О чем мечтает мужчина? О деньгах, власти, на все согласных женщинах? А если все это уже есть и даже с избытком?

Он— опасен. Она — чиста и наивна.

Одна встреча перевернула их мир. Один взгляд, одно касание… И мужчина готов сделать все для нее. В том числе обезопасить от такого, как он.

— Сонька, ты с нами? — спросила меня одногруппница Вика.

Я закрыла книгу, поправила очки и непонимающе посмотрела на девушку?

— Ты о чем? — тихо спросила ее. Мне было неловко, что я настолько зачиталась, что даже не услышала, когда ко мне обратились. А смешки парней совсем не добавили уверенности.

Вика усмехнулась, и взяла мою книгу.

— Серьезно? «Джослин» в оригинале? — снисходительно посмотрела на меня девушка.

— Что? Голсуорси был талантливым писателем. Он даже получил нобелевскую премию по литературе, — возмущенно ответила, аккуратно забирая из ее рук книгу. — Ты что-то хотела?

— А? — девушка пару раз моргнула, словно вспоминая, что же она говорила до этого. — А! Да! В пятницу, вся группа идет в клуб «Затмение». Ты с нами?

— Я могу подумать или ответ надо сразу дать? — в уме я начала прикидывать, как бы тактично отказаться от посещения этого мероприятия.

— Да что тут думать? — хлопнул меня по плечу Дима. Да так сильно, что от силы удара я крякнула. — Упс! Сорян! Что ж ты слабенькая такая.

— Надо сегодня сказать, — вновь заговорила Вика. — Пацаны после пар будут столики бронировать.

— Ой! Да что вы ее уговариваете? — возмутилась Лиза. Девушка была невероятно красива. Жгучая брюнетка с такой шикарной фигурой, что даже самые знаменитые модели умерли бы от зависти. Собственно по этому, все студенты мужского пола слюной капают ей в след… И не только студенты. — Без батанов отлично повеселимся. У меня на этот вечер грандиозные планы.

— Это какие интересно? — поинтересовался у нее Дима.

— Хочу подцепить мужика, — просто пожала она плечами. А у меня от ее слов покраснели даже уши. — Мне просто необходим грубый и жесткий секс.

— Так зачем кого-то искать? Вот он я! Владей! — И направился в ее сторону. Однако был остановлен вытянутой рукой Лизы.

— Димасик, я же сказала… Мне нужен мужчина. Понимаешь? МУЖЧИНА!

— Так короче, — отвлекла меня от этой вакханалии Вика. — Ты идешь и точка. Собираемся около клуба в восемь вечера.

Прозвенел звонок и все кто толпился около моего стола — сели на свои места.

Не хочется мне идти в клуб. Не мое это. Эх, а в прошлом году так удачно получалось соскочить со всех мероприятий.

После пар меня ждала Василиса. Я обещала помочь с готовкой.

Поэтому когда прозвенел звонок с последней пары я пошла на парковку. Машину нам с Васькой подарили Сеня и Максим. Но теперь эта старушка в моем единоличном пользовании.

Василиса встретила меня слишком радостно, на мой взгляд. В процессе готовки, она поделилась радостной новостью. Наденька приняла их, не просто, как родных, а именно как маму и папу. Я крепко обняла сестру и не смогла сдержать слезы счастья. Слишком сильно Савины переживали по этому поводу.

Ближе к вечеру гости начали прибывать. Приглашенных оказалось очень много. Киреевы, мама Марка со своим мужчиной, друзья Максима и Марка. Васины подружки. Почти всех я знала. Но ни с кем так и не смогла близко подружиться.

Праздник проходил хорошо. Наденька отказалась снимать бантики и теперь считала своей миссией подойти к каждому и лично их показать.

Веселье набирало обороты. Из дома вынесли колонки, и начались танцы. Я разок станцевала с Максимом, и все остальное время предпочитала отсиживаться на лавочке.

Когда совсем стемнело, к дому подъехали две машины. Я догадывалась, кто это мог приехать… Еще один приглашенный гость… Гость, которому здесь не были рады, но он был близким человеком Нади. Я не была с ним знакома. Но по рассказам Васи, понимаю, что он пришел бы и без приглашения.

Из одной из машин вышел высокий, нет, я бы сказала, огромный мужчина. Темные волосы в беспорядке, серая футболка облепила торс, и даже кожаная куртка не скрывала мускулатуры. Синие джинсы подчеркивают узкие бедра.

Он кивнул, и вторая машина, ловко развернулась на узкой дороге и покинула нашу улицу.

Пряча что-то за спиной, мужчина направился в нашу сторону. Ох, как он двигался. Ступал так мягко и грациозно… Наверное, так ходят люди, которые имеют власть и деньги.

Чем ближе приближался мужчина, тем больше у меня что-то внутри дрожало. Нет, я не боялась его. Это что-то другое… Что-то новое и непонятное.

Испугавшись, своих чувств — отошла ближе к мангалу. Я не могла отвести от него взгляд, но и не хотела, чтобы он заметил, как я на него пялюсь.

Посмотрев по сторонам, заметила, как резко изменилась обстановка. Все стали какими-то напряженными. Парни стали ближе к своим половинкам. Да и те девочки, кто был без пары, отошли ближе к мужчинам. Они словно искали защиты от неизвестной опасности. Хотя все улыбались, но уже не так искренне. Некоторые так и продолжали танцевать, но «случайно» отошли подальше от мужчины.

А тем временем гость подошел к Наде и присел перед ней на корточки. Девочка не растерялась и обняла его. Лицо мужчины посветлело и окрасилось скупой улыбкой. Быстро разорвав объятия, она начала, что-то ему рассказывать, при этом активно жестикулируя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мужчина улыбался и в какой-то момент вытащил из-за спины большую коробку, обмотанную в подарочную бумагу.

Надюшка взвизгнула, схватила подарок и умчалась к столу открывать.

Мужчина, как в замедленной съемке выпрямился в полный рост. Я задержала дыхание от вида его мускулатуры.

Мне нужен перерыв. От одного его вида, со мной что-то происходило, но я не могла понять что именно. Сумасшествие какое-то…

Тихонько развернувшись, я прошла по дорожке и проскочила в дом. Вошла на кухню и решила, что чашечка кофе мне сейчас лишней точно не будет.

Налила воды в кофеварку, проверила зерна…

— И мне, если можно, сварите кофе, — раздался сзади глубокий мужской голос с хрипотцой.

— Что? — резко развернувшись, уставилась на припозднившегося гостя. Он смотрел мне в глаза, не позволяя отвернуться. По всему телу прошла дрожь и я спрятала руки за спину, чтобы не увидел, как они подрагивают.

— Кофе, — повторил мужчина и сделал медленный шаг ко мне.

— А… Да, конечно, — с трудом развернулась и спросила: — Какой предпочитаете?

— Черный, — прозвучал ответ, прямо над моим ухом.

От тембра его голоса, я вздрогнула и слегка прикрыла глаза. Воображение подкинуло, не свойственную мне картинку. Как он обхватывает меня за талию, теснее прижимая спиной к своей груди… Откидывает волосы на одно плечо, а я прогибаюсь, открывая шею… Его губы касаются того места, где бьется пульс, слегка прикусывая…

— Все в порядке? — тихо спросил мужчина.

Я интенсивно покивала головой, делая вид, что соглашаюсь. На самом же деле прогоняла дурман из своей непутевой головы.

Стараясь не обращать внимания, на мужчину, продолжила делать кофе. Пока кофеварка работала, я чувствовала, как скользит его взгляд по моему телу. Меня и раньше рассматривали мужчины. Но их взгляды были противными — хотелось ссутулиться и убежать.

Сейчас все было иначе. Мне хотелось выпрямить спину, слегка прогнуться… Но я бы никогда не решилась на такое.

Когда кофе-машина издала сигнал, аккуратно поставила чашку на блюдце и развернулась, чтобы передать ее гостю. Я внимательно следила, чтобы напиток не пролился во время движения. И первое что я увидела, когда подняла взгляд на мужчину — его ширинку. Под джинсами ярко выражалась выпуклость. Слишком большая и слишком очевидная.

Руки затряслись, и мужчина вовремя перехватил посуду.

Развернулась обратно и принялась готовить кофе уже для себя. Когда напиток был готов, я хотела быстро слинять на улицу, подальше от этого мужчины.

— Составите мне компанию? — спросил он, отодвигая для меня стул. Словно ему и не нужно было мое согласие — он и так знал, что отказать не смогу.

Я кивнула и поставила чашку на стол. Мужчина присел напротив.

— Меня Гриша зовут, — сказал он, отпивая напиток.

— А меня София. Я сестра Василисы, — зачем-то добавила.

— Правда? Никогда бы не подумал, — тихо рассмеялся Гриша.

Я уже хотела возмутиться, но посмотрела в лицо мужчине и не увидела там насмешки или издевки… Простая добрая улыбка.

Пожала плечами и улыбнулась в ответ. Опустив взгляд, заметила, что стол совсем пустой. Не хорошо как-то. Его даже за стол не пригласили, не накормили… Наверняка ведь голодный.

Поэтому встала и подошла к холодильнику. Еды мы готовили с запасом, чтобы на всех хватило и не пришлось бегать дорезать. Достала не заправленный овощной салат, колбасную нарезку и мясной пирог. Сняла пленки, заправила салат и поставила все перед мужчиной. Следом перед ним появились хлеб, тарелка и столовые приборы.

— Приятного аппетита, — сказала, присаживаясь за стол. На Гришу старалась не смотреть. Мне хватило ощущать его взгляд на себе.

— Спасибо. Я и в правду голоден, — первым он попробовал пирог. — Мммм. Это нереально вкусно. Где вы его купили?

— Купила? — не сразу поняла, о чем он спрашивает. — Нигде. Я его вчера приготовила. Это Надюшкин любимый. Она изъявила желание сегодняшний праздничный день начать именно с этого пирога.

— И я ее прекрасно понимаю, — проговорил мужчина. — Он божественный.

Я смутилась от его похвалы. Никогда не переживала, что кому-то может моя готовка не понравиться. А тут прям так приятно стало.

— Ты на повара учишься?

— Нет, что вы, — почему-то от его предположения стало смешно. — Я будущий филолог.

— Правда? И какие языки изучаешь?

Но ответить ему не успела. В кухню вошли взволнованные Марк и Максим. Они внимательно нас осмотрели и переглянулись.

— Все в порядке? — спросила своих зятьев.

— Да, — ответил Максим. — Лимонад закончился. — он пошел в сторону кладовки.

— И поэтому вы пришли за ним вдвоем?

Я перевела взгляд на Гришу. От былой доброты не осталось и следа. Он вальяжно облокотился на спинку стула, скрестил руки на груди и с прищуром смотрел на Марка.

Савин тоже прищурился и внимательно смотрел в глаза Грише. Между ними словно шел свой, беззвучный диалог.

— Марк, — решила прервать эти гляделки. — Я скоро домой поеду. Предупредишь Васю?

— Почему бы тебе самой этого не сделать, — не много грубо спросил он меня.

Я прикрыла чашку, чтобы никто не заметил, что она давно пуста и ответила:

— Я кофе пью.

— Отличная идея, — сказал Савин. — Пожалуй, я тоже не откажусь от чашечки.

— И мне свари, — крикнул Максим из кладовки. Чего он там так долго? Нефть что ли ищет?

Савин кивнул и достал вторую чашку.

В этот момент я почувствовала прикосновение к своим рукам — меня словно током ударило от одного этого касания.

Перевела взгляд на свои руки и увидела, как их накрыла большая мужская рука, а потом слегка погладила. Перевела взгляд на Гришу.

Он внимательно смотрел на меня. Словно ждал реакции.

Наверное, он не ожидал, что я отреагирую именно так… Но во рту резко пересохло и я не осознанно, облизнула губы.

Рука мужчины, крепче сжалась, зрачок стал шире, а кадык дернулся.

Он слегка наклонился и тихо сказал:

— Спасибо за ужин. Все было очень вкусно, — и на пару секунд на его лице вновь появилась улыбка. Но уже в следующее мгновение все эмоции исчезли…

Гриша встал со стула и, не прощаясь, покинул кухню.

Я начала убирать со стола. Краем глаза я видела, как Гриша прощается с Надей. Потом садится в машину и уезжает. Последнее меня особенно расстроило. Странная реакция на незнакомого человека.

— Что он от тебя хотел? — вывел меня из задумчивости голос Максима.

— Ничего, — ответила, не глядя на мужчин. Я встала к ним спиной и начала мыть посуду, хотя все можно было сложить в посудомоечную машину.

— Сонь, послушай, — заговорил Марк. — Соколов очень жесткий и опасный человек. Держись от него подальше. А если увидишь на горизонте — беги без оглядки. От него ничего хорошего не будет.

— Хорошо.

Быстро домыла посуду и покинула кухню. Я еще немного помогла Васе убрать лишнее со стола. Потом со всеми попрощалась и покинула праздник.

Всю дорогу до дома мне постоянно казалось, что за мной едет та черная машина, на которой приехал Гриша. Но, несмотря на позднее время — транспорта, на дороге было много и просто показалось… Или я могла принять желаемое за действительное.

Примерно с нового года, я ненавижу приходить домой.

Когда Марка выписали с больницы, Василиса собрала вещи и переехала жить к мужу. И если, в свое время, переезд Сени я пережила спокойно. То смена жительства Васи для меня стала ударом.

Я привыкла, что сестра всегда рядом. Знала, что дома меня ждут или мне есть, кого ждать. А с января меня встречала только тишина.

Моя адаптация заняла несколько месяцев. Точнее принятие суровой действительности. Теперь мне предстоит жить одной в этой большой квартире. Трудности были не в самостоятельности. Наоборот… В нашей семье в основном я занималась домашними делами.

Сложно было психологически принять, что теперь я одна. Возможно, если бы Вася не была моей близняшкой, мне было бы легче…

Первые месяцы, каждую ночь плакала в подушку. Мне так хотелось, чтобы девочки вернулись домой… Я понимаю, что они встретили своих половинок, они счастливы. Поэтому молчала, о том, как мне тяжело и больно.

Когда я уже свыклась с тем, что живу одна. Неожиданно получила новое потрясение. Савины купили дом на той же улице, что и Максим. Теперь девочки жили через дом друг от друга. А я была на противоположной стороне города.

Они постоянно ходили, друг к другу в гости. Как я это поняла? Просто стала замечать, как изменилось их общение. Они стали ближе… Или просто я отдалилась? Не знаю. Но бывает такое, что вот мы общаемся, а потом Вася говорит: «Ой, Сень, помнишь я тебе рассказывала…» Они продолжают говорить, а я не могу понять о чем. И вот таких моментов становится все больше.

Я боюсь, что однажды они просто обо мне забудут или посчитают не нужным пригласить на праздник, ведь мне добираться далеко. Кто-то скажет, что это все бред маленькой девочки… Возможно. Но этот страх не беспочвенный. Они уже устраивают спонтанные ужины на две семьи.

Вот и сегодня, после праздника, я опять почувствовала себя одинокой. Сделала глубокий вдох и повернула ключ в замочной скважине.

Квартира встретила меня тишиной… Снова.

Быстро сняла обувь и побежала в гостиную. Пульт от телевизора, заранее положила у входа в комнату. Теперь включаю любой канал и делаю громче.

Квартиру заполняет звук музыкального канала, и я могу спокойно заняться домашними делами. Главное не допускать мысли о том, что я одна.

Позже, лежа в кровати, стараюсь не вслушиваться в давящую тишину. Прикрываю глаза и стараюсь абстрагироваться.

В памяти всплывает обладатель шикарного тела и его умопомрачительная улыбка.

Переворачиваюсь на бок и обнимаю подушку. Это дает старт фантазии… Какого это, обнимать такого шикарного мужчину? Вот так, лежать с ним в кровати? Обводить пальчиками контуры его пресса?

Некстати, вспомнила слова Марка: «Он жестокий и опасный. Беги от него»

Шумно выдохнула и встала с кровати.

Я и не планировала ему навязываться или искать встречи. Ни к чему это. Сколько ему лет? Тридцать? Тридцать пять? Я прекрасно понимаю, что такому мужчине нужна сильная, храбрая, роковая красотка.

Прошла на кухню и налила стакан воды.

В голове все также всплывал его образ… А еще слова Лизы: «Я хочу жесткого и грубого секса!»

Руки затряслись, и стакан чуть не выпал из рук.

Мне надо отвлечься. Есть только один способ, который мне поможет выкинуть Гришу из головы.

В холодильнике нашла пачку слоеного теста и баночку клубничного варенья.

Вскоре вся рабочая поверхность была осыпана мукой. А противень постепенно заполняли треугольники будущей выпечки.

Пока слойки выпекались, я помыла стол, шкафчики, холодильник, микроволновку, чайник, пол… В общем, занесло меня.

И главное — ни думать, ни вспоминать.

Перед тем, как вернуться в кровать, поставила будильник на полчаса раньше — машину за меня никто не заправит. Чувствовала себя уставшей, что позволило быстро уснуть.

Четверг начался раньше будильника. Просто соседка, бабушка Тамара решила встать пораньше посмотреть новости. Мдаа, просыпаться под курсы валют, то еще удовольствие.

Зато я спокойно приняла душ, выпила кофе и без спешки оделась.

Слоек получилось многовато для меня одной. Поэтому оставила себе пять штучек, а остальное разложила в два пакетика.

Закрыла входную дверь и позвонила в соседнюю. Потом еще раз… И еще…

Вскоре послышались шаги, и дверь открыла моя соседка-будильник.

— Доброе утро, бабушка Тамара. Как здоровье? — спросила соседку. У нас с ней были теплые отношения. Когда училась в школе — ходила к ней заниматься. Тамара Вениаминовна, проработала учителем математики тридцать пять лет. Такое соседство стало для меня спасением. Благодаря ей, такой закоренелый гуманитарий, как я, получила аттестат с пятерками по алгебре и геометрии.

— Да, ничего, Софушка, — улыбнулась женщина. — А ты что в такую рань? Случилось чего?

— Нет, что вы. Я вам вкусняшек приготовила, — с этими словами протянула один из пакетов с выпечкой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ой, а чего это там? — она заглянула в пакет и улыбнулась. — С вареньем? Вот спасибо. Сегодня Колька оболтус придет, вот его и угощу.

Колька оболтус — ее ученик. Мальчишка, ходит к ней заниматься. Но или математика не его, или просто ленивый, но туго ему даются предметы… Причем все, кроме труда и ОБЖ.

А так как у нас типичный спальный район, об этом знали все. В том числе и продавщица из ближайшего продуктового магазина.

Попрощавшись с соседкой, побежала вниз по лестнице.

Был еще один человек, которого я хотела угостить.

Федор Матвеевич, был мужчиной не высоким и худощавым. Он один растил маленькую внучку. С женой он давно развелся. Где родители Киры неизвестно. Просто в какой-то момент, дочка привезла Матвеевичу девочку погостить и больше не приезжала.

Стоит уточнить, что дядя Федя работал дворником. Возраст хоть позволяет устроиться на более оплачиваемую работу, да только не спешат трудоустраивать калеку. Да, у Федора Матвеевича ампутирована левая нога. Не знаю, что произошло, но, сколько его помню — он всегда носил протез.

Когда я первый раз принесла ему угощения — думала он меня метелкой побьет. Пришлось спешно объяснять, что это не из жалости, а от уважения — что ни смотря на трудности, не сломался.

Вот и сегодня пакетик слоек перекочевал в руки мужчине и пожелав друг другу хорошего дня — побежала на парковку.

Весь день прошел быстро и суматошно. По университету пришлось помотаться. Потом по работе загоняли, хотя последнее время больше работаю дома.

Устала, как собака, но зато почти не оставалось времени на фантазии о Грише… Почти.

Пятница встретила проливным дождем, которому я обрадовалась. Ведь это отличный шанс не пойти в клуб. С этими мыслями я и стояла перед одногруппницей:

— Ну Вик! Ну какой клуб? Дождь весь день льет, холодно, сыро.

— Так! Сонька! Ты мне зубы не заговаривай. Делай что хочешь, но чтобы в восемь была у клуба, — больше она ничего слушать не стала, развернулась и пошла в аудиторию.

Ладно, схожу на часок и сразу домой.

Вечером оказалось, что у меня есть проблема… Точнее проблемище… Типично женская. «Нечегонадеть» называется.

Перерыла весь шкаф, но так ничего подходящего и не нашла. Расстроено села на кровать. И почему я не смогла более настойчиво отказаться?

Посмотрела на бардак, который устроила в процессе раскопок и расстроилась еще больше.

Взгляд остановился на синем платье, когда-то подаренным Сеней. По задумке оно было длинным и свободным, но после стирки оно «сЕло» и отправилось охранять самый дальний угол шкафа.

Решила рискнуть и примерить. Платье облегало, словно вторая кожа. Бюстгальтер с пуш-апом неприятно давил, и я решила его сменить на тканевый. Длинна, после стирки, стала выше колен. Туфли на небольшом, устойчивом каблуке — в принципе получилось неплохо.

Не то чтобы мне хотелось быть нарядной… Просто не хочу чувствовать себя белой вороной.

В назначенное время подъехала в клуб. Почти вся наша группа уже собралась. Мы еще немного подождали опоздавших и все вместе вошли в «Затмение».

Громкая музыка слегка дезориентировала, но я старалась держаться ближе к Вике, чтобы не потеряться в этом хаосе.

К нашему приходу, администрация сдвинула несколько столов, так что все могли комфортно разместиться.

Ребята начали наперебой обсуждать кто, что будет пить. Я решила ограничиться бокальчиком белого вина.

Благодаря Вике, со временем я почувствовала себя более спокойно. Девушка постоянно втягивала меня в разговоры. А я даже удивилась, что многие мои одногруппники оказались приятными и веселыми собеседниками.

— Дамы и господа, цель обнаружена! — игриво сказала она. — Я хочу его!

Она ткнула пальчиком куда-то в сторону бара. Затем поправила грудь, встала с диванчика и небрежно приподняла платье, открывая длинные ноги. Подмигнула нам и соблазнительной походкой направилась к цели.

Я смотрела ей вслед. Любопытство требовало узнать, кто же стал ее избранником на эту ночь.

Толпа расступалась перед ней и вот она подошла к высокому темноволосому мужчине, который в этот момент стоял к нам спиной и разговаривал с барменом.

Лиза присела на стул около него, слегка наклонилась и что-то сказала. Мужчина повернулся и у меня перехватило дыхание.

Это был Гриша.

— Ничего себе! Вот это Лизка дает! Шикарный мужик! Я б и сама такому дала! — со всех сторон послышались шепотки одногруппниц.

Я хотела отвести взгляд, но не могла. Мне не хотелось признавать, но они хорошо смотрелись вместе. Внутри появилось неприятное режущее чувство, а на глазах выступили непрошеные слезы.

Лиза продолжала ему что-то говорить, а он рассматривал клуб или посетителей. Но вот его взгляд остановился.

Одногруппница решила привлечь его внимание и пальчиком коснулась его плеча.

Мужчина перехватил ее руку, отодвинул от себя и что-то ей сказал. Лиза испуганно округлила глаза и кивнула.

Гриша встал со стула и направился в нашу сторону.

— Ох ты ж ё… Девочки, он идет сюда! — послышался восторженный голос Насти.

С каждым его шагом сердце все больше отбивало чечетку, воздуха не хватало. Приходилось заставлять себя делать очередной вдох.

Когда он подошел к нашему столику, я была на грани обморока.

Он хмуро обвел взглядом присутствующих, посмотрел на меня, а затем протянул руку и сказал:

— Потанцуем?

Машинально ухватилась за его ладонь, а он помог мне встать.

Гриша привел меня в самый центр зала. Мы встали в стандартную позицию: рука в руке, его ладно на спине, моя — на его плече.

От близости Гриши, голова кружилась. А еще был страх — случайно отдавить мужчине ноги.

— Так не пойдет, — сказал он мне ушко, — Ты слишком напряжена.

Соколов притянул меня еще ближе к себе, и я оказалась буквально впечатана в мужское тело.

Гриша двигался плавно, а я ничем не отличалась от бревна, но старалась повторять движения за ним.

Его рука заскользила по спине до шеи, а потом вниз, останавливаясь только у самой попы.

Это будоражило, разжигало огонь внутри, а дыхание стало прерывистым.

Гриша наклонился к моей шее, опаляя ее дыханием.

— Скажи мне Соня, — тихий шепот с рычащими нотками, разогнал мурашки по телу. — Скажи мне кто он?

— Кто? — спросила хрипло, слегка открывая для него шею.

— Кто тебя обидел? Я видел, что ты чуть не плакала. Просто скажи мне.

— Тебе показалось, — ответ вышел слишком томным.

— Нет, Сонечка. Мне точно не показалось, — он слегка прикусил шею, а я задрожала и не смогла сдержать стон.

Гриша резко развернул меня и прижал к своей груди. Спиной почувствовала, как он возбужден.

Наверное, мозг совсем отключился, и дальше я действовала на инстинктах. Откинула голову на его плечо, прикрыла глаза и медленно двигалась.

Соколов положил руки мне на живот, провел вверх, слегка задевая грудь, а потом вниз до самого бедра.

В его руках я расслабилась. Сама не поняла, как наслаждение от касаний затопило меня с головой.

Он обхватил меня за затылок и повернул голову к себе. Медленно наклонился и провел языком по моим губам.

Это было так чувственно, так интимно… Я потянулась к его губам. Руку закинула мужчине на шею и сама притянула его к себе. Мне просто жизненно было необходимо почувствовать его поцелуй.

И он не разочаровал. Накрыл мои губы своими.

Он словно завоеватель, и я подчинилась его власти, его силе. Поцелуй был сладкий и обжигающий одновременно. Я плавилась, рассыпалась на атомы… Мне хотелось большего. Быть еще ближе к нему.

В тот момент, мне казалось, что он мое спасение. Спасательный круг в океане одиночества. И я хваталась за него, чтобы больше не быть одной, не бояться входить в собственную квартиру, больше не плакать в подушку.

Гриша первый разорвал поцелуй, провел губами по щеке, к самому ушку.

— К тебе или ко мне? — тихо спросил.

Я не сразу поняла, о чем он говорит.

А потом… Потом все искры, что летали между нами, осыпались пеплом.

Я разорвала объятия, буквально выпуталась из его рук. Опустила глаза в пол — я не могла на него смотреть, мне было больно. Сделала шаг назад и покачала головой.

Резко развернулась и побежала к нашему столику. Оставаться в клубе больше не хотелось. Схватила сумочку и быстро пошла на выход.

Около «Затмения» всегда стояли свободные машины такси. В одно из них я и заскочила. Назвала водителю адрес и прикрыла глаза, пряча от свидетеля свои слезы.

Я не обижалась на Гришу. Не было и ненависти. Я его понимала. Он взрослый мужчина со своими потребностями.

Я презирала себя. Зато, какой доступной оказалась — вела себя, как одноразовая девушка на ночь.

Сейчас я была рада вернуться в свою квартиру и в свое одиночество. Таким, как я, здесь самое место.

«Это, бл*дь, что сейчас было?»

Смотрел вслед убегающей девушке и ах*евал. Но догонять не стал. Мне надо подумать…

Не пацан сопливый, еще на вечеринке у Нади, понял что девчонка зацепила. Я ее из машины заметил. А потом наблюдал, как она по кустам прячется и подсматривает. Ну, детский сад, честное слово.

На кухню за ней поперся, а она мне стол накрыла.

Странная у нее реакция на меня. Обычно люди разбегаются от меня, в глаза боятся смотреть… А эта — накормила.

А когда кофе варила… Черт. Лицо покраснело от смущения, руки подрагивают. Когда ближе подошел, клянусь, почувствовал сладкий запах ее возбуждения. Так и хотелось нагнуть ее над столом и лично проверить насколько она мокрая. Ох, как я кайфанул от этой картинки. Правда потом пришли два мудазвона и испортили всю малину.

А сегодня в «Затмение» пришлось идти. Позвонил владелец, и сообщил, что кто-то из моих пацанов, наркоту у него толкает.

Бармен попросил подождать шефа. Потом шмара эта подсела. А я давно баб по клубам не цепляю — проблемными они все с утра становятся. Последние годы только в «Загородный дом» мотаюсь напряжение скинуть.

Соньку увидел и к ней пошел. А она с пацанами сидит, вот только глаза на мокром месте и трясется вся.

«Какая гнида ее обидела?»

Не призналась.

Девчонка вообще вся напряженная была. Неужели боится? Посмотрел ей в лицо. Ох ты ж бля… Смущается. Опять этот румянец. Никогда не думал, что от этого возбуждаться буду. А тут прям накрыло.

К себе спиной прижал. Тело ее через платье ласкал. А когда «случайно» груди коснулся — думал вообще озверею. Через ткань четко прощупывался затвердевший сосок.

Взглядом обвел танцпол. Не хватало, чтобы на нее еще пялились. Вон, один быстро глазенки свои отвернул — смекалистый.

Для закрепления эффекта Сонькину голову повернул и по губам языком прошелся. Пришлось сразу отстраниться, а то кинул бы палку прям в штаны. Вот смеху-то было бы — грозный Сокол обкончался в трусы от одного недопоцелуя.

А чертовка была другого мнения. Эта ведьма сама ко мне потянулась. Ну как тут устоять?

Вот и я не сдержался. Набросился на нее, как голодный зверь. Хотя почему, как? Член очень «проголодался» и именно по этой красотке.

В мечтах я уже «разложил» ее на всех поверхностях своей квартиры. А может Соня другого мнения?

— К тебе или ко мне? — спросил ее хрипло.

Глядя, как девушка убегает, понял… Соня действительно была другого мнения. И оно не совпадало с моим.

Вернулся к бару, оказалось, что шеф уже появился и ждет меня.

Отлично, надо временно выкинуть чертовку из головы и заняться делами.

Владельцем ночного клуба «Затмение» был мой близкий друг Алексей Иванов. Мы с ним еще в детском доме познакомились. Потом оба попали к Джафарову.

Кстати о нем. Мужик хоть и криминальным воротилой был, но мировой. Я реально был ему благодарен.

Альберт Назимович, кроме того, что умело, нарушал закон в пользу своего финансового состояния — оказывал благотворительную помощь детским домам.

В одном из них он меня и заметил. Нет, он не вербовал детей. Наоборот подкидывал деньжат приютам. А за теми детьми, на которых пал его выбор, наблюдал, как развивается характер, а потом и как устроился после выпуска.

Вот и за мной наблюдал. Честно скажу, ненавижу вспоминать те полгода после выпуска. Выживал на хлебе и воде, ночевал, где получится. Это сейчас есть программы для детей-сирот, а раньше нас просто отпускали в свободное плаванье.

Я пытался заработать себе на жизнь честным путем, но ярлык «детдомовец» работал против меня.

А потом на улице ко мне подошел мужик в деловом костюме и предложил работу за еду и жилье.

Я бы взбрыкнул. Но приближалась зима, и я уже находился на грани отчаяния. Поэтому согласился.

Вначале убирал территорию вокруг его особняка. Потом ангары. Так я и убедился, что Джафаров далеко не простой бизнесмен.

Реакции от меня не последовало, поэтому появились другие задачи. Туда посылку отвезти, там с человека деньги выбить и ну и по мелочи. Но уже работал за деньги.

Леху тоже Джафаров к себе пристроил. Но если я нормально относился к такой деятельности, то другу претило.

Поэтому, поднакопив деньжат, отдал их Иванову и отправил раскручивать свой бизнес.

Джафаров его отпусти, но пообещал следить, чтобы не вздумал язык распускать.

А Леха и не планировал — жизнь важнее.

Прошел по служебному коридору, остановился около двери с надписью «Биг босс». Мда, Леху скромняжкой точно не назовешь.

— Здарова, мужик, — сказал владелец «Затмения», когда я вошел в кабинет. — Что-то ты шустро освободился. Стареешь? В скорострелы подался? — рассмеялся друг.

— Не понимаю о чем ты, — сделал лицо кирпичом и сел на диван.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Ну да… Я про ту красотку, которую ты трахал языком на танцполе. Я когда вас увидел, думал ты ее прям там, на глазах у всех, нагнешь, — продолжал он ржать.

А во мне такая ярость поднималась. Во-первых— ни одна падла не имеет права так говорить о Соне. А во-вторых — в голове билась только одна мысль: «кто еще там видел ее возбужденной и кому следует выбить глаза, чтобы не зыркали на чужое?»

— Рот закрой, пока к стоматологу за протезами не пошел, — с плохо скрываемой яростью прорычал, глядя на друга.

— Даже так? — удивленно спросил он, серьезно меня рассматривая.

— Именно. Давай к делу. Что у тебя там?

— Нихера хорошего, — включил матерого бизнесмена Леха. — Сам посмотри.

Друг взял ноутбук и пересел ко мне на диван. Открыл программу с видео наблюдением и в следующее мгновение экран разделился на много небольших окошек. Танцпол, бар, коридоры — Леха везде камеры натыкал.

— Зацени, — указал пальцем на одно из окошек.

На экране хорошо просматривался коридор, который вел к туалетам. Был там и небольшой закуток, который можно принять за «слепую зону». Именно здесь парочки и предпочитали уединяться. Что собственно произошло и в этот раз.

Парень с приспущенными штанами прижал к стене девушку. Ее ноги закинул себе на пояс и ритмично вколачивался в ее тело. Камеры в клубе были высшего качества. Поэтому когда Леха приблизил, а девушка так удачно откинулась на стену— получилось отлично рассмотреть ее формы.

— Уверенная четверка, — с усмешкой отметил друг.

Мне ее сиськи, как-то вообще побоку были, а вот на лицо посмотрел внимательнее. Девушка-то знакомая оказалась — та самая шмара, которая ко мне у бара подсаживалась.

— Давай к делу, извращенец, — сказал Лехе, глядя с каким интересом он рассматривает парочку.

— Я извращенец? — возмутился владелец клуба. — Напомни мне показать тебе одно видео. Посмотрим, кто из нас еще извращенец.

Я не стал ничего говорить, только наблюдал, как друг что-то меняет в настройках программы.

На экране теперь отображалось одно окно и судя по дате — это сохраненная запись.

Запись была сделана в том самом закутке. Подошел парень в капюшоне и встал около стены. Через пару минут к нему присоединился еще один. Он протянул руку ожидающему. Обменявшись парой слов, они вновь пожали друг другу руки и по очереди разошлись.

— Вот тут смотри, — сказал друг и опять защелкал в настройках.

Он приблизил картинку и замедлил видео. После второго рукопожатия четко видно, что покупатель прячет в карман пакетик с белым порошком.

— Это еще не все. Смотри сюда, — Леха опять что-то нажал, и теперь перед нами была съемка из бара. Барыга сел на свободный стул, сделал заказ и скинул капюшон. А я тихо выругался.

— Знаешь его? — я кивнул. — Детдомовский?

— Нет. Мать есть — нормальная женщина, работящая. Пацан старший, есть еще сестра, она вроде больна чем-то. Надо пробить информацию. Скинь мне видео.

— Наказывать будешь? — спросил друг, выполняя мою просьбу.

— Естественно. Я четко дал приказ — больше никакой наркоты.

Джафаров мечтал избавиться от этой «ложки дегтя» в своем бизнесе. Особенно после того, как эта гадость убила его сына. Но у него не получалось — ни от него одного это зависело.

А у меня получилось. Просто мне терять нечего, а значит и надавить не получится. Действовал радикально. Но это дало результат.

— Прежде, чем ты умотаешь, хочу тебе еще кое-что показать, — с усмешкой сказал друг.

В этот раз было четыре окна и все с танцпола. Друг вбил дату и время и начал перематывать до нужного ему момента.

— На, любуйся, — рассмеялся Леха и пересел за свой рабочий стол, оставляя меня одного с ноутбуком.

На экранах толпа молодежи, танцевала под последние хиты.

Вначале ничего особенного не происходило, а потом тусовщики стали расступаться, пропуская меня вперед.

Останавливаюсь в центре зала и поворачиваюсь. Из-за моей спины выглядывает Сонька. Веду ее в танце, а она мелкая такая, мне даже до плеча не достает.

Толпа вокруг оживленно танцует под ремикс, а мы словно находимся в своем мире. У нас своя песня, одна на двоих.

Движения плавные, мои руки скользят по ее телу. Черт это нереально заводит. А потом я поднял голову на того ушлепка, который пялился на Соню. На моем лице было написано «Не подходи! Расчленю и по кускам попрячу». Теперь понятно, почему он так испугался.

Дальше, вообще атас! Собственническим движением прижимаю Соньку к себе и провожу языком по губам. Со стороны это выглядит еще эротичнее. Мать, моя женщина, как она извиваться начала в моих руках. Не удивительно, что мне башку снесло.

Надо срочно к ней съездить. Пока не решил, о чем будем говорить, но чувствую что надо.

Посмотрел на Леху — сидит важный, руки на груди скрестил и улыбается.

— Что? — раздраженно спросил его.

— Ничего. Вот думаю, неужели и тебя торкнуло.

— Не понимаю о чем ты, — непринужденно ответил ему, доставая флешку. — Скинь и это видео.

— Сейчас не получится — не умею куски вырезать. Тебе я только запись показал. Завтра айтишник придет — сделает.

Нахмурился. Не нравился мне такой расклад. Бесит, что кто-то на Соньку пялится будет. Похоже, девчонка даже не догадывается, насколько сексуальна.

Леха, видя мою перекошенную рожу, еще больше заржал.

— Иди уже, Отелло!

Попрощавшись с другом направился на парковку. И только, выйдя на улицу, понял, что уже слишком поздно и Сонька спит уже давно.

Достал телефон, написал Дрону задание: пробить номер телефон и точный адрес моей чертовки. Пацаненка этого в ангар привезти и полное досье на его семью.

На сегодня все дела закончены, поэтому поехал домой. Единственное, что мне сейчас нужно — это сон. В идеале — с мелкой, обнаженной чертовкой.

Утро субботы началось… Просто началось.

Я открыла глаза и смотрела в окно. А там небо затягивало тучами. И говорило мне: «Как тебе не стыдно? Приличная девушка, а вела себя как дешевка».

Накрыла голову одеялом. До чего я докатилась? Набросилась с поцелуями на взрослого мужчину. Конечно, он принял меня за девушку на одну ночь.

Так стыдно… Хорошо, что хотя бы вовремя остановилась. А если бы согласилась на его предложение… Почему-то я уверенна, что это была бы лучшая ночь в моей жизни. Но вот утро…

Мне кажется, после жаркой ночи, у доступных девушек может быть только два варианта. Или она тихо одевается и покидает мужчину, пока он спит. Или этот же мужчина, утром просит ее покинуть квартиру, еще денег на такси дает. Как по мне, второй вариант более унизительный.

Поэтому, не смотря на то, что вчера произошло — я рада, что проснулась в своей кровати. Одна…

Тишина квартиры давила, а воспоминания пробуждали желание остаться в кровати, закутанной в кокон из одеяла, как минимум… Навсегда.

Но так я только усугублю свое состояние…

Поэтому я обрадовалась, когда позвонила Вася, и попросила взять на выходные Надю. Они с Марком едут в командировку, и вернуться только в понедельник после обеда.

Комната сестры оставалась не тронутая с ее отъезда. Вначале я там постоянно прибиралась, чтобы пыль не скапливалась, а потом все завесила клеенкой. Снимала ее только когда Надя оставалась с ночевкой.

Вот и сейчас освободила в комнате мебель, и сделала генеральную уборку.

Потом работа закипела на кухне: борщик, курочку с картошечкой запекла и конечно любимый Надюшкин пирог.

Когда я размышляла, что бы еще для племяшки приготовить, в дверь позвонили. Для сестры было рановато, поэтому, прежде чем открыть — посмотрела в глазок.

И резко отскочила на несколько шагов. Руки затряслись, в горле пересохло. От волнения даже услышала свое сердцебиение.

Шаг назад… Еще один… И еще. Тихонько в комнату проскочила и дверь закрыла.

Звонок повторился.

Отошла и от двери, на кресло с ногами залезла и подушкой прикрылась. Словно это может меня спрятать от человека, который стоит в подъезде.

Нет, это был не страх. Кого-кого, а этого человека я не боялась.

Мне было стыдно попадаться ему на глаза.

Звонок повторился еще раз.

Прикрыла глаза и попыталась унять дрожь во всем теле.

Звонок повторился, но теперь сопровождался ударами в дверь.

Гриша… — сердце екнуло, когда в квартире опять наступила тишина.

И зачем Соколов пришел? Про то, как он узнал, где я живу, даже не задумываюсь. Когда-то он собрал целое досье на Василису. Уверена, что адрес проживания там стоял одним из первых пунктов.

А может, надо было открыть? Но как мне в глаза ему смотреть? Стыдно…

Как назло вспомнились его руки на моем теле. Как ласкал и крепко обнимал. А поцелуй… Ох!

Непрошеные слезы опять покатились из глаз. Ну что со мной происходит? Почему я не могу быть, как все нормальные девушки моего возраста.

Вот Васька, вообще на спор поцеловала первого встречного парня. И ничего — жива, здорова и счастлива. Ну и что, что парень этот в будущем стал ее мужем. Но ведь смогла.

А я даже дорогу у прохожего спросить стесняюсь.

Однажды я забыла ключи от дома, и мне пришлось ехать к Василисе в спортивный центр. А в том районе я ни разу не была. Она по телефону объяснила куда идти, но пока доехала — забыла. У людей побоялась спрашивать. Так и стояла под дождем на остановке, пока у сестры тренировка не закончилась. А могла быть уже давно дома.

