть для проформы, да материться что есть мочи. Вроде разыгранный мною спектакль вполне удался. И уже минут через пять Ворон, похоже, утомился и перестал меня воспитывать.

– Полегчало? – спросил я у тяжело дышащего Ворона.

– Неа. – ответил он. – Тебя бы чем сильнее наказать, а то, похоже, ремень для тебя, что мамкина ладошка. Просто погладил, да и всё. Вот на хрена ты полез? Был же уговор, что я сам с ним разберусь, а последний удар твой.

– Так он вас там чуть на атомы не распылил! – возмущённо ответил я. Вот так помогай людям, за это ещё и ремнём по заднице получишь.

– Мне его стрелялка была что слону дробинка. Такой пукалкой мою защиту ему лет двадцать ковырять.

– А кого насквозь пробило, там возле машин? Кому пришлось кровушки в рану лить? Что же вы если такой крутой, валялись там трупиком?

– Да как бы мы его по-другому смогли вычислить? Бегал бы по этим горам потом, как козёл и пулял в нас из засады. Думаешь я просто так дал пробить свою защиту? Да пока он по щиту долбил, его наш спутник, засек и даже фотографию сделал, для Максима.

– А что это, кстати, было? Портал? – вспомнил я, как мы сделав один шаг, оказались почти на километр впереди.

– Прокол в пространстве. – чисто машинально ответил Ворон. – Тьфу на тебя! Не заговаривай мне зубы. Я ещё не закончил!

– А я закончил! – не ожидая от самого себя, сорвался на крик. – Хватит! Я поступил, как посчитал нужным. В тот момент вы даже не могли подняться на ноги! Да он бы от вас мокрого места не оставил!

– Ну точно, как отец. Тот, тоже никогда не прятался за чужие спины и всегда защищал остальных. – одев обратно ремень, Воронцов сел на кровать рядом со мной. – Вот только твой отец на тот момент уже был нулевиком. А ты только и умеешь, что своими железками размахивать.

– Не смог я в тот момент поступить по-другому.

– Да понял я уже, понял. Вот только смириться никак не получается. Император поручил мне твою защиту, а я едва не угробил тебя, разрешив пойти вместе со мной на ликвидацию нулевика. Да и помри ты, думаешь долго бы мне жить осталось. Клятва силой это не шутки!

– Но всё же обошлось хорошо! – попытался я приободрить совсем поникшего Ворона. – Вы мне лучше расскажите, что произошло с остальными бойцами Лавра? Последнее, что я запомнил – обломок скалы падающий на нас сверху и множество дальнобойных техник, летящих к нам со всех сторон.

– Да это на помощь своему командиру подоспело подкрепление. – махнул рукой Ворон, словно это такая ерунда, что даже не стоит о ней говорить. – Там всего было четверо владеющих, не ниже второго ранга. Кончились они очень быстро. Основная часть наёмников скрылась в горах. В машинах были только водители – смертники. Причём если у нас это были слабые владеющие, которые не смогли задержать нас даже на пять минут. То в машинах, которые атаковали наши загонщики, были уже серьёзные бойцы первых и вторых рангов. Кровавый Ворон недосчитался после этого боя пятерых.

– А сколько человек потерял я? – заорал я в лицо Воронцова. Внезапная вспышка злости накатила на меня. Но тут же отпустила. – Извините, сорвался.

– Тебе не за что извиняться. Все бойцы Кровавого Ворона пошли на это добровольно, после увиденного на базе Чёрной Сотни.

Суки Шуваловы! Они уже стоят по горло в крови, которая всё продолжает всё прибывать и прибывать. Вот только не захлебнитесь ей раньше времени, дождитесь меня, я помогу!

– Прости и ты меня. Сболтнул сейчас лишнего. – извинился Ворон, после того как я со всех сил ударил кулаком в стену, выбивая из неё штукатурку.

– Где сейчас выжившие на базе?

– Пока их поселили у себя власти Газни…

– В империи у меня имеется недвижимость, где мы сможем расположить их – перебил я Ворона. Тот коротко кивнул. – Вы сможете перевезти всех выживших в империю. Я как глава рода Лопухиных беру на себя всю ответственность за этих людей.

– Боюсь сперва тебе придётся обсудить это с Гуоджином. Он и ещё около двух десятков бойцов вернулись три дня назад. Я едва смог уговорить его не бросаться на поиски сбежавших бойцов Лавра. Да и с недвижимостью твоего рода пока нужно повременить. Думаю я смогу найти подходящее поместье где-нибудь не далеко от столицы. Более детально обсудим это, как узнаем точное количество человек, на которое нужно рассчитывать.

– Тогда, чего мы ждём? Поехали в Газни. – из-за этой новости я совсем забыл про свою пока ещё не работающую ногу и едва не упал снова, но меня успел поймать Ворон.

– Хозяйка дома запретила тебе покидать это место минимум до завтра. А там, может, ещё придётся задержаться на пару дней. Ясмин сказала, что всё будет зависеть от того, насколько хорошо проходит процесс формирования каналов.

– Тогда ответьте мне на последний вопрос. – обратился к Ворону. – Какую цену запросила Ясмин за мое восстановление?

– Это только моё дело и не должно тебя волновать. – резко ответил Ворон, поднимаясь с кровати. – Мне пора уходить. Позже забегу к тебе ещё.

На этом мы с ним и распрощались. Тем более мне принесли поесть и сделала это Марика. Всю дорогу пока я ел, она не произнесла ни слова. Также молча собрала посуду и ушла. Я же старался не смотреть в её сторону, одно дело находится в комнате ещё с кем-то и совсем другое наедине. Мне до сих пор было стыдно перед ней, за тот конфуз.

После Марики зашёл Муатабар. Он наподобие Ворона попытался меня пожурить, но минут через пять сдался и сказал, что я поступил как настоящий мужчина. Отомстив за своих людей. Затем он рассказал мне, что случилось в Ургунди после того, как клан Скорцезе узнал о моей пропаже.

