Я во всём виновата, это моя судьба ― приносить несчастья и страдания тем, кого люблю. С самого моего рождения. Роды у мамы были трудными, и повитуха, мрачная старуха с худыми натруженными руками, вытирая пот со лба, бормотала себе под нос.

― Что за жизнь, мало того, что Герцог дерёт с нас три шкуры, корова подохла, будь она неладна, так тут ещё будят среди ночи, везут бог знает куда, заставляя помогать разродиться проклятой ведьме. И ребёнок-то не хочет выходить, словно чувствует, что не будет ей счастья на этом свете. Помяните моё слово, от неё пострадают все. Лучше бы ей вовсе на свет не появляться…

Услышав такое, мой отец, придворный маг, спокойный и мягкий человек, не выдержал и схватил её за шкирку.

― Заткнись, старая карга! Хватит языком чесать, делай своё дело и помни, если что-то случиться с моей любимой женой или дочкой, не пощажу. Даже в смерти будешь проклята, всё твоё потомство уничтожу…

Повитуха от страха повалилась на колени и стала молить отца о прощении, но он отвернулся и вышел. Кряхтя, она поднялась и, убедившись, что мага нет рядом, продолжила ворчать.

― Говори, говори, чёртов маг! От судьбы ещё никто не убежал…

Об этом через много лет мне рассказала мама, которая всё слышала, стойко перенося мучения. Вредная повитуха оказалась мастерицей в своём деле, и благодаря этому я всё-таки появилась на свет.

Теперь, спустя годы, часто думаю, что возможно она была права, и мне стоило ещё тогда умереть…

У меня было счастливое и беззаботное детство. Я была единственной обожаемой дочерью и ни в чём не нуждалась, меняя наряды и кукол почти каждый день. Отец был не просто магом при дворе Герцога, а его любимцем. Только он умел проходить в другие миры и приносить оттуда удивительные вещи, пополнявшие казну правителя.

Однажды он привёз из своей поездки потрясающей красоты белоснежных коней. Они были магическими существами, соревноваться с ними в скорости не мог ни один самый породистый скакун. По поручению Герцога отец доставил в страну большой табун, и их отдали магам. Ведь на самом деле именно они управляли страной, держа её в своих беспощадных, испачканных кровью невинных жертв, руках.

Но в то время я об этом не задумывалась, беспечно веселясь и радуясь жизни. А ещё с самого детства меня интересовала магия, я даже уговорила отца обучать меня. Что было и непросто, и опасно. В нашей стране заниматься этим могли только мужчины, маги на службе у Герцога. Женщинам и простолюдинам это было запрещено.

Особенно не повезло ведуньям. Их объявляли преступницами, разыскивали и безжалостно убивали. А заодно и их семьи, и соседей, раз вовремя не донесли. Иногда сжигали целые деревни, если их жителей подозревали в сочувствии ведьмам.

А если маг женился на ведьме? Да такого просто не могло быть! Однако, мой отец и мама полюбили друг друга и поженились. Конечно, то, что мама была ведьмой, тщательно скрывали. Даже от меня. И как им это удавалось, ума не приложу. Больше того, они шестнадцать лет продержались при дворе самого правителя, и их никто не заподозрил. Без папиной магии тут наверняка не обошлось…

Понятно почему, несмотря на мои отличные способности к магии, отец долго не хотел браться за моё обучение. Мама тоже была против, опасаясь за мою судьбу. Но я была «папиной дочкой», и дав клятву, что никому не проговорюсь, сумела его убедить. Мы начали заниматься, мама была в ужасе…

Наше безоблачное счастье не могло продолжаться долго. Я подросла, и, к сожалению, похорошела. Многие увивались за мной. Родители с каждым днём становились всё мрачнее, и я не понимала, почему это происходит. Только когда сын Верховного мага посватался ко мне, я прибежала к ним в слезах с просьбой не отдавать меня «бородатому чудовищу». И увидев обречённость на их лицах, осознала, что они не могут ему отказать…

Вот тогда и начались сбываться пророчества старой повитухи. И первыми «моими» жертвами стали родители. Потому что они любили меня. Верховный маг не простил нам отказ от брака с его сыном и наследником. Очень скоро появился анонимный донос, что мама ― ведьма. Мы все оказались в большой опасности.

