Для детей младшего и среднего школьного возраста

Оптимус Прайм стоял посреди поля битвы, в которое превратилась его родная планета. Когда-то Кибертрон был прекрасен. Его сверкающие башни упирались в небеса. Теперь планета лежала в развалинах. Города были разрушены, материки превратились в пустыни. Десептиконы обрушили на противника всю свою мощь, и Автоботы отступали всё дальше и дальше. Некогда могучее войско раскололось на отдельные очаги, которые из последних сил еще оказывали сопротивление.

Но у них был план. Оптимус Прайм стоял и смотрел, как громадный космический корабль под названием «Ковчег» медленно поднялся ввысь. На миг у лидера Автоботов даже вспыхнула надежда на то, что губительная война скоро закончится.

Потом в воздух поднялись вражеские корабли. Они устремились в погоню. Боевые крейсеры Десептиконов были мельче и проворнее «Ковчега». Битва закончилась бы молниеносно, если бы не мастерство пилота Автоботов. Он умело маневрировал, петлял и разворачивался, выпуская залп за залпом по опустевшим городам, по скрытым горным ущельям. И когда стало казаться, что одинокий корабль ушел от преследования, пилот взял курс прямо в небо. «Ковчег» стремительно прошил атмосферу Кибертрона и вышел в открытый космос.

Оптимус долго смотрел вслед кораблю. Тот поднимался всё выше и выше, и вместе с ним в душе главного Автобота разгоралась надежда. Но вдруг вперед вырвался последний из десептиконских боевиков. Он выстрелил из всех пушек сразу. Снаряды поразили цель. Двери грузового трюма распахнулись, и корабль завертелся, потеряв управление.

Пылающий корабль ушел в космос по огненной спирали. Оптимус Прайм покачал головой. Его затея окончилась неудачей; война продолжится. Надежда вернется к нему когда-нибудь потом, в каком-нибудь другом месте.

Заходящее солнце золотило пески пустыни. Над головой в темнеющем небе всходила луна. В природную красоту пейзажа резко вклинивались длинные шеренги гигантских радиоантенн, устремленных в небо.

В центре управления за приборной панелью сидели два техника. В их обязанности входило непрерывно следить за радиосигналами. Они выискивали малейшие признаки каких-либо необычных явлений, происходящих в дальнем космосе. В первую очередь они старались обнаружить метеориты и кометы, способные представлять угрозу Земле. Но больше всего они надеялись получить сигналы из дальнего космоса, которые доказали бы, что на других планетах Вселенной есть жизнь.

Вдруг один из компьютеров испустил тревожный писк, на экране замигали слова:

На экранах радаров нарисовался темный силуэт, движущийся к Земле. Но едва он начал ускоряться в гравитационном поле планеты, как космические силы швырнули его на поверхность Луны.

Ученые зарегистрировали столкновение. Они понимали – это не простой метеорит. И решили доложить президенту о том, что на Луне совершил посадку неизвестный объект, который может оказаться инопланетным космическим кораблем.

Получив известие, президент вызвал к себе директора НАСА и сказал:

– Мы должны высадить людей на Луне не позднее чем в этом десятилетии. Надо непременно узнать, что же там появилось, и узнать это раньше остальных.

В огромном зале Центра управления полетами стоял директор НАСА. В динамики транслировалось радиосообщение.

– «Орел» совершил посадку, – сообщил хриплый голос сквозь помехи.

И вдруг передача с Луны оборвалась. По залу пролетел ропот: техники кинулись проверять приборы, щелкать переключателями, вводить коды.

– Что случилось? – недовольно спросил директор.

– Кажется, неполадки со связью, – ответил один из техников.

– Так наладьте же ее поскорее! Восстановите контакт с нашими людьми! – зарычал директор.

Однако связь не прерывалась. Директору было неведомо, что неподалеку от Центра управления полетами был устроен другой приборный зал. И там, втайне от всего мира, сидели три человека в черных костюмах. Один из них заговорил в микрофон:

– «Орел», вы на темной стороне. Вас не видно. Операция начинается. У вас двадцать одна минута.

А в это время на Луне астронавты Эдвин Олдрин и Нил Армстронг учились ходить в условиях низкой гравитации. Времени у них было мало, и они неуклюже скакали по лунной поверхности в своих объемистых скафандрах. Вдалеке стоял в ожидании космический корабль «Орел», над ним развевался американский флаг.

Астронавты вскарабкались на холм и застыли в изумлении. Перед ними лежал потерпевший крушение космический корабль. Астронавты нашли в его борту пробоину и проникли внутрь.

При падении таинственный корабль сильно пострадал. Всё вокруг было покрыто лунной пылью, и астронавтам приходилось тщательно выбирать дорогу среди обломков. Несколько раз они чуть не падали в зияющие дыры, но всё же с огромным трудом сумели добраться до просторного помещения, в котором, видимо, раньше располагалась главная рубка корабля. На полу в пыли виднелись очертания гигантского металлического робота.

– Хьюстон, мы на борту внеземного корабля. Признаков жизни не обнаружили, – доложил Армстронг.

– Вас понял. Сделайте фотографии, возьмите образцы и возвращайтесь, – был ответ. – Выходит, мы все-таки не одиноки.

– Да, сэр, – подтвердил Олдрин. – Мы не одиноки.

Сэм Витвикки крепко спал. Или, точнее, очень хотел уснуть. Работы у Сэма не было, и подъем с постели знаменовал начало нового дня, полного поисков и собеседований.

Сэма окликнула его новая девушка Карли:

– Моему герою пора вставать! Вас ждут великие дела!

Она вошла в комнату, держа в руках огромного плюшевого кролика. Сэм выглянул из-под одеяла, увидел кролика и снова натянул одеяло на голову.

– Это еще что? – простонал он.

– Кролик! На счастье! – бодро ответила Карли.

Сэм сел и ухватил кролика за ногу.

– Карли, мне твоя идея нравится, но на счастье достаточно кроличьей лапки. Незачем было тащить зверя целиком.

– Тебе нужно удачи гораздо больше, чем в одной только лапке, – рассмеялась Карли. – И вообще, я это затеяла, чтобы поднять тебе настроение. Надень свой самый лучший галстук. – И вышла из комнаты.

– Знаешь, как это огорчительно – два раза спасти мир, а теперь истоптать ноги в поисках работы? – спросил Сэм ей вслед.

– Никто же не знает, что ты спас мир, – бросила через плечо Карли. – Ну я-то знаю. И верю тебе.

Сэм застыл.

– Как это понимать? Ты говоришь так, будто ни капельки мне не веришь.

– Сэм, меня там не было. Я неверно выразилась.

– Надо было остаться работать с Автоботами, – вздохнул Сэм.

– Они хотя бы оплатили тебе колледж, – напомнила Карли. – А президент вручил тебе медаль.

Сэму вспомнилась встреча с президентом. Его наградили медалью за то, что он помог Оптимусу Прайму, Бамблби и другим Автоботам одолеть Падшего и победить Десептиконов, мечтавших уничтожить планету. Сэм очень гордился встречей с президентом, но еще больше радовался тому, что в тот день познакомился с Карли.

Голос девушки вернул его к реальности.

– Пора собираться! – окликнула она его. – Я понимаю, поиски работы – дело нелегкое. Но у тебя всё получится, я не сомневаюсь.

В балконную дверь постучали. На балконе стоял Вили, маленький синий грузовичок с дистанционным управлением, превращающийся в робота. Сэм познакомился с ним во время своих недавних приключений с Автоботами. Теперь Вили жил у Сэма. Он и еще один маленький Трансформер по имени Брейнс. И обоим срочно хотелось в квартиру.

– Ох, у меня от них мурашки по коже, – сказала Карли. – Ну, мне пора, а то опоздаю на работу. А ведь я только недавно туда устроилась.

Сэм посмотрел вслед Карли,' потом занялся роботами. Прошел по скользкому полу к двери и впустил обоих.

– Это нечестно, – захныкал Вили. – Из-за нее нам приходится жить во дворе!

– Тебе с приятелем не разрешается входить сюда без спросу, – сурово сказал Сэм. –Я серьезно. Ты же знаешь, как мне трудно было забыть Микаэлу. Я не хочу из-за вас потерять Карли.

Сэм посмотрел на Брейнса – тот сидел на полу и ел из собачьей миски железные болты. Сэм лишь покачал головой.

– Хватит грызть железо. Хотите здесь жить? Тогда относитесь к Карли с уважением.

Сэм посмотрел на часы:

– Мне пора!

Не хватало только опоздать! Сэм помчался в душ.

С пасмурного неба сыпался легкий снежок. В тусклом пейзаже не слышалось никаких звуков: не пели птицы, не играли дети. Всё смолкло.

Вдруг тишину нарушил рев моторов конвоя NEST, мчавшегося по пустынной дороге. Во главе шел огромный восемнадцатиколесный тягач, обледенелый и забрызганный грязью. Но сквозь толстую корку кое-где проглядывала яркая красно-синяя краска. За ним катила машина «скорой помощи», а за ней – несколько военных «хаммеров».

NEST означало «Защита от небиологических внеземных существ». Эта организация возникла благодаря Автоботам – Трансформерам, которые прилетели с планеты Кибертрон и поселились на Земле. Они прибыли с миром и жили в полной гармонии с людьми. Солдаты из NEST при поддержке Оптимуса Прайма и его друзей – Автоботов плечом к плечу сражались с Десептиконами, мечтавшими поработить Землю.

За поворотом вдалеке показался город Припять. Он давно стал городом-призраком. На окраине беззвучно застыл парк аттракционов. На фоне горизонта вырисовывалось ржавое колесо обозрения, на автодроме выглядывали из зарослей плюща электрические машинки. Повсюду виднелись следы быстрой эвакуации, на улицах валялись брошенные впопыхах предметы обихода, детские игрушки. Издалека доносилась еле слышная музыка.

Конвой остановился у огромных ворот. Из кабины тягача спустился полковник Леннокс, одетый в толстый противорадиационный защитный костюм. Полковник обвел взглядом унылую картину и вздохнул.

– Здесь до аварии восемьдесят шестого года жили сотрудники Чернобыльской атомной электростанции, – объяснил Леннокс своим спутникам. – Эти места останутся непригодными для жилья еще сотни, если не тысячи лет. А музыку включают для того, чтобы ликвидаторы не сошли с ума от одиночества. Но от нее только еще страшнее.

К Ленноксу подошел человек лет под шестьдесят. Его звали Виктор. Он передал Ленноксу и его команде важную информацию: в городе появилось нечто странное. По-видимому, инопланетное. Гости должны увидеть это своими глазами.

– Пойдемте, – позвал их Виктор. – Это находится немного дальше по дороге. – Он отпер тяжелые ворота и сел в машину.

Конвой двинулся дальше. Дорога огибала окраины Припяти. Впереди возвышалась сумрачная громада Чернобыльского ядерного реактора. В 1986 году реактор расплавился, произошел выброс радиации, и воздух, почва, вода оказались заражены смертельными изотопами. Всю территорию пришлось эвакуировать.

После этого реактор заковали в гигантский бетонный саркофаг. Конвой остановился и стал издалека разглядывать исполинское строение.

Леннокс и Виктор вышли из машин. Из «хаммеров» высадились ученые и солдаты. Потом раздался глухой рокот, и тягач со «скорой помощью» превратились в исполинских роботов. Взорам предстали Оптимус Прайм и Рэтчет.

Оба Автобота были слишком велики, чтобы войти в здание реактора, и поэтому остались снаружи. А за Виктором пошел Леннокс со своими людьми.

Они стали спускаться на нижний уровень, и по пути Леннокс своими глазами увидел, к чему привело расплавление реактора. Топливные стержни превратились в жидкость невероятной температуры и, подобно лаве, проложили себе дорогу через стальные и бетонные конструкции. Чем глубже в недра реактора погружались люди, тем заметнее становились следы этого лавового потока.

Виктор объяснил:

– В этом реакторе проводились эксперименты с энергией. С каждым годом наши ликвидаторы проникают всё глубже и глубже. А это мы нашли всего несколько дней назад.

Команда опускалась всё ниже в недра реактора. Позади оставались комнаты, заваленные обломками научных приборов и старым офисным оборудованием. Наконец они вошли в зал, почти полностью залитый радиоактивной лавой. Это место лишь недавно расчистили, и глазам Леннокса предстал обнаруженный объект.

Леннокс работал с Автоботами уже шесть лет и за то время повидал немало чудес. Поэтому он сразу понял, что таинственный объект происходит с Кибертрона. Он связался по радио с Оптимусом Праймом.

– Оптимус, докладываю. Объект закован в своего рода металлическую сбрую. Имеется также корпус. – Он обернулся к ученым и спросил: – Ребята, на нем нет опознавательных знаков советской космической программы?

Ответа он не получил. Комната внезапно сотряслась сверху донизу.

Техник оторвался от сканера и крикнул:

– Обнаружен выброс энергона. Сэр, он очень сильный. Находится прямо под нами... быстро приближается!

Леннокс реагировал мгновенно. Он понимал, что сила, с которой ему предстоит столкнуться, дружелюбием не отличается.

– Операцию прекращаем! Всем наверх! Немедленно!

Стены ходили ходуном. С пола взметнулся вихрь земли и камней, из образовавшегося отверстия высунулись громадные металлические щупальца. Они потянулись за двумя учеными.

Леннокс торопливо отдал приказ:

– Все в укрытие! Это Десептикон! Оптимус, мы столкнулись с неизвестным противником. Поднимаемся на поверхность!

По лабиринтам лестниц и коридоров люди рванулись наверх. А позади них пол вздымался под ударами гибких, как змеи, металлических щупалец. Леннокс на бегу оглянулся и увидел, как одно из щупалец ухватило таинственную находку.

Выскочив наконец наружу, Леннокс закричал:

– Занять места для обороны! Если из этого здания что-нибудь выйдет – немедленно стрелять!

Едва он договорил, как целая стена реактора развалилась под могучим ударом изнутри. Сквозь клубы пыли и град обломков люди увидели исполинские щупальца железного чудовища. В когтях оно всё еще сжимало тот загадочный объект.

Оптимус Прайм сразу же узнал это существо, но не мог понять, как оно здесь очутилось. Это был кибертронианский робот-бурильщик, и Оптимус не видел ни одного из подобных ему с того дня, как покинул родную планету. Кроме того, он никогда не видал, чтобы эти чудовища достигали таких колоссальных размеров.

Дома, на Кибертроне, бурильщики использовались для горной добычи. Они были просто животными. Трансформеры приручили их, научили бурить скважины, строить туннели, добывать полезные ископаемые. Обычно они не вырастали крупнее пятнадцати-двадцати футов.

По прикидкам Оптимуса Прайма, этот бурильщик вымахал футов до ста. И ведь до сих пор на поверхности показалась только его часть! Кроме того, Автобот заметил, что робот подвергался переделке. Он был приспособлен не к горной добыче, а скорее к военным действиям.

Внезапно бурильщик остановился. Послышалось шипение, одна панель в его верхней части отъехала в сторону, открыв кабину. Из нее вышел водитель, управлявший роботом. Он обвел взглядом окрестности. Его единственный мерцающий глаз медленно оглядел солдат и устремился прямо на предводителя Автоботов.

– Шоквейв! – удивленно воскликнул Оптимус.

На Кибертроне Шоквейв был одним из самых преданных солдат Мегатрона и его верным советником. К любой ситуации он подходил с точки зрения истинного ученого: расчетливо, детально, без эмоций. Именно эти качества внушали наибольший страх. Его боялись больше, чем других Десептиконов. Оптимус считал, что Шоквейв остался на Кибертроне, но робота, появившегося перед ним, нельзя было спутать ни с кем. Единственный глаз, рука, заканчивающаяся синтезаторной пушкой, грозный вид. Шоквейв прибыл на Землю.

