Колин Земанн обыкновенный лаборант на огромном корабле "Дилариум", летит на новую планету, готовую принять поселенцев с Земли. Всё протекает буднично и штатно, разве может быть по другому? Но однажды Земанн встречает в столовой женщину, разговор с которой заставляет его не только задуматься, но и вносит смуту в его душе. Что по настоящему ждёт их на "Новой"?
Часть 1
Земанн занёс последние данные наблюдений на клавиатуре расположенной в прозрачной дверце, лаборатории.
– Старшему лаборанту, говорит Колин Земанн. У меня всё. Данные отправил, готов передать вахту.
– Старший, Александр Мишин, принял. Начинаю смену, – услышал Земанн сонный голос в наушниках шлема.
Земанн зевнул и зашёл в кабину деактивации скафандра.
В кабинке с белыми глянцевыми стенами зажегся яркий свет.
– Внимание, начинаю процесс антисептики, – услышал он мягкий женский голос, – пожалуйста, закройте фильтр вашего шлема.
– Давай уже, в душ хочется, сил нет.
– Вы не закрыли фильтр, – мягко предупредил голос.
– Протокол 74Р, – прикрикнул он.
– Принято.
Свет стал ещё ярче, потом плавно сменил спектр с белого на синий. Перешёл снова в белый, но уже быстрее. Смена спектров ускорялся, быстрее и быстрее, пока глаз человека не перестал видеть момент перемены. Воздух в кабинке поплыл. Земанн прикрыл глаза, по телу прокатилась волна тёплых покалываний. Скафандр прощается с его телом. Он был второй кожей, только гораздо толще. Надёжно защищал от критических температур и любой агрессивной среды, постоянно поддерживал микроклимат комфортный для тела. После деактивации становился жёстким и прочным. Как только Земанн отключил и снял шлем, цвет скафандра изменился из белого в темно-серый. Передние части с лёгким шорохом прятались назад со скоростью почти не уловимой для глаз. Через пару секунд Земанн шагнул вперёд, оставив остов скафандра позади. Свет снова стал белым, но уже тёплым и не слепящим. Он зашёл в душевую.
Мощные струи тёплого пара обдали его со всех сторон.
– Чуть горячее, – немного повысив голос, приказал Колин.
Струи пара стали теплее.
– Уф, какое блаженство!
Он стоял, раскинув руки в стороны и зажмурив глаза от удовольствия.
– Процедура окончена, – сказал тот же мягкий женский голос.
Лаборант вышел из душевой в небольшой тамбур раздевалки. Здесь никого, значит, сменщик будет противоположного пола и она сейчас готовиться к вахте в женском отделении.
Из-за тонкой стенки, которая делила раздевалки, послышался шум душа.
Колин улыбнулся, представляя обнажённую коллегу, и стал одеваться.
Костюм из искусственных волокон приятно обтянул тело. Две зелёные полоски на рукаве говорили о статусе его хозяина – «младший лаборант».
Носки, лёгкие полукеды. Всё разработано корпорацией "КосмоНить"
Земанн вышел из раздевалки, длинный узкий коридор заканчивался дверями лифта.
«Сейчас в столовку и отсыпаться, – решил он».
В столовой почти никого, пассажиры погружены в сон. Во сне терялось ощущение длительности перелёта. И это значительно экономило ресурсы на корабле. Земанну пришлось, работал весь рейс, другого способа оплатить место на корабле у него не было. В пределах «Дилариума» для адаптации суткам, которые их ждали на Новой земле, отказались от привычных двадцати четырёх часов. Сутки на станции длились тридцать два часа. Земанн привык к этому довольно быстро. В космосе нет смены дня и ночи как на земле. Сутки делились на первые шестнадцать часов и другие шестнадцать часов. Больше работаешь, больше отдыхаешь только и всего.
Ассортимент блюд в столовке тоже делился на две составляющие обязательные блюда и дополнительные. Обязательный рацион включал порцию "каши" так любя называли некую желеобразную массу, вкусу которой приходилось привыкать ещё на земле. Овощное пюре и фруктовый кисель тоже только носили название схожее с земными блюдами. Дополнительно можно было взять кофе или чай, блюда из сублимированного мяса, хлебцы, и шоколад.
Колин выложил на формовой поднос обязательную часть меню, доложил несколько пластинок хлебцев, гуляш с подливой.
Никакой голод не мог заставить Земанна есть с удовольствием обязательный рацион. Он пробовал добавлять мясные блюда в кашу и пить кисель, заедая шоколадом, но это только растягивало мучение. Есть больше не хотелось, а доедать надо.