Вася винит себя в том, что я такая… Она всегда была моим щитом. От мальчишек защищала, в школе перед учителями меня оправдывала, например, если я тетрадь дома забывала. Говорит, что этим она не дала мне пройти свою школу жизни… Кто знает? Но я ни в чем не виню ее. Мы такие, какие есть — и этим все сказано.

Гриша перестал стучать и звонить. А я так и сидела, обнявшись с подушкой.

Потом все же вылезла из своего убежища и вернулась на кухню.

Осмотрела холодильник… И сама не заметила, как через пару часов на столе стояли: наполеон, запеканка, блины и жаркое.

Готовка всегда меня успокаивала. Вот и сейчас я уже так не волновалась из-за прихода Соколова. Но вопрос, зачем он приходил — остается актуальным.

Вася привезла Надю в назначенное время. Я крепко обняла девочек.

— Что случилось? — спросила сестра, осматривая мои кулинарные творения.

— Я вчера с группой в клуб ходила, — пожала плечами.

— Правда? Молодец! И как погуляли? — сестра явно обрадовалась этому событию.

— Нормально. Но я недолго была. Пообщалась с ребятами и домой поехала, — ну не говорить же сестре, что вчера у меня был страстный вечер в компании человека, которого она ненавидит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Все равно, ты молодец, — обняла меня Василиса. — Продолжай в том же духе!

— Ты хочешь, чтобы я стала тусовщицей? — посмеиваясь, спросила сестру.

— Да ну тебя, — махнула она рукой, и повела в свою бывшую комнату. — В сумке я собрала для Нади немного игрушек, сменные вещи. В боковом кармане ее документы. Надеюсь, не пригодятся, но на всякий случай кинула.

Затем она пошла в коридор и вернулась с одеждой, которая висела на вешалке под чехлом.

— Это ее школьная форма. Уроки начинаются в половину девятого, но за пятнадцать минут надо быть уже в классе. Домашнее задание она сделала, но надо повторить стих — она тебе покажет какой именно. И еще сделать пару заданий в рабочей тетради по дополнительным занятиям — я тебе их карандашом отметила. Так, вроде ничего не забыла, — растерянно осмотрела она комнату.

— Мам, ну что ты переживаешь? — сказала Надя, заходя в комнату. — Я ведь уже большая. Да и телефоны есть — звони мне по видео постоянно.

— Хорошо, солнышко, — Вася крепко обняла Надюшку и поцеловала ее в щечки. Потом объятия достались и мне.

Сестра еще пару раз прощалась, повторяла наставления, пока ей не позвонил Марк. И только после этого она покинула квартиру.

— Ну, принцесса, чем займемся?

— Не знаю, — протянула она. Ага, конечно, не знает. Так я и поверила. — Может в кино сходим? Там новый мультик вышел.

— Почему бы и нет. Давай ты борща поешь, а я пока переоденусь.

Конечно, она согласилась. Чтобы посмотреть новый мультик, она бы и рыбий жир съела.

Собралась я быстро. Но Надя с обедом справилась быстрее — вот что значит правильная мотивация.

Пока устанавливала автокресло, Надя подпрыгивала от нетерпения и постоянно меня поторапливала. Вначале Вася оставляла детское сиденье, когда привозила ко мне Надю. А потом часто получалось, что племяшку надо с секции забрать, а сестра не успевала. Поэтому мы купили второе, которое я хранила в бывшей комнате Василисы.

Когда ехали в кинотеатр, задумалась. Хорошо, что Надя эти выходные проведет у меня. Меньше буду думать о Грише и о своем позоре. Возможно к понедельнику я смогу отпустить эту ситуация и спокойно пойти на учебу.

В любимом кинотеатре Нади, который, как ни странно принадлежал Савиным, действительно показывали мультфильм.

Вначале меня приняли за Василису и администратор начала суетиться вокруг нас, словно сам президент их посетил. Но я быстро успокоила женщину всего одной фразой:

— Я София.

Этого хватило, чтобы женщина выдохнула и оставила нас в покое.

Мы решили скоротать время до начал сеанса за бокалом… Молочного коктейля — для Нади и большой чашкой кофе, для меня.

«Ты где?» — пришло сообщение с неизвестного номера. Я решила не отвечать. Возможно, просто ошиблись номером.

За соседним столиком Надя увидела одноклассницу и попросилась к ней подойти.

Пока девочки общались, у меня зазвонил телефон — тот же неизвестный абонент.

— Алло, — решила все же ответить, чтобы объяснить человеку, что он ошибся.

— Ты где? — спросил знакомый голос.

— Привет, — тихо ответила Грише.

В этот момент к нашему столику подошел официант:

— Напитки для прекрасной леди, — улыбаясь, поставил наш заказ.

— Соня, — вкрадчиво сказал Гриша. От рычащих ноток, которые прослеживались в его голосе, у меня побежали мурашки. — Ты где?

— В кино с Надей.

— Название скажи, — строгость в его голосе не пугала, но будоражила и без того натянутые нервы.

— Юпитер, — даже не подумала ему перечить.

Гриша больше ничего не сказал, а просто сбросил вызов. Странный он. Злиться чего-то. Может на «работе» проблемы? Так, а зачем звонил тогда?

Надюшка практически залпом осушила свой коктейль и теперь поторапливала меня.

Не стала расстраивать девочку, поэтому вскоре вы входили в кинозал.

Места мы выбрали самые лучшие — в центре зала. Администрация оставила по одному свободному месту рядом с нами. Видимо хотели сделать иллюзию вип-мест.

В середине мультфильма у меня завибрировав телефон.

«Выйди в холл» пришло сообщение от Гриши.

«Я с Надей. Не могу ее оставить одну»

«Видишь мужика у входа? Это мой человек. Он за ней присмотрит, но подходить не будет. ВЫХОДИ!»

Подняла взгляд от телефона и действительно у входа стол мужчина. Поразмыслив пару секунд, решила выполнить его «просьбу». Шепнула Надюше, что сейчас приду и тихонько встала. Проходя мимо мужчины, заметила, как он едва заметно мне кивнул и вновь сосредоточил свое внимание на девочке.

Выйдя в коридор, успела пройти только несколько метров, как кто-то дернул меня за локоть и втолкнул в слабо освещенное помещение.

— Отпустите, — пискнула, пытаясь вырвать руку из крепкого захвата.

— Ага, разбежался, — послышался сзади голос Гриши и я расслабилась.

Он обнял меня со спины, обхватил руками за талию, а носом в макушку прижался, дышал часто и даже как-то тяжело.

Ладонями обхватила его руки и спиной на него облокотилась. И так хорошо стало… Спокойно.

Несколько секунд мы так и стояли, а потом Гриша развернул меня и к ближайшей стене прижал.

Одну руку на шею положил, а большим пальцем щеку погладил.

— А теперь рассказывай, — хмуро сказал он.

— Что?

— Все рассказывай. В кафе с кем была? — Гриша был слишком сосредоточенный… И злой: глубокая складка между бровей, ноздри слегка раздуты, губы плотно сжаты.

— В кафе? С Надей, — я откровенно не понимала к чему этот допрос.

Но кое-что узнала о себе: я его не боюсь. Робею, но не так, как перед чужим человеком. А еще, после объятий, перестала испытывать стыд за прошлую ночь.

Пока я размышляла, Гриша достал телефон и кому-то позвонил.

— Что у тебя? — спросил собеседника, при этом ко мне вплотную прижался, лицом в шею уткнулся, а рука чуть сильнее сжалась на шее.

— Шеф, девка к кафе с Надей сидела. Никого с ними не было. Только официант подходил, — доложил мужской голос в телефоне.

— За девку ответишь. Фицика мне этого, потом покажешь, — бросил Соколов и отключил вызов. Теснее меня к себе прижал, а я не знала куда деть руки, поэтому аккуратно обняла мужчину за талию.

— Не соврала, — прошептал Гриша. Слегка отодвинул волосы и поцеловал в шею, одобряя мою честность.

— Зачем тебе официант?

— Ответишь, где была утром? — вопросом на вопрос ответил мужчина.

Мне не хотелось отвечать, но я понимала, что Гриша если захочет, то узнает все сам.

— Дома.

— Почему не открыла? — хрипло спросил он.

— Боялась, — честно ответила ему.

Соколов на мгновение крепче сжал меня в объятиях, а потом его руки соскользнули с моего тела и мужчина отошел от меня.

— Ты не должна меня бояться, — горько сказа Гриша. Он запустил пальцы в волосы и еще больше их взлохматил. — Кто угодно, но только не ты. Тебя я никогда не обижу и другим не позволю.

Он выглядел расстроенным. Кажется, сейчас мужчина приоткрыл свою душу. Совсем чуть-чуть, но это уже что-то. Особенно для такого человека, как Григорий Соколов.

— Я тебя не боюсь. Ты же видишь это? — тихо ответила, обнимая себя за плечи. Без его объятий стало слишком холодно. — Мне было ужасно стыдно за вчерашнее. Я не из тех девушек, которые легко прыгают в постель к мужчине. Мне вообще с людьми сложно сходиться. А вчера такое… Сама тебя поцеловала. Вот и пряталась, потому что в глаза боялась посмотреть.

От того, что мне пришлось открыться чужому человеку, на глаза навернулись слезы. Мне хотелось спрятаться в самый дальний и темный угол кинотеатра. Чтобы никто не видел меня, никто не слышал, и никто не знал о моих переживаниях. Но Гришу расстроили мои слова, поэтому я просто обязана была ему все объяснить.

— Сможешь доказать? — спросил мужчина.

— Что?

— Докажи, что не боишься меня, — сказал, складывая руки на груди и отходя еще на пару шагов от меня.

— Как?

— Не знаю, — пожал он плечами. — Придумай что-нибудь.

Я закусила губу, осмотрела шикарную фигуру мужчины. Под моим взглядом его плечи напряглись.

Сделала медленный шаг в его сторону. И еще один. Гриша не шевелился. Стоял и смотрел, как я преодолеваю себя, свои комплексы. Знал ли он об этом? Сомневаюсь.

Когда подошла к Соколу совсем близко, аккуратно положила руки на его локти. Медленно заскользила по тугим мышцам к широким плечам. Встала на носочки, но так и не дотягивалась до него. Поэтому покрепче обняла его за шею и притянула к себе. Мужчина подчинился, а я оставила на щеке мимолетный поцелуй, потом в краешек губ. С каждой секундой его дыхание становилось тяжелее. Потом прижалась к его губам. Гриша не поддавался, не помогал. Я целовала его губы, прося открыть их для меня. Но мужчина оставался безучастным.

Мои руки опустились — в прямом и переносном смысле. А может я не так все поняла? Опустила голову, пряча выступившие слезы. Хотелось сказать «прости», но ком в горле мешал. Развернулась и пошла на выход из этой каморки.

Гриша резко развернул меня к себе и впился в мои губы обжигающим поцелуем. От его напора ноги подкосились. В следующее мгновение почувствовала спиной опору. Но я все равно обхватила шею мужчины, прижимаясь теснее.

Его руки заскользили по моему телу, пока не остановились на попе. Сокол сжал ее сильнее, вызывая у меня стон наслаждения. А потом приподнял, заставляя обхватить его торс ногами. Он оторвался от губ и стал покрывать мое лицо и шею поцелуями.

— Чертовка! Что же ты со мной делаешь? Одним касанием в бараний рог скручиваешь. А потом заставляешь рвать и метать от ревности. Это сумасшествие какое-то. Наваждение… — бормотал он между поцелуями.

Я гладила его тело и наслаждалась: голова, шея плечи, спина. Каждое прикосновение к нему заставляло искры из глаз лететь.

— Наваждение… — тихо согласилась с мужчиной.

Тишину каморки развеял звонок Гришиного телефона. Не отпуская меня, он ответил на вызов.

— Слушаю, — его голос было не узнать. Слишком хриплый и интимны.

Из-за шума в ушах я не смогла расслышать, что говорит собеседник.

— Понял, — ответил и сбросил вызов.

Гриша продолжал держать меня на руках. Смотрел в самую душу, а я не могла оторвать взгляд от него.

— Сонь, я не знаю, как нам быть? — сказал тихо мужчина. А я напряглась. Не очень хорошее начало. — Ты ведь знаешь кто я? Чем занимаюсь?

Я кивнула. Конечно знала. И так же знала, что по его приказу сделали с Марком. А еще знала, как сильно сестра, его за это ненавидит.

— Я не могу предложить тебе простых отношений. Не смогу сводить тебя в ресторан или в кино. Понимаешь? Пока я не решу свои проблемы, нельзя чтобы кто-то узнал о тебе… Но и отказаться не могу. Может и хотел бы… Хотя так и следует поступить, но не могу.

— Моя семья тоже не одобрит наши отношения, — тихо призналась ему. — Что же нам делать?

— Ты бы согласилась… Смогла бы, чтобы наши отношения были тайными? Знаю, это звучит ужасно, и ты не заслуживаешь такого.

Я задумалась. Что выбрать: тайные встречи с Гришей или ненавистное одиночество?

— Давай попробуем… Тайно, — последнее прошептала еле слышно.

— Ты понимаешь, что такие отношения могут затянуться? Я не знаю, сколько мне понадобиться времени, чтобы все уладить. Месяц, два, полгода… Ты сможешь так? Если не уверена, лучше сейчас откажись. Потому что потом я тебя уже просто не смогу отпустить, — он сделал глубокий вдох. — Да кого я обманываю. Я уже не могу тебя отпустить. Как засела в голове с первой встречи, так и не отпускаешь.

Обняла его крепко и в шею уткнулась, чтобы не показать, как сильно меня тронули его слова.

— Давай попробуем, — шепнула на ушко. — Я буду ждать столько, сколько понадобиться.

«Только бы ты спас меня от одиночества» — подумала, но вслух не сказала.

— Тебе пора идти, — сказал Гриша, опуская меня пол. — Надя начинает переживать, что тебя долго нет.

Он крепко обнял меня, а я прижалась в ответ к этому сильному мужчине.

— Я позвоню тебе, — сказал он мне в макушку. — Иди, а то застрянем тут еще на несколько часов.

Встала на носочки и поцеловала Гришу в губы.

— Буду ждать.

Быстро выскочив из каморки, перевела дыхание и пошла в сторону кинозала.

— Откуда у тебя этот синяк? — спросила племяшка, когда мы были уже дома. Девочка поедала любимый пирог и рассматривала меня.

— Какой синяк? — удивленно переспросила ее.

— Вот здесь. На шее, — она указала в район своей ключицы. — У мамы однажды тоже такой был. Она сказала, что ударилась, когда в кладовке убирала. Ты тоже ударилась?

Встала и прошла в ванную. Когда мы пришли из кино, я быстро помыла руки и побежала переодеваться. Даже в зеркало не посмотрела.

Сейчас понимаю, о каком синяке она говорила. Всю шею покрывали мелкие отметены, но они не бросались в глаза. А вот тот, что чуть выше ключицы, был слишком яркий и заметный.

Что там Надя сказала? Что у мамы тоже такой был? Ну-ну! Ударилась она, как же.

Гриша так и не позвонил. Но писал много сообщений. А мне очень хотелось услышать его голос. Но лежа в кровати, я все равно радовалась каждой весточке от него.

В кинотеатре он так и не сказал, что собирался сделать с официантом. А я и не вспомнила. Пришлось сейчас выпытывать. Соколов не признавался. Но я была настойчива. Тогда он попросил прислать фотографию, во что я сейчас одета.

Ночь на дворе и он прекрасно знал, что я лежу в кровати.

Подошла к большому зеркалу, направила телефон и сделала несколько снимков. Короткие пижамные шортики и майка, показались слишком откровенными. Выбрала лучшее фото и быстро нажала «отправить».

Сообщение было прочитано. А потом пришел ответ. Наверное, я покраснела от макушки до самых пяточек.

Гриша прислал фотографию. На снимке было видно только то, что находилось ниже пояса. Он сидел в кресле, ноги уходили под стол, а в самом центре снимка — ширинка… С большим и очень заметным бугром.

Я нервно сглотнула и прикрыла глаза. Прав оказался Гриша — это какое-то наваждение.

Мы еще немного переписывались, а потом я уснула, так и не прочитав очередное «входящее».

Утром Надя попросилась в парк, который находился не далеко от нашего дома. Пока тепло, там работали аттракционы. Но с наступлением холодов «царство веселья» закрывалось.

Позавтракав, мы решили пройтись пешком. Погода была отличная. Поэтому в парке оказалось очень много народа.

Надя резвилась, как могла. Кажется, она испробовала все аттракционы, подходящие ее возрасту. А некоторые — дважды.

— Девушки, хотите проверить, насколько вы храбрые? — к нам подошел парень лет шестнадцати. — Приглашаем в комнату страха, — и протянул нам листовку.

— Мне кажется, это не лучшее развлечение для детей, — с сомнением приняла брошюру.

— Она для детей. Там нет ничего такого. Приходите, — он улыбнулся и пошел дальше.

— Сонь, ну давай зайдем. Это же так интересно.

— Надюш, мне мама потом голову оторвет за это.

— А мы ей ничего не скажем, — заискивающе сказала девочка. — Это же так классно. Я вот ничего не боюсь! Ну давай зайдем? Ну пожалуйста.

Надя продолжала упрашивать и я сдалась.

Комната страха находилась дальше от остальных аттракционов. Наверное, поэтому они запустили промоутера.

В комнате страха было темно. Только в углах была разноцветная подсветка. Это скорее напоминало музей ужасов. Со стен свисали пауки, в углах стояли фигуры монстров, проходы закрывали муляжи паутины.

Вот за один такой муляж Надя зацепилась сережкой. Мы остановились. Я присела перед ней на корточки и аккуратно начала распутывать.

В следующее мгновение почувствовала сильный удар по голове, а дальше темнота.

«Мелкая чертовка» — с восхищение подумал, отключая будильник и рассматривая заставку телефона.

О да, чертовка моя вчера удивила. Никак не ожидал, что скинет фотку. Думал, испугается.

А тут сидим с «коллегами по цеху», обсуждаем организацию ближайших гонок и тут на тебе — фоточка. Чуть ширинку не порвал.

До сих пор поверить не могу, что она согласилась на тайные отношения.

Бабам же, что надо? Цветы, рестораны, цацки всякие и мужиком своим хвастаться перед подругами.

А эта согласилась!

Хотя понять можно причину. Представляю, что будет, если Савина узнает про нас. Даже если узнает, пусть только попробует что-то вякнуть на Соню. Можно было бы грохнуть или разорить — да Надю жалко. А вот нервы потрепать запросто.

Вчера долго обсуждали предстоящие гонки. Желающих набралось не мало. Пришлось даже отсеивать. Естественно профи взяли, а вот обезумевших на адреналине мажоров, пришлось сортировать. Решали, кому приплатить, чтобы мероприятию не мешали.

Мужики потом в «загородный дом» поехали. Моему отказу удивились, но настаивать не стали — дамы ждали.

А я теперь мужик не свободный. Даже смешно, как-то.

Заварил себе кофе и налепил бутербродов.

Вспомнил Софийкин пирог — чуть слюной не захлебнулся. Умеет все-таки девчонка готовить. Надеюсь, вскоре попробую и другую ее стряпню. И только…

Фантазия тут же разбушевалась. Как мы могли бы вчера хорошо провести время в каморке кинотеатра. Штаны бы с нее снял, на руки подхватил и к стене прижал. Или даже штаны не снимал, а приспустил, к стенке бы ее развернул, волосы на кулак… Ох и насадил бы себя.

Бутерброд встал в горле, а член в шортах. Сделал пару глотков кофе и пошел холодный душ принимать.

Ледяная вода успокоила тело, но не фантазии. Ну и на том спасибо. Фантазии мы с Сонькой воплотим и желательно в ближайшее время.

Когда выходил из душа, услышал звонок телефона. Не вытираясь, завязал полотенце на бедрах и пошел в комнату. Звонила моя чертовка. В последний момент успел принять вызов:

— Привет, чертовка, — с улыбкой ответил ей.

— Гриш, — тихий голос и всхлипывания насторожили. — Гриш! — снова повторила она.

— Сонечка, что случилось? — от ее слез, во мне просыпалась жажда убивать.

— Гриш, Надя пропала! — совсем расплакалась она.

— Сонечка, ты где? — спокойно спросил ее, но она продолжала рыдать. — Соня! Соберись! — рявкнул на нее, а тошно стало мне. — Ты где?

— В парке около моего дома. Возле комнаты страха.

— Жди там, я сейчас приеду.

Наспех вытерся, надел первые попавшиеся шмотки и вылетел из квартиры.

Пока гнал машину, прикидывал, куда мелкая могла спрятаться. Она уже однажды устроила такие игры. Джафаров всех своих людей на уши поднял. Девочку по всей области искали. А она все это время в конюшне сидела. Ей, ведите ли, показалось, что ее никто не любит и никому она не нужна.

Вот и сейчас, я подозревал, что это очередные прятки.

В парке было много народа. У некоторых аттракционов собирались очереди желающих. Но мне не было до них дела.

Я пересекал толпу, выискивая нужный павильон. Комната страха была самым последним развлекательным пунктом в парке. Сони нигде видно не было.

Достал телефон и набрал девушку.

— Да, Гриш, — сипло ответила Соня.

— Ты где?

— За павильоном, — тихо ответила она.

— А чего прячешься?

— Там народа много.

Стоило мне повернуть за угол — увидел Соню. Она сидела на большом бревне, обхватив себя руками.

— Соня! — окликнул ее.

Она подскочила и пошла ко мне, но уже не так резво. Крепко прижалась и заплакала.

Обнял ее в ответ — пусть поплачет. А потом уже спокойно все расскажет.

Погладил спину, плечи, голову… Почувствовал влагу на пальцах.

— Это что за херня? — прорычал, рассматривая кровь на пальцах.

Сквозь всхлипы, Соня рассказала, что произошло.

«Уроды, бл*ядь. Найду — в асфальт закатаю»

— Меня посетители нашли. Нади нигде не было, и никто ее не видел. Предложили скорую вызвать, но я отказалась и сразу тебе позвонила. А когда в сумку за телефоном полезла — нашла вот это.

Соня отстранилась и достала детские часы Нади, по которым с ней можно было связаться и отследить, где она находиться. А еще лист бумаги, на котором напечатано:

«Ваш ребенок у нас. Миллион долларов или будете собирать девчонку частями. С вами свяжутся.»

— Бл*дь, как в дешевом блокбастере, — сказал, пряча записку в карман.

— Гриш, что делать? Где я такие деньги возьму? Квартиру-то я продам. Но и этого не хватит. Да и на продажу время надо, — затараторила Соня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Спокойно. Сейчас кое-куда прокатимся, — взял ее за руку и повел обходными тропинками, на выход из парка.

— Куда мы? — тихо спросила она, когда мы отъехали от парка.

— Помнишь, мы говорили о том кто я и чем занимаюсь? — решил зайти из далека. Но и ответ на этот вопрос меня интересовал. — Почему ты так спокойно это приняла? Учитывая нашу историю с Савиным.

Соня долго молчала, я следил за дорогой и не торопил ее.

— Я считаю, что мы становимся теми, кто мы есть по собственному выбору. Но выбор этот, нас заставляет делать случай. Или ситуация в которой мы оказались. Человек, у которого есть жилье и хорошо оплачиваемая работа не пойдет на воровство. Ему просто это не надо.

— Интересная теория. А как же клептоманы?

— Тут проблемы с психикой, — пожала она плечами.

Нашу беседу прервал звонок моего телефона.

— Да, Андрюх, — принимая вызов, ответил помощнику.

— У нас проблемы, — если друг не многословен — значит случился пи*дец.

— Что-то с тачками? — спросил, поглядывая на реакцию Сони.

— Нет. Приезжай, поговорим.

— Уже еду. Собери айтишников, пусть Надю отследят.

— Лады, — ответил Андрей и отключился.

— Сонь, — обратился к девушке, когда мы подъезжали на место.

Всю дорогу она молчала. Пытался ее разговорить, но не особо получалось, а потом я от нее отстал. Она боится за Надю. Места себе не находит.

Я бы тоже очковал, если бы не был готов к такой ситуации.

Она повернула ко мне голову — столько страха и отчаяния было в ее глазах. Это не те эмоции, которые должны быть на этом личике.

— Сонь, — я не знал, как ей сказать, чтобы не напугать. — Мы почти приехали в одно место… Чтобы ты там не увидела, знай — тебя никто не тронет.

— Ты меня сейчас еще больше напугал, — тихо сказала она.

Ну да, я не мастер подбирать слова.

— Прости, — погладил ее по щеке. — Просто хотел тебя предупредить, что люди, которых мы там встретим— это те, кто они есть по воле случая. Понимаешь?

— Твои подчиненные?

— Назовем их так, — согласился с ее выводом. — Никто не знает, что ты моя. И пока я не могу этого афишировать. Но никто тебя не тронет — обещаю.

Она прижалась к моей руке и сама потерлась об нее, словно ласковая кошечка.

— Я верю тебе, — тихо ответила она.

Она имела ввиду, не только мои слова о том, что со мной будет в безопасности, но и ситуацию с Надей.

Притянул ее к себе и нежно прикоснулся к ее губам. Постепенно поцелуй начал набирать обороты. Соня вцепилась в мои плечи.

Дотянулся до рычага и отодвинул сиденье назад. Обхватил малышку за талию и перетянул к себе на колени.

Она зарылась пальцами в мои волосы, а я целовал ее сладкие губы, водил руками по шикарной фигуре. Схватил за бедра и подтянул ближе к ширинке. Пусть знает, как влияет на меня.

Соня застонала мне в рот и сама поерзала на моих бедрах. А мне до ломоты в теле, захотелось почувствовать какая она мокрая.

Не прекращая целовать, снял с нее кофту, под которой была футболка.

Опустился поцелуями на шею, ключицу… Соня выгнула спину, поощряя мои действия. Начал медленно поднимать края одежды, ожидая протеста.

Но его не последовала. Малышка отстранилась и глядя мне в глаза, подняла руки.

Стянул с нее футболку и охренел от вида.

Дрожащими руками с трудом расстегнул лифчик, снял и кинул его на соседнее сиденье.

— Ёп…, — не смог сдержать мата. Это бл*дь произведения искусства.

Губами накрыл затвердевший сосок. Соня застонала и прогнулась в спине, давая мне больше простора для действий.

Целовал, покусывал и лизал ее грудь — кайфовал.

Одну руку опустил на ее бедро и медленно провел вверх, задирая юбку.

Через трусики накрыл ее киску. Черт, она насквозь промокла.

Отодвинул тканевую преграду и погладил клитор.

— Гриша…, — громко простонала она.

Член в штанах готов был разорваться от напряжения.

Поглаживал клитор, целовал желанное тело — доводил ее до исступления. А сам загибался. Хотел ее до искр перед глазами. Но терпел.

Соня прогнулась и затряслась. Поглаживал ее по спине, пока она, уткнувшись мне в шею, восстанавливала дыхание.

Себя еле сдерживал, чтоб не трахнуть ее. Я конечно мудак, но не хотел пользоваться ситуацией.

— Ты как? — тихо шепнул ей в макушку.

Она меня крепче обняла, но ничего не ответила.

Что я творю?

Я самый ужасный человек в мире.

От самой себя противно.

Надя неизвестно где? Что с ней делают? Обижают? Делают больно?

Мысли одна за другой атакуют голову. Не дают покоя.

Надо позвонить Васе и сказать, что их дочь украли. Сообщить в полицию. Не знаю как, но надо действовать!

А что делаю я?

С мужиком развлекаюсь.

Ужасный человек. Гореть мне в аду.

Но, если быть откровенной перед собой, мне стало легче.

На мгновения я позволила себе уйти от реальности. Словно кроме меня, Гриши и этой машины — ничего не существует.

Так хотелось забыться… Что даже позволила малознакомому человеку вытворять со мной такие непристойности.

Мы с Гришей знакомы-то всего несколько дней. А уже что-то вроде пары. Только сейчас поняла, как быстро все закрутилось. Мы не знаем друг друга. Так, только общие факты. Он — бандит, но мне даже неизвестно чем именно он занимается. Я ничего не знаю о его вкусах. Какие фильмы любит? Любит зиму или лето? Он сова или жаворонок?

Ничего из его личной биографии.

А уже разделась перед ним.

Слезы выступили на глазах.

Меня качало из крайности в крайность. То яркий оргазм, то стыд, за сою доступность.

— Эй-эй! Ты чего? — Гриша с волнением посмотрел на меня. — Почему глаза на мокром месте? Неужели все было настолько ужасно?

Я прикрыла наготу руками. Возбуждение прошло, и сейчас было неловко сидеть на его коленях, да еще и голой.

— Нет, что ты. Это было потрясающе, — опустив глаза, тихо призналась ему. — Я самый ужасный человек, — прикрыла лицо ладонями, а локтями продолжала прятать грудь. — Надюшку похитили. Маленькая девочка в опасности… А что делаю я?

— А ты немного отвлеклась. Дала своей нервной системе передышку.

Гриша погладил мои плечи и притянул к себе. А потом накинул на меня кофту.

— Соф, то, что Надя наследница огромного состояния знают многие. Я догадывался, что рано или поздно что-то подобное произойдет. Поэтому Надя и носила детские Smart часы. Но они, больше на случай если она потеряется, рассчитаны. А еще никто кроме меня, Джафарова и проверенного программиста не знает, что в ее кулоне есть маячок, по которому можно определить координаты ее местонахождения.

— Так вот почему цепочка без замочка.

— Да. Джафаров приглашал ювелира, и он прям на Наде, подогнал и запаял цепочку. Пришлось дать ей снотворного, чтобы случайно не проснулась. Но так его точно не потеряет и в душе не забудет.

Грише на телефон пришло уведомление, и он потянулся за гаджетом.

— Это значит, что скоро мы сможем ее найти?

— Даже быстрее, чем ты думаешь, — ласково улыбнулся мужчина и повернул ко мне экран телефона.

«Мы ее нашли», — гласило сообщение от абонента «Андрюха».

Я облегченно выдохнула и крепко обняла мужчину.

— Надо ехать, — шепнул мне Соколов и помог пересесть на пассажирское сидение. Затем привела себя в порядок и машина начала движение.

Мы проехали метров пятьсот, как неожиданно с правой стороны дороги, лес закончился. Еще минут пять мы ехали вдоль высокого бетонного забора, пока не подъехали к воротам, которые тут же открылись.

Гриша молчал, а я старалась рассмотреть территорию.

Вот только не могла понять, что мне это напоминает: военную базу или бывший детский лагерь.

Словно мы приехали в небольшой закрытый городок.

Только жители выглядели сомнительно. А еще было много мотоциклов и машин, преимущественно черных. На территории было несколько длинных двухэтажных зданий. Что было за ними, я не смогла рассмотреть.

— Сонь, помнишь, о чем мы с тобой говорили? — Гриша остановил машину и повернулся ко мне. Я кивнула. — Я рассчитывал, что мы здесь подождем, пока ребята отследят Надю, а потом я тебя домой завезу. Но так как нам пришлось задержаться в дороге… В общем. Сейчас мы поедем за Надей, и тебе придется поехать с нами. Потом вас домой отвезем.

Он сжал мою руку, а потом погладил пальчики.

— Когда мы выйдем из машины, я не буду проявлять чувств к тебе, — продолжил Гриша. — Прошу, не бери это на свой счет. Но даже на расстоянии, я буду присматривать за тобой.

— Я понимаю, Гриш, — ответила, сжимая его руку в ответ.

— Понимает она, — буркнул он, отворачиваясь, но руку не отпустил. — Зато все остальные мужики понимать не будут.

— Гриш, я буду вести себя хорошо. Да и пробудем мы тут не долго.

Он кивнул, в последний раз сжал мою руку и вышел из машины. Я последовала его примеру.

Мы направились в сторону одного из зданий. Гриша шел в метре от меня. И сейчас его было не узнать. Словно из машины вышел совсем другой человек — сильный, опасный, агрессивный. От него так и веяло властью.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Войдя в дом, я немного замедлилась. Просто не ожидала увидеть в большом холле человек пятнадцать вооруженных мужчин.

Гриша остановился, обвел взглядом толпу.

— Где Борзый? — хмуро спросил он.

— Да здесь я, — раздался откуда-то ленивый мужской голос. — Опа-на, добрейший вечерок, мадемуазель!

Я не стала даже поворачиваться в его сторону. Так и стояла глядя в спину Сокола.

— Борзый! — грозно окликнул его Гриша. — Что у тебя?

— Эх вот так всегда, — запричитал парень. — Никакой личной жизни.

— Я тебе сейчас такую личную жизнь устрою… К Димону пойдешь. Кстати где он?

— Димон! — окрикнул кого-то один из мужчин.

Раздались торопливые шаги. Я скосила глаза Борзого, который стоял в паре метров от меня.

Но он уже потерял ко всем интерес и что-то активно вводил в планшет.

Толпа расступилась, и в холл вошел парень.

— Дима? — уж кого, а одногруппника я тут никак не ожидала встретить.

— Соня? — парень запнулся и во все глаза смотрел на меня. А потом с опаской перевел взгляд на Сокола.

Я тоже зачем-то решила посмотреть на мужчину. Он повернул голову и с угрозой смотрел на меня. Но я точно знала, что угроза эта для Димы.

Как сказать взглядом мужчине: «Это не то, что ты подумал. Это знакомый. И вообще, давай дома поговорим»?

Вот и я не знала. Стояла и глазами хлопала.

— Ты все подготовил? — прорычал Сокол, поворачиваясь к Диме. Он сделал шаг к парню, а руки сжались в кулаки, что вены на руках выступили.

— Да.

— Приду, проверю, — прорычал Гриша. И прозвучало это, как чистая угроза. — Борзый! Сюда иди!

Дима переводил испуганный взгляд с меня на Гришу и обратно. Но так ничего не сказав, развернулся и ушел.

Борзый подошел к Соколу, и начал что-то ему объяснять, указывая на экран планшета.

Собравшиеся мужчины смотрели на меня по разному: кто-то пренебрежительно, кто-то равнодушно. Но в основном ловила на себе похотливые взгляды. Это было мерзко, но я не подавала виду.

— Понял, — сказал Гриша Борзому. — Мужикам объяснил?

— Обижаешь, — ехидно протянул парень. Кажется, я понимаю, почему его называют Борзым.

— Тогда на выход, — рявкнул Гриша собравшимся. А потом повернулся ко мне. — Со мной поедешь, — прорычал, глядя мне в глаза.

Я только и могла, что кивнуть.

Мы с Гришей, Борзым и еще одним мужчиной сели в большой черный внедорожник. Когда выехали за территорию, я заметила, что за нами ехала целая колонна: 4 внедорожника и один небольшой фургон. Естественно все были черные.

В голове зазвучала песня из сериала «Бригада», а по телу побежали мурашки. Но не от страха, а скорее от предвкушения чего-то волнительного и опасного.

Ехали мы, примерно, пару часов. Пока не остановились около небольшого обветшалого дома с покосившимся забором.

Гриша строго посмотрел на меня и вышел из машины. У калитки его ждали еще пять человек.

— А остальные не пойдут? — рискнула спросить Борзого.

— Сорян, куколка, — ответил он, не глядя на меня. — Нам запрещено с тобой разговаривать, смотреть и даже дышать в твою сторону.

Больше парень ничего не сказал. Водитель тоже оставался нем, как рыба.

А я облокотилась на спинку, скрестила руки на груди и гипнотизировала дом.

Ждали мы долго. Я все это время не находила себе места. Хотелось выскочить из машины и пойти проверить все ли там хорошо.

Но вскоре дверь дома открылась и оттуда вышли Гриша с Надюшей. Девочка была грустная, но шла самостоятельно и держалась за руку мужчины.

Соколов помог Наде залезть в машину. Потом открыл дверь водителя и кивнул ему. Без слов мужчина понял и освободил место.

Я крепко обняла девочку. Прижала к себе со всех сил. Посмотрела в зеркало заднего вида и встретилась взглядом с Гришей.

Беззвучно сказала ему: «Спасибо». Мужчина моргнул и машина начала движение.

Утро понедельника было суматошным. Мы с Надюшей проспали. Не много, но учитывая пробки, рисковали опоздать в школу.

Вчера Гриша подвез нас домой, попрощался с Надей и уехал.

Я была проигнорирована.

Конечно, внутри неприятно кольнуло, но я отгоняла эти мысли. Уверена, не будь рядом Нади и Борзого, наше прощание было бы совсем другим.

Весь вечер Гриша молчал. Вызов сбросил, а единственное отправленное мной сообщение, осталось без ответа.

После пережитого стресса, мне было необходимо сильное мужское плечо.

Но я сама подписалась на такие отношения.

Вечер мы провели за просмотром мультфильмов и поеданием вкусняшек. Я лакомилась мороженым, а Надя — любимым пирогом.

Я не знала, как племянница отреагирует, если начну ее расспрашивать о сегодняшней ситуации. Но девочка меня удивила. Она сама начала рассказывать.

— Я не видела, чтобы за нами кто-то шел. Даже не видела, как тебя ударили. Засмотрелась на зомби, а потом ты упала. Тогда мне подсунули в лицо тряпку и все. Проснулась я уже в том доме. Меня на кровать положили, а к ноге привязали веревку. У меня не получалось ее развязать.

Оказывается, в похищении Нади участвовало три человека. Они с ней не разговаривали. Кормили, но она не хотела принимать еду от посторонних. К ней почти не заходили, но она слышала, как в соседней комнате ругались мужчины.

По ее рассказу, большим потрясением оказалось, что она не знала где находится и то что нужду надо было справлять в ведро.

Все это такие мелочи, по сравнению с тем, что с ней могли сделать в плену. Так что, со временем она все забудет. А еще мы договорились, что ничего не скажем Васе. Знаю, плохо учить врать родителям, но я не видела другого выхода.

Поэтому оставив все воспоминания в прошлом, понедельник мы начали с чистого листа.

Отвезла Надю в школу, а потом поехала в университет.

Весь день Гриша молчал, а я не решалась ему писать. Не хотела ему навязываться.

Может это вчерашний день на меня так повлиял. Но мне не хватало его присутствия.

Это даже странно, насколько быстро я стала в нем нуждаться.

А вот с группой, не смотря на совместное посещение клуба, отношения остались те же.

В середине последней пары, почувствовала вибрацию телефона. В душе загорелся огонек надежды, что это от Гриши.

Но нет. Сообщение было от начальника.

Не так давно, наша фирма заключила договора о сотрудничестве с несколькими зарубежными и нашими издательствами. Мы стали связывающим звеном между ними. Переводили документы, книги, а еще были переводчиками на личных встречах.

Раньше я занималась переводом документов. А теперь появилась прекрасная возможность от этого избавится. Поэтому одна из первых попросилась в штат отдела перевода литературы.

Благодаря работе, мне было чем заняться вечером.

Квартира встретила тишиной.

Но на этот раз я не бежала включать телевизор.

Стояла и слушала.

"У нас тайные отношения. Я не должна ему звонить. Ничего не изменилось, кроме того, что возможно иногда мои вечера будут проходить в компании мужчины."

Звучит ужасно. Я словно любовница, которая ждет, когда мужчине удастся ускользнуть от жены в "командировку".

— Я должна отпустить ситуацию, — уверяла себя, стоя в прихожей.

Но это не помогало.

Весь вечер провела у компьютера. Вначале сделала задания в университет, а потом принялась за работу.

Перед сном опять проверила телефон. Ничего…

Разбудил меня звонок входной двери.

Часы показывали три часа ночи.

И кто мог прийти в такое время?

Тихонько встала с кровати и на носочках пошла в коридор.

Звонок не прекращался. Кто-то просто зажал его и не отпускал.

Выключила в коридоре свет и посмотрела в глазок.

И тут же открыла дверь неожиданному гостю.

Но Соколов не шевелился. Так и стоял, облокотившись на стену, и нажимал на звонок.

Аккуратно убрала его руку и наконец-то наступила долгожданная тишина.

Гриша приоткрыл один глаз, улыбнулся и вошел в квартиру.

— Привет, — растерянно сказала, глядя, как мужчина снимает куртку, а потом и обувь. — А ты чего здесь?

— Ответить на сообщение пришел. Так что, привет. — с улыбкой сказал мужчина. — Где у тебя спальня?

— Что, вот так, сразу? — рассмеялась с его прямолинейности.

— Я вообще-то спать пришел, — с хитрой усмешкой ответил Гриша. — Но мне твоя идея больше нравится. Шучу. Спать хочу, пи*дец как.

— А почему сообщением не ответил? — спросила, прижимаясь к нему и уводя в мою комнату.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— А нет у меня пока телефона.

— Как нет?

Сомневаюсь, что кто-то осмелился бы что-то украсть у Сокола.

— А вот так, — снимая футболку, ответил Гриша. — Он случайно упал на стену и разбился.

Гриша положил футболку на стул и начал расстегивать штаны.

Ох, кажется, я зависла. Почувствовала, как горит лицо, но взгляд от мужчины отвести не могла. А он уже стоял в одних боксерах, руки на бедра положил и ехидно улыбался.

— Нравится?

Кивнула соглашаясь.

Мужчина медленно подошел ко мне и подхватил на руки.

— Я бы с радостью, малышка, воплотил в реальность все твои фантазии, но сейчас спать.

Он положил меня на кровать и сам лег рядом. Укрыл нас одеялом и к себе ближе прижал.

— Сладких снов, — поцеловал меня в губы и закрыл глаза. А через несколько минут его дыхание стало размеренным, и я поняла, что мужчина уснул.

Сумасшедший дом. Он вот так просто пришел, разделся и лег спать. Нет, я конечно рада, но это слегка дезориентирует.

