Приключения героев серии бестселлеров «Рубеж» продолжаются! В новой книге им предстоит принять большое участие в судьбе своих фракций в виртуальной игре и отправиться через портал на другую планету. Суровые испытания ждут героев, но и награды будут на уровне!
v 1.0 – создание fb2 – (MCat78)
После тренировки сэнсэй сказал:
– Я думаю, прошло достаточно времени, чтобы больше ни одного самолёта, что может упасть нам на голову около аэропорта, в небе над Москвой не осталось. Пора ехать и забирать тело Виктора. Он был одним из нас, и заслуживает достойного погребения.
Дмитрий и Сатору задумчиво кивнули. Лицо Ю-тян исказила гримаса боли.
– Предлагаю составить вам компанию, – сказал я, – поможем эвакуировать тело Виктора, а также возьмём ещё одну пожарную машину. Очень уж они мне понравились. Подумайте, может и вам есть смысл взять такую. На обычной машине ездить будет все труднее и труднее, учитывая сколько брошенных машин на дорогах, особенно в городах. А у этой такой мощный мотор, что можно сталкивать легковушки с дороги, даже из нее не вылезая.
– Конечно, будем рады вашей компании! – учтиво ответил сэнсэй, – а идею по поводу пожарной машины обдумаем по дороге.
Быстро собрались, при этом к нам присоединились и три мужика, которые в отряде сэнсэя держались обособленно. Ю-тян мне тихонько объяснила, что это бывший олигарх со своими телохранителями, недавно приехавший из Лондона. Но держался он достаточно просто, пока, по крайней мере, и ничего такого из себя не строил. Они взяли свою машину, так что от базы мы поехали уже небольшим караваном из трёх тачек.
Когда выехали на трассу, первое, на что я обратил внимание спустя пару километров, что, в отличие от утра, полностью пропал поток машин с Московского направления. Никаких больше беженцев, что наводило на печальные размышления, что город полностью захвачен монстрами, и бежать оттуда сложно. И хотя, наверняка есть много спрятавшихся, но вряд ли они рискуют надолго высовываться из своих убежищ. С молотком или топором против стай монстров особо не повоюешь, что заставляло в очередной раз задуматься о том, как несправедливо все устроено для большинства землян. Получается, повезло тем, кто был в армии, и их отправили прокачиваться в леса. Повезло и тем, кто, как я с ребятами, успел раньше столкнуться с одиночными тварями, и разжился и опытом, и трофеями, и инопланетным оружием. А вот тем, кто только что попал во все эти ужасы после прихода монстров в города, приходится очень жёстко. В чем выгода для инопланетян в таком ускоренном уничтожении человеческой расы? Ведь наверняка погибнет много тех, кто при ином, более медленном течении событий, имел бы шанс прокачаться и стать сильным игроком.
Этими соображениями я поделился с ехавшими рядом со мной Борисом и дядей. Дядя пожал плечами, а Борис, подумав, сказал:
– Мне это напоминает рассуждения о воле господа – мол, пути господни неисповедимы. Тысячелетиями люди пытались понять волю богов, пока большинство не решило, что их вообще не существует. Теперь вот инопланетяне появились, и с признанием их реальности проблем, в отличие от богов, нет. А вот с тем, чтобы понять их представления о выгоде, и цели – нам придется сильно попотеть. Наверняка мы очень разные, в том числе и по цивилизационному развитию, поэтому задача очень непростая.
– Ну да, ну да! – только и смог ответить я, – но, если не поймём, выжить станет намного труднее.
– Что есть, то есть, – согласился Борис, – посмотрим, пока главное – выжить. Вполне может быть, что часть информации можно будет собрать через эти фракции, в которые вступаешь после получения класса. Но для этого надо выйти на определенный уровень, потому что неофитам никто ничего объяснять явно не будет.
Кто такие неофиты, я не знал, но по смыслу догадался, что речь идёт, скорее всего, о новичках. Раньше бы, конечно, загуглил, чтобы развеять сомнения, но теперь такой возможности больше нет. Не очень удобно, честно говоря.
Проехали еще несколько километров, и нам попался разбившийся самолет. Фюзеляж разорвало пополам, крылья и куски хвоста валялись в радиусе нескольких сотен метров по полю. Много было и трупов. Как ни странно, хоть самолёт и разнесло на части, но обломки не загорелись.
– Видать, все топливо выработал, прежде чем попытался сесть на дорогу, – сказал дядя, видимо, подумавший о том же самом, – эх, не повезло им! На таком огромном самолете сотен триста пассажиров могло быть. Кошмар!
Больше мы тему самолета не поднимали, но через километров пять нам попался очередной. Вот тот уже и разбился, и загорелся. А затем мы увидели и третий. Тот стоял прямо на дороге целехонький. Только с обоих сторон из четырех открытых люков свисали надувные трапы для эвакуации.
– Вот это да! – сказал Борис, когда мы, замедляясь, подъезжали, – а ты говорил японцу, что пожарная машина удобнее, чтобы сталкивать все, что мешает, с дороги. А тут все наоборот – легковушка запросто пройдет между колесами, а наша пожарная машина по высоте не впишется.
– Кто его знает, может, еще, и впишемся! – беззлобно ответил я.
Не вписались. Когда подъехали поближе, убедились, что сантиметров двадцать лишними оказались.
Выглянув из машины, я крикнул в сторону самолета:
– Эй, есть кто живой?
В ответ тишина, только ветер засвистел.
Вышли из машины, осмотрелись. От каждого из трапов шли утоптанные тропинки, которые выводили на дорогу.
– Видать, после эвакуации собрались, и пошли по дороге куда-то. Очень надеюсь, что в сторону леса. А вот если в сторону ближайшего города, и уже успели добраться… – сказал дядя.
Никто не стал комментировать. Ясно, что, скорее всего, люди потребовали вести их к ближайшему населенному пункту. Значит, жить им туда после прибытия останется недолго. Разве что хоть что-то понять в происходящем смогли, и вооружатся до встречи с первыми монстрами. Такая толпа, даже с топорами или лопатами, если не разбежится, а даст отпор, банду гориллоидов заставит повернуть вспять. Правда, есть еще и другие монстры, которых количество врагов не останавливает, да и те же скаты.
– У пилотов, вроде, есть пистолеты, да и возможно, на борту был и специальный полицейский, из тех, что должны сражаться с угонщиками, если те вдруг появятся. У него точно тоже есть пистолет, – сказал Борис, и я снова понял, что думаем мы все об одном и том же.
– Остается только надеяться, что пистолеты есть, и что они ими сумеют воспользоваться! – ответил дядя.
– Ладно, если вдруг догоним их по пути в аэропорт, попытаемся им растолковать, что к чему, – сказал я, – а теперь надо решить, как будем ехать дальше.
– Можно попытаться утоптать ногами поплотнее пару колей по пашне, – предложил Борис.
– Нет, надежнее будет срезать один из этих надувных трапов, сдуть с него воздух, постелить на пашню и проехать по нему, – сказал дядя, – прострелим несколько раз в верхней части, и между дырами прорежем ножом.
– Наверное, лучше действительно так, – согласился я, – а то если застрянем со всей этой водой и пеной на борту…
– Тоже мне проблема! – фыркнул дядя, – сольем и тогда проедем. Да и вообще давно пора это было сделать!
– Нет, не стоит! – отказался я, – мало ли пригодится!
– Ну, как знаешь! – сказал дядя.
С надувным трапом сражаться пришлось меньше, чем я думал. Попробовали резать ножом, но не тут-то было! Волшебным решением стало использование катаны, которая резала толстую оболочку трапа с той же легкостью, с какой хорошо наточенный кухонный нож справляется со сливочным маслом. Конечно, было несколько боязно, как отреагируют японцы на то, что я их боевым подарком режу надувной трап, но вроде бы никто из них в ужасе рот ладонью не закрывал, глядя на мои манипуляции. Трап постелили на пашню и прекрасно после этого по ней проехали, обогнув самолет и снова выехав на дорогу. Мне аж даже захотелось захватить его с собой, на такой же случай, но я сообразил, что по той же дороге будем возвращаться обратно, и нет смысла тревожить так себя хорошо зарекомендовавшее средство для проезда.
Людей, ушедших с самолета, мы так и не обнаружили в ходе дальнейшего путешествия к аэропорту. Вообще ни разу живых людей не увидели за все путешествие, пока к нему не подъехали. А когда добрались до аэропорта, стало попадаться много трупов. Похоже, много кто пытался сбежать с места, внезапно ставшего ловушкой, переполненной монстрами, но мало кому это удалось.
На одном из трупов возле самой дороги я заметил те самые бледные вздутия, что уже не раз видел на телах людей, убитых скатами. Если, как мы предполагали, это кладка яиц, из которых должно потом вылупиться много скатов, то это безобразие так оставлять нельзя. Затормозил, и попросил Бориса уничтожить кладку из плазменного излучателя. Так от нее точно ничего не останется.
Борис и дядя мои взгляды на нежелательность размножения скатов полностью поддерживали, поэтому никаких возражений не было. Более того, Борис нашел еще три трупа рядом с такими же вздутиями, и уничтожил и их тоже. Вышедший из машины посмотреть, что происходит, Сатору одобрительно кивнул.
В сам аэропорт мы, конечно, заезжать не стали, потому что пришлось бы тратить время на то, чтобы сдвигать с дороги заполонившие ее столкнувшиеся легковые машины. То, что моя пожарная машина с этим бы справилась, не означало, что я готов ее использовать для этих целей без важной необходимости. Если понадобится пробиться по единственной дороге куда-нибудь – буду ее для этих целей использовать без колебаний. А вот так, когда можно и ножками до нужного места несколько сот метров пройти – ничего толкать, с риском что-нибудь повредить на моем красном грузовичке, не буду.
Когда все вышли из машин, я довольно кивнул. Все вместе мы представляли собой мощную группу. Куча инопланетных стволов, четыре спеца с катанами. Себя я, конечно, хоть и имел теперь тоже катану, к ним не причислял. Посмотрев, как орудует мечом сэнсэй, никаких иллюзий я по поводу собственной крутости не имел. Стреляю теперь прекрасно, в рукопашке смогу кого-нибудь удивить – но катана… для меня это только начало длинного пути.
Тетя, едва вышла из машины, тут же запустила квадрокоптер, так и что с разведкой у нас все было на уровне.
– Давайте определимся, – сказал негромко сэнсэй, – кто будет возглавлять нас в этой вылазке.
Ну, тут у меня сомнений не было. Глупо злить своего учителя, если хочешь овладеть катаной. Да и не рвался я никогда к командным должностям. От них сплошной геморрой.
– Конечно Вы, сэнсэй! – поклонился я.
Сэнсэй коротко кивнул, и пошел впереди, и по нему не было видно, доволен он или нет. Впрочем, скорее всего, доволен. Думаю, он только что мне устроил очередной экзамен, чтобы проверить на вшивость. И впереди у меня их еще много. Такая уж у них специфическая культура, в которой обучать будут только того, кого хочется обучать. С наглецом, не уважающим своего учителя, ни один уважающий себя сэнсэй не станет связываться, даже если у потенциального ученика и есть способности к обучению. Так что надо не отсвечивать, кланяться почаще и вести себя так, чтобы сэнсэй хотел тебя учить. И это вовсе не унижение со стороны ученика, это норма в японской культуре, которая требует понимания, если хочешь иметь нормальные отношения с японцами.
Несмотря на то, то никогда я еще не был в такой мощной группе, бдительности я не терял. Квадрокоптер вовсе не панацея от внезапного нападения, когда вокруг полно машин, под любой из которых под днищем может затаиться скат или еще какой монстр. И фиг его увидишь из-за всего этого железа, пока не атакует.
В некогда стеклянной стене аэропорта теперь было полно брешей. Ничего удивительного, учитывая, сколько всего тут было годного для метания к вящему удовольствию гориллоидов.
В одну из этих брешей мы вошли. Тетя быстро заставила квадрокоптер снизиться и полететь над нами. Впрочем, для этого были все условия – вот где удобно использовать квадрокоптер, так это в аэропорту с его высокими потолками.
До места, в котором мои новые японские друзья сражались ножками от стола с гориллоидами, потеряв в бою Виктора, мы добрались достаточно быстро. Ни одного живого монстра по дороге так и не засекли, что могло объясняться тем, что тут уже давно не было живых людей, на которых они могли бы охотиться. Вот трупов было много, и Борис старательно выжигал плазмой каждую кладку, оставленную скатами. Внезапно, после очередной, он остановился на несколько секунд, а потом подошел ко мне, и сказал громко:
– Выжиг очередную белесую выпуклость, и тут у меня уведомление всплыло: «Вами уничтожено десять кладок. Получен бонус – двадцать процентов к силе на 24 часа».
– А неплохой бонус! – ответил я, и, повысив голос, добавил, – все слышали? За уничтожение этих белесых штук дают временные бонусы! И это действительно кладки, наши подозрения подтвердились!
Информация вызвала оживление в группе. Люди тут же разбрелись пошире, начав искать и уничтожать кладки на трупах. Сэнсэй тут же сказал:
– Бонусы-бонусами, а далеко от группы не отходить! Убьют вас – и бонусы не понадобятся!
В точности то, что и я бы сказал, будь я на его месте. Быть главным – не так и весело, ты как бдительный пастух, который постоянно следит за своими добродушными овечками, пытающимися убежать прямо в пасть к волку. Так что лучше он, чем я.
Тело Виктора, к нашему облегчению, так и лежало на том же самом месте, где мы его оставили. И никакой белесой гадости на нем не было. Ю-тян тут же достала большой пластиковый пакет, который мы припасли, чтобы упаковать тело, а Сатору попросил меня:
– Помоги! Я за голову, ты за ноги, упакуем!
Я успел нагнуться раньше Сатору, и тут же надобность в пакете полностью отпала. Едва я прикоснулся к телу Виктора, как оно истаяло в воздухе, а на полу аэропорта появились три заряда.
– Какого черта? – удивленно и несколько смущенно сказал я. И действительно, чувствовал я себя неудобно – как будто тело Виктора исчезло, потому что я хотел поживиться трофеями. А у меня и мысли такой не было.
Все вокруг замерли, пытаясь осознать ситуацию.
– Надо же, – сказал, наконец, Сатору, – и как это понимать?
– Со мной так уже было, – сказал я, – когда тут утром полицейского убили монстры, с него тоже трофеи выпали, когда я случайно его коснулся.
Я пожал плечами и продолжил размышлять:
– С другой стороны, когда несколько дней назад мы нашли трех убитых охотников на монстров, и обыскали их, они ни во что не превращались от прикосновения. Так и остались трупы-трупами.
– Может, это случилось потому, что у тебя катана Виктора? И он таким образом оставил тебе дополнительное наследство в виде этих трофеев? – предположил Сатору.
– Да не нужны они мне! – сказал я, – он же из вашей команды был, вот вы и берите эти заряды! И тогда непонятно с полицейским – у меня же не было его пистолета, его Борис тогда подобрал. У меня вообще никаких вещей его не было.
– Тут, скорее всего, есть какой-то алгоритм, – задумчиво сказал дядя, – вот только у нас нет никакой возможности понять его пока что. Слишком мало информации.
– А заряды ты все же возьми себе, – сказал веско сэнсэй, – может, есть и смысл в том, что именно тебе они выпали. Тогда это наследство, и ты должен его принять. Хочешь, или нет – это не важно.
Пришлось мне сгребать смущенно заряды в карман.
– Ты не переживай так, – коснулась моей руки подошедшая Ю-тян, – никто тебя не осуждает. Мы ничего во всем этом не понимаем, но, раз так случилось – значит, так и должно быть. Папа верно сказал – у тебя теперь катана Виктора – может, его душа хочет, чтобы ты за счет этих зарядов стал более сильным бойцом, достойным владельцем его оружия. Поэтому используй их сам, никому не отдавай.
И как-то все японцы после ее слов на меня так выжидательно уставились, что я тут же достал трофеи из кармана и сжал их в кулаке, усваивая. Повезло, что не попалось ничего из тех характеристик, что у меня уже было под завязку освоены. А то вышло бы неудобно.
Когда я разжал опустевшую ладонь, японцы были так довольны, что я испытал облегчение. Создалось впечатление, что для них это был аналог поминальной службы по Виктору. Придумали они себе эту историю про наследство Виктора, оставленное специально для меня, и она им понравилась. Так что никаких трогательных речей над могилой, я просто поднял три характеристики, но какой-то важный для них религиозный оттенок они во всем этом все же углядели.
Не знаю, то ли осознание того, какого размера монстр к нам приближается, то ли продравший морозом по коже шепот Наташки так подействовал, но дальше мы действовали с рекордной скоростью. Хорошо и то, что все операции были отработаны на предыдущей машине. Схватив тачку, мы дотащили ее до нужной позиции, развернули и слаженно опрокинули на вторую. Машина лязгнула, стукнувшись крышей о вторую, а перед нами предстал вариант необходимой нам лестницы наверх в виде днища легковушки. И хвататься там вполне было за что, чтобы выбраться наверх. Хватило и общей толщины опрокинутых двух машин – земляной и асфальтовый козырек больше над нами не нависал.
– Вперёд, вперёд! – закричал я, толкая в спину подбежавшую Наташку, так хотевшую побыстрее наверх. И она тут же полезла, цепко хватаясь, как обезьянка, за выступающие элементы днища.
– Рядом есть место карабкаться! – крикнул я, – бегом, бегом!
Естественно, первыми мы отправили женщин и стариков. И исходя из традиций, и из житейского смысла – нам, мужикам, если что, будет сподручнее сражаться, зная, что они в безопасности. Шорох и шелест, производимый приближающимся монстром, были такими зловещими, что заставили всех действовать с невиданной скоростью, даже стариков. Единственное, что меня ещё тревожило, кроме приближающегося монстра – так это то, безопасно ли наверху. Отойдя от машин подальше, я все же углядел краем глаза, что Наташка, выбравшись, уже снова уткнулась в экран пульта от квадрокоптера, и только тогда эти страхи отступили – бдит!
Когда монстра стало видно, что означало, что он приблизился к нам на тридцать-сорок метров, мы остались внизу уже вчетвером. Морда у него была отвратная, фасеточных глаз было не сосчитать, а прямо по центру кроваво-красной рожи была видна огромная пасть, больше похожая на мясорубку. Там даже что-то постоянно вращалось и щелкало, дополняя сходство.
Мы с Петькой, не сговариваясь, подтолкнули к машине его отца и брата. Ни тот, ни другой не хотели нас оставлять одних.
– Бегом, бегом, освобождайте нам место! – прикрикнул я, и это помогло. Оба шустро полезли вверх.
– Вроде успеваем! – шепнул Петька, стоявший совсем рядом. И как сглазил! По нам, и по машинам словно что-то ударило. Петькин батя удержался на днище, а вот Сашка свалился к нам обратно. Прямо на нас с Петькой, нам на спины, так что нас он повалил на четвереньки. Удар его тела привел нас в чувство. Мы оба подскочили, схватили Сашку на руки.
– Живой, целый? – спросил Петька.
– Да вроде… – захлопал глазами Сашка, а потом подорвался, – ой, я вас подвёл!
И демонстрируя, что он в порядке, прыгнул обратно на днище, шустро карабкаясь вверх.
– Это что, аккустический удар был? – спросил я, потирая заболевшие уши. Жутко хотелось пальнуть в монстра, угостившего нас таким образом, но я понимал, что не стоит. Вреда моя снайперка ему особого не нанесет при такой-то туше, а вот разозлить и заставить ускориться выстрел может. А это не в наших интересах.
– И не только, похоже! – ответил Петька, а затем мы прыгнули на днище и полезли наверх, ото всей души надеясь, что огромный монстр не врежет по нам своим ударом снова.
Повезло! То ли откат у этого умения был, то ли ещё что, а выбраться нам удалось. Когда долезли почти до верха, нас схватили за руки и выдернули из провала как рыбак выдергивает рыбу из проруби.
То, что огромная тварь была быстрее, чем нам показалось, мы поняли только когда машины, с которых мы только что перескочили на асфальт, вдруг дернулись от страшного удара. И от этого толчка колыхнулся и асфальт под нашими ногами.
– Это у него что, скил на ускорение прямо перед атакой? – спросил Петька, – я думал, ещё секунд семь в запасе у нас есть.
– Очень даже возможно! – согласился я, – давай-ка отойдем подальше в сторону.
Это имело смысл сделать, потому что я увидел, что от удара откололся и упал вниз большой кусок асфальта. Не хотелось бы рухнуть с очередным прямо на монстра.
Едва мы отошли подальше, как ощутили новый толчок, да такой мощный, что мы едва не упали, и внизу раздался сильный скрежет.
– Монстр машины уронил и сейчас их утюжит! – сказала Наташка, наблюдавшая развитие событий в провале с квадрокоптера, – можно, я сама его назову? Я уже и имя придумала – мегачервь!
Мы с Петькой тут же подскочили к ней – интересно же, что за тварь попалась на нашем пути.
Успели увидеть на экране, как монстр подминает под себя наши несчастные тачки. Сверху он выглядел как огромный червь, состоящий из множества сегментов. Окрас был необычным – ярко-оранжевым, почти слепя глаза ядовитым оттенком.
– Эх, это же сколько хорошего опыта и лута под нами сейчас беснуется! – с сожалением покачал головой Петька.
– Признаться, и я думаю о том же, – сказал я, – вот только чем такую огромную тварь забить можно?
В этот момент земля под нами в очередной раз содрогнулась, от края провала метрах в десяти от нас оторвался огромный кусок земли и асфальта, и медленно ухнул вниз на мегачервя. Да, я решил согласиться с предложением Наташки. Не обижать же ребенка отказом принять его название для новой зверушки?
Монстр особо на упавший на него минимум двухтонный обломок дороги никак не отреагировал. Только поверхность его колыхнулась в том месте, где он на него упал, а затем он двинулся дальше. При этом обломок так на нем дальше и поехал.
– Не, ну ты видел это, а? – негодующе сказал Петька, – как танк какой, даже и не заметил, что на него такая тяжесть рухнула! Да уж, с учётом этого надо крепко думать над тем, чем его можно грохнуть!
– Бензовоз бы найти, типа того, что мы видели, заправленный под горлышко, – сказал Захар, – разогнать по дороге, и спустить в этот провал на монстра. Затем издалека прострелить и поджечь топливо. Если его это не проймет, то и ничем нам его не взять.
Я проникся. Приятно, черт побери, когда дед начинает так конструктивно мыслить! Прошел оздоровление, помолодел, и азарт у него появился охотничий!
– А что, вариант! – согласился Петька, – будем ехать отсюда, надо посматривать внимательно вокруг. Вдруг и в самом деле что такое удастся найти.
– Ну да, если не иметь под рукой противотанкового орудия, то это единственный разумный вариант, – согласился я с обоими, – и, кстати, ехать. На чём? Наташка, подними коптер повыше, надо посмотреть, найдется ли что, на чем можно до базы добраться!
Коптер тут же пошел вверх. Тут как раз и земля под ногами ещё раз содрогнулась, и мы увидели на экране, что монстр удаляется. Показалась его задняя часть, покрытая чем-то вроде длинного жёсткого ворса, с которого омерзительно сочилась слизь.
– Слушайте, а те гориллоиды, что вниз спрыгнули, и пошли в сторону этой твари, он что, их схарчевал? – спросил Сашка.
– Да похоже на то, – согласился я.
– А вот вопрос – трофеи с них он взял, или они там остались валяться? – продолжил развивать излюбленную тему о трофеях пацан.
– Тьфу ты! – выругался я, – даже если они там валяются, я тебя вниз не пущу. Видишь лестницу туда? Вот и я не вижу!
– Да даже если что и есть, то этот каток глубоко трофеи в свою слизь на дне утрамбовал! – поддержал меня Петька, – фиг найдешь!
– Почему же фиг, – с серьезным видом сказал я, – надо всего лишь лечь в эту слизь, и скользить по ней всю дорогу. Коснешься их – вот и добудешь трофеи! И ничего страшного – предки млекопитающих тоже однажды, выйдя из океана, скользили по слизи!
– Да ну вас с вашими подколками! – огрызнулся Сашка.
Проводив взглядами монстра, сосредоточились на изучении машин на улице.
– Вон там, глянь, какая-то крутая модель! – оживился прилипший к пульту Сашка, – дорогая, небось, тачка!
– Не, не будем даже время тратить, – сказал я, – дверь закрыта, значит, ключа в замке зажигания нет. А без него мы на этой тачке никуда не уедем. Ищите тачки постарше, или любые с открытыми дверьми. Из которых кто-нибудь, в панике, увидев монстра, сбежал, оставив ключ в замке.
Через пару минут, поскольку двигаться приходилось с осторожностью, наткнулись на старенький грузовичок с металлическим кузовом с надписью «хлеб» на борту. Дверь в кабину была распахнута, ключи торчали в замке. Грузовик был заперт на обочине парой легковушек, но оттащить их проблемой не было.
– Ну что, вроде сюда все должны поместиться? – спросил я, придирчиво осматривая машину.
– Поместится то поместимся, – сказал Петька брезгливо, – а эта рухлядь на полдороге не сломается?
– Не попробуем – не узнаем! – философски ответил я.
– Не, давай ещё чего поищем! – попросил Сашка, – как после наших красивых импортных тачек трястись на таком вот чудовище!
– Ну пожалуйста, братик! – вступила в дискуссию и Наташка жалостливым голосом, – найди нам хорошую машинку!
Блин, ещё одна любительница комфорта!
И, словно не хватало этого протеста, согласно с малой закивало головами и старшее поколение. Надо же, ещё недавно говорили, что устали, мол, пора на базу. А теперь оказывается, что на базу надо возвращаться с максимальным комфортом.
– Ну, тогда ищем дальше! – вздохнул я, – раз все в подземелье отдохнули, и никуда теперь не спешите, то кто я такой, чтобы всех торопить!
Никто на мой язвительный комментарий не счёл нужным ответить, так что так и поступили.
Естественно, что наша длительная задержка на улице привела к очередному нападению – на нас внезапно из очередного подъезда, мимо которого мы проходили, вывалилась группа из шести гориллоидов. Как раз тот случай, когда квадрокоптер предупредить об угрозе не способен. Просто монстры, видимо, обшаривали подъезд в поиске последних спрятавшихся людей, когда услышали, или почуяли, что мы идём по улице.
Впрочем, внезапность появления им не помогла. Наши заклинания успели откатиться, и быстро скастованное «замешательство» от Сашки задержало переднюю группу на необходимые, чтобы отреагировать всем, пару секунд. А затем мы атаковали монстров всем, чем было, и шансов уцелеть им не оставили.
Двоих добил я лично, и, когда монстры закончились, открыл рот, чтобы поблагодарить проворного пацана за вовремя скастованное заклинание. Но он так и остался открытым, потому что я увидел появившуюся рядом виртуальную девчонку.
Улыбнувшись, она заявила:
– Внимание! Количество убитых гостей планеты с момента подключения к интерфейсу позволяет отнести вас к числу наиболее эффективных игроков данной планеты. В связи с этим вы будете сейчас перенаправлены для участия в виртуальной игре.
Внимание, начинаю отсчет перемещения в виртуальную игру. По возвращении из нее на вашей планете пройдёт только одна минута, как долго бы вы в ней ни находились. Удачи, абориген!
– Петька, я в игру попал! – крикнул я.
– Да ну? – поразился тот.
Больше ему нечего сказать я не успел – внезапно завис в воздухе над огромными волнами. Вода внизу бесновалась так, что я задумался, пугаться или нет. Решил, что не стоит – явно я тут присутствую не в физическом виде. Скорее, я сейчас как та виртуальная девчонка, что нас посещает с объявлениями. Значит, даже если упаду в море, то не утону. Зато вздрогнул от внезапно раздавшегося голоса:
– Значит, ты у нас лидер, и люди тебя доверяют. Хм, это важный момент для получения сразу нескольких классов. Ну что же, разберемся на практике, какого именно ты достоин, и достоин ли вообще одного из них!
– Воин должен уметь выживать в любых условиях! – продолжил голос, – итак, приступим. Ты окажешься в локации, про которую раньше только читал. Тебе необходимо будет сориентироваться, как выжить, и предпринять правильные в твоей ситуации действия. У тебя есть три попытки, завершением каждой из них является потеря свободы. Засчитывается лучший результат из трех, если, конечно, ты сразу не сможешь продемонстрировать четко и убедительно, какой класс тебе подходит, своим стилем игры. Какой режим игры выбираешь – легкий, средний, сложный или невозможный?
– Невозможный! – ответил я. Мы уже неоднократно обсуждали с друзьями, что делать, если при попадании в игру предложат выбрать уровень сложности. И сошлись на том, что надо выбирать самый сложный.
– Условия просты, – сказал голос, – сохрани свободу больше трех дней – и ты выиграл. Сможешь остаться на свободе дольше – получишь бонус.
Только я открыл было рот, чтобы уточнить, где именно я буду сражаться за свою свободу, как волны подо мной пропали, и вот я уже в какой-то подворотне, из которой видна и большая улица метрах в пятнадцати. Ошеломлен, ясное дело, но точно понимаю, что действовать надо быстро. Взятый мной из честолюбия невозможный уровень выполнения уже самим своим названием предупреждает, что щёлкать клювом тут противопоказано.
Прежде всего, надо понять, куда меня занесло. Когда голос озвучил условия, я подумал почему-то, что окажусь в какой-нибудь азиатской стране, в которой как раз началась резня европейцев. Ну там, какое-нибудь боксерское восстание в Китае. Но улица была стопудово европейской по виду. И даже закоулок, в котором я был, был чистеньким. В Азии так не бывает, по крайней мере, в старые времена так точно не было.
Быстрый способ определить, куда меня занесло – посмотреть, что за вещи у меня со мной. Полез по карманам, тут же вытащил из пиджака какую-то серую книжечку с орлом, держащим в лапах шар со свастикой. Упс! Это нехорошо! На обложке написано только Deutsches Reich Reisepass. Без проблем понимаю, что держу в руках паспорт немецкого рейха. Странно, вроде раньше немецким не владел.
Открыл паспорт. Фото, отдаленно похожее на меня, только нос намного длиннее, скулы узкие, да по ним еще и бакенбарды. Фото пришлепнуто сбоку той же нехорошей печатью со свастикой. А на другой стороне инфа, от которой мне тут же поплохело. Это я-то Соломон Шустер, родившийся в 1920 году?
Тут же схватился за нос. Ой, он и вправду сильно вырос! А на скулах – растительность!
Как говорится, бывает простое попадалово, а бывает полное. Ситуация, в которую меня поставили, была попадаловом в квадрате. Еврей в нацистской Германии! Если в первые годы при Гитлере они еще могли, хоть и с риском для жизни, ходить по улицам, то потом их массово ограбили, арестовали и рассовали по концлагерям и гетто по Восточной Европе. Петька вроде рассказывал, что только в оккупированную БССР привезли и уничтожили тысяч восемьдесят немецких и голландских евреев.
Нацистская Германия? И почему вдруг мне такая радость, если я медик? Тут уж скорее бы Петьке, как историку, подошло бы в качестве задания. Хотя мне, с моими медицинскими наклонностями, могло повезти и похуже. Закинули бы на какое поле масштабной битвы, и вертелся бы там под разрывами снарядов, работая полевым хирургом. А оно мне зачем теперь, если небольшой приборчик творит чудеса, на которые не способны лучшие врачи Земли?
Так, важно определиться, какой сейчас в этой самой Германии год. Если какой-нибудь 1934, то мне будет полегче. А вот если вторая мировая уже началась, то у меня меньше шансов уцелеть, чем у гея с радужным флагом, пошедшего брататься в день десантника в Рязани с мужиками в фонтанах.
Тут внезапно противно взвыла сирена, и уже не замолкала. Заметил, что по улице мимо торопливо пробежал какой-то мужик, волоча маленькую девочку за руку. Она спотыкалась, но ему это было фиолетово, он по-прежнему ее волочил за руку.
И тут меня пробрало по-настоящему. Заныло под ложечкой. Однозначно это сирена воздушной тревоги, и папаня тащит свою дочку в бомбоубежище. А значит, раз немецкие города бомбят, то вторая мировая идет полным ходом.
Подул сильный ветер, взметнул какой-то красный флаг, до этого уныло свисавший с флагштока на видимом мне с переулка здании, и тот развернулся. Ох ты! По центру черная зловещая свастика в белом кругу. Сомнений больше нет, я в каком-то городе в нацистской Германии в разгар второй мировой войны со внешностью и документами еврея. Возможно, единственный такой на сотни километров в любую сторону. И должен продержаться минимум три дня на свободе??? Шутите?
Вот тут я и пожалел, что выбрал невозможный уровень. Но было уже поздно. Ладно, пора включать мозг, эмоции меня точно не спасут!
Первая мысль – забраться в какую-нибудь мусорку, и не вылезать из нее до поздней ночи. Но тут же решил, что это только усугубит мои проблемы. Буду еще и пахучим и грязным, совсем стану привлекать внимание. А ночью, к тому же, наверняка в условиях войны комендантский час. И везде будут шастать патрули, для которых я буду как праздничный торт для именинника.
Думалось под бьющую по нервам сирену не очень-то хорошо. Как вдруг меня осенило – эта самая противно воющая сирена и есть мой лучший шанс выжить! Пока все, как оглашенные, мчатся в бомбоубежища, у меня есть несколько минут, чтобы сделать те шаги, что могут позволить мне уцелеть в такой ситуации. Ясно, что вместе с ними я туда не побегу. В бомбоубежище все успокоятся, и, как только разглядят еврея, то тут же передадут его в руки полиции. Так что риск попасть под бомбы сейчас наименьшая из тех проблем, что передо мной стоят.
В идеале – найти бы того, кто спасает евреев, рискуя собственной жизнью, прячет их за какой-нибудь двойной стеной в своей квартире или на чердаке. Но какие у меня шансы, не зная никого в городе, такого найти? Стал припоминать. Вроде бы в одной лодке с евреями оказались католические священники, Гитлер их тоже сотнями гнал в концлагеря. Может, податься в церковь, и попросить там о помощи? Но вот закавыка – Гитлер начал проводить такую политику уже в середине тридцатых годов, и, скорее всего, все добрые и несогласные с нацистами священники уже в концлагерях. А вот кто заместил их вакансии в немецких церквях? Может, честолюбивые карьеристы, которые тут же сдадут еврея полиции, вместо того, чтобы спрятать и спасти обратившегося в храм божий за помощью?
Попытаться поискать сочувствия у первых попавшихся рядовых граждан? Шансы ее получить мизерные. Вспомнил, как Петька рассказывал про знаменитый побег из концлагеря в Австрии, вроде бы Маутхаузен, когда к поимке беглецов нацисты привлекли местное население. Из трех сотен, добежавших до леса под пулемётными очередями, уцелело впоследствии 11. И только одна фрау во всех окрестных населенных пунктах спасла нескольких из них, остальные местные жители зверствовали не хуже эсэсовцев, помогая ловить и убивать беглецов. Забивали ногами, перерезали горло, выпускали кишки. Блин, это была Австрия, и это был 1945 года, когда уже даже самым тупым было ясно, что фюрер продул. Если сейчас какой-нибудь 1943, то у немцев еще могут быть иллюзии, что они могут победить. Так что искать помощи у них – все равно, что подставлять шею под нож. Было бы у меня с сотню попыток – может, и нашел бы какого антифашиста методом перебора. Но за три – я вас умоляю!
Следующая мысль – может, мне под шумок грабануть какой местный продуктовый магазин, а потом, с водой и продуктами, уже искать, куда спрятаться? Найти какое нежилое здание или заброшенный завод, и там затаиться? По ощущениям сейчас раннее лето, по идее, по ночам не замерзну до смерти. Авось найду еще каких старых газет, чтобы утеплиться.
Подошел к улице и осторожно выглянул из своего закоулка. Блин, не зря на здании напротив висел флаг! В каком бы городе я сейчас не был, а это, похоже, была одной из главных его улиц. Сплошь огромные помпезные здания с развевающимися флагами, явно какие-то административные учреждения. Не дай бог прямо тут еще находится какое-нибудь управление жандармерией или СС, как раз то, что надо для наглого человечка, выбравшего невозможный уровень.
Но делать нечего, сирена не будет звучать вечно. Надо использовать эту возможность по полной. Выскочил из переулка и помчался, как подстреленный, по улице, как и еще несколько прохожих, низко пригибая голову, в надежде, что никто не приметит мою наружность. Постараюсь найти другую улицу, на которой вместо административных зданий будет что попроще, там и попробую, уже по наитию, найти подходящий магазин.
Улица попроще, уже без помпезных зданий с флагами, нашлась через сотню метров. Только вот по ней в мою сторону шел военный патруль из трех солдат в шинелях. Надо ли говорить, что я промчался дальше, отвернув голову в другую сторону, чтобы не соблазнять их моими классическими пейсами к человекоубийству?
Скрывшись из виду патруля, удвоил скорость. Надо бы пробежать побыстрее до следующей улицы и свернуть в нее, прежде чем эти солдаты выйдут на эту. И плевать уже, насколько она там помпезная или нет.
К счастью, вторая улица оказалась тоже попроще. И на ней я впервые увидел пару разбитых бомбами зданий. Тут же вдохновился – ага, вот и потенциальное место, где можно будет спрятаться! Наверняка в развалинах найдется какое укромное местечко!
Что-то громыхнуло, и земля под ногами дрогнула. Явно не так уж и далеко упали бомбы. Все, о чем я мог сейчас молиться, так это чтобы бомбардировщики задержались над городом подольше. Найденные развалины – это хорошо, но без воды и еды столько не выжить. Ладно, обойдусь без еды на крайний случай, можно и поголодать, но вода нужна, без нее я три дня не продержусь.
Наконец, увидел и что-то вроде продуктового магазина, только совершенно невзрачного. Дверь закрыта, никого поблизости нет, видимо, все уже успели добежать до бомбоубежищ. Оглянувшись, схватил кирпич, валявшийся у развалин напротив, запустил в стекло. Оно, хоть и было заклеено бумагой крест-накрест, как и все окна вокруг, чтобы легче противостоять ударным волнам при взрывах бомб, не выдержало. Стекла посыпались в основном внутрь, но часть повисла на бумаге. Пнул ленту, на которой больше всего было осколков, и запрыгнул через дыру внутрь. Внутри никого. Помчался вдоль полок. Как убого! Хлеб, разнообразные консервы, да несколько видов овощей. И нигде нет воды.
Внезапно до меня дошло. Да я же ополоумевшее дитя двадцать первого века! Какие тут будут пятилитровки с водой или литровые бутылки с минералкой, да еще и в условиях военного времени! Тут же все воду пьют прямо из-под крана!
Тем не менее, схватил с полки пару буханок какого-то серого хлеба, завернул их в бумагу, сунул в карманы три банки с какими-то консервами и рванул с добычей из магазина на улицу.
Выскочил на улицу, рванул было к развалинам, и тут мозги снова заработали. Тупо как-то, ограбив магазин, прятаться тут же в развалинах! Так можно и титул идиота года заработать! И я помчался дальше по улице под надрывное завывание сирены. Сирена противовоздушной тревоги – лучший друг взломщика, можно улепетывать от ограбленного магазина во всю ивановскую, но никто ничего плохого не подумает!
Выскочил на следующий перекресток и чуть не столкнулся с очередным патрулем. Сердце ухнуло в пятки, особенно когда один из патрульных окликнул меня. Но мозг, почему-то теперь хорошо знавший немецкий язык, перевел, что патрульный советует мне бежать к бомбоубежищу налево, там ближе. Развернувшись налево, я, так и не взглянув в лицо патрульным, побежал ещё быстрее, в тревожном ожидании окрика или даже выстрела. Но прошло несколько секунд, и ничего такого не произошло. Понял, что солдаты не рассмотрели мое лицо под шляпой, просто направили одного из заблудившихся граждан города к ближайшему бомбоубежищу.
На очередном повороте свернул направо, поскольку к бомбоубежищу приближаться мне точно не стоило. И снова побежал, тем более, что увидел невдалеке по улице очередные развалины. Домчавшись до них, остановился, тяжело дыша, но тут же разочаровался. Попавшая бомба сделала свое дело так хорошо, что от многоэтажного дома осталась просто груда кирпичей. И тут сирена смолкла.
По моим нервам эта внезапная тишина ударила не хуже взрыва. Она означала, что бежать, не привлекая внимания, больше нельзя, а улицы скоро заполнятся вышедшими из бомбоубежищ пешеходами. И хана тогда всей моей конспирации, такие пейсы и нос в нормальной обстановке от прохожих мне не спрятать. От отчаяния рванул к подъезду ближайшего к развалинам многоэтажного дома. Подъезд был открыт, заскочив внутрь, я на мгновение остановился. Попробовать поискать спасения на чердаке? Уже рванул было наверх, как пришла в голову другая мысль. А что, если попробовать найти пустую квартиру, в которой сейчас никто не живёт? Мало ли, человек уехал в командировку или навестить матушку в соседний город?
В данный момент подъезд и, скорее всего, все квартиры должны быть абсолютно пусты, все жильцы, по идее, сейчас в бомбоубежищах. Низко наклонив голову, я принялся обследовать коврики перед дверью каждой из квартир. Есть ли слой пыли, или они все чистые?
Первые три этажа особо не обнадежили. Пыль если и была, то в ней отпечатывались следы ног входящих и выходящих жильцов. Но все же, на четвертом этаже, предпоследнем, я решил, что удача мне улыбнулась. На коврике перед коричневой деревянной дверью лежал толстенный, никем не потревоженный слой пыли. И видно было, что дверь открывается внутрь, то есть ее можно попытаться выломать. Как мне захотелось в этот момент обладать скилами, позволяющими открыть замок, не ломая его и не оставляя следов взлома! Но увы, не тем я раньше, видимо, занимался.
Прицелившись, я выдал мощный пинок в район замка. Удар оказался таким мощным, что дверь не просто раскрылась, а едва не слетела с петель. Упс! Перестарался, не учел силушки богатырской, полученной за счёт усвоенных трофеев.
Ворвался внутрь, тут же принялся осматривать, насколько пострадала дверь. Если снаружи будут видны следы взлома, то соседи тут же вызовут полицию, и вместо убежища квартира станет западней. Вроде вышло более-менее нормально, прикрыв дверь, я увидел только один свежий скол. Тут же оторвал от одной из буханок кусок хлеба, разжевал, бросил в пыль, и покатал по ней, пока он совсем не испачкался. Затем тщательно залепил мякишем следы скола. Отошёл на пару шагов, придирчиво осмотрел. Если специально не приглядываться, ничего не видно.
Порадовался тому, что смотрел ролики на Ютюб по ремонту, в одном из них и была похожая идея. В Москве не пригодилось, так в Германии использовал.
Только снова вошёл внутрь, аккуратно прикрыв дверь так, чтобы она казалась закрытой, и сделал пару шагов по коридору, как одна из дверей в комнаты распахнулась, и оттуда, хромая, вышла древняя старушка. Подслеповато уставившись на меня, она спросила:
– Ганс? Это ты?
Секунду я стоял в ауте, потом опомнился. И заявил, поскольку терять мне было нечего:
– Да, это я. Я хлеб принёс и консервы!
И стал смотреть, как отреагирует старушенция.
Сухие губы растянулись в улыбке:
– Это хорошо. Пошли на кухню!
Я послушно последовал за старушкой, гадая, действительно ли мне удалось сойти за некого Ганса, скорее всего, ее внука или племянника, и, если это так, то прокатит ли это и дальше. Но тут дело такое – не попробуешь, не узнаешь.
Старушка стала хлопотать у плиты, разогревая чайник, я достал и выложил на стол украденные в магазине продукты. Чайник вскипел, старушка, неспешно двигаясь, налила нам чай. Попробовав его, я скривился – сено-солома. Впрочем, время сложное, Германия воюет с Великобританией, главным поставщиком чая из своих индийских колоний, так что удивляться не приходится.
Разрезали и одну из буханок. Старушка выложила на стол банку варенья, судя по пыли на ней и засахаренности содержимого сделали его уже много лет назад. Но для бутербродов вполне сгодилось.
Я жевал молча – мало ли старушка в своем уме, а просто плохо видит? Нечего ей давать больше возможностей понять по голосу, что я не Ганс. Единственное, на что отвлекся, так это на старую газету на подоконнике. Повествовала она об успехах армии третьего рейха, включала кучу цитат от Гитлера на все случаи жизни, и была датирована маем 1942 года. Выцвела, но не так, словно пролежала там пару лет. По виду ей с месячишко, не больше. Вот я и определился с датой своего визита к нацикам!
– Внучек, но ты же должен быть в армии? – спросила меня старушка через несколько минут.
Хорошо, что я хоть теперь представляю, за кого себя выдаю. Внучок, не племянник. Но плохо, что я даже не знаю имени «своей бабушки». И не очень весело, что она перешла к таким вопросам. Не похоже на выжившую из ума старушку. Хотя, не так много я таких и видел. Бабки на лавочках у нашего подъезда по остроте языка могли смело конкурировать с некоторыми известными юмористами, а это таки признак здравого рассудка.
– В отпуск отправили, на неделю, – осторожно ответил я.
– Это хорошо, – закивала бабка, – но тут тоже бомбят!
– Это да! – снова ограничился короткой фразой для ответа я.
– Завтра фрау Анхель зайдет, принесет продукты из магазина, – сказала бабка, – а ты пока устраивайся в своей комнате.
Что-то у меня все больше крепли подозрения, что бабка меня раскусила, и ситуация накаляется. Всего одна фраза, а в ней – два подвоха. Во-первых, завтра появится какая-то совершенно не нужная мне здесь фрау. И формулировка «фрау Анхель», без каких-либо пояснений означать может только одно – Ганса она лично знает, и еврея с классическими пейсами за него не выдать. Да даже если пейсы сбрить, вряд ли это сильно поможет! Свой совершенно выдающийся нос я же не отрежу! И бабка, вполне очевидно, могла намекать – ты не мой Ганс, я это знаю, но пока мы один на один, я буду вести себя благоразумно. Мало ли, прибьешь меня иначе. А вот когда на пороге квартиры появится фрау Анхель… Кстати, может, никакой фрау Анхель завтра и не будет, просто бабка берет меня на понт. Хочет, чтобы испугался и сбежал.
Во-вторых, бабка фактически дала мне тест – найду ли я ту комнату, в которой жил ее внучок. Это может означать прямую подколку – ну-ка, выдаешь себя за внука на словах, а как справишься с такой задачкой? Но может означать и то, что бабка все же твёрдо не уверена, что я не ее внук, и устраивает мне тест, чтобы попытаться определиться.
Тянуть не стал, пошел искать свою комнату. В принципе, задание было не таким и сложным. В квартире три комнаты, в две двери открыты. Бабка, когда я вошел в коридор, вышла из одной из них, скорее всего, своей спальни, значит, она сразу отпадает. Из оставшихся двух в одну дверь закрыта, в другую открыта. Открытая дверь может означать, что комнатой часто пользуются, и это гостиная. А зачем держать открытой дверь в бывшую спальню внука?
Поэтому я уверенно пошел к закрытой двери. Потянул ее на себя – точно, небольшая спаленка, и пыли столько, что видно, что ей давно не пользовались. Плюс – парочка плакатов с какими-то немецкими киноактрисами на стенах. Похоже, не ошибся!
Дверь за собой закрывать не стал, бабулю надо контролировать, чтобы не сбежала в подъезд. И оглядываться на нее тоже не стал, мало ли она этого ждет, как признака неуверенности. Скинул сапоги, бухнулся, не раздеваясь, на кровать. Как ведет себя подросток, меня учить не надо, я только из этого возраста выбрался. Дождался, когда бабка уйдет в свою комнату. Тут же вскочил, и стал тихонько обыскивать комнату Ганса. Прежде всего, меня интересовало его фото, и какие-нибудь документы. Мало ли получится подкорректировать свою внешность, чтобы выдать себя за него, если мы внешне похожи, перед этой фрау Анхель, если она такая же старенькая, как моя бабка. Документы пригодятся и в случае, если все же придется отсюда драпать.
Фото я нашел достаточно быстро. Но вот незадача – парень на фото совершенно не походил на меня в нынешней роли еврея, хотя и был немного похож на меня прежнего – русского парня Сергея. Что совсем не удивительно, треть территории Германии – онемеченные славянские земли. Достаточно посмотреть на название городов на ее карте. Тот же портовой Росток даже при бурной фантазии явно не был назван так немцами. Так что многие немцы на деле онемеченные славяне, и ни о какой чистоте «арийской расы», о которой блажит фюрер, говорить не приходится.
Еще раз разозлился, что в моем задании мне приделали такую носяру. Есть у меня знакомые евреи, которые выглядят точь-в-точь как русские. Много этот народ мотался по миру, хоть и не всегда по своей воле, смешанные браки тоже были, так что такую хрестоматийную наружность, что соорудили мне, у них еще поискать. Хмыкнул, подумав, какого размера был бы нос, если бы выбрал более легкую степень прохождения. Уменьшили бы на сантиметр? А если бы взял самую простую – вообще бы оставили мою природную внешность? Ну да, с ней даже в нацистской Германии выжить было бы не в пример проще. По крайней мере, каждый патруль бы не останавливал.
Но что есть, то есть. После всей этой нервотрепки тянуло в сон. Но вот чего мне сейчас точно не стоило делать, так это спать. Вдруг старушка на самом деле меня раскусила, вероятность чего очень высока, и просто ждет не дождется, когда можно будет тихонько выйти в подъезд, и позвать на помощь. И проснусь я тогда уже под дулом пистолета какого-нибудь эсэсовца, который скинет меня с кровати, и как следует отпинает из расовой ненависти по печени, прежде чем начать прикидывать, на месте меня пристрелить, или все же затеять муторную процедуру по отправке в ближайший концлагерь на утилизацию?
Откинув в сторону заманчивую идею прикорнуть чуток, я нашел ножницы, взял еще одну найденную на шкафу старую газету с очередными речами Гитлера, и принялся состригать растительность с лица на нее перед крохотным зеркальцем. Пейсы заметят на улице еще быстрее, чем характерный нос. Мне такие дополнительные проблемы ни к чему.
Повезло, что ножницы оказались острыми, и их кончиками удалось буквально по волоску пейсы напрочь искоренить. Тридцать минут вычеркнул на это из жизни, но после облегченно сел на кровать, потирая отваливающиеся от усталости руки. Так, и что же мне теперь делать?
В принципе, основную работу мой мозг проделал, пока я стригся. Хоть я и был сосредоточен на стремлении получше постричься, размышлять над проблемой выживания это не мешало. Основные соображения, к которым пришел – убежище я нашел просто царское, исходя из моих обстоятельств, и надо быть идиотом, чтобы его покидать. На улице, когда там надсадно не вопит сирена, я не продержусь и минуты. Решил также, что буду исходить из того, что бабка вполне в своем уме, и уже меня разоблачила, нечего себя убаюкивать надеждами. И раз Ганса из меня точно не выйдет, буду играть за Соломона, еврейского парня в нацистской Германии, готового на все, чтобы не отправиться в газовую камеру, после того, как его постригут налысо, чтобы волосы использовать на набивку для подушек, и разденут, чтобы и одежда не пропала. Немцы, они такие, хозяйственные, ничего не должно пропадать!
Подумал о том, чтобы кинуть матрас на полу перед дверью, чтобы, пока сплю, старушка не сбежала в подъезд. Но от этой идеи пришлось отказаться – сколько старушке понадобится времени, чтобы сообразить, что можно написать записку о ворвавшемся к ней еврее, и выкинуть ее в окно? Подумав об этом, с кровати я подскочил – а что, если она уже это и сделала? И тогда все мои планы пойдут коту под хвост.
Подбежал к комнате бабуси, рванул дверь на себя. Бабка чинно сидела на стуле и вязала, только удивленно подняла голову.
– Все в порядке! – сказал я, и пошел в гостиную – искать веревку, чтобы ее связать.
Исчезновение тела Виктора вначале шокировало меня, но потом слова сэнсэя о том, что выпавшие трофеи могут быть наследством для Семена, меня успокоили. Естественно, я поддержала сэнсэя, и Семена удалось уговорить усвоить выпавшие заряды. Немножко забавляло его смущение – видно было, что он потерялся в этой ситуации, и боится, что мы осудим его за то, что тело Виктора исчезло, когда он хотел помочь его перенести. Это было очень мило! Все же прекрасно понимали, что от него ничего не зависело!
Но тут же меня этот вопрос волновать перестал, поскольку прямо перед глазами вспыхнула крупная надпись красными буквами:
– Внимание! На штаб-квартиру вашей фракции совершено нападение! Все члены фракции обязаны в течение минуты подготовиться к участию в отражении атаки! Отказ от помощи фракции карается удалением из ее рядов. Внимание, в течение минуты вы должны нажать на кнопку под надписью – согласен, после чего проследуете на поле боя! Примите меры по сохранности вашего физического тела на время вашего отсутствия! Время будет максимально сжато, но все же ваше отсутствие может затянуться.
– Сэнсэй, папа! – крикнула я, прочитав, – тут у меня какая-то надпись! На фракцию напали!
– У меня тоже! – хором ответили сэнсэй и Дмитрий.
– Семен! – обернулась я к удивленному русскому парню, – нас всех троих вызывают в виртуальную игру на помощь фракции! На нее кто-то напал! Присмотришь за нашими телами, чтобы не получилось, как с Виктором?
– Конечно, идите! – поспешно ответил тот, – здесь все будет в порядке!
– Спасибо! – радостно сказала я.
А сэнсэй и отец благодарно поклонились, и тут же замерли. Видимо, сразу же нажали на кнопки, что готовы к отправке. Ойкнув, нажала и я. Но все же успела услышать крик Семена вслед с пожеланием удачи!
Стены аэропорта исчезли, секунда полной темноты, а потом я зажмурилась от полыхнувшего в глаза света. Конечно, тут же постаралась их открыть, в голове намертво засела фраза из надписи, что нас перекинут на поле битвы. Не то место, где стоит торчать с закрытыми глазами! Пока проморгалась, прошло несколько секунд. Смахнув выступившие слезы, все же смогла увидеть, что оказалась над огромной, практически бесконечной равниной. Море волнующейся под ветром зеленой травы, и ни одного дерева. Выяснилась и причина такого яркого освещения – над равниной сбоку полыхали сразу два солнца, причем каждое из них раза в два больше по размеру, чем наше земное. Опустив взгляд вниз, поразилась тому, что стою как бы на воздухе метрах в пяти над землей, а ноги в то же время ощущают реальную опору. Ойкнула, и инстинктивно сгруппировалась, ожидая падения.
– Вновь прибывшие, проходим ко мне! – раздался резкий голос позади меня, – не занимаем портальную площадку! Она должна быть свободна для подкрепления!
Резко развернувшись, я увидела огромную фигуру в пятнадцати метрах от меня, которая, по всей вероятности, и сделала объявление, и возле нее целую толпу людей и других существ. Трехметровый гигант выглядел странно – если голова была еще немного похожа на человеческую, то тело было словно изломано, и руки росли из боков, а не из плечей. Выглядело все так, словно огромного человека взяли, и где-то сдавили прессом, а где-то, напротив, растянули. Существ, явно не похожих на людей, было раз в двадцать больше людей. У них тоже были странные фигуры – слишком тощие или, наоборот, толстые, по сравнению с человеком, разные были и головы. Но одно было непреложно для всех, кого я видела – две ноги, две руки. И, самое важное, рядом с гигантом оказались и мой отец с сэнсэем. Пока я тут рот разевала, они уже успели к нему подойти!
Снова ойкнув, я рванула к ним. Хотя как рванула – идти по воздуху было очень странно. Поэтому скорость моя была, скорее, черепашьей. Вытянуть ногу, нащупать опору, поставить ногу, перенести на нее центр тяжести, снова другой нащупать место для перемещения.
– Вниманию новичков – пол невидим, но он в полном порядке! Не робейте! – рявкнул гигант, и я тут же ускорилась, сообразив, что окрик, скорее всего, предназначен именно мне.
– Так, все собрались! Слушаем внимательно! – продолжил гигант, когда я, и еще несколько существ, возникшие на площадке через несколько секунд после меня, подошли поближе к гиганту, – объясняю, как все обстоит! На нас напали конкуренты из фракции карателей! Для новичков поясняю, как будет проходить битва! Все члены нашей фракции и фракции карателей Системой делятся на отряды по уровням. Критерий деления – каждые пять уровней. То есть, члены нашей фракции с уровнями, к примеру, от шестого до десятого, будут сражаться на отдельном поле битвы с членами фракции карателей таких же уровней! Запускается одновременно по десять игроков с каждой стороны! Выигравшей объявляется сторона, первая убившая или захватившая в плен больше половины игроков противника! Победите – отдых десять минут, к выжившим добавляется пополнение, и снова в бой! Если погибли – все для вас закончено, возвращаетесь к себе домой. Когда одна из фракций получает стабильное преимущество в десять процентов побед над другой по итогам сражений на всех полях, Система объявляет битву законченной в ее пользу! Проигравшая сторона выплачивает репарации, которые серьезно ослабляют фракцию. Не доводите до этого, побейте уродов!
Толпа вокруг радостно и одновременно угрожающе взревела. Я задумалась. Ну, что-то в этом есть! Неразумно было бы запускать игроков с низкими уровнями сражаться с игроками с высокими. Хотя полной справедливости и тут нет – кому-то из врагов придётся сражаться с сэнсэем, и ему вряд ли это понравится, а кому-то повезет встретиться со мной, его скромной ученицей. А уровни-то у нас с сэнсэем – одинаковые!
– Теперь больше информации о врагах, кто еще не в курсе про них! Каратели – не самые приятные в общении личности! Специализируются на оплаченных сторонними заказчиками операциях по подавлению восстаний и мятежей! Их не смущает и геноцид! В плен им сдаваться не рекомендую – будут мучить, пока не прозвенит сигнал к окончанию сражения.
Я сглотнула, услышав про такие детали. А ничего, что у меня на кровати лежит большой плюшевый кролик и мне всего пятнадцать лет? Но тут же подумала, как презрительно скривился бы сэнсэй, заяви я ему что-либо подобное. И отогнала предательскую и пораженческую мысль подальше. Главное – не попадать в плен!
– Еще информация! – продолжил гигант, – каратели не испытывают, как мы, привязанности к холодному оружию. Вернее, пользуются и им, но охотно используют и все остальное. С учетом особенностей нашей фракции, поле битвы будет максимально пересеченным, чтобы соблюсти элемент справедливости, и не дать карателям перебить наших бойцов с большой дистанции из стрелкового оружия. Максимально используйте рельеф местности для того, чтобы одержать победу! Да, то, что еще нужно знать новичкам – трофеи не собирайте, их забрать у убитых нельзя. Покажите себя на поле боя достойно – и призы вам тоже будут!
Ну, приятно, что система об этом позаботилась! Хотя тут я на секунду отвлеклась от осмысливания речи, обратив, наконец, внимание на оружие столпившихся вокруг людей и существ. Мечи, сабли, алебарды, нагинаты, палицы – этого было в избытке. Но у подавляющего большинства через плечо также были перекинуты луки с колчанами, или арбалеты. Всех размеров, включая совсем портативные. Ох! Похоже, мы в нашей группе зря об этом не подумали!
– Погоди, доберемся и до этого! Всему свое время! Мы почти закончили формировать свой стиль сражения с монстрами при помощи мечей. В ближайшее время будем дополнять его дистанционным оружием! – сказал внезапно сэнсэй, прочитав эмоции на моем лице.
Я вообще была для сэнсэя, как открытая книга. И уже не удивлялась этой его способности – огорошить меня внезапно ответом на незаданный вопрос.
– Теперь вы знаете все, что вам нужно! – крикнул гигант, – приготовьтесь! В течение минуты вы отправитесь сражаться!
Я попыталась сосредоточиться и успокоиться перед боем, начав глубоко дышать. Это все не настоящее, это виртуальная реальность! – попыталась утешить я себя. Помогло не очень. Болевые ощущения-то будут, как в реальной жизни, в случае чего, вот тебе и виртуальность! Затем опустила ладонь на рукоять катаны, и это мне сразу придало уверенности. Катана у меня – просто замечательная. А если еще повезет попасть в одно сражение с отцом и сэнсэем…
Очередная вспышка – и я уже в новой местности. Большая площадка, метров сто на двести, стены огорожены высоченным забором, я оказываюсь с одной из ее сторон в компании группы людей и существ. К моему разочарованию, ни отца, ни сэнсэя рядом нет.
– Система написала мне, что у меня самый большой уровень в группе, и главный я! – заявил огромный африканец с копьем с широким лезвием в правой руке и десятком дротиков в колчане за спиной. В левой руке он держал большой овальный щит метровой высоты, на шее у него висело несколько ожерелий с крупными бусинами, а голову охватывало что-то типа обруча.
Я ему по росту не доходила до солнечного сплетения. В группе также оказался еще один человек, кроме меня и африканца, тоже чернокожий, с копьём с тонким лезвием и луком со стрелами, все остальные были инопланетянами. Я оказалась единственной, не имеющей никакого оружия, которое можно использовать на дистанции.
– Слушайте мою команду! – сказал африканец, – когда система даст сигнал к бою, вперед не бежим! Лучники – ваша задача – поджечь зажженными стрелами все, что впереди может гореть! Пусть будет как можно больше дыма, из которого мы сможем наносить внезапные удары по противнику! Лучники, что стоят слева от меня, поджигайте все, что с этой стороны, те, что справа – соответственно справа. Кроме того, если есть у кого соответствующие навыки и заклинания, позволяющие ухудшить видимость, тоже используйте. Только не надо ничего наподобие смерча – места тут очень мало, не факт, что по нам же и не ударит.
У меня и до этого возражений не было по поводу того, что он главный, а после отданного приказа их и подавно не могло остаться. Осмотрела поле будущего боя повнимательнее.
Как и обещали недавно, на нем было множество укрытий! Площадка была покрыта густой зеленой травой мне по колено, среди которой тут и там подымались молодые и зрелые деревья с густой кроной. Хватало и кустов, в том числе и подсохших. Да, они выглядят так, словно будут гореть охотно!
– А мы в пожаре не сгорим? – спросил один из инопланетников африканца.
– Трава зеленая – исключено, – коротко ответил тот, – но если рядом будет много дыма, подготовьте тряпку. Ее можно намочить и замотать вокруг рта и носа. Если нет воды, годится и моча.
Небольшая пауза. Затем африканец снова поднял голову.
– Кто умеет незаметно ползать, пользуйтесь травой! – отдал новое указание командир, – остальные – используйте стволы деревьев и кусты. В кроны деревьев не забирайтесь, противник может их на всякий случай обстрелять. Если используете кусты, максимально пригибайтесь к земле, по той же самой причине.