Он уже практически закончил с "кашей" как услышал голос.
– У вас свободно?
Земанн поднял глаза, перед ним стояла женщина лет пятидесяти с аккуратно уложенными в пучок седыми волосами. В белом халате, а не в комбезе как большинство. На рукаве лычки из четырёх горизонтальных зелёных полосок, две широкие и две узкие.
"Ого, – подумал Колин, – понятно, почему нарушен привычный дресс-код". Дама являлась членом учёных уровня Альфа. Раньше Земанн видел такие лычки лишь на видео конференциях.
– Да конечно, присаживайтесь, – он зачем-то подвинулся, хоть столик был рассчитан на шестерых, места было и так достаточно.
Женщина мило улыбнулась на его жест и присела. У неё на подносе был только кофе и плитка шоколада.
– Мари Толк, – женщина протянула руку.
– Земанн Колин, младший лаборант, – представился он и ответил на рукопожатие.
– Вы удивлены, почему я подсела к вам? Столовая ведь полупустая.
У неё приятный голос, наверное, именно о таком говорят, бархатный.
– В общем, нет, – Земанн пожал плечами, – вы мой начальник, это нормально. Удивлён, как вы оказались в столовке для персонала.
Женщина улыбнулась.
– Вы с вахты или только будите заступать?
– Да, только сменился, теперь отдыхать.
– Как образцы?
– Да всё штатно. Патологий нет, отклонений никаких, – отрапортовал Земанн.
Мари сделала глоток кофе и даже не поморщилась.
– Что вы думаете обо всём этом?
Её светло-голубые глаза, казались прозрачными и пристально смотрели на него.
Земанн снова пожал плечами.
– Я думаю, что это прорыв в науке. Наши образцы должны с успехом прижиться на «Новой» с вероятностью восемьдесят шесть процентов, это поможет переселенцам пройти адаптацию и…
– Я не об этом, – мило улыбнулась Мари, – что вы думаете о «Дилариуме», о колонизации «Новой», о корпорации «КосмоНить».
Земанн немного растерялся. Вопрос риторический. Земля перенаселена, экология практически уничтожена. «Новая» совсем другое дело, она больше Земли в пять раз, моря, океаны, леса, джунгли, животный мир. Всё подходит для жизни. Планету открыли совершенно случайно. Один австралийский математик астроном вычислил, местоположение планеты в космосе, и не ошибся. Первый же зонд показал, что она пригодна для жизни. Поиски разумных обитателей с помощью техники не привели к успеху.
Корпорация «КосмоНить» прежде создававшая спецодежду для космонавтов на основе нано технологий, быстро развивалась и перешла к проектам освоения дальнего космоса. Именно эта корпорация и взяла на себя миссию изучения планеты с простым названием «Новая». Окончательное имя планете решили присвоить позже, в случае успешной колонизации планеты. Тогда переселенцы сами дадут название своему новому дому.
– Я думаю, – начал Земанн немного запинаясь – что это новый виток в развитии человечества, глоток свежего воздуха, шанс выжить, и всё такое.
– Испоганили донельзя одну планету, теперь можно гадить на другой, – задумчиво, еле слышно сказала Мари.
– Извините, – не понял Колин.
– Что? Простите, я немного задумалась, – мило улыбнулась женщина, – так вы купили участок на «Новой»?
– Конечно! На берегу Лазурного океана. В зелёной длине. Удобная бухта. Классное место!
– Любите море? – как-то игриво спросила Мари.
– Обожаю. Купил целый гектар.
– Море, море, море, – женщина перестала улыбаться и снова задумалась.
– А вы знаете, что странно? – неожиданно спросила она.
– Нет, что?
– Никто из миллионеров или представителей элиты не купил и квадратного метра на «Новой». Даже топ-менеджеры из "КосмоНити", хоть это полностью их проект. Как считаете почему?
– Ну, – пожал плечами Земанн, – на то они и богатеи, чтобы считать каждую копейку. Осторожничают. К тому же «Новая» громадна по сравнению с Землёй. Почти всё человечество купило по участку земли, и то не заняли пятой части планеты. Богачи всегда успеют.
– Выгнать людей с родной планеты за их же деньги, – Мари снова засмеялась, но без злости и сарказма, а с каким-то отчаяньем, безнадёжностью.
– В смысле? – не понял Земанн.
– Человечеству продали участки, которые не принадлежали «КосмоНити», и за эти деньги организовывает переезд собственно в никуда. «Дилариум», на котором вы сейчас летите, уже седьмой корабль, отправленный на «Новую». С первыми связи так и нет?