Потом я им любовалась. В итоге сама не заметила, как уснула.

Утром проснулась раньше Гриши. Снова полюбовалась спящим мужчиной и отправилась в душ. Потом на кухню. Хотелось порадовать его вкусным завтраком.

Когда на стол был почти накрыт, в кухню вошел Гриша. Он так и не оделся. От его обнаженного вида, руки затряслись, и я чуть не ошпарила кипятком руку. Поставила чайник на плиту, подальше… От несчастного случая.

— Доброе утро, малышка, — сказал он, прижимаясь ко мне со спины. Поцеловал в шею и погладил животик.

По всему телу побежали мурашки, а внизу живота почувствовала приятное томление.

— Доброе, — хрипло ответила ему.

— Как все вкусно, — промурлыкал мне в шею, а потом и прикусил. — Давай завтракать. Я голодный, как собака.

Закончив накрывать на стол, хотела сесть рядом с Гришей. Но мужчина не позволил. Перехватил и усадил к себе на колени.

Это было самое замечательное утро в моей жизни.

Мы кормили друг друга, много общались и шутили.

— Так что все-таки случилось с твоим телефоном?

— Психанул, — пожал он плечами.

— Почему?

— Одногруппник твой выбесил.

Я смотрела на него, ожидая продолжения. Что такого мог сделать Дима?

— Он целый день может проводить с тобой, не скрываясь, — недовольно ответил Гриша. — А я позавчера на тебя даже посмотреть не мог. Вот и психанул.

Я не знала, что на это ответить. Просто обняла мужчину покрепче.

— Пойду одеваться, — сказала спустя какое-то время.

В комнате первым делом проверила сумку. Собираю ее всегда с вечера, но вдруг что-то забыла. Из шкафа достала вещи.

Надела штаны, а кофту пришлось выворачивать. Почему-то после стирки сложила ее наизнанку.

В отражении зеркала увидела, как медленно открывается дверь. А потом в комнату входит Гриша. Его взгляд останавливается на мне.

Не спеша подходит, и обнимает меня сзади. Руки кладет на живот, медленно поглаживает, едва касаясь лифчика.

Мне бы застесняться, отвернуться, прикрыться… Но я, как завороженная стояла и наблюдала за его действиями. Его смуглая кожа слишком выразительно выглядела на фоне моей бледной.

Повернулась в его руках, обняла за шею и сама потянулась за поцелуем.

Едва мои губы коснулись его, Гриша перехватил инициативу и тут же усилил напор. Пальцами зарылся в волосы. А потом не прекращая целовать его руки начали поглаживать все мое тело: шею, плечи, спину, грудь, талию, попу. Его руки были везде.

Я плавилась и сама отвечала тем же. Спиной почувствовала прохладу и открыла глаза.

Гриша положил меня на кровать, смотрел голодным взглядом. А потом прорычал что-то и набросился целовать шею, а руки ласкали бедра. Ногами обхватила его талию и к себе прижала. Мне хотелось чувствовать его ближе.

Когда он слегка прикусил сосок, меня словно током ударило. Спину выгнула, крепче его голову к себе прижала…

— Сонька! Ау! Ты где? — сквозь туман послышался голос Василисы.

Мы с Гришей замерли, испуганно глядя друг на друга.

— Надька забыла рабочую тетрадь по внеклассным занятиям, — доносился голос сестры из коридора. — Сказала, что оставила в маленькой комнате на столе. Глянь у себя, пожалуйста. Я пока в своей посмотрю.

Мы с Гришей синхронно повернули голову. На краю стола лежала та самая тетрадь.

Гриша выругался и встал с кровати. Следом подскочила и я.

Паника начинала накрывать. Черт, что же делать?

Подбежала к шкафу и открыла дверцу.

— В шкаф? — собирая вещи, спросил Гриша. — Сонь ты прикалываешься?

— Гриш, пожалуйста, — даже в умоляющем жесте руки сложила.

Соколов ворчал, но послушно втиснулся в шкаф.

— А тебе лучше что-то надеть, — сказал он и прикрылся платьями.

Закрыла дверцу и посмотрела на себя в зеркало. Быстро надела первую попавшуюся водолазку, пряча появляющиеся засосы.

В этот момент в комнату вошла Вася.

«Успели!» — билась в голове единственная мысль.

Нервно улыбнулась сестре.

— Да, она здесь, — подошла к столу, взяла тетрадь и протянула ее Василисе.

Взгляд упал на стул, на котором минуту назад лежали вещи Гриши.

Адреналин подскочил. Сердце застучало, как сумасшедшее.

Если сестра сейчас повернется — быть беде.

Потому что около стула лежал мужской носок.

— Ты чего? — спросила меня Василиса.

— А? — перевела на нее взгляд.

И до меня дошло, что я замерла, смотря на носок.

— Как съездили? — невинно поинтересовалась у Савиной, уводя ее в коридор.

— Хорошо… Ой, а это что? — она остановилась у самой двери и пальцем указала на предмет мужского гардероба.

— Где? — решила, если и претворяться идиоткой, то до конца.

— Вот это, — она подняла Гришин носок и посмотрела на меня.

— Это? — пожала плечами. — Так это соседа.

— Соседа?

— Да. На балконе нашла.

Страшно врать сестре. Даже руки задрожали.

— Так, у соседа над тобой нет сушилки на балконе, — все-таки вспомнила Василиса. Ей надо было не бизнесом заниматься, а в КГБ работать. Она там лучшим работником месяца была бы.

— Ну, значит соседа, что через этаж от нас.

— Там Лидия Марковна живет. Одна. Откуда у нее мужской носок? — продолжала допрашивать Василиса.

— Может сын или внук приехал, — от волнения у меня начали сдавать нервы. — Не знаю! Лежал и лежал. Потом занесу.

Василиса положила злополучный носок на стул и вышла в коридор.

— У тебя ведь еще есть время до пар? Угости кофейком, пожалуйста. Ужасно спать хочу, — сказала сестра, поворачивая в кухню.

«Ну ёпрст… Там же посуда с завтрака осталась»

И почему родственники приходят именно тогда, когда их совсем не ждешь?

Сестра вошла в кухню, посмотрела в раковину, а потом вопросительно на меня.

Оказалось, что Гриша убрал посуду со стола в раковину, но не помыл. И теперь на нескольких тарелках, выразительно лежали две чашки: моя и гостевая.

— В университете много задали, потом по работе пришлось переводить. Вот и ела… — оправдывалась, как могла.

Заварила сестре кофе, а сама напротив села.

— Так как вы съездили? — решила ее отвлечь пустой болтовней.

Василиса удивленно бровь подняла, но так ничего не сказала… А я чувствовала себя ребенком, который напроказничал и пытается уйти от наказания.

— Плодотворно съездили, — сестра начала рассказывать о командировке, а я облегченно выдохнула.

До того момента пока в коридоре не показался Гриша. К счастью, Вася сидела спиной и не видела ночного гостя.

Он передвигался плавно и бесшумно.

— Ты чего? — спросила сестра и повернулась.

Еще чуть-чуть и у меня сердце остановиться. Но в последний момент Гриша успел отойти и Василиса его не заметила. — Ты так глаза выпучила, словно призрака увидела.

— Просто вспомнила, что завтра семинар по сложному предмету, а я не готова.

Гриша опять появился в дверном проеме и начал показывать на футболку и носки. Который, кстати был один. Видимо второй мне для алиби оставил.

Соколов продолжал жестикулировать. Я смотрела на него, пока до меня не дошло. Он не знает, куда я убрала его куртку и обувь.

И очень хорошо, что я это сделала, потому что если носок еще можно объяснить. То наличие мужской обуви и куртки — точно нет.

— Вась, а хочешь печенье? — перебила сестру на полуслове. — Вчера купила и в ШКАФ положила, — встала из-за стола и подошла к кухонному гарнитуру, где всегда сладости хранились.

Надеюсь, Гриша поймет мой намек.

В кухонном шкафчике оказалось только обычное галетное печенье. Достала пачку и предложила сестре.

— Нет, спасибо. Так вот…

Василиса продолжила рассказывать о поездке. А я наконец-то смогла расслабиться.

Все эти шпионские игры не для меня.

— Сонь, ты же помнишь, что в субботу у Нади день рождение?

— Конечно, — уверенно соврала. Потому, что со всеми этими страстями, я совсем об этом забыла.

— Поможешь с организацией? Первый день рождение в новой семье… Это так волнительно.

— Конечно помогу, — обняла сестру. — Что Надюшка хочет в подарок?

— Единорога, — рассмеялась Василиса, освобождаясь от объятий.

Мы еще немного обсудили предстоящий праздник. Хорошо, что Гриша сумел уйти, а то пришлось бы ему все это время в засаде.

Но сестра права. Этот Надюшкин день рожденье следует организовать на высшем уровне. Прошлый — она встречала со своим дедушкой. А этот в приемной семье. Да и отвлечет ее праздник от последних событий.

— Кстати, — сказала Василиса, стоя в прихожей. — Я когда к тебе шла, за нашим домом видела машину Сокола. Не знаю, что этому бандиту понадобилось в приличном спальном районе. Но, пожалуйста, будь осторожна, когда на пары пойдешь. Урод, чтоб ему пусто было.

Захотелось закричать, что он не урод. Но сдержалась в последний момент.

Если бы кто-то пытал Гришу, я бы тоже ненавидела этого человека. Хотя Сокол и не прикасался к Марку, но все происходило по его приказу.

Наверное, мне следует обратиться к психологу. Я должна его бояться, ненавидеть и презирать… Но со мной он хороший, добрый и нежный.

Как вообще можно ненавидеть человека, к которому тянется твое сердце?

Оставил девочек около дома Сони. Попрощался с Надей, а София, так грустно глазками хлопала, что безумно захотелось выскочить из машины и поцеловать чертовку. Но я сдержался.

Потом поехали на склад знакомиться с товарищами, рискнувшими похитить Надю.

Ими оказались три мужика, которые случайно услышали разговор глупых девочек.

Как я это так быстро узнал? Есть у меня в штате «волшебный дознаватель» — Айпат. Мужик шарит в искусстве пыток. И получает от этого нереальное удовольствие.

В общем, три товарища случайно услышали, как одна девочка хвасталась. Как она с родителями здорово провела время в игровом комплексе торгового центра. Вторую девочку, видимо зависть взяла, и она похвасталась, что этот самый торговый центр принадлежит ее родителям.

Вот так у мужиков и возникла идея, как быстро обогатиться. План особо не думали. Случайно на улице увидели знакомую девочку в компании Сони. Двое остались за ними следить. А третий отправился доставать все, что может пригодиться для достижения цели.

Пока Айпат работал, я стоял у стены и гадал, кто из них посмел ударить Соню.

Крики и плач мудаков были слышны на весь ангар, но мне не привыкать.

Когда практически вся информация была получена, попросил Айпата погулять.

За мужчиной закрылась дверь, а я встал перед тремя уродами позарившихся на мое.

Под моим взглядом они скукоживались и задрожали еще сильнее.

— Девушку кто ударил?

Они молчали. Только нервно переглядывались.

— Последний раз спрашиваю. Кто ударил девушку? — жестко спросил.

— Он, — тихо ответил один из мужиков, кивая головой на того, кто был посередине.

Средний посмотрел мне в глаза, а в следующее мгновение по его штанам потекло мокрое пятно.

Достал пистолет и выстрелил ему ногу, потом во вторую.

Смотрел, как он верещит и истекает кровью. Наконец-то почувствовал, что жажда убивать всех и каждого за то, что кто-то сделал Соне больно — отпускает. Контрольным прострелил мужику руку и вышел из ангара.

Айпат курил в паре метров от здания.

— Что дальше? — спросил он меня, выкидывая окурок.

— Убирай их. И «уборщика» пригласи, чтобы прикопал их не на моей территории.

Айпат пошел обратно в ангар, а я направился в центральный дом.

На пороге меня перехватил взволнованный Андрюха.

— Поговорить надо, — тихо сказал он.

Мы прошли в кабинет, и расселись в кресла.

— Короче, — начал говорить Дрон. — Тут такая петруха… Сегодня утром, около автобазы, нашли Сома с перерезанным горлом.

— Уверен — это послание от Прохора. Мудак не согласен с нашим отказом впаривать наркоту, — сказал, подкуривая сигарету.

— Что делать будем?

— Мстить. За своих только мстить, — сказал, задумчиво выпуская дым. — Только Дрон, аккуратно. Тихонько и без шума. А лучше так, чтобы на нас не подумали.

— Я что-нибудь придумаю, шеф.

Андрей встал с кресла и направился к выходу.

— Андрюх, позови Димона.

Дрон кивнул и покинул кабинет.

Сом под прикрытием работал на Прохора. Если нам подкинули его тело, значит догадались о слежке.

Через несколько минут в кабинет вошел Дима.

«Не боится, но опасается» — сделал вывод, глядя на парня.

— Как сестра?

— Послезавтра операция, — парень нервно сглотнул.

Стоит объяснить, что Дима — это тот самый барыга, который продавал наркотики в клубе Лехи.

Тогда, выйдя из клуба, дал приказ найти пацана. Это было легко. Он в принципе и не прятался. Сутки его держали в ангаре. Для устрашения. Его даже пальцем никто не собирался трогать.

А я тем временем ознакомился с информацией о его семье.

Дело дрянь, оказалось. У Насти — младшей сестры пацана, обнаружили опухоль головного мозга. К счастью — операбельную. Хреново то, что стоит она безумно дорого. В семье, где мать содержит двух детей, таких денег отродясь не было. Вот парнишка и пошел «на темную сторону», в надежде оплатить сестре лечение. Собственно, именно поэтому и ослушался моего приказа.

Что ж… Помогать матери — это благородно, поэтому недолго думая, я поехал в дом, где проживают его родные.

Мать, Светлана Владимировна, встретила настороженно. Хотя я представился начальником ее сына.

На новость, что я готов оплатить лечение Насти и реабилитацию отреагировала настороженно. Умная баба, понимает, что бесплатно никто ничего делать не будет.

Глядя в ее глаза, видел, что она не хотела брать от меня такие деньги. Потому что подозревала сына в криминальной деятельности. Однако, желание спасти дочь перевесило.

И на следующий день она вместе с Настей покинула страну. С ними отправил пару проверенных людей: для помощи и охраны.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Дима был наказан. Он у нас теперь «подай-принеси» и во время гонок будет выполнять все прихоти толстосумов.

— Софию откуда знаешь? — спросил, глядя парню в глаза.

— В одной группе учимся.

— Димон, ты понимаешь, что сейчас жизнь твоей сестры зависит от меня?

Он кивнул. Конечно, он понимал.

— Задание у меня к тебе будет.

— Какое?

— Будешь за Соней присматривать. Если хоть один волосок с ее головы упадет… Домогаться будут… Или обидит кто… — отвечать за это будешь ты. Семью твою не трону. А вот с тебя лично шкуру сниму. Ты мня понял?

Дима опять кивнул.

— Я хочу, чтобы ты стал ее тенью.

— А как же гонки? — спросил он.

— Наказание остается. Но сокращается всего до одной гонки. Да, и еще кое-что… Если узнаю, что ты превышаешь свои полномочия в отношении Сони или будешь клинья к ней подбивать… Я тебе яйца прострелю.

— Понял, — хрипло ответил пацан.

— Свободен.

Дима покинул кабинет. А у меня накопилось много не решенных дел. И в первую очередь надо подумать, как отомстить Прохору. Взял телефон, решая с чего лучше начать.

Однако мысли перескочили на мою чертовку.

Воображение подкинуло картинки, как Дима сидит с ней на занятиях. Они мило общаются. Становятся ближе. А потом и сексом занимаются.

— Сука! — прорычал и запустил телефон в стену. Гаджет разлетелся на множество осколков, а я попытался взять себя в руки.

Пацан не станет к ней лезть — слишком сильно яйцами своими дорожит. Он знает — Сокол слов на ветер не бросает.

Почти всю ночь мы прорабатывали план мести Прохору.

Мужик он гнилой и ожидать от него можно чего угодно. Естественно, причина такого поведения в частом употреблении собственного товара

Почему я отказался от продажи наркоты? Все просто. Человек осознанно участвует в гонках, боях без правил и покупает сомнительные тачки.

Наркота не дает человеку выбора. Она его забирает. Кого-то быстрее, кого-то медленнее. И не всегда она дается человеку с согласием.

Прохор — тварь еще та. У него есть люди, которые мы называем вербовщики. Они выбирают себе жертву. Следят за ней. Но самая главная задача вербовщика — незаметно подсыпать в напитки наркотики. А потом только остается поймать момент, когда у человека начнется ломка. И все — рыбка на крючке.

При Джафарове, пацаны были простыми дилерами. Продавали только тем, кто давно был зависим.

Мне всегда это поперек горла было. После того, как увидел, как происходит ломка в тяжелой форме. Это отвратительно и гадко.

И вот наконец-то я смог избавится от этой части бизнеса. Но Прохор не согласен с моим мнением. Теперь я получил «послание» в виде Сома.

Вот и думали с Андрюхой, что замутить, чтобы даже смотреть забыл в нашу сторону.

Потом неприятности устроили мажоры. Бедным, несчастным мальчикам большие дяди не разрешили играть в машинки. Они бы еще родителям пожаловались.

Дела я разгреб только к ночи.

Злой и уставший поехал домой. В середине пути понял, что мне нужно совсем другое и развернув машину.

Соня встретила меня с удивлением, но в квартиру впустила.

А когда на меня смотрела… Так хотелось снять с нее пижаму, на стол посадить, ноги шире раздвинуть и на себя насадить.

Но я видел, что девчонка не готова. Мелкая ведь совсем. Придется терпеть.

Терпения хватило только до утра. Увидел ее в зеркале и стоп-кран сорвало. Не сразу понял, что за херня, пока голос Савиной не услышал.

«Ну пи*дец».

А потом вообще трэш. Сонька в шкаф засунула. Сокола, которого полгорода боится и в шкаф.

Ну прям сцена из бородатого анекдота. «Муж вернулся раньше…»

Зато я кое-что узнал о Соньке. Она совершенно не умеет врать. Слушая ее оправдания о соседе, с одной стороны мне хотелось сделать жест рука-лицо. С другой, подняться и расхерачить рожу этому соседу.

А ее шифр про мою обувь и куртку? Сонька, конечно шикарная девушка, но в разведку я с ней пойду.

Ох и отомщу я ей за эту выходку. Даже знаю, как…. Прижму ее к этому шкафу, и во всех позах… Черт. Теперь на улицу со стояком выходить.

Ночью было холодно. Осень вступает в свои права. Поэтому некоторое время пришлось потратить на прогрев машины.

Заехал в магазин за новым телефоном. Хорошо, что все важные номера на сим-карте были сохранены. А возле дома меня уже поджидал Андрюха.

— Где тебя носит в такую рань? — ворчливо спросил друг.

— Где надо, — настроение было отвратительным. — Ты чего приперся?

— В квартире поговорим, — ответил Дрон и направился к подъезду.

— Ну, — поторопил друга, когда мы разместились на кухне.

— Прохор сегодня тебе встречу забил, — ответил Андрей, отпивая кофе.

— Где?

— В своем клубе.

Только встреч в стриптиз-клубе мне не хватало. Кроме этого, я не хотел встречаться на его территории. Помимо основной деятельности, в заведении находилось подпольное казино.

Но меня напрягало не само место встречи. А то, что она состоится на его территории.

— Ладно. Во сколько? — спросил, поглядывая на часы.

— В девять.

Менять место на нейтральное, выглядело бы, как слабость. Поэтому мне ничего не осталось, кроме как принять его условия.

С Дроном обсудили еще несколько вопросов по организации гонки. И вскоре друг покинул мою обитель.

До вечера времени было много. Поэтому я направился в кабинет.

Был у меня небольшой секрет, о котором не знали даже лучшие друзья.

Когда финансово встал на ноги, решил доход с нелегала — это хорошо. Но нужно укрепить тыл. Поэтому купил небольшую сыроварню в Италии. Постепенно расширял производство. Со временем маленькая «мастерская» превратилась в завод и приносит очень хорошую прибыль.

Почему именно сыроварня? На что хватило денег — то и купил.

На самом деле, организация легального бизнеса была не просто так. Мы ведем очень опасный бизнес. Просыпаясь утром, не знаешь, доживешь ли до вечера или кто-то грохнет за желание обладать территорией.

Десятки покушений на Джафарова тому доказательства.

До самого вечера решал накопившиеся дела по производству. Заколебался капитально. А еще эта встреча с Прохором.

Стриптиз клуб «Амор» встретил очередью из желающих полюбоваться женскими телами.

Охранник заметил нас, когда мы вышли из машин. Прохора решили посетить небольшим составом: я, Андрей и двое ребят для охраны.

Так как наркобарон непредсказуемый тип, для профилактики загнали к нему в клуб еще семь своих проверенных ребят, под видом посетителей.

Владелец «Амора» ждал нас в вип-комнате. На столе расставлены напитки различной крепости и закуски.

Даже под дулом пистолета не стал бы что-то здесь пробовать.

— Сокол, рад приветствовать тебя дорогой, — вставая с дивана, сказал Прохор.

«Угу, давай еще обнимемся и поплачем над сериальчиком»

— Присаживайтесь господа, — продолжал заливать владелец клуба. — Лучшие угощения для вас. Кстати, девушки полностью в вашем распоряжении.

И действительно. В комнате, кроме Прохора и трех его соглядатаев, присутствовали четыре девушки. Две крутились у шеста, одна сидела между двумя мужиками. А те поглаживали женское тело. Девушка была возбуждена, о чем свидетельствовали тугие соски, виднеющиеся сквозь прозрачный топик.

Еще одна барышня сидела на коленях у помощника владельца. После слов Прохора девушка встала с колен мужика и подошла ко мне.

— Ты мне нравишься больше, — томно прошептала она, проводя указательным пальцем по моей груди.

Перехватил конечность дамочки и слегка заломил. Несильно, но ощутимо. Шлюха скривилась и попыталась вырвать руку из захвата. Посмотрел ей в глаза жестко, с предупреждением. Она нервно сглотнула — поняла сучка. Отпустил ее руку, и дама вернулась на колени к своему кавалеру.

— Предпочитаю перейти сразу к делу, — грубо сказа, глядя в глаза Прохору.

Владелец кивнул, и девушки покинули комнату.

— Я тебя внимательно слушаю, — сказал, присаживаясь в одно из кресел.

— Сокол, ты ведь толковый мужик. Знаешь, какое предложение последует. Но я готов увеличить твои проценты от продажи.

— Прохор, мне кажется, я уже дал тебе категорический ответ, — прищурившись, ответил наркобарону.

— Всегда можно передумать, — пожал он плечами.

Сопровождающие обоих сторон помалкивали, но внимательно следили за ситуацией.

— Прохор, мой ответ остается неизменным, — ответил, вставая с кресла. — Этот вопрос уже решенный и пора бы тебе это понять.

— Не боишься, что смогу повлиять на твое решение? — ехидно спросил мужчина.

Это был вызов. И намек на его причастность к убийству Сома. Ведь точно знал. Когда менты найдут тело — мне сразу сообщат.

— Поаккуратней на поворотах, Прохор, — строго сказал ему. — Мой ответ остается прежним.

Не прощаясь, мы покинула вип-комнату, а потом и клуб.

По дороге домой обсуждал с Андрюхой решенные за сегодня вопросы с гонкой. Мероприятие это веселое, но забирает слишком много времени на подготовку.

Спал этой ночью в свое квартире. Не хотел идти к Соне после посещения стриптиз-клуба. Словно, я мог запачкать ее этой мерзостью.

А утром стали понятны угрозы Прохора.

В шесть утра, дворник нашел молодого человека с перерезанным горлом.

Если наркобарона не остановить — мои ребята потребуют начать войну… И тогда полетят головы. А все потому, что один зажравшийся человек не принимает отказа.

На улице шел сильный дождь. Выскочив из подъезда, побежала на парковку. Вчера я долго сидела над переводом. Поэтому сегодня проспала. Собиралась в спешке и о зонте совсем забыла. Хорошо, что парковка рядом и не успела сильно промокнуть.

По дороге на учебу мысли опять поплыли к Грише. Вот уже несколько дней мы не виделись. Он купил себе новый телефон, и мы периодически переписывались. Соколов взрослый, занятой мужчина и я это понимаю. Но так хотелось его увидеть.

Я очень боялась, что он обиделся за то, что нас прервали. А я потом еще и в шкаф его засунула. Но нет. Пообещал только, что обязательно отомстит.

От парковки к университету тоже пришлось пробежаться. Надо кинуть зонт в машину и пусть там валяется, раз голова дырявая.

В аудитории было шумно. Все обсуждали открытие нового клуба. Я поздоровалась и проскочила на свое место. Приготовилась к лекции и решила осмотреть одногруппников. И первый кого я заметила, был Дима.

Он сидел на другом конце аудитории и внимательно смотрел на меня. Опустила взгляд. Мне не нужно его внимание. Хотя десятки вопросов крутились в голове. Дима хороший, веселый и ответственный парень. Что его связывает с Гришей?

Всю пару я только и думала, что о Грише, Диме и их совместных делах. Получается Дима тоже бандит? Никогда бы не подумала.

На перемене решила сходить в столовую. Взяла себе кофе и булочку с корицей.

— Привет. Я — Костя, — с улыбкой сказал парень. Я проигнорировала приветствие и отвернулась от него. — Позволь я тебя угощу? — касаясь плеча, обратился он ко мне.

— Себя угости, — грубо сказал, неизвестно откуда взявшийся Дима. — Сонь, иди найди место.

Что-то мне подсказывает, что меня сейчас послали…

Мой любимый стол у окна был свободен, и я поспешила его занять.

Но мое одиночество длилось не долго. Спустя пару минут, напротив сел Дима. Он, прищурившись, смотрел на меня и молчал.

— Ты что-то хотел? — спросила у парня. Потому что обычно он сидел со своими друзьями.

— Что тебя связывает с Соколом? — спросил Дима, скрещивая руки на груди.

— Ничего, — ответила, рассматривая пейзаж за окном. Делать вид, что с Гришей я не знакома было бы глупо.

— Да что ты? — ехидно спросил одногруппник. — А если подумать.

— Даже если подумать — ничего.

— Тогда объясни мне, пожалуйста, — тихо сказал Дима, наклонившись над столом. — Если вас ничего не связывает, почему меня приставили к тебе нянькой?

— Кем?

— Нянькой или цербером. Выбирай, как больше нравится, — пожал он плечами. — Моя миссия сдувать с тебя пылинку и ухажеров отпугивать.

— Дима, какие пылинки? Какие ухажеры? Ты головой ударился?

— А вот такие, Соня. Сокол дал четкие инструкции. Чтобы не одна особь мужского пола к тебе не подходила. А если я подкатывать начну — он прострелит мне яйца. И это дословная цитата. А Сокол на ветер словами не бросается. Поэтому я тебя еще раз спрашиваю. Какие отношения у тебя с Соколовым? Мне нужно знать, из-за чего могут пострадать мои бубенцы.

— Ну, мы типа…, — лепечу, не глядя на парня. — Мы типа встречаемся.

«Встречаемся» — это так глупо звучит. И никак не соответствует нашим отношениям.

Дима удивленно поднимает бровь и слегка приоткрывает рот. Похоже у него шоковый нокаут.

— Только об этом никто не должен знать. Ты понял? — понижаю голос до шепота.

— Подожди, а что именно он сказал тебе? — настороженно спросил Дима.

— Это не то, о чем ты подумал! Я не любовница! Ясно?

— А выглядит это именно так, — с ухмылкой ответил Дима.

С шумом отодвинула стул и покинула столовую.

Мне было обидно и… Противно… От самой себя.

Потому, что это так и выглядит. Я — любовница Гриши. У нас не было интима. Но судя по напору Соколова, это произойдет в ближайшее время.

Но и открытых отношений мы не можем себе позволить. Он из-за своей «работы», а я из-за семьи. Они никогда не примут Гришу в семью.

«Что мне делать?» — хотелось закричать громко-громко. Чтобы кто-то сверху дал инструкцию к действиям… Желательно подробную.

Зашла в туалет и умылась холодной водой. Как Диме удалось вывести меня из себя, всего одним вопросом? Просто надо правильные вопросы задавать.

Во время пары у меня завибрировал телефон. Звонил Гриша. Я могла бы попроситься выйти и в коридоре ответить. Но вместо этого, отключила вызов и начала записывать лекцию.

Мне не хотелось с ним сейчас говорить. Я должна успокоиться и напомнить, что я сама согласилась на такие отношения.

На следующей паре Гриша снова позвонил, а опять не ответила. Настроение было ужасное.

Когда учебный день закончился, на улице меня ждал Дима.

— Сонь, ты чего? — взволновано, спросил парень.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Он перевел взгляд мне за спину и нервно сглотнул, а потом посмотрел на меня.

Я тоже решила посмотреть, что так напугало одногруппника.

Примерно в ста метрах от нас, облокотившись на капот, стоял Соколов.

Мне хотелось подбежать к мужчине, обнять и поцеловать. Ведь я за ним скучала.

Но вместо этого развернулась и пошла в сторону парковки.

Завтра у Надюши день рождение и сестра попросила ей помочь с организацией. Самое интересное, что даже сестры свои свадьбы не отмечали, как день рождение девочки.

В подарок я выбрала большую книгу сказок и большой набор для творчества.

Мы заехали в агентство праздников проверить все ли готово на завтра. Потом забрали торт. В супермаркет — докупить продуктов. Вася предлагала заскочить в салон красоты — освежить прически. Но я безумно устала, поэтому отказалась.

— Ты какая-то грустная, — заметила, сестра, когда провожала меня до машины. — У тебя что-то случилось?

— Нет. Все в порядке.

— Что-то я сомневаюсь, — сестра придержала меня за локоть, вынуждая остановиться. — Знаешь, мне кажется, ты что-то скрываешь. Ну, или не договариваешь.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — пожала плечами. Я хотела выглядеть увереннее, но взгляд все равно отвела.

— Ты никогда не умела врать Соня, — покачала головой Василиса. — Скажи честно. У тебя появился парень?

По телу прошел озноб. Как она догадалась?

Пожала плечами, не решаясь что-то ответить.

— Почему тогда прячешь его от нас? Мы же не кусаемся, — сестра сжала мои дрожащие пальцы и улыбнулась. — Знаешь, приводи его завтра на праздник.

— Постараюсь, — выдавила из себя улыбку, хотя она получилась нервная.

Не говорить же сестре, что мой парень итак придет на праздник. Интересно, как быстро меня захотят сжечь на костре за отношения с Соколовым.

Больше сестра эту тему не поднимала. Мы попрощались, и каждая поехала в свою сторону.

Домой добралась быстро. Пробок удалось избежать. Машину поставила в другом месте, так как моё было занято, добираться домой пришлось дольше — все это вызывало дискомфорт и раздражение.

На улице было пустынно и темно. Спасали фонари, но я все равно прислушивалась к каждому шороху.

К счастью до подъезда добралась спокойно, никого не встретив. Поднимаясь в подъезде по лестнице, даже немного посмеялась над своей паранойей.

Квартира встретила меня тишиной. Но что-то было не так. Включила свет в коридоре и прислушалась.

Ответом мне была тишина.

Однако чувство настороженности никуда не делось. Внутри всё словно кричало об опасности. Тихо сняла верхнюю одежду и заглянула в кухню. Потом проверила гостиную и комнату Василисы — но и там ничего подозрительного не оказалось. К своей комнате я подходила, стараясь не дышать. Всё тело дрожало от напряжения. Медленно приоткрыла дверь и заглянула в комнату.

Неожиданно прикроватный ночник включился. И в тускло освещенной комнате я увидела гостя.

Гриша лежал на кровати, скрестив ноги и сложив руки на груди. Он был раздражён. Я бы сказала зол.

Шумно выдохнула от понимания, что никто чужой в квартиру не попал.

— Как ты здесь оказался? — тихо спросила мужчину.

— Через дверь, — недовольно глядя на меня, ответил Соколов. — Скажи мне, моя дорогая, что это сегодня было?

— Ты о чём?

— Я о твоём поведении. Почему ты сбрасывала вызов?

— У меня были пары, — тихо ответила Грише.

— А около входа в университет? — раздраженно, спросил мужчина.

Он все также лежал на кровати, и смотрел на меня, прищурив глаза.

— Гриш, что происходит? Мы ведь не афишируем наши… отношения, — сама не заметила, как начала раздражаться от этого допроса. — Что мне надо было сделать? Подбежать к тебе и обнять?

Гриша молчал и буравил меня взглядом. Понимает, что я права.

Прошла в комнату и кинула на кресло учебную сумку. Повернулась к мужчине и скопировала его позу — скрестила руки на груди и недовольно на него посмотрела.

— А может твое поведение связано с одногруппником? Или с чмошником, который к тебе в столовой подкатывал?

— Что ты несёшь?

— Я что несу? — закричал Гриша, ударил по покрывалу кулаком и подскочил с кровати. — Я просто охреневаю от сегодняшней ситуации. К моей девушке подкатывают всякие ушлёпки, а она потом ещё и трубку не берёт!

Гриша двинулся ко мне, и с каждым его шагом и словом моё сердце делало кульбит.

— Твоей девушке?

— Естественно, бл*ть, моей! — зарычал Соколов. Хоть кричать перестал. — Я знаю, что тебе Дима наговорил сегодня. Знаю, что ты могла подумать! Херня — это всё. Понятно?

Он подошел совсем близко и положил руки на мои озябшие плечи.

— Думаешь, что ты любовница для меня? Думаешь не серьёзно всё? Ещё как серьёзно, Соня. Я не стал бы так заморачиваться ради секса. Если бы просто приспичило — поехал и трахнул проститутку, — от этих слов сердце больно кольнуло и дыхание сбилось. — Но мне этого не надо. Тебя только хочу. Достаточно вспомнить тебя и всё… Накрывает так, что думать ни о чём не можешь.

Откинул мои волосы за спину, наклонился и проложил цепочку поцелуев от ушка к плечу.

— С ума меня сводишь, — прошептал Гриша. — Только о тебе думаю. Только тебя хочу, — прикрыла глаза, наслаждаясь его лаской. Почувствовала, как сильные и шершавые мужские руки прикасаются к голой спине. — Пи*дец, как хочу, — прорычал Сокол мне в губы.

Поцелуй был полон страсти похоти и возбуждения. Я отпустила себя… Отпустила свои сомнения, страхи… И вся без остатка отдалась во власть мужчине.

Где-то в коридоре звонил мой телефон, но мне было плевать. Он и я — вот что было главное в этот момент.

В какой-то момент на пол посыпались предметы. Затем сильные руки подхватили и посадили на стол. Он бедром раздвинул мои ноги и тесно прижался всем телом. Теперь я четко могла почувствовать, насколько сильно Гриша возбуждён.

— Хочу тебя. Хочу… — бормотал мужчина между поцелуями. — С ума меня свела. Залип на тебя, как пацан малолетний.

Смысл слов ускользал от меня, но хриплый голос возбуждал до черных точек перед глазами. Потянулась к его футболке и с нетерпением начала ее снимать. Гришина на секунду прервал поцелуй, чтобы я смогла стянуть с него ненавистную одежду. Положила руки на широкие плечи мужчины, и сама притянула его к себе.

— Чертовка моя, — прохрипел Гриша и поцеловал.

Сейчас я поняла, что и он тоже отпустил себя. Дал волю желаниям. Он целовал с силой и страстью. С каждым мгновением мне хотелось большего. Я со всех сил прижимала Гришу к себе.

На пол полетела моя кофта, а потом и бюстгальтер.

Гриша замер, посмотрел в мои глаза, затем медленно опустил взгляд. Каждой клеточкой я чувствовала, куда смотрит мужчина: скулы, губы, шея, грудь…

Куда только делась та стеснительная, неуверенная в себе девочка?

Мне нравится то, что я вижу в глазах Гриши: страсть и восхищение — лучший комплимент от мужчины.

Гриша наклонился и втянул в рот мой сосок. Прикусила губу, чтобы не стонать голос.

Соколов оторвался от груди и провел языком от груди к шее.

— Не сдерживайся, — прошептал он мне ушко, а потом прикусил мочку. — Твои стоны, пи*дец, как заводит.

— Сонька выручай! — послышался знакомый мужской голос.

— Это Макс! — испуганно пискнула, отодвигая от себя Гришу.

Мы начали быстро одеваться. руки тряслись, а по телу побежало уже знакомое чувство адреналина.

— Ненавижу твоих родственников, — проворчал Гриша, спешно надевая футболку. — Как подростки, в самом деле.

Я ничего не стала говорить и так всё понятно.

Посмотрела на Сокола, потом на шкаф и опять на мужчину.

— Нет, Соня, — он даже в протестующе руками замахала. — Я сказал нет. Никаких шкафов.

— Гриша, а куда тогда? — развела руками, демонстрируя не особо большой выбор, где он может спрятаться.

— Я подожду здесь. А ты иди встречать своего родственничка. И вообще, нечего левым мужикам шляться у тебя в спальне.

Гриша был настроен решительно, поэтому я только и могла, что глубоко вздохнуть и пойти к Максиму.

— Привет. Что-то случилось? — спросила зятя, когда вошла в кухню.

Киреев сидел на кухне и спокойно пил сок.

— Сонька, можно у тебя подарки спрятать? Не хочется повторения восьмого марта.

О да. В канун женского праздника Надя нала все свои подарки, которые были у Савиных дома, у Киреевых и у меня. Хитрая она у нас.

— Да не вопрос. Загружай всё в комнату Василисы. Завтра всё привезу.

— Не нужно. Давай я завтра с утра к тебе подъеду, помогу все загрузить, — предложил Киреев.

— Это не обязательно. Зачем тебе ездить? Я и сама могу всё привезти.

— Нет, Сонька. С меня шкуру сдерут, за то, что заставил тебя таскать тяжести.

Пожала плечами. Ну, раз ему хочется ездить через весь город и обратно — пожалуйста.

Поставив стакан в раковину, Максим вышел в коридор. А затем хлопнула входная дверь.

В комнату я не спешила. Мне нужно перевести дух. Слишком много я позволила Грише. Если бы не Киреев, неизвестно чем бы все закончилось.

Хотя известно чем…

Максим вернулся довольно быстро. Значит, опять машину поставил у подъезда. Ему ничего, а мне потом от бабушек слушать…

Загрузил небольшие коробки и пакеты на кровать. Все сразу не уместилось у него в руках и Максу пришлось делать еще две ходки.

Подарками была завалена, практически вся Васина кровать. Киреевы и Савины действительно разошлись с подарками. Как бы девочка от счастья в обморок не упала.

Что поделать первый день рождения в новой семье… Василиса хочет, чтобы он запомнился Надюшке на всю жизнь.

Когда вернулась в свою комнату, застала Гришу в кресле. При моём появлении он встал и направился в мою сторону.

— Мне пора, малышка, — сказал Гриша, мимолетно касаясь большим пальцем моих губ

— Уже? — вопрос вышел слишком грустным.

— Дела, — тихо ответил Гриша и поцеловал меня в кончик носа. — Завтра на празднике встретимся.

— Ты придёшь? — с надеждой спросила его.

Мне не хотелось, чтобы он уходил. Возможно, я еще сомневалась о близости, но я точно не хотела с ним расставаться. Рядом с Гришей, я не чувствую себя одинокой. А еще он дарил чувство защищенности и уверенности в себе.

— Конечно, приду. Ты не поверишь, но Савина сама позвонила и пригласила.

— Правда? — этого я точно не ожидала. Возможно, все-таки есть мизерный шанс, что она примет Гришу, как моего мужчину?

— Видимо до неё дошло, что я являюсь неотъемлемой частью жизни Нади.

Соколов обнял меня за талию и повел в коридор.

— Как ты вошел в квартиру? — спросила Гришу, наблюдая, как он достаёт куртку и обувь из шкафа в прихожей.

— Что там входить? — усмехнулся мужчина, но тут же посерьезнел. — Кстати, на днях пришлю к тебе ребят. Пусть замок поменяют. Твой даже школьник вскроет.

— Не надо ничего менять! — испуганно ответила ему. — Как мне потом это сёстрам объяснять?

— Не знаю. Скажи, для профилактики, — пожал он плечами.

— Какой профилактики, Гриш? — иногда, за вот такие глупости, мне хочется ударить его тапком.

— Против простуды, блин! Всё малышка! Этот вопрос решенный. У меня ещё дел вагон и маленькая тележка.

Соколов подошёл совсем близко, прижал меня к себе и сказал:

— Буду скучать,

Снова поцелуй. Не знаю, сколько он длился, но оторвались мы друг от друга только тогда, когда перестало хватать воздуха.

— Пока, малышка, — сказал Гриша и направился к двери.

— Я тоже буду скучать, — тихо ответила ему.

Соколов напрягся, стиснул дверную ручку, а потом вышел в подъезд.

Было неимоверно тяжело смотреть, как он уходит. Кажется, я слишком привязалась к мужчине. Но и поделать с этим ничего не могла… Да и не хотела.

В половине восьмого утра у Савиных кипела работа. На кухне что-то нарезали Есения и Василиса. Марк с друзьями устанавливали навес и расставляли столы. А работники агентства по организации праздников приступили к украшению территории.

— Масштабненько, — сделала вывод, глядя на эту суету.

— Ты не поверишь, как я рад, что день рождения один раз в году, — проворчал Максим, выходя из машины.

И вот стоя около дома Савиных, поняла одну вещь. Зачем вести подарки через весь город? Когда можно было спрятать в багажнике машин, как это сейчас сделал Киреев.

