— Универсальность AGI[1] — не более чем иллюзия! — разносился по просторному бару высокий мужской голос. — Спору нет, AGI — важная характеристика. Скорость стрельбы и уклонения — если их прокачивать, можно было стать очень крутым. По крайней мере, до недавнего времени.

Этот гордый голос принадлежал игроку, чьё голографическое изображение висело в полумраке бара.

Шла трансляция популярного канала «ММО Стрим», программа «Победители недели». Её можно было смотреть в реальном мире, по телевизору или на компьютере, но канал имелся также во многих барах и постоялых дворах виртуальных миров, поэтому большинство игроков любило смотреть его «внутри». Особенно если гость передачи был из этого мира.

— Но это осталось в прошлом. А тем калекам, которые качали AGI восемь месяцев подряд, скажу так: мои соболезнования.

От этих саркастических слов по бару разнёсся недовольный гул, множество бутылок и стаканов полетело на пол и рассыпалось на мелкие полигоны.

Но он никак не участвовал в общем возмущении — ссутулившись, сидел себе спокойно на диванчике в самой глубине бара.

Натянув капюшон своего маскирующего плаща по самые брови и замотав нижнюю часть лица шарфом, он холодно озирал интерьер заведения.

Он ненавидел человека на экране, задирающего нос сверх всякой меры, но ещё сильнее в нём было презрение к игрокам, смотрящим телевизор с тупыми физиономиями.

Они недовольно и завистливо шумели, но всё равно ведь им это представление нравилось. Почему они такие безмозглые, он никак не мог понять.

Человек на экране по чистой случайности стал сильнейшим игроком этого мира и одновременно — крупнейшим эксплуататором. Он получал часть денег, которые все игроки вносили в качестве абонентской платы, и строил из себя профи.

Другие игроки, как и он, наверняка в глубине души завидовали этому типу и ненавидели его. Если эти чувства мерзкие, то прятать их, маскировать усмешками — тоже мерзко, да и смешно, не так ли?

Он весь напрягся под своим плащом и выдохнул сквозь стиснутые зубы. Ещё рано. Время спустить курок придёт чуть позже. Он снова перевёл взгляд на голографическую панель. Камера отъехала, и в кадре появились ведущая шоу, которая сидела справа от говорившего, и ещё один гость, сидящий слева.

Ведущая — девушка, одетая с головы до ног в стиле техно-поп, — сладким голосом произнесла:

— Довольно категоричные слова, хотя чего ещё ожидать от сильнейшего игрока GunGale Online[2], одной из самых трудных VRMMO-игр.

— Да нет, интервью на «ММОСтре», может, только раз в жизни бывает. Вот я и сказал то, что хотел сказать.

— Вы шутите. Вы ведь и на этот раз собираетесь выиграть «Золотую пулю»[3], верно?

— Разумеется, если я буду участвовать в турнире, то постараюсь победить, — вызывающе заявил парень, глядя прямо в камеру, и откинул назад свои длинные серебристые с голубоватым отливом волосы. В баре вновь разразилась буря негодования.

«ММО Стрим» не являлся внутренним каналом GunGale Online (или GGO, как её обычно называли), но все ведущие и гости были представлены аватарами, а не реальными телами. В программу «Победители недели» приглашали на интервью сильнейших игроков из разных VRMMO-игр.

Гостями этого выпуска стали участники большого турнира, проводившегося в GGO в прошлом месяце. Назывался турнир «Золотая пуля». Их было двое: победитель и игрок, занявший второе место.

— Но, ЗеКсид-сан, — словно устав слушать бахвальство серебристоволосого парня, встрял второй призёр, — ведь «Золотая пуля», по сути, представляет собой одиночные бои, разве нет? В другой раз может получиться другой результат, так зачем говорить так, будто победителя определяет тип прокачки персонажа?

— Нет-нет, этот исход, можно сказать, отражает тенденции всей GGO. Разумеется, поскольку ты, Ямикадзэ-сан, игрок AGI-типа, я вполне понимаю, что тебе не хочется с этим соглашаться… — тут же ответил победитель по имени ЗеКсид. — Действительно, до недавнего времени наращивание AGI и быстрый огонь из мощного огнестрельного оружия были идеальным стилем. Заодно повышался и бонус к уклонению, что компенсировало проблемы с выносливостью. Но ММО — это не офлайновые игры, здесь баланс меняется со временем. Особенно там, где есть уровни: нельзя перераспределять характеристики, а значит, при выборе пути прокачки надо предвидеть, что будет позже. Даже если сейчас какой-то стиль боя является выигрышным, на следующих уровнях всё может быть совсем по-другому. Ты и сам поймёшь, если подумаешь как следует. Оружие, которое начинает появляться сейчас, всё более точное, но требует высокой STR[4]. Пытаться выиграть за счёт уклонения — наивная идея, которая далеко не всегда будет срабатывать, и наш с тобой бой, Ямикадзэ-сан, это показал. Твои пули не пробивали мой бронежилет и почти не наносили урона, а мои попадали в семидесяти процентах случаев. Проще говоря, сейчас настало время стиля STR-VIT[5].

Под этим словесным шквалом суровое лицо игрока по имени Ямикадзэ исказилось от раздражения:

— Да только победа тебе, ЗеКсид-сан, досталась благодаря редкому стволу, который ты заполучил перед самым турниром и который тебе еле-еле подошёл по требованиям к силе. Кстати, сколько ты за него отвалил?

— Ну что ты! Разумеется, я сам выбил его из монстра. В этом смысле самая важная характеристика, конечно, «удача», ха-ха-ха!

С ненавистью глядя на смеющегося серебряноволосого парня, он двинул скрытой под плащом правой рукой.

Нащупав торчащую из поясной кобуры рукоять, обхватил холодный твёрдый металл.

Почти… почти, уже скоро.

Он проверил индикатор времени сбоку своего поля зрения. Ещё минута и двадцать секунд.

Сидящая за столиком рядом с ним парочка продолжала ворчать, потягивая что-то из кружек:

— Во заливает. А ведь раньше не сам ли ЗеКсид и говорил, что AGI-тип круче всех?

— Если подумать, это всё могло быть ловушкой… Он нас просто наколол…

— И что теперь — то, что он сейчас говорит, что круче всего STR-VIT, — тоже блеф?

— Тогда как получается? LUK[6], что ли, качать?

— Вот ты и попробуй.

— Ну уж нет.

Собеседники рассмеялись, его это разозлило ещё больше. Как вообще можно так смеяться, узнав, что тебя обвели вокруг пальца? Он не понимал.

Но скоро этот идиотский смех застрянет у них в глотке. Скоро они увидят, что такое настоящая сила, кто действительно сильнейший.

Время пришло. Он беззвучно встал и зашагал между столиками. Никто не задерживал на нём взгляда.

«Глупцы… трепещите в страхе», — мысленно произнёс он и остановился посреди бара. Вынул из поясной кобуры, скрытой под маскировочным плащом, простенький пистолет.

От пистолета исходил холодный, чёрный металлический блеск — словно концентрированная тьма. В центре рукояти — металлической, как и всё остальное, с вертикальными насечками — была гравировка в виде пятиконечной звезды. Пистолет не выглядел особенно мощным — обычный пистолет, каких всюду полно. Но этот пистолет обладал «настоящей силой».

Он со щелчком передёрнул затвор, загнав патрон в патронник ствола, и медленным движением нацелил оружие вверх — на огромную голографическую панель. Прямо в лоб смеющемуся ЗеКсиду, сильнейшему игроку. В такой позе он стоял какое-то время, и наконец со всех сторон поднялся гул озадаченных голосов. Даже в GGO, не ограниченной по части плееркиллерства[7], атаковать в пределах города невозможно. Пули, хоть и вылетают из ствола, не наносят урона ни игрокам, ни объектам.

Несколько человек рассмеялись при виде столь бессмысленных действий. Но он не дрогнул, а продолжал держать чёрный пистолет на вытянутых руках. Голографический ЗеКсид продолжал свою ядовитую тираду.

Его настоящее тело лежало сейчас где-то в реальном мире, надетая на голову амусфера обеспечивала связь с виртуальной студией «ММО Стрима». Он и понятия не имел, что на его изображение в каком-то баре торгового квартала столицы GGO, города КК Глоккен, нацелен ствол.

Но тут он во весь голос прокричал:

— ЗеКсид! Ты фальшивый победитель! Пора тебе получить воздаяние истинной силой!

Под удивлёнными взглядами игроков он левой рукой дотронулся до лба, потом до груди, левого и правого плеча, совершив тем самым крестное знамение.

Когда он опустил левую руку, указательный палец правой нажал на спусковой крючок.

Затвор дёрнулся назад, сверкнула жёлтая вспышка. Раздался сухой звук выстрела.

Полумрак бара пронзила пуля — и ударилась в голопанель, рассыпав искры светового эффекта.

И больше ничего. Губы ЗеКсида на экране продолжали шевелиться.

На этот раз бар наполнился смехом. Отовсюду слышалось: «Ай, как больно!», «Во отмочил!» — и прочее в том же духе.

Поверх всего этого ЗеКсид продолжал вещать:

— Поэтому в конечном итоге всё, включая выбор навыков и характеристик, зависит от реальных умений самого игро…

Внезапно голос оборвался.

Взгляды посетителей бара разом вернулись к панели. ЗеКсид застыл, нелепо разинув рот и вытаращив глаза. Рука вяло поднялась, словно пытаясь ухватиться за грудь.

В следующее мгновение его фигура исчезла, остался лишь кресло из полигонов. Ведущая поспешно произнесла:

— Ой, похоже, он отсоединился. Думаю, скоро он снова к нам вернётся, поэтому, пожалуйста, не переключайте канал…

Но никто в баре её уже не слушал. В потрясённом молчании все взгляды снова обратились к нему.

Он опустил руку с пистолетом на уровень глаз. Затем медленно повернулся вокруг своей оси, при этом направляя ствол оружия на присутствующих в баре людей.

Сделав полный оборот, он снова поднял чёрный пистолет над головой и выкрикнул:

— Вот настоящая сила, истинная мощь! Глупцы, запомните это имя и страх, который оно вызывает!

Он набрал воздуха в лёгкие.

— Имя моё и моего пистолета — Дес Ган![8]

Убрал пистолет в кобуру и взмахом левой руки вызвал меню.

Нажимая кнопку «Выход», он испытывал триумф, но ещё сильнее была жгучая жажда делать это снова и снова.

— Добро пожаловать. Столик на одного? — спросил с вежливым поклоном официант.

Я ответил, что у меня назначена встреча, и обежал взглядом просторное кафе. От дальнего столика возле окна меня тут же окликнул беззастенчивый громкий голос.

— Эй, Кирито-кун, я здесь!

В воздухе разливалась тонкая классическая музыка. При моём появлении тихий шум бесед на миг смолк, и я оказался под прицелом осуждающих взглядов. Вжав голову в плечи, я поспешно направился к обладателю голоса. На мне была старая кожаная курточка и драные джинсы, что, конечно, выглядело совершенно неуместно в этом заведении, большинство посетителей которого составляли дамочки из высшего света, возвращающиеся с шопинга. Я почувствовал, как во мне поднимается запоздалое недовольство человеком, пригласившим меня сюда.

Будь это симпатичная девушка, я бы ещё смирился, но, к сожалению, рукой мне махал облачённый в костюм мужчина. Даже не стараясь скрыть раздражение, я бухнулся на стул.

Рядом тут же возник официант и предложил стакан холодной воды, влажное полотенце и меню. Как только я взял в руки изящную, обтянутую натуральной кожей обложку, с другой стороны столика послышалось беззаботное:

— Сегодня я угощаю, так что заказывай что пожелаешь.

— Могли бы и не говорить, я так и собирался, — коротко ответил я и пробежался взглядом по меню.

Обалдеть: самым дешёвым здесь было Chou а́ la créme[9], и стоило оно 1200 иен. Сперва я едва не заказал просто кофе, но тут подумал, что передо мной ведь сидит чиновник с весьма приличной зарплатой и расходы его представительские, то есть за счёт заработанных тяжким трудом денег налогоплательщиков. Чувствуя себя идиотом, но изображая голосом спокойствие, я принялся заказывать.

— Та-ак… парфе-о-чокола… фрамбуаз-мильфей… ну и хезелнац-кафе[10].

Заказ, который мне кое-как удалось выговорить, не прикусив себе язык, потянул на 3900 иен. Я всерьёз подумал, не ограничиться ли гамбургером и молочным коктейлем, а разницу попросить у своего собеседника наличными. Кстати, я понятия не имел, что именно заказал.

— Будет исполнено.

Официант изящной походкой удалился, и я, наконец переведя дух, поднял взгляд на своего собеседника.

Его звали Сэйдзиро Кикуока, и как раз сейчас он уничтожал колоссальных размеров пудинг, увенчанный горой взбитых сливок. На вид он был вылитый учитель японского: такой серьёзный, строгий, с безвкусной причёской и в очках с толстой чёрной оправой. На самом же деле, вопреки внешности это был правительственный служащий. Работал он во втором отделе департамента сетей нового поколения в бюро инфраструктуры телекоммуникаций при Министерстве внутренних дел и коммуникаций. Внутри самого министерства его место работы называли Отделом администрирования внутрисетевого виртуального пространства, если коротко — Виртуальным отделом.

Иными словами, этот человек — государственный служащий, который присматривает за хаотично развивающимися VR-мирами… а может, просто козёл отпущения. Он жаловался мне, что его постоянно гоняют туда-сюда, и не исключено, что так оно и было.

Наконец этот несчастный господин Кикуока, с выражением блаженства на лице отправив в рот последний кусочек пудинга, поднял голову и невинно улыбнулся.

— Привет, Кирито-кун. Прости, что вынудил тебя прийти сюда.

— Если так, вообще незачем было приглашать меня в Гиндзу[11].

— Но здесь такой замечательный крем. Может, ещё пирожное заказать?..

Вытирая руки полотенцем с цитрусовым запахом, я вздохнул и сказал:

— И, кстати, по-моему, вам совершенно незачем звать меня Кирито.

— Как недружелюбно. Разве не я был первым, кто примчался к твоей больничной койке год назад, когда ты пробудился?

К несчастью, это факт. Когда я вырвался из той смертельной игры и проснулся, первым меня навестил Кикуока — в то время тоже госслужащий, но работавший в Отделе по противодействию чрезвычайному происшествию с SAO.

Поначалу я, конечно, общался с ним вежливо, но вскоре понял, что он налаживает отношения со мной не только по доброте душевной, и само собой так вышло, что я начал говорить с ним более резко и прямо. Вполне возможно, что он к этому и стремился… Впрочем, это уже могут быть лишь мои домыслы.

Я кинул взгляд на Кикуоку. Похоже, он всерьёз раздумывал, не заказать ли ещё что-нибудь. Мысленно напомнив себе не плясать под его дудку, я сказал:

— Слышал в новостях, что в море возле бухты Сагами нашли огромные залежи редких металлов и важные шишки из причастных министерств пляшут по этому поводу «Оклахома миксер»[12]. Так что можете не переживать так из-за одного пирожного.

При этих словах Кикуока поднял голову, моргнул несколько раз и улыбнулся:

— Ну, безотносительно того, насколько богатое там месторождение, к моему министерству это никакого отношения не имеет. Да, пожалуй, перетерплю ради блага госбюджета.

Он захлопнул меню, а я для виду снова вздохнул.

— Раз так, может, уже перейдём к делу? Наверное, опять какое-то исследование на тему виртуальных преступлений, да?

— О, раз Кирито-кун сразу взял быка за рога, мне будет проще, — без тени смущения ответил Кикуока, после чего достал из дипломата, стоящего на соседнем стуле, тонкий планшет.

Да, если вкратце, он постоянно использует меня, выжившего после крупнейшего сетевого преступления в Японии — «происшествия с SAO», — в качестве информатора.

В соответствующих книгах информаторы полиции называются «помощниками» или «наблюдателями», а предоставление ими информации за деньги — «сотрудничеством». По аналогии можно сказать, что, когда Кикуока периодически вызывает меня в кафе под предлогом угощения пирожными, я «сотрудничаю» с ним.

Эти мысли были малоприятны, однако перед Кикуокой у меня имелся должок: это ведь он в нарушение всех правил сказал мне, в какой больнице держат Асуну. Без этого я бы дольше разыскивал Асуну Юки в реальном мире. А значит, не узнал бы о дьявольских планах Нобуюки Суго и не смог бы вырвать Асуну из его когтей. Так что пока меня устраивала роль «наблюдателя» Кикуоки. Хотя я и стал с некоторых пор говорить менее вежливо, а ещё — безжалостно истреблять дорогие пирожные.

Не знаю, догадывался ли мой многоуважаемый собеседник об этих моих размышлениях, но, так или иначе, он тыкал пальцами в планшет и расслабленным тоном говорил:

— Ну-у, что касается этого, понимаешь ли — уровень преступности, связанной с виртуальным пространством, снова подрос…

— Хм-м. А конкретнее?

— Ну, например, за один лишь ноябрь этого года было зафиксировано более ста случаев порчи или хищения виртуального имущества. Далее, тринадцать случаев причинения вреда здоровью в реальном мире по причине ссор в VR-играх. В том числе один со смертельным исходом… Он наделал много шума, так что ты, Кирито-кун, должен помнить: человек заострил реплику европейского меча, принялся ею махать на станции Синдзюку и насмерть зарубил двоих. Представляешь, клинок длиной сто двадцать сантиметров и весом три с половиной кило?! Как ему вообще удалось махать такой железякой?

— Я слышал, у него поехала крыша от наркотиков, которые он принимал, чтобы дольше играть… Если судить только по этому случаю, положение кажется безнадёжным, но… Может, звучит и не очень убедительно, но сколько таких случаев…

— Да, конечно. По сравнению с общим числом случаев причинения вреда здоровью это просто ничто, и поэтому я не делаю поспешного вывода, что VRMMO игры вызывают в обществе напряжённость. Однако, как ты сам уже упоминал…

— VRMMO уменьшают психологический барьер, который не даёт ранить других в реальном мире. Это даже я вижу.

Рядом снова беззвучно появился официант и поставил передо мной два блюдца и чашку.

— Ещё что-нибудь заказывать будете?

Я покачал головой, и он, положив на край стола счёт — лицевой стороной вниз, но наверняка на устрашающую сумму, — исчез.

Я глотнул кофе, от которого исходил тонкий ореховый аромат, и продолжил свою мысль:

— Поскольку в некоторых играх плееркиллерство стало самым обычным делом, его можно назвать в некотором смысле репетицией настоящего убийства. В самых радикальных играх вообще, когда отрубаешь руку, начинает кровь хлестать, а если взрезать живот, то кишки лезут наружу. Я слышал, некоторые маньяки-хардкорщики даже убивают себя в игре — вместо того, чтобы просто разлогиниться.

Мою речь прервало негодующее покашливание со стороны соседнего столика: две богатые дамочки испепеляли меня взглядами. Я вжал голову в плечи и продолжил уже тише:

— Если это повторяется изо дня в день, ничего удивительного, что нашёлся в конце концов идиот, который перенёс это всё в реальность. Я тоже считаю, что здесь надо что-то делать, хотя закон тут практически бесполезен.

— Бесполезен, думаешь?

— Именно так.

Позолоченной ложечкой я аккуратно зачерпнул кусочек пирожного из множества слоёв сверхтонкого теста с розовым кремом и отправил в рот. В голове при этом мелькнула мысль, что каждый такой кусочек тянет на сотню иен. Наслаждаясь угощением, буквально тающим на языке, я продолжил развивать неприятную тему.

— Разве что полностью отделить нашу сеть от мировой. С точки зрения нагрузки на кабели VRMMO это довольно легко, так что внутри страны плееркиллерство можно запрещать сколько угодно: пользователи и разработчики просто убегут за границу.

— Хм…

Кикуока опустил серьёзный взгляд и, несколько секунд молча поразмыслив, произнёс:

— Твой мильфей такой вкусный на вид… Не возражаешь, если я возьму кусочек?

Вздохнув, я передал тарелочку Кикуоке. Чиновник-карьерист радостно похитил у меня где-то 280 иен и набил себе рот.

— Но знаешь, Кирито-кун, я вот тут думал… Почему люди занимаются плееркиллерством? Разве жить в мире с другими игроками не интереснее, чем их убивать?

— Вы ведь тоже играете в ALfheim Online, так что должны иметь кое-какое представление. Ещё задолго до полного погружения MMORPG были по своей сути состязанием между игроками. Более того, если вдуматься, у этих игр нет концовки как таковой, а значит, игрокам нужна какая-то другая мотивация… и это, как мне кажется, стремление к превосходству над другими.

— Вот как?

Всё ещё жуя, Кикуока поднял брови, словно прося объяснить более подробно. Ей-богу, ну почему мы сейчас об этом говорим? Мысленно выругавшись, я продолжил уже с некоторой мстительностью:

— И так происходит не только в играх. Желание стать известным, подняться выше, чем остальные, — разве не главная цель в нашем обществе? Вы и сами это понимаете, правда? Наверняка же завидуете коллегам по министерству, которые закончили университет лучше вас и быстрее продвигаются благодаря связям среди выпускников. А вот общаться с теми, кто на карьере не зациклен, вам приятно. Ваши комплексы неполноценности и превосходства уравновешивают друг друга, и поэтому вы сидите с таким довольным лицом, поедая пирожные.

Кикуока дожевал свой кусок и криво улыбнулся:

— Умеешь же ты говорить неприятные вещи. Ну а что насчёт тебя, Кирито? Ты нашёл свой баланс?

У меня, конечно, гора комплексов, но с этим типом откровенничать я не собирался. Сделал лицо попроще и огрызнулся:

— Ну, по крайней мере, у меня есть девушка.

— Понятно, и по этому поводу я тебе смертельно завидую. Может, в следующий раз, когда мы будем в ALO, ты меня познакомишь с какой-нибудь девушкой? С Владычицей сильфов, скажем. Она как раз в моём вкусе.

— Предупреждаю заранее. Если подкатите к ней со словами «Я большая шишка в правительстве», вас тут же зарубят.

— Если это сделает она, я не против даже умереть разок. Ну так что там дальше?

— Так вот, насчёт этого комплекса превосходства. Его чертовски трудно заполучить в реальном мире. Тут ничего не добьёшься, если только не будешь вкалывать изо всех сил. Чтобы получать хорошие оценки, нужно вкалывать; чтобы быть сильным в спорте, нужно вкалывать; чтобы стать красивым, нужно вкалывать… в общем, нужно много времени и сил, а окупится это всё не сразу.

— Это да. Я ведь и сам зубрил до потери сознания, чтобы экзамены сдать, а в Тодай[13] так и не поступил.

Глядя на Кикуоку, который при этом почему-то довольно улыбался, я решил не ехидничать и продолжил дальше:

— И вот тут на выручку приходят MMORPG. Здесь, если пожертвуешь реальностью и потратишь время, обязательно станешь крутым. И редкие вещи найдёшь. Конечно, всё равно приходится стараться, но всё-таки это игра. Не надо учиться, не надо качать мускулы, здесь всё проще и веселее. Достаточно нацепить дорогие шмотки и пройтись по главной улице, козыряя высоким уровнем, — и знай собирай завистливые взгляды тех, кто слабее… правда, только в воображении. Если идёшь на охоту, то можешь легко выносить монстров, спасать партии других игроков. Получая уважение, благодарность…

— Тоже в воображении?

— Конечно, это только одна сторона. В ММО-играх есть ещё много чего. В принципе, сетевые игры, где главный упор делается на общение, существуют уже очень давно, но MMORPG преуспели больше всех.

— Ясно. То есть «добрые» игры не позволяют удовлетворить жажду превосходства?

— Именно так. Ну а потом появились VRMMO-игры. Теперь, когда идёшь по городу, уже взаправду чувствуешь взгляды других. Не нужно воображать их по ту сторону монитора.

— Хм. Похоже, так и есть. Во всяком случае, когда ты идёшь вдвоём с Асуной-тян по Игг-Сити, на вас все смотрят.

— Не самый лучший пример… Словом, в VRMMO-играх, если только потратить определённое время, каждый может ощутить собственное превосходство над другими. Причём это более простая разновидность превосходства, более примитивная, — так сказать, на уровне инстинктов, — чем когда ты лучше учишься, профессиональнее играешь в футбол или у тебя больше денег.

— И что же это?..

— Это сила. Физическая сила. Способность уничтожить противника собственными руками. И это уже похоже на наркотик.

— Сила… то есть быть сильнее всех, да? — пробормотал Кикуока таким тоном, словно погружался в дорогие ему воспоминания. — Все мальчишки мечтают о силе… например, читают мангу про единоборства и пытаются тренироваться так же, как её персонажи. Но чаще всего сразу понимают, что это бессмысленно, и начинают преследовать более реалистичные цели. Понятно… Значит, VRMMO позволяют вернуться к этой мечте, так?

Я кивнул и отпил кофе, чтобы смочить пересохшее от непривычно длинных речей горло, а затем продолжил:

— Да. Некоторые файтинги в погоне за реалистичностью даже сотрудничают с настоящими школами единоборств.

— О? И что это означает?

— Проще говоря… игроки вполне могут стать экспертами во всяких карате и кэмпо благодаря тому, чему их персонажи обучились в игре. Действие там происходит в хорошо воспроизведённых районах Токио — типа Синдзюку или Сибуи, — где игроки железными кулаками выносят плохих ребят пачками. Но, конечно, самодисциплине бойца эти игры не учат. Людям, которые на них подсели, захочется в реале попробовать то, чему они обучились в виде аватаров… И, к сожалению, нельзя быть уверенным, что никто не сделает этот шаг.

— Ясно… Значит, в реальность проникает «сила» из VRMMO, так? Послушай, Кирито-кун, — тут лицо Кикуоки вновь посерьёзнело. — Мы сейчас говорим только о психологических вопросах, верно?

— В каком смысле?

— Помимо того, что снимаются психологические барьеры против насилия и приобретаются знания и умения… Не может ли быть такого, что и на тело игрока в реальности оказывается какое-то физическое воздействие?

На этот раз пришла моя очередь замолчать и призадуматься.

— В смысле, возвращаясь к тому примеру, не мог ли тот парень получить в игровом мире силу, чтобы легко размахивать трёхкилограммовым мечом на станции Синдзюку, — вы про это?

— Да, всё так.

— Хм-м… По-моему, исследования того, как именно устройства полного погружения воздействуют на нервную систему, ещё только начинаются. Но, если долго лежишь неподвижно, физическая форма только ухудшается, хотя в критические моменты всплески силы, может, и возможны, мало ли… Но это ведь больше ваша область, чем моя, да?

— Я ходил послушать одного профессора по нейрофизиологии, но для меня это была полная тарабарщина. Ладно, хоть и окольным путём, но всё же мы добрались до главного. Взгляни вот сюда.

Кикуока повозился со своим планшетом и протянул его мне. Я взял его. На жидкокристаллическом экране была фотография незнакомого мне мужчины, а рядом с ней — домашний адрес и прочие детали. У мужчины были весьма длинные, словно он их специально отращивал, волосы, очки в серебристой оправе и довольно толстые щёки и шея.

— И кто это?

Получив планшет обратно, Кикуока поводил пальцами по дисплею.

— Та-ак, месяц назад… это было четырнадцатого ноября… Владелец многоквартирного дома в токийском районе Накано почувствовал неприятный запах из-за двери одной из квартир, когда убирал поблизости. Он попытался связаться с жильцом по домофону, но тот не отвечал. На телефонные звонки ответа тоже не было. Однако свет в комнате горел. Чтобы разобраться, владелец открыл электронный замок, вошёл и обнаружил этого человека — двадцатишестилетнего Тамоцу Сигэмуру — мёртвым. По-видимому, смерть наступила пять-шесть дней назад. В комнате был беспорядок, но следы ограбления отсутствовали. Труп лежал на кровати, а на голове у него…

— …была амусфера? — предположил я, и в голове у меня мелькнул образ устройства полного погружения, надеваемой на голову пары пересекающихся металлических колец. В моей комнате тоже была такая штука.

Кикуока чуть кивнул.

— Совершенно верно. Мы немедленно связались с его родственниками и, поскольку смерть выглядела подозрительной, провели вскрытие. Причиной смерти оказался сердечный приступ.

— Сердечный приступ? Это когда сердце вдруг останавливается? И почему это произошло?

— Неизвестно. Поскольку с момента смерти прошло много времени и вероятность того, что это преступление, была мала, детальная экспертиза не проводилась. Но похоже, он не ел последние два дня, всё это время находясь в онлайне.

Я вновь нахмурился. Говоря откровенно, подобные случаи не так уж редки. Потому что, когда ничего не ешь в реале, но ешь виртуальную пищу на той стороне, возникает ложное чувство сытости, которое длится несколько часов.

Самые заядлые игроки, или хардкорщики, как их называют, за счёт этого проводят больше времени в игре и заодно экономят на еде: порой они питаются раз в день, а то и через день. Однако, если так делать постоянно, для организма это даром не проходит.

Истощение — ещё не самое худшее, сердечный приступ тоже возможен, и если живёшь один, то есть шанс закончить вот так… Очень даже реальная ситуация. На миг прикрыв глаза и помолившись про себя, чтобы покойный Сигэмура нашёл своё счастье в следующем мире, я сказал:

— Это, конечно, трагедия, но…

— Печальная история, разумеется, но достаточно типичная в наши дни. В новостях о таких случаях не рассказывают, а родственники умершего пытаются скрыть, что он умер во время игры, поэтому статистика не ведётся. В каком-то смысле такие смерти тоже можно назвать вторжением VRMMO в реальность, однако…

— Вы ведь не стали бы меня звать, чтобы делиться лишь общими соображениями, верно? Что же не так с этим делом?

Кикуока покосился на дисплей и ответил:

— Этот Сигэмура-кун установил на свою амусферу всего одну игру — GunGale Online. Слышал про неё?

— Это… ну, разумеется, слышал. Это ведь единственная в Японии ММО-игра, где есть «профи». Правда, сам я в неё не играл.

— Похоже, в GunGale Online, или сокращённо GGO, он был топовым игроком. В октябре он выиграл турнир, где определялся сильнейший. Его персонажа звали ЗеКсид.

— Значит, он умер, когда был в GGO?

— Нет, не там. Его аватар ЗеКсид участвовал в программе на сетевом канале «ММО Стрим».

— A-а… вы имеете в виду «Победителей недели»? Кстати, да, помню, я слышал, что во время передачи один из гостей неожиданно выпал и передачу пришлось прервать на середине…

— Да, скорее всего, это оно. У него случился сердечный приступ во время шоу. По их логам можно определить всё до секунды. А вот теперь неподтверждённая информация… Согласно блогу одного из игроков, в то самое время, когда случился сердечный приступ, в GGO произошло кое-что необычное.

— Необычное?

— «ММО Стрим» ведь присутствует и в самой GGO, верно?

— Ага. В барах и всяких таких местах.

— Вот как раз в баре, где транслировали шоу, это и случилось — в городе КК Глоккен, столице мира GGO. Во время трансляции один из игроков сделал кое-что очень странное.

Я внимательно слушал.

— Он прокричал в сторону телеизображения этого ЗеКсида что-то о воздаянии и смерти, а затем выстрелил в экран из пистолета. Один из игроков, который это видел, случайно записал его голос, а потом выложил запись на видеосайт. В этом файле был также счётчик времени… в общем, выстрел был произведён девятого ноября в 23:30:02 по японскому времени. Сигэмура-кун исчез из шоу в 23:30:15, ровно через тринадцать секунд.

— Просто совпадение, по-моему, — произнёс я и придвинул к себе вторую тарелочку.

Отковырнув ложкой кусочек какой-то коричневой цилиндрической штуковины, я отправил его в рот. Он оказался неожиданно холодным. Я думал, это было пирожное, а оказалось что-то вроде мороженого. Во рту начал растекаться густой и чуть сладковатый вкус шоколада, перебивая горечь от разговора, начатого Кикуокой.

Проглотив где-то треть этого десерта, я продолжил:

— Того, кто становится лучшим игроком в GGO, конечно, ненавидят, завидуя ему гораздо сильнее, чем в любой другой VRMMO-игре. Чтобы подстрелить реального человека, нужна немалая храбрость, но, когда стреляют в изображение на экране, в этом нет ничего необычного.

— Всё верно, если бы не ещё один случай.

— Что?

Моя рука с ложкой замерла, и я уставился на как всегда бесстрастное лицо Кикуоки.

— На этот раз — всего десять дней назад, двадцать восьмого ноября. В одной из квартир двухэтажного дома в районе Омия, город Сайтама, префектура Сайтами, был обнаружен труп. Продавцу газет показалось, что хозяин притворяется отсутствующим, потому что в квартире горел свет, а ему никто не отвечал. Возмутившись этим, он нажал дверную ручку, а дверь оказалась незапертой. Заглянув внутрь, он обнаружил лежащего на футоне мужчину с амусферой на голове и с похожим запахом вокруг…

— Кхем! — Наш разговор снова прервало нарочитое покашливание. Мы повернулись к тем же двум дамочкам — они опять сверлили нас демоническими взглядами. Но Кикуока продемонстрировал поразительную храбрость. Он лишь спокойно кивнул им и продолжил:

— В общем, детали экспертизы я пропущу. Причина смерти, как и в прошлый раз, — сердечный приступ. Его имя… тоже опущу, ладно? Мужчина, тридцать один год. Тоже был очень сильным игроком в GGO. Его персонажа звали… Усудзио Тарако? Тут правильно написано?

— В SAO когда-то был парень по имени Хоккай Икура. Может, они родственники?..[14] А этот Тарако что, тоже участвовал в телепередаче?

— Нет, на этот раз всё случилось в игре. Судя по логу его амусферы, отсоединение произошло примерно за три дня до обнаружения тела, двадцать пятого ноября в 22:00:04. Ориентировочное время смерти — тогда же. В это время он был в Глоккене на собрании своего отряда. Он что-то вещал со сцены, и тут в него выстрелил какой-то посторонний игрок, пролезший на это собрание. Дело было в городе, поэтому урона он вроде бы не получил, однако рассердился и попытался подойти к стрелявшему, но внезапно выпал из игры. Эту информацию мы нашли на интернет-форуме, так что её достоверность тоже под сомнением, однако…

— Стрелок — тот же игрок, что и в случае с ЗеКсидом?

— Это вполне возможно. Во всяком случае, он тоже говорил что-то про силу и воздаяние, а потом точно так же представился.

— И как же?..

Кикуока сверился с планшетом и нахмурился.

— Дес Ган.

— Дес… Ган…

«То есть “Смертельный ствол”?»

Я положил ложечку на опустевшее блюдце и несколько раз пробормотал эти два слова. Игровое имя, даже если оно шуточное, всё равно вносит вклад в образ персонажа. «Смертельный ствол»… имя, отдающее чёрным холодом металла.

— Вы точно уверены, что и ЗеКсид, и Усудзио Тарако умерли от инфаркта?

— Да, а что?

— И… никаких повреждений мозга?

Кикуока понял, к чему я клоню, и ухмыльнулся:

— Я тоже об этом думал. Пытал на этот счёт экспертов, которые проводили вскрытие, но они не нашли там никаких патологий — ни кровоизлияний, ни тромбов. Кроме того, когда нейрошлем… Хм, а тебе нормально эту тему обсуждать?

— Нормально.

— Так вот, когда нейрошлем убивает человека, его излучатели испускают микроволны такой высокой интенсивности, что даже сами сгорают, при этом уничтожается определённый участок мозга. Но амусфера принципиально не способна выдавать столь мощное электромагнитное излучение. Разработчики подтвердили, что это устройство при передаче информации пяти чувств — зрения, слуха и прочих — может использовать только низкоинтенсивные сигналы.

— Значит, вы уже и с разработчиками говорили?.. Вы хорошо подготовились, да, Кикуока-сан? Если учесть, что ваш материал — это всего лишь совпадения и слухи.

Я уставился в узкие глаза Кикуоки по ту сторону его очков. Его лицо на секунду утратило всякое выражение, потом на нём появилась улыбка:

— Та должность, на которую меня поставили, даёт мне достаточно много свободного времени.

— Тогда почему бы вам не помочь с прохождением нового Айнкрада? Генерал Юджин хвалил вас как хорошего мага.

По правде сказать, я никогда не считал этого человека карикатурой на министерского чиновника, хоть это и напрашивалось из-за его внешности и манеры поведения.

Он создал персонажа в ALO не потому, что интересовался игрой, а, скорее всего, для удобства сбора информации о VR-мирах. Хотя в визитке, которую я от него получил, значилось, что он сотрудник Министерства внутренних дел, я чувствовал, что тут что-то подозрительное.

Мне не раз уже приходило в голову, что на самом деле он работает в каком-то департаменте, связанном с национальной безопасностью. Но, даже если так, именно благодаря усилиям этого человека (сейчас — чиновника Виртуального отдела, а тогда — сотрудника Отдела по противодействию чрезвычайному происшествию с SAO) удалось оперативно распределить всех игроков по больницам. Вот по этому, а также из-за долга, связанного с Асуной, моё отношение к нему состояло по большей части из признательности, хотя и с некоторой долей настороженности.

Не знаю, догадывался Кикуока о моих мыслях или нет. Так или иначе, он почесал в затылке и смущённо улыбнулся.

— Ну нет, я могу запоминать заклинания, а вот зачитывать их у меня получается плохо. Со скороговорками у меня всегда были проблемы. В общем, вернёмся к нашему разговору. Я думаю, что с вероятностью девяносто процентов это либо совпадение, либо какое-то жульничество. Поэтому дальше рассуждаем гипотетически. Кирито-кун, как ты думаешь, такое возможно? Возможно ли выстрелом в игре остановить сердце игрока в реальном мире?

Вопрос Кикуоки породил у меня в голове некую картину, которая заставила меня нахмуриться.

Одетый во всё чёрное… безликий стрелок направляет оружие в пустоту и стреляет. Чёрная призрачная пуля вылетает из ствола, пронзает стену виртуального пространства и вторгается в сеть, где проносятся пакеты информации. От роутера к роутеру, от сервера к серверу, многократно поворачивая под прямым углом, пуля летит вперёд. Наконец она материализуется из настенной сетевой розетки в комнате какого-то дома и устремляется к сердцу неподвижно лежащего мужчины…

Легонько помотав головой, чтобы вытряхнуть из неё эту дурацкую картину, я поднял палец.

— По-моему, это невозможно, но… Хорошо, допустим на минуту, что стрелок по имени Дес Ган послал в амусферы ЗеКсида и Усудзио Тарако некий сигнал…

— Хорошо, давай начнём отсюда. Такое вообще возможно?

— Хм… Будем исходить из того, что посылается не некая таинственная убивающая сила, а обычные сигналы к органам чувств… Вы помните историю с вирусом для Имаджинатора, которая недавно наделала много шума?

— А, тот случай с почтой, да?

«Имаджинатор»[15] — это почтовая программа для амусферы, разработанная каким-то частным лицом. Она генерирует виртуальное пространство, куда можно нырнуть, а затем произнести перед камерой сообщение, которое потом сжимается в почтовый файл. Когда получатель проигрывает этот файл, перед ним возникает виртуальное тело отправителя и произносит текст сообщения.

Позднее были добавлены новые возможности — прикреплять видео и аудиофайлы, даже передавать тактильные ощущения, — из-за чего программа приобрела огромную популярность.

Однако вскоре в ней нашли уязвимость, а кто-то создал вирус, заражающий письма, что привело к большому скандалу.

Когда человек, находящийся в виртуальном пространстве, получал заражённое письмо, автоматически запускался его предпросмотр и перед глазами игрока в цвете и звуке начинало проигрываться что-нибудь шокирующее, — как правило, либо порнографическое, либо тошнотворное. Затем, конечно, появился патч и проблема решилась, но…

— Сейчас Имаджин стоит у большинства пользователей амусферы. Если в нём есть ещё какие-нибудь неизвестные дыры в безопасности и если известен адрес электронной почты или IP-адрес жертвы…

— Дальше понятно: заранее выставить таймер и послать сигнал одновременно с выстрелом — нечто подобное вполне возможно.

Кикуока сцепил свои костлявые пальцы и, положив на них подбородок, кивнул:

— Хорошо, здесь всё ясно. Однако смертельную пулю таким способом не пошлёшь. Это всего лишь обычная стимуляция органов чувств.

— Иными словами, какое-то ощущение, от которого остановится сердце… Чувство касания… или вкуса, или запаха… изображение или звук… да? Ну что ж, давайте переберём все варианты по очереди. Сперва осязание, ощущение прикосновения.

Я прервался и провёл правым указательным пальцем по левой ладони. Вспомнил удивление от того, что предполагаемое шоколадное пирожное внезапно оказалось мороженым.

— Что будет, если послать на всё тело запредельное чувство холода? Как если прыгнуть в ванну с ледяной водой. Это может привести к остановке сердца?

— Э-э… Если прыгнуть в ледяную воду, это может привести к остановке сердца, да, но это из-за того, что шок от разницы температур вызывает сужение кровеносных сосудов по всему телу и сердце оказывается перегружено… Здесь, кажется, не тот случай.

— Понятно, похоже, тогда этот путь закрыт. Даже если мозг чувствует холод, на капилляры рук и ног это не повлияет…

— Ну хорошо, а что, если так? — произнёс Кикуока, на этот раз потирая руки. По-моему, он немного повеселел, или мне показалось? — Маленькие насекомые… Не жуки, а что-нибудь извивающееся. Ощущение, будто тебя бросили в яму, кишащую гусеницами или многоножками. Разумеется, вместе с видео. Ух, от одной мысли мурашки по коже.

Поневоле я тоже представил себе эту картину.

Я спокойно гуляю по лугу, как вдруг земля проваливается прямо у меня под ногами и я падаю в глубокую яму. Тонкие длинные твари ползают вокруг… они повсюду, они через воротник и рукава забираются под одежду…

— М-да, меня тоже дрожь пробила.

Я потёр плечи руками и покачал головой.

— Но такие розыгрыши даже тот «Имаджин-вирус» мог делать. Когда внезапно на голову сваливается гигантская гусеница или здоровенная медуза. А инфаркта ни у кого не случилось… вроде бы. Видите ли, когда входишь в VRMMO-игру, ты изначально готов к неожиданностям — на подсознательном уровне. Бывает, босс выскакивает прямо рядом с тобой. И если каждый раз из-за такого у тебя будет инфаркт, то как вообще в игры играть?

— Тоже верно, — Кикуока пожал плечами, взял в руки чашку и немного покрутил.

— Хорошо, теперь рассмотрим чувства вкуса и обоняния. Как это может работать? Если кто-то внезапно ощутил какой-то сверхнеприятный вкус или запах… что-нибудь вроде кивиака, тогда его может вырвать. Рвотный рефлекс достигнет и реального тела…

— Но тогда он не от сердечного приступа умрёт, а захлебнётся собственной рвотой, разве нет? И кстати, что такое кивиак?

В следующее мгновение, заметив восторженный блеск в глазах Кикуоки, я пожалел, что спросил. Этот тип обожает говорить обо всяких гадостях. Уж не из-за этого ли у него до сих пор нет девушки, несмотря на хорошее положение в обществе?

— О, ты разве не знаешь? Кивиак — это эскимосская еда. В начале лета они ловят мелких перелётных птиц, которые называются «люрики», и фаршируют ими тюленя, из которого удаляют мясо. Затем это всё на несколько месяцев отправляют в тёмный холодный уголок, пока тюлений жир как следует не пропитает птичек и они не подвергнутся ферментации — иными словами, пока не протухнут. Тогда они вытаскивают оттуда птичек и едят их внутренности, полужидкие и похожие на шоколад. Запах, говорят, даже хуже, чем у сюрстрёмминга[16], но если привыкнешь, то уже не остановишься…

«Звяк!»

Оглянувшись на звук, я увидел, как две дамы по соседству, прикрывая рты руками, торопливо покидают зал. Я глубоко вздохнул и перебил Кикуоку:

— Если случится побывать в Гренландии, обязательно попробую. И можете не объяснять, что это за сюр-как-его-там.

— Что ж, ладно.

— И не делайте расстроенное лицо. В любом случае, от поедания всяких гадостей инфарктов не бывает. Поехали дальше… Видео.

Насыщенный аромат кофе развеял дурно пахнущие слова Кикуоки, и я продолжил:

— Здесь то же, что и в примере с насекомыми. Даже специально подобранное видео вряд ли сможет остановить сердце, какую бы страшную или мерзкую ерунду там ни крутили. Может, и получится, если нацеливаться на сильную моральную травму, которая уже была, но проверить это вряд ли удастся.

— Хм… специально подобранное, говоришь?

— Угу. К примеру — это было ещё до моего рождения, так что я не знаю деталей — по всей стране сколько-то там детей, которые смотрели аниме по телевизору, вдруг разом свалились с приступами[17].