Оказывается, повоевали они совсем немного. Слишком много владеющих выступило на стороне Муатабара. Скорцезе со своим нулевиком сбежали через десять минут после начала боя. А взрыв, что мы слышали, когда возвращались к учителю был своеобразным прощальным аккордом от сбежавшего клана. Они каким-то образом умудрились заминировать арену, вот только к тому времени, когда прогремел взрыв внутри уже никого не было.

Представители всех кланов, присутствующих на турнире объявили охоту на клан Скорцезе. Теперь они очень на долгое время заперты в родной – Римской Империи. Так, что когда я надумаю заявиться к ним в гости, то вполне смогу рассчитывать на помощь очень влиятельных кланов. Список и контакты которых мне обещал предоставить Муатабар.

Ещё в этот день раза три ко мне пыталась прорваться целительница. Пообещал ей, что спрыгну с обрыва, если она не прекратит меня домогаться. В ответ было лишь недовольное бормотание под дверью.

Ясмин отпустила меня на второй день. К этому времени я уже мог спокойно стоять, опираясь на ногу. Правда, ходить пока не получалось, ступня и пальцы пока отказывались работать. Это выглядело, словно у меня деревянный протез. Всё должно было прийти в норму в течение двух недель. А пока придётся походить и так. И что меня порядком расстроило забыть про тренировки.

До Газни меня вызвался везти Абдулла. На своём новеньком внедорожнике, купленном на деньги, что он выиграл, поставив на мою победу. И поэтому мой личный Ургундийский водитель, очень хотел, чтобы я прокатился на этой машине.

Воронцов, конечно, попытался упрятать меня в один из своих бронетранспортёров, но горец словно настоящий орёл отбил свою добычу, в моём лице, у кровожадного ворона и усадил в своё гнездо.

Правда – это гнездо должно теперь плестись в самом центре построения машин Кровавого Ворона. Но мы с Абдуллой оба были не против.

В машине он отдал мне деньги, которые я выиграл на тотализаторе. Оказалось сорок тысяч империалов. Куда пристроить эти деньги у меня уже была идея. Выжившим в бойне наверняка сейчас требуется очень многое, ведь они потеряли практически всё и остались лишь с теми вещами, которые были на них.

Абдулла трещал всю дорогу не умолкая. Он рассказывал мне о сражении с людьми клана Скорцезе. Причём описывал всё настолько красочно, словно сам принимал в нём участие. Мне его болтовня помогла ненадолго забыться.

За несколько километров до города нас встретил вооружённый патруль, состоящий из двух десятков владеющих. После уничтожения базы Чёрной Сотни были усилены меры безопасности и теперь подобные отряды круглосуточно патрулируют все возможные подъезды к городу.

Задерживать нас не стали. Воронцов обменялся парой фраз с командиром патруля и мы поехали дальше.

На въезде в город был организован импровизированный блокпост из выстроенных в ряд танков. На этот раз отделаться парой фраз не вышло. Воронцову пришлось позволить досмотреть каждую машину. После досмотра в город разрешили въехать, только машине Абдуллы. Сергей Михайлович пытался было спорить с начальником караула, даже немного покричал на него, но всё безрезультатно. Основной части отряда пришлось разбивать лагерь, за пределами города. Специально для этих целей рядом с городом был расчищен от камней довольно приличный участок, на котором уже было разбито два небольших лагеря.

В город мы въехали впятером. Я, Абдулла, Ворон и Марика с Софией. Я до последнего момента надеялся, что целительница останется в Ургунди, но эта чокнутая словно клещ вцепилась в Воронцова, пообещав ему на время своего нахождения в отряде занять место штатного лекаря.

И вот теперь мы все вместе оказались в одном из самых крупных городов свободных земель. Газни был вотчиной клана Лэгбэ и сразу после того, как я встречусь с выжившими, нужно будет найти представителя клана. Я попробую договориться о встрече с бабушкой Даримой, хочу лично поблагодарить её за помощь, оказанную моим людям.

Дорогу к месту, где расположились мои люди, показывала София. Она единственная, кто уже бывал здесь. И какого хрена спрашивается, она припёрлась в Ургунди?

Мы подъехали к большему, трёхэтажному зданию из красного кирпича. Вокруг которого несли дежурство бойцы, в знакомой чёрной форме. Гуоджин выставил дополнительную охрану даже внутри хорошо охраняемого города.

При виде подъезжающей машины бойцы напряглись. Но стоило мне выйти, как они тут же расслабились и что-то передали по рации. Прошло пять лет, но они всё же узнали меня.

Не успел я подойти к импровизированному кпп, как из здания начали выбегать бойцы и строиться в одну шеренгу, как это было в мой первый визит на базу Чёрной Сотни. Последним появился Гуоджин. Стоило ему занять место во главе строя, как все бойцы тут же упали на колени и поклонились мне, ударившись лбом о землю. Всё это происходило в полной тишине.

– И что всё это значит? – спросил я, когда тишина уже порядком надоела. – Так, быстро всё поднимайтесь. А ты Гуоджин расскажешь мне об этом перформансе сразу после того, как введёшь в курс дела по поводу выживших. – После этих слов я не стал ждать, как отреагируют на мои слова бойцы, а просто направился к входу в здание.

Гуоджин догнал меня у самых дверей.

– Господин не беспокойтесь, с детьми всё отлично. У них есть всё необходимое, а местные жители очень добры к ним. – проговорил наёмник и положил руку на дверь, удерживая её.

За пять лет, что я провёл у Хироши сенсея Гуоджин очень постарел. Тёмные волосы порядком покрылись сединой, а на лице появились глубокие морщины. Сейчас я мог бы дать Гуоджину лет семьдесят, вместо его пятидесяти с хвостиком. И какого хрена он называет меня господином?

– Ополоумел что ли? Или может на последнем контракте, тебе по чайнику сильно прилетело и теперь он свистит постоянно? Какого хера ты меня господином зовёшь?

– По-другому нельзя. – убавив громкости, начал говорить Гуоджин. – Люди не поймут, если я буду разговаривать с человеком, обладающим такой силой, как с обычным подростком.

– Какой ещё силой? О чём ты вообще говоришь?