Значит, Максим — засланный шпион. Видимо так Василиса хотела больше узнать о моей личной жизни.

Меня подхватила вся эта кутерьма. И вот я уже с сестрами на кухне.

Позже подошли все остальные гости и веселье началось.

Надюшка пригласила около десяти своих друзей. Естественно Вася позвала их родителей, а еще друзей Савиных и Киреевых.

Три аниматора развлекали детей, периодически привлекая в конкурсы взрослых.

Весь праздник, один из друзей Максима, оказывал мне знаки внимания. Он пытался втянуть в разговор, приглашал на танцы и конкурсы. Я вежливо отказывалась и сбегала по "срочным" делам.

В разгар веселья к дому подъехали две чёрные машины. Один из автомобилей я знала очень хорошо. Сердце пропустило удар, а потом забилась с двойной силой.

"Приехал!" — крутилась в голове единственная мысль.

Я смотрела, как открывается пассажирская дверь и из машины выходит Гриша. В черных брюках и белой рубашке, он выглядит потрясающе.

На празднике заметно меняется атмосфера. Все гости, кроме детей, становятся напряженными. Возможно, люди на подсознательном уровне чувствует его силу и власть.

У меня он Сокол вызывал другие эмоции. От понимания, что Гриша наконец-то приехал, меня охватило чувство радости и уверенности.

— Не бойся, — сказал, рядом стоящий Егор, друг Максима. — Он ничего не сделает на детском празднике. Да, он жестокий, но Надя ему дорога. Он не станет портить ей праздник.

Я удивленно посмотрела на парня. С чего он взял, что я боюсь Гришу?

Соколов обвел взглядом толпу, пока не остановился на мне. Я изо всех сил сдерживалась, чтобы не улыбнуться и не побежать к нему на встречу. Поджала губы, пряча улыбку. Гриша перевел взгляд на Егора и нахмурился.

Сделала пару шагов в сторону, подальше от Егора. Что-то мне подсказывает, если Гриша рассердится на Егора — праздник его точно не остановит.

— Дядя Гриша! — закричала Надюша и побежала к Соколову.

Он присел перед ней на корточки, и девочка обняла его за шею.

В этот момент я завидовала Наде. Потому, что она не стесняясь обнимала моего мужчину.

Гриша делает взмах рукой, машины выходит водитель. Он достает из багажника огромную коробку и несёт её Соколу. Гриша говорит, что-то Наде и девочка начинает притоптывать на месте от нетерпения. Мне хочется подойти и спросить, что он такого ей подарил. Но я понимала, что это будет неуместна, учитывая, что все взрослые так и стояли, напряжённо их рассматривая.

Надя решила открыть подарок после праздника и побежала к аниматорам, которые начинали шоу мыльных пузырей.

Гриша подошел к столу для взрослых:

— Всем добрый день, — поздоровался он с присутствующими. — Позвольте, я ненадолго составлю вам компанию.

Это был не вопрос, но тем не менее все сделали вид, что согласились.

Веселье продолжилось, но праздничная атмосфера так и не вернулась. Люди побаивались Гришу, и никто не смел ему перечить.

Все казались вежливыми и дружелюбными, поддерживали с Соколовым беседы. Но я то и дело ловила на себе его раздраженный взгляд. Нет, дело было не во мне. Гриша прекрасно понимал, что все это лицемерие. А еще Егор, как банный лист прицепился. По пятам за мной ходил: то бокал подаст, то на танец пригласит и постоянно шептал, чтобы я не боялась Гришу.

Парень настолько меня достал, что в какой-то момент я не выдержала и, под глупым предлогом, сбежала в дом.

Зашла в туалет, глубоко вздохнула и решила умыть лицо и шею холодной водой.

Приставание Егора, взгляды Гриши — всё это нездорово отражается на моей нервной системе. Ещё девушки подливают масла в огонь. Они хоть и побаивались Соколова, но это не мешало им строить ему глазки.

А мне хотелось подойти к нему, сесть на колени и поцеловать у всех на глазах. Чтобы все знали, что этот мужчина мой.

Шумно выдохнула и прикрыла глаза.

За спиной послышался звук открывания двери, а затем щелчок замка. Я открыла глаза и в отражении встретилась взглядом с Гришей.

Соколов медленно подошел ко мне, прижался к спине. Собрал в кулак мои волосы и потянул, заставляя открыть для него шею. Он медленно наклонился и прикусил там, где бьется пульс.

— Если этот мудак, — тихо прорычал Гриша. — Подойдёт к тебе ещё раз ближе, чем на два метра — я сломаю ему руку.

От его голоса по телу побежали мурашки, и знакомое томление появилось внизу живота.

— Гриша, — простонала его имя.

Мне нравилось, что он доминировал надо мной. Я восхищалась его силой.

— Ты моя. Поняла? — строго спросил Гриша.

— Да, — прошептала ему в ответ.

Он стал покрывать мою шею поцелуями и прижался пахом к моей попке. Облокотилась на раковину, прогнулась в спине и потерлась об мужчину.

Гриша зарычал и резко развернул меня к себе лицом. Подхватил под бедра и к стене прижал. Я обхватила его бедра ногами, и первая потянулась за поцелуем.

Целовались мы долго, жадно… С каждым мгновением я растворялась в этом человеке все больше.

Поцелуй сносил голову. Гриша двигал бедрами, имитируя секс, а руками залез ко мне под кофту. Всё это вызвало невероятный фейерверк чувств. Мне отчаянно хотелось большего.

Неожиданно Гриша отстранился. Я потянулась за его губами, желая продолжить ласку.

— Подожди, малышка, — сипло сказал мужчина.

Он к чему-то прислушался, а я кроме звона в ушах и биения собственного сердца ничего не слышала.

В этот момент раздался стук в дверь.

— Сонь, ты здесь? — спросила Василиса.

Прежде чем ответить пришлось откашляться.

— Да Вась, я сейчас выйду.

— С тобой всё в порядке?

— Конечно, почему ты спрашиваешь? — удивилась её вопросу. Что со мной может произойти в туалете?

— Просто Сокола нигде нет. И ты в дом ушла. Вот я и решила проверить всё ли у тебя в порядке.

— Спасибо за заботу. Со мной всё в хорошо.

— Прости, — тихо сказала Грише, когда стихли Васины шаги. — Мне кажется, они тебя боятся.

— Похер. Главное, чтобы ты меня не боялась.

— Я и не боюсь, — нежно ему улыбнулась и погладила мужчину по голове, зарываясь пальцами в короткие волосы. Это было не сложно, ведь я так и продолжала висеть на Грише. — Ты для меня самый лучший — остальное не важно.

Мужчина нежно поцеловал меня и отстранился.

— Тебе пора идти, малышка. Пока твоя семейка не выломала дверь, — с мягкой улыбкой он погладил мои скулы.

— Ты придешь, сегодня ко мне? — тихо спросила, низко опустив голову. Мне было стыдно задавать такое вопрос. Но мне хотелось, чтобы он был рядом.

— Нет малышка, — вздохнул Гриша, — Сегодня гонка.

— Какая гонка?

— Никакая, — ответил он, поцеловав меня в кончик носа и поставил на пол. — Так, издержки профессии.

Ещё раз подарили друг другу поцелуй. И я первая вышла из нашего укрытия.

Вскоре появился Гриша, но он не стал задерживаться. Попрощался с Надей и покинул мероприятия.

Я пробыла ещё минут сорок. Егор не оставлял попыток завладеть моим вниманием, но всегда натыкался на стену равнодушия.

Сославшись на головную боль, я поехала домой. У меня была одна идея… Воплотив которую, я точно получил по шапке.

Когда вошла в квартиру, первое что я сделала — это отправила сообщение:

"Привет. Сможешь отвезти меня на гонки?"

Я стояла возле зеркала и рассматривала свой внешний вид. Это уже четвертый комплект одежды.

В чем вообще принято ходить на гонки? Какой там дресс-код?

Про такие мероприятия я только фильмы видела. Даже не догадывалась, что гонки у нас устраивают.

Сейчас на мне была одета бордовая юбка выше колена, белая футболка и черная джинсовая куртка. Выглядело это, на мой взгляд, немного развратно. Но быть там белой вороной мне не хотелось.

Когда я отправила Диме сообщение, он тут же перезвонил. Пришлось врать, что Гриша разрешил мне прийти на гонки. Парень долго сомневался, но фраза "Разве я могла бы ослушаться Сокола?" стала решающей.

— Заеду за тобой через 2 часа, — сказал одногруппник и отключился.

И вот теперь, стоя перед зеркалом, придирчиво рассматривала свой наряд. Из макияжа только ресницы подкрасила. У меня отродясь не было всех этих женских косметических штучек.

Дима приехал в назначенное время. Долго меня рассматривал и вынес свой вердикт:

— Не то, но сойдёт.

Сомнительный комплимент, но решила промолчать. А то а то еще позвонит Грише и плакала моя идея посмотреть на мир Соколова.

Гонки проходили за городом. Некоторое время мы ехали по трассе, затем Дима свернул, и дальше наш путь проходил через леса и поля. Когда нам стали всё чаще попадаться машины разного типа и класса, Дима наконец-то заговорил:

— Постарайся держаться возле меня. Ни с кем не общайся. Мне все ещё слабо верится, что Гриша разрешил тебе посетить в гонки.

На последнюю его реплику ничего отвечать не стала. Просто кивнула, так как боялась быть пойманной на вранье.

Мы подъехали к огромной площадке, которая была заставлена машинами. Между ними ходили люди и глядя на девушек я поняла, что каким бы вульгарным мне не казался мой наряд, среди «местных» девушек я выглядела, как монашка.

— Не забудь, о чём я тебе говорил, — сказал Дима, после чего вышел из машины.

Он повел меня через парковку и чем дальше мы шли, тем меньше становилось машин.

Мероприятия больше напоминало вечеринку, чем гонки. Толпа веселилась, смеялась, танцевала. Из динамиков звучала громкая клубная музыка. Девушки в очень коротких юбках, шортах и платьях призывно извивались на танцполе. Такое впечатление, что они не танцевали, а старались продемонстрировать себя. Попалась и парочка девушек, которые поглядывая на мужчину, начали целоваться. Это выглядело так, словно они говорили ему, что совсем не против втроем…

Мы прошли сквозь эту сумасшедшую толпу, и вышли к небольшим воротам. Они были открыты, но никто не спешил туда входить. Возможно, причиной были два огромных мужчины в черной одежде. Они кивнули Диме и внимательно посмотрели на меня.

— Это со мной, — сказал Дима и провел меня мимо охраны.

Мы оказались на еще одной парковке. Здесь стояли машины значительно дороже. У меня такое впечатление, что мы попали в бизнес класс. Народу было меньше, и все они выглядели богаче. Женщины в сексуальных, но изысканных нарядах. Мужчины в костюмах. Даже одного пенсионера увидела, который напоминал главу итальянской мафии.

Впереди заметила знакомую макушку и резко остановилась. Дима не сразу заметил моё торможение и остановился в метре от меня.

— Ты чего? — спросил одногруппник.

— Там Гриша, — начала я нервно мямлить. — Нам же нельзя пересекаться вместе.

— Да ты что? — прищурившись, ехидно спросил Дима.

— Ну да… — пока я подбирала объяснение, посмотрела туда, где стоял мужчина.

Соколов резко повернулся, и мы встретились взглядом.

— Твою ж…, — прошептала, наблюдая, как Гриша что-то говорит своим знакомым. А потом, не отрывая от меня взгляда, идет в нашу сторону. Дима тоже заметил приближение мужчины.

— Он злой, — делает очевидный вывод. — Он ведь не разрешал тебе приезжать, да?

— Ну… Не совсем так… Он не знал, что я планирую приехать.

— Мне пи*дец, — озвучил свои перспективы на будущее Дима.

— Что она здесь делает? — тихо прорычал Гриша, когда оказался напротив Димы.

— Сокол, я не знал, что ей нельзя приходить.

— Меня не еб*т знал ты или нет. Я простил тебе выходку в клубе, помог твоей семье, снизил наказание до минимума. И чем ты мне отплатил? Привёл её сюда…

Гриша не злился — он был в ярости, которую с большим трудом удавалось сдерживать.

— Гриш, не ругай его, пожалуйста. Я сама попросилась. Дима думал, что ты разрешил.

Соколов посмотрел на меня таким колючим взглядом, что мурашки побежали по телу.

— Ты сейчас же едешь домой, — строго сказал он.

— Гришенька, ну пожалуйста, — для убедительности, даже руки сложила в умоляющем жесте. — Я только одним глазком посмотрю.

— Я сказал нет. Домой.

— А я сказала да, — сама от себя не ожидала, что начну перечить, ещё и руки в бока поставила. — Я хочу знать, чем ты живёшь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Некоторое время Гриша буравил меня взглядом. Но я тоже проявила невиданное упрямство.

— Отвечаешь за неё головой… И другими органами тоже, — обратился Соколов к Диме.

— А как же мои обязанности на сегодня? — настороженно, спросил парень.

— Она — все твои обязанности на сегодня, — жестко сказал мужчина.

Затем Гриша снова перевел взгляд на меня, осмотрел с макушки до пят и обратно.

Наклонился ко мне поближе и тихо пробурчал:

— Ничего поприличней надеть не могла? — я от возмущения даже рот открыла. Да на фоне местных девушек, я выгляжу, как послушница при монастыре. — Вырядилась… Потом поговорим.

Предупреждающе посмотрел на Диму, и ушёл обратно к своим знакомым.

— Охренеть, — сказал Дима. — Вы как супружеская пара со стажем. Но это не смягчает того, что я крупно влип из-за тебя. Идем, выпьем чего-нибудь, и ты мне расскажешь, как докатилась до жизни такой.

Дима подхватил меня под локоть, а когда мы развернулись, опять встретились взглядом с раздраженным Соколом. Рука одногруппника тут же исчезла.

— Он прям как цербер, — усмехнулся парень, когда мы подошли к барной стойке.

— Разве это нетипичное его поведение?

— Нет, конечно, — в голос рассмеялся Дима. — Чтобы он над бабой… Прости, девушкой… Вот так кружил… Это точно в первый раз.

Его слова мёдом растеклись по телу, и я поспешила спрятать улыбку за бутылкой сока.

— За что Сокол тебя наказал? — решила сменить тему.

— За непослушание, — пробурчал Дима.

— Ты нарушил режим дневного сна? Или манную кашу не съел? — посмеиваясь, спросил его.

— Если бы кашу… — тихо сказал Дима. — Идём, сейчас будет первый заезд.

Парень снова подхватил меня под локоть, но быстро опомнился и убрал руку. Меня рассмешила его реакция.

Подойдя к ограждениям, я увидела, что вся трасса будет у нас, как на ладони. Смотровая площадка находилась на возвышение и была оформлена оформлена, как лаундж зона: плетеные креслам, стеклянные столики. Даже снующие туда-сюда официанты были. Вся основная толпа находилось внизу, около трассы.

— Дим, а почему те люди стоят так близко к дороге? Там ведь опасно.

— А кто их сюда пустит? — усмехнулся одногруппник. — Это обычные нищеброды. Куда им до элиты?

Парень кивнул в сторону зрителей, которые собрались на смотровой площадке. Ну да… Контраст в одежде и поведении не заметил бы только слепой.

Тем временем к линии старта подъехали пять машин. Толпа внизу завизжала. А на дорогу вышли девушка в лифчике и юбке, настолько короткой, что если она нагнется — не только бельё будет видно, но и копчик.

"И это я вырядилась!" — возмущенно подумала, наблюдая, как начался отсчёт. Одновременно с командой "марш" девушка сняла лифчик и показала всем присутствующим свою голову грудь.

Я перевела возмущенный взгляд туда, где стоял Гриша, и увиденное мне не понравилось, еще больше.

Соколов стоял облокотившись на перила перила, и внимательно наблюдал за гонкой. Совсем не замечая, что рядом с ним стоит высокая брюнетка, в чёрном облегающем платье и поглаживает его плечо.

— Ревнуешь? — спросил одногруппник. — Хочешь фокус покажу?

— Какой еще фокус, Дим? — удивлённо, посмотрела на парня.

— Смотри на Сокола, — кивнул он головой на мужчину.

Я выполнила его просьбу. Гриша всё также стоял, облокотившись о поручни, и следил за машинами.

Неожиданно почувствовала мужскую руку у себя на талии. А Гриша резко повернул голову в нашу сторону.

Парень так и продолжал меня обнимать. Я на расстояния видела, как меняются эмоции на лице Соколова: раздражение, злость…

Дима наклонился к моему уху и прошептал:

— Он не замечает эту бабу. И за гонкой, только делает вид, что следит. На самом деле все его внимание сконцентрировано на тебе.

Возможно, кого-то бы и напугал тот факт, что такой опасный человек, как Сокол лично за ним следит, но у меня это вызвало только улыбку. Которую стоило бы сдержать. Потому что даже на расстоянии Гриша её заметил. В его глазах отразилась не просто агрессия, а жажда убивать.

Дима отстранился от меня и когда он посмотрел на Сокола, мужчина кивнул ему куда-то в сторону. Затем развернулся и пошел прочь от смотровой площадки и женщины, которая обижено, провожала его взглядом.

— Помнишь, что я тебе говорил? Мне пи*дец, — тяжело вздохнул Дима и пошёл туда, куда указал Сокол.

Не понравилось мне выражение лица Гриша. Слишком агрессивно он был настроен.

Я шла за Димой и размышляла, как бы избежать конфликтов.

Мы все дальше отдалялись от места проведения гонок. Постепенно шум стихал и вскоре мы подошли к двухэтажному особняку.

Дверь была открыта. Мы вошли в большой холл, а потом в просторную гостиную.

Гриша стоял у окна в нескольких метрах от нас. Он облокотился на подоконник и тяжело дышал.

— Сокол, это не то… — договорить Дима не успел. Гриша в одно мгновение оказался около однугруппника и ударил его кулаком в челюсть.

Я взвизгнула и отскочила от мужчин, а Дима упал на пол, он захрипел, а в уголке рта показалась кровь.

— Гриш, — позвала мужчину, но он проигнорировал меня.

— Я, бл*ть, тебя просил присмотреть… — заорал на весь дом Гриша.

Сейчас я смотрела на злого Гришу и понимала, почему его все бояться. Он был опасен в приступе ярости. Он совсем не умел контролировать приступы агрессии.

— Я тебя, сука, предупреждал, — Гриша схватил Диму за рубашку, поставил на ноги и снова ударил. Только в этот раз в живот.

Дима согнулся от боли и мы случайно встретились взглядом.

— Убью тварь, — продолжал кричать Гриша. Он занес кулак над лицом Димы.

— Посмотри на Соню, — прохрипел одногруппник.

Гриша резко повернул голову ко мне.

Я не заметила, как отошла к стене м подальше от мужчин. Не знаю, что Гриша увидел, но набить парня не стал.

— Проваливай, — не отрывая от меня взгляда, приказал Соколов. — Завтра ко мне на ковер.

Дима медленно покинул комнату. С каждым его шагом меня пожирало чувство вины. Ну, зачем он решил подразнить зверя?

Гриша все еще меня рассматривал. Выдох и взъерошил волосы на голове.

Сделал шаг ко мне, но резко остановился. Несколько секунд стоял, а потом развернулся и подошел к окну, тяжело опустив на него руки.

— Зря мы это начали, — тихо сказал мужчина, сжимая руки в кулаки.

— Что именно? — не поняла его вопроса. Отошла от стены и сделала несколько шагов к нему.

— Отношения эти… Зря мы решили попробовать, — тихо сказал Гриша.

А я так и замерла в середине комнаты. Сердце пропустило удар, руки задрожали, а на глазах выступили слезы.

— Что? — переспросила, надеясь, что мне послышалось.

— Нам не стоило даже пытаться, — хрипло ответил мужчина. — Слишком много стоит между нами. Тебе не место в том дерьме, которое я называю жизнь. Ты слишком чиста для всего этого…

Гриша замолчал. Он так и продолжал стоять ко мне спиной, а я не знала, что сказать… как убедить его в том, что он не прав? Но вместо этого я задала совсем не тот вопрос:

— Ты хочешь, чтобы я ушла?

Встретить утро с моей чертовкой… Что может быть лучше? Даже приход Киреева не испортил настроения.

Пока не зазвонил телефон…

Убили еще одного из наших. Парень раньше продавал наркоту. Но отошел от дел за год до моего запрета. Потом участвовал только в боях без правил. А после того, как стал примерным семьянином, выходил на ринг только по мере острой финансовой необходимости.

У пацана остались жена и маленький сын…

Многие считают меня уродом. И они, безусловно, правы. Но за своих ребят я всегда стоял горой. И остальных к этому призывал.

Встретившись с Андреем, мы пришли к общему выводу — это дело рук Прохора.

План мести был готов, и осталось дождаться нужного момента для его реализации.

После встречи с Андреем поехал к жене убитого. До меня у нее уже побывала полиция, и мне не пришлось нести в их дом страшную весть.

На мое удивления, Юля не стала меня обвинять в смерти мужа.

— У него было опасное прошлое… И оно настигло его.

Они безумно любили друг друга. Я уверен, если бы не ребенок, Юля ушла бы вслед за мужем в туже секунду, как только узнала новость.

— Тарас не был мне близким другом, но он зарекомендовал себя, как верный и ответственный человек. — тихо сказал, глядя на убитую горем женщину. — Я хочу предложить тебе новую жизнь. Вы с Женькой переедете в Италию. Куплю вам небольшую квартирку в хорошем районе. Помогу устроиться на работу, не на престижную, но хорошо оплачиваемую. Как ты на это смотришь?

— Что за работа? — настороженно спросила Юля.

— Не бойся. Никакого криминала. У моего хорошо знакомого есть завод по производству сыров. Недавно они вышли на мировой рынок. А пару дней назад он мне сообщил, что им нужны менеджеры и администраторы.

— Я не знаю итальянского языка.

— Это не проблема. Я оплачу тебе курсы. Быстро выучишь.

— Зачем вам все это? — недоуменно спросила она.

— Тарас был нашим человеком, — просто ответил Юле.

Женщина задумалась. Я видел в ее глазах сомнения.

— Если тебе понадобиться помощь — ты всегда можешь обратиться ко мне, — заверил ее.

Хотя была еще одна причина, почему я хотел отослать ее с сыном в Италию. Если начнутся серьезные разборки — они могут попасть под удар.

— Знаешь, если бы мой любимый человек умер, — на этих словах я слегка запнулся, но постарался и дальше говорить уверенно. — Я бы предпочел пережить горе подальше от места, где каждый сантиметр напоминает об утрате.

— Вы правы, — Юля сморгнула набежавшие слезы и кивнула. — Нам действительно лучше переехать.

— Документы будут у тебя в течении недели. Советую, как можно скорее закончить все дела и собрать вещи.

Тихо встал с кресла и пошел в коридор.

— А вот это, — достал из внутреннего кармана куртки толстую пачку долларовых купюр. — Вам с ребенком на сборы и первое время в Италии.

Юля ошарашено смотрела на деньги, которые я положил на тумбочку, и не могла произнести слова.

— Спасибо, — тихо сказала она, когда я вышел из квартиры.

— Ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью, — напомнил ей перед уходом.

После встречи с Юлей остался неприятный осадок. Этот разговор всколыхнул единственный мой страх.

Перед глазами встала картинка, как я нахожу труп моей чертовки.

Резко пришлось съезжать на обочину. Руки затряслись, как у алкаша со стажем. Сердце застучало чечеткой, а на лбу выступили капельки пота.

Достал сигарету и закурил. Надеясь, хоть так успокоить натянутые нервы.

— Не позволю этому случиться. Только через мой труп.

Выдыхая сигаретный дым, тихо дал нерушимую клятву самому себе.

Успокоиться удалось только после нескольких выкуренных сигарет. И только после этого завел машину и поехал домой.

К гонкам пришлось надевать костюм. Не люблю, но надо. Мероприятие обязывает. Точнее публика, которая там соберется.

Толстосумам скучно просиживать жизнь в мягких офисных креслах. Вот они и ищут развлечения в теневом бизнесе.

Я не против. Пока они развлекаются, мои карманы тяжелеют от денег.

Раньше на такие мероприятия я брал с собой Жанну. Управляющая «загородным домом» думала, что это реклама. На самом деле, я делал это для того, чтобы четко дать понять толстосумам, что со мной не стоит шутить. Я знаю про них все.

Девяносто процентов нашей элиты были постоянными клиентами этого заведения. Причем не только мужчины. Женщины тоже желают удовольствия. И они его получают в борделе Жанны. Ее девочки отлично справляются с поставленной сексуальной задачей.

Вот и сегодня она практически все мероприятие терлась вокруг меня. Женщина меня боялась. Это было видно по ее глазам и слегка подрагивающим рукам. Однако она держалась. Ради бизнеса и денег, она и не на такое может пойти… В конце концов, она лучшая шлюха региона.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Однако все перестало существовать, когда я увидел мою чертовку в компании Димы.

Мне больших усилий стоило не задушить его на месте. А ее хотелось перекинуть через плечо, отвезти к себе домой и оттрахать, как следует. Чтобы больше даже не думала посещать такие мероприятия.

Я терпел до последнего… Но когда он ее обнял, а Соня мило улыбнулась — тормоза слетели к чертовой матери.

В дом его вызвал. Не сдержал эмоций. Ревность душила. А еще понимание, что вот с таким обычным, молодым парнем Соне было бы лучше, чем со мной. Его она сможет познакомить с семьей. Прийти с ним на семейный ужин. А еще с ним она будет в безопасности…

— Ты хочешь, чтобы я ушла? — ее тихий голосок, не хуже тесака резанул по сердцу.

Повернулся к ней лицом… Моя чертовка стояла в нескольких метрах от меня и с трудом сдерживала слезы.

Впервые так искренне я был нужен кому-то. И вдвойне приятно, что я был нужен именно Соне.

— Сонь…

— Дай мне ответ, Соколов! — воскликнула она.

— Нет! — не сдерживая эмоций, закричал на нее. — Нет, бл*ть, не хочу! Ты въелась мне под кожу! С ума меня свела! Я каждое гребаное утро просыпаюсь, думая о тебе! Считаешь в кайф, смотреть и не иметь возможности подойти к тебе? Особенно когда наружу прет желание показать, каждому у кого есть член, чтобы даже дышать в твою сторону не смел!

Я кричал на нее, как самый конченый психопат. Понимаю, что это оттолкнет ее от меня. Соня милая, хрупкая и нежная девушка.

Но она меня удивила…

Подбежала ко мне, за шею руками обняла, подпрыгнула и ногами талию обхватила.

— Какой же ты псих, — восхищенно прошептала она мне в губы.

Сжал ее упругую попку и к себе теснее прижал. Провел языком по ее губам. Сладкие… Соня тяжело задышала, ротик приоткрыла, и я скользнул языком внутрь.

Моя чертовка отвечала на ласки, извивалась в моих руках.

— Хочу тебя, — прорычал ей в губы.

— Я твоя, — тихо ответила она.

Не отпуская Соню, достал телефон и набрал номер.

— Охрану к дому и никого не впускать, — отдал приказ своему помощнику и сбросил вызов.

С Соней на руках, прошел к дивану. Усадил ее к себе на колени.

— Хочешь? — тихо спросил ее, проводя большим пальцем по сладким губам.

А в голове тысячи фантазий о том, как она этим ротиком будет брать в рот мой член.

— Хочу, — кажется, она способна всего лишь тихим шепотом заставить меня кончить.

Сильнее сжал ее попку, к себе притянул и сделал пару движений, имитирующие секс.

Соня вцепилась пальчиками в пиджак, запрокинула голову и тихо застонала.

— Черт, — сжал в кулак ее волосы на затылке, притянул к себе и поцеловал. Страстно, горячо, отпуская наружу свои желания.

На пол полетела ее куртка, мой пиджак. Затем ее кофта, моя рубашка.

Сжал ее грудь, наблюдая, как чертовка приоткрывает ротик от удовольствия и тихо постанывает.

Опускаю руки на ее бедра, задираю юбку и сжимаю попку. Провожу языком по твердому соску. Соня громко стонет, а я настолько возбужден, что готов кончить в трусы.

Она в тонких, телесных колготках, и мне не хочется снимать мою чертовку с колен, чтобы снять их.

Одним резким движением разрываю их, тоже самое проделываю с трусиками. Нет сил, чтобы остановиться.

Соня гладит мои плечи, грудь, пресс. Медленно опускает руки к брюкам.

Как по мне, слишком долго возиться, но я не тороплю, сам наслаждаясь ее прекрасным телом.

Приподнимаюсь, чтобы приспустить штаны вместе с боксерами к коленям.

Член призывно торчит и Соня не может отвести от него взгляд. Она непроизвольно облизывает губы и это самое сексуальное, что я видел в своей жизни.

Подтягиваю ее к себе. Беру в рот сосок, а головкой провожу по ее мокрой киске, задевая клитор. Немного вхожу в нее и от возбуждения, Соня начинает подрагивать. Медленно выхожу и снова присовываю.

Мне нравится с ней играть. Слышать ее стоны и наблюдать, как ее тело просит о большем — это чистый кайф.

Чувствую, как по члену текут соки ее возбуждения. Крепко сжимаю руками ее попку и жестко насаживаю ее на всю длину.

Соня вскрикивает. Руками упирается мне в плечи, отталкивая.

Черт.

Девственница.

Крепко обнимаю ее, чтобы даже шелохнуться не могу.

— Дуреха, — шепчу ей в макушку. — Почему не сказала?

Она молчит и только плечиками пожимает.

— Я бы тогда все правильно сделал… Красиво. Чтобы и цветы, и конфеты, и еще что-то романтичное… Не знаю, загуглил бы… Но для тебя сделал…

Она приподнимает голову и удивленно смотрит мне в глаза. Ее ресницы слегка слиплись от влаги — плакала.

— Потому, что это ты, — заправляя волосы ей за ушко, тихо признаюсь. — Потому что одна такая. В сердце забралась и поселилась там навечно. Единственная кто там был, есть и будет.

Я говорю ей то, что чувствую. Хочу, чтобы она понимала насколько дорога и нужна мне. Несмотря на огромные деньги и власть — она единственное мое сокровище.

А то, что я все еще нахожусь в ней — возносит этот момент к небесам.

Соня тянется к моим губам и нежно целует. Проводит языком, слегка прикусывает и втягивает нижнюю губу в рот. Член дергается в ответ на ее действия. В ней настолько туго, что это мимолетное действие приносит оттенки боли в наше удовольствие.

Моя чертовка слегка приподнимается, а затем опускается. Затем еще и еще. Медленно, тягуче, невыносимо остро. Я держался до последнего. Но когда Соня застонала, обхватил одной рукой ее за спину, второй — под попку и положил ее на диван. Сам навис сверху и резко вошел.

Моя девочка громко застонала, выгнулась и ногтями поцарапала спину в области лопаток.

— Да! — прорычал ей в губы и сделал еще один толчок.

Мне до одури нравилось, что она оставляет свои метки на моем теле. Наклонился и втянул в рот кожу на шее. Я хочу, чтобы каждая собака знала, что она моя.

Еще один толчок. Соня начинает хныкать, извиваться и что-то неразборчиво шептать.

О, да… Моя сладкая девочка на грани…

Отпускаю себя и вхожу в нее быстро, мощно, на всю длину.

Соня вскрикивает, и ее тело подрагивает от оргазма.

Черт… Она самый настоящий грех.

Делаю несколько толчков и в последний момент успеваю вытащить и кончаю ей на лобок.

Приоткрываю глаза и вижу, как моя сперма стекает по ее складочкам и смешивается с девственной кровью. Соня права… Я точно псих, если это меня заводит.

Моя девочка двигается к спинке дивана, и я ложусь рядом, крепко обнимая ее.

Тесно и неудобно. Но в то же время это лучшее место на земле.

— Я не хочу, чтобы ты меня прогонял, — тихо говорит Соня. — И уходить я тоже не хочу. Помнишь, что ты сказал в кинотеатре? Или сейчас «нет», или не отпустишь больше. Не отпускай… Я знаю, будет трудно, но мы справимся… Совсем справимся, если будем вместе.

Я молчал, но был согласен с каждым ее словом.

Мы не говорили друг другу «люблю». Это слово пустой звук по сравнению с тем, что мы чувствовали друг к другу.

Крепко прижал ее к себе, наклонился и тихо на ушко прошептал:

— Вместе…

Утром, открыв глаза, первое, что увидел — это светлая макушка моей чертовки. Моя рука лежала на ее животе, а утренний стояк упирался в ее попку.

Соня спала в моей футболке и это приносило особенный кайф. Футболка съехала, открывая плечо и ключицу. Приподнял голову и поцеловал ее плечико. Затем проложил дорожку поцелуев к ушку, а рукой забрался под футболку и сжал ее грудь.

На мои действия Соня слегка выгнулась в спине и тихонько застонала, так и не открыв глаза.

Вчера я увез ее сразу к себе. Даже не разрешил домой заехать за одеждой. Поэтому сегодня моя чертовка радовала меня голой попкой.

Просунул член между ее бедер и погладил головкой уже влажные складочки. Малышка даже во сне хочет меня.

Сжал пальцами набухший сосок и мягко вошел в податливое лоно.

— Гриша, — тихо простонала она мое имя.

— Да, моя девочка, — промурлыкал ей на ушко, слегка прикусывая мочку. Медленно вошел в нее и так же вышел.

Хотелось поставить ее на колени и взять жестко. Но еще больше хотел медленно, долго, растягивая удовольствие.

Соня прогнулась в спине, открывая больший доступ. Продолжал медленно входить в нее, и вскоре она начала сама насаживаться на меня.

— Хочешь? — прохрипел ей на ушко.

— Да, — прохныкала она.

Вошел в нее резко, на всю длину.

— Так?

— Да! — ее тихий шепот еще больше возбудил меня.

Больше я сдерживаться не мог… Сжал ее бедро и приподнял, открывая больший доступ для себя и резко вошел.

По спальне разносились звуки шлепков, ее громкие стоны и мое рычание.

В какой-то момент Соня громко вскрикнула и затряслась в моих руках. Это стало финишем для меня. В последний момент успел вытащить, и белая вязкая жидкость растеклась по ее бедру.

Крепко прижал Чертовку к себе. Мы оба тяжело дышали. Постепенно дыхание Сони начало выравниваться, пока не стало совсем размеренным.

Моя девочка уснула.

Сходил в ванну, смочил полотенце и аккуратно вытер следы нашей страсти с ее кожи. Убрал волосы, которые небрежно упали на ее лицо, и невесомо поцеловал малышку в губы. Затем покинул спальню, тихо прикрыв за собой дверь.

Позвонил Андрюхе. Заместитель отчитался, о вчерашней гонке. И вечеринке, которая была организована после нее. Поржали что половина вчерашней элиты сразу после гонки, практически сплошной колонной отправилась в «загородный дом». Да, у девочек Жанны вчера было много работы.

— Меня сегодня не беспокоить. Я беру выходной, — уверенно сказал другу, прикидывая, что и как организовать для Сони.

— Что прости? Мне кажется, я ослышался. Выходной? Ты? Серьезно? — друг смеялся в голос, даже не опасаясь, что может выхватить за такой стеб. — Ты десять лет выходной не брал.

— А теперь беру. Все! Меня нет.

Соня спала не долго, но к моменту ее пробуждения успели привезти еду из ресторана. А я забронировал несколько мест для посещения. Хорошо иметь власть и связи — тогда перед тобой открыты все двери.

— Доброе утро, — прошептала моя чертовка, входя на кухню.

В этот момент я накрывал на стол, глянул на нее и замер.

Моя девочка стояла в дверях, застенчиво переминалась с ноги на ногу и оттягивала края футболки, стараясь прикрыть ноги. Единственная мысль, которая билась в моей голове: «на ней нет трусиков».

Не глядя, поставил тарелку на стол и направился к моей малышке.

«На ней нет трусиков…»

Подхватил Соню под попку и крепко сжал. Она обхватила меня ногами, а руками за шею обняла.

«На ней трусиков…»

В этот момент я тысячу раз пожалел, что надел шорты. Хотя они ведь очень легко снимаются…

Посадил ее на стол. Хорошо, что не успел толком его накрыть к завтраку.

Наклонился к ее шейке и втянул потрясающий запах ее кожи.

— Ммм, как вкусно ты пахнешь, — промурлыкал ей на ушко.

— Не говори ерунды, я еще не была в душе, — хрипло засмеялась она.

— Ты пахнешь мной.

Она засмущалась, а когда я потерся о ее промежность своим стояком и вовсе глазки опустила.

Черт, этот ее вид послушной девочки заводит так, что тормоза готовы слететь.

Но я ограничился лишь поцелуем. Она еще не готова к активным секс-марафонам. А вот через пару дней мы опробуем каждую поверхность в моей квартире. И начнем с этого стола.

— Я хочу загладить свой вчерашний косяк, — хрипло сказал, когда удалось оторваться от ее сладких губ. — Я приглашаю тебя на свидание.

Она удивленно округлила глаза и приоткрыла ротик.

Так и вижу, как провожу по ее губам головкой члена…

Встряхнул головой, прогоняя порочные и неуместные сейчас мысли.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍—Но как же… А если кто увидит? — тихо спросила она.

— Не увидят, — лукаво улыбнулся и вновь поцеловал мою Чертовку. — Доверься мне.

Снял ее со стола и отправил в душ, не забыв при этом шлепнуть по ее аппетитной попке.

Пока накрывал на стол, все мысли были о Чертовке в моём душе.

Она появилась на пороге кухни, когда всё было готово к завтраку

Соня надела вчерашнюю одежду и мысль о том, что на ней нет трусиков, вновь прострелила в голове.

— Мне надо заехать домой переодеться, — тихо сказала она.

— Это обязательно. Иначе наше свидание превратится в безудержный секс-марафон.

Соня рассмеялась и покачала головой.

— Ты невыносим, — все еще посмеиваясь, сказал она.

— Да? И кто сделал меня таким?

Она еще больше покраснела и опустила глаза в тарелку.

Мы быстро позавтракали и покинули мою квартиру.

Вначале мы заехали к Соне домой. Девушка не заставила себя долго ждать. Для свидания она выбрала красивое серое платье и накинула черную куртку.

— Волнуешься? — спросил её, когда мы ехали к первым пункту нашего свидания.

— Немного, — с улыбкой ответила Соня.

Вскоре мы подъехали к черному входу небольшого кинотеатра. И как истинный джентльмен помог Соне выйти из машины..

У входа нас уже ждал охранник. Мы пожали друг другу руки, и он провел нас в зал.

— На свой страх и риск я выбрал фантастику.

— Отлично. У меня нет особых кино предпочтений, — это первое, что сказала Соня, с того момента, как мы покинули машину. — А где все? — спросила она, рассматривая пустой зал.

— А кто тебе ещё нужен? — спросил, принимая у сотрудника кинотеатра попкорн и напитки.

— Ну… Зрители, — неуверенно сказала она.

— Все зрители уже здесь, — лукаво ей подмигнул.

В зале погас свет и начался фильм. Я честно пытался сконцентрироваться на сюжете. Но сидящая рядом чертовка, разбивала все мои попытки в пух и прах. В какой-то момент плюнул на всё и усадил Соню к себе на колени.

— Тебе не кажется, что это не совсем удобная поза для просмотра фильма, — заметила она, сидя спиной к экрану.

— Нет. Мне кажется, что поза как раз самая удобная, — сказал, поглаживая её бёдра.

Чертовка снова была в этих своих тонких колготках.

Медленно провел руками по ее умопомрачительным ножкам, задирая платье. Малышка тяжело задышала. Я не видел её зрачков, но был уверен, что они расширились вот возбуждение.

Мне нравится, что она заводится с одного моего касания.

Платье задралось практически до талии, я не стесняясь сжал упругую попку.

Поцеловал малышку, не сдерживаясь. Отдавал в поцелуй всё своё возбуждение, похоть и фантазии.

Соня обняла меня за шею и притянула ещё ближе к себе.

Провел большим пальцем по спрятанному под трусиками клитору. Соня выгнулась и застонала мне в рот.

Она оторвалась от моих губ, а я по инерции потянулся за ней. Но у Чертовки были другие планы. Малышка проложила дорожку поцелуев от моих губ по скуле, ниже к шее. Откинул голову, давая малышки больше доступа. Кайфовал от каждого её касания, от каждого поцелуя.

— Как думаешь, сюда могут войти? — тихо прошептала она мне на ухо.

— Пусть только попробуют, — хрипло ответил.

Соня погладила мои плечи, грудь, провела ладонями по животу к ремню.

— Знаешь, я даже не представляла… Но ты делаешь из меня настоящую извращенку, — томно прошептала она, и потянула мой ремень.

Дрожащими руками Соня расстегнула пуговицу и ширинку. Пальчиками погладила твёрдую головку члена.

— Только не рви, — сказала она в тот момент, когда раздался треск ткани.

— Поздно малышка, — ответил, отбрасывая в сторону лоскутки, некогда бывшими её колготками и трусиками. Притянул её к себе, провёл пальцами по влажной киске.

Соня застонала и закрыла глаза.

Спустил штаны и резко насадил Чертовку на твердый член.

Малышка вскрикнула и ногтями вцепилась мне в плечи. Уверен, следы останутся даже через футболку.

Малышка уткнулась мне в шею и расслабилась, позволяя доводить ее до исступления, так как мне этого хотелось. Я крепко сжимал ее попку и то насаживал ее на себя резко, то заставлял медленно скользить по моему члену. Я был кукловодом, полностью управлял чертовкой. И мне до одури нравилось ее подчинение.