— А, это. Я тогда ходил в детский сад и видел всё собственными глазами, — рот Кикуоки искривился от ностальгической улыбки. — По-моему, там мигал красный и синий свет, это и вызвало припадки.

— Скорее всего. Таким же образом можно показать видео с яркими вспышками. Обычный человек рефлекторно зажмурится, но, если сигнал посылается прямо в мозг, зажмуриться невозможно. Не исключено, что будет какая-то форма шока.

— Да, это верно.

Кикуока кивнул, но тут же покачал головой и сказал:

— Однако этот вопрос обсуждался, когда разрабатывалась амусфера. В результате там сейчас стоит предохранитель, точнее, ограничитель. Видеосигналы, у которых яркость выше определённого значения, амусфера просто не создаёт.

— Так, послушайте-ка.

На этот раз взгляд, которым я одарил Кикуоку, состоял на сто процентов из подозрительности.

— По-моему, вы уже рассмотрели все эти возможности, верно? Если господа элитные сотрудники министерства уже ломали головы, зачем вам ещё и я? Чего вы хотите на самом деле?

— Нет-нет, ты меня неправильно понял. Твой стиль мышления, Кирито-кун, очень стимулирует, мне это здорово помогает. И потом, мне просто нравится с тобой беседовать.

— Зато мне это не нравится. И кстати, что касается звука, там тоже должен стоять ограничитель. Всё, обсуждение закончено. Вывод: из игры остановить сердце реального человека невозможно. Пальба этого Дес Гана и сердечные приступы тех двоих — просто совпадение. До свидания, я иду домой, большое спасибо за угощение.

У меня было предчувствие, что если разговор продолжится, то ни к чему хорошему это не приведёт. Поэтому я поспешно поблагодарил Кикуоку и попытался встать. Но он столь же поспешно произнёс, останавливая меня:

— Погоди, погоди. Мы только теперь переходим к главному вопросу. Можешь заказать ещё пирожное, только послушай меня ещё немного, пожалуйста. В общем, Кирито-кун, я очень рад, что ты пришёл к такому выводу. Я тоже считаю, что эти две смерти вызваны отнюдь не выстрелами в игровом мире. Поэтому я хочу попросить тебя об одной услуге…

«Лучше бы не приходил…» — подумал я и приготовился слушать дальше.

— Не мог бы ты войти в GunGale Online и встретиться с этим Дес Ганом?

И он улыбнулся.

Самым холодным голосом, на какой только был способен, я бросил в лицо дружелюбно улыбающемуся чиновнику:

— Встретиться, да? Сказали бы прямо, Кикуока-сан: «Пойди к этому Дес Гану — и пусть он тебя подстрелит».

— Нет, ну что ты такое говоришь, — нервно захихикал мой собеседник.

— К чёрту такие дела! Если что-нибудь случится, что я тогда буду делать? Лезьте сами ему под пулю, ловите свой инфаркт.

Я снова попытался встать, но Кикуока ухватил меня за рукав.

— Мы же только что вместе пришли к выводу, что это невозможно. И потом, у этого Дес Гана, похоже, весьма строгие критерии для выбора цели.

— Критерии? — переспросил я и невольно уселся обратно.

— Да. Эти двое, которых подстрелил Дес Ган — ЗеКсид и Усудзио Тарако — были знаменитыми, элитными игроками. То есть в слабого игрока он вряд ли будет стрелять… Я так думаю. Мне даже нескольких лет не хватит, чтобы стать достаточно сильным для этого. Но для тебя, которого даже сам Каяба признал сильнейшим…

— Для меня это тоже невозможно! GGO — не такая уж простая игра. В ней полно профи!

— Да, кстати, что означает это «профи»? Ты уже говорил об этом.

Осознавая, что всё же пляшу под дудку Кикуоки, я с неохотой ответил:

— Профессионалы, в буквальном смысле. Люди, которые зарабатывают игрой на жизнь. GGO единственная VRMMO, в которой есть система конвертации внутриигровой валюты в настоящую.

— Вот как?

Похоже, даже Кикуока не знал всех игровых тонкостей, так что на этот раз его недоумение было искренним.

— В общем, если по-простому, то деньги, которые ты зарабатываешь в игре, можно перевести в настоящие деньги. Вообще-то это не иены, это электронная валюта. Но поскольку сейчас на неё можно купить что угодно, то разницы никакой.

— Но как может VRMMO так работать? Должны же сотрудники фирмы получать зарплату, верно?

— Конечно. Никто не говорит, что деньги может делать любой, кто пожелает. Это то же самое, что патинко[18] и скачки. Абонентская плата, если мне не изменяет память, — три тысячи иен в месяц, и для VRMMO это довольно много. А отбивает средний игрок в лучшем случае десятую часть от этого… где-то несколько сотен иен в месяц. Но, пожалуй, можно сказать, что уровень азарта там очень высок… Время от времени кто-то из игроков находит какую-нибудь редкую вещь. Если затем он продаёт её на внутриигровом аукционе и меняет выручку на электронные деньги, то может выйти несколько десятков, а то и сотен тысяч иен. И когда слышишь такую историю, непременно думаешь: «Рано или поздно и мне так повезёт…» Говорят, в игре есть даже огромное казино.

— Хм, понятно…

— Так вот, профи — это тот, кто зарабатывает деньги стабильно. Топовые игроки, по слухам, в месяц имеют двести-триста тысяч иен. Если сравнить это с зарплатами в реальном мире, выйдет не так уж и много… но если не шиковать, то жить вполне можно. Словом, всё сводится к тому, что эти игроки живут за счёт абонентской платы, которую вносит большинство. Это я и имел в виду, говоря, что в GGO сильнейшим завидуют больше, чем в других играх. Похоже на то, как правительственный чиновник лопает дорогущие пирожные на деньги налогоплательщиков.

— Хе-хе-хе… Кирито-кун, как всегда, суров. Это мне в тебе и нравится.

Не реагируя на попытку Кикуоки меня задобрить, я попробовал закрыть тему.

— Именно поэтому в GGO сильнейшие игроки вкладывают гораздо больше времени и энтузиазма, чем в любой другой ММО-игре. Я же в этой игре ничего не понимаю — и что, просто сунусь туда и буду с ними соперничать? И вообще, название как бы намекает, что это игра про стрельбу… а я по части огнестрельного оружия не очень. Простите, но вам придётся подыскать себе кого-нибудь другого.

— Погоди, послушай, у меня же просто нет других вариантов. Потому что ты — практически единственный VRMMO-игрок, с которым я могу связаться в реальности. И ещё… если ты говоришь, что с профессионалами трудно тягаться, почему бы тебе тоже не воспринимать это как работу?

— А?

— Денежная компенсация под видом оплаты сотрудничества в расследовании. Это… думаю, столько же, сколько лучшие игроки в GGO получают за месяц. Вот столько.

Увидев поднятые Кикуокой три пальца… я, честно говоря, вздрогнул. На такие деньги можно купить новейший комп с 24-ядерным процессором, и ещё останется. Однако меня тут же вновь охватило сомнение.

— Вот же вы привязались, Кикуока-сан. Почему вообще столько суматохи вокруг этого дела? Ведь это почти на сто процентов просто слух, страшилка из тех, какие часто ходят по сети. Двое словили инфаркт и теперь больше не появляются в игре, вот байка и начала ходить.

Получив вопрос в лоб, Кикуока поправил своим тонким пальцем очки; он явно старался спрятать от меня взгляд. Вне всяких сомнений, прямо сейчас он прикидывал, какая часть его ответа будет правдой, а какая обманом. Ну что за хитрец!

— По правде говоря, это моё начальство беспокоится… — Едва правительственный чиновник начал говорить, на его лицо вновь вернулась привычная улыбка.

— Сейчас влияние технологии полного погружения на реальность — это тема, которая волнует абсолютно всех. На культуру, на общество её влияние, несомненно, огромно, но и биологические аспекты сейчас активно обсуждаются. Например, как виртуальные миры могут изменить сам образ жизни человека? Если, скажем, будет сделан вывод, что есть хоть какие-то признаки опасности, снова поднимется движение за законодательные ограничения. Вообще-то, во время происшествия с SAO такой законопроект едва не был подан. Но я, точнее Виртуальный отдел, — мы решили, что это течение не должно обратиться вспять. Ради того, чтобы вы, молодёжь нового поколения, могли и дальше получать удовольствие от VRMMO-игр. Вот почему мы хотим знать всё об этом случае ещё до того, как он привлечёт к себе внимание сторонников ограничений. И будет лучше всего, если это окажется просто уткой. Но хотелось бы в этом убедиться. Ну, как тебе это?

— Всё это ваше понимание молодёжи нового поколения и VR-игр, ваши принципы — ладно, будем считать это вашей доброй волей. Но если вас правда так интересует это дело, то как насчёт связаться напрямую с компанией-владельцем? Если вы проанализируете логи, то сможете выяснить, кто подстрелил ЗеКсида и Тарако. Даже если персональная информация, с которой он зарегистрировался, фальшивая, вы получите его IP-адрес и тогда узнаете реальные имя и адрес уже у его провайдера.

— У меня, конечно, длинные руки, но через Тихий океан не дотянутся и они, — на этот раз на лице Кикуоки отразилось раздражение, похоже не напускное. — «Заскер», корпорация, которая разрабатывает и владеет GGO… хотя мы даже не знаем, корпорация ли это… В общем, сервера этой компании находятся в Америке. Внутриигровая служба поддержки работает нормально, но в реальном мире они не то что свой адрес — даже телефон и электронную почту не раскрывают. Господи, с тех пор, как в сеть выложили «Семя», всякие подозрительные VR-мирки плодятся как грибы после дождя.

— Ах вот оно что.

Я ограничился тем, что пожал плечами. Лишь мы с Эгилем знали источник программного пакета для разработки виртуальных миров под названием «Семя». И внезапное появление в преобразованном ALO парящей крепости Айнкрад произошло, с точки зрения общественности, благодаря остаткам информации со старых серверов SAO, которыми владела ныне покойная «Ректо Прогресс».

— Поэтому, если мы хотим узнать правду, у нас нет выбора, кроме как связаться с нужным человеком непосредственно в игре. Разумеется, мы рассмотрим все, даже самые невероятные возможности, и примем все мыслимые меры безопасности. Ты, Кирито-кун, отправишься в игру из специальной комнаты, которую мы подготовим, и если мы обнаружим хоть какие-то отклонения в работе амусферы, то отсоединим тебя сразу же. Я вовсе не прошу, чтобы ты позволил себя подстрелить. Всё, что нам нужно, — это чтобы ты увидел всё своими глазами и сформировал собственное мнение. На это ты ведь согласишься, да?

Незаметно для себя я по уши влип в ситуацию, когда просто не могу ответить нет.

«Ну точно, лучше бы не приходил…»

Я начал сожалеть уже всерьёз, но в то же время во мне пробудился лёгкий интерес.

Способность вмешиваться в дела реального мира из мира виртуального… Если такое возможно, не это ли ключ к изменению мира, к чему стремился Акихико Каяба? Неужели то, что началось зимой три года назад, ещё не закончилось?

Если так, то, возможно, именно на мне лежит обязанность увидеть своими глазами, как всё повернётся.

Я зажмурился, протяжно выдохнул и сказал:

— Ясно. Это мне, конечно, не нравится, но если надо всего лишь зайти в игру, то я зайду. Только я понятия не имею, встречу я этого Дес Гана или нет. Я даже не уверен, что он вообще существует.

— А… насчёт этого… — Кикуока с невинным видом ухмыльнулся. — Разве я не говорил? Во время первого случая со стрельбой один из находившихся там игроков записал аудиофайл. Я его заархивировал и принёс. Это голос господина Дес Гана. Пожалуйста, послушай.

«Чтоб тебе самому сердечный приступ заработать», — на полном серьёзе выругался я про себя, сердито глядя на протягивающего беспроводные наушники Кикуоку.

— Ну спасибо, что постарались.

Дождавшись, пока я надену наушники, Кикуока ткнул пальцем в экран. В моих ушах раздался тихий шум, потом он внезапно прекратился, сменившись напряжённой тишиной, которую вдруг разорвал резкий голос:

— Вот настоящая сила, истинная мощь! Глупцы, запомните это имя и страх, который оно вызывает! Имя моё и моего пистолета — Дес Ган!

Голос звучал с каким-то нечеловеческим, металлическим оттенком.

И всё же за этим выкриком я чётко ощущал живого, реального человека. Владелец голоса не отыгрывал роль. Мне показалось, что он излучал искреннюю жажду убийства.

Поднявшись через выход С10 со станции Отэмати линии Тиёда, она подняла левую руку и посмотрела на часы. До назначенного времени — трёх часов дня — оставалось чуть больше пяти минут. Асуна Юки собралась уже опустить руку, но тут её взгляд задержался на окошечке с датой.

Воскресенье, 7 декабря 2025 года.

Не какая-то особая круглая дата, но в сердце Асуны расцвело особое чувство. Подняв голову, она зашагала по улице Эйтай к воротам Отэ Императорского дворца и одними губами прошептала: «Скоро будет год…»

Слова «…как я вернулась в реальный мир» остались невысказанными.

Из парящей стальной крепости в игре Sword Art Online Асуна угодила в птичью клетку на вершине дерева в игре ALfheim Online — и только в середине января этого года была вызволена и вернулась в реальный мир. Виртуальное прошлое постепенно уходило в глубь воспоминаний, и всё же иногда ей казалось таким странным то, что она вот так просто живёт в реальном мире.

Аккуратно выложенный каменной плиткой широкий тротуар. Качающиеся под холодным ветром кроны придорожных деревьев. Прячущие за воротниками и шарфами лица пешеходы. И посреди этого всего медленно идёт она, Асуна. Всё вокруг — не цифровые 3D-объекты, а самые настоящие камни, растения, живые существа.

Но как мы определяем, что есть настоящее? Если всего лишь «то, что состоит из атомов и молекул», тогда оно ничем не отличается от виртуальных полигонов. Потому что полигоны определяются электронами в ячейках памяти серверов. Разница лишь в типе элементарных частиц.

Может, вопрос в обратимости? Если разрушить существующие в реальном мире объекты — как живые, так и неживые, — то вернуть их в изначальное состояние будет уже невозможно. А в мире виртуальном не составит труда получить уничтоженный объект снова, без единого байта неверной информации.

Нет. Не всегда так. В том мире, в Айнкраде, безвозвратные потери тоже были. Всё, что Асуна трогала, чувствовала, теряла, находила те два года, проведённые в парящей крепости, — всё это было самое что ни на есть настоящее.

Если так…

— Разница между реальным и виртуальным миром… в чём же она?.. — сама того не сознавая, прошептала Асуна, как вдруг…

— Всего лишь в количестве информации.

Ответ на её вопрос пришёл откуда-то сбоку, заставив Асуну слегка подпрыгнуть от неожиданности.

— А-а-а?!

Она поспешно обернулась на голос и увидела удивлённо моргающего парня.

Чуть длинноватая чёлка. Тонкие, но в то же время резкие черты лица. Чёрная однотонная футболка, чёрная кожаная курточка и чёрные же выцветшие джинсы.

Он был настолько похож на аватар, который когда-то использовал, что отсутствие рукояти меча за спиной казалось неестественным. Асуна сделала глубокий вдох, растворив в нём заполнившую грудь сладкую боль, и с улыбкой произнесла:

— Ты меня напугал… Так неожиданно появился. Ты что, кристаллом для телепорта воспользовался?

Тут парень по имени Кадзуто Киригая широко, но несколько натянуто улыбнулся.

— Вовсе не неожиданно. Мы ведь договорились точно на это место и время?

— Э-э…

Асуна вновь огляделась.

Купающийся в мягком свете послеполуденного солнца тротуар, играющие на водной глади рва блики. Прямо перед Кадзуто с Асуной через ров шёл мостик, упирающийся в хорошо охраняемые громадные ворота. Да, это были те самые ворота Отэ, у которых и предложил встретиться Кадзуто. Похоже, погрузившись в свои мысли, она незаметно для себя пришла к месту назначения.

Асуна застенчиво улыбнулась и пожала плечами:

— Похоже, я была на автопилоте. М-м… Кстати, добрый день, Кирито-кун.

— Это опасно, в реальном мире нет функции навигатора. Привет, Асуна.

Едва с ней поздоровавшись, Кадзуто вдруг сощурил свои чёрные глаза и пристально посмотрел на Асуну.

— А? Что… что это ты вдруг? — спросила Асуна, недоумевая, не случилось ли чего, и машинально прикрыла грудь руками. Кадзуто поспешно замотал головой и, запинаясь, ответил:

— Да нет, просто… мне показалось, этот костюм тебе идёт, он чем-то напоминает…

— Что?..

Асуна невольно опустила взгляд на своё одеяние. Ей понадобилась пара секунд, чтобы понять, что Кадзуто имел в виду. Сегодня она впервые с начала зимы надела пальто. Из белого твида. А под ним — кофта цвета слоновой кости и юбка в красный ромбик.

Таким образом, она была одета в цвета несуществующей ныне гильдии «Рыцари крови». Если вспомнить, в Айнкраде она почти всегда носила красно-белую рыцарскую форму. Это, похоже, и имел в виду Кадзуто.

Коснувшись пальцами левого бедра, Асуна снова улыбнулась:

— Да уж. Только рапиры моей нет… Да, Кирито-кун, ты тоже сегодня весь в чёрном.

Теперь настала очередь Кадзуто смущённо улыбнуться:

— Только без двух мечей. По правде, я сейчас стараюсь не одеваться во всё чёрное, но сегодня с утра Сугу постирала все мои вещи. Осталось только это.

— Такое случается, если долго копить грязную одежду.

Она ткнула Кадзуто в плечо, а потом обвила его руку своей и, заглянув ему в глаза снизу вверх, произнесла:

— В общем, сегодня мы оба случайно надели цвета тех дней. Какое совпадение.

Кадзуто слегка прокашлялся и ровным голосом ответил:

— Ну, мы так встречаемся уже год. Когда-нибудь это должно было случиться.

— Эй, ты должен был просто ответить: «Ну надо же, удивительно!»

Асуна чуть надулась, потом потянула Кадзуто за руку в кожаном рукаве:

— Необязательно стоять, пока говорим, идём лучше. А то скоро темнеть начнёт.

— Конечно, — кивнул Кадзуто. Асуна прижалась к нему, и они направились по мосту через ров. Ворота Отэ в древней белой стене были подсвечены уже краснеющим закатным солнцем и бросали на мост чёрную тень. Несмотря на воскресный день, туристов почти не было — не сезон.

Кадзуто с Асуной прошли мимо полицейских в толстых шинелях, вошли в ворота и взяли пластиковые жетоны в маленькой будке.

За серебристой оградой тянулось огромное пространство со множеством деревьев, и трудно было поверить, что именно здесь находится самый центр Токио. Хотя идея погулять в воскресенье принадлежала Асуне, встретиться у ворот Отэ предложил Кадзуто.

В саму императорскую резиденцию туристов, естественно, не пускают, но северо-восточная часть комплекса в пределах рва — Восточный парк — открыта для посещений в определённые дни недели, и этого Асуна раньше не знала. Разумеется, вошла сюда она тоже впервые в жизни. Шагая по красивой широкой дорожке, девушка вновь ощутила какое-то странное чувство. Повернувшись к своему спутнику, она спросила:

— Да, кстати, почему ты выбрал для свидания Императорский дворец? Кирито-кун, ты интересуешься историей?

— Вообще-то не очень. Главная причина… то, что недавно меня пригласили в место неподалёку по одному дурацкому делу…

Будто вспомнив что-то, Кадзуто фыркнул, но тут же на его лицо вернулась привычная мягкая улыбка, и он продолжил:

— Об этом попозже расскажу. Но разве тебе не кажется, что Императорский дворец — довольно интересное место?

— Интересное? Что в нём такого интересного? — и Асуна удивлённо моргнула. Кадзуто обвёл правой рукой окружающие их деревья.

— С юга на север два километра, с запада на восток — полтора. Северный парк и внешние сады — вместе два и три десятых миллиона квадратных метров, это двадцать процентов всей Тиёды. Больше чем Ватикан или Букингемский дворец, хотя и меньше чем Версаль… и не только он сам недоступен: под ним нет ни единого тоннеля, ни одной железной дороги, а над ним запрещены полёты. Короче, это место — громадная закрытая зона, идущая по вертикали через центр Токио.

Асуна мысленно нарисовала план Токио. Наконец, поводив в воздухе пальцами левой руки, она понимающе кивнула:

— Кстати, да. Большинство крупных дорог здесь называются кольцевыми или радиальными. И центр у них всех как раз здесь…

— Вот именно. Токио не квадратный, как Киото, он круглый, с радиально-кольцевой застройкой. А его центр закрыт. Причём не только на физическом уровне, информация тоже изолирована. Как Иггдрасиль в старом ALO… ой, прости. У тебя с ним связаны плохие воспоминания, да?

— Нет, не беспокойся.

Асуна понимала, что Кадзуто тревожится за неё, долгое время находившуюся в плену на том самом Иггдрасиле. Она покачала головой:

— Закрыт на физическом уровне — это я понимаю. Но информация… Что ты имеешь в виду?

Кадзуто вдруг пробежался взглядом по окружающим деревьям, затем короткими движениями руки указал в несколько мест:

— Смотри, вон там есть камеры видеонаблюдения, видишь? Это система безопасности, и сейчас она абсолютно изолирована. Независимая, закрытая сеть без единого выхода наружу.

— A-а… Кстати, эти камеры какой-то странной формы.

Проследив взглядом за рукой Кадзуто, Асуна увидела неприметный столб с чёрным шариком на верхушке. Если не знать, что это камера, её можно было принять скорее за фонарь.

— По слухам, здесь тестируют систему безопасности нового поколения… В общем, это место — центр Токио и одновременно абсолютно изолированный «другой мир»… Ну, может, тут я преувеличиваю.

— Ха-ха, самую малость.

Так, болтая, они миновали громадную каменную стену, и дорожка резко пошла вверх. Какое-то время они поднимались молча, и вдруг пространство перед ними словно распахнулось.

Газон был настолько огромным, что его противоположный край терялся в тумане. Поскольку была зима, трава пожухла и приобрела буроватый оттенок, а листья на окружающих деревьях почти все опали, но с приходом весны отсюда наверняка будет просто шикарный вид.

— Вот здесь руины главной цитадели замка Эдо. А внутренний дворец, который часто показывают в исторических фильмах, вроде был к северу от этой лужайки.

— Пойдём посмотрим!

Снова взяв Кадзуто за руку, Асуна прибавила ходу. Людей вокруг по-прежнему было мало, в основном иностранные туристы. Они прошли мимо семейства из мужа, жены и двух симпатичных белокурых дочек, и те попросили снять их на фоне замка. Когда Кадзуто с удовольствием сделал это, женщина улыбнулась и предложила:        «Давайте я вас двоих тоже сниму!» Асуна застенчиво встала рядом с Кадзуто, и их сфотографировали.

Получив фото на свои телефоны и помахав сестричкам, Кадзуто и Асуна распрощались с туристами. Глядя, как семья удаляется, омываемая оранжевым закатным светом, Асуна невольно вздохнула.

— Устала?

Асуна глянула на Кадзуто чуть сердито:

— Не угадал! Просто в будущем мы тоже… это, ну… вот ведь!

Брякнув не подумавши эти слова, она залилась краской и чуть ли не бегом двинулась вперёд.

— Эй, эй, погоди!

После короткой игры в догонялки они добрались до дорожки, разделяющей лужайку на северную и южную части. Возле развилки стояла скамья, на которую Асуна быстро села с недовольным видом. Она по-прежнему не глядела на Кадзуто. А тот, сев рядом, робко произнёс:

— М-м, ну, в общем… Если бы у Юи была младшая сестрёнка, наверняка она была бы очень рада, вот.

Подача Кадзуто вышла настолько прямой, что Асуна, хоть и почувствовала, как кровь вновь прилила к её щекам, всё же хихикнула:

— Д-да уж…

— Ну вот, теперь сама смеёшься…

— Ха-ха-ха, прости, прости. Но правда, как было бы здорово, если бы Юи-тян тоже смогла прийти на эту сторону и жить с нами…

Юи — так звали девочку, с которой они познакомились в старом SAO. На самом деле это была автономная программа для контроля эмоционального состояния игроков. Иными словами, искусственный интеллект. Однако она искренне считала Асуну своей мамой, а Кадзуто — папой. Ей повезло избежать стирания при разрушении Айнкрада, потому что незадолго до того её основной код был сохранён в памяти нейрошлема Кадзуто. Сейчас она «жила» у Кадзуто, в компьютере, подготовленном им специально для неё.

Однако встретиться с Юи можно было только при полном погружении, то есть исключительно внутри ALO. Конечно, в реальном мире была возможность общаться с ней через мобильный телефон, но ёмкости аккумулятора хватало ненадолго, так что они никак не могли «всегда быть вместе». Поэтому, хотя Асуна любила Юи как дочь, а Юи обожала Асуну как маму, между ними всегда была стена. Стена, разделяющая реальный и виртуальный миры…

Внезапно Кадзуто мягко сжал руку Асуны:

— Не переживай, когда-нибудь мы сможем жить вместе. Технологии полного погружения развиваются, и совсем скоро AR[19] будет использоваться гораздо сильнее, чем сейчас.

— Ну да… верно.

— Ага. Граница между реальным и виртуальным будет стираться всё больше и больше. Пока ещё не решена проблема разницы в объёмах информации, но…

Асуна согласно кивнула и крепче сжала руку Кадзуто, потом вдруг подняла голову и сказала:

— Ах да, Кирито-кун, ты это уже говорил. Разница между реальным и виртуальным миром — только количество информации. Что ты имел в виду?

— Ну… — Кадзуто на мгновение устремил взгляд в пространство, потом опустил на их с Асуной руки, сцепленные на скамье. — К примеру, когда мы в ALO вот так держимся за руки, это ведь отличается от реального мира, правда?

Когда Кадзуто это сказал, Асуна сосредоточилась на ощущениях в левой руке. Упругость соприкасающихся ладоней. Тепло, отгоняющее холодный зимний воздух. Всё это могла ощущать и фея, её аватар в ALO. Однако лёгкое прилипание кожи к коже, трение линий на ладонях, еле заметная пульсация от тока крови — такого даже самая продвинутая технология полного погружения воспроизвести не в силах.

— Да, верно… Настоящая рука может чувствовать гораздо больше… Значит, это и есть «больше информации»?

— Да. Но амусферу продолжат совершенствовать. И что будет, когда ощущения от соприкосновений частичек кожи и пульсации тоже будут воспроизводиться? Ты сможешь только по одному касанию различить настоящую руку и руку аватара?

— Смогу, — мгновенно ответила Асуна.

Кадзуто мигнул, судя по всему, он удивился. Неотрывно глядя ему в лицо, Асуна добавила:

— Но только если это рука Кирито-куна. Если чья-то ещё — наверное, нет.

Температура руки Кадзуто и его пульс тут же слегка подскочили. Асуна довольно улыбнулась и продолжила:

— Сейчас не только осязание… зрение, вкус, звук и запах — все они в реальном мире несут больше информации. Так что… даже если бы амусфера уже имела функцию AR…

— Да. Достаточно взгляда или касания, и ты поймёшь, настоящее это или нет.

Функция AR подразумевает использование амусферы в бодрствующем состоянии, когда реальная картина и звук дополняются цифровой информацией. Если такое станет возможно, эта технология заменит и стационарные компьютеры, и мобильные устройства. Прямо перед глазами у человека будет виртуальный рабочий стол, где он сможет пользоваться интернетом, работать с электронной почтой, смотреть карты, чтобы найти дорогу куда-либо, получать информацию о людях и предметах. Спектр применений этой функции ограничивается лишь воображением.

Сейчас работы в этом направлении ведут многие крупные производители электроники, включая «Ректо», но на пути практического применения всё ещё стоит множество проблем: сбой фокусировки электронных импульсов при движениях тела, недостаточно ёмкие внешние аккумуляторы и так далее.

— Многие считают, что с нынешними наголовниками постоянная AR, к сожалению, нереализуема. Но если когда-нибудь случится технологический прорыв и мы сможем получать огромные объёмы данных по всем пяти чувствам прямо в реальном мире… или сможем нырять в любой момент, когда захотим, без кроватей и розеток… — прошептал Кадзуто.

Асуна кивнула и продолжила его мысль:

— Тогда мы пройдём сквозь эту стену и будем с Юи всегда… Такой день обязательно наступит.

— Да, непременно.

Странно, но их слова сейчас почти совпали с теми, которые они говорили на 22-м уровне Айнкрада после расставания с Юи. Заметив это, Асуна ощутила, как в сердце разливается тепло, и опустила голову на правое плечо сидящего рядом Кадзуто.

То обещание воссоединиться было исполнено через несколько месяцев. Вот почему она была уверена: их слова станут реальностью и на этот раз.

Короткий — зимнее солнцестояние было уже на носу — день подходил к концу, и солнце будто медленно падало за деревья на западе. По окрашенному в цвета заката небу стайками возвращались в свои гнёзда птицы.

Сотни лет назад люди, жившие в замке, на месте которого сейчас эта лужайка, — смотрели ли они точно так же на точно такой же закат? Будет ли кто-то точно так же смотреть на красное небо через сотни лет, в совершенно другом уже мире?..

— А… — тихо вырвалось у Асуны, когда ностальгическая тоска сдавила ей грудь. Девушка повернула голову к Кадзуто и, когда их взгляды встретились, слегка улыбнулась. — Я, кажется, примерно поняла, почему ты привёл меня сюда.

— Правда?..

— Да. Если мир устроен в виде «оси времени» и «плоскости пространства», то центр Токио, то есть нашего с тобой мира, — именно здесь. А ось всех виртуальных миров, которые сейчас размножаются благодаря «Семени»… была та крепость, которой уже нет. И поэтому цвет заката здесь навевает такие воспоминания…

Кадзуто несколько раз моргнул, потом широко улыбнулся:

— Вот как… Да, может быть. Я, честно говоря, так глубоко не задумывался. Но… после твоих слов кое-что я понял.

— Что же ты понял?

— Форму Айнкрада. Вполне возможно, тот слоистый конус символизирует как раз «ось времени» и «плоскость пространства».

Асуна слегка задумалась, потом медленно кивнула:

— Да… может, так оно и есть. Но если так, то тот мир, который создал лидер, был задуман сойтись когда-нибудь в точку и исчезнуть. Если бы кое-кто не взорвал его в процессе.

— П-прости… сублидер.

Оба беззвучно рассмеялись. Через несколько секунд Кадзуто сделал глубокий вдох и, по прежнему не выпуская руки Асуны, поднялся со скамейки:

— Ладно, возвращаемся, здесь закрывают в пять.

— Угу. В следующий раз давай пригласим Лиз и Лифу-тян тоже. Устроить пикник на этой лужайке было бы просто здорово.

— Конечно. Но только весной.

Опираясь на руку Кадзуто, Асуна тоже встала и ещё разок взглянула на простирающееся во все стороны закатное небо.

«Хочу домой», — мелькнула у неё мысль. Однако думала она вовсе не о квартале Миясака в Сэтагае, где жила семья Юки в реальном мире, а о 22-м уровне старого Айнкрада: хоть и совсем недолго, но именно там был их «лесной дом».

Несмотря на то, что тот бревенчатый домик был стёрт вместе со всей парящей крепостью, в сердце Асуны теплилась одна задумка. А пока эта задумка не воплотилась в жизнь, домом для Асуны, Кирито и Юи была съёмная комната в Иггдрасиль-Сити — на вершине Иггдрасиля в Альвхейме.

По пути к северным воротам Хиракава Асуна спросила:

— Слушай, можешь вечером залогиниться? Я хочу рассказать Юи про нашу прогулку.

— Конечно. Часов в десять, скажем, — согласился Кадзуто, улыбнувшись, но тут же его лицо нахмурилось.

— Ой, у тебя какие-то планы?

— Нет, не в этом дело. Сегодня вечером нормально, но… Понимаешь, Асуна, я…

Кадзуто, обычно довольно редко запинающийся в разговоре, несколько секунд не решался ответить прямо, но то, что он наконец произнёс, повергло Асуну в холодный ужас.

— Я скоро… возможно, переведу «Кирито» из ALO в другую игру…

— Э-э… Что-о-о?!

Похоже, испугавшись, потрясённого возгласа Асуны, с ближайших деревьев поднялись в воздух птицы.

Сумерки. Низкие облака желтели под начавшим клониться к закату солнцем.

Из песчано-каменистой пустыни то тут, то там торчали древние руины высотных зданий, отбрасывая постепенно удлиняющиеся тени. Если ожидание затянется ещё на час, возможно, придётся переключиться на снаряжение для ночного боя.

Когда у тебя на голове прибор ночного видения, это снижает напряжение в ситуации «убей или будешь убит», но Синон не любила так сражаться. Укрывшись за бетонным обломком, она с грустью думала, что партия, которую они поджидали, может и не появиться раньше, чем солнце окончательно уйдёт за горизонт. Пять партнёров Синон, сидящие в этой унылой засаде вместе с ней, несомненно, считали точно так же.

Один из них, боец авангарда с мелкокалиберным пистолетом-пулемётом на поясе, тихо произнёс, озвучив общую мысль:

— Проклятие, ну сколько ещё нам тут ждать… Эй, Дайн, они вообще придут? Может, деза?[20]

Человек, к которому он обратился, — здоровяк с грубыми чертами лица по имени Дайн — был лидером их отряда. Бряцнув громадным автоматом, висевшим на плече, он покачал головой:

— Эти парни последние три недели ходят на охоту по одному и тому же маршруту, в одно и то же время. Это я перепроверял лично. Да, сегодня они малость задерживаются: может, просто застряли из-за того, что монстров много оказалось. Тогда наша добыча будет только больше, так что завязывай ныть.

— Но… мы сегодня охотимся на ту же компашку, что и на той неделе, да? Они могли сменить маршрут из предосторожности… — ещё более недовольно возразил боец авангарда.

— С той засады прошло уже шесть дней. Всё это время они ходят охотиться в одно и то же место. Они специализируются на отстреле монстров… — тут по лицу Дайна расплылась насмешливая улыбка. — Сколько бы на них ни нападали, даже если они теряют добычу, то каждый раз просто решают, что им надо больше охотиться и тем самым больше зарабатывать. Для нас они идеальная добыча, мы вполне можем их сделать ещё два-три раза.

— Что-то не верится. Обычно, если на человека напасть, то в другой раз он примет меры.

— Конечно, на следующий день они, может, и были настороже, но со временем наверняка расслабились. У монстров алгоритмы всегда одни и те же. А эти типы столько времени охотятся только на монстров, что сами стали уже почти такими же. Просто кучка людей без капли гордости.

Чем дольше Синон его слушала, тем неприятнее ей становилось. Она спрятала лицо поглубже в шарф. Всплески эмоций притупляли движения пальца, нажимающего на спусковой крючок. Она это знала, но от высокомерных речей Дайна в ней поневоле поднималось раздражение.

Он насмехался над партией, заточенной под охоту на монстров, и гордился тем, что принадлежит к плееркиллерам. Тот факт, что его отряд раз за разом подкарауливал одних и тех же людей, очевидно, его гордость не ранил.

Чем тратить бог знает сколько времени здесь, в нейтральной зоне, лучше бы они пошли в какой-нибудь подземный данж и сразились там с каким-нибудь высокоуровневым отрядом — это и трофеев дало бы намного больше. Конечно, шанс быть разбитыми наголову, потерять часть снаряжения и отправиться обратно в город путём «Возвращения мертвеца» тоже был бы выше. Но в этом и заключается суть сражения. Только в таком напряжении и выковывается боевой дух.

Синон пригласили в отряд Дайна две недели назад, и она почти сразу же пожалела, что согласилась. Они хвастались, что охотятся на людей, но всегда выбирали себе слабых противников. При хотя бы минимальном намёке на риск они отступали: собственная безопасность для отряда была превыше всего.

Тем не менее до сих пор Синон следовала политике отряда без единого возражения, спокойно нажимая на спусковой крючок и выполняя приказы Дайна. Однако двигала ею отнюдь не лояльность. Синон изучала его стиль мышления, пыталась запомнить его движения — на тот случай, если они с Дайном когда-нибудь станут противниками на поле боя и понадобится всадить пулю ему между глаз.

Характер Дайна ей совершенно не нравился, но в предыдущей «Золотой пуле» он занял восемнадцатое место. У него были весьма приличные характеристики и редкий автомат SIG SG 550 калибра 5,56 мм — в общем, он был весьма силён. Вот почему Синон сейчас держала рот на замке и с горящими глазами впитывала информацию, которую беспечно выдавал Дайн.

Командир тем временем продолжал свою речь:

— Главное — то, что они вооружены лучевыми пушками для охоты на монстров и наверняка не смогут обеспечить всех огнестрельным оружием. Максимум у кого-то одного будет вспомогательный ствол. Чтобы с ним разобраться, я попросил Синон взять с собой снайперку. План без слабых мест. Да, Синон?

Оказавшись внезапно вовлечённой в разговор, Синон чуть кивнула, по-прежнему кутая лицо в шарф. Рта она не раскрывала, ясно давая понять, что не желает участвовать в беседе.

Дайн недовольно хмыкнул, а его оппонент с улыбкой повернулся к Синон:

— Это верно. Синон на дальней дистанции одна из лучших. Да, кстати, Сино-тти…

По-прежнему расслабленно улыбаясь и не покидая тени бетонной стенки, он на четвереньках подобрался к Синон:

— Ты потом свободна будешь? Я хотел спросить у тебя совета, как улучшить снайперские навыки. Как насчёт выпить со мной чайку?

Синон покосилась на оружие, висящее у него на поясе. Главным стволом этого парня был пистолет-пулемёт Н&К UMP. Похоже, персонаж AGI-типа. Его способность к уклонению в ближнем бою была выше среднего, но уровень и снаряжение не дотягивали до того, чтобы этого типа стоило учитывать как потенциально достойного противника. Синон даже пришлось напрячь память, чтобы вспомнить его имя. Она чуть опустила голову.

— Прости, Гинро. Сегодня у меня срочные дела в реале…

Её голос был совершенно не похож на тот, что в реальном мире. Высокий, чистый и очень притягательный, но сама она его терпеть не могла, потому-то и не любила говорить.

Парню по имени Гинро явно было наплевать, что его только что отшили: блаженствующая улыбка не сошла с его лица. Похоже, некоторые игроки мужского пола почитали за счастье даже просто слушать голос Синон. От этой мысли ей стало не по себе.

Когда она впервые запустила VRMMORPG GunGale Online, то хотела создать себе персонажа мужского пола — брутального и начисто лишённого индивидуальности. Сразу же выяснилось, что пол персонажа, отличный от пола игрока, выбрать нельзя. Тогда она пожелала себе сгенерироваться как можно более высокой и мускулистой — этакой амазонкой.

Однако генератор случайных чисел выдал ей маленькую, хрупкую и женственную фигуру, почти кукольную. Она тут же решила удалить этот аккаунт и создать новый. Однако друг, который и пригласил её в эту игру, сказал: «Что за расточительство!» Он сильно настаивал, а Синон между делом успела набрать немало уровней; в общем, начинать заново стало поздно.

Из-за её внешности как раз и случались время от времени неуклюжие приглашения вроде этого. Синон, игравшую исключительно ради сражений, это вгоняло в уныние.

— Понятно. Синон, ты в реале учишься? В универе, да? Тебе нужно какой-нибудь реферат писать?

— Ага, типа того…

Вдобавок ко всему она как-то нечаянно обронила слово «учёба», и с тех пор он, как ей показалось, стал приглашать её чаще. На самом деле Синон училась в старшей школе, но уж этого она не выдаст ни за что.

Ещё двое бойцов авангарда, до того возившиеся со своими меню, подобрались поближе, словно собираясь приструнить Гинро. Один из них, с зелёной чёлкой, свисающей поверх дымчатых очков, сказал:

— Гинро, неужели ты не видишь, что надоедаешь Синон? Не нужно с ней говорить про реал.

— Да, да. Я, конечно, понимаю: ты что там, что тут жутко одинокий, — ухмыльнулся второй парень, в камуфляжном шлеме набекрень.

Гинро приставил им кулаки ко лбам и ответил:

— Кто бы говорил! У вас самих уже небось чёрт знает сколько лет девушки не было.

Все трое расхохотались, а Синон съёжилась ещё больше. Ей было непонятно такое поведение. Когда ожидаешь начала боя с другими игроками, стоит потратить время на проверку снаряжения или ещё на что-нибудь полезное.

Если ты здесь только для того, чтобы заработать деньги и перевести потом в электронную валюту, разумнее присоединиться к отряду, охотящемуся строго на монстров. Если хочешь знакомиться с девушками, то даже среди игр, где пол персонажа совпадает с полом игрока, вовсе не обязательно выбирать этот неприятный и кровожадный мир: выбери себе какой-нибудь фэнтезийный, где женщин больше. Зачем вообще эти люди сюда явились?

Снова спрятав голову в шарф, Синон кончиками пальцев левой руки погладила ствол чудовищной винтовки, стоящей рядом с ней на сошках[21].

Когда-нибудь я из этой пушки разнесу ваши аватары вдребезги. Интересно, после этого вы сможете так же улыбаться, разговаривая со мной?

Она мысленно прошептала эти слова и постепенно успокоилась, словно всё её раздражение впитал в себя холодный оружейный ствол.

— Идут, — шёпотом произнёс двадцать минут спустя последний сопартиец, всё это время наблюдавший за пустыней в бинокль через дыру в полуразвалившейся бетонной стене.

Трое бойцов авангарда и Дайн тут же прекратили трёп. В воздухе повисло напряжение.

Синон кинула взгляд на небо. Жёлтые облака чуть покраснели, но уровень освещённости оставался приемлемым.

— Наконец-то они явились, — пробормотал Дайн и, пригнувшись, подошёл к дозорному. Забрал у него бинокль и выглянул в дыру, чтобы оценить силу противника.

— Вот они, наши молодчики. Семеро… на одного больше, чем неделю назад. Четверо бойцов авангарда с лучевыми бластерами. Один — с тяжёлой лазерной винтовкой. И… опа, один с «Миними». На прошлой неделе у него была оптика; похоже, он поспешил сменить её на огнестрел. Этого мы снимем из снайперки. Последний… в плаще, его оружия я не вижу…

Услышав это, Синон заняла позу для стрельбы и прильнула к мощному оптическому прицелу своей винтовки.

Шесть игроков отряда, к которому принадлежала Синон, прятались на небольшой возвышенности в руинах, оставленных предыдущей цивилизацией. Разбитые бетонные стены и стальные балки обеспечивали вполне приличную защиту, к тому же это место идеально подходило для наблюдения за окружающей пустыней.

Синон вновь кинула взгляд на небо, чтобы проверить, где виртуальное солнце и не отразится ли его свет от линзы. Убедившись, что с этим всё в порядке, она откинула переднюю и заднюю крышки прицела. Приникнув к окуляру, на минимальном увеличении она разглядела посреди дикой равнины несколько движущихся мелких точек. Подкрутила пальцами увеличение. Несколько тихих щелчков — и точки размером с зёрнышко увеличились, превратившись в семерых человек.

Как и говорил Дайн, четверо были вооружены лучевым оружием, причём двое из них непрерывно осматривали местность через бинокли. Однако обнаружить укрывающийся отряд Дайна они не смогут, если только их навык поиска не прокачан до максимума.

В середине группы шли двое с большими пушками на плечах. Один нёс полуавтоматическую лазерную винтовку, у второго было огнестрельное оружие — ручной пулемёт FN Minimi. В реальном мире этот пулемёт — отличное оружие поддержки — применяют в том числе японские силы самообороны. Больше половины урона от лучевого оружия поглощается защитными экранами, а вот «Миними» представлял собой куда более серьёзную угрозу.

Оружие в GunGale Online делится на две большие категории: огнестрельное и лучевое.

Преимущество настоящих пуль в том, что каждое попадание вызывает серьёзный урон и защитные экраны им не помеха. Зато есть и недостатки: приходится таскать с собой тяжёлые и неудобные магазины, а траектория полёта пули сильно зависит от ветра и влажности.

Лучевое оружие, напротив, лёгкое и может поражать цели с высокой точностью даже на больших расстояниях. Энергетическая ячейка магазина тоже маленькая.

Но если противник экипирован защитным экраном, то луч рассеивается, и это, конечно, значительный недостаток. Из всего этого выросла общепринятая практика: лучевые пушки использовать против монстров, огнестрельные — против игроков.

Эти две категории заметно различаются и помимо боевых характеристик.

Всё лучевое оружие имеет выдуманные названия и формы, огнестрельное же в точности повторяет то, что существует в реальном мире.