Оптимус неслышно отдал команду своему трейлеру, и тот внезапно трансформировался в мобильную боевую станцию.

Шоквейв прицелился в солдат из бластера. Оптимус вытащил из боевой станции огромный щит и скомандовал:

– Леннокс, со своими людьми встань у меня за спиной. Быстро!

Шоквейв выпустил заряд плазмы. Оптимус подставил грудь под удар, заслонив людей от огня и давления. Потом вытащил свою собственную пушку и начал поливать огнем и Шоквейва, и бурильщика.

Десептикон почувствовал, что миг для решающего удара еще не настал. Его задачей было добыть артефакт, а не вступать в бой с лидером Автоботов. Время для битвы еще придет. А сейчас он вернулся в кабину и отвел бурильщика от скважины, из которой тот появился.

Оптимус почувствовал, что отпускать Шоквейва с добычей опасно, и с мечом наперевес бросился на бурильщика. Одним взмахом он отсек крыло, державшее артефакт. Бурильщик, рыча от ярости, скрылся под землей.

Оптимус подошел поближе и рассмотрел объект. Он был цилиндрической формы и посверкивал тусклым отблеском стали.

– Не может быть, – прошептал Автобот.

Леннокс велел людям вернуться в машины и только потом подошел к Оптимусу Прайму:

– Что это было? И почему он охотился за этой штуковиной?

Но Оптимус вряд ли услышал вопрос полковника. Он бормотал про себя:

– Не может быть... – Потом, вспомнив о Ленноксе, пояснил: – Это деталь двигателя... С давно потерянного корабля Автоботов.

Сэм вышел на яркий солнечный свет и зажмурился. Предстоял еще один трудный день, полный бесчисленных собеседований и головной боли. Больше всего ему хотелось только одного: вернуться к себе в квартиру. Снять костюм и ждать, пока придет Карли. Может быть, им удастся поужинать вместе, в тишине и покое, без всяких собеседований и роботов.

Зазвонил мобильный телефон. Сэм посмотрел на экран. Сообщение от Карли. Сэм радостно улыбнулся. Но потом, прочитав текст, нахмурился.

«Еще одна встреча на сегодня: Аккуретта системз».

Сэм вздохнул и сунул телефон в карман. Ну закончился этот день или нет?

Сэм сидел в офисе Брюса Бразоса, вице-президента по кадрам, тяжело развалившись в кресле. Эти собеседования ему уже порядком надоели. Брюсу же, напротив, эта сцена, кажется, доставляла немало удовольствия. Он немного напоминал Сэму того хамоватого парня, который когда-то продал ему побитую машину. На той развалюхе ему приходилось ездить вплоть до памятных событий, в результате которых он, Сэм, сел за руль Бамблби.

– Итак, – начал Брюс, – насколько мне известно, я имею честь говорить с неким Сэмом Витвикки, недавним выпускником колледжа, предыдущий опыт работы которого стремится к нулю, однако, гм... имеются рекомендации от одного из членов совета директоров.

Сэм удивился:

– Это очень хорошо, но... разве я знаком с кем-то из совета директоров?

– В этом-то всё и дело, – продолжал Брюс, пропустив вопрос Сэма мимо ушей. – Тебе известно, кто мы такие. «Аккуретта системз», мировые лидеры в области телекоммуникаций и освоения космоса, прошлогодняя прибыль семнадцать миллиардов долларов. Мы сотрудничаем с Агентством перспективных исследований министерства обороны, с НАСА... да мало ли с кем еще. Для тех, кто здесь работает, открыты все двери. Ребята, сидевшие в твоем кресле, нынче заседают в Конгрессе и владеют могущественными корпорациями. И знаешь, что у них у всех общего? Я. Это, сынок, твое первое рабочее место после колледжа. Ты предприимчив? Готов брать на себя ответственность? Такие нам не нужны. Мне нужна машина. Способная исполнять мои приказы, не задавая вопросов.

Сэм приподнял брови. Заявление необычное.

– Начнешь с экспедиции, будешь разбирать почту, – продолжил Брюс. – Знаешь, кто еще здесь начинал? Я. И всё наше руководство. Даю тебе девяносто секунд: произведи на меня впечатление.

Сэм вздохнул. Ему совсем не хотелось работать в экспедиции.

– Понимаете, я хочу найти хорошую работу. Просто мне... Спасибо, но мне кажется, у нас ничего не выйдет. – Сэм встал и шагнул к двери.

Вице-президент был захвачен врасплох. Еще никто не уходил от Брюса Бразоса прямо посреди собеседования.

– Что за... Это тебе-то не кажется? Тебе?

Сэм обернулся и посмотрел на Брюса:

– Мистер, я дважды спас вам жизнь. Не могу сказать, где, когда и как, но уж поверьте на слово, я занимался серьезными делами. Я хочу снова получить серьезную работу. Спасибо. – Сэм снова шагнул к двери – и вдруг очутился нос к носу с Брюсом.

– Что ты хочешь сказать, Уитвики? Уйти с моего собеседования! Такого еще никто себе не позволял. Ты в самом деле не хочешь работать у нас? Зато хочешь работать в каком-нибудь другом месте. И в следующем после него тоже. Но эта работа сама идет тебе в руки. Вот почему ты в ней сможешь проявить себя. Да-да, никаких секретов тут нет. Потому что я смотрю на тебя и вижу себя в твоем возрасте!

Брюс подтолкнул Сэма в грудь и толкал так, пока не усадил в кресло.

– Завтра в девять утра, – велел Брюс. – Полагаю, я нашел преданного сотрудника!

Сэм так и не понял, как относиться к разыгравшейся перед ним сцене, однако факт остается фактом: теперь у него есть работа! И он может поработать здесь, пока не найдет место получше. Он сел в машину и поехал в новый офис Карли.

Остановившись перед нужным домом, Сэм еще раз перечитал листок с адресом. Долгий путь по извилистому переулку привел его к самому берегу реки. Над верфью возвышалось громадное здание из стекла и бетона. Неужели Карли работает здесь?

Сэм вошел в фойе и почувствовал себя будто в музее. Он растерянно подошел к стойке секретаря.

– Гм... Я ищу Карли Спенсер. Она недавно здесь работает... – неуверенно проговорил Сэм.

Секретарша указала ему куда-то в глубину просторного зала, и Сэм наконец заметил Карли. Она стояла возле двух экзотических автомобилей и разговаривала по телефону. Заметив Сэма, она прекратила разговор.

– Сэм? Тебя приняли? Вот видишь! Что я говорила? Кролик помог!

Сэму стало не по себе. Он посмотрел на машины, перевел взгляд на стеклянный потолок. Среди этой роскоши он чувствовал себя не в своей тарелке. В этот миг вошел начальник Карли и представился:

– Я – Дилан Гоулд. Рад познакомиться. Карли о вас рассказывала.

– Спасибо. Хорошо у вас тут.

– Пойдем со мной, посмотрите мой гараж. – Дилан вывел их через большую дверь, и они очутились на необозримом складе.

Одни собирают марки. Другие – пластиковых солдатиков. Дилан Гоулд коллекционировал автомобили. В его гараже ряд за рядом тянулись машины классические, машины экзотические, машины классически-экзотические. И стоили они неимоверных денег. И все они были в коллекции у Дилана.

– Мой отец построил империю, – пояснил Дилан. – Мы одна из крупнейших бухгалтерских компаний в Соединенных Штатах. Я встал к рулю после его смерти. Знаешь, Сэм, это вроде азартной игры. Я коллекционирую машины, чтобы сохранить здравый рассудок.

И Дилан начал подробный рассказ об одной из своих машин.

Заскучав, Сэм стал рассматривать фотографии на стенах. Здесь Дилан устроил свою галерею славы. Почти все лица на этих снимках были знакомы Сэму: политики, актрисы, видные бизнесмены, снова актрисы.

– Сэм, ты любишь машины? – спросил Дилан. – У тебя какая?

– У Сэма потрясающий «камаро», – ответила за него Карли.

– Уникальная вещь. Множество дополнительных агрегатов, – добавил Сэм.

– Выдающаяся модель. Мне нравится твой вкус. – Дилан посмотрел на Карли. – Это очевидно.

Сэм был сыт по горло. Этот парень ему решительно не понравился.

– Я заехал за Карли. Нам пора домой, – сказал он и вышел на улицу, к своему потрепанному автомобильчику. Дилан тащился за ними по пятам. Сэм сел за руль и повернул ключ. Двигатель крякнул, как осенний гусь.

Сэм вышел из машины, откинул капот и стал копаться в моторе. Он старался не обращать внимания на Дилана, но тот подошел и заглянул ему через плечо. На лице молодого бизнесмена отразился ужас.

– Это редкая модель. Винтажная, – процедил Сэм.

– Она словно побывала под колесами поезда, – парировал Дилан. – Знаешь, Сэм, Карли сказала мне, что ты ищешь работу. Дело в том, что я вхожу в совет директоров «Аккуретты системз». Вот я и позвонил кому надо. Надеюсь, помогло.

К счастью, в этот миг двигатель ожил. Дилан дружески хлопнул Сэма по плечу и помахал вслед.

Карли поцеловала Сэма в щеку, он ответил вымученной улыбкой. Ну и денек выдался! Сэм не знал, что и думать о новом подружкином боссе. И уж тем более не знал, что думать о новой работе, которую он получил с помощью этого самого босса.

Оптимус Прайм был зол. Когда люди и Автоботы стали союзниками, один из пунктов соглашения предусматривал полную откровенность между двумя видами. Автоботы рассказали людям всё, что им следовало знать об истории Трансформеров, а люди пообещали рассказать Автоботам всё, что знали о случавшихся в прошлом контактах с внеземной жизнью.

Автоботы выполнили свою часть соглашения, а люди – нет. Оптимус понимал, что ему не говорят всей правды, и злился из-за этого.

Оптимус в режиме грузовика стоял в главном ангаре штаб-квартиры NEST. Ему уже много часов не удавалось ни с кем поговорить, и его собратья Автоботы всё больше волновались. Они знали, что он давно размышляет над кибертронианским топливным элементом, который в эту минуту стоял перед ним на высокой подставке.

В ангар вошел Леннокс. Он шагал стремительно, стараясь не отставать от женщины, идущей рядом с ним. Дама направилась прямо к Оптимусу.

Леннокс представил ее:

– Оптимус, ты помнишь Шарлотту Миринг, директора национального разведывательного управления?

Если бы грузовики могли метать испепеляющие взгляды, Оптимус в данный момент проделал бы именно это.

Директор Миринг не обратила никакого внимания на его эмоции.

– Как это понимать? Инопланетяне устраивают нам бойкот?

Раздался скрежет, зашевелились подвижные детали, и Оптимус Прайм преобразился из грузовика в робота. Он опустил голову до уровня Миринг и крикнул ей прямо в лицо:

– Вы нам лгали!

Потом Оптимус пнул ногой подставку, и топливный элемент со стуком покатился к ногам директрисы.

– Доволен произведенным эффектом? – раздраженно осведомилась она. Директриса привыкла, что ее боятся. Перед ней склонялись все – сенаторы, генералы, специальные агенты. И она не намеревалась склонять голову перед роботом с другой планеты. Даже если этот робот закатывает истерику.

– Вам полагалось рассказать мне всё, что вы, люди, знаете о своей планете, – продолжил Оптимус. – Так почему же я вдруг узнаю, что у вам имеется вот эта штука?

– Заверяю тебя, Оптимус, – произнесла Миринг, – ни в ЦРУ, ни в ФБР о ней не знали. К этой находке имел допуск только директор Седьмого сектора. До сегодняшнего дня об этой тайне знали лишь немногие. И почти никого из них не осталось в живых.

В это время к ним подошли несколько человек. Один из них, совсем уже не молодой человек, явно возглавлял эту небольшую группу. Он посмотрел на Оптимуса со странным выражением, в котором почтительность соединялась с товарищеской приязнью.

– Познакомься. Это два директора НАСА, они руководили операцией, в ходе которой был обнаружен этот элемент, и астронавт Эдвин Олдрин – один из двоих героев, впервые ступивших на Луну. – Миринг шагнула в сторону, освобождая дорогу, и Олдрин подошел прямо к Оптимусу.

– Говорю как один космический первопроходец другому: это большая честь для меня, – сказал Олдрин.

– Для меня это тоже честь, – ответил Оптимус.

Миринг пояснила:

– Вся наша космическая гонка шестидесятых годов имела в своей основе очень важное событие.

– Командование взяло с нас присягу о сохранении тайны, – продолжал Олдрин. – Да, высадка на Луну проводилась ради всего человечества и в интересах науки. Но был и военный аспект: мы должны были исследовать разбившийся инопланетный корабль. Его трюм оказался пуст. На борту не обнаружено ни одного живого существа.

– Русские запускали беспилотные зонды. Наверное, они каким-то образом сумели найти этот топливный элемент, – добавил директор НАСА.

Миринг обернулась к телемонитору и нажала кнопку воспроизведения. На экране появилось зернистое черно-белое изображение: советские ученые работают в лаборатории. На столе перед ними лежал топливный элемент.

– Это секретный видеофильм, полученный нами в 1986 году. Видимо, русские догадались, что это расщепляемый ядерный элемент, и хотели испытать его в Чернобыле.

На глазах у зрителей ученые на экране нажали на выключатель – и началось что-то невообразимое. Стрелки всех датчиков на приборной панели рванулись в красную зону, из динамиков послышался надсадный вой сирены. Вдруг экран вспыхнул белым светом – и воцарилась темнота.

– Разумеется, русская разведка с завидным упорством делает вид, что ничего подобного у них не случалось, – заметила Миринг.

– Мы отправили на Луну в общей сложности шесть экспедиций, привезли тысячи фотографий и образцов, – сказал Олдрин.

– Вы обыскали весь корабль сверху донизу? – спросил Оптимус. – В том числе аварийный отсек?

Ученые неуверенно переглянулись. На их лицах явственно читалась мысль: «Что еще за аварийный отсек?»

Ответил Эдвин:

– Кислорода у нас было всего на три часа. Мы смогли провести на корабле минут двадцать, не больше.

Оптимус задумался. Эти сведения могли повлечь за собой невообразимую катастрофу. Но всё же он решил и дальше доверять своим союзникам – людям.

– Этот корабль назывался «Ковчег», – пояснил он. – Я своими глазами видел, как он взлетел с Кибертрона. На нем хранилась технология, которая могла бы изменить исход войны в нашу пользу. А изобрел эту технологию капитан корабля, великий Сентинел Прайм. Он руководил Автоботами до меня.

– Значит, Десептиконы охотятся за этим кораблем, – предположил Леннокс.

– Я непременно должен найти его прежде, чем Десептиконы проведают, где он находится, – сурово отозвался Оптимус. – Вы должны организовать еще одну экспедицию на Луну. И как можно скорее.

С неба нещадно палило жаркое солнце. Вдаль уходила дорога. На горизонте показалось облачко пыли. Стая лебедей, потревоженная шумом, взлетела над саванной.

По равнине катил старый русский бензовоз. Ему преградило путь стадо буйволов, неспешно переходивших дорогу. И вдруг бензовоз встал на дыбы, грозно заворочал металлическими деталями и превратился в Мегатрона.

Некогда гордый предводитель Десептиконов превратился в дряхлую скрипучую развалину. Изо всех щелей у него сочился энергон. Он неуклюже заковылял по дороге и направился к лощине, скрытой от посторонних глаз. Там он тяжело уселся на землю и стал отдыхать. Раздался рёв, взметнулось облако пыли, и перед своим командиром приземлился Старскрим.

