Айя Линг

До полуночи

Оригинальное название: Till Midnight (Reversed Retellings #1) by Aya Ling

Айя Линг — «До полуночи» (Пере-сказки № 1)

Переводчик: Наталья Б.

Редактор: Татьяна Л., Таисия С., Eustacia Peverell

Обложка: Александра В.

Перевод группы: vk.com/lovelit

ВНИМАНИЕ!

Текст предназначен только для предварительного и ознакомительного чтения.

Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчика строго запрещена.

Любое коммерческое и иное использование материала кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей.

Глава 1

— Боюсь, воротник слишком дерзкий для моего возраста.

— Мадам, вы выглядите так же молодо, как ваша дочь. — Аликс указала на зеркало. — А с такой великолепной фигурой, как у вас, нет ничего слишком дерзкого. Доверьтесь мне. Ваш муж будет очарован.

Леди Магдалена провела пальцем по глубокому вырезу и нахмурилась:

— Но это для торжественного случая. Мой муж будет недоволен, если я надену платье с низким декольте и предстану пред гостями мужского пола.

— Это можно легко исправить. — Аликс схватила тонкую шаль цвета желтых лютиков, сотканную из полупрозрачного шелка, и накинула ее на плечи Магдалены.

— Посмотрите, как дополнительная ткань оставляет пространство для воображения в течение дня, но, когда поздно вечером гости разойдутся по домам, — она с размаху сняла шаль, — ни один мужчина не сможет устоять перед вами.

Краем глаза Аликс заметила, как ее друг Фабио поднял вверх большой палец. Магдалена слегка нахмурилась, но, не желая сдаваться без борьбы, сорвала шелковистую розу со своего плеча.

— Цветы в моем возрасте считаются легкомысленными.

— О, нет-нет… розы никогда не бывают легкомысленными, мадам — Аликс была потрясена, будто Магдалена произнесла ругательство. — Я видела, как леди де Ла Мотт украшала свои волосы розами, а она старше вас. И, кроме того, у вас такой же прекрасный цвет лица, как у любой молодой девушки. Посмотрите, как цвет роз подчеркивает молочную белизну вашей кожи.

— О, не говори ерунды, — сказала Магдалена, но в уголках ее губ, накрашенных розовой помадой, заиграла предательская улыбка.

Аликс знала, что она одержала победу. В конце концов Магдалена заказала не только платье, но и шаль, плащ, головной убор и даже пару туфель из мягкой кожи, окрашенных в золотой цвет. Когда дама вышла из лавки, ее слуга, шатавшийся от огромной кучи пакетов, бросил на Аликс злобный взгляд. Девушка едва это заметила. Она напевала какую-то мелодию, пряча расписку и монеты в карман. Она должна была отдать деньги до того, как хозяйка отдаст ей свою долю, но, клянусь магами, было приятно прикоснуться к блестящему твердому металлу и услышать звон монет.

— Поразительно, Аликс. — Фабио с восхищением посмотрел на нее, будто она только что одним ударом сразила мускулистого воина. — Это, должно быть, самый большой заказ на сегодняшний день. Как тебе удалось убедить эту нерешительную леди? Ты сладкоречивый дьявол?

— Мне не пришлось многое сделать. Она была готова на эту покупку, но нуждалась в дальнейших заверениях. Тем более что она замужем и больше не красавица при дворе, — усмехнулась Аликс.

— Но шаль и аксессуары — это не то, что она изначально планировала купить. — Фабио отрезал кусок шелка от платья, которое шил. — Если бы она не вышла замуж за герцога Лабонского, мне было бы жаль ее пустой кошелек.

Внезапно выражение его лица изменилось.

— О нет, это леди Петронилла. Молитесь, чтобы никто из посетителей не вошел, когда она здесь, ее голос заглушает любую возможность завязать разговор.

Портнихи выпрямились, когда молодая леди пронеслась через вход, ее начищенные сапоги зловеще стучали по полу. Леди Петронилла была приемной дочерью канцлера Ле Гриса, но совсем не походила на своего приемного отца. В то время как Ле Грис был известен своей учтивостью, даже елейностью, Петронилла была шумной, высокомерной и требовательной. Она обращалась с портнихами так, словно была императрицей, а они — подданными. И, что еще хуже, Петронилла не была хорошенькой.

Аликс подумала, что она с ее длинным лицом, крючковатым носом и жесткими черными волосами похожа на ворону. Все ухищрения Аликс ушли на то, чтобы улыбнуться и солгать сквозь зубы: «Да, это платье затмит королеву. Нет, этот пояс не сделает вашу талию толстой. Да, эта мантия подчеркнет цвет ваших глаз».

— Мне нужно новое платье, — рявкнула Петронилла, подходя к Фабио, который заметно поник и начал запинаться.

— О… конечно, моя госпожа. Ч-что бы вы хотели?

— Позвольте мне помочь вам, — предложила Аликс, делая шаг вперед со своей лучшей «для трудных клиентов» улыбкой. — В последнее время Фабио завален заказами, леди, и, возможно, не сможет закончить в нужное вам время.

— Я тебя не спрашивала, подмастерье, — презрительно фыркнула Петронилла, сделав ударение на последнем слове. — Я хочу новое платье для дня рождения, и я не позволю всякому неопытному и зеленому испортить его.

Аликс вспыхнула, уязвленная ее словами, но она не могла отрицать тот факт, что ей действительно не хватало опыта. Она стала ученицей портнихи всего два года назад. Раньше Аликс работала башмачницей, что было профессией ее отца, но сапожничество было низким ремеслом, которое плохо оплачивалось. Если бы ей удалось продержаться несколько лет и заслужить статус официальной портнихи, она могла бы зарабатывать втрое, нет, даже вчетверо больше, чем сейчас.

— Аликс прекрасно разбирается в деталях и цвете, — сказала Жанетт, одна из других портних.

Аликс послала коллеге благодарный взгляд, хотя и знала, что Жанетт вступилась за нее, потому что, как и все, ненавидела Петрониллу.

Петронилла сверкнула глазами.

— Ты хоть представляешь, насколько важна эта вечеринка? Я должна выглядеть как можно лучше для принца Тео. Если что-то пойдет не так с моим платьем, — она тряхнула головой, — я куплю этот магазин, и ты окажешься на улице.

— Я смогу его сшить, — поспешно сказал Фабио. — Как насчет того, чтобы начать с обсуждения материала, который вы предпочитаете?

Аликс вернулась на табурет и занялась кружевами, а Фабио сопровождал леди Петрониллу, мужественно терпя ее пронзительный тон. Она осмотрела кусок сосново-зеленой парчи и пожаловалась, что торговцы тканями похожи на разбойников с большой дороги, которые берут деньги за такой грубый материал.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Петронилла наконец успокоилась.

— Я хочу, чтобы это платье было готово через неделю, — сказала она, постукивая сапогом, пока Фабио заполнял ее заказ.

— Но, леди, нас ждут и другие клиенты…

— Я заплачу тебе дополнительно за срочную работу, — надменно сказала она. — Вечеринка на следующей неделе. Я не могу позволить себе терять время.

Жанетт подала знак Фабио и произнесла:

— Я сделаю рукава. — Она произнесла эти слова одними губами, потому что невозможно было сделать полный комплект (туника, пояс, кушак и т. д.) за неделю.

И все же леди Петронилла была не из тех клиентов, которых они могли позволить себе потерять.

— Эта девка напускает на себя такой вид, будто она уже королева, — пробормотала Жаннин, другая портниха, когда леди Петронилла удалилась в вихре из парчовых юбок и шелковых сапог. — Она считает, что с помощью денег можно решить любую проблему.

— На самом деле деньги могут решить все, — сказал Фабио, записывая пером требования Петрониллы. — Она могла бы купить амулет красоты.

— Амулет! Попомните мои слова, с лицом, как у лошади, никакое обаяние не улучшит этого, — насмешливо фыркнула Жаннин.

— А как насчет любовного зелья?

— Не будь смешным, Фабио, — сказала Жаннин. — Любовные зелья запрещены.

Фабио пожал плечами.

— Она выглядит достаточно энергичной, чтобы прибегнуть к решительным мерам. И у нее есть богатство, чтобы купить дорогое заклинание у Арксара.

— Каким бы дорогим ни было заклинание, оно не может длиться вечно, — решительно заявила Жанетт. — Поверь, если бы все было так просто, она бы уже давно попыталась это сделать.

Магия была достаточно распространена в Сейвони, но большинство людей могли позволить себе купить только маленькие простые амулеты, которые лишь усиливали, а не изменяли. Аликс иногда покупала обогревательные амулеты, чтобы зимой огонь горел дольше. Сыворотка правды, любовные снадобья, таблетки от потери памяти…

Магия, воздействующая на разум, была объявлена вне закона, хотя недобросовестные торговцы все еще находили способы нажиться с помощью нее на черном рынке. Самой страшной магией из всех считались проклятия, но никто, кроме мага, не мог наложить их.

— Если она действительно планирует использовать магию, — заметила Аликс, — ей не нужно бы было предъявлять так много требований к платью.

— Правда, — рассмеялась Жанетт. — Слава небесам. Я точно не хочу видеть эту женщину на троне, даже если Тео неприятный тип.

— Он вовсе не неприятный, — быстро сказал Фабио, будучи большим поклонником кронпринца. — У него просто серьезный характер.

— Он тебе просто нравится, потому что красивый.

— О, мне нравятся все красивые мужчины. Но если внешний вид — единственный критерий, то принц Джеральд должен быть награжден титулом самого красивого человека, который когда-либо украшал наше королевство. — Фабио положил руку на сердце и сделал влюбленное лицо, будто Джеральд внезапно материализовался в магазине. — О нет, я уверен, что упаду в обморок, если он хоть раз посмотрит на меня…

Разговоры стихли, когда их хозяйка, Анна-Мария де Монфорт, вошла в лавку.

— Аликс, мне нужно с тобой поговорить. Сейчас.

Очень немногие люди не слушались Анну-Марию. Как одна из самых престижных портних Сейвони, она обладала определенной властью. Она была редкой женщиной, чья профессия не состояла в том, чтобы помогать мужу или вести домашнее хозяйство.

Аликс встала и стряхнула с фартука обрывки хлопчатобумажной нити. По бесстрастному выражению лица Анны-Марии она не могла понять, что за разговор имела в виду пожилая женщина. Она последовала за хозяйкой в кабинет в задней части магазина, рядом с бухгалтерией. Де Монфорт села за стол, велела девушке закрыть дверь и жестом пригласила ее сесть на табурет.

— Сегодня утром я получила письмо от мадам Эммануэль, хозяйки Императорского гардероба. Они нуждаются в большем количестве персонала. — Анна-Мария сложила руки на столе. — Я собираюсь рекомендовать тебя и Фабио. Он уже согласился. Не хочешь ли ты пойти с ним?

Аликс дважды моргнула. Она понимала, почему Анне-Марии захотелось послать Фабио — лучшего портного в магазине. Но она была всего лишь ученицей и могла что-то вышить или сшить несколько деталей, но определенно не весь ансамбль.

— Мадам, вы хотите сказать, что я буду работать портнихой?

— Нет, они могут дать тебе работу, связанную с шитьем, но я посылаю тебя, потому что им нужно больше сапожников.

Была еще одна вещь, которую она не могла понять. Наверняка у них в замке достаточно сапожников.

— Но почему? — наконец спросила она.

— Понятия не имею, — ответила Анна-Мария. — Но поскольку в письме об этом говорится, а вы близки с Фабио, я решила, что не помешает послать тебя с ним.

Аликс колебалась. Работа в замке означала, что она не сможет получать комиссионные от таких богатых клиентов, как Магдалена. Конечно, Анне-Марии требовалось отдать приличную долю (в конце концов, девушка была всего лишь ученицей), но это, вероятно, было лучше, чем в замке. Ученикам редко платили деньги, некоторым даже приходилось платить ученическую плату своим мастерам.

Анна-Мария была исключением. У нее хватило ума понять, что ученики будут работать усерднее, если смогут получать процент от комиссионных, как бы низок он ни был.

— Как долго, мадам?

— Контракт рассчитан на год, но его можно продлить, если ваша работа будет удовлетворительной. Проживание и питание, разумеется, оплачиваются, и вам будут платить тридцать дукатов в месяц.

Тридцать дукатов! Она получила только пять из заказа Магдалены. Возможно, Анна-Мария вовсе не была столь великодушна, как утверждала.

— Конечно, — поспешно ответила Аликс. — Если вы можете обойтись без меня, мадам.

Анна-Мария кивнула. Очевидно, она знала, что Аликс согласится.

— Очень хорошо. Вы оба должны явиться в замок через три дня. Я ожидаю, что вы будете вести себя подобающим образом, иначе я откажусь признать вас своими протеже.

— Да, мадам.

— И не спускай глаз с Фабио, ладно? У него отличные навыки, но, если замок узнает о его наклонностях, они могут расторгнуть контракт с ним.

Аликс почувствовала легкое сочувствие к другу. Хотя для мужчин не было преступлением отдавать предпочтение другим мужчинам, к тем, кто это делал, относились с недоверием и даже ненавистью. Анна-Мария была слишком практична, чтобы запретить Фабио работать на нее, но в замке, где правила были более строгими, он, скорее всего, пострадает от дискриминации.

— Я сделаю все, что в моих силах, мадам.

* * *

Несколько часов спустя Аликс поднялась по шаткой лестнице в маленькую квартирку, которую делила с тетей. Она устала, работая весь день, спина болела, пальцы затекли, но физическая боль сейчас не имела абсолютно никакого значения. Тридцать дукатов в месяц в замке, включая комнату и питание… это означало, что они могли бы экономить по крайней мере десять дукатов в месяц. Они могли бы купить больше вещей. Новая лампа была бы кстати: глаза тети Жаклин слабели. Или новая печь: старая иногда не работала, и ей требовался хороший пинок, чтобы разжечь огонь.

Ее мечты о покупках рассеялись, когда справа открылась дверь и выглянула коренастая женщина. Это была хозяйка — миссис Куинси. Также известная как проклятие существования Аликс.

— Арендная плата за прошлый месяц, — проворчала миссис Куинси. — Ты опоздала на день. Снова.

По ее тону можно было подумать, что Аликс совершила измену короне. К счастью, с сегодняшними заказами от Магдалены и Петрониллы у Аликс в кошельке было достаточно денег.

— Мне очень жаль. — Аликс улыбнулась. — Моя хозяйка не платила мне до сегодняшнего дня.

Хозяйка тщательно пересчитала дукаты, взвесила их на ладони и прищурилась, словно боясь ошибиться в цифрах, выгравированных на монетах. Аликс прислонилась к стене и постучала ногой, стараясь сдержать нетерпение. В конце концов, у большинства жителей Сейвони были проблемы с арифметикой.

Наконец, миссис Куинси с ворчанием сунула деньги в карман фартука.

— В третий раз за этот год ты опаздываешь с оплатой аренды. Если снова опоздаете, вы с тетей можете начать искать другое место. Я не занимаюсь благотворительностью.

— Не беспокойтесь об этом, миссис Куинси. Мне предложили работу в замке — платят там гораздо лучше, чем в магазине одежды.

Миссис Куинси прищурилась.

— Зачем ты понадобился замку? У тебя нет никаких навыков, кроме как вилять своим никчемным языком.

— О, но это не так. Если вы не верите, спросите Фабио. Мы идем в замок вместе.

— Мне все равно, куда ты пойдешь, лишь бы не пропускала арендную плату.

Миссис Куинси с грохотом захлопнула дверь. Аликс огляделась — поблизости никого не было. Она сделала грубый жест в сторону двери и поплелась вверх по лестнице.

* * *

Тетя Жаклин сидела у окна и шила, наслаждаясь заходящим солнцем. Она работала швеей — обычное умение, которым владела каждая женщина в Савонии. пришивала пуговицы и штопала рваные места. У нее не было навыков, необходимых для того, чтобы работать портнихой, что включало в себя создание дизайна, изготовление моделей и все остальное производство. Поскольку ученичество Аликс не оплачивалось стипендией, они выживали за счет шитья Жаклин и тех денег, которые Аликс получала от комиссий за заказы. Но шитье плохо оплачивалось, и комиссионные менялись от месяца к месяцу.

Арендная плата резко возросла с тех пор, как рынок переехал на большую площадь рядом с их домом, но они категорически отказывались переезжать. Бедные кварталы были небезопасны, требовали больше времени для доставки шитья и находились дальше от магазина Анны-Марии.

Аликс с нетерпением ждала того дня, когда закончит свое ученичество, поступит в Гильдию портных и будет работать независимой портнихой. Возможно, она даже скопит достаточно денег, чтобы купить маленькую квартирку и навсегда избавиться от миссис Куинси.

— Тетушка, вам не следует работать в такой час, — уперев руки в бока, упрекнула ее Аликс. — А что мы будем делать, если у тебя глаза откажут?

— Я уже собиралась остановиться, когда ты вошла. — Жалкин сняла очки и потерла глаза.

— Нет, не собиралась, — строго сказала Аликс. — Если я застану вас за работой после захода солнца, то конфискую вашу работу и отнесу ее в магазин.

— Аликс, нам нужна еда на столе.

— С этим больше не будет проблем. — Упав на потертый матрас, Аликс рассказала тете о предложении работы. — Представь себе, они платят мне стипендию! Тридцать дукатов в месяц! Я уже чувствую себя богатой.

К ее большому удивлению Жаклин нахмурилась.

— Почему вы не рады этому, тетя? Подумайте о преимуществах работы в замке. Я легко смогу заплатить за месяц аренды.

— Я рада, что ты получила это предложение, но до меня дошли кое-какие слухи о принцах.

Она не понимала, какое отношение принцы имеют к ней, но любопытство Аликс было превыше всего.

— Что за слухи?

— Помнишь мою подругу Матильду, которая когда-то работала прачкой в замке? Она сказала, что принцы странным образом исчезают ночью и появляются на следующий день с синяками и порезами.

— Может быть, они занимались серьезной боевой подготовкой?

— Зачем им это делать, если наши отношения с Арксаром исключительно мирные? И никто никогда не видел, как они тренируются. Может, они занимаются запрещенной магией вроде кровавого ритуала.

— Ну, во-первых, они должны быть достаточно умны, чтобы практиковать магию, — заметила Аликс.

В конце концов, жители Савонии больше увлекались едой и модой, чем заклинаниями. Правда, аристократы, скорее всего, были искусны в создании заклинаний, поскольку у них имелись средства и досуг, чтобы играть с магическими ингредиентами, но она все еще находила невероятным тот факт, что принцы, возможно. занимались магией.

— Тетушка, вспомните: говорят, что запрещенная магия влечет за собой ужасные последствия. Вы слышали историю о человеке, который хотел получить фунт золота? Он получил его, но ему пришлось заплатить за это фунтом мяса. Принцы не могут быть настолько глупы, чтобы рисковать. И вообще, я буду работать в императорской гардеробной. Я даже не встречусь с ними, не говоря уже о сложном кровавом ритуале.

— Твоя мать научила тебя здравому смыслу, даже если временами ты упряма, как мул. Ну, думаю, что никакого реального вреда нет, хотя ты должна признать, что они странная компания. Сколько лет Тео? — Жаклин погладила ее по голове.

— Двадцать пять?

— Двадцать шесть, и никаких перспектив на женитьбу не предвидится. То же самое относится и к его братьям. Мы слышали о нескольких интрижках, но ни один из них не был помолвлен и не проявлял никакого интереса к подходящим молодым леди.

Или, может быть, Тео интересовался мужчинами. Фабио был бы на седьмом небе, если бы узнал, что наследный принц предпочитал его пол. Не говоря уже о невероятности того, что принц будет развлекаться с портнихой.

— Я хочу, чтобы ты пообещала мне, что будешь работать и держать ухо в остро.

Аликс пообещала Жаклин, хотя втайне считала, что она слишком волнуется. Матильда сплетничала обо всем на свете. Скорее всего, слухи о принцах были сильно преувеличены. Что плохого в том, чтобы работать в замке простой башмачницей?

Глава 2

Аликс скрутила кончики своих орехово-каштановых волос и хорошенько их отжала, позволив дождевой воде растекаться по булыжной мостовой. Рядом другие люди делали то же самое — выжимали воду из шляп, снимали обувь, вытирали лица влажными носовыми платками.

По дороге на рынок пошел дождь. В другой день она могла бы подождать, пока дождь перестанет лить, но сегодня у нее было мало времени. Платье леди Петрониллы должно было быть доставлено завтра, и оказалось, что у них кончился фиолетовый шелк.

— А ты не можешь использовать другой цвет? — спросила Жаннин.

— Я уже закончил левую руку, — с несчастным видом сказал Фабио, держа в руках изящно сшитую вещь. — Я же не могу использовать другой цвет для правой руки. Они должны соответствовать друг другу. И я все еще не закончил подгибку подола.

— Я принесу шелк, — сказала Аликс. — Мне все равно сегодня нужно на рынок. Анна-Мария хочет сделать заказ у Пепе.

Пепе был торговцем тканями. Ходили слухи, что он ухаживал за Анной-Марией двадцать лет назад, но обе стороны яростно отрицали это. Случилось это или нет, но факт оставался фактом: он был их лучшим поставщиком, продавал им высококачественные материалы по цене ниже, чем другие торговцы, и этого было достаточно.

Из-за дождя в магазине было не так людно, как обычно. Аликс обнаружила торговца, сидящим за столом и сосредоточенно изучающим гроссбух (бухгалтерская книга. — Прим. ред.), неторопливо потягивая имбирный эль.

— Аликс, — он вставил закладку в гроссбух и улыбнулся ей, — что привело тебя сегодня утром?

— Моя госпожа хочет сделать заказ. — Алекс протянула ему конверт. — Тридцать рулонов первоклассного малинового бархата. И, кстати, еще мне нужен рулон самого лучшего фиолетового шелка.

Она протянула ему маленький кусочек шелка, который Фабио отрезал от манжеты.

— У нас сейчас нет ткани такого цвета, — нахмурился Пепе. — Этот цвет необычен, не говоря уже о том, что первоклассный шелк в последнее время особенно редкий. Другая ткань слишком тяжелая для такой погоды.

У Аликс упало сердце.

— Вы можете поискать, вдруг там что-то осталось? Нам не нужно много, чтобы сделать рукав. Это для одного из наших лучших клиентов. — Она объяснила ситуацию с Петрониллой, и Пепе нахмурился еще сильнее.

— Поскольку это платье так важно, Фабио не должен был выбирать необычный цвет.

— Леди хотела, чтобы платье было особенным, — вздохнула Аликс.

Она вспомнила, как Анна-Мария строго говорила с Фабио о том, что ему не следовало использовать труднодоступные ткани, хотя Петронилла была такой требовательной покупательницей.

— У Фабио было достаточно материала, но она была очень разборчива в деталях, поэтому пришлось переделывать работу дважды. Она платит за это, так что моя госпожа не смеет ничего сказать против нее.

Пепе позвал помощников и велел им обыскать кладовые.

— Можно мне пойти с ними? — спросила Аликс.

— Иди, — ответил он и махнул ей рукой.

Час спустя Аликс вышла из кладовки, пот струился по ее шее, а фартук был покрыт пылью. Пепе отрезал потрепанные концы куска плотного дамаста довольно странными ножницами. Лезвия были черными, и, если бы не свет, мерцающий на лезвиях, она могла бы подумать, что Пепе не заботится о своих ножницах.

Он поднял голову.

— Не повезло?

— Мы осмотрели каждую коробку. — Аликс захотелось свернуть Фабио шею.

— Сожалею. Неужели Фабио не может сделать новую манжету? У нас есть немного сосново-зеленого шелка, который пришел вчера, и качество выдающееся.

— Зеленый цвет не подходит к платью, и у нас нет времени, чтобы начать новое. — Аликс взглянула на часы. — Но спасибо, что позволили обыскать кладовые. Я попробую в другом месте.

— Удачи!

Хорошо одетый покупатель вошел в магазин, оценивающе оглядываясь по сторонам. Пепе встал. Его рукав задел ножницы, которыми он пользовался, и они упали на пол.

Аликс наклонилась, чтобы поднять их, но торговец схватил ножницы, прежде чем она протянула руку.

— Я подниму, — хрипло сказал он.

Быстрым движением он выдвинул ящик стола, бросил туда ножницы и захлопнул его. Щелчок означал, что ключ повернулся.

Выходя из магазина тканей, Аликс удивилась, почему Пепе так бережно относится к обычным ножницам. Ну, не совсем обычные. Она только что увидела ножницы с блестящими черными лезвиями, но все же одержимость Пепе казалась не в его характере. Может быть, в них была какая-то сентиментальная ценность? Может, ножницы были подарком Анны-Марии, и он хранил их как священную память?

Аликс покачала головой, подходя к другому магазину тканей. У нее не было времени размышлять о тайне ножниц. Если леди Петронилле не доставят платье вовремя, их магазину грозят большие неприятности.

Но почему-то во всех других магазинах не было этого неуловимого фиолетового шелка.

— Красивый кусок шелка, но у нас его нет. Можем ли мы заинтересовать вас этим аметистовым шелком? Оттенок только немного темнее, но ткань превосходная.

— Фиолетовый? В наши дни никто не носит фиолетового, девочка. Скажите своей покровительнице, что кремовый — это современная мода.

Обойдя все суконные лавки на рынке, Аликс прислонилась к стене и сняла платок. Кусок фиолетового шелка теперь был засаленным и грязным, после того как его подержала по меньшей мере дюжина рук. Она даже ходила в одно место, где хозяин однажды продал ее госпоже рулон шелка за двойную рыночную цену. Анна-Мария предупредила ее, чтобы она никогда больше не появлялась в этом магазине.

В животе заурчало. Уже давно прошло время ланча. Она не могла вернуться в мастерскую, не упав, поэтому Аликс направилась к продуктовым прилавкам на другом конце рынка. Она миновала магазины, торгующие заклинаниями из северного Арксара — Арксаны, которые были известны своими привередливыми личностями. Поэтому их заклинания продавались по более высоким ценам, чем те, что создавались местными Сейвонами: бамбуковые и лаковые шкатулки из империи Лулан — цены были непомерными, так как их приходилось перевозить через обширную пустыню; десерты в стиле Масаро, выставленные красочными стопками. Жители Масаро были одержимы всем, что содержало сахар. Говорили, что Масаро может обойтись без нормальной еды, но никогда-никогда он не откажется от десерта.

Аликс подавила искушение купить кусочек шоколадного орехового торта с вишней сверху. В конце концов, замок будет платить ей тридцать дукатов в месяц, но десерты могут вызвать привыкание. Она повернулась спиной к десертам и направилась к ларьку, где продавались сырные слойки. Они были горячими и вкусными, но сухими, поэтому она купила еще кружку ледяного лимонада.

Она искала тихое местечко, где можно было бы поесть, не опасаясь, что уличный мальчишка украдет ее сумку. Завернув за угол, Аликс столкнулась с горбатой старухой.

Завернутые в бумагу свертки упали на землю. Аликс быстро подняла один из них, который скатилась в канаву. Увидев, что пакеты испачканы грязью, она вытерла их о фартук, прежде чем вернуть старухе.

— Мне очень жаль, — сказала она. — Вы не ударились?

Старуха хмыкнула. Она выглядела вполне заурядно, если не считать родинки под левым глазом.

— Надо было смотреть, куда идешь, девчонка, — фыркнула она. — В этом пакете сыр? Можешь поделиться со мной, если тебе действительно жаль. Я весь день ничего не ела, кроме заплесневелого хлеба.

Аликс была поражена дерзостью женщины. Она уже собиралась уйти, но старуха напомнила ей тетю, которая тоже была горбатой. Она представила себе Жаклин, идущую по рынку, согнувшись пополам с узелками, и проглотила возмущенные слова, застрявшие у нее в горле.

— Конечно. — Аликс положила на сморщенную ладонь старухи две сырные палочки, еще теплые от сковородки. — Съешьте это и наберитесь сил. Они понадобится вам до конца дня.

В глазах старухи мелькнуло удивление. Она откусила кусочек и скорчила гримасу.

— Слишком сухой. Ты ведь не откажешься выпить со мной?

«Глубокий вдох. Спокойствие».

— Есть что-нибудь для лимонада?

Старуха достала пустой кожаный сосуд.

Когда они закончили трапезу, воцарилось неловкое молчание. Аликс не могла дождаться момента, чтобы уйти, но внезапно старуха схватила ее за локоть.

— Что случилось на этот раз? Отдать мое платье? — огрызнулась Аликс.

— Ну, я бы выглядела в нем лучше, чем ты, будь я на пятьдесят лет моложе. — Старуха усмехнулась, обнажив кривые зубы. — Не будь такой колючей, девчонка. Я просто проверяла тебя.

— Отпустите меня. У меня много дел.

Старуха отпустила ее, но показала Аликс большой коричневый бумажный пакет. Угольно-серая шерсть выглядывала из дырки в краю.

— За еду.

— Спасибо, но мне это не нужно, — сказала Аликс, пытаясь вернуть пакет старухе.

Один взгляд сказал ей, что шерсть была грубой, и она все равно не любила темные цвета.

— Это шерстяной плащ, — сказала женщина, будто шерстяной плащ был так же драгоценен, как королевская корона. — Ты думаешь, сейчас тепло, но скоро осень. Тебе понадобится плащ, чтобы не замерзнуть.

Она сделала последний рывок и двинулась прочь на удивление быстрым шагом. Аликс поспешила за ней, но, когда она завернула за угол, старухи уже не было. Там были продуктовые ларьки с редкими покупателями, однако не было и следа горбуньи.

«Невозможно. Как могла эта женщина исчезнуть так внезапно?»

Аликс огляделась вокруг, но старуха словно растворилась в воздухе. С таким же успехом она могла бы вообразить себе весь этот инцидент, если бы не шерстяной плащ под мышкой.

— Аликс! — Сын Пепе Гаспар подбежал к ней и протянул сверкающий шелк великолепного фиолетового оттенка. — Это то, что вы искали?

— Да! — переполненная радостью, Аликс обняла его. — Не могу поверить, что ты его нашел!

— Я нашел это в комнате бухгалтера. Похоже, кто-то забыл положить его обратно в кладовку.

— О, я так рада, что этот человек забыл об этом, — выдохнула Аликс. — Скажи Пепе, пусть внесет это в счет. Мне нужно поскорее вернуться и отдать это Фабио.

— Передай ему от меня привет, ладно? — Гаспар почесал затылок — он восхищался мастерством Фабио в пошиве одежды.

Выкинув все мысли о старухе, Аликс бросилась обратно в магазин. После того как она вручила Фабио фиолетовый шелк, он спросил ее о пакете, который она несла.

— Какая-то старуха не захотела это и отдала мне. — Аликс открыла пакет и достала довольно страшный плащ. — А ты не думаешь, что мы сможем это продать?

Фабио отпрянул, будто плащ был гадюкой, поднявшей голову. Он не мог выносить ничего уродливого.

— Если уговоришь любого покупателя купить этот плащ, то сможешь продать и все, что угодно.

Глава 3

Жизненно важное платье леди Петрониллы было закончено всего за четверть часа до того, как ее зловещие шаги послышались у магазина.

— Где мое платье? — Ее голос прозвучал так громко, что, казалось, его услышит вся улица.

Аликс закатила глаза и вскочила со стула. Жанетт и Жаннин подозрительно быстро удалились, оставив ее и Фабио наедине с тирашей Петрониллой.

Первая сказала, что у нее болит живот, а вторая заявила, что ей нужно бежать по делам. Даже Анна-Мария заглянула к ним и сообщила, что у нее важный ланч с несколькими портнихами из Гильдии.

Трусы.

— Сюда, леди. — Аликс изобразила самую яркую улыбку, на какую была способна, и присела в низком реверансе. — Вы не будете разочарованы.

Петронилла посмотрела на нее сверху вниз, презрительно нахмурившись, отчего ее длинное лицо стало еще длиннее.

— Только не ты, ученица. Мне нужна настоящая портниха.

— Сейчас у Фабио болит голова. Извините. Он не спал всю ночь, шил и подшивал, чтобы убедиться, что ваше платье идеально. Я почти все время была рядом с ним, и поверьте, хотя я и не шила это платье, я знаю каждую деталь от макушки до пят.

Фабио услужливо зевнул. Он не спал всю ночь, но тем не менее был измотан от перенапряжения.

— Кроме того, леди, Фабио — полный идиот, когда дело касается цифр. Уверена, вы не хотите никаких просчетов в оплате.

— Если бы я была твоей покровительницей, то заставила бы попридержать дерзкий язык. — Петронилла сверкнула глазами. — Покажи мне платье.

— Прошу прощения, если обидела вас, — Аликс изо всех сил старалась выглядеть раскаявшейся, — но я уверена, что платье поможет вам почувствовать себя лучше. Прошу сюда, пожалуйста.

Настроение Петрониллы изменилось, когда Аликс принесла платье, и оно предстал во всем своем сверкающем великолепии — настоящее море кружев и оборок, изысканно вышитых, отделанных и подшитых. Вся комната, казалось, сверкала из-за платья.

— Даже у королевы не может быть такого прекрасного платья, — сказала Аликс, пока Петронилла разглядывала себя в зеркале. По крайней мере, у леди была превосходная фигура, хотя ее лицо и характер находились на противоположной чаше весов. — А вы, моя госпожа, заслуживаете самого лучшего.

Петронилла усмехнулась, но не придралась ни к платью, ни к аксессуарам, которые предложила Аликс. Фабио превзошел самого себя, а Жаннин и Жанетт сделали свое дело в тех областях, которые требовали меньшего мастерства.

Несмотря на прищуренные глаза и поджатые губы, она даже не запротестовала, когда Аликс назвала возмутительную цену — самую высокую цену, которую любая леди платила за платье в магазине Анны-Марии, — за ансамбль. Очевидно, что она была полна решимости сделать все возможное, чтобы привлечь внимание принца Тео.

— Ты должна взять меня в ученики, Аликс, — сказал Фабио, когда Петронилла ушла. — Научи меня лгать и льстить. Меня чуть не стошнило, когда ты сказала ей, что она прекрасна, как заходящее солнце.

Аликс рассмеялась, взвешивая золото в руках. Если бы все это принадлежало ей, она могла бы купить хорошую квартиру для себя и тети Жаклин. И больше никакой ворчливой миссис Куинси.

— В любом случае, — Фабио встал и раскинул руки: его лицо было поднято вверх, а на губах сияла блаженная улыбка, — я не могу дождаться, когда мы отправимся в замок. Подумай об этом! Нет больше Петрониллы, и мы будем жить с двенадцатью прекрасными принцами!

Они точно не собирались жить с принцами. Они, возможно, даже не увидят ни одного, но Аликс не стала портить фантазии парня. Она также испытывала облегчение, наслаждаясь предвкушением предстоящих свободных от стрессов дней, когда не будет Петрониллы, выдвигающей необоснованные требования, или миссис Куинси, угрожающей выгнать их на улицу.

* * *

Тетя Жаклин придерживалась иного мнения. Она оставалась задумчивой, когда Аликс собирала свои скудные пожитки.

— Будь осторожна, дитя мое. Если ты когда-нибудь увидишь или услышишь что-нибудь странное, сразу возвращайся домой. Я не хочу, чтобы ты впутывалась в зловещую магию.

— В Сейвони нет никакой зловещей магии, — рассмеялась Аликс. Она спрятала чистый, залатанный фартук в сумку и завязала ее крепким узлом. — Во всяком случае, не в замке. Тебе следовало бы знать, что лучше не верить сплетням Матильды. В прошлый раз она сказала, что в Арксаре есть женщина, которая может заставить огонь выйти из ее рта.

— Возможно, она происходит от драконов.

— Драконов не существует. Они просто герои для историй. Как тролли. — Аликс закатила глаза.

* * *

Фабио был в хорошем настроении по дороге в замок. Он напевал какую-то мелодию, пока повозка тряслась по дороге, и фантазировал о принцах, пока Аликс не ущипнула его за руку с предупреждающим взглядом в глазах.

С ними ехало еще несколько человек, и один из них поднял брови, когда Фабио обратил внимание на цветочную красоту принца Джеральда.

Часовой осмотрел письмо от мадам Эммануэль. Подъемный мост был опущен с оглушительным грохотом, и они пересекли ров, направляясь к замку. К счастью, подъемный мост был достаточно широк, чтобы по нему могли проехать бок о бок две кареты, потому что от мрачной глубины рва Аликс бросало в дрожь.

Территория замка была огромной. Двор был заполнен экипажами и паланкинами, по обеим сторонам тянулись ярко-зеленые сады, а за двором возвышались высокие здания, каждое из которых было выше предыдущего.

Приехав из многолюдной части города, где некоторые переулки были слишком узкими, чтобы пропустить повозку с ослом. Все это сбивало с толку. Аликс испытывала безумное желание порезвиться, как игривая собака.

— Куда же нам идти?

— Императорская гардеробная находится на третьем этаже западной башни. — Аликс проверила письмо.

— Какой именно? Мне они все кажутся одинаковыми. — Фабио был гением в пошиве одежды, но он был младенцем, когда дело касалось всего остального.

— Давай спросим кого-нибудь. — Алекс подавила зевок.

Она не хотела терять время, и они не произведут хорошего впечатления, если опоздают.

Пока она говорила, мимо них широкими быстрыми шагами прошла высокая фигура. Тонкая шелковая ткань его туники указывала на то, что он не слуга, но Аликс было все равно. Ей нужны были указания, и немедленно.

— Простите, сир, — крикнула она, подбегая к нему.

Включив свою самую блаженную улыбку, предназначенную для трудных клиентов, она посмотрела на него сквозь ресницы.

Непослушные черные волосы обрамляли резко очерченные черты лица с самыми холодными голубыми глазами, которые она когда-либо видела.

— Мне очень жаль беспокоить вас, но не могли бы вы сказать мне, где находится западная башня? — Ее улыбка слегка дрогнула.

Он едва замедлил шаг и даже не взглянул на нее, а просто дернул большим пальцем. Что было совершенно бесполезно, потому что там, куда он указывал, было несколько зданий.

— Не могли бы вы быть немного конкретнее?

— Я занят, — огрызнулся он, даже не остановившись.

Неужели все дворяне в замке такие же грубые, как он? Она раздумывала: продолжать ли приставать к нему или сдаться, когда другой голос эхом разнесся по двору.

— Вот ты где, Тео.

Появился коренастый мужчина средних лет. Он выглядел бы обыкновенно, если бы не его дорогая туника из пурпурного дамаста и огромная золотая цепь, висящая на шее.

Аликс застыла. Тео? Этот бесцеремонный человек был старшим принцем и будущим королем Сейвони? Взгляд на Фабио, который отчаянно кивал и отчаянно жестикулировал, подтвердил ее подозрения.

Что ж. Это объясняло его поведение. Тео определенно оправдывал репутацию самого неприятного принца из всех, что когда-либо были у Сейвони.

— С кем ты разговариваешь?

Кряжистый человек обследовал их любопытными глазами. Глаза у него были маленькие, как бусинки, но все равно пронзительные.

— Не имею понятия. — Тео выглядел раздраженным. — Ле Грис, не надо было меня искать. Я как раз собирался появиться.

Ле Грис. А это означало, что коренастый человек с золотой цепью, должно быть, и есть канцлер. С тех пор как королева впала в глубокую депрессию после смерти короля, Ле Грис фактически стал правителем Сейвони.

— Прошу прощения, сир. — Сейчас или никогда. — Мы новые портные, которые должны явиться к мадам Эммануэль в западную башню. Не будете ли вы так добры указать нужное здание?

На этот раз ее умоляющее выражение широко раскрытых глаз сработало. В то время как Тео оставался безынициативным, Ле Грис был достаточно терпелив, чтобы дать им конкретные указания.

Когда кронпринц и канцлер ушли, Фабио схватил Аликс за руку.

— Послушай, Аликс, — у него перехватило дыхание, — ты можешь в это поверить? Это Тео! Клянусь волхвами, в жизни он выглядит еще лучше.

Аликс закатила глаза.

— Ты запомнил дорогу к западной башне?

— Нет.

Без сомнения, он пялился на Тео. В принципе, ппринц был хорош собой, если не обращать внимания на его обаяние. Аликс вздохнула и указала пальцем.

— Туда.

* * *

Мадам Эммануэль была высокой и статной: волосы идеально уложены, а на тунике не было ни единой складки. Ее пояс э изящно сшит из крученого шелка нескольких мерцающих цветов.

Даже Фабио смотрел на нее оценивающим взглядом, а он обычно приберегал свою признательность для молодых и красивых мужчин. Хотя, надо сказать, в его взгляде не было ничего, кроме профессионального восхищения модисткой.

— Оставьте свои вещи в кабинете. Вы можете забрать их после того, как закончите сегодняшнюю работу.

Фабио обменялся недоверчивым взглядом с Аликс, и его нахмуренные брови, казалось, говорили: «У нас есть работа в самый первый день?»

— Вымойте лицо и руки. На столе стоит таз с водой. — Фабио выглядел так, словно она спасла ему жизнь, поскольку был очень щепетилен в вопросах гигиены. — Вы оба покрыты пылью с улиц, а мы не можем допустить этого в замке. Всегда держите себя в чистоте и опрятности.

Когда они умылись и вытерли руки льняными полотенцами, Эммануэль повернулась к Фабио.

— Вы, должно быть, тот сапожник, о котором говорила Анна-Мария.

— О нет, мадам. Я портной. — Фабио указал на Аликс. — Она сапожник.

Тщательно выщипанные брови Эммануэль сошлись на переносице.

— Девушка, которая чинит обувь?

Аликс кивнула и произнесла:

— Мой отец научил меня этому ремеслу перед смертью, мадам.

— Что ж… — Эммануэль взглянула на руки Аликс и, казалось, осталась довольна. — У тебя будет много работы, потому что принцы часто изнашивают свои сапоги. Я жду, что ты будешь усердно работать и не жаловаться, или я найду тебе замену.

Аликс присела в реверансе и заверила женщину, что способна работать много часов подряд.

— Вы можете доверять моей госпоже, когда она порекомендовала ее, мадам, — с готовностью добавил Фабио.

Аликс улыбнулась ему, радуясь, что он рядом. Она не была застенчивой или робкой по натуре, но это всегда успокаивало, когда она переезжала в новое место.

— Следуйте за мной.

Она вывела их из кабинета, провела по коридору, украшенному картинами, и открыла дверь в комнату с высоким потолком и навесными окнами.

Это была большая комната, но она казалась тесной и переполненной из-за большого количества людей, работающих в ней. Столы разных размеров — круглые, прямоугольные, даже восьмиугольные — были расставлены беспорядочно со стульями и табуретками.

Портные, швеи и портнихи склонились над работой — шили, мерили, кололи, вышивали. Воздух гудел от щелканья ножниц, шелеста шелка и хлопка, падающих на землю, и гула болтовни, который затих, когда Эммануэль открыла дверь.

— Внимание, это Аликс и Фабио. Они пришли из мастерской Анны-Марии. Аликс будет помогать с починкой туфель, — несколько голов повернулись и уставились на Аликс с легким недоумением, — а Фабио займется пошивом одежды. Надеюсь, вы все поможете им устроиться как можно скорее. Луиза, отодвинь те стулья в углу. — Мадам Эммануэль повернулась к ним. — Ты можешь сесть с Луизой. Вы будете работать с восьми утра до шести вечера, с перерывом на обед на час и получасом на чай днем. Ванная комната расположена на первом этаже, а общие спальни — в задней части здания. Если у вас есть какие-либо вопросы…

В этот момент в комнату вошли несколько мужчин и женщин с большими плетеными корзинами. Они пыхтели и сопели, явно уставшие от того, что тащат их на третий этаж. Один из мужчин поставил перед Эммануэль корзину, наполненную грязными ботинками.

— Сапоги принцев, мадам. Принц Тео хочет, чтобы к завтрашнему дню их все починили и заштопали.

На лице Эммануэль промелькнуло волнение, но она лишь коротко сказала:

— Отнесите их в угол у окна. Девушка в синем позаботится о них.

Аликс много работала, но это была утомительная работа. Сапоги принцев были в ужасном состоянии: у некоторых отваливались подошвы, а у других были такие большие прорехи, что их можно было разорвать рукой.

Что делали принцы? И почему они хотят, чтобы сапоги были готовы к завтрашнему дню? Предупреждение Жаклин о темной магии пришло ей в голову, но она отмахнулась от него. Может, принцы просто были слишком грубы со своими сапогами.

Только Фабио был в приподнятом настроении.

— Как думаешь, кому это принадлежит? — Он поднял тунику цвета индиго, расшитую серебром. — Держу пари, что это вещь Тео: синий подходит к его глазам.

— Это Фердинанда, — сказала Луиза.

— Неужели? Он похож на Тео?

— Нет. — В глазах Луизы промелькнуло нечто похожее на подозрение. — Почему они тебя так интересуют, парень?

— Если ты будешь продолжать болтать, то никогда ничего не сделаешь. — Аликс проследила за этим предупреждающим взглядом. — Хочешь, чтобы тебя вышвырнули из замка? — Она ткнула его в бок.

— Эти принцы… — заговорила раздраженным тоном еще одна портниха. — Этот рукав пришили всего два дня назад, и вот они снова портят мою работу.

Конечно, не было ничего необычного в том, что их одежда была испачкана и порвана, как и их ботинки.

— Аликс, — прошептал Фабио, — как ты думаешь, как Тео будет выглядеть с этим поясом?

Она не обратила на него внимания.

Глава 4

Тео прошел через обеденный зал. Выражение его лица было строгим и неприступным. Горничная с корзиной рубашек и туник поспешно убралась с его пути — так поспешно, что несколько предметов одежды упали на землю. Она испуганно ахнула, потому что грязь на земле означала, что одежду придется снова стирать, но Тео продолжал идти, не обращая внимания на то, что произошло. Он бы даже не заметил, если бы горничная гарцевала перед ним полуголая.

— Тео, — пропел чей-то голос, и светловолосый парень помахал перед его носом ароматной куриной ножкой. Это был Итан, его младший брат и постоянная помеха в его существовании. — Почему ты не садишься? Нас ждет пир.

— Где Джеральд?

— Нашей прекрасной принцессы Джеральд здесь нет, — сказал Энцо, который всегда любил подшучивать над женственной внешностью старшего брата. Энцо был близнецом Итана, и никто, даже мать, не мог отличить их друг от друга. — Держу пари, он заперся в своей комнате. Он любит книги больше, чем нас.

— Ужинал ли он вообще?

— Сельма принесет ему поесть, если он проголодается.

— Очень хорошо. — Тео резко развернулся на каблуках, затем остановился. — Смотрите, не объедайтесь и не пейте слишком много вина. Вы знаете о последствиях, если вас выберут завтра вечером.

Озорные улыбки исчезли с лиц близнецов. Его кольнуло чувство вины, но он не позволил себе почувствовать угрызения совести. Лучше сделать строгое предупреждение и дать им подготовиться, чем ничего не говорить и подвергать их риску.

Комната Джеральда находилась в дальнем конце первого этажа Северной башни. Она больше походила на комнату ученого, чем на комнату типичного принца: три стены э уставлены скрипучими книжными шкафами, четвертую занимала кровать. Перед камином стоял круглый стол, заваленный книгами, и второй по старшинству принц, широко известный как самый красивый мужчина в Сейвони, с видом ученого, погруженного в изучение и не заботящегося о внешнем мире, сосредоточенно изучал толстую книгу.

На носу у него красовались очки, но Джеральд не был близорук. С тех пор как он вышел из детского возраста и мужчины, и женщины падали в обморок от его внешности, поэтому Тео предложил его брату носить очки. Но даже так Джеральд все еще выглядел ошеломляюще, без сомнения, но все меньше людей ахали и вздыхали, когда он проходил мимо. Но чего большинство людей не замечало, так это его ум и усердие. Из всех принцев он был единственным, кто смог создать приличное и надежное заклинание. Если бы не он, то им пришлось бы гораздо тяжелее. Они не смогли бы выжить без магии.

Джеральд был так поглощен книгой, что Тео пришлось покашлять.

— Что читаешь?

Джеральд поднял голову. Он потянулся, снял очки и протер стекла носовым платком.

— Заклинание, которое позволит человеку бежать так же быстро, как олень.

— И как же ты этого добиваешься?

— Зачаровав пару сапог. Семимильные сапоги — это миф, но вполне разумно заколдовать обувь так, чтобы ее обладатель мог прыгать высоко и далеко.

Тео опустился в кресло напротив брата.

— А заклинание долго будет действовать?

— Согласно гримуару, нескольких часов должно хватить.

— И как долго будет длиться заклинание?

— Зависит от цены заклинания. Самого дорогого хватит на год.

— Отлично. Сделай всем по паре, начиная с Роланда.

Джеральд колебался.

— Тео, сколько у нас осталось сбережений?

У Тео упало сердце. Он должен был знать, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— Цена — деньги, а не время?

— Нам нужны три основных ингредиента для заклинания: обрезанный хвост зайца, древесина от пораженного молнией дерева и глаз лосося. Все это стоит недешево. — Джеральд вытащил блокнот и быстро подсчитал. — Если мы умножим ингредиенты на двенадцать, то мне понадобится около двухсот дукатов.

Тео выругался: у него было только пятьдесят, горсть серебра и кучка медяков. Ничтожная сумма для принца, но он потратил все свое содержание на магию. Деньги были последней вещью, о которой он должен был беспокоиться. Без магии его братья — особенно младшие — подвергались бы значительному риску. Защита его братьев и сестер была самой важной из всех. Он жил бы в лохмотьях, если бы это было необходимо для приобретения магии.

— Я попрошу у мамы ее подпись.

— Она сделает тебе одолжение? — Джеральд скептически посмотрел на него. — Ты же знаешь, как она выглядела, когда ты попросил аванс в прошлом году.

— Ей придется, — мрачно сказал Тео. — На карту поставлены наши жизни. Я продам фамильные драгоценности, если не будет другого выхода.

Некоторое время они обсуждали бюджет, пока Джеральд не встал.

— Тебе лучше отдохнуть, брат. — Он положил руку на плечо Тео. — Есть еще кое-что, что я должен тебе сказать. Леди Петронилла была сегодня в замке и спрашивала у всех, где ты. Она хотела знать, получил ли ты ее приглашение на день рождения.

Тео ткнул большим пальцем в сторону мусорной корзины. Джеральд подавил улыбку, но вскоре выражение его лица снова стало серьезным.

— Иногда лучше всего не обращать на нее внимания, но для такой решительной молодой леди, как Петронилла, лучше встретиться с ней лично. Скажи, что, хотя ты ценишь ее привязанность, в настоящее время ты не заинтересован в помолвке.

Тео выглядел раздосадованным. Конфронтация с женщиной, особенно с пылкой, обожающей женщиной, которая видит в нем только корону (иначе зачем женщине интересоваться таким вспыльчивым мужчиной, как он?), была раздражающей.

— Тео, если ты не откажешь ей прямо сейчас, кто знает, как долго она будет пытаться привлечь твое внимание? Откажи ей. Оскорби ее, если надо, но дай ей понять, что ты не можешь принять ее. Женская гордость помешает ей продолжать преследовать тебя.

Тео видел леди Петрониллу всего один раз (одного раза, по его мнению, было достаточно), и из всех дам, которые пытались привлечь его внимание, она была худшей. Возможно, было бы лучше, если бы она была хорошенькой, но даже ее голос был таким же неприятным, как и внешность. Он ненавидел саму мысль о том, чтобы найти ее и отвергнуть, но если это заставит ее остановиться…

— Хорошо.

Глава 5

Рано утром на следующий день Тео поднялся и без промедления направился в покои королевы.

Когда он шел по коридору, встречавшиеся ему слуги либо кланялись, либо приседали в реверансе так быстро, как только могли, с оттенком страха в глазах, и спешили дальше.

На прошлой неделе молодая горничная спросила его, все ли с ним в порядке (он был раздражен после ссоры с младшим братом Джулианом), и он огрызнулся на нее, сказав, чтобы она продолжала работать и перестала беспокоить его. Голос эхом разнесся по коридору, донеся его слова до каждого, кто стоял в дюжине футов от него. Служанка извинилась и убежала, шмыгая носом.

При этом воспоминании в его сознании вспыхнул укол раскаяния. Горничная, должно быть, недавно приехала в замок, иначе она бы не стала его беспокоить. Он приложил немало усилий, чтобы стать колючим, как дикобраз. Чем меньше людей будут пытаться приблизиться к нему, тем лучше. Эмоциональная связь была роскошью, которую он не мог себе позволить, пока не освободит себя и братьев от проклятия. И он даже не был уверен, сможет ли сломать его при жизни. Его отец, дед и предки пытались это сделать.

Подняв кулак, он постучал в дверь.

— Войдите.

Как только он вошел, до него донесся сильный запах камфорного чая. Тео поморщился: он никогда не любил чай, и его неприязнь усиливалась тем, что мать свято верила в гадание по чайным листьям.

В просторной комнате королева Маргарита развалилась на шелковом диване, ее длинные волосы были распущены и развевались (замужняя леди должна была заколоть волосы, и даже многие незамужние женщины предпочитали заплетать их в косы для удобства), ее платье было сшито из ткани, шокирующено сочетания ярко-фиолетового и зеленого. Что за идиотская портниха придумала это ужасное платье? Она больше походила на рациональную женщину, чем на правительницу королевства.

— Тео, дорогой мой, — промурлыкала она, не отрывая взгляда от большой фарфоровой чашки, которую держала обеими руками. — Мне было так грустно, что ты не пришел навестить меня, но звезды сказали, что ты занят и не появишься до сегодняшнего дня.

Поскольку он знал, что она не в своем уме, Тео сделал все возможное, чтобы подавить разочарование.

— Тогда, я полагаю, звезды сообщили вам о цели моего визита.

— Они рассказывают мне о твоих делах, но не о твоих мыслях. — Она театрально вздохнула.

Не нужно ходить вокруг да около.

— Мне нужна ваша подпись. — Тео положил кусок пергамента на низкий столик, стоявший перед диваном. — Нужно забрать мешок золота из казны.

Она прижала руку к груди и ахнула.

— Зачем тебе столько денег?

— Неужели вы думаете, что я попросил бы об этом, если бы сильно не нуждался в этом?

— Судьбой предначертано. — Маргарита посмотрела на чашку. — Не волнуйся, Тео, дорогой, в конце концов все будет хорошо.

— Ты говоришь это с самого рождения Роланда. Прошло почти двенадцать лет, почти настала его очередь, а ты все еще не беспокоишься за него?

— Я молюсь каждый день, — надулась она. На самом деле она вела себя скорее, как ребенок, нежели мать. — И раз за разом чайные листья сообщали, что проклятие в итоге будет снято.

Он взорвался.

— Так вы подпишите или нет?

Она съежилась, будто он ударил ее.

— Ты не должен кричать на свою бедную старую мать. Ну-ну, если тебе от этого станет легче… — Она схватила перо и расписалась. — Тео, дорогой, тебе действительно нужно научиться успокаиваться. Это нехорошо, что ты продолжаешь впадать в ярость. На днях Жюльетта сказала, что ты довел до слез служанку. Подожди, дорогой, не стоит торопиться. Как насчет того, чтобы позвонить и попросить чашку чая?

Тео захлопнул за собой дверь. Звук принес ему удовлетворение, но только на секунду.

— Ай-яй-яй, Ваше Высочество. — Ле Грис погрозил толстым пальцем. — Что сделала эта несчастная дверь, чтобы заслужить твой гнев?

Тео просто бросил на него свой фирменный взгляд. На большинстве людей его взгляд мог бы прожечь дыру, но у Ле Гриса было стальное лицо.

— Много тратим, не так ли?

Раздосадованный Тео свернул пергамент и сунул его в карман. Торопясь покинуть комнату, он совершил ошибку, сжимая пергамент с подписью королевы, обращенной наружу.

— Ожидать ли нам сегодня вашего общества в тронном зале? Количество петиций возросло. — Ле Грис был тошнотворно вежлив, но в ушах Тео канцлер говорил: «Ты собираешься исполнить свой долг как будущий король, поскольку твоя мать явно неспособна управлять королевством?»

К сожалению, он не смог сразу ответить утвердительно.

— Я скоро буду там.

К тому времени, как он добрался до сада позади Северной башни, настроение его ухудшилось (хотя и поначалу было достаточно скверным). Он послал Петронилле записку с просьбой встретиться там. Все его братья были заняты, и лишь немногие слуги, кроме уборщиков, осмеливались заходить в Северную башню, так что он мог спокойно поговорить с Петрониллой.

Он полез в карман за носовым платком. Если Петронилла начнет реветь, он бросит ей платок и уйдет.

— Доброе утро, Тео! — Петронилла одарила его широкой улыбкой.

Как приемная дочь Ле Гриса, она не была «чистокровной» для аристократов, но и не вызывала возражений. Если бы только он не был проклят… нет. Он никогда не будет рассматривать ее в качестве будущей партнерши, будь он проклят или нет.

— Я так обрадовалась, получив вчера ваше послание! Я тут подумала. Когда вы придете на мою вечеринку по стрельбе, вы сможете…

— Леди. — Тео поднял руку, чтобы остановить поток ее слов. — Позвольте мне быть откровенным.

Ее глаза расширились, но едва ли произвели впечатление, так как были маленькими и блестящими.

— Вы хотите сказать, что на этот раз не сможете приехать? Не беспокойтесь. Я могу устроить еще одну, когда у вас будет…

— Довольно, — прорычал он. — Я согласился встретиться с вами только потому, что хотел сказать: прекратите этот вздор. Я никогда не увижу в вас ту, кем вы желаете быть.

Она сделала шаг вперёд, а он машинально отступил на шаг.

— Тео! Но мы почти не проводили времени вместе. Вы плохо меня знаете. Если бы вы только дали мне шанс…

— Если вы придете в нашу башню и спросите меня или моих братьев, я попрошу стражу вывести вас из замка. Да, я совершенно серьезен. Никогда больше не беспокойтесь меня.

Леди Петронилла пристально посмотрела на него. Честно говоря, ее гнев был более терпимым, чем когда она была сладкой, как сироп.

— Тео, вы не можете так думать. Вы не можете быть таким жестоким.

— Если бы вы знали меня, то поняли бы, что я проявляю снисходительность.

— Я не могу в это поверить! — Ее голос поднялся до крика. — Что вы делаете каждый день, что даже не можете выкроить время, чтобы прийти на мою вечеринку? Почему бы вам даже не подумать о том, чтобы найти кого-нибудь и остепениться? Почему вы должны быть таким… таким бессердечным?

Он и так потратил на нее слишком много времени. Ле Грис уже принимал прошения в тронном зале, и ему еще предстояло получить мешок золота из казны.

— Всего хорошего.

И он оставил ее стоять в саду, кричащей о том, как отвратительно кронпринц обращается с леди таким грубым образом.

Глава 6

Пронзительный крик пронесся по рабочей комнате. Все повернули головы. Немало швей и портних выглядели испуганными.

Аликс на секунду оцепенела, потом отвела взгляд. Ей действительно следовало бы пожалеть Фабио, но зрелище было комичным: его челюсть отвисла, глаза вылезли из орбит, одна рука застыла в воздухе, а в другой он держал большую иглу, торчавшую из ноги.

Они работали в замке уже две недели. До сих пор все шло хорошо. Конечно, они много работали, но Аликс привыкла к тяжелой работе. Починка ботинок принцев вызвала боль в запястьях и спине, но, учитывая, что она регулярно получала приличное жалование, она не возражала.

Дверь распахнулась, и появилась мадам Эммануэль.

— Что это за крик?

— Фабио… случайно уколол себя, мадам. Своей же иглой.

Глаза Эммануэль сузились.