Так что значительная доля игроков в GGO — фанаты пушек вроде Дайна и Гинро — любят держать в руках огнестрельное оружие и переключаются на лучевое, лишь когда приходит время охотиться на монстров.

Оружие Синон — огнестрельное. Но до того, как она пришла в этот мир, Синон не знала об оружии и его производителях вообще ничего. Ради игры ей приходилось запоминать названия стволов, как любых игровых предметов, однако это совершенно не означало, что её стало интересовать настоящее оружие. Она рассматривала бесконечное множество стволов этого мира просто как 3D-объекты, в реальном мире ей даже смотреть на оружие было противно.

Лишь одного она хотела в этом мире убийств: уничтожать и дальше виртуальных противников виртуальными пулями. Пока её сердце не станет твёрдым как камень, а текущая в жилах кровь не замёрзнет.

И ради этого сегодня Синон тоже спустит курок.

Она вытряхнула из головы лишние мысли и чуть довернула винтовку. В конце вражеской группы шёл игрок в камуфляжном плаще, его лицо закрывали огромные очки. Как Дайн и сказал, снаряжения видно не было.

Он был громаден. Похоже, на спине он нёс большой рюкзак: плащ сзади отчётливо топорщился. Торчащие из рукавов ладони были пусты. Оружие, по идее, должно было быть у него на поясе, и это максимум пистолет-пулемёт.

— Лица под капюшоном не видно? — раздался сзади голос Гинро. Он, может, и шутил, но в голосе его проскользнули напряжённые нотки, когда он продолжил: — А вдруг это тот самый? Ну, о котором слухи… Дес Ган.

— Ой, да ладно тебе. Это байки, — со смешком ответил Дайн. — Кроме того, Дес Ган вроде бы мелкий типчик в маскировочном халате, помнишь? Этот слишком здоровый. В нём же метра два. Думаю… это носильщик со сверхпрокачанной STR. Таскает трофеи, патроны и энергоячейки. Крупного оружия у него быть не должно, в бою можем не обращать на него внимания.

Слушая Дайна, Синон в то же время внимательно разглядывала парня с рюкзаком в прицел.

Грубые пулезащитные очки не позволяли рассмотреть его лицо. Виднелся лишь рот. Губы плотно сжаты, абсолютно неподвижны. Его сопартийцы, даже будучи настороже, трепались, сверкая белозубыми улыбками, и только этот здоровяк в арьергарде молчал. Безмолвно шёл, монотонно передвигая ноги.

Интуиция Синон, выработавшаяся за полгода игры в GGO, говорила, что он опаснее, чем тот, с «Миними». Однако же, помимо рюкзака, из-под плаща ничто не выпирало. Возможно, он прятал какой-нибудь редкий ствол — маленький, но очень мощный? Однако подобное оружие бывает только лучевым, а значит, не очень полезно в бою против игроков. Стало быть, ощущение исходящей от него силы — лишь плод её воображения?..

Поколебавшись, Синон тихо произнесла:

— Этот тип в плаще… У меня плохое предчувствие. Я хотела бы первым выстрелом снять его.

Дайн отвёл бинокль от лица и, подняв брови, повернулся к Синон.

— Почему? У него же нет мощного оружия.

— Просто. Он фактор неопределённости, и мне это не нравится.

— Если уж говорить о факторах, то как раз «Миними» — очевидный фактор опасности. Если бластеры подберутся близко, пока мы разбираемся с пулемётчиком, может выйти нехорошо.

Хотя защитные экраны в целом полезны против лучевого оружия, эффект снижается с уменьшением расстояния. В ближнем бою «бластерщики» могут просто задавить огнём «огнестрелыциков» за счёт большего числа зарядов. Синон с неохотой подчинилась и кивнула.

— Принято. Цель номер один — «Миними». Если получится — второй выстрел в того, что в плаще.

Хоть она так и сказала, однако при снайперской стрельбе эффективнее всего первый выстрел — прежде чем враг заметит снайпера. Как только враг поймёт, откуда ведётся огонь, система будет показывать ему «Линию прогноза баллистики», или просто «линию пули», что позволит ему с лёгкостью уклоняться от атак.

— Эй, некогда уже трепаться. Дистанция две пятьсот, — перебил их дозорный, снова глядя в бинокль, который он забрал у Дайна.

Дайн кивнул и повернулся к троим позади него:

— Отлично. Действуем по плану: выдвигаемся к тени от здания впереди и ждём врага там. Синон, оттуда нам их будет не видно, так что сообщи, если ситуация изменится. Я скажу тебе, когда открывать огонь.

— Принято, — коротко ответила Синон и снова прильнула к прицелу. Во вражеском отряде никаких изменений не было. Они продолжали шагать через пустыню в прежнем медленном темпе.

Отсюда до них было два с половиной километра. Примерно на полпути, немного ближе к Синон, находились развалины огромного здания. Пятеро, включая Дайна, укроются в слепой зоне за этим зданием, чтобы потом разом напасть.

— Выходим, — коротко приказал Дайн.

Его сопартийцы, кроме Синон, ответили столь же краткими возгласами. Скрипя ботинками по смеси песка с гравием, отряд спустился по заднему склону. Дождавшись, пока вечерний ветерок поглотит их шаги, Синон извлекла из-под шарфа маленькую гарнитуру и вставила динамик в левое ухо.

Следующие несколько минут Синон как снайперу предстояло сражаться с двумя врагами — напряжением и одиночеством. Её первая пуля окажет огромное влияние на весь ход боя. И положиться она могла лишь на свой палец да на молчаливое ружьё. Левая рука скользнула по стволу стоящей на сошках громадины. Чёрный металл ответил холодным молчанием.

Своей известностью среди довольно редко встречающихся в этом мире снайперов Синон была обязана в первую очередь существованию этого пулевого оружия — PGM Ultima Ratio Hecate II. Полная длина 138 см, масса 13,8 кг (тяжеленная штука), 50-й калибр (огромная пуля диаметра 12,7 мм).

Синон слышала, что в реальном мире «Геката» относится к классу крупнокалиберных снайперских винтовок, то есть применяется против техники и строений. В какой-то конвенции с длинным названием было написано, что из-за колоссальной мощи эту винтовку запрещено применять против людей. Разумеется, в этом мире такого закона не было.

Синон заполучила это оружие три месяца назад, как раз когда более или менее набралась опыта в GGO. По какой-то прихоти она в одиночку сунулась в громадный руинный данж под Глоккеном и, потеряв бдительность, провалилась в яму-ловушку.

Сеттинг[22] GunGale Online был таков: люди-переселенцы на космических кораблях вернулись на Землю, где цивилизация давным-давно погибла в результате разрушительной войны. «Глоккен» и был космическим крейсером (поэтому к названию часто добавляли КК), а под ним располагались руины гигантского города, оставшиеся с войны. В руинах обитало бесчисленное множество боевых роботов и мутантов, которые подстерегали желающих разбогатеть искателей сокровищ. Синон оказалась на нижнем уровне данжа — самом опасном.

Конечно, она особо не рассчитывала, что здесь ей удастся добиться чего-то в одиночку. Первая же встреча с монстром закончится её скорой гибелью, и она, пройдя путём «Возвращения мертвеца», вновь окажется в городе, в точке сохранения. Синон шла по коридору, смирившись с этим как с данностью, когда перед ней открылось огромное круглое пространство, напоминающее стадион; именно там она обнаружила сгорбившееся создание странной формы.

Судя по его размеру и имени, это был босс, но Синон никогда, ни на одном информационном сайте не видела ничего подобного. Когда она это осознала, дух игрока в ней слегка воспрянул. «Раз я всё равно сейчас помру, почему бы не попробовать сразиться с этой тварью?» — с такой мыслью она затаилась в вентиляционной трубе под самой крышей стадиона и изготовила винтовку к стрельбе.

Сражение развивалось совершенно непредсказуемо. Лучи жара, испускаемые боссом, его стальные когти, ядовитый газ и прочие атаки — всё это совсем чуть-чуть не доставало до укрытия Синон. С другой стороны, монстр был на самом пределе дальности оружия Синон, так что наносимый выстрелами урон был очень мал. Прикинув, сколько у неё магазинов, она поняла, что должна без единого промаха поразить то, что выглядело слабым местом босса, — маленький глаз у него на лбу, — иначе уничтожить его будет невозможно.

Добиться этого Синон смогла благодаря ледяному спокойствию и сосредоточенности. Прошло целых три часа, прежде чем босс наконец упал и его туша развалилась на полигоны.

После себя монстр оставил огромных размеров винтовку — таких Синон никогда в жизни не видела. Игра устроена так, что ни игроки, ни NPC не могут создавать оружие высокого уровня. Уличные магазины торгуют только некоторыми видами низкоуровневого оружия, а среднее или выше среднего можно добыть только в руинах. Попавшая в руки Синон винтовка PGM Ultima Ratio Hecate II была из числа редчайших даже среди добываемых.

Сейчас на сервере существовал всего десяток крупнокалиберных снайперских винтовок, включая «Гекату» Синон. Поэтому стоило такое оружие просто огромных денег: на последнем аукционе цена одной из этих винтовок дошла до двадцати мегакредитов, двадцати миллионов кредитов в игровой валюте. Если перевести их в электронные деньги, то по курсу сто к одному получится двести тысяч иен.

Синон училась в старшей школе и в реальном мире жила одна. Денег, которые она получала ежемесячно, едва хватало. Узнав, сколько стоит добытая ею винтовка, она заколебалась. В последнее время ей удавалось переводить в электронку полторы тысячи иен, половину месячной абонентской платы, но всё равно это означало, что игра забирала половину её карманных денег. Если же она станет играть больше, чем играет сейчас, это может сказаться на её оценках в школе. А вот если у неё будет двести тысяч иен, она не только вернёт всё потраченное на игру, но ещё прилично останется.

Однако Синон не продала винтовку. Она ведь играла в GGO не ради заработка, а чтобы убивать врагов — всех, кто сильнее её; только так она сможет побороть свои слабости. Но главное: в этой винтовке, вроде бы всего лишь предмете снаряжения, она впервые почувствовала «душу».

«Геката» из-за своих жутких размеров и веса требовала невероятно большой STR. Будучи снайпером, Синон прокачивала STR активнее, чем AGI, так что с огромным трудом, но всё же смогла пользоваться этой винтовкой.

В первый же раз, когда она взяла её на поле боя, взглянув на врага в прицел, она ощутила в этой тяжёлой холодной конструкции силу и волю. Жестокую, жаждущую нести смерть душу. Эта винтовка была словно воплощением того, какой хотела стать сама Синон, — ни перед кем и ни перед чем не склоняющейся, не колеблющейся, не проливающей ни слезинки.

Некоторое время спустя Синон узнала, что имя «Геката» взято из греческой мифологии: так звали богиню, правившую царством мёртвых. Тогда она решила, что эта винтовка будет её первым и последним напарником.

Сквозь прицел она следила за продвижением вражеского отряда.

Синон подняла голову, чтобы взглянуть на пустыню напрямую. Пятёрка Дайна приближалась к руинам, отделяющим её позицию от врагов. Расстояние между отрядами уменьшилось уже до семисот метров. Синон вернулась к прицелу и стала ждать указаний Дайна. Полминуты спустя в её наушнике вместе с шумом раздался голос:

— Мы на позиции.

— Принято. Курс и скорость противника прежние. От вас до них сейчас четыреста. От меня — тысяча пятьсот.

— Всё ещё далековато. Ты справишься?

На вопрос Дайна Синон ответила лишь кратким «без проблем».

— Хорошо. Открывай огонь.

— Принято.

После обмена репликами Синон смолкла, и её правый указательный палец мягко прикоснулся к большой предохранительной скобе спускового крючка. Через прицел она видела, как её будущая первая жертва, человек с «Миними», идёт и болтает о чём-то.

В бою на прошлой неделе Синон не была в роли снайпера, она поддерживала остальных огнём из автомата. Этого человека она должна была видеть в лицо с относительно близкого расстояния, но сейчас совершенно его не помнила. Однако он, должно быть, приличного уровня, если смог обзавестись таким вспомогательным оружием.

«Тук, тук». Сдерживая участившееся сердцебиение, Синон двигала перекрестие прицела. Расстояние, направление ветра, скорость движения цели — с учётом всего этого Синон прицелилась более чем на метр влево и вверх от игрока. Указательный палец лёг на спусковой крючок. Тут же в поле зрения Синон появился полупрозрачный светло-зелёный круг.

Диаметр его менялся волнами, центр приходился идущему на грудь, нижний край доставал до коленей. Это была видимая одной лишь Синон система поддержки атаки под названием «Круг прогноза попадания пули», или просто «круг пули». Выпущенная пуля попадёт в какое-то случайное место внутри этого круга. При нынешнем размере круга лишь 30% его площади приходились на тело игрока. То есть шанс попасть будет 30%. Следовало ещё учесть, что, сколь бы мощной ни была «Геката», попадание в конечность не убьёт противника, — а значит, шанс обойтись одним выстрелом ещё меньше.

Размер круга пули зависит от расстояния до цели, характеристик оружия, погоды, освещённости, навыков и характеристик стрелка, но главное — от биения его сердца.

Амусфера снимает данные о сердцебиении реального тела игрока и посылает их в игру. В момент удара сердца диаметр круга максимален. Потом он уменьшается, чтобы при следующем ударе вновь вырасти. Поэтому для наивысшей точности огня стрелять нужно в интервале между ударами сердца.

Однако если в спокойном состоянии пульс составляет около шестидесяти ударов в минуту — удар в секунду, — то при нервном напряжении, сопутствующем снайперской стрельбе, он ускоряется вдвое, а то и ещё больше, из-за чего круг начинает сужаться и расширяться очень интенсивно. Стрелять в интервале между ударами сердца становится весьма трудно.

Это и есть главная причина, почему в GGO так мало снайперов. Они просто не попадают в цель. Не могут справиться с напряжением, когда нужно вести снайперский огонь. Конечно, в бою на ближней дистанции круг пули тоже пульсирует из-за сердцебиения, но попадать всё-таки можно. Это тем более верно для пистолетов-пулемётов и автоматов. Но при снайперской стрельбе с километра и дальше круг пули, как правило, в несколько раз превышает размер человека. То, что сейчас видела Синон, — шанс попадания 30%, — уже было чудом.

Вот только…

Синон прошептала мысленно: «Это напряжение, эта тревога, этот страх — разве не ерунда? Полтора километра? Да это всё равно что бумажный комок забросить в мусорную корзину. Да, просто ерунда… По сравнению с тем разом».

В голове начал растекаться холод. Сердцебиение улеглось, как по мановению волшебной палочки.

«Лёд. Я холодная машина из чистого льда».

Круг пули сразу же запульсировал медленнее. И вместе с тем время для Синон как бы замедлилось: она могла с лёгкостью поймать момент, когда круг меньше всего. «Раз… два…» — и на третьем цикле, когда круг пули накрывал только сердце игрока с «Миними», Синон нажала на спусковой крючок. Мир сотряс громоподобный рёв.

Из дульного тормоза «Гекаты» выбросило длинный язык пламени — пуля прорвалась сквозь грохот выстрела и унеслась вперёд. Отдача оттолкнула Синон вместе с винтовкой назад, но девушка, хорошо упёршись ногами в землю, выдержала.

По ту сторону прицела — возможно, заметив вспышку, — человек поднял голову. Его взгляд встретился со взглядом Синон прямо сквозь прицел…

И в этот самый момент верхняя часть его тела — грудь, плечи, голова — превратилась в облако крошечных полигонов и исчезла. Мгновением позже всё остальное тоже разбилось, точно стеклянная статуя. К несчастью для того парня, до ужаса дорогой «Миними», который он держал на плече, упал на песок. Можно не сомневаться: когда этот игрок воскреснет в городе, его ждёт двойной шок — от мгновенной гибели и от потери оружия.

Синон восприняла его смерть без малейших эмоций. Правая рука двигалась на автомате, отводя затвор «Гекаты». С металлическим звуком вылетела громадная гильза и, ударившись о камень рядом с Синон, исчезла.

Заряжая следующий патрон, Синон довернула винтовку чуть вправо, и в прицеле оказалась цель номер два — человек в плаще. Его лицо, скрытое за очками, было повёрнуто в её сторону. Синон прицелилась чуть выше мощной фигуры, палец на спусковом крючке напрягся. Вновь появился зелёный круг пули и тут же стянулся в точку.

С первого выстрела Синон прошло три секунды. Полуавтоматические винтовки могут стрелять непрерывно, но не винтовки со скользящим затвором, к которым относится её Hecate II. И всё равно среднестатистический игрок, увидев, как его сопартиец внезапно испарился, оказывается в ступоре, и ему необходимо около пяти секунд, чтобы снова прийти в нормальное состояние, понять, откуда ведётся стрельба, и приготовиться к уклонению. Если за это время сделать второй выстрел, он тоже может оказаться успешным. Именно так подумала Синон…

Однако человек в плаще, не выказывая никаких признаков замешательства, продолжал смотреть из-за своих огромных очков прямо на неё. Да этот тип ветеран, должно быть, знаменитый игрок.

С этой мыслью Синон повторно нажала на спусковой крючок.

Одновременно с этим в поле зрения игрока-мишени появилась траектория нацеленной в него пули — бледно-красная полупрозрачная «Линия прогноза баллистики», она же «линия пули». Эта система поддержки защиты была введена в игру, чтобы добавить интереса за счёт элемента предугадывания. Игрок с быстрой реакцией, хорошей AGI и железными нервами способен уклониться более чем от половины пуль, выпущенных из автомата с пятидесяти метров.

Главное преимущество снайперов в том, что при их первом выстреле линия пули жертве не показывается. Однако, поскольку позиция Синон после первого выстрела была раскрыта, этого преимущества она уже лишилась.

Снова рёв. Безжалостные пальцы «Гекаты» бросили вперёд пулю — квинтэссенцию самой смерти, — и та унеслась вдаль, пронзая бледно-жёлтый воздух.

Но, как и ожидала Синон, её противник спокойно сделал широкий шаг вправо. И тут же пуля калибра 12,7 мм пролетела в метре от его здоровенного тела. Ударилась в бетонную стену где-то далеко позади и пробила в ней дыру.

Правая рука Синон, двигаясь словно сама по себе, зарядила следующий патрон, но вернувшийся на рукоять палец уже не пытался лечь на спусковой крючок.

Дальше вести снайперский огонь было бессмысленно. Если она захочет непременно застрелить своего противника, ей придётся сперва сменить позицию, скрыться от глаз того игрока и подождать 60 секунд, пока идентификационная информация не сотрётся. Но к тому времени исход боя будет уже решён.

Не отрываясь от прицела, Синон прошептала в микрофон:

— Цель номер один поражена. Цель номер два — промах.

Дайн откликнулся мгновенно:

— Принято. Начинаем атаку. Вперёд, вперёд, вперёд!

На заднем фоне раздался слабый звук отталкивающихся от земли ботинок. Синон, до сих пор лежавшая затаив дыхание, наконец выдохнула.

Её миссия была выполнена. Если Синон пойдёт с «Гекатой» в ближний бой и погибнет, то оружие может выпасть, а поскольку Hecate II — невероятно редкая пушка, это будет просто катастрофа. Дайн говорил, что после своей стрельбы она может просто ждать. Синон всё ещё сожалела, что промахнулась вторым выстрелом, но теперь ей оставалось лишь надеяться, что её плохое предчувствие не сбудется.

Думая об этом, Синон снова шевельнула винтовкой и понизила увеличение прицела, чтобы видеть всех врагов сразу. Четверо, шедшие впереди, поспешно укрылись за ближайшими камнями и бетонными обломками, позади них остались стоять арьергардный боец с лазерной винтовкой и тот здоровяк в плаще…

— А!..

Этот звук вырвался изо рта Синон рефлекторно, когда здоровяк вскинул руки, сбрасывая плащ. В руках у него оружия не было. И на поясе тоже. То, что он тащил на своей широкой спине, — то, что отряд Дайна принял всего лишь за рюкзак, — наконец стало возможно разглядеть.

Между мощными плечами шла изогнутая металлическая направляющая. На ней держался громоздкий и в то же время изящный предмет. Y-образная рама, в ней цилиндрическая основная часть. Сверху — большая ручка для переноски, снизу — шесть параллельных стволов. Длина всей конструкции — больше метра. Зарядная лента шла из основания устройства к здоровенной патронной коробке, висящей на той же направляющей.

Эту громадную и зловещую штуку — слишком громадную и зловещую, чтобы её можно было называть ручным оружием — Синон лишь однажды видела на сайте с информацией по GGO.

Называется она, кажется, GE М134 Minigun. По классификации — тяжёлый станковый пулемёт. Одна из самых больших пушек, какие вообще есть в GunGale Online. Шесть собранных в блок стволов вращаются с высокой скоростью, поочерёдно заряжаясь, стреляя и выбрасывая гильзы. «Миниган» выпускает пули калибра 7,62 мм с безумной скоростью — сто выстрелов в секунду. Настоящий ночной кошмар. Пожалуй, этот пулемёт — даже не оружие… это орудие.

Разумеется, и весит оно впечатляюще. Одно лишь тело пулемёта тянет на восемнадцать килограммов, а с достаточным количеством патронов — больше сорока.

Даже если тот тип — чистый STR, эта пушка просто не может быть в пределах допустимого веса. А перегрузка означает, конечно, снижение скорости передвижения. Вот почему их отряд двигался так медленно. Не потому, что они затянули с охотой, — просто этот игрок не мог идти быстрее.

Всё ещё пребывая в шоке, Синон продолжала смотреть в прицел. Посередине её поля зрения здоровяк потянулся правой рукой себе за спину и ухватил рукоять «Минигана». Громадная туша пулемёта мягко скользнула по направляющей и развернулась на девяносто градусов вправо и вперёд. Пулемётчик расставил ноги, выставил шесть стволов перед собой — и впервые его губы под очками шевельнулись, изогнувшись в хищной ухмылке.

Синон поспешно подкрутила прицел, понизив увеличение до минимума.

Слева бежала группа Гинро, вооружённая пистолетами-пулемётами. Выстрелы из бластеров вражеского авангарда чертили бледно-синие линии, и эти линии исчезали, оставляя нечто, напоминающее круги на воде, в метре от атакующих. Это работали мощные «Экраны защиты от лучевого оружия».

Потом на врага обрушился ливень пуль из пистолетов-пулемётов. Один боец с бластером, высунувшийся из-за камня, весь покрылся багровыми визуальными эффектами попаданий и рухнул. Троица Гинро понеслась вперёд ещё быстрее, к ближайшей от врага бетонной стенке…

И тут здоровяк чуть согнул колени. Стволы «Минигана» начали вращаться со страшной скоростью. Оружие выплюнуло ленту яркого света — всего на 0,3 секунды, не больше. Но этого хватило, чтобы аватар Гинро разлетелся в клочья вместе с куском бетонной стены — и исчез. Так быстро… словно песчаная фигурка, попавшая под струю воды.

Синон закусила губу, потом встала. Подняла «Гекату» с земли, сложила сошки и перекинула лямку через плечо. Винтовка длиной 138 см тяжело вдавилась в тело Синон, в которой не было и 155 сантиметров роста, — но всё же это оружие не выходило за предел допустимого веса. Вторым её стволом был Н&К МР7, ультракомпактный пистолет-пулемёт, каким-то чудом тоже вписывающийся в ограничение — благодаря весьма приличному значению STR Синон, а также тому, что она брала всего семь патронов к «Гекате», один магазин.

Даже невооружённым глазом ей были отлично видны распускающиеся, как цветы, вспышки выстрелов в полутора километрах от неё. Синон на полной скорости молча побежала вперёд.

Похоже, бой разворачивался совершенно не в пользу Дайна и его отряда.

Будь пулемётчик с «Миниганом» один, тогда, держась на средней дистанции и постоянно маневрируя, его можно было бы одолеть. Однако этого Минигана прикрывали стрелки с бластерами, которых нельзя было игнорировать: если приблизиться к ним, защитные экраны потеряют эффективность.

Конечно, Синон тоже была членом отряда, но если она сейчас отступит, то упрекать её никто не будет. В конце концов, она успешно выполнила свою задачу снайпера. Однако Синон мчалась прямо к полю боя. Она совершенно не думала о том, чтобы помочь своим сопартийцам.

Ноги Синон двигала вперёд ухмылка Минигана (если этот тип может так ухмыляться на поле боя, значит, он силён), время, которое ему пришлось потратить на игру, чтобы заполучить этот пулемёт (такой же, если не более редкий, чем Hecate II), настойчивость и терпеливость, чтобы скопить внушительную STR. И то, как хладнокровно он разобрался с выстрелом Синон.

«Если сразиться с таким врагом, если убить его — та, другая, слишком слабая я, вечно хнычущая Сино Асада перестанет существовать».

Ради этого одного она пришла сюда, в этот безумный мир. Если сейчас она сбежит, то всё, чего она добилась до сих пор, — всё пойдёт прахом.

Отталкиваясь от сухой почвы настолько быстро, насколько позволяли её характеристики, разрывая собой пыльный воздух, Синон неслась сломя голову. Она мчалась по песчано-каменистой земле, огибала или перепрыгивала торчащие из земли камни и полуразрушенные стенки — и не больше чем через минуту ворвалась на поле боя.

Чтобы так стремительно пробежать, ей пришлось заставить свою AGI работать на полную. Ни на секунду в голову ей не пришла мысль о том, что надо бы укрываться. Враги, должно быть, уже заметили её приближение.

Место сражения двух отрядов заметно сдвинулось по сравнению с началом боя. Отходил, естественно, отряд Дайна. При мощной огневой поддержке «Минигана» вражеский авангард упорно сокращал дистанцию. Чтобы не попасть в эффективный диапазон лучевых пушек, четверо, включая Дайна, отступали, перебегая от укрытия к укрытию.

Просто сбежать в пустыню было невозможно. Стоит им очутиться на открытом пространстве, как ливень пуль «Минигана» зальёт их и превратит в решето. Хуже того — бетонных стенок, которым Дайн и остальные сейчас доверяли свои спины, дальше почти не было. Оставались лишь руины полуразрушенного здания, где они сидели в засаде изначально. Если они сбегут туда, то окажутся в ловушке.

Мгновенно оценив ситуацию, Синон попыталась запрыгнуть в тень той же стенки, за которой пытались отдышаться Дайн и остальные.

Тут же прямо перед ней возникли три тонких красных линии. Стиснув зубы и сгруппировавшись, Синон приготовилась уклоняться. Это были линии пуль вражеских бластеров. Сперва Синон пригнулась насколько возможно и проскользнула под первой. Тут же, идеально повторив линию пули, пространство прожёг луч бледно-синего света.

Прямо перед её глазами тянулась вторая линия пули. Синон изо всех сил оттолкнулась правой ногой от земли и подпрыгнула. Лазерный луч промелькнул возле самого её живота, и на мгновение в глазах у неё побелело.

Третья линия пули проходила чуть выше траектории прыжка. Синон до упора втянула голову в плечи и всё таки уклонилась от луча, но самых кончиков коротких синих волос он всё же коснулся: раздалось лёгкое потрескивание и частички света разлетелись в стороны.

Исхитрившись кое-как уклониться от лазерного огня, Синон приземлилась. И тут её накрыла ужасающе толстая, сантиметров пятьдесят в диаметре, линия цвета крови. Ошибиться невозможно — это линия пули «Минигана». Через считаные доли секунды сюда ворвётся пулевой шторм.

Синон подхлестнула своё тело, парализованное страхом. Согнув правую ногу, едва успевшую коснуться земли, она вновь подпрыгнула со всей силы. В полёте она выкрутилась всем телом: оно почти лежало на воздухе, как у спортсменов, прыгающих в высоту. Мгновение спустя прямо под ней пронёсся словно ураган энергии. На краю поля зрения мелькнули белые сияющие пули, и ещё один кусочек обветшалой стены здания поодаль разлетелся в пыль.

За миг до того как упасть спиной на песчаную землю, Синон вновь извернулась и приземлилась на четвереньки. Едва коснувшись земли, она опять изо всех сил метнула себя вперёд. Перекатившись несколько раз, она достигла наконец бетонной стены, в тени которой укрывался Дайн со своим отрядом.

Командир отряда оцепенело вытаращился на внезапно появившуюся перед ним Синон. Даже при самой доброжелательной интерпретации его взгляда в нём была не признательность, а лишь сомнение в здравости рассудка человека, добровольно сунувшего голову в смертельную ловушку. Но тут же Дайн отвернулся и перевёл взгляд на автомат, который держал в руках. Затем хрипло прошептал:

— Эти ничтожества наняли телохранителя.

— Телохранителя?

— Ты его не знаешь? Это тот, с «Миниганом». Его зовут Бегемот — тупой качок, живёт на северном континенте. Его нанимают отряды, у которых есть деньги, а драться кишка тонка, вот он и берёт их под защиту.

Это куда более достойный игровой стиль, чем твой, подумала Синон, но, конечно, вслух говорить ничего не стала. Вместо этого она посмотрела на трёх сопартийцев за спиной Дайна — те время от времени высовывались из-за укрытия, чтобы хаотично пострелять в сторону врага. Синон заговорила так тихо, чтобы её голос слышали только свои:

— Если так и будем прятаться, нас быстро вынесут. У «Минигана» скоро станет туго с патронами, и если мы пойдём в атаку все разом, то он может и не решиться палить без остановки. Это наш единственный шанс избавиться от него. Двое с ПП[23], заходите слева, мы с Дайном пойдём справа, М4[24] останется здесь и будет прикрывать…

На этом месте Дайн перебил её своим хриплым голосом:

— Ничего не выйдет, у них остались ещё трое с бластерами. Если мы побежим вперёд, экраны…

— У бластеров скорость стрельбы ниже, чем у огнестрела, от половины мы уклонимся.

— Не выйдет! — упрямо повторил Дайн и покачал головой. — Если мы побежим вперёд, «Миниган» нас всё равно вынесет. Жалко, конечно, но предлагаю бросить это дело. Чем дать им порадоваться победе, лучше просто разлогиниться…

Если игрок выходит из игры в нейтральной зоне, он не исчезает немедленно. Несколько минут его бездушный аватар ещё остаётся на месте, уязвимый для атак. При этом не исключена потеря оружия или брони, хотя вероятность этого мала.

Синон и прежде считала, что командир отряда приказывает отступать слишком уж поспешно, но сейчас она совершенно не ожидала услышать от него подобное предложение, да ещё с такой безысходностью и даже детской обидой в голосе. Поражённая, она уставилась Дайну в лицо — в лицо «воина-ветерана».

Дайн оскалил зубы и проорал:

— Ну что? Да не принимай ты игру так серьёзно! Что так, что этак — конец один! Даже если мы побежим в атаку, просто сдохнем, только и…

— Ну так сдохни! — вырвалось у Синон в ответ. — Хотя бы в игре попробуй умереть стоя лицом к врагу!

Ей-богу, зачем она вообще говорит такие вещи человеку, который всего лишь мишень? А главное, этими словами она порвёт все связи с отрядом, ведь так? Думая об этом уголком сознания, она в то же время ухватила Дайна за воротник камуфляжной куртки и с силой притянула к себе. После чего быстро сказала оставшейся троице, смотревшей на них с Дайном во все глаза:

— Трёх секунд мне хватит. Отвлеките Бегемота, и я прикончу его из «Гекаты».

— П-понятно… — запинаясь, ответил зеленоволосый парень в очках. Остальные двое кивнули.

— Так, разделяемся, левая и правая группы идут одновременно.

Синон подтолкнула Дайна — у того была ну очень кислая мина — и все двинулась к выходу из их временного укрытия. Синон достала с пояса МР7 и пальцами руки начала отсчёт.

«Три… два… один…»

— Пошли!

В ту же секунду она оттолкнулась от земли — и вылетела уже на поле боя, где поджидала мгновенная смерть. Перед ней сразу же появилось несколько линий пуль. Синон пригнулась, скользящим движением уходя от огня, и только тут в её поле зрения показались враги.

Спереди и справа, примерно в двадцати метрах от Синон, за стенкой стояли двое с бластерами. Слева и чуть поодаль был третий. Парень с «Миниганом», Бегемот, стоял по центру ещё в десятке метров сзади. Он целился в сопартийцев Синон, выскочивших слева.

Синон со всех ног мчалась вправо, на бегу она навела свой МР7 в левой руке на «бластерщиков». Чуть прижала спусковой крючок — тут же появился круг пули. Разумеется, сейчас своё сердцебиение она никак не могла сдерживать, поэтому круг отчаянно пульсировал, выходя за пределы тел врагов.

И всё же она открыла огонь, ощутив отдачу, которая ни в какое сравнение не шла с отдачей от «Гекаты». Магазин на двадцать патронов калибра 4,6 мм был опустошён за одну очередь.

Безрассудная контратака привела противника в замешательство. Двое с бластерами попытались укрыться за стеной, однако несколько пуль в них всё равно попали. Конечно, этого было недостаточно, чтобы срезать их хит-пойнты до нуля, но Синон выиграла для себя несколько секунд.

— Дайн! Прикрой меня! — выкрикнула Синон и, падая наземь, обеими руками достала из-за спины свою «Гекату». Расставлять сошки времени не было. Сражаясь с безумным весом, она заглянула в прицел.

Он был по-прежнему выставлен на минимальное увеличение, и Синон видела всю верхнюю половину тела Бегемота. Его лицо повернулось прямо к ней. Синон нажала на спусковой крючок, не дожидаясь, пока круг пули сожмётся.

Рёв и убийственная вспышка разорвали пространство — и пуля пронеслась совсем рядом с головой Бегемота. Тот пошатнулся. Его очки слетели, превратились в пыль и исчезли.

«Промазала!..»

Синон закусила губу и приготовилась встать — но тут сквозь прицел встретилась глазами с Бегемотом. Теперь его лицо было открыто. Серые глаза горели, на губах играла всё та же бесстрашная улыбка, что и прежде. Всё тело Синон залил ярко-алый свет. Уклониться невозможно — это она поняла мгновенно. Из положения лёжа, в котором она стреляла, подняться на ноги и отскочить влево или вправо… на это ей просто не хватило бы времени.

«Стоя лицом к врагу…»

Следуя собственным словам, Синон встала и посмотрела прямо на Бегемота. Внезапно сразу в нескольких местах его громадного тела вспыхнули световые эффекты. Это был Дайн. Стоя на колене, он палил из своего автомата с невероятной меткостью. В такой ситуации, с такого расстояния — и столько попаданий.

Каким бы скверным человеком он ни был, его способности впечатляли. С этой мыслью Синон метнулась вправо так быстро, как только могла. Мгновением позже то место, где она стояла, вспахал ураган из десятков пуль.

— Дайн! Ещё правее…

Синон не успела закончить фразу. Двое с бластерами вновь появились из-за укрытия, и в начавшего вставать Дайна полетел безжалостный поток лазерных лучей. Расстояние было слишком маленьким. Лучи пробились сквозь защитный экран Дайна и один за другим вонзились в его тело. На мгновение Дайн взглянул на Синон. Затем повернул голову обратно, взревел: «А-а-а!» — и бросился вперёд.

На него продолжал сыпаться ливень лазерных лучей. Он уклонялся, проскальзывал, не прекращая бежать. Но, разумеется, увернуться от всех выстрелов было невозможно.

В последние секунды своей жизни Дайн схватил висящую на поясе плазменную гранату, которая была у него вместо талисмана, и швырнул во вражеское укрытие. В следующее мгновение его хит-пойнтам пришёл конец и его аватар, по-прежнему глядевший в сторону противников, исчез в вихре полигонов. Затем мир утонул в ослепительно-белой вспышке взрыва.

Земля содрогнулась, словно от удара молота бога. Повсюду забушевали бледно-синие струи чистой энергии. Поднялась туча песка. Кроме него, в воздух взлетел и один из «бластерщиков». Затем, рухнув на землю, он рассыпался на полигоны и перестал существовать.

«Вот это выдал!» — После такого краткого мысленного возгласа в адрес покинувшего поле боя Дайна Синон прищурилась, чтобы пыль не лезла в глаза, и быстро оглядела происходящее.

Один из двух её сопартийцев, атаковавших по левому флангу, похоже, был убит из «Минигана», противника с бластером там тоже не было видно. Благодаря самоубийственной атаке Дайна на правом фланге царил полный хаос. Одного из врагов он прихватил с собой. Второй, должно быть, ещё какое-то время будет оглушён.

И сквозь густую пыль Синон увидела громадный силуэт, идущий прямо к ней.

Если так всё и пойдёт, бой, по сути, сведётся к поединку между ней и Бегемотом. Правда на таком расстоянии у «Гекаты» против «Минигана» нет шансов. Нужно как-то попасть в слепую зону «Минигана» и при этом получить хорошую позицию для стрельбы. Но в лобовой схватке один на один слепых зон быть просто не может…

«А вот и нет!»

На мгновение у Синон перехватило дыхание. Пока пыль, поднятая гранатой Дайна, не успела осесть, Бегемот не мог точно определить, где Синон. Конечно, и она его не видела толком, а значит, не могла стрелять прицельно, но, возможно, она успеет добраться до единственного места поблизости, куда пулевой ураган не достанет.

С этой мыслью она развернулась и помчалась со всех ног. Она неслась к руинам здания, стоящим позади поля боя. Задняя часть здания, куда она влетела, почти полностью обрушилась, и сквозь проём виднелось жёлтое небо, но справа у стены обнаружилось то, что Синон было нужно, — лестница, ведущая наверх. Девушка побежала аккуратно, стараясь не наступать на обломки и не шуметь.

То тут, то там на металлической лестнице не хватало ступенек, но Синон мчалась вверх, не забивая себе этим голову. На лестничных площадках она отталкивалась от стен, чтобы менять направление бега, так она взбиралась всё выше и выше.

Менее чем через двадцать секунд она уже была на пятом этаже, где лестница заканчивалась. Слева было громадное окно. Здесь у неё должно быть несколько секунд, чтобы занять позицию для стрельбы, оставаясь при этом незамеченной Бегемотом.

Синон упёрла приклад «Гекаты» в плечо и выглянула в окно. Внезапно всё её поле зрения залил красный свет.

Стоящий в десяти с небольшим метрах под ней Бегемот уже держал свой «Миниган» почти вертикально и целился в Синон. Он её раскусил. Её мысли, её план — он прочёл всё. Времени отступить или залечь не оставалось.

Вот это сила. Он настоящий игрок в GGO. Нет, настоящий солдат. Но именно такого врага Синон желала убить. Убить его. Она просто должна его убить! Она не колебалась. Даже не пытаясь принять позу для снайперской стрельбы, она оттолкнулась правой ногой от подоконника и выпрыгнула из окна. В тот же миг снизу выплеснулась сверкающая, точно огненная, струя энергии.

«Бам!» — От левого колена Синон вниз по ноге прошла ударная волна. Голень отлетела в сторону, и хит-пойнты резко упали. Но она была ещё жива. Она вылетела из линии огня «Минигана» и перевернулась в воздухе. Выпрямившийся во весь рост Бегемот оказался прямо под ней.

Вероятно, он собирался стрелять в неё, пока остаются патроны, — выгнулся назад, пытаясь удержать Синон в прицеле. Но он не доставал. «Миниган», двигающийся по направляющей у него за спиной, не мог стрелять прямо в зенит.

Падая, Синон поднесла приклад «Гекаты» к плечу и заглянула в прицел. Всё поле зрения заполнило устрашающее лицо Бегемота. Наконец-то с этого лица исчезла улыбка. Рот исказился в оскале, глаза горели удивлением и гневом. Краешком сознания Синон ощутила, как дрогнули её собственные губы. Словно взамен улыбки Бегемота — её собственная. Яростная, жестокая, беспощадная.

Конечно, в падении поза Синон была далека от устойчивой, необходимой для стрельбы, но расстояние-то было всего ничего. Когда дуло винтовки оказалось в метре от головы Бегемота, зелёный круг пули стянулся в точку прямо посреди вражеского лица.

— Конец, — прошептала она и спустила курок.

Палец богини царства мёртвых испустил световое копьё, таящее в себе больше энергии, чем любая пуля в этом мире. Копьё проделало здоровенную дыру в голове и туловище Бегемота и зарылось глубоко в землю.

В следующее мгновение раздался взрывоподобный рёв. Гигантская туша Бегемота рассыпалась и испарилась.

Едва она вышла за ворота школы, как в лицо ударил сухой холодный ветер. Сино Асада остановилась и как следует закуталась в белый шарф. Укрыв за шарфом и очками большую часть лица, она вновь быстро зашагала по усыпанному палой листвой тротуару. Из груди вырвался тихий вздох.

Позади остались уже 156 из 608 дней, которые ей предстояло отучиться в старшей школе. «Наконец-то уже четверть прошла», — подумала она и тут же пришла в ужас от того, как долго ей приходится терпеть эти мучения. Впрочем, если считать и среднюю школу, то получится, что уже 60% учебных дней осталось в прошлом.

«Когда-нибудь это кончится… Когда-нибудь это кончится…» — Сино повторяла эти слова, точно мантру.

Впрочем, хоть она и ждала дня выпуска с нетерпением, это вовсе не значило, что она собиралась заняться после школы чем-то конкретным или определилась с профессией. Всё проще: сейчас её почти принудительно прикрепили к сообществу под названием «ученики старшей школы», и от этой зависимости она хотела избавиться.

День за днём ходить в эту богадельню, слушать апатичных учителей, заниматься физкультурой и прочими предметами — по соседству с кучкой людей, которые едва ли хоть как-то изменились с самого детства. Есть ли хоть капля смысла во всём этом? Сино абсолютно не понимала. Иногда — очень редко — попадались учителя, в уроках которых она находила какую-то пользу, и ученики, достойные уважения. Но сколько-нибудь важными ни те, ни другие для Сино всё равно не были.

Как-то она сказала бабушке с дедушкой, своим фактическим опекунам, что не собирается идти в старшую школу, а сразу после средней планирует найти работу или поступить в профтехучилище. Тогда её старомодный дедуля побагровел от гнева, а бабуля расплакалась, твердя, что Сино непременно должна пойти в достойную школу и выйти замуж за молодого человека из достойной семьи, иначе она, бабушка, всю жизнь будет чувствовать себя виноватой перед отцом Сино.

Поэтому у девочки не осталось выбора, кроме как учиться изо всех сил и поступить в довольно известную токийскую муниципальную старшую школу. Однако, едва придя туда и оглядевшись, девушка была удивлена: в целом всё было таким же, как и в школе её прежнего городка.

В конечном итоге Сино, как и во времена учёбы в средней школе, отсчитывала оставшиеся дни всякий раз, когда выходила за школьные ворота. Для неё это стало чем-то вроде ритуала.

Сино жила одна в квартире, расположенной на полпути от школы до железнодорожной станции. Квартира эта состояла из маленькой кухни и комнаты всего в шесть татами, зато находилась рядом с торговым кварталом — удобно ходить за покупками.

В полчетвёртого дня народу в торговом квартале всё ещё было немного. Для начала Сино пробежалась глазами по полкам книжного. Там была новая книга её любимого автора, но в твёрдом переплёте, поэтому девушка сдержалась и вышла из магазина. Если она закажет книгу онлайн, то примерно через месяц сможет взять её в городской библиотеке.

Потом она зашла в магазин канцтоваров, чтобы купить ластик и тетрадь в клетку. Проверив, сколько денег у неё осталось в кошельке, она направилась в расположенный посреди квартала супермаркет, на ходу прикидывая, что приготовить себе на ужин.

Разумеется, типичный ужин Сино был прост и безыскусен. Главное — это баланс питательных веществ, калорий и цены, а вкус и внешний вид блюда существенного значения не имели.

Размышляя, не сделать ли суп с морковью и сельдереем, а ещё котлету из тофу, она прошла мимо игрового центра и собралась уже зайти в супермаркет по соседству.

— А-са-да… — внезапно позвали её из узенького проулка между двумя зданиями.

Сино замерла на месте, а затем медленно развернулась на девяносто градусов вправо. В проулке она увидела трёх школьниц в такой же форме, как у неё, если не считать заметной разницы в длине юбки. Одна из этих девушек, сидя на корточках, копалась в мобильнике. Две другие стояли, прислонившись к стене супермаркета, и с ухмылками смотрели на Сино.

Увидев, что та молчит и не двигается, одна из этой парочки высокомерно дёрнула подбородком:

— Поди сюда.

Сино, однако, не двинулась с места, лишь тихо спросила:

— Что надо?

Подошла другая и схватила Сино за правое запястье:

— Неважно, пошли, — и, не дожидаясь согласия Сино, потащила её в глубь проулка.

С улицы это место не просматривалось. Сидящая на корточках школьница подняла взгляд. Это была заводила всей троицы, девушка по имени Эндо. Её глаза, подведённые чёрным карандашом, и остренький подбородок напоминали черты какого-то хищного насекомого.

