Для младшего школьного возраста

Если бы Анну попросили описать нынешний Эренделл всего парой слов, она выбрала бы «хлопотливый» и «занятый». Или даже «ужасно занятый». Весь город так и бурлил. Шеф Флориан, владелец «Фантастических флангендорферов Флориана», не покладая рук стряпал свои умопомрачительные десерты целыми дюжинами. Нервный Норвальд, шляпник, целыми днями колдовал у себя в мастерской, изготавливая шляпы одну наряднее другой. Окен, хозяин «Торговой Лавки Бродяги Окена и Сауны», был поглощён планами новой сногсшибательной распродажи. Анна и сама провела всю последнюю неделю за весенней уборкой, но сегодня она надеялась уделить немного времени более интересным занятиям.

– Что скажешь, Эльза? Готова совершить восхождение на гору Харальдсдоттир? – спросила Анна, ввалившись в кабинет сестры с парой крепких альпинистских ботинок в руках.

Эльза откинулась на спинку кресла и вздохнула, глядя на сестру поверх громоздившейся на её столе здоровенной кучи бумаг. Она едва успевала разобраться с весенними посевными планами Эренделла, как вот уже на неё свалился торговый договор с Тикаани. О каких прогулках в горы могла идти речь, когда у неё столько бумажной работы!

– Прости, Анна, – уныло сказала Эльза. – Может, на следующей неделе?

Анна разочарованно кивнула и вышла из кабинета. Конечно, она понимала, что у её сестры полным-полно дел. Анне повезло, что у неё есть немного свободного времени, и она твёрдо намеревалась провести его в горах. Тем более что и погода подходила для этого просто идеально!

Набросив плащ, Анна вышла из замка. Проходя через внутренний двор, она почувствовала на своём лице тепло солнечных лучей. Весна в Эренделле с каждым днём всё больше вступала в свои права.

По пути в город Анна миновала поля, на которых крестьяне сеяли пшеницу. Тяжёлые плуги врезались в землю, прокладывая глубокие борозды. В воздухе веяло свежим запахом влажной земли. Анна вдохнула поглубже и улыбнулась: ничто не сравнится по прелести с погожим весенним днём!

Вдалеке, на опушке леса, Анна заметила горожан, занятых сбором брусники: ягода, всю зиму созревавшая под снегом, к этому времени как раз поспела, и настала пора снимать урожай. При мысли о бруснике в животе у Анны забурчало: сразу же вспомнились румяные душистые брусничные пироги. Но пироги, как известно, сами собой не делаются: кому-то сначала придётся собрать ягоды, а кому-то – посеять пшеницу и смолоть муку. Неудивительно, что все были так заняты!

Анна зашагала дальше, спускаясь от полей вниз, к причалам. В гавани тоже царила суета: рыбаки выгружали с лодок свой утренний улов, а над ними кружили чайки, надеясь поживиться рыбёшкой-другой. Скоро сюда поспешат горожане, чтобы купить свежей рыбы, а потом закоптить или намариновать её впрок. Анна любила копчёную селёдку, а вот маринованную не жаловала. Зато Кристоф просто обожал всё маринованное.

Из гавани Анна направилась к центру города. По пути она едва не натолкнулась на Кристофа: он сидел на козлах большой повозки, которую тащил за собой его северный олень, Свен. Повозка была доверху нагружена брусками льда. Анна помахала Кристофу рукой, и он потянул за вожжи и остановился рядом с ней.

– Эй, Кристоф! – сказала Анна. – Похоже, тебе сегодня нужно развезти целую тонну льда. Могу я тебе чем-нибудь помочь?

– Не-а, – отмахнулся Кристоф. – У меня всё под контролем. Ты же знаешь, какие мы, заготовщики льда: доставка – наше второе призвание!

Свен всхрапнул в знак согласия.

– А ты сегодня чем занимаешься? – поинтересовался Кристоф.

– Я решила совершить восхождение на гору Харальдсдоттир, – ответила Анна.

Глаза у Кристофа загорелись. Гора Харальдсдоттир была одной из его любимых вершин. Взобраться на неё было непросто, но оно того стоило: вид с неё открывался просто потрясающий. Кристоф завистливо вздохнул.

– Хотел бы я отправиться туда вместе с тобой, – сказал он. – Но у меня слишком много дел.

– Понимаю, – кивнула Анна. – Я и сама всю ночь работала, заканчивая уборку.

– Такое уж сейчас хлопотливое время года, – сказал Кристоф. – Ничего не поделаешь.

– Что ж, удачи тебе с доставкой, – пожелала ему Анна.

Кристоф ухмыльнулся, тронул вожжи, и они со Свеном двинулись развозить лёд дальше.

Анна вышла на центральную площадь. Горожане торопливо шагали мимо, спеша по своим делам. Даже Олаф оказался занят: улыбчивый снеговик стоял посреди площади и приветствовал каждого проходящего крепкими жаркими объятиями.

– Привет, Анна! – бодро поздоровался Олаф, увидев её приближение.

– Здравствуй, Олаф, – откликнулась Анна. – А я хотела пригласить тебя отправиться вместе со мной в горный поход, но вижу, что ты работаешь не покладая рук.

Олаф озадаченно поглядел на свои ручки-веточки.

– Право, не знаю, Анна, – сказал он. – Кажется, мои руки всё время при мне. Никуда я их не клал.

– Я имела в виду, что ты выглядишь очень занятым, – объяснила Анна, улыбаясь.

– О, это верно! Ты просто не поверишь, как много здесь людей, которых нужно обнять! Эй, а ведь это и ты тоже! – И Олаф подскочил к ней, заключив её в объятия. – А где Эльза? – спросил он затем. – Готов поспорить, ей тоже не хватает жарких объятий.

– Она застряла в замке с кучей бумажной работы, – покачала головой Анна. – Но ты прав, Олаф. Я просто уверена, что объятия ей не помешают.

– Тогда почему бы тебе самой не обнять её? – предложил Олаф. – Я бы с удовольствием, но я нужен эренделльцам здесь. – В подтверждение своих слов Олаф крепко обнял ничего не подозревающую фермершу, которая как раз проходила через площадь. Сначала женщина ошеломленно заморгала, но потом растроганно улыбнулась маленькому снеговику, поблагодарив за приятный сюрприз.

Глядя на них, Анна вдруг поняла, что Олаф, пожалуй, и в самом деле молодец. Все в Эренделле были сейчас так заняты... но даже самым занятым людям нужны тёплые дружеские объятия. Когда у людей много хлопот, им просто необходимо немного расслабиться и спокойно посидеть, вдыхая аромат брусничных пирогов.

– Идея! – воскликнула вдруг Анна, когда её озарение наконец приобрело окончательную форму.

– Что за идея? – спросил Олаф.

– О, не отвлекайся и не забивай этим свою снежную голову, – беспечно сказала Анна. – Продолжай дарить людям объятия. А остальное я беру на себя.

Анна поспешила обратно в замок Эренделла. Но когда она ворвалась в кабинет Эльзы, то обнаружила, что та спит, уронив голову на стол.

– Эльза! – возбуждённо воскликнула Анна.

– А? – выпалила Эльза, резко проснувшись и растерянно моргая. Щеки её залились румянцем.

– Вот об этом я и говорю! – воскликнула Анна.

Эльза непонимающе уставилась на неё.

– Весь город просто валится с ног! – продолжала Анна. – Вот, поглядите: даже королева засыпает прямо за рабочим столом!

– Вовсе я не спала, – смущённо пробормотала Эльза.

Анна с сомнением посмотрела на неё.

– Ну хорошо, хорошо, я просто немного вздремнула, – призналась Эльза.

Анна подошла к Эльзе и положила руку ей на плечо.

– Но зачем спать урывками, если можно просто взять и как следует выспаться?

– Что ты имеешь в виду? – не поняла Эльза.

– Я имею в виду, Эльза, что всем нам нужен выходной, – пояснила Анна. – Я побывала сегодня в городе и увидела, что люди просто завалены работой. Эренделлу необходима небольшая передышка.

– Ты права, – со вздохом согласилась Эльза. – Я и сама знаю, что все очень устали.

– Так объяви своим королевским указом всеобщий выходной, – предложила ей Анна.

Эльза выпрямилась в кресле и задумалась. Ей сейчас ничего так не хотелось, как получить денёк отдыха. Но на это просто-напросто не было времени.

– Я не могу, Анна, – сказала Эльза. – Мы едва-едва успеем управиться со всеми весенними делами, если не станем прерываться на отдых. Но даже единственный выходной заставит нас выбиться из графика.

Анна подбоченилась, не желая сдаваться.

– Приведи мне хоть один пример, – заявила она.

– Что ж, да вот, пожалуйста, – сказала Эльза, указав рукой на заваленный бумагами стол. – Мне уже пора отправляться в Тикаани для заключения торгового договора, но если я сейчас покину Эренделл, то некому будет проследить за вспашкой полей и посевными работами.

– Хмм... Понимаю, – кивнула Анна.

– Конечно, выходной – это замечательная идея, Анна. Но, может быть, после того как мы покончим с весенней страдой, – качая головой, сказала ей Эльза.

– Или, – продолжила Анна, размышляя вслух, – ты могла бы отправиться в Тикаани и поручить кому-нибудь присмотреть за всеми делами в Эренделле.