– Бойцы Кровавого Ворона рассказали нам о том, что вы сделали для погибших. Вы использовали силу императоров, чтобы поглотить тела. Величайшая почесть, что может оказать живой умершим, сделать их частью своей силы. Мы благодарны вам за это. У каждого из оставшихся в живых, на базе погибли близкие. Я потерял там двух сыновей. – Гуоджин вновь плюхнулся на колени, заблокировав собой дверь.

Вот и как я должен на это сейчас реагировать? В тот момент я и сам не отдавал отчёт своим действиям. Просто накатило.

– Да встань ты уже, достал! Я разделяю вашу скорбь, но о мёртвых поговорим позже. Сейчас я хочу пообщаться с живыми. Детей я трогать не буду, а вот с женщинами бы поговорил.

Наконец наёмник встал с колен и сам повёл меня внутрь. Обе женщины сейчас находились на кухне и готовили ужин. При моём появлении они бросили все свои дела и подбежав обняли меня. По их щекам текли слёзы. Я подошёл и обнял их.

Успокоившись Ольга и Лаура, а именно так звали женщин, с радостью ответили на все мои вопросы.

В тот день в бункере успели спрятать всех детей младше десяти лет. Пока остальные отвлекали нападавших, Ольга и Лаура спасали детей. Обе женщины оказались ещё и воспитателями в детском саду, появившемся на базе три года назад. Всего спасённых детей оказалось тридцать четыре человека.

Помощь из Газни прибыла часов через шесть, после того как мы отправились наперехват отряда Пульсара. К этому времени абсолютно все дети были осмотрены Аспаруховой и если того требовалось излечены. Клан Лэгбэ прислал на базу своих лучших специалистов, услуги которых не потребовались.

Доставив выживших в город им выделили для проживания это здание. Местные жители тут же организовали сбор всего необходимого и вызвались помочь с детьми. Их помощь была просто огромной. Младшие дети смогли быстро прийти в норму, а вот со старшими дела обстояли намного хуже. Две девочки замкнулись в себе и до сих пор практически никак не реагируют на любые внешние раздражители. Но женщины были уверены, что скоро и эти девочки вернутся в норму. Просто нужно дать им чуть больше времени.

Гуоджин вместе с остатками отряда вернулся всего четыре дня назад. Их дорога шла через город, в котором они и остались узнав о случившемся.

Гуоджин тут же закупил всё необходимое и стал ждать моего приезда, узнав от людей Воронцова, что именно я отомстил за смерти жителей базы.

– Гуоджин у отряда имеются деньги? – спросил я у наёмника, всю дорогу простоявшего у меня за спиной, словно тень.

– Около трёх миллионов. – даже не раздумывая ответил Гуоджин

– Мы сможем отблагодарить Газни миллионом?

– Не жирно ли будет? – включил своего скрягу наёмник.

– Думаю в самый раз. По поводу денег можешь не волноваться. Через несколько дней мы отправляемся в Северную Империю. Там я смогу разморозить счета рода и тогда компенсирую отряду все финансовые потери. Думаю, денег там вполне хватит.

– Господин. А как же дети? – спросила меня Лаура.

– А что дети? Дети, естественно, едут с нами. Я беру всю ответственность за детей на себя. А сейчас прошу меня простить, нужно найти представителя клана Лэгбэ.

Искать представителя клана Лэгбэ даже не пришлось. Стоило мне выйти из здания, ставшего новой базой отряда. Как я увидел того самого мужика, который в первую мою встречу с бабушкой Даримой, держал в руках дипломат.

– Госпожа приглашает вас Макото в гости. Если хотите можем отправиться прямо сейчас. – сказал мужчина.

Как говориться, на ловца и зверь бежит. С собой я взял Гуоджина и Воронцова. Целительница и Марика были переданы в руки детсадовцам. Женщины обещали накормить их, а этого мне было вполне достаточно. Абдулла начал собираться в обратную дорогу. Попросил его найти в местных магазинах пару журналов для сенсея и отвести их ему. Абдулла лишь покачал головой, но согласился, даже не взяв с меня денег.

В особняке главы клана нас встретила сама Дарима.

– Приветствую вас в моём скромном жилище. – обратилась матрона ко всем, а после лично ко мне – До меня дошли слухи, что ты Макото собственными руками убил Пульсара.

– Кто? – спросил Сергей Михайлович.

– Что вы именно хотите узнать? – ответила вопросом на вопрос матрона.

– Кто из моих остолопов пустил подобные слухи? Впрочем выбор у меня невелик. – после этой фразы Ворон замолчал. Он наверняка сейчас придумывает наказание поизощрённее.

– Господа попрошу вас больше не перебивать меня. – произнесла бабушка Дарима таким тоном, что оба моих сопровождающих вытянулись по стойке смирно. – Вы обязательно зададите все свои вопросы, когда придёт время. А сейчас я жду ответа от тебя мальчик. – Узловатый, старческий палец указал на меня.

– Бабушка Дарима тебя обманули. – ни капли не соврав ответил я. В этот момент лицо Воронцова вытянулось, словно он увидел что-то совершенно нереальное. Вот только интересно отчего? Оттого, что я отказался от убийства Пульсара или от моего обращения к матроне сильнейшего клана свободных земель?

Внимательно посмотрев на меня, Дарима хмыкнула.

– Даже и не знаю, что сказать. Человек рассказавший мне об этом совершенно точно не лгал, но и ты сейчас говоришь абсолютную правду. Очень интересно. – старушка ещё раз хмыкнула. После чего она махнула рукой и к ней подбежала молодая девчонка лет двенадцати, не больше. – Пройдёмте в гостиную, сейчас там накроют стол, поговорим за чашечкой чая. А то моим старым костям очень хочется опуститься в мягкое кресло и завернуться в тёплую шаль. Макото помоги бабушке.

После этих слов матрона ухватила меня под локоть и повела внутрь дома. Оба моих сопровождающих семенили сзади, о чём-то тихо переговариваясь.

В гостиной нас уже ждал накрытый стол.

Бабушка Дарима сама разлила нам по чашкам чай и пригласила располагаться кому где удобно. Вот только меня она усадила напротив своего кресла, точно в такое же. Сев в него, я словно провалился в облако, настолько мягким оказалось кресло. Даже едва не разлил чай, в последний момент умудрившись поставить его на стол.