– О мой храбрый и мудрый повелитель! Старскрим явился на твой зов! Мне больно видеть тебя таким израненным, беспомощным, слабым...

Но Мегатрон, даже поврежденный и обессиленный, всё же намного превосходил своего честолюбивого помощника. Он метнул на Старскрима предостерегающий взгляд.

– Я не имел в виду ничего плохого, мой господин! – заюлил Старскрим. – Прятаться – это замечательная стратегия! Прятаться и коварно действовать исподтишка. Очень хорошо срабатывает!

– Замолчи, идиот разболтанный! – взревел Мегатрон. – Ты знаешь только то, о чем я тебе сообщил, а это практически ничего. Пока я лежал в бессильном забвении все эти годы, замурованный в их проклятую дамбу, Саундвейв наблюдал за этой планетой. Ты, может быть, помнишь корабль под названием «Ковчег»...

И вдруг, словно из ниоткуда, рядом с ними появился Саундвейв. Он считался главным шпионом Мегатрона, его глазами и ушами. Саундвейву на плечо с садистским чириканьем опустился небольшой, похожий на птичку Десептикон по имени Лазербик.

– Корабль найден, господин Мегатрон. Его обнаружили Автоботы, – доложил Саундвейв.

– Тогда пусть Автоботы и сделают за нас всю черную работу. Пусть оставят мне корабельный груз, – распорядился Мегатрон и посмотрел на полную луну, восходящую над африканской равниной. – А что до ваших добровольных помощников из числа людей... Саундвейв, надо сделать так, чтобы они хранили молчание.

Оптимус Прайм и Рэтчет шагали по лунной поверхности от космического корабля НАСА к «Ковчегу». В целях секретности отправку Автоботов замаскировали под обычный запуск спутника и базы военно-воздушных сил.

Подобно своим предшественникам – Нилу Армстронгу и Эдвину Олдрину, Оптимус и Рэтчет стояли и разглядывали обломки «Ковчега». Оптимус кивнул своему спутнику, и они проникли на борт. Но, в отличие от земных астронавтов, застывших в благоговейном ужасе перед своей находкой, Трансформеры испытывали совсем другие чувства – печаль и боль утраты.

Они приблизились к аварийному отсеку, как к священной гробнице. Оптимус активировал клавиатуру, и на ней высветились семь иероглифов. Уверенно, словно в последний раз проделывал это не далее как вчера, Оптимус ввел код, и двери трюма растворились. Внутри лежал Сентинел Прайм. Оптимус и Рэтчет склонили головы.

Сентинела Прайма окружали пять металлических колонн с кибертронианскими символами. Оптимус переглянулся со своим помощником и кивнул. Рэтчет взял колонны и направился обратно к кораблю НАСА. Оптимус отнес в посадочный модуль неподвижное тело Сентинела и приготовился к возвращению на Землю.

Однако, незримые для Автоботов, по лунному грунту от одной тени к другой перебегали несколько мелких существ. Как только корабль оторвался от поверхности, эти существа запрыгнули на него, уцепились за днище и скользнули внутрь.

Оптимус вернулся на Землю и привез с собой тело своего бывшего вождя. А еще вместе с ним прилетели три незваных пассажира, и намерения у них были отнюдь не дружескими.

Сэм шагал по узким проходам между офисными отсеками, разнося почту. Время от времени кто-нибудь из сотрудников окликал его по имени или благодарил за письмо. Но Сэм отвечал лишь коротким кивком или приветственным взмахом. Его голова была занята другими мыслями. Например, почему он разносит почту, вместо того чтобы участвовать в спасении мира.

Неведомо для Сэма за каждым его движением следил какой-то человек. Вот юноша прошел по коридору, нажал на кнопку лифта. В ожидании Сэм напевал себе под нос и не заметил, что из-за угла кто-то выглядывает. Двери лифта раскрылись, Сэм втолкнул тележку, потеснив других пассажиров. Но едва двери начали сближаться, как между ними втиснулся какой-то человек.

Когда двери раскрылись снова, все вышли из лифта. Сэм тоже шагнул к выходу, но таинственный незнакомец преградил ему путь:

– Юный почтальон, от меня не спрячешься! Почему не отвечаешь на мои письма?

– Гм... Простите. Вы здесь работаете? – испуганно спросил Сэм.

– Тсс! Никаких имен! Это опасно! Я тебя знаю! Я знаю, кто ты такой!

Сэму хотелось поскорее отделаться от этого назойливого типа. Когда двери лифта открылись опять, он оттолкнул незнакомца с дороги и быстро вышел в коридор. Но, к несчастью, странный тип не отставал.

– Нет, это точно ты. Тот малыш из новостей. За тобой охотилось ФБР, весь мир тебя разыскивал. Я видел тебя с инопланетянами. Ты виден на заднем плане на шести разных фотографиях, на двух континентах. И везде с инопланетянами. Там, в Египте, это был ты! Потому что ты знаешь инопланетян!

Сэм выпустил из рук почтовую тележку и бросился бежать. Незнакомец кинулся в погоню. Сэм и оглянуться не успел, как его затолкали в какой-то пустой кабинет. Странный тип запер дверь и повернулся к юноше:

– Я – Джерри Ванг.

– Гм... Сэр, где мы с вами встречались? – пропыхтел Сэм.

Джерри делал странные жесты, размахивал руками.

– Они смотрят, они слушают. Они везде. В правительство нельзя, но ты – тебе можно! Как ты думаешь, почему там никто не бывал с семьдесят второго года?

– Сэр, – снова заговорил юноша. – Что-то я вас не понимаю...

Ни с того ни с сего Джерри закатал штанину и достал большой желтый конверт, примотанный скотчем к лодыжке. Он силой пихнул конверт в руки Сэму, потом заговорил, то срываясь на крик, то переходя на шепот:

– Мой манифест! Они хотят, чтобы мы все замолчали. Все, кто знает... о том, что творится на темной стороне! Твои инопланетные друзья в опасности! Ты знаешь, кому сказать. Действуй.

С этими словами Джерри отпер дверь и выскочил из кабинета.

Сэм сидел за столом и листал манифест Джерри, обнаруженный в конверте. Хоть Джерри и был странным типом, информация, собранная им, казалась вполне достоверной и вселяла страх. Сэм вышел из своего кабинета и поднялся на лифте в аэрокосмический отдел.

Там он осторожно приблизился к кабинету Джерри. На двери висела табличка: «Джерри Ванг, вице-президент. Исследования и разработка спутников». Дверь была приоткрыта. Изнутри донесся голос. Джерри вел оживленный разговор, но Сэму почудилось, будто говорит он сам с собой.

– Но я же всё сделал! Так, как вы хотели! – говорил Джерри.

Сэм распахнул дверь и заглянул. Джерри заметил его и тотчас же умолк, развернулся так, словно хотел скрыть что-то от глаз гостя.

– Как ты смеешь сюда врываться? – сердито закричал Джерри. – Разве не видишь, что я работаю? Заблудился, что ли, жалкий новичок?

Сэм окончательно растерялся:

– Но... я Сэм...

– Один телефонный звонок – и тебя уволят! Стучаться надо!

Сэм заморгал. «Какая муха его укусила?» Он обвел взглядом кабинет, но единственная странность, какую он заметил, была та, что на столе у Джерри стояли два компьютера, на вид совершенно одинаковые, только один черный, а другой белый.

– Что-то... не так? – спросил Сэм.

– Я тебя никогда не видел. Оставь меня в покое, – закричал Джерри.

Сэм попятился из кабинета и вдруг заметил, что рука Джерри лежит на мышке черного компьютера. И вдруг мышка оскалила зубы.

– Гм... я пойду... ошибся дверью, – пролепетал Сэм.

Если бы Сэм остался, он бы увидел, как черный компьютер превратился в Десептикона по имени Лазербик, и тогда понял бы, что Джерри разговаривает не сам с собой.

– Я его не знаю! Я ничего не говорил! – умолял Джерри Десептикона. – Чего еще вы от меня хотите?

– Операция прервана, человек с Луны, – прорычал Лазербик. – Ты больше не нужен Десептиконам.

Сэм как ошпаренный выскочил из кабинета Джерри. В голове билась только одна мысль: «Скорее прочь отсюда!» Но, пока он размышлял, спуститься по лестнице или ждать лифта, в офисной кабинке рядом с ним раздался взрыв.

Это был Лазербик, и он охотился за Сэмом!

– Что хотел сказать человек с Луны?

Сэм развернулся и с разбегу плюхнулся на свою почтовую тележку. Та покатила по коридору. Лазербик бросился в погоню. Сэм врезался в стену и упал, но мгновенно вскочил на ноги и нырнул в компьютерный зал. Там он пополз между машинами, пробираясь к двери в дальнем конце.

Лазербик заметил его у самых дверей. Сэм кинулся из зала, а за спиной у него серверы взрывались один за другим, и по пятам за парнем катился огненный шлейф. Сэм, задыхаясь, запер за собой дверь и бежал, не переводя дух, пока не сел в свою машину. Старый драндулет впервые в жизни сработал как надо.

Сэм заехал домой, прихватил Карли, Вили и Брейнса и покатил дальше. Машина, скрипнув тормозами, остановилась у ворот большого здания. На вывеске было написано «Центр гуманитарной и медицинской помощи», но Сэм знал, что здесь располагается секретная база NEST. Ему преградили дорогу два тяжеловооруженных охранника.

– Откройте ворота! – крикнул Сэм. – Мне надо поговорить с полковником Ленноксом! Десептиконы вернулись!

– Сэм, где мы? – спросила Карли.

– Сэр, это Центр гуманитарной и медицинской помощи, – произнес охранник.

– Я-то знаю, – возразил Сэм. – Мне надо поговорить с Оптимусом.

– Сэр, вы ошиблись, – твердил свое охранник. – Выйдите из машины.

– Сэм, ты уверен, что мы приехали куда надо? – спросила Карли.

– Я Сэм Витвикки. Разве вы меня не знаете? Какие из слов «Десептиконы вернулись» вам не знакомы? – Сэм видел, что ничего не добьется. Он кивнул охраннику и нажал на акселератор. Уехал он, правда, недалеко. Машина сумела проломить ворота, но из земли тотчас же выросли два стальных бруса. Передний капот оказался намертво зажат между ними. В тот же миг завыла сирена.

– Мы обнаружили присутствие энергона! – закричал охранник. – Выйдите из машины!

Отовсюду сбегались охранники. Один из них затеял драку с Сэмом, другой заглянул на заднее сиденье помятой машины и с удивлением обнаружил там перепуганных Вили и Брейнса.

– Стоять! – крикнул он. – В машине инопланетяне!

– Ну позовите же Бамблби! – взмолился Сэм. – Он здесь?

Сэма грубо повалили наземь. Прижатый лицом к бетону, он заметил пристегнутую к ноге охранника рацию и закричал в нее:

– Слышит меня хоть кто-нибудь? Я – Сэм Витвикки!

Наконец из ангара вскочил ярко-желтый «камаро». На ходу он превратился в огромного робота. Бамблби как можно осторожнее оттащил охранников от Сэма и помог другу встать.

Карли видела такое превращение уже много раз, но никак не могла привыкнуть.

– Привет, Бамблби, – проговорила она. – Давно не виделись.

Сэм отряхнулся и отошел в сторону. Бамблби последовал за ним.

– Что с тобой стряслось? – спросил его Сэм. – Я понимаю, что у тебя совершенно секретные дела, но мы тебя уже сто лет не видели. Мог бы заглянуть в гости, переночевать в гараже.

Бамблби обиженно понурился. Его голосовое устройство было повреждено в одной из битв, и он выражал свою точку зрения с помощью мелодий, услышанных по радио. А сейчас он просто никак не мог найти нужные слова.

– Что, стыдно, да? – продолжал Сэм. – Надеюсь, что стыдно. – Он помолчал, потом не удержался от улыбки. – Смотри, на какой развалюхе я теперь езжу! – Он указал на свою разбитую машину. – Каждый день сгораю от стыда!

Бамблби поднял руки, словно хотел сказать: «Чего же ты от меня хочешь?» Два друга вместе вошли в здание.

Сэм и Карли торопливо шагали через вестибюль NEST, а за ними по пятам спешили охранники. Сэм был рад увидеть знакомое лицо. Полковник Леннокс только что вышел из комнаты для совещаний и удивленно окликнул гостей:

– Сэм, Карли, что вы здесь делаете?

Сэму хотелось сказать: «Мне следовало бы работать тут каждый день», но он лишь проговорил:

– Те, кого сегодня пытался убить чокнутый летающий компьютер-ниндзя, поднимите руки! Что? Только меня?

Сэм вручил Ленноксу конверт с манифестом Джерри Ванга. Едва полковник начал просматривать материалы из конверта, как вошла директор Миринг.

– Прошу прощения. Что происходит? – спросила она.

Леннокс перелистывал документы, и выражение его постепенно менялось от удивления к тревоге. Сэм не обратил внимания на появление директора Миринг и продолжал говорить, обращаясь только к Ленноксу:

– Он меня узнал. Сказал, что надо предупредить вас. Что-то о темной стороне Луны.

– Он упоминал Луну? – спросил Леннокс.

– Но зачем Десептикону охотиться на людей? – спросила Карли. – Мне казалось, они воюют с Автоботами.

– Точнее, они охотятся за тем, что мы только что обнаружили, – отозвался Леннокс.

– Прошу меня извинить, полковник Леннокс! – возмутилась директриса. Она не понимала, что происходит, но считала, что полковник не должен рассказывать государственные тайны какому-то парню с девушкой.

– Директор Миринг, – пояснил Леннокс. – Это Сэм Витвикки. Он тот самый гражданский, кто...

– Мне известно, как его зовут, полковник. Я хочу знать, кто выдал ему пропуск.

– Ну, например, Оптимус Прайм, когда приземлился на лужайке перед моим домом, – прищурился Сэм.

– Это неуважение к государственным властям, – рявкнула директриса. – А это еще кто такая?

– Карли, моя девушка

– Карли знает об Автоботах, директор, – вступил в разговор Леннокс. – Я могу за нее поручиться.

– Благодарю, полковник, – сухо ответила Миринг. – А кто поручится за вас?

– Кажется, мы говорили о том, что сегодня меня пытался убить Десептикон, – нетерпеливо перебил Сэм.

– Сэм, это директор американского разведывательного управления, – предупредил Леннокс. – Она может сделать так, что с тобой до конца жизни будут происходить неприятности.

– Это противозаконно, – ощетинился Сэм.

Миринг оделила его зловещей улыбкой, и под ее испепеляющим взглядом он попятился. Нарушил неловкое молчание Леннокс. Он протянул директрисе манифест Джерри Ванга.

– Инженер-программист с новой работы Сэма участвовал в программе лунного зонда НАСА...

Беседу прервал громкий звук клаксона, прокатившийся по всему зданию. Кажется, назревало нечто серьезное.

Директор Миринг развернулась на каблуках и зашагала к наблюдательной платформе, выстроенной в главном ангаре. Леннокс шел рядом с ней. Сэм и Карли, по бокам от которых неожиданно выросли двое солдат, тоже последовали за офицерами.

Сэм посмотрел с платформы вниз. Там из стальных балок была собрана конструкция, напоминавшая гигантский трон. Она поддерживала громадную фигуру Сентинела Прайма. Безмолвный робот не подавал признаков жизни.

В дальнем конце ангара сотрудники грузили в герметизированную камеру пять таинственных колонн.

В динамиках прогремел голос Леннокса:

– Оптимус, разрешаю тебе сделать попытку контакта.