Огромный воин задумался. Потом продолжил:
– Когда поле окажется задымленным, командовать дальше вами не смогу. Сохраняем тишину, держимся минимальными по размеру группами, или по одиночке, атакуем врага самостоятельно. Внимательно присмотритесь друг к другу прямо сейчас, чтобы могли узнать в дыму, и своего союзника не зарезали.
Еще немного помолчал. Затем сказал:
– Это все! Как только система даст сигнал к началу, будьте готовы поджигать сухие кусты.
Я тут же стала присматриваться к своим временным товарищам. Поняла уже, что лидер у нас очень толковый, все, что он сказал, было действительно, полезно. Так что буду руководствоваться его указаниями.
Из семи разумных существ, что оказались с нами, трое явно принадлежали к одной расе, а четверо – к другой. Трое были худыми, жилистыми, головы вытянутые, глаза огромные, нос плоский, рост под два метра, руки длиннее, чем у человека, сантиметров на двадцать, и руки, и ноги с двумя суставами. Четверо – были округлыми, все ниже меня ростом, глаза и нос очень похожи на наши, но головы сплющенные, суставы на конечностях как у нас, по одному. Но на спине что-то вроде огромного горба.
Вооружены тоже были по-разному. Трое – парными короткими мечами и луками. Четверо – чем-то вроде длинных кривых сабель, таких же кривых кинжалов и арбалетов.
Только успела запечатлеть мысленно облик своих соратников, как перед глазами вспыхнула надпись:
– Боевые действия начаты!
Лучники в нашей группе оказались классные. Не успела погаснуть надпись, как вспыхнули несколько факелов, от огня которых стали поджигать стрелы. А затем, едва стрелы занялись, начался обстрел сухих кустов. Где-то сработало, где-то нет. Правую сторону поля боя заволокло дымом получше, чем левую. Для меня это было хорошо – я стояла справа от командира.
– Все, идем навстречу противнику! Убивайте наверняка, некоторые неплохо хилятся! – отдал тот последний приказ.
И тут же подал пример, бросившись в густую траву, и очень ловко в ней пополз. Обратила внимание, что спина у масая оказалась окровавлена. Словно он уже недавно повоевал, и извозился в крови. Поняла, что он, видимо, из числа тех, кто одержал победу в предыдущем бою. Интересно, в нашу группу его одного такого закинули, или кто из наших одногруппников тоже успел уже повоевать?
Не скажу, что я ползун экстра-класса, но тоже плюхнулась на землю, и поползла, старательно подражая ловким движениям африканца. Вспомнила, где видела фотографии воинов с такими копьями и дротиками – когда сэнсэй рассказывал мне про масаев! Тогда дротики нашего командира правильней называть ассегаями. Сэнсэй очень хвалил масаев за воинское искусство. Получается, нам с командиром повезло.
Я оказалась самой крайней с нашего ряда, слева от меня полз второй чернокожий мужчина. Делал он это намного менее ловко, чем масай. Да и оружие у него было совсем другое.
Порадовалась, что сэнсэй столько со мной занимался иайдо. Если мне придется все время вжиматься в землю, то поза для выхватывания меча при встрече с противником будет максимально неудобной. Как раз наука иайдо и пригодится. В каких только позах сэнсэй не учил меня молниеносно выхватывать меч, кроме традиционного положения сидя! Все не могла раньше понять, зачем это. Вот теперь больше вопросов нет. Не ползти же с обнаженным мечом, от него запросто может солнце отразиться, и меня тут же заметят и убьют.
Пять десятков метров, и я добралась до нескольких стоящих в ряд деревьев. Дым от горящих неподалеку кустов начал разъедать глаза, хотелось кашлять. Оторвала от кофты длинный кусок ткани, завязала себе нос и рот. Воды у меня не было, писать на ткань не стала – не поняла, как я это буду делать, если в любой момент на меня может выскочить враг? Так дописаешься до того, что убьют.
Слева и впереди раздались звуки выстрелов из инопланетного оружия. Стреляло оно негромко, но, если раньше слышал, то опознать легко. Секунд через десять неподалеку раздался сдавленный крик. Телом вжалась плотнее в траву, голову приподняла. На миг дым рассеялся, и я увидела неподвижно лежащего в траве чернокожего. Лежал он кверху спиной, но голова его была повернута лицом туда же. Кто-то с огромной силищей не только сломал ему шею, но и развернул голову на 180 градусов. Ужас!
Проползла немного вперед, мало ли мое местонахождение тоже засекли. Деревья оказались позади метрах в десяти. Это хорошо, пусть противник пытается высмотреть меня за ними, вряд ли он поверит, что враг не захочет спрятаться в таком удобном месте, за толстыми стволами.
Кольнуло предчувствие опасности. Резко перекатилась вправо. Совсем рядом негромко рявкнуло инопланетное оружие, и место, на котором я только что лежала, задымилось от удара плазмы. Главное, что я увидела, откуда выстрелили, и понеслась туда с выхваченным мечом. За ближайшим кустом оказался человек, белый, глаза его расширились от ужаса, когда он увидел меня с обнаженным мечом, и он поднял плазменный излучатель, пытаясь парировать им удар моего меча. Не получилось, я слегка изменила направление удара, и отрубила обе его кисти. Он заорал, излучатель вместе с кистями полетел в траву, и я вторым ударом отрубила его голову. Получилось все так быстро, что, когда фонтан крови ударил из шеи, излучатель еще до травы не долетел.
Меня замутило, и я тут же убежала оттуда. Рванула к соседним деревьям, ближе в сторону, где первоначально находился противник. Сейчас-то все, скорее всего, уже перемешались.
Спрятавшись за стволом дерева, отдышалась. Дыма тут было меньше, мутить меня перестало. Едва пришла в себя, снова скользнула в густую траву. Авось и дальше будет везти, как только что повезло!
Снова услышала звуки выстрелов. Терпеливо ждала, не высовываясь из травы, только приподняла голову, пытаясь хоть что-то разглядеть. Внезапно звук выстрела раздался совсем рядом, за одним из тех деревьев, где я только что была. Не раздумывая, на инстинктах рванула туда. Выстрел прозвучал – это означает, что несколько секунд оружие будет разряжено. Это мой шанс!
Заскочив за деревья, я поняла, что не все так просто. Чужаков было двое, у их ног валялся один из наших, тех, что пониже и округлые. Зарядом из оружия одного из чужаков ему выжгло верхнюю часть лица. Ствол оружия все еще был направлен на тело. А вот оружие второго оказалось направлено прямо на меня, и тут же выстрелило.
Думала, я умру на месте, но выстрел прозвучал, а я была невредима. Только спустя долю секунды сообразила, что это сработала моя защитная сфера!
Оба чужака были необычной формы, какими-то треугольными. Мышцы очень мощные, это видно, но тело какое-то странное, чем ниже, тем более расширяющееся. Но самое главное, что у обоих была шея. В этом направлении и устремилась моя острая катана. Увидела изумление на лице выстрелившего в меня, а потом его голова кувыркнулась в воздухе вместе с головой его соседа.
Мигнуло уведомление:
– Поздравляем! Ваша команда выиграла!
Я убила троих противников! Будем чем похвастаться сэнсэю!!! – ликовала я. Вот только внезапно я оказалась в траве на коленях, хотя вовсе этого не планировала. Подбородок упал на грудь, открывая вид на массивную рукоять кинжала, торчащую в солнечном сплетении. Тоже какую-то треугольную, как и сами чужаки. И когда кто из них успел??? И почему я сразу этого не почувствовала? А затем я рухнула на бок, и вот тогда и накатила боль.
Честно говоря, было завидно. Раз – и все трое оказались в игре, защищать свою фракцию. А мы остались тут, в разгромленном монстрами аэропорту. Интересно, моя фракция когда собирается подкинуть мне работенку?
Всех, кто остался в сознании, я тут же разбил на группы, и поставил в охранение по двум кругам. Побольше в дальний круг, поменьше в ближний. Мужики, которые приехали с олигархом, снисходительно улыбнулись, но мои приказы тоже выполнили. Ну да, я понимаю, профессиональные телохранители, наверняка прошли через спецчасти, и в горячих точках побывали. Для них молодой пацан, раздающий приказы направо и налево, выглядит забавно.
Первой вернулась Ю-тян. Внезапно ожила, встрепенулась, взмахнула руками, словно защищаясь, и тут же расслабилась, увидев, где она.
– Папа и сэнсэй ещё там? – спросила она.
– Похоже на то! – ответил я, подойдя к ней, – как сходила?
– Прекрасно! – радостно сказала она, – убила троих!
И начала рассказывать, как всё было. Я только попросил ее делать это погромче, чтобы слышали и те, кто оказался подальше от нас. Им тоже, конечно, было предельно любопытно.
Через минуту встрепенулся и отец Ю-тян. Как оказалось, он прошел два поля битвы, убив четверых противников. А затем потянулось тягостное ожидание. Сэнсэй не подавал никаких признаков жизни, стоя безмолвной статуей, а время шло и шло.
Наконец, минут через пятнадцать, ожил и он.
– Все, победа! – радостно сказал он.
Ну и монстр! – уважительно подумал я, – дожил до финала! Это тебе не комнатный учитель боевых искусств, это реально мастер смертоубийства.
– Сэнсэй, расскажите, сколько Вы полей сражения прошли? – не выдержала Ю-тян.
– Девять, пока все не закончилось, – лаконично ответил тот.
– А сколько врагов убили? – продолжала наседать девчонка с горящими от восторга глазами.
– Двадцать трёх, – ответил тот, ни секунды не задумавшись.
Вот и как с мечом против противников со стрелковым оружием это возможно сделать? Не, мне нужно учиться у этого японца, не покладая рук!
А затем они снова все замерли.
– Что, снова куда отправились? – испугалась тетя. Видно было, что она притомилась стоять в охранении. Даже проворчала разок как раз перед возвращением сэнсэя, что запас заряженных батарей к коптеру у нас не бесконечный.
Но тут же все снова ожили.
– Раздача призов! – распахнула огромные глаза Ю-тян, – так, что у меня тут? Очередной уровень дали, и три трофея! Видимо, по одному за каждого убитого врага! И неплохие – заряды на интеллект, волю и реакцию.
Помолчав пару секунд, снова заговорила:
– О, и ещё один трофей вдруг прислали! Что тут написано – а, за первое место в сражении по количеству убитых противников! Папа, а у тебя что?
– Четыре приза, – ответил тот.
– А что дали Вам, сэнсэй? – полюбопытствовала Ю-тян. Ее щеки раскраснелись, глаза сияли восторгом.
– У меня только два приза, – ответил тот.
– Как, только два? – огорчилась Ю-тян, – за такие достижения – и только два! Это несправедливо!
– Так, погоди немного… – пробормотал старик, сосредоточенно нахмурившись. После чего жестом фокусника достал прямо из воздуха арбалет.
Вещь внушала. Иссиня-черная конструкция, хищный вид – арбалет был похож на хищную птицу, расправляющую крылья перед тем, как взлететь в воздух.
– Держи, Ю-тян, будешь осваивать! – протянул сэнсэй арбалет девушке.
– Ой, но это же Ваш приз, сэнсэй! – заказала руками она, хотя и видно было, что вещь ей очень нравится.
– Держи, говорю, я себе планирую лук раздобыть, – велел сэнсэй, впихивая ей арбалет в руки, – люблю я луки. А арбалет для тебя попросил. Мощный лук тебе еще не натянуть, а тут тетива сама должна натягиваться, по крайней мере, я так заказывал.
Естественно, я тут же подошел глянуть, что за вещичка.
Следующую минуту девушка, низко поклонившись за подарок сэнсэю, потратила на возню с новым оружием. Никто не возражал, все подошли поближе глянуть, что за арбалет такой ей достался. Не знаю, как в прежней жизни, а в этой все приобрели неподдельный интерес к оружию. Немудрено – именно оно будет отделять тебя от смерти в решающую минуту.
Но через минуту Ю-тян все же отвлеклась на секундочку, что-то вспомнив. Повернулась к добродушно смотрящему на всю эту возню сэнсэю, и спросила:
– А какой второй приз Вам дали?
– Достижение, – улыбнулся сэнсэй, – плюс пять процентов к скорости перемещения в любых условиях. Как раз то, что надо такому старику, как я.
Приятно иметь дело с человеком с чувством юмора! Вырезал 23 противника в жестких условиях, и тут же жалуется на возраст.
Полминутой позже Ю-тян обнаружила в интерфейсе, что в рейтинге фракции ее печальный статус «минус один» поменялся на «плюс четыре». И снова ее радости не было предела. А затем мы все же решили двигаться дальше.
Было очень приятно вернуться обратно в наш мир. Пребывание в нацистской Германии оставило у меня гнетущее ощущение. Вроде и не так долго я там пробыл, но на всю жизнь запомню крайне неприятное ощущение от пребывания среди людей, не признающих моего статуса человека, и считающих меня законной добычей.
С первого раза я так и не смог завершить свою эпопею по выживанию. Бабку связал и удобно устроил на кровати. После этого она перестала прикидываться, что считает меня Гансом, и мы неплохо поговорили. Узнал, что нахожусь в Берлине. Причем практически в центре города. На следующий день, ближе к обеду, действительно заявилась и фрау Анхель с продуктами, женщина лет шестидесяти. Продукты забрал, фрау привязал на соседней кровати. Риск был, мало ли эта Анхель сказала кому, куда направилась, но я оценил его как намного меньший, чем если бросить все и убежать на улицу. Промаялся весь вечер, ожидая звонка в дверь от тех, кто будет разыскивать фрау Анхель, но обошлось. Просидел я там еще полтора дня, и в тот момент, когда я уже стал подсчитывать сколько часов осталось до истечения трех суток, раздалась сирена воздушной тревоги, а затем, минуты через три, в дом угодила бомба. Очнулся я через пару часов, как раз тогда, когда меня вытаскивали из-под развалин спасатели. Вначале порадовался, что жив, но преждевременно. То, что я сбрил пейсы, меня не спасло – спасатели тоже обрадовались, уверенно опознав во мне еврея, связали, пока я не совсем очухался, и тут же вызвали полицию. Что приятно, сильно и не били, так, пару раз пнули по ребрам, пока лежал на обломках кирпичей. Как только полиция прибыла, и меня передали ей, я автоматически проиграл, и меня запустили по второму кругу.
Едва снова оказался в городе под заунывное звучание сирены, как тут же бросился бежать по прежнему маршруту. По моим соображениям, выходило, что место на два безопасных дня у меня есть, а вот дальше, если буду сидеть на месте, недовольная система найдет способ меня выкурить. Поэтому нашел квартиру, связал бабусю, на следующий день так же запаковал фрау Анхель, а глубокой ночью шустро перебежал в подъезд другого дома в ста пятидесяти метрах от этого. Тотальная темнота способствовала анонимности перемещения – едва темнело, свет нужно было выключать или использовать очень плотные шторы, чтобы не демаскировать город перед бомбардировщиками. Несмотря на это, бежать дальше не рискнул – патрулей на улицах было полно и днем, и ночью – посидев вчера несколько часов у окна, я в этом убедился. Дом выбрал именно этот, потому что точно помнил, что, когда меня вытащили спасатели из-под завала, он был цел и невредим. Только стекла в окнах разбило ударной волной, но, по условиям военного времени, это не в счет.
Запалив в подъезде свечу, стал внимательно исследовать коврики на предмет пыли. Повезло только на последнем, пятом этаже, когда я уже думал, что придется искать счастья в другом доме. Полно пыли, никаких следов.
В этот раз молодецким ударом ноги выбивать дверь я не стал. Одно дело вышибать двери в пустом доме, когда почти все в бомбоубежище, другое – ночью. Нашел в квартире бабуси что-то вроде фомки, ей дверь и взломал. Шума на порядок меньше.
Ввалившись в квартиру, тут же прикрыл дверь и замер у нее. Вдруг кто-то все же что услышит и пойдет проверять? Но минута шла за минутой, а в подъезде царила тишина. Никто не выходил мне навстречу и из взломанной квартиры. Обследовав ее, я убедился, что мне повезло, по крайней мере в данный момент. Но был и негатив. В доме было полно военного обмундирования, и даже висел портрет мужика лет тридцати в форме СС на стене. Если он сюда не заявится, то все ок.
Он заявился после обеда. Мужик лет сорока, с большим чемоданом, явно с поезда. Я особо не был удивлен – понял уже, что легкой жизни для человека, выбравшего невозможный уровень прохождения, в игре не будет. Из осторожности я тусовался в коридоре, все время прислушиваясь к тому, что происходит в подъезде. Это меня и спасло. Эсэсовец обнаружил, что дверь взломана, но не успел ничего сделать – я открыл ее, и рывком втащил его внутрь, тут же вырубив ударом по голове. С моей силушкой сделать это оказалось не очень сложно.
Эсэсовца раздел до исподнего, связал, заткнул рот кляпом, и привязал к кровати. Мало ли, пригодится, как заложник. Задумался, что делать дальше. Было понятно, что вряд ли по месту работы проигнорируют факт того, что он на нее не явится после своей командировки. Это, конечно, в том случае, если он вообще сегодня на нее должен заявиться. Решил исходить из того, что должен – все же уровень прохождения у меня невозможный, и бяки должны устраивать. На всякий случай надел на себя его форму, потренировался выхватывать пистолет из кобуры, несколько раз его разрядил и зарядил, нашел патроны и набил три запасных обоймы, рассовав их по карманам. И снова устроился в коридоре.
Как и ожидал, через час раздался шум на лестнице. Заявился какой-то молодой парень, тоже в форме СС. Затащил его в квартиру тем же путем, что и его начальника, привязал к креслу в гостиной. Когда очухался, прислонил нож к горлу, вытащил кляп и попытался поговорить, чтобы выяснить, будет ли кто еще сюда приезжать, если он тоже не вернется. Куда там! Парень оказался идейным, и попытался поднять шум. Пришлось его прирезать.
Нож бросил там же, и решил, что квартира свой ресурс исчерпала. Вытащил удостоверение молодого эсэсовца у него из кармана. Порадовался тому, что хоть на него немного похож. Своеобразной формы фуражка немного скрадывала размер моего носа.
Из моего окна не было видно, есть ли машина перед подъездом, но решил исходить из того, что вряд ли из СС прислали посыльного офицера своими ножками. Решительно вышел из квартиры, и пошёл вниз, сделав максимально зверское выражение лица, чтобы соответствовать своей форме. Не пригодилось – по дороге никто не попался. У подъезда, действительно, стояла черная легковая машина, прямо с ключами в замке зажигания. Понятно, что вряд ли в СС боятся, что кто-то будет угонять их машины, так зачем им меры предосторожности?
Сел в машину, проехал медленно пару кварталов. Убедился, что в этой форме и в новенькой черной машине никого, ни я, ни моя наружность, не интересуют. Все, даже патрульные, старательно отводили взгляд в сторону. Остановился между подъездами большого дома, и задумался над дальнейшей стратегией. Попытаться выехать из Берлина, заехать в первый попавшийся лес и там проторчать несколько часов, оставшихся до истечения моего срока? Неплохо было бы, но я что-то смутно помнил про блок-посты, которые в военное время должны быть на въезде и выезде из столицы. На них уже формой и машиной не отделаешься, будут тщательно проверять, и проверку я не пройду. Форма на мне старшего офицера, а документы младшего, потому что на владельца квартиры я вообще не похож. Даже если поверят, что на фотке я, как объяснить расхождение в звании? Жаль, что зарезал младшего офицера, запачкав мундир кровью, но это уже назад не отыграть.
Сидел минут пять, сделав умное лицо, и обратил внимание, что прохожие по-прежнему старательно отводят взгляд в сторону. Решил, что была не была! Спал я в последнее время мало, все сторожил у двери в квартиру, так что попробую действовать в стиле – наглость второе счастье! Устроился поудобнее на кресле, надвинул фуражку на лицо – чтобы со стороны выглядело как попытка спрятать глаза от дневного света – расстегнул кобуру с пистолетом, чтобы можно было быстро его выхватить, запер дверцу машины, и быстро заснул.
Проснулся я в полной темноте. Взглянул на часы, не поверив, что я мирно проспал несколько часов в центре фашистского Берлина, и никто меня не потревожил. Ну да, офицер СС утомился от дел праведных по уничтожению врагов рейха, и решил немного вздремнуть в машине, кому какое дело? Понял, что я проспал и сигнал воздушной тревоги, и бомбежку города. К счастью, в этот раз меня бомбой угощать не стали – система, видимо, решила, что мое времяпровождение само по себе не менее опасно. Возликовал, поняв, что трое суток прошло, и задание я выполнил. И, поскольку я все еще на свободе, получу и бонус!
С тестового задания меня никто не отзывал. Задумался над тем, как красиво его закончить. План созрел быстро.
Медленно поехал по ночному городу. Быстро нашел очередной патруль из трех солдат. Не говоря дурного слова, расстрелял всех из пистолета прямо из окна, выскочив, собрал оружие. Три автомата, и, что важно, шесть гранат – именно то, что мне было нужно.
Показательно, что никто на звуки выстрелов на улицу не выбежал, ни из одного окна никто не выглянул. Привыкли, видимо, что оружие только у защитников рейха, а им виднее, в кого стрелять. Хорошая привычка – никто не будет искать офицера СС на черной легковой машине.
Впрочем, я и не собирался ждать запуска в действие какой-нибудь операции «Перехват». Поехал на ту самую помпезную улицу, с которой стартовал на тестовом задании. Там точно были какие-то важные здания.
Пока ехал, внес в первоначальный план правки. Наведаюсь-ка я на работу! А то бессовестно проспал столько часов в разгар рабочего времени, надо отметиться хоть ночью! Удостоверение есть, форма тоже, машину дали – совесть мучить будет, если не отработаю!
Порылся в бумагах в портфеле, оказавшемся на втором сиденье. Нашел в одной из них упоминание о неком Высшем штабе СС. Рассудил, что это должна быть самая главная структура в этой страшной машине смерти. Был там и его адресок – Prinz-Albrecht-Straße.
Куда ехать, уточнил у охраны в ближайшем бомбоубежище. Точный адрес офиса не называл, спросил просто, как проехать на эту улицу. Если они и вспомнили, что на ней находится главный штаб СС, и что выглядит крайне подозрительно, что офицер СС не знает, где он находится, то это уже было после того, как я уехал.
Дом нашел быстро. Много окон светилось. Офицеры СС хлопотали денно и нощно над уничтожением врагов рейха. Обрадованный таким рвением, я вышел из машины прямо у Центрального входа. Двух часовых снаружи застрелил из пистолета, закинул пару гранат в фойе, чтобы не иметь проблем с внутренней охраной, потом, не спеша, закинул по гранате в каждое светящееся окно пониже, рассудив, что самые большие начальники должны сидеть на нижних этажах. Своих гранат не хватило, одолжил у убитых охранников. Затем с автоматом наперевес ворвался в здание.
Бесчинствовал я внутри минуты три. Ошалевшие от неожиданного нападения эсэсовцы метались по коридорам, изредка стреляя в меня из пистолетов. Но пистолет против автомата – не катит. С автоматом меткость не нужна – поливай все градом пуль в нужном направлении, даже если не попадешь, высоки шансы, что прикончишь жертву в узких коридорах каменного здания рикошетом. А автоматы они в кабинетах, видимо, не держали, рассчитывая, что безопасность обеспечит охрана в фойе.
Все же вскоре уцелевшие офицеры собрались с духом, и стали объединяться в группы. И мое везение на этом закончилось.
Получив две пули – в правое плечо и левое бедро, я рухнул на пол, и, выдернув чеку из последней гранаты, лег на нее животом. Уцелевшие эсэсовцы очень обрадовались победе над неизвестным противником, и тут же меня перевернули, чтобы со мной познакомиться. Граната любезно взорвалась, раскидывая их в стороны.
А я оказался над океаном.
Приятно, когда тебя хвалят. Да, меня бестелесный организатор, общавшийся голосом в своей океанской штаб-квартире, именно хвалил. Сказал, что особый шик был в том, что еврей уничтожил расовое управление СС почти в полном составе прямо во время заседания по выработке рекомендаций для фюрера по окончательному решению еврейского вопроса в Европе. Видать, одна из гранат попала в нужный кабинет. Правда, была и ложка дегтя – он сказал, что лидерские способности я никак не проявил. Поэтому, исходя из профиля моих действий, он дает мне класс камикадзе, и отправляет в соответствующую фракцию. Камикадзе – так камикадзе, после разберемся!
Получил и достижение «Свой среди чужих». В точном соответствии с названием, оно давало мне возможность вызывать меньше подозрений, оказавшись среди чужих.
Мое возвращение из виртуальной реальности вызвало у членов нашей команды полный аншлаг. Всем хотелось узнать, каково это – попасть в виртуальность. Особо насел на меня Сашка, глаза которого просто горели от восторга, когда он слушал мой рассказ. Пришлось выслушать множество вопросов от малого «а воздух там какой?», «А только голос был слышен, или что-то все же было видно?», «А все взаправдашно как настоящее?» и т. д. В итоге его заткнули всем коллективом, велев больше не вмешиваться и дать мне, наконец, все рассказать. И рассказ мой вызвал такой пристальный интерес, что я ощущал себя буквально центром вселенной для собравшихся.
Петька, как узнал, где именно я проходил свой «калибровочный тест», аж весь обзавидовался. Сказал, что это просто мечта иметь возможность грохнуть эсэсовцев, не задание, а сказка. Я сказал, что про грохнуть эсэсовцев таки это правда, вещь очень приятная, но дожить до этого этапа тоже надо суметь. И разжиться оружием мне тоже было непросто, помог случай. Поладили на том, что у него ещё будет шанс попасть в желанное для него место на его калибровочном тесте.
Несмотря на все капризы в выборе машины, таки все же пришлось брать тот самый старый грузовик, который попался нам вначале. Ничего более приличного нам на глаза с ключами в замке зажигания не попалось. Смирившись со своей участью, капризные члены команды загрузились внутрь. И мы поехали на выход из города.
Проехали буквально полкилометра, все ближе приближаясь к окраине города, как Петька хлопнул меня по плечу, сказав:
– Глянь, там новенький городской автобус. Я его, когда ещё сюда ехали, приметил. Дверь распахнута, ключи вполне могут быть на месте. Давай проверим!
И действительно, наполовину выехавший из арки большого здания автобус стоял к нам носом, светя распахнутой дверью.
– Все не сдаёшься в поиске комфорта на рабочем месте! – усмехнулся я, притормаживая рядом, – ладно, пошли.
Выходить, конечно, снова пришлось всем. Мы с Петькой не тупые, разгуливать вдвоем по городу, полному монстров. Но, узнав о причине незапланированной остановки, «пассажиры» обрадовались. Тут же стали жаловаться, что трясет сзади неимоверно, и пересесть в городской автобус – хорошая идея.
Ну да, рыдван нам попался ещё тот. За баранкой сидеть тоже было не очень удобно. Кто проектировал этот грузовик, и почему к этой работе допустили явного садиста, я понять не мог.
Запущенный квадрокоптер не показал монстров на открытой местности в ближайших трех сотнях метров. Двинулись к автобусу.
Когда мы с Петькой поднялись в открытую дверь, стало понятно, почему автобус стоит в таком необычном месте. Пару боковых стекол было выбито, и рядом с рулём лицом вниз лежал мужик с задранной рубашкой. А на его спине красовались характерные блеклые вздутия.
– Значит, скат проник в салон, и убил водителя, – сказал Петька глубокомысленно, – вот интересно, он сам окна выбил, или это до него произошло? Потому как если они еще и окна выбивать умеют, то это вообще туши свет какие опасные монстры!
Мне тоже идея о том, что скат оказался способен выбить стекло в автобусе, совсем не понравилась. Они попрочнее будут оконных стекол. Этак и спать будут страшно ложиться на нашей базе.
Я позвал Сашку, чтобы он выжег плазменным излучателем кладку ската. Пацан отнёсся к задаче совершенно невозмутимо – навидался столько трупов, что на новые уже не реагирует.
Более неприятным моментом было отсутствие ключей. Обыскали труп – не нашли. Уже было совсем расстроились, как догадались посмотреть по разным уголкам. Связка нашлась на последней ступеньке у самой двери, видимо, водитель выронил ее, когда убегал.
Вставил ключ, провернул, зажглась панель управления. Порядок! Проверил топливо – две трети бака.
– Так, давай осмотрим салон на всякий случай на наличие монстров, потом вытащим труп на улицу, и можно ехать, – сказал я.
Монстров в салоне не оказалось, и вскоре мы погрузились в автобус и продолжили путь на базу.
Возобновив движение, мы покинули опустевшее огромное здание, направившись к стоянке, на которой я разжился пожарной машиной. Сэнсэй все же решил взять себе такую же, признав очевидные удобства подобного средства передвижения.
Выбрав из двух оставшихся машин самую, на мой взгляд, лучшую, вынужденно озаботились и топливом. Бак был полон всего на половину. Машина жрала бензин не очень чтобы, все же германского производства, а немцы всегда умели экономить, но каждые четыре сотни километров ее все же нужно заправлять. Бензовоз нашли быстро, четыре машины характерной приплюснутой формы углядели с квадрокоптера на отдельной площадке за зданием в трех сотнях метрах. Пришлось взломать шлагбаум, и после этого начали уже выбирать среди бензовозов.
Затем озадачились логичным вопросом – базы у нас две, так что, брать два бензовоза? По одному на базу?
– Семен, у нас в ворота в заборе такие большие машины не пройдут, а перед базой есть место либо для пожарной машины, либо для заправщика, обе не влезут, – сказал сэнсэй, – может быть, возьмем один бензовоз, и оставим у вас на базе, за бетонным забором? А мы будем приезжать к вам заправляться?
– Конечно, сэнсэй! – согласился я, – у нас полно места, пристроим недалеко от ворот.
Уладив этот вопрос, поехали назад уже на пяти машинах – сэнсэй решил не бросать свои легковые машины, решив, что дополнительные колеса в нынешней ситуации лишними не будут. Тем более легковые тачки можно загнать в подземный гараж под коттеджем до поры до времени.
Решили все вместе ехать сейчас на нашу базу, обсудить вопросы дальнейшего сотрудничества. До базы добрались без приключений, ни одного монстра по дороге не попалось. Видимо, они продолжали терроризировать население в городах.
Я удивился, увидев, что охранять базу оставили Елену, Петькину бабушку, и деда Сергея – Трофима. Когда уезжали, на посту были Тамара и Степан. Но бдили старики как следует, издалека засекли наше приближение, и встретили нас при оружии в руках.
Они рассказали, что Сергей приезжал вскоре после нашего отъезда, забрал Тамару и Степана, оставив их на хозяйстве. Во время рассказа из здания выбежал какой-то пацан. Оказалось, что он чудом выжил при падении самолета, потерял при катастрофе мать, и зовут его Кирилл. Пацан все еще был явно в шоке, почти не говорил, и мы его особо не тормошили – пусть потихоньку приходит в себя. Авось поможет и то, что на привезенных японцами собак он внимание обратил, и начал с ними активно играть. Бигли деликатно воспринимали заигрывания, и даже бегали за брошенными палками.
За разговором услышали шум мотора. Удивились, увидев, что к нам приближается обычный городской автобус, даже с номером маршрута – 7 – на лобовом стекле. Главное, что за рулем сидел Серега, по которому я уже успел изрядно соскучиться. Пусть тут прошла всего минута, но я-то в игре был с полгода! А лучшие друзья не для того существуют, чтобы делать с ними такие длинные перерывы в общении.
Открыли ворота, обнял его, когда он вылез из машины, чему Серега немало удивился. Обнял и Петьку, тоже засмущавшегося.
– Блин, парни, когда утром уезжал, понятия не имел, что так соскучусь! – попытался объяснить я свое поведение, – но я с тех пор попал в игру, провел полгода в предгорьях Скалистых гор. Как вас там не хватало! Какой воздух, какая охота, и все в одиночку!
– А Серега у нас тоже попал в игру! – сказал Петька, – мочил нацистов в Германии!
– Надо же, и какой класс у тебя теперь? – спросил я.
– Камикадзе, представь себе! – сказал довольно Серега.
– А я вот паладин! – ответил я, – и к тому же успел побыть несколько минут диверсантом.
За следующие пять минут мы сжато обменялись новостями. Приключения отряда Сереги, надо сказать, меня потрясли. Открыли два новых вида монстров, да еще и портал в другой мир!
– Пойдем, познакомлю вас с нашими новыми союзниками, да и расскажешь им про этот портал и огромного монстра! – сказал, наконец, я, и потащил друзей к сэнсэю.
Когда представлял их японцам, Дмитрию и олигарху с его телохранителями, обратил внимание, какое впечатление на моих друзей произвела Ю-тян. Челюсти у обоих отпали, когда они ее увидели. Ну да, девчонка-то один в один, словно вылезла из экрана телевизора из какого японского комикса – няшная, глазастая, фигуристая, да еще и увешана холодным оружием. Сделал себе зарубку на память – поговорить с обоими, что это моя девушка. Во избежание недоразумений в будущем.
Сказал сэнсэю, что у Сереги интересная информация, и предложил всем пройти внутрь, в столовую, присесть на нормальные стулья и там уже пообщаться. А то многие из нашего отряда были в достаточно преклонном возрасте, и не очень удобно заставлять их стоять во дворе базы.
Расселись вокруг сдвинутых столов, быстренько накидали всякой снеди и запивки на них, и я дал слово Сереге. Тот терпеливо повторил свой рассказ про туннель и обнаруженный в нем портал. Затем взял слово я.
– Думаю, многие сейчас думают о том же, что и я. Нам важно как можно быстрее подключить к виртуальной игре как можно больше членов наших отрядов. Это дополнительные возможности по прокачке, и потенциальная возможность в будущем подключать к решению наших проблем могущественные фракции, членами которых можно стать после выполнения вступительного задания. Но пока что дело идет со скрипом. Огромный монстр, которого обнаружил отряд Сергея – это великолепная возможность быстрой прокачки и подключения к игре практически всех членов нашего отряда. За убийство такого должны дать огромное количество опыта. А если не хватит, то есть еще портал в другой мир, и мы можем устроить туда экспедицию в поисках других огромных монстров, чтобы уж точно всем опыта хватило.
Замолчал, оглядел всех. Несогласных лиц не увидел. Значит, сказанное мной воспринимается положительно. А мордашка Ю-тян вообще светилась гордостью за меня, всего такого из себя лидера. Как меня воодушевил ее взгляд! Придется попросить Серегу на время разрешить поиграть мне в главного, чтобы не разочаровать мою японскую няшку. Учитывая, что он сам к лидерству особо не рвется, вряд ли моя просьба его расстроит.
– Предлагаю осуществить эту миссию слаженной работой обоих наших отрядов! – сказал я, – в особенности это важно, если мы решимся на поход в другой мир. Думаю, там ни одного лишнего воина, готового сражаться, у нас не будет, каждый пригодится!
– Я согласен с Семеном! – негромко, но очень веско сказал сэнсэй, – две эти операции – убийство огромного монстра и поход в другой мир – могут потребовать приложения всех наших сил. Но и результат того стоит. Участие в этих миссиях считаю делом чести для нашего отряда.
– А кто будет руководить охотой на монстра и походом в другой мир? – спросил олигарх. Так-то он сидел тихонько, а тут вот почему-то решил проявить себя.
Я посмотрел на Серегу. Тот мотнул головой – мол, сам выкручивайся, как знаешь.
– Я с радостью предлагаю встать во главе этих операций нашему сэнсэю, – вежливо сказал я.
– Не стоит лишний раз тревожить старика, – усмехнулся сэнсэй, – я имел возможность понаблюдать за работой Семена, и меня все устраивает в его лидерстве. Если посчитаю нужным что подсказать, я молчать не буду.
– Хорошо, тогда осталось продумать стратегию, – сказал я. Лидерство я обрел, перед девушкой покрасуюсь, распустив, как павлин крылья. Но я также прекрасно понимал, что теперь каждый погибший будет именно на моей совести. Главная причина, по которой мы с Серегой раньше особо командовать не рвались, просто занимались этим по необходимости. Других-то желающих не наблюдалось!
– Да, по этой части есть вопросы, – начал излагать свои соображения Серега, – мы обсуждали прямо на месте, что неплохо было бы убить монстра, не спускаясь вниз. Захар подал идею дождаться, когда тварь появится внизу, и обрушить на нее бензовоз с горючкой, а потом поджечь его, чтобы рвануло. Я, признаться, когда увидел, что вы как раз такой бензовоз к нам на базу пригнали, даже начал думать, что ты, Семен, обрел способность улавливать мои мысли телепатически, и уже начал работать в нужном направлении.
В зале раздались смешки.
– Не, этот бензовоз я не отдам, – решил прокомментировать слова Сереги я, – он нам самим нужен. Но я знаю, где такие есть еще.
Серега кивнул, и продолжил:
– Так вот, в чем проблема. Если мы будем убивать монстра этим способом, то вот хороший вопрос – а выдержит ли туннель взрыв бензовоза? Допустим, все у нас получится, и тварь издохнет от взрыва. А потом, как положено, испарится, оставив нам вместо себя трофеи. Но можно ли будет потом пользоваться этим туннелем? Проложен он просто в сырой земле, удерживается, вполне возможно, на честном слове. Я не знаю, способна ли эта тварь уплотнять грунт, хотя это тоже может быть. Слизь, возможно, служит в качестве клея, но, может, она просто выделяется монстром, чтобы было легче скользить по туннелю, это мы вряд ли узнаем. Но что я точно видел, так это как при передвижении монстра на него обрушился огромный кусок туннеля от сотрясения. То есть, просто от того, что прополз по туннелю. Правда, он эти две тонны и не заметил.
– Хороший вопрос! – сказал я, – давайте над ним подумаем. Есть ли какие идеи?
Минута прошла в тишине. А потом поднял руку Захар.
– Да, я слушаю! – сказал я.
– Кто нам мешает проследить направление туннеля, и сделать в него подкоп метров за двести от взрыва, между тем местом, в которое мы сами провалились на машинах, и этим входом в другой мир, который вы называете порталом? – спросил старик, – мыслю, что это будет достаточно далеко от места взрыва, и в этой части туннель будет достаточно прочным.
Я посмотрел на Серегу, потом на сэнсэя. Оба кивнули.
– Дельная мысль! – согласился и я, – как первый вариант годится. Есть еще идеи?
Других толковых идей не оказалось. Только Сашка было заикнулся о том, чтобы сходить сначала в другой мир, а потом уже устроить охоту на монстра в туннеле, когда заботиться о его прочности уже не будет нужды, но никому не понравилась идея спускаться в туннель, не убив предварительно огромного монстра, который его проложил. Чревато большими неприятностями. А предложение деда выглядело совершенно разумным. В большом городе не проблема на ближайшей стройке добыть эскаватор, и выкопать им нужную яму. А если на шум сбегутся местные монстры, так еще и трофеями дополнительными разживемся. Такой оравой мы со всеми должны справиться.
– Есть еще важный вопрос, – сказал Сатору, когда окончательно решили, что поступим именно так, как предложил Захар, – нам нужна устойчивая связь между нашими группами. Ю-тян, детка, ты смотрела на рынке, что там есть полезного на эту тему?
– Да, сэнсэй, – послушно ответила девушка, – есть такие, стоят очень дешево. По два элемента за комплект на двоих пользователей.
– Тогда выставляй заявку на них прямо сейчас, – распорядился сэнсэй, будем надеяться, что до завтра мы их получим, и у нас будет связь для координации наших действий в будущем.
Еще полчаса мы посвятили обсуждению различных полезных артефактов, которые мы уже добыли или которые стоило приобрести на рынке, чтобы как следует подготовиться к предстоящей охоте и походу в другой мир. Обсуждение несколько скомкали, потому что начало темнеть, и нашим союзникам стоило вернуться домой до наступления полной темноты. Лесные дороги сами по себе не подарок, да еще и не стоило думать, что все монстры надолго засядут в городах. Тем более, что со всеми из них мы еще не познакомились, и на какие каверзы могут оказаться способны новые монстры, никто не знает.
Когда провожал Ю-тян до пожарной машины, очень хотелось чмокнуть ее в щечку. Но сделать это на глазах сэнсэя и ее родителей так и не решился. Пришлось ограничиться вежливым рукопожатием. Хотя и задержал ее ладошку в своей руке явно больше положенного этикетом, при полном непротивлении с ее стороны.
Что меня обнадежило, дав понять, что наши с ней отношения развиваются неплохо, так это взгляд, который Ю-тян, садясь в машину, бросила на девушку, которую мы спасли возле завода от триффидов. Та с тех пор старалась находиться поближе ко мне, и взгляд Ю-тян был, мягко говоря, недружелюбным.
Когда проводили японцев, друзья обступили меня.
– Ну что, Семен, это любовь всей жизни, да? – спросил меня Серега, нахально лыбясь.
– Вы катанами обменялись с японкой вместо обручальных колец, что ли? – не остался в стороне и Петька.
Закончив с необходимым в любой мужской компании троллингом, присели на лавке во дворе, и более обстоятельно обсудили все, что с нами произошло за этот длинный тяжёлый день. Впечатлений было масса, как и идей, как теперь нужно развиваться. Ребята особенно впечатлились тому, что японцев сегодня вызвали защищать их фракцию. Петька сидел грустный – в виртуальную игру он так еще и не попал, и это его тяготило. Мы постарались его утешить тем, что, когда завалим огромного монстра, он туда обязательно попадет.
Расспросил заодно Серегу, что за новая девочка-подросток с ним приехала из города. Тот рассказал про ее эпический прыжок из окна, чуть не вызвавший остановку сердца у всех, кто за ним наблюдал, и про то, как помогло ей спастись приземление на тушу монстра. А также о том, что девчонка потихоньку оттаяла, и уже даже рассказала, как ей удалось спастись от монстров при их первом нападении на дом, когда они поубивали всех остальных жителей подъезда, и ее собственных бабушку и дедушку. В квартире громко играла музыка, поскольку старики были глуховаты, и они не услышали, что в подъезде творится что-то неладное, пока не стало слишком поздно. Когда в дверь их квартиры вломились, девочка как раз купалась в ванне с пеной, и нырнула с головой в нее, надолго задержав дыхание, когда монстры сломали дверь в ванную комнату. А потом потихоньку вынырнула, и долго еще слушала страшные крики вокруг, пока, наконец, они не стихли. Потом, когда вода совсем остыла, наконец решилась вылезти из ванны, затаилась в гостиной, и стала ждать, когда появится кто-нибудь, кто сможет ее спасти. Душераздирающая история, если учесть, что эти часы она провела рядом с разодранными монстрами телами своих бабушки и дедушки.
Чтобы лучше подготовиться к грядущей вылазке, мы с Серегой решили сравнить и изучить наши классы, чтобы знать, на что мы можем рассчитывать при необходимости. Вначале я зачитал все то, что было написано про мой класс, потом попросил Серегу сделать то же самое. Друг не стал упрямиться:
А потом добавил эмоционально:
– Ой! Я со всеми эти обязанностями по руководству и кручению баранки и не заметил, что мне тут привалило приглашение во фракцию камикадзе!
– Ну так соглашайся скорее, а то будет какой ивент с раздачей призов, как у японцев был недавно, а ты его пропустишь! – посоветовал я.
– Понять бы еще, чем мне там нужно будет заниматься, – проворчал Серега, – из приглашения вот ни хрена не понятно!
– Ха, думаешь у меня было иначе? – ответил я ему, – главное, что понятно, так это что не надо соглашаться на приглашение во фракцию проститутов, если таковое вдруг пришлют, чтобы не пришлось потом жопой по разным темным углам галактики приторговывать по заданию руководства. Так сказать, очком набирать очки в такой вот фракции.
– Грубо-то как! – сказал Серега, но при этом улыбнулся.
– Вы уж простите нас, барин, если вдруг от неожиданности у вас серебряная ложка, с которой вы родились, изо рта выпала! – с суровым видом ответил я, и пояснил, – это ж вы с Петькой, студенты, интеллигенция, а нам, рабочему классу, положено попроще выражаться, не щадя ваших деликатных чувств!
– Да, в нашем цирке не соскучишься! – ухмыльнулся Петька, – что-то, Семен у тебя с чувством юмора получше стало. Дай угадаю – эти полгода в Америке ты вспоминал от скуки репризы Задорнова про американцев и пытался придумать что свое?
– Нет, вообще-то, – честно ответил я, – но болтал с ковбоями много. А на ранчо от скуки как только языками не чешут! А подколок сколько – даже и не представить! Я раньше и вообразить не мог, какое богатое может быть воображение у людей, которые вынуждены слишком много общаться с коровами!
– У виртуальных персонажей, ты имеешь в виду? – попытался уточнить Петька, – ты же проходил задание, общаясь с виртуальными персонажами?
Сразу отвечать я не стал. Вначале подумал.
– Знаешь, дружище, – задумчиво сказал я, – вот и не могу я сказать, что имел дело с виртуальными персонажами. Не могу – и все тут! Пару часов общения с любым из них – и ты напрочь забываешь, что ты в вирте. Такие же люди, как и ты сам – с проблемами, недостатками, самомнением, желаниями. Как будто на самом деле находишься среди абсолютно реальных людей. И я больше скажу. По всем ребятам, с которыми я там сдружился, я сейчас реально скучаю. Кажется все время, что поверну сейчас голову, а там Питер стоит, терпеливо ждет, когда я соберусь, и мы пойдем охотиться, чтобы добыть мяса в котел ребятам на ранчо. А уж как я жалею по готовке жены Альфреда! Таких вкусных яблочных пирогов, что она стряпала, я уже нигде не найду!
– А знаешь, я с тобой полностью соглашусь, – кивнул Серега, – не выглядела нацистская Германия, как сконструированный персонально для меня виртуальный полигон. Думаю, тому может быть простое объяснение, хотя оно и пугает. А что, если нас закидывают в настоящие ситуации из прошлого?
– Ты имеешь в виду, что у них там машина времени под рукой, и тебя реально зафигачили в нацистскую Германию? – ахнул Петька, – загнали в тело настоящего еврея, который чудом там выжил, не попав в концлагерь, и, дав тебе задание, заставили его геройски покончить самоубийством, грохнув больше дюжины высокопоставленных эсэсовцев?
Я открыл было рот, чтобы тоже высказаться, но Серега успел заговорить первым:
– Так думать мне было бы чертовски неприятно. И я очень надеюсь, что это не так. Эсэсовцев, что я убил, мне совсем не жаль, особенно будь они настоящими, но ясно, что делать все это, заняв тело пытающегося выжить человека, оказавшего в тяжелейшей ситуации, и обрекая его на смерть, было бы очень нехорошо. Можно сколько угодно оправдываться тем, что то, что я сделал, это заветная мечта о мести для любого еврея, оказавшегося в такой ситуации, но это должен был быть его выбор, а не мой.
– Ну, тут я думаю, что все же ты не прав, – покачал головой я, – допустим, вы с Петькой угадали, и это реально машина времени. Тебе не кажется, что нам давали задания, которые помогают восстановить нарушенную справедливость? Я, став ковбоем, мстил банде за грабежи и убийство, и мне совсем не жаль тех убийц, будь они даже настоящими людьми не из вирта. Ты – зачетно расплатился с гитлеровцами, которые зверски уничтожили миллионы и наших с тобой предков, не только же евреев. Они просто с них начали. Я, конечно, тоже предпочел бы оказаться на твоем месте, тут вопросов нет, у меня с войны два прадеда не вернулись. Что и говорить, задание тебе дали просто царское, а мне вот пришлось удовлетвориться скальпами обычных американских бандитов.
– Ну, такая мысль немного утешает, – пробурчал Серега, – если нужно восстановить справедливость, то мы это, всегда готовы! А если сам не справлюсь, то позову паладина в сияющих доспехах. Он у меня случайно в друзьях оказался, а так раньше он шофёрил, картины рисовал и его просто Семеном звали.
Почти сам поверив в то, что все так и есть, и нас действительно закидывали в реальные исторические ситуации в тела других людей, я вдруг вспомнил, что мне рассказал Сатору, когда вернулся после своего задания в игре.
– Так, новая инфа, мужики! – я покачал головой, – сорян за проявленную забывчивость. Один из японцев, Сатору, отец Ю-тян …
Серега тут же меня прервал, сказав:
– Ах, Ю-тян, ну да, конечно!
А Петька сделал вид, что семенит на каблуках, и мелко-мелко закивал головой.
– Так, угомонились, уроды озабоченные, совсем с мысли сбили! – рявкнул я, – так вот, Сатору попал в Японию, до которой татаро-монголы благополучно доплыли, и почти все там захватили. А на деле же они утонули, ты же сам как-то рассказывал, Петька! То есть, в реальной истории этого же не было?
Петька ненадолго подвис, затем все же заговорил:
– Ну да, большая часть утонула, сражений на островах почти и не было. Значит, все же, мне, когда я попаду в игру, можно не беспокоиться – я буду действительно, если такое будет задание, убивать не реальных людей, а просто вирт-персонажей?
– Ну, это тоже не факт, – покачал головой Серега, – а что, если в некоторых случаях закидывают не в нашу, а в параллельные вселенные? Где история пошла несколько не так, как в нашей? А в остальном – все достаточно схоже.
– Ладно, пацаны, тема интересная, конечно, но у нас есть много более важных занятий, чем рассуждать об истории, тем более параллельной! – покачав головой, попытался повернуть нашу беседу в более полезное русло я.
– Обалдеть! – покачал головой Петька, – и ведь ты прав! Спроси меня кто пару недель назад, что я буду делать вечерком в первый день глобального апокалипсиса, вот что я точно бы не смог сказать, так это что буду заниматься привычным делом! Рассуждать об истории и исторической справедливости в хорошей компании, как будто безмятежно сижу в аудитории истфака!
– Ок, ок, это мы выяснили! – нетерпеливо сказал я, – блин, что мы вообще обсуждали важного, прежде чем скатились в эту параллельно-историческую дискуссию? Ага, особенности класса Сереги. Так ты вступил в свою фракцию?
– Да конечно, сразу, как ты и сказал, что это стоит сделать, – ответил Серега.
– Ну, давай тогда посмотрим еще раз, чем наши классы полезны для нашей компании, – принялся рассуждать я, – с моим классом все понятно, если делаю добрые дела, то у меня возрастают защита и регенерация, что для группы полезно. Ну и призы получше выпадают. Что касается твоих бонусов, Серега, то уж очень они специфические. Для виртуальной игры – самое то, самоубивайся, унося в могилу врагов, и будут тебе ништяки неописуемые. Но, блин, ты смотри, чтобы тебе это боком не вышло в нашей скорбной земной жизни, где круга воскрешения не предусмотрено. Тут тебе не там, угробишься, как привыкнешь это делать в вирте, и все, хана.
– А ведь тема на самом деле опасная, – поддержал меня и Петька, – стиль игры же вырабатывается. А это важно, часто же надо действовать практически на интуиции, и нет даже доли секунды на принятие решения. Так что имей это в будущем в игре, не самоубивайся там слишком часто. Чтобы потом на автомате тут не погибнуть.
Серега не стал высмеивать нас за опасения, как мог бы кто поглупее, да позадорнее на его месте. Только задумчиво кивнул, соглашаясь.
– Получается, что из полезных на Земле вещей у твоего класса только повышенные реген и ловкость, – резюмировал я, – ну, и еще то, что ты, самоубиваясь в игре, сможешь быстрее развиваться, и разживаться неплохими трофеями. Будешь в результате сильным членом отряда.
– Возвращаясь к вопросу о членстве во фракции, – улыбнулся Серега, – расскажи-ка нам еще раз, что там японцы делали сегодня для своей фракции? А то в кратком пересказе я не все нюансы понял. Говоришь, защищали ее от вторгшихся конкурентов?
Еще двадцать минут мы убили на мой пересказ и оценку того, каким образом сможем в дальнейшем развиваться во фракциях. Тема быстро иссякла, потому что инфы было слишком мало.
– Послушайте, понял сейчас одну вещь, прокрутив еще раз описание своего класса, – вдруг сказал Серега, – получается, что при гибели в виртуальной игре можно утратить вещь! Только камикадзе от этого защищен в силу особенностей своего класса!
– Ага, инфа важная, – согласился я, – не во всех играх так. Нужно будет прикидывать, какие вещи берешь с собой, когда идешь играть, чтобы не потерять что-нибудь действительно важное. Но ладно, это все в будущем, до него еще дожить надо. Давай лучше определимся, все ли у нас есть, чтобы идти завтра на этого монстра, и в этот туннель. Способ убийства, предложенный Захаром, мне нравится – без особых затей, может сработать. А вот все ли у нас есть, что нам может пригодиться в походе в другой мир? Скажем, по связи, сэнсэй молодец, озаботился, будем надеяться, завтра она у нас будет. Это означает, что при необходимости можно будет разбиваться на два отряда, не теряясь. Что еще нужно с собой брать?
– Мощные фонари на каждого, однозначно, – сказал Серега, – запас продуктов дня на три минимум. Мало ли местная пища нам не прокатит. Воды литра по четыре, минимум, и приказать пить только по распоряжению. А не то некоторые выхлебают все за полдня, и потом с ними остальным придется делиться. Был у меня как-то случай в походе…
– Пацаны, пацаны, не тот у нас еще возраст, чтобы походы вспоминать, – прервал я его, – все, что раньше сказал, по делу. Может, еще какие спальники взять?
– У нас столько не будет, – покачал головой Петька, – и на половину того народа, что набрался, не хватит.
– Так есть же полно магазинов в городе, кто мешает заняться шопингом перед походом, – напомнил я, – думаю, владельцы магазинов будут не против.
– Все аккумуляторы к квадрокоптерам надо зарядить, – сказал Серега, – такого долгого похода у нас еще не было, а они максимум полчаса работают. Похоже, нам еще нужны с собой переносные аккумуляторы, чтобы перезаряжать их по мере опустошения запасов.
– Те, что для зарядки телефонов и планшетов с собой раньше таскали, подойдут для этого дела? – спросил я.
– Да, подойдут, я уже уточнял, – кивнул Петька.
– Значит, пусти клич по народу, пусть все, у кого они есть, тащат их в столовку. Тут же нужно ставить их на зарядку. Побольше таких же мы можем найти завтра в городе, но, если электричество сдохнет, что меня совсем не удивит, где мы там их зарядим?
– Верно, – согласился Петька, – хорошо хоть, что оружие у нас не нуждается в боеприпасах, само их восстанавливает.
– Это да, но у нас еще не все с инопланетным ходят, значит, надо сказать тем, кто с охотничьим, чтобы не забыли прихватить боеприпасы, – сказал я.
– Все с матчастью, или еще про что забыли? – спросил Серега.
– Ну, медкомплекс переносной с собой взять не забыть. Хорошо, что есть, можно хоть всякие лекарства с собой не таскать! – радостно сказал Петька.
– Тут ты неправ, – покачал головой Серега, – прибор один, раненых может быть несколько. Вспомни хоть, как у нас сегодня было с Кириллом и его матерью! Но что напомнил – хорошо. Я сам тогда подберу пару комплектов, один будет у меня, второй дадим кому перед выходом, кто меньше нагружен будет.
– Ситуация с медпомощью будет получше, – сказал я, – у японцев на лекарское дело сэнсэй неплохо прокачан. И Ю-тян начальный навык лечебный взяла, надо иметь про запас несколько конфигураторов на прокачку навыка. Если будет много раненых, быстро ей лечение прокачаем, и будет у нас три источника врачебной помощи.
– Други мои! – трагически закатил глаза Петька, – если буду ранен я тяжело, немедленно прокачивайте Ю-тян! Только в ее нежных руках я и смогу ожить!
– Не накаркай, балбес! – строго сказал Серега, не проявив готовность рассматривать его пантомиму как шутку, – мы тебя уже откачивали с Семеном один раз, и нам все это совсем не понравилось.
– Ладно, ладно, не понимаете вы шуток, и черт с вами! – пошел на попятную Петька, заметив, что и моя физиономия отнюдь не блещет восторгом.
– Из несвязанного с матчастью похода – заряды на волю, – вернулся к обсуждению Серега, – нам их по-прежнему не хватает, чтобы всем прокачать эту характеристику. На рынок в данный момент выставлено три десятка заявок, обмен идет неплохо, видимо, большинство народу не въехало, как и мы вначале, в чем польза прокаченной воли. Но, блин, только за сегодняшний день мы приросли на трех человек, которым тоже нужно этот параметр прокачивать!
– Что поделать, не могли же мы их бросить, – пожал плечами я, – или вы против, что я эту девушку сегодня привез, Вику?
– Не, я никогда не был против рослых фигуристых блондинок! – усмехнулся Серега.
– Ну, закончим с делами, покажи ей, как тут все устроено, да подружись, – предложил я, – а то она все за мной как хвост ходит, а для нее это плохо может закончиться. Устроит ей Ю-тян харакири, и не будет у нас больше в отряде фигуристых блондинок.
– Да уж, твоя малышка со всем ее острозаточенным шмотом выглядит очень опасной! – усмехнулся Петька.
– Ну да! – согласился я, – и не только, выглядит, поверь! Ее же сэнсэй учил несколько лет, а это убийца, каких поискать! Да и сам я видел, как она ловко зомби и скатов на колбасу пластует. Невозможно не влюбиться! Так что, Серега, переориентируешь блонду на себя?
– Только ради тебя, друг, только ради тебя! – закатил глаза тот, – но будешь должен!
– Не парься, Семен, зачем тебе быть ему должным! – мягко сказал Петька, – давай уж я ей займусь! Ничего ты не будешь мне должен за эту бескорыстную дружескую помощь!
– Вот, видел, Серега, как поступают настоящие друзья! – обличительно уставил я на него палец, – Петька, забирай! Правда, она малец тебя повыше ростом будет, ну когда это мешало настоящему счастью!
– Но, но! – выставил ладони вперед Серега, – беру свои слова обратно, за помощь с девушкой ты мне ничего не будешь должен! А хочешь, я тебе даже подарю что?
Нашу смешливую перепалку прервал только Захар, выскочивший к нам из дома:
– Парни, там мальчонка этот, Кирилл, таблеток каких-то наглотался!
К счастью, бдительные старушки засекли, что пацан лежит на кровати в неестественной позе днем, и встревожились. А увидев рядом с кроватью опустошенный пузырек с крышкой, тут же позвали нас.
Пацан лежал весь синий, и практически не дышал. Переносной медкомплекс был у Сереги с собой, так что он, чтобы не терять времени на перенос пацана в стационарный медкомплекс на первый этаж, тут же разорвал на нем рубашку, да так, что пуговицы брызнули в стороны, и приложил машинку к нему. Приборчик ожил, и приступил к диагностике. Секунд пятнадцать мы томились рядом, не зная, успели или нет. Наконец, машинка выдала вердикт:
– Критическая интоксикация организма. Клиническая смерть. Обнаружены нефротоксины и кардиотоксины. Угнетена функция дыхания. Приступаю к реанимационным мерам.
– Вовремя мы успели, – сразу успокоился Серега, – даже внутренние органы не успели повредиться. Хотя медкомплекс и с этим бы справился.
Ну, раз Серега расслабился, то и мы с Петькой приободрились. И стали ободрять и встревоженно квохтавших вокруг старушек – мол, все будет в порядке, успели!
Еще две минуты, и паренек очухался. Кожа порозовела, открыл глаза. Не сразу сообразил, что происходит, но, скосив глаза на уже знакомый ему приборчик, в тему въехал. Закрыл глаза, и беззвучно заплакал.
– Твою за ногу! – набросился на него Серега, – спасаешь их, откачиваешь, а эти неблагодарные что делают? Используют таблетки в неправильных целях! Какого хрена ты этот пузырек опустошил? Мать умерла? Бывает! Но она же жизнь тебе спасла, сказала тебя лечить, а не ее! Ты теперь в благодарность за спасение должен две жизни прожить, а не одну!
– Боюсь я, – сказал хмурый пацан, глядя на нас исподлобья, – звери эти страшные везде! Схватят и будут кишки по одной вырывать! Подумал, что уж лучше так, тихо и спокойно! И не надо больше бояться!
– Ну не мудак ли ты! – вступил в разговор и Петька, – волков бояться – в лес не ходить! Ты что, вообще в игры не играл раньше? Да, монстры есть, но мы тебе дадим оружие, чтобы их убивать! И будем тебя защищать, пока ты не окрепнешь достаточно, чтобы нас уже защищать!
– Хватит, хватит, ишь, насели на паренька! – бросилась к нам Татьяна, оттесняя грудью от кровати, – все, спасибо, спасли, теперь мы уж сами, женским коллективом, им займемся!
Не очень-то мы и жаждали тут оставаться. Каждый кипел возмущением. Скольким людям повезло сохранить жизнь в условиях Армагеддона? Одному из сотни? Одному из пяти сотен? А тут пацан, ради которого его мать умерла, просто и добровольно хочет внести себя в число потерь. Из-за элементарной трусости.
– Мелкий он совсем еще, и избалованный, – вынес общий вердикт Серега, когда мы спустились в столовую, – совсем им, похоже, папка не занимался. Втыкал, небось, без присмотра, сутками напролет в игры в смартфоне, и совсем реальной жизни не видел за окном. Так откуда стойкость возьмётся?
– А сейчас все больше таких, – поддержал его и Петька, – деградация какая-то пошла.
– Может, и вовремя Армагеддон случился, – задумчиво сказал я, – глядишь, без него лет через сорок-пятьдесят человечество просто и вымерло бы.
– Ну да, зачем рожать детей, они же мешают в игры играть, и отдыхать? – согласился Петька, – есть такие теории. Посмотри видео в сети про колонию мышей, которым давали вдоволь еды и убрали всех хищников. Хотя, теперь, конечно, хрен ты посмотришь. Короче, суть такова – стали баловать, рожать перестали, увлеклись гомосексуализмом, и вскоре все умерли.
– Ага, я видел, – поддакнул Серега, – только некоторые из них еще вообще от секса отказались. Но да, вымерли. И сколько эксперимент не ставили, итог был тот же.
– То есть, возможно, этот Армагеддон навязывают всем цивилизациям, которые добрались до определенного уровня? – предположил я, – чтобы, так сказать, взбодрить, и заставить развиваться?
– Ох, думаю не стоит приписывать такие благородные цели этим пришельцам! – не согласился Петька, – скорее, обычное совпадение. Наткнулись на нас просто в этой огромной галактике, и тут же нами и занялись. Да и сложно петь песни про спасение человечества, если учесть все факторы. Вот смотри, перебили почти всех – раз. Дальше – велика вероятность заражения чужеродными генами. Я вот уже, собственно, и не человек, во мне какая-то хрень застряла. А дальше больше – не я один такой буду. И про зомби вот глянь – из людей новую расу, по сути, делают. Какое уж тут спасение человечества!
– А ведь кроме пацана у нас еще сложный случай есть. Бабуся Петькина, с ее ультиматумом, что с базы теперь ни ногой не ступит, и плевать хотела на прокачку, – задумчиво сказал Серега.