В этот момент на меня вновь накатило давно забытое чувство из прошлой жизни. Сейчас я совершенно точно могу сказать, что на мой разум пытаются воздействовать и с каждой секундой напор только возрастал. Мои щиты и блоки, выставленные ещё в ВШР с трудом, но пока справлялись.

Единственным человеком, кто мог сейчас это сделать была бабушка Дарима. Матрона сидела, утонув в своём кресле и пристально смотрела на меня даже не моргая. На её морщинистом лице проступили вены, на лбу появились капельки пота.

Подобная наглость должна жестоко караться. В прошлом мире я бы просто сжёг мозги наглецу, пытающемуся влезть в мой разум. Но сейчас я слишком ограничен в энергетическом плане. Единственное, что оставалось это надеяться, что моя защита выдержит напора Даримы.

Теперь мне сразу становится понятно, каким образом эта женщина удерживает власть в сильнейшем клане свободных земель и почему клан Лэгбэ имеет непререкаемый авторитет.

А Хироши сенсей говорил, что единственным до сих пор живущим родом марионеточников является императорский род Ин. Неужели он не знал о способностях Даримы? Что-то я сильно сомневаюсь. К тому же матрона сама говорила мне, что у неё имеется долг перед учителем. Они по-любому пересекались в прошлом.

Неужели бабушка Дарима решила таким образом затащить меня к себе в клан? Вполне может быть и так. Но для чего тогда, все эти вежливые расшаркивания? Она могла бы еще в Ургунди попытаться подчинить меня. Но там я почувствовал лишь лёгкое касание и всё. Даже посчитал, что мне просто показалось.

Ещё пара секунд и атака на мой разум прекратилась. Мокрая от напряжения, тяжело дыша и с покрасневшим от напряжения лицом, матрона ещё сильнее вжалась в своё кресло. Закрыв глаза.

Оба моих сопровождающих, похоже, даже не заметили произошедшего только что. Воронцов и Гуоджин сели на стулья по разные стороны от меня. Они до сих пор ещё не догадывались, для чего меня пригласила к себе бабушка Дарима. Да и я не мог предположить, что она решится на подобное. Попытаться силой подчинить мой разум! Но от чего-то я не смог заставить себя разозлиться. Мне даже стало жалко старушку. Наверняка подобное случается с ней впервые.

– Бабушка Дарима, я уже говорил тебе, что не хочу идти в клан к кому-то под крылышко. – сделав глоток, обжигающе горячего чая я продолжил. – За время прошедшее с нашего разговора моя решимость только окрепла. Силой тут тем более ничего не добиться. – последние слова предназначались только для матроны. Остальные всё равно не смогут понять их.

– Так забирай мой клан себе. – сказала матрона, при этом махнув рукой, словно отдавая мне старую ненужную вещь.

От такого предложения чай попал мне не в то горло и я закашлялся, вызвав улыбку матроны. Произвести эффект на всех присутствующих у неё получилось просто отлично. Что Гуоджин, что Воронцов сидели с отвисшими челюстями и глазами выпадающими из орбит. Да и я, наверное, сейчас выглядел не лучше, хорошо ещё на глазах имелась повязка.

– А теперь господа я предлагаю вам оставить нас с Макото наедине, либо принести клятву силы, что услышанное вами останется только в этих стенах. – обратилась матрона к Воронцову и Гуоджину.

Гуоджин решил остаться, а вот Воронцов предпочёл оставить нас. Сказав, что сперва проверит, как расположились его люди, на стоянке за городом, а потом вернётся обратно в здание, отведенное Чёрной Сотне, где и будет ждать нас. Там мы и обсудим моё возвращение в империю. Учебный год уже начался, нужно как можно скорее попасть в академию.

Как только захлопнулась дверь за Воронцовым, Гуоджин дал клятву. Его слова засвидетельствовала Рейки, окутавшая тело наёмника, уже знакомой мне белой дымкой. Довольно кивнув матрона начала говорить.

– Я предлагаю тебе взять в жены мою правнучку – Норбу. На турнире я увидела твою решимость. А убив Пульсара… Постой, не надо сейчас ничего говорить. Не знаю, каким образом ты меня обманываешь, но наёмника убил именно ты. – остановила меня бабушка Дарима стоило мне только открыть рот. – Так вот, убив Пульсара ты показал свою силу. Признаюсь честно, что после твоего отказа на турнире, я хотела подчинить тебя и просто приказать вступить в клан. Но наткнувшись на твою защиту, решила взять время на раздумья. А сейчас ты сделал то, что не получалось ни у одного владеющего, без помощи блокиратора. Твоя защита не поддалась мне.

Гуоджин сейчас поочерёдно переводил офигевший взгляд с меня на матрону и обратно. Про свой чай он вообще забыл и сейчас из наклонённой чашки на пол гостиной текла тоненькая струйка, едва слышно стуча по паркету. Матрона тоже заметила это и остановила свой рассказ. Пристально уставившись в наёмника. Тот спохватился не сразу, а как понял, что происходит, покраснел от стыда и пообещал лично всё убрать, достав из кармана платок. Его опередила девчонка, которая накрывала нам на стол, появившись в гостиной с тряпкой в руках, как раз в тот момент, когда Гуоджин начал доставать платок. Стоило девчонки закончить с уборкой и закрыть за собой дверь бабушка Дарима продолжила.

– Как ты уже понял род Лэгбэ – марионеточники. – Обращалась сейчас матрона только ко мне, напрочь игнорируя красного как рак наёмника. – Изначально мы являлись младшей ветвью рода Ин. Но как только род Ин начал захватывать власть в Китае, при помощи своей силы и уничтожать другие рода марионеточников. Наши предки отказались участвовать в этом.

Им удалось сбежать и укрыться в священных горах Тибета. Семнадцать поколений назад нашему роду пришлось бежать и из Тибета, спасаясь от убийц императорского рода Ин.

Сотни лет моему роду удавалось скрываться в священных горах. К этому времени все остальные рода марионеточников уже были уничтожены с лёгкой руки рода Ин. Они уничтожали своих конкурентов, боясь потерять власть над Китаем. Шпионы рода Ин каким-то образом смогли разыскать нас в горном убежище. И за нами отправили отряд убийц. Шансов расправиться с убийцами, среди которых были блокираторы, у нас не было. Укрыться мы смогли только в свободных землях, где и взяли себе новое имя рода – Лэгбэ.

