Широкоплечий молодой мужчина шел прямо на нее. На нем был лишь белоснежный махровый халат. Возможно, еще белье, она не знала. Ее взгляд пробежал по крепким голеням с бронзовой от загара кожей двинулся вверх к рукам с длинными сильными, даже на вид, пальцами. Она немного подняла глаза и встретилась с его темными омутами на волевом лице.

Если бы не дикий шок, который она испытывала, то наверняка залюбовалась бы этим мощнейшим представителем сильного пола. Сейчас же он казался ей чудовищем. Вместе с тем он был идеальным — фигура, словно выточенные из камня черты лица, мужественность, которой веяло за версту.

Его голос тоже оказался шикарным — низкий, насыщенный, уверенный тембр. Правда, произнес он им страшную вещь.

— Раздевайся, — невозмутимо велел он.

Худенькая девушка обняла себя руками. В ушах стояли недавние угрозы, и она понимала — стоило подчиниться, тогда, возможно, получится вырваться отсюда живой. Она взялась за маленькие пуговицы на голубой кофточке.

Каштановые волосы выбивались вперед и мешали ей, пока ее холодные пальчики избавлялись от одежды. Наконец, она осталась лишь в простом бежевом бюстгальтере и трусиках и подняла на незнакомца голову. Мужчина распахнул халат.

Она видела, конечно, парней в плавках на пляже, в бассейне, но в белье вживую и так близко — никогда. Мужское тело впервые предстало перед ней. И какое это было тело! Девушка не понимала природу своих эмоций, но у нее захватило дух.

Его пресс был просто стальным. Даже не прикоснувшись, она ощутила это. А такие кубики, она была уверена, бывают лишь на обложках журналов! Накачанная грудь вздымалась от тяжелого дыхания, гладкая загорелая кожа подчеркивала каждый мускул. Светлые обтягивающие боксеры с трудом сдерживали выступающий бугорок плоти. Она сглотнула.

Но тут же едва не вскрикнула, когда мужчина взялся за резинку трусов и стянул их. Ее взгляду предстал крупный тугой орган с выделяющейся головкой. Смуглая бархатная плоть покачивалась. Девушка, как завороженная, уперлась в нее взглядом. Она не предполагала, что мужской пенис может быть красивым. Хотя для нее это все равно не предвещало ничего хорошего.

Несмотря на девственность, она была в курсе анатомии и видела — у мужчины эрекция. Похоже, танец, который ее заставили исполнить, его завел.

Он взял член за основание двумя пальцами и ловко натянул презерватив, который достал из кармана халата. Подошел ближе, потянулся к застежке верха её белья, с которой без труда справился, затем довольно-таки равнодушно снял с нее бюстгальтер и отшвырнул куда-то вглубь дивана. Он действовал спокойно и буднично. Не проявлял агрессию, хотя она почти не двигалась от парализовавшего ее страха.

Теплой и немного шершавой ладонью мужчина скользнул по внутренней стороне ее бедра, разводя ей ноги. Внезапно накатило понимание того, что сейчас произойдет.

— Нет! — закричала она. — Не надо, пожалуйста!

Он вдруг отпрянул в удивлении.

— Тебе велели сопротивляться? — невозмутимо спросил брюнет. — Не старайся, мне это не нужно.

— Н-нет, — прохрипела она, — они сказали не орать или будет плохо…

— Веди себя обычно, — посоветовал мужчина.

Обычно?! Вообще-то ее еще никогда не увозили насильно из клуба на огромной тачке. И прежде даже такие красивые качки не пытались взять ее без предварительных ухаживаний.

Его аура, или как это еще можно было назвать, подавляла. Девушка ощущала себя куклой. Неужели таким будет ее первый раз? Она берегла свое тело для самого любимого, а им воспользуется незнакомый мужик?

Хозяин дома тем временем подошел к ней вплотную. В носик девушки ударил благородный запах мужского парфюма. Не крикливый, но густой. Так не пахли ни ее двадцатилетние приятели, ни старомодные преподы. Одеколон чудовища без слов заявлял — его владельцу не нужно привлекать к себе внимание, и он знает себе цену.

Мужчина не снял с нее тонкие трусики, лишь чуть сдвинул их с промежности. Большая рука задела чувствительное место девушки. Она дернулась, как от удара током.

Он оттеснил ее к круглой колонне, стоявшей посреди большой гостиной, прижал к себе, чуть наклонил. Она глотала ртом воздух и едва слышно скулила. Он зажал в руке толстый пенис, слегка тряхнул и попытался ввести в ее тело. Она не могла выдавить из себя хоть слово, загипнотизированная им и внутренней паникой.

— Ты что, девственница?

Вопрос как-то разом отрезвил ее, а тон его был настолько будничным, что обстановка вмиг сделалась не такой ужасной. Плюс к этому, мужчина выпустил ее из рук, и она смогла отойти на приличное расстояние.

— Вообще-то да, — огрызнулась она.

— Я не хотел экзотики… — он натянул белье.

Брезгливая фраза брутального самца вдруг взбесила ее, а расшатанные нервы развязали язык.

— Для вас девственница — экзотика? А слово любовь, наверное, вообще значит отклонение?! Уж куда нормальней воровать людей из заведений и трахать без их желания!

Брюнет, казалось, опешил.

— О чем ты говоришь? Это какой-то розыгрыш? Петровский тебя научил?

Она дрожала.

— Не знаю я такого! Я вашим бандитам битый час говорю — я не хочу с вами заниматься… сексом. Да, я танцевала в клубе. Но это был даже не стриптиз! Просто подтанцовка. И я там не работаю — вышла на день за подругу. А ваши люди подкараулили меня у гримерки и силой привезли сюда. Сказали, мне не будет жизни, если закричу. Затыкали рот!

— Что за черт?.. — он был и вправду растерян. — А почему ты мне танцевала?

— Я надеялась, — она всхлипнула, — вам просто захотелось привата… Вдруг отпустите. Мы за городом, кто бы мне здесь помог?

Тут ее оставило напряжение, и она разрыдалась. Мужчина выругался, подошел и накинул ей на плечи свой халат. От вещи пахло уже знакомым одеколоном. Сам брюнет вышел за дверь большой комнаты, вскоре из недр коттеджа раздался отборный мат.

— Как вас зовут? — он вернулся через несколько минут в штанах и со стаканом воды.

— Евгения, — она схватилась за холодное стекло, жадно глотнула, — Женя…

Он вздохнул.

— А я Филипп.

Женька никак не отреагировала. А что сказать — очень приятно? Да уж, невероятно. Ох, выбраться бы отсюда!

— Женя, — медленно проговорил хозяин особняка, — произошло недоразумение.

— Чего?! — она вытаращила глаза.

— Понимаете, мой друг хотел из этого клуба привезти для меня девушку, — медленно начал объяснять Филипп, — а вас, видимо, с кем-то перепутали. Мы никого не похищаем, все происходит добровольно. Они думали, вы… шутите.

— Вы чокнутые? — спросила Женька. — Отпустите меня-я!

Она снова заревела. Стакан упал на пол, вода разлилась.

Филипп наклонился и поднял уцелевшую посуду.

— Безусловно, я вас отпущу, — он смотрел как-то мимо нее, — но вначале… давайте уладим наш конфликт.

Женьку снова окатило страхом — какие еще у них могут быть разборки?

— Я н-не хочу, — простодушно заявила она.

— Мы обидели вас и напугали, — сообщил ей мужчина, словно она была не в курсе, — и поэтому я хочу как-то возместить вам моральный ущерб.

Он подошел к темному антикварному комоду, поковырялся где-то в недрах и выудил конверт. Заглянул внутрь, отсчитал что-то пальцами. Женя смотрела на него внимательно, пытаясь хоть как-то собрать мысли в кучу. Неужели он чувствует вину? Ее и правда привезли за город по ошибке? Она старалась сообразить, как ей выбраться отсюда.

— Вот, — мужчина немного замялся и протянул ей пачку красных купюр, — раз вы танцуете в клубе, вам наверняка нужны деньги. Давайте замнем этот эпизод?..

Она посмотрела на свои влажные от слез ладошки, в которых лежало несметное, по ее меркам, богатство — пятитысячных банкнот здесь было не меньше пятнадцати. И они ей, черт возьми, действительно были нужны.

— Как мне уехать отсюда? — спросила она собеседника.

— Я вызову вам такси, — деловито ответил хозяин дома.

Он, видимо, успокоился. Да, деньги решили такой пустяк его вечера, как перепуганная до смерти Женька. Такие, как он, все проблемы разруливают просто. А на таких, как она, всем плевать. Ей вдруг стало нестерпимо жалко себя, слезы побежали из глаз ручейками.

Мужчина быстро вышел из комнаты, но вернулся почти тут же. Он положил на ее колени салфетки.

— Простите, что так вышло.

Его голос опять же не содержал никаких чувств. Но Женька уже немного выплакала досаду на мир и начала приходить в себя. Она вытерла личико мягкой бумагой и подняла его на хозяина дома. Тот вдруг тоже открыто взглянул в ее глаза.

Странно, но она бы поспорила, что на его лице промелькнуло сразу множество эмоций — удивление, страх, интерес. А потом он чуть поморщился, будто от боли. Филипп отошел к комоду, взял с него тонкий аппарат.

— Лена, так какой адрес? — спросил он, и она была уверена — его голос дрогнул. Как и длинные пальцы, которыми он держал телефон.

— Я Женя, — напомнила девушка, — можно, улицу я назову в машине?

Он поморгал, потер переносицу.

— Да, да, конечно. Ваши вещи… они здесь, на диване. Одевайтесь, я подожду в прихожей.

Пока они ждали машину, Филипп внимательно разглядывал Женьку. Лучше бы, как раньше, воротил нос, честное слово! Девушке было не по себе под прицелом этих глубоких черных глаз. И она не понимала, чего он глядит на нее, как на неведомую зверушку?.. Может, из-за девственности? Она снова начала злиться и не смогла сдержать молчание.

— Вы, наверное, из тех, кто считает, что если до пятнадцати ни с кем не переспала — всё, неликвид с тараканами?! Я о вашей фразе про девственниц…

Мужчина нахмурился, потом приподнял брови.

— Если говорить обо мне, — вдруг заоткровенничал он, — я предпочитаю не иметь дело с девственницами, и это, по сути, мое право. На то есть причины. Как и личное дело девушки, в какой момент прощаться с невинностью. Но я искренне полагаю, что такой момент должен происходить не просто так… Должна быть хоть какая-то симпатия. В конце концов, хотя бы не за деньги! Простите, вас это не касается, но я ведь думал, что вы… Что Артем вас снял.

Женька подумала, что мужчина ничем не лучше тех девушек, которые честно продают свою девственность, но ничего не сказала. В конце концов для нее главное — выбраться живой из этого сумасшедшего дня, а не читать мораль незнакомому верзиле. Тот еще немного погипнотизировал ее взглядом, и, к счастью, позвонили из такси. Мужчина дошел с ней до машины через ухоженный двор и даже сам заплатил водителю, хоть и так дал ей прорву денег.

Филипп проводил взглядом такси с Евгенией и потер переносицу. Да, возвращение в родной городок проходило совсем не так, как он предполагал. Он всего лишь хотел провести расслабленный вечер с аппетитной жрицей любви, чтобы с понедельника с новыми силами разгребаться в бизнесе. А местный приятель и его туповатые прихвостни приволокли ему домашнюю девочку.

Всю сознательную жизнь Фил Чудов занимался боксом. Он настолько четко рассчитывал каждый удар, был бесконечно холоден и неуязвим, что соперники прозвали его Чудовищем. В жизни он тоже привык держать все под контролем — рано остался без родителей и стремительно повзрослел. В свои тридцать два интеллектом и характером тянул на все сорок.

Вот и сегодня он искренне считал — все идет по плану. Хорошенькая танцовщица исполнила приват, завела его гибкой стройной фигуркой. На лицо он почти не смотрел, зачем? Для его потребностей вполне хватало упругой попки в кожаных шортиках, ровных ножек и аккуратной груди, еле прикрываемой топом. Вспоминая эту картину, Фил ощутил, как снова подкатывает возбуждение. Черт, он так и остался без разрядки!

Но это было не главной проблемой. Стояк был ожидаемым и вполне обычным. Он привычно надел резинку и уже предвкушал, как нырнет разгоряченным членом в нежную киску. И не предполагал, чем это все обернется.

Дело даже не в невинности незнакомки. Да, стремно, его знакомые, да и он сам, выглядели скотами. Но он замял эпизод, дав крошке денег. Жадным он никогда не был, и бедным уже лет десять тоже. Но потом он рассмотрел ее лицо, еще в капельках слез… Глаза — большие и издалека черные, вблизи сверкающие холодными фиолетовыми крапинками. Он не видел таких глаз ни у кого, кроме как у…

Зайдя в дом, Филипп сразу схватился за телефон. Набрал контакт школьного друга и по совместительству управляющего его делами в родном городе. Ему было плевать на поздний час.

— Ты кого ко мне подослал? — без церемоний гаркнул Фил.

На другом конце провода послышались невнятные звуки.

— Мм, — наконец промычал Артем, — ты че орешь? Я только заснул… Чертов зуб разрывает рожу.

Фил выдохнул.

— Где ты взял эту девчонку? Она же вылитая белка! Ты специально?

— Какая белочка? — Артем недоумевал. — Ты там пьешь что ли?

Филипп стиснул зубы.

— Не строй из себя идиота, — спокойно посоветовал он товарищу, — девушка, которую ты мне прислал из клуба, безумно похожа на Лену.

Друг немного помолчал.

— Да? Я не заметил… Хотя я там ничего не видел, так зуб заломил! Тебе, наверно, показалось! Ты вернулся в наш городок, естественно, нахлынули воспоминания. Вспомнил родителей, ну, и мачеху… Вот и увидел ее лицо в незнакомой девушке. Она не захотела работать?

— Это обычная танцовщица, которая просто подменяла подругу, — холодно объяснил Филипп, — далекий от продажной любви человек.

— С чего ты взял? — заплетающимся от заморозки языком спросил Артем. — Может, мало денег предложил?

Филу почему-то не захотелось рассказывать, что малознакомая ему Евгения невинна.

— Как раз заплатить мне пришлось нормально, — он уделил внимание лишь второму вопросу, — чтобы замять ваш беспредел.

Артем снова выдержал паузу.

— Друг, слушай, ну и ладно! Давай завтра встретимся на базе и поговорим? Только после обеда, мне утром к врачу. Не могу, гребаная челюсть! Я сам эту деваху, честно, и не видел. Ребятам показал, какая гримерка, и поехал в дежурную стоматологию. Толку, правда, только разворотили всё…

— Хорошо, я понял тебя. До завтра.

Фил отключился и сел на диван, сжал виски ладонями. В ушах стоял мелодичный женский голос.

«Филя, ну ты чего нахмурился? А, заяц?» Темные глаза с яркими искорками, нежная улыбка, волна каштановых волос. Хрупкие пальцы слегка тормошат его затылок, и ему хочется, чтобы время остановилось навсегда. Но она убирает руку и, покачивая аккуратной попкой, уходит вглубь дома. Лена — вторая жена его отца, которую Фил любит больше жизни. Мачеха давно погибла. А вот чувство к ней — нет.

Мужчина открыл глаза и увидел светло-коричневый маленький лифчик, одиноко висевший на подлокотнике дивана. Картинка вернула его в здесь и сейчас. Он взял мягкую вещь в руки.

«Черт знает, что!..» Хозяин дома зажал женское белье в пальцах и отправился наверх, чтобы принять холодный душ.

Какими судьбами мощный красавец, люди которого похитили ее из клуба, очутился снова рядом, Женька не понимала. Но она лежала на белой постели, на боку, чуть придавленная крепкой грудью. Сильные мужские пальцы скользили по ее спине, нажимая на кожу и вызывая дрожь.

Она ощущала его сердцебиение, знакомый запах парфюма. Дыхание мужчины то и дело опаляло ее лицо, когда он отрывался от поцелуев, которыми проходился по ее шее, ключицам, плечам. Она опустила пальчики на его крепкие мускулы, их твердость отозвалась пульсом где-то внизу живота.

Брюнет отпрянул от ее кожи и завладел ртом, проникая туда настойчивым языком, щекотал ее язычок, небо. Она отвечала на ласки, и от химии между ней и красавцем меж ее ног становилось всё горячей. Женька не выдержала пытки, закинула ножку на его бедро и потерлась промежностью о литые мышцы. Опустив взгляд, она заметила, что смуглая кожа спортсмена в этом месте стала влажной.

Он не дал ей времени смутиться, опрокинул на спину и навис сверху, зажав запястья. Она скользнула по телу мужчины взглядом и чуть не задохнулась, увидев огромный член, рвущийся из серых боксеров. Он чуть стянул их, показалась красноватая головка.

Женька не знала, что она будет делать, если он захочет войти в нее, ведь она девственница. И вместе с тем возбуждение скручивало ее изнутри, она хотела этого больше всего на свете. Все же в инстинктивном страхе она принялась отползать от него, пока ладонями не уперлась в холодные прутья кровати.

Она схватилась пальцами за металлическое изголовье, и, сама, не ведая, открыла мужчине доступ к груди. Он поднял невесомую сорочку, сжал большими ладонями чувствительные окружности. Соски напряглись и уперлись в его шероховатую кожу. Он жадно погладил груди, потом взялся за их кончики двумя пальцами, слегка скрутил. Ей казалось, по всему телу течет щекочущая сладкая лава. Женька застонала, до того невыносимо приятны были эти новые ощущения.

Мужчина скользнул ладонями по ее бедрам, провожая движения восхищенным взглядом. Опустил одну руку на ее живот, большим пальцем двигаясь вниз. Нырнул чуть ниже, меж мокрых пылающих губок, вернулся к клитору. Она почти не дышала, принимая ласки как воду средь засухи.

Он втирал в нее ее же соки, и уверенные движения фейерверками разрывались внутри. Белый потолок закружился, словно карусель. Женька ритмично постанывала. Он снова навалился сверху, приник губами к ее уху, хрипло прошептал ее имя — Женя… От мужественного тембра и непрекращающихся ласк она ощутила, как ее накрывает лавина наслаждения, а мышцы влагалища сокращаются под его рукой.

— Женя!

Девушка распахнула глаза и быстро натянула на себя одеяло. Над ней стояла хозяйка квартиры, где она жила последнюю неделю, ее лучшая подруга Римма.

— Ты скулила, — сообщила проснувшейся фигуристая брюнетка, — я думала, приснился кошмар.

— Мм, да, — Женя наконец поняла, что интим с Филиппом ей привиделся, и она не голая, — спасибо, что разбудила.

Подруга пожала плечами.

— Да не за что. Вставай, Вася увел Никитку в сад, есть возможность спокойно попить чаю.

— Его живот прошел? — спросила Женя. Вчера сынишка подруги не ходил в учреждение.

— Да вроде, — покачала головой Римма, — спасибо тебе, что вышла на смену за меня! Иначе Аркадий точно бы меня погнал, а мне эта работа нужна больше жизни.

Женька моргнула. Она еще была под влиянием горячего видения, и благодарности подруги ее мало трогали. Когда она вернулась вчера от чудовища, ей хотелось придушить Римку, ведь из-за нее по сути все и произошло.

Подружка упросила отработать вечером в местном ночном клубе — покрутиться на стойке для разогрева публики. Они обе все школьные годы занимались танцами, и теперь продолжали это дело, только каждая по-своему. Женька окончила хореографическое в Москве. Римма выскочила замуж за главного красавчика их интерната, родила и теперь служила на ниве развлечений родного городка.

Вчера вечером Женя пожалела приятельницу, да и подзаработать ей было нужно. Но, когда ее насильно привезли в дом здоровенного мужчины, прокляла все на свете, в том числе и Римму. Подружка утверждала, что клуб — спокойнейшее место! Оно и видно. Но сейчас в голове Женьки нарисовалась проблема покруче злости на Римму.

— Я только сбегаю в душ, хорошо? — быстро спросила гостья.

— Да без проблем, — пожала плечами ее подруга.

Римма ушла на кухню, волоча мохнатые тапки. Женя откинула одеяло, все ее тело горело. Такое чувство, что она реально только что переспала с этим накачанным брюнетом.

С чего ей вообще приснился такой сон? Она могла бы понять, привидься ей, как он ее насилует. Но здесь все было как раз наоборот — в сновидении сама Женька чуть не изнасиловала чужого мужика! Да даже про Славу, которого девушка обожала больше всего на свете, ей не снятся такие сны.

Женя медленно дошла до маленького санузла. Уже за дверью стянула сорочку, трусики. Белье оказалось влажным. Ей хотелось рычать — надо же так возбудиться от какого-то сна! Да еще с властным циником в главной роли.

Она вошла в узкую душевую и включила струи похолодней. Изо всех сил пытаясь выкинуть из головы «дурной» сон, она вдруг попыталась представить — а как выглядит его торс в капельках воды? Потом опомнилась, стиснула зубы и открутила горячий кран. Не хватало еще заболеть к общему помешательству ее организма.

Женька не знала, рассказать ли Римме о визите к чудовищу. Поделиться хотелось, да и предъявить претензии тоже. Но ее очень смущал тот факт, что незнакомый Филипп дал ей крупную сумму, а она взяла. И если сейчас подруга поднимет панику, будет настаивать на заявлении в полицию, Женя попадет в неловкую, а может, и в опасную ситуацию.

И возвращать деньги не хотелось, потребность в них, хоть и не у нее самой, была огромной. Но эти финансы помогут частично погасить долг школы танцев перед коммунальщиками и, возможно, хоть как-то отсрочат ее закрытие. А потом она что-нибудь обязательно придумает!

Женя совсем не помнила своих родителей. Вернее, отца у нее по сути и не было, а мама родила ее в весьма юном возрасте и сразу отдала на воспитание бабушке. Все время до школы девочка прожила в пригородном поселке, а когда пришло время отправляться в первый класс, узнала — ее мамы нет в живых.

Она совсем не горевала, по сути она толком не помнила мать. В поселке толковали, родительница вела разгульный образ жизни, меняла мужчин. Один и прикончил ее в пьяном угаре. От этих слов Женька плакала, отчаянно сжимая оранжевого зайчика, которого давным-давно привезла ей родительница.

Ее бабушка заболела, когда лишилась дочери. Ей становилось все хуже, и пожилая женщина была вынуждена отдать внучку в интернат. Женя приезжала на выходные сначала к ней, потом к дяде. А когда подросла, заметила — в семье родственников она не желанный гость, и стала отказываться от визитов. Тем более, в то время в их школу пришла новая учительница музыки и стала Женьке второй мамой. А может, и первой, учитывая все обстоятельства.

Алла Григорьевна преподавала у них уроки и вела кружки. Самым знаменитым стал танцевальный, где она ставила с никому не нужными детьми потрясающие по мастерству номера. Хрупкая Женька стала звездой интерната, а потом и любимицей учительницы. Она часто бывала у той в гостях, звала ее там мама Аля. Женщина не противилась.

И вот сейчас, вернувшись с московской учебы, Евгения узнала — школа, которую давно основала мама Аля, на грани закрытия. Женщина не выдерживает конкуренции новомодных направлений, к ней не хотят отдавать детей. А кто хочет, не имеет возможности платить полную стоимость. Накопились долги…

Преподавательница не жаловалась, старательно показывала оптимизм. Но Женя видела, как постарела и осунулась мама, как потухли ее глаза. У женщины начались скачки давления, стало барахлить сердце. Женька больше всего боялась, что переживания убьют маму Алю, и задалась целью школу спасти.

Девушка находилась в родном городе только пару недель, но уже поняла — с работой здесь туго. Или идти, как Римка, плясать в клубе, или уезжать в Москву. Но тогда в школе танцев совсем некому будет преподавать. Круг замыкался, потому она и согласилась продать свой «моральный ущерб» Филиппу.

Девушка закончила водные процедуры и потелепалась на кухню, где Римма уже накрыла маленький квадратный столик у стены.

— Садись завтракать, — весело скомандовала подружка и поставила перед гостьей большую чашку в горох, блюдце, на котором лежал толстый кусок хлеба с маслом и докторской колбасой.

Филипп отправил в рот последний кусочек омлета из яичных белков с сыром и чуть поджаренными на оливковом масле кольцами лука, сделал глоток смузи на кокосовой воде, потом прищурился и все же включил кофеварку. Если он часа три спал этой ночью, то хорошо. Почти все время в постели мужчина ворочался и отмахивался от ненужных мыслей.

Бодрящий напиток вернул его к жизни, но в голове все также был беспорядок. Спортсмен проснулся с одной странной, но очень навязчивой идеей. Он принял решение, которое со стороны могло показаться безумием. Но Филипп знал, если он не поступит, как задумал, то точно сойдет с ума.

Фил сел за руль и уже через сорок минут оказался за городом. Вот за что он обожал родину, так за мизерные, по сравнению с Москвой, пробки. Можно сказать, их не было, и мужчина долетел на своем внедорожнике до спортивной базы. Это был основной его бизнес в городке. Еще пара точек фитнес-питания, где продажи шли в основном через интернет.

Артем — школьный друг и управляющий — уже находился на месте. За полгода дома Филипп приучил сотрудника, что на работе стоит появляться в первой половине дня, а не вечером с компанией. Особой скидки на дружбу жесткий мужчина не делал.

— Здорово… — промямлил Тёма и потянулся долговязой фигурой к руке товарища через стол.

Фил прошел в тесный квадратный кабинет, пожал ладонь друга и опустился на стоящий напротив стул, потом чуть привстал и снял большую черную кожанку. В светлой обтягивающей футболке он смотрелся белой горой мышц.

— Доброе утро, — ответил он, — не поехал к зубному?

Артем махнул узкой рукой так, что его собранный на затылке хвостик жидких русых волос тревожно закачался.

— Назначили на после обеда, — объяснил он, — теперь я только к своему врачу пойду.

— Ясно, — вздохнул Фил, — ну, до свадьбы заживет.

Друг скривил полные губы, отчего его длинноватый нос приплюснулся к лицу. Всем видом он показывал скепсис относительно факта своей женитьбы.

— Расскажи, что со вчерашней стриптизершей? — поинтересовался Тёма. — Я ни черта не понял.

Фил приподнял брови и откинулся на спинку.

— Она просто танцовщица, — начал он, — и она не продает свое тело. Я не знаю, с какого перепуга твои гаврики ее повезли ко мне.

— Да бараны, — Артем схватился за зуб, — а по поводу белки?

Фил замер и помолчал приличное количество секунд, словно окончательно собираясь с мыслями.

— Она очень сильно похожа на Лену, — без эмоций сказал он.

— Тебе не показалось? — Тёма вновь озвучил свою версию. — Ты недавно вернулся…

— Я уже седьмой месяц здесь!

Фил повысил голос и встал со стула, прошелся по узкому помещению.

— И, в отличие от вас, я не закидываюсь всякой ерундой, чтобы у меня не работали мозги.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Артем покосился на него.

— Ну ладно, ладно. Бывают совпадения, похожие люди. Что поделать? Главное, ты все разрулил. Я удержу деньги с этих придурков…

— Найди мне ее.

Фил порылся в кармане куртки и кинул на стол управляющему бежевый бюстгальтер.

Артем округлил глаза, потом не сдержал смешок.

— Я тебе что, как собака, его нюхать буду? Или, как принц из золушки, надевать всем бабам в клубе?

Он не удержался и тонко захохотал, но затем скривился, схватился за щеку.

— Дерьмо!

Филипп оставался невозмутимым.

— Просто узнай ее координаты, — то ли попросил, то ли приказал он, — ты же можешь.

Артем покачал головой, смотря на начальника, как на безумца.

— Попробую. Если не сдохну на днях…

Он снова взялся за зуб.

Артем остановил серебристый джип у черного одноэтажного здания с оранжево-коричневой вывеской «Остров». Запер машину и, потирая щеку, направился к пластиковым дверям, которые светились белым на фоне мрачного цвета стен клуба.

Его напрягала просьба Чудова, как и его приказной тон. Но перечить, зная жесткий нрав владельца бизнеса, он опасался. Дружба с Филом, если так можно было назвать их отношения, обеспечивала Артему красивую безбедную жизнь.

Да и если разобраться, работа ему предстояла не такая уж сложная. Он прекрасно знает управляющего ночным заведением — Аркадия. Угодливый мужичонка быстро выложит постоянному и денежному клиенту всю подноготную любого своего сотрудника. Даже если эта псевдоЕлена оказалась здесь случайно, она ведь кого-то подменяла. Значит, ее знали.

Телефонный звонок застал Артема на крыльце. Увидев абонента, мужчина решил поговорить на улице, без лишних ушей.

— Да, — его тон не был дружелюбным.

На другом конце провода что-то спросили.

— Нет, — твердо сказал Артем, — сейчас ничего привозить нельзя. Филипп здесь, он лезет контролировать каждую мелочь. Ну как, как?! Я откуда знаю, куда ты денешь груз. Ищи другую базу.

Мужчина терпеливо выслушал речь собеседника.

— Я еще раз повторяю, Фил не дает даже в туалет спокойно сходить. Такой человек, педант хренов… На что я его отвлеку?.. Не остается он дома… Нет у него семьи! Хорошо. Постараюсь найти ему какую-нибудь заботу. Ты пока придержи для меня по такой цене…

Тёма остался на улице еще на пару секунд, прикурил сигарету и, время от времени хватаясь за зуб, направился в «Остров».

К вечеру Филипп знал о Евгении многое. Выпускница школы-интерната, затем хореографического отделения института в Москве. Недавно вернулась на родину и пока живет у подруги. Не работает, жилья в городке не имеет. Мужа или бойфренда тоже. Впрочем, об этом он мог догадываться.

Фил слушал, как Артем, превозмогая заморозку, передает ему рассказ девочек из клуба. Мужчина легонько кивал сам себе — осуществить задуманное ему будет совсем просто. Тема покончил с информацией, и Филипп лишь уточнил: — Адрес подруги узнал?

— Конечно, — прошепелявил друг, — давай, мои ребятки туда съездят и ее к тебе на базу привезут?

Брови боксера взметнули вверх.

— Только попробуй, привезли раз уже. Всё, свободны, дальше я сам.

Мужчина сделал еще один деловой звонок, который отложил на вечер. Выпил немного черного кофе без сахара, быстро собрался и прыгнул за руль. На дворе был конец июня, солнце садилось поздно. По улицам провинциального города Фил доберется засветло и меньше напугает своим появлением девушку.

Настроение спортсмена оставалось приподнятым на всем протяжении пути. Неловкий момент с кражей Жени привнес в его жизнь неожиданную радость. Его давно так не заинтересовывали девушки. Да что там, он вообще кроме сексуального влечения к ним ничего не испытывал. А Евгению ему хотелось узнавать. Фил подумал — надо же, даже полные имена у них с Леной начинаются на одну и ту же букву…

****

Женька весь день провела в танцевальной школе, но так и не осмелилась сказать своей преподавательнице о деньгах, выданных ей Филиппом. Сразу бы начались вопросы — откуда, за что?.. Она подумывала просто самой пойти и заплатить за коммуналку. Хотя этот факт, конечно, не обойдет маму Алю стороной. Вот вроде бы и некоторое облегчение, а снова заморочки.

Девушка позанималась с детьми, потом вымыла в зале пол. На уборщице они экономили. Втайне Женя надеялась, что в здание заглянет Славка в поисках матери или просто по пути. Но сын бывшей учительницы и по совместительству самый любимый человек Женьки не появился в стенах школы.

Делать было нечего, стоило пойти домой. Она не чувствовала радости, как многие служащие, возвращающиеся вечером под родную крышу. Квартира, где Женька ночевала, была чужой. Девушка любила Римму, но все же в ее двушке чувствовала себя неловко.

От школы танцев до дома подруги расстояние лежало в три остановки. Женя решила пройти их пешком, заодно прибудет немного позже. Девушка шла, разглядывая витрины, прохожих. На улицу высыпало много молодых и не очень пар с детьми, колясками. Женька улыбнулась. Когда-нибудь она также пройдет по городку под руку со Славой. На душе посветлело.

Правда, к концу пути она прилично натерла пятку замшевой балеткой. В туфельках было жарковато душным летним вечером, а босоножки она еще не купила. Женька прихрамывала и мечтала скорей оказаться у гостеприимной подруги. Ополоснуться под прохладным душем и уйти на лоджию, где Римка поставила ей раскладушку. Женина «комната» выходила из спальни Никитки, и девушка не мешала личной жизни хозяев квартиры. К тому же, там было не жарко.

Думая об уединении, Женька пересекла двор, зажатый тремя пятиэтажками. До подъезда оставалось чуть-чуть. Она вытащила из маленького голубого рюкзачка ключ.

— Женя!

Связка, как в замедленной съемке, выпала из ее пальчиков. Страх поднялся откуда-то из-за ребер к затылку, потом ухнул в колени, и они вмиг стали непослушными. Она не знала, что делать. Бежать? Но он на авто…

В пяти метрах от нее припарковалась черная машина. Дверца быстро распахнулась, и крупный молодой мужчина резво зашагал к девушке. Женя сделала глубокий вдох ртом.

— Ч-что вам нужно?

Он наклонился, поднял ее ключи и протянул ей.

— Извините, если напугал.

Он просит прощения? Да какого черта он вообще знает, где она живет…

— Я спешу, — заявила Женька, но не тронулась с места.

Она стояла перед чудовищем, как перед бойцовским псом. Искренне полагала — стоит ей дернуться, как он бросится следом. Осторожно девушка протянула ладошку, и он вложил туда ее вещь, слегка задев нежную кожу своей шероховатой. Стало щекотно.

— Останьтесь на несколько минут, — попросил мужчина, — у меня к вам дело.

Жене все меньше нравилась эта встреча, но она побоялась спорить. Филипп, кажется, так звали верзилу, подошел совсем близко. Она почувствовала характерный аромат парфюма. Ей вдруг вспомнился сон… И даже сквозь с страх внизу живота запульсировало возбуждение. Ну что вот это такое?!

Девушка не сдержала жадного взгляда в сторону мужчины. Грудь спортсмена ходила ходуном. Идеальный пресс сегодня был обтянут белой футболкой. Узкие бедра и крепкие ноги закрывали потертые летние джинсы. Темные глаза смотрели внезапно мягко.

— Хорошо, говорите, — негромко попросила Женя.

— Хм, — Филипп замялся, — может, съездим куда-нибудь, поужинаем? Обсуждать важные вещи у подъезда как-то…

Какие еще у них могут быть важные вещи?! Женька недоумевала.

— Нет, уже поздно, — твердо сказала она.

Он посмотрел ей в глаза, и она скользнула взглядом по его лицу. Отметила про себя, что его ровному носу и скулам позавидовали бы гениальные скульпторы. Но все же ее интересовало, что придумал новый знакомый.

— Хорошо, — сдался Филипп, — в машину вы тоже не сядете?

Женька замотала головой.

— Вы знаете, Женя, — медленно начал он, — я недавно приехал сюда из Москвы. Вообще это моя родина, только я долгое время жил не здесь. Когда я вернулся, про меня пошли не очень хорошие слухи. Мол, я несерьезный человек, гуляка. Меняю, как перчатки, женщин, зарабатываю нечестным путем.

Женька не понимала, к чему клонит собеседник, но словам его не удивилась. Если он так просто спит с девушками, которых даже не сам снимает в клубе, явно он не благопристойный семьянин!

— Так вот, — Филипп продолжил, — мне бы хотелось изменить свой образ в глазах местной общественности. Я развиваю бизнес в сфере спорта, хочется иметь более здоровую репутацию.

Девушка ждала, когда он наконец перейдет к сути.

— Я хочу, чтобы вы исполнили роль моей невесты, — внезапно заявил мужчина.

Женька нахмурилась и внимательно смотрела на него. Похоже, у качка неполадки с головой. Умудрилась ведь она вляпаться в знакомство с ним!

— Может, вам лучше реально найти девушку? — осторожно предложила Женя.

— На это уйдет время, — принялся объяснять Филипп, — а мне хочется скорее предъявить народу счастливые отношения.

— Но… — Женька не могла его понять. — Это ведь будет не настоящая связь, и она быстро закончится.

— Я предлагаю вам контракт на полгода, — приподнял брови Филипп, — за это время сплетни вокруг меня слегка улягутся.

Девушка выдохнула.

— Хорошо, допустим, вы не хотите искать любовь нормальным путем. Но почему я? У меня своих проблем по горло!

— Кроме вас у меня здесь нет знакомых, — Филипп пожал плечами, — а ваши трудности я как раз помогу решить.

Женька нервно рассмеялась.

— Знакомых? Да сходите в клуб и также «познакомьтесь» с кем угодно!

— Мне нужна порядочная девушка, — отбил мяч Филипп.

Женя качала головой.

— Послушайте, — глупости, которые нес спортсмен, начали ее раздражать и добавили твердости в голос, — меня не интересуют такие сделки. У меня есть любимый человек, и никакие связи я разыгрывать не хочу. Оставьте меня в покое, или я напишу заявление в полицию…

Она немного осеклась, вспомнив переданные ей деньги. Но Филипп ничего не сказал про недавний откуп.

— Я не причиню вам вреда, — сказал он, — это реальное предложение. Подумайте, пожалуйста. Мне просто нужна девушка рядом, без сложностей. Вы получите свою выгоду, я свою, а потом спокойно разойдемся. Из богатого потаскуна в глазах наших славных жителей я превращусь в завидного холостяка.

Женька только изумленно выдохнула.

— Прощайте, — произнесла она и зашагала к дому.

— Возьмите хотя бы визитку, — крикнул ей вслед настырный мужчина.

Но девушка лишь замотала головой.

Фил сел в машину и легонько постучал по рулю. Разговор с Евгенией-Еленой прошел не по его плану. Нет, он предполагал, что невинная девушка не вступит просто так с ним в отношения, потому и подстраховался с договором. Так у него были бы основания поселить ее рядом с собой, а со временем сделка переросла бы в реальную связь.

Ухаживать за Женей естественным путем было бы слишком долго, да и не умел Филипп этого делать от слова совсем. А если честно признаться, он боялся напороться на отказ или оскорбления из уст интересной ему персоны. Но этот нюанс успешный спортсмен не озвучивал даже сам себе в мимолетных мыслях.

Он рассуждал деловито — у Жени явно финансовые проблемы. Фил оградил бы ее от всех забот, а ей только и оставалось бы, что радовать его своим присутствием, как это происходило у Лены и его отца. Однако, новая знакомая не воодушевилась. Может, стоило все-таки предложить ей честные отношения? Мозг мужчины закипал.

По дороге домой Филипп внутренне ругал себя за импульсивность. Нужно было хорошенько продумать тактику завоевания этой девушки. Он не соврал насчет своего имиджа — эта проблема реально имела место. Друг и помощник Артем предлагал ему найти фиктивную пару, ведь до знакомства с Женей видеть рядом с собой реальную женщину Фил не хотел.

Управляющий делами совсем недавно промывал мозг начальнику с этой темой. Даже показывал какие-то фотографии более-менее приличных девиц. Также был вариант привезти кого-то из Москвы. Филипп начал бы появляться с «невестой» на массовых мероприятиях, пиарить счастливые «отношения» в сети. Сказка добавила бы ему и его бизнесу очков в глазах горожан.

Фил отнекивался, а когда появилась Женя, сложил эти две истории и сразу явился к ней с предложением. Ему не терпелось. Да и Ленка в подобной жизненной ситуации сразу бы ухватилась за шанс быть за спиной обеспеченного мужчины. А вот новая знакомая заупрямилась и думает о нем теперь неизвестно что.

Двадцать минут назад Женя мечтала о прохладе, а теперь не могла унять дрожь. Она боялась, что подруга заметит ее встревоженное состояние и пристанет с вопросами. Но Римма была занята, укладывала сына спать, и Женька без проблем прошмыгнула в ванную.

Она включила теплую воду, чтобы хоть как-то успокоиться. Новый знакомый с идеальной внешностью пугал ее со всех сторон. Мало того, что пристал именно к ней со странными предложениями, так и действует на нее каким-то извращенным образом. Женя вспомнила широкие мужественные плечи и сглотнула.

Девушка дотронулась мягкой мочалкой до груди и так явно представила на ней большие загорелые мужские руки. Как они жадно очерчивают круг, скользят пальцами к соскам, чуть оттягивают их в сладкой пытке. Женька с силой моргнула. Видимо, все дело в стрессе, который она испытала в доме чудовища. Кроме как расшатанными нервами, она не могла объяснить похотливые мысли в его сторону.

Она вышла из ванной и сразу столкнулась с Риммкой, подруга шла на кухню.

— Жень, пошли посидим чаю попьем, — предложила хозяйка квартиры, — устала, сил нет! Хоть немного отдохну.

Римма поставила на стол чашки, незамысловатое печенье, вазочку с конфетами. Женя опомнилась и умчалась в коридор за рюкзаком, где лежали пряники, колбаса и еще кое-какие продукты, купленные ею к столу.

— Ты с работой-то чего надумала? — поинтересовалась Римма, разрезая палку полукопченной. Скоро все деньги проешь.

Женька вздохнула со стоном.

— Не знаю, что делать, Римм, — призналась она, — трудно будет совмещать что-то с занятиями в школе танцев. В других студиях по городу штат в основном укомплектован, или их интересуют направления для взрослых типа стрипа или твёрка. А я ими на уровне преподавания не владею.

— Ну а как ты хотела? — приподняла брови подруга. — Нужно идти в ноздрю со временем. И у Аллы в школе бы не мешало новенькое чего открыть. Ваша классика да основы балета нафиг никому не нужны. Кто хочет ими всерьез заниматься, едут в Москву.

— Исключено, мама Аля не потерпит пошлятины, — нахмурилась Женя.

— Сына же своего она как-то терпит, — невозмутимо заметила Римма и отошла к шкафчикам дорезать хлеб.

— Римм!

— Че?

— То, — в тон ей ответила Женька, — не трогай Славку.

— Да нужен мне твой принц, — хозяйка вернулась за стол, — вот только он почему-то не парится, что мать скоро лишится своего дела. Каждый день его в клубе вижу.

— Он фотограф, его часто приглашают туда снимать.

— Ага, — засмеялась Римма, — умоляют прям. Ой, наивная ты душа, Жень. Вот сама бы посмотрела… А, кстати, может, все таки пойдешь на подработку? Я с Аркадием пошуршу, он тебя поставит на тумбе и никаких раздеваний.

— Не знаю, Римм, — Женька не знала, как отвертеться, рассказывать о прошлых приключениях не могла, — вдруг кто из родителей меня там увидит?

— Ничего, проглотят, — сделала вывод подруга, — вы почти за спасибо с их деточками занимаетесь. Они еще денег тебе сунуть должны, если приметят.

Женька только качала головой, слушая бойкие речи подруги.

Ночь прошла спокойно и, слава богу, без сновидений. Утром Женя подождала, пока шумное семейство Емельяновых разбежится по делам и лишь потом покинула свой закуток. Приняла душ, слегка перекусила и сразу отправилась в школу танцев. На одиннадцать утра у нее был назначен индивидуальный урок.

На улице уже вовсю припекало летнее солнце, девушка надела джинсовые шорты и белую футболку из тонкого хлопка. Подумав, она все же слегка подвела глаза, нанесла тушь. Вдруг в заведении матери появится Слава? Укладывать темно-каштановые волосы она все же не стала, просто собрала их в высокий хвост.

Женька едва дернула старую тяжелую дверь школы, как тут же порадовалась, что прихорошилась. С порога она услышала пробирающий до самой души мужской голос.

— Сюда, правей! Да осторожнее ты, ё…

Девушка вошла в здание, повернула налево по длинному полутемному коридору. Внезапно из дверей самого большого зала показалась крепкая спина в черной майке, послышался скрип, мат. Женя поняла, какие-то парни выносят старое пианино.

— Тише вы, не развалите этот гроб!

— Слава, не нужно так говорить.

— Ой, мам!

Ее учительница тоже здесь. Но Женя отметила это для себя без особого интереса. Все ее внимание сейчас было приковано к одному человеку, хоть пока она его и не видела. Девушка прильнула к стене, отделанной уже видавшим виды белым пластиком, и пропустила вспотевших молодых людей. Прошла к входу в зал.

Славу она увидела сразу. Высокий стройный молодой человек стоял спиной к ней, повернувшись к подоконнику. Там стопкой лежали старые нотные книги, еще какие-то учебники. Парень перебирал пыльные предметы двумя пальцами.

Он услышал шаги и повернулся. Женька встретилась взглядом с его голубыми глазами. Нежный цвет радужек достался ему от матери, и Женя обожала смотреть в эти чистые озера.

— Привет, Женек, — устало поздоровался Слава, — как жизнь?

Они виделись всего пару раз с тех пор, как она вернулась в городок. Славка все время был занят.

— Привет, — Женька не сдержала счастливой улыбки, — хорошо…

— А что хорошего? — парень тряхнул светло-русой волнистой челкой. — Кругом старье здесь. Вон пианино хотели продать, а в итоге сами заплатили, чтоб только вынесли. Учеников нет, да и работать некому, и ты сюда ходишь, зачем?

Женя нахмурилась, она не понимала, к чему ведет Слава.

— Уроки веду, — пожала плечами она.

— И сколько здесь могут платить? — поинтересовался он.

Девушка промолчала. Она любовалась его загоревшим лицом. У Славки была нежная кожа с россыпью веснушек на аккуратном чуть вздернутом носе, четко-очерченные розовые губы, большие светлые глаза. Женька даже не помнила, что первое она в нем полюбила, настолько давно зародилось ее чувство.

— Чего ты к ней привязался, Слав, — в прогретый солнцем старый зал вошла мама Аля, — пусть девочка осмотрится, она только недавно приехала.

Молодой человек поморщился.

— Сейчас, мама, не те времена, когда нужно чего-то ждать. Нужно брать судьбу в свои руки.

— Женечка — девушка, — напомнила сыну женщина. Она поправила короткие кудри, тронутые сединой и подошла к Женьке. — Глядишь, выйдет замуж скоро здесь.

Учительница погладила ученицу по спине.

— Мам, — нетерпимо воскликнул Слава, — сейчас немодно на шее мужа сидеть! Все девушки стремятся работать, зарабатывать. Да с такой даже дело иметь приятно! Кому нужны эти домашние клуши или девицы, которые только и ждут, когда за них заплатят? Современная успешная девушка такого не потерпит! Даже за обед или такси не даст за себя заплатить. А все потому, что не сидит на месте и зарабатывает.

Алла только качала головой. А Женька вдруг непонятно зачем вспомнила, как за ее такси заплатил странный Филипп. Но ведь он был виноват, что она попала за город. Наверное, это не считается…

— Так что, Женька, мой тебе совет, — продолжил молодой человек, — не надейся на школу, а ищи место пожирнее…

— Ой, Слав, — мать замахала руками на сына, — отстань от девчонки! Иди лучше домой, там отец хотел погреб разбирать. Помоги.

Молодой человек повел плечами и глянул на большие часы из светлого металла, красовавшиеся на его крепкой руке.

— У меня через полчаса пробная фотосессия начинающей модели, я не могу.

— Слав, — укоризненно произнесла Алла, — выдумываешь опять?

— Реально мам. Всё! Побежал. Пока, Женьк!

— Пока.

Женя проводила взглядом фигуру парня, двигающуюся пружинистой походкой к дверям школы.

Женьке было очень приятно, что Слава поинтересовался ее делами и даже дал такой ценный житейский совет. Школу бросать она, конечно, не собиралась, но вот встать на ноги в материальном плане действительно было необходимо. А то она как-то совсем растерялась после переезда. Хорошо, рядом есть такой человек, как Славка, который соображает, что почем в этой жизни. Не то, что некоторые, — она вспомнила чудовище — предлагают непонятные сделки.

К Славе она почти всегда прислушивалась, хотя он нечасто вмешивался в ее жизнь. Молодой человек был старше ее на пять лет, осенью ему исполнится двадцать семь. Женька влюбилась в него почти сразу, как только впервые увидела в квартире мамы Али. Рослый симпатичный мальчик хорошо относился к вхожей в дом сироте, давал ей почитать свои журналы, поиграть в приставку, позже стал подпускать к компьютеру.

Женино сердечко, не избалованное добром со стороны, было отдано парнишке навеки. Но вот к телу ее он поползновений не делал, хотя ее восторженные взгляды замечали все вокруг. Сначала парень отшучивался, мол, девочке нужно подрасти, потом заявил — пока он не сделает карьеру, никаких отношений и связей! Женька понимала правильность таких убеждений и продолжала тихо ждать.

Перебить любовь к сыну преподавательницы не удалось ни одному ухажеру, что в их городке, что в Москве. Все они были чужими. Не такими светлыми и добрыми, как Славка. Не такими красивыми. А когда в одни из новогодних каникул Слава, вернувшись с местной дискотеки, вдруг прижал ее к себе и поцеловал, Женя поняла однозначно — кроме него она никого к себе не подпустит. Настолько тепло и приятно было в родных руках.

Женька верила, Славка тоже любит ее! Пусть сам себе не признается, раз решил пока не создавать пару. Но он нередко обнимает ее, гладит по руке, пытается учить и опекать. Спрашивает про кавалеров. Она знала — придет время, и они будут вместе.

Улыбнувшись своим мыслям, Женя схватилась за телефон.

— Римм!

— Да, — сонно ответила подруга, и Жене стало стыдно — наверное, танцовщица прилегла поспать перед вечерней работой.

— Прости, разбудила…

— Да говори уж теперь, — пробормотала Риммка.

— Я согласна подрабатывать в клубе, — выдохнула Женя, — но только подтанцовка!

— Да уж понятно, — проворчала Римма, — хорошо, поговорю насчет тебя с Аркашей.

Аркадием звали управляющего ночным клубом, где трудилась подруга и куда Женька все-таки решила пойти работать. Ведь так она сможет не бросать школу и стать независимой. Маме Але она пока не скажет про этот шаг, но вот о деньгах от ненормального боксера сообщить придется. Ведь их нужно скорее пустить в дело.

Алла Григорьевна сидела в своем просторном кабинете. Чего-чего, а места в старом здании было навалом. Преподавательница разбирала бумаги на столе и выглядела сосредоточенной.

— Не помешаю? — Женька переступила обшарпанный порожек.

— Заходи, солнышко, — велела Алла, не поднимая взгляда.

— Мам Аль, вот.

Женя опустила на стол стопку банкнот. Учительница резко вскинула голову, в ее светлых глазах читалась паника.

— Это еще откуда?! Женька!

— Друг дал. Из Москвы, — быстро ответила девушка.

— Какой еще друг?! Ты чего удумала? Деньги занимать? — женщина всплеснула руками.

Девушка вдохнула.

— Нет! Нет! Это он мне сам был должен…

— Откуда у тебя финансы, чтобы одалживать? — недоверчиво спросила Алла.

— Я откладывала со стипендии. Она была хорошей как у сироты. Да какая разница? Главное, мы можем хоть немного погасить долг!

Алла Григорьевна покачала головой.

— Девочка, — проговорила она, — даже если так, ты не должна тратить эти деньги на мои платежи. Ты сама сидишь без работы, у тебя вся жизнь впереди. Положи их на свой счет и не выдумывай!

Женька насупилась.

— Это деньги для школы, — твердо сказала она, — не возьмешь, я их выкину.

Она подошла к окну. Ей действительно было не жаль этих денег, они уже настолько измотали ей душу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Артистка! — воскликнула Алла. — Отойди, не безобразничай! Там ведь бойня будет во дворе. Хорошо, давай свои деньги. Такая же легкомысленная, как мать…

— Что?

Женя повернулась и пристально посмотрела на учительницу, пыталась уловить каждое движение мимики. Никогда мама Аля не говорила про ее биологическую мать.

— Ничего, — отрезала всегда разговорчивая Алла, — иди, там дверь хлопнула. Наверное, Светочку на занятие привели. Давай, работай, а то друзей с деньгами-то не напасемся.

Тон мамы Али стал странным. Никогда она не понукала девушку работать. Женька еще раз взглянула на нее, но, так ничего и не поняв, вышла вон.

Артем с кислым выражением лица цедил кофе и поглядывал на начальника с неприкрытым недовольством. Фил же был достаточно бодр и даже эмоционально возбужден все утро. Он хотел поговорить с приятелем о Евгении, своем предложении ей, но не знал, как начать диалог, и поэтому то и дело приставал к Тёме с вопросами о делах. Наконец, управляющий не выдержал.

— Чудов, гребаных одиннадцать утра! Я лег шесть часов назад.

У Фила с языка просилась фраза, что нечего болтаться в клубе среди рабочей недели. Но тон начальника пришлось придержать — ему нужен был откровенный разговор с Артемом. Хотя он все же уколол товарища.

— Тебе, значит, можно шляться по заведениям, а я пару раз привез домой честных проституток и со мной не хотят заключать договора детские клубы?

Артем поморщился.

— Да причем тут девки? Откуда кто знает… Хотя могут. Но дело в твоем общем имидже. Куда не плюнь — фитнес-семья. А у некоторых еще и собак свора. А ты кто? Угрюмый нелюдимый качок, с которым близко знакомы только дорогие давалки.

— На контракт пойдут такие же, — заметил Филипп и плавно подвел к желаемой теме, — я тут недавно предложил одной нормальной девушке, так она меня послала.

У Артема аж глаза открылись.

— Так-так! Можно подробнее? Кому ты предлагал?

— Евгении.

Тема шумно выдохнул.

— Это та, о ком я думаю? — его тон стал серьезным. — Завязывай, Фил. Может, тебя к психологу отправить? Мм?

— Ты, гляжу, разговорился? — не выдержал Филипп.

— Да ладно, — подчиненный пошел на попятную, — просто, что у тебя так крышу рвет? Это ведь не Лена, а просто незнакомая девушка. Хотя… Если она тебе прямо нужна. Ты где ее видел еще раз?

— Приехал к ее дому и встретил у подъезда.

— И там предложил? — приподнял брови Артем.

— Да, — Фил пожал мощными плечами.

Друг выдохнул и покачал головой.

— Парни мои — идиоты, и ты недалеко… Не-не, я не в том смысле, — он примирительно выставил ладони в ответ на суровый взгляд боксера, — ты тоже неизящно поступил. Предоставь это дело мне, попробуем подойти к девочке окольными путями. Ты ей на сколько договор предлагал?

— На полгода.

— А сказал, что после не намерен ее отпускать? — усмехнулся Артем.

— Нет, — Фил напряг губы.

Хозяин спортивной базы встал с жесткого дивана, на котором сидел все это время в кабинете управляющего, поправил голубую рубашку и направился к дверям.

— Фил, — окликнул его Артем, — прости, но я давно хотел спросить. У тебя было что-то с Леной? Чем она тебя так держит? Ведь больше десяти лет прошло…

Филипп оглянулся, прищурился.

— Это не твое дело, — мрачно сообщил он другу. Мужчина словно напрочь забыл, что тот собирается ему помочь.

Спортивный комплекс в родном городе был юношеской мечтой Филиппа, и, когда боксер начал зарабатывать нормальные деньги, он приступил к ее осуществлению. База располагалась на окраине города, ее территория включала остатки старого парка. Здесь проложили беговые дорожки, зимой превращаемые в лыжню. В холодное время заливали каток.

На территории раскидали несколько бань, беседки с мангалами. Это была больше инициатива Артема, который внес огромный вклад в развитие бизнеса Филиппа. Предприимчивый друг легко заводил знакомства, находил недорогих поставщиков и умел улаживать дела с администрацией города. Правда, к спорту относился без особой любви, но здесь уже Фил держал руку на пульсе, не позволяя превращать базу в пространство для гулянок.

В просторном здании бывшего детского лагеря, который располагался здесь прежде, Фил сделал ремонт — обустроил тренажерный зал, пространство для баскетбола. Сдавал в аренду помещения для фитнеса, йоги. Охотно делал скидки студенческим группам, школьным классам.

Боксер активно интересовался делами комплекса, будучи в Москве. А уж после приезда и вовсе хотел контролировать все.

Сам он тренировался почти каждый вечер в зале, часто посещал баню. Спорт был его образом жизни, и, после того, как травма не позволила больше выходить на бой, мужчина увлекся железом.

Вот и сегодня он довел себя до приятной усталости и, едва приняв душ дома, упал на постель. Уснул Фил почти сразу, и тут же нырнул в необычный сон.

Филипп остался в своей постели, только теперь был не один. Прямо сверху на нем лежала тоненькая девушка — Женя. Хрупкие пальчики упирались в его грудь, ее лицо было совсем близко. На комнату уже спустился сумрак, и ее обнаженное тело светилось в полумгле. Мужчина скользнул ладонями по ее талии, очертил соблазнительный изгиб. Подушечками пальцев он чувствовал гладкий шелк ее кожи, ее мягкость отзывалась предвкушением внизу живота.

Фил сжал ее упругую аккуратную попку, приподнялся и опрокинул Женю на кровать. Теперь он был сверху и мог любоваться изящными линиями ее тела, блеском в глубоких глазах. Ее дыхание было легким, но частым. А когда он, подтянув ее к себе за бедра, опустил ладони на небольшие идеальные груди, девушка застонала.

Он ласкал чувствительную часть ее тела, с удовольствием замечал, как соски превратились в тугие горошины под его руками. Он наклонился, накрыл один из них губами. Чуть не задохнулся от упоительной нежности, очертил языком вокруг бархатной плоти. Женя постанывала, хваталась пальцами за постель.

Глубоко вдыхая запах девичей кожи, Филипп спустился поцелуями к животу. Прошелся ниже, к нетронутым лепесткам, источающим аромат ее возбуждения. Он чувствовал, как его самого распирает от желания соединиться с прелестным телом.

— Да… да… — шептала Женя.

Но внезапно Фила словно вышвырнуло из собственной спальни.

Он увидел себя все также дома. Это был его особняк, но обстановка комнаты напоминала гостиную в доме отца. Как раз тот интерьер, который обустроили после смерти мамы. Вполне ожидаемо на диване лежала Лена. В своей любимой позе, на животе. Покачивая стройными ножками, девушка читала журнал.

Фил осторожно прошел в комнату. Мачеха увидела его и сразу подскочила с места. В несколько бодрых шагов она оказалась рядом, закинула руки на его шею. Стоит заметить, он видел себя уже мужчиной.

— Какой большой ты стал, Филя! — с восторгом удивилась Лена. — Теперь мы сможем с тобой вволю пошалить!

Филипп почувствовал трепет от ее объятий, она была все так же безумно красива. Он жадно провел ладонями по тонкой талии, но ничего не ощутил. Как будто потрогал воздух.

— Тебя ведь больше нет, — сказал он.

— Я буду всегда!

Лена прищуривалась так всегда, когда злилась. Внезапно Фил увидел Женю в кресле сбоку. Девушка прижимала к себе подушку и смотрела со страхом. Его вдруг пронзило желание увести отсюда девочку, защитить. Он попытался убрать с себя Лену.

— Идем.

Он чуть отставил мачеху и протянул Жене ладонь. Та недоверчиво посмотрела, потом все же взялась за него теплой ручкой.

— Филя!

Фил обернулся, хотя ему не терпелось покинуть «родительскую комнату».

— Ты все равно будешь со мной, — сообщила ему Елена, — она не я.

Фил распахнул глаза и инстинктивно пошарил ладонью по кровати рядом. Внутри было странное желание нащупать Женьку и прижать к себе. С чего вдруг его посетила эта мысль, и какими судьбами в его доме должна была быть девушка, Филипп не осознавал. Постепенно он начал приходить в себя.

Мужчина взглянул на электронные часы, зеленые цифры светились в темноте. Надо же, только полночь. По ощущению он проспал часов восемь, а задремал всего на пару. Больше сонливости он не чувствовал, глаза не закрывались, хоть выколи. Филипп поднялся с постели.

Римма справедливо заметила, что раз уж Женя решилась выйти на службу в «Остров», оттягивать момент не стоит. Тем более, одна из танцовщиц удачно выскочила замуж и засобиралась в декрет. Женька была согласна с подругой, хоть внутри все больше назревал мандраж.

Аркадий, управляющий клуба, согласился с рекомендациями Риммы, да и Женьку уже знал. Поэтому позволил приступить к работе этим вечером. Стояла пятница — горячий день в заведении и возможность получить хороший процент. Он пообещал Жене, что все будет спокойно и разрешил на первый раз надеть ни короткие шортики, а светлые обтягивающие джинсы.

Женя накрасилась ярче обычного, собрала волосы в гладкую прическу. Внешний вид поменялся, но она все равно ощущала неловкость. Одно дело выйти разок, другое — постоянно танцевать в ночном клубе. Но делать нечего, раз назвалась, пришлось лезть на тумбу.

Полутемное квадратное помещение быстро заполнилось людьми. Вдоль стен здесь шли большие столы с диванами, за ними собрались большие компании. Корпоративы, дни рождения, мужские посиделки. Этим людям было не до происходящего на танцполе и сцене.

На противоположном от сцены краю зала россыпью стояли маленькие столики. Здесь сидели парочки и тройки разряженных девочек, одинокие представители мужского пола. У самой дальней стены, в нише, располагался бар. Стойка была облеплена желающими побыстрей накачаться алкоголем. Пристальные взгляды именно с этого сектора ловила на себе Женя.

Танец немного успокоил, как это обычно бывало, через движения тела выплескивались ненужные эмоции. Прошел почти час, и Женька даже ощущала легкий драйв от происходящего вокруг. Публика с танцпола улыбалась ей, многие показывали отставленный вверх большой палец в знак одобрения. Вместе с этим она устала с непривычки.

Риммку она не видела, у подруги к середине вечера намечалось откровенное соло. Где она находилась сейчас, Женя не знала. Девушка кивнула одной из танцовщиц, что сидела с маленькой чашечкой за кулисами. Высокая блондинка поправила хвост из длинных густых волос и заскочила на ее приступ. Она сразу задвигалась, выгибая худые ноги, обтянутые мягкими кожаными лосинами. А Женька смогла ненадолго уйти, чтобы перевести дух.

****

Филипп ощущал легкое возбуждение после нежного эротического сна. Но не на уровне члена, а скорее где-то в голове. Обрывки воспоминаний от близости с Женей волновали его мозг и щекотали под ложечкой. Но эти чувства были даже приятными. А вот вторая часть видения сбивала с толку.

Для Фила было странным, что во сне он предпочел забрать с собой Женю. Она вдруг увиделась ему более близкой. Не родной, конечно, но теплой и настоящей. Может, потому что она жива? Но почему-то раньше он совсем не воспринимал Лену как покойную. Нет, он не сходил с ума и понимал, мачехи нет. Но именно чувства были такими, как к живому человеку. Образ Женьки во сне покоробил привычный уклад.

Филипп выпил горячий кофе. Стены просторного дома вдруг начали давить на мужчину. Но куда податься в первом часу ночи? Артем сейчас наверняка где-то гуляет, но отправляться в ресторан Фил не хотел. Просто покататься или побродить по улицам? Перспектива выглядела немного уныло, но лучше ничего он придумать не мог. Не в клуб же в самом деле ехать.

Женя выпила воды из кулера, посидела на тесном диванчике в гримерке. Усталость отступала, натренированный организм восстанавливался быстро. Она уже собралась вернуться на рабочее место, но потом решила забежать в туалет. Заодно слегка поправит макияж перед зеркалом.

Служебного санузла в заведении не было, девочки бегали в общие кабинки. Женька протиснулась меж танцующих, прошагала по короткому коридору. Оставалось чуть-чуть, и она поняла, что не туда свернула. Туалеты шли налево, а она взяла вправо и попала в маленький тупик-аппендикс. Тут было три двери — две в кладовки и одна запертая — на улицу.

Девушка лишь поморщилась, развернулась и чуть не врезалась в мужскую фигуру. Полноватый гость с внушительным брюшком перегородил ей путь.

— Туалет там, — махнула Женя рукой и приподняла брови. Взглядом она встретилась с мутноватыми серо-зелеными глазами.

— Я знаю, — голос прозвучал нетвердо. Женька взглянула — лицо мужчины покрывал нездоровый румянец, гость был прилично пьян.

— Разрешите? — Женя попыталась обогнуть его, но тот преградил путь.

— Ты миленькая, — сообщил он ей, — я тебя сразу приметил. Сколько стоит приват?

Женька понимала, хамить ни в коем случае нельзя. Но ее уже начало потряхивать внутри от раздражения и страха. Почему танцовщиц воспринимают как проституток?

— Простите, я не танцую персональные программы, — твердо сказала она. Выдавить улыбку, как ни силилась, не смогла.

— Ну так — станцуй! — развел руками дядька. — А то не выпущу.

Он визгливо засмеялся своей шутке, а Женя совсем не знала, что делать.

Статная брюнетка вошла в зал клуба со стороны служебных комнат. Она лениво оглядела публику, заострив внимание лишь на вип-балконе. Прищурилась, остановилась взглядом на долговязом молодом человеке с модным пучком из русых волос. И уже уверенно зашагала к лестнице.

— Добрый вечер, — промурлыкала Римма, подойдя к столику, где сидел один молодой мужчина.

— Привет.

Артем похлопал ладонью по дивану, приглашая девушку присесть.

— Как дела? — поинтересовался Тёма у Жениной подруги. — Что-то я тебя в прошлый раз здесь не видел.

— Ребенок без конца болеет, — поморщилась Римма.

— Няню?

— Ага! — девушка поджала губы. — Тут самим есть нечего.

— Твой не работает? — поддержал беседу Артем.

— Ой, — Римма махнула рукой, — давай не будем о грустном. На вахту опять собирается уезжать. Толку вот? Все равно приедет и половину прогуляет.

— Почему не разведешься? — приподнял бровь мужчина.

— У нас вообще-то сын, — покачала головой Римма, — нормальная семья!

— Ясно, — Тёма потер переносицу. Молодого человека явно не очень интересовали проблемы танцовщицы.

Римма тем временем заерзала на месте, словно на что-то решаясь.

— Фил там как? — наконец спросила она. — От него нет вестей в последнее время.

Артем внимательно посмотрел на нее.

— Не до вас ему, — ухмыльнулся Артем, — а слушай…

Он развернулся к девушке.

— Девочка, Женя, не тебя в прошлый раз подменяла?

— Ну меня, — Римма ответила с небольшим вызовом.

— У нее есть кто-нибудь?

Римма хитро улыбнулась.

— Понравилась? — она закатила глаза. — Там без вариантов.

— Лесбиянка что ли? — хихикнул Тёма.

— Скажешь, — Римма легонько толкнула его в плечо, — однолюбка она. Сохнет по парню, других к себе не подпускает. Вообще.

Римма улыбнулась.

— О как, — Артем поджал губы, — может, просто не было подходящих?

— Ой, не знаю. У тебя шансов нет!

Танцовщица захохотала.

— А у Филиппа?

Теперь Артем смотрел с превосходством и наблюдал, как меняется лицо Риммы с довольного на испуганно-растерянное.

— Фил интересуется Женькой?! — выдохнула та.

— Уже нехило заинтриговался, — сообщил Артем, — так что наша с тобой цель — свести голубков.

Римма скривила коралловые губки.

— С чего вдруг?

— Мне это нужно, — сказал Тёма, — а тебя я отблагодарю. Ты знаешь, я в этом плане не кину. Подумай, Римк.

Он достал из кармана пару тысячных купюр.

— А это, чтобы веселей соображалось. Потом получишь куда больше.

Римма не обрадовалась деньгам, что было удивительно.

— Ну ладно ты мутишь-крутишь, — медленно проговорила она, — но Фил! Зачем ему эта серая мышь?! Она и в сексе будет бревно бревном!

Артем вздохнул.

— Однако ты любишь подругу, — сделал вывод он, — не бузи, Риммуся. Ты семейная, Филу тоже семья нужна. Ему бизнес делать в городе, нужны почет и уважение. Да и скучать не будет. Или ты думала, он тебя из-за регулярного секса, причем за немалые деньги, замуж позовет?

Артем тоненько засмеялся. Щеки Риммы пошли красными пятнами.

— Не говори потом, что я не предупреждала! — зло проговорила девушка.

— Успокойся, — поморщился Артем, — лучше придумай, как сделать так, чтобы Женя своего парня разлюбила. Если тебе, конечно, нужны финансы. Но смотри, одного платежеспособного клиента ты уже лишилась!

Римма поднялась, развернулась на шпильках, пустила хмурый взгляд в сторону собеседника и, гордо выпрямившись, зашагал в сторону лестницы на первый этаж.

Женьке казалось, они стоят в коридорчике уже полчаса. От гостя невыносимо несло алкоголем, спертым запахом пота. Мужчина не поддавался ни на какие уговоры и все время твердил ей одно и то же — он клиент, он хочет приват, и она должна танцевать, чтобы его не обидеть. Просил отвести его в вип-комнату.

Девушка объясняла, что не занимается такими вещами, но без толку. Она не знала, что делать. Не помогите же кричать. Да и вокруг никого не было, грохотала музыка. В конце концов Женя уже просто вымоталась и потеряла самообладание.

— Мне нужно идти!

Женька сказала это громко и двинулась вперед. Но гость в очередной раз загородил проход. Да еще и схватил ее за плечи.

— Пустите! — она разозлилась.

— Не рыпайся.

Мужчина тряхнул ее так, что собранные наверху волосы растрепались.

— Пожалуйста, дайте пройти, — она прикусила губу, не давая накатиться слезам. Ей стало безумно обидно, что ее воспринимают как вещь.

— Как же ты утомила, тварь!

Мужчина, видимо, тоже устал от их препираний. Его затрясло, глаза стали еще краснее. Он резко отпустил девушку, но не дал и шага сделать. Точным движением гость схватил Женьку за шею, и из его рта полилась такая брань, которую девушка никогда не слышала.

Ей стало одновременно страшно и горько, новая работа в первый же день заставила ощутить себя последним отбросом. Она почувствовала себя самым беззащитным человеком на земле. Теперь девушка при всем желании не могла закричать, изо рта шли лишь хрипы.

Филипп без особого желания толкнул дверь в «Остров». Он и сам не понимал, почему приехал сюда. Кататься одному по городу вдруг стало скучно.

Он не слишком надеялся, что суета пьяной публики его развлечет. Была мысль выбрать какую-нибудь местную девочку, снять напряжение, забыть странные эмоции последних дней. Хотел ли он этого действительно, мужчина пока не понимал. Потому и поехал в заведение сам, решив определиться на месте.

Филипп вошел в гудящий зал и под взгляды нескольких девиц с крайнего столика проследовал к барной стойке. Взял стакан яблочного сока, огляделся по сторонам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Атмосфера в ночном заведении была типичной — кто-то накидывался алкоголем, кто-то шарил глазами в желании кого-нибудь снять, другие наоборот мечтали пристроить себя в выгодные руки. Небольшая часть искренне веселилась на танцполе. Они уже дошли до нужной кондиции и сбились в пары.

Филипп скользнул взглядом по девочкам, но никого интересного не приметил. Он сделал очередной глоток и почувствовал прикосновение к локтю.

— Привет, Фил.

На высокий стул рядом примостилась местная танцовщица Римма. Филиппу она нравилась — веселая, сговорчивая, умелая…

— Здравствуй, Римм, — улыбнулся мужчина, — как дела?

Девушка пожала крепкими плечами, не прикрытыми черной кружевной кофточкой.