– Ну, зато у нас есть теперь постоянная охрана базы, – попытался я найти что-то хорошее в этой ситуации.
– Да ладно, без прокачки сколько она будет хорошей охраной-то? – спросил Серега, – день еще, два? Все же остальные прокачиваются – и люди, что могут напасть на нас, и монстры, которые обязательно нападут.
– Да, знай мы об этом раньше, то надо было бы делать на базе убежище, – покачал головой Петька, – что-нибудь с кучей железобетона и стальной крышкой толщиной с наши ворота на въезде, чтобы можно было, уезжая с базы оставить в нем самых слабых, и иметь шансы найти их живыми после возвращения.
– Вполне возможно, что нам по любому придется что-то такое делать, – вздохнул я, – ты прав, несколько дней, и тех, кто не будет качаться, уже никакое самое лучшее оружие не спасет. Просто не хватит той же реакции, чтобы из него, выстрелив, попасть во врага. Кто знает, Кирилл поедет с нами завтра, или его от кровати будет не оторвать? Если нет, то он у нас с Еленой уже и попадают в эту категорию нуждающихся в убежище.
– Так у нас, в принципе, и стройматериалов до черта еще, и машины эти строительные строители бросили, когда сбежали, – сказал Петька, – может, завтра, когда вернемся из похода, и построить такое убежище? Рассчитать все, обдумать с Борисом, он человек опытный в таких делах, да и заняться?
– Вполне может быть, вполне может быть, – пробормотал я, прикидывая. Мысль действительно казалась дельной. Тем более никогда не знаешь, только ли этим двоим понадобится убежище.
– Ладно, если это на завтра, то завтра после похода и обсудим, – махнул рукой Серега, – так, на чем нас прервали с этим Кириллом? Обсуждали мы стратегию прокачки и что нам нужнее всего на рынке. Пока получается все хаотично. Еще вчера собирались прокачивать фумаролер, плазменный излучатель, снайперку, и щуп, выменять экзоскелет и боевой костюм. Утром, из-за этой паники с триффидами, сняли с рынка все заявки, и стали закупаться зарядами на волю. Теперь хороший вопрос – может, все же погорячились? Вот завтра, к примеру, попадется какой завал, своих сил с ним справится не хватит, а у нас экзоскелета нет помочь его разгрести. Или наткнемся на бронедверь с каким секретом, а у нас щуп не прокачен.
– Хороший вопрос, дружище, напоминай нам про стратегию почаще, а то без нее, действительно, никуда! – одобрил Серегу я, – значит так, в обмене зарядов на волю сейчас есть здравый смысл. Пока большинство считает их мусором, самое время их выменивать на безделушки. Потом, когда просекут поляну, такой возможности у нас уже не будет. Значит, все эти заявки никак снимать нельзя. Но, в то же время, к завтрашнему походу хотелось бы иметь экзоскелет, тут ты прав как никогда. Щуп пока вряд ли настолько уж нужен, у нас столько разного оружия, что его, по идее, пока что на любую дверь хватить должно. Что не возьмет плазменник, на то у нас есть дезинтегратор. Плюс можно всякие комбинации еще и с фризером пробовать. А вот экзоскелет – да, нужен. Мы вообще выменяли хоть сколько элементов на него, пока заявки на обмен стояли? У меня, вроде, точно одна заявка сыграла!
И, порывшись в кармане, я достал оттуда элемент на экзоскелет и конфигуратор на прокачку оборудования.
– Ясно, – сказал Серега, – и у меня с самого начала один был, давно уже выпал. Господа, у нас полный бардак с учетом! Опустошаем карманы, все трофеи на стол!
Спустя несколько секунд мы тупо уставились на три элемента экзоскелета, два конфигуратора на прокачку оборудования и один конфигуратор на прокачку навыков.
– А ведь и надо всего три элемента, чтобы собрать этот экзоскелет, – первым отмер Серега, – ну мы и сказочные дебилы! Интересно, и сколько бы мы таскали еще все эти элементы по отдельности, не подозревая, что у нас уже есть готовый комплект?
Мы с Петькой ничего комментировать не стали. Сказочным дебилом я лично себя не ощущал, виновата просто спешка и неразбериха. Молча собрал все три элемента к экзоскелету на ладонь, и сжал кулак, отдав приказ на сборку. Спустя несколько секунд кулак опустел, и передо мной из воздуха материализовался серый ящик полметра на полметра, бухнувшийся прямо под ноги. Описание гласило:
– Что-то негусто, а? – спросил Петька, – я думал, больше дадут усиления?
– Так это же уровень новичок, и самый простой экзоскелет из всех! – тут же ответил Серега, – там и покруче есть на рынке, до шести элементов. Просто нам такие элементы еще ни разу не выпадали, может, их и нет ни у кого еще.
– Это что получается, сначала он тебя усиливает, а потом его нужно таскать на себе, чтобы он снова быстро подзарядился? – задал вопрос в воздух я.
– Ну, как-то так, – неуверенно ответил Петька, а Серега кивнул. Ну да, они те еще технари.
– Или можно просто оставить его в покое, и он сам подзарядится! – секундой позже более уверенно добавил Петька.
– Ну да, как говорится, любишь кататься, люби и саночки возить! – пробурчал я, оглядывая ящик. Как его одеть-то на себя, этот экзоскелет? Водрузить этот ящик себе на голову и бегать так, что ли?
Перед глазами вспыхнула надпись:
– Желаете установить оборудование?
– Ага! – вслух ответил я на неожиданное предложение.
Мгновение – и ящик исчез, а я почувствовал на себе что-то новое. Серега и Петька от неожиданности отпрыгнули в сторону. Наработали боевые рефлексы, молодцы, быстро реагируют на непонятные ситуации.
– Ни хрена же себе! – сказал Серега, – а ты зачетно в этой штуке выглядишь! Ни дать, ни взять – киборг!
Опустив глаза, увидел, что вдоль рук и ног протянулись из-за спины тонкие, стального цвета пластины. Вспомнил, что на стене в столовке у входа есть зеркало. Направился к нему. Двигался очень шустро и легко, как будто скинул половину своего веса. Повертелся перед зеркалом.
Экзоскелет представлял из себя плоский щит шириной сантиметров двадцать, тянувшийся вдоль всего позвоночника, от которого к рукам и ногам ответвлялись четыре пластины, тянувшиеся до запястий и лодыжек. Через каждые пятнадцать сантиметров они крепились к ногам и рукам специальными браслетами. Вид у меня, был, действительно, довольно футуристичный.
Когда оглядел всего себя, выскочила следующая надпись:
– Возможно использование разных расцветок. Хаки, сталь, белый, серый, черный, коричневый. Какой цвет желаете установить?
– Хаки! – сказал я, и тут же весь агрегат раскрасился в характерный милитари цвет.
– Супер! – сказал Петька, последовавший за мной вместе с Серегой. Откуда-то появился и Сашка, предыдущие минуты занятый попыткой установить контакт со спасенной Серегой девочкой.
– Ух ты! – сказал он, – клёвая штука! Что это? А мне такую можно?
– Это экзоскелет. Мы еще не решили, кто будет его носить, – ответил я.
– Есть два варианта, – немедленно ответил Серега, – дать экзоскелет тому, у кого сила на максимуме, чтобы он стал еще сильнее. Ну, в принципе, как мы с самого начала и планировали. Но возможен и вариант дать его самому слабому, чтобы он меньше уставал и держался с остальными наравне.
– А может, дать его Кириллу, чтобы он меньше боялся? – предложил неожиданно Сашка. Как всегда, он был в курсе последних событий.
– Вот блин, оказывается, есть еще и третий, психотерапевтический вариант! – рассмеялся Серега.
– А идея ведь неплохая, – сказал задумчиво Петька, – давай, действительно, дадим его пока пацану. Если понадобится что тяжелое с дороги убрать, то можно же поменять носителя, верно?
Мы с Серегой переглянулись, и дали добро. Я скомандовал экзоскелету слезть с меня, и он немедленно подчинился, став снова ящиком. Сашка схватил его, и умчался наверх.
– С этим вопросом разобрались неожиданно быстро, – резюмировал Серега, – так, теперь что будем делать с конфигураторами на прокачку? Будем что сейчас прокачивать? Тот же экзоскелет, скажем?
– Оставь лучше пока при себе, – предложил я, – мало ли нам срочно понадобится что еще прокачать, да тот же медкомплекс, если будет особенно тяжелый случай. Давай вот еще – снимем часть заявок на силу воли, и выставим заявки на элементы для боевого костюма. Скажем, штук пять. Надо все же тоже получить и потестить экземпляр. Что за зверь, чем может быть нам полезен?
На том и порешили. Разобравшись с основными вопросами, поужинали, и скомандовали отбой. День у всех сложился исключительно непростой, и не только в физическом плане. А мозгу тоже надо отдыхать. Я, все же, лег последним, использовав безмолвие во дворе для выполнения упражнений с катаной, что дал мне сэнсэй. Двое часовых, бродивших по стене, мне не сильно мешали своим любопытством. Люди взрослые, солидные – совсем не то, что заниматься при Сашке или Наташке.
Утром, едва рассвело, все уже были на ногах. Как вчера и опасались, Елена так и не переменила свою позицию, решительно отказавшись выезжать с базу куда бы то ни было. Времени потратили море, пытаясь ее уговорить, но все впустую. Вручили ей ружье, оставив на охране.
С ней снова пытался остаться дед Сереги, но мы воспротивились, сказав, что ему надо грейдиться. Так что бабка останется на посту одна. На грейд от монстра мы возлагали большие надежды, и не хотели, чтобы кто-то еще остался без опыта из-за упрямства старушки. Попробуй потом раздобудь еще монстра таких же размеров!
Кирилл решил поехать с нами. Сашка оказался природным психотерапевтом, разом решив проблему с его страхами. Щеголяя в экзоскелете цвета хаки, пацан настроился по-боевому. Оставалось надеяться, что этот настрой он сохранит и в реальном бою.
Через час после того, как рассвело, подъехала пожарная машина с людьми сэнсэя. За ней следовала и легковушка – все в пожарку с комфортом не влезли. Пока мужики постарше заправляли машины из цистерны перед выездом, я уселся на скамейку поболтать с Ю-тян.
Прежде всего Ю-тян заботливо прикрепила мне к воротнику какой-то небольшой, но увесистый треугольник.
– Второй такой же у сэнсэя, теперь у вас с ним связь на полсотни километров. Достаточно сказать кодовое слово, и установится связь, пока не скомандуешь отбой, – разъяснила она.
Я потрогал треугольник, вцепившийся намертво в мой воротничок, и спросил:
– А что за кодовое слово?
– Россия-Япония! – важно ответила Ю-тян.
Я улыбнулся. И тут же услышал голос сэнсэя:
– В чем вопрос?
На секунду я растерялся, но потом сказал:
– Проверка связи, учитель! Отбой!
Работает, блин!
– А у нас грандиозные новости! – сразу же начала рассказывать девушка, убедившись, что треугольник надежно закреплен на воротнике, – помнишь, вчера сэнсэй так отличился, защищая фракцию, что вышел на десятый уровень и набрал кучу очков во фракции? Так вот, утром, после завтрака, он вдруг обнаружил, что у него в интерфейсе появилась кнопка входа в игру! Мы только понять не смогли – дали ее за то, что получил десятый уровень, или за то, что вырос его рейтинг во фракции? У нас ни у кого больше нет ни того, ни другого.
Новость, действительно, была сногсшибательной! А то обидно было – все эти вступительные испытания я прошел, а пока не позовут – войти в игру не моги! Может, и у меня после получения десятого уровня появится такая кнопочка?
– И как, сэнсэй зашел в игру? – спросил я.
Ю-тян манула рукой, и заразительно рассмеялась:
– Это же сэнсэй! Он человек обстоятельный, никогда никуда не спешит без надобности! Сказал, что вернемся из похода, тогда он и займется изучением вопроса!
М-да! Я бы вот вряд ли удержался от того, чтобы немедленно по такой кнопочке не кликнуть!
Новостью я поделился с пацанами. Тут же началось обсуждение, долго, впрочем, не затянувшееся. Лишнее время тратить никто не хотел, поэтому, как заправились, так тут же и выехали.
Наша кавалькада растянулась по дороге, на которой, впрочем, только мы и были. Решили, что поедем вначале в аэропорт, возьмем один из заполненных бензовозов. А затем уже вместе с ним поедем в Подольск, охотиться на монстра.
Несмотря на то, что никого и ничего подозрительного видно не было, один из квадрокоптеров все же летел над нами. И предосторожность оказалась не лишней. Вскоре после того, как мы по пашне объехали так и стоявший на дороге брошенный самолет, тетя, сидевшая рядом со мной в кабине, скомандовала:
– Тормози! Впереди явно замаскировавшееся пятно-вамп!
Так и оказалось! Прямо посередине асфальтовой дороги уютно устроился в ожидании жертвы монстр. Попади мы в эту яму колесом, полетела бы наша тачка кувыркаться по пашне.
Монстра быстро спалили, перед оставшейся в асфальте ямой поставили пустую канистру из-под бензина. Кто будет ехать внимательно, заметит и поймет, что тут что-то не так. Ну, а если кто поглупее попытается ее протаранить, а не объехать, и перевернет машину, то ему вряд ли и так удастся выжить в этом сложном мире!
Появление монстра так далеко от населенных пунктов вызвало у нас бурную дискуссию. Случайный ли это монстр, потерявший ориентацию, или в целом монстры, сожрав население городов, начинают расползаться по сторонам в поисках добычи? Но, как сказал Серега, по одному случаю ничего не понять. На этом и успокоились.
На стоянке в аэропорту все было, как сказал Серега, бывший тут последним, без изменений, наш бензовоз нас дождался. Несколько минут, потраченных на поиск ключей, к успеху не привели. Тыкнул щупом – не сработало. То ли он не предназначен для машин, то ли уровень прокачки недостаточен. Но едва о проблеме узнал один из телохранителей олигарха, как вопрос решился на раз – с помощью отвертки и шила он завел машину за полминуты безо всяких ключей. И мы погнали в Подольск.
За пару километров до города на нас спикировали из леса три безумных ската. Услышав предостережение тети, я дал заранее договоренный сигнал, предупреждающий о нападении монстров – два гудка, и все тут же вывалили из остановившихся машин с оружием. Скатов буквально изрешетили ещё на подлете.
– Ну все, – сказал Серега, опуская ствол своего дезинтегратора, – теперь вопрос понятен. Похоже, действительно, еда в городах закончилась, и они начинают рассеиваться по местности.
– Тенденция, однако! – не совсем понятно сказал Петька, и мы, собрав лут, полезли по машинам.
До Подольска монстры нам больше не встречались. Когда въехали в город, тетя квадрокоптером засекла пятерых людей за одним из больших зданий. К нам они не побежали, хотя моторы наших машин не могли не услышать, а мы их тревожить не стали. Нам было чем заняться.
Через десять минут мы уже выехали на нужную улицу, и остановились подальше от провала.
– Так, Наташка, запускай свой коптер над нами, будешь обеспечивать нашу безопасность! – скомандовал я, – тетя, а ты полетай своей машинкой вокруг, поищи какую стройку, на которой можно разжиться эскаватором!
– Ну, теперь займемся приманиванием монстра, – сказал я, когда Наташка и тетя приступили к выполнению моих поручений, – говорите, в прошлый раз он появился, когда в туннель спустились гориллоиды, и поперлись в его сторону? Значит, если это не простое совпадение, туннель он контролирует, и не терпит появления в нем посторонних. А может, как раз рад такому появлению, и спешит к гостям, чтобы их сожрать. Рисковать, спускаясь вниз, не будем.
Я уже успел заглянуть в провал, увидел и расплющенные тачки, едва заметные в окутывающей туннель слизи. Представил с сочувствием, каково там было моим друзьям, и нашим родственникам, в особенности, когда на них ринулся монстр.
– Петька, давай-ка, воплощай своего некропета, и спускай его в туннель, – отдал я следующее распоряжение.
– А что ему там делать? – спросил меня Петька.
– А вели ему тупо биться об стенки туннеля, создавая шум, который может приманить хозяина, – ответил я, и продолжил рассуждать, – так, туннель идет под улицей немного направо. Значит, когда, и, если появится монстр, гнать по улице бензовоз надо максимально по левой стороне, чтобы не рухнул в туннель раньше времени. Если ваши легковые тачки провалились, то что уж про бензовоз говорить, похоже, свод совсем непрочный.
Решили, что бензовоз направит в пролом, когда это будет нужно, один из телохранителей олигарха, тот самый, что завел машину без ключа. Звали его Василий, и выглядел он так сурово, что сокращать его имя до Васьки как-то инстинктивно не хотелось. И шрам на брови, и мозоли на кулаках, да и взгляд человека, знающего, почем фунт лиха, фамильярности не способствовали.
С другой стороны, этот суровый вид внушал уверенность, что все ему порученное этот человек исполнит, если, конечно, порученное задание вообще в человеческих силах выполнить.
Пахнуло дымом. Я обеспокоенно огляделся. В принципе, над городом было много дымков, пожары горели тут и там. Стало уже как-то и привычно. Но пожар совсем рядом в мои планы не вписывался. У меня тут до краев заполненный бензовоз, который не должен загораться до намеченного ему срока.
Подошёл к тете, и спросил:
– А где горит, что так дым чувствуется?
– Прямо через улицу многоэтажка, – тут же ответила тетя, – и ветер очень некстати в нашу сторону подул. Если ещё усилится, огонь может и на другие здания перекинуться поближе к нам.
– Хорошо, следи тогда, и докладывай, если ситуация изменится, – попросил я. Тетя все же, приказывать ей как-то сложно.
– Нашла я вам экскаватор, кстати, – тут же сказала тетя, – метров четыреста отсюда будет.
– В какой стороне? – спросил я.
Тетя махнула рукой вправо.
– Отлично, как раз примерно там, где он нам потом и понадобится, – обрадовался я.
Но первым пунктом, конечно, у нас шла охота на монстра. Петька уже успел опустить своего некропета в провал, и было слышно, как скат бьётся там о стенки.
Петька стоял рядом, контролируя своего специфического питомца.
Прошло минут десять. Никаких признаков появления монстра не было.
– Может, нам сильнее пошуметь, как считаешь? – спросил я Серёгу.
– Да вот, мне только что пришло в голову, что шум может вообще не сработать, – озабоченно ответил тот, – я вспомнил, что монстр не появился, когда мы с тачками провалились в туннель. Грохоту было от этого обрушения будь здоров, но мы успели прогуляться туда и обратно до портала. А появился он лишь, когда в его сторону отправились гориллоиды. И вот у меня мысль – может, он только на живое реагирует? Или на то, что считает съедобным? И может, оно должно к нему приблизиться, мало ли, у него зрение и слух плохие?
– Да, уж, задачку ты задал! – почесал я затылок озадаченно, – про зрение и слух согласен, даже и не знаю подземных зверей у нас на Земле, которые бы обладали хорошим зрением. Про слух, честно говоря, не знаю, но вот что точно, так это что на запахи подземные жители должны чутко реагировать, и тепловизор у них может быть с высокой вероятностью. И что получается, если ты прав, то все же придется туда лезть?
– Вполне возможно, – ответил Серёга, – и вот понять бы ещё, в какую именно сторону двигаться. То, что он тогда двинул к порталу, не означает, что он потом не мог оттуда вернуться.
– Все непросто, но другого при охоте на такого монстра ожидать и не приходиться! – пожал плечами я, – ладно, ещё минут пятнадцать используем прежнюю стратегию, а пока давай продумывать, что будем делать, если она не сработает.
К обсуждению подтянули Захара, проявившего неплохую сообразительность по части охоты на монстров, и сэнсэя, как руководителя второй группы. Решили, что посылать нужно по одному человеку в каждую сторону. Одним из них должен быть Петька, который получит хорошую фору в обнаружении монстра из-за того, что перед ним будет лететь некропет. А вот кого посылать в другую сторону?
– Один человек от вашей команды, значит, второй должен быть от нашей, – сказал свое веское слово сэнсэй, – у нас быстрее всех бегает Ю-тян. Получается, ей и идти. А для большей безопасности перед ней побежит один из биглей.
Сказанное сэнсэем мне совсем не понравилось. Но протестовать против его решения? Получу лишь порцию насмешливых взглядов – мол, втрескался в девчонку, и пытается пылинки с нее сдувать.
– Хорошо, – сказал я, – но только если она сама не против. Возраст у нее ещё детский.
– Все у нее в порядке с возрастом, – махнул рукой сэнсэй, – можешь считать ее взрослой, раз уж мы на войне. И не забывай, что она вполне опытный боец.
Вот и весь эффект, что возымела моя попытка снять Ю-тян с переднего края. Формально право распоряжаться ей как главный в своем отряде имел только сэнсэй, и все тут. Взглянул я и на мать Ю-тян, в надежде, что она притормозит сэнсэя, но лицо той было непроницаемо, а губы плотно сжаты. Япона мать, блин! Как будто у нее еще много дочек есть, так что не страшно, если с этой что плохое случится.
С тяжёлым сердцем дождался окончания намеченного нами срока для новых действий. Пятнадцать минут истекли без нужного эффекта, и это означало, что Петька и Ю-тян должны начать рисковать своей жизнью.
Способ, как быстро опустить их в провал, и потом поднять, мы решили использовать самый простой. Когда имеешь в распоряжении пожарную машину, ничего особо изощренного и не надо придумывать. Подъехав на машине поближе к провалу, я выпустил лестницу, стараясь, чтобы она шла перпендикулярно дороге над провалом. Край лестницы лег на козырек подъезда дома на другой стороне улицы. Через лестницу мы перекинули две прочные веревки с большой петлей на конце, свисающие над провалом. К другому концу каждой верёвки стало по три человека.
Ю-тян, прижав к себе бигля, который смотрел на все происходящее таким философским взглядом, как будто его каждый день опускали в провалы, чтобы выманить монстров, и он уже к этому притерпелся, первой шагнула вперёд, став ногой в свою петлю, и одновременно схватив верёвку на уровне головы свободной рукой. Спустя несколько секунд на свою петлю наступил и Петька.
– Готовы? – спросил я.
Оба кивнули, а Ю-тян, видя, как я встревожен, ещё и подмигнула – мол, не переживай, все будет в порядке! Знать бы точно, что так и будет, так я бы и не переживал! Но ее хладнокровие меня впечатлило. Храбрая девчонка, и клаустрофобией точно не страдает.
Петька выглядел более напряжённым, но против задания не возражал. Конечно, выбрав направление развития в качестве некроманта, вряд ли он предполагал, что станет наиболее пригодным членом отряда для подобной миссии из-за своего пета.
Петьку и Ю-тян осторожно опустили вниз. С ними было договорено, что по первому их сигналу мы их вытянем. Достаточно было подбежать к верёвке и стать ногой в петлю, чтобы мы за пару секунд могли их выдернуть на поверхность.
Наташка опустила квадрокоптер вслед за ними. Каждый разведчик имел при себе по два фонарика (на случай, если один выйдет из строя), кроме этого, мы договорились, что Наташка будет периодически светить мощным прожектором квадрокоптера то в одну, то в другую сторону. Тетя подняла свой квадрокоптер над нами, взяв присмотр за внешним периметром защиты на себя.
Потянулось томительное ожидание. Прошла одна минута, вторая, третья. Наташка отчиталась, что Ю-тян и Петька ушли уже настолько далеко, что и прожектор не помогает их увидеть. Я велел по-прежнему светить попеременно в обе стороны прожектором, чтобы сразу увидеть их, когда они будут возвращаться, ну, и чтобы у них был ориентир для прикидок, насколько далеко они ушли от места спуска.
Спустя ещё пять минут, когда я серьезно стал подумывать над тем, чтобы тоже спуститься в провал, Наташка встрепенулась.
– Я точно слышала сейчас свисток! Вы слышали?
Я лично ничего не услышал, но сигнал этот для нас был важен. Обоим разведчикам мы выдали свистки. Свист означал, что кто-то из них наткнулся на монстра, и обоим надо бежать обратно к провалу.
Через пару секунд уже и я сам отчётливо услышал свист. Не стал заниматься вопросом, не самовнушение ли это, что тоже возможно, а отдал приказ:
– Всем приготовиться! Как только выдернем их из провала, тут же Захар отводит пожарную машину в сторону, а Василий готовится гнать бензовоз.
Захар кивнул, реакцию Василия я заметить не успел – отвлекли новые звуки снизу. Сначала какой-то резкий, неприятно ударивший по ушам, свист, а потом собачий лай. И снова свист сразу после этого. Но уже обычный.
– Узнаю звук – это монстр такую звуковую атаку проводит. Мощная вещь, – сказал Серёга немного сбивчиво. Члены команды, что были с ним вчера внизу, закивали.
Напряжение среди нас росло. Все волновались, и искренне желали как можно быстрее увидеть наших товарищей, целых и невредимых.
Наконец, Наташка вскрикнула:
– Вижу девочку! Несётся к нам со всех ног! Пети ещё нет!
– Не свети больше прожектором, а то можешь ослепить, – приказал я.
Спустя секунд пятнадцать я и сам, заглядывая вниз, увидел выскочившую из туннеля собаку, и сразу за ней Ю-тян.
Схватив бигля, она сжала его одной рукой, второй схватила верёвку, и вставила ногу в петлю.
– Тащите! – приказал я.
Мужики дернули так резко, что Ю-тян пулей вылетела на поверхность. Ну да, с её-то весом!
Все, она в безопасности! Но где же Петька?
– Наташка, черт с ним, свети снова прожектором, надо понять, где Петька! – изменил прежний приказ я, и тут же прильнул к экрану на пульте квадрокоптера, который она держала.
Наташка послушно посветила прожектором в ту сторону, в которую ушел Петька. Как мы оба не старались, ничего разглядеть там, кроме светящейся в свете прожектора слизи, не смогли.
– Разверни в другую сторону! – приказал я.
Слава богу, и там ещё не видно было монстра. Надежда, что Петька успеет до его появления, оставалась. Но куда же он запропастился?
Самые страшные картины мелькали в голове. Ушел же Петька в сторону портала. А что, если оттуда вышли инопланетяне, схватили его и утащили к себе? У него же даже оружия нет, кроме некропета, чтобы отбиться! Отказался взять оружие, когда спускался, чтобы не мешала лишняя тяжесть бежать обратно. Тогда это показалось нам разумным.
– Все, я вниз, за Петькой! – наконец, не выдержал я, – если монстр появится раньше нас, взрывайте его. Я, если найду Петьку, убегу с ним в портал, там нам взрыв не помешает. Потом облутаете тварь, пророете новый вход в туннель, и придёте за нами в тот мир.
– Но, блин! – начал выдвигать какие-то возражения Серёга.
– Все, я решил! – прекратил дискуссию я, и наступил ногой в петлю веревки, хватаясь за нее рукой, – опускайте!
Хорошо хоть, никто больше приказ оспаривать не стал, и меня тут же начали опускать. Ю-тян только и успела, что сунуть мне в свободную руку свой фонарь. И это хорошо, я об этом в волнениях о судьбе Петьки позабыл. И тут же раздался голос и Серёги:
– Стойте! Возьми медкомплекс, вдруг Петька ранен!
Спуск приостановился, я сунул фонарь за ремень и схватил медкомплекс.
Спустя пару секунд я уже стоял на дне туннеля. Над головой шумел винтами квадрокоптер, подсвечивая прожектором мне дорогу в нужном направлении. Медлить я не стал – тут же включил свой фонарь, и побежал по туннелю, искренне надеясь на одно – что я найду побыстрее Петьку, и мы оба успеем убраться наверх до подхода монстра. Изложенный мной план пережидать в портале подземный взрыв мне откровенно не нравился. А что, если весь туннель от взрыва обрушится, и ребята будут пару дней копать, в попытках найти портал? А если сам портал схлопнется от взрыва, мало ли он не рассчитан на такие мощные воздействия?
В паре мест я даже отчетливо увидел следы Петьки в слизи. Но больше ничего, кроме следов, не было, а между тем сзади я услышал нарастающий шум. Такое ощущение возникает в метро, когда издалека начинает подъезжать электричка. Похоже, что монстр все же приближается, и обратный путь будет вот-вот отрезан!
Выкинув панические мысли из головы, я ещё ускорился. На Петьку я наткнулся у самого портала – он безжизненно лежал в слизи на левом боку, вытянув руки. Стала понятна и причина – в своде туннеля зияла дыра, а рядом с моим другом валялся приличный кусок грунта. Похоже, часть свода обвалилась, вырубив его.
Я не медлил. Схватив Петьку, взвалил его на плечо, и шагнул в портал.
Решение принял именно такое, поскольку другого выхода не видел. Бежать с Петькой на плече наперегонки с монстром к провалу? Так у твари явно будет преимущество. Подвергну лишнему риску не только себя, но и своего друга, а ему и так уже досталось в последние дни. Да и хороший вопрос – в каком состоянии сейчас находится Петька вообще. А если он в пяти секундах от смерти, и в эти минуты, что я с ним буду бежать, как раз и помрёт? Думать о том, что Петька уже помер, мне, конечно, вообще не хотелось.
Оказавшись на другой стороне портала, я окинул беглым взглядом картину, представшую передо мной. Как Петька и рассказывал – явно я в огромной пещере, стенки в слизи, в сотне метров впереди яркий свет кругом. Хватило пары секунд понять, что видимой угрозы нет. И я тут же, оттащив Петьку в сторону, положил его на спину, рванул рубашку, и приложил к груди медкомплекс.
Тот засветился, показывая, что будет работать, и в тот же момент, к моему огромному облегчению, левый глаз Петьки дернулся. Жив!
Ну, раз такое дело, я снова рванул в портал. Нужно было сделать ещё один важный шаг. Оказавшись на той стороне, я рявкнул:
– Россия-Япония! Как связь?
– Слышу тебя! – услышал я отчётливый голос сэнсэя.
И снова я облегчённо выдохнул. Боялся, что из-за толщи земли между нами связь не сработает. Не, все нормально, неплохие у инопланетян оказались технологии!
– Петьку нашел, он ранен, оттащил за портал, буду лечить там. Убейте монстра, как покажется! – доложил я.
– Понял! Сделаем! – ответил сэнсэй, и тут же добавил, – удачи!
Я же рванул обратно в портал. Оставлять надолго там одного Петьку не хотелось. Все же чужой мир, мало ли что. Главное – теперь наши знают, что мы в другом мире, и монстра можно убивать. И даже нужно убивать, чтобы он не добрался до нас с Петькой.
С некоторой грустью подумал об опыте, что потеряю, отсутствуя при убийстве такого размера монстра, но тут же порадовался за остальных членов команды, которые поделят его между собой. Получается, если не брать в расчет японцев, то мы сейчас с Серегой самые прокаченные. Только лучше будет, если другие члены команды меня догонят.
Петька все ещё лежал неподвижно. Момент постановки диагноза я пропустил, но медкомплекс был уже на другом месте груди, и по всем признакам, работал, реанимируя Петьку. Ну и ладно, значит, его проблемы можно решить, и с моим другом скоро все будет в порядке.
В портал я больше соваться не рисковал. Мало радости вылезти именно в тот момент, когда на монстра обрушат бензовоз и взорвут. Кто его знает, что взрыв такой мощности может сотворить с туннелем. Будем сидеть уже тут с другом, и ждать спасательную экспедицию.
Прошло пару минут, и Петька, резко вздохнув, встрепенулся и подскочил.
– Где я? Что тут? – проговорил он бессвязно, а затем скосил глаза вниз, и в глазах появилось понимание, – а, черт, опять этот прибор!
– Да, дружище, ты опять нашел неприятности на свою задницу! – согласился я.
– Так что случилось? Шел себе мирно по туннелю, никого не трогал… Где мы вообще?
– На башку тебе кусок свода упал, и слава богу, что она у тебя крепкая оказалась! – ответил я, – спустился вот, нашел тебя, и оттащил за портал. Так что мы в другом мире, а наши там как раз сейчас должны убивать монстра.
– Ну е моё! – воскликнул Петька, – так что, я опять мимо опыта пролетаю? То в больничке лежу, то ещё что… Ну не невезуха ли!
– Ну, это как сказать, – пожал плечами я, – жив же? Значит, удача не покинула полностью нашего штатного некроманта!
– Ох, так и ты же мимо кассы теперь тоже пролетаешь! – сообразил Петька, – и это, спасибо тебе, что спас! А я, что-то, действительно о пустяках волнуюсь!
– Тебе на башку несколько килограммов упало, ты вообще имеешь теперь право всякую чушь нести, – попытался успокоить я друга, – хрен с этим опытом, будет день – будет опыт!
– Так что нам теперь делать? – спросил Петька растерянно, снова взглянув на деловито жужжащий приборчик, – обратно пойдем?
– Поздно уже обратно идти, – покачал головой я, – можем под самую раздачу попасть. Сидим теперь здесь и ждём наших. Максимум, если себя хорошо будешь чувствовать, небольшую разведку местности проведем.
Петька притих на время, сообразив, что спешить теперь больше некуда. Наконец, приборчик закончил работу, выдав финальный вердикт на экране:
– Основные последствия ЧМТ средней тяжести устранены. Рекомендуется резкое снижение двигательной активности и дополнительный сеанс корректирующего лечения через двенадцать часов.
– Ну все, ты в порядке! – успокоил я Петьку, сняв прибор с его груди, и дав возможность ознакомиться с надписью на экране.
– Да, неплохо себя чувствую! – согласился Петька с диагнозом, – здорово, что этот прибор у тебя с собой оказался!
– Серёга сунул в руку, молодец, сообразил! Не зря на врача учился, какие-то полезные рефлексы да выработал! – ответил я.
Упаковал медкомплекс в рюкзак, затем в голову пришла идея проверить – а вдруг связь с сэнсэем будет работать и здесь?
– Россия-Япония! – воззвал я.
Петька был неподалеку, когда Ю-тян мне эту связь налаживала, поэтому ничего плохого про состояние моей психики после этого странного возгласа не подумал. Пару раз я ещё попробовал активировать связное устройство, но безо всякого толку. Получается, что мы, сделав всего шаг в портал, оказались дальше от сэнсэя, чем гарантированный радиус связи – полсотни километров. Ещё одно подтверждение, что мы действительно, если уж не забрались на другую планету, то оказались очень далеко от родных мест. Хотя об этом свидетельствовал и влажный, душный воздух – в Подмосковье весной такого отродясь не было.
Решили подождать еще минут десять, пока Петька не прочухается получше после лечения, и потом уже идти на разведку. Я присел рядом с примолкшим приятелем, и в голове у меня завертелась одна интересная мысль. Что же именно имел в виду сэнсэй, говоря мне, что я могу считать Ю-тян взрослой? Означало ли это только то, что ее можно смело посылать на рискованные задания, или он, кроме этого, по-восточному, издалека, намекал, что у меня уже могут быть с ней серьезные отношения, а не просто романтические?
Когда Семён скрылся в туннеле, меня окатило запоздалой волной сожаления – почему он, а не я, бросился спасать Петьку? Это что, получается, скинул на него обязанности командира, и стал послушно выполнять его решения, уже не думая самостоятельно? Рвануть, что ли, за ним, мало ли понадобится помощь?
– Пока Семён внизу, я принимаю на себя командные функции, – раздался голос сэнсэя, – пока что все делаем, как и раньше. Главное – будьте готовы как можно быстрее выдернуть их из-под земли, если успеют вернуться вовремя.
– Может, мне тоже спуститься, помочь? – спросил я сэнсэя.
– Уверен, что Семён справится, у него и класс подходящий, – покачал головой сэнсэй, – и мы не знаем, как тут сложиться все на поверхности. Могут понадобиться все, кто есть в наличии.
Снизу снова раздался противный звук из провала, но погромче, и на этот раз земля едва заметно вздрогнула.
– Похоже, монстр приближается, – заметил Борис, как и все, с нетерпением смотря на провал. Вот только понятно было, что его нетерпение вызвано вовсе не желанием увидеть поскорее монстра, а надеждой, что Семён и Петька успеют вернуться до его появления.
Минута прошла в полной тишине, только слышно было, как что-то в отдалении трещит. Не сразу, но догадался, что это может быть – похоже, в полыхающем огне одного из отдаленных пожаров что-то взрывается. Да хоть те же аэрозольные баллончики, их в любой квартире навалом.
Внезапно сэнсэй отвернулся, и произнес, ни к кому из нас не обращаясь:
– Понял! Сделаем! Удачи!
А затем уже, погромче, сказал, повернувшись к нам:
– Семён нашел своего друга. Они переждут нашу охоту в портале. Быстро, отгоняем пожарную машину в сторону!
Я, облегчённо выдохнув, бросился за руль машины. Нажал на показанную Семёном кнопку, и лестница тихонько поехала на свое место, волоча за собой веревки. Захар и Борис торопливо сдернули их на землю, лестница, щёлкнув, замерла на крыше. Я тут же вывернул руль, и поехал по указанному мне ранее маршруту. Все делал предельно аккуратно, провалиться в туннель на тяжеленой машине совсем не хотелось.
Отъехал на полторы сотни метров, и облегчённо выдохнул, завершив поездку. Прав на управление такой огромной тачкой у меня не было, как и опыта. Что тут где нажимать мне по дороге сюда Семен показал, это и спасло ситуацию.
– Вижу внизу огромную морду! – закричала моя сестра, срываясь на визг. Детский голос, что поделаешь.
– Василий, приготовиться! – скомандовал сэнсэй, и бывший телохранитель запрыгнул в кабину бензовоза, – Сергей, жди сигнала!
Моя роль была проста. По команде сэнсэя нужно было выстрелить в борт бензовоза из моего дезинтегратора. Опытным путем мы уже установили, что при его использовании нет никаких искр, которые могут воспламенить содержимое цистерны. Просто часть оболочки исчезнет, и бензин хлынет на дорогу. А нам это нужно, чтобы потом поджечь бензовоз издалека.
– Совсем скоро монстр тут будет! – затараторила Наташка, – несколько секунд!
Земля снова дрогнула под ногами. А потом ещё раз. Наташка торопливо подняла квадрокоптер из туннеля наверх. А затем я со своей позиции увидел, что провал стал стремительно наполняться. Тварь все же появилась! Ю-тян ее подманила!
– Действуем! – крикнул сэнсэй.
Я тут же выстрелил в заднюю часть цистерны, и бензин хлынул потоком на асфальт. Василий тронул машину с места в ту же секунду. Взревел мотор, и огромный бензовоз, наращивая скорость, покатился к провалу. Василий выпрыгнул через секунду, красиво перекатился по земле, вскочил, и тут же помчался к нам обратно.
До провала бензовоз домчался за несколько секунд. Асфальт начал проваливаться под его тяжестью еще за несколько метров до него, и, накренившись, цистерна, кабиной ударив по монстру, заскользила по его туше, врезалась в противоположный край провала, и перевернулась на бок. Монстр взревел, и дернулся, но цистерна, хоть и заколыхалась на его туше, но никуда не сдвинулась. Как и сам монстр, цистерна своей тяжестью придавила его к земле.
– Поджигай! – закричал сэнсэй.
Захар тут же бросил небольшой факел, который запалил ещё минуту назад, в лужу, пролившуюся, когда я пальнул в цистерну из дезинтегратора. Огонь вспыхнул так жарко, что я инстинктивно отшатнулся, хотя и стоял в нескольких метрах. А пламя рвануло по бензиновой дорожке к провалу.
– Всем укрыться! – крикнул сэнсэй, и сам подал пример, приседая за легковой машиной. Мы с Захаром бросились за другую тачку.
Рвануло так, что наша машина сильно покачнулась, хоть и находилась в полутора сотнях метрах от провала. А затем я, моргнув от сильнейшей вспышки, увидел, как в небе над нами летит рваный лист металла. По цвету я догадался, что его вырвало взрывом из цистерны. С домов по улице пошел сплошной ливень из осколков выбитых оконных стекол. Они со звоном разбивались об асфальт дорожек, и некоторые разлетались при падении на несколько метров. В частности, и около меня приземлился кусок стекла, хотя от дома, с которого он упал, до нас было метров восемь.
Несколько секунд никто не шевелился, по-прежнему сидя в укрытиях за машинами. Затем, потихоньку, любопытство возобладало, и мы стали высовываться.
Улица в том месте, в котором мы подорвали бензовоз, превратился в филиал ада. Пламя всех оттенков било вверх метров на шесть, причем распространилось вширь по улице метров на восемьдесят, заполнив на этом протяжении все пространство между домами. Огонь лизал бока домов по улице, и я начал опасаться, что именно затеянный нами пожар и спалит уже окончательно этот несчастный город. Моментально жарко стало даже у нас, в приличном отдалении от места пожара.
А что же монстр? Никаких уведомлений о его смерти и причитающихся нам бонусах я не увидел. Вскоре я понял почему. Земля содрогнулась – раз, и два, и так сильно, что я был вынужден опереться на капот легковушки.
– Да он что, жив ещё, получается? – удивлённо спросил меня Захар.
– Если это не предсмертные конвульсии, то да, – ответил я, а сам направился к Наташе, глянуть на экран.
– Ух, жахнуло-то как! – уважительно сказала она, – чуть мой коптер не сломало. Хорошо, что я его за дом отвела. А то бы все…
Но меня больше интересовало, что происходит с монстром. На экране на пульте коптера было отчётливо видно, что он ворочается прямо в пламени, и с каждой секундой все более интенсивно. На умирающего он похож точно не был.
Повернулся к сэнсэю:
– Мы его не убили. Такое впечатление, что он собирается уползти.
– Да, он выглядит вполне живым, даже во всем этом огне, – согласился сэнсэй, смотревший в экран второго коптера, в руках у тети Семёна, – нужно срочно принимать меры! В вашей пожарной машине ещё есть баллоны с газом, что грузили вчера?
– Борис, там в пожарной машине есть какие-то баллоны с газом? – крикнул я, учитывая, что сэнсэй говорил не очень громко. Борис, словно очнувшись, отвёл глаза от огня, и сказал:
– Да, вчера забыли выгрузить. Есть три баллона!
– Нужно их скинуть на монстра, пока он не уполз, – приказал сэнсэй.
– Можно погрузить в легковушку, и отправить тем же макаром в провал, – сказал Василий, – так пойдёт?
– Да, только быстрее! – согласился с его планом сэнсэй.
За какую-то минуту мы нашли подходящую легковушку, которую Василий тут же завел безо всяких ключей, по своему собственному методу быстрого взлома. А мы, став вереницей из мужиков, вытащили баллоны из пожарной машины и погрузили их в салон, передавая с рук на руки. Спешить никого уговаривать не надо было – все старались на совесть. Упускать такой приз никто не хотел. Затем Василий прыгнул за руль, отъехал подальше, и, разогнавшись, помчался прямо в огонь.
Все было как в боевике. Метров за десять до стены пламени Василий выпрыгнул из машины, красиво прокатившись по земле, а она помчалась дальше. Дальше все наше внимание было приковано к двум моментам – к бегущему к нам Василию, и мы все искренне желали ему добежать до нас как можно быстрее, и на превратившуюся в бомбу легковушку, глядя на которую инстинктивно хотелось зажмуриться. Когда она рванет – прямо сейчас, раз уж мчится по горящему асфальту сквозь пламя, или все же докатится до монстра?
– Быстро в укрытие! – рявкнул сэнсэй таким голосом, что никто не посмел ослушаться.
Все снова укрылись, и замерли в ожидании. Парой секунд позже за мою машину огромным прыжком заскочил Василий.
– Круто у тебя все вышло! – искренне сказал я, – прямо как в…
Конец фразы я договорить не успел – раздался мощный взрыв, от которого наша тачка снова содрогнулась, хоть и немного слабее, чем после взрыва бензовоза.
– Спасибо! – сказал Василий, как ни в чем не бывало, – хотел в юности, до армии, стать каскадером. Чему-то да подучился.
– Всем оставаться в укрытии! – крикнул его коллега, Валерий, укрывшийся за соседней машиной, – могли сдетонировать не все баллоны!
Земля снова дрогнула. Монстр, похоже, все еще был жив! Я перебрался поближе к Наташке, и посмотрел на экран. Увиденное обнадежило. Даже сквозь пламя было видно, что прежней энергии, которую демонстрировал монстр после первого взрыва, у него уже нет. Скорее, он вяло трепыхался из последних сил.
– Гориллоиды в конце улицы! Восемь штук! Двести метров! – внезапно крикнула тетя Маша.
Оглянувшись, я не заметил ни одного монстра, и посмотрел на нее.
– Прячутся за машинами, изучают ситуацию, – пояснила тетя Маша, заметив мой взгляд, – видимо, заглянули на шум, нас чуют, но не могут понять, безопасно ли нас атаковать. А может, их пламя смущает.
– Здорово было бы, если бы атаковали, – кровожадно сказала Ю-тян, поглаживая по спине одного из трех прижавшихся к ней биглей, которые явно были обескуражены всеми этими взрывами, – больше монстров – больше лута.
Я одобрительно хмыкнул. Жаль, что Семен первый заарканил эту девчонку. Она мне тоже нравилась. Но что делать, девушка моего друга для меня больше не девушка. Просто друг. Как бы клево там она не выглядела. Придется, видимо, как и обещал, сосредоточить свое искусство соблазнения на привезенной Семеном блондинке, которая сейчас сидела рядом с сэнсэем с совершенно обалдевшим видом. С ней я вчера уже успел немного пообщаться в столовой. Девочка не совсем в моем вкусе, надо сказать, если не брать симпатичное лицо и классную фигуру. Пока что ни одной общей темы для обсуждения нащупать не смог. Вика просто по окончании школы работала себе на заводе в Серпухове, и даже поступать в вуз не планировала. Ни планов на жизнь, ни амбиций, и даже хобби никакого не было. Просто плыла себе по течению, и сейчас была в полном ауте, из-за того, что река резко изменила свое русло, и ее выкинуло на пороги.
– Не расслабляемся, оружие держим рядом, – скомандовал сэнсэй, – что делать в случае атаки, все знают. Главное – не атакуйте тех же монстров, что и ваши соседи.
Я инстинктивно сжал в руках дезинтегратор, проверяя, при мне ли оружие, и тут перед мной появилась виртуальная девчонка. Я облегченно выдохнул – то, что она появилась, означало, что подземного монстра мы-таки уморили! И слова девчонки меня не разочаровали:
– Поздравляем! Вы смогли одержать победу в столкновении уже с шестью видами гостей планеты. При этом разница в уровнях с побежденным монстром настолько велика, что вам дополнительно положено групповое достижение! Достижение вручено!
Предлагаемый выбор приза на данном этапе: информация или оружие?
Так, какое-то достижение нам уже вручили, но еще нужно определиться с призом за убийство нового вида монстров. Что делать в такой ситуации, мы определились еще вчера. Современного оружия нам хронически не хватало. Поэтому, как договорились, все хором сказали:
– Оружие!
– Приз вручен! – и с этими словами девчонка исчезла.
А у ног сэнсэя оказался плазменный излучатель.
После этого я полез было посмотреть в интерфейс, какое там коллективное достижение нам перепало, но обратил внимание, что больше половины команды замерло в неестественных позах. Ага, как мы и надеялись, убийство монстра такого размера сразу же всех хорошо прокачало, и наши товарищи отправились в виртуальную игру. Попали туда и Наташка с тетей Машей, что означало, что квадрокоптерами в данный момент никто не управляет, и вся наша система разведки полетела к черту. Учитывая, что в паре сотен метров от нас большая стая гориллоидов, мне резко стало не до просмотра награды. Вырвал пульт из рук Наташки, и вовремя – квадрокоптер за несколько секунд самостоятельного полета почти успел врезаться в соседнее здание.
– Вика, хватай пульт у тети Маши, выправляй коптер! – закричал я блондинке, оказавшейся единственным не попавшем в игру членом команды из всех, кто был за машиной рядом с ней.
Надо сказать, что блондинка не оправдала гулявших по сети стереотипов о тормознутости этого племени. Пульт выхватила шустро, дернула джойстик, и, кинув взгляд вверх, я увидел, что ее коптер ни в какое здание не пикирует. Облегченно выдохнул, а зря – бросив очередной взгляд на экран своего пульта, увидел, что стая гориллоидов бросилась в атаку на нас. Чувствуют они, что ли, когда мы максимально уязвимы?
– Гориллоиды бегут на нас! – отчаянно заорал я, и не без панической нотки в голосе. На тест в виртуальную игру не попали я, сэнсэй, Сатору, Ю-тян, Дмитрий, жена Сатору – Нацуки, да блондинка, то есть те, кто уже прошёл тест, либо те, кто вообще почти не имел предыдущего опыта уничтожения монстров, как Вика и жена Сатору.
– Девушки, выхватывайте оружие у соседей, готовьтесь стрелять по монстрам! – скомандовал я, не дожидаясь реакции сэнсэя, – гориллоиды будут тут раньше, чем наши товарищи вернутся с теста!
Вика бросила пульт, и схватила только что нам врученный плазменный излучатель, так и не поднятый сэнсэем с асфальта. Японка недоуменно на меня посмотрела, и я вспомнил, что она почти не говорит по-русски. Но тут сэнсэй что-то сказал ей по-японски, и она, моментально побледнев, выхватила оружие у находившегося рядом с ней Валерия.
– Мы встретим монстров справа, не стреляйте в ту сторону! – веско сказал сэнсэй по-русски, внушительно смотря на Вику, и тут же перешел на японский, смотря уже на Нацуки. Обе девушки закивали, показывая, что поняли.
Я немножко успокоился. Всего у нас получалось уже семь бойцов. При этом японцы и Дмитрий с холодным оружием каждый стоит двоих. А я с двумя девушками буду фактически останавливать левый фланг монстров, пока они не справятся с правым.
Глянул снова на экран на пульте. Монстры стремительно приближались, находясь уже в полусотне метрах. Так что перевел коптер в автономный режим, отбросил пульт, и схватил дезинтегратор. И вовремя!
Гориллоиды единой бандой выскочили из-за машин, за которыми к нам подбирались в полной уверенности, что мы их не видим, на дорогу, и помчались на нас. Сэнсэй, Ю-тян, Сатору и Дмитрий рванули им навстречу по правой стороне, я скомандовал своим подчиненным:
– Делаем, как я! Не стреляем, пока я не выстрелю!
Правда, с огорчением подумал, что не факт, что японка меня поняла, а времени, чтобы попытаться понять по ее лицу, поняла ли, уже не было. Смотрел я теперь исключительно на монстров, прикидывая, какого атаковать. Оказался я из стрелков самым крайним слева, поэтому решил и стрелять в крайнего слева гориллоида. Выстрелил, когда наши товарищи уже сцепились с монстрами врукопашную. Залепил ему прямо в лоб, мой монстр тут же и завалился молча мордой вперед. А вот женская часть моей стрелковой команды подвела – оба выстрела, что они сделали, пошли в молоко. Поэтому я скастовал хромоту на одного из монстров слева, и приступил к решительным действиям. А именно, схватив свой дезинтегратор за ствол, помчался в атаку на монстров.
Привычной стратегией было бы перепрыгнуть через машины, и убегать, пока не перезарядится наше оружие. Но о какой нормальной стратегии идет речь, когда у машин находятся в ступоре наши товарищи? Убежишь – их порвут тут же на части. Надо отвлекать монстров любой ценой, и молится, что наши мечники помогут нам уцелеть.
То ли молитвы мои были услышаны, то ли профессионализм наших мечников был выше всяких похвал, но, когда я добежал до монстров, в живых из них остался только хромой. Он из-за скастованного мной заклинания отстал от своей банды, и мечники не успели до него добраться сразу. Так что я подарил ему лишнюю секунду жизни, но и только, потому что первой до него добралась Ю-тян. Подрубив сухожилия на здоровой ноге, она его уронила, а затем почти перерубила шею своей катаной одним размашистым ударом сверху. Я только и смог, что полюбоваться красотой и отточенностью ее движений, как вся битва закончилась в связи с полным уничтожением банды гориллоидов.
Оглянувшись, я увидел, что рядом со мной стоит только Нацуки, и тоже держит свое оружие за ствол на манер дубинки. А вот Вика, которая прекрасно поняла, что я говорю, так и осталась у машин. И даже отсюда было видно, каким безумным страхом наполнены ее глаза.
Когда отведенное на отдых время истекло, мы с Петькой встали, но я решил подстраховаться.
– Точно себя хорошо чувствуешь? – спросил я его, – голова не кружится?
Петька буркнул что-то, чтобы меня успокоить, но я не сдавался. Вести его на разведку, если он не очухался, слишком опасно. Особенно, учитывая, что некропет его остался где-то в туннеле, в который заходить после охоты на монстра чревато, а ствол свой он оставил у Сереги, когда спускался в провал.
– Ну-ка, закрой глаза, и коснись пальцами каждой руки по очереди носа! – потребовал я.
Петька послушно выполнил мои запросы. По носу в обеих случаях попал.
На этом мой тест его физического состояния был завершен, в связи с тем, что больше я ничего подходящего для этих целей не знал.
– Ладно, пошли! – сказал я.
Естественно, что шарить по гроту я счёл идеей не совсем удачной. Кто его знает, был ли тот монстр, на которого мы открыли охоту, холост или у него и семья была? А если она у него была, то остальные родственники, разумно полагать, могут быть в этом самом гроте. Раз это подземное убежище, то логично считать, что тут шансы на них наткнуться значительно выше, чем на поверхности. На то они и черви, хоть и огромные, чтобы шариться под землёй.
Поэтому мы с Петькой пошли на свет в конце туннеля. И что делать, если это звучит несколько жутковато, как в историях про оживших после клинической смерти людей «я пошел на свет в конце туннеля и вернулся к жизни»? Если такова специфика приключений на другой планете, то пойдем на свет в туннеле.
Сделав буквально несколько шагов, наткнулись на выемку. В скалистом основании пещеры было отчётливо видно своеобразное русло метра четыре шириной. И тянулась оно вовсе не к свету, а вдоль стены туннеля куда-то вглубь. Выемка была неглубокой, и почти полностью заполненной слизью.
– Это то, что я думаю, нечто вроде магистрали, которую проложили эти гигантские черви? – спросил я Петьку.
Наклонившись, тот посветил фонариком, и сказал:
– Похоже на то. Сильны, чертяки, раз даже часть скалы смогли стереть, пока тут проползали!
Нечего и говорить, что поход к выходу из туннеля стал в свете этой находки выглядеть совсем хорошей идеей!
Пара сотен метров, и мы почти приблизились к выходу. И в этот момент, когда мы уже предвкушали, что именно откроется перед нами на выходе, Петька неожиданно положил руку мне на плечо, и сжал его. Это явно был какой-то сигнал, и я тут же к нему развернулся.
– Мне на голову что-то капнуло, и я посветил вверх фонариком, – прошептал Петька, указывая пальцем свободной руки вверх.
Подняв голову, я проследил за лучом его фонарика. И понял, почему лицо у Петьки такое ошалевшее. Перед выходом из грота потолок в нем резко опустился. И я увидел, что с потолка свисают какие-то коричневые мешки, метра по полтора длиной, и тоже все в слизи. С одного из них ему на голову, видимо, и капнуло.
– Мерзость какая! – прошептал я, – это что, чьи-то зародыши?
– Не хочу и думать об этом, – прошелестел Петька в ответ, – пошли лучше быстрее на наружу!
Вот так и вышло, что из грота мы вывалились гораздо поспешнее, чем планировали. Проверять, что там такое свисает над головой, и может ли оно нас съесть, категорически не хотелось.
Отскочив от входа на десяток метров, чтобы удалиться подальше от обнаруженной мерзости, мы огляделись. Выход из грота привел нас на большую лесную поляну в джунглях. Огромные стволы деревьев вздымались вокруг на сорок-пятьдесят метров, с них свисали лианы, и складывалось впечатление, что и к лианам тоже цеплялась всякая другая зелень. Ощущения духоты и влажности как минимум удвоились по сравнению с теми, что мы ощущали в гроте. Было шумно – со всех сторон неслись звуки – птичий клекот, какой-то писк, и даже всхрапывание. Температура была градусов под сорок, и, поскольку грот был посередине поляны, по нам мощно ударило и солнце.
Прищурившись, я глянул на местное светило. Его вид сразу разрешил все сомнения по поводу того, куда нас привел портал. Это точно не Земля! Солнце по размеру было раза в полтора побольше нашего, а свет от него был побелее, чем от земного.
– Ну что, Петька, поздравляю тебя с официальным визитом на другую планету! – торжественно сказал я другу.
Тот фыркнул:
– Это я тебя поздравляю, блин! Я тут уже вчера был!
– А, точно, забыл! – согласился я, – ну, раз ты тут первым был, тебе и стоит дать планете имя. Гарантирую, что минимум два десятка человек будут впоследствии его использовать.
Вот тут Петька несколько растерялся. На его физиономии так и ощущалось ощущение важности предложенной ему миссии.
– Слушай, подумать надо, все же не кошке кличку дать, – ответил он, – это же целая планета!
– Так я тебя и не тороплю, ты думай, думай! – ответил я, продолжая озираться. Вспомнилось мне, что в джунглях обычно хватает хищников. Интересно, какие хищники на этой планете?
И тут мои мысли развернулись в другом направлении. И, хотя мне это направление не понравилось, деваться от пришедшего в голову соображения было некуда.
– Блин, Петька, придется нам вернуться обратно к порталу! – огорчённо сказал я.
– Ты что, с дуба упал? – поразился он, – не хочу я снова соваться под эти мешки! Оттуда же, ясное дело, кто-то вот-вот вывалится, чтобы нас сожрать!
– Да ты вот подумай, наши друзья пророют вход в туннель, после того, как убьют монстра, и зайдут в портал, верно? А кто их предупредит, что надо вести себя потише, чтобы не получить проблемы с теми тварями, что прилепили эти слизистые мешки на потолке? Вряд ли те, кто там своих детенышей подвесил, совсем с концами свалили. Надо им записку оставить на видном месте, и тут же обратно вернуться.
Петька прекратил возмущаться, и призадумался. И по его грустному лицу стало понятно, что он со мной согласен.
– Когда пойдем? – только и спросил он.
– Давай прямо сейчас! – сказал я, – сейчас местное солнце в удобной позиции – подсвечивает внутренности грота. Лучше сейчас идти, видимость получше будет, чем потом.
– Ну, пошли! – выдохнул Петька.
Фонарики в этот раз мы не врубали, чтобы не потревожить случайно местных потолочных обитателей, чем бы они там не были. Постояли у входа пару минут, чтобы глаза привыкли к полумраку, и заскользили внутрь, стараясь не издавать ни одного лишнего звука. Заскользили в буквальном смысле, по слизи так было наиболее удобно беззвучно передвигаться. Напротив, при попытке поднять ногу раздавалось чавканье, с которым слизь отпускала ее. А зачем выдавать себя звуками?
Было жутко. Все время казалось, что сверху тянутся ко мне то ли руки, то ли щупальца, и ощущения того, что меня касаются, были почти реальными. Не знаю, что там ощущал Петька, но он меня опередил метров на семь, к моменту, когда мы все же добрались до портала.
Здесь, зная, что над головой находится уже высокая часть грота, и до свода не достаёт и луч фонарика, мы немного расслабились.
Я тут же полез по карманам. Где-то у меня был блокнот, чтобы на ходу делать зарисовки интересных пейзажей.
Блокнот нашелся в нагрудном кармане куртки. Попросил Петьку включить фонарик и направить мне на руки его луч. Достал один из нескольких карандашей, которые всегда носил с собой, и, подумав немножко, написал:
– Мы снаружи! Идите вперёд, на выход! Соблюдайте тишину! Сверху опасность!
Показал текст Петьке. Спросил:
– Так пойдёт?
– Угу! – сказал тот.
Достав носовой платок, брезгливо расчистил место на стене от слизи, нашел небольшую трещину в скале, и присобачил листок к скале карандашом. Место выбрал прямо рядом с порталом, на высоте груди. Когда наши товарищи вылезут, будут шарить вокруг фонариками, и непременно заметят мой листок.
– Фонарик, может, потушим, чтобы не привлечь внимание тех, кто наверху? – спросил Петька, – пока еще от солнца достаточно света.
– Туши! – согласился я.
После этого мы уступили требованиям своих инстинктов, требовавших немедленно убраться из грота наружу. И рванули побыстрее навстречу свету.
Когда до спасительного выхода осталось всего пару десятков метров, снаружи донёсся грозный рык. Было в нем что-то такое, что мы с Петькой замерли, как вкопанные, прямо на месте.
– А это не хищник, который живёт тут, в пещере, возвращаясь домой, почуял нас? – прошептал Петька.
– Может, и так! – ответил я, уставив ствол оружия вперед.
Одно хорошо, когда стоишь в пещере под землёй, и единственный источник света бьёт снаружи, что незаметно для нас в пещеру никто не войдёт. Даже если полезет что-то небольшое, неизбежно преградит путь солнечным лучам, обнаружив себя тем самым.
Прошла минута, две. Мы не забывали и про угрозу сверху, периодически поглядывая и туда. Глаза приспособились к полумраку, и вскоре мы уже прекрасно видели неподвижно висящие наверху отвратительные мешки.
Когда я в очередной раз посмотрел наверх, свет в гроте померк. Огромная фигура появилась на пороге, заслоняя собой половину входа. А он был примерно четыре на пять метров. И что мне делать с моей снайперкой против такого монстра?
– Пятимся назад, быстро! – прошептал я Петьке.
Уговаривать того не пришлось. Мешки сверху на нас не рычали, и близко не подбирались. Да и такого пугающего размера не были.
Фигура у входа сделала несколько шагов внутрь. Тут мы уже смогли немного рассмотреть неожиданного визитера. Контуры его фигуры и то, как плавно он сделал эти шаги, не оставляли сомнений – это хищник. Когда я жил в предгорьях на ранчо, я не раз видел такую же пластику движений у пум. А фигура зверя была похожа на пуму и по пропорциям – только была раза в три крупнее.
Петьке тоже ничего не надо было объяснять, хотя он в предгорьях и не жил. Мы оба ускорились, как могли. И тут же хищник взревел уже во всю мощь своих лёгких, видимо, объявляя таким образом официальное начало охоты. И начал подкрадываться к нам медленными шагами.
Мы по-прежнему пятились, ума хватало понять, что, повернувшись спиной, спровоцируем зверя развить максимальную скорость. Поэтому увидели то, что стало для нас шоком. Мешки, свисавшие над огромным зверем, внезапно ожили. Наблюдая оторопело за их трансформацией, мы увидели, что это были вовсе не мешки, а свисавшие вниз головой монстры. Форма просто странная, как бурдюк, но у каждого бурдюка внизу разверзлась пасть, из основания которой в нарушившего покой грота хищника выстрелило по жгуту. Хищник издал странный звук, нисколько не походивший на прежний торжествующий рёв, когда с десяток жгутов ударили в его тело, и попытался прыжком покинуть грот, но было поздно. Вонзившиеся в нее жгуты оторвали огромную кошку от основания пещеры, и, как пушинку, потащили наверх. Зверь жалобно заскулил, а затем протяжно завыл. Ещё секунд десять – и вой затих, потом он только раз жалобно заскулил, и совсем затих. Тишину нарушали лишь хлюпающие звуки, раздающиеся со свода грота, как будто там что-то обсасывали или высасывали. Монстры без проблем при помощи десяти жгутов держали на весу тушу весом минимум в три сотни килограмм, высасывая из нее жизнь.