Эндо изогнула блестящие губы в улыбку:

— Прости, Асада. Мы конкретно увлеклись пением в караоке, и на поезд до дома денег совсем не осталось. Мы тебе завтра вернём, сейчас вот столько одолжи? — с этими словами она подняла палец. Это означало не сто, не тысячу, а десять тысяч иен.

Они «конкретно увлеклись пением» — но уроки закончились менее двадцати минут назад, у всех троих были проездные, да и вообще, зачем десять тысяч иен всего лишь на поезд? Сино мгновенно выстроила у себя в мозгу список логических противоречий, но озвучивать его было бесполезно. Вот уже второй раз эта троица тупо требует у неё деньги. В первый раз Сино отказала, заявив, что денег при себе у неё нет. Подумав, что едва ли тот же трюк сработает снова, Сино ответила:

— Я с собой столько не ношу.

Улыбка Эндо на мгновение пропала, но тут же появилась вновь:

— Тогда пойди и сними.

Сино, ничего не ответив, развернулась и направилась было к торговой улице. Вряд ли они пойдут за ней в банк, где их могут увидеть. «Неужели найдётся тупица, который вернётся, выбравшись из этого места», — мелькнуло у неё в голове, но Эндо тут же продолжила:

— Сумку свою оставь. И кошелёк. Тебе ведь только карточка понадобится, правда?

Сино остановилась и обернулась. Губы Эндо по-прежнему изгибались в улыбке, но два прищуренных глаза горели — как у кошки, играющей с добычей. Когда-то Сино считала этих девушек своими подругами. Вспомнив это, она обругала себя за глупость.

Конечно, у приехавшей из провинции Сино не было знакомых в старшей школе. Общих интересов с одноклассниками тоже не было, так что она целыми днями молчала. Эндо и её подруги заговорили с ней первыми.

Они пригласили её вместе пообедать, и вскоре вся четвёрка стала частенько забегать в рестораны фастфуда после школы. Сино в основном лишь слушала их разговоры. Иногда то, о чём они говорили, её раздражало, но всё равно она была счастлива. Эндо и компания были первыми за долгое время подругами Сино, ничего не знающими о «том происшествии». Она верила, что сможет стать нормальной ученицей в этой школе…

Правда открылась Сино намного позже. Эти трое подошли к ней лишь после того, как узнали её адрес и догадались, что живёт она одна. «Можно мы зайдём к тебе в гости?» — Когда они в первый раз к ней попросились, Сино согласилась не раздумывая. Эндо с подругами расхваливали её квартирку и в окружении горы сладостей болтали до самой темноты. На другой день они снова пришли к Сино, и на следующий, и так день за днём.

Вскоре они начали пользоваться квартирой Сино, чтобы переодеваться там в повседневную одежду. А переодевшись, ехали куда-то на поезде развлекаться. Однажды они оставили свои вещи в комнате Сино, и постепенно их наряды стали захватывать её маленький гардероб.

Обувь. Сумки. Косметика. Вещей Эндо и её подруг становилось всё больше и больше. К началу мая эта троица, уходя развлекаться, нередко возвращалась навеселе, а потом даже оставалась на всю ночь.

В какой-то момент Сино наконец робко пожаловалась, что их почти ежедневные визиты мешают ей заниматься. Эндо ответила: «Мы же подруги, верно?» — и уже на следующий день потребовала запасной ключ.

И вот пришла последняя суббота мая. Вернувшись из библиотеки, Сино остановилась перед собственной дверью. Из её комнаты доносился громкий смех. И принадлежал он не только Эндо и её подругам. Затаив дыхание, Сино прислушалась. Сама мысль о том, чтобы подслушивать, что творится в её собственной комнате, казалась ей абсурдной.

Она ясно слышала голоса нескольких мужчин.

В её комнате были незнакомые мужчины. При этой мысли Сино съёжилась от страха. А затем ею овладела ярость. Наконец-то она поняла правду.

Спустившись по лестнице, она по мобильнику по звонила в полицию. Приехавший на вызов полицейский был явно озадачен показаниями обеих сторон, но Сино продолжала упорно повторять: «Я не знаю этих людей».

— Пока что вам придётся проехать в участок, — сказал Эндо полицейский. Та смерила Сино испепеляющим взглядом, бросила ей: «Пф, ну ладно!» — и, собрав свои вещи, вышла из комнаты.

Месть последовала незамедлительно.

Применив недюжинные детективные способности, которых Сино от неё не ожидала, Эндо разнюхала, почему Сино жила одна — пять лет назад в провинциальной префектуре она была вовлечена в происшествие, о котором даже в интернете уже почти все забыли, — и рассказала об этом всей школе. Число учеников, желающих общаться с Сино, мгновенно упало до нуля, и даже учителя старались не встречаться с ней взглядом. Всё вернулось к тому же состоянию, которое было в средней школе.

Но Сино это устраивало. Её слабость, заключавшаяся в желании завести друзей, ослепила её. Спасти человека не может никто, кроме него самого. У неё не было выбора, кроме как самой стать сильнее, самой избавиться от ран, оставленных тем происшествием. Друзья для этого были не нужны. Скорее, тут нужны были враги. Враги, с которыми надо сражаться. Все вокруг неё были такими врагами.

Сино сделала глубокий вдох и посмотрела Эндо прямо в глаза. В этих прищуренных глазах плескался опасный свет, а от прежней улыбки не осталось и следа. Эндо тихо произнесла:

— Чего ещё? Вали давай побыстрее.

— Нет.

— Чего?..

— Нет. Я не собираюсь одалживать вам деньги, — ответила Сино, не отводя взгляда.

Столь твёрдый отказ наверняка вызовет ещё большую злобу и враждебность. Сино это знала, но ни подчиняться, ни сбегать под каким-либо предлогом не желала. Не Эндо и её компании — самой себе она не хотела показывать свою слабость. Надо становиться сильнее — с одной этой мыслью она прожила последние пять лет. Если она сейчас поддастся, все усилия пойдут прахом.

— Ах ты, сучка… Не смей смотреть на меня как на дерьмо, — Эндо шагнула вперёд, её правое веко дёрнулось. Две другие тут же встали позади Сино, взяв её в кольцо.

— Мне пора идти, подвиньтесь, — тихо проговорила Сино. Она считала, что, сколько бы Эндо и компания ей ни угрожали, у них не хватит духу перейти к реальным действиям. Дома эти девушки были вполне обычными, послушными подростками. После того раза они уже должны были усвоить, что доводить дело до вмешательства полиции нельзя.

Вот только Эндо прекрасно знала слабое место Сино, куда нужно ткнуть, чтобы ранить побольнее. Блестящие губы насмешливо искривились. Эндо медленно подняла правый кулак и навела на переносицу Сино. Затем высвободила из кулака большой и указательный пальцы, изобразив «пистолетик». Глупый детский жест.

Однако лишь от одного этого жеста всё тело Сино окутало холодом. Ноги начали слабеть. Куда-то пропало чувство равновесия. Проулок лишился цветов, стал серым. Сино не могла отвести глаз от блестящего длинного ногтя Эндо перед самым своим лицом. Сердце понеслось вскачь, в ушах зазвенело, этот звон становился всё выше и выше…

— Бах! — неожиданно воскликнула Эндо. И почти в тот же миг из горла Сино вырвался тонкий вскрик. Сино не могла унять дрожь, поднимающуюся из самых глубин её тела.

— Пф-ф… Эй, Асада, — всё ещё держа палец возле её переносицы, Эндо заговорила смеющимся голосом. — Знаешь, у моего старшего братца есть несколько оружейных моделек. Может, как-нибудь показать их тебе в школе? Ты ведь любишь их, пистолеты эти?

Язык Сино не слушался, съёжился, свернулся в пересохшем рту. Девушка мелко замотала головой. Если в школе ей внезапно покажут реплику настоящего оружия, она, скорее всего, свалится в обморок на месте. От одной лишь мысли об этом её желудок сжался, и она согнулась.

— Эй, эй, не вздумай тут блевать, Асада…

Снова эти смеющиеся голоса позади неё.

— Когда ты блеванула и отключилась на уроке мировой истории, это было нечто.

— Ну, здесь всякие алкаши частенько блюют, чего только не увидишь.

Взрыв пронзительного хохота.

«Я хочу сбежать. Хочу убежать отсюда. Но не могу», — две противоположные мысли громким эхом отдавались в голове Сино.

— Ладно, сейчас давай то, что есть, и хватит, Асада. Дерьмово как-то выглядишь.

Эндо потянулась к сумке, которую Сино держала в правой руке, но у девушки не было сил сопротивляться. «Не думай об этом, не вспоминай», — уговаривала она себя, однако именно поэтому картина в её памяти ожила во всём своём чёрном великолепии. Ощущение тяжёлого влажного железа. Запах пороха в носу…

В это мгновение откуда-то сзади донёсся крик:

— Сюда! Господин полицейский, скорее! — голос принадлежал подростку.

Рука Эндо тут же отдёрнулась от сумки. Троица вылетела из проулка с потрясающей быстротой и мигом смешалась с толпой торгового квартала.

Тогда ноги Сино подогнулись, и она рухнула на колени. Девушка изо всех сил пыталась унять дыхание и отогнать паническую атаку.

Постепенно вернулись шумные голоса людей и запах жареной курицы из супермаркета, а начавшее было прокручиваться кошмарное воспоминание исчезло.

Сколько она пробыла в таком состоянии? Полминуты, минуту? Вскоре сзади раздался неуверенный голос:

— Ты как, Асада-сан?

Сделав глубокий вдох, Сино напрягла ослабевшие ноги и встала. Поправив очки, обернулась и увидела невысокого худощавого паренька.

Тот был одет в джинсы и нейлоновую курточку, за плечами висел тёмно-зелёный рюкзак, голову украшала чёрная бейсболка. Словом, выглядел он как ученик средней школы в повседневной одежде, вот только круги под глазами не вписывались в детский образ.

Сино знала его — единственного человека в этом городе, которого она могла не опасаться или, по крайней мере, которого она не считала врагом. А в другом мире, не в этом, они были товарищами по оружию.

Чувствуя, как сердцебиение наконец постепенно успокаивается, Сино чуть-чуть улыбнулась и ответила:

— Нормально. Спасибо, Синкава-кун… Да, а где полиция?

Она обернулась к проулку, но там было темно и пусто. Не похоже, чтобы оттуда кто-либо собирался появиться. Кёдзи Синкава поскрёб затылок прямо через бейсболку и ухмыльнулся:

— Я просто так крикнул. Такое в кино и манге часто делают, правда? Всегда хотел попробовать разок. Рад, что сработало.

Сино недоверчиво покачала головой:

— И ты вот так с ходу смог сыграть? Кстати, а что ты здесь делаешь?

— Да я в игровом центре был. Вышел через заднюю дверь…

Кёдзи обернулся. Во влажной от дождя бетонной стене Сино действительно разглядела маленькую серебристую дверку.

— Я увидел, как они окружили Асаду-сан. Я сперва подумал набрать 110…[25]

— Да, ты мне здорово помог. Спасибо огромное, — Сино опять улыбнулась.

Кёдзи улыбнулся в ответ, но тут же его лицо вновь стало встревоженным.

— Асада-сан, такое с тобой… часто происходит? Конечно, не мне это говорить, но тебе надо рассказать об этом в школе…

— Не поможет, даже если расскажу. Всё нормально. Если они зайдут дальше, чем сейчас, я на самом деле обращусь в полицию. Да, прежде чем беспокоиться о других, ты сам-то… как?

— А… у меня всё нормально. Тех парней я больше не встречал, — на этот раз худощавый паренёк улыбнулся чуть самоуничижительно.

Кёдзи Синкава до летних каникул был одноклассником Сино. Был, потому что с начала второго триместра в школу он ходить перестал.

По слухам, которые до неё доходили, Кёдзи крепко доставалось от старшеклассников из школьной команды по футболу. Он отличался слабым телосложением, а его родители владели крупной больницей — вместе это делало его идеальной жертвой. Они не вымогали у него деньги в открытую, как компания Эндо, но ему приходилось платить за их еду, развлечения и прочие глупости, и траты выходили немалые.

Разумеется, от самого Кёдзи она ничего из этого не слышала.

Познакомились они в июне в районной библиотеке. Сино сидела в читальном зале на втором этаже, листая большой иллюстрированный журнал «Огнестрельное оружие мира».

Тогда фотографии с оружием уже не вызывали у неё панической атаки, но страницу с «тем пистолетом» она не могла видеть больше десяти секунд; это был её предел. Когда она поспешно закрыла журнал, сзади раздался голос:

— Тебе нравится оружие?

То, что сказавший это человек был её одноклассником, до неё дошло уже позже.

Сино хотела немедленно ответить: «Нет, всё совсем наоборот». Но тогда он бы задал логичный вопрос, зачем она читает такой журнал. Придумать разумное объяснение ей было сложно, поэтому она дала расплывчатый ответ.

Сейчас-то Кёдзи уже знал, что Сино испытывает жуткий страх перед огнестрельным оружием в реальном мире, но тогда он понял Сино совершенно неправильно. Радостно улыбнувшись, он сел на стул рядом с ней. Тыкая пальцами в журнальные иллюстрации, он принялся рассказывать про изображённое там оружие, а Сино слушала, обливаясь холодным потом. Но попутно Кёдзи упомянул и «другой мир».

Сино знала, что игровые приставки полного погружения продаются уже несколько лет, термин «VRMMO» ей тоже был знаком. Однако она выросла без привычки к играм и считала, что «миру мечей и магии» вполне достаточно существовать в фэнтезийных книгах. Ей это было неинтересно. Вот только виртуальный мир, который самозабвенно описывал Кёдзи, не содержал в себе ни мечей, ни магии. Зато там были пушки.

Назывался этот мир GunGale Online, или просто GGO. Множество видов огнестрельного оружия, существующих сейчас или существовавших когда-то в реальном мире, было детально воспроизведено в мире виртуальном, и с помощью этого оружия игроки убивали друг друга посреди жестокой пустыни.

Сино перебила Кёдзи, коротко спросив:

— А есть ли там пистолет… — и произнесла название модели. Парень удивлённо мигнул, потом кивнул, как будто это было что-то само собой разумеющееся.

Если так, начала размышлять Сино, сможет ли она в виртуальном мире снова противостоять «тому пистолету»? Чёрному пистолету, пять лет назад оставившему в сердце одиннадцатилетней девочки глубокую, незаживающую рану. Сможет ли она ещё раз встать перед этим оружием? Сразиться с ним? Победить его?..

Сино крепко сцепила липкие от холодного пота руки и сиплым голосом спросила Кёдзи:

— Сколько нужно денег, чтобы начать играть в эту игру?

С тех пор прошло полгода. Внутри Сино родилась девушка по имени Синон — безжалостный снайпер, прославившийся в пустыне GGO. Но, к сожалению, до сих пор ей ни разу не встретился враг с «тем пистолетом». Поэтому Сино всё ещё не знала. Не знала, стала ли настоящая она — именно Сино Асада, а не Синон — сильной?..

Ответ по-прежнему ускользал от неё.

— Эй, хочешь чего-нибудь выпить? Я угощаю.

Голос Кёдзи вытянул Сино из задумчивости. Подняв глаза, она обнаружила, что добравшийся до проулка солнечный свет уже начал краснеть.

— Правда?

Сино улыбнулась, Кёдзи радостно закивал:

— Я хочу услышать историю о твоём последнем подвиге. Здесь совсем рядом есть тихая кафешка.

Несколько минут спустя, устроившись на стуле в глубине кафе, куда Кёдзи её привёл, и держа обеими руками чашку ароматного чая с молоком, она наконец немного расслабилась. Эндо, скорее всего, найдёт ещё способы, как над ней поизмываться. «А, будь что будет», — с этой мыслью Сино задвинула свою тревогу в дальний уголок сознания.

— Я слышал про позавчера. Ты там всех победила, да?

Сино подняла взгляд на Кёдзи. Худощавый паренёк тыкал ложкой в шарик ванильного мороженого, плавающий в его чашке с холодным кофе, и смотрел на неё исподлобья.

— Это не так. Операция полностью провалилась. Из шести человек нашего отряда четверо погибли. Для нападения из засады это никакая не победа, — ответила Сино, пожав плечами. Мысли о настоящем оружии в реальном мире вгоняли её в панику, но в последнее время она научилась сохранять спокойствие, говоря о событиях в GGO. Возможно, работала виртуальная реабилитация.

— И всё равно это круто. Тот Бегемот, парень с «Миниганом»… Я слышал, до сих пор он в групповых замесах ни разу не погибал.

— Вот как… Он что, настолько знаменит? Я не видела его среди финалистов «Золотой пули», поэтому вообще ничего о нём не знала.

— Это понятно. «Миниган» может быть как угодно крут, но с пятью сотнями патронов у него дичайший перегруз, и он не может бегать. «Золотая пуля» — это ведь дуэли. Если его подстрелит снайпер с дистанции, ему крышка. А вот в групповых боях, если у него есть нормальное прикрытие, он непобедим. Это оружие — просто издевательство над балансом.

Глядя, как Кёдзи дуется, словно ребёнок, Сино не смогла сдержать улыбки:

— Между прочим, мою «Гекату» тоже называют издевательством над балансом. А на самом деле, когда она у меня появилась, возникла куча проблем. И у Бегемота-сана наверняка то же самое.

— Ха! Мне бы такие проблемы. Кстати, какие у тебя планы на следующий турнир?

— Буду участвовать, конечно. Я разузнала почти про всех, кто в тот раз был в первой двадцатке. Но теперь-то я возьму «Гекату». И тогда точно… — тут Синон чуть было не произнесла: «всех убью», но вовремя изменила окончание фразы, — сумею забраться повыше.

Сино — она же Синон — уже участвовала во втором турнире GGO под названием «Золотая пуля» два месяца назад. Пройдя отборочные бои, она попала в число тридцати лучших игроков, участвующих в финальном сражении «все против всех» за звание сильнейшего. Но, к своему разочарованию, закончила всего лишь на двадцать втором месте.

Поскольку в начале сражения участники размещаются на большой карте случайным образом, есть шанс, что они вынуждены будут сразу же вступить в ближний бой. Поэтому вместо «Гекаты» Синон взяла автомат. Но в итоге получилось всё наоборот: пока она дралась в ближнем бою, её уложили с дальней дистанции из снайперской винтовки Remington М40.

За прошедшие с тех пор два месяца Синон приноровилась к капризной «Гекате». Кроме того, она заполучила редкий и лёгкий пистолет-пулемёт МР7, так что и в ближнем бою могла неплохо за себя постоять. Поэтому на третью «Золотую пулю» она решила взять свою громадную винтовку и выбрать простую тактику: сидеть в укрытии (хоть и говорят, что это нечестно), ждать попадания врагов в её зону видимости и отстреливать их одного за другим, пока они не кончатся.

В GGO — игре, где участвует много сильных воинов, — она убьёт всех своих врагов. И когда она будет уверена, что стала сильнейшей, — вот тогда можно не сомневаться…

Из мрачных раздумий Сино выдернул грустный голос Кёдзи возле самого уха:

— Понятно…

Сино моргнула и посмотрела на Кёдзи. Тот глядел на неё прищурившись, будто что-то его ослепляло:

— Асада-сан, ты просто супер. Ты достала эту крутую пушку… и характеристики у тебя как по заказу — настоящий STR тип. В GGO тебя пригласил я, но ты меня уже обставила.

— Неправда. Синкава-сан, ты ведь в прошлом турнире тоже добрался до полуфинала отборочных. А тот бой уже был в основном на удачу. Жаль, конечно. Если бы ты прошёл, смог бы поучаствовать в финальном сражении.

— Нет… Это было безнадёжно. С персонажем AGI-типа и без какой-либо удачи с редкими выпадающими пушками это мой потолок. Я ошибся при выборе пути прокачки…

Слушая жалующегося Кёдзи, Сино чуть нахмурилась. Другой Кёдзи, персонаж по имени Шпигель, шёл путём AGI, то есть полностью вкладывался в ловкость. Эта стратегия первое время была очень популярна.

Сильные стороны таких персонажей — невероятная способность к уклонению и скорость огня. Нет, не собственно скорострельность оружия, а время, которое необходимо, чтобы прицелиться и дать кругу пули стабилизироваться.

Всё это и даёт им преимущество над игроками других типов. AGI-персонажи доминировали в течение полугода после выхода GGO. Однако по мере открытия карты оказалось, что им не хватает STR, то есть силы, чтобы пользоваться новыми, только что появившимися видами оружия. При этом само оружие стало более точным, а значит, стало труднее уклоняться. Сейчас, через восемь месяцев после запуска игры, уже нельзя было сказать, что тип AGI в моде.

И всё же игроки этого типа, если им удавалось заполучить редкие крупнокалиберные пушки с высокой скорострельностью — вроде FN FAL или Н&К G3, — по-прежнему были способны на многое. Игрок Ямикадзэ, занявший второе место в предыдущей «Золотой пуле», был как раз AGI-типа. Впрочем, победил его и выиграл турнир ЗеКсид, сбалансированный STR-VIT игрок.

Вот только, с точки зрения Сино, все эти типы и характеристики были всего лишь параметрами персонажа. Существовал куда более важный фактор. И этот фактор — собственная сила игрока, его сила духа. В недавнем бою Бегемот передвигался с холодным самообладанием, да ещё и позволял себе роскошь улыбаться. Сила его была не в «Минигане», а как раз в этой жестокой улыбке.

Вот почему Сино не могла всецело согласиться с тем, что сказал Кёдзи.

— Хм-м… Редкие стволы, конечно, крутые… Согласна, есть сильные игроки с редкими стволами, но уникальный ствол сам по себе не делает игрока сильным. На самом деле из тех тридцати, кто вышел в финал прошлого турнира, примерно половина была с покупным оружием, только слегка модифицированным.

— Так ведь… у тебя, Асада-сан, есть эта редчайшая снайперка, и характеристики у тебя сбалансированные с уклоном в STR. Тебе легко всё это говорить. Уровень оружия-то несопоставимый…

Кёдзи вздохнул, помешивая плавающее в кофе мороженое. Сино поняла, что дальше говорить об этом бесполезно, и попыталась сменить тему:

— Значит, Синкава-кун, в следующей «Пуле» ты участвовать не будешь?

— Нет. Всё равно это будет без толку.

— Ясно… Ну да, тебе ведь и учиться тоже надо. Ты же ходишь на подготовительные курсы, готовишься к экзаменам в универ, так? Тренировочные экзамены как прошли, нормально?

Кёдзи с летних каникул прогуливал школу и, похоже, крупно поссорился с отцом на этой почве. Его отец владел крупной больницей, и даже второму сыну, Кёдзи, с детства было строго предписано готовиться к поступлению в медицинский вуз. Семейный совет проходил очень жарко, и результат его был таков. Кёдзи разрешалось учиться дома, но через год, то есть без потери времени, он должен будет сдать экзамены на медицинский факультет престижного университета, который закончил когда-то его отец. На том и порешили. Всё это Сино узнала от Кёдзи раньше.

— Ага… — с улыбкой кивнул Кёдзи. — Я в порядке, вполне поддерживаю уровень, который у меня был, когда я ходил в школу. Без проблем, уважаемый инструктор.

— Хорошо, — шутливым тоном ответила Сино, тоже улыбнувшись. — Синкава-кун, ты в онлайне ужасно много времени проводишь, и я слегка беспокоилась. Как я ни зайду, ты всегда там.

— Я как следует занимаюсь днём. Разнообразить расписание тоже важно.

— Раз ты так подолгу сидишь в игре, небось много денег зарабатываешь?..

— Это не так. AGI-игроки сейчас уже не могут охотиться в одиночку…

Разговор снова стал принимать неприятный оттенок, и Сино поспешно сказала:

— Ну, если зарабатываешь достаточно, чтобы покрыть абонентскую плату, это уже нормально… Прости, мне скоро пора уже домой.

— А, ладно. Асада-сан, ты же сама себе ужин делаешь? Хотелось бы мне снова попробовать, как ты готовишь.

— Это да, конечно… Но только… мне надо ещё подучиться сперва.

Сино вновь занервничала.

Один раз она пригласила Кёдзи к себе домой поужинать. Ужинать было здорово, но вот потом, когда они сидели друг напротив друга и пили чай, она почувствовала, как взгляд Кёдзи становится всё более горячим, и её бросило в пот.

Он, конечно, был заядлым сетевым геймером и оружейным фанатом, но мальчик всё-таки остаётся мальчиком. Потом, задним числом, она пришла к выводу, что раз уж она живёт одна, то приглашать его к себе было слегка опрометчиво.

Сино ничего не имела против Кёдзи. Беседы с ним были из числа тех немногих вещей, что позволяли ей расслабиться в реальном мире. Но о чём-то сверх этого она сейчас думать не могла.

Сперва она должна победить то воспоминание, порождающее черноту в её сердце.

— Спасибо за угощение. И… очень, очень большое спасибо, что выручил. Ты был просто супер, — произнесла Сино, поднимаясь.

Кёдзи, расплывшись в улыбке, поскрёб затылок.

— Если бы я смог всегда тебя защищать, это было бы здорово. Кстати… а когда ты возвращаешься из школы… можно я буду тебя провожать?

— М-м… нет, всё нормально. Я тоже должна становиться сильнее.

И Сино улыбнулась. Кёдзи снова опустил ресницы, как будто от яркого света.

По бетонной лестнице, столько лет орошаемой дождями, что она уже покрылась тёмными пятнами, Сино поднялась на свой этаж.

Вторая по счёту дверь вела в квартиру, где она жила. Сино достала ключ из кармана юбки и вставила в старый электронный замок. Ввела четырёхзначный код на маленькой панели, повернула ключ и услышала металлический щелчок.

Она вошла в прохладную сумрачную прихожую и закрыла за собой дверь. Повернула ручку и, услышав звуковой сигнал запирания двери, беззвучно прошептала: «Я дома». Разумеется, ей никто не ответил. От лежащего на полу у входа коврика на три метра вперёд шёл узкий коридор. Справа была дверь в санузел, слева — в небольшую кухню.

Убрав купленные в супермаркете овощи, тофу и другие продукты в холодильник возле раковины, Сино зашла в свою комнату на шесть татами и облегчённо выдохнула. Сквозь занавески заглядывали последние солнечные лучи. Девушка прикоснулась к выключателю на стене, чтобы зажечь свет.

Комната была совершенно не из тех, какими можно хвастаться. Линолеум «под паркет» на полу, простые занавески цвета слоновой кости. У правой стены стояла кровать, сваренная из чёрных стальных труб, дальше — такого же матово-чёрного цвета письменный стол. У противоположной стены выстроились книжный шкаф, шкафчик для одежды и ростовое зеркало — вот и вся мебель.

Сино поставила школьную сумку на пол и размотала белый шарф. Сняв затем пальто, она повесила его на плечики и вместе с шарфом отправила в платяной шкафчик. Потом стянула блестящий тёмно-зелёный шейный платок, надетый поверх почти чёрной школьной формы-матроски, расстегнула молнию на левом боку, но вдруг остановилась и повернулась к письменному столу.

Сегодня после школы не обошлось без неприятностей, однако Сино сумела встретить угрозы Эндо лицом к лицу, так что немножко уверенности в её сердце осталось. Да, она почти поддалась панике, но тем не менее она выстояла и не сбежала.

А два дня назад в GGO она победила в смертельной схватке самого сильного противника, какого когда-либо встречала. Она чувствовала, будто её сердце закалилось в жарком огне.

Кёдзи Синкава сказал, что Бегемот был непобедим в групповых боях. Сино чувствовала, что это вовсе не преувеличение: от того бойца действительно исходила невероятная мощь. Во время боя Сино-Синон несколько раз смирилась с тем, что проиграет и погибнет, однако в итоге из последних сил вырвала победу.

Возможно…

Возможно, сейчас она сможет взглянуть в лицо тому воспоминанию, подчинить его себе.

He шевелясь, Сино продолжала смотреть на ящики письменного стола.

Минуту спустя она швырнула платок, который по-прежнему держала в правой руке, на кровать и быстро подошла к столу. Сделала несколько глубоких вдохов, отгоняя страх, взбирающийся по позвоночнику. Положила пальцы на ручку третьего ящика и медленно открыла его.

Здесь в разных коробочках хранились письменные принадлежности и прочая ерунда. Сино продолжала вытягивать ящик, и наконец на свет появилось то, что лежало за коробочками. У задней стенки ящика был «тот самый» предмет. Маленькая, тускло поблёскивающая чёрная игрушка.

Пластиковый игрушечный пистолет. Но выполненный очень детально: тонкие как волоски штрихи на поверхности создавали иллюзию металла.

От одного вида этого предмета сердце Сино заколотилось сильнее. Пытаясь его унять, она вытянула правую руку вперёд. Робко прикоснулась к рукояти, сжала её, подняла пистолет. Весомое ощущение тяжести. Леденящий холод, словно эта штука втянула в себя весь прохладный воздух, что был в комнате.

Эта игрушка не была репликой какого-либо существующего, настоящего пистолета. Эргономично изогнутая рукоять, спусковой крючок с большой скобой, а над ним крупнокалиберный ствол. Грубая механическая часть и вентиляционные отверстия располагались чуть позади над рукоятью. Такой тип оружия назывался «булл-пап». В GGO это было лучевое оружие под названием Procyon SL. Оно относилось к пистолетам, но могло также стрелять очередями — и потому пользовалось популярностью как вспомогательный ствол в боях против монстров.

В комнате Синон в Глоккене тоже хранилась такая пушка, но вот этот предмет, который настоящая Сино держала сейчас в руках, она не покупала. И вообще, таких в свободной продаже не бывает.

Это случилось два месяца назад, через несколько дней после того, как она приняла участие в турнире «Золотая пуля» и проиграла, заняв двадцать второе место. На игровой аккаунт Сино пришло электронное сообщение на английском языке от владеющей GGO компании «Заскер».

Не без труда Сино удалось разобраться в полученном тексте. Похоже, речь там шла о призе за участие в турнире. Судя по всему, ей предлагалось выбрать либо внутриигровые деньги или предметы, либо модель пистолета Procyon SL в реальном мире.

Сама мысль получить в реальном мире что-либо, относящееся к оружию, пусть даже игрушечному, ей была невыносима. Так что поначалу Сино думала выбрать деньги. Но тут ей пришла в голову одна мысль.

Если она хочет убедиться, помогло ли ей «сильнодействующее средство» в виде GGO, когда-нибудь ей придётся дотронуться до модели оружия в реальном мире. Однако пойти в магазин и купить там игрушечный пистолет — для неё это будет слишком большая психическая нагрузка.

Можно обратиться к Кёдзи, тот, скорее всего, с радостью ей одолжит что-нибудь. Но от мысли, что она может впасть в истерику у него на глазах, едва взяв оружие в руки, Сино на это не решилась. Лучшим вариантом, по видимому, была бы покупка через интернет, но просматривать фотографии оружия в интернет-магазинах ей было тоже тяжело, так что купить там его она не могла. Ну и, конечно, проблема была и в деньгах.

Если компания, заправляющая игрой GGO, пришлёт ей игрушечный пистолет бесплатно, это будет очень кстати. В итоге, терзаясь сомнениями почти до наступления крайнего срока, она всё-таки выбрала получение приза в реальном мире.

Неделей позже пришла тяжёлая посылка через EMS[26].

Ещё две недели прошли, прежде чем Сино решилась её открыть.

Однако её реакция на содержимое посылки оказалась куда хуже, чем она ожидала. Сино закинула игрушку подальше в ящик стола и спрятала воспоминание о ней в глубине памяти.

И вот — Сино снова взяла «Процион»[27] в руки.

Холод пистолета окутал ладонь, потом распространился на всю правую руку, дошёл до плеча, стал вгрызаться в тело. Это была всего лишь пластиковая игрушка, но весила она, казалось, целую тонну. Синон бы этот пистолетик с лёгкостью могла покрутить на пальце, но для Сино он словно был прикован цепью к полу.

Оружие стало тёплым, оно забирало тепло её руки. И в этой теплоте, залитой холодным потом, Сино ощутила присутствие.

«Кто это?»

«Это… тот… человек».

Пульс Сино разогнался до запредельной частоты. Холодная кровь металась по телу, стучала в ушах. Чувство ориентации начало притупляться. Пол под ногами накренился, стал податливым. Однако Сино не могла отвести взгляда от чёрного блеска пистолета. Она смотрела на оружие в упор, впившись в него глазами.

В ушах зазвенело, потом звон сменился пронзительным визгом. Исполненным чистого ужаса визгом маленькой девочки.

«Кто же это кричит?»

«Это… я».

Сино не знала, как выглядел её отец.

Это не означало, что она не помнила настоящий облик отца. Сино просто никогда не видела человека, который был её отцом, даже на фото или видео.

Её отец погиб в аварии, когда девочке не было и двух лет.

В тот день вся семья Сино — мама, папа и она сама — отправилась к родителям матери, чтобы вместе встретить Новый год. Их машина ехала вдоль северо-восточной границы префектуры, старая двухполосная дорога бежала по горному склону. Они поздновато выехали из Токио, и время подходило уже к одиннадцати вечера.

Причину аварии легко установили по следам шин на асфальте: грузовик, ехавший навстречу, не вписался в поворот и выскочил на чужую полосу. Водитель грузовика вылетел через ветровое стекло и ударился о дорожное полотно. Он погиб практически мгновенно.

Их маленькая машинка от прямого удара в правую часть перелетела через ограждение и покатилась вниз по горному склону. Потом остановилась, застряв между двух деревьев. Отец Сино, который сидел за рулём, получил тяжёлые травмы и потерял сознание, но в тот момент он ещё был жив, а сидевшая рядом с ним мать отделалась переломом левой ноги. Маленькая Сино на заднем сиденье была крепко пристёгнута ремнём безопасности к детскому креслу и потому почти не пострадала. Однако ни единого воспоминания о произошедшем у неё не сохранилось.

К несчастью, этой дорогой даже местные жители почти не пользовались, а уж ночью машин вообще не было. И мобильный телефон разбился. Когда какой-то водитель заметил аварию и сообщил о ней, прошло уже шесть часов и настало утро следующего дня.

Всё это время мать Сино могла лишь сидеть и смотреть, как её муж умирает от внутреннего кровотечения. И где-то глубоко в её душе что-то сломалось.

После аварии разум матери Сино вернулся к состоянию, когда она была подростком, ещё до знакомства с отцом Сино. Вместе с дочерью она переехала из Токио к своим родителям. Почти все вещи отца, все фотографии и видеозаписи, на которых он был, мать уничтожила и никогда о нём не говорила.

Желая тишины и покоя, её мать вела жизнь деревенской девушки. Даже через пятнадцать лет после аварии Сино не могла понять, кем она была для матери. Возможно, та считала её кем-то вроде младшей сестры. Но, к счастью, она глубоко любила девочку. У Сино остались воспоминания, как мать каждую ночь читала ей книжки с картинками и пела колыбельные.

Благодаря всему этому в памяти Сино её мать всегда была хрупкой, легко ранимой девушкой. Естественно, когда Сино подросла и стала лучше всё понимать, она решила, что должна стать сильной. Она считала, что должна защищать свою маму.

Однажды, когда бабушки с дедушкой не было дома, к ним пришёл какой-то настырный торговец и уселся на пороге, напугав мать. Девятилетняя Сино прогнала его, сказав, что если он не уйдёт, то она позовёт полицию.

С точки зрения Сино, во внешнем мире было полно вещей, которые угрожали мирной жизни её матери. «Я должна её защитить, я должна», — таково было её единственное устремление.

Вот почему — об этом Сино стала думать уже позже — случилось «то происшествие». В каком-то смысле оно было неизбежно. Сино пыталась держать внешний мир на расстоянии, и злобный мир отомстил.

Одиннадцатилетняя Сино, пятиклассница начальной школы, редко играла на улице. Обычно после уроков она сразу шла домой и читала взятые в библиотеке книжки. Несмотря на хорошие оценки, друзей у неё было мало. Она была сверх меры чувствительна к поступкам других в отношении себя. Как-то раз один мальчик беззлобно пошутил, спрятав её сменную обувь, — в ответ она ударила его в полную силу и разбила ему нос.

Это случилось в субботу днём, вскоре после начала второго триместра.

Сино с матерью отправились в местное почтовое отделение. Других посетителей не было. Пока мама сдавала в окошко всякие бумаги, Сино сидела на скамье, болтая ногами, и читала принесённую с собой книжку (сейчас она уже не помнила её названия).

Дверь скрипнула. Сино подняла глаза и увидела, как вошёл мужчина. Худой мужчина средних лет, в серой одежде и с сумкой в руке.

Войдя, мужчина остановился и оглядел помещение. На мгновение он встретился взглядом с Сино. Ей тогда показалось, что его глаза какие-то странные. Посреди желтоватых белков быстро-быстро бегали чёрные, словно глубокие колодцы, зрачки. Вспоминая позже, она поняла, что зрачки у него были слишком уж расширены. Впоследствии выяснилось, что мужчина, прежде чем заявиться на почту, вколол себе какой-то стимулятор.

Но тогда у Сино не было времени что-либо заподозрить. Вошедший быстро подошёл к окошку «Переводы и вклады», возле которого мать Сино что-то заполняла.

Внезапно он схватил её за правую руку своей левой и потянул, а потом грубо отшвырнул в сторону. Женщина упала, не издав ни звука: потрясение было настолько сильным, что она застыла на полу, широко открыв глаза.

Сино вскочила на ноги. Она уже собиралась громко высказать своё возмущение этой внезапной, ничем не обоснованной грубостью по отношению к любимой маме…

И тут мужчина с громким стуком поставил на стойку свою сумку и достал из неё что-то чёрное. Сино поняла, что это пистолет, когда мужчина на вёл его на работника почты по ту сторону окошка.

«Пистолет — игрушечный — нет, настоящий — ограбление?!»

Слова одно за другим мелькали в голове у Сино.

— Деньги в сумку, живо! — хрипло выкрикнул мужчина и тут же добавил: — Руки на стойку! Не вздумай нажать тревожную кнопку! Вы там, стоять на месте!

Он поводил пистолетом влево-вправо, и несколько служащих в глубине помещения застыли.

Надо выбежать наружу и позвать на помощь, подумала Сино. Но она не могла оставить маму лежать на полу. Пока она колебалась, грабитель снова заорал:

— Быстрее, гони бабки сюда! Все, что есть! Живо, я сказал!

Служащий почты с застывшим лицом протянул зажатую в правой руке пачку денег толщиной сантиметров пять. Как вдруг воздух в помещении словно на миг расширился. У Сино заложило уши; до неё не сразу дошло, что причиной тому был оглушительный грохот. А вслед за ним раздался тихий металлический звук. Что-то ударилось о стенку и, отскочив, подкатилось к ногам Сино. Маленький золотистый металлический цилиндрик.

Когда она вновь подняла голову, то увидела, как по ту сторону стойки служащий, распахнув глаза, держится обеими руками за грудь… а на его белой рубашке под галстуком расплывается красное пятно. Едва Сино успела это осознать, как он откинулся назад вместе со своим стулом и упал на пол, опрокинув стойку для папок.

— Я же сказал, кнопку не жать!!!

Крик мужчины перешёл в визг. Сино видела, что рука, сжимающая пистолет, трясётся. Девочка почувствовала запах, напомнивший ей о фейерверках.

— Эй ты! Иди сюда и бери деньги!

Пистолет повернулся к двум женщинам-служащим, которые стояли на месте, застыв от шока.

— Живо сюда!

Голос мужчины прозвучал резко, но женщины лишь слабо замотали головами, не двигаясь с места. Их, возможно, учили, как вести себя при попытках ограбления, но настоящую пулю не остановишь, какой инструкции ни следуй.

Мужчина в ярости несколько раз пнул стойку. Возможно, он хотел застрелить ещё кого-нибудь. Во всяком случае, он вновь поднял руку с пистолетом. Почтовые работницы завизжали и бросились на пол. Но тут мужчина развернулся лицом к той части комнаты, которая была предназначена для клиентов.

— Если будете тормозить, я пришью ещё кого-нибудь! Прикончу!!!

Пистолет в его руке был нацелен на мать Сино, которая лежала на полу и пустыми глазами глядела в пространство перед собой. Происходящее оказалось слишком большим потрясением для женщины. Она была не в состоянии даже сдвинуться с места. В голове Сино вспыхнуло.

«Я должна защитить маму».

Эта убеждённость, которая жила в ней с самого раннего детства, эта сила воли побудила Сино к действию. Бросив книжку, она подлетела к мужчине, схватила его за запястье правой руки, державшей пистолет, и укусила. Острые детские зубки с лёгкостью впились в сухожилие.

— А-а-а?! — изумлённо взвыл мужчина, с силой тряхнув рукой вместе с прицепившейся к ней Сино. Девочка ударилась о стойку. От удара она потеряла два молочных зуба, но даже не почувствовала этого. Прямо перед её глазами чёрный пистолет выскользнул из руки мужчины и упал. Сино машинально подобрала его.

Пистолет был тяжёлый. Груз металла давил на руки. А рукоять с вертикальными насечками, которую только что сжимал мужчина, была вся покрыта его потом, хранила тепло его рук и от этого казалась чем-то живым.

Даже в то время Сино уже более или менее знала, для чего нужно это устройство. Если она им воспользуется, то остановит этого ужасного человека. Подражая тому, что видела, она подняла пистолет, положила оба указательных пальца на спусковой крючок и навела оружие на грабителя.

В следующее мгновение тот с криком прыгнул на Сино, пытаясь вырвать оружие у неё из рук. Его пальцы сомкнулись на запястьях девочки.

Сино до сих пор не могла решить для себя, очень хорошую услугу он ей этим оказал или, наоборот, очень плохую. Простая истина была в том, что, сделав это, мужчина зафиксировал нацеленный на него пистолет.

Сейчас Сино знала более чем достаточно о пистолете, который тогда был у преступника, о «том пистолете».

В 1933 году, более девяноста лет назад, на вооружение Красной армии поступил пистолет Токарева — ТТ-33. Потом его скопировали китайцы и выпустили под названием «Тип 54», или «Чёрная звезда».

Пистолет 30-го калибра, то есть стреляет пулями диаметром 7,62 мм со стальным сердечником. Это меньше, чем калибр 9 мм, применявшийся в большинстве пистолетов впоследствии, зато патрон содержит большее количество пороха. Поэтому начальная скорость пули больше скорости звука, а проникающая способность такой пули выше, чем у многих других пистолетов.

Однако и отдача у этого пистолета была велика, поэтому в 1950-х годах в СССР разработали пистолет Макарова — меньшего размера, калибра 9 мм. Он и заменил ТТ в качестве официального советского пистолета.

Из подобного оружия одиннадцатилетний ребёнок ни целиться, ни стрелять нормально, конечно, не может. Но когда мужчина вцепился Сино в запястья, она решила, что он сейчас отберёт пистолет, и рефлекторно нажала на спусковой крючок. Страшное сотрясение прошло от ладоней через локти до плеч, но энергия отдачи, обычно направленная в сторону от дула, сейчас почти вся ушла в руки грабителя. В воздухе снова распространился жар.

Мужчина издал странный звук, словно икнул, выпустил руки Сино и, шатаясь, отступил на несколько шагов. По его серой узорчатой рубашке на животе стал быстро расходиться багровый круг.

— А… А-а-а!!!

Пронзительно вопя, мужчина прижал руки к ране. Возможно, пуля задела крупный кровеносный сосуд. Во всяком случае, между пальцев вырвалась струя крови. Но мужчина не упал. Пули небольшого калибра в цельнометаллической оболочке, которыми стреляет «Чёрная звезда», пробивают человеческое тело с лёгкостью, но их останавливающее действие невелико. Продолжая орать, мужчина потянулся окровавленными руками к Сино и вновь попытался её схватить. Кровь из раны брызнула Сино на руки.

Дрожащими пальцами она вновь нажала на спусковой крючок. На этот раз пистолет подпрыгнул, и острая боль пронзила локти и плечи Сино. Её отбросило назад, спиной она ударилась о стойку. От удара у девочки перебило дыхание, она даже звука выстрела толком не услышала.

Вторая пуля попала мужчине под правую ключицу, тоже прошла навылет и ударилась в стену у него за спиной. Он пошатнулся, затем поскользнулся на собственной крови и упал спиной на линолеум пола. Но и это его не остановило.

— А-а-а-а!!! — яростно взревел он и, опираясь на руки, попытался встать.

Сино охватил ужас. В голове мелькнула мысль, что если в этот раз она не остановит мужчину наверняка, то он непременно убьёт и её, и маму. Не обращая внимания на острую боль в руках и плечах, она сделала два шага вперёд. Навела оружие на середину туловища человека, уже приподнявшегося сантиметров на двадцать.