– «Дилариум» не просто корабль, – возразил Колин, – это летающая станция, в отличие от других он не будет приземляться на поверхность, а останется на орбите. Это космический хаб, база, транспортный узел. Что до прежних миссий, там тоже всё не совсем так, связь была прекрасной. Помните, «Нова» первая села на поверхность, с астронавтами для разведки. Они первые сообщили, что на планете атмосфера как на Земле. Дышится легко. Всё шло отлично, связь с ним оборвалась через пару недель.
– Мне ли не помнить, – Мари Толк заулыбалась, – продолжайте.
– Следом отправилась «Нова-2» после посадки связь возобновилась, все убедились, первопроходцы с «Новы» живы и здоровы.
– Потом связь снова оборвалась, – улыбнулась Мари, пока на поверхность планеты не села "Нова-3", потом так же "Нова-4", пятая, шестая. Так до нас, до седьмой экспедиции.
– «Дилариум» решит проблемы со связью. Наша экспедиция решающая, последняя, по её результатам примут решение отправлять народные массы на «Новую» или продолжить дальнейшие разработки и исследования.
– Связь военные будут налаживать? – спросила Мари.
– Военные на всякий случай, наша безопасность только то.
– Там же нет разумной жизни, от кого защищаться? Или они для нападения? А может для усмирения? Может, вам не всё сказали?
Мари Толк поставила на стол пустую чашку из-под кофе.
– Не думаю, – Земанн поджал губы, – может охранять «Дилариум», космос враждебная среда для человека, вдруг пришельцы, – он сам заулыбался на свои слова.
– Нет Земанн, в космосе не было зла, пока люди в него не пришли.
Колин нахмурился не совсем понимая, что хотела этим сказать собеседница.
Мари Толк поднялась и улыбнулась своей обаятельной улыбкой.
– Удачи вам, Колин Земанн. Вас ждёт много интересного. И не удивляйтесь ничему, многое невозможно объяснить только потому, что не нужно объяснять.
Колин ничего не понял, но кивнул в знак благодарности. Мари Толк ушла, оставив пустую чашку перед ним.
Этот разговор показался ему до крайности странным. Мари Толк пожилая женщина, но при наборе в экспедицию были жёсткие возрастные ограничения. Мари Толк, точно их не проходила, разве что её взяли в виде исключения, как ценного специалиста. Но эти разговоры; зачем, почему, намёки на обман со стороной «КосмоНити». Земанн никогда об этом не задумывался. Ему нравилась мысль о новой жизни на новой планете.
Он постарался выкинуть из головы этот разговор, как пустой. Похоже, у Мари Толк развилась паранойя от длительного перелёта. Не зря же есть ограничения по возрасту. И вообще лететь осталось не так уж долго. Он доел свой обед и отправился спать.
Часть 2
Чем ближе «Дилариум» приближалась к своей цели, тем время тянулось дольше. Вахты казались бесконечными, досуг заполнить не чем, всё наскучило, надоело, обрыдло. Мари Толк больше ни разу не повстречалась. Но этот странный и непонятный разговор не шёл у него из головы. Вопросы, которые прежде казались незначимыми, стали волновать его. Они появлялись в его голове, всплывали неоткуда, снова и снова, странные, каверзные, безответные. Это лишило его не только оптимизма по поводу переезда на другую планету, но поселило в душе тяжёлое сомнение.
В последнюю неделю перед прибытием на «Дилариуме» стало живее. Людей больше, и больше. Поселенцы самых различных профессий от строителей, до аграриев. Учёные, которых он видел всё время следования. Техники и астронавты в чёрно-синей форме. И военные с отважными, но не очень умными лицами. В столовой теперь яблоку негде было упасть, порой приходилось поискать свободное место за столиком.
«Дилариум» начал плавное торможение. Открыли обзорные иллюминаторы. Теперь всё свободное время Земанн торчал у них, любуясь приближающейся планетой. Мечты о новой интересной жизни, опять преобладали в его душе, встречу с Мари Толк удалось запрятать глубоко в архивы памяти.
Тяжёлый, неповоротливый «Дилариум» завис на орбите «Новой». И уже на следующий день с ними на связь вышли поселенцы.