— И это все? Звучало так, словно кого-то убили.

Фабио выглядел возмущенным, а другие вздохнули с облегчением. Несколько молодых портних даже захихикали.

— Отведите его к целителю. Залатайте этот укол и возвращайтесь, — приказала Эммануэль.

Она бросила на Фабио презрительный взгляд, словно укоряя его за то, что он потревожил ее прекрасный сон.

— Ой! — Фабио схватился за колено, когда они выходили из рабочей комнаты. — Помедленнее, Аликс. Эти шаги убивают мое колено.

Аликс закатила глаза, но все же замедлила шаг.

— Ты действительно уколол себя иглой, когда Луиза рассказала историю о том, как Джеральд случайно упал в ров, когда ему было восемнадцать?

Он бросил на нее угрюмый взгляд.

— Как я мог не отвлечься? Представь себе, как Джеральд вылезает из рва, с его волос капает вода, а одежда прилипает к телу.…

— Вообще-то, ты видел, какой мутный и заросший бурьяном ров? Скорее всего, принц был весь в грязи, одна или две лягушки спрыгнули с его плеча, и он вонял так сильно, что все должны были держаться от него подальше, пока он не примет ванну.

— Аликс, ты такая злая, — пожаловался он. — Неужели не можешь дать мне спокойно помечтать?

* * *

Палата целителя находилась всего в двух шагах от Северной башни. Это было небольшое компактное двухэтажное здание, по стенам которого вились жимолость и плющ. За домом был огороженный сад и деревянный сарай. Запах уксуса и трав достиг их еще до того, как они вошли в главную комнату, где вдоль стен тянулись ряды аккуратно застеленных кроватей. Там никого не было, если не считать пожилого человека, разбиравшего кучу странных растений пурпурно-зеленого цвета. Луиза упоминала, что палатой целителя управляли старик Одеон и его дочь.

— Здравствуйте. — Аликс усадила Фабио на табурет и подошла к старику. — Простите меня, мастер Одеон, но мой друг ранен. Он проткнул себя иглой, кровотечение не слишком сильное, но лучше всего, если рану обработают, и вы убедитесь, что нет инфекции.

Одеон бросил взгляд в сторону Фабио, затем повернул голову и заорал на дверь.

— Беатрис! Здесь человек, который нуждается во внимании.

Из соседней комнаты послышались легкие шаги, и вошла девушка лет восемнадцати. Она была отнюдь не сногсшибательна, но очень хорошенькая: волосы цвета воронова крыла, аккуратно заплетенные голубыми лентами, румяные щеки и яркие черные глаза, напоминающие глаза канарейки. Но ее руки были шершавыми от мозолей, а темные круги под глазами указывали на то, что она давно не высыпалась.

Увидев Фабио, она жестом пригласила его сесть

— Моя дочь немая, — сказал Одеон, не поднимая глаз. — Она напишет, если ты ее не поймешь.

Беатрис улыбнулась небольшой, извиняющейся улыбкой. Она разрезала ткань вокруг раны, достала бутылку с ближайшей полки, налила жидкость на носовой платок и осторожно прижала его к колену Фабио.

— О-о-о-о-о!

Даже Одеон взглянул на Фабио, который пожал плечами и одними губами сказал Аликс: «Щиплет!»

— Беатрис должна промыть твою рану, мальчик, — сказал Одеон. — На случай, если она начнет гноиться.

Беатрис ловко и аккуратно наложила на колено Фабио чистую белую повязку

— Как долго ему придется носить ее? — спросила Аликс, гадая, сколько времени потребуется Фабио, чтобы прийти в норму.

Его театральность, когда он был ранен, действовала ей на нервы. Беатрис подняла вверх три пальца. Через секунду она показала пять пальцев.

— Она имеет в виду, что это займет от трех до пяти дней, — сказал Одеон.

— О, хорошо, — пробормотал Фабио. — Я буду выглядеть ужасно, ковыляя, как калека.

Послышались шаги за пределами палаты. В комнату вошел молодой человек, на полголовы ниже Тео.

— Принц Фердинанд. — Одеон встал.

Глаза Фабио расширились. Беатрис присела в реверансе, не отрывая глаз от пола, но румянец разлился по ее щекам. Аликс тоже присела в реверансе, но не смогла удержаться от любопытного взгляда на принца.

У него были глаза Тео, но не их холодность. На самом деле, он выглядел смущенным, когда подошел к целителям и протянул руку.

— Боюсь, я снова ушиб локоть, мастер Одеон. — Его взгляд метнулся в сторону Беатрис. — Слой целебного бальзама и полоска чистой ткани были бы очень кстати.

Аликс вздрогнула — Фабио ахнул. Рукав, прикрывавший локоть принца, был разорван в клочья, открывая отвратительный черно-фиолетовый синяк с пятнами крови. Беатрис шагнула вперед, но Одеон положил руку ей на плечо.

— Я позабочусь о вашей ране, Ваше Высочество. Беатрис, почему бы тебе не сбегать в контору курьера и не забрать почту?

На лице Беатрис отразилось разочарование, но она послушно отвернулась. Ее шаги затихли на лестнице. Принц Фердинанд смотрел ей вслед с задумчивым выражением. Не было ли в его глазах тоски?

— Нам тоже лучше уйти, — прошептала Аликс, ущипнув Фабио за руку.

Он смотрел на Фердинанда так, словно принц был центром его вселенной. Фабио вздрогнул, потом неохотно поднялся.

— Принц Фердинанд влюблен в Беатрис, — объявил Фабио, когда они возвращались в западную башню.

— Откуда ты это знаешь?

— Потому что Одеон сказал ей уйти как раз в тот момент, когда она собиралась лечить рану Фердинанда, — сказал Фабио. — Он сказал это нарочно. И я увидел, как Беатрис и Фердинанд переглянулись. Держу пари на десять дукатов, что они тоскуют друг по другу.

Если Фабио был прав, а она верила в интуицию своего друга в любовных делах, то ей было жаль Беатрис и Фердинанда. Дочь целителя вряд ли найдет счастливый конец с принцем. Но когда они вернулись в Императорскую гардеробную, Аликс вспомнила о локте Фердинанда, покрытом синяками и кровью.

«Боюсь, я опять ушиб локоть».

Ни Одеон, ни Беатрис, казалось, не удивились тому, что Фердинанд получил еще одну травму. Она не знала, что тревожило ее больше — ужасная рана на локте Фердинанда или равнодушие целителей к ране.

Глава 7

— Что это?

Тео уставился на груду кожи и гвоздей на столе. Цвет был знаком, но форма… нет. Он недоумевал, почему Джеральд показывает ему кучу, которая, очевидно, принадлежит мусорному ведру.

— Ботинки Энцо. — Увидев потрясенное выражение лица Тео, Джеральд пожал плечами. — Должно быть, заклинание оказалось слишком сильным для его сапог. Или, скорее всего, Энцо вчера потратил слишком много энергии.

— Он не долго использовал его.

— К счастью, так и было, — сказал Джеральд, пристально глядя на жалкую груду кусков перед собой.

С этими неотразимо прекрасными, одухотворенными глазами он вполне мог бы стать поэтом.

— Я должен купить ему новую пару. — Тео хотел было сгрести куски к себе на колени, но Джеральд положил руку ему на плечо.

— Стой! Ты не можешь выбросить его старые ботинки, какими бы сломанными они ни были. Они нужны Энцо на случай, если будет следующий раз.

— Их уже не починить.

— Тео, заклинание не может быть перенесено. Если ты купишь ему новую пару, мне нужно будет купить заклинание для нее. Новые сапоги — новое заклинание. И у нас совсем не осталось золота.

Тео недоверчиво посмотрел на него.

— Хочешь сказать, что эти сапоги надо починить?

— В замке есть несколько сапожников. Конечно, один из них сможет починить сапоги.

Тео бросил еще один взгляд на груду. Он не был профессионалом, но, если бы Джеральд не сказал ему, что эти предметы когда-то принадлежали ботинкам Энцо, он бы и сам не поверил.

— Просто дай им попробовать. Если сапоги действительно не подлежат восстановлению, мы можем изготовить новую пару. Но не раньше. Мы должны сохранить как можно больше, пока заклинание точности на наших мечах не начало исчезать.

Тео кивнул. Как только решение было принято, он захотел двигаться дальше.

— Попроси Сельму передать эти… сапоги в Императорскую гардеробную. Скажи им, что сапоги стоят целое состояние и их надо починить любой ценой.

— Ни в коем случае, — напомнил ему Джеральд. — Если ты предложишь сапожнику золото, то с таким же успехом можешь купить новое заклинание. Давай подождем. В гардеробе должен быть какой-нибудь чрезвычайно искусный мастер.

Тео позвонил Сельме и отдал распоряжения, когда она пришла. Экономка и глазом не моргнула, услышав его необычную просьбу. Она служила у них уже двадцать лет, и ей можно было полностью доверять.

Через несколько секунд после ухода Сельмы на пороге комнаты Тео появилась невысокая женщина лет сорока — сестра королевы, герцогиня Клаудия, которая рано овдовела, но отказалась снова выйти замуж, заявив, что теперь наслаждается своей свободой.

Она была большой любительницей лошадей и ничего так не любила, как скакать галопом по окрестностям, бродить по полям и лугам. Она вела себя не так по-детски, как Маргарита, но ее необузданный дух делал ее больше похожей на старшую сестру, чем на почтенную тетку.

— Тетя Клаудия! Когда вы вернулись?

— Только сегодня.

Клаудия устало плюхнулась на стул. Под глазами виднелись темно-фиолетовые пятна.

— Вы нашли какую-нибудь зацепку о том, где находится магиня? — спросил Тео с надеждой в глазах, но не осмелился позволить себе ожидать слишком многого.

Клаудия сдула с глаз прядь волос.

— Я навела справки и выяснила, что магиня связана с королевской семьей Арксана. На самом деле, магиня присутствовала, когда королева Арксана рожала.

— Мы никогда не слышали, чтобы при рождении принцессы Илианы присутствовала магиня.

— Я говорю не о принцессе Илиане. Я говорю о ее старшем брате.

Тео нахмурился. Первый ребенок короля Арксана погиб в огне, когда ему было два года.

— Так как же нам найти эту магиню?

— У меня есть идея. — Клаудия поставила локти на стол. — Пошли приглашение в Арксар и пригласи Илиану в гости. Скажи, что это осенний праздник и мы будем польщены, если прекрасная добрая принцесса будет присутствовать.

У Тео был такой вид, словно она предложила ему прыгнуть в ров.

— Я отказываюсь.

Клаудия цокнула языком и раздраженно погрозила ему пальцем, напомнив Ле Гриса.

— Я предлагаю это не потому, что хочу тебя разозлить, а потому, что ты должен использовать этот шанс, чтобы встретиться с Илианой. Спроси ее, знает ли она что-нибудь о магине.

Тео скрестил руки на груди.

— Почему бы нам просто не послать ей письмо?

— Потому что тебе нужно будет объяснить, почему ты вынужден искать мага, а ты не можешь ничего рассказать о проклятии, даже в письменной форме. Эту тайную магиню Арксара не видели уже почти двадцать лет. Есть веская причина, по которой она предпочла остаться в укрытии. Если ты не сможешь объяснить, почему так важно найти ее, принцесса и ее родители не дадут нам информацию.

— Не понимаю, почему я должен устраивать праздник в честь принцессы, и все ради того, чтобы спросить ее об этом. В любом случае, она может не поддаться.

— Нет, если будет разговаривать с тобой, я полагаю, потому что ты вызываешь неприязнь у всех, кого встречаешь. Но у тебя есть и другие братья, которые могут очаровать ее. — Клаудия ткнула большим пальцем в сторону Джеральда. — Илиане шестнадцать. Как и любая девушка ее возраста, она вряд ли скажет «нет» такому лицу, как у него. Или спроси у близнецов. Зная, как строго ты относишься к их поведению, думаю, что они будут готовы флиртовать с девушкой с бородавкой на носу, не говоря уже о молодой красивой принцессе.

— Тетя Клаудия, — мягко произнес Джеральд. — Я понимаю, что это шанс узнать, где находится магиня. Но разве нет лучшего способа приблизиться к Илиане? Устроить праздник — это огромные расходы.

Он объяснил, сколько они потратили на зачаровывание обуви.

— Хм. — Клаудия хлопнула в ладоши. — Я поговорю с Маргаритой о цене. Это вызовет дыру в сокровищнице, но, если мы сможем получить хоть какую-то зацепку на магиню, цена того стоит. И есть еще одна причина для этого. Ты, мальчик. — Она ткнула указательным пальцем в его сторону. — Не притворяйся, что ничего не знаешь о своей репутации среди людей. Они все больше расстраиваются из-за того, что вы часто пропускаете судебные заседания. Ле Грис — фактический правитель, и мы все знаем, что Маргарита бесполезна. Я знаю, у вас есть очень веская причина не появляться при дворе, так что это приглашение может дать понять, что вы начинаете серьезно относиться к своим обязанностям. Пусть думают, что ты подумываешь о женитьбе. Илиана — хороший выбор.

— Ты не можешь просить меня об этом, — прорычал Тео. — Я поклялся, что не женюсь, пока это проклятие не будет снято.

— Тогда притворись! Ты же не хочешь, чтобы люди отвернулись от тебя. Уже поговаривают, что ты занимаешься черной магией.

Тео стиснул зубы. Если бы только они знали правду.

— Пойдем, Тео. — Джеральд, казалось, почувствовал облегчение, когда Клаудия упомянула, что деньги не проблема. — Это не помешает устроить банкет, а младшие заслуживают немного праздничного веселья.

Тео смягчился. Он всегда питал слабость к младшим братьям.

— Ладно. Я напишу письмо, но танцевать с ней не буду.

Клаудия усмехнулась:

— Учитывая, что ты немногим лучше болвана, я бы тоже не советовала этого делать, хотя, поскольку ты наследный принц, предлагаю тебе все же немного попрактиковаться на всякий случай. Теперь я должна идти, чтобы увидеть мою дорогую сестру. Кстати, кого выбрали вчера вечером?

— Энцо. Ботинки позволили ему быстро закончить работу, но они разваливались из-за количества потребляемой энергии.

Клаудия кивнула.

— Тогда почините сапоги. Вам понадобится вся защита, которую вы сможете получить, прежде чем магиня будет найдена.

Глава 8

Одна неделя. Еще неделя, и она будет дома. Хотя жизнь в замке имела свои преимущества, Аликс скучала по тете. Она неплохо ладила с Луизой и другими служащими Императорской гардеробной, но настоящих друзей ей найти не удалось.

Аликс сдула с глаз прядь волос, борясь с желанием выбросить носки, которые она штопала, в окно. Нужно было не только починить обувь. Эммануэль видела, что у нее много работы. Если не было обуви, всегда была бесконечная куча шитья, штопки и подшивания.

Фабио, сидевший рядом с ней, был поглощен вышиванием рукава для одеяния королевы. Королева, несмотря на свой возраст, питала страсть к ярким узорам и цветам. Луиза сказала им, что королева любит одеваться, как молодая девушка, что безмерно раздражало ее сыновей. Фабио не возражал. Королева благоволила к его работе, и он раскрылся, работая в замке, вдали от своей семьи.

Пара мягких кожаных туфель появилась перед Аликс, когда она склонила голову над носками, которые штопала. Туфли были светло-голубые, с загнутыми носками и изящной вышивкой. Кто-то с хорошим глазом на моду искал ее.

— Дитя. — Эммануэль, похоже, намеренно игнорировала тот факт, что Аликс уже почти двадцать лет и она уже давно не заплетает волосы в косички. — Отложи в сторону все, над чем работаешь. Принц Тео хочет, чтобы все было улажено как можно скорее.

Хозяйка Императорской гардеробной протянула ей сумку. Быстрый просмотр содержимого внутри сказал ей, что работа была неразумной.

— Прошу прощения, мадам. Что мне делать с кучей кожи?

— Первоначально это была пара сапог, — быстро сказала Эммануэль. — Тео специально приказал, что сапоги надо починить. Проследи, чтобы ты сделала то, что приказал принц.

— Но, мадам…

Эммануэль направилась к портному, который дремал в кресле. У нее была привычка уходить всякий раз, когда кто-то не соглашался с ней.

— Я в это не верю. — Аликс подняла неровный кусок воловьей кожи в форме треугольника. — Ты можешь сказать, какая это вообще была часть ботинка?

— Ты сможешь все исправить, Аликс. Твой отец был отличным сапожником, и он научил тебя всему.

— Даже самый лучший сапожник в королевстве не сможет восстановить эти «руины». — Аликс перебирала кусочки кожи и оборванные нити.

— Во имя волхвов, почему он не может просто заказать новую пару? Даже если я смогу собрать это обратно, ты можешь себе представить, как будут выглядеть сапоги?

— Просто сделай все, что в твоих силах. — Фабио пожал плечами.

Это было странно. И снова Аликс вспомнила, как ее тетя говорила о странном поведении принцев. Какая разрушительная деятельность была проделана с этими сапогами, что привела их в такое жалкое состояние?

Вздохнув, Аликс потянулась за молотками, шилами и кольями.

Это была самая трудная работа, которую она когда-либо делала. Через час у Аликс заболели руки, и в довершение всего она ударила молотком по большому пальцу, пытаясь прибить кусок кожи к подошве. Она прикусила нижнюю губу, когда жгучая боль пронзила палец. Она продолжала работать, но держать подошву только четырьмя пальцами было труднее.

— Аликс, ты должна остановиться. — Фабио выглядел встревоженным. — У тебя большой палец покраснел и распух.

— Лучше сходи в палату целителя, — сказала Луиза, не поднимая глаз.

— Я пойду с тобой, — сказал Фабио.

— Нет, ты должен остаться и закончить платье для королевы. Я же не была ранена в ногу.

Фабио виновато улыбнулся. Они оба вспомнили, как неделю назад он случайно проткнул себя иглой.

Аликс отправилась в путь, отметив, как серо и облачно было на улице. Низкий гул в небе означал, что скоро пойдет дождь. Она ускорила шаг, а затем побежала.

Сильный запах уксуса окружил ее, когда она вошла в палату целителя. Беатрис промокала щеку молодого человека влажной белой тряпкой, в то время как другой молодой человек стоял рядом, наблюдая за ними. У обоих мужчин были светлые волосы и голубые глаза, и они выглядели совершенно одинаково. Но ее внимание привлекла рана на щеке мужчины. Она была похожа на кровавый отпечаток когтистой руки — слишком большой для кошачьей лапы. Что за чудовищное существо нанесло такую рану?

Беатрис отрезала кусочек чистой ткани и приклеила его к щеке молодого человека.

— Как думаешь, это повлияет на мою внешность? — спросил он жалобным тоном.

Девушка улыбнулась и покачала головой.

— Беатрис имела в виду, что изначально ты выглядел очень жалко, и рана ничего не изменит.

— Если я жалко выгляжу, ты, как мой близнец, выглядишь точно так же жалко.

— Как будто это имеет какое-то значение, тупая ты башка. Вокруг нет ни одной хорошенькой горничной, которая бы нас оценила.

— Ты забываешь, что одна из них прямо перед тобой.

— Да, но сердце Беатрис уже принадлежит нашему дорогому брату. Я имел в виду другую девушку, с которой можно флиртовать.

В этот момент Беатрис случайно подняла голову. Ее глаза расширились, когда она встретилась взглядом с Аликс. Близнецы проследили за ним и тот, кто был невредим, расплылся в улыбке.

— Ну разве это не прекрасное совпадение? Ты жалуешься, что нет горничной, и вот она. Попробую в следующий раз пожаловаться на нехватку денег и посмотреть, появится ли фунт золота.

Раненый близнец проигнорировал брата и повернулся к Аликс с сияющей улыбкой.

— Я Энцо, а это мой брат-близнец Итан. Как тебя зовут, милая? Не поверю, что мы не видели вас здесь.

Итан и Энцо. Фабио упомянул (с придыханием, как он обычно делал, когда говорил о принцах) «золотую пару» среди принцев. Теперь она могла понять восхищение Фабио. Их волосы блестели, как полированное золото, глаза у них были голубые, как ясное безоблачное небо, а зубы такие безупречные и жемчужно-белые, что, казалось, будто они пользовались волшебным зубным порошком.

— Меня зовут Аликс, Ваше Высочество и Ваше Высочество, — сказала она с коротким реверансом. — Я здесь новенькая и работаю в Императорской гардеробной.

— Аликс, Аликс, Аликс, — Энцо положил руку на подбородок. — Это сокращение от Александр?

Это мужское имя, идиот. — Итан толкнул его локтем.

Энцо смутился.

— Ах да, прости, дорогая. Может быть, Александра?

«У тебя что-нибудь болит?» — Беатрис написала это на листке бумаги и показала его Аликс.

— Моя рука, — Аликс объяснила, как ударила себя молотком.

— Бедняжка, — сказал Итан. — Дай мне свою руку. Поцелуй уймет боль.

Беатрис закатила глаза и написала: «Не пытайся. Тео будет в бешенстве».

Она подошла к шкафу, достала старую перчатку, намочила ее в полынной воде и обернула вокруг пальца Аликс.

«Не снимай ее до обеда», — написала она. — «Завтра сможешь вернуться к работе».

Когда они вышли из палаты, раздался раскат грома, за которым тут же последовал ливень. Аликс отпрянула, испуганная шумом. Она не могла вернуться в Императорскую гардеробную и продолжить работу над сапогами, пока не была способна правильно держать иголку. А дождь означал, что она не сможет даже прогуляться по саду.

— Скажите, у вас есть зонтик? — спросил Энцо.

— Нет.

— Я спрошу Беатрис, — сказал Итан, поворачиваясь и быстро поднимаясь по лестнице.

Он вернулся с двумя большими черными зонтами и сунул один Энцо, который прищурился.

— Что это за взгляд? Я сопровождаю прекрасную Аликс.

— У меня травма. — Энцо указал на свою повязку. — Ты должен предоставить мне эту привилегию.

— Если поделишься с ней, то дождь попадет на твою рану и сделает ее еще хуже.

— Это очень любезно с вашей стороны, но я могу подождать, пока дождь перестанет, — сказал Аликс, забавляясь, но не желая быть причиной ссоры близнецов.

— Я не могу сегодня вернуться на работу с этим пальцем, так что у меня полно времени.

Близнецы просияли.

— Фантастика! В таком случае, почему бы тебе не провести день с нами?

— Присоединяйся к нам за ланчем, дорогая Аликс. — Итан одарил ее ослепительной улыбкой, которая сделала бы Фабио безумным. — Наш девиз — служить прекрасной девушке в беде и проявлять гостеприимство по отношению к новому гостю.

Она не была ни красавицей, ни гостьей, но не собиралась спорить, когда оба были в хорошем настроении.

Еще один раскат грома. Похоже, дождь собирался идти еще долго. Аликс колебалась. Ее так и подмывало присоединиться к ним вместо того, чтобы прокрасться на кухню за объедками, но…

— Я всего лишь прислуга.

— Это никого не волнует. Мы тебя приглашаем, — фыркнул Итан.

— Пойдем, милая. — Энцо протянул руку. — Я умираю с голоду. Хочу ростбиф и луковый суп.

Глава 9

Она боялась есть с близнецами, но, когда они пришли в столовую, было уже почти время обеда и большинство придворных уже закончили трапезу. Некоторые из них бросали на нее любопытные взгляды, но ни один не высказал вопросов. Ле Грис, который пил вино из кубка, поднял бровь, однако ничего не сказал.

Преодолев смущение, она с удовольствием принялась за еду. Это был первый раз, когда она ела ростбиф. Мясо было сочным и слегка приправленным специями и травами — доказательство славы Сейвонской еды. Жители Сейвони не были известны тем, что создавали приличные заклинания, но они, по словам известного писателя, который много путешествовал, могли приготовить «настоящую еду».

Сидя по обе стороны от нее, близнецы поддерживали светскую беседу, расспрашивая ее, чем она занималась до приезда в замок и как ей нравится работать в Императорской гардеробной. Аликс отвечала с готовностью, но в глубине души ее терзали сомнения. Внимание, которое они уделяли ей, заставляло ее чувствовать себя принцессой. Почему они так жаждут общества бедной сапожницы? Только потому, что она была молодой и женственной? Может быть, Тео не хотел, чтобы его братья женились раньше него. Нет, это абсурд. Тео мог бы жениться в восемнадцать, если бы захотел. Было много дам, которые были бы рады стать будущей королевой.

Дождь прекратился, когда они закончили есть.

— Я могу вернуть зонтики Беатрис, — сказала Аликс. — Спасибо, что пригласили меня на ланч, Ваше Высочество. — Она улыбнулась, одновременно выражая вежливость и благодарность.

Ни один из близнецов не заметил задумчивости, которую она скрыла в своем тоне. Это был первый и, возможно, последний шанс принять участие в великолепном пиршестве. Даже если близнецы пригласят ее во второй раз, она откажется. Ей не хотелось привлекать ненужного внимания.

— Это удовольствие для нас, — сказал Энцо. — Мы никогда не обедали с молодой леди.

Не обращая внимания на то, что ее назвали леди, Аликс моргнула.

— Но у вас наверняка было много шансов. Вы же принцы.

— Потому что мы не должны этого делать…

Итан толкнул локтем своего брата-близнеца.

— Как бы то ни было, — бодро начал Энцо, — осмелюсь предположить, что мы можем задержаться еще на несколько часов, прежде чем наш дорогой брат придет за нами. Не хочешь прогуляться по саду, прекрасная Аликс? Ты не можешь вернуться к работе, пока твой палец еще не зажил.

— Думаю, что портретная галерея — лучшая идея, — сказал Итан. — На тот случай, если снова пойдет дождь.

— Звучит неплохо. И никто не будет пялиться на нас и читать лекции, — сказал Энцо, выглядя взволнованным. — Что ты на это скажешь, прекрасная Аликс?

— Что такое галерея?

В почти пустом зале раздался смех близнецов.

— Пойдем. — Итан предложил ей руку.

Она уставилась на него. Энцо взял ее за руку и положил ее под локоть Итана.

— Давай потчевать тебя историями из далекого прошлого, прекрасная Аликс.

Ее первой мыслью было возразить, но близнецы уже вывели ее на улицу, и если она устроит сцену, то оттолкнет их. Они вывели ее из столовой, поднялись на два лестничных пролета и, сделав несколько поворотов, оказались в длинном коридоре, увешанном картинами. На каждой картине был изображен мужчина или женщина, обычно от пояса до головы, одетые в замысловатые одежды и сверкающие драгоценности. Большинство из них носили короны или диадемы. Она догадалась, что это предки королевской семьи.

— Это Антуан — основатель нашего великолепного королевства, — сказал Энцо, указывая на свирепого вида мужчину с густой бородой и такими же бровями.

В одной руке он держал копье, в другой — меч, а в зубах — кинжал. Лезвие кинжала было необычным, блестящего черного цвета, что выделяло его на фоне белизны зубов. Человек, рожденный для войны.

— Какие истории вы слышали о нем? — спросил Итан. — Нелестные, я надеюсь.

Она мало что знала о королевской семье, не говоря уже об основателе Сейвони. Конечно, портнихи сплетничали, но в основном они говорили о клиентах и модных тенденциях. Они сосредоточились на настоящем, а не на прошлом.

— Я мало о нем слышала, — призналась она. — Он выглядит чрезвычайно сильным.

Близнецы снова расхохотались.

— Слово «сильный» даже не может адекватно описать его, прекрасная Аликс, — сказал Энцо. — Антуан мог одной рукой поднять быка, а другой — лошадь.

Аликс улыбнулась. Здесь был еще один человек, который мог лгать и преувеличивать, сохраняя при этом невозмутимое выражение лица.

— Антуан защитил наше королевство от вторжения, — дополнил Итан. — В то время столица была всего лишь деревней. Замок был хорошо построен, чтобы защитить от нападений.

— Например, винтовая лестница, по которой нам приходилось пыхтеть и сопеть по пути сюда, — указал Энцо, хотя к тому времени, когда они добрались до верха, он едва успел вспотеть.

Зато Аликс пыхтела и отдувалась.

— Ты когда-нибудь задумывалась, почему они были построены именно так? Как думаешь, это из-за эстетического дизайна?

Аликс покачала головой и ответила:

— Я впервые пользуюсь винтовой лестницей.

— Потому что извилистая конструкция может позволить увидеть, кто поднимается по лестнице. Это дает больше шансов подготовиться ко встрече с врагом.

— Неужели враги были так ужасны?

— Устрашающие, — сказал Итан. — Легенды говорят, что они чудовищны, жестоки и бесстрашны. Нам повезло, что Антуан защищал Сейвони.

— Действительно. — Энцо почесал подбородок и тут же опустил руку, когда его пальцы коснулись повязки на щеке.

— Откуда у вас эта ужасная царапина, Ваше Высочество? — спросила Аликс.

Итан выглядел удивленным, но Энцо махнул рукой.

— О, не о чем беспокоиться, прекрасная Аликс. Просто глупое столкновение с краем грубо сделанного стола. С ангельским лечением Беатрис я буду как новенький через несколько дней.

Наглая ложь. Ни один стол не мог вызвать такую царапину в форме когтей. Дрожь пробежала по ее спине. И снова ей вспомнилось предостережение тети Жаклин насчет принцев. С ними все было не так: поношенные ботинки, локоть Фердинанда, щека Энцо и (возможно, менее странное) одинокий статус Тео в двадцать шесть лет — зрелый возраст для неженатого наследного принца.

— Довольно ужасных разговоров о битвах и ранениях, — внезапно сказал Энцо, словно почувствовав, что ее подозрения возросли. — Что думаешь об этой потрясающей леди, прекрасная Аликс?

Он указал на картину с позолоченными краями, размером примерно в половину портрета Антуана. На ней была изображена молодая женщина в возрасте от шестнадцати до двадцати лет. Она действительно была потрясающей, особенно с ее блестящими длинными волосами, которые каскадом ниспадали спереди. Розы и жемчуг были вплетены в пряди, и бледно-розовый цвет роз и сливочный оттенок жемчуга делали ее еще более ослепительной. Ее глаза были необычного сочетания бирюзового и голубого, нос изысканной формы, а кожа цвета слоновой кости.

— Разве она не совершенство? — Итан смотрел на портрет с безошибочной признательностью — такое же выражение было у Фабио, когда тот увидел Тео. — Это леди Сибилла де ла Роше.

— Она же не принцесса?

— Она чуть не стала королевой, — торжественно произнес Энцо. — Она нам не родственница. Она единственная дочь знатного рыцаря. В то время при дворе было мало дам, и Сибилла буквально очаровывала всех своей красотой.

Аликс уставилась на картину. Леди Сибилла, без сомнения, была самой красивой женщиной, которую она когда-либо видела, хотя при всей своей красоте, ее высокомерное выражение делало ее недоступной.

— Наш дедушка был без ума от нее. Каждый день посылал ей дюжину роз, которые она носила в волосах. Он писал о ней стихи, хотя наш учитель литературы сказал, что стихи никуда не годились. Дедушка, как и Антуан, был воином и почти не тратил времени на развитие своей… э-э-э… литературной стороны.

— Но… на портрете Сибиллы не видно, чтобы она носила корону. Она не вышла замуж за вашего деда.

— Увы, ее красота не принесла ей счастья. — Энцо покачал головой и вздохнул, будто это он ухаживал за Сибиллой.

— Когда ей исполнилось восемнадцать и она уже была достаточно взрослой, чтобы выйти замуж, с ней случилось ужасное несчастье. Однажды зимой она умерла от смертельной болезни в своем поместье, стоявшем в лесу, который граничил с Арксаром и нами. Такая трагедия для такой молодой и красивой женщины.

— Откуда вы так много знаете о женщине, которая даже не принадлежала к королевской семье?

— О, бабушка нам рассказывала. — Итан махнул рукой на другую картину, расположенную напротив Сибиллы. — Она познакомилась с дедушкой только через два года после смерти Сибиллы, но сказала, что тот отказался убрать портрет Сибиллы из своей комнаты. Иногда он все еще смотрел на ее фотографию и вздыхал. Если бы она была жива, у бабушки не было бы никаких шансов стать королевой.

— Ты не можешь говорить наверняка. — Энцо пожал плечами. — Если бы Сибилла хотела выйти замуж за дедушку, они были бы помолвлены еще до того, как ей исполнилось восемнадцать. Она могла позволить себе выбирать. У нее была сильная воля, как и у дедушки. Они бы вечно ссорились, если бы Сибилла вышла за него замуж. Кроме того, бабушка была… ну, в общем, ей было суждено выйти замуж за дедушку.

Аликс посмотрела на портрет бабушки принцев. Она была хорошенькой, и даже родинка под левым глазом почти не портила ее нежных черт, хотя она и близко не была красавицей, как Сибилла. Хотя ей не хватало надменности этой дамы. Аликс считала, что бывшая королева тоже обладала сильной волей, но хорошо это скрывала.

В ее лице тоже было что-то знакомое, но Аликс никак не могла понять, как ей удалось узнать прежнюю королеву. Только когда они расстались у входа в столовую (Энцо очень не хотелось лишаться ее восхитительного общества), девушка поняла, почему ей показалось, что она уже видела бывшую королеву раньше. Дождь прекратился, и воздух был влажным, как в тот день на рынке, когда старуха подарила ей шерстяной плащ.

Лицо той старухи напомнило ей предыдущую королеву.

Глава 10

Тео уставился на Джулиана, который опирался на Фердинанда. Джулиану было девятнадцать, и он был шестым по старшинству среди принцев. Кроме того, именно он доставлял Тео больше всего хлопот. Судя по остекленевшему взгляду Джулиана и его поникшей осанке, Тео не сомневался в том, что именно делал его брат.

— Где? — спросил он.

— Кухня. — Фердинанд сменил позу. — Пришел помощник и сказал мне, что Джулиан напивается в кладовке.

Тео выругался себе под нос.

— Прошлой ночью выбрали не его.

— Ну, по крайней мере, он не едет в центр города и не напивается в таверне.

— Не напоминай мне.

В прошлый раз, когда Джулиан пошел в таверну и напился до бесчувствия, он затеял драку с местными жителями, которые не знали, что он принц. Джулиан сломал несколько ребер, ударил кого-то по голове и даже привлек внимание городского судьи. Они должны были навести порядок. Он накричал на Джулиана, сказал ему, что он позор, и объяснил, что будет, если его ранят или выберут в следующий раз. Джулиан слушал с угрюмым выражением лица, а потом даже извинился, но вскоре вернулся к своим угрюмым и раздражительным манерам. Пока проклятие остается, его брат будет вести себя по-бунтарски.

— Попроси Беатрис заварить ему чашку имбирного чая.

Увидев блеск в глазах Фердинанда, Тео заколебался.

— Нет, отведи этого идиота наверх. Я попрошу Джеральда сходить в палату целителя.

— Пусть идет Фердинанд, — сказал Джеральд, появляясь из-за угла. — Я хотел бы поговорить с тобой.

Как только Джулиан был бесцеремонно брошен на кровать, а Фердинанд покинул Северную башню, два старших принца направились в комнату Тео.

— Не надо слишком строго относиться к его отношениям с Беатрис, — сказал Джеральд. — Они оба достаточно разумны, чтобы понимать последствия. Если Фердинанд может получить немного счастья от встречи с ней, то, думаю, пусть так и будет.

Тео выглянул в окно. В саду был крепкий парень, которому стукнуло едва пятнадцать. Он дарил букет пионов симпатичной доярке. Тео запретил себе и своим братьям любые романтические отношения с девушками. Он ненавидел себя за то, что навязал это правило, но не хотел, чтобы наследственное проклятие коснулось их детей.

— О чем ты хотел со мной поговорить?

— Я рассказал матери о твоей идее пригласить Илиану на торжество. Она ликовала.

Тео нахмурился. Он уже представлял себе, как мать широко улыбается и произносит тошнотворным девичьим голосом: «Как чудесно!»

— Она ничего не говорила о стоимости?

— Нет. На самом деле, она сказала, что хочет, чтобы все мы получили новую одежду, сшитую для этого случая.

Тео на секунду прикрыл глаза. Если бы не было определенной причины, то отец никогда бы не выбрал Маргариту в жены. Она во всех отношениях была недостойна королевского титула, не говоря уже о том, чтобы самостоятельно править.

— Близнецы вернулись от целителя? Я должен рассказать им о нашей цели пригласить Илиану.

— Я их не видел. Беатрис могла пригласить их остаться на некоторое время, учитывая, насколько сильным был дождь.

Тео выглянул в окно. Дождь давно прекратился, хотя на улице все еще было облачно. Вспомнив, как Джулиан напился, он почувствовал тревогу. Вполне возможно, что близнецы попали в беду.

— Я поищу их.

Он обыскал башню. Дверь в комнату близнецов была открыта, и за ней виднелись две пустые кровати. Не прятались они и в других комнатах — иногда им нравилось дразнить младших. Как раз в тот момент, когда он раздумывал, какое наказание преподнести близнецам, когда они вернутся, на лестнице послышались громкие шаги.

Итан и Энцо, знаменитая «золотая пара», вышли в коридор, и оба в веселом настроении и оживленно разговаривали.

— …она действительно хорошенькая…

— …жаль, что она всего лишь служанка.…

— Беатрис? — Имя помощницы целителя автоматически слетело с его губ.

Ему нравилась Беатрис. Он находил ее характер спокойным, а навыки компетентными, но так как она была довольно симпатичной девушкой, то вполне вероятно, она могла привлечь и его братьев. Некоторые из них флиртовали с ней (близнецы), одному она нравилась (Этьену, но он вырос из этого), но Фердинанд был по-настоящему влюблен в нее.

— О чем ты говоришь, старина? — спросил Итан, обнимая Тео за плечи.

Он был ниже ростом и обниматься было немного неловко, но он все равно часто делал это, зная, что Тео будет раздражен.

— Только не говори, что ты собираешься заставить Беатрис уехать. Это уже достаточно плохо, что она единственная девушка, с которой мы можем общаться ежедневно.

— Это она задержала вас до полудня? Вам обоим давно следовало вернуться. Чтобы перевязать эту царапину, потребовалась бы всего минута.

— Успокойся, старина, — сказал Энцо тоном а-ля «прекрати уже быть нервным». — Мы просто использовали драгоценную возможность проявить немного гостеприимства.

— Кто же тот несчастный, кто удостоился вашего гостеприимства?

— Молодая девушка… — Итан поднял два пальца и добавил еще один. — И к тому же хорошенькая. Она соответствует каждому пункту из списка Тео «От кого держаться подальше».

— Это всего лишь девушка, которая чинит нам обувь… Как ее зовут? Аликс. Ну, Аликс тоже была в палате целителя. Она повредила большой палец и не могла работать, бедняжка. Поэтому мы устроили ей экскурсию по портретной галерее. Мы причинили столько горя Императорской гардеробной. Они будут охотнее работать на нас, если мы будем хорошо к ним относиться.

— Та длинная речь, которую ты произнес, была, по сути, одной фразой. Просто признай: тебе хотелось пофлиртовать с девушкой.

— Да, ладно, Тео, — сказал Итан. — Она не какая-нибудь знатная дама. Мы только сегодня с ней познакомились и, возможно, больше никогда ее не увидим.

Тео медленно вдохнул. Он понимал, что ведет себя неоправданно грубо, но с близнецами ему приходилось быть строже из-за их характеров. Он бы не волновался, будь это Джеральд или Джулиан. Джеральд был достаточно благоразумен, чтобы держаться подальше от пылких женщин, а Джулиан… Ну, он не мог себе представить, чтобы Джулиан ухаживал за девушкой. Не то чтобы его брат предпочитал мальчиков, но большинство девочек не стали бы мириться с грубостью Джулиана. Даже Петронилла.

— Возвращайся к тренировкам, — наконец, сказал он.

* * *

Через несколько дней Тео услышал стук в дверь. Посыльный принес конверт и сложенный листок бумаги.

— Сообщение для вас, Ваше Высочество.

Тео, который во время обеда чувствовал себя необычайно раздраженным, только хмыкнул в ответ. В конверте был ответ от принцессы Илианы. К его большому облегчению, она написала, что для нее это большая честь, и она будет рада увидеть Сейвони.

«Близнецы будут в восторге», — подумал он.

Представился шанс пообщаться с прекрасной молодой принцессой. Ему придется напомнить им, что Илиана не будет перспективным выбором, пока проклятие не снято. Смысл в том, чтобы расспросить ее о магине и молиться, чтобы это было на шаг ближе к снятию проклятия.

Второе сообщение заставило его встать и усилить гнев. Сапожник сказал, что ботинки Энцо нельзя починить.

— Тео? — Джеральд пытался его задержать. — Сядь. Ты даже не закончил есть.

Тео стряхнул его руку.

— Я иду в Императорскую гардеробную.

* * *

Шагая к Западной башне, Тео гадал, что скажет сапожнику. У них заканчивались деньги. Они едва могли позволить себе купить новые заклинания. Сапоги надо было починить.

Когда он проходил мимо фонтана, появился Ле Грис. Тео коротко кивнул ему и пошел дальше. Ему не хотелось останавливаться и разговаривать с ним. Черт возьми, даже если бы у него не было задания, он не захотел бы разговаривать с канцлером. Этот человек, с его елейным голосом и лисьей улыбкой, всегда действовал ему на нервы.

Он не хотел останавливаться, пока не дойдет до Императорской гардеробной. Мадам Эммануэль подошла поприветствовать его, но он отмахнулся от нее.

— Мне нужно поговорить с сапожником.

Она вошла в комнату. Вскоре оттуда вышла молодая девушка, невысокая и стройная. Что-то в ней показалось ему знакомым, хотя он не был уверен, когда и где мог увидеть ее. Она насмешливо посмотрела на него и присела в реверансе.

— Ваше Высочество.

— Вы тот самый сапожник? — недоверчиво спросил он.

Он не ожидал, что сапожник окажется таким молодым и женственным. Он ожидал увидеть старика.

— Да, Ваше Высочество. Вы хотели поговорить со мной? — Она посмотрела на него настороженно, но с любопытством.

— Сюда.

Они пошли по коридору. Тео не останавливался, пока не нашел пустую комнату, распахнул дверь и практически втащил ее внутрь.

— Ты послала сообщение, что не можешь починить сапоги Энцо?

— Ваше Высочество, сапоги вашего брата не подлежат ремонту. Мой отец был сапожником, и я никогда не видела, чтобы он чинил сапоги — если их можно назвать сапогами — которые были полностью разбиты. Мы клеим отвалившиеся подошвы или латаем дыры. Мы не сшиваем куски вместе, как если бы сапог был тряпичной куклой.

— Это не имеет значения.

— Даже если я смогу сшить их обратно, Энцо не будет их носить. Он заботится о своей внешности. На ботинках останутся неровные следы нитей и гвоздей.

— Это не имеет значения, — повторил он, а затем сделал паузу. — Откуда ты знаешь, что Энцо очень внимателен к своей внешности?

В ее глазах мелькнуло виноватое выражение.

— Ты та самая прислуга из Императорской гардеробной. — Он сделал шаг к ней. — Ты провела с ними день после того, как… я имею в виду три дня назад.

Она хорошенькая, вынужден был признать он. Немного худощавая, что указывало на недостаток еды, но были и другие вещи, которые любой мужчина оценил бы по достоинству. Ее глаза были ярко-зелеными с золотыми искорками, ресницы длинными и дымчатыми, а лицо свежим и лишенным румян. Тео покачал головой. Должно быть, именно его двадцатишестилетнее самоуправляемое безбрачие и вызвало такое влечение.

— Никогда больше не позволяй мне видеть тебя в их компании, — приказал он. — Даже если они пригласят тебя. Ты должна будешь отказаться.

Она кивнула, удивив его. Он не ожидал, что та сразу же согласится держаться подальше от его братьев. Может, у нее есть кавалер. Не то чтобы это его беспокоило. В приоритете были братья.

— В любом случае, — сказал он, — ты должна починить эти сапоги. Неважно, что они уродливы. Я хочу, чтобы они были сделаны как можно скорее.

— Проще купить новую пару.

— Если ты отказываешься выполнить мою просьбу, то можешь паковать чемоданы. — Тео решил, что лучше угрожать, чем спорить. — Замок не нуждается в персонале, который не может выполнить приказ.

К его большому удовлетворению, она выглядела встревоженной. Очевидно, работа имела для нее значение.

— Почините их или уходите.

Он ушел, уже зная ее ответ.

Глава 11

— Я не хочу домой, — проворчал Фабио.

В конце каждого месяца у них было два выходных дня, и большинство слуг пользовались этим случаем, чтобы вернуться домой и навестить свои семьи. Аликс, однако, не терпелось покинуть замок. Они получили месячное жалованье из казны. Позвякивая золотыми дукатами в кошельке, девушка с облегчением поняла, что сможет заплатить за квартиру. Они должны были заплатить несколько дней назад, но Жаклин могла использовать свои доходы от шитья, чтобы продержаться некоторое время.

— Ты можешь остаться у меня, — предложила она. — Если не возражаешь против нашей тесной квартирки. Тетушка будет рада тебя видеть. Или можешь остаться в замке.

— Я должен идти, иначе моя мать ворвется в замок. — Лицо Фабио было мрачным. — Она написала мне несколько дней назад. Она устраивает мне встречу с девушкой.

Он произнес слово «девушка» так, словно это был жук на его рубашке. Аликс обиделась бы, если бы не сочувствовала его затруднительному положению. Фабио происходил из семьи, принадлежавшей к верхушке среднего класса. Его отец зарабатывал приличный доход, работая адвокатом, а мать тоже была талантливой портнихой. Неудивительно, что его родители были недовольны, когда Фабио решил стать портным, и отец пригрозил отречься от него, если он не женится до двадцати пяти лет. С его навыками портного, Фабио не нужно было беспокоиться о том, чтобы зарабатывать на жизнь, но отчужденные отношения с родителями все же приносили боль.

Аликс не знала, что сказать. Однажды, когда Фабио остался дома с простудой, его мать пришла в магазин Анны-Марии и спросила Аликс, не согласится ли она позаботиться о ее сыне.

— Лучше уж ему поселиться с девушкой, которой он доверяет, чем ослушаться отца, — сказала она со слезами на глазах. — А ты не подумаешь о нем, Аликс?

Аликс умела отговорить клиента, но от этого вопроса потеряла дар речи. Она не могла солгать и заверить мать Фабио, что тот однажды придет в себя, если появится подходящая женщина. Зная Фабио много лет, она прекрасно понимала, что ее друга привлекают только мужчины.

— Может быть… — начала она, но тут ее охватила дремота, и она зевнула.

— Бедная Аликс. — Фабио похлопал ее по плечу. — Ты вчера всю ночь не спала, чинила сапоги, да?

— Я должна была это сделать, иначе Тео бы выгнал меня из Императорской гардеробной, — Аликс поморщилась. — Почему он так зациклился на этих ботинках? Они даже не принадлежат ему. Они принадлежат Энцо.

— Сентиментальная ценность? — сказал Фабио. — Может быть, это подарок отца.

Это было вполне правдоподобное объяснение. Тем не менее поведение наследного принца было экстремальным, независимо от какой-либо сентиментальной ценности. Она вспомнила, как Тео возвышался над ней, глядя так, словно мир может рухнуть, если она не сделает то, что он сказал.

— А, вот и повозка. — Фабио потянул ее за руку. — Давай быстрее, пока она не заполнилась.

* * *

На улице перед их домом было больше народу, чем обычно. Дюжина людей стояла в очереди перед большим домом, выкрашенным в зеленый и золотой цвета, через дорогу. На стенах висели вывески с надписями: «Самая свежая рыба в городе», «Пирог с заварным кремом и булочками» и «Хлеб Реми».

— Похоже на новое заведение, — сказал Фабио, когда повозка остановилась. — Жаклин могла бы ходить туда за куском пирога с заварным кремом, когда ей не хочется готовить.

— Могла бы, — сказала Аликс, выбираясь из повозки. Она положила руку на локоть Фабио. — Надеюсь, ты найдешь выход из уговора с матерью. Если я могу чем-то помочь, просто дай мне знать.

Фабио помрачнел.

— Мне придется притвориться, что девушка — это Джеральд.

Аликс несколько раз видела второго по старшинству принца на территории замка. Даже в очках он был самым красивым созданием, которое она когда-либо видела. Черты его лица были так безупречны, что их можно было бы сделать на заказ. Она слышала, что он нравится даже мужчинам, которые обычно предпочитают женщин.

— Увидимся послезавтра. — Она положила руку ему на плечо и направилась к зданию.

Мужские голоса донеслись сверху еще до того, как она вошла в квартиру. Озадаченная, Аликс ускорила шаг. Тетя Жаклин не могла принимать гостя мужского пола. К ее удивлению, дверь оказалась распахнутой настежь. Миссис Куинси, хозяйка дома, была там с мужчиной.

— А отсюда прекрасный вид на улицу, — сказала миссис Куинси, подходя к окну. — Посмотрите на людей, которые ждут у входа в новое заведение. Отсюда вы можете подождать, пока они уйдут, и проскользнуть через улицу. Нет нужды ждать вместе с ними.

Негодование поднялось в ее горле, подпитывая ее огнем. Алекс сжала кулаки и шагнула внутрь.

— Где моя тетя?

Миссис Куинси обернулась. Она не выглядела ни виноватой, ни смущенной.

— Итак, ты вернулась, девочка. Как раз вовремя, чтобы помочь тете собраться.

— Мы никуда не пойдем. — Алекс повысила голос. — Мы никогда не говорили, что покидаем это место.

Будущий жилец посмотрел на миссис Куинси.

— Это не то, что вы говорили.

— Завтра она уезжает с тетей, — твердо сказала миссис Куинси и указала пальцем на Аликс.

— Ты на неделю опоздала с арендой за прошлый месяц. Я лучше сдам это место кому-нибудь со стабильной, хорошо оплачиваемой работой, чем буду ждать, пока ты будешь платить каждый месяц. Это не благотворительное заведение.

— У меня есть арендная плата за прошлый месяц, — Аликс вытряхнула содержимое сумочки. — Я не могла уйти раньше.

Миссис Куинси уставилась на монеты.

— Арендная плата теперь составляет тридцать дукатов в месяц.

У Аликс возникло сильное желание ударить ее по лицу. Раньше арендная плата составляла двадцать дукатов.

— Вы не можете поднять арендную плату на пятьдесят процентов!

Миссис Куинси моргнула, словно пытаясь понять, точны ли расчеты Аликс. Потом она пожала плечами.

— Я здесь хозяйка. И я устанавливаю правила. — Она махнула рукой в сторону окна. — Посмотри на людей снаружи. Неужели ты не понимаешь, что живешь в одном из самых дорогих районов города? Спроси любого, кто живет в соседних зданиях. Мне давно следовало поднять арендную плату. — Она скрестила руки на груди. — Плати тридцать дукатов или проваливай.

Мужчина ничего не ответил. Он не выглядел потрясенным непомерной суммой за месяц аренды. Работая в магазине Анны-Марии, Аликс могла сказать, что материал рубашки этого человека был высокого качества.

Но она не могла просто так сдаться.

— Вы подняли арендную плату только за этот месяц. В прошлом месяце было еще двадцать.

— У меня нет времени, чтобы тратить его на тебя, девка, — прорычала миссис Куинси. — Ты не можешь позволить себе платить за квартиру в следующем месяце. Ты всего лишь ученица портнихи.

— Замок платит мне более чем достаточно, — солгала Аликс.

Миссис Куинси выглядела озадаченной. Аликс ответила ей ровным взглядом. Она вздернула подбородок и склонила голову набок с презрительным выражением в глазах, словно говоря, что работа в замке является достаточным доказательством того, что она хорошо зарабатывает. Миссис Куинси не нужно было знать, что она получает только тридцать дукатов в месяц. Если только хозяйка не пойдет в замок.

Затем на лестнице послышались шаги — медленные, но уверенные.

— Дитя? — тетя Жаклин вошла в квартиру, неся коричневый бумажный пакет. В воздухе витал аромат свежеиспеченного хлеба. — Миссис Куинси! — замешательство омрачило ее морщинистое лицо, когда она посмотрела на хозяйку. — Что привело вас сюда?

Будущий жилец повернулся к миссис Куинси.

— Думаю, мне лучше взглянуть на соседнее здание. Хорошего дня.

Миссис Куинси разочарованно фыркнула и последовала за ним, но не раньше, чем послала Аликс гневный взгляд. Жаклин положила хлеб на стол и опустилась в кресло-качалку.

— Значит, она уже показывает квартиру другим.

— Ты знала?

— Я подозревала, но не думала, что это случится сегодня. Наверное, она узнала, когда я уходила. — Жаклин вздохнула. — Мне не хочется об этом думать, но нам придется переехать.

Боль пронизала ее слова. Жаклин жила здесь с тех пор, как стала невестой. Были воспоминания, которыми она дорожила вместе с мужем, который умер десять лет назад. Даже если бы не было сентиментальных соображений, то переезд являлся огромным риском. Дешевое заведение находилось в отдалении от магазинов и киосков, а Жаклин не могла далеко ходить, учитывая ее возраст. Не говоря уже о том, что дешевое заведение, скорее всего, находилось в захудалом районе, где безопасность была главной заботой. Родители Аликс жили в маленькой грязной мансарде в трущобах, и она сделала бы все, чтобы не возвращаться в такое место.

— Нет. — Алекс скрестила руки на груди. — Я заплатила ей за прошлый месяц.

Жаклин подняла бровь.

— Замок платит тебе достаточно, даже несмотря на повышенную арендную плату?

— Остальное я могу заработать комиссионными, — сказала Аликс, хотя прекрасно знала, что Императорская гардеробная комиссионных не берет. В магазин Анны-Марии заходили покупатели и заказывали сшитые на заказ платья по разным ценам, в зависимости от того, сколько стоил материал и сколько труда ушло на производство. С другой стороны, портнихи в замке должны были делать все, что мадам Эммануэль назначала им за определенную сумму каждый месяц.

— Будет ли у тебя время на комиссионные?

— Фабио может помочь мне, — легко сказал Алекс. — Вы знали, что его мать хочет устроить ему встречу с девушкой?

Она перевела разговор на затруднительное положение Фабио, и Жаклин, которая знала все о Фабио и его предпочтениях в отношении мужчин, слушала с интересом. Но хотя она больше не упоминала об арендной плате, Аликс чувствовала, что тетя не успокоилась.

Глава 12

Дни рождения должны быть радостными событиями. Но когда сегодня Роланду исполнилось двенадцать, его встретили мрачные лица. Даже королева Маргарита, которая всегда оставалась жизнерадостной и оптимистичной несмотря ни на что, не возражала, когда Тео сказал ей, что они предпочли бы праздновать в Северной башне. Он не хотел, чтобы придворные и слуги заметили их безрадостные лица и удивились, почему одиннадцать старших братьев Роланда так расстроились из-за того, что ему исполнилось двенадцать.

В общей комнате двенадцать принцев собрались на стульях и креслах, а Роланд сел в центре. Перед ним на столе лежал торт. Это было произведение искусства из корицы, изюма и сливок — ингредиентов, которые он любил. Это одно из немногого, что они могли сделать для него.

Тео огляделся. Иногда он чувствовал себя скорее отцом, чем старшим братом. На полу лежали Рено и Этьен, четырнадцати и пятнадцати лет соответственно. Шестнадцатилетний Дюма подбрасывал дрова в огонь, а Жан, который был на год старше, складывал их в кучу. Рафаэль, Фердинанд и Итан собрались вокруг Энцо, когда он показал им сапоги, которые Аликс починила. В углу, полузакрыв глаза, сидел в кресле Джулиан — одиночка, как всегда.

Джеральд вошел в комнату, неся два огромных кувшина с имбирным элем и лимонадом. Сельма следовала за ним с чашками в руках. Она посмотрела на Роланда долгим сочувственным взглядом, молча положила руку ему на плечо и вышла.

— За нашего младшего брата! — сказал Энцо, поднимая свою чашку. — С днем рождения, Роланд!

— Пройдет еще немного, и ты сможешь выпить вместе с нами, — сказал Итан, хлопая Роланда по спине.

Не было закона, который предписывал бы, когда можно начинать пить, но обычно в обществе это не одобрялось то, что ребенок употребляет алкоголь.

— И заставлять хорошеньких служанок краснеть, когда проходишь мимо, — добавил Энцо.

Близнецы ухмылялись, но, несмотря на все усилия, атмосфера оставалась напряженной. Никто не сказал самой важной вещи о том, что Роланду исполнилось двенадцать. Это означало, что сегодня он больше не сможет оставаться здесь. Он должен будет пойти с ними, когда колокол пробьет двенадцать.

Тео прочистил горло. Он не собирался думать, что Роланд может не дожить до тех пор, пока не станет достаточно взрослым, чтобы пить. Роланд был не только самым младшим, но и самым уязвимым. Его лицо было слишком бледным и редко светилось здоровьем. Он был невысок для своего возраста, а руки и ноги были тонкими независимо от того, сколько они заставляли его есть. Ему не нравились тренировки, но он должен был делать это, если хотел выжить.

— Прежде чем мы разрежем торт, хочу сказать несколько слов.

Что-то в выражении лица Тео заставило его братьев замолчать, даже неугомонных близнецов.

— Тетя Клаудия недавно вернулась. Она сказала, что магиня связана с королевской семьей Арксана.

Фердинанд и Дюма резко вздохнули.

— Принцесса Илиана прибудет через несколько дней. Мне нет нужды напоминать вам, что мы должны сделать все возможное, чтобы получить от Илианы ключ к разгадке. Но не спрашивайте ее напрямую, иначе она заподозрит неладное, и никто из нас не сможет сказать ей правду. И даже если мы сможем объяснить, вряд ли она нам поверит.

— А как она выглядит? — пропищал Джин.

Это был его способ спросить, красива ли принцесса.

— Она унаследовала внешность своей матери, — сказал Джеральд.

Арксанская королева была известна как истинная красавица. Король выбрал ее из сотен женщин на балу. Все, кроме Джулиана, просияли. Даже младшие выглядели заинтересованными. И неудивительно. Был шанс снять проклятие, вступив в контакт с прекрасной молодой иностранной принцессой.

— Значит ли это, что ты наконец-то позволяешь нам флиртовать? — Итан радостно потер руки.

— До тех пор, пока ты придерживаешься разумных пределов, — согласился Тео. Все, что угодно, лишь бы получить подсказку от Илианы. — Мы не можем разрушить проклятие сами. Так что да, флиртуй, если хочешь, но постарайся не запугать ее своим… избытком чувств.

— Мы не запугиваем, — сказал Энцо, выглядя оскорбленным. — Мы можем быть совершенно очаровательными и неотразимыми. Все женщины в замке влюбятся в нас, если мы включим свое обаяние.

Никто, кроме его близнеца, казалось, не обращал на него никакого внимания.

— И помните об обычаях Арксана, — твердо сказал Тео. — Будьте пунктуальны. Будьте прямолинейны и…

— Не оскорбляйте их пищу, — хором сказали близнецы.

На этот раз напряжение спало. Все выглядели удивленными.

Арксанцы, несмотря на свою скрупулезность, не обладали талантом, когда дело касалось гастрономических вкусов. Их пища была простой и пресной. Поговаривали, что арксанец может умереть от употребления острой пищей.

— Роланд, вот тебе подарок, — сказал Джеральд. Он положил кинжал на стол рядом с тортом. Лезвие ярко и остро блеснуло на темной деревянной поверхности стола. — Я не смог найти заклинание, которое могло бы позволить клинку прорезать броню, но он все равно острый. Используй больше силы и ударь в одно и то же место дважды, и лезвие пройдет насквозь.

— Но что, если он не сможет разрезать одно и то же место дважды? — вмешался Джулиан. — Противник не будет таким тупым.