От третьего выстрела ей вывихнуло правое плечо. Сейчас Сино ничто не поддерживало, так что отдачей её отбросило назад. Она свалилась на пол, но пистолета из рук не выпустила.

Как и в прошлый раз, пистолет яростно дёрнулся, послав вылетевшую пулю сантиметров на десять выше того места, куда Сино целилась. Точно в середину лица грабителя. С громким стуком его голова упала на пол. Больше он не двигался и не кричал. Сино из последних сил приподнялась и убедилась, что мужчина не шевелится.

«Защитила».

Это была первая её мысль. Она защитила свою маму. Сино повернула голову к матери, всё ещё лежащей на полу поблизости. И увидела, как мама, которую она любила больше всех на свете… смотрит прямо на Сино, и глаза её полны ужаса.

Сино опустила взгляд на свои руки, по-прежнему сжимающие пистолет. Они были все в багровых капельках. Девочка открыла рот и наконец пронзительно закричала.

— А-а-а!..

Не переставая тоненько кричать, Сино неотрывно глядела на «Процион», крепко сжатый в руках. Тыльную сторону ладоней и пальцы покрывали капельки крови. Сколько бы она ни моргала, кровь не исчезала. Липкие капли одна за другой падали ей под ноги.

Вдруг из глаз полилась жидкость. Всё исказилось, утонуло в чёрном блеске игрушечного пистолета. Посреди черноты она видела лицо того человека. Третья пуля полетела ему в лицо. Там, где она ударилась, появилась удивительно маленькая ранка, напоминающая родинку. Но тут из его затылка потёк густой красный туман. С лица исчезли все эмоции, вся жизнь. Потом внезапно левый глаз задвигался. Зрачок, подобный бездонному колодцу, уставился на Сино. Он смотрел ей прямо в лицо.

— А… а…

Внезапно её язык прилип к гортани, и она почувствовала, что не может дышать. Одновременно её желудок конвульсивно сжался.

Стиснув зубы, Сино собрала волю в кулак и швырнула «Процион» на пол. И тут же на подкашивающихся ногах бросилась в туалет, мокрой и холодной от пота рукой она схватилась за дверную ручку. Едва она успела поднять крышку унитаза, как горячая жижа хлынула вверх по пищеводу. Её рвало снова и снова, корчило в спазмах, как будто тело пыталось исторгнуть из себя всё, что в нём было.

Когда желудок наконец успокоился и перестал содрогаться, Сино была совершенно обессилена. Протянула левую руку к кнопке смыва, нажала. Не без труда поднялась на ноги. Затем, сняв очки, снова и снова мыла руки и лицо ледяной водой из-под крана. Наконец она прополоскала рот, взяла чистое полотенце с полки и, вытирая лицо, вышла из туалета. Мыслительные способности были полностью парализованы.

На заплетающихся ногах Сино вернулась к себе в комнату. Изо всех сил стараясь не замечать валяющийся на полу игрушечный пистолет, она накрыла его полотенцем. Затем, держа за ткань, подняла и закинула в глубину открытого ящика стола. С грохотом задвинув ящик, окончательно вымотавшаяся Сино рухнула лицом вниз на кровать. Капли воды с мокрых волос смешивались со слезами на щеках и, стекая, впитывались в футон. Сама того не осознавая, Сино вновь и вновь тихонько бормотала одни и те же слова:

— Помогите… кто-нибудь… помогите… спасите меня… кто-нибудь…

Следующие несколько дней после ограбления отложились в её памяти очень смутно.

Она помнила, что когда взрослые в тёмно-синей форме напряжёнными голосами сказали ей отдать пистолет, то оказалось, что её пальцы закостенели и, сколько она ни старалась, не желали разжиматься. Помнила много вращающихся красных огней и колышущихся на ветру жёлтых лент. И что откуда-то бил по глазам белый свет. Помнила, что, когда её усадили в полицейскую машину, она наконец почувствовала, что у неё болит правое плечо, робко пожаловалась и полицейский отвёз её в больницу. И прочие обрывочные воспоминания.

Пока она лежала на больничной койке, две женщины из полиции непрерывно расспрашивали её о случившемся. Она много раз повторяла, что хочет увидеть маму, но её просьбу выполнили намного позже.

Сино выписали через три дня, и она вернулась к бабушке с дедушкой, а вот её мать пролежала в больнице больше месяца. Спокойные дни, которые были до «того происшествия», ушли безвозвратно.

Средства массовой информации проявили необычную сдержанность, и детали случившегося в новости не попали. В прокуратуру сообщили о смерти обвиняемого в попытке вооружённого ограбления почты, но ни одного слушания не было.

Однако городок был совсем маленький. Слухи о том, что произошло в почтовом отделении, разнеслись подобно степному пожару, причём не только во всех подробностях, но ещё и изрядно преувеличенные.

Следующие полтора года, что Сино проучилась в начальной школе, её непрерывно поливали всеми мыслимыми производными от слова «убийца». В средней школе на смену оскорблениям пришло полное игнорирование.

Впрочем, для Сино отношение окружающих не было особой проблемой. Её изначально не очень заботила принадлежность к той или иной группе. Но раны, которые это происшествие оставило в глубине её сердца… Сколько бы лет ни прошло, они всё не заживали и продолжали мучить Сино.

С той самой поры одного лишь взгляда на что-либо, хоть отдалённо напоминающее оружие, хватало, чтобы в голове Сино всплывали отчётливые воспоминания о «том происшествии» и она испытывала сильнейший шок. Оцепенение от гипервентиляции лёгких, потеря ориентации в пространстве, тошнота, а в худших случаях — обморок. Эти приступы происходили, даже когда она кидала взгляд на игрушечный пистолетик в руках ребёнка возле дороги, не говоря уже о картинке на телеэкране.

Поэтому Сино лишилась возможности смотреть большинство фильмов и сериалов. Кроме того, несколько раз у неё случались приступы во время просмотра обучающих видеоматериалов на уроках обществознания. Книги оставались сравнительно безопасными, в первую очередь старые литературные произведения. Поэтому большую часть своего времени в средней школе она проводила, читая собрания сочинений в темноватом углу школьной библиотеки.

Она просила бабушку с дедушкой разрешить ей по окончании средней школы устроиться на работу куда-нибудь далеко, но столкнулась с решительным отказом. Бабушка с дедушкой желали, чтобы внучка поступила в старшую школу. Тогда Сино заявила, что если уж ей придётся учиться ещё три года, то она хочет делать это в Токио, где жила когда-то давно с отцом и матерью. Конечно, она хотела отправиться туда, где вокруг неё не будет постоянных слухов и любопытных взглядов, но главное — она была уверена, что, пока она в этом городке, её раны не залечатся и за целую жизнь.

Разумеется, болезнь Сино была диагностирована как типичный случай ПТСР[28], и за четыре года она успела проконсультироваться у множества врачей. Она послушно принимала выписанные ей лекарства. Однако слова, которые говорили доктора со странно похожими улыбками на лицах, добирались только до поверхности сердца Сино, но не проникали внутрь, не достигали раны. В чистых врачебных кабинетах врачи вновь и вновь произносили слова: «Я понимаю. Вам было очень больно. Вам было очень тяжело». Слушая их, Сино повторяла про себя одну и ту же фразу.

«Понимаете, да? Может, вы сами убивали человека из пистолета?»

Сейчас она уже понимала, что такое отношение с её стороны мешало установлению доверия и сводило на нет эффективность любой терапии. Но оно отражало лишь её искреннее намерение, искреннее желание понять. Сделанное ею было добром или злом? Возможно, Сино всего-навсего желала получить простой и ясный ответ на этот вопрос. Но, конечно же, врача, способного на него ответить, не существовало.

Однако, как бы ни были болезненны для неё эти воспоминания и эти приступы, ни разу она не подумала о том, чтобы покончить с собой. Она не сожалела, что навела оружие на того человека и спустила курок. Когда на прицеле была её мать, у Сино просто не оставалось выбора. Даже если бы она вернулась в то мгновение, вне всяких сомнений, она поступила бы точно так же. Но если Сино выберет бегство в виде самоубийства, тот человек тоже не упокоится с миром. По крайней мере, так ей казалось.

Вот почему она хотела стать сильной. Обрести достаточную силу, чтобы суметь сказать главное: в той ситуации она повела себя правильно. Силу, как на поле боя, где женщины-солдаты безжалостно одолевают своих врагов. По этой же причине она захотела попробовать жить одна.

Когда Сино покинула город, в котором закончила среднюю школу, она попрощалась лишь с дедушкой, бабушкой и матерью, которая всегда обращалась с Сино как с маленькой девочкой, какой та была до происшествия, — обнимала её и гладила по голове.

Сино переехала туда, где воздух грязный, вода невкусная и всё дорогое.

А потом она познакомилась с Кёдзи Синкавой и VRMMORPG GunGale Online.

В конце концов дыхание и пульс успокоились, и Сино подняла веки. Она лежала на животе, прижавшись к подушке левой щекой. Прямо перед её глазами было ростовое зеркало. Из зеркала на неё смотрела девушка с прилипшими ко лбу влажными волосами. Немножко худощавая, с большими глазами. Маленький нос, тонкие губы. В целом она походила на недокормленного котёнка.

Со снайпершей пустыни Синон её роднило только телосложение и причёска — короткие волосы, заколотые по бокам. Больше ни единой общей черты у них не было. Синон была, можно сказать, дикой кошкой.

Впервые войдя в GGO и очутившись на поле боя, ничего не знающая и напуганная до крайности Сино обнаружила кое-что неожиданное. Возможно, благодаря тому, что ландшафты здесь были словно в каком-то параллельном мире, далёком от реальной Японии, — если она прикасалась к оружию, даже если убивала других игроков, тех мерзких припадков не было, хотя некоторое напряжение оставалось.

Сино была уверена, что наконец нашла способ, как ей победить то воспоминание. Фактически после того как она начала играть в GGO, у неё перестали возникать припадки, когда она смотрела иллюстрации, то даже могла спокойно говорить с Кёдзи об оружии внутри GGO.

Нет, не только это. Нынешняя Сино любила добытую полгода назад громадную, брутального вида винтовку PGM UR Hecate II.

Как другие девушки её лет ласкают домашних питомцев и плюшевые игрушки, так Сино расслаблялась, касаясь гладкого ствола снайперки; а прислоняясь щекой к округлому ложу, она ощущала тепло.

Если она продолжит сражаться в виртуальной пустыне вдвоём с этой винтовкой, когда-нибудь её раны непременно заживут, а страхи исчезнут. С верой в это она стреляла без промаха, сметая со своего пути бесчисленное количество монстров и игроков.

«Правда? Этого действительно достаточно?» — Так спрашивал тихий голос внутри неё.

Из нескольких десятков тысяч игроков GGO Синон уже была в тридцатке сильнейших. Она как никто другой умела управляться с крупнокалиберной снайперской винтовкой, неся верную смерть всякому, кто попадал в её прицел. Воительница с сердцем изо льда. Не будет преувеличением сказать, что именно такой когда-то желала стать Сино.

И тем не менее в реальном мире Сино, как обычно, даже игрушечный пистолетик в руки взять не способна.

«По правде… в самом деле… достаточно ли я стараюсь?..»

Глаза девушки в зеркале смотрели из-за очков, неуверенно подрагивая.

Очки, которые она начала носить в прошлом году, были совсем без диоптрий. Они предназначались не для улучшения зрения, а для защиты. Крепкие линзы из полимера NXT не разобьются даже от попадания пули. По крайней мере, так было написано в рекламном буклете. Сино понятия не имела, правда это или нет, но купила очки на сэкономленные деньги, и они подарили ей хоть какое-то ощущение безопасности. Сейчас она, если выходила из дому без очков, чувствовала себя неуютно.

В общем, можно сказать, она зависела от этого маленького аксессуара.

Сино крепко зажмурилась, и вновь тихий голос внутри неё спросил: «Кто-нибудь… подскажите мне… что мне делать?..»

«Никто меня не спасёт!!!»

Отчаянный крик, рванувшийся из сердца, заглушил слабый внутренний голос, и Сино рывком уселась на кровати. Прямо перед ней на маленьком прикроватном столике сиял серебром обруч амусферы.

Этих усилий пока недостаточно. Вот в этом и заключалась правда.

В том мире существует ещё двадцать один стрелок сильнее Синон. Раздавить их всех, отправить в ад, властвовать в пустыне, как подобает сильнейшему игроку GunGale Online, и вот тогда…

Сино окончательно превратится в Синон и обретёт истинную силу в реальном мире. «Тот человек» и «тот пистолет» будут погребены под горой жертв, убитых Синон, и никогда больше то воспоминание к ней не вернётся.

Сино подобрала пульт управления кондиционером и включила его на слабый нагрев, затем одним движением сняла школьную матроску и отпихнула в сторону. Расстегнула юбку, стянула её через ноги, потом собрала всю одежду и скинула на пол. Напоследок сняла очки с голубыми линзами и аккуратно положила на угол письменного стола.

Затем вытянулась на кровати, взяла амусферу и надела на голову. На ощупь включила питание и, как только электронный шум сказал ей, что амусфера находится в режиме ожидания, произнесла:

— Начать соединение!

Её голос в этот момент был беспомощным и охрипшим, словно у ребёнка, уставшего от плача.

Открывшись, браузер тут же загрузил стартовую страницу. Экран заполнился множеством окошек и вкладок. Все они содержали информацию, так или иначе относящуюся к GunGale Online, в основном к Дес Гану.

Он поводил правым указательным пальцем по 3D-мышке и вывел на передний план сайт, за которым он больше всего следил в последнее время. Заголовок гласил: «Полная информация о Дес Гане». Слова «Дес Ган» были выделены красным.

Первый взгляд — на новостную ленту. Похоже, сегодня вечером администратор ещё не делал обновлений. Потом он перешёл к форуму. С прошлого вечера, когда он заглядывал сюда последний раз, появилось несколько новых постов: то тут, то там мерцали метки «New»[29]. Он решил прочесть их все подряд.

Включив светодиодный поворотник и накренившись, я въехал в большие ворота. И тут же поспешно сбавил скорость, поймав на себе осуждающие взгляды идущих по обеим сторонам аллеи людей.

Эта 125-кубовая двухтактная колымага таиландского производства, которую мне по своим каналам добыл Эгиль, была чересчур шумна, учитывая, что сейчас стали популярны электрические скутеры. Когда мне случалось подвозить Сугуху, та поливала меня непрерывным потоком жалоб: «Шумный… вонючий… неудобный…» Всякий раз я врал, что, пока она не постигнет этот звук, не сможет стать ветром. Хотя на самом деле я и сам сожалел, что не потратился на четырёхтактный скутер, какие начали выпускать после введения ограничений на выхлопные газы. Особенно когда был на территории больницы или в других подобных местах.

Я тарахтел по аллее с быстротой запряжённого в телегу ишака, пока впереди не показалась парковка. С облегчением я встал на краю площадки для мотоциклов. Вытащил ключ зажигания — настоящий ключ, в наши-то дни! — и снял шлем. Моего носа коснулся слабый запах дезинфекции, разносимый холодным декабрьским ветром.

Сегодня суббота, после нашей встречи с Кикуокой в той дорогущей кафешке прошла неделя.

Я оторвал от стула свой ленивый зад, как только прочёл электронное письмо о том, что мне подготовили место для погружения в GunGale Online. Как ни странно, этим местом оказалась большая муниципальная больница в Тиёде. Этот район, расположенный в самом центре Токио, я посещал нечасто, но путь до больницы был мне хорошо знаком. Потому что именно в ней я проходил мышечную реабилитацию после освобождения из SAO.

Курс занял всего месяц, после чего меня выписали, но и позже я много раз мотался туда-обратно этим путём, для проверки здоровья и тому подобного. За последние полгода я ни разу не был в этой больнице, но первый же взгляд на столь знакомое белое строение пробудил во мне сложные чувства — ностальгии и одновременно беспомощности. Легонько помотав головой, чтобы прогнать их, я зашагал ко входу.

В памяти сам собой всплыл недавний разговор. Шесть дней назад я объяснял ситуацию Асуне. Мы гуляли по дорожкам Императорского дворца — как раз неподалёку от этой больницы.

— Что-о-о?! Ки… Кирито-кун, ты уходишь из ALO?!

Я увидел, как широко распахнувшиеся глаза Асуны начинают наполняться слезами, и лихорадочно замотал головой:

— Да нет же… вовсе нет! Это всего на несколько дней, и я сразу конвертируюсь обратно! П-просто, понимаешь, есть некоторые обстоятельства, так что я должен заглянуть в другую VRMMO…

Выслушав мои оправдания, Асуна расслабилась, но теперь в глазах её поселилось сомнение:

— Заглянуть?.. Тогда почему бы тебе не завести новый аккаунт, как ты раньше всегда делал? Зачем конвертировать этот?

— Честно говоря… тот очкарик из МВД…

Запинаясь, я принялся объяснять, зачем Сэйдзиро Кикуока позвал меня в кафе неподалёку (что также послужило причиной выбора именно этого места для нашего с Асуной свидания). Впрочем, некоторые детали я умышленно опустил.

Я закончил, когда мы подошли к воротам. Мы вернули в кассу жетоны и вышли на мост Хиракавы, перекинутый через ров. Асуна с непонятным выражением лица произнесла:

— Просьба Кикуоки-сана… Похоже, тут ничего не поделаешь. Я как-то не очень уверена, правильно ли будет ему полностью доверять… но я перед ним в большом долгу.

— Всё в порядке, я тоже так думаю.

И мы оба неловко улыбнулись.

Однако Асуна тут же снова посерьёзнела и, крепко взяв меня за обе руки, сказала:

— Возвращайся поскорее. Ведь наш с тобой дом только там.

Я кивнул, затем опустил взгляд на поверхность воды во рву и ответил:

— Ну конечно. Я вернусь в ALO сразу же, как смогу. Это же просто расследование, что происходит в GunGale Online.

«Да уж».

Я полностью утаил от Асуны настоящее поручение Кикуоки: связаться с вероятным обладателем таинственной силы — игроком по имени Дес Ган. А если бы рассказал правду, уверен, она бы непременно попыталась меня остановить или предложила отправиться вместе. Решение эгоистичное, конечно, но я твёрдо решил, что не подпущу её к виртуальному миру, от которого хоть чуть-чуть пахнет опасностью.

Хотя, разумеется, я был на девяносто девять и девять десятых процента убеждён, что слухи о Дес Гане — именно слухи, не более.

Из виртуальности убить человека в реале.

Сколько я об этом ни думал, никак не мог поверить, что такое возможно. Амусфера, как её ни называй, — просто машина, следующая ступень развития обычного телевизора. Технологии виртуальной реальности и полного погружения часто считают какой-то магией, но на самом деле это лишь удобные инструменты. В них нет ничего магического: они не могут отделить душу человека от его тела и переправить её в параллельный мир.

Однако на оставшуюся долю процента я всё же сомневался, что и привело мои ноги сюда, в эту больницу.

Несколько месяцев назад я разбирал на своём компе залежи старых электронных журналов и в одном из них, вышедшем перед самым запуском SAO, обнаружил короткое интервью с директором «Аргуса» Акихико Каябой, тогда ещё живым. И в своём интервью он говорил вот о чём.

Айнкрад — это сокращение от An Incarnating Radius[30]. Грубо говоря, «воплощающий мир». В этом мире игроки могут видеть, как многие их мечты воплощаются в реальность. В нём будут не только мечи, монстры, лабиринты и прочее, что ассоциируется с играми. Там будет сила, заставляющая меняться самих игроков.

Я изменился, в этом сомнений нет. И Асуна тоже. Эгиль, Кляйн, Лиз, Силика и все остальные, запертые в том мире на два года. Все наши личности изменились настолько, что возврата к прошлым «нам» уже нет.

Но что, если затеянное Каябой «изменение» на этом не закончилось?.. Что, если где-то в уголке бесконечно разрастающегося кластера виртуальных миров, созданных благодаря программному пакету «Семя», уже родился какой-то новый фактор, способный размывать границы реального и виртуальных миров?..

Автоматическая дверь перед моими глазами раздвинулась, и на меня пахнуло тёплым, пахнущим дезинфекцией воздухом. Это дуновение прервало поток моих мыслей.

Два игрока GGO умерли в реальном мире. Помня это, я не мог утверждать, что встреча с Дес Ганом совершенно не таит в себе опасности. Потом, когда я вернусь в ALO и честно расскажу обо всём Асуне, она будет в ярости, это уж точно. Но рано или поздно она, конечно же, поймёт.

Поймёт, что я, перерубивший временную ось парящей крепости Айнкрад, которая должна была схлопнуться сама, — я, человек по имени Кирито, выпустивший в мир «Семя», не мог поступить иначе.

Сперва я заглянул в туалет, потом, ориентируясь по распечатанной схеме из письма Кикуоки, добрался до предназначенной мне палаты на третьем этаже стационара. Имени пациента на табличке возле двери не было. Я постучал и открыл дверь.

— Привет! Киригая-кун, сколько лет, сколько зим! — поприветствовала меня знакомая медсестра. Именно она занималась мной во время реабилитации.

Её длинные волосы были заплетены в торчащую из-под форменной шапочки толстую косу с маленьким белым бантиком на конце. Довольно высокая, в светло розовой униформе, с точёной фигуркой — наверняка её вид заставлял пациентов забывать обо всём. На левой стороне груди располагался бейджик с фамилией Аки.

Улыбающееся лицо было очень милым, вот уж действительно «ангел в белом халате». Но, зная, что при необходимости Аки может становиться поистине страшной, я уже через секунду вышел из ступора и поспешно поклонился:

— Здравствуйте, д-давно не виделись.

Аки внезапно прощупала мои руки от плеч до локтей, потом цепко прихватила за бока. От неожиданности я вскрикнул:

— А-а-а?!

— О, ты всё-таки нарастил мышцы. Но пока этого недостаточно. Ты как, нормально питаешься?

— Нормально питаюсь, вполне. Но, как бы это сказать, Аки-сан, почему вы здесь?

Я огляделся. Маленькая палата на одного — и никого, кроме нас двоих, в ней не было.

— Мне всё рассказал тот чиновник в очках. Значит, ты для правительства будешь заниматься расследованием в виртуальной… сети? Ты ведь меньше года назад вернулся, и это, должно быть, тяжело? В общем, раз я занималась твоей реабилитацией, меня попросили и сейчас за тобой присмотреть, вот я и снялась со смены. Судя по всему, с моим начальством тоже договорились. Прямо чувствуется власть правительства, да? Ну, короче, на какое-то время я рада сотрудничать с тобой, Киригая-кун.

— Ну, я тоже…

Он как будто построил хитрый план на том, что я не смогу отказать красивой женщине, этот Кикуока… Мысленно проклиная отсутствующего здесь чиновника, я улыбнулся и пожал протянутую медсестрой руку:

— Так что, этот очкарик из правительства не пришёл меня проводить?

— Да он что-то говорил про совещание, от которого ему не удалось отвертеться. И попросил меня передать тебе кое-что.

Я открыл коричневый конверт, который она мне вручила, и достал лист бумаги. Там от руки было написано: «Отчёты присылай по электронной почте на обычный адрес. Накладные расходы вместе с вознаграждением будут выплачены в полном объёме по завершении задания. P.S. То, что ты в одноместной палате наедине с хорошенькой медсестрой, ещё не означает, что ты можешь давать волю порывам юности».

Я смял листок вместе с конвертом и сунул в карман куртки. Если это прочтёт Аки, меня вполне могут обвинить в домогательстве. Чуть натянуто улыбнулся подозрительно моргающей женщине:

— Ну… что ж, давайте подключаться к сети.

— Да, конечно. У меня уже всё готово.

Рядом с гелевой[31] кроватью, к которой она меня проводила, выстроилась батарея разноцветных мониторов, а на прикроватном столике серебрилась новенькая амусфера.

— Теперь раздевайся, Киригая-кун.

— Это ещё зачем?!

— Электроды, их же надо закрепить. И вообще, когда ты здесь лежал, я уже всё видела, так что краснеть совершенно необязательно.

— А… можно только верх снять?..

Аки подумала пару секунд, потом, к моему облегчению, кивнула. Покорившись судьбе, я снял куртку и рубашку с длинными рукавами, после чего лёг на койку. Тут же по всему моему туловищу расположились электроды для записи кардиограммы. Амусфера тоже способна следить за сердечной активностью, но Кикуока подстраховался на случай, если хакер взломает её и отключит эту функцию. Глядя на приготовления, я осознал, что очкарик хотя бы немного, но всё же действительно подумал о моей безопасности.

— Так, ну вот, всё готово.

Когда медсестра, проверив последний монитор, наконец кивнула, я на ощупь взял амусферу, надел на голову и включил питание.

— Ну ладно… Я пошёл тогда. Наверно, пробуду там часа четыре или пять, так что…

— Всё в порядке, Киригая-кун. Я буду как следует присматривать за твоим телом, так что ни о чём не беспокойся.

— 3-заранее спасибо.

Несколько запоздало размышляя о том, как же всё так вышло, я закрыл глаза.

Электронный шум в ушах сообщил мне, что амусфера находится в режиме ожидания.

— Начать соединение.

Сразу после этой команды всё перед глазами залил уже привычный ослепительно белый свет и моё сознание отделилось от тела.

Едва приземлившись в виртуальном мире, я испытал слабое ощущение дискомфорта. Причину я осознал несколько секунд спустя. Всё небо было окрашено желтизной с еле заметной примесью красного цвета.

Я слышал, что время в GunGale Online синхронизовано с реальным. Иными словами, сейчас час дня с небольшим и небо должно быть таким же голубым, как то, что я видел из окна больничной палаты. Но тогда почему здесь оно было унылого сумеречного цвета? Прокрутив в голове возможные варианты, я пожал плечами и махнул рукой. Сеттинг GGO — это Земля после глобальной войны. Видимо, такое небо сделали специально, чтобы подчеркнуть постапокалиптическую атмосферу.

Я снова повернулся в сторону величественного зрелища, открывшегося прямо передо мной, — столицы GGO, города под названием КК Глоккен. Как и следовало ожидать от научно-фантастической VRMMO, этот город был совершенно не похож ни на новую столицу Альвхейма — Иггдрасиль-Сити, расположенный на вершине Древа мира, — ни на фэнтезийные города Айнкрада.

Здания с металлической текстурой поднимались чёрными шпилями, словно пытаясь пронзить небо, а переходы соединяли их по воздуху, образуя гигантскую сеть. Между зданиями деловито бегали яркие голографические рекламные объявления. Чем ближе к земле, тем их было больше, — словно море цветов и звуков.

Наконец я опустил взгляд себе под ноги. Стоял я вовсе не на земле или камне, а на выложенной металлическими плитками дороге.

Прямо за моей спиной находилось куполообразное сооружение, которому отводилась роль стартовой локации для игроков. Передо мной тянулась улица — похоже, главная улица города. По обе её стороны теснились сомнительного вида магазинчики, и это зрелище здорово напоминало какой-нибудь переулок в Акихабаре. Ходящие туда-сюда игроки тоже создавали неординарную атмосферу.

Подавляющее большинство составляли мужчины. Может, из-за моего опыта игры в ALO, где женщин было сравнительно много, а может, из-за хрупких эльфийских фигур тамошних обитателей — так или иначе, здешние брутальные мужчины в камуфляже и в чёрных бронежилетах выглядели довольно-таки угнетающе. Как бы сказать… они словно были полны еле сдерживаемой агрессии. Если честно, в целом впечатление создавалось отталкивающее.

Ещё одной причиной гнетущего впечатления от игроков было то, что висело у них на плечах и поясах, — громоздкие чёрные грубые стволы. Этим предметам недоставало элемента украшательства, столь присущего мечам и копьям. Единственное предназначение всех этих пушек — быть оружием. Даже форма и цвет подчинены лишь одной цели — побеждать врага.

Я мысленно кивнул, осознав, что то же самое можно сказать и обо всём этом мире. Весь смысл существования игроков в этой игре сводится к трём целям: сражаться, грабить, убивать. Миссия ALO — позволить игрокам наслаждаться жизнью в иллюзорном мире — здесь практически отсутствовала.

Так что красивые и привлекательные аватары здесь были скорее недостатком. Для устрашения врагов нужна внешность свирепого воина. Многие мужчины здесь щеголяли нарочитой щетиной и выделяющимися шрамами на лицах. Видимо, как раз для этой цели. Если так, то интересно, какую же внешность получил мой собственный аватар?

Когда эта запоздалая мысль пришла мне в голову, я осмотрел своё тело. Для достижения цели — изображать крутого парня, чтобы привлечь внимание Дес Гана, — лучше всего было бы, если бы я получился солдатом-мачо с голливудской внешностью.

И тут у меня возникло нехорошее предчувствие. Кожа на моих ладонях была белая и гладкая, как эмаль, а пальцы удивительно тонкие. Моё тело, облачённое в чёрную солдатскую куртку, казалось изящнее, чем реальное. И, судя по ощущениям, я не особо высокого роста.

Несколько дней назад я объяснил Асуне, что не стал создавать персонажа с нуля, отправляясь в GunGale Online. Если бы я это сделал, то неизвестно, когда бы мне удалось встретить Дес Гана. Ведь ему интересны лишь сильные игроки.

В отношении VR-миров, созданных с помощью программного пакета «Семя», — а точнее, в отношении всех миров, управляемых системой «Кардинал», — существует лишь одно общее правило, общая функция. А именно — конвертация персонажей. Если используется «Семя», отключить эту функцию нельзя.

С её помощью можно перенести данные персонажа, созданного и прокачанного в одной игре, в другую игру, управляемую другой компанией, к тому же с сохранением его характеристик. Ситуация в общих чертах напоминает сим-карты, которые можно спокойно переносить в телефоны других производителей.

Скажем, вы конвертируете персонажа, у которого в игре А сила равна 100 единицам, а ловкость — 80, в игру Б. При этом производится «относительное сохранение» характеристик персонажа игры А, и в игре Б появляется персонаж с параметрами «STR = 40» и «AGI = 30» или тому подобными. Короче говоря, воин ближнего боя, у которого в ALO крутизна выше среднего, перейдя в GGO, станет солдатом, у которого крутизна опять-таки выше среднего.

Само собой, эта функция не позволяет увеличить число копий персонажа. Как только происходит конвертация, персонаж в изначальном мире полностью исчезает. Более того, поскольку переносятся только данные о самом персонаже, предметы экипировки тоже полностью исчезают. Так что этот метод хоть и удобен, но требует изрядной смелости. Сейчас, когда мне пришлось конвертировать моего персонажа, сприггана Кирито, из ALO в GGO, я запихнул почти всё, что у меня было, в сейф у Эгиля, недавно открывшего магазинчик в Иггдрасиль-Сити. Но если такого надёжного друга у вас нет, тогда требуется готовность потерять все свои богатства.

Итак, конвертация должна была оставить мне силу Кирито из ALO, хотя у него не было всех тех безумных характеристик Кирито из SAO, ведь в ALO я создал и прокачал персонажа заново. Однако внешность тоже не переносится, как и предметы, поэтому я никак не мог предугадать, какой подарочек мне подкинет генератор случайных чисел. Я вполне мог надеяться заполучить облик бравого солдата…

Вот только плохое предчувствие не покидало меня. Я огляделся и подошёл к зеркальной стене купола, из которого только что появился. И распахнул глаза в полном изумлении.

— А… Какого чёрта?!

Глядящая на меня из зеркала фигура отстояла от моих ожиданий на сто световых лет.

Я стал ниже ростом, чем когда был спригганом, и ещё стройнее. Цвет волос не изменился, остался чёрным, но сами они теперь были гладкие и струились до лопаток. Лицо, как и руки, оказалось белым до прозрачности, а губы — ярко-алыми.

Цвет глаз тоже… Нет, глаза остались чёрными, как и волосы, но теперь они были большими и сияющими. Окаймлённые длинными ресницами, они смотрели из зеркала так невинно и чарующе, что я даже забыл на мгновение, что это я сам, и мой взгляд забегал. Ещё раз осмотрев всю картину, я испустил глубокий протяжный вздох.

Асуна частенько говорила, что у Кирито в SAO довольно женственные черты лица, но мой нынешний облик достиг в этом плане новых высот. «Где, чёрт побери, искать хоть какой-то намёк на силу солдата в этом?» — крутилось у меня в голове, пока я пребывал в шоке. Вдруг какой-то парень, который ел неподалёку, подбежал ко мне и обратился к моему отражению:

— О, красотка, да тебе повезло! Это же аватар F1300! Он очень редко встречается. Как насчёт такого предложения: раз он новый и ты только начала игру, не продашь мне его вместе с аккаунтом? Даю два мегакредита!

Всё ещё пребывая в мыслительном ступоре, я какое-то время молча глядел на парня, а затем, внезапно осознав некую возможность, поспешно ощупал руками грудь. Но, к счастью, она была плоской, так что мои худшие ожидания не оправдались. Похоже, кошмарной ошибки со сменой пола не случилось.

Практически все свежие VR-игры запрещают аватары, пол которых не совпадает с полом игрока. Причина проста: долгое использование аватара противоположного пола плохо влияет на тело и психику, пренебрегать этим нельзя. Однако мне доводилось слышать, что, поскольку пол игрока определяется по его мозговым волнам, бывают крайне редкие случаи, когда в системе происходит сбой и она ошибается с полом. Тогда первое же погружение оказывается для игрока настоящим шоком.

Если вспомнить, то смена пола допускалась и в оригинальном SAO, но сразу после начала игры система вернула всем изначальный пол. Интересно, это было сделано потому, что Каяба уже тогда знал о неблагоприятных последствиях?.. Прогнав в голове эти совершенно неуместные мысли, я посмотрел в глаза заговорившему со мной игроку, пожал плечами и ответил:

— Эм-м… прошу прощения, но я парень.

Голос был соответствующий: хоть и низковатый, но девушке вполне подходил. Пока я в унынии ожидал ответа, парень, потеряв на несколько секунд дар речи, начал трещать как пулемёт:

— Это что же, так это, значит, аватар М9000?! Ведь это, это же просто невероятно круто!.. Тогда я дам четыре, нет, пять мегакредитов. Продай его мне, продай, ну пожалуйста!

«Продать? Да я его просто так отдам, в обмен на твою внешность!»

Увы, позволить себе такого я не мог.

— Эм-м, это не начальный персонаж, а сконвертированный. Я не могу так вот просто обменять его на деньги. Прошу прощения.

— Эх… Понятно…

Парень, не скрывая разочарования, принялся рассматривать меня со всех сторон, но вскоре, взяв себя в руки, поинтересовался:

— Ходят слухи, что чем дольше пользовался аккаунтом, тем чаще выпадает редкий аватар при конвертации. Мне вот интересно: не мог бы ты прикинуть, сколько игрового времени было на твоём предыдущем аккаунте?

— Что?.. Моё игровое время?

Я задумался. Тот аккаунт, который я конвертировал, был аккаунтом мечника Кирито, перешедшего из SAO в ALO, и ему больше двух лет. Иными словами, это 730 дней, помноженные на 24 часа.

— Ну… где-то сем…

Я принялся было отвечать правдиво, но спохватился. Жанру VRMMO-игр всего-то три года, так что семнадцать тысяч часов опыта могли иметь только бывшие игроки в SAO.

— В общем, где-то около года. Так что это, наверно, просто случайно получилось, да?

— Ясно… Ну, если передумаешь, дай мне знать.

С этими словами он сунул мне в руку что-то похожее на прозрачную карточку и нехотя отошёл. На этой штуке было написано имя и пол персонажа, его гильдия и прочие детали. Пока я смотрел на карточку, она рассыпалась на искорки света, но, скорее всего, данные добавились в адресную книгу или как она тут называется.

Какое-то время я искоса поглядывал на своё отражение в стекле, всё ещё не желая сдаваться, и раздумывал, могу ли я что-то с этим сделать, но в итоге пришёл к выводу, что не могу.

Лог конвертации был уже включён в данные моего персонажа, поэтому, когда я вернусь в ALO, то вновь приму облик сприггана Кирито с торчащими во все стороны пучками волос. Но если я потом опять перейду в GGO, тогда мне снова выдадут этот аватар, который даже не разберёшь толком, мужской или женский.

Моё кредо: «В любой ситуации есть что-то хорошее». Так что после нескольких минут размышлений кое-что хорошее я всё-таки обнаружил.

В этот мир я пришёл с одной-единственной целью — связаться с игроком по имени Дес Ган. Конечно, от того, чтобы он меня подстрелил, я предпочёл бы воздержаться, но мне надо выяснить, истинна ли его сила. Для достижения этой цели надо будет как-то показать свою силу и привлечь к себе внимание.

В игре GGO, исходя из её сути, должно быть очень мало игроков женского пола, а значит, этот аватар, настолько похожий на красивую девушку, явно будет выделяться, пусть и не так, как мне хотелось бы. Едва ли от него стоит ожидать хоть какого-то эффекта устрашения на поле боя, значит, придётся это компенсировать бойцовскими умениями.

Насчёт того, как можно показать всем свою силу, у меня была одна идея.

При обычном игровом процессе (зачистка данжей и плееркиллерство, которым я заниматься не желал) нужно много времени, чтобы моё имя приобрело известность. Но, к счастью, с сегодняшнего дня здесь будет проводиться турнир, который определит сильнейшего игрока GGO, — «Золотая пуля». Я зарегистрируюсь для участия в этом турнире и пройду в финальную стадию, где все будут драться против всех. Если я прорвусь на вершину и этим сделаю себе имя, наш Дес Ган наверняка меня заметит. А возможно, он и сам появится на турнире.

Находясь впервые в этой игре, я плохо представлял, насколько хорошо смогу сражаться, но, как бы то ни было, придётся пробовать. Бой с кем-то, у кого в руке ствол, скорее всего, совсем не то же, что бой с лучником или магом в ALO. Однако здесь тоже VRMMO, а значит, определённые общие черты просто обязаны быть. Я могу лишь стараться изо всех сил, а если этих самых сил мне не хватит, то ответственность будет лежать на Кикуоке, который втянул меня в это дурацкое задание.

Так или иначе, первым делом надо пройти регистрацию для участия в турнире, а затем купить снаряжение. В последний раз оглядев своё тело, я вздохнул, развернулся и зашагал в сторону главной улицы. Внезапно я заметил, что непроизвольно отвёл прядь волос от своей щеки, и на меня нахлынула тоска.

Всего несколько минут мне потребовалось, чтобы заблудиться.

Город со странным названием КК Глоккен, похоже, представлял собой множество громадных ярусов один над другим. Передо мной, сбивая с толку, как будто возвышались уровни уменьшенной копии парящей крепости Айнкрад. Сквозь щель высоко над поверхностью пробивались лучи закатного солнца. Здания, словно пронзающие эти уровни, были соединены прямо по воздуху крытыми переходами, лифтами и эскалаторами. Всё это сияло и сверкало. Картина была красивая, но, сказать по правде, чертовски запутанная, словно в данже.

Конечно, я мог бы зайти в главное меню и вызвать подробную трёхмерную карту, но совместить моё местоположение на ней с картиной перед глазами было бы делом непростым.

Будь я сейчас в однопользовательской RPG, отчаялся бы и принялся лихорадочно бродить туда-сюда. Возможно, даже не смог бы вернуться к стартовой точке. К счастью, это ММО, где в подобных ситуациях есть надёжное средство. Среди идущих перед моими глазами прохожих я выбрал курсор игрока, а не NPC, и, подбежав, обратился к его обладателю со спины:

— Прошу прощения. Я тут не могу найти дорогу…

И тут же понял, что влип. Поскольку развернувшийся на мой голос игрок, как ни погляди, был девушкой. Короткие, но шелковистые голубые волосы, заколками собранные по бокам от лица в чуть более длинные и тонкие пряди. Под чёткой линией бровей сверкали большие глаза цвета индиго, создавая намёк на кошачий облик. Чуть ниже — маленький носик и светлые губы.

В голову пришла невольная мысль, что этот игрок может быть таким же, как и я, парнем с женственным аватаром. Мой взгляд со скоростью света пробежал по его телу, но под песочного цвета шарфом и расстёгнутой курткой отчётливо выпирала рубашка. Кроме того, девушка была довольно миниатюрной. Я не осознал этого сразу, потому что и мой уровень взгляда располагался сейчас заметно ниже обычного.

В VRMMO игрок мужского пола, обращающийся к игроку женского пола со словами «я заблудился», в семидесяти процентах случаев делает это с одной целью — приударить. Как я и опасался, на лице обернувшейся девушки читалась нескрываемая настороженность. Однако, как ни странно, это выражение тут же исчезло.

— Впервые в игре? И куда направляешься?

Губы, произнёсшие эти слова чистым и приятным голосом, даже вроде как изогнулись в слабой улыбке. Я мысленно склонил голову набок, пытаясь понять, в чём дело, и наконец до меня дошло. Эта девушка допустила ту же ошибку, что и покупатель аватаров, говоривший со мной недавно. Она решила, что я тоже девушка, как и она сама. Какого дьявола такое происходит со мной?

— В-общем, я…

Первым моим побуждением было просветить её насчёт моего пола, но в последний момент я передумал. В каком-то смысле эта ситуация может быть мне даже на руку. Ведь если я в следующий раз обращусь к парню, а он тоже примет меня за девушку, потом могут возникнуть некоторые проблемы. Моё второе кредо: «Пользуйся любой подвернувшейся возможностью». Так что, хоть это и нехорошо по отношению к моей визави[32], лучше пока оставить её в неведении.

— Да, первый раз. Есть тут поблизости недорогой оружейный магазин? А ещё мне нужно в место, которое называется Вилла губернатора, — ответил я. Мой голос звучал чуть хрипловато и ниже, чем у этой девушки. Она озадаченно склонила голову.

— Вилла губернатора? А зачем тебе туда?

— Зарегистрироваться на турнир, который скоро состоится…

Едва девушка это услышала, её и без того большие глаза стали ещё больше и изумлённо замигали.

— Хм-м, даже несмотря на то, что ты только сегодня начала? Конечно, в правилах ничего не сказано про то, кому можно и кому нельзя участвовать, но тебе, думаю, характеристик не хватит…

— А, так ведь у меня не заново созданный персонаж, а конвертированный из другой игры…

— Ах вот, значит, как.

Глаза цвета индиго загорелись, и на этот раз лицо девушки осветила ясная улыбка:

— Ничего, если я спрошу? Почему ты решила прийти в эту игру, где всё покрыто пылью и воняет маслом?

— Просто… Ну, до сих пор мне нравилось играть только во всякое фэнтези, а тут вдруг подумалось, а не попробовать ли для разнообразия какой-нибудь киберпанк…[33] Да и перестрелки мне немножко интересны.

В общем-то, я не совсем соврал. Мне действительно было более или менее интересно, как далеко сможет меня завести в GGO интуиция, заточенная под драки на мечах.

— Понятно. И поэтому ты решила вот так сразу поучаствовать в «Золотой пуле». Наглости у тебя хватает.

Девушка хихикнула, потом кивнула:

— Ладно, покажу тебе, где что находится. Так вышло, что я тоже иду на виллу губернатора. Ну а сначала оружейный магазин, да? Тебе нравится какой-то конкретный ствол?

— Ну, как бы… — так сразу мне на ум ничего не шло.

Увидев, что я не в состоянии ответить, она снова улыбнулась:

— Ладно, зайдём в большой магазин, там много разных пушек. Иди за мной.

Она развернулась и зашагала прочь. Я поспешил за развевающимся кончиком её шарфа.

Изгибающиеся дорожки, переходы, эскалаторы… Мне казалось, что запомнить этот маршрут совершенно нереально. Через сколько-то минут нам внезапно открылась главная улица. И прямо перед нами — роскошный магазин, словно гипермаркет какой-то крупной иностранной фирмы.

— Вон туда.

С изяществом проложив себе путь сквозь толпу, девушка подошла ко входу.

Внутри магазин был огромен и весь наполнен различными световыми эффектами и шумом, что придавало ему сходство с каким-то парком развлечений. Продавцы — прекрасные женщины-NPC, облачённые в почти ничего не закрывающие серебристые костюмы, — сверкали невинными деловыми улыбками. Но в шок меня повергло то, что они держали в руках и что висело на каждой стенке. Повсюду сияли чёрным блеском пистолеты, автоматы и другие виды оружия.

— Весьма… интересный магазин, ничего не скажешь.

В ответ моя провожатая смущённо улыбнулась:

— По правде сказать, в специализированных магазинах товары лучше, чем в универмагах, рассчитанных на начинающих. Ну, если мы здесь найдём, какой тип оружия тебе больше нравится, потом сможем пойти туда.

Пока она это говорила, я успел заметить, что среди игроков, бродящих по магазину, многие были одеты ярко. По сравнению с моей провожатой в одежде песчаных тонов они действительно производили впечатление новичков.