На борту царила атмосфера восторга и феерии. Мощный телескоп позволил рассмотреть город поселенцев с предыдущих шести миссий. Населённый пункт вытянулся вдоль большой реки, на высоком берегу. В пригороде колонизаторы очистили довольно большие площади земли под сельскохозяйственные угодья. Удалось даже разглядеть площадку с посадочными модулями прежних миссий. Всё шесть кораблей стояли в ряд, возможно с целью организации музея для благодарных потомков. На землю послали сообщение, об успехах проекта. Колония развивается как нельзя лучше. Приложили видео файлы, сделанные бортовым телескопом.
Прогнозы погоды на поверхности планеты были безупречными. Пришёл приказ о начале высадки.
– Вот чёрт! – выругался Земанн, когда прочитал графики очерёдности. Он был одним из последних. Вернее самым последним. Это значило ещё две недели вахты, душ из пара и отвратительная еда.
Земанн использовал каждую возможность, чтобы проводить транспорт на «Новую». Он радовался и завидовал, глядя как огромные грузовики плавно отходят от «Дилариума».
Подходила очередь Земанна.
После последней вахты он долго не мог уснуть, завтра он ступит на поверхность «Новой», опять твёрдая почва под ногами, чистый воздух, вкусная еда, благоустройство на его собственном участке. Колин волновался и нервничал, сам не мог найти объяснений своим тревогам. Он летит в обжитое место, с населением больше тысячи человек. Мало по малу тревога рассеялась как утренний туман, и он уснул.
Часть 3
Его разбудил пронзительный свист тревоги.
Земанн не сразу понял, что происходит, действия на этот случай были отработаны сотни раз, поэтому он всё делал автоматически.
Он выскочил из своего кубрика и побежал к месту сбора предусмотренного при аварийной ситуации. Пользоваться лифтами сейчас запрещено, на каждом уровне есть свои блоки или модули эвакуации. Земанн уже почти добежал до места как «Дилариум» тряхнуло с такой силой, что, не смотря на искусственную гравитацию Колин свалился с ног и пролетел по коридору метра два. Он успел закрыть голову руками, что спасло его при ударе о стену, и он не потерял сознание.
– Какого лешего! – заорал он, пытаясь встать на ноги.
Свист тревоги сменился на громкий рёв сирен, свет погас. Но сразу включился резервный, тусклый красный. Земанну слышал, как вокруг стонет металл «Дилариума». Снова удар, не менее сильный, на этот раз Колин не среагировал и ударился головой. В глазах поплыло, и он потерял сознание.
Земанн очнулся, его тело плавно плыло по коридору. Искусственной гравитации на его уровне больше не было. Колин потряс головой, в красном аварийном свете было сложно что-то различить отчётливо. Слух раздражал неприятный свист, источник которого Земанн не мог разобрать. Перебирая руками по стене, он добрался до т-образного перекрёстка коридоров. Ему на право, там спасательный модуль.
«Что могло произойти? Что с лабораторией? Что с образцами? – мысли путались в его голове».
Кто-то схватил Земанна за ногу, так неожиданно, что он вскрикнул от испуга. Обернулся, его держал за ногу астронавт из команды «Дилариума» здоровый тучный азиат. Его лицо было разбито, из раны на голове отделялись капельки крови, в условиях невесомости они превращались в маленькие шарики и парили рядом с астронавтом.
– Куда? – еле слышно спросил он.
– Колин Земанн, младший лаборант. Место назначения лаборатория сто семнадцать, уровень…
– Я знаю какой это уровень, – прервал его астронавт, – формальности сейчас не к чему.
– Вы из команды?
– Да, я Лайт-пилот восьмого класса, – астронавт зажмурился от боли и приложил руку к ране на голове, – меня зовут Роллин Кол, – простонал он.
– Вам срочно нужна помощь, вы позвольте, я осмотрю вашу рану.
Земанн осторожно отвёл руку пилота в сторону. Большая капля крови тут же отделилась от его головы, приобрела шарообразную форму и поплыла вдоль коридора.
– Дело плохо. Рана серьёзная, Роллин, нужно срочно обработать и перевязать. Обезболивающее не помешает. В спасательном модуле всё есть. Нам надо туда.
– Нет, нельзя, – Роллин зажмурился, каждое слово отзывалось острой болью у него в голове.
– Модули разбиты, транспортировка на "Новую" не возможна. «Дилариум» с чем-то столкнулся.
– Столкнулся? – переспросил Колин, – метеорит? Астероид?
– Нет. Это был корабль.
– Корабль? Но откуда?!
– Не знаю, мы его не заметили, появился со стороны восхода солнца. Даже не успели сделать маневр на уклонение от столкновения, слишком быстро.
Роллин опять зажмурился и стиснул зубы. Его ладонь опять накрыла рану.