Оптимус встал перед своим бывшим командиром и открыл свою нагрудную пластину. На безмолвного великана упал яркий луч света.

– Это Матрица Власти, – прошептал Леннокс директрисе. – В руках у Оптимуса один из предметов, которые могут вернуть Трансформера к жизни. Таких предметов во Вселенной очень мало.

Миринг ответила лишь кивком – происходившее заворожило ее.

– Сентинел Прайм, мы рады твоему возвращению, – проговорил Оптимус и вставил Матрицу Власти в грудь Сентинелу Прайму. Та подействовала мгновенно. Сквозь Сентинела прошел интенсивный импульс энергии, его спина выгнулась дугой. С ловкостью опытного воина Сентинел вскочил с импровизированного трона, схватил Оптимуса и швырнул его наземь. Из руки Сентинела мгновенно вырос длинный клинок и нацелился прямо в Искру Оптимуса.

Солдаты вскинули оружие. Они перепугались и не знали, как поступить.

– Не стрелять! Не стрелять! – с жаром скомандовал Леннокс.

– Сентинел, это я, – спокойно проговорил Оптимус.

Сентинел Прайм вгляделся в лицо противника и узнал Оптимуса Прайма. Опустив руку с клинком, он осмотрелся и заметил других Автоботов, а также их союзников – людей. К нему мгновенно вернулась память, он вспомнил, как «Ковчег», бешено вращаясь, ушел в далекий космос. Вспомнил, как заперся в аварийном отсеке, как до последнего момента не был уверен, удастся ли ему еще когда-нибудь снова стать живым Трансформером.

– Мы здесь. Тебе ничто не грозит, – заверил его Оптимус.

И в этот миг Оптимус, Айронхайд и остальные Автоботы преклонили колена, выражая почтение своему предводителю, вернувшемуся к ним.

– Война? – спросил Сентинел.

– Война проиграна, – отозвался Оптимус.

– А наш дом – Кибертрон? – продолжал расспросы Сентинел.

– От него осталась выжженная пустыня под властью Десептиконов. Планета умирает. Как и вся ее галактика. Мы – нас совсем немного – нашли себе убежище здесь, на планете Земля. И вступили в союз с расой людей.

Сентинел обвел взглядом ангар и снова поглядел на Оптимуса Прайма.

– Встань, юный Оптимус, – ласково сказал он.

Оптимус поднялся и посмотрел в глаза своему бывшему наставнику.

– Ты всегда был самым храбрым из воинов, – сказал ему Сентинел. – Во время нашего бегства корабль получил повреждения...

– Ты спас пять колонн, Сентинел.

– Всего пять, – грустно заметил Сентинел. – А у нас были сотни.

Директор Миринг вышла на сигнальный мостик и обратилась к двоим вождям. По-видимому драматические переживания прошлых веков ее нимало не трогали.

– Автоботы! Что это за технология, которую вы хотели спасти?

– Все колонны вместе, – пояснил Сентинел, – образуют Космический Мост. Я его придумал, и я один могу им управлять. Он позволяет преодолеть законы физики и транспортировать материю через пространство и время. С его помощью мы рассчитывали выиграть войну.

– Ты имеешь в виду устройство для телепортации, – догадалась Миринг.

– Для переброски ресурсов. И для беженцев... – уточнил Оптимус.

– Или солдат, оружия, бомб, средств молниеносного удара, – возразила Миринг. – Таковы его военные функции, верно?

Ответ Сентинела был тверд, но без злости.

– Если бы мой корабль сумел спастись, мы переправили бы всех Автоботов в безопасное место. Это наша технология. И она должна быть возвращена.

– Да. Если этого пожелает человеческая раса, – заявила Миринг. – Мы не позволим вам доставить оружие в нашу атмосферу.

Сентинел посмотрел на Оптимуса. Он не привык, чтобы ему возражали, тем более мелкие органические формы жизни.

– Эти люди – вы их зовете союзниками?

– Мы сражались плечом к плечу, Сентинел. Я доверил бы им свою жизнь.

Сентинел еле заметно покачал головой, но обратился к Миринг вежливо:

– Тогда я благодарен вам за сотрудничество. Но выслушайте меня и попомните мои слова: Десептиконы ни в коем случае не должны узнать, что Космический Мост находится здесь. Если он попадет к ним в руки, это будет означать конец вашего мира.

На окраине города среди теней на обочине дороги смутно нарисовались три темных силуэта.

Они явно происходили с Кибертрона, но, в отличие от других Трансформеров, имели облик животных. Это были Десептиконы из породы Дредов, они недавно прибыли на Землю, тайно прокатившись на космическом корабле, доставившем Автоботов на Землю после экспедиции на Луну. Они ждали своего хозяина.

Глухой рокот перерос в механический рев. По дороге катил старый побитый бензовоз. Его огромный силуэт зловеще чернел на фоне ночного неба. Потом бензовоз превратился в огромного робота.

Один из Дредов обратился к темной фигуре:

– Господин Мегатрон, ваши силы собраны и готовы к бою.

– Тогда по моей команде мы нанесем удар, – последовал ответ из темноты.

Сэм лежал и никак не мог уснуть. В голову беспрерывно лезли мысли о том, что сказала директор Миринг.

– При всём уважении к вам, молодой человек, вы не солдат, – заявила она. – Вы всего-навсего почтальон. Почтальоном вы были, почтальоном и останетесь. Вы доставляете нам известия о появлении Десептиконов. И правительство в очередной раз благодарит вас за то, что вы принесли нам эту весть.

И его выставили за дверь. Отправили домой, как маленького ребенка. Хорошо еще, хотя бы Бамблби остался с ним. Но для Сэма это было слабым утешением – после всего пережитого он надеялся попасть в первые строчки газетных новостей. После всего, что он сделал.

Сэм сел на кровати. Пусть он и не работает в NEST, это не означает, что ему нет никакого дела до этих событий. Он выскочил на балкон, где сидели и считали звезды Вили и Брейнз, посмотрел вниз, на припаркованного у ворот Бамблби, и окликнул его.

– Би, если за мной снова придут, я хотел бы получить ответы. И знаю, кому задать вопросы.

Бывший агент Сеймур Симмонс в гневе выскочил из комнаты.

– Интервью окончено! Прочь из моего дома!

Он дал интервью для телевидения и в один прекрасный момент почувствовал, что вопросы стали принимать какое-то нежелательное направление. Он уже долго слушал этого диктора новостей – если ту чушь, которую выдавал в эфир этот желтый телеканал, можно назвать новостями – и был сыт по горло.

– Датч! Датч! Где мой ассистент! – взревел Симмонс.

В комнату ворвался Датч с блокнотом в руке.

– Да, мистер Симмонс. Сию минуту, мистер Симмонс.

Симмонс яростно сверкнул на него глазами.

– Что у нас дальше по плану?

– В полдень – подписание книги, потом мы представляем продюсерам ваше реалити-шоу, потом торжественный ужин, – скучным голосом перечислил Датч. – И кроме того, без конца названивает этот настырный Сэм Витвикки. Звонил уже пять раз, и в эту минуту он как раз у меня на линии...

– Тот самый мальчишка? Что ему нужно? – спросил Симмонс и вырвал у Датча телефон. – Сэм? Как живешь? Что я тебе говорил? Небось сумел устроиться не хуже меня?

– Симмонс, – перебил его Сэм. – Десептиконы вернулись. Я хочу выяснить почему. Мне нужна ваша помощь.

– Вернулись? Это пойдет на пользу делу, – отозвался Симмонс.

Сэм продолжил:

– Что, если я скажу вам, что знаю государственную тайну, которая вам неизвестна?

Симмонс приложил ладонь ко лбу, словно у него внезапно разболелась голова. Когда-то он работал в совершенно секретном правительственном подразделении под названием «Седьмой сектор» и знал об инопланетных роботах всё.

– Что еще за государственная тайна?

– Тайна пятидесятилетней давности, о которой вам никто не рассказал, – поддразнил его Сэм.

– Датч! Отмени все дела. Пришли машину. Мы выезжаем в пять.

Через несколько часов дверь квартиры Сэма распахнулась. На пороге стоял Сеймур Симмонс, бывший правительственный агент.

Симмонс снял солнцезащитные очки.

– Скажите Мегатрону, пришло время станцевать танго.

Они уже раздобыли всю возможную информацию о космической программе США, и Симмонс сделал попытку откопать что-нибудь полезное в русской истории. В свое время Советский Союз посылал на Луну несколько беспилотных кораблей.

Симмонс сделал несколько телефонных звонков и попросил кого надо о небольшой любезности. Ему намекнули, что некоторые из космонавтов ныне живут в Соединенных Штатах, Симмонс решил идти напрямик к первоисточникам, и его машина остановилась у клуба, куда, по его сведениям, нередко заглядывали космонавты.

Агент и его команда подошли к задней двери клуба. Симмонс постучал, и в щелке показались скучающие, но при этом весьма настороженные глаза.

Нимало не смутившись, Симмонс обратился прямо к этим глазам:

– До свидания, джентльмен.

– Вы хотите попрощаться? – насмешливо переспросил человек из-за двери, но тем не менее открыл дверь. Симмонс, Сэм и Датч очутились в тихом, тускло освещенном зале.

Сэм огляделся. За столиками старики играли в нарды, у дальней стены сидели две дамы.

– Агент Витвикки, возьмите на себя головорезов из стандартного комплекта, – рявкнул Симмонс. – Датч, подскажи мне пару крепких слов по-русски.

– Мой друг, мы говорим по-английски, – дружески пришел ему на помощь старик. – Меня зовут Дмитрий. Чем могу быть полезен?

– Да? Неужели? – насмешливо бросил Симмонс. – Думаете, мы вам поверим? Датч, слова!

– Гм... Калашников! Барышников! – беспомощно подсказал Датч.

– Никакого от тебя толку, – вздохнул Симмонс и, повернувшись к старику, представился: – Агент Сеймур Симмонс, сектор... восемь. Мы знаем, кто вы такие, космонавтчики. Вы, кажется, побывали на темной стороне Луны. Теперь вся эта программа закрыта. Вопрос: почему?

– Мы уже встречали храбрецов вроде вас, – сказал старик. – Они приходили, чтобы купить наше молчание. Мы не испугались их тогда, не боимся и вас сейчас. И скажите злобным инопланетянам, на которых вы работаете...

– Злобным? Мы не работаем на злых инопланетян, – заверил его Сэм. – Мы на стороне добрых. И хотим знать, что вы обнаружили на темной стороне Луны.

Дмитрий грустно покачал головой и побрел в дальний угол зала. Он остановился у запыленного сейфа, к которому, казалось, никто не притрагивался уже много лет. Повертел цифровые рукоятки, и ржавая дверь со скрипом приоткрылась.

Потом Дмитрий вернулся к столу с пачкой старых черно-белых фотографий.

– Америка первой послала человека на Луну, – пояснил старый космонавт. – Но Советский Союз первым забросил туда фотокамеры. В пятьдесят девятом году мы сделали снимки темной стороны и ничего не обнаружили. Но в шестьдесят третьем увидели вот это.

Сэм присмотрелся к зернистым снимкам.

– Необычные камни, – продолжил Дмитрий, указав на фото. – И таких сотни.

Сэм поглядел на Симмонса.

– Я их видел. Это колонны для Космического Моста. Было найдено пять штук...

– Должно быть, Десептиконы нашли и отыскали этот корабль до того, как там опустился «Аполлон-11», – развил его мысль Симмонс. – Забрали колонны и спрятали их. А значит, они до сих пор где-то там.

– Но какой в этом смысл? – недоуменно спросил Сэм. – Если они нашли корабль и забрали все колонны, почему они оставили Сентинела. Ведь если управлять Мостом может только Сентинел...

И вдруг страшная догадка окатила Сэма, будто поток холодной воды.

– Он-то и есть тот единственный элемент, который им нужен! И Оптимус только что вернул его к жизни! Надо спешить! Надо защитить Сентинела! Бамблби сумеет его найти.

Бамблби без труда обнаружил местонахождение Сентинела Прайма, и через час эскорт Автоботов, окружив могучего робота со всех сторон, вез его по скоростному шоссе. Местом назначения была штаб-квартира NEST, и до нее оставалось еще миль двадцать. Только там Сентинел будет в безопасности.

Возглавлял конвой Бамблби, на его водительском кресле сидел Сэм. За ним следовал Мираж в облике красной спортивной машины, потом – Сентинел Прайм и Сайдсвайп. Замыкали колонну Симмонс и Датч, строго выдерживая дистанцию менее чем в корпус между передним бампером своего роскошного белого седана и хвостовыми огнями серебряного спорткара Сайдсвайпа.

Симмонс бросил взгляд через плечо и увидел четыре черных внедорожника с синими мигалками. Они быстро приближались.

– Нам нужна помощь! – сообщил Симмонс по радио. – Кажется, ФБР... – И запнулся на полуслове: один из внедорожников, не снижая скорости, превратился в Десептикона Дреда по имени Кранкейс.

– Оружие к бою! – скомандовал Симмонс.

Никто не успел и глазом моргнуть, как Кран- кейс вскочил на седан Симмонса и стал рвать когтями крышу. Но Дред слишком увлекся поимкой добычи и не заметил низко висящий дорожный указатель. Металлическая конструкция с размаху ударила его по голове и скинула с крыши. Роскошный седан мигом превратился в кабриолет.

Датч вцепился в рулевое колесо и посмотрел в зеркальце заднего вида. Там он увидел побитого Дреда и оторванную крышу своей машины. И еще с ужасом заметил, что по мостовой кубарем катится Симмонс.

Датч ударил по тормозам, бросил машину задним ходом и подъехал к Симмонсу. Тот с трудом поднялся на ноги. Он был покрыт синяками и ссадинами, но более серьезных повреждений, кажется, не получил.

Сэм видел атаку и с ужасом смотрел, как к конвою приближаются еще два Дреда.

– Скажите Сентинелу, надо уходить! – закричал юноша. – Ребята, прикройте его. Берегись!

Сентинел резко прибавил ход, обогнал своих защитников и скрылся с поля битвы.

Из радиоприемника Бамблби Сэм услышал голос Миража:

– Автоботы, переключиться в скрытый боевой режим. Мы принимаем бой!

На глазах у изумленного Сэма Сайдсвайп, Мираж и Бамблби частично модифицировались. Они сохраняли форму автомобилей, но их капоты поднялись, колесные оси удлинились, боковые панели откинулись, выставив наружу могучий арсенал смертоносного оружия.

Взвизгнули шины, запахло горелой резиной. Три Автобота выполнили идеальный разворот на сто восемьдесят градусов и открыли огонь по приближающимся Десептиконам.

Дреды по имени Хэтчет и Кроубар поняли, что утратили преимущество неожиданности. Они развернулись и бросились наутек, но Мираж и Сайдсвайп окончательно превратились в роботов и ринулись на врага.

Мираж выпустил залп из ручной пушки, и один из Десептиконов кубарем покатился по земле. Автоботы, перешагнув через него, погнались за третьим.

Но поврежденный Кроубар еще не вышел из игры. Он увидел приближающегося Бамблби и, скрипнув горящими шинами, выкатился на дорогу, прямо под колеса мчащегося «камаро».

Сэм заметил маневр Десептикона и тревожно вскрикнул:

– Бамблби!

Но Автобот не услышал, он был слишком увлечен погоней. Ускорившись до 150 миль в час, Бамблби, казалось, и не думал уступать дорогу Дреду. И только в самый последний миг, когда Сэм стиснул руль и вжался в сиденье, Бамблби открыл огонь из пушек.

Кроубар превратился в груду металлолома, а Бамблби, даже не замедлив хода, промчался мимо.

– До чего ж ты хорош, – улыбнулся Сэм.