В момент оргазма Соня задрожала и укусила меня за шею. Никогда не думал, что боль может быть настолько приятной, что в ту же секунду приведет меня к оргазму.

Так и продолжая сидеть на кресле, мы крепко обнимали друг друга. Когда дыхание восстановилось, мы привели себя в порядок. Соне я не позволил сидеть настолько далеко — на соседнем кресле. Поэтому усадил малышку к себе на колени, и всю оставшуюся часть фильма она дремала у меня на руках.

После кинотеатра повез мою чертовку в ресторан.

Небольшой зал был весь заставлен цветами. А в центре стоял единственный сервированный столик.

— Гриш, это что… Только для нас? — шокировано прошептала она.

— Нет, малышка. Это только для тебя. Вот так, все должно было быть вчера. Ну за исключением одного момента в кинотеатре. Я ведь сразу сказал, что хочу загладить свой вчерашний косяк.

— Гриш, ну ведь это не важно, — прошептала она, со слезами на глазах.

— Важно. Что мы потом нашим детям расскажем? Что их папка трахнул маму сразу после того, как избил ее друга. Так себе история получается… Мы расскажем им скорректированную версию. И врать не придется.

Весь мой монолог Соня стояла, широко раскрыв рот и, кажется, забывала моргать.

— Дети? Какие дети, Гриш? — взволнованно спросила она.

— Ты не хочешь детей? — не то, чтобы я мечтал о спиногрызах, но мысль о том, что именно Соня не хочет и именно от меня неприятно кольнула.

— Хочу! — воскликнула она. — Просто я никогда не думала, что это возможно. В смысле, не в таких отношениях, как наши.

— Мы не всегда будем скрываться, Сонь, — серьезно ей сказал, глядя в глаза. — Скоро я решу все свои проблемы, и тебе ничего не будет угрожать.

— А Василиса? Она не поймет…, — со слезами на глазах, сказала она.

Обнял мою малышку и поцеловал в макушку.

— Ей придется смириться. Как и всем остальным.

Это был замечательный вечер. Со всей уверенностью могу сказать, что свидание удалось. Соня с восторгом рассматривала цветы. Мы много рассказали друг другу о себе. И конечно танцевали.

Мне хотелось бы остаться в этом вечере навсегда. Но счастье не вечно. И очень скоро я в этом убедился.

После ресторана отвёз Соню к себе. Предварительно пришлось заехать к ней домой за вещами. Я сопротивлялся, как мог, но аргумент, что завтра ей на пары, сделал своё дело.

Весь оставшийся вечер мы провели вдвоем. Смотрели кино, общались и целовались.

— Я завтра уезжаю, — сказал, когда мы поставили фильм на паузу, чтобы заварить чай.

Соня замерла с заваркой в руках и удивленно на меня посмотрела.

— Куда? Надолго?

— Точно сказать не могу. Это как пойдут дела. Но я планирую дня три, может пять. Не больше.

Малышка подошла ко мне и крепко обняла за талию.

— Я буду скучать, — тихо сказала она. — И ждать.

— Девочка моя, — глухо прошептал ей в макушку.

Подхватил малышку на руки и понес в спальню. Этой ночью у нас получился мини секс-марафон или лайт версия, если можно так сказать о нескольких оргазмах подряд.

Утро было необычным. Но приятным.

Проснулся я один. А вот на кухне меня ждала моя хозяюшка. Не знаю, где она нашла все эти продукты, но стол буквально ломился от еды.

— Где ты взяла скатерть-самобранку? — промурлыкал Соне на ушко, обнимая ее за талию.

— Что? — хрипло спросила она.

Резко развернул ее к себе. Мне нужно визуальное подтверждение моей догадки.

О, да! Зрачки расширены, дыхание частое, сквозь футболку видны очертания твердых сосков — она возбуждена. Подхватил ее под бедра и усадил, на свободную от продуктов, столешницу. Развел ее бедра и положил ладонь между ее ножек.

— Чертовка, — восхищенно прорычал, накрывая ее губы своими.

Моя девочка была без трусиков и уже влажная для меня.

Стянул боксеры, подтянул к себе Чертовку и резко вошел в нее.

Малышка обхватила меня руками и ногами, крепко прижимаясь. Если ночью мы занимались любовью, то сейчас я трахал свою девочку — быстро, жестко, без остановок…

Она закричала, когда достигла оргазма. Сделав несколько толчков в пульсирующие лоно, вытащил член и кончил в кулак.

Соня уткнулась мне в плечо и тяжело дышала.

— Ну вот и позавтракали, — довольно сказал, целуя ее в макушку.

Чертовка рассмеялась и покачала головой:

— Иди в ванную, завтрак почти остыл.

Когда мы сели за стол, еда действительно практически остыла. Завтракать пришлось в ускоренном режиме. Соня опаздывала на пары, а меня ждал Андрей.

Малышка сопротивлялась, но я все-таки подвез ее к университету. Прощались мы долго. Я не хотел ее отпускать, а она не могла оторваться от моих губ. И только очередной звонок от Андрея заставил разорвать объятия и отпустить Чертовку.

Наблюдая, как моя девочка бежит к университету, понял, что уже начинаю скучать по ней.

Завел машину и поехал к Андрюхе. Помощник ждал меня на «базе». Там куда я привозил Соню, когда похитили Надю. Кстати, по приезду надо бы наведаться к Савиным и проведать девочку.

— Все готово? — спросил, входя в ангар, где стояли тачки.

— Две последние прибыли в негодном состоянии, — отчитался Андрюха, с раздражением сплевывая на пол.

— Покажи.

Мы прошли мимо нескольких машин, накрытых чехлами, в дальний угол ангара.

Две последние машины стояли без чехлов и в ужасном состоянии. Фары и лобовое стекло разбиты, отломаны зеркала, а капот весь всмятку, словно по нему били бейсбольной битой.

— Пацанов избили, но не сильно. Сказали передать привет от Прохора, — доложил Дрон.

— Значит так! Пока мы будем в отъезде, пусть Борзый отслеживает Прохора. Я хочу знать все: с кем встречается, с кем трахается, что жрет и даже когда срет. У него скоро крупная сделка и мы не должны пропустить этот момент. Пацаны сильно пострадали?

— В порядке все с ними. Так, только физиономии разукрасили не много.

Кивнул, принимая информацию к сведению. Андрюха ушел давать распоряжения, а я продолжал осматривать битые тачки. Мало того, что с доставкой опоздали, так еще и неликвид. Мастера все равно не успели бы номера перебить, так что работенки прибавится.

Вскоре подтянулись пацаны. Машины еще раз проверили, загнали в фуры, и каждая с интервалом поехала по своему маршруту.

Мы с Андрюхой выехали самые последние. Время в пути у нас займет больше суток. Мы планировали остановиться на ночь в отеле. К встрече с покупателем мы должны быть собраны, а не клевать носом, как сонные мухи. Однако из-за Сони мне хотелось быстрее закончить с этой «командировкой».

Но моя не внимательность может стоить потери очень больших денег… И не только мне. Карманы пацанов тоже пострадают. Так что приходиться отодвигать свои «хотелки» на задний план и действовать, в рамках заранее оговоренной инструкции.

Весь день я был за рулем. Андрей отслеживал отчеты от команд сопровождения товара. Все было в порядке. Как и договаривались, водители менялись каждые три часа. В кузове каждой фуры сидели по пять охранников. Так как товар будут перевозить без остановок, охранники отдыхали по очереди — час через четыре. Все остальное время они отслеживали камеры наблюдения, прикрепленные со всех сторон к фуре.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Две машины остановили сотрудники ГИБДД. Доблестные стражи дорожного порядка проверили документы водителей. А когда открыли кузов… Единственное, что они увидели это коробки с бытовой техникой в одной фуре и с медицинским оборудованием — во второй.

Каждый час Борзый присылал информацию о Прохоре. Но пока ничего интересного не было.

С моей малышкой мы переписывались не часто. Только на редких остановках. И то, друг постоянно подозрительно на меня косился. Но вопросов не задавал.

На ночлег мы остановились в небольшом придорожном мотеле. Душ, поздний ужин, шестичасовой сон, завтрак и мы снова в дороге.

Сегодня за рулем сидел Андрюха. Я отслеживал отчеты от команд сопровождения и Борзого.

Все было спокойно. После обеда начали поступать сообщения о том, что товар прибыл на место.

— Пацаны справились, — сказал Андрюхе, когда пришло уведомление от последней команды.

— Не в первый раз, — пожал плечами друг. — Они уже матерые ребята, не раз перегоняли угнанные тачки.

— Знаю. Но расслабляться нельзя.

Через несколько часов мы подъехали к назначенному месту.

Покупателя долго ждать не пришлось. Спустя полчаса к заброшенному заводу подъехали десять машин. Из центральной вышел пожилой мужчина в недорогом пальто и с тростью. Встретив этого человека в массе прохожих, можно принять его за обычного пенсионера, так и не узнав, что случайно повстречал криминального авторитета региона.

Жнецов Валерий Эдуардович, в теневом бизнесе был известен, как Жнец. И полностью соответствовал своему прозвищу.

К счастью у нас с ним сложились дружеские и доверительные отношения, по причине близкой дружбы Жнеца с Джафаровым.

— Гриша, сколько лет, сколько зим? — поздоровался со мной Жнец, слегка похлопывая по плечу.

— Не так и много, Валерий Эдуардович. Всего полгода прошло с последней сделки.

— Правда? Эх, как непонятно порой время: то мчится, как гоночный болид, то капает словно патока. Скажи-ка мне мой друг, все ли в порядке с машинами?

— Конечно, Валерий Эдуардович. Ребята у меня отличные мастера — профессионалы. Тачки хоть завтра можно выставлять на продажу. Единственное, две машины подгоним позже — в дороге задержались. Пацаны покрасят, номера перебьют и к вам.

— Хорошо, Соколик. Я тебе верю, — покивал головой Жнец. — За товар я тебе заплачу в полном объеме, чтобы ты со своей братвой лишние финансовые махинации не производил. Пусть мои молодцы осмотрят товар. Доверяй, но проверяй, как говорится.

— Без проблем, Валерий Эдуардович, — ответил, кивая пацанам, чтобы распаковывали фуры. — Я в своих ребятах уверен. Но вы правы. Все надо проверять.

Команды сопровождения начали бережно вытаскивать коробки, постепенно освобождая машины. После заключения подобных сделок мнимый товар мы отдаем в детские дома, интернаты и дома престарелых. Такое своеобразное замаливание грехов за кражу машин и их последующую продажу.

— Пойдем-ка потолкуем, — сказал Жнец, кивая в сторону.

Мы отошли от основного народа. Жнецов внимательно на меня посмотрел, а потом спросил:

— Кому дорогу перешел, Соколик?

— Не понимаю о чем вы?

Жнец вздохнул, кивнул мужчине, который остался стоять у машин и не принимал участия в разгрузке товара.

— Знакомься, Сокол, — сказал Валерий Эдуардович, когда мужчина подошел к нам. — Это Юсуф — наемник… И ему тебя заказали.

Второй день, как Гриша уехал. А я до сих пор с блаженной улыбкой вспоминаю наше свидание. Кто бы мог подумать, что такой мужчина, как Сокол, может организовать потрясающий романтический вечер.

Кинотеатр, а потом и ресторан — покорят любое девичье сердце. Это было так мило и неожиданно, что я не смогла сдержать слез от счастья.

И тем хуже было расставаться. Но у него дела. Да и мне в университет надо.

Мой мужчина приставил ко мне в охранники Диму. Я удивилась. Ведь последняя их встреча прошла весьма печально. Но одногруппник меня убедил, что если ему оказано такое доверие — он прощен за свою выходку на гонках.

Мне это казалось сомнительным, но говорить ничего не стала.

Дима слишком ответственно подошел к заданию. Вчера весь день он сопровождал меня… Даже в туалет.

А сегодня поползли слухи о том, что у нас роман. Я слушала, бледнела и не знала, что на это ответить. Только сидела и головой, как болванчик, отрицательно качала.

Сегодня всё повторилось вновь. Дима встретил меня на парковке и проводил в аудиторию. К счастью, сидеть мы остались на своих прежних местах.

Меня немного напрягал такой контроль. А он был очень суровый. Дима не подпускал ко мне даже знакомых, которые хотели просто пообщаться. Это распространялось не только на студентов.

Сегодня, в конце второй пары меня попросил задержаться преподаватель, у которого в прошлом году писала курсовую работа.

— Дмитрий, вы можете подождать София за дверью, — сказал преподаватель, когда аудитория опустела.

— Благодарю, но я подожду здесь, — последовал его решительный ответ.

Преподаватель удивленно на меня посмотрел, но я только пожала плечами.

А что мне сказать? Что Дима мой надзиратель? Или что мой мужчина настолько ревнив, что приставил ко мне отпугивалку противоположного пола?

Не то чтобы я собиралась флиртовать или строить с кем-то отношения. Просто тот факт что кто-то постоянно за тобой ходит — дико напрягает.

Сегодня третий день, как Гриша уехал. Я безумно по нему соскучилась. Это просто невыносимо. Ждёшь сообщений, как нищий подаяние. Высматриваешь знакомое лицо в толпе прохожих. Но и ночами нет покоя. Гриша снился мне каждую ночь. И сны эти были полны любви, страсти и желания. Каждое утро я просыпалась с чувством нежности, возбуждения и легкой грусти.

Преподаватели думали, что я заболела. Ведь я всегда была активная на занятиях. А сейчас сидела тише воды, ниже травы.

А что я могу поделать? Моё состояние не изменится пока Гриша не приедет.

На следующий день случилось неожиданное. Я собиралась сварить кофе. Открыла кран с холодной водой. И вдруг из-под раковины раздался тихий хлопок. А потом полилась вода.

На несколько мгновений я замёрзла, не зная что делать.

И только спустя несколько секунд, вспомнила, что в ванной есть кран, который перекрывает воду во всей квартире.

За то время, что мой мозг тормозил, на кухне образовался знатный потоп. Первым делом пришлось бежать за телефоном, искать номер сантехника и договариваться о ремонте. Затем сразу позвонила старосте и сообщила, что сегодня на учебу не приду.

Отложив телефон, взялась за тряпки и приступила к уборке наводнения, пока не затопило соседей.

Сантехник пришёл раньше чем я его ожидала. Им оказался молодой мужчина, примерно двадцати пяти лет. Хотя, если честно, ожидала увидеть мужчину лет пятидесяти, с усами и в комбинезоне.

Сантехник снял верхнюю одежду, надел бахилы и прошёл к "пострадавшему". Вот что значит частная компания.

Мужчина чем-то крутил и зазвенел под раковиной. А я от волнения, мерила кухню шагами.

Неожиданно раздался звонок в дверь. Я замёрзла, а потом пошла открывать.

Щелкнув замком, открыла дверь и на секунду обомлела. А потом с визгом бросилась обнимать неожиданного, но очень желанного гостя.

За моей спиной раздались шаги.

— Девушка, где у вас кран… — договорить мастер не успел, потому что его перебил рев дикого Сокола.

— Это что за нахер? — зарычал Гриша, отодвигая меня от себя.

— Это сантехник…

Соколов подскочил к бедному перепуганному парню, схватил его за горло и прижал к стене.

Мастер захрипел и попытался убрать руку Сокола. Но мужчина только сильнее ее сжал.

— Гриш, не надо, — захныкала, подбегая к мужчинам.

Сокол посмотрел на меня таким взглядом, словно я предала его.

— Чего, блять, не надо? — зарычал он, глядя мне в глаза. — Знаешь, что это напоминает, Соня? Клише! Муж вернулся раньше из командировки.

— Всё не так! — едва не плача, ответила ему. — У меня прорвало…

— Знаешь что? Разбирайся сама, с тем, что у тебя прорвало.

Гриша отпустил мужчину, вышел в подъезд, громко хлопнув дверью.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Больные на голову! — прохрипел сантехник и тоже покинул мою квартиру.

Я стояла в прихожей, словно молнией пришибленная.

Это что сейчас было? Почему Гриша ушёл? Почему не стал слушать?

Множество вопросов и ни одного ответа.

Не знаю сколько я так простояла, но в какой-то момент заметила что плачу, руки трясутся, а тело окаменело.

Это ведь не конец? Мы обязательно поговорим.

Все эти дни я так сильно по нему скучала. А он просто ушёл…

Сползла по стене на пол. Свернулась калачиком и заплакала еще сильнее.

Мы ведь не расстались? Ещё ничего не кончено?

Тогда почему так больно?

Вчера я долго лежала на полу. Мне совсем не хотелось вставать и что-то делать.

Мы ведь не расстались? Поговорим, и все будет хорошо. Вот только на телефон он не ответил. А через несколько попыток до него дозвониться, механический голос сообщил, что «абонент вне зоны действия сети». И даже после этого я верила, что мы помиримся.

Пол был прохладный. Вначале это успокаивало, но потом я промерзла и заставила себя перебраться в кровать.

На следующий день я снова прогуляла университет. Обычно от депрессивного или взволнованного состояния меня спасала готовка.

Сейчас мне не хотелось даже шевелиться. Все тело окаменело, а в душе появился страх. Я боялась, что между нами все кончено, что однажды столкнусь с его равнодушием и отчужденностью.

Поэтому я предпочитала прятаться от всего мира под одеялом. Так надежнее.

На следующий день все же пришлось поехать в университет. Строгий преподаватель решил провести семинар. С такими преподами, прогулы потом боком выходят.

В университете все было спокойно. Только одно выбивалось из привычной колеи.

Дима.

Он больше не сопровождал меня. Парень вел себя как прежде. Редко общался и все свободное время проводил с друзьями.

— Дим, у тебя все в порядке? — спросила у парня, когда удалось поймать его на перемене.

— Да. А почему ты спрашиваешь?

— Просто… — я не знала, как правильно подобрать слова, и поэтому мямлила.

— Сонь, тут такое дело… — неуверенно сказал Дима. — В общем Сокол отменил приказ о наблюдении.

— Отменил? — глупо переспросила его.

— Да. Сказал, что в этом больше нет нужды, — и видя мою растерянность, добавил — Мне жаль.

Дима вернулся к своим друзьям, а я не могла сделать шагу.

И что это значит? Это всё?

Я даже в мыслях боялась произнести слово «расставание». Словно, стоит только сказать и это действительно произойдет.

Пребывая в прострации, я направилась на следующую пару. Лекция успешно прошла мимо меня. Я даже не пыталась делать вид, что записываю. Просто сидела и смотрела в окно. Мыслей было много. И одна хуже другой.

Перед началом того самого семинара, у нас был перерыв в пятнадцать минут. Поэтому после лекции решила подышать свежим воздухом. На улице было прохладно. В этом году осень рано порадовала нас своим визитом.

Выйдя на крыльцо, резко остановилась. С моего ракурса отлично просматривалась парковка. И там, в первом ряду стоял до боли знакомой автомобиль, к которому уже подходил Дима.

Отойдя немного в сторону, спряталась за колонной, я наблюдала как Гриша выходит из машины.

Сердце защемило только от одного взгляда на него. Соколов поздоровался с Димой крепким рукопожатием и о чем-то начал с ним разговаривать.

Как бы не понятна мне была ситуация с нашими отношениями, я скучала по этому мужчине. Я понимаю, что вот так подсматривать за ним было глупо… Но я ничего не могла с собой поделать.

Они говорили недолго и вскоре попрощались. Дима направился в сторону университета, а Гриша начал просматривать двор. Я спряталась за колонной, прислонившись к ней спиной. И встретилась взглядом с одногруппницей. Лиза с интересом меня рассматривала, а потом не спеша подошла ко мне.

— Привет, — с непонятной улыбкой поздоровалась она. — Что делаешь?

— Воздухом вышла подышать перед семинаром.

— Ага, я тоже, — с сарказмом сказала девушка. — Слушай, сегодня открывается новый клуб. Все наши собираются. Пойдешь?

Я не слышала, чтобы одногруппники обсуждали что-то подобное. Но я весь день была погружена в свои проблемы и могла это пропустить.

— Не знаю, — не уверенно ответила ей. Идти никуда не хотелось. Было одно желание — вернуться домой и спрятаться под большое, теплое одеяло.

— Давай. Будет весело, — продолжала она уговаривать. Лиза взяла меня под локоть и повела обратно в университет. — Ты эту тусу никогда в жизни не забудешь, — с улыбкой сказала она.

Перед тем как войти в здание, еще раз посмотрела на парковку. Гриша в этот момент открывал машину и садился на водительской сиденье.

— Хорошо, — слово сорвалось с языка быстрее, чем я успела об этом подумать.

Лиза хихикая, объяснила, где и во сколько состоится встреча. Затем весело помахала рукой и побежала в дамскую комнату.

Странная она. То терпеть меня не может, то ведет себя словно лучшая подружка.

Но из нас двоих, определенно я лидирую в неадекватности.

Вот зачем я согласилась? Не хочется ведь идти. Но глядя на Сокола, на его невозмутимый вид — согласилась. Не исключено, что сработала та самая, пресловутая женская вредность.

Семинар прошел нервно. Во время доклада, я дергалась, заикалась и постоянно сбивалась. За что получила четыре. Но я бы себе и такой оценки не поставила. Это тот случай, когда репутация отличницы сыграла на руку.

Вернувшись домой, старалась не обращать внимания на давящую тишину. Помогал старый метод — работающий в пустоту телевизор. Сделала задания в университете и успела перевести часть главы, когда просигналило напоминание, что пора собраться в клуб.

Наряжаться не стала. Надела обычные зауженные джинсы с высокой посадкой. Кофту с не большим вырезом, открывающим только ключицы и балетки. Подкрасила тушью ресницы и все. Я готова.

В клуб решила поехать на такси, которое прибыло спустя несколько минут после вызова.

Возле входа было много народа. Некоторые уже изрядно выпившие. Но никого из знакомых я не видела.

Странно. Решила позвонить Лизе. Именно так мы и договорились, в случае моего опоздания. Но я приехала на несколько минут раньше назначенного времени

Одногруппница ответила не сразу. Но услышав, что я уже на месте, сказала «сейчас буду» и бросила трубку.

Лиза вышла из клуба практически сразу. Девушка сияла, словно звезда, упавшая с небосвода. И это не фигура речи. Ее волосы были в блестках, лицо покрыто чем-то глянцевым, из-за чего каждая лампочка отражалась на ее коже. Одета она была в очень короткое платье без бретелек. Но больше всего меня поразила ее способность уверенно передвигаться на таких высоченных шпильках.

Лиза поздоровалась и как сегодня днем, подхватила меня под локоть и повела ко входу.

На мой взгляд, этот клуб ничем не отличался от всех остальных. Много народа, громкая и ритмичная музыка. Светомузыка развешена в каждом углу и лучи прожекторов, которые неприятно били по глазам.

Одногруппница провела меня через зал, к столикам. За одним из многих сидели три неизвестные мне девушки. Каждая из них окинула меня скептическим взглядом, и удивленно посмотрели на Лизу.

— А вот и она, — слишком радостно воскликнула одногруппница и усадила меня на диванчик.

Девушки переглянулись, но ничего не сказали. Я понимала их удивление. Среди этих красоток, я была словно ложка дегтя. Они все из себя красивые, ухоженные и нарядные. А я в джинсах и обычной кофте.

— Что будешь пить? — спросила меня Лиза и переглянулась с одной из подружек.

К сожалению имен, их мне не назвали, но учитывая отсутствие у меня коммуникабельности, не удивлюсь, что домой поеду все так же, не зная их имен. Просто по тому, что сама постесняюсь спросить.

— Мохито безалкогольный, — ответила девушке.

Первое правило, которое заставила нас выучить Есения на наше шестнадцатилетние — никогда не пейте алкоголь в малознакомой и сомнительной компании.

Одна из Лизиных подруг пошла к бару, делать заказ. А остальные девушки принялись обсуждать какое-то супер красивое платье.

Мне было скучно и жарко. Поэтому, когда передо мной поставили коктейль — выпила почти половину.

Девушки продолжали обсуждать новинки моды, а мне было душно. Голова начала кружиться, в глазах рябить, словно я трое суток без сна провела перед монитором.

Подняла взгляд на девушек. Лиза с интересом наблюдала за мной.

Я посмотрела на стакан и вспомнила втрое правило, которое заставила нас выучить Сеня. На вечеринках, дискотеках и прочих тусовках выбирайте напитки, которые были закрыты еще на заводе…

Мысли растекались, язык онемел, а тело начало постепенно расслабляться. Я не могла контролировать себя… И это было страшно.

Я откинулась на спинку дивана, встретилась с прищуренным взглядом Лизы и темнота медленно поглотила мое сознание.

Всю дорогу домой я был в раздумьях. Ну, еще бы… Новость о скорой кончине любого выбьет из колеи.

Время у меня еще есть. Надо успеть много решить, передать права новому главе нашего «бизнеса», чтобы пацаны не передрались за власть и не сдохли от голода. Еще надо оформить наследство на производство в Италии. Дел по горло, а времени в обрез.

Но самое главное, успеть разобраться с Прохором. Мудак ответит за все. Если уж я скоро окажусь в могиле, то его я потащу за собой.

Остается еще один не решенный вопрос… Что делать с Соней? Как она отреагирует на мою смерть? Чертовка молодая совсем. У нее еще все впереди. Поплачет, погорюет и найдет себе нового мужика. Создаст с ним семью, нарожает детишек и будет счастлива.

Черт.

Только одна мысль, что она может принадлежать кому-то другому, выводила из себя. Никогда не думал, что могу оказаться таким собственником. До того, как встретил Соню.

Она словно приворожила. Околдовала… Подсадила на себя. Теперь я понимал наркоманов, готовых убить за дозу.

Я кайфовал от ее вида, дурел от прикосновений и впадал в транс от ее запаха.

Любовь ли это? Я не знаю. Мне не ведомо это чувство. Не было примера перед глазами, чтобы быть уверенным наверняка.

Мы ехали в родной город в полной тишине. Андрюха пытался выяснить, о чем мы говорил Жнец, но я не стал ему рассказывать. Вообще, мне кажется, лучше никому не говорить о предстоящих событиях.

Больше всего на свете мне хотелось оказаться рядом с Соней. За эти дни я безумно соскучился. Новость о том, что меня заказали, выбила почву из-под ног. И только моя чертовка сможет вернуть меня на эту бренную землю.

Мы мчались обратно, часто превышая скорость. Даже в отеле на ночь не остановились.

Дрон что-то подозревал, молчал и вопросов не задавал. Но я часто ловил на себе его задумчивый взгляд.

Когда приехали в город, первым делом подвез Андрюху домой, а потом сразу к Соне. Хотелось жрать, в душ и спать… Но увидеть мою девочку хотелось сильнее.

Малышка встретила меня радостно. Черт, это нереально круто, возвращаться туда, где тебя так сильно ждут и скучают. От ее неподдельных эмоций меня самого накрыло волной счастья.

Пока не вышел этот мудак.

В первые секунды ревность взорвала сознание.

А потом я задумался… Скоро меня убьют… Это будет удар для нее…

Поэтому я решил воспользоваться ситуацией. Подозрение в измене — чем не повод для расставания?

Гадостей ей наговорил, чтоб уж наверняка. Самому от себя противно. Говорил, что навсегда, а сам… Урод, одним словом.

В машине закурил, успокаивая нервы. Через лобовое видел, как сантехник выбегает из подъезда. Не повезло мужику с заявкой.

Докурил, завел машину и поехал на «базу». Старался не думать о Соне и насколько сильно я ее обидел.

Мне сейчас надо попинать грушу и нажраться… Вот так быстро меняются приоритеты.

На следующий день проснулся с головной болью. На базе была движуха. Народу понаехало… Как-то у меня из головы совсем вылетело, что скоро будем организовывать бои без правил.

Мне было побоку, но пацаны в предвкушении зрелищ и денег. Поэтому пришлось быстро приводить себя в порядок и заняться делом. Весь вечер обсуждали нюансы. Кого и с кем выпускать в клетку — первостепенная задача. Потом уже решать, кого из толстосумов приглашать. Хотя, как показывает практика, эти богатые папики захотят еще и своих бойцов поставить.

Дел было много, но это не помогало. Все равно постоянно приходилось останавливать себя, когда рука тянулась к телефону. Диме отменил приказ по слежке за Соней. Но оставить ее без охраны не мог. Поэтому тайно обратился к давнему знакомому. Заплатил большие деньги, но теперь моя малышка находилась под охраной профессионалов. А еще каждый час мне приходил отчет с фотографиями. При этом старался не думать, что они рассматривают Соню или ее фотки перед отправкой.

На следующий день тормоза слетели. Не выдержал и поехал к ней в универ. Вначале убеждал себя, что мне просто надо выяснить как дела у родных Димы.

Особенно, когда осмотрев двор, так и не увидел малышку.

Но потом получил сообщение. Моя девочка пряталась за колонной и подглядывала за мной. Черт, ну зачем так душу рвать? Хотя я еще и не такого заслуживаю.

А вот вечером получил сообщение от охраны с пометкой «срочно» и указанием адреса.

Сука, новый клуб Прохора. Какого хера она вообще туда поперлась?

Пока одевался, получил еще одно сообщение, на этот раз от того конченого барыги:

«Советую хорошо подумать над моим предложением и дать положительный ответ.»

И фото мразь прикрепил. Соня без сознания сидит на диване в окружении двух мужиков, которые с ехидными улыбками на нее смотрят.

Отвечать ничего не стал. Кинул телефон в карман и вылетел из комнаты. По дороге к машине, дернул нескольких бравых ребят с собой. Пацаны быстро загрузились в тачки и тронулись следом. Вопросов никто не задавал. Они давно привыкли действовать по ситуации.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Поквитаться с Сониными обидчиками они мне не нужны. В этом я сам справлюсь. А вот с доставкой этих самых уродов в ангар — могут быть полезными.

Летел по дороге, не обращая внимания на знаки о скоростные ограничения.

Куда только смотрела охрана? Как такое вообще могло произойти? Чем ее накачали?

Все эти мысли будоражили негативные эмоции. Злость, ненависть и желание убить всех, кто к этому причастен — сжигали последние остатки здравого смысла.

Сжимал крепко руль, пытаясь остыть, но не получалось. Прохор посягнул на святое для меня. На единственно светлое и доброе, что есть в моей жизни. И когда я самолично прирежу эту скотину — меня даже не посадят. Потому что некого будет уже сажать.

Когда пришло очередное сообщение, едва не вылетел кювет, но вовремя справился с управлением. Не хватало раньше времени отправиться в ад.

«Все под контролем» — пришел отчет от охраны. Видимо мы по-разному понимаем значение этих слов.

На парковку клуба я влетел, не обращая внимания на поздних прохожих. Люди в панике разбегались от машины, но мне было все равно.

Вышибалы клуба пропустили без вопросов, но спешно достали рации. Да и похер.

У бара меня перехватил один из охранников моей девочки. Первое, что я сделал — это врезал ему со всей силы в солнечное сплетение. Мужик согнулся и захрипел. Сжал за шкиркой его рубашку и дернул вверх. И похер, что ворот сдавил горло.

— Где Соня? — прорычал ему в лицо.

— В випке, — хрипло ответил охранник.

— Веди, — толкнул этого «профессионала» в сторону вип-зоны.

Мужик все еще не пришел в себя от удара, но послушно вел меня в нужном направлении.

Вип-зона была на втором этаже. Однако, мы поднялись выше. Осматривая интерьер третьего этажа, мне хотелось удавить всех Сониных охранников. И по моему взгляду мужик это понял. А нечего было допускать, чтобы моя девочка оказалась в комнате для привата, где шлюхи Прохора ублажают клиентов.

Мы вошли в одну из комнат и первое что выцепили мои глаза — Соня. Моя девочка лежала на диване. Хорошо, что кто-то додумался подложить ей под голову пайту. И она не соприкасалась кожей с обивкой, на которой чем только не занимались до этого.

Еще в комнате находились те самые мужики, которые позировали на фото. И две незнакомые девки.

— Где Прохор? — с рычанием спросил, не отрывая взгляда от малышки.

— Сбежал, — коротко отчитался один из охранников.

Я кивнул, принимая ответ. С ними позже разберусь.

— Грузите всех, — дал приказ подчиненным. — Всех в ангар. Я потом с каждым побеседую.

С особым удовольствием отметил, как на их лицах отразился страх.

Когда комната опустела, подхватил Соню на руки и вышел из приватки. Малышка даже не проснулась от моих движений.

«Чем же тебя накачали, солнышко мое?»

Соня не проснулась ни от спуска по лестнице, ни от шумной музыки. Она тихонько спала, прижавшись щекой к моей груди.

Погрузил ее на заднее сиденье машины и как смог, пристегнул ее ремнями безопасности.

Сел за руль и шумно выдохнул. Надо успокоиться.

В решении таких вопросов мне нужна чистая голова. Хотя для себя я уже все решил. Вопрос лишь в том, насколько разговорчивыми будут те, кого сейчас везут на беседу в ангар.

Малышку привез в свою комнату на «базе». Аккуратно положил на кровать. Заправил упавшие на лицо волосы и поцеловал в висок.

В дверь тихо постучали и в комнату вошел Кирилл — наш местный врач, которого я вызвал еще в дороге.

Мужчина поздоровался и полностью сконцентрировал свое внимание на моей чертовке.

Кир измерил Соне пульс, давление, осмотрел зрачки и проверил рефлексы.

— В целом ее состояние хорошее, — отчитался врач. — Пульс ровный, давление чуть понижено, но не критично. Надо кровь на анализ взять. Только после этого я смогу сказать, чем ее накачали.

— Бери, — невольно процедил сквозь зубы.

Запустил руку в волосы и растрепал их. Нужно успокоиться. Но как это воплотить в реальность, если только одна мысль, о том, что сделали и что могли сделать с моей девочкой выводила из себя.

А еще я чувствовал вину. Не поперлась бы она в тот клуб, если бы я не сыграл в ревнивого мудака.

— Тебе надо успокоиться, — заметил мое состояние Кир. — Могу помочь.

— Не надо. Сам справлюсь.

Я видел кровь чужих людей тысячи раз. Но когда Кирилл проколол малышке вену, содрогнулся всем телом.

— Ну смотри, — пожал плечами врач, складывая инструменты в чемоданчик. — Девчонку скрывать от пацанов будешь?

Я на пару секунд задумался. Что ей здесь угрожает? У меня предателей нет. Тут конечно сборище не самых благожелательных личностей, но кодекс они чтят и уважают друг друга по-братски. Конечно иногда бывают стычки и драки. Да только уже через час конфликтующие стороны дружно бухают в каком-нибудь баре.

И если все будут знать, что это малышка — моя, на нее будет меньше посягательств.

— Нет. Не буду, — уверенно ответил, глядя Киру в глаза.

— Это правильно, — покивал он головой. — Девчонка красивая и невинная на вид. Пацаны отродясь таких не видели.

Из горла, непроизвольно, вырвалось что-то похожее на рык и я сделал шаг к мужчине.

— Какого х*я ты вообще ее рассматривал?

— Мдаа, — с усмешкой протянул Кир. — Это все что ты понял из того, что я тебе сказал? Тогда все гораздо печальнее чем я думал. Советую не просто всем сказать, что это твоя девушка, но и повесить на нее табличку.

Врач заржал и не прощаясь вышел из комнаты.

Но он чертовски прав. Мне надо контролировать свои собственнические инстинкты. Еще не известно, как к этому отнесется Соня. Малышка может испугаться моей агрессии, пусть и направленной не на нее.

Еще раз подошел к моей девочке. Погладил нежную кожу на щеке.

— Что же ты со мной делаешь, девочка моя? Всю душу из меня вытрясла, — тихо признался ей на ушко. — Сердце в кулачок свой сжала и не отпускаешь. Если не будет тебя — не будет и меня, — глубоко вздохнул, стараясь убрать ком горле. — Но ты так не поступай. Живи, малышка… Долго и счастливо. А я всегда буду за тобой присматривать. Оберегать. А пока у нас есть время — я хочу провести его с тобой. Чтобы последние недели жизни Сокола были наполнены счастьем и твоим вниманием. А когда ты очнешься, я извинюсь. Об стену расшибусь, но вымолю прощение за свой идиотизм.

Не знаю сколько я так просидел на полу у кровати, любуясь родной малышкой. Мысли выстраивались в хоровод, пробуждая противоречивые эмоции. От нежности к чертовке до ненависти к ее обидчикам.

Вскоре вернулся Кирилл. Все с тем же чемоданчиком и штативом для капельницы.

— Ну что я могу сказать, — заговорил Кир, устанавливая штатив рядом с кроватью. — Ничего серьезного ей не подсыпали. Обычное снотворное. Только с дозой переборщили. Еще гемоглобин низкий. Сейчас капельницу поставлю, внутривенно железо дам и будет твоя девочка, как огурчик.

— А если во сне капельницу потревожит?

— Пусть тревожит, — пожал он плечами, устанавливая флакон с темной жидкостью. — Я надежно зафиксирую иглу. Ты иди решай свои дела. Я за ней присмотрю.

Я поблагодарил нашего Айболита, еще раз поцеловал Соню и не оглядываясь покинул комнату.

Четверых «смертников» держали в одном ангаров. Поселили наших гостей всех вместе.

При моем появлении все они вжались в стены и испуганно округлили глаза. Ну прям вылитые совушки, честное слово.

— Говорят? — спросил у Шамиля, приставленного к нашим «гостям»

— Рассказали все, — отчитался он с ухмылкой. — Даже Айпата звать не пришлось. В общем, вот эта девка, — указал он на блондинку. — Шлюшка Прохора, вторая ее подруга. Девка хотела помочь своему папику решить вопрос с поставкой наркоты. Решила, что сможет повлиять на тебя через Софию. Подговорила подругу и та подсыпала ей снотворное. А эти, — кивнул он на двух пацанов, которые обнимали Соню на фото. — Мелкие сошки Прохора. Ничего особенного, так на побегушках, вот и послушались эту дуру.

— Понятно, — задумчиво протянул, рассматривая компанию.

Под моим взглядом они сжались еще больше. Понимают, что ничего хорошего их не ждет.

— Дай ствол, — не глядя протянул руку Шаму.

В ладонь легла холодная рукоять пистолета.

— Девок уведи на склад, — жестко отдал приказ.

Шамиль подошел к девкам, подхватил обоих под локти повел на выход. Дамочки заголосили, как резанные курицы. И чего бояться? Может еще и понравиться?

Я переждал пока эти истерички покинут ангар и перевел взгляд на оставшихся гостей.

— Итак… — от моего голоса, пацаны дернулись, как от удара. — Вы посягнули на мое. За это я лично готов каждого из вас убить.

Навел пистолет вначале на одного, потом на второго. Пацаны дрожали, как листья на ветру. Совсем сопляки еще. И чего только к Прохору поперлись?

— Но, — продолжил, так и не опустив оружия. — Так как вы это сделали по не знанию… Я сохраню вам жизнь. Но урок преподам.

В следующее мгновение в помещение раздались два выстрела, а следом и крики боли.

— Какие мы нежные, — презрительно прокомментировал, глядя на плачущих парней.

Нет, убивать и сильно калечить я их не стал. Пули прошли по касательной, зацепив только кожу. Ну может не много мышечной ткани. Стрелял я целенаправленно в предплечье. Одному в левую, другому в правую руку. Именно в те конечности, которые касались моей девочки.

— Надеюсь урок усвоен? — жестко спросил, когда «гости» перестали визжать и только скулили. — Совет на будущее. Думайте, когда идете на поводу у бабы.

Парни оказались не дураками и активно закивали головами.

«С одной проблемой разобрался», — подумал, выходя из ангара.

Пацанам, дежурившим у входа, дал приказ отвезти раненых в город. А сам направился на склад.

Тут картина была, ну просто загляденье. В центре большого помещения стояли две девушки, со связанными за спиной руками. А под стенкой около пятнадцати парней.

— Ты понимаешь, что ты сегодня сделала? — подошел к блондинистой затейнице. И заглянул в перепуганные глаза.

— Простите меня, — всхлипывая, ответила она.

— За свои поступки надо отвечать, — перевел взгляд на ее подружку и продолжил. — Всегда. И всем. Прохору привет, девочки.

Резко развернулся и направился на выход.

— Они ваши, — сказал ожидающим парням.

За моей спиной послышались всхлипы, повизгивания и звон пряжек от ремней.

Просыпаться было тяжело. Сознание возвращалось урывками. Как сквозь вату, я слышала голоса, но кто говорил и что именно, понять не могла.

Решающим толчком в пробуждении стали последние воспоминания о клубе.

Я распахнула глаза и увидела склонившегося надо мной незнакомого мужчину. Взвизгнула и попыталась отползти, но тело было слабое, и попытки оказались провальными.

— Кто вы? — дрожащим голосом спросила мужчину. Затем обратила внимание на незнакомый интерьер комнаты. — Где я?

— Тише-тише. Не бойся. Я врач. Меня Кирилл зовут.

— Вы не похожи на врача, — настороженно сказала, отмечая отсутствие белого халата и татуировки на руках.

— А ты думала, что врач должен выглядеть, как Айболит? — по-доброму улыбнулся мужчина. — Если тебе станет легче, однажды я лечил лапку собачке.

Как ни странно, но это меня успокоило. Не тот бред про собачку, а то с какой добротой он говорил и улыбался.

— Давай я тебя осмотрю, пока твой чокнутый не пришел.

— Что со мной произошло? — спросила, опасаясь самого страшного.

— Тебе подмешали снотворное. Сделали несколько фото, которые очень не понравились Соколу. И все. Никаких посягательств на тебя не было.