– И что теперь?
– Мы сцепились с кораблём, наша масса стала в разы больше. «Дилариум» завалился. Он упадёт с орбиты.
– Надо покинуть корабль. Почти все уже на "Новой". Есть хоть один уцелевший транспорт?
– Здесь нет. Все порты разорвало при столкновении. Вылет невозможен.
Земанна охватил страх. Умирать вот так, в двадцать семь лет, когда до его мечты рукой подать, не хотелось.
– Должен же быть хоть какой-то выход? Может челнок, шлюп, может грузовой модуль? Хоть что-то!
– На «Дилариуме» нет. На «Нова-5» возможно.
– На чём? В смысле на «Нова-5»? Они же внизу, мы видели все корабли на поверхности, они стоят там внизу, в один ряд!
– Нет, – пилот медленно покачал головой, – «Нова-5» сейчас торчит в правом борту «Дилариума» и тащит его вниз с орбиты. У вас должен быть личный скафандр.
– Есть в лаборатории, – подтвердил Земанн.
– Вам надо в него влезть. Проверьте запас воздуха. Попробуем перебраться на «Нову-5» с него не вышел ни один транспорт, все пусковые шлюзы зашторены..
– А вы? Ваш скафандр, где он?
– Мой на мне, шлем подойдёт любой. В лаборатории должны быть.
Только сейчас Колин разглядел, что пилот не в форме, а в скафандре, вот почему он показался ему таким тучным. А белым он не становится, потому что без шлема нет завершающей активации.
– Я сейчас, – сказал Земанн и сделал кувырок в воздухе, чтобы развернуться. Потом оттолкнулся от стены и поплыл в сторону лаборатории.
Часть 4
Земанн быстро залез в свой скафандр. Активация на случай аварии проходила без лишних промедлений и операций. Каждая секунда может оказаться решающей в борьбе за жизнь. Захватил в техническом холле при лаборатории запасной шлем для Роллина. И отправился в обратный путь.
Когда он добрался до пилота, то ему сначала показалось, что тот умер. Он медленно вращался в воздухе, обхватив голову руками.
– Роллин! Не умирай, слышишь! Я не умею пилотировать корабли, я чёртов лаборант, а не пилот!
Роллин открыл глаза.
– Шлем.
Пилот протянул руку. Земанн подал ему шлем.
– Постой, так нельзя. Ты истечешь кровью в шлеме. Я взял биоклей из аптечки в лаборатории. Давай хоть им обработаем. Он и септик, и кровь остановит, и рану на время затянет.
– Поспеши, – простонал пилот. Словно в подтверждении на его просьбу поторопиться красный свет стал моргать с неравномерными интервалами.
Колин подлетел ближе к астронавту. Достал прямоугольный тюбик с медицинским клеем для обработки ран. Небольшая лопаточка, на упаковке нужна для нанесения средства в условиях невесомости.
Земанн выдавил на лопаточку прозрачную желеобразную субстанцию и аккуратно размазал по ране. Роллин стонал, и скрипел зубами от боли.
– Потерпи немного. На «Новой» тебя залатают, как следует и следа не останется.
Капельки крови перестали отделяться от головы пилота.
– Вроде всё, – улыбнулся Колин.
Он осмотрел результат своей работы и остался доволен.
– Куда на дальше? – спросил он пилота.
– На правый борт, к пусковым шлюзам. Там посмотрим, что к чему.
Земанн взял за руку Роллина и потянул за собой, отталкиваясь свободной рукой о стену.
«Дилариум» громадный корабль, им понадобилось более четырёх часов, чтобы добраться до правого борта. Чем ближе они приближались к цели, тем чаще стали попадаться результаты столкновения. Выпуклые местами стены в некоторых местах практически перекрывали коридор, и приходилось буквально протискиваться, чтобы продолжить путь. Авариный свет перестал моргать, на какое-то мгновенье он стал очень яркий, а потом резко погас, по всей станции пронёсся звучный хлопок. В пусковых шлюзах всё было раскурочено. Путь освещали яркие лучи фонарей на скафандре. Свет выхватывал из темноты, то разбитые части грузовых транспортов. То обрывки толстых кабелей в жёсткой чёрной гофре проплывали над головой. Куски рваного металла, какие-то ящики, мелкие предметы и самое страшное, первые трупы. Всё плавно кружилась в чудовищном вальсе хаоса и смерти.
Колин почувствовал, как холодок ужаса пробежал по его телу.
– Туда, – пилот указал на разорванную обшивку в борту «Дилариума».