В то время род насчитывал девять человек – девять марионеточников. Нам не составило труда подчинить себе несколько разрозненных поселений, которые впоследствии выросли в город Газни. Подобным поступком мы уподобились монстрам, от которых спасались бегством. Но другого выхода у нас просто не было.

Три века назад наш род обрёл силу крови. Вот только сила эта оказалась нашим проклятьем. Она высвобождалась во время секса, не зависимо от нашего желания, уничтожая разум партнёра, убивая его мгновенно. В то время над родом нависла угроза полного уничтожения. Единственным выходом стал инцест. Шло время и сила рода стала угасать.

От кровосмешения нам стало всё сложнее и сложнее обзаводиться потомством. Дети рождались очень слабыми. Половина не доживала до момента полового созревания. Сила марионеточников начала передаваться только девочкам. И то только каждой третьей.

Мальчики и вовсе рождались практически неспособными касаться силы. Исключением стал мой внук – Таньба, он смог выжить и унаследовать силу марионеточника. Таньба был нашей единственной надеждой, на будущее клана. Проклятие крови не коснулось его. Он смог зачать ребёнка, с женщиной не из рода. Это стало настоящим подарком богов. К этому моменту я была единственной бабой в роду. Мне было уже далеко за шестьдесят и я просто физически не смогла бы родить.

За долгие годы мужчина впервые должен был возглавить клан Лэгбэ. В мире где все решают мужчины, очень сложно заставить остальных прислушиваться к словам женщины. Конечно, если она не обладает силой марионеточника. – усмехнулась матрона и продолжила. – Три года назад Таньба погиб, защищая караван с беженцами из Китайской Автократии. Я считаю, что его смерть не была случайностью.

В тот день вместе с Таньба погибла и моя надежда на дальнейшее существование рода. Норбу прекрасная, добрая девочка. Но она не унаследовала силу марионеточника. А без этой силы её ждет смерть!

И вот я встречаю тебя. Ученика Небесного Кузнеца, способного убить наёмника нулевого ранга и отразить мою атаку на свой разум.

– Вообще, не понимаю, к чему вы ведёте бабушка Дарима? Я очень сочувствую вашему роду, но каким образом могу помочь? – спросил я.

– Вся мощь клана Лэгбэ держится на моих способностях марионеточника. Все сильнейшие владеющие подчинены моей силе. После того как я умру, некому будет перенять контроль над ними. Клан перестанет существовать. Владеющие, обретя свободу, начнут мстить. Норбу останется единственной представительницей рода. Мне плевать на клан! Главное – сохранить род, пусть даже и влившись в другой. Я хочу знать, что после моей смерти Норбу будет в безопасности. – после этих слов из матроны словно выдернули стержень, она сразу как-то осунулась, и ещё сильнее, вжавшись в кресло, закрыла глаза.

Вот тебе и новость, забирай мой клан себе, всё равно как я помру он перестанет существовать! Супер, бабушка Дарима! Отличное предложение!

– Если ты согласишься забрать Норбу и сделать её своей женой. В качестве приданного ты получишь все активы клана и Газни в собственное пользование. Вот только за город придётся побадаться после моей смерти, но в любом случае в документах на его владение будет стоять твоё имя – Василий Дмитриевич Лопухин.

– Не буду даже спрашивать, откуда вам известно моё настоящее имя. – начал я, всё же надеясь, что бабушка. Дарима в качестве доброй воли сама решит выдать свои источники. Малость выждав, продолжил так и не получив желаемого. – Я всё ещё не понимаю, почему именно я? Думаю, вы легко сможете найти подходящего защитника для своей правнучки в любой точке мира. Я не могу гарантировать даже собственную безопасность, не говоря уже о ком-то другом.

– Ты единственный, кто сможет выдержать силу крови рода и остаться в живых. Возможно, Норбу, подобно Таньба свободна от проклятья, в чём я сильно сомневаюсь. Я должна быть уверена, что род не угаснет, после моей смерти. Думаю, что ваш ребёнок гарантированно унаследует силу марионеточника.

После слов матроны я сидел словно пришибленный. Она же на полном серьёзе предлагает мне взять свою правнучку в жёны. И всё только из-за того, что я смогу спокойно делать с ней детей!

В прошлой жизни я не собирался связывать с кем-либо свою жизнь считая, что слишком рано. Но тогда мне не предлагали стол весомого приданного. Активы клана – это хорошо. Но вот крупнейший город в свободных землях, цену такого подарка просто невозможно оценить. Вот только смогу ли я забрать город себе? Отбить его у освободившихся из-под контроля владеющих?

Тем временем бабушка Дарима ждала от меня ответа, которого просто не было.

– Как то слишком неожиданно для меня ваше предложение. – начал я, с осторожностью подбирая каждое слово. – Совершенно неизвестному, увечному сопляку вы предлагаете свою правнучку, а вместе с ней огромное наследство. Конечно, сам факт возможности подобного мне очень льстит. Но я прекрасно отдаю себе отчёт, что не потяну подобную ношу. Мне всего пятнадцать и при всём уважении к вам, я не собираюсь связывать свою жизнь с кем-либо так рано. – на этом мой словарный запас иссяк и я просто всплеснул руками. При этом открывая и закрывая рот. Пока в голову не пришёл последняя пара аргументов. – К тому же я не видел вашей внучки ни разу в жизни.

Бабушка Дарима очень внимательно следила за каждым моим словом. Улыбка на её лице становилась всё шире и шире. После того как я выдал фразу, что не видел никогда её внучки, она вовсе расхохоталась. Смех матроны больше походил на воронье карканье, отчего мне стало совсем не по себе.

– Макото, ты сейчас практически один в один повторил слова моей внучки, сразу, как я рассказала ей о тебе. Ближайших года три вам совершенно ненужно будет ни о чём заботиться. Клановые целители обещают мне ещё минимум пять лет. К тому же я не требую от тебя немедленного ответа. Я прекрасно понимаю, что принятие решения в подобных вопросах дело не одного месяца, а возможно и года раздумий. Да и Норбу сейчас ещё младше тебя, ей только должно будет исполниться четырнадцать. Я думаю у тебя будет достаточно времени, чтобы обдумать моё предложение и взвесить все за и против.