— Нормально, скучно только.

— Да? — Филипп усмехнулся. — А вроде весело у вас.

— Надоело, — поджала губы Римма, — тебя давно не слышно было…

Фил вздохнул.

— Дела.

— Я скучала.

Девушка осталась рядом. Фил понимал, она надеется, что он позовет ее с собой. Неделю назад мужчина так бы и поступил, но сегодня этот вариант виделся тоскливым. Хотя что-то он реально загнался с этой Леной-Женей. Она, возможно, сейчас милуется с «любимым человеком», а Филипп парится и отказывается от перспективы вкусно провести вечер.

Но логичные мысли не успокоили, а наоборот разозлили мужчину. Желание видеть рядом хрупкую шатенку только усилилось. Быть с нею, владеть. Чтобы только он мог прикасаться к светлой нежной коже, целовать аккуратный пухленький ротик. Подкатило возбуждение.

В несколько больших глотков Филипп осушил стакан. Сегодня он удовлетворит давно зревшие потребности с Риммкой, а завтра снова попробует встретиться с упрямой Женей. Может, Артем посоветует, что ей еще предложить.

— Ты занята сегодня? — проговорил он на ухо Римме.

Глаза брюнетки сразу вспыхнули.

— Нет!

— Тогда поехали ко мне, — Фил даже не спрашивал, — только сейчас, пару минут.

Он отставил пустую посуду и направился в сторону туалета.

Гость запустил потную ладонь под кофточку Женьки. Она пыталась вывернуться, но он перехватил рукой ее волосы. Горло оказалось свободным, и девушка отчаянно закричала, не надеясь, в принципе, на помощь. Мужчина дышал ей прямо в лицо, и хоть он отпустил шею, ей все равно не хватало кислорода.

Она в очередной раз рвано глотнула воздух и вдруг почувствовала, что он стал свежее. А потом и хватка напавшего ослабла. Женя снова услышала брань, на этот раз голос принадлежал не мерзкому пьянице. И даже голос как будто был знакомым, некоторые словечки она уже слышала.

Женька наконец пришла в себя и увидела мощную спину в темной рубашке. Ее спаситель выталкивал гостя из закутка. Девушка рванула к туалетам, забежала и захлопнула дверь.

У окна курили две молодые женщины. Женя забилась в угол и встала лицом к стене, обняла себя руками. Ее трусило, по щекам побежали слезы. Краем сознания она пыталась сообразить — это был он? Чудовище? Или просто местный вышибала, которых она еще толком не знала по голосу?.. Женька сделала глубокий вдох.

Если она хочет здесь работать, нужно привыкать. Быть сильной. Девушка подошла к зеркалу, которое узкой каймой шло над раковинами. Оторвала кусок бумажного полотенца и принялась приводить свое личико в порядок. Влага из глаз еще рвалась, Женька старалась сильно не тереть их.

Спустя несколько минут она выглядела вроде более-менее нормально. Пора возвращаться в зал. Она подошла к двери, открыла…

Прямо напротив стоял спортивный брюнет. Все-таки ей помог Филипп, именно он сейчас подпирает стену в той самой черно-фиолетовой сорочке.

— Привет.

Мужчина смотрел серьезно и словно с упреком. Темные глаза внимательно прошлись по ее фигурке. Женька тоже оглядела его.

Какой он все же красивый! Наверное, даже если Женя будет при смерти, она не сможет этого не заметить. Причем вывод этот был не восторженно-влюбленным, как в случае со Славкой, а спокойным и объективным. Филипп был идеален со всех сторон.

Рубашка не очерчивала каждый мускул, как майка, но добавляла его торсу мощи. Широкая грудь выглядела такой уютной. Женьке внезапно захотелось прильнуть к ней, узнать его сильные объятья. Почувствовать себя под защитой.

Она тряхнула головой.

— Здравствуйте, — выдавила она из себя и на всякий случай отвела глаза.

— Опять в клубе? — с чего-то ради он смотрел на нее строго.

Женя поджала губы. Еще пару секунд назад она хотела поблагодарить его за помощь, но высокомерный тон мужчины отбил такое желание.

— Я устроилась сюда танцевать, — сквозь зубы произнесла она.

— Разве эта работа для тебя?

Да что он возомнил?! Еще и тыкает.

— А какая для меня?! — Женька вспылила. — Изображать девушку богатого мужчины?

Качок растерялся, заметила она с удовольствием.

— Я предлагал не работу, а договор, — выкрутился он, — если хочешь, найду тебе приличное место.

Девушка снова начала закипать.

— Здесь я тоже ничем непристойным не занимаюсь! — резко ответила она и тоже неосознанно перешла на «ты». — А ты типа всемогущий? И службу найдешь, и проблемы решишь.

Женька раздражалась, но вдруг поняла, что больше не боится его. Хотя спортсмен все же казался ей безумным.

— Я привык преодолевать трудности, — спокойно пояснил Филипп, — и я не сделал тебе ничего плохого. В отличие от всего того, что с тобой происходит в этом месте.

Он окинул взглядом клуб. Женя все же устыдилась.

— Спасибо тебе, — искренне сказала она, — но пойми, твои предложения, по меньшей мере, странные. Ладно, ты по каким-то своим соображениям прицепился… предлагаешь именно мне поиграть в твою девушку. Но я считаю такое поведение неправильным! Это обман. Уж лучше честно танцевать на стойке.

Филипп внимательно слушал ее.

— Наш уговор никого не подставит, никому не навредит, — после паузы заметил он, — бизнес такое дело… Без игры там не обходится. Таков наш мир.

— Я не хочу так, — негромко ответила Женька и опустила глаза.

Мужчина хотел еще что-то сказать, даже шагнул к ней. Но тут из-за поворота вырулила Риммка и торопливо начала спрашивать у Жени, куда та запропастилась. Филипп кинул на них обеих короткий взгляд и быстро зашагал вперед по коридору.

Фил уже и сам понимал, затея с договорными отношениями потерпела провал. Но и «отцепиться» от Жени, как выражалась та, не желал… В сознании появилась картинка прекрасных глаз с холодными огоньками внутри.

Он вспомнил взгляд Лены. Жена отца смотрела на всех с небольшим прищуром, как будто насмешливо. Могла щебетать мило с отцом или даже с ним, Филиппом, но в глазах часто мелькало то ли превосходство, то ли тайна. Это качество в ней завораживало юного Фила.

Сегодня же, когда он смотрел во влажные озерца с фиолетовыми искорками, он видел в них такое безграничное доверие к миру, что ему стало страшно. Женька напоминала ему хрупкого котенка, который остался один на враждебной улице. И сердце мужчины сжала тревога за судьбу этого, пусть с виду и храброго, но нежного существа.

Были ли в этих эмоциях отголоски схожести с Леной, он уже не знал. Внешне она до сих пор ее безумно напоминала. И стала бы сладким призом для мужчины. Но в поведении и характере все больше вырисовывались различия. Хотя они не отталкивали, а наоборот увлекали.

Он хотел предложить ей помощь с нормальной работой, пусть не по договору, а просто так. Но в самый подходящий для этого момент нарисовалась Римма. Еще и заорала — вот ты где, я тебя обыскалась! Ладно, хоть вовремя сообразила перевести эту реплику на Женьку. Как будто потеряла не Фила, а ее. Мужчина почему-то был уверен, Женя понятия не имеет, что подружка подрабатывает в «Острове» не только танцами.

Секс обломился, хотя настрой все равно был сбит. Из головы снова не выходила Женька. Всю дорогу он прокручивал способы, как до нее добраться. Совет Артема бы не помешал, но он все же не стал беспокоить приятеля ночью.

Друг, Риммка — две темы соединились в голове, и наконец пришла идея. Нужно расспросить Римму о жизни Женьки, ведь они подруги. Возможно, так получится найти к девушке какой-нибудь подход.

Женя провела утреннее занятие классическим танцем с младшими школьницами и вышла из зала в приподнятом настроении. С детьми девушка отдыхала душой, тем более, сейчас, когда уроки давали отличную возможность ни о чем не думать. Особенно о мужественных сумасшедших.

Филипп сидел в голове, как заноза. Она вспоминала то его широкую грудь, то надменные слова про ее работу. С одной стороны, он так вовремя появился, с другой — обидел ее своими рассуждениями. Ведь он совсем не знает ее обстоятельств! А думает наверняка, как и мама Аля, что Женька легкомысленная. Она не понимала, почему ей не плевать на это…

Но сейчас Женя немного забылась, да и в окна школы светило такое веселое солнце. Девушка переоделась в сарафан и решила прогуляться между уроками, съесть мороженое. Она шла, мечтательно напевая одну из танцевальных мелодий. Как вдруг… Женька прищурила, а потом наоборот широко распахнула глаза — навстречу по коридору шла Алла Григорьевна и уже хорошо знакомый ей чудовище-брутал. Откуда он здесь?!

Свернуть на выход незамеченной не вышло. Наставница увидела Женю и радостно воскликнула: — Филипп, а это наш преподаватель — Женечка!

Они подошли к ней близко. Девушка, насупившись, посмотрела в темные глаза. В них была ухмылка, какая-то до странности добрая. Женя все равно чувствовала досаду и не могла ее скрывать.

— Очень приятно, — мужчина протянул ей ладонь.

Решил разыграть, будто они незнакомы! Но Женьке стало не до мамы Али и манер.

— Зачем ты сюда пришел?! — быстро спросила она. Все-таки не употребила слово «приперся».

Мужчина остался спокойным.

— Познакомиться со школой, — пожал он плечами, — мы занимаемся похожим делом, несем в город здоровый досуг. Я услышал, у вас проблемы, и решил кое-чем помочь.

Женька шумно выдохнула и поджала губы.

— Филипп привез такие замечательные маты! — всплеснула руками Алла Григорьевна. — А еще коврики, гимнастические мячи! И пообещал помочь с материалом для ремонта пола в балетном зале.

Учительница пребывала в восторге и даже не заметила, что ее названная дочь и неожиданный спонсор общаются, как старые знакомые. А Женя кидает на мужчину гневные взгляды, тяжело дыша.

— Я правда хочу, как лучше, — своим идеальным тембром произнес Филипп.

Женька закатила глаза.

— Да ты просто идешь напролом к своим ненормальным целям! — девушка почти кричала. — И думаешь, что все средства хороши!

Она толкнула его в ту самую грудь, на которой недавно хотела повиснуть, освободила себе путь и зашагала по коридору вглубь здания. Она чувствовала себя в ловушке, окруженной со всех сторон. Ей было безумно жалко маму Алю, которая развесила уши на обещания этого сумасшедшего.

Женька толкнула дверь в зал, который они как-то пытались сдавать для фитнеса. Прошла по запылившемуся полу и села в углу на степ для аэробики. Приспособление представляло собой низкую ступеньку, и подол ее платья оказался на полу. Но Жене было все равно, от злости и обиды она разревелась.

Девушка не знала, сколько просидела, выплескивая в прямом смысле этого слова свои эмоции. И чуть не вскрикнула, когда дверь распахнулась, и вошел Филипп. Он был один. Женя отвернулась к стене, стыдясь слез. Успокоиться так сразу она не могла и продолжала всхлипывать.

— Женя…

Мужчина подошел и сел с ней рядом прямо на пол.

— Прости, что так вышло, — серьезно сказал он, — но я не думал, что ты так отреагируешь.

— Ты не понимаешь, — она повернула к нему мокрое лицо, — она ведь реально верит, что ты хочешь помогать!

Женька глотала ртом воздух.

Филипп покачал головой и медленно взял ее личико в ладони. Девушка замерла под его теплыми прикосновениями. Он аккуратно стер подушечками больших пальцев капельки с ее кожи.

— А я действительно хочу, — спокойно произнес он, — у меня своя спортивная база, есть куча знакомых поставщиков. И я давно хотел заняться благотворительностью. Твоя начальница очень хороший специалист, и человек, скорее всего, тоже. Мы пообщались и нашли общий язык. Я не спорю, вышел на эту школу я из-за тебя. Но я сдержу слово!

Женьке показалось, мужчина не соврал. Слезы унялись, и теперь она завороженно смотрела на его лицо, которое оказалось очень близко. Темные глаза под черными густыми бровями, прямой широковатый нос, крепкий подбородок… Плоские и сильные на вид губы. Женя внимательно посмотрела на них и инстинктивно приоткрыла ротик. А, может, она сделала это, потому что ей было нечем дышать из-за последствий рыданий.

Ей безумно захотелось, чтобы он коснулся губами ее губ. Несмотря на одержимость Славкой, короткие романчики у девушки все же были, и она целовалась с парнями. Знала она и вкус поцелуя Славы. Но не перед кем из ребят, даже перед любимым, так не трепетало ее тело. Ни к кому Женя не испытывала такой тяги, животного порыва слиться воедино.

Она глубоко вздохнула, и мужчина выпустил из ладоней ее щеки. Встал, протянул ей ладонь. Женька поднялась на ноги, хотя тут же отняла пальцы.

— У тебя закончились занятия? — зачем-то спросил Филипп.

— Мм, — Женька попыталась собрать мысли в кучу, — через сорок минут будет еще один урок.

— Может, сходим пообедаем? — мужчина приподнял брови.

Женя закусила губу. Нахождение рядом с ним становилось все опасней, да и он воспримет это как повод и дальше ее осаждать. Но настроение было таким, что одной оставаться не хотелось…

— Я не голодная, — все же ответила она.

А вот желудок полностью согласился на предложение спортсмена и откликнулся бодрым урчанием.

— Точно? — Филипп улыбался.

Женька не выдержала и рассмеялась.

— Ну хорошо, идем, — кивнула она, — я просто не хотела тебя задерживать.

— Я на сегодня не назначал дел, — сообщил Филипп, — чего ты хочешь поесть?

Девушка задумалась. Его забота была настолько располагающей, и ей захотелось искренне чего-то пожелать.

— Я бы съела гамбургер, — прищурилась девушка.

Ее собеседник еще раз радостно заулыбался.

— Метрах в пятистах прямо по Изумрудной есть местная бургерная, — сказал он, — я правда не знаю, что у Чернопольского за качество…

— Это владелец? — Женя услышала незнакомую фамилию. — Я была там, вкусно.

— Тогда идем, — скомандовал Филипп, — да, я говорил о хозяине.

— Ты многих здесь знаешь? — спросила Женя, когда они вышли на солнечный тротуар. Признаться, ее чуть восхищала его уверенная речь и подача самого себя. Было заметно, мужчина твердо стоит на ногах и обладает некоторым опытом в жизни.

— Знаком с городским бизнесом. А с Ваней Чернопольским еще из спорта, хотя он давно забил на здоровый образ жизни…

— Из-за гамбургеров? — спросила Женя, не задумываясь.

Фил усмехнулся, как ей показалось, напряженно.

— Ага, — ответил он. — Осторожно!

Женька не успела понять, что происходит. Сбоку с силой просвистел воздух, а она в долю секунды оказалась крепко прижата к телу мужчины. Он держал ее за плечи сильной рукой, и она чувствовала, как колотится его сердце.

— Вот уродцы, — проворчал Фил вслед двум подросткам на велосипедах.

Но Жене было не до малолетних хамов. Она боялась сделать лишний вдох, чтобы не упасть в обморок от такой концентрации его запаха. Уже знакомый одеколон и приятный теплый аромат кожи. Вот она и ощутила, каково это быть в его руках. Девушка забыла про все на свете, придавленная его мышцами и исходящей из каждой его клетки мужественностью.

— Ты как? Испугалась? — Филипп отпустил ее фигурку. Сразу стало прохладно знойным днем. По коже девушки побежали мурашки.

«Я в панике…» — хотелось сказать ей. Женя понимала, лучше бы им больше никогда не встречаться. Но была по-безумному рада, что их обед еще даже не начался.

— Не успела, — выдавила она, — идем?

— Да, конечно.

Филипп поменялся с ней местами и сам пошел с краю.

Время уже перевалило за полдень, и в кафешке собралось приличное количество народа. Свободные столики все же были, но немного. Филипп осмотрелся по сторонам.

— Жень, садись вон там, в дальнем углу, — мягко велел он девушке, — а я пока куплю еду. Ты что будешь?

— Я сама себе куплю, — заупрямилась Женька. Она вспомнила речи Славы о самостоятельных девушках.

Филипп приподнял бровь, взял Женю за запястье и повел к столику, который приглядел.

— При всех ваших моральных принципах, Евгения, — Филипп говорил, а девушка не понимала, чего он вдруг перешел на официальный тон, — вы еще и такая самодостаточная. Я чувствую себя ущербным. Может, не будем усиливать этот эффект?

Женька посмотрела в темные глаза и поняла, он шутит.

— С чего ради тебе меня кормить? — пробормотала она.

— Я большой провинциальный дядька, — с самоиронией объяснил Филипп, — и, если приглашаю девушку на обед, рассчитываю ее угостить. Тем более, такую маленькую и худенькую. Ведь явно ты много не съешь. Так что ты будешь?

Он улыбался. Женька сдалась и села на белый стул.

— Фирменный, с большой котлетой, — распорядилась она и тут же хихикнула — ее заказ тянул на верзилу, а не на маленькую девочку.

— Хорошо.

Фил не прокомментировал ее запросы и, огибая столики, зашагал на кассу. Женя потянулась. Черт возьми, все же приятно, когда можно просто сидеть, смотреть по сторонам и ждать, когда «большой дядька» принесет тебе любимую еду. Наверное, его невеста была бы очень счастлива. Вот только жаль, его головой рулят тараканы, и он придумывает идиотские сделки с малознакомыми девушками.

Всё утро Артем заливал в себя кофе, потому почти не чувствовал голода. Но около двух он все же сел за руль и двинулся в направлении городского ресторанчика на окраине. В заведении из серого нарочно состаренного камня его ждал давний знакомый. Встреча была не из приятных, но являлась в прямом смысле жизненно важной.

— Ну здравствуй, Тёма дорогой!

Полноватый мужчина средних лет южной внешности поднялся навстречу Артему и принялся его обнимать. Молодой человек скривился, отвернул лицо, чтобы тот не заметил его эмоций.

— Здравствуй, Гера, — ответил он, — чего позвал?

Брюнет усмехнулся.

— А то ты не знаешь? Садись.

Перед Артемом материализовалось блюдо с сочным шашлыком, но аппетит у молодого мужчины окончательно пропал.

— Ты решил порвать наши связи? — ласково спросил собеседник.

Тёма шумно выдохнул.

— Да почему?! Я же нормально объясняю — шеф вернулся, контроллит всё! Не могу я больше ваши мешки там складывать!

Гера вздохнул.

— Шеф… Шеф. Ну что ты как маленький? Люди на глазах у начальства страну разворовали, а ты не можешь спрятать на большой базе маленькие пакеты. Вот сейчас где твой шеф?

— Да черт его знает, он мне не докладывает, — огрызнулся Артем.

— Что и требовалось доказать, — развел руками Гера, — иногда он отвлекается, вот ты и пользуйся моментом. Хочешь… жить — умей вертеться!

Он сделал акцент на слове жить и взмахнул бокалом с красным вином, словно произнес тост. Желваки Артема ходили ходуном.

За обедом Филипп и Женька почти не разговаривали. Вокруг было шумно, да и они были заняты едой. А когда покинули заведение, мужчина сразу спросил.

— Можно поприсутствовать на твоем уроке?

Вопрос поставил Женю в тупик. Отказать было невежливо, спортсмен сегодня так тепло повел себя по отношению к ней и к школе. И в глубине души ей предательски не хотелось его отпускать. Хотя умом она понимала, нужно распрощаться с ним прямо сейчас и выкинуть из головы.

— Если ты не торопишься, — она пожала плечами.

— До завтра я совершенно свободен.

На занятии у Жени была серьезная пара четвероклассников. Хотя мальчик, может, был и постарше, ведь они взрослеют позже. Фил с интересом наблюдал, как звонким голосом Евгения направляла ребят, грациозно показывала движения. Она не выдавала никакой неловкости от присутствия мужчины на уроке. Было заметно, как уверенно она чувствует себя в своем деле. С какой любовью относится к тому, чем занимается.

Фил опять же не смог не провести параллель с Леной, женой отца. Красотка-мачеха вела образ жизни типичной женщины. Занималась лишь собой и немного бытом. Ну и конечно уделяла внимание супругу. Филипп не осуждал такой уклад в семье, даже считал его нормальным. Но Женька все же цепляла его такими разными гранями своей личности. То ранимая девочка-котенок, то профессионал. Танцовщица в ночном клубе и при этом девственница.

Мужчина был рад, что удалось сгладить ее расстройства от его появления. Она так расплакалась, что Филу стало действительно стыдно. Он почувствовал себя чудовищем, которое осадило со всех сторон беззащитную девушку. Хотя реально приехал в школу танцев лишь из любопытства.

Вчера вечером он позвонил Римме, и та без особого желания пояснила, почему ее подруга устроилась трудиться в ночной клуб. Мол, глупышка помешана на старой танцевальной студии и днем пропадает там. Филипп, который привык знать всё о том, что его интересует, с самого утра отправился сюда. Поговорил с милейшей Аллой Григорьевной, прикинул, чем сможет помочь. Даже не беря во внимание Женьку, он был рад внести вклад в развитие места здорового досуга в городе.

Филипп просидел до конца занятия, набрался положительных эмоций на неделю вперед. Мужчина и не предполагал, что может быть так забавно наблюдать за детьми и их тягой к творчеству. А с хорошенькой раскрасневшейся Женьки он просто не сводил глаз. В ней не было той игривости, лоска, присущих Елене. Но стройная фигурка и нежное личико с яркими глазами и припухшими губками будоражили воображение мужчины.

Он вспомнил недавний сон, ощущение гладкой кожи под пальцами. Ее стоны и хриплые просьбы продолжить ласку. Фил чувствовал, как в зале становится все меньше кислорода, и старательно отвлекался на посторонние мысли. Иначе придется ретироваться из этого милого места и унимать здоровый стояк.

Все же урок закончился благополучно, и мужчине удалось сохранить приличный образ. После он попросил Женю подробней показать ему школу, они прошлись по коридорам и классам. Забрели в кабинет Аллы Григорьевны, где пробыли еще около часа, обсуждая городские новости и планы сотрудничества. День двигался к концу.

— Давай, я отвезу тебя, — Филипп все же не сдержал распорядительные нотки. Но он действительно не собирался отпускать девушку одну.

Женька примолкла. В ней явно боролось желание поспорить и вечерняя усталость, которая советовала принять его предложение. Фил не стал ждать, пока упрямство девушки победит и легонько дотронулся до ее плеча.

— Идем?

Наконец она улыбнулась и кивнула. В дороге они в основном говорили о работе, он рассказал ей немного о спортивном прошлом. О своей базе, планах по ее расширению. Женька слегка приоткрыла завесу своего детства, поведала про интернат. Филипп изумился внутри, как девушка без родителей смогла вырасти такой чувствительной и правильной.

Когда был окончен путь, как, впрочем, и этот день, молодые люди были почти приятелями. И, казалось бы, в этот момент Филиппу стоило вновь предложить Жене взаимовыгодную сделку. Но он вдруг понял, что совсем не хочет договора.

Нет, она не перестала его привлекать! И даже все еще чем-то напоминала обожаемую Лену. Но он проникся к ней каким-то трепетом и уважением. У него не поворачивался язык просить ее перекроить свою жизнь только потому, что он хочет ею обладать. Эта деликатность была совсем не в характере боксера. Эмоции к Жене сбивали с толку. Он не хотел с ней расставаться и в то же время понимал, что лучшим выходом будет оставить ее в покое. Помогать школе и не более того. Желательно, не появляясь там.

Они стояли друг напротив друга у подъезда Риммы и никак не могли распрощаться. Хватались за какие-то темы, натянуто смеялись. И в конце концов момент расставания был полностью исчерпан.

— Спокойной ночи, — Фил слегка улыбнулся.

— Спокойной, — личико девушки тоже озарилось, — спасибо еще раз за все и прости… что вела себя так резко.

— Ты тоже извини за мою навязчивость, — искренне произнес мужчина, не узнавая сам себя.

Он протянул ей ладонь, она взялась за нее и зачем-то шагнула на встречу. В ее глазах почудился призыв, розовые губки приоткрылись… Фил взял ее за подбородок и поцеловал.

Девушка ответила, здесь не было сомнений. Неумело, но так отчаянно и страстно. Филиппа затрясло и бросило в жар от робких движений мягкого язычка. Вкус ее поцелуя был напитан летом. Ароматом загорелой кожи, цветов, листвы, томящихся под знойным солнцем. Студеного кваса, который они купили по пути, повинуясь порыву.

Прошли минуты, и Женька, чуть застонав, оторвалась от Фила. В фиолетовых глазах читалась тревога. Она сделала несколько шагов назад.

— Мы не должны, — произнесла она, — не надо.

Девушка развернулась и быстро зашагала к входу в дом. Филипп проводил ее взглядом, и еще долго стоял в заполненном автомобилями дворе.

Женька пулей влетела в квартиру, отказалась от ужина и не пошла в душ. Девушка закрылась на выделенной ей лоджии, распахнула окно. Она сидела на раскладушке, подтянув к животу колени. Жадно хватала ртом воздух и пыталась выгнать из головы мысли о нем. Но они лезли и лезли, как навязчивая паранойя.

Она боялась даже переодеться, чтобы не увидеть влажное от желания белье. Да это и не нужно, она и так ощущала, как весь низ живота набух от короткого поцелуя с ним. От сильных движений суховатых губ, уверенного языка, потрогавшего каждый миллиметр в ее рту.

Ее затылок помнил прикосновение мужской ладони. Длинных пальцев, которые он запустил в ее волосы. Тело ломило, словно это был не двухминутный поцелуй, а изощренная развратная ночь. Женька захныкала.

Ей было стыдно за себя, свои инстинкты. Он ей никто, обычный скучающий богатый мужик. Женьке стало обидно за свою слабость перед ним. Когда они стояли, прощаясь, под сумрачным небом, его близость, его запах отняли ее у самой себя. Если бы он ее не поцеловал, наверное, она сама бы сделала это. Ее ответ на его порыв был таким естественным, в те минуты ей даже в голову не пришло оттолкнуть от себя мужчину.

У Женьки навернулись слезы о того, как неудобно стало перед Славой. Перед тем светлым и сильным чувством, которое она испытывала полжизни к любимому. А сейчас какие-то низменные потребности и самодовольный спортсмен покушаются на ее верность родному человеку.

Женя твердо решила — она сделает всё, чтобы больше никогда не видеть Филиппа.

— Ты где был вчера весь день, можно поинтересоваться?

Артем подъехал к базе в начале десятого, а во дворе его уже встречал начальник. Но вопрос задал именно он.

— В местной школе танцев, — сообщил Фил, разминая плечи. Несмотря на свежесть утра, мужчина был сверху лишь в темной футболке.

Его друг и управляющий закрыл машину и плотнее запахнул джинсовку. Он посмотрел на собеседника, нахмурившись.

— Что ты там забыл?

Они пошли рядом по широкой дорожке.

— Сотрудничать будем, — сообщил Филипп.

— В каком смысле? — Артему явно все больше не нравился настрой шефа.

— В прямом, — припечатал Фил, — студия классического танца для детей. Хорошая, но немножечко не выдерживает конкуренции. Надо помочь.

Подчиненный закашлялся.

— С чего ради ты решил податься в благотворительность? — Тёма не сдержал раздражения. — На дворе кризис, тут самим бы с конкуренцией справиться.

Фил приподнял бровь.

— Мне отчитаться? — холодно поинтересовался он.

Артем закатил глаза.

— Я реально беспокоюсь, — сказал он, — мы же все-таки друзья, хоть ты часто про это забываешь.

До здания они дошли молча.

— Ладно извини, — Фил опустил ладонь на плечо приятеля, — но я решаю всегда и всё сам. Тем более, я уже пообещал.

— Но как они вышли на тебя?! — воскликнул Артем.

— Там работает Женя.

На лице Артема промелькнуло отвращение. Однако оно тут же сменилось заинтересованностью.

— Ты с ней провел столько времени?

— Да, — коротко ответил Фил.

Мужчины прошли в офисные помещения, но Тёма не потрусил как обычно к себе, пить кофе. Он сопроводил начальника до его кабинета.

— И что же ты теперь часто туда будешь заезжать? — равнодушно поинтересовался Артем, делая вид, что изучает лежащую на столе книгу про кроссфит.

— А ты сам тут не справляешься? — усмехнулся Филипп. Он расположился за своим столом, нажал кнопку включения на ноутбуке.

Артем сел напротив, расстегнул пуговицы на куртке. Нетерпеливо затарабанил пальцами по столу.

— Да всё здесь под контролем. Но просто мало ли, твоя подпись может понадобиться…

Фил поднял на товарища взгляд.

— Понял я, понял. Не суетись. Пропадать в школе танцев я не стану, направлю туда кое-какие материалы для начала.

— А как же Евгения?

Артем смотрелся как заправская подружка, расспрашивающая о сердечной персоне. На самом же деле у молодого человека в голове крутились другие мысли.

— Женя — отличный человечек… — Фил немного помолчал. — Я решил оставить ее в покое. Все же это как-то неправильно. Она, Лена… Я досаждаю ей, у нее там кто-то есть.

Тёма подскочил с места.

— Есть и есть! Какой-нибудь малолетний нищеброд! Чего ты перчатки сложил, Чудов?

Филипп выдохнул.

— Даже если ее парень молод или стеснен в средствах, я уверен, Женю эти факты не расстраивают. Хотела б она легких бабок — согласилась бы на сделку с первого раза и уже б разыгрывала мою невесту.

— Все равно ты как-то рано сдался, — не успокаивался Артем, — девчонка ведь тебя зацепила, чего я не видел много лет. Неужели не хочется с ней поразвлечься?

Филипп нахмурился.

— Вот именно поразвлечься и не хочется. Вообще странный разговор, тебе заняться нечем? Женьку я оставляю в покое и живу своей обычной жизнью. Я заказал пару дорожек в зал персональных тренировок. Сейчас глотну кофе и пойду посмотрю, какие из старых лучше заменить.

Артем вздохнул и поджал губы.

— Ладно, — он поднялся, — у меня там несколько звонков.

— Жень! Завтракать будешь?

Римма высунулась из крошечной гостиной.

— Нет, спасибо! Я опаздываю, — ответила ей подруга, уходя.

Брюнетка не стала уговаривать и вернулась в комнату. Устало плюхнулась на край обтянутого коричневым плюшем дивана в ногах у мужа. С недовольством взглянула на крепкого блондина.

— Ты вчера таксовал? — поинтересовалась она.

Розовощекий молодой мужчина нахмурился.

— Тебе че?

— Деньги где? — спокойно спросила супруга.

Лицо мужа Риммы сделалось злым.

— Заправился, на мойку заехал. Еще вопросы есть?

Девушка подскочила на месте.

— Ты так, значит разговариваешь?! Ребенку нужно обследования платные проходить, по полису запись чуть ли не через полгода! А ты машину намываешь!

— Сама протянула с врачами, — флегматично заметил парень.

— Я?! Да я пашу как проклятая!

— На танцульках своих? — супруг скептически приподнял бровь. — Съезди на вахту…

Римма встала на ноги.

— Я съезжу! Обязательно! А вы тут как хотите!

Мать семейства разразилась матом, но ее почти сразу перебил телефонный звонок. Она взглянула на экран, тут же успокоилась и умчалась на кухню.

Артем дождался, пока Фил взбодрится горячим напитком и пойдет осматривать свои владения. Дурацкая привычка лезть во все на свете! Как будто без него тренажеры не расставят. Хотя сейчас управляющему это было даже на руку. Появилась возможность спокойно переговорить по телефону. Милейшая танцовщица Риммуся взяла трубку практически сразу.

— Римм, какие новости по Евгении и Филу? — как ни в чем не бывало поинтересовался Тёма.

Собеседница явно недоумевала.

— Я ведь тебя просил, найти повод рассорить Женю и ее бойфренда, — напомнил Артем, — или, может, твой супруг нашел денежное место и тебе больше не нужна наша дружба? Тогда извини за беспокойство.

Римма наконец заговорила.

— Они не встречаются, — объяснила она, — Славка себе на уме, ему Женя нафиг не сдалась. Но она только им и живет, боюсь, тут даже для Фила нет лазейки. Хоть я и не понимаю, зачем она ему сдалась…

— Сердцу не прикажешь, — хмыкнул Артем, — мы должны их свести. Филипп изменился после знакомства с твоей подругой, стал не так зациклен на бизнесе. Все-таки человек не должен жить одной работой.

— А ты прям за него беспокоишься! — усмехнулась танцовщица.

— Бывают в мире и настоящие друзья, — гордо заявил мужчина, — я звякну в конце недели. Ты ведь хитрая, что-нибудь придумаешь. Я на тебя надеюсь. Или все-таки не нужны тебе финансы?

Девушка шумно вздохнула.

— Да нужны, нужны! — она почти вспылила. — Знаешь ведь! Сейчас Никитке обследовать желудок и по неврологии проверять, а денег только на еду и кредиты. Я отзвонюсь тебе утром в пятницу.

— До связи, Риммусь, — промурлыкал Тёма.

****

Женька совсем не выспалась и ощущала себя разбитой. Да еще и головная боль разыгралась на занятии с малышней. Девушка еле дождалась конца урока и, отпустив ребят к родителям, сразу полезла в сумочку. Достала таблетки.

Тут же из маленькой черной торбочки выпала серебристая пластиковая визитка. «Филипп Борисович Чудов», — гласила надпись сверху, потом шло описание рода занятий мужчины, список телефонов, е-мейл… Женя задумчиво покрутила в пальцах стильный прямоугольник.

Филипп дал им с мамой Алей по визитке, когда они болтали в кабинете преподавательницы. Тогда девушка с легкостью взяла предмет, а вот сейчас не знала, как с ним поступить. По логике стоило выкинуть, она даже подошла к мусорной корзине. Но рука так и не отправила координаты Фила в урну. Женя задумчиво вернулась к сумочке и спрятала визитку в самый дальний карман.

Ночная жизнь в их небольшом городе в будние дни останавливалась, поэтому на работу в ночной клуб Женьке было нужно лишь в пятницу. Остаток недели прошел сравнительно спокойно.

Филипп больше не объявлялся в школе танцев. По обрывкам сведений от мамы Али Женя знала, тот постепенно исполняет данные школе обещания. Но делает это без личного присутствия. Учительнице это не мешало расхваливать внезапного мецената на все лады и без конца напоминать о нем Женьке.

К счастью, целых три дня подряд в здании школы находился Слава. Он вместе с друзьями-отделочниками занимался ремонтом пола в одном из залов материалами, которые дал Филипп. Женька имела возможность видеть любимого, пару раз они даже болтали. Рядом со Славкой девушка испытывала привычный восторг, и поцелуи с боксером казались ей эпизодом из какой-то другой жизни.

По секрету она рассказала любимому про службу на подтанцовке в «Острове». Слава оказался действительно тем тонким и понимающим человеком, каким она его всегда считала. Он не только не осудил ее работу, но и поддержал стремление зарабатывать реальные деньги.

В общем, к пятнице моральное состояние девушки совсем пришло в норму. А недавние события казались дурным сном.

Рабочий день, вернее, вечер в ночном клубе «Остров» начался немного заполошно. Аркадий, вот уже несколько лет бессменный главный администратор, уехал в отпуск. А пока молодой мужчина жарился на солнышке в другой стране, его обязанности взялась исполнять старшая по официанткам Светочка.

У невысокой остроносой блондинки явно присутствовал синдром отличницы, который, впрочем, только мешал ей навести порядок среди сотрудников. Она суетилась и нервничала, в итоге охрана над ней посмеивалась, а девочки-танцовщицы вообще не воспринимали всерьез.

— Сегодня на расслабоне, — сказала Римма Женьке, поправляя облегающее черное платье.

— В смысле? — нахмурилась Женя.

На ней сегодня были бордовые кожаные шортики и черный топ. Каштановые волосы девушка распустила, и они густой копной легли на плечи. Макияж был традиционно сценическим.

— Аркаши нет, а Светке и без нас проблем хватит, — принялась объяснять Римма, — будем выходить вместо трех по двое. А остальные пока будут отдыхать.

— Может, тогда домой пойти? — предложила Женька.

— Ага! А деньги тебе не нужны? — рассмеялась подруга. — Торчать здесь придется, факт.

Женька вздохнула. После произошедшего нападения ее не покидала тревога. Успокаивало лишь то, что в зале дежурит охранник, а в туалет она одна больше не пойдет. Да и делать нечего, нужно работать.

Хоть они и договорились подменять друг друга как обычно, но танцевать пришлось в основном новеньким. Старожилки «Острова» тусили в баре, кто-то уединялся с гостями в вип-залах. Менеджер Света действительно не имела влияние на танцовщиц, да и была занята кухней да разбором претензий от клиентов.

К разгару вечера Женька почти выбилась из сил. Она хотела попросить Риммку подменить ее, уж подруга бы не сделала вид, что не слышит. Но фигуристой брюнетки в темном платье не наблюдалось в зале.

А еще Женьке показалось, что она видела у барной стойки Славу. Мелькнул знакомый светло-русый затылок, бирюзовая рубашка с коротким рукавом. Но потом в бар нагрянула целая компания молодых парней и девушек, толпа закрыла любимого. Позже его на том месте не оказалось.

Не особенно надеясь на успех, Женя махнула рукой коротко-стриженной рыжей Софье, которая болтала с барменом. Коллега, как ни странно, кивнула и быстро зашагала к ее тумбе.

— Тебя Риммка искала, — прокричала она в ухо девушке, когда забралась наверх, — вроде сказала, идет в маленькую раздевалку. Иди, чай хоть попей с ней.

Они еще немного поизвивались на ней вместе под бурные овации танцпола. А потом Женька незаметно ушла за сцену.

Она плюхнулась на стул, отдышалась. Предательски прятаться не хотелось, но девушка понимала, если она не отдохнет нормально, то просто свалится в один момент прямо на танцующую толпу. Потому она поднялась и медленно двинулась в сторону гримерок. Там действительно можно выпить воды, съесть печенье или конфетку и даже полежать.

Женька попыталась открыть одну дверь, та оказалась заперта. Наверное, она заблудилась в местных комнатках. Девушка решила пройти чуть дальше. Да, точно, именно здесь располагалась доступная подсобка — они в прошлый раз отдыхали там с Риммой.

Уставшие ноги гудели, безумно хотелось сесть. В горле пересохло. Женька подошла к светлой обшарпанной двери, из-за нее раздавались голоса. Она точно узнала бойкий тембр подруги, второй же был более низким и приглушенным. Женя смело открыла створку.

От увиденного подкосились ноги, она бы точно упала, если бы не ухватилась за косяк. Женьке хотелось ущипнуть себя, не уснула ли она от усталости? Потому что с реальностью картина, представшая перед ее глазами, ну никак не хотела состыковаться.

Римма сидела на столе, ее платье было стянуто с плеч до самой груди, подол наоборот задран до бедер. К ней лицом и спиной к входу стоял молодой человек без рубашки. Знакомый светлый курчавый затылок…

Они страстно целовались. Пальцами одной руки Риммка впилась в его спину, другой орудовала в районе паха. От дверного скрипа парень развернулся и Женя увидела — ладонь подруги наглаживает его половой орган. Тот в свою очередь был в полной боевой готовности.

— Слава?.. — голос Женьки сорвался. — Римм?

Подруга медленно поправила лиф платья, свела ноги. На ее лице не читалось страха или удивления. Даже, казалось, промелькнула усмешка. А вот возлюбленный явно занервничал, принялся торопливо натягивать штаны. Неловко поправлял ширинку, потом метнулся к дивану за рубашкой.

— Я работать, — равнодушно заявила Римма и, не глядя на Женьку, вышла из подсобной комнатки.

Женя проводила ее стеклянным взглядом. Безусловно, она была в шоке от поступка замужней лучшей подруги, но все же ее сейчас больше интересовал Слава. Она стояла и ждала от него каких-то слов… Все ее тело пробирала дрожь.

— Жень…

Парень наконец привел себя в порядок и обратился к ней. Он взял ее за плечи, завел в помещение.

— Всё должно остаться между нами, — сообщил он бледной Женьке, — если Риммкин супружник узнает, он меня убьет.

— Тебя только это волнует? — тихо спросила девушка. — Как ты мог, Слав?

В ее взгляде, видимо, был такой укор, что молодой человек вдруг разозлился.

— А что я? — взвился он. — Римма сама была на все готова! Я здоровый человек! Не все могут обходиться без секса так, как ты!

У Женьки внутри всё сжалось.

— Почему бы тебе не завести нормальные отношения? — бесцветным голосом спросила она.

Славка запустил пальцы в волосы, тряхнул головой.

— С кем, Жень? — поинтересовался он. — Тут или честные давалки, или… Вот ты, например. Связаться с тобой, значит, взвалить на себя тяжелую ответственность! А вдруг мы не сойдемся характерами? И получится, я поматросил тебя и бросил. Если бы у тебя уже были хоть одни отношения, я бы, может даже приударил за тобой. Ты хорошенькая. Только… девственность всё портит.

Женьке было страшно и больно слушать, что он думает о ней. Она почувствовала себя ущербной. Но какие связи она могла иметь, если всеми ее мыслями владел только один человек?

— Я бы не предъявляла претензии, — сказала Женя.

— Ой, — Славка выдохнул, — ты бы, может, и нет, но окружающие! Мама в первых рядах. Сразу бы загундела, что я обижаю сиротку.

— Зачем ты так?..

Женя резко дернулась в сторону двери. Распахнула ее и выскочила в коридор. Больше всего на свете ей хотелось спрятаться от всего мира. Она быстро зашагала по коридору, вышла в фойе, направилась зачем-то в сторону администраторских кабинетов.

В полутемном узком коридорчике вроде бы никого не было, Женька остановилась, отдышалась. Внезапно раздался резкий крик.

— Где Аркаша?! Совсем не к черту сегодня сервис!

Нетрезвый голос показался ей знакомым, а когда распахнулась ближайшая дверь, Женя вскрикнула. Прямо перед ней стоял мужчина, напавший на нее в прошлый раз. Девушка даже немного забыла о Славке и его претензиях.

— Какая встреча! — ухмыльнулся гость.

Женька не помнила, как она так быстро сообразила, но уже в следующую секунду она толкнула дверь в узкую кладовую, располагавшуюся между кабинетами Светочки и Аркадия. Девушка захлопнула створку и задвинула тяжелую щеколду замка. Он был здесь старым, но мощным.

— Малышка?!

К глубокому Жениному разочарованию гость не отстал. И что вот ей теперь делать? Казалось бы, снаряд не падает в одинаковое место. Но сегодняшним вечером это правило было полностью опровергнуто. Хотя вполне возможно, пьяный хам был здесь постоянным посетителем. Еще и узнал ее.

Женя прижимала к себе маленькую сумочку и размышляла. Из всего клуба в телефоне контакты лишь Аркадия и Риммки, с другими коллегами она еще не успела обменяться телефонами. Аркаша расслабляется в морском климате. Лучшую же подругу Женька не хочет ни слышать, ни видеть.

Девушка полезла в сумочку, чтобы посмотреть, есть ли в ней хоть что-то для самообороны. Под руку попала связка ключей Риммы, в душе снова кольнула обида. Но жалеть себя было некогда, Женя рассмотрела металлические предметы. Один из них был похож на штырь.

Нападать на мужика она, конечно, не собиралась, но припугнуть этим почти шилом его можно… Женька в панике шарила по кармашкам сумки, пальцы нащупали плоский твердый предмет. Визитка Филиппа.

«Вот если бы у тебя были хоть одни отношения!» — прозвучал в голове голос Славы. Девушка задумалась на несколько минут и смотрела на белые выпуклые буквы и цифры, подсвечивая себе телефоном.

Фил дал сам себе слово не беспокоить больше Евгению и изо всех сил его держал. Не было и дня, чтобы он не вспоминал тоненькую девушку с яркими глазами. Да что там дня, и пары часов не проходило. Мысли о вкусе ее губок, дрожащем под его ладонями теле будоражило сознание мужчины.

Хотелось найти ее, где бы она сейчас ни была, взять на руки, привезти в свой дом. Убрать преграды, скрывающие от его глаз нежное девичье тело. Покрыть жадными поцелуями гладкую кожу. Довести девушку до пика страсти, а потом уверенно, но нежно избавить от невинности. Подарить ей незнакомые раньше наслаждения и самому насытиться этим лакомым кусочком.

Чтобы не сорваться, Филипп еще скрупулезнее взялся за бизнес, чем вызывал недовольное ворчание Артема. Вечерами он тренировался до такой степени, пока усталый организм не хотел лишь одного — спать. Он убеждал себя, что просто не имеет право вмешиваться в жизнь простого и светлого человечка. Что Женя будет счастлива со своим парнем, а ему, Филу, стоит забыть это помешательство. Он уговаривал себя понять, новая знакомая не его давняя любовь с милым прозвищем Белка. Хотя, признаться, думал о мачехе сейчас в последнюю очередь.

Вечер пятницы не стал исключением для нового распорядка дня спортсмена. Фил от души выложился в зале, на остатках адреналина доехал домой, принял душ и сразу прыгнул под одеяло.

Из раскрытого окна в комнату поступал свежий загородный воздух. Филипп уже закрыл глаза… Но прежде чем провалиться в сон, решил сделать свой отдых еще более комфортным. Он привстал, потянулся за мобильным и нажал кнопку сбоку.

Какое-то время Филипп занимался в Москве частными тренировками и у многих бывших клиентов остались его контакты. Звонки с просьбами об услугах сыпались часто, и почему-то многие считали своим долгом набрать Фила именно утром в субботу или воскресенье. Сейчас же мужчина хотел как следует выспаться, потому просто вырубил мобильный телефон.

****

Женя вспомнила — за стенкой ведь Светочка. Она постучала по обклеенной обоями перегородке, но звук утонул в отголосках музыки. Все здание клуба вибрировало в такт мощным колонкам. Еще и была вероятность, что администраторша просто вышла, когда недовольный клиент переключился на Женьку.

Тот все еще находился за дверью. Стучал, кричал какие-то пошлые словечки. Девушку это одновременно злило и пугало. Она вспомнила про острый пластик, который все это время сжимала в пальцах. Перерезать им горло надоедливому пьянице не вариант, но визитка действительно могла помочь. Женя вздохнула и принялась набирать номер.

Мобильный Филиппа оказался отключен. Словно в знак того, что не стоит беспокоить средь ночи малознакомого мужчину.

Женька задумалась, потом все же принялась нажимать другие цифры. Как ни крути, помочь ей сейчас может только он. Не маме Але же звонить?.. И гость продолжал бубнить под створкой.

— Филипп? — голос Жени дрогнул в ответ на его сонное «алло». Все же она его потревожила.

— Женя? — он удивился, но, казалось, не сердится.

— Да, это я, — быстро сообщила Женька, — я согласна изображать твою девушку, только… Помоги мне, пожалуйста!

В трубке послышался кашель.

— Что случилось? — мужчина встревожился. — Ты где?

От его голоса вдруг все сжалось внутри, она вспомнила их милый день вместе. Глаза защипало.

— Он опять меня поймал… я тут… спряталась, — сбивчиво объясняла она.

— Кто? — Филипп повысил голос. — Ты снова в клубе?

— Тот самый гость, — проговорила Женька, — я в подсобке возле кабинета Аркаши, закрылась. Но он не уходит.

— Так, — собеседник зло выдохнул, — я сейчас позвоню Аркадию!

— Он в отпуске, — пискнула Женя.

Филипп перевел дыхание.

— Жень, — она чувствовала, он старается говорить спокойно, — там прочный замок? Сиди на месте, я сейчас приеду. И не свети экраном телефона, чтобы он не сел.

— Хорошо! — она не сдержала всхлип.

— Я скоро, не бойся, — с напряжением пообещал Филипп.

Фил был рад одному — что у него так и не дошли руки закрыть договор с местной телефонной связью, и в доме находился стационарный аппарат. Его домашний был указан в личном варианте визитки, которую он давал лишь избранным. Он вбил в свой мобильный определившийся Женькин номер.

Мужчина за минуту натянул джинсы, футболку и кроссовки. Еще одна потребовалась, чтобы закрыть дом и сесть за руль. Внутри все кипело — вот ведь упрямая девчонка! Как бы не аукнулись ей самодостаточность и честность.

Он ей точно все выскажет, пусть обижается, ревет и делает все, что хочет! Но сейчас он должен предотвратить очередную несправедливость паскудной стороны нашего мира. А она обязательно случится, если эта открытая девушка напорется на жестокость.

Если бы он держал пари, никто бы не поверил, но мужчина домчался до заведения за десять минут. Спасибо свободной провинциальной трассе, провидению и, возможно, еще чему-то, он не задумывался. Фил быстро припарковался и решительно направился к черному зданию.

Женьке казалось, прошло уже несколько часов. Она не знала, снаружи ли гость, и проверять это не хотела. Девушка сидела на корточках у высокого шкафа и ждала непонятно чего. Позвонит Филипп или просто постучит? Она набирала его городской, значит, не факт, что у него определился ее мобильный. А, может, мужчина вообще махнул на нее рукой? Он обещал, но можно ли верить словам постороннего человека, когда самые близкие с тобой не считаются?

За тягостными мыслями она не сразу заметила светящийся экран мобильного. Звук она зачем-то выключила.

— Да.

— Жень, где ты?

Да, с незнакомого номера ее вызывал Филипп. Девушка попыталась объяснить, как добраться до ее «укрытия».

— Женя, открой.

Она сразу узнала его тембр, ринулась к двери, отперла замок. Филипп взял ее за руку и вывел на свет, девушка зажмурилась.

— Он ушел? — сразу спросила она.

— Да, — кивнул Филипп, — как только меня увидел. Идем отсюда.

Женька растерянно смотрела на него.

— Но мне нужно предупредить…

— У тебя есть здесь еще какие-то вещи? — строго уточнил мужчина.

Она посмотрела на свою сумку и замотала головой.

— Тогда уходим, — припечатал он, — и даже не думай спорить.

Девушка надула губы, но взялась за большую сухую ладонь. В конце концов хотя бы опасность отступила. Но на душе все равно было тяжело из-за поступка Риммы и Славы, обидных слов любимого.

— Спасибо тебе большое, — сказала Женька Филиппу, когда оказалась рядом с ним в авто.

— На здоровье, — усмехнулся он и накинул на нее ремень безопасности, — только не обязательно было говорить про согласие на сделку. Я все равно бы помог.

Женя нахмурилась.

— Я так сказала не из-за этого. Действительно я хочу пойти на твое предложение.

Филипп покосился на нее.

— А что изменилось?

Женька втянула голову в плечи.

— Неважно, — произнесла она, — просто… мне тоже нужны отношения. И еще… есть одно условие.

Девушка все никак не решалась озвучить мысли, которые пришли в ее голову, пока она сидела в запертой темной кладовке.

— Мм? — Филипп смотрел на нее вопросительно.

— Я хочу, чтобы ты лишил меня девственности, — выпалила она и ощутила, как ее лицо загорелось от стыда.

— Жень! — раздраженно воскликнул мужчина. — Давай рассказывай, что происходит?! С чего такие перемены?

Но она только покачала головой.

— Просто скажи, согласен ты или нет.

Лицо Филиппа помрачнело.

— Ничего я не буду отвечать, тебе нужно прийти в себя.

Женьку и правда лихорадило в теплом салоне. Сегодня все ценности, которые она так оберегала, разбились о слова Славки. Ей и прежде говорили девчонки, догадывающиеся о ее невинности, мол, парня эта особенность только отпугнет. Но она до последнего не верила.

Ей было очень страшно ставить Филиппу подобное условие. Но мужчина выглядел опытным, да и действовал на ее организм как никто другой. Возможно, с ним первый раз окажется удачным. Хотя морально ей, конечно, было горько от такой перспективы.

— Куда тебя отвезти? — Филипп перебил ее мысли.

А ведь хороший вопрос…

— Не знаю, — почти прошептала Женя.

Филипп глубоко вздохнул.

— Вы поссорились с Риммой? — спросил он.

— Да, — призналась девушка.

— Тогда переночуешь у меня, — решил мужчина.

Женька еще больше задрожала.

Добрались они быстро. Хозяин большого дома спросил, не голодна ли гостья и, получив несколько раз уверенный отказ, настаивать на еде не стал. Но все же зачем-то удалился на кухню.

Он вернулся с бутылкой и двумя низкими стаканами. В прозрачной посуде уже бултыхался лед. Филипп плеснул из бутылки в оба стакана светло-коричневую жидкость. Один протянул Жене.

— Что это?

— Из алкоголя у меня дома только виски. А тебе сейчас нужно что-нибудь выпить, чтобы не так колбасило. Выспишься и завтра будешь огурцом. Да и я что-то устал сегодня…

Женька взяла стакан и скривилась. Фил уже сделал глоток, а она все не решалась. Мужчина окинул ее взглядом и снова ушел в пищеблок. Вернулся через минуту с белой тарелкой. На ней лежали кусочки сыра.

— Давай, Жень, — скомандовал он.

Она выпила почти все большими глотками, чуть не задохнулась. Филипп тут же подсунул ей закуску.

— Уф, — выдохнула Женька.

Тепло побежало по венам, а в мышцах заиграла приятная расслабленность. Постепенно вечер начинал казаться не таким уж и плохим. Уже более осторожным глотком девушка допила остатки охлажденного напитка. Хотя горло все равно обожгло.

— Может, все-таки расскажешь, что произошло? Откуда такие предложения, и почему тебе нельзя к Римме? — спросил мужчина.

Женя закатила глаза.

— Вот зачем тебе это, Фил? — она впервые обратилась к нему так фамильярно. — Ты предложил сделку, я подумала и соглашаюсь. В итоге каждый получит то, что хочет.

Филипп окинул ее придирчивым взглядом.

— Нет, все же дуй спать.

Женьке вдруг безумно захотелось смыть с себя остатки не самого удачного дня. Она почувствовала себя грязной.

— А можно мне в душ? — поинтересовалась она, поднимаясь.

— Конечно, — пожал плечами хозяин дома, — идем, я покажу спальню для гостей и ванную.

Филипп пошел по коридору, минул кухню и остановился у какой-то двери. Женька шла рядом, ноги вдруг стали непривычно легкими. Еще ко всему прочему паркет в доме мужчины был слишком скользким, она чуть не растянулась по пути.

— Так, — Фил вернулся и взял ее за локоть, — как тебя в душевую отпускать? Упадешь там и лоб разобьешь.

Женька отрицательно покачала головой, но мужчина лишь вздохнул. Он подвел ее к двери из светлого дерева, открыл вход в ванную. Девушка вошла, и хозяин дома последовал за ней. Ей вдруг стало жарковато от того, что они вместе в довольно интимном помещении. А Филипп еще и сказал такую волнующую вещь.

— Жень, я отвернусь, а ты… сними одежду и заходи в кабину. Потом скажешь, всё хорошо, и я подожду за дверью. Не бойся, стекла снаружи не прозрачные.

Гостья посмотрела на душевую, стилизованную под дерево, со вставками из черного стекла. Сквозь них действительно ничего не было видно. В другой момент Женя бы устроила скандал от такого предложения. Но весь сегодняшний вечер, виски и те условия, что она озвучила мужчине, дурманили ее сознание.

Он, как и обещал, встал лицом к выходу. Женька видела лишь широкую мощную спину в темно-серой футболке, крепкие бедра под идеально-сидящими состаренными джинсами. Филипп был босым, и Женя отметила, что даже пальцы ног у него по-мужски красивые.

Сама она неловко стянула шортики, топ. Кинула вещи на плетеный табурет. Оставшись в черном гладком белье, она вдруг вспомнила, как в первый ее день в этом доме он снимал с нее бюстгальтер. Тогда ее трясло от страха, а сейчас мысли о его сильных руках на ее коже взволновали. Она даже покрылась мурашками и когда сняла лифчик, обнаружила напрягшиеся соски.

Ее самоконтроль и так был под угрозой рядом с этим шикарным мужчиной. А легкое действие алкоголя на организм усугубляло ситуацию. Внутри появилась смелость, а еще зрело желание. В сознании ко всему прочему всплыл вид обнаженного Фила, его крупный бархатистый пенис…

Низ живота пульсировал от возбуждения, тело ломила неудовлетворенность. Женька подумала — а что если… Ведь ей это нужно, чтобы больше не быть неопытной, и сейчас она так этого хочет… Его близости. Хоть она и не знает, что это такое и, скорее всего, будет больно. Но именно этот момент со всех сторон подходящий.

От своих мыслей Женя глубоко вздохнула, сняла трусики и быстро шмыгнула в кабину. Она была просторной и снизу выложенной приятной ступням бежевой плиткой. И вроде бы не скользкой… Но Женя думала не о том, чтобы управлять ногами. Она начала заваливаться, схватилась за стенку, сбросил с полки какой-то синий флакон.

— Жень?!

Филипп услышал шум и подошел к душевой.

— Ты там в порядке?

Черта с два она в порядке! Женька глубоко вздохнула. Он рядом, нужно было решаться… Она распахнула дверцу.

— Фил… пожалуйста…

Девушка так и не смогла озвучить просьбу, просто сделала шаг, закинула руки на его плечи и прижалась всем телом, пытаясь скрыть наготу. Внутри окончательно сбились все настройки. Осталось лишь желание, и оно жгло.

Женька старалась не думать о том, что не только физически хочет быть с ним, отдаться сильным рукам. В близости с решительным, по-своему благородным мужчиной нуждается и ее душа, раненая обидой самых родных людей. Она еще крепче прильнула к нему.

Фил попытался снять ее с себя, что-то говорил. Душевая кабина была чуть выше уровня комнаты, Женька стала почти одного роста с ним. И она не думала отстраняться.

— Пожалуйста, Филипп… — прошептала она и ткнулась губами в его губы.

— Жень! Ты этого не хочешь! — он попытался оторвать ее от себя, скользя пальцами по ее влажной спине.

— Хочу, — прошептала она ему прямо в губы.

Их глаза встретились на несколько секунд, и Женя видела, как мутнеет его взгляд. Сильные руки уже не отталкивали, а только крепче прижали девушку к мощному торсу. Он поймал ее губки, скользнул меж них языком, углубил поцелуй.

У Женьки вырвался стон, когда сильные пальцы сжали ее ягодицы. На заднем фоне сознания плескался страх, но его перекрывала всепоглощающая жажда. Хотелось слиться с ним, она впитывала его ласки и никак не могла напиться.

В несколько уверенных шагов он оттеснил ее назад в закрытое деревом пространство. Она почувствовала, как он легко приподнимает ее и усаживает на выложенный мелким гладким кафелем выступ в стене. Отсюда, кажется, она свалила шампунь. Девушка ощущала кожей прохладную плитку и горячий язык своим ртом.

Женя понимала, сейчас всё произойдет, и дрожала от страха и нетерпения. Ее пальчики впивались в стальные мышцы мужской спины. С губ все чаще слетали стоны. Меж бедер копилась горячая влага, и долбил пульс.

— Фил… — прохрипела она.

Желанный мужчина отстранился, еще раз внимательно посмотрел на нее и потянул вверх край своей футболки.

Сверху с небольшим напором лилась вода из душа, который девушка успела включить. Кабина была просторной, и потоки не попадали на них, до разгоряченных тел долетали лишь капельки, отскакивающие от пола. У Жени захватило дух, когда она увидела обнаженное тело мужчины, литые мышцы, быстро ставшие влажными от брызг и пара.

Штаны он почему-то не стал снимать и снова приблизился к ней. Вновь поцелуй — жадный, звериный, до самой глубины. Женька поняла — она распалила его страсть, и он больше не может сдерживаться. Сердце замирало в сладкой панике.

Он оторвался от губ, припал к ее шее прямо под ухом. Женя заскулила от щекочущих сильных прикосновений. Но хотела еще большего и подавалась вперед, навстречу его губам. Руками Фил лишь придерживал ее, исследуя нежную кожу горячим ртом. Засасывал, ласкал языком. Она почти теряла сознание от неведомых раньше ощущений. Настолько приятным было каждое движение его губ. А когда он спустился ниже, зажав ими сосок, девушка не выдержала и закричала.

— Больно? — тихо спросил Фил.

Она вдруг испугалась, что он очнется, оставит ее, и она умрет прямо в этой кабинке от беспощадной страсти.

— Н-нет, еще, пожалуйста… — она сама не верила, что произнесла это.

Женька не понимала, что происходит, но мужчина уже стоял на коленях и покрывал поцелуями ее живот. Большие ладони легли на ее бедра и притянули тело навстречу частым прикосновениям. Девушка выгнулась в его руках, скользнула затылком по стене душевой.

Ее парализовала неловкость, когда она ощутила его губы ниже пупка. Жадно припадая к коже, мужчина прошелся вниз, придвинул ее еще ближе к своему лицу и большим пальцем провел по самому сокровенному месту. Женька боялась дышать.

Филипп аккуратно раздвинул сочащиеся губки, приподнял кожу, открывая себе доступ к клитору. Осторожно коснулся его языком. Пощекотал чувствительное основание, и по телу девушки побежали сладостные токи. Не скончаться от стыда ей помогали остатки алкоголя в организме и та лавина возбуждения, которая накрыла ее от его опытных ласк.

Он то усиливал, то ослаблял нажим. Ладонью поглаживал ее животик, с силой сжимал бедра. Наслаждение копилось где-то внутри и все сильнее затягивало ее в свою воронку. Фил слегка засосал губами чувствительный бугорок, и от этого места по ее телу прошлась волна удовольствия. Ей казалось, она вся сокращается от долгожданного оргазма.

Женька глотала ртом воздух, ее ноги все еще лежали на его плечах. Фил еще раз прикоснулся губами к внутренней стороне ее бедра и осторожно поставил ее ступни на пол. Она посмотрела на его лицо, словно пытаясь понять, что сейчас произошло. И ведь самого главного пока не случилось… Мужчина тем временем собирался уйти.

— Фил, а как же… — она не знала, как вообще такое можно спросить.

— Тебе не хватило? — он приподнял бровь, а ее щеки вмиг охватил огонь.

— Мм… но… — она выдавала непонятные звуки. Потом тоже поднялась и уже привычно прижалась к нему.

— Жень, ты не понимаешь, чего просишь, — мягко сказал мужчина.

— Я не ребенок! — девушка раздражалась. Она накрыла губами его губы, он снова не выдержал и ответил на поцелуй. — Сделай это, пожалуйста…

Она убеждала себя — ей нужно лишиться невинности, чтобы убрать барьеры для счастливой личной жизни. В то же время на дне сознания болтались сомнения — а взялась бы она так рьяно за эту цель, будь сейчас рядом с ней не Филипп? Вопрос был слишком провокационным.

— Крошка, — его шепот опалил ухо, — в прошлый раз ты рыдала от страха при виде моего члена, а теперь хочешь, чтобы он оказался в тебе? Кого ты обманываешь и что происходит?

Женька старалась не встречаться с ним взглядом, в теле еще была слабость он недавнего оргазма, поэтому девушка держалась за плечи мужчины.

— Я не вру, — упрямо произнесла она.

— Серьезно?

Фил расстегнул ширинку и резким движением опустил ее ладонь себе на пах. Пальцами Женька ощутила горячую плоть, скрытую бельем. Размер его пениса на ощупь был еще более впечатляющим, чем когда она видела его в их первую встречу. Девушка сглотнула.

— Я не боюсь, — Женя все же стояла на своем.

— Я ведь сделан не из железа, Женя, — в голосе Филиппа появились недобрые нотки.

Он зажал ее пальчики, вытащил член и положил ее руку на него, сверху накрыв своей. Женька ахнула. Инстинктивно она ощупала ствол, покрытый нежной кожей — снизу-вверх, по складочкам, к гладкой головке. Фил промычал что-то сквозь зубы.

Не отпуская возбужденную часть тела мужчины, она потянулась к его губам, и он сам накрыл ее рот, с каким-то остервенением целуя. Языки сплелись в жарком споре. Ее пальцы все еще лежали на горячем органе, то замирая, то скользя… Фил подавался вперед, навстречу ее поглаживаниям. Сквозь поцелуй проскакивали его сдавленные стоны. Она не понимала, откуда взялась эта смелость, но ей доставляло странное удовольствие сжимать упругую плоть, дарить мужчине приятные ощущения.

Прошли минуты, и Филипп, зарычав, отстранился. Убрал ее руку с интимного места, отвернулся. Женя видела, как он содрогается. Ей казалось, всё это происходит совсем не с ней. Фил стоял под струями душа и тяжело втягивал воздух. Девушка замерла и понятия не имела, что делать дальше.

— Так, всё. Спать!

Его голос громыхнул, немного привел ее в чувства. Она выскочила из кабины и завернулась в пушистое черное полотенце, сунула ноги в огромные тапочки, которые он ей дал еще раньше. Филипп молча накинул халат и также без лишних слов указал ей на дверь спальни. Женька быстро скрылась в отведенной ей комнате.

Надевать ей было нечего, и она шмыгнула под одеяло прямо в полотенце. Потом все-таки убрала мокрую ткань, плотно укрылась. Она бы ни за что не заснула после подобного вечера, если бы не громадная усталость, остатки алкоголя и удовлетворенный организм. Уже через пару минут девушка забылась сном.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍***

Для Филиппа это был самый сумасшедший вечер последних лет. Сначала дикая тревога за Женю, паника, стремительный путь. Потом облегчение от того, что с ней всё в порядке. Удивление от ее слов, ну а потом… Единственное, за что он бы пожал себе руку, что не поддался на провокации и не осуществил непоправимого. Хоть и не устоял на сто процентов.

Что втемяшилось в ее голову, он не понимал. Женя, казалось, наплевала на все свои чувства и принципы. Чем ей так резко не угодила ее девственность?

Порция виски, конечно, внесла свою огромную лепту в ее смелость, он понимал. Плюс нервы. Девочка реально возбудилась — страсть и желание в ее глазах, влага между ног подтверждали это сполна. Но у нее как будто появилась цель избавиться от злосчастной пленки.

Фил не помнил, чтобы ему настолько захотелось доставить удовольствие другому человеку. Конечно, самолюбию льстило, когда девушки кричали под ним. Но именно нежно, осторожно подвести к сильнейшему оргазму он никогда никого не порывался. А от вида постанывающей Женьки у опытного мужчины снесло крышу. Он ласкал ее и сам словно получал ласки. Не зря потом так быстро кончил от робких поглаживаний женской руки.

Он старался не думать о том, как они завтра будут смотреть друг другу в глаза. Тем более что отпускать ее теперь он точно не хотел. Жить ей негде из-за какой-то ссоры с Риммкой, хотя он вообще не понимал, как настолько разные люди могут быть друзьями. Да и существует опасность, что, не получив результата от близости с ним, она обратится за избавлением от невинности к кому-то еще. От одной мысли об этом у Фила сжимались кулаки.

Хозяин дома долго не спал, обдумывал, как им дальше устроить их действительность. В итоге лишь под утро, получив в голове хотя бы основы плана, он прикрыл глаза.

Единственным желанием Женьки после пробуждения было исчезнуть. Лучше бы вообще, но хотя бы из дома Фила. Господи, как она себя вела! И ведь не была слишком пьяной, только чуть-чуть осмелела. Впрочем, какой там чуть-чуть…

После слов Славки она возненавидела свою девственность, а Филипп был отличным инструментом, чтобы распрощаться с ней навсегда. От такой мысленной формулировки у Женьки снова загорелись щеки — уж инструмент у мужчины был что надо.

Но почему она решила, что он захочет с ней возиться? Вот глупости. Вчера он доставил ей удовольствие, наверное, из жалости. А уж вступать с ней в полноценные отношения, учить чему-то было явно не в его интересах. В конце концов она может найти парня и в другом месте… От этой перспективы почему-то стало невероятно мерзко.

Женя шмыгнула в уже знакомую ванную и, стараясь поменьше смотреть по сторонам, натянула лежащую здесь свою одежду. Всё, теперь пора идти.

Она нашла сумочку в гостиной. Дверь, к счастью, была не заперта, и Женя спешно принялась всовывать ноги в босоножки. Ступни немного отекли, ремешки не поддавались. Девушка замешкалась.

— Как далеко ты собралась?

Женька подпрыгнула от строгого мужского голоса, который прозвучал совсем рядом.

— Мм, — она замялась, — я не хотела тебя беспокоить утром в выходной…

Женя бы скорее умерла, чем взглянула сейчас на него.

— Какая культура, Евгения, — с сарказмом заметил Фил, — бросай свои чешки и пошли завтракать.

Гостья наконец подняла глаза на хозяина дома. Филипп стоял перед ней в спортивных шортах и футболке. Выглядел он доброжелательным, но немного заспанным. Под глазами лежали круги.

— Я не хочу, — сказала она и продолжила обуваться, — я пойду…

Филипп издал усталый стон, подошел к ней и мягко толкнул на стоящий сзади нее пуфик. Женька села, и мужчина стянул с нее босоножки. Забрал сумочку, положил в черный шкаф.

— Быстро на кухню.

— Чего ты командуешь?! — возмутилась Женя.

— Пока мы не поговорим, я тебя не отпущу, — сообщил Фил, — а делать это лучше на сытый желудок.

— О чем говорить?.. — пробормотала девушка.

— Ты вела себя вчера… — начал Филипп.

— Мы же не будем обсуждать это? — сдавленно произнесла Женя.

— Я не об этом! — он напряженно произнес последнее слово. — А о твоих странных предложениях. В общем, шагом марш есть.

На завтрак уже была готова яичница с ветчиной, кофе. Филипп даже тосты поджарил, достал сыр, варенье. Если бы не жгучее ощущение стыда, Женька б умилилась. Хотя поела она все же с аппетитом. Фил тоже завтракал и также молча.

— О чем ты хочешь говорить? — спросила Женя, когда они пришли в гостиную.

Она села на коричневый мягкий диван, Филипп опустился на резной темный стул напротив.

— Почему ты просишь о сделке? И зачем тебе сексуальный опыт? — серьезно спросил мужчина.

Женя ощутила, как щекам снова становится жарко.

— Мне нужно, — буркнула она, — но я понимаю, что вчера вела себя ужасно.

Фил вздохнул.

— Жень, — он говорил мягко, но в голосе проскакивали нотки неловкости, — мы оба накануне позволили себе лишнее, и я в большей степени. Это всё нервы, алкоголь. И мы все-таки живые люди… Но мне интересно, что у тебя произошло в жизни. Куда ты сейчас пойдешь? Помиришься с Риммой?

Женя замотала головой.

— Оставайся и… будь по-твоему.

Девушка резко вскинула взгляд на собеседника.

— Ты согласен?!

Филипп, словно решаясь, кивнул.

— Да, — медленно проговорил он, — ты станешь моей якобы девушкой и будешь жить здесь.

— А насчет…

— По поводу твоей девственности мы вместе решим позже.

Женя покачала головой.

— Нет! — сказала она. — Давай договариваться сразу, или я найду…

— Хорошо! — Фил скрипнул зубами. — Я лишу тебя чертовой невинности. Только не здесь и сейчас. А когда посчитаю нужным.

Женька насупилась, но стоило признать, он предлагает лучший выход.

— Я согласна, — твердо проговорила она, — только рассказывать о ссоре с Риммой и всём остальном я не буду.