Все это время мы тихонько пятились к порталу, полные надежд, что потолочные твари жрут только тех, кто шумит. Прошли шагов тридцать вглубь, и я уже питал надежды, что все обойдется, как вдруг почувствовал пронзительную боль в левом плече. А затем – что-то дёрнуло меня и потащило наверх. Да так резво, что я и опомниться не успел, только удивлённо вскрикнул, как уже взвился в воздух на полтора метра.
Петька, увидев, что творится, схватил меня за ноги, и повис на мне. Я лихорадочно задрал голову, приставил дуло снайперки к тащившему меня наверх жгуту, и выстрелил в надежде его перебить. Куда там! Пуля отскочила от него, как будто он был из кевлара. Тащило меня наверх с такой силой, что и Петьку приподняло над землей. А затем, внезапно, со стороны Петьки пришел такой мощный рывок, что мы оба рухнули в слизь, а рядом с отвратительным чмоканьем шлепнулся и коричневый мешок сверху, обдав меня слизью.
Времени я не терял, раз уж такая удача подвалила. Тут же подскочил, и принялся пинать врага в то место, где у него была пасть. Сейчас она была закрыта, и я очень хотел, чтобы тварь ее раскрыла. Жгут, которым она меня подцепила, все еще торчал из моего плеча, но из-за того, что он был длиной метра четыре, пинать монстра не мешал. Остервенело пиная тварь, я считал секунды до отката моей снайперки. Петька тоже вскочил, и начал пинать тварь с другой стороны, подражая мне. Наконец, секунд через десять наши усилия дали нужный результат – тварь молча разинула огромную пасть, попытавшись откусить мне ногу. Но вместо ноги она получила дуло моей снайперки, а затем я нажал на спуск. Я не случайно хотел выстрелить твари именно в пасть, на эту идею меня навел печальный опыт с попыткой перебить выстрелом жгут. А вдруг не только он, но и вся тварь снаружи бронированная?
Выстрел оказал желаемый эффект – тварь забилась в судорогах, а из пасти хлынула какая-то темная вонючая субстанция, обдав наши с Петькой кроссовки. Я попытался отскочить, но жгут, до этого времени просто свисавший с моего плеча, вдруг напрягся, и сбил меня с ног, заставив ткнуться лицом в слизь на полу грота. Я было запаниковал, решив, что тварь хочет меня утопить в слизи, но тут же меня снова приподняло, поставив на колени, и я понял, что это просто предсмертные конвульсии монстра. Петька, сообразив, что происходит, обхватил меня за плечи, чтобы удержать от очередных рывков, но это не понадобилось. Тварь полностью раскрыла огромную пасть, из нее вылилось еще больше темной субстанции, а затем она, впервые издав негромкий звук, похожий на человеческий кашель, замерла. Тут же обмяк и повис на моем плече и жгут. А затем с влажным хлопком отвалился от моего плеча.
Мы дернулись от неожиданности, когда перед нами возникла виртуальная девчонка и громко сказала, заставив меня съёжится от страха, что теперь нами заинтересуются и другие монстры со свода грота:
– Поздравляем! Вы смогли одержать победу в столкновении уже с шестью видами гостей планеты.
Предлагаемый выбор приза на данном этапе: информация или оружие?
Я бы попросил оборудование, но в данной ситуации, когда таких тварей тут на потолке еще вагон и маленькая тележка, а у Петьки нет с собой ничего, кроме ножа, выбора не было. Поэтому тихонько сказал:
– Оружие!
Петька, похоже, ждавший моего решения, тут же повторил:
– Оружие!
– Приз вручен! – сказала девица, и рядом что-то шмякнулось в слизь.
– Лутаем тварь и делаем ноги! – прошептал Петька, подхватывая из слизи оружие, – чешем к порталу?
– Да, – решительно ответил я, – мне нервов не хватит снова идти под этими гадами на выход.
Прикоснулся к твари, чтобы забрать трофеи. Тушка исчезла, а в слизи осталось лежать что-то необычное – какой-то тючок сантиметров сорок на двадцать. Подхватил его пока что, и мы с Петькой рванули к порталу, уже не думая о том, сильно ли мы при этом шумим.
Долетев до портала, шмякнулись на пятые точки на том самом месте, где я откачивал медкомплексом Петьку.
– Что за ствол дали? – спросил я его.
– Фризер! – ответил Петька, – но, погоди, это все потом! Ты же ранен!
Только тут я вспомнил, что еще недавно меня подымали в воздух за собственную ключицу, и осторожно повел левым плечом. Лучше бы я этого не делал! Боль вспыхнула, как сверхновая, я чуть язык не прикусил от неожиданности. Похоже, до этого, пытаясь спастись, я выделил столько гормонов, или чего там выделяется, когда организм пытается себя спасти, что мне неплохо так все временно обезболило. А сейчас – начался отходняк, и этим все сказано. Рванул на себе рубашку правой рукой, достал медкомплекс из рюкзака, и прислонил к груди. Тот успокоительно зажужжал. Этот звук я уже успел полюбить – он означал, что шансы выжить у меня, или у кого-то из моих близких вот прямо сейчас резко повышаются.
Петька озабоченно присел передо мной, в ожидании, когда приборчик вынесет вердикт. Прочитав его, он огорчённо сказал:
– Черт, дружище, рану в плече он без проблем прямо сейчас вылечит, но у тебя теперь тоже импортное ДНК в организме, и медкомплекс честно говорит, что он его удаление не потянет. Один в один моя история! Хотя ты все еще жив только потому, что у меня эта ДНК тогда застряла!
– Что ты имеешь в виду? – удивился я.
– А ты не понял? – тоже удивился Петька, – когда эта тварь тебя подняла жгутом за плечо, а потом и меня, когда я схватился за тебя, я с отчаяния вспомнил, что тоже могу выпускать жгуты. Шибанул сразу два в скалу подо мной. Они там зацепились крючками, а потом я приказал жгутам нас тянуть обратно. Они так дернули, что и мы обратно свалились, и тварь с потолка сдернули!
– Вот теперь я понял! – честно ответил я, прокручивая в голове, как все было, – вот, не зря я говорил, что эта мутация тебе может пригодиться!
– А пригодилась тебе! – мрачно, но я чувствовал по голосу, что больше для вида, ответил Петька. Похоже он теперь тоже был со мной согласен.
– Не скажи! – возразил я, – не будь у тебя этих жгутов, тварь бы нас подняла, и схарчила бы обоих. Ты же, как настоящий друг, не бросил бы меня, и тоже пошел бы в пищеварительный тракт монстра, ведь верно?
– Можно, я не буду отвечать на этот вопрос? – ответил Петька с сарказмом в голосе.
– Слушай, пока сидим, примотай мой фонарик к дулу снайперки, – попросил я его, – я теперь без освещения никуда передвигаться не буду. Фонариком мы на тварей уже светили, и ничего плохого после этого не было. Похоже, монстры эти только на звуки реагируют.
– Да, и нам повезло, похоже, что мы на самом краю их стаи оказались, – сказал Петька, доставая изоленту из своего рюкзака, – когда нас вверх дернуло, я увидел, что тварь на потолке в этом месте только одна, но левее, ближе к выходу, их по штуке на каждый метр, прямо гнездо какое-то.
– А там, где на нас напали, похоже, свод грота повышается, когда дальше от входа отходишь, и им нет смысла сидеть на потолке – жгутами ни до кого внизу не достанут. Нам, видимо, попалась единственная тварь с очень длинным жгутом! – предположил я.
– Да, похоже на то! – согласился Петька, прикручивая изолентой фонарик к моей снайперке. Закончив, он, после секундного колебания, взял свой фонарик и начал приматывать его к своему фризеру.
Тем временем и медкомплекс закончил работать. Петька сообщил, что плечо мое теперь в полном порядке. Я осторожно им подвигал, и с приборчиком согласился.
– Арабелла! – внезапно с удовлетворением в голосе сказал Петька.
Я на всякий случай включил запасной фонарик и повел им вокруг. Никакой Арабеллы не заметил. Выключил фонарик и спросил Петьку:
– Ты что имеешь в виду? Или я тебя неправильно услышал, и ты сказал, что оробел? Мандражируешь, что ли?
– Ты же просил придумать название планете. Вот я и придумал! – торжествующе ответил Петька, – нарекаю ее Арабеллой!
Подумав немного, я энергично затряс головой:
– Не стоит, приятель! Я все понимаю – романтика, пираты, белые яблони в цвету, и все такое, но неудобно будет!
– Что ты имеешь в виду? – удивился Петька.
– Ну вот, к примеру, – я немного подумал, и выдал, – идешь ты, спотыкаешься, и падаешь. И что ты потом своей девушке скажешь? Я задержался, потому что упал на Арабеллу?
– У меня нет девушки! – ответил Петька.
– Ну так не всегда же так будет, – пожал плечами я, – или вот еще вариант, как он тебе – «лежа на Арабелле, я смотрел на звезды»! Вообще пошло звучит.
– Ну да, как-то не очень здорово получается, – неуверенно ответил Петька, – ладно, тогда ещё подумаю над названием.
– Вот и славно! – ответил я, – эх, поскорее бы остальные до нас добрались!
– Да скоро там вряд ли получится! – покачал головой Петька, – главное, чтобы вообще с этим монстром справились! Ты его не видел, а я от него убегал! Тварь огромная, как электричка!
– Думаешь, даже бензовозом не взорвать? – удивился я.
– Надеюсь, что получится, а не то тварь же и здесь может появиться! – сказал Петька, – и тогда нам хана! Единственный известный выход наружу под этими мешками, а мы сидим прямо на обочине проложенной этими монстрами дороги.
Я немного помолчал. Мысль, что отряд не справится, и монстр вломится к нам, подраненный, и очень злой, мне как-то в голову не приходила. Блин, там же целый бензовоз ему на голову обрушат!
– А все же придется бежать тогда на выход! – покачал головой я, – постараемся потише, авось проскочим!
– Ну да, этот местный тигр вон, проскочил! – сказал Петька скептически, – может, нам попытаться их по одному пока что перебить, не дожидаясь появления монстра? Расчистим себе выход на такой случай?
– Несколько десятков тварей? Вдвоём? – поразился я, – в этой идее мне нравится только твой боевой дух! Задумать такое, надо же!
– Погоди, а что тебе с твари перепало? – спросил меня Петька, – там что-то типа небольшого рюкзака было, верно?
Только тут я вспомнил про лут. Сразу после битвы как-то совсем не до него было. Огляделся вокруг, и только через пару секунд осознал, что сижу на нём!
– Сейчас, гляну, – сказал я, поднимаясь с трофея, – так, и что тут у нас?
Высветившееся описание порадовало:
–
Я подвис, задумавшись. Интересно, если это связано со свойствами самой твари, то, возможно, моя пуля отрикошетила в сторону при выстреле по жгуту не потому, что у твари шкура суперпрочная, а потому, что у нее тоже есть этот самый шанс рикошета?
Петька тоже ознакомился с характеристиками трофея.
– Ну, когда достигнем 11 уровня – то имба будет! – сказал он, – но жаль, что с развитием будет терять свою ценность.
– С другой стороны, до этого уровня 50 плюс нам еще как до Луны – задумчиво ответил я, – и кто его знает, какие там еще няшные артефакты нам могут попасться к этому уровню. Может, на их фоне это к тому времени уже полной фигней станет.
– Ну, да, может быть, – сказал Петька, – хотелось бы надеяться на дождь из крутых ништяков, которые будут круче этого!
– Будем надеяться, что удача от нас не отвернется, и мы сможем лично это проверить! – сказал я, – а пока что – одевай и пользуйся!
И я протянул плащ Петьке.
– Ты что, это же твой трофей! – сказал Петька, – ты тварь прикончил!
– А если бы не твои крючки, тварь бы меня прикончила, – не согласился я, – кроме того, я дальше продвинулся, и уже в игре, а вот тебе нужно активно наверстывать! Может, он что полезное и сейчас даст, еще до 11 уровня!
– Так я потому и предлагал не сидеть тут без дела, а придумать, как грохнуть этих тварей над входом! – деловито ответил Петька, – я же понимаю, что отстаю! И опыт за огромного монстра мимо меня пролетает!
– Может, ты и прав! – в раздумьях ответил я. Воспоминания о том, как я беспомощно болтался под потолком свода, в метре от пасти монстра, не в состоянии абсолютно ничего сделать, были не из приятных. Мне очень не хотелось снова оказаться в такой ситуации.
Петьку я все же уговорил взять плащ, но, едва он его натянул на плечи, как плащ тут же странно на нем обвис. Петька пыхтел, пытаясь соединить крючки, которыми его нужно застегнуть, но ничего у него не получалось.
– Похоже, пока не достигнем 11 уровня, его даже и не надеть нормально, – наконец, сдался он, снимая плащ, и скатывая его обратно в тючок.
– Жаль, – сказал я, – слушай, ладно, попробовать поохотится на монстров, конечно, можно, но давай сначала выработаем план, как это сделать так, чтобы не вышло, что это они на нас поохотятся. Что у тебя есть в рюкзаке?
Достал я и свой рюкзак. Мало ли, на что мысль натолкнется при инвентаризации.
Прошерстив оба рюкзака, ничего особо толкового кроме двух полулитровых пакетов с бензином у Петьки найти не удалось. Да и эти у Петьки завалялись с времен, когда у него не было своего оружия, и он чудом их вчера не выложил. Не, так-то много чего полезного было, от туристических топориков и связки бечевки до запаса нижнего белья и батареек, но для военных действий против таких монстров годился только бензин. И моя катана, кстати! Только сейчас я подумал, что можно было попробовать рубануть по жгуту катаной! Вот что значит, что я к ней еще совсем не привык, в критической ситуации даже и не вспомнил о том, что ее острое лезвие способно на чудеса.
– Литр бензина – это ни о чем, максимум, одну-двух зверушек при его помощи удастся спалить, – почесал затылок я, – если планируем воевать с тварями, то без похода наружу не обойдется.
– Ну да, они тигру сожрали, сытые теперь, может и не будут на нас реагировать, если мы тихонько прокрадемся, как раньше, – неуверенно предположил Петька.
– Проползем лучше по слизи, – решил я, – не так заметно, и подальше от свода грота. Может, у них вообще тогда жгуты до нас достать не смогут.
– По слизи??? – глаза Петьки округлились.
– Между противно и смертельно я выбираю противно! – ответил я, – ни за что на свете я не пойду там на своих двоих, ожидая, когда в голову или в плечо вонзится этот жгут и потащит меня наверх. Хочешь охоту – будет тебе охота, но только на таких условиях.
– Так у тебя, получается, какой-то план возник? – спросил Петька, – что ты хочешь притащить снаружи?
– Много сухого валежника, мой друг, много сухого валежника! – сказал я, – будем выжигать монстров. И щиты сделаем, чтобы подходить к ним поближе вообще можно было при добивании.
Долго тянуть с вылазкой не стали. И высиживать дальше в пещере было нечего, да и по банальной причине – чтобы запас храбрости не кончился. Когда делаешь что-то столь отмороженное, как это, то, чем больше тянешь, тем выше шанс передумать.
В слизь мы бухнулись метров за пять до того места, где меня атаковали с потолка. В принципе, оказалось и не так противно, как я думал. Сильно слизь не воняла, скольжение по камню облегчала, как хорошая смазка, главное было – случайно не торкнуться в нее лицом. Скорость мы развили неплохую, и при этом шума не было – слизь еще и сглаживала все неровности на каменном полу. Главное – не отрывать конечности от слизи, тогда и хлюпаний никаких не будет.
До выхода из грота оставалось уже метров семь, и я уже предвкушал, как все у нас получится, как сверху раздался какой-то странный звук, и на меня обрушилось что-то тяжелое. Я чуть из слизи не выпрыгнул от ужаса, уже представив, что в меня воткнулось несколько жгутов, которые сейчас потащат меня наверх, как вдруг перед глазами мотнулось что-то пестрое с огромными когтями, и я сообразил, что произошло. Твари наверху полностью высосали все питательное, что было в «тигре», и сбросили мумию вниз. А я просто такой везучий оказался, что она на меня и шмякнулась. Блин, секунд десять бы позже – и «тигром» огрело бы уже Петьку. Ладно, лучше меня, я хоть промолчал, а мало ли он бы заорал от неожиданности?
Скидывать с себя останки хищника я не рискнул, мало ли стукнутся о стенку, привлекая нежелательное внимание наверху. Отодвинув от лица иссохшую лапу «тигра», я попробовал двинуться дальше. Получилось! Мумия надежно лежала на моей спине, а я скользил к выходу. И смазка помогла, и то, что сил у меня по сравнению с временами до постапа заметно прибавилось. Меня бы в той же физической форме сейчас обратно в секцию каратэ – и я бы нашему тренеру запросто бы навалял. Один раз бы точно – просто от эффекта неожиданности. Не ждал бы он, что я на него со скоростью Брюс Ли обрушусь!
Отвлекая себя такими мыслями от затаившегося на своде смертоносного кошмара, я, наконец, выполз наружу. Тут же скинул с себя мумию «тигра». Приметив, что вслед за мной благополучно наружу выскользнул и Петька, испустил вздох облегчения. Хорошо-то как! Светло, и никто не собирается меня продырявить жгутом!
Повернулся к мумии огромной кошки. От грозного хищника в буквальном смысле остались кожа да кости. Прикоснулся к нему в надежде, что получу какой-нибудь трофей. Увы, мумия осталась на месте.
– Жаль, не вышло! – посочувствовал Петька, брезгливо оттиравший руки от слизи о траву.
– Ничего, так тоже неплохо! – ответил я, – мы с него шкуру снимем. Щиты сделаем из палок, шкурой обтянем, самое-то получится! А из остатков шкуры и сухожилий веревок наделаем – нам одной бечевки не хватит, чтобы много валежника в пещеру притащить!
Достали ножи, и, по-прежнему балдея от того, что над нами огромное пространство, тут же приступили к работе. Шкура даже острыми ножами разрезалась тяжело, что радовало – точно сгодится для защиты от жгутов! Чтобы ускорить дело, я достал катану, и ее невероятно острое лезвие решило вопрос с нарезкой кожи на раз. Петька подсовывал мне кожу под лезвие, а я аккуратно располосовывал ее катаной, как сливочное масло.
Два больших квадрата из шкуры вырезали на щиты, оставшуюся кожу разрезали на множество полосок сантиметра два шириной. Попробовали сделать веревки и из жил на костях, но скоро плюнули – дело шло тяжело, и мы решили, что веревок, нарезанных со шкуры огромного хищника, вполне хватит.
Занимаясь обработкой туши, мы постоянно поглядывали на лес, и в целом привыкали к обстановке наружи. Как сказал мне вчера на тренировке сэнсэй, оказавшись в дикой местности, надо всей кожей впитывать местные звуки. Если в них что изменится, это может стать сигналом появления рядом опасности.
Закончив с тигром, как мы решили назвать монстра, пошли в джунгли. Решили, что работать будет только один, второй будет страховать его с оружием в руках. Менялись каждые десять минут, и схема получилась неплохой. Упахиваешься по полной, с остервенением обрубая ветки с кустов и перевязывая их полосами кожи в вязанки, потом за десять минут в охране сил снова неплохо поднакапливается, и набрасываешься на кусты по новой.
За полтора часа, что мы занимались рубкой валежника, ни один хищник так и не появился. Петька даже предположил, что убитый монстрами кошак был тут главным хищником, и соседи на его территорию не суются. Они же еще не в курсе, что он больше не является угрозой.
Решив, что десять больших охапок валежника нам для наших целей хватит, одну из них раздербанили, и начали изготовлять из веток и шкуры тигра два щита. Их сделали с такой легкостью, какой сами от себя не ожидали. Видать, и в ремесленном деле усвоенные за последние дни заряды оказались очень полезны. Ну да, прокачанные ловкость, реакция, координация, да и все остальное такой эффект и должны оказывать.
Наконец, пришло время приступать. Щиты мы повязали на спину, каждую связку валежника немного полили бензином, чтобы огонь лучше занимался, затем связали их между собой, расположили паровозиком на пороге грота, и нырнули в слизь. В этот раз Петька полз впереди, а я потихоньку распускал веревку, привязанную к передней вязанке.
Пара минут скольжения, и мы оказались в безопасности в сорока метрах от входа. За время, что мы отсутствовали, в гроте стало значительно темнее – местное светило изменило свое положение на небосводе, и его лучи больше не попадали во внутренности грота. Встав на ноги, мы скинули щиты, и приступили к последнему эксперименту перед началом наших действий против тварей. А именно – запалили один из пяти заготовленных факелов, тоже политых бензином, чтобы прикинуть, куда будет идти дым, после того, как мы затащим внутрь и зажжем валежник. Идея эта пришла в голову Петьке, и я был целиком с ней согласен – задохнуться в пещере, если дым будет идти внутрь, мне не улыбалось.
Факел вспыхнул, и язычок пламени, а, вслед за ним и дым, тут же потянулись к выходу из грота. Мы с Петькой радостно переглянулись. Факел воткнули в трещину в стене, его свет нам не помешает, натянули веревку, привязанную к валежнику, и потащили его внутрь. Тянули мы сильно, но аккуратно, девять больших вязанок валежника таки серьезно весят, да и цепляются за все вокруг, поэтому сильно дёргать – рисковать порвать веревку.
Вначале пошло неплохо. Вязанки поползли в грот одна за другой, я считал – проползая внутрь, они мелькали тенями на фоне входа в грот. Но, едва досчитал до семи, твари на своде грота оживились. Тоже понятно почему – вязанки изрядно шумели при передвижении. Слизь смягчала их передвижение по камню, но не могла ничего сделать с шумом, который неизбежно возникал при столкновении множества сухих веток между собой.
Сверху в вязанки ударили жгуты. Мы с Петькой увидели, как одну из передних вязанок сразу три вонзившихся жгута подтянули почти к самому потолку, а потом, изучив несколько секунд, недовольно отбросили вниз. Затем то же повторилось с четвертой по счету вязанкой. Мы на время замерли, молясь только об одном – чтобы веревки не порвались, и вязанки не рассыпались раньше времени.
Убедившись, что к поеданию вязанки не годятся, монстры затихли. Мы с Петькой, на всякий случай, подождали еще минуту, и только потом с замиранием сердца потянули за веревку. Пошла первая вязанка, оказавшись целой, и тут же на пороге грота показалась восьмая.
– Фух! – облегченно выдохнул я, – все целое, можно работать дальше!
В этот раз мы старались тянуть веревку еще медленнее и аккуратнее, чтобы не подвергать валежник новым нападениям. Но все равно, когда вязанкам оставалось всего несколько метров до намеченных для них позиций, последовала новая атака сверху. И, похоже, что скоординированная, потому что вязанки атаковали на всем протяжении их короткого маршрута. Казалось, что на них спустили всех демонов ада – жгуты свистели в воздухе, и вязанки взлетали вверх, как на крыльях. Спустя секунду все девять оказались притянуты наверх.
– Лихо они их! – покачал головой Петька, – что-то они совсем занервничали от наших махинаций!
В этот раз вязанки монстры изучали дольше – секунд десять. И только после этого их бросили вниз – и тоже все разом, как и захватили перед этим.
– Слушай, у них там точно есть координация, и какой-то альфа, который всех озадачивает приказами! – сказал я Петьке.
Тот только кивнул. Случайно такой массовый захват валежника и избавление от него вряд ли могли произойти.
Потянув снова за веревку, мы чуда не ждали – уж больно в этот раз ожесточенно драли наш валежник. Так и оказалось – вязанки начали рассыпаться одна за другой.
– Блин, не совсем там, где надо, передние теперь лежат, но может, и так хватит! – сказал я.
– Верно, в любом случае явно не стоит лезть туда и поправлять! – согласился со мной Петька.
– Ладно, тогда сам теперь зажигай факелы, я их только подержу, а потом будешь швырять по одному. Пусть побольше опыта точно тебе достанется!
Так и сделали. Первый факел Петька постарался метнуть максимально далеко, поближе к выходу из грота. С дальностью получилось, с точностью нет – пролетев над вязанкой, он зарылся в слизь. И заполыхал в тридцати сантиметрах от валежника.
Со вторым факелом все же повезло – вторая от входа вязанка вспыхнула. Мы надеялись, что, когда огонь разгорится, займутся и те вязанки, которые лежат по соседству. Не зря же мы их спрыскивали сверху бензином! Затем факелы подожгли четвертую и шестую вязанки, и последний факел Петька, достав из трещины в стене, кинул в ближайшую к нам вязанку.
Заполыхало! Все сильнее стал слышен треск лопающихся в огне сучков на ветках, пламя все больше набирало силу. На своде вначале началось какое-то мельтешение – мешки начали раскачиваться. А затем посыпались серии каких-то отрывистых звуков, прямо как у дельфинов.
Мы бы заинтересовались этим, но в этот же момент что-то произошло с тягой, и дым, вместо того, чтобы тянуться наружу, вдруг повернул внутрь. Грот стал стремительно наполняться клубами дыма. Не весь нарубленный нами валежник был сухой, попадались и сырые ветки. Сделано это было специально, чтобы, помимо жара, попытаться доставить неприятности потолочным монстрам и дымом. Но теперь неприятности возникли у нас.
В жизни бы не подумал, что дым может так быстро заполнить ограниченное по размеру помещение. Грот только еще недавно казался огромным, но всего за несколько секунд все вокруг нас заполнилось дымом.
– Может, ветер подул в сторону грота? – крикнул Петька, убегая вместе со мной к порталу.
– Да запросто, блин! – ответил я, и закашлялся.
Через метров десять от дыма удалось оторваться, и мы немножко продышались. Но затем серые клубы снова стремительно бросились на нас.
– Бежим! – скомандовал я, но обнаружил, что остался один. Петька и так уже бежал к порталу. Ну что же, здравый смысл хорош и сам по себе.
Добежав до портала, снова оторвались от дыма. Все же грот был огромным, и часть дыма, несомненно, подымалась к его вершине.
– Может маски соорудить, пригодятся, если все же и сюда дым дотянется? – спросил озабоченно Петька.
– Не, сильно не поможет! – сказал я, – чисто протянуть на полминуты дольше, и все, если маска самопальная. Если дым и сюда доберется, придется прыгать в портал. Знаю, что есть риск, что там обвал, но он меньше, чем оставаться здесь, и задыхаться.
Через какую-то минуту дым-таки добрался. А перед этим мы увидели в свете фонариков, что основная его масса уносится вглубь пещеры по магистрали гигантских червей. Значит, бежать по ней тоже не вариант – задохнемся.
– Все, вперед, в портал! – скомандовал я, и шагнул первым.
Честно говоря, входить в портал было боязно. Воображение так и рисовало сцены, в которых, едва я захожу внутрь, меня тут же засыпает землёй. Утешала только мысль, что, если туннель полностью обрушен, то портал вроде и не должен никого пропускать по ту сторону? Но утешала слабо – я же в курсе, что ничегошеньки не знаю о порталах! Та инфа, что мне попадалась раньше в компьютерных играх и фантастических книгах – явно же не в счёт!
К счастью, нам с Петькой повезло. Выйдя из портала с включенным фонариком, я сделал глоток чистого воздуха, и улыбнулся. Ну уж метров на пятнадцать вперёд, сколько уж высвечивал фонарик, с туннелем точно всё было в порядке. Рядом появился Петька. И тоже облегчённо выдохнул, а потом широко вдохнул всей грудью. И тут же закашлялся.
– Успел-таки дыма надышаться! – сказал он, откашлявшись, – аж голова кружится! Интересно, что там сейчас творится в гроте у выхода, если мы едва не задохнулись у входа в портал?
– Главное теперь, чтобы все сработало, и твари посдыхали, не от огня, так от дыма! – ответил я.
– Ну так ясное дело! – сказал Петька задиристо, – иначе непонятно будет, чем мы три часа там занимались! Я обычно шкуры с дохлых тигров не сдираю и валежник в промышленных масштабах не заготавливаю!
– Постой-ка! – сказал я, – слышишь треск вон оттуда?
И я ткнул пальцем в свод туннеля метрах в десяти от нас. Я и в самом деле явственно услышал какой-то странный звук с этого места. Петька только открыл рот, чтобы ответить, и видно было по глазам, что ничего он странного не услышал, как события сорвались в галоп. Туннель содрогнулся, и так сильно, что мы схватились друг за друга, чтобы устоять, а потом свод туннеля в том самом подозрительном месте начал рушиться. Вначале по нему зазмеились трещины, затем они резко расширились, а потом свод туннеля начал рушиться вниз огромными кусками. Все, что мы с Петькой смогли сделать – так это прижаться к стенкам туннеля прямо рядом с порталом, и надеяться, что хоть эта часть уцелеет! Обратно в портал, в грот, в котором нечем нашими заботами дышать, нам не хотелось!
Спустя ещё пару секунд масштаб обрушений скрылся из наших глаз за облаком пыли, лишь по содроганиям стен и пола было понятно, что процесс обрушения не завершен. Что касается появившейся пыли, то изнутри ей взяться было неоткуда, тут всё было покрыто слизью, но стало ясно, что снаружи пыли предостаточно. Да может, и внутри пластов земли, падающих со свода, и разламывающихся при падении, тоже было полно пыли, я не знаю, я не пылевед.
Пока я забивал себе голову этой фигнёй, закрывая рот ладонью, в попытке дышать из-под пальцев более чистым воздухом, в глаза вдруг мощно ударил свет. Вначале я зажмурился от неожиданности, а потом попытался рассмотреть, что происходит. Получилось не сразу – глаза щипала пыль, да и жёстко приходится, когда после полутьмы и ограниченного обзора в радиусе луча фонарика попадаешь вдруг под мощное освещение.
Тем не менее, и глаза начали привыкать к свету, и пыль понемногу начала развеиваться, и я, наконец, увидел. В огромном проломе в туннеле стоял под углом в тридцать градусов на куче земли здоровенный экскаватор, явно попавший отсюда снаружи, и из его кабины доносились звуки знакомого голоса, извергающего явно какие-то ругательства. А сам свод туннеля был обрушен чуть ли не до портала, и в разрушенный туннель весело светило солнце.
– Серёга, ты, что ли? – крикнул Петька, и ругань со стороны кабины экскаватора стихла.
– Петька? – ответили со стороны кабины, и я, наконец, смог разглядеть в оседавшей пыли, что в ней находится Серёга. А тот гаркнул:
– Ха, и Семён тут! Нашлась пропажа!
– Что ты так ругался-то? – спросил я, осторожно подходя к экскаватору. Дверь кабины лязгнула, Серёга выбрался наружу.
– Да непривычно мне этой машиной орудовать, чуть не перевернулся, пока освоил все эти рычаги! – сказал он, приветственно хлопая меня по плечу, – а потом и вовсе провалился в ней в этот туннель! Стреманулся, пока падал – по полной программе!
– Сергей, ты в порядке? – донёсся встревоженный голос сверху.
– Да, Борис! – громко ответил Серёга, – я и Петьку с Семёном тут нашел, представляешь!
– Все хорошо у них? – спросил Борис.
– Да, все прекрасно! – крикнул уже я сам, а то Серёга без всякой надобности оказался в роли переводчика.
– Нам спускаться? – спросил тут же Борис.
Серёга осмотрелся.
– Минутку! Поправлю кое-что! – сказал он и полез обратно в кабину экскаватора.
Ковш ожил, поднялся и врезался в опасно нависавший над проломом пласт земли. С грохотом тот обрушился вниз, подняв очередную волну пыли.
Серёга выскочил из кабины, и закричал:
– Теперь порядок! Вроде, больше рушиться нечему! Можете спускаться!
Тут же, звякнув о куски асфальта внизу, в туннель опустилась длинная алюминиевая лестница.
– На той же стройке прихватили, где и экскаватор нашли! – пояснил ее появление Серёга, – ох, и задолбался я землю рыть в поисках туннеля! На поверхности вроде всё ясно, где он должен идти через двести метров. А на деле никакой ясности – два часа все рыл, и рыл, и только сейчас вот и наткнулся на него! Но ладно – что я все о себе! Как у вас там в портале – нашли что интересное? И что от вас дымом так сильно несёт – там что, пожар?
– Ну, теперь уже да, пожар! – ответил я, – нашли мы там стаю тварей, и зажарить их пытаемся. Минут десять ещё лучше точно в портал не входить, пока огонь не погаснет, и дым не развеется.
– Ты лучше скажи, как у вас с монстром все прошло, и какой лут с него взяли? – с интересом спросил Петька.
– С напрягом прошло, бензовоза вначале не хватило, спасли ситуацию газовые баллоны, что наш хозяйственный Семен где-то надыбал! Но, главное, что все живы, и большинство попало в игру! – довольно ответил Серёга, – даже моя сестрёнка, и твой брат! А лут – о, он тоже порадовал! Крутая штука досталась – раз в два дня клепает заряд на одну из характеристик. В случайном порядке, не знаешь, на что именно заряд будет. Первый вот заряд устройство выдало на реакцию.
– Да, однозначно неплохой агрегат! – воскликнул Петька.
А затем Серёга принялся рассказывать подробности про то, кто и как прошел калибровочный тест на вхождение в игру. Самый необычный случай прохождения оказался у его малолетней сестры. Признаться, я уже не раз и сам думал, как именно будет устроен порядок прохождения этого теста для детей. Какие, блин, револьверы на диком Западе или отстрел эсэсовцев в нацистской Германии для восьмилетки? Волновались по этому поводу и Серёга с Петькой. К счастью, здравый смысл у организаторов Апокалипсиса присутствовал.
Сеструха Сереги попала в монастырь Шаолиня. И провела в нем семь – СЕМЬ! – лет, послушно выполняя все указания бритоголовых монахов! Когда она в пятнадцать лет сдала какие-то выпускные экзамены, на этом тест и закончился. Она получила класс «монах» и была благополучно возвращена к нам. В свое тело восьмилетки, для которого здесь прошла всего минута.
Пока Серёга рассказывал, люди потихоньку спускались в туннель, спустилась и Наташка. От рассказа Сереги про эти семь лет в игре мы с Петькой подофигели, но, когда я взглянул в лицо маленькой девочки, все сомнения пропали. Куда-то исчезли и капризно поджатые губки, и шальное выражение глаз. Лицо расслаблено, глаза безмятежные, но за этой безмятежностью чувствовалась бесконечная уверенность в себе. А движения – и плавные, и быстрые одновременно. Как у гимнастки, способной взять «золото» на европейских соревнованиях.
– Здорово, пацаны! – сказала она, и поклонилась нам отточенным движением.
– Как ты, Наташка? – спросил я ее, машинально тоже отвесив поклон.
– Все норм, – ответила она с непоколебимой уверенностью, – рада, что у вас тоже! Конечно, придется поработать над моим телом. Ни силы, ни выносливости, и сравнить невозможно с тем, чего я достигла в монастыре. Но ничего, пару месяцев – и вы меня не узнаете.
Я, честно говоря, и так ее не очень узнавал. Это когда Наташка вообще интересовалась моими делами или радовалась тому, что я в порядке?
– Семён, найдется свободное время, напомни подучить тебя правильно обращаться с катаной, – сказала восьмилетняя девочка с косичками, окончательно меня добивая, – и мне, кстати, ребята, смотрите внимательно по сторонам, что-нибудь такое же понадобится. Только пока что покороче, такую длинную я не смогу комфортно таскать с таким мелким телом.
– Ага! – только и смог ответить я, не совсем понимая, на каком свете нахожусь.
– И ещё хоть несколько метательных ножей бы поприличнее, да если крепкое дерево увидите, тоже скажите, боевой посох себе сделаю, – после небольшой паузы деловито сказала Наташка.
– Ага! – с туповатым видом сказал и Петька. Интересно, я так же сейчас выгляжу?
– Так и Сашка тоже не по нашему взрослому стандарту пошёл, – продолжил рассказ Серёга, посмеиваясь над нашим изумлением, – его вообще в каменный век занесло, в первобытное племя. И условия почти как у Наташки – смог дожить среди саблезубых тигров до пятнадцати лет – значит, тест прошел. Только вот смог он дотянуть до пятнадцати только с третьей попытки, все же это не монастырь, полный воинов, в средневековье, а племя в пещере с кучей хищников вокруг и ужатым рационом при неудачной охоте. Так что всего он в игре провел шесть лет, на год меньше, чем Наташка.
– А класс какой получил? – спросил Петька.
– Дикарь я, вот такой у меня класс, – раздался сверху вроде бы и знакомый, да не совсем, голос. По лестнице начал спускаться Сашка. И интонации в голосе, и движения тоже изменились, как и у Наташки. Голос стал уверенным и взрослым, а движения ловкими и экономными, как у тренированного спортсмена.
– Так что теперь у нас в кампашке появился профессиональный выживальщик! – сказал Серёга, – без спичек в дождь огонь разожжет, без одежды в лесу выживет!
Сашка, спустившись, крепко обнял Петьку.
– Эх, братан, я тебя все занудой раньше считал, но как же я по тебе там соскучился за эти годы! – сказал он ему.
У Петьки чуть глаза от удивления на лоб не вылезли.
– Так ты, получается, уже восемнадцать лет прожил? – подсчитал я.
– Да как бы не больше! – солидно ответил Сашка, – я бы не постеснялся год за два посчитать! Первый раз я через два года голодной смертью умер. Засуха началась, олени ушли, а пошли за ними – наткнулись на более сильное племя. Пришлось вернуться обратно, и питаться рыбой. На детей не хватило. Передо мной еще пятеро умерло, правда, все помладше были.
– А ты что, не мог там верши придумать, или что-то вроде спиннинга соорудить? – расстроился Петька.
– Ага, все я придумал, но вот в чем проблема. Дети там вообще не в счёт, никаких прав вообще. Все, что наловил, тут же взрослым идёт. Пока вождь, шаман и взрослые не наедятся, детям ничего не положено. А ты не представляешь, сколько они могли сожрать! Да и я же там был сиротой, прибившимся к племени, так что, в отличие от других детей, ни от мамки, ни от папки куска не перепадало, – ответил Сашка, – а кроме того, никакого представления о том, что нужно делать серьезные продовольственные запасы!
– А если захомячить что в каком дупле для самого себя? – спросил Петька.
– Если поймают на том, что от племени еду прячешь, а не отдаешь на распределение, то бьют жестоко. Поймают несколько раз подряд – могут вообще выгнать. И это все равно, что смертная казнь – одному в лесу не выжить. А если одному пойти за едой, чтобы никто не заметил, то можно и домой не вернуться. Там в лесу в радиусе километра медведей, мне показалось, было больше, чем людей во всем нашем племени! Так что небольшой запас еды у меня был, но его тупо не хватило, – пояснил суровые реалии своего испытания Сашка.
– А во второй раз в чем был фейл? – полюбопытствовал я.
– Ну, в тот раз я уже был поумнее и посноровистее, и задолго до начала голода стал создавать тайный продовольственный запас. Меньше ел, больше откладывал в сытное время. За счёт припасенных объедков голод и пережил. Хотя долбанные белки и еноты много что из моих нычек нашли и сами употребили, что было, то было. Но через два месяца на нас напало то самое племя, что не пустило нас преследовать оленей на свою территорию. И мне башку раскроили каменным топором. Как раз, когда я очередной тайник с продуктами в лесу делал.
– А в третий раз как выкрутился? – полюбопытствовал уже я.
– А я свалил на неделю из племени, знал же, когда нападут! – улыбнулся Сашка, – вернулся, собралось нас таких же выживших детей и подростков полтора десятка. Взрослых враги всех перебили, или в плен забрали, дети некоторые смогли выжить, разбежавшись по лесу. Я самым сильным оказался, и смог власть захватить. За полгода немножко подучил их, что еда должна распределяться так, чтобы никто не голодал, и что нужно хорошие запасы делать, а не набивать пузо до тошноты, выкидывая всё, что испортится. А там мне уже и пятнадцать стукнуло.
– Офигеть! – сказал Петька.
– Но как же я там соскучился по нормальным вещам, которых в пещерном веке быть не может! – с чувством сказал Сашка.
– Ага, он нас даже напугал немного! – ухмыльнулся Серёга, – прошла, значит, его минута, очнулся, тут же схватил смартфон, загрузил свою игрушку вертолётную, стал на кнопки нажимать – летать и пулять, видимо, а по щекам слезы катятся. И такие крупные! Мы аж перепугались!
– Ну, через годик, когда запасы туалетной бумаги кончатся, будете с такими же слезами кленовыми листьями подтираться, вот тогда меня и поймёте! – насмешливо сказал Сашка.
– А ты что, правда там листьями подтирался? – брезгливо спросила Наташка.
– Нет, конечно, мхом гораздо удобнее! – улыбнулся Сашка. Видно было, что прежняя мальчишеская вспыльчивость у него исчезла напрочь.
Повисла тишина.
– Не, на самом деле я не из-за игр плакал, конечно, – со вздохом признался Сашка, – когда ты вождь, пусть и крохотного племени, это дает известные преимущества. У меня там три жены осталось, да две из них беременные. Хорошие девчонки, и вот как они теперь без меня выживут?
Петька издал какой-то невнятный звук, словно начал задыхаться. И я его понимал – как теперь его отношения с младшим братом будут складываться? И кто из двух братьев теперь младший по своему жизненному опыту? Он или Сашка, на вид двенадцатилетний пацан? Петька, ведь, скорее всего, у нас еще девственник!
– А что там у других членов отряда, какие тесты пройдены, какие классы получены? – спросил я, когда первоначальный шок от услышанного прошел.
Серёга открыл было рот, но тут же ткнул пальцем в стоявшего немного за мной Петьку:
– А чего он окоченел? Что, тоже в игру попал?
Обернувшись, я увидел, что Петька замер с характерным видом – стоит неподвижно, словно и не дышит, глаза стеклянные.
– Похоже на то, – согласился я, – видимо, тот костер, что мы под монстрами развели, сработал! Опыта прилично привалило, вот его и отправило на тест!
Я ещё не пришел в себя от шока после сногсшибательных новостей про Наташку и моего брата, как возле меня возникла виртуальная девчонка, и бодро сообщила, что я, наконец, попадаю в виртуальную игру! Я так обрадовался, что даже и забыл крикнуть друзьям, что мою тушку надо поберечь, до того, как меня унесло в виртуальную приемную над бушующими волнами. Впрочем, обстановка была спокойная, никаких военных действий явно не предполагалось, может, мои друзья и вообще не заметят, что я на минуту вышел из строя.
– Некромант, значит! – раздавшийся из ниоткуда громкий голос, хоть я его и ожидал, исходя из рассказов Семена и Серёги, все равно заставил меня вздрогнуть.
– Да, некромант! – ответил я, заполняя возникшую паузу.
– И тоже, небось, захочешь пройти на самом сложном уровне, как и твои друзья? – уточнил голос, удивив меня такими познаниями.
– Ага! – лаконично ответил я.
– Непрост путь некроманта! – задумчиво сказал голос, – ну что же, его все равно надо пройти! Ограничений на количество смертей у тебя не будет, почему – сам скоро поймёшь! Доберись до белой башни, и считай свое задание выполненным!
Я встревожился. С одной стороны, я раньше нервничал из-за этих трёх попыток. Вон, Семён только с третьего раза смог испытание пройти, Серёга – со второго. А они оба хоть спортом раньше занимались. Так что я опасался, справлюсь ли с трёх попыток. Но, блин, интонация, с которой было сказано, что у меня нет ограничений, откровенно пугала. Сколько же раз мне придется скопытиться, прежде чем я доберусь до этой самой башни?
– Еще одно, – добавил голос, – умрешь больше десяти раз за день – сильно ослабеешь. Дебафф на сутки.
После этих еще больше напугавших меня слов я, полный смутных опасений, отправился на свое задание.
Первые мгновения на новом месте их несколько развеяли. Оказался я под огромной яблоней, ветви которой были щедро усеяны краснощёкими яблоками. Яблони были и вокруг меня, и за их ветвями ничего не было видно. Вообще ничего страшного, на первый взгляд. Тут меня и убить нечему, разве что особо крупное яблоко на башку свалится. Хотя и это вряд ли.
Осмотрел себя. На мне – какая-то белая тонкая хламида чуть ли не до пяток, и даже без карманов. Под ней только нижнее белье. Ощупал лицо – вроде мое. Вот и ещё одно отличие от миссий Семена и Серёги.
Что ещё? Тепло, очень тепло, как на курорте в Египте, на который возили пару лет назад родители. Похоже, замёрзнуть не должен.
Сорвал одно из яблок, хрумкнул. Вкусно и питательно! Так, с яблоком в руке и пошел лавировать между деревьями, в поисках выхода из сада. Вряд ли, оставшись среди густых ветвей, я смогу увидеть ту белую башню, к которой нужно добраться, чтобы пройти тест.
Двадцать шагов – и я вышел за пределы яблоневого сада. Оказалось, что находится он на небольшом пригорке. И со стороны, с которой я вышел, небольшая низина упиралась в огромную и высокую каменную стену. Метров тридцать так точно в высоту. Стена тянулась, сколько было видно, и направо, и налево. И я всей душой понадеялся, что нужная мне белая башня не находится за ней. Как мне взгребаться на эту стену в таком случае?
Пошел сквозь сад в другую сторону, откусывая от яблока по кусочку. Как раз, когда от яблока в моей руке остался только огрызок, из него снова вышел. Да так и остолбенел от неожиданности.
Белую башню я увидел. От меня она была всего в паре километров, на другом конце равнины. Вот только равнина эта больше всего походила на огромное кладбище. Множество могил, отчетливо видных черных пятен среди газона, а кое-где и курганов, тянулись вплоть до этой самой белой башни. И никаким другим путем, чем через кладбище, до неё не добраться.
Что-то мне подсказывало, что просто мирно пройти до башни у меня здесь не получится. Иначе не было бы никакого смысла в отмене ограничений на количество смертей.
Вздохнув, я пожал плечами, и тронулся в путь. Стоя на месте, вряд ли я чего добьюсь, верно же?
Неприятности начались, когда я прошел буквально пару десятков шагов. Земля на пяти могилах прямо по курсу содрогнулась, и из них наружу высунулись небольшие ладошки со скрюченными пальцами. По размеру – как у подростка. Я вздрогнул – тут что, дети захоронены?
Ясно, что я замер на месте, и дальше не пошел. Между тем, пальцы, пошарив по земле, упёрлись длинными жёлтыми ногтями в землю, и напряглись. А затем земля раздалась, и из всех пяти могил на поверхность полезли странные создания. Пятясь на всякий случай назад, я принялся рассматривать вылезающих тварей, пытаясь понять, с кем имею дело. Больше всего они были похожи на каких-то заморышей – лица овальные и бледные, череп лысый, ростом мне по пояс, ножки и ручки тонкие. По виду и не скажешь, что и мертвые – цвет кожи равномерный, трупных пятен не видно, как и каких-нибудь ран. Вот только на поясе у каждого висело по кривому ножу длиной в сорок сантиметров каждый, и они тут же, выхватив их, двинулись ко мне. Причем пошли скоординированно, переглядываясь, и выражение их морд было недвусмысленно хищным – ножи они явно достали вовсе не для того, чтобы чистить яблоки.
И на все эти пять ножей у тварей, которых тут же мысленно окрестил гоблинами, у меня были всего лишь ноги, кулаки да белый балахон. И, только попятившись, я вспомнил про свое некромантовское заклинание. И тут же его активировал.
Поиск павшей сущности увенчался успехом – я выявил две по бокам от агрессивной пятерки. Видимо, такие же гоблины в соседних могилах. Это вроде и хорошо, они по весу не должны выходить за те лимиты, что мое ещё плохо прокачанное заклинание способно поднять. Но и плохо – у меня будет лишь один союзник против пяти вооруженных врагов.
Без дальнейших размышлений, потому что времени у меня на них явно не было, попробовал призвать одну из двух обнаруженных сущностей. Попытка увенчалась успехом, и из одной из могил слева высунулись грязные ладошки. А затем оттуда вылез точно такой же гоблин, но уже в роли моего некропета. И, по моей команде побежал вдогонку за медленно надвигающимся врагами, начавшими охватывать меня полукругом.
В этот момент я пожалел, что, в отличие от Семёна, никогда не ходил ни в какую спортивную секцию. Семён бы, я уверен, уже бы бросился на гоблинов, и ловко раскидал их ударами ног, уворачиваясь от ножей. А мне вот что делать? Пытаться изобразить каратиста, опираясь лишь на просмотренные фильмы?
Пятясь, гоблинам я позволил дойти до того места, на котором сам недавно стоял. После этого я приказал некропету вонзить нож под лопатку идущего по центру гоблина – поскольку остальные все время косились на него, я решил, что он у них за лидера, и его надо выводить из игры первым. И тут же, выхватив нож, он резанул по шее соседнего гоблина. Фактор неожиданности сыграл свою роль, нападение со спины оказалось эффективным, двоих из гоблинов мой некропет уложил. А остальные трое, забыв про меня, развернулись к нему, и атаковали. Я тупить не стал, и помчался на гоблинов. Пусть я не каратека, но в футбол же играл, и тут же отвесил мощный пинок в спину ближайшему из них, словно по мячу, отправляемому в ворота с дальней дистанции. Гоблин буквально взлетел в воздух, подтверждая правдивость фразы из анекдота про схватку медведя с ежиком – «ежик сильный, но легкий». Только примерился пнуть еще одного, как он внезапно обернулся, увернулся и пырнул меня ножом прямо в печень. Боль была такой, что я сложился вдвое, и рухнул на колени. Лезвие ножа сверкнуло перед глазами, перерезая мне горло.
Очнулся я в том же месте, под яблоней. Тут же всего себя ощупал и осмотрел – ни ран, ни крови. Радовался своему воскрешению недолго – слева раздался шорох, и, посмотрев туда, я увидел в пяти метрах от себя двух радостно ухмылявшихся гоблинов, причем у каждого из них уже было по два ножа. Действуя инстинктивно, я запрыгнул на нижнюю ветвь яблони, и полез наверх.
Посмотрел вниз только тогда, когда взобрался метра на четыре. Гоблины были уже под деревом, и пытались допрыгнуть до нижней ветви. Роста им не хватало, и я решил, что пока что в безопасности. И просчитался – один из гоблинов вдруг резко метнул в меня нож. Тот просвистел мимо уха, ожег меня болью, и я дернулся так, что чуть не упал с дерева. Схватился за ухо – оказалось, что гоблин все же слегка задел меня, на пальцах были следы крови. Оглянулся в надежде, что нож застрял где-нибудь в ветвях, и я смогу им вооружиться, но увидел, что метнувший его гоблин уже бежит куда-то в сторону, скорее всего, поднимать упавший нож.
Не дожидаясь, пока и второй гоблин начнет метать в меня режущие предметы, полез выше по дереву. На восьми метрах, на самой тонкой верхушке, гнущейся под моим весом, посмотрел вниз. Чертыхнулся, увидев, что предприимчивые гоблины тоже без дела не стоят – один начал подсаживать второго на дерево, чтобы он мог дотянуться до нижней ветви. А на мне даже ботинок нет – так бы снял и швырнул в башку, может и попал бы.
Понял, что дальше действовать впопыхах нельзя, иначе снова умру. Что у меня есть вообще? Мое некромантское заклинание «Рассвет мертвеца» и полсотни маны. Глянул тут же – резерв маны у меня был полсотни, 30 истратил на подъем некропета, сейчас было двадцать восемь. Пока помирал и воскрешался, восемь единиц восстановилось. И вот-вот мана должна восполниться до 30, необходимых, чтобы поднять очередную павшую сущность. Вот только найдется ли таковая посреди яблоневого сада? Если нет, только зря солью ману.
Из навыков у меня была только «Концентрация-новичок» – позволяла, входя в транс, ускорить на десять процентов восстановление сил и маны. Пригодится, и очень пригодится, если я правильно понял суть моего задания, но не сейчас, когда до меня вот-вот доберутся гоблины. Мне бы сейчас иметь лучше какой боевой навык, но увы, не озаботился.
Вдруг я приободрился. Мои щупальца! Как же я про них сразу не вспомнил!
Настроение сразу улучшилось. Вспомнил, как Семен и Серега успокаивали меня, когда я злился, что не смог избавиться от чужеродных генов – мол, еще пригодятся! И ведь так и оказалось!
Так, теперь надо решить, как мне лучше всего их использовать. Выпускать и контролировать я мог два жгута, и не хуже, чем собственные руки. Предельная дальность выстреливания – четыре метра.
Тут же рассмотрел варианты. Дождаться, когда гоблин поднимется повыше, и выстрелить в него жгутами? А потом размозжить об ствол дерева? А если он успеет метнуть в меня нож? И в этот раз уже не промажет?
Осмотрелся вокруг. Соседние яблони были от меня на дистанции 3-4 метра, как и положено в правильно посаженном яблоневом саду. У моей бабушки такой был, так что я курсе о таких деталях. Созрел план.
Следующую минуту я сидел, и смотрел как гоблины медленно поднимаются вверх по стволу. Первый, когда залез, зацепился ногами за ветвь, и за руки поднял на дерево и второго. И теперь они аккуратно подбирались ко мне, совсем не спеша. Видимо, думают, куда он денется? На всякий случай, чтобы они снова не вздумали метать в меня ножи, я прятался от них за стволом дерева.
Дождавшись, когда гоблины заберутся на четыре метра, я вонзил оба щупальца в верхушку соседнего дерева. И тут же спрыгнул с дерева, полетев вбок как на качелях. Повезло, верхушка не сломалась от рывка, и спустя секунду я уже оказался на соседнем дереве. Поцарапанный о ветви, но довольный, что все получилось. Истинную радость доставил возмущенный гомон гоблинов, обнаруживших мой маневр. Но недолгую – в меня тут же полетели ножи. Один прошуршал над головой, второй – вонзился в левое плечо. Блин, при таком раскладе можно было и не прыгать со своего дерева, а попытаться все же достать гоблинов щупальцами!
Не тратя время на то, чтобы выдернуть нож, я метнулся за ствол дерева. И тут же, выпростав шупальца из яблони, метнул их в соседнюю верхушку. Две секунды – и от дерева с гоблинами меня отделяет еще одно, повезло, что еще раз метать ножи они не стали. То ли не успели, то ли побоялись остаться вообще без оружия.
Скрипнув зубами от боли, выдернул из плеча нож. Вонзился он неглубоко, на пару сантиметров, но меня больше озаботило то, что лезвие было ржавым и грязным. От такой неглубокой раны я точно не умру, а вот от заражения крови – запросто!
Схватив нож в зубы, как заправский пират, шустро полез вниз. Пояса на балахоне не было, а в руке держать нож, когда лазаешь по дереву, плохая идея. Либо нож уронишь, либо сам упадешь. Щупальца тоже не хотел занимать, понадобятся для подстраховки безопасности быстрого спуска.
Кинул взгляд назад – гоблины тоже спускались вниз. Но мои длинные конечности рулили. Я уже был внизу, когда они только подбирались к нижней ветви. И тут же побежал в ту сторону, в которой было кладбище. Или, по крайней мере, я надеялся, что бегу правильно.
Фух, не ошибся! Деревья закончились, и я оказался в двадцати метрах от места первой битвы. С радостью обнаружил тут четыре трупа, включая моего растерзанного гоблинами некропета, и два ножа. Схватил оба ножа, тут же залез в интерфейс. 29 единиц маны! Блин, одной не хватает, чтобы разжиться новым некропетом!
Ну ладно, ноги у меня в два раза длиннее, чем у гоблинов, буду просто бегать от них, не подпуская на расстояние броска ножа, пока мана не восстановится! Если она вообще не успеет восстановиться еще до их прихода сюда!
То, что гоблины меня в конце концов найдут, для меня было ясно. Следы крови за мной на земле остались вполне отчетливые, не говоря уже о том, что они должны уметь и просто по следам преследовать добычу. А может, у них и нюх хороший, кто его знает!
К яблоневому саду я не подходил, держась между ним и кладбищем. К кладбищу я тоже остерегался приближаться, понял, что, если подойду слишком близко, из могил полезут новые мертвецы меня убивать. А мне бы пока с этими двумя справиться, в добавке явно не нуждаюсь.
Так, пока гоблины не появились, есть немного времени для прикидок. Одна хорошая новость точно есть – вылезающие при моем приближении из могил мертвецы – не зомби. Погибают от простых ранений, не надо им именно мозг долбать. Будь они зомби, мое положение бы существенно ухудшилось. Вряд ли мне удалось бы тут разжиться дробовиком, чтобы с одного выстрела вышибать им мозги.
Мои размышления прервали выбежавшие из леса гоблины. При этом поступили они хитро – один выскочил слева, другой справа. Не нравится мне, что они такие умные – догадались, что, если пойдут на меня единым фронтом, я просто от них убегу.
Короткий взгляд на показатель маны. 30! Вот теперь попляшем! Тут же осуществляю поиск павшей сущности, поднимаю еще одного гоблина из могилы. Он шустро выбирается из нее, и спешит ко мне. Вуаля! Теперь нас двое, а гоблины разделены.
Враги тоже понимают, что их позиция резко ухудшилась. Оба останавливаются метрах в пятнадцати от меня, и переглядываются. Видимо, пытаются принять решение.
Учитывая, что гоблины продемонстрировали неплохой интеллект, не хочу давать им время – мало ли что совсем плохое для меня придумают. Мне самому в голову приходит неплохая идея. Кидаюсь к трупам, хватаю тело одного из убитых гоблинов, и, прижимая его к себе, бегу на того гоблина, что находится от меня слева. Тот оторопело смотрит на меня, не понимая, что я задумал, и не двигается с места, пока не становится слишком поздно. Когда я подскакиваю поближе, он кидает в меня нож, но и в него уже летит труп гоблина. От ножа я уворачиваюсь, а вот он от трупа – нет. Пока он барахтается на земле, пытаясь выкарабкаться из-под тела, я уже наваливаюсь сверху, и втыкаю в него нож по самую рукоятку. Много такому тщедушному созданию не надо, он испускает дух практически сразу.
Я тут же оборачиваюсь назад. Оставшийся в живых гоблин медленно пятится к лесу. Командую моему некропету атаковать его, и тоже бегу следом. Пробегая мимо места первой битвы, хватаю один из оставшихся трупов. Весят гоблины килограмм по двадцать пять, а силу я в игре неплохо прокачал, так что догоню оставшегося врага и с трупом на руках. Силы и выносливости хватит.
Уцелевший гоблин тоже это понимает, и, поворачиваясь, дает деру в направлении кладбища. Скотина! Туда мне бежать нельзя. Пытаюсь догнать по кромке между лесом и садом, но немного не успеваю. Скрипя зубами слежу, как он убегает, петляя между могилами. Мой некропет бежит за ним. Возникает вопрос – велеть ему вернуться или разрешить преследование?
Если он вернется, я буду лучше защищен в ближайшие сорок минут, пока действует призыв. Но, с другой стороны, от кого мне нужно защищаться, если я не буду подходить к кладбищу, агря новых мертвяков? Ни от кого, так что пусть бежит дальше. Авось ему удастся убить последнего врага, и мне можно будет без опаски заниматься своими делами.
Сел на опушке леса, и занялся раной в плечо, время от времени посматривая, как продвигается погоня. Оторвал от своего балахона полосу снизу, и ей перевязал плечо. Обидно, что даже воды нет, чтобы промыть рану. Если действительно воспалится, придется погибнуть, чтобы воскреснуть здоровым.
Будучи неглубокой, рана существенно не мешала двигать рукой. Решил, что теперь самое время озаботиться стратегией. Информации накопилось достаточно, чтобы сделать определенные выводы. Итак, что мы имеем?
Похоже, этот тест сделан специально для некромантов. До Белой башни я могу добраться только через кладбище. И каждый мой шаг по нему чреват риском поднятия из могил мертвецов, которые тут же будут атаковать меня. И получается, что я должен убить всех поднятых мертвецов, иначе они так и будут без передышки пытаться меня убить. И мне предстоит путь длиной два километра в таких условиях! Без мата отреагировать на такую перспективу не получалось.
Особенно меня пугали многочисленные большие курганы. Твари какого размера там могут быть? Или, как вариант, там могут быть и массовые захоронения. Предположим, похоронили какого-нибудь короля с двумя десятками слуг, чтобы они его обслуживали на том свете. Пройдешь слишком близко мимо такого кургана – и придется иметь дело с ними всеми.
По луту – тела убитых противников, в отличие от того, что творилось на Земле, не исчезали, и трофеями становилось оружие и одежда противников. Интересно, потом тела убитых гоблинов все же исчезнут? А если не исчезнут, не начнут ли разлагаться, создавая мне тут антисанитарные условия? В последнем случае мне еще, вполне возможно, придется и могильщиком поработать, закапывая тела обратно.
Задумался я и над тем, какого рода эволюцию должен сам проделать по задумке организаторов этого испытания. Научиться биться холодным оружием, работать в паре с некропетом? Это да, без этого я вряд ли справлюсь. Научиться выкручиваться в самых сложных ситуациях? Безусловно, это я уже понял на примере последних нескольких минут. Что еще? Раз этот тест специально придуман для некроманта, то я, видимо, должен проделать какую-то эволюцию и как некромант. Видимо, кастуя поднятие павшей сущности раз за разом, я смогу прокачать это заклинание. Сейчас у меня было ограничение на сорок килограммов, авось, получится, постоянно практикуясь, увеличить массу поднимаемых сущностей.
Через три сотни шагов мой некропет догнал убегающего гоблина, и между ними завязалось сражение. Ожесточенно обмениваясь ударами, они скрылись за одним из курганов. Я ждал минуту за минутой, но из-за кургана так никто и не вышел. Похоже, убили друг друга.
Ладно, мне необходимо озаботиться более насущными делами. К кладбищу я больше не приближусь, пока хоть немного не подготовлюсь. И я направился обратно в яблоневый сад.
Прежде всего, я вырезал огромную дубину. Ножи хоть и были ржавыми, но справится мне с этой задачей помогли. Хотелось бы соорудить еще лук и стрелы, но древесина яблони для этих целей не годилась. Пришлось ограничиться тремя копьями с лезвиями из трофейных ножей. Их я примотал к древку перевязями, на которых они висели у гоблинов.
Закончив с этим, я занялся изготовлением доспехов. Сняв с убитых гоблинов их шмотки, порвал их на тряпки, нарубил веток с яблонь и подвязал их этими тряпками к своему балахону, проделав в нем дыры. Два ряда сучьев шли от плеч до бедер спереди, еще два ряда сзади. Плохонькая, но хоть какая защита. Такие доспехи были первыми, которые делали на заре человечества. Усмехнулся, подумав, что я в них, наверное, похожу на дендроида-воина.