Тео помрачнел.

— Тогда нам нужно лучше тренировать Роланда. Моделируйте каждую ситуацию, которая может возникнуть.

— Это будет нетрудно, — сказал Джеральд.

— С заколдованными сапогами он может бегать так же быстро, как олень, и прыгать так же высоко, как горный лев.

Роланд осторожно поднял кинжал, словно никогда в жизни не держал его в руках.

— Спасибо, Джеральд, — просто сказал он.

Джеральд погладил младшего брата по голове.

— С сапогами и кинжалом все будет в порядке. Кроме того, тебя могут даже не выбрать.

Как раз в этот момент Сельма просунула голову в комнату. Она подняла руку и посмотрела на него.

— Простите, Ваше Высочество, но канцлер снаружи. Хочет поговорить с вами.

Упоминание о Ле Грисе немедленно вызвало стоны у принцев.

— Тебе лучше идти прямо сейчас, — сказал Джеральд. — На случай, если он придет в общую комнату…

— …и я выставлю ногу и заставлю упасть ничком, — закончил Итан. — Джеральд, а разве нет заклинания, которое заставило бы его отрастить хвост?

— Слишком поздно произносить заклинание, — сказал Джеральд, и улыбка тронула уголки его губ.

— Очень плохо. — Энцо испустил тоскливый вздох.

— В следующий раз, когда поедешь в город, найди заклинание, чтобы у него на лице выросли бородавки. Н-е-е-е, забудь. Пусть бородавки вырастут у него на заднице.

— Достаточно. — Тео поднял руку. — Убери кинжал с глаз долой и разрежь пирог. Я скоро вернусь.

Он вышел из общей комнаты и направился к выходу. Сильный порыв ветра ударил ему в лицо, напомнив, что лето почти закончилось.

«Только бы никто не простудился», — взмолился он.

Ферди чуть не потерял руку, когда ходил с больным горлом и насморком.

Ле Грис ждал его под деревом. Услышав приближающийся звук, канцлер обернулся и одарил его (раздражающей, по мнению Тео) улыбкой.

— Ваше Высочество, — его голос был скользким, маслянистым, как обычно, — простите, что прерываю вас во время празднования дня рождения младшего принца. Хотя я не могу понять, почему вы отказываетесь от празднования в столовой, когда все могут присоединиться к праздничному мероприятию.

— Роланду хотелось устроить небольшой приватный праздник.

— На самом деле, я помню подобные случаи, когда у других принцев были дни рождения. Называйте меня дерзким, Ваше Высочество, но позвольте заметить, что ваша с братьями изоляция от общества не сулит ничего хорошего. Как принцы Сейвони вы не можете позволить себе роскошь.

Тео глубоко вздохнул.

— О чем вы хотели со мной поговорить?

— Мы встретимся сегодня вечером, чтобы обсудить детали приезда принцессы Илианы. Например, рассадка гостей во время банкета, обмен подарками и какие места в столице она могла бы посетить во время своего пребывания.

Тео выругался себе под нос. Из всех возможных вариантов времени проведения этой встречи Ле Грис выбрал сегодняшний день.

— Я уже составил планы на сегодняшний вечер, — сказал он, стараясь говорить беззаботно. — Встреча может состояться завтра.

— Я потратил немало усилий, координируя расписание каждого, и сегодня — единственное время, когда они могут присутствовать. Время нельзя изменить в последний момент, Ваше Высочество. Илиана прибудет через пять дней.

«Тогда почему вы не спросиил меня до того, как была назначена встреча?»

Почему-то возникло ощущение, что Ле Грис специально выбрал это время. Было несколько случаев, когда Тео просили присутствовать, но он не мог из-за проклятия. Ле Грис, должно быть, запомнил даты, когда они должны были исчезнуть в полночь.

— Поскольку вы сейчас недоступны, я, пожалуй, лучше спрошу Джеральда.

— У него тоже есть планы, — быстро сказал Тео, слишком быстро.

Ле Грис поднял рыжеватую бровь.

— А как же Фердинанд? Джулиан? А… могу ли я осмелиться спросить, какие важные планы вы строите? Планы, которые имеют приоритет перед визитом иностранной принцессы?

Их взгляды встретились. В уголках губ канцлера появилась легкая улыбка. У Тео возникло сильное желание схватить его за шею и швырнуть в самый колючий розовый куст поблизости.

— Я очень верю в вашу… способность планировать события, — сказал Тео, жалея, что не может придумать причину получше.

Близнецы сделали бы какой-нибудь беззаботный комментарий или нашли бы другую тему, чтобы отвлечь внимание от этого трудного вопроса.

— Уверен, что с моим присутствием или без него будет мало разницы. Управление замком осуществляется несколькими людьми, а не только мной.

— Возможно. — Улыбка Ле Гриса осталась лукавой и ядовитой. — Но, Ваше Высочество, учитывая, что вам предстоит однажды править королевством, персонал будет очень разочарован, если вы не примете участия в мероприятии. Даже если вы не сделаете никаких предложений, ваше присутствие будет оценено.

Желание швырнуть Ле Гриса в колючий куст становилось все сильнее.

— Раз уж мое присутствие так важно, вам следовало сначала спросить меня. — Тео выпрямился во весь рост и уставился на Ле Гриса, словно отчитывая ребенка. Он не позволит канцлеру испытывать удовольствие от критики в его адрес. — Вы ошиблись, Ле Грис. Чтобы избежать повторения этой ошибки в будущем, не назначайте встречу, не сверившись с моим расписанием заранее. Хорошего дня.

Тео повернулся и зашагал обратно в Северную башню, довольный тем, что красноречивый канцлер остался смущен его последними словами.

Глава 13

— Итак, какой была эта девушка?

Аликс и Фабио сидели на камне под деревом возле птичьего двора. Поскольку Илиана должна была приехать через несколько дней, на кухне кипели приготовления, особенно к большому банкету в день ее приезда. В обычный день кухня готовила еду в два-три приема, так как столовая одновременно не могла вместить всех, кто ел там. Повара объявили, что они пришлют подносы только один раз, так что слугам придется принимать пищу в другом месте. Именно так поступили Фабио и Аликс. Они отправились на кухню, нашли суп и бутерброды, разложенные на большом столе, и принялись за еду на улице.

В Императорской гардеробной тоже было особенно оживленно. Придворные заказали новую одежду, и даже прислуга, желая выглядеть как можно лучше перед иностранными гостями, принесла рубашки и туники, которые следовало починить и подшить.

Аликс была благодарна принцам за то, что они не износили сапоги в последнее время, иначе ей пришлось бы не спать всю ночь.

Фабио испустил глубокий вздох.

— Она прелестна. Волосы как шелк, глаза яркие, как новые пуговицы, щеки розовые, как персиковое платье, которое я сшил для королевы. Увы, если бы только она была мужчиной. Как я ни старался, она не могла возбудить никакой страсти в моем своенравном сердце.

— А как восприняли это твои родители?

Еще один гигантский вздох.

— Обыкновенно. Отец со мной не разговаривал. Мать спросила меня, почему я не могу притвориться влюбленным и предаться своей истинной страсти в сдержанной манере после женитьбы. Но я не могу быть таким жестоким. — Фабио приложил руку к сердцу.

Интересно, подумала Аликс, сколько раз он посещал театральные постановки. Из него тоже вышел бы неплохой актер.

— Такой нежный цветок заслуживает лучшего партнера, чем я. Даже если я не смогу полюбить ее, я не разобью ее хрупкое сердце. О, Аликс, иногда мне хочется вернуться в детство. — Фабио указал на нескольких детей, играющих в карты во дворе. — Я хочу вернуться в тот период, когда мне не приходилось бороться с проблемами и когда родители не напоминали постоянно, что я должен жениться. Ах, как приятно быть молодым и беззаботным!

— Тебе двадцать, — весело сказала Аликс. — Тебе еще рано говорить тоном старика.

— Щелк! — закричал мальчик, показывая, что его колода карт исчезла. — Я выиграл!

Карточная игра также навевала мысли о детстве. Аликс вспомнила, что были дни, когда она умоляла родителей поиграть с ней. Будучи сапожником, ее отец не мог позволить себе покупать игрушки, кроме тряпичных кукол. Она сидела на полу, пока отец раскладывал молотки и клей, мать раскладывала по углам стопки туфель и ботинок, и все трое начинали играть.

Она отдала бы все, чтобы вернуть родителей. Но в данный момент она не могла обеспечить даже свою тетю. Как ей вовремя заплатить за квартиру в следующем месяце? Попросить у Фабио взаймы? Но даже если она проглотит свою гордость, у него не будет лишней монеты. С тех пор как его родители узнали, что он предпочитает мужчин, они перестали давать ему карманные деньги.

— Нам пора возвращаться, — услышала она свой голос.

Они срезали путь к Западной башне. Аликс заметила маленькую одинокую фигурку, стоявшую возле птичьего двора. Это был мальчик лет десяти. Расшитая золотом туника указывала на его принадлежность к аристократии. На его лице застыло задумчивое выражение, когда он смотрел на играющих детей.

Аликс толкнула Фабио локтем.

— Посмотри на этого парня в красной тунике, — прошептала она. — Он выглядит так, будто хочет поиграть с этими детьми. Наверное, он единственный ребенок в семье.

— Ты бы никогда не догадалась, насколько это далеко от истины. — Глаза Фабио расширились. — Это Роланд, младший из принцев. Интересно, что он здесь делает?

Пораженная, Аликс бросила еще один взгляд на Роланда. Ребенок с одиннадцатью старшими братьями должен быть избалованным и энергичным, но Роланд выглядел так, словно никогда не ел досыта. Он выглядел так, будто его детство было хуже, чем у нее или Фабио.

Он заметил ее любопытный взгляд и отвернулся. Аликс проследила, как он исчез в направлении Северной башни, и повернулась к Фабио.

— Что это было?

Он пожал плечами. В его глазах было явное беспокойство.

— Я действительно не знаю. слышал, что он всегда был таким, едва натягивал улыбку.

Как Тео. Но в то время как старший принц был более агрессивным, склонным к гневу, младший принц казался более уязвимым. Интроверт. Аликс почувствовала к нему жалость, хотя и не знала почему.

— Доброе утро, — мягко произнес чей-то голос.

Аликс испуганно отскочила назад. Это был Ле Грис, канцлер, который смотрел на нее с непроницаемым выражением лица.

— Мы… мы как раз собирались в Западную башню, сир, — запинаясь, пробормотал Фабио. — Мы не хотели мешкать. Мы только закончили завтракать, и…

— Я бы хотел поговорить с ней, — сказал Ле Грис, не сводя глаз с Аликс. — Передайте мадам Эммануэль, что я хочу поговорить с Аликс. Она поймет.

Глаза Фабио расширились, но он ничего не мог сделать, кроме как поклониться и уйти. Сама Аликс была полна любопытства. Почему Ле Грис хочет поговорить с ней? И откуда он знает ее имя?

Ле Грис подвел ее к небольшому зданию рядом с кухней. Мешки с мукой и сахаром указывали, что оно предназначалось для хранения.

— Закрой дверь, — сказал он. — Нет необходимости выглядеть испуганной. Я уже позавтракал. Я не собираюсь тебя есть.

Он улыбнулся, явно забавляясь собственной шуткой. Аликс улыбнулась в ответ, хотя внутри у нее все еще было неспокойно.

— Ты прибыла в замок со своим другом около месяца назад. — Ле Грис сцепил пальцы. — Как ты находишь свою жизнь здесь?

— Откуда вы знаете?..

— Помнишь нашу первую встречу?

Образ этого человека — грубого и недружелюбного — возник в ее сознании. Она спрашивала дорогу к Западной башне, Тео не хотел помогать, пока не вмешался Ле Грис.

— Да, сир. Вы были очень любезны к нам.

— Я рад, что ты помнишь. — Ле Грис шагнул к ней.

Аликс заставила себя не отступать. Он не причинит ей вреда: у него нет причин делать это.

— Потому что у меня есть просьба. Вернее, предложение. Договоренность, — пояснил он, видя, что ее лицо ничего не выражает.

— Я хочу, чтобы ты выяснила, чем Тео занимается каждые две недели.

Аликс была настолько ошеломлена, что не могла говорить — редкий случай для девушки, которая, как известно, очаровывала покупателей на большие траты, чем им было нужно.

— На самом деле, я имею в виду не только Тео. Принцы, все двенадцать, что-то замышляют. Раньше я этого не замечал, но в последнее время принцы не появлялись раньше полудня в определенный день каждые две недели. И почти каждый раз, во второй половине того же дня, один из них навещает палату целителя.

Его слова пробудили воспоминания, на которых она не заостряла внимания. Израненная и кровоточащая рука Фердинанда. Рана Энцо на лице. Она не была уверена, что их разделяет ровно две недели, но знала, что эти два инцидента не случаются в течение нескольких дней.

— Но почему я?

Конечно, в замке были и другие люди, которые справились бы лучше. В этом не было никакого смысла. Должны были быть и другие, лучше приспособленные к маневрированию придворной политикой. Не девушка, которая только и умеет, что чинить башмаки.

— Я видел, как ты разговаривала с Тео, — сказал Ле Грис. — Ты его не боишься. Я также наблюдал, как вы общались с близнецами, когда обедали с ними на днях. В отличие от большинства людей в замке, ты можешь держать себя в руках с принцами. Я не могу просить человека, который дрожит и съеживается при слове «шпионить».

— Вообще-то я их побаиваюсь, — сказала Аликс, надеясь отговорить его. Она была озадачена насчет принцев, но ей не нужно было искать неприятностей. Она не могла позволить себе потерять работу в замке. — Я необычайно хорошо умею скрывать свои чувства.

— И есть еще одна причина. Я знаю, что вы живете в одном из самых богатых районов столицы. Вы не можете позволить себе жить там на зарплату сапожника с тех пор, как открылась эта новая забегаловка. Если ты узнаешь, что задумали Тео и его братья, я дам тебе тысячу дукатов.

Последовало еще одно заявление, от которого у Аликс перехватило дыхание.

— Это очень великодушно с вашей стороны, сир, — пробормотала она. — Но я не уверена, что смогу. Это так неожиданно, и принцы узнают об этом…

— Ну, тогда смотри, чтобы они этого не сделали… Судя по тому, что о тебе рассказывал твой бывший работодатель, ты достаточно умна. Петронилла постоянно приставала ко мне, требуя больше карманных денег, благодаря твоему подхалимажу.

Предложение в тысячу дукатов было заманчивым, настолько заманчивым, что ей захотелось тут же сказать «да». Но что-то в поведении Ле Гриса удержало ее от того, чтобы броситься к его ногам.

— А вы не пробовали спросить их самих? С некоторыми другими, например, с теми, кто помоложе, должно быть легче разговаривать.

Ле Грис выглядел слегка раздраженным.

— За кого ты меня принимаешь, девочка? Если бы все было так просто, мне бы и в голову не пришло предложить большую награду.

— Извините, — быстро сказала Аликс, будто он был покупателем, которого она оскорбила, сказав, что тот выглядит громоздким в одной тунике. — Глупо было с моей стороны спрашивать.

Ле Грис глубоко и медленно выдохнул.

— Я мог бы сказать тебе это, так как, вероятно, ты сама столкнешься с этим, когда будешь шпионить за ними. Дело в том, что каждый раз, когда я спрашиваю принцев, куда они ездят каждые две недели, они молчат об этом. В том числе и младшие. — Он постучал себя по подбородку. — Как будто кто-то наложил на них заклятие. Близнецы, например, уклоняются от ответа, изображая легкомыслие, но когда я спросил Дюма, которому в то время было всего тринадцать, слова замерли у него на губах.

Несмотря на нежелание шпионить за принцами, любопытство Аликс росло.

— Но я нужна в Императорской гардеробной. Мадам Эммануэль следит, чтобы я никогда не сидела сложа руки. Если у меня не будет обуви, которую нужно починить, она заставит меня шить и штопать.

— Я скажу Эммануэль, что нуждаюсь в твоих услугах. Она не доставит тебе никаких хлопот. Поверь мне. — Ле Грис посмотрел на нее. — Я понимаю, если такое необычное положение вещей доставляет тебе неудобства, моя дорогая. Однако позволь заверить тебя, что мы делаем это на благо королевства. Тео не должен продолжать в том же духе пренебрегать своими обязанностями и откладывать женитьбу, не говоря уже о некоторых других. Если мы сможем раскрыть то, что он скрывает и заставить его увидеть ошибки своих путей, королевство выиграет от реформированного правителя. Сейчас от него нельзя ожидать, что он станет королем, когда он едва появляется при дворе.

Он казался искренне обеспокоенным за Тео, и его слова были странно убедительны. И все же в глубине души у нее было неприятное чувство, что мотивы Ле Гриса не столь благородны, как он утверждал.

— Итак, мы договорились?

— Только одна вещь.

Ле Грис был ошеломлен, будто ожидал, что она ухватится за эту возможность. Ну, а кто бы не согласился, когда есть такая щедрая награда?

Аликс сглотнула и произнесла:

— Я хочу шестьдесят дукатов вперед.

— Ты в состоянии торговаться со мной?

— Нет, сир. Но, как вы знаете, я живу в дорогом районе. И живу с тетей, которая горбатая и близорукая. Я бы почувствовала себя лучше, если бы могла заплатить за квартиру в течение следующих двух месяцев. — Аликс всплеснула руками. — Я уверена, что справлюсь лучше, если не буду все время беспокоиться о тете.

Ле Грис уставился на нее, а затем вытащил счеты. Возможно, он и был канцлером, но, как и большинство сейвонцев, не был самым умным в цифрах. Когда он закончил, в его глазах появился блеск. Она не была уверена, что это благодарность.

— Никто не осмеливался торговаться со мной, мадемуазель. Но раз уж вы предложили, я тоже поставлю свои условия. Я дам тебе сто дукатов вперед, но, если ты не узнаешь, куда направляются принцы, я пошлю тебя работать на герцога Хьюберта. Я в долгу перед ним, и это отличный шанс отплатить ему. — Его пристальный взгляд прошелся по ней, заставляя съежиться.

Этот взгляд был ей знаком: мужчины на улицах и рынках смотрели на нее точно так же.

— Все же я верю, что у вас получится.

Холодок пробежал по спине. Хьюберт был дородным мужчиной, женатым пять раз. Известно, что мало кто из слуг задерживался у него надолго, так как он питал слабость к молодым и красивым мужчинам и женщинам.

— Три попытки. — Ле Грис поднял вверх три пальца.

— Я разрешаю тебе три попытки за шесть недель. Если ты потерпишь неудачу, тогда отправишься к Хьюберту. Ты будешь работать на него столько, сколько потребуется, чтобы вернуть сто дукатов. Но если добьешься успеха, я заплачу тебе оставшиеся девятьсот.

Аликс представила себе свое детство в трущобах. Если она откажется, то в следующем месяце их с Жаклин выставят на улицу. И если Ле Грис заплатит ей сто дукатов, у нее будет шесть недель, чтобы использовать эти деньги. Если шансов на успех мало, она может сбежать. И если ей это удастся…

— Ладно. Но мне нужен договор с нашими подписями.

— Боишься, что я откажусь от своего обещания? Очень хорошо, если это тебя удовлетворит.

— Когда мне начинать?

— Завтра ночью.

— Мне понадобятся сто дукатов до этого времени.

Ле Грис снял одно из своих рубиновых колец с толстых пальцев.

— Одно это стоит сотни дукатов. — Он натянуто улыбнулся и протянул кольцо с камнем. — Удачи!

Глава 14

— Ле Грис просил тебя шпионить за Тео? — ахнул Фабио, грозя ей пальцем. — Как он мог это сделать? Почему он не попросил меня? Я бы сделал это бесплатно.

— Поскольку ты ударил себя иголкой, когда представлял, как Джеральд упал в ров, он был бы дураком, если бы доверил тебе это задание, — строго сказала Аликс. — Но, честно говоря, как я буду шпионить за Тео? Что он сделает, если поймает меня? Скажет Эммануэль, чтобы она уволила меня и бросила в ров?

— Тео не стал бы этого делать, — настаивал Фабио. — Он запугивает людей, но я знаю, что он не стал бы применять насилие к уязвимой девушке.

— Откуда ты знаешь?

— Просто знаю. — Фабио приложил руку к сердцу. — Нужно быть очень чувствительным человеком, чтобы узнать другого.

У Аликс были свои сомнения насчет чувствительности Тео, но, с другой стороны, нельзя было использовать разум или логику, когда речь шла о принцах с Фабио.

* * *

Поглощенная предстоящей работой, Аликс механически чинила туфли, сандалии и ботинки. Ее пальцы двигались по коже и кнопкам, взгляд был сосредоточен на работе, но время от времени она переводила его на окно. С ее кресла за колокольней была видна вершина Северной башни. Были ли принцы все еще в башне, или они планировали еще одну таинственную вылазку?

Ле Грис дал ей календарь с предыдущими датами исчезновения принцев, отмеченными красными чернилами. Согласно ему, принцы должны были исчезнуть сегодня ночью. И если наблюдения Ле Гриса верны, то еще один принц окажется раненым.

К тому времени, когда она закончила чинить последнюю пару, у нее уже был готов план.

Аликс встала, ссложила молотки и тюбики с клеем в ящик для инструментов, вымыла руки в тазу с водой и сняла фартук, испачканный пылью и грязью. Утром пришел Ле Грис, чтобы извиниться за нее, и мадам Эммануэль как-то странно на нее посмотрела. Возможно, хозяйка Императорской гардеробной решила, что она попалась на глаза канцлеру, но Аликс было наплевать на мнение Эммануэль о ней. Ей нужна была тысяча дукатов, если она хотела сохранить крышу над головой своей тети.

Укол беспокойства поднялся, когда она вспомнила условия Ле Гриса. Если ей не удастся выяснить, куда делись принцы, то придется работать на Хьюберта. Аликс задвинула неприятную мысль на самое дно своего сердца — она разгадает тайну принцев.

В Северной башне было тихо. Казалось, что слуг в этом направлении стало меньше — было ли это приказано Тео или невысказанным желанием принцев избежать встречи, она не знала. Аликс взвесила в руках ящик с инструментами и взмолилась, чтобы ее план сработал.

Как и ожидалось, дверь была закрыта. Она подняла кулак и постучала.

К ее удивлению, дверь открыла полная женщина средних лет с румяным лицом и выражением, которое никак нельзя было назвать дружелюбным.

— Что? — рявкнула она.

— Мне нужно сообщить кое-что важное Тео. Принцу Тео.

— Я передам ваше сообщение, — резкий тон женщины был похож на Тео. — Я растила принцев с тех пор, как они были детьми. Все, что ты хочешь сказать Тео, может быть сказано мне.

— Мне очень жаль, но я должна встретиться с ним лично.

Ее взгляд усилился.

— Принц Тео невероятно занят, и у него нет времени на таких, как ты. Если ты этого не скажешь, то проваливай. — Она попыталась закрыть дверь.

— Пожалуйста! — В отчаянии Аликс всем своим весом навалилась на дверь. — Это насчет ботинок, ботинок Энцо. Я сапожница. Мне нужно рассказать ему кое-что о ботинках, которые я чинила в прошлый раз.

Женщина помолчала. Очевидно, сапоги были достаточно важны, чтобы привлечь ее внимание.

— Сельма? — Глубокий голос раздался позади женщины. Тео, высокий и широкоплечий, уставился на Аликс. Его глаза слегка расширились, когда он узнал ее. — Я правильно услышал, что речь шла о ботинках Энцо?

Теперь у нее появился шанс. Алекс сверкнула самой очаровательной улыбкой. Если это работает на самом крутом клиенте города, то сработает и на Тео. По крайней мере, она на это надеялась.

— Я пришла, потому что поняла: эти сапоги не были починены должным образом, Ваше Высочество. — Она открыла ящик с инструментами и показала им тюбик клея. — Я сделала все возможное, чтобы исправить их, но затем я обнаружила новую марку клея, который имеет превосходное качество адгезивности. Старый, который я использовала, был недостаточно хорош. Если он продолжит ими пользоваться, сапоги могут снова развалиться.

Тео выглядел встревоженным.

— Ты уверена, что они не выдержат?

Что-то необычное определенно было в этих ботинках.

— Я не уверена. — Аликс сделала искреннее лицо, зная, что легче выглядеть жалостливой, когда не хватает уверенности. Громкое «да» или «нет» без малейшего колебания вызовет подозрения. — Все зависит от того, насколько усердно он ими пользуется.

— Она лжет, — сердито сказала Сельма. — Она ловит момент, чтобы потребовать от тебя еще денег.

— О нет, вы меня не так поняли, мадам, — быстро сказала Аликс, поднимая руки. — Когда Его Высочество попросил меня починить эти сапоги, я не смогла сделать то, что он просил, так как сапоги были разорваны на куски. Я думала, что это была невозможная работа. Я попробовала, по его просьбе, но не была довольна готовым продуктом, поэтому искала способ улучшить свою работу. Уверена, это даст лучшие результаты. Без дополнительной платы. Просто дайте мне шанс проявить себя.

Вот так. Ее длинная речь, сопровождаемая сложенными руками и умоляющими глазами, сделала свое дело. Сельма все еще выглядела подозрительной, но ничего не сказала.

— Извините, — произнес незнакомый голос.

Аликс обернулась, это был мальчик на побегушках, одетый в темно-зеленую тунику, с большой объемистой кожаной сумкой.

— Я пришел, чтобы доставить то, что вы заказали, сэр, — сказал мальчик.

Он со вздохом облегчения поставил сумку на пол. Раздался глухой звон, означавший, что содержимое было металлическим.

Тео наклонился, чтобы поднять сумку. Он взглянул на Аликс, поколебался мгновение, а затем заговорил грубым тоном:

— Сколько тебе нужно времени?

— Несколько часов, сир. Верхние части уже сшиты вместе. Все, что мне нужно, это снова прикрепить подошвы.

— Очень хорошо. Пусть она сделает свою работу, — Сельма открыла было рот, желая возразить, но Тео покачал головой. — Проследи, чтобы она закончила работу.

Он открыл дверь пошире, пропуская ее внутрь. Сельма послала ей яростный взгляд, но потом стиснула зубы и зашагала по коридору.

— Сюда, девочка. Не мешкай, а то я тебя вышвырну.

Тео исчез в лестничном пролете, неся сумку с удивительной легкостью. Форма сумки, плюс звон металла внутри, заставили ее заподозрить, что она была наполнена оружием.

Ее провели в просторную комнату, уставленную креслами и столами. На окне стоял горшок с малиновыми розами на колючих стеблях. Там был большой камин — самый большой, какой она когда-либо видела. Перед камином лежал большой круглый ковер с узором из мечей и копий, вплетенных в толстую ткань. Комната выглядела уютной и привлекательной, в отличие от бесцеремонного характера Тео.

— Останься здесь.

Через мгновение сапоги были переданы в руки Аликс. Они выглядели грязными и изношенными, верх сапог был грязным и потрепанным. Хотя Алекс солгала, чтобы получить доступ в башню принцев, состояние ботинок Энцо заставит ее ложь стать правдой, если принц не позаботится о них лучше.

Сельма жестом указала ей на угол.

— Сядь и почини сапоги, — приказала она, словно Аликс была ее личной служанкой. — Помни, они должны быть сделаны до полуночи. Если что, — она замолчала, словно не зная, как закончить фразу, — просто проследи, чтобы ты их закончила. Или пожалеешь, что приехала в замок.

Дверь с глухим стуком захлопнулась за ней. Через мгновение послышался звук поворачиваемого в замке ключа.

Почему ее нужно было запирать? Очевидно, происходило что-то подозрительное. Авантюрная сторона ее натуры была задета, и ей очень хотелось начать расследование.

Аликс села и открыла ящик с инструментами. Она должна была продолжать притворяться некоторое время, пока не найдет возможность немного порыскать. Отсоединив подошвы, она положила части на стол. Оглядывая комнату, девушка искала хоть какую-нибудь зацепку, которая могла бы указать на то, что замышляют принцы. Обрывок письма, книга или какой-нибудь необычный предмет, которому не место в замке… Все было в порядке. На каминной полке не было даже пыли.

Ее взгляд упал на камин. Он выглядел достаточно большим, чтобы стоять тут. Повинуясь внезапной прихоти, Аликс пересекла комнату и шагнула в камин. Она посмотрела в темную глубину дымохода, заметив на кирпичной стене узорчатый фронтон. Это означало, что не было никакой необходимости в лестнице, когда чистили дымоход.

Аликс повязала лицо носовым платком, ухватилась за ступеньки и начала подниматься. Ее руки болели от усилий, но она продолжала. Если бы она смогла добраться до вершины и найти другой вход в башню, ей бы больше повезло найти разгадку.

Через некоторое время ей пришлось остановиться. Она была сапожником и подмастерьем портнихи. Она привыкла к навыкам, которые требовали точности и изящества, а не силы. Если бы она была дояркой, то продержалась бы дольше. Тяжело дыша, Аликс стояла посреди камина. Она понятия не имела, как далеко забралась. Она не осмеливалась смотреть вниз: ей никогда не нравилась высота.

«Тысяча дукатов», — заставила она себя подумать. — «Тысяча дукатов означало: больше никакой миссис Куинси до конца ее жизни».

Как чудо, силы вернулись к ней, и она продолжала карабкаться вверх, пока голоса из-за стены не заставили ее остановиться. Они, несомненно, были слабыми, но, к счастью, говорившие находились где-то поблизости. Через крошечную щель в стене пробивался луч света из комнаты по другую сторону.

— Роланд не готов, — послышался голос Тео, пронизанный тревогой. — Как бы мы его ни экипировали, я не знаю, сможет ли он… выкарабкаться.

— Он идет туда в первый раз, — сказал кто-то.

Аликс догадалась, что это Джеральд, которого часто видели в обществе Тео. В отличие от Тео, у второго по старшинству принца был более мягкий характер.

— Я тоже не могу сказать, что у меня есть уверенность в нем, но он никогда их не видел. Мы не можем говорить о них, и все, что он знает — это раны и синяки, которые мы носим. Как только он их увидит, он будет знать, чего ожидать.

Нога Аликс соскользнула, и она вцепилась в стену изо всех сил. Ее сердце колотилось так сильно, что она боялась, как бы Тео или Джеральд не услышали ее.

— Будем надеяться, что так.

— Я пойду и еще раз поговорю с ним, — предложил Джеральд. — Напомню, что все мы выжили, поэтому ему не о чем беспокоиться. Хочешь пойти со мной, или тебе нужно увидеть остальных?

Возникла пауза.

— Я должен проверить сапожника. Она только что пришла, заявив, что ботинки Энцо скоро развалятся, и принесла новый вид клея, чтобы все части обуви точно держались вместе.

— Без сапог у нас нет никаких шансов на победу, — сказал Джеральд. — А что, если она не починит их до полуночи?

Голос Джеральда стал еще более далеким. Послышался хруст сапог, означавший, что он направляется в другую сторону. Аликс вцепилась в железные прутья и напряглась, прислушиваясь к разговору.

— …нет… скорее всего… — говорил Тео. — Увидимся.

Стараясь дышать как можно тише, она спустилась по трубе. Аликс старалась идти как можно быстрее, но знала также, что один неверный шаг может привести к перелому лодыжки. Ее охватил страх: что, если Тео войдет и обнаружит, что она исчезла?

Наконец, ей это удалось. Она сорвала носовой платок и вытерла пятна сажи с платья. Как только она села на стул, дверь открылась.

Вошел Тео. К ее удивлению, он принес кувшин с водой и тарелку с хлебом и сыром.

— Почти закончили? — спросил он, ставя кувшин и тарелку на ближайший стол.

Аликс покачала головой.

— Мне нужно было время, чтобы снять подошвы с верхних частей. Они были сшиты вместе, так что я должна была быть осторожна. Я не могла сорвать их, как делаю это с другими ботинками.

— Как скоро ты сможешь их вернуть?

— Час или два.

Она была уверена, что он накричит на нее за то, что она отняла у него слишком много времени, но он только нахмурился.

— Постарайся закончить с ними как можно скорее. Позвони Сельме, когда завершишь работу. — Он указал на еду на столе. — Если голодна или хочешь пить, угощайся.

Значит, у него есть способность к сочувствию. Это было неожиданно. Она не ждала, что он будет заботиться о ком-то, кроме своих братьев.

Аликс снова обратила внимание на ботинки. Ее руки слишком болели, чтобы еще раз подняться по трубе, и она не хотела рисковать. Тео, вероятно, будет пристально следить за ней, пока она не закончит работу.

В горле у нее пересохло после того, как она забралась на трубу, поэтому она налила себе воды. Вскоре за ней последовали хлеб и сыр. Она почти ничего не ела за ужином, так как была слишком озабоченна предстоящей работой. Подкрепившись, Аликс покончила с ботинками и передала их Сельме, которая велела ей как можно скорее вернуться к остальным. Как будто она куда-то пойдет в ту ночь, когда принцы должны были исчезнуть.

Снаружи было темно, так что ей было легче вынюхивать. Колокольня пробила восемь раз. Если принцы выйдут, она подождет и все выяснит. Аликс обогнула башню, стараясь ступать как можно тише. Розовые кусты окружали башню, предлагая идеальный камуфляж. Она нашла ту, в которой было меньше шипов, и уселась на землю. Хорошо, что Тео принес ей еду. Труднее было бы следить за голодным желудком. Хорошо еще, что было лето. Хотя температура упала, было не так холодно, чтобы ей понадобился плащ.

Она ждала.

Из башни не доносилось ни звука, будто все принцы рано легли спать. Аликс поерзала на земле, ноги у нее свело судорогой, и велела себе быть терпеливой. Еще не было полуночи, колокольня только что пробила девять.

Дверь открылась. Аликс вскочила на ноги, но это была Сельма. Она сняла платок и фартук — похоже, она закончила работу и направлялась к себе, чтобы отдохнуть.

Аликс ждала. К тому времени, когда колокольня снова зазвонила, ее веки стали тяжелыми, как песок. Она посмотрела на Луну и на секунду задумалась, почему она здесь, а не в спальне для прислуги.

— Я не должна спать, — поклялась она, сильно ущипнув себя за руку.

Но как она ни старалась, ее тело не слушалось. Она закрыла глаза — она откроет их, как только немного вздремнет — и больше ничего не помнила.

Глава 15

— Аликс? — Кто-то ткнул ее в бок. — Аликс, проснись.

Аликс с трудом села. Фабио встревоженно тряс ее за плечи. У нее свело шею, что неудивительно. Она проспала на траве всю ночь.

— Как я сюда попала?

— Я очень волновался, когда ты не пришла сегодня к завтраку. Я спросил девушку, которая живет с нами, и она сказала, что твоя кровать пуста. — Фабио огляделся по сторонам. — Как ты здесь оказалась? Ты же могла простудиться.

Аликс приложила руку ко лбу. Воспоминания о том, что случилось прошлой ночью, быстро вернулись. Это казалось туманным и невероятным, как сон.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — Фабио помахал рукой у нее перед глазами. — Тебе нужно к целителю?

— Совершенно нормально. Не беспокойся обо мне, Фабио. Я просто заснула, пока ждала. — Аликс поднялась на ноги и покрутила шеей и плечами.

— Ты ужасно выглядишь. — Фабио прищелкнул языком и покачал головой. — Я категорически запрещаю тебе завтракать с волосами, похожими на птичье гнездо.

Он вытащил из кармана щетку и помог ей причесаться. Аликс стряхнула с платья грязь, листья и кусочки травы и повернулась.

— Теперь лучше?

— Все еще помятая, но, по крайней мере, твое платье чистое. Пойдем посмотрим, не осталось ли там каких-нибудь объедков. — Фабио огляделся и понизил голос. — Ты нашла что-нибудь вчерашним вечером?

Они направились в сторону кухни. Аликс рассказала другу о том, что пережила прошлой ночью в башне принцев; о том, как залезла в трубу и услышала разговор Тео и Джеральда.

— Они беспокоятся о Роланде, — сказала она. — Ему нужно с чем-то столкнуться, но он не готов к этому. Как думаешь, о чем они?

Фабио крепко зажмурился и долго думал. Наконец он открыл глаза и покачал головой:

— Без понятия.

— А я-то думала, ты все про принцев знаешь. — Аликс попыталась разрядить обстановку, легонько подтолкнув его.

— Все, что я знаю, — Роланд все время мрачен, с самого детства. Никто не знает, почему он не ведет себя как избалованный ребенок с одиннадцатью старшими братьями. Вместо этого он ведет себя так, будто у него столетняя душа.

— Думаю, Тео и Джеральд боялись, что он может пострадать.

Аликс вдруг остановилась. Ле Грис упоминал, что каждые две недели принц будет таинственно ранен. Она уже видела там Фердинанда и Энцо. Так что, если подозрения канцлера верны, то сегодня появится еще один принц с ранениями.

— Я иду в палату целителя.

— Прямо сейчас? Но ты даже не завтракала. — Фабио уставился на нее.

— Увидимся позже в Императорской гардеробной. Если мадам Эммануэль спросит, скажи ей, что я все еще выполняю поручение Ле Гриса.

* * *

Как обычно, палата целителя была наполнена запахом трав и уксуса. Молодой темноволосый мужчина с кислым выражением лица сидел на стуле, в то время как Беатрис растирала травы деревянным пестиком на маленьком столике.

Еще один принц ранен.

Ле Грис был прав. Три раза подряд — слишком много совпадений.

Аликс изобразила на лице сочувствие и направилась к дочери целителя.

— Привет, Беатрис. Что ты делаешь?

Беатрис подняла голову и слегка улыбнулась. Она указала на мужчину, потом на свою щеку и подняла матерчатую сумку.

— Это что, припарка?

«Для принца Джулиана», — написала она на клочке бумаги. — «Он сломал зубы с правой стороны».

Аликс взглянула на Джулиана, чья щека покраснела и распухла. Он прищурился и отвел взгляд. Его поведение напомнило ей о Тео, хотя последний показался ей менее раздражающим. Джулиан, казалось, был примерно ее возраста, что делало его больше похожим на капризного ребенка.

— Ваше Высочество, — сказала Аликс успокаивающим тоном, который она использовала, чтобы успокоить клиентку и убедить ее в том, что платье не делает ее толстой. — Это выглядит болезненно.

Он пробормотал что-то вроде «уходи», но слова получились невнятными из-за распухшей щеки. Беатрис подошла с матерчатым мешком — из него вытекла капля жидкости. Она прижала припарку к щеке Джулиана, и хмурое выражение его лица смягчилось, когда травы начали творить свое волшебство над раной. Она приказала Джулиану подержать припарку, потом написала что-то на другом клочке бумаги.

— Чувствуете себя лучше? — спросила Аликс, все еще используя успокаивающий тон.

Нет ответа.

Дверь открылась. Вошел Одеон, неся полную корзину трав.

— Что, на этот раз это ты. — Он покачал головой и тут заметил Аликс, стоявшую у стола. — Где-то получили травму? Вы, кажется, совершенно здоровы.

— О, я… — Аликс ломала голову в поисках оправдания. — Я хотела передать Беатрис личное сообщение. От друга.

Одеон нахмурился.

— Мне кажется, я тебя уже видел. Разве не ты приходила сюда недавно с каким-то щеголеватым молодым человеком?

— Да. Он тот самый друг, о котором я говорю.

Одеон поднял бровь и посмотрел на Беатрис.

— Похоже, в последнее время девушка привлекает к себе много внимания.

Он подумал, что Фабио влюбился в Беатрис с тех пор, как она лечила его рану на бедре в прошлый раз. Аликс усмехнулась, радуясь, что ее ложь сработала.

Джулиан встал и направился к двери. Бумага, которую написала Беатрис, упала на пол. Аликс подняла ее и пошла за ним, но он только сердито посмотрел на нее и поспешил прочь.

В палате Беатрис убирала со стола, пока Одеон разбирал принесенные им травы. Увидев Аликс, он жестом отпустил Беатрис и велел не задерживаться.

— Похоже, вы часто принимаете здесь принцев, — небрежно заметила Аликс, когда они вышли из палаты.

По лицу Беатрис пробежала тень.

— А почему они так часто получают травмы? Они часто ввязываются в драки? Я не знаю никого, кто осмелился бы хоть пальцем тронуть принцев.

Особенно Тео. Или Джулиана. Она и представить себе не могла, что их могут избить.

Беатрис покачала головой.

«У тебя действительно было сообщение от твоего друга?» — Написала она. — «Или ты пришла спросить меня о принцах?»

Упс. Аликс решила придерживаться правды, поскольку Беатрис уже выглядела подозрительной.

— Видишь ли… каждый раз, когда я прихожу в палату, то вижу, что кто-то ранен. В первый раз это был Фердинанд. Во второй раз — Энцо. Теперь это Джулиан. Я не знакома с принцами, но не могу не задаться вопросом, что с ними не так.

Беатрис подняла руку, словно собираясь что-то написать, но остановилась. В ее глазах мелькнул страх.

— Ты что-то знаешь, — сказала Аликс, почувствовав решительность. — Не могла бы ты поделиться со мной? Я всего лишь подмастерье портнихи и сапожница, но я…

Беатрис коснулась ее руки.

«Это ты починила ботинки Энцо?»

Аликс удивленно кивнула:

— Их нельзя было починить, но Тео настаивал.

Пальцы на ее руке напряглись.

«Когда принцы просят тебя укрепить или починить что-нибудь», — писала Беатрис, — «ты должна сделать все возможное, чтобы помочь им».

— Конечно, я сделаю все, что в моих силах. Но что такого важного в этих ботинках?

Беатрис снова покачала головой. Аликс подавила разочарованный возглас. Гораздо труднее было добиться чего-то от Беатрис, ведь девушка была нема, и у нее было время поразмыслить, прежде чем ответить.

Послышались приближающиеся шаги. Появился молодой человек с безупречными чертами лица. Он был так ослепительно красив, что Аликс стало трудно дышать. Все принцы довольно красивы, но Джеральд выделялся среди них — широко известный как самый красивый человек, которого можно было увидеть в Сейвони.

Он одарил их приветливой улыбкой, хотя она и не коснулась его глаз.

— Добрый день, Беатрис. Наслаждаешься погодой перед наступлением осени?

Беатрис присела в реверансе. Аликс сделала то же самое.

— Ты не представила меня новой подруге.

Рука Беатрис дернулась, словно говоря, что они не друзья.

— Меня зовут Джеральд, — представился мужчина. — Мой старший брат Тео — наследный принц.

Аликс снова присела в реверансе.

— Ваше Высочество.

— Ты выглядишь так, словно впервые в замке. Как вас зовут, мадемуазель?

— Аликс. Я работаю в Императорской гардеробной.

Его брови поползли вверх.

— Ты, должно быть, та сапожница, о которой говорили близнецы.

Джеральд знал ее. У девушки слегка кружилась голова от того, что это ослепительное создание знает ее, осиротевшую девочку, которая изо всех сил пытается свести концы с концами.

— Должно быть, мы дали вам много работы. Прошу прощения, мои братья могут быть шумными.

— Пожалуйста, не говорите так, Ваше Высочество. Мы рады служить вам.

— Я вижу, вы познакомились с нашим целителем. — Он бросил быстрый взгляд на Беатрис.

— О! Я просто хотела поблагодарить её. Точнее мой друг хотел сделать это, но не смог. Некоторое время назад она прекрасно обработала его рану.

Зная, что расспрашивать Беатрис дальше невозможно, Аликс быстро извинилась, сославшись на необходимость вернуться к работе, и направилась в Западную башню.

По пути она заметила знакомую фигуру, несущую на спине охапку свертков.

— Гаспар! — воскликнула она, подбегая к нему. — Странно видеть тебя в замке!

Гаспар усмехнулся. Несмотря на свою стройную фигуру и тонкую талию, он обладал удивительной силой, учитывая, что нес охапку со двора.

— Я пришел, чтобы доставить заказ. Я слышал, что замок готовится к прибытию принцессы Арксана. Они заказали пятьдесят рулонов шелка, хотя обычно им нужно всего двадцать или тридцать.

— Королева хочет сшить для этого случая несколько новых платьев, и многие придворные хотят того же, — сказала Аликс.

— Рад, что встретил тебя. — Гаспар вытер со лба капельку пота. — Они сказали, что я должен идти сюда, чтобы попасть в Императорскую гардеробную, но впереди несколько развилок, и теперь я понятия не имею, где нахожусь.

— Для нас это тоже был лабиринт, когда мы приехали, — рассмеялась Аликс.

— Как у тебя дела? — спросил Гаспар, следуя за ней, когда она проходила мимо живой изгороди. — Занимаешься тем же, чем у Анны-Марии?

Аликс решила не упоминать о задании Ле Гриса. Хотя канцлер и не просил ее держать это в тайне, она не могла упомянуть об этом, дав принцам возможность узнать, что она задумала. Девушка уже начала опасаться рассказывать об этом Фабио, но поскольку он был ее единственным другом в замке, рано или поздно он все равно узнал бы.

— У меня все тоже самое, но Фабио был очень занят. — Она решила, что будет безопаснее перевести разговор на ее друга. — Королеве очень нравится его работа.

— Молодец, — сказал Гаспар с восхищенным видом. — Когда он начал работать на Анну-Марию, другие портнихи смотрели на него свысока, потому что он был так молод. А теперь он шьет платья для королевы.

— Он очень талантлив, — согласилась Аликс.

Интересно, сколько лет пройдет, прежде чем ей позволят окончить обучение скромного ученика? Портняжное дело оплачивалось гораздо лучше, чем сапожная ковка. Но если она получит тысячу дукатов, ей больше не придется беспокоиться о деньгах.

Вскоре они достигли Западной башни. Аликс направилась в Императорскую гардеробную, где мадам Эммануэль орлиным взором наблюдала за портными. С нарядами для визита Илианы все было в порядке.

Гаспар задержался у входа, а его взгляд был прикован к Фабио, который яростно работал над поясом одного из платьев королевы. Оборки и кружева были вышиты сложными узорами, стежки такие крошечные, что их едва можно было разглядеть. Он был так поглощен своей работой, что Аликс не хотелось его беспокоить. В каком-то смысле она завидовала своему другу за его искреннюю преданность работе. В нем сочетались талант и трудолюбие, неудивительно, что он был лучшим портным в мастерской Анны-Марии. Наверное, и самый лучший в замке.

Некоторое время спустя, когда Эммануэль велела Гаспару выгрузить свертки и отправиться в казначейство за деньгами, Аликс скользнула на свое место. Фабио закончил рисунок и сделал большой глоток воды из кожаной фляжки.

— Гаспар только что приходил, — тихо сказала она. Все остальные портнихи работали, наклонив головы, и, если бы она заговорила на нормальной громкости, они бы огрызнулись. — Он доставлял новую партию шелка.

— Почему ты мне не сказала? — Фабио огляделся по сторонам. — Он уже ушел?

— Ты был в трансе, пока работал, и, кроме того, Эммануэль сказала ему, чтобы он уходил как можно скорее.

— Она в капризном настроении с тех пор, как королева заказала новую форму для принцев, — сказал Фабио. К счастью, Эммануэль находилась в соседней комнате, давая указания слугам произвести инвентаризацию и складировать только что доставленный шелк. — Ну и как все прошло, когда ты пошла в палату целителя? Нашла что-нибудь интересное?

— Даже не знаю. — Аликс вполголоса рассказала о том, с чем столкнулась, и о своей короткой прогулке с Беатрис.

— Джулиан пострадал? — Фабио, похоже, не удивился. — Ты узнала, почему он сломал зубы?

— Нет.

— Вероятно, он ввязался в драку в таверне. Я слышал, что он бунтарь.

Но она не видела Джулиана вчера, когда пряталась за башней. Возможно, он вернулся из таверны, когда она спала, но это совпадение трудно было игнорировать. Три ранения за три недели.

— Он определенно не был дружелюбен, когда я пыталась поговорить с ним, — задумчиво произнесла Аликс.

Фабио пожал плечами.

— Таков Джулиан. Он похож на Тео, но лишен пугающей части.

* * *

Позже вечером, перед тем как лечь спать, Аликс переоделась в простую ночную рубашку. Складывая повседневное платье, разглаживая складки и стряхивая грязь с темного полотна, она почувствовала, как что-то хрустнуло у нее в кармане.

Это была та самая бумага, которую Беатрис вручила Джулиану. Аликс тогда не раздумывая сунула листок в карман. Остальные слуги, которые делили с ней комнату, разошлись по своим двухъярусным кроватям и крепко спали. Девушка подошла к окну и стала читать при лунном свете.

Там было несколько простых инструкций, например, сказать Джулиану, чтобы он приходил каждый день для лечения припарки и избегал таких продуктов, как твердый сыр и яблоки. В нижнем правом углу было нацарапано мелкими буквами: РР1010.

Беатрис определенно знала больше, чем говорила.

Глава 16

— Я не танцую, — решительно заявил Тео.

— Придется, — сказал Джеральд. — Это часть праздника. Традиция требует, чтобы хозяин пригласил гостью на танец.

— Я всего лишь один из хозяев. — Тео нахмурился.

— Ты самый старший, — напомнил ему Джеральд. — Люди будут ожидать, что ты поведешь первый танец. После этого сможешь совершить набег на банкетный стол или угрюмо стоять в углу, но обязательно потанцуй с Илианой.

Они собрались в общей комнате. Тео, Джеральд, близнецы, Фердинанд и Джулиан — шестеро старших, которые с большей вероятностью будут общаться с Илианой. Это была идея Джеральда, чтобы они встретились и обсудили, как принять принцессу. Тео предпочел бы тренироваться с младшими братьями, но он знал, что предложение Джеральда имеет смысл. Он мало что знал об Илиане, ну, вообще-то, он мало что знал о женщинах, и было благоразумно, чтобы они составили план.

Итан хлопнул его по плечу и сказал:

— Не понимаю, почему ты жалуешься на то, что тебе приходится танцевать с Илианой. Она молода, красива, и она принцесса Арксара! Представь, что держишь ее в объятиях и вы кружитесь по залу. Тебе позавидовали бы все мужчины Арксана и половина сейвонских — тоже. Перестань гримасничать, Тео. Ты, должно быть, единственный мужчина в королевстве, которому не нравится перспектива танцевать с Илианой.

— У меня нет выбора, — прорычал Тео. — Ты знаешь, почему я держусь подальше от женщин.

— Можно я потанцую с ней, когда ты закончишь? — спросил Энцо.

Повязку с него сняли, и рана прекрасно зажила.

— Делай, что хочешь. — Тео пожал плечами.

— У меня есть идея получше, — сказал Итан с блеском в глазах, который предвещал неприятности, во всяком случае, для Тео.

Он видел это выражение на лице Итана, когда тот предложил Джеральду надеть платье, прогуляться по улицам и посмотреть, сможет ли кто-нибудь определить его истинный пол.

— Как насчет того, чтобы Джеральд притворился Илианой, а Тео попрактиковался в хороших манерах?

— Нет, — решительно ответил Джеральд.

Обычно он был мягким и добродушным, но, если кто-нибудь осмеливался дразнить его из-за того, что он похож на женщину, воздух вокруг него замерзал до температуры падающего снега. Фердинанд обернулся, чтобы скрыть усмешку. Джулиан нахмурился, затем положил руку на щеку, которая все еще заживала.

— Джеральд, разве ты не хочешь помочь Тео исполнить его желание? Не смотри на меня так, Тео. Я говорю о магине, а не об Илиане, — начал скулить Итан.

— Не с помощью нелепых средств, которые ты предлагаешь.

Энцо встал и театрально вздохнул с видом человека, готового пожертвовать собой ради общего блага.

— Очень хорошо. В таком случае мне придется пойти добровольцем. Во всяком случае, моя внешность может заставить прекрасную деву упасть в обморок.

Итан кашлянул.

— Если ты играешь Илиану, то твоя цель заставить мужчину упасть в обморок.

— Мужчины не падают в обморок.

Тео стиснул зубы и сквозь них процедил:

— Давай покончим с этим. Сейчас!

Ухмыляясь, Итан согнул пальцы и поднес их ко рту, как будто держал трубу.

— Ее Королевское Высочество принцесса Илиана из Арксара!

Энцо шел, покачивая бедрами, посмотрел с секунду на Тео, а потом опустил взгляд в пол. Фердинанд подавил смех. Губы Джеральда дрогнули. Даже Джулиан фыркнул, что было для него редкостью, поскольку он все время выглядел недовольным.

— Что? — раздраженно спросил Тео.

— Тео, ты должен сделать ей изящный поклон и предложить руку, — сказал Итан. — Постарайся больше походить на гостеприимного хозяина, чем на человека, идущего на казнь. Прицесса, как известно, чрезвычайно застенчива. Ты должен успокоить ее.

— Илиана стеснительна? — спросил Фердинанд. — Я думал, ее научили чувствовать себя комфортно на людях.

— Ее родители очень заботились о ней, — сказал Джеральд. — С тех пор как ее брат был проклят и умер, они приложили все усилия, чтобы защитить ее. Илиана росла вдали от людей. Кроме родителей и нескольких служанок, она редко общалась с другими.

— Это неправильно, — нахмурился Фердинанд. — Она принцесса и наследница. Она не может вечно избегать толпы.

— Если она выйдет замуж за Тео или за кого-то из нас, то не унаследует свое королевство, — сказал Итан.

— Собственно говоря, — сказал Джеральд, — я слышал, как Клаудия говорила с мамой о визите Илианы. Если Илиана все-таки выйдет замуж за одного из нас, она все равно будет коронована как правительница Арксара. Ее муж станет супругом королевы.

Смысл был кристально ясен. В Сейвори их было двенадцать, но в королевской семье Арксана была только одна принцесса. Если Илиана выйдет замуж за сейвонского принца, на трон все равно останется одиннадцать принцев.

Тео прочистил горло.

— Хватит разговоров об Илиане и браке. Каков следующий шаг?

— Клянусь волхвами, не могу поверить, что мне нужно учить тебя танцевать, — сказал Итан, закатывая глаза. — Протяни руку, поклонись и спроси ее: «Могу ли я иметь честь танцевать с вами, миледи?»

Тео прищурился, но сделал то, что показал Итан. Потребовалось три попытки, чтобы Итан объявил, что тот «прошел испытание», потому что ему было не только трудно вести себя как очаровательный поклонник, но и Энцо вел себя отвратительно, прихорашиваясь и хлопая ресницами, а остальные его братья изо всех сил старались не смеяться. Это было даже труднее, чем ежедневные тренировки. Гораздо труднее, чем в то неизбежное время, когда они должны были проходить через камин каждые две недели.

Решив, что не он один будет подвергнут пытке танцами, Тео заставил остальных тоже попрактиковаться.

— Я не собираюсь быть единственным, кто разговаривает с Илианой, — сказал он. — Все должны тренироваться, будто они тоже собираются танцевать с ней. Честно говоря, учитывая мой характер и темперамент, она, скорее всего, заинтересуется одним из вас, а не мной. Джеральд скорее привлечет ее, если ей нравятся красивые лица. Фердинанд, ты можешь быть очаровательным, если захочешь. А вы двое отлично умеете флиртовать.

О Джулиане не упоминалось, но никто не ожидал, что он попадется на глаза Илиане. Пока он остается вежливым в ее присутствии, этого будет достаточно.

Когда собрание, наконец, закончилось, Тео ничего не хотелось, кроме как рухнуть на кровать. Танцы были более изматывающими, чем любая тренировка, которая у них была. Однако прежде чем он успел закрыть дверь, Джеральд подал ему знак.

— Мне нужно с тобой поговорить, — сказал он.

— Если это все из-за Илианы, то на сегодня с меня хватит.

— Нет. — Джеральд подождал, пока остальные братья разойдутся по своим спальням. — Это касается Аликс.

— Кто такая Аликс?

— Разве ты не помнишь сапожницу?

Зеленые, как листья, глаза, бесстрашные и упрямые, всплыли в его сознании. Девушка, которая отказалась чинить ботинки Энцо, но позже прибыла в их башню, утверждая, что она могла бы сделать работу с этими ботинками лучше.

— А что с ней?

— Я встретил ее с Беатрис в саду на днях. — Джеральд присел на край кровати.

— И что?

— Беатрис сказала, что Аликс спрашивала ее о наших ранах. Она случайно оказалась в палате целителя, когда были ранены Фердинанд, Энцо и Джулиан.

— Поскольку она видела их раны, то разумно было спросить о них. Было бы странно, если бы она этого не сделала.

Джеральд покачал головой.

— Я не могу отделаться от ощущения, что ее поведение подозрительно. Помнишь, как она пришла в башню и попросила переделать ботинки Энцо?

— Ну и что с того, что она это сделала?

— Мне кажется, эта девушка что-то задумала, — сказал Джеральд. — Подумай об этом, Тео. Она утверждала, что у нее есть новый вид клея для ботинок Энцо. Но ей потребовалось несколько часов, чтобы приклеить подошвы. Если бы Сельма не заперла ее, она могла бы пойти порыскать по башне.

Тео нахмурился, но это его не убедило. Девушка казалась безобидной. Может быть, она и не была напугана им, но это не означало, что у нее есть зловещие мотивы.

— Она могла испугаться, что, если сапоги снова развалятся, я накажу ее за это.

Джеральд покачал головой.

— Я поспрашивал в замке. Она не возвращалась домой с последней прогулки. Как она вдруг приобретет новый клей? Более того, я узнал от мадам Эммануэль, что она работает на Ле Гриса. Ничего хорошего не может быть от слуги на службе у Ле Гриса.

Когда Джеральд упомянул имя Ле Гриса, Тео показалось, что он почувствовал отвратительный запах. Он всегда недолюбливал Ле Гриса и его лисий характер.

— Тогда что ты предлагаешь нам делать?

— Присматривай за ней, — посоветовал Джеральд. — Если обнаружишь ее рядом с нами, прогони. Думаю, она пытается выяснить, что мы делаем.

— Сомневаюсь, что в этом есть необходимость. Никто из нас не может сказать о проклятии, даже если бы захотел. И у нас есть защита. Она заснет, даже если будет рядом.

— И все же, — сказал Джеральд. — Может, она и безобидна, но Ле Грис — нет, он может обернуть все против нас. Уже ходят слухи, что мы практикуем темную магию. Он мог бы сказать, что мы… — Его голос затих, так как проклятие мешало ему говорить дальше. — В любом случае, лучше быть осторожными, когда дело касается Ле Гриса.

— Хорошо.

Тео не хотелось думать о худшем, но он чувствовал странное разочарование. Девушка привлекательна, и у нее был пылкий характер, к которому он испытывал странное влечение. Если у нее действительно были дурные мотивы… Нет времени думать о девушке. Гораздо важнее было сосредоточиться на визите Илианы. Они надеялись найти магиню, и Илиана была ключом к разгадке.

Глава 17

— Ты заснула.

— Да, сир.

Наступило неловкое молчание, когда Ле Грис погладил бороду и уставился на картину. Аликс нервно стояла, гадая, не станет ли он насмехаться над ней за глупость. Заснуть прямо возле башни принцев. Это было еще более неловко, чем быть пойманной.

— Это случилось снова.

Аликс промолчала: «Опять?»

— До тебя я нанимал еще несколько человек, чтобы они работали на меня, — сказал он. — По какой-то причине они также не могли бодрствовать по ночам.

Аликс выдохнула. Облегчение захлестнуло ее. Значит, перед ней были и другие.

— Почему же они уснули?

— Если бы я знал, мне не пришлось бы просить тебя взяться за это дело. — Ле Грис согнул пальцы, и рубины на его кольцах засверкали. — Еще два шанса, моя дорогая. Потерпишь неудачу, и я отправлю тебя к Хьюберту. Он жаловался, что его дом в последнее время ужасно скучен.