Я слышала, как отец уговаривал маму бежать вместе с ним в другой мир, и они даже придумали план, которому, увы, не суждено было сбыться. Родители просто не успели его исполнить. Так сложилось, что в переход, ведущий в другой мир, прошёл только папа, а мы с мамой, преследуемые погоней, укрылись в магическом лесу.

Лишь с виду он был похож на обычный лес. Туда не ходили по грибы и ягоды, не собирали хворост, не ловили рыбу в чистых ручьях. Даже маги редко пользовались проложенной там ещё в давние времена мощёной дорогой. Потому что все боялись лесного Хозяина.

О нём ходили разные слухи. Поговаривали, что это злой дух казнённого мага, предрёкшего гибель своим врагам и поселившегося в чаще леса. Зашедшие туда люди редко возвращались, а «счастливчики», избежавшие смерти, просто сходили с ума и несли всякую чушь. Были там и другие странности ― места, где магия не действовала или, наоборот, искажалась и творила ужасные вещи.

А вот мой отец, по словам мамы, сумел договориться с лесным Хозяином и построил для нас дом в чаще, окружив его своей магией. Туда мы с мамой и убежали, прожив вместе целый год. Никто не мог нас найти. И лесной Хозяин не обижал. Его страшный магический шторм, время от времени губивший всё живое на своём пути, обходил наш дом стороной.

Сначала мы надеялись на возвращение отца, каждый день ожидая, что он появится на пороге и заберёт нас собой. Но день шёл за днём, а потом и месяц за месяцем, но он не появлялся. Наступил час, когда мама просто мне сказала: «Забудь, Ли, надо жить дальше. Видимо у папы что-то пошло не так, и ему сейчас не до нас. Теперь я буду учить тебя».

Вот тогда я и узнала о том, что моя мама ведьма. Мы жили в изоляции от всего мира. Единственное, чем я могла занять себя, кроме охоты ― учёба, а учиться я любила. Для меня открылся совершенно новый мир: травы, зелья, обряды и заклинания. Я была в восторге.

В начале нашего отшельничества в лесу мы ни в чём не нуждались. Папа заранее позаботился об этом. Но время шло, и наступил момент, когда нам просто стало нечего есть. Под мои вопли и слёзы мама сама обрезала мне волосы, превратив меня в «мальчика». И, время от времени, я стала уходить в ближайшее предместье, чтобы обменивать наши платья и драгоценности на еду.

Это было опасно, и не только потому, что маги продолжали нас искать. Угадать, когда начнётся магический шторм лесного Хозяина, было невозможно, он не подчинялся определённому расписанию. Однажды я чуть не погибла, только чудом успев добежать до дверей дома.

После этого случая мама достала из сундука большую книгу в чёрном кожаном переплёте и неохотно рассказала мне о ней. Это было её наследство, доставшееся от бабушки. Книга предсказаний. По ней можно было узнать многое, только плата за это была очень высока.

Мама предупреждала меня, чтобы я использовала её только в крайних случаях. Книга требовала жертву, которую назначала сама. Так при каждом моём походе в пригород, мама проводила обряд и точно говорила, когда мне нужно было идти и возвращаться. Я не знала, чем она платила за мою безопасность. Но вскоре начала замечать, что мама не здорова.

Вначале она отшучивалась и говорила, что просто не выспалась, но однажды я застала её согнувшейся от боли. Через три месяца ей стало так плохо, что она не смогла вставать с кровати, но всё равно продолжала моё обучение. Благодаря ей узнала много запретного, и, попадись я в руки магов Герцога, меня бы немедленно казнили.