– Но кому же? – развела руками Эльза. – Каю хватает его обязанностей в качестве дворецкого, а Кристоф не может выкроить и свободной минутки, развозя лёд по всему городу. Олаф... Олаф, конечно, очень милый, но я не могу поручить ему такое ответственное дело. Он же только и будет обниматься со всеми...

– Кхм-кхм! – прервала её Анна, прочищая горло. – А ты, случайно, никого не забыла?

Загибая пальцы, Эльза снова принялась перебирать в уме людей, которым она могла бы поручить управлять Эренделлом в своё отсутствие.

– Нет, вроде бы никого, – ответила она наконец.

– А как же я? – возмутилась Анна.

– Ты? – удивлённо переспросила Эльза. – Но разве ты сама не занята?

– Конечно, занята, – ответила Анна. – Но я всегда найду время, чтобы помочь!

Эльза встала из-за стола и принялась расхаживать взад-вперёд по комнате, обдумывая замысел Анны.

– А это будет для тебя не слишком трудно? – спросила она.

– Ну конечно, нет, – ответила Анна.

– Потому что это было бы просто чудесное решение! Я смогу на несколько дней отлучиться в Тикаани, а ты тем временем проведаешь окрестные фермы и пристани и присмотришь за тем, чтобы у всех в Эренделле дела шли нормально, – обрадованно сказала Эльза. – Анна, ты просто гений!

– Это одно из моих главных достоинств, – с улыбкой отозвалась Анна.

Эльза крепко обняла сестру и помчалась заниматься сборами к отъезду.

На следующий день рано утром багаж Эльзы был уже погружён в королевскую карету, а кучер терпеливо ждал, пока королева Эренделла даст своей сестре последние важные указания.

– И ещё не забудь проверить сливные трубы и канал к югу от города. Дагмар говорила недавно, что давление воды в прачечной упало, – озабоченно говорила Эльза. – Может быть, неисправность в насосе, но всё же мы должны убедиться, что трубы нигде не засорились.

– Поняла, – кивнула Анна.

– А ещё во вторник должен прийти корабль с грузом пряностей, – добавила Эльза.

– Я помню, – кивнула Анна.

– К тому же ещё нужно провести инвентаризацию продуктовых складов, её нужно закончить к...

– Эльза! Сядешь ты, в конце концов, в карету? – не выдержав, воскликнула Анна. – Поверь мне, всё будет в порядке.

Эльза вдохнула поглубже и села в карету, которая должна была доставить её к королевскому судну. Она знала, что Анна вполне способна управлять королевством, но всё равно не могла перестать тревожиться за своих подданных. Что, если она понадобится им, пока находится в дальней стране? Иногда Эльза чувствовала себя как не в меру заботливая мать, впервые оставляющая своё дитя без присмотра.

– Послушай, Эльза, всё будет хорошо, – попыталась успокоить её Анна. – Я справлюсь.

– Я знаю, – ответила Эльза. Слова Анны помогли ей немного расслабиться. Она устроилась на сиденье кареты и закуталась в дорожный плащ.

– Ты тоже не забудь – передай от меня приветы Сиваю и Саки, – напомнила Анна. Ни она, ни Эльза не видели членов знаменитой команды Тикаани, чемпионов по гонкам на санях, с самого состязания на Кубок Эренделла.

– Обязательно передам, – пообещала Эльза.

– И Кайе тоже!

– И Кайе тоже, – подтвердила Эльза, тут же вспомнив очаровательную чёрно-белую ездовую собаку, к которой они обе успели привязаться. Она кивнула кучеру, и тот взялся за вожжи. В следующую секунду карета тронулась и покатила к воротам.

Пока она проезжала через двор замка, Эльза оглянулась назад. Анна стояла на пороге замка и махала ей вслед, ободряюще улыбаясь.

– Счастливого пути, Эльза! – крикнула она.

Анна приступила к своим обязанностям временной правительницы со всей серьёзностью. Едва проводив Эльзу, она решила объехать верхом окрестности и навестить эренделльских фермеров. Первую остановку она сделала возле большого хозяйства на западной окраине города, где выращивали пшеницу. Хозяином здесь был Энгвальд Мюлленер: его семья владела этой землёй уже много лет. Когда Анна остановила свою лошадь у ворот, Энгвальд поспешил ей навстречу.

– Принцесса Анна! Как мы рады вас видеть, – поприветствовал он её. – Что привело вас на мою ферму?

– Я пообещала Эльзе, что посмотрю, как у вас продвигается весенняя посевная, – объяснила Эльза.

– Добро пожаловать, – сказал Энгвальд, которому не терпелось показать ей своё хозяйство.

Оно было огромным и тянулось до самого горизонта. Энгвальд повёл Анну по свежевспаханным полям. Кое-где пашня уже была разделена на аккуратные борозды, готовые принять в себя семена.

– Надо же, какую невероятную работу вы успели проделать, – сказала Анна, потрясённая увиденным. Присев, она взяла горсть плодородной чёрной земли и сжала её: та легко рассыпалась в её пальцах.

– Мы сделали всю эту работу вместе, – ответил Энгвальд, с гордостью указывая на свою жену Ханну и двух сыновей: Пера и Ларса. У каждого из них на плече висела большая сумка, полная зерна. Они размеренным шагом ходили вдоль борозд, сыпля зерно в землю. Весенняя страда была в самом разгаре, так что вся семья работала на полях вместе.

Заметив принцессу Анну, которая разговаривала с их отцом, Пер и Ларс тут же побросали свои сумки и побежали взглянуть на гостью. Ханна тоже оставила работу и поспешила следом за сыновьями.

– Принцесса Анна! – восторженно воскликнул Ларс. Ему было только семь лет, и он не мог скрыть радостного возбуждения при виде принцессы. Его старший брат, Пер, тоже был впечатлен, но ему уже исполнилось двенадцать, и он привык вести себя более сдержанно. Он приветствовал Анну скромной улыбкой.

Анна тепло поздоровалась с ними и похвалила обоих мальчиков за отличную работу. Ларс тут же принялся рассказывать ей всё, что он знает о зерне и о том, как его сеять. Окончив свой рассказ, он широко зевнул.

– Должно быть, вы очень устали за время страды, – сказала Анна. – Как рано вы встали сегодня утром?

– Обычно мы встаём на рассвете и берёмся за работу, как только позавтракаем, – объяснила ей Ханна.

– Сегодня у нас на завтрак был копчёный лосось! – сообщил Анне Ларс.

– Это точно, – кивнул Энгвальд. – А потом мы сразу принялись сеять.

– И работали всё утро, – добавил Пер.

– Я вижу, – подтвердила Анна, окидывая взглядом бесконечные акры засеянной пашни.

– И всё равно у нас ещё осталось несколько полей, которые надо вспахать и засеять, – сказал Энгвальд.

– А когда же вы отдыхаете? – спросила Анна.

– Когда ложимся спать! – ответил Ларс.

– Сейчас, весной, нам приходится работать с утра до вечера, – сказал Энгвальд.

– А когда же вы успеваете играть? – спросила Анна у мальчиков.

Ларс с улыбкой пожал плечами. Для него время, проведённое с семьёй, было ничуть не хуже любых игр.

– Совсем не успеваем, но в этом нет ничего страшного. Сейчас наша помощь нужна нашей семье и всему городу, – с гордостью объяснил Пер.

Анна деловито закатала рукава и повернулась к Энгвальду.

– Могу я вам чем-нибудь помочь? – спросила она, готовая тут же приняться за дело.

– Нет, что вы, Ваше Высочество! – принялся вежливо отказываться хозяин фермы. – И слышать не хочу!

Анна покосилась на Пера и Ларса и озорно подмигнула мальчикам.

– Значит, не хотите, чтобы я вам помогала, так? Ну а что вы скажете, если я вызову вас обоих на Посевное состязание?

– А что это за Посевное состязание? – спросил Ларс.

– Это когда люди соревнуются, кто из них быстрее засеет свою борозду, – ответила Анна, указывая на свежую пашню. Она повесила на плечо сумку с зерном и пригнулась, как бегун на низком старте, готовый сорваться с места.

– На старт... внимание...

Пер и Ларс тоже торопливо подхватили свои сумки и приготовились.

– Марш! – крикнула Анна и побежала вдоль борозды, быстро бросая в неё семена и присыпая их свежей землёй.

Мальчики двинулись вдоль соседних борозд. Анна работала быстро, но Пер и Ларс обгоняли её, ведь они всю жизни прожили на ферме и привыкли к такой работе.

Энгвальд и Ханна с улыбкой наблюдали за этим дружеским состязанием. Конечно, они догадались, что Анна придумала его нарочно, чтобы оказать помощь, но они ничуть не возражали. Пока Анна и мальчики сеяли, Энгвальд и Ханна запрягли лошадь в плуг и принялись за вспашку соседнего поля.

– Я почти закончил! – крикнул Ларс, приближаясь к краю своей борозды. Пер отставал от него всего на пару шагов, а Анна шла третьей, но почти догоняла братьев. Исход состязания теперь зависел от считаных мгновений. Ларс добежал до конца своей борозды, торопливо бросил зёрна в пашню и присыпал их горсткой земли.