За работой и мана полностью восстановилась. Снарядившись, я маленькими шагами стал приближаться к кладбищу. Спешить было опасно – сделаешь лишний шаг и будешь биться с большим числом противников, чем планировал. Я шел в направлении тех семи могил, в которых постояльцев уже не было. Вслед за ними тянулись точно такие же по размеру, и я полагал, что и в них будут точно такие же гоблины. Но, когда из трех могил поднялись потревоженные мертвецы, я увидел разницу. Морды были гоблинские, но новые твари были мускулистее и шире в плечах, а снаряжены были дубинками, в которые были вставлены острые обломки кремня и гвозди.
Я тут же воткнул палочку в землю, чтобы знать, на какой дистанции я их сагрил, и поднял некропета из соседней с ними могилы. Точно такого же мускулистого гоблина с дубинкой. И снова ему удалось приблизиться сзади незамеченным и вывести из строя двоих монстров ударами дубиной по затылку. Спину третьего я проткнул брошенным копьем, когда он развернулся к новой угрозе. Итог – прошло несколько секунд, противники повержены, а я жив-здоров. Налицо существенный позитив по сравнению с первой схваткой.
Приказал некропету притащить мне трофейное оружие. Осмотрел дубинки – мне они были слишком малы по размеру. Но все же оставил – на досуге попытаюсь вытащить пару гвоздей, чтобы воткнуть их в свою дубину. Прикинул расстояние от воткнутой в землю палки до могил – получалось примерно метров двенадцать.
Затем мне пришла в голову мысль – а можно ли вообще проложить отсюда дорогу до Белой башни? Возможно, начинать надо вообще с другого конца кладбища, потому что в таких условиях прямая дорога до Белой башни не факт, что самая безопасная. Минут десять ходил вдоль кладбища, оценивая и прикидывая. Получалось, что вроде все же, двигаясь в этом направлении, у меня будет возможность пройти между всеми курганами таким образом, чтобы не сагрить их обитателей. Если, конечно, их агрорадиус не превышает двенадцати метров, как у гоблинов. Эта идея мне пришла в голову одной из последних, и я расстроился. Если агрозона у курганных обитателей больше, то не факт, что мне удастся избежать столкновения с ними при движении по прямому маршруту.
Снова инициировать схватку решил только через двадцать минут. Ждал, чтобы мана выросла до 30 единиц – я хотел проверить, удастся ли мне призвать еще одного некропета, пока действует уже призванный. Если получится, то воевать с двумя помощниками будет полегче.
Сделал шаг, потом второй от воткнутой палочки. Снова обитатели трех могил поднялись прямо по курсу. Но одновременно зашевелились и в двух могилах по бокам. Это было неизбежно – приближаясь к кладбищу, я входил в агрозону все большего числа монстров. Тоненькой тропкой пройти не удастся, придется выкашивать всех в радиусе двенадцати шагов от меня. Я вздохнул – у меня снова будет пятеро противников. Но удастся ли мне призвать второго некропета?
Попробовал – не получилось. Выходит, пока что мой предел – один некропет весом до сорока килограммов. Но размышлять над этим детальнее было некогда – на меня уже шло два гоблина с ножами и трое с дубинками. За ними крался мой некропет, которому я приказал залечь за одной из могил и напасть со спины по моему приказу.
Вздохнув, я наклонился и поднял тело убитого гоблина. В прошлый раз метание трупа мне очень помогло, попробую эту стратегию еще раз.
В том бою меня снова убили. Что-то некстати хрустнуло под ногой моего некропета, все пятеро гоблинов обернулись, и внезапной атаки со спины не получилось. А мне нельзя еще было атаковать, потому что враги были слишком близко к кладбищу, и я бы, побежав на них, поднял бы еще с десяток врагов дополнительно. Мой самодельный доспех немного помог, но затем мне перебили дубинкой голень, и на этом мои шансы победить исчезли.
Воскрес я, как будто и не было у меня ни доспеха, ни ножей – в одном белом балахоне. И уцелевшие враги ждали моего воскрешения рядом. В этот раз мне хватило ума не лезть на дерево, а побежать по яблоневому саду, благо у меня ноги длиннее. И бегал так до тех пор, пока мана не выросла до заветной тридцатки, и я снова не разжился некропетом. С его помощью и снова кидаясь трупами всех трех удалось завалить.
Одержав победу, пригорюнился – теперь мне нужно было сделать не один доспех, а минимум два. А балахон у меня был только один. Пришлось смастерить что-то в это же духе из одежды убитых врагов. Швея из меня никакая, так что запасной доспех сидел криво и косо. Спрятал его в тайнике в яблоневом саду, чтобы иметь запас на случай новой гибели, и пошел в очередную рубку.
В этот раз удалось сагрить только трех врагов, и снова я удивился – из третьего ряда могил поднялись гоблины-лучники. Мне тут сотни рядов могил надо преодолеть, пока доберусь до Белой башни, и что получается, из каждого нового ряда будут подыматься нового вида монстра? Надеюсь, никто из них не будет вооружен дробовиком, или пулеметом?
Повезло, что лучники не открыли стрельбу сразу, не выходя с территории кладбища, а то мне бы пришлось несладко. В этот раз некропет смог подкрасться к ним со спины незаметно, и атаковал, когда они отошли достаточно далеко от кладбища, и я тоже мог присоединиться к веселью. Одна стрела вонзилась в труп, с которым я бежал на лучников, и вскоре все было кончено.
Я с большим интересом осмотрел трофейные луки. Но меня ждало разочарование – рассчитаны они были на слабые руки гоблинов, и я сломал один, просто попробовав его натянуть. Два оставшихся я связал тетивой с поломанного лука вместе, удвоив прочность, и вот этот лук уже стал неплох. Но стрелы гоблинов для него были коротки, а их удлинить я уже не мог. Как и сделать новые из яблоневых веток, они для этого никак не годились. Но ладно, и так лучше, чем никак.
Минут двадцать попрактиковался в стрельбе. Детский опыт очень помог, и вскоре я уже уверенно попадал с двадцати шагов в ствол дерева. На время обучения я снял железные наконечники со стрел, которые использовал, чтобы их не повредить. Видно было, что железо использовалось для них не очень прочное.
Встал вопрос изготовления щита. Ясно было, что это не последние лучники, которые будут со мной сражаться. Да что там ясно – весь третий ряд из таких, а мне надо пройти по его середине, что означает, что минимум двадцать могил придется от лучников-гоблинов очистить. Наломал в саду более-менее ровных веток, и стал изготавливать из них два щита, связывая ветки между собой тряпьем из одежды гоблинов.
Как часто бывает во время нудной работы, думал о чем угодно, кроме нее, и меня осенило. А что, если минимизировать количество как битв, так и поднимаемых за один раз из могил врагов, посредством моего некромантского заклинания? Кто мешает мне поднимать мертвецов в виде некропета раз за разом, стараясь не ввязываться в битвы, и опустошая таким образом могилы на моем пути? Я же уже убедился, что поднятая в виде некропета павшая сущность обратно в могилу не возвращается!
Провел расчеты. При полной мане, поднимая некропета, смогу поднять еще одного через двадцать минут, учитывая скорость восстановления маны в одну единицу в минуту. А если буду сидеть в медитации, используя мой навык, то скорость восстановления маны увеличится на десять процентов. Значит, уже восемнадцать минут, а не двадцать.
Но сначала все же доделал щиты, сделал еще два копья, и положил в тайник доспех, щит, копье и пару ножей. Вооружившись оставшимся снаряжением, осторожно пошел к кладбищу. Приближаясь буквально по несколько сантиметров за раз, смог подобраться таким образом, чтобы найти павшую сущность, которую можно поднять, не сагрив мертвецов. Получилось! Подняв и разоружив нектопета, снова уселся медитировать. Когда мана восстановилась до тридцати, заставил этого некропета убиться, разбежавшись и стукнувшись головой о дерево, и снова стал подбираться аккуратно к кладбищу, чтобы призвать следующего. Снова получилось!
Через несколько часов подвел итоги – способ работает! Но одновременно был он очень занудным, несмотря на несомненный плюс в том, что меня теперь не убивали. Прикинул, что с новым вооружением и отработанной тактикой по двое-трое гоблинов, поднятых зараз, большой опасности для меня не представляют. На всякий случай дождался, когда мана восполнится полностью, и приступил.
Приближаясь к кладбищу с максимальной осторожностью, и расчищая могилы, призывая некропетов по определённой схеме, добился того, чтобы каждый раз не иметь дела больше, чем с тремя поднятыми врагами. Спустя еще три часа удалось расчистить весь первый ряд могил на двадцать пять метров. Первая галочка на списке дел, ведущих к моей победе в испытании!
Устроил по этому случаю небольшой отдых, во время которого попытался посчитать, сколько всего рядов могил на моем пути к победе. Но так и не получилось. Простая схема – посчитать расстояние между рядами могил и разделить расстояние на эту цифру – не работала. Во-первых, расстояние в пару километров до Белой башни было определено мной приблизительно, на деле могло быть и два с половиной километра, и полтора километра. Я же не специалист в определении расстояния на глазок! Вот если бы я проработал лет пять геодезистом, то другое дело, но чего нет, того нет. Во-вторых, создавалось впечатление, что где-то с тридцатого ряда могилы становятся покрупнее, и расстояние между рядами тоже увеличивается. В-третьих, оценке мешали и разбросанные самым беспорядочным образом курганы, которые сбивали с толку при попытке подсчитать ряды.
Примерно – но очень примерно – выходило рядов двести пятьдесят-триста. А у меня за полдня расчищен только один. Да и тот с самыми легкими врагами! Было отчего впасть в депрессию!
Попытался поискать позитив. Было непросто, но вроде нашел. А кто мне мешает, когда до башни останется с сотню метров, просто рвануть бегом до нее через оставшиеся ряды неподнятых мертвецов? Пока восстанут из могил, пока осмотрятся, я вполне уже могу и добежать! Правда, поежился, подумав, что рассчитать все нужно будет предельно точно – если не добегу, потом после воскрешения придется иметь дело с сотнями крутых врагов! И это уже верняк, что испытание будет провалено!
К ночи смог расчистить еще и второй ряд. Интерфейс был в моем полном распоряжении, так что установил будильник на пять часов утра. Нехрен спать, впереди непочатый край работы!
Утром съел два больших яблока, и приступил к расчистке третьего ряда. Вот только не подумал, что лучше все же сначала проснуться получше, и, двигаясь неловко, случайно зацепил четвертый ряд. Оттуда на меня сагрилось два гоблина-мечника. Снова никаких доспехов, вся разница с другими отрядами в большем росте и виде оружия. Я оживился – хороший меч мне самому не помешает! Уже через минуту, победив при помощи такого же мечника в роли моего некропета, с интересом рассматривал трофеи. По длине он был примерно как подаренная японцами катана у Семена, но на этом сходство и заканчивалось. Меч Семена был чудо как красив, и ни один нормальный мужик глаз бы от него не отвел, пока не удалось бы подержать его в руках. А гоблинские мечники снабдили меня грубыми изделиями без всякой резьбы, рисунков и хитрых изгибов – чисто функциональные средства убийства. И рукоять для меня оказалась маловата – сражаться таким будет тяжело. Набалдашник на рукояти был металлический, такой не отломать, чтобы сделать ее удобнее. Ладно, придется мучиться, оттопыривая из-за него мизинец в сторону.
Добавил один из мечей в мой тайник, и, подумав, соорудил еще один тайник, в который положил еще один меч и нож. Пусть будет на всякий случай, мало ли как дела сложатся, и не хватит одного тайника!
К обеду, используя метод подъёма по двое-трое врагов наряду с некропетом, смог расчистить весь третий ряд и часть четвертого. Мои тайники по всему яблоневому саду множились, как у успешной белки, в них добавил еще и сдвоенные луки.
Из любопытства поднял пару врагов из пятого. Из могил резво выбрались гоблины с алебардами – еще выше ростом, и у них уже были наколенники и налокотники. Я вздохнул – алебарда в хозяйстве пригодится может, а вот наколенники и налокотники такого размера мне ни к селу, ни к городу. Хотя, пришла в голову идея – может, удастся наколенники приспособить в виде налокотников?
Не вышло. Система креплений была такой хитрой, что на локтях наколенники не держались. А переделывать было лень.
Сразу полез на шестой ряд – мысль, что там может тоже найтись что-нибудь полезное, покоя не давала. Из могил вылезло не два, как я пытался устроить, а три гоблина, да не простых, а гоблинов-арбалетчиков с металлическими нагрудниками. И, что особенно неприятно, они сразу же открыли огонь по мне, не успел я ни щит поднять, ни некропета призвать. Даже и не понял, какое из попаданий меня убило.
Воскреснув, сразу петлями, что твой заяц, побежал к тайнику. Знал уже по своему опыту, что все трое здесь, и просвистевшие мимо меня арбалетные болты эту уверенность подкрепили. Скорость помогла, да и толстые стволы и ветви яблоневого сада не самая лучшая среда для успеха арбалетчиков.
Вместо тайника сразу побежал к кладбищу, поднимать некропета. До арбалетчиков было не дотянутся, не сагрив еще нескольких врагов из предыдущего ряда, поэтому поднял гоблина-лучника из второго ряда. Приказал ему затаится среди яблонь, и постараться подкараулить моих преследователей, атаковав со спины.
В тайнике начал с щита, вот только не был уверен, что его толщины хватит, чтобы сдержать арбалетный болт. Поэтому добежал до второго тайника, и взял еще один щит. Наскоро связал их тряпками, чтобы сделать из них один, накинул панцирь, взял еще сдвоенный лук, стрелы, и алебарду, решив, что ей удобнее будет действовать из-за щита, и побежал на поиски своих врагов.
К моей радости, когда я наткнулся на них в чаще, их осталось только двое – мой некропет свою роль сыграл. Двойной щит оказался недостаточен – это я понял, когда арбалетный болт, пробив его, вонзился мне в живот, пройдя и сквозь мой доморощенный панцирь. Все же мне хватило сил добежать до гоблинов, и порубить их алебардой на колбасу. После этого, чувствуя, что стремительно слабею, я торопливо скинул с себя все снаряжение, отполз на пару метров в сторону, и вонзил себе в сердце самый плохой нож, который не жалко было потерять.
Воскреснув, тут же прибежал на место своего последнего сражения, и, схватив один из арбалетов, принялся жадно его изучать. Вот это уже достойное оружие – проверено на себе! То, что, несмотря на малый размер, арбалеты были мощными, объяснялось тем, что в них были использованы стальные полосы в качестве плечей лука. И натягивались стрелы воротом – тоже вполне себе современный вариант. Я попробовал натянуть арбалет, прижав плечи ногами, и натягивая тетиву двумя руками – у меня получилось. Ну да, сил у меня намного больше, чем у гоблинов, и так перезаряжаться будет быстрее.
Когда маны подкопилось, призвал некропета-алебардщика, и дал ему задание обыскать хоть всю опушку яблоневой рощи, но найти место сражения моего некропета с арбалетчиками и притащить третий арбалет и тело гоблина. Справился он за десять минут, я потратил это время на то, чтобы придумать более совершенную систему защиты от арбалетчиков. Конечно, я попытаюсь именно этот ряд расчистить вообще без сражений, но мало ли ошибёшься, и не хотелось тут же откинуть копыта, как в прошлый раз!
Три часа угробил на приготовления. Наконец, соорудил что-то вроде передвижной крепости. Шит из четырех слоев переплетенных ветвей яблонь, проверенный тремя выстрелами из арбалета с дистанции в десять метров на прочность, с подпорками, чтобы его не нужно было держать на весу. В щите я прорезал щель пять сантиметров в ширину – буду из нее стрелять по врагам. Три арбалета я зарядил и связал вместе – теперь у меня в запасе три выстрела, знай, целься, стреляй, тут же снова целься, и нажимай на очередной спусковой крючок!
Остаток дня я убил на то, чтобы полностью расчистить третью и четвертую полосы могил и половину пятой. На седьмую пока не лез, помня горький опыт с шестой. Умирать и больно, и неприятно – теряешь хорошее оружие и снаряжение, и приходится тратить кучу времени на его восстановление! Так что решил проверять, что за враги на седьмой, только после того, как максимально расчищу предыдущие.
Щит показал себя хорошо, как и мой тройной арбалет – большинство врагов я уничтожал в первую секунду их выхода из могил.
Закончив с пятой полосой, вынужденно взялся за седьмую. Из-за радиуса агра мертвецов нельзя было полностью зачистить шестую, не зацепив центр седьмой. С максимальной осторожностью, двигая щит буквально по сантиметру, пошел на центр седьмой линии. Тем большим было мое облегчение, когда из могил выскочило два раскрашенных гоблина с топорами и с безумными криками помчались, размахивая ими, в мою сторону. Одного упокоил в спину мой некропет-арбалетчик, второго угостил стрелой я сам. Похоже, в седьмой линии были захоронены гоблины-берсерки, больше шума, чем опасности для меня на такой дистанции.
Третий день я начал с тотальной зачистки шестой полосы. Почти всех арбалетчиков удалось поднять в виде некропетов, только с крайними пришлось сразиться – не хватало дальности призыва. Но мой щит показал себя прекрасно, обе двойки арбалетчиков не смогли его пробить, выстрелив, по своему обыкновению, сразу после того, как вылезли из могил, а я, не спеша, пока они перезаряжались, тщательно прицелившись, перебил их еще до того, как сидевший в засаде за их спиной некропет с алебардой успел к ним приблизиться. К тайникам по всему яблоневому саду добавились тройные арбалеты с колчанами. Три тройных заряженных арбалета я оставил себе на переднем краю войны.
После уничтожения шестой линии могил мой передвижной щит подвергся существенной переработке. Толщину я его сократил вдвое, зато облицевал металлическими нагрудниками арбалетчиков. Из оставшихся нагрудников я соорудил себе новый панцирь, привязав их слоями с перекрытием на балахон. В мобильности я существенно потерял, но, наверняка выиграл в защищенности. Если не считать головы, для которой бы очень пригодился шлем. Но пока что, имея дело с гоблинами, на шлемы, которые можно надеть на мою голову, рассчитывать не приходилось.
Решил после этого проверить, кто обитает на восьмой линии. Вылезло два гоблина в шкурах, и я даже не успел и понять, чем они воюют, как они раскрутили пращи и щит покачнулся от двух ударов. Да, с этими, учитывая отсутствие шлема, тоже придется поосторожнее – не берсерки!
Седьмую линию зачистил быстро и красиво под вопли быстро убиваемых берсерков. Восьмую начал зачищать с особой осторожностью, не высовываясь из-за щита, и агря по двое пращников. Пришлось затронуть и центр девятой – из могил на меня поперли копейщики с трехметровыми копьями, взмахивая флажками, притороченными около лезвия. Тоже оказались легкой добычей. Были на них и кожаные кирасы с притороченными металлическими бляшками, и легкие шлемы, но шея и лицо были полностью открыты. Меткий выстрел с близкой дистанции – и дело сделано!
Копья заценил – не моя самодельная фигня. Древки из крепкого дерева, трехгранные острия по двадцать сантиметров, из хорошей стали. Поубивав побольше копейщиков, во все тайники положил по одному.
Десятая линия могил порадовала шаманами. Старикашки со сморщенными лицами и длинными нечёсаными патлами начали что-то камлать, очевидно, призывая на меня все кары небесные, но я, конечно, не стал дожидаться, пока они допоют свои заклинания, пристрелив их сразу. Отработав тактику, этих агрил уже по трое, предварительно призывая некропета с дубинкой, мечом или алебардой. В большинстве случаев мне и стрелять не приходилось, настолько быстро некропет их выкашивал, подскочив со спины.
В одиннадцатой линии оказались рыцари. Полностью закованные в металл, с длинными мечами и узкими кинжалами у пояса. Шлемы с пышными притороченными лошадиными хвостами, с узкой крестообразной прорезью. К счастью, щитов у них не было, и, опять же, к счастью, арбалеты не подвели. Болт, если и не пробивал сразу шлем, когда мне не удавалось попасть по узкой прорези, то гарантированно отправлял рыцаря в нокаут. А дальше уже подскакивал некропет, и дубиной превращал легкое сотрясение мозга в тяжелое, а потом закалывал рыцаря в прорезь шлема его же узким кинжалом.
Рыцарские мечи качеством оказались получше тех, что я изъял у мечников. И сантиметров на десять длиннее. Так что и их добавил в тайники.
Некропет притаскивал мне трупы целиком, так что я с сожалением смотрел на доспехи, которые мне никак не могли быть впору. Все, что получилось – так это сделать из поножей защиту для рук от локтя до запястья. Сидела она не очень хорошо, но в ближнем бою должна была себя показать.
Когда я вызвал некропета, чтобы сагрить и убить седьмого и восьмого рыцарей, произошло знаменательной событие. Выскочило уведомление о прокачке моего некромантского заклинания. Теперь я мог призывать павшую сущность весом до пятидесяти килограммов на сорок пять минут, и обходилось мне это в 28 единиц маны, а не тридцать. И, что меня особенно взбодрило, мой интеллект увеличился на одну единицу и запас маны вырос на десятку!
На радостях от апгрейда, я тут же полез на двенадцатую линию могил. При этом из-за эйфории ступил лишний шаг, и призвал сразу трех воинов нового типа. Это оказались метатели дротиков с палками-металками, и один из них оказался настолько метким, или удачливым, что уложил меня прямо через щель в моем щите, едва я начал целиться в них из арбалета. Кошмарное впечатление – видеть летящий прямо в лицо дротик, и понимать, что уклониться уже не успеваешь!
Воскреснув, я помчался зигзагами с места воскрешения, и только через несколько минут понял, что никто за мной не гонится. Оказалось, что призванный мной перед экспериментом с двенадцатой линией могил рыцарь-некропет там же всех метателей дротиков и уложил, отомстив за мою гибель.
К началу следующей недели я добрался до шестнадцатой линии, пройдя линии с гоблинами-магами, угостившими меня ледяными и огненными стрелами, против которых, к счастью, щит устоял, гоблинов-паладинов, устроивших сюрприз воскрешением друг друга, и гоблинов-хилеров, которые воскрешать не умели, но лечили раненных только в путь. Из центра шестнадцатой линии вылезло два бородатых гнома с топорами, и по их широким плечам было очевидно, что вес у каждого явно больше пятидесяти килограммов. Проблема!!!
Вес новых юнитов, превышающий мои возможности по подъёму некропетов, означал, что мне тут придется сражаться с каждым мертвецом из могил, чит с поднятием части из них в виде некропета не прокатит. А гномы – ребята своеобразные, сильны на всякие хитрости. А ну как на одной из линий появятся гномы с пушкой? И как мне их убивать, некропетом, воскрешенным из гоблинов и арбалетом? Хотя, что-то я разнылся – как-то же все равно придется выкручиваться!
С конкретно этими гномами справился легко. Арбалетные стрелы против них оказались вполне эффективными. Один раз выстрелил я, один раз мой некропет-арбалетчик. Продолжил агрить коротышек. Расчистив шестнадцатую линию могил наполовину, решил проверить, кто обитает в семнадцатой. Вылезли гномы-арбалетчики! Поспешно выстрелил в левого при виде их арбалетов, намного более мощных, чем мой. Успел первым пальнуть в спину второго гнома и некропет.
Мой помощник притащил трупы и оружие. Слабый гоблин еле справился с задачей. Как и у гоблинов-арбалетчиков, у гномов были металлические нагрудники, только более массивные, раза в полтора толще. Что же касается гномьих арбалетов… вещь! Гоблины такие не факт что и на весу бы удержали. Стальные плечи лука сантиметров на десять шире и массивнее, ложе тоже длиннее. Интересно, как сильно бьет?
То, что бьет сильно, я догадался, когда попробовал натянуть вручную тетиву одного из них. С гоблинскими я уже приноровился – выходило на раз. А тут – не смог натянуть и на две трети, и даром, что усвоил несколько зарядов на силу. Зарядив стрелу при помощи ворота, выстрелил в свой щит. Болт пробил и металлический нагрудник от гоблинов, и оба щита из яблоневых ветвей, и улетел куда-то очень далеко. Я вздохнул – придется модернизировать мое передвижное укрепление. Расчищать семнадцатую линию с нынешним чревато смертью. Хорошо, что я уже был начеку, и успел среагировать первым. И повезло, что в качестве некропета призвал гоблина-арбалетчика, которому нужно было лишь нажать на спусковой крючок по моей команде, всаживая болт в затылок – будь вместо него мечник или алебардщик, просто не успел бы добежать до гнома, и тот бы прострелил и щит, и меня насквозь.
Протестировал и гномий нагрудник – арбалетный болт пробить его не смог. Сказывалась и лучшая сталь, и большая толщина. По ширине плеч гномы мне не то что не уступали, а даже превосходили, так что одним из гномьих нагрудников я заменил сразу два гоблинских на своем балахоне в районе грудной клетки, второй подвесил сразу под ним, защитив живот и пах. Почувствовал себя намного более защищенным.
Прикрепил обратно к моему передвижному щиту два яблоневых щита, которые снял ранее. Выстрелил. Болт пробил и гоблинский нагрудник, и все четыре яблоневых щита. Пригорюнился. Попытался сдвинуть мобильное укрепление. Получилось с трудом. А если я еще пару щитов навешу, что тогда будет?
Решил не торопиться, и вначале все прикинуть. Подумал об идее расплющить дубинками доспехи гоблинских рыцарей, их у меня скопилось до черта, и навесить их тоже на щит. Решил не торопиться, учитывая, сколько труда и времени понадобится на реализацию этой идеи, и прикинуть еще. Идея пришла в голову, когда вспомнил об извечной борьбе снаряда и брони. Чем более пробивным делают снаряд, тем хитрее делают броню. И необязательно речь идет об увеличении ее толщины.
Возможности сделать динамическую защиту, как на современных танках, у меня не было. Но что, если нацепить два дополнительных яблоневых щита не сзади брони, а спереди? Так и сделал, да еще и намотал на них побольше тряпок. Снова выстрелил из арбалета – болт застрял в щите!
Извлек болт, и убедился, что передние два щита смягчили удар, и болту не хватило силы пробить гоблинский нагрудник. Выстрелил снова – та же картина. А жизнь-то налаживается!
Максимально обезопасив себя от гномьих арбалетов (конечно, не считая возможности схлопотать болт в прорезь щита), я приступил к расчистке 16 и 17 линий могил. Набрав достаточно нагрудников с 17-ой линии, не поленился переоборудовать свой щит, сняв гоблинские нагрудники и поменяв на гномьи. Прочность настолько увеличилась, что появилась возможность снова снять два яблоневых щита. Но вес из-за более солидных гномьих нагрудников сильно не уменьшился.
Поменял и арбалеты с гоблинских на гномьи. По три уже не связывал, тяжело было с ними работать, связал по два. Мертвецов агрить я уже наловчился, поднимал двоих, максимум троих. С учетом гоблина за их спиной двух арбалетов хватало. Но и тройной гоблинский арбалет на всякий случай тоже один оставил – вдруг скорость стрельбы окажется важнее пробивной мощи?
Работал быстро, но аккуратно, и вскоре появилась потребность залезть на 18-ю линию. Ну, кто будет там?
Из могил вылезли здоровенные гномы с молотами, в кирасах и открытых шлемах. Ну, слава богу, не проблема!
На 19-ой линии оказались гномы-маги, больших хлопот тоже не успевавшие доставить, но особенно порадовала меня 20-я линия. На ней были гномы-пращники, тоже не особо опасные. Важнее то, что у них было два мешка. Один – для метательных снарядов, причем они отличались по материалу и весу, были и из железа, и из камня. А вот во втором мешке у них оказались кукурузные лепешки!
Как я на них набросился! Полторы недели на яблоках дали себя знать, меня уже тошнило при их виде. А тут – лепешки! К моему желанию побыстрее вскрывать могилы теперь добавился и гастрономический интерес, потому что я подозревал, что и лепешки мне скоро надоедят. Ну-ка, давайте мне побольше персонажей с сумками с продовольствием в следующих рядах!
В следующих рядах оказались еще гномы-мечники, гномы-хилеры, гномы-берсерки, гномы-копьеносцы, гномы-метатели дротиков – стандартный набор, если судить по рядам с гоблинами. Но ни у кого из них еды больше не было. Я совсем уже было приуныл, когда в следующем ряду попались, наконец, гномы-паладины с сумками, в которых были бутыли с красным вином. Жизнь стала налаживаться!
А когда на тридцатой линии, после вскрытия шести первых могил, из которых полезли гномы-рыцари, и призыва нового некропета, появилось сообщение о прокачке моего некромантского заклинания до нового уровня, я вообще воодушевился. Теперь я мог призывать павшую сущность весом до шестидесяти килограммов на пятьдесят минут, и обходилось мне это в 26 единиц маны, а не 28. Кроме того, как и в прошлый раз, мой интеллект увеличился на одну единицу и запас маны вырос на десятку!
Тут же попробовал на гномах, хватает ли нового лимита в 60 килограммов для их призыва. Хватило. Решил, что так специально задумано – перед рядами с новым видом мертвецов дают возможность призывать представителей предыдущего.
Новым взглядом посмотрел на сотни рядов с мертвецами передо мной. Теперь я видел в них не только препятствие, но и возможности для апгрейда моего некромантского заклинания.
В тридцать первом ряду могил оказались люди-лучники. Не самый приятный для нервов момент – стрелять в людей. Но помогло то, что я действовал уже на уровне рефлексов – кто-то вылез из могилы – вначале убей, а потом уже разбирайся. Иначе сам будешь убит.
Снова привычные виды войск – копейщики, метатели дротиков, арбалетчики, маги и т. д. Порадовал тридцать седьмой ряд – хилеры охотно снабжали меня свиными окороками.
С особым нетерпением я дожидался людей-рыцарей, рассчитывая разжиться хорошими доспехами мне по размеру. Но доспехи меня разочаровали – гномий арбалет пробивал их без проблем, а шлемы оказались открытыми. Вот и зачем мне шлем с открытым лицом??? Мне нужно было что-то, что уменьшало бы мои шансы схлопотать стрелу, когда я наклоняюсь к стрелковой прорези в щите. Так что я остался в своем нелепом, но прочном сооружении из балахона с навешанными поверх гномьими нагрудниками. Но пару полных наборов доспехов все же припрятал в саду, так, на всякий случай.
С людей я взял также неплохую обувь (обеспечили маги), неплохие мечи (поделились мечники) и копья (от копейщиков).
Завершение рядов с людьми я отпраздновал очередным грейдом моего некромантского заклинания. Интеллект плюс один, мана плюс десять, вес вырос сразу до восьмидесяти килограммов, время призыва увеличилось до часа. Призыв обходился в 25 единиц маны. Ни еды, ни питья никто, кроме хилеров, поставлять, чтобы скрасить мои серые будни, не согласился.
После людей пошли эльфы. Тут я сразу и погиб – оказалось невозможно опередить эльфа в скорости стрельбы. Из могилы они там вылезли или нет – а пальнули оба вроде и не целясь, но попав в щель в щите для стрельбы, к которой я как раз наклонился со своими арбалетами, отправив меня на перерождение двумя стрелами в лицо.
К счастью, некропет – гном с арбалетом – сработал как следует, и после воскрешения меня ждал только один эльф-лучник. Было бы два, и мне бы точно была хана с этим испытанием. А так он убил меня девять раз подряд, а на десятый я все же умудрился увернуться от стрелы, домчался первым до кладбища, потому что бежать без оружия быстрее, даже если ты не эльф, и успел призвать гоблина с арбалетом, прежде чем эльф выскочил из сада и грохнул меня в десятый раз прямо среди могил. Гоблин за меня отомстил.
С этой тридцать первой линией пришлось работать только методом призыва некропетов из эльфов, хорошо, что в этот раз правило, которое я вывел ранее, про то, что мое заклинание будет совершенствоваться, позволяя мне призывать только некропетов предыдущего вида, в этот раз не работало, и лимита в 80 килограммов вполне хватало и для эльфов-лучников. Ростом они были повыше людей, но и сложением поизящнее. Вот когда с тридцать второй линии полезли эльфы с алебардами, с теми да – призыв не сработал. Мышц у них было немерено, и вес точно был за сотню кило. Но мои гномьи арбалеты работали исправно, не создавая проблем в их уничтожении. Некоторые эльфы-алебардщики даже метали свои алебарды, но щит пробить ими не могли, а при попадании в щель лезвие алебарды в ней и застревало, будучи слишком широким.
Каждый новый ряд по эльфийской линии я теперь тестировал с предельной осторожностью. С такой скоростью реакции, как у них, я поспорить не мог, поэтому соорудил простую вещь для теста. Щель в щите закрыл, навел на могилы, из которых должны были вылезти мертвецы сразу шесть гномьих арбалетов, нацеленных так, чтобы перекрывать все пространство от метра до полутора, и, сагрив мертвецов, спустя секунду спускал все шесть спусковых крючков. Дополнительной страховкой служил некропет – эльф-лучник.
Тридцать седьмой ряд с эльфами-паладинами порадовал меня эльфийским сыром. Нет, сыр, скорее всего, был все же козьим, но полной уверенности у меня не было, поэтому я и прозвал его эльфийским. Меню мое еще разнообразилось, и я несколько дней вообще не ел яблок, используя вино, чтобы восполнять дефицит жидкости в организме. Но, естественно, пил только перед сном, чтобы не работать бухим. Вино было таким качественным, что от похмелья я поутру вообще не страдал.
Эльфы-арбалетчики на тридцать восьмом ряду снабдили меня более функциональными перевязями для болтов. В отличии от гномов, достававших болты из сумок, у эльфов болты закреплялись в перевязи, несколько раз опоясывающей их туловище. Выглядело это как разновидность пулемётных лент у красноармейцев, и было очень функционально, позволяя перезаряжать арбалеты быстрее. Но все же я не отказался от гномьих арбалетов – ничего сравнимого по мощи не оказалось ни у людей, ни у эльфов. И пусть эльфийские арбалеты выглядели как настоящее произведение искусства, с резьбой, позолотой и эмалевыми картинками, мне от оружия прежде всего нужна была эффективность.
Когда на сорок пятом ряду с эльфами из могил полезли хилеры, я вздохнул с облегчением. Не знаю, кто там будет дальше, но шок от встречи с эльфами-лучниками у меня еще не прошел. Чем меньше эльфов-противников, тем лучше!
Мое некромантское заклинание в очередной раз прокачалось. Интеллект плюс один, мана плюс десять, вес поднимаемых павших сущностей увеличился до ста килограммов, время призыва увеличилось до часа и десяти минут. Призыв обходился во все те же 25 единиц маны, тут изменений не было.
Сорок шестой ряд я начал вскрывать с теми же мерами предосторожности, что и при работе с эльфами. Сначала пальнул, не глядя, шестью болтами, а затем уже высунулся над щитом, чтобы посмотреть, с кем придется иметь дело дальше. Болты поразили цели, и две фигуры валялись рядом с могилами, выронив большие ножи. Позади и чуть сбоку стоял некропет – гном-арбалетчик, даже не усевший выстрелить. С моей позиции мне показалось, что из могил снова вылезли люди, но это было бы нелогично. Люди же уже были! Ситуация немного прояснилась, когда фигуры начали как-то нелепо корячиться, к полному моему ужасу. Это как это я не смог убить врагов с первого раза, да еще и из такого мощного оружия? Неужели я все же наткнулся на зомби? Но фигуры начали стремительно обрастать шерстью и отращивать когти, и я понял, что это не зомби, а оборотни. Так, болты их не берут, что же делать? Отрубить головы?
Умирать снова по десять раз кряду мне не хотелось, поэтому я скомандовал некропету застрелиться из своего арбалета, и помчался в нужный ряд, чтобы призвать эльфа-алебардщика. Амбал с алебардой шустро выкопался, и помчался по моему приказу к оборотням, почти закончившим цикл обращения. Оказавшись на месте, он тут же срубил голову одному из них. Зато второй обернулся полностью, и злобно зарычал на эльфа, пригнувшись над землей перед прыжком. Я его отвлек залпом из трех гоблинских арбалетов, и эльф использовал эту возможность, чтобы начать рубить оборотня на куски.
Пока он этим занимался, я глянул на первого оборотня. Голова обратно не приросла, фигура корчиться перестала. Вроде бы средство сработало. Выждал несколько минут, оба оборотня, и изрубленный в куски, и с отрубленной головой, никакой активности не проявляли. Только после этого я успокоился.
Несмотря на первоначальный испуг, зачищать оборотней оказалось проще эльфов. Какое бы у них не было оружие и профессия, первое, что они начинали делать, вылезая из могил – обращаться. Процесс этот был длительный, и эльф-алебардщик времени его завершить им не давал. Так что эти пятнадцать рядов я прошел намного быстрее, чем эльфийские.
Главной добычей стали медовые соты, завернутые аккуратно в пергамент в сумках оборотней-магов с 52 ряда. К лепешкам от гномов они пришлись просто идеально, хотя и пить пришлось больше. Чтобы не спиться, потребляя вино бутылками, я постарался преодолеть отвращение перед яблоками, и наладил производство яблочного сока. Округлые гоблинские шлемы служили посудой, а давил я в них нарезанные яблоки навершием эльфийских палиц.
Некромантское заклинание в очередной раз прокачалось на шестидесятом ряду. Интеллект плюс один, мана плюс десять, вес поднимаемых павших сущностей увеличился до ста тридцати килограммов, время призыва увеличилось до часа и двадцати минут. Призыв обходился во все те же 25 единиц маны, тут изменений не было.
С шестьдесят первого по семьдесят пятый ряд пришлось иметь дело с орками. Помассивней, чем эльфы, они были намного медленнее. Никаких сюрпризов они мне не доставили, послушно умирая от залпа вслепую из гномьих арбалетов. И новым оружием у них не разжился. Арбалеты у них были более массивные, чем у гномов, но оказались менее мощными, доспехи были мне слишком велики. Но, что немаловажно, мой рацион обогатился за счет пирогов с требухой. Чья именно там была требуха, я не знал, и изысканиями по этому поводу заниматься не собирался. Вкусно – и в путь!
На семьдесят пятом ряду произошла очередная прокачка моего некромантского заклинания. Интеллект плюс один, мана плюс десять, вес поднимаемых павших сущностей увеличился до ста шестидесяти килограммов, время призыва увеличилось до часа и тридцати минут. Призыв обходился во все те же 25 единиц маны, тут изменений не было. Новшеством, которое очень мне было нужно, стала опция поднятия, при необходимости, сразу двух павших сущностей! Порадовавшись вначале, я посмотрел с опаской на следующие ряды могил. Иллюзий, что меня снабдят здесь тем, что мне не понадобится, у меня не было. Кто же там таится, что мне не обойтись без двух некропетов?
Мои подозрения подтвердились. Сагрив мертвецов на семьдесят шестом уровне, я познакомился с вампирами-мечниками. Два метра ростом, классические темные плащи, светлая кожа, пропорции тела изящные. Выпущенные мной арбалетные болты их опрокинули, но никакого вреда не причинили, судя по тому, как быстро эти темные твари, ощерив огромные клыки, вскочили на ноги, выхватив мечи. Мои некропеты, эльфы-мечники, начали их рубить, и даже часто в этом деле преуспевали, сказывалась эльфийская быстрота реакции, но все отрубленные конечности в то же мгновение возвращались на место, прирастая к телу как ни в чем не бывало.
Святой воды у меня не было, чеснока и серебра тоже. Все, что оставалось – попробовать кол в сердце. Кинул некропетам копья, велел сломать об колено их древки, и постараться всадить в сердца противников получившиеся острые колы.
Не сразу, но один эльф справился – правда, ценой своей жизни. Вампир успел отрубить ему голову в тот самый момент, когда кол вонзился ему в грудную клетку. После чего упал на труп эльфа. Но мне-то что – я тут же призвал еще одного некропета вместо выбывшего. И вдвоем они быстро закололи деревянными колами и оставшегося вампира.
Подождал из осторожности несколько минут. Вампиры, все же! Наконец, тела скукожились и опали. Я велел некропетам притащить мне трупы. От вампиров осталась только кожа, одежда, да мечи. Плащи я забрал – пригодятся смастерить новый тюфяк.
В следующий раз, когда агрил вампиров, подготовился, исходя из ситуации. Вместо эльфов-мечников вызвал эльфов-копейщиков, приказал обломать металлические наконечники копий и заточить деревянные древки. Снарядил вместо металлических болтов деревянные для арбалетов. И в этот раз все прошло, как по маслу. Один из вампиров погиб сразу от арбалетного залпа, второго прокололи копейщики спустя секунду. Наладив алгоритм, я успокоился, и приступил к зачистке вампирских рядов.
Неприятным сюрпризом стали для меня еще через три ряда вампиры-ниндзя. Я и класса-то такого не ожидал, привык к определенному перечню на предыдущих рядах. Эти твари выскользнули из могил таким образом, что не попали под мой арбалетный залп, дезориентировали моих некропетов дымовой завесой и зарезали спустя пару секунд меня за милую душу. Когда я воскрес, то молча, не оглядываясь, рванул зигзагами к кладбищу. Наловчился еще по опыту с десятью смертями подряд от руки эльфов. Благополучно добежав до кладбища, тут же попытался вызвать новых некропетов. Осечка! И свидетельствовало это об одном – мои некропеты еще в порядке, и где-то добросовестно преследуют вампиров-ниндзя. Появились они спустя полчаса, со стороны сада, таща тела обоих ниндзя. Только тут я смог их получше рассмотреть, а то все, что успел увидеть перед смертью – так это дым и какие-то силуэты, выскочившие из него и снесшие мне голову узкими мечами. Решил этих ниндзя-вампиров зачистить сугубо поднятием, не ввязываясь в новые схватки. Ибо чревато.
Спустя еще три ряда вампирские могилы оказались разрезаны двумя курганами. По всем моим прикидкам, вроде у меня могло получится, при особой осторожности, аккуратно пройти между ними. Но это в том случае, если агрорадиус обитателей курганов не превышает такой же у ранее поднятых мертвецов. Если же нет, то у меня будут серьезные проблемы. Предвидеть, что оттуда может вылезти, просто невозможно!
Приближение расчистки к линии с курганами заставило меня предпринять много действий. Запороть задание не хотелось, поэтому я старался, как мог. Заготовил арбалеты с деревянными стрелами, на случай, если сагрю обитателей и оттуда полезут вампиры. Алебарду, если полезут оборотни. Прикинул, на какое расстояние к кургану можно подходить, чтобы не сагрить обитателей соседних рядов могил. Ширина кургана была три метра, вот на это расстояние от той условной линии, по которой я двигался, к нему и можно приближаться в случае битвы. И при этом ни в коем случае нельзя подходить к другому кургану. Надо сказать, небольшая получалась площадка в случае сражения.
Пришла в голову еще одна идея, и я тут же ее реализовал. Призвал эльфа-алебардщика, приказал сломать алебарду и отправил на курган слева, с заданием раскапывать его обломками оружия. На моих некропетов никто никогда не агрился, вот я и решил провести эксперимент. А ну как получится раскопать курган и посмотреть, кто внутри обитает? Может, там и вовсе нет ничего особенно страшного, а я тут переживаю? А что, если там вообще вместо проблем находятся ценные призы, которые очень пригодятся при прохождении других линий могил?
Некропет с его силищей активно принялся за дело. Я сидел, посматривал, как он работает, и уплетал лепешки с медом, запивая яблочным соком. Его я теперь затаривал во фляги, найденные на 81-м уровне у вампиров-магов. Хорошие такие литровые фляги, главное – отгонять мысли о том, что за красную бурду с остро-соленым запахом я оттуда вылил перед использованием. Догадки-то у меня имелись, само-собой.
На пятнадцатой минуте мои археологические изыскания были грубо прерваны. Из кургана высунулась огромная волосатая рука с толстым золотым браслетом на запястье, схватила мускулистого эльфа за шею, встряхнула, ломая ее, и втянула внутрь тело. Все произошло так быстро, что я чуть от неожиданности лепешкой не подавился.
Получалось, что не зря я опасался. Тело эльфа весило с сотню килограммов, а исчезло внутри кургана за какую-то секунду. Судя по размеру руки и проделанному действию, получалось, что обладатель руки мог весить кило четыреста, как минимум.
Оставалось выяснить, один он там, или нет. Следующего некропета я послал проводить раскопки на другой конец кургана. Если его убьет обладатель другой на вид руки, значит, там сидят как минимум двое поселенцев.
Пятнадцать минут прошло – никакой реакции на раскопки. Двадцать минут, двадцать пять. Вот, смотрю, эльф уже что-то и раскопал, и вытащил. По виду похоже на гнилое весло от лодки. И только в этот момент его атаковали. Такого же размера лапища с таким же золотым браслетом. И с тем же результатом – был эльф – и нет эльфа.
Задумался над увиденным. Вполне может быть, что жилец в кургане один. Поэтому эльф и смог подольше покопаться в кургане, чем в прошлый раз – владелец кургана перемещался к нему. Чтобы проверить догадку, отправил еще одного некропета на раскопки в то же место, что в первый раз, и засек время.
Моя догадка о том, что обитатель всего один, и перемещение внутри кургана для него дело затруднительное, подтвердилась на двадцать пятой минуте, когда некропета убили и утащили внутрь ровно тем же способом. Получалось, что в первый раз я случайно отгадал местоположение жильца, и некропета достаточно быстро уничтожили. А вот в два других раза для этого же действия местному обитателю пришлось перемещаться.
Занятый размышлениями, я чуть не подскочил от неожиданности, когда курган зашевелился. Естественно, испугался, что наглое вмешательство моих некропетов все же сагрило огромного жильца на меня, и он выходит на разборки! Молнией бросился за свой передвижной щит, и вскинул сдвоенный гномий арбалет, поднял двух некропетов из самого близко расположенного ко мне ряда вампиров-пращников. Не самый лучший выбор, но если война прямо сейчас, то лучше такие некропеты, чем никакие.
Выглянул в щель в щите. Удивился, увидев, что курган цел, и никто из него не вылез. Только блеснуло в солнечных лучах что-то мелкое в нескольких метрах от кургана. Я точно помнил, что раньше там ничего не было. Высунулся из-за щита, чтобы рассмотреть получше. Золотой браслет! Точно такой же, какой я видел на массивной ручище.
Сел в изнеможении от пережитого стресса прямо на землю. Вот и что сейчас произошло? Простая догадка напрашивалась на ум сама-собой – обитатель кургана принял посланных некропетов за жертву ему от моего имени, и отблагодарил по-царски золотишком со своей руки. Но разумно ли рассчитывать на простые объяснения в такого рода тесте? Может, там все иначе, и намного более зловеще задумано. Вдруг, едва я только подберу этот браслет, как он меня поработит, и я добровольно отправлюсь прислуживать в курган его прежнему обладателю?
Я представил, как буду ползать по тесному пространству внутри кургана, пытаясь угодить моему повелителю. Не угодно ли вашей волосатой светлости жирного червячка к столу? А может, нужно сделать массаж ножек 65-го размера? Бр-р-р!
Любопытство сражалось с осторожностью. А если я перестраховываюсь, и браслет не только жест благодарности, но и дает какие-то плюсы к выполнению задания? Может, я должен был догадаться пожертвовать некропетов, чтобы получить определенные бонусы? Так сказать, не ломить грубой силой, а проявить еще и хитрость? И, не подняв браслет, потеряю заслуженный, пусть и случайно, бонус, а без него дальше пройти испытание не получится?
Да уж, вот типичная иллюстрация пословицы – и хочется, и колется!
В конце концов, решился. В любом случае, даже если это ловушка, призванная поработить меня, то без воды и еды я внутри кургана долго не протяну, а после воскрешения, как показывала практика, все имевшиеся предметы утрачивались. Значит, и браслетик пропадет, и заживу я тогда обычной жизнь полевого некроманта, как и до этого.
Скинул все с себя до последней нитки, и подослал некропета, чтобы он принес мне браслет. Для начала велел ему надеть браслет на его руку, посмотреть, будет ли какой эффект. Если после этого некропет развернется и рванет к кургану прислуживать новому повелителю, то нечего и собой рисковать.
Удивительно, но огромный браслет тут же ужался по размеру руки, едва некропет его одел. После этого ничего не произошло. Приказал некропету выполнить несколько простых движений – тот все сделал без малейшей заминки. Да уж, если это и ловушка, то на некропетов она не действует!
До боли в глазах всматривался в браслет, в надежде, что выскочит какая-нибудь текстовая подсказка. Не сработало. Фиг вам, как говорится!
Приказал некропету отдать браслет мне. Взял его, и, решившись, одел на правую руку.
Закрыл глаза. Никакой тяги лезть в курган и вылизывать пальцы ног повелителю не ощутил. Залез в интерфейс. О, как! Мана выросла на двадцатку! Никаких тебе уведомлений, никаких надписей не выскакивает при взгляде на браслет, а он-таки работает мне на пользу!
Ясное дело, что после такого открытия я забросил все дела, и послал двух некропетов на самый большой курган вблизи Белой башни. Если мне тут с рядового курганчика, одного из самых маленьких, так нехило перепало, то что же могут отвалить с самого большого?
Одному некропету было велено копать, второму – дождаться, когда первого схарчат, и копать после него в том же месте. Затруднять дополнительными перемещениями щедрых обитателей курганов я больше не собирался. Незачем затягивать время ответной благодарности за подкорм.
Первого некропета схарчевали через двенадцать минут. С такого расстояния он казался небольшой точкой на вершине кургана, но все же я смог заметить, что она внезапно исчезла. Тут же вызвал ему на смену другого, и отправил в дальнюю дорогу с приказом копать. Как раз, когда он добрался, и второго схарчевали. Вызвал нового, дал ему сшитый из плащей вампиров большой мешок, и отправил тоже с приказом поднять все, что валяется возле кургана, и принести мне. Когда он добрался до кургана, как раз схарчевали и третьего, и я напрягся в ожидании, что же за трофей мне достанется в этот раз?
Побродив вокруг кургана, некропет вернулся ко мне с полным мешком. В нетерпении вывалив его на землю, я удивился. Камни, кости, даже истлевшая кисть человеческой руки. А где же мой трофей?
С недоумением взял в руки кисть. Может, это такой некромантский талисман? Закрыл глаза, никаких бонусов в интерфейсе не добавилось. Значит, это просто мусор, как и все остальное, что притащил некропет.
Сел подумать. Одна только мысль пришла в голову – а что, если для обитателя самого большого кургана трех некропетов недостаточно? Может, он размером с Белаз, и ему их нужно прислать вагон и маленькую тележку, чтобы он нормально пообедал?
Спустя семь часов я сидел на прежнем месте злой и разочарованный. Когда не вышло с десятью эльфами, я подумал, что, может быть, обитателю гигантского кургана эльфы не по вкусу, и послал пятерых людей. Потом по пятерке гномов и гоблинов. Потом пять вампиров. И ничего!
Вздохнув, решил поумерить аппетиты, и начать с курганов поменьше размером. Может, в процессе их освоения что-то полезное выяснится, чтобы разгадать тайну «неблагодарного» гигантского кургана.
Нацелился на курган средних размеров на полпути к Белой башни. Отправил туда тройку эльфов – ничего. Отправил ещё тройку людей – получил ожерелье. Примерил радостно на себя – интерфейс послушно показал, что моя скорость выросла на десять процентов. Есть новый бонус!
Зато два других кургана такого же размера, что успел подкормить до наступления темноты, не дали мне решительно ничего. Так я понял, что не все курганы готовы делиться сокровищами. И успокоился по поводу гигантского кургана – это не он сволочь, это его величество рэндом лишил меня приза.
Весь следующий день посвятил охоте на сокровища. Импульсивное желание приступить снова к расчистке могил подавлял, напоминая себе, что спешка хороша лишь при ловле блох. Вон, мой брат шесть лет прожил в первобытном племени, и ничего. А мне на этом фоне, какая разница, днём больше или меньше? Баффы-то все равно нужны! Иногда только они и отделяют тебя от провала!
К вечеру получил ещё шесть трофеев – четыре кольца, браслет и шлем. Первое кольцо давало мне плюс один к интеллекту, плюс десять единиц к мане, второе кольцо увеличивало на две единицы скорость реакции, третье кольцо усилило на пятнадцать процентов остроту моего зрения, четвертое – давало раз в час одноразовое увеличение наносимого урона на десять процентов в любой битве на протяжении пяти минут. Новый браслет дал мне возможность увеличить количество поднимаемых павших сущностей на одного, то есть теперь я мог призывать сразу трех некропетов, а открытый шлем увеличил мою защиту на десять процентов.
Собственно, все мне и пригодилось, особенно новый браслет и кольцо, увеличивающее быстроту реакции.
После этого обменную торговлю с курганами временно прекратил. Понимал прекрасно, что меня не раз ещё тут убьют, и все трофеи я потеряю. Так что должны быть необысканные курганы, чтобы можно было разжиться новыми. Курганы я пересчитал – было их больше двух сотен. Половина, как я выяснил, окажутся неблагодарными, но все равно трофеев мне ещё хватит. Главное – не умирать слишком часто.
С новыми баффами дело по расчистке могил пошло быстрее. Не знаю также, то ли агрорадиус существ в двух курганах, между которыми мне нужно было пройти, оказался стандартным, то ли его обитателям пришлись по сердцу мои пожертвования, но прошел я между курганами аккуратно, никого оттуда не сагрив.
Спустя ещё два дня 15 рядов вампиров были почти пройдены, и меня волновал вопрос, что за вид мертвецов окажется на дальнейших рядах? Приняв все меры предосторожности, сагрил пару мертвецов с центра 76 ряда. Спустя секунду дал залп из шести стрел вслепую, после чего осторожно поднял голову над щитом. Над могилами как-то странно колыхались трёхметровой высоты коричневые монстры с огромными пастями и клыками, что-то среднее между кабаном и медведем, и ранеными они вовсе не выглядели. Я криком остановил бежавших к ним моих некропетов, трёх гоблинов-копейщиков. Что-то с этими монстрами было не так, какими-то они были искусственными, что ли? Присмотрелся получше, и увидел в основании каждого монстра небольшое полуметровой высоты существо, похожее на Чебурашку. Вот в них я, подхватив запасные арбалеты, и выстрелил. Едва стрелы поразили «Чебурашек», как монстры тут же исчезли.
И что это было? Какие-то баньши, внушающие мысль, что они огромного размера, чтобы парализовать страхом врагов, а потом убить? Но на меня этот морок не подействовал. Задумавшись, почему, вспомнил, что успел из-за боязни триффидов максимально прокачать силу воли. Видимо, механизм действия тут схожий, помогло и против нового вида врагов.
Последняя волна вампиров наградила меня очередным грейдом моего заклинания. Вес поднимаемых павших сущностей увеличился до ста восьмидесяти килограммов, время призыва увеличилось до часа и сорока минут. Призыв обходился во все те же 25 единиц маны, маны и интеллекта не добавили.
Не знаю, были ли это настоящие баньши, или нет, но решил называть их именно так. Да и какая вообще разница! Главное, что бить их оказалось попроще, чем вампиров. Конечно, не будь у меня такой прокачанной силы воли, могло бы быть и наоборот.
На половине линий могил баньши пришлось круто взять в сторону, чтобы обойти два слишком близко расположенных кургана на пути. Когда только начинал прокладывать курс от яблоневого сада, показалось, что между ними есть достаточно места. Увы, но нет.
В результате потратил на три дня больше, чем рассчитывал, на этот вид мертвецов. Зато ни разу не помер, что уже можно было считать хорошим итогом. И разнообразил свое меню за счет небольших кочанов капусты, которые находились в сумках баньши-магов.
Прохождение могил с баньши наградило меня очередным грейдом моего заклинания. Вес поднимаемых павших сущностей увеличился до двухсот двадцати килограммов, время призыва увеличилось до часа и сорока пяти минут. Стоимость призыва не снизили, зато дали стандартную добавку к мане и интеллекту.
Очередная первая линия новых существ – и из могил вылезли огромные огры. Безобразные существа по два с половиной метра, которые, стой они среди больших валунов, не шевелясь, вполне могли быть приняты за каменюки. Цвет серый, тело бугрится неестественными выступами, в лапах длинные мечи. Но гномьи арбалеты с ними справились, может, на таких тварей и были первоначально рассчитаны. Единственное – огры оказались чрезвычайно живучими. Схлопотав по три болта, еще пытались идти ко мне с целью продолжения военных действий, о чем можно было судить по злобе, полыхавшей из-под надбровных дуг. Но некропеты справились с добиванием, сначала перерубив сухожилия под коленями, а потом, когда огры рухнули, перерубив и толстые шеи. Удачно вышло, что на новый вид мертвецов вызвал двух гномов с алебардами – оружие оказалось вполне подходящим для такого вида монстров.
Призывать огров, с их огромным весом, если и можно было, то максимум по одному. Поэтому я наладил процесс их уничтожения тем же путем. Незадача вышла только с ограми с дубинами. Едва я вышел на их линию, как меня убили. Просто метнули в меня свои дубины, не обращая внимания на тот факт, что были перед этим изрешечены болтами из гномьих арбалетов. Дубины оказались килограммов по пятьдесят каждая, поэтому, что уж удивляться, что первая из них, учитывая, с какой силой была брошена, сбила с подпорок и мой щит, и меня, а вторая моим же щитом вмяла меня в землю, причинив несовместимые с жизнью травмы внутренних органов. Шею я себе перерезал сам, когда очухался, и понял, что половина ребер размозжена и острыми концами врезалась в легкие. Главное – что успел отбросить в сторону артефакты из курганов, и не потерял их из-за гибели.
Эту линию все же зачистил посредством моего некромантского заклинания. Предварительно укрепив подпорки щита во избежание нового несчастного случая.
Зачистка огров снабдила меня новым грейдом заклинания. Теперь я и сам мог призывать по трое павших сущностей за раз. А с учетом моего трофейного браслета – уже и четверых. Также я обнаружил у огров-копейщиков мешки с сушеным мясом. Но, после долгих размышлений, в пищу употребить не решился. Ни на свинину, ни на говядину, ни на баранину мясо похоже не было, значит, вполне могло оказаться человечиной.
Следующими оказались кентавры. Шустрые, почти как эльфы, парнокопытные. И живучие, как огры. Слава богу, силы у них было поменьше, чем у последних, поэтому все, что прилетало в мой щит, он выдерживал. А прилетали и бола, и отравленные ножи, и дротики, и стрелы – пользуйся я по-прежнему щитом с щелью, как на заре зачистки, непременно бы угробили. Но слепая атака из арбалетов свое дело делала.
Кентавры обогатили мою диету чем-то вроде кумыса. Не без градуса, но все же не настолько хмельной напиток, как вино. Учитывая, что к этому моменту и яблочный сок, и вино я уже практически ненавидел, кумыс зашел на ура.
Кентавры ожидаемо помогли развить мое некромантское заклинание. Вес поднимаемых павших сущностей увеличился до двухсот сорока килограммов, время призыва увеличилось до часа и пятидесяти минут. Стоимость призыва не снизили, добавками к мане и интеллекту тоже обделили.
Дальше я имел дело с друидами. На них я пару раз помер. Самого друида убить легко, а вот спастись от роя пчел, что он на тебя напускает – реальная проблема. Тут некропеты тебе не помощники. Слава богу, после моей смерти рой исчезал, и на месте воскрешения меня уже не встречал.
Первыми меня при помощи этого заклинания угробили друиды-маги. Ну ладно, это еще понятно, маги все же. Но когда так же поступили друиды-мечники на следующей линии, я был взбешен. Оказалось, что простой магией, наподобие призыва роя пчел, они владеют все, с каким бы оружием не бегали. И с этими пятнадцатью рядами могил мне пришлось-таки повозиться, потому что умирать от укусов пчел не только позорно, но и очень больно. Я даже от своего суперценного браслета не успел избавиться, чтобы его не потерять – так рука опухла от яда, что он попросту не снимался с нее.
А затем, конечно, был вынужден заново грабить курганы, но ничего такого же ценного, как возможность поднимать дополнительного некропета, уже не попалось.
На моем пути к Белой башни мне пришлось повстречаться еще с уродливыми эверлингами, летучими гарпиями и минотаврами, поразившими меня своей невероятной регенерацией. Но спустя четыре с лишним месяца после начала испытания я стоял и смотрел на последние пятнадцать рядов могил, оставшиеся между мной и Белой башней. Времени ушло так много, потому что еще несколько раз пришлось отклоняться в сторону, чтобы не сагрить обитателей курганов.
Чувствовал я себя умудренным ветераном боевых действий, прошедшим огонь, воду и медные трубы. Естественно, я уже не собирался, как наивно планировал в начале испытания, попытаться пробежать последние ряды могил, в расчете на то, что пока мертвяки повылазят, я уже буду у Белой башни. Теперь я был в курсе, что мертвяки бывают такие шустрые, что никуда я в итоге не добегу. Кроме того, план с пробежкой страдал и другими ляпами. Кто мне гарантировал, что пробужденные таким пробегом мертвяки исчезнут после того, как я добегу до Белой башни? Убьют, и будут ждать всей толпой на месте воскрешения в яблоневом саду, конкурируя за право меня убить в очередной раз.
Так что мне нужно было аккуратно разобраться и с последними оставшимися мертвецами, и для начала я привычно сагрил парочку, чтобы посмотреть, с кем придется иметь дело. Дав залп из арбалетов и подождав, осторожно выглянул из-за щита. Увиденное стало для меня настоящей подставой. На земле корчились, умирая, две амазонки. Красивые длинноволосые женщины, почти обнаженные, вооруженные лишь мечами и кинжалами.
Вот и о чем думали, интересно, устраивая такие последние линии на моем пути к победе, организаторы моего испытания? Хотели воспитать в некроманте безжалостность? Или посмотреть, будет ли девственник-некромант призывать амазонок для сексуальных утех? Я такого удовольствия им не доставил. Некропеты были, по сути, ожившими трупами, как бы привлекательно они не выглядели. Личностью не обладали, эмоций не демонстрировали. Начинать свою сексуальную жизнь таким образом я точно не хотел.
Спустя неделю, осторожно ступая по расчищенной полностью последней линии могил, я подошел к Белой башне. Но только прикоснулся к ее двери, как оказался над океанскими волнами.
– Неплохо и умно сыграно, надо признать! – произнёс невидимый голос, – класс некроманта подтверждаю. Даю и бонус – плюс пять процентов к скорости восстановления маны.
А затем я раскрыл глаза уже в компании своих друзей, словно и не было этих четырех с половиной месяцев на моем пути к Белой башне.