— Итак, ты игрок какого типа?

Услышав вопрос, я призадумался. Поскольку аватар сконвертирован из другого мира, моё соотношение характеристик в целом должно было сохраниться.

— Хм, основной упор на силу, потом ловкость… Кажется, так?

— Тип STR-AGI, значит. Похоже, тебе подойдёт снаряжение солдата средней дистанции. Тяжёлый автомат или пулемёт как основное оружие и пистолет как вспомогательное… Но погоди, ты же только что сконвертировалась, да? Значит, твои деньги…

— Ой… Да.

Я поспешно дёрнул правой рукой и вызвал окно меню. Даже если мои характеристики при конвертации сохранились, предметы и деньги перенести невозможно. Так что сумма, высвеченная под списком снаряжения, была…

— М-м… Тысяча кредитов.

— Стало быть, всего-навсего начальная сумма.

Наши взгляды встретились, и мы неловко улыбнулись друг другу.

— Ага…

К девушке быстро вернулось прежнее выражение лица. Она коснулась кончиками пальцев своих тонких губ и склонила голову.

— На эти деньги ты вряд ли сможешь купить что-нибудь, кроме маленького лучевого пистолетика. А из огнестрельного — подержанный револьвер… Что же делать?.. Знаешь, если ты не против…

Угадав, что она собирается сказать, я поспешно замотал головой. В любой ММО чрезмерная поддержка новичка от ветерана не заслуживает похвалы. Я пришёл в эту игру не ради развлечения, но всё равно я геймер. И есть черта, которую я не могу переступить.

— Не, всё нормально. Это необязательно. М-м… а можно здесь где-нибудь по-быстрому заработать? Если я не ошибаюсь, вроде в этой игре есть казино…

Девушка, как и ожидалось, улыбнулась чуть недоверчиво.

— В подобные заведения лучше идти, когда у тебя лишние деньги, которые ты готова проиграть. Ну да, есть — и большие, и маленькие. Если мне не изменяет память, даже в этом магазине… — поводив головой по сторонам, она указала вглубь помещения. — Да, здесь есть азартная игра вроде тех, что в казино. Посмотри.

Тонкий палец девушки указывал на какую-то здоровенную штуковину в зале, которая сверкала и сияла.

Подойдя ближе, я понял, что эта штуковина занимает приличный кусок места возле стены. Она была слишком огромна, чтобы называть её игровым автоматом.

Ещё там была площадка метра три в ширину и около двадцати в длину. Пол внутри был выложен металлической плиткой, по периметру шла ограда по пояс. В дальнем конце площадки стоял одетый по-ковбойски NPC с кобурой на поясе. Ближе к нам в ограде был проход, перекрытый турникетом, и рядом стоял прямоугольный столбик вроде автоматической кассы.

Ковбой, который время от времени выкрикивал оскорбительные фразы и, вытаскивая свой револьвер из кобуры, крутил его на пальце, стоял на фоне кирпичной стены с множеством пулевых выщербин. По верху стены шла розовая неоновая вывеска с надписью «Недосягаемый!».

— Что это? — спросил я, и девушка принялась объяснять, показывая пальчиком:

— В этой игре ты входишь вон в те ворота и пытаешься уклониться от огня NPC и одновременно подобраться к нему как можно ближе. Лучший результат пока вон там.

Её указательный палец был направлен внутрь площадки, там на полу светилась тонкая красная линия. Она проходила чуть дальше двух третей длины площадки.

— Круто. И сколько можно выиграть?

— Ну, войти в игру стоит пятьсот кредитов. Выигрыш — тысяча, если пройдёшь первые десять метров, две тысячи — за пятнадцать. А если сможешь дотронуться до стрелка, то получишь все деньги, которые здесь потратили до тебя.

— В-все?!

— Смотри, вон там написано, какой сейчас джекпот. Около трёхсот тысяч, надо же.

— Это… это чертовски много денег.

— Но это невозможно, — тут же добавила девушка и пожала плечами. — Этот ковбой, когда ты преодолеешь восемь метров, начнёт стрелять с читерской[34] скоростью. У него, конечно, револьвер, но он перезаряжает очень быстро и палит очередями по три выстрела. Когда ты увидишь линию пули, будет уже поздно.

— Линию пули…

Вдруг девушка потянула меня за рукав и тихонько прошептала:

— Смотри, вон ещё один пошёл увеличивать сумму джекпота.

Мой взгляд вернулся от ковбоя к входу, туда как раз подошли трое. Один из них — парень в бело-сером камуфляже, предназначенном, судя по всему, для холодной местности, — встал перед турникетом, явно накачивая себя. Наконец он нажал правой ладонью на столбик кассы. Этого было достаточно, чтобы плата оказалась внесена. Раздался весёлый звук фанфар, и тотчас отовсюду подтянулись зеваки — человек десять.

Ковбой-NPC выкрикнул на английском: «Эй, засранец, сейчас я запущу твой зад на Луну!» — и поднёс правую руку к кобуре с револьвером. Перед парнем в зимнем камуфляже появилась большая зелёная голографическая цифра «3». Она тут же со звуковым эффектом сменилась на «2», потом на «1» — и, как только высветился «0», турникет открылся.

— Ура-а-а!

Издав этот воинственный клич, «зимний» парень пробежал несколько шагов — и вдруг резко затормозил, расставив ноги. Выпучив глаза, он внезапно наклонился вправо и при этом поднял левую руку и левую ногу. Странная поза.

«Это что ещё за танец?» — только я и успел подумать, когда пролетели ярко-красные сверкающие пули. Одна — в десяти сантиметрах слева от головы парня, вторая — под левой подмышкой, третья — под левым коленом. Это NPC выхватил револьвер из кобуры и выпустил три пули подряд. Впечатляющее уклонение, «зимний» парень словно заранее знал, по какой траектории полетят пули.

— Это и была та самая линия?.. — прошептал я, наклонившись к своей спутнице. Девушка с голубыми волосами кивнула и так же тихо ответила:

— Да. Уклонение благодаря линии пули.

Тем временем парень в зимнем камуфляже, как только огонь прекратился, снова рванулся вперёд — и тут же вновь замер. На этот раз он широко расставил ноги и наклонил туловище на девяносто градусов вперёд.

Тут же с пронзительным свистом две пули пролетели у него над головой и одна ниже паха. Ещё бросок вперёд — и снова остановка. Смахивало на игру «Красный свет — зелёный свет».

Парень двигался на удивление проворно и преодолел уже семь метров. Я уж было подумал: «Ещё три метра, и он получит вдвое больше, чем заплатил за игру», как вдруг…

До сих пор NPC выпускал по три пули с одним и тем же интервалом, но тут он выстрелил дважды подряд, а третий раз после маленькой паузы. От последней пули зимний парень увернулся в прыжке, но, приземляясь, потерял равновесие и опёрся рукой об пол. Он поспешно попытался выпрямиться, но было поздно. Правая рука ковбоя дёрнулась, и следующая пуля высекла оранжевые искры на белой груди игрока.

Фанфары прозвучали уныло. Ковбой принялся победоносно выкрикивать оскорбления, а сумма джекпота на заднем плане под негромкий металлический «звяк» выросла на пятьсот кредитов. «Зимний» парень поник и с унылым видом вышел за ворота.

— Поняла? — Девушка, чуть улыбнувшись в шарф, снова пожала плечами. — Ладно бы тут была возможность прыгать то влево, то вправо, но приходится бежать практически по прямой, и, что бы ты ни предпринимала, где-то там всё и заканчивается.

— Хм… ясно. Когда видишь линию пули, уже поздно… да? — пробормотал я и направился к воротам аттракциона.

— Погоди… погоди секунду, ты же…

Я вернул лёгкую улыбку пытающейся остановить меня девушке и положил правую ладонь на столбик кассы. Раздался звук, как от старого кассового аппарата, а затем жизнерадостные фанфары.

То ли из-за появления ещё одного дурака, то ли из-за моей внешности, но зеваки и предыдущая троица оживились. Девушка с шарфом упёрла руки в бока и безнадёжно покачала головой.

Ковбой снова принялся сыпать оскорблениями, правда уже новыми, и одновременно перед моими глазами начался отсчёт. Я чуть присел и приготовился резко стартовать. Цифры сменяли одна другую, и, едва турникет открылся, я ринулся вперёд.

Я успел сделать лишь несколько шагов, когда ковбой вскинул правую руку с револьвером и от дула потянулись три красных линии.

Они уткнулись мне в голову, в правую часть груди и в левую ногу. Едва я это ощутил, как со всей силы прыгнул вперёд и вправо. В следующее мгновение оранжевые линии проскочили слева от моего тела. Я тут же оттолкнулся от пола правой ногой и вернулся на середину.

Конечно, в VRMMO-игре огнестрельному оружию я противостоял впервые. Однако и в SAO, и в ALO было немало монстров, атакующих с дистанции стрелами, ядом или магией.

Существует лишь один способ уходить с траектории их выстрелов: читать направление атаки врага «по глазам». Возможно, это просто прихоть Акихико Каябы, но абсолютно все монстры в играх под управлением «Кардинала» смотрят туда, куда целятся. Разумеется, если у них вообще есть орган, аналогичный глазам.

NPC, который сейчас наводил на меня свой револьвер, тоже не должен был быть исключением.

Я неотрывно глядел в глаза ковбоя — не на красные линии пуль, даже не на дуло револьвера. По дёрганым движениям безжизненных глаз я чувствовал, по какой траектории полетит пуля, и лёгкими движениями влево-вправо, а иногда вверх или вниз, обтекал беззвучно возникающие линии. Фактически, когда мимо пролетала пуля, я уже занимал позу для следующего прыжка.

Уклонившись от второй очереди из трёх пуль, я, похоже, прошёл десятиметровую отметку — раздался короткий звуковой эффект. Впрочем, я его почти не услышал.

Выпустив шесть пуль, ковбой откинул опустевший барабан револьвера, швырнул пустые гильзы за спину и одновременно левой рукой зарядил разом шесть новых патронов. Приятный щелчок — перезарядка заняла всего полсекунды, действительно читерская скорость, — и вот оружие вновь наведено на меня.

Следующая атака была уже не монотонной очередью из трёх пуль, как предыдущие. Наполовину на чистой интуиции я увернулся от неравномерного набора из двух, одной и трёх пуль и проскочил ещё пять метров. Вновь короткий звук фанфар. И вновь молниеносная полусекундная перезарядка.

Оставалось пять метров, я был уже перед самым врагом. Может, это мне показалось, но я отчётливо видел, как бородатое лицо скривилось в гримасе отвращения.

Глаза под десятигаллонной[35] шляпой забегали, взгляд прошёлся горизонтально на уровне моей груди. Поняв, что уклоняться влево или вправо уже бесполезно, я бросился вниз и скользнул по металлическим плиткам пола. Прошмыгнув под шестью пулями, выпущенными как из пулемёта, я выиграл ещё два с половиной метра.

У врага снова не осталось патронов в барабане. На перезарядку требовалось всего полсекунды, но для касания мне этого должно было хватить.

Эта мысль у меня мелькнула, пока я вскакивал на ноги, — и тут в глазах ковбоя мне почудилось злорадство.

Положившись на интуицию, я изменил направление последнего броска и изо всех сил прыгнул вверх. Безо всякой перезарядки из ствола револьвера вы рвались шесть лазерных лучей и оставили дырки ровно в том месте, где я был мгновение назад.

Мысленно заорав: «Какого чёрта?!», я сделал в воздухе сальто и приземлился прямо перед ковбоем. Мне дико хотелось выкрикнуть что-нибудь пафосное, но я решил, что, пока он не вытащил ещё какой-нибудь козырь типа лучей из глаз, следует побыстрее закончить поединок. Я быстро хлопнул по облачённой в кожаный жилет груди врага.

Мгновение тишины, как будто в магазине разом исчезли все звуки.

— О май га-а-а!..[36]

С этим наигранным воплем ковбой рухнул на колени, обхватив голову руками. И в этот же миг раздался гром будто съехавших с катушек фанфар. К нему добавился грохот. Подняв голову, я увидел, как кирпичная стена за спиной ковбоя словно взорвалась изнутри. Не успел я удивиться, как оттуда хлынул поток золота. Оно падало к моим ногам и тут же с приятным звуком исчезало.

Сумма джекпота под неоновой вывеской стремительно уменьшалась. Совсем скоро она достигла нуля, и в тот же миг золотой водопад прекратился. Откуда-то из глубины магазина донёсся громкий звук: игра запустилась заново, ковбой встал на ноги и снова принялся крутить свой револьвер вокруг пальца, выкрикивая оскорбления. Впрочем, после демонстрации читерства с двенадцатью выстрелами подряд сейчас вряд ли кто-то пожелает бросить ему вызов.

— Ф-фух… — выдохнул я и покинул игровую площадку через открывшийся слева выход.

В эту же секунду толпа зевак, успевшая вырасти раза в два, зашумела. Возгласы типа «Что это только что было?» и «Кто вообще эта крошка?» сливались в единый гул.

С краю толпы ко мне вприпрыжку подбежала девушка с голубыми волосами и уставилась на меня широко распахнутыми кошачьими глазами. Через несколько секунд она хриплым, невнятным голосом проговорила:

— Ты… Ну и реакция у тебя. Там, в конце, прямо перед ним… Ты увернулась от лазеров с двух метров… Ведь так близко вообще почти нет задержки между линией пули и самой пулей…

Какое-то время я подбирал слова для ответа, а затем произнёс:

— Понимаешь, это игра на уклонение, а в ней же надо предсказать линию пули, разве нет?

— Пре… Предсказать линию пули?! — очаровательный вскрик девушки разнёсся по всему магазину. Зеваки разинули рты и погрузились в молчание.

Через несколько минут, когда толпа разбилась на кучки, я уже рассматривал оружие в угловой витрине магазина, озадаченно склонив голову:

— Хм… Слушай, если у автомата калибр меньше, чем у пистолета-пулемёта, почему сам он больше?

Я осторожно задал наивный вопрос стоящей рядом со мной доброй девушке, но та, похоже, всё ещё не до конца отошла от шока. Подобно кошке, увидевшей что-то необычное, она сверлила меня взглядом, в котором смешались настороженность и любопытство.

— Ты даже таких вещей не знаешь, и при этом у тебя такое потрясающее уклонение… Говоришь, ты сконвертировалась, да? А в какой игре ты была раньше?

— Эм, ну… в разных фэнтезийных играх…

— Ясно… Ладно, проехали. Если ты будешь участвовать в отборочных боях «Пули», покажешь мне, как умеешь драться. Так, что там у нас, почему у автоматов меньше калибр? Это пошло с американской винтовки М16. Для неё разработали высокоскоростную малокалиберную пулю, и вся концепция была с упором на точность и проникающую способность…

Вдруг она смолкла и нахмурилась, точно ощутила что-то горькое в своих собственных словах. Но уже в следующее мгновение от этой странной реакции не осталось и следа, и на лице появилась сдержанная улыбка:

— Это всё сейчас не имеет значения. Давай-ка побыстрее разберёмся с твоими покупками.

— Д-да, будь так добра, — кивнул я, хоть и не избавился до конца от неясности. Девушка отвернулась и медленно зашагала вдоль громадной витрины.

— Ты заработала больше трёхсот тысяч. Думаю, теперь-то сможешь купить весьма приличный ствол, но… поскольку всё сводится к тому, что человеку нравится и что ему ближе, в первую очередь надо определить, что именно.

— Что ближе… Да?..

Я пошёл за девушкой, оглядывая все эти блестящие чёрные штуки, но никакого «динь» в голове не звучало. Это было вполне естественно: все мои познания в огнестрельном оружии ограничивались тем, что «пистолеты бывают автоматическими и револьверами».

Я и сам не заметил, как, мыча себе под нос, добрался до конца витрины, окаймляющей стены магазина. Раз такая ситуация — оставлю выбор девушке. Я уже решил так мысленно, когда на глаза мне попалось нечто странное.

В самом уголке длинной витрины выстроилось несколько трубкообразных металлических предметов, совершенно не похожих на пушки. Диаметром они были сантиметра три, длиной — около двадцати пяти. С одного торца свисал фиксатор наподобие альпинистского карабина, на другом было небольшое расширение, а в его центре чернело отверстие, похожее на дуло. Раз эти штуки выставлены в оружейном магазине, значит, это какое-то оружие, однако ни рукояти, ни чего-то вроде курка видно не было. Только маленький переключатель сбоку, ближе к верху трубки.

— Э-э… а это что такое?

Услышав меня, девушка кинула на витрину мимолётный взгляд и пожала плечами. Видимо, такая реакция была у неё привычной.

— А, это «Коукэн».

— «Коу-кэн»?

— Дословно переводится как «световой меч». В действительности это фотонный меч, но обычно его называют лазерным клинком, световым мечом или лучевой саблей.

— Меч?! В этом мире тоже есть мечи?..

Я поспешно уткнулся носом в витрину. Если подумать, эти штуки действительно здорово смахивали на оружие из старого фантастического фильма. Там такое было у рыцарей, поддерживавших порядок по Вселенной.

— Они есть, но на практике их никто не применяет.

— Но… почему?

— Ну, в общем… если с этой штукой не подойдёшь вплотную, то не сможешь ударить, а пока ты подойдёшь вплотную, из тебя сделают решето…

Девушка вдруг оборвала фразу и уставилась на меня, забыв закрыть рот. Я улыбнулся, почти ухмыльнулся даже, и ответил:

— Иными словами, всё в порядке, если только мне удастся подобраться вплотную, да?

— Нет, ну… у тебя, конечно, способности к у воротам просто нечеловеческие, но всё же против автоматного огня… Ай!

Девушка ещё не успела закончить фразу, когда я кликнул пальцем по одному из мечей, отливающего чёрным металлом, — он мне особенно приглянулся. В выскочившем меню я выбрал «Купить», и тотчас ко мне буквально подлетела улыбчивая продавщица-NPC и поднесла нечто вроде металлической панели. Посередине этой панели была зелёная сканирующая поверхность, точно такая же, как на кассовом столбике в недавней игре. Осознав это, я немедленно приложил к ней правую ладонь.

Касса радостно звякнула, и прямо на панели с негромким гулом материализовался чёрный фотонный меч. Я взял его в руку, а продавщица произнесла «благодарю за покупку», поклонилась и вернулась на прежнее место так же стремительно, как и появилась.

— Эх, всё-таки купила, — произнесла девушка, глядя на меня вполоборота справа. — Что ж, у каждого свой стиль.

— Ага. Раз что-то продают, значит, этим тоже можно сражаться.

Ещё не закончив говорить, я крепко сжал правой рукой короткий цилиндрик оружия и выставил прямо перед собой. Большим пальцем нажал на переключатель, и тут же с низким «ву-у-ун» из торца вырос сине-фиолетовый энергетический клинок и подсветил всё окружающее. В длину он был чуть больше метра.

— Ого, — вырвалось у меня. До сих пор мне доводилось держать мечи самых разных размеров, но чтобы вообще без материального клинка, только из света, — такое было впервые.

Я пристально смотрел на клинок. Он не имел ни острия, ни плоскости лезвия — круглый в сечении по всей длине. Длинный и тонкий цилиндр. Я встал в среднюю стойку, потом применил навык для одноручного меча, знакомый ещё по SAO (пусть и без поддержки системы, но уже вжившийся в тело), — «Вертикальный квадрат».

«Ву-ун, ву-он». Световой меч с довольным гудением рассёк воздух по хитрой траектории и замер. Разумеется, инерции от веса меча моя рука практически не ощутила.

— Класс… — девушка рядом со мной похлопала в ладоши, улыбаясь чуть удивлённо. — Это выглядело круто. Приёмы из фэнтезийного мира… Как ни странно, их тоже нельзя недооценивать, да?

— Да нет, это так… Но он лёгкий, однако.

— Ну конечно. У этого оружия вообще нет других достоинств, кроме веса. Так, ладно. Если ты собираешься пользоваться мечом как основным оружием, лучше всего в качестве вспомогательного купить пистолет-пулемёт или просто пистолет. Тебе же нужно как-то сдерживать противника, если хочешь сблизиться с ним.

— Ясно. Да, ты права.

— Сколько у тебя осталось?

Я вызвал меню. Мои триста с небольшим тысяч кредитов превратились уже в сто пятьдесят. Я назвал сумму, и девушка моргнула несколько раз, потом пожала плечами:

— Ну надо же, световой меч такой дорогой? Сто пятьдесят штук… а тебе ещё понадобится покупать патроны и защитное снаряжение. Похоже, тебе хватит только на пистолет.

— Доверюсь твоему выбору.

— Если собираешься участвовать в «Пуле», тебе лучше иметь огнестрельное оружие… Если хочешь сдерживать противника, точность важнее мощности… Хм…

Не переставая бормотать, девушка медленно шла вдоль витрины, где были выставлены пистолеты. Наконец, она указала на один из них и произнесла:

— Денег хватит в обрез, но вот этот FN Five-SeveN должен подойти.

Её тонкий пальчик показывал на маленький автоматический пистолет с гладкой округлой рукоятью.

— Файв… севен?

— Это калибр, пять и семь десятых миллиметра. Намного меньше чем обычная девятимиллиметровая пуля «Парабеллума», но форма у неё как у винтовочной пули, так что по точности и проникающей способности она лучше. Патрон уникальный, он ещё только в пистолете-пулемёте Р90 используется, тоже производства FN. Но, думаю, раз у тебя только этот ствол, то это не страшно…

— П-понятно…

Столь непринуждённое владение темой вновь пробудило во мне лёгкий интерес к этой девушке с голубыми волосами.

GGO относится к играм, где пол персонажа фиксирован, так что в реальном мире это наверняка тоже женщина, но ни её возраста, ни национальности я определить не мог. Правда, нутром чуял, что она примерно моя ровесница.

Естественно, если играешь в MMORPG, то хорошо знаешь всё игровое снаряжение. Лифа и Асуна тоже если уж начнут обсуждать мечи и магию ALO, то в пять-десять минут не уложатся.

Нo почему-то мне казалось, что «пушки» — дело другое. Более того, насколько я слышал, половина оружия, встречающегося в GGO, существует в реальном мире. И такого рода оружие легко вызывает у людей ассоциации с кровопролитием и убийством. А эта девушка моих лет ныряла сюда и играла, пока не стала ветераном и не научилась разбираться в оружии досконально. Любопытно, что же её мотивирует, что влечёт её к этой игре…

— Эй, ты слушаешь?

— А, да-да, — закивал я, поспешно оборвав свои размышления. — Значит, его и возьму. Что-нибудь ещё надо купить?

Я приобрёл пистолет, который она мне порекомендовала, а потом, по её же указке, несколько запасных магазинов, толстый бронежилет, «Противолучевой защитный экран», похожий на обычный пояс, и всякую мелочёвку. Когда я закончил с покупками, мои триста тысяч кредитов, заработанные в игре на уклонение, растаяли как дым.

Я вышел из магазина, ощущая вес светового меча на правом бедре и Five-SeveN на левом, и обнаружил, что закатное небо начало краснеть.

— Ты мне так сильно помогла сегодня. Спасибо тебе огромное, — поблагодарил я и поклонился. Девушка улыбнулась в шарф и, помотав головой, ответила:

— Нет, мне всё равно нечего было делать перед отборочными… Ай!

Не закончив фразы, она кинула поспешный взгляд на большой и толстый хронометр на левом запястье.

— Ч-чёрт… Регистрация закрывается в три. Я же могу не успеть, даже если побегу к вилле губернатора…

— Ты тоже до сих пор не зарегистрировалась?

— Угу.

Побледневшее лицо девушки встревожило и меня. Я взглянул на только что купленные цифровые часы. На них значилось 14:51. Подняв глаза, я лихорадочно спросил:

— С-слушай, а тут есть какой-нибудь телепорт или вроде того? Какой-нибудь транспортирующий предмет или заклинание, в смысле сверхспособность, хоть что-нибудь?!

— Бежим, на ходу расскажу! — выкрикнула девушка и, стремительно развернувшись, понеслась по улице в северном направлении. Я бросился следом за развевающимся шарфом и через несколько секунд нагнал. Девушка искоса взглянула на меня и напряжённо проговорила:

— В GGO есть лишь один тип мгновенного перемещения. Это воскрешение после смерти. Зона воскрешения в Глоккене — как раз возле виллы губернатора, но хит-пойнты на городских улицах не уменьшаются, так что этот вариант для нас бесполезен…

Мы со всех ног неслись по тротуару мимо NPC и игроков, но девушка ещё успевала объяснять положение дел. Мне же приходилось выкладываться на полную катушку, чтобы только держаться в её темпе. Я никак не мог привыкнуть, что мои глаза здесь расположены ниже, чем в ALO, а кроме того, девушка бежала действительно очень быстро. Причиной тому, пожалуй, было больше её идеальное владение телом, чем помощь характеристик персонажа. По всему чувствовалось, что в полном погружении она чувствует себя как рыба в воде.

Девушка вновь кинула взгляд на свой хронометр и, указав вперёд, сказала:

— Вилла губернатора там, на северном конце этой улицы, это три километра. На разговор с регистрационной машиной уйдёт минут пять, так что если мы не доберёмся за три минуты…

Я посмотрел на простирающуюся перед нами главную улицу и увидел вдали здоровенную башню, отсвечивающую красным в лучах заката. Дорога шла прямо, но бежать со скоростью километр в минуту, уворачиваясь от людей, в VR-мире чертовски трудно, даже несмотря на то, что здесь нет одышки.

Если я не успею зарегистрироваться, то лишь потому, что не проделал как надо подготовительную работу, но голубоволосая девушка рядом со мной успела бы с лёгкостью, если б не стала мне помогать. Чувствуя себя виноватым, я покосился на неё и увидел, как она стиснула зубы. В глазах её было отчаяние, и вместе со звуками виртуального дыхания до меня донёсся слабый голос:

— Пожалуйста… пожалуйста, пусть я успею…

Похоже, для этой девушки отборочный раунд «Золотой пули», который должен вот-вот начаться, — нечто гораздо более важное, чем просто игра. Наверняка существовала какая-то причина, почему она непременно должна была участвовать в турнире. Осознав это, я поспешно огляделся вокруг в надежде найти хоть какой-то способ добраться до далёкой виллы губернатора менее чем за три минуты.

Внезапно в глаза мне бросился рекламный щит. Влево уходило широкое шоссе, и один его участок был расширен под парковку. Там стояли три небольшие машинки, выкрашенные в яркие цвета. Неоновая вывеска на панели в глубине сообщала: «Багги в аренду!» Смысл был очевиден.

— Сюда!

Я поспешно схватил девушку за левую руку и резко сменил направление. Через дорогу я перепрыгнул так резко, что девушка оторвалась от земли, успев испустить лишь потрясённое «А?!», и влетел на парковку, предлагающую багги в аренду.

Все машины на парковке были багги[37], у всех одно переднее колесо и два задних. Я чуть ли не зашвырнул девушку на заднюю ступеньку красного багги, стоящего прямо передо мной, а сам запрыгнул на переднее сиденье. Под приборной панелью я нашёл сканер, похожий на тот, что был в магазине, хлопнул по нему правой ладонью, и одновременно с «кассовым» звуком двигатель багги завёлся.

К счастью передняя часть багги была в точности как у мотоцикла, и управлялся он, видимо, вручную. Я без лишних слов ухватился за ручки и выкрутил газ. Двигатель внутреннего сгорания взревел, и багги вылетел вперёд так, что переднее колесо на мгновение оторвалось от земли.

— Ай-я-а!.. — раздался весьма миленький вскрик позади, и две тонкие руки обвили мою талию.

— Держись! — выкрикнул я, хоть, может, уже и поздновато, и заложил такой резкий правый поворот, словно хотел сжечь дорожное полотно. Едва очутившись на шоссе, я дал полный газ. Быстро переключил передачи — и скорость на спидометре перевалила за 100 км/ч. Вот теперь я почувствовал, как хорошо, что дома я езжу не на электроскутере, а на старом мотике с механической коробкой передач.

Непрерывно уворачиваясь от едущих по дороге четырёхколёсных футуристических автомобилей, я продолжал переключать передачи, когда девушка закричала мне в правое ухо:

— К-как?! Этими багги так трудно управлять. Даже среди мужчин-игроков с ними мало кто справляется!..

«Прости, на самом деле я как раз один из тех мужчин-игроков».

Разумеется, в подобной ситуации сказать правду я никак не мог, так что мне оставалось лишь дать туманный ответ:

— Да нет, всё просто. У меня раньше гоночные игры тоже были, и… Эй-эй!

Здоровенный автобус прямо передо мной неожиданно перестроился, и мне пришлось отправить задние колёса в шикарный занос, чтобы от него увернуться. Понизив передачу, я затем вновь ускорился и прошмыгнул мимо него.

Вообще-то в наше время, когда уже 2025 год заканчивается, вполне логично, что немногие ездят на древних мотоциклах с механической коробкой передач. В первую очередь потому, что в автошколах, как правило, учат на электрических скутерах. Я же заморочился получением прав для мотоциклов среднего размера, потому что один знакомый Эгиля был готов отдать мне свой мотик даром. Лишь некоторое время спустя после приобретения этого творения тайского мотопрома до меня дошло, что прежний владелец просто-напросто избежал таким образом расходов на его утилизацию. Ведь, по слухам, все машины на бензиновых двигателях через несколько лет запретят…

Пока я обо всём этом думал, сзади вдруг раздался смех. Я даже немного испугался.

— А-ха-ха!.. Здорово, так круто!

Я не сразу сообразил, что голос принадлежит моей спутнице с кошачьими глазами.

Всё-таки от девушки, которая выглядит довольно напряжённой и одинокой, слышать такой смех немного неожиданно.

— Эй, давай… ещё быстрее!

В ответ на её возглас я кинул взгляд на громадную виллу губернатора, до которой оставался километр, и ответил: «Окей!» Потом опустил голову и рывком врубил последнюю передачу. Двигатель яростно взревел, и стрелка спидометра подобралась к отметке «200». На такой скорости километр был съеден за пару десятков секунд.

А восторженные крики девушки за моей спиной, не прекращавшиеся все эти секунды, оставили сильное впечатление.

Я с заносом остановил багги перед широкой лестницей, ведущей к вилле губернатора. Кинул взгляд на часы — до трёх оставалось чуть больше пяти минут.

— Мы успеем! Сюда!

Девушка, соскочив с заднего сиденья, ухватила меня за правую руку и побежала. Её лицо вновь приобрело выражение целеустремлённости, вызвав у меня ассоциацию с острым ножом, нет, с пулемётом. Я заставил себя не думать, какая сторона её в действительности настоящая, и помчался вверх по лестнице.

Преодолев два десятка ступеней, мы очутились прямо перед аномально высокой башней. Она была вытянута вверх и чуть отклонялась назад. То тут, то там торчали диски, похожие на антенны, и купола, похожие на радары.

— Это вилла губернатора. Обычно её называют мостиком. Игру ты начала в мемориальном зале, он на противоположном краю города, — произнесла девушка, не переставая тянуть меня за руку.

— Мостик? Это который через реку?.. — переспросил я. Девушка склонила голову чуть набок и ответила:

— Не «через реку», а капитанский мостик… вроде так? Отсюда управляли «Глоккеном», ещё когда он был космическим кораблём, потому он так и называется.

— Корабль… А-а-а, вот почему этот город такой высокий.

— Да. Его полное название включает в себя ещё «КК», это сокращение от «космического крейсера». Регистрация участников и вообще всё, что относится к турниру, происходит здесь.

Когда в своих объяснениях она дошла до этого места, мы как раз пробежали через вход на первый этаж башни-мостика.

Внутри был довольно-таки просторный круглый зал. Стоящие крестом колонны, украшенные футуристическими деталями, тянулись далеко вверх, до самого потолка.

На стене зала кольцом висели плоские экраны, атакующие зрителей яркими цветами всевозможных роликов — от анонсов различных мероприятий до рекламы реально существующих фирм. Ярче всего, разумеется, было рекламное видео третьего турнира «Золотой пули» на громадном экране прямо перед нами.

Но сейчас у меня не было времени засматриваться: девушка продолжала тянуть меня за собой куда-то вправо, в дальний уголок. Там возле стены выстроились десятки высоких конструкций, смахивающих на гибриды банкоматов и торговых автоматов, которые стоят в магазинах.

Подтащив меня к одной из этих штук, девушка протараторила:

— Регистрируйся здесь. Обычный сенсорный экран. Умеешь такими пользоваться?

— Ну да, попробую.

— Угу, я рядом тоже буду регистрироваться. Если чего-то не поймёшь, спросишь.

С этими словами девушка отошла к аппарату, стоящему через перегородочку справа от моего. Я тихо поблагодарил её и опустил глаза на экран.

В стартовом окне было выведено: «Вилла губернатора, КК Глоккен». Поразило меня то, что все надписи были на японском. Прежде чем нырнуть сюда, я полазил по официальному сайту GGO в реальном мире, и, к моему раздражению, там всё было на английском. Однако сама игра, похоже, была локализована.

Кончиками пальцев я пролистал меню и сразу нашёл кнопку регистрации в третьей «Золотой пуле». Разумеется, я её тут же нажал, и на экране мгновенно появилась форма, куда я должен был ввести своё имя, род занятий и всякие прочие детали. У меня было на это ровно три минуты.

Раз я в игре, имя персонажа и всё остальное система могла бы и сама вставить. Да, кстати, какой у меня род занятий?.. Ворча про себя, я оглядел форму и на самом верху обнаружил убойное примечание.

«Пожалуйста, вводите ваши настоящие имя, фамилию, адрес и прочие данные. Вы можете участвовать в мероприятии, не заполнив эти поля или предоставив фиктивные сведения, но в таком случае вы не сможете получить главные призы».

На миг мои пальцы невольно замерли. Моя задача — проявить себя в этом турнире как можно ярче и стать целью Дес Гана, однако слово «призы» заставило душу геймера задрожать. Ведь призы — это наверняка какое-нибудь редкое снаряжение, которое невозможно заполучить в игре обычными способами.

Мои дрожащие пальцы сами потянулись к полю для имени и были готовы уже начать набирать «Киригая» на появившейся виртуальной клавиатуре, когда я наконец заставил себя остановиться.

Я пришёл сюда не наслаждаться игрой. Моя главная цель — встретиться с этим таинственным игроком по имени Дес Ган и выяснить, настоящая у него сила или фальшивая. Если у Дес Гана действительно есть такая способность, раскрывать свои данные в игре будет не очень умно. Нельзя исключать возможность, что Дес Ган — кто-то из компании, управляющей игрой, и что он имеет доступ к логам всех игроков.

Я кое-как стряхнул с себя манящий дурман редких призов и, хоть у меня сердце обливалось кровью, оставил эти поля пустыми и нажал кнопку «Готово» в самом низу формы.

Экран очистился, затем на нём появился текст, извещающий меня об успешной регистрации и о времени первого раунда отборочных поединков. Дата — сегодня, время — через полчаса.

— Закончила? — спросила стоящая у соседнего автомата девушка с голубыми волосами. Похоже, и она зарегистрировалась успешно. Так что я расслабился и кивнул:

— Ага, готово. Огромное тебе спасибо… И, в общем… прости за доставленное беспокойство.

Услышав мои извинения, девушка улыбнулась:

— Всё нормально. Поездка на багги — это было даже весело. Кстати, ты в какой отборочной группе?

— Та-ак…

Я вновь взглянул на экран и ответил:

— Я в группе F. Группа F, номер тридцать семь.

— А… понятно. Мы в одно и то же время зарегистрировались. Наверное, поэтому я тоже в группе F. Номер двенадцать… Слава богу. Если и встретимся, то только в финале группы.

— Почему «слава богу»?

— Если мы пройдём в финал предварительного этапа, то выйдем и в общий финал — независимо от того, кто победит, а кто проиграет. Вполне возможно, в итоговой общей драке мы обе сможем поучаствовать. Но учти, если мы и правда встретимся в финале, пусть даже в отборочном… — тут её кошачьи глаза сверкнули, — я сдерживаться не буду.

— A-а… понятно. Конечно, если встретимся, давай драться в полную силу.

Я улыбнулся и переключил экран на главное меню. Потом задал несущественный вопрос:

— Кстати, это ведь иностранная игра, тогда почему в автоматах всё на хорошем японском? А официальный сайт только на английском…

— А, ну да… Компания «Заскер» американская, но среди тех, кто обслуживает японский сервер, похоже, есть японцы. Хотя… ты должна знать, что и в Японии, и в Америке GGO — довольно «серая» вещь… в смысле законности.

— Из-за системы конвертации денег, да?

В ответ девушка немного неловко улыбнулась и кивнула.

— Именно. В некотором смысле это частное казино. Потому-то на официальном сайте только общая информация. Даже адрес свой не указали, основательно подошли. Плюс практически всё, что относится к управлению персонажем, перевод денег на банковский счёт и прочие вещи, связанные с игрой, — всё это можно делать только из самой игры.

— Что тут сказать… Ничего себе игра.

— Вот поэтому говорят иногда, что GGO почти полностью отрезана от реального мира… Но зато благодаря этому я чувствую, что здешняя я и реальная я — два абсолютно разных человека…

В глазах девушки словно мелькнула какая-то лёгкая тень. Я озадаченно заморгал.

— П-прости, ничего. Нам пора идти в зал отборочных состязаний. Ну, идти — это слишком сильно сказано, он здесь же, внизу. Ты готова?

— Угу, — кивнул я. Девушка снова взяла меня за руку, сказала: «Сюда» — и потащила в глубину зала на первом этаже виллы губернатора. Там возле стены располагалось несколько лифтов. Пальчик моей спутницы коснулся кнопки «Вниз» рядом с дверью самого правого лифта.

Дверь тут же открылась, и девушка, зайдя в кабину, нажала кнопку «B20F». Похоже, тут была уйма этажей и вверх, и вниз. Я ощутил вполне реалистичную невесомость при спуске, затем увеличение веса при торможении. Дверь открылась.

Едва я заглянул в темноту по ту сторону, как у меня перехватило дыхание.

Помещение, имеющее форму полусферы, было столь же просторное, как зал на первом этаже. Но света здесь было очень мало, лишь тусклые дуговые лампы в металлических оправах, установленные то тут, то там.

Пол, колонны, стены — всё было покрыто либо глянцево-чёрной металлической плиткой, либо ржаво-коричневой проволочной сеткой. Вдоль стены тянулись грубые столы, под потолком висело множество больших голографических панелей. Но сейчас на всех этих экранах была лишь чернота, а в ней виднелись ярко-красные буквы «Третья “Золотая пуля”, предварительный этап» и время до старта — 28 минут.

Однако нервничать меня заставила вовсе не эта картина и не доносящиеся откуда-то звуки тяжёлой рок-музыки. Дискомфорт ощущался из-за чёрных теней, собравшихся за столами и возле колонн, а точнее, из-за исходящей от них ауры.

Мы были в игре, но игроки здесь не шумели жизнерадостно. Они либо перешёптывались, собравшись кучками по несколько человек, либо просто одиноко стояли и молчали. Легко было догадаться, что всё это участники предварительного этапа «Пули», который должен был вот-вот начаться. И ещё кое-что было совершенно очевидно. Почти все они до костей пропитались виртуальными мирами. VRMMO-ветераны.

Нет, если говорить о проведённом в играх времени, то вряд ли здесь кто-то был большим ветераном, чем я. Ведь я сидел в игре весь прошлый и позапрошлый год без перерыва.

Однако у каждого игрока есть собственный игровой стиль. Я, например, специализировался в основном на PvE[38], а эти парни, наоборот, обожали PvP[39]. Об этом говорили пристальные взгляды из-под матовых шлемов и толстых капюшонов, направленные на меня в поисках информации.

С другими игроками я почти не сражался с весны этого года, когда в ALO сменилась компания-владелец. За это время — которое, в общем-то, никак нельзя было назвать потраченным впустую — моя PvP-хватка изрядно заржавела. Лучшим доказательством тому служило давление, которое я ощущал во взглядах этих парней.

«Задачка становится всё сложнее и сложнее, Кикуока-сан».

Невольно прошептав эти слова про себя, я вдруг почувствовал, что меня подталкивают в правый локоть. Повернув голову, я увидел, что девушка с голубыми волосами озадаченно склонила голову набок.

— Что случилось?

— Нет, ничего… — поспешно пробормотал я. Девушка чуть кивнула и прошептала:

— Давай пока заглянем в раздевалку. Всё равно тебе нужно переодеться в то, что ты купила.

И тут же зашагала между игроками. Её походка была совершенно естественной, без малейшего намёка на напряжение. Но вовсе не потому, что окружающие игроки её игнорировали. Взгляды, которыми её обстреливали, ни в какое сравнение не шли с теми, которые доставались мне, — такой жаждой боя они горели. Один парень, на коленях которого лежала устрашающая пушка, с громким щелчком передёрнул затвор.

Как ни странно, девушке хватило самообладания, чтобы полностью игнорировать столь колоссальное психологическое давление. В ещё большем шоке я поспешно кинулся вслед за её песочно-жёлтым шарфом.

В глубине зала столов не было, зато было несколько неприветливых металлических дверей. Девушка открыла ближайшую, на которой горел зелёный огонёк, завела меня внутрь и, как только дверь закрылась, прикоснулась к панели с этой стороны. Раздался щелчок замка, и огонёк сменил цвет на красный.

За дверью оказалась узкая раздевалка. Разумеется, кроме нас здесь никого не было.

— Уф-ф… — выдохнула девушка, остановившись посреди комнаты, а затем проворчала: — Вот ведь… сплошь наивные ребятишки…

— Что?.. Н-наивные ребятишки? Ты про тех мрачных парней?!

Я вспомнил хмурые лица тех игроков в зале. Девушка, однако, явно не видела тут ничего необычного. Коротко кивнув, она ответила:

— Про них, да. Хвастаются своим главным оружием за полчаса до начала турнира. Да они просто напрашиваются на то, чтобы другие легко могли найти способ с ними разделаться.

— Ах вот оно что… Ясно…

— Тебе бы световой меч и Five-SeveN тоже лучше достать перед самым началом турнира, — с улыбкой произнесла девушка и, увидев мой кивок, отвернулась.

То, что она сделала затем, напугало меня в десятки раз сильнее недавно произнесённых ею слов. Взмахом правой руки она вызвала главное меню и тут же нажала на кнопку, убирающую всё снаряжение.

Исчез песочно-жёлтый шарф, исчезла курточка цвета хаки, исчезли свободные штаны с множеством карманов, исчезла простая футболка. Всё, что осталось на девушке, — это узенькое бельё из какого-то блестящего материала.

— А-а?! — вырвалось у меня фальцетом, и я поспешно закрыл правой рукой лицо. Потом сквозь щель между пальцами увидел, как девушка озадаченно повернула ко мне голову.

— Что с тобой? Давай тоже переодевайся быстрее.

— Л-ладно, я это…

Даже очутившись в самой шокирующей ситуации за всё время, что был в GGO, я продолжал искать выход.

Выбор у меня был небогатый. Я мог выдумать повод сбежать из этой комнаты либо и дальше делать вид, что я женского пола, и надеть своё снаряжение прямо поверх одежды. Однако оба эти способа означали, что я продолжу обманывать эту добрую девушку. В подобной отчаянной ситуации мне оставалось лишь стиснуть зубы и пойти третьим путём, пока девушка не совершила трагическую ошибку и не разделась полностью.

С максимально возможной скоростью я опустил голову и, материализовав визитку с помощью главного меню, обеими руками протянул её девушке:

— Я… прошу прощения! Мы же до сих пор не представились… В-вот кто я… такой!

— А?.. Такой?.. — услышал я озадаченный голос и почувствовал, как карточка исчезла из моей руки.

— Кирито… Хм, интересное имя… Погоди-ка…

Я не присоединялся ни к каким гильдиям, то есть отрядам (здесь они так называются), поэтому на моей визитке было написано только моё имя… и пол.

— «Пол: мужской»… Стоп, чего?.. Но ведь ты же…

Голос прозвучал ошеломлённо, и я, упёршись глазами в пол, увидел, как очаровательная босая ножка сделала шаг назад.

— Н-не может быть… П-парень?.. С таким аватаром?..

Повисло молчание. Не в силах вынести наэлектризованную атмосферу, установившуюся в раздевалке, я собрался было поднять голову. В это мгновение ко мне стремительно подлетело что-то белое и с фиолетовым визуальным эффектом взорвалось у меня на левой щеке. Крутанувшись на месте несколько раз, я грохнулся на пол, из глаз посыпались искры. Лишь тогда я осознал, что белым предметом была ладонь девушки.

— Не ходи за мной.

— Но… я не знаю, что делать дальше.

— Не ходи за мной.

— Но я здесь больше никого не знаю…

— Не ходи за мной.