Так я стала настоящей ведуньей, но не обычной, а единственной в своём роде, знающей магию мужчин. Как-то она сказала, что мне уготовано судьбой стать Верховной ведьмой, а я не поверила ей и засмеялась. Я была так беспечна, избалованная родителями девочка, до последнего верившая, что мама всегда будет рядом.

Но наступил день, когда она не проснулась, и только тогда я осознала весь ужас своего положения: совсем одна в магическом лесу, без всякой надежды на будущее. Похоронив маму и пережив несколько дней, полных слёз и отчаяния, я обратилась к книге, чтобы узнать, что же мне делать дальше.

Дрожащими рукамиоткрыла чёрную книгу и произнесла необходимые слова. На чистом листе бумаги появилась надпись, сделаннаято ли красными чернилами, то ли кровью. Это было предсказание для меня. В нём говорилось, что вскоре в лесу появятся два незнакомца, и мне следовало сделать всё, чтобы остаться с ними. Только так я могла выжить и найти свою судьбу.

Растерянная, я снова и снова перечитывала эти слова. Предсказание было слишком расплывчатым, да мне и не верилось, что кого-то по собственной воле занесёт в эти гиблые места. Тем более, что как раз в это время должен был начаться очередной магический шторм, и покидать дом было очень опасно.

Пока я размышляла, надпись в книге медленно поблекла и исчезла. Мне стало ещё страшней. «Почему книга не потребовали с меня платы? Потому, что я особенная? Вряд ли. Значит платить придётся потом, и кто знает, какой ужасной может оказаться требуемая жертва…» Уже готовая снова разрыдаться от отчаяния, вспомнила мамины слова: «Когда меня не станет, поплачь не много, а потом следуй своей судьбе. У тебя всё получится, Ли. Не забывай, что ты моя дочь и никому не открывай настоящего имени, иначе ослабишь свою силу…»

Я села прямо на пол, закрыла лицо руками и думала, думала… А потом вспомнила об отце, человеке, который говорил, что любит меня больше всех на свете и бросил здесь страдать в одиночестве. Вспомнила, как два дня со стонами копала могилу для мамы, стерев руки до кровавых мозолей, потому что земля была твёрдой, оплетённой множеством корней. Я же была в лесу одна, и некому было мне помочь…

Обычай требовал, чтобы семья ведьмы сама её хоронила. Это и понятно, кто же ещё стал бы заниматься таким. И применять магию было нельзя. Где он был в это время, мой любимый папочка? Почему не залечил мои кровоточащие раны, не вытер слёзы с лица? В моей душе проснулась ярость. И не простая, а ярость ведьмы.

Мне было так плохо, что я не могла рассуждать здраво, и искала кого-нибудь, чтобы излить на него всю свою злость и отчаяние. Нужен был враг, и разум, затуманенный гневом, быстро его нашёл: мой отец как нельзя лучше подходил на эту роль. Я возненавидела его и поклялась себе, что рано или поздно его найду и отомщу за себя и маму… А ведьмы не нарушают своих клятв.

Повзрослев, много раз пожалела, что поторопилась тогда с обвинениями. Поняла, что должна была винить не его, а тех, кто заставил нас убегать и прятаться и, в конце концов, разрушил нашу семью. Но это случилось позже, и изменить я уже ничего не могла: клятва была дана и требовала исполнения.

Так, обретя новый смысл для существования ― месть отцу, я вдруг успокоилась. Оделась и пошла на охоту, надо было пополнить запасы еды. Для этого пришлось идти далеко в соседний лес, и плохо пришлось тем зверькам, что доверчиво близко подходили ко мне. Домой я вернулась с большой добычей и первый раз за последние месяцы наелась досыта.

А потом мне было плохо несколько дней. Мой желудок не справился с таким обилием пищи и меня нещадно рвало, а ещё мучили совесть и раскаяние. И это было ещё страшнее. Впервые я столкнулась со второй стороной своей личности ― «ведьмой в ярости», и пообещала себе, что больше никогда не стану так делать. И, конечно, не раз нарушала данное слово. Жизнь заставляла меня так поступать.