– Готово! Я выиграл! – объявил он.

Пер поздравил Ларса, дружески хлопнув по спине, а Анна крепко его обняла.

– Поздравляю! – сказала она. – Ты выиграл первое официальное Посевное состязание фермы Мюлленеров!

Ларс так воодушевился, что тут же захотел похвалиться своей победой родителям. Перепрыгивая через борозды, он побежал на соседнее поле, где сейчас работали Ханна и Энгвальд.

– Мама! Папа! – нетерпеливо позвал он родителей. Анна и Пер торопливо шагали следом за ним, однако едва они вышли на соседнее поле, их глазам предстало неожиданное зрелище: запряжённая в плуг лошадь смирно стояла на месте, а Ханна и Энгвальд, привалившись к плугу, крепко спали прямо на пашне!

Ларс уже хотел разбудить их, но Анна прижала палец к губам:

– Т-с-с! – тихонько сказала она. – Пусть поспят, они очень-очень устали.

– А как же посевная? – шёпотом спросил у Анны Пер.

– Иногда даже небольшой отдых после тяжёлой работы может исправить положение, – объяснила Анна. – Он позволяет набраться сил, так что после него работается гораздо лучше.

– Правда? – спросил Ларс, широко зевая.

Анна кивнула, ласково взъерошив мальчику волосы.

– Никогда не стоит недооценивать пользу, которую приносят человеку даже несколько минуток сна, – сказала она, подмигнув братьям.

Весь оставшийся день Анна объезжала окрестные фермы и к вечеру вернулась в замок в отличном настроении. Весенняя посевная шла строго по плану. Фермеры Эренделла вместе со своими семьями трудились от зари до зари. Несмотря на усталость, все они гордились своей работой и намеревались вырастить для города богатый урожай. Анна надеялась, что и городские лавочники не останутся в стороне от общей страды, ведь многие из них консервировали фрукты и рыбу, чтобы кормить ими потом эренделльцев в течение всего года.

На следующее утро Анна отправилась пешком в гавань, чтобы встретиться с владелицей одной из городских лавок, Роной Соркенссон. Рона торговала рыбой, причём самой разной: и свежей, и мороженой, и солёной, и копчёной. Анна увидела её на причале: Рона тащила большую тяжёлую корзину со свежим уловом.

– Разрешите, я вам помогу! – окликнула её Анна. Она подбежала к Роне и ухватила корзину за одну ручку. Рона тепло поблагодарила её за помощь. Вдвоём нести корзину было гораздо удобнее.

– Спасибо, что решили навестить меня, принцесса Анна, – сказала Рона. – Мне не терпится показать вам мою коптильню.

– Жду не дождусь, когда увижу её, – ответила Анна.

Коптильня Роны оказалась небольшим строением, притулившимся позади её рыбной лавки. Стены коптильни были сложены из камня, а крыша покрыта старой, потемневшей от непогоды дранкой. Сразу было видно, что построили эту коптильню давным-давно и она успела немало послужить семейству Роны. Едва Рона приоткрыла дверь в неё, как Анна почувствовала сильный запах можжевельника: Рона использовала его для копчения рыбы.

– Как хорошо пахнет, – сказала Анна, которой не терпелось войти.

Рона распахнула дверь свободной рукой, и они с Анной внесли корзину в тесноватое помещение.

– Добро пожаловать в мою коптильню! – сказала Рона.

Анна с любопытством огляделась. В полутёмной комнатке не было ничего, кроме прямоугольного разделочного стола и пары сосновых бочек. Под низким потолком от стены до стены тянулись деревянные перекладины. Будь Анна хоть немного повыше, ей пришлось бы пригибаться, чтобы не задевать потолок макушкой!

– Знаю, на вид она неказиста, но она очень помогает мне в торговле, – сказала Рона.

– А по-моему, здесь очень здорово, – ответила Анна. – Может быть, вы мне покажете, как нужно коптить рыбу?

– Я уж думала, вы не спросите, – улыбнулась довольная Рона. Сняв с колышка в стене пропахший можжевеловым дымом фартук, она протянула его Анне. Анна повязала его и с готовностью закатала рукава.

– Первым делом рыбу следует почистить, – принялась объяснять Рона, открывая большую ивовую корзину с крышкой, которую они с Анной принесли с причала. Корзина была доверху полна свежим лососем. Серебристая чешуя рыбы ярко блестела и оказалась шелковисто-гладкой на ощупь. Спинка и плавники лососей были тёмно-серыми, зато брюшко отливало жемчужной белизной.

– Смотри-ка, рыба вся в веснушках! – сказала Анна, указывая на тёмные пятнышки, усеявшие серебряную чешую.

– И вправду, – улыбнулась Рона. – Раньше мне как-то не приходило в голову, что это похоже на веснушки. – Она взяла из корзины две крупные рыбины и переложила их на разделочный стол.

Для начала Рона показала Анне, как очистить рыбу от чешуи и разделать её на филе. Работа была непростая, и проделать её надо было аккуратно и с осторожностью, чтобы не порезаться. Анна с восхищением наблюдала, как быстро Рона управляется с ней. Она повторяла все действия Роны шаг за шагом, но получалось у неё это в три раза медленнее.

– Не огорчайтесь, принцесса Анна, – сказала ей Рона. – Я-то занимаюсь этим с тех пор, как была ещё маленькой!

После того как филе было готово, его следовало уложить в бочки. Рона сняла крышку с одной бочки и принялась пластами укладывать в неё куски рыбы, одновременно показывая Анне, как правильно присыпать их солью.

– Соль вытягивает из рыбы всю воду, – объяснила Рона, – поэтому рыба не портится.

– А как долго нужно держать её в соли? – спросила Анна.

– Обычно сутки или чуть больше, – ответила Рона. – Пока вся вода не выйдет. А после этого можно хранить рыбу целыми неделями.

Рона сняла крышку со второй бочки. Она оказалась до краёв заполнена рыбой, лежавшей в солёной жидкости с запахом моря.

– Это называется рассол, – объяснила она, окуная пальцы в жидкость. – Это всё вода, которую соль извлекла из рыбы. Эту бочку мы наполнили вчера.

Анна помогла Роне выкатить бочку наружу и осторожно наклонить, чтобы слить на землю рассол, не уронив ни кусочка рыбы. После целых суток, проведённых в рассоле, это рыбное филе выглядело иначе, чем только что разделанное. Свежее филе имело ярко-оранжевый цвет, а просоленное потемнело и стало почти прозрачным. Анна из любопытства потрогала его пальцем: теперь, когда вода ушла из него, оно стало более плотным.

– Некоторые из моих покупателей предпочитают брать рыбу вот такой быстрой засолки, – сказала Рона, пока они затаскивали бочку обратно в коптильню. – Но другие больше любят копчёную.

– И как же это делается? – поинтересовалась Анна.

– Это наш старый семейный секрет, но я рада поделиться им с вами, – сказала Рона, заговорщицки подмигивая Анне. В четыре руки они вынули солёную рыбу из бочки, разложили её на разделочном столе и хорошенько обсушили, похлопав по ней ладонями и убрав излишки рассола.

– Теперь нам нужно развесить рыбу для копчения, – продолжала объяснять Рона. Порывшись в кармане фартука, она достала моток бечёвки и пригоршню железных крючков. Рона нарезала бечёвку на длинные кусочки, а потом показала Анне, как привязывать к ним крючки. Когда Анна управилась со своей работой, Рона нацепила на крючки куски солёной рыбы.

– А теперь – самая весёлая часть, – сказала Рона. Взяв верёвочку с нацепленной на неё рыбой, она покачала ею в воздухе. – Пора подвесить нашу рыбку к перекладинам. – Перекинув конец бечёвки через одну из идущих поверху перекладин, она привязала его так, что рыба осталась висеть под потолком. – Не хотите попробовать? – обратилась она к Анне.

Следуя указаниям Роны, Анна в два счёта подвесила свой кусок рыбы на соседней перекладине.

Рона удивлённо покачала головой.

– Здорово у вас получается! Вы уверены, что не делали этого раньше?

– Просто я быстро учусь, – с улыбкой ответила Анна. Рона протянула ей следующий кусок, и они вместе принялись развешивать рыбу под потолком.

Для Анны зрелище получалось очень необычное: она привыкла видеть, как рыба плавает в воде, а не парит в воздухе.

– Можно подумать, ваши лососи научились летать, – заметила она.

– Чего только не бывает на свете, – улыбнулась Рона.

Затем она повела Анну из коптильни во двор, где Анна впервые заметила возле каменной стенки большие мешки с древесной стружкой.

– Ароматная стружка помогает придать рыбе нужный аромат, – сказала Рона. – В каждом мешке мы храним стружку определённого дерева: здесь, например, лежит можжевельник, а здесь – бук.

Рона и Анна набрали стружки в большие карманы своих фартуков и пошли обратно в коптильню. Внутри Рона разложила стружку аккуратными кучками на каменном полу. Чиркнув спичкой, она подожгла эти кучки и обложила камнями, принесёнными со двора.

Вскоре на полу коптильни уже горело несколько маленьких костерков, дым от которых поднимался к перекладинам под потолком, окутывая свисающие с крючков куски лосося. Благодаря маленькому отверстию в крыше дым всё время тянуло вверх.