Аликс стиснула зубы. Меньше всего ей хотелось оказаться в доме Хьюберта.

— Ты еще что-нибудь хочешь сказать? Я удивлен, что они позволили тебе войти в башню. Наверняка ты что-то обнаружила.

Аликс рассказала ему о разговоре между Тео и Джеральдом. С замиранием сердца она увидела по выражению лица Ле Гриса: то, что она услышала, было для него не ново.

— Конечно, они будут беспокоиться о Роланде. Тео всегда необычайно оберегал этого ребенка. Ну что ж, это все, что у тебя есть для меня?

Он терял к ней интерес. На его лице играла едва заметная ухмылка, словно он ожидал, что ей придется туго. Соревновательная жилка в ней подняла голову. Аликс привыкла очаровывать и убеждать покупателей, и ей не нравилось, когда ее считали некомпетентной.

— Вот что я достала из палаты целителя. — Она протянула листок и объяснила, как он ей достался.

Ле Грис с задумчивым видом повертел в руках листок бумаги.

— РР1010, — сказал он. Он повторил надпись, поглаживая поверхность большим пальцем. — Что это значит?

— Я подумала, что у вас есть идея, сир.

— Это действительно странно. Однако это подтверждает мои подозрения, что дочь целителя в сговоре с принцами. — Ле Грис вернул ей листок. — Постарайся узнать, как можно больше об этом секретном послании. Ты также можешь воспользоваться визитом принцессы Илианы. Принцев, скорее всего, не будет в их комнатах во время ее пребывания.

— Как долго она пробудет здесь?

— Неделю. Я сомневаюсь, что они позволят ей продлить свое пребывание. Будут неприятности, если она обнаружит, что они склонны к получению травм.

В голове Аликс родилась смелая мысль:

— Могу я получить ключи от комнат принцев?

— Ты уверена, моя дорогая? — Его брови поползли вверх.

— Совершенно уверена, сир.

— Ты в курсе что будет, если Тео обнаружит, что ты шныряешь в башне? В прошлый раз, когда служанка попыталась проникнуть в комнату Джеральда без разрешения, он изгнал ее из королевства.

— Сельма заперла дверь, когда я была в башне. Я ничего не найду, если меня запрут, — и быть обнаруженной Тео лучше, чем быть посланной к Хьюберту, добавила она про себя.

Это было рискованно, но ее жизнь была так полна риска, что ей было все равно.

Ле Грис постучал себя по подбородку.

— Очень хорошо. Если настаиваешь, я позабочусь, чтобы ты получила ключи. Не разочаровывай меня, дорогая.

Аликс слабо улыбнулась, хотя внутри у нее все кипело.

Глава 18

Тео стоял в Большом зале, одетый по-королевски: зелено-золотая туника, коричневые бриджи, сапоги до колен и перо, пришитое справа на груди. Ему не нравилась парадная одежда, но она была необходима. Не каждый день можно было встретить иностранную принцессу. Справа от него стоял Джеральд, который решил не снимать очки. Они с глазу на глаз обсудили, не следует ли Джеральду «обрушить» свою красоту на принцессу, и в конце концов решили, что он должен выглядеть как обычно и снимать очки только тогда, когда этого потребует случай.

Остальные братья собрались вокруг королевы на возвышении в дальнем конце обеденного зала. Два длинных стола стояли горизонтально, лицом к большому залу. Внизу вертикально стояла дюжина длинных столов, за которыми сидели придворные. Он узнал множество дам, которые пытались привлечь его внимание и внимание его братьев. К счастью, леди Петрониллы среди них не было. В последний раз он слышал о ней, когда та уезжала в Арксар. В любом случае, она не была искренне заинтересована в нем. Вероятно, она пыталась привлечь его внимание только потому, что Ле Грис хотел видеть на троне свою приемную дочь.

Посередине было расчищено место для принцессы и застелено длинным алым ковром, окаймленным золотой вышивкой. Тео не хотелось гадать, сколько денег было потрачено на ее визит. Но если они получат необходимую информацию, расходы того стоят.

— Тео, — Джеральд толкнул его локтем, — стой прямо. Принцесса прибудет с минуты на минуту.

Близнецы выглядели взволнованными. Без сомнения, они с нетерпением ждали возможности сопроводить Илиану. Лишенные женского общества, они были даже готовы флиртовать с простой сапожницей. Хотя, познакомившись с упомянутой девушкой, он не мог винить близнецов. Ее поразительно зеленые глаза и вызывающие манеры произвели на него впечатление. Он только надеялся, что подозрения Джеральда были необоснованными. Мысль о том, что она работает на Ле Гриса, вызывала отвращение.

Он заставил себя вернуться в настоящее. Тео повторил то, что они должны были помнить при общении с арксанцами: быть пунктуальными, прямыми и (неважно, насколько это правда) не должны оскорблять отсутствие вкуса в их еде.

— Ее Королевское Высочество принцесса Илиана из Арксара! — прозвенел голос.

В Большом зале мгновенно воцарилась тишина. Трубы взревели в унисон, когда молодая девушка, одетая в светло-голубое платье, вошла через главный вход. Дюжина слуг в бело-золотых мундирах последовала за ней.

Принцесса Илиана была прекрасна. Серебристо-светлые волосы, ниспадающие на спину, как шелковая простыня (арксанцы были однородной группой, в основном блондины), детские голубые глаза, которые соответствовали цвету платья, и безупречный цвет лица, который не нуждался в пудре. Правда, ее можно было бы счесть чересчур бледной. Ее глаза казались непропорционально большими на фоне лица, а талия была недостаточно крепкой для леди, но ее красота удовлетворила бы любого, кроме самого критичного судьи.

Тео почувствовал еще один толчок в спину (должно быть, Джеральд). Пора показать свое сейвонское гостеприимство. Он спустился с помоста, подошел к принцессе и, грациозно поклонившись, протянул ей руку ладонью вверх.

— Добро пожаловать в Сейвони, Ваше Высочество. Для нас большая честь видеть вас здесь.

Илиана посмотрела на него (неужели ей действительно восемнадцать? В Сейвони она могла бы сойти за девочку до пятнадцати лет) и положила нежную лилейно-белую руку на его ладонь. На женском запястье поблескивал изящный серебряный филигранный браслет. Ее пальцы были холодными, а улыбка застывшей, будто кто-то нарисовал ее на лице. Он понял: она нервничает, так что разговоры о том, что принцесса чрезвычайно застенчива, были правдой.

Илиана открыла рот и что-то сказала. Тео не понимал ее — все, что он слышал, была куча невнятных слов.

— Простите, Ваше Высочество?

— С-спасибо, — пробормотала она, все еще смехотворно низким голосом.

Хотя Тео ни в коем случае не был увлечен Илианой, то, что она его боялась, ранило его гордость. Он был уверен, что вел себя с ней прилично и уважительно. Был ли он от природы пугающим, даже если старался не казаться таким?

— Позвольте представить вас моей семье, — сказал он, подводя ее к постаменту. — Моя мать, королева Маргарита.

К счастью, сегодня на матери было подходящее по возрасту платье. Ее волосы были собраны в пучок, а не заплетены в две косы, и одежда состояла из винно-красных и золотых цветов, а не воздушно-розовых, словно бутоны, которые она любила. Ни цветов в волосах, ни оборок, ни кружев, украшающих платье — простой, элегантный, с нотками изысканности наряд.

Но, несмотря на безупречный вид, ее поведение заставляло волноваться. Маргарита смотрела на Илиану так, словно у принцессы Арксана вырос хвост. Илиана, и без того нервничавшая, съежилась под ее пристальным взглядом.

— Мама, — Тео повысил голос, — позвольте представить вам принцессу Илиану из Арксара.

Разочарование промелькнуло на лице Маргариты, прежде чем она широко улыбнулась.

— Добро пожаловать, моя дорогая. Прости за пристальный взгляд на тебя. Ты стала намного выше и красивее ребенка, которого я когда-то видела.

— Вы видели меня, когда я была ребенком?

— Твои родители великодушно пригласили меня в гости, когда тебе исполнилось семь. Боюсь, моя память о тебе была такой маленькой. — Маргарита обвела рукой талию. — А вот и ты совсем взрослая!

Илиана покраснела.

— Вы очень добры, Ваше Величество. — Она оглянулась на женщину средних лет с круглым материнским лицом, и та кивнула. — В знак благодарности за ваше гостеприимство могу я преподнести вам подарок от моих родителей?

Подарок представлял собой набор золотых кубков, усыпанных рубинами. Илиана объяснила, что на кубки наложено заклятие: горячие жидкости остаются горячими в течение нескольких часов, а холодные — холодными. Маргарита просияла и поблагодарила ее.

— Я должна написать твоим родителям и поблагодарить их за эти прекрасные кубки. Пойдем, моя дорогая, ты должна познакомиться с другими моими сыновьями.

Маргарита взяла Илиану за руку и представила ее Джеральду. Тео заметил, что она покраснела, как помидор, хотя он был в очках. Оставалось надеяться, что Джеральд сумеет вытянуть из нее ключ к разгадке тайны магини. Как и любая типичная молодая девушка, она была восприимчива к красоте Джеральда.

После того как Илиана была представлена всем присутствующим, Маргарита подала знак, и банкет начался. Это было не то начало, на которое Тео надеялся. Илиана настояла на том, чтобы слуги сопровождали ее во время трапезы, поэтому ему пришлось есть с тремя людьми (ее няней и двумя телохранителями), уставившимися ему в спину, будто он мог напугать девушку.

Его также раздражало, что Илиана не повышала голос, когда говорила. Он уже пытался завязать разговор в Большом зале, где царила какофония болтовни обедающих, звякали вилки и звенели кубки. Попросив ее повторить в третий раз, Тео решил сдаться и позволить матери поговорить с Илианой. Ей было легче разговаривать с Маргаритой.

Однако еда, похоже, доставляла ей удовольствие. Арксанцы творили великие заклинания, но почему-то у них не было способностей к кулинарии. Есть поговорка, что арксанцы готовят с мерками, а сейвонцы — с сердцем. По мнению Тео, (простому, но нелюбезному), арксанцы просто рождались без вкусовых рецепторов.

Последовавший за этим танец был ненамного лучше. Илиана была робкой и застенчивой в его объятиях, словно никогда в жизни не танцевала с мужчиной. Вот тебе и вся практика. Тео не терпелось передать ее близнецам, которые смотрели на нее так, словно она была самой яркой звездой на небе. Что ж, похоже, сегодня он не получит ни малейшего представления о магини. Ему придется подождать — подождать, пока она не преодолеет свою застенчивость или пока они не смогут поговорить в менее шумной обстановке.

Когда танец закончился, Тео вздохнул с облегчением. Он пожелал Илиане спокойной ночи и велел Джеральду проводить принцессу в покои.

— Надеюсь, ужин вам понравился. Мне — очень, — добавил он, вынужденный сделать так, чтобы принцесса почувствовала себя желанной гостьей.

Она, покраснев, улыбнулась и сказала что-то тихим голосом, который он не смог разобрать, но можно быть уверенным, что это вежливость, сделала реверанс и позволила Джеральду положить руку на ее локоть.

Когда Тео повернулся к Северной башне, мать тронула его за руку.

— Тео, — сказала она громким шепотом, — мне нужно с тобой поговорить.

Тео предпочел бы вернуться в комнату, но, судя по тому, как она подмигнула ему, он боялся, что та скажет что-нибудь скандальное и выставит себя на посмешище. Молясь, чтобы это не заняло много времени, Тео последовал за матерью в ее комнату. Он подумал, не собирается ли она попросить его сделать предложение Илиане. Приглашение, в конце концов, было посланием королевству, что он не был невосприимчив к женщинам, хотя настоящая причина была совсем другой.

По правде говоря, он вовсе не был против женитьбы на Илиане. Она была одной из самых красивых девушек, которых он, когда-либо видел. Ее характер был милым и безобидным, и она равна ему по рангу и происхождению. И все же он не чувствовал к ней сильного влечения, не так, как мужчина желает женщину.

«Ты встречался с ней всего один день», — напомнил он себе. — «Кроме того, даже если ты находишь ее желанной, ты ничего не можешь сделать, пока проклятие не будет снято».

— Тео? — Королева помахала рукой перед его лицом. — Ты идешь не в ту сторону.

Смутившись, он повернулся и открыл дверь в покои королевы. Маргарита вошла первой. Он последовал за ней, и служанке, которая топила камин, было приказано выйти из комнаты.

Мать со вздохом опустилась на диван.

— Это был замечательный ужин. Еда была великолепной, украшения — ослепительными. Я даже не помню, когда в последний раз у нас было такое событие.

— Вы сказали, что вам нужно поговорить со мной. — Тео не собирался оставаться и слушать болтовню матери.

— Ох, — Маргарита испытующе посмотрела на него. — Об этом.

— В чем дело? — рявкнул он. — У меня что-то на лице?

— Она не для тебя, мой мальчик, — Маргарита снова вздохнула. — Какая жалость. Она казалась такой милой девушкой, такой хорошенькой и очаровательной. Но принцесса Илиана не должна стать твоей будущей женой.

Тео закатил глаза. Только не еще одно из ее нелепых предсказаний.

— Ну, это уже не моя забота, — сказал он, поднимаясь со стула. — Может быть, мне стоит попросить Джеральда сопровождать ее завтра на экскурсию по городу?

— О нет, она тоже не предназначена для Джеральда. Подожди, я еще не закончила, мальчик. Не расстраивайся. Мои чайные листья показали, что девушка для тебя тоже очень хорошенькая. У нее зеленые глаза, каштановые волосы и такой же характер, как у тебя.

Услышав ее описание, он представил себе другую девушку. Зеленоглазая, темноволосая, склонившаяся над парой сапог. Нет, это не могла быть та сапожница. В самом деле, зачем он вообще слушал предсказания матери, если ни одно из них не сбылось?

— Вы ведете себя нелепо, — решительно сказал он. — Спокойной ночи, мама.

Глава 19

— Ты видел принцессу? Так ли она красива, как утверждают люди Арксана?

— Я мельком увидел ее, когда закончился банкет. Я не видел ее лица, но у нее чудесные волосы, и платье было потрясающим. Думаю, она неплохо выглядит.

— Как думаешь, она выберет кого-нибудь из принцев?

Покончив с платьями и мундирами, необходимыми для королевы, принцев и других придворных, Императорская гардеробная наслаждалась выходным днем. Вчерашний банкет закончился далеко за полночь. Аликс, Фабио и остальные сотрудники проводили свой драгоценный перерыв, играя в карты в общежитии. Еще несколько человек собрались у окна, сплетничая о принцессе.

— Снап! — закричал Фабио, протягивая Аликс остальные карты. — Я выиграл!

— Ты опять проиграла, Аликс, — сказала Луиза. — Это на тебя не похоже, дитя мое. Ты вчера допоздна не спала? Пыталась взглянуть на принцессу?

Алекс потерла лоб.

— Нет, просто думаю о… доме. — Это была не совсем ложь.

Предложение Ле Гриса тяжело давило ей на душу. Она расспрашивала в замке о загадочном РР1010, но никто не догадывался о его значении.

— Ну что ж, забудь о своих заботах и принеси нам какие-нибудь остатки еды, — сказала другая швея. — Проигравший должен идти на кухню, помнишь?

— Я пойду с ней, — преданно сказал Фабио. — Вдвоем мы сможем унести больше еды.

— После вчерашнего банкета их будет немного.

— Наоборот, там будет много остатков, — сказал Фабио. — Принцесса рано легла спать, и ее слуги тоже ушли, так что они ели не так много, как предсказывала кухня.

По пути на кухню Фабио остановился. Аликс проследила за его взглядом. Он всегда чувствовал, когда кто-то из принцев рядом. Возле птичьего двора был принц Роланд, самый младший принц, который рассеянно кормил цыплят хлебными крошками. Аликс остановилась. На его лице появилось печальное выражение, похожее на то, что она видела в последний раз, когда тот наблюдал за детьми слуг, играющими в снап (карточная игра. — Прим. ред.). Сильное чувство симпатии поднялось в ней к младшему принцу. А потом она вспомнила, как Тео и Джеральд говорили о своем младшем брате. Как ни был Тео недружелюбен и груб, он заботился о нем.

— Фабио, ты иди, — прошептала она.

— Но, Аликс…

— Помнишь, о чем просил меня Ле Грис?

Фабио неохотно, но пробормотал «тогда удачи», и пошел на кухню. Аликс проследила, как он скрылся за углом, и подошла к младшему принцу. Ему двенадцать. Она слышала, что у него недавно был день рождения, но он выглядел таким маленьким и худым, что ему нельзя было дать больше десяти. Чего нельзя было ожидать в таком замке, как этот.

— Привет, — мягко сказала она. — Принц Роланд, не так ли?

— Чего ты хочешь? Ты кто такая? — Он повернулся и с удивлением посмотрел на нее.

— Ничего. — Аликс присела на камень рядом с ним. — Я просто чувствовала себя не в своей тарелке, а когда увидела вас, подумала, что вам не помешает компания. Меня зовут Аликс. Я работаю в Императорской гардеробной.

— Разве у тебя нет других дел? — Он сухо кивнул ей.

— Не сейчас. У нас выходной… — Аликс посмотрела на детей, играющих в карты на птичьем дворе. — Вы играли в снап?

Он покачал головой.

— Ваши братья никогда не учили вас?

Он еще раз покачал головой.

— Ну, вы даже не представляете, сколько веселья пропустили. Подождите минутку, я сейчас вернусь. — Аликс помчалась обратно в общежитие, схватила колоду карт, на удивление остальных, и убежала, прежде чем кто-нибудь успел ее расспросить.

Она была рада, что Роланд не ушел.

— Вот, позвольте мне показать вам, как в него играть.

— Мне не нужно этому учиться. — Он покачал головой.

— Все очень просто, — Аликс разложила карты на земле. — Смотрите, на этой карте изображены черви, а на той — пики. Каждый кладет одну карту и считает от одного до двадцати. Если номер совпадает с картой, вы хлопаете рукой по верхней части карт. Тот, кто медленнее всех, получает все карты. Выигрывает тот, кто быстрее всего избавится от своих карт.

— Звучит просто. — Он удивленно посмотрел на нее.

— Это не то, чего вы ожидали, да? Давайте сыграем раз. А когда вы освоитесь с игрой, мы присоединимся к остальным.

Аликс тоже была удивлена тем, что ей удалось уговорить Роланда сыграть в карты. Она ожидала еще одного прямого отказа. Возможно, Роланд изголодался по любви. Тео, возможно, и защищал его, но она не могла представить, как Тео играет в игры с младшим братом.

Но Тео был не единственным братом.

После того как они закончили первую партию, в которой Аликс выиграла (она думала, что он не обрадуется, если она проявит к нему милосердие), она спросила:

— Итан и Энцо выглядят так, будто знают несколько игр.

Роланд на мгновение замолчал.

— У нас мало времени, — наконец сказал он.

Аликс подумала, не связано ли это с тем, о чем говорили Тео и Джеральд.

— Но вам всего двенадцать, — сказала она. — Вы же не должны быть заняты весь день?

Она задела его за живое. Роланд внезапно отодвинул карты и произнес:

— Я больше не хочу играть. До свидания.

И он убежал, прежде чем она успела его остановить. Аликс посмотрела вслед удаляющейся фигуре. Что-то определенно было не так с младшим принцем. Чувствуя некоторое разочарование, Аликс направилась обратно в общежитие. Не успела она дойти до здания, как к ней подбежал мальчик на побегушках. Она узнала мальчика: он служил у Ле Гриса.

— Вас хочет видеть канцлер.

Через несколько минут Алекс оказалась в личных покоях Ле Гриса, и на ее ладонь упала тяжелая связка ключей на медном кольце.

— Ключи, которые ты просила, — сказал Ле Грис. — Самый большой, да, именно он, откроет дверь в башню. Самый длинный из них принадлежит общей комнате на первом этаже. Остальные пронумерованы в соответствии с рождениями принцев. Например, номер Тео — это ключ с цифрой один, а номер Джеральда — два.

— Но как я узнаю, какая комната принадлежит Тео?

Ле Гри протянул ей свернутый пергамент.

— План этажа Северной башни. Ты найдешь все, что тебе нужно.

— Благодарю вас, сир, — сказала Аликс.

Как бы ей ни был неприятен Ле Грис, она понимала, что канцлер верен своему слову.

— Принцы будут сопровождать Илиану в город в течение трех дней. Не все они уйдут, но это твой лучший шанс, если хочешь проникнуть в их башню.

Аликс сунула ключи в карман. Они казались тяжелыми и твердыми на ее теле.

— Я сделаю все, что в моих силах.

Глава 20

Несмотря на свою решимость игнорировать предсказание матери, Тео все же испытал облегчение, когда она заявила, что Илиане не суждено стать будущей королевой Сейвони. Все утро экскурсии по городу принцесса Арксана оставалась болезненно застенчивой и почти не меняла тона. Неприязнь… нет, он не испытывал неприязни к принцессе. На самом деле, он сочувствовал ей — он видел, что она была ошеломлена толпой. Когда она шла по ковру, а на нее смотрели сотни глаз, он почувствовал, что ей хочется отпрянуть. Но как принцесса, она не могла избегать публики.

Карета остановилась.

— Тео, — сказал Энцо, — проводишь Илиану до следующей остановки, или нам с Итаном представится возможность показать ей знаменитое сейвонское гостеприимство?

Джеральд взглянул на него и пожал плечами.

— Как тебе будет угодно. Но не подавляй ее, помни.

— Нам и в голову не придет терзать такой нежный цветок, как она.

Следующей остановкой был оперный театр. Великолепное сооружение, построенное из золота и мрамора, стены покрыты лепниной и позолотой, а сводчатые потолки расписаны мозаикой. Тео был уверен, что оно ослепит юную принцессу. Архитектура Арксана отличалась функциональностью и простотой — ни одного лишнего украшения, которым наслаждались сейвонцы.

Все четверо вышли из экипажа. Фердинанд отказался пойти (они подозревали, что он хочет пробраться в палату целителя), а Джулиан сказал, что предпочитает свою постель. Тео не возражал: от Фердинанда было бы мало проку, так как его сердце принадлежало Беатрис, а Джулиан, с его вечным хмурым видом, не стал бы подходящим эскортом для принцессы.

Этьен, Рено и Дюма вывалились из экипажа, возбужденно переговариваясь. Тео посмотрел на них, жалея, что Роланд тоже не пришел. Тео пытался уговорить его, но младший брат отказался. Он устал после банкета и не хотел целый день бродить по городу.

— Ваше Высочество? — Итан и Энцо ждали возле кареты Илианы с одинаковыми выражениями обожания и преданности. — Пожалуйста, позвольте нам показать вам самое знаменитое здание Сейвони.

Илиана, великолепная в бледно-розовом платье, с серебристо-белыми волосами, заплетенными в две косы, вышла из экипажа. Она потрогала красивый серебряный филигранный браслет, который носила, когда приехала, и нерешительно приняла руку Энцо. Ее няня последовала за ней, кашляя в большой носовой платок.

— Сомневаюсь, что она тебе подходит, — сказал Джеральд.

— Как любопытно, — саркастически заметил Тео. — Ты говоришь точь-в-точь, как мама.

Убедившись, что их никто не подслушивает, он вкратце изложил то, что предсказала Маргарита.

— И все же очень жаль. С тех пор как ты послал приглашение в Арксар, многие люди склоняются к мысли, что ты интересуешься Илианой. — Джеральд улыбнулся.

— Меня интересует магиня, присутствующая при рождении ее покойного брата.

Рядом раздался еще один кашель.

— Извините, — няня Илианы чихнула в носовой платок, — вчера я слегла с этой ужасной простудой, и мне кажется, что она становится все хуже.

Тео встревожился. Слышала ли она их разговор?

— Давайте я принесу вам стакан теплой воды, — быстро сказал Джеральд, делая шаг вперед и очаровательно улыбаясь. — Владелец оперного театра — мой старый друг.

— О, пожалуйста, не беспокойтесь. Со мной все будет в порядке. Кроме того, я нужна принцессе.

— Она не пострадает в этом месте, — сказал Тео самым решительным тоном.

Илиана находилась в сейвонском оперном театре (который был намеренно закрыт для публики из-за ее приезда). За ней, как щенки, следовали два телохранителя, а сопровождали ее четыре принца, все сильные и атлетически сложенные. Действительно, король и королева Арксара переусердствовали в своей защите.

— Это не займет много времени, мадам, — сказал Джеральд. — Мои братья ведут ее в аудиторию. Идет репетиция, которая, вероятно, займет их на некоторое время. Я лично провожу вас к ним, как только вы почувствуете некоторое облегчение.

Тео смотрел, как Джеральд уводит пожилую женщину. Возможно, именно Джеральд сумеет вытянуть из Илианы ключ к разгадке. Очень немногие женщины и мужчины могли устоять перед Джеральдом, когда он был в самом лучшем своем обаянии. Даже очки, простые, старомодные, в круглой оправе, не могли умалить его исключительной красоты и очаровательных манер.

За пределами аудитории близнецы болтали с Илианой, которая, казалось, была очарована зданием. В зале репетировали несколько актеров и актрис. Некоторые из них заметили, что девушка смотрит на них, и уставились в ответ, столь же очарованные принцессой, как и она ими.

— Оперный театр построил наш дедушка, — сказал Энцо. — Он был великим воином, но никогда не читал книг до того, как начал ухаживать за дамой. Леди, на которую он положил глаз, была страстно увлечена книгами, и поэтому он решил улучшить свои литературные способности. Этот оперный театр — один из двух проектов, которые он заказал.

Илиана сказала что-то, чего они не расслышали, но по ответу Энцо было легко догадаться, что именно она сказала.

— Другой проект? Великолепная библиотека в замке. Если хотите, завтра Джеральд покажет вам ее. Мы должны вытаскивать его из комнаты, иначе он будет постоянно утыкаться носом в книгу.

Илиана хихикнула, покраснела и задала еще один вопрос. Ответил Итан:

— К сожалению, нет. Леди Сибилла умерла, когда ей было всего восемнадцать. Иначе она могла бы стать нашей бабушкой.

— Жаль, что она умерла молодой. Она была очень красива, — добавил Энцо. — Ее портрет висит в нашей галерее в замке. Может быть, вы тоже хотите осмотреть галерею? Завтра днем? Для нас будет честью сопровождать вас.

Илиана снова покраснела и кивнула. Тео терпеливо ждал, любуясь аудиторией, но близнецы, похоже, забыли об истинной цели приглашения Илианы в Сейвони. Может быть, им просто нравилось флиртовать с принцессой.

Он должен был действовать. Тео подошел к Илиане и предложил ей руку.

— Хотите сюрприз? Вы двое, идите и принесите принцессе стакан воды. Вы ей все уши прожужжали.

Энцо и Итан обменялись удивленными взглядами, которые Тео истолковал как то, что они думают: он, наконец, заинтересовался Илианой.

— Мы сейчас вернемся.

— Куда ты ее ведешь, старина?

— Мы поднимемся на крышу, — сказал Тео. — Оттуда открывается прекрасный вид на город. Конечно, если миледи не возражает.

Илиана поспешила заверить его, что у нее нет никаких возражений.

* * *

Оперный театр состоял из шести этажей. К его удивлению, принцесса почти не задыхалась. Она казалась такой избалованной и защищенной, но все же преодолела пять лестничных пролетов, не требуя остановиться и отдохнуть. В Илиане было больше качеств, чем он думал.

— Вот мы и пришли. — Он привел ее на террасу. — Что вы думаете?

Ее голубые глаза расширились.

— Это прекрасно, — выдохнула она, и на этот раз он услышал ее без труда.

При виде столицы, раскинувшейся вокруг театра, она забыла о своей застенчивости. Здания, как старые, так и новые, окружали оперный театр. На улицах толпились экипажи и повозки. Вокруг сновали люди, уменьшившиеся до размеров чайных чашек. В отдалении холмы, окружающие столицу, были покрыты зеленью. Солнце садилось, окрашивая город в красно-золотой цвет.

Тео подвел ее к месту, откуда открывался хороший вид на замок, расположенный на холме. Она упивалась видом с восторженным выражением, которое подчеркивало ее красоту. На мгновение он был загипнотизирован, пока звук шагов по каменной земле не заставил его обернуться. Телохранители Илианы последовали за ними на крышу, хотя вероятность того, что с принцессой что-то случится, была нулевой.

— Ваши телохранители, похоже, очень заботятся о вас.

— О, Рона и Ларс со мной с тех пор, как я была ребенком, — сказала Илиана. — Они всегда ходят со мной. Отец и мать забеспокоились, когда я приняла ваше приглашение.

— Почему они так боятся за вас?

Илиана подняла на него глаза, и он понадеялся, что она не догадывается об истинных мотивах приглашения.

— Вы слышали о моем брате?

Ее голос снова стал тихим, она говорила почти шепотом. Тео сдержал нетерпение и попросил ее повторить вопрос.

— Да, я слышал о нем, — ответил он. — Разве ваш старший брат не умер до того, как вы стали достаточно взрослой, чтобы помнить его?

— Жаль, что я не могла с ним встретиться, — задумчиво произнесла Илиана. Она пощипала свой серебряный браслет и посмотрела на землю. — Мне не нравится быть единственным ребенком в семье.

Рона и Ларс посмотрели на Тео. Рона прищурился, словно обвиняя Тео в том, что он поднял тему о мертвом принце Арксана и заставил Илиану опечалиться.

— Вы могли бы думать иначе, если бы у вас было столько братьев, как у меня, — этажом ниже раздался взрыв смеха.

Этьен и Рено, казалось, веселились. Тео надеялся, что Джеральд где-то поблизости, на случай, если его младшие братья увлекутся и нанесут ущерб богато украшенному зданию. Илиана хихикнула. Хмурое выражение на лице Рона смягчилось.

— О вашем брате, — напомнил он ей. — Это из-за него ваши родители приставили к вам телохранителей?

Она кивнула.

— Злая ведьма наложила на него проклятие, когда он был еще младенцем. Она сказала, что он умрет молодым. Так и было: он погиб в страшном пожаре. Отец и мать твердо решили, что меня не постигнет та же участь.

— Я понимаю, — сказал Тео, хотя на самом деле он не понимал необходимости охранять Илиану, как дорогое украшение. — Но разве в проклятии вашего брата не была замешана магиня? Она пыталась снять проклятие, но ей это не удалось.

— Я никогда не слышала ни о какой магине. — Илиана широко раскрыла глаза.

Он был ошеломлен. Клаудия сказала, что магиня была назначена крестной матерью принца Арксана и появилась на его месячный день рождения. Неужели король и королева Арксана так оберегали Илиану, что скрывали от нее информацию?

— Вы ничего не знаете о магине? — повторил он, чувствуя себя полным идиотом. — Разве она не была крестной вашего брата?

— Понятия не имею.

Илиана выглядела удивленной, озадаченной. Ничто в ее лице не указывало на то, что она лжет. Она была слишком невинна, слишком бесхитростна.

— Понятно, — выдавил он из себя.

Разочарование нахлынуло на него волной. Подумать только, они приготовили этот грандиозный банкет и экскурсию для Илианы — все впустую. За исключением того, что он дал понять: не забывает о потенциальных невестках.

— Может, спустимся вниз? Уже темнеет.

Глава 21

Аликс тихо выругалась. Весь день она бродила по Северной башне, и ключи, которые дал ей Ле Грис, позвякивали у нее в кармане. В какой-то момент ей надоел этот шум, и она плотно завернула ключи в фартук и сунула их в карман. Она хотела пробраться в башню, но это было легче вообразить, чем сделать.

Сельма решила тщательно убрать башню, так как большинство принцев отправились на экскурсию по городу вместе с Илианой. Почти весь день Аликс наблюдала, как дюжина слуг со швабрами, ведрами и мылом входит в башню и выходит оттуда с простынями и полотенцами. Некоторые вытряхивали ковры из окон, бормоча, что принцы никогда не заботились о том, чтобы содержать свои комнаты в порядке. Она не могла рисковать, входя в башню, когда там было полно уборщиков. И зная, что Сельма заподозрила ее, когда она использовала ботинки Энцо в качестве оправдания, она была бы выброшена из замка, если бы пожилая женщина нашла ее.

Наконец, когда они, казалось, закончили, Сельма вытерла лоб пятнистым носовым платком, Аликс вышла. Она пряталась за большим кустом рододендрона рядом с группой деревьев. Крадясь, как кошка, она подобралась к башне и вставила ключ в замок. Послышался щелчок, и она толкнула дверь — медленно и осторожно. В коридоре было тихо. Очевидно, все уборщики ушли. Миновав гостиную, где Сельма заперла ее, Аликс бросилась вверх по лестнице. Она провела весь день, запоминая карту, которую дал ей Ле Грис, и знала, что комната Тео находится на четвертом этаже, первая справа.

Для наследного принца королевства комната Тео показалась на удивление скудной. Комната была просторной, но в ней стояли только кровать, несколько стульев, стол и шкаф в углу. На стенах не было гобеленов. Над кроватью не висел бархатный балдахин. На каминной полке не было никаких украшений. Одеяло было толстое и простое, без причудливой вышивки поверх гладкого материала. Единственным дорогим предметом был прислоненный к кровати широкий меч с рукоятью, инкрустированной рубинами, и ножнами, украшенными золотом и сверкающими бриллиантами.

Аликс открыла шкаф и принялась рыться в одежде, обыскивая карманы, но ничего не нашла. На столе лежало несколько книг, чернильница и стопка пергаментной бумаги. К ее удивлению, книги состояли из стихов — определенно не это она ожидала увидеть. Он был самым несентиментальным человеком, которого она когда-либо встречала.

Как раз, когда она листала книгу, надеясь, что там может быть ключ к полуночным исчезновениям или таинственному РР1010, она услышала эхо шагов в коридоре — принцы вернулись. Аликс отчаянно нырнула под кровать и замерла, когда дверь со скрипом отворилась и появились две пары ботинок, которые остановились возле кровати.

— Ты можешь поверить, что она никогда не слышала о магине? — Плохое настроение Тео было очевидно по его тону.

Он швырнул плащ на кровать с большей силой, чем требовалось.

— Это удивительно, но не невероятно, — сказал Джеральд успокаивающим и мягким тоном. — Ты видел, как король и королева Арксана охраняют ее, словно фарфоровую куклу. Вполне возможно, что она ничего не знает о магине. Не забывай, что ее брат умер еще до ее рождения.

— Но подумать только, что она даже не слышала и не спрашивала о нем! Девушка совершенно невежественна, — вспылил Тео. — Мы зря пригласили ее сюда.

Аликс лежала неподвижно, а ее сердце бешено колотилось. Если бы не уборка в башне, то она смогла бы проникнуть туда раньше и еще немного поискать. И все же не так уж плохо, что она снова может подслушивать разговор принцев, ведь на этот раз их не разделяла стена.

О чем говорил Тео? Самое большое, что она смогла разобрать, это то, что «она», о которой он говорил, была Илиана, но остальное — полная загадка.

— Не волнуйся, Тео. Мы не лишены надежды. Возможно, Клаудия все еще может что-то узнать у короля и королевы Арксана.

— Они могут не доверять ей. — Тео расхаживал по комнате. — Клаудия сама дала понять: мы не можем рассказать арксанцам о проклятии. И даже если получится поговорить об этом, они все равно не захотят раскрывать местонахождение магини.

— Тео, ты слишком пессимистичен. То, что Илиана не знает о магине, еще не значит, что у нас нет надежды.

Тео обернулся.

— Двадцать лет. Я уже двадцать лет пытаюсь разрушить это проклятие. Я не могу допустить, чтобы это продолжалось до следующего поколения, пока… пока нет выбора.

— Мы сделаем все, что в наших силах, — мягко сказал Джеральд. — Между прочим, я хочу тебе еще кое-что сказать.

— Хорошее это или плохое? — Тео поднял голову.

— Беатрис простудилась, и Одеон не хочет, чтобы она покидала замок. А это значит, что последнюю поставку доставим либо ты, либо я.

— Я пойду, — сказал Тео. — Я уже бывал там раньше и узнаю дилера. У тебя могут возникнуть проблемы даже с очками, так что я пойду. Но как насчет Илианы?

— Доставка завтра. Близнецы могут занять ее.

— Но что же нам делать? Ты запланировал мероприятие, которое может занять ее надолго?

— Я бы сказал, соревнование по стрельбе из лука. Это должно вызвать достаточно интереса, чтобы никто не заметил твоего отсутствия, — улыбнулся Джеральд.

— Соревнование по стрельбе из лука? Хочешь сказать, что принцесса умеет владеть луком и стрелами?

— На самом деле решимость ее родителей защитить ее не ограничивается ее телохранителями. Илиана с детства много тренировалась в стрельбе из лука. Она может победить многих прекрасных лучников в Арксаре.

— Откуда ты это знаешь? — Тео покачал головой.

— Ее няня сказала мне, когда я принес ей воду.

— Очень хорошо. Скажи Фердинанду, чтобы он помог тебе организовать соревнования по стрельбе из лука. Он отказался идти с нами сегодня, но должен помочь, когда Илиана в замке.

— Хорошо.

Глава 22

— Фабио, мне нужно, чтобы ты извинился за меня сегодня вечером, е если кто-нибудь спросит, где я. Скажи им, что… — Аликс поморщилась. — Ле Грис в последнюю минуту сказал мне выполнить задание.

— Что ты задумала?

— Тео уезжает из замка. Я должна проследить за ним.

Аликс не могла поверить своей удаче, когда вернулась в общежитие. После того как Тео и Джеральд ушли, она подождала, пока их шаги затихнут, и выскользнула из комнаты. Она прижалась к стене и стала спускаться по лестнице, боясь, что в башню вдруг войдет какой-нибудь другой принц. Но удача улыбнулась ей, и она вышла из Северной башни раньше, чем ожидалось, глубоко вздохнув и чувствуя себя так, словно только что взобралась на высокую гору. Как только она успокоилась, то пошла искать Фабио. Девушка отвела его в сторону, когда они направились на кухню.

Фабио выглядел взволнованным.

— Откуда ты знаешь, что он уезжает сегодня вечером?

Аликс убедилась, что поблизости никого нет, и рассказала ему о том, что слышала в комнате Тео.

— Я не уверена, что это поможет раскрыть тайну, но кажется, что это важно.

— Хм, — Фабио приложил палец к щеке. — Тео уходит, потому что Беатрис простужена и не может получить то, что должна была получить. Может быть, это как-то связано с загадочным РР1010?

— Может быть.

— Жаль, что я не могу пойти с тобой, — вздохнул Фабио. — Говоришь, что Джеральд собирается устроить соревнования по стрельбе из лука для Илианы? Кто бы мог подумать, что эта избалованная принцесса окажется искусным лучником?

— Ну, считай, тебе повезло, что у нас сейчас не так много дел. Ты же не хочешь упустить шанс увидеть, как стреляет Джеральд.

Фабио схватил ее за руку и произнес:

— Ты знаешь мое сердце, Аликс. Ничто не заставит меня остаться в стороне.

— Возьми еще один носовой платок на случай, если у тебя потекут слюни.

* * *

До следующих двух недель оставалось пять дней, но Аликс не могла не вспомнить, что в последний раз, когда она была у башни, она заснула. Это продолжало озадачивать ее: она не была совой, но бодрствовать до полуночи было нетрудно. Возможно, потому, что она устала переделывать ботинки Энцо, не говоря уже о том, чтобы карабкаться по трубе и слушать разговоры Тео и Джеральда.

«А как насчет еды и воды, которые принес Тео?» — прошептал ее разум. — «Он мог подсыпать снотворное в еду».

Аликс отбросила эту мысль. Тео казался человеком с прямым характером. Если бы он хотел, чтобы она держалась подальше от Северной башни, он бы потащил ее в общежитие и велел слугам присматривать за ней. Он не станет прибегать к хитрым методам. Но у него были секреты, о которых он не мог говорить. Это точно.

Как бы то ни было, сегодня она съела столько хлеба, сколько мог вместить ее желудок. Независимо от того, получила ли она какую-нибудь полезную информацию или нет, она не собиралась снова засыпать.

Пока Аликс ждала за кустом рододендрона, она заметила близнецов, возвращающихся в Северную башню. Их голоса были достаточно громкими, чтобы она могла услышать разговор.

— …Илиана, похоже, не влюбилась в Тео, хотя он и пытался быть очаровательным. Ха! Как бы он ни старался это скрыть, его лицо всегда будет пугать такой нежный цветок. Нужна женщина со стальными нервами, чтобы противостоять ему.

— Ты слышал, как Джеральд объявил за ужином о новом событии? — взволнованно спросил Итан, пересекая дорожку вместе с Энцо. — Он приглашает Илиану принять участие в соревнованиях по стрельбе из лука! Представь себе принцессу в роли лучницы.

— А она хороша в этом? Как думаешь, мы должны… позволить ей победить?

— Джеральд говорил, что она искусный лучник, хоть и выглядит застенчивой принцессой, но лучше не задевать ее гордость…

Затем появился Джулиан, который, как обычно, хмурился, отставая шагов на десять от близнецов. Аликс вспомнила, что никогда не видела Джулиана в обществе братьев. Он был угрюм, как и Тео, но, по крайней мере, Тео был близок с Джеральдом. Аликс задумалась, есть ли какая-то особая причина, по которой Джулиан держится на расстоянии. Это как-то связано с ночными исчезновениями принцев?

— Что ты здесь делаешь?

Алекс чуть не выпрыгнула из собственной кожи. Роланд, бледный и худой, смотрел на нее, сидящую под кустом, скрестив ноги.

— Как вы меня нашли?

Она думала, что хорошо спряталась, ведь с другой стороны ее окружали деревья. Аликс даже попросила Фабио проверить и подтвердить, что никто из проходящих мимо не может ее видеть. Роланд криво усмехнулся, отчего выглядел старше своих двенадцати лет.

— Ты не единственная, кто любит играть в прятки. Итан и Энцо обычно выпрыгивали и пугали нас, когда мы были моложе.

— На них это похоже, — сказала Аликс с нервным смешком.

— Итак, — тихо произнес Роланд, — что ты здесь делаешь?

«Придумай ложь», — мысленно повторяла она.

— Ну, был один человек, которого я хотела избежать, и это казалось лучшим местом, чтобы спрятаться от него…

— Ты пытаешься выяснить, куда мои братья ходят каждые две недели.

Упс.

— Вы сказали, что ваши братья исчезают каждые две недели? Как необычно.

Роланд серьезно посмотрел на нее, и Аликс вдруг стало стыдно за себя. Она не хотела лгать этому младшему принцу, который казался таким ранимым и у которого было несчастливое детство.

— Это бесполезно, — тихо сказал он. — Тебе лучше вернуться. Ты не сможешь достичь того, что хочешь открыть.

Аликс решила прикинуться дурочкой:

— Уже поздно, Ваше Высочество. Разве вы не должны быть сейчас в постели?

— Еще пять дней. — Он посмотрел на луну, бледную и сияющую в темном небе.

— Что?

Роланд повернулся, чтобы уйти, но, протиснувшись в узкую щель между кустом и деревом, остановился.

— Прости, что я был груб с тобой, когда ты учила меня играть в снап. Это было весело.

И он побежал к башне, прежде чем Алекс успела ответить. Скажет ли он Тео, что она снаружи? Если они узнают, то ее безжалостно бросят в ров. Аликс наблюдала за башней с ястребиной бдительностью, готовая убежать, если ее начнут искать. Через некоторое время сердце, казалось, остановилось на мгновение. Тео действительно вышел из башни, одетый во все черное.

Значит, Роланд сказал брату, что она здесь. Она приготовилась бежать, когда тот повернул в противоположную сторону. Аликс смотрела, как он прошел несколько шагов, потом вскочила на ноги. Выскользнув из своего укрытия, она последовала за ним. Принц, казалось, не подозревал, что девушка следит за ним. Тем не менее Аликс старалась держаться на разумном расстоянии.

Они миновали сады, Центральную башню, где жила королева, и наконец оказались во внутреннем дворе, где стояли экипажи, паланкины (крытые носилки в виде кресла или ложа. — Прим. ред.) и повозки. Неподалеку послышалось ржание лошади в конюшне.

Аликс наблюдала, как Тео нетерпеливо махнул рукой конюху, тот поклонился и поспешил прочь. Повинуясь внезапному порыву, она последовала за мальчиком. Он миновал несколько экипажей разных размеров и в конце концов остановился перед небольшим компактным экипажем. Для королевских стандартов он выглядел просто, поскольку снаружи не было никаких декоративных узоров, и даже краска облупилась.

— Запрягай лошадей, Жак! Наследному принцу нужно выехать.

Когда мальчик вернулся в дом, она увидела свой шанс. Поспешив к экипажу, Аликс открыла дверцу и скользнула внутрь. Она заползла под сиденье, радуясь, что там достаточно места для ее тела.

— Вы уверены, что хотите именно эту, Ваше Высочество? Эта не подходит для человека вашего положения…

— Просто садись и поезжай. — Аликс представила себе лицо Тео.

Казалось, он был раздражен независимо от того, как другие общались с ним. Было ли когда-нибудь время, когда он мог улыбнуться и расслабиться?

Дверца кареты открылась. Ботинки хрустели по полу, на сиденье над ее телом навалилась тяжесть. Аликс приглушила чих, который грозил вырваться наружу: под сиденьем собралось много пыли.

Хлыст щелкнул, и карета тронулась с места.

* * *

Ей казалось, что это ужасно длинная поездка, но то ли от нервов, то ли она действительно была долгой, она никогда не узнает. Когда карета наконец остановилась и она услышала, как Тео встал и вышел, она вздохнула. Она не могла поверить, что ей удалось осуществить эту дерзкую, возможно, самоубийственную идею — пробраться в карету Тео без его разрешения.

Аликс выбралась наружу, надеясь, что водитель находится на другой стороне или, что еще лучше, дальше по улице. Дверь бесшумно закрылась за ней, потому что петли были смазаны и хорошо ухожены, в отличие от пространства под сиденьем. Она оказалась в темном узком переулке, похожем на тот грязный район, где она когда-то жила. Мрачные дома, покрытые грязью и копотью, стояли по обе стороны узкой улицы. Осколки битого стекла и рассыпанный пепел усеивали землю, а воздух был пропитан запахом гниющего мусора и навоза животных. Мяукнула одинокая кошка.

Оглядевшись, она подумала, куда же делся Тео. Дома в переулке выглядели обветшалыми и безлюдными. Только медная вывеска с символом бутылки указывала на таверну неподалеку. Изнутри доносились шумный смех и звон бокалов. Аликс вытащила из кармана кусок нефритово-зеленой ткани и повязала его вокруг головы, как платок. Будучи ученицей портнихи, она привыкла носить с собой кусочки материи, ведь никогда не знаешь, когда они пригодятся. Девушка сняла фартук (в углу которого была вышита геральдика замка) и спрятала его под сиденье кареты.

Она вошла в таверну не столько как королевская служанка, сколько как обычная женщина. Ле Грис, вероятно, будет настаивать на каждой мелочи, и она не собиралась упускать шанс получить оставшиеся девятьсот дукатов. В тот момент, когда за ней захлопнулась дверь, она почувствовала запах табачного дыма. Внутри все было именно так, как она и ожидала — пыльные столы, тесные кресла, шумные мужчины, женщины с неаккуратно накрашенными лицами.

Где же Тео? Не прошло и пяти минут, как он вышел из кареты. Он должен был быть частым клиентом, если мог исчезнуть в считанные секунды. Мимо прошла коренастая женщина в грязном фартуке, неся поднос с пустыми кружками. Аликс попыталась остановить ее.

— Вы не видели человека, одетого в черное? Он такой высокий, с волнистыми черными волосами и ледяными голубыми глазами.

— Ищешь своего мужа? — Женщина пристально посмотрела на нее.

— Он мне не муж. Он… друг, с которым я встречаюсь здесь.

— Ни один порядочный мужчина не встречает девушку в таком месте. Лучше найди другого.

Она прошествовала в дальний конец комнаты, кружки опасно балансировали на подносе, выглядя так, словно могли упасть в любую секунду.

Аликс сглотнула. Она знала, что не должна оставаться здесь дольше, но любопытство взяло верх. Что, черт возьми, он делал в захудалой таверне?

Черноволосый мужчина с мускулистой фигурой двигался в дальний угол, неся кружку, рыжеволосая женщина висела у него на руке. Аликс двигалась так осторожно, как только могла, думая, что Тео, возможно, предпочитает рыжих, когда мужчина повернулся к женщине, показывая свой профиль.

Это не Тео.

— Здарова, милашка, — мужчина злобно посмотрел на нее, показывая кривые зубы. Вонь дешевого эля, смешанная с потом, заставила ее отступить. — Совсем одна здеся? Я могу составить те компанию.

Опыт научил ее, что невежество — лучший способ справиться с такими людьми, как он. Аликс покачала головой и отвернулась, стараясь выглядеть так, будто кого-то ждет. Другой мужчина схватил ее за руку. На этот раз ее окружил густой неприятный табачный дым, от которого хотелось кашлять.

— Не строй из себя дурочку, девка. Ты б не пришла в «Три единорога», не желая хорошо провести время. Выпей с нами, ты знаешь, что для тебя хорошо.

Паника поднялась в ее груди. Глупо было приходить сюда одной. Она думала, что с таким количеством людей в таверне сможет понаблюдать за ними, собрать достаточно подробностей, чтобы удовлетворить Ле Гриса, и вернуться назад. Она стряхнула руку второго мужчины, но тут другая рука обняла ее за плечи. Не раздумывая, Аликс наступила мужчине на ногу, но его рука не сдвинулась ни на дюйм.

— Вот ты где, — произнес знакомый голос.

Тео. Он выглядел немного иначе: его черные волосы были зачесаны назад, а на носу красовались очки, но изменить свою внушительную фигуру он не мог. И слишком знакомый взгляд ярости.

Двое мужчин, которые подошли к ней, уставились на Тео.

— Она с тобой? — отважился Табачник.

Тео лишь крепче обнял ее за плечи и посмотрел так, словно Табачник оскорбил его, задав глупый вопрос.

— Пойдем. — В следующую секунду он уже тащил ее к лестнице.

— Подождите… — Ее голос был едва слышен в таверне.

Наверху на табурете сидела старуха и курила трубку. Тео сунул ей что-то в руку — монету, как она догадалась, — и та указала на зеленую дверь. Тео открыл дверь, втолкнул Аликс внутрь и захлопнул ее за собой. Он был настолько силен, что она пролетела несколько шагов, прежде чем наткнуться на край кровати. Растрепанные одеяла, залатанные и грязные, вызвали у нее дрожь страха. Она вслепую нащупала ножницы, когда его голос прорезал воздух.

— Ты! — Его холодные, как камень, глаза впились в ее лицо. — Почему ты следила за мной из замка?

— Я не следила за вами, Ваше Высочество, — быстро солгала Аликс. — Я договорилась встретиться со… старым клиентом моего отца, который не хотел, чтобы кто-то чинил его ботинки, кроме моей семьи. В прошлый раз, когда я проверяла, не было против правил брать дополнительную работу, если мы не пренебрегаем работой в Императорской гардеробной. Откуда я знала, что вы тоже будете здесь?

Он одарил ее взглядом «ты-тратишь-мое-время», но полез в карман и протянул руку. Длинные волосы тускло-коричневого цвета лежали, свернувшись, на его ладони.

— Это было на полу моей кареты.

Аликс смутно припомнила, как ее волосы застряли в дверце, когда она садилась в экипаж. Ей действительно следовало бы закрутить волосы в пучок, но она не работала, а температура за последние несколько дней изменилась.

— Они могли принадлежать одному из ваших братьев.

— У них не такие длинные волосы, как у женщин, и они не настолько глупы, чтобы прятаться под сиденьем. — Он сложил на груди свои широкие руки. — Скажи мне настоящую причину, по которой ты преследуешь меня, или я брошу тебя в тюрьму.

Она потратила все свое время на ожидание. Теперь ей предстояло изобрести еще одну ложь. Она была уверена, что Тео не поддается соблазну.

— Я хотела навестить свою тетю, — Аликс придала своему лицу отчаянное выражение. — Я случайно увидела, как вы выходите, и подумала, что если бы я могла быстро проехаться, то смогла бы увидеть ее. — Девушка опустила голову и сделала вид, что раскаивается. — Она моя единственная родственница, и она совсем одна. Я волновалась.

Его взгляд не дрогнул. Она видела, что он пытается решить, говорит ли она правду.

— У меня нет младших братьев и сестер, но я знаю, каково это — заботиться о любимом человеке. Тетя воспитывала меня с тех пор, как умерли мои родители. Ей уже пятьдесят, и года берут свое. Сунув руку за пояс, Аликс достала маленький хлопчатобумажный мешочек. — Я только что получила свое жалованье и хотела поделиться с ней половиной, потому что она работает швеей и едва зарабатывает сама. А арендная плата возле рыночной площади растет с каждым годом все выше…

— Лгунья. — Голос Тео был настолько холоден, что мог заморозить воду. Черты его лица казались высеченными из камня. — Я видел тебя, когда ты пришла сюда. Ты искала меня. Ты дала мое описание служанке и спросила, не видела ли она меня.

Аликс почувствовала себя так, словно он дал ей пощечину. Тео уже знал, что она ищет его. Он просто проверял, честна ли она. Вот тебе и ложь, которую она придумала. В следующую секунду он схватил ее за руку. Она закричала и попыталась вырваться из его объятий, но с тем же успехом могла бы и не пытаться. У Тео была сила великана.

— Пойдем. — Голос у него был грубый. — Молчи, или я сломаю тебе руку.

Когда они добрались до первого этажа, в таверне стало еще теснее. Пьяные мужчины ухмылялись. Один выкрикивал в ее адрес непристойные слова и спрашивал, закончил ли Тео с ней. Даже если бы она захотела устроить сцену, то не смогла бы.

Тео выволок ее на улицу и силой усадил в свой экипаж.

— Отвези ее к тете, — сказал он водителю. — А ты не утруждай себя возвращением в замок. Ты уволена.

Глава 23

Аликс устало поплелась вверх по шатким старым ступенькам, чувствуя, как ее сердце опускается к подошвам залатанных туфель. Тео предупредил ее, чтобы она не возвращалась, он сказал ей тоном холодной ярости: если она ступит на территорию замка, то бросит ее в ров. Это была практически смертельная угроза для девушки, которая не умела плавать.

Ее стабильная работа в замке исчезла. Ее договоренность с Ле Грисом свелась к пустым словам. Что скажет канцлер, если узнает, что ее с позором отправили домой? Возможно, он просто усмехнется и станет искать следующую цель, которая поможет ему шпионить за Тео. Может быть, он даже постучится к ним в дверь и потребует, чтобы Аликс вернула сто дукатов, которые он заплатил ей авансом. Может быть, он заставит ее выполнить свое обещание работать на сэра Хьюберта. Аликс выбросила неприятную мысль из головы и открыла дверь. Ей не хотелось думать о том, что скажет тетя Жаклин. А потом ее тело замерло.

Там, на матрасе, лежала ее тетя. На маленьком столике рядом с матрасом лежал пузырек с таблетками. Она тяжело дышала. Пот блестел у нее на лбу и стекал по шее.

— Тетя! — В два прыжка она оказалась рядом с Жаклин. — Что с вами случилось? Когда вы заболели?

Жаклин открыла глаза.

— Дитя, — прохрипела она. Ее кожа была бледной и болезненной, как луна. Морщины вокруг глаз стали глубже, и она выглядела на десять лет старше. — Я думала, ты не вернешься до конца месяца. Это из-за визита принцессы?

— Как давно вы болеете? Вы пригласили доктора? — Аликс проигнорировала ее вопрос.

Жаклин закрыла глаза и судорожно вздохнула:

— С Матильдой было покончено, но в то время я и вполовину не была так больна. Не волнуйся, дитя мое. Я постараюсь отоспаться. Думаю, утром мне будет лучше.

Аликс положила руку на лоб тети. Он был таким горячим, что она даже не колебалась, поэтому вскочила и сказала:

— Я иду за доктором.

Все мысли о том, что ее вышвырнули из замка, улетучились, и она помчалась вниз по лестнице. Все, о чем она беспокоилась, — это Жаклин, и если она не поторопится, то ее тетя может и не успеть… Доктор жил всего в нескольких кварталах отсюда. И сейчас девушка благодарила судьбу за прекрасное расположение своей квартиры. И все же он был явно раздражен, когда Аликс посреди ночи постучала в его дверь.

— У кого-нибудь рождается ребенок? — проворчал он.

— Нет, моя тетя очень больна, — сказала Аликс с паникой в глазах и голосе. — Пожалуйста, сэр, приезжайте скорее. У нее жар, и я боюсь, что будет гораздо хуже, если ее не лечить.

Доктор пришел с большой черной сумкой и очками. Один взгляд на мертвенно-бледное лицо Жаклин, и раздражение исчезло. Закатав рукава, он наклонился над кроватью, пощупал ее пульс и оттянул веко.

— С ней… все в порядке? — рискнула спросить Аликс.

Доктор, казалось, не слышал ее. Он задал Жаклин несколько вопросов: как долго она болела, могла ли нормально питаться, могла ли вставать, — вопросов, которые встревожили Аликс еще больше. Наконец он встал.

— У нее болезнь повышенного потоотделения, мадемуазель.

— Что это такое?

— Новая ужасная болезнь, которая в наши дни стала чумой. Она исходит от смертельного вируса. Вам повезло, что вы нашли меня, иначе ваша тетушка могла не выжить.

— Она поправится?

Доктор помрачнел.

— Я ничего не могу обещать. Твоей тете уже за пятьдесят, и ее телосложение не такое крепкое, как у молодых пациентов. Но я постараюсь.

— Пожалуйста. Она — моя единственная семья.

В конце концов Аликс оказалась в положении покупателей мастерской Анны-Марии. Доктор взял с нее дополнительную плату за поздний визит. Потом появились лекарства, дорогие и разнообразные: лекарство, чтобы убить вредные микробы этой новой болезни, лекарство, чтобы вызвать аппетит, и лекарство, чтобы обеспечить спокойный сон. Она торговалась, когда осмеливалась, но цена все равно была достаточно высока, чтобы вдвое сократить сто дукатов, которые она получила от Ле Гриса.

Когда доктор ушел, Жаклин медленно выдохнула, но выдох быстро перешел в кашель. Аликс принесла ей воды, тетя с отвращением посмотрела на чашку, но, услышав ее уговоры, отпила немного и сморщилась.

— Вы должны что-нибудь выпить, тетушка, — строго сказала Аликс. — Вы не выживете, если будете дышать грязным воздухом, идущим с улиц.

Жаклин слабо улыбнулась.

— Дитя мое, я старею. Не важно, что я не выживу. Я увижу твоего дядю, когда попаду на небеса.

— Не говорите так, — быстро сказала Аликс. Чистый ужас заполнил ее разум. Она не хотела оставаться одна в этом мире, какой бы независимой ни была. Ей не хотелось возвращаться в пустую квартиру, где не с кем было поговорить. — Тетушка, вы поправитесь. Доктор обещал. Он сказал, что мне повезло, что я вовремя отправилась за ним. Не упусти свой шанс, которым я воспользовалась.

— Но, дитя мое, как же мы будем оплачивать счета?

— Мы справимся, — сказала Аликс, не осмеливаясь упомянуть, что больше не работает в замке. — Мы всегда так делали, тетя. Смотри, вот лекарство, которое он велел тебе проглотить для хорошего сна. Вы примите необходимую дозу и перестанете беспокоиться.