Петька открыл глаза, и по его взгляду мне стало понятно, что он тоже побывал на тестовом задании в игре. Взгляд стал совсем другим. Раньше Петька был ботаном, и смотрел на все вокруг, как ботан, этак рассеянно и задумчиво. Вроде и здесь, с тобой, а вот о чем думает – непонятно. Последняя развеселая неделя с Апокалипсисом сделала его взгляд более внимательным и сосредоточенным, но прежние ботанские нотки в нем ещё легко угадывались. Чувствовалось, что перед вами человек, который скорее уступит, чем будет яростно сражаться.
Сейчас же на меня смотрел хищник, жёсткий и бескомпромиссный. Ощущалось, что он подсознательно прикидывает, нужно или не нужно, не важно, полностью на автомате, как меня наиболее эффективно убить. А затем Петька заразительно улыбнулся и обнял меня.
– Так, понимаю, что парой недель ты не отделался? – спросил я его, остро вспоминая, какие чувства были у самого к друзьям после полугодичного пребывания в прериях и предгорьях Америки.
– Ага! – сказал Петька, обнимая уже подскочившего Серёгу, – четыре с половиной месяцев, мать его! На очень странной диете, причем. Ближайшие месяцы яблоки мне не предлагать, могу и двинуть в ответ!
– Что, в райском саду Эдема свой срок отбывал, и задачей было сожрать все яблоки, чтобы их не нашла Ева и не произошло грехопадение человечества? – пошутил Серега.
– Не, не все так фатально! – улыбнулся Петька, – провел я это время в яблоневом саду на кладбище. Либо поднимал мертвецов некропетами, либо агрил и убивал.
По нашей просьбе Петька вкратце рассказал о своих приключениях. Никто его не торопил, все равно входить в портал, пока по ту сторону огонь не догорит и дым не развеется, было нельзя. Особенно мужики впечатлились, услышав об амазонках, а женщины нашего отряда посмотрели на Петьку не очень дружелюбно, как будто у него был выбор, убивать их или нет. Ясно, что за исключением его собственной матери и моей тети, те знали его слишком хорошо, чтобы принять практически все, что он сделал. Ну, убил и убил, значит, так надо было!
Конец рассказа совпал с отведенными мной десятью минутами на очистку грота от продуктов горения. Пришла пора идти на разведку. Идти решили снова вдвоем с Петькой – когда знаешь местность, в которую попадешь, не надо тратить драгоценные секунды на адаптацию к ней.
Как я и рассчитывал, дышать в гроте уже можно было. Мощная вентиляция свое дело сделала – сгорел валежник быстро и весело, и дым тут же и вытянуло.
– Мне ещё с полдесятка уведомлений о килах только что пришло, – сказал шепотом Петька.
– Супер! – так же тихо ответил я. Убили ли мы всех тварей, было непонятно, но что выжившие, если такие есть, будут очень злы и не стоит их агрить без нужды, было понятно, – ок, жди здесь, я сбегаю за нашими!
Вернувшись, я скомандовал всем двигаться в портал. И тут же вернулся к Петьке.
– Пошли передовым отрядом на разведку, что ли! – предложил он.
– А давай! – согласился я.
Прошли шагов двадцать к выходу из грота, светя фонариками, когда Петька сказал:
– Ок, чувствую павшие сущности! Не пугайся, сейчас у нас будет компания для подстраховки!
Спереди спустя пару секунд раздалось шуршание, а потом в свете моего фонарика появилось четыре твари-бурдюка, ползущих по слизи в нашу сторону.
– Силен, мужик! – с уважением сказал я. Отправляясь на тест, Петька едва мог поднять и контролировать одного некропета весом с очень тощую овчарку. А тут сразу четыре, и каждый крупнее!
– Да, не зря время потратил, так это точно! – согласился Петька, – хотя говорить отвык, и это верно тоже! Чувствую, что язык еле ворочается во рту, когда пытаюсь фразы составлять!
– Ну, поговорить у тебя будет с кем, и навыки вернутся! – сказал я.
Тем временем твари, поднятые Петькой, развернулись, и пошли обратно в туннель. Петька, убедившись, что полностью контролирует их, отправил некропетов на разведку. А сзади нас из портала все выходили и выходили члены нашей большой группы.
В туннеле дымом ещё немного пахло, и всё было в саже. Вначале мы, конечно, помня об опасности тварей, на которых охотились, обшарили лучами фонариков весь потолок, но там было пусто. Опустив фонарики вниз, обнаружили на полу множество прокопченных тварей, причем некоторые ещё шевелись, и ползли к выходу, а некоторые застыли неподвижно на месте.
– Семён, возьми лучше мой фризер, и добивай подранков им, твоя винтовка их не возьмёт, – протянул мне Петька свое оружие, – а я свой опыт возьму, натравив некропетов.
– А давай! – согласился я. Мы же изначально подстроили пожар таким образом, чтобы весь опыт шел Петьке, и он смог попасть на тестовое задание. Ну, так он на него уже и попал, и теперь и мне не грех было погрейдиться. И Петька с его врождённым чувством справедливости мне об этом и напомнил. К тому же, не согласись я, он будет мучиться, что слишком мне должен. Я же ему фактически и жизнь спас, когда спустился в туннель!
К добиванию присоединилась и часть членов нашего отряда. Петька, чтобы его некропетов случайно не перебили, отправил их добивать тварей ближе к выходу, а мы уже планомерно истребляли всех выживших по ходу движения. Я приказал идущим позади членам отряда собирать лут, сказав, что распределять будем его позже. Если там будут те же плащи, то пока они почти никому и не пригодятся с их ограничениями по уровню.
– Серёга, – вспомнил я, – а кто ещё, кроме сэнсэя, преодолел 10-й уровень?
– Из наших только я, у меня после убийства мегачервя уже одиннадцатый, – несколько смущённо ответил Серёга.
– Ну, тогда тебе лут с этих тварей пригодится прямо сейчас, если там выпадает то, что я думаю, – сказал я, – сам проверь!
Серёга тут же, закинув ствол на спину, облутал ближайшую тушу, изучил полученное, и сказал:
– Ну да, ты прав! Ради одного этого можно было отправляться в эту вылазку! Считай, она себя уже окупила, а ведь мы только начали!
– Слушай, так у тебя уже, небось, и кнопка входа в игру появилась? – вспомнил я ещё одну важную вещь.
– О, да! – сказал Серёга азартно, – и ты не знаешь даже, как мне не терпится изучить эту новую опцию!
– А у меня тоже уже 11-ый уровень, и я тоже нашла эту кнопку, – радостно сказала появившаяся рядом Ю-тян, – дождаться бы свободного времени посмотреть, что она даёт!
Я немного отошёл в сторону, и глянул свой интерфейс. Блин, все ещё девятый уровень! Нехило же их продвинул убитый мегачервь! Я из лидеров превратился в отстающего. Блин, мне нужен опыт, мне нужно много опыта! А то скоро люди начнут кидать косые взгляды – что он вообще тут раскомандовался, если отстаёт по уровням от других!
За следующие минуты добивания мне удалось грохнуть ещё двух поджаренных тварей. На этом они закончились.
– Петька, что там твои некропеты показывают, на улицу выходить безопасно? – спросил я друга, который как раз вывел своих питомцев из туннеля наружу.
– Сейчас, они ещё изучают обстановку, – ответил он, – со зрением у них полный копец, они только на звуки и ориентируются. Судя по ним, вроде все спокойно!
Все же, перед тем как разрешать выходить остальным членам отряда, я вышел с Петькой сам. Вспомнил, как мы благополучно ползали под тварями, и решил убедиться, что там действительно все в порядке. А то если они нас не заметили, то какие из них разведчики в виде некропетов! Мы пока встретили два вида монстров из этого мира, и оба внушили мне почтение. Не хотелось нарваться опрометчиво на какой-нибудь третий вид, такой же серьёзный.
Оглядевшись, никакой опасности не заметили, и я скомандовал всем идти на выход. Через пару минут все вышли, многие довольно тащили в руках объёмистый лут. Да, этот вид монстров, действительно, давал один и тот же лут всем.
– Так, всем, кто достиг одиннадцатого уровня, надеть плащи из свежего лута, они дадут вам серьезное усиление, – скомандовал я.
Таковых оказалось четверо – сэнсэй, Ю-тян, Серёга и Дмитрий. Как мне сказали, ещё Сатору чуть-чуть не дотянул до одиннадцатого уровня. Остальным было до него ещё очень далеко.
Остальные накидки я распределил равномерно по всем, поскольку рюкзаки у нас были небезразмерными, и в них и так уже много было сложено про запас.
– Ок, запускаем квадрокоптеры, один по кругу, второй прямо над нами. Докладываем мне о возможных маршрутах продвижения, – отдал приказ я тете и Наташке.
Наташка, конечно, производила странное впечатление. Никакого более кривлянья, наморщенного носа, высунутого языка в процессе работы с квадрокоптером. Теперь она запускала его с безмятежным лицом, но чувствовалось, что глаза ее упустить ничего не способны.
– Семён, боевой посох, не забудь! – напомнила она.
– Ага, – все ещё офигевая от произошедших с ней перемен, сказал я, – а какой длины?
– Ну, я понимала, что вернусь в это маленькое тело, поэтому много тренировалась с чангунь. Это значит, полтора моих роста. А в толщину пару сантиметров.
Валежник мы тут с Петькой нарезали совсем недавно, поэтому примерно помнил, где можно найти подходящую палку. Сбегал, срезал ее. Предъявил Наташке:
– Глянь, такая пойдет?
Бросив мимолётный взгляд, она кивнула:
– Пока пойдёт. Опробую, скажу точнее.
– Вижу какой-то необычный объект, – сказала тетя, запускавшая квадрокоптер по кругу, – четыре сотни метров вправо, через стену сплошного леса. Объект явно искусственный – лес вырублен квадратом вокруг, сам объект четкой пятиугольной формы. Есть живые существа, трое с одной стороны, трое с другой. Хотя…
Тетя сделала паузу, и продолжила:
– Цвет странный у них в инфракрасном спектре. Скорее всего, не живые они, а какие-то роботы с сильно нагревшимися на солнце корпусами.
– Ещё что-нибудь видно? – спросил я.
– По этому объекту? – уточнила тетя, – к нему ещё дорога ведёт. Метра четыре шириной. А вот куда дорога ведёт, непонятно.
– А ещё чего другого интересного, кроме объекта, не видно? – спросил я.
– Пока всё! – ответила тётя.
– У тебя есть сомнения, стоит ли атаковать этих роботов? – спросил меня Петька.
– Ага! – ответил я, – мы же вломились на другую планету. И одно дело мы тут глушим хищников вроде той твари в пещере, а совсем другое – если нападем на объект, который принадлежит местной разумной расе. Там же не только роботы могут быть, но и эти, местные люди. И что мы их, будем убивать, что ли? А чем мы тогда лучше тех инопланетян, что на Земле Армагеддон устроили?
– Вот умеешь ты весь кайф обломать от грабительского набега в далекой-далекой галактике! – широко улыбнулся Серёга, – ладно, ладно, думаю, что все с тобой согласны!
– Ой! – сказала тетя, – мой квадрокоптер вышел из строя! Внезапно совсем! Картинка раз, и пропала, и управлять больше нечем!
– Вот так всё само по себе? – засомневался Серёга, – надёжная же вещь! Ни разу раньше ни один не ломался!
– А вспышки никакой не было перед выходом из строя? – внезапно спросил прислушивающийся к разговору Василий.
– Вроде, что-то блеснуло, – не очень уверенно ответила тетя, – хотя да, блеснуло, точно!
– Сбили наш квадрокоптер, ясное дело, – авторитетным голосом сказал Василий, – скорее всего те самые роботы у объекта и сбили. Чтобы не маячил рядом с охраняемым объектом.
– Надо нам постараться раздобыть что-то похожее, но только из каталога инопланетян, чтобы там и система маскировки была, – сказал я, – этот же наш бедолага совсем прятаться не умеет. Не только здесь скоро будут моментально сбивать, но и у нас на Земле.
– Ладно, по крайней мере понятно, в какую сторону идти нам не надо, – сказал я, – Наташка, что у тебя там видно? Высоко взлетела?
В этот момент земля под ногами мелко задрожала.
– О как, похоже по гроту ещё один огромный червь передвигается, – заметил Серёга, – авось, заглянет к нам в Подольск. Тоже грохнем!
– Мой коптер на высоте в полкилометра, вижу живых существ налево, – сказала Наташка, – семь точек на экране. От нас метров семьсот. Из них триста по такой же чаще, а последние четыреста уже по лугу с кустами и отдельными деревьями.
– О, давай за ними и пойдем! – оживился Серёга.
– Давай, конечно, – согласился я, – устроим сафари. Выступаем!
Вот только едва мы сделали пару десятков шагов, как выяснилась неожиданная проблема – некропеты Петьки никак не могли передвигаться со скоростью выше пары километров в час. У них и ног-то полноценных не было, эти бурдюки передвигались при помощи жгутов – выпускали их, вонзая в землю в нескольких метрах перед собой, и подтягивались к нужному месту, скользя на выпускаемой слизи.
– Бросить их, что ли? – задумчиво спросил Серёга.
– Нельзя бросать, это наша поддержка, – покачал головой я.
В итоге соорудили на скорую руку четверо носилок, водрузили на них некропетов, и потащили с собой. Я лично взялся за передние, чтобы погасить критические взгляды из-за этой идеи. Весили некропеты килограммов по шестьдесят, после всех усовершенствований моего тела в процессе принятия многочисленных зарядов вес этот никакой проблемы не составлял.
Сэнсэй и Сатору шли впереди, рассекая катанами заросли и освобождая дорогу. Я несколько удивился тому, что катаны используют как мачете, не боясь сломать или затупить, но Ю-тян, шедшая рядом со мной, меня успокоила, правильно поняв мой взгляд:
– Не волнуйся, это инопланетные катаны. Как и твоя, они сделаны из такой прочной стали, что не сломаются и не затупятся. Поверь, я знаю разницу, первых монстров мы рубили обычными катанами. Вот уж где сразу по лезвию было видно, что разрубал толстую кость. На этих же – вообще ничего, кровь обтер, и полный порядок!
Как вышли на луг, наше движение ускорилось. Тут же и Наташка доложилась, поскольку и ее коптер приблизился к потенциальной добыче:
– Существа четвероногие, рогатые, похожи бы были на антилопу, если бы в районе лопаток не проседали очень низко. Весом кило двести-триста.
– Так, я думаю, что мне стоит пойти впереди, – сказал Сашка, оживившись, – я годами охотился на всякую дичь, и лучше подскажу, как нам к ней поближе подобраться!
– Давай, конечно! – сказал я, посмеиваясь. Конечно, если он шесть лет провел в каменном веке, то вряд ли кто из нас с ним может сравниться в этом деле.
С собой Сашка прихватил и Наташку, то и дело поглядывая на монитор на ее пульте. Со стороны, мы, конечно, смотрелись предельно экзотично – большая охотничья экспедиция, которую ведут на охоту двенадцатилетний пацан и семилетняя девочка. Если не знать, что теперь они только так выглядят.
Маневрируя по указаниям Сашки между кустами и деревьями, мы приблизились к стае зверей на пару сотен метров.
– Все, дальше только ползком! – сказал Сашка, – ближе иначе нельзя, спугнем.
Ну что же, все одеты в спортивную одежду как раз на подобный случай. Инопланетная трава была сухой и высокой, земля густо заросшей, и об нее особенно не испачкаешься. Была и приятная сторона – теперь носилки больше были не нужны, некропеты поползли сами. Мы и не могли ползти быстрее их по скорости.
Остаток пути до намеченной точки для атаки, густых кустов, находившихся с подветренной стороны метрах в двадцати от стаи, мы так и проделали. Наконец, по команде Сашки все вскочили, и открыли огонь. Уйти не удалось ни одному из зверей – последнего я застрелил из снайперки с полсотни метров, пробив голову. Выглядели они и правда предельно странно – на Земле не видел животных с настолько низко расположенными передними лапами, как у этих. И раскраска была необычной, с яркими желтыми пятнами на серой шкуре.
Подошли поближе, рассматривая добычу. Внезапно раздался странный звук, словно что-то свистнуло. В недоумении оглянувшись, я увидел, что мы все оказались в чем-то наподобие огромной клетки с толстыми прутьями, и даже небо над нами оказалось зарешечено. И откуда только она взялась?
Клетка выглядела солидно – прутья два с половиной метра в высоту, идут через каждые пять сантиметров, толщиной каждый в полсантиметра минимум.
Ясное дело, все встревожились. Мы же не напрашивались на неприятности – не стали нападать на объект, принадлежащий разумным, поперли ровно в другую сторону охотиться на дикую фауну. Так какого же черта против нас предпринимаются такие действия?
– Так, каждый взял свое оружие, выбрал прут клетки как мишень, и ударил или выстрелил по ней! – скомандовал я. Конечно же, чтобы не задерживаться в ловушке, надо было из нее как можно более шустро выбираться.
Сам я стрелять по пруту не стал – пуля от снайперки может и срикошетить. И понятно, что вот именно для этого снайперская винтовка точно не предназначена. Зато я аккуратно, помня слова Ю-тян об особой прочности инопланетных катан, рубанул по пруту. На пруте осталась зарубка, лезвие катаны никакого ущерба не претерпело. Стал прикидывать – удастся ли перерубить прут несколькими ударами? С моей силой и скоростью, показалось, что нет.
Лучше всего результат оказался у Сереги – от выстрела из его дезинтегратора часть прута просто испарилась. Из тех, кто рубил катанами, справился с прутом с трех ударов только сэнсэй. Вся тонкость была в том, что нужно было попасть трижды практически в одно место сильным ударом. А рубить нужно было, чтобы удар получился сильным, с расстояния в метр, чтобы как следует размахнуться.
От сердца отлегло – клетка явно не была непреодолимым препятствием. Перерубленные прутья получалось и гнуть с достаточной простотой.
Больше мне никаких приказов отдавать не нужно было. Одна дыру стал проделывать Серега, вторую – сэнсэй. Но, как оказалось, все же ситуация вовсе не была простой.
– Семен, вижу на экране пульта коптера десять объектов, которые движутся в нашу сторону слева. От нас примерно в трехстах метрах, – доложила Наташка. А потом тут же выругалась, и объяснила причины своего поведения:
– Похоже, мой коптер тоже сбили!
Я глянул в ту сторону. Там уже было полно растительности, от молодых деревьев до больших кустов, и разглядеть с нашей позиции ничего нельзя было дальше двадцати шагов.
– Что за объекты, удалось рассмотреть? – торопливо спросил я.
– Что-то вроде больших тараканов, только блестят странно, как твоя тетя тех охранников на базе описывала. Как будто металл на солнце раскалился.
– Насколько больших? – переспросил я.
Наташка на секунду задумалась, потом ответила:
– Метра полтора в длину, я думаю!
– Так, народ, на нас надвигаются, похоже, какие-то роботы! Скорее всего, это связано с появлением клетки! Делимся на две части – каждая должна быть готова к выходу из клетки, как только будут проделаны отверстия. Задние – соберите лут с убитой дичи! – приказал я.
Потом вспомнил, что Захар на всякий случай тащил с собой в рюкзаке ЭМИ-эмиттер, оружие, доставшееся мне случайно на самой заре наших сражений с инопланетянами, и специально предназначенное для подобных случаев. Приказал ему передать свой ствол кому-нибудь другому, и вооружиться именно этим эмиттером.
Дав указания, сам попытался продумать будущие действия. Нужна была консультация. Единственным экспертом по истории развития разумных рас, что я имел в наличии, был Петька. Пусть он и знает историю всего одной разумной расы, человечества, зато знает ее хорошо. Его я и спросил:
– Петька, хорошо это или плохо, что придется иметь дело с роботами, а не с разумными представителями местной разумной расы?
Петька на несколько секунд задумался, потом сразу ответил:
– Возможно, ты поторопился, и это и будут сами местные разумные. Может, они просто напялили на себя кучу металла. Хотя нет, вряд ли! Если они с трехсот метров каким-то оружием, дающим вспышку, коптеры в воздухе сбивают, то это уже другой уровень развития цивилизации, на котором латы уступают место обмундированию. Так что будем считать их с высокой степенью вероятности роботами. Хорошо это или плохо? И хорошо, и плохо! Плюс в том, что они будут менее гибкие в бою. А минус в том, что должны быть хорошо вооружены, и их не заставишь отступить или броситься в бегство демонстрацией оружия или готовностью сражаться – в схватке придется положить всех до одного, и они будут опасны вплоть до последней секунды перед их уничтожением!
– Еще какие нюансы? – спросил я его, с удовлетворением наблюдая, что оба отверстия в клетке будут вот-вот готовы.
– Вполне может быть, что наиболее эффективно против них будет то оружие, которое хорошо справляется с металлом, из которого сделана эта клетка! – сказал Петька, – но, скорее всего, толщина металла на их корпусах будет значительно меньше, чем толщина прутьев. Слишком толстый корпус было бы затратно по потерям энергии таскать.
– Спасибо! – сказал я ему, и тут сэнсэй первым проделал дыру, достаточную для прохода наружу. Посторонившись в сторону, он подтолкнул к ней Ю-тян.
– Ю-тян, веди людей за те кусты, из-за которых мы атаковали! Выберемся, соберемся все вместе, вместе будем и сражаться с роботами или отступать! – сказал я.
– Конечно, Семен! – сказала японка, проходя сквозь отверстие одним грациозным движением, и тут же подавая руку моей тете, – начну также маскировать выбравшихся!
Что она имеет в виду, я не совсем понял, но не стал уточнять – девушка умная, глупостей делать явно не будет. Серега последним выстрелом отстрелил верхнюю часть восьмого прута, его тут же отогнули вниз, и еще один проход оказался готов. И в него тоже хлынули люди.
Я вылезал из клетки последним, постоянно посматривая в ту сторону, с которой вот-вот могли появиться роботы. Все так же, оглядываясь, бегом скрылся за кустами, где собрались уже все остальные. Успели! Но я не обольщался.
– Скорее всего, у них будут тепловизоры, раз уж тут такая продвинутая технически цивилизация, что из-под земли выскакивают огромные клетки и мотается туда-сюда куча роботов, – сказал я, – значит, сделаем следующим образом. Некропетов разбиваем по отдельности, кладите их так, чтобы лежали через каждые три метра в направлении к движущимся к нам роботам. Сами ложимся за ними. Петька, сделай так, чтобы некропеты первые атаковали, и приняли на себя ущерб от ответных выстрелов. Твари толстые, насквозь их не пробьет по идее, и за ними будет безопасно. Ждем, когда огонь по ним стихнет, высовываемся, даем залп, и снова прячемся. Сразу за некропетами по двое стрелки, за ними все остальные. И так до тех пор, пока не перебьем всех врагов. Будьте бдительны, враги быстры и должны обладать отменной реакцией, машины все же! Все делаем предельно быстро!
Уже давая свои наставления, понял, что значила фраза Ю-тян про маскировку. Члены группы, слушая меня, активно ломали ветви с листьями с кустов и засовывали себе под ремни, а также, связывая вместе ветви, накидывали на плечи под ее руководством. Сама Ю-тян тоже уже преуспела в этом деле, с нее свисало больше всего зелени. Услышав мои слова про тепловизоры, она сконфузилась, и я поспешил успокоить ее:
– Впрочем, про тепловизоры мы точно не знаем, и маскировка зеленью может пригодиться!
Вспомнил, что у многих есть магия и интересные навыки, и добавил:
– Магию и навыки используем по ситуации, как будет вам казаться правильно в ходе боя!
Все быстро распределились, как я указал. Ничего другого мне в голову не пришло, остается надеяться, что и такой план сработает. Еще когда тащили некропетов с собой, подумал, что при необходимости за ними можно укрыться.
Потянулось томительное ожидание. Очень напрягало отсутствие данных с квадрокоптера, я уже так к ним привык, что необходимость сражаться без поступающей с коптеров информации вызывала сильный дискомфорт. Кто его знает, вдруг увиденные нами роботы изменили маршрут, и сейчас движутся к нам по дуге? В этом случае вся наша оборонительная позиция гроша ломанного не стоит!
Но тут впереди послышался какой-то треск, и я осторожно поднял голову над тушей третьего справа некропета, за которой лежал вместе с Сашкой. Сквозь нижнюю часть кустов увидел, что на поляну с взломанной нами клеткой, продираясь сквозь молодые кусты, вывалились длинные металлические тела, поблескивающие в лучах солнца. Стало понятно, что это точно роботы, а не представители какой-нибудь разумной расы. Вряд ли разумные любой расы согласятся расписывать свою одежду однотипными надписями. Они были везде – на длинной серой металлической морде с фасеточными глазами, на каждом из боков, выкрашенных в ярко-желтый цвет, на груди синего цвета. Не было их только на восьми длинных лапах ярко-красного цвета. Да и размер выбравшихся из кустов устройств был совершенно одинаков. Нет, это точно какая-то техника!
«Тараканов», как и говорила Наташка, оказалось десять штук. Собравшись на поляне, они организованно двинулись к клетке, и принялись изучать нанесенные нами повреждения. А затем разбились на два отряда по пять штук, и начали с двух сторон огибать кусты, за которыми мы прятались. Но не тут-то было! Едва они приблизились на четыре метра к некропетам, как те по команде Петьки их атаковали. Жгуты свистнули в воздухе, заставив меня на секунду напрячься, я еще помнил этот звук и то, как меня пронзили таким жгутом над ключицей, и ударили по металлическим телам роботов. Пробить обшивку не смогли, но «тараканы», по которым жгуты ударили, сильно покачнулись. Продолжения я не увидел, благоразумно спрятавшись полностью за некропетом, но теперь уже его туша дернулась от ударов – как я и ожидал, роботы открыли ответный огонь.
Как только туша перестала содрогаться, мы с Сашкой взлетели над ней, тут же выцеливая роботов. Я выстрелил прямо в фасеточный глаз одного из них, и тут же увидел, как Сашка выжег морду другого. Что меня порадовало, моя пуля пробила голову робота. Какой ущерб нанесла – непонятно, но не отрикошетила. Дернул Сашку за шиворот, стаскивая вниз – оружие уже разряжено, и ближайшие пять секунд бесполезно, а он что-то затормозил над некропетом. Дополнительной мишенью, что ли, решил поработать?
Тут же туша некропета содрогнулась от ответного огня. Через пять секунд туша перестала колебаться, и мы с Сашкой снова выскочили. Моя снайперка еще не успела откатиться, выстрелил только Сашка, но я высунулся, чтобы оценить ситуацию. Лидер все же, если понадобится корректировка тактики, должен владеть ситуацией.
Обстановка порадовала. Половина роботов неподвижно застыла на поляне, а во вторую половину сейчас все, за исключением меня, палили. Приятно отметить, что, выстрелив, все дисциплинированно пригнулись за тушами некропетов, и даже Сашка в этот раз не тормозил.
В этот раз туша нашего некропета ни разу не дрогнула, по ней не стреляли. Остались ли вообще целые роботы, способные стрелять? Но я ждал, когда оружие у других откатится, чтобы не выскакивать одному. Через шесть секунд люди начали высовываться, и я присоединился к атаке. Но стрелять уже было некуда. В моем секторе все роботы лежали неподвижно. Тут же оглянулся, все ли в порядке. Вроде все! Неужели одержали бескровную победу над таким особым противником?
Сашку сдернул вниз, а сам остался торчать над импровизированным бруствером, и начал пересчитывать роботов. Десять! Победа!
– Неужто справились? – неверящим голосом сказал Захар.
– Похоже на то! – ответил я, все еще оценивая, можно ли нам выбираться на открытое место, – как, кстати, твой ЭМИ-эмиттер сработал?
– Чудесная вещь! – радостно сказал дед, – два выстрела – две жестянки!
– Помни только, что против живых существ он не работает! – на всякий случай напомнил я ему, и уже громче произнес, – похоже все, можем идти за трофеями!
Люди радостно поднимались, оживлённо обсуждая бой.
– Не понял только, – удивленно сказал Петька, – а где традиционные поздравления с тем, что мы уничтожили новый вид монстров, и вручение призов от виртуальной девчонки?
– Кстати, и после уничтожения стада на этой полянке тоже не было никаких поздравлений и призов! – не менее удивленно сказал и Серега.
– Может, роботы не в счет? – предположил Борис, – засчитывают только живых существ?
– А как же тогда стадо этих странных травоядных? – недоуменно сказал я, – кстати, кто собирал с них лут?
– Я! – ответил Сашка, – и, кстати, не показались они мне травоядными! Когда касался рукой, жестко очень было. Ни жира, ни мяса, сплошные кости, так не должно быть, это же не черепахи! А, ну если предположить, что это были тоже роботы, то это может быть ответом на вопрос, где наши призы! Лут, кстати, был фиговый, по одному заряду с каждой тушки.
– Странно как-то! – сказал я, – в гроте были живые твари, и даже тигр, которого они съели, был перед этим вполне живым. А тут что – стадо роботов, при подходе к которым срабатывает ловушка, и прибегают другие роботы? Что за чертовщина вообще творится на этой планете?
– Может, эти роботы, изображавшие травоядных, были чем-то типа приманки для хищников? Подошел, попал в клетку, прибыли роботы, перегрузили и отправили куда полагается, на бойню там, или в зоопарк? – предположила Ю-тян.
– Да тут во что угодно поверишь, расклад совсем не понятен! – покачал головой я, и, увидев, что роботов уже активно лутают, спросил: – ладно, что за лут с них?
– Вот с этих уже нормальный лут! – радостно ответил Сашка, успевший и тут первым облутать трофеи. Я, кстати, обратил внимание, что Наташка, которая раньше буквально умоляла ей разрешить собирать трофеи, теперь стала к этому делу совершенно равнодушна. Только вертела в руках, освободившихся после уничтожения роботами квадрокоптера, ту палку, что я ей недавно вырезал. И ловко так вертела, тут поневоле поверишь, что она семь лет проторчала у шаолиньских монахов.
– Лут мировой! – продолжил Сашка, – два навыка, одно заклинание, в остальных по два заряда, причем неплохих.
– Что за навыки и заклинание? – живо заинтересовался я.
Сашка разгреб лут на ладони, и начал зачитывать:
– Что делаем дальше, босс? – спросил Серёга с подобострастным придыханием, косясь на стоявшую рядом со мной Ю-тян.
– Валим домой, конечно! – ответил я, – без воздушной разведки тут делать нечего. Слишком высок риск.
– Люди! Слышали командира? – включился в игру и Петька, – домой идём, быстро-быстро! Веселей, веселей двигаемся!
И сам возглавил шествие.
– Куда? – возмутился я, – вначале некропетов снова подыми. Они нас уже очень здорово выручили. Я теперь без них и шагу тут не сделаю.
Не сказать, чтобы кто-то был недоволен тем, что снова придется таскать на себя тяжести. В этот раз никаких недоумевающих или насупленных лиц, вызванных снова Петькой некропетов подхватили и потащили прямо на руках, как родных, благо до носилок было всего ничего. Перегрузив их на носилки, двинулись к лесу.
Все это время всем приходилось вертеть головами, как страусам. Не один я чувствовал себя неуютно без квадрокоптеров – теперь опасность могла нагрянуть совсем неожиданно, без всякого предупреждения. Добравшись до леса, бдительность не ослабили. В густом лесу отследить угрозы ещё сложнее, чем на открытом пространстве. Я шел впереди, держа снайперку под рукой. Чуть позади шел Сашка, на которого я особо рассчитывал. Шесть лет выживания в дикой природе должны были развить ему чуйку на неприятности.
Наконец, показался и вход в грот. Я вздохнул с облегчением, и приказал ускориться. Меня тут же нагнала Ю-тян.
Странный треск чуть не заставил меня подпрыгнуть на месте, в попытке понять, откуда он раздается. Сознание тут же подсказало, откуда он мне знаком – такой же треск я слышал, когда нас атаковали на поляне роботы. Что-то вспыхнуло прямо перед глазами, и я, сбивая на землю Ю-тян, закричал:
– Ложись! Роботы!
Даже падая, я пытался выцелить источник звука. Но помог не звук, а замеченная в устье грота вспышка. Стреляли оттуда!
Упав, я, наконец, смог разглядеть источник вспышки – узкую металлическую морду робота, еле различимую на фоне камня скалы. Тут же выстрелил, целя в фасеточный глаз. Морда дернулась и исчезла внутри грота.
– Убили! Убили! – раздался панический крик.
Холодея от ужаса, я оглянулся. Все уже лежали на земле, прижимаясь к ней, и ощетинившись стволами. Но в шести метрах позади нас с Сашкой и Ю-тян на спине, безжизненно раскинув руки, лежала Галина.
– Медкомплекс, быстро! – скомандовал я, – некропетов ко мне, бегом! Робот или роботы в гроте! Держите грот на прицеле, посматривайте и по другим направлениям!
Серёга с аптечкой рванул к Галине. К своей матери бросилась и моя тетя. Носилки с некропетами тут же притащили ко мне. Я велел бухнуть их между нами и пещерой, и всем держаться так, чтобы быть под их прикрытием, на случай, если из пещеры нас снова атакуют роботы.
Над тушами с наведенными на вход в грот стволами пристроились Борис, Сашка, Трофим и Захар.
Сам же чуть не застонал от допущенной ошибки. Рано расслабились, вход в грот казался безопасной территорией после того, как мы его расчистили от тварей. А он ей не был. Вот она, проблема с разведкой! Нынешние некропеты были хороши как барьеры от противника, но намного лучше было бы иметь такого некропета, который мог бы быстро двигаться впереди нас!
Тут же память всколыхнулась. А ведь есть такой вариант!
– Петька, помнишь тварь, похожую на земного тигра, которую бурдюки в пещере осушили до состояния мумии? – спросил я. Необычный вроде вопрос, учитывая, что это произошло сегодня, но для Петьки с тех пор прошло больше четырех месяцев.
– Да, конечно! – ответил тот, и тут же его глаза блеснули, показывая, что он на лету понял мою идею, – а, хочешь его поднять вместо наших медлительных товарищей!
– Справишься?
– Это смотря сколько килограммов та киса весила! – ответил он, – как бы не был вес выше моего лимита, тигр был знатный!
– А сколько твой лимит? – решил на будущее уточнить я.
– 250 килограммов, и в этом случае он мне понадобится весь! – ответил Петька, – ладно, тогда пристрелите моих некропетов, чтобы я мог попробовать!
Хорошо, – подумал я, – значит, призовем тигра, и начнем военные действия с роботами в гроте. Сколько их там – неизвестно. Если роботы прикончат тигра и выскочат, позиция за некропетами на открытом месте будет совсем не так хороша, как та, что у нас была в недавней битве, когда нас скрывали ещё и кусты. Значит, ее надо улучшить. Но что с Галиной?
– Серега, как там с ранением? – спросил я.
Серега отрицательно покачал головой, снимая с тела Галины прибор:
– Скончалась!
Тетя зарыдала.
– Народ, отползаем аккуратно в лес, держась так, чтобы между гротом и вами были туши некропетов, – скомандовал я голосом, едва не давшим осечку, – ползем по очереди, половина ползет, половина прикрывает, держа оружие наведенным на грот. Там прячемся за толстыми стволами деревьев. Делимся так – те, что ближе к пещере – первая половина, вторая – те, что дальше. Начали!
Поймал взгляд Валерия. Может, что я себе вообразил, но там были какие-то даже проблески уважения. Наверное, показалось – человек, прошедший горячие точки, и будет так смотреть на зелёного пацана, даже не служившего в армии? Жаль, кстати, что ни он, ни его товарищ никакой тяги к командной работе не испытывали. Видимо, испытывающие такую тягу люди в телохранители не идут.
За пару минут мы осторожно отступили в лес. Убедившись, что все спрятались за толстыми стволами деревьев, приказал:
– Огонь по некропетам!
Несколько точных попаданий – и некропеты отдали концы.
– Петька, если получится призвать тигра, не отправляй его сразу в грот. Пусти побегать вокруг нас по лесу – если там есть ещё роботы, я хочу знать об этом до того, как они убьют ещё кого из нас, – сказал я другу.
– Умно! – согласился он, затем сосредоточил взгляд на ободранной мумии тигра, валявшейся там, где мы ее бросили.
Секунда – и перед нами на поляне появился огромный хищник.
– Надо же, вышло! – удивился Петька.
Ещё пару секунд, и тигр, выполняя приказ Петьки, огромным прыжком скрылся в кустах.
– А он точно его полностью контролирует? – спросил Сашка, – а то сколько в каменном веке мне похожие твари крови попортили, так это просто невообразимо!
– Стопроцентный контроль! – снисходительно посмотрел Петька на него, – скажу убиться головой об дерево – так и сделает. Никакой демократии!
– А как ты узнаешь, все ли он проверил на совесть? – спросил Сашка.
– На дистанции в сотню метров могу видеть его глазами, – сказал Петька, – заклинание улучшилось как раз перед завершением испытания в игре.
Спустя минуту тигр выскочил с другой стороны поляны, заставив всех, кроме Петьки, вздрогнуть.
– В сотне метров вокруг нас ни следа металлических тараканов, – отчитался Петька, – посылать зверя в пещеру?
– Посылай! – согласился я.
Петька закрыл глаза и огромный хищник мощным прыжком махнул ко входу в грот и скрылся внутри.
Тут же раздался характерный треск, означавший, что роботы открыли пальбу, и звуки ударов.
Спустя секунд пять Петька открыл глаза:
– Двоих успел размазать о стены грота, но третий его убил. Больше роботов не видел. Ничего страшного, маны у меня хватает, сейчас снова его призову, только три минуты нужно подождать – откат такой по подъёму одной и той же павшей сущности. Добьет третьего, проверит путь до портала, и вернёмся домой.
– Нет, вначале снова пустишь его кругом по лесу вокруг нас, пусть проверит, нет ли подкрепления у роботов, а потом уже пусть идет в пещеру, – скорректировал его планы я.
– Как скажешь! – равнодушно ответил Петька.
Стал он после своего некромантского испытания каким-то другим. Хотя, как бы я сам изменился, если бы четыре с лишним месяца прожил на кладбище, сражаясь с мертвецами? Без единой живой души рядом потрепаться?
Совершив круг по лесу, по итогам которого не выявил ничего подозрительного, тигр рванул в пещеру. Снова раздался сухой треск, затем наступила тишина.
– Подранил он мне тигру, но тот свое дело сделал! – отчитался Петька, – сейчас проверит дорогу до грота, и можно двигаться! Только придется подождать подольше, он теперь хромает!
Спустя минуту Петька дал добро на вход в грот. Его некропет не нашел больше ничего подозрительного.
Убитых тигром роботов облутали. Тело Галины мы положили на носилки, и понесли с собой. Пройдя до портала, увидели около него некропета.
– Слушай, может его с собой возьмём? – предложил я нашему некроманту, – полезный же зверь!
– Пока возьмём, конечно, – сказал Петька, – но надо думать. Что ты предпочтешь, к примеру, одного тигра или четыре ската?
– А, ну да, есть над чем подумать! – согласился я.
На стороне тигра была мощь, сила и ловкость. Но четыре ската, способных подлететь, в том числе и скрытно, и шарахнуть противника молнией по башке – тоже лакомый кусок. Тем более, что в схватке с теми же гориллоидами не факт, что тигр легко одержит победу. С одним – наверняка, а вот с двумя или тремя…
В портал тигра тоже отправили первым. Но Петька тут же огорчённо покачал головой:
– Все, полностью утратил контроль! Не вижу ничего его глазами, и не могу отдать приказ!
– Так ясен перец, он же теперь на разных с тобой планетах! – фыркнул Кирилл. Мы с Петькой и Серёгой пораженно посмотрели друг на друга – первый раз за полдня пацан заговорил в нашем присутствии! Будем надеяться, что это хороший знак, и парень начнет потихоньку восстанавливаться после пережитой трагедии.
Петька отправился первым за своим некропетом.
Спустя секунд пятнадцать появился, и махнул рукой:
– Все чисто, проходим!
И мы вернулись на Землю.
Тело Галины, чтобы достать из провала, пришлось привязать к носилкам. Поспешно погрузились в машины, и кортежем поехали на базу. И без всякого обсуждения было понятно, что без квадрокоптеров находиться в захваченном монстрами Подольске слишком опасно.
Приехав на базу, тут же решили и вопрос с кладбищем. Место для первой могилы, а не приходилось сомневаться, что будут и другие, устроили внутри базы, рядом с забором, с тыльной стороны здания. Быстро выкопали могилу, тело опустили вниз, завёрнутое в одеяло. Произнести прощальную речь вызвался Елисей, как самый пожилой участник нашего сообщества:
– Галина была нашим другом, и нам больно ее терять, – медленно и с чувством сказал он, – земля тебе пухом!
Хорошо сказано, лаконично, но по существу. Мне, конечно, было откровенно неуютно. Мать моей тети погибла во время вылазки, которую курировал лично я. Вот она главная проблема командира – ты совершаешь ошибки, гибнут люди, а тебе с этим потом надо жить.
Видимо, по моему лицу все было видно, потому что ко мне подошёл сэнсэй, и сказал:
– Не ругай себя! Ты все сделал правильно! Засада была слишком неожиданной! Такие вещи невозможно предсказать!
Ю-тян подошла с другой стороны и взяла меня за руку, тоже со словами поддержки:
– Такие плохие вещи будут случаться!
Подошла ко мне и тетя, вся в слезах. Я вздрогнул, думая, что будет меня ругать. Но она лишь молча обняла меня и погладила по плечу. Получалось, это она меня утешала!
Затем мы дали над могилой залп из охотничьих ружей. Инопланетное оружие не использовали – шуму от него мало, нет нужного эффекта.
Обед превратили в вариант поминальной тризны, только без спиртного. Каждый, кто близко знал Галину, сказал несколько слов. Запинаясь, несколько фраз о том, как она была добра ко мне, пробормотал и я.
Обед закончился, и, вздохнув, я собрался с мыслями. Быть командиром ради того, чтобы круто выглядеть в глазах Ю-тян – идея которая вдруг мне разонравилась. Почему-то показалось, что с Ю-тян мы и так поладим. Но бросать командирские обязанности в такой ситуации, снова взваливая их на Серегу, или на сэнсэя, если вдруг тот выразит такое желание, было как-то не по-мужски. Поэтому я громко сказал:
– Солнце еще высоко! Есть предложения, что будем делать дальше? Поедем охотиться в Подольск, или рискнем снова пойти в портал?
Несколько секунд тишины. Потом слово взял сэнсэй:
– Думаю, нам не стоит пока идти снова в портал. Надо хорошо обдумать уроки этой вылазки. Одно ясно – нам точно снова будет нужно туда вернуться, когда мы будем готовы. Полученные с тварей в пещере плащи – великолепный трофей. Сомневаюсь, что что-то подобное мы могли бы получить здесь, на Земле. Нужно искать еще сильных хищников на той планете, и охотиться на них.
– В принципе, основные уроки вылазки понятны, – сказал Серега, убедившись, что сэнсэй сказал все, что хотел, – с квадрокоптерами там делать нечего. Роботы будут сбивать их раз за разом, и скоро они у нас просто закончатся. Нам нужен дрон, который не так легко будет засечь с земли.
– Нужно усилить защиту участников вылазок, – сказал Петька.
– Можно попытаться собрать «защитные сферы», – предложила Ю-тян, – на каждую нужно три элемента. Защищает от первого выстрела. Если бы не она, то сегодня у грота было бы две жертвы. Первый выстрел робота был не в Галину, а в нас с Семеном. Моя защитная сфера его отразила.
Вот тут я уже удивился. Я и не знал об этом, Ю-тян мне ни слова не сказала.
– Ты сказала, что не знаешь точно, в кого стреляли, но сфера выстрел отразила, – сказал Серега, – это значит, что сфера экипирована на тебе, но может защитить и другого человека?
– Она у меня прокачана до уровня «адепт», – ответила Ю-тян, – обеспечивает защиту от первого удара, нанесенного с силой до 600 кг/кв. см. Радиус защиты – один метр тридцать сантиметров от центра тела носителя. Ближе всего ко мне был Семен, так что стреляли либо в него, либо в меня.
– А если впереди отряда будут идти три человека в таких сферах, и идти будут близко друг от друга, то, по идее, первые три выстрела в них будут отражены? – спросил Серега задумчиво.
– По идее, да, – согласилась Ю-тян.
– Стоящая вещь! – сказал он.
– Хорошо, тогда сделаем так, – сказал я, – у нас неплохой улов по зарядам в сегодняшней вылазке. Давайте сейчас сделаем заявки на шесть элементов на «защитную сферу», чтобы собрать два комплекта, а также выберем модель дрона на рынке, и сделаем заявки и на нее. Оставшиеся трофеи, за исключением навыков и заклинания, пустим на заявки на обмен на «силу воли». Также я хочу подать заявки на обмен на заклинание «Рассвет мертвеца». Мне понравилось то, что может теперь творить Петька, и я хочу, чтобы у нас был еще, как минимум, один некромант. Все согласны?
Никто вначале не возразил. Когда я счел уже вопрос исчерпанным, сэнсэй неожиданно сказал:
– Сделай заявки на два дрона разных моделей. Как я уже понял, никогда не знаешь, с какими элементами повезет, с какими нет. Да и будет возможность сравнить потом, какая модель лучше.
С предложением сэнсэя я тут же согласился.
Выбор двух разновидностей дрона особого труда не составил. Их всего было три на рынке. Но самая продвинутая модель требовала наличия семи элементов, и мы решили, что собрать такую быстро будет сложно. Поэтому постановили ориентироваться на две другие модели – дрон разведки PG34 и дрон разведки и прикрытия KI87. На первый нужно было собрать три элемента, на второй – пять.
Часть зарядов взял Серега, часть Ю-тян, я им сказал, кому какие заявки надо сделать, и они принялись за работу. Когда они с ней закончили, я сказал:
– Давайте также сразу распределим заклинание и навыки. Напомню, что у нас есть заклинание «Мираж», навык «Рейнджер-новичок», и навык «Мастерство чувств-новичок». Думаю, что заклинание «Мираж» лучше всего подойдет мечнику. Сэнсэй, не окажите мне помощь в распределении этого заклинания?
Тот кивнул, и сказал:
– У нас по навыкам больше всех обделен Дмитрий. Пусть он и берет!
Дмитрий подошел, и я передал ему пластинку с заклинанием.
– Что касается навыка «Мастерство чувств-новичок», то я хочу дать его Наташе, – продолжил я, – она несколько раз и без всякого квадрокоптера первой замечала опасность. Думаю, семь лет в монастыре Шаолинь только развили ее наблюдательность.
Наташка подошла, получила навык, и молча поклонилась. Хорошо ее вышколили монахи!
– И по поводу последнего навыка. Тут у меня идей нет, поэтому предлагаю, чтобы выбор стал делом случая. Нарежем бумажек по числу желающих его получить, в одну впишем название навыка, опустим их в ящик, и пусть все наугад тянут. Никто не возражает?
Возражений не было, и процесс быстро организовали. Сам я участие в лотерее не принимал. Не участвовали также сэнсэй, Дмитрий, и Наташка. Причем двое последних отказались от участия, не сговариваясь между собой. Видимо, такое решение отвечало их внутреннему кодексу справедливости – они же трофеи уже получили!
Счастливый билетик вытащил Гриша, механик, спасенный нами от зомби. После этого я приказал собираться на новый выезд в Подольск. В портал мы не пойдем, но это не мешает нам поохотиться на монстров в городе.
– Ты ничего не забыл? – спросил меня Петька.
– Ты о чем? – удивился я.
– Да о том, что тебя же в пещере жгутом тварь ужалила, и у тебя теперь пышным цветом разрастается в организме инородный ДНК, дурья твоя башка! – энергично сказал Петька, – хочешь, как я в прошлый раз, неожиданно впасть в кому в самый неудачный момент?
– И верно, забыл совсем! – проворчал я, – странно, что ты помнишь! С тех пор же для тебя больше четырех месяцев прошло в твоем яблоневом саду на кладбище!
– А о чем я там, по-твоему, думал каждую ночь? – огрызнулся Петька, – ясен перец, о последних часах перед заданием! О чем-то надо было думать, чтобы не свихнуться!
– Ладно, ладно, спасибо, друг, что напомнил! – поднял руки вверх в шутливом жесте я, – народ, сорян! Я на десять минут в капсулу отлучусь!
Ю-тян, нахмурившись, пошла со мной. Серега и Петька, что вначале тоже подорвались меня сопровождать на лечение, тут же с усмешками отстали.
– А ты мне не сказал, что тебя тварь ужалила, там, в туннеле! – сказала она недовольно, когда мы вошли в столовую.
– Мелочью показалось, вот и не сказал! – ответил я, а в душе был очень доволен – если девушка о тебе хлопочет, значит, ты ей точно интересен!
Возник только один щекотливый момент – в медкомплекс нужно было ложиться, полностью раздевшись. Я, естественно, замешкался.
– Да раздевайся ты, не стесняйся! – сказала твердо Ю-тян, – что вы, европейцы, вечно из-за наготы проблемы делаете! Видно, что ты никогда не купался в онсэне!
– В чем я не купался? – удивился я.
– Это наши горячие источники, и в них запрещено находиться в одежде! – нетерпеливо ответила Ю-тян, – раздевайся, говорю, будем лечиться! Не заставляй людей ждать!
В некотором шоке от такого напора я разделся и залег в капсулу. Ю-тян деловито прикрыла за мной дверцу.
Вердикт умной машины заставил меня серьезно задуматься:
– Чужеродное ДНК может быть полностью удалено при желании. Возможны два варианта – полное излечение с удалением инородного ДНК, и симбиоз с чужеродным ДНК, при котором пациент приобретет дополнительные функции, а именно, при желании сможет атаковать при помощи жгутов, а также высасывать питательные вещества из других существ. При регулярном использовании этой опции она сможет однажды эволюционировать в более продвинутую. После эволюции можно будет при помощи атаки жгутом заимствовать чужеродное ДНК, производя апгрейд организма. Остальные функции организма не пострадают. Выберите вариант лечения.
– Что скажешь, Ю-тян? – решил посоветоваться я.
– Насколько я поняла твоего друга Петра, ему новые функции с растительными щупальцами очень в игре пригодились, – сказала Ю-тян задумчиво, – я считаю, что любое усиление пойдет каждому из нас на пользу. Тем более, что медкомплекс пообещал тебе, что в будущем ты сможешь получить что-то более существенное, чем получил твой друг. Ты сможешь избирательно заимствовать чужое ДНК для своего усиления! Так что если ты спрашиваешь меня о совете, то вот он – оставляй чужое ДНК!
В принципе, я и сам о таком варианте подумывал. Но слова Ю-тян меня окончательно убедили. К тому же ее мнение мне было важно и в связи с тем, что я твердо решил, что она будет моей девушкой. Если бы она решительно воспротивилась, пришлось бы случайно полученное в пещере ДНК удалять. Какие могут быть отношения с девушкой, если она тебя боится из-за того, что в тебе есть чужое ДНК?
И я дал указание медкомплексу провести лечение по второму варианту, с симбиозом.
Во время поездки до Подольска трижды натыкались на монстров, что подтвердило теорию о том, что в городах для них стало мало еды, и они снова разбредаются по малозаселенной местности. Стая гориллоидов, стоявшая на обочине дороги, при виде нас благоразумно удрала в лес. Бежать за ними мы не стали – Петька по моей просьбе спустил на них своего тигра, и мы принялись наблюдать развитие событий на экране пульта от квадрокоптера. Тигра он недавно призвал снова, чтобы избавить от хромоты, так что тот был в полной боевой форме.
Тут же начали делать шутливые ставки – справится ли тигр с тремя гориллоидами? Квадрокоптеры давали нам отличную возможность оценить предстоящий бой.
Не справился. Выйдя за пределы контроля со стороны Петьки, позволявшего ему напрямую управлять некропетом и видеть все его глазами, тигр прямолинейно бросился в атаку на гориллоидов. Одного задрал, вцепившись в горло, и раздирая пузо когтями, но за это время два других, опомнившись от изумления при виде такой наглой атаки, при помощи своей неумеренной силищи напали на него, и тут же оторвали по лапе каждый. На этом тигр как боевая единица и кончился.
– Да, четыре ската оказались бы продуктивнее! – вернулся я к недавнему разговору с Петькой.
– Да, уж больно тупые становятся некропеты без прямого контроля, – подтвердил он, – пылают бесхитростной жаждой убийства в отношении указанной цели, и забывают про любые меры защиты и предосторожности. Думаю, будь этот тигр живой, он бы с ними справился в схватке за счёт своей скорости и ловкости.
– Согласен, скорость у него дикая, и по ловкости страшный противник, – вмешался в наш разговор Серёга.
– Думаю, надо самим грохнуть этих гориллоидов, тигр с двумя не справится без травм, – сказал Петька, – нечего расходовать ману до города на то, чтобы снова его потом убивать и подымать в здоровом виде.
Пришлось нам втроём пробежаться до места битвы и прикончить двоих оставшихся гориллоидов, круживших озадаченно после победы на месте боя. Похоже, они пытались понять, кто это на них такой напал, и несколько утратили осторожность. Петька вновь поднял тигра, и мы вернулись к нашим машинам.
Две других встречи с монстрами заключались в обнаружении пятен-вампов на дороге. На той самой дороге, по которой мы возвращались недавно на базу без квадрокоптеров, ничего при этом не заметив. Похоже, нам просто повезло, что ни одна из машин не въехала колесом в эти ямы. Это ещё раз подтвердило, что без разведки выезжать с базы смертельно опасно. Если не монстры убьют, так погибнешь при аварии.
Въехав в Подольск, мы не стали хитрить в поисках монстров. Выбрали широкую улицу с хорошим обзором, отошли подальше от машин, чтобы они не пострадали в предстоящей битве, и начали шуметь – кричать, бить железом по железу, топать ногами. Особенно отрывались дети. Учитывая, что нас было почти три десятка человек, гориллоиды на эту провокацию не купились. Подходя на разведку небольшими группами, они бросались убегать, едва увидев, сколько нас, и что мы вооружены. Практика показывала, что людей с оружием они прекрасно отличают от людей без оружия. Но скаты с их невероятной агрессивностью в ловушку полезли.
Тетя и Наташка только и успевали рапортовать о небольших стаях скатов, реагирующих на наш шум в радиусе полукилометра. Они вылетали из окон зданий, слетали с крыш, три особи даже плавно выплыли из трансформаторной будки, и атаковали нас. Поскольку делалось это нескоординированно, подлетали стаи к нам в разное время, и мы успевали их хорошо «принять». Мечников я специально поставил отдельно, чтобы им было где размахнуться катаной и маневрировать во время боя, и строго-настрого запретил стрелкам даже целиться в ту сторону из оружия, не то что стрелять. Это не означало, что, если они не будут сами справляться, они не получат от нас помощи, на этот случай была оговорена особая схема действий. При налете слишком сильной стаи мечникам следовало крикнуть об этом, и бежать в нашу сторону, чтобы мы прикрыли их отступление. Но мы сражались уже полчаса, и ни разу такая поддержка не понадобилась.
В краткие моменты затишья со скатами у нас я смотрел, как лихо мечники рубят своих скатов, и думал о том, смогу ли и я однажды также. Я был готов тренироваться, сколько понадобится – потому что то, что они творили, выглядело не только красиво, но и очень эффективно. Учитывая, что моя снайперка перезаряжалась десять секунд, мне очень бы пригодилось и уверенно владеть катаной, чтобы не чувствовать себя незащищённым в промежуток между перезарядкой.
Был, правда, ещё и другой вариант – обзавестись вторым стволом ближнего действия, чтобы была возможность эффективно сражаться и на коротких дистанциях, но в данный момент это было нереалистично – инопланетного оружия не хватало многим членам нашего отряда. В этой ситуации захапать себе два ствола было бы слишком эгоистично. Катана, между тем, у меня уже была, и я даже уже пролил с ее помощью кровь зомби.
Отряды скатов налетали один за другим, а затем раз – и кончились. Минута, другая шума с нашей стороны – никакой реакции.
– Похоже, в этой части города живых скатов уже не осталось, – сказала довольно Наташка, – неудивительно! Мы перебили двадцать девять штук!
Двадцать девять штук! Невероятная цифра! Ещё недавно мы были готовы убегать и от трёх. Вот что значит выучка и рост численности отряда!
Петька тоже предпринял меры по повышению эффективности в истреблении противника. Ещё когда мы грохнули первых скатов, Петька пристрелил своего тигра, и призвал четырех скатов в виде некропетов. С этого момента за фланг, где он находился, волноваться я перестал. Некропеты встречали подлетающего с той стороны противника прямо в воздухе, устраивая там битву истребителей – главное было не подбить своих, оказывая им помощь.
– Ещё какие монстры есть? – спросил я Наташку и тетю. Несмотря на уговоры, тетя снова взялась работать с квадрокоптером. Хотя, может ей так и легче будет переживать смерть матери. Помню, что после смерти моих родителей тяжелее всего было сидеть без дела. В голову только и лезли мысли о них. И наоборот, в школе или с друзьями было полегче.
– Видели несколько небольших стай гориллоидов, приближающихся к нам, и убегающим после результатов разведки, проследили – все скрылись в окрестных многоэтажках, – доложила Наташка за себя и тетю.
– Нет, по многоэтажкам мы шариться не будем, слишком опасно охотиться на гориллоидов в замкнутом пространстве, – покачал я головой, – зомби, может, попадались?
– Нет, ни людей, ни зомби точно не видели, – покачала головой Наташка.
– Ну что же, значит, поехали в другую часть города! – вынес вердикт я.
Переехали на семьсот метров влево, в частный сектор. В том районе собрали тоже неплохой урожай из скатов. Двадцать три штуки!
Такая удачная охота многих воодушевила и наполнила уверенностью в себе. А меня эта уверенность только тревожила. Как бы она не стала самоуверенностью, за которую потом придется расплатиться, как недавно произошло с Галиной.
Когда и здесь скаты закончились, перекочевали в следующий район. В нем удалось истребить еще два с половиной десятка штук скатов, и мы с Петькой взяли десятые уровни. Вот и у нас в интерфейсе появилась заветная кнопочка, предоставляющая возможность самостоятельно отправляться в игру! Одна беда – когда стали собирать лут, с огорчением обнаружили, что трофеи резко ухудшились. Пропали заклинания и навыки – а с предыдущих скатов мы взяли два заклинания и три навыка – и зарядов стали давать один вместо двух. Посмотрели логи побед – обнаружилось, что и опыта стало капать значительно меньше.
– Эх, тут явно действует какой-то алгоритм оценки эффективности команд! – вздохнул Петька, – едва мы вышли на какой-то определённый уровень, как нам тут же срезали трофеи и опыт за излишнюю эффективность!
– У нас так тоже было! – сказала Ю-тян, – помогло разделение на более мелкие команды. Снова пошли хорошие трофеи.
– М-да, нужно делать выбор между безопасностью и жадностью! – сказал Серега озабоченно.
Он был прав – и этот вопрос я не был готов решать единолично. Слишком велика ответственность в случае негативных последствий, если я прикажу разделиться. А запрещу разделяться – придется ловить недовольные взгляды, что мол, сами себя лишаем хороших призов!
– Народ, – сказал я громко, – нужно ваше мнение, разделяемся, чтобы улучшить призы, или работаем одной командой, как и раньше?
Возникла пауза. Затем Валерий сказал:
– Я за то, чтобы временно разделиться. Стай скатов больше шести штук не было. С такой справится и половина нынешнего отряда.
– Да, надо разделиться, – поддержал его и сэнсэй, – другое дело, что не стоит слишком далеко отходить друг от друга. Тогда сможем оказать друг другу помощь в случае экстраординарных обстоятельств.
Снова пауза. Никто больше не рвался высказаться.
– Есть другие точки зрения? – на всякий случай спросил я.
Других точек зрения не оказалось. Удивительно, но все были готовы рискнуть. Может, другая точка зрения была у новичков, но они ее не высказывали. Возможно, стеснялись.
– Хорошо, в следующую часть города поедем, разделившись, – сказал я, – отряд с нашей базы намного больше, чем отряд сэнсэя, поэтому часть людей пойдет с ним. Я думаю, Петька со своими некропетами, и Наташка, чтобы обеспечить разведку. А также Трофим и Григорий.
На том и порешили. Переехав в новый район, выбрали места для боя. Расстояние между отрядами установили в две сотни метров. Если что, через полминуты отряд будет снова единым. Но в целях предосторожности расположились так, чтобы между нами был двухэтажный дом. Мало ли, все же у меня дальнобойная снайперка, и у части нашего отряда охотничьи ружья.
Снова устроили шум, заинтересовавший скатов в этом районе. Монстры начали налетать отряд за отрядом. Часть полетела к нам, часть к нашим соседям. Критически сложнее сражаться с ними не стало. Но, когда через полчаса собрали лут, с удовлетворением обнаружили, что трофеи и опыт снова стали щедрыми.
Решив, что такая стратегия приемлема, переехали в следующий район. Но, буквально через минуту после того, как мы устроили какофонию, ко мне встревоженно повернулась тетя:
– Никогда такого не видела! Похоже, мы раздразнили гориллоидов! К нам движется три десятка с того района, из которого мы только что уехали!
– Тишина! – крикнул я, и люди перестали шуметь.
– Россия-Япония! – тут же сказал кодовую фразу я, активируя переговорное устройство, – сэнсэй, ведите срочно отряд к нам, на нас движутся три десятка гориллоидов!
– Идем! – коротко ответил он.
– Принимаем бой? – спросил Серега.
– Принимаем без вопросов, тем более, что нужно знать, как такое количество гориллоидов себя в нем поведет, – ответил я, – станут ли они себя вести толковее?
– Если не сейчас, так все равно впоследствии будут вести себя толковее, – сказал Серега уверенно, – они же тоже набирают уровни. Вряд ли это сказывается только в области наращивании мускулов.
– Уже могу ответить на ваш вопрос, – вмешалась в разговор тетя, – гориллоиды уже стали умнее. У части из них в лапах что-то есть. Похоже на какое-то самодельное оружие.
У присоединившегося к нам отряда сэнсэя никаких вопросов не возникло. Наташка снабжала их информацией с квадрокоптера даже на бегу.
Я тоже взглянул на экран пульта. Рыжие монстры двигались в нашу сторону очень энергично. Тетя заметила их с расстояния полкилометра. Менее чем за минуту они преодолели половину этого расстояния.
– Семен, есть проблема, – сказал Серега, – когда монстры выйдут на нас, они окажутся на фоне наших машин. Как бы мы не повредили их во время сражения из дальнобойного оружия.
Замечание было совершенно разумным, и я благодарно хлопнул друга по плечу. Я понимал, почему он особо чувствителен к этой теме. Вчера его отряд выехал в город на трех машинах, и все их потерял, вернувшись обратно на подобранном автобусе, который так и стоял сиротливо у нашей базы.
– Так, народ, отойдем на сотню метров так, чтобы наши машины во время сражения оказались прикрыты вот тем домом! – приказал я.