– Вот так оно всё и получается, – со сдержанной гордостью сказала Рона. – После этого мы оставляем рыбу коптиться примерно двенадцать часов.

– Гениально! – воскликнула Анна, с удовольствием принюхиваясь к аппетитному дымку. – И всё это вы делаете сами?

– Тут слишком много работы, чтобы справиться с ней в одиночку, – покачала головой Рона. – К счастью, мне помогают мои двоюродные сёстры, Эйнар и Ида. Это наше семейное дело.

Как раз в эту минуту в дверь коптильни постучали. Рона открыла, и вошли её двоюродные сёстры: каждая тащила в руках тяжёлую корзину со свежим лососем. Рона познакомила их с Анной, которая тут же предложила помочь им с чисткой рыбы.

– Нет, Ваше Высочество, спасибо. Мы не хотим отвлекать вас от ваших важных дел, – вежливо ответила Эйнар, подавляя зевок.

– Мы же знаем, как вы сейчас заняты, – прибавила Ида. По ней тоже было видно, что ей бы не помешало немного вздремнуть.

Рона заверила Анну, что они втроём прекрасно справятся. Они уже привыкли подолгу работать во время больших весенних уловов.

– Но разве вам не хотелось бы передохнуть? – спросила Анна.

Рона слегка задумалась.

– Пожалуй, я была бы не прочь денёк побездельничать, – сказала она.

– Или покататься на моих новых санях, – мечтательно вздохнула Эйнар.

– Или просто посидеть, попивая чай с пирогом, – призналась Ида.

– Но на это у нас будет куча времени, когда мы управимся с весенней страдой, – сказала Рона.

Анна задумчиво сложила руки на груди. Ей вспомнилось, как они с Эльзой занимались весенней уборкой в замке, когда ещё были маленькие. Их родители, король и королева, попросили их тогда помочь прибраться в королевских конюшнях, и старший конюх велел им наносить воды в поилки для лошадей. Им пришлось таскать воду в тяжёлых ведрах от ручья до конюшен.

Воды понадобилось много, и после нескольких походов к ручью Анна и Эльза вконец устали. Они уже еле плелись, сгибаясь под тяжестью вёдер, и каждый следующий раз дорога к ручью и обратно казалась им всё дольше и труднее. Заметив это, старший конюх пригласил сестёр перекусить с ним вместе. Подкрепившись и немного подремав, Анна и Эльза почувствовали себя гораздо лучше: они взбодрились и снова принялись таскать воду едва ли не бегом. Работу в тот день они закончили даже раньше, чем рассчитывали.

– Ваше Высочество? – робко окликнула её Рона, заметив, что Анна глубоко задумалась.

Анна сморгнула, снова возвращаясь к действительности. Она сердечно поблагодарила Рону и её двоюродных сестёр, пожелала им успешно справиться с работой и отправилась дальше. Но, удаляясь от коптильни, она никак не могла отделаться от мыслей о вёдрах, конюшнях и особенно старшем конюхе. Ведь именно он дал им с Эльзой возможность немного отдохнуть от работы, отчего она сразу стала казаться совсем не такой тяжёлой.

Полуденное солнце сияло почти в зените, когда Анна и Олаф направились к брусничным полям. Маленький снеговик нетерпеливо подпрыгивал, поспевая за принцессой. Он был вне себя от радости, что Анна взяла его с собой: сегодня им предстояло повидать эренделльцев, которые занимались весенним сбором брусники.

Анна обожала собирать ягоды. Разве можно придумать лучший повод всласть погреться на весеннем солнышке среди душистых лугов за городом? К тому же это давало ей возможность завести новых друзей среди сборщиков ягод. Одним словом, сегодняшний день обещал Анне сплошные удовольствия. Самое трудное – это удержаться и не съесть все собранные ягоды, а успеть донести их до дома!

– Вон там! – радостно воскликнул Олаф, указывая на показавшиеся вдали, у лесной опушки, тёмно-зелёные заросли брусничных кустов, возле которых сгрудились сборщики ягод. Мужчины и женщины срывали с кустов ярко-красные ягоды и ссыпали их в ведёрки.

Анна и Олаф поздоровались со сборщиками.

– Кажется, урожай в этом году неплох, – с улыбкой сказала Анна.

– Отличный урожай, и ягоды такие спелые, – сказала сборщица по имени Клара, угощая Анну ягодкой из своего ведёрка.

Анна с благодарностью приняла её и бросила в рот. Терпкий кисло-сладкий вкус брусничного сока тут же заполнил его. Ягоды и впрямь были вкуснейшие.

Анна вежливо поблагодарила Клару, и они с Олафом принялись за работу, высматривая среди тёмно-зелёных глянцевитых листьев яркие ягоды и собирая их горстями. Их ведёрки уже наполнились почти доверху, когда они вдруг услышали знакомый голос:

– Хо-хо!

Это был Окен, владелец «Торговой Лавки Бродяги Окена и Сауны». Рослый, широкоплечий здоровяк помахал Анне и Олафу рукой и подошёл поближе. На плечах у него лежал длинный шест, с обоих концов которого на верёвках свисали огромные вёдра, полные брусники.

– Привет, Окен! – бодро поздоровался с ним Олаф. – А что это у тебя на плечах?

– Это коромысло, чтобы носить тяжести, – объяснил Окон. – С ним я могу принести по два бушеля ягод за один раз, йа?

Вёдра мягко покачивались, пока Окен шёл, неся своё коромысло. Каждое из них было в два раза больше, чем ведёрко в ручках-веточках Олафа.

– Целых два бушеля? Это же так много ягод, Окен! – удивилась Анна. – И что же ты собираешься с ними делать?

– О, это для моего нового изобретения, – ответил Окен, снимая коромысло с плеч и опуская тяжёлые ведра на землю. – Я называю его «походный брусничный пирог»!

– Ух ты! – восхищённо воскликнул Олаф. – И как же этот пирог ходит в походы? Куда он отправляется? Наверное, у него отпуск? – Снеговик сосредоточенно нахмурился, пытаясь представить себе путешествующий пирог. – Наверное, даже пирогам нужен отпуск.

– Хорошо сказано, Олаф! – рассмеялась Анна. – Так что же это за изобретение, Окен?

– О, всё очень просто! Я всего лишь втыкаю в пирог палочку, чтобы людям было удобно носить его с собой, йа?

– Целый большой пирог на палочку? – поразился Олаф, вытаращив глаза от изумления.

– Хо-хо! Да нет, не целый пирог, а только небольшой ломтик, – сказал Окен.

– А! – наконец понял Олаф. – Действительно, такой пирог на палочке можно взять с собой куда угодно!

– Вот именно, – подтвердил Окен. – Благодаря этому изобретению люди могут насладиться моим хрустящим слоёным домашним пирогом со сладкой брусничной начинкой даже в разгар весенней страды. Можно полакомиться им, пока сеешь хлеб, или собираешь ягоды на поляне, или даже когда выкроишь свободную минутку у себя в коптильне!

Анна улыбнулась, слушая Окена. Он говорил с тем же воодушевлением, с каким обычно объявлял о больших распродажах в своей лавке. У Анны не было сомнений, что походный пирог на палочке – великолепное изобретение, и всё же что- то не давало ей покоя.

– Окен, твой походный пирог – это просто гениально. Просто мне не очень хочется, чтобы людям приходилось носить его с собой, – сказала она.

– Но ведь это так удобно, йа? – с явной гордостью спросил Окен.

– Да, конечно! Я и не спорю. Просто все сейчас так заняты! Ни у кого нет времени, чтобы спокойно посидеть и от души насладиться твоими вкуснейшими пирогами.

– Хмм, это правда, – согласился Окен. – Но тут уж ничего не поделаешь. Такое сейчас время года – очень много дел.

Анна задумчиво прищурилась. Вот уже второй раз ей говорили, что с этим ничего нельзя поделать. Но ведь она здесь как раз для того, чтобы помочь людям!

– Почему же ничего не поделаешь? – сказала она, продолжая размышлять. – Может быть, как раз целый день отдыха мог бы всё поправить.

– Целый день? И чтобы можно было выспаться? – с воодушевлением переспросил Окен. – О, я люблю поспать!

– Я тоже, – кивнула Анна. – Но людям нужно не только выспаться. Им нужно свободное время! Время, чтобы спокойно посидеть и поесть пирогов. И чтобы побыть со своей семьёй и друзьями.

– Хо-хо! Звучит очень заманчиво, – сказал Окен.

– Не просто заманчиво, Окен. Это нам совершенно необходимо! – воскликнула Анна, внезапно просияв. – Конечно, весенняя страда очень важна, но когда люди слишком много работают, у них не остаётся сил, чтобы оглянуться по сторонам и порадоваться жизни. Взгляни хотя бы на это чудесное голубое небо у нас над головой!

Олаф, Окен и сборщики ягод дружно запрокинули головы и посмотрели на небо, по которому лёгкий весенний ветерок гнал пушистые белые облачка.

– А теперь представьте себе, что у вас появилась бы возможность сидеть сколько угодно, любоваться облаками и мечтать, – сказала Анна.

Олаф вздохнул, и на его личике появилась мечтательная улыбка.