Жаклин, похоже, была бы рада хорошему отдыху, так как последние несколько часов страдала от слабости и лихорадки, но не могла заснуть. Мгновение спустя ее тихое дыхание стало единственным, что можно было услышать в ночной тишине. Аликс легла на матрас, отвернулась к стене и постаралась не заплакать. Все было ужасно: сначала ее работа, потом болезнь Жаклин. Но она ничего не добьется, глядя в потолок, строго сказала она себе. Через некоторое время она тоже задремала.

* * *

На следующее утро, ясное и раннее, Аликс встала и оделась. Жаклин все еще спала. Лихорадка спала, но кожа оставалась желтоватой, а брови были сведены вместе, будто ей снился кошмар или она страдала от боли. Аликс положила лекарство на стол, нашла немного хлеба и воды и оставила записку, в которой просила тетю поесть и отдохнуть. В квартире было немного прохладно, и это напомнило ей, что осень действительно наступила. Она накрыла Жаклин своим одеялом и вышла.

Когда она услышала голос хозяйки квартиры, дверь открылась. Оттуда выглянуло недовольное лицо.

— Доброе утро, миссис Куинси.

Аликс хотела было уйти, но хозяйка вышла и встала на лестнице, преграждая ей путь.

— Стой на месте, девка. Ты вчера привела доктора. Было что-то не так с твоей тетей?

— Она в порядке.

— С ней не все в порядке. Она кашляла всю дорогу вверх по лестнице, — фыркнула миссис Куинси. — Я приоткрыла дверь и увидела тебя с ним. Что с ней случилось?

— Небольшая простуда, ведь погода меняется, — сказала Аликс, не желая выдавать серьезность болезни Жаклин. — Но доктор сказал, что через несколько дней она поправится.

Миссис Куинси снова фыркнула.

— Есть арендная плата за следующий месяц?

— Платить не раньше, чем через неделю.

— Ты вернешься в замок до этого, и я не хочу, чтобы арендная плата снова задерживалась.

Тео запретил ей возвращаться в замок, но она не могла сказать об этом хозяйке. Сто дукатов, которые она получила от Ле Гриса, скоро исчезнут.

— Возьмите.

Миссис Куинси пересчитала монеты с жадным блеском в глазах.

— Не смотри на меня так, будто я тиран, девочка. Я не занимаюсь благотворительностью. И еще сорок дукатов за следующий, не забывай. — Она повернулась спиной к Аликс и захлопнула дверь, прежде чем та успела снова пробормотать о повышении арендной платы.

* * *

В магазине Анны-Марии было довольно тихо, когда появилась Аликс. В мастерской, казалось, было меньше персонала — только Жанетт, погруженная в свои мысли. Аликс подошла к бывшей коллеге и откашлялась.

— Аликс? — Жанетт подняла глаза от рукава, который вышивала. — Мы уже несколько месяцев тебя не видели. Как жизнь в замке? Ты шила для королевы?

— Нет, но я чинила сапоги для принцев. Фабио шил. Ты же знаешь, какие у него замечательные способности. А где Жанин?

— Она ушла. Видишь ли, Анна-Мария планирует…

В этот момент Анна-Мария вошла магазин.

— Аликс! — Она выглядела удивленной. — Приятно видеть тебя. Эммануэль дала тебе отпуск? Почему Фабио не пришел с тобой?

— О, сегодня он был недоступен, — беспечно сказала Аликс. — Могу я поговорить с вами в кабинете, мадам?

— Конечно, Аликс.

В кабинете девушка сложила руки на коленях и изо всех сил старалась выглядеть искренней.

— В последнее время бизнес процветает, мадам?

— Все хорошо, но могло быть и лучше. — Анна-Мария положила локти на стол. — О чем ты пришла поговорить со мной?

— Это… — Аликс могла солгать, но никакая ложь не могла скрыть тот факт, что у нее больше нет работы. — Мадам, могу я вернуться и работать на вас?

Анна-Мария нахмурилась и спросила:

— Но почему? В Императорской гардеробной плохо с тобой обращались? Я могу написать Эммануэль, если считаешь, что с тобой поступили несправедливо.

— Нет, они были очень добры. — Аликс опустила глаза на стол. — Но я скучаю по дому. Тетушка заболела, поэтому я лучше останусь здесь и буду ухаживать за ней.

— Что ж, мне очень жаль это слышать, но в настоящее время мне не нужен новый ученик. Вообще-то я планирую переехать в Массаро. Мой муж нашел возможность для бизнеса в горнодобывающей промышленности, и мы переедем, как только он получит официальное разрешение. Жанетт и еще несколько человек поедут со мной, но остальных я должна оставить позади. Я не могу позволить себе взять с собой ничего, кроме самого лучшего.

Ее сердце ушло в пятки. Вот почему в магазине было не так оживленно, как обычно. Она не могла оставить Жаклин и уехать в Массаро. И даже если бы захотела, Анна-Мария ясно дала понять, что берет с собой только опытных портних.

— Что-то случилось в замке? Не похоже, чтобы ты смогла бросить приличную работу.

— Я просто хочу присмотреть за тетей.

Анна-Мария покачала головой.

— Тебе придется вернуться в Императорскую гардеробную. Кстати, как дела у Фабио? Была ли королева довольна его работой?

Аликс ответила утвердительно, стараясь не показать своего разочарования. Она рассчитывала на поддержку Анны-Марии, но не ожидала, что ее бывшая госпожа покинет королевство. Через минуту Аликс вышла из кабинета и направилась к выходу. Она помахала рукой Жанетт, которая улыбнулась и помахала ей в ответ, не обращая внимания на ее затруднительное положение.

На полпути вниз по улице она чуть не столкнулась с кем-то, несущим кучу коричневых бумажных пакетов.

— Аликс! Странно видеть тебя здесь. Почему ты не в замке?

Гаспар, неся тяжелый груз шелка, пристально смотрел на нее.

— Гаспар, — Алекс схватил его за руку. — Твоему отцу нужен помощник? Ничего не спрашивай, пожалуйста, но мне действительно нужна работа.

Гаспар выглядел удивленным, и вполне понятно почему.

— Но почему? Ты потеряла работу?

— Да. — Аликс почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Обычно, столкнувшись с неприятностями, она находила в них что-то положительное, но внезапная тяжелая болезнь Жаклин оказалась сильнее любых трудностей, с которыми ей приходилось сталкиваться. — И моя тетя заболела. Мне очень нужны деньги, иначе нас вышвырнут на улицу.

— Я постараюсь, но не слишком надейся, Аликс. Ты знаешь наш цех, нам нужны рабочие, которые могут носить тяжелые грузы. — Гаспар сочувственно посмотрел на нее.

Аликс знала, что он прав. И все же она заставила его пообещать спросить об этом отца. Работа на отца Гаспара, конечно, не соответствовала бы ее работе в Императорской гардеробной, но, если бы она могла заработать немного больше, сложить все сбережения, то была бы возможность продержаться еще месяц. Жаклин не могла сдвинуться с места.

— Кстати, как поживает Фабио? — Гаспар выглядел встревоженным. — Он же не потерял работу?

— О нет, он прекрасно справляется. Королева любит его дизайны.

— Какое облегчение. Тогда я смогу увидеть его, если замок сделает нам еще один заказ. — Гаспар улыбнулся, его щеки порозовели.

Внезапно в голову Аликс пришла дерзкая мысль. Гаспару же нравился Фабио, в смысле, выходящем за рамки дружбы. Но у нее было слишком много мыслей, чтобы расспрашивать его об этом. Быстро махнув рукой, Аликс отправилась в другие магазины на рынке, отчаянно пытаясь найти новую работу.

* * *

Три дня спустя Аликс была в полном отчаянии. Гаспар не мог найти для нее работу. Его отец выразил удивление, что она, дочь сапожника, может быть заинтересована в том, чтобы таскать шелк, как мужчина. Другие магазины, в которые она ходила, платили ничтожные суммы, которые приносили несколько дукатов, едва ли достаточных для оплаты аренды, не говоря уже о медицинских расходах на лекарства.

Самое большее, чего ей удалось добиться, — это получить несколько случайных работ по починке обуви, но их едва хватало, чтобы заменить работу швеи. Жаклин зарабатывала немного, но ее доходов хватало на еду. Кроме того, сапожники были многочисленны и легко заменяемы. И клиенты были менее склонны давать ей работу, так как женщин-сапожниц было гораздо меньше, и им меньше доверяли.

Если бы только она стала портнихой раньше. Талантливая портниха стоила десяти швей или сапожников. Но было уже слишком поздно. Самое худшее, что могло случиться, — это то, что их обеих выгонят и заставят жить в каком-нибудь убогом жилище, где прячутся сомнительные люди, а санитарные условия плачевны. Если ее тетя снова подхватит лихорадку…

— Дитя. — Жаклин сидела, держа в руках кружку с молоком. — Я хочу, чтобы ты сказал мне правду. Люди в замке заставили тебя уйти?

Аликс чувствовала себя такой несчастной, что у нее не было сил придумать какую-нибудь ложь. Какой смысл лгать, когда Тео ясно дал ей понять, что она никогда не должна переступать порог замка?

Она молча кивнула.

— Ну, не расстраивайся, дитя мое. Мы можем съехать, — Жаклин замолчала, кашляя в изношенное одеяло. — Есть и другие места, где мы можем остановиться. Арендная плата здесь становится все выше и выше. К следующему году только королева сможет позволить себе жить здесь. Нетрудно найти работу по шитью, а с твоей обувью мы справимся. Во всяком случае, мне очень хотелось попробовать себя в новом месте, которое находится за много миль от этой ужасной миссис Куинси.

Аликс улыбнулась, но она знала, что Жаклин просто пытается успокоить ее. Порыв ветра ворвался в комнату, заставив ее вздрогнуть. Осень безошибочно наступила.

— Тебе лучше надеть что-нибудь теплое, — сказала Жаклин. — Где тот шерстяной плащ, который ты купила на рынке?

— Он ужасен.

— Он теплый, а оставаться в тепле лучше, чем простужаться.

Аликс была вынуждена согласиться. Достаточно было того, что Жаклин заболела, а она должна была оставаться здоровой ради своей родственницы. Девушка нашла плащ, сложенный в сундуке в углу. Она вытащила его и потрясла: вещь была действительно отвратительной, шерсть грубой, а из-за угольного цвета плащ выглядел так, словно его повесили над печью.

Она накинула плащ на плечи, и, к ее удивлению, странное ощущение холода охватило ее. Странно. Никакая шерсть не должна быть прохладной на ощупь. Кружка, которую держала Жаклин, с грохотом упала на пол. Ее глаза округлились от ужаса, и она указала дрожащим пальцем на треснувшее зеркало в углу. Аликс бросилась к стеклу и чуть не упала в обморок: в зеркале она увидела бестелесную голову — ее голову, — парящую в воздухе. Остальная часть ее тела исчезла.

Она вскрикнула.

Глава 24

Тео стоял во дворе, ожидая, когда Илиана выйдет из своих покоев. Ее карета была готова, и через минуту принцесса отправится обратно в Арксар. В его настроении чувствовался легкий подъем, и он с облегчением увидит, как она уезжает. Не то чтобы Илиана его раздражала. Иногда она действовала ему на нервы, но больше раздражало то, что через два дня наступала роковая ночь и он не мог объяснить, почему его братья зевают и хотят спать на следующий день.

И вот Илиана появилась. На ней было мерцающее голубое платье, а волосы заплетены в две детские косички, в которые были вплетены розы. Хорошенькая она в самом деле. На мгновение он представил, как отбрасывает предрассудки и вопреки ее застенчивости просит выйти за него замуж.

Затем она подняла голову, ее робкая улыбка расплылась по лицу, и этот образ исчез. Нет, он не станет подчинять ее своему темпераменту. Она заслуживала быть с кем-то вроде Джеральда или близнецов.

— Благодарю вас за великодушие, принц Тео, — пробормотала она. К счастью, ее голос был достаточно громким, чтобы он мог слышать ее, хотя и чувствовал, что она все еще боится его. — Я наслаждалась своим прибываем здесь.

— Мне было в большей степени приятно, — ответил он, как и требовалось.

Интересно, ей действительно понравилось здесь? Судя по восторженному отчету близнецов, ей было весело на соревнованиях по стрельбе из лука. Энцо сказал, что она обошла всех на конкурсе. Конечно, некоторые из них намеренно сдерживались, но им не нужно было особенно притворяться: навыки стрельбы из лука у Илианы были замечательны для девочки ее возраста, не говоря уже о избалованной, защищенной принцессе. Возможно, именно соперничество сделало ее менее застенчивой, хотя она все еще сильно краснела, делая реверанс и протягивая руку.

— Безопасного вам пути.

Она снова присела в реверансе и огляделась:

— Разве принц Джеральд не с вами?

— К сожалению, он лежит с простудой. Для вашей безопасности мы решили, что ему лучше держаться подальше. Однако он просил передать его извинения. Для него честь встретиться с вами и показать вам город. Как и мне.

На лице Илианы промелькнуло разочарование. Тео не был сторонником романтических чувств, но он чувствовал, что принцесса увлечена его братом. В самом деле, кто бы не увлекся? Именно по этой причине Джеральд выбрал очки.

— Для нас это тоже большая честь, — сказал Итан. Рядом с ним Энцо положил руку на сердце и поклонился. — Нам будет очень не хватать вашего ослепительного присутствия, принцесса. Двор перестанет сиять теперь, когда уходит самая яркая звезда.

Илиана густо покраснела.

— Вы слишком добры, — пробормотала она.

* * *

Как только карета Илианы исчезла со двора, принцы разошлись: близнецы отправились на поиски пищи, а остальные вернулись в башню. Тео тоже пошел, чувствуя необходимость проверить брата.

Когда он постучал в дверь Джеральда, то услышал отчетливый звук кашля. Тео толкнул дверь и вошел. Его брат сидел на кровати, прижимая к лицу носовой платок.

— Ты встречался с Беатрис или Одеоном?

Встревоженный, Тео остановился у входа. Поговаривали об опасной потливой болезни, охватившей всю страну и приведшей к десяткам смертей, и Тео мимолетно испугался того, что Джеральд мог подхватить ее во время их прогулки с Илианой.

— Нет, это не болезнь потливости, — сказал Джеральд, читая его мысли. — Я страдаю от той же простуды, что и Беатрис, и няня Илианы. Это несерьезно, но сегодня не смогу тренироваться.

— Тогда я оставлю тебя отдыхать.

Джеральд покачал головой.

— У меня важные новости.

Тео неохотно опустился на стул, стоявший у двери. Прежде чем снова заговорить, Джеральд отпил воды из чашки.

— Во время соревнований по стрельбе из лука, когда Илиана пришла за луком и стрелами, я надел ей на запястье маленький зудящий амулет. Ее запястье зудело на протяжении всего первого раунда, и я убедил ее снять свой браслет.

— Для чего?

— Этот серебряный браслет она носила каждый день. Я заметил, что она всегда носила его, даже когда меняла платье и другие аксессуары. Я спросил ее о значении этого знака, и она ответила, что носит его постоянно, как талисман на удачу. Я догадался: это ей дала магиня, поэтому, когда она протянула мне браслет, я сразу же нашел предлог уйти и изучил его.

Тео был заинтригован.

— Ты что-нибудь нашел?

— На браслете действительно есть мощный защитный амулет. Мой анализ показал, что, если владелец находится в серьезной опасности, амулет вызовет тревогу и пошлет сигнал изготовителю браслета.

Тео хлопнул себя по колену.

— Значит, если Илиана в опасности, магиня появится?

Его брат кивнул.

— Мы должны соблюдать особую осторожность. Арксан никогда не простит нам, если узнает, что мы пытались напугать Илиану.

— Я поговорю с Клаудией. — Тео встал. — Она может что-нибудь придумать.

* * *

Тео направился к Центральной башне. Когда он пришел, слуга сказал ему, что леди Клаудия покинула замок, но скоро вернется.

— Тогда я подожду ее. — Идея, которую предложил Джеральд, была слишком важна, чтобы откладывать обсуждение.

Тео скрестил руки на груди и с раздраженным видом прислонился к стене. Мелькнувшие мимо слуги мимолетно взглянули на него и ускорили шаг. Надев свою «страшную маску», он избавился от утомительных поклонов и реверансов со стороны всех, кто проходил мимо. Ле Грис иногда советовал ему, тошнотворно вежливым, но снисходительным тоном, что он должен стараться быть более любезным, но для Тео стресс был так велик, что он вскоре потерял желание все время улыбаться.

Дверь в покои матери открылась, и оттуда выглянула королева. Две косички свисали с плеч, перевязанные ярко-розовыми лентами.

— Тео! — Она схватила его за руку и потащила в комнату.

Тео был так удивлен, что позволил ей затянуть себя внутрь, прежде чем вырвать руку.

— Что случилось?

Подняв дрожащий палец, она указала на груду осколков, смешанных с чайными листьями и лужицей пролитого чая.

— Я видела сегодня чайные листья, — сказала она дрожащим голосом. — В следующий раз один из вас будет серьезно ранен.

— Мама, будьте благоразумны.

— Ты не понимаешь! — закричала она. — Непреодолимые опасности поджидают впереди. Как ты можешь не обращать внимания?

Тео позволил ей кричать и ругать его за то, что он никогда не слушал ее предсказаний. Давным-давно он понял: лучший способ справиться с переменчивым характером матери — это сохранять спокойствие.

— Да, я вас услышал. — В тысячный раз один из нас будет страдать от близкой смерти. А потом тихо добавил: — Как будто наше полуночное проклятие было детской забавой.

И все же, когда он вышел из покоев королевы, его охватило чувство тревоги, словно туман, который никак не мог рассеяться. Его мать сделала множество нелепых предсказаний (например, выдумала какую-то зеленоглазую девицу, которая должна была стать его невестой), но это был первый раз, когда она предсказала серьезную травму. Джеральд лежал с простудой, и если с ним что-нибудь случится…

Тео пошел не в ту сторону и остановился.

«Нет. Это просто еще одно нелепое предсказание», — сказал он себе.

Он вернулся в свою комнату, решив забыть все, что сказала мать.

Глава 25

Аликс зажала нос, когда повозка загрохотала по дороге. Вокруг нее в телеге теснилась свора свиней, визжавших и хрюкавших, когда булыжники толкали телегу. По сравнению с этим, карета Тео будто скользила по воде. Запах от свиней. Разве хозяин когда-нибудь потрудился почистить их загон? Было еще хуже от тесноты, но она охотно мирилась с неудобством. Потому что свиньи не могли ее выдать, хотя и чувствовали ее присутствие, так как она держала свой плащ-невидимку плотно обернутым вокруг тела.

Она все еще помнила сильную встряску, когда вчера увидела свое отражение. Вдруг Тео передал ей таинственное проклятие? Но когда шок прошел, она обнаружила, что это был плащ. Когда она сняла его, то тело снова было видно. Аликс немного поиграла, заставляя части своего тела то появляться, то исчезать, и в конце концов обнаружила, что она может полностью исчезнуть, когда натянет капюшон на голову.

— Откуда у тебя этот плащ? — спросила Жаклин, глядя на него так, словно это была свернувшаяся змея.

— От старухи на рынке.

— Почему она отдала его тебе? — голос женщины дрогнул. — Это зловещая магия, дитя мое. Лучше брось его в камин.

Но для Аликс все было так, словно она внезапно нашла оазис после многочасового блуждания по пустыне.

— Тетушка, неужели вы не понимаете? Если я смогу стать невидимой, то у меня не будет трудностей в преследовании принцев!

— Мне не нравится ваша договоренность с канцлером, — сказала Жаклин. — Он не должен заключать сделку с молодой девушкой. Что ему за это будет? Судя по тому, что я слышала о Ле Грисе, он не из тех, кто отдает сто дукатов даром.

Аликс не могла рассказать ей о последствиях своей неудачи, особенно о Хьюберте.

— Он… он очень беспокоится о принцах, а сотня дукатов — ничто для такого богатого человека, как он. — Она села на пол и умоляюще посмотрела на родственницу. — Тетя, я обещаю тебе, что буду очень осторожна. Я буду в безопасности, если буду все время прятаться. Ле Грис не просит меня драться с драконом, а только хочет, чтобы я выяснила, что задумали принцы.

Жаклин вздохнула. Бесполезно было спорить с Аликс, когда она что-то задумала. Женщина не могла удержать племянницу силой, даже если бы не была больна.

— Иди, но обещай, что будешь очень осторожна.

Повозка дернулась, когда внезапно оказалась на развилке, и свинья врезалась ей в бок так, что капюшон соскользнул. Аликс взвизгнула и натянула его обратно, одновременно испустив целую серию неженственных проклятий в адрес животного. Его вес был подобен огромному мешку с мукой, упавшему на женское тело, ощущаюшее себя расплющенной куриной грудкой, которую мясник молотил каждый день.

К счастью, когда водитель обернулся, Аликс уже не было видно. И ее визг был поглощен визгом остальных свиней. Ей просто повезло, что она налетела на рынке на повозку со свиньями. Замок сделал заказ — она предположила, что им не хватает мяса после того количества еды, которое они съели во время визита принцессы Илианы.

— Замок потратил целое состояние на пребывание принцессы, — услышала она голос хозяина свиньи, обращенный к кучеру.

— У них должно быть больше здравого смысла, — проворчал водитель. — Люди умирают от потливой болезни.

Про себя Аликс согласилась, особенно когда подумала о тете. Доктор сказал, что меньше людей будут болеть, если в городе построят лучшую инфраструктуру, например, новую канализацию. Но до сих пор правители ничего не предпринимали для решения этой проблемы.

Когда они вошли в замок и направились к кухне, Аликс спрыгнула с повозки. Плотно закутавшись в плащ и натянув на голову капюшон, она направилась в покои Ле Гриса. Оказавшись внутри здания, она огляделась, убедилась, что поблизости никого нет, и сняла плащ.

— Я хочу поговорить с канцлером, — сказала она слуге у двери.

— В настоящее время у него есть компания.

— Я подожду, если вы не возражаете.

Слуга пожал плечами.

Аликс заложила руки за спину и принялась расхаживать взад-вперед по коридору, чтобы успокоиться. Она уловила несколько обрывков из разговора, доносившихся из комнаты. Маслянистый голос Ле Гриса легко узнаваем. Он разговаривал с человеком, который казался ему личным знаком.

— …потратил мешки дукатов на визит принцессы. Все говорят о расточительности Тео.

Последовал неприятный смех.

— Это не моя вина, — сказал Ле Грис. — Я посоветовал кронпринцу быть более осмотрительным, но он настоял.

— Неужели нет лучшего человека, чтобы править этой страной? Народ нуждается в более компетентном правителе, канцлере. Ком-то вроде…

— Возможно, тебе пора вернуться в свой дом. Ты не можешь обойтись без женского общества дольше, чем несколько часов.

— Женщины! — Вздох. — Я стал недоволен большинством из них. Чем старше они становятся, тем больше меня раздражают. В то время как младшие — корыстолюбивые создания, которые притворяются, что льстят и подчиняются мне, но затем пытаются вытянуть из меня каждую монету.

Ле Грис сказал что-то, чего Алекс не расслышала, и оба мужчины усмехнулись. Через мгновение дверь открылась, и из нее вышел гость. Он был богато одет в горностаевый плащ и бархатный камзол. Толстая золотая цепь висела на мясистой шее, а усыпанный изумрудами пояс, казалось, вот-вот соскочит с тучной талии. Проходя мимо, он бросил на нее злобный взгляд, заставив ее пожалеть, что на ней нет плаща-невидимки.

Аликс ловко обошла мужчину, стараясь держаться от него как можно дальше, и направилась к двери. Слуга назвал ее имя, и вскоре девушка очутилась в апартаментах канцлера. Ле Грис развалился на обитом шелком диване и пил из эмалированного серебряного кубка.

— Ты. — Он поставил кубок на стол. — Какое совпадение. Я говорил о тебе с моим другом, дорогая.

— Это был Хьюберт?

— Единственный и неповторимый.

К горлу подкатила тошнота. Итак, это был человек, которому Ле Грис намеревался продать ее, если она не справится со своей задачей. Один взгляд на Хьюберта сказал, что он последний человек, на которого она будет работать.

— Ну и что? — Ле Грис сжал пальцы. — Чего ты хочешь? Следующий раз — завтра вечером.

Аликс пристально посмотрела ему в глаза.

— Я пришла просить вас нанять меня в качестве временного слуги.

— Но почему? — Его брови поднялись так высоко, что почти достигли линии волос.

— Меня уволили.

Аликс вкратце рассказала о попытке последовать за Тео и о том, как он приказал ей покинуть замок. Ле Грис слушал с ухмылкой в уголках губ.

— Значит, ты была настолько глупа, что позволила Тео обнаружить себя. В таком случае, почему я должен тебе помогать?

— У нас соглашение. Это соглашение не может быть выполнено, если я не могу остаться в замке. Тео, возможно, и приказал мне уйти, но, если вы позволите мне остаться, а я буду держаться подальше от него, то смогу разгадать тайну.

— Какая наглая самоуверенность. Почему ты так уверена, что добьешься успеха, если уже однажды потерпела неудачу?

— Как, по-вашему, я попала в замок, когда Тео приказал меня прогнать? — Она выдержала его взгляд.

«Девятьсот дукатов», — прошептал ее разум. — «Не сдавайся сейчас».

Ле Грис рассмеялся.

— Так вот чем объясняется отвратительный запах, который от тебя исходит. Ты прокралась в телегу с конским навозом? Не обращай внимания, меня эти подробности не интересуют. Считай, тебе повезло, что мой дорогой друг Хьюберт навестил меня до твоего появления. Поскольку Эммануэль уже знала, что ты работаешь на меня, то не будет никаких проблем, если я решу нанять тебя в качестве своей служанки.

Он подозвал слугу, стоявшего у двери, и велел ему найти для Аликс платье и фартук, подобные тес, что носят слуги канцлера.

— Помни: осталось только два шанса. Если ты не обнаружишь исчезновение принцев до конца этого месяца, то будешь соблюдать соглашение. Если мечтаешь сбежать, — его тон стал мрачным и угрожающим, — тогда я доставлю тебя к Хьюберту, закованную в кандалы и с кляпом во рту.

Глава 26

На следующий день в полдень Аликс быстро поела и уже направлялась обратно в общежитие, когда кто-то заключил ее в летящие объятия, которые выжали весь воздух из ее легких. Закашлявшись, девушка оттолкнула человека и подняла руку, показывая, что он должен подождать, пока она восстановит дыхание.

— Где ты была? — Фабио сверкнул глазами, хотя его взгляды были далеко не такими смертоносными, как у Тео.

— Мне очень жаль. — Аликс затащила его под дерево возле птичьего двора, где мало кто проходил. — Тео уволил меня, но я вернулась и добилась, чтобы Ле Грис нанял меня снова.

— Как?

Она пересказала все подробности, начиная с того, как Тео нашел ее в таверне. Она также вкратце рассказала ему о болезни Жаклин (но преуменьшила серьезность) и умолчала о том, что обнаружила плащ-невидимку. Она любила Фабио, но не была уверена, что тот сумеет держать язык за зубами в отношении такой редкой и волшебной вещи, как плащ.

Фабио охал в нужных местах, делая яркие жесты и шумы — Аликс пришлось несколько раз схватить его за руку и заставить остановиться.

— О, Аликс. — Он снова обнял ее. — Ты должна быть осторожнее! Но как это романтично — Тео пришел тебе на помощь!

Алекс сморщила нос.

— Поверь, это было совсем не романтично. И я уверена, что Тео со мной согласится. Он выглядел так, будто собирался взорваться от ярости.

— Но он все равно спас тебя. Я говорил, что он может раздражать или запугивать других, но у него благородное сердце.

С этим она не могла поспорить.

— И я не могу поверить, что Ле Грис согласился взять тебя под свое крыло. — Фабио почесал в затылке. — О! Он, должно быть, ужасно беспокоится о принцах, если дает тебе еще шанс. Когда в следующий раз они планируют исчезнуть?

— Сегодня ночью.

— Разве ты не заснула в прошлый раз? Тебе лучше съесть как можно больше и хорошенько вздремнуть. Это подготовит тебя к сегодняшнему вечеру.

— Ты говоришь необычайно разумно, — усмехнулась Аликс. — Этот совет настолько здравый, что, боюсь, придется им воспользоваться.

Фабио выглядел оскорбленным.

— Я всегда благоразумен, Аликс, и только выбираю, когда показывать это.

* * *

Через несколько часов Аликс сказала слугам Ле Гриса, что идет ужинать, и вышла из комнаты. Они были слегка удивлены тем, что Ле Грис нанял ее, но не приставали с расспросами. У канцлера не было такой дурной репутации, как у Хьюберта, но у него было несколько любовниц, хотя все они и были утонченными, чувственными женщинами. Возможно, они просто решили, что Ле Грис передумал.

Она немного пошила, а потом последовала необычайно разумному совету Фабио. Она съела так много, что даже рыгнула. Аликс мирно спала в спальне (на этот раз на другой кровати), пока все остальные слуги занимались хозяйством. Она была свежа, бодра и готова разгадать тайну принцев.

Пока она ждала снаружи, закутавшись в плащ, ее мысли время от времени возвращались к Жаклин. С тетей все будет в порядке? Перед отъездом Аликс отдала ей все оставшиеся дукаты, пообещав прислать еще.

«Вы заботитесь о своем выздоровлении, тетушка, а я буду беспокоиться о квартплате за следующий месяц».

Сгущались сумерки. Темный полог постепенно заслонял бледное, затянутое тучами небо. Ветер свистел над головой, сотрясая деревья и живые изгороди. Аликс плотнее закуталась в плащ, радуясь, что он сделан из шерсти.

— Сапоги уже готовы? — спросил голос.

Близнецы приближались к башне. Теперь у нее появился шанс. Аликс бросилась вперед, стараясь не столкнуться с близнецами. Она могла быть невидимой, но все еще оставалась созданной из плоти и крови. Стараясь казаться как можно меньше, девушка протиснулась внутрь в последнюю секунду, как раз перед тем, как Энцо закрыл дверь. Его рукав коснулся ее головы, и он остановился, нахмурившись.

— Что? — спросил Итан. — У тебя такой вид, будто ты проглотил яблоко целиком.

— Я думал… — Энцо оглянулся. Аликс поспешно отступила в угол. — Мне показалось, что я коснулся чего-то теплого. Как кусок шерсти.

— Ты все выдумываешь, — презрительно сказал Итан. — Ты коснулся своего шерстяного рукава.

Энцо пожал плечами.

— Наверное, это нервы берут надо мной верх. Помнишь, мама предсказала, что сегодня ночью одному из нас будет угрожать смертельная опасность?

— Мы всегда в смертельной опасности.

Итан шутит или говорит серьезно? Близнецы любили подшучивать над разными вещами, но будут ли они шутить над собственной жизнью?

— Не беспокойся об этом. — Энцо зевнул. — Мама всегда дает нелепые предсказания. Если она говорит, что завтра будет дождь, ожидайте яркого солнечного дня. В любом случае давай немного вздремнем, пока Тео не постучал в наши двери. Знаешь, я действительно думаю, что мы плохо спали после визита Илианы. Нам нужно восстановить силы.

Близнецы исчезли на лестнице, оставив Аликс в глубоком замешательстве. Значит, ночная вылазка была опасной — достаточно опасной, чтобы они рисковали своими головами. Но почему? Что могло заставить принцев Сейвони пойти на такой риск?

Снаружи послышались новые голоса. Дверь открылась, и в комнату вошли Тео и Джеральд. Тот снял очки и начал кашлять в большой белый носовой платок. Фердинанд последовал за ним, выглядя задумчивым и тихим, в то время как Джулиан отстал со своим обычным хмурым видом.

— Принц Джеральд. — Сельма спустилась по лестнице, перекинув через руку плащи близнецов. Тревога омрачила ее материнские черты. Луиза как-то заметила, что Сельма больше похожа на мать принцев, чем королева. — Давайте я приготовлю вам кружку горячей воды с лимоном. Еще достаточно времени.

— А младший набор уже вернулся? — спросил Тео.

— Они все в своих комнатах. Я позаботилась о том, чтобы у каждого была нормальная еда.

Тео кивнул.

— Я тебе очень обязан.

— Я сделаю все, что смогу, принц Тео. — Она вытерла глаза передником. — Принц Джеральд, как насчет того, чтобы вы подождали в общей комнате, а я принесла вам лимонную воду? Вы не можете пойти сегодня без чего-нибудь, что успокоит ваше горло.

Джеральд выглядел так, словно ему ничего не поможет, но он кивнул, как бы успокаивая Сельму.

— Спасибо.

Повинуясь внезапному порыву, Аликс проскользнула в гостиную вместе с двумя старшими принцами. Не снимая капюшона, она на цыпочках подошла к креслу и присела за ним. В том маловероятном случае если плащ-невидимка потеряет свою магию, она, по крайней мере, будет спрятана.

— Я должен… — закашлялся Джеральд. — Я должен оставить Розу Рубигинозу на прежнем месте или убрать ее?

— Оставь, — коротко бросил Тео. — Я уволил ту любопытную сапожницу, но кто угодно может выйти прогуляться при лунном свете. Разве ты забыл, что мы когда-то едва спаслись?

— Тео, люди с меньшей вероятностью будут гулять в такую погоду.

— Мы никогда не можем быть слишком осторожными. — Тео посмотрел на брата, который осушал кубок с водой. — Твое выздоровление идет медленно.

— Со мной все будет в порядке. — Джеральд неубедительно кашлянул. — Даже если меня выберут сегодня вечером, я уверен в собственных силах.

— Ты же знаешь, что сказала мама.

— С каких это пор ты стал обращать внимание на ее предсказания?

— Ты совершенно прав. И все же… — Тео вздохнул. — Что-то здесь не так.

— Сядь и сделай глубокий вдох, — мягко сказал Джеральд. — Нет смысла беспокоиться о том, что может случиться, а что нет.

Тео пересек комнату. Аликс с тревогой поняла, что он направляется в ее сторону. Не раздумывая, она поднялась из укрытия и бросилась к большим тяжелым шторам. К тому времени как она спряталась за занавесками, стараясь не задеть горшок с розами на подоконнике, Тео уже устроился в кресле, а Джеральд занял табурет рядом с ним.

— Ты видел, как шевельнулись занавески? — внезапно спросил Тео.

— Это все ветер.

— Но я не почувствовал сквозняка, — Тео направился к окну.

Сердце Аликс бешено колотилось, но на этот раз она не осмелилась сдвинуться ни на дюйм, опасаясь, что занавески шевельнутся вместе с ней. Тео подошел к окну и выглянул наружу. Аликс стояла как статуя, не смея даже дышать. Будет ли он ощупывать занавески?

Снаружи завыла кошка.

— Вот тебе и ответ, — сказал Джеральд. — Эта кошка, должно быть, спрыгнула с подоконника и заставила занавески колыхнуться.

Аликс молча поблагодарила кошку, когда Тео отвернулся от окна. Сельма открыла дверь и вошла с подносом в руках.

— Вот ваш лимон с медом, принц Джеральд.

Когда Джеральд опустошил кружку и вошел Фердинанд, Аликс выпрямилась. Конечно, сейчас они будут говорить о том, чтобы уйти. Но принцы, похоже, никуда не торопились. Они сидели в креслах лицом к огню и почти не разговаривали. Слышно было только, как кашляет Джеральд.

Через некоторое время колокольня пробила десять. Алекс зевнула. Через несколько мгновений она снова зевнула. Тревога пронзила ее мозг, и она сильно ущипнула себя за руку, оставляя следы на коже. Как она могла уже засыпать? Сегодня днем она крепко вздремнула и, прежде чем войти в гостиную, проснулась окончательно.

Дверь отворилась, и вошли еще несколько принцев. Аликс напрягла слух, чтобы расслышать их, но разговор превратился в неразборчивые слова. Ей так хотелось спать, что она не могла держать глаза открытыми. Но она знала, что если закроет их, то сразу же заснет.

«Возьми себя в руки, соня. Вот твой золотой шанс раскрыть тайну принцев, а ты его упускаешь? Девятьсот золотых дукатов, помни!»

Когда дверь снова открылась, Аликс уже не могла стоять на ногах. Она рухнула на пол и, как ни щипала себя, закрыла глаза, а вскоре уже ничего не помнила.

* * *

Аликс проснулась от холодного сквозняка, врывавшегося в окно. В шее у нее что-то хрустнуло, а голова раскалывалась — признак того, что накануне она плохо спала. Девушка села и потерла глаза, плащ-невидимка соскользнул с ее плеч и растекся у ног.

У нее перехватило дыхание. Она не спала плохо, а крепко, но лежать всю ночь на холодном и твердом полу было вредно для ее тела. Но это не имело значения. Имели значение лишь шок, недоверие и ярость на саму себя за то, что заснула во второй раз. Она стучала кулаками по полу, будто могла выплеснуть свое разочарование. После всех приготовлений, которые она сделала, как она могла снова потерпеть неудачу?

В общей комнате было тихо. Аликс встала и выглянула наружу. Яркий дневной свет говорил ей, что сейчас, по крайней мере, позднее утро. Она натянула плащ-невидимку и посмотрела на отражение в ручном зеркале. Девушка была рада, что плащ сохранил свою магию, хотя было жутко, что она не отражаласьв зеркале, будто была призраком.

Аликс выскользнула из общей комнаты. Дверь в башню открылась, и она прижалась к стене. Громко переговариваясь, вошли двое слуг со швабрами и тряпками.

— Какой ужас!

— Это правда, что принц Роланд был убит прошлой ночью?

Глава 27

Как оказалось, Роланд не был убит, но был серьезно ранен. Одни говорили, что это яд, другие — падение с лошади. После обеда Аликс надела плащ-невидимку и прокралась в палату целителя. Роланда держали в отдельной комнате, и никто не должен был входить, даже королева.

— Особенно королева, — сказал Одеон Беатрис, которая охраняла дверь в комнату Роланда. — Ее театральность только расстроит пациента.

Аликс, закутанная в плащ, не могла войти в комнату, но, слушая Одеона, поняла, что Роланд получил удар ножом в живот.

— Не знаю, доживет ли он до завтрашнего утра, — серьезно сказал Одеон, качая головой. — Скверное дело. Чем занимался этот ребенок? У него нет ни одного врага в мире.

Красивое лицо Беатрис на мгновение исказилось. Ее руки задрожали, когда она взяла пропитанную кровью тряпку, но вскоре она нашла в себе силы успокоиться.

Кто-то вошел в палату целителя. Это Джеральд, сдвинув очки набок, подошел спросить о Роланде.

— Он все еще без сознания, принц Джеральд, — сказал Одеон. — Мы делаем все, что в наших силах.

— Ни на чем не экономить, — твердо сказал Джеральд. — Роланд не может… Мы не можем потерять его. Могу я его увидеть?

— Только на минуту.

Беатрис широко распахнула дверь. Аликс не упустила шанс и проскользнула в дверь, отстав от принца всего на шаг.

Там на маленькой кровати лежал младший принц. Глаза его были плотно закрыты, а верхняя часть туловища обмотана бинтами. Сквозь них виднелись следы крови, свидетельствующие о глубине раны.

Аликс стояла в углу. Она вспомнила, как учила Роланда играть в карты. Казалось, он наслаждался игрой, хотя его лицо не выражало никаких эмоций. Она не могла видеть его лежащим в постели. Он был всего лишь ребенком — ребенком, который выглядел так, словно всегда страдал от депрессии. И теперь ужасная, угрожающая жизни травма была добавлена к весам, опрокидывая баланс против его выживания.

У принца, стоявшего у кровати, вырвался тихий всхлип. Джеральд снял очки и вытер глаза. Каждый раз, когда она видела Джеральда, принц всегда был спокоен, улыбался, и казалось, будто ничто не могло вывести его из равновесия. Даже если бы случилось землетрясение. Но ранение младшего брата потрясло принца до глубины души.

Аликс на мгновение замерла. Заметив, что дверь все еще открыта, она выскользнула наружу, не желая больше оставаться. Это было сродни пытке. Девушка спустилась по лестнице, едва не задев Фердинанда, и направилась к выходу. Она нырнула за живую изгородь и сняла плащ. Если у нее не было серьезных мотивов, она воздержалась бы от ношения плаща. Случайное скольжение обнажит часть ее тела, а что будет, если кто-то увидит ее?

Когда она возвращалась в апартаменты Ле Гриса, из Центральной башни появилась высокая фигура. Он увидел ее прежде, чем она успела прибавить шагу и скрыться в соседнем здании.

— Этого не может быть. — Тео уставился на нее с недоверием во взгляде. — Как ты смеешь появляться здесь после того, как я приказал тебе уйти?

Она посмотрела прямо на него. Время, проведенное в палате целителя, задело ее за живое.

— Что вы сделали со своим братом?

— О чем ты говоришь? — Его глаза сузились.

— Роланд. Он умирает. Я только что видела… слышала о его состоянии. Весь замок говорит о нем.

Аликс редко выходила из себя, но в этот момент ее охватила праведная ярость. Она забыла, что Тео — наследный принц. Она забыла, что по его приказу ей запрещено приходить в замок. Все, что она знала, так это то, что он был ужасным и безответственным братом.

— Я не знаю, какую опасную миссию вы выполняете каждые две недели, но вы должны оставить брата в покое. Ему всего десять лет.

— Двенадцать.

— Ну и что? Он еще ребенок. Вам не нужно беспокоиться о том, что кто-то из членов семьи заболеет и все сбережения пойдут на медицинские счета. Вам не нужно жить со страхом, что однажды вас могут выставить на улицу. У вас есть средства, чтобы вести безбедную жизнь, и вы подвергаете опасности своих братьев.

Слова хлынули из нее потоком. Аликс резко сжала челюсти, ужаснувшись самой себе. Что заставило ее накричать на него, как на непослушного сына?

Тео уставился на девущку, слегка приоткрыв рот. Затем он шагнул к ней, его глаза горели так же ярко, как огонь на кухне.

— Ты даже не представляешь, — процедил он сквозь зубы, делая еще один шаг. — Ты совершенно не представляешь, каково мне. Неужели ты думаешь, что мне нравится рисковать и тащить за собой братьев? Неужели ты думаешь, что они мне безразличны? Ты что-нибудь знаешь о том бремени, которое я несу? Если бы у меня был шанс поменяться жизнью с тобой или с кем-нибудь в королевстве, я бы не колебался.

Он был так близко, что еще один шаг и его тело соприкоснется с ее телом. Аликс попятилась, помня, что они находятся рядом с садом на открытом пространстве, где их может увидеть кто угодно.

— Ну… — Аликс сделала паузу. Испуганная и ошеломленная реакцией Тео на ее вспышку, она произнесла тихим и кротким голосом. — Меня не волнует ваше бремя. Вы должны остановиться.

Она ушла так быстро, как только могла, прежде чем Тео пришел бы в себя и начал расспрашивать ее о возвращении в замок. Он не последовал за ней, но ей показалось, что он сказал тихим, нострастным голосом:

— Если бы я мог, то сделал бы это.

Глава 28

— Тео, что ты делал с этой сапожницей сегодня днем?

Тео сорвал с себя сапоги и бросил их под кровать. В его комнате собрались Джеральд, Фердинанд, Джулиан и близнецы. Младшая группа тренировалась. Это было не то, чего они хотели, но после случившегося с Роландом, он чувствовал необходимость поддерживать их в форме. Даже если никто из них не был в настроении для более напряженных тренировок.

— Ты говоришь об Аликс? — спросил Итан.

— Разве она не прокралась в твою карету, и разве ты не изгнал ее из замка? — спросил Энцо.

На этот раз близнецы не сделали кокетливого замечания. Смертельная рана Роланда сделала их мрачными. Тео неохотно признал, что ему не хватает их легкомысленных замечаний, хотя он часто отчитывал их за это.

— Тогда как же она вошла? — спросил Джеральд. Он кашлянул один раз и отмахнулся, когда Тео посмотрел на него. — Разве стражники не должны были отослать ее, когда она попыталась войти?

— Может быть, она спряталась под другим экипажем, — ехидно предположил Джулиан.

— Даже не знаю. — Тео сжал губы. — Вообще-то она накричала на меня за то, что я подверг Роланда опасности. Я был так потрясен, что забыл спросить ее.

Какая-то его часть чувствовала себя неуютно, глядя в ее поразительно зеленые глаза. Они заставили его вспомнить предсказание матери о том, что его будущей невестой станет зеленоглазая шатенка. Сапожница подходит под описание по всем параметрам. И он не мог отрицать, что сильное чувство поднялось в его груди, когда она посмотрела на него с огнем в глазах. Если бы только она была из благородной семьи, он мог бы это сделать…

«Помни о проклятии».

— Мы разберемся с ней позже. В данный момент есть более важные вещи, которыми нужно заняться. Джеральд?

По его сигналу Джеральд развернул большую карту, лежавшую на столе. Он прикрепил ее к стене как большой гобелен и взял короткий кинжал. Когда он постукивал пальцем по карте и его очки сидели на носу, он выглядел настоящим ученым.

— Вот здесь мы и находимся. — Кончик ножа поцарапал восточную часть карты. — Принцесса Илиана уехала неделю назад, хотя ее няня говорила, что они собираются ненадолго задержаться в Калоисе. Няня — старая приятельница леди де Ла Мотт, поэтому она пригласила принцессу ненадолго погостить. Мы должны догнать ее до того, как она вернется к родителям.

— О чем ты говоришь? — удивленно спросил Фердинанд. — Я думал, мы здесь для того, чтобы обсудить, как провести следующие две недели. И зачем нам нужно догонять Илиану?

Джулиан нахмурился. Тео не хотел брать его с собой, но для успешной засады требовалось достаточно людей, а Джулиан был шестым по старшинству. Несмотря на нежелание тренироваться, он обладал природной склонностью к битвам и был намного более компетентен, чем любой из младших.

Джеральд рассказал о защитных чарах, которые он нашел на браслете Илианы.

— Знаю, это звучит возмутительно, но мы искали магиню целую вечность. Раз за разом каждая зацепка заходила в тупик. Даже если мы не добьемся успеха в этот раз и поймем, что это не сработает, то найдем другой способ.

— Лучше бы получилось, — сказал Джулиан, скрестив руки на груди. — Я больше не собираюсь мириться с этим проклятием.

— Никто из нас не хочет мириться с ним, — резко сказал Тео. — Мы с Джеральдом делали все, чтобы снять проклятие. Самое меньшее, что вы можете сделать, это перестать жаловаться и предложить свое сотрудничество.

Последовало неловкое молчание. Фердинанд откашлялся:

— Значит, ты хочешь, чтобы мы устроили засаду на процессию Илианы, заставили принцессу опасаться за свою жизнь и подняли тревогу для магини?

— Все верно.

Фердинанд наморщил лоб. Из двенадцати братьев он волновался больше всех.

— Но что скажет Илиана, когда узнает, что это розыгрыш?

— Она не узнает, если мы будем достаточно осторожны, — мрачно сказал Тео. — Мы оденемся как разбойники с большой дороги.

— Она все еще может узнать нас.

— Мы используем маски, чтобы скрыть лица, оставив только отверстия для глаз.

— Что, если кто-нибудь из нас пострадает?

— Тогда нам лучше убедиться, что никто из нас не настолько глуп, чтобы пострадать. — Тео стиснул зубы. — Не забывай, что у нас есть заколдованные сапоги. Мы можем бежать так же быстро, как дует ветер. Она не сможет догадаться, что это мы.

Последовало короткое молчание.

— Ну, не могу сказать, что мне нравится идея причинить вред милой и невинной принцессе, даже если это не настоящий вред, но если это означает, что мы можем найти магиню, я согласен. Когда уезжаем? — Итан потянулся и зевнул.

— Сегодня вечером.

* * *

За час до того, как они покинули замок, Тео отправился в палату целителя. Он должен был увидеть лицо Роланда на тот случай, если брат не проснется. Он застал принца в глубоком сне, но Одеон сказал ему, что шансы на выздоровление Роланда довольно высоки.

— Он открыл глаза несколькими часами ранее и смог выпить немного воды, — сказал он. — Принц выглядит уязвимым, но я верю, что его жизнь больше не в опасности.

— Спасибо, — хрипло сказал Тео. — Можно его увидеть?

В комнате, отведенной только для Роланда, он увидел своего младшего брата с плотно закрытыми глазами, лежащего на узкой кровати. Тео почувствовал себя так, словно его грудь пронзила стрела. Детство Роланда должно было проходить беззаботно, но он был подвергнут этому бесчеловечному обучению с тех пор как мог держать меч в руках.

— Тебе лучше поскорее прийти в себя и поправиться, — пробормотал он себе под нос. — Ты должен увидеть, как мы снимем проклятие.

Тео вышел из палаты целителя и направился в Центральную башню. Он мог бы оставить записку, но хотел увидеть мать лично. Она сидела у окна: ее глаза покраснели и опухли от слез, волосы свободно спадали на плечи, а платье было измято. Он подозревал, что королева даже не успела переодеться из своего вчерашнего платья. Впервые он видел ее такой подавленной.

— Мама.

Королева Маргарита подняла на него глаза.

— Ты пришел, чтобы найти Клаудию? Она ушла несколькими минутами раньше.

— Нет. Я пришел сказать, что Джеральд, Фердинанд, Джулиан, близнецы и я собираемся покинуть замок на несколько дней. Если Ле Грис… если другие спросят о нас, скажите им, что мы ищем редкое лекарство, которое быстро вылечит Роланда.

В ее глазах появились слезы, и она шмыгнула носом.

— Мой бедный мальчик… Они не дают мне увидеть его! Как они могут так поступать с его матерью?

Тео пересказал ей слова Одеона.

— Он действительно проснулся и сейчас мирно спит.

— Тогда я должна пойти и повидаться с ним.

— Мама, подождите. Вы в последнее время читали по чайным листьям? Мне нужно знать, есть ли у вас какие-нибудь прогнозы.

Несколько недель назад он и представить себе не мог, что задаст такой вопрос. Но после ранения Роланда он решил рискнуть.

— Там туманно. Я ничего не могу сказать наверняка. — Маргарита взглянула в окно.

— Можете ли вы посмотреть, будет ли наше путешествие успешным?

Она пожала плечами м произнесла:

— Следующие несколько дней я ничего не вижу. Ничего положительного, ничего отрицательного. Полагаю, это означает, что проклятие останется на некоторое время.

Глава 29

— Что ты сделала?

Голос Фабио был таким громким, что несколько цыплят пронзительно закричали и убежали.

— Т-с-с-с. — Аликс ущипнула его за руку. — Ты заставляешь меня чувствовать себя еще хуже.

— Ты действительно кричала на Тео?

— М-м-м… да?

— И он не вышвырнул тебя из замка? — Аликс развела руками и пожала плечами. — Клянусь волхвами, Аликс, где ты набралась наглости накричать на него? Мы говорим о Тео. Т-е-о. Некоторые слуги были доведены до слез после того, как он отчитал их. Один даже уволился.

— Даже не знаю. — Аликс присела на корточки. — Я видела Роланда, лежащего в палате целителя, как сломанная тряпичная кукла, и, когда Тео поймал меня, я просто взорвалась.

Это было на нее не похоже. Она всегда оставалась дружелюбной и улыбчивой, даже когда хотелось вылить ведро воды из прачечной на неразумного клиента. Но Тео… каким-то образом он заставил ее захотеть встретиться с ним лицом к лицу. Кричать на него.

— У тебя остался только один шанс.

Аликс положила руки на голову. Она не могла понять, что случилось во второй раз. Она хорошо подготовилась с едой и сном, но все же в итоге заснула.

— Что-то не так, — сказала она.

— Расскажи мне. — Фабио сел рядом с ней. Его глаза были полны любопытства.

— Не знаю, как я заснула. Я хорошо поспала, много съела и не притрагивалась к еде в башне принцев.

— Может быть, ты была слишком напряжена, когда пряталась в башне? Это могло быть очень утомительно.

— Но было еще рано. Я помню, как колокольня пробила десять, а я обычно ложусь спать около полуночи, даже в те дни, когда устаю.

— Они, должно быть, дали тебе снотворное.

— Каким образом? Я ела прямо из кухни. Как они смогут накачать меня снотворным?

— Может, они подкупили повара?

Аликс покачала головой. Слишком уж притянута за уши эта теория. Никто не подавал ей еду, ведь она стащила бутерброды с длинного стола, так что, если вся еда не была испорчена, никто на кухне не мог накачать ее снотворным.

— Значит, прежде чем ты уснула, они говорили о том, куда идут? — Фабио почесал в затылке.

— Не совсем так. Они почти не разговаривали.

— О чем они говорили?

Аликс задумалась.

— Сначала я встретила… услышала близнецов. Они говорили, что всегда находятся в смертельной опасности, и что-то о королеве, делающей нелепые предсказания.

— Ничего нового. Продолжай.

— Потом близнецы ушли, и я услышала, как вошли Тео и Джеральд. Джеральд простудился — он кашлял, и Сельма пошла за водой с лимоном. Потом Джеральд спросил Тео, не оставить ли ему эту штуку с Розой Руби.

— Что это такое?

— Не имею представления. Это было длинное название и звучало необычно. — Аликс хлопнула себя ладонями по вискам и задумалась. — Роза Руби… Руби-что? Рубиса? Робаса? Уф… Если бы только существовал амулет, который может улучшить память.

— Роза — это цветок.

Тут ей в голову пришла идея.

— На окне много роз. А помнишь ли ты клочок бумаги, который Беатрис написала Джулиану?

— Э-э-э… какой?

— Она написала «РР1010» в углу. Что, если РР может означать эту штуку с Розой Руби?

* * *

Пятнадцать минут спустя Аликс уже сидела в повозке, а Фабио, закутанный в толстый плащ, подбитый мехом, примостился рядом.

— Уверен, что хочешь пойти? — спросила Аликс, глядя, как он дрожит, когда ветер обдувает повозку.

Фабио никогда не был склонен к холоду. Зимой он ковылял, как снеговик, укрытый слоями шерсти, и выбирал место поближе к камину.

— В последнее время после визита Илианы работы немного, — сказал он, натягивая капюшон на голову. — И я хочу узнать, что это за штука — Роза Руби. У меня такое чувство, что это ключ к разгадке тайны.

— Это также мой последний шанс. — Аликс подтянула колени к подбородку. Она придумала дюжину способов сбежать от Ле Гриса, если последний шанс не сработает, но ни один из них не казался ей возможным. Если бы она была одна, то могла бы убежать с плащом-невидимкой, но она не могла бросить Жаклин. — Как думаешь, что это за Роза? Это не может быть обыкновенная роза.

— Мы это выясним, — произнес уверенно Фабио.

Они посетили несколько садоводческих магазинов. Каждый продавец выглядел озадаченным, когда Аликс спотыкалась на этом названии.

— Какая-то роза? Почему бы тебе просто не сказать нам, какого цвета ты хочешь?

— В это время года розы не цветут. Тебе лучше купить вереск или жимолость. Смотри, у нас есть несколько действительно хороших. Я скину тебе десять процентов, если купишь два пакета.

— Мы не собираемся ничего сажать, — терпеливо сказала Алекс. — Мы хотим побольше узнать об этой розе. Разве нет похожего термина для этой Розы Руби?..

— Принцы уже заказали розы? — спросил Фабио.

Клерк посмотрел на них, как на сумасшедших.

— Если вы не ищите растение для своего сада, то перестаньте тратить мое время. Выйдите. Я слишком занят, чтобы играть в угадайки.

Аликс извинилась с улыбкой, хотя ей очень хотелось возразить, что он выглядит совсем не занятым.

Когда они вышли из очередного магазина, проходя мимо рядов горшков и пакетов, какой-то старик тронул Аликс за плечо. Вздрогнув, она подняла голову. У него были светлые волосы с белыми прядями и светло-серые глаза — типичные черты арканца.

— Я аптекарь и слышал, как вы разговаривали внутри с клерком, мадемуазель. Вы ищете Розу Рубигинозу?

Его слова прозвучали как колокол.

— Да, сэр, похоже на то. Это то, что я ищу.

— А вы знаете, где мы можем это найти? — нетерпеливо поинтересовался Фабио.

Старик поднял бровь и спросил:

— Зачем вы это ищите? Вы хоть знаете, для чего это используется?

Когда оба покачали головами, старик закатил глаза.

— Роза Рубигиноза также известна как сладкая шиповниковая роза или просто шиповниковая роза. Она похожа на любую другую розу, но это идеальный сосуд для хранения спящего заклинания. Более дешевые и маленькие могут заставить вас задремать на ночь или две, в то время как самые мощные способны вызвать глубокий сон на сто лет.

Фабио и Алекс обменялись взглядами. В их глазах отражалось волнение.

— А вы знаете, как не заснуть, если рядом есть Роза… шиповниковая роза?

— Наложи контрчары на веточку розмарина и мяты. У них есть естественный освежающий аромат, и при правильном очаровывании они могут защитить от умеренно сильного снотворного заклинания.

Пришло время включить ее лучшее обезоруживающее обаяние, которое не требовало никакой магии. Аликс улыбнулась, сложила руки и умоляюще посмотрела на него.

— Мы можем купить у вас амулет?

Глава 30

Ветер свистел в ушах и хлестал по лицу, когда конь перепрыгивал через колючий кустарник. Когда жеребец благополучно приземлился на траву, подальше от колючек, Тео натянул поводья и остановился. Его братья — Джеральд, Фердинанд, Энцо, Итан и Джулиан — вскоре появились позади. Их волосы растрепались от ветра, губы пересохли, а лица были бледными и усталыми от путешествия. Джеральд остановился рядом и протянул руку. На ладони лежал медный компас, кончик которого светился мягким сиянием цвета заходящего солнца. Свет будет менять цвет в зависимости от расстояния до объекта.

— Она рядом? — спросил Тео.

— Свет должен быть сильнее, ярче. — Джеральд постучал по компасу, и тот завертелся, указывая на северо-запад. Прежде чем вернуть браслет Илиане, он наложил на него следящее заклинание. — Она еще далеко, но мы знаем, куда ехать.

— Тебе придется ударить первым, Тео, — сказал Энцо, останавливая свою кобылу. — Мы не можем причинить вред принцессе, поэтому просто будем стоять позади и выглядеть угрожающе.

Тео закатил глаза и произнес:

— Мы не причиним вреда Илиане. Нам нужно только напугать ее, чтобы она вызвала магиню.

— А что, если магиня не придет? — спросил Джулиан.

Как всегда, пессимист.

— Придет, — сказал Джеральд. — Я знаю эти чары на браслете Илианы. Вопрос в том, сколько потребуется времени, чтобы напугать принцессу, активировать заклинание и вызвать магиню.

— Что, если магиня откажется нам помочь?

Тео вспылил. Он устал от того, что Джулиан все время был несговорчив и угрюм.

— Если у тебя есть план получше, я буду рад его услышать, — отрезал он. — В противном случае держи рот на замке и делай то, что тебе говорят.

На лице Джулиана вспыхнуло красное пятно гнева.

— Мы побеспокоимся о магине после того, как она появится, — сказал Джеральд, пытаясь примирить их. — Как насчет того, чтобы поехать вперед и сделать перерыв? Лошади нуждаются в отдыхе, а заклинание повышения скорости может длиться только несколько часов. Я должен восстановить его, потому что нам еще предстоит долгий путь назад.

Они ехали около часа, пока впереди не показались ряды домов. Они добрались до города.

— Мы уже близко. — Джеральд выглядел довольным, сияние на компасе стало больше и ярче, а цвет изменился с оранжевого на горчично-желтый. — Она должна быть где-то в городе.

— Мы уже добрались до Линдберга? — с тревогой спросил Фердинанд.

— Пока нет, — ответил Джеральд, снимая маску и глядя вперед. — Линдберг окружен шестифутовой каменной стеной. У этого города нет искусственных границ.