Улица здесь немного поворачивала влево, так что такой маневр тут было возможно совершить. Да и нам тут оказалось удобнее сражаться. В этом месте было полно брошенных машин, за которыми можно маневрировать, убегая от гориллоидов, когда оружие после выстрела разряжено. Было на ней и свободное от машин местечко, на которое я тут же направил наших мечников – им как раз нужно побольше свободного пространства для более эффективного сражения. Страховать их поставил Петьку с его некропетами.
Спустя еще несколько секунд первые гориллоиды вывалились на улицу, пройдя в проход между двумя панельными многоэтажками. У трех в лапах были какие-то палки. И тут Наташка крикнула:
– За этим отрядом вижу еще один, и там тварей не меньше! Между ними четыре сотни метров!
– Кажется, мы здорово встряхнули этот городишко, и гориллоиды решили объединиться и вышвырнуть нас отсюда! – сказал Серега удивленно.
Я лихорадочно прикидывал ситуацию. Шестьдесят гориллоидов – это очень много. Если переднему отряду хватит мозгов дождаться второго, и объединиться с ним, нам не то что придется несладко – вообще встанет вопрос о нашем выживании. Поэтому я сделал то, что мог, чтобы убедить их побыстрее на нас напасть – выстрелил в одного из передних монстров, попав, куда и хотел – прямо между глаз. Он рухнул замертво, заставив остальных крайне недовольно и яростно взреветь.
– Так, народ, если гориллоиды объединятся, то мы должны очень энергично драпать, отстреливая на ходу самых близких к нам, – приказал я, – сделаем крюк, и двинемся к нашим тачкам. А потом уже на них уедем из города.
– Да, нагло шуметь в разных частях города на протяжении двух часов было не самой лучшей идеей, – сказал Петька, – у гориллоидов сработал какой-то свой алгоритм.
Передний отряд монстров стремительно приближался к нам. Я всей душой желал, чтобы они не останавливались, и так и перли. И мои мечты сбылись! Не снижая скорости, гориллоиды выплеснулись из-за поворота улицы прямо на нас.
Я тут же скастовал ледяную поверхность на пути монстров, и с удовлетворением увидел, что трое из них завалились прямо под ноги другим, вызвав небольшую заминку. От отряда мечников на монстров пошел, закручиваясь, и поднимая пыль, небольшой смерч – я вспомнил, что сэнсэй говорил, что у кого-то из его людей есть заклинание «пылевой вихрь». А затем монстры приблизились на расстояние в двадцать метров, и отряд дал залп.
– Отступаем за машины, ждем, когда оружие перезарядится, стреляем, снова отступаем! – на всякий случай напомнил я стрелкам, с удовлетворением глядя на итоги первого залпа – семь гориллоидов либо упали замертво, либо были тяжело ранены, и уже не могли двигаться вперед. Мечникам я приказы не отдавал – в бою ими распоряжается сэнсэй, и у него свои стратегия и тактика.
Сам я тоже пятился, дожидаясь, когда откатится винтовка. Я уже взял за привычку сразу после выстрела мысленно отсчитывать десять секунд, чтобы знать, когда оружие будет снова заряжено. Готово – тут же выстрелил в гориллоида, опасно приблизившегося к спасенным вчера Серегой в городе детям – попал в висок, уложив наповал!
Один из гориллоидов за время, что понадобилось на выстрел, успел подобраться ко мне. Сзади в проходе между тачками замешкались Захар с Трофимом, отступать было некуда. Поэтому я выхватил катану и бросился на удивившегося такому моему поступку монстру. Рубанул его по шее, шагом уходя влево – сэнсэй меня этому не учил, но я подсмотрел, когда наблюдал вчера за ним в бою с зомби. Огромная лапа метнулась за мной, едва не достав, и я понял, что этот прием надо выполнять как-то иначе. Отмахнулся от монстра катаной, срубив заодно протянутую ко мне лапу ближе к локтю, и бросился обратно к машинам – увидел, что наша с ним стычка привлекла внимание еще двух гориллоидов. Мне с катаной и с одним тяжело справится, так что тут надо бежать, без вариантов!
Захар и Трофим уже успели освободить проход между тачками, и прикрыли меня залпом, добив подраненного мной гориллоида. Два рванувших ко мне монстра тут же потеряли к нам интерес, решив поискать добычу полегче. Но спустя секунду грянул следующий залп, и еще шестеро монстров повалилось на асфальт.
Учитывая, что за это время мечники сэнсэя убили или искалечили еще столько же монстров, гориллоиды сделали то, что всегда делают, когда оказываются в меньшинстве – бросились бежать. Но я радоваться победе не спешил – бежали-то они к приблизившемуся к нам за это время второму отряду! И непременно к нему примкнут, усилив его!
– Народ, пулей собрать лут, и бежим в арку налево на соседнюю улицу, делаем крюк, чтобы добраться к нашим машинам! – скомандовал я, – Петька, оставь одного из некропетов, пусть долбится в одно из окон дальше по этой улице, создавая источник шума!
Действовали все четко, никто не хотел отстать и оказаться на улице, когда на нее выбежит следующая компания гориллоидов. Очень шустро все оказались на соседней улице, и я, убедившись, что мы в полном составе, и ветер дует от гориллоидов к нам, повел отряд потихоньку к машинам. За одним из зданий пришлось переждать, когда по соседней улице пробежит бодрой трусцой отряд рыжих монстров. Похоже, что они купились на приманку в виде шумевшего некропета, потому что темп бега держали высокий.
– Семен, еще один большой отряд гориллоидов, триста метров влево от этого, вижу на самом крае картинки! – отчиталась тетя.
– Вот же не было печали! – сказал я, лихорадочно прикидывая, что их появление меняет в нашем отступлении. Не, все было в порядке, мы должны были успеть добраться до машин вовремя. Но сам факт массового появления в городе крупных отрядов гориллоидов вместо небольших групп внушал желание побыстрее из него уехать, чтобы разбираться с причинами происходящего уже потом, сидя на защищенной базе.
Добравшись до машин, ввязались еще в небольшую стычку с вымахнувшими нам навстречу из окна одной из квартир тремя скатами. Быстро их грохнув, прыгнули по машинам, и рванули из города.
Напряжение начало потихоньку отпускать, только когда мы выехали на трассу. Но обсуждения произошедшего я тут затевать не стал – хотелось услышать мнения и тех, кто сидит по другим машинам. Вместо этого я стал с предвкушением думать о том, что у меня появилась кнопка входа в игру! И уже скоро я смогу ее затестить!
Приехав на базу, первым делом мы сгребли в одну кучу все полученные трофеи. Так много трофеев у нас еще никогда не было, даже получилась небольшая горка. И в ней радовали глаз и пластинки с заклинаниями, и кольца с навыками, и овалы с конфигураторами. Были и элементы, но, к сожалению, ни одного от обоих выбранных моделей дрона. Хотя по этому поводу мы особо не горевали, при такой-то горе трофеев наменяем!
Начал я с распределения заклинаний и навыков. Тут было на что посмотреть! Мы получили их по три штуки.
По поводу процедуры распределения мы имели по дороге на базу с Петькой разговор. Он предложил делить основную массу заклинаний и навыков по принципу лотереи, чтобы никому не было обидно, что их лидер отряда выдает произвольно, кому сам захочет. В принципе, я с ним согласился, меня и самого напрягала необходимость обосновывать выдачу заклинаний и навыков теми или иными стратегическими соображениями. Насколько они стратегические, мои соображения? Свободен ли я от симпатий к одним членам отряда и неприязни к другим, чтобы быть уверенным, что делю все действительно правильно? Но все же мы с ним решили, что должно быть место и определенному произволу с моей стороны, если речь будет идти о действительно важных вещах.
Лотерея прошла таким образом – я объявил, что каждый может выбрать, будет ли он претендовать на навыки, или на заклинания, и участвовать только в одном виде лотереи. Кроме этого, я решил, что заклинание «Водопад» пойдет в паре с навыком «Резерв маны», чтобы его обладатель имел больше возможностей его кастовать. Также я предложил, и с этим согласились, чтобы именно на это заклинание и навык могли претендовать только дети и взрослые старше шестидесяти лет. Смысл был в том, чтобы усилить отряд волшебником из числа тех, кто был слабее физически и медлительнее. Собственно, и во всех компьютерных игрушках от волшебника не требуются ни сила, ни ловкость.
На остальные два навыка и заклинания мог претендовать любой желающий.
В итоге получилось три отдельных картонных ящика с лотерейными билетами, к каждому из которых выстроилась отдельная очередь. В ней не участвовали только сэнсэй, Елена и я. Не знаю, какие соображения были у сэнсэя и Елены, а я считал, что лидер должен демонстрировать определенные моральные качества. Хотя, кто его знает, может на меня так подействовал мой новый класс. Паладин же по определению должен быть добрым и щедрым.
Заклинание «Водопад» и навык «Резерв маны» получила Петькина бабка, Надежда. Кстати говоря, самая молодая наша бабушка, ей только недавно 61 стукнул, как мне Петька сказал. Я торжественно вручил ей пластинку и кольцо, назвав первым водным магом нашего отряда. Она покраснела и тут же отошла к улыбающемуся мужу.
Навык «Мастер харизмы-новичок» получил наш олигарх. Я этому не обрадовался – пока что он вел себя тише воды, ниже травы, но кто его знает, что может быть в будущем? У таких людей, как правило, с харизмой и так все хорошо, а мы его еще и усилили. Вот и думай после этого, есть ли смысл в лотерее, или все же надо просто раздавать все самому!
Навык «Мастер восстановления сил-новичок» достался Валерию. В принципе, неплохо. Показал он себя в битве с мега-монстром, по словам Сереги, очень хорошо, классный и быстро соображающий боец.
Магическое заклинание «Физическое истощение» досталось спасенной мной недавно блондинке, а магическое заклинание «Вспышка маны» – Борису.
Завершив с этим, пару минут потратили на то, чтобы выставить целую кучу новых лотов на обмен на заряды на силу воли. После этого мы проверили, сколько удалось на рынке наменять зарядов на силу воли по ранее сделанным заявкам, и занялись их распределением, придерживаясь принципа не раскидывать их равномерно по всем, а поднимать до капа силу воли отдельным членам группы. Расчет был на то, чтобы, если группа попадет под воздействие триффидов, было как можно больше людей, способных противостоять их ментальной атаке и спасти всех остальных. Обменённых зарядов хватило, чтобы поднять до капа силу воли у Петьки, Валеры и Бориса.
Затем мы занялись волновавшим нас вопросом о неожиданном и одновременно произошедшем в разных частях города объединении гориллоидов в большие группы.
– Ну-ка, давайте нарисуем приблизительную карту города, наших битв в нем и места появления больших групп гориллоидов! – предложил я.
Занялась этим делом Наташка. Как оказалось, в монастыре она много рисовала, и монахи ее неплохо подучили. В принципе, у меня бы получилось красивее, но ее рисунок мне был важнее, потому что она рулила квадрокоптером, в силу чего намного лучше себе представляла город.
Места наших боев она пометила красным, места, где они с тетей засекли впервые группы гориллоидов, оранжевым. Сразу стало очевидно одно – каждая из групп гориллоидов шла в нашем направлении с одного из тех районов, где мы до этого шумели, привлекая скатов.
– И вот что за механизмы самоорганизации у них вдруг включились, что они сидели-сидели полтора часа с лишним тихонько по своим укрытиям, а потом вдруг выплеснулись на улицу, объединились в группы и бросились нас искать, чтобы набить нам морду? – спросил Серега.
– Думаю, речь однозначно идет о каком-то руководстве на определенной территории, о каком-то альфе-самце, или альфа-самке, неважно – особи, которая способна подавать какие-то незаметные для нас сигналы, которые гориллоиды могут уловить на большом расстоянии, и готовы им подчиняться, – предположил Петька.
– Ну, ты загнул! – сказал я.
– А что, есть другие идеи, которые способны объяснить происшедшее? – вежливо спросил наш некромант.
Никаких других идей ни у кого не оказалось. В том числе и у меня.
– Ну, значит, будем придерживаться этой версии, – сказал Серега, и повернулся ко мне, – как она повлияет на нашу тактику и стратегию?
– Ну, раз такие дела, то получается, что нам не стоит задерживаться в одном городе больше, чем на час, – предположил я, – или каждый раз, если город большой, уезжать подальше от того места, в котором раньше промышляли. Если, конечно, не считать, что такая альфа-особь каждый раз контролирует весь город, независимо от его размеров. Тогда все же надо сваливать из любого города через час после начала промысла и ехать в другой.
Серега присвистнул, и сказал:
– Да уж, если одна на город, то глянул бы я на особь, которая рулит всеми гориллоидами по Москве!
– Есть, кстати, еще вариант, – сказала Ю-тян, – зачищать не только скатов, но и гориллоидов. Мы же видим, куда они отступают, когда проводят разведку и обнаруживают, что наш отряд им не по зубам, значит, вполне можно наведаться в эти места и зачистить их. Если будем уничтожать гориллоидов мелкими группами, то, когда альфа-особь даст сигнал нападать на нас большими отрядами, некому будет в них объединятся.
– План в целом хорош. В нем есть смысл. Но – опасно лезть внутрь зданий! – с сожалением сказал я.
– А нам и не надо туда лезть, – возразила Ю-тян, – можно послать внутрь некропетов твоего друга. И приказать им стараться выманить гориллоидов к окнам. А мы можем снаружи стрелять по ним через окна.
– А ведь умно! – воодушевился Петька, – может сработать!
– А ты сможешь отдать некропетам именно такой приказ, не пытаться убить гориллоидов, а выманить их к окнам? – спросил я.
Он задумался, а потом сказал:
– Надо попробовать, раньше не было такой необходимости!
– Ну ладно, – сказал я, – это уже в следующий раз. А сегодня пора заняться тем, что, я уверен, волнует не только меня. У нескольких из нас появилась кнопочка входа в игру, и я думаю, сейчас как раз самое время заняться выяснением того, что это нам дает. Мы в безопасности на базе, пока все обсуждали и делили, по паре бутеров схомячили. Так что не знаю, как остальные, но я жму прямо сейчас на кнопочку!
– Никто не собирается тебя отговаривать! – улыбнулась Ю-тян, – тем более я уже уговорила сэнсэя остаться сегодня ночевать здесь, как ты мне предложил. Думаю, и он тоже очень скоро на эту кнопочку нажмет!
Устроились поудобнее в столовой на принесенных из подвала шезлонгах. На всякий случай дал каждому отправляющемуся в игру по покрывалу – весенние вечера холодные, кто его знает, сколько мы в игре проторчим? К нашей группе присоединились и Сатору с Дмитрием, и только сэнсэй отправился в свой номер.
– Ну, поехали! Удачи всем! – сказал я, выслушал ответные пожелания удачи, и, закрыв глаза, полез в интерфейс. Вот и она, заветная кнопочка. О да! Жму «войти в игру».
Тут же оказался в уютном кабинете под старину, все из тяжелого дерева, включая письменный стол, а я сижу за ним на массивном стуле. Вот только поверхность стола выбивается из обстановки – она сделана в виде голографического экрана. И на ней множество надписей на башенках, торчащих над столом. Ух ты! Я в игре, и у меня в ней свой собственный виртуальный кабинет! Круто!
Меня, конечно, из всех надписей заинтересовала одна – «играть». Тут же щелкнул по соответствующей башенке пальцем. Все остальные башенки исчезли, эта увеличилась на всю поверхность стола, превратившись в менюшку с уходящим вниз перечислением локаций, в которые я мог переместиться. Сколько я ее ни крутил пальцем, а конца-краю списка видно не было. Названия были причудливые, возбуждающие мою фантазию: А-локация, А-сценарий, А-турнир, АБТ-турнир, Агвейская планета, Адрейская система планет, АИ-полигон, Алтейская пустошь, и т. д. Ради интереса кликнул на Агвейскую планету. Выскочила надпись:
1. Уровень – недостаточен.
2. Умения – недостаточны.
3. Готовность к выживанию в атмосфере: недостаточна.
Желаете посетить?
Ага, сто раз желаю, но сдохнуть тут же по прибытию не готов. Там, похоже, без скафандра вообще делать нечего.
– И вот как мне понять, чем А-локация отличается от А-сценария, а они оба от А-турнира? – задал сам себе вопрос я.
– Рекомендую выйти из игрового меню и пройти в раздел «Справка» – раздался голос прямо у меня над ухом, заставив подскочить.
– Кто это? – спросил я, оглянувшись, и никого не увидев.
– Ваш виртуальный помощник. Желаете дать мне имя и выбрать пол? – ответил голос.
– Желаю! – сказал я, и тут же спросил, – а можно сделать тебя видимым?
– Да, – ответил голос.
– Ну, хорошо, – сказал я без долгих размышлений, – пусть ты будешь фигуристой блондинкой ростом 1.70, и имя твое будет Аделаида.
Напротив меня у двери в кабинет тут же возникла заказанная блондинка. Вот только лицо у нее было таким, которое скорее ожидаешь увидеть у хирурга во время сложной операции. Или у Снежной королевы, охотящейся за сердцем Кая. Или Герды, сценарий фильма я уже не очень хорошо помню.
– Нет, личико прошу сделать попроще и посимпатичнее! – стал привередничать я. В конце концов, я же в своем собственном кабинете, зачем мне каждый раз вздрагивать при виде своего помощника в образе властной госпожи? Нет, будет правильнее так – Властной Госпожи!
Остановился на четвертой предложенной мне версии – простенькой девчушки с ямочками на щеках.
– Ок, Аделаида, так пойдет. Хотя, лучше буду звать тебя Ада.
Ответа не последовало. Ну да, я же ничего и не спросил.
– Скажи, Ада, а мне обязательно читать всякие справки? Может, ты можешь сама мне ответить на мои вопросы?
– Да, это входит в мой функционал! – ответила виртуальный помощник, – какие у вас есть вопросы?
– Да все те же! – сказал я, – чем А-локация отличается от А-сценария, а они оба от А-турнира?
– А-локация – локация самого первого уровня, самая простая, но и призы там тоже самые простые, – тут же послушно начала объяснять помощница, – в локации вы попадаете как есть, со своим оружием и снаряжением, за исключением неуместных предметов по контексту локации. Локаций тысячи видов, сделаны они на основании историй разнообразных цивилизаций, и если вы отправляетесь в локацию, сделанную на основе определенного этапа развития цивилизации, не знающей в то время другого стрелкового оружия, кроме луков, то вашу снайперскую винтовку туда взять будет нельзя. А-сценарии – самые легкие сценарии, что есть в игре. В них вы отправляетесь в том теле и с тем снаряжением, что выберете сами из предложенных вариантов. Есть определенный сценарий игры, которого вы должны придерживаться, чтобы получить бонусы за прохождение, в отличие от локации, где можно делать практически все, что захочется. Это не означает, что вы не можете там делать глупости, просто тогда никаких бонусов не будет. А-турнир – вид игрового соревнования одних игроков с другими. Можно выбрать одиночное участие, можно командное, собрав свою команду или присоединившись к уже существующей. В зависимости от условий турнира можно участвовать в своем теле, или в одном из предложенных вариантов, то же касается и снаряжения.
– Хорошо, это понятно! – сказал я, – а как тут со смертями? Сколько раз можно умереть? Как с вещами, снаряжением, что у тебя на момент гибели?
– В Игре очень серьезное отношение к смерти. Основатели считали, что нельзя расхолаживать игроков, позволяя им погибать слишком часто без штрафов в игре, чтобы у них не сформировалось легкомысленное отношение к смерти и в реальности. Система штрафов такова: в случае гибели в игре запрет на вход в игру связан с частотой гибели. Одна гибель в неделю – можно зайти через 12 часов. Вторая гибель за неделю – запрет на вход в течение трех дней. Третья гибель за неделю – запрет на вход в игру на неделю. Считается, что такая система штрафов также дисциплинирует игроков, заставляет их совершать меньше безумств во время пребывания в Игре. И более реалистично выбирать уровни сценариев, локаций и турниров, чтобы не погибать слишком часто. В то же время есть особые события, когда применяется более льготная система штрафов на смерть, но об этом каждый раз объявляется отдельно. И есть особые сценарии для продвинутых игроков, которые уже знают цену смерти, поэтому там используется иная система штрафов, в зависимости от сценария.
– Ага! – сказал я задумчиво, пытаясь все уложить в какую-то систему, – а ты говорила про призы? Каковы они? Только вещи? Можно ли забрать призы с собой на Землю?
– При гибели в игре что-то теряешь, если играл в локации. Ничего, если по сценарию. Но в обоих случаях получаешь дебафф по возвращению на землю. На турнирах иначе, там все зависит от правил турнира или особых договоренностей команд, если таковое позволяется правилами выбранного турнира. Есть, к примеру, турниры чести, где проигравший погибает и в реальности. Но, как и при любой гибели в реальности, конечно, имеет возможность возрождения. Что касается…
Я кивал, слушая рассказ помощницы, мне так психологически легче запоминать, когда много чего нового на меня сваливается, и на последнюю фразу тоже кивнул, еще не осознав ее смысл. Но потом он до меня дошел, и я подскочил на месте, перебив Аду:
– Поясни! Что ты имеешь в виду под фразой «как и при любой гибели в реальности, конечно, имеет возможность возрождения»???
– Когда смертный разумный попадает в игру, он обретает бессмертие, – буднично начала отвечать Ада, с безразличным видом продавщицы, обсуждающей с покупателем цены на гречку – в случае гибели его физического тела в реальности, он имеет возможность возродить его в выбранном месте через полгода. Но есть и цена смерти, поскольку, как я и говорила, устроители турнира очень серьезно относятся к этому вопросу. После смерти сознание умершего серьезно усекается, и помещается в тело монстра в той или иной реальной локации. Умерший не осознает себя, как прежнюю личность, это сделано, в том числе, чтобы он мог быть монстром, не страдая психологически от тех жестоких вещей, что будет делать в этой роли. Спустя полгода происходит пробуждение сознания, оно полностью восстанавливается по слепку на момент гибели физического тела, и покидает тело монстра. После этого попадает в игровой кабинет, в котором игрок выбирает место в реальности, где возродится его физическое тело. Есть и цена возрождения – теряются все деньги, которыми игрок обладал на момент смерти в игре, теряется все снаряжение, идет серьезная просадка по уровням и характеристикам.
– Охренеть! – только и сказал я, – охренеть! Я – Дункан Маклауд! И даже круче!
Ада молчала. То ли не знала, кто такой Дункан Маклауд, то ли ей было глубоко плевать на это. А я вспомнил кое-что очень важное. У моей тети сейчас траур из-за смерти ее матери в столкновении с роботами. И в этом трауре, как только что выяснилось, нет никакой необходимости!
– Подожди! – сказал я виртуальной помощнице, – так, где тут на экране кнопка выхода?
Быстренько отмотал назад менюшку, и нашёл кнопку «выход». И тут же щелкнул по ней. Тетя должна как можно скорее узнать эти сногсшибательные новости!
Тетя, конечно, когда я бросился ее обнимать со счастливым видом, невзирая на ее заплаканное лицо, обалдела от такого демонстративного неуважения к ее горю. Но продлилось это недолго. Я, конечно, изложил концепцию бессмертия несколько сбивчиво, я не оратор, но суть она быстро поняла. После чего интересно было наблюдать, как ее ломает. Она хотела мне верить. О да, она очень хотела мне верить! Но видела перед собой лишь пацана, которым еще недавно вовсю командовала, заставляя убирать за собой комнату или посылая в магазин за продуктами. А тут он сообщает ТАКОЕ!
Но через десять минут к нам присоединился Петька, который тоже в игре докопался до этой информации про бессмертие, и счел своим долгом выйти из игры, чтобы успокоить мою тетю, да и вообще со всеми поделиться невероятной новостью. И вот нам двоим она поверила! Тем более она всегда ставила Петьку мне в пример, как обстоятельного молодого человека, точно знающего, чего он хочет в жизни, и призывала меня взяться за ум, и начать ему подражать. Так что тут у нее выхода не было, пришлось уж поверить!
Вокруг тети, меня и Петьки собралось все наше сообщество, за исключением тех, кто уже был в игре. По задумчивым лицам было видно, что идет мощная работа мысли. Ну да, вопрос неминуемой смерти волнует каждого, даже тех, кто пыжится и уверяет, что ему все равно. А тут – новости, которые заставляют переосмыслить наше место во Вселенной! Правда, эту крутую фразу произнес Петька, но всем она зашла.
Сделав добрый поступок, мы с Петькой заторопились обратно к своим шезлонгам – страсть как хотелось обратно в игру.
Оказавшись в своем кабинете, тут же позвал Аду:
– Ада! Мы тут в прошлый раз обсуждали призы. Так что с ними?
Возникнув прямо перед моим столом, помощница тут же начала отвечать:
– Есть несколько видов призов. Самые обычные – игровые артефакты, их нельзя забрать с собой в физическую реальность, и можно использовать только в разрешенных пространствах Игры. Но есть мульти-артефакты, которые можно использовать и в реальности, правда, получить их сложно. Шанс по выпадению примерно один к ста. Они также могут быть и призами на разнообразных турнирах. Забрать с собой в реальность можно также все, что куплено за уно, универсальную валюту. Но, как правило, эти артефакты можно приобрести и на доступном в физической реальности рынке. Правда, есть отличие – более продвинутые артефакты и снаряжение становятся доступны игрокам на рынке при достижении ими более высоких уровней. Что касается призов в виде навыков, зарядов или заклинаний, то их необходимо использовать на себе или другом игроке в Игре, а также можно выставить на обмен на рынок. Только таким образом их можно забрать в физическую реальность.
– Так, ты упомянула про уно! А каким образом в игре можно заработать уно? – решил уточнить я важный вопрос.
– Можно выполнять задания в гильдиях, в своей фракции, просто от частных лиц, продавать полученные в игре игровые и другие артефакты. Правда, игровые артефакты дорого не продашь, если они не высокого уровня. Есть и данжи, в которых призы сразу в уно. Есть также турниры с призами в уно. Можно открыть свой бизнес, и зарабатывать уно.
– Так, а как я могу общаться с представителями других рас и цивилизаций, я же не знаю их языка? – решил уточнить еще один важный вопрос я.
– В игре установлен общий язык, на который автоматически переводится любой другой. При этом подбираются наиболее уместные идиомы, чтобы смысл всегда был понятен.
Есть над чем задуматься! Но пока я решил больше в детали не углубляться. Прежде чем жать на кнопку входа в игру, мы договорилась, что пошарим по просторам игры каждый в одиночном режиме. Не потому, что не готовы играть командой, а потому, что нам нужна информация, нам нужны контакты с другими игроками. Естественно, что, играя по одиночке, мы соберем больше информации, и завяжем больше полезных контактов, чем играя командой. Время для командной игры придет, а пока – одиночный режим!
– Ада! А мне обязательно в меню скролить все эти тысячи локаций и турниров, или можно как-то выбрать то, что подходит или нужно? – спросил я.
– В игровом меню сбоку есть иконка поиска по критериям. Необходимо забить нужный критерий, и игра покажет только те пространства, которые им соответствуют, – ответила помощник.
Ага! Тут же нашел нужную иконку.
Решил для начала попробовать побродить по А-локации. Вбил, как и говорила Ада, все необходимые данные для поиска подходящей – мой уровень, необходимость атмосферы, соответствующей Земле, наличие огнестрельного оружия. Подумав, больше ничего вводить не стал – интересно, куда попаду!
Несмотря на введенные критерии, передо мной снова высветились сотни локаций, если не тысячи, точно не знаю, так далеко листать я не планировал. Тыркнул пальцем в первую попавшуюся, и нажал «да» в выскочившим запросе, подтверждая, что желаю направиться именно туда. Раз! – и я стою на уютной городской площади, прямо перед ратушей. Винтовка со мной, одежда земная, но на боку появилась сумка, которой у меня не было. Открыл ее – три десятка ячеек, в которых оказались разложены все мои вещи из рюкзака. При этом, как и в компьютерных играх, вещи самого разного размера прекрасно влезли в одинаковые по размеру ячейки.
Под ногами брусчатка, здания каменные, везде развеваются на ветру какие-то флаги, и кого только вокруг меня нет! Самые разнообразные создания от метра до двух с половиной ростом, похожие на людей и не очень. Одежда тоже предельно пестрая, словно попал на вечеринку-маскарад. Почти все вооружены, судя по виду, огнестрелом. Увидел несколько таких же винтовок, как у меня, но никаких плазменных излучателей или фризеров не было видно. Наверное, по условиям локации не допускаются, слишком продвинутое оружие.
Поглазев вокруг пару минут, отправился к одной из лавок, которые заметил на боковой улице. Лавка оказалась текстильной, и интереса для меня не представляла. К счастью, тут их было ещё много, и тут же наткнулся на оружейную. На стенах висели десятки стволов, на полках лежало холодное оружие. Все цены были в уно, и маленькими их назвать было трудно. Кинжалов дешевле, чем в уно, не было вообще, а огнестрел начинался от десяти. Внимательно ознакомившись с местным ассортиментом, пошел дальше. Один уно у меня был, но отдавать его за кинжал? Зачем, если у меня есть катана?
В следующей лавке торговали эликсирами. Хозяйка выглядела предельно странно – в груди и бедрах узкая, талия широкая, метр двадцать ростом, голова вытянутая, уши и нос едва намечены, глаза узкие и на месте нашего носа, рот широкий. Однозначно какая-то нечеловеческая раса. Но, едва она заговорила, как почувствовал ее харизму:
– Молодой воин желает усилить свои удары? Увеличить свою выносливость? Быстро излечить свои раны?
Голос был глубокий, красивый и обволакивающий. Я порадовался, что у меня сила воли прокачана до капа. А то, чувствую, отдал бы я тут свое уно, и вещи бы заложил, выкупив весь ассортимент. Вот она, какая, сравнительно безопасная А-локация!
Решив не рисковать, мало ли и двух десятков пунктов по силе воли будет недостаточно, если я тут подзадержусь, поблагодарил хозяйку, и, развернувшись, пошел к другой лавке. Но тут же буквально наткнулся на невесть откуда выскочившего на меня парня. Он, хоть и тоже был не из людей, был поближе по внешнему виду к нам. Полтора метра роста, весь какой-то пухлый, глазки маленькие, лоб высокий, нос и рот ближе друг к другу, чем у людей. Но шустрый – только что его не было, и вот он тут! Ник над головой гласил: Йег Трамт Опа, уровень двенадцать. Был он и вооружен, на виду были длинный кривой меч на боку, и винтовка за спиной.
– Ты нам подходишь! – заявил он мне.
Я несколько обалдел. Что за странная манера общаться?
– Кому подхожу и с чего мне такая радость? – спросил я.
– Радость? – не понял мой собеседник, – нет, нам стрелок для пати нужен в набег на данж. Раз тебя в этой лавке не раздели до нитки, ты тот, кто сгодится. Там данж специфический, нужна прокачанная сила воли. Иначе пойдем на мясо!
Ну, это уже другой разговор! Так бы сразу и сказал!
– Что за данж, долго ли проходить? – спросил я, – у меня максимум пара часов!
– Этого хватит! – сказал парень, – готов идти прямо сейчас?
– А пошли! – ответил я.
Через минуту я стоял перед небольшим отрядом из четверых разумных. Насколько я понял, Йег был лидером, поскольку, представив меня остальным, он тут же стал раздавать указания. Кроме меня и его, наличествовали ещё трое, все мужики, и все по внешнему виду из той же расы, что и он сам. И вооружены точно так же. Это заставило меня насторожиться – почему я один от них отличаюсь? Не задумали ли ребята обычный гоп-стоп, отвести инопланетника куда подальше и грохнуть, в надежде, что из меня выпадет что приличное? Надо подкинуть им идею для размышления, что это чревато.
– А вы тут таких же, как я, не видели? – спросил я, – тут наших должен быть большой отряд.
На меня как-то странно посмотрели.
– Первый раз, что ли? – спросил меня Йег, – напиши им просто, и все дела! Так, не отвлекаемся, у нас мало времени! Задание я взял, нам нужно на соседнюю улицу!
На ходу Йег рассказал мне, именно мне, остальные особо не прислушивались, что в этот данж они ходили уже один раз втроём, но погибли, сил не хватило. Решили идти впятером, но один из их отряда в последний момент не смог. Вот он и высматривал замену у лавки.
По его словам, в данже нужно держать глаз востро. Никаких других деталей он не давал, и я снова насторожился.
– А больше ничего про данж не хочешь рассказать? – спросил я.
– Нет, ты точно первый раз в игре! – совсем по-человечески всплеснул руками Йег, – болтать про данжи себе дороже! Все, что происходит в игре, учитывается! Если я, идя во второй раз в данж, начну болтать про то, как было в первый, там все станет иначе! Это же виртуальная реальность, и тут есть свои строгие правила. И одно из главных – халявы быть не должно!
– А если выйти в реал и там все обсудить? – несколько неуверенно под насмешливыми взглядами других игроков спросил его я.
– Ты не понял! – снова начал горячиться Йег, – едва ты попал в игру, ты всегда в игре, в реале или в виртуальности! Ты подключен! Каждый вздох учитывается, не то, что слово!
Ну вот, именно ради этого мы и решили серфить игру по одиночке. Ради полезной информации от других игроков! На что-то наткнусь я, на что-то другие члены нашего отряда, потом соберем все в кучу, и в игре для нас станет меньше загадок.
Я бы и еще что спросил, мне не страшно выглядеть идиотом перед людьми, тьфу, разумными, с которыми я не факт, что снова когда-нибудь встречусь. Главное, что Йег активно меня просвещает! Но тут мы свернули на узкую улочку, и оказались перед массивными железными воротами, установленными на наклоненном под углом в сорок пять градусов здании.
– Так, вот он и вход в городское подземелье номер три! – сказал Йег, косясь на меня, – как только войдем, разбиваемся на двойку и тройку. Двойка идет впереди, тройка страхует сзади. Сзади идут новенький, Тьерт и Сам. Главное – не стреляйте в нас, цельтесь во врагов!
И тут же, не оставляя времени для разговоров, распахнул ворота и исчез в них с еще одним членов команды. Я несколько успокоился – хотели бы меня грохнуть, послали бы вперед, и пристрелили в спину. Похоже, мы действительно здесь собрались по поводу данжа, а не моего убийства!
Но бдительность я терять все равно не планировал. И, нырнув в открытые ворота с Тьертом и Самом, занял позицию слева, чтобы все время держать обоих в поле зрения. Боковое зрение я неплохо развил и на каратэ, и при вождении, и во время моих приключений в предгорьях Скалистых гор, так что любое странное движение с их стороны должен заметить. Надеюсь на это, по крайней мере!
Оказались мы в коридоре с бетонными стенами, метров пять шириной, с потолком метрах в двух над моей головой. Не скажешь, чтобы было тесно. Над головами мерцали тускло, но достаточно, чтобы все видеть метров на сорок вперед, светильники. Прошли метров тридцать в спокойном режиме, как вдруг из трещины в бетонной стене справа от меня выплыло какое-то фиолетовое облако, и окутало всех нас. Мои напарники отреагировали на это спокойно, и продолжили движение, словно ничего и не произошло.
– Какое-то фиолетовое облако только что на нас набросилось! – несколько нескладно сказал я, – вы не заметили?
– Заметили, из-за него и были нужны участники пати с прокаченной силой воли! – ответил мне вроде и спокойно Тьерт, но голос у него был несколько напряженный, – чем ниже сила воли, тем больше глюков от этого облачка!
Показалось мне тут же, что винтовку свою держит он как-то странно, словно планирует вот-вот развернуть ее в мою сторону и всадить в меня пулю. На всякий случай я приготовился молниеносно развернуть свою. Но тут впереди раздался какой-то треск, а затем настоящий грохот. Участок стены слева в пяти метрах перед нашей крадущейся двойкой рухнул, и оттуда выбралось что-то механическое и металлическое, похожее на огромное ведро, перевернутое вверх дном. Но перевернутые ведра такого размера не имеют, и на игроков из стен не выпрыгивают!
– Стреляем по датчикам, они блестят на теле! – завопил Йег, отпрыгивая вместе со своим напарником в сторону.
Вскинув винтовку, я на автомате навел ее на блеснувший в верхней трети «ведра» какой-то элемент, и выстрелил в него. Почти одновременно со мной выстрелили и остальные четверо участников вылазки.
«Ведро» дернулось, и открыло в ответ тоже пальбу. Пули зарикошетили по стенам, противно визжа. Я рухнул на бетонный пол, внимательно осматривая противника, выжидая, когда перезарядится винтовка, и жалея, что у меня нет еще той защитной сферы, которую так расхваливала Ю-тян, и заявку на элементы для которой мы разместили. Хотя, не факт, что мне бы разрешили сюда ее пронести, тут же ранний техно-период, и такое чудо техники в этой локации может быть под запретом. Плащ от бурдюков-кровопийц разрешили пронести, и слава богу!
Винтовка перезарядилась, и я снова выстрелил – заметил еще один блеснувший на корпусе элемент. Продолжили стрелять и мои партнеры по пати. Ведро заскрежетало, и снова начало палить в ответ. Но пули в этот раз улетели далеко от нас.
– Отлично! – крикнул Йег, – мы его ослепили! Теперь стреляем в те же точки, где были датчики, пока не пробьем корпус, и не повредим внутренности!
Ну что же, дело нехитрое! Выждал, когда перезарядится оружие, выстрелил. И снова, и снова! Места, где мы разбили датчики, прекрасно выделялись на фоне тела робота, и мне было несложно на такой небольшой дистанции в них попадать. Периодически мне начинало казаться, что Тьерт и Сам что-то против меня замышляют, но они исправно продолжали стрелять по нашему противнику.
Наконец, «Ведро» жалобно скрипнуло, и замерло. Мы выждали. Очередного залпа наугад с его стороны не последовало.
– Супер! – обрадованно крикнул Йег, – лутаю его, и двигаем дальше!
Мне тут же показалось, что он собирается нагреть меня с лутом. Получит сейчас его, положит в карман, потом выйдем из данжа, и ищи-свищи его вместе с лутом! Я тряхнул головой, и, наконец, понял, что фиолетовое облачко не прошло для меня бесследно! Никогда, сколько бы я не играл в компьютерные игры, в том числе и в составе случайных пати, я не думал о дележе лута во время прохождения интересного данжа. Я понял также, почему Йег искал пятого участника с прокаченной силой воли – будь она у меня слабой, кто его знает, может, я бы под действием облачка уже и пулю всадил бы в одного из игроков, решив, что он собирается на меня напасть! Ну, одно хорошо – раз тут такие хитровывернутые данжи на начальном уровне, то и дальше точно скучно не будет!
Дальше Йег удивил меня, когда повел нас не по коридору, а приказал лезть за ним в пролом в стене, из которого выбрался робот. Там оказался более узкий технический коридор, но тоже с неплохим освещением. Прошли с сотню метров, когда внезапно часть потолка рухнула прямо передо мной, похоронив под обломками напарника Йега, и прямо на меня из этих обломков поперло что-то гадкого зеленого цвета, словно огромная перекрашенная божья коровка. Вот только божьи коровки не весят с полтонны, а именно такой тяжелой эта тварь и выглядела! Всадил пулю ей прямо в слюнявые жвалы, но это ее даже не замедлило.
– Рубим его на мясо, это местный босс! – завопил Йег, – или он, или мы!
Выхватил катану, и засадил и ее по самую рукоять туда же, куда раньше всадил пулю – снова ноль реакции! Тварь шустро перла на меня, перебирая жвалами, но не могла укусить из-за торчавшей в пасти катаны. Тем не менее, она не сдавалась, и напирала, толкая назад, и постоянно забирая влево – я догадался, что она планирует припереть меня к стене и раздавить! Попытался вытащить катану, чтобы отпрыгнуть, и заставить тварь за мной погоняться, но куда там – завязла намертво! А без катаны я никуда от нее убегать не собирался – уж больно ценная штука, не говоря уже о том, что это подарок от родни Ю-тян!
И тут я почти инстинктивно выстрелил в тварь жгутами, выскочившими из моих бедер. Дальше делать ничего не потребовалось – жгуты заработали сами, и я ощутил, как в меня поперли калории. Много тысяч калорий!
Тварь дернулась, и замерла. Похоже было, что ей не нравятся новые ощущения от жгутов. Я понял, что поступил правильно, когда она попятилась от меня! Ха! Не тут-то было! Теперь я бежал за быстро пятящейся тварью, как приклеенный, следя за тем, чтобы жгуты не выдернулись. С боков, подскакивая и тут же отпрыгивая в сторону, тварь рубили уцелевшие члены пати. Бока ее покрылись разрезами, из которых стекали вниз ручейки крови, и, кроме того, монстр, казалось, худеет прямо на глазах! Похоже, мои жгуты делали свое дело!
И тут тварь замерла так внезапно, что я чуть не налетел на нее.
– Осторожно! – заорал Йег.
Ну да, если это местный босс, то разве может обойтись без сюрпризов! Я тут же отскочил назад на всю длину, что позволяли мои жгуты. Что бы там ни было, извлекать я их не хотел. Похоже, именно они наиболее твари не нравились, сделав ее из агрессивно-ретивой испуганной. Мега-коровка начала буквально на глазах распухать. Все же пришлось выдернуть жгуты, и отскочить подальше вместе с остальными. Вдруг эта тварь собирается взорваться, убив всех осколками? Но, раздувшись в пару раз, тварь снова начала уменьшаться, пока не стала прежнего размера. С одним важным отличием – все следы от ударов катан исчезли, и даже моя катана из нее вылетела, зазвенев о бетон.
– Подлечилась! – закричал Йег, – бьем снова!
– Твою же мать! – подумал я, и, прыгнув к твари, подхватил свою катану с бетона. А затем начал рубить ее, вспоминая те удары, что отрабатывал по указанию сэнсэя. Монстр, как мне показалось, воспринимал меня теперь с опаской, потому что в мою сторону он не дергался. А вот других участников пати пытался атаковать, но они ловко уворачивались. У меня сложилось впечатление, что мечом они владеют всяко получше меня.
Когда я уже начал выдыхаться от взятого темпа, босс неожиданно печально пискнул, и осел грудой мяса на пол.
– Ура! – заорал Йег, воздев меч к бетонному потолку, – мы его ушатали!
Затем он шагнул к телу монстра и коснулся его рукой. У меня что-то звякнуло в интерфейсе. Открыл его – оказалось, пришло уведомление:
– Лут с данжа разделен по предварительно выставленным правилам пати – каждому поровну на случайной основе. Ваша доля – три заряда – находится в вашей сумке.
Йег еще задержал нас в данже – приказал ходить по коридорам и искать тайники. Но, к сожалению, оказалось, что босс, обрушившись с потолка, прикончил единственного члена нашего пати с навыком поиска тайников, так что ни черта мы не нашли. И, в конце концов, Йег, вздохнув, приказал идти на выход.
Выйдя из данжа, он попрощался со мной, спросив только:
– Рискнул пойти путем генной модификации или у твоей расы у всех такие жгуты?
Вел он себя порядочно, и я честно ответил:
– Генная модификация! А почему рискнул?
– Ну, есть нюансы! – ответил он уклончиво, – ладно, еще разберешься! Бывай!
И растворился прямо в воздухе вместе с членами своей команды.
Я тоже вернулся в свой кабинет. Вытащил из сумки полученные заряды, и положил на стол. Призы не очень чтобы, надо сказать, но я в целом был доволен сегодняшним времяпровождением. Оторвался я в данже от души, узнал много полезной инфы, познакомился с инопланетниками. Так что – никаких претензий! А призы со временем, уверен, будут и получше. Когда созрею для более серьезных данжей.
– Ада! – позвал я, и помощница тут же появилась перед столом, – а я могу переписываться с любым знакомым мне игроком?
– Да, если знаете его полное имя и он не поставил вас в бан на переписку.
– Ага! – промычал я, и вышел из игры.
Оказалось, что я один такой дисциплинированный – вышел из игры, как договаривались, через два часа. Все остальные так и валялись на шезлонгах!
Пожав плечами, я полез обратно в игру. По крайней мере, хоть что ещё разузнаю у своего виртуального помощника. Вот только что ещё спросить? А, придумал!
– Ада, а уно имеет более мелкие единицы?
– Да, уно делится на сто частей, одна из них именуется делтка.
Я попробовал произнести, и с первого раза споткнулся. Не очень благозвучно! Семь делток, девятнадцать делток, двадцать восемь… ладно, привыкну со временем!
А, ещё кое-что вспомнил важное!
– Ада, а чем опасна генная модификация организма?
– При проведении ее в разумных рамках – ничем. Но есть две проблемы. Часть локаций и сценариев может иметь специфические условия. В частности, местные жители могут быть озабочены расовой чистотой. И, если игрока с генной модификацией выявят, ему могут грозить неприятности. Где-то – тюремное заключение, а где-то – могут и на костер отправить.
– Ладно! – сказал я, поежившись, – буду тогда избегать таких локаций и сценариев! А в чем заключается вторая проблема?
– Некоторые чрезмерно увлекаются генными модификациями, стремясь усилиться за их счёт, и в конечном итоге становятся не пойми чем – одиночным представителем отдельной, искусственно созданной расы. А поскольку другого такого представителя не найти, то будут проблемы с детьми. И тотальное одиночество. Некоторые даже сходят в итоге с ума.
– Ага! – сказал я, – проблему понял. А как понять, что переходишь за грань?
– О накоплении критической массы мутаций сообщает медицинский комплекс. Так что надо просто прислушиваться к его рекомендациям.
Озадаченный, вылез из игры. Правильно говорят – многие знания – многие скорби!
Но, блин, все мои товарищи были по-прежнему в игре! Вздохнув, нырнул тоже обратно.
Чтобы не терять зря времени, начал орудовать в меню в поисках скоростного турнира. Ввел критерии – «стрелковое оружие», «дальняя дистанция», «длительность – пять минут». Тут же выскочило десятки вариантов. Щёлкнул на самый первый.
Тут же, спустя секунду, оказался на чем-то вроде футбольного поля, по краям загороженного высоченной стеной. Ярко светило солнце, расположенное прямо над головой, поле было покрыто кустами, деревьями и кочками. Выскочила надпись:
– Приветствуем вас на блиц-турнире «Снайпер». Вы и ваш противник первоначально окажитесь на дистанции с максимальной дальностью двести метров. Каждые тридцать секунд ваши позиции будут сближаться на двадцать метров. Основания для победы – один из игроков убит или оказался в точке, исчезнувшей при сужении поля. Устройства и навыки, блокирующие ударное воздействие пули, в турнире будут заблокированы. Ставка каждого игрока – два заряда. Победитель забирает всё! Турнир начинается сразу после того, как оба игрока займут свои позиции.
Двести метров? Странно, на вид поле длиной в сотню максимум! Но ладно – это пока что не главная забота, авось, эта странность разъяснится сама собой.
Осмотрелся внимательно. Одно понятно – близко к стене ложиться нельзя, иначе рискуешь проиграть без единого выстрела. Тебя просто сожрет при сужении поля. Так что искал позицию поближе к краю, на котором первоначально оказался. В первые же приглянувшиеся кустики не пошел – искать укрытие нужно было и с точки зрения соперника. Ясно, что он тоже будет прикидывать, в каких местах меня вероятнее всего можно будет обнаружить. Значит, мне нужно укрытие, в котором не получишь пулю только потому, что оно предсказуемо.
Спустя минуту остановился на ложбинке с еле заметным кустиком перед ней. Кажется, что спрятаться там решительно негде, но Питер в Скалистых горах ловко прятался и на позициях похуже. Говорил, что нахватался этому от индейцев, признанных мастеров маскировки. Кое-чему от него я там набрался, настало время проверить, насколько многому.
Аккуратно забился в ложбинку, положил винтовку так, чтобы ствол не торчал из куста, но прицелиться и выстрелить можно было быстро, и замер. Видимо, мой противник все еще не был готов, поскольку пролежать пришлось еще с минуту. Но затем раздался короткий писк, и дальняя стена, огораживающая заросшее растительностью «футбольное поле», неожиданно исчезла, открыв за собой еще одно точно такое же. Ага! Значит, мой соперник затаился где-то там, а это был барьер, препятствующий нам увидеть друг друга до начала дуэли.
Не спеша осмотрел все поле слева направо, включив увеличение на прицеле винтовки. В таком деле спешка не полезна, а вредна. Спешить можно только, если противник вдруг решил залечь на самом видном месте.
Ни в одном месте, где, по моему мнению, могла быть засада, ничего подозрительного не обнаружил. Тут как раз истекли тридцать секунд, и с коротким шорохом двадцать метров между нами с соперником исчезли. Снова прочесал все подряд, и, наконец, заметил что-то подозрительное в верхнем левом углу поля. Там за травой угадывался какой-то неестественно круглый предмет. Почему бы и не голова противника? Но стрелять не стал. Если ошибусь, выдам выстрелом свою позицию, и мне хана. Проигрывать очень не хотелось.
Снова поле сузилось на двадцать метров. Рассмотрел подозрительные кусты более внимательно. Решил, что таинственный предмет выглядит слишком странно, чтобы быть головой игрока. Так могла бы выглядеть верхушка черепа, но вряд ли мой противник беззаботно валяется там вниз лицом, не пытаясь разглядеть меня самого. Значит, два варианта. Первый – это фальшивка, что угодно, от мяча до шлема, оставленного в кустах, чтобы обмануть меня. Второй менее приятный. Со мной соревнуется какой-то совсем непохожий на меня по внешнему виду противник. И то, что для меня выглядит как темечко, для него может быть частью тела, которая прекрасно позволяет видеть меня. Мало радости в таком варианте, но он имеет право на существование.
Но тут я, отвлекшись от разглядывания странного предмета, наконец, заметил что-то подозрительное на другой стороне поля. Как-то неестественно торчали листья на одной из веток в небольшом кусте в похожей на мою ложбинке. В следующую секунду поле снова сократилось на двадцать метров, и я совершенно отчетливо увидел, что ветка отведена в сторону самым концом дула винтовки! Выстрелил я уже через секунду, прицелившись в точку на пять сантиметров выше дула. И тут же мигнула надпись:
– Поздравляем! Победа одержана! Награда вручена!
Через секунду оказался у себя в кабинете. А на столе лежало уже не три заряда, а пять. Ха! Это было легко! Как конфету у ребенка отобрать!
Тут же записался на следующий по списку турнир, учитывая, что на этот потратил всего около трех минут вместо запланированных пяти. В этот раз поле оказалось покрытым снегом, и сразу же встал вопрос, как замаскировать свою позицию, если мой путь к ней можно проследить по следам на снегу? Плюнув уже на время, принялся энергично бегать по всему полю, чтобы хрен кому удалось понять, где я могу на самом деле находиться. В выбранное место для лежки запрыгнул, разбежавшись, чтобы не оставлять следов прямо около него. Удалось приземлиться ногами прямо за выбранным кустиком, и аккуратно за него же и пристроиться, не нарушив непорочность наста рядом. Через полминуты стена, отгораживающая меня от противника, исчезла, и я усмехнулся, увидев, что снег на его стороне тоже весь истоптан. Ну да, не так и сложно догадаться о единственном способе не получить сразу пулю при таком раскладе.
Раз мой противник действовал наподобие меня, то я принялся искать местечки, прямо возле которых не натоптано. И тут же меня обожгло ударом пули в левое плечо – противник оказался быстрее! Причем вспышка показала, что он оказался прямо посреди своих же следов, в месте, в котором я его и не искал! Я сжал зубы, и выстрелил спустя долю секунды в ответ – и оказался более метким! Победа!
Спустя секунду оказался в своем кабинете, и на столе лежало уже семь зарядов. Блин, да это какая-то золотая жила по зарабатыванию! Радость победы омрачала только боль в плече – в интерфейсе обнаружил уведомление о том, что схлопотал дебафф, и в ближайшие шесть часов функциональность левого плеча будет нарушена, и я буду испытывать болезненные ощущения. Причем, как тут же в ответ на мой вопрос разъяснила Ада, дебафф будет ощущаться и в игре, и в реале, когда я туда вернусь.
Задумался, какую ошибку совершил, раз меня так быстро подстрелили. Похоже, что не стоило прятаться в месте, отдаленном от натоптанных следов. Видимо, я слишком активно потоптался возле самых лучших мест для снайпера, и мой противник их вообще и не рассматривал, сконцентрировавшись на всех возможных местах, где снег был нетронут. Откуда такой опыт, он уже попадал на такое же заснеженное поле, и сделал свои выводы? Или он просто оказался умнее меня, и смог поэтому меня обхитрить? Ну ладно, пусть будет умнее, главное – что я оказался более метким стрелком! Хотя было у меня и понимание, что победа одержана во многом благодаря везению – меня противник за кустом четко не видел, и просто неправильно прицелился, спеша победить.
Полученная пуля стала предупреждением – два раза повезло, в третий может и не повезти. Стал задумчиво скроллить менюшку с вариантами игры. И тут вспомнил, о чем еще хотел спросить помощницу.
– Ада, уточни, тут есть еще названия, которых я не знаю. Что такое пустоши и полигоны?
– Пустошами называют одни из самых любимых пространств для игры среди игроков. Это местность, в которой возможно все. Кусочек территории, на котором действуют законы магии, внезапно переходит в технический мир, в котором магия бессильна. Десять минут ты идешь по дороге в окружении домиков хоббитов, а через несколько шагов оказываешься на развалинах технической цивилизации, погибшей от атомной войны, и на тебя нападают охранные роботы. Возможны также парадоксы со временем и внезапной сменой ландшафта. Залезаешь на сосну, чтобы осмотреть заснеженную холмистую местность, а слезаешь уже с пальмы на тропическом острове посреди океана.
Я присвистнул. Звучит многообещающе! Похоже, это подходящее место на случай, если вдруг одолеет хандра. Скучать там точно не придется!
– Полигонами называют пространства, – продолжила рассказ Ада, – на которых опытные эксперты могут помочь усовершенствовать твои навыки и скилы. В оплату принимаются как уно, так и заряды. Правда, говорят, что их услуги достаточно дороги.
– Ладно, а если написано – планета, система планет, то это что значит? – потихоньку пролистывая меню, спросил я.
– Это точные копии планет и систем планет, существующих в реальности. Так сказать, слепок и пространств, и цивилизаций, если они там имеются. Если кто желает их посетить, но в реале добираться туда слишком дорого, то возможен и такой вариант.
Я удивлённо поднял брови. Да уж, денег на эту игру не жалеют! Воссоздавать целые планеты и копии планет просто для удовлетворения любопытства виртуальных космических туристов – подумать только!
– Кстати говоря, в меню есть еще и космические станции – точная копия существующих или когда-либо существовавших в реальности. Их можно найти через поиск, или если вы пролистаете еще примерно пятнадцать страниц, – уже по своей инициативе добавила Ада.
Я довольно кивнул – здорово, что сама начала проявлять инициативу и подсказывать! Мало ли, узнаю еще что-нибудь полезное, о чем еще сам не догадался спросить!
Тут же решил смотаться на космическую станцию. Ввел в окно поиска свои критерии, за исключением времени пребывания, и тут же ткнул в первую попавшуюся пальцем. Одно мгновение – и я стою перед огромным иллюминатором, в котором на горизонте выстроились в причудливые комбинации звезды. Красота, аж дух захватывает!
Огляделся. Станция напоминала по своему виду любимые сериалы про космос. Стены отделаны металлическими панелями, на потолке ровно горят полоски освещения. Бесконечные коридоры, по которым можно бродить, время от времени подходя к иллюминаторам.
Пару минут еще побродил по станции, так никого и не встретив по дороге, потом с сожалением вернулся в свой кабинет. Настала пора в очередной раз проверить, вышли ли из игры мои друзья. Но перед тем, как покинуть игру, задал Аде еще несколько вопросов:
– Подскажи, есть ли отличия по выходу из разных пространств – с полигонов, локаций, турниров? Или везде захотел – и тут же вышел через секунду?
– Выход связан сугубо с возникающими ситуациями, – послушно начала объяснять Ада, – выход проходит молниеносно, когда нет сдерживающих обстоятельств, поскольку правила Игры подчеркивают необходимость честного соперничества. Поэтому, к примеру, если ты участвуешь в турнире, и хочешь с него выйти, то вначале надо признать свое поражение. После этого, если в условиях турнира это специально не прописано, ты можешь выйти. Но если прописано – действуют именно специально указанные правила выхода. В любых других игровых ситуациях для быстрого выхода надо дождаться момента, когда игрок находиться в полной безопасности, и не вовлечен в схватку с разумным или даже неразумным противником. Также отовсюду можно быстро и свободно выйти, покончив с собой, если нет времени ждать, когда заканчиваются те или иные существующие ограничения. И принимая тем самым неизбежные дебаффы из-за гибели в реале.
Чуть не пожалел о том, что спросил – голова начала пухнуть от столь больших объёмов информации за пару часов. Вышел поспешно в реал.
Да что такое! Все как валялись на шезлонгах с закрытыми глазами, когда я входил в игру, так и продолжали валяться. Даже Ю-тян и Сатору! Вот и верь после этого в особую пунктуальность японцев!
Я решил уже в этот раз дождаться, когда все вернутся. А то может они тоже выходят из игры, видят, что все спят, и сваливают обратно. Тогда это может продолжаться до бесконечности!
Наконец, Серега открыл глаза и потянулся.
– Ну, как успехи? – спросил его.
– Если по поводу игры, то клево, конечно! Но вот родителей в списке игроков нет. Мы с ними договорились, что проименуемся полностью по фамилии, имени и отчеству, чтобы легко было друг друга найти. Как ни искал, в том числе при помощи виртуальной помощницы, так и не нашел.
– Ну, ты держись, будет и на твоей улице праздник! – сказал я ему, чтобы подбодрить, – сам понимаешь, попасть в игру не просто. Но твой батяня с маманей люди непростые, что творится, отправляясь в ту даль, знали. Так что, думаю, они живы, и зарабатывают очки, истребляя монстров, чтобы попасть в игру. Так что скоро вы там все же встретитесь!
Серега неопределенно кивнул, и тут из игры вынырнул Петька.
– Ох ты ж и здорово же там! – радостно сказал он.
Вместе мы тут же просветили Серегу про бессмертие, на которое подписались, едва попав в игру. Сам он эту информацию еще не накопал. Зато поделился с нами инфой о том, что, оказывается, во фракциях существуют специальные лагеря для подготовки новичков. Его помощница рекомендовала ему задать о них вопрос, когда призовут во фракцию по любому поводу.
– Слушай, а кто как свою помощницу назвал? – спросил я друзей, едва мы исчерпали эту тему. А то возникли у меня определенные догадки, и хотелось их проверить.
– Арабелла! – ответил Петька.
– Странно, я тоже на «а» назвал! – сказал Серёга, – у меня Анастасия.
– У меня Ада, и ничего в этом нет странного! – фыркнул я, – что мы сразу же увидели, когда в менюшку тыркнули пальцем? А-локации, А-турниры, и прочую ересь. Так что это, я думаю, и повлияло!
– Ну ты даёшь, Семён, – хлопнул меня по плечу Петька, – похоже, ты у нас теперь будешь психологом-паладином!
– Ну, если судить по имени твоей помощницы, так ты вообще пират-некромант! – беззлобно огрызнулся я.
– Кстати, я же так и не назвал ту планету, где нас монстры плащиками одарили! – вспомнил вдруг Петька, – как же назвать-то?
– Да абсолютно неважно, на самом-то деле! – усмехнулся Серега, – неужели ты думаешь, что организаторы игры тут же бросятся вносить придуманное тобой название в каждый атлас звёздного неба вместо прежнего!
Петька посмурнел.
– Ты что, обиделся? – запоздало сообразил Серега.
– Не стоило тебе обижать некроманта! – зловещим голосом сказал я.
Все засмеялись, и обстановка разрядилась.
Вскоре из игры вернулись Сатору и Ю-тян, а потом сверху к нам спустился сэнсэй. Настало время делать выводы из первоначального визита в игру.
Едва все собрались, как мы, естественно, стали обсуждать самый важный вопрос – про бессмертие. Как оказалось, больше всего информации по нему собрал Петька. Он, едва зайдя в игру, основное время провел со своей помощницей, дотошно выклевывая ей мозг вопросами. Не случись Армагеддона, заставившего его начать осваивать новую профессию некроманта, из него точно получился бы крутой профессор-историк, копающийся в пыльных архивах!
Что оказалось – я со своей помощницей обсудил только самую вершину айсберга. То, что она мне рассказала, было общей информацией про большинство случаев гибели в реале. Как выяснил Петька, были и многочисленные нюансы. Наибольшие штрафы – полгода пребывания в теле монстра – получали только те игроки, которые погибли в мирной ситуации. Скажем, лежали в постели и спали, когда их застигла смерть. А вот те, кто погиб в бою, имели многочисленные льготы. Срок пребывания в теле монстра значительно уменьшался, что не означало, правда, что полгода мыкаться до обретения нового физического тела в виртуале все же не придется. Придется, просто часть времени проведешь в теле монстра, а часть – как игрок в своем виртуальном игровом кабинете, отбивая в игре потери, понесённые со смертью. Наконец, если не просто погиб в бою, а погиб геройски, уничтожив много врагов или спася своих товарищей, система могла и вовсе расщедриться, отведя на пребывание в теле монстра совсем небольшой срок из полагающегося полугодичного срока.
Кроме того, пребывание в теле монстра тоже могло принести определенные бонусы. Если твой монстр становился лидером, или в целом добивался больших успехов, то, после попадания в виртуальный игровой кабинет, ты мог получить определенные плюшки. Они не компенсировали полностью штрафные санкции за гибель, но лучше что-то, чем ничего. При этом самым приколом было то, что монстры были резко ограничены в интеллектуальных параметрах, и ты себя, пребывая в теле монстра, вообще не осознавал, как личность. А потом, когда игрок из тела монстра попадал в игровой кабинет, все воспоминания о совершенных зверствах очень быстро стирались, чтобы они не оказывали деформирующее воздействие на твою личность. То есть, то, как ты вел себя в теле монстра и каких успехов на этом поприще добился, особенно от тебя и не зависело!
Как выяснил у помощницы дотошный Петька, основатели игры заложили этот бонус, будучи уверены, что даже при том уровне ограничения, что накладывается на интеллект при пребывании в теле монстра, будет иметь значение характер игрока. Те, у кого он боевой и непреклонный, а именно такие игроки основателям и нравились, успеха добьются и в теле монстра! Значит, и бонусы заслужат.
Кое-что Петька нарыл и по основателям игры. Это была могущественная раса, достигшая таких высот в своем развитии, что ей захотелось передать свои представления о правильной жизни остальным расам. Будучи мудры, они понимали, что поставленной цели не достичь заумными сентенциями и проповедями. А вот игровой формат, да еще и приправленный плюшкой в виде персонального бессмертия – все схавают за милую душу!