Я облегченно выдохнула.

— Сокол? Он здесь?

— Это ты здесь, — хмыкнул мужчина. — Ты на «базе». Если не ошибаюсь, однажды ты посещала это место.

— Да было дело, — вспоминать при каких событиях я тут оказалась, не хотелось. Но было огромное желание вскочить и побежать на поиски Гриши.

Кирилл начал осмотр. Он измерил давление, пульс, проверил реакцию зрачков. Действовал он аккуратно, и я не могла не заметить его профессионализм.

Когда осмотр был завершен и мне подробно рассказали о моем состоянии, дверь тихо приоткрылась, и в комнату вошел Гриша.

Я замерла, глядя на него. От волнения у меня начали подрагивать руки. Понимаю, есть огромная вероятность, что мужчина поставил точку в наших отношениях. Но мне хотелось ему все объяснить. И в то же время жгло чувство обиды. Сделал выводы, даже не выслушав. Словно я когда-то давала повод для таких заключений.

И тем не менее я не могла отвести от него взгляд. Соскучилась… Очень сильно.

Врач собрал свои вещи, попрощался с Соколом и покинул комнату.

Гриша так и стоял, не сделав и шагу. Он тоже рассматривал меня. Но взгляд его я не могла прочесть.

— Гриш, позволь я тебе все объясню? — тихо заговорила, мысленно проклиная свою слабохарактерность.

— Сонь…

— Нет! Послушай, пожалуйста, — затараторила, боясь, что он снова уйдет, так и не выслушав. — Между мной и тем мужчиной ничего не было. У меня правда трубы… Поломались. Я мастера вызвала, чтобы сразу отремонтировал и соседей не затопило. И в клубе у меня ни с кем ничего не было. Я бы никогда так с тобой не поступила. Понимаешь? Даже если бы очень захотела — не смогла. Мне никто кроме тебя не нужен. Веришь? Я бы никогда…

Под конец речи я уже плакала, и в глаза ему не могла смотреть. Наблюдала, как с каждым произнесенным словом он сжимает и разжимает кулаки.

— Это не ты должна просить прощение, а я, — хрипло заговорил он.

Гриша медленно подошел ко мне и присел на корточки около кровати.

— Прости меня, моя девочка. Я не правильно поступил. Ошибся и сразу пожалел об этот… Я для тебя все что угодно сделаю, только не отталкивай. Мне без тебя пи*дец, как хреново.

— Гриш, — всхлипывая, позвала мужчину. — Мы вместе?

— Мы вместе… Пока бьется мое сердце.

— Не говори так.

Я приподнялась на кровати и крепко обняла своего мужчину за шею. Сильные руки заключили меня в объятия. Я наконец-то почувствовала облегчение от тревожности, которую испытывала из-за неразберихи в наших отношениях.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил, поглаживая меня по щеке.

Я прислушалась к своим ощущениям. Кроме небольшой слабости все было хорошо.

— Отлично.

— У нас сегодня небольшая вечеринка… Не хочешь сходить?

— Эм… А… Мы пойдем туда вместе? — с надеждой спросила Гришу.

— Вместе конечно.

То как уверенно прозвучал его голос, возвысило меня на небеса.

— Ты в этом уверен? — все же решила уточнить.

Гриша не стал ничего отвечать. Он приподнял мою голову от своего плеча и поцеловал. В ответ я обняла его за плечи и прижалась, как можно ближе.

Гриша что-то простонал мне в губы, и поцелуй перерос в страстный.

Целовались мы долго. Страсть полностью овладела сознанием. Его руки и губы, даже мимолетным касанием, возносили меня к звездам.

Гриша первым прервал поцелуй.

— Нас ждут, — хрипло сказал мужчина.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Только сейчас я заметила, что лежу на кровати, а Гриша навис надо мной и упирается внушительным стояком в самое чувствительное место на моём теле. А я обнимаю его не только руками, но и ногами.

— Позже мы обязательно продолжим. Обещаю наверстать все упущенное за эти дни, — с улыбкой сказал Соколов.

— Только на таких условиях я готова покинуть эту комнату.

Гриша рассмеялся и помог мне встать с кровати. Мы привели себя в порядок и покинули комнату.

Когда мы вышли на улицу, поняла, что осень уже полностью вошла в свои права. Небольшой ветер, моросящий дождь и сильное понижение температуры были тому доказательством.

Я передернула плечами, и Гриша теснее прижал меня к себе.

Вечеринка проходила в соседнем здании, поэтому долго нам идти не пришлось.

У входа я притормозила и спросила у Соколова:

— Какой повод у вечеринки? У кого-то день рождение?

— Нет. Сегодня мы отмечаем удачную сделку. Волнуешься?

— Не много.

— Не стоит. Вечеринка закрытая. Там все свои.

Я кивнула, принимая его слова к сведению, но все равно для уверенности прижалась теснее к мужчине.

Гриша хмыкнул и открыл двери, пропуская меня вперед.

Мы вошли в большой, просторный холл и музыка ударила по ушам. Я вздрогнула, и Гриша сильнее прижал меня к себе. Он успокаивающее, погладил мои плечи и улыбнулся. С каждой секундой, проведённой в доме, я понимала, что не так и громко играет музыка.

В холле стояли несколько человек. Мужчины о чем-то разговаривали. При нашем появлении они замолчали, и рукопожатием поздоровалась с Соколом. А потом синхронно посмотрели на меня. Под их взглядами я смутилась, но постаралась не показывать этого. У Гриши есть статус, репутация и я должна соответствовать своему мужчине.

— Этот моя София, — представил меня Гриша, продолжая крепко прижимать к своему боку.

От такой фразы, я еще больше покраснела. Но что скрывать? Мне было приятно.

Мы прошли через арку и оказались в большой гостиной. Народу было много. Около 30 человек. Кто-то сидел на диванах, кто-то общался у бара. Я заметила в углу бильярдный стол, за которым игроки весело закатывали шары в лузы.

Когда мы вошли, на нас не все обратили внимание. Но с каждым шагом это менялось. Люди обращали на нас внимание и удивленно переглядывались. Сокол не отпускал меня от своего бока ни на шаг.

— Что будешь пить? — спросил он меня, когда мы подошли к бару.

— Сок, если можно, — тихо ответила Грише, красная от взглядов окружающих.

— Тебе можно все, малышка, — мурлыкнул Соколов, наливая фруктовый напиток.

К нам подошёл мужчина, поздоровался за руку с Гришей, а мне кивнул.

— Сокол, на пару слов, — кивнул он в сторону холла.

— Я скоро вернусь. Не скучай, малышка, — он наклонился и поцеловал меня в губы. Совсем не стесняясь посторонних взглядов. Когда он оторвался от моих губ, тихо прошептал мне на ушко. — Не бойся. Тебе здесь ничего не угрожает.

Соколов ещё раз поцеловал меня в щеку и последовал за мужчиной..

Первые секунды мне было неловко стоять одной среди незнакомых людей. Но мое одиночество не длилось долго. Уже через минуту ко мне подошла незнакомая девушка.

— Привет, — поздоровалась она со мной, улыбаясь. — Меня Ксюша зовут.

— Соня, — нервно улыбнулась ей в ответ.

Все тело сковало стеснение. Не люблю знакомиться с людьми. Но ради Гриши я должна пересилить эту черту своего характера. Постаралась незаметно выдохнуть и искренне улыбнуться девушке.

Ксения с интересом меня рассматривала. Вообще она была милой девушкой. На вид. Но кто знает, какие черти скрываются за этой добродушный улыбкой?

— Ты не бойся, — тихо сказала она. — Никто не посмеет тебя и пальцем тронуть.

— Почему? То есть… Я рада этому. Но почему ты так уверенно это говоришь?

— Потому что ты девочка Сокола, — ответила Ксюша, словно это что-то обыденное. — Никто из присутствующих не хочет лишиться жизни, раньше положенного срока.

— Ты так уверенно это говоришь, — с недоверием показала головой.

— Потому, что это так. Это закрытая вечеринка. И как только вы вошли в комнату — все сразу поняли твой статус.

— Статус?

Ксения глубоко вздохнула и виновато улыбнулась.

— Статус постоянной девушки Сокола, — пожала она плечами. — А то, что тут тридцать процентов присутствующих бывшие зеки, не обращай внимания. Каждый из них слишком уважает Сокола, чтобы лезть к его женщине.

Что? Бывшие зеки? Теперь я посмотрела на присутствующих иначе. Нет, я не осуждаю. Как я говорила, люди не от хорошей жизни идут на преступление, если только у них нет психических расстройств. Но в любом случае тюрьма оставляет след на психике.

Мужчины были увлечены своими делами. Кто-то играл на приставке, кто-то общался, небольшая компания решила поиграть в рулетку со стопками. Я такую видела в магазине подарков. А некоторые играли в бильярд. Вот именно возле него и стоял мужчина, лет тридцати с лёгкой небритостью. Он облокотился на кий и не отрывал от нас взгляда.

— Вон тот мужчина странно смотрит, — шепнула Ксюше на ухо.

В ответ девушка рассмеялась и покачала головой.

— Он не на тебя смотрит, — хихикая, сказала она. — Он за мной следит. Это мой муж. Понимаешь, недавно на гонках случился инцидент. Ко мне клеился какой-то мажор, пока Гавр был на треке. — она покачала головой, словно сомневалась в адекватности незадачливого ухажера. — Этот мажорчик не понял моего категоричного «нет» на его интимное предложение. И решил перейти к более кардинальным действиям. Как раз в тот момент, когда Гавр закончил гонку. Муж был на адреналине и не сдержал эмоций. Парня увезли на скорой…

Это история повергла меня в шок. Но и открыла глаза на некоторые повадки Гриши.

— Теперь муж с меня глаз не сводит. Хотя тут все свои, он предпочитает держать меня в поле зрения. А я и не против. Это так приятно, когда такой красавчик не сводит с тебя глаз. Но ты знаешь, о чем я говорю, — она легонько толкнула меня плечом и хитро улыбнулась.

— А твоему мужу ничего не грозит за драку?

— Грозит, — Ксюша в миг погрустнела. — Но Сокол обещал разобраться. А если он общался — значит сделает. Твой мужчина человек — слова.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я почувствовала гордость за Гришу. Приятно, когда окружающие уважительно отзываются о твоем мужчине.

— Знаешь, я бы никогда не подумала, что здесь так много бывших заключённых, если бы ты мне не сказала, — отметила, ещё раз осматривая присутствующих.

— Так они и не отличаются ничем от законопослушных граждан. Ну, разве, что татуировками… Это кроме тех, кто недавно вышел. Посмотри внимательно. Вдруг угадаешь?

Я несколько раз осматривала зал. Никто не выбивался из общей картины. Кроме одной парочки.

Они сидели в самом дальнем углу. Девушка на коленях парня, обнимала его за шею и кормила его закусками с тарелки, которая лежала у неё на коленях. Девушка в очередной раз поцеловала парня, а потом оставила короткий поцелуй на его шее. Лицо парня исказилось. Он откинул тарелку, вместе с девушкой встал с кресла. Затем закинул её к себе на плечо и спешно покинул комнату.

— Ты в правильном направлении смотришь, — засмеялась Ксюша. — Знаешь, в первый месяц после отсидки Гавра, меня не покидало чувство, что я слезла с седла.

Ксения ещё больше засмеялась. И это было так заразительно, но что я не смогла не поддержать девушку.

Когда мы наконец-то успокоились, я заметила приближающегося к Гришу. Он выглядел слишком собранным и серьёзным.

— Развлекаетесь дамы? — спросил он обнимая меня за плечи.

— Есть такое дело, — усмехнулся Ксюша. — Ладно. Пойду обратно к своему благоверному, а то у меня в затылке скоро появиться дыра.

Она хитро мне подмигнула и лёгкой походкой направилась к своему мужу.

— Сонь, — обратил на себя мое внимание Гриша. — У меня появились неожиданные дела. Прости, но их нельзя отменить.

Соколов выглядел расстроенным. Видимо и вправду что-то неотложное.

— Отвезешь меня домой? — спросила, поглаживая его по груди.

Он взял мою руку и поцеловал пальчики.

— Отвезу, — тихо сказал мужчина. — Мда, не так я рассчитывал провести сегодняшнюю ночь.

— У нас еще будет время, — с мягкой улыбкой ответила ему. — Решай свои дела, а я буду тебя ждать.

— Я приеду к тебе, как только освобожусь, — прошептал мне в губы Гриша и оставил невесомый поцелуй.

Он взял меня за руку и повёл на выход.

«Интересно, а Гриша сидел в тюрьме?» — думала, поглядывая на мужчину.

Домой мы ехали вместе на заднем сиденье большого джипа. Водитель — Андрей, как представил его Гриша, хитро поглядывал на нас всю дорогу. Я краснела, но Гриша крепко держал меня за руку, и это придавало уверенности.

Когда мы подъехали к моему дому, я хотела попрощаться с Соколом, но он решительно заявил, что проведет меня до квартиры.

Спорить не стала. Тем более, что это отличный шанс нормально, без свидетелей, попрощаться с мужчиной.

Мы поднялись на мой этаж и уже через несколько секунд стояли в прихожей. Гриша заглянул во все комнаты. Не обнаружив там опасности, собрался уходить. Но у меня были другие планы.

Я обняла его за шею и притянула к себе. Мимолетный взгляд в любимые глаза и я накрываю его губы своими. Язычком провожу по его губам, приоткрываю их, а потом начинаю ласкать его язык.

Гриша издает рык и перехватывает инициативу на себя. Он жадно сминает мои губы. То покусывает их, то зализывает языком. Я не пытаюсь сдерживать стонов. И пусть все соседи услышат. Я безумно соскучилась по своему мужчине.

Гриша разрывает поцелуй и резко разворачивает меня спиной к своей груди. Слегка подталкивает, и вот я уже упираюсь руками в стену.

Его язык вырисовывает замысловатые узоры на шее. Сильные руки с жадностью проводят по моему телу. От каждого касания по телу бегут толпы мурашек.

Но когда Гриша засовывает руку мне под кофту, отодвигает чашечки лифчика и крепко сживает грудь — меня словно бьет разряд тока. Выгибаюсь дугой и трусь попкой о его ширинку.

Соколов рычит мне ухо и опускает в трусики вторую руку. Поглаживает клитор, заставляя меня хныкать от неудовлетворенности. Все тело горит огнем, и только он — мой любимый мужчина, может его потушить.

Гриша ловко расстегивает пуговицу и с нетерпением спускает мои штаны. Несколько секунд и он гладит головкой члена по моей киске.

— Соскучился по тебе, моя чертовка, — хрипло шепчет он мне на ушко.

Гриша надавливает на мою поясницу, заставляя прогнуться еще сильнее. Я подчиняюсь и щекой практически касаюсь прохладной стены.

Мужчина медленно наполняет меня собой и замирает. Затем медленно выходит и снова не спеша входит. Но мне этого мало. Тело изнывает, пальчики на ногах немеют от возбуждения. И он словно понимает мое состояние, входит резко, на всю длину.

— Да! — вскрикиваем мы одновременно.

Гриша крепко сжимает мои бедра и начинает вколачиваться, не давая и секунды на передышку. Это именно то, что мне было нужно.

Сильно, мощно и немного грубо… Мой мужчина читает мои желания. Берет меня именно так, как я того хочу.

Он буквально насаживает меня на свой член, и я чувствую, как от силы толчков его мошонка шлепает по клитору. Это добавляет еще больше остроты. Но когда Гриша шлепает меня по попке, я не могу больше сдерживаться.

Мой вскрик наслаждения отражается от стен и тело начинает сотрясать от оргазма.

Как сквозь вату, слышу рычание моего мужчины, а потом теплая жидкость стекает по моей попке.

Гриша наваливается на меня, тяжело дыша. Он мягко целует меня в шею.

— Моя сладкая девочка, — шепчет он не внятно.

Когда мы восстанавливаем дыхание, он снимает с меня штаны, а потом подхватывает на руки и несет в ванную.

Мое тело, словно желе и даже слов возражения не могу сказать. Пусть делает со мной что хочет.

Гриша ставит меня на коврик, обхватывает руками шею и нежно гладит большими пальцами скулы.

— Ты все для меня, Сонь, — тихо признается он.

Я хочу ответить на его признание, но он не позволяет. Накрывает мои губы своими.

— Иди в душ, — шепчет, после того как прерывает поцелуй. — Я закрою квартиру.

— А ключ?

— Я уже давно сделал себе слепок, — хитро подмигивает он. — Должен ведь как-то злобный дракон прокрадываться в башню к прекрасной принцессе.

— Скорее прекрасный принц.

Гриша снисходительно качает головой. Ну и пусть не верит. Он для меня самый лучший.

— Иди в душ, малышка. Я вернусь, как только освобожусь.

Соколов еще раз целует меня в губы, а потом стремительно покидает ванную комнату.

А через несколько секунд я услышала, как хлопнула входная дверь.

Сонину квартиру я покинул в смешанных чувствах. Чертовка приятно удивила проявив инициативу. Совсем от нее такого не ожидал. Удивительная девчонка. Она словно цветок, который постепенно раскрывает свои лепестки миру. У нее есть стержень. Просто она об этом не знает.

Малышка чуть не призналась в своих чувствах в ответ… Я специально не дал произнести ей этих слов. Ни к чему это. Пройдет неделя — другая и она будет оплакивать свою любовь. А если слов не произнести, возможно она легче перенесет… Предстоящие события.

Теперь я понимаю неизлечимо больных людей. Знать дату собственной смерти — отвратительно.

У выхода из подъезда остановился и глубоко вздохнул. Еще рано прощаться с жизнью. Мы еще повоюем.

Постарался настроиться на предстоящие разборки с Прохором. Не получалось. В голову лезли воспоминания о прощании с малышкой. Вернуться бы к ней сейчас, повторить все, только в других позах и местах: в ванне, на кухне, можно и в спальне.

Вышел из подъезда и направился к машине, в которой меня ждал все это время Дрон. Ничего не говоря, сел на переднее пассажирское сиденье и закурил.

Андрюха завел двигатель и выехал со двора. Краем глаза я замечал его поглядывания на меня и желание что-то сказать.

Спустя минут десять сжалился над другом.

— Говори уже, — сказал с усмешкой, глядя на дорогу.

— Ты весь светишься. Никогда тебя таким не видел, — покачал головой мой заместитель.

— Это плохо?

— Это странно и необычно, — округлив глаза прокомментировал он.

Я не выдержал и рассмеялся.

— Вот об этом я и говорю, — себе под нос пробормотал он.

— Да ладно. Не все так плохо, — легонько стукнул его плечу.

— Ага. Учитывая, что мы едем на разборки, а ты чуть ли не приплясываешь от счастья.

Да, наконец-то настал тот момент, когда Прохор получит по заслугам. Он убил наших ребят, его шлюшка хотела навредить моей девочке. Этого достаточно, чтобы ударить по самому больному. А больше всего Прохор любит деньги. Поэтому и наркоту так отчаянно хочет толкать на моей территории. Местечко-то прибыльное оказалось. Да и на гонках и боях не плохо можно срубить деньжат с продажи товара.

Когда я был с Соней в комнате Борзый вычислил, что сегодня у Прохора крупная сделка. И продажа большой партии произойдет в его клубе. К счастью не в том, где побывала Соня.

— Как ты смотришь на то, чтобы занять мое место? — решил из далека начать подготавливать друга к вынужденному повышению.

— Тебе так девка мозг запудрила, что ты решил все бросить? — удивленно посмотрел он на меня.

— Выражения подбирай, — жестко осадил заместителя. — Соня не девка и запомни это раз и на всегда.

— Понял, — буркнул Дрон недовольно. — Так что? В Соне причина твоего ухода? Пацаны не поймут этого.

— Дело не в ней. Как ни странно, но малышка не выражает претензий по поводу моей деятельности. Может не одобряет, но понимает и принимает.

— Ничего себе, — с толикой уважения сказал он. — Тогда в чем причина?

Разговаривать на эту тему не хотелось. Но надо. Друг должен знать, что скоро все ляжет на его плечи. Только ему я мог доверить руководить пацанами. Они же все без царя в голове. Начнутся ссоры, дележка власти. И в конечном итоге поубивают друг друга. А когда брат идет на брата — это не есть хорошо.

— Заказали меня, Андрюха. Заказали.

Друг неожиданно ударил по тормозам и свернул на обочину. Под звук сигнала аварийки он закурил.

— Скажи, что я ослышался, — спросил он, глядя на меня.

— К сожалению нет. Прохор подсуетился.

— Откуда информация?

— От исполнителя. Прохор нанял киллера из ребят Жнеца.

— Так вот о чем вы говорили, — догадался друг.

— Именно.

— И что? Ничего нельзя сделать? — задумчиво спросил Андрей.

— Ты же знаешь законы киллеров. Задание должно быть выполнено при любых обстоятельствах.

— Это хреново, друг.

— Хреново, — согласился с ним. — Так что готовься скоро все принять на себя.

— Давай уберем Прохора. Делов-то раз плюнуть.

— На его место встанет кто-то другой. И убийство заказчика не отменяет заказа. Ты как первый день в этом бизнесе, — с усмешкой покачал головой. — У меня к тебе просьба будет. Личная.

Дождался когда Андрюха посмотрит на меня и продолжил:

— Присмотри за Соней. У нее есть охрана, только она об этом не знает. Но и они халтурят, как оказалось. А тебе я доверяю. Хочу, чтобы она была под защитой.

Друг молчал, внимательно рассматривая меня.

— Она самое ценное, что у меня есть, — добавил, серьезно смотря на друга.

Андрей несколько секунд размышлял, тяжело вздохнул и кивнул.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍—Хорошо. Она будет под моей защитой.

— Спасибо, друг.

В тишине мы продолжили движение в сторону клуба.

Заведение было не очень популярным. Точнее его посещали люди с определенными потребностями и зависимостями.

Да, такой себе магазинчик, где в ассортименте дешевые девушки, наркотики и прочие «прелести».

На часах одиннадцать вечера, поэтому предполагаю, что вечеринка будет в самом разгаре

На секунду в голову прилетела мысль, что малышка проспала почти сутки и похоже совсем этого не заметила.

Глубоко вздохнул, отгоняя от себя ненужные размышления. Сейчас надо думать о деле.

Мы подъехали к клубу, заняв место у самого входа. Охранники нас спокойно пропустили, даже не догадываясь, что мы пришли посмотреть на незабываемое представление.

С Андрюхой заняли места у бара. Осмотрел клуб, отмечая месторасположение наших ребят.

Да мы пришли ни одни. В таких делах всегда нужно прикрывать спину.

Моих пацанов было пятнадцать человек. Они расположились по всему заведению. Кто-то в одиночестве, некоторые небольшими компаниями.

Спустя минут тридцать ожидания, появился Прохор. Он как английский дворецкий встречал гостей. Алчный мужик, чуть ли не в пол им кланялся, не замечая с каким презрением клиенты на него смотрят.

А может и замечал, но жажда денег оказалась сильнее гордости.

Мужчины прошли в служебное помещение, вероятно в кабинет владельца.

Через несколько минут в клуб ворвались три группы захвата.

Ну что я могу сказать? Ребята сработали на отлично. Одна группа направилась в вип-зону. Другая — укладывала мордой в пол посетителей в зале. Третья — в сторону служебного помещения.

Мы с Андрюхой сидели за баром и спокойно пили кофе среди всего этого шума. Музыка резко прекратилась, но шлюшки Прохора подняли такой шум, что в ушах звенело от их ультразвука.

Спустя минут десять. Показалась группа захвата, которая посетила служебное посещение. Ребята грациозно заломив руки Прохору и его помощникам, выводили их из клуба.

Прохор поднял на меня взгляд и я с ехидной ухмылкой отсалютовал ему чашкой.

— Сука! — заорал он во все горло. Даже девок своих смог перекричал. — Убью! Тебе не жить, падла! И девку твою мои пацаны по кругу пустят, а потом прирежут!

Что он кричал дальше, я не слышал. Служивые вывели их из клуба.

Ко мне подошел один из клиентов Прохора.

— Мы в расчете, Сокол, — жестко сказал мужчина. — Больше я в твои игры не играю.

— Какие же тут игры, Вадим Валентинович? Чистая месть за братьев, — на полном серьезе заявил ему.

— Это вторая причина по которой я согласился тебе помочь, — кивнул он. — Первая — не люблю ходить в должниках. Да и признаться честно, надоел уже этот щенок. Пусть на нарах теперь чалится.

— Благодарю за помощь, — пожал мужчине руку.

— Местечко на боях приготовь для меня, — в приказном тоне попросил мужчина и не прощаясь ушел.

Мужчины покинули клуб так же вальяжно, как и пришли.

— Как ты смог с ним договориться? — спросил меня Дрон.

— Его сынок сильно проштрафился несколько месяцев назад. А я прикрыл.

— Что теперь? — спросил Андрюха, делая глоток кофе.

— Сонину охрану надо усилить, — задумчиво ответил. — Не мог он сам пробиться к Валентиновичу. Значит крыша надежная есть. Могут и похлопотать о свободе мудака.

Вот вроде бы месть прошла идеально. Прохор лишился притона, денег и статуса среди уважаемых людей — а это для него самое главное.

Да только чертовка моя под удар попадает.

Не так все должно было закончиться… Не так.

После клуба Андрюха повез меня к малышке. Всю дорогу он был задумчив. Мне тоже стоило бы о многом подумать.

Передать Дрону дела. Аккуратно свести его с нужными людьми. Дать «коллективу» понять, что он главный претендент на мое место. А времени осталось в обрез.

О чем размышлял друг, я не знал. Он вообще за всю дорогу не произнес ни слова.

— Договорись о встрече с нотариусом на ближайшие дни, — дал распоряжение, когда он подвез меня к дому малышки. Андрей удивленно приподнял брови. — Надо составить завещание.

— Хорошо.

Заместитель уехал, высадив меня около знакомого подъезда. Но я не спешил подниматься в квартиру. Сел на лавочку и закурил.

Последние дни я слишком много думаю о смерти. Надо наслаждаться моментом. Посвятить все мыли моей чертовке. Не только мысли, но и время.

У меня появилась идея, как и где мы могли бы провести время. Хочу напоследок оставить ей о себе самые лучшие воспоминания.

Выкинул бычок в урну и направился к подъезду. Поднялся на нужный этаж. Звонить в дверь не стал. Достал из связки ключей нужный и тихо вошел в квартиру. Свет горел только в прихожей.

Аккуратно, чтобы не разбудить малышу, снял обувь и куртку. Научный горьким опытом, убрал вещи в шкаф.

Хмыкнул, вспоминая все те разы, когда к Соне неожиданно приходили родственники.

Моя девочка спала, укрывшись тёплым одеялом. Во сне она выглядела ещё более нежной и совсем юной.

Тихо снял одежду и в одних боксерах лег рядом.

— Гриша, — прошептала малышка и придвинулась ближе ко мне.

Я прижал её к себе, а она так и не проснулась.

Долго не мог уснуть. Лежал, рассматривая потолок, перебирая ее мягкие волосы.

Думал о разном. Но в основном составлял план действий на ближайшие дни. И не заметил, как сон сморил и меня.

Проснулся от мягких поглаживаний. Приоткрыл один глаз и увидел нависшую надо мной малышку. Она выводила пальчиками замысловатые узоры у меня на груди, слегка прикусив нижнюю губу.

Резко схватил её за талию и мягко опрокинул на спину.

Малышка взвизгнула и округлившимися глазами посмотрела на меня.

Несколько секунд тишины и спальня наполнилась её смехом.

— Я не слышала, как ты пришел, — с улыбкой сказала она, поправляя пальчиками мои волосы.

— Ты крепко спишь, я скакал как слон.

Она вновь рассеялась, слегка запрокинув голову, открывая мне прекрасный вид на шею. Поднял взгляд на её губы, застывшие в улыбке. Как же захотелось её поцеловать. Не выносимо… Посмотрел в глаза моей чертовке. Она больше не смеялась. Её глаза лучились счастьем, нежностью и зарождающейся страстью.

Малышке не надо говорить о своих чувствах. Я вижу это в её глазах. Так не смотрят на постороннего человека, или того кто тебе безразличен.

Наклонился и ласково поцеловал её. Малышка обняла меня за плечи и ответила на поцелуй.

Почувствовал, как её дыхание изменилось, а пальчики на моих плечах начали подрагивать.

Оторвался от сладких губ и вместе с ней резко перекатился на спину. Теперь малышка лежала на мне.

— Сегодня ты водишь, сладкая, — сказал, помогая ей избавиться от одежды.

Соня на секунду замерла, а потом хитро улыбнулась.

Она провела ладонями по моей груди, плечам, слегка погладила шею.

Наклонилась и поцеловала меня в щеку, потом, прикусила мочку и провела языком до самой ключицы. Член в трусах стоял колом и болел от напряжения.

Мягкими поцелуями она покрывала грудь, живот, то снова возвращалась к шее.

Кажется, я попал в Рай. Малышка решила изучить губами и язычком все мое тело. А я не был против.

Она провела языком по прессу и остановилась у края боксеров. Приспустила трусы и наконец-то погладила изнывающий по ласке член.

Притянул ее к себе и поцеловал сладкие губы, которые с ума меня свели.

Просунул руку между нашими телами и погладил набухший клитор. Малышка застонала мне в губы. Не отпуская чертовку, снял с себя белье.

Вошел в нее вначале одним пальцем и тут же добавил второй. Соня истекала от желания, и я не стал мучить нас обоих.

Резко вошел в податливое тело и наблюдал, как на лице моей девочки отразилось чистое блаженство.

Крепко взял ее за бедра и начал насаживать на себя. Соня уперлась руками в стену, открывая мне обзор на ее шикарную грудь.

Малышка стонала, что-то шептала, а я кайфовал от того, как она прикрывает глазки от удовольствия.

Обнял ее за талию и резко перевернул на спину.

— Прости, малышка, но покомандуешь в следующий раз, — глухо прошептал ей на ушко.

Я перестал сдерживаться.

Движения стали интенсивнее, толчки резче, а наши стоны громче.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В какой-то момент Соня вскрикнула, и я почувствовал, как она сжимает мой член. Из последних сил старался не сбивать темп и продлить ее оргазм.

Несколько толчков, яйца сжимаются с такой силой, что терпеть невозможно. И я отпускаю себя. Резко вынимаю член и кончаю на плоский животик моей чертовки.

Падаю рядом на кровать и прижимаю ее к себе.

Когда дыхание восстановилось, мы не спешим вставать.

Я аккуратно вытер сперму с ее прекрасного тела своей майкой. Идти за полотенцем или салфетками желания не было никакого.

Мы ни о чем не говорим. Просто наслаждаемся моментом единения. И я кайфую от того, как же хорошо вот так держать ее в своих объятиях.

— Пора вставать, — сказала она, когда на ее телефоне во второй раз прозвенел будильник.

— Ты прогуливаешь пары? — спросил, отмечая, что время почти обеденное.

— Мне сегодня во вторую смену, — ответила чертовка, вставая с кровати.

Я залюбовался на ее фигурку. Естественно малышка заметила мой интерес и покраснев, умчалась в ванную.

— Э, нет. Так не пойдет. Мне тоже нужен душ.

Встал с кровати и последовал за Соней.

Из дома мы вышли с небольшим опозданием. Проводил малышу ее на парковку. Поцеловал и приоткрыл для нее дверцу машины.

— Пристегнись.

Она кивнула и выполнила мою просьбу.

Соня уехала на учебу. Я провожал машину взглядом, пока она не скрылась за поворотом.

Глубоко вздохнул и достал телефон, собираясь вызвать такси.

Утро было потрясающим. Но надо сконцентрироваться на делах. Слишком много всего надо решить. И первым пунктом в списке был — усиление охраны для моей девочки.

Никому не позволю ей навредить.

С того вечера, как я проснулась у Гриши на базе, прошло четыре дня. Я не сразу заметила неладное. Только когда Соколов уехал по своим делам, поняла, что именно меня выбивает из колеи, глядя на экран телефона. Дата. Я проспала сутки. Вот так переборщили с дозировкой.

Пока мой мужчина решал свои дела, я посвятила время учебе и работе. С Гришей виделись мало. В основном он приходил ко мне ночью, а рано утром вновь уходил. Я видела, что у него проблемы. Он часто хмурился, был раздражительным, но никогда не переносил свои эмоции на меня.

Просто говорил «дай мне пару минут» и уходил на балкон или в душ.

Мне не нравилась эта его замкнутость. Появилась мысль, что у него теперь другая девушка, и он не знает, как мне об этом сказать. Но эти мысли посещали меня днем.

Ночи были наполненным страстью и нежностью. Это время было только нашим. Сегодня с работой я закончила раньше обычного. Решила порадовать Гришу вкусным ужином. Мясо запекла с картофелем, приготовила пирог с клубникой и овощной салат.

Время шло, а мужчины все не было. Решила ему позвонить, но он не ответил.

На город давно опустилась ночь. Улицы засверкали тысячами огнями.

Красиво. И грустно…

Гриша никогда не предупреждал о своём визите. Просто открывал дверь своим ключей и заходил, словно к себе домой. Это было так необычно для меня. Но безумно приятно. Словно мы семья.

Чтобы отвлечься от печальных мыслей решила почитать.

Устроилась поудобнее на кровати, открыла на планшете приложение и погрузилась в мир драконов, магии и тёмных властелинов.

Сама не заметила, как уснула.

Сон был странным. Я находилась в тумане, вокруг кружили тёмные силуэты. Я куда-то бежала, что-то кричала и боялась опоздать.

Проснулась, как от толчка. Дышать было тяжело, и я прикоснулась к шее, чтобы снять напряжение. Пальцы коснулись прохладного метала. Опустила взгляд.

И увидела на своей шее красивый кулон. Он был в виде небольшого сердца, объемным и гладким.

Повернула голову и увидела на Гришиной подушке небольшой букет кустовых роз.

Взяла цветы и прикоснулась к мягким бутонам. Внутри была записка.

«Ты моя жизнь! Г.»

На глазах выступили слезы. Схватила телефон и набрала любимого абонента.

Гудки. Долгие гудки…

— Доброе утро, малышка, — услышала родной голос из динамика.

— Почему ты меня не разбудил? — для проформы решила по возмущаться на него.

— Ты так сладко спала, что я решил дать тебе возможность отдохнуть подольше. Нашла сюрприз?

— Да. Спасибо. Это так… Они потрясающие.

Несколько секунд Гриша молчал, а я продолжала бороться с подступившими слезами.

— Это мое сердце, малышка. Оно принадлежит тебе. Береги его.

— Всегда, — не удержалась и все-таки всхлипнула.

— Ты плачешь? — удивился он.

— Это так романтично, Гриш. Клянусь, что всегда буду его беречь. И ты мое береги.

— Всегда, — после небольшой паузы, хрипло сказал он.

Мы оба понимали, что этот разговор не имеет никакого отношения к кулону. Все гораздо глубже, интимнее. Без слов мы признавались друг другу в своих чувствах.

В трубке послышались гудки, и я отодвинула телефон, чтобы взглянуть на экран.

— Сестра звонит по второй линии, — не хотелось прерывать такой важный для нас момент.

— Сегодня у нас проводят бои. Не хочешь пойти со мной? — тихо спросил Гриша.

Я не любила бои, и тем более без правил. Это чревато серьёзными последствиями для здоровья. Но люди сами делают выбор и участвуют в них, в надежде заработать.

Но это хорошая возможность провести время вместе с Гришей.

— Пойду.

— Спасибо, — мягко сказал мужчина, и я расслышала улыбку в его голосе. — Заеду за тобой в восемь. Целую тебя, малышка.

— И я тебя, Гриш.

Сокол сбросил вызов, а я продолжала сжимать в руке кулон. Он приятно холодил кожу. На нем не было узоров или камне. Полностью гладкое и это делало его необычным. Но гораздо важнее то, что он символизирует.

Потом перезвонила Есении. Мы говорили долго. Старшая сестра все время пыталась деликатно выяснить, как и с кем, я провожу вечера. Я старалась перевести тему, отмалчивалась и отшучивалась. Похоже, Вася подговорила всю семью выяснить детали моей личной жизни. И главное затишье сделали. Как бы бури от них ждать не пришлось.

После разговора с засланным шпионом, занялась уборкой. Потом и до кулинарии дело дошло. Немного уделила время работе и учебе. За всеми делами так и не заметила, как наступил вечер.

Одеться в этот раз решила скромнее. Еще не забыла ревность Гриши на гонках. Да и Ксюшина история свежа в памяти. Джинсы и кофта с маленьким вырезом — будут наилучшим вариантом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Когда я была полностью готова — время до приезда Гриши еще оставалось. Решила не ждать его дома. Захватила пакет с мусором и вышла на улицу.

Мусорные баки находились около гаражей. И, как правило, в это время там было много народа. Но не в этот вечер. На удивление за весь путь я не встретила ни души.

Поэтому очень удивилась, когда на моем пути неожиданно появился мужчина.

— Девушка, вы не подскажите который час?

Наручных часов я не носила, поэтому пришлось лезть в сумку за телефоном.

Неожиданно влажная тряпка накрыла мне нос и рот. Еще в школе на уроках ОБЖ, нам рассказывали, что нужно задержать дыхание и не дышать. Что я и сделала. Оказывается нападавших было двое. Я брыкалась, как могла. Но силы были не равны. Они легко меня подхватили на руки, занесли за угол, где уже ждала машина с открытым багажником. От нехватки кислорода — голова начала немного кружится. Без слов меня бросили в багажник и захлопнули крышку.

Страшно… И темно… Вот о чем я могла думать, пока похитители садились в машину, заводили двигатель и медленно выезжали от гаражей. Ужасно воняло бензином. И это добавило к головокружению еще и тошноту. Но даже это не лишало меня надежды, что крышка багажника откроется, если я буду сильно давить на нее ногами.

Мне казалось, что мы едем вечность. Но вскоре машина свернула на дорогу, которая явно нуждалась в ремонте. Автомобиль подбрасывало на кочках. Водители даже не пытались сбавить скорость или объехать препятствия. Они спешат…

В какой-то момент мы наехали на большую яму, и я больно ударилась головой. Тело ослабло, и я медленно погрузилась в темноту.

Припарковал машину около дома Сони и позвонил моей чертовке. Она не ответила. Затем еще раз — тот же результат.

Я набирал ее номер пятый раз, когда решил подняться к ней домой.

Нажимать на звонок не стал, открыл дверь своим ключом.

— Соня! — крикнул из прихожей. Но в ответ — тишина. Осмотрел все комнаты, лишний раз подтверждая, что ее нет дома.

Позвонил малышке еще раз. Гудки… И вновь нет ответа.

Открыл приложение, которое мне установил Борзый. Еще когда Соню накачали снотворным в клубе, наш компьютерный гений поставил в ее телефон жучок.

Приложение показало красную мигающую точку недалеко от дома. Благодаря 3D карте понял, что там находятся гаражи.

«И что малышку туда потянуло? Договорились ведь, что заеду», — размышлял, выходя из квартиры.

На улице вновь проверил приложение. Соня стола на месте и я пошел в ее направлении. Когда я находился в сотне метров от цели, маячок начал двигаться в противоположную от меня сторону. Ускорился, чтобы догнать малышку.

Однако, оказавшись на месте, увидел только уходящего парнишку лет пятнадцати.

Еще раз сверился с программой. Осмотрел территорию и ничего. Только парень. Решил идти в том направлении, которое указывает приложение. Борзый профи — ошибки быть не может.

Маячок свернул за угол одновременно с пацаном. Тут в мозгу и щелкнуло.

За несколько секунд догнал парня и к стене прижал.

— Э мужик ты чего? — испуганно захрипел он.

— Телефон, — потребовал, с едва сдерживаемой злостью.

— Что?

— Я сказал, телефон сюда гони, — достал он меня своей тупостью. А если еще у Сони мобильник украл — я готов его по этой самой стенке размазать.

Дрожащими руками пацан достал из кармана смартфон моей малышки.

— Где владелица? — спросил, сильнее сжимая его шею.

В свете фонаря я четко видел, как начало синеть его лицо.

— Не знаю, — еле слышно ответил пацан. — Я его возле мусорных баков нашел.

Опустил руку, и он тут же свалился на грязный асфальт. Парень закашлял, держась за горло, но в целом был в порядке.

Развернулся и побежал к машине.

Как только сел на водительское сиденье завел двигатель и без прогрева помчался в сторону базы.

Достал телефон и набрал Борзого.

— Слушаю, — лениво поприветствовал он.

— Быстро отследи последний маяк, который ты устанавливал, — прорычал, резко выкручивая руль и выезжая на встречную полосу.

Вслед мне сигналили недовольные водители, но мне было плевать.

— Это для Софии, который?

— Ты там что, каждый день маячки устанавливаешь? — переходя на крик, спросил этого тугодума.

— Да нет. Просто…

— Борзый, бл*дь! Не беси меня! — закричал уже во все горло.

Терпение лопнуло. Нервы на пределе. А он еще мозг мне выносит.

— Понял босс, — сказал Борзый и отключился.

Шумно выдохнул и перестроился в соседний ряд. Пришлось подрезать водителей, но у меня нет времени на ожидание, пока они меня пропустят.

До базы я доехал в рекордные сроки. Собрал все камеры и уже завтра на почте меня будет ждать букет из штрафов. Да и хрен с ними.

Ворвался в кабинет к Борзому и увидел его сидячим за компьютером.

Вернее его кабинет и был одним сплошным компьютером. На стене гигантская плазма, на столе три монитора и еще один ноутбук. Все это у него было подключено к серверу и в данный момент выводило какие-то непонятные сочетания букв и цифр.