Я выдохнул с облегчением. У меня есть ещё минимум пара лет, чтобы дать ответ.

– Тогда это совершенно меняет дело. Если у меня есть время на подумать, то глупо будет не воспользоваться им.

– Два года немаленький срок. Постарайся за это время не умереть. – прекратив улыбаться, совершенно серьёзно сказала матрона. Похоже, в свои слова она вложила капельку силы, у меня даже мурашки побежали по коже и я невольно передёрнул плечами, словно от холода. – А ты присмотри за ним и не позволяй лезть на рожон. Современная молодёжь слишком низко ценит собственную жизнь. – эти слова были адресованы Гуоджину, который сейчас сидел с очень важным видом, словно ему доверили охранять самого императора. Но вот скомканный в руках платок портил всю картину.

– Гуоджин сделай то, о чём я тебя просил. – обратился я к возгордившемуся наёмнику.

Вся его важность слетела в один миг, особенно когда он начал доставать планшет из кармана и уронил его. Пара минут, которые мы провели в полной тишине и в гостиную вошёл мужчина в костюме. Он что-то шепнул на ухо матроне.

– Что это значит? – обратилась она к Гуоджину. Но ответил вместо него я.

– Это компенсация, за предоставленные клану Лэгбэ неудобства и финансовые затраты, что легли на вас при появлении выживших с базы Чёрной Сотни. Это мои люди и заботиться о них мой долг. В ближайшее время мы покинем Газни. Или этой суммы недостаточно?

– Клан Лэгбэ не ищет выгоды, помогая выжившим в той бойне. Наш долг как сильнейшего клана в свободных землях, не допускать подобного. И помощь твоим людям Макото стала для нас единственной возможностью, хоть немного искупить свою вину. Поэтому я не приму этих денег.

– Господин только что на счёт отряда поступило пять миллионов империалов. – вмешался в наш разговор ошарашенный Гуоджин.

– Это компенсация семьям погибших. – ответила матрона на только сформировавшийся моей голове вопрос. – И больше никогда не занимайтесь подобными глупостями. Деньгами можно очень сильно оскорбить человека. Тем более деньгами за бескорыстную помощь.

Вот не хрена себе они тут Робин Гуды. Им дали миллион, за предоставленное жильё, одежду, продукты и т. д., а они нос воротят и ещё вдобавок сверху насыпают. Но ничего я не буду ерепениться и возьму эти деньги. Думаю, Гуоджин найдёт, куда пристроить лишних четыре миллиона. К тому же если я приму предложение матроны, эти деньги и так мои.

– Благодарю, за вашу щедрость госпожа. – попытался я поклониться сидя в кресле, но из этой затеи ничего не вышло. А вот у бабушки Даримы вполне получилось запустить в меня своей чашкой. Хорошо, что она была пустая, а то пришлось бы ходить облитым чаем.

– Ещё раз назовёшь меня госпожой, вскрою мозги Гуоджину и заставлю его называть тебя любимым. Тебе всё ясно? – пригрозила мне бабушка Дарима. Конечно, я не испугался, но на всякий случай всё же поставил наёмнику самый простенький блок, на который мне хватило крох собственной энергии. Кто знает старушку, а вдруг правда выполнит свою угрозу. А так гляди, наткнется на защиту и решит не лезть дальше.

– Яснее быть не может, госпожа!

Ну не смог я удержаться. Такая маленькая месть с моей стороны, за головную боль, которую мне подсунула матрона. Чашки у матроны кончились, она лишь развела руками и показала мне оттопыренный средний палец. А бабушка довольно продвинутая, браво!

Если серьёзно, то обдумывать предложение бабушки Даримы мне нужно будет очень вдумчиво и неторопливо. И думаю один, я с этим не справлюсь. Мне нужна будет помощь Гриши. А ведь точно, Гриша, где черти носят его задницу. Пять лет не виделись и сейчас его нет. Обязательно нужно будет узнать о нём у Гуоджина, после того как покинем особняк Лэгбэ.

Дальше наш разговор свёлся к сбежавшим бойцам Лавра. За голову любого члена из этого отряда кланом Лэгбэ была назначена награда. А сам отряд был признан подлежащим уничтожению. Остальные города и кланы полностью поддержали решение клана Лэгбэ. Это был первый подобный случай в свободных землях.

Турнир в Ургунди был полностью придуман и воплощён кланом Лэгбэ. На этом турнире клан получил возможность забирать себе понравившихся владеющих, увеличивая свою мощь. При этом не привлекая лишнего внимания со стороны других кланов. Создать иллюзию свободного выбора нанимателя, клану Лэгбэ удалось воплотить просто виртуозно. Староста Ургунди был ставленником Лэгбэ. Впрочем и основные силы кишлака, так восхваляемые Абдуллой, в основном состояли из бойцов Лэгбэ.

Вскоре мы распрощались с бабушкой Даримой. Которая взяла с меня слово, что я всерьёз буду рассматривать её предложение и через два года люди клана Лэгбэ найдут меня, чтобы получить ответ.

Нас предложили довезти до дома, в котором поселили выживших, но я отказался. По пути ещё многое нужно обсудить с Гуоджином.

Стоило нам отойти от особняка на пару сотен метров, как я тут же спросил наёмника, что он думает по поводу всего услышанного от матроны Лэгбэ.

Гуоджин сказал, что это просто отличное предложение, за которое нужно хвататься руками и ногами. Если будут деньги, можно найти людей и отбить город. В принципе я был с ним согласен. Этот вопрос можно решить чуть позже, сейчас же меня ждало возвращение в империю.

Воронцов вкратце ввёл Гуоджина в курс дела и даже озвучил ему ложности, которые наверняка возникнут в будущем.