Но тут в дело вступил сэнсэй, который тоже, как и Петька, посвятил основное время беседам со своей помощницей. Он добыл еще больше информации по основателям игры, и эта информация коренным образом меняла наше представление о них и всем процессе вовлечения новой разумной расы в игру. Как оказалось, перед началом Армагеддона все разумные на планете, где он будет происходить, оцифровываются. То есть, еще до первого совершенного засланными монстрами убийства все уже сохранены. А вот дальше сэнсэй поразил нас, сообщив, что всех не добравшихся до игры и погибших можно спасти. Если выжившие в процессе Армагеддона игроки добьются определенных высот в игре, то они получат право возродить каждого погибшего представителя своей расы и дать ему шанс на попадание в игру.
Мы сидели, потрясенные новой информацией. Первым заговорил Петька:
– Это что, какой-то осознанный расовый геноцид со стороны основателей? Если раса близка к тому типу миропонимания, что им нравится и приносит успех в игре, то ее игроки смогут, добившись высот в игре, возродить ее? А если разумные на определенной планете мыслят иначе, то и от этой расы останутся только ошметки в виде немногих выживших игроков?
– Как хорошо сформулировано! – похвалил его сэнсэй, – да, получается, так. Какая-то странная смесь игры, морали и жизни. При которой неправильная мораль становится основанием для убийства.
– И вещь вроде бы хорошая, бессмертия-то всем хочется, но сделано все с каким-то психопатическим вывертом! – согласился я, – но ладно, мораль этих основателей бесполезно обсуждать. Понятны лишь наши действия – надо выяснить, что необходимо сделать, чтобы вернуть к жизни погибших жителей Земли. Мы тут думали о мести тем, кто все это устроил, но получается, вначале есть задача поважнее.
– Что касается мести, то как бы это не было возмущение со стороны муравьев в отношении человека, который пришел в лес, наступил на их муравейник, и уехал обратно в город, – хмыкнул Серега, – не факт, что нам вообще удастся отомстить. И до города далеко, и адрес мы не знаем, и, даже если вдруг снова встретим, то как с ним сражаться?
– Ничего-ничего, не будем заранее сдаваться! – сказал я, – со временем, авось, разберемся! Кстати, а есть информация о том, где основатели, и как их можно найти?
– Вот в этом Сергей прав, – усмехнулся сэнсэй, – на мои вопросы по этому поводу виртуальная помощница не смогла ответить. Мол, информация под запретом.
Мы все посмотрели на Петьку, но он тоже отрицательно покачал головой:
– В принципе, это логично. Учитывая, как они грубейшим образом вмешиваются в жизнь других разумных рас, то вряд ли мы одни машем кровожадно томагавком, желая снять с них скальп. Даже муравей может во сне укусить человека, доставив ему дискомфорт. Так что вряд ли их можно будет легко найти.
– Это понятно, – сказал задумчиво я, – ладно, а есть ли какие-то конкретные указания, как надо действовать, чтобы спасти свою расу, и дать всем погибшим землянам шанс попасть в игру?
– Пока что вразумительного ответа я от своей виртуальной помощницы добиться не смог, – поджал губы огорчённо сэнсэй, – не исключена возможность, что эту информацию мы должны найти сами. Может быть, это часть теста на то, заслуживает ли наша раса возрождения?
– Хорошо, – сказал я, – давайте тогда подытожим. Всего несколько часов в игре снабдили нас крайне важной информацией. Все, кто прошел тестовое испытание в игре, стали практически бессмертными. Наши действия тоже понятны – надо всех членов наших групп, кто еще не прошел его, срочно подтягивать к нужному уровню. Насколько я понимаю, у нас таких осталось только четверо – Елена, Вика, Кирилл и Алиса. Так сказать, старая и малые. Осталось только Елену уговорить на вылазки с нами. Надеюсь, информация про бессмертие ее вдохновит. Петька, займешься, ладно? Твоя же бабка! Это первое.
Петька кивнул.
Задумался над другими идеями. Этот момент использовала Ю-тян, чтобы радостно сказать:
– Получается, есть шанс, что Виктор успел пройти тестовое испытание, когда его убил гориллоид в аэропорту! И он к нам через какое-то время вернется!!!
– Да, милая, будем надеяться! – ответил ей Сатору.
– Следующий вопрос, – продолжил я, ободряюще улыбнувшись Ю-тян, – какая для нас самая выигрышная стратегия для развития, после того, как мы всех членов наших групп засунем в игру. Как показала практика, на вылазках с нашей базы много опасностей, и, пусть теперь мы будем бессмертны, терять членов группы на полгода тоже как-то не хочется. В этом плане совместные вылазки в игру выглядят безопаснее, но поднимают другой вопрос – насколько они профитнее в плане развития и бонусов? То количество трофеев, что мы получили сегодня за один день в реале, и рост параметров членов группы – впечатляют без вопросов. Сумеем ли мы так же развиваться в виртуале?
– Не факт, – сказал Петька, – я вот, сунулся в локацию на часик, и едва сразу не погиб. Залез вроде бы в одиночный данж, а там на меня неожиданно напало двое игроков. Еле отбился, и сбежал вообще без трофеев. Потом уже, вернувшись, уточнил у виртуальной помощницы, что случайно выбрал данж, в котором возможно и групповое, и индивидуальное прохождение, причем параллельно разными группами. Типа между ними конкуренция за то, кто достанет местного босса, вот они и зачищают конкурентов в процессе поиска босса.
– Ну, допустим, если мы вломимся туда всей группой, то не факт, кто от кого убегать будет, – возразил я, – но согласен, что в вирте нам еще искать и искать стратегии с наибольшей прибыльностью для развития и по трофеям.
– Да, там нужно учиться зарабатывать, – согласился с ним Дмитрий, – я вот сдуру уже и погиб. На А-турнире показалось слишком просто, выиграл в четырёх, полез поиграть в Б-турнир. Сначала обрадовался, что выигрыш вырос в два раза, ставка в четыре заряда, а так оказался такой монстр в качестве противника! Так что рано радовался.
Я кивнул, благодарный за эту информацию. Теперь я на Б-турниры не полезу, пока как следует не прокачаюсь. Если уж могучему и ловкому мечнику Дмитрию, который с катаной разве что не спит в обнимку, там сразу наваляли, то мне сам бог велел быть поосторожнее.
– Кстати говоря, не соглашусь, что на базе нам безопасно, – вступил в разговор Серега, – монстры массово уходят с разоренных городов. Неизбежно наткнутся и на нашу базу. Нужно всегда иметь серьезную охрану, чтобы дать отпор. Бабуля с двустволкой в этих условиях уже не катит. Слопают нашу Елену, и спасибо не скажут.
– Нам нужно купить еще больше этих коммуникаторов, что уже есть у сэнсэя и Семена, – предложил Сатору, – чтобы те, кто остается охранять базу, могли всегда попросить о помощи. В идеале вообще, чтобы у каждого была такая связь, тогда сможем лучше работать небольшими группами при необходимости.
– Дельное предложение! – согласился я, – трофеев навалом, коммуникаторы эти – вещь дешевая. Давайте сразу после разговора выставим на рынок заявки на четыре пары, и будем раздавать по мере необходимости. Какие еще есть предложения?
После небольшой паузы Петька сказал:
– Да в принципе, все понятно. Пока качаемся в основном в городах, усилив охрану базы, а как все войдут в игру, будем пытаться найти эквивалент такого же профитного кача в самой игре.
Я увидел, что сэнсэй поморщился. Видимо, не все термины в речи Петьки были ему понятны. Ю-тян наклонилась к нему, и что-то прошептала.
– Хорошо, тогда проверяем, как сыграли наши заявки, выставленные ранее на рынок, формируем новые, а затем ныряем в игру, и изучаем ее возможности, пока что тоже самостоятельно. Напомню только, что спать тоже надо, а то, если кто не выспится и будет завтра еле ворочаться, так можно и монстром в результате на полгода заделаться! – сказал я.
– А куда завтра поедем? – спросила Ю-тян.
– Предлагаю в Серпухов для начала, мы там совсем немного погуляли, да и маленькой командой, – сказал я, – пробудем там час, а дальше поедем в другой город, чтобы не нарваться на скоординированную атаку монстров.
– Ну, это в том случае, если идея Ю-тян о натравливании некропетов на гориллоидов в подъездах не сработает, – напомнил нам Серега.
– Конечно, опробуем все завтра, и на месте и определимся! – ответил я.
– Кстати, можно попытаться также заманивать гориллоидов в засады, об этом мы не подумали совсем, – сказал Сатору, – оставить на виду несколько человек, а остальных посадить в здания по улице. Они тогда не будут убегать сразу, а попытаются напасть. Так и вычистим их группу за группой.
– Главная проблема – не нарваться в этих самых зданиях на засевших там гориллоидов, или других монстров, – напомнил я.
– Так если проверить эти здания сначала некропетами, а потом уже в них заходить, то по идее будет безопасно? – спросил Сатору.
– Ага, скрестить два плана в одном! – сказал Серега, – а что, давайте, попробуем!
На этом со стратегией на завтра определились. Анализ поданных заявок на рынок показал, что собрали достаточно элементов на одну защитную сферу, и самый простой из дронов – дрон разведки PG34. Кроме этого, сыграло множество заявок на заряды на силу воли.
Дрон, конечно, тут же собрали, и стали тестить. Что сказать – помимо внешнего вида, а похож он больше был на голубого цвета коробку от пиццы, отличался он от нашего квадрокоптера четырьмя моментами. Первое – у него была повышена незаметность, так и говорилось в описании. Второе – летал он без всяких пропеллеров, как наш квадрокоптер, так что шума от него тоже практически не было. Третье – держался он в воздухе в три раза дольше, не полчаса, а полтора. Четвертое – заряжался он сам, после того, как его на час оставляли в покое. Остальное – скорость полета, возможность видеть в инфракрасном излучении, транслировать звуки – было примерно, как у нашего квадрокоптера.
Выяснив все это, решили, что инопланетная технология намного выгоднее, и будем с квадрокоптеров переходить на дроны. Но сначала решили дождаться, когда соберем еще два недостающих элемента на более продвинутую модель дрона. Интересно все же, вдруг там такие навороты, что эта модель вообще на ее фоне смотреться не будет.
Защитную сферу общим решением заставили взять меня, сказав, что командир должен быть защищен лучше всех остальных. Сэнсэй даже прочел мне небольшую лекцию на эту тему – упирая на риски разгрома всей команды, если командира неожиданно уберут со сцены. А затем, когда я, раздав заряды на силу воли очередным избранникам, уже нацелился пожелать всем спокойной ночи, и нырнуть в игру, он повел меня во двор – проверить, как я освоил его первый урок. В целом он моими усилиями остался доволен, но тут же задал мне новые упражнения, и следующий час корректировал меня, пока не поставил мне удары как надо.
В процессе я попросил его показать тот фирменный уворот, которым мечники на моих глазах уходили с линии атаки гориллоидов – и его мы тоже отработали. Так что я устал, как собака, но ускоренным курсом молодого мечника остался очень доволен. Сэнсэй даже похвалил меня, сказав, что я делаю большой прогресс.
Ну, а затем, сполоснувшись в душе, я поболтал немного с Ю-тян, и мы оба, пристроившись на соседних кушетках в столовой, залезли в игру.
Ну что сказать! Как я ни устал, а вылезать из игры не хотелось. В итоге проторчал я в ней до полчетвёртого утра. И то вышел из нее по простой причине – меня убили на седьмом по счету турнире.
Участвовать в турнирах я стал после того, как прошел успешно два одиночных данжа в разных А-локациях. В этот раз найти группу мне не посчастливилось, и я вынужден был посещать именно одиночные данжи. В первом из них делался упор на ловкость – попал я на шестой этаж здания, и мне было заявлено, что до его обрушения осталось полминуты. Так что оказалось нужно очень шустро найти лестницу, сбежать по ней до второго этажа, и выпрыгнуть в окно, чтобы вписаться в указанные полминуты с гарантией. Я еще не поленился и отбежать подальше от здания, и правильно сделал – рушиться оно начало почему-то именно в моем направлении. Во втором данже я эпично рубился, пробиваясь к выходу, в небольшом лабиринте с постоянно выползающими изо всех углов монстрами в виде дурно пахнущих амеб, которые взрывались, заливая все вокруг соплями, когда погибали. Сопли были липучими, и могли склеить все, на что попадали, так что приходилось быть очень осторожным.
Подсчитав прибыль, я прослезился. В первом данже мне дали два заряда, во втором – три. Сами данжи заняли полчаса с хвостиком, но на то, чтобы их найти в незнакомых локациях, я убил больше двух часов, завязывая разговоры с прохожими и лавочниками. Итого – как в анекдоте про таможню – откуда прибыли? Какие прибыли, сплошные убытки! Времени убил массу, а навару получил мало.
Смотавшись для снятия стресса в третью локацию, где искупался в лазурном море и повалялся на пляже под ярким и ласковым солнышком, я принял решение сосредоточиться на турнирах. В конце концов, даже если меня убьют, и на двенадцать часов выкинут из игры, так я все равно завтра весь день буду мотаться в реале по Подмосковью – что мне терять?
Удача сопутствовала мне на шести турнирах. На пятом меня снова ранили, но я опять отделался пулей в плече, для разнообразия, в другом. А вот на седьмом меня красиво грохнули на пятой секунде боя. Я так и не понял, где мой враг так спрятался в барханах, что я его вообще не заметил, пока мне не прострелили голову.
За завтраком Петька подколол меня:
– Что-то ты какой-то совсем сонный, едва глазами ворочаешь. Что, не выспался, небось в игре всю ночь провел? А кто нам вчера морали читал про необходимость здорового сна?
– Мало ли что я говорил вчера! – проворчал я. Дебафф от первого ранения в плечо истек, но сказывались два дебаффа, что еще были в силе – от второго ранения в плечо, и пули в голову. Причем дебафф от пули в голову должен был мучить меня до самого вечера. Неучтенное мной последствие от гибели в игре.
Едва все собрались, как мы, естественно, стали обсуждать самый важный вопрос – про бессмертие. Как оказалось, больше всего информации по нему собрал Петька. Он, едва зайдя в игру, основное время провел со своей помощницей, дотошно выклевывая ей мозг вопросами. Не случись Армагеддона, заставившего его начать осваивать новую профессию некроманта, из него точно получился бы крутой профессор-историк, копающийся в пыльных архивах!
Что оказалось – я со своей помощницей обсудил только самую вершину айсберга. То, что она мне рассказала, было общей информацией про большинство случаев гибели в реале. Как выяснил Петька, были и многочисленные нюансы. Наибольшие штрафы – полгода пребывания в теле монстра – получали только те игроки, которые погибли в мирной ситуации. Скажем, лежали в постели и спали, когда их застигла смерть. А вот те, кто погиб в бою, имели многочисленные льготы. Срок пребывания в теле монстра значительно уменьшался, что не означало, правда, что полгода мыкаться до обретения нового физического тела в виртуале все же не придется. Придется, просто часть времени проведешь в теле монстра, а часть – как игрок в своем виртуальном игровом кабинете, отбивая в игре потери, понесённые со смертью. Наконец, если не просто погиб в бою, а погиб геройски, уничтожив много врагов или спася своих товарищей, система могла и вовсе расщедриться, отведя на пребывание в теле монстра совсем небольшой срок из полагающегося полугодичного срока.
Кроме того, пребывание в теле монстра тоже могло принести определенные бонусы. Если твой монстр становился лидером, или в целом добивался больших успехов, то, после попадания в виртуальный игровой кабинет, ты мог получить определенные плюшки. Они не компенсировали полностью штрафные санкции за гибель, но лучше что-то, чем ничего. При этом самым приколом было то, что монстры были резко ограничены в интеллектуальных параметрах, и ты себя, пребывая в теле монстра, вообще не осознавал, как личность. А потом, когда игрок из тела монстра попадал в игровой кабинет, все воспоминания о совершенных зверствах очень быстро стирались, чтобы они не оказывали деформирующее воздействие на твою личность. То есть, то, как ты вел себя в теле монстра и каких успехов на этом поприще добился, особенно от тебя и не зависело!
Как выяснил у помощницы дотошный Петька, основатели игры заложили этот бонус, будучи уверены, что даже при том уровне ограничения, что накладывается на интеллект при пребывании в теле монстра, будет иметь значение характер игрока. Те, у кого он боевой и непреклонный, а именно такие игроки основателям и нравились, успеха добьются и в теле монстра! Значит, и бонусы заслужат.
Кое-что Петька нарыл и по основателям игры. Это была могущественная раса, достигшая таких высот в своем развитии, что ей захотелось передать свои представления о правильной жизни остальным расам. Будучи мудры, они понимали, что поставленной цели не достичь заумными сентенциями и проповедями. А вот игровой формат, да еще и приправленный плюшкой в виде персонального бессмертия – все схавают за милую душу!
Но тут в дело вступил сэнсэй, который тоже, как и Петька, посвятил основное время беседам со своей помощницей. Он добыл еще больше информации по основателям игры, и эта информация коренным образом меняла наше представление о них и всем процессе вовлечения новой разумной расы в игру. Как оказалось, перед началом Армагеддона все разумные на планете, где он будет происходить, оцифровываются. То есть, еще до первого совершенного засланными монстрами убийства все уже сохранены. А вот дальше сэнсэй поразил нас, сообщив, что всех не добравшихся до игры и погибших можно спасти. Если выжившие в процессе Армагеддона игроки добьются определенных высот в игре, то они получат право возродить каждого погибшего представителя своей расы и дать ему шанс на попадание в игру.
Мы сидели, потрясенные новой информацией. Первым заговорил Петька:
– Это что, какой-то осознанный расовый геноцид со стороны основателей? Если раса близка к тому типу миропонимания, что им нравится и приносит успех в игре, то ее игроки смогут, добившись высот в игре, возродить ее? А если разумные на определенной планете мыслят иначе, то и от этой расы останутся только ошметки в виде немногих выживших игроков?
– Как хорошо сформулировано! – похвалил его сэнсэй, – да, получается, так. Какая-то странная смесь игры, морали и жизни. При которой неправильная мораль становится основанием для убийства.
– И вещь вроде бы хорошая, бессмертия-то всем хочется, но сделано все с каким-то психопатическим вывертом! – согласился я, – но ладно, мораль этих основателей бесполезно обсуждать. Понятны лишь наши действия – надо выяснить, что необходимо сделать, чтобы вернуть к жизни погибших жителей Земли. Мы тут думали о мести тем, кто все это устроил, но получается, вначале есть задача поважнее.
– Что касается мести, то как бы это не было возмущение со стороны муравьев в отношении человека, который пришел в лес, наступил на их муравейник, и уехал обратно в город, – хмыкнул Серега, – не факт, что нам вообще удастся отомстить. И до города далеко, и адрес мы не знаем, и, даже если вдруг снова встретим, то как с ним сражаться?
– Ничего-ничего, не будем заранее сдаваться! – сказал я, – со временем, авось, разберемся! Кстати, а есть информация о том, где основатели, и как их можно найти?
– Вот в этом Сергей прав, – усмехнулся сэнсэй, – на мои вопросы по этому поводу виртуальная помощница не смогла ответить. Мол, информация под запретом.
Мы все посмотрели на Петьку, но он тоже отрицательно покачал головой:
– В принципе, это логично. Учитывая, как они грубейшим образом вмешиваются в жизнь других разумных рас, то вряд ли мы одни машем кровожадно томагавком, желая снять с них скальп. Даже муравей может во сне укусить человека, доставив ему дискомфорт. Так что вряд ли их можно будет легко найти.
– Это понятно, – сказал задумчиво я, – ладно, а есть ли какие-то конкретные указания, как надо действовать, чтобы спасти свою расу, и дать всем погибшим землянам шанс попасть в игру?
– Пока что вразумительного ответа я от своей виртуальной помощницы добиться не смог, – поджал губы огорчённо сэнсэй, – не исключена возможность, что эту информацию мы должны найти сами. Может быть, это часть теста на то, заслуживает ли наша раса возрождения?
– Хорошо, – сказал я, – давайте тогда подытожим. Всего несколько часов в игре снабдили нас крайне важной информацией. Все, кто прошел тестовое испытание в игре, стали практически бессмертными. Наши действия тоже понятны – надо всех членов наших групп, кто еще не прошел его, срочно подтягивать к нужному уровню. Насколько я понимаю, у нас таких осталось только четверо – Елена, Вика, Кирилл и Алиса. Так сказать, старая и малые. Осталось только Елену уговорить на вылазки с нами. Надеюсь, информация про бессмертие ее вдохновит. Петька, займешься, ладно? Твоя же бабка! Это первое.
Петька кивнул.
Задумался над другими идеями. Этот момент использовала Ю-тян, чтобы радостно сказать:
– Получается, есть шанс, что Виктор успел пройти тестовое испытание, когда его убил гориллоид в аэропорту! И он к нам через какое-то время вернется!!!
– Да, милая, будем надеяться! – ответил ей Сатору.
– Следующий вопрос, – продолжил я, ободряюще улыбнувшись Ю-тян, – какая для нас самая выигрышная стратегия для развития, после того, как мы всех членов наших групп засунем в игру. Как показала практика, на вылазках с нашей базы много опасностей, и, пусть теперь мы будем бессмертны, терять членов группы на полгода тоже как-то не хочется. В этом плане совместные вылазки в игру выглядят безопаснее, но поднимают другой вопрос – насколько они профитнее в плане развития и бонусов? То количество трофеев, что мы получили сегодня за один день в реале, и рост параметров членов группы – впечатляют без вопросов. Сумеем ли мы так же развиваться в виртуале?
– Не факт, – сказал Петька, – я вот, сунулся в локацию на часик, и едва сразу не погиб. Залез вроде бы в одиночный данж, а там на меня неожиданно напало двое игроков. Еле отбился, и сбежал вообще без трофеев. Потом уже, вернувшись, уточнил у виртуальной помощницы, что случайно выбрал данж, в котором возможно и групповое, и индивидуальное прохождение, причем параллельно разными группами. Типа между ними конкуренция за то, кто достанет местного босса, вот они и зачищают конкурентов в процессе поиска босса.
– Ну, допустим, если мы вломимся туда всей группой, то не факт, кто от кого убегать будет, – возразил я, – но согласен, что в вирте нам еще искать и искать стратегии с наибольшей прибыльностью для развития и по трофеям.
– Да, там нужно учиться зарабатывать, – согласился с ним Дмитрий, – я вот сдуру уже и погиб. На А-турнире показалось слишком просто, выиграл в четырёх, полез поиграть в Б-турнир. Сначала обрадовался, что выигрыш вырос в два раза, ставка в четыре заряда, а так оказался такой монстр в качестве противника! Так что рано радовался.
Я кивнул, благодарный за эту информацию. Теперь я на Б-турниры не полезу, пока как следует не прокачаюсь. Если уж могучему и ловкому мечнику Дмитрию, который с катаной разве что не спит в обнимку, там сразу наваляли, то мне сам бог велел быть поосторожнее.
– Кстати говоря, не соглашусь, что на базе нам безопасно, – вступил в разговор Серега, – монстры массово уходят с разоренных городов. Неизбежно наткнутся и на нашу базу. Нужно всегда иметь серьезную охрану, чтобы дать отпор. Бабуля с двустволкой в этих условиях уже не катит. Слопают нашу Елену, и спасибо не скажут.
– Нам нужно купить еще больше этих коммуникаторов, что уже есть у сэнсэя и Семена, – предложил Сатору, – чтобы те, кто остается охранять базу, могли всегда попросить о помощи. В идеале вообще, чтобы у каждого была такая связь, тогда сможем лучше работать небольшими группами при необходимости.
– Дельное предложение! – согласился я, – трофеев навалом, коммуникаторы эти – вещь дешевая. Давайте сразу после разговора выставим на рынок заявки на четыре пары, и будем раздавать по мере необходимости. Какие еще есть предложения?
После небольшой паузы Петька сказал:
– Да в принципе, все понятно. Пока качаемся в основном в городах, усилив охрану базы, а как все войдут в игру, будем пытаться найти эквивалент такого же профитного кача в самой игре.
Я увидел, что сэнсэй поморщился. Видимо, не все термины в речи Петьки были ему понятны. Ю-тян наклонилась к нему, и что-то прошептала.
– Хорошо, тогда проверяем, как сыграли наши заявки, выставленные ранее на рынок, формируем новые, а затем ныряем в игру, и изучаем ее возможности, пока что тоже самостоятельно. Напомню только, что спать тоже надо, а то, если кто не выспится и будет завтра еле ворочаться, так можно и монстром в результате на полгода заделаться! – сказал я.
– А куда завтра поедем? – спросила Ю-тян.
– Предлагаю в Серпухов для начала, мы там совсем немного погуляли, да и маленькой командой, – сказал я, – пробудем там час, а дальше поедем в другой город, чтобы не нарваться на скоординированную атаку монстров.
– Ну, это в том случае, если идея Ю-тян о натравливании некропетов на гориллоидов в подъездах не сработает, – напомнил нам Серега.
– Конечно, опробуем все завтра, и на месте и определимся! – ответил я.
– Кстати, можно попытаться также заманивать гориллоидов в засады, об этом мы не подумали совсем, – сказал Сатору, – оставить на виду несколько человек, а остальных посадить в здания по улице. Они тогда не будут убегать сразу, а попытаются напасть. Так и вычистим их группу за группой.
– Главная проблема – не нарваться в этих самых зданиях на засевших там гориллоидов, или других монстров, – напомнил я.
– Так если проверить эти здания сначала некропетами, а потом уже в них заходить, то по идее будет безопасно? – спросил Сатору.
– Ага, скрестить два плана в одном! – сказал Серега, – а что, давайте, попробуем!
На этом со стратегией на завтра определились. Анализ поданных заявок на рынок показал, что собрали достаточно элементов на одну защитную сферу, и самый простой из дронов – дрон разведки PG34. Кроме этого, сыграло множество заявок на заряды на силу воли.
Дрон, конечно, тут же собрали, и стали тестить. Что сказать – помимо внешнего вида, а похож он больше был на голубого цвета коробку от пиццы, отличался он от нашего квадрокоптера четырьмя моментами. Первое – у него была повышена незаметность, так и говорилось в описании. Второе – летал он без всяких пропеллеров, как наш квадрокоптер, так что шума от него тоже практически не было. Третье – держался он в воздухе в три раза дольше, не полчаса, а полтора. Четвертое – заряжался он сам, после того, как его на час оставляли в покое. Остальное – скорость полета, возможность видеть в инфракрасном излучении, транслировать звуки – было примерно, как у нашего квадрокоптера.
Выяснив все это, решили, что инопланетная технология намного выгоднее, и будем с квадрокоптеров переходить на дроны. Но сначала решили дождаться, когда соберем еще два недостающих элемента на более продвинутую модель дрона. Интересно все же, вдруг там такие навороты, что эта модель вообще на ее фоне смотреться не будет.
Защитную сферу общим решением заставили взять меня, сказав, что командир должен быть защищен лучше всех остальных. Сэнсэй даже прочел мне небольшую лекцию на эту тему – упирая на риски разгрома всей команды, если командира неожиданно уберут со сцены. А затем, когда я, раздав заряды на силу воли очередным избранникам, уже нацелился пожелать всем спокойной ночи, и нырнуть в игру, он повел меня во двор – проверить, как я освоил его первый урок. В целом он моими усилиями остался доволен, но тут же задал мне новые упражнения, и следующий час корректировал меня, пока не поставил мне удары как надо.
В процессе я попросил его показать тот фирменный уворот, которым мечники на моих глазах уходили с линии атаки гориллоидов – и его мы тоже отработали. Так что я устал, как собака, но ускоренным курсом молодого мечника остался очень доволен. Сэнсэй даже похвалил меня, сказав, что я делаю большой прогресс.
Ну, а затем, сполоснувшись в душе, я поболтал немного с Ю-тян, и мы оба, пристроившись на соседних кушетках в столовой, залезли в игру.
Ну что сказать! Как я ни устал, а вылезать из игры не хотелось. В итоге проторчал я в ней до полчетвёртого утра. И то вышел из нее по простой причине – меня убили на седьмом по счету турнире.
Участвовать в турнирах я стал после того, как прошел успешно два одиночных данжа в разных А-локациях. В этот раз найти группу мне не посчастливилось, и я вынужден был посещать именно одиночные данжи. В первом из них делался упор на ловкость – попал я на шестой этаж здания, и мне было заявлено, что до его обрушения осталось полминуты. Так что оказалось нужно очень шустро найти лестницу, сбежать по ней до второго этажа, и выпрыгнуть в окно, чтобы вписаться в указанные полминуты с гарантией. Я еще не поленился и отбежать подальше от здания, и правильно сделал – рушиться оно начало почему-то именно в моем направлении. Во втором данже я эпично рубился, пробиваясь к выходу, в небольшом лабиринте с постоянно выползающими изо всех углов монстрами в виде дурно пахнущих амеб, которые взрывались, заливая все вокруг соплями, когда погибали. Сопли были липучими, и могли склеить все, на что попадали, так что приходилось быть очень осторожным.
Подсчитав прибыль, я прослезился. В первом данже мне дали два заряда, во втором – три. Сами данжи заняли полчаса с хвостиком, но на то, чтобы их найти в незнакомых локациях, я убил больше двух часов, завязывая разговоры с прохожими и лавочниками. Итого – как в анекдоте про таможню – откуда прибыли? Какие прибыли, сплошные убытки! Времени убил массу, а навару получил мало.
Смотавшись для снятия стресса в третью локацию, где искупался в лазурном море и повалялся на пляже под ярким и ласковым солнышком, я принял решение сосредоточиться на турнирах. В конце концов, даже если меня убьют, и на двенадцать часов выкинут из игры, так я все равно завтра весь день буду мотаться в реале по Подмосковью – что мне терять?
Удача сопутствовала мне на шести турнирах. На пятом меня снова ранили, но я опять отделался пулей в плече, для разнообразия, в другом. А вот на седьмом меня красиво грохнули на пятой секунде боя. Я так и не понял, где мой враг так спрятался в барханах, что я его вообще не заметил, пока мне не прострелили голову.
За завтраком Петька подколол меня:
– Что-то ты какой-то совсем сонный, едва глазами ворочаешь. Что, не выспался, небось в игре всю ночь провел? А кто нам вчера морали читал про необходимость здорового сна?
– Мало ли что я говорил вчера! – проворчал я. Дебафф от первого ранения в плечо истек, но сказывались два дебаффа, что еще были в силе – от второго ранения в плечо, и пули в голову. Причем дебафф от пули в голову должен был мучить меня до самого вечера. Неучтенное мной последствие от гибели в игре.
За ночь сыграло еще много зарядов на силу воли – смогли прокачать ее до капа еще у четырех человек. Если и дальше обмен пойдет такими темпами, то за пару дней закроем этот вопрос для всех членов нашего сообщества. На новый дрон и вторую защитную сферу не хватало по одному элементу, на боевой костюм – двух. Зато с коммуникаторами проблем не было – еще одна пару была поутру собрана. Один дали Наташке, как новому оператору дрона, другой – Борису, который по жребию оставался сегодня с супругой охранять базу.
Елене вчера мозг на предмет возможности получения бессмертия выносило все население базы, и в конце концов, упрямая старушка сдалась. Так что она сегодня ехала с нами на промысел.
До Серпухова добрались быстро, обнаружив и обезвредив по дороге два пятна-вампа. Новый дрон действовал вне всяких похвал, но запасной квадрокоптер мы тоже взяли. Город был виден еще издалека по столбам дыма.
– Сильно горит! – сказал я Петьке.
– Может, огневики постарались, – сказал он, – надо будет поосторожнее себя вести. Тварей сложно заметить.
Горела в основном северная часть города, так что мы высадились на окраине южной, и я тут же рассказал всем о возможности встречи с огневиками. Петька выдвинул вперед своих некропетов, и мы двинулись к ближайшему многоэтажному зданию.
– Вижу в четырёхстах метрах трех скатов, – отчиталась Наташка, – лениво летят между зданиями.
– До них доберемся позже, – сказал я, – а сейчас начнем с запланированных экспериментов. Петька, запускай некропетов на разведку в ближайший подъезд, будем проверять, нет ли там гориллоидов.
Некропеты вихрем пронеслись по подъезду, проверив квартиры на всех шести этажах.
– Пусто! – отчитался Петька.
– Хорошо, – сказал я, – тогда пусть на улице остаются несколько человек, скажем я, и мечники, а ты веди остальных в здание. Но впереди пускайте дрон, мало ли попадется пятно-вамп. Если они на асфальтовой дороге устраиваются, то кто их знает, может они и в полу квартиры могут обосноваться? Потом обустраивайтесь в засаде на втором и третьем этажах у окон. И, главное, в нас не пальните случайно!
– Да вряд ли там будут пятна-вампы, учитывая, что толщина перекрытия сантиметров тридцать максимум! – сказал Петька, но Серега и сэнсэй меня поддержали. Так что сделали они все по-моему.
Спустя несколько минут Петька дал обусловленный сигнал, что все обустроились, ухнув совой. Я кивнул сэнсэю, и мы начали шуметь. Я лично бил палкой по боку одной из машин, что тут же породило еще и звуки сработавшей сигнализации, японцы и Дмитрий тоже развлекались, как хотели. Главное – что мы стали мощным источником шума в городе.
Все четыре коммуникатора мы настроили на связь между собой, так что я не удивился, услышав голос Наташки, произнесшей кодовое слово:
– Дружба один!
– Прием! – ответил я.
– Большое оживление в районе! К нам движутся три группы гориллоидов по четыре-пять штук каждая, и две стаи скатов, всего восемь штук. Скаты прилетят первыми.
– Еще раз – главное, нас не подстрелите! – напомнил я.
Скаты, действительно, прилетели первыми. Причём обе стаи, летевшие с разных направлений, умудрились прибыть одновременно. Я выстрелил в ближайшего, и выхватил катану, поморщившись от головной боли, активизировавшейся от резкого движения. Но воспользоваться мне ей не удалось – из окон здания, где обосновались наши стрелки, дали такой залп, что ни один скат не остался без подарка, причем большинство сразу шлепнулось на мостовую замертво. Лишь Ю-тян и сэнсэй умудрились зарубить двух подраненных врагов, причем Ю-тян счастливо пискнула:
– Есть очередная душа!
Про то, что ее катана ловит души, заточенные в монстрах, она мне уже рассказывала, но я еще ни разу не присутствовал при торге, так что мне было интересно.
– Дружба один! – сказал я, – гориллоиды еще далеко?
– Пару минут до ближайшей банды, будет быстрее, если снова пошумите! – ответила Наташка, – чуть шум стихает, они начинают вертеться и прислушиваться!
– Пара минут ОК! – ответил я, и стал слушать диалог Ю-тян с пойманной душой, жалея, что начало его уже пропустил.
Девушка рассказывала, что торг может проходить с переменным успехом, вплоть до предложенной дуэли. Но в этот раз диалог шел вполне комфортно. Уже в конце первой минуты Ю-тян выторговала свой навык, и довольно нам его озвучила:
– Если это то, что я думаю, то ты становишься еще более ценным членом команды! – сказал я девушке.
– Да, это то, что ты думаешь! – довольно ответила она, – теперь все меньше будут паниковать и волноваться в бою.
Мы бы и дальше обсуждали новый навык, вот только из-за угла соседнего дома высунулся рыжий монстр. Мы посмотрели друг на друга. Видимо, увиденным он остался доволен, потому что тут же рыкнул, и из-за дома выскочило еще четверо его товарищей. И бодро почесали к нам фирменной гориллоидной трусцой. Их бег ускорился, когда я, не говоря дурного слова, всадил пулю в их предводителя. Тот осел на землю с пробитым черепом, и остальные монстры воспылали жаждой мести. Залп из окон их бег прервал, положив всех прямо на месте.
– Петр! – крикнул сэнсэй, – следующую группу гориллоидов не расстреливайте! Дайте нам попрактиковаться с мечами!
– Будет две группы слева и справа почти одновременно! – крикнула Наташка в окно.
– Тогда расстреливайте левую, а нам оставьте правую! – крикнул сэнсэй, и тут же уточнил, – никто не путает лево и право?
Вопрос, кстати, он задал закономерно – сам знаю несколько человек, которые постоянно путают. Вернее, знал. Сомневаюсь, что кто-то из них дожил до сегодняшнего дня, учитывая размеры катастрофы.
Дискуссию пришлось завершить, потому как банда гориллоидов слева как раз вырулила на улицу, и ни на секунду не усомнившись в том, что пятеро людей посредине улицы их законная добыча, которая не доставит особых хлопот, рванула к нам. Удивительно, но их совсем не смутили туши убитых гориллоидов, которые мы не успели обыскать, увлеченные процессом получения Ю-тян нового навыка.
– Постойте! – крикнул сэнсэй, – меняю указания! В этих не стреляйте, а то спугнете следующую банду! Стреляйте в тех, как втянутся на улицу! Этих мы рубим сами!
И мечники понеслись на выскочивших монстров так шустро, что я едва успел влепить пулю в переднего из них. Сработал четко – тот рухнул как подкошенный. Вот что значит полугодичное обучение под руководством опытного снайпера, хоть и в виртуале! Спасибо, Питер!
Выскочившую с другой стороны последнюю банду гориллоидов, счастливо понесшихся атаковать нас в спину, быстро расстреляли из окон.
Когда мечники закончили свою работу, крикнул Наташке:
– Ну как? Есть еще монстры?
– Пока никого больше нет! – ответила она, высунувшись из окна, наверное, стала на табуретку, – странно, в Подольске было побольше скатов!
– Так там полгорода в пожаре не полыхало! – ответил я. Впрочем, это было лишь мое предположение.
Начали собирать лут. Чертыхнулись, когда увидели, что трофеи вновь ограничены до одного с каждого монстра.
– Ладно, в принципе мы этого ожидали, важно было поставить эксперимент, – сказал я громко, чтобы успокоить всех, – теперь мы знаем, что можем выкашивать гориллоидов, устраивая засады в домах. И не получать потом огромные банды на свою голову. Проверить бы еще, можно ли охотиться на них с некропетами. Авось и с этим получится.
– Разбиваемся снова на две группы, как вчера? – спросил сэнсэй.
– Да, это имеет смысл. Только переедем в другую часть города! – согласился я.
В Серпухове мы долго не задержались. Только расчистили еще пару кварталов, как ветер усилился, и огонь с дымом пошли на пока что уцелевшую часть города. Срочно пришлось уезжать.
Дальше мы прошлись по небольшим соседним городам и городкам – посетив Щербинку и Климовск. Тут серьезных пожаров не было, и мы, разделившись на два отряда, хорошо прочесали оба города, уничтожая небольшими группами как скатов, так и гориллоидов. Присутствие в сильных группах при массовом избиении монстров дало свой результат – Вика, и Кирилл и Алиса тоже попали в игру. Вне ее из наших осталась только Елена. Бабка слишком долго игнорировала наши вылазки и теперь ей требовалась масса опыта.
Вот так мы и решили, что пора попробовать попытать счастья в самой Москве. Благо от Щербинки до МКАД оставалось совсем ничего.
Но, естественно, просто так проехать сквозь Бутово мы не могли, и решили устроить охоту и там. Вот только на устроенный нами шум явилось только три ската – к группе сэнсэя. А к нашей и вовсе никого.
Пошумев еще немного, убедились, что это бесполезно – монстров тут реально нет. Пошли на соединение с группой сэнсэя.
– Думаете то же, что и я – что монстров тут кто-то совсем недавно выбил? – спросил я его.
– А больше предположить-то и нечего! – сказал сэнсэй, – сдается мне, что не надо нам ехать в Москву. Там, скорее всего, окопались военные. И чистят не только столицу, но и пригороды.
После короткого обсуждения других идей не возникло, и мы развернулись. Встречаться с армией мы не хотели – кто его знает, какие планы у военных в отношении игроков? Может, они сейчас всех валом мобилизуют в армию? Окружат – не сражаться же со своими! И будем потом бегать под началом какого-нибудь сержанта Иванова, отдавая всю добычу на нужды родины. А на самом деле – для прокачки высоких чинов, которым лень самим за монстрами бегать.
Решили поехать в сторону Серпухова, только теперь останавливаться и чистить мелкие населенные пункты, мимо которых раньше просто проезжали. Очистили Столбовую, Троицкое и Чехов, монстров там было мало, но на заход двумя группами хватало. Наконец, в Пролетарском Елена получила свой пропуск в игру и остолбенела, отбыв на тестирование.
Спустя минуту бабка очухалась.
– Ну как, мама, все там было? – участливо спросил Петькин отец ее.
– А интересно все было! – после небольшой паузы ответила Елена, – я теперь у нас буду подрывными делами заниматься. Год, почитай, в партизанском отряде провела! Сколько поездов под откос пустили, сколько линий связи фашистским вражинам испортили! Хорошая школа!
– Ну а что, подрывник нам пригодится! – сказал я. Как и все я был счастлив, что теперь все члены наших с сэнсэем отрядов находятся в игре, и фактически обрели бессмертие. Можно хоть немного расслабиться.
– Предлагаю вернуться к более важному делу – освоению ресурсов игры, – сказал сэнсэй, – а завтра можем с утра устроить новую вылазку на другую планету! Уверен, что там мы не все еще полезные секреты раскрыли!
Я с ним был полностью согласен – за один вечер в игре мы получили больше полезной информации, чем за все предыдущие дни, что прошли с момента, когда на наш шашлык заявился гориллоид. Так что этот ресурс надо осваивать как можно быстрее.
В этот раз сэнсэй был твердо намерен отправиться с отрядом на свою базу. Переубедить его не удалось, и на следующем перекрестке мы расстались. Дрон я отдал его отряду – пусть обвыкаются, а Наташка и тетя пока что прекрасно справлялись и с квадрокоптерами. Наташка реально повзрослела за годы в монастыре Шаолинь – отдала дрон без единого слова протеста. Представляю, какой бы скандал был, потребуй я это от нее, когда она была еще обычной восьмилетней девочкой!
Приехав на базу, тут же после душа и перекуса собрались втроем с Петькой и Серегой на шезлонгах в столовой.
– Ну что, – сказал Петька, – попробуем пошарить в игре втроем?
– Да, погнали, – согласился я, – что берем – локацию или турнир?
– А давай попробуем в пустоши отправится! – предложил Серега, – моя помощница так все там расписала, что прям интересно стало. Тем более, что у нас и состав неплохой на разные случаи жизни – есть и стрелки, и некромант, и приборчик на лечение. А в случае чего ты и шашкой своей кого надо жахнуть можешь!
– Ну, как от мечника от меня многого не ждите, но так идея прикольная, – согласился я, – ну что, в игру, а там спишемся? Все ники друг друга помним? Кто первый что найдет интересного, предлагает другим, и погнали!
На этом и порешили, и отправились в игру.
По списку А-пустошей в своем кабинете я полазил, но выбрать еще толком ничего не успел, как получил письмо от Сереги с указанием, куда надо отправляться. Пожал плечами и кликнул нужный адрес, уточнив у помощницы как сделать так, чтобы я оказался в одном месте с членами моей группы. Это оказалось не очень сложно, и вскоре я стоял посредине какой-то деревни возле амбара. Одноэтажные каменные домики, деревянные хозяйственные постройки, со всех сторон лес. Спустя несколько секунд рядом возник Серега, а потом из воздуха материализовался и Петька.
– Так, – сказал Серега, окинув нас взглядом, – стволы нам оставили, медкомплекс при мне, похоже, что тут все разрешено!
– Конечно! – сказал Петька, – это же пустоши! Разрешено все, главное – успеть воспользоваться, если что.
– Ладно, тогда давай, ищи свои падшие сущности, чтобы мы были во всеоружии! – сказал Серега.
– Не падшие, а павшие! – поправил Петька, – и я уже проверил – нет тут ничего! Может, дальше что попадется.
– Жаль! – сказал Серега, – ну, тогда на выход!
И мы направились по широкой (и единственной улице) на выход из деревушки.
Оказавшись за пределами этого крохотного населённого пункта, бодро потопали по лесной тропинке. Лес был привычный, какие-то хвойные породы, ничего экзотического. И – тишина! Чуть ли не звенящая тишина вокруг! Напряжение последних дней начало отступать в сторону.
– Странно! – сказал Серега.
– Что странно? – спросил я его.
– Да как-то тут мирно и комфортно что-то очень, как на крутом курорте! – настороженно сказал он, – а это точно не курорт! Не оказывает ли на нас кто какое психологическое воздействие?
– Вряд ли! – сказал я, – сила воли у всех троих прокачана до капа. Просто лес хороший, температура комфортная, ветерок освежающий, но не заставляющий мерзнуть. А комаров всяких, что заставляют дёргаться, нет в наличии. Идеальная прогулка просто!
Как сглазил! Только Серега открыл рот, чтобы ответить, как внезапно все вокруг изменилось. И не было даже какого-нибудь мигания, чтобы предупредить. Ногу я занес, чтобы поставить ее на хвойную подстилку, а опустилась она уже на какой-то мусор, противно хлюпнувший под ней. Вместо умиротворяющего ландшафта из рослых деревьев вокруг появились какие-то хибары, сколоченные из чего попало, и даже не покрашенные. Сверху заморосило дождем, и вкус капель, попавших на губы, был какой-то противный, химический. А самое главное – возле хибар толпилось с пару десятков каких-то плохо одетых хмурых личностей, которые тут же уставились на нас. На людей похожи лишь отдаленно – пропорции тела и лица сильно искажены, но почему-то сразу было понятно, что интеллектом они сильно не отягощены. Защелкали выхватываемые и раскрываемые ножи, и вся эта толпа ринулась на нас с каким-то странным воплем:
– Воглансы!
На автомате я всадил пулю в голову переднего и выхватил катану. Заряд плазмы из ствола Сереги скосил одного из нападавших сбоку, почти неслышно выстрелило и Петькино оружие, заставив споткнуться и рухнуть еще одного. А затем – от стены слева отделилось четыре фигуры, которые побежали наперерез бегущей к нам банде. И могу поклясться – бандитам было все равно, что наши выстрелы убили троих из них, но, когда они увидели, кто бежит к ним слева, они запаниковали, заорали что-то невнятное, и ударились в бегство. Спустя несколько секунд они скрылись за одной из хибар, а вслед за ними умчались и наши таинственные защитники.
– Кто это за нас вступился? – спросил недоуменно я, – не, приятно, конечно, эта орава бы нас смяла, но загадочно!
– Никакой загадочности! – усмехнулся Петька, – вот с чем хорошо на этих улицах, так это с павшими сущностями. Знакомьтесь – это погибшие местные жители, которых я только что поднял!
И театрально взмахнул рукой в сторону, куда скрылись и нападавшие на нас, и их преследователи. Из-за хижины тут же выступили четыре наших защитника. Лица бледные, одежда рваная и вся в пятнах. Даже убежавшие от них в ужасе бандиты и то выглядели опрятнее.
– Вовремя ты нас подстраховал! – сказал я, хлопая Петьку по плечу. Четверо поднятых им зомби выглядели страшно, но свою задачу выполнили.
– Повезло, что тут, видимо, с жратвой не очень, и тощие все покойнички, вписался в свой лимит по весу! – посвятил нас Петька в тонкости работы некроманта.
– Они, видать, их при жизни знали, вот и испугались, что покойнички восстали! – сказал Серега, – потому как по численности у нападавших все равно было нехилое такое преимущество. Похоже, по этим пустошам нужно ходить либо с некромантом, либо с огнеметом!
Я же тем временем деловито облутал трупы. Конечно, наш поход в пустоши был и своего рода экскурсией, посмотреть, как тут все устроено, но трофеи – это святое.
– Нормальненько так, – прокомментировал я добычу, – пять зарядов и навык! Щедро забашляли! Видимо, выжить мы не должны были, раз такие призы!
– Что за навык? – спросил Петька.
– Вот, сразу тебе, Петька, и награда за наше спасение! – улыбнулся Серега, – бери и юзай. Ты же не против, Семен?
– Учитывая, что Петька наше самое мощное оружие, чего же я буду против! – сказал я, протягивая ему кольцо с навыком, – твоё серьезное ранение или смерть, или колдовство какое, которое тебя из строя выведет, это минус четыре некропета на поле боя! Знаешь, усвой заодно и все эти заряды, что получены в качестве трофеев! Исходя из тех же соображений!
И высыпал ему в протянутую ладонь и все остальные заряды.
– М-да! – сказал Петька, явно чувствуя себя неловко.
– Юзай, не теряй времени, нас ждут приключения! – подбодрил его Серега.
Как только Петька употребил все трофеи, двинулись дальше. Трех зомби пустили спереди, как подушку в случае новой атаки, одного в двадцати метрах сзади, чтобы предупредил, если что, о нападении с тыла. Или напугал нападавших своей страшной внешностью, заставив отказаться от нападения. От зомби ощутимо несло мертвечиной, но мы были готовы немного пострадать от вони, главное – что они обеспечивали нам безопасность. Чем дальше шли, тем больше убеждались, что, не призови Петька зомби, нам бы тут пришел северный песец. Улочки были кривенькими, узенькими, и постоянно приводили нас в тупики. Мы бы и убежать не смогли от той толпы, что на нас набросилась, не то, что с ними сражаться!
Но теперь, после появления у нас некропетов, никто на нас больше не нападал, весь поселок, или городок, о его размерах нам судить было сложно, словно вымер. Хотя за закрытыми дверями и ставнями чувствовалась жизнь, за нами явно подглядывали. Наконец, сделав очередной шаг, мы вместе с нашей мертвой гвардией оказались в новом месте. Прямо по центру чего-то вроде большого спортивного зала в школе, только очень заброшенного. Окна, такое впечатление, не мыли уже много лет, и что находится за ними, не было видно, хотя немного дневного света они и пропускали, инвентарь поломан и разбросан по всему полу, а через несколько секунд в одном из углов я заметил несколько скелетов. Вполне себе гуманоидных.
– О как! Постап, похоже! Это я люблю! – радостно сказал Серега.
– Не уверен, что смогу оценить прелести еще одного постапа, мне и нашего вполне хватает! – сказал я, – но все равно, пошли, осмотримся!
– Давай-ка я гляну те скелеты! – сказал Петька, – мало ли там что полезного лежит!
Минутку Петьку подождали. В скелетах и тряпках около них он покопался, но вернулся разочарованным, не найдя там ничего полезного. Направились к большой двери, кем-то сломанной и висящей на одной петле.
За ней был широкой, но абсолютно темный коридор. Пришлось достать и включить фонарик. Его Петька сунул в руку одного из зомби, и тот послушно пошел с ним впереди нас. Прошли буквально пару десятков шагов, когда Петька кашлянул, скорее всего, от поднимавшейся из-под ног идущего впереди некропета пыли. В тот же момент произошло сразу несколько вещей. Груда мусора у левой стены перед зомби взметнулась вверх, и зомби пропал вместе с фонарем. Куда и как мы не поняли, потому что остались без света. Дикий рев пронёсся по коридору с той стороны, в которую мы собирались пойти. И потолок над нами затрещал, словно собирался обрушиться под тяжестью кого-то или чего-то тяжелого прямо нам на голову.
Из коридора нас словно метлой вымело. Спустя пару секунд мы снова оказались в зале, нацелив оружие на злополучный коридор.
– Похоже, и тут бы неплохо огнемет иметь при себе! – выразил общее мнение Серега, – как-то уж слишком жестко! Петька, что твоего зомби-то сожрало?
– Я к нему был подключен, но все, что увидел, так это какие-то клыки в огромной пасти! – сказал Петька.
– Я в этот коридор снова не пойду, это же какой-то фильм ужасов! – сказал я, – давайте разобьем окно, и вылезем наружу в проем! Так хоть будем видеть, что вокруг происходит!
– А что, клевая идея! – сказал Петька, – пошли!
И мы двинулись к окну. По пути Петька поднял нового некропета из одного из скелетов. Высокий тощий подросток, отдаленно похожий на человека, присоединился к нашей мертвой гвардии.
Начав швырять обломки спортивного оборудования в окно, я понял, почему оно еще не разбилось, несмотря на всеобщую атмосферу многолетнего запустения – вместо стекла в нем был какой-то прочный пластик. Ну да, в спортзале ударопрочный пластик вместо стекла использовать разумно. Но и с ним мы в конце концов справились, ослабив парой выстрелов из плазменного излучателя.
Выглянули в вырубленное в пластике отверстие. Перед нами лежал заброшенный крупный город, с огромными зданиями как вблизи, так и в отдалении, часть из которых явно когда-то горела, часть обрушилась, и только немногие из зданий гордо стояли без видимых признаков разрушений. Бетонное покрытие потрескалось, прямо из него росли деревья, по которым вились лианы. Часть из зданий было также увито лианами, а на некоторых балконах даже росли молодые деревья.
– Да, вот так и будет выглядеть Земля лет через пятнадцать, – вздохнул Серега, – ладно, пошли!
Выбрались на большую площадку, на которой, скорее всего, когда-то строились школьники на линейку. Территория школы была когда-то огорожена решетчатым забором, но сейчас от него остались только фрагменты, две трети секций было повалено или проломлено. Не прошли мы и пятнадцати метров, как из пролома в бетоне навстречу нам буквально выплеснулись семь одинаковых шариков. Они были бы похожи на волейбольные, не будь у них глаз и тонких длинных ножек.
Зомби по команде Петьки рванули им навстречу, принимая удар на себя, мы открыли стрельбу. Никто не промазал, но четыре уцелевших шара одновременно врубились в переднего зомби. А затем он обернулся к нам, и мы увидели, что шаров больше нет, а зомби странно растолстел.
– Странно, я его больше не контролирую! – удивлённо крикнул Петька.
Бывший зомби тут же схватил ближайшего к нему товарища, и спустя секунду они мягко и красиво слились в одного – настоящего громилу. Все пропорции были правильные, вот только он вырос, расширился в плечах, и явно весил уже кило за сто сорок.
Петька тут же, сообразив, к чему идет дело, отозвал двух оставшихся зомби. Монстр рванул к нам, мы побежали обратно к дыре в окне. Но возвращаться в зал мы не планировали – просто ждали, когда перезарядится оружие. И, когда у Петьки и Сереги оно перезарядилось, они тут же обернулись к монстру. Как и я – моя винтовка еще не перезарядилась, но я выхватил катану, чтобы их подстраховать.
Оказалось, что монстр развил нехилую скорость, а также успел догнать и сожрать еще одного из зомби, еще увеличившись в размере. Последний уцелевший некропет по команде Петьки вильнул в сторону, уходя с линии атаки, и друзья открыли огонь. Очень благоразумно, не желая проверять, насколько можно убить неизвестную тварь в голову, дали залп по коленным чашечкам. Промахнуться было сложно, на пяти-то метрах дистанции! Любая тварь не может быстро передвигаться без коленных чашечек, если они у нее, конечно, раньше были, так что я очень эту стратегию одобрил. Все двести килограммов монстра рухнули на землю, и я, подбежав, катаной отделил голову от плеч.
– Ну что, убили? – спросил Петька, все еще держа ствол наперевес.
– Да хрен его знает! – ответил я, из осторожности отскочив назад. Тварь мне решительно не нравилась, ненормально это, когда из двух разных организмов за секунду делают один.
– Да, проверять как-то не хочется! – сказал Серега, – давай еще пару раз в него пальнем, а потом уже палкой попробуем облутать. Думаю, прикасаться к этому монстру рукой не стоит.
Оружие откатилось, пальнули. Потом стали искать палку, но тут Петька сказал:
– Что-то я туплю. Я же могу глянуть, нет ли в этом месте павшей сущности. Я же уже и различать их могу по размеру примерно, с комаром не перепутаю.
И спустя пару секунд сказал:
– Дохлый, можно лутать.
Петьке, я, конечно, доверял, но на всякий случай притронулся к телу монстра дулом винтовки. Тварь исчезла, оставив после себя заряд и заклинание.
– И снова нам выдали достойного врага, и приятный приз за то, что смогли с ним справиться! – радостно сказал Серега, – ну, что там?
Подняв пластинку и ромб, я зачитал описание заклинания:
– Ну что, кто будет использовать? – спросил Серега.
– Я пас! – сказал Петька, – вы меня и так уже трофеями закидали.
– Может, Семен, ты возьмешь? – спросил тогда Серега меня.
– Да ладно, бери себе, я же вижу, что тебе интересно! – сказал я ему.
Действительно, когда столько лет общаешься с человеком, то читаешь его как открытую книгу, и я понял, что Сереге чем-то заклинание это глянулось. Мне – как-то нет. Попадётся что-то, что действительно покажется интересным – молчать не буду. Правда, подозреваю, что друзья мне просто впихнут следующее заклинание или навык, какой бы он там ни был, чтобы я не остался без подарков.
Я угадал по поводу заклинания – Серега с удовольствием взял его, правда, настоял на том, чтобы я использовал полученный заряд. Я упрямиться не стал – заряд был на ловкость, и я сразу поднял ее до капа. Итого у меня уже пять характеристик оказались прокачаны до максимума.
А затем Петька слегка напугал нас с Серегой, без предупреждения призвав некропета в виде только что убитой твари. Мы, конечно, быстро поняли, что произошло, но долю секунды организм, откладывая кирпичи, орал в голос, требуя стрелять и бежать, или бежать и стрелять!
Петька, увидев наши лица, извинился:
– Сорян! У меня же просто рабочий процесс – некропет погиб – автоматически призываю нового! Немного одичал за эти месяцы на кладбище, отвык от мысли, что надо кого-то предупреждать. Кого там было предупреждать, там даже птиц не было!
Мы двинулись дальше по площади, издалека стараясь рассмотреть, есть ли впереди схожие пробоины в бетоне, из которых нас могут атаковать такие же мячи. Нового некропета мы пустили вперед, отправляя проверять все подозрительные места. Уж на что гориллоиды здоровые монстры, а этот был и их побольше! И двигался гораздо быстрее – видимо, сочетание генов гуманоида и неведомой твари из шаров дало при слиянии такой эффект.
Через полсотни метров добрались до бывшей дороги, через которую стоял большой полуразрушенный небоскреб.
– Ну что, глянем, водится ли кто внутри? – спросил я, рассматривая огромный холл на первом этаже, который раньше был огражден стеклами, но сейчас их не было. Внутри царили настоящие джунгли – видимо, ветром нанесло земли и семян, и там вся эта зелень чувствовала себя отлично.
– Пошли, интересно же! – согласился Петька.
Но зайти внутрь мы не успели. Здоровенная крышка люка, лежавшая себе мирно на бетоне дороги недалеко от здания, вдруг выстрелила прямо вверх. Вернее, ее подкинула головой очередная вышедшая на охоту за нами тварь, выпрыгивая из-под земли. Мне раньше никогда не попадалась зеленая кенгуру в три метра ростом с плечами в метр шириной и пастью, как у бегемота, да я, собственно, и не настаивал на том, чтобы это знакомство состоялось.
Петька тут же развернул могучего некропета твари навстречу, а мы выстрелили в нее. Сразу скажу, притормозить ее немного выстрелами удалось. Я всадил пулю в огромный глаз, ребята, уже по привычке, пальнули по огромным коленкам. Казалось бы, тут твари и должен был прийти конец, но нет! На секунду она замерла, и тут ей по башке еще и люк сверху прилетел. Казалось бы, должна была свалиться в глубоком нокауте от одного люка, не говоря уже о ранах от тяжелых ранений, но тварь, ловко оттолкнувшись хвостом, взметнулась в воздух, и приземлилась всей своей тушей на нашего тяжеловеса-мутанта, попросту смяв его, словно плюшевую игрушку. Доля секунды – и она откусила ему голову, зловеще смотря на нас уцелевшим глазом.
– Бежим! – закричал я, подав лично пример. Друзья признали стратегию верной, последовав за мной. Неизвестно, что скомандовал Петька уцелевшему некропету, но он бежал за нами, как будто тоже испугался.
Оглянулся я только через пять секунд, когда стволы у парней перезарядились. И увиденное мне не понравилось. «Кенгуру», придавив обезглавленного некропета, жрало его, при этом многообещающе смотря на нас уже двумя целыми глазами.
– Она регенится от жратвы, мочите ее теперь в мозг, пока коленки не восстановились! – заорал я.
Ребята, сообразив, что я дело говорю, так и сделали. И вот двойного попадания в мозг монстр уже не выдержал. Захрипев, рухнул на бок и забился в конвульсиях. Часть пасти от двух попаданий тоже испарилась, так что и отъедаться ей было нечем.
Чтобы ускорить смерть монстра, мы угостили его еще двумя выстрелами в остатки головы. Только тогда он затих, а Петька через несколько секунд подтвердил, что мы его убили. Трофеи снова собирал я, тыкнув тушу дулом своей винтовки. На бетон, звякнув, упали пластинка и овал.
– Щедро, щедро! – пробормотал я, поднимая трофеи.
Конфигуратор оказался для грейда оружия, что было неплохо, хотя и в целом любые конфигураторы нам всегда в радость. И заклинание мне понравилось:
– Как раз в пару пойдет для моего первого ледяного заклинания! – довольно сказал я, показывая ребятам добычу.
– Ага, забирай! – в один голос сказали Серега с Петькой и заржали над тем, что получилось так забавно. Да и напряжение от серии боев требовало разрядки.
– У меня такое чувство, что надо нам мотать с этой пустоши, – сказал я, осваивая заклинание, – призы очень приятные, но есть нехорошее ощущение, что опасность возрастает с каждой минутой, и нас вот-вот грохнут!
– Ну да, я такую пустошь и выбрал! – радостно сказал Серега, – чтобы враги становились все сильнее, и призы все лучше. Все строго по таймингу – каждую минуту вырастает шанс нарваться на все более высокоуровневую тварь. Хотел проверить, как это сработает по качеству призов. По-моему, великолепно!
– А нас предупредить? – укоризненно сказал Петька.
– Ой, да ладно, не хотел портить вам фан от приключения! – махнул рукой Серега, – довольно того, что я один стремался за всех.
– Так что, валим, пока живые? – спросил я.
– Ага, что хотел, я узнал! – подтвердил Серега, – из казино надо уходить, пока ты в выигрыше!
– А куда сейчас двинем? – спросил Петька.
– Нашел я тут вчера чудный курорт, предлагаю немного на нем расслабиться, – предложил я, – вода и воздух примерно двадцать пять градусов, крутые волны, в которых можно прыгать, черный песок.
– По-моему, мы заслужили! – согласился Петька.
– На полчасика там задержимся, освежимся, а потом мотанем в одну локацию, – деловито сказал Серега, – подружился я там вчера с одной компанией, вместе в два данжа сходили. Ну, я вам рассказывал, первый на болоте с ящерами, а второй на сообразительность, в стиле встречи Фродо с Горлумом и его загадками.
– Ну да, помним! – подтвердил я, опасливо оглядываясь по сторонам.
– Но я не успел рассказать, что они мне после этого показали еще один данж! – радостно продолжил свой рассказ Серега, – вернее, мы хотели и его вместе пройти, но их стреманули прямо в игре каким-то запросом, и они из нее вышли. Так что предлагаю туда и отправиться после пляжа!