А немного дальше Мираж и Сайдсвайп приближались к единственному из оставшихся врагов. Когда к погоне присоединился Бамблби, Хэтчет понял, что шансов у него нет. В порыве отчаяния он превратился в робота, взвился в воздух и выпалил из всех своих орудий. Мираж и Сайдсвайп предвидели этот залп и легко увернулись от ракет.

Но у Бамблби на борту был пассажир-человек, и его боевые возможности были сильно ограничены. Ракеты неслись прямо на него.

Не успел Сэм и глазом моргнуть, как очутился высоко в воздухе. Хоть он и мчался со скоростью семьдесят миль в час, ему казалось, что всё происходит в замедленной съемке. Внизу, под ним, Бамблби переключился в режим робота и акробатическим прыжком, достойным лучшего циркача, увернулся от ракет.

Не потеряв ни мгновения, Бамблби протянул руку и поймал Сэма на лету, потом снова превратился в «камаро» и сунул юношу на водительское сиденье.

Сэм проверил, целы ли руки-ноги, и простонал:

– Пожалуйста, больше так не делай!

В штаб-квартире NEST была объявлена повышенная боевая готовность. Леннокс получил известия от Сэма и торопливо готовился принять нежданных гостей, а тем более тех из них, кто явился незваным.

– Десептиконы стягиваются в Вашингтон. Оптимус находится на военно-воздушной базе Эндрюс. Верните его немедленно! Надо охранять Сентинела. Выдвиньте все боевые группы и рассредоточьтесь по Вашингтону. Организуйте периметр.

Айронхайд и Рэтчет выкатились из ангара и догнали Леннокса у главных ворот. К счастью, первый же автомобиль, какой они увидели, был Сентинелом Праймом в облике пожарной машины. Они открыли ворота и впустили бывшего предводителя Автоботов.

Вглядевшись, они увидели на дороге конвой. Возглавлял колонну по-прежнему Бамблби, за ним по пятам следовали Мираж и Сайдсвайп.

Прибывшие Автоботы на полном ходу ворвались на территорию базы и остановились, скрипнув тормозами, а потом сразу же превратились в роботов. Сэм выскочил из Бамблби и подбежал к Ленноксу.

Оглядевшись, парень облегченно вздохнул. В окружении семи Автоботов и пятидесяти тренированных солдат он почувствовал себя увереннее – теперь они уж точно смогут защитить Сентинела от нападения Десептиконов.

– Айронхайд! – закричал Леннокс. – Вы втроем оберегайте Сентинела. Остальным – охранять периметр. Всё внимание на дорогу и в воздух. Датчики энергона предупредят нас о приближении врага не более чем за две минуты до атаки.

– Оберегайте его! – повторил Сэм. – Он – главное звено!

Сентинел посмотрел на юношу:

– Да. Так было всегда.

И вдруг ни с того ни с сего Сентинел Прайм поднял свой бластер и выпустил плазменный импульс в Айронхайда.

– Простите меня, собратья Автоботы. Но нам никогда не выиграть войну. Ради спасения собственной планеты мне пришлось пойти на сделку с Мегатроном.

Айронхайд, серьезно раненный, рухнул на колени.

– Он заодно с Десептиконами! – закричал Леннокс.

Сэм, еще не оправившись от ужаса, увидел, что Сентинел опять поднимает оружие. На этот раз он целился в Бамблби. Тот стоял на открытом месте и не успел бы отреагировать. Он был совершенно беззащитен.

– Нет! Бамблби! Берегись! – заорал Сэм. Его друг Автобот едва успел увернуться.

– Верните все силы на базу! На нас напали! – закричал Леннокс в радиопередатчик. – Сентинел Прайм – предатель!

Сентинел двинулся к ангару.

Его щит отражал залпы Автоботов, а на пули солдат он обращал не больше внимания, чем на докучливых комаров. Он направился прямиком к бронированной камере, в которой хранились пять колонн.

Директор Миринг преградила Сентинелу путь к камере. Она обвела взглядом разгром, учиненный взбесившимся роботом, посмотрела на дымящиеся обломки вертолетов и машин и в растерянности подняла глаза.

– Сентинел, остановись! Что ты делаешь?

– Я происхожу из рода Праймов с великой планеты Кибертрон. Я не намерен подчиняться вашим приказам. Верните то, что принадлежит мне по праву, – потребовал он и, не дожидаясь ответа, оттолкнул директрису с дороги и одним ударом вышиб двери бронированной камеры. Потом достал изнутри пять колонн. Не обращая внимания на царивший вокруг хаос, Сентинел перешел в транспортный режим.

Красная пожарная машина выскочила из ангара. Сентинел промчался мимо застывших в изумлении Сэма и Леннокса, проломил ворота и вырвался на дорогу.

– Сентинел взломал камеру и забрал колонны! – закричала Миринг.

Леннокс потянулся к радиоприемнику:

– Поднять по тревоге все ударные части страны! Мобилизовать военно-воздушные силы! Надо поймать эту тварь.

На американскую столицу опускалась ночь. Ярко освещенный монумент Линкольна был единственным оазисом света на темнеющей Эспланаде. В небе кружились вертолеты, лучи прожекторов обшаривали самые укромные уголки сумрачных улиц.

Вертолет скрылся вдали, и через мгновение из теней появился Сентинел Прайм. Он принес пять колонн. Выбрав удобное место возле Зеркального пруда, Сентинел поставил одну из колонн на землю, потом разместил еще три в сотне футов одна от другой, образовав четыре угла квадрата. Сжав в руках пятую колонну, робот вышел на середину Зеркального пруда и, стоя по колено в неглубокой воде, водрузил пятую колонну в центре квадрата.

За ритуалом со ступеней мемориала Линкольна следил Мегатрон. Потом он обернулся и вдумчиво посмотрел на безмолвную скульптуру Авраама Линкольна, стоявшую посреди мраморного зала.

Одним выстрелом из своей пушки Мегатрон обратил в пыль статую Линкольна и занял ее место на гигантском троне.

Взревели реактивные двигатели, и на сцене появился Старскрим. Он поднялся по ступенькам мемориала и выразил восхищение новым троном своего повелителя, потом склонился перед Мегатроном. Но Мегатрон словно не заметил своего верного помощника. Он смотрел вдаль, туда, где на Эспланаде появилась знакомая фигура Оптимуса Прайма.

– Оптимус ничего не знает, – проговорил он, обращаясь скорее к самому себе, чем к Старскриму. – Покидая Кибертрон, Сентинел намеревался перейти на нашу сторону. Он должен был встретиться со мной здесь, на Земле, но судьба вывела из игры нас обоих. Чтобы оживить Сентинела, нам был нужен Оптимус Прайм и его Матрица Власти. Этот Автобот такой наивный, такой предсказуемый. Он сделал за нас добрую половину работы.

Оптимус Прайм смотрел на Зеркальный пруд, в котором стоял Сентинел Прайм. Хоть он слышал переговоры по радио, видел, какое опустошение произвел Сентинел в штаб-квартире NEST, и разговаривал с тяжело раненным Айронхайдом, ему до сих пор не верилось, что Сентинел Прайм оказался предателем.

Завидев приближение Оптимуса, Сентинел активировал центральную колонну. Из ее верхушки вырвались лучи ослепительно белого света, и каждый из них ударил в одну из четырех колонн, окружавших Сентинела. Пятая колонна начала подниматься в воздух, неся за собой тяжелого робота, и тот повис над Зеркальным прудом. Воздух наполнился гудением интенсивной энергии.

Оптимус поглядел на своего бывшего наставника.

– Сентинел, – спросил он. – Почему?

Учитель не удостоил его ответом. Он заговорил, но лишь для того, чтобы активировать голосом центральную колонну у себя в руках.

– Приступить к выполнению, – произнес он.

Из всех пяти колонн вырвались лучи света и соединились над головой Сентинела, образовав светящийся купол.

– Начать транспортировку, – распорядился Сентинел.

А тем временем в двухстах восьмидесяти тысячах миль от Вашингтона на темной стороне Луны что-то зашевелилось. Обломки «Ковчега», разбросанные по поверхности, дрогнули и сдвинулись с места. Из лунной пыли восстали тысячи воинов Десептиконов, и у каждого в руках была колонна, точно такая же, как у Сентинела на Земле.

Лунные колонны замерцали. Брызнула энергия, светящаяся сеть соединила колонны, и каждый луч был как спица в колесе. Ослепительная вспышка – и лунный пейзаж опустел. Десептиконы исчезли.

По Космическому Мосту Десептиконы с Луны ливнем хлынули на Эспланаду. Они рассеялись по улицам, сканировали проезжающие машины и сами превращались в такие же, разбегались, разлетались, разъезжались во все стороны. Полицейские силы были безжалостно раздавлены, войска NEST оказались застигнуты врасплох. Ничто не могло устоять перед напором чужаков.

Мегатрон восседал на своем троне и наблюдал за столпотворением.

– Мы пришли. Теперь попробуйте с нами сразиться.

– Десептиконов слишком много! – закричал Сэм. – Они повсюду!

– Автоботы, отступаем! – взревел Оптимус. Сэм и Леннокс переглянулись, не веря своим ушам. За последние годы они повидали немало и были готовы к любым сюрпризам, но никак не ожидали, что могучий Оптимус Прайм способен на такие слова.

Но сам Оптимус не спешил выполнять свой собственный приказ. Он не отступил, а наоборот, бросился на Сентинела. Однако тот был опытным воином и в свое время сам научил Оптимуса многим приемам боя. Одним движением Сентинел легко отразил атаку Оптимуса, опрокинув его на спину, и водрузил массивную ногу на шею противника.

Оптимус поднял глаза на Сентинела, всё еще требуя объяснений.

– Почему? – снова спросил он.

– Ради Кибертрона, – ответил Сентинел. – Ради нашей родины. Война многое уничтожила, но мы еще можем сохранить свою планету. Но только если объединимся с Десептиконами. А я понимал, что ты на это никогда не пойдешь. Это был единственный способ.

– Теперь наш дом здесь, – воззвал к нему Оптимус. – Мы должны защищать людей.

– Ну и запутался же ты, Оптимус. На Кибертроне мы были богами. А здесь... Нас называют машинами.

Сентинел прицелился в старого друга, готовясь прикончить его. Но в его грудь ударила целая волна снарядов и ракет, и рука Сентинела остановилась на полпути. Он хотел уничтожить нахальных людей, осмелившихся встать у него на пути, но боялся повредить колонны – они еще были нужны ему, чтобы перебросить на Землю гораздо более крупные силы. Сентинел собрал колонны, взял их в охапку и растворился в ночи.

У Сэма кружилась голова. Предательство Сентинела, возвращение Мегатрона, вторжение Десептиконов... Но одна мысль билась ярче всего, вытеснив все остальные: спасти Карли.

Он знал, что ее босс устраивает вечеринку, поэтому сразу взял такси и поехал к дому Дилана. Такси высадило его перед ажурными железными воротами. Сэм пошел по длинной извилистой дорожке к дому Дилана, и ему казалось, что он перенесся в прошлое на машине времени. Особняк был несусветно огромен и изобиловал архитектурными украшениями.

Вечеринка уже шла к концу. Сэм брел по роскошным залам, и навстречу ему попадалось совсем немного гостей. Потом он услышал смех Карли.

Когда он стоял в дверях, его заметил Дилан.

– Сэм! Привет! Я как раз надеялся тебя увидеть!

– Мне нужно поговорить с моей девушкой по очень важному делу, – ответил Сэм. – Не возражаете?

Карли хорошо знала этот блеск у Сэма в глазах, поэтому хоть и удивилась, без возражений последовала за ним. Дилан не отставал.

Сэм демонстративно не обращал на него внимания. Они вышли на улицу, и в этот миг Сэма меньше всего волновало, что станет с Диланом. Он хотел отвезти Карли куда-нибудь в безопасное место, а потом надо было решить, как остановить Десептиконов.

– Сэм, мне кажется, я могу тебе помочь, – заговорил Дилан. – Однажды у меня был разговор с отцом. О том, как нелегко сделать выбор. Это было в те времена, когда фирма отца занималась бухгалтерскими расчетами для НАСА...

Сэм замер как вкопанный. НАСА?

Дилан, удовлетворенный реакцией Сэма, продолжал:

– И вот чему он научил меня: если это не твоя война, встань на сторону того, кто победит.

В этот миг Сэм заметил Лазербика. Тот сидел на верхушке ворот особняка. Взгляд Сэма переместился на роскошную машину Дилана, стоявшую на дороге. Вот он, путь к спасению. Он шагнул к машине.

Но в этот миг седан превратился в Саундвейва! Десептикон схватил Карли и поднял высоко в воздух, а на Сэма накинулся огромный, мощный охранник Дилана. Он пригвоздил юношу к земле.

– Думаешь, ты такой особенный, Сэм? – насмешливо заговорил Дилан. – Такой уникальный? Думаешь, ты первый, кого пригласили поучаствовать в битве благородных пришельцев? Знаешь, почему мы ни разу больше не летали на Луну после семьдесят второго года? Потому что в тот год эти двое пришли к моему отцу. Попросили его подойти к расчетам творчески, сделать так, чтобы работы оказались слишком дорогими и их прикрыли бы. И он со своей компанией добился, чтобы программу свернули и всё происходившее на Луне осталось тайной.

Сэм не мог поверить своим ушам. Значит, не только Автоботы сотрудничают с людьми – у Десептиконов тоже есть сообщники среди человеческой расы! И они помогают инопланетным роботам уже много десятилетий!

– Я давно присматриваю за тобой, Сэм. Понимаешь, мне никогда не удавалось подослать шпиона так близко к Автоботам.

– Он не станет тебе помогать! – запротестовала Карли, и за это Саундвейв сильнее стиснул ее. Девушка закричала.

Дилан склонился над Сэмом и понизил голос:

– Он ее раздавит. Понимаешь? В мгновение ока. Поэтому постарайся проявить побольше уважения к тому, кто предлагает тебе работу.

Вдруг часы Дилана превратились в паукообразного робота, тот юркнул на землю, взобрался по ноге Сэма и зацепился за его запястье.

– Возвращайся к Оптимусу Прайму, – пояснил Дилан. – Потому что ты единственный человек, кому он доверяет. И задай ему вот такой вопрос: как он намеревается вести войну дальше? Нам нужна их тактика, стратегия – всё.

– Сэм! – вскричала Карли. – Не слушайся его! – Саундвейв стиснул девушку еще сильнее.

– Отпусти ее! – потребовал Сэм.

– Саундвейв! – приказал Дилан. Робот неохотно разжал клешни и опустил Карли на землю.

– Выполнишь задание – она останется цела. Даю слово, – сказал Дилан Сэму.

Охранник Дилана грубо вытолкал Сэма за ворота. Юноша услышал за спиной голос Дилана:

– Иди. Скорее найди своих Автоботов. Мы хотим знать, как они намерены вести бой.

Очутившись снаружи, Сэм пустился бежать. Дела развивались крайне неудачно.

В Белом доме царила суматоха. По коридорам бегали генералы и их адъютанты. Все доступные закоулки были переоборудованы в оперативные пункты, из каждого коридора слышались напряженные голоса. Прямое командование взял на себя генерал Моршауэр.

– Наши военные части по всему земному шару приведены в повышенную боевую готовность. В течение часа мы получим картину оперативной обстановки в двадцати крупнейших городах Соединенных Штатов. Полковник Леннокс?

Леннокс вышел вперед и сообщил:

– По нашим оценкам, на Земле скрывается около двух сотен Десептиконов. Детекторы энергона срабатывают даже в Южной Америке. Но до сих пор мы не заметили передвижения по Космическому Мосту боевых кораблей.