Так мы негромко перекидывались словами, пока я отчаянно бегал за ней.

Сейчас на девушке была куртка с пустынным камуфляжем, того же цвета бронежилет и солдатские ботинки. Из того, во что она была одета на улице, на ней остался только шарф. Следуя своему собственному совету, оружие она не материализовала.

Моё одеяние было в целом похожим, но только чёрных тонов. Его можно было бы назвать ночным камуфляжем. Я честно хотел отбросить свои предпочтения и купить что-нибудь более универсальных цветов, но девушка сказала, что, поскольку арена каждого поединка будет определяться случайным образом, мне просто не хватит денег на маскировочную одежду под все возможные ситуации, и в итоге я выбрал свои любимые цвета.

А персона, давшая мне этот совет, по-прежнему шагала в одном метре впереди меня, не оглядываясь.

Я вполне понимал, почему она сердится, но ведь я не лгал ей: не заявлял, что я девушка, и не говорил нарочито женским голосом.

Да, я воспользовался её ошибкой, но если бы она заранее предупредила, что будет переодеваться, то я бы точно что-нибудь придумал… Прокручивая в голове мысли, всё больше напоминающие недовольное бормотание, я ходил за шарфом уже наполовину из упрямства. Мы прошли половину круга вдоль стены купола, когда девушка вдруг резко остановилась.

Я тоже замер, и она развернулась ко мне.

Синие глаза смотрели на меня в упор. Своей свирепостью они сейчас вызывали ассоциацию скорее с леопардом, чем с кошкой. Её маленькие губы с силой втянули воздух. Я подумал, что сейчас она наконец-то на меня заорёт, и заранее съёжился. Но она лишь вздохнула. Потом уселась за ближайший столик, отделённый перегородками от соседних, и отвернулась. Я робко сел напротив.

Подняв голову, я кинул взгляд на голографические панели: до начала состязаний оставалось меньше десяти минут. Я понятия не имел, что делать дальше. Надо ли идти куда-то, когда начнутся состязания? Что, если ещё какие-то процедуры нужны? А главное, я даже не знал, где эту информацию получить.

Я мог лишь нервно поёживаться, втянув голову в плечи. Девушка снова покосилась на меня. И снова очень глубоко вздохнула.

— Объясню только самое необходимое. Потом мы уже точно станем врагами, — низким голосом произнесла она, и я невольно улыбнулся.

— С-спасибо тебе.

— Не пойми меня неправильно. Я тебя не простила. Когда отсчёт закончится, все участники, кто есть в этом здании, будут автоматически перенесены на свои арены первого раунда. Там будешь только ты и твой противник.

— П-понятно.

— Арена представляет собой квадрат один на один километр. Ландшафт местности, климат и время генерируются случайно. Противников помещают не менее чем в полукилометре друг от друга. Тот, кто выиграет, будет перенесён в комнату ожидания, проигравший — в зал первого этажа. Проигравший не потеряет ни вещей, ни оружия. Если ты выиграл, а твой соперник по второму раунду выиграл раньше, ты сразу отправляешься на арену второго раунда. А если он ещё сражается, тебе придётся ждать, пока он не закончит. В группе F шестьдесят четыре человека, так что, если ты выиграешь пять боёв, выйдешь в финал группы и одновременно в финал турнира. Это моё последнее объяснение, больше я ни на какие вопросы отвечать не буду.

Говорила она резко, но теперь, благодаря её подробному объяснению, я более-менее понимал, что к чему в этом предварительном состязании. Я вновь поблагодарил девушку:

— Понял в общих чертах. Спасибо.

Она вновь кинула на меня быстрый взгляд и тут же отвернулась. Губы еле слышно шевельнулись:

— Ты просто обязан дойти до финала группы. Раз уж ты узнал от меня столько разных вещей, узнаешь и ещё одну.

— Ещё одну?

— Ты узнаешь, какова на вкус пуля, которая принесёт тебе поражение.

После этих слов я просто не мог не улыбнуться. Не саркастически, не вымученно — совершенно искренне. Нравятся мне люди с таким характером.

— Буду ждать с нетерпением. Сама-то уверена, что выйдешь в финал?

Девушка тихо фыркнула и произнесла:

— Если я проиграю в предвариловке, уйду навсегда. На этот раз… — в этот момент мне показалось, что её глаза, оглядывающие собравшихся в куполе противников, сверкнули синевой, — я непременно убью всех сильных противников.

Эти слова были произнесены практически беззвучно, но слабые звуковые волны всё же коснулись моих ушей. Губы девушки изогнулись в хищной ухмылке. По спине у меня пробежала холодная дрожь, впервые за довольно приличное время.

Неудивительно, что давления от тех игроков она вообще не замечала. Просто она намного сильнее их всех. И по умениям VRMMO-игрока, и по силе духа, поддерживающей её.

Я сидел, затаив дыхание. Девушка кинула на меня ещё один взгляд, гримаса с её лица исчезла. Её взгляд остановился, словно она обдумывала что-то, потом она взмахом правой руки вызвала главное меню. Несколько простых операций — и в руках у неё появилась карточка.

Девушка пустила карточку по столу в мою сторону, я поймал. Тогда она заявила:

— Это, скорее всего, последний раз, когда мы вот так разговариваем, так что я лучше скажу тебе своё имя. Ты должен знать, как зовут ту, кто тебя раздавит.

Я молча опустил взгляд на карточку. На ней было имя — Синон. Пол, разумеется, был указан женский.

— Синон… — прошептал я. Девушка без слов чуть кивнула, голубые волосы качнулись. Я вновь представился:

— Кирито. Рад познакомиться, — и я машинально протянул над столом правую руку.

Конечно же, девушка по имени Синон подчёркнуто проигнорировала мой жест и резко отвернулась. Мне оставалось лишь криво улыбнуться и убрать руку обратно. После этого Синон продолжала молчать. Было непохоже, чтобы она собиралась продолжать беседу.

Бросив взгляд на экран под потолком купола, я убедился, что осталось ещё пять минут. Я начал колебаться, как мне следует поступить: просто сидеть на стуле и ждать, обняв колени, или же ещё раз попытаться заговорить с Синон. Но когда я уже почти выбрал, то услышал приближающиеся шаги. Подняв глаза, я увидел идущего прямо к нашему столику рослого игрока с длинными пепельно-серебристыми волосами.

На нём был простой тёмно-серый камуфляж со светлыми пятнами. За плечом висело что-то здоровенное — наверное, автомат, а не пистолет-пулемёт. Умное лицо вполне сочеталось с высокой поджарой фигурой. Поскольку брони на нём было мало, то, похоже, на поле боя он мог передвигаться очень проворно. Походил он скорее на спецназовца, чем на обычного солдата.

Как будто вовсе не заметив меня, молча сидящего в полумраке, он улыбнулся Синон. И тут же суровый аватар приобрёл мальчишескую мягкость, я даже моргнул от удивления.

— Привет, Синон, чего ты так долго? Я уж начал волноваться, не опоздаешь ли ты.

Услышав нарочито фамильярный голос этого парня, я уже решил, что сейчас Синон и его угостит словесной пулей, и потому съёжился. Но, к моему удивлению, ледяная вуаль, с ног до головы покрывающая девушку с голубыми волосами, мгновенно исчезла, и Синон даже слегка улыбнулась.

— Привет, Шпигель. Тут произошло кое-что неожиданное, вот я и задержалась. Но ведь… ты же не собирался участвовать?

Парень по имени Шпигель смущённо ухмыльнулся и поскрёб правой рукой в затылке.

— Ну-у, не знаю, понравится это тебе или нет, но я пришёл поболеть за тебя, Синон. К тому же здесь я смогу всё увидеть на большом экране.

Похоже, эти двое были либо друзьями, либо товарищами по гильдии. Синон подвинулась, и Шпигель сел рядом с ней как ни в чём не бывало.

— Кстати, а что именно произошло, о чём ты говорила?

— A-а… да ничего особенного, просто я отвела сюда кое-кого, ну и всякое такое…

После вопроса Шпигеля Синон кинула на меня резко заледеневший взгляд. «Ну и ну», — подумал я, сел прямо и коротко поклонился наконец заметившему меня Шпигелю.

— Привет. Этот «кое-кто» и есть я…

— А… П-привет. Рад познакомиться. Вы это… с Синон уже знакомы?

Похоже, несмотря на брутальный облик, этот Шпигель был довольно вежливым парнем. Или же… он что, тоже обращается со мной как с девушкой?

Я попытался подыскать слова, чтобы ответить с юмором, но Синон немедленно отрезала:

— Не дай себя одурачить. Это парень.

— Чего?!

Всё, что мне оставалось, — это представиться смотрящему на меня во все глаза Шпигелю как положено.

— В общем… меня зовут Кирито. И я парень, да.

— П-парень… Так… это значит, что…

Шпигель принялся переводить взгляд с меня на Синон и обратно с довольно-таки обеспокоенным видом. Похоже, у него в голове не укладывалось, с чего это вдруг Синон разгуливает с игроком мужского пола. Как только я об этом подумал, мне захотелось его поддразнить, и я подлил масла в огонь:

— Да. Знаешь, Синон обо мне очень хорошо позаботилась.

Синон выстрелила в меня взглядом, похожим на синий лазер, и злым голосом прошептала:

— Эй!.. Не смей так говорить. Вовсе я о тебе не заботилась. Кстати, с каких это пор ты зовёшь меня просто по имени?..

— Ну почему ты такая злая?

— А с чего мне быть доброй? Ты просто незнакомец!

— Д-да… но ты же мне даже снаряжение помогла подобрать?

— Это… это из-за того, что ты… — только и успела сказать она.

Внезапно тихая музыка в зале стихла, вместо неё взревела электрогитара. Затем над головами нескольких сотен людей раздался выкрученный на полную громкость приторный синтетический голос:

— Благодарим вас за терпение. Предварительный этап третьего турнира «Золотой пули» начнётся в самое ближайшее время. Все участники будут автоматически перенесены на арены первого раунда, как только обратный отсчёт завершится. Удачи вам всем.

По залу разнёсся оглушающий гром аплодисментов и радостных криков. Затем раздался звук автоматных очередей, в который вплёлся тонкий свист лазерных залпов. Разноцветные всполохи фейерверками раскрасили потолок.

Посреди всего этого веселья Синон встала и навела на меня указательный палец:

— Ты просто обязан добраться до финала. Там я разнесу тебе башку.

Я тоже встал и с ухмылкой ответил:

— Если ты приглашаешь меня на свидание, то я с удовольствием.

— Ты… Ах ты…

Двадцатисекундный обратный отсчёт заканчивался, и я, помахав Синон рукой, развернулся, готовясь перенестись на поле боя. И тут мой взгляд встретился со взглядом Шпигеля, неотрывно смотревшего на меня. В его глазах явственно читалась настороженность и враждебность.

Я успел подумать, что, пожалуй, немного перегнул палку, как вдруг моё тело окутал столб синего света. Я не видел ничего, кроме него.

Потом я очутился на небольшой шестиугольной площадке, парящей в темноте.

Прямо передо мной светилось ярко-красное голографическое окно, в верхней части которого красовалась крупная надпись: «Кирито против Уэмару». В отличие от SAO, где использовался исключительно латинский алфавит, здесь, в GGO, можно было писать и по-японски, что мой противник и сделал. С этим типом по имени Уэмару я, разумеется, никогда раньше не встречался. В нижней части окна я обнаружил строку: «Оставшееся время на подготовку — 58 секунд. Арена — “Заброшенный монастырь”».

Минута на подготовку отводилась, видимо, для того, чтобы позволить нам выбрать наиболее подходящую к выпавшей арене экипировку. Запасного снаряжения у меня не было, карту я не знал, так что и готовиться было бессмысленно. Правой рукой я вызвал меню и в окне снаряжения, устроенном почти так же, как в ALO, назначил основным оружием световой меч Kagemitsu G4, а вспомогательным — Five-SeveN. Потом удостоверился, что не забыл надеть защитное снаряжение, и закрыл окно.

Ожидая, когда отсчёт неспешно завершится, я крутил в голове внезапно родившееся у меня предположение. Та яростная усмешка, которую на миг показала мне девушка по имени Синон. В ней была концентрированная жажда убийства, способная подобно пуле пробить любой щит, любую броню.

Её тогдашний голос прозвучал в моей голове, словно переданный телепатически: «Убью всех сильных противников». Столь прямое заявление звучало немного по-детски… в определённом смысле. Но дрожь оно во мне вызвало такую, какая даже в SAO меня редко охватывала. Хрупкая фигурка этой девушки словно источала решимость, выходящую за рамки обычной игры.

В виртуальных мирах, сотканных из электрических сигналов, я не встречал ещё игрока, демонстрирующего такую мощную волю. Честно говоря, среди известных мне девушек-игроков это была разве что Асуна, и то только, когда настраивалась по-настоящему всерьёз. Но даже она, получившая прозвище Молния, а до того — Берсерк… даже она не производила ощущения такой свирепости.

А что если?.. Неужели эта девушка с голубыми волосами и есть тот самый Дес Ган, которого я разыскиваю? Кикуока давал мне слушать то, что, предположительно, было речью Дес Гана, но неприятный, напоминающий металлический скрежет, голос на записи не имел ничего общего с ясным голосом Синон. Однако GGO — виртуальный мир, отличный от SAO. Игрок здесь может иметь несколько аккаунтов, и вполне естественно использовать разные аккаунты для разных целей.

И судя по её словам, Синон была абсолютно убеждена, что пробьётся в финал. Если я не ошибся в своём предположении, что Дес Ган обязательно появится на турнире, то круг подозреваемых сужается до тридцати человек, и, разумеется, Синон в их числе.

Говоря откровенно, мне не хотелось проверять эту возможность. Когда Синон вела меня к магазину и объясняла, что к чему в этой игре, я, можно сказать, не чувствовал в ней кровожадности. Напротив, в ней чувствовалось какое-то одиночество, желание быть вместе с кем-то.

Какая же Синон настоящая?

Нет, долгие раздумья всё равно не принесут мне ответа. Когда мы скрестим мечи — точнее, когда выстрелим друг в друга, — вот тогда, может, что-то и прояснится.

Едва я успел так подумать и поднять глаза, как таймер обратного отсчёта достиг нуля и моё тело вновь окутал спецэффект телепортации.

На этот раз я оказался под тусклым закатным небом. Пронзительной флейтой свистел ветер. В небе плыли рваные жёлтые облака, под ногами шевелилась пожухлая трава.

Рядом стояло несколько больших цилиндрических колонн — то ли ионических, то ли коринфских[40]. Они стояли в трёх метрах друг от друга, выстроившись буквой «П».

У некоторых колонн отвалилась верхушка, некоторые вовсе упали. Всё вместе напоминало руины давным-давно разрушенного храма.

Я прислонился спиной к ближайшей колонне и быстро оглядел окрестности. Во все стороны простиралась колышущаяся под ветром тусклые луга. Вдали на невысоком холме виднелись руины, похожие на те, где был я. По словам Синон, арена — это квадрат со стороной один километр, но до горизонта на глаз было в десятки раз больше. Скорее всего, по краям арены располагались какие-то преграды: реки, обрывы и тому подобное.

Я продолжал вспоминать объяснение Синон. Мой противник сейчас должен быть от меня в полукилометре с лишним, но я никого не видел. Должно быть, он, как и я, тоже прятался в руинах. Курсора, обозначающего положение врага, здесь не существует, значит, для начала придётся этого самого врага найти.

Я мог, конечно, остаться здесь и ждать, пока у него не лопнет терпение, чтобы обнаружить его, когда он сдвинется. Однако тактика выжидания — не мой стиль. Уж лучше побежать к ближайшим руинам по соседству и, дождавшись выстрелов врага, быстро оценить его положение… С этой мыслью я нащупал левой рукой свой Five-SeveN на поясе.

В это мгновение налетел сильный порыв ветра, и трава вокруг вновь заколыхалась. Порыв прекратился, пожухлая трава выпрямилась, как вдруг из этой самой травы в двадцати метрах передо мной вдруг беззвучно поднялась человеческая фигура.

Изготовленный к стрельбе автомат. Каштановая бородка, прижатая к прикладу. Очки, закрывающие больше половины лица. Шлем с нацепленной на него фальшивой травой. Всё это за долю секунды отпечаталось на моей сетчатке. Никого, кроме меня и моего противника, на этой арене быть не могло, так что это, несомненно, Уэмару.

Понятия не имею, когда он успел подобраться так близко. Одна из очевидных причин, почему я его не замечал, — камуфляж. Его одежда была цвета хаки, точно как у окружающей травы, и на ней виднелся узор из тонких вертикальных линий. Я только успел подумать: «Ясно… Так вот, значит, что можно извлечь из минуты подготовки к бою». И тут из дула чёрного автомата, прижатого к плечу противника, вырвались десятки красных линий — линий пуль, — они шли вокруг и прямо сквозь меня.

— А-а-а! — я не удержался от крика и, резко оттолкнувшись от земли, прыгнул туда, где линий было меньше всего, то есть вверх.

Миг спустя вражеский автомат произнёс: «Тра-та-та-та-та-та-та!» — и я ощутил, как в мою правую голень одна за другой угодили две пули. Полоса хит-пойнтов в левом углу моего поля зрения двумя рывками укоротилась процентов на десять. Конечно, от всех пуль уклониться было нереально. Тут-то я и вспомнил слова Синон про автоматный огонь.

Прямо в воздухе я сделал сальто и приземлился на полуразбитую колонну, которая была позади меня. Я решил контратаковать и левой рукой выхватил Five-SeveN.

Однако противник не собирался давать мне время даже на прицеливание. Множество пулевых линий вновь вцепились в моё тело.

— У-о-о! — снова недостойно завопив, я свалился за колонну. Но одна пуля всё равно царапнула мою левую руку, и полоса хит-пойнтов безжалостно сократилась вновь.

Пулевой душ почти весь пришёлся на колонну, с шершавым дробным звуком от неё отвалилось несколько осколков. Я поспешно прижал свои конечности к туловищу и укрылся за колонной целиком.

«Это вообще не похоже на поединки на мечах!»

В той игре на уклонение против NPC-ковбоя был какой-никакой временной интервал и максимум шесть пуль за раз, но мне уже тогда требовалось полностью сосредоточиться, чтобы уклониться от всех атак. Сейчас, когда меня поливали огнём со скоростью наверняка больше десяти пуль в секунду, я просто ничего не мог поделать.

Чтобы дать Уэмару по бородатой роже висящим на моём правом бедре «Кагэмицу», я должен сперва как-то подобраться к противнику вплотную. Но прежде, чем это произойдёт, он нашпигует меня пулями и мои хит-пойнты кончатся.

Раз я не могу увернуться от всех пуль, значит, остаётся найти способ заслониться от них. К несчастью, хоть в этом мире и есть защитные экраны, ослабляющие лазерные лучи, от настоящих пуль никакой волшебной защиты не предусмотрено. В SAO был хотя бы навык «Защита оружием», с которым меч можно использовать как щит…

Вдруг моя рука легла на пристёгнутый карабином к моему поясу световой меч. Если бы я смог отбить им хотя бы несколько пуль… Ничего невозможного. Ведь в том знаменитом фантастическом фильме кто-то без проблем отбивал пули световым мечом? Если игра разработана американской компанией, здесь наверняка можно воспроизвести ту сцену. Но это сложный трюк. Чтобы его проделать, сперва надо предсказать траектории пуль, которые в меня полетят…

Постойте-ка. У меня определённо получится. Должно получиться. Разве линии пуль не показывают эти самые траектории? Я сглотнул слюну и, сильно потянув правой рукой световой меч, снял его с пояса.

Огонь прекратился. Должно быть, Уэмару вновь спрятался в траве и собирается подкрасться слева или справа. Я закрыл глаза и сосредоточился на слуховых ощущениях.

Ветер продолжал свистеть. Этот шумный звуковой эффект я выкинул из сознания. Следом я сосредоточился на сухом шорохе колышущейся травы, пытаясь выхватить из ритма какой-либо посторонний звук.

Подобный трюк возможен только в VR-мире, где все звуки можно разделить и разложить по полочкам. Ещё в SAO этот «внесистемный» навык мне здорово помогал. К примеру, без него было бы практически невозможно нанести смертельный удар Тушейному кролику и заполучить ингредиент класса «супер».

«Вот он где».

Внезапно мои уши поймали прерывистый звук, идущий откуда-то сзади и слева, между семью и девятью часами. Пару секунд мой противник двигался, потом замер, оценивая мою позицию. Вновь задвигался, остановился, снова начал движение…

— Поехали!.. — крикнул я самому себе, изо всех сил оттолкнулся от земли и ринулся прямо туда, где скрывался противник. Уэмару вряд ли ожидал, что я брошусь на него, когда он прячется в траве. Ему понадобилось где-то полторы секунды, чтобы встать на колено и занять положение для стрельбы.

Изначально между нами было двадцать пять метров, но половину этого расстояния я уже преодолел. На бегу я большим пальцем нажал выключатель на световом мече. Раздалось успокаивающее «ву-ун», из рукояти вырос сине-фиолетовый световой клинок. И в третий раз из дула автомата Уэмару вырвались линии пуль — десяток с чем-то.

До сих пор в таких ситуациях я инстинктивно выискивал, куда бы спрятаться. Но теперь я сопротивлялся страху, гладящему меня по затылку, и заставлял свои глаза смотреть только вперёд. Оказалось, что тонкие красные линии появились не все одновременно. Между ними была маленькая временная задержка, наверняка именно в этом порядке пули и будут вылетать из ствола.

В моё бегущее тело, куда более худое и низкорослое, чем в реальном мире, упиралось шесть пулевых линий. Остальные шли мимо: левее, правее, выше и ниже. Подумалось, что, с учётом расстояния, у противника неважный автомат или же, как ни странно, его собственная меткость оставляет желать лучшего.

Давно забытое возбуждение от режима PvP наконец-то начало переключать меня в боевой режим. По краям поля зрения картинка расплылась, но тело противника я видел абсолютно отчётливо. Как же хорошо я помнил это ощущение ускорения. Посреди замедляющегося потока времени лишь моё сознание летело вперёд.

Дуло автомата оранжево сверкнуло. И тут же световой клинок с идеальной точностью пересёк линии первой и второй пуль.

«Ба-бам!» — на поверхности клинка расцвели две оранжевых вспышки. К тому моменту, когда я их осознал, моя рука с запредельной скоростью уже переместила фотонный меч, накрыв траектории третьей и четвёртой пуль. И вновь плотная энергия клинка с грохотом отбила пули.

Нестись вперёд, не обращая внимания на свист пуль, которые изначально должны были промазать, требовало приличного усилия воли, но я стиснул зубы и продолжил размахивать мечом.

Пятая… а вот и шестая! Кое-как отбив все пули, которые должны были в меня попасть, я изо всех сил толкнул себя вперёд, чтобы покрыть оставшееся расстояние.

— Не может… быть!.. — вырвалось у обалдевшего Уэмару, и его заросшая бородой челюсть отвисла. Однако руки его не остановились. Отработанным движением он извлёк пустой магазин, выхватил откуда-то из-за пояса следующий и приготовился загнать в автомат.

Чтобы не дать ему это сделать, я навёл на Уэмару сжатый в руке Five-SeveN. Как только мой палец коснулся курка, посередине груди противника возник светло-зелёный круг. Меня это застало врасплох, но я всё равно нажал на курок пять раз подряд.

От запястья к плечу прошла неожиданно слабая отдача, и внутри полупрозрачного круга Уэмару получил два попадания — в плечо и в живот сбоку. Остальные три пули пролетели мимо и исчезли где-то в кустах. Однако попавшие пули всё-таки пробили бронежилет и нанесли урон. Хит-пойнты Уэмару понизились почти на десять процентов. Он пошатнулся и чуть промедлил.

Этого мне было вполне достаточно. Оказавшись на расстоянии атаки, я повернулся чуть вправо и, вжав ногу в виртуальную землю с такой силой, словно хотел её проломить, сделал выпад, в который вложил всю накопленную инерцию. Грудь противника пронзил смертоносный удар, в SAO он назывался «Разящий меч».

С урчанием, как от работающего двигателя, клинок света с лёгкостью вошёл в тело противника по рукоять. А дальше у меня возникло ощущение, как будто энергетический сгусток, не найдя себе выхода, взорвался внутри его туловища.

Миг спустя яростные световые и звуковые эффекты рванулись конусом от моей правой руки, а тело противника превратилось в множество фрагментов и рассыпалось.

Всем телом ощущая онемение от закончившегося боя, я медленно выпрямился.

«Ву-вун», — я махнул световым мечом вправо-влево и чуть было не отправил его себе за спину, но вовремя спохватился и выключил. Повесил меч на правое бедро, отправил пистолет в кобуру на левом и наконец медленно выдохнул. Подняв голову к закатному небу, я увидел, что на низко плывущих облаках, как на экране, возникла надпись: «Поздравляем!»

Первый раунд я выиграл, но с колоссальным трудом. То, что я могу защищаться от пуль световым мечом, — это очень хорошая новость. Но чтобы проделывать такое, требовалось колоссальное психическое напряжение, и мои нервы уже были на пределе.

А ведь мне предстояло пройти ещё четыре изматывающих раунда…

Моё усталое тело начал окутывать синий спецэффект. Стон ветра постепенно угас, сменившись гулом голосов, и я вновь очутился в зале ожидания состязаний.

Похоже, я перенёсся примерно к тем же столикам, где был до начала поединка. Посмотрел по сторонам, но ни Синон, ни Шпигеля не обнаружил. Если Синон всё ещё сражается, интересно, куда делся тот парень, связанный с ней каким-то образом.

Я принялся осматривать весь зал и вскоре ближе к его центру нашёл знакомую спину в городском камуфляже. Шпигель моего возвращения не заметил, он неотрывно глядел на мультиэкран под потолком.

Я поднял голову, в точности как он, и обнаружил, что на панелях, где раньше был лишь сухой обратный отсчёт, теперь транслировалось несколько поединков. Сражающихся в пустынях, лесах, руинах игроков с пистолетами, автоматами, пулемётами показывали в сильных ракурсах, как в боевиках.

Наверное, из идущих одновременно нескольких сотен сражений для трансляции были выбраны только сцены перестрелок. Всякий раз, когда очередной игрок получал попадание и разлетался на кусочки, толпа в зале встречала это событие восторженным рёвом.

«Интересно, показывают ли бой Синон?» — подумал я и сделал несколько шагов вперёд. Принялся было проверять все картинки подряд, начиная с правой верхней, но, поскольку камеры всё время двигались, разбирать происходящее получалось с большим трудом. Я сконцентрировался и попытался выхватить взглядом голубые волосы.

Я был настолько сосредоточен, что моё сердце едва не остановилось от испуга, когда возле правого уха внезапно раздался голос.

Низкий, хриплый, с металлическим оттенком, он словно входил прямо в мозг:

— Ты… настоящий?

Я машинально отпрыгнул и прямо в полёте развернулся. Первой моей мыслью было, что я увидел призрака.

Разумеется, я подумал не про настоящего призрака, а про монстра-призрака из Айнкрада, какие появлялись по ночам на уровнях в районе 65-го, сделанных в стилистике старых замков.

Покрывающий всё тело изодранный тёмно-серый маскхалат. Полная чернота под низко надвинутым на лицо капюшоном. И там, в этой черноте, слабое сияние красных глаз.

В тусклом свете зала ожидания стоящий передо мой незнакомец действительно походил на того монстра-призрака из SAO. Меня непроизвольно охватило желание отскочить ещё дальше и выхватить световой меч. Я даже не полностью совладал с собой: моя правая рука дёрнулась.

Сделав тихий вдох, я опустил глаза на ноги незнакомца. Из-под рваного маскхалата выглядывали носы грязноватых ботинок. Это не призрак, а игрок. Удостоверившись в этом, я выпустил застрявший в лёгких воздух.

Если присмотреться, можно было разглядеть, что эти красные огоньки — не призрачные «глаза», а отблески на линзах здоровенной маски, закрывающей всё его лицо. Немного злясь и на себя (за то, что среагировал совсем как новичок), и на него (за то, что невежливо подошёл со спины вплотную и резко заговорил со мной), я коротко ответил вопросом на вопрос:

— Настоящий?.. Что ты имеешь в виду? И кто ты вообще?

Однако игрок в тёмно-сером маскхалате не представился. Он нарочно шагнул ко мне, хоть я и отступил на шаг только что. На этот раз отходить я не стал, а встретил его безжизненный взгляд своим. Между нашими глазами было сантиметров двадцать, не больше.

Неприятный голос, в котором словно присутствовали какие-то звуковые эффекты, некие вибрирующие обертоны, прерывисто произнёс:

— Я… видел… бой. Ты… пользовался… мечом.

— А, ну да… Это не против правил, я надеюсь?

Амусфера добросовестно уловила дрожь в моём сердце, и мой ответ прозвучал немного хрипло. Этот тип в маскхалате, казалось, прочёл, что творилось у меня на душе, и придвинулся ещё на несколько сантиметров.

Следующую фразу он прошептал совсем тихо. Даже на таком расстоянии мне пришлось напрячь слух, чтобы его расслышать.

— Спрашиваю… ещё раз. Ты… настоящий?

Прежде чем я успел понять, какое значение прячется за этими словами, моя интуиция вспыхнула, и меня словно молнией ударило: я застыл, как в столбняке.

«Я знаю этого типа!»

Точно. Я где-то с ним встречался. Когда-то я уже разговаривал с ним лицом к лицу.

Но где? После того как я залогинился в GGO, я общался только с парнем возле точки старта, который хотел купить мой аватар, с Синон, которая отвела меня в магазин и потом помогла зарегистрироваться, и с её другом Шпигелем. Всего с тремя людьми. Стало быть, встречал я его не в этом мире.

Значит, в ALO? Я видел его под другим аватаром в Альвхейме? Я принялся лихорадочно напрягать свою память, вспоминая, у кого встречал подобный стиль речи и подобную ауру. Однако на ум не шёл никто, абсолютно. Не могу припомнить кого-либо, кто стоял бы передо мной и от кого бы при этом тянуло таким холодом, что мурашки по коже.

«Где… где же я его встречал?..»

Изодранный маскхалат вдруг заколыхался, из-под него высунулась тонкая рука. Я инстинктивно чуть было не отпрыгнул снова, но, приглядевшись, обнаружил, что в руке ничего не было. Всего лишь рука в перчатке, такой же драной, как и маскхалат. Рука вызвала окно меню, развернула в мою сторону и вялыми движениями покопалась в нём. Там появилось расчерченное на шесть блоков поле — судя по всему, турнирная таблица предварительного этапа третьей «Золотой пули». Тонкий, словно игла, палец нажал на блок F, и этот блок раскрылся на весь экран. Ещё одно нажатие — и средняя часть таблицы увеличилась в размере.

Мои глаза двигались за его пальцем, как прикованные. Там, куда показывал палец, было два имени. Слева было написано «Уэмару», справа «Кирито». От правого имени вверх шла тускло светящаяся линия. То, что я победил Уэмару и вышел в следующий раунд, здесь уже объявили.

Палец задвигался, погладил слово «Кирито», и голос прозвучал вновь:

— Это… имя. Эта… работа… мечом. Ты… настоящий?

Всего миг — и я в третий раз оказался в шоке, причём в самом сильном из всех. Мои колени задрожали, мне пришлось приложить усилие, чтобы не свалиться.

Этот игрок в сером маскхалате — он меня знает! Имя Кирито. И навык мечника, которым я победил Уэмару. Ему это всё знакомо. Иными словами… этого парня я встречал не в GGO и не в ALO.

А в SAO. В Sword Art Online. Когда-то я встречался с этим типом на сцене той смертельной игры, в парящей крепости Айнкрад. Аватар, скрытый под этим маскхалатом… нет, человек, надевший амусферу и играющий этим аватаром, — он тоже один из выживших в SAO, как и я.

Моё сердце заколотилось как сумасшедшее. Если бы не полумрак зала, этот тип заметил бы, что лицо моего аватара побелело. Успокоиться. Успокоиться! Только это слово и крутилось у меня в голове.

Даже встретив игрока из SAO, я вовсе не обязан так паниковать. Незадолго до разрушения Айнкрада я стал знаменит из-за статьи про уникальный навык «Два клинка», а ещё потому, что я дрался на дуэли с лидером «Рыцарей крови» — Хитклифом. Кроме того, «Разящий меч», которым я атаковал Уэмару, был довольно-таки важным навыком из категории «прямой одноручный меч». Высокоуровневые игроки в SAO, посмотрев наш поединок и увидев моё имя в расписании турнира, вполне могли догадаться, что я и есть тот самый Кирито из числа проходчиков SAO. Если бы я подобным образом обнаружил игрока, которого знаю, то вполне мог бы подойти к нему, чтобы попробовать освежить старое знакомство.

Так что вовсе не было нужды бояться. Я просто не должен был бояться. Почему же я?..

В следующее мгновение длинная, тонкая рука закрыла окно с расписанием поединков и начала убираться обратно под маскхалат, как вдруг кое-что привлекло моё внимание.

На предплечной части перчатки, больше похожей на рваные бинты, чуть выше запястья виднелась узкая щель. Через неё проглядывала белая кожа.

И на этой коже была татуировка примерно пять на пять сантиметров.

Карикатурное изображение гроба. На приподнятой крышке — зловеще ухмыляющееся лицо. Белая рука, высовывающаяся из тёмной внутренности гроба и манящая к себе тех, кто снаружи. В том, другом мире один тип парализовал меня с помощью отравленной воды и попытался убить. У него тоже была похожая татуировка.

Эмблема «Весёлого гроба».

После того как я узнал эту эмблему, было почти чудом, что я сумел не вскрикнуть, не рухнуть на пол и что система не разлогинила меня автоматически из-за аномальных мозговых волн.

Внешне я не среагировал никак, человек в маскхалате ещё какое-то время молча смотрел на меня в упор сквозь красные линзы, а затем прошептал:

— Ты… Не понимаешь… что я… спрашиваю?

Я медленно и осторожно покачал головой:

— Нет… Не понимаю. В каком смысле «настоящий»?

Собеседник молча шагнул назад. Красные глаза на миг погасли, словно моргнули. Через несколько секунд, показавшихся мне вечностью, он произнёс ещё более механическим голосом:

— Тогда… неважно. Впрочем… самозванец ты… или… настоящий… — с этими словами он отвернулся, — когда-нибудь… я тебя… убью.

По его голосу совершенно не похоже было, чтобы он всего-навсего отыгрывал роль.

Маскхалатник удалялся беззвучно, словно настоящий призрак, а потом внезапно исчез. От игрока, который был здесь всего несколько секунд назад, не осталось и следа.

На этот раз моё маленькое тело зашаталось, но я с огромным трудом сохранил равновесие и сел — почти рухнул — на ближайший стул. Подтянул колени ко лбу и обхватил тонкие ноги руками.

Глаза я закрыл, но и с закрытыми глазами видел ту татуировку. Видел совершенно отчётливо, хоть она и выглянула из-под перчатки лишь на долю секунды.

Гроб с ухмылкой. Лишь одна гильдия в Айнкраде носила такую эмблему.

Гильдия плееркиллеров «Весёлый гроб».

За два года, что мы проходили SAO, там появилось довольно много «оранжевых» игроков — людей, которые, попав в тяжёлую финансовую ситуацию, начали красть деньги и снаряжение у других. Впрочем, обычно они просто наваливались стаей на одного и заставляли его отдать всё, что у него было ценного. В худшем случае применяли парализующий яд, но не более того.

Если один игрок атакует другого и сбросит его хит-пойнты до нуля, тот по-настоящему умрёт в реальном мире, поэтому на такое никто не осмеливался. Ведь десять тысяч пленников SAO в основном были заядлыми онлайновыми игроками, в реальном мире они вряд ли сталкивались с преступлениями.

Однако неписаный закон — не скидывать хит-пойнты ближнего своего до нуля — был нарушен одним странным типом. Звали его ПоХ. Забавное имя для игрока, но, несмотря на это — а может, благодаря этому — он обладал сильной харизмой.

В первую очередь ПоХ привлекал довольно-таки экзотической красотой. И ещё он, как настоящий полиглот, весьма прилично изъяснялся минимум на трёх языках. Не исключено, что он был полукровкой, полуяпонцем-полуевропейцем. Со своим отличным японским, к которому примешивались беглый английский и сленговый испанский, он звучал как профессиональный рэпер-диджей. И с этой своей манерой речи он легко воздействовал на окружающих, меняя их моральные ценности. В итоге из обычных онлайновых игроков они превратились в банду настоящих отморозков, крутых и жестоких.

Другой притягательной чертой ПоХа были его способности. У него действительно имелся талант по части обращения с кинжалом. Кинжал был словно продолжением его руки. Ему даже не требовалась помощь системы, чтобы сокрушать монстров или игроков. Особенно силён он стал ближе к концу смертельной игры, когда обзавёлся большим кинжалом с жутковатым названием «Другоруб», — настолько силён, что его боялись даже игроки-проходчики.

Своей харизмой, в каком-то смысле противоположной харизме Хитклифа из «Рыцарей крови», ПоХ медленно, но верно расшатывал психологические ограничители у собственных фанатов.

Через год после начала игры, в последнюю ночь года, ПоХ и компания — их было уже почти тридцать человек — напали на маленькую гильдию, устроившую пикник в красивом месте за пределами города, и перебили всех. На следующий день все главные продавцы информации в Айнкраде сообщили о рождении «Весёлого гроба» — «красной» гильдии, не зарегистрированной в системе.

Однако парень в сером маскхалате, с которым я только что говорил, не мог быть самим ПоХом. Его безжизненная, прерывистая манера речи ничем не походила на возбуждённый тон и быструю как из пулемёта речь ПоХа.

Но в «Весёлом гробе», кажется, был парень, который изъяснялся именно так. Я вроде бы встречался с ним, разговаривал и даже дрался. Он не был рядовым членом гильдии, а занимал довольно высокий пост. Но раз я вспомнил всё это, то почему же не могу вспомнить его лицо и имя?

Хотя я уже знаю ответ. Я не могу вспомнить, потому что мой разум отказывается вспоминать.

«Весёлый гроб» сформировался в первый день года и перестал существовать одной летней ночью в конце августа. Гильдия не самораспустилась, не распалась из-за внутренних дрязг.

Проходчики, то есть игроки, сражающиеся на переднем крае, собрали отряд из пятидесяти человек и уничтожили её своими мечами. Вообще-то мы должны были сделать это намного раньше, но всё никак не могли найти, где их база, потому и затянули до конца августа.

В Айнкраде игроки могли покупать комнаты или дома. Будь то в городах или за их пределами, все выставленные на продажу адреса можно было узнать у NPC-торговцев недвижимостью. Проходчики посчитали, что «Гробы» должны купить крупный дом или замок, который мог бы вместить три десятка человек, и заказали у торговцев информацией сведения обо всех таких зданиях с первого уровня и выше.

Однако, хоть нам и удалось разыскать таким образом укрытия нескольких мелких и средних «оранжевых» гильдий, базу главного врага, «Весёлого гроба», мы несколько месяцев найти не могли.

По правде сказать, в этом не было ничего удивительного. «Весёлый гроб» базировался в безопасной зоне данжа на одном из давно зачищенных нижних уровней. Причём не в башне, связанной со следующим уровнем, а в маленькой пещере из числа тех, какие дизайнеры размещают, а потом начисто забывают о них.

Проходчики в основном зачищали лабиринты в больших башнях, а игроки среднего уровня предпочитали ходить в многолюдные данжи. Конечно, наверняка время от времени кто-нибудь случайно натыкался на эту пещеру и заходил в неё, но нетрудно догадаться, что таким людям быстро затыкали рты.

Тайная база «Весёлого гроба» была раскрыта, когда один из членов этой гильдии, будучи, видимо, не в силах справиться с чувством вины за убийства, признался проходчикам. Те, в свою очередь, всё проверили и выяснили, что «Весёлый гроб» действительно использовал именно эту пещеру в качестве базы. И лишь затем они начали собирать большой отряд возмездия. Возглавил его офицер крупнейшей гильдии «Альянс священного дракона», участвовали также несколько сильных игроков из «Рыцарей Крови» и других мощных гильдий. Меня, игрока-одиночку, тоже пригласили.

Штурм тайной базы начался в три часа ночи.

По идее, и численность, и средний уровень у нас были намного выше, чем у «Гроба». Поэтому мы думали, что если перекроем входы и выходы из безопасной зоны, то, вполне возможно, те типы сдадутся без боя. Но точно так же, как нам раскрыли их тайну, сведения о нашей абсолютно секретной операции каким-то образом просочились к ним…

Когда мы ворвались в данж, никого из членов «Весёлого гроба» в большой комнате безопасной зоны не было. И вовсе не потому, что они заранее разбежались. Они попрятались в закоулках данжа — и напали на нас со спины.

Для своей засады они подготовили ловушки, яды, дымовые завесы — словом, всё, что только можно. Сперва наш отряд возмездия пришёл в замешательство, однако умение быстро приспосабливаться к неожиданным поворотам было жизненно важной чертой проходчиков, так что мы очень быстро пришли в себя и яростно контратаковали.

Вот только у нас обнаружилось неожиданное отличие от «Весёлого гроба»…

Отвращение к убийству. Когда нам стало ясно, что члены «Весёлого гроба» в боевом запале не собираются сдаваться, как бы ни падали их хит-пойнты, мы начали колебаться.

Конечно, мы заранее обсудили такую возможность и решили, что не должны останавливаться на полпути, даже если придётся обрушить хит-пойнты врагов до нуля. Но, по-видимому, никто из нас, включая меня, просто не мог решиться нанести последний удар, когда хит-пойнты противника уходили в красную зону. Некоторые даже отбрасывали меч и падали на колени.

Сперва погибло несколько человек из отряда возмездия. Потом наши тоже вошли в раж и убили нескольких членов «Весёлого гроба». А затем случилась кровавая бойня. К концу сражения мы потеряли одиннадцать человек, «Весёлый гроб» лишился двадцати одного. Двоих из них убил лично я, своим собственным мечом.

Но ни среди мёртвых, ни среди захваченных в плен не было их главаря — игрока по имени ПоХ.

Двенадцать врагов, выживших в битве, отправились в тюрьму Железного дворца. Если этот тип в сером маскхалате действительно был одним из них, то я говорил с ним, возможно, в какой-то момент после боя. Я припоминал его манеру разговора, но по-прежнему не мог вспомнить ни лица, ни имени, а всё потому, что заставил себя вообще забыть о том походе против «Весёлого гроба».

Нет… Нет, а если под этим маскхалатом кто-то из тех двоих, кого я убил?

По-прежнему сидя на стуле и обнимая колени, я поспешно замотал головой. Сжал зубы и попытался собраться с мыслями.

Мёртвые не воскресают. Четыре тысячи жертв того происшествия под названием SAO, любил я их или ненавидел — уже не вернутся. Так что тот тип в сером маскхалате должен быть кем-то из двенадцати выживших членов «Весёлого гроба». Их имена я должен был знать. Я изо всех сил принялся рыться в воспоминаниях, превозмогая боль…

Но тут мне в голову пришло запоздалое предположение, и я резко вдохнул.

Металлический, искажённый голос человека в сером маскировочном халате звучал как низкий шёпот. А на что он был бы похож, если бы тот игрок орал во всё горло?..

Выкрик из аудиофайла, который я прослушал неделю назад, зазвенел у меня в ушах: «Вот настоящая сила, истинная мощь! Глупцы, запомните это имя и страх, который оно вызывает! Имя моё и моего пистолета — Дес Ган!»

Полное сходство. Никакой ошибки быть не может. Один и тот же голос.

Этот тип… Неужели этот тип в сером маскхалате и есть Дес Ган? Если так, то моя миссия — нырнуть в GGO, привлечь внимание Дес Гана и стать его целью — выполнена, и весьма быстро.

Но… я совершенно не ожидал, что события будут развиваться вот так. Что Дес Ган — один из тех, кто выжил в SAO, и вдобавок «красный» игрок, член «Весёлого гроба». И, возможно, теперь он с помощью пистолета в игре убил двух человек в реальности.

А что… если он действительно обладает такой немыслимой силой?..

Вдруг кто-то похлопал меня по левому плечу, и я едва не завопил от неожиданности. Дрожа всем телом, вскинул голову и обнаружил перед собой покачивающиеся ярко-голубые волосы.

— Что с тобой?

Глядя на хмурящую брови Синон, я с трудом заставил двигаться онемевшие губы и изобразил нечто, напоминающее улыбку:

— Д-да нет… ничего…

— Что, такой трудный был бой? Но ты вроде быстро управился.

Лишь после этих слов я вспомнил наконец, что участвую в отборочных состязаниях турнира «Золотая пуля». Я моргнул и огляделся. Оказалось, что где-то половина игроков, совсем недавно заполнявших зал, исчезла. Похоже, первый раунд уже почти закончился и проигравших переправили на поверхность. Скоро должен определиться мой следующий противник, и тогда начнётся второй раунд.