Филипп только причмокнул.

Мужчина больше не приставал к ней с расспросами, и девушка отправилась уже по-настоящему в душ. Фил дал ей свою футболку, длинную белую с изображением черных боксерских перчаток на груди. Велел быть как дома, а сам поехал за ее вещами к Римме. Женька не предполагала, что подумает подруга. Да ей было все равно. Она безумно обиделась, ведь Риммка покусилась на самое святое в Жениной жизни.

Радовали выходные, и что не нужно будет объяснять все маме Але. Для преподавательницы все же придется придумать легенду, ведь она скоро узнает, что их щедрый спонсор — Женькин «бойфренд». Об этом узнает и Слава…

Филипп позвонил Римме еще по дороге, чтобы она приготовила чемодан Жени заранее. Он уже придумал максимально правдоподобную легенду об их зародившихся чувствах. Ровную, насколько позволил его невыспавшийся мозг. Но танцовщица, на удивление, ни о чем не спросила. Словно ожидала его звонок и приезд. Может, их вчера видели выходящими из клуба?

Римма попросила Фила подняться за вещами прямо в квартиру, ее супруга дома не было. Да и какие у него могли возникнуть вопросы к жениху приятельницы жены? Хотя последняя повисла на шее мужчины, едва он прикрыл за собой дверь.

— Римма…

Филипп убрал со своих плеч полноватые белые руки. Брюнетка капризно застонала.

— Ты совсем по мне не соскучился? — поинтересовалась она.

Фил немного помолчал.

— Да мы вроде виделись недавно, — нашелся он, — что у вас произошло с Женькой?

— Ой! — Римма вздохнула. — Пошли, выпьем чаю, расскажу.

Филиппу было интересно, хотя он немного смущался нахождению в квартире профессиональной любовницы.

— А если вернется ревнивый муж? — хмыкнул он.

— Он уехал к тетке в деревню, картошку обихаживать, — спокойно объяснила Римма.

Девушка достала пузатые кружки из темного стекла, нехитрые сладости, чай в пакетиках. Филиппу не очень хотелось пить подобный напиток, но информация о Жене стоила неудобств.

— Женька летает в облаках, — танцовщица переиначила на свой лад устоявшееся выражение, — умирает, как любит сынка нашей бывшей учительницы — Вячеслава.

— А он? — быстро спросил Фил.

— Ему до нее нет дела. Она до таких лет в девочках просидела, сам понимаешь, — Римма сделала выразительное движение глазами, — теперь мало кому нужна.

Филипп приподнял брови, слушая «мудрые» рассуждения стриптизерши.

— А между вами что случилось?

Мужчина все же сделал маленький глоток кипятка, чтобы отвлечься и не высказать Римме, что он думает о ее суждениях. Ругаться с брюнеткой сейчас было не в его интересах.

— Слава ко мне приставал… — Римма опустила глаза, разглядывая чашку. — А ее принесло в подсобку. Ну и она, естественно, обиделась на меня, а не на своего обожаемого дружочка.

Фил не знал, верить Риммке или нет. Не для того, не для другого у него не было оснований.

— Ты пыталась с ней поговорить? — уточнил он.

— А смысл? — нахмурилась девушка. — Мне, может, тоже обидно. Да и что я ей теперь? Она в шоколаде… Тебе зачем-то сдалась.

Последнюю фразу танцовщица произнесла с такой досадой, что Фил понял, пора сматывать удочки. Еще не хватало ему сцены ревности от профессионалки. Она и так, даже в силу женской солидарности, не промолчала и выложила “новому мужчине” подруги информацию о ее занятом сердце.

— Спасибо, Римм, за чай, — как можно добрее произнес гость, — мне пора.

В прихожей он обулся, потянулся к черному недорогому чемодану и большой спортивной сумке, где лежали Женины пожитки. Но Риммка перехватила его руку, нежно погладила по коже.

— Заскучаешь с девственницей, звони, — кокетливо попросила она.

— Римм, да я никогда не искал какой-то сверх веселой жизни, — устало проговорил Филипп, — давай, счастливо.

— Пока, — поджала губы хозяйка квартиры.

Филлип разместил вещи в просторном багажнике джипа, но сам не спешил садиться за руль. Он открыл дверь и замер, разглядывая разноцветные детские горки вдалеке.

Теперь он понимал причины перемен в Женином поведении. Видимо, она хотела что-то доказать не оценившему ее чувства возлюбленному или стать в его глазах опытной. Филиппу стало жаль девушку, он прекрасно знал, как это — испытывать сильнейшую любовь без взаимности. Эти эмоции способны превратить в остальном умного человека в полного кретина. И бороться с ними очень трудно.

Женьку он застал в гостиной перед телевизором. Увидев хозяина дома, она немного смутилась.

— Ничего, что я включила? — девушка кивнула на широкий экран.

— Жень, — улыбнулся Филипп, — я же сказал чувствовать себя свободно. Дома ведь ты наверняка не заморачиваешься такими вопросами.

Он плюхнулся рядом на мягкое сидение.

— У меня нет дома, — пожала плечами Женька.

Женя сказала эту фразу без всяких эмоций, будничным тоном. Но внутри мужчины она кольнула сочувствием. Захотелось ласково провести ладонью по мягким каштановым волосам. Опустить пальцы на нежную щеку, повернуть ее личико к себе, впиться в губы.

Филипп тряхнул головой, понимая, какая «веселая» у него началась жизнь. Его и раньше к ней тянуло, а после вольностей прошлого вечера слетели последние барьеры. Останавливало лишь то, что она, вероятно, будет против. Да и подтачивала мысль о ее неразделенной любви к товарищу детства. Тот факт, что, собственно, из-за незнакомого Славы она и находится сейчас рядом с Филом.

— В общем, делай здесь, что хочешь, — резюмировал Филипп, — то же самое касается кухни и холодильника. Ты, кстати, есть хочешь?

Женька опустила глаза.

— Я там сделала… картофельное пюре, — она заулыбалась, — можешь тоже попробовать.

Фила еще никогда не угощали едой в его же доме, но ему было забавно.

— С удовольствием, — заверил он, — сто лет не ел домашнего пюре. Там вроде был запас сосисок на черный день. А так я вообще за здоровую еду.

— Ага, я видела в бургерной, — девушка хихикнула, — сосиски я тоже нашла. Просто ты долго ездил.

Филипп понял, Женя чувствует себя у него в доме не особенно зажато. Ему почему-то стало приятно.

— Авария попалась на перекрестке, — объяснил свою задержку он.

Женька кивнула и засмотрелась на экран. Телевизор вещал на канале про животных, в данный момент шла какая-то программа про шалости домашних питомцев. Пятнистый серый кот с короткими ушами упоительно разматывал белоснежный рулон туалетной бумаги в санузле американской семьи.

Девушка задорно засмеялась над котиком, Фил перехватил ее открытый блестящий взгляд. Господи, она еще ребенок! Хоть и двадцатидвухлетний и с такими соблазнительными загорелыми коленями. Филипп подумал, что надо бы намекнуть ей на привезенный гардероб от греха подальше. Пусть наденет хоть джинсы.

Впрочем, не только об этом он хотел сказать Жене. Филипп вертел в руках маленький черный пульт и все никак не решался начать разговор. Он так и молчал, пока она сама не повернулась к нему.

— Я тебе не мешаю? — спросила девушка. — Может, ты хочешь отдохнуть или, наоборот, сделать какие-то дела? Я пойду лучше в комнату.

Она медленно поднялась, пытаясь уловить на экране еще несколько кадров. Фил успел перехватить ее запястье.

— Жень, останься, пожалуйста, — попросил он, — ты меня совсем не беспокоишь, наоборот. Оказывается, даже приятно возвращаться в дом, где есть кто-то живой.

Женька улыбнулась.

— Почему ты не завел собаку или котика?

Она кивнула на телек, где по лужайке радостно бегал молодой песик с ботинком хозяина в зубах. Фил хмыкнул.

— Ну уж нет, — он взглянул на девушку и стал серьезным, — Римма рассказала мне, из-за чего вы поссорились.

Женин взгляд сразу потух. Фил испытал досаду, но, с другой стороны, понимал — разговор необходим. Девушка молчала.

— Я, естественно, считаю, — продолжил Филипп, — что твое вчерашнее решение было необдуманным и поспешным.

Она вскинула на него взгляд.

— Тебе больше не нужна сделка? — в ее голосе просквозили нотки, похожие на отчаяние.

Фил не смог сдержаться и все-таки взял ее за руку. Она не отняла.

— Отношения мне нужны, — он слегка нахмурился и принялся перебирать ее пальчики, — тем более, скоро день города, и Артем предлагает устроить мастер-классы, презентацию на улице. Будет отлично, если рядом со мной появится такая красивая и воспитанная девушка.

Филипп посмотрел на Женю, и та робко улыбнулась.

— Да и тебе, будем честны, нужна крыша над головой и помощь, — откровенно сказал мужчина, — единственное, что мне не нравится, почему ты ставишь на кон неразделенной симпатии свою девичью честь.

Женька тут же отняла у него ладонь и вскочила на ноги.

— Господи, Фил! — возмутилась она. — Ты выражаешься, как будто живешь в девятнадцатом веке! Мне уже давно пора было расстаться с этой… честью.

Последняя фраза прозвучала все же надломлено.

— Я не так стар, но все же кое-что повидал, — прищурился мужчина, — и поверь моему опыту — тому, кто тобой действительно заинтересуется, будет плевать на девственность! Если это будет мужчина, конечно, а не трус или искатель одноразового секса.

Женька сложила руки на груди и тяжело дышала.

— Мне не важен кто-то там, — произнесла она, — мне хватает того, что я знаю мнение одного человека.

— Оно не заслуживает твоего внимания! — повысил голос Фил.

— Ты когда-нибудь любил? — тихо и серьезно спросила Женя.

Филипп молча разглядывал большую индийскую вазу, которая стояла прямо на полу у кресла. Рыжий с позолотой предмет был одним из немногого, что Фил забрал из старой родительской квартиры.

Папа с Леной часто ездили в Индию, мачеха очень любила эту страну. Она говорила, ей нравится наблюдать контраст роскоши отелей и грязи бедных кварталов. Мол, ей становится легче жить. Правда, Филипп так и не мог понять, в чем была тяжесть ее будней, ведь отец надышаться на нее не мог.

Фил помнил, как впервые увиделся с Леной. Папа на тот момент уже много рассказывал про нее и наконец решил их познакомить. Правда, сделал это уже после того, как было подано заявление в загс. Они встретились в небольшом ресторанчике в паре кварталов от дома. Филипп как раз вернулся с очередных соревнований. Ему было пятнадцать.

Он пришел раньше, и его спокойно впустили подождать их. Парень был рослым и выглядел комплекцией на все двадцать пять. На лицо, конечно, больше восемнадцати ему дать явно было нельзя. Но находиться в заведении один, не заказывая спиртное, он уже спокойно мог.

Филипп сразу отметил красоту и грацию подруги отца, но симпатизировать ей даже не думал. У него тогда уже был опыт отношений, и даже интимных, с семнадцатилетней боксершей из клуба. И он, хлебнув девичьих капризов и истерик, объявил себя среди знакомых одиноким волком. Так что при виде Лены он лишь окинул ее взглядом и причмокнул про себя.

Отец и будущая мачеха шли меж коричневых лакированных столиков, Фил поднялся им навстречу. Стояла ранняя осень, и на худенькой Лене была короткая джинсовка, облегающие бежевые брючки и черные ботфорты. Отец тоже молодился рядом с новой пассией, сменил извечное пальто на коричневый кожаный пиджак.

Мужчина кивнул сыну, представил его Елене, потом познакомил и его с ней. Девушка сразу же всплеснула руками и кокетливо стрельнула глазами в сторону парня.

— Какой у нас уже взрослый сынок! — по-родственному воскликнула она. — Пеленки стирать не надо. Мне не дано иметь деток, будем Филю растить.

После Филипп узнает о том, что из-за глупости и школьной пьянки Лена сильно простыла и осталась бесплодной. Молодая женщина совершенно не стыдилась этого и не скрывала — всегда шутила, мол, выбрала Бориса потому, что у него уже деть готовый имелся. А прозвище Филя так и прирастет к этому рослому ребенку на все годы их совместного быта.

Сейчас же парень лишь скептически покосился на «мамочку», которая выглядела едва ли старше него. Лене тогда шел двадцать третий год, прямо как Женьке сейчас. И хоть отец Филиппа выглядел прекрасно для своих сорока трех, всегда занимался спортом, все же на его фоне Ленка смотрелась еще более юной и невинной.

Тому Филиппу, который только готовился превратиться из подростка в юношу, Лена уже спустя несколько встреч начала казаться волшебной феей. А уж, когда поселилась в их доме, и подавно. Легкая, подвижная, смешливая. Она то теребила его за вихры, то бралась подшучивать. В один момент томно спрашивала про невест, в другой привозила киндер-сюрприз из супермаркета.

Рядом с ней было тепло, солнечно, радостно. А потом как-то постепенно начало становиться жарко… Все эти годы он знал, что любил ее. Но сейчас на Женькин вопрос вдруг не захотел давать ответа.

— Я так понимаю, нет, — Женя вернула его в собственную гостиную, — тогда ты не можешь знать, что я чувствую. Просто помни, ты дал слово. Я пойду разбирать чемодан?

Она смотрела на него, приподняв брови.

— Да, Лен, конечно, — пробормотал Филипп.

Девушка просеменила мимо стройными ножками.

— Я не Лена, запомни этот факт, — крикнула она от лестницы, — а то назовешь при народе, вот и будет тебе видимость нормальных отношений.

Она укоризненно вздохнула и направилась в спальню, куда Фил унес ее вещи.

Стрелки часов показывали только девять утра, но Артем уже почти час находился на рабочем месте. Для характера управляющего базой это было странно, особенно утром в понедельник, потому остальные сотрудники на всякий случай вели себя тише воды. Хотя высокому молодому мужчине до них не было никакого дела.

Правая рука шефа ходил по самым заброшенным помещениям, щурился и собирал светло-бежевыми замшевыми мокасинами пыль. Вот ведь черт этот Гера! Знал Тёма, не стоит связываться с ним, но на выгоду польстился… Теперь вынь и положи тому мешки закопать. Да он и не зарывал их никогда. На базе полно места!

Странно, что Фила до сих пор нет. Он любитель уже в восемь обходить владения. Пожрет по фитнес-расписанию в шесть утра, чего ему дома одному делать? От воспоминания о графике начальника Артем скривился.

Неужели вышло у Риммуськи? Она позвонила ему, сказала, дело в шляпе. Но он попридержал ее «гонорар», пока не убедится сам. А ведь Филиппа реально нет на месте…

— Ты чего тут рыскаешь? — послышался бодрый смешок. Сглазил.

— Проспал что ли? — хмыкнул Артем.

— Нет, — Фил остался серьезным, — просто нужно было заскочить в одно место.

— Секреты? — Тёма приподнял бровь.

— Да никаких тайн, — покачал головой Филипп, — завозил Женьку в студию.

— О как! — Артем изобразил удивление. — И как же вы пересеклись?

Мужчины вышли в коридор и зашагали к административному блоку.

— Она теперь живет у меня.

— На правах кого? — Тема продолжил изумляться.

— Моей девушки, — усмехнулся Фил, — мы все-таки заключили сделку.

— Мм, вот что значит — вижу цель, не вижу препятствий! Молодец, старик.

Артем похлопал приятеля по плечу.

— Да я напролом и не шел, — объяснил Филипп, — просто так сложились обстоятельства. Кстати, ей бы надо работу подыскать, как-то не комильфо моей пассии в ночном клубе служить.

Тёма задумался.

— Найдем, раз нужно. А школа танцев? Да и вообще, у нее ж и так теперь доход будет идти от тебя.

— Она так хочет, — объяснил Филипп, — это было одним из условий.

— А другие? — наклонил голову Артем.

Фил немного помолчал.

— Слушай, что за расспросы? Тебе заняться нечем? Сейчас найду.

Фраза была сказана вроде шутливо, но категорично, и Артем оставил эту тему.

— А ты сегодня весь день здесь? — равнодушным тоном спросил он.

— Пока не решил, — отмахнулся Фил, — вообще надо бы в обед съездить к Жене в школу, чтоб она своей названной матери меня представила как бойфренда. Но когда — точно не знаю, она должна позвонить.

— Ясно, — пробормотал Тёма.

Если бы Женька сразу согласилась на предложение поиграть в невесту Филиппа, она бы, наверно, чувствовала себя хуже в его доме и в этой роли. Но сейчас она уже немного привыкла к мужчине, совсем перестала его бояться и даже наоборот в его присутствии чувствовала себя защищенной.

Хозяин дома создал ей самые комфортные условия для проживания у себя. Отдельная комната с большой удобной кроватью, просторный шкаф и даже своя ванная. В его особняке было два санузла, один выходил из его собственной спальни. Второй, в который Женя не могла входить без смущения, был в полном ее распоряжении.

Филипп ни в чем ее не ограничивал, не делал замечаний и даже ел ее еду, которую она готовила на выходных. Единственное — он запретил ей появляться в «Острове».

Его можно было понять, какой имидж ему создаст девушка из подтанцовки? Пока ее никто толком не знал, а вот когда увидят их вместе, а потом ее на тумбе — могут поползти слухи. В то же время Женьке не хотелось уж совсем расслабляться и сидеть без работы. Да, сейчас у нее есть и крыша над головой, и не нужно тратиться на продукты. Кроме того, Фил будет помогать школе танцев и переводить кое-какие суммы на личный Женькин счет. Вот только надолго всё это? Вдруг он решит, что расходов больше, чем проку? Найдет реальную невесту, а ее попросит вон. Тем более, он без конца называет ее какой-то Леной…

При первой встрече на эту оговорку было наплевать. А вот когда мужчина несколько раз ошибся в ее имени в эти субботу и воскресенье, внутри девушки поселился червячок обиды. Конечно, это была не ревность! Женька ручалась. С чего ей испытывать собственничество к постороннему человеку? Такой факт Женя полностью исключила в своей голове, но все же решила не доверять словам Филиппа полностью. И выдвинула условие о работе.

Но это все-таки были дела будущие, а сегодня предстоял разговор с мамой Алей. Касательно преподавательницы, перед Женькой встал выбор — соврать ей или заставить ее прикрывать их фиктивную пару перед общими знакомыми. Ни то, ни другое Жене делать не хотелось, но было необходимо. А во втором варианте примешивалось еще и то, что Алла Григорьевна начнет волноваться за воспитанницу, без особой радости станет принимать помощь школе от Филиппа. Поэтому Женя и Фил решили слукавить перед директрисой школы танцев.

Они договорились сказать, что знают друг друга несколько лет. Их познакомили в Москве общие друзья-земляки. Они пробовали встречаться, потом не сложилось, а сейчас в родном городе чувства вспыхнули вновь… Мама Аля, как романтичная натура, должна была легко поверить в историю. К чувствам Женьки в сторону своего сына она почему-то никогда не относилась серьезно.

Женя позвонила Филу, как только увидела свой график занятий. Они условились встретиться в школе в полдень. Пообщаться с Аллой Григорьевной, а потом вместе посетить знакомую им бургерную. Женька вдруг подумала — странно, у них уже начинают появляться добрые традиции. Внутри кольнуло осознание, как же мало у нее в жизни таких теплых моментов. И даже с немногочисленными друзьями в последнее время одни ссоры.

Хорошее отношение Фила могло заставить ее воспринимать мужчину как старшего друга или брата. Если бы не их сделка, и самое главное, те интимные моменты, которые были между ними. Женька старалась думать, что минуты в душе ей приснились, что во всем виноват алкоголь.

Но она отчетливо помнила сильные руки на своем теле, уверенный язык на чувствительном сокровенном месте. Не забыла она, как разлеталась на мелкие частицы от его ласк и накрывшего ее наслаждения. Как обнимала, целовала его и будила в нем страсть. А впереди еще маячило осуществление самого главного условия для нее — потери невинности. И уж эта перспектива вообще никак не стыковалась с родственными чувствами к шикарному спортсмену.

Алла Григорьевна пришла в шок от новостей о «романе» ее Женьки и щедрого спонсора, которого она уже практически боготворила. Но кроме как радости, ничего этот факт у женщины вызвать не мог. По секрету она шепнула Филу, что много молилась, чтобы судьба послала девочке хорошего надежного человека. Тут уже пришла очередь Жени изумляться и закатывать глаза.

Но в целом разговор прошел нормально, и молодые люди уже приготовились отправиться поесть. После Женька планировала сесть и обзвонить прежних учеников школы, которые делали перерыв в занятиях. Пригласить их на обучение вновь. Возможно, получится хоть немного поправить дела студии. Фил же собирался вернуться на базу.

Они уже почти покинули старое здание, как на другом конце коридора раздался голос Аллы Григорьевны.

— Филипп! — звонким моложавым тембром позвала женщина. — Подождите минутку, я так хотела показать вам ремонт в зале. Паркет, на который вы дали материалы почти починили! Взгляните хоть глазочком.

Отказываться было явно неудобно, и мужчина кивнул Женьке на проход.

— Идем?

Та в согласии качнула головой и потелепалась за ним. Если честно, ей уже прилично хотелось есть, а дифирамбы от мамы Али в сторону Фила могли затянуться. Поэтому шла Женька за спутниками без особого энтузиазма.

Она лениво шагнула в открытую Филом дверь, и ее сразу охватило волнение. На широком подоконнике одного из окон старого зала сидел Слава. Его друзья доделывали паркет в углу, а парень копался в смартфоне. Услышав их шаги и голос матери, Славка сразу поднял голову.

— Вот, смотрите, Филипп, какая красота! — радостно воскликнула Алла Григорьевна.

Фил оглядел светлый ровный пол.

— Да, симпатично, — сказал он, — ребята — молодцы.

— Ой, да если бы не вы! — мама Аля захлебывалась от восторга.

Женька напряженно замерла в дверях. Филипп заметил перемену ее настроения и подошел ближе.

— Всё в порядке? — тихо спросил он, пока преподавательница отвлеклась на разговор с парнями.

Женька только поморщилась. Вроде она и хотела, чтобы Слава узнал о ее «связи» с Филиппом, но, когда они все вместе оказались в одном пространстве, растерялась. Она украдкой поглядывала на возлюбленного, а тот что-то увлеченно доказывал матери.

— Филипп! — Алла Григорьевна снова вспомнила про обожаемого гостя. — Познакомьтесь с моим сыном Вячеславом.

Славка одернул стильную клетчатую рубашку и вместе с преподавательницей подошел к Женьке и Филу. Девушка не знала, куда деть глаза. Правда, она не замечала, что Славе до нее нет никакого дела.

Мужчины обменялись приветствиями, пожали руки. Женя, наконец, решилась посмотреть вперед и поймала внимательный взгляд Фила. Мужчина прищурился и тут же по-хозяйски обнял ее за талию.

— Вы тоже занимаетесь танцами? — спросил Филипп у Славки.

Женька даже немного забыла про любимого, потому что Фил начал вести себя странно. Властным движением он сгреб ее в охапку и прижал к себе. Она помнила, что им нужно изображать пару, но что он будет это так откровенно демонстрировать, не предполагала. Мужчина крепко держал ее за плечи, щекой она оказалась прижата к его груди.

Жест был приличным и даже милым, у мамы Али чуть ли не увлажнились глаза. А Слава все же уронил челюсть и смотрел на них с полным удивлением.

— Я фотограф, — отмер он.

— Мм, интересно, — Филипп уже перебирал волосы девушки, — мне могут понадобиться услуги профессиональной съемки, если все же дойдут руки заняться новыми рекламными буклетами. Визитку дадите?

Женьке хотелось больно ударить спортсмена в бок. Ну или ущипнуть хотя бы. Чего он придумал?! Других людей с фотоаппаратом в городе что ли нет? Но все, что она могла, лишь сжать губы.

— Даст, конечно! — встрепенулась Алла Григорьевна. — Слав!

Возлюбленный Женьки быстро вышел, видимо, картонки с его координатами лежали в черной сумке, которую он обычно носил через плечо. А личные вещи он прятал в кабинете у матери. Сама же Алла принялась объяснять работающим ребятам, где можно взять еще плинтус. Женя, наконец, смогла обратиться к Филиппу.

— Ты что творишь? — прошипела она, пытаясь вывернуться из больших рук.

— О чем ты, дорогая? — Фил сказал фразу в меру громко, но так, чтобы все услышали. И сразу же девушка почувствовала на щеках его ладони, а на губах требовательные мужские губы. Получился медленный романтичный чмок, который из всех присутствующих увидел только вернувшийся Слава. Ну, Филипп!

Женя высказала всё мужчине по дороге в кафе.

— Не понимаю твоих возмущений, — спокойно ответил Фил, — ты ведь сама хотела продемонстрировать ему, что у тебя уже есть отношения. Я тебе по сути помог. Так где благодарность? Он тусовщик, и сейчас будет везде трепать о нас — это всем выгодно!

Женька молча сопела, как ни крути, Филипп был прав. Быстро же сообразил! Все равно она была в шоке.

— А зачем тебе его услуги? — задала последний вопрос Женя.

— Мне реально нужна съемка для рекламы, — пояснил Фил, — вообще я люблю окружать себя своими людьми. У Вячеслава милейшая матушка, ты его обожаешь. Вполне возможно, он славный малый. Хоть в некоторых моментах наши с ним мнения и расходятся.

Филипп подарил Женьке медленный взгляд, и ей показалось, в глубине темных глаз мелькнул недобрый огонек. Но спорить дальше она не стала, они уже дошли до бургерной, и Женя отправилась исполнять свою обязанность — занимать их столик у дальнего окна.

Женька смотрела на спину Филиппа, который в светлой футболке стоял в хвосте очереди, и вдруг поймала себя на мысли, что ей польстило изумление Славы. Тот совсем недавно раскритиковал ее жизненные позиции, а сегодня с ней рядом был такой мужчина, как Фил. Она вдруг с удивлением поняла, что объективно Славка не дотягивает до ее нового «бойфренда».

Филипп выглядел очень по-мужски представительно, уверенно, но без надменности держался. Да и добился кое-чего в жизни. Причем не просто был мажором, а реально с удовольствием и успешно занимался своим делом. Все эти качества вызывали у Женьки странное восхищение.

Для нее было в новинку оценивать представителя противоположного пола именно как мужчину. В парнях она обычно ценила легкость, чувство юмора, родную душу. Больше любовалась улыбкой, чем фигурой. Считала плюсом способность поддержать разговор, а насчет решительности, умения брать на себя ответственность даже не задумывалась. На примере Фила она впервые наблюдала так близко достойные качества взрослого мужчины.

Но как бы ни хорош был Филипп, все равно их связь — фальшивка. Подумав об этом, Женька вдруг погрустнела. Она и сама удивилась этим эмоциям, ведь ей сейчас стоило только радоваться, все идет по ее плану. Слава увидел, что она в отношениях, скоро она лишится преграды в виде невинности и будет полностью подходить для романа с любимым. Однако настроение все же стало паршивым.

Даже вкусный гамбургер лишь ненадолго отвлек девушку от нелогичных, но тягостных выводов. Филипп пытался завести с ней разговор то о вариантах работы для нее, то о новых идеях в поддержку школы танцев. Женька отвечала вяло, иногда невпопад.

— Ты нормально себя чувствуешь? — не выдержал и спросил Фил, когда они вышли из кафе.

— А? — встрепенулась Женя. — Да, всё хорошо.

— Чем планируешь сейчас заняться? — продолжил вопросы спутник.

Женька пожала плечами. Обзванивать людей вдруг перехотелось. Как она сможет их завлечь, когда сама ощущает себя подавленной?.. Бывшие клиенты подумают, в школе совсем дела идут уныло.

— Даже не знаю, — ответила девушка Филиппу.

— Если у тебя нет уроков, — тот повеселел, — предлагаю съездить со мной на спортивную базу. Во-первых, помелькаешь там — пусть сотрудники тебя увидят. И потом, присмотришься к площадке, может, запустим танцевальные занятия для взрослых или даже детей. К нам многие приезжают семьями.

Женя прищурилась. Вообще она хотела независимости от Филиппа, а работа на территории его бизнеса ну никак не относится к такому варианту. Но настроение так предательски повысилось от его предложения, что девушка, не отдавая себе отчет, радостно согласилась.

— Поехали! Очень интересно.

Увиденное Женьке понравилось. Вокруг все было устроено просто и понятно, без лишнего пафоса. При этом было заметно качество в отделке помещений, оформлении уличных спортивных зон, оборудовании. Видно, Фил не экономил попусту на материалах, тренажерах и сотрудниках, которые обслуживали территорию.

Девушка любила и спорт, и природу. Она сразу почувствовала себя как дома на этом загородном островке здоровья. Гостей здесь было не так много, ведь в разгаре будний день. Но все же кое-кто бегал, несколько пожилых женщин, пользуясь пасмурной прохладной погодой, прогуливались с лыжными палками. В тренажерном зале тоже находились клиенты.

— Как тебе? — спросил Филипп, когда они закончили экскурсию.

— Здорово! — девушка ответила искренне.

— Не скучновато по сравнению с «Островом»?

— Ой… — Женька нахмурилась.

Конечно, атмосфера здесь и в ночном клубе небо и земля. Только что хотел сказать своим вопросом Филипп? Намекает, что нормальный образ жизни для нее не интересен, и она ищет быстрых развлечений? Женя не знала, как реагировать.

— Прости, глупая шутка, — пришел ей на выручку Фил, — на самом деле здесь тебе будет гораздо лучше.

— Посмотрим, — сказала Женя и с удовлетворением заметила растерянность на лице боксера.

Так ему, а то расшутился. Она не забыла, при каких обстоятельствах они встретились. Из того самого «Острова» Филипп заказал себе случайную девочку. Тоже далековато от здорового досуга. Хотя регулярный интим, говорят, полезен для самочувствия… Женькины мысли зашли далеко, и зачем-то в сознании вновь всплыл их вечер в ванной. Ух! К щекам вновь подступал жар, глаза впились в крепкие ягодицы шедшего впереди спортсмена. Девушка старательно искала другую тему для размышлений.

— А там что?

Она указала рукой на небольшую пристройку к основному зданию. Квадратное строение имело отдельный вход.

— Здесь было подобие дискотеки в старом детском лагере, — пояснил Филипп, — кстати, можешь взглянуть, если понравится, оборудуем там танцевальный зал. Вроде, помещение как раз подходит, и много ремонта не нужно, чисто.

— А ты не пойдешь со мной? — удивилась Женя.

— Я совсем забыл про один важный звонок в столицу, — виновато произнес Филипп, — супруга приятеля разработала линейку спортивной формы для моих тренеров. Ну и клиентов, которые захотят приобрести. Необходимо еще обсудить некоторые нюансы.

— Понятно, — протянула Женька.

— Но ты все же сходи, оцени. Да и вообще погуляй, здесь безопасно.

Фил улыбнулся ей и направился к главному входу в здание. Женя послушалась и тоже зашагала к цели.

Девушка ступала по светлой каменистой дорожке, выложенной среди газона. Ее обдувал приятный прохладный ветерок, и, хоть и не было солнца, на душе было светло. Она с интересом послушала о планах Филиппа и даже начала с нетерпением ждать выхода его спортивной коллекции. Женька ловила себя на том, что ей очень нравится всё, что сейчас вокруг нее происходит. Думать, что это временно, не хотелось. Может, даже по окончании сделки Фил позволит ей здесь работать?

С улыбкой она дернула круглую ручку на деревянной двери. Ей почудилось, она слышит шорох, но придавать значение этому Женька не стала. Возможно, отголоски шагов или других звуков доносятся из основного здания.

Она прошлась по коридору и увидела двойные массивные двери. Скорее всего, это и был зал, судя по длине стен между этим входом и другими. Женя резко открыла одну из створок, ожидая увидеть пустое запыленное пространство.

— Кто тебе разрешил сюда зайти?

Девушка почти подпрыгнула от неожиданности и грубого тона, которым задали вопрос.

— Я… эм… Мне Филипп разрешил, — по-детски объяснила Женя.

Прямо перед ней стоял высокий молодой мужчина с хвостиком из русых волос на затылке. Когда Женька только вошла, он как будто ремонтировал пол — стоял, согнувшись. Однако этот сотрудник был одет в чистую и модную одежду, наверняка дорогую. Клетчатая бирюзовая рубашка с коротким рукавом, светло-серые узкие штаны, новая обувь.

— Если хозяин базы и попросил вас чувствовать себя здесь свободно, это не значит, что нужно заходить в помещения, не предназначенные для клиентов, — сухо пояснил собеседник Жени. Но хотя бы перешел на вы.

Женька смотрела на него и заметила странное противоречие. Мужчина старался говорить строго и надменно, но выглядел, как нашкодивший подросток, которого застали за курением или другим плохим поступком.

— Я не клиент, — пожала плечами Женя.

Она не знала, как представиться, и уже пожалела, что отправилась смотреть зал одна.

— Петровский, ты чего возмущаешься?

Они оба повернулись на звук мужского голоса. В старое танцевальное помещение вошел Филипп.

— Это же девушка, тон сбавь, — посоветовал он своему сотруднику.

Фил подошел к Женьке ближе и погладил ее по спине.

— Я не хамил, — отрезал Артем, — просто не понимаю, что в хозяйственных постройках делают посторонние.

Филипп усмехнулся.

— Какой ты щепетильный, — заметил он, — меня вот больше интересует, почему здесь торчишь ты, когда кухня тебя обыскалась. Им сегодня привезли прокисшее молоко, а про творог вообще забыли. Разобрался бы, может? И, кстати, познакомься — это Женя. Наш будущий преподаватель танцев и моя девушка. А это Артем — мой управляющий и давний друг.

Брови Артема взлетели вверх, но он быстро вернул себе видимость самообладания.

— Ну передо мной можете не разыгрывать счастливую любовь. А насчет студии танцев мог бы посоветоваться, на мой взгляд, не слишком рентабельное направление для нас…

— Не понимаю, о каких играх ты говоришь, — в голосе Филиппа появились нотки стали, — и не советую тебе продолжать эту тему вслух. Насчет выгоды — разнообразие еще никому не вредило. Особых затрат не нужно, начнем, а там посмотрим.

— Ты хозяин, тебе решать, — процедил Артем.

— Ну и ладненько, — спокойно поставил точку Фил, — насчет Жени, думаю, тоже все вопросы отпали. А вот проблема с сырьем в кафе по-прежнему стоит остро и ждет твоего активного вмешательства. А мы тут погуляем еще.

Артем ничего не ответил, поднял голову и зашагал на выход. Филипп взял Женьку за руку.

— Как тебе зал? — спросил он. — Подойдет.

Женя нахмурилась, ее сейчас занимали другие мысли.

— Артем — твой хороший приятель? — спросила она.

— Да, — в голосе Фила просквозило удивление, — не обращай внимания, теперь он будет вести себя с тобой нормально. Он часто высокомерен, когда считает, что человек ниже его по статусу. Такой характер.

Девушка прищурилась.

— Он испугался, — сказала она, — когда я зашла сюда.

— Не ожидал, наверное, — пожал плечами Филипп.

Женя покачала головой.

— Он что-то здесь делал и не хотел, чтобы его видели.

— С чего ты взяла? — улыбнулся Фил.

— Мне показалось, — задумчиво произнесла Женька.

— Да ладно тебе! — отмахнулся мужчина. — Тёма нахамил тебе, вот ты и видишь в нем злодея. Вы друг к другу привыкнете. Идем, я покажу, где можно сделать раздевалки для тех, кто придет на танцы.

Филипп еще немного поводил Женьку по базе, и к ней вроде бы вернулся положительный настрой. Мужчина недоумевал, с чего так взвился Артем — ведь он всегда был только за их сделку. Хотя в плане трат управляющий тоже постоянно жадничал. В итоге расстроил девушку, да еще вызвал у нее какие-то странные подозрения.

Сам же Фил обрадовался, что Женя восприняла предложение поработать на базе нормально. Отпадала нужда искать для нее приличное место, да и так она будет находиться под присмотром. После ее приключений в ночном клубе Филиппу почему-то не хотелось отпускать ее работать в незнакомые места.

В своих личных планах на Женьку мужчина до конца так и не мог определиться. То она навевала ему Лену, и сердце щемила тоска по мачехе. То наоборот демонстрировала, насколько они разные, и Фил задумывался — а чем тогда, собственно, Женя отличается от всех остальных девушек, с которыми он старался не начинать серьезных отношений?

Вместе с этим, с ней было интересно и к ней тянуло физически. Он не мог отказать себе в мимолетных прикосновениях — взять за нежную руку, скользнуть ладонью по стройной спине или талии. А искусственный поцелуй в танцевальной школе мужчину не на шутку взволновал. Хотя эмоции в студии вызвало не только это.

Только Филипп знал, чего ему стоило сохранить видимость спокойствия от вида Жениного возлюбленного. Справедливости ради Фил признавал — Вячеслав ничем не хуже толп парней на улицах городка, и никакого презрения не заслуживает. Но Женькина реакция на него взбесила. Она так смутилась и потерялась в его присутствии, хотя, судя по тому, что о нем слышал Филипп, он не то что глубоких чувств, а даже симпатии ее не заслуживал.

Фил вдруг остро захотел, чтобы девушка выкинула из головы неумного возлюбленного и была счастлива. А так как Женька пока упрямо убеждала сама себя в великой любви, хотя бы просто показал Славе, что у нее все хорошо.

У объятий и поцелуя в танцзале была и еще одна цель. Так Фил заявил свои права на Женьку и намекнул Вячеславу, что место рядом с ней конкретно занято. Пока, на счастье, парень не строил планов на отношения с влюбленной без памяти Женей, но мало ли, что пришло бы ему в голову дальше.

Ко всему прочему Филипп захотел, чтобы Слава пока крутился у него на виду. Потому предложил ему сотрудничество по фоторекламе.

Филипп с детства был одиночкой, и для него оказалось в новинку, что рядом с ним постоянно кто-то присутствует. Но компания Женьки совсем не напрягала, и хоть они провели вместе почти весь день, дома Фил сразу предложил ей после ужина посмотреть вместе какое-нибудь кино.

Женя выбрала вариант комедии, Фил и сам был не против. Пока девушка принимала душ, он нашел вариант без пошлостей из ленты новинок. Открыл окно, чтобы впустить вечерний загородный воздух. Женька присоединилась к нему через двадцать минут.

На ней красовалась белая футболка и спортивные голубые шорты. Их нельзя было назвать неприлично короткими, но обзор на стройные ножки они открывали неплохой. Филипп стиснул зубы от желания провести ладонью по шелковистой коже. А когда Женька плюхнулась на спину в подушки и случайно продемонстрировала животик из-под задравшейся майки, Фил с силой надавил на пульт. Нужно скорее отвлечь свое внимание фильмом.

Комедия оказалась вполне динамичной, они с интересом смотрели, смеялись. Филипп наслаждался теплым вечером в приятной, хоть и волнующей, компании, и совсем забыл, что обещал еще раз созвониться с Лизой, когда она вышлет исправленные эскизы спортивных моделей для клуба. Но тут герой кинопремьеры случайно угодил на модный показ, и Фил вспомнил о незаконченном деле. Он извинился перед Женей.

— Я быстро, — заверил мужчина.

— Без проблем, — ответила его гостья.

Филипп действительно не потратил много времени и в очередной раз с усмешкой подумал, что жена Шевцова, его приятеля по карточному клубу, куда интеллигентней и приятнее самого Тимура.

По пути в гостиную хозяин дома зашел на кухню, захватил с собой пару стаканов яблочного сока, который любила Женька. Медленно, чтобы не расплескать, он двинулся в большую комнату.

Женя стояла у высокого шкафа, располагавшегося сбоку от телевизора. В основном он был забит книгами. Фил забрал многие издания из старой квартиры отца, рука не поднялась их выбросить. Что-то покупал сам, что-то дарили. У Женьки в руках как раз был такой презент. Филипп почувствовал, как его ноги становятся ватными.

— Остров сокровищ! — восторженно произнесла она. — Я не дочитала в детстве, кто-то из ребят забрал книгу, пока я спала. Можно я возьму на время? Сто лет ничего не читала…

Она повернула на него светящееся от радости личико, но Фил на этот раз не умилился ее детским эмоциям. Единственным желанием было отнять у нее предмет. Но руки занимали стаканы с соком.

— Положи на место, Жень, — он не задумывался о вежливости.

Она нахмурилась и поспешила выполнить приказ хозяина вещи. Торопливо открыла дверцу шкафа, резко дернула рукой и чуть не уронила книгу. Издание она подхватила, но вот из него выпало то, что Филипп бы никогда не хотел показывать своей гостье. В этой книге он хранил единственную фотографию Лены.

Цветная карточка медленно пикировала на темный паркет.

Филипп уже придумал пару вариантов объяснения, почему Женька сейчас увидит на фото своего двойника. Одно бы звучало так — из-за удивительного сходства новой знакомой и мачехи Филипп проникся к Женьке доверием. Потому и предложил именно ей сделку на отношения. Во втором случае мужчина просто бы ушел в несознанку и заявил, что не видит никакой похожести между Леной и Евгенией. Впрочем, имя жены отца он на всякий случай решил не произносить.

Но Филу не понадобился ни один сценарий, фотография к его огромному облегчению упала белой стороной вверх. Мужчина быстро поставил стаканы на низкий черный столик, бросился к снимку. Поднял и засунул в задний карман.

— Прости, я хватаю всё без спроса, еще и разбрасываю, — смутилась Женя, — я пойду в спальню.

Филу стало неловко. Из-за собственного испуга он повел себя с девушкой резко и расстроил ее.

— Это ты извини, — произнес он и постарался улыбнуться как можно добрее сквозь напряжение, — останься, пожалуйста. И книгу можешь взять. Если честно, я думал, там могут быть остатки гербария со школьных лет. Весь пол был бы в мелких сухих листьях.

Женя наконец выдохнула.

— Наверное, его выкинули, — предположила она.

— Ну да, столько времени прошло, — хмыкнул мужчина, — я тоже давно не заглядывал в книги. Все время работа или спорт. Забирай «Остров сокровищ» и давай досматривать комедию. Кстати, пей сок.

Женька аккуратно открыла шкаф, взяла желанную книжку. Положила ее на столик, взяла в руки стакан. Но пить не спешила.

— Филипп, — начала она, — что ты все же решил… ну… с тем пунктом нашего договора.

Фил догадался, она опять завела пластинку о девственности. Видимо, встреча со Славой снова разбередила ей душу. Филипп ощутил, как внутри рождается злость. Он понял, если сейчас состоится серьезный разговор, он просто не выдержит и выскажет ей все, что думает об этой слепой любви.

— Жень, у нас впереди полгода, — с улыбкой напомнил он, — хотя я, конечно, понимаю, нахождение вблизи такого мужчины как я, делает тебя нетерпеливой.

— Чего?! — девушка задохнулась от удивления.

— Того самого.

Филу вдруг безумно захотелось заставить ее трепетать от смущения и возбуждения, вытеснить из головы мысли о жертвах в пользу горе-возлюбленного. Он медленно подошел к ней и забрал из пальчиков стакан.

— Признайся, Женя, — прошептал он ей на ухо, — претензии парня — всего лишь повод. На самом деле ты хочешь провести со мной ночь…

— Я?!

Фил вернул сок на стол, а свои ладони опустил на талию девушки. Притянул изумленную Женю к себе и накрыл ртом ее приоткрытые губки. Что это был за порыв, он и сам не понимал. Но он почувствовал жар во всем теле от вкуса ее поцелуя. Грудью он ощущал, что девушка пытается вырваться. Скользнул глубже языком, чуть прикусил нижнюю губу.

Через несколько секунд она уже отвечала. Беспорядочно и еще так неопытно, но горячо. Он прижал ее бедра к своим и ощутил, как подступает возбуждение. С большим желанием он прямо сейчас выполнил бы ее главное условие. Расправился бы с ее девственностью и всю ночь рядом с ней дарил и получал наслаждение. Но все же с неохотой он оторвался от ее ротика.

— Так я прав, или ты готова немного подождать? — приподнял бровь Филипп.

Женька метнула в него убийственный взгляд своих чудесных глаз, но ничего не сказала. Она схватила стакан и выпила половину залпом. Потом забралась на диван, обняла подушку и кивнула на экран: — Включай.

Фил засмеялся, взял пульт и последовал ее примеру.

Уже прошла неделя с тех пор, как Римма оказала услугу хитроумному Артему. А тот все не спешил в «Остров» с расчетом. Танцовщица уже всерьез опасалась, что парень кинул ее, и мало того, что она осталась без денег, так еще и лишилась красивого и платежеспособного Филиппа. Да и Женьке судьбу устроила.

На самом деле она не желала зла подруге, просто ее опыт и жизненные принципы подсказывали — в первую очередь нужно делать лучше себе. А с тех пор, как Фил приметил Женю, их приятные и полезные финансово для Риммки встречи сошли на нет.

В четверг клуб посещали мало. Развлекательной программы не было, тянулись лишь те, кому не терпелось начать расслабляться в конце недели, и завсегдатаи, которым просто нечем было больше заняться. Римма бы, возможно, не пошла сегодня в заведение, но внутри теплилась надежда на появление Тёмы и ее гонорара.

Девушка лениво пила коктейль в баре, гипнотизировала взглядом вход. Внезапно в дверях показалась знакомая фигура, правда, это был не Артем. Молодой человек подошел к танцовщице, примостился рядом на высокий стул.

— Привет, — поздоровался он.

— Привет, Славочка, — ответила Римма, — деньгами разжился или просто посидеть пришел?

— Заказов мало, — проворчал фотограф и показал бармену на дешевое фирменное пиво, — лето — мертвый сезон.

Римма ухмыльнулась.

— У тебя каждое время года неживое. Активней надо быть, клиентов искать.

Риммка обожала давать советы, как нужно правильно жить и зарабатывать. Поэтому с упоением принялась развлекать себя этим занятием, раз уж рядом такая удобная жертва. У инфантильного и ленивого Славы явно не найдется аргументов, чтобы закрыть ей рот.

— Так-то у меня крупный клиент наклевывается, — заявил молодой человек.

Римма опешила.

— Кто?

— Бизнесмен, — важно сообщил Вячеслав, — у него своя спортивная база, хочет рекламу на бумаге выпускать. Требуется фотосъемка.

Танцовщица изумленно покачала головой.

— Где же ты его выцепил?

Славка отхлебнул пиво, которое перед ним только что поставил бармен.

— Ты знаешь, Женька мужика завела?

Римма напряженно выдохнула.

— В курсе.

— Так вот, — Слава не заметил ее недовольства, — я как узнал, офигел, вот тихушница! Но не суть. Этот Филипп как раз и предложил мне сотрудничество, мы с ними в школе у мамани пересеклись. Визитку взял.

— Ой, — засмеялась Римма, — мало ли, чего взял. Может, уже выкинул.

— Настроен он серьезно, — не поддался на провокацию фотограф, — нет, ну ты смотри, а Женька-то? Не растерялась! Хотя все равно любит только меня…

Римма покосилась на парня.

— Рядом с Филом и разлюбит, хотя… — она поближе придвинулась к Славке. — А ты воспользуйся ее симпатией!

— В смысле? — молодой человек.

Риммка закатила глаза.

— Пригласи ее куда-нибудь. Посидеть, вспомнить детство. Сам попроси словечко за себя замолвить. А если поцелуешь, она вообще хоть что для тебя сделает.

— С чего мне с ней целоваться? — хмыкнул Слава.

— А с того! — повысила голос Римма. — Это раньше Женька была бедная сиротка, а теперь она как сыр в масле катается. И если постараешься, то и тебе вкусненького перепадет.

Собеседник хитроумной девицы только хлопал глазами. Они даже не заметили, что уже были не одни.

— Риммусь, заканчивай консультацию. Пошли, перетрем.

Риммка чуть не подпрыгнула от радости, к ним сзади подошел Артем. Девушку накрыл восторг, а ведь вечер начинался так уныло! Зато сейчас она направила увальня Славу на путь вреда отношениям Филиппа и Женьки — пусть собьет с толку глупышку, а Фил быстро выгонит ее вон. Да еще и Тёма пожаловал с деньгами!

— Бегу, Тёмочка, — пропела танцовщица.

Они поднялись на балкон для випов. Артем заказал коньяка и, когда высокая официантка ушла, кинул на столешницу белый конверт.

— Не знаю, каким образом, но ты сделала свою работу отлично, — кивнул он.

— Всё оказалось проще простого! — с радости откровенничала Римма. — Славка мне помог.

— Кто это? Он в курсе? — встрепенулся Тёма.

— Нет, — успокоила собеседника девушка, — он до сих пор думает, что так сильно возбудил меня своим запахом, что я не смогла держать себя в руках. Это парень, с которым я сейчас сидела в баре, именно его так любит Женечка. Вот она и увидела наши вольности в гримерке, от того и психанула.

— А ты интриганка, Риммуся, — заметил Артем, — и что же этого парня так легко сбить с толка?

— Он привык сидеть под крылом у родителей, — пояснила Римма, — жизненного опыта ноль. Да и какая тебе разница? Главное результат!

— Любая информация может пригодиться.

Тёма опрокинул рюмку и задумчиво посмотрел вниз на бар.

Филиппу казалось таким забавным поведение Женьки после их поцелуя в гостиной. Девушка затаилась и даже не заикалась про свою невинность. О том порыве страсти она тоже словно забыла, и изо всех сил показывала, как она свободно и по-товарищески общается с мужчиной.

Сам же Фил старался посильнее выложиться в спортзале и как можно больше энергии тратить на бизнес. Он боялся дать слабину, сблизиться с Женей. Он хотел ее все больше — распалять ее страсть, чувствовать ее запах, ласкать до криков. Ощутить ее робкие прикосновения.

Но мужчина понимал, в ее голове и сердце как сорняк сидит другой. И этот факт здорово ударял по честолюбию боксера. Быть для нее лишь физической разрядкой он не хотел. Но и сам получать удовольствие с другими больше не рвался. Потому оставались работа и спорт.

Радовало лишь, что Женька с охотой взялась за обустройство танцевального зала на базе и дома у него вроде бы чувствует себя спокойно и комфортно. Все остальное мужчина пока спустил на тормоза.

— Жень, ну ты скоро?

Фил стоял в прихожей и вертел в пальцах ключи.

— Подожди, я не могу найти рюкзак! — раздраженно откликнулась из спальни Женька.

— Естественно, — проговорил Филипп, — потому что, ты как бросила его вчера в прихожей на пуфик, так он здесь и лежит.

— А раньше не мог сказать?

В коридоре появилась недовольная девушка в голубом сарафане. Она убрала волосы с раскрасневшегося лица.

— Я не знал, что ты там делаешь, — пояснил Филипп, — быстрее, а то надо мной уже смеются — я раньше никогда не опаздывал.

Женька быстро сунула ноги в босоножки.

— Та ехал бы! Я уже говорила, нормально доберусь на автобусе! — вспылила она.

— А я сказал, на общественном транспорте ты отсюда ездить не будешь, — припечатал Филипп.

Девушка села в машину, Фил занял водительское место рядом.

— Если бы нас послушали, точно бы поверили, что мы пара, — усмехнулся он.

Женька не выдержала и прыснула.

— Давай, заводи, — велела она, — я вот не хочу опоздать на урок.

Филипп отвез Женю в школу танцев и, убедившись, что она благополучно вошла в здание, порулил на спортивную базу. Время уже перевалило за девять, и мужчина предвкушал новую порцию иронии от управляющего. Артем не упустит момента подколоть его за опоздание.

Их дружба никогда не была особенно нежной, что нормально для мальчишек, а в будущем мужчин. Но в последнее время общение совсем скатилось в рамки — злобный начальник и недовольный подчиненный. Фил понимал, львиная доля вины в этом лежит на нем. Такой был характер спортсмена — в душе он никому не желал зла, но не обладал деликатностью. А если уж ему что-то не нравилось, вообще становился жестким.

Прибыв на работу, Филипп сразу отправился в кабинет Артема. В последние дни мужчины мало пересекались, а все же стоило поговорить насчет того случая с Женькой. Для этой беседы Фил ставил сразу две цели — замять конфликт, который практически произошел, и объяснить Тёме, как ему стоит вести себя с девушкой.

— Доброе утро, — бодро поздоровался Филипп.

Артем покосился на него. Он сидел за столом, кутался в темный пиджак и что-то пил из маленькой кружечки. Вероятно, кофе.

— Куда уж добрее, — произнес он, — опять мне пищеблок с восьми часов мозги имеет. Я тебе говорил, давай сдадим кафе. А ты — своё, своё.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ладно, я сегодня схожу, разберусь, — пообещал Фил и удостоился удивленного взгляда от товарища.

— А ты что, опять никак из постельки вылезти не мог? — Артем все-таки не изменил себе.

— Женьку отвозил, — спокойно сообщил Филипп, — наверное, придется пересматривать график и задерживаться дольше.

— Да ладно тебе, ты же начальник, — хмыкнул Тёма.

— В том и дело, что филонить в своем деле себе дороже, — заметил боксер, — я хотел бы поговорить про Женю.

— А что с ней? — Артем снова изумился.

— Вы с ней в прошлый раз не очень хорошо пообщались.

— Да не болтал я с ней! — отмахнулся собеседник Фила. — Думал, какая-то студентка забрела, куда не следует. Ты им скидки даешь, а они наглеют — больше бардака от них! Я и сделал замечание.

Филипп покачал головой.

— Напугал девочку. Она даже решила, ты там чем-то непотребным занимался, вот и психанул.

— Чего?! — взвился Артем. — Она у тебя не много ли говорит?

— В самый раз, — твердо сказал Филипп, — послушай, я, может, иногда перегибаю палку как начальник, ты извини. Но с Женей будь помягче. Пусть чувствует себя здесь свободно — ходит, куда хочет, и делает, что посчитает нужным. Наглеть она не станет, поверь.

Артем немного помолчал.

— А ты изучил ее уже? Лена, насколько я ее помню, не отличалась скромностью.

— Женька не Лена, — отрезал Фил.

— Зачем она тогда тебе? — поинтересовался Тёма. — Тем более девственница. Или вы уже спите?

Приятель смотрел с усмешкой. Фил ощутил, как его мирный настрой летит к чертям.

— Послушай, — он подошел к управляющему близко, — не произноси вслух личные вещи о Женьке. И о нашей с ней сделке тоже забудь. Займись лучше кухней.

Женя весь день была в школе танцев и на базе не появилась. Фил даже немного заскучал, без нее все вокруг казалось тусклым. Девушка так открыто смотрела на мир, так искренне радовалась жизни, что Филипп тоже заряжался от нее этими чувствами. А без Женьки он снова видел вокруг только сотрудников в цейтноте и не обращающих ни на кого внимания клиентов.

Филипп закончил дела ближе к семи вечера и сразу же отправился домой. Даже любимый тренажерный зал сегодня проигнорировал. Мужчина только заскочил на местный базарчик за фруктами, которые очень любила Женька, и сразу выехал напрямую к дому. Девушка уже была там. Она вышла из кухни и стояла, засунув руки в карманы шорт.

— Привет, — поздоровался Фил.

Надо же, он пришел домой, а его кто-то встречает.

— Привет, — отозвалась Женя, — я там готовлю… плов.

— Здорово, — на душе Филиппа стало еще теплее, — вот только мне уже стыдно, что я так эксплуатирую твои поварские таланты.

— Я ведь тоже ем, — пожала плечами гостья.

Фил быстро принял душ, а когда пришел на кухню, ужин уже был накрыт. Кроме горячего блюда по восточным мотивам, Женька еще сделала салат из свежих овощей и зелени. Всё выглядело очень аппетитно.

Филипп никогда не понимал, зачем девушки ставят себе в заслугу умение готовить. Ведь в нынешнем мире без труда можно приобрести еду или вообще поужинать в заведении. А если не позволяют средства, то готовка становится необходимостью, и тут тоже наплевать на талант. Но, как оказалась, домашняя еда не только набивает желудок, но и дарит ощущения уюта и добра.

Они ели почти молча, Женька лишь немного рассказала о школе и завершении ремонта там. И поделилась, что придумала текст объявления о наборе в группу танцев на базе Фила. Сам мужчина про свой день умолчал, не о разговоре же с Артемом ей сообщать.

После ужина они, не сговариваясь, пришли в гостиную. Женька сразу завалилась на диван, вытянула ноги и застонала от удовольствия. Фил улыбнулся.

— Посмотрим что-нибудь? — спросил он.

Женя прищурилась.

— Давай какой-нибудь свежий триллер или ужастик, — предложила она.

— А не испугаешься? — скептически уточнил мужчина.

— Я же с тобой.

Женька ответила с ходу, и как само собой разумеющееся. Фил понимал, что, возможно, она имела в виду просто факт нахождения какого-то человека рядом. Но его мужскому самолюбию хотелось думать, что именно в его присутствии девушка чувствует себя защищенной.

Они выбрали фильм, Фил включил телевизор и тоже забрался на диван. Внимание Женьки уже поглотила завязка, и девушка, нахмурившись, смотрела на экран. Она удобно устроилась среди светлых диванных подушек, оттенявших золотистый летний загар ее гладкой кожи.

Филиппу вдруг захотелось притянуть девушку к себе, коснуться губами нежной щеки, спуститься к подбородку, шее. Оттянуть вырез футболки, получить доступ к хрупким плечам. Снять верх одежды, белье и добраться до аккуратной груди. Снова почувствовать на языке твердые бархатистые соски… Оказаться еще ниже, снять просторные шорты, а потом и трусики, увлажнившиеся от его ласк.

Филипп с силой моргнул и постарался переключиться на кино. Иначе ему понадобится щит в виде подушки, а потом ледяной душ. Да уж, сейчас его вечера, а часто и дни скрашены трогательными и милыми моментами. А вот в интимной жизни настали нелегкие времена.

Женька не замечала страданий мужчины, она внимательно следила за развитием жутких событий и от напряжения грызла согнутый указательный палец. Фил тоже худо-бедно отвлекся. Они оба вздрогнули, когда зазвонил мобильный Жени. Но если Филипп сразу заулыбался, то девушка при взгляде на экран задрожала. На ее щеках появились красные пятна. Она быстро ушла в коридор.

Фил с трудом превозмогал желание броситься следом. Чей же входящий ее так взволновал? Он все же не стал врываться в личное пространство гостьи. Но когда она вернулась, сразу взялся за расспросы.

— Кто тебе звонит в такой час? — прямо поинтересовался он.

— Мм, — Женя замялась, — это мама Аля.

— Что-то случилось?

Филипп не понимал, почему звонок наставницы так взбудоражил и напугал девушку.

— Нет, — замотала головой Женька, — она просто спросила, во сколько у меня завтра первый урок.

Фил приподнял брови и внимательно посмотрел на собеседницу, та старательно разглядывала бахрому от диванной подушки. Мужчина все же возобновил показ фильма, но Женя смотрела интересное ей до недавней минуты кино вполглаза. На какие-то его комментарии отвечала невпопад, а то и вовсе их не слышала.

В последние дни Женя чувствовала себя как никогда спокойно. Фил, конечно, периодически волновал ее своим нахождением рядом. Например, когда выходил из спальни попить воды перед сном в одних шортах, а девушка в это время тоже по случайности была на кухне.

А один раз поздно ночью он вообще появился там в одном полотенце на бедрах, а Женьку как назло после активного танцевального дня охватил голод. Вот тут она не знала, куда деть глаза, которые не только впивались в мощную грудь боксера и его идеальные кубики пресса, но и опускались ниже на запахнутую махровую ткань. Воображение и память тут же подкидывали вид, открывшийся, если б мужчина обнажился. Или она сама потянула бы за край преграды к его телу… В общем, пискнув что-то, Женя тогда унеслась в свою комнату.

Но в целом она чувствовала себя рядом с Филиппом комфортно. Будущее лишение девственности, впрочем, пугало. Но Филипп отсрочил его на неопределенное время, и Женя сама слегка успокоилась на этот счет.

В общем, ее жизнь, казалось, полностью наладилась. Но тут судьба решила преподнести ей еще один подарок — на ее телефон раздался входящий вызов от Славы! Любимый сам назначил ей встречу. Может, приревновал после выкрутасов Фила в танцевальной студии?

Говорить Филиппу о свидании со Славкой было глупо. Боксер не обладает чувством такта, зато с лихвой наделен командирскими замашками. Он может просто не пустить девушку на встречу, или сам появиться там. Выследить ее и всё испортить. Поэтому пришлось соврать, что разговаривала она с Аллой Григорьевной. Весь оставшийся вечер Женя думала, зачем же ее захотел видеть возлюбленный.

Фил больше не стал пытать Женю, возможно, у Аллы Григорьевны произошло что-то личное, о чем девушка не хочет ему сообщать. Все же они на самом деле не пара, а просто деловые партнеры. Мужчина несколько раз предложил ей помощь, но Женька категорически заверила его, что в его вмешательстве нет нужды.

Они досмотрели кино и разошлись по своим комнатам. Сон долго не посещал Филиппа, мужчина размышлял о своих планах на Женьку, перспективах общения с ней. Он все больше понимал, несмотря на схожесть черт, Лену эта девушка вряд ли заменит. И хоть Женя его привлекала, как никакая девушка все эти годы, он не понимал, насколько честно было бы сейчас сближаться с ней. У нее совсем нет опыта, она и без того страдает от неразделенной любви. А тут еще он закрутит с ней роман, а потом поймет, что все же слишком сильно любит Лену. Нет, Фил слишком трепетно относится к Женьке и будет сдерживаться изо всех сил.

Часы показывали два, когда Филипп наконец провалился в спасительный сон. Хотя видение оказалось совсем не безмятежным. Ему вновь явилась мачеха, на этот раз ее настроение не было игривым. Лена была рассержена.

— Я ведь просила ждать, когда тебе исполнится восемнадцать! — обвиняющим тоном напомнила ему девушка. — Мы были бы вместе! А теперь ты привел в дом другую.

Фил смотрел на Елену во все глаза.

— Ты ведь это говорила несерьезно?.. — растерянно спросил он. Во сне он словно не понимал до конца, что ее уже нет в живых.

— А ты до сих пор не знаешь, что я чувствовала к тебе! — воскликнула в ответ мачеха. — Вспомни, как мы целовались в мой день рождения у служебного входа в ресторан. Неужели думаешь, я бы позволила себе такой поступок просто так? Если б ты не был мне дорог…

— Ты выпила много шампанского, — проговорил Фил.

— Нет! — Лена уже кричала. — Ты ищешь себе оправдания! Ты предал меня и живешь с другой. А должен быть со мной.

Тут мачеха зарыдала от досады. Филипп попытался шагнуть к ней, но она так сильно толкнула его в грудь, что он начал падать прямо на газон, среди которого они почему-то стояли.

Фил вздрогнул и проснулся. За окном едва светало, хотя солнце в конце июня вставало рано. Мужчина кинул взгляд на светящиеся зеленым светом цифры электронных часов. Ну да, еще нет шести. Он проспал всего часа четыре, но чувствовал себя взбудоражено, и потому даже не думал снова задремать. Сердце колотилось.

Недавний сон казался таким явным. Он разбудил в нем воспоминания ранней юности, вскрыл чувства к Лене. Его душу наполнило ощущение странной вины. Как будто он реально обманул возлюбленную. Филипп никак не мог вернуться к реальности. И даже позже, когда Женька попросила не ждать ее, потому что урок у нее лишь в одиннадцать, и она хочет выспаться, Фил не стал спорить.

Женьке не верилось, что она смогла отвязаться от Филиппа. Нет, девушка была благодарна мужчине за то, что он каждое утро доставлял ее в школу с комфортом. Но сегодня Слава попросил ее подъехать к кафе у его дома в районе десяти утра. А если бы Фил привычно повез ее в студию к девяти, она бы не успела и задержала любимого.

Едва за хозяином дома закрылась дверь, девушка бросилась приводить себя в порядок. Она приняла душ, уложила волосы феном, чтобы пряди лежали ровно. Подкрасила ресницы, губы и даже нанесла тени и тональный крем. Оставшись более или менее довольной результатом, Женя надела светло-желтое летнее платье, подчеркивающее фигуру, и сунула ноги в бежевые босоножки.

Подумав, девушка добавила к образу капельку духов, которые дарила Риммка. После их ссоры Женя не пользовалась парфюмом, чтобы не будить в себе плохие эмоции. Но сейчас она стерпела обиду, кольнувшую от аромата. Ведь злость на подругу была ничем в сравнении с возможностью произвести приятное впечатление на Славу.

Парень уже ждал ее за столиком, стоящим почти у входа. Он сразу махнул ей рукой. Выглядел Славка заспанным и помятым. Парень натянул на себя простую белую футболку, а отросшие светлые волосы, похоже, даже не расчесал. Но Женька все равно залюбовалась его трогательным видом.

— Привет, — улыбнулась она.

— Привет, Жень, — молодой человек зевнул, — прости, не выспался. Работал…

— Да ничего, — девушка внимательно смотрела на любимого, стараясь наглядеться впрок в его голубые глаза.

Слава хлебнул капучино из большой чашки. Ей он ничего не предложил, да Женька и не хотела есть или пить. В доме Филиппа она уже по привычке плотно позавтракала.

— Хорошо выглядишь, — спустя паузу отметил Славка.

— Спасибо, — личико девушки озарилось радостью.

— Как дела? — поинтересовался любимый и тут же продолжил вопросы. — С этим спортсменом у тебя действительно серьезно?

Женька растерялась. Вот что тут ответить? Сказать правду она не могла из-за уговора с Филом. Да и Славка должен думать, что она приобретает опыт отношений.

— Можно сказать да, — девушка постаралась улыбнуться, — а ты как?

Слава вздохнул.

— С заказами простой — лето. Клиентов мало. Кстати, твой бойфренд не надумал делать фотосъемку?

Женя нахмурилась.

— Не знаю, он больше ничего не говорил.

— Ты бы напомнила, Жень, — Слава глядел прямо на нее, и девушка ощутила, как теплеют ее щеки.

— Я? — она удивилась. — А ты очень хочешь сотрудничать с Филом?

Славка засмеялся.

— Да сдался мне этот богач. Извини, конечно. Мне просто очень нужна работа, говорю же, сейчас глухой сезон. Поможешь?

Молодой человек мягко накрыл ее пальчики, которые сцепленными лежали на столе. На душе девушки потеплело от этого жеста. Ее не бросило в жар, как от прикосновений Филиппа. В очередной раз Женька убедилась, ее чувства к Славке чисты и лишены тяги на уровне физических инстинктов.

— Я попробую, — пообещала она.

Слава просиял.

— Расскажи мне немного, как там устроено всё в бизнесе твоего чувака, — тут же попросил он, — чтобы я мог сразу предложить удачные идеи.

Женя напрягла память и принялась вводить Славку в курс дел на спортивной базе Филиппа.

Филипп боялся возвращения домой, хотя еще совсем недавно так рвался туда вечерами. Эмоции, которые всколыхнул сегодняшний сон, так и не улеглись. Он даже на какое-то время хотел расторгнуть договор с Женей, правда, быстро понял, что не сможет этого сделать.

Ей негде жить, чтобы заработать, она снова отправится в «Остров». А сейчас она вовсю готовит студию для занятий танцами у него на базе, плюс надеется на чертов сексуальный опыт с ним. Предать ее доверие он не может, особенно когда ее и так жестоко обидели друзья. Он будет сам бороться со своими дилеммами, девушку не тронет.

Филипп не знал, как поступить, если Женя привычно выйдет его встречать, будет порываться накормить ужином. Потом станет рассчитывать на уютный вечер за просмотром кино. У Фила на эти почти семейные моменты сегодня не было никакого настроения.

Но Женька даже не показалась в прихожей, когда он вошел в свой дом. Она лишь поздоровалась из спальни в ответ на его приветствие. Ел мужчина тоже в одиночестве, радуясь такому стечению обстоятельств. А после быстро закинул тарелки в посудомойку и скорее скрылся в собственной спальне. И только облегченно выдохнул, как в дверях появилась девушка.

— Прости, Фил, можно у тебя спросить? — Женька не входила в комнату, а так и стояла в проеме, поджав босые пальчики ног.

Филиппу стало немного стыдно за свое прохладное поведение. По факту, он не обязан общаться с ней дома, сделка подразумевает чисто деловые отношения. Но обычно их вечера были наполнены добрым общением и уютными мелочами.

Фил вдруг понял — ему самому жаль, что сегодня все идет не так. Неужели он действительно начал привязываться к Жене? Перед глазами встала рыдающая Лена из сна. Внутри защемило, хоть он и понимал, мачеха давно мертва. Мужчину разрывали противоположные эмоции.

— Мм? — Женька напомнила о себе.

— Да, конечно, — Фил тряхнул головой, — что-то случилось?

Женя немного помолчала.

— Помнишь, ты брал визитку Славы? — осторожно спросила она. — Ты еще хочешь с ним работать?

Филипп нахмурился, вот на возлюбленного девушки ему сейчас было точно плевать.

— Даже не знаю, — признался он, — если ты против, то не буду.

Женька вздохнула.

— Нет, я наоборот хотела тебя попросить, чтобы ты дал ему работу. Ему нужен этот заказ, и Славка очень способный… Правда!

Филу показалась подозрительным перемена Женькиного мнения насчет его сотрудничества с ее великой любовью. Но задумываться об этом в данный момент вообще не было сил.

— Хорошо, завтра поручу Артему с ним связаться. В конце концов это он вынес мне весь мозг с рекламными буклетами.

Женя счастливо заулыбалась.

— Спасибо!

Девушка упорхнула из его спальни, а сам мужчина тяжело упал на кровать. С одной стороны, он готов был пожалеть, что вообще втянул Женю в эти искусственные отношения. Он действительно поступается памятью Лены и морочит голову самой Женьке.

Но что ждало бы эту малышку, не окажись он вовремя рядом? Ее бы уже наверняка обидели в клубе, она бы скиталась по квартирам знакомых. А так в ближайшие полгода она будет на виду, а потом он оставит ее работать у себя, если успокоится. Или подыщет ей какое-то место. Проблема ее невинности, возможно, растворится сама собой. С этими мыслями мужчина немного успокоился, и погрузился в сон.

Раньше Артем мог приехать на базу в любое время, отключить камеры и делать, что заблагорассудится. Сейчас же Филипп закрутил гайки. Спустя три месяца после приезда друг поменял систему охраны, поставил начальником старого знакомого из местных спортсменов. Теперь везде были камеры, а с вечера до утра включались датчики, нейтрализовать которые Тёма не мог.

Вряд ли Филипп запустил такую систему назло ему. Он и не предполагал, что Артем может появиться на рабочем месте во внеурочное время. Просто боксер был до зубовного скрежета педантичен и хотел контролировать всё. И не подозревал, что не просто подпортил жизнь управляющему, а поставил сам ее факт под угрозу.

Теперь Тёма мог лишь прохаживаться по помещениям, прикидывая, куда не заглядывает видеосъемка. Хотя везти товар днем было бы полным абсурдом, другого выхода он не видел. Сотрудникам и даже охране он мог бы навешать лапши на уши. Но проблема заключалась в том, что Фил практически не покидал базы или делал это спонтанно. Девчонка тоже не отвлекала его, как надеялся Артем. Она сама частенько торчала у них и совала нос, куда не следует.