– Следует предположить, что они готовятся к нападению, – продолжил генерал Моршауэр. – Но до сих пор мы не знаем, где они нападут, когда, как... и зачем им это надо.

В этот миг в комнату ворвался адъютант.

– Генерал, в ООН только что получили зашифрованный аудиофайл. Говорят, его передал предводитель Автоботов.

– Воспроизведите его, – приказал Моршауэр.

Зазвучала аудиозапись. Моршауэр вопросительно посмотрел на Леннокса. Голос, звучащий из динамиков, не принадлежал Оптимусу Прайму.

– Защитники Земли! Меня зовут Сентинел Прайм, я – истинный лидер Автоботов. Много тысяч лет нашу галактику раздирала трагическая гражданская война, но она окончилась, и наши войска выступают как единое целое. Мы пришли с разрушенной планеты, которую надо восстановить. Нам нужны природные ресурсы, которые на вашей планете имеются в изобилии. Драгоценные металлы, железо, сталь. Мы воспользуемся технологией Космического Моста, чтобы перебросить на нашу планету разумную долю этих материалов. И потом уйдем и оставим вас в покое. Однако для того, чтобы наступил мир, вы должны выдать нам мятежников, которые нашли убежище на вашей планете. Иначе мы будем считать ваши намерения враждебными, и по Космическому Мосту на Землю прибудут наши боевые батальоны. И вы ощутите на себе силу нашего справедливого возмездия. Мы не хотим воевать с вами, хотим лишь восстановить нашу родную планету. Ждем вашего ответа.

Все присутствующие переглянулись. Сентинел требовал, чтобы ему выдали Автоботов. Что остается делать людям?

Солнце уже клонилось к закату, когда Сэм устало плелся по лестнице к себе в квартиру Прогулка пешком от особняка Дилана заняла больше трех часов, и Сэм твердо намеревался отдохнуть хотя бы минут пять, даже если дома его поджидает сам Мегатрон.

Но не успел он отпереть дверь, как снизу его окликнул чей-то голос.

– Сэм Витвикки? – спросил человек в черном костюме. – Я из ФБР, вас нелегко найти. Пройдемте со мной.

Плечи Сэма поникли, но он всё же спустился по лестнице и сел в поджидавший седан. Минут через двадцать машина въехала в небольшой аэропорт и остановилась возле легкого реактивного самолета, стоявшего на взлетной полосе. Агент ФБР указал на открытую дверь, и Сэм поднялся на борт.

Там его дожидалась директор Миринг.

– Рада, что тебя нашли. Садись, пристегни ремни. В пути я расскажу, что от тебя требуется.

Сэм запротестовал: ему не хотелось, чтобы сторожевой Десептикон-часы у него на руке подслушал секреты.

– Честно говоря, не понимаю, чем еще я могу быть полезен, – заспорил он. – У вас, господа, так много дел... Давайте вернемся к этому немного позже. – И вдруг согнулся от боли. – Ой! Мышечный спазм! Ой! Прекрати! – Но Десептикон-часы не собирался отпускать его.

– Сэм, я должна принести свои извинения, – серьезно сказала директор Миринг. – Ты нас предупреждал. Ты понял, что Сентинел – ключевой элемент системы. Мы недооценили тебя.

– Нет, вы всё сделали правильно, – возразил Сэм. – Я всего лишь ходячая система оповещения... Ай! Ай! Сэм решительно намеревался скрыть от Десептиконов важную информацию. Но сторожевой робот столь же решительно вознамерился вытянуть из него всё.

– Что с тобой? – тревожно спросила Миринг.

– Ничего. Ай!

Директор Миринг включила телевизор. На лестнице Капитолия стоял репортер.

– ...Конгресс США молниеносно отреагировал на дерзкую выходку ООН, предложившей Автоботам убежище на Земле. Несколько минут назад был принят закон, согласно которому Автоботам приказано покинуть американскую территорию. Наш военный союз прекратил существовать.

– Что? – закричал Сэм.

Миринг обернулась к своему адъютанту:

– Это официальное сообщение. Надо спешить. Скажите NEST, пусть начинают транспортную операцию. – Потом снова обратилась к Сэму: – Знаешь, для чего мы позвали тебя, Сэм? Если ты знаешь что-то о намерениях нашего врага, если тебе есть что сказать, время пришло.

Сторожевой робот крепко стиснул руку Сэма, словно предупреждал: только попробуй смолчать.

– Автоботы не могут просто так взять и покинуть планету, – сказал Сэм.

– Вот тут ты ошибаешься, – ответила Миринг.

Самолет пошел на снижение. Сэм выглянул в окно. Внизу раскинулся космический центр Кеннеди. На стартовой площадке застыл в ожидании сильно помятый космический корабль явно внеземного происхождения.

Директор Миринг объяснила Сэму:

– Это «Ксантиум». Пять лет назад он привез на Землю вторую волну Автоботов – Сайдсвайпа и остальных. С тех пор находится под охраной НАСА и подвергается исследованиям. Поскольку правительство США взяло инопланетян под свою опеку, мы хотели всегда иметь запасной выход.

– Гм, это очень секретная информация. Мне, наверное, нужен допуск, – сказал Сэм в последней отчаянной попытке скрыть информацию от сторожевого робота.

– Не беспокойся, Сэм, – сказала Миринг. – Когда ты со мной, можешь считать, что допуск у тебя есть.

Эти слова ничуть не ободрили парня.

Сэм вышел из самолета. На стартовой площадке ученые и инженеры НАСА в последний раз проверяли космический корабль. Из дальнего конца корабля вышли три массивных Автобота.

– Инженеры из Автоботов называются Реккерами, – пояснила Миринг. – Главный у них, кажется, Роудбастер; по крайней мере, он всегда командует остальными. А тех двоих зовут Топспин и Лидфут. Мы никогда не выпускаем их с базы, потому что характер у них не сахар.

Словно в подтверждение ее слов, Роудбастер заорал на ученого из НАСА:

– У этого треклятого винта вращающий момент должен быть десять тысяч фунтов, а это двенадцать витков с четвертью! А не девятнадцать! Вы хотите рисковать жизнью всех моих друзей из-за витка с четвертью? Я думал, мы работаем с профессионалами. Что, готовы нюни распустить?

У ученого из НАСА был такой вид, словно он и вправду вот-вот расплачется, но в этот миг из-за угла выскочил какой-то человек и остановился прямо у ног Реккера.

– А ну, пошел вон, ржавая жестянка! – завопил он. – Ступай к себе в гараж! – И обернулся к ученому из НАСА: – Ничего страшного. Дышите глубже. Сосредоточьтесь на его позитивных намерениях. – А потом снова сердито закричал на Роудбастера: – Это человек, с которым ты работаешь! У него есть чувства, сомнения и эмоции! Он делает всё, что в его силах!

– Поумерь пыл! – ответил ему Роудбастер. – Эта галактика холодна и жестока! Либо он делает свою работу, либо не делает.

Сэма удивила не столько сама эта перепалка, сколько знакомое лицо, которое ее вело.

– Эппс! – окликнул он старого знакомого. – Что вы здесь делаете?

В свою очередь удивился и Эппс:

– Что за черт... Сэм!

Сэм кивком указал на Реккеров и изогнул брови в безмолвном вопросе.

– Вышел в отставку из военно-воздушных сил, – пояснил Эппс. – Всего лишь консультирую, устраняю препятствия. Видишь ли, я знаю, как с ними разговаривать.

Роудбастер воспользовался тем, что противник отвлекся, и снова набросился на ученого:

– Чего торчишь как столб? Проверь еще раз! Проверь каждый сварной шов на трубопроводах жидкого водорода. Герметичны?

– Эй ты, умник! Я сказал, в гараж! – рявкнул Эппс.

Три Реккера попятились в свой ангар, как провинившиеся школьники. Эппс вошел за ними и включил большой телевизор с плоским экраном. По телевизору шли автогонки. Три Автобота как завороженные уставились на экран.

– Это для них как валерьянка для кошек, – объяснил Эппс Сэму и указал на корабль. – Даже не верится, что всё это на самом деле. А тебе?

Сэм поглядел на космическую громаду. Отсюда, сверху, она казалась слепленной на скорую руку, но тем не менее должна была унести всех Автоботов далеко от Земли. Всех друзей Сэма. Правительство выполнило желание Сентинела Прайма.

– Куда же их повезут? – спросил Сэм.

Эппс грустно покачал головой:

– Куда захотят, лишь бы подальше отсюда.

– Дайте пройти! Прочь с дороги! Кто тут у вас главный? Мне нужно с ним поговорить! – По взлетной полосе размашисто шагал Сеймур Симмонс. Сэм не смог скрыть удивления.

Но Симмонс не обратил на юношу внимания. Его взгляд впился в директора.

– Так, так, так... Шарлотта Миринг.

Директор Миринг выпучила глаза:

– Бывший агент Симмонс! Вижу, вы сумели остаться в живых после вашингтонских событий!

– Вашингтон, Египет, сердечный приступ. Но я все-таки жив. И в этом только моя заслуга, – отозвался Симмонс и обернулся к Сэму: – Они мобилизовали всех, малыш. Выпустили в бой все лучшие силы. И вот что я скажу: если кто-то думает, что высылкой Автоботов можно решить проблему...

– Решение было принято далеко за пределами моей компетенции, агент, – ответила Миринг. – Если начнется война за Землю, людям придется вступить в бой.

– Ну что ж... – мрачно рассмеялся Симмонс. – Битва будет недолгой. Я всю жизнь изучал этих пришельцев. И твердо знаю: эти Автоботы – наша единственная надежда.

– Может быть, – сказала Миринг. – Но я ничего не могу поделать.

Автоботы продолжали прибывать. Все они выстраивались в шеренгу перед «Ксантиумом». Сэм не верил своим глазам. Последняя надежда человечества навеки отбывала неведомо куда.

Часы-шпион на руке Сэма дернулись, и юноша вспомнил о Карли. Надо предупредить Оптимуса, но так, чтобы маленький Десептикон не заметил.

– Оптимус! – окликнул Сэм. Огромный Автобот подошел к нему и присел на корточки, чтобы оказаться на одном уровне. Сэм увидел в его глазах печаль – и что-то еще. Разочарование... в нем, в Сэме.

– Ваши лидеры поступают правильно, – сказал Оптимус. – Во всем, что случилось, виноват только я. Я сказал им, кому надо доверять. И ошибся.

– Это не значит, что виноват ты, – утешил его Сэм. – Просто ты стал человечнее. Сэм не мог смотреть в глаза Оптимусу. Невыносимо было разговаривать со старым другом и при этом знать, что каждый твой жест, каждое твое слово ловит Десептикон, который только и ждет, чтобы использовать каждый бит информации во вред Автоботам. И во вред Земле.

Оптимус покачал головой:

– Запомни, Сэм: ты можешь потерять веру в нас, но никогда не теряй веру в человечество. – Огромный робот встал, но часы-шпион на руке у Сэма приказали ему вернуть Оптимуса.

Превозмогая боль, Сэм окликнул:

– Оптимус, мне надо знать, как ты собираешься воевать.

Оптимус, озадаченный этими словами Сэма, обернулся к нему и стал слушать.

– Ты вернешься, правда? – спросил Сэм. – У тебя есть план? Ты приведешь помощь, может быть, подкрепление? Какова будет твоя стратегия? Можешь мне всё рассказать. Об этом не узнает никто из людей, – сказал он, подчеркнув последние слова.

Оптимус не зря считался главным среди Автоботов. Он сразу догадался, что Сэм пытается сообщить: не всё так просто, как кажется.

– Ты же понимаешь, если мы будем делать только то, чего хотят они, мы никогда не сможем жить в мире с самими собой, – продолжил Сэм.

– Сэм, ты мой друг. И всегда им останешься, – заверил его Оптимус. – Но ваши лидеры сказали свое слово. С этих пор война станет вашей собственной. – Оптимус поднялся на борт «Ксантиума». Там собрались все Автоботы, не хватало только одного. Бамблби замешкался, оглянулся на Сэма.

– Погоди, Бамблби! Бамблби! – окликнул его Сэм.

Бамблби подошел к Сэму и дрогнувшим голосом проговорил:

– Я... тебя... никогда... не забуду.

– Это твой дом, – уговаривал Сэм. – Земля – дом для вас всех.

Бамблби осторожно коснулся груди Сэма.

– Я... всегда... буду... здесь. Буду бороться... вечно... – И Бамблби поднялся на борт. Даже не оглянулся.

Огромный корабль медленно оторвался от платформы. Мощные реактивные двигатели толкали ракету ввысь. Когда Земля осталась далеко позади, «Ксантиум» ускорил ход. Басовитый рокот двигателей сменился пронзительным воем.

Вот отделились и упали на Землю двигатели первой ступени, два парашюта смягчили их падение. Вступила в действие вторая ступень, и «Ксантиум» еще быстрее устремился навстречу небесам.

У Сэма зазвонил телефон. На определителе высветилось: «Дилан Гоулд».

– Ну что, получил, чего хотел? – сердито спросил его Сэм.

– Этот твой Бамблби – такая прелесть, – насмешливо протянул Дилан. – Но Оптимус... Ему неплохо бы поучиться хорошим манерам!

– Ты хотел ответа – ты его получил, – отозвался Сэм. – Никакой стратегии нет. Они улетели.

– Мы благодарим тебя, Сэм. Просто хотели лишний раз удостовериться.

– В чем? – спросил Сэм.

– Что они улетят без боя. И что всё будет упаковано чисто и гладко.

Сквозь далекий грохот улетающей ракеты прорезался другой звук, более близкий и настойчивый. Он постепенно доходил до сознания Сэма. В считаные секунды смутный рокот перерос в громоподобный рев.

По небу вслед ракете чиркнул истребитель. Он стремительно нагонял свою цель.

Сэм сразу понял, кто это. Старскрим! Сэм завопил во всё горло.

Старскрим выстрелил из пушек. Грохнул взрыв, «Ксантиум» рассыпался в серебристую пыль. Старскрим заложил вираж, победоносно помахал крыльями и со свистом пронесся над головами у ошарашенных зрителей. В тот же миг часы- шпион свалились с запястья Сэма и злобным пауком метнулись прочь. Сэм едва заметил это.

К Сэму подошел Симмонс. Потом агент заглянул в растерянные глаза директора Миринг.

– Вот что случается, – отчеканил он, – когда вы идете на поводу у Десептиконов.

Когда первый шок миновал, Сэм решительно взялся за дело. Он свел Эппса и Симмонса (за которым следовал верный помощник Датч) и с жаром заговорил:

– Мне нужна ваша помощь. Надо отследить телефонный звонок. Тут один тип держит под контролем всю эту операцию с Десептиконами. Он взял в заложники мою девушку.

Симмонс обернулся к ассистенту:

– Датч! Мы вступаем в игру. Хоть она и грязная.

Сэма удивило, насколько стремительно Датч взялся за дело. Он, как и подобает закаленному профессионалу, запустил компьютерную консоль, сунул в нее мобильный телефон Сэма и застучал по клавишам. Через несколько секунд был готов ответ:

– Звонок местный, зарегистрирован чикагскими узлами сотовой связи. Я проник в камеру телефона. Где-то в центре города, на верхних этажах. Вот оно, это здание!

– Я еду туда, – заявил Сэм. – Надо ее спасти.

– Никуда ты не поедешь один, – остановил его Эппс. – NEST готовится к военной операции, но погоди, я позвоню Ленноксу, пусть пришлет тех, кто свободен.

– Почему вы мне помогаете? – спросил Сэм.

Эппс остановился и внимательно посмотрел на Сэма.

– Потому что Автоботы и мои друзья тоже.