— Что у тебя? — спросил, подходя к программисту.

— Еще пару минут, и я скажу тебе где она.

— Надо быстрее, — поторопил Борзого.

Каждая секунда промедления может стоить ей жизни. А тут несколько минут… Не хочу даже думать, что можно успеть сделать за это время.

— Я пытаюсь, — рыкнул он на меня. — Но сигнал, то появляется, то исчезает. Она в движении. На машине едет.

— В какую сторону?

— На запад, — не отрываясь от мониторов, ответил компьютерный гений.

— Я собираю пацанов, и мы выдвигаемся в ту сторону. Ты беспрерывно весишь на телефоне. Держи нас в курсе любого изменения.

— Понял, — задумчиво проговорил он.

Вышел из кабинета и пошел к Дрону. Друг меня уже ждал, как и пять лучших бойцов. Осмотрел группу поддержки и остался доволен. Ребята проверенные. Надежные.

— Есть новости? Этот компьютерный псих нас на порог не пустил.

— Едем на запад. Дальше скорректирует.

Мы двинулись на выход. Погрузились в машины и выехали в нужном направлении.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍—Ты выглядишь спокойным, — сказал Андрей, спустя минут пять езды.

Я взглянул на него, красноречиво давая понять, как он не прав.

А не прав друг был на все сто процентов.

Может внешне я и сохранял хладнокровие. Но внутри бушевала буря. Мне хочется убить всех, кто хоть пальцем тронет малышку. А если ей еще и больно сделают… Этот человек будет умирать долго и очень болезненно.

А еще я винил себя. Ведь если бы она не связалась со мной — не попала бы в опасное положения. Ей бы ничего не угрожало. А я поддался на слабость… Один раз на нее взглянул и пропал. Поверил, что даже с моей деятельностью могут быть нормальные отношения. Поверил в призрачный шанс на то, что рядом будет та кто тебе дорог. Та, что с ума тебя сводит одной улыбкой.

Но уже поздно поворачивать назад. «Борись или умри» — так, кажется, говорят.

Звонок от Борзого вывел меня из задумчивости.

— Они свернули на выезд из города. Теперь они направляются на юг.

Дальше программист говорил, где нам лучше свернуть, чтобы значительно сократить путь.

Я не знал, сколько у нас отрыв по времени. За сколько до моего приезда малышка вышла из дома.

Еще минут пятнадцать мы мчали по трассе, игнорируя правила дорожного движения. В машине все были напряжены. Потому, что никто не понимал, куда они ее везут. И кто эти «они».

Вскоре опять позвонил Борзый.

— Сокол, — начал он и замолчал.

— Говори, — с рычание поторопил программиста.

— В общем, они опять свернули на запад.

Я пытался в голове построить карту местности, чтобы понять, куда везут мою девочку, но выходило плохо.

— Соню везут на бывшую базу Прохора…

— Тормози, — с рычание приказал водителю.

Он остановил на обочине, и я тут же вылетел из машины. Рывком открыл водительскую дверь.

— Меняемся, — теперь я сел за руль.

Машина с визгом стартанула с обочины, оставляя за собой облако пыли. Дорога была ухабистая, но я совершенно не жалел машину. Пассажиры крепко вцепились в ручки, чтобы не сильно подбрасывало на ямах.

Внимательно следил за дорогой, а в голове выстраивал варианты развития событий. Надо быть самоубийцей, чтобы посметь тронуть мое.

Дорога освещалась только от света фар машины, что усложняло управление. Но мной руководило желание спасти мою девочку. Поэтому не освещенная дорога совершенно меня не беспокоила.

Вскоре увидел вдалеке едва заметные габаритные огни. Переключил скорость и вдавил педаль газа в пол.

Несколько минут спустя, резко дернул руль, подрезая неизвестную тачку.

Выскочил из машины, не потрудившись даже закрыть дверь. Достал пистолет и снял предохранитель.

Рывком открыл дверцу, схватил водителя за куртку и вытащил из машины. Андрей за шкирку притащил второго пассажира, прислоняя к его затылку огнестрельное оружие.

— Тачку проверьте, — отдал приказ своим людям. — Кто такой?

Спросил водителя и прижал дуло пистолета к его лбу.

Мужик начал что-то блеять и трястись, как целка перед толпой извращенцев.

— Шеф, — окликнул меня один из ребят, стоя около открытого багажника.

— Допросите этого, — кивнул на водителя.

Заглянул в багажник и увидел там мою чертовку. Малышка была без сознания и лежала в неестественной позе, повернув голову на бок. Хотелось подойти и избить этих смертников, чтобы ни одного живого места не осталось.

Но вначале надо убедиться, что Соня не пострадала. Ощупал ее голову и обнаружил небольшую шишку на затылке, но крови не было. К счастью больше никаких повреждений не нашел и решил привести ее в чувства.

— Сонечка, девочка моя, очнись — шептал, слегка похлопывая ее по щекам.

Один из моих ребят поднес бутылку с водой и тактично отошел на несколько метров. Налил прохладной жидкости себе на ладонь, и побрызгал на ее красивое лицо. Малышка слегка скривилась и приоткрыла губы.

Видя результат, повтори свои действия. И только после этого она подняла веки.

— Гришенька, — хрипло прошептала моя чертовка, фокусируя на мне взгляд.

— Да, Сонь. Ты как?

— Голова немного болит, — все также тихо ответила она и слегка зашевелилась.

Подхватил малышку на руки и достал из багажника.

В этот момент послышался звук мотора, и из-за поворота вылетела машина.

Передние двери распахнулись и, как в замедленной съемке, я увидел направленные в нашу сторону пистолеты.

Мои люди, кто укрылся за машинами, кто прикрылся похитителями и тоже начали доставать оружие.

Поставил малышу на ноги, спиной прислонил к машине, а свободной рукой прижал ее голову к своей груди, закрывая от опасности. Бежать за машину уже нет времени.

— Крепко закрой уши, — сказал малышке, и она тут же выполнила мой приказ.

Раздался первый выстрел.

Недолго думая, прицелился и нажал на курок. Послышался звон бьющегося стекла, а следом падающего тела. В следующую секунду нажимал на курок во второй раз. Небольшой поворот и еще два выстрела.

Не давая Соне поднять голову, осмотрел четыре медленно растекающиеся темные лужи.

Малышка медленно опустила руки, но все так же продолжала прижиматься ко мне. Мои люди разошлись в разные стороны, осматривать периметр. А на дороге остались только я, Соня и Дрон.

— Надо уходить, — сказал друг, убирая пистолет в кобуру.

— Зачистку вызови, — согласно кивнул ему, пряча оружие. — Пусть приберут тут все.

Андрей достал телефон и отошел на несколько метров о нас.

Взял Соню за подбородок и приподнял ее голову, чтобы заглянуть в глаза.

— Ты как? — тихо спросил ее.

— Нормально, — ответила малышка и резко прижалась ко мне всем телом, крепко обнимая за талию.

Почувствовал, как вздрагивают ее плечи. Напугал…

Подхватил свое сокровище на руки и сел на заднее сиденье машины.

Соню усадил к себе на руки и крепко прижал к груди.

Постепенно начали возвращаться мои люди с докладом «все чисто». Видимо подкрепление к похитителям выехало с базы Прохора. Значит не такая она и заброшенная, как мы думали.

Несколько ребят остались дожидаться группу зачистки, а мы тронулись обратно в город.

От неспешной езды, Соня задремала у меня на руках. Она выглядела такой уставшей, но в то же время милой и нежной, что у меня защемило в груди. Слишком хрупкое создание, на плечи которого выпала тяжкая ноша, в виде меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍—Скоро бои начнутся, — тихо сказал Андрей с водительского сиденья.

— Я не поеду. С ней останусь, — не отрывая взгляда от девушки, тихо ответил другу.

— Но Сокол, сегодня важный…

— Ты пойдешь, — прошептала малышка, приоткрывая глаза. — И я с тобой.

— Нет, — жестче, чем следовало, ответил ей. — Хватит с тебя на сегодня событий.

— Да, Гришенька, — все так же спокойно ответила она. Видимо мой командный голос на нее совсем не действовал. — Я не знаю, кто меня похитил. Но это точно сделали, чтобы навредить тебе. Поэтому мы пойдем с тобой вместе на бои, как и договаривались. И всем покажем, что не так и просто задеть грозного Сокола.

Все это малышка говорила тихим, спокойным голосом и от этого еще больше возвышалась в моих глазах.

Наклонился и прижался к ее губам. Соня обхватила меня за шею и слегка приподнялась, чтобы быть еще ближе.

Черт, сегодня я мог ее потерять.

Не представляю, что тогда со мной было. Боль, отчаяние и жажда кровавой мести — сотая доля того, что мог бы почувствовать.

В отчаянии углубил поцелуй, отгоняя от себя ужасы, которые удалось избежать.

Спереди послышалось деликатное покашливание.

— Так куда едем? — спросил Андрей, и мне пришлось оторваться от сладких губ моей девочки.

— Ко мне домой. Хочу переодеться, — ответила за меня Соня.

Андрей кивнул и сосредоточил все свое внимание на дороге. Я наблюдал в окно и неспешно поглаживал малышку.

Когда мы подъехали в знакомый район, Соня категорически запретила подниматься вместе с ней.

Немного поспорив, сошлись на том, что мы будем на связи и в случае опасности, успеть среагировать.

Малышка скрылась в подъезде, а я прижав телефон к уху. Слушал ее шаги, как она открывает входную дверь, проходит по квартире и потом говорит, что дома все в порядке.

В ожидании девушки, мы с Андрюхой начали обсуждать предстоящие бои. К сожалению сегодня, я действительно должен там присутствовать. Приглашены слишком крутые дяди и не явиться, означало бы проявить к ним не уважение. Такого отношения они не станут терпеть, и тогда полетят головы.

Не знаю, сколько мы прождали девушку, но вот дверь ее подъезда распахнулась…

— Что за… — прорычал, выходя из машины.

Моя чертовка уверенной походкой дефилировала к машине. С каждым ее шагом член становился все тверже.

Соня распустила волосы, надела облегающие красное платье с вырезом ниже груди и длинной, едва прикрывающей попку.

— Ты в этом не поедешь, — сказал категорически. И встал так, чтобы прикрыть ее от Андрея.

— Поеду, Гришенька, — томно прошептала она.

Несколько секунд я смотрел в ее глаза. И видел там непоколебимую решительность и легкую игривость.

Обхватил ее за талию и прижал к себе, чтобы она почувствовала, чего добилась своей выходкой.

Наклонился и прошептал на ушко:

— После боя мы едем ко мне. Можешь уже сейчас отменять все запланированные дела на несколько дней. Потому, что я все это время я буду тебя трахать, с перерывом только на еду и короткий сон.

Малышка в моих руках вздрогнула, ее дыхание стало чаще, а губы призывно приоткрылись.

О да! Чертовка тоже этого хочет.

Стоя возле зеркала, я не могла решиться выйти из дома. Красное, короткое платье с очень глубоким вырезом, было найдено в шкафу Есении. Хотя оно и не принадлежало сестре, а её лучшей подруге.

Примерно год назад, лучший друг Максима приревновал свою жену и хотел выкинуть все её откровенные наряды. Вот тогда некоторые, особо любимые вещи, и были припрятаны в нашей квартире. Оля дала добро на пользование ими в уплату за хранения.

На мой взгляд, платье слишком откровенно. Руки так и тянулись опустить подол, а вырез запахнуть.

Но, нет. Если решилась — надо действовать до конца.

Реакция Гриши стоила того, чтобы надеть такое смелое платье. Горящие глаза мужчины — лучший комплимент для меня.

— Выйди, — приказал он Андрею, открыв заднюю дверь машины.

Мужчина недоуменно посмотрел на Сокола, но подчинился. Затем меня усадили на заднее сиденье, Гриша заблокировал автомобиль, разверзнулся и пошел к моему подъезду.

— Это что сейчас было? — спросила саму себя и посмотрела на Андрея. Мужчина облокотился одной рукой о капот, а второй вытирал выступившие на глазах слезы от смеха.

Гриша вернулся минут десять спустя. Открыл машину, сел рядом со мной на заднее сиденье.

— Надень, — ворчливо сказал он и положил мне на колени мое черное пальто.

Андрей сел за руль и мы направились в то место, где запланированы бои.

Ехали мы в центр города, что очень меня удивило. Почему-то мне казалось, что такие мероприятия проводят подальше от мирного населения и случайных очевидцев.

Водитель припарковал машину возле большого спортивного центра.

Гриша подал мне руку и повел к черному входу в здания.

Андрей вошел в помещение, а Соколов придержал меня у входа.

— Еще не поздно развернуться и поехать домой, — тихо сказал он, заправляя мне за ушко волосы.

Мужчина нежно провел пальцами по щеке. Я взяла его руку, крепко сжала и серьезно посмотрела в глаза.

— Нет, Гришенька. Мы пойдем на эти бои. Я хочу всем показать, что достойна тебя. И что меня, так же, как и тебя, не так просто запугать.

— Глупая, — усмехнулся Сокол и прижался своим лбом к моему. — Это у меня нет шансов, чтобы быть достойным тебя.

Он наклонился и оставил мягкий поцелуй на моих губах.

— Если ты действительно этого хочешь… — с этими словами Гриша открыл дверь, пропуская меня вперед.

Мы вошли в длинный коридор, спустились на несколько пролетом и остановились возле большой железной двери.

Гриша остановился, окинул меня серьезным взглядом. А потом резко развернул, прижал к стене и поцеловал.

Его губы сминали, подчиняли и лишали рассудка. Сама не заметила, когда мои руки оказались под его рубашкой. Гриша застонал и прервал поцелуй.

Без слов он сделал шаг назад, а я так и осталась стоять прижатая к стене.

Сокол прикрыл глаза и сделал несколько глубоких вздохов. Без слов он подал мне руку. Когда наши ладони соприкоснулись, он подтянул меня к себе.

— Ничего не бойся, — тихо сказал он. — Если почувствуешь себя плохо — скажи.

— Хорошо, — постаралась, чтоб голос звучал ровно.

Гриша нажал на кнопку возле двери, а я поспешила взять его под локоть.

Массивная железная дверь открылась, и меня оглушило от шума, исходившего изнутри.

У входа стояли два мужчины в черных брюках и серых рубашках. Стоило только увидеть Сокола, как они отошли, освобождая нам дорогу.

Мой мужчина провел меня по широкому коридору. С каждым шагом шум нарастал. Мы свернули к лестнице, где снова стояли два здоровых человека в черных брюках и серых рубашках. Охрана так же без слов пропустили нас, и мы поднялись на один этаж.

Вышли в большой зал, и я немного растерялась. Совсем не ожидала увидеть здесь мужчин в костюмах, а женщин в изысканных платьях. Я словно пришла в театр, а не на бои без правил. Каждый из присутствующих невзначай подходил к Грише, здоровался с ним за руку. На меня поглядывали косо и оценивающе, словно примеряли ценник.

«Я женщина грозного Сокола», — подбадривала себя мысленно и старалась уверенно встречать каждый недоброжелательный взгляд.

Гриша провел меня к большой арке, и мы вышли на вип-зону. Она представляла собой длинный, широкий балкон, идущий по кругу над первым этажом. Здесь были расположены кресла, диваны и журнальные столики. Еще одно сходство с театром. Пока не заглянешь на первый этаж.

В самом центре, на возвышении стояла круглая клетка. А вокруг нее собралась целая толпа народа, предвкушающая горячие бои.

Постепенно высокопоставленные гости начали занимать свои места. Мы с Гришей разместились на одном из диванов.

Вскоре вышел ведущий. Он умело заводил толпу и вот уже люди во весь голос кричали от предвкушения.

Объявили первых участников. Два молодых парня вышли на ринг, агрессивно настроенных друг против друга.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Начался бой.

Они избивали друг друга, без жалости, сострадания и уважения к противнику. Кровь брызгала во все стороны, что еще больше воодушевляло зрителей.

Высокопоставленным гостям тоже нравилось представление. Женщины возбужденно поглядывали на полуобнаженных, окровавленных бойцов. А в мужских глазах я видела только азарт.

Гриша аккуратно взял меня за руку и крепко сжал озябшие пальцы.

Наконец-то бой закончился. Победитель, подняв руки вверх, улыбался публике. А вот проигравший не смог уйти самостоятельно. Бессознательного парня вынесли помощники организаторов.

Но на этом все не закончилось. Следом вышли еще одни противники. Потом еще и еще. Одной парой вообще были женщины.

Кровь, крики и бессознательные тела — все смешалось у меня в голове. Я постаралась абстрагироваться и представить, что смотрю обычный фильм. Но это слабо помогало.

Наконец-то объявили перерыв, и Гриша вывел меня в холл.

Мы подошли к бару, мужчина заказал для меня сок. Он с беспокойством поглядывал на меня, но я все еще была в небольшой прострации.

— Сокол, поговорить надо, — к нам подошел один из гостей мероприятия.

Несколько секунд Гриша хмуро на него смотрел, но в итоге кивнул.

— Сейчас подойду.

Когда мужчина отошел, Соколов подозвал человека, стоящего под стенкой.

— Знаешь, что случилось с твоими продажными предшественниками? — спросил он его.

Охранник кивнул.

— Догадываешься, что с тобой будет, если с ней что-то случится? — и вновь безмолвный кивок в ответ.

Гриша строго на него посмотрел и повернулся ко мне.

— Я на пару минут, — тихо сказал он.

— Все в порядке.

Гриша тяжело вздохнул и пошел к мужчине, который ранее пригласил его на разговор.

Прошло около пяти минут, но Сокол так и не вернулся.

— Простите, вы не могли бы вывести меня на пару минут на воздух. Здесь очень душно.

Охранник осмотрел зал, но Гриши в нем уже не было.

— На пару минут, — согласился мужчина.

Он провел меня той же дорогой, которой мы пришли сюда с Соколом.

Выйдя на улицу, сделала глубокий вдох, наслаждаясь уличной прохладой и тишиной ночного города.

— Прекрасная ночь, не правда ли? — раздался с боку незнакомый мужской голос.

Перевела взгляд, и первое, что я увидела — это выходящего из переулка мужчину, с направленным на меня пистолетом.

Замерла, не имея возможности пошевелиться или что-то сказать. Я оцепенела от страха.

К счастью охранник среагировал моментально. Из-за пояса он достал пистолет и прицелился в противника.

Раздался выстрел…

И вот я словно в замедленной съемке наблюдаю, как падает на асфальт, с окровавленной дырой в голове, сопровождающий меня мужчина.

Руки затряслись, а из глаз брызнули слезы. Но я так и не могла пошевелиться. Стояла и смотрела на улыбающегося убийцу и не двигалась.

— Соколу привет, — усмехнулся мужчина и нажал на курок.

— Сокол, я хотел извиниться за своих людей, — начал говорить владелец охранной организации, в которой я нанял ребят для обеспечения безопасности Софии. — Пацаны молодые совсем, неопытные… У них семьи…

— А мне пох*й кто и что у них. Они за бабки слили клиента. Девчонку подвергли опасности. Дважды. Пацаны твои, прекрасно знали против кого идут и что им за это будет.

Да, как оказалось, ребят, которые должны были охранять Соню, подкупили и те сделали вид, что не заметили ее похищения. Сейчас эти гаврики ждут своей участи в одном из ангаров на базе.

— Сокол, я все понимаю. Прошу только живыми отпустить. Они уже безработные, будь в этом уверен. Зачем тебе грех на душу брать?

— Заберешь их утром. Сейчас они на встрече с Айпатом.

— Сокол, — проговорил с настороженностью начальник охранного агентства. — Он же монстр.

— Живыми заберешь. Остальное все зависит от фантазии Айпата.

— Спасибо.

Я видел ужас в глазах мужчины. И он был обоснован. Многие знали Айпата по слухам и безумно боялись познакомиться с ним лично.

Больше с этим человеком мне нечего обсуждать. Развернулся и отправился к своей чертовке.

Вот только Софии не оказалось в холле. Бармен подсказал, что она вышла вместе с охранником на свежий воздух.

Возможно, ей плохо стало? Слишком бледная была во время боя. Не для нее все это.

В коридоре услышал выстрел и побежал на улицу. Охранник лежал с простреленной головой, а напротив малышки стоял Прохор.

— Соколу привет, — сказал мудила.

Достал пистолет, снял с предохранителя и нажал на курок.

Медленно глаза Прохора стали стеклянными, и он упал на асфальт.

Соня вся сжалась и дрожала от страха. Спрятал пистолет и подошел к девушке.

— Малышка, — позвал ее тихо, дотрагиваясь до ее плеча.

Она вскрикнула и испуганно развернулась. Несколько секунд она смотрела на меня, а потом резко подбежала и крепко обняла. Малышка прижалась ко мне, как к спасательному кругу.

— Тише, солнышко. Все закончилось, — прошептал ей на ушко, поглаживая по спине.

Осмотрел площадку перед входом, достал телефон и позвонил Андрюхе.

Друг ответил через несколько гудков.

— К черному входу зачистку срочно, — отдал приказ и сбросил вызов.

Подхватил малышку на руки и понес к машине. Тут и без меня справятся.

Посадил Соню на переднее пассажирское сиденье и пристегнул. Девушка все еще дрожала и была слегка дезориентирована.

Сел за руль и поехал к малышке домой. Я не планировал оставаться там. У меня были другие планы, которые очень долго я хотел осуществить.

Оставил чертовку в машине, а сам поднялся в квартиру. Собрал не много сменных вещей, средства личной гигиены и продуктов.

Девушка в машине так и сидела, глядя в одну точку. Меня начало беспокоить ее состояние.

— Малыша, — тихо позвал ее и погладил по щеке. — Уже все закончилось. Ты в безопасности.

— Я так испугалась, Гриш, — она сделал несколько судорожных вздохов. — Думала уже все. Ждала боли и света в конце туннеля. А потом этот его бездушный взгляд. Я словно видела, как из него уходила жизнь.

Да такое часто случается с теми, кто впервые сталкивается со смертью лицом к лицу.

Мягко поцеловал Соню в макушку и завел машину. Нам предстоит не близкий путь.

— Куда мы едем? — спросила малышка, провожая взглядом свой дом.

— В одно очень красивое и тихое место. Тебе там понравиться. А сейчас отдохни, — не отрывая взгляда от дороги, наклонился, дернул за рычаг, и спинка пассажирского сиденья откинулась назад. — Нам ехать около четырех часов.

Дорого мерно стелилась под колесами. Вскоре Соня задремала, я накинул на нее свою куртку. Мы проезжали поля, села и один достаточно большой город. Пришлось заехать на автозаправку. София, за все время пути, так и не проснулась.

Спустя три с половиной часа мы съехали с трассы на проселочную дорогу. На ямах машину подбрасывало, я старался ехать аккуратно, но малышка все равно проснулась.

— Мы уже приехали? — сонно спросила она.

— Почти.

Мы ехали по лесной дороге еще примерно минут пятнадцать пока не выехали к высокому забору.

Вышел из машины и открыл ворота.

Когда мы въехали во двор, Соня во все глаза смотрела на небольшой двухэтажный дом. Я видел на ее лице восхищение и мне это безумно нравилось.

— Что это за место?

— Моя дача. Люблю приезжать сюда, когда хочется убежать от городской суеты.

— А где же грядки? — спросила она хихикая. — Огурчики, помидорчики?

Осмотрел территорию. Грядками здесь и не пахло. При строительстве, я оставил все как есть. Просто в лесной пейзаж затесался небольшой домик и забор по периметру.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍—Выдать тебе тяпку? — в шутку предложил малышке.

Она рассмеялась и покачала головой.

— Представляю… Ночь, лес и я с тяпкой.

Пока малышка подшучивала над моими сельскохозяйственными навыками, я достал вещи и продукты из багажника.

— Смейся — смейся. Но учти, что сейчас здесь только ты, я и дремучий лес вокруг…

Соня перестала смеяться, и ее щеки окрасил румянец. Девочка поняла посыл.

Дом был небольшой. Гостиная, кухня и санузел — на первом этаже. Две спальни и ванная комната — на втором.

В прихожей открыл неприметную дверь и вошёл в маленькую комнату.

— А здесь что? Ого, какой запас!

Вдоль стены были сложены дрова. Я набрал целую охапку и пошел к камину.

— Малышка, ты пока осмотрись. А я нам тепло организую.

— Здесь так уютно, — восхищенно сказала малышка, заглядывая в гостиную. — Что это? — спросила она, рассматривая в окно, небольшую пристройку за домом.

— Баня. Утром покажу. А сейчас спать. Твой мужчина устал.

— Тогда я просто обязана помочь моему мужчине расслабиться, — промурлыкала чертовка.

Она подошла ко мне, положила руки на плечи и слегка их сжала. Положила голову мне на плечо и наблюдала, за процессом укладки дров.

Вскоре в камине весело потрескивали дрова.

Подхватил малышку на руки и понёс на второй этаж.

— Все экскурсии отложим на завтра. Но мне очень любопытно, как ты планируешь, помочь мне расслабиться.

С Соней на руках поднялся на второй этаж и вошел в спальню.

Аккуратно положил чертовку на кровать, а сам навис сверху.

— Как ты? — с беспокойством посмотрел ей в глаза.

— Хорошо, но могу быть отлично, — застенчиво ответила она и погладила мою шею.

Несколько секунд смотрел ей в глаза. Чертовка была уверенна в своих словах.

Медленно наклонился к прикоснулся своими губами к ее. Соня зарылась пальчиками мне в волосы и погладила затылок, притягивая к себе еще ближе.

Проложил дорожку поцелуев от губ к шее, а затем еще ниже до самого края этого сумасшедшего декольте.

Провел руками по бедрам, приподнимая платье, и сжал упругую попку. Малышка тихо постанывала и выгибалась навстречу моим рукам.

Медленно снял с нее платье и перевернул на живот. Соня прогнулась, демонстрируя свою попку во всей красе.

— Ммм, моя сладкая кошечка.

Медленно стянул с нее трусики, оставляя их на уровне ее колен. Встал с кровати и отошел на несколько шагов назад.

Соня посмотрела на меня, но позы не сменила.

— Послушная кошечка, — с восхищением похвалил чертовку.

Не отрывая взгляда от малышки, медленно расстегнул рубашку. Так же неспешно снял брюки и боксеры.

Соня следила за каждым моим движением. Когда последняя деталь гардероба упала на пол, девушка гулко сглотнула и облизала губы.

Подошел к чертовке и погладил ее попку. Не удержался и шлепнул. Малышка вздрогнула, но в ту же секунду прогнулась еще больше.

Наклонился и провел языком по ее влажным складочкам.

Соня застонала, ее тело охватила дрожь, и малышка сжала покрывало в кулачки.

Мне хотелось продлить ласки, довести малышку до безумия, но ее желание оказались пыткой для меня.

Выпрямился и провел головкой по ее влажным складочкам. Малышка застонала еще громче и сама насадилась на мой член.

Движения становились резче, толчки глубже, а стоны громче.

В глазах рябило от переизбытка желания, возбуждения и страсти.

В какой-то момент чертовка вскрикнула и задрожала в моих руках. Сделал еще несколько толчков и в последний момент вытащил член, изливаясь на ее бедра.

Упал рядом с малышкой на кровать и прижал свое счастье к себе. Никогда бы не отпускал ее из своих рук.

— Гришенька, я лю…, — договорить не дал.

Накрыл ее губы нежным поцелуем.

Ни к чему нам эти слова. Я и так все прекрасно знаю. Тоже самое испытываю к ней. Понял уже, не дурак. Но наше будущее… Оно не будет счастливым для малышки…

Утро началось с барабанной дроби дождя. Гриша спал на животе, подложив руки под голову. Такой сильный, мужественный и красивый.

Что он нашел во мне? Это навсегда останется для меня загадкой. Но я благодарна, что этот потрясающий мужчина появился в моей жизни.

Но остаётся одни важный момент… Как сообщить о наших отношениях семье. Василиса точно не одобрит. Возможно, будет скандал. Но мне бы очень хотелось, чтобы со временем они приняли его в семью.

Тихонько встала с кровати, накинула на себя мужскую рубашку и спустилась на первый этаж.

Заглянула в гостиную. В камине горели свежие дрова. Значит Гриша не так давно вставал. Дома было тихо, только едва слышное потрескивание дров в камине и дождевые капли, барабанящие по крыше, создавали особую атмосферу уюта.

Подошла к окну и отодвинула занавеску. Крупные капли стекали по стеклу, создавая красивые узоры.

За окном лес. Красивый и могучий, он словно обнимал дом.

Здесь не было всех благ цивилизации. Не было газа и электричества. Вода только из колодца, а для приготовления пищи использовался газовый баллон и крохотная плита. Но мне здесь безумно нравилось. Гриша прав, сюда стоит приезжать, чтобы отдохнуть от городской суеты и насладиться природой.

Сзади почувствовала движение, а в следующее мгновение мужские руки прикоснулись к моим бедрам.

— Почему не спишь? — тихо спросил мой мужчина.

Гриша стоял совсем близко, и я облокотилась на него. Мужские руки сразу взяли в плен и прижали к груди.

— Тут так красиво, — прошептала, поглаживая его руки.

— Обычный дом, — пожал он плечами. — Здесь только ты красивая.

Гриша наклонился и оставил невесомый поцелуй на шее. Руки задрожали от этой невесомой ласки.

— Как ты? — тихо спросил он.

— Нормально.

Это действительно было так. Вчера я была в ужасе. Тысячи раз прокручивала в голове разные варианты развития событий и в каждом из них кто-то умирал.

Как тот охранник. Он погиб не за что. Просто сопроводил меня на улицу. И стеклянный взгляд убийцы навсегда останется у меня в памяти.

Возможно, я еще долго не смогу смотреть боевики или ужастики.

Но ночью Гриша сделал все, чтобы я забыла про этот кошмар. Он окутал меня нежностью и лаской. Практически всю ночь мы занимались любовью. Мой мужчина снова и снова доводил меня до состояния эйфории. И с каждым мгновением я забывала о пережитом кошмаре.

— Малышка, о чем задумалась? — спросил меня Соколов.

— О тебе, — ответила и потерялась щекой о его грудь. Гриша удивленно приподнят брови. — Спасибо, что ты есть у меня, — мягко погладила его щеке. — Ты самый лучший мужчина на свете.

Гриша гулко сглотнул, прикрыл глаза и глубоко вздохнул.

— Ты ошибаешься, — хрипло сказал мужчина.

— Это ты ошибаешься, — повернулась в его руках, положила руки ему на шею и мягко улыбнулась.

— Я знаю, что ты великий и ужасный Сокол. Гроза города и все такое… Знаю, что ты занимаешься незаконной деятельностью… А еще я знаю, что ты честный, заботливый и справедливый. И ты делаешь меня самой счастливой на свете.

Несколько секунд он смотрел мне в глаза, словно искал там подтверждение моим словам. Затем наклонился и поцеловал. Языком провел по нижней губе, заставляя приоткрыть для него ротик.

Сильные мужские руки подхватили под бедра и посадили на подоконник. Он раздвинул мои бедра и встал между ног. Я сразу обхватила его талию ногами и притянула ближе к себе, и очень отчетливо почувствовала, насколько Гриша возбужден.

Соколов наклонился не много вперед, и я прижалась к холодному стеклу. Зашипела от неожиданности.

Мужчина прервал поцелуй, прикоснулся к окну и нахмурился. А потом резко подхватил меня на руки.

Возле камина лежал небольшой полосатый ковер. Гриша взял плед с дивана и небрежно бросил его на напольное покрытие.

Медленно мы опустились на плед. Сокол навис надо мной, а я залюбовалась любимым мужчиной. Огонь отражался в его глазах, делая его загадочным.

— Мне нравится, когда на тебе моя одежда, — хрипло сказал он, проводя пальцами по шее, и ниже к груди. — Но без нее гораздо больше.

Грубые пальцы отодвинули рубашку, оголяя плечо и грудь.

Гриша наклонился и лизнул сосок.

— Совершенство, — хрипло сказал он, глядя мне в глаза.

Этот раз был особенным. Между нами словно все было пропитано магией, чувствами и откровением. Каждая клеточка моего тела подвергалась мужским ласкам. Я не отставала и стремилась подарить своему мужчине то же наслаждение. От первого толчка я вознеслась к звездам — таким сильным было возбуждение. Мы смотрели друг другу в глаза, пока лавина удовольствия не накрыла нас с головой.

Весь день мы провели в доме. Много разговаривали. Шутили и даже читали. Вернее, я читала, а Гриша слушал, не отрывая от меня взгляда.

Мы словно перенеслись в другой мир, где есть только он и я. Где нет места проблемам, тайнам и опасностям. Мы были вдвоем… и безумно счастливы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я не знаю, что нас ждет завтра или через год, но мы обязательно со всем справимся… И будем счастливы… Вместе…

Несколько дней мы провели в этом тихом и уютном домике в лесу. Мы почти не выходили на улицу, так как погода нас «порадовала» дождями. Но нам совершенно не было скучно. Мы много общались, Гриша рассказал о своем трудном детстве в детском доме.

Когда он рассказывал о жизни после выпуска, у меня сердце кровью обливалось. Перед глазами стоял юный парень, у которого не было жилья и еды. Я благодарна тому человеку, который подобрал его с улицы, дал кров и работу. Пусть опасную и нелегальную, но работу. Хотя Гриша и рассказывал все с отстраненным выражением лица, но ему было больно. Это отражалось в его глазах.

Еще я пыталась научить мужчину готовить. Это смело можно записать в отдельный вид пыток. Трудно сосредоточится на процессе приготовления, когда шаловливые руки любимого так и норовили залезть ко мне под одежду.

Я не жаловалась, а наоборот с трепетом встречала ласки. И я определенно сбилась со счета, сколько раз мы занимались любовью на кухне.

Кажется, мы осквернили всю мебель, и даже холодильник.

В последний день нашего пребывания на даче мне позвонила Василиса. Она приглашала на семейные посиделки. А мероприятие обозвала «Успей налопаться шашлыков в последние теплые денечки». Мне безумно хотелось сказать, что я приду не одна. Но сдержалась. Решила, что вначале подготовлю семью. Невзначай скажу, что у меня есть мужчина и наши отношения серьезные. Потом упомяну, что я счастлива с ним. И обязательно вскользь скажу, что чувствую себя с ним в безопасности.

Этого точно не стоит говорить по телефону. Поэтому решила, воспользоваться посиделками, а на следующий раз уже пригласить Гришу. К этому дню следует закупить побольше успокоительных препаратов.

— Меня пригласили на семейное барбекю, — сказала Грише, млея от его ласк.

Мы расположились у камина. И хоть на улице был день, но из-за пасмурного неба и сильного дождя, в гостиной был интимный полумрак.

— Это отличная новость, малышка. Когда?

— Завтра днем, — с разочарованием ответила ему. — Когда нам лучше выехать?

— Завтра, маленькая. Мы поедем завтра рано утром. Я хочу эту ночь провести с тобой. Здесь.

Губы мужчины накрыли мои и я вновь потерялась в реальности.

Каждая наша ночь в лесном домике была наполнена страстью, нежностью и любовью. Да, мы не говорили этих слов друг другу. Хоть мне этого безумного хотелось. Хотелось сказать ему, что люблю, что он навсегда в моем сердце. Но каждый раз Гриша не позволял. Возможно, он еще не готов это услышать. Но я не расстраивалась. И не сомневалась в его ответных чувствах. За него говорили поступки. Практически с самого первого дня нашего знакомства.

Каждую ночь я засыпала в объятиях любимого. И эта не стала исключением. Но она отличалась от предыдущих.

Мне приснился кошмар. Я не помнила, что именно мне снилось, но разбудил меня взволнованный Гриша. Когда я открыла глаза, то не сразу поняла, где нахожусь, а потом увидела перед собой испуганные глаза Сокола.

— Ты кричала, — хрипло сказал мужчина.

Я села в кровати и потерла озябшие плечи.

— Кошмар.

— Что именно тебе приснилось? — спросил он, прижимая меня к себе.

На пару секунд я задумалась, пытаясь вспомнить, что так напугало меня. Но в голове была пустота. Только сердце стучало, как сумасшедшее.

— Не помню, — тихо ответила ему и еще крепче прижалась к мужской груди.

— Ложись, я кое-что тебе расскажу.

Гриша лег на кровать, а я удобно устроилась у него на плече.

Соколов рассказал несколько забавных историй, которые произошли с ним в юности. Нелепые и глупые события заставили расслабиться и забыть о неприятном сне.

Вскоре я уснула в надежных руках, а когда еще не рассвело, Гриша меня разбудил.

Пора было выезжать обратно в город.

Оказалось, что мужчина уже обо всем позаботился. Он убрал газовый баллон, потушил камин и собрал все наши вещи.

Когда машина начала медленно отъезжать от дома, мне стало особенно грустно.

— Мы ведь еще приедем сюда? — с надеждой спросила Гришу.

— Не переживай, малышка. Приедешь, — ответил Соколов, осматривая дом.

— Это хорошо, — сказала, удобнее устраиваясь на сиденье. — Мне здесь очень понравилось. Возможно, в следующий раз повезет с погодой, и ты покажешь мне ту красивую реку, о которой говорил.

Гриша ничего не ответил. Он молча вышел из машины закрывать ворота.

Дорога была длинная и долгая. В какой-то момент я задремала, а разбудили меня нежные поглаживания по щеке.

— Просыпайся, малышка, — тихо сказал Сокол.

Открыла глаза и поняла, что мы уже приехали к моему дому.

— Дай мне свой телефон, — задумчиво сказал Соколов.

Без вопросов протянула ему свой гаджет. Мужчина что-то нажимал в нем.

— Я вбил тебе номер Андрея, — сказал он, протягивая мне смартфон.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍—Зачем?

— Просто. Пусть будет на всякий случай.

— Хорошо.

Мы поднялись в квартиру. Гриша поставил сумку с вещами и повернулся ко мне.

Несколько секунд смотрели друг другу и вот его губы накрывают мои.

Как же приятно чувствовать его жадные прикосновения и нежные поцелуи.

Но это не продлилось долго. Гриша первый отстранился.

— Мне пора, — хрипло сказал он.

— Мне тоже скоро собираться к сестре, — с сожалением ответила.

Он крепко прижал меня к себе.

— Малышка, позвони мне, как будет минутка.

— Хорошо.

Гриша ушел, а я решила часик отдохнуть. Потом немного прибрала в квартире. Проверила заказы. Из-за поездки, я отстала в графике переводов. Но думаю, за пару дней все наверстаю. И в университете тоже следует закрыть пропуски.

Через пару часов я ехала к Васе домой.

Девочки уже начали готовить, а мужчины разжигать мангал.

Как же я соскучилась за вот такими семейными мероприятиями.

Мы много смеялись, вспоминали детство и забавные случаи.

— Соня, я хочу знать, где ты все время пропадаешь, — строго сказала Василиса, помахивая лопаткой.

— Ты сейчас похожа на ворчливую бабку, — посмеиваясь, прокомментировала вид сестры.

— А мне вот тоже интересно, — присоединилась к ней Сеня. — Раньше ты практически каждые выходные оставалась у нас ночевать. А сейчас даже не приезжаешь.

— Ну у вас дети…

— И что? Раньше тоже дети были, — уперла руки в бока старшая сестра и строго на меня посмотрела.

— Я знаю, — хитро протянула Василиса. — У тебя появился парень?

— Эм… Ну да.

— Вот ведь тихушница, — воскликнула Сеня.

— А я так и знала, — вторила ей моя близняшка. — Рассказывай кто он? Где вы познакомились? Он из нашего университета? — затараторила Василиса.

— Тише-тише. Успокойся. — выставив руки перед собой, остановила эту неугомонную. — Он не из университета. И… Он не много старше меня.

— Насколько? — одновременно спросили сестры.

Ответить я не успела. На кухню вошли Максим и Марк.

— Девушки, дайте что-то пожевать. А то пока дрова прогорят — мы с голоду помрем, — жалобно сказал Максим.

Было решено всем вместе перекусить. На заднем фоне работал телевизор, а мы весело общались.

— Что это, — неожиданно сказала Василиса, делая звук на телевизоре громче.

— По словам соседей, они слышали выстрел в половине восьмого утра, — вещал репортер. — Правоохранительные органы оперативно среагировали на вызов. Сейчас ведется следствие. Со слов полиции известно, что Соколов Григорий Иванович был убит пулевым ранением в сердце в собственной квартире….

Когда на экране показали фотографию Гриши, и у меня потемнело в глазах.

— Нет. Нет. Нет, — забормотала, доставая свой телефон. — Этого не может быть.

— Сонь, ты в порядке? — как сквозь вату, услышала голос Сени.

Но я не ответила. Я лихорадочно искала номер Гриши.

— Абонент вне зоны действия сети, — сказал мне механический голос.

— Нет. Этого не может быть, — задыхаясь, пробормотала и позвонила любимому еще раз.

— Абонент вне зоны действия сети…

Руки задрожали….

— Андрей… Он точно ответит, — нервно начала искать нужный контакт.

— Сонь, ты чего? — спросила Василиса.

Я вышла из-за стола и начала мерить кухню шагами.

Гудки…

— Слушаю, — сказал грубый мужской голос.

— Андрей здравствуйте. Это София.

— Да, Соня. Здравствуй.

Сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться, но это не помогало.

— Тут в новостях ерунду какую-то показали… Это ведь не правда?

Андрей молчал, а я повернулась к семье. Они смотрели на меня хмуро и с подозрением.

— Сонь, — наконец заговорил Андрей. — Это правда. Сегодня утром Сокола убили.