Тео на мгновение ослабил хватку на поводьях. Линдберг был столицей Арксара. Если бы Илиана уже прибыла в столицу, устроить засаду было бы почти невозможно. На улицах будет слишком много народу. Если их узнают, магиня может даже не дать им шанса объясниться и, скорее всего, разнесет их вдребезги.

— Поехали.

Воодушевленные перспективой поесть и отдохнуть, а также тем, что Илиана находится в пределах досягаемости, принцы пришпорили коней и въехали в город. Поскольку время поджимало, они не остановились в таверне, а просто купили хлеб, сыр и фрукты у уличных торговцев. Близнецы и Фердинанд ухаживали за лошадьми, кормили их сеном, яблоками и поили холодной водой.

— Извините, — сказал Джеральд, заплатив за корзину яблок. — Мы путешественники, направляющиеся в Линдберг. Вы можете сказать, где мы сейчас находимся?

Продавец был средних лет, но прежде чем ответить, он несколько секунд пристально вглядывался в лицо Джеральда. К счастью, принц был в очках, иначе привлек бы к себе еще больше внимания.

— Тебе повезло. Это Тронд — ближайший город к Линдбергу. По моим подсчетам, поездка займет сорок восемь минут, и тогда вы увидите столицу.

Джеральд обменялся взглядом с Тео. Сорок восемь минут (поверьте арксанцу, он назвал точное число) означали, что Линберг был достаточно близко. Они должны поторопиться.

В пустынном переулке, примыкающем к улице, принцы остановились и жадно проглотили еду. Тео стер крошки с подбородка и провел руками по тунике. Если бы Ле Грис мог видеть их сейчас, он не делал бы тонко завуалированных замечаний по поводу их экстравагантных привычек.

Джеральд открыл карту. Он провел пальцем по линии между Трондом и Линбергом.

— Между этими двумя городами протекает река. Наш лучший шанс — устроить засаду на Илиану до того, как она пересечет реку.

— Каким образом? — спросил Фердинанд. — Притвориться, что бросим ее в реку?

— Не притворяйся. Просто брось ее туда, и я вытащу ее. — Энцо выглядел довольным своим предложением. — Она влюбится в красавца-спасителя и согласится на все, что мы попросим.

— О, я хочу спасти принцессу, — сказал Итан, закатывая рукава. — Давай устроим дуэль и решим, кто ее спасет.

— У нас мало времени! — Тео встал между ними и смерил обоих убийственным взглядом. — Мы будем придерживаться первоначального плана. Как только мы увидим процессию Илианы, вы пятеро прикроете меня, пока я буду искать ее. Я скажу ей, держа меч у горла, чтобы она сдала все свои ценности. Она может быть искусна в обращении с луком и стрелами, но стрельба из лука бесполезна в ближнем бою. Поехали.

Садясь на жеребца, Тео не мог не думать о Роланде. Каким хрупким и бледным выглядел Роланд, когда лежал в палате. Если они не снимут это проклятие, один из них будет следующим. Руки Тео крепче сжали поводья. Он не знал, как его отцу, деду и прадедам удавалось жить с этим проклятием. Его пробрала дрожь, когда он вспомнил, как умер дедушка.

К тому времени, когда они выехали из Тронда и достигли реки, принцы были готовы к засаде. Все они были одеты так, чтобы походить на разбойников — черные мантии, черные сапоги и черные маски с отверстиями, чтобы видеть сквозь них. Вопреки мнению большинства людей, Тео обладал чувством юмора, и вид его братьев в черном, переодетых грабителями, мог бы вызвать у него улыбку, если бы не срочная миссия, которую они выполняли.

Компас горел еще ярче. Свет теперь вспыхивал белым золотом, заставляя их прикрыть глаза.

— Я вижу ее! — сказал Фердинанд, указывая на большую процессию, идущую через холм. — Смотрите, вот королевские цвета Арксара.

У Тео упало сердце. В процессии было не меньше сотни человек. Как они собираются устроить успешную засаду? Но они не могли повернуть назад.

— Поехали, — коротко бросил он.

Тео уперся сапогами в бока жеребца и поскакал вперед, сверкая мечом в руке. Подойдя ближе, он увидел три одинаковых экипажа, выкрашенных золотом и серебром.

— Король Арксара сделал все возможное, чтобы защитить любимую дочь, — сказал Джулиан. — Чтобы посторонним было трудно узнать карету принцессы.

Итан и Энцо посмотрели в ту сторону.

— Ну что, пойдем дальше? Издать боевой клич и броситься в атаку?

Тео помрачнел.

— Просто действуйте по плану. В конце концов мы ее найдем.

Послышался шорох кожи о дерево, когда принцы вытащили их луки и стрелы. Каждый из них был искусен в стрельбе из лука. Шесть стрел со стальными наконечниками были закреплены на тетивах, шесть пар глаз устремлены на процессию — оценивающие, настороженные, бдительные.

— Огонь!

Стрелы просвистели в воздухе и пронзили ноги лошадей, заставив экипажи остановиться. Одна лошадь заржала и встала на дыбы, таща повозку вперед и тревожа людей внутри.

Поднялся крик, но он не принадлежал Илиане.

— Еще! — крикнул Джеральд. Их стрелы летели быстро и густо, эффективно пригвоздив все три экипажа к месту. Стражники кричали, чтобы защитить принцессу, но они не окружили ни одну конкретную карету. Принцы не могли сказать, на какую карету напасть.

Тео попытался сдержать нетерпение. Илиану было легко напугать — она должна была испугаться. Неужели Джеральд ошибся в чарах слежения?

Пинг! Одна стрела задела экипаж, едва не влетев окно. Итан опустил лук. Он был лучшим лучником из всех, но все же, чтобы выпустить эту стрелу, требовалось огромное мужество. Несколько дюймов вправо и стрела прошла бы сквозь окно, ранив кого-нибудь внутри.

А потом ослепительная вспышка белого света взорвала воздух. Она вылетела из одного экипажа, как молния, и исчезла.

— Мы знаем, кто вы! — крикнул Тео. — Отдайте ваши ценности, и мы оставим вас в живых.

Послышался звон металла о металл, когда стражники обнажили мечи. Тео заметил, что половина из них окружала вагон, откуда исходил белый свет. Илиана должна быть там.

Братья посмотрели на него. Должны ли они атаковать? Они не хотели причинять ненужный ущерб, особенно когда предстояло обращаться за помощью к магине, работающей с королевской семьей Арксана.

Тео вытащил меч.

— Защищайтесь, и избегайте опасных моментов. Постарайтесь причинить как можно меньше вреда.

Он поднял оружие и крикнул:

— Сдавайтесь, или вы пожалеете об этом!

В то же время что-то холодное и твердое прижалось к его затылку. По его коже побежала тонкая струйка: оружие обнажило кровь.

— Брось свой меч. Или твоя голова будет следующим, что упадет.

Спасибо волхвам. Тео тут же уронил меч на траву. Его взгляд встретился с широко раскрытыми глазами братьев. Он медленно спешился, пока оружие все еще касалось его шеи.

Джеральд вышел вперед, снял маску и отвесил глубокий поклон.

— Тысяча извинений, леди. Пожалуйста, позвольте нам объяснить. Мы бы так не поступили, если бы не были в отчаянии.

Принцы выпустили оружие из рук. Мечи, кинжалы, булавы, луки и стрелы падали на землю сверкающими грудами. Они последовали примеру Джеральда и поклонились магине, стоявшей позади них.

Тео почувствовал, как острый кончик за шеей отодвинулся.

— Можно мне повернуться? — Он поднял руки в знак капитуляции.

Перед ним мелькнуло серое пятно. У Тео отвисла челюсть. Магиня (она должна быть магиней, верно?) — полная женщина средних лет, которая выглядела бы уместной на фермерском рынке. На ней было унылое облачно-серое платье, волосы стянуты в тугой пучок, и даже был фартук. Но выражение ее лица было ужасающим. Ее холодные, как камень, глаза и мрачная челюсть показывали, что она без проблем убьет их, если принцесса Илиана окажется в опасности.

— На тебе лежит проклятие, — сказала она. — Кто ты такой?

Если ее внешность совсем не походила на магов из легенд, то слова не оставляли никаких сомнений для Тео.

— Мы принцы Сейвони. Я самый старший из них, Тео. — Он низко поклонился. — Умоляю вас, госпожа магиня, выслушать нашу просьбу, ибо дело касается не только нашего королевства. Оно может принести большой риск вашему и другим.

Взгляд магини на мгновение задержался на его лице.

— Я узнаю тебя, юный принц. — Она вытерла кончик сверкающего меча от крови и вложила оружие в ножны. — При обычных обстоятельствах я бы связала вас всех и доставила в Линберг, но я никогда не чувствовала более сильного проклятия, чем то, которое было наложено на ваши головы. Такое сильное, что вы не можете говорить об этом.

Облегчение охватило Тео. Вся тяжелая работа, которую они проделали, пытаясь найти магиню, стоила этих усилий. Ее магические способности действительно впечатляли, намного превосходя его ожидания.

Все остальное произошло быстро, поскольку принцы должны были вернуться в Сейвони, Илиана должна была поспешить обратно в Линберг (иначе ее родители будут волноваться), а у магини были и другие дела, которые требовали ее времени.

Принцы извинились перед Илианой, и, хотя они не могли рассказать ей о проклятии, заверили, что никогда не собирались причинять ей вред. Она милостиво простила их, но Тео чувствовал, что она никогда не избавится от своего страха перед ним. Угнетающая мысль, но, к счастью, у него было мало шансов жениться на ней. Затем Илиана удалилась, пообещав, что не будет упоминать их имена при родителях, а вместо этого заявит, что у нее были неприятности с бродячими грабителями.

Магиня, чье имя было Фрейя, смогла снять заглушающее заклинание, которое запрещало им говорить о проклятии, но это было все, что она могла сделать. После того как Тео подробно рассказал ей о проклятии, Фрея покачала головой и сказала, что не может его разрушить.

— Проклятие слишком сильное, но я посмотрю, какие у меня есть ресурсы, и придумаю план, как его разрушить.

В конце концов, Фрея пообещала приехать в Сейвони через неделю (как только закончит дела) и снять заглушающие чары с младших принцев. После того как Фрейя исчезла в клубах белого дыма, принцы отправились в Сейвони. Все они были измучены, но благодарны, что их смелая миссия была, в некотором смысле, выполнена.

Глава 31

— Ты взяла свой плащ? Зачарованный розмарин? Мяту? Может, стоит взять с собой что-нибудь, чтобы защитить себя. Вот, эти ножницы остры, как бритва.

С самого утра Фабио суетился вокруг нее, как наседка. Аликс была тронута его заботой, но рада, что больше не работает в Императорской гардеробной. Луиза и другие портнихи наверняка заподозрят неладное, если Фабио будет толкать ее локтем и шептать на ухо.

— Убедись, что ты ешь достаточно, — не умолкал Фабио во время ужина. — Ты же не хочешь есть ту еду, которую приносит Тео, и…

— Фабио, это заклинание от роз, а не от еды.

— О! — Фабио хлопнул себя по лбу. — Я и забыл. В любом случае, тебе все равно лучше набить живот. Что, если желудок начнет урчать, когда ты последуешь за ними?

Он был прав. Аликс наложила себе щедрую порцию картофельного пюре с подливкой. К счастью, не было никаких ограничений на то, сколько они могли съесть, если только еда не пропадала зря. Те, кто ковырялся в тарелке и оставлял объедки, получали строгий выговор.

Когда колокол прозвенел восемь раз, Аликс осушила свою кружку и встала: пора уходить.

Фабио схватил ее за запястье.

— Будь осторожна, Аликс. Если случится что-то странное, беги как можно быстрее.

* * *

Когда Аликс шла к Северной башне, в небе ярко светила бледная луна. Это был ее последний шанс. Последний шанс узнать, куда делись принцы. Ее рука потянулась к веточке розмарина и мяты, пришитой спереди к платью. Фабио настоял на шитье, так как булавки могли отвалиться.

Дрожащими руками Аликс прижалась к входу в башню и прислушалась. Убедившись, что поблизости никого нет, она открыла дверь ключом, который достал для нее Ле Грис. Раздался скрип, прозвучавший отвратительно громко.

— Что это за шум? — раздался голос. Тео, как всегда, был недоволен. — Джулиан еще не вернулся?

— Я здесь, — отозвался столь же недовольный голос.

По коридору пробежала тень. Джулиан был в полной броне. Он постучал в дверь общей комнаты. Аликс проскользнула в нее вместе с принцем. Сердце бешено колотилось.

Внутри все остальные принцы были одеты для битвы и выглядели напряженными. В камине горел яркий огонь, пламя мерцало и отбрасывало жуткие тени на их лица. Ее внимание привлекло то, что огонь был голубым — необычный цвет указывал на то, что он заколдован. Сначала шиповниковая роза, теперь огонь. Какие еще фокусы прячут принцы в рукавах?

— Ты опоздал, — строго сказал Тео.

На нем была малиновая туника, черный плащ и толстые кожаные сапоги. На бедре висел меч, рукоятка которого была усыпана сверкающими рубинами. Аликс уверена, что Тео не обращает внимания на свою одежду, но все же ее внимательный взгляд одобрил увиденное (Фабио упал бы в обморок). Несмотря на несносную личность, старший принц был привлекателен. Даже больше, чем ей хотелось бы признать.

— Не то чтобы мы с нетерпением ждали сегодняшнего вечера. — Джулиан нахмурился.

— Как Роланд? — спросил Джеральд, хотя выглядел так, будто прекрасно знал о состоянии Роланда, но говорил так, чтобы рассеять напряжение между Тео и Джулианом.

— Все еще не может ходить без костылей.

Упоминание о Роланде окутало принцев покровом молчания. Симпатия Аликс к ним возросла, хотя она все еще не знала, что они задумали. В то время горожане считали принцев праздными, избалованными и экстравагантными, Аликс была уверена, что у их поведения была очень веская причина.

Через мгновение Тео прочистил горло:

— Значит, сегодня нас будет одиннадцать.

— А проклятие позволит? — заговорил Этьен, один из младших братьев.

Его лицо было бледным, отчего веснушки казались еще заметнее.

— Даже не знаю. — Правая рука Тео сжалась в кулак. — Но мы рискнем.

— Мы можем это сделать, — сказал Джеральд. В отличие от строгого, резкого тона Тео, его голос был тихим и спокойным. Сегодня он был без очков, и Аликс подумала, не связано ли это с проклятием. Без очков его тонкие нежные черты завораживали, будто обладали сиянием, которое пылало подобно огню в камине. — Магиня согласилась помочь нам. Это только вопрос времени, когда проклятие будет снято.

— Сомневаюсь, — сказал Джулиан, скрестив руки на груди. — Даже магиня не может быть настолько могущественной.

— Это лучше, чем ничего не делать и устраивать драки в тавернах.

Джулиан шагнул к старшему брату, и Джеральд встал между ними.

— Помните, кто ваш враг.

Тео и Джулиан уставились друг на друга. Близнецы подошли ближе, обещая Джулиану весь флирт, который он сможет получить, как только проклятие будет снято. Джулиан стряхнул их руки и направился в дальний конец комнаты. Тео все еще выглядел раздраженным, но затем в его глазах мелькнуло уязвимое выражение, и он отвернулся.

Двенадцать ударов колокола. Наступила полночь.

— Пошли, — коротко бросил Тео, а затем, к удивлению, Аликс, он направился к камину.

Он пробормотал что-то себе под нос, и голубое пламя исчезло. Она смотрела, как принцы один за другим входили в камин и исчезли. Тео был последним, кто ушел. С колотящимся сердцем Аликс осторожно поставила ногу на решетку. Удивительно, но здесь не было ни дыма, ни остатков тепла. Как будто огонь никогда и не зажигался.

В последний раз, когда она забиралась в трубу, это было так же, как и в любой другой. Но сегодня за камином было отверстие, ведущее в туннель. Было сыро и темно, и ей пришлось сосредоточиться на ногах, изо всех сил стараясь контролировать темп. Слишком быстро — она столкнется с Тео. Слишком медленно — она потеряет их из виду. Как ей повезло, что она додумалась сшить пару мягких кожаных туфель. Они почти не издавали звуков на каменном полу, и, кроме того, лязг доспехов принцев заглушал любой шум, который она могла издавать.

Вниз, они пошли вниз. Казалось, прошло не меньше получаса, прежде чем туннель привел в беззвездную ночь. Глаза Аликс расширились. Перед ней было огромное озеро цвета черных бриллиантов, окруженное стройными серебристыми деревьями. По озеру плыли маленькие деревянные лодки. Она насчитала их двенадцать — по одной на каждого принца.

— Там все еще двенадцать лодок, — нахмурился Фердинанд.

— Возможно, двенадцать лодок всегда появляются, сколько бы нас ни было, — сказал Джеральд.

— Пойдём. — Тео махнул рукой. — Давайте покончим с этим. Чем дольше мы будем ждать, тем больше устанем.

Каждый принц садился в лодку. Аликс с беспокойством запрыгнула в последнюю. Могла ли лодка почувствовать, что она не Роланд? Лодка слегка покачивалась из-за лишнего веса, но ничего необычного не произошло. Тео взглянул в ее сторону на мгновение, прежде чем отвернуться.

Как только все расселись, лодки тронулись в путь. Рено был ближе всех к ее лодке и озадаченно смотрел на неё. Аликс натянула капюшон. Неужели он ее заметил? Возможно, он задавался вопросом, почему лодка движется, когда Роланда здесь нет.

Когда лодка мчалась по озеру, она заметила, что-то сверкающее в воде. По озеру плавала цепочка серебристых веточек, образуя аккуратную линию. Лодки двигались быстро, однако избегали столкновения с серебряными ветками. Это, скорее всего, волшебство, но с какой целью или смыслом оно было сотворено, девушка не могла сказать. Ветки кончались на другой стороне озера, где на берегу росло огромное серебряное дерево.

Принцы спрыгнули с лодок, и Аликс сделала то же самое. Она остановилась на секунду, чтобы полюбоваться деревом: оно казалось высотой с трехэтажный дом, ветви тянулись, как огромная паутина, ствол был таким толстым, что потребовалось бы несколько человек, чтобы окружить его с широко раскинутыми руками.

Принцы едва взглянули на дерево. Они шли вперед, сжимая мечи и копья, все мрачные и неулыбчивые. Они пришли сюда сражаться, а не любоваться пейзажем. Аликс сглотнула и поспешила вперед. Она закуталась в плащ, наслаждаясь теплом. Было прохладно, и она была рада дополнительной защите, а также невидимому заклинанию, наложенному на плащ.

Они ступали по неровной, каменистой местности, на которой не было никаких признаков флоры. Принцы шагали впереди, их длинные ноги и быстрая ходьба заставили Аликс прибавить шагу. Она споткнулась о большой камень и с грохотом упала.

— Что это был за шум? — Рено, шедший сзади, оглянулся.

Аликс затаила дыхание. Плащ, к счастью, был достаточно велик, чтобы она смогла остаться незамеченной. Покачав головой, Рено побежал догонять братьев.

Она поднялась с земли. В колене пульсировала тупая боль — вероятно, ушиб, но у нее не было времени остановиться и проверить. Принцы направлялись к светло-серой массе, маячившей на горизонте. Когда они подошли ближе, Аликс увидела, что это было массивное строение из огромных блоков известняка. Здание было по меньшей мере пятиэтажным и не имело окон. Попасть туда можно было только через сводчатый вход внизу, где стояло необычно высокое существо.

— Доброй ночи, Ваши Высочества, — сказало оно.

Аликс чуть не упала в обморок. Существо, обратившееся к Тео, даже не было человеком. Оно возвышалось над ним, по меньшей мере, на семь футов, и имело самое уродливое лицо, которое она когда-либо видела. Жесткие волосы, распущенные и лохматые, падали на плечи. У него были длинные конечности, покрытые темными волосами, зеленовато-серая кожа и горящие красные глаза.

Тролль.

Ходили слухи, что сотни лет назад тролли вторглись в Сейвони, но доказательств их существования не было. Большинство людей думали, что тролли существуют только в мифах. Аликс вспомнила истории из своего детства, когда родители предупреждали детей, чтобы они вели себя хорошо, или ночью придет тролль, унесет их и сварит в котле.

Но тролль, стоящий перед ней, явно не был мифом. Глядя на это существо с хищным блеском в красных глазах, Аликс с тошнотворным ужасом поняла, как принцы получали свои раны.

— Доброй ночи, Гревик, — процедил Тео сквозь стиснутые зубы.

— Где младший принц? — спросил тролль Гревик.

— Выздоравливает.

— Как неловко вышло. — Голос Гревика звучал совсем не сочувственно. — Ты знаешь, что значит, если часы выберут его сегодня вечером?

— Один из нас займет его место.

— Нет, — ухмыльнулся Гревик, обнажив острые желтые зубы. — Это значит, что на озере появится новая ветка.

— Нет. — У Тео побелели костяшки пальцев.

Тролль пожал плечами.

— Это не мои правила. Вы не можете изменить магию, которая была применена в соглашении.

Джеральд положил руку на плечо Тео: старший принц, казалось, вот-вот бросится на тролля.

Убедившись, что она остается невидимой, Аликс последовала за принцами через арочный вход. У нее вырвался невольный вздох, но никто не оглянулся. Шум внутри здания был оглушительным. Внутри располагалась огромная овальная Арена, окруженная многоярусными трибунами. Сотни троллей, каждый из которых был огромным, чудовищным и уродливым, заняли места, а их ворчания и рычания наполняли воздух. Изо рта у них капала слюна, а глаза были прикованы к принцам. По спине Аликс струился холодный пот. Она стиснула руки, чтобы те не дрожали. Если они увидят ее, она будет обречена.

Над ареной висели два огромных будильника. Одни часы были серебряными, а другие — золотыми. Посреди арены стоял тролль в серебряном одеянии и с большим рогом в руке. Он выглядел вполне способным поднять Аликс одной рукой и выжать из нее жизнь.

Гигантский тролль в центре протрубил в рог, и шум утих. Аликс задержалась у входа и затаила дыхание. Она была слишком напугана, чтобы залезть на трибуны, хотя там было много свободных мест. Что, если тролли почуют ее присутствие, даже если не смогут увидеть?

— Добро пожаловать на нашу легендарную битву с людьми! — прогремел гигантский тролль. — Сегодня проводится две тысячи семнадцатый раунд. Для нас большая честь, что потомки короля Антуана присоединились к нам и продемонстрировали свое, как правило, превосходное мастерство и силу. А теперь, леди и джентльмены, давайте посмотрим, кто сегодня будет выбран.

Стрелка серебряных часов начала вращаться. Мгновение спустя она замедлила ход и остановилась, указывая на какой-то номер.

— Йету, — позвал гигантский тролль, — ты выбран.

Огромный, внушительный тролль вошел на арену через вход на дальней стороне. В руках он держал большую дубину с шипами. Шипы, каждый размером с меч среднего размера, угрожающе поблескивали на свету. Аликс поежилась, хотя в замкнутом пространстве было достаточно тепло.

Ее сердце сжалось из-за младших принцев, которые тоже были одеты в доспехи. Этот тролль — Йету — должен быть грозным противником. Но с другой стороны, каждый тролль был не менее шести футов ростом, и ни один из них не был легким противником. Когда Йету вошел на арену, он широко улыбнулся, обнажив ряд острых зубов. Аликс подумала, что Йету тоже не прочь использовать их в качестве оружия. Она снова вздрогнула, не желая представлять себе, как этот ужасный монстр откусывает кусок мяса от одного из принцев.

— А теперь, — сказал гигантский тролль, указывая на часы справа, — давайте посмотрим, кто из принцев будет выбран для битвы с Йету.

Стрелка золотых часов начала вращаться. Аликс почувствовала, что дрожит. Только бы она не выбрала кого-нибудь из младших принцев! Она не хотела видеть еще одного такого, как Роланд, лежащим в палате целителя. Это было несправедливо. Даже если тролли были ровесниками Роланда, у них было явное преимущество.

Стрелка остановилась на цифре два. Тео облегченно вздохнул и положил руку на плечо Джеральда.

— Принц Джеральд, — гигантский тролль скрючил длинный палец, — подойди.

Джеральд схватил алебарду и вышел на арену, встав справа от тролля, который вызвал его. Выражение его лица было мрачным, но он выглядел готовым. Как у второго по старшинству, у него будет больше шансов.

Гигантский тролль, который, казалось, был судьей поединка, сделал шаг назад.

— А теперь по звуку моего рога пусть начнется сражение.

Прошло несколько мучительных секунд, прежде чем раздался гудок. Джеральд и Йету кружили вокруг друг друга, оценивая, выискивая слабое место, в которое можно было бы ударить.

Йету первым бросился в атаку. Его дубинка ударила, и он завыл так громко, что Аликс почувствовала, как у нее заложило уши. Но она снова ахнула, потому что Джеральд исчез. Неужели он тоже способен становиться невидимым? Нет, на самом деле он был молниеносно быстр — быстрее любого человека, которого она видела. Пурпурное сияние исходило от подошв его ботинок: должно быть, они зачарованы, позволяя ему бежать с нечеловеческой скоростью.

Меньше чем за секунду он метнулся за спину Йету. Алебарда ударила в затылок тролля, направляясь прямо к цели. Йету взревел. Он повернулся и набросился на Джеральда, но тот снова увернулся. Хотя атака Джеральда достигла цели, доспехи Йету были тяжелыми и непробиваемыми. Алебарда лишь оставила вмятину на них. Йету стоял неподвижно, глядя на Джеральда. Хотя монстр выглядел простаком, он понимал, что было бы неразумно нападать на Джеральда и расходовать свои силы. На самом деле он отступал, пока его спина не уперлась в край арены, в крепкую известняковую стену. Он не хотел подставлять свой тыл Джеральду. И если Джеральд не мог напасть на него сзади, то было труднее воспользоваться неожиданностью.

— Собираешься прятаться там вечно, ты, гигантский болван? — Джеральд скрестил руки на груди и улыбнулся.

Несмотря на то, что битва была напряженной, Аликс быстро вздохнула. Он был так красив и смертоносен, что она не могла отвести от него глаз.

Йету оскалил зубы. Он медленно поднял руку, но, прежде чем успел броситься вперед, Джеральд атаковал его. Именно тогда она заметила, что у принца была не только алебарда, но и маленький кинжал, висящий на поясе. Он сделал вид, что собирается напасть на Йету с алебардой, но это был всего лишь обман. Когда Йету поднял дубинку, чтобы блокировать более крупное оружие, Джеральд вонзил маленький кинжал в правый глаз тролля. Йету издал такой ужасный рев, что казалось, будто арена содрогнулась. Кровь текла по его лицу, пока кинжал торчал в глазу.

Гигантский тролль вышел на арену с мрачным выражением лица. Остальные тролли кричали и потрясали кулаками, но никто из них не покидал своих мест. Если тролли взбесятся и решат убить принцев, то Аликс не могла представить, что они выживут. Как одиннадцать принцев смогут защитить себя от сотен троллей?

— Победитель — принц Джеральд из Сейвони.

С трибун снова донесся яростный рев. Джеральд слегка склонил голову, словно артист на сцене, и вернулся к братьям. Они хлопали его по плечу и спине, поздравляя с быстрой и легкой победой.

Дуэль закончилась, и принцы поспешили обратно в замок. Аликс пришлось бежать, чтобы не отстать от них, когда они миновали каменистую местность, добрались до серебряного дерева и снова сели в лодки. К тому времени, когда она, спотыкаясь, прошла через камин и дождалась, пока все принцы разойдутся по своим спальням, ее тело кричало от усталости, хотя разум был полностью ясен.

Итак, это и был секрет принцев.

Глава 32

— Аликс! Аликс!

Аликс пошевелилась, открыв один глаз. Пара круглых голубых глаз смотрели на нее, полные беспокойства.

— Почему ты здесь? Как они тебя впустили?

Фабио не должен был находиться в женском общежитии. Каждое утро он ждал снаружи, и они вместе шли завтракать, а потом уходили в мастерскую.

— Они знают, что я твой лучший друг. Как бы то ни было, горничная сказала, что пыталась разбудить тебя утром, но ты не сдвинулась с места. — Плечи Фабио поникли. — Чары не сработали. Мне очень жаль, Аликс. Пойдем и потребуем, чтобы аптекарь дал тебе новый амулет, и ты сможешь убедить Ле Гриса дать еще один шанс. Я уверен, что ты сможешь что-нибудь придумать.

— Я не провалилась. — Аликс села. — Я выяснила, куда уходили принцы прошлой ночью.

— Ты это сделала? — У Фабио отвисла челюсть. — Куда же? Какой-то причудливый маскарад, на котором Джеральд был одет в платье, и никто не мог его узнать?

— Нет, это было… — ее голос затих.

Пораженная, Аликс попыталась произнести эти слова, но горло ее издало лишь глухой, пустой звук, будто кто-то отрезал ей язык.

— Аликс? — Фабио посмотрел на нее так, словно она сошла с ума. — Что ты делаешь?

Прошло три секунды. Осознание поразило ее.

— Это все проклятие. Оно мешает мне говорить о том, что случилось прошлой ночью. Вот почему Ле Грис не смог вытянуть правду из принцев: даже они не могут говорить об этом.

— Сможешь написать или нарисовать?

Фабио достал перо и пергамент — у него был запас письменных принадлежностей для сочинения писем домой. Аликс схватила перо и попыталась написать слово «тролль», но пальцы ее не слушались. Она выбрала другие слова, попыталась сделать набросок, но ничего не вышло. Проклятие было как самый крепкий клей в ящике с инструментами мешало пальцам двигаться.

— Я не могу.

Аликс положила ладонь на лоб. При этом ее рука коснулась веточки розмарина и мяты, прикрепленной спереди. Она так устала прошлой ночью, что даже не потрудилась переодеться в ночную рубашку, но не забыла сложить плащ и засунуть его под кровать. Может, попросить у аптекаря амулет, чтобы снять запрет, мешавший ей говорить о троллях? Но если принцы не смогли снять запрет сами, то она сомневалась, что арксанец сможет ей помочь.

Тем не менее, она должна была попытаться.

Аликс бросила перо и произнесла:

— Мне надо уйти.

* * *

Во дворе Аликс огляделась в поисках повозки, но почему-то в данный момент не было ни одного транспорта, даже собачьей повозки. Следует ли ей подождать или попробовать что-то еще?

Позади нее раздался грохот. Во двор въехала блестящая черная карета с серебряными украшениями, и из нее вышла невысокая блондинка — герцогиня Клаудия, тетя принцев. Она вспомнила, что видела эту женщину раз или два во время визита Илианы.

Затем из кареты вышла еще одна женщина, одетая в простое серое платье, с повязанным вокруг головы платком, с загорелой кожей, покрытой несколькими оспинами, — она выглядела бы уместнее на рынке. И все же она ехала в карете Клаудии как гостья.

— Добро пожаловать в Сейвони, — сказала Клаудия, указывая на Центральную башню. — Фрея, пожалуйста, следуйте за мной.

Повинуясь внезапному порыву, Аликс бросилась обратно в спальню и взяла плащ-невидимку. Накинув его на плечи, она побежала так быстро, как только могла, не открывая своего тела. Должно быть, Клаудия остановилась, чтобы показать, что-то Фрейе, потому что Аликс как раз успела увидеть, как они исчезли в тронном зале. Двойные двери захлопнулись с громким стуком.

Может, она и невидимка, но через двери ей не пройти. Аликс попробовала другую тактику. Она вышла на улицу и поползла вдоль стены, пока не добралась до большого окна, выходящего в тронный зал. Она встала на цыпочки и увидела, как Тео провожает гостью Клаудии к мягкому креслу, словно та сама была королевской особой.

— Леди Фрея, — сказал он. — Мы глубоко благодарны за то, что вы пришли.

Леди? Эта обычная женщина была переодетой леди?

Переполняемая любопытством, Аликс искала способ проникнуть внутрь. На окне не было ни замка, ни засова. После некоторого усилия ей удалось подтолкнуть его и пролезть внутрь. К несчастью, она с детства не лазала по деревьям, а когда попыталась сползти на пол, плащ застрял в щели между окнами и соскользнул с тела. Она сделала отчаянную попытку схватить его, но было уже слишком поздно.

— Во имя волхвов! — воскликнула Клаудия. — Кто этот ребенок?

Аликс вскочила на ноги, немного раздраженная тем, что ее назвали ребенком. Ей было девятнадцать, даже почти двадцать.

— Объяснись. — Тео уставился на нее горящими глазами.

Фрея с легким весельем смотрела в ее сторону. В отличие от Клаудии и Тео, она не казалась удивленной. У Аликс было такое чувство, что Фрея уже знала, что она находится за пределами комнаты.

— Я хотела поговорить с вами. — Раз уж ее обнаружили, она вполне может поиграть с ним. — Я знаю, куда вы ходите каждые две недели. Я знаю о проклятии.

— Что тебе известно? — Тео весь напрягся.

— Что вы надеваете доспехи до полуночи и проходите через… — Ее голос затих.

Совсем как тогда, когда она пыталась рассказать Фабио о проклятии.

— Проклятие наложило и на нее заглушающее заклинание, — сказала Фрея.

Она встала, подошла к Аликс и подняла руки. Это были обычные руки, коричневые и мозолистые, но через секунду на кончиках ее пальцев вспыхнули бело-голубые искры.

— Открой рот.

Инстинкт подсказывал ей, что Фрея не хотела ничего плохого. Аликс открыла рот, и искры полетели ей в горло. Горький, обжигающий вкус наполнил рот, будто она только что выпила кружку крепкого эля. Она сглотнула и обрела дар речи.

— Тролли. — Ее голос эхом разнесся по комнате, громкий и ясный. — Один из вас должен сражаться с троллем раз в две недели.

Клаудия хлопнула в ладоши и спросила:

— Как ты узнала?

— Какая-то магия и изрядная доля обмана. — Голос Тео звучал раздраженно, но на его лице читалось неохотное восхищение.

Решив, что лучше отвлечь их внимание, чем позволить им обнаружить ее плащ-невидимку, Алекс откашлялась и обезоруживающе улыбнулась.

— Но почему вы должны сражаться с троллями? Как вас вообще прокляли? Разве нет способа разрушить проклятие?

— Я тоже хотела бы это знать, — сказала Фрея. — Ты описал то, что сделал в прошлый раз, но не объяснил причину проклятия.

— Раз уж ты видела троллей, то можешь узнать, как это случилось. — Клаудия махнула рукой в сторону табурета. — Как тебя зовут, дитя мое?

— Аликс.

— Присаживайся, Аликс.

У Тео был такой вид, будто он скорее вытащит ее из тронного зала, но он не стал протестовать перед тетей. Чувствуя себя необычайно дерзкой, Аликс с торжествующей улыбкой пронеслась мимо него и села.

— Сотни лет назад, — начала Клаудия. — Сейвони была всего лишь маленьким клочком земли, населенным племенем людей. Тогда королевство было наполовину меньше нашей столицы. Оно было невелико, но люди были трудолюбивы, земля плодородна, и население быстро росло. Однако ужасная вещь угрожала стереть королевство слица земли. Откуда-то появилась группа троллей и начала нападать на людей. Тролли были ростом от семи до десяти футов. По природе своей они кровожадны и постоянно голодны. Как можете себе представить, нас легко убивали. Согласно дневникам, оставленным Антуаном, четверть населения была убита и съедена.

— Съедена? — спросила Аликс, подавляя дрожь.

Клаудия серьезно кивнула.

— Самым распространенным способом было оторвать человеку голову и выбросить ее, потому что тролли обнаружили, что мозги имеют неприятный вкус. Многие люди оказались в желудках троллей. Люди были как муравьи, бессильные против троллей. Какое-то время казалось, что нас всех сожрут и сотрут с лица земли.

Тео отвел взгляд. Аликс не видела выражения его лица, но знала, что он, должно быть, испытывал боль. Пока что он и его братья выживали, но как долго это будет продолжаться?

Однако Фрея сохраняла спокойствие.

— И Антуан превратил несчастье в дуэль?

— Он заключил сделку с троллями. Он сказал им, что они трусливы и зверски используют свою грубую силу. Он попросил их встретиться с ним и его потомками в битве один на один, раз в каждые две недели, пока одна из сторон не вымрет. С тех пор каждый сейвонский принц старше двенадцати лет должен был сражаться с троллями.

— Почему они согласились на это? — спросила Фрея.

Леди Клаудия пожала плечами.

— Я не знаю. Но тролли более дремучи, так что, возможно, для Антуана не было невозможным подтолкнуть их к магически связывающему соглашению. Обычный человек не мог сравниться с троллем, но Антуан был магом. Он мог легко победить троллей в поединке.

В памяти Аликс всплыло еще одно воспоминание, хотя и более свежее. Когда Итан и Энцо показали ей портреты в галерее, на одном из них был изображен Антуан. Он действительно оправдал свою репутацию великого воина.

— Если Антуан победил их всех, то почему вы все еще сражаетесь с троллями? — спросила Аликс.

— Нанесенных поражений было недостаточно, чтобы уничтожить население троллей. Они имеют более длинную продолжительность жизни и более сильную конституцию тела. Обычных ран, которые могли бы убить человека, недостаточно, чтобы убить тролля.

— Значит, этому соглашению нет конца?

— Ты заметила цепочку серебряных веточек, плавающих по озеру? — сказал Тео, и его рот превратился в мрачную полосу. — За каждую победу троллей на озере появляется серебряная веточка. Как только ветки закончат свой путь над озером и образуют мост, тролли смогут пересечь озеро и войти в наше царство. И это было бы самой большой катастрофой в истории.

Тролли, кишащие в столице. Увидев, как они выглядят, она легко могла представить себе, как они крадутся по улицам, сверкая красными глазами, истекая слюной, жаждущие человеческой плоти. Она могла представить себе крики и вопли, когда люди разбегались, боясь стать следующей пищей троллей.

— А мы не можем их остановить?

И Тео, и Клаудия посмотрели на Фрею. Она прикусила нижнюю губу, сдвинув брови.

— Сколько там троллей?

Тео колебался.

— По меньшей мере двести.

— Ты сказал, что их всего сотня. — Клаудия бросила на Тео укоризненный взгляд.

— Когда я начал драться, их было всего сто.

— И ты не удосужился сообщить, что они размножились?

Фрейя покачала головой.

— Я не могу справиться с таким количеством троллей. Двести — это далеко за пределами возможностей одного мага.

У Тео был такой вид, словно она взяла меч и пронзила ему грудь.

— Я сказала «одного», — уточнила Фрея, заметив выражение лица Тео. — Мои силы недостаточны, но если я смогу привлечь нескольких магов для совместной работы, то мы создадим магию на огромном уровне. Есть заклинание, очень древнее заклинание, которое требует невероятного количества магии. Если я узнаю истинное имя каждого тролля, то смогу вплести их имена в заклинание и отправить их туда, где они должны быть.

— Мы сделаем все, что в наших силах, чтобы помочь вам, — немедленно сказал Тео. — Что угодно.

— Это потребует времени, усилий и золота, — предупредила его Фрея. — Заклинание чрезвычайно сложное, и на его выполнение уйдут месяцы. Нам также нужно спуститься в логово троллей и использовать заклинание чтения мыслей, чтобы узнать их настоящие имена. Задача одновременно опасная и трудная. Кроме того, я не могу тратить все свое время на заклинание. Есть могущественная ведьма, которая имеет личную неприязнь к королю Арксара. Мы столкнулись много лет назад, вынудив ее бежать и скрываться, но есть шанс, что она вернется в ближайшие несколько месяцев.

Последовало короткое молчание.

— А как же принц Джеральд? — спросила Аликс. — И Беатрис. Они были ответственны за спящий амулет на розах. Разве они не могут помочь?

— Они новички в магии, а не профессионалы, — сказал Тео. — Джеральд компетентен в несложной магии. Он может покупать магические ингредиенты, создавать заклинания и наполнять магией неодушевленные предметы, но он бессилен, когда дело доходит до проклятий. То же самое касается и Беатрис. Маги, с другой стороны, обладают врожденной магией и могут зачаровывать других людей или предметы с помощью заклинаний. — Он посмотрел на Аликс. — До сих пор нам удавалось выживать среди троллей, потому что у нас есть магические предметы, которые нам помогают.

Она сразу все поняла.

— Сапоги Энцо.

— Именно. — Редкая улыбка появилась на его губах.

— Фрея, мне очень жаль просить вас взяться за это дело, — сказала Клаудия. — Мы знаем, что это трудная задача для вас и других магов, но, если тролли прорвутся через подземный барьер и войдут в Сейвони, это будет только вопросом времени, пока они не вторгнутся в Арксар и другие королевства за его пределами.

Магиня кивнула.

— Я понимаю. Я вернусь в Арксар и напишу остальным магам. — Она вручила Тео пузырек, наполненный пурпурной мазью. — Вот защитное зелье. Вотрите в свой щит небольшое количество, и оно защитит вас от самого острого меча, кроме Несравненного ножа.

— Что такое Несравненный нож? — спросила Аликс.

— Легендарное оружие, выкованное предками сейвонских королей, — сказала Клаудия. — Говорят, что он способен прорезать любой материал, даже самый твердый алмаз. Однако он исчез давным-давно. Предположительно он был украден, но так и не найден. Лезвие чисто черное, большая редкость среди оружия.

Фрея встала.

— Я должна вернуться домой и начать приготовления. — Она протянула Тео другую руку. — Удачи тебе, принц Сейвони. Я вернусь, как только смогу.

Тео пожал ей руку и низко поклонился.

— Мы будем в вечном долгу, если вы снимете это проклятие. — Его голос был хриплым.

Клаудия и Тео проводили Фрею до двери, которая внезапно распахнулась.

— Это она! — пронзительный голос пронесся по воздуху.

Королева Маргарита стояла в дверях, одетая в платье с оборками шокирующего розового цвета, ее волосы были заплетены в двойные косы. Одна рука была поднята, а указательный палец был направлен в сторону Аликс.

— Маргарита, — в голосе Клаудии послышалось раздражение. — Успокойся.

Королева не обратила на сестру никакого внимания. Вместо этого она быстрыми шагами пересекла комнату и подошла к Аликс.

— Наконец! — Она широко улыбнулась, будто выиграла партию в снап. — Тео, познакомься со своей будущей невестой.

Глава 33

Аликс оглядела комнату. Но другой девушки в комнате не было. Конечно, королева имела в виду не Фрею.

— Мама, только не опять, — Тео закатил глаза. — Не говорите ерунды.

— Я говорю совершенно серьезно. — Королева шагнула вперед и схватила Аликс за руку. — Ты так же прекрасна, как я и представляла, дорогая. И я знаю, что ты сделаешь моего сына очень счастливым.

Она вложила руку Аликс в руку Тео, но та в изумлении отдернула руку. Девушка понятия не имела, почему королева так себя ведет, если только у нее не было галлюцинаций и она не приняла ее за принцессу Илиану.

— Думаю, Фрея нуждается в освежающем напитке, прежде чем отправится обратно, — бодро заявила Клаудия. — Пойдем, Маргарита, покажем гостье столовую. Она проделала долгий путь из Арксара.

Герцогиня повела ее прочь, словно королева была не старше Роланда. Фрея выглядела смущенной, но была слишком вежлива, чтобы спросить о поведении королевы. Маргарита не стала возражать, но у двери обернулась и указала на дверь.

— Дай мне знать, когда начнешь планировать свадьбу. Это будет даже интереснее, чем планировать визит Илианы! Твоя невеста будет прекрасно выглядеть в жемчужно-белом платье, и… — Ее голос замер, когда Клаудия увела ее прочь.

Тео захлопнул дверь с большей силой, чем требовалось. Кончики его ушей покраснели.

— Притворись, что ты ничего не слышала из того, что сказала моя мать.

— С ней все в порядке?

— Это ее обычное поведение — делать нелепые предсказания. Отец никогда бы не женился на ней, если бы она не происходила из рода, обладающего магическими способностями.

— А как же Клаудия?

— У нее нет такого дара. Такое случается только с одним ребенком в одном или двух поколениях. Иначе она была бы лучшей королевой, хотя и любит нас раздражать.

Так вот почему Маргарита стала королевой. Она была красива, но у короля явно был выбор из множества красивых женщин.

— Никто из вас не унаследовал дар прорицания?

— Нет. Не знаю почему, но этот дар, похоже, предпочитает женщин. Я не слышал ни об одном мужчине-провидце. — Тео прислонился к колонне. — Истинные провидцы, как и моя бабушка, делают лишь несколько предсказаний за всю жизнь, в то время как моя мать предсказывает каждый день. Ни одно из них не сбылось, кроме того, что касалось Роланда.

— Королева заранее знала, что он серьезно пострадает?

— Она сказала, что один из нас пострадает. — Тео потер рукой лоб. — В то время мы не воспринимали ее всерьез, но, честно говоря, мы ничего не могли поделать.

На его лице было болезненное, уязвленное выражение. Аликс вдруг захотелось обнять его, но, учитывая, как он не любит женщин, она не хотела рисковать получить удар кулаком и распластаться на стене. Вместо этого она осторожно шагнула вперед.

— Извините меня, — сказала она, и ее глаза были такими же мягкими и нежными, как у лани. — За то, что накричала на вас из-за Роланда. Я подумать не могла, что вы рисковали своими жизнями все это время.

Он слегка улыбнулся ей.

— Близнецы могли бы зааплодировать и сказать, что ты поступила правильно. Я не могу вспомнить, когда в последний раз кто-то, кроме Джулиана, кричал на меня. В этом замке все, кроме моей семьи и канцлера, боятся меня. Наверное, я сделал это нарочно: не хотел, чтобы кто-то беспокоил меня, когда придется иметь дело с проклятием.

— Значит, нужно больше людей, кричащих на вас. — Аликс не смогла удержаться от ухмылки.

— Зависит от того, кто это. — Внезапно выражение его лица стало серьезным, будто над ним проплыла темная туча. Когда он заговорил, его тон был резким. — Как ты узнала о троллях?

— Вообще-то, я только что вспомнила, что мне надо идти…

— Ты не заснула, — перебил он, делая шаг вперед. — Ты нашла способ противостоять сонным чарам роз. Как ты проследила за нами до логова троллей?

Еще один шаг, и Аликс оказалась прижатой к стене. На секунду ей показалось, что взгляд Тео упал на ее губы, но затем он отступил, потому что кто-то стучал в дверь.

Тео подошел к двери и распахнул ее. Слуга — Аликс узнала его. Это был Флойд, человек, который обычно стоял на страже у дверей квомнаты Ле Гриса.

— Канцлер хотел бы видеть вас, мадемуазель. Прямо сейчас.

Глаза Тео сузились. Слепой бы увидел, что он не ладит с канцлером.

— Я же сказала вам, что должна идти. — в кои-то веки Аликс была рада видеть Ле Гриса. — Простите, Ваше Высочество. Дайте мне пройти.

Она последовала за Флойдом в апартаменты Ле Гриса. На полпути к месту назначения ее облегчение от того, что она покинула это место, сменилось тревогой. Поверит ли ей Ле Грис?

Когда она вошла, Ле Грис развалился в большом кресле, а на его губах играла ухмылка. В любом случае, у него было преимущество. Он либо узнает, куда направляются принцы, либо сможет вернуть долг Хьюберту.

— Добрый день, моя дорогая. — Он указал на стул справа от себя. — Присаживайся.

Аликс предпочла бы стоять, ведь это давало ей преимущество в росте, но она подошла к стулу и села.

— Ну и что? Ты, наконец, добилась успеха и обнаружила их неуловимое укрытие?

Пальцы Аликс сомкнулись на складках простой коричневой юбки.

— Да.

Ле Грис склонил голову набок. Очевидно, он не ожидал, что она добьется успеха. Она не могла быть первой, кого он нанял шпионить за принцами.

— Где?

Аликс рассказала свою историю. Это звучало абсурдно, когда она говорила про троллей, живущих под землей, вступающих в бой с принцами, которые сражались со времен короля Антуана. В конце концов ее голос дрогнул, а брови Ле Гриса поднимались все выше и выше.

— Как интересно.

У Аликс все внутри сжалось. Слова застряли в горле — она открыла рот, защищаясь, но Ле Грис заговорил первым.

— Где твои доказательства?

Аликс застыла. Она была так ошеломлена, когда увидела троллей, что даже не подумала о том, чтобы добыть какие-либо доказательства.

— Мне нужны доказательства, что ты видела троллей. Насколько я знаю, ты можешь все это выдумать. — Ле Грис пошевелил пальцами. На этот раз рубины, казалось, угрожающе блеснули. — Ты могла бы сказать, что они ходят на танцы каждые две недели, в париках и в женском наряде. У меня нет ничего, кроме твоего слова.

Аликс подавила желание захихикать. Она ненавидела Ле Гриса, но этот человек мог быть невольно забавным.

— Я понимаю вашу точку зрения, сир.

Ле Грис поднял вверх три пальца.

— Три ночи. Три попытки. Ты потерпела неудачу, и поэтому должна соблюдать соглашение. Ты отправляешься к Хьюберту. Полагаю, он будет рад принять тебя в свой дом.

Аликс вспомнила Хьюберта и его злобный взгляд. Войти в его дом — все равно что оленю войти в логово льва.

— Но вы не сказали, что я должна принести доказательства. Вы должны дать мне еще один шанс. Еще одна ночь, и я добуду их.

В глазах Ле Гриса появился жесткий холодный блеск.

— В нашем соглашении говорилось о трех ночах, не больше. В прошлый раз тебе не следовало забывать собирать улики. — Он хлопнул в ладоши, и появились два здоровенных слуги. — Проводите эту девушку в дом герцога Хьюберта.

Они схватили ее за руки. Первым побуждением Аликс было закричать и вырваться, но Ле Грис снова захлопал в ладоши.

— Прекрати вопить, или я прикажу им влить тебе в глотку успокоительное. Ты можешь пойти к Хьюберту с ясным умом или пойти туда бессознательно. Твой выбор.

Аликс мгновенно успокоилась. Лучше оставаться начеку и искать возможность сбежать. Она ничего не сможет сделать, если будет без сознания.

Дверь распахнулась, и Тео вошел внутрь, сверкая глазами. Его взгляд упал на Аликс, которую все еще держали двое слуг. Они отпустили ее локти.

— Канцлер, — прорычал он. — Что вы делаете? Держите девушку в плену?

— Он собирается отправить меня к герцогу Хьюберту, — быстро сказала Алекс.

Глаза Тео сузились. Очевидно, ему была хорошо известна репутация Хьюберта среди женщин.

— Применив силу?

— Потому что…

— Полная чушь, — вмешался Ле Грис. — Я никогда не хотел причинить вред девушке. Она чувствовала себя плохо и была близка к обмороку. Мои люди вовремя ее поймали. — Он посмотрел на Аликс и поднял вверх пальцы, образуя цифру девять.

Девятьсот дукатов. Он отдаст ей оставшиеся девятьсот дукатов, если она в следующий раз принесет доказательства. Аликс надеялась, что поняла правильно.

— Он говорит правду? — Тео повернулся к Аликс.

Она не могла рассказать ему о соглашении. Ей нужны были девятьсот дукатов, чтобы заплатить за квартиру.

— Да.

Ле Грис ухмыльнулся.

— Я же говорил вам, Ваше Высочество. Я никогда не был настолько жесток, чтобы причинить вред молодой девушке.

«Но ты достаточно жесток, чтобы позволить другим причинить вред», — подумала Аликс.

— Думаю, мы закончили нашу маленькую беседу. Ты можешь идти, девочка. — Ле Грис махнул рукой, в то время как другая его рука все еще образовывала цифру девять.

Аликс кивнула и вышла из комнаты. Однако Тео это не удовлетворило. Как только они оказались в коридоре, он схватил ее за локоть и потащил в пустую комнату. Его глаза горели, и он глубоко дышал, будто сдерживаясь, чтобы не накричать на нее.

— Что ты делала с Ле Грисом? — Аликс придумывала ложь, когда он снова заговорил. — Он послал тебя шпионить за нами?

Значит, он действительно подозревал ее. Аликс взвесила все варианты.

— У моей тети была потная болезнь, — осторожно сказала она. — Арендная плата за нашу квартиру взлетела до небес, а жалованья, которое я получаю от Императорской гардеробной, недостаточно. Ле Грис попросил меня выполнить кое-какие поручения для него, и взамен он заплатит мне. Мне жаль, что я работала с ним, но я должна была спасти тетю. Она моя единственная живая родственница. Вы также сделали бы все, чтобы спасти своих братьев от троллей.

Большая часть раздражения и гнева исчезла с лица Тео. Он слишком хорошо знал, каково это — защищать любимого человека.

— И как Хьюберт оказался в этом замешан?

Аликс объяснила.

Его челюсти сжались, и он выглядел так, словно хотел дать Ле Грису хорошую взбучку.

— Однажды Хьюберт попытался приставать к Беатрис, когда накануне вечером напился и попросил лекарство от головной боли. Думаю, головная боль была не слишком сильной, или она была оправданием, так как этого было недостаточно, чтобы держать его руки подальше от нее. К счастью, Ферди подоспел вовремя и избил его. — Тео посмотрел на нее, прищурившись. — Никогда больше не соглашайся на такую глупость.

Она кивнула. На этот раз она приняла его резкие слова с кротостью. Тео спас ее от ужасного человека.

— Спасибо, — прошептала она. — Если бы не вы, я бы погибла.

Он сунул руку в карман и вытащил маленький кусочек золота.

— Это стоит триста дукатов — более чем достаточно, чтобы выплатить сто дукатов, которые ты должна Хьюберту, и покрыть медицинские счета тети и вашу арендную плату.

— Нет. — Аликс заложила руки за спину. Он уже спас ее, а теперь еще и платит ее долг? В большинстве случаев она вздрагивала при виде золота, но на этот раз она поймала себя на том, что качает головой. — Я не могу этого принять. Вы не обязаны мне платить, и вы уже и так много сделали.

— Любой порядочный человек спас бы тебя от такого человека, как Хьюберт. — Тео подошел к ней, сунул золото в карман передника и отошел. — Возьми деньги. Я буду беспокоится, если у тебя снова начнутся проблемы с Ле Грисом или Хьюбертом, а у меня и без того хватает забот.

— Но вы не можете взвалить это бремя на свои плечи.

— Фрейя обещала нам помочь. — Он взял ее за плечи и подтолкнул к двери. — Ты ничем не можешь нам помочь. Просто иди домой, позаботься о тете и оставайся там. Мы найдем выход.

Она не хотела уходить. Но что еще она могла сделать? Она была всего лишь скромной ученицей портнихи, сапожником. Она не была магиней.

— Просто… иди. Ни Ле Грис, ни Хьюберт не причинят тебе вреда. Я обещаю.

Как он мог думать о ее безопасности, когда сам был втянут в смертельную опасность? Она могла бы бросить ему золото и вернуться… вернуться куда? В апартаменты Ле Гриса? Она скорее добудет доказательства существования троллей и заработает девятьсот дукатов, чем примет золото от Тео. Но тут ее взгляд упал на альманах, лежащий на столе в комнате. Она вдруг поняла, что завтра у слуг замка выходной. Как бы ни боролась ее гордость с желанием принять золото Тео, если завтра она не заплатит за квартиру, Жаклин придется съехать.

У нее все еще был плащ-невидимка. У нее были варианты.

Аликс встала на цыпочки и поцеловала его в щеку. Он уставился на нее расширенными от шока глазами. Румянец распространился от его лица к шее. Она не могла не подумать, что он был очарователен.

— Берегите себя, Ваше Высочество.

Выходя из комнаты, Аликс мысленно добавила: «Я еще вернусь».

Глава 34

Фабио потерял дар речи, когда она рассказала ему о троллях. У них был выходной, и они снова собирались домой. Так как во дворе было слишком много народу, ожидавшего свободного фургона, Фабио решил потратить несколько лишних дукатов на экипаж. Лучше взять экипаж, чем ждать во дворе, когда холодный ветер дует в лицо.

— Но… но, — заикаясь, пробормотал он, — они же не могут сражаться с троллями! Как могла королева позволить им рисковать своими жизнями? Это ее собственные сыновья!

— Она ничего не может сделать: проклятие слишком сильное. Даже магиня не может его снять.

— Но она могла бы хоть что-то предпринять. Разве ты не говорила, что принцам пришлось ехать в Арксар, чтобы найти магиню? Почему она не написала королю Арксара и не спросила его?

Аликс глубоко вздохнула. Сидеть в карете было намного лучше, чем делить фургон со свиньями.

— Потому что заглушающее заклинание не позволяло никому писать или даже рисовать об этом. Помнишь, как ты дал мне пергамент, а я не могла пошевелить пальцами?

— О, теперь я вспомнил, — Фабио виновато улыбнулся ей. — А потом Тео поскакал в Арксар, нашел магиню, и она сняла с тебя заклятие молчания. Хорошо, что она это сделала, иначе я бы вечно гадал, что случилось с тобой и принцами. — Он побарабанил пальцами по колену. — Что ты теперь собираешься делать?

— Пока не знаю, — призналась Аликс. — Сначала я должна заплатить за квартиру и повидаться с тетушкой. А как насчет тебя? Твои родители уже сдались?

Его лицо вытянулось.

— Бывало и хуже. Отец сказал, что отречется от меня, если я не женюсь в этом году, а мать написала, что договорилась о встрече с тремя будущими женщинами. — Фабио закрыл лицо руками. — Жаль, что я родился таким, Аликс. Но я ничего не могу поделать.

Он шмыгнул носом и вытер лицо рукавом. Аликс заметила, как в уголке его глаза блеснула слеза. Она погладила его руку, желая, чтобы могла помочь ему.

* * *

— Н-е-е-е-е-е-е-е-е-т!

Аликс открыла глаза. В окне горел слабый свет, указывая на начало рассвета. Она была в квартире, а не в спальне замка. Ей только что приснился ужасный кошмар. Снилось, что она идет за принцами в подземное логово троллей, а Тео стоит лицом к лицу с троллем в три раза больше его. Они храбро сражались, но в конце принц уступил мощи тролля и был пронзен ножом в живот, как и Роланд.

— Дитя мое! Ты ворочалась с боку на бок и кричала: «Не ешь его». — Тетя Жаклин положила руку на лоб Аликс. — Боже мой, у тебя весь лоб в поту. Что тебе снилось?

— Ничего. — Нет смысла беспокоить тетю после ее потливой болезни. С золотом от Тео, Жаклин могла бы покупать достаточно еды в течение года. Аликс глубоко вздохнула. — Тетя, извини. Я снова лягу спать.

Жаклин выглядела обеспокоенной.

— Ты почти ничего не ешь, даже если это твоя любимая еда, и никогда не улыбаешься. А теперь тебе снятся кошмары. Что тебя беспокоит, дитя мое?

— Это пройдет. Право же, тетушка, вам не о чем беспокоиться.

В ее голосе прозвучала решительность, которую Жаклин сразу поняла. Когда Аликс не хотела говорить, никакие уговоры не могли заставить ее это сделать. Она убрала волосы со лба Аликс и вернулась в постель. Аликс закрыла глаза, но сон не шел к ней. Наконец, когда снаружи стало светлее, она встала и оделась. Кроме троллей, у нее было время поразмыслить о ситуации с Фабио. Увидев в карете страдальческое лицо своего лучшего друга, она попыталась придумать, как ему помочь, и в итоге у нее появилась идея.

* * *

Дом Фабио находился всего в нескольких улицах от дома Аликс. Из-за близости расположения девушка знала его задолго до того, как они вместе начали работать в магазине Анны- Марии. На самом деле, именно благодаря поддержке Фабио она подала заявление, чтобы стать портнихой.