– О, кажется, я люблю мечтать так же сильно, как я люблю лето, – протянул снеговик.

А Анна тут же погрузилась в собственные мечты. Она вообразила себе внутренний двор замка, весь заполненный яркими шатрами, и каждый из них был настоящим оазисом приятнейшего отдыха. Здесь были шатры для еды, и шатры для музыки и игр, и шатры, в которых можно было бы просто расслабиться и подремать. Довольные, улыбающиеся эрендельцы переходили от одного шатра к другому, и вид у них был весёлый и отдохнувший.

– Хо-хо! Принцесса? – окликнул Анну Окен, вырвав её из мечтаний.

– Окен, меня сейчас посетило чудесное видение, – сказала ему Анна с озорной улыбкой. – А раз уж королевство сейчас находится на моём попечении, значит, моя обязанность – превратить мечту в реальность.

Пока Анна грезила о дне всеобщего отдыха, Эльза завершила встречу с правителями Тикаани. Старейшины этой маленькой страны были рады заключить с ней торговый договор и согласились снабжать Эренделл такой необходимой ему тёплой шерстью в обмен на вкусную и полезную бруснику.

Эльза поблагодарила старейшин и попрощалась с ними, выйдя из просторного ледяного иглу на бескрайнюю снежную равнину. Страна Тикаани располагалась на острове далеко к северу от Эренделла, поэтому погода здесь ещё стояла по- зимнему холодная. И хотя в воздухе уже веяло весной, всё вокруг было покрыто сугробами.

Эльзе стало ясно, что из-за снега весенняя страда в Тикаани выглядит совсем иначе, чем в Эренделле. Местные жители не сеяли пшеницу и не собирали ягоды: вместо этого они были с утра до вечера заняты рыбной ловлей, а ещё сучили пряжу из шерсти. При мысли о весенней страде Эльза сразу же вспомнила про Анну – как-то она там справляется? Эльза надеялась, что к этому времени её сестра уже успела навестить фермеров и сборщиков ягод, а также тех из горожан, кто занимался засолкой и копчением рыбы. В дни страды было столько важных дел, за которыми необходимо проследить! Эльзе очень захотелось удостовериться, что все весенние работы у неё дома идут по расписанию.

Внезапно до Эльзы донёсся лай собак. Повернув голову, она увидела, что к ней на санях, запряжённых собаками, приближаются её старые друзья – Сивай и Саки. Брат и сестра были известны как блестящая команда, побеждающая во всех гонках на собачьих упряжках.

Останавливая сани, Саки радостно замахала Эльзе рукой. Передав вожжи брату, она спрыгнула на снег и крепко обняла Эльзу.

– Как приятно снова тебя увидеть! – радостно сказала Саки.

– И я тоже очень рада видеть вас! – ответила Эльза. Последний раз они виделись с Сиваем и Саки во время гонок на Кубок Эренделла, который они тогда выиграли двумя командами сразу.

Сивай привязал упряжку и тоже дружески обнял Эльзу.

– Мы подумали, что ты, возможно, будешь рада познакомиться с новыми членами нашей гоночной команды, – сказал он.

– С новыми членами? – удивилась Эльза.

– Именно так, – улыбнулась Саки. – У Кайи несколько недель назад родились щенки.

– Целых шесть, – с гордостью прибавил Сивай.

Обычно Кайя бежала во главе их упряжки, но сегодня она осталась дома со своими щенками.

– Но это же замечательно! – вскричала Эльза. – Конечно, я очень хочу посмотреть на них!

Вскоре трое друзей уже мчались по снежным равнинам. Эльза ехала на санях сзади, радуясь возможности прокатиться вместе с Сиваем и Саки.

– Мы с Анной очень любим получать письма от вас, – сказала им Эльза. – Мне только жаль, что у меня не получалось писать вам чаще.

– Ничего страшного, – сказала Саки. – Мы же знаем, что у королевы всегда очень много забот.

– Зато мы очень рады, что сейчас ты с нами, – сказал Эльзе Сивай. Он улыбнулся и тряхнул вожжами, подгоняя собак.

– А чем вы оба сейчас занимаетесь? – спросила Эльза у брата с сестрой.

– Тренируемся для следующей гонки, – объяснила Саки.

– И помогаем Кайе растить щенков, – прибавил Сивай. – Иногда с ними просто нет сладу.

– Наверное, они унаследовали характер своей мамочки, – рассмеялась Эльза. Ей сразу вспомнился независимый нрав Кайи. Однажды она сбежала из королевской псарни, чтобы отыскать своих хозяев прямо на балу в замке. Саки и Сивай улыбнулись и покачали головами, соглашаясь, что так оно и есть. Они с удовольствием проболтали всю дорогу до дома брата и сестры.

Чуть погодя Сивай натянул вожжи, и собачья упряжка постепенно замедлила бег. Через минуту они уже остановились у входа в иглу.

– Добро пожаловать в наш дом, – сказала Саки, и они с Сиваем проводили Эльзу внутрь. Посреди иглу на ворохе шкур сидела Кайя и её щенки. При виде Эльзы Кайя вскочила и запрыгала, вскидывая на Эльзу лапы и радостно виляя хвостом. Эльза присела, чтобы почесать её за ухом, и Кайя ласково лизнула её в лицо.

Тем временем щенки, похожие на пушистые меховые комочки, обступили Эльзу со всех сторон. Все они были чёрно-белого окраса, как их мать, с ярко-голубыми глазами. Неуклюже переваливаясь на ещё неокрепших лапах, они с любопытством обнюхали Эльзу, мягко тычась в неё влажными носами.

– Какие они милые, – сказала Эльза. – Сколько им сейчас?

– Около восьми недель, – сказал Сивай. – У них только недавно открылись глазки.

– И у каждого уже начинает проявляться свой характер, – заметила Саки.

Не прошло и пары минут, как Эльза тоже обнаружила, что щенки ведут себя по-разному. Первый подошёл к ней сразу же, а второй держался поодаль. Третий прошмыгнул за спину Эльзы поближе к двери, стремясь исследовать выход наружу. Кайя вовремя заметила это и мягко ткнула непоседу мордой, заставляя вернуться к братьям и сёстрам. Четвёртый щенок принялся с ворчанием трепать подол платья Эльзы, а пятый сразу попытался забраться к ней на колени. Последний щенок затявкал, явно наслаждаясь возможностью пошуметь.

– А когда они начнут учиться ходить в упряжке? – спросила Эльза.

– Ещё через несколько недель, не раньше, – покачал головой Сивай. – Пока они только учатся быть собаками.

Эльза ласково потрепала щенков, которые шумно возились вокруг неё. Вскоре, однако, глаза у них стали сонно закрываться. Они поковыляли обратно на свою подстилку из шкур и разлеглись на ней вповалку. В считаные секунды все они уже крепко спали. Кайя прилегла рядом со своими детьми, бдительно присматривая за порядком.

Эльза удивилась тому, как быстро щенки заснули.

– Можно подумать, они внезапно совсем обессилели, – сказала она.

Сивай кивнул.

– Щенки сейчас всё время учатся чему-то новому, а это – тяжёлая работа. Крепкий сон помогает им расти и развиваться, – сказал он.

– И, конечно, пока малыши спят, они восстанавливают силы, – пояснила Саки. – Вот увидишь: когда они проснутся, то будут бегать и прыгать так, что Кайе придётся нелегко.

– И это тоже говорит о том, что отдых очень полезен, – задумчиво сказала Эльза.

– Верно, – согласилась Саки. – Наши собаки напряжённо трудятся, когда идут в упряжке и тянут гружёные сани, но и расслабляться они тоже умеют.

Сивай с гордостью улыбнулся, глядя на спящих щенков.

– Нам есть чему у них поучиться, – заметил он.

После того как Эльза побывала в гостях у Сивая и Саки, ей не терпелось получить какие-нибудь известия из Эренделла. Она написала Анне короткое письмо, интересуясь, как проходит весенняя страда. В письме было полным-полно вопросов: нужна ли фермерам помощь в посевных работах? Удалось ли рыбакам наловить достаточно рыбы для засолки и копчения? Не запаздывают ли эрендельцы со сбором брусники?

Конечно, Эльза понимала, что Анна способна справиться с любыми трудностями, но всё равно не могла избавиться от беспокойства. Больше всего она волновалась из-за того, что оказалась так далеко от дома: теперь она чувствовала себя виноватой, что не может помочь эренделльцам в то самое время, когда они больше всего нуждаются в помощи.

Поэтому Эльза испытала большое облегчение, когда к ней явился гонец из Эренделла, готовый немедленно доставить её письмо домой. Она вручила ему письмо и снабдила его множеством инструкций.

– Пожалуйста, доставьте это письмо в Эренделл как можно скорее, – сказала она. – И вручите его лично в руки принцессе Анне.

Гонец кивнул и принял письмо с вежливым поклоном.

– Приложу все усилия, Ваше Величество, – сказал он. – Вот только из-за этого выходного доставка почты может немного затянуться.

– Выходной? – удивлённо переспросила Эльза. – Что ещё за выходной?

– Принцесса Анна объявила всеобщий День Отдыха, – пояснил гонец.