Прошло время, и, используя заклинания поиска, я отыскала предназначенных мне судьбой чужеземцев. Разыграв для них небольшой спектакль, быстро с ними познакомилась, и они оба мне поверили. Совсем не сложно оказалось убедить их, что я им нужна. Тем более, что молодые братья из другого мира потеряли от меня голову. Даже магию применять не пришлось.

И напрасно я вначале убеждала себя, что делаю это, лишь потому, что так предсказала книга. Оба брата мне по-настоящему нравились, особенно младший, и я сама не заметила, как, привязалась к ним, искренне стараясь помочь в их поисках. Они были так молоды и красивы, а я так соскучилась по простому человеческому общению, что благодарила судьбу, столкнувшую меня с ними.

Я даже поверила, что смогу подружиться с незнакомцами и довериться им, рассказав о себе. Но как только наступала ночь, во мне просыпались сомнения и страхи. Оба брата были сильными магами, и эта сила происходила из нашего мира. У младшего был удивительный дар повелевать огнём, а старший…

В нём было нечто особенное, что он прятал от всех. И даже я со своей способностью читать мысли, обходя любые защитные заклинания, не могла понять, что же он скрывает. Иногда мне казалось, что в нём живёт тьма, а, может быть, и что-то более страшное. Я боялась, что, узнав во мне ведьму, братья отвернутся от меня и бросят умирать в этом забытом богом месте. Но, к счастью, этого не произошло.

Случилось кое-что другое. Я и сама не заметила, как влюбилась, а когда поняла это, не стала бороться со своим чувством. Он был особенным, мой избранник, всё время думал только обо мне и был готов на всё, чтобы защитить. Такой милый и наивный юноша. Мысль, что жизнь даёт мне шанс остаться с ним, согревала меня. Я мечтала попасть в его мир.

Всё шло, как и было предсказано. Но из-за своей влюблённости и, страха за него, перед походом в город ночью снова обратилась к книге. Результат привёл меня в отчаяние. Книга предсказала гибель одного из братьев. Пророчество, как и в прошлый раз было расплывчатым, не говорило, кто из двоих погибнет. Но только я могла спасти этого человека. Мне надо было лишь поклясться, что после того, как всё закончится, принесу любую жертву, и записать эту клятву в книге своей кровью…

Я, не раздумывая, сделала это, даже не вспомнив предупреждение мамы о коварстве книги. Оба брата были мне дороги, и я думала лишь об их спасении. Предположив, что мне придётся отдать часть жизни, как это произошло с мамой, решилась и на эту жертву. И совсем не ожидала того, что мне пришлось сделать потом …

Вспоминая об этом, я снова и снова проклинала тот момент, когда появилась на свет. Тем временем, спасение дяди, ради которого братья прибыли в наш мир, прошло на удивление гладко, и мы вернулись в лесной домик с победой. Я помогала, чем могла и, зная братьев, уже не беспокоилась о том, что останусь здесь одна. Книга не солгала, оба брата остались живы. Но я не переставала гадать, чем мне придётся расплачиваться за это.

Все очень устали, и сославшись на то, что мне надо отдохнуть, я ушла к себе, открыла книгу и прочла заклинание. Появившаяся надпись, сначала меня озадачила: «Спаси сердце любимого, разбив его». И надпись пропала. Я села на кровать, обдумывая написанное. Пока до меня не дошёл смысл послания.

И тогда во мне вскипела ярость. Та самая ярость ведьмы, не знающая пощады. Я снова раскрыла книгу и обратилась к ней.

― Ты хорошо подумала, когда решила потребовать от меня такое? ― прошептала я.

На чистом листе замелькали буквы.

― Исполни предназначенное, иначе завтра умрут оба.

― Я не смогу уклониться от обещания, но и ты пожалеешь, что связалась со мной.

―Хочешь меня запугать, ведьмочка?

― Предупреждаю, ты сгинешь прямо сейчас…

―Ты не способна на это. Меня уничтожит только та, кому суждено стать матерью избранного. У тебя же никогда не будет детей, ты ― будущая Верховная ведьма, это твоя судьба.