Артем уже подумывал слинять ненадолго. Понежиться на солнце где-то на островах. Хотя Чудов, скорее всего, пришел бы в бешенство. Скоро день их городка, и нужно проводить большую рекламную кампанию на площади. Куда не кинь, всюду рисовался клин. Тёма вздохнул и налил привычный утренний кофе.

Управляющий сделал глоток и взглянул в окно. Вот даже опаздывал Филипп нерегулярно — вчера явился ни свет, ни заря, сегодня опять нет. От размышлений Артема отвлек вибрирующий на столе телефон. Мужчина подумал, звонит начальник. Но нет, номер был другим, хотя тоже знакомым.

— Да, Гера, — тусклым голосом ответил Артем.

— Привет, Тёма! — собеседник же был показательно радостным. — Как жизнь?

— Да идет помаленьку. Как твои дела?

— И мои хорошо, — сообщил Гера и начал подбираться к сути, — ну как ты там, не нашел место для сырья?

Артем со свистом выдохнул.

— Я уже объяснял. Ничего не изменилось.

— Ну и ладно, — внезапно заявил Гера, — нет, так нет. Что я в положение друга не войду? Ты мне вот что скажи — ты никуда ехать не собираешься?

— Мм, — Тёма замялся, — нет.

— Хорошо, очень хорошо! Тогда подержишь у себя один препарат.

— Чего?! Я ведь говорю, не могу…

— Да не кричи, — отмахнулся Гера, — там несколько упаковок всего. Можешь дома в сейф положить.

— Нет у меня тайника, — быстро ответил Артем, — что еще за вещество?

Гера вздохнул.

— Скоро сезон боев, ты собираешься ехать смотреть?

— Еще два месяца до осени! — воскликнул Артем. — У меня пока своего геморроя хватает.

Он мысленно добавил — по твоей милости.

— Не умеешь ты думать наперед, Тёма, — посетовал Гера, — оттого и все твои проблемы. А я вот уже готовлюсь. Нашел медикамент, который силу дает, усталость снимает. Сможем нужного человечка подбодрить и выигрыш предсказать.

Артем засмеялся.

— Кого выпустят под колесами на ринг? Чернопольский чуть ли не сам у всех мочу собирает. Только время зря потратишь, Гер, и бойца сольешь.

— Этот препарат не засечешь, — уверенно заявил Артему собеседник, — он новейший и нигде не числится.

— От меня-то что надо? — Тёма все же не терял скептических ноток.

— Как обычно, надежно хранить.

— А сам чего? — поинтересовался Тёма. — Дома держи, это ж не мешки с травой.

— Уезжаю я на два месяца, — не в меру грустным голосом сообщил Гера, — в Испанию. С собой брать не могу, дома оставлять страшно. Вот думаю, обращусь к другу. Заодно и пойму, кто мне настоящий товарищ, а кого и не жалко… забыть.

— Когда? — без эмоций спросил Артем.

— Я улетаю через две недели, — ответил Гера.

Артем понимал, хранить у себя этот новейший и якобы никому не известный препарат нельзя. Черт знает, что там происходит, и почему линяет Гера. И дело даже меньше в правоохранительных органах, а больше в широко известном в городе бизнесмене Чернопольском. Правда, основная масса горожан знала его по сети гамбургерных точек. И лишь определенная часть людей была в курсе его основного нынешнего бизнеса. Каждую осень бывший боксер устраивал бой по своим правилам.

Никакого допинга, ударов ниже пояса и полное подчинение рефери. И да, не забивать до смерти. Хотя многие останавливались в шаге до последнего запрета. Выпускал на арену устроитель частенько непрофессиональных бойцов или дисквалифицированных отморозков. Штука выходила зрелищной.

Но главной целью, конечно, были ставки. Играли по-крупному, люди в ложах сидели важные. Бои проходили в разных залах и даже городах, но чаще в Москве. У Чернопольского все везде было схвачено. Младший сын партийной шишки, какое-то время он занимался спортом, а потом начал проворачивать самые прибыльные дела. Не гнушался никакой грязью, и денег имел немерено. Хотя и просаживал всегда по-крупному.

Тёма был напротив него вошкой. Но злополучный приятель Гера ввел его не только в обороты дури, но и в закрытое общество любителей жестких боев. Несколько раз Артем ездил с «товарищем» на запретное действо. Ставил, по мелочи в сравнении с остальными.

Гера пресмыкался перед Чернопольским, а вот ведь что придумал. Артем не знал, как поступить. Он проклинал себя за жадность, но просто так выйти из игры уже было нельзя. Вариант один — снова использовать базу. Тем более товар небольшого объема затерять здесь можно легко.

— Привет!

Тёма чуть не подпрыгнул, когда в дверях кабинета появился бодрый Филипп.

— Доброе утро, — протянул он, — больше не возишь Женю? Рыцарский запал сошел на нет?

— Мы вместе приехали сюда, — сообщил Филипп, — у нее первое занятие через час. А ты что кислый? Скучно?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Артем даже не успел ничего ответить.

— Вот визитка, — он протянул подчиненному пеструю картонку, — это фотограф. Договорись насчет снимков для рекламы. Ну и на день города можно поснимать, запустим потом фото, видеоролики в сеть.

Управляющий нахмурился, но координаты спеца взял.

— Ты сам говорил, нужен пиар, — приподнял брови Фил, — а я твою работу выполняю. Звони этому Славе, он не занят должен быть никогда.

Филиппу было совестно за свое отстраненное поведение, но он не подозревал, что Женька никаких перемен не замечала. Ум и сердце девушки полностью поглотило общение с Вячеславом. Любимый как никогда раньше окружил ее вниманием, которое полностью вскружило ей голову.

В то утро они просидели в кафе почти два часа. Слава расспрашивал ее о жизни в Москве, об учебе. Женька взахлеб рассказывала возлюбленному обо всех смешных случаях в институте и общежитии, о строгих преподах и подружках. Тот с улыбкой кивал.

После парень и сам поделился интересными эпизодами из своей карьеры фотографа. Оповестил о новостях про общих знакомых. Женя была на седьмом небе от счастья после этого простого разговора.

Но и дальше ее восторг не остался без подпитки. Молодой человек принялся слать ей сообщения. Спросил, как она добралась, как прошли уроки. Чем занимается вечером, что ела на ужин. Потом пожелал спокойной ночи, а затем и доброго утра. Женька казалось, она спит, или это все происходит с кем-то другим.

То, что Фил держался на расстоянии, ей было только на руку. Ведь мужчина мог увидеть смс и устроить допрос. И хоть Женя была уверена, что правила их сделки она не нарушает, посвящать Филиппа в разгоревшееся внимание Славки она не хотела.

Увидев любимого посреди дорожки на территории спортивной базы, Женя замерла не месте. Она вышла из здания, где размещался ее танцзал, и направлялась к основному входу, чтобы найти Филиппа. В административные помещения можно было попасть и, не выходя на улицу, но девушка захотела подышать воздухом. А тут такая встреча!

Слава озирался по сторонам. Женька тоже огляделась и заметила, на основном крыльце стоит Артем и машет рукой фотографу. Стало быть, Фил выполнил данное Жене обещание — Славка будет участвовать в их рекламном проекте. Девушка почувствовала радость за любимого.

Она не стала мешать их встрече с Артемом, но и к Филиппу не пошла. Вообще она хотела позвать мужчину обедать, но теперь решила дождаться, когда освободится Слава. Она покажет ему свою новую студию, а потом они, возможно, прогуляются или даже поедят. Ей, конечно, было хорошо рядом с Филом, но совместных мгновений со Славой она ждала всю жизнь!

Девушка кружила по территории, но периодически поглядывала на выход из здания. И уже минут через тридцать ее терпение было вознаграждено. Темная дверь отворилась, появился Славка в своей голубоватой рубашке, за ним Артем. Мужчины пожали друг другу руки, и управляющий базой быстро зашагал в сторону стоянки. А Слава медленно двинулся к воротам.

— Привет!

Женя нагнала возлюбленного.

— О, Жека! Привет! Ты здесь? — удивился Славка.

— Да, — Женя заулыбалась, — Филипп предложил мне вести занятия танцами.

— Классно, — причмокнул парень.

— Хочешь посмотреть на зал? — робко предложила Женя.

— Конечно, — живо откликнулся Славка, — пошли.

Слава медленно обошел помещение. Зачем-то взял в руки маленький серый гимнастический коврик, повертел, положил обратно в стопку в углу.

— И сколько Филипп тебе обещает платить? — поинтересовался он.

Женька растерялась. Они не обсуждали этот вопрос. Сейчас она ни на что не тратила деньги — жила у Фила, продукты и все необходимое в быту покупал он. Плюс он отправил ей на карту что-то вроде аванса за роль невесты. Чтобы у девушки были деньги на личные нужды. А вот про ее зарплату она не спрашивала.

— Пока не знаю, — честно призналась любимому Женя.

— Ты как всегда, Жень, — вздохнул парень, — не глупи, назначай своим услугам хорошую цену. Ведь неизвестно, сколько вы провстречаетесь. И договор заключи! А то оставит тебя бойфренд с носом.

Женька погрустнела. Она не думала о плохом в отношении Фила. От него веяло надежностью, хотя, если подумать, она совсем его не знает… Нафантазировала, что они почти друзья. Вся ее радость разбилась о практичные рассуждения Славки.

— И за меня попроси заодно, — продолжил Вячеслав, — а то его директор, как я понял, жадный тип.

Он успел договорить за пару секунд до скрипа двери. Вместе с Женькой они повернули головы.

— Жень, ты обедала? О, здравствуйте!

В танцзал вошел хозяин базы. Он протянул ладонь Славе для рукопожатия.

— Вы поговорили с Артемом? — спросил Фил у фотографа.

Он отошел от парня, встал позади Женьки и опустил ладони ей на плечи. От сильных рук пошло тепло. Сейчас девушку не смутили его прикосновения при Славке. Ей наоборот вдруг захотелось, чтобы Филипп обнял ее. Почувствовать крепкое плечо и недавний покой.

Да она сторонилась его последние дни. Но была уверена в его хорошем отношении к ней, и потому чувствовала себя комфортно. Речь Славы наполнила ее сердечко тревогой, и девушка хотела получить опровержение. Понять, Филипп на ее стороне и не собирается ее кидать.

Под этими эмоциями Женька развернулась к фиктивному жениху, ткнулась носом в его грудь и обняла за талию.

Фил тут же прижал ее к себе, погладил по спине. Его взгляд был обращен на фотографа.

— Да, мы пообщались с вашим управляющим, — бодро ответил Вячеслав, — я отправлю ему на почту кое-какие идеи. А для наглядности поснимаю здесь немного завтра с утра.

— Отлично, — резюмировал Филипп.

— Ну, я, наверное, поеду, — спохватился Слава, — всего доброго. Пока, Жень.

— Пока.

Женя отпрянула от Филиппа и улыбнулась любимому. Владелец базы тоже попрощался с новым партнером.

— Так ты ела? — повторил вопрос Филипп. — И что случилось?

— Про что ты? — якобы удивилась Женя. — Я еще не обедала.

Филипп внимательно оглядел ее.

— Ты какая-то странная, — сделал вывод он, — это тебя дружок чем-то расстроил?

— Нет, — отрезала Женя. Она уже успокоилась в его объятьях и теперь легко изображала, что все и было в норме. — Ты ведь сам сказал, при Славке выгодно разыгрывать пару.

— Так, что произошло? — Филипп повысил голос. Он не особо поверил объяснениям.

— Ни-че-го, — по слогам проговорила девушка и ушла в раздевалку искать свою сумочку.

Фил проводил ее внимательным взглядом. Он все утро избегал Жени, да и она его не донимала, занималась своим делом. Только ближе к обеду у Филиппа взыграла совесть, и он решил проверить, не сидит ли его хореограф голодным.

Мужчине жутко не понравилось, что Женька находилась наедине с Вячеславом. Они давние друзья, и предъявить он ей ничего не мог. Плюс ко всему сам позвал парня на работу. Но раздражение охватило боксера, и даже немного вытеснило моральные метания между Женей и Леной. А уж когда Женька прильнула к нему, как тот самый маленький котенок, с которым он ее все время сравнивал, Филипп вообще про все забыл.

Чего наговорил ей этот недалекий? Опять упрекал в девственности? Надо бы провести с ним беседу и намекнуть, чтоб держался подальше от Женьки. Тем более, в глазах общественности у Филиппа на это имеются все права.

За едой пытать девушку мужчина не стал, а после они оба погрузились в работу. Женя провела еще одно занятие с пожилыми клиентами. Филипп все-таки навел порядок на кухне, как и пообещал Артему. С Женькой они встретились лишь, когда пришла пора возвращаться домой.

Фил пытался завести ничего не значащий разговор, спросил, как прошли уроки. Женька отвечала, но ему казалось, как будто она думает совсем о другом, или не решается что-то ему сказать. Он уже снова хотел пристать с расспросами, но собеседница сама насмелилась перевести тему на интересующую.

— Филипп, я хотела спросить, — осторожно начала она, — а мы будем заключать с тобой обычный договор на услуги? В том, что касается моей работы на твоей базе. И какой будет… мой процент?

Фил нахмурился. Он был совсем не против прозрачности, и мог понять ее недоверие. Но почему оно возникло только сегодня? Прошла куча времени с их соглашения, они оборудовали зал, набрали первых занимающихся… Он вспомнил, в каком состоянии была девушка, когда он застал ту с никчемным возлюбленным.

— Жень, мы обязательно оформим все бумаги, — заверил он свою новую сотрудницу, — скажи только, это Слава надоумил тебя уточнить детали?

Женька опустила глаза.

— Ясно, — сам себе кивнул Фил, — и что же конкретно он тебе сказал?

Тон Филиппа стал жестким. Он видел, как у Жени задрожали руки, но остановиться уже не мог. Его распирало от злости, что ее дружок пытается лезть в его дела. Он хотел знать всё.

— Женя! — голос мужчины давил.

— Да, — еле слышно ответила девушка, — Слава просто… он беспокоится за меня. И думает, вдруг мы с тобой расстанемся, и я останусь ни с чем. Он же не знает правду о нашей паре. И еще, Фил, ты не мог бы и со Славкой тоже как следует всё оформить и с оплатой его… не обидеть?

Женька выпалила просьбу и сидела, не поднимая на мужчину глаза. Она явно не хотела говорить этих слов и чувствовала неловкость. Филиппу стало жаль ее. Да и автомобиль был не лучшим местом для разборок.

— Давай поговорим дома, — предложил Фил девушке.

Ужинать Женя отказалась, и Филипп догадался, она нервничает из-за недавней беседы. Ну что ж, придется расставить все точки сейчас.

— Женя, — Филипп расположился в гостиной на диване и усадил гостью рядом, — завтра мы обсудим все пункты нашего соглашения насчет твоей работы и подпишем бумаги. Процента мне никакого не нужно. Всё будет уходить тебе.

— Но, Филипп! — Женька наконец отмерла. — Не нужно мне особых условий! Может быть, потом… ну когда наша сделка завершится… Я смогу работать у тебя?

— Сможешь, — твердо сказал Филипп, — сейчас ты только начинаешь, с уроков все равно не будет огромного дохода.

Женя уже набрала воздух, чтобы возмутиться.

— Хорошо, — сдался владелец базы, — будешь получать оплату как все тренеры. С твоим дружком я тоже естественно заключу договор, но уж цену буду обсуждать только с ним. А ты завязывай за него просить. И выслушивать его тупые советы тоже!

Фил все-таки не выдержал и вспылил. Женя вскочила на ноги.

— Он просто беспокоится обо мне, — заявила она, — а я о нем. Мы друзья, и я… люблю его.

— Не самый достойный объект для любви ты выбрала, — заметил Фил, — он манипулирует тобой, оскорбляет…

— Он не оскорблял меня! — воскликнула Женя.

— А его слова насчет твоей невинности? По-твоему комплимент?

— Он прав, — отбила мяч Женя.

— Прав в том, что ты должна лечь под мужчину без любви, чтобы ему было потом проще тебя поиметь?! — упрямство девушки взбесило Филиппа.

Женя вдруг посмотрела ему прямо в глаза.

— А разве так действительно не легче, Фил? Посмотри на себя. Ты ждал девочек из клуба, даже не видя их. Спокойно занимался с ними сексом. А со мной и по договору не можешь провести ночь. Тебе противно.

Филипп простонал, услышав такие слова. Столько боли было в ее голосе. И столько неправды.

Пара шагов, и он буквально смел ее в сильные объятья, быстро нашел губами ее губы. Пока она не успела возмутиться. Он захватил ее верхнюю губу, чуть втянул, нырнул языком глубже. Она пыталась сопротивляться, выталкивала его своим гладким язычком. Но мужчина шел напролом, ладонью твердо держал ее затылок.

Филипп ощущал подступающее возбуждение и нежность. Первое рождалось от ее близости, вкуса ее поцелуя. Учащенного дыхания, дрожи во всей ее легкой фигурке. Нежность и трепет появились в ответ на ее грустные слова. От вида ее печальных глаз, которые были красивей всего на свете. Ему захотелось утешить ее, дать ей уверенности и сил.

Ладонью он скользнул под край ее розовой майки и сразу ощутил мягкость девичьей кожи. Пробежался пальцами вверх до застежки бюстгальтера, но трогать ее не стал. Чуть впился в лопатку и вернулся вниз, рассыпая мурашки по гладкому шелку спины. Женька перестала сопротивляться и тихонько простонала.

Продолжая жадно целовать девушку, Фил положил руку на ее живот. Подарил ласковые поглаживания и этой части нежного Женькиного тела. Провел пальцами вверх, зацепил кружевной лифчик, задрал его. Добрался до груди, ловко пристроил одно из маленьких упругих полушарий в ладонь и большим пальцем очертил круг вдоль бархатистого ореола. Надавил на сосок…

— Мм… Фил, — прохрипела еле слышно девушка.

Женя явно забыла и про возлюбленного, и про трудовые договоры. Мужчина и сам думал только о ней, все больше чувствуя, как становятся тесными брюки. Но что дальше? Выполнить свою часть сделки? Нет, он не был готов, словно это он был девственником. Хотя отпустить девушку и уйти он тоже не смог.

Филипп развернул Женю спиной к себе, плотно прижал попкой к своим бедрам. Рукой потянулся к пуговке на ее летних брюках. Расстегнул ее и молнию. Пальцы нащупали тонкое кружево белья, он смял ткань и нырнул меж худеньких ножек. Его встретила горячая влага.

Женька глубоко вздохнула, когда он двинулся дальше. Неглубоко скользнул пальцем, который стразу обхватило колечко плоти. Он осторожно провел подушечкой по стенкам. Женя дышала через раз. Он ласкал ее, надавливая и гладя, второй рукой снова добрался до груди. Прижимал девушку крепко к своему паху. Всё это напоминало горячку — нелогичную, но безумно томную и сладкую.

Женя уже скулила под его пальцами. Он оставил ее сокровенное место, нащупал набухший бугорок. Она сразу откликнулась громким стоном, которого сама же испугалась. Но, видимо, желание перебарывало неловкость и страх, заставляло ее принимать его ласки, выгибаться навстречу мужским рукам.

Несколько движений, и он ощутил, как она крупно содрогается в его руках от оргазма. Женька сипло простонала и ослабла, лежа спиной на его груди. Фил чувствовал, он тоже на пределе. Воздержание и невинная сексуальность девушки делали свое дело.

Он привел в порядок одежду Жени и усадил девушку на мягкую мебель.

— Ты не противна мне, — серьезно сказал он, держа ее за хрупкий подбородок, — но сейчас не время.

Женька молча глотала воздух. Фил отпустил ее и быстро зашагал в сторону ближайшего санузла.

Женя медленно возвращалась к реальности. Она так и осталась на диване, куда ее посадил Филипп, и слегка раскачивалась, обхватив руками голову. Что же с ней такое происходит? Как обычный разговор привел к близости, в которую она с таким желанием включилась?

Фил разозлил ее плохими словами в сторону Славы. Она не понимала, почему эти два мужчины не могут сосуществовать мирно в ее жизни. Хотя роль Филиппа в ее действительности становилась всё более и более странной.

Их отношения относились к разряду деловых, возможно, уже немного стали приятельскими. Но вспышки страсти, которые зажигали их обоих, не укладывались ни в одни, ни в другие рамки. А себя Женя вообще не узнавала. Она таяла как масло, стоило ему оказаться очень близко. Коснуться губами губ, дотронуться нежно, сжать в сильных объятьях.

Она растворялась в его ласках, доверяла ему безгранично. Осмеливалась стонать от наслаждения, шептать его имя. Она была совсем другой в его руках. И если ее порыв тогда в душевой можно было списать на алкоголь, желание потерять невинность, то сегодня она просто отдалась ему, вспоминая, какое наслаждение получит. И не только физически.

Женя встала и, шатаясь, побрела в спальню. Низ живота еще ныл, в теле ощущалась приятная истома. Девушка прошла мимо двери комнаты Филиппа и почувствовала сильнейшее желание ее открыть. Забраться к нему под одеяло, прижаться к его сильному телу. Ей бы стало тепло и спокойно, она знала.

Но она не может тревожить мужчину, да и любит она другого человека. К чему эти вольности? Когда-нибудь Фил сделает, что обещал. Она распрощается с девственностью, и их физические контакты прекратятся. На душе стало паршиво. Женька уже не понимала, от чего конкретно.

Девушка приняла душ и хотела лечь в кровать, как в дверь комнаты постучали. Сердце подпрыгнуло.

— Да.

Створка открылась, и через пару секунд в спальне появился Филипп с подносом в руках. На нем были две тарелки с каким-то салатом под белым соусом и пара стаканов с соком.

— Евгения, — он улыбнулся, — предлагаю вам ужин мира. Прости, что отчитывал.

Женька смотрела на мужчину, и чувствовала, как внутри разливается тепло.

— Ты меня тоже извини за наглость, — попросила она, — ты сам приготовил? Что это?

Фил засмеялся.

— Салат с морепродуктами, — пояснил Филипп и добавил, — заказал доставку. А то мы не поели, а делать что-то поздно.

Женя стыдливо опустила взгляд, вспоминая причины их несостоявшегося ужина.

Они не обсуждали этот вечер. Филипп, как и обещал, официально принял Женю в их рабочую команду, определил её доход. Девушка хорошо вписалась в коллектив. Спортивные инструкторы, рабочие столовой и административный персонал относились к ней неплохо. Только Артем то и дело смотрел на нее недовольным взглядом и говорил с ней сквозь зубы. Хотя в открытую больше не конфликтовал.

Впрочем, в последнюю неделю на эмоции ни у кого не было времени. Уже в воскресенье их город будет праздновать юбилей, потому вся спортивная база готовилась к презентации своих услуг на главной площади. Им выделили утренние часы, чтобы тренеры могли провести подобие зарядки со всеми желающими из горожан. Для каждого направления нужно было разработать простой комплекс.

Женька не осталась в стороне. Она немного волновалась, но опыт массовых уроков у нее был со столицы. Она не раз участвовала в мастер-классах для гостей своего института. Да и предвкушение праздника перебивало мандраж, ей нравилось быть частью большого интересного дела. Кроме того, с ними все чаще находился Слава.

Она не знала, какие условия Филипп предложил любимому. Но, по крайней мере, Славка ей не жаловался, значит, был доволен. Он снимал помещения спорткомплекса, сделал портретные фото сотрудников. Провел постановочную фотосессию тренеров в работе для печати на баннерах.

Слава все также частенько писал ей смс, они болтали, когда пересекались на территории. Но стоило на горизонте показаться Филиппу, как ее возлюбленный сразу отходил в сторону и погружался в работу. Может, боялся, что Фил сочтет его бездельником?.. Хотя прохлаждались они на самом деле не часто.

Сам Филипп на Славу внимания почти не обращал. А вот к Жене подходил в течение дня — спрашивал, поела ли она, все ли у нее в порядке. Девушку все больше расслабляла эта забота и делала какой-то… счастливой что ли. Хотя разве такое слово уместно в фиктивных отношениях?

Специалист по рекламе, которого нанял Артем, посоветовал им создать подобие собственной газеты на пару разворотов. Раздавать экземпляры клиентам, горожанам на празднике. Сюда как раз включили общее фото Жени и Фила и целую статью о том, как вторая половинка может поддержать читателей на пути к здоровому образу жизни.

У Женьки и Филиппа взяли интервью о том, как им удается поделить куриную грудку, и кто отделяет по утрам белки от желтков для омлета. Молодые люди ответили еще на другие вопросы про общий быт, в некоторых моментах даже не пришлось врать. Но вот о бургерной они оба скромно умолчали.

Моментом икс для их «пары» должен был стать день рождения городка. Ведь там состоится презентация не только базы, но и их романтических отношений. Но как назло в этот день с самого же утра в Женькином внимании очень сильно нуждался Слава. Любимый слал сообщение за сообщением, девушка еле успевала читать, не то, что отвечать.

— Жень, иди завтракать! — Фил звал ее из кухни уже второй раз.

— Я глажу футболки!

Она не соврала, она действительно включила утюг и стояла над широкой гладильной доской, где лежала зеленая мужская майка. Они с Филиппом разделили обязанности — мужчина готовил и накрывал поесть, гостья приводила в порядок форменные вещи, которые по эскизам московского модельера пошили на заказ.

На трикотаж цвета свежей травы были нанесены красочные изображения разных направлений спорта. Знакомая Фила Лиза удивительно удачно соединила лыжника и пловца, бегуна и бодибилдера. А изящная танцовщица грациозно изогнулась возле сурового боксера. Женька по достоинству оценила и идею, и исполнение, но сейчас ей было не до них.

Стремительно закончив с глажкой и решив, что ее майка окончательно распрямится на ее теле, Женя пошла уже на третий зов Фила к столу. Телефон оставила на своей кровати, вдруг хозяин дома увидит ее переписку со Славкой.

— Сегодня надо держаться рядом, Жень, — сказал Фил, осторожно отправляя в рот ложку горячей овсянки.

— Угу, — девушка торопливо ела.

— Сразу после мастер-классов местные новости могут подойти за интервью, — продолжил речь Филипп, — было бы неплохо тебе тоже появиться в кадре.

— Да без проблем, — легко пообещала Женька.

Действительно, что могло ей помешать?

Подготовка к выступлению и сама «зарядка» прошли отлично. Меж участниками витал драйв, сами тренеры и собравшиеся вокруг их сцены горожане получили кучу удовольствия. Ведущие основного празднования поблагодарили сотрудников Филиппа за энергичное начало дня и позитивный старт дня рождения города.

Сам владелец спортивной базы вроде тоже был доволен. Даже Артем находился в приподнятом настроении. Правда, уехал по делам, едва они закончили выступать. Славка тоже крутился все это время у сцены, делал снимки инструкторов в работе, толпы горожан.

К Жене он почти не подходил, да и времени не было до конца их выступления. А когда площадку уже занял детский хор, на мобильный Женьки прилетело очередное сообщение.

«Жень, я с другой стороны сцены, у сладкой ваты. Пойдем, прогуляемся? День города ведь. Жду».

Ух! Женя не знала, как поступить. Вот почему Славка не начал уделять ей столько внимания еще до сделки с Филом? Тогда проблема бы и не возникла. Мысль, что с Филиппом они уже давно бы не общались, она не работала у него, вдруг кольнула грустью. Но сейчас было не время для сантиментов. Девушка осмотрелась.

Владелец спорткомплекса о чем-то разговаривал с высоким лысоватым мужчиной в модной одежде и дорогих ботинках. Скорее всего, решила Женя, разговор деловой. Филиппу пока не до изображения отношений, и она вполне успеет на полчасика отскочить со Славкой. Упускать шанс побыть наедине с любимым глупо.

Женя шепнула помощнице Артема Галочке, что ненадолго отойдет. Та кивнула, ей было все равно. Женька бодро зашагала к месту встречи, там ее уже ждал возлюбленный. Он даже купил ей воздушный десерт из детства. Женя с улыбкой взяла из его рук вату, отщипнула кусочек и отправила в рот.

— Масштабы у твоего Филиппа, — проговорил Славка, — я думал, постоим где-то в углу. А тут целых полтора часа на сцене.

— Он давно развивает бизнес, — ответила Женя.

Она была согласна, что Фил молодец, но сейчас просто поглощала сладость и наслаждалась компанией любимого.

— Откуда у него столько бабок? — не успокаивался Слава. — Не верю, что в нашей дыре можно так раскрутить спортивную базу.

— Я не знаю, — нахмурилась девушка, — это была его мечта. Возможно, он вложил в нее все свои деньги.

Ей не очень нравилось обсуждать Филиппа.

— А где он их заработал? — хмыкнул Славка. — В коммерческих боях? А то и вообще в частных. Я, кстати, слышал, многие спортсмены барыжат волшебными таблетками.

Женьке было странно слышать из уст Славы такие речи. И уж тем более не хотелось говорить плохо о Филиппе. Ее настрой вновь превратился из праздничного в тревожный, даже немного захотелось вернуться назад. Она молчала.

— Ладно, проехали, — подмигнул ей Слава и вдруг взял за руку, — пошли на колесо обозрения? Сто лет там не был.

На душе девушки вновь посветлело. Славка старался окружить ее простыми детскими радостями. Это было так мило!

— Идем, — просияла она.

Филипп никак не ожидал, кто подойдет к нему после презентации спортклуба. Сергей Семенович был одним из близких друзей отца. Когда папа и Лена погибли, многие приятели семьи поддерживали юного Фила. Но позже эта забота начала сходить на нет. Парень оказался самостоятельным, сильным волей, да и был тотально занят спортом. На общение со своими-то друзьями не всегда хватало времени.

Сергея он не видел лет десять точно. Мужчина давно жил то ли в Москве, то ли в Питере вместе с семьей. А сейчас гостил у матери, и естественно не мог проигнорировать юбилей родного города. И каково же было его изумление, когда он увидел грандиозное и красивое выступление под руководством сына ближайшего друга его молодости.

— Филипп, я прямо горжусь, — Сергей счастливо улыбался, рассыпая лучики морщин по добродушному лицу. — Хотя чего удивляться? Твой отец всегда твердо шел к своим целям и тебя таким же воспитал.

— Спасибо, — Фил искренне поблагодарил мужчину за добрые слова, — я тоже очень рад встрече. И я настаиваю, чтобы вы приехали ко мне на базу. Там у меня отличные баньки.

— Хорошее дело, — кивнул Сергей Семеныч, — а то я матушке пообещал две недели прожить, а сам уже со скуки умираю. Привычка крутиться белкой вросла под кожу, на отдыхе чувствую себя почти больным. Особенно когда впечатлений вокруг — одна старческая ностальгия.

— Да ладно вам, — улыбнулся Фил.

— Я серьезно, — отрезал Сергей и вдруг спросил, — а кто с тобой был перед самым началом на сцене? Девочка. Она еще танцы вроде потом показывала. Это дочь Елены? Прости за этот вопрос, но она так похожа.

Филипп выдохнул.

— Просто схожесть, — сказал он, — у Лены не могло быть детей.

Сергей нахмурился.

— Знаешь, Фил, если уж готовиться к старости… Извини, коль лезу не в свое дело, но Томка моя в те годы болтала, мол Лену видели в интернате для сирот.

— Что? — изумился Филипп.

— Я тогда на свою наорал, чтоб сплетни не собирала. А когда Лены и Бориса не стало, Тамарка порывалась узнать, к кому та всё ездила. Но я велел ей не копаться в чужом белье. Ты совсем пацаном был, зачем тебе еще эти заморочки? Но сейчас я смотрел на эту девочку и решил, ты Ленкину дочь нашел.

Филипп рассмеялся.

— Ох, вы какую-то мыльную оперу нарисовали, извините, дядь Сереж. Женька слегка похожа на Лену. Это моя девушка, у нас с отцом, наверное, одинаковый вкус.

Сергей пожал плечами.

— Как скажешь, Фил, как скажешь. Прости, лезу не туда. Сейчас ты уже взрослый и я подумал, возможно, захочешь знать эту информацию.

— Всё хорошо, — Филипп похлопал друга семьи по плечу, — в любом случае спасибо.

Они еще немного поболтали на легкие темы, обсудили журналистскую карьеру Сергея. Тот трудился в одном из печатных изданий Санкт-Петербурга, плюс вел новости по местному каналу и заведовал целым порталом в интернете. Мужчина ворчал, что за работу онлайн он получает денег больше, чем за все остальное.

Потом Сергею позвонила сестра, и он вынужден был попрощаться с сыном товарища. Они обменялись координатами, условились встретиться на днях. Наконец Филипп остался один и намерился сделать то, о чем думал последние полчаса — найти Женьку. Он пропустил мимо ушей сплетни насчет Лены, его больше волновало, куда делась его фиктивная невеста.

Женьке казалось, она парит не в железной кабине, а прямо в облаках. Сладкая вата, веселая музыка, теплый ветерок из окошка. И рядом самый любимый человек. В Женькином представлении для счастья больше ничего не было нужно. Славка много шутил, рассказывал интересные случаи о себе и общих знакомых. Девушка молча лакомилась сладостью.

Колесо уже сделало полкруга, и они не поднимались, а опускались к земле. Женя наконец расправилась с ватой, вытерла пальцы салфеткой. Она посмотрела на Славку и хотела сказать, какой же чудесный сегодня день. Но молодой человек жестом остановил ее. Он взял из ее пачки кусочек влажной ткани.

— У тебя лицо в сахаре, — сказал он.

Женька замерла, а парень принялся вытирать ее щеку у губ. Медленно и осторожно. Его прикосновения были робкими, невинными, от них Женю не трясло, как от вероломной мужественности Филиппа. Но забота Славки была такой приятной. Она не выдержала и улыбнулась.

— Что? — Слава тоже приподнял уголки губ.

Девушка замотала головой. Она не успела опомниться, как Слава скользнул рукой к ее шее. На своих губах она почувствовала мягкие губы.

Сердце девушки замерло, но вот тело не знало, что ему делать. От души и подолгу она целовалась разве что с Филом, но это был явно не подобный случай. В минуты с боксером ее охватывала страсть, полностью отключающая мозг. Она впивалась в его рот, сплетала свой язык с его. Их поцелуи были жадными, влажными, громкими. Начни она сейчас так ласкать Славку, он придет в шок.

Парень взял на себя инициативу спустя череду нежных прикосновений губ и языков, молодые люди приблизились к земле. Ничего не говоря, Слава помог Женьке выйти из кабины. Они оба молчали.

Женю охватывали странные чувства. Она ждала этого момента полжизни, а сейчас ощущала себя не так уж и хорошо. Девушка почти ничего не чувствовала, кроме неловкости перед Славой и перед… Филом. Ведь они якобы пара! Любимый решит, что она легкомысленная, а Филипп? При мысли о нем она реально ощущала себя предательницей, не понимая почему. Но он хотя бы ничего не знает…

— Женя! Почему ты ушла?!

Не успела Женька подумать о неведении Фила, как этот факт стал спорным. У входа в аттракционы стоял крепкий и до страха знакомый мужчина. Он смотрел на нее с раздражением и тревогой.

— Прости, — пролепетала девушка, — но ты был занят, и я…

— Ты могла бы подойти ко мне, — жестко заметил Филипп.

Он метнул яростный взгляд на Вячеслава, и любимый тут же направился в сторону сцены. Он ничего не сказал Филиппу о том, что сам позвал Женьку на прогулку. А девушка вообще не знала, что говорить. Спортсмен взял ее за локоть и завел вглубь небольшой парковой зоны, которая окружала городской финансовый институт.

— Жень, мы пара! — выдохнул Фил, когда они скрылись от возможных глаз и ушей. — А ты уединяешься с другим! Да еще и целуешь его!

Значит, он видел.

— Филипп, прости, — только и смогла выдавить из себя девушка.

Ей реально было стыдно. Она уже и не помнила восторг от ласк Славы, а вот неловкость перед человеком, заботящимся о ней, была огромной. И почему-то еще она ощущала себя разрушительницей. Словно между ней и Филом было что-то правильное, что она губила. Возможно, эти странные мысли появились от воспоминаний о близости с боксером. Хотя в любом случае они были бредовыми.

— Здесь дело не в извинениях, Жень! — Филипп злился. — Почему он принялся осаждать тебя? Что ему от тебя вдруг стало нужно? Я ведь просил его держаться от тебя подальше…

Он осекся на последней фразе. А внутри Женьки чувство вины быстро сменилось на возмущение.

— То есть ты считаешь, — поинтересовалась она, — что общаться со мной просто так нельзя? Я настолько скучная, по-твоему? И никому не смогу понравиться? Почему ты лезешь к моим друзьям?! Мы партнеры, но есть вещи, которые тебе не стоит трогать!

Женька с трудом сделала вдох, чувствуя, как ее охватывает дрожь.

— Жень, — вспышка ее эмоций переменила тон Фила, — ты очень, очень интересная девушка. Но я не доверяю твоему Славе! Он скользкий тип, и я не дам ему заморочить тебе голову!

— С какой стати?! — Женьку трясло.

— Я несу за тебя ответственность, — заявил мужчина.

— Какую еще? — ухмыльнулась Женя.

— Такую, — ответил Филипп, — если о тебе некому побеспокоиться, это сделаю я. Можешь соглашаться с этим или нет. А сейчас мы идем делать фото и отправляемся домой!

— Как ты смел запрещать Славке со мной общаться?.. — девушка не могла остановиться.

— Всё! — резко оборвал ее мужчина.

Он взял ее за запястье и потянул за собой, даже не глядя, идет ли она или просто волочится по земле. Лишь когда закончилась тропинка, и перед ними расступилась площадь, Фил сбавил темп. Он переплел их пальцы и пружинистой походкой направился к их стойке. За оформленным в их фирменные тона столом раздавали буклеты спорткомплекса, визитки. Сотрудники отвечали на вопросы горожан.

Фил и Женя шли, «нежно» держась за руки. И только девушка чувствовала, в прикосновение мужчина вложил далеко не трепет. Он не делал больно, но сжимал ее руку твердо, давал понять, что церемониться с ней больше не намерен. Слава находился здесь же, щелкал камерой и вел себя, как ни в чем не бывало.

Женька все еще злилась на Фила, хотя немного сбавила пыл, оказавшись в жестких объятиях мужчины. Они сфотографировались, погуляли по площади. Филипп то опускал руку на ее талию, то накрывал ладонями плечи и притягивал к себе. В любом его прикосновении чувствовалось напряжение, и Женя понимала, еще больше злить его сейчас не стоит.

Освободились они только после обеда. Перекусили всей командой в кафе недалеко от центра, принадлежащем знакомому Фила. Здесь были почти все сотрудники, за исключением пары семейных тренеров и Артема. Передохнули душевно, Женька и Филипп даже немного отвлеклись от своих распрей. Хотя в машине по дороге домой они не перекинулись и словом. А вот на пороге особняка разговор вновь разошелся.

— Филипп, пообещай, что не будешь больше делать внушения Славке! — потребовала Женя. — Иначе я разрываю договор.

— Ты целуешься с другим, болтаясь над городом, в тот самый день, когда должна выполнять свою часть сделки! И еще будешь ставить мне условия?! — Филипп снова вспыхнул. — Я свои обязательства обеспечиваю сполна. Ты ни в чем не нуждаешься!

— Это не дает тебе право быть хозяином моей жизни! — возразила девушка.

— Ей давно нужен хозяин! — отбил мяч Фил. — За тобой стоит присмотреть, пока твой дружок наконец не начал пользоваться твоим слепым обожанием!

Женьке не хватало кислорода от обидной откровенности мужчины. Она быстро разулась, но так и осталась в прихожей. Словно больше не решалась вести себя в этом доме свободно.

— Не тебе рассуждать о порядочности, — девушку несло, — ты даже имен всех своих любовниц не помнишь.

— А тебя, я гляжу, очень волнует моя сексуальная жизнь, Женя, — припечатал Филипп, — лучше подумай о своей. Твой Слава никогда не будет с тобой, пока другой не сделает за него грязную работу!

— Грязную?..

Глаза девушки быстро наполнились слезами. Она села на корточки и зарыдала от накопившихся за день эмоций. Филипп шумно выдохнул.

— Жень…

Он подошел, и, хоть она вырывалась, поднял ее с пола. Взял на руки. Женька почувствовала себя пушинкой. И пусть внутри еще клокотала обида, девушка начала ощущать, как успокаивается.

Филипп отнес ее почему-то в свою спальню. Опустил на подушки и, не давая встать, наклонился к ней, ладонями упираясь в кровать. Они оба молчали и тяжело дышали.

— Прости, — спокойно попросил Фил, — я имел в виду, что именно Слава так считает. Лично я не вижу здесь ничего грязного, никакой проблемы. Да ее и нет! Ты замечательная девушка, и меня до самого нутра возмущает, что кто-то хочет получить из этого выгоду.

— Почему ты так думаешь о Славе? — в глазах Жени снова копилась лишняя влага.

— Это видно со стороны, — вздохнул Филипп и смахнул пальцами ее слезы, — ну всё, хватит. Не переживай так, котенок.

Ласковое обращение вдруг переключило что-то у нее внутри. Ее никто так нежно не называл. Даже мама Аля хоть и любила, выражала это немного сдержанно. Женька поднялась на кровати и обняла Филиппа за шею.

— Я подвела тебя, — прошептала она, — прости, пожалуйста.

Мужчина прижал ее к себе.

— Всё прошло отлично, — заверил он ее, — просто я разозлился. Ты меня тоже извини, если сможешь.

Она быстро закивала, не понимая, видит он или нет. Вся эта ситуация со Славкой, их поцелуй, показались ей далекими. Чувства к любимому были в ее сознании возвышенными, непоколебимыми. Она не могла подумать о нем плохо, да и она и не размышляла на этот счет. Слава был как неприкосновенное божество.

Филипп выворачивал ее всю наизнанку, с ним она всегда была здесь и сейчас. Любые эмоции с ним были такими острыми. Все ощущения четкими и настоящими. Даже сейчас она дотрагивалась кончиками пальцев до его крепких плеч и чувствовала каждую мышцу. Ловила ритм его дыхания, смаковала его запах.

Ей очень сильно захотелось снова попробовать вкус его губ. Узнать его ласки, увидеть его обнаженным. Женя со страхом уловила пульсацию внизу живота. Меж бедер все набухло и стало горячо. Только с ним она могла так откровенно обсуждать секс. И сейчас ей страшно захотелось просить его сделать «грязную работу». От таких мыслей девушка еще сильней возбудилась.

Она посмотрела на его рот и, поддавшись инстинкту, облизала губы. Подняла глаза, и сердце ухнуло вниз от того взгляда, которым мужчина провожал ее движения. Не разрывая зрительный контакт, Женька приоткрыла губки. Пристально посмотрела на Филиппа.

Сильным движением он соединился с ней поцелуем. Его язык по-хозяйски ворвался в ее рот и сплелся с ее язычком уже в привычном танце. Женька сдавленно застонала, запустила руки в вырез его фирменной футболки. Она ощущала, как его пульс бьет в вены на шее. Он целовал ее горячо, но она боялась, что он опомнится и уйдет. Она забралась руками под трикотажную ткань и впилась пальцами в его спину, словно пытаясь удержать. Разорвала поцелуй, ткнулась губами в мощную шею.

— Женя.

Мужчина задрожал под ее неловкими ласками. Ей было безумно приятно ощущать вкус и запах его кожи. К губам, обследующим его тело, присоединился язык. Фил прерывисто дышал и пришел в себя, лишь когда она уже спустилась к ключице. Резким движением он опрокинул девушку на кровать.

— Ты самая лучшая… — прошептал он ей на ушко и тут же захватил губами мочку.

Не в силах сопротивляться этой ласковой пытке Женька выгнулась и закрыла глаза. Ей было безумно хорошо. Она вновь разлетелась на частицы, чтобы собраться с ним в единое целое. Один организм, в реальности которого не было места для сделки, страха и другой любви.

Мужчина, как и она, вновь потерял тормоза. Осторожно снял с нее футболку и тут же потянулся к застежке бюстгальтера. Освободил грудь с набухшими сосками, припал к одному из них горячим ртом. Его язык скользил вокруг маленького кусочка плоти, но удовольствие от этой ласки охватывало все ее тело. Оставив одну грудь, он перешел к другой. Женька тихонько стонала.

Фил приподнялся и опустил свои большие руки на тонкий светлый ремень ее штанов. Женькино дыхание замерло — она не знала, насколько далеко они зайдут сегодня. Девушка была как никогда готова к самой настоящей близости, вместе с тем ощущала страх. Хотя интуиция подсказывала, Филипп снова не тронет ее.

Мужчина снял с нее джинсы и устроился меж ее ножек. Не отрывая вожделенного взгляда от ее бедер, большим пальцем провел по чувствительному месту прямо через успевшие намокнуть трусики. Женя с силой вдохнула и закусила губу. Она вновь попала в ловушку страсти и его прикосновений.

Филипп избавил ее от кружевной детали гардероба, покрыл поцелуями животик, спустился вниз… Женя почти не испытывала стыд, охвативший ее тогда в душевой кабине, когда Фил в первый раз притронулся к самому сокровенному месту губами. Сейчас она ощущала лишь доверие и огромный чувственный голод.

Аккуратно раздвинув губки, Фил нырнул меж них пальцем. Почти тут же он коснулся языком пульсирующего клитора. По телу девушки прошелся разряд сладостного тока, она закатила глаза и забыла абсолютно все про себя и мир вокруг. Лишь только откликалась на каждую его скользящую ласку.

Тяжело дыша, Филипп дарил ей наслаждение. Оно подступало откуда-то издалека и в один момент накрыло мощной волной. Ее хрупкое тело изогнулось так, что она сама слегка испугалась. Но чувство блаженной неги перекрывало все остальные эмоции. Только через несколько мгновений девушка открыла глаза.

Мужчина сидел на постели и явно намеревался уйти. Женька ощутила неудовлетворение. Не физическое, разрядку она получила с лихвой, а скорее моральное. Ей не хватило его, его сильного мужественного тела. Девушка села, прикрылась покрывалом и робко взяла Филиппа за руку.

— Останься, Фил, — выдавила из себя она.

— Нет, Жень, — он нахмурился, — тебе это не нужно, я не хочу причинять тебе боль. Потом ты будешь жалеть и страдать.

Женька тяжело дышала, она и сама не знала, прав он или нет. Но она точно понимала, что хочет доставить удовольствие этому человеку. Хоть и не представляла, как.

— Тогда разреши мне… — Женя не знала, что говорить.

Она молча потянулась к пряжке его ремня, у нее даже получилось расстегнуть ее.

— Женя, нет.

Он накрыл теплой ладонью ее дрожащие пальчики. Но девушка замотала головой и освободила руку. Она быстро расстегнула ширинку и, превозмогая неловкость, дотронулась до выпирающего бугорка. Отодвинула белье… Робко провела пальчиками по горячему возбужденному члену.

Ей было очень страшно. Она боялась его гнева, сделать что-то не так. В конце концов, сгорала со стыда. Но внутри нее кипело желание познать мужчину и доставить ему удовольствие. И она понимала, что не успокоится, пока не удовлетворит эту потребность.

Его пенис был тугим на вид, а на ощупь очень нежным. В прошлый раз Женька дотрагивалась до него в почти бессознательном состоянии. Сегодня она делала это более трезво, хотя тоже под действием порыва. Фил завороженно следил, как ее ладошка вернулась от головки к основанию. Женя понятия не имела, что дальше, и знала, он не подскажет. В любой момент мужчина просто уйдет.

Не убирая со своего тела тонкого покрывала, Женька села сверху на бедра Фила. Мягко повалила его на кровать. Мужчина опустился на спину, она легла сверху, потянулась к его губам. В поцелуе он перенял инициативу, углубил ласки, но не раздел ее. Она слегка потерлась животом, закрытым гладкой тканью, о его возбужденную плоть. Фил хрипло зарычал, чуть прикусил ее губы.

Нехотя, Женя оторвалась от его рта. Она двигалась прямо по его телу, чтобы он не поднялся, и оказалась у его живота. Снова взяла в руки возбужденный чувствительный орган. Ей не было противно, любая часть тела Филиппа излучала здоровье и красоту.

Мужчина ахнул, когда она приникла губами к бархатистой коже у головки пениса. Девушка не знала, как делать минет. В своей прошлой жизни она даже не думала, что будет когда-то этим заниматься. Но сейчас ею двигало возбуждение и сильный инстинкт, она со вкусом ощупывала языком вены на горячей плоти. Она поласкала один участок, чуть сдвинулась. Филипп тяжело дышал.

Женя попробовала взять в рот весь выпуклый кончик пениса целиком. С губ мужчины слетел стон. Женька перевела дух и очертила языком круг, чуть надавливая. Ствол она зажала в ладошке. Убрала губки и провела рукой по всей длине органа, потом снова лизнула головку. Хриплое дыхание Фила и пробивающиеся стоны поощряли, хотя и напряжение она ощущала огромное.

Горячка отпускала, ее все больше охватывала неловкость. Что она вообще себе позволяет? Женьке стало безумно стыдно. Но останавливаться было бы еще глупее, она снова взяла пенис в ротик, ласкала, прикусывала губами. В какой-то момент Филипп зарычал громче, приподнялся и вытащил член у нее изо рта. Она увидела, как на синюю простыню брызнула струйка спермы. Мужчина с трудом захватывал воздух.

Женька растерянно моргала, ее сердце билось где-то в горле. Что он скажет ей? Она не о чем не жалела, от вида его наслаждения ей самой вдруг стало невероятно хорошо. Но стыд все равно никуда было не деть. Она почувствовала, как дрожит, и запахнулась сильнее в покрывало.

Быстрым движением Фил поправил белье. Он смотрел на Женьку, чуть нахмурившись. Она хотела что-нибудь сказать, но как объяснить свое поведение, не знала. Она вдохнула воздух, и тут же была рывком притянута к мужскому телу. Филипп перебил ее коротким нежным поцелуем.

— Иди сюда, котенок, — он еще крепче прижал ее к себе.

Женька несколько раз быстро вздохнула и тоже обняла его.

Женя проснулась первой, тихонько выскользнула из объятий Филиппа. Стараясь не разбудить мужчину, она вышла из его спальни и отправилась прямо в ванную. Закрылась, сняла с себя покрывало и положила на табурет. Ее волосы свободно лежали на плечах, и, тряхнув ими, девушка уловила знакомый аромат. Она взяла в пальцы локон, глубоко вдохнула. Животе свело, когда она поняла, что вся пропиталась запахом Фила.

Женька обняла себя руками и стояла, не в силах зайти в душевую. Она не могла справиться с собой и отмахнуться от того блаженства, которое охватывало ее сейчас. Прошедшая ночь была чудесной. Она так спокойно и сладко заснула в мужских руках. А то, что произошло между ними до… Ей было очень стыдно, когда она вспоминала эти минуты. Эти прекрасные минуты.

Но она не должна так чувствовать! Он ей никто, она любит другого! Жене захотелось надавать себе пощечин, чтобы протрезветь. Филипп — замечательный человек и удивительный мужчина. Но он не для нее, а она никогда не станет ему парой. Женька тряхнула головой и вошла в кабину. Включила струи попрохладнее.

Девушка была в ванной долго, а когда вышла, сразу почувствовала запах еды. Судя по звукам, Филипп уже встал и делал яичницу на кухне. Женька вдруг поняла, что зверски проголодалась. Почти вприпрыжку она направилась в пищеблок, но на пороге замерла. Что говорить Филиппу?

— Доброе утро, — мужчина поздоровался, не поворачиваясь от плиты.

На нем уже были джинсы и светлая футболка. Хотя в одежде он был не менее сексуален и красив. Женька прикусила губу.

— Привет, — робко ответила она.

— Голодная?

Он сдвинул сковороду и потянулся за тарелкой.

— Очень, — призналась девушка.

— Отлично, давай за стол.

Филипп наконец повернулся. Смотрел он вроде обычно, улыбался по-дружески. Женя присела на краешек черного стула. Мужчина быстро сервировал круглый стол с веселой желтенькой скатертью. Женька почувствовала умиротворение от вида этих привычных вещей.

Они завтракали почти без слов. Девушка расслабилась, решив, они снова оставят порыв страсти без обсуждений. Просто забудут о нем. В конце концов когда-то им придется переступить черту и стать совсем близкими, раз уж она поставила Филу такое условие. Вот они и идут постепенно к этой цели. Именно так решила Женька.

Но у мужчины на этот раз были, похоже, другие мысли. Только с едой было покончено, как он начал разговор.

— Жень, давай обсудим кое-что?..

Он шел за ней в ее комнату.

— Что? — испугалась девушка.

— Вчерашний день, — вздохнул мужчина.

Женька ощутила жар во всем теле.

— Я… — она с трудом перевела дыхание. — Я вчера вела себя ужасно… Позволила себе лишнее. Извини!

Фил только улыбнулся и покачал головой. Он встал напротив нее посередине спальни, взял ее за плечи и посмотрел прямо в глаза.

— Жень, — его голос звучал мягко, — вчера мне было хорошо, как никогда. Честно. Я не хочу, чтобы ты стыдилась. Но я и не намерен делать вид, что ничего не произошло. Нас тянет друг к другу! Я хочу, чтобы ты доверилась мне немного. Позволила заботиться о себе, быть рядом.

Девушка нахмурилась. Она не могла поверить, неужели Филипп намекает на реальные отношения между ними? Или о чем он говорит?

— Но ведь сейчас так и есть? — робко уточнила она.

Филипп немного помолчал.

— Да, но твое помешательство на Славе… — осторожно начал он, Женька не дослушала. Фил переключил ее внимание с них на старую тему, и в голове у девушки снова все спуталось.

— Это не помешательство! — возразила она. — Я люблю его!

— Он не заслуживает, — завел привычную пластинку мужчина.

— Почему ты так считаешь?! — Женя раздражалась. — Он не сделал мне ничего плохого. С самого детства он хорошо ко мне относился! Он всегда меня брал с собой на прогулки, в кино. Угощал сладостями. Давал все свои вещи! И сейчас он беспокоится обо мне, спрашивает, как мои дела. Дает советы. Мама Аля и он — единственные мои родные люди!

От пылкой речи на Женькины глаза навернулись слезы. Ей стало так жалко себя, ее охватило чувство одиночества. Она говорила и понимала — она сама до конца не верит в то, что говорит.

Фил как будто почувствовал ее надлом и не стал больше спорить. Большими пальцами он массировал ее плечи.

— Котенок, — он снова назвал ее теплым прозвищем, — давай договоримся так. Я не стану запрещать тебе общаться с твоим другом. Но не будь с ним на людях, не позволяй ему обнимать тебя, целовать, коль уж мы с тобой для всех пара. И не иди у него на поводу.

— Как это? — спросила Женька.

— Пусть он сам решает свои проблемы, он мужчина, — объяснил Филипп, — и еще… Если он будет вести себя как-то странно, требовать от тебя что-нибудь или обидит, обязательно скажи мне.

Женя пожала плечами.

— Такого не будет.

— И подумай над моими словами о нас, — попросил Филипп.

Женя вскинула голову. Фил явно говорил о возможности их отношений, и душу Жени заполнили внезапный восторг и страх. Она поняла, желать реальной связи с этим мужчиной и потом не получить ее будет слишком тяжело.

— О чем думать, Фил? — спросила она. — Тебе не нужны отношения! Тебе никто не нужен. Иначе ты бы не создавал фиктивную пару.

Мужчина только покачал головой.

Артем проснулся от хлопка входной двери. Одна из его постоянных любовниц Ниночка деликатно упорхнула еще до пробуждения хозяина квартиры. Не зря он всегда отдает этой сочной рыжей кокетке приоритет — она умелая любовница и адекватный человек. Тёма откинул тонкое одеяло, заправленное в черное постельное белье, и потянулся за бутылкой воды. Сделал несколько жадных глотков.

Вчера вечером он от души снимал напряжение. Сначала за вип-столом «Острова», потом здесь с Нинкой. Последнее время мужчина ощущал просто физическую потребность расслабиться, выкинуть всё из головы. А прошлый день стал последней каплей. Ведь он пошел ва-банк и выиграл.

Из-за дня города спортивная база Фила почти пустовала. Здесь остались лишь дежурный инструктор-новичок и охрана. Да и то без начальника, тот рвался посмотреть выступление команды. Сам Чудов тоже, естественно, был прикован к площади. Его девчонка была при нем, разыгрывая его текущую самку. Артем еще за неделю понял, это шанс.

Кабинет владельца бизнеса не охватывали камеры, даже вход не попадал в поле слежения. Филипп был честолюбив и не хотел ходить под мушкой. Так что его территория идеально подходила для нужд Артема.

Можно было бы подумать, что управляющий сошел с ума, раз собирается поместить запретные «колеса» прямо под нос начальника. Но было еще кое-что. Именно в кабинете Фила существовал гениальный тайник, который сделал еще сам Тёма, когда занимал эту площадь. Ведь пока Филипп занимался боксом в столице, его товарищ сидел в его кресле и даже жил в его доме.

Тёма рос в небогатой семье. Его отец смолоду любил погулять, заложить за воротник. В итоге кончил плохо и глупо — поперхнулся насмерть за столом в собственной квартире. Артем остался с матерью один.

Родительница его — женщина порядочная, потому в девяностые совсем потерялась. На службе в детском саду платили крохи, один плюс — они с Тёмкой могли там поесть. Чтобы мало-мальски одеть сына к школе маменька нанималась сидеть с чужими людьми. Была няней у новых богачей. Артем же, уже школьник, был предоставлен сам себе. В эти годы он и подружился с Филиппом.

Чудовы соседствовали с ними по двору. Фил с детства был развитым, спортивным. Его боялись. А заодно позже начали опасаться Тёму, даже еще больше, потому что он грозил натравить на обидчиков юного боксера. Артем блефовал, потому что Фил на улице не дрался, да и повлиять на него было не так просто. Но глупая шпана верила и пресмыкалась перед мальчишкой.

Филипп про статус друга даже не знал, он все детство был тотально занят. Меж тренировок и сборов глотал уроки, умудряясь неплохо учиться. Артем, как мог, прикрывал товарища, брал на него задания, помогал делать доклады. Можно сказать, уже тогда он был его директором. Фил принимал как должное, да и задумываться о причинах и правилах их дружбы ему было некогда. Для спортсмена Артем когда-то появился и теперь просто был.

Тёма часто бывал у Филиппа дома. Сначала его привечала и кормила его добрая темноглазая мама. Потом после ее скоропалительной кончины хорошо относилась к приятелю Филиппа и Леночка. Восторгов по поводу нее Артем, правда, никогда не питал. Наблюдал, как ловко она управляет главой семейства Чудовых, и тут же держит на коротком поводке флирта его неопытного сынка, и только причмокивал.

Потом Филипп остался один. Те дни Артем не ворошил в памяти, тогда даже его пробрало. А Чудов уже через два месяца уехал на соревнования — крепкая скотина. Тогда в первый раз он отдал Тёме ключи.

— Присмотри тут за всем, — без долгих церемоний заявил товарищ.

Тёма лишь кивнул и подавил восторг. Пусть на несколько недель, но он переезжал из материнской распашонки-двушки в отремонтированную трехкомнатную квартиру. При том восемнадцатилетний парнишка сразу понял — пользоваться имуществом боксера нужно аккуратно. Девочек приводить, но соседей не тревожить и не пачкать ничего. В итоге все оставались довольны.

Потом Фил продал родительское жилье, купил зачем-то дом за городом. Решился на бизнес. Сам плотно засел в Москве и выступал в коммерческих боях. Семью не заводил, менял подруг, подсел на карты. Деньги тогда у него уже шли стабильно, часть он был готов вливать в базу. И как-то по накатанной сложилось, что управлял всем имуществом друга в городке по-прежнему Артем.

Он выделял каждый месяц деньги матушке, сам ее почти не навещал. Отнекивался работой, как и она когда-то от него. Чувствовал себя уже на тот момент молодой мужчина просто отлично. Доход был, он развлекался, как мог. Пока после очередного боя Фил не написал — я возвращаюсь.

Боксеру повредили позвоночник. В целом он выправился и был здоровее многих ровесников. Но полноценные тренировки и жесткие выступления могли закончиться для него инвалидной коляской. А так как Фил никогда лишними сантиментами не страдал, он легко закрыл дела с боксом и надумал приехать домой.

— Устал я от пробок, грязи, суеты, — признался он по телефону, — хочу спокойно жить за городом и заниматься нормальным спортом.

Артем изобразил радость. Хотя его веселые времена, как он сразу понял, закончились. Пришлось снимать квартиру, терпеть начальника и выезжать из кабинета.

В день города Тёма спокойно прибыл в спорткомплекс. Перед охраной не отчитывался, сразу пошел в здание. Ключи от офиса Филиппа у него были, причем вполне официально. Он открыл солидную коричневую дверь, вошел и закрылся.

Приблизился к правой стене, отодвинул шкаф. Потянул за нужный плинтус и вытащил небольшой прямоугольный металлический ящичек. Коробки Геры легли туда идеально. Артем привел в порядок пол. Тайник не запирался, но вероятность его обнаружения равнялась нулю. Тёма вмонтировал хитроумный сейф сам, по юности, еще до службы у Филиппа, он подрабатывал на стройках.

Риск потерять товар, конечно, существовал. Но он был не так велик по сравнению с опасностью носить его с собой. Артем и так последние дни ловил за собой хвост. Если Гера его пас, то хорошо. А вдруг люди Чернопольского? Найди они у него препарат, в лучшем случае ему бы удалось убежать куда-то на океан и там со счастливой улыбкой утопиться.

Конечно, Филипп не мог сказать Жене, что пошел на фиктивные отношения из интереса именно к ней. И конкретно потому, что она, на первый взгляд, безумно походила на его сильную любовь. Информация была не для Женькиных очаровательных ушек и ранимого характера. Да и этот факт, по сути, уже не имел никакого значения.

Пока он терзался чувством вины по отношению к Лене, Женьку взялся окучивать ее злосчастный возлюбленный. Даже если бы его порывы были искренними, Филипп разозлился бы. А так как мужчина находился в полной уверенности, что парень пользуется наивной девочкой, его охватывал сильнейший гнев.

В один из дней, когда Славка отирался на базе и делал снимки, Фил подошел к нему и конкретно попросил не проявлять к Жене знаков внимания более дружеских. И все вопросы напрямую решать с ним, не заставляя девушку краснеть. Вячеслав вроде бы понял, но его выходка на дне города показала, что не до конца. Ну с ним Филипп еще разберется…

Фил разозлился и на Женьку, потому что она нарушила их договоренности. Слава богу, одна из инструкторов заметила, в какую сторону ушла его «невеста». И к счастью, больше никто ничего не увидел. Филипп раздражался, пылил, потому что девушка, как упрямый барашек, твердила о своей любви к Славе. Фил не был психологом или знатоком человеческих душ, но ему отчего-то показалось, что этот хрупкий котенок сам очень сильно нуждается в любви. Оттого и тянется к этому непорядочному, но родному для себя парню.

А ему, Филиппу, вдруг безумно захотелось дать ей эту любовь. Окружить заботой, баловать. Испытывать рядом с ней счастье. Ласкать до забытья, сделать полностью своей. Кто бы знал, чего ему стоило не взять ее, когда она просила остаться. А то, что она провернула потом… Ни одна профессионалка не доставляла ему такое наслаждение, которое подарила эта неопытная девушка. Сквозь стыд и неловкость в ней играло искреннее желание сделать ему хорошо.

Эмоции к ней, те ощущения, которые он с ней испытал, прошили Фила до костей. Он уже не думал о Лене и больше даже не сравнивал их. Филипп не принял смерть, казалось бы, вечной возлюбленной, он просто осознал, что даже будь она жива, всем его организмом сейчас владела бы маленькая Женька. Она была уникальной — настоящей, светлой, такой нежной…

Посягательства на нее Славы, ее искренность, ее слезы, их чувственные минуты рождали внутри Фила что-то неизведанное. Его распирало от желания быть с ней рядом на полных правах.

— Жень, ты идешь сегодня куда-нибудь?

После воскресения, проведенного на площади, Фил дал всем участникам мероприятия выходной в понедельник. Да и сам никуда не спешил с утра. Женька пока тоже была дома, после разговора на повышенных тонах она не выходила из комнаты. Филипп осторожно заглянул туда.

— Не знаю, — пожала она плечами.

Девушка сидела на кровати, подтянув ноги к груди. Вся сжалась. Филипп медленно подошел к ней и тоже опустился на постель.

— Котенок… — он не сдержался и погладил ее по щеке.

Она посмотрела на него и вдруг улыбнулась.

— Почему ты меня так называешь? — тихо спросила она.

— Потому что ты похожа на маленького кошачьего детеныша, — засмеялся Фил, — тебе не нравится?

Он заглянул в ее большие глаза.

— Нравится, — призналась она и опустила веки.

Фил задумался, глядя не ее трепещущие реснички. Женька отпустила свои ножки и уже привычно обняла его за шею. А потом, невообразимо, вдруг перелезла с кровати на его колени. Филипп откинулся на мягкую спинку ложа, прижал девушку к себе. Ее шелковистые волосы приятно щекотали его подбородок.

— Филипп, — проговорила Женя, — сейчас… после того, что ты сказал… я хотела уйти.

Мужчина инстинктивно обнял ее еще сильней.

— Но куда, Жень, и зачем? — быстро спросил он.

— Шш, — прервала его девушка и продолжила, — но я не смогла. И дело не в твоих деньгах! Или доме… Я бы все равно что-то придумала.

— А в чем же дело? — тихо поинтересовался Филипп.

— Я не знаю, — простодушно заявила девушка, — мне вдруг стало так грустно. Я не хочу быть от тебя далеко.

Филипп выдохнул и поцеловал ее в висок — пульс его девочки колотился как бешеный. Боксер боялся спрашивать что-то еще. О Славе, о ее настоящих чувствах. О планах на него, Фила, вообще даже о каких-то логичных мыслях о них. Для него был очень ценен ее порыв и признание, они окрыляли мужчину.

— Будь здесь, Жень, — попросил он и опустил ладонь на ее щеку.

— Спасибо, — зачем-то ответила Женька и накрыла его руку своей ладошкой.

Они больше не откровенничали в понедельник и провели внеурочный выходной лениво — приготовили еду, поели и почти весь остаток дня смотрели детективный сериал. Женька в итоге даже заснула перед теликом, и Фил на руках отнес ее в ее спальню. Хотя ему безумно хотелось положить девушку в свою кровать, все же вольничать мужчина не стал.

Вторник же начался с будильника и утренних сборов. Филипп намеревался отправиться на базу, Женя поехать в школу танцев Аллы Григорьевны. Фил не стал слушать про автобусы и терпеливо ждал девушку. Та, в свою очередь, постаралась собраться быстрее. Они домчались без пробок, а на прощание Филипп оставил легкий поцелуй на гладкой девичьей щеке. Женька промолчала, но не отпрянула.

С неохотой Фил проводил глазами удаляющуюся Женьку, задержал взгляд на аккуратной попке в коротких джинсовых шортах, усмехнулся и порулил на базу. Нужно было подводить итог рекламной акции, рассчитать сторонний наемный персонал. К последним относился и «любимый» Женей Вячеслав.

Филипп просматривал материал о своем спортивном комплексе на новостном портале городка, когда услышал стук в дверь. Она распахнулась, и в кабинет воровато шагнул Слава. Филу пришлось на мгновение стиснуть зубы, чтобы сразу не взять парня за горло.

— Здравствуйте! — произнес фотограф.

Владелец базы лишь кивнул.

— Присаживайтесь.

Слава без стеснения плюхнулся на стул напротив хозяина кабинета. Сцепил пальцы.

— Как вам результаты вчерашнего дня? — спросил друг Женьки. — Остались довольны?

Филипп приподнял брови, выдохнул. Встал из-за своего стола и подошел к посетителю. Славка проводил его ленивым взглядом. Наверное, уверенность и наглость в его глазах стали последней каплей.

В мгновение боксер схватил обожаемого Женей парня за шею и также стремительно нагнул вниз. За считанные сантиметры от тяжелой темной столешницы он замедлился и плавно опустил лицо фотографа на гладкую поверхность. Чуть надавил. Тот успел лишь глотнуть воздух.

— Вы что творите?! — тонко возмутился Вячеслав.

— Я уже предупреждал тебя вполне вежливо, — напомнил Филипп, — чтобы ты держался подальше от Женьки. Какого черта ты потащил ее на карусели?

— Никто ее не принуждал, — прохрипел Слава, все еще оставаясь лежать на столе, — она сама пищала от восторга. Это уже твои проблемы, раз выбрал девку, которая любит другого.

Фил рыкнул и нажал куда-то на шее дерзкого собеседника. Славка взвыл.

— Она неопытная девочка, — прошипел Филипп, — а ты, позорник, этим пользуешься. Забудь о ее существовании, больше ты с нее ничего не поимеешь. Ну разве что проблемы со здоровьем.

Фил отпустил фотографа и вытер руку о штаны. Вернулся за стол, взял лежащий на пачке бумаг конверт и швырнул Вячеславу.

— Забирай и вали, — велел он.

Слава уже вскочил на ноги, торопливо схватил деньги. Филипп не спускал с него глаз. Тот сделал несколько шагов спиной вперед, быстро открыл дверь и вышел вон. Фил перевел дыхание.

Боксер не дрался просто так уже давным-давно. Но сейчас он чуть не поступился принципами. Славка явно был слабаком, почуявшим, что подруга детства обзавелась возможностями. Филипп был почти уверен, этому ушлепку хватило сегодняшних впечатлений, чтобы начать игнорировать Женьку. Но в душе все равно сидела тревога. Мужчина взял в руки телефон.

— Жень?

— Да, — девушка удивилась, — что-то случилось?

— Ты не слишком занята? — Фил смутился своему порыву. — Я хотел узнать, все ли в порядке?

— У меня через три минуты урок, — сообщила девушка, — всё хорошо. А у тебя?

Она поинтересовалась, казалось, искренне.

— Тоже, — Фил наконец улыбнулся, — прости, что побеспокоил.

— Да ничего, — быстро ответила Женя, — я приеду к тебе в обед, ладно? Не ешь там без меня…

Она выдала просьбу торопливо и робко.

— Буду ждать, — заверил Фил и попрощался.

Мужчине было удивительно, как один простой разговор и будничное обещание смогли добавить столько света вокруг.

Артем закурил на крыльце главного здания базы и слегка вздрогнул, когда услышал звук дверей. Он думал, вышел Чудов, сейчас снова начнет стыдить его за осквернение оазиса здоровья. Но на улицу выскочил взъерошенный фотограф. Тёма приподнял бровь.

— Всё в порядке? Расчет получил?

Парни уже перешли на «ты» за время сотрудничества и даже немного нашли общий язык.

— Да, деньги Филипп отдал, но… — Слава замялся. — Какой-то бешеный он у вас.

Артем выпустил дым и хмыкнул.

— У него бывает. Слушай, дай мне свой мобильный на всякий случай, я не помню, куда дел визитку. Вдруг еще понадобится съемка.

— Мм, — Славка вдруг замялся, — да я не знаю… Наверное, на лето я возьму отпуск. А потом, может, в столицу рвану. Здесь перспективы ноль.