Когда она постучала в дверь, оттуда выглянула женщина средних лет с острыми взглядом и пронзительными глазами.

— Аликс! Как идут дела? Мне очень жаль, что твоя тетя заболела.

— Ей уже гораздо лучше, спасибо. Фабио дома?

Мать Фабио улыбнулась.

— Конечно дома, — понизив голос, сказала она. — Он хандрит, потому что… ты знаешь почему. Неужели ты не можешь убедить его вернуться к нормальной жизни?

Аликс подавила возмущенный возглас. Она понимала убеждения пожилой женщины, но было много «нормальных» людей, которые были намного хуже, например, Хьюберт.

— Дома было тихо, и я подумала, не хочет ли Фабио прогуляться сегодня.

— Вообще-то я договорилась, что сегодня он встретится со своим… старым другом.

— О, это очень плохо. Я подумала, что мы могли бы свернуть в город и прогуляться по рынкам. Он обычно наслаждается этим.

Мать Фабио колебалась. Аликс знала ее мысли: она думала, что если Аликс сможет «подбодрить» ее сына, то он будет в лучшем настроении, когда встретит девушку.

— Может быть, у него найдется немного времени для прогулки, — сказала она. — Он может встретиться с… другом позже. Свежий воздух пойдет ему на пользу.

— Уверена, что так и будет. — Аликс подключила свою обаятельную улыбку, предназначенную для суетливых клиентов.

Мать Фабио улыбнулась в ответ и пошла в дом. Через несколько минут появился Фабио с растрепанными волосами и красными глазами. Он зевнул, но, увидев ее, почувствовал прилив сил.

— Аликс?

— Иди и хорошо проведи время. — Мать Фабио схватила щетку и пригладила ему волосы. — Это лучше, чем сидеть дома и ссориться с отцом.

Воздух был холодным и свежим, что взбодрило обоих. Мгновение спустя сонливость в глазах Фабио исчезла, и его настроение изменилось.

— Спасибо, — пробормотал он. — Я давно хотел выйти, но они боятся, что я убегу обратно в замок.

— Без проблем.

— Как поживает твоя тетя?

— Она полностью восстановилась.

— Рад слышать. Итак, куда мы идем? — Фабио огляделся по сторонам. — А как насчет нового здания закусочной напротив твоей квартиры?

— Пока не пойдем. Давай навестим Гаспара.

— Гаспара?

— В последний раз я разговаривала с ним, когда он приезжал в замок. Он выглядел, словно может позволить себе перерыв.

Через полчаса они подошли к лавке торговца тканями. Так как было еще раннее утро, только один клиент скрывался внутри.

— Доброе утро, — поздоровалась Аликс с одним из рабочих, который рассеянно жевал кусок хлеба. — Вы не видели Гаспара?

— Он в кладовке. — Он ткнул большим пальцем в заднюю часть магазина. — Мастер Пепе поручил ему разобраться с новой партией, которая прибыла вчера вечером. К чему такая спешка?

— Никакой спешки. — Аликс примостилась на табурете. Она бывала здесь много раз и была знакома с планировкой магазина. — Не возражаете, если мы подождем его?

— Как хотите.

Мгновение спустя Гаспар вышел из задней комнаты, выглядя озадаченным. Однако он просиял, когда его взгляд упал на Фабио. Розовый румянец залил его щеки и заставил парня отвернулся. Аликс спрятала улыбку. В этом не было никаких сомнений: Гаспар был без ума от ее лучшего друга.

Как раз в этот момент сердитый голос прогремел через всю комнату:

— Гаспар! — Сзади появился Пепе. Его волосы выглядели так, как будто они встали дыбом. — Куда ты положил мои ножницы?!

— Уф. — Гаспар провел рукой по волосам. — Они должны быть в твоем ящике, папа.

— Я проверил, их там нет! — Пепе шагнул к сыну. На его лице была написана ярость. — Тебе лучше найти их прямо сейчас, или я сокращу вдвое твое жалованье. О, здравствуйте! Замок послал вас сделать заказ?

— Сегодня у нас выходной. Мы поможем вам найти ножницы, — сказала Аликс, чувствуя, что Гаспар не сможет поговорить с ними, если ножницы не будут найдены. — А как они выглядят?

— Черный обсидиан. Вы не сможете пропустить их. Вокруг нет ничего похожего на них.

Слабое, далекое воспоминание шевельнулось. Она вспомнила, как Пепе держал в руках ножницы с блестящими черными лезвиями. Казалось, ему очень хотелось запереть их в своем ящике и убрать с глаз долой.

— Почему твой отец так одержим этими ножницами? — прошептала она Гаспару, когда они начали обыскивать магазин.

— Они перешли в нашу семью десятилетия назад, — прошептал он в ответ, поднимая стопку аккуратно сложенного шелка и заглядывая под него. — Отец верит, что они приносят ему удачу. Я не знаю об этом, но это правда, что мы никогда не были на руинах, в то время как другие магазины из его поколения приходили и уходили.

Анна-Мария как-то сказала, что Пепе и его отец были одержимы работой. В глубине души Аликс считала, что их успех был больше связан с их отношением к делу, чем с какими-то старыми ножницами. Но после того, как она стала свидетельницей магии, совершенной Фреей, она уже не была так уверена.

— Вот! — сказал Фабио, держа в руках большие ножницы.

Лезвия были черными, но блестящими и отполированными. Никто не мог бы сказать, что эти ножницы существовали в течение многих поколений, ведь они выглядели совершенно новыми.

Пепе со вздохом облегчения схватил ножницы и прижал их к груди, словно новорожденного младенца.

— Спасибо, парень, спасибо. Вы пришли с заказом?

— Вообще-то мы пришли узнать, не могли бы вы отпустить Гаспара на несколько часов, — сказала Аликс к удивлению мужчин. — Мы давно не виделись, а до возвращения в замок еще есть время. Мы не задержимся надолго. Просто выпьем в таверне.

— Почему бы и нет. — Пепе был в приподнятом настроении, когда нашли его ножницы. — Я легко могу заменить парня, если только он не напьется. Ты слышишь меня, Гаспар?

Гаспар выглядел одновременно нетерпеливым и застенчивым. Аликс задумалась, правильно ли она поступает, но это наверняка было лучше, чем сводить Фабио с другой девушкой.

* * *

— Выглядит уютно, — заметил Фабио, когда они устроились в маленьком тесном ресторанчике прямо напротив квартиры Аликс. — Здесь чудесно пахнет.

Гаспар с усмешкой кивнул и произнес:

— Папа приезжает сюда каждые выходные.

— У него хороший вкус. — Аликс встала. — Полагаю, я сделаю заказ, а вы двое останетесь здесь. Что бы вы хотели выпить?

Фабио выбрал подогретое вино с пряностями, и Гаспар, после минутного колебания, сделал то же самое. Аликс пересекла зал, миновала несколько столиков и подошла к бару.

— Три кружки пряного вина.

— Горячего или холодного?

— Горячего.

— Вам придется подождать. Последнее полено сгорело, и мой напарник пошел за новой партией. Мы принесем вам напитки, когда они будут готовы.

— Я не возражаю. — Это была прекрасная возможность для Фабио больше пообщаться с Гаспаром. — Мои друзья обсуждают совместное партнерство, и я все равно не смогу вставить ни слова. Это ужасно скучно.

Бармен ухмыльнулся. Все считали, что женщины менее проницательны и меньше всего заинтересованы в торговом бизнесе. Анна-Мария насмехалась и говорила, что мужчины никогда не дают женщинам таких возможностей.

— Принесите мне кружку самого крепкого рома, какой у вас есть, — сказал молодой человек. — И бутылку яблочного бренди.

Бармен принес напитки, и мужчина сел за столик рядом с баром. Аликс просигналила Фабио, что скоро вернется. Он кивнул и возобновил разговор с Гаспаром.

— Скажи, Тео скоро женится на Илиане?

Аликс замерла.

— Никаких признаков. Кажется, он совсем забыл о ней, когда она вернулась в Арксар, — говоривший показался ей знакомым.

Это был Флойд, один из слуг Ле Гриса. Она сгорбилась и старалась не смотреть ему в лицо, чтобы он не узнал ее.

Спутник Флойда издал удивленный возглас.

— Я мельком видел принцессу, когда ее процессия покидала город. Она прекрасна. И выглядит доброй. Она махала рукой, улыбалась и даже остановилась, чтобы пожать маленькую детскую ручку. На что тут жаловаться? У Арксара нет двенадцати принцесс, чтобы выбирать.

— Не знаю. — Флойд отхлебнул из своего стакана. — Тео — странный тип. На самом деле он и его братья всегда были странными.

— Я слышал, что он потратил целое состояние на визит Илианы и почти опустошил казну замка. Мне кажется, это была бы огромная и пустая трата денег, если бы он не собирался ухаживать за ней.

Несколькими неделями раньше Аликс согласилась бы. Но после того, как она увидела троллей, ее грудь наполнилась негодующей яростью. Если бы они только знали, как принцы рисковали жизнями, защищая королевство от троллей. Но, как и сказал Ле Грис, у нее не было доказательств. Никто ей не поверит.

— Это еще не все. — Флойд понизил голос, но так как таверна была почти пуста, Аликс без труда расслышала его. — Тео посещает темные места и тратит тысячи дукатов на темную магию.

— Невозможно. — Его спутник глубоко вздохнул.

— Принц Роланд, его младший брат, был тяжело ранен несколько недель назад. Его ударили ножом в живот. Рана была настолько серьезной, что целитель не был уверен, что он выживет. Держу пари, что темные заклинания, которые Тео купил, обернулись против его брата.

— Это только догадки. — Голос другого мужчины звучал неуверенно. — Вы уверены?

— А чем еще можно объяснить травму Роланда? Они редко выходят на улицу. У них нет никаких врагов. Так что же это может быть, кроме темной магии?

Подозрение начало грызть мозг Аликс. При обычных обстоятельствах слуга не знал бы так много о принцах. Возможно, ему также было поручено выяснить, куда ушли принцы, но тот потерпел неудачу. Или, может быть… другая возможность пришла ей в голову, но она не хотела в это верить.

— Я не могу в это поверить. — Другой мужчина покачал головой. — Я думал, Тео просто дурачится, но это непростительно. Тратить золото на темную магию и играть с огнем. Наши налоги идут коту под хвост.

— Не только наши налоги потрачены впустую, но и жизни его братьев в опасности.

— Это надо прекратить.

— Я согласен. — Флойд допил свой стакан и заказал еще. — Мой господин, канцлер, уже несколько раз вмешивался, когда Тео пытался потребовать мешки золота из казны. Не каждый раз ему это удается, потому что королева ужасно балует сыновей, но ему удается не дать сундукам опустеть. Попомните мои слова, если бы не мой хозяин, все платили бы вдвое больше налогов.

— Тео должен уйти в отставку. Один из его братьев может взойти на трон, и канцлер способен гарантировать, что новый правитель не будет заниматься черной магией.

— Я думаю точно так же. — Флойд вытащил лист пергамента и перо. — Мой хозяин делает все возможное, чтобы предотвратить еще одну трагедию, но время уходит. Итак, мы решили подать петицию. Если достаточное количество из нас подпишет, мы сможем убедить суд отказаться от Тео в его должности наследного принца.

Аликс сжала пальцы в кулак, стараясь не вскочить с места и не ударить Флойда по носу. Так вот чего на самом деле хотел канцлер. Он хотел убрать Тео с трона. Принцев все еще было одиннадцать, так что сам он вряд ли мог стать королем, но он мог выбрать кого- то более пассивного, более податливого. И если проклятие не будет снято, то ранение еще одного принца станет лишь вопросом времени. Может быть, даже произойдет убийство.

Вот почему Ле Грис хотел узнать о ночных исчезновениях. Если бы у него были доказательства, что принцы действительно замешаны в чем-то темном, у него было бы достаточно причин, чтобы сбросить их с трона. История о троллях была не тем, что он хотел, ведь угроза троллей сделала принцев героями. Она могла бы получить свою тысячу дукатов, если бы сказала, что Тео занимается черной магией.

На стойке звякнули три кружки.

— А вот и напитки.

Аликс отнесла напитки к столу, где Фабио и Гаспар оживленно беседовали. Как она и надеялась, Гаспар сбросил застенчивость в присутствии Фабио. Если Гаспар и дальше будет вести себя так же, и если Фабио согласится, то их дружба может перерасти в нечто большее. Но после того, как она услышала за стойкой выдумки Флойда, у нее не было настроения задерживаться.

— Я иду домой, — сказала она, накидывая пальто на плечи. — Вы двое можете разделить мою выпивку.

— Почему ты уходишь так рано? — Фабио удивленно посмотрел на нее.

— Я только что вспомнила. Тетушка хотела, чтобы я купила на рынке кое-что для ланча, так как наши запасы на исходе, — спокойно солгала Аликс. Она подмигнула Гаспару и слегка приподняла брови, как бы намекая, что дает ему шанс остаться наедине с Фабио. — Кроме того, у вас двоих был такой вид, будто вы мило беседуете. Мне бы не хотелось прерывать вас.

Гаспар покраснел и улыбнулся:

— Спасибо… в смысле… в таком случае мы тебя не будем задерживать.

Фабио все еще хмурился, но ничего не сказал, когда Аликс одарила его ослепительной улыбкой и направилась к выходу.

На улицах было уже многолюдно, ведь не было так рано, но Аликс торопилась изо всех сил домой, чтобы коротко попрощаться с тетей и вернуться в замок.

Глава 35

Пинг! Кончик меча Фердинанда встретился с блестящим щитом, который держал Энцо. В воздухе полетели искры. Они отпрыгнули назад и стали кружить друг вокруг друга, выискивая уязвимое место для удара.

— Остановись. — Тео встал между ними. — Если твой противник — тролль, он не отступит. На твоем месте, Ферди, он бы сменил направление и бросился к ногам, а если бы он был на твоем месте, Итан, то бросился бы вперед. С щитом нет необходимости отступать.

Они находились на крыше Северной башни. Фердинанд и Энцо спарринговали вместе, а Тео смотрел на них. Джеральд был в своей комнате, проверяя, хорошо ли действуют заклинания на их оружие. Остальные принцы занимались физическими упражнениями с различным оборудованием на уровне ниже. После случившегося с Роландом, Тео был уверен, что никто из них не посмеет ослабить хватку.

Иногда он ненавидел Антуана за то, что тот наложил на них проклятие. Но если бы Тео оказался в такой же ситуации, то вполне мог бы сделать то же самое. Либо уничтожить все королевство, либо рискнуть жизнью нескольких человек. Кроме того, Антуан не ожидал, что тролли станут сильнее и начнут размножатся. Он предполагал, что с его магическими силами и чарами тролли будут медленно вымирать. Но они этого не сделали.

— Это защитное зелье — нечто. — Энцо оценивающим взглядом осмотрел свой щит. — Даже вмятин нет.

Тео кивнул. С тех пор как они нашли Фрею, все стало намного лучше. Единственное, о чем стоило беспокоиться, — это остаться в живых до ее возвращения.

— Будет еще раунд? — Фердинанд вытер полотенцем мокрые от пота волосы.

— Вы, оба, идите отдохните, — сказал Тео. Тренировка была важна, но, если ее перегнуть через край, это может вызвать усталость. — Я спущусь вниз и посмотрю, как там остальные.

Тео спустился по лестнице в тренировочный зал. Там его братья были глубоко сосредоточены, каждый из них работал над слабостью в своей технике, силе или выносливости. Итан и Рено устроили тренировочный поединок, их мечи свистели в воздухе. Этьен потягивался — он был наименее гибким из всех. Дюма колотил кулаком по большому мешку с песком, свисающему с потолка. Остальные отжимались и приседали на толстых плетеных матах. Он не видел Джулиана, но как только его взгляд нашел самый дальний угол, он увидел своего враждебного брата, поднимающего тяжести, кряхтящего, в то время как пот стекал по его шее.

Один брат отсутствовал. Роланд.

Тео пересек комнату и подошел к Этьену. Поскольку последний потягивался, было безопаснее прервать его, чем других.

— А где Роланд?

— Из раны снова потекла кровь, и он отправился в палату целителя. — Этьен колебался. — Возможно, ему не стоит идти с нами завтра вечером.

Грудь Тео сжалась. Он не хотел, чтобы Роланд шел с ними. Он не хотел, чтобы кто-нибудь из его братьев отправился в это опасное логово троллей. Но если Роланд не придет, а часы случайно выберут его, на мостике появится новая серебряная веточка. А строительство моста близилось к завершению.

— Я пойду в палату целителя.

— Тео, он неважно выглядит. Часы его больше не выберут. Еще слишком рано.

— Я не прошу его идти с нами. Мне просто нужно услышать от Одеона, в каком состоянии сейчас Роланд.

Тео вернулся в свою комнату, снял промокшую от пота тунику и переоделся в новую. Он заскочил в комнату Джеральда и попросил брата взять на себя руководство дуэлью на крыше, затем отправился в палату целителя.

На улице было холодно, но солнце уже взошло, и теплый солнечный свет омыл его лицо. Дети нескольких придворных гонялись друг за другом по саду, их беззаботный смех звенел в воздухе. Они понятия не имели об опасности, таящейся под землей.

— Ваше Высочество!

Из-за угла появилась молодая женщина и быстрыми шагами направилась к нему. Он не мог припомнить, когда в последний раз женщина подходила к нему с выражением одновременно бесстрашным и дружелюбным, как будто они были случайными знакомыми. То они заикались и краснели, то держались от него на безопасном расстоянии и шепотом рассказывали своим спутникам, какой он страшный. Неужели эта женщина сошла с ума? Неужели она приняла его за кого-то другого, похожего на него?

Зеленые, как листья, глаза с золотыми искорками встретились с его глазами. Орехово-каштановые волосы обрамляли красивое лицо, которое он сразу узнал. Эта назойливая, раздражающая сапожница, которая каким-то образом обнаружила, что они сражаются с троллями.

— Зачем ты вернулась? — Эти слова прозвучали как обвинение.

— Вы опять в плохом настроении? — Девущка подняла бровь.

— Когда ты видела меня в хорошем настроении? И не уклоняйся от моего вопроса. Ты обещала, что вернешься домой.

Один из детей в саду закричал от смеха. Аликс перевела взгляд в сад и снова на него.

— Здесь есть место, где мы могли бы поговорить?

Ему не следовало тратить на нее время, но любопытство взяло верх.

— Сюда.

Рядом с палатой целителя был сарай, где Одеон хранил большое количество сушеных трав в мешках. Ключ был у Тео. Иногда он нуждался в травах, чтобы лечить простые синяки, остававшиеся после тренировок, и не хотел постоянно беспокоить целителей.

Аликс нашла свободное место и села на пыльный пол, скрестив ноги и расправляя юбки, чтобы прикрыть лодыжки. Сарай был забит мешками, и Тео ничего не оставалось, как сесть поближе к ней. Прядь орехово-каштановых волос упала ей на глаза, и ему вдруг захотелось заправить ее за ухо.

— Во-первых, я никогда не обещала вам, что останусь дома, — сказала Аликс. — И даже если бы я это сделала, я бы вернулась. Создана петиция. — Она безусловно не стала ходить вокруг да около, и он это оценил. — Есть люди, которые хотят, чтобы вы отреклись от трона, и они собирают подписи.

И это все? Он ожидал чего-то опасного, связанного с троллями.

— Если они захотят подать прошение о моем отстранении, я вряд ли смогу что-нибудь сделать.

— Но они распространяют о вас ложные слухи. Они считают, что Роланд ранен, потому что вы баловались темной магией, и это обернулось против вас. Они не знают, что вы рискуете своей шеей, сражаясь с троллями.

Незнакомое чувство всколыхнулось в его груди. Здесь была девушка, которая проявляла заботу о нем не потому, что она собиралась стать королевой, а потому, что искренне беспокоилась о нем.

— Под «они» ты подразумеваешь канцлера?

— Значит, вы уже знаете.

— Он давно положил глаз на трон, но я никогда не считал его серьезной угрозой. У меня одиннадцать братьев, и никто, кроме членов нашей семьи, не может претендовать на корону. Не волнуйся, Аликс. Нет ничего важнее, чем снять проклятие. Ле Грис хитер, но он не тролль.

Она выглядела неубежденной, но то, что последовало за этим, вызвало вопрос.

— Вы знаете мое имя?

— Я слышал его несколько раз, — сказал он, стараясь говорить, как можно более беззаботно. — Послушай, я очень благодарен тебе за заботу, но я не могу вмешиваться в ваши прошения. Если это все, что ты можешь сказать, то можешь идти.

— Я не могу уйти. — Она покачала головой.

— Почему нет?

— Мой бывший работодатель не примет меня обратно. Мне нужно заработать достаточно дукатов на аренду за следующий месяц.

— Я дал тебе кусок золота.

— Поскольку я не вняла вашим просьбам, я верну золото, которое вы мне дали.

Ему следовало бы разозлиться, но какая-то его часть была предательски рада, что она вернулась.

— Ты никогда не сможешь мне вернуть деньги из своего жалкого жалованья.

— Мы можем решить это по-другому. — Она подмигнула.

Клянусь волхвами, неужели она флиртует? При обычных обстоятельствах он бы упрекнул ее за дерзость. Но на этот раз он на время потерял дар речи, гадая, испытывает ли она к нему какие-то чувства.

— Как тебе будет угодно, — сказал он, поднимаясь с пола. — Но держись подальше от неприятностей.

Она одарила его ослепительной улыбкой, ее глаза озорно блеснули, и его сердце пропустило удар.

— Ни малейшего шанса.

Он не мог уйти от нее достаточно быстро. И вовсе не потому, что хотел уйти. Он боялся того, что может сделать, если останется.

Глава 36

Убедившись, что поблизости никого нет, Аликс достала из сундука свой драгоценный плащ. Она все еще ненавидела цвет и грубый материал, но это не имело значения. Она накинула его на плечи, бросила быстрый взгляд в оконное стекло, убедилась, что ее не видно, и вышла из спальни слуг.

Никто, кроме Фабио, не заметил, живет ли она там. В тех двух случаях, когда Тео отправлял ее домой, она использовала болезнь тети как предлог для отсутствия. Большинство слуг были слишком заняты, чтобы обращать внимание на то, спит она или нет.

С плащом-невидимкой она могла бы обнаружить что-нибудь полезное. Что-то, что они могли бы использовать, чтобы победить троллей.

Когда колокольня пробила одиннадцать, все принцы собрались в комнате Тео. Аликс проскользнула в дверь, когда вошел Этьен, и заняла место у окна. Горшок с шиповником все еще стоял там, но благодаря розмариново-мятной магии она не спала.

— Тебя не должно быть здесь, — сказал Тео.

Аликс чуть не подпрыгнула. Неужели плащ потерял свою магию?

— Я должен, — сказал кто-то тихо, но твердо.

Роланд, у которого все еще был перевязан живот, стоял перед старшим братом. Он не смотрел на Тео, но поза его тела говорила о том, что он не собирается отступать.

Тео сверкнул глазами и произнес:

— Часы могут снова выбрать тебя. Ты можешь быть убит.

— Вряд ли. — Роланд выглядел так, словно хотел повысить голос, но рана мешала ему говорить громко.

— Ты не поедешь, и это окончательно. Джеральд, отведи его обратно в комнату.

Роланд не сдвинулся с места. Сердце Аликс потянулось к нему — ребенок был бледен и явно напуган, но он был готов рискнуть своей жизнью. — У нас мало времени, мост почти достроен.

Несмотря на юный возраст, двенадцатилетний мальчик умел спорить. Руки Тео крепко сжались на локтях, и он отвел взгляд. Он хорошо знал, какие будут последствия, если тролли спустятся.

Джеральд шагнул вперед.

— Даже если ты придешь и тебя выберут, тебя убьют, а прутик все равно появится на мосту.

— Я уже сталкивался с ними однажды. — Роланд не собирался сдаваться. — Теперь я лучше знаю, как с ними бороться.

— Почти пора, — сказал Фердинанд, указывая на часы на каминной полке. До полуночи оставалось всего пять минут.

Тео и Джеральд переглянулись. Джеральд сделал жест рукой, которого Аликс не поняла. Тео после минутного колебания кивнул.

— Пошли отсюда. — Он отвернулся от Роланда, выражая молчаливое одобрение. Другие принцы подошли к младшему брату и слегка обняли и похлопали его по плечу, молчаливо подбадривая.

Колокол пробил двенадцать.

Как по команде, голубое пламя в камине исчезло без следа дыма. Один за другим, звеня оружием и щитами о доспехи, принцы шагнули вперед. Тео, оглядев комнату в течение нескольких секунд, нырнул в отверстие.

Аликс глубоко вздохнула и поспешила за ним. Когда принцы спустились в туннель, их сапоги глухо стучали по твердой земле, Аликс плотнее закуталась в плащ и натянула капюшон на голову. Однажды, когда ее туфля ударилась о камень и тот отскочил, Тео остановился и оглянулся.

— На что ты уставился? — спросил Фердинанд, идущий прямо перед Тео.

— Ни на что. Продолжай идти.

Наконец туннель вывел на поляну, и стало видно озеро. Двенадцать лодок покачивались на волнах, ожидая принцев. Джеральд остановился и присел на траву. Аликс приподнялась на цыпочки и увидела, что он изучает след из серебряных веточек. Она была не так близко к озеру, но даже ей было видно, что последняя ветка была опасно близко к берегу.

— Сколько осталось до завершения? — Голос Тео звучал напряженно.

Джеральд выпрямился и посмотрел на них с серьезным выражением лица.

— Я могу сделать только приблизительную оценку, но судя по длине веток… я бы сказал, самое большее две. А может и одна.

Холодное молчание встретило его слова. Аликс на мгновение закрыла глаза, но это не помогло ей преодолеть холодную, жесткую реальность. У них не было времени. Если они проиграют еще одну или две дуэли, мост будет достроен. И Фрея сказала, что ей нужны месяцы, чтобы завершить контрзаклинание.

— Он не станет короче, если мы будем продолжать смотреть на него, — резко сказал Тео. — В шлюпки, все до единого.

Принцы сели в лодки, Тео был последним. Когда первая лодка тронулась с места, Аликс поняла, что у нее нет другого выбора, кроме как прыгнуть в лодку Тео. Лодка слегка покачнулась, но затем начала скользить по озеру. В какой-то момент лодка даже увеличила скорость, накренившись в сторону, когда пыталась обогнать лодку Этьена, и Аликс пришлось ухватиться за край, чтобы не столкнуться с Тео. Плащ соскользнул, и стали видны ее пальцы.

Последовал короткий вдох, затем он схватил ее за руку. Другая его рука легла на ее капюшон. Одним быстрым движением он откинул его назад, открывая лицо. Все произошло так быстро, что она не успела его остановить. Секунду они смотрели друг на друга, но потом Тео накинул капюшон назад. Поняв, что он не хочет отвлекать братьев ее присутствием, Аликс вздохнула с облегчением.

— Почему я не удивлен, что ты здесь? — Его голос звучал скорее смиренно, чем сердито.

Аликс не смогла сдержать улыбку, хотя он и не видел ее.

— Я никогда не обещала вам держаться подальше от неприятностей.

— Я же сказал, что ты ничего не можешь сделать.

— Никогда не знаешь. Я невидимка. Я могу вынюхивать и собирать информацию для Фреи.

— Если бы все было так просто, мы бы давно что-нибудь нашли. — Он нахмурился.

— Вы слишком сосредоточены на битве, чтобы обращать внимание на другие вещи. — Осторожно, убедившись, что ее рука все еще под плащом, Аликс похлопала его по руке. — Ваше Высочество, речь идет не только о вас и ваших братьях. Я видела троллей. Я тоже пытаюсь спасти свою шею.

Он нащупал ее руку и сжал пальцы.

— Обещай, что ты все время будешь прятаться. Если что-то случится — беги. Твоя невидимость — лучшая защита.

Тепло разлилось по ее венам. Он смотрел на нее, хотя и не мог видеть, с беспокойством, смягчающим обычную суровость выражения его лица. В его глазах была такая напряженность, что ее щеки запылали. Его рука была большой и теплой — она тут же пожалела о том, когда он разжал пальцы и отпустил её. Неужели она становится такой же, как Фабио, который влюбляется в мужчину с безошибочно узнаваемой внешностью, но с неприятным характером? Но теперь, зная причину его поведения, она не могла видеть его в том же свете, что и раньше.

Она мысленно встряхнула себя. Принцы собираются сражаться с троллями, а она размышляет о своих чувствах к Тео?

«Сосредоточься на проклятии», — упрекнула она себя. — «Перестань думать о невозможном».

Когда лодка достигла конца озера, Аликс спрыгнула вслед за Тео. Посмотрев, как он присоединился к братьям, она обратила внимание на гигантское серебряное дерево, примостившееся на краю озера. Многочисленные серебряные листья поблескивали в темноте. При ближайшем рассмотрении на поверхности каждого листа появились черные отметины, образующие сложный узор. Говорили, что знаки указывают на присутствие проклятия — чем сложнее узор, тем сильнее проклятие. Узоры на серебряных листьях выглядели более сложными, чем любая вышивка Фабио.

Может быть, она могла бы принести веточку в замок? Они попросили бы Фрею проанализировать проклятие. Более того, это может быть доказательством для Ле Гриса. С золотом от Тео ей больше не нужно было соблюдать их соглашение, но если она могла претендовать на оставшиеся девятьсот, почему бы ей не рискнуть?

Самая низкач ветка была как раз в пределах досягаемости. Аликс попыталась сломать ее, но та не поддавалась. Она потянула сильнее, но ветка упрямо держалась на дереве. Она использовала обе руки, но после долгого пыхтения и кряхтения все, что она получила, были воспаленные красные пальцы.

— Невозможно, — пробормотала она.

Она не была сильной, но сломать ветку с дерева не должно быть проблемой.

Аликс достала портновские ножницы и попыталась срезать листок. Лезвие ножниц издало звенящий звук над стеблем листа. Как будто серебряный лист был сделан из железа. Что-то определенно было не так с этим деревом.

Увидев, что принцы уже исчезли, она решила изменить свой план и поискать что-нибудь другое. Аликс отправилась на арену. Она была так велика, что девушка вряд ли пропустила бы ее в любом случае. Она чуть не врезалась в тролля, который несся к трибунам, бормоча, что ему не следовало просыпать и теперь он пропустит лучшие места. Она свернула в сторону, прижимая плащ к телу, ее сердце бешено колотилось. К счастью, остаток пути прошел без происшествий. Она направилась к принцам, которые сидели в отведенном для них месте, и нашла место рядом с ними. Вокруг принцев было много свободных мест — возможно, они договорились держать троллей подальше от них.

— Посмотри на этого молодого принца, — несколькими рядами выше, прошептала женщина-тролль. Она указала на Дюму. Слюна капала из уголка ее рта, и она не потрудилась вытереть ее. — Как бы мне хотелось схватить его и насладиться этой нежной плотью на его шее.

Аликс обдумывала возможность украсть кинжал и вонзить его в спину женщины-тролля. С плащом это было бы вполне возможно… если бы троллиха не была окружена сотнями столь же кровожадных товарищей.

— Этого не случится, — сказал другой тролль. — Даже если один из них будет побежден и пойман, тебе придется ждать в очереди. Мы все хотим попробовать нежную человеческую плоть.

К этому времени часы уже выбрали бойцов на сегодняшний вечер. Был выбран довольно неприятного вида тролль по имени Зор, в то время как на стороне принцев — Тео. Все его братья вздохнули с облегчением. Тео, как самый старший и, вероятно, самый опытный, имел бы гораздо больше шансов выжить.

Тео повернулся к противнику. Зор был еще не так велик, как Йету, но казался вдвое более кровожадным. Он оскалил зубы и зарычал с таким видом, словно очень хотел оторвать Тео голову. Он держал дубину размером с тело Роланда, и шипы на ней светились голубым и белым. Желудок Аликс скрутило: Зор тоже использовал магию? Принцы полагались на заколдованное оружие и доспехи, чтобы выжить. Если тролли могут использовать магию… она даже не хотела представлять себе последствия.

Началась драка. Опытный Тео сумел нанести несколько ударов по Зору. Однако Зор едва моргнул, как будто был невосприимчив к боли. Он двигался так же быстро, как и в начале, с мрачным и злобным выражением лица, не обращая внимания на кровь, стекающую по руке и ноге.

С ревом Тео вонзил нож в место под шеей тролля. Наконец-то он нашел слабое место и использовал его в своих интересах.

С оглушительным криком Зор нанес удар. Даже приближаясь к смерти, он не сдавался. Как бы она ни ненавидела тролля, Аликс неохотно восхищалась его бойцовским духом. Один бело-голубой шип задел руку Тео, и из него потекла кровь. Через несколько секунд Зор ослабил хватку на дубинке. Он упал назад, приземлившись с громким стуком на покрытую песком землю. Его тело дернулось, а затем стало совершенно неподвижным.

— Победитель — принц Теодор из Сейвони.

Тролли не казались особенно расстроенными тем, что один из них был убит. Либо они не ценили свою жизнь так же высоко, как люди, либо просто не любили Зора. Какова бы ни была причина, Аликс была немного удивлена, что тролли были равнодушны. В прошлый раз, когда победил Джеральд, они кричали, что он кровавый убийца.

Когда Тео повернулся к братьям и вышел с арены, Аликс заметила, что он смертельно побледнел.

Когда они вернулись в комнату Тео, Аликс была встревожена. Рука Тео в том месте, где тролль порезал его, совершенно распухла. Вся его рука приобрела довольно неприятный серо-синий оттенок. Она поняла, почему тролли не жаловались, когда побеждали. Он мог бы убить Зора в битве, но за его победу пришлось заплатить.

— Мы должны пойти в палату целителя, — мрачно сказал Джеральд. — Тео, я боюсь, что тебя отравили.

Глава 37

Они немедленно отвели Тео в палату целителя. Аликс больше не пыталась скрывать свое присутствие. Она сбросила с себя плащ. Послышались резкие вдохи — кто-то ахнул, но Аликс было все равно. Жизненно важной задачей было получить медицинскую помощь для Тео.

— Я разбужу Беатрис, — сказала она.

Она поспешно вышла из комнаты и побежала к палате целителя, оглянувшись, чтобы убедиться, что принцы следуют за ней.

Беатрис спала в маленькой комнате, примыкающей к палате. Близость обеспечивала ей возможность быть рядом, если пациенту ночью понадобится помощь. Аликс без труда вошла в комнату и потрясла ее за плечи.

— Беатрис! Беатрис, проснись!

Беатрис приоткрыла один глаз. Она смотрела на Аликс полузакрытыми глазами, все еще слишком сонная, чтобы удивляться.

— Беатрис, ты должна встать прямо сейчас. Тео отравлен ядом.

При слове «яд» Беатрис тут же вскочила, будто ей в спину вонзилась стрела. Аликс помогла ей переодеться в платье целительницы, и они поспешили в палату, где на одной из коек уже лежал Тео. Остальные принцы столпились вокруг него, глядя друг на друга с тревогой и страхом.

Беатрис выхватила блокнот и пером. По ее указанию большой котел с водой разогрели на ревущем огне (Джеральд сумел наколдовать его с помощью нагревательного заклинания) и зажгли масляные лампы, чтобы она могла хорошенько рассмотреть рану Тео. Она повязала ему на плечо носовой платок, чтобы не дать отравленной крови течь к сердцу. Его глаза были закрыты, на лице застыло страдальческое выражение, а дыхание участилось.

— С ним все будет в порядке? — с тревогой спросил Джеральд.

Беатрис сдвинула брови.

«Это не обычный яд», — написала она. — «Мне нужен образец его крови».

Она подержала маленький нож над огнем, чтобы простерилизовать его, сделала небольшой надрез на руке Тео и выдавила несколько капель крови на чистую белую тарелку. Кровь была отвратительного голубовато-серого цвета.

— Это от троллей, — мрачно сказал Джеральд.

Беатрис посмотрела на него на секунду и кивнула. Значит, она уже знала тайну принцев. Аликс не удивилась, Беатрис помогала принцам заказывать усыпляющие шиповниковые розы.

«Я разбужу папу», — написала она.

Беатрис исчезла внизу, неся масляную лампу. Аликс прикинула, что сейчас около трех часов ночи.

— А раньше кто-нибудь был отравлен? — спросила она Джеральда.

— Никогда, — мрачно ответил он. — Кто-то из троллей, должно быть, состряпал яд и размазал его по оружию Зора. Будем надеяться, что Беатрис и ее отец смогут идентифицировать яд и изготовить противоядие.

Одеон поспешно вошел в палату — он все еще был в ночной рубашке, и его седые волосы торчали во все стороны. К счастью, имея за плечами тридцать лет опыта, Одеон сразу распознал яд.

— Это растение называется пурпурный паслен, — сказал он. — Это редкий вид, но ничего такого, чего не мог бы принести мешок дукатов. Я сейчас же сделаю заказ на противоядие.

— С моим братом все будет в порядке? — спросил Джеральд, а остальные принцы вокруг него, затаив дыхание, смотрели на Одеона.

— Он будет жить. Однако яд нанес огромный ущерб его иммунной системе. Он должен как следует отдохнуть. На самом деле, я предлагаю ему отложить тренировки на несколько недель.

Принцы посмотрели друг на друга. Они не могли позволить, чтобы Тео отсутствовал, особенно когда мост был почти сформирован. Отсутствие Роланда — это одно, но если Тео не будет с ними…

— Отлично, — сказал Джеральд. Он выглядел спокойным, но новость, должно быть, потрясла его изнутри. — Мы дадим ему отдохнуть. Немедленно сообщите нам, если что-нибудь понадобится.

Одеон снял очки.

— Мы с Беатрис будем по очереди присматривать за ним.

— Я могу присмотреть за ним, — предложила Аликс. — У вас есть другие пациенты, а вы, — она указала на принцев, — устали от ночи и должны тренироваться. У меня полно времени.

Одеон взглянул на Джеральда, тот взглянул на Тео и коротко кивнул.

— Очень хорошо. Теперь я должен написать заказ на противоядие и первым делом утром отнести его в аптеку. Беатрис скажет тебе, что делать.

Рено и Роланд отказались уходить, но Джеральд и близнецы уговорили младших вернуться в башню, сказав им, что Тео нуждается в отдыхе и лекарствах, и они не могут рисковать усталостью в преддверии следующей тренировки.

Как только все принцы исчезли, Беатрис использовала комбинацию жестов и письма, чтобы проинструктировать Аликс о том, что нужно помнить, наблюдая за Тео. Затем она ушла варить отвар, чтобы сохранить его силы до того, как прибудет противоядие.

Аликс села на табурет рядом с кроватью.

— Вы идиот, — прошептала она. — Как вы могли позволить этому глупому троллю ранить себя?

Она спрятала лицо в ладонях и заплакала. Ей не хотелост видеть Тео в таком состоянии. Она не желала видеть и других принцев. И больше всего ее расстраивало то, что она ничего не могла сделать. Аликс даже не смогла принести с дерева серебряную веточку.

Его глаза все еще были плотно закрыты, лицо исказилось от боли. Аликс коснулась тыльной стороны его ладони — она была прохладной. Девушка накрыла его руку своей ладонью, будто могла дать ему немного тепла, как бы мало его ни было.

— Хотя я знаю, что вам нужен отдых, вы должны бороться, — мягко сказала она. — Подумайте о своих братьях. Думайте обо мне. Вы должны выздороветь. Если бы только был какой-нибудь способ уберечь кого-то еще от ранения, пока не вернулась Фрея.

Беатрис вернулась и насильно влила смесь в горло Тео. Она сообщила Аликс, что принц погрузится в глубокий сон, поэтому Аликс сможет немного отдохнуть.

Несколько часов спустя, когда над горизонтом забрезжил рассвет, девушка проснулась. Она лежала на койке ближе всех к Тео, который зашевелился.

Он открыл глаза и заморгал:

— Аликс? Что ты здесь делаешь? — Его голос дрогнул, Аликс вскочила и налила ему воды.

— Ваши братья спят, — сказала она. — Они были измотаны прошлой ночью и заслужили хороший отдых. Поэтому я вызвалась присматривать за вами.

Он пристально посмотрел на нее и взял за руку.

— Спасибо, — тихо сказал он. — Спасибо, что присматриваешь за мной.

— Кто-то же должен это делать, — Аликс не обратила внимания на жар, заливший ее щеки. — Я не имела в виду, что это неблагодарное занятие, но я беспокоилась о вас.

— Я рад, — тихо сказал он.

— Чему?

— Если уж кто-то должен был быть отравлен, то лучше я.

— Не смеши меня, — сказала Аликс, с легкостью забыв, что он принц. — Никто не заслуживает быть отравленным. И не волнуйся. Одеон отправился за противоядием. Ты быстро поправишься.

Он, казалось, не слышал ее. Его мысли были больше заняты братьями.

— Скажи Джеральду, пусть обучит всех метанию кинжалов. Теперь, когда мы знаем, что тролли могут использовать яд, мы должны тренироваться в дальнем бою. Мы должны победить троллей прежде, чем они смогут нас тронуть.

— Мы должны попросить Беатрис смешать немного яда, — сказала Аликс. — Дай им то, что они заслуживают.

Уголки его рта приподнялись. В этот момент он выглядел таким красивым, что у нее перехватило дыхание. На его левой щеке даже появилась ямочка.

— Что? — Тео заметил, что она смотрит на него.

— Вот. — Аликс приложила палец к левой щеке. — Не могу поверить, что у тебя есть ямочка! Ты выглядишь с ней просто очаровательно.

— Перестань.

Почему-то его раздражение только усилило желание подразнить его еще больше.

— Принц Тео с ямочкой на щеке! Но нужно быть счастливчиком, чтобы увидеть это, потому что он улыбается только один раз при голубой луне.

Тео сверкнул глазами. Он усилил хватку на ее руке и дернул ее вперед. Несмотря на яд, он был достаточно силен, чтобы заставить ее уступить его силе. Аликс обнаружила себя под его рукой, прижатой лбом к его шее.

Жар пополз вверх по ее спине. Ее разум закружился от шока и недоверия. Должно быть, он бредит от яда.

У него вырвался вздох, но что он означал, она не могла сказать.

— Возможно, предсказание моей матери не было полностью беспочвенным.

Он отпустил ее. Аликс почти протестующе вскрикнула. Она не могла поверить, что действительно наслаждается его объятиями.

— Ты нашла что-нибудь полезное, когда следила за нами под землей?

— Не совсем так. — Аликс стало стыдно. Она была так поглощена его дуэлью, что забыла о том, что надо было что-то вынюхивать. — Я пыталась сломать одну из веток на серебряном дереве, но это было невозможно.

— Зачем ты это делала? — Его брови поползли на лоб.

— Я подумала, что Фрея может найти это полезным. — Аликс описала следы на листьях. — Она могла бы использовать их, чтобы найти контрзаклинание.

— Дерево — это источник проклятье. — Тео откинулся на постель и закрыл глаза. — Конечно, ты не смогла сломать веточку. Если бы все было так просто, мы бы давно срезали все ветки и сучья.

— Ничто — даже зачарованное оружие — не может повредить этому дереву?

— Когда ты посещала портретную галерею с близнецами, они показывали тебе картину Антуана?

Алекс кивнула, удивляясь, почему он вдруг задал этот вопрос.

— На картине он держал нож — нож с лезвием черным, как полночь. Это Несравненный нож, и говорят, он может срубить дерево.

Она услышала имя ножа. Когда Фрея дала Тео защитный амулет, она упомянула, что тот защитит его от любого оружия, кроме Несравненного ножа.

— Но никто не знает, где он сейчас, — продолжал Тео. — Мои дед и отец искали его — мой отец обыскал все кузнечные мастерские в стране, но тщетно. Возможно, это даже миф.

Почему у нее возникло ощущение, что она уже видела этот нож раньше? Нет, это был не нож, но она вспомнила, что видела пару черных лезвий, таких черных, что они, казалось, блестели на свету…

Аликс встала и произнесла:

— Я знаю, где он.

Глава 38

Из всего, что она могла вообразить, ей никогда не приходило в голову, что однажды она поедет в одной карете с одним из принцев. Но это был не сон, хотя она сильно ущипнула себя за руку. Безупречная красота принца Джеральда слегка померкла из-за очков, сидевших у него на носу, но, тем не менее, он все еще светился — или, казалось, что светился, — в тесноте кареты. У него было задумчивое выражение лица. Он мог бы выдать себя за философа. Аликс никак не могла связать его с тем свирепым воином, который победил семифутового тролля.

Фабио сел рядом с ней. К ее удивлению, он вел себя на удивление хорошо. Время от времени он украдкой поглядывал на Джеральда, но не таял в луже обожания. Может быть, это было из-за срочной миссии.

Она подобралась, когда подумала о миссии. Когда она сказала Тео, что видела пару черных ножниц в лавке торговца тканями, он пришел в восторг.

— Насколько черные эти ножничные лезвия? Они просто потемнели от ржавчины или блестят?

— Они довольно блестящие, — сказала Аликс, напряженно размышляя. — Как будто они только что вышли новенькими из мастерской кузнеца.

— Отлично. — Тео выпрямился, застонал и откинулся на подушки. Он все еще приходил в себя после отравления. — Тот, кто украл Несравненный нож, должно быть, использовал заклинание, чтобы превратить их в ножницы.

— Но что, если ты ошибаешься? Это могут быть обычные ножницы.

— Мы рискнем, — мрачно сказал он. — Я еще не слышал ни о каком черном клинке. Ты сказала, что ножницы достались ему от предков? Это доказательство того, что они стары, так как несравненный нож существовал столетия назад, — его кулаки сжались над одеялом, костяшки пальцев побелели. — Если бы только меня не отравили, я мог бы уйти.

Его сдерживаемая ярость заставила ее подумать, что это даже хорошо, что он не может прийти, особенно когда Ле Грис замышляет свергнуть его с трона. Аликс вытерла руки о складки передника. Она все больше и больше беспокоилась о наследном принце.

Это для королевства, убеждала она себя. Если Тео больше не будет у власти, пострадают другие принцы. И если другие принцы пострадают, у троллей будет преимущество. И все же, прошептал ее разум, как объяснить то, что он краснеет и волнуется, когда прикасается к тебе?

Карета остановилась, дверца распахнулась, и кучер поклонился.

— Рынок впереди.

Джеральд разгладил складки на своей изумрудной тунике. Обычно он одевался просто — даже небрежно, чтобы отвлечь внимание от своей неземной красоты, но сегодня он надел свежевыстиранную тунику, которая выглядела вполне деловой.

— Как зовут владельца суконной лавки?

— Пепе де Галле.

— Спасибо.

Джеральд сдвинул очки еще выше на нос. Аликс вдруг поняла, что принц тоже нервничает.

— Ведите меня, пожалуйста.

Как только он ступил в магазин, все звуки растворились в воздухе. Двое посетителей, оживленно болтавших, замолчали. Какой-то рабочий остановился, держа в руках дамаск, и даже собака перестала лаять. Как бы он ни старался это скрыть, аура второго по старшинству принца была настолько всепроникающей, что с таким же успехом могла быть мощным заклинанием.

— Могу я поговорить с хозяином этой лавки? — спросил Джеральд, со всем очарованием и воспитанием.

Уверенность Аликс возросла. С таким лицом и манерами мало бы кто мог устоять перед просьбой принца.

— Конечно, Ваше Высочество, — Гаспар поклонился с багровым лицом и дрожащими коленями.

Он бросил на Аликс и Фабио вопросительный взгляд и отвернулся.

Вскоре Пепе вышел из задней части магазина, вытирая руки о большой фартук и выглядя вполне понятным образом смущенным.

— Большая честь, Ваше Высочество, — он довольно неловко поклонился. — Чем я могу вам помочь?

— Пожалуйста, не волнуйтесь и не беспокойтесь из-за меня, мастер де Галле, — сказал Джеральд ровным и вежливым тоном. Кто-то из посетителей громко вздохнул. Рабочий, несший дамаск, застыл на месте, приоткрыв рот. — Обещаю, что не отниму у вас много драгоценного времени. Я слышал, у вас есть пара черных ножниц, которые передаются из поколения в поколение. Могу я взглянуть на них?

Глаза Пепе расширились. Он посмотрел на Аликс и Фабио, как будто они были виновниками. Что ж, он не ошибся.

— Как пожелает Ваше высочество, — он исчез на некоторое время и вернулся с деревянным ящиком. Он открыл крышку и показал драгоценные ножницы с большой неохотой, как будто показывал им любовные письма, которые писал старой возлюбленной.

Ножницы были точно такими, какими она их помнила — чистыми, черными, как обсидиан, со стеклянистой текстурой, и теперь, когда она подошла достаточно близко, чтобы рассмотреть их получше, Аликс заметила паутину замысловатых серебряных узоров, поблескивающих на ручках.

Они были зачарованы, как и серебряное дерево с его черными отметинами.

— Они выглядят впечатляюще, — сказал Джеральд и понизил голос. — Позвольте мне доверить вам то, о чем я никогда не говорил посторонним, мастер де Галле. Я занимаюсь магией.

Что-то похожее на страх промелькнуло на лице Пепе. Аликс увидела это, и у нее по спине побежали мурашки страха. Джеральд, вероятно, был слишком занят, чтобы знать о том, что происходит в столице. Возможно, он не слышал, как Ле Грис распространял слухи о том, что Тео играет с черной магией и вредит его братьям.

— Они выглядят совершенно завораживающе, — продолжал Джеральд, не обращая внимания на ее встревоженное лицо. — Могу я одолжить их на несколько дней и взглянуть на заключенную в них магию? Исключительно в исследовательских целях, уверяю вас. Я никогда не наблюдал такой интригующей магии.

Пепе покачал головой.

— Боюсь разочаровать вас, Ваше Высочество, но эти ножницы — семейная реликвия. Мои глубочайшие извинения, но я не могу с ними расстаться.

— Господин де Галле, я прекрасно понимаю ваши чувства, — сказал Джеральд с извиняющимся поклоном. — Я понимаю, что это очень неудобно. Но разве вы не можете оказать мне эту услугу? Я буду счастлив предоставить вам лучшие ножницы в замке, чтобы компенсировать вам, пока эти ножницы у меня.

Пепе колебался. Жаль, что он не был женщиной или Фабио, иначе он мог бы сдаться.

— Мне очень жаль, Ваше Высочество, но я не могу расстаться с ними. Однажды мой дед потерял ножницы и оставил их у друга. На следующий день он получил известие, что судно с нашим грузом утонуло, и мы почти разорились. Можете считать меня суеверным, но я не могу позволить себе рисковать репутацией моего магазина.

Это было бесполезно. Джеральд еще немного поспорил, Аликс даже присоединилась к нему, заверяя, что ножницы не причинят вреда, но торговец тканями был упрям, как скала. В конце концов, он выглядел достаточно раздраженным, чтобы выгнать их, если бы Джеральд не был принцем.

— Гаспар, проводишь Его Высочество из лавки? — он поклонился Джеральду. — Простите меня, но я очень занятой человек. Я должен вернуться к своей работе.

— Конечно, — Джеральд сдержал улыбку, но она была натянутой. Если бы Тео был здесь, он мог бы впасть в один из своих взрывных приступов ярости. — Если вы передумаете, господин де Галле, вы знаете, где меня найти.

Когда они вышли на улицу, Гаспар оттащил Аликс в сторону и прошипел:

— Ты что делаешь? Приводишь принца и просишь отцовские ценные ножницы?

Это был первый раз, когда он рассердился на нее, и это было в присутствии Фабио и Джеральда.

— Я объясню тебе позже, — сказала она, стряхивая его руку. — Не присесть ли нам, Ваше Высочество?

Джеральд кивнул.

— Если вы будете так любезны и подскажете мне, где это сделать. Боюсь, я не знаком с этой частью города.

Вскоре они уже сидели в той самой таверне, где Аликс пыталась сблизить Фабио и Гаспара. На этот раз было около полудня, и заведение было битком набито голодными посетителями. Некоторые из них уставились на Джеральда — они не таращились открыто, безмолвно восхищаясь его красотой, но, как ни странно, в их глазах была враждебность. Другие подталкивали друг друга локтями и перешептывались, а некоторые выглядели настороженными и испуганными.

Похоже, план Ле Гриса сработал быстрее, чем она ожидала.

К счастью, Фабио нашел маленький столик в углу. Джеральд пошел за выпивкой, но Аликс оттащила его назад.

— Вам не нужно привлекать ненужное внимание.

Джеральд взглянул на любопытные, недружелюбные взгляды.

— Возможно, ты и права, — он достал из кошелька несколько дукатов и сунул их в руку Фабио. — Но позвольте мне хотя бы заплатить за нас.

Фабио и Гаспар направились к бару. Аликс быстро шепнула Джеральду о своих подозрениях относительно Ле Гриса.

— Ле Грис приказал своим людям распространять слухи о Тео — он использовал ранение Роланда, чтобы обвинить Тео в занятиях черной магией. Он создал петицию, требующую отставки с трона.

В глазах Джеральда горела безмолвная ярость.

— Я знал, что Ле Грис уже давно строит планы, но это произошло раньше, чем я ожидал. А мой брат знает?

— Я вернулась, чтобы предупредить его, но он не принял это всерьез. Его больше заботило, как снять проклятие.

— Похоже на его реакцию, — Джеральд потер виски. — Всегда больше беспокоился о других, чем о себе.

Фабио и Гаспар вернулись с четырьмя дымящимися кружками.

— Итак, — Гаспар протянул Джеральду кружку, — могу я спросить, почему вас так интересуют ножницы моей семьи?

Джеральд посмотрел на Аликс, и в его взгляде читался вопрос: Могу ли я доверять ему?

— Его Высочество в большой беде, — серьезно сказал Фабио.

— Какого рода неприятности? — Гаспар положил локти на стол. — Принц Тео тоже включен в список? Или это все вы? Но… — он покачал головой. — Какое отношение к этому имеют ножницы моей семьи? Они могут принести удачу, но они не волшебные. Они просто неестественно острые.

— А есть что-нибудь такое, что ножницы не могут разрезать?

— Нет, но папа редко использует их, чтобы разрезать что-нибудь, кроме ткани.

Джеральд сделал большой глоток из своей кружки.

— Очень хорошо. Я не вижу никакого вреда в том, чтобы сказать тебе — при условии, что ты дашь слово, что не будешь провозглашать это на улицах.

— Его все равно примут за сумасшедшего, — услужливо добавила Аликс.

— Теперь вы все сбиваете меня с толку, — пожаловался Гаспар. — Что это за тайна, о которой вы так много говорите?

Джеральд коротко рассказал ему о троллях. Гаспар был внимательным слушателем, его глаза выпучились, как у жабы, он разлил пиво на столе и остался сидеть, как статуя, когда Джеральд закончил. Фабио пришлось ткнуть его локтем, чтобы заставить заговорить.

— Вы все сошли с ума, — сказал он хриплым шепотом.

— Хотел бы я, чтобы это было так, — тихо сказал Джеральд. — Слишком часто мне хочется проснуться и обнаружить, что проклятие — всего лишь ночной кошмар. Но потом я вижу шрамы на своем теле — шрамы, которые были там с тех пор, как мне исполнилось двенадцать, и я вспоминал каждую битву, которая дала мне эти шрамы.

Он закатал рукав и показал им неровный белый шрам длиной около четырех дюймов на предплечье.

— У меня есть и другие, но я бы предпочел не показывать их на публике. Все мои братья пострадали от ран, но ни одна из них не была так ужасна, как та, которую получил Роланд.

Что-то блеснуло в его глазах. Он снял очки и быстро промокнул глаза. Аликс никогда не видела, чтобы Джеральд проявлял какую-то уязвимость. Он всегда был столпом спокойствия, предлагая комфорт и уравновешенные рассуждения в противоположность темпераменту Тео. Но она была бы дурой, если бы верила, что проклятие никак не повлияет на второго по старшинству принца.

Гаспар откашлялся. Он казался подавленным после того, как увидел шрам Джеральда.

— Вы сказали, что ножницы моего отца могут повредить это дерево и разрушить проклятие?

— Это догадка, но попробовать стоит, — сказал Джеральд. — Магиня пытается найти контр заклинание, и она не может сказать, сколько времени это займет.

— Хорошо, — Гаспар со стуком поставил кружку на стол. — А что я могу сделать?

Глава 39

— Больше никаких посетителей, — прорычал Тео. Одиннадцать братьев и эмоциональная мать, то и дело появлявшаяся в палате, действовали ему на нервы. — Беатрис, запри дверь и повесь снаружи табличку. Любой, кто попытается войти, будет оштрафован на десять дукатов в пользу казны. Включая моих братьев. Роланд, — его голос смягчился, когда он увидел худенького двенадцатилетнего брата, примостившегося в ногах его кровати. — А ты отправляйся с близнецами. Ты не можешь пренебрегать своей подготовкой.

— Где Джеральд? — спросил Итан. — Мы не видели его весь день.

— Он уехал по делам.

— Он что, хочет с помощью заклинания кого-то соблазнить на время?

— Не говори глупостей. Идите. Я хочу вздремнуть, и горе тебе, если ты лишишь меня сна.

— Ворчливый, как старый медведь. Признак того, что он хорошо поправляется, — весело сказал Энцо. Он взъерошил волосы Тео за секунду до того, как тот сошел с ума и спрыгнул с кровати. — Пусть твоя красота отдохнет, дорогой брат.

Когда братья ушли, Тео со вздохом откинулся на подушки. Джеральд и Аликс отсутствовали уже несколько часов. Конечно, они не могли быть в опасности — это был торговец тканями, которого они навещали, а не опытный рыцарь или хитрый повелитель, но они отсутствовали намного дольше, чем он ожидал.

Он уже засыпал, когда раздался голос:

— Он, наверное, спит.

Тео раздраженно отбросил одеяла и приготовился наказать непрошеного гостя и Беатрис одновременно. Однако слова застряли у него в горле. Аликс стояла возле его кровати, великолепная (великолепная? С каких это пор маленькая сапожница стала казаться ему великолепной?) улыбка расплылась по ее сердцевидному лицу.

Джеральд сидел рядом с ней, а молодой человек (щеголеватый друг Аликс из Императорской гардеробной) стоял чуть поодаль, выглядя взволнованным, но довольным.

— Вы достали ножницы?

Аликс открыла сумочку. В несколько слоев оленьей шкуры были завернуты блестящие черные ножницы с блестящими лезвиями. Серебряные руны были вырезаны изящными узорами вокруг ручек.

— Как вам удалось убедить владельца отдать их? — Тео вдруг вспомнил шутку Итана о том, что Джеральд соблазнил кого-то на время, и тревога закралась в его сознание.

Конечно, Джеральд не пойдет на такое, чтобы достать ножницы.

— Мы не смогли, — сказал Джеральд. — Но с помощью Аликс нам это удалось.

Тео посмотрел на Аликс, которая сильно покраснела от комплимента Джеральда. Никогда еще она не выглядела такой прелестной.

— Я не смогла бы этого сделать, если бы Гаспар не сказал мне, где ключи.

— Кто такой Гаспар?

Джеральд устроился в ногах кровати.

— Сын торговца тканями, который дружит с Аликс. Мы рассказали ему историю троллей — я заставил его поклясться, что он не будет болтать об этом, и он решил помочь нам. Он сказал нам, что купец запер ножницы в деревянном сундуке под кроватью, а ключ — во втором ящике прикроватного столика.

— Итак… — Тео нахмурился. — Аликс вошла в спальню торговца и украла ключ и сундук? Как тебе удалось не попасться на глаза?

Она подмигнула, отчего у него екнуло сердце.

— Так же, как я узнала о троллях.

Он вздохнул.

— Этот плащ-невидимка?