Эльза была так поражена, что поначалу подумала, будто ослышалась. Ведь сейчас самое хлопотливое, самое ответственное время года – откуда же взялось время для Всеобщего Выходного?

На следующее утро Анна стояла перед воротами замка Эренделла. Огромные дубовые створки стояли распахнутыми с того самого дня, как Эльза стала королевой, но сегодня они, ко всеобщему удивлению, были закрыты. Горожане столпились у стен замка: им не терпелось узнать, что же задумала Анна.

– Всем – здравствуйте! – бодро приветствовала их Анна. – Как вам известно, сегодняшний день я объявила всеобщим выходным!

Горожане отозвались радостными возгласами. Им очень хотелось как следует отдохнуть от напряжённой работы.

– Сегодня ваша главная цель – полностью расслабиться и провести время с людьми, которых вы любите! А я кое-что подготовила, чтобы немного помочь вам в этом, – объявила Анна горожанам, указывая на ворота за своей спиной. – Итак, без лишнего промедления прошу вас – добро пожаловать в единственный и неповторимый Оазис Отдыха Эренделла!

Анна подала знак стражникам, которые стояли у ворот, и тяжёлые дубовые створки распахнулись, открыв взорам собравшихся преобразившийся внутренний двор замка. На мощённой камнем площади ровными рядами выстроились разноцветные шатры и палатки, предназначенные для самых разных видов отдыха.

Стоя в воротах, Анна поторапливала нерешительных горожан поскорее проходить во двор и с огромным удовольствием смотрела, как их лица расплываются в улыбке. Последнее время многих из них она видела усталыми и озабоченными, вечно спешащими по делам, а сейчас все они выглядели спокойными и довольными. Вскоре они уже вполне освоились среди палаток с угощением, выстраиваясь в небольшие очереди, чтобы купить свои любимые лакомства.

Пробравшись через толпу, Анна остановилась возле Сонного Шатра. Идея воздвигнуть его посетила Анну после того, как она побывала в гостях у Энгвальда и его семьи. Это был огромный, полосатый красно-белый шатёр с острым шпилем, на котором развевался длинный вымпел. Его украшали искусно выписанные буквы, складывающиеся в надпись ХРРРРРРРРР – чтобы каждому было ясно, что у этого шатра одно-единственное назначение: предоставить всем желающим возможность выспаться.

Когда Анна шагнула под своды шатра, её окутала блаженная тишина. Всё пространство внутри было заполнено уютными пледами, мягкими подушками... и спящими эрендельцами. Дворецкий Кай бдительно присматривал за тем, чтобы спящих никто не беспокоил. Он бесшумно сновал среди отдыхающих горожан, раздавая одеяла и маски для сна, а иногда легонько трогал за плечо тех, кто храпел очень уж громко.

С удовлетворением убедившись, что у эрендельцев есть всё необходимое для спокойного сна, Анна уже собралась уходить, как вдруг заметила Энгвальда, Ханну, Пера и Ларса. Они сладко спали, укутавшись в одеяла рядышком друг с другом. Ларс крепко прижимал к себе тряпичного северного оленя. Анна невольно улыбнулась, думая о том, что скоро они проснутся, отдохнувшие и полные сил.

Тихонько выйдя из Сонного Шатра, Анна направилась обратно к Оазису Отдыха и почти сразу наткнулась на Олафа, который зачарованно слушал Кристофа и Свена. Заготовщик льда и его олень вызвались порадовать слушателей расслабляющей музыкой. Кристоф играл на своей лютне, напевая спокойные, убаюкивающие песни, а Свен помогал ему, отбивая ритм копытами. Анна тут же подошла послушать друзей: Кристоф как раз затянул для Свена одну из его любимых колыбельных.

Когда Кристоф допел песню, Анна и Олаф с воодушевлением захлопали, но, похоже, никто не сумел оценить колыбельную так, как Свен: он так смачно лизнул Кристофа в лицо, что тот растроганно пробормотал: «Ох, спасибо, дружище!» – и лишь потом вытер мокрые щёки рукавом.

– Молодчина, Кристоф! – сказала Анна. – Очень приятная и успокаивающая песня... особенно для северных оленей.

– Для того я и старался – успокоить и порадовать и оленей, и людей заодно, – ответил Кристоф. – Но должен признаться, что от всех этих колыбельных я здорово проголодался.

– Так давай зайдём к Окену в его палатку с пирогами, – предложила Анна и повела Олафа, Кристофа и Свена на другой конец площади. Они подошли как раз вовремя, чтобы увидеть, как Окен подает брусничный пирог очередному довольному покупателю.

– Привет, Окен! – сказал Олаф. – Как идёт торговля походными пирогами?

– Сегодня – никаких походных пирогов, – ответил Окен.

– Как же так? – удивился Олаф.

– Сегодня же День Отдыха, йа? – отозвался Окен. – Значит, сегодня нет необходимости угощаться пирогами на ходу. Каждый может себе позволить спокойно посидеть, наслаждаясь целым большим пирогом, кусочек за кусочком. – Окен лукаво подмигнул Анне, которая согласно кивнула. – Кстати, – спохватился Окен, доставая из кармана часы и сверяясь с ними, – это напомнило мне, что вот-вот начнётся соревнование по поеданию пирогов.

Окен громко хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание.

– Хо-хо! – зычно сказал он. – Кто хочет поучаствовать в соревновании по поеданию вкуснейших пирогов с брусникой?

Множество желающих тут же обступили палатку Окена. Он усадил их за длинный стол, который загодя установил возле палатки, и поставил перед каждым участником большое блюдо со свежим брусничным пирогом. Когда каждый получил вдобавок вилку и нож, Окен снова глянул на часы и скомандовал:

– Приготовились... внимание... НАЧАЛИ!

Олаф настроился последить за стремительным поглощением пирогов. Однако вдруг оказалось, что участники состязаний никуда не спешат. Они медленно, вдумчиво нарезали пирог ножом и подносили вилкой кусочки ко рту, жуя со скоростью улиток. Олаф заморгал от удивления.

Кристоф тоже обратил внимание, что соревнование проходит как-то непривычно.

– Честное слово, таких странных состязаний по поеданию пирогов я ещё не видел, – покачал он головой.

– Потому что у нас тут свои правила, йа? – сказал ему Окен.

Анна с любопытством наблюдала за происходящим: чем медленнее двигались участники состязаний, тем больше, казалось, они наслаждаются каждым кусочком.

– Кажется, я поняла, – догадалась Анна. – Эти люди соревнуются не в том, чтобы быстрее съесть пирог, а в том, чтобы съесть его как можно медленнее!

– Правильно, – подтвердил Окен. – Победителем станет тот, кто съест пирог медленнее всех.

– По-моему, это не так уж трудно, – сказал Кристоф, поглаживая живот.

– Труднее, чем кажется на первый взгляд. Мои пироги такие вкусные, что каждому так и хочется проглотить его одним махом, – объяснил Окен. – Но полностью оценить их дивный вкус может лишь тот, кто ест их не торопясь.

– Окен, ты просто гений! – воскликнула Анна.

– И владелец «Торговой Лавки Бродяги Окена и Сауны», йа? Об этом тоже не стоит забывать, – заметил Окен.

– И когда же закончится это соревнование? – спросил Олаф.

– Когда последний участник доест последний кусочек, – ответил Окен.

– Тогда оно может продлиться всю ночь, – заметила Анна, глядя на смакующих пироги участников.

– Хо-хо! Что верно, то верно, – заметил Окен, но это его, похоже, ничуть не беспокоило. – Могу ли я тем временем угостить вас пирогом, принцесса Анна?

– Разумеется! – не заставила себя упрашивать Анна. Окен с улыбкой подал ей кусок свежего, душистого брусничного пирога, который она съела в одно мгновение. Хорошо, что она не участвовала в соревновании Окена, иначе сразу бы проиграла! Кристоф тоже получил хороший ломоть пирога, но от этого его аппетит только разыгрался. Он поднял голову и принюхался, тут же уловив легко узнаваемый запах копчёного лосося. Кристоф и Свен даже сами не заметили, как тут же двинулись в ту сторону, откуда доносился этот запах. Анна и Олаф попрощались с Океном и зашагали следом за своими друзьями. Манящий запах привёл их прямо к прилавку, где торговала Рона.

Она приветствовала Кристофа, Свена, Анну и Олафа широкой улыбкой.

– Смотрите, Ваше Высочество, – сказала она Анне. – Вот это рыба, которую вы помогали нам коптить. – И она подала ей поднос с тонко нарезанной копчёной лососиной, которую можно было сразу брать и есть.

Анне не терпелось попробовать рыбу, которую она помогала готовить, но Кристоф опередил её: он тут же схватил кусок лососины и сунул его в рот.

– Вкуснятина! – невнятно пробормотал он, жуя и причмокивая.

Анна строго посмотрела на Кристофа, словно говоря: «Где твоё воспитание?»

– Ой, прости, – смущённо проговорил Кристоф, проглотив наконец рыбу. – Я просто очень сильно проголодался.