Тёма нахмурился.

— Ну все равно телефон-то дай, вдруг пригодится.

Вячеслав чуть напряг губы, но потом назвал цифры.

Женька всегда считала себя невероятно сильной. Когда подружки страдали из-за невнимания симпатичного мальчика или проблем в отношениях, Женя только хмыкала — настоящая любовь поможет преодолеть любые трудности! Она вот питала сильное чувство к Славе и была готова ждать его взаимности сколько угодно.

После слов Филиппа о возможности их реальной связи, Женя испытала сильнейшее волнение. Она даже представить не могла, как это — жить с ним на правах девушки, каждый день ложиться в постель, целовать, обнимать, когда захочется. Знать, что этот мужчина симпатизирует ей, а, возможно, даже любит.

Положа руку на сердце — в эти мгновения Женя забыла о Славке. Уже позже она пыталась стыдить себя, убеждать, что ее душа навеки отдана первой любви. Но когда Фил попросил ее подумать о них, она лишь только испугалась. Она боялась стать для него эпизодом.

От близости с ним Женька горела. И не только ее тело удовлетворялось, но и душа парила в неизведанных раньше облаках. В совместных вечерах, разговорах, работе она получала удовольствие от жизни как никогда раньше. Она ощущала в Филиппе друга, сильное плечо. И как бы девушка не сопротивлялась, она сближалась с ним семимильными шагами. Но если они начнут отношения, не закончится ли это еще быстрей? И тогда он просто исчезнет из ее жизни навсегда.

Когда Филипп заговорил с ней откровенно, ей стало так тревожно, что захотелось убежать. Решила, так будет легче. Хотя в последнее время успокаивалась она лишь рядом с Филом. Он был для нее защитой, с ним она была дома. И она бы рвалась на его территорию хоть откуда, но не от мужчины же самого?

Но исчезнуть не вышло, она не соврала. Едва взявшись за чемодан, она начала безумно скучать. Ее охватила тоска, в глаза рвались слезы. Словно она покидала самое хорошее и родное место на земле. Она смогла только сидеть и ждать, пока мужчина ее не хватится.

Женьке безумно хотелось хоть с кем-то обсудить свои метания. Но рядом не было человека, которому она могла бы настолько довериться. Мама Аля и без того уверена в Жениной любви к Филиппу, да и начнет переживать. С Риммкой они так и не вышли на контакт, а больше подруг у Женьки не было. Приходилось держать всё в себе и отвлекаться на работу.

Фил позвонил просто, чтобы спросить, как дела, а ее сердце еще долго не могло прийти в нормальный ритм. Утром она планировала провести в школе Аллы Григорьевны весь день, чтобы немного отстраниться от своих дилемм и посмотреть на ситуацию со стороны. Но когда услышала голос Филиппа, сразу приняла решение ехать к нему после назначенных уроков. Хотелось увидеть его, услышать, может, даже почувствовать.

Ей было странно от того, что недолгими минутами общения с действительно любимым человеком Славкой она могла довольствоваться по нескольку месяцев, а с едва знакомым мужчиной хотела быть рядом круглыми сутками. И даже не просто допускала это, а сама делала всё, чтобы так и складывалось. Еще недавно она бы со стыда сгорела от такой активности. Она и сгорала, но ничего не могла с собой поделать.

Женя закончила занятия, нашла свой рюкзачок. Алла уехала по делам в администрацию города, потому прощаться с ней было не нужно. Женька кивнула пожилому вахтеру, толкнула уличную дверь. Она чуть не столкнулась с входящей в здание полноватой брюнеткой. Женя вздрогнула от неожиданности и от вида знакомой персоны.

— Римма? — выдохнула она.

— Привет, Жень, — невозмутимо поздоровалась подруга.

— Привет… Там никого нет, кроме Степана Петровича.

— Да я к тебе, — призналась гостья, — давай уже поговорим.

Девушки зашагали по прогретой июльским солнцем улице. Риммка опустила на нос солнечные очки, чуть помолчала и начала диалог.

— Как вообще живешь? Боксер к тебе нормально относится? — зачем-то спросила она.

— Да, всё хорошо, — пожала плечами Женька.

Увидев подружку, она, конечно, растрогалась. Но обида и недоверие к той еще сидели в ее сердце.

— Прости, Жень, что со Славкой так вышло, — Римма наконец перестала изображать вежливость, — у нас просто крышу сорвало. Тебе не понять, но иногда накрывает животная страсть… У меня с Васей, сама знаешь, романтики давно нет, и секс по расписанию, но я живая женщина! Когда начнешь жить полноценной жизнью, вспомнишь мои слова.

Женька прикусила губу. Какими сильными могут быть чувственные порывы, она уже знала на своем опыте.

— Я не держу зла, Римм, — произнесла Женя.

— Как у вас с Филом? — подруга успокоилась, и в ее голосе уже играло не раскаяние, а любопытство.

— Да… — Женька тоже немного оттаяла после искренних извинений Риммы и захотела поделиться с ней разрывающими ее чувствами. — С Филиппом все по-другому, не как со Славкой.

— Мм, — протянула Римма, — а что он?

— Мне хочется постоянно быть около него, — призналась Женя, — смотреть. Он очень красивый… И умный. Если у него что-то спросить, он всегда ответит… И поможет. Раньше я надеялась только на себя, а сейчас…

— Ты губу-то сильно не раскатывай, — хмыкнула Риммка, — расслабишься, а ему надоест. Он, знаешь, каких девочек выбирал всегда в клубе? Самых красивых и умелых!

У Женьки в глазах потемнело от страха. Опытная подруга озвучивала ее тревоги.

— Я сама боюсь, — делилась Женя, — не верю, что он действительно хочет со мной быть.

— А с сексом как? — глаза подруги вспыхнули. — Вы уже спали?

Жене неловко было делиться интимными моментами. Но она сама завела откровенный разговор.

— Да, — она оставила ответ без подробностей.

— И как? — голос Риммы прозвучал отчего-то глухо.

— Мне с ним безумно хорошо во всех моментах, — Женя искренне ответила подруге и самой себе.

Филипп провел короткую планерку по результатам рекламной акции, поблагодарил сотрудников за то, что выложились на совесть. Потом сделал несколько звонков, даже те, которые давно откладывал. Прошелся по территории, заглянул в залы. Артем с утра должен был решать кое-какие дела по точке продажи спортпита, потому Фил управляющего не видел.

Владелец базы сам уладил спор кухни с поставщиками овощей, наведался в домик охраны и даже подстраховал давнего клиента, жившего неподалеку в коттедже, на жиме лежа. Фил как раз в тот момент вошел в тренажерный, а инструктор отскочил позавтракать. В другой момент сотруднику бы влетело, но сегодня Чудов был согласно своей фамилии в чудесном расположении духа.

Когда Женька написала, что выезжает, Фил покончил с заботами и отправился к воротам ее встречать. Он топтал дорожку минут тридцать, а, может, и больше, пока со стороны остановки не показалась стройная фигурка в шортах и желтенькой футболке. Фил встретил девушку, взял за руку, а уже на территории базы не удержался и обнял.

Женя изумленно ахнула, легонько скользнула пальчиками по его плечам. Филипп запустил пальцы в мягкие волосы, взял за затылок. Поцеловал точеную скулу, подбородок, припал к губам. Он надеялся, она почувствовала искренность его порыва. Не сочла его нежность показной, а ласки лишь полезными для сделки.

На поцелуй она ответила, но после промолчала. Они вошли в здание, затем и в кабинет. Филипп закрыл дверь на ключ, бросил его в задний карман штанов. Вновь заключил в кольцо рук тонкую талию, притянул девушку к себе. Коснулся поцелуем уголка ее губ.

— Филипп, но мы же одни, — робко заметила Женька.

— Тебе неприятно? — прямо спросил мужчина.

Женя широко распахнутыми глазами смотрела на него. Фил снова подошел ближе, приподнял ее под попку и посадил на свой просторный стол. Расположился меж ножек, взял нежные щеки в свои ладони. Опять этот взгляд — чистый, открытый. Искры фиолетового в карих глазах, красноватые от поцелуев губки. Филипп снова хотел почувствовать их вкус.

Они целовались долго, упоительно. Женька доверчиво тянулась ему навстречу, крепко держалась за его спину, чуть постанывала. Фил жадно сжимал ее бедра, скользнул руками в вырез шорт к упругим ягодицам. Кабинет наполнился тяжелым дыханием…

Они оба вздрогнули всем телом от резкого поворота ключа. Взгляды впились в дверь, через мгновение в ней показался Артем.

— Петровский, какого черта? — просипел Фил. Он развернулся, закрыв Женьку собой.

— Извини, мне сказали, ты ушел на обед, — Тёма не устыдился, а даже как будто был раздражен.

— Так, ладно, — выдохнул Филипп, — иди к себе.

Артем медленно вышел, и уже потом Фил понял, что даже не спросил о цели посещения своего кабинета. Ключ управляющий имел с давних времен, и у Филиппа как-то не доходили руки забрать. Похоже, с этим стоит поторопиться.

— Прости, — он повернулся к девушке.

Она слезла со стола и только хмурилась, опустив глаза. Филу снова захотелось обнять и поцеловать это растерянное создание. Но он вдруг вспомнил, что она голодная. Да и сам ощущал потребность перекусить.

В обед они поели рыбы с овощами в кафе на территории базы. А когда вечером собрались домой, оба решили, что, питаясь в последнее время лишь здоровой едой, заслужили по гамбургеру. Фил предложил заехать в одну из местных бургерных точек, что как раз находилась по пути. Женька радостно закивала.

Девушка могла бы ждать его в машине, но вдруг тоже захотела пройтись с ним в заведение и посмотреть меню. Она никак не могла определиться со своим личным заказом. Фил, не раздумывая, крепко взял ее за руку, а у стойки обнял со спины, словно оберегая от всего мира.

— Здравствуй, Чудов.

Филипп был занят щебетанием Жени и не сразу понял, что позвали именно его. Он выпустил девушку из объятий, повернулся. Напротив стоял владелец сети быстропита — Чернопольский.

— Добрый вечер, — Фил добавил в голос равнодушие.

— Совсем вышел из формы? — с усмешкой поинтересовался давний знакомый. — Перешел на фастфуд?

— Все нарушают, — приподнял брови Филипп, — уж тебе ли не знать.

Чернопольский засмеялся.

— Меня никто не ловил… за гамбургером. Впрочем, ладно. Я давно хотел на тебя выйти, есть дело. Отойдем, где потише?

Фил напрягся. Когда-то они с земляком и тоже спортсменом почти дружили, но потом их взгляды на бокс и досуг разошлись. До Филиппа доходили слухи, что Чернопольский нелестно о нем отзывается. Потому было непонятно, чего ему нужно. Из задумчивости мужчину вырвали прохладные пальчики в его ладони. Женька взяла его за руку.

— Котенок, иди в машину, — он вложил в ее ладошку ключи, — я скоро.

Она посмотрела на него серьезно, но послушалась. Филу стало легче.

— Ты, гляжу, семью строишь? — спросил владелец кафе, когда они шагнули в дальний угол к холодильникам с напитками.

— И что с того? — поинтересовался Филипп.

— А денег на семью не хочешь заработать? Кризис, сколько там твоя детская площадка прибыли приносит? Так ведь всё проешь. А дети пойдут? Им нужно образование, квартиры.

Филипп шумно выдохнул и со злостью усмехнулся.

— Я разберусь, — заверил он, — торговать всякой дрянью через свои каналы я не стану.

— О как, — откликнулся собеседник, — вообще я имел в виду твою непосредственную профессию. Пошли ко мне осенью в бой?..

— А когда-то ты говорил мне, что не проводишь бои, — хмыкнул Фил, — я завязал с боксом. Даже с профессиональным. А уж тем более никогда не встал бы на ринг с теми животными, которых ты выпускаешь. Их ведь не зря дисквалифицировали в других местах!

— Зато там другие суммы, — не смутился Чернопольский.

Филипп покачал головой.

— В общем… — он передумал что-либо говорить. — Бывай, мне пора домой.

— Есть человек, — хозяин заведения не успокаивался, — которого не могут положить уже два года. Ставки на него заоблачные — хватит и тебе, и детям на всю жизнь.

— Мне кажется, ты преувеличиваешь, — заметил Фил, — пойми, мне нельзя выступать. Потом не то дети… Да из-под меня самого горшки носить придется.

— У тебя вон какая девочка ласковая, — плотоядно улыбнулся Чернопольский, — поухаживает.

Филипп подошел к нему вплотную.

— Забудь, что ее видел, — стальным тоном попросил он, — и о моем существовании, желательно, тоже.

— Иди поужинай, — отмахнулся тот, — а то голодный ты и злой. Денег не надо, угощаю.

Фил бросил бы жратву старого знакомого прямо у него на глазах в урну, если бы не Женька. Девочка там ждет свой заказ. Филипп опустил купюру на прилавок, и, не дожидаясь сдачи, вышел вон.

— Неприятный человек, — Женя нарушила тишину, царившую в машине уже минут пятнадцать.

— Мм? — Фил задумался.

— Тот, с кем ты разговаривал, — объяснила девушка, — какой-то злой. И испортил тебе настроение.

Она, казалось, сама загрустила. Филипп притормозил на светофоре, взял ее нежную ручку, несколько раз поднес к губам.

— Всё хорошо, Жень, — он постарался добавить в голос непринужденность.

Женя лишь понимающе кивнула. Фил порулил дальше и капля за каплей чувствовал, как клокочущее внутри раздражение стихает от молчаливой поддержки девушки.

На следующий день по дороге на работу Филипп подумал, надо бы сделать для Женьки дубликат ключа от его кабинета. Чтобы даже когда его не будет на территории базы, она могла комфортно отдохнуть меж занятиями, выпить чай или кофе, посидеть за компьютером. Но потом мужчину осенило — нужно просто забрать ключ у Артема.

Филу не понравилось, что накануне товарищ так вероломно нарушил их уединение. Их общение и так сейчас было зыбким и непонятным. Порывы страсти возникали спонтанно, спугнуть было проще простого. А Филипп искренне наслаждался любой близостью с этой девушкой и не хотел терять ни одной удачной минуты.

Сейчас он сам руководит своим бизнесом и бывает каждый день на рабочем месте. При необходимости Артем может спросить всё, что ему нужно из его офиса. А для времяпрепровождения у помощника есть свой кабинет. Фил не думал, что с возвратом ключа возникнут проблемы, но Тёма вдруг оскалился.

— Филя, вами то Лена крутила, теперь эта шмакодявка, — презрительно заметил друг, — с какой стати ты собрался давать ей ключ? А если залезет, куда не следует? В документы… Попить она может и в другом месте. Есть кафе, раздевалки для тренеров.

Филипп ощутил, как плотно сжались его зубы.

— Сделаем вид, — медленно проговорил он, — что я сейчас ничего не слышал. Женя со мной. Я ей доверяю и хочу, чтобы ей было удобно. А у тебя есть свое помещение. Пока еще…

Владелец спорткомплекса выдержал многозначительную паузу. Артем усмехнулся.

— А когда она тебя подставит, придется разгребать мне. Хотя мне не привыкать улаживать твои дела.

Он бросил маленький ключ из белого металла на светло-коричневую поверхность своего стола. Филипп взял его, молча сунул в карман. И опять же, не говоря ни слова, покинул кабинет управляющего. Он не хотел развивать конфликт.

Фил, конечно, чувствовал, что Тёму напрягло его возвращение. И чем дальше, тем больше оно доставляет подчиненному трудностей. Но что он мог поделать? Это его бизнес и его жизнь. Подстраиваться, чтобы другу было вольготно, он не станет.

Мужчина бросил ключ в портфель, вечером он отдаст его Женьке. Фил вдруг подумал — странно, но девушка уже для него как будто ближе, чем Артем. Но размышлять о друге, Женьке и несостоявшемся конфликте не было времени. Нужно сделать дела, потому что после обеда к нему наконец обещал заехать друг юности отца.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Сергей Семеныч прибыл только к шести, зато Филипп смог полностью поступить в его распоряжение. Они заняли самую дальнюю беседку, разожгли мангал. Наслаждаясь свежим воздухом, дымком, вечерней тенью, они готовили мясо. А тем временем для них уже подходила баня… Настроение у мужчин было благостное.

— Отлично ты всё здесь устроил Филипп, — похвалил Сергей, нанизывая мясо.

На все уговоры хозяина гость твердо заявил — готовку шашлыка он уже много лет не доверяет никому.

— Спасибо, дядь Сереж, — улыбнулся Фил.

Он вдруг почувствовал, насколько соскучился по простому доброму общению. Как ему не хватает родных. Лишь Женька грела душу, но семья с ней все же стояла под большим вопросом.

— Отец бы точно любил это место, — словно прочел мысли Фила мужчина, но ту же опомнился, — прости, я разговорился.

— Да ладно вам, — успокоил Филипп друга семьи, — сколько лет уже прошло. Я и сам часто думаю об отце, маме, Лене, когда бываю здесь.

— Плохо, Ленка не родила, — Сергей продолжил откровенничать, — так бы у тебя хоть по отцу брат или сестренка были. Ну или сводные…

— Не судьба ей была стать матерью.

Филу тема детей Лены не казалась благодарной, а вот собеседник вновь подсел на нее. Он отошел к столику, глотнул коньячка и заговорил на тон ниже.

— Я Тамарке рассказал про нашу встречу, — вспомнил гость про жену, — о девочке твоей… Так, ради шутки! А она, знаешь, что выдала?

Филипп нахмурился и сел на деревянную скамейку.

— Фотографию мне сбросила. Ох, я ее и отчитал, что все годы молчала! А она говорит, неловко было перед Ленкой, и меня боялась.

— Вы о чем? — вздохнул Фил.

Сергей Семенович потянулся за смартфоном.

— Гляди. Погоди, добавлю яркость.

Филипп внимательно взглянул на экран. Там был открыт снимок старой фотографии, его сделали на телефон с оригинала. Мужчина прищурился, там точно стояла Лена. На ней красовался модный тогда брючный костюм — черный, с белой отделкой. Фил помнил его.

Мачеха радостно широко улыбалась. Такая открытая мимика ее посещала нечасто, только в минуты искреннего счастья. На фотографиях она обычно смотрела снизу вверх и лишь слегка приподнимала уголки губ. Но этот снимок стал исключением.

Рука Елены покоилась на худеньком плечике девочки. На вид той было лет 7-8. В общем, первоклашка. Одета простенько — дутая зеленая курточка, светлые колготки с растянутыми коленками, черная юбчонка. Он посмотрел на личико — малышка смахивала на Лену. Или на Женьку… Или просто все втроем они были похожи. Филипп запутался.

— Откуда это? — спросил он Сергея.

— Ой, Филипп, — покачал головой тот, — Лена давала Томке на хранение документы… Мы ведь с твоим отцом давно дружили, а у Тамарки с твоей матерью общего языка не нашлось. Потому она к Ленке после сильно прикипела. Может из вредности? Я бы ей устроил, если б знал, что она Бориса обманывать помогает! Вот та и молчала столько лет.

— Ничего не понимаю… — пробормотал Филипп.

— Сынок, — вдруг мягко обратился к нему Семеныч, — Елена оставила у Томы документы, чтобы твой отец не нашел. Мы же тогда в тещиной четырешке жили, две семьи. Там сам черт ноги бы поломал, было где тайник устроить. Скажу сразу, в конверт Томка не лезла! Но почти перед самой трагедией Лена забрала бумаги. Сказала — скоро Боре устроит сюрприз, и тот будет счастлив. А уже потом, когда мы первый раз переезжали, супруга нашла это фото. Сначала понять не могла, откуда. Но смекнула — карточка выпала из документов Лены.

Фил шумно выдохнул и моргнул. Да быть не может, что Женька с Леной связаны! Жизнь не сериал. И отмахнулся от старого приятеля.

— Дядь Сереж, не бери в голову! Ну что теперь эти темы поднимать? Ленка детей любила. Наверное, это дочка какой-то из ее подружек. А в бумаги попала по ошибке, вот и не хватилась она ее. Насчет подарка для отца… Они всегда мечтали о даче. Возможно, Лене удалось продать свою старую коммуналку и приобрести отличный домик.

— Мда? — Сергей явно был разочарован. — А Ленка в коммуналке жила прежде? Откуда местная вообще? Мы о ней ничего не знали… Кто ее родные?

Фил пожал плечами.

— Она вроде не общалась ни с кем. Я тогда мал был, меня в такие вещи не посвящали.

— Ясно, — вздохнул Сергей, — ну что, снимаем мясо и в парную?

Филипп с улыбкой кивнул. Его уже напрягли эти прогулки по воспоминаниям.

Женя совсем не заметила, как пролетел июль. Целыми днями она вела занятия сразу в двух местах — у Фила и у мамы Али. Любимое дело поглощало ее целиком, и девушка была счастлива, что наконец может заниматься танцами без оглядки на низкие заработки, долги школы. Ее жизнь стала спокойной, счастливой… И всё благодаря Филиппу.

Мужчина был еще одной вселенной, которая заняла Женькины мысли. Хотя девушка боялась на него претендовать, и порой находила волю стыдить себя за предательство светлой любви к Славке, она уже не могла отрицать, что между ней и Филиппом кирпичик за кирпичиком выстраивается их совместный мир.

Они как будто раздвоились. На людях, согласно сделке, изображали пару. Сходили еще на одно спортивное городское сборище — массовый забег на призы от одного из супермаркетов. И даже мелькнули в коротком репортаже о здоровом образе жизни горожан на местном телеканале. Ну и на самой базе демонстрировали образцовые отношения.

Но была и другая сторона медали — хрупкая и сокровенная. Крепкие объятья, страстные поцелуи даже наедине. Теплота совместных вечеров, маленькие традиции только для них двоих. Милое прозвище «котенок» из его уст, каждый раз окатывающее ее волной нежности. Ее безудержное искреннее и такое трезвое восхищение им, всем, из чего он состоит, и что он делает.

Женьку полностью устраивало их трепетное и деликатное общение. Фил не брал ее нахрапом, не требовал обещаний и обозначения чувств. Она тоже тянулась к нему без наглости и собственических замашек. Хотя один раз не удержалась от замечания, что мужчина владелец базы, а не тренер. И нечего ему демонстрировать на молоденьких клиентках, как работает тренажер.

Но все же самое большое, что волновало девушку — интим. Они не раз заходили дальше поцелуев и объятий. Ласкали друг друга с упоением, Женя даже осмелела. Но стать с ней еще ближе Филипп не спешил. А ей требовать лишение девственности по договору больше не хотелось.

И дело даже не в Славке, о чувства к которому сейчас были для нее запутанной темой. Просто она желала искренности от Фила, чтоб он на деле показал, что проблемы в ее невинности нет. Но мужчина не совершал решительных действий и каждый вечер уходил спать один в свою постель.

Женя не беспокоила хозяина дома, когда он уединялся в своей комнате. И уже тем более не пошла бы туда ночью. Но сегодня был особый случай — над городом гремела гроза. Небо разрывалось на части и вспыхивало как миллион фейерверков. Вот только радости было мало, особенно Женьке. С детства она до смерти боялась этой стихии.

Когда-то она попала в сиротский заезд летнего лагеря. До этого она приболела, в итоге прибыла самая последняя и не уместилась в комнату с ровесницами. Девочки постарше приняли ее на первый взгляд радушно, но ночью устроили малышке «посвящение». На беду, началась гроза.

Ее вытолкали из комнаты, а потом и из корпуса. Пока девочку хватились вожатые, она провела на улице не меньше двадцати минут. Хватило, чтобы подцепить простуду и большую фобию на всю жизнь. Теперь Женя предпочитала плотнее укрыться одеялом с головой и так пережидать гнев погоды. Но вот сейчас такого предмета постели у нее не было. Она укрывалась мягким стеганым пледом, до сегодняшнего дня его ей вполне хватало.

Женька тихо выскользнула из комнаты, робко подошла к спальне Филиппа. Она хотела только попросить одеяло плотнее. Девушку трясло, и страх перебарывал хорошие манеры. Она осторожно открыла дверь, а та вдруг громко скрипнула. Женя вздохнула.

Филипп заворочался на кровати, включил нижний свет. Девушка пыталась понять, сердится ли он.

— Женя? — хрипло уточнил мужчина. — Что случилось?

— Фил, — она насмелилась подать голос, — у тебя нет… толстого одеяла?

Филипп нахмурился, потер уголки глаз.

— Ты замерзла? Тепло ведь. Ты не заболела?

Женька немного помолчала.

— Нет, просто я… боюсь.

— Чего? — Фил явно не понимал.

— Грозы, — она пожала плечами.

Филипп заулыбался и покачал головой. Откинул одеяло. Женька думала, он встанет и принесет ей нужный предмет. Но мужчина не собирался покидать кровать.

— Иди сюда?

— Куда? — нахмурилась девушка.

Он постучал ладонью по матрасу рядом.

— Но… — Женька мялась.

— Котенок, бегом, — скомандовал Фил, — я хочу спать, а не лазить по шкафам.

Женя закусила губу, но послушалась. И только опустилась на кровать, как сразу была прижата к теплому сильному телу.

— Всё хорошо, — пробормотал мужчина и зевнул.

Она уже и сама это чувствовала. Размеренное надежное дыхание рядом, казалось, заглушало даже громкие раскаты. Фил лежал на спине, Женькина голова удобно устроилась у него на груди. Уже проваливаясь в сон, девушка для пущего комфорта закинула на мужчину ногу.

Утром от ливня и туч не осталось и следа. Светило солнце, прилично припекая, потому Женька не стала заезжать с утра в школу, а сразу вместе с Филиппом отправилась на базу. Хотя занятия у нее были назначены лишь на послеобеденное время. Девушка решила немного потренироваться сама, да и просто доехать до места в машине с кондиционером.

Фил сразу взялся за дела, а Женя раздумывала — побегать ей, пока под деревьями еще сохранилась ночная прохлада, или пойти в тренажерный зал. Но не успела сделать ни того, ни другого, потому что ее отвлек телефон. Звонила Риммка.

После перемирия они встречались несколько раз, иногда созванивались. Инициатором общения в основном выступала Римма, но Женя не сопротивлялась. Она все же простила подруге вспышку страсти со Славой. Даже до странности легко.

— Привет, Жень, — поздоровалась Римма и сразу перешла к делу, — у меня к тебе просьба. Понимаешь, такая жара на улице, а мне с ребенком даже сходить некуда. На бесплатном пляже сплошная алкашня и грязь! А идти куда-то за деньги нет возможности…

— Может, в парк? — предложила Женя. Она не понимала, к чему ведет подружка.

— Мм, Жень, — Римма понизила голос, — у Филиппа ведь база за городом? Нельзя нам приехать там погулять?..

Женька улыбнулась.

— Я думаю, он будет не против, — предположила она, — я тоже здесь, буду рада увидеть Никитку.

— Тогда мы скоро! — заявила Римма и отсоединилась.

Женя бросила аппарат в рюкзак и замерла на месте. Ее немного смущало, что она так категорично пригласила своих знакомых без ведома Филиппа. Стоило найти хозяина спорткомплекса и хотя бы предупредить. Женька кинула рюкзачок за спину и зашагала к административным кабинетам.

Сердце отчего-то принялось восторженно скакать — сейчас она увидит мужчину. Будет ли он один? Обнимет ее? Поцелует? Она поняла, что очень на это надеется. Чем чаще они проводила времени вместе, тем больше он становился ее наркотиком, который она всегда хотела держать в своей крови. Это было настолько не похоже на то, что она всю жизнь считала любовью. И природу своих чувств девушка совсем не понимала.

Оставалось несколько шагов, Женька уже предвкушала встречу. Но дверь не была привычно распахнута, и около нее стоял Артем.

— Привет!

Он как будто ей обрадовался.

— Привет, — осторожно поздоровалась Женя.

Они так и не нашли общего языка с лучшим другом Филиппа и по большей части сторонились друг друга.

— У тебя же есть ключ от офиса Фила? — поинтересовался управляющий.

Женька пожала плечами.

— Он дома, — ответила она, — я не считаю хорошей идеей бывать здесь, когда Филиппа нет. Обхожусь раздевалкой.

— Ясно, — пробормотал Артем и сразу потерял к ней интерес.

А Женя раздумывала, звонить ли Филу, или приезд Риммки все-таки не стоит его беспокойства. Если даже он будет недоволен, пусть вычтет их отдых из Жениной зарплаты. Ей не жалко для подруги. Да и Римма в свое время без проблем приютила ее. Девушка уже развернулась, чтобы уйти.

— Ого, что у вас тут за сбор?

Из-за угла коридора показался Фил. Женька не удержалась от широкой улыбки.

— У меня к тебе вопрос, — сообщила она.

— Как интересно.

Мужчина приблизился, обнял ее одной рукой за плечи и привлек к себе. Он прикасался к ней уже тысячу раз, но Женька каждый раз так остро ощущала блаженство.

— Я потом зайду, — бросил Артем и показал им спину.

Женя развернулась к Филиппу.

— Что это с ним? — спросила она.

— Не обращай внимания, — Фил постарался сказать это легко, но Женька почувствовала напряжение в его голосе. А тут еще она со своими просьбами.

— Я пригласила Римму с сынишкой побыть здесь, — призналась она, — на свежем воздухе.

Филипп нахмурился. Вот этого она честно ожидала меньше всего.

— Пускай гуляют, — произнес он, хотя ему явно не понравилась ее самодеятельность.

Женя сделала шаг назад.

— Прости, я больше не буду никого звать, не спросив, — пообещала она, — давай я заплачу за них? Не сердись.

Фил наконец улыбнулся.

— Ну чего ты придумываешь, котенок? — он крепко прижал ее к себе. — Это ты извини, я загружен делами и не могу выкинуть их из головы.

Он накрыл губами ее губы, и с каждым ласкающим движением тревога уходила из сердца девушки.

Артем сел за свой стол и с трудом удержался, чтобы от души не ударить по нему кулаком. Такие вольности в чужом здании для него были недоступны.

Мужчина все больше ощущал, как некогда лучший друг от него отгораживается. Фил больше не заходил к нему обсудить новости, не звал на обед. С тех пор, как он отобрал у Тёмы ключи от кабинета их неформальное общение вообще сошло на нет. По делам бизнеса Филипп говорил с ним безукоризненно вежливо и спокойно, но от этого было только хуже. Артем чувствовал, как теряет влияние на давнего товарища.

И даже в то, что касалось спорткомплекса, Филипп все больше вникал сам. Словно готовился к тому, чтобы выкинуть Тёму из своей жизни. Это уже даже были не звоночки, по благосостоянию Артема вовсю долбил похоронный колокол. А тут еще Гера объявился в самый неподходящий момент. Он позвонил накануне вечером.

— Привет, дорогой друг, — начал подельник, и Тёма сразу покрылся испариной, — хочу еще раз поблагодарить тебя за услугу! Такого порядочного человека найти не так уж просто! На днях я заберу свою вещь, и будем ждать осени.

Артем что-то невнятно отвечал. Он так и не понял, когда конкретно он должен отдать препарат. А ведь его еще нужно вытащить из тайника в кабинете Филиппа.

Чудов практически не покидает базу, да еще его девчонка постоянно отирается здесь. Сегодня Тёма пошел проверить, не оставил ли случайно Фил дверь в свой кабинет открытой, так тут же принеслась Женя. Хотя комната была заперта, не так обидно.

Тёма вышел на улицу, закурил. Вдали, у входа на территорию, маячила чудовская танцовщица. Встречает кого, что ли? Артем прищурился, увидев знакомый силуэт. Риммуся! Он и не знал, что девушки возобновили дружбу. В голове мужчины выстраивалась цепочка — Фил, Женька, Римма… А ведь мелкой выскочке доступен ключ о помещения начальника базы.

Приезд Риммы раздосадовал Филиппа. Мало того, что она была негласным напоминанием о его прошлой жизни, так еще и могла посвятить в ее подробности Женю. Фил вообще был недоволен тем, что девушки снова общались. Чувствовал, ничего хорошего эта связь в жизнь котенка не принесет.

Но его руки были связаны, запретить Женьке общаться с подругой он не мог. Она естественно приняла бы в штыки любое замечание. При всей своей хрупкости и местами наивности Женя не была ведомой. Если кому и доверяла зря, то только по своему личному желанию.

Фил скрылся в кабинете, чтоб не столкнуться с Риммкой. Тем более забот действительно хватало. Постепенно, он переводил все дела в свое ведение. Артему он отчего-то все меньше доверял.

Мужчина даже не пошел обедать, обойдясь кофе и парой каких-то завалявшихся в ящике стола батончиков. И лишь ближе к пяти, решив, что Женька уже проводила подругу, отправился искать своего хореографа.

Он вышел из здания на солнечное крыльцо. Воздух и не думал остывать, Филиппа сразу окутало сухое пекло. Он прищурился, огляделся по сторонам — Жени видно не было. Фил замер, раздумывая, вернуться ли за телефоном или пройтись до танцевального корпуса. Покинуть базу, не предупредив, Женька не могла.

В итоге он решил позвонить, развернулся и чуть не вскрикнул от неожиданного появления девушки. Вот только это была не Женя.

— Здравствуй, Филипп, — проворковала Римма, — а я тебя ищу.

— А Женя где? — Фил вздохнул.

— Никитку повела в кафе попить.

Филиппу хотелось спросить, почему именно она, но особого значения это уже не имело.

— Скажешь, я просил зайти ко мне? Когда вы попрощаетесь.

Мужчина хотел ретироваться.

— Подожди, Фил…

Римма медленно провела по его предплечью. Скользнула пальцами под рукав легкой рубашки.

— Римм.

Филипп отнял руку.

— Ну чего?.. — капризно протянула танцовщица. — Такая у вас что ли с Женькой любовь? Признайся, что ты в ней нашел? Безумно интересно.

Фил покачал головой. Да, разговоры Риммка вела отнюдь не дружеские по отношению к Жене.

— Я отыскал ее, — сухо ответил он, — этого мне вполне достаточно.

— Что она может тебе дать?! — в голосе Риммы появились визгливые нотки. — Ты опытный мужчина!

— Римм, прости, это не твое дело, — Фил больше не мог выдерживать вежливый тон.

Он тряхнул головой и потянул входную дверь в здание.

Навстречу по коридору шел Артем, но ему раздраженный хозяин базы уже не сказал ни слова. Единственное, чего он хотел, скорее закончить этот день, посадить Женьку в машину и уехать домой.

Артем слегка скривился, но сделав шаг на улицу, сразу расплылся в улыбке.

— Риммочка! — воскликнул он.

— Привет.

Девушка не демонстрировала восторг, ее брови сдвинулись к переносице.

— Что с настроением? — поинтересовался Тёма.

— Хм, — Римма еще больше насупилась, — вот скажи, что Фил такое разглядел в Женьке? Я не понимаю!

Последняя фраза прозвучала с отчаянием. Артем приподнял бровь.

— Риммусь, а давай-ка встретимся завтра, поболтаем? В «Острове». Я расскажу тебе о причине твоей неудачи с Филиппом и том, что ты можешь сделать, чтоб вернуть себе отличного клиента.

Глаза Риммки зажглись.

— Я буду очень ждать! — заверила Артема она.

Навязчивость Риммы взбесила Филиппа. Ее чувства к нему, или как это еще можно было назвать, не имели под собой никакого фундамента. Да, они спали, но по сути это была деловая связь. Встречаться таким образом он мог бы с любой девицей из клуба. Просто Римма была комфортной. А теперь выносит ему мозг. Да и Женьку он обидел из-за своего раздражения.

Фил двинулся к кафе в надежде перехватить девушку и попросить поторопиться с отбытием домой. Зашел за стеклянную перегородку, ограничивающую столики и сразу увидел Женю. Рядом стоял темненький мальчик. Видимо, они уже собирались уходить.

Женька надела карапузу голубую кепку, дала в ручку коробку сока. Тот потянулся к ней и обнял за шею. Женя подхватила худенького ребенка на руки, они оба заливисто засмеялись. Фил тоже не сдержал улыбки, от его злости не осталось и следа. Он вдруг подумал, что также когда-нибудь будет смотреть на эту девушку и их ребенка. Сердце странно сжалось — от сильной радости и тревоги.

Фил понял, пора выводить их отношения на какой-то более определенный этап. Они отлично проводят время друг с другом, но мужчине вдруг захотелось уверенности. Он желал узнать, как Женя относится к нему, как его воспринимает. Думает ли еще о Вячеславе…

Сам он в последние недели словно начал новую жизнь. Без призраков прошлого, навязчивых снов. Хотя для него и было странным, что такая сильнейшая любовь, какой в его глазах были эмоции к Лене, смогла догореть так разом. Но факт был фактом — им полностью владела Женька, и Лену в ней он больше не видел.

— Ты меня ждешь?

Его мысли прогнал сам их объект.

— Да, Жень, — кивнул он, — ты скоро освободишься?

Девушка кинула взгляд на ребенка.

— Ага, мы с Никитосом уже пошли искать маму. Может, подвезем их?..

Женька спросила и тут же осеклась, видимо, вспомнив его недавнюю реакцию. У Фила снова сжались кулаки, еще не хватало, чтоб она теперь его боялась! Пришлось наступить на горло своим желаниям.

— Да, конечно, — он тепло улыбнулся ей, — собирайтесь, я тоже схожу за вещами.

Даже запершись в квартире, Артем ощущал себя под колпаком. Ему казалось, за ним следят все — Гера, Чернопольский, даже Филипп. Мужчина чувствовал себя почти сумасшедшим. Он жил одной надеждой — изъять из кабинета редкий препарат, отдать его Гере и, послав Чудова, уехать в отпуск. Он понимал, его увольнение со службы у Филиппа все равно вопрос времени.

Уже на следующий вечер после разговора с Риммусей, мужчина помчался в клуб «Остров». В его голове созрел странный, но весьма перспективный план. И подруга Филипповской пассии должна была стать первой марионеткой на пути его осуществления.

Тёма не стал садиться за руль и воспользовался услугами своего постоянного таксиста. Когда они подъехали к зданию, мужчина поразился обилию машин возле. Но потом вспомнил о дне недели — сегодня царила пятница. Куча горожан прибыли оттянуться в злачное место, да еще здесь собралась толпа бомбил.

В итоге водитель Артема тормознул на приличном расстоянии от входа. Пока они ехали, набежали тучи, принялся накрапывать дождик. Артем рассчитался, поднял воротник рубашки и потрусил к “Острову”. Чертыхаясь себе под нос, он огибал разбросанные авто. И почти достиг цели, как прямо на него выскочила дамочка в коротком красном платье.

Она как будто ждала именно его, чтобы шмякнуть в грудь своим четвертым размером. У Тёмы запестрило в глазах от яркого одеяния, макияжа, ослепительно белых волос. Голова закружилась от коктейля сладких духов и такого же алкоголя, которым разило изо рта девицы. Она несвязно бормотала какие-то извинения. Зачем-то вырвала из его рук телефон и принялась смотреть, не разбился ли он.

Тёма кое-как отвязался от бабенки и пробрался в клуб. Едва он поднялся на обычное для него вип-место, к нему присоединилась Римма. Танцовщица выглядела взволнованной и чуть ли не копытом била от нетерпения.

— Привет! — широко улыбнулась она.

— Добрый вечер, Риммусь, — отозвался Артем, — присаживайся.

Девушка села. Мужчина вначале заказал им обоим выпить, потом они напряженно обменялись несколькими дежурными репликами о пятничной толкучке в клубе, погоде, невозможности взять отпуск. Римма уже изгрызла все губы в нетерпении, тогда Артем перешел к делу.

— Римм, вы ведь помирились с Женей? Ты можешь на нее повлиять?

Брови танцовщицы взмыли вверх.

— В каком смысле? Мы общаемся, но не так, как раньше.

— Нужно заставить ее забрать из кабинета Фила одну вещь, — пояснил Артем.

Римма покачала головой.

— Украсть?

— Нет, это не его штуковина, — ответил Тёма, — просто он не знает, что она там, и говорить ему об этом не нужно. Надо чтобы Женька взяла товар и отдала тебе.

— Товар?! — Риммка нахмурилась. — Что у тебя там за дела? Женя вряд ли возьмется обманывать Филиппа ради меня.

— Не обманывать, а просто кое о чем умолчать, — пояснил Артем и добавил, — как можно ее заставить?

Римма так и сидела, сдвинув брови. Было заметно, девушка потеряла веселый настрой, но и отмахиваться от Тёмы не хотела.

— Разве что действовать через Славку, — предположила она, — вот только я не знаю, возможно, он Жене больше не нужен. Раз у них с Филиппом серьезно.

Взгляд Артема зажегся.

— Слава — это фотограф? Да, девочка же в него влюблена! Звони ему.

Риммка ошарашено выслушала команду.

— Прямо сейчас?..

Она послушалась, и уже через сорок минут Вячеслав сидел на балконе “Острова”.

Филиппу точно не понравилась выходка с приглашением Риммы. Женя была в этом уверена, как и в том, что просьбу подбросить подругу и сына до дома, он исполнил через силу. Видимо, стало неудобно отказать из-за маленького ребенка.

Женька чистила зубы с утра и ругала себя за назойливость. Чего она возомнила? Что она на самом деле его девушка? Поставила мужчину в неудобное положение. Весь остаток вечера Фил был каким-то напряженным. Он рано ушел спать, а утром ни свет, ни заря в субботу отправился по делам. Оставил лишь записку

Она подумала, неплохо было бы уйти куда-то до самого вечера. Чтобы когда хозяин дома вернется, он мог побыть один и отдохнуть от ее общества. Но вот куда податься?

Как вариант можно съездить в школу танцев, провести там генеральную уборку. У Аллы Григорьевны до этого давно не доходят руки, вечерами и в выходные женщина пропадает на даче. Женька же может совместить два полезных дела. Больше провести время негде — с Риммой они только вчера виделись, а кроме нее Женькин круг общения состоял лишь из Филиппа. Ей вдруг стало очень тоскливо.

Не будь она такой наглой, они бы сегодня, возможно, съездили на пляж. Мужчина давно обещал ей вылазку на любимое озеро, пока лето еще не остыло. Или повалялись бы дома перед телевизором… Но теперь Женьке не хотелось досаждать и снова наблюдать его раздражение.

Женя помыла пол в маленьком и большом зале, стерла пыль с подоконников, мебели. Выгребла мусор из раздевалки и даже пересадила один ветвистый цветок в кабинете Аллы Григорьевны. Ополоснула руки в старенькой раковине и поняла, что прилично устала.

Убираться было скучно, плюс ей очень не хватало Филиппа. Она уже так привыкла быть с ним почти круглыми сутками. Возможно, она бы позвонила мужчине, если б не оставила у него дома свой мобильный телефон. Собиралась она утром, погруженная в невеселые мысли, потому и не вспомнила про аппарат. Впрочем, вряд ли ее кто-то хватится. Фил наверняка вздохнул с облегчением, не застав ее дома. Это она готова двадцать четыре часа держаться за его руку, а он взрослый человек, которому нужен отдых.

Женька сидела на подоконнике в холле, болтала ногами и размышляла, куда бы сходить завтра, чтоб устроить Филиппу еще один выходной. Идей почти не было, и девушка так глубоко погрузилась в свои мысли, что чуть не свалилась на пол, когда услышала скрип двери. Женя испугалась — кто там может быть? Правда от вида вошедшего в здание мужчины она выдохнула.

— Жека, привет! — просиял Вячеслав. — А я как чувствовал, что найду тебя здесь. Что с телефоном у тебя? Все утро дозвониться не мог.

Женя тепло улыбнулась другу.

— Я его забыла дома. Ты меня искал? — удивилась Женька.

— Да, — подтвердил Слава, — я соскучился.

Женя улыбнулась, на душе стало тепло. Все-таки когда человек родной, всё гораздо проще. Не нужно бояться, что он о тебе подумает, не злится ли. Со Славкой всегда было легко и просто. Она снова вспомнила о Филиппе, интересно, а он ей не звонил? Хотя вполне возможно, мужчина и сам уехал на целый день, предполагая, что она все выходные будет торчать у него дома.

— Ты обедала, Жень? — Слава вырвал ее из нерадужных мыслей.

— Нет, — ответила другу девушка.

— Тогда может в бургерную? — Славка приподнял бровь.

Женька замерла — это их с Филом место!

— Нет, — быстро отказалась она, — хочу чего-то легкого. Жарко.

Вячеслав пожал плечами.

— Тогда пошли в новую студенческую у юридического института. Там и по выходным открыто, можно окрошки поесть.

Женя с улыбкой кивнула.

Они медленно шагали по улице, Славка рассказывал ей о каких-то планах. Молодой человек грезит попробовать свои силы фотографа в столице, копит деньги на отъезд. Мечтает осуществить задуманное уже осенью. Они обсудили немного Москву, ее перспективы. Женька подумала, если когда-нибудь Фил не захочет ее больше видеть, ей, наверное, все же придется уехать из городка.

В заведении общепита Слава долго выбирал столик подальше, чтобы им никто не мог помешать. Видимо, молодой человек реально соскучился. А может, им все-таки суждено быть вместе? С Филиппом у Жени одни иллюзии и недоговоренности, а давний возлюбленный наконец принялся уделять ей внимание.

Друзья купили еду, принялись не торопясь обедать. Женька порадовалась, что ей встретился Слава. Иначе пришлось бы болтаться по городу одной. Мысли то и дело устремлялись к Филу, но девушка уговорила себя оставить его в покое даже в голове.

— Жень, а у тебя случайно нет ключа от кабинета Филиппа?

Славка задал вопрос, когда они почти доели. Женя в очередной раз задумалась, звук и содержание его реплики заставили ее вздрогнуть.

— Есть, — призналась она, — почему ты спросил?

Парень почесал переносицу.

— Да я, кхм… когда работал, оставил там кое-что.

— Ты? — нахмурилась Женя. — Так нужно спросить у Филиппа, он отдаст твою вещь. Какая-то деталь от камеры? Фил очень любит порядок и ничего не выкидывает, как следует не убедившись, что это мусор. А чужое он наверняка спрятал.

Слава выдохнул.

— Оно и так в надежном месте, — произнес странную фразу Слава, — это не техника, Жень. Там лекарство.

Женька вообще не понимала, что происходит.

— Ты болеешь? — спросила она друга.

Славка на миг прикрыл веки.

— Оно… от усталости. Жень, я много работаю, часто ночами. Потом очень трудно вставать рано. А твой Филипп требовал, чтобы я был на базе уже в начале рабочего дня.

Женя знала, что Фил негативно реагирует на опоздания. Но когда дело касается его сотрудников, Славка же просто делал фотографии по договору. Хотя всякое могло быть. Она молча слушала дальше.

— Я снимал его в кабинете, — объяснял Вячеслав, — ну и чувствую, сейчас упаду и усну. На счастье, Фил вышел по делу. Я быстро достал препарат, таблетку закинул. И тут он, дверь резко открывается! Я от неожиданности выронил коробку, она отскочила за шкаф. Не лезть же при нем было? Я и ушел. А препарат дорогой, Жека.

Девушка смотрела на возлюбленного и чувствовала, как по всему ее телу идет холодок. Что-то было странное и страшное в его рассказе.

— Давай попросим Филиппа, — предложила Женя, — он достанет коробку и отдаст тебе.

— Да, Жек!

Слава раздражался.

— Ему эта вся ситуация не понравится! Учитывая, что он ревнует тебя ко мне. Да и лекарство это… не совсем обычное.

— Это наркотики? — Женя озвучила самую страшную свою догадку.

Славка шумно выдохнул.

— Да не наркота это, Жень! Просто небольшая стимуляция. Филипп помешан на спорте и здоровом образе жизни. Вот увидит он у меня таблетки, а я твой друг. Он подумает, что и ты не следишь за собой. Просто помоги мне их тихо забрать.

Последнюю фразу Слава произнес низким тоном.

— Я? Слав…

Женьку пробрала дрожь. Ей стало жалко всегда любимого ею Славу, которому наверняка не по карману каждый раз покупать странные таблетки. Плюс ей сделалось тревожно, что этот препарат лежит у Фила. А если его найдет кто-то другой и заявит в полицию? А Филипп и знать не знает, пострадает ни за что.

— Скажи, где лежит лекарство, — велела она Славке, — я принесу.

Тот откинулся на стуле и разгладил белую майку.

— Прости, Жень, но нет, — вдруг возразил он, — ты испугаешься и расскажешь Филиппу. Давай выберем время и пойдем туда вдвоем. И нам лучше поторопиться, пока кто-нибудь не успел вперед. Ты представляешь, какой будет скандал, если на спортивной базе найдут допинги? Фил потеряет клиентов.

У Жени застучало в висках — вот это новости! Господи, Филипп не должен пострадать! Она вдруг поняла, чтобы защитить этого человека она готова на всё.

— Хорошо, Слав, — решительно произнесла она, — в ближайшее время я позвоню тебе, и мы уберем эту гадость с территории комплекса. Я только придумаю, как отвлечь Филиппа.

— Жень, ты настоящий друг!

Они к тому времени уже вышли на улицу, и Славка крепко обнял ее. Жене показалось, от него пахнет чем-то тухлым. К горлу подкатила тошнота. Ей очень захотелось домой к Филиппу.

Славка не стал ее задерживать и почти вприпрыжку побежал к автобусной остановке. Женя же медленно побрела на свою маршрутку. Душу девушки раздирали тысячи противоречий, и Женька совсем не знала, как поступить. Посоветоваться было не с кем. Мама Аля, Риммка, точно отпадают. Филипп? Она вздохнула. Стоит хотя бы добраться до дома.

— Жень, ты где была?!

Фил встретил ее у ворот. Он подошел к ней очень близко, взял за плечи и, нахмурившись, глядел в лицо.

— Я ездила навести порядок в школе танцев, пока выходной, — объяснила Женя.

— А почему не предупредила? — спросил Филипп. — Я бы тебя отвез и помог.

Женьке стало стыдно, все же Фил с таким добром относится к ней. Или он говорит так из вежливости?

— Тебя не было, — объяснила она, — а телефон я забыла.

— Да я уже знаю, — усмехнулся мужчина, — голодная?

Он выпустил ее из рук.

— Нет, я пообедала со Славкой…

— С кем?!

Голос боксера стал злым. Жене захотелось прикусить язык.

— Мы встретились в школе случайно, — пролепетала она.

У Фила, казалось, раздулись ноздри.

— Почему он никак не оставит тебя в покое?! — вскликнул спортсмен.

Он задал вопрос в воздух и, не дожидаясь ответа, зашагал к дому вперед нее. Женьке захотелось плакать. Всё было так хорошо, а теперь катится куда-то… Сначала Римма, теперь Слава. Фила раздражают ее друзья? Но ведь это неправильно. С другой стороны, Женя понимала, скажи она о лекарстве и кабинете, Филипп вообще может ее прогнать. От такой мысли стало невыносимо тоскливо.

Она зашла в дом вслед за мужчиной. Тот уже сел на диване в гостиной, включил телевизор и делал вид, что полностью поглощен спортивным каналом. А может, действительно увлекся происходящим на экране. В другой момент Женька ушла бы в свою комнату, но сейчас ей хотелось быть рядом с ним. Она примостилась на краешке кресла и тоже смотрела баскетбол.

Фил понял, если он еще раз сунется к Славе, будет смотреться просто клоуном. Он поступился всеми спортивными принципами и чуть не набил парню лицо, а Женька бросила телефон дома и пошла с ним обедать. Наверняка они еще и гуляли, а уборка в школе — лишь отговорка для него, Фила.

У боксера скрипели зубы и сжимались кулаки, но что он мог поделать, если девушка, которой он бредит, безумно любит другого? Наверное, впервые в жизни, он совершенно не знал, что предпринять. Даже безысходное чувство к погибшей Лене не ставило его в такой тупик.

Логика и задетое честолюбие советовали Женьку отпустить — пусть строит отношения с давним приятелем! Сердце же сжималось от вида ее, маленькой хрупкой и нахохлившейся, словно птенец, сидящей с ним в гостиной. Он не сможет сказать ей, уйди.

Оставалось два варианта. Или пустить их отношения на самотек, или добиваться ее любви. Первая ситуация происходила в данный момент, и решительному мужчине давалась очень тяжело. Он ощущал беспомощность и бесился. Второй же способ он просто не знал, как осуществить.

Филипп дал Жене всё, что у него было. Он поселил ее в своем доме, предоставил ей работу, переводил деньги и окружал всяческой заботой. Любого ее обидчика он был готов уничтожить. И что же еще? Сочинять стихи, носить завтрак в постель? Кажется, такие манипуляции производят герои мелодрам, которые он краем глаза видел. Фил совсем не представлял себя в этом жанре.

Он любил решать проблемы кардинально, потому, вдохновленный чувствами, которые вызвала в нем Женя с Никиткой на руках, с утра в субботу поехал готовиться к решительному шагу. Взял в комнате у гостьи ее церковное серебряное колечко и отправился прямиком в местную ювелирку. Ничего достойного там естественно не было, пришлось сделать заказ. Но услышав о Славке, боксер понял, он погорячился.

Отменять заявку на кольцо, впрочем, не стал. Каким бы сложным не был бой, идти на попятную — последнее дело.

Посоветоваться, да даже просто обсудить свою новую привязанность Филиппу было не с кем. Дружба с Артемом семимильными шагами сходила на нет, больше приятелей в городке у мужчины не наблюдалось. Да и в глазах окружающих они с Женькой уже были крепкой парой.

Боксеру в голову даже пришла мысль позвонить московскому знакомому Тимуру Шевцову. Он был старше, опытней. Находился уже во втором браке, даже, похоже, счастливом. Да и женщин повидал на своем веку. Впрочем, Фил сразу так явно представил, какими насмешками осыплет его друг по карточному клубу, что и сам не сдержал улыбки. Нет, Тим тоже отпадал.

Женька вела себя молчаливо и словно что-то постоянно обдумывала. Сам Филипп еще злился из-за ее встречи с Вячеславом. В итоге те слова, которыми они перекинулись за выходные, можно было пересчитать по пальцам. Молодые люди вели себя как соседи, и по большей части сидели по своим спальням.

А в понедельник, не успел Фил завести машину, ему на мобильный позвонила Алла Григорьевна — названная мать Женьки и директор школы танцев.

— Здравствуйте, Филипп, — робко начала женщина, — простите, что опять вас тревожу, но просто не знаю, к кому еще обратиться.

— Доброе утро, — тепло поздоровался Фил и успокоил собеседницу, — я вас и просил звонить, как только что-нибудь понадобится. Какая у вас проблема?

Алла чуть замялась, но все же заговорила.

— Ой, да рассказывать смешно! У нас прорвало трубу в детском туалете, но это дело житейское, я сантехников вчера приглашала. А они как давай смотреть, говорят, у вас под полом вода бежит! Это представляете, Филипп, какие счета придут? Вроде взялись делать, а часть труб идет под кладовой, в которой еще со старого спортзала инвентарь лежит. Хлам в основном, но несколько тяжелых гирь… Петрович с Колей заныли, мол, мы не грузчики и все больные… Ох, Филипп, перехожу к делу! Позвала я на утро как раз тех самых грузчиков, а они пришли — лыка не вяжут. Под градусом! Еле вытолкала, пока всю школу не разнесли. Может, у вас есть знакомые порядочные ребята? А то через два часа уже слесари придут.

Филипп прищурился. Он сидел в авто и наблюдал, как по дорожке, ведущей из дома, вышагивает Женька. Голубой сарафан прилично не доходил до колен, обнажая стройные ножки. Девушка прикусила губу и с удовольствием подставляла лицо прохладному ветерку раннего утра. Фил ощутил, что просто физически хочет сжать ее в объятьях. И еще как устал от всех непонятных моментов между ними.

— А много там гирь-то? — поинтересовался он у преподавательницы.

— Мм, — откликнулась Алла Григорьевна, — я думаю, паре крепких парней под силу будет очистить каморку.

Фил немного подумал.

— Вы знаете, — сказал он женщине, — я, наверное, приеду сам. Заодно посмотрю, как у вас там залы отремонтировали. Да и оценю инвентарь — может, чего заберу для базы. Советское качество, оно, сами знаете, порой лучше всего.

Директриса школы танцев немного смутилась, но в целом была очень рада перспективе встречи с Филом. А сам мужчина надеялся немного расспросить у единственного родного человека Жени о ней самой. Возможно, об их отношениях со Славой. Или даже о прошлом Женьки… Вот только бы она сама не пожелала ехать с ним.

Девушка уже поравнялась с автомобилем и собиралась открыть дверцу. Фил быстро вылез, обошел авто и мягко взял Женю за запястье. На него тут же уставились два удивленных красивейших глаза. Филипп исполнил свое недавнее желание и обнял Женьку.

— У тебя есть где-то с утра занятия? — спросил он и невесомо коснулся губами ее макушки.

— Эмм…

Женя чуть дрогнула в его руках, но прильнула к груди.

— Через час на базе, — после паузы ответила она и вдруг попросила, — прости меня, Фил?

— За что?

Он взял ее за подбородок и поймал взгляд. Ему показалось, она вот-вот заплачет. Из-за своих обид и метаний он все же был слишком строг и холоден с ней в последние дни. Мужчине вдруг стало жаль своего котенка.

— Просто так, — покачала головой Женя.

Филипп улыбнулся.

— И ты извини меня, — проговорил он, — давай, я вызову тебе такси до базы? Мне позвонила Алла Григорьевна и попросила помочь. Пробуду в вашей школе до обеда. А потом приеду за город, и вместе перекусим? Хорошо?

Женькин взгляд отчего-то заметался. Она посмотрела на него и радостно, и грустно. Возможно, ей подняло настроение примирение, но не хотелось расставаться? Филу было бы лестно так думать, хотя он не был асом в распознавании чувств окружающих.

— Не нужно машины, — ответила Женя, — я доберусь на маршрутке, это быстро.

— Тогда до встречи? — спросил Филипп.

— Ага.

Женя обняла его крепко-крепко, словно провожала куда-то далеко. Мужчина коснулся губами точеной скулы и выпустил девушку из рук. Сел в машину. Завел двигатель и почувствовал, что не хочет уезжать. Наверное, он и сам соскучился по близкому обществу Женьки. Но обещание Алле было дано, и отказаться он не мог.

Артем дал Вячеславу неделю. Если парень не сможет уболтать девчонку, денег ему не видать. Управляющий базой оценивал успех нового подельника в рамках пятьдесят на пятьдесят. Если не сумеет, придется прорывать в здании трубы, имитировать ограбление, пожар. Или реально поджигать базу, Тёма не знал. Гера позвонил уже два раза и начал подозревать неладное.

Пользуясь тем, что Филипп постепенно отстранял его от дел, Артем забросил их окончательно и жил одной целью. По улице он передвигался, глубоко погруженный в собственные мысли, а прибыв с утра на базу, гипнотизировал то телефон, то входную дверь в ожидании начальника. Может, удастся проникнуть в кабинет самому.

Едва автомобиль Филиппа повернул за угол, Женя набрала Славку. Это утро поставило окончательную точку в ее сомнениях. Филипп вел себя по отношению к ней так тепло и нежно. Если за выходные она даже успела немного обидеться на него, то сейчас ее сердечко снова растаяло. Его сильные объятья, трепетные ласковые поцелуи охватывали ее тело дрожью и проникали в самую душу. Она должна сделать всё, что от нее зависит, чтобы беда обошла этого мужчину стороной.

Они со Славкой приехали на базу почти одновременно, и никто не обратил внимания, что с Женькой в ворота вошел фотограф. Даже охрана никак не отреагировала, Славу знали. Единственным, кого боялась встретить девушка, был Артем. Тот бы точно заподозрил нечто странное. Но к счастью, управляющего нигде не было видно.

У ворот девушка увидела черный автомобиль, который замечала здесь не раз. Наверное, постоянный клиент приехал на утреннюю тренировку или пробежку. Женя бы сейчас тоже не отказалась беззаботно размяться в зале. Но у нее были другие дела… Она посмотрела на Славу, и молча они вошли на территорию базы.

Женя без труда справилась с замком и толкнула дверь, они быстро скрылись в офисе Фила. Парень принялся озираться, зачем-то полез в смартфон.

— Слав, давай быстрей, — поторопила его Женя.

— Погоди, — отмахнулся он.

А потом начало твориться совсем непонятное. Старый друг принялся разбирать пол в кабинете Филиппа.

— Что ты делаешь?! — воскликнула Женька.

— Да тише ты! — зло прервал ее молодой человек и вытащил часть коричневого плинтуса. — Это тайник.

— Откуда он тут? — выдохнула девушка. — Почему ты о нем знаешь? Ты специально засунул сюда таблетки?

Славка скривился.

— Это не я, — признался он, — но тебя подробности не касаются. Сейчас мы отсюда уйдем, а ты обо всем забудешь. Так лучше для тебя, меня, да и Филиппа. Ты помогла серьезным людям, Жень. Потому держи язык за зубами.

Женька поразилась тому, каким чужим стал голос любви всей ее жизни. Он говорил с ней как уголовник со своей жертвой. Ее бросило в жар, потом в дрожь. Захотелось, чтобы Фил прямо сейчас появился в комнате. С другой стороны, она верила, что нахождение здесь странного вещества может мужчине навредить.

Она только успела подумать, что нужно скорее уносить отсюда ноги, как дверь с громким стуком распахнулась. В кабинет хозяина базы ворвались сразу несколько незнакомых людей. А вот ее родной человек, Славка, наоборот в секунду выскочил в окно. Она даже не поняла, видели ли его мужчины.

Ее не схватили, но окружили. Препарат лежал на столе.

Филипп очень быстро очистил кладовку, Алла Григорьевна ему помогала — выносила легкий мусор. Сбоку у обшарпанной зеленой стены действительно стояло несколько старых спортивных весов. Новичков тренажерного зала они вряд ли заинтересуют, а вот старожилам придутся по вкусу. Фил улыбнулся.

Он унес инвентарь в свой внедорожник и сразу же вернулся назад. Преподавательница предлагала выпить чаю, и сегодня Филипп не выберет вежливый отказ. Пришла пора обратиться к реальной цели его визита.

— Женя влюблена в Славу? — Алла искренне рассмеялась и аккуратно растворила в стеклянной кружке с янтарной жидкостью рафинад.

Фил смутился, но отступать было некуда.

— Насколько я знаю, ваш сын — первое и очень сильное увлечение Женьки, — проговорил мужчина, — меня действительно волнует, прошла ли эта любовь? Вы извините за такой разговор, просто у меня самые серьезные планы относительно Жени. И я, конечно, не буду сдаваться…

— Филипп! — Алла Григорьевна звонко перебила мужчину. — Я вас уверяю, отношение Жени к Вячеславу совершенно не стоит ваших волнений. Она воспринимает его как брата, родственника, и не более того! Возможно, в старших классах, институте, ей казалось, что она влюбилась в него навсегда. Но разве ваши отношения не показатель, что девочка давно спустилась с небес на землю?

«Не показатель…» — подумал про себя Фил.

— Я же вижу, какими глазами она на вас смотрит! — с чувством продолжила Алла. — Насколько уважает и ценит вас.

Филиппу захотелось поверить. Оставалась еще одна тема.

— Для Жени очень многое значат родные люди, — осторожно начал он, — ведь она воспитывалась в интернате.

— Да, наверное. Женя очень тепло относится ко мне и к Славе. А что она сделала для школы непостижимо. Благодаря ей здесь появились вы и свет в конце тоннеля.

Преподавательница как-то вмиг растеряла запал, и ее голос прозвучал сдавленно. Она опустила взгляд на чашку с чаем.

— А вы видели когда-нибудь хоть кого-то из ее кровной родни? — спросил Филипп.

Лицо Аллы Григорьевны на миг застыло, но потом она словно пришла в себя.

— Нет, Филипп, — спустя паузу сказала она, — я знаю, у Женьки есть дядя, но он давно не интересуется ее судьбой. Мать умерла, бабушка тоже.

Фил задумался, неужели нет никаких ниточек в прошлое Женьки?

— А тот поселок, откуда она приехала, — он решил зайти с другого края, — там ведь, наверное, остался какой-то дом или квартира? Женя получала наследство?

Алла отставила пустую кружку и встала из-за своего стола. Женщина отошла к открытому окну, сложила руки на груди.

— Да, я понимаю, Филипп. Вы собираетесь строить семью с Женей, хотите знать, кто она и чем наделена. Но, увы, вы берете себе в спутницы сироту, у которой совсем ничего нет за душой. Ее мать не имела недвижимости, а бабушкин домик в селе достался ее сыну, то есть дяде Женьки.

Фил выдохнул. Теперь преподавательница посчитает его меркантильным!

— Простите, — он решил закончить разговор, — мне просто интересны все факты о Жене. А сама она толком ничего не рассказывает — тяжело или не помнит. Об имуществе я не беспокоюсь, я смогу сам дать все своей семье. Да и Женька большая труженица, в случае чего еще и меня прокормит.

Он засмеялся. Алла тоже улыбнулась и вроде бы расслабилась.

— Филипп, — произнесла она, — вы и так знаете мое отношение к вам. Но скажу еще раз — о лучшей партии для Жени я не могла и мечтать! Я очень счастлива за нее, за вас… Если что-то вдруг потребуется для ваших отношений, будущей семьи — сразу приходите ко мне!

Женщина вложила в слова столько искренности и эмоций, что у нее даже выступили слезы. Фил был действительно благодарен.

— Спасибо вам большое, — ответил он Алле, — вы тоже всегда можете мне звонить.

На фразе о звонке вдруг совершенно в тему ожил мобильный Фила. Номер был ему незнаком.

— Чудов?

А вот голос абонента Филипп узнал сразу.

— Чернопольский?! — он был удивлен.

В трубке послышалась ухмылка.

— Да, это я, — признался бывший коллега, — нет времени нежничать, дело серьезное. Ты чего за девчонкой своей не смотришь?

— Что?!

Фил ощутил, как затылку становится жарко. Он поспешил выйти в коридор, чтобы Алла Григорьевна не услышала подробностей, ожидание которых его и самого пугало.

— Ее сегодня прямо на твоей базе взяли с наркотой. Сашка мне минут десять назад позвонил.

Александром звали брата Вани Чернопольского. Тот занимал какой-то значимый для городка пост в местных органах.

— Наркотики, что?!

— Да не ори, — попросил Иван, — в городе давно пытались выследить одну бандочку, ребята из которой под видом бадов толкали совсем не бады. И как-то круг замкнулся около твоей базы. А сегодня слили, мол, там будет передача. Сашка со своими поехали сами, без омона. На страх и риск. Ну и в итоге таблеточки оказались у твоей Евгении. Она, правда, уверяет, что сама принесла их на базу. Мол, в Москве в общаге купила. Чтоб не уставать.

Чернопольский засмеялся.

— И что там за таблетки?

Филу стоило неимоверных усилий взять себя в руки. Старый враг зачем-то звонит ему, и нужно узнать все подробности.

— Пока на экспертизе, — пояснил Ваня, — но задержать ее было за что. Ты поезжай сам к Сашке и все узнай. Он тебя там уже ждет.

Филипп не помнил, что сказал Алле Григорьевне, как сел за руль. Он тронул авто со злосчастными гирями в багажнике. Собрал сплетни! Поимел инвентарь! Зачем он вообще отпустил Женю одну?!

Женька и наркотики — эти два понятия не складывались у него в голове. Скорее всего, девушку подставили. Но кто и как? Что за бред про общежитие? Она не принимала никаких лекарств, он бы видел. Или не видел?

Он домчал за пятнадцать минут. В строгое здание его пропустили быстро, также скоро он нашел кабинет Александра. Полноватый лысый мужчина лениво вертел в руках золоченую ручку.

— Привет, Чудов, — устало поздоровался он.

— Здравствуй.

Филипп нахмурился.

— Ты лицо-то не криви, — высоким тонким голосом попросил Саша, — скажи спасибо, что Ванька за тебя впрягся. А то бы никто тебя сюда не впустил и проверять волшебные таблетки твоей крошки так быстро не стал.

— Уже есть результат?! — быстро спросил Фил.

— Есть, — кивнул старший Чернопольский.

Он помолчал, смерил боксера взглядом серо-зеленых глаз. Чуть откинулся в кресле.

— Повезло тебе, — наконец произнес он, — вещество не относится к запретным. Но я тебе по-человечески скажу, стимулятор это. Разбирайся со своей девушкой. А то она у тебя такая декабристка, всю вину взяла на себя. Хотя очевидно врет.

Слава сидел в вип-комнате клуба «Остров». Он уже закинул в себя пару порций виски, но его все равно трясло мелкой дрожью. Прошибал пот. Напротив примостился Артем и прожигал горе-подельника взглядом.

— Почему ты не схватил товар? — прошипел он.

— Коробка лежала далеко на столе, — выдавил из себя Вячеслав, — а я как понял облава, у меня инстинкт сработал. Вернее, я даже не понял, кто зашел. Думал, может, сам Филипп вернулся. В общем, смылся я и притаился в лесу. Потом видел, как Женьку увезли и таблетки, скорее всего, тоже.

— Скорее всего! — передразнил его Артем. — Чтобы духу твоего не было в городе завтра! Хорошо, у тебя ума хватило не болтать про меня! Но Чудов тебя просто сожрет без соли.

— Может, Женя не расскажет, — тихо предположил Слава.

— Чудову расскажет, — уверил его Артем, — если просто умолчать она могла, то под прямыми вопросами сломается. У Фила железный напор.

Когда Женьку вывели на улицу, уже смеркалось. Ей что-то говорили, почему ее выпускают, но она толком не слушала. Мыслями она уже сидела в тюрьме и понимала, вполне заслуженно. Славка оказался мерзавцем, который подставил ее и чуть не упек за решетку Филиппа. Женя чувствовала, как в груди давит от боли.

Девушка бесцельно зашагала прямо по широкой асфальтированной дорожке. Первой целью было покинуть огороженную территорию. Больше целей в ее голове не наблюдалось.

Вот и ворота, за ними узкая улочка. Машины уже редки, людей практически не видно. Мужской силуэт у столба вдруг показался ей знакомым, но она тут же сморгнула видение. Нет, Фил не может быть здесь. Ему наверняка рассказали о ней, о Славке. Он не захочет ее видеть.

Женя не стала говорить полицейским о бывшем возлюбленном не из теплых чувств. Просто она понимала, парень станет все отрицать. Скажет, болтался по территории базы и даже не был в то утро в кабинете. В итоге тень упадет на Филиппа. Она решила, будет правильнее сразу все взять на себя.

Девушка сделала еще несколько шагов, поравнялась с широким выходом и ощутила, как ноги становятся свинцовыми. Впереди действительно стоял Фил. Его фигуру она узнала бы сейчас из тысячи. Мужчина внимательно смотрел на нее, но не устремлялся навстречу.

Женя замерла, понимая, она не сможет подойти к нему. Лицо горело от стыда и напряжения, она инстинктивно прижалась щекой к высокому железному столбу. Она и сама не знала, сколько так сможет простоять, да и легче не становилось.

Филипп все же тронулся с места и приблизился к ней. Осмотрел с ног до головы.

— Жень, поехали домой, — сказал он.

Но от простой фразы в душе почему-то стало еще тяжелее. Филипп был благороден и добр, а она все время ждала от него подвоха. Славка же, которому она доверяла безмерно, не моргнув глазом, предал ее. Она была одновременно и зла на себя, и себя жалела.