Земанн потащил его к дыре. Высунув голову в пробоину, Земанн увидел громадный корабль, который врезался в них, большие красные буквы на его белом борту гласили «Нова-5»
«Так пилот не бредил, это действительно корабль с пятой экспедиции». – встревожился Колин.
Земанн хорошо помнил именно эту экспедицию. Он наблюдал за новостями о ней от старта до посадки. Только после того, как этот корабль передал сообщение, что он удачно приземлился. Их встретили переселенцы с прошлых миссий, Земанн решился лететь на «Новую» сам.
Теперь перед ним разбитый корабль, который никогда никуда не приземлялся, да ещё и повредил «Дилариум».
– Смотри, видишь там пробоина, – указал пилот на повреждённый корпус «Новы-5», – чтобы туда попасть придётся полетать в открытом космосе. Промахнуться нельзя.
– Понял, – кивнул Земанн.
Он взял пилота под руку и оттолкнулся от борта «Дилариума». Колин не делал каких-то даже приблизительных расчётов перед прыжком. Страх подгонял его и он всё сделал, полагаясь на удачу. К его удивлению прыжок оказался на редкость точным. Пролетев в космосе минут десять, они плавно влетели на мертвый корабль. Здесь тоже царила разруха. Что уничтожило корабль, не возможно было понять, но сейчас Земанну не до расследований. Колин вообще не хотел ни о чём думать. Он сильно устал, все, что он сейчас хотел, это поскорее спуститься вниз в колонию.
Роллин указывал рукой, куда Земанну надо двигать. Больше всего Колин боялся, что его луч света выхватит из темноты чей-нибудь изуродованный труп, но к его радости он натыкался только на различные предметы, которые плавали в невесомости, такие же мёртвые и холодные как сам корабль. Когда добрались до транспортных отсеков, Земанн остался почти без сил. Спортзал никогда не был его стихией, и сейчас он жалел, о своей слабой физической подготовке. Мышцы гудели, он потел так, что супер скафандр не успевал отводить лишнюю влагу. Во рту пересохло.
Нашли транспорт. Он был загружен.
– Готовился к высадке на поверхность. Пуск отменили экстренно. Что-то произошло, все покинул транспорт – сделал вывод Роллин после быстрого осмотра
– И где все? Он сможет лететь?
Колин волновался.
– Не могу сказать, где все. На транспорте видимых повреждений нет должен полететь.
Роллин тяжело уселся в кресло пилота. Он коснулся пальцами по клавишам на бортовом компьютере и маленький корабль ожил. Включился свет, перед ним появился экран, на котором забегали строки информации. Поверх строк появились белые кольца с маленькими белыми треугольниками, бегающими по всей окружности. Какие-то шкалы и графики появлялись и исчезли. Земанн смотрел на экран как заворожённый. Транспорт загудел, по полу прошла лёгкая вибрация.
– Тебе придётся вручную инициировать открытие шлюза. Вон там видишь на стене блок с кнопками, коды открытия на табличке рядом.
Роллин указал рукой куда-то в сторону ворот шлюза, – как только наберёшь код, мухой назад у тебя будет три минуты и шлюз начнёт открываться. Ты должен успеть вернуться сюда, затащит в космос, я тебя не поймаю.
Земанн кивнул и покинул транспорт через пассажирский люк. Он добрался до того места куда указывал пилот, в стене была небольшая ниша с одной единственной белой клавишей. Колин нажал на неё. Из стены выехала клавиатура с десятью цифрами, на небольшой блестящей табличке рядом была надпись «Коды».
«Да откуда он всё это знает? – мелькнуло в голове Колина, – хотя он же пилот, их наверняка этому учили».
Земанн нашёл нужный ему код и быстро набрал его на клавиатуре. Раздался громкий металлический щелчок. Это отошли замки ворот. Колин оттолкнулся двумя ногами от стены и полетел в сторону транспорта. Пассажирский люк захлопнулся за ним, как только он оказался внутри. Земанн уселся на второе кресло пилота.
– Готово, – быстро отчитался он.
– Хорошо.
Роллин продолжал щёлкать по кнопкам. Гул усилился, вибрация стала сильнее. С двух сторон шлюза с громким ревом замигали две оранжевые сирены. Громадная дверь медленно пошла вверх. Перед их взором появилась громадная поверхность «Новой». Пилот положил правую руку на круглый джойстик управления кораблём.
– Поехали.
Дыхание Земанна замерло, сердце казалось, сейчас выпрыгнет из груди, никогда в жизни он так не нервничал.