Рона ничуть не возражала. Она тут же угостила Кристофа ещё одним кусочком, а потом предложила Анне лососину на толстом куске свежевыпеченного хлеба. Стоило Анне попробовать рыбу, как перед глазами у неё сразу предстала славная коптильня Роны. Она вспомнила свисающие с потолка ярко-оранжевые куски свежего филе и ароматный дымок с запахом можжевельника. Теперь лососина хорошенько просолилась и приобрела аппетитный копчёный вкус. Анна тут же решила, что такой вкусной рыбы ей пробовать ещё не доводилось.

– Сейчас же куплю у вас фунт лососины, – сказала Анна Роне. Ей очень захотелось принести эту рыбу домой к обеду.

– Купите? Ну уж нет, денег я с вас не возьму, – возразила Рона, аккуратно заворачивая рыбу в плотную бумагу и перевязывая бечёвкой. – Не стану же я брать плату со своей помощницы, да ещё такой мастерицы!

Анна даже покраснела, так ей было приятно слышать эту похвалу.

– Да здравствует принцесса Эренделла, Почетная Коптильщица Лосося и Учредительница Дня Всеобщего Отдыха! – шутливо провозгласил Кристоф.

– А также временно исполняющая обязанности правительницы, – добавила Анна. – Об этом тоже не стоит забывать.

– И нашей временной правительницы! – эхом подхватил Олаф.

Анна просияла. До чего, оказывается, приятно было это слышать!

На рассвете следующего дня, как только королевский корабль пришвартовался в гавани Эренделла, Эльза сбежала по сходням на причал. Ей не терпелось поскорее выяснить, что же гонец имел в виду под «Всеобщим Выходным». При мысли об отдыхе и о выходных днях Эльзе приходило в голову только лето, когда дни стоят долгие, а погода – жаркая, и когда можно себе позволить побездельничать. Весна же в Эренделле всегда была самой горячей порой, заполненной всевозможными планами и списками неотложных дел. Выходные дни в пору весенней страды казались чем-то немыслимым.

В гавани Эльза одолжила лошадь и быстро поскакала к замку. По дороге она удивлялась, как много народу на улицах, несмотря на ранний час. Она-то думала, что из-за выходных город будет тих и пуст, но сейчас в нём царила обычная деловитая суета, как в любое рабочее утро.

– Добрый день, Ваше Величество! С возвращением! – окликнул её чей-то голос.

Обернувшись, Эльза увидела фермера Энгвальда: он управлял повозкой, доверху нагруженной сельскохозяйственными инструментами. Должно быть, он только что проделал долгий путь к дальним складам на окраине города, однако в его облике не было и следов усталости. Напротив, он выглядел бодрым и отдохнувшим. Пустив коня шагом, Эльза подъехала к Энгвальду, чтобы поздороваться.

– Доброе утро, Энгвальд. Как дела на ферме? – спросила она.

– Дела идут отлично, Ваше Величество. Признаться, после того, как принцесса Анна навестила нас, многое изменилось, – сказал Энгвальд. – Вы ведь знаете про Всеобщий Выходной?

– Да, я о нём слышала, – неуверенно ответила Эльза. – Хотя мне кажется, что сегодня все уже заняты обычными хлопотами.

– Так ведь выходной был вчера, – объяснил Энгвальд. – О, это было замечательно! Принцесса Анна устроила целый Оазис Отдыха. Там был Сонный Шатёр и ещё куча всего!

«Сонный Шатёр»? – удивилась про себя Эльза. Идея, конечно, была замечательная, но Эльза сомневалась, что, если эрендельцы будут нежиться в постелях во время весенней страды, это пойдёт на пользу городу.

– Я рада, что вчера у вас появилась возможность отдохнуть, – сказала фермеру Эльза. – Но если вы были в Сонном Шатре, то кто же сеял пшеницу?

– Никто, – весело ответил Энгвальд. – Вчера все отдыхали.

К большому удивлению Эльзы, Энгвальд явно ничуть не тревожился из-за того, что план посевной может сорваться. Напротив, настроение у него было прямо-таки отличное. Он бодро попрощался с Эльзой и повёз свою повозку дальше, а Эльза смотрела ему вслед, не веря своим глазам.

Мягко понукая лошадь, Эльза поскакала дальше в сторону замка. По дороге, уже на городской площади, она вдруг увидела торговку рыбой Рону, которая тащила большую тяжёлую корзину. Эльза остановилась возле неё и предложила помочь.

– Всё в порядке, Ваше Величество, я сама справлюсь, – вежливо ответила Рона, пристроив корзину на бедро. – После вчерашнего выходного я прямо как новенькая, и сил у меня хватает.

– Рада это слышать, Рона, – ответила Эльза. – Но хватит ли у нас на этот год копчёной рыбы?

– Что ж, пожалуй, после вчерашнего дня запасов у нас поубавилось, – сказала Рона. – В Оазисе Отдыха моя рыба шла прямо нарасхват!

– Ясно, – кивнула Эльза. – Но что, если её окажется слишком мало?

– Не о чем беспокоиться, Ваше Величество, – ответила Рона. – Мы накоптим ещё.

С этими словами торговка рыбой помахала королеве рукой на прощание, подхватила свою корзину и направилась дальше по улочке, ведущей к старой коптильне.

Хоть Рона и сказала, что волноваться не стоит, Эльзе было немного не по себе. Как правительница Эренделла, она должна была удостовериться, что в городе хватит запасов рыбы и пшеницы, чтобы накормить всех и каждого, особенно в конце года, когда настанет пора готовиться к зиме. Не говоря уже о том, что Эренделл много торговал с другими странами, например, с Тикаани, где Эльза только что пообещала доставлять бруснику в обмен на шерсть. Но если в королевстве не хватит брусники, ей придётся отменить договор!

Подумав об этом, Эльза свернула с дороги и направила своего коня в сторону брусничных полян, чтобы проверить, как продвигается сбор ягод. Проезжая через луга, она повстречала Окена: здоровяк тащил два огромных ведра ягод, которые свисали с коромысла у него на плечах.

– Хо-хо! Добро пожаловать домой, королева Эльза! – окликнул её Окен.

Эльза была рада, что он несёт так много ягод сразу: можно было надеяться, что, по крайней мере, по сбору брусники Эренделл не отстаёт от графика. Но тут она обнаружила, что, кроме Окена, на ягодных полях никого нет!

– Здравствуй, Окен, – сказала Эльза. – А где все остальные?

– Они подойдут попозже, йа? – ответил Окен с беспечной улыбкой. Как и Энгвальд, он выглядел бодрым и отдохнувшим и, похоже, ничуть не тревожился из-за того, что время идёт, а работа стоит.

Эльза же разволновалась не на шутку, и ей особенно сильно захотелось немедленно поговорить с Анной. Ведь она просила сестру проследить за тем, чтобы весенняя страда шла по плану, и теперь безлюдные поляны заставляли её нервничать.

Эльза торопливо попрощалась с Океном и поскакала прямиком в замок, настойчиво погоняя лошадь.

Спешившись во дворе замка, она побежала на поиски Анны, но её не оказалось ни в спальне, ни на кухне, ни в библиотеке. Наконец Эльза обнаружила сестру в собственном рабочем кабинете: она сидела за письменным столом Эльзы, проверяя описи складских припасов. Эльза сразу обратила внимание, что вид у Анны был совершенно безмятежный... и при этом очень деловой: настоящая заместительница королевы!

– Эльза! А я и не ждала тебя так рано! – оживилась Анна. Она тут же вскочила, подбежала к сестре и крепко её обняла.

Эльза тоже была очень рада видеть Анну, однако заботы никак не шли у неё из головы.

– Анна, я поспешила домой, как только смогла освободиться. Как идут дела, всё ли в порядке? – спросила она.

– Ну разумеется, – ответила Анна с немного загадочной улыбкой.

Эльза сразу узнала это выражение на лице сестры: на треть лукавое, на две трети решительное.

– Даже несмотря на выходной? – недоверчиво спросила Эльза.

– Именно благодаря выходному, – ответила Анна, улыбаясь ещё шире.

– Что ты хочешь сказать? – непонимающе нахмурилась Эльза.

– Я хочу сказать, что всё идёт по плану, – рассмеялась Анна. – Позволь, я тебе всё покажу.

Объезжая окрестности, первую остановку Анна и Эльза сделали у ворот фермы Энгвальда. Вскоре они уже шагали по только что засеянным полям. Не успели они дойти до амбара, как из него вышли Энгвальд, Ханна, Пер и Ларс, неся в руках наполненные зерном сумки. Все они радостно встретили Анну и Эльзу – особенно Ларс, который приветствовал королеву и принцессу низким поклоном.

Анна в ответ сделала изящный реверанс.

– Вы глазам своим не поверите, когда увидите, как много мы успели сделать! – с гордостью сообщил Ларс. – Папа сказал, что теперь у нас вся вторая половина дня свободна и мы можем играть сколько захотим!

– Так и есть, – подтвердил Энгвальд. – Выходной день очень нас поддержал. Теперь, как следует выспавшись, мы можем работать в два раза быстрее.

– Мы чувствуем себя такими бодрыми, – прибавила Ханна. – А у мальчиков энергия так и кипит!

Пер и Ларс тут же воспользовались поводом показать Анне и Эльзе большое поле с южной стороны от амбара. Когда Анна была здесь два дня назад, поле было только-только вспахано, а сейчас его уже успели почти полностью засеять.