Сэм и Эппс вскочили в правительственный внедорожник и умчались, а Симмонс подошел к директору Миринг.

– Я вступаю в игру, – заявил он ей. – Я посвятил всю свою жизнь борьбе с этим десептиконским отродьем. Не вы и не ваши прихвостни, а я.

Миринг сдалась, кивнула и разрешила ему подняться на борт ее самолета. Они взяли курс на Вашингтон.

Дилан и Карли, взяв колонны, которые успел спасти Сентинел, поднимались в грузовом лифте на крышу чикагского небоскреба. Дилан держал Карли в заложниках, но она надеялась, что ей всё же выпадет случай выйти на связь с Сэмом. Если ей это удастся, он и его союзники из NEST должны получить всю необходимую информацию. Поэтому девушка начала задавать вопросы.

– Что значит – на их планете кончились ресурсы? – поинтересовалась она.

Дилан посмотрел на нее и самодовольно хихикнул:

– Как ты думаешь, о каких ресурсах идет речь? Железо, металл, сталь? Они могут добыть их в любой шахте на любой планете галактики. Что же им надо здесь? Почему им нужна только наша планета, и никакая другая?

И тут до нее дошло:

– Мы.

Дилан кивнул. Двери грузового лифта раскрылись – значит, они достигли верхнего этажа. Дилан вместе с Карли вышел из лифта, по дороге продолжая объяснять:

– Они не могут начать строительство без рабочей силы. На каком еще камушке во вселенной найдется шесть миллиардов работников?

– Но ведь невозможно перебросить всё человечество на другую планету, – упорствовала Карли. – Мы не выживем!

– Они не собираются ничего перебрасывать туда, – признался Дилан. – Они перебросят свою планету сюда. – Он распахнул дверь на крышу, и в лицо девушке ударил яркий солнечный свет. Перед ними высились грозные фигуры Сентинела Прайма и Мегатрона.

Дилан продолжал:

– Посмотри на эту парочку. Дух захватывает, верно? Много лет назад война между ними дестабилизировала галактику, разрушила их собственную планету и половину звезд. И эти двое выработали секретное соглашение.

– Переместить свою планету? – спросила Карли, не веря своим ушам.

Дилан кивнул:

– Пока мы с тобой разговариваем, они расставляют по галактике сотни подобных колонн. К утру они смогут вывести свою систему на орбиту.

Сентинел, не обращая внимания на людей, расставлял колонны Космического Моста по углам крыши. Потом установил центральную колонну на верхушку шпиля в самой середине.

– Эта колонна – главная, – объяснил Дилан. – Она должна быть прочно связана с магнитной осью Земли. По-моему, всё дело тут в магнитной энергии. Или кинетической. Что-то в этом роде. В общем, завтра утром как бабахнет!

Карли с ужасом посмотрела на Дилана:

– Ты что, всерьез этого хочешь?

Дилан улыбнулся:

– Им понадобятся лидеры из людей.

– И ты хочешь стать главным, – заключила Карли.

– Ты угадала. Да, у нас была долгая интересная история. Но эта планета нам не принадлежит. Мы на ней всего лишь гости.

Карли сидела в одиночестве, запертая в пентхаусе Дилана на другом берегу реки, напротив небоскреба. Она бродила по комнате, не помня себя от страха и беспомощности. Если бы было чем себя занять, со страхом она бы как-нибудь справилась. Девушка посмотрела на другой берег реки. Там, на крыше небоскреба, Сентинел продолжал строить Космический Мост. И тут она заметила телескоп Дилана.

Заглянув в него, Карли разглядела Сентинела и Мегатрона. Она, конечно, не слышала их разговора. Но действия двоих Трансформеров трудно было истолковать как-либо иначе.

Кажется, они спорили. Вдруг Сентинел ударил наотмашь, прижал Мегатрона к стене и схватил его за горло.

Карли отошла от телескопа и задумалась над увиденным. Не обязательно читать по металлическим губам, чтобы догадаться: Мегатрона только что жестоко оскорбили. И у нее создалось впечатление, что Сентинел сам хочет захватить власть.

Сэм, Эппс и еще двое его старых армейских приятелей ехали по Чикаго. Даже видавшие виды закаленные вояки вздрагивали от такого зрелища. А Сэм просто не верил своим глазам. Десептиконы сровняли город с землей. Повсюду бушевали пожары, на улицах высились руины разрушенных зданий, дорогу перегораживали обломки покореженных автомобилей.

Все четверо застыли как пораженные громом. Из забытья их вывел окрик одного из солдат:

– Идут!

Один из десептиконских истребителей заметил людей и двинулся к ним. Спрятаться было негде, бежать некуда. Они были совершенно беззащитны.

Вдруг с небес прямо в крышу пикирующего истребителя ударил мощный лазерный луч. Никакое человеческое оружие не могло нанести Десептикону такой урон. Сэм огляделся и замер в изумлении: из-за разрушенного здания вышел Оптимус Прайм. За ним –Бамблби, Рэтчет и остальные Автоботы. Сэм удивленно раскрыл рот.

Оптимус сказал юноше:

– Может быть, теперь ваши лидеры поймут: Десептиконы никогда не оставят вашу планету в покое. А нам было нужно убедить их в том, что мы ушли.

– Они за мной следили! – стал оправдываться Сэм. – Я не мог тебя предупредить...

– Ты сказал достаточно, чтобы я понял: дела пошли не так, как надо, – заверил его Оптимус.

Сэм до сих пор ничего не понимал, не верил своим глазам.

– Но ваш корабль... Они его взорвали...

– Мы здорово придумали, да? – похвастался Роудбастер. – Сначала отделилась первая ступень. А в ней была наша спускаемая капсула! Всё равно это была не ракета. А ведро с гайками. Она бы никогда не вышла за пределы атмосферы.

Оптимус окинул взглядом лежавший в руинах Чикаго.

– Если они разрушают город, значит, собираются строить крепость. Чтобы никто не увидел, чем они там, внутри, занимаются.

– Тогда, мне кажется, я знаю, где искать, – сказал Сэм, вспомнив о здании, которое они обнаружили, отследив звонок с мобильного телефона Дилана. Он указал на десептиконский истребитель, подбитый Оптимусом: – Как вы думаете, мы сможем сесть в него и проникнуть к Десептиконам незамеченными?

– Ребята, за работу, – скомандовал Роудбастер. – Живо подготовьте этот десептиконский транспорт!

Реккеры мигом взялись за дело. Они в считаные минуты починили самолет, поврежденный лазерным лучом Оптимуса, использовав в качестве подручного материала подобранные на улице обломки машин. Сэму подумалось, что они похожи на техническую команду гоночного болида на «Формуле 1».

Работа была закончена меньше чем за час. Бамблби сел в кабину, за ним вошел Сэм. Он был рад снова оказаться рядом со старым другом.

– Думаешь, взлетит? – спросил Сэм.

Бамблби кивнул.

– А ты вправду знаешь, как им управлять? – осведомился юноша.

Бамблби помахал рукой, копируя человеческий жест: более-менее.

– Погоди, что это значит? Бамблби, объясни... – Но робот сделал вид, что не слышит, и нажал на газ. Сэма швырнуло на спинку кресла. Он попытался нащупать ремень безопасности, но безуспешно.

А внизу, на земле, Эппс отдал команду:

– Выдвигаемся!

Отряд направился к дому Дилана и по воздуху, и по улицам.

Бамблби повел захваченный истребитель вдоль стены небоскреба. Медленно, чтобы не привлекать внимания, он стал подниматься, пока не очутился вровень с балконом. Истребитель остановился на один этаж ниже квартиры, в которой томилась Карли.

Люк раскрылся, и Сэм выкарабкался на нос истребителя. До балкона оставался всего один шаг длиной фута в три, однако до земли – шестьдесят этажей. Сэм замешкался на несколько мгновений, глубоко вздохнул и только после этого решился на прыжок.

Благополучно ступив на балкон, Сэм отодвинул скользящую дверь и прокрался внутрь. Поплутав, нашел лестницу и поднялся на самый верхний уровень пентхауса. Из гостиной послышались голоса Дилана и Карли.

Сэм двигался медленно и неслышно, исполненный мрачной решимости. Он так сосредоточился на том, чтобы застать Дилана врасплох, что не заметил, как стереосистема, мимо которой он только что прокрался, вдруг превратилась в Лазербика!

Внимание Дилана было приковано к окну, и Сэм увидел в этом благоприятный случай.

– Карли... Тсс! – шепнул он.

Но едва девушка обернулась к нему, Лазербик бросился в атаку. Похожий на грифа Десептикон перебросил Сэма через кушетку и пригвоздил к ковру.

– Сэм! – закричала Карли.

Дилан обернулся и вздрогнул от ужаса.

– Лазербик!

Десептикон поднял ручную пушку и выстрелил в панорамное окно. Потом подтащил Сэма к краю и вытолкнул наружу. Юноша скрылся из виду.

– Нет! – завопила Карли и бросилась за парнем, но Дилан схватил ее и оттащил от окна.

Довольный своей работой, Лазербик отвернулся от окна. Он не видел, что снизу медленно поднялся десептиконский истребитель, а на его верхушке сидел Сэм.

Из кабины Бамблби открыл огонь и первым же выстрелом разбил Лазербика о стену. Дилан бросился на пол и забился под кушетку.

Карли кинулась к окну. Сэм уже ждал ее, вытянув руки. Девушка прыгнула, он подхватил ее и втащил на борт.

Сэм отвел девушку в кабину к Бамблби и хотел войти сам, но вдруг сзади его дернул Лазербик. Десептикон прицелился из бластера, но в этот миг между ними вклинился армейский беспилотник. Он принял выстрел на себя, но сшиб Сэма и Лазербика с ног. Оба рухнули на обшивку истребителя. Беспилотник неуправляемо завертелся и врезался в стабилизаторы.

Бамблби с трудом удерживал управление. Истребитель, бешено дергаясь, стал медленно снижаться по спирали. Лазербик, разозленный промахом, снова прицелился из бластера, но Сэм закричал:

– Бамблби, огонь!

Лазербик слишком поздно сообразил, что своими маневрами Сэм подставил его прямо под огонь самолетных пушек. Он не успел уклониться от выстрелов и рухнул на мостовую.

И эта самая мостовая, вдруг заметил Сэм, приближалась очень стремительно. Сэм сжался. Посадка вышла жесткая.

Перепуганная Карли вышла из кабины, приблизилась к Сэму и коснулась ладонями его лица:

– Ты... меня нашел.

Юноша и девушка обнялись, улучив краткое мгновение тишины.

Мгновение это длилось недолго. Эппс и его команда, остававшиеся на улице, видели всё, что произошло наверху, и вместе с Автоботами поспешили к месту падения.

Эппс заметил на земле поврежденный беспилотник, схватил его и заговорил прямо в передающее устройство:

– Центр управления полетом, вы меня слышите? Сделайте же что-нибудь! Шевелитесь!

Задачей беспилотника было снабжать ВВС информацией по спутниковой связи. Эппс надеялся, что его кто-нибудь услышит.

Беспилотник оставался недвижим. Но едва Эппс вознамерился брезгливо отшвырнуть его, оптические сенсоры шевельнулись. Стеклянный взгляд остановился на Эппсе, и маленький робот насколько раз кивнул.

К Эппсу подбежал Сэм. Заглянув в глаза беспилотника, он тотчас же крикнул:

– Вы нас слышите? Сентинел здесь, в Чикаго, готовится привести колонны в действие.

Вдалеке от Чикаго американское правительство и все его агентства лихорадочно соображали, что делать. Маленький разведывательный беспилотник передал в штаб видеозаписи, на которых были видны лишь развалины и больше ничего. Всё произошедшее было окутано завесой молчания – из разрушенного города не поступало никакой информации. Никто не нал, что там происходит и как можно помочь.

В штаб-квартире NEST Симмонс, директор Миринг и генерал Моршауэр разрабатывали план обороны. Симмонс высказал дельное предложение. Он сказал по телефону полковнику Ленноксу:

– Леннокс, слушайте. Только у вас есть ребята, которые находятся достаточно близко к зоне событий и при этом знают, как воевать с этими чудовищами.

Генерал согласился с ним и добавил:

– Я мог бы мобилизовать войска, но это ничего не даст. Численностью Десептиконов не возьмешь, их слишком много. Но удар исподтишка, нанесенный вашей командой, был бы полезен.

– Солдат, я не могу посоветовать тебе, что делать, – продолжал Симмонс. – Но если бы я не застрял здесь, думаю, вы догадываетесь, где бы я сейчас был.

Связь прекратилась, и в тот же миг начали поступать новые сведения от беспилотника. Симмонс и Миринг пытались хоть что-нибудь понять из обрывочных сообщений. Видеоинформация перебивалась сильными помехами, аудиосвязь прерывалась. Все вгляделись в зернистое изображение. На экране время от времени мелькало лицо Сэма, из динамиков доносился его сбивчивый голос:

– Сентинел... поставил колонны... на крыше... небоскреба... строит... еще один... Космический Мост!

Симмонс поднял глаза на генерала:

– Еще раз вызовите полковника Леннокса. Срочно!

Леннокс сидел за столом, злясь на себя за бессилие. Вдруг на экране вспыхнуло лицо Сэма. Леннокс подскочил.

Из динамика послышался голос Сэма. Леннокс с трудом разбирал слова.

– ...переправят... Кибертрон... сюда... надо уничтожить... главную колонну!

Леннокс дал знак двоим солдатам. Не желая упустить ни слова из сообщения Сэма, написал на бумажке приказ: «Доставьте технические данные о самом высоком здании в Чикаго».

Вдруг передача прервалась. Сэма сменил голос Симмонса:

– Леннокс, ты его слышал? За дело!

Полковнику не надо было повторять дважды. Он уже схватил снаряжение и вызвал свою команду в полном составе.

Дилан Гоулд проклинал всё на свете. Он потерял заложницу, Сэм ускользнул живой и невредимый, Лазербик уничтожен, а главное – его квартира полностью разгромлена.

Успокаивало его только одно: то, что Десептиконы всё же придут к власти, и он, Дилан, сможет рассчитывать на одно из высоких мест в их иерархии. Он уже доказал свою значимость и докажет еще раз.

Сентинел и Мегатрон до сих пор не знали, что Оптимус остался в живых и Автоботы находятся в Чикаго. Значит, надо их предупредить. Дилан помчался по улицам к мосту через реку Чикаго, размахивая над головой футболкой. А чтобы Десептиконы не приняли его за врага, кричал во всё горло:

– Автоботы живы! Они здесь!

Кинув взгляд на город сверху вниз, Сентинел Прайм заметил Дилана и навострил аудиосенсоры, чтобы не пропустить ни слова. Потом, выслушав сообщение, язвительно обратился к Мегатрону:

– Напомни, пожалуйста, в чем именно заключается сильная сторона твоего воинства?

Мегатрон застыл как вкопанный. Но только на миг.

– Десептиконы! – взревел он. – Охраняйте колонны! Уничтожить Автоботов!

Далеко внизу, на улице, разводной мост начал расходиться. Обе его половинки потянулись к небу. Дилан едва успел миновать его. Он перепрыгнул через расширяющийся провал и кубарем скатился по другой стороне.

Сентинел посмотрел на панель управления.

– Магнитная полярность достигла нужного уровня. Активировать устройство.

По его команде колонны во всех концах земного шара устремились в стратосферу. Достигнув заданного положения, каждая из них испустила луч яркого света, соединявший ее с соседними колоннами. В считаные минуты Землю окутала светящаяся сеть.

Сентинел поднял глаза, посмотрел на ослепительную дугу, разделившую небо надвое, и произнес одно-единственное слово:

– Активизируем.