Моё возвращение в Северную Империю запустит там слишком сложные механизмы. Которые после окончания моего обучения либо полностью уничтожат род Лопухиных и даже все воспоминания о них, либо выкинут меня прямо на вершину власти империи, как одного из князей древней крови. Тут тоже имелась большая загвоздка, после вхождения в титул я должен буду доказать древность своей крови, воспользовавшись силой рода. А все люди, которые могли меня этому обучить, уже, как восемь лет мертвы.

Но за пять лет, возможно, я и смогу найти решение этой проблемы.

Так, что думать мне предстоит ещё очень и очень долго.

Ответ про Гришу заставил меня начать нервничать. Его не видели уже больше двух лет. Он просто не вернулся с выполнения очередного контракта и его уже давно считают погибшим. Ольга оказалась женой Тёмного, у них есть сын которому уже больше года. Очень повезло, что они оба смогли выжить во время нападения Лавра.

В смерть Гриши я верил с трудом, всё же мало кто из живущих способен убить нулевика, за исключением другого нулевика. Но что, с ним реально произошло что-то плохое был просто уверен. Нужно будет обязательно подключить к этому делу Воронцова. Думаю он сможет организовать поиск по своим каналам и не только. Не зря же он руководитель спецвойск Северной Империи.

Теперь оставалось забрать из Ганзи моих людей и разместить их в безопасном месте. А ещё придумать, что делать с Марикой и долбанутой целительницей. С Софией не должно возникнуть никаких проблем, просто пошлю её и всё. А вот что делать с Марикой она же должна везде следовать за мной в качестве ученицы, слуги и телохранителя. Если я её прогоню, то она ещё руки на себя наложит. А мне явно не надо такого счастья, буду потом всю оставшуюся жизнь считать себя виноватым.

И тут снова вся надежда только на Сергея Михаловича. Что-то слишком много я хочу на него навалить, но куда деваться, других вариантов, кроме него у меня нет.

– Макото, Гуоджин! – окликнул нас Воронцов, когда мы уже подходили к дому, где расположились наши люди.

– Хорошо, что успел вас перехватить. – подбежал к нам запыхавшийся Ворон. – Макото, готов вернуться на родину? – Отвечать я не стал. Махнув рукой Ворон продолжил. – Только что разговаривал со штабом. Нужно немедленно выезжать, если мы хотим проскочить по безопасному коридору. Сейчас из империи движется большой караван с гуманитарной помощью, путь которому расчищают регулярные войска, это наш шанс, не опасаясь нападения пройти до границы.

– Сколько у нас есть времени на сборы? – спросил я.

– В том-то и дело, что его нет. Прыгаем по машинам и погнали.

– Потребуется время, чтобы собрались мои люди. Без них я никуда не поеду. – кинул я через плечо, направляясь к бойцам, которые уже заметили нас. Они явно о чём-то спорили бурно размахивая руками и показывая друг другу неприличные жесты.

– Вась, езжай с Воронцовым, – начал уговаривать догнавший меня Гуоджин. – Безопасный коридор в свободных землях очень редкое явление. Путь по нему может сократить дня три, если не все пять. Не придется постоянно останавливаться для разведки местности. Да и останавливаться на ночлег не будет необходимости.

– На этот раз я не брошу своих людей. – не желая дальше выслушивать уговоры, перебил я Гуоджина.

– На этот раз с ними есть мы. Теперь даже отряду по силе сравнимому с Лавром придётся сперва умыться кровью, прежде чем они доберутся до детей. – при упоминании детей, голос наёмника дрогнул, и он слегка отстал от меня.

– У отряда есть подходящие машины, чтобы перевезти всех выживших в империю? – спросил я у Гуоджина.

– Три внедорожника и один бронетранспортёр. – без раздумий ответил наёмник.

– Тогда сейчас возвращайся обратно к Дариме и купи необходимые машины. А я пока всех организую. Заплати любые деньги, но чтобы через полчаса машины уже были у нас и мы начали погрузку. Выбери что-нибудь подходящее для детей. Автобус там какой или ещё что-то в этом роде. И обязательно закупи всё необходимое. Сколько по времени займёт путь до империи?

– Если по коридору, то дня три. – влез в наш разговор Ворон, пристроившийся рядом со мной. – Если нет, до примерно неделю. Плюс минус пару дней.

– В любом случае у нас есть несколько часов на сборы. – сказал я. – Не думаю, что безопасный коридор закроется за это время.

– Не закроется. – согласился со мной Воронцов. – он простоит ещё дня три – четыре.

– Так какого хера, вы мне мозги компостируете? Совсем нет времени. Прыгаем по машинам и погнали!

– Времени действительно в обрез. Ты уже опоздал к началу занятий в академии. Пропустил приёмную комиссию и вступительные испытания. Годунов очень недоволен. Чем дольше тебя нет, тем его недовольство сильнее.

– Это вам тоже в штабе рассказали? – хмыкнул я.

– Птичка на хвосте принесла. Птичка, работающая в академии. Так что информация из первых рук, так сказать.

– Ну а мне какое дело должно быть до чьего-то недовольства?

– Тут ты прав. Вот только думаю, что ты предпочтёшь просто покрасить что-нибудь на территории академии, а не ходить пару месяцев по соседним с академией паркам, под присмотром куратора и собирать собачье говно. Старик Годунов вполне способен отправить тебя на подобные исправительные работы. Меня подобным образом наказывали раз шесть. И хочу тебе сказать, что это не самое приятное занятие. Хуже может быть только уборка в коровнике. В котором ты будешь проваливаться в дерьмо по колено.

– Да кто вам вообще сказал, что я соглашусь даже на покраску чего-либо. В академию я поступаю, чтобы учиться. Вот пускай и учат меня.

– Поверь моему, горькому, опыту согласишься, да ещё и будешь рад, если это действительно окажется наказание, не связанное с дерьмом.

Мы как раз подошли к дому и я, не став ничего отвечать Ворону, обратился к бойцу, стоявшему сейчас на посту. Благо я помнил, как его зовут.

– Миша собери людей и объяви, чтобы через два часа все были готовы и собраны к переезду. Мы уезжаем из свободных земель.

Сперва на лице бойца отразилось недоумение. Он хотел что-то спросить, но отчего-то передумал и убежал выполнять мою просьбу.

– Ворон. Вот почему ты пытаешься напугать меня академией. Складывается такое впечатление, что ты просто хочешь отговорить меня от поступления.