– Неужели вы сделали всё это за одно утро? – изумлённо спросила Анна.

– Да, – кивнул Пер. – Мы работали все вместе.

Эльза была просто потрясена. Она так заботилась о том, чтобы не отстать от графика, что и подумать не могла, как короткий перерыв на отдых может ускорить работу.

– Просто невероятно! – воскликнула она.

Анна улыбнулась, понимая её чувства.

Спустя немного времени Анна и Эльза были уже возле коптильни Роны. Хозяйку они встретили во дворе: она как раз набирала можжевеловую стружку в карман фартука.

– Рада видеть вас снова, Ваше Величество, Ваше Высочество, – сказала Рона.

– Как идут дела? Как рыбка, коптится? – спросила Анна. – Жду не дождусь, когда снова смогу принести домой к обеду этого вкуснейшего лосося.

– Как вам такой ответ? – шутливо сказала Рона, открывая дверь коптильни и приглашая Анну и Эльзу внутрь. Потолочные перекладины были сплошь увешаны свисающими с крючков оранжевыми кусками лососёвого филе, которые чуть покачивались в клубах ароматного дыма. Сквозь его завесу Анна увидела, что в коптильне кипит работа: двоюродные сёстры Роны, Эйнар и Ида, чистили рыбу, а рядом с ними хлопотали ещё несколько эренделльцев.

– Вчера мы хорошо заработали на продаже рыбы, так что сегодня я смогла нанять себе ещё помощников, – объяснила Рона. – Теперь у нас в два раза больше людей, которые помогают нам с засолкой, копчением и маринованием.

– Какая замечательная идея! – оценила Эльза.

– Не то слово! – согласно подхватила Анна. – С новыми помощниками вы быстро пополните свои запасы.

– Даже не знаю, как благодарить вас обеих за этот выходной, – сказала Рона.

– Это всё Анна придумала, – ответила Эльза, с улыбкой кивая сестре.

– Конечно, но ведь это вы оставили её заместительницей, – заметила Рона. – Из вас обеих получается замечательная команда.

Анна и Эльза переглянулись.

– Лучше и не скажешь, – улыбнулась Эльза.

Завершая обход королевства, последнюю остановку Анна решила сделать на брусничных полях. За сегодняшний день Эльза оказалась здесь уже во второй раз, однако теперь поля выглядели совсем иначе. Сборщики ягод трудились повсюду! И это было ещё не всё: Эльза обратила внимание, что теперь у каждого сборщика на плечах лежало коромысло, совсем как у Окена.

Сам Окен тем временем занимался погрузкой вёдер с ягодами на запряжённую лошадьми повозку. Он поприветствовал Анну и Эльзу, дружески помахав им рукой.

– Хо-хо! – сказал он. – Что привело сюда Ваше Величество снова?

– Мне захотелось узнать, как у нас обстоят дела с брусникой, – заговорила Эльза. – Как думаешь, Окен, хватит ли нам запаса ягод для выполнения торгового договора?

– Хватит и для торговли, и для еды, и для моих пирогов! – с воодушевлением ответил Окен. – После выходного сбор ягод пошёл гораздо быстрее, йа?

Эльза оглядела поля. Действительно, теперь эрендельцы собирали бруснику прямо-таки с удвоенной скоростью! И ещё она заметила, что благодаря коромыслам люди получили возможность набирать гораздо больше ягод, чем прежде, а значит, и опорожнять вёдра приходилось теперь не так часто, и можно было уделять гораздо больше времени сбору.

– В самом деле, с этими коромыслами получается гораздо удобнее, – сказала Эльза.

– О да! Это всё принцесса Анна придумала, – ответил Окен. – Увидела моё коромысло и попросила меня, чтобы я показал остальным, как сделать себе такие же.

– Так вот чем все сборщики были заняты сегодня утром! – догадалась Эльза, вспомнив безлюдные ягодники, которые так её встревожили.

– Верно, – кивнул Окен.

Эльза повернулась к Анне, которая осматривалась по сторонам с широкой улыбкой. Сразу было ясно – Анна гордится, что сумела помочь эренделльцам.

– Прости, что я сомневалась в тебе, Анна, – виновато сказала Эльза. – Я просто очень волновалась, что мы не успеем уложиться вовремя.

– Я знаю, – улыбнулась Анна. – Но иногда, когда дел становится слишком много, небольшая передышка может прийтись очень кстати. Помнишь, как в тот раз, когда мы таскали вёдра с водой в королевские конюшни.

– О! – воскликнула Эльза. – Да, я помню. Мы тогда ужасно устали, но после обеда и отдыха закончили работу в одно мгновение.

– Вот поэтому я и решила, что выходной день очень нам поможет, – объяснила Анна. – Меня вдохновило на это каждое ведро, которое мы принесли... и каждая минута отдыха, которую мы провели вместе!

Эльза снова обняла её, прося прощения. Она знала, что Анна совершенно права: иногда следует притормозить, чтобы потом разогнаться как следует. Единственное, о чём она жалела, – это что не согласилась на выходной сразу же, как Анна заговорила об этом.

– Даже не знаю, почему я сама не подумала об этом раньше, – призналась Эльза.

– Ну, ты же меня знаешь. Я всегда смотрю на вещи немного иначе, – пошутила Анна.

– И замечательно! – с жаром ответила Эльза. – Именно в этом и заключается творческий подход. И именно его я ожидала от своей заместительницы.

На следующий день рано утром Эльзу вдруг тоже посетило вдохновение. Остановившись возле фермы Энгвальда, королева воздела руки и легко повела ими в воздухе. Анна заворожённо наблюдала, как на кончиках её пальцев заискрился иней. Ей всегда нравилось смотреть, как её сестра пользуется своим ледяным даром. Это было настоящее волшебство.

Повинуясь движениям рук Эльзы, морозный вихрь превратился в сверкающую ледяную ленту, которая опустилась на землю и превратилась в длинный, извилистый ледяной жёлоб, протянувшийся от фермы до самого склада продовольствия. Когда Энгвальд и его семья проснулись и вышли из дома, их глазам предстало поразительное зрелище. Они тут же бросились к Анне и Эльзе.

– Что это такое? – спросил Энгвальд.

– Ледяной жёлоб, – ответила Эльза. – Вчера я видела, что вам приходится часто ездить от дома до склада и обратно. Путь неблизкий, вот я и подумала, что стоило бы сделать его короче.

– Спасибо вам большое, Ваше Величество, – сказал Энгвальд, тронутый заботой королевы.

Ханну подарок Эльзы тоже очень растрогал. Она обняла её с благодарностью, а потом со смехом смотрела, как её сыновья мигом вскарабкались на жёлоб и с ликующим кличем помчались по нему вниз под уклон, как по ледяной горке.

Когда день начал клониться к вечеру, весь Эренделл уже был опутан ледяными желобами Эльзы. Они тянулись по всему городу, окружая дома и извиваясь по улицам. Горожане пришли в восторг от нового скоростного способа перемещения, особенно Рона: жёлоб, который построила для неё Эльза, вёл прямо от гавани к коптильне для рыбы. Теперь вместо того, чтобы таскать тяжёлые корзины, она могла просто отправлять рыбу домой по жёлобу!

– Эти твои желоба – настоящая находка! – сказала Анна сестре. – С ними можно сберечь кучу времени!

Сами они стояли у окончания самого длинного из всех желобов: крутой, как склон горы, он протянулся от самой «Торговой Лавки Бродяги Окена» к его новой палатке посреди города, где он собирался продавать пироги с брусникой. Он решил, что лучше всего отправлять пироги в город скоростным путём, и попросил Анну и Эльзу помочь ему с первой доставкой. Сёстры согласились постоять у другого конца жёлоба, чтобы ловить прибывающие пироги.

– Как думаешь, Окен уже отправил первую партию? – спросила Эльза.

– Наверное, да, – сказала Анна.

Они прождали почти пять минут, пока не услышали, как по льду зашуршали первые противни с пирогами.

– Вот они! – крикнула Анна и встала наизготовку у самого конца жёлоба. В следующий миг первый пирог вылетел из жёлоба и взвился в воздух. Анна ловко поймала его, но она не ожидала, что за первым пирогом тут же последуют второй и третий. Один из них забрызгал начинкой её платье, а другой шлёпнулся на землю.

– Вот уж не думала, что пироги Окена такие быстрые! – воскликнула Анна.

Эльза поспешила на помощь сестре. Пироги продолжали вылетать из жёлоба, как ядра из пушки. Один Эльза сумела поймать, но поспеть за всеми сразу оказалось невозможно, как бы они ни прыгали и ни приседали. Вскоре Эльза поняла, что выбора у неё не остается: она быстро воздвигла ледяную стену, чтобы остановить пироги и не дать им упасть на землю.

Наконец жёлоб опустел. Измученные ловлей пирогов, Анна и Эльза устало плюхнулись на землю.

– Что же мы теперь скажем Окену? – отдышавшись, спросила Эльза, глядя на брусничные пятна на своём платье и на крошки разбившихся пирогов на земле.

– Придумаем что-нибудь, – улыбнулась Анна. – Но для начала, мне кажется, нам нужен ещё один Всеобщий Выходной.

Эльза звонко рассмеялась. Что тут было возразить?