Лязгнул фиксирующий стопор, и транспорт плавно оторвался от пола.
– Кажется, нам везёт, – попытался улыбнуться пилот.
Земанн увидел, что тот еле держится, чтобы не отключиться. Полуоткрытые глаза Роллина смотрели пустым взглядом, из рта тянулась жёлтая густая слюна, он тяжело дышал.
– Только держись, – еле слышно прошептал Колин.
Пилот словно услышал его, он улыбнулся, и утопил джойстик вниз. Транспорт рванул в открытый шлюз, Земанна размазало по креслу.
Они с бешеной скоростью помчались вниз. Голову сдавило, в глазах темнело, мышцы скручивало как проволокой до жуткой боли. Дышать стало тяжело. Краем глаза Земанн увидел, как Роллин безжизненно откинул голову назад, его рука свалилась с джойстика и повисла. Колина тошнило, он закричал, но уши заложило, и он не слышал собственного крика. Перегрузки росли. Ещё какое-то время он боролся, чтобы не потерять сознание, но глаза сами закрывались, и сознание провалилось в тёмную бездну.
Часть 5
Колин пришёл в себя. Его стошнило прямо в шлем, он с трудом сообразил, как его отстегнуть. Скинув шлем в сторону его вывернуло ещё раз. Было тихо, корабль больше не издавал никаких звуков.
– Мы сели! Роллин! Мы сели, мы на «Новой» – захрипел он.
Пилот не отзывался. Земанн повернул к нему голову, шлем Роллина был залит кровью изнутри. Колин вылез из своего кресла и снял шлем с пилота. Роллин не выдержал перегрузки, его рана раскрылась, при дневном свете Колин увидел, как из раны пилота торчат кусочки белой кости черепа. Глаза его были выпучены, кожа на лице черно-синей. Колин одел шлем на пилота, не в силах наблюдать за этой картиной. Шатаясь, он подошёл к пассажирскому люку и нажал клавишу открытия. Люк плавно скользнул в сторону. Чистый свежий воздух ворвался в лёгкие. С большим трудом он покинул корабль. Транспорт по расчёту сел на месте поселения, но города никакого не было. Он стоял посреди огромной поляны. Вдалеке блестели на солнце воды большой реки.
– Какого хрена? Где все? Где дома? – недоумевал он.
Вокруг жужжали какие-то насекомые, похожие на шмелей. Мягкая изумрудная трава поднималась до колен. Земанн посмотрел вверх, высоко в лазурном небе беззаботно плыли белоснежные облака. Колин увидел что-то белое, около громадного леса на краю поляны. С такого расстояния не удалось рассмотреть что это. Но это не дерево и не дом, без сомнений. Он вернулся на транспорт поискать какую-нибудь оптику. Ничего похожего на бинокль не нашлось, он зашёл в кабину пилотов и застыл на месте, Роллина в кресле не было.
– Роллин! Ты живой! Ты где дружище, отзовись!
Но пилот не отзывался.
– Да что за бред здесь происходит, – негодовал Колин.
Земанн отдохнул и решил идти к белеющему вдалеке объекту.
Чем ближе он подходил, тем радостнее было у него на душе. Это корабль, земной корабль. Он здесь не один!
Большой посадочный модуль стоял на опорах в вертикальном положении. Метрах в двухстах от корабля Колин остановился.
– Нова, – прочитал он вслух надпись. Она красовалась на белом корпусе, большими красными буквами сверху вниз.
Дверь на модуле открыта. Изумрудные лианы оплели лестницу, рядом с модулем никого. Он поднялся внутрь.
– Эй! Мы с Дилариума, есть кто живой?
Эхом пронеслось внутри корабля. Загорелся яркий белый свет, и он увидел лестницу в жилой модуль наверху.
Там тоже никого не было. Несколько кресел, которые могли трансформироваться в кровати. Большой круглый стол из белого пластика, кухонный уголок, и ряд с экранами компьютеров. Земанн подошёл к ним и нажал кнопку включения. Один из экранов ожил, появился список с названием папок. Земанн выбрал папку с названием «Бортовой журнал» и нажал кнопку «ввод».
На экране стали открываться видео файлы.
Первую запись сделал командир корабля Афанасий Скоков. В ней он сообщал об успешной посадке, о том, что все в команде живы и в отличной форме. Рассказал о планах исследования планеты после отдыха. Запись закончилась.
Колин открыл следующий файл. Опять капитан, делал подробный видео отчёт о взятых за бортом пробах воздуха и их анализе.