Воронцов пожал плечами, так ни чего и не ответив. А я пошёл к воспитателям обрадовать их, что нужно собрать и снарядить детей.

– Встречаемся, через два часа возле главного въезда в город. Нам как раз в ту сторону. – сказал мне Ворон и ушёл к своим людям.

Ольгу и Лауру мои слова, как-то совершенно не обрадовали. Они сразу забегали, что-то постоянно перенося, открывая, закрывая, вытряхивая, хлопая дверками, гремя посудой. И это они ещё ничего не сказали детям.

В общем, ровно, через полчаса обе женщины были готовы. Правда детей они ещё даже не начали собирать. Здесь я вызвался им помочь. Они были только за.

Во время сборов детей появился Гуоджин с очень довольной физиономией. Словно бабушка Дарима, помимо машин и продуктов, бонусом отписала ему пару проституток и полцарства, в случае с Даримой – города, в придачу.

Купить у наёмника получилось абсолютно всё, что было нужно и сейчас возле дома стоял огромный, комфортабельный автобус, на котором предстоит передвигаться детям. А помимо автобуса там ещё имелся маленький фургончик с запасами продуктов, которых хватит для пропитания всей нашей оравы на пару недель не меньше.

К этому времени все наёмники уже были собраны и стояли возле здания, ожидая дальнейших распоряжений.

– Что-то произошло? Все начали собираться в такой спешке. Но никто не хочет мне ничего объяснять. – спросила целительница.

Они с Марикой вышли из здания одними из самых последних. В то время как Марика молча встала за моей спиной, София начала заваливать кучей вопросов.

Послал её к чёрту. Вернее, к Воронцову, всё же она до сих порчислится в его отряде штатным лекарем. Вот пусть у него всё и узнаёт.

За два часа собраться мы не успели. Оказывается, очень трудно собрать, одеть, успокоить, отловить всех до единого и после усадить в автобус, детей. Как Ольга с Лаурой умудряются справляться с этими сорванцами вдвоём? Загадка, ответ на которую, мне не узнать никогда.

Ближе к концу третьего часа наши сборы закончились, и мы двинулись к выезду из города.

– Как там успехи в 13387? – тихо произнёс на ухо дежурному оператору куратор. Бедный парень, едва не выпал из своего кресла, залив рабочее место энергетиком.

– Да блин, я так помру раньше срока! – возмутился оператор.

Вот как? Как куратору постоянно удаётся появиться в операторской не потревожив ни один датчик, не затронув ни один защитный контур? Для какого чёрта они тогда вообще существуют?

– Не помрёшь! А даже если и решишь сконфузиться до того, как истечёт срок твоего контракта. Вернем обратно. – хохотнул куратор. Сегодня у него явно было хорошее настроение, чего не замечалось очень давно. – Ну так что там с 13387?

– Боюсь выделенных ресурсов может не хватить. Если, сразу после переноса наш объект легко подвергался воздействию и мы смогли внушить ему нужные чувства и жажду мести. То сейчас нам всё труднее и труднее становится влиять на него. Приходится придумывать многоходовые операции, чтобы подтолкнуть объект в нужную нам сторону. Разрабатывать событийный ряд до нескольких тысяч ходов. Дёргать за сотни тысяч нитей, создавая подходящие условия для его роста. Хотя вот тут уже наметились улучшения. Объект смог прикоснуться к энергии мира. Правда, едва не спалив себе все каналы, но в любом случае начало положено. Всё очень осложняется вмешательством вислоухих, они тоже лоббируют свои интересы. И порой приходится бодаться, кто готов влить больше ресурсов в тот или иной событийный виток. Дошло до того, что поступил официальный протест из конторы вислоухих. Но проверяющие не нашли никаких нарушений с нашей стороны.

– Знаю, меня тоже дёргали по этому поводу. Скажи лучше, сколько ещё потребуется энергии сверх того, что было выделено на эту операцию? – перебив оператора, спросил куратор.

– Ещё 36% от изначально запланированного.

– Даю добро. – сказал, куратор, хлопнув в ладоши. – От судьбы этого мира зависит, в какую сторону по служебной лестнице я пойду. Это моё испытание на профпригодность, так сказать. Так, что ресурсов не жалеть. Можете смело пускать в расход других агентов, если это поможет нашему джокеру. Основную ставку сделать только на него. И давайте там поактивнее лоббируйте наши интересы. Давите вислоухих, не жалея ресурсов, резервы имеются.

– Других агентов уже начали подводить, с этим никаких проблем не должно возникнуть. Мы уже совсем близко к первой цели. Ещё год, другой местного времени и можно отправлять объект на ликвидацию первой марионетки вислоухих. Событийный ряд для этого уже разработан и запущен.

– Добро. Добро. – раздался голос куратора, вот только сам он уже покинул операторскую.

Мир 13378 стал настоящим испытанием для возможностей оператора. Столько сил и ресурсов ему не приходилось тратить ещё ни разу за несколько тысяч лет, проведённых на этом посту. Возможно, куратор замолвит и за него словечко наверху в случае успешного исхода этой операции. И он наконец выберется из этого тесного кабинета. Но об этом модно будет размышлять только после успеха текущей миссии. А пока нужно ещё раз перепроверить событийный ряд, всего одна неточность и вся проделанная работа пойдёт насмарку.

Вот и закончился первый том. Конечно же, наша история ещё далека от завершения.

Впереди нас ждет еще множество вопросов, ответы на которые мы сможем найти вместе. Сдержит ли император свое слово? Что ждет героя в академии? Сможет ли герой отомстить Шуваловым? Что произошло с Чернышёвым?

Огромная благодарность всем читателям за поддержку и комментарии! Особенно тем, кто усердно заваливал меня сообщениями в личку)

С уважением,

Алексей Шмаков

Эту книгу вы прочли бесплатно благодаря Telegram каналу @books_fine.

У нас вы найдете другие книги (или продолжение этой).

А еще есть активный чат: @books_fine_com. (Обсуждение книг, и не только)

Если вам понравилось произведение, вы можете поддержать автора наградой, или активностью.

Страница книги: Макото. Том первый