В ответ на предложение Филиппа она лишь замотала головой.

Мужчина, казалось, не обратил внимания на ее протест. В несколько шагов он приблизился вплотную, отстранил ее от столба и взял на руки. Оказавшись крепко прижатой к его груди, Женька почувствовала, как внутреннее жжение потихоньку проходит. Но до машины они добрались быстро.

Филипп, не ставя ее на землю, открыл заднюю дверь и опустил Женю сразу на сидение. Откуда-то достал плед и накрыл ей плечи. Только сейчас Женька поняла, что ее сильно трясет.

Фил сел за руль, автомобиль двинулся с места. Мужчина не произносил ни звука, хотя немые вопросы витали в воздухе. Женьке очень хотелось не рассказывать правду, чтобы защитить его. Если он пойдет разбираться со Славкой, неизвестно, что из всего этого получится. С другой стороны, она понимала, обманывать его еще ко всему прочему — огромная подлость.

— Как ты? — нарушил тишину Филипп.

— Мне больно, — искренне призналась Женька.

— Что болит? — Филипп встревоженно смотрел в зеркало заднего вида. — Тебя там не… били?

Последний вопрос прозвучал очень глухо. Женя поспешила замотать головой.

— Меня не трогали, — ответила она, — просто… Это болит душа. Со мной был Слава.

— Кто?!

Женя тут же пожалела, что завела разговор в машине. Но Фил сумел взять себя в руки.

— Так, расскажешь дома, — резюмировал он и крепче вцепился в руль.

Женька выбралась из машины сама и медленно побрела в сторону особняка. Ноги из налитых металлом стали ватными, но легкости это не добавило. Фил закрыл автомобиль, догнал ее и одной рукой закинул себе на плечо.

— Не надо Филипп.

Сейчас Женя меньше всего ощущала себя достойной ношения на руках. Но мужчина как обычно руководствовался лишь своим мнением.

— Так быстрее, — отмахнулся он.

Фил вошел вместе с Женькой прямиком в гостиную, опустил девушку на диван. Ничего не комментируя, снял с нее запылившиеся балетки. Зажав обувь в пальцах, мужчина скрылся из комнаты, но почти сразу же вернулся со стаканом воды в руках. Протянул его Жене.

— Никакого успокоительного у меня нет, — сказал он, — а алкоголь сейчас сделает только хуже.

— Спасибо, Филипп, — тихо произнесла Женя.

Ей хотелось разрыдаться от той заботы, которой он ее окружает, несмотря ни на что. Еще недавно на сердце так теплело от его знаков внимания. Сейчас там образовалась дыра, в которую безвозвратно проваливались все чувства. Даже заплакать она не могла. Лишь одно радовало — ее отпустили, значит, Филу и его бизнесу ничего не угрожает.

— Жень, — Филипп сел на диван рядом, — расскажи мне кратко, что произошло? Причем тут Слава? И какие таблетки тебе продали в общежитии.

Женька вздохнула и посмотрела в тревожные черные глаза. В них не было злости, только непонимание. Она медленно начала признаваться в своей лжи и посвятила Филиппа во всё, начиная от просьбы Славы, заканчивая ее враньем в полиции.

Филипп запустил длинные пальцы в волосы и уронил локти на колени.

— Я так и думал, что ты солгала следователям, — произнес он, поднимая голову, — ты ведь и сама понимаешь, что зря мне не рассказала?

Женя пожала плечами.

— Если честно, я боялась, что ты начнешь допытывать Славу, и он вообще никогда не расскажет, где искать таблетки. Да и вдруг бы ты сам понес их в органы? Тебя бы посадили!

Она всхлипнула. Напряжение наконец оставило ее хоть немного.

— Глупенькая, — с грустной улыбкой произнес Филипп, — я бы сообразил, как сделать всё правильно.

Женя быстро стерла слезы с лица, ей не хотелось, чтоб Фил еще жалел ее.

— Я сейчас уеду, — сказала она, — позвоню Римме, может, пустит опять на несколько дней. Я очень виновата перед тобой…

Филипп молчал, и девушка встала. Продолжая подрагивать, она пошла в выделенную ей спальню. Но не успела сообразить, где ее дорожная сумка, как к ней присоединился мужчина.

— Женя, — сказал Фил, — сейчас я тебя никуда не отпущу, даже обсуждать не будем. Я понимаю, у тебя непросто на душе из-за Славы… Если ты не сможешь здесь больше оставаться, я не буду удерживать насильно, но давай все решения примем спокойно.

— Я обидела тебя, Фил, — напомнила Женя.

— Меня сейчас куда больше волнует наличие тайника в моем кабинете, Жень, — признался Филипп, — откуда он? Кто его сделал? Твой дружок стал лишь пешкой, я уверен. А ты по неопытности ему помогла. Но что творится на базе на самом деле? Вот о чем я думаю…

Женя смотрела на него во все глаза. Ведь действительно, на сегодня дело обошлось. Да, она поступила глупо, но корень проблемы не в этом. Она почувствовала, как у нее закружилась голова от всех этих мыслей. Филипп посмотрел на нее внимательно.

— Так, давай-ка в ванную, а потом поешь, — велел он, — на сегодня детектив окончен.

Женька вдруг ощутила острое желание прикоснуться к этому мужчине. Она не смогла остаться на месте, быстро приблизилась и приникла к его груди. Слова застряли в горле, но ее переполняла благодарность и еще целое море непонятных эмоций. Но она точно поняла для себя сейчас, что он — самый лучший человек на свете.

Перекусили они по-походному, наделав бутербродов. Дома почти не было еды, только ветчина, немного салата да хлебцы. Но все равно молодые люди хоть немного набрались сил и успокоились.

После ужина Фил скомандовал Женьке идти полежать с вою комнату — почитать или посмотреть телевизор, а сам уединился в гостиной. Его распирало от желания сделать один звонок. Артем взял трубку почти сразу.

— Да, — зевнул он, — чего так поздно?

Филипп перевел дыхание, чтобы голос звучал как можно тверже.

— Что происходит на базе? — спросил он управляющего. — Почему там нашли наркотики? Какой такой тайник оборудован в моем кабинете?

На другом конце «провода» воцарилась небольшая пауза. Потом старый друг заговорил, его голос звучал уверенно и даже злобно.

— А чего ты ожидал, Чудов? — кинул он. — Ты отстраняешь меня от дел, думаешь, я не замечаю? Доверяешь девчонке, больше чем мне, лишь потому, что ее мордашка походит на лицо твоей прекрасной мачехи. Она тащит в комплекс своего дружка с непонятным родом занятий. Ты даешь ему работу и доступ на базу. Я ничего не знаю ни про какие тайники. И уж тем более, не в курсе происхождения вещества, которое нашли на территории твоего бизнеса. Это твои дела, Филипп. Не нужно меня в них впутывать.

— В мой кабинет мог входить лишь ты, — спокойно напомнил управляющему Фил.

— Да ладно?! — воскликнул Артем. — А мне кажется, еще пару недель назад ты отнял у меня ключи и дал их танцовщице. Чтоб она себя чувствовала как дома на твоей базе. Вот она и послушалась. Всё, Филипп, на дворе ночь, и я хочу спать. Сказать мне больше нечего.

Филипп только открыл рот, чтобы возразить, что Женька бы не успела организовать тайник, а вот у самого Артема на это была уйма времени, но в трубке раздались гудки. Фил перезвонил и наткнулся на женский голос, твердивший о недоступности абонента.

Мужчина открыл шкаф, достал оттуда картонку. Конечно, шанс, что Вячеслав возьмет трубку был невелик, но он все же набрал ему. С городского. Но парень уже сразу был недоступен. Хотя Филипп был готов прямо сейчас к нему поехать, вот только не знал адреса. Он прошел по коридору к комнате Женьки.

Телевизор на стене бормотал очередные глупости сам для себя. Женя уже крепко спала, сжимая край одеяла. Ее дыхание звучало тяжело, щеки разрумянились. Фил нахмурился, уж не заболела она? Неизвестно в каких условиях ей пришлось сидеть, пока шло разбирательство с препаратом.

Она сказала, у нее болит душа из-за предательства Славы. Словно еж, свернувшийся в клубок, внутри Фила каталась ревность. Он, конечно, понимал, Славка для нее близкий. То, что он поступил с ней по-скотски, не могло не ранить ее. Но все равно собственничество в мужчине не замолкало.

Фил вспомнил, с каким чувством Женька рассказывала, как испугалась за него. Что пострадает он, его бизнес. Филипп закрыл глаза от окатившей его нежности. Слава небесам, что ее отпустили. Иначе бы он никогда себе не простил, что просмотрел беду. Он был уверен, Женька лишь марионетка в чьей-то игре. И самым интересным было — закончена ли партия, или основные неприятности впереди? Отчего-то нутро опытного мужчины предполагало второе.

Он погладил девушку по мягким волосам, щеке. Опустил ладонь на ее худенькую спину. Женя задышала ровнее, и даже, казалось, улыбнулась. Фил и сам обрел крупицы умиротворения рядом с ней.

Артем отчасти прав, он ничего не знает о Жене. Наверное, начальник охраны скажет ему то же самое. Но сам Фил продолжал верить Женьке. Смотрел на нее сейчас и чувствовал, какая она родная. Он еще никогда не ощущал себя настолько дома в стенах своего особняка, чем когда она находилась здесь.

Засыпая в своей кровати, Филипп думал, что нужно встать пораньше, чтоб Женька не успела сбежать. Но все равно пробудился после нее. Правда, судя по звукам и запахам с кухни, девушка пока не покинула его жилище.

Фил быстро поднялся на ноги, и, сунув их в черные кожаные шлепанцы, отправился на поиски Жени. Девушка стояла у плиты над сковородой. На антипригарной супер-пупер поверхности скворчало жидкое тесто.

— Ого, — Фил не сдержал улыбки, — в честь чего блинчики?

— Больше просто нет никаких продуктов, — сказала Женя, не поворачиваясь.

— Да, — вздохнул Филипп, — я думал, мы вчера заедем в супермаркет.

— Ну и вот, — девушка оставила сковороду и посмотрела на него, — я и взялась печь, чтобы ты из-за меня не остался голодным.

Мужчина сел за стол.

— Заканчивай ругать себя, Жень, — попросил он, — лучше садись завтракать. Или еще не готово?

Женя положила ароматную горку на тарелку и поставила перед мужчиной. На желтой скатерти уже красовалась вазочка с джемом. Сметаны логично не было.

— Я уже немного перекусила, пока жарила, — суетливо проговорила Женька, — ты ешь, а я собирать вещи.

— Жень…

Когда гостья проходила мимо, Филипп успел схватить ее за локоть. Женька развернулась и встала перед ним. Мужчина скользнул ладонями вниз по ее рукам и взялся за горячие от блинов ладошки. Она чуть сжала его пальцы.

— Может, останешься? — осторожно спросил Фил. — Поступок Славы тебя очень расстроил, но жизнь ведь продолжается. Работай по-прежнему на базе, живи здесь. В конце концов еще не вышел срок нашей сделки. Возможно, сердечная рана постепенно затянется…

Филиппу нелегко давались спокойные слова о сопернике. Он был готов крыть его последними словами, но боялся испугать Женьку. Мужчина понимал, он безумно не хочет с ней расставаться. Но девушка лишь хмурилась.

— Да причем тут Слава, Фил? Я не сказала тебе правду, я пустила его в твой кабинет! Ты доверил мне ключи, а я?! Да я со стыда сгорю, если еще раз появлюсь в спорткомплексе! Найди нормальную девушку, и не будут нужны никакие сделки. Ты… ты… ты замечательный! Любая будет самой счастливой рядом с тобой.

Женька задохнулась от льющихся наружу эмоций. Девушка замолчала, хватая ртом воздух. Филипп поднялся на ноги, взял ее лицо в ладони и поймал взгляд глубоких глаз.

— Жень, я хочу, чтобы рядом со мной была счастлива ты, — серьезно сказал он, — да, ты совершила ошибку. Но я уверен, этот подонок просто заморочил тебе голову! Я не хочу, чтобы ты переживала из-за него.

Женька скользнула руками к его спине, прильнула щекой к груди.

— Я не знаю, может, это шок, — начала говорить она, — но я… не сильно страдаю. Конкретно сейчас я очень счастлива, что ты не держишь на меня зла. Я очень хочу быть с тобой… И всё, больше я ничего не чувствую. Хотя, наверное, позже я осознаю, что потеряла одного из родных людей. Не знаю.

Девушка выговорилась и замолчала. Филиппу тоже больше не хотелось ничего говорить, он даже тому, что услышал, никак не мог поверить. Женька поставила его на первое место, беспокоилась только о его чувствах и отношении! Сердце мужчины окружило тепло.

Филу все же пришлось оставить Женю. Уточнив у нее адрес Вячеслава, он направился прямиком к нему. Пусть этот трусливый мерзавец даже не думает играть в несознанку. Он вытащит из парня информацию о его заказчиках.

Но, к огромному сожалению Филиппа, никакая решимость ему не помогла. На пороге его встретила Алла Григорьевна, в гостиной сидел лишь ее пузатый супруг и смотрел российский боевик. Преподавательница Жени очень встревожилась, что Фил разыскивает ее сын. Мужчина не смог скрыть свой негативный настрой. Потому женщина сама провела его по всем комнатам, включая даже туалет. И большой шкаф-купе открыла.

— Я не знаю, что за беда приключилась, — изумлялась она, — Слава давно собирался в Москву. А вчера в обед прибежал, сказал, прямо завтра на работу вызывают. Запустили проект раньше оговоренного времени. Покидал вещи в сумку, я ему денег дала на подъемные, и он уехал.

Филипп остановил мечущийся взгляд на Алле.

— На поезде? — спросил он.

— Нет, — покачала головой женщина, — сказал, в столицу как раз едет один знакомый.

Филипп только шумно выдохнул и поспешил прощаться. Интеллигентная Алла Григорьевна совсем не ответчик за своего мерзкого сына. А тот убегал с умом, видимо, хорошо подсказали. Теперь его не вычислишь.

Внутри мужчины все кипело, и бездействовать он не мог. Особо не надеясь на удачу, он порулил в район, где снимал квартиру его, похоже, уже бывший управляющий. И непонятно в каком статусе находящийся друг.

Добрался Фил быстро, но двери ожидаемо никто не открывал. Он жал на звонок, словно желая взять Тёму измором. Мужчина сам не понял, сколько простоял на площадке, пока не распахнулась соседняя дверь.

— Чего хулигани… те?

Филипп развернулся и встретился взглядом с фигуристой рыжей дамой лет сорока. Она пробежалась по нему глазами, тут же приосанилась и поменяла выражение лица. Возмущение сменилось на любопытное кокетство.

— Вы квартиру хотите снять? Ушла уже Зинаида. У вас есть ее телефон? Могу дать прямой, а то посредники знаете, сколько ломят?..

Фил нахмурился.

— Я не понял, — проговорил он, — эта квартира ведь сдана.

Женщина тут же погрустнела.

— Да? — пробормотала она. — Значит, Зина здесь не просто убиралась, а уже новых жильцов приглядела. Не дай бог студенты или с детьми! Вот поспешишь — людей насмешишь. Упустила порядочного человека!

Фил так и не понимал соседку.

— Эту жилплощадь снимал мой друг, — сказал он собеседнице, — я его ищу.

К рыжей вернулась толика интереса.

— Артем? — она чуть скривилась. — Нормальный парень был. Девушек только часто водил, и потом такие звуки…

— Был?!

— Он съехал вчера вечером, буквально на ночь глядя. Даже ключи и расчет для Зинаиды мне оставил. Все аккуратно за две недели вперед, даже чаевые дал.

Филипп прикрыл глаза — все же Артем тоже в теме. Иначе не свинтил бы из города. Фил ругал Женьку за то, что она доверяет Славе, а сам проглядел подлость давнего друга. Мужчина кивнул соседке и зашагал по ступенькам вниз.

В машине он принял решение все-таки съездить к матери Артема, хотя на внятный ответ о местонахождении ее сына не рассчитывал. Женщина в хорошие-то времена не была в курсе дел Тёмы. Но ему повезло хотя бы, что она оказалась дома.

— Уехал Тёмка, — Валентина Кузьминична уперлась кулаками в полные бока, — дал денег сразу на три месяца. А ты же вроде уволил его?

— Это он так сказал?

Фил бесцельно оглядел крошечную прихожую. Он не прошел в квартиру, прятаться у матери Артем бы не стал.

— Да, — кивнула женщина, тряхнув светлыми кудрями, — говорил, мол, Фил вернулся на родину, теперь я в его деле не нужен. Поеду пока сезон на море, там у какого-то приятеля отель. Нужен человек, который за всем присмотрит. Я спросила, может, я могу приехать позагорать. Но Тёма только наорал, чтоб не лезла к нему.

Филипп знал, Артем не особенно любит мать. Но женщина часто бывала у них на базе, насколько хватало терпения, посещала тренажерный зал. Собиралась с подругами в баньке. Тёма бы не воспринял настолько в штыки ее желание понежиться на пляже. Ситуация выглядела все более подозрительной.

Вчера, когда ему только позвонил Чернопольский, Филипп сразу связался с начальником своей охраны Игорем. Они еще подростками ходили в одну секцию, правда, приятель был старше. Карьеры в спорте он не сделал, зато получил военное образование. У него была какая-то редкая специализация и резкий характер, потому его отправили в запас.

Он вернулся в городок вместе с семьей почти в одно время с Филом, и боксер пригласил коллегу к себе на службу.

Вчера Филиппу ничего не оставалось, только ехать к брату Чернопольского. Потом он был поглощен Женькой. А вот сейчас наступило самое время пообщаться с ответственным за безопасность спортивного комплекса. И на утро воскресенья его хозяину было совершенно плевать.

— Виноват, Филипп, — развел руками крепкий блондин, — но честное слово, ничто не предвещало… Женька своя, фотограф этот… Будь он неладен! Ну а ребят с документами я не мог не впустить.

Фил сидел за маленьким овальным столом на кухне Игоря, его супруга быстро накрыла чай и удалилась, сказав Филиппу лишь здравствуйте. А сам хозяин трехкомнатной новостройки стоял посреди пищеблока, как на ковре в кабинете старшего по званию. Только была на нем не форма, а одно черное трико.

— Как вообще препарат оказался на базе? Почему в кабинете оборудован тайник? — сухо спросил Фил.

Игорь, казалось, немного расслабился.

— Насчет ваших с Артемом офисов ты как говорил? Там всё в порядке, сильно не лезь! Камеру около своего ставить не захотел, осматривать толком не давал. Не знаю, каким Макаром туда попали чертовы таблетки! У кого был доступ?

Фил потер переносицу.

— У меня, у Артема, потом у Женьки.

— Ой, Жеку сразу отметаем, — по-свойски произнес Игорь и плюхнулся на стул напротив, — она наивный лютик, поверь моему опыту. Да и не стала бы тянуть на себя вину, если бы вела свою игру. А Артем, говоришь, уехал?

Игорь приподнял бровь.

— Да, поспешно в ночь.

— Странно, — осторожно проговорил Игорь.

— Я понимаю, — твердо сказал Фил, — давай без церемоний.

Начальник охраны прокашлялся.

— Артем постоянно кружил по базе, — признался он, — ходил по закуткам, но толком там ничего не делал, только смотрел. Я не стал к тебе с этим делом подходить. Во-первых, ничего конкретного у меня на него не было, во-вторых — вы друзья. При мне ничего подозрительного в рамках слежения камер на базе не происходило. Но я пришел на должность после твоего приезда. Что там было до? Неизвестно. Потом такой скорый отъезд говорит сам за себя.

— Можно их как-то найти? Его и Вячеслава.

— Скорее всего, они убегали очень чисто, — сделал вывод Игорь, — если б было можно подключить органы. Но как? Разве что матери заявят о пропаже.

Фил покачал головой.

— Родители уверены, что Артем и Слава уехали на работу.

— Вот в том и дело, — согласился Игорь, — да еще, как показывает практика, самые милые и законопослушные люди врут и изворачиваются, выгораживая своих детей, даже перед высокими чинами. А уж нас с тобой они и подавно не побоятся.

Фил почувствовал, как виски сдавливает металлическим обручем. Он посмотрел на своего безопасника.

— И что же теперь делать? — спросил он.

Игорь выдержал паузу, отхлебнул кипятка из белой кружки.

— Филипп, — осторожно начал он, — сейчас самое главное обеспечить безопасность базы, тебя и Евгении. Мы прошерстим каждый сантиметр спорткомплекса, твоего дома, машины. Также я уже связался со знакомым в органах, он проверит подробности Женькиного дела. Мне кажется, и Артем, и Слава — просто исполнители. Жажда бабла привела их на криминальный путь. А судя по побегу, защиты в своих заказчиках они не видят. Стало быть, веса в группировке не имеют. Я попробую пробить их передвижения, но особого интереса эти парни не представляют.

Фил глубоко вздохнул.

— Мне трудно бездействовать! Я виноват тут больше всех! Расслабился…

Игорь похлопал его по плечу.

— Не психуй, дружище, — искренне попросил он, — береги себя и свою женщину. Это твое основное дело сейчас. Товарищи с ксивами шли на базу целенаправленно, обычный рейд выглядит иначе. Какой-то человек со связями затеял против тебя игру, и мы не должны дать ему еще козырей.

Женя увидела Филиппа еще в воротах, но выходить на улицу не стала, ждала в прихожей. Она пристально смотрела на блестящую дверную ручку несколько минут, и та наконец повернулась. Фил медленно вошел, его лицо было мрачным.

— Слава и Артем исчезли из города, — сразу сообщил ей мужчина.

Он снял уличную обувь, но в комнаты не проходил, стоял напротив девушки. Женька не знала, что сказать. Ей стало жалко его до слез и стыдно за свое поведение до такой же степени. Но она понимала, если начнет сейчас рыдать, сделает только хуже.

— Прости, — прошептала она.

Фил поморщился и сгреб ее в охапку. Он был разгоряченным из-за уличной жары, его объятья сразу окутали девушку теплом и плотным запахом одеколона. Женя прижалась к его груди.

— Что же теперь делать? — тихо спросила она.

— Игорь говорит, нужно усилить безопасность, — сказал Фил, — и быть осторожными. Ты обещаешь мне впредь рассказывать обо всем? Это касается и разговоров с Аллой Григорьевной. Я понимаю, она тебе ближе, чем я…

— Конечно, я не буду больше врать! — воскликнула Женя. — И утаивать от тебя что-то. Мама Аля не виновата в поступке Славки, но… к тебе я отношусь не хуже, чем к ней.

Женьке хотелось сказать, что Филипп для нее на первом месте. Но она не смогла, в первую очередь потому, что ее саму шокировало такое открытие. Вся эта неприятнейшая ситуация показала, насколько он для нее ценен. И если с тем, что она получала удовольствие от их общения и хотела его почти круглыми сутками, Женька уже смирилась, то настолько глубокие чувства ставили ее в тупик.

Девушка накормила хозяина дома обедом, и тот сразу ушел в свою комнату. Возможно, ему нужно было сделать важные звонки или просто побыть одному. Жене не хотелось сидеть по разным углам — едва высвободившись из его рук, она начала по ним скучать. Но все же она не беспокоила мужчину несколько часов и лишь к вечеру поскреблась в его спальню.

— Не помешаю? — спросила Женя.

Филипп сидел на кровати и выглядел задумчивым. В ответ на ее голос он сразу вскинул голову и чуть улыбнулся.

— Конечно нет, котенок.

Сердце подпрыгнуло от ласкового обращения, Женька уже не надеялась его услышать.

— Я соскучилась, — призналась она.

Лицо Фила посветлело.

— Иди сюда, — позвал он.

Женька села на краешек постели и сразу почувствовала большую теплую ладонь на своей щеке. Филипп провел рукой вверх по ее лицу, пальцы чуть впутал в волосы. Подушечкой большого очертил линию ее скулы, слегка погладил. Ей хотелось мурлыкать от удовольствия как тому самому котику.

— Мм, — не удержалась она и провела ладошкой по его руке от кисти до локтя, ощупав каждую мышцу.

Филипп притянул ее за бедра ближе, коснулся губами ее губ. Женька сразу потянулась к нему навстречу, и они слились в глубоком поцелуе. Вкус этого мужчины будоражил одновременно ее душу и тело. Она ощутила, как тепло откуда-то из груди окутывает ее всю, отзываясь пульсом внизу живота. Девушка почувствовала, как сильно хочет стать его без остатка. Это желание было настолько острым, что перебарывало смущение, чувство вины.

— Филипп, — она оторвалась от его рта, — я хочу быть ближе к тебе.

Мужчина нахмурился.

— Но я ведь не отталкиваю тебя, — произнес он, — ты здесь, рядом.

Женя покачала головой.

— Я не об этом. Я хочу быть твоей целиком и полностью. Ты самый хороший и я доверяю только тебе.

Филипп прищурился и пристально смотрел на нее несколько секунд.

— Ты о… невинности? — наконец понял он. — Жень, сейчас не время. Ты пережила предательство, сильнейший стресс! Я не хочу, чтоб ты приняла решение в порыве, а потом жалела.

— Филипп!

Женя вскочила на ноги. Наверное, его реакция была логичной после ее слов о Славке и безумной любви к тому. Теперь доказать ее искренность к самому Филиппу будет сложно. Но Женька действительно желала быть с ним! Физически, морально… Она не говорила о любви, потому что с этим мужчиной не было все так просто. К нему в ней жил целый ворох разных чувств, сложных, сильных и разрывающих ее изнутри.

— Да, я многое осознала в последние дни! — ее голос звучал твердо. — Но это мое желание самое обдуманное из всех в моей жизни. Мне казалось, я люблю Славку, и я даже никогда не разбиралась, почему. А отношение к тебе я рассматривала как под лупой! Мне оно виделось странным, я ругала себя за слабость. Но я ничего не могла с собой поделать. Сейчас я не намерена бороться с собой. Я хочу стать твоей женщиной, Фил…

Последняя фраза далась Женьке с невероятным трудом. Ей казалось, она как-то разом повзрослела, произнеся ее. Словно решилась нырнуть из детских грез в серьезную связь, пусть страшащую, но такую необходимую. Она как в тумане наблюдала его шаги к ней навстречу. Фил встал очень близко, опустил ладони на ее ягодицы и плотно прижал к себе.

— Ты уверена? — хрипло уточнил он.

Женька чувствовала животом его набухшую от возбуждения плоть. Даже сквозь штаны и белье ее размеры впечатляли. Она представила, что он совсем скоро окажется в ней. Ей одновременно хотелось умереть от страха и предвкушения.

— Да, — подтвердила она и почувствовала, как он приподнимает ее и сажает к себе на бедра.

Поцелуй, какой-то другой — уверенный, жесткий, властный. Она задыхалась под напором его языка, растворялась в его силе. Это было то, что нужно сейчас. Страх сдавался перед ощущением опыта мужчины. Женька понимала, он знает, что делает, и ей самой становилось легче.

Волнение смешивалось с возбуждением от его откровенных ласк. Он опустил ее на поверхность кровати и медленно избавлял от одежды. Сначала в кресло была отброшена светлая футболочка. Бюстгальтер он пока не тронул, и тот продолжал сжимать ее припухшую от возбуждения грудь.

Несколько жадных прикосновений его губ к ее оголенному телу от ключиц до живота, и длинные мужские пальцы оказались под резинкой ее домашних шорт. Женька почувствовала, как по коже побежали мурашки, а сока между бедер становилось все больше. Фил тем временем оставил ее в одном белье.

Он разделся и сам, оставив на себе только бежевые боксеры. Приподнял ее, заставив сесть на кровати, расщелкнул застежку бюстгальтера. Женьке казалось, ее грудь стала на пару размеров больше. Такую легкость она ощутила, лишившись верха белья. Фил поместил грудки в ладони, слегка помассировал, зажав меж пальцев соски. Прикосновения заставляли ее выгибаться вперед. Она почти забыла о тревоге и страхе.

Филипп сел на край кровати и снова усадил девушку себе на бедра. Крепко сжав ее ягодицы, он медленно потер ее промежностью о свой пах. От ее самого чувствительного места по телу пошли волны неги. Женька опустила глаза и увидела, что на его белье отпечаталась ее влага. От интимности этого открытия захватило дух. Она сама потянулась к мужчине и повторила его движение. Еще раз почувствовала сквозь ткань его налитый член.

Фил гулял пальцами по ее спине, перебирал позвонки, нежно очерчивал лопатки. Скользил к груди, сжимал ее до сладкой боли. Подушечками больших пальцев до исступленных стонов ласкал соски. Женя держалась за его плечи, покрывала поцелуями его лицо, шею. Его кожа была теплой пряной, твердые мышцы заставляли девушку трепетать от его кружащей голову мужественности.

Ей казалось, ее вот-вот унесет на своих волнах сильнейший оргазм, а к главному мужчина так и не перешел. Но она полностью отдалась его воле, принимала его правила. Сердце ухнуло вниз, когда он вновь повалил ее на кровать. Женька поняла, скоро всё случится.

Филипп навис над ней и наклонился к самому лицу, их взгляды встретились.

— Ты не передумала? — низким голосом спросил он.

Женька глубоко вздохнула. Именно в этот миг она окончательно поняла, как хочет ощутить его всего, без недомеров. Сейчас и позже, еще много раз, дней и месяцев. Иначе ей просто не жить.

— Нет. Пожалуйста, Фил.

Осторожно он снял с нее трусики, развел ее ноги и нырнул меж бедер пальцем. Одним, потом двумя. Женя почувствовала легкое жжение и застонала.

— Всё будет хорошо, котенок, — уверенно сказал мужчина.

Он снял с себя белье. Женька, не отрываясь, смотрела, как он надевает презерватив на большой стоящий пенис. Красота этого мужчины, всего полностью, завораживала ее всегда. Женя жадно смотрела на его широкие мускулистые плечи, крепкие бедра, твердый пресс.

Фил вернулся к ней, за ноги аккуратно подвинул ее к краю кровати. Жестко взял ее за колени, свои разместил меж ее ножек, наклонился. Держа член в руке, скользнул головкой по ее влажным лепесткам, задержался на клиторе. Женька прикусила губу, наслаждаясь его прикосновениями сквозь страх.

Мужчина чуть приподнял ее колени, еще шире развел ноги. Принялся плавно входить в нее. Женьку накрыли восторг и паника, она легонько заскулила. В эту же секунду он сделал резкий толчок.

Боль обожгла, внутри стало совсем влажно. Он поцеловал уголок ее губ, продолжая движения. Меж бедер ныло, но его близость делала легче неприятные ощущения. Мужчина изменил угол, и Женя почувствовала, как возбуждение от самого чувствительного бугорка, кругами проходит по телу. Фил глухо застонал, отчего ее страсть еще больше распалилась.

Наслаждение вспыхнуло внутри, ее мышцы завибрировали вокруг его плоти. Филипп отстранился, и девушка увидела, как в резинку ударила сперма. Женьке хотелось знать, что он чувствует. Не жалеет ли, что впутался в историю с ее девственностью. Ей вдруг стало холодно, она прижала руки к груди. Фил увидел ее жест, протянул к ней ладони.

— Как ты? — он оказался рядом и прошептал вопрос ей на ухо.

Она лишь повела плечами.

— Нормально, а ты?

Филипп усмехнулся.

— Отлично, — сказал он.

Мужчина прижал ее к себе, перебирал пальцами волосы. Женька потихоньку успокаивалась и понимала, насколько устала. Хотя томление было скорее приятным.

— Пойдем в душ? — предложил Фил.

— Ты хочешь еще?

Женя знала, что вообще люди занимаются сексом не по одному разу за ночь. Но вопрос выпалила неожиданно и сразу покраснела.

— На сегодня хватит, малышка, — улыбнулся Филипп, — только реальные водные процедуры и спать.

Если бы Филиппу Чудову сказали полгода назад, что он после пробуждения будет лежать, не шелохнувшись, и смотреть, как кто-то рядом спит, он покрутил бы пальцем у виска. Что это за занятие для взрослого мужчины? Да и вообще у него спортивный режим, нужно поесть сразу после будильника. Сегодня же не было будильника, и скорого завтрака тоже.

Хотя вот о последнем все же стоило позаботиться, но он никак не мог оторвать себя от трогательного зрелища на подушке напротив. Женька крепко спала после всех недавних потрясений и размеренно сопела. Длинные реснички время от времени подрагивали, а еще реже она морщила нос. Фил не мог сдержать улыбки от мысли, что если рассказать ей об этой ее особенности, она ни за что не поверит.

Филипп не жалел о произошедшем вчера, хотя, наверное, мог. Но ее просьбы и признания открыли ему зеленый свет, и он понял, достаточно сомнений. За свою жизнь она не имела понятия, что такое реальная любовь, отношения. И с ревностью к никчемному Славке тоже пришла пора закончить. Говоря ее словами, она теперь его, Фила, женщина, и он сделает все, чтобы они были счастливы.

Мужчина все же поднялся с постели, быстренько принял душ и пошел на кухню приготовить чего-нибудь вкусненького себе и котенку. Восстановить энергию им не помешает, да и как-то нужно настраиваться на хороший лад. Какие-то мерзавцы не должны омрачать их жизнь. Он сможет защитить ее и себя. «Чудовище» он в конце концов или плюшевый мишка? В спортсмене поднял голову бойцовский характер.

Правда, воинственный настрой развеялся, стоило ему услышать тихие шаги за спиной. Он как раз раскладывал по тарелкам яичницу, как к нему присоединилась Женя.

— Мм, доброе утро, — прозвучал нежный голос.

— Доброе, — Филипп развернулся и счастливо заулыбался, — как спалось?

— Чудесно.

Женька принялась помогать ему накрывать на стол, порезала ветчину.

— Как ты себя чувствуешь? — решился спросить Фил.

— Хорошо, — пожала плечами девушка, — а ты?

— Лучше всех.

Он в пару шагов приблизился к ней и обнял сзади. Зарылся лицом в теплые ото сна душистые волосы. Запустил ладони под футболку к животику. На девушке не было белья, и он сразу заметил, как кончики ее грудей напряглись от его прикосновений. Фил ощутил, как учащается ритм его сердца. Попробовав настоящую близость с ней, он начал моментально возбуждаться.

— Сильно голодная? — прошептал Филипп Женьке на ухо.

— Н-нет.

Ее голос сорвался, когда он прикусил мочку ее уха. Женя была вся такая нежная хрупкая и вместе с тем упругая, что мужчине хотелось покрыть поцелуями каждый сантиметр ее тела. А когда она начинала постанывать у Фила вообще слетали тормоза. Хотелось подарить ей настоящее удовольствие и получить его самому. Теперь же это было возможно в полной мере…

Он приподнял ее под попку и усадил на темную мраморную столешницу. Приподнял край майки, положил девушку на свои ладони, языком добрался до горошины соска. Женька заскулила, подалась навстречу его рту. Он освободил одну руку, нырнул ею под резинку плюшевых шортиков и сразу под легкое белье. Пальцы окунулись в горячую влагу. Его девочка тоже быстро возбуждалась от их поцелуев и ласк.

Завтракали они напрочь остывшей яичницей. Фил украдкой улыбался, глядя как Женя накинулась на еду. Это было лучшим комплиментом его поварским стараниям. И мужским тоже. Они уже почти доели, как до их слуха донеслись обрывки мелодии.

— Это же мой мобильный! — воскликнула Женька и унеслась в спальню.

Ее не было какое-то время, и Фил изо всех сил боролся с желанием пойти следом. Вдруг звонит Алла Григорьевна? Или даже сам наглец Вячеслав. Ему хотелось проконтролировать, с кем разговаривает девушка. Но он понимал, ходить за ней по пятам из-за того, что она раз оступилась — не лучшее начало для отношений. Он должен ей доверять.

— Странный звонок.

Женя вернулась. Филипп сразу подошел ближе.

— Кто это? — быстро спросил он.

— Звонила директриса моего интерната. Ну, она сама там сейчас только преподает, а во главе встал ее сын. Просит, чтобы мы с тобой приехали навестить детей. Она увидела наше фото в газете и, пользуясь знакомством со мной, сердечно просит тебя прочитать лекцию о спорте деткам.

Женька подняла на него глаза и захихикала. Видимо, его лицо само за себя сообщало о крайнем изумлении. Он терпеть не мог говорить публичные речи, а уж перед детьми…

— Но что интересного я расскажу? — искренне спросил он девушку.

Женя скользнула руками по его плечам.

— Ну, милый, — она, явно стесняясь, произнесла ласковое слово, как будто пробуя, — ты ведь успешный спортсмен, многого добился. Сейчас руководишь своим спортивным комплексом. Дети смогут взять с тебя пример, научиться также стремиться к своим целям. Расскажешь им о трудностях, которые пришлось преодолевать.

Филиппу было приятно слышать слова восхищения от этой девушки. А от нежных поглаживаний и ласкового обращения он разомлел как прирученный зверь. Отказывать детям было неудобно, а уж Женьке сейчас вообще невозможно.

— Хорошо, — кивнул он, — они сами напросились на мое косноязычие. Вот только подробности некоторых проблем профессионального боксера не для детских ушей.

Женя покачала головой.

— Неправда, ты очень красиво говоришь, — сообщила она Филу, — у тебя вообще все хорошо получается. Филипп?..

Она позвала его и замолчала. Ему даже показалось, она погрустнела. Причины мужчина не понимал.

— Да, котенок.

На всякий случай он назвал ее так, как ей нравится.

— А почему ты выбрал меня?

Фил вздрогнул. Она как будто имела в виду его метания между ней и Леной. Но конечно Женька не могла об этом знать, и ее тревожили какие-то собственные мысли.

— В каком смысле? — мужчина заставил себя улыбнуться.

— Ты захотел, чтобы я была с тобой не только по сделке, — Женя рассказывала ему очевидные вещи, — почему именно я? Ты ведь такой…

Она замолчала и опустила голову. Мда, в котенке проснулись чисто женские заморочки.

— Ты гораздо лучше, — безапелляционным тоном заявил Филипп, — ты самая красивая и добрая девушка, из всех, что я встречал. И когда-то мог увидеть.

Женька нахмурилась.

— Я ведь серьезно, — заметила она.

— Я тоже совсем не шучу, — искренне сказал Филипп, — не понимаю, с чего такие вопросы? Я не умею говорить комплименты, но, Жень, ты самая лучшая!

Он взял ее личико в ладони, дотронулся губами до одной щеки, потом до другой. Поцеловал девушку в висок, погладил по волосам. Он старался успокоить ее нежностью и как будто загладить чувство вины. Ведь она не знает о Лене, о том, что в каком-то смысле он действительно выбирал. И хоть между ними не было любовного треугольника в обычном варианте, но в его мозге и душе он существовал долгое время. Сейчас же там царила только Женька.

— Фил, это ты лучше всех, — прошептала приникшая к нему девушка, — поэтому мне страшно.

— Чего ты боишься? — спросил Фил также тихо.

— Что ты поймешь — я не та, кто тебе подходит, — призналась Женя.

— Вот глупости! — искренне возмутился мужчина. — Я никогда еще не был таким счастливым.

Женька успокоилась также внезапно, как и начала грустить. Они убрали со стола, и девушка отправилась в душ. Филипп же медленно ходил по комнатам, разговор заставил его задуматься и всколыхнул воспоминания.

Нет, мужчина не соврал насчет исключительности Жени. Он ни к какой девушке не испытывал таких сильных чувств. Даже к Елене. Филипп давно начал понимать это, а уж после полноценной ночи любви был совершенно уверен — Женька действует на него особенно. С ней он одновременно ощущает себя сильным и способным на всё и позволяет себе расслабиться, доверять и быть открытым.

Лена же была предметом его вожделения. Только спустя год после того, как они начали жить все вместе, юный Фил стал замечать, как дрожит внутри от восторга, когда она рядом, как хочется беспрерывно на нее смотреть. Эти эмоции вызывали наслаждение и страх. Хорошо, отец ничего не видел, потому что бы поглощен работой.

А вот мачеха приметила его взгляды и трепет перед ней очень быстро. Филипп до сих пор не понимал, была ли доля симпатии от нее в его сторону, или она просто развлекалась. Но в какой-то момент Лена стала почти в прямом смысле заигрывать с ним — стрелять глазами, трогать, словно в шутку. У недавнего подростка срывало крышу от ее манипуляций, девушка казалась ему богиней.

Спасали поездки, спортивные сборы. Можно сказать, он проводил дома лишь процентов тридцать всего времени. Но и этого все же хватало Елене, чтобы подогревать симпатию пасынка. А чем старше становился Фил, тем ее прикосновения и фразы делались откровеннее. Отношения же с его отцом напротив терпели кризис.

Старший Чудов всегда был трудоголиком, от того страдала еще мать Филиппа. Но если первая семья была все же более традиционной, супруга воспитывала сына и понимала ценность материального благополучия, которое обеспечивал муж, то молоденькая Лена скоро начала скучать в большой отремонтированной квартире. А Борис еще и ночевал там не всегда, много мотался по командировкам.

В одно из его отсутствий мачеха осторожно зашла в комнату Фила. Парень уже лег, но еще не уснул. В сумерках он видел, на Лене лишь сорочка. Пришлось вспоминать о всех возможных противных вещах, чтоб не опозориться со стояком.

— Не помешаю, Филь? — протянула девушка. — Не могу уснуть. Планировала праздник в честь моего дня рождения, но ничего не идет в голову. В этом городе совсем нет приличных мест!

Филипп промычал что-то несуразное в ответ в качестве поддержки и тут же сам смутился своей тупости.

— Остается только ресторан в центре, — вздохнула Лена, — но там и отца юбилей праздновали, и Машка там годовщину свадьбы недавно отметила. Банальщина!

Они не включали свет. Мачеха без стеснения удобно легла на противоположный край широкой кровати парня. Сам же Филипп старался лишний раз не дышать, чтоб не выдать волнения от ее близости.

— Ты вот где собираешься праздновать свое восемнадцатилетние? — кокетливо спросила она и протянула руку к его волосам.

Филипп забыл все буквы от легкого прикосновения тонких пальчиков.

— Мм, не знаю, — выдавил из себя он, — меня, возможно, не будет в городе.

— Везет тебе, Филя!

Лена быстро села на постели, двинувшись почти вплотную к Филу.

— Возьми меня как-нибудь с собой на соревнования, а? — произнесла она шокирующую фразу. — Твоего отца не допросишься куда-то съездить. Ты ведь скоро совсем большим станешь. Ух, как мы развлечемся.

— Я… не знаю, — пробормотал Филипп.

— Подумай, Филя, — велела Лена, — а сейчас спокойной ночи.

Мачеха наклонилась к его лицу, медленно и влажно поцеловала в уголок губ. Снова парень остался заинтригован — хотела или она найти в темноте его щеку или все же рот? Полночи семнадцатилетний Фил не мог уснуть.

Кульминацией стал злосчастный день рождения мачехи, когда Лена, наплевала на приличия и всю вторую половину вечера не отходила от Фила. Тот был счастлив, смущен и напуган перед возможным гневом отца. Хотя, по сути, молодой человек ничего себе не позволял. Изо всех сил отстранялся, когда мачеха висла на нем во время медленных танцев. Отрывал ее от себя на заднем дворе, куда она вызвала его обманом и кинулась целовать. Но потом все-таки сдался.

Что тормознуло Лену тогда, он и сейчас не понимал. А, может, и не хотела женщина настоящей близости. Поцелуй длился долго, но после мачеха отстранилась и прошептала ему в ухо.

— Твое совершеннолетие отметим по-особому! Тебе уже все будет можно.

С этими словами она крепко сжала ручкой его пах, подарила выразительный взгляд и отправилась назад в заведение. Этот момент он только недавно перестал время от времени вспоминать перед сном.

Восемнадцать лет Фил праздновал один. Да и назвать это праздником не особо получалось. Впрочем, воспоминания о горе Филипп ворошить не стал.

— Фил, — в гостиную вошла Женя, — может, съездим на пляж?..

Филипп улыбнулся. Сейчас он не понимал, что общего нашел в Женьке и Лене. Они были настолько разные. Даже просьбы котенок озвучивала всегда смущенно, без томного мурлыканья, как мачеха. Да и черты лица у Женьки были более тонкими что ли… Не такой курносый нос, как у Лены и губы не настолько пухлые. Может, ему вообще изначально привиделось их сходство?

— Да, конечно, собирайся, — кивнул он девушке.

Сам же Фил схватился за телефон. Галлюцинации редко бывают у двух людей сразу. Ведь друг отца Сергей ни с того, ни с сего заговорил о родстве Жени и Лены. Размышления об этих двух девушках и перспектива поездки в интернат внезапно разожгли в Филиппе желание проверить гипотезу старого приятеля семьи. Он захотел знать о Жене больше.

— Дядь Сереж, привет! — поздоровался Фил. — Да, я знаю, вы уже в Питере. Вы б не могли мне сбросить на мобильный ту фотографию Лены. Да, с девочкой.

Знакомый удивился, но оказался не против. Что ж, посещение интерната станет полезным не только для детей, но и для самого Филиппа.

Артем отхлебнул пиво, которое уже начало нагреваться под палящим южным солнцем. Он едва отоспался после долгого путешествия на автомобиле из центра России до Краснодарского края. Хорошо вспомнил, что один из старых знакомых звал его поработать на юге. Вот уж точно — не имей сто рублей, а имей сто друзей. Хотя Филипп Чудов, имея рубли, с большим удовольствием поимел бы и его. А с другой стороны, потерянный товар и Гера…

Он успел снять деньги и даже почти не соврал матери. Работать здесь он, конечно, не будет. Лишний раз светиться ни к чему. Отдохнет пока, а потом что-нибудь придумает. У Фила нет особых связей в органах, он знал. Скорее всего, Чудов усилит охрану и будет дальше пускать сопли по девчонке, похожей на покойницу Лену.

Идти на пляж Артем не хотел, потому лежал в шезлонге на закрытой территории отеля возле бассейна. Он уже собрался подняться и обновить пенный напиток, как услышал звонок телефона. Сердце подпрыгнуло — симкарту ему подогнал здешний дружок лишь для связи с местными. Кто узнал номер?!

— Дорогой Артем!

В трубке раздался тягучий мужской голос, который Тёма без труда узнал. Он чуть не нажал отбой, но сообразил, стоит поговорить с Герой, раз уж он его нашел.

— Да.

— Чего ты так быстро уехал? — поинтересовался подельник. — Даже проводить не дал, заказы на подарки не спросил. Может, я не то сделал что?

Артем выдохнул. Он терпеть не мог эти сладкие лицемерные речи.

— Гера, я не виноват в потере товара, — сухо произнес он, — я предупреждал, мне негде больше хранить вещества. Я сделал всё, что было в моих силах, но девчонка Чудова заподозрила меня!

— Не ври.

Гера вдруг переменил тон и его голос стал нормальным человеческим.

— Я в курсе всей твоей цепочки. Запер препарат в кабинете босса, потом через любовника его бабы решил достать. Тёма, Тёма… Но вообще можешь расслабиться, а я даже должен тебя отблагодарить.

— Что?!

Гера пустился в рассказ, а у Артема все больше вытягивалось лицо.

— На меня вышел Чернопольский, — вещал сообщник, — его брат давно наблюдал за нашими делами. А пристальное внимание началось, когда ты стал использовать базу Филиппа. У Вани к нему давние счеты. Так вот, когда я передал тебе препарат, за нами уже следили. Потом каким-то образом поставили тебе прослушку и были в курсе всех твоих разговоров по телефону и даже некоторых личных. Дальше устроили облаву.

— И ты хочешь сказать мне спасибо? — сдавленно поинтересовался Артем.

— Ваня Чернопольский рад, что так вышло. Подробностей не знаю, но обман с препаратом он нам простил и даже дал кое-какие привилегии нашему бойцу. Теперь с нетерпением ждем сезон боев. И ты приезжай, хорошие деньги поднимем!

Артем для вида порадовался и полюбезничал с подельником. Возвращаться он конечно спешить не станет, вся ситуация казалась ему очень странной.

Выступление в школе-интернате прошло легче, чем предполагал Филипп. Правда, когда он только вышел на сцену небольшого актового зала, то впал в ступор. Начало рассказа прозвучало искусственно. Фил представился, обозначил свои регалии и достижения. Дети сидели с откровенно скучающими выражениями на мордашках. Мужчина подумал, не зря он считал затею провальной.

Женька «болела» за него из-за кулис. Он периодически поглядывал, как она сидела на каком-то большом черном кубе, видимо из реквизитов, и болтала ногами. Она сама смотрелась недавней выпускницей, с распущенными волосами, в джинсовом платье до колен и почти совсем без косметики. Фил вдруг представил, что бы было, если б его пригласили сюда, когда она еще училась. Как бы он рассказал о себе Женьке?..

И тут его как будто переключило. Он перешел на простой тон и рассказал ребятам на доступном им языке о спортивной дисциплине и ее нарушениях, о нескольких тренировках в день, об уроках, выполненных в дороге. О друзьях, познающихся в спарринг-боях, о соперничестве и личном развитии. О том, что любое дело только поначалу трудно.

Он посмотрел на Женю, она тоже слушала его с интересом. А когда встретилась с ним взглядом, послала ему воздушный поцелуй. После сразу захихикала, закрыв личико руками. Внутри у Филиппа защемило от нежности. И еще он отчего-то почувствовал радость, что Женька рядом с ним и уже не в интернате. Дети, сидящие напротив, были самыми обычными, но с ранних лет им приходилось испытывать одиночество.

После лекции Женя унеслась болтать с учительницами, а Фил немного поговорил с детворой, ответил на вопросы. Когда ребят позвали на обед, он прошелся по первому этажу. Он тоже искал собеседника, вот только объект ему был нужен рангом повыше. Хотя только он остановился у местной доски почета, как нужный человек сам присоединился к нему.

— Филипп! Могу я выразить вам свою признательность?!

К нему приблизилась высокая женщина с идеально прямой спиной. Возраст не сломил бывшую директрису учреждения ни в прямом, ни в переносном смысле. Она была стройна, современно одета и даже носила почти молодежную стрижку «каре» на рыжих волосах. Ее лицо с крупноватыми чертами излучало восторг. Фил задумался, почему все пожилые дамы так им довольны?

— Да собственно не за что, — он развернулся к женщине, — я сам получил огромное удовольствие от беседы.

— Нам очень повезло, что вы знакомы с Женечкой! — директриса не собиралась менять настроения. — Вернее, что вы скоро поженитесь… Ой, простите. Я прочитала это в газете.

Фил усмехнулся.

— Да, так и есть, — сказал он, — вы знаете, в преддверии свадьбы… Мне стало интересно, жив ли кто-то из родных Жени?

Филипп наблюдал, как собеседница старается удержать улыбку. Но выражение ее лица все больше походило на гримасу.

— Я не знаю, — пожала плечами она.

— У нее был дядя, — сказал Филипп, — а кто-то еще? Возможно, сохранилось личное дело?

Женщина все же спрятала улыбку и вздохнула.

— К сожалению, дела не всех детей удается сохранить, — проговорила она.

— Как это? — нахмурился Филипп.

— Сейчас вся информация в компьютере, — принялась объяснять экс-директриса. С личными бумагами прошлых лет сложнее, ничего не стоило лишиться их навсегда.

— Вы имеете в виду, что документы Жени пропали? — Фил насторожился.

— Увы, Филипп. Нам пришлось восстанавливать ее дело в десятом классе. Его кто-то совершенно вероломно выкрал!

— Но кому могли понадобиться уничтожать сведения о сироте? — изумился боксер.

— Часто этим грешат или родственники, или опекуны. Подкупают работников учреждений. Наша сотрудница, ответственная за хранение, была из блатных, сверху дали приказ ее устроить. И проработала недолго. Мы тогда не только Жениных бумаг лишились.

Филипп лишь качал головой.

— Как странно… А вы сами не помните данных о Жене? И вот, женщину на этом снимке не узнаете?

Он показал собеседнице экран мобильного, где было открыто фото Женьки и Лены.

Та надела очки, висящие до этого на шее, и вдруг отшатнулась. Филипп даже хотел придержать ее за локоть, подумав, женщине плохо. Но она быстро пришла в себя.

— Не знаю, Филипп, не знаю, — развела руками директриса, — память уже стала не та. Бывает, встретишь кого в магазине, он улыбается, а я даже имени вспомнить не могу. Много через меня ребятишек прошло, а я уже старая.

— Да ладно вам, — улыбнулся Филипп.

Лицо женщины посветлело.

— Женя — хорошая девочка, — произнесла она, — это я точно помню и знаю. Добрая, отзывчивая. Всегда со всеми делилась тем, что ей приносили. А уж танцевала как! Да вы и сами, наверное, знаете… Сиротство ее не озлобило, не убило доверие к миру. Это в наше время очень ценно.

— Вы правы, мне очень повезло, — искренне сказал Филипп, — вы говорите, ей приносили гостинцы? А кто к ней приходил?

Собеседница вновь сделалась серьезной, опустила взгляд.

— К нашим деткам всегда кто-то приходит. Родня, спонсоры…

Директриса быстро переменила тему, принялась вновь благодарить Филиппа и хвалить. За этим занятием она снова повеселела, а вот мужчина крепко задумался. При всем восторге от него, собеседница даже толком не вникла в его вопросы, не постаралась помочь. И старое фото ее как будто смутило.

А, может, Филиппу просто показалось, ведь он уже пришел в интернат со шпионским настроем. Пытать пожилую женщину Фил больше не стал, да и Женя нашла их вскоре. Они немного погуляли по зданию, девушка показала ему памятные места. Филу было приятно ее доверие, но само заведение ему все меньше нравилось. К счастью, вскоре они отправились домой.

— О чем ты разговаривал с Региной Викторовной? — спросила Женька в машине.

— Мм? — Фил сразу не понял.

— С бывшим директором интерната, — пояснила девушка, — когда я подошла, вы так оживленно болтали.

Филипп вдруг решил прямо спросить у Жени о ее близких, вдруг она сама прольет свет на историю с Леной?

— Я спрашивал у нее о твоей семье, — признался мужчина, — ты знаешь что-то о родных?

Женька сразу сникла и вжалась в сидение. Филипп пожалел, что не может ее обнять.

— Немного помню бабушку, — начала рассказывать Женя, — я была не такой маленькой, когда попала в интернат, но прошлое как будто для меня стерлось. Помню, как меня дразнили сиротой и говорили, моя мама спилась. Потом бабушка начала пропадать в больницах, и я жила у дяди. Затем был интернат.

Филу было сложно слушать о детстве Жени. Его не страшил тот факт, что она может оказаться дочерью Лены. Дела, как говорится, минувшие. Он лишь удивлялся такой перспективе и жалел, что мачеха, возможно, скрывала своего ребенка. Он бы обязательно нашел Женьку и помогал ей.

— А дальше? — спросил Филипп. — И сейчас ты что-то знаешь о дяде, еще каких-то родственниках?

— Фил… — девушка схватилась за виски. — Если честно, мне сложно вспоминать те годы, и я не хочу ничего знать сейчас. Боюсь, не смогу жить с этой информацией. Трудно осознать, что ты никому не был нужен. Извини, я понимаю, ты хочешь знать обо мне больше.

Филипп воспользовался светофором и притянул Женьку к себе. Поцеловал в щеку, чуть задержавшись губами на бархатистой коже. Девушка дрожала, и ему стало стыдно, что из-за своего любопытства он довел ее до такого состояния. Какая вообще разница, чья она дочь? Лены больше нет, и Женька не обретет мать, даже если он докопается до истины. Да и получится, его мачеха бросила своего ребенка. Тоже малоприятная правда для них обоих.

— Прости, Жень, — искреннее попросил Филипп, — для меня не так принципиально владеть информацией о твоей родословной. Жить я хочу с тобой, а не с твоей родней.

— Сирота тебе не пара… — девушка завела привычную пластинку на новый лад.

Он уже хотел возмутиться, но, повернув голову, увидел, как из ее опущенных глаз капнули слезы. Вот и поговорили! Хорошо, он уже припарковался у дома.

Фил вышел из машины, открыл дверцу и подал Женьке руку. Обычно этого не требовалось, девушка сама выбегала из авто. Сейчас она словно не решалась выйти, но Филипп все же вытащил ее наружу.

— Я и сам сирота, — серьезно произнес он, — у меня нет никого на свете. Вернее, не было, пока я не встретил тебя. Давай закроем тему прошлого раз и навсегда?.. Прости, что начал пытать. Для меня на самом деле важна только ты сама.

Он поцеловал ее в уголок глаза, откуда уже сама собой выкатилась очередная слезинка. Девушке стало щекотно, и она заулыбалась.

— Это ты извини за такую реакцию, — попросила она, — это обычные вопросы. Ты не виноват, что тема родни для меня больная. Ты у меня самый лучший!

Она закончила последнюю реплику чуть смущенно, а Филипп в очередной раз ощутил восторг. Она так искренне его хвалила, восхищалась им от всей души. Мужчина не мог даже мысленно выразить, насколько ему было приятно. Он подхватил своего легкого котенка на руки, немного покружил и под ее заливистый смех зашагал к дому.

Больше Филипп к теме родственников действительно не возвращался, да и времени особо не было. На базе Игорь то и дело придумывал фишки по усилению безопасности, а владельцу приходилось одобрять их или тормозить.

Кроме охраны навалилась куча организационных дел. Он вроде давно старался взять на себя обязанности Артема, но отсутствие управляющего все же вызвало аврал. Фил даже решил нанять нового администратора, но эта задача только добавила возни с собеседованиями и звонками знакомым.

Хорошо, Женька ему помогала по первой просьбе и по мере своих возможностей взяла на себя функции его секретаря, без которого раньше он спокойно обходился. Но девушка еще и вела уроки, почти полностью перевела на базу всех своих учеников. В школе танцев Аллы Григорьевны она появлялась все реже, видимо, сказался поступок Славки. Фил, впрочем, был только за, когда котенок крутился на глазах.

Уже заканчивался август, и прошел почти месяц после их первой настоящей близости, но они так и не смогли насытиться друг другом. Филипп настоял, что в его кабинете все-таки не будет камер, потому что каждую свободную минутку они с Женькой использовали для поцелуев, объятий, а иногда и чего-то более жаркого, когда совсем не могли дотерпеть до дома.

Ключ от его офиса девушка не при каких уговорах брать не захотела, потому лишь тихо стучала в двери, когда он был у себя. Этот деликатный звук быстро стал одним из самых любимых для мужчины. Вот и сейчас, только услышав его, Фил улыбнулся.

— Не занят? — Женька протиснулась отчего-то боком и разгладила на себе голубую рубашечку.

К сожалению, лето уже сдавало свои полномочия ранней осени, и открытые сарафаны с шортиками отправились на дальнюю полку.

— Отвлекусь.

Фил в несколько шагов подошел к девушке и привлек ее к себе. Его ладони сразу оказались под тонким хлопком одежды, губы пытались найти ее ротик.

— Фил, я ненадолго, — сумела сказать Женя меж поцелуями.

— Не понял, — удивился мужчина.

Женя чуть отстранилась и скользнула руками по его плечам. Прикусила губу, но потом заговорила.

— Мне позвонила Риммка, — призналась она, — мы уже больше месяца не виделись. Она приглашает в гости, пока ее мальчишки поехали на дачу к свекрови.

Женька внимательно смотрела на Фила. Она не произнесла «можно, я пойду», потому что это было не в ее характере, но явно ждала его реакции. Ему, конечно, идея не пришлась по душе, но что он мог?

— Сходи, — пожал плечами Фил, — только давай, я заберу тебя после. Позвонишь?

— Хорошо, спасибо.

Филипп снова соединил их губы и не отпускал девушку еще как минимум двадцать минут.

Римма открыла холодильник и лениво высматривала, что еще можно предложить к столу. Слишком уж потчевать Женьку яствами брюнетка не хотела, ее уже и так, наверное, забаловал Филипп. А Римма, как обычно, еле сводит концы с концами, чаевые к завершению лета почти сошли на нет. У мужчин все до копейки забирают жены, чтобы собрать детей в школу.

Брать приватных клиентов с улицы Римма боялась. Не хотела, чтобы по городку поползли слухи. А своих почти не осталось — кто уехал к осени в столицу, кому супруги или девушки закрутили гайки. Она часто с грустью вспоминала щедрого красавца Фила. Вот угораздило же её попросить Женьку выйти за нее в смену! Так бы, может, они с Филиппом и не встретились.

Она все же выпытала у Тёмы, почему бизнесмен-боксер запал на невзрачную Женю. Подруге просто повезло с лицом — его черты похожи с чертами мачехи Филиппа. Римма сначала позлорадствовала, все же не лично Женька полюбилась Филу, а просто как копия. Но потом должна была признать, это мелочи в сравнении с благами, что получила Женя. На ее месте Риммка тоже бы заткнула рот гордости и радовалась.

Римма задумалась и все же достала начатую коробку конфет в кокосовой стружке. Неплохо было бы наладить с Женей отношения, теперь она важная птица. Может при случае помочь чем. Да и Филипп, когда собьет охотку копаться с невинной овечкой, будет у Риммы в близком доступе.

Женька так и не поняла, сильно ли разозлился Филипп, что она поехала к Римме. Вслух мужчина одобрил их встречу, но Женя ощущала, он напряжен. За последний месяц она научилась улавливать перемены его настроения. Она совсем не боялась его, просто искренне желала, чтобы этому человеку всегда было хорошо.

Фил сказал, у него никого нет кроме нее. Женя чувствовала почти то же самое. Про Славку она старалась лишний раз не думать, хотя уже полностью осознала его поступок, и он по-прежнему отзывался болью в душе. Иначе не могло быть, ведь она столько лет боготворила парня.

Но все чувства к нему она однозначно отпустила, в ее сердце царил Филипп. Изо дня в день она убеждалась, что небеса за что-то наградили ее встречей с ним. Отчего-то этот красивый, умный, успешный и заботливый мужчина хочет видеть именно ее своей спутницей. Именно с ней он наслаждается душой и телом.

С мечтами о Славе ее эмоции к Филу были несравнимы. Славкин образ был создан ею самой и долго оставался нерушимым. Филиппа же она каждый день открывала для себя вновь, каждый миг счастья с ним был неожиданным и от того безумно ярким.

Мама Аля отдалилась от Жени. Сама девушка не держала на преподавательницу никаких обид, с удовольствием бы вела уроки в ее школе и дальше. Но Алла Григорьевна мягко велела ей оставаться подле будущего мужа. К себе в студию она взяла двух молоденьких хореографов-выпускниц и даже разрешила им вводить модные направления в программу. Фил по-прежнему курировал школу и помогал, но тоже непосредственно с ее директрисой не общался.

Женькина жизнь изменилась за прошедшее лето целиком и полностью. Она даже как будто забыла себя прежнюю. Девушка вдруг стала более осторожной, закрытой. Ей казался важным лишь их мирок с Филом, его сохранность. Про остальное она и не вспоминала. В том числе и про Риммку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Подруга же напомнила о себе, и хоть Женька не испытала большого восторга от предложения встретиться, решила все же развеяться. Да и дать Филиппу немного отдохнуть от ее круглосуточного нахождения рядом.

Женя появилась в знакомом дворе, картинка была точно как из другой жизни. На душе как-то защемило даже, странная ностальгия. Девушка быстро приблизилась к подъезду и позвонила. Подруга откликнулась почти сразу.

Девушки душевно просидели на маленькой кухоньке больше часа. Выпили зеленого чая с жасмином, полакомились нехитрыми сладостями. Хоть Женька и жила сейчас в достатке, ее скромные вкусы не изменились. А под разговоры конфеты и выпечка вообще пошли на улет.

Подружки поделились друг с другом последними новостями, посплетничали немного про общих знакомых. Когда темы иссякли, Римма вдруг хитро посмотрела на Женьку.

— Слушай, Жек, ты ведь мне ящик коньяка должна за Филиппа, — прищурилась она.

Женя нахмурилась.

— В смысле?

— Ну если б я тебя не уболтала выйти за меня на стойку, тебя бы к нему не увезли, и он бы тебя не увидел.

Женька почувствовала, как начали краснеть ее щеки. Она не говорила подруге, как познакомилась с Филом. Разве что Римма узнала в самом клубе от людей Артема… Женька лишь криво улыбнулась в ответ.

— И подфартило же тебе, — не успокаивалась Риммка, — что ты похожа на его первую любовь! Вот кто бы знал, что твое лицо окажется счастливым билетом?.. На первый взгляд ведь ничего особенного.

Сердце Жени забилось где-то в горле. Риммка говорила странные вещи, о которых сама девушка ничего не знала.

— О чем это ты? — голос Женьки стал тихим.

— Ой, ладно тебе! — заливисто рассмеялась подруга. — Мне сорока с хвоста сбросила, что ты вылитая мачеха Филиппа, а он всю жизнь ее любил! Но баба умерла, а ты живая! Вот повезло! Честно, завидую белой завистью, какого ты мужика отхватила, не напрягаясь. Всего-то засветилась перед ним мордашкой, и он с первого взгляда твой. Без усилий и талантов!

Риммка продолжала заговорщицки хихикать, а у Женьки сдавило виски. Так вот почему она… Ей захотелось одновременно рыдать и бежать. Подальше от этой квартиры, от Риммы, вообще ото всех. Как жаль, что она уже позвонила Филиппу! Он вот-вот приедет за ней. Или она успеет с ним разминуться…

Женька наврала подруге, что Фил просить ждать его на улице. Она не помнила, как попрощалась с брюнеткой, обсуждать что-либо с ней хотелось меньше всего. Почему-то именно сейчас она отчетливо поняла — не подруга ей Римма вовсе.

Вот и Женя осталась совсем одна… Родные предали, для Фила она лишь замена покойнице. Не зря он сказал, никаких фотографий мачехи нет, когда показывал ей семейные альбомы.

Девушка быстро сбежала по ступенькам вниз, рванула дверь подъезда. Она чуть не врезалась в широкую грудь входящего в дом.

— Женя! — Филипп засмеялся их неожиданной встрече. А вот Женьку колотило.

— Привет, — сказала она.

От вида Фила ее сердечко совсем сжалось. На него давила и тоска, и непрошенная нежность к мужчине. С какой бы радостью они сейчас обнялись, поцеловались. Вот только он прикасался бы не к ней…

Девушка все же поняла, поговорить нужно. Да и вещи ее, документы в его доме. Их стоит забрать и тогда уже уйти, куда глаза глядят. А лучше уехать. На автомате она позволила мужчине короткое объятье и быстро зашагала к машине.

Они доехали до дома почти молча, также прошли в дом. Женька не представляла, как начать разговор. Внутри сидели одновременно тоска и возмущение. Перебарывало то одно, то другое. В то же время она хотела разговора, ждала от Филиппа опровержений.

— Жень, всё в порядке? — мужчина не выдержал первым.

Женька вздохнула.

— Нет.

Она подняла на него глаза и встретилась с тревожным темным взглядом. Ей снова стало его жалко. Столько разных эмоций, невыносимо.

— Что произошло? — быстро спросил Фил. — Римма тебе что-то наговорила? Вы поругались?

Женя поняла, молчать больше нельзя.

— Я похожа на покойную жену твоего отца? — прямо спросила она.

На лице мужчины отпечатался шок, но Филипп явно понял, о чем она. На секунду он плотно закрыл глаза, потом заговорил.

— Поначалу мне так казалось. Но сейчас я даже не думаю о вашем сходстве. Я никому не рассказывал об этом факте, только Артему. Видимо, от него узнала Римма. Это ведь она тебе рассказала?

Женька кивнула.

— Она. Но это неважно. Филипп! Ведь ты не заинтересовался мной! Я даже не была бы тебе симпатична, если б не это сходство. Вот почему ты называл меня Леной! Позвал изображать твою девушку, поселил в своем доме! Вот отчего тебя тянет ко мне, почему ты хочешь заниматься со мной сексом.

Фил шумно выдохнул.

— Нет, Женя, — произнес он, — ты не права. Мне нужна именно ты, именно тебя я хочу.

— Потому что я похожа на Лену…

Женька не сдержала слезы. В глубине души она надеялась, Риммка придумала эту историю из зависти. Может, где-то в старых газетах увидела семью Фила. Но мужчина полностью подтвердил ее слова. Женин чудесный новый мир рухнул как дом, выстроенный на неправильном фундаменте. Так горько ей еще никогда не было.

— Это играло роль лишь при знакомстве, — растерянно произнес Филипп

— Если бы я не была похожа на Лену, ты бы даже не вспомнил про меня, — всхлипнула Женька, — ты соврал мне, что я исключительная! Я только копия!

— Котенок…

Ласковое слово только еще больнее резануло по сердцу. Женя развернулась и пошла в свою комнату. Если она сейчас не уйдет из этого дома, она просто умрет.

— Женя!

Фил догнал ее и вырвал из рук ручку чемодана. Взял за плечи, развернул к себе.

— Почему ты не хочешь дать мне шанс? Я не вру. Реально, Лены больше нет в моих мыслях! Там только ты, Жень! Влюбленность в красивую жену отца была детской мечтой. Ты ведь и сама точно также любила Славку.

— Но я влюбилась в тебя, несмотря на мои чувства к Славе, — тихо сказала Женя, — а ты со мной из-за той самой любви к мачехе.

— Что ты сделала?.. — медленно спросил Филипп и попытался ее обнять.

— Ничего, — нахмурилась Женя, — уже не важно. Позволь мне уйти.

Фил выпустил ее из рук, отошел к двери.

— Жень, неужели я не заслужил твоего понимания? — спросил он.

— Я тебя прекрасно поняла, Филипп, — ответила девушка. Она уже кидала свою одежду в чемодан.

— Когда ты просила меня лишить тебя девственности только ради Славы, когда доверилась ему и чуть не попала в беду, я был рядом с тобой. А ты готова перечеркнуть всё, что есть между нами, из-за чепухи из прошлого!

— Чепухи?! — у Женьки выпала из рук кофточка. — Филипп! Как ты не можешь понять?! Моя похожесть на твою мачеху — причина наших отношений! От нее всё и пошло! А я сама по себе и не хочу быть чьей-то копией! Ты упрекаешь меня Славкой, а я всегда была честна с тобой! Я молчала лишь о том лекарстве, но я хотела защитить тебя.

Женя уже не вытирала влагу на лице, а хотела только быстрее покончить со сборами. Фил стоял, насупившись, и гонял желваки.

— Жень, я не заслужил такого отношения, — повторил он.

— А я что заслужила, Фил? Быть клоном, игрушкой? Ты переделал мою жизнь в угоду себе! Только б я была рядом и напоминала тебе о Лене! Что в ней было такого хорошего, скажи?!

Женьке было обидно, жалко себя. Она ненавидела умершую женщину, хотя понимала всю глупость этого. Она дико ревновала Фила к такому сильному чувству, прошедшему сквозь годы.

— Пойми, наше знакомство уже не переиграть, — глухо сказал Филипп, — я не говорил тебе о Лене только потому, что не хотел такой вот реакции. Пойми меня, пожалуйста.

Но внутри Женьки всё клокотало.

— Да что тут еще понимать, Фил? Пользуясь своим деньгами, благополучием и красотой, ты завел себе куклу. Но я не могу так. Хотя тысячи девушек бы, наверное, не отказались. Именно потому, что ты мне слишком дорог, Филипп, я не могу смириться с тем, что была для тебя лишь приведением. Прости.