Вот только сейчас я в таком состоянии, что вряд ли смогу драться.

Я посмотрел на Шпигеля, подозрительно разглядывающего меня издалека, потом на стоящую прямо передо мной Синон и наконец бессильно выдохнул сквозь ослабевшие губы.

Синон тут же приняла серьёзный вид и произнесла:

— И это с тобой всего лишь после одного боя? Тогда о финале ты можешь только мечтать. Соберись давай… Мне ещё надо взять с тебя должок!

И, сжав правую руку в кулак, она снова стукнула меня по плечу. Я машинально вцепился обеими руками в эту ладошку, которая уже была готова меня покинуть, притянул к груди и уткнулся в руку лбом.

— Эй, эй… Ты что делаешь?! — поспешно прошептала Синон и попыталась выдернуть руку. Но я крепко сжимал её и не выпускал.

Я ощутил неописуемое тепло, хоть и исходило оно от состоящего из полигонов аватара. И в то же время ледяной страх, поселившийся в моём сердце, заставил меня мелко дрожать всем телом.

— Что с тобой?.. — услышал я растерянный шёпот и тут же почувствовал, как из маленькой тёплой ладошки у меня на груди постепенно уходит напряжение.

Правый указательный палец Синон чуть зудел. Она нахмурилась и потёрла его подушечкой большого чтобы избавиться от этого ощущения. Но зуд не проходил. Впрочем, она понимала, почему так.

Это всё из-за Кирито. Из-за того, что этот нахальный, самоуверенный и бесстыжий новичок крепко сжал её правую руку.

Конечно, умом Синон понимала, что такого быть не может. С помощью амусферы она сейчас находилась в виртуальном мире. Как бы сильно её руку ни сжимали, её кровоток и нервные окончания в реальном мире никак не могли на это реагировать. Все ощущения здесь — лишь результаты электрических импульсов, посылаемых машиной непосредственно в мозг.

И всё же правая рука Синон до сих пор явственно ощущала тепло и давление тех секунд, когда черноволосый парень со световым мечом крепко сжимал её ладонь, хотя прошло уже почти два часа.

Оставив попытки избавиться от этого ощущения, Синон правой рукой вновь обхватила свою снайперскую винтовку, стоящую на сошках. Нежно положила указательный палец на спусковой крючок. Рукоять её любимой «Гекаты», прошедшей вместе с ней столько боёв, была словно продолжением руки. И всё-таки слабый зуд в указательном пальце не прекращался.

Синон пряталась в чахлых кустах на краю невысокого обрыва и дожидалась своего шанса произвести выстрел.

Арена называлась «Перекрёсток в пустоши». Её можно было охарактеризовать как сухое плато, в центре которого пересекались две прямые дороги. Противника звали Стингер. Отборочный этап «Золотой пули», группа F, пятый раунд. Полуфинальный поединок. С начала боя прошло уже двенадцать минут.

Если она выиграет этот бой, то, независимо от исхода следующего, получит право участвовать в финальном сражении «все против всех», которое состоится завтра, в воскресенье вечером. Однако, раз её нынешний противник Стингер добрался до этого раунда, он тоже не слабак.

Несмотря на такое имя, вооружение его составлял отнюдь не переносной зенитно-ракетный комплекс FIM-92 Stinger. Основным его оружием был автомат FN SCAR, но и он представлял угрозу. Кроме того, Стингер пользовался очень хорошим оптическим прицелом ACOG, который прилично повышал кучность стрельбы. Так что если он подберётся к Синон достаточно близко, на расстояние прямой видимости, она как снайпер ничего не сможет ему противопоставить.

К счастью, эта карта была разбита дорогами на четыре квартала: чтобы пробраться из одного в другой, нужно обязательно пройти через перекрёсток. Когда два игрока появляются на карте в начале боя, между ними как минимум пятьсот метров, следовательно, в одном квартале оказаться они не могут.

Иными словами, если Стингер хочет подобраться к Синон достаточно близко, чтобы расстрелять её из своего SCAR, ему придётся пройти через перекрёсток. Он, конечно, будет прорываться. Синон же должна попасть в него, как раз когда он будет на этом перекрёстке.

Раз у Стингера есть только этот вариант действий, он, по-видимому, будет затягивать с прорывом, пытаясь таким образом измотать Синон, нарушить её сосредоточенность. Впрочем, Синон не могла исключить и того, что он, напротив, будет действовать быстро. Так что у неё не было иного выхода, кроме как напрячь нервы до предела и неотрывно смотреть в прицел.

Сейчас, на предварительном этапе, игроки были разделены на пятнадцать групп, от А до О. Более чем в половине из них бои уже завершились, так что одновременно шло всего около десятка сражений. Поэтому все они должны были транслироваться полностью в зале ожидания, в большом зале на первом этаже виллы губернатора и во всех барах города.

Однако те из зрителей, которые следили за поединком Синон и Стингера, должно быть, откровенно скучали. Ведь с самого начала боя обе стороны не произвели ни единого выстрела.

В то же время другой полуфинал группы F, вне всяких сомнений, проходил ярко и зрелищно, компенсируя скуку этого. Потому что один из дерущихся был специалистом по ближнему бою с двумя пистолетами-пулемётами, а другой использовал оружие совсем уж короткого радиуса действия — световой меч.

Нельзя, нельзя терять концентрацию! Синон это отлично понимала, но всё равно её мысли постоянно возвращались к загадочной черноволосой де… то есть парню.

Первый её бой занял минут десять, и, когда она вернулась в зал ожидания, её сразу встретил Шпигель, то есть Кёдзи Синкава, с поздравлениями. Коротко поблагодарив, Синон снова подошла к столу, за которым сидела перед боем, и слегка удивилась, обнаружив там Кирито. Надо же, он не только выиграл, но и вернулся раньше неё. «Хм, а ты не полный неуд» — так она собиралась сказать, но, подойдя к нему, удивилась ещё сильнее и уже по другому поводу.

До боя Кирито держался почти нагло, а теперь он сидел, обхватив руками колени. Его опущенная голова и узкие плечи дрожали.

«Но он же выиграл. Неужели противник с огнестрелом — это так страшно?»

С этой мыслью Синон машинально протянула правую руку и похлопала по плечу цвета ночного камуфляжа. Кирито внезапно съёжился, точно испугавшись, затем опасливо поднял голову. Лицо его аватара, которое любой по незнанию принял бы за женское, в котором сочетались ум и обаяние, сейчас оно было наполнено таким жутким страхом, будто его обладатель заглянул в глубины ада.

— Что с тобой? — непроизвольно прошептала Синон. Кирито несколько раз моргнул и изогнул губы в напряжённой улыбке.

— Д-да нет… ничего… — хрипло ответил он, и тогда Синон поинтересовалась, неужели первый бой действительно был таким тяжёлым. Но Кирито, пряча лицо за длинными чёрными волосами, лишь тихонько вздохнул и даже не попытался хоть что-то ответить.

Ну и ладно. Она вообще не обязана с ним общаться.

Кирито нарочно не поправил Синон, ошибочно принявшую его за девушку. Он позволил проводить его по городу и помочь с покупками. Более того, бесцеремонно полез вместе с ней в раздевалку.

Разумеется, это она приняла его за девушку, и в том, что она не спросила его визитку, была всецело её вина. Так что ещё больше Синон злилась на саму себя.

В реальном мире она ещё со времён той истории с одноклассницами, которые её использовали, вроде бы приняла твёрдое решение ни на кого больше не полагаться и не заводить друзей. Но, встретившись с редкой для GGO девушкой, которая спросила у неё дорогу, совершенно забыла об этом.

Было здорово. Когда она вместе с Кирито занималась покупками, когда ехала на трёхколёсном багги, Синон понимала, что улыбается совершенно искренне, как очень давно не улыбалась в GGO. Да, верно, Синон сердилась не на то, что Кирито оказался парнем. Просто в его компании она слишком раскрылась — и вот этого она не могла себе простить.

Поэтому, узнав, что Кирито выиграл первый бой, она действительно была рада.

Встретиться с ним в финале, разнести его симпатичную физиономию пулей «Гекаты» и стать сильнее, чем до встречи с ним. Таков был её план, но этот Кирито, охваченный страхом, казался совершенно другим человеком.

Не задумываясь, Синон произнесла приглушённым голосом:

— И это с тобой всего лишь после одного боя? Тогда о финале ты можешь только мечтать. Соберись давай… Мне ещё надо взять с тебя должок! — с этими словами она правым кулаком стукнула Кирито по плечу, как вдруг он схватил эту её руку своими ладонями, потянул к себе и прижал к груди в камуфляже.

— Эй, эй… Ты что делаешь?! — вырвалось у Синон, и она попыталась высвободить руку, однако Кирито продолжал сжимать её с такой силой, что непонятно было, где в этом хрупком теле прячется такая огромная сила, она же STR. Его руки были холодны как лёд, и дыхание, коснувшееся тыльной стороны её ладоней, как будто тоже морозило.

Перед Синон замигала кнопка «Сообщить о домогательстве». Если бы она нажала её левой рукой или просто произнесла вслух: «Сообщаю», аватар Кирито был бы мгновенно перенесён в тюрьму Глоккена и в течение какого-то времени не смог бы выбраться оттуда.

Однако Синон не могла ни двигаться, ни говорить.

Вид этих стиснутых рук и трясущегося тела породил в ней сильнейшее дежавю. Она уже где-то видела девушку, которая так выглядела. И стоило ей об этом подумать, как она тут же поняла, что той девушкой была она сама. Не снайпер Синон, а Сино Асада из реального мира. Та Сино Асада, которая, скорчившись на кровати, придавленная пахнущими кровью и порохом воспоминаниями, бормотала без остановки: «Спасите… спасите…»

Осознав это, Синон невольно расслабила правую руку.

— Почему?.. — спросила она, но ответа так и не получила.

Однако она чувствовала, что черноволосый парень-аватар, вцепившийся в её руку… нет, тот игрок под аватаром, имени и лица которого Синон не знает, возможно, он тоже находится в плену тьмы, как и Сино. Она хотела спросить, что случилось, но в эту самую секунду Кирито охватило слабое сияние, и он исчез. Его следующий соперник определился, и Кирито телепортировало на арену второго раунда.

Синон решила, что в таком состоянии он вряд ли сможет сражаться как положено, и тихонько вздохнула. Проигравший вернётся в зал первого этажа, а не сюда, в подземный зал ожидания. Так что если Кирито проиграет, то сегодня — а может, и вообще — Синон больше не представится случая его увидеть.

Конечно, невелика потеря. Они не друзья, просто так получилось, что обоим нужно было попасть на виллу губернатора. Уже сегодня она забудет его имя и лицо. Сказав себе это, Синон отвела руку, по-прежнему висевшую в воздухе, и приложила к груди. И тем не менее, вопреки её ожиданиям, Кирито одними только световым мечом и пистолетом выиграл второй, третий и даже четвёртый раунды.

Синон всего один раз смогла увидеть на большом экране, как он сражается, когда ждала очередного соперника. От стиля боя Кирито кровь стыла в жилах: это была тактика камикадзе. Прорываясь сквозь автоматный огонь своего AGI-противника, он стрелял из купленного по рекомендации Синон маленького Five-SeveN. Он блокировал световым мечом только смертельные пули, не обращая внимания на те, что попадали в конечности. В мгновение ока он сократил дистанцию до врага и разрубил его надвое вместе с автоматом.

В первой и второй «Золотой пуле» не было никого, кто так сражался. По залу ожидания расходился шум, Синон же лишь смотрела во все глаза. Так Кирито вполне сможет добраться до финала группы F. И как тогда ей самой действовать против такого отчаянного противника?

После того как Синон увидела бой Кирито, она непрерывно думала об этом уголком сознания, даже сейчас, когда полуфинальная схватка уже началась. И в то же время она не могла выкинуть из головы мысли о самом игроке по имени Кирито.

Когда они вместе покупали снаряжение, на его лице была искренняя, полная любопытства улыбка. Раскрыв ей свой пол, он стал вести себя дерзко и невозмутимо. Затем был первый бой, и он цеплялся за руку Синон, дрожа всем телом. А потом он безжалостно рубил врагов своим синим световым клинком, точно бог войны.

Так какой же Кирито настоящий? И почему вообще она продолжает об этом думать?

Ощутив совершенно беспричинное раздражение, Синон, которая всё это время прижималась правым глазом к прицелу, слегка закусила нижнюю губу. И в это мгновение в километре впереди неё, из-за крутой скалы на левой стороне перекрёстка, стремительно вылетела крупная тень.

Снайперша почти на автомате подстроила «Гекату». Ветер слева, 2,5 метра в секунду. Влажность 5%. Синон навела перекрестье тонкой прицельной сетки чуть выше цели и, дождавшись, пока круг пули сожмётся в первый раз, без колебаний спустила курок винтовки.

«Бам-м!»

Пуля 50-го калибра рванулась вперёд, оставляя за собой тоннель разогретого воздуха. Прочертив чуть изогнутую влево и вниз траекторию, она вонзилась в верхнюю часть тени.

— Вот так, — пробормотала Сино, оттягивая затвор «Гекаты». Гильза вылетела из патронника, взамен туда вошёл следующий патрон.

Однако беззвучно развалившаяся тень была вовсе не её противником Стингером. Это был всего лишь метровый булыжник.

В следующее мгновение оттуда же, откуда и камень, вылетел ещё более крупный силуэт, поднимая за собой клубы пыли.

Четырёхколёсный бронеавтомобиль Humvee[41]. Игрокам не положено владеть автомобилями, это бонусы, спрятанные на аренах. Кто доберётся до них первым, тот и сможет пользоваться. Эта конкретная машина должна была быть новой, однако Синон мгновенно заметила вмятину спереди. А значит, «Хамви» только что нарочно толкнул камень.

Стингер, наверняка находившийся на водительском сиденье, прекрасно знал, что Hecate II требует ручной перезарядки и что Синон сейчас целится в перекрёсток, который он должен пересечь.

Поэтому он при помощи «Хамви» сбросил на перекрёсток камень, чтобы Синон выстрелила в него. А пока она готовит свой второй выстрел, сам он успеет проскочить.

Идея была верной. По правде сказать, его автомобиль уже добрался до центра перекрёстка, а Синон всё ещё доводила рукоять затвора. У неё оставалась возможность произвести ещё один выстрел, но не было времени тщательно прицелиться.

Однако Синон не ударилась в панику. Стингер отобрал у неё главное оружие снайпера — отсутствие линии пули при первом выстреле. Но взамен он дал ей важную информацию. Траектория пули при первом выстреле Синон крепко запечатлелась в её зрительной памяти. Если она сохранит самообладание, то сможет отправить вторую пулю ровно по той же самой траектории. В таком случае точность её второго выстрела будет куда выше, чем у первого.

Чуть подкорректировав положение винтовки, Синон легонько нажала спусковой крючок. Ещё один «Бам-м!» — выпущенная пуля, словно ведомая магнитом, попала в маленькое окошко кабины «Хамви» и с лёгкостью прошила толстое пуленепробиваемое стекло. В следующую секунду автомобиль повело вбок, он наехал на камень, торчавший возле дороги, и перевернулся. Из-под капота вырвались языки пламени.

— А вот если бы вылез из машины и побежал, то смог бы увидеть линию пули и уклонился бы, — пробормотала Синон, заряжая третий патрон. Не отрываясь от прицела, она поймала в перекрестье горящий Humvee. Секунды шли, а Стингер так и не появлялся. Почти наверняка он погиб прямо на водительском сиденье. Однако Синон оставалась готовой к стрельбе. Лишь когда посреди вечернего неба появилась надпись «Поздравляем!», Синон поднялась из кустов.

Время игры: 19 минут и 15 секунд. Полуфинал пройден.

Таким образом, она, как и планировала, заполучила билет в финальную стадию турнира. Однако Синон не стала делать победных жестов, даже не улыбнулась. Все её мысли были сейчас направлены на предстоящий финал группы F.

Человек-загадка по имени Кирито, несомненно, потратил на свой полуфинал меньше времени. Второй участник был вооружён двумя пистолетами-пулемётами. Но сколько бы пуль он ни выпускал — как только он позволил мечнику подобраться вплотную, то получил удар смертоносным энергетическим клинком прежде, чем хит-пойнты его противника упали до нуля. В конце концов, Кирито обладал невероятной скоростью реакции, позволяющей ему предугадывать линию пули. Чтобы одолеть его в открытом бою, необходимо было вооружиться чем-то вроде М134 Minigun.

Поэтому Синон не выпускала из рук «Гекату» и стоя на месте ждала, когда её перенесут на новую арену. Несколько секунд спустя она отправилась не в зал ожидания, а прямо на гексагональную[42] площадку подготовки к следующему бою. В появившемся перед ней окне было написано имя следующего противника, и, как и следовало ожидать, это был Кирито.

Открыв глаза после следующего переноса, Синон увидела прямую дорогу на насыпи, уходящую в кроваво-красный закат.

Арена «Межконтинентальная магистраль». Размер арены такой же, как всегда километр на километр. Вот только сойти с этого шоссе стометровой ширины, пронизывающего арену с запада на восток, нельзя, так что на самом деле поле боя очень узкое и простое. Однако на дороге стояло множество легковых автомобилей, грузовиков и даже разбитый вертолёт. К тому же то тут, то там из поверхности торчали накренившиеся куски дорожного полотна, и получалось, что с одного конца арены другой было не рассмотреть.

Синон быстро оглянулась и убедилась, что она почти у восточной границы арены. Значит, её противник Кирито должен был появиться в западной части дороги, не менее чем в полукилометре от неё.

Девушка осмотрелась по сторонам и побежала вперёд. Её целью был большой туристический автобус. Она заскочила внутрь через приоткрытую заднюю дверь и по лестнице взлетела на второй этаж. В центральном проходе она упала на живот и раздвинула сошки уже снятой с плеча «Гекаты». Направила ствол винтовки в большое ветровое стекло, приняла позу для стрельбы и откинула переднюю и заднюю крышки прицела.

Солнце светило прямо в лицо. Это значит, где бы она ни спряталась снаружи, блики от линз прицела могли выдать её местонахождение врагу. Со снайпером, чья позиция раскрыта, разобраться легче лёгкого. Но когда она внутри автобуса, зеркальное покрытие ветрового стекла маскирует отражающийся от линз свет. Кроме того, с высоты Синон могла видеть, что происходит за большинством препятствий на дороге.

Кирито, скорее всего, сейчас приближается на полной скорости, перебегая от укрытия к укрытию. Синон была уверена, что не сможет попасть в такого противника, если тот будет видеть линию пули. Значит, её шанс — это первый выстрел, пока Кирито не знает, где её позиция.

«Попаду. Я обязательно попаду».

Повторяя раз за разом эту мантру, впечатывая её в сердце, Синон приникла к окуляру прицела. Она не могла себе внятно ответить, почему ей так сильно хотелось победить.

Да, Кирито, скрыв свой пол, обманом вынудил её показать ему город и помочь выбрать снаряжение. Более того, он даже видел, как она переодевается.

Но если по справедливости, это всё такие мелочи. Она не лишилась предметов снаряжения, а Кирито видел лишь нижнее бельё аватара Синон. С их первой встречи на улице Глоккена до расставания в зале ожидания прошло лишь несколько десятков минут, их совсем нетрудно было выкинуть из памяти.

И тем не менее она желала победить в этой битве сильнее, чем в любой из проведённых ею в GGO до сих пор. Даже сильнее, чем против того устрашающего бойца с «Миниганом», Бегемота. Но против новичка, который первый день в GGO, против не стрелка даже, а еретика[43] со световым мечом — откуда такое сильное чувство?..

«Нет».

Возможно, она уже знает, в чём причина.

«Просто в душе я не могу полностью признать этого типа “врагом”».

Когда он сидел, весь дрожа, на твёрдом сиденье и сжимал своими холодными руками её ладонь, ей показалось, что в сердце у неё зародилось чувство, для которого она не могла подобрать слов.

Сострадание? Нет.

Жалость? Нет.

Сочувствие?.. Нет, абсолютно нет.

«Нет никого, кому я могла бы сочувствовать. Нет никого, кто нёс бы вместе со мной эту мучительную черноту. Каждый раз, каждый раз, когда я надеялась на такое, меня предавали.

Меня может спасти только одно — моя собственная сила. Именно потому, что я это осознаю, я сейчас здесь.

Я не желаю знать, что там было у Кирито, и мне не нужно этого знать. Безжалостным выстрелом я разнесу в клочья этот аватар, погрузивший меня в такое смятение, похороню его среди множества своих предыдущих жертв. И забуду.

Вот и всё, что нужно сделать».

Изо всех сил внушая себе это, Синон продолжала смотреть в прицел. Палец неподвижно лежал на спусковом крючке. Поэтому, когда на фоне красного заката появился чёрный силуэт, Синон на миг утратила самоконтроль снайпера.

— Что?.. — невольно вырвалось у неё.

Длинные чёрные волосы, колышущиеся на ветру. Хрупкая фигура в ночном камуфляже. Световой меч на поясе. Вне всяких сомнений, это был Кирито.

Однако он вовсе не бежал. И непохоже было, чтобы он собирался укрываться. Кирито медленно шагал прямо посередине дороги, по чуть приподнятой над полотном разделительной полосе. Нечто полностью противоположное тому, что было в предыдущем бою, абсолютно беззащитная позиция.

«Что он хочет этим сказать? Что даже без линии пули может в любой момент уклониться от моего выстрела?»

Эта мысль гранатой взорвалась в голове Синон, и она навела перекрестье прицела на голову Кирито. Собралась было уже спустить курок — но тут до неё дошло, что секундой ранее она ошиблась с догадкой.

Кирито не смотрел перед собой. Опустив голову, он перебирал ногами, точно в изнеможении. Совершенно апатичная походка, ничего общего с жутким ураганом прошлого боя. В таком состоянии уклониться от выстрела Синон просто нереально.

Пуля «Гекаты» летит быстрее звука, так что, когда слышишь звук выстрела, что-либо делать уже поздно. Раз он смотрит в землю, то, естественно, не увидит вспышки.

Но это… это означало, что Кирито изначально не собирался уклоняться от её пули. Он собирался позволить себя подстрелить и таким образом проиграть бой. Когда он получил право участвовать в основной части турнира, всё остальное… его поединок с Синон перестал иметь для него значение. Вот что это означало.

— Не… Не шути… — хрипло сорвалось с напряжённых губ Синон.

Она чуть надавила на спусковой крючок. Появился зелёный круг пули и быстро запульсировал вокруг опущенной головы Кирито. Эта пульсация отражала безумное сердцебиение Синон. Но при таком слабом ветре в спину и всего четырёхстах метрах дистанции она не промажет. Указательный палец ещё чуть согнулся, и пружина спускового крючка пискнула. Но Синон расслабила палец. Снова согнула, пружина пискнула. И снова расслабила.

— Не шути со мной свои шуточки! — её голос прозвучал с надрывом, как плач ребёнка.

И в этот самый момент Синон спустила курок. Салон автобуса наполнился рёвом винтовки 50-го калибра, широкое ветровое стекло рассыпалось белым облаком.

Пуля ушла в багровый закат по прямой линии — и, пролетев более чем в полуметре от правой щеки Кирито, ударилась в перевёрнутую машину далеко позади. Из машины вырвался столб огня, начали подниматься клубы дыма.

Волна воздуха от пролетевшей так близко 12,7-миллиметровой пули заставила Кирито слегка покачнуться. Он остановился и поднял голову. На его лице по-девичьи аккуратном, медленно проступил вопрос: «Почему ты промахнулась?» Неотрывно глядя на это лицо в прицел, Синон передёрнула затвор и тут же выстрелила второй раз. На этот раз пуля умчалась вдаль, пролетев над головой Кирито.

Перезарядка. Выстрел. Третья пуля воткнулась в асфальт рядом с правой ногой Кирито в чёрном ботинке, оставив после себя кратер. Перезарядка. Выстрел. Перезарядка. Выстрел. Перезарядка. Выстрел. Шесть стреляных гильз падали возле Синон и быстро исчезали.

Кирито стоял, по-прежнему без единой царапины, и его глаза продолжали вопросительно смотреть прямо в прицел Синон. Она медленно встала, держа в руках «Гекату», и пошла по салону автобуса. Спрыгнула на дорогу, перескочив через остатки ветрового стекла и двинулась дальше. Где-то через минуту, приблизившись к Кирито метров на пять, она остановилась.

Чёрный мечник по-прежнему стоял неподвижно. Глядя ему прямо в лицо, Синон выдохнула:

— Почему?

Смысл этого вопроса с оттенком упрёка, похоже, достиг Кирито. Его чёрные глаза дрогнули, и он вновь уткнулся взглядом в землю. Наконец он без эмоций, как NPC, тихо произнёс:

— Моя цель — пройти в завтрашний финал. Других причин сражаться у меня нет.

Синон ожидала такого ответа. Однако именно поэтому грудь ей начал распирать гнев, и она выпалила:

— Тогда ты должен был застрелиться из своего пистолета в начале боя. Не хочешь тратить дорогие патроны? Или ты хочешь дать мне убить тебя и думаешь, что меня это устроит?!

Она сделала ещё шаг к стоявшему с опущенной головой Кирито.

— Всего-навсего VR-игра, всего-навсего один бой — если ты так чувствуешь, это твоё личное дело! Только мне это не навязывай! — прокричала дрожащим голосом Синон и тут же поняла, что произнесла глупость.

Прямо сейчас она сама навязывает свои личные ценности другому человеку. Если она действительно не может простить Кирито, то должна была решить исход боя первым же выстрелом, а потом выкинуть этого парня из головы. А она вместо этого потратила шесть патронов, только чтобы запугать его, более того, выплеснула на него свои эмоции. В общем, если кто здесь и ведёт себя глупо, то именно она.

И всё равно Синон не могла остановиться. Не могла остановить ни дрожь удерживающих «Гекату» рук, ни искажающие лицо спазмы, ни текущие из уголков глаз слёзы.

Кирито стоял спиной к садящемуся солнцу, наполовину превратившись в силуэт. Глаза его были зажмурены, губы сжаты. Наконец его хрупкий аватар расслабился, и чуть слышным, но всё же таящим в себе намёк на эмоции голосом Кирито произнёс:

— Я тоже… Когда-то давно, кажется, я точно так же кого-то обвинял…

Кинув взгляд на молча стоявшую Синон, он вновь понурился.

— Прости меня. Я был неправ. Конечно, это всего-навсего VR-игра, всего лишь один бой, но именно поэтому я должен был выложиться по полной… Иначе у меня нет ни смысла, ни права жить в этом мире. Я… должен был это понимать.

Затем явившийся из иного мира мечник поднял чёрные глаза, устремил взгляд прямо на девушку и произнёс:

— Синон, дай мне шанс всё исправить. Сразись со мной прямо сейчас.

От этих неожиданных слов Синон мгновенно забыла, что сердится, но брови её всё равно нахмурились.

— Прямо сейчас… Легко сказать, конечно…

Отборочные раунды и финальное сражение «Золотой пули» — это бои, где исходное расположение игроков неизвестно. Раз они с Кирито уже сошлись лицом к лицу без боя, вернуть начальные условия будет невозможно.

Кирито, однако, чуть улыбнулся и достал из ко буры на левом бедре свой Five-seveN. Движением руки остановил Синон, вскинувшую было винтовку, и оттянул затвор пистолета. Ловко поймал в воздухе вылетевший патрон и сунул пистолет обратно в кобуру. Покрутив 5,7-миллиметровый патрон пальцами левой руки, он сказал:

— В твоей винтовке ещё есть патроны, так?

— Да, один остался.

— Тогда давай устроим дуэль. Скажем… с десяти метров. Твоя винтовка против моего меча. Я подброшу патрон. Когда он упадёт, мы начнём. Как тебе это?

Синон была удивлена, нет, скорее ошарашена. Не замечая, что прежняя злость угасла, она возмущённо сказала:

— Эй, послушай… Ты серьёзно думаешь, что это будет настоящая дуэль? На десяти метрах пуля «Гекаты» попадёт наверняка. С бонусами от моих характеристик и с собственными параметрами этой малышки — для системы это «дистанция верного попадания». Ты даже махнуть своим мечом не успеешь. С твоей стороны это всё равно что самоубийство.

— Пока не попробуешь, не узнаешь наверняка.

После столь заносчивых слов губы Кирито изогнулись в хищной улыбке. Едва увидев это выражение лица, Синон почувствовала, как по спине у неё пробежал холодок. Он был абсолютно серьёзен. Этот тип со световым мечом действительно собирался выиграть у Синон в духе вестерна.

Конечно, в «Гекате» остался лишь один патрон. Если Кирито каким-то образом увернётся, то у него будет шанс выиграть. Видимо, так примерно он и думает. Наивный, при попадании «пули верной смерти» не может быть никакого способа уклониться. По сравнению с тем, что было в магазине (с игрой на уклонение против того древнего револьвера), здесь совершенно другой уровень — и по скорости пули, и по точности, и по мощи.

Вот только у Кирито и впрямь может быть некий туз в рукаве.

«Я непременно должна это увидеть».

В следующую секунду Синон кивнула и произнесла:

— Хорошо. Давай именно так всё решим.

Развернувшись, она сделала десяток шагов на восток по разделительной полосе, потом повернулась обратно, лицом к солнцу. Расстояние между противниками сейчас было ровно десять метров. Синон подняла «Гекату», которую всё это время держала в руках, установив приклад на правое плечо и, расставив ноги, крепко упёрлась ими в землю.

В реальном мире даже сильнейший из людей не способен стрелять из крупнокалиберной снайперской винтовки в такой позе. Но в GGO, если только физические характеристики аватара позволяют, это вполне возможно. Разумеется, стрелок не выдержит ужасающей отдачи и отлетит назад, но, раз у Синон оставался всего один патрон, это не имело значения.

Передёрнув затвор, Синон загнала патрон в патронник. Прильнув щекой к ствольной коробке, она заглянула в прицел. Даже при минимальном увеличении фигура Кирито заняла всё поле зрения.

На его миловидном как у девушки лице не осталось и следа от недавнего бессилия и безразличия. Глаза сияли, точно обсидиановые[44], на губах играла бесстрашная улыбка. Левую руку с патроном от Five-seveN он вытянул перед собой, а правой снял с пояса световой меч. Нажал большим пальцем на кнопку — из рукояти с гудением вырвался ослепительно синий энергетический клинок.

Зрители, наблюдающие за финалом группы F, сейчас, наверное, качали головами в недоумении, пытаясь понять, что же затеяли эти двое. Синон это не волновало. Пуля против клинка. Если рассуждать здраво, это будет вообще не сражение, однако чувство напряжения, которое обжигало ей шею, было вполне настоящим.

«У этого парня определённо есть какой-то сюрприз в запасе».

Так говорила ей интуиция. Синон чуть подправила положение «Гекаты».

По ту сторону прицела Кирито произнёс: «Что ж, начнём» — и без раздумий крутанул пальцами левой руки. Патрон, вращаясь, взлетел высоко в воздух, оставляя за собой рубиновый след в свете заходящего солнца.

Кирито чуть подогнул колени и встал левым боком вперёд. Световой клинок в правой руке смотрел чуть вниз.

Во всём его теле, от кончиков пальцев рук до кончиков пальцев ног, не чувствовалось ни малейшего напряжения. Он держался совершенно расслабленно. Но даже так от его маленького аватара исходила мощная аура, как будто он целился прямо в сердце Синон.

Синон заметила, что все её чувства обострились. Движение 5,7-миллиметрового патрона словно замедлилось. Все звуки затихли. Она ощущала лишь собственное тело и «Гекату». Даже не так — стёрлась разница между ними двумя. Стрелок и оружие слились, стали единым целым, и у этого целого было лишь одно назначение: послать пулю точно по адресу.

Белая сетка, зелёный круг пули — всего этого Синон больше не видела.

Перед безмолвным чёрным мечником медленно-медленно падал патрон. Потом он пересёк прицел и вышел из поля зрения Синон, но та продолжала его чувствовать. Крутясь в воздухе, он долетел до земли. Острый кончик пули ударился об асфальт. Игра зафиксировала контакт двух объектов и направила в амусферу приказ создать звуковой эффект. Сигнальный элемент послал электронный импульс в слуховой отдел мозга Синон…

«Звяк».

Ровно в то мгновение, когда она услышала негромкий звук, её правый указательный палец нажал на спусковой крючок. То, что произошло в течение следующей секунды, ускорившееся сознание Синон восприняло в ярких красках.

Огромный дульный тормоз[45] «Гекаты» расцвёл оранжевым пламенем. С другой стороны сумерки рассекла по диагонали ослепительная бело-синяя молния. Сверкая, как падающие звёзды, разлетелись два огонька — один влево, другой вправо — и исчезли вдали.

Падая на спину от чудовищной отдачи крупнокалиберной снайперской винтовки, Синон с запозданием поняла смысл того, что она только что увидела.

«Он её разрубил».

В тот самый миг, когда патрон упал на землю, световой меч в правой руке Кирито наискосок ударил снизу вверх и рассёк смертоносную пулю 50-го калибра, которая должна была попасть в него. Огоньки, которые видела Синон, были половинками пули, раскроенной высококонцентрированным энергетическим пучком, и эти половинки, пройдя по обе стороны от Кирито, улетели ему за спину.

«Но ведь такого просто не может быть!»

Если бы Кирито махнул мечом в надежде угадать траекторию полёта пули, это ещё можно было бы хоть как-то понять. Но ведь Синон целилась не в середину тела аватара, что могло показаться очевидным, — она целилась Кирито в левую ногу.

У крупнокалиберного оружия вроде «Гекаты» есть дополнительный эффект под названием «ударный урон». На таком близком расстоянии достаточно попасть всего лишь в руку или ногу, и этот эффект распространит урон на всё тело, уменьшив хит-пойнты до нуля.

Кирито, только сегодня сконвертировавшийся в GGO и, более того, совершенно не разбирающийся в огнестрельном оружии, такими познаниями обладать не мог. Значит, если бы он угадывал траекторию пули, то наверняка защищал бы середину туловища. И тем не менее Кирито сумел одним точным взмахом светового меча поймать пулю, летящую ему в левое бедро. Он не пытался предугадать. Линия пули на таком расстоянии тоже бесполезна. Тогда почему, как ему это…

Даже ошарашенная на мгновение, Синон не бездействовала. Она ещё падала назад, а её левая рука уже выпустила «Гекату» и сама собой потянулась к МР7 на бедре.

Однако Кирито оказался быстрее.

Разделявшие их десять метров он преодолел со скоростью молнии и вдруг очутился прямо перед девушкой. Гудящий клинок в его правой руке залил всё поле зрения Синон слепящим синим светом.

«Сейчас разрубит».

Даже понимая это, Синон старалась не зажмуриться. Перед её распахнутыми глазами на фоне громадного закатного солнца веером промелькнули блестящие чёрные волосы.

Затем всё замерло.

Синон откинулась глубоко назад, правая рука с «Гекатой» и левая с МР7 безжизненно свисали. Однако на дорогу девушка всё не падала и не падала. Виной тому была левая рука Кирито, поддерживающая её за спину. Клинок в правой руке мечника был приставлен к беззащитной шее Синон. Слышалось лишь гудение плазмы меча и свист ветра где-то вдалеке.

Выставив левую ногу вперёд, Кирито склонился над откинувшейся Синон. Он буквально приклеился к ней, словно в движении из какого-то танца, и на какое-то время всё застыло.

Чёрные глаза были прямо перед её глазами. До сих пор ни в реальном мире, ни даже в виртуальном она никому не позволяла подходить так близко. Однако об этом Синон сейчас совершенно не думала. Заглядывая Кирито в глаза, она шёпотом спросила:

— Как ты узнал, куда я целилась?

Губы по ту сторону энергетического клинка чуть шевельнулись:

— Даже через линзы прицела я видел твой глаз.

Глаз. То есть линию взгляда. Он прочёл траекторию пули по взгляду Синон. Вот что сказал черноволосый мечник. Синон до сих пор и представить не могла, что в этом мире есть кто-то, кто на такое способен. Лёгкая дрожь — то ли ужаса, то ли чего-то ещё — прошла от её поясницы до макушки.

Вот это сила. Да, сила Кирито выходила за уровень VR-игры. Но если так, почему же тогда, в зале ожидания, его так трясло? Почему его заледеневшие руки так жадно схватили ладонь Синон?

Ещё более тихим голосом она спросила:

— Ты такой сильный… чего же ты боишься?

Глаза Кирито на мгновение дёрнулись. После короткого молчания Кирито ответил так, словно его что-то мучило:

— Это не сила. Просто техника.

Едва услышав эти слова, Синон забыла о клинке возле своего горла и отчаянно замотала головой:

— Врёшь! Ты врёшь. Если бы это была всего лишь техника, ты бы не смог разрубить пулю «Гекаты». Ты должен знать. Что надо сделать, чтобы стать таким сильным? Я… чтобы это узнать, я…

— Тогда и я спрошу! — внезапно перебил Кирито. Он говорил тихо, но голос его таил в себе жар пламени. — Если пуля из твоего оружия взаправду убьёт игрока и в реальном мире тоже… а если ты не убьёшь, убьют тебя или кого-то, кто тебе дорог. Если бы всё было так, смогла бы ты нажать курок?!

Дыхание Синон замерло, её глаза распахнулись. «Он знает?» — мелькнуло у неё в голове. Неужели этот загадочный чужак знает о том происшествии, что окутало прошлое Синон чёрной тьмой?

«Нет. Не так. Видимо… этот человек тоже когда-то…»

Левая рука, поддерживающая спину Синон, отвердела от напряжения, но тут же снова расслабилась. Касаясь лба Синон кончиком чёлки, Кирито покачал головой и прошептал:

— Я… больше не могу. Поэтому я не сильный. Я… зарубил когда-то двух человек. Нет, трёх… и я даже не знаю их настоящих имён… Я просто закрыл глаза, заткнул уши и попытался всё забыть…

Синон не могла понять, о чём это он. Однако кое-что она понимала точно. Внутри Кирито пряталась тьма, похожая на тьму Синон, там прятался страх. И, видимо, когда он сидел в зале ожидания, что-то произошло. Что-то, что заставило эту глубоко запрятанную тьму всплыть на поверхность.

Левая рука Синон выпустила МР7, и оружие упало на асфальт. Раскрытая ладонь поднялась, точно её тянула невидимая нить, и придвинулась к бледной щеке Кирито позади светового клинка. Но тут, за миг до прикосновения, к полной неожиданности для Синон, на лицо Кирито вернулась его обычная беззаботная улыбка. В глазах всё ещё оставалась боль, и тем не менее он покачал головой и произнёс, словно отталкивая своими словами руку Синон:

— Ну ладно. Похоже, нашу дуэль я выиграл… Ты согласна?

— Что?.. А, ты про это…

Пока она моргала, не в состоянии переключить свои мысли и чувства, Кирито придвинул лицо ещё ближе и прошептал:

— Может, сдашься, а? Мне не хотелось бы рубить девушку.

Услышав эти оскорбительные и наглые слова, Синон осознала наконец своё положение. Она была полностью обездвижена левой рукой Кирито на своей спине и световым мечом у горла. Кирито нависал над ней, почти прижавшись. И всё это жалкое зрелище транслировалось в прямом эфире на зал ожидания, виллу губернатора и все бары Глоккена. Такая вот ситуация.

Чувствуя, как кровь приливает к щекам, Синон процедила сквозь зубы:

— Я рада, что у меня будет ещё один шанс сразиться с тобой. Не вздумай завтра погибнуть в главном сражении, пока не встретишься со мной.

И, отворачиваясь, громко выкрикнула:

— Я сдаюсь!

Время схватки: 18 минут и 52 секунды.

Финальный раунд группы F третьего турнира «Золотая пуля» завершился.

AGI (от англ. agility) — «ловкость», одна из игровых характеристик персонажа.

Название игры можно перевести как «Стрелковый шторм онлайн».

Оригинальное название — «Bullet of Bullets», дословно «Пуля пуль» или «Пуля из пуль».

STR (от англ. strength) — «сила», «прочность» — характеристика игрового персонажа.

VIT (от англ. vitality) — «здоровье».

LUK (от англ. luck) — «удача», игровая характеристика.

От англ. player killer — игрок, совершивший в игре убийство другого игрока.

Death Gun (англ.) — дословно «Смертельный пистолет».

Chou á la créme — французское пирожное из заварного теста с кремом, напоминающее профитроль.

Шоколадное парфе, малиновый наполеон и ореховый кофе соответственно.

Гиндза — один из самых роскошных районов Токио.

«Оклахома миксер» — танец под американскую народную песню Turkey in the straw («Индейка в соломе»). Танец был весьма популярен в США в 1940—1950-х годах, когда, видимо, и пришёл в Японию с американскими солдатами.

Тодай — Токийский университет — самый престижный вуз Японии.

Усудзио тарако (яп.) — дословно «слабосолёная тресковая икра», хоккай икура — «североморская лососёвая икра». Отсюда и шутка Кадзуто насчёт «родственников».

От англ. imagine — «воображать».

Сюрстрёмминг — шведское национальное блюдо, консервированная забродившая сельдь.

Речь идёт о происшествии 16 декабря 1997 г., когда при просмотре эпизода аниме-сериала «Покемон» у нескольких сотен детей и взрослых в Японии случились приступы эпилепсии.

Патинко — популярный в Японии игровой автомат, нечто среднее между денежным игровым автоматом и вертикальным пинболом.

От англ. Augmented Reality — «дополненная реальность». Собирательный термин, обозначающий технологии, дополняющие реальную картину мира виртуальными элементами.

Деза — сокращение от слова «дезинформация» — ложные, ошибочные данные.

Сошки — подставки (упоры) для огнестрельного оружия или арбалета. Как правило, парные — образуют так называемую двуногу.

Сеттинг (от англ. setting — «обстановка», «помещение», «оправа») — среда, в которой происходит действие художественного произведения: место, время и условия событий.

ПП — пистолет-пулемёт.

Автоматический карабин: Colt Model 920 (М4 Carbine) или его модификация Colt Model 921 (М4А1)

Единый номер экстренного звонка в полицию, который написан на любой общественной телефонной будке в Японии.

Express Mail Service (сокращённо EMS) — экспресс-доставки почтовой корреспонденции.

Процион — самая яркая звезда в созвездии Малого Пса и одна из ярчайших звёзд в ночном небе.

Посттравматическое стрессовое расстройство — тяжёлое психическое состояние, которое возникает в результате психотравмирующей ситуации.

Здесь: «Новое сообщение в теме форума».

Дословно — «радиус воплощения», «сфера воплощения».

Гелевые матрасы применяются для избежания пролежней у лежачих пациентов: благодаря использованию в ячейках геля, происходит равномерное распределение нагрузки.

Визави (франц. vis-a-vis) — человек, находящийся напротив.

Киберпанк (англ. cyberpunk) — вид научной фантастики, повествующий об упадке человеческой культуры на фоне технологического прогресса, чаще всего в компьютерную эпоху.

От слова «читер» (англ. cheater). Игрок, использующий нечестные, обманные методы для получения преимущества в игре, зачастую обладающий неуязвимостью.

Десятигаллонная шляпа (англ. ten-gallon hat) — разновидность ковбойской шляпы, название которой происходит, вероятно, от искажённого tan galon (исп. «весьма галантно») или от слова galon (исп. «галун», «позумент»).

Англоязычный ковбой пытался произнести фразу: «Oh my god!», то есть «О, боже мой!»

Дословно — «жучок» (англ. buggy). Слово «багги» появилось в 1950-х годах в США как уменьшительная форма названия немецкого автомобиля «Фольксваген-жук» (Volkswagen Bug).

Player versus Environment, переводится как «Игрок против окружения».

Player versus Player, переводится как «Игрок против игрока».

Здесь упоминаются классические архитектурные каноны Древней Греции: ионический и коринфский (всего их было три, и третьим был дорический).

Humvee (от англ. HMMWV, то есть High Mobility Multipurpose Wheeled Vehicle, дословно «высокоподвижное многоцелевое колёсное транспортное средство») — американский армейский вседорожник. Название этого армейского автомобиля («Хамви») часто путают с его гражданским вариантом — Hummer («Хаммер»).

Гексагон — правильный, то есть равносторонний, шестиугольник.

Здесь слово «еретик» используется в переносном значении — «предполагающий нестандартный подход к делу».

Обсидиан — вулканическое стекло. В древности этот материал применялся для изготовления зеркал.

Часть огнестрельного оружия, предназначенная для уменьшения импульса отдачи. Изменяет направление и скорость движения пороховых газов, выходящих из дула вслед за выпущенным снарядом или пулей.