— Да, — ответил Джеральд. — Я сделал простое дублирующее заклинание с помощью пары старых ножниц, на случай, если торговец обнаружит, что они пропали, и возложит вину на своего сына. Заклинание не продлится долго — оно будет действовать только неделю или две, но к тому времени мы уже будем знать, работают ли ножницы.

Тео провел пальцем по лезвию. Оно было теплым на ощупь, и когда его пальцы пробежались по серебряным отметинам на рукоятке, послышалось тихое жужжание. Ножницы были зачарованы, в этом не было сомнений.

— Итак, что ты собираешься с ними делать?

— Я пойду к замковому кузнецу и попрошу его соединить ножницы в одно лезвие, — сказал Джеральд. — В общем, мы попытаемся вернуть Несравненный Нож в его первоначальное состояние.

— Ничего, если мы повредим ножницы? — с тревогой спросила Аликс.

— Насколько я понимаю магию, сила на самом деле уменьшается, когда объект изменяется в другую форму. Я буду рядом и буду наблюдать, если возникнут какие-то проблемы. Кроме того, — Джеральд сделал рубящее движение руками, — вряд ли можно ожидать, что ты срубишь серебряное дерево ножницами. А время имеет первостепенное значение.

* * *

Они разработали план следующей и, надеялись, последней дуэли с троллями.

В тот день, когда Тео, наконец, освободили из-под стражи целителя и вернули в Северную башню, принцы вместе с Аликс собрались в общей комнате и обсуждали уничтожение серебряного дерева.

— Я сделаю это, — твердо сказал Алекс. — Остальные должны быть на арене.

Тео хотел сказать ей, чтобы она оставалась в замке или даже шла домой, но теперь он знал, что это бесполезно. Небольшая часть его души была полна облегчения и благодарности за нее. Да, она делала это, потому что тоже боялась вторжения троллей, но у нее был выбор. Ее не прокляли и не заставили уйти в подполье, но она отказалась оставаться в стороне. Глядя в ее зеленые, как листья, глаза, дерзкие и решительные, он принял личное решение.

— Кто-то должен остаться и присмотреть за ней, — сказал Энцо. — Я доброволец.

— Я тоже, — сказал Итан.

Тео вдруг захотелось сказать им, чтобы они заткнулись. Они могли флиртовать с любым количеством девушек, но Аликс была под запретом. Он зажал рот рукой, радуясь, что не высказал свои мысли вслух.

— Я согласен, что ее нельзя оставлять одну, — сказал Джеральд. — Но другие тролли заметят, если один из нас уйдет.

— Тео может присмотреть за ней, — предложил Фердинанд. — Тролли знают, что он был отравлен в прошлый раз, так что мы можем позволить им поверить, что он выздоравливает. Они могут по очереди рубить дерево, в то время как другой может быть настороже.

— Очень хорошо, — сказал Тео, прежде чем кто-либо успел возразить. — Мы с Аликс уничтожим дерево.

Он огляделся в поисках Джулиана — обычно его брат в этот момент отпускал ехидные, пессимистические замечания. Но его в комнате не было. Даже в самых дальних углах не было никаких признаков угрюмого принца.

— А где Джулиан?

— Понятия не имеем, — ответили близнецы, оглядываясь по сторонам.

— Он появился во время завтрака, но ушел рано, — сказал Фердинанд.

— Он покинул замок несколько часов назад, — сказал Этьен.

Раздражение пронзило его насквозь.

— Завтра ночью мы уйдем под землю, и он решил покинуть замок? А что, если он устроит еще одну драку и будет избит?

— Почему ты не остановил его? — спросил Фердинанд.

— Я был слишком далеко, когда увидел, как он садится в экипаж, — тихо сказал Этьен. — Мне очень жаль.

— Возможно, он был расстроен, когда Тео отравили, — тихо сказал Джеральд. — Джулиан обычно пессимистично относился к проклятию. Он не раз говорил, что мы должны сдаться.

В общей комнате воцарилась тишина. Младшие принцы переглянулись, в их глазах отразились страх и отчаяние. Тео очень хотелось свернуть Джулиану шею, когда тот вернется. Одно дело — действовать самому, но совсем другое — когда его поведение влияет на других.

— Может, мне попытаться выяснить, куда он делся? — спросила Аликс.

— Нет, побереги силы. Город слишком велик — мы не можем допустить, чтобы ты измучилась, разыскивая этого идиота, — Тео встал. — Пора продолжать тренировки. Джулиан не дурак, он скоро вернется.

Глава 40

Но Джулиан не вернулся. Наступила и прошла ночь, но темноволосого принца, вечно пребывавшего в плохом настроении, нигде не было видно.

По просьбе Беатрис Аликс отнесла горшочек с травяным чаем в Северную башню. Дочь целителя написала, что чай поможет избавиться от остатков яда.

Сельма уже выходила из башни, когда Алекс подошла к двери. Горничная бросила на нее настороженный взгляд, но отступила в сторону.

— Его Высочество разрешил тебе приходить и уходить, когда тебе заблагорассудится, так что я не собираюсь тебя останавливать, но и не одобряю. У него и так забот хватает.

— Я только пытаюсь помочь, — сказала Аликс. На этот раз не нужно было притворяться или лгать. Все, начиная с ее тона и заканчивая выражением лица, было искренним. — Я знаю о троллях и сделаю все, что в моих силах, чтобы остановить это ужасное проклятие.

Сельма уронила корзину с бельем, которую несла. Аликс попыталась помочь, но женщина отмахнулась.

— Тогда я понимаю, почему он позволяет тебе входить, в то время как держится подальше от женщин. Но я тебе говорю, лучше держи ухо востро. Я убью тебя, если кто-нибудь из них умрет, пытаясь спасти тебя.

У Аликс дернулся глаз. Но она только кивнула и проскользнула внутрь. В каком-то смысле Сельма была опаснее тролля.

Поскольку Тео не было в его комнате, Аликс обошла все комнаты в башне, пока не оказалась на седьмом этаже. На двери не было даже замка, но как бы сильно она ни толкала, она не поддавалась. Должно быть, Джеральд наложил заклятие, чтобы слуги не могли подняться наверх.

К счастью, ей не пришлось долго ждать. Через мгновение появились Рено и Роланд, оба раскрасневшиеся и вспотевшие.

— Я пришла к Тео, — сказала Аликс, поднимая чайник. — Беатрис заварила ему чай.

— Я позову его, — немедленно сказал Роланд.

Через мгновение вышел Тео. Она приготовилась к его обычному раздраженному выражению лица, но он просто кивнул.

— Пойдем в мою комнату, — сказал он, закрывая за собой дверь. — Джеральд может заменить меня.

Они направились вниз. Тео не обращал на нее внимания. Он рассказывал Роланду и Рено, что им следует улучшить в своей форме.

— Особенно ты, Роланд, — сказал он, когда они вошли в комнату младших принцев. — Ты плохо двигаешься. Да, я знаю, что это из-за раны, но тебе нужно двигаться умнее. Ты должен предпринимать меньше шагов для сохранения энергии. Отдохните четверть часа, а затем вернитесь к тренировкам.

В спальне Тео Аликс налила травяной чай в чашку и протянула ее принцу.

— Джулиан еще не вернулся?

— Нет. — Тео сел. Темные круги под глазами плюс воздействие яда делали его старше своих двадцати шести лет. — Это я во всем виноват. Мне следовало быть более внимательным к его чувствам, но большую часть времени я был сыт по горло его отношением. Если бы он был ровесником Роланда, у меня было бы больше терпения, но… — он осушил чашку и поморщился. — Полагаю, с него хватит. Он верил, что мы все равно умрем, так зачем же затягивать ожидание?

Она могла бы утешить его, сказать, что Джулиан — осел, заверить, что он не сделал ничего плохого. Но какой смысл обвинять кого-то в этот момент? Аликс потянулась к его руке и сжала ее, словно желая придать ему сил.

— Мы срубим дерево прежде, чем часы сделают свой выбор.

Его пальцы обвились вокруг ее, удивительно теплые.

— Мы так и сделаем.

Аликс подняла голову и улыбнулась. Их взгляды встретились, и на секунду она перестала дышать. Неужели это тот грубый, невоспитанный человек, который едва удостоил ее взглядом, когда она спросила дорогу? Был ли это наследный принц, который предпочитал держаться подальше от женщин? Потому что в его глазах было тепло — она даже осмелилась бы назвать это жаром… желанием?

— Когда все закончится… — Тео сделал паузу, как будто не знал, как выразить свои мысли. — Когда все закончится, — повторил он, скользя рукой по ее щеке. — Ты бы?..

Дверь распахнулась. Тео мгновенно убрал руку и встал, но щеки его залил красноречивый румянец.

— Я не могу в это поверить! — Итан положил руки на щеки в драматическом жесте, который часто встречается у театральных актеров. — Тео, я только что видел, как ты держал ее за руку? — его недоверчивый тон говорил о том, что держаться за руки гораздо труднее, чем бить тролля.

— Но она же девушка, — Энцо прижал руку к груди. — Тео никогда не прикасается к девушкам, кроме как в церемониальных целях, не говоря уже о том, чтобы впускать их в свою комнату. Поэтому объяснение может быть только одно, — он указал дрожащим пальцем на Аликс. — Она НЕ девушка. На самом деле это мальчик, одетый в женскую одежду.

Алекс хихикнула. Никто, кроме близнецов, не мог шутить, когда впереди была полная риска ночь.

— Хватит глупостей, — Тео вернулся к своему обычному раздраженному состоянию. — Зачем ты меня искал?

Близнецы пустились в расспросы о тактике дуэлей, и Аликс почувствовала, что она им не нужна. Выскользнув из комнаты, она отнесла чайник в палату целителя.

* * *

Аликс сунула несравненный нож в карман и накинула на плечи плащ-невидимку. Глядя на луну в небе, она молилась. Она молилась, чтобы на этот раз они сняли проклятие, даже если тролли все еще заперты под землей. Но этого будет достаточно, пока не вернется Фрея.

Она со слезами попрощалась с Фабио, который рыдал и умолял ее позаботиться о себе.

— Ты должна быть осторожна, Аликс. У тебя нет никакой магии, и ты не можешь сражаться.

— Я буду осторожна.

— Эти тролли ужасны. Не позволяй себе пострадать.

— Я знаю.

— Будь осторожна, мы уже видели отравленного Тео и заколотым Роланда…

— Фабио, ты меня отпустишь или нет?

Он отпустил ее, шмыгнув носом. Похоже, он больше нервничал из-за ее миссии, чем она сама.

— Ты настоящий герой.

Он в последний раз обнял ее.

— А теперь иди и спаси принцев.

* * *

Аликс вошла в гостиную как раз в тот момент, когда колокольня пробила одиннадцать. Она подумала, не стоит ли снять плащ, когда Тео поднял голову.

— Аликс приехала?

— Откуда тебе знать? — спросил Джеральд, искренне удивленный.

— Потому что он влюблен в нее, — Итан игриво подтолкнул Тео, не обращая внимания на свирепый взгляд старшего брата. — Он бы знал, если бы она присутствовала.

Алекс сняла капюшон.

— А вот и я.

Они все ахнули, увидев ее бестелесную голову, парящую в воздухе. Осознав свою ошибку, Аликс стянула с себя весь плащ и сунула его под мышку.

— Не делай этого снова, прекрасная Аликс, — сказал Энцо, хотя в его глазах был озорной блеск. — Ты одна из самых красивых девушек, которых я знаю, но у меня мурашки бегут по коже от вида твоей головы в воздухе.

— Плащ-невидимка! — Рено подскочил к ней. — Так вот как ты следила за нами! Где ты его взяла?

Тео подошел к ней.

— Ты уверена, что хочешь пойти? Еще есть время отступить.

Аликс дерзко подмигнула ему.

— Ваше Высочество, если бы я захотела отступить, то не прошла бы весь путь от спальни до башни.

Итан присвистнул.

— Смелая девушка.

— Неудивительно, что наш брат так в восторге от тебя, — сказал Энцо.

Аликс украдкой взглянула на кронпринца, полностью ожидая его возмущения и немедленного отказа.

К ее удивлению, он покраснел, и только сказал:

— Кто-нибудь видел Джулиана?

Его вопрос мгновенно заставил температуру в комнате понизиться до точки замерзания. Принцы с надеждой посмотрели друг на друга. Выражение их лиц стало мрачным, когда ни один из них не ответил утвердительно.

— Не о чем беспокоиться, — твердо сказал Тео. Он смотрел прямо в глаза каждому из них, как будто его взгляд мог вселить уверенность. — Это не имеет большого значения. Мы с Аликс срубим дерево прежде, чем часы успеют кого-нибудь выбрать.

Братья кивнули, слегка приободренные его уверенностью, но Аликс показалось, что она заметила боль в глазах Тео, прежде чем он заговорил. Не то, чтобы отсутствие Джулиана представляло для них большую опасность, но именно его решение покинуть их в этот критический момент заставило нож вонзиться в рану.

— Но на всякий случай, — добавил Джеральд, — давайте сделаем несколько разогревающих упражнений, чтобы держать наши тела в хорошей форме.

Они начали разминать мышцы и перепроверять состояние своего оружия. Близнецы вернулись к своему беззаботному настроению и поддерживали остальных принцев в хорошем настроении. Аликс стояла у окна. Горшок с шиповником все еще стоял на своем месте, чтобы остальная часть замка не обнаружила ночных исчезновений принцев. Она потрогала амулет с розмарином и мятой на груди, радуясь, что захватила его с собой на всякий случай.

Когда колокольня пробила двенадцать и огонь в камине погас, Джулиан так и не появился. Тео откашлялся и велел им трогаться. Сердце Аликс сжалось от его попытки скрыть разочарование. Сражаться с троллями было достаточно тяжело, но Джулиану смог сделать еще хуже.

— Пошли.

* * *

Если бы не предстоящая опасная миссия, Аликс сейчас парила бы в облаках. Тео делил с ней плащ — так как оба должны были держаться подальше от глаз троллей. Поскольку плащ был недостаточно большой, чтобы накрыть их обоих, он обнял ее за плечи, прижимая к себе. Ее сердце бешено колотилось, хотя она знала, что его объятия были вызваны необходимостью. Но когда он наткнулся на камень, напомнив ей, что еще не оправился от яда, ее розовое воображение испарилось, и она строго предупредила себя: «Сосредоточься на разрушении проклятия».

Лодки, как обычно, ждали их. Было так спокойно, так тихо, что, казалось, один вздох в воздухе оповестит троллей о том, что сегодня здесь больше двенадцати принцев.

Линия серебряных веточек покачивалась на озере, последняя веточка была так близко, что если бы вода зашевелилась, то кончик веточки мог бы коснуться берега.

— Аликс, — тихо позвал Тео. — Может, попробуешь уничтожить ветки на озере?

Аликс рубанула по серебряной веточке, нож прошел насквозь и разрезал ее пополам. На мгновение появилась надежда — надежда, что если ей удастся уничтожить плавающие ветки, то они будут спасены. Но мгновение спустя ветка появилась снова. Еще один удар, на этот раз нож разрезал две ветки, но не успела первая сломаться пополам, как она снова появилась, как ни в чем не бывало.

— Это бесполезно, — Тео положил руку ей на запястье. — Мы должны уничтожить дерево. Вот откуда берется магия. Уничтожим дерево, и тогда мы сможем разрушить этот мост.

— Хорошо, — сказала Аликс. Она осторожно вложила нож в ножны и сунула его обратно в карман.

Тео помог ей забраться в лодку, и она с быстротой молнии понеслась по озеру. Аликс прижалась к принцу, наслаждаясь его теплом. Начал падать снег. Только Фрея могла бы объяснить, почему под землей существует снег, но факт оставался фактом: температура была очень низкой. Надо было взять с собой варежки.

Они достигли другого конца берега и спрыгнули вниз, где их уже ждали другие принцы. Серебряное дерево стояло на краю озера, его ветви изгибались и тянулись, как сотни рук. Аликс показалось, что этот огромный размер послал ей сообщение: «Ты думаешь, что сможешь сбить меня с ног этим крошечным ножом?».

— Вы двое уже приехали? — послышался встревоженный голос Джеральда.

Тео снял плащ. Понимая, что нельзя терять время и беспокоиться, Аликс поспешила к дереву и принялась пилить ствол. Лезвие прошло так же гладко, как если бы она резала масло, но затем дерево снова выросло, исцеляя себя, как ветки на озере.

— Что это за колдовство? — встревоженно спросил Фердинанд.

— Продолжай резать, — сказал Джеральд.

Аликс возобновила свои усилия. Издалека донесся хриплый звук горна. Это произошло так внезапно, что она остановилась, а серебряное дерево выросло так быстро, что нож закружился по земле.

— Это все тролли, — мрачно сказал Тео. — Они трубят в рог, если мы опаздываем. Три звука — и это автоматическое поражение.

— Мы должны идти, Джеральд отступил назад. — Тебе лучше надеть этот плащ на случай, если появится тролль. Они могут послать кого-нибудь проверить, достроен ли мост.

Тео накинул плащ на плечи Аликс.

— Я буду следить за троллями.

* * *

С тяжелым сердцем Джеральд вышел на арену вместе с братьями. Ему показалось, или тролли сегодня выглядели особенно торжествующими? Возможно, они увидели, что Тео пропал, и решили, что он умер от яда. Возможно, все они знали, что для завершения моста потребуется всего лишь одна ветка. Джеральд представил себе, как тролли врываются в замок, хватают людей и отрывают им конечности… его сердце упало еще ниже.

— Где Его Королевское Высочество? — спросил гигантский тролль.

— Он не смог приехать.

— Жаль, — но в голосе тролль говорил совсем не так. — Будем надеяться, ради вашего же блага, что часы не выберут его сегодня, — он повысил свой голос. — Леди и джентльмены… давайте начнем дуэль!

Крики и вопли наполнили воздух, когда принцы вышли на арену. Джеральд огляделся, молясь, молясь изо всех сил. Прошло уже много времени с тех пор, как они расстались с Тео и Аликс. Они уже должны были срубить дерево. Почему им это не удалось? Была ли регенерационная сила дерева слишком велика? Или они ошибались насчет теории уничтожения дерева?

Принцы затаили дыхание, когда стрелка золотых часов начала вращаться.

Тик… тик… тик

Стрелка указала на номер одиннадцать.

Снежинка упала Джеральду на нос, но он едва почувствовал ледяную щетку. Рено был вторым по младшинству. Он почти гарантированно проиграет. Но они не могли ни проиграть, ни предложить занять его место. Если они сдадутся, последняя ветка достроит мост.

Рено вздернул подбородок.

— Не беспокойся обо мне, — твердо сказал он. — Я сделал все упражнения, которым Тео меня учил. Я справлюсь.

И он выбежал на арену прежде, чем кто-либо успел его остановить. Принцы посмотрели друг на друга, и в их глазах отразился страх. Рено никак не мог победить. Он был слишком молод, слишком неопытен.

Мгновение спустя часы троллей выбрали противника Рено. Джеральд почувствовал, как капля пота скатилась по его шее, когда он увидел Игора, тролля почти восьми футов ростом, входящего на арену. Он был так огромен, что каждый его шаг, казалось, сотрясал землю. Когда он стоял перед Рено, разница в росте была такова, что Игор мог просто поднять ногу и раздавить принца в человеческую кашицу.

Из всех троллей на выбор, часы выбрали Игора. Даже Тео, самый лучший и опытный боец из всех, несколько раз признавал поражение перед Игора, и ни одна из его побед не обходилась без нескольких ранений

Джеральд на секунду закрыл глаза, но не почувствовал никаких изменений в воздухе.

Когда Тео и Аликс собираются срубить дерево?

* * *

Аликс упорно рубила дерево. Ее рука начала болеть, пальцы одеревенели от холода, но она не могла позволить себе замедлить шаг.

— Как у тебя дела? — спросил Тео. Хотя он не мог видеть ее, ему удалось дотронуться до ее спины. — Тебе нужно отдохнуть? Я могу взять это на себя.

— Нет, ты не можешь, — быстро сказала она. — Если я остановлюсь хотя бы на секунду, они снова отрастут. Я должна пройти через все это с одной попытки.

Позади послышались шаги, а затем крик.

— Что ты здесь делаешь, принц?

Появился тролль.

— Почему ты не на арене?

— Это потому… что мои братья… они не позволили мне прийти.

Аликс застонала. Тео был жалким лжецом.

— Они заперли меня… и я, я просто вырвался в последний момент. Я как раз собирался присоединиться к ним. Неужели уже слишком поздно?

Дерево закачалось. Она была уже на полпути.

— Что это за шум? — тролль поднял голову. — С тобой есть еще один человек?

Глухой стук. Рычание. Лязг клинков. Аликс хотела обернуться, но не могла. Тролль затеял драку с Тео.

* * *

Принцы затаили дыхание. Рено был способен сражаться с людьми на десять лет старше его, но против такого монстра, как Игор, лучшее, что он мог сделать, — это остаться в живых. Он уворачивался, он бежал, он бросал кинжалы в своего противника, но ничто даже отдаленно не могло обеспокоить могучего тролля. Это был лишь вопрос времени, когда у юного принца, которому было всего тринадцать, закончатся силы и оружие.

Что особенно беспокоило Джеральда, так это ухмылка Игора. Тролль ясно понимал, что исход был предрешен заранее. Он играл с Рено, не утруждая себя атакой, когда была возможность. Его целью было утомить Рено, а затем нанести один смертельный удар. Жестокий хищник, который любил поиграть со своей пищей, прежде чем пойти на убийство.

Рено остановился на краю арены, его плечи тяжело вздымались. Джеральд хотел было сказать ему, чтобы он снял доспехи — вес явно был тяжел, но без доспехов риск был гораздо выше. Рено сделал шаг, и тут же на его лице отразилась боль. Каким-то образом во время бешеной беготни по арене он вывихнул ногу.

Игор тоже притормозил. Его ухмылка стала шире, когда он заметил, что Рено хромает.

— Я не могу на это смотреть, — пробормотал Фердинанд.

Из всех рискованных, опасных дуэлей, которые у них были, эта была самой худшей. Это было почти так же, как в той ужасной схватке, в которой Роланд оказался полумертвым.

Рука Джеральда сжалась в кулак.

Игор подошел к Рено, и блеск в его глазах показал, что тролль не шутит. Больше никаких игр, никаких проволочек. На трибунах завыли и затопали ногами остальные тролли.

Рено метнулся влево — Игор двигался необычайно быстро для тролля его размера — и в следующую секунду его рука обвилась вокруг шеи Рено и подняла принца высоко в воздух. Он оскалил зубы, слюна стекала по его подбородку, и сердце Джеральда замерло. Игор выглядел так, словно собирался оторвать Рено голову своим огромным ртом.

— НЕТ!

Принцы ринулись на арену, Джеральд впереди. Вытащив из кармана заколдованный кинжал, Джеральд метнул его в руку Игора, пробив броню тролля и пролив кровь. Тролль хмыкнул и ослабил хватку. Рено рухнул на землю, как подкошенный.

Тролли взревели.

— РАСПЛАТА!

— Он вмешался!

— Вы нарушили правила, — гигантский тролль вышел на середину арены. — Вы же знаете, каково наказание.

— Мой брат не в том состоянии, чтобы продолжать, — сказал Джеральд, укачивая голову Рено на коленях. — Мы сдаемся.

* * *

Аликс попыталась ускорится, не обращая внимания на боль, терзавшую ее руку. Почему ствол такой чертовски толстый?

Лязг металла о металл позади нее, держал ее нервы в напряжении. Тео все еще приходил в себя от яда, он не мог больше сдерживать тролля. Она услышала, как он застонал от боли. Неужели он серьезно ранен? Если бы только она могла обернуться, хотя бы на секунду.

— Перестань драться, жалкий, — рассмеялся тролль. — Кого ты защищаешь? Еще одного человека?

Послышался грохот падающего предмета и еще один стон боли. Опасаясь за жизнь Тео, Алекс обернулась и увидела, как зеленокожий тролль поднял в воздух сверкающий топор, в то время как Тео потянулся к своему щиту, который лежал прямо за пределами его досягаемости. Кровь струилась по его ноге.

— Нет, ты этого не сделаешь!

Аликс подлетела к нему, забыв обо всех мыслях, кроме спасения Тео. Поскольку она все еще оставалась невидимой, у нее не было проблем подкрасться к троллю сзади. Она навалилась всем своим весом на руку и вонзила несравненный нож в спину тролля.

Тролль взвыл. Он развернулся и ударил Аликс кулаком в плечо, заставив ее растянуться на земле.

— Возвращайся к дереву!

Но было уже слишком поздно. Дерево снова выросло. Она должна была начать все сначала. И что еще хуже, голосов стало больше. Появился еще один тролль, его красные глаза сверкнули, когда он увидел эту сцену.

Они были обречены.

А потом в воздухе сверкнула вспышка света, и меч пронзил зеленокожего тролля прямо в грудь, пригвоздив его тело к земле. После того как Аликс пронзила его мечом, тролль дернулся и больше не двигался.

— Тео!

Появился Джулиан, одетый в доспехи и с булавой в руках. Появился красноглазый тролль, и Джулиан направил булаву ему в грудь. Посыпались искры, когда тролль и принц начали сражаться.

Тео с трудом поднялся на ноги, достал большой носовой платок и молниеносно перевязал ногу. Затем он присоединился к драке.

Вздохнув с облегчением, Аликс с новой силой принялась рубить дерево.

От озера исходил серебристый свет. Одним взглядом она увидела только, что построенный серебряный мост, мерцающий над темными водами. Принцы проиграли свой поединок на арене.

— Поторопись! — завопил Тео. — Даже если тролли убьют нас, ты не должна останавливаться. Ты меня слышишь?

* * *

Джеральд подхватил Рено и направился к выходу. Они проиграли. Мост был закончен, и скоро тролли будут преследовать их.

— Беги! Мы должны уходить!

Они отступили. Тролли, завывая от восторга, погнались за ними. Джеральд, неся брата на спине, помчался обратно к озеру, остальные принцы последовали за ним. Это было последнее средство — если они проиграли, то должны бежать как можно скорее. Вдалеке он видел, как раскачивается серебряное дерево, половина его ветвей уже погрузилась в воду озера. Появилась прядь каштановых волос — Аликс не сумела скрыть всего своего тела. Тео и Джулиан сражались с огромным красноглазым троллем.

Раздался тяжелый удар. Серебряное дерево упало на землю. И там была огромная трещина. Мост раскололся на мелкие кусочки и погрузился в озеро.

Все почувствовали эффект. Тогда Джулиан выхватил свою булаву и убил красноглазого тролля, который упал на землю, истекая кровью из раны.

— Ну же! — крикнул Тео. — Садитесь в лодки

Хотя тролли больше не могли пересечь озеро, они не прекращали преследовать их.

Тео бросил Аликс в лодку и подождал, пока братья догонят его. Когда все они прыгнули в лодки, магия сработала, и лодки понеслись по озеру.

Тролли визжали, выли и скрежетали зубами, но они могли только стоять на берегу, не в силах пересечь озеро. Серебряное дерево лежало на земле, как огромный труп.

Когда они вернулись через туннель обратно в комнату, они все рухнули на землю.

Проклятие было снято.

Глава 41

— Неужели проклятие действительно снято? — с тревогой спросила Аликс.

Увидев, как быстро восстанавливается серебряное дерево, можно было предположить, что оно не было полностью уничтожено. Она спилила весь ствол, но что, если этого недостаточно? Что, если ей надо было уничтожить и корни?

Тео на секунду прикрыл глаза.

— Оно снято.

— Откуда вы знаете?

Он постучал себя по виску.

— Когда проклятие окружало нас, на наши умы оказывалось невидимое воздействие. Мы почувствовали сильное желание отправиться в подземное царство. Но теперь эта сила ушла.

— Оно исчезло и для меня, — сказал Джеральд.

— И мы, — одновременно подхватили близнецы.

— Я чувствую, что оно исчезло, — они все оглянулись на Роланда.

Младший улыбнулся. На его лице появились две ямочки. Конечно, он выглядел измученным, но напряжение спало, и его улыбка была яркой и искренней, освещая его бледное лицо.

Он подошел к Аликс. Интуиция заставила ее раскрыть объятия, и Роланд обнял ее.

— Спасибо, Аликс, — просто сказал он. — Спасибо, что сняла проклятие.

Аликс улыбнулась, но обнаружила, что плачет.

— Я так рада, что смогла помочь.

Когда она отпустила его и обернулась, Тео был прямо за ней. Не раздумывая, она обняла его.

Одна мускулистая рука сомкнулась вокруг нее, прижимая ее к своему телу. Другой рукой он взял ее за подбородок и приподнял лицо. Его глаза светились радостью и желанием. Ее сердце забилось сильнее, и в этот момент она поняла, что больше всего на свете хочет быть с ним. Как можно дольше.

— Аликс.

Тео наклонил голову и поцеловал ее. Она уже целовалась с другими мальчиками — не со многими, но и не была совсем неопытной, но поцелуй Тео не был похож на другие. Его поцелуй был обжигающим и пьянящим, и она прильнула к нему, охваченная возбуждением.

Остальные принцы начали кричать и хлопать в ладоши, сопровождая это свистом и улюлюканьем.

— Как долго ты ждал, чтобы поцеловать ее?

— Ты и так слишком долго возился, старик.

— Это нечестно! — Энцо подался вперед. — Думаю, я тоже заслуживаю поцелуя. Ты согласен, Тео? Ты не должен держать ее всю при себе.

Тео прищурился, но Аликс выскользнула из его объятий и, весело смеясь, обняла Энцо. Итан присоединился к ним. Они обнялись, смеясь и плача одновременно. Тролли все еще находились под землей, но пока они были в безопасности. Будет время сесть и обдумать следующий шаг. Но теперь они наслаждались праздником, зная, что им больше никогда не придется спускаться в подземелье для опасной дуэли.

* * *

Она чувствовала такое облегчение и усталость после вчерашней ночи, что Аликс крепко уснула, как только вернулась в общежитие. Даже утренний звонок не разбудил ее, пока кто-то не окликнул по имени.

— Аликс!

Аликс повернулась лицом к стене. Ее руки болели от вчерашних усилий, а ноги налились свинцом.

— Уходи.

Чьи-то руки схватили ее за плечи.

— Ты должена встать! Петиция прошла!

— Что?

Ее глаза распахнулись. Фабио стоял у ее постели с расстроенным видом.

— Она прошла сегодня утром — Ле Грис утверждал, что подписей было достаточно. Сейчас они идут в тронный зал, чтобы принять решение.

Нет! Она так увлеклась троллями, что совершенно забыла о Ле Грисе.

Аликс села, окончательно проснувшись. Как служанка, Фабио помог ей надеть простое платье и заплел волосы в косу.

— Как прошла вчерашняя ночь?

— Мы разрушили проклятие.

— Да! — Фабио взмахнул щеткой в воздухе. — Я хочу узнать все подробности позже.

Он аккуратно завязал бант на ее косе и похлопал по плечу.

— Ну вот, ты вполне презентабельна.

— Спасибо.

Аликс бросилась к Центральной башне. В коридоре она едва успела заметить, как Ле Грис и дородный придворный (несомненно, этот отвратительный Хьюберт) исчезли в тронном зале.

— Входа нет, — один из дюжих стражников у входа в тронный зал впился в нее взглядом.

— Я подожду снаружи.

Аликс раздумывала, не вернуться ли ей за плащом, когда в поле ее зрения появилось желто-розовое облако.

— Неужели это будущая невеста Тео? — голос Королевы, мечтательный и мелодичный, плыл в воздухе. — Ты пришла, потому что беспокоилась за него? Как мило — ты уже заботишься о нем! Пойдем, дорогая. Он будет так счастлив, что ты здесь.

Маргарита взяла ее за руку. Аликс уловила запах ее духов — слишком сильный, чтобы быть приятным, но ей было все равно. Пожав плечами, она последовала за королевой в комнату.

С сотней прекрасно одетых придворных, столпившихся внутри, тронный зал не выглядел таким большим, как в прошлый раз. Головы повернулись. Послышался шепот. Петронилла тоже была там, одетая в изысканное пурпурное бархатное платье, отороченное мехом белой лисы. Когда Аликс проходила мимо, она выпучила глаза. Ле Грис, стоявший рядом со своей приемной дочерью, тоже выглядел удивленным, хотя выражение его лица не было столь драматичным, как у Петрониллы.

— Здесь я тебя оставлю, — сказала Маргарита, когда они подошли к трону. — У тебя будет свое место, когда Тео женится на тебе, дорогая.

Петронилла ахнула. У Аликс вдруг возникло дикое желание подбежать к окну и выпрыгнуть наружу. И все же, когда она вспомнила, как Тео смотрел на нее и тот волнующий, обжигающий поцелуй, который они разделили, по ее венам пробежала дрожь.

В комнате раздались быстрые шаги. Тео вошел, и внимание придворных мгновенно переключилось на него. Он высоко поднял голову и направился к трону. В его глазах промелькнуло удивление, когда он увидел Аликс, но он ничего не сказал и сел рядом с матерью.

— Канцлер, — сказала Маргарита. — Вы упомянули, что должны сделать важное заявление.

Ле Грис шагнул вперед и протянул толстую пачку пергаментной бумаги.

— Ваше величество. Мне больно это говорить, но принцу Тео было предложено отказаться от трона. Люди были недовольны его поведением в последнее время.

— И что это за бумаги? — спросила Маргарита, нахмурившись.

По мнению Аликс, именно Маргарита должна была уйти в отставку. Если бы Тео не был обременен проклятием, он бы давно взошел на трон.

— Это прошение, Ваше Величество. Он содержит более десяти тысяч подписей, что значительно превышает нужный минимум.

Слуга взял бумаги и принес их королеве. Маргарита, нахмурившись, просмотрела бумаги.

— Почему они недовольны моим сыном?

— Темная магия, Ваше Величество, — сказал Герцог Хьюберт. — Старший принц практиковал темные искусства и использовал их на своих братьях. Любой в замке знает, что принцы регулярно получают травмы, даже самые маленькие. И он пренебрегает государственными делами. Заслуга в организации визита принцессы Илианы принадлежит канцлеру.

«Интересно, сколько он заплатил тебе, чтобы ты обвинил Тео в клевете?»— с обидой подумала Аликс.

— Мой сын никогда бы не занялся черной магией, — сказала Маргарита, с презрением глядя на Хьюберта. Она казалась наивной и даже сумасшедшей большую часть времени, но в этот момент ее тон был властным и убежденным. В этот момент она выглядела и вела себя как королева. — Они сражались с троллями.

Вздохи и резкие вдохи прокатились по двору. Некоторые придворные постарше качали головами и бормотали друг другу, что королева опять сошла с ума. Другие хмурились и вслух удивлялись, как такое возможно. И впрямь тролли! С таким же успехом королева могла бы сказать, что принцы превратились в летучих мышей и летали по столице всю ночь.

Ле Грис ухмыльнулся. Он предвидел реакцию суда. Но затем он быстро надел маску — его лицо исказилось в замешательстве, как будто он всерьез воспринял заявление королевы.

— Прошу прощения, Ваше Величество, но если тролли существуют, то почему мы никогда их не видели?

— Потому что тролли живут под землей. Мои сыновья связаны проклятием встречаться с ними каждые две недели и драться с ними на дуэли.

Недоверчивые возгласы становились все громче.

— Ваше величество, — Ле Грис говорил таким тошнотворно почтительным тоном, что Аликс захотелось наброситься на него с ядовитой дубинкой Зора. Бросив взгляд направо, она увидела подергивающиеся пальцы Тео. — Это просто за пределами нашего воображения. Можем ли мы попросить доказательства, чтобы доказать, что эти тролли существуют?

Маргарита ощетинилась.

— Вы называете меня лгуньей, канцлер?

— Я никогда не осмелюсь даже мечтать об этом, Ваше Величество. Но никто никогда не видел тролля. Не будет ли неразумно требовать доказательств их существования?

Большинство придворных согласно закивали. Маргарита посмотрела на Тео, в ее глазах читался вопрос: «Что я должна сказать?».

Тео откашлялся, но Аликс встала перед ним. Сунув руку в карман, она вытащила серебряную веточку и подняла ее высоко в воздух.

— Вот доказательства, которые вам нужны. Эта ветка с дерева в логове троллей. В нашем королевстве нет такого дерева.

Черные отметины на ветке поблекли, когда проклятие было снято, но цвет ветки оставался ярким, сверкающим серебром.

Ле Грис на мгновение растерялся. Затем он усмехнулся.

— Какое отношение веточка необычного цвета имеет к троллям?

Дрожащая рука поднялась в воздух. Голос принадлежал пожилому человеку с длинной белой бородой, которая доходила ему до пояса.

— А это кто? — прошептала Аликс.

— Мастер Тилле, королевский историк, — прошептал Тео в ответ. — Как же ты ее достала?

— Вытащила ее из озера, пока она не затонула.

Он улыбнулся ей одновременно с облегчением и благодарностью. Намеренно или нет, но он стоял рядом с ней, так близко, что она могла взять его за руку.

— На самом деле, — начал Тиллет, — согласно неофициальным данным, тролли обычно живут в темных пещерных местах. В пещерах растет мало растений и кустарников, за исключением серебристых деревьев и кустарников с такими твердыми стеблями, что обычные мечи не могут их срубить. Эти серебряные растения особенно подходят для проклятий, так как они достаточно прочны, чтобы содержать огромное количество магии, требуемой проклятием.

Рука Аликс поползла к груди, туда, где раньше был амулет из розмарина и мяты. Точно так же, как шиповник был пригоден для снотворных чар, а розмарин и мята — для борьбы со сном, серебряное дерево было полезно для мощных проклятий.

— Ветка ничего не доказывает, — сказал Ле Грис. — Любой может купить простой амулет иллюзии и заставить обычную веточку изменить цвет.

— Хотите найти профессионального пользователя магии и проверить его подлинность? — холодно спросил Тео.

— Даже если ветка подлинная, это не значит, что рядом живут тролли.

— Отлично, — отрезал Тео. — Если кто-то сомневается, я с удовольствием провожу вас на экскурсию под землей. Но я не могу гарантировать, что вы вернетесь живыми.

— Тео, — Маргарита положила руку ему на плечо. — Ты всех пугаешь.

В этот момент дверь распахнулась, и вошел Джулиан. Он выглядел таким же угрюмым, как обычно, но на этот раз его раздражение было направлено в сторону Ле Гриса. Несколько человек, в том числе и Флойд, с опущенными лицами шли позади.

— Петиция недействительна, — сказал Джулиан. — Канцлер распространяет несправедливые слухи о моем брате. Эти люди, — он указал на группу угрюмых мужчин позади него, — были подкуплены Ле Грисом и получили приказ часто посещать пивные и таверны, чтобы сообщить людям, что Тео практикует темную магию и, следовательно, не может быть королем.

Толпа подняла страшный шум.

— Нелепо, — сказал Ле Грис.

Он перестал улыбаться.

— Мы позволим Верховному суду судить об этом, — сказал Джулиан. — Поверь мне, тебе не нужен трон и бремя, которое он несет. Попробуй придумать план, как удержать сотни семифутовых троллей от вторжения в наше королевство.

Его грубые слова вызвали еще один вздох в толпе. Половина придворных — женщин вздрогнула, а несколько придворных — мужчин встревожились.

— Я не потерплю твоих нелепых намеков, — прорычал Ле Грис, больше не пытаясь скрывать свой гнев. — Я никогда не видел этих людей и не пытался обвинить принца Тео в темной магии.

Королева встала. На этот раз, несмотря на ее девичье розовое платье, расшитое желтыми маргаритками (работа Фабио, конечно), она сумела излучать повелительный вид. Может быть, сила естественного инстинкта матери защитить своих детей привела к трансформации? Как бы то ни было, Аликс была благодарна королеве за то, что она избавилась от своего детского характера, хотя бы на время.

— Учитывая все поднятые вопросы, я считаю, что Верховный суд должен взять на себя ответственность. Пока не будет принято официальное решение, петиция не вступит в силу, а мой сын все еще является дофинским принцем этого королевства. У кого-нибудь есть возражения?

Ле Грис, казалось, хотел что-то сказать, но Хьюберт подтолкнул его локтем.

Королева повторила свой вопрос. Когда тишина встретила ее, она кивнула.

— Очень хорошо. Я попрошу Высокий суд назначить заседание как можно скорее. Суд отклонен.

Глава 42

Императорская гардеробная была точно такая же, как и несколько месяцев назад. Швеи и портные склонились над своей работой, время от времени обмениваясь пустыми фразами.

Аликс латала кожаную подошву от поношенного башмака, принадлежавшего хозяину конюшни. От него воняло конским навозом — ей пришлось два часа проветривать его на подоконнике, прежде чем починить. Когда она закончила и положила туфли на чистую тряпку, то поняла, что уже давно не чинила сапоги принцев. Потому что им больше не нужно было уходить под землю.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как они сняли проклятие. Аликс пока оставалась в Императорской гардеробной. Тео обещал обсудить ее награду с королевой, как только разберется с обвинением Ле Гриса. Кроме того, Ле Грис все еще не заплатил ей оставшиеся девятьсот дукатов. Она напевала какую-то мелодию, пока подбирала другую пару туфель. С вознаграждением и оплатой ей больше никогда не придется беспокоиться об арендной плате. Черт возьми, она могла бы купить совершенно новую квартиру.

В дверь резко постучали, хотя мастерская была открыта. В дверях стоял Гаспар, одетый в накрахмаленную красную тунику и шоколадно-коричневые брюки. Он нес на спине огромный груз.

— Я принес заказ на двадцать рулонов первоклассной шерсти, — он улыбнулся, его взгляд блуждал по комнате и остановился на Фабио. Любимый портной королевы отложил иголку с ниткой, уши его порозовели, и он направился к двери.

— Нужна какая-нибудь помощь с этим?

Аликс с одобрением посмотрела на Фабио и Гаспара, когда они исчезли в кладовке. Мадам Эммануэль, как и любой другой работник, была рада передать любые обязанности, если был доброволец, и поэтому Фабио стал тем, кто отпер склад, проверил, что цвета, качество и количество материалов были правильными, и послал Гаспара с подписанным письмом в казначейство, чтобы последний мог получить свое жалованье.

— Он просто друг, — говорил Фабио, когда Аликс спрашивала его об их отношениях.

Но румянец на его щеках говорил о другом. Королева Маргарита так любила его, что однажды позвала Фабио и сказала, что может исполнить его просьбу. Фабио признался Аликс, что просил королеву благословить его, когда он выберет себе спутницу жизни. К тому времени его родители наверняка смягчатся. А если нет — Фабио сейчас неплохо зарабатывает и через несколько лет разбогатеет. Он мог позволить себе делать то, что хотел.

Луиза толкнула ее в бок.

— Это правда?

— Что?

— Ты помолвлена с принцем Тео?

Молоток Аликс с грохотом упал на пол.

— Кто тебе это сказал?

— Дитя, в замке все только об этом и говорят, — несколько портних посмотрели в их сторону и снова отвернулись.

— Я всего лишь сапожница, помнишь?

— Но в тот день, когда канцлер созвал собрание… — неуверенно произнесла Луиза. — Разве королева не настаивала, чтобы ты сопровождала ее, потому что она хочет видеть тебя своей невесткой? Когда речь заходит о королеве, все возможно. И поскольку ты тоже неплохо выглядишь, Тео мог бы пойти, ну, знаешь, на все, чтобы успокоить свою мать.

— Нет, — Аликс подняла молоток. — Нет никакой помолвки, Луиза. Но… — она замолчала, собираясь сказать, что, возможно, Фердинанд и Беатрис обручатся.

Поскольку проклятие было снято, Тео больше не запрещал Фердинанду ухаживать за дочерью целителя. Дважды она видела, как Фердинанд входил в палату целителя с пружинистой походкой и радостным выражением на лице.

— Но что?

— Но ты же знаешь, что королева всегда выдвигает нелепые требования, — сказала Аликс. — И ты не можешь ожидать, что Тео согласится с каждым из них.

Луиза нахмурилась.

— Я думаю так, но…

— Аликс! — позвал один из портных. — К тебе посетитель!

Тео. Это не мог быть он. Он не снизойдет до посещения Императорской гардеробной — ну, было время, когда он приходил за сапогами Энцо, но теперь-то зачем ему это?

Луиза снова толкнула ее локтем, и в ее глазах появилась ухмылка.

— Иди.

Аликс подошла к двери, прекрасно понимая, что все смотрят на нее.

Тео, казалось, ничего не заметил. Его глаза сверкали. Он сделал шаг к ней, когда она появилась.

— Сегодня Верховный суд принял решение, и Ле Грис был признан виновным. Некоторые подписи под петицией были подделаны. Совсем немного, но достаточно, чтобы пройти минимальное требование.

— Возможно, ему не пришлось бы подделывать их, если бы был принят минимум, — сказала Аликс. Она была уверена, что Ле Грис не предпримет ничего рискованного без крайней необходимости, поэтому подделка показала, как отчаянно он хотел сбросить Тео с трона. — Он получил по заслугам?

— Он будет отстранен от должности канцлера и изгнан из королевства на тридцать лет.

— О, хорошо. Но не раньше…

— До чего же?

Аликс рассказала ему правду о своем соглашении с Ле Грисом и о том, что он все еще должен ей девятьсот дукатов. Тео, казалось, ничуть не удивился.

— Джеральд подозревал, что ты шпионила за нами. Не беспокойся. Я позабочусь, чтобы ты получила свою плату. Его наказание включает конфискацию половины его личного состояния.

Ее сердце радостно забилось. Она могла бы купить новую квартиру и никогда больше не беспокоиться об аренде.

— Что насчет моего вознаграждения? Королева уже приняла решение?

— Насчет этого… — Тео закашлялся. — Не хочешь ли пройти в общую комнату? Роланд приставал ко мне с просьбой сыграть с ним в карты.

Она не могла представить, чтобы Роланд приставал к кому-то, но она была рада отдохнуть от починки обуви.

— Показывайте дорогу, Ваше Высочество.

— Зови меня по имени.

— Вы уверены?

Он кивнул.

— После всего, что мы пережили, я не могу думать о тебе как о простом субъекте.

«А кто я для тебя?» — слова поднялись к ее губам и застряли там.

— Как там Рено? — вместо этого спросила она.

— Он хорошо поправляется. Он получил легкое сотрясение мозга и вывих лодыжки, но ничего похожего на травму Роланда. Беатрис сказала, что он сможет покинуть палату завтра.

— Я так рада, — сказала Аликс. Воспоминание о Роланде, лежащем в постели, с бинтами которого сочилась кровь, все еще заставляло ее содрогаться. — Есть кое-что, что мне интересно о Беатрис… Если вы не могли говорить о проклятии, как она вообще узнала о троллях?

— Она первая их обнаружила, — мрачно сказал Тео. — Поскольку она была дочерью целителя, сонное заклинание в розах не составляло для нее проблемы. Увидев троллей, она онемела. С тех пор она отвечает за заказ спящего амулета.

— Значит, в тот день, когда я спряталась в твоей карете, а ты поймал меня позже… ты пошел туда, потому что тебе нужно было забрать заказ на снотворное? Почему ты должен был скрывать это?

— Правила магии гласят, что спящий амулет может быть использован только в небольших дозах и ограничен медицинскими практиками, например, когда целитель должен выполнить операцию, — Тео потер нос. — Чтобы держать людей подальше от башни, мы должны были использовать гораздо более сильную дозу на розах. Иногда, когда Беатрис была слишком занята в палате, она посылала мне и Джеральду листок бумаги с датой прибытия, и мы сами получали снотворное.

Аликс вспомнила, что это было 10 октября, когда она последовала за Тео в таверну. Так вот что означал РР1010.

— Теперь она сможет говорить?

— Она старается. Фердинанд навещает ее каждый день. Мы надеемся, что скоро она сможет вернуться к нормальной жизни.

Тео повел ее в общую комнату в Северной башне, где Роланд учил Этьена и Дюма играть в Снап.

Лицо Роланда просияло, когда он увидел их.

— Аликс! — это был первый раз, когда она услышала его энергичный крик. — Пойдем, поиграем с нами.

— Конечно, — Аликс загородила дверь, видя, что Тео выглядит так, будто он предпочел бы исчезнуть. — Не думайте о том, чтобы сбежать, Ваше Выс… Тео. Снап веселее, когда играют больше людей.

Выражение его лица смягчилось, когда она назвала его по имени.

— Очень хорошо.

Правила Снапа были просты. В мгновение ока все пятеро были полностью поглощены игрой. Тео был лучшим бойцом среди своих братьев, но, когда дело доходило до карт, он был медлителен в исполнении. Аликс, однако, подозревала, что он сдерживается. Снап требовал, чтобы все хлопали ладонями по стопке карт, когда появлялось нужное число. Тео, возможно, опасался, что он ударит слишком сильно и заставит их взвизгнуть от боли.

После проигранной в третий раз подряд партии Дюма встал.

— Думаю, с меня хватит. Я пойду на кухню и попрошу повара приготовить нам булочки с корицей. Он обещал нам сегодня утром.

— Я иду с тобой. — Роланд встал. Аликс попыталась встать на ноги, но он покачал головой. — Я думаю, тебе лучше остаться здесь с Тео. Ты можешь научить его играть лучше. Он жалок.

— Мы оставим вас наедине, — сказал Этьен, беззлобно подмигнув.

Дюма усмехнулся.

— Удачи тебе, брат.

— Не забудь одеться, прежде чем выйдете, — сказал Тео, пытаясь вызвать на себя его устрашающий взгляд, но почему-то безуспешно.

Все трое хором ответили:

«Да!» — и выскочили из комнаты, радостно хихикая.

Аликс собрала карты, разбросанные по полу.

— Роланд уже не ребенок. Он знает, как позаботиться о себе.

Тео прислонился к стене и вытянул длинные ноги.

— От некоторых привычек трудно избавиться. Из всех моих братьев больше всего я беспокоюсь о Роланде и Джулиане.

— Но Джулиан пришел как раз вовремя, когда ты сражался с тем троллем, а я рубила дерево.

— Он искупил свою вину, — согласился Тео. — Он опоздал, потому что узнал о петициях, когда пил в таверне. Он пришел в ярость и пригрозил приспешникам Ле Гриса, что они будут брошены в тюрьму на всю оставшуюся жизнь за измену трону. Он ввязался в драку, но в конце концов заставил мужчин пойти с ним и признаться в том, что сделал Ле Грис в обмен на помилование.

— И подумать только, мы думали, что Джулиан затаил на тебя злобу, — сказала Аликс.

Она села рядом с ним и тоже прислонилась к стене.

— Он колючий, как дикобраз, но кровь гуще воды. Достаточно было постороннему человеку напасть на меня, и он тут же пришел мне на помощь, — он оттолкнулся от стены и повернулся к ней лицом. — Откуда у тебя этот плащ-невидимка?

— Одна старуха дала мне его на рынке, — Аликс рассказала, как она делилась едой с женщиной, и та заставила ее взять уродливый плащ.

Тео нахмурился.

— А как она выглядит?

— Ничего особенного — она немного выше меня, горбатая, а под левым глазом у нее родинка.

Тео схватил ее за руку и потянул к себе.

— Пойдем со мной.

Озадаченная, Аликс последовала за ним в портретную галерею. Они прошли мимо Антуана с Несравненным Ножом, зажатым в зубах. Они прошли мимо Сивиллы в ее ослепительной красоте, а затем подошли к бабушке принцев, стройной и хорошенькой.

Аликс остановилась. Она чуть не забыла — прямо под левым глазом бывшей королевы была родинка. Это едва ли портило ее внешность, но вместо этого создавало особое впечатление, отделяя ее от других хорошеньких женщин.

— Это она.

— Ты уверена?

— Когда мы познакомились, она, конечно, выглядела старше, но черты лица остались прежними, — Аликс посмотрела на него. — Почему она не в замке? Как ты думаешь, почему она отдала мне плащ?

— Она вернулась в свой клан после смерти моего деда, хотя мать умоляла ее остаться. Может быть, она предвидела, что ты будешь на рынке, и пришла с плащом. Бабушка была истинной провидицей. Я думаю, она видела, что тебе суждено спасти нас, — на лице Тео отразилась нежность, которая была необычайно милой. — Ты собираешься остаться в Императорской гардеробной?

— Сначала я должна вернуться домой. Скоро должна быть оплата аренды квартиры за следующей месяц, и я хочу найти новую квартиру, — Аликс рассказала ему о миссис Куинси. — Мы с тетей хотим избавиться от нее как можно скорее.

— А после того, как купишь новую квартиру?

— Я… я еще не знаю. Почему ты спрашиваешь?

Он глубоко вздохнул.

— Когда я спросил маму, какую награду ты получишь за наше спасение, она предложила мне предложить тебе себя.

Аликс разинула рот.

— Что?

— Забудь об этом, — он отвел взгляд.

Разочарование, казалось, накатывало на него волнами.

В этот момент Аликс почувствовала, что он думает, будто ей все равно. Она привыкла убеждать покупателей и торговаться с уличными торговцами, но на этот раз ей хотелось действовать, а не говорить.

Она встала на цыпочки, положила руки ему на щеки и поцеловала в губы.

Он уставился на нее, приложив палец к губам.

— Ты ведь не утешаешь меня, правда?

— Почему ты не думаешь, что я искренне? Я забочусь о тебе, Тео. Очень сильно.

— Ты не можешь так обо мне заботиться, — настаивал он. — Мои братья, даже родители говорят, что у меня ужасный темперамент, что любая женщина, которая хочет меня терпеть, должна быть либо святой, либо желать быть королевой. А я знаю, что у тебя нет никаких амбиций.

— Тогда я, должно быть, святая, — Аликс усмехнулась. — Я буду честна с тобой — вначале я думала, что ты груб и несносен, но когда я узнала тебя и то, как ты боролся, чтобы разрушить проклятие… как я могла не влюбиться в тебя?

Надежда возникла в его глазах.

— Тогда оставайся здесь, Аликс. Ты можешь делать все, что захочешь, кроме как бежать домой.

— Можно мне привести тетю в замок? Мне не хочется оставлять ее одну.

— Я буду приветствовать ее с распростертыми объятиями. И однажды, когда все это действительно закончится, — он погладил ее по щеке, — предсказание моей матери сбудется.

Это было абсурдно. Это было сумасшествие. Что скажут люди, когда наследный принц объявит, что хочет жениться на бедной сапожнице? Вместо этого он должен преследовать Илиану или, по крайней мере, кого-то из знатных людей. Но она не собиралась с ним спорить. А пока они должны были дождаться Фрею. Тролли все еще были под землей и представляли угрозу.

Тео воспользовался ее кратким молчанием. Он положил руки ей на плечи и быстро завладел ее губами. Он поцеловал ее с такой страстью, что ей захотелось растаять, как будто она была снегом, а он — солнцем.

Он целовал ее так, словно ждал всю свою жизнь. На самом деле, если у него никогда раньше не было женщины, то неудивительно, что он был так полон желания. Двадцать шесть лет сдерживаемой энергии были влиты в этот момент.

Кто-то ахнул. Служанка обеими руками прикрывала рот, глаза у нее были круглые, как блюдца.

Ой. Похоже, она не сможет опровергнуть слух об их помолвке.

Тео отпустил ее, но не раньше, чем прошептал:

«Мы еще продолжим.».

Он подошел к служанке, которая выглядела так, словно хотела провалиться на месте.

— Там… Там какая-то женщина спрашивает вас, Ваше Высочество. Мы пытались заставить ее уйти, но она настаивала, что вы ее знаете.

— А как она выглядит?

— Средних лет, некрасивая, как любая обычная женщина на рынке. Я сказала ей, что она зря тратит время, но она не сдвинулась с места, — служанка покачала головой. — Может, сказать ей, чтобы она уходила?

— Она назвала свое имя?

— Сказала, что она Фрея.

— Я приду, как только смогу. Где она сейчас?

Аликс подавила улыбку, увидев ошарашенное выражение лица слуги.

* * *

Фрея ждала их в отдельной комнате в центральной башне. Коричневое ситцевое платье и залатанный фартук делали ее еще более похожей на любую работающую женщину в городе или замке. Если бы Аликс не встретила ее, она бы подумала, что это заблудившаяся прачка или помощница повара.

— Леди.

Фрея встала и улыбнулась. У нее было круглое румяное лицо, которое казалось простым и добродушным, но блеск в ее глазах указывал на то, что на самом деле она была магом с многолетним опытом владения магией.

— Поздравляю вас с избавлением от проклятия, принц Тео. Я слышала от твоих братьев, как ты срубил серебряное дерево и уничтожил магию, которая образовала мост.

— Это был узкий путь к бегству, — Тео жестом велел всем сесть. — Нам больше не нужно сражаться с ними на арене, но они все еще под землей. Мы должны изгнать их из нашего царства. — Он помолчал, глядя на Фрею и пытаясь понять, принесла ли она хорошие новости.

— Я разослала письма другим магам, — сказала Фрея, сложив руки на коленях. — Четверо из них уже ответили. Зная, насколько опасно будет появление троллей, они все согласились участвовать в заклинании. К сожалению, для завершения заклинания требуется семь магов. Я и моя племянница, плюс те четверо, что ответили. Что составляет шесть человек.

У Алекса упало сердце.

— А что случилось с тем, другим?

— Урду не ответил, — сказала Фрея. — Есть несколько вариантов: мое письмо не дошло до него, или его ответ не дошел до меня. Или… он мог вообще не отвечать.

Тео стиснул зубы.

— Мы можем что-нибудь сделать?

Фрея положила сумку на стол рядом с собой. Она достала из сумки три циркуля. Каждая стрелка компаса излучала темно-коричневый оттенок.

— Я произнесла заклинание и нашла три возможных места, где его видели в последний раз. Ясно одно, он не хочет, чтобы его нашли, и приложил все усилия, чтобы запутать следы своих ног.

— Мы найдем его, — сказал Тео властным тоном. — Поскольку проклятие больше не связывает нас с замком каждые две недели, мы можем сформировать поисковую группу и искать Урду. Мы убедим его помочь нам уничтожить троллей.

Глава 43

Джеральд оглянулся на замок. Он собирался отправиться в путешествие в Арксар. Один из ключей, указывающих на местонахождение Урду, находился в глубоком лесу в Арксаре. Годы исследований и работы с заклинаниями снабдили его общими знаниями местного языка Арксара, поэтому он решил добровольно пойти по этому пути.

Тео остался — он хотел принять участие в поисках, но, учитывая, сколько подлинных подписей было на петиции, несколько надежных придворных посоветовали ему наблюдать за государственными делами вместе с королевой.

Клаудия, близнецы и Джулиан поедут двумя другими маршрутами. Несомненно, один из них найдет неуловимого мага.

Кроме того, ему хотелось на время уехать из замка. Ему нравилась Аликс, но влечение Тео к ней изменило его близкие отношения со старшим братом.

Джеральд знал, что, несмотря на узы, связывающие их, будущее его старшего брата будет связано с его женой. Кроме того, он был бы не прочь покинуть столицу.

С тех пор как он начал сражаться с троллями, у него никогда не было возможности путешествовать. Он хотел увидеть больше мира, и Арксар, с его репутацией создания высококачественных заклинаний, был первым в его списке.

— Вы готовы, Ваше Высочество? — спросил кучер.

Джеральд откинулся на спинку сиденья.

— Поезжай.

Проклятие было снято, но еще так много нужно было сделать. Джеральд снял очки — не было нужды скрывать свой вид, пока он ехал в карете, и стал смотреть, как замок исчезает из виду.

Он и не подозревал, что тоже найдет любовь к женщине, которую меньше всего ожидал увидеть. Женщина, которая была во всех отношениях его противоположностью — внешность, характер, все.

Но пока он этого не знает.

Конец