Фил что-то еще говорил, спрашивал, куда она пойдет, Женька уже не вникала. Она собрала немногочисленные вещи, вызвала себе такси. В голове сидела лишь одна мысль, нужно оказаться подальше отсюда, от него.

Наверное, после пережитой потери семьи было бы кощунством так рассуждать, но Филипп никогда еще не чувствовал такую душевную боль. Сначала он, правда, даже разозлился на Женьку. Поэтому и дал девушке уехать. Ему казалось, несправедливым ее поведение после всего, что было связано с ее любовью к Славке. Позже он ее все-таки понял, но, как оказалось, было поздно.

Уже через пару дней он начал звонить девушке, но знакомый ему номер был недоступен. Мужчина ринулся к Риммке, задавил в себе желание сказать той пару ласковых, и очень вежливо просил Женькин новый телефон. Но та совершенно искренне удивилась ее пропаже.

Алла Григорьевна встретила Фила совсем ошарашенно и сообщила — Женя звонила ей на городской номер школы и сообщила о своем внезапном отъезде в столицу. Сказала, так сложились обстоятельства. Телефон, с которого был сделан звонок, не определился стареньким аппаратом. Филипп понял, она так поступила нарочно. Мужчина поднял связи в городке и узнал, девушка реально покупала билет на поезд. Без обратного направления.

Что ему оставалось? Ехать в мегаполис и искать ее на улицах? Это было бессмысленным и невозможным. Он должен работать, чтобы сотрудники базы не оказались на улице. А в какой-то момент он вдруг подумал, если Женька так легко исчезла, возможно, так лучше для нее? Она еще совсем молоденькая девушка и встретит хорошего парня без тараканов и мачех. А Фил станет и дальше существовать, как получится.

Филипп с головой ушел в бизнес, наконец, нашел нового управляющего. Он отдал предпочтение женщине средних лет, которую посоветовал ему один из постоянных клиентов. Администратор со стажем имела двух детей-старшеклассников и была нацелена на спокойное долговременное сотрудничество.

Вечерами Фил до исступления занимался в тренажерном зале или просто катался по городу, громко включив музыку в машине. Хотя все равно даже уставший и оглушенный мелодиями мозг быстро наполнялся мыслями о Женьке. Он никак не мог отпустить девушку, испытывать к ней чувства на расстоянии было сложно. Даже безысходная любовь к погибшей Лене в свое время не так его угнетала.

В один из дней Фил понял, он не может больше бездействовать. Даже существованием его нынешнюю жизнь назвать трудно. Он пребывает в постоянной тоске и тревоге за котенка. Где она сейчас и с кем? Не обижают ли ее в большом городе? Не нуждается ли она в деньгах? Филипп решил насесть на начальника охраны Игоря, чтобы тот поднапрягся и нашел-таки какие-то связи в органах.

Сам мужчина собрался позвонить своему знакомому из Москвы Тимуру. У банкира полно знакомых, пусть тот и поглумится над другом по карточному клубу, но вполне может помочь. Хоть Тим и циник, но мужик деятельный и отзывчивый. Однако набрать номер приятеля Филу не дал входящий звонок.

— Да, — мужчина даже не взглянул на экран.

— Чудов?..

Вот только бесед с Чернопольским сейчас не хватало! Чего ему опять нужно?

— Я, — подтвердил Филипп, — давай по существу, я занят.

Собеседник усмехнулся.

— Легче, — попросил он, — тут дело важнее твоих детских шалостей со спортивным городком. Ты со своей танцовщицей наигрался уже что ли?

Филипп почувствовал, как из самого нутра начинает подступать ярость.

— Закрой рот в сторону Жени! — жестко посоветовал он Ивану. — Это не твое дело.

— Ясно, — сладким голосом резюмировал Ваня, — значит, она сама от тебя убежала. А ведь я тебе советовал за своей женщиной смотреть. Слушай внимательно. По ее делу провели доследование, и вещество, которое она привезла из своей общаги, признано наркотиком-стимулятором. Препарат мудреный, конечно, но для спортсменов в самый раз. Позволяет усилить себя и не растерять внимание. Девочку твою мы, к слову, уже нашли.

— Где она? — глухо просил Филипп. — И какого черта ты лезешь в это дело? Не кажется, что это удар ниже пояса?

— Ударом ниже пояса, Чудов, — Ваня перешел на серьезный тон, — было слить меня перед боем, сообщив о моей травме.

— Да ты бы сдох тогда! — возмутился Фил.

Он понял, бывший коллега вспомнил случай почти десятилетней давности. Парни тогда сравнительно ладили. Чернопольский получил серьезный удар по голове, долго лечился. Он еще толком не пришел в себя, как уже подал заявку на участие в профессиональном боксерском поединке. Тренер Филиппа знал устроителя боя и по совету парня порекомендовал, как следует проверить Ивана…

— Вместо этого ты сейчас живешь в свое удовольствие, — продолжил Фил, — и потому привязался к ни в чем не повинной девушке?!

Филипп перевел дух.

— Все со мной было бы нормально, — медленно произнес Чернопольский, — получил бы официальное право претендовать на титул чемпиона мира. А там другой уровень и другие бабки. А из-за твоего балабольства я оказался на обочине.

— Да ты не смог продолжать из-за здоровья! — воскликнул Филипп. — Иногда стоит тормознуть, Ваня. Мне тоже пришлось уйти, но такова профессия.

— Ты слишком труслив, Чудов, — сообщил Чернопольский, — и я тебе это докажу. Чтобы помочь своей девчонке, будешь участвовать в осенних боях. Тогда ее дело уничтожат. И, к слову, она сама влезла в ситуацию, моей целью был только ты. Твой прихвостень Артем делал дела с наркотиками прямо у тебя под носом, когда его вычислили, брат сразу сообщил мне. Хотел получить с тебя бабки, но я сам тебя выкупил.

— Ты болен, Чернопольский, — вздохнул Филипп.

— Заканчивай играть в медика, — попросил собеседник, — эта глупая девка сбила мне все планы! Вывела тебя и твой бизнес из-под удара. Если ты откажешься от моих условий, она получит по полной. Нормальным человеком из заключения она уже не выйдет.

Фил понял, ловушка захлопнулась.

— Неужели в тебе так сильна жажда мести, Ваня? — спросил Филипп. — Или тебе настолько нужны деньги? Сколько там поставят на моего соперника? Я найду эту сумму.

Но Чернопольский только рассмеялся.

— Чудов, я почти год планировал, как уничтожу тебя. Как ты сядешь за решетку, покрытый позором, а твои людишки, проклиная тебя, окажутся на улице. Это сейчас ты местный благодетель, даешь городу рабочие места. Так, кажется, писали в бездарных статейках про тебя. А перестань они получать от тебя блага, сразу бы смешали тебя с грязью! Но мелкая зараза спутала мне карты! Не знаю, как ты там ее любил, раз она пошла на такое. Теперь я решил совместить удовольствие и пользу. Буду наблюдать из вип-ложа, как ты подставляешь свое лицо под удары, чтобы заработать мне деньги. Но девочке своей все же можешь сказать спасибо — благодаря ей, у тебя хотя бы есть шанс выйти победителем.

— Какие у меня гарантии? — без эмоций уточнил Филипп.

— Гарантия в том, что Евгения сейчас на свободе. У нее, кстати, все нормально, она устроилась в подтанцовку к одной певичке. Ключ от банковской ячейки со всеми документами дела я отдам основному судье. Да ты и сам знаешь, какие там будут люди. Если ты им скажешь, что я надул победителя, они снимут с меня шкуру. В случае твоей победы, конечно.

Разговор завершился без теплых прощаний, и очень кстати к Филиппу заглянул безопасник. Фил вызывал его, чтобы спланировать поиски Женьки, но сейчас нарисовалась проблема серьезней. Хотя девушку тоже не мешало бы найти и убедиться, что у нее действительно все хорошо.

Филипп подробно посвятил начальника охраны в ситуацию, тот только крякал и качал головой.

— Вот жопа, — сделал вывод он в конце монолога Фила, — ладно, есть у меня еще один шанс. Заставлю старика-тестя сесть за телефон, он же у меня тоже из военных. Только готовься сразу выложить хорошую сумму в благодарность.

— Уже готов, — задумчиво кивнул Филипп.

Но хороших вестей информатор пенсионера не принес. Так и есть, делу Женьки в любой момент можно дать ход. Саму девушку им найти не удалось, но было известно, она не задерживалась полицией, не попадала в больницы или какие-то происшествия. Фил даже еще раз съездил к Римме и вскользь упомянул, что дело уже не просто амурное, а касается безопасности их обоих, но брюнетка искренне поклялась — о местонахождении приятельницы она не знает.

На этом Фил решил поиски Женьки оставить.

У него было не так много времени для подготовки к боям, вернее, его практически не было. Когда он дал Чернопольскому согласие, тот заговорил спокойно и по-деловому. Пообещал поставить Чудова на самый последний поединок, на десерт, так сказать. По датам выходила середина октября, впереди полтора месяца…

Оставалось найти тренера. И тут рисовалась еще одна проблема. Обращаться к действующим профессионалам Фил даже не думал. Никто не возьмет на себя ответственность готовить спортсмена, имеющего риск по здоровью. Да еще и для нелегального цикла боев. В то же время Филиппу нужен был наставник, знающий свое дело.

Дома Фил долго не спал. Смотрел на их с Женькой фото в одной из газет. Хрупкой ручкой девушка крепко сжимала его ладонь. Женя ему доверяла, а он не смог оправдать ее чувств. Ну ничего, он выиграет этот бой. А потом поочередно разберется со всей цепочкой их недоброжелателей — Чернопольским, Артемом, Славой и даже с говорливой Риммой.

Как говорил один его товарищ по спортклубу — трудно сломать того, кто ломает себя сам. А Фил разрушит свою осторожность и страх, соберет себя по кускам и станет сильнее.

Мужчина отложил издание и уже собрался лечь в постель, как его осенило. Зверь! Точно! Он ведь какое-то время тренировал. Тот самый друг из московского спортивного зала. В юности Егор Зверев и сам выступал, потом понял, ему интереснее тренерство. Он даже собирался открывать свой клуб, так как происходил из семьи крупных бизнесменов.

Он не готовил олимпийских чемпионов, но был идейным, осваивал новые теории, сам изобретал подходы к воспитанию бойцов. К тому же никогда не служил поборником морали. Да и просто Филиппу вдруг захотелось увидеть рядом хоть одного человека, настроенного к нему хорошо.

— Чудовище, ты время видел?!

Голос приятеля звучал сонно и с возмущением, но Фил немного выучил его за время общения и понимал, Зверь рад его слышать.

— Детское, Зверь, — отрезал он, — а ты уже в люльке? Или не один? Тогда извини, что отвлекаю.

— В этом весь ты, Филипп, — друг прокашлялся, — наглый, но вежливый. Один я, не с кем мне быть.

— А Маруся? — Фил честно удивился, он прекрасно помнил его миловидную жену, которая ходила в тот же клуб на фитнес.

— Развожусь я, — сухо пояснил Егор, — давай по делу.

Фил нахмурился, но в целом личная жизнь Зверя была не его заботой, да и своих проблем хватало.

— Мне нужно подготовиться к бою, — прямо сказал он.

— Чего?!

Послышался скрип матраса. Видимо, Егор сел или даже встал

— Птичка, ну мы же договорились, что сейчас ты будешь меньше времени проводить с гаджетами!

Крепкий блондин вышел из ванной и укоризненно смотрел на супругу. Но та даже не подняла голову от планшета. Она лежала на кровати, водила тонким пальчиком по широкому экрану и улыбалась. Лиза почти не поправилась за беременность, лишь уже внушительный животик обозначал ее особое положение.

— С кем это вы договорились? — она подняла насмешливые темные глаза на супруга.

Тот прищурился.

— С моим сыном, — приподнял брови он.

— Вот как! — покачала головой молодая женщина.

— Но вообще и с тобой тоже, — Тим опустился рядом с ней на молочный шелк.

— Ой, я только взяла, — отмахнулась брюнетка, — наконец есть время посмотреть статьи о базе Филиппа. Между прочим, на ребятах мои футболки, вот!

Тимур прижался виском к плечу жены, посмотрел на экран.

— Ты как всегда на высоте, — резюмировал он.

Но Лиза только поморщилась.

— Сделаю вид, что верю в твой интерес, — сказала она, — а ты не хочешь позвонить Филу?

Тим приподнялся на локте и внимательно посмотрел на супругу.

— Зачем?

— Не знаю, — пожала плечами та, — спросить, как дела. Вы же вроде приятели. Он просто подумывал сделать отдельную женскую коллекцию, хотел познакомить меня со своей девушкой Женей. Мы бы вместе с ней что-то разработали. И пропал. Нет, я не пекусь о заказе! Но просто Фил всегда такой обязательный… Да и девочка приятная, я бы хотела с ней пообщаться.

— Ты ее даже не знаешь, — развел руками Тим.

— Я чувствую, — отрезала Лиза.

— Птичка…

Тим все же добился своего и мягко отобрал у нее планшет. За время беременности супруги циничный банкир стал хуже мамы-наседки. Он аккуратно уложил голову Лизы себе на грудь.

— Мы не близкие друзья с Чудовым, — начал объяснять он, — и не девочки, чтоб созваниваться и болтать. А в свете возможного заказа мой звонок будет выглядеть как навязывание услуг. Ты ведь в этом не нуждаешься?.. Твой дом моды хоть и молод, но довольно востребован. Да и супруг твой не из последних нищих.

Он засмеялся.

— Я все равно как-то беспокоюсь, Тим, — призналась Лиза, — дело не в заказе.

— Возможно, они просто уехали отдыхать, — мужчина погладил жену по волосам, — а тебе сейчас еще не то покажется. Уверен, Фил даст о себе знать.

Но Лиза только задумчиво смотрела перед собой.

Потерянный приятель семьи Шевцовых в этот момент уже был в одном городе с ними.

Накануне Зверь обругал его последними словами, сказал, в свете бракоразводного процесса ему только и дело до нелегальных боев, но все же, узнав о сроках, велел явиться к нему в ближайшее время. Фил начал сборы.

Первой он вызвал к себе новую управляющую. Женщина восприняла новости совершенно спокойно и быстро застрекотала ручкой по блокноту, записывая указания и пожелания владельца комплекса. Потом заверила его, что после опыта почти единоличного руководства большим отелем ей ничего не страшно, и она уверена, все будет под контролем.

В помощь ей остался начальник службы безопасности Игорь. Его же Филипп попросил присмотреть за своим домом. Боксер понимал, до боев он в городок не вернется. А приедет ли после и каким, не представлял. Но об этом он не мог говорить ни с кем здесь, даже с безопасником.

Перед самым отъездом он еще раз позвонил Алле Григорьевне и Римме. Вестей от Женьки они обе не получали.

Такси доставило Филиппа по адресу, который скинул Зверев. Ожидаемо это был загородный особняк, огромный, с высокой кованой решеткой по периметру. Очевидно, по финансам Зверь процветал. Сам дом был выстроен из рыжего кирпича, имел два этажа и высокую красную крышу. Территория не радовала глаз ландшафтным дизайном, а напоминала пятачок близ лесной сторожки — рваный газон, сосны. Фил вспомнил, Егор всегда был помешан на дикой природе.

— Я покончил с тренерством, — удивил Зверь, едва явился под вечер домой.

Филу открыла горничная, и он ждал хозяина в большой и немного мрачной гостиной, обставленной темной классической мебелью.

— Почему вдруг? — спросил Филипп после рукопожатия и сухих мужских объятий.

— Да на самом деле ожидаемо, Чудовище, — рыжеватый мужчина опустился сбоку от гостя на диван с деревянными подлокотниками.

Егор выглядел таким же диковатым, как и всё, что его окружало. Короткая борода, чуть отпущенные сверху волосы. Высокий, широкий в плечах. Он никогда не франтил, выбирал одежду простого кроя и вида. Но женщины всегда кидали на него вожделенные взгляды. Филу не было дела до таких нюансов, но Зверь сам жаловался на ревность супруги с пустого места.

— Нормальные ребята, — продолжил он, — давно выбирают наставников из-за рубежа. Я могу их понять, там другой уровень, и многие мечтают вообще уехать на запад. Им важна квалификация тренера, его конкретный опыт. На мои идеи им плевать. Остальные, кто пошел бы ко мне, в основном нацелены на бабки в грязных боях. Нет, деньги имеют большое значение в любом деле. Но когда они становятся во главу угла, в девяноста процентов случаев выходит лажа. Потому меня задолбало, и я выбрал бизнес. В конце концов у меня подрастает дочь.

— Так меня ты берешь? — серьезно спросил Филипп.

— Я бы просто так тебя не вызвал, — ответил Зверев, — у тебя нет другого выхода, никто из уважающих себя профессионалов не возьмется за такое дерьмо.

Он не выдержал и засмеялся.

— Хорошо, что ты правильно понял ситуацию, — хмыкнул Фил.

— Да уж не из дураков, — кивнул Зверь. — Значит так. Жить будешь здесь — ты должен быть постоянно на глазах, да и у меня реально нет времени куда-то мотаться.

— А тренировки? — не выдержал Фил.

— Тут есть всё, что нужно, — заверил его Зверев, — программу питания я тебе завтра выдам. Конечный план тренировок доработаю после замеров и тестов. Эта девушка правда того стоит?

Вопрос прозвучал также буднично, как условия подготовки. Но этот тон лишь больше возмутил Филиппа.

— Она стоит большего, — железным голосом ответил он, — и я даже не буду обсуждать эту тему.

Егор ослабил полосатый серый галстук.

— Уймись, — попросил он, — я должен знать, на что ты готов идти. Но раз ты не хочешь говорить… Сегодняшний вечер пройдет вне режима.

Хозяин дома поднялся. Фил последовал его примеру.

— Переоденься, — велел Егор, — а я дам указания Наташке приготовить сауну и подать ужин в торцевую веранду. Будем преодолевать вашу скромность, мисс.

Филипп усмехнулся и пошел в выделенную ему спальню. Надевая спортивные шорты и майку, боксер думал, что Зверь, конечно, редкостное хамло, но в его компании впервые стало чуть легче.

— Ну, у тебя и сериал, Чудов, — присвистнул Зверь, когда Фил коротко рассказал ему о знакомстве и ссоре с Женькой, — я, оказывается, скучно живу.

— Да я тоже до недавних пор существовал спокойно, — произнес Филипп.

— То есть ты уверен в ней? — решился уточнить Егор.

— Больше, чем в себе, — кивнул Фил, — я очень сильно ее люблю.

Виски немного развязало его язык, а наболевшие эмоции хотелось пусть и сдержанно выплеснуть.

— А я не о любовях, — Зверь смотрел пристально, — уверен, что она сейчас не под кем-нибудь, пока ты подставляешь свой хребет?

У Фила сжались кулаки. Он должен быть первым и единственным у Женьки!

— Уверен, — процедил он, — да и не в этом суть. Она подставилась из-за меня, Егор. Тёма предал, а девочка всё взяла на себя. Если б не она, меня б уже закрыли. И как бизнесмена, и как гражданина. Я не представляю, что будет, если она сядет. Подорву всё там к чертям! Да лучше сдохнуть!

— Ну вообще да, — был вынужден признать Зверь, — не каждая бы так осмелела. Значит, делаем всё возможное?

— Да, — Фил помрачнел.

— Ничего, — заметил его реакцию Егор, — режим быстро охладит тебе голову и разозлит, а большего не нужно.

Филиппу хотелось верить.

— А что у тебя с Марусей? — вдруг вспомнил он.

— Не сошлись характерами.

Зверь засмеялся. Потом резко сделался серьезным.

— Вот только почему-то она мой характер не рассмотрела за девять лет отношений. А когда за плечами семь лет брака и дочь, решила вильнуть.

— Может, еще наладится? — спросил Фил.

— Она уже на третьем месяце от другого, — сообщил Зверь и тряхнул головой, — не важно. Сейчас главное разобраться, что будет с Аськой. Но это мои дела. А общие у нас с тобой совсем другие.

Они еще выпили. Филипп признался, что ни с одной женщиной у него не было так, как с Женькой. Душой, в интиме, да во всем. Ему казалось, он вырвал свое сердце, передал в эти маленькие ручки, а она его бережно и нежно держала. Откуда в нем способность к таким метафорам, боксер позже так и не смог понять.

Зверь советовал делать всё, чтобы быть с Женькой. Когда бутылка еще опустела, поделился опытом, что жить в постоянных претензиях от супруги — хуже всего на свете.

— Шаг за шагом признаешь себя дерьмом, — хмуро ухмыльнулся он, — потому держись за девчонку, если она так к тебе относится.

А следующий день начался с взвешивания и замеров. Зверь только крякал, кружа вокруг Филиппа с измерительной лентой.

— Худеть надо… — бормотал он. — Или черт с ним?.. Хотя нет, все равно надо.

До обеда он дал Филиппу прийти в себя после вчерашнего, а уже потом, из своего офиса сбросил ему на мобильный его новое расписание. Времени и сил на эмоции у боксера точно не должно было остаться.

Тренировки сердечно-сосудистой системы, силовые. И постоянные на технику. Днем Филипп находился в особняке один, не считая тихой горничной, вечером к нему присоединялся Зверь. Тренер вставал с ним в спарринг, показывал изобретенные им фишки. Учил уворачиваться от ударов, чтобы сохранить здоровье для боя. Усиливать свой размах. Потом говорил, что результат никуда не годится, и они оба уходили спать.

Если лето обернулось для Женьки одним взмахом ресниц, то сентябрь полз медленно словно большая мохнатая гусеница. При всем том, что девушка была тотально занята на новой работе, она переживала каждую минуту как будто сотню раз. Каждую минуту без Филиппа.

Она не держала зла на мужчину, даже обида растворилась, наверное, за несколько дней. Но девушка понимала, возвращаться или искать с ним встречи бессмысленно. Не изменить их знакомства, он правильно сказал. Никуда не денется то, что ему запала в душу не она сама. Женька не была тщеславной, но именно в глазах этого человека хотела ни с кем не ассоциироваться. Быть уникальной.

Женя и сама не знала, почему решила скрываться. То ли было бы слишком больно столкнуться с Филом на улице в родном городке, то ли она ему самому хотела дать свободу. Не быть вечным напоминанием о трагичной любви. Оставшись один, Филипп получит шанс окончательно забыть Елену, влюбиться в совершенно другую девушку. Самое главное, чтобы у него все было хорошо.

Танцовщицу давно звала на работу одна из старших подружек по хореографическому. Она служила в ансамбле восходящей поп-звезды. На самом деле певичка пока была мало кому известна, но в нее вкладывались неплохие деньги, и потому место рядом с ней было довольно-таки хлебным. А для Женьки плюсом явились еще и постоянные поездки по городам центра России, на месте коллектив практически не сидел.

Деньги у Женьки были, ей в свое время прилично накидал на счет Филипп. Но девушка почти не тратила их, перебиваясь новым заработком. Не потому, что считала их незаслуженными или гадкими. Наоборот они остались единственными свидетелями ее потерянной волшебной жизни. И отчего-то дарили ей чувство защищенности, которым прежде окутывал ее Фил.

Женя часто видела Филиппа во сне, нередко разговаривала с ним мысленно. Представляла, что рассказала бы ему про тот город, в котором была на гастролях с подтацовкой. Иногда планировала, как через несколько лет попросит у него прощения за неблагодарный побег.

Не сойти с ума помогала работа, и Женя еще терпимо влачила существование. Но вроде бы такой далекий конец первого месяца осени пришел внезапно. А с ним наступил финал летних гастролей их звезды. Дамочка заявила, что безумно устала и берет творческий отпуск. Коллектив решила распустить до лучших времен.

Приятельница пообещала, что будет иметь в виду Женю, если подвернется выгодное предложение о работе. А сама девушка вдруг поняла, как соскучилась по урокам танцев. Ей не хватало детей, которых она готовила к конкурсам и вступлению в хореографические коллективы. Взрослых, желающих стать пластичней. Неугомонных пожилых клиенток с базы Фила.

Женька решила поискать вакансии тренеров, а заодно и постоянное жилье в столице. Меж гастролями она останавливалась у девочек из команды, сейчас тоже жила у одной из них. Коллега пустила ее, пока одна из ее соседок по съемной квартире гостила у родни.

Впервые за несколько недель у Женьки появилось свободное время. И из мыслей почти перестал выходить Филипп. Она уже даже не плакала. Только порой смеялась над собой, вспоминая, как считала огромной любовью свои чувства к Славке. Она могла не видеть парня неделями, повздыхать минут пятнадцать над его снимком в интернете и снова беззаботно заниматься своими делами.

Тоска по Филу лежала на душе как тяжелый кусок колючей проволоки, готовый ранить при любом движении. Она смешивалась с нежностью к нему, с волнением за него и таким огромным желанием добра этому человеку, что если бы ей нужно было отдать за него самое дорогое в своей жизни, Женька бы не думала сомневаться.

Хотя кроме него, ничего ценного в ее действительности не было. Даже с мамой Алей она совсем потеряла связь. Женя скучала по женщине, но отчего-то никак не могла заставить себя позвонить.

И только когда уже не было повода оправдываться гастролями, а бессонные ночи в мыслях о Филиппе стали все чаще, Женя набрала номер преподавательницы со своего нового телефона.

— Женечка! Господи! Привет, солнышко, — мама Аля была ей и правда рада, — наконец ты позвонила! А то уехали со Славкой, от обоих весточек не дождешься. Он, правда, звонит хоть иногда, а ты совсем пропала.

Женька объяснила, насколько была занята. Они обменялись новостями. Девушка не решилась спросить про Филиппа, но нажимала отбой с надеждой. Теперь у Аллы Григорьевны есть ее новый номер. Если мужчина еще не забыл ее, то, может, он… Она тут же горько рассмеялась своим надеждам, но от этого они не перестали скрести душу.

И в этот день, и в следующий на телефон Жени звонили лишь столичные знакомые. К утру третьих суток девушка решила перестать грезить о входящем от желанного мужчины и заняться наконец поисками новой работы. Она открыла приложение с вакансиями в смартфоне и уже собиралась переписать электронный адрес одной студии танцев, как экран мигнул и мобильный завибрировал.

— Алло, — тихо произнесла Женя.

Номер Филиппа она помнила, но все же надеялась, именно он звонит ей с другого. Но ответ сразу разбил ожидания.

— Женька!

Голос принадлежал хорошо знакомой девушке. С Женей решила связаться Римма.

— Привет, Римм, — ответила Женька без какой-либо радости.

— Ты куда подевалась?! — как будто возмутилась бывшая подруга.

Женю ее тон разозлил.

— Я работаю, — сухо ответила она, — прости, но на болтовню нет времени.

Женька уже хотела прощаться, но Риммка перебила ее громким голосом. А после Женя и сама так заинтересовалась разговором, что впитывала каждое слово.

— Жень, ты что о себе возомнила? — вдруг спросила приятельница. — Как ты могла так поступить с Филиппом? Ты вообще в курсе, что за тебя он будет драться на боях?

— Что?.. — глухо уточнила Женя.

Она без сил опустилась на продавленный диван. К счастью, Римма не собиралась утаивать подробности.

— То самое, Женечка! — злобно крикнула она. — Фил — шикарный мужик! Если он пропадет из-за такой как ты… Тебя ведь забирали в полицию из-за наркоты? Так вот, они снова подняли это дело! В органах работает брат Ивана Чернопольского, врага Филиппа. Они решили отомстить Чудову и пригрозили — если он не будет участвовать в нелегальном поединке, тебя посадят. И он согласился! Не представляю, зачем он пошел на это! Что он вообще в тебе нашел! Подумаешь, похожа на мачеху… Не жизни же лишаться за тебя!

Женька слушала ядовитую речь подруги и ощущала, как ее клетка за клеткой парализует страх.

— Где сейчас Филипп? — спросила она.

— Не знаю! Я позвонила в спорткомплекс, мне сказали, она надолго уехал! — взвизгнула Риммка. — Думала, ты в курсе. Шуруй, сдавайся в полицию!

Женя выдохнула.

— Откуда ты знаешь, что Филу угрожают? — поинтересовалась она у Риммы.

— Вчера склеила клиента, — призналась та, — а он из бригады Чернопольского. Выпил хорошо и двинул мне речь, какие бабы суки на примере известного в городе спортсмена. А я как поняла, о ком речь… Ох! Женя, не допусти, чтоб Фил пострадал!

Женька и без Риммы знала, что готова сложить голову, лишь бы спасти Филиппа. Но вместе с тем, поняла — не всё так просто. Если она явится в полицию, ее посадят. Но Филипп все равно не отступит от своего! Его нужно найти и отговорить. Но как сделать хотя бы первое, Женя не представляла.

Ей не с кем было посоветоваться, близких не осталось. Задумавшись об одиночестве, она вдруг пришла к выводу — нужно узнать о Филиппе у его друзей. Наверняка хоть кому-то он свое местонахождение выдал. Вот только о приятелях Фила Женька, к сожалению, не знала.

Артем его предал, да и сам скрылся из городка. С начальником охраны Игорем мужчина не был близок, держал дистанцию, чтобы спокойно работать. Больше вроде бы никого не было. Разве что…

Она знала, в столице проживает семейная пара, с которой Фил находился в очень хороших отношениях. Мужчина банкир, Филипп подружился с ним в покерном клубе, где любил развлечься в прежние времена. Его супруга — талантливый модельер, она делала майки для спортивной базы.

Женька прищурилась, вспоминая имена или фамилии мужчины и женщины. Но потом поняла бессмысленность этого поступка — как она найдет их в огромном городе? Женя чуть не разрыдалась.

Зачем-то она полезла в свой чемодан и вытащила футболку, созданную по эскизу подруги Филиппа. Она прихватила ее случайно во время сборов, а выкинуть не поднималась рука. Размытым от слез взглядом она скользнула по изображениям спортсменов, крупным буквам названия базы. Женька быстро сморгнула капельки влаги, когда в углу заметила витиеватую подпись — «Лиза Ковалева». Наверное, это имя модельерши!

Женя схватилась за смартфон. Найти обычных москвичей для нее нереально. А вот поискать в интернете сайт нужного бренда одежды очень даже выполнимо. Влажный пальчик заметался по кнопкам. Вот оно!

Девушка нашла страницу дома моды Лизы Ковалевой в социальной сети. К счастью он носил имя владелицы и сразу выпал в поиске. Здесь были фотографии моделей в платьях и костюмах, отдельные снимки предметов гардероба, благодарные клиенты… И самое главное, телефон офиса и даже адрес!

Женя не знала, звонить или сразу ехать. Она еще немного полистала картинки. С одной из них смотрела хрупкая брюнетка. Видимо, это и была Лиза. Темный взгляд — настороженный, но добрый. Женьке очень захотелось с ней поговорить. И добираться не так долго… Она все-таки отправилась к Лизе без звонка.

Женьке некогда было наряжаться, на ней свободно сидели потрепанные джинсы, простой серый джемпер и потертая кожанка. Прическа и макияж помялись. Когда она вошла в красивое светлое здание дома моды, она по-женски засмущалась себя. Но назад дороги не было, и Женя шагнула вперед по идеальному гладкому полу.

— У вас назначено?

Высокая администраторша с конским хвостом из блестящих темных волос смерила гостью взглядом. В нем читалось раздражение и скепсис. Наверняка она подумала, провинциалка зашла к ним по ошибке. Женя глубоко вздохнула.

— Мне нужна Лиза.

На хорошеньком личике напротив приподнялась бровь.

— Если вы хотите что-то приобрести, необязательно сразу говорить с владелицей, — мило пропела служащая, — вам помогут дизайнеры.

— Я по личному вопросу, — пришлось признаться Женьке.

Собеседница поджала губы. Женя поняла, сейчас ее просто выставят вон и больше не пустят. Внутри все дрожало от страха.

— Господи, начало октября, а так печет солнце!

Со стороны главного входа раздался приятный женский голос и тяжелые шаги.

— Еле дошла от парковки… Ой, простите.

К администраторской стойке подошла молодая женщина, Женя без труда узнала в ней Лизу. Удивлением был только большой живот, хозяйка дома моды оказалась беременной. А тут Женька с их неприятностями… Девушка осознала, что лучше молча уйти. Она уже отвернулась, чтобы отправиться к выходу, но Лиза вдруг ее окликнула.

— Женя!

Женька остановилась, опустила голову. После разговора с Риммой ее нервы натянулись, а унизительный прием в шикарном месте ее еще больше надломил. Девушка старалась не разреветься прямо в холле.

— Вы ведь подруга Филиппа?

Лиза подошла к ней и встала напротив. Большие черные глаза смотрели с тревогой.

— Что-то случилось, Жень?

Женька наконец осмелилась поднять взгляд и кивнула.

— Так, идем ко мне в кабинет! — Лиза взяла ее за локоть. — Принеси нам зеленый чай, Катюш.

Последняя фраза адресовалась притихшей служащей.

Женька сидела, обхватив себя руками, на светлом кожаном диванчике. Она все же расплакалась, когда рассказывала о беде Лизе, и теперь пристыженно молчала. Беременная стояла у окна с гневным выражением лица.

— Я ведь давно говорила Тимуру, позвони Филу! Не может ответственный человек так просто исчезнуть! Ух! Ну я ему устрою!

— Не надо только из-за меня ругаться… — тихо попросила Женька.

Лиза только махнула рукой и схватилась за телефон.

— Тим!

Женщина эмоционально обратилась к супругу, но потом притихла, слушая его ответ.

— Да, ты просил не звонить с утра без веских причин, — вставляла реплики она, — они очень значимые! Нет, со мной всё в порядке… С малышом тоже… Нет, мне не звонила твоя мама! Выслушай же… Здесь невеста Филиппа Чудова, у него большие неприятности.

Лиза передала мужу слова Женьки, попрощалась и опустила аппарат на столешницу. Внимательно посмотрела на Женю.

— Тим обязательно узнает, что там к чему на самом деле. Для начала он найдет Филиппа.

— Извините, что я пришла, — пролепетала Женя, — я не знала, что вы ждете ребенка. Ваш муж наверняка будет недоволен, что я вас побеспокоила.

— Жень!

Лиза медленно встала из-за стола и села на диван для посетителей рядом с Женькой. Ласково погладила ее по спине, взяла за руку.

— Давай, во-первых, на ты, — попросила она, — я желаю добра Филиппу и Тимур, поверь мне, тоже. У нас не так много друзей, мы также многое пережили и очень ценим хороших людей.

— Спасибо, — проговорила Женя, — я тогда пойду?

Но Лиза не спешила ее отпускать.

— То есть ты здесь пока без работы? А живешь где?

— У подруги, — сказала Женя.

— А это удобно? — поинтересовалась новая знакомая.

Женька пожала плечами.

— Пока не вернется девушка, которая снимает эту комнату, я могу там быть.

— Ясно, — Лиза кивнула, — давай-ка съездим за твоими вещами, и побудешь пока у нас. Не хватало, чтобы еще ты потерялась. Только подожди, мне нужно просмотреть документы на подпись, а звонки я сделаю прямо из машины.

Жене стало немного легче рядом с Лизой, хотя тревога и страх за Филиппа не отпускали ее ни на секунду. И она все время думала, как заставить его отказаться от боя.

Она подождала модельера, и они отправились в Женькино временное жилье. Она рассчиталась с приятельницей, забрала вещи. Уже через пару часов шофер Шевцовых привез девушек к большому белому особняку.

Стоило им войти, как в прихожую шустро выползла темноволосая малышка. На девочке красовался желтый плюшевый костюмчик и один белый носок. Второй она гордо сжимала в кулаке.

— Стеша!

Вслед за девочкой из комнаты бодро выскочила крепкая женщина лет пятидесяти. Она подхватила ребенка и ловко определила под мышку. Стешка улыбалась, внимательно глядя глазами-вишнями.

— Простите, Лиза, — произнесла, по-видимому, няня, — за этой шкодой не уследишь. Здесь был ваш отец, потому мы и приехали.

— А сейчас он где? — нахмурилась хозяйка дома.

Она кивнула Женьке проходить, сама села на пуфик и сменила изящные ботиночки на аккуратные домашние тапки.

— Игорь уехал на волейбол, — сообщила няня, — Алина же велела нам вернуться к шести.

Лиза приподняла брови.

— Вот как, — усмехнулась она, — ну значит, будем развлекать гостью.

— Это твоя дочка? — спросила Женя, когда они вошли в комнату, предназначенную стать ее временным жильем.

— Нет, — улыбнулась Лиза, — сестра.

— Такая маленькая, — удивилась Женька и тут же осеклась, — прости.

— Все нормально, — ответила Лиза, — это дочь моей мачехи. Алина назвала ее на модный лад — Стефанией. Она частенько привозит ее к нам за город, тем более что здесь ребенок может спокойно видеться с отцом. К сожалению Стешка родилась уже практически в разводе… Моя мачеха… не очень порядочный человек. Хотя отец тоже хорош, долгое время он злоупотреблял алкоголем. В общем, я говорила, мы преодолели трудности. Сейчас папа прошел лечение, вроде бы вернулся к спорту…

Она вздохнула.

— Он тоже живет здесь? — спросила Женька.

Она ощущала неловкость от такого количества народа. Не хотелось мешать.

— Нет, у него своя квартира, — сказала Лиза, — сюда он приезжает видеться с ребенком, пока мы с Тимом на работе. Да и сам не пропадает из поля зрения, мне спокойнее.

— Я правда не буду лишней? — еще раз уточнила Женя.

— Нет, — отрезала Лиза, — располагайся, иди в душ, отдыхай. Делай, что захочешь! А я прилягу, пока не вернулся Тимур. Тяжело мне уже даются вылазки в город.

Артем шел по пустому пляжу. Сегодня он для разнообразия решил съездить на непопулярное средь туристов побережье. К лицу притрагивался прохладный ветерок, слух ласкали звуки моря. За последние месяцы парень успел устать от шума и жары, потому сейчас действительно наслаждался.

Он вполне освоился на юге. Снял неплохую квартиру, купил с рук бодрый автомобиль. Окончательно замирил с Герой и, осмелев, даже попросил у него выходы на местных «друзей». Снова начал вкладываться в партии запрещенных веществ, получал процент. Рисковал, но жить хотелось по-прежнему безбедно. Ехать домой, впрочем, он пока не планировал.

Мужчина оставил мобильный в машине, а когда как следует нагулялся и вернулся к авто, сразу услышал звуки входящего вызова. Он открыл дверь, потянулся за аппаратом. Звонил Гера, Артем спокойно провел подушечкой пальца по зеленой трубке.

— Да.

— Привет, Тёма, дорогой! — пропел собеседник.

— Здорово.

Когда подельник вновь принялся обеспечивать Артема деньгами, тот сразу перестал раздражаться его нарочно сладкому тону.

— У меня новости для тебя, — сообщил знакомый, — интересные. Думаю, теперь ты точно захочешь увидеть бои.

Артем вздохнул, Гера снова завел любимую тему.

— Я уже решил, до нового года я отсюда не выезжаю, — заранее ответил он.

— Сначала послушай, — ласково перебил товарищ, — ты не знаешь, кто будет выступать в последнем поединке. Твой друг — Филипп! Неужели не хочешь поддержать приятеля детства?!

Восторженные возгласы Геры сквозили лицемерием. Он прекрасно знал, даже видимости дружбы между Артемом и Филом уже нет. Но это было не так важно, как само сообщение.

— Что?! — выдохнул Тёма. — Чудов ведь перестал выходить на ринг? Ты не ошибся?

Гера хитро засмеялся.

— Так и думал, ты удивишься, — сказал он, — информация совершенно точная! Ходят слухи, его как-то уговорил Чернопольский. А может, мужику самому бабла захотелось. Однако бой станет легендой! Ты на приятеля будешь ставить или на нынешнего чемпиона?

Тёма шокировано молчал. Мозг у мужчины работал отменно, и он сразу понял — вот отчего Чернопольский благодарил Геру. Скорее всего, он теперь держит Чудова на коротком поводке из-за найденной на базе наркоты.

— Я… подумаю, — пространно ответил он подельнику и поспешил распрощаться.

Артем усмехнулся. Все эти месяцы он жил хоть и нормально, но с постоянной мыслью, что Чудов вновь его сделал. Тёма вынужден скрываться, а боксер уважаем в городе, процветает и делает, что хочет. А сейчас он узнал, что заклятый друг детства в заднице.

В душе всколыхнулась радость, а под ложечкой засвербело от желания увидеть расправу над Филом. Посидеть в ложе и хоть раз в жизни наблюдать его унижение и провал. Он не верил, что травмированный и давно не действующий боксер победит. Да даже хотя бы выйдет целым из поединка.

В голове кинопленкой шли все годы, когда Тёма был вынужден пресмыкаться перед Филиппом. Руки сами потянулись к телефону. Несмотря на здравый смысл, вопящий об опасности возвращения в центр России, Артем уже смотрел подходящие билеты на сайте.

Тимур Шевцов вернулся в свой особняк, когда его супруга уже успела проводить няню с сестренкой домой, накормить ужином гостью и принять душ. Лиза не ложилась и ждала мужа в гостиной, пытаясь усмирить нетерпение книгой. Она понимала, несмотря ни на что, ей стоит беречь нервы и вроде бы успокоилась за модным романом. Но едва открылась дверь, откинула издание в кресло.

— Птичка, — Тим устало улыбнулся и чмокнул ее в губы, — я думал, ты легла.

Мужчина сел рядом с Лизой на диван, ослабил коричневый галстук.

— Я ждала тебя, — пояснила Лиза и быстро добавила, — ты узнал что-то о Филиппе?!

Тимур вздохнул и окинул ее взглядом. Словно не решался начать.

— Ситуация не из хороших, — все же признался он, — знакомый детектив пробил через своих людей в органах, что на девушку Филиппа действительно заведено дело, и ему можно в любой момент дать ход.

Лиза насторожилась.

— Так почему его не дали?

Тим покачал головой.

— Всё очень странно, — произнес он, — там как будто рулят местечковые шишки, а высшее начальство наблюдает за ними, спустя рукава. Словно никому нет дела.

— Ух!

Лиза шумно выдохнула и поджала губы.

— Ну не драться же теперь ему! — воскликнула она. — Нужно что-то делать! Звони еще кому-то, поднимай связи! Пусть разбираются наверху!

— Шш.

Тимур сел рядом с женой и обнял ее за плечи, притянул к своей груди.

— Успокойся, малышка, — он погладил ее по волосам, — здесь нужно действовать осторожно. Если мы взбаламутим грязь, они засуетятся и закроют Женю, Фил нам спасибо не скажет.

— Но как же поступить? — Лиза отчаялась.

— Вот был бы кто-то прямо свой… — проговорил Тим. — Кто осторожно бы пронюхал — почему к Филу на базу пришли, отчего никто не контролирует полицейских городка?.. Да и с ним самим бы не мешало связаться. Паша ничего не смог узнать про эти нелегальные бои. Засекречено похлеще, чем в спецслужбах.

Лиза посмотрела на мужа внимательно. Последнее слово подкинуло ей идею.

— Слушай, Тим, — с расстановкой начала она, — а позвони Кириллу?

Брови супруга взлетели вверх.

— Это бывший любовник твоей мачехи, которого я упек на службу специальном отделе на Урал! Ты думаешь, он станет нам помогать? Он ненавидит меня! Да и не зря я с ним так поступил, ведь он на пару с Алиной пытался оклеветать тебя. Кстати, именно когда я обращался к нему за информацией о твоей личности. Ты реально думаешь, такому человеку мы можем верить?

Лиза мягко выпуталась из объятий мужчины, приподнялась.

— Тим, — сказала она, — моя мачеха заморочила голову Кириллу, именно поэтому он на твои вопросы обо мне ответил, что я развожу мужчин на деньги. Насколько я знаю, он грубо отшил ее позже. Ты убрал его из города, чтобы было спокойней мне, но сейчас ты можешь помочь ему вернуться! И раз ты не хочешь поднимать панику среди своих солидных знакомых, Кирилл как обычный сотрудник особой службы узнает для тебя подробности дела Женьки. У него ведь многолетний опыт и наверняка куча связей. Да и нам просто больше ничего не остается!

Тим помолчал немного.

— Может, ты и права, — наконец резюмировал он. — Но стоило бы поговорить с Филом!

Лиза прищурилась.

— Так позвони ему.

— Что?

— Тим, — закатила глаза женщина, — Женька сначала боялась звонить ему, когда узнала о бое. Но по дороге сюда мы набирали ему с обоих наших телефонов, он не ответил. Однако вызов проходит! Возможно, он ответит на входящий от тебя.

Тим нахмурился.

— По пути сюда?.. Она здесь? Из твоей речи я понял, Фил вообще недоступен. Так…

— Да, Женя здесь, — подтвердила Лиза, — я позвала ее, потому что ей толком негде жить. Пусть будет под присмотром.

— Ух, мамаша! — Тим усмехнулся и на секунду припал к губам жены.

Отстранившись, мужчина поднес трубку к уху, замер.

— Филипп!

Тимур вскочил на ноги и заходил по гостиной.

— Это Шевцов! Ты где?! — он помолчал. — Да, я в курсе. Да, дела… Хорошо, давай завтра, я жду адрес.

— И?! — вскрикнула Лиза в нетерпении, когда Тим опустил руку с аппаратом.

— Он сейчас не в состоянии говорить после тяжелой тренировки. Сказал, подъехать завтра домой к его другу, там все подробно обсудим.

Филипп не удивился звонку Шевцова, в последнее время не он один из знакомых пытался с ним поговорить. Фил не выключил свой постоянный номер из-за работы. И так неизвестно, что будет после боя с его бизнесом, упускать партнеров или выгодные предложения не хотелось. А он в последнее время направо и налево раздавал визитки с координатами на праздниках города.

Звонок Риммы его не то чтобы удивил. Он подумал, брюнетка прознала о его расставании с Женей и решила возобновить полезную связь. Трубку брать он и не думал и скоро забыл о ее вызове. Но на следующий день позвонила Женька. Филипп понял, по городку пошли слухи о его делах.

Фил как раз переводил дух после утреннего интенсива и завис, глядя на мигающий входящим экран. Он так долго искал девушку, а сейчас понимал, разговаривать им не время. Боялся сорваться, наделать глупостей, потерять злой настрой. Да просто отчего-то думал, рядом с ним для нее будет опасней.

Люди Чернопольского ничего ей не сделают до боя. Скорее наоборот станут ее охранять, ведь иначе у Фила не останется причин сражаться. В обычном же мире Женьке ничего не угрожает, а, учитывая, что следом за ее вызовом последовал входящий от Лизы — Женя вышла на связь с его друзьями. Филиппу хотелось верить, Шевцовы не дадут котенка в обиду хотя бы пока. А после он выстоит бой. О другом исходе Филипп даже не думал.

— Какие гости, Чудов? — приподнял бровь тренер в ответ на сообщение о завтрашнем визите Тимура. — Если хочешь загулять, можешь валить отсюда.

Фил вкратце рассказал о появлении Жени и друзей. Фил хотел поговорить с Тимуром, попросить, чтобы тот позаботился о Женьке в случае чего.

— Даю вам час, сказал Зверев. Но просто имей в виду — твоя девчонка никому кроме тебя не нужна. Поэтому подбирай слюни и иди в сауну, если ты будешь весить как боров, все удары примешь на будку. Вперед! Только ты можешь помочь и себе, и Жене.

Тим подъехал следующим вечером около семи. На удивление Зверь тоже прибыл домой раньше, решил проконтролировать, видимо.

Впрочем, до мотивов поведения Егора Филу было мало дела. Сегодня утром ему позвонил Чернопольский и сообщил дату боя. Поединок Филиппа должен был состояться аккуратно через десять дней. Зверев никак не отреагировал на новость, сказал только, что тренировки будут идти по плану. А вот появившийся Тимур сразу заметался по просторной гостиной особняка.

— Филипп, нужно что-то делать! Странная ситуация с Женькиным делом. Почему так все гладко у них проходит? Надо же, провинциальные короли!

Фил только качал головой.

— Лучше, чем ее сразу бы посадили, — проговорил он, — а в остальном… Я выложусь по полной, себя мне не жалко.

Тим тяжело вздохнул.

— Пожалуйста, будь на связи, Фил, — попросил он.

Филипп кивнул. Теперь, когда он знал, что Женька у Тима, он и сам хотел хотя бы через него узнавать о том, как она.

Тимур спокойно вышел за порог особняка, едва ему указали на время. Честолюбивый банкир чувствовал себя придавленным ощущением нависшей беды. Тренер соответственно своему прозвищу смотрел зверем, а Филипп выглядел пустым, словно робот.

Тим не выдержал и на крыльце дома достал сигарету из дальнего кармана портфеля.

Мужчина давно не курил, и начинать не собирался. Особенно сейчас, когда птичка беременна, и вот-вот родится малыш. Но атмосфера тренерского особняка подкосила даже железные нервы банкира. Неужели Филиппу и правда придется пожертвовать своим здоровье или даже жизнью?

Дверь сзади скрипнула, Тимур обернулся. Из прохода показался высокий плечистый мужчина, хозяин дома и тренер Филиппа. Мужик вел себя хамовато, но Тим решил обратиться к нему.

— Каковы его шансы? — без обиняков спросил он.

Тот прищурился.

— Эта информация не для распространения, — сказал он, — скажем так, постараться придется.

— Я хочу через знакомых пробить по делу девочки, — признался Тим, — может, еще успеем предотвратить бой.

Собеседник почесал поросший ровной щетиной подбородок.

— Мои юристы пытались, говорят, дело труба. Вот, — он порылся в кармане и достал коричневый прямоугольник, — моя визитка. Останемся на связи. Я так понимаю, ты готов помочь ему и девочке в случае…

Тренер не договорил, Тим ощутил, как к затылку прилила кровь.

— Я буду рядом при любом раскладе, — быстро ответил он. Но визитку взял и в обмен вручил спортсмену свою.

После визита к Филу у Тимура не оставалось сомнений — звонить Кириллу надо. Да он бы сейчас хоть черту лысому позвонил!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Он набрал бывшему любовнику своей сестры прямо из автомобиля. Хорошо, за рулем сидел водитель, а у Тима была возможность вдумчиво поговорить. И также повезло, номер сотрудника спец служб остался прежним. Не нужно тратить время на поиск нового.

— Да, — Кирилл ответил напряженно.

— Кирилл? Это Шевцов, — представился Тим.

— Я узнал, — спокойно ответил фсбэшник.

— Нужна твоя помощь, — вздохнул Тимур.

На другом конце «провода» воцарилось молчание.

— Я понимаю, — сказал Тим, — ты ненавидишь меня. Но обратиться мне больше не к кому. Под вопросом жизнь моего друга и хорошего человека. А также свобода другого человечка — молоденькой девушки. Ее могут посадить ни за что. Проси взамен, что хочешь.

— Шевцов, ты золотая рыбка? — хмыкнул Кирилл. — Я понимаю, просто так бы ты мне не позвонил. Давай информацию по делу, а то у меня уже поздний вечер.

Тим обстоятельно передал все факты. Кирилл только угукал.

— Я попробую узнать у ребят, — пообещал он, — только вряд ли получится дать ответ раньше, чем через пару дней.

— И на том спасибо, — ответил Тимур.

Женьке показалось, Лиза соврала ей, что они с Тимуром еще ничего не узнали о Филиппе. Отвечая на ее вопросы, молодая женщина опустила глаза и стала грустной. Неужели всё настолько плохо!

Весь день девушка ходила кругами по большому дому, ей хотелось лезть на стены. Вечер тоже не принес покоя, сердце только сильней сжималось от тревоги.

Лиза сослалась на усталость и рано ушла в свою спальню. Ее супруга Женька не видела, наверное, тот не вернулся с работы. Гостья бродила по коридорам и комнатам и уже собралась уйти в свою, чтобы не мешать хозяевам отдыхать. Но проходя мимо спальни Тимура и Лизы, она вдруг услышала бодрый разговор. Женька бы ни за что не притормозила, если б речь не шла о Филиппе.

— Птичка, я же говорю, Кириллу я позвонил! — горячо заверил жену Тим.

Видимо, он вернулся недавно, и Женька разминулась с ним, гуляя по особняку.

— Но почему нужно ждать так долго?! — воскликнула Лиза. — Тем более, ты говоришь бой вот-вот назначат! И Фил подавленный… А если он угробит себя тренировками?!

Женька ощутила, как застучали ее зубы.

— Лиза, придется ждать, — твердо сказал Тимур, — Кирилл меня не послал, пока это главное. А Филипп сильный человек и мужчина, он справится.

Женя услышала звук поцелуя, Тим успокаивал жену. Гостья уже хотела уйти, и так ощущая стыд из-за своего поведения. Но еще кое-что ее заинтересовало.

— А где ты говоришь, живет его приятель? Почему ты сказал — забавно?

Тим усмехнулся.

— Да совсем недалеко от вашего бывшего родительского гнезда, — он назвал район, проезд и номер дома.

— Да уж, — хмыкнула Лиза, — если ты сказал, он приобрел недвижимость недавно, было бы еще смешнее, купи он особняк моего отца.

Дальше беседа закончилась, и послышались совсем уж интимные звуки. Женька понеслась в свою спальню, достала клочок бумаги из рюкзака и старой шариковой ручкой принялась записывать адрес местонахождения Филиппа.

Полночи Женя думала, как объяснить Лизе свой отъезд, чтобы подруга Фила ничего не заподозрила. Но наудачу ни один вариант не понадобился, модельер сама с раннего утра отбыла на место службы. Тим тоже традиционно умчался в банк.

Женька ничего не боялась. В голове крутилась только одна мысль — она должна увидеть Филиппа. Обнять его и сказать, что любит больше всего на свете. И еще попробовать уговорить отказаться от боя. Ведь если ее посадят, она останется жива. А что будет после поединка с ним?.. Жене страшно было представить.

Девушка наспех позавтракала, чтобы не упасть в обморок у забора загородного владения, где находился Фил. Ей понадобятся силы, ведь неизвестно, как придется пробираться к дому.

Женя вызвала такси, сообщила конечный адрес. Оператор назвала ей совершенно астрономическую сумму, но деньги у девушки были. На общественном транспорте Женька боялась просто не доехать и заблудиться.

Машина же довезла ее к цели пусть и через четыре часа сквозь длинное расстояние и пробки, но без происшествий. Женя расплатилась с водителем, вылезла из авто. Перед ее взглядом возвышался шикарный дом за дорогой кованой решеткой. Ворота естественно заперты.

Женька решила затаиться, может, на улицу выйдет Филипп. Он не берет трубку в ответ на ее вызовы, но глаза в глаза, возможно, не отвернется. Больше ей рассчитывать не на что.

Она ждала несколько часов. Напротив пролегала аллейка, здесь прогуливались мамочки с колясками, собачники с питомцами. Женя могла наблюдать за нужным зданием и не привлекать внимание охраны поселка. Но, к сожалению, на территории у главного входа в дом ничего не происходило.

Уже опускались скорые осенние сумерки, в особняке загорелись окна. Женя напрочь замерзла. Девушка не спускала глаз с ограждения и увидела, как к большим воротам подъехал внедорожник. Проезд отворился, и автомобиль скрылся за оградой. Женька прищурилась — из машины показался статный мужчина, но это был явно не Фил. Человек имел русые волосы и бороду.

Когда мужчина скрылся, Женя осмелела и подошла к изгороди. Она внимательно вгляделась в окна кирпичного дома. Вот на первом этаже мелькнул тот самый бородач. Он скинул пиджак с широких плеч, повел шеей и пропал из поля зрения. Женька смотрела дальше и вдруг… в другом окне первого этажа она увидела Филиппа!

Из глаз девушки сами собой брызнули слезы, сердце защемило от нежности. Родной мужчина, одетый лишь в спортивное трико, делал какие-то упражнения, словно разминался. Он боксировал в воздух, подпрыгивал на месте. Вся Женькина сущность устремилась к нему. Только вот как попасть к дому?

В одном месте решетчатой ограды был узор в виде цветка. Если подтянуться на руках, существовал шанс перелезть на территорию. Вот только сверху острые окончания… Но Жене стало плевать на опасность. Она сделала туже лямки рюкзака и подошла к железным прутьям.

Танцевальная гибкость и хорошая форма сослужили девушке службу, и она с трудом, но очутилась в черте владения друга Филиппа. Осторожно зашагала к дому, опасаясь собак. Но животных здесь, судя по всему, не держали, и Женька без препятствий прошлась по светлой плитке.

Фил все еще тренировался и был так близко, Женька изо всех сил заставляла себя не плакать. Приехала ведь поддержать мужчину! Она осторожно подошла к окну и хотела постучать…

— И что мы здесь забыли?

Сильная рука жестко взяла ее за шкирку. Женька не успела вдохнуть, как ее развернули от окон лицом к двери. На пороге рядом с ней стоял бородатый мужчина. Он прищурившись смотрел на нее.

— Я хотела поговорить с Филиппом, — сказала Женя.

Хозяин особняка только сильнее нахмурился и внимательно посмотрел ей в лицо.

— Женя?

Девушка кивнула. Какой смысл таиться?

— Ясно, — покачал головой диковатый мужик, — Чудов!

Он чуть повернулся и позвал Фила в открытую дверь. Тот вышел почти сразу, лишь надел футболку, у Женьки подкосились ноги.

— Женя?!

Они впились друг в друга взглядом, и оба зависли на секунду. Но Фил быстро очнулся, оглядел их с товарищем.

— Ты плакала? Ты что ей сделал, гад?!

Женька не ожидала, что станет предметом раздора меж друзьями. Но потом осознала — незнакомец цепко держит ее за локоть, у нее по всему лицу размазаны слезы. Фил подскочил к ним, его лицо перекосила ярость. Он резко отпихнул мужчину от Женьки, и саму ее прижал к себе так крепко, что она едва смогла вдохнуть.

Бородатый мужчина не ответил на удар плечом от Фила и отпрянул, словно кукла.

— Э-э, Чудовище, — пробормотал он, — я просто выловил твою декабристку. Ревела она сама по себе.

Женька поймала любимый темный взгляд и энергично закивала.

— Извини, — глухо произнес Филипп.

— Брось, — нахмурился бородатый и протянул Жене ладонь, — Егор Зверев, можно просто Зверь.

— Женя.

Девушка пожала теплую шершавую ладонь и отчего-то поняла, Зверя можно не бояться. С Филом же они не произносили друг другу ни слова, только их сердца бились друг о друга через грудные клетки.

— Значит так, — нарушил тишину Зверев, обращаясь к Женьке, — остаешься на одну ночь. Я съезжу развеюсь, пока пятница. Можете трахаться, сколько хотите, немного ласки ему не повредит. Но чтобы в семь утра тебя здесь не было! А придешь еще раз до боя — тренируйте друг друга сами.

Хозяин дома подарил им пристальный взгляд и зашагал к воротам гаража. Филипп выпустил Женьку из объятий.

— Прости, у него такая манера общения, — произнес он.

Женя покачала головой.

— Всё хорошо, — сказала она, — Филипп… прости меня за побег! И что подставила тебя со Славкой! Пожалуйста, не иди на бой! Я отсижу, я детдомовская, и всё выдержу! Только береги себя, я тебя так люблю…

Ей не хватало кислорода. Фил медленно подошел, взял ее лицо в ладони.

— Женечка, — хрипло сказал он, — я не знаю, какой ты владеешь информацией, но Чернопольский — больной человек! Он считает, что я виноват в завершении его спортивной карьеры, хотя он получил травму. И, видимо, осложнения сказались на психике. Он следил за делами Артема с наркотой, желая посадить меня. Тут же он предлагал мне идти на бой ради денег. У него в голове царит бардак, но на беду он обладает связями! Тебя саму подставили Артем и мерзавец Слава. А Чернопольский просто свел все свои планы в один и поставил мне условие — драться, чтоб тебя не посадили. Если бы ты не взяла вину на себя, я бы сам уже сидел.

— Господи… — пробормотала Женька. — Фил, все равно, я считаю, мне лучше сдаться!

— Жень, я буду биться, — будничным тоном сказал Фил, — я осознаю весь риск, но я люблю тебя куда больше своего здоровья и жизни.

— Но, Фил!..

Женька не успела договорить, потому что мужчина соединил их губы. Родной вкус, нежность ласк проникали прямо в душу. Женя задрожала от желания стать еще ближе к нему. Но полностью расслабиться она не могла.

— Филип, пожалуйста, послушай меня, — снова заговорила девушка, — я отсижу, возможно, мне много не дадут. Выйду, и если… ты захочешь, мы будем вместе! Пожалуйста, поехали сейчас домой! Пожалуйста…

Она не выдержала и расплакалась. Женя не знала, как еще убеждать Филиппа. Встать на колени? Вот поможет ли…

— Котенок, — тон Филиппа стал суровым, — не перестанешь нести глупости, я позвоню Шевцову, чтоб забирал тебя. Я мужчина, и сам разберусь в наших проблемах! А тебе еще детей мне рожать.

Он снова подошел к ней вплотную, взял на руки. Прижался губами к ее лбу и направился к входной двери. По его учащающемуся дыханию Женя поняла, отправлять ее к друзьям Филипп не собирается.

Мужчина принес ее в просторную комнату с широкой кроватью, застеленной темным покрывалом. Женя решила, это местная спальня Фила. Он посадил ее на край ложа, снял с нее кожаную курточку.

— Мне нужно в душ, — сказал Филипп.

Женьку охватила паника.

— Нет, не оставляй меня! — воскликнула она.

— Идем со мной? — он улыбнулся.

Сердце девушки сжалось от воспоминаний про их общие водные процедуры в его доме. Если повторять эти мгновения, то только там. Она нахмурилась.

— Нет, останься здесь, — попросила она.

Фил нежно посмотрел на нее и послушался. Он тоже опустился на мягкую поверхность, усадил Женьку к себе на бедра. Прикоснулся поцелуем к ее виску, прошелся ниже к подбородку. Она чувствовала, как сквозь тревогу начинает его хотеть. Внутри копилось ощущение силы, уверенность — вместе они справятся с любой бедой.

Мужчина снял футболку, и девушку охватил его запах. Терпкий одеколон на разгоряченном занятиями теле смешивался с его собственными нотками. Женя почувствовала перекатывающееся внутри желание, меж бедер стало скользко.

Она впилась губами в шею мужчины, с удовольствием ощущая жесткую кожу. Поцелуями добралась до подбородка. Фил сдавленно застонал, девушка почувствовала попкой его наливающийся пах. Она уже настолько его хотела, что было жаль времени на раздевание. Женька потянулась пальчиками к ширинке…

Мужчина перенял инициативу и опустил руки уже на ее ремень. Расправился с застежкой, снял старенькие джинсы. Расстегнул свою ширинку и, просто сдвинув свое и Женькино белье, принялся аккуратно усаживать ее на тугой член. Женя не удержалась от стона, когда он растянул ее вокруг своей плоти.

Он приподнял ее бедра, начал двигаться в ней. Женька, сгорая от страсти, помогала. Она поняла, насколько сильной может быть потребность в близости конкретного человека. Когда не важны условия, и все сводится к почти животному единению.

Они покрылись испариной, сипло дышали. Женька была уже на грани, когда Фил опрокинул ее на кровать. Наклонился, сделал несколько глубоких толчков. Она почувствовала, как он разъединил их тела, а на ее живот прыснула теплая влага. Филипп рыкнул и задрожал. От вида его оргазма и в ней запульсировало удовольствие. Мужчина опустился сверху, придавил ее тяжелым телом. Женьке хотелось, чтобы эти мгновения длились вечно.

Оставшиеся до боя дни Филипп, казалось, ни на секунду не забывал, как проснулся в их общее с Женькой утро и долго смотрел на девушку. Любимая крепко спала, как обычно после их страстных ночей. Изредка вздыхала, морщила тонкий носик. Фил зарылся лицом в ее мягкие волосы, дотронулся губами до виска и старался впрок надышаться ею.

Он не хотел встречи до боя, опасался, поговорив с ним, Женька побежит сдаваться в полицию. Но когда увидел ее возле дома Зверя, так предательски сильно обрадовался. Он и раньше не сомневался в правильности своего поступка, но когда смотрел, как самый любимый человечек на свете со слезами на глазах снова хочет жертвовать собой ради него, понял — он просто обязан выложиться на миллион процентов, чтобы их счастью больше ничего не угрожало.

Как не просила Женька, Филипп не стал сообщать ей дату и место боя. Не хватало еще котенку явиться в опасное злачное место. Да и мужчине хотелось сделать ее дни хоть немного спокойнее. Пусть не знает, на какое число назначен поединок, и оно пройдет для нее в череде дней ожидания.

В отличие от Женьки они со Зверем прекрасно знали срок надвигающегося испытания. Последние несколько суток перед ним вообще были рассчитаны до секунды. Егор вычислил наилучший вес для спортсмена, и Фил питался по схеме, чтобы не набрать лишнего. Тренировки тоже шли по плану, Зверев без конца говорил, что Филипп должен напрячься, его техника никуда не годится. Критика только подхлестывала боксера.

— Я ездил туда, — сказал Егор, когда около семи утра в назначенный день Фил вышел из ванной, — какой-то старый цирк, что ли. Все заперто.

Фил усмехнулся.

— Ничего удивительного, — ответил он, — Чернопольский проводит бои там, где мало кому придет в голову вообще бывать. Надеюсь, крыша не обвалится нам на голову.

— За свою крышу пекись, Чудовище, — серьезно сказал Егор, — отбрасывай все эмоции, забудь о девочке, обо всем на свете. Твоя цель — успешная техника.

Филипп промолчал.

Когда они прибыли к месту назначения к двум часам дня, их сразу встретил низенький бритый охранник. Открыл старые, но вполне крепкие, железные ворота, и Зверь не спеша загнал на территорию свой джип. Они с Филиппом вылезли, взяли сумки.

— Иди, раздевайся, — велел тренер, — я тут пока подымлю и найду тебя.

Фил нахмурился и двинулся вслед за шестеркой Чернопольского. Слова Зверя его смутили — тот не курил уже несколько лет. Неужто, шансы Фила на самом деле так невелики? Впрочем, боксер тут же прогнал эту мысль. Расстановку сил покажет бой, пути назад все равно нет.

Егор тормознул на обшарпанном крыльце. Он и не думал поджигать сигарету, да у него с собой и не было табака. Приятель Филиппа намеревался совершить один необходимый звонок, а пока просто осматривался. Да, снаружи это убогое заброшенное место, а за высоким жестяным забором кипит жизнь. Носится куча крепких парней, подъезжают машины. Бой назначен на пять, но «гости» уже вовсю собираются. Интересно, соперник Чудовища здесь?

Мимо Зверя прошествовала парочка — низкорослый плотный мужчина средних лет и молодая кокетка с ногами от ушей. Девушка сразу окинула высокого тренера любопытным взглядом. А когда встретилась накрашенными глазками с насмешливыми серо-голубыми глазами породистого мужчины, тут же опустила их. Но зверь только хмыкнул, флирт с женским полом интересовал его сейчас в последнюю очередь. Да он и в принципе забыл, когда реально испытывал к кому-то интерес после ухода жены.

Мужчина провел рукой по волосам и уже собрался достать мобильный, как его внимание привлек высокий худощавый мужчина лет тридцати. Перекатывая жвачку, тот лениво двигался от импровизированной парковки. Хвостик светлых волос на затылке подрагивал в такт шагам. Лицо показалось Зверю смутно знакомым, но он так и не вспомнил, где мог видеть этого модного мэна.

Егор нахмурился и наконец занялся своими делами, набрал нужный номер, прислушался к гудкам.

— Тимур?

— Господи, Тим, ты уверен, что сегодня бой? — Лиза приподнялась на кровати и схватилась за виски. — Ну как же так? Мы ничего не смогли сделать, Кирилл что там? И Женька… Она знает? После того ее побега я так боюсь… Хорошо, Фил позвонил тебе почти сразу.

Тимур выдохнул. Он по привычке поделился с супругой новостью и совсем не подумал, что она может ее взволновать. Он пришел из кабинета в спальню, где отдыхала Лиза, сразу после звонка от тренера Филиппа. Егор Зверев просил быть наготове в случае плохих известий…

— Птичка, пожалуйста, не волнуйся! — воскликнул мужчина. — Зверь считает, у Филиппа все шансы победить!

Женщина поморщилась.

— Во-первых, я сразу вижу, когда ты мне врешь, — сообщила она, — во-вторых, что ты собираешься делать? Нельзя допустить бой.

Тим только опустил руки.

— Кирилл все эти дни кормил меня обещаниями, — признался он, — хотел найти то одного, то другого приятеля. В итоге нулевой результат… Возможно, он так отомстил.

— А если просто вызвать полицию туда? — предложила Лиза.

Тим засмеялся.

— Девочка моя, ну спугнут они их, ну перенесут поединок. Не более того. Ты знаешь… — он чуть помолчал. — Я поеду туда. Это бывший цирк на, — он назвал улицу, — я не знаю, позвоню нашему семейному врачу, может, отправит туда дежурить скорую.

— Как же страшно, Тим, — Лиза поморщилась.

— С тобой все в порядке? — нахмурился мужчина.

— Да, всё в норме, — твердо сказала Лиза, — езжай к Филу, а я останусь здесь с Женей.

— Она кстати ничего не знает, — заметил Тим, — Филипп и Зверь не говорили ей о дате и месте боя.

Тимур не мог бездействовать еще и потому, что разуверился в своей позиции и теперь винил себя, что не поднял на уши своих знакомых шишек из органов. Да, был риск, что Женю посадят, но если Фил не выживет после боя? Или останется калекой. Возможно, стоило принять на себя гнев друга, но спасти его?

Зверь на самом деле его не обнадеживал. Впрочем, он вообще не делал прогнозов. Сухо сообщил место и велел быть на стреме. Тим перезвонил ему уже из машины, сказал, что едет. Тот отреагировал равнодушно, видимо, тренеру было не до того.

За двадцать два года у Женьки никогда не было привычки подслушивать под дверями, но с тех пор, как она застала разговор Лизы и Тимура о Филе, ее ноги сами собой замедлялись у их спальни. Не всегда, конечно, супруги говорили о ее любимом, тогда Женя спешила уйти. Но в субботнее утро от их беседы у нее унеслась почва из-под ног.

Они говорили о бое. Женька не застала момент о дате, или они просто не произнесли его вслух. Зато отлично поняла, где будет проходить злосчастное событие. И еще, что туда отправится Тим. Как бы хотела она поехать с ним! Но естественно мужчина не возьмет ее с собой.

Наверное, полчаса Женя металась по своей комнате. А потом увидела в окно отъезжающий автомобиль Тимура. В сердце кольнуло — скорее всего, поединок сегодня. В любом случае съездить туда не помешает. Вот только как пройти мимо Лизы?

Высокомерная блондинка, которую Женьке представили когда-то как Алину, уже привезла маленькую сестренку Лизы. Скоро подъедет ее отец, с малышкой в доме находится няня. Народу тьма, и сама Лиза носится из комнаты в комнату, занимаясь делами. Женька решила сказать, что хочет навестить подругу. Ведь не пленница же она их в конце концов.