― А ещё я дочь того самого мага, что уничтожил твою сестру. Спорим, ты и не знала?

Книга вдруг перестала «разговаривать» со мной. Неужели она испугалась? Внезапно её страницы зашелестели, мелькая, будто их переворачивал сильный ветер. И она захлопнулась. Я попыталась её открыть, но у меня ничего не получилось. И хоть книга «молчала», мне показалось, что я слышу её противный визгливый смех.

Не стоило ей надо мной смеяться, особенно, когда я в ярости…

Нужные слова, услышанные лишь раз на уроке отца, всплыли в моей памяти, и, не задумываясь о последствиях, я повторила их. Раздался хлопок и тихий стон, а потом прямо на моих глазах книга начала медленно таять. Это меня отрезвило. До меня дошло, что я наделала: только что уничтожила фамильный гримуар, совершила не самый умный поступок, каравшийся очень строго. Теперь я была проклята на долгие годы, а любой человек, связавшийся со мной, был обречён на несчастье. В общем-то, ничего нового в моей судьбе …

Но до «вступления приговора в силу» у меня оставался один месяц. Месяц, когда я была вольна поступать, как мне хотелось. Правда, выполнив сначала записанное кровью обещание разбить сердце тому, кого успела полюбить.

«Что ж, придётся это сделать, чтобы потом всю жизнь сожалеть, не имея возможности объяснить свой поступок и попросить прощения», ― заплакала я. И мысленно обратилась к маме: «Знаю, дорогая, ты вряд ли сможешь мне помочь, но, если это в твоей власти, хоть немного измени мою незавидную участь. Ведь это ты показала мне проклятую книгу. Я о многом не прошу, пусть только жизнь позволит мне хотя бы родить сына, чтобы избранный исполнил пророчество и избавил наш мир от власти магов».

И ещё я подумала, что в таком случае, наложенное на меня проклятье, растает, как сама книга. Тогда, пусть и нескоро, у меня появится шанс на счастье. А, возможно даже, я смогу осчастливить кого-то другого… Пока же этот месяц буду наслаждаться жизнью и посмотрю новый мир, чтобы потом укрыться от людей и никому не приносить горя.

Я ещё долго оплакивала свою судьбу, пока не заснула. Встав вечером, сделала вид, что со мной всё в порядке. Это было трудно, но выхода у меня не было. А как только наступила ночь, надела единственное оставшееся у меня мамино платье и пошла к нему сама, чтобы любить, а потом разбить сердца нам обоим.

Жаль, что ночь была так коротка. Этот маленький кусочек счастья остался со мной навсегда. А потом была только боль ― моя и его. И замужество за тем, кто мог бы стать мне братом. Чтобы через четыре недели разбить сердце и ему, убежав и оставив после себя лишь записку: «Не ищи меня, и прости за всё».

Сначала я хотела просто умереть, но новая жизнь внутри меня не позволила мне сделать этого. Я ждала своего срока, чтобы родить сына и как можно скорее его отдать. Ведь тот, кто оставался со мной, был обречён на несчастье. А я не желала этого сыну. В слезах привезла его мужу и оставила, выслушав все обвинения, не проронив ни слова в ответ. А потом ушла, чтобы больше не видеть дорогих мне людей.

У меня не осталось никого и ничего, кроме … моей мести. Я должна была выполнить клятву, поспешно данную в юности. Для этого надо было лишь найти отца. Остальное за меня сделает моё проклятье. Впрочем, мне и искать его не придётся, знаю, наступит время, и он сам меня разыщет…

К тому же, сейчас для меня не это главное. Я знаю, кто мои настоящие враги, вот с ними и буду рядом постоянно…

А теперь осуждайте, бросайте в меня камни, я ― виновата в бедах дорогих мне людей. Безжалостная и беспощадная Верховная ведьма проклятого Герцогства, ведущая ежедневную борьбу против его магов. Та, что не должна была рождаться на свет…