— Нет, — едва слышно прошептала.

Голова закружилась, в глазах появились черные точки, а тело ослабло. И в следующее мгновение меня накрыла темнота.

В себя приходила тяжело. Что-то давило, не отпускало из беспамятства. С трудом открыла глаза и увидела Есению.

— Ты как? — спросила сестра.

— Нормально, — тихо ответила ей.

Осмотревшись, поняла, что мы находимся в гостиной, а я лежу на диване.

— Может, тогда объяснишься? — грубо спросила Василиса.

Повернула голову и увидела злую сестру. Она стояла, в другом конце комнаты и зло на меня смотрела.

— Ты о чем? — после пробуждения мозг совсем туго соображал.

— Я о твоей реакции. Что тебя связывает с Соколом?

— С Гришей? — переспросила ее и перевела взгляд на выключенный телевизор, а потом на свой телефон.

— С Гришей? — закричала сестра. — С Гришей? Твою мать, Соня! Я еще раз спрашиваю, что между вами было?

— Не кричи, — ответила, поднимаясь с дивана.

— Что значит, не кричи? Соня ты нормальная?

— Вполне, — ответила, выискивая свою сумку, в которой были документы. — Мне отъехать надо.

— Сонь, не надо садиться в таком состоянии за руль, — строго сказал Максим.

— Мне надо в съездить в одно место и все выяснить. Возможно это все обман.

— София, я еще раз спрашиваю, что тебя связывает с Соколовым? — не унималась Вася.

— Мы встречаемся.

Сестры одновременно ахнули.

— Скажи честно, — шепотом заговорила Василиса. — Он тебя принуждал, да?

— Нет конечно! — возмущенно воскликнула, глядя на девочек. — Мы любим друг друга.

Мне не хотелось слушать гадости о Грише. Поэтому я встала с дивана и пошла на выход. Черт с ней с этой сумкой. Без документов поеду. Но пропажа нашлась в прихожей, рядом с курткой. Именно там, где я ее и оставила.

Сестры пытались меня остановить, да и Максим с Марком уговаривали никуда не ехать в таком состоянии. Но мне надо убедиться…

— Это не может быть правдой, — нервно бормотала, пока ехала по трассе в сторону базы. — Только не он.

Я не верила. Вернее пыталась убедить себя, что это не правда. Это просто пиар или розыгрыш. Так ведь не может быть.

Гриша… Он ведь непотопляемый, сильный и храбрый. С ним не могло случится такой беды… С нами не могло.

Руки дрожали от страха, что все окажется правдой. Я сильнее сжала руль, отгоняя от себя плохие мысли, а слезы все равно подступали к глазам.

Если это чья-то шутка, то она очень жестокая.

Подъехав к воротам базы, я на пару секунд задумалась, как попасть на территорию? Первым делом позвонила Андрею. Он, бросив ёмкость «Занят. Перезвоню», сбросил вызов. КПП возле ворот не было, поэтому решила выйти и просто постучать.

Не успела поднести кулак, как ворота открылись, и на меня уставился хмурый мужчина.

— Здрасьте, — испуганно пискнула, так как вид у мужчины был устрашающий. Он осмотрел меня с ног до головы и отошёл в сторону, освобождая дорогу.

Мы пошли к одному из зданий. Мужчина был хмур и молчалив. Я все же надеюсь, что это черты его характера, а не события повлияли на его настроение.

Он привел меня в тот самый зал, где когда-то проходила вечеринка.

Только в этот раз не было того веселья. Атмосфера была давящая, холодная и… Траурная.

— Нет, — прошептала еле слышно. — Нет — нет.

Я сделала несколько шагов назад и вышла в холл. Посмотрела на лестницу, ожидая что вот сейчас по ней спустить хмурый Сокол, увидит меня и улыбнется… Едва заметно, но его глаза заискрятся от радости встречи… Вот сейчас… Через минутку…

Почувствовала едва заметное прикосновение к плечу. Слишком мягкое для Гриши. Повернулась и увидела перед собой заплаканную Ксюшу.

— Мне так жаль, — едва сдерживая слезы, сказала она. — Я даже не представляю какого тебе сейчас.

Девушка порывисто меня обняла. Из-за ее плеча я увидела хмурые лица присутствующих. А еще зеркала… В зале были два зеркала… А сейчас они завешаны черной тканью.

— Нет, — осознание ситуации постепенно начало доходить до меня. — Нет!

Я зарыдала. Громко, со всей болью, что на меня сейчас обрушилась.

Сердце закололо, дыхание сбилось, а ноги подкосились. И я осела на пол, прям там где стояла.

Ксюша продолжала меня обнимать, поглаживать по голове и что-то шептать. Но я не слышала ее из-за звона в ушах.

Кто-то из мужчин помог нам с девушкой подняться. Также в обнимку мы сели на один из диванов.

Я молча рыдала, глядя в одну точку. У меня словно свет выключили, и все вокруг стало черно-былым.

— Вот выпей, — к нам подошел один из мужчин, и протянул стеклянный стакан с прозрачной жидкостью.

Руки тряслись, и у меня не сразу получилось взять напиток. Это оказалась вода с известными каплями успокоительного.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍—Я не понимаю… Как это произошло? Мы ведь сегодня утром только виделись, — тихо сказала, вытирая слезы рукавом.

Ксюша протянула мне салфетки и погладила по плечу.

— Мы все ждем Андрея. Но должен все выяснить и нам сообщить.

Мужчину мы прождали несколько часов.

За это время мне несколько раз звонила Сеня, но я сбрасывала вызов. Мне не хотелось сейчас с ними говорить. И так невыносимо больно, а если еще и с сестрами ругаться придется… Просто не переживу этого.

В какой-то момент послышался звук мотора. А несколько минут спустя в помещение вошел Андрей. Мужчина был бледен и хмур. Он молча подошел к бару, налил не много алкоголя и залпом его выпил.

— Копать под нас не будут. С ментами договорился, — глядя в окно, сказал Андрей. — Был на опознании. Бл*дь, это реально Сокол.

От его слов меня затрясло. Я закрыла рот ладошкой и разрыдалась. Ксюша прижала меня к себе в попытке утешить. Да только невозможно это.

— Когда похороны? — спросил кто-то из мужчин.

— Через шесть дней. У них там комиссия какая-то, так что вскрытие по любому будут делать.

— Нет, — рыдая, простонала я.

— Прости, Сонь. Мне очень жаль, — сказал Андрей. — Не уберегли.

Мои слезы постепенно начинали перерастать в истерику. И видимо Ксюша это заметила.

— Пойдем-ка ты приляжешь. Отдохнешь чуток, — сказала она.

Ксения привела меня к комнате Гриши. Когда я это поняла, то сразу сделала несколько шагов назад.

— Не могу, — тихо сказала, обнимая себя за плечи. — Не сейчас.

— Хорошо. Дальше есть свободная спальня. Пойдем я тебе там постелю.

Мы прошли в самый конец коридора. Девушка открыла дверь, пропуская меня вперед.

— Тут ванная, — сказала она, указывая на дверь, которая была сразу возле входа в комнату. — Есть плед, сейчас я тебе постельное принесу и во что переодеться.

— Ничего не надо, — ответила ей. — Пледа будет достаточно.

Несколько секунд Ксюша смотрела на меня.

— Я не знаю, что тебе сказать, чтобы хоть немного утешить, — тихо проговорила девушка. — Это большое горе для каждого из нас.

— Не говори ничего, — попросила ее. Мне не хотелось слушать пустые слова соболезнования. Они мне не помогут.

Ксюша кивнула, крепко обняла меня и покинула комнату. А я легла на кровать и укрылась пледом.

Эту ночь я не спала. То меня накрывала истерика и я кричала в подушку. То молча оплакивала свою любовь.

Мне было больно. И страшно. Я не представляю, как жить без Гриши. А еще я сожалела, что у нас было слишком мало времени. Если бы я знала наше будущее… Я бы не отходила от него ни на шаг. Я бы каждую секунду проводила рядом с любимым.

Я стояла перед зеркалом и рассматривала свое отражение. Чёрное платье с глухим воротом и длинной ниже колен, мешковато сидело на моем теле.

Дрожащими руками поправила чёрную повязку на голове.

Бледная кожа, исхудавшее тело и тоска в глазах — вот что я видела в отражении.

Прошла неделя… Семь дней, как Гриши нет. Я до сих пор надеюсь, что это все не правда.

Семь дней… Я и не заметила, если бы Андрей не сообщил дату похорон.

Все это время я практически не выходила из дома. Не посещала университет. Забросила работу. И если чужие люди, в лице куратора и начальника, вошли в мое положение, то с семьей все было гораздо хуже.

Максим и Марк заняли нейтральную позицию. Есения иногда звонила, а вот Вася… Василиса объявила мне бойкот.

Я уверена, что если бы рядом был Гриша, он бы обязательно решил эту проблему. Но его нет.

Еще раз осмотрела себя в зеркале и вышла в коридор. Надела чёрное тёплое пальто и осенние сапоги. Взяла телефон, ключи, носовой платок и вышла из квартиры.

У подъезда уже ждал знакомый чёрный внедорожник.

Я так и замера возле выхода из дома.

Смотрела на машину и мне казалось, что вот сейчас от туда выйдет мой Гришенька, пойдет мне на встречу, обнимет крепко-крепко, и я наконец-то почувствую родной запах любимого.

Водительская дверь открылась… И я задержала дыхание.

Но оттуда вышел Андрей. В чёрном костюме и классическом пальто, как еще одно напоминание о сегодняшнем дне.

— Здравствуй, София, — сказал он, открывая для меня пассажирскую дверь.

Я ничего не смогла ответить. Просто кинула и пошла к авто.

Мы ехали за город в полном молчании. Руки тряслись. Мне было страшно. Я боялась увидеть его тело. Не хотела прощаться с любимым.

Андрей подал мне платок, и я только сейчас заметила, что плачу.

Вскоре мы подъехали к городскому кладбищу.

Андрей достал из багажника два венка. Один мужчина выбрал сам, когда занимался организацией похорон. А второй я — онлайн.

Перед коваными воротами я замерла и зажмурилась. Меня затрясло.

Не могу. Это выше моих сил.

— Давай, София, — Андрей сжал мое плечо и легонько подтолкнул к воротам, — Ты сможешь.

Пока мы шли к нужному месту, я пыталась настроиться, взять себя в руки. И все равно похолодела, когда увидела большое скопление народа.

С каждым нашим шагом, присутствующие расступались, пропуская нас вперед.

Люди стояли полукругом, а в самом центре, на подставке стоял большой бардовый гроб, в котором лежал мой Гриша.

— Нет! — взвыла, оседая на пол, но кто-то подхватил меня, развернул, и теперь я рыдала в чье-то черное пальто.

— Соберись, София, — сказал Андрей. Именно он сейчас пытался меня поддержать. — Ты должна это пройти. Должна с ним попрощаться.

— Я не могу, — мой голос был похож на скулеж побитой собаки. Хотя именно так я себя сейчас и чувствовала.

— Давай, София, — слегка встряхнул меня Андрей.

— Можем начинать? — спросил мужской голос за моей спиной.

— Да, — сказал Андрей и развернул меня. И только сейчас я заметила священника, стоявшего возле гроба.

Кто-то дал мне в руки зажженную свечу и батюшка начал читать молитву об усопшем.

Я стояла, смотрела на любимого и просила Бога, простить ему его грехи. В голове перечисляла все хорошее, что сделал Гриша. Он ведь помогал детским домам и интернатам для людей с ограниченными возможностями. Да и мне не раз спасал жизнь.

Свеча в руках дрожала, а тело бил озноб. Как же больно. По щекам текли слезы, но я даже не думала их вытирать.

Смотрела на любимого и не могла с ним проститься.

Вскоре священник закончил отпевание и пригласил проститься с усопшим.

Андрей подвел меня первой. Я прикоснулась к иконе, которая лежала на груди Гриши и поцеловала его венец. Наклонилась и на ушко прошептала:

— Я всегда буду любить только тебя. Ты мое сердце, Гришенька. Когда-нибудь мы с тобой встретимся, и уже ничто не сможет нас разлучить.

Позже друзья Гриши подхватили гроб и понесли к яме.

Я шла за процессией, зажав рот ладонью и беззвучно рыдала.

Смотрела, как на гроб надевают крышку, опускают в яму и рыдала. Сердце разрывалось от боли и тоски.

Первую горсть земли снова бросила я, потом Андрей… Когда работники кладбища начали закапывать могилу — я не выдержала… И потеряла сознание.

Мы вошли в просторную гостиную, где уже собралась вся семья, и был накрыт стол.

Есения обняла меня, стоило переступить порог комнаты.

— Как ты? — с тревогой, спросила она.

— Все хорошо. Спасибо.

Да, я врала. А что мне им сказать? Что мне больно? Что жить не хочется? Что тоска настолько сильно сжирает все внутри, что дышать невозможно? Да разве они поймут? Они не знают, каково это — хоронить любимого человека. И хорошо, что не знают. Такого я не пожелаю даже злейшему врагу.

Ко мне подошла Василиса. Она покосилась на мужа и глубоко вздохнула.

— Прости Сонь, — сказала сестра. — Я была не права. Просто это все так сложно… Сокол… Он ведь… — от упоминания прозвища любимого, ком встал в горле и слезы выступили на глазах. Хотелось разрыдаться, но я держалась. — Честно, я всегда думала, что твоим избранником станет… Другой человек. — Вася вновь посмотрела на Марка. — Но что было, то было. Нельзя жить прошлым. Думаю, это нас двоих касается. Нам обоим следует отпустить это.

Сестра обняла меня, а я прижалась к ней в ответ. Вот только того тепла, что раньше чувствовала к ней, уже не было. Только холод. Словно обнимаешь обычного знакомого.

Она предлагает забыть мне Гришу? Как это вообще возможно? Как выкинуть из воспоминаний человека, который научил тебя жить, радоваться, любить. Я никогда его не забуду, и всегда буду любить.

Позже, Надюшка с восторгом рассказывала о том, как она с классом ходила на экскурсию в зоопарк. И вредном мальчишке, который постоянно дергал ее за косички.

Я старалась слушать ее. И учувствовать в общей беседе. Но в то же время была словно не здесь. Отстраненность — вот что я сейчас чувствовала.

— Пойду еще салата положу, — сказала Есения, выходя из-за стола.

— Давай я, — предложила сестре, и, перехватив у нее миску, вышла из гостиной.

Оказавшись на пороге кухни — замерла.

Я словно вернулась в прошлое. Такое сладкое и нежное. Наше знакомство с Гришей. Первый разговор. Как сейчас помню те чувства, что испытала, когда он близко стоял, ожидая свою порцию кофе.

Я бы все отдала, чтобы хоть на мгновение, вновь почувствовать тепло любимого мужчины.

Дыхание перехватило, сердце сжалось от боли, а руки затряслись. Миска выпала из рук, а я зажала рот ладошкой, приглушая всхлипы.

Как же больно…

— Сонь, что у тебя тут случилось? — послышался голос Киреева за моей спиной.

Я ничего не смогла ответить, только головой покачала.

— Эй, Сонь, — мужские руки легли мне на плечи и развернули. Марк взволнованно смотрел на меня, а за его спиной стояли сестры и Максим.

— Простите, — прошептала, стараясь взять себя в руки, но не получалось. Хотелось просто выплакать все ту боль, что живет во мне и оставить только пустоту.

— Сонь, — обратилась ко мне Вася. — Надо жить дальше.

— Это не так просто, как кажется, — тихо ответила сестре.

— Ты должна, Сонь! — воскликнула близняшка. — Посмотри на себя. Похудела, осунулась… Да на тебе лица нет!

— Вась, — попыталась остановить ее Есения.

— Ну что Вась? — возмутилась она. — Скажите, что я не права! Ты себя угробишь так, Сонь. Подумай о себе!

— Ты думаешь, так легко забыть любимого человека? — с обидой прошипела, глядя на нее.

— Нет, не просто. Ты вообще не должна была смотреть в его сторону. Если бы не этот Сокол, ты была бы сейчас прежней: веселой, доброй и жизнерадостной Соней!

— Не говори так! — закричала на нее. — Ты его совсем не знаешь! И никто не знает! А я знаю! Он был замечательным мужчиной. Добрым, чутким и заботливым. А еще он не раз спасал мне жизнь.

— А вот тут поподробнее, пожалуйста. Хотя я уверена! Если бы не он — тебе бы и не угрожала никакая опасность.

— Хватит! — закричала во все горло. — Ты своими словами делаешь мне больно! Никто из вас не знает, как это терять любимого человека. Видеть его мертвым… Это ужасно, Вася, и больно до невозможности!

В коридоре наступила гнетущая тишина.

— Благодарю за ужин, но мне пора, — сказала, вытирая слезы.

В полной тишине оделась, и, не прощаясь вышла из дома.

Мне настолько сильно хотелось уехать, что даже не стала прогревать машину и медленно выехала со двора.

На пересечении улиц остановилась. Одна дорога вела в центр. Но я повернула в другую сторону и вскоре уже ехала по трассе Туда, где в последнее время я провожу свое свободное время… На кладбище.

Слезы продолжали стекать по лицу. Обида разрывала душу. Почему они не понимают меня? Мне ведь так нужна их поддержка.

Подъехав к кладбищу, я плотнее закутала шарф и вышла из машины.

Вечерело. На землю медленно опускались белые перья снега. И тишина… На парковке в это время было всего несколько машин. Глубоко вздохнув, я направилась к воротам.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Кивнула в знак приветствия охраннику, а в ответ получила укоризненный взгляд и недовольное качание головы.

Пройдя знакомым маршрутом, остановилась возле большого деревянного креста.

— Здравствуй, Гришенька, — прошептала, стряхивая снег с таблички, где были прописаны его годы жизни. — Вот и зима пришла, да? Прости, я сегодня с пустыми руками.

Последние принесенные мной цветы еще не успели испортиться, и я аккуратно стряхнула с них снег.

— Сейчас в том лесном домике, наверное, красиво, — мечтательно сказала, присаживаясь на маленькую скамейку. — Мы бы могли там новый год встретить…

Слезы вновь потекли по щекам. Я каждый раз вела такие беседы. Фантазировала о нашем будущем, о том, как мы могли быть счастливы. Потом плакала долго, но это слегка притупило боль… На время.

Пробыв на кладбище около часа, я вернулась к машине.

Прогревая автомобиль, приводила свои мысли и чувства в порядок.

На улице совсем стемнело. Снег усиливался, поэтому дорога домой заняла два раза больше времени, чем обычно.

Квартира привычно встретила меня тишиной. Но теперь я воспринимала ее иначе. Теперь эта тишина — мое спасение. Здесь никто не спросит, почему я так похудела, и не скажет лживых слов поддержки.

Приняв душ, я легла в кровать и вскоре погрузилась в Царство Морфея, где меня уже ждал любимый…

На следующий день мы поговорили с Васей по телефону. Она обещала больше не позволять эмоциям брать верх, и свыкнуться с тем, что моим избранником оказался Сокол.

— Когда ты уехала… — тихо сказала близняшка. — Я представила себя на твоем месте. И если бы Марка не стало… Знаешь, мне стало страшно. Я не представляю, как ты с этим справляешься.

В тот день мы многое обсудили, и это принесло, хоть и шаткий, но мир в наши сестринские отношения.

Я жила в привычном режиме: университет, кладбище, дом, где полностью погружалась в работу. Все так бы и продолжалось, если бы не звонок начальника.

— Сонечка, выручай! — в панике воскликнул шеф. — Нужна твоя помощь!

— Что-то случилось? Аврал с переводами? Нам сжали сроки?

— Боже упаси! Нет, с этим у нас все в порядке. В одну фирму срочно нужен переводчик… На постоянку. А скоро праздники, да и семейные все. А у тебя такая ситуация…. Может подумаешь?

— Так! Я ничего не поняла! Можно спокойно и подробнее.

В трубке послышался глубокий выдох и далее мужчина заговорил гораздо спокойнее.

— Со мной связался представить одной крупной компании. Им срочно нужен личный переводчик для генерального директора. Проблема в том, что работа в Италии. А у меня штат укомплектован семейными сотрудниками. Вот я и хотел тебе предложить… Возможно, ты захочешь сменить обстановку? Если работа тебе не понравиться, ты всегда можешь вернуться. Я с удовольствием возьму тебя обратно.

— Я могу подумать?

— Да конечно. Но не долго. Вечером мне надо дать им ответ.

Попрощавшись с шефом, я сбросила вызов и задумалась.

С одной стороны, мне не хотелось уезжать из этого города. Здесь семья и воспоминания о Грише. Но с другой стороны… Если я уеду… Ненадолго… Возможно мысли о любимом, уже не будут такими болезненными? И спустя время, когда я вновь окажусь на кухне Василисы, у меня не будет нервного срыва?

Поразмыслив еще не много, я позвонила начальнику и согласилась.

Вечером я сообщила о переменах в своей жизни семье. Они эту идею поддержали, сказав, что возможно это действительно пойдет мне на пользу.

Две недели спустя Киреевы и Савины провожали меня на самолет.

Три пролетело слишком быстро. Оформление документов, перевод на индивидуальный график обучения в университете — это все настолько поглотило меня, что даже не заметила, как настало время собирать вещи.

И вот аэропорт…

Прощание было со слезами и обещаниями ежедневных видео звонков. Девочки обещали прилетать по возможности. Объятия, слезы и вот я уже в салоне самолета улетаю в неизвестную страну, не зная, что меня там ждет.

В аэропорту меня встретил представительный мужчина в костюме. Он помог донести мой багаж до машины и на ломаном английском сообщил, что сейчас он отвезет меня на квартиру, арендованную фирмой, а уже завтра утром меня ждут в офисе.

По сравнению с моим городом и морозами, что ударили накануне, погода в Италии казалась мне тропиками.

Я старалась расспросить о городе водителя, но он или отмалчивался, или отвечал односложно. Странно, ведь в аэропорту он неплохо говорил на английском.

Квартира оказалась практически в центре города и совсем рядом с главным офисом, о чем сообщил молчаливый водитель.

Что ж компания не поскупилась на жилье для иностранного сотрудника. Просторная спальня, большая гостиная-студия и шикарная ванная комната — теперь это мое место жительства на ближайшее время.

Вечером заставила себя лечь спать раньше. Я не знала, как отреагирует мой организм на смену климата и часовых поясов. Поэтому решила больше отдохнуть.

А утром меня ждало разочарование…

Этой ночью мне впервые не приснился Гриша.

Открыла глаза и заплакала. Мне так сильно его не хватает. Но раньше у меня были сны. Где каждый раз я была счастлива. Неужели теперь и этого у меня не будет? Я так не смогу. Мне нужны эти фантазии, чтобы чувствовать себя живой.

Крепко сжала в руках кулон и постаралась успокоиться.

— Это всего лишь из-за смены климата. Да! Завтра он обязательно придет.

Подбадривая себя такими словами, я встала с кровати, приняла душ и оделась.

Но для себя решила, что если Гриша больше не будет мне сниться — вернусь обратно.

Вышла на улицу и глубоко вдохнула теплый воздух. Утром улицы были оживленными. Кто-то спешил по своим делам, а кто-то неспешно прогуливался, любуясь архитектурой города.

Офис я нашла без проблем. Администратор проверила мои документы и указала на лифт, который быстро поднял меня последний этаж.

— Добрый день, — обратилась я на английском языке к секретарю. — Я на должность переводчика. Меня зовут…

— Да! Да! — радостно затараторила женщина, — Вас уже давно ждут. Прошу, проходите.

— Благодарю, — неуверенно проговорила и направилась к указанной двери.

Странная она и подозрительная. С чего бы ей так радоваться незнакомой девушке?

Решила оставить эти мысли на потом. Глубоко вздохнула и постучала в дверь.

— Да вы проходите, — донеслось мне в спину от подозрительной секретарши.

Пожала плечами и открыла дверь. Сделал несколько шагов, да так и замерла.

Возле большого панорамного окна, ко мне спиной стоял мужчина. Зажмурила глаза, прогоняя ведение.

Господи он так похож на Гришу: осанка, фигура, даже прическа…

«Соберись, Соня!»

— Добрый день, — поздоровалась с мужчиной.

Он медленно повернулся и грустно мне улыбнулся.

— Здравствуй, малышка, — хрипло сказал Гриша.

— Что? Как? Я не понимаю, — взволнованно бормотала малышка. — Ты ведь… Я видела и прикасалась… Как это возможно?

— Малышка, я все тебе все объясню. Так надо было, — начал медленно подходить к ней.

Моя чертовка нервно взлохматила волосы и замерла, широко распахнув глаза.

— Я умерла? — тихо спросила она. — Самолет не приземлился? Или машина сбила?

Он стояла, не шевелясь. Ее дыхание начало учащаться, а глаза заблестели от подступивших слез.

— Умерла, да?

— Тише — тише, девочка моя, — взял ее за руки и крепко сжал. — Ты не умерла и я тоже. Иди ко мне.

Прижал чертовку к себе и с наслаждением вздохнул аромат ее волос. Как же я скучал.

Почти три месяца я сходил с ума. У меня была самая настоящая ломка. Мне безумно хотелось все бросить и поехать туда, где осталось мое сердце.

Но нельзя. Если бы поддался порыву, то все пошло прахом. Слишком больших трудов стоило организовать инсценировку.

— Я не могу поверить, что это на самом деле ты, — сквозь всхлипы разобрал слова малышки.

— Иди ко мне, — подхватил Соню на руки и отнес на небольшой диван. Усадил её к себе на колени и крепче прижал к груди.

— Это действительно я, малышка. Настоящий и живой. Мы теперь всегда будем вместе. Просто так надо было. Понимаешь?

Чертовка резко выпрямилась, посмотрела на меня хмуро и неожиданно дала мне пощечину.

— Ты хоть понимаешь, что я пережила? — возмущенно воскликнула она. — Я думала, что ты мертв, Гриша. Мне самой жить не хотелось. Останавливало только обещание, хранить твое сердце. Не знаю почему, но именно это.

— И я тебе осень благодарен за это. Ведь я бы и сам жить не стал. А сердце… — мягко прикоснулся к кулону на её груди. — Спасибо, что сохранилась его. Иначе я бы не знал где ты.

Наступила тишина. Тяжелая… давящая.

Чертовка медленно встала с моих колен, и начала нервно мерить кабинет шагами.

— То есть все это время ты за мной следил?

— Конечно, — уверенно произнес, любуясь злой Софией. — Не хватало, чтобы кто-то на тебя глаз положил…

— Следил, в то время пока я горевала о твоей смерти? — перебивая, выкрикнула она.

Чертовка вновь нервно прошлась по кабинету, и замерла, широко распахнув глаза.

— Кулон, да? — дрожащими руками она прикоснулась к моему подарку. — Это маячок, да? Ты меня по нему нашёл, когда меня похитили, — она возмущенно посмотрела на меня. — Для чего нужен был этот цирк?

— Чтобы мы с тобой жить нормально начали.

— А мы и до этого хорошо жили, Гриша! Без моих потраченных нервов и седых волос. Без истерик и желания суицида, — малышку понесло, она не сдерживаясь, кричала во всё горло. — Ты хоть представляешь, что я пережила?

Хватит. Пора останавливать эту ссору. Резко встал с дивана и пошел на малышку. Соня начала пятиться от меня, пока не наткнулась на стол. Легко подхватил ее за талию и усадил на такой удачный предмет мебели. Приподнял юбку, взял её ножки и закинул себе на пояс.

— Я сходил с ума без тебя, — мягкий поцелуй в шею. — Без твоих губ, — поцелуй в уголок рта. — Без твоих ласк, — поцеловал ее ладони и положил на стол, так чтобы руки были немного за ее спиной, вынуждая малышку облокотиться назад.

Провел дрожащей рукой, по ее губам, шее, по завлекающему декольте и сжал ее грудь.

Малышка выгнулась, подставляя свое тело для ласк.

— Моя кошечка, — довольно сказал, и опустил руки на ее бедра. Погладил немного и провел вверх до самих трусиков, задирая ее юбку еще выше.

Как же хотелось ее поцеловать. Но я терпел. Любовался, как загораются ее глаза, как дыхание учащается, как прикусывает губу, когда я касаюсь, сквозь ткань нижнего белья, самого сокровенного.

Соня приподнята попку, а я мучительно медленно снял с неё белье, поглаживая ножки. Остался сидеть на корточках, шире раздвинуть её бедра и усмехнулся.

Хотелось без прелюдий войти в желанное тело, но я медлил. Хочу растянуть удовольствие на столько, насколько позволяло время.

Соня сидела на столе, с широко разведенными ногами. Она тяжело дышала, губы припухли, а глаза… Они блестели от возбуждения. Да, именно такой я хочу видеть ее всю жизнь.

Не разрывая зрительного контакта, лизнул ее клитор. Чертовка запрокинула голову и протяжно застонала.

Черт. Так меня надолго не хватит.

Поласкал ее клитор, а потом поводил языком по внутренним половым губам.

— Гриша, — громко простонала малышка. — Я не могу… Пожалуйста.

Выпрямился и склонился над ней, продолжая пальцами возбуждать мою чертовку.

— Сейчас долго не получится, — честно предупредил малышку. — Но мы наверстаем. Обязательно.

— Да, — ответила она, выгибая спину и самостоятельно насаживаясь на мои пальцы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Расстегнул брюки и приспустил их вместе с боксерами.

Поводил головкой по ее влажным складочкам и медленно вошел.

В глазах потемнело от удовольствия. Как же хорошо.

Хотел ведь не спешить, но не сдержался. После первого толчка тормоза слетели. Я входил в нее резко, жестко и на всю длину. Яйца скручивало от напряжения. А Соня уже не стонала, моя девочка вскрикивала, цепляясь за меня и стараясь быть еще ближе.

Все произошло слишком быстро, и слишком мощно. Соня громко застонала, выгнула спину и туго сжала мой член. Малышку затрясло от испытанного оргазма. Сделав еще пару толчков, я отправился вслед за ней. А когда начал возвращаться в реальность заметил, что кончил в Соню.

Да. Именно так и должно быть. Теперь можно.

Помог чертовке сесть и крепко прижал к себе. Наконец-то она в моих руках.

— Гриш, — прошептала малышка. — Пожалуйста, скажи, что у тебя никого не было за эти месяцы.

Она сейчас шутит? Приподнял ее голову и заглянул й глаза. Нет. Не шутит. Она боится.

— Я понимаю, ты взрослый, здоровый мужчина… — видимо мое молчание, она восприняла иначе.

— Сонь…

— Нет. Лучше не отвечай. Глупый вопрос.

Моя чертовка хотела отвернуться, но я не позволил. Взял в ладони ее личико и погладил скулы.

— Глупая ты. Ну, кто у меня мог быть, когда я на тебе повернутый. С телефоном не расставался. Каждую секунду хотел отслеживать твои передвижения, но ограничился часом. И даже это давалось мне с трудом. Я думать не о чем не мог, кроме как о тебе. Так что да. Это очень глупый вопрос.

— Спасибо, — София крепко прижалась к моей груди, а я поцеловал ее в макушку. — Ты расскажешь, что все-таки произошло?

— Обязательно… — договорить я не успел. Меня перебил голос секретаря из селектора.

— Синьор Бруно, вы просили напомнить о запланированной встрече.

— Благодарю, Мари.

Поправил волосы малышке и с сожалением сказал:

— Нам пора.

— Нет! — она вцепилась в мою рубашку, как в спасательный круг. — Гриш, пожалуйста, можно я поеду с тобой? Я не буду мешать. Просто если мы сейчас расстанемся, мне покажется это сном. Фантазией моего больного воображения.

— Тише-тише, малышка. Успокойся. Я не планирую с тобой расставаться. Мы поедем вместе.

— Куда? — удивленно спросила она.

— На самую важную встречу в нашей жизни, — хитро ответил ей.

Мы привели себя в порядок и покинули офис.

Соня стеснительно пряталась у меня под боком, а я чувствовал себя самым счастливым человеком на счете.

Черный легковой автомобиль люкс класса вез нас за город, где находился аэропорт.

— Гриш, у меня ведь с собой даже вещей нет, — возмутилась малышка, поднимаясь на борт небольшого частного самолета.

— Сонь, не морочь мне голову. Все купим, — нетерпеливо ответил ей.

Мы присели на небольшой диван. К нам подошла стюардесса и попросила пристегнуть ремни безопасности.

— Долго нам лететь? — спросила София, когда самолет набрал высоту.

— Не очень.

— Тогда тебе следует уже сейчас начать мне все рассказывать.

На пару секунд задумался. Малышка права. Сейчас самое подходящее время для трудной беседы. Пусть все это останется в небе.

— Помнишь того мудака, что чуть не застрелил тебя в день боев? — спросил, мягко поглаживая ее пальчики. — Это был Прохор. У нас с ним давний конфликт. Не буду вдаваться в подробности, но он решил пойти в ва-банк и заказ меня.

— В смысле заказал? Чтобы тебя убили?

— Да. Я долго думал, как выйти из этой ситуации. А потом решил, что пора на пенсию. Хочу прожить с тобой нормальную и спокойную жизнь. Чтобы не бояться за тебя каждый раз, как ты исчезаешь из поля моего зрения. Об этом я и сказал одному хорошему знакомому по прозвищу Жнец.

— Символично.

— Я ему тоже так сказал, — ухмыльнувшись, подтвердил ее слова. — Так вот. Когда я убил Прохора, его приспешники оживились, и не просто подтвердили заказ. Они потребовали видео подтверждение моей смерти. Поэтому накануне нашего отъезда я сдал кровь из вены. Все то время, что мы отдыхали на даче, она лежала в специальном контейнере в багажнике.

В голове всплыли воспоминания о тех великолепных днях, что мы провели в лесном доме. Для себя решил, что нужно купить похожий дом, где-то в уединенном месте.

— Гриш, — легко толкнула меня в бок Соня, вырывая из размышлений.

— Да. Так вот. В квартиру я входил в бронежилете и с пакетом крови под одеждой. Наемник заранее появился и установил камеру так, чтобы обзор показал именно то, что нам надо.

— А как же полиция и СМИ?

— Все было куплено. Точнее куплены были журналисты, а вместо полиции были проверенные люди Жнеца.

— А похороны? Ты был холодным, — сказала она, крепко сжимая мою руку.

— Это был не я, малышка. Просто одинокий человек с похожим телосложением. А остальное все грим.

— Вы специально его…

— Нет. Жнец кинул клич с ориентировкой, вроде как на должника. В соседней области ответили. Мол, да есть человек подходящий под описание. Вот так Назаров стал Соколовым.

— А кто-то из твоих друзей знает, что ты жив? — сощурившись, спросила она.

— Дрон и Леха, — кивнул головой.

— Я надеюсь, мы с Андреем когда-нибудь встретимся, — с угрозой проговорила моя чертовка.

— Не сердись, — мягко поцеловал ее щеку. — Они узнали за пару дней до твоего отлета.

— Андрея я знаю, а второй кто? Я его не помню.

— Это владелец ночного клуба, где мы встретились во второй раз.

— Я все понимаю, но почему ты мне не сказал о своем плане?

— Потому что за тобой следили. До и после моей мнимой смерти. И если бы они увидели, что ты не особо и горюешь — это вызвало много подозрений. Прости, что тебе пришлось через все это пройти. Но так действительно было нужно.

— Я понимаю. Но это были самые страшные месяцы в моей жизни, — Соня прижалась к моему боку, а я наконец-то свободно выдохнул.

Самолет уносил нас в счастливое будущее. А начиналось оно на жарких тропических островах.

— Знаешь, с таким резкими переменами климатов, мой организм сойдет с ума, — сказала малышка, когда мы вышли из самолета к ожидающему нас автомобилю.

— Прости. Но встреча действительно очень важная и срочная.

— Могут понадобиться мои навыки переводчика, — по-деловому спросила Соня.

— Возможно, — расплывчато ответил ей.

Вскоре мы приехали в шикарный пятизвездочный отель. Регистрация прошла быстро и вот мы уже входим в наши апартаменты.

Наблюдал, с каким восхищением чертовка рассматривает номер и сделал себе мысленную зарубку приехать сюда снова. Через годик.

— Не хочу тебя отвлекать, но у нас не так много времени, — поторопил девушку, посматривая на часы.

— Я успею сходить в душ? — взволнованно спросила София.

— Да.

В этот момент раздался стук в дверь. Чертовка нахмурилась и посмотрела на меня.

Не сказав ей и слова, открыл дверь и простил в номер двух женщин. Одна из них была одета в униформу горничной. В руках она держала большую коробку без опознавательных знаков.

Вторая женщина, была одета в форму сотрудника спа-центра, который находился при отеле.

— Малышка, собирайся. Только очень тебя прошу, не заставляй меня долго ждать.

Соня хотела что-то сказать, но я не позволил. Поцеловал ее и, попрощавшись, ушел.

Правда, не далеко. На несколько этажей ниже. В обычный стандартный номер. Здесь я принял душ, оделся и, прихватив главные атрибуты сегодняшней встречи, покинул номер.

В назначенное место я пришел немного заранее. Все уже было готово для мероприятия. А человек, с которым должна состояться наша встреча, уже ожидал меня.

— Вы рано, — сообщил, после приветствия.

— Люблю приходить заранее на такие мероприятия.

Мы немного пообщались на общие темы, пока сотрудник отеля не сообщил, что София уже подходит.

— Вы готовы? — спросил меня мужчина.

— Давно, — ответил ему чистую правду.

Наконец-то появилась София. Я стоял и внимательно наблюдал за ее эмоциями. Вначале она поняла, что оказалась на пустынном песчаном пляже, на закате. И это привело ее в восторг.

Потом чертовка повернулась к нам и замерла. Шок и радость окрасили ее прекрасное личико.

А я стоял на ковровой дорожке, под цветочной аркой и терпеливо ожидал свою невесту.

— Гриш, — тихо сказала она, когда подошла ко мне. — Это что такое?

— А на что это похоже? — усмехнувшись, спросил. Но потом перешел на серьезный тон. — Сонь, нам следовало это сделать очень давно. Но обстоятельства… Сейчас все иначе. Но только не мои чувства к тебе. Я безумно люблю тебя и хочу спросить, — вставая на одно колено перед моей девочкой, спросил — Ты выйдешь за меня замуж?

— Гришенька, — всхлипывая, прошептала малышка. — Да. Да! Конечно да!

Она кинулась меня обнимать, а я крепко прижал ее к себе.

Сзади послышалось деликатное покашливание, и мы развернулись, чтобы посмотреть на мужчину.

— Если вы решили этот важный момент, предлагаю перейти к главному, — с улыбкой сказал священник.

Мы с Соней переглянулись и встали под арку, крепко держа друг друга за руки.

На фоне шумел океан, были слышны крики чаек, а мы стояли в этом райском уголке и приносили друг другу клятвы вечной любви и верности.

— Люблю тебя, — прошептал, целуя свою жену.

— И я люблю тебя.

Я стояла у окна в нашей спальне и подглядывала за прибывающими гостями.

— Не понимаю для чего устраивать этот спектакль? — возмущенно спросила, наблюдая, как очередной дорогущий автомобиль подъехал к дому. — Мы ведь уже женаты!

— Ну, мы ведь думали, что праздник будет только для семьи, — виновато сказала Василиса, глядя на себя в зеркало. — А Гриша вон, какой масштаб устроил.

Да. Сегодня наша с Гришей свадьба. Опять.

Три месяца назад, после венчания, которое организовал Гриша, мы провели великолепные выходные на том райском острове. А по возвращению в Италию, решили, что пора обо всем рассказать моей семье. Только решили это сделать лично. Поэтому в срочном порядке я всех пригласила в гости.

Сестры с мужьями и детьми поселились в отеле. Новость я решила сообщить им в квартире, которую арендовала для меня фирма. Кстати, оказалось, что эта квартира принадлежала Соколову, просто в ночь моего прилета он остался ночевать в офисе, на том самом маленьком диване. А личные вещи лежали в шкафу, в который даже не потрудилась заглянуть.

Когда семья пришла к нам в гости, я решила не ходить вокруг да около и рассказать все сразу.

— Я вышла замуж, — огорошила их новостью, стоило им только разместиться в гостиной. — Знакомьтесь, мой муж — Грегори Бруно.

В этот момент из спальни вышел любимый, ехидно улыбаясь. Он подошел ко мне, обнял за талию и поцеловал в висок.

В комнате воцарилось молчание.

То, что все были в шоке, еще мягко сказано. Все переводили удивленные взгляды с меня на Гришу и обратно.

Позже, когда до них дошла информация, мы все рассказали. И про наши отношения, и про инсценировку смерти. Опустили только интимные моменты.

— В глаз бы тебе дать, — подвел итог Максим. — Да только Сонька обидится.

А еще Гриша при всех попросил прощения у Марка.

— Конечно, первое время я тебя ненавидел, — честно сказал ему Савин. — Но потом… Решил, что пора все оставить в прошлом.

Единственная у кого были претензии к Грише, оставалась Василиса. Но и это было не долго. Уже через месяц, она успокоилась и приняла его в семью. Ничего не произошло, просто она убедилась, что я с Гришей я в безопасности, меня любят и уважают.

В очередной приезд Савиных к нам в гости, Василиса случайно ляпнула, что юридически мы не являемся супругами.

Вот после этого и начался свадебный переполох. Уже через неделю я порадовалась, что наша свадьба прошла уединенно, без гостей и всего этого сумасшествия. А через две недели организации мероприятия — я возненавидела Василису за ее длинный язык.

— Пора, — сказала Есения, поправляя на мне свадебное платье.

Я глубоко вздохнула и направилась к любимому мужчине.