Из центральной колонны к небу устремился огненный импульс энергии.

Сэм видел всё происходящее с земли.

– Начинается! – крикнул он, надеясь, что его кто-нибудь услышит. Впереди высился небоскреб, на котором Сентинел установил свои колонны. – Мы можем выстрелом сбить центральную колонну? От нее зависит работа всего Моста, – сказал он Эппсу.

Сержант окинул обстановку скептическим взглядом и покачал головой.

– До нее восемь кварталов, да еще и на другом берегу реки. Для выстрела надо подойти поближе, причем незаметно. На это уйдет уйма времени. – И они направились к мосту.

Тем временем прибыло подкрепление. К Чикаго приблизились пять военных самолетов, летевших так низко, что их моторы вспенили спокойные воды озера Мичиган. В переднем из них сидели Леннокс и его команда, на каждом был модифицированный костюм-крыло. Полковник был уверен, что его люди знают свою задачу назубок, но всё же обернулся к ним и дал последние указания.

– Когда пилот наберет высоту, прыгаем. Направление спуска – к реке. Держаться тесной группой. Наша цель – мост.

Солдаты прыгнули и полетели над городом, как гигантские белки-летяги. Костюмы-крылья поймали воздушный поток и создавали подъемную силу, которая не давала людям упасть и предоставляла значительную свободу для маневрирования. И это было очень полезно: через несколько мгновений к людям устремился десептиконский истребитель.

Резко свернув влево, Леннокс провел свою команду сквозь узкий провал в разрушенном здании. Истребитель бросился в погоню, но зацепился крылом за стену и взорвался, рассыпавшись огненным вихрем.

Все восемь солдат раскрыли парашюты и мягко приземлились на крышу гаража. Через минуту они сняли полетное снаряжение и укрылись в темном углу гаража.

Леннокс и его люди нашли Сэма, Карли и Эппса под мостом. Леннокс, несмотря на опасность, был рад снова увидеть своего давнего армейского товарища Эппса.

– Это называется – ты вышел в отставку? – шепнул он.

– Хватит болтать, – перебил его Эппс. – Мы не можем подойти к небоскребу. А Автоботов окружили вон там. – До людей доносился грохот битвы – это Автоботы оборонялись от Шоквейва и бурового робота. Когда Шоквейв атаковал, Автоботы приняли огонь на себя, и люди поторопились воспользоваться этим отвлекающим маневром.

Леннокс вышел на связь со штаб-квартирой NEST.

– Хорошие новости, – сообщил он Эппсу, выслушав известия. – Ракеты прибудут минут через двадцать, спасибо нашему старому другу Симмонсу. Расставьте своих людей по местам, пусть готовятся к атаке.

Эппс кивнул. Леннокс огляделся.

– Надо как-то перебраться через реку.

И словно по его команде, мост начал опускаться.

Сэм улыбнулся. Кажется, старина Симмонс со своим помощником Датчем снова оказались на высоте.

Оптимус Прайм достал из мобильного боевого комплекта полетное снаряжение, взмыл ввысь и открыл огонь по металлическому чудовищу – буровому роботу. Каждый выстрел отрывал железные щупальца, пробивал огромные дыры в мощной броне. Оставшиеся щупальца извивались, как раненые змеи. Через несколько минут буровой робот превратился в груду покореженного металла.

Эта потеря не вызвала у Шоквейва никаких чувств. Он нимало не загрустил оттого, что его ручной зверь уничтожен. Однако его разозлило, что долгие годы работы и исследований погибли столь бесславно. Он нацелил свою тяжелую пушку на Оптимуса и открыл шквальный огонь.

Выстрелы попали в летательный аппарат Оптимуса и уничтожили систему двигателей. Оптимуса занесло. Он начал падать, кружась по спирали, ударился о стену высокого здания и застрял в обломках.

А Бамблби тем временем затеял жестокую битву с Саундвейвом. Но на помощь противнику прибыли еще несколько Десептиконов, и они быстро подавили Бамблби численностью. Он попал в плен к Саундвейву.

Но главными героями показали себя двое самых маленьких Трансформеров. Вили и Брейнс прибыли в Чикаго вместе с остальными Автоботами, но поскольку они не относились к боевому типу, то вынуждены были сидеть и ждать в укрытии. Но даже при этом они были достаточно близко к месту схватки, чтобы видеть всё происходящее. Они заметили, что Бамблби захвачен врагами, и решили, что пришло время действовать.

Они не могли в одиночку сразиться с Саундвейвом и его воинами-Десептиконами, однако хитрый Вили придумал план.

В суматохе никто из Десептиконов не заметил, как два маленьких служебных робота проскользнули между грудами обломков, вскарабкались по стене и вспрыгнули на корпус огромного боевого крейсера Десептиконов, на котором содержались» пленные Автоботы.

Крейсер парил над Саундвейвом, а на опустевшем кресле пилота сидели Вили и Брейнс. Вили разглядывал приборную панель.

– «В полете не включать», – прочитал он вслух.

– Сказано не включать – значит, не включай, – посоветовал ему Брейнс. – Мы как раз в полете.

– Это верно, – отозвался Вили и нажал на кнопку.

Как раз в этот миг Саундвейв торжествовал победу над Бамблби. Но радость была недолгой. Неожиданно на землю стали падать боевые ракеты, установленные в трюме крейсера. Вили нажал кнопку сброса! Большая часть ракет рухнула на головы Десептиконам.

Под грохот взрывов Бамблби поднялся на ноги и прицелился из пушки. Больше Саундвейв никогда не побеспокоит Автоботов.

Но самому Бамблби еще грозила опасность. Пока он сражался, сзади к нему неслышно приблизился Шоквейв.

Бежать было некуда, и Бамблби очутился один на один с врагом. Единственный глаз Десептикона горел ненавистью,

Вдруг над головой промелькнула тень. Это Оптимус, высвободившись из обломков, ринулся на Шоквейва и могучим ударом сбросил Десептикона на землю.

Оптимус не дал ему подняться. Он ринулся вслед на Шоквейвом, молотя его могучими кулаками. Шоквейв отбивался, но так и не смог вырваться из мощной хватки Оптимуса.

Автоботы быстро одолели врагов, и Оптимус взялся за своего главного противника – Сентинела Прайма.

Высоко в небе связь между центральной колонной и теми, что взлетели в космос, была полностью установлена. По небу растянулась светящаяся сеть. Сентинел поднял глаза. Он был доволен своей работой.

– Теперь этот мир станет нашим, – произнес он. – Начать транспортировку.

Внизу, на улице, Оптимус посмотрел на Сентинела снизу вверх и прицелился из пушки. Сентинел дернулся в сторону, уклоняясь от выстрела, и слишком поздно понял, что мишенью был не он. Огненный залп вдребезги разнес шпиль, к которому крепилась центральная колонна.

Вскрикнув, Сентинел потянулся к колонне, но не успел. Она, кувыркаясь, полетела вниз, на мостовую.

Оптимус пристально посмотрел на робота, который когда-то был его другом.

– Ты побежден, Сентинел Прайм. Твои союзники уничтожены, твои планы потерпели крах. Спустись сюда. Сразись со мной, и мы навеки покончим с этим.

– Пока я жив, Оптимус, игра не окончена. Мы всё равно превосходим тебя численностью. Десептиконы! Включить колонну!

Сентинел Прайм соскочил с крыши и с грохотом опустился на землю перед своим бывшим учеником.

Оптимус и Сентинел настороженно кружили на одном месте. Каждый выискивал слабые места противника, выжидал момент для удара.

– Ты же сам учил меня, что свобода – главное право всех разумных существ, – сказал Оптимус.

– Да, – ответил Сентинел. – Но только лучшие имеют право на жизнь.

Центральная колонна с грохотом свалилась с крыши. Сэм проводил ее глазами. Сначала он ожидал, что Космический Мост тотчас же сам собой закроется, но этого не произошло. Даже с земли колонна продолжала питать энергией световую паутину.

Сэм услышал, как Сентинел отдал команду Десептиконам, и понял: надо что-то делать. Он обернулся к Карли и сказал:

– Стой здесь. Мне надо идти.

И побежал по улице к упавшей колонне. Но издалека увидел, как к ней приближается еще одна фигура.

Это был Дилан, и он успел первым.

– Остановись, Дилан! – взмолился Сэм. – Не делай этого!

Бизнесмен посмотрел на Сэма и улыбнулся.

– Для меня существует только одно будущее, – произнес он и нажал на древнюю эмблему Трансформеров, вытравленную на колонне.

Над городом прогрохотал оглушительный взрыв. По городским улицам словно пробежала судорога. Энергетическая сетка в небе раскалилась добела, потом почернела. И тогда Сэм увидел над головой чудовищный диск огромной металлической планеты, медленно входившей в атмосферу.

На миг Дилан так увлекся зрелищем Кибертрона, спускавшегося по Космическому Мосту, что забыл о Сэме. Юноша бросился на врага, но Дилан всё же исхитрился оттолкнуть его и подхватил с земли обломок железной трубы. Сэм отпрянул, настороженно глядя на оружие противника.

А за спиной у Дилана центральная колонна продолжала испускать в небо потоки плазмы, притягивая Кибертрон всё ближе и ближе. Сэм чуть ли не кожей ощущал, как трепещет вокруг него электрическая энергия луча.

– Ты сделал свой выбор. И встал не на ту сторону, – насмешливо бросил Дилан. – Видишь вон ту планету? Я только что спас от гибели целый мир. Как ты думаешь, я герой?

– Нет, – сказал Сэм. – Всего лишь почтальон.

И с этими словами Сэм выбил из рук Дилана железную трубу. Но было уже поздно.

Кибертрон прибыл на Землю.

Увидев, что Сэм и Оптимус сражаются каждый со своим противником, Карли решила тоже взяться за дело. Она прекрасно знала, кого возьмет к себе в помощники. Она нашла его в узком переулке, где он сидел, глядя в небо. Это был Мегатрон. Карли вскарабкалась на обломки городского автобуса и встала лицом к лицу с предводителем Десептиконов.

– Послушай, Мегатрон, – начала она. – Разреши задать тебе один вопрос. Разве к этому ты стремился? – Карли придвинулась ближе. – Вспомни, каких трудов тебе стоило воскресить Сентинела. И теперь практически вся энергия планеты в его руках. Мне это кажется горькой иронией. Точнее, почти что трагедией. Вы, Десептиконы, наконец-то завоюете эту планету, и вождем окажешься не ты.

Мегатрон вскипел. Да он одним ударом мог бы сокрушить эту козявку! Но всё же он слушал, потому что слова, которые произносила эта человеческая букашка, точь-в-точь совпадали с его собственными мыслями.

– С минуты на минуту, – неумолимо продолжала Карли, – ты станешь всего-навсего слугой Сентинела.

Тщеславие взяло верх. Мегатрон встал, в его глазах снова полыхнул красный огонь. Он посмотрел туда, где Оптимус сражался с Сентинелом.

– И вправду ирония судьбы, – проговорил он. – Видеть, как двое моих злейших врагов колошматят друг друга.

И он принял решение.

Сентинел мощным ударом сбил Оптимуса с ног. Его давний ученик вырос хорошим бойцом, но пришло время положить этому конец. Он чувствовал, что боевой дух в Оптимусе почти иссяк. Сентинел достал окислительную пушку и прицелился в Оптимуса.

– Ты всегда был самым храбрым из нас, – сказал Сентинел. – Но никогда не умел принимать верных решений. Наша планета будет спасена. Благодаря тебе. Прощай, старый друг.

Но Сентинел не успел нажать на спусковой крючок. Кто-то заломил ему руку назад. Бластер выпал из пальцев. Сентинел обернулся и заглянул прямо в глаза своего бывшего товарища по заговору.

– Мегатрон! – вскричал Сентинел.

– Для тебя – господин Мегатрон.

Мегатрон одним ударом сбил Сентинела. Тот рухнул в пыль, как подкошенный, но быстро оправился. Однако, поднявшись на ноги, увидел перед собой Мегатрона и Оптимуса, стоявших бок о бок.

Сентинел хмыкнул:

– Когда-то все мы были богами. Но здесь останется только один.

Разгорелся бой, от которого город содрогнулся до самого основания. Даже объединив силы, Оптимус и Мегатрон чувствовали, что Сентинел – противник не из легких. Он сражался яростно. Все трое наносили друг другу чудовищные удары.

Решающий миг настал, когда Мегатрон могучим пинком сбил Сентинела с ног. Тот упал, но тотчас же вскочил, однако Оптимус успел воспользоваться этим мгновением. Он встал перед Сентинелом, зажав в руке космический окислительный бластер.

Коррозирующий элемент поразил Сентинела прямо в грудь. Он опустил голову и, словно громом пораженный, смотрел, как по металлической броне расползается ржавое пятно. Сентинел рухнул на колени перед Оптимусом.

Леннокс и Эппс тоже не теряли времени даром. Пока три Трансформера вели эпическую битву, люди раскладывали взрывчатку вокруг центральной колонны. Вспыхнул первый запал, и солдаты поспешили укрыться за грудой обломков.

Взрыв разметал колонну в клочья. Энергетическая сетка Космического Моста в небе затрепетала и погасла. Огромный силуэт Кибертрона потускнел и через минуту полностью растворился в темноте.

Увидев, что Кибертрон исчез, Мегатрон испустил такой вопль отчаяния, что его было слышно за много миль вокруг. Он понял: его планы потерпели провал. Окончательным победителем в долгой битве стал Оптимус Прайм.

Поверженный Мегатрон воззвал к Оптимусу о милосердии.

– Я хочу только одного – положить конец войне. Вспомни, брат, когда-то мы с тобой были единомышленниками, мечтали об одном и том же. О свободе для всех Трансформеров, о том, что будем снова жить на нашей родной планете – на Кибертроне. Мы пользовались разными средствами, но всё равно стремились к одной и той же цели. Я прошу тебя только о мире. Дай мне возможность вернуться домой, восстановить нашу родную планету.

– Через тиранию мира не достичь, – ответил ему Оптимус. – Интересно, поймешь ли ты это когда-нибудь. Мы не станем больше с тобой воевать, но ты навсегда покинешь эту планету. И тогда ее народ наконец-то получит возможность жить в мире.

Оптимус посмотрел на умирающего Сентинела Прайма. Тот протянул трясущуюся руку, но Оптимус не сделал ни шагу ему навстречу.

– Я всегда хотел только одного, – с трудом проскрежетал Сентинел. – Чтобы Трансформеры остались в живых. И только поэтому... я тебя предал.

– Ты меня не предавал. Ты предал самого себя, – сурово сказал ему Оптимус и отвернулся.

Битва закончилась.

Сэм подошел к людям, окружившим Оптимуса Прайма. Он снова оказался спасителем мира. Но на этот раз ему помогли. В его руку скользнула мягкая ладонь, и он увидел рядом с собой Карли.

– Карли, я тебя люблю, – сказал Сэм. –Я никогда не забуду того, что ты для меня сделала.

– Честное слово?

– Честное слово.

– И как же ты собираешься меня отблагодарить? – поддразнила она его.

Вдруг Бамблби поперхнулся и закашлялся. Сэм с тревогой посмотрел на него.

– Ты что, Би, подавился? – спросил Сэм. – Что-то никогда за тобой этого не замечал.

Но Бамблби кашлянул еще раз, выплюнул небольшое уплотнительное кольцо и протянул его Сэму.

– Эй, погоди-ка, притормози. – До Сэма постепенно начало доходить, чего хочет Бамблби. – Я еще не готов делать предложение!

Карли лишь улыбнулась и похлопала Бамблби.

– До чего же мне нравится эта машинка! – сказала она.