Девушка натянула черные джинсы, свитер, взяла куртку. На всякий случай достала из тумбочки побольше наличных и как следует зарядила телефон. Неизвестно, сколько ей придется торчать у старого цирка, и что будет потом. Закинув черный рюкзак на плечо, Женя вздохнула и отправилась на поиски хозяйки дома, чтобы предупредить об отъезде. Все же волновать беременную Лизу она хотела меньше всего.

Женька заглянула в шумную гостиную, поздоровалась с родными Лизы, но ее саму там не нашла. Няня Стефании кивнула в направлении кабинета и предположила, что женщина там. Женя робко зашагала к дальней двери первого этажа.

Массивная черная створка была приоткрыта, и Женька увидела Лизу, стоящую у окна. Глаза хозяйки дома были сомкнуты, руки прижаты к груди. В хрупких пальчиках он сжимала какой-то медальон и шевелила губами. Женя никак не могла взять в толк, что с ней, но потом поняла, Лиза молится. Значит бой точно сегодня, и все очень плохо! Женька не смогла сдержаться.

— Лиза, я поеду туда! — она постаралась все же не говорить слишком громко, чтобы не напугать беременную.

Лиза повернулась, покачала головой.

— Жень…

— Пойми меня, Лиза, — на глаза Жени набежали слезы.

Хозяйка дома подошла к ней, погладила по спине.

— Женечка, я тебя понимаю, — мягко произнесла она, — вернее, я даже представить не могу, что чувствовала бы, будь Тим в опасности. Но вдруг с тобой там случится беда?!

Женя несколько раз вдохнула.

— Лиз, я уйду в любом случае, — уже без эмоций сказала она.

— Малышка…

Лиза поморщилась словно от боли, задумалась.

— Поедем вместе, — кивнула она.

Глаза Женьки округлились против воли.

— Лиза, нет, — она запротестовала, — ты беременна, я ухожу одна.

Лиза посмотрела ей в лицо.

— Жень, — она говорила серьезно, — я не идиотка и не собираюсь рисковать сыном. Мы поедем на нашей машине с водителем. Если он захочет, сходит с тобой, или я позвоню Тиму. Сама я останусь в авто. Это единственный вариант, при котором я тебя отпускаю. Двери и ворота ты все равно сейчас сама не откроешь, прости, но я отвечаю за тебя перед Филиппом.

Женька напрягла губы — выбора у нее не оставалось.

— Я не буду толкать речь как в американских фильмах, окей? — хмыкнул Зверь, глядя на переодевшегося Фила.

Сам тренер уже прибыл в сером спортивном костюме и чуть стоптанных черных кроссовках. Он стоял у окна и смотрел на моросящий дождь.

— Да уж, пожалуйста, не нужно, — попросил Филипп.

— Ты просто вспомни бои, какие у тебя были, и выжми всю выгоду, — посоветовал Зверь, — и не забывай о своем почерке — четкость, экономия силы, и бережное отношение к вывеске. Уворачивайся от ударов, не подставляйся.

— Есть, сэр, — кивнул с усмешкой Филипп.

Друзья подшучивали друг над другом, и лишь только во взглядах читалось предельное напряжение.

— Я схожу, посмотрю ринг, — сказал после паузы Зверев, — позвони, как придут проверять перчатки.

— Хорошо, — кивнул Фил.

Он смотрел на черную натуральную кожу главного боксерского атрибута, и в его сознании действительно запрыгали картинки схваток. Борьба за титулы в юности, борьба за деньги позже. Филипп не гнался за наживой любой ценой, но и идейным бессребреником не был. Мужчина понимал, в мире, где царит рынок, иметь хороший доход очень важно. Когда стало понятно, что успех в олимпийском спорте ему не сильно светит, спокойно перешел в разряд профессионалов и выступал, зарабатывая себе на жизнь.

В решении стать коммерческим бойцом немалую роль сыграла и гибель семьи. Фил как будто понял — больше им некому гордиться. Хотя все равно перед каждым боем представлял Лену. В ушах колокольчиком звучало: «Филя, возьми меня с собой на бои!» Впрочем, сегодня мачехи в его сознании не было.

Ему казалось, рядом Женя. Обнимает со спины хрупкими руками, ощупывает пальчиками пресс. Ей нравится очерчивать его мышцы, и каждый раз от этого занятия она начинает тяжело дышать. А вот невинный жест — ее рука на его запястье. Так она держится за него на улице, словно робкий ребенок. Фил чувствовал, как от этих воспоминаний набирается сил.

Время до поединка тянулось, а потом разом помчалось вскачь. Проверка комиссией, окончательная экипировка. Хмурый Зверь, смотрящий на всех волком. Рев публики, шаги к рингу. Фил всегда воспринимал бой на деньги как представление, даже праздник. Сегодняшний же был театром абсурда.

С противником он уже был знаком заочно. Плотный, словно набитый до упора в бронзовую кожу. Невысокий, небольшой. Почти лысая голова и безумный взгляд. Он пережил сильную травму шеи, что сказалось на психической стабильности. Сказать проще, товарищ совсем не имел тормозов. Хотя формальные правила боев Чернопольского все-таки исключают убийства, бойца по прозвищу Палач приходилось оттаскивать от забитых противников толпой.

И глядя на самодовольное лицо Палача, Фил вдруг безумно захотел покончить с ним. Удивительно, но у него проснулся реальный интерес к бою.

Палач ожидаемо сразу кинулся в нападение. Филипп реагировал на каждый его вдох, словно вселился, и четко уходил от ударов. Соперник злился и выдыхался. Когда несколько шлепков бордовой перчаткой Фил все же пропустил, он понял, нужно наступать. Хотя, конечно, это окончательно выведет из себя безумного соперника.

Перед глазами то и дело всплывало личико Женьки. Большие, чуть влажные глаза. Прикушенная от напряжения губка. Чувствует ли сейчас что-то котенок? Фил хотел только, чтоб она была спокойна.

Боксер просчитывал атаку, все никак не мог поймать момент. Или не хотел? Вдруг добрые глаза с фиолетовыми искорками стали смешливыми.

«Чего скуксился, Филя?»

Подкорками сознания Филипп подумал, от удара по голове он начинает сходить с ума, но внутри него заговорила Лена.

«Смелее, Филя, бейся за Женьку, — мачеха вдруг рассмеялась, — сделай ее счастливой, раз я не успела».

Филипп сморгнул и нанес коронный Зверевский удар, снизу в челюсть, как они репетировали почти каждый день. Соперник глотнул ртом воздух, кинулся перехватывать атаку. Но на него уже приземлялись типичные удары Чудова — рассчитанные до каждого сантиметра и секунды. Внезапные, обезоруживающие, больные. На глазу Палача вздувалась огромная гематома.

Ослепленный наполовину соперник неловко мотал головой, но все равно кидался на Фила. У него напрочь отсутствовал инстинкт самосохранения. Филипп ощущал, он начинает нехило уставать. Еще немного, и силы из равных перейдут на сторону противника. Фил уже принял несколько сильных толчков в скулу. В глазах темнело. Неужели, это конец?

Незадолго до этого в пути всегда решительный Тимур метался в сомнениях — дать Филиппу шанс и поддержать, звонить знакомым и накрывать незаконный бой. Когда на очередном светофоре Шевцов уже чувствовал себя совершенно раздраженным и опустошенным, громко заиграл его мобильный. Кирилл.

— Да! — закричал в трубку Тим.

— Не ори, — без приветствий начал любовник его сестры, — слушай внимательно. В городке, где счастливо жил твой товарищ со своей девочкой, давно пытались накрыть организованную группу по хранению и сбыту наркотиков. Спецы наблюдали за шестерками, пытались выйти на крупную рыбу. Они почти размотали клубок, но дальше события начали складываться совсем интересным образом…

Тим обратился в слух и лишь маневрировал в потоке машин. А Кирилл будничным тоном вещал.

Расследование протекало спокойно, местные ребята из города уже готовили погоны под звездочки, все шло гладко. Как вдруг на одном звене преступной цепочки возник интересный препарат, больше похожий на спортивный допинг. И отчего-то городские ребятки во главе с Александром Чернопольским всеми фибрами души стали дело сворачивать… Экспертиза наспех, свидетелей толком не искали, девочку, давшую кривое признание, отпустили.

А курировал из столицы это дело ну очень противный мужик. И показалось ему странным, и даже, видимо, немного обидным, что коллеги на месте так быстро сдулись. А так как спец вошел в азарт, он и их взялся проверять. Членов группировки уже сам отслеживать… И нарыл не больше, не меньше — нелегальные бои без правил.

Проверили и девушку оправданную. Ничего подозрительного на ней и ее возлюбленном, владельце спорткомплекса, не оказалось. Но потом оперативным путем была получена информация, что девица уехала из городка, а мужик ее готовится к бою.

В общем, внедрил дотошный человечек своего товарища в шайку Ивана Чернопольского. На низкий уровень, но выследить и разговорить обученный шпион мог хоть кого. В итоге в спецслужбах стало известно насчет ультиматума Филиппу.

По большому счету Женька и Фил не представляют интереса для следствия, скорее, идут как инструмент. Спасать их в ущерб себе помешанный на своем деле специалист не будет.

— Называется, начали за здравие, кончили за упокой! — воскликнул Тимур. — Делать то чего, Киря!

Шевцова переполняли эмоции.

— Подожди, — попросил Кирилл, — смотри сюда. Насколько мне удалось узнать, у моих коллег нет данных о датах и территории проведения боев. Если ты владеешь информацией, позвони Ободову, этот тот самый идейный москвич, его телефон я тебе сброшу.

— Кидай, Кирилл, кидай! — Тим от нетерпения затарабанил пальцами по рулю. — Послушай только… Я, право, удивлен, что ты так проникся и помогаешь. Уж не подстава это, друг?

Кирилл вздохнул.

— Мне хватило одного конфликта с тобой, Шевцов, да и подличать больше нет никакого желания. Я долго был зол на тебя, а на себя еще больше, что связался с твоей сестрой Алиной, врал, пользовался службой и оклеветал твою будущую супругу. Но сейчас… Тим, я благодарен тебе. В конце следующего месяца я женюсь. Наталья держит небольшое кафе у нашей конторы, там и встретились. У нее сын одиннадцать лет, обалдуй. А через несколько месяцев мы ждем еще и общего малыша. Я счастлив, что мне теперь есть для чего и для кого жить. Так что, Шевцов, пулей звони своему земляку!

Внезапно на ринг выскочил крупный толстяк, который все время до боя вился подле Палача. Странный ход, вне логики и правил, но тренер соперника замахал руками и начал утягивать его с площадки. Фил растерянно стоял на месте, пока сбоку не раздался глухой голос Зверя: — Всё кончено! Идем!

Тут только Филипп осознал, удары сделали его почти глухим. Яркий свет над рингом вдруг погас, и Фил мог заметить, как публика спешно покидает зрительские трибуны. Зал пустел на глазах. А когда Егор почти уволок его к раздевалкам, в зал ворвался ОМОН.

Они ехали долго, слишком долго. Даже всегда добрая с персоналом Лиза начала раздражаться на водителя, но простоватый мужчина лишь разводил руками — далеко, пробки. Женька уже себя не помнила от страха и нетерпения. Она молчала, только внутренне все время обращалась к Филу, просила его быть осторожнее. Думала только о том, как его любит.

И вот впереди показалась высокая, местами проржавевшая, жестяная изгородь. Как пробраться внутрь, опять лезть? До Тимура Лиза дозвониться не смогла, хотя набирала раз двадцать, не меньше. Паша, водитель, вышел из машины с Женькой и стукнул кулаком по воротам. Внезапно сбоку открылось маленькое окошко, показалась бритая голова, сидящая на плечах почти без помощи шеи.

— Чего? Объект заброшен, езжайте мимо, — сообщил равнодушный мужик.

Паша открыл рот, но Женька дернула его за рукав — сейчас бесхитростный шофер ей все испортит. Женя подошла вплотную к забору.

— Ваня Чернопольский здесь? — спросила она. — Я его девушка, и хочу посмотреть, как выиграет моя ставка. Он сказал, меня пустят, когда мой водитель меня привезет. Сам он трубку не берет, но в случае чего ждите проблем!

Тон Женьки звучал нарочито капризно. Она переняла манеру общения той самой попсовой певицы, у которой работала последний месяц на подтанцовке.

Голова явно задумалась. Женя недовольно поджала губы. Паша замер.

— Хорошо, — сдалась голова, — только идите одна, без водителя. Меня тоже поймите…

— Ладно! — звонко перебила мужика Женька, и пока Паша не успел опомниться, шмыгнула в ворота. Пусть не обижается Лиза, но она сейчас очень нужна Филиппу.

На захламленной территории сновали люди. Кто-то курил. По обрывкам фраз Женька поняла, бой идет. Сердце застучало в горле, но на страх совсем не было времени. Нужно отыскать Зверя, он наорет, конечно, но потом отведет ее к Филиппу. Женя смело потянула на себя тяжелую дверь.

Она сразу заметила странность — много людей устремлялись к выходу. Дамы накидывали пальто, мужчины бодро шли ей навстречу прямо в пиджаках. Может, какой-то перерыв типа антракта в театре?

Девушка металась взглядом по толпе, не понимая, куда же идти дальше. Вдруг взгляд зацепил сухенькую пожилую женщину у стены. Она смотрелась уборщицей или билетершей, хотя какие здесь билеты? Но все же у нее можно попробовать что-то узнать.

— Не знаю, — пожала плечами старушка. Она странно улыбалась, словно блаженная, — может, кончили уже. Постою, подожду, пока Степа позовет кровь отмывать.

Женьку охватил холод.

— А где здесь раздевалки спортсменов? — спросила она. Отчего-то ей казалось, Фила уже нет на ринге.

Бабушка обстоятельно рассказала ей, по какому коридору и куда свернуть. Женя, не теряя времени, помчалась к цели. Уже метров за пять от нужной двери девушка услышала голос Тима. Она закрыла глаза и только сейчас осознала, насколько ей страшно. Женя вновь подняла веки и медленно зашагала вперед.

Фил сидел на кушетке у стены, рядом примостился интеллигентного вида мужчина в серой ветровке и с чемоданчиком на коленях. Используя сумку как стол, он что-то писал. Филипп тер виски.

Зверь заседал на подоконнике с отсутствующим видом и водил пальцем по экрану телефона. Тимур в светлой рубашке с бурыми разводами на боку энергично сновал из угла в угол.

— Может, хватит! — воскликнул он, повернувшись к незнакомцу. — Ему нужно в больницу!‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Еще немного, — сухо отбрил Шевцова интеллигент.

Услышав о клинике, Женя не выдержала.

— Фил!

Она вбежала в дверь и бросилась к родному человеку. Зверь причмокнул, Тим ошарашенно замолчал. Мужчина в сером посмотрел заинтересованно.

— Евгения? — уточнил он.

— Да, — не глядя на него, ответила Женька.

Она стояла перед Филом, пыталась сквозь набегающие слезы разглядеть, цел ли он. Мужчина выглядел вроде не так плохо. Только подборок распух, рассечена бровь, на губе запеклась кровь. Женя задрожала.

Девушка жалела любимого, но вместе с сочувствием и нежностью пришло такое четкое понимание — с ней рядом настоящий мужчина, которому по плечу любые беды, любые сложности, вообще все. Он точно чудовище. Ее идеальное чудовище. Женька неслышно опустилась рядом, крепко обняла своего мужчину со спины.

— Котенок, — отчего-то громко сказал он.

— Не обращай внимания, — Зверь перехватил ее удивленный взгляд, — его оглушили, вот он и орет.

— Так, Филипп на сегодня всё, теперь поговорим с Женей, — распорядился интеллигент.

Женька нахмурилась.

— Девочку хоть не трогайте, — не выдержал Тим, но потом махнул рукой, — а вообще ладно. Егор, увезешь ее потом ко мне? А мы пошли, карета уже внизу.

Филипп рассмеялся.

— Шевцов, ты реально сказал карета? — звучно поинтересовался он. — Или я не только оглох, но и поехал крышей?

Тим раздраженно выдохнул.

— Я имел в виду карету скорой помощи, — невозмутимо произнес он, — из нашей семейной клиники.

— Скорую? — Женька испугала и крепче вцепилась в Филиппа.

— Тим, не надо скорой. Мы поедем с Женей… куда? К тебе?

Фил поочередно глядел на друзей. Зверев убрал телефон в карман куртки и слез с окна.

— Ты поедешь в больничку, — припечатал он, глядя на Филиппа, — там проверят твою кукушку и прочие органы. Эта стандартная и нужная процедура.

Последняя фраза адресовалась Женьке. Девушка нехотя встала, Фил последовал за ней.

— Да, конечно, родной, — она обняла мужчину за шею, — тебе нужно провериться. Только я не поняла… ты выиграл?

Все молчали, даже интеллигент.

— Там сложная ситуация, Жень, — Фил улыбнулся.

— Он победил, — Зверев подошел близко к своему подопечному, — все поняли? Хотя я не сомневался, не зря поставил на него пять червонцев.

— Ты ставил на меня? — выдохнул Фил.

— Какого ж ты ходил ныл, что дело труба?! — изумился Тимур.

— Можно подробнее о ставке?.. — попросила серая ветровка.

Глаза Зверя забегали.

— Тим, почему ты не берешь трубку?!

Громкий женский голос спас Зверева от разборок с приятелями и сотрудником спецслужб. В дверях раздевалки появилась Лиза. За ней топал серьезный Паша.

— Птичка, какого черта? — у Тима даже руки от удивления повисли вдоль тела как плети.

— Мы узнали, что здесь уже работает полиция, и нас пропустили за Женькой, — сообщила его беременная жена.

— Вот у вас бабы! — засмеялся Егор. — Завидую, честное слово!

Фил и сам себе завидовал. Их неприятности позади, он жив и относительно здоров, и с ним рядом самая лучшая девушка на свете. Он не представлял, как она узнала о бое, как пробралась на закрытую территорию. Сердился, что она так рисковала собой, и одновременно был катастрофически счастлив от понимания — Женька готова ради него на всё. А он во всех смыслах отвечает ей взаимностью.

Его ласковый котенок появился именно тогда, когда мужчину, казалось, оставили последние силы. Он лишь монотонно отвечал на вопросы следователя и не понимал, неужели зря он бился? Но появилась Женька, и в ее глазах он прочел, что весь титанический труд последних месяцев был не напрасным.

После короткой беседы с Ободовым Женю забрала Лиза, и водитель увез их домой к Тимуру. Фил бы не передал словами признательность этой семье, только благодаря им он может быть спокойным за свою девочку. Иначе точно бы отказался от больницы, не желая оставлять Женьку одну. Сейчас ему хотелось приковать ее к себе, чтобы никогда больше не расставаться.

Тим хотел подставить Филу плечо, когда они двинулись к выходу. Но тот отмахнулся, он и сам мог двигаться. Шевцов и так заляпан его кровью, вместе со Зверем они оттаскивали его с ринга.

На территории близ старого здания уже не было посторонних. Лишь люди в форме изучали самые укромные закутки, здесь же находились специально обученные собаки. Фил тоже машинально осмотрелся, притормозил. Тимур ушел далеко вперед, не оборачиваясь. За забором стоял гул машин.

Филипп еще раз взглянул на место, где, можно сказать, родился заново. Когда-то помпезный, а сейчас ободранный главный вход в округлое здание. Пара беседок, несколько обломанных деревьев. Ближе к задней части строения небольшой балкон на третьем этаже и прямо по стене лестница. Фил прищурился, заметив знакомый силуэт. И, кажется, физически ощутил, как его наполняет ярость.

Тим заметил его рывок и что-то кричал, но Фил и так бы ничего не услышал из-за травмы. А тут его полностью поглотила скорость. В доли секунды он достиг цели и снял высокого мужчину прямо с лестницы. Повалил на оббитый асфальт, придавил своим телом. К ним уже кинулись спецы. Они занялись низкорослым брюнетом, который спускался по заднему лазу за своим подельником, и не успевали разнять катающихся по земле мужчин.

— Хотел уйти, сука, — прошипел Филипп, — не выйдет. Теперь хлебнешь сполна!

— Не тебе меня судить, Чудов, — прохрипел Артем.

— Судить тебя будет закон, — проговорил Фил.

Он не смог сдержать злости на старого друга, чуть не превратившего его жизнь в ад. В лицо Артема полетел ободранный в бою кулак боксера, еще раз, еще… Филиппа оттащили, но он успел пнуть товарища детства ботинком. Его трясло, даже в скорой он не мог успокоиться.

Зверь догнал их уже у машины медиков. Ему все же пришлось объясняться со следователем по поводу ставки. Зато Егор успел сесть с Филиппом в машину. Тимур же отправился следом на своей.

— Где джип? — зачем-то спросил Филипп.

— Я вызвал своего водилу, еще когда шел бой, — пояснил Егор.

— Я первый раз избил человека, — сказал Фил, — именно избил. Непрофессионально.

Егор прокашлялся.

— Плевать, — резюмировал он, — этого гада вообще бы прибить, но тебе сейчас не нужны такие трудности. А выступать ты все равно больше не будешь. Хватит, всё. Считай, это была наша последняя работа.

Дотошный сотрудник специальной службы Ободов уже на следующее утро сидел у Филиппа в палате. Боксеру только убрали капельницу, и он собирался позвонить администратору спортивной базы. А в глубине души безумно ждал прихода Женьки, вздрагивая на каждые шаги за дверью. Но следователь явился раньше возлюбленной. Впрочем, побеседовать с ним тоже было интересно.

— Ивану Чернопольскому предъявлены обвинения по множественным статьям, — крякнул Ободов, — он, конечно, привлек армию юристов, только тут уже вряд ли что-то поможет. Разве что особые условия в заключении создаст благодаря связям и деньгам.

Филипп покачал головой.

— Он больной человек.

— Признавать его недееспособным нет повода, — возразил специалист, — пусть отвечает по закону.

— А что с Артемом? — вспомнил о «друге» Фил.

— Ему инкриминировано меньше, — кивнул собеседник, — но всё его от него никуда не денется. Единственный, о ком я хотел с вами поговорить — знакомый вашей девушки Вячеслав.

Фил привстал.

— А с ним что?

Ободов потер ладони.

— Видите ли, Филипп, у нас мало доказательств причастности парня к группировке. Скорее всего, его использовали лишь раз, чтобы пробраться в ваш кабинет. Чтобы предъявить ему обвинения, нужны показания Евгении. Против него.

Филипп на секунду прикрыл веки. Нелегкий придется делать выбор котенку. Впрочем, ему все равно, если она не захочет ссориться с любимой учительницей, ставшей ей мамой, он поймет.

— Давайте поговорим с Женей позже? — предложил он. — Просто Слава ей не чужой человек.

— Непременно, Филипп, непременно, — кивнул следователь, — но мне бы очень хотелось подтянуть все хвосты этой истории. Парню много не дадут, но и отпускать его глупо, а, может, даже опасно. Ваша девушка на многое пошла ради вас. По сути только из-за нее нам удалось накрыть Чернопольского. Не солги она, что препарат ее, вас бы тихо-мирно посадили. И даже у меня бы не закралось никаких сомнений, с учетом того, что Артем все же был вашим другом. Только признание Жени показалось мне подозрительным. На фоне всего этого я смею надеяться, Женя захочет сотрудничать со следствием вам на пользу.

— А это не опасно? — нахмурился Филипп.

Ободов слегка улыбнулся.

— Не сложнее, чем дать обычные показания. Никто за парня стоять не будет, для группировки он не представляет ценности. Там от Чернопольского многие открестились, что говорить про случайную шестерку.

Следователь оставил Филиппа озадаченным. Впрочем, мужчина все же не придавал огромного значения расправе над бывшим Женькиным возлюбленным. На фоне всего, что они преодолели, Славка казался ничтожной вошкой. Когда Женя позвонила и сообщила, что они с Лизой выезжают к нему, мужчина о разговоре с Ободовым и думать забыл.

— Родной мой…

Женька уже без стеснения произносила нежное слово и покрывала легкими поцелуями травмированное лицо Филиппа. Под ложечкой заныло от ее ласк, Филу казалось, он спит. Он притянул девушку к себе, и она легла прямо на его больничную кровать рядом. Нисколько не смущаясь Лизы, Женька продолжала касаться его губами, гладить, шептать слова любви.

Лиза же с улыбкой наблюдала за ними из белого кресла, стоящего у окна. Филипп перехватил взгляд подруги и тоже улыбнулся.

— Как же хорошо, что все благополучно закончилось! — не выдержала Шевцова. — Кто бы мог подумать, что Кирилл… Хотя здесь все молодцы. И Женька, что нашла нас и защищала тебя, Фил, и ты сам, ты настоящий боец!

— Мне давно казалось, я один на всем свете, — признался Филипп, — а на самом деле столько хороших людей вокруг, друзей. Я буду благодарен вам всю жизнь, Лиза. Тебе, Тимуру. И Зверю, конечно. Через три дня меня выпишут, и мы сразу поедем домой.

Лиза нахмурилась.

— Жаль…

— Ты сама знаешь, когда на руках бизнес, выкроить даже один выходной сложно. А я отсутствовал полтора месяца.

Фил почувствовал, как котенок обнимает его за шею, и тоже заключил девушку в объятья. Скоро у него томограмма, и девочкам придется уходить. Филиппу просто невероятно хотелось домой, но необходимо провести все обследования, чтоб не свалиться в неподходящий момент.

— Я понимаю, — ответила ему Лиза, — тогда выдели хоть день! Соберемся у нас, Зверева тоже пригласим. А то когда еще встретимся!

— Ну день можно, — сдался Фил, — а потом и вы к нам приедете. Будем с пеленок приобщать маленького Шевцова к спорту.

Лиза весело засмеялась в ответ. Женька тоже улыбнулась, он почувствовал щекой, к которой была прижата ее щечка. В дверь палаты осторожно заглянула медсестра.

— Привезти коляску? — спросила полненькая женщина.

Женька отпрянула и посмотрела на Филиппа с тревогой.

— Нет, не нужно, — покачал головой мужчина, — я нормально передвигаюсь.

Лицо котенка снова посветлело. Женя встала на ноги и ждала когда поднимется Фил. Потом снова крепко обняла. Медсестра деликатно скрылась в коридоре.

— Мы тогда пойдем, — с сожалением произнесла Женя.

Филипп лишь легонько коснулся ее губ.

— Да, — Лиза тоже покинула свое сидение, — пока с нами Паша, съездим в обувной, и ты, Жень, померяешь сапожки, которые тебе понравились на моей модели. Беды позади, теперь можно побаловать себя.

На Женькином личике отпечатался интерес, она кивнула Лизе.

— А вы подружились! — констатировал Филипп.

— Именно так, — важно заметила Лиза, — теперь мы будем часто созваниваться. Так что готовься терпеть! Ладно, я пойду свяжусь с водителем, чтоб он подогнал машину. А вы тут прощайтесь…

Она чуть кивнула Филиппу и, тяжело ступая, вышла.

— Лиза хорошая, — сказала Женька.

— Ты у меня самая хорошая…

Он наконец смог как следует прижать ее к себе. Ладонями жадно обхватил ягодицы, языком глубоко проник в желанный рот. Она тут же откликнулась на его близость всем телом, задрожала. Тонкие пальчики скользнули к его затылку, мягким язычком она провела по его верхней губе.

— Приходи завтра одна, — прошептал Филипп, — здесь такой сервис — даже запереться можно…

Женька тяжело дышала.

Женька не сдержала громкого крика, когда он вошел в нее почти на всю длину. Но мужчина успел закрыть ее рот ладонью, ведь они все же были в клинике, пусть дорогущей и частной. Девушка не отказала себе в искушении зажать один из его прекрасных длинных пальцев в кольце губ. В ней было столько желания, столько страсти. Она переполняла ее, изливаясь обильной смазкой.

— Я еще… хочу, — признала Женька, уже лежа под ним после их одновременного оргазма.

Фил легонько коснулся губами ее губ, потом спустился ниже. Подбородок, шея… Наконец он добрался до груди, забрал в горячий влажный плен сосок. Женя легонько постанывала, предвкушая наслаждение, которое испытает, когда его язык достигнет самого чувствительного места. Филипп оставил грудь, всосал кожу животика.

Мужчина устроился меж ее бедер, медленно провел косточкой согнутого указательного пальца по припухшим губкам, очертил круг по клитору. Женька тихонько скулила, поджимая маленькие пальчики ног. На пульсирующий бугорок лег мягкий язык, возбуждение становилось все сильнее… Женька закусила ребро ладони, чтобы не застонать в голос. Плотно сомкнула веки.

Фил то ускорял движения языка, жадно всасывал ее нежную плоть губами. То наоборот замедлялся и лишь легонько слизывал капельки ее соков. Наслаждение прокатилось по ее телу несколько раз, она лишь хрипела в исступлении. Несколько сильных движений и Женька изогнулась, с силой обхватила его плечи ногами.

— Как ты?.. — он оказался у ее уха.

— Я счастлива, — прошептала Женя.

Женька действительно ощущала только радостную эйфорию. С трудом, но она поверила, что их проблемы позади, а теперь еще и Фила выписали из больницы, и он почти все время находится рядом. Она бесконечное количество раз за этот день прижималась к нему, целовала его еще синий подбородок, жесткие от ударов губы. Она даже боялась, его начнет раздражать ее ласка. Но мужчина выглядел довольным, словно сытый кот. И от этого зрелища ее счастье становилось сильнее во сто крат.

Они с Филом с удовольствием приняли приглашение Лизы и Тима провести вместе субботний день, а уже вечером воскресенья должны были выехать в свой городок. Пока же в особняке Шевцовых собралась большая и совершенно разномастная компания.

Сами хозяева, гости их дома Женя и Филипп, малышка Стефания со своей неизменной ворчливой няней, худощавый отец Лизы Игорь. Даже Зверь прибыл без сопротивлений. Правда, не один, а с шестилетней дочкой Асей.

Малышка смотрела на всех настороженно и пугливо, а в ответ на все вопросы только опускала зеленые глазки. Егор и сам выглядел рядом со своей златовлаской растерянным, и даже оставил привычный сарказм.

Весь обед Женька с Филиппом как подростки держались за руки под столом. Лукаво подмигивали друг другу, и, казалось, вообще не замечали, что происходит вокруг. Окружающие деликатно оставили их в покое, только то и дело бросали на них умиленные взгляды.

Только хозяйка дома все же подсела к ним в гостиной, когда все уже поели. Ее супруг тоже скоро присоединился к друзьям.

— Не знаю, — хитро произнесла Лиза, — пригласили ли вы нас в гости только ради вежливости, но лично я планирую реально к вам приехать. Мне хочется развеяться, посмотреть свою страну, а не только Европу. Ты со мной?

Она прищурилась, глядя на Тима.

— Птичка, — выдохнул он, — давай новые приключения произойдут хотя бы после родов! Тебе и так будет, что рассказать маленькому Тимурчику — с ним в животе ты побывала на захвате преступной группировки!

— Тимурчику? — переспросила Женя.

Лиза закатила глаза.

— Я разве не говорила, что у нас будет Тимур-младший? Кое-кто от скромности не умрет.

Тим и бровью не повел.

— А тебе какое имя нравится? — вдруг поинтересовался Филипп.

Лиза улыбнулась.

— Для меня лучше имени Тимур нет никакого на свете, — чуть смутившись призналась она, — вот только если у нас появится и второй мальчик, придется как-то выкручиваться.

Друзья рассмеялись.

Тим с Филом вскоре завели разговор о делах, Шевцов предложил приятелю кредит на расширение бизнеса. Филипп мечтал открыть по городу несколько тренажерных залов для взрослых и детей по эконом-ценам.

Лиза должна была уделить внимание и другим гостям, и Женька осталась одна. Девушка решила напоследок побродить по дому, где ее приняли как родную. Она шла по коридору и откуда-то сбоку услышала голоса, она вспомнила, там находится комнатка, где Лиза устроила детскую для своей сестренки.

— Так что Ася пока со мной.

Здесь же Женька обнаружила Егора и отца Лизы Игоря. Мужчины возились с дочерями и разговаривали. Дочка Зверя тихонько перебирала кукол в углу над коробкой, а Стеша изо всех сил старалась привлечь ее внимание. Стояла сзади, дергала взрослую девочку за платье или косу. Но Аська, казалось, не замечала.

— Не хочет общаться ни с кем, — тихонько вздохнул Егор, — не знаю, что делать.

— Ваш расход с супругой ударил по ней, — предположил Игорь, — у меня Лизка после смерти матери тоже замкнулась. А я… Махнул рукой и думал только как дать ей больше денег. Сейчас стараюсь быть рядом со Стешкой, хоть и развелись с Алиной, все мы умные задним числом… Налаживай отношения с бывшей, чтобы у Аси были вы оба.

Зверь поморщился.

— У матери новая семья, нам с Аськой с ними рядом не место, — холодно пояснил он и сам закрылся.

Женька осторожно взглянула на мужчину, прошла в комнату и присела на корточки перед девочкой.

— У меня была почти такая же кукла, — Женя достала из яркого короба потрепанную «барби», — я заплетала ей много косичек, чтобы ее волосы стали кудрявыми.

Она улыбнулась сама себе и поймала внимательный зеленый взгляд.

— А как так заплетать много косичек? — тихо спросила Ася.

— Хочешь, научу? — мягко предложила Женя.

Девочка еле заметно кивнула.

— Иди сюда.

Девчонки уселись у стены, вытянули ноги и с упоением принялись наводить красоту куклам. Темноволосая Стешка носилась рядом, притаскивала им новых «клиенток», дергала за локоны теперь Женьку. Глазки Аси уже блестели интересом, на щеках играл румянец и ямочки.

— Тебе нужна женщина, — резюмировал, глядя на эту картину, Игорь и посмотрел на Зверя, — тогда дочка отогреется.

— Нормальных девушек сейчас мало, — отмахнулся Егор, — это Чудов ухватил себе декабристку, я не такой везучий. А уж чужие дети современным дамам вообще не нужны. У меня есть связь для здоровья, более мне не надо.

— Здоровье — самое главное, — перешел на другую тему Игорь, — у меня кмс по бегу был, а сейчас полчаса погоняю с мячом по залу и уже задохнулся. Но сам виноват, слил организм алкоголем.

— Послушай, — прищурился Зверь, — тебя надо к нашим определить, они группами ходят в лес. Ночевка в домиках, полная перезагрузка. И дыхалку свою прочистишь, и мыслей дурных меньше будет. Давай-ка мне свой телефон.

Филипп поражался тем эмоциям, которые охватывали его, когда он видел Женю в окружении детей. У боксера чуть ли не слезы на глазах проступали. Мужчина понял, теперь, когда все беды позади, у него появилась новая мечта и цель — семья с любимой женщиной и дети. И в роли матери своих наследников он, конечно, видел только Женьку.

Впрочем, не все испытания остались в прошлом. Котенку еще предстояла дача показаний. Следователь настоял, чтобы Филипп не обсуждал с ней заранее ситуацию со Славкой. Чтобы она не придумала легенду, устроившую бы всех. Ободов твердо считал, Женька должна сказать правду.

Единственное, что мог Фил — привезти свою девочку в местный участок, где уже прописался московский специалист. Ободов хотел контролировать все сам.

Фил ждал Женю в коридоре, наматывая круги вдоль стульев. Она вышла не менее чем через час. Личико не было заплаканным, но в глазах плескался страх. Мужчина крепко взял ее за руку и поспешил вывести из здания.

— Филипп, ты не подумай, что я жалею, — Женька смогла говорить лишь дома.

Она сидела на любимом диване в гостиной, обнимала руками коленки.

— Просто, — продолжила она, — маму Алю я теперь потеряла окончательно. Но ты для меня дороже всех, и все те, кто причастен к преступлению над тобой, должны быть наказаны.

Она сказала последнюю фразу так по-взрослому твердо, что Фил не нашелся с ответом. Но потом ему в голову пришла идея.

— Жень, давай я съезжу к Алле Григорьевне и попробую с ней поговорить? — предложил он. — Уж меценату своей школы она не откажет в беседе.

— Фил, это не поможет, — отмахнулась Женя, — Славку она любит больше всего на свете.

— Ну по крайней мере мы будет точно знать ее настрой, — привел аргумент Филипп.

На самом деле Фил не был столь озадачен примирением Жени и семьи бывшего возлюбленного. Нет, он сопереживал девушке, но было тут кое-что еще. Ему не давала покоя связь Женьки и Лены, а у бывшей учительницы можно разузнать на этот счет. Он не видел ничего мистического, в том, что Лена привиделась ему посреди боя и просила за Женю. Просто его мозг в стрессе собрал воедино ранее полученные данные об этих девушках. Филу захотелось чисто для себя узнать правду. Ведь они обе не случайные люди в его жизни.

Фил предварительно позвонил владелице студии танцев. Алла ответила без особого восторга, но подчеркнуто вежливо и от встречи не отказалась. Филипп тут же помчался, пока она дала добро.

— Здравствуйте, Филипп, — устало проговорила женщина, впуская боксера в квартиру, — боюсь, долгого разговора у нас не выйдет, но, может, все же чаю?

Фил разулся и прошел в уютную малогабаритку.

— Не стоит, Алла Григорьевна, — отказался он от светского жеста, — я пришел не за этим.

Хозяйка кивнула и прошла в гостиную, опустилась в низкое кресло, указала Филу на другое, стоящее под углом.

— Я знаю, Женя дала показания против Славки в угоду вам, — холодно сообщила преподавательница, — что здесь обсуждать? Хотите денег?

Фил покачал головой.

— Женя любит меня и просто сказала правду, — произнес Филипп, — я понимаю, Вячеслав ваш сын. Но он действительно нарушил закон. Он помог подставить меня, попутно предал Женьку. Неужели вам ни капли ее не жаль? Вы вроде питали к ней теплые чувства.

Алла взялась за виски.

— Да, Славка ошибся! Но она! Я всегда чувствовала, не нужно было пускать ее в свой дом! Я знала, нужно держаться от нее подальше! Эти проклятые гены!..

Филипп сделал стойку.

— Гены? О чем вы, Алла Григорьевна? Вы знаете родителей Жени?

Женщина выдохнула и вдруг вскочила на ноги.

— Отца почти нет, — прошипела она, — но мать! Ту, кто ее выродил, я отлично знаю!

Женщина раскраснелась, со злостью гоняла воздух.

— И кто же ее мама? — негромко уточнил Филипп. Он изо всех сил старался держать себя в руках и не ответить на оскорбления в сторону любимой. Сейчас ему нужно разговорить Аллу.

— Ее родила моя дочь, — глядя ему в глаза, внезапно спокойно сказала преподавательница.

— Лена — ваша дочь? — от изумления Фил отклонился в кресле.

— Какая еще Лена?! — выплюнула Алла. — А, вы о своей родственнице, я узнала, Ленка была замужем за вашим отцом. Нет, она здесь совершенно не причем. Женина мать — моя дочь София.

Фил с силой моргнул и тоже поднялся на ноги.

— Но… как это?

Алла горько усмехнулась.

— Неужели, Филипп, вы не знаете, откуда берутся дети? Женя — моя внучка, хотя я ее таковой ни секунды не считала. Моя дочь доставила мне много бед, Филипп. Она была наркоманкой, вся в пройдоху отца…

— Вы не могли бы рассказать подробнее, — прокашлялся Филипп, — для меня это важно. Ведь с моей мачехой они так похожи…

Но Аллу Григорьевну уже и без того несло.

— Да, с Ленкой они походили некоторыми чертами, особенно глаза… Ваша мачеха, Филипп, была сестрой моей дочки — по отцу. Он, никого не стесняясь, тогда жил на две семьи! Но мне посчастливилось встретить человека… Впрочем, слушайте по порядку.

Алла Григорьевна выскочила замуж совсем юной девушкой. И хотя по тем временам вступить в супружество в девятнадцать лет было нормой, мозгов от этого у нее не прибавилось. Девушка сходила с ума по водителю из хлебного магазина — Виталику. Парень был высоким, взрослым — аж двадцать пять лет, и обладал удивительными глазами, светло-карими с фиолетовыми искорками в глубине. Аллочка верила в модное тогда утверждение, что глаза — зеркало души, и решила, Виталий точно человек внутренне прекрасный и необычный.

Она очень быстро забеременела и без проблем родила дочь. Алла была сравнительно счастлива. От покойной мамы ей досталась большая комната в центре, в благоустроенной квартире. Софка, как назвала она малютку, ничем серьезным не болела. Молока у молодой матери хватало с лихвой. Муж, конечно, попивал (как у всех!), но львиную долю получки приносил ей. Хотя зарабатывал все же маловато.

Жизнь была сложной, но плелась крепкой стабильной канвой. Пока привычный рисунок не спутала раз и навсегда неслучайная встреча.

Софийке уже исполнился годик. Алла работала в детском саду, тут же в яслях находилась ее малышка. Лишь в выходной у них было время погулять свободно в парке, покормить уточек, которых безумно любила рассматривать дочь. Муж не имел привычки проводить с ними досуг.

В одну из таких вылазок к Алле подошла худенькая молодая женщина с коляской. Та подумала, незнакомка попросит крошек, чтобы кинуть птицам и развлечь своего ребенка. Хотя малыш на вид был совсем капельным. Но щуплая брюнетка вдруг завела такую речь, от которой волосы Алки встали дыбом.

— Ты ведь Виталия жена? — спросила она и сама ответила. — Я знаю. Попросить тебя хотела. У тебя много грудного молока, может, поделишься с сестренкой своей дочери? А то у меня совсем нет, а ребенок животиком страдает.

Алла думала, собеседница сумасшедшая, убежала из парка. Но потом все-таки пошла к главной сплетнице района Клавдии Семеновне и узнала такую правду…

Муж жил на две семьи, зарплату делил на две кучки, потому и выходило мало. Во втором гражданском браке у него тоже появилась дочка, младше Софии примерно на год.

Аллочка долго металась — бороться, прощать, гнать поганой метлой изменника?.. Виталий каялся, божился, что лишь раз гульнул, а потом не мог поступить безответственно с малышкой. Алла, конечно, не верила. Наверное, она бы так и рвала душу, но муж сделал выбор сам. Он предпочел бутылку обеим женам, начал таскать вещи, являться в непотребном виде.

Воспитательница проявила характер, отнесла заявление в суд, поменяла замки. Бывший муж еще походил к ней немного, а потом сгинул. Она же долго не могла устроить жизнь, красотой не блистала, еще ребенок. Лишь когда Софе шел уже двенадцатый год, встретила человека.

Военный сразу установил свои правила в доме, урезал расходы на девочку-подростка, ввел для нее режим. Дочь приняла отчима в штыки, но Алла даже не обращала внимания на ее капризы. Наконец они подняли голову из нищеты, а она недовольна! Женщина начала изо всех сил беременеть.

Не сразу, но ей удалось зачать сына. И вроде жизнь окончательно встала на крепкие рельсы, но пришла новая беда — Софка пристрастилась к наркотикам. Мать поняла это лишь, когда ее вызвала директриса школы. Не верила, но дочь уже резво катилась под гору, и скоро зависимость стала очевидной. Софа походила на зомби, из квартиры пропадали вещи.

В какой-то момент Алла снова врезала новый замок. Софии как раз исполнилось восемнадцать, и больше мать ей ничего не была должна. По слухам, наркоманка сняла какую-то комнатушку у бабки в ближайшем поселке. Перестала появляться.

Алла Григорьевна постаралась забыть о дочери. Слава богу, муж не бросил ее в беде, они растили сына. Но любое затишье в жизни женщины привычно обращалось во внезапную беду. Так и тут — однажды к ней на работу приехала бабка.

Полноватая сгорбленная женщина держала за ручку худую девчонку. Глядя в глаза малышке, Алла все поняла. Софка нагуляла приплод! Старуха пояснила, София последние годы жила на Севере, там же погибла на производстве. Девочка находилась у бывшей квартирной хозяйки, мать присылала на нее щедрые алименты. Отцом являлся сосед бабки, семейный мужик.

— Которого Женьке представили как дядю? — догадался Фил.

— Да, — вздохнула Алла, — он ей немного помогал сначала, даже брал к себе. А потом жена сделала так, что они переехали на другой конец страны. Да и запойный он был, ну разве нормальный человек сунется к наркоманке?

— Почему вы не забрали Женю? — прямо спросил Филипп.

Алла вздохнула.

— Куда, Фил? Ну куда бы я ее забрала? К мужу, который два года премии спускал на Софкины долги? Мне и так пришлось взять деньги, которые откладывали на будущее Славке, чтобы дать взятки в опеке.

Филипп только качал головой.

— Но Женька ведь вам родная, — растерянно произнес он.

— Софка своим поведением вытравила из меня всю любовь к себе, — сказала она, — и Женю я восприняла как очередную беду. Думала, раз у Софы не получилось разрушить мою жизнь, дело докончит ее дочка.

— Зачем же потом ее брали в дом? Отчего пришли работать в интернат? — спросил мужчина.

Алла повела плечами.

— Да как-то пока суд да дело, познакомилась с женщинами там, узнала, что зарплата неплохая, вот и пришла. А Женьку привечала… Знаете, страх во мне жил — Софка с того света всё видит! Вдруг меня небеса накажут, что не взяла себе внучку? Пострадают мои близкие. Оттого и приводила девчонку, только своим не говорила, кто она. Славку лишь подкупала — будешь добр к сироте, карманные деньги увеличу.

Филипп потер виски. Вот и заботливый Слава!

— Женька говорила, ее увозила на выходные бабушка? — вспомнил Филипп.

Алла нахмурилась.

— Это та самая бабенка, что присматривала за ней по просьбе Софы. Говорила, привязалась к девчонке. Но она уже тогда болела сильно, потому и приволокла ее ко мне, адрес нашла в вещах дочери. Отдавать в приют, видите ли, стало жалко.

— А Лена? — глубоко выдохнув, спросил Фил.

Алла сощурилась.

— Ленка появилась как черт из табакерки! Ух и бешеная девка была. Они, оказывается, с Софкой общались, она знала, у той дочь есть. Сама тоже была гуляка по юности, вся в их папашку! Выстудилась на пьянке, что деток не могла иметь. А когда узнала, что Софийка погибла, задалась целью найти ее дочку!

Фил усмехнулся, целеустремленности и энергии Лене было не занимать.

— Я не отслеживала судьбу нагулянной дочери когда-то законного мужа, — продолжила Алла, — но когда увидела ее на пороге интерната, сразу стрельнула мысль, это сестра Софы. Уж слишком в них сильна порода! Необычные глаза, короткий носик, выточенные скулы. Подонок бывший муж был красавцем, тут не отнимешь. И в девках как бы кровь не мешалась, все равно его черты брали свое. Лена тогда прямо заявила, что удочерит Женьку, а я не возражала.

Фил выдохнул. Чего ему стоило сохранять молчание, не знал даже бог.

— Мы начали помаленьку готовить документы, — Алла же не замолкала, — за все платила уже Ленка. Она продуманная была — не зря же за вашего папашу ухватилась. Вынула счастливый билет! Женька такая же, хорошо пристроилась в жизни. Моя дочь была в этом плане простушкой.

— И что же дальше? — Фил не выдержал и перебил женщину.

Та пожала плечами.

— Лена погибла, — сообщила она известный факт, — и тогда я поняла — этот крест придется нести мне самой. Моя доброта меня и сгубила! Ведь всегда чувствовала, от девчонки исходит зло. Она как волчонок была — вроде добрая, ласковая, а себе на уме! Сначала хотела Славку заполучить…

— Вас не смущало, что девочка влюблена в родного дядю? — глухо спросил Филипп.

— Я когда узнала, — признавалась Алла, — испугалась страшно. Ведь заметь я взаимность со стороны Славки, пришлось бы признаваться во всем! Но я решила для начала промыть мозги мальчишке. Хотя толком и не понадобилось это. Мой сын достоин лучшего и, слава богу, прекрасно об этом знает. Он только поднял меня на смех. Ему льстило обожание Женьки и не более того. Встречаться он хотел только с ровней!

— Лена не говорила Жене, что она ее тетя?

Фил повернул разговор к фактам, у него уже голова кружилась от лавины яда, витавшего в воздухе.

— Нет, — покачала головой Алла, — она вообще не хотела ничего сообщать ей раньше времени. Не желала, чтоб та расстраивалась и сидела на иголках в ожидании. Представлялась просто спонсором.

«Лена берегла чувства Женьки», — подумал Фил и проникся к мачехе благодарностью.

— Я и правда часто просила бога, — Алла заговорила странно, — чтобы он послал Жене хорошего мужчину. Тогда я была бы спокойна. Так оно и вышло, я радовалась! Но девчонка все равно успела сделать гадость моей семье…

— Всё, хватит! — Фил шумно выдохнул и потер переносицу. — Будь вы мужчиной, я второй раз бы нарушил кодекс этики боксера и набил бы вам лицо. Вас не за что уважать. Вы не воспитали дочь, потому что строили новую семью. Но и в сына вы тоже ничего дельного не вложили. Ваши дети выросли больными членами общества. А теперь вы назначаете виновной во всем свою внучку, хотя все эти годы вы хладнокровно наблюдали, как девочка растет в тяжелых условиях. Женька даже сейчас светлый наивный ребенок, она никуда не пристраивалась выгодно. Она просто любит меня и всю себя отдает этой любви. И знаете, если ваши молитвы хоть чуть-чуть помогли нам встретиться, то большое спасибо. Я позабочусь о ней, можете больше не бояться кары небес. Прощайте.

Фил не помнил, как натянул кроссовки, отодвинул старую щеколду и выскочил из пропитанной ненавистью квартиры. Внутри взрослого сильного мужчины все дрожало. От жалости к маленькой Женьке, от несправедливости всего этого мира.

Он сел за руль, но не мог завести машину из-за сильной рези в глазах. Филипп не сразу понял, что это обычные слезы. Спортсмен даже не помнил, когда в последний раз плакал. Сейчас он тоже быстро взял себя в руки, быстрым движением стер влагу с лица. Прочистил горло.

— Алло, «Кристальный мир», — боксер набрал номер той самой ювелирки, где заказал колечко котенку еще до ссоры. — Да, это Чудов. Без проблем, я заплачу за просрочку!

Меньше всего Филиппу хотелось рассказывать Жене ужасную правду, которую он только что узнал. Но и скрывать боялся. Хотя бы потому, что раз у Аллы единожды развязался язык, на суде она может высказать котенку все в лицо. Бабка Жени обозлена до невозможности, и Филу стоит ввести любимую в курс дела.

Единственное, что реально обрадовало Филиппа — роль Лены во всей этой истории. Да, его мачеха была в чем-то легкомысленной, не зацикленной на морали. Но все же она имела большое сердце и стремилась помочь родной ей по крови крошке. Фил очень сожалел, что Ленка не успела рассказать ему о племяннице.

Он опекал бы Женьку в годы интерната, помогал бы после. Забрать ее ему, конечно, вряд ли бы дали… Впрочем, это была бы уже другая история, а сейчас Фил просто счастлив, что встретил эту девушку, она с ним рядом, в безопасности и комфорте. Теперь он сделает все, чтобы так было всегда.

Только он шагнул на порог дома, как Женька выскочила к нему с расспросами. Фил вздохнул, усадил ее в гостиной и принялся за непростой рассказ. Мужчина старался оперировать фактами, не передавать всех оттенков ненависти, которые испытывает к его девочке новоявленная бабка и некогда названная мать. Но все же сообщил, что настроена женщина злобно.

Сначала Женька просто шокировано молчала. Потом только хмурилась и повторяла: «Ну как же так, Фил?.. Мама Аля… Она моя бабушка… А Слава?.. Я ведь любила его!» А к концу монолога мужчины нервы Жени не выдержали, она разревелась и убежала в сторону спален. Филипп сразу бросился за ней.

Девушка направилась почему-то не в комнату Филиппа, ставшую их общей еще до ссоры, а в свою прежнюю. Фил нашел ее лежащей на кровати и крепко сжимающей подушку. Женька громко всхлипывала, а при виде его отодвинулась далеко к изголовью. Мужчина хотел дотронуться до ее плеча, но она дернулась. Тогда он присел у ее ног.

— Женечка… — Фил не знал, что говорить.

— Фил, ну почему? — спросила Женька. — Почему все, кого я считала близкими, оказались предателями? Относились ко мне неискренне. Мне страшно! А если ты тоже когда-нибудь от меня откажешься? Похоже, я никому на этом свете по-настоящему не дорога… Никому не нужна!

Фил тяжело вздохнул. Он дотянулся до ее ножек и взял в ладони маленькую прохладную ступню. Погладил пальчики.

— Котенок, — он вложил в привычное слово всю нежность, на которую только был способен, — я всегда буду с тобой. Потому что сам нуждаюсь в тебе больше, чем в воздухе. А насчет остальных… Теперь ты знаешь о своей матери, о том, что она не отказалась от тебя. Да, она вела неправильную жизнь, но именно из-за тебя она хоть как-то взяла себя в руки, начала работать. Так рассказала Алле та женщина, на которую тебя оставила Софа. Еще у тебя была тетя, которая хотела тебя удочерить. Да, их уже нет на свете, но ты была им нужна!

Женька подняла на него личико и внимательно слушала.

— А сейчас у тебя есть я, не бог весть какой молодой человек, — Фил засмеялся, — у тебя появилась хорошая подруга Лиза, да и Тим отлично к тебе относится. Зверь, малышка Ася. Ты всем им полюбилась.

Женя села на кровати, слезы на бархатистых щеках высыхали.

— Филипп — ты самый лучший! — серьезно произнесла Женя. — Я не знаю, как бы пережила всё это, если бы не ты. Не важно, что будет дальше… Но сейчас я верю тебе, только тебе.

Женька смотрела на мужчину во все глаза. Филипп отвечал ей тем же и думал — порода там у девушек их семьи или нет, но его девочка не похожа ни на кого. Она одна такая на всем свете, и, даже если бы он не знал Лену, он бы все равно в Женьку влюбился.

В комнате повисло молчание, но оно не тяготило, а лишь успокаивало их. Больше всего Филиппу хотелось сжать Женьку в объятьях, но было еще кое-что недосказанное. Мужчина быстро вышел и направился в прихожую. Взял из кармана куртки небольшой футляр и вернулся в гостевую спальню. Там ждала слегка удивленная Женя.

— Котенок, — мужчина подошел к любимой и опустился на одно колено прямо перед кроватью, — ты будешь моей женой?

Фил хотел сделать предложение Женьке по всем правилам. К сожалению, просить ее руки было не у кого. Устраивать встречи и перемирия с Аллой насильно мужчина не считал нужным. Можно было хотя бы дождаться, когда Женя окончательно придет в себя, отвести ее в ресторан… Но мужчину распирало от нетерпения вручить ей кольцо и свое сердце, да и он чувствовал — именно сейчас нужен этот шаг. Ни на словах, а на деле он покажет свои самые серьезные планы на Женьку.

— Я?.. — простодушно переспросила Женя.

Ее чудесные глаза загорелись, она смотрела то на него, то на раскрытую розовую коробочку. Там красовалось тонкое золотое кольцо, украшенное изящным сердечком. В центре любовного символа горел бриллиант.

— Фил… — Женька широко улыбнулась. — Но… так скоро?

Мужчина приподнял брови.

— Мне кажется, мы узнали друг друга достаточно. И потом, — он сделал паузу, — я хочу, чтобы мы стали настоящей семьей. Вернее, чтобы наш союз стал официальным и полноправным. У нас нет близких, и я желаю, чтобы мы были друг у друга по всем правилам. Ты против?

Женька вздрогнула.

— Нет! — воскликнула она. — Или да, я согласна… Мм… Спроси еще раз.

Она смутилась путанице.

— Евгения, станешь ли ты моей женой? — Фил навесил серьезное выражение на лицо.

— Да! — громко заявила Женька и бросилась ему на шею.

Хотя трогательная уединенная помолвка прошла меж Филиппом и Женей в начале ноября, день свадьбы они назначили лишь на середину третьего месяца зимы — февраля. Сначала они не могли подобрать нужную дату, потом их накрыл предновогодний аврал на спортивной базе. За время отсутствия хозяина там накопилось дел.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

А еще в первых числах декабря из столицы им пришла чудесная новость — Лиза благополучно родила Тимуру сына. Женька тут же загорелась идеей, что ее единственная подруга обязательно должна быть на их свадьбе. Теперь стоило подождать, пока Тим-младший немного подрастет и окрепнет, чтобы мама могла оставить его на один день с няней или взять с собой.

На новогоднюю ночь Женя и Фил ничего особенного не планировали, они оба, как оказалось, хотели одного — встретить новый год в своем доме, покое и тихом счастье. Тридцатого числа Филипп привез из города большую ель, установил в гостиной. Они с Женькой достали купленные накануне украшения.

Филипп посадил девушку на плечи, чтобы она водрузила на верхушку елки большую желтую звезду. Женя справилась с задачей и вдруг именно в этот момент, сидя на своем мужчине, решилась сказать то, насчет чего давно думала.

— Фил? — позвала она.

— Мм? — он погладил ее по коленям.

— Я бы хотела съездить… к Алле.

Любимый ответил паузой. Через несколько секунд он снял ее со своих плеч, но из рук не выпустил. Филипп держал Женьку на руках и прижимал к себе.

— И что ты ей хочешь сказать? — негромко поинтересовался он.

Женя глубоко вдохнула.

— Не знаю, — призналась она, — она свою позицию озвучила тебе, и я не думаю, что она изменит мнение, признает меня. Если честно, я всегда ощущала между нами дистанцию. Мне казалось, это потому, что она была моей учительницей. Из-за этого не подпускала к себе. Теперь же я все понимаю. Но я хотела бы попросить прощения у нее за Славку, и, может быть, она даст мне какие-то фотографии мамы… Я бы хотела их увидеть.

— Хорошо, котенок, — сказал ее ласковый будущий муж, — давай прямо сейчас и отправимся к ней, чтобы покончить с этим.

По делу преступной группировки Чернопольского и той банды, где состоял Артем, до сих пор велось следствие. Славку до суда отпустили домой под залог. Когда Женя и Филипп прибыли к Алле Григорьевне, ее сын был дома. Правда, он даже не вышел из своей комнаты. Муж бабушки Жени уехал поздравлять с наступающим родственников, потому они могли спокойно поговорить. Хотя особенно разговор не клеился.

— С твоей матерью у нас были сложные отношения, — вздохнула Алла, вынимая для Женьки карточки дочери из семейного альбома. — Потому я и не говорила тебе правду.

Женя промолчала.

— Прости…те меня за Славку, — после паузы произнесла она, — мне жаль, но я не могла выгораживать обидчика Филиппа.

Алла Григорьевна поджала губы.

— Ты встретила своего человека, — кивнула она, — ожидаемо ты за него горой. Держись за него и старайся сохранить ваш брак… Возможно, ты когда-нибудь меня поймешь.

Алла не просила прощения у девушки. Женька же, глядя на нее, ощущала только пустоту. Словно любимую учительницу у нее отняли, а взамен ничего не предложили.

— Я до сих пор не верю, что она моя бабушка, — сказал Женя Филиппу, когда они вышли из подъезда на морозный воздух.

Мужчина все время визита простоял в прихожей. Он хотел контролировать, чтобы его котенка не обидели, в то же время, признался Женьке, что ее «родственницу» он видеть не может.

— Не думай о ней, — нахмурился Фил, — родных не выбирают. Зато она не противилась и отдала тебе фотографии матери и даже ее любимого медвежонка. На этом мы закончим контакты с этой семьей, раз они в свое время отвернулись от твоей мамы и от тебя.

Женьке показалось, в голосе Филиппа просквозила обида. Но потом она поняла, что он просто переживает за нее. Женя прищурилась.

— А знаешь, что? Я бы хотела съездить на могилу к своей тете. Если ты не возражаешь, конечно.

— Хорошо, — пожал плечами Филипп, — я тоже с этими проблемами даже не помню, когда был там.

Как ни странно, после посещения не самого веселого места на душе у молодых людей посветлело. По дороге обратно Филипп рассказывал Жене о ее тете Елене, ее бойком нраве и выкрутасах, которые она проделывала в доме его отца.

— Однажды она приволокла домой коробку с четырьмя щенками, — Фил улыбался, — мне посчастливилось скоро уехать на соревнования, а вот отец на пару с ней кормил их из бутылочек.

— И он совсем не ругался? — развеселилась Женька.

— Ох, Лена все равно бы перекрутила ссору в свою пользу, — пояснил Филипп, — да и отец любил ее. Сейчас я понимаю, она была не только веселой и красивой. У нее было доброе сердце, и отец чувствовал себя рядом с ней счастливым.

— А отчего они умерли, Фил? — вдруг спросила Женя. — Ты так и не сказал.

Филипп нахмурился.

— Ничего необычного, котенок, — произнес он, — папа сел пьяным за руль, Лена рядом. Как говорили друзья, они страшно ругались в тот вечер. Он хотел скорее домой, а она веселиться. У них вообще в последнее время были проблемы из-за занятости отца, он никак не хотел понять, что она одна тоскует. Наверное, из-за недомолвок Лена и не рассказала нам про тебя.

Женя взяла мужчину за предплечье, стараясь не мешать вести автомобиль.

— Жаль, конечно, что я не узнала тетю, — сказала она, — но я рада, что теперь я в курсе правды, какая бы она ни была. Я чувствую, что у меня появились корни. Для меня это важно сейчас, когда я стою на пороге создания своей семьи. Вот только я хотела спросить еще кое-что…

— Конечно, Жень, — легко разрешил ей Филипп.

— Ты… уже не любишь Лену?

Фил задумался. Сердце Женьки тревожно колотилось.

— Я всегда буду испытывать к ней светлые чувства, — заговорил Филипп, — но сейчас, ощущая такую сильную любовь к тебе, я понимаю — эмоции к Лене были запретным наваждением, юношеской горячкой. Она обещала мне себя и погибла. А я долго не мог отпустить это неоконченный эпизод. Лена — моя мачеха и тетя самой главной женщины моей жизни. Вот и всё.

В свадьбу с Филиппом Женька не могла поверить до последнего. Она только недавно свыклась с мыслью, что она его женщина, а теперь ей предстояло войти в роль законной супруги самого потрясающего мужчины на планете.

А каким же еще она могла его считать? Фил окружил ее такой любовью и заботой, словно старался дать ей всю теплоту, что она не получила в своей жизни. Даже настоял на полноценной «девчачьей» свадьбе, хоть Женька и уверяла, ей достаточно скромной. В глубине души же девушка ликовала от ожидания волшебного торжества.

Лиза еще до родов создала для подруги эскиз нежного струящегося платья с легким лавандовым отливом. Модельер предположила, этот цвет идеально оттенит необычные глаза невесты, горящие фиолетовыми огоньками. Талантливая девушка не ошиблась, и когда наряд доставили из столицы, Женька чуть не умерла от восторга. Она крутилась у зеркала, а Фил только закатывал глаза, сидя в гостиной. Мужчину невеста ни под каким предлогом в спальню не пустила.

Важное событие молодожены решили провести у себя на базе. Толкаться в загсе среди других пар не хотелось, да и их друзьям с детьми было удобно прибыть в одно место. Тим приехал с женой и сразу с двумя сыновьями. Его первенец Арсений как раз прилетел из Штатов, чтобы познакомиться с братиком. Он настолько освоился в обращении с младенцем — держал его на руках, быстро успокаивал, что Тимур даже пошутил — им не стоило везти с собой няню.

Егор Зверев, недавний тренер Филиппа, теперь не разлучался со своей дочуркой Асей, и на бракосочетание друзей взял ее с собой. Девочка уже подружилась с Женькой и Лизой, она с интересом крутилась около них, пока Женю облачали в наряд невесты. А во время ожидания церемонии была возле Лизы и ее малыша.

— Дай ему пальчик, — предложила Лиза девочке, пока они сидели в уютной комнате отдыха спорткомплекса.

Тим с Арсением ушли осмотреть базу, папа и сын обожали спорт, им здесь было безумно интересно. Няню Лиза отпустила перекусить до церемонии, потом Тимурчик останется полностью на ней.

Ася осторожно вложила указательный палец в ладошку младенца, тот крепко схватился.

— А он не оторвет? — прошептала она и доверчиво обратила к Лизе зеленые глазки.

— Нет, — женщина ласково засмеялась.

Ася тоже заулыбалась, обнажая ямочки на щеках.

По команде организатора дамы надели шубки и пальто, мужская половина стойко осталась лишь в пиджаках, и все гости высыпали из здания комплекса на расчищенную от снега территорию. Погода радовала почти плюсовой температурой, при этом небольшими хлопьями летел снег, как по заказу создавая атмосферу сказки.

Церемонию решили провести на улице, пространство вокруг базы украсили белыми и лавандовыми шарами, лентами. Невеста должна была пройти от ворот к импровизированному алтарю, где ее уже ждал статный жених. Два верных друга, Шевцов и Зверев, находились рядом с Филом и вовсю над ним подшучивали.

Немного поодаль стояла Лиза в строгом черном пальто, оттеняющем ее огромные темные глаза. От напряжения она морщилась и кусала губы. За ее руку держалась притихшая на людях Аська в розовой курточке. Здесь же был давний друг отца Филиппа Сергей с супругой.

Отдельной компанией расположилась администрация базы — помощница Фила, начальник охраны Игорь с семьей. Да и практически все обычные сотрудники, тренера пришли поздравить своего директора с главным днем. Подчиненные боялись Филиппа, чего уж, но за честное отношение очень ценили.

Несколько минут ожидания, и грянули звуки свадебного марша. Гости замерли, глядя на приближающуюся невесту. Поверх чудесного платья Женька надела светлую короткую шубку, каштановые локоны ей уложили на бок, в руках новобрачная держала нежный букетик мелких роз.

Женя аккуратно ступала навстречу будущему мужу. Было заметно, девушка очень волнуется и вместе с этим не может сдержать счастливой улыбки. Фил смотрел на нее, как завороженный, нервно сжимал перед собой ладони. Казалось, даже воздух вокруг звенел от торжественности момента, окружающие боялись громко вздохнуть, как вдруг… Прямо перед Женей на широкую дорожку выскочил маленький белый котенок!

Вернее, малыш был не совсем белоснежным, его шерстка загрязнилась, видимо, от жизни на улице. Он протяжно замяукал и побежал впереди невесты. Гости ахнули, педантичный лысоватый организатор свадьбы чуть не упал в обморок.

— Уберите животное! — завопил он сотрудникам.

Но Фил сам шагнул вперед.

— Шш.

Мужчина подхватил большой ладонью хрупкое тельце и посадил малыша в просторный карман своего пиджака. Тот сразу же затих в тепле и под защитой. Другой рукой Филипп взял пальчики любимой и повел ее к месту рождения их семьи.

Устроитель церемонии всем видом показывал, что жених сумасшедший, и он, опытный человек в своем деле, умывает руки. Но ритуал прошел без сучка и задоринки, а маленький котенок сидел спокойно на груди нового хозяина.

— Что за гадость ты дал Жорику?!

Женька вышла из спальни в коридор и заглянула в прихожую, где ее муж кормил подросшего молодого кота. Девушка зажала нос пальцами, ее передернуло.

— Да его корм дороже моей еды! — возмутился Филипп.

Светло-серый Жорик, найденыш оказался все же не кипельно-белым, не разделял возмущений хозяйки. Он с аппетитом накинулся на кусочки в черной миске. Женька зажала рот руками, бросилась в санузел.

Фил кашлянул и повернулся в сторону кухни, но тут же услышал звук смс на свой мобильный. Он взял аппарат с полки и направился в пищеблок. Ожидая весточку от друзей или на крайний случай вопрос от клиентов, мужчина открыл сообщение. Телефон чуть не выпал у него из рук, брови сошлись на переносице. На снимке красовалась полуголая брюнетка. Римма!

Мужчина глубоко вздохнул и нажал кнопку вызова. Котенок, на удачу, зависла в ванной. Хотя скрывать выкрутасы бывшей подруги от жены Фил бы не стал.

— Римма, — он переждал слащавое приветствие, — послушай. Я не тронул тебя, хотя ты не раз распускала язык, от чего страдала Женька. Ты лезла в грязные дела Артема, и мы опять же не стали акцентировать на этом внимание в своих показаниях, так как у тебя ребенок. Оставь в покое нашу семью! Если не одумаешься, я не буду разбираться с тобой. Я сразу пойду к твоему мужчине, и пусть он усмиряет тебя.

Риммка попыталась напомнить, что Фил спал с ней, и Женьке тоже это может не понравиться.

— Женя в курсе, что я снимал девочек в клубе, — спокойно ответил Филипп, — и она приняла мое прошлое. За каждый наш секс с тобой я честно заплатил. Прощай.

Филипп кинул на подоконник телефон, и ему вдруг очень захотелось вымыть руки.

Только минут через десять Женя вышла из ванной и сразу направилась на кухню, потому что жутко захотела пить. Супруг уже любезно приготовил ей зеленый чай с лимоном.

— И давно тебя тошнит? — приподнял брови мужчина.

Женька пожала плечами.

— Да не тошнит меня, — ответила она, — так, немного мутило от жары. А тут ты с этой мерзостью, фу.

— Жень, корм абсолютно обычный, — заметил Филипп, — ты не замечаешь больше ничего странного в своем организме?

Женька уставилась на него и медленно поставила чашку.

— Ты думаешь то же, что и я? — поморщившись, спросила она. — Но как так, мы же… Господи, в лесу! Ты остановил машину, мы занимались этим на откинутом сидении и не успели прекратить до того, как… А предохранения не было.

— Это ты на меня набросилась, — невозмутимо ответил Фил, — сказала, я безумно сексуален в строгом костюме. Во всем виновата конференция в управлении по спорту, где я в этот день был.

— Фил! Я думала… Господи!

Женька поднялась с места и быстро зашагала в спальню. Взяла мобильный и тут же вернулась к Филиппу.

— Точно, я перепутала недели… — девушка устало опустила смартфон с открытым приложением на столешницу. — Как же так?

Филипп улыбался.

— Не понимаю твоей паники, чего здесь такого?

— Дети, Фил — это серьезно! Мне только двадцать три. Это ты уже взрослый!

Женька хмурилась.

— Спасибо, что не старый, — хмыкнул Филипп, — неужели ты не уверена в нас?

Женя посмотрела на мужа и вдруг счастливо улыбнулась.

— Родной! — она поднялась и повисла у него на шее. — Ты идеальный мужчина! Ты выиграл тяжелый бой… А когда на свадьбе ты забрал Жорика… Все растерялись, но только не ты! Я в тебя верю бесконечно… А вот я? Смогу ли я стать хорошей матерью, ведь у моей мамы этого не получилось…

Филипп отстранился и взял ее лицо в ладони.

— Я идеальный в твоих глазах. А ты реально лучшая! У моих детей будет самая красивая, умная, добрая и трудолюбивая мамочка.

— Фил, я же серьезно! — Женька хотела вырваться.

— Жень, — Фил тоже нахмурился, — заканчивай. Да, семья и дети — это сложно. Но мы преодолеем все трудности. Да и небольшой опыт у нас есть, Жорика мы воспитали!

Романтичный момент объяснения супругов перебило бодрое чавканье. Помахивая хвостом от удовольствия, Жорик сидел прямо на обеденном столе и поглощал из вазочки сметану, поданную к блинам.

Конец!