Земанн смотрел запись за записью. Мелькали лица незнакомых ему людей. Они выходили наружу и появлялись снова, сначала в скафандрах, потом в лёгких комбезах. Что-то обсуждали, лица их были счастливы и полны оптимизма. Стоп! Земанн нажал на кнопку паузы, лицо одной из девушек команды показалось ему до боли знакомым. Он увеличил изображение.
– Быть не может, – выдавил он, глядя на молодую рыжеволосую красавицу. Потом приблизил изображение с именем у неё на бейджике. Он выпучил глаза и как подкошенный, рухнул в кресло. На него с экрана смотрела молодая Мари Толк. Земанн ещё долго сидел не подвижно, пытаясь проанализировать то, что увидел на экране. Кто это? Однофамилица? Может родня? Или это та самая Мари Толк из столовой. Черты лица, голос, взгляд светло голубых глаз всё говорило о том, что девушка с экрана и учёная дама с «Дилариума» это один и тот же человек. Но как такое возможно?
Он открыл новый файл, на экране была суета, все метались по модулю, что-то кричали. В одном из кресел лежал молодой Роллин с разбитой головой. Ему пытались оказать помощь, но рана словно сопротивлялась против всех усилий членов команды. Капитан на мгновенье появился на экране. Сказал, что у них ЧП и что ситуация выходит из под контроля.
Земан сравнил даты первой записи и только что просмотренной, по земным меркам прошло две недели. Как раз когда пропала связь Осталась последняя запись. Капитан Скоков на ней выглядел измождённым, он с трудом соображал, что сказать, и подолгу просто смотрел в камеру и молчал.
– Я не знаю, – говорил он растеряно, – что здесь происходит, – не могу понять.
Он огляделся по сторонам.
– Нет связи с землёй. Где связь? Нас что-то убивает одного за другим. Это не живые существа, это точно не животные или насекомые и не болезни, – он опустил голову и сделал длинную паузу, – это нечто аномальное. Мари Толк и Роллин Кол исчезли. Остальные мертвы. Я остался один. «Новая» не пригодна для переселения. Я ухожу.
Капитан посмотрел на Земанна пустым безжизненным взглядом и экран погас.
Колин огляделся по сторонам. Тишину внезапно нарушил голос динамика.
– Дилариум. Ответьте. Это Земля. Дилариум ответьте, почему не выходите на связь? Как проходит высадка? Пришлите отчёт из колонии. Дилариум.
Земанн подошёл к микрофону.
– Земля, говорит Колин Земанн, «Новая» аномальна, для жизни не пригодна. Дилариум разбился. Повторяю, говорит Колин Земанн, планета не пригодна для жизни. Заморозьте проект. Планета для жизни не пригодна, живой я один, Колин Земанн. Конец связи.
Земанн отпустил кнопку передатчика и откинулся в кресле.
Эпилог.
За большим овальным столом в одном из залов корпорации "КосмоНити" собрался совет директоров.
– Есть новости с Дилариума? – спросил седой мужчина с аккуратной ухоженной седой бородой в дорогом деловом костюме. Это генеральный директор Полл Фарел, он сидел во главе стола внимательно оглядывая присутствующих.
Руку подняла пожилая женщина в строгом деловом костюме. Генеральный директор кивнул.
– Дилариум прислал видео отчёт с орбиты «Новой», колония развивается успешно. Поселенцам удалось построить небольшой город. Связь до сих пор не стабильна. Дилариум долго молчал, но недавно мы получили плохое по качеству сообщение. Кто его отправил, ещё не выяснили.
Женщина кивнула, из динамиков послышался мужской голос.
" – Земля, (хрипение и шипение) Земанн, новая( снова хрипы и шипение) жизни (шипение) пригодна. Дилариум (шипение) Земанн (шипение) планета Земанн. Конец связи.
– Что это значит? – спросил генеральный директор.
– Я думаю, что всё нормально, – поднял руку один из совета директоров мужчина, – вероятно колонисты решили назвать планету Земан. Мы же так хотели, чтобы новые жители сами дали название.
– Планета Земан, – задумчиво повторил Полл, – мне нравиться. Есть созвучие с землёй. Что скажите? Кто «за»?
Все подняли руку, кроме женщины, которая делала отчёт.
– Вы «против»? – удивлённо спросил генеральный директор.
– Сообщение прерывается, мы не можем толковать его однозначно. Возможно, это предупреждение, о негативной стороне колонизации.
– Напомните ваше имя, – попросил Полл Фарел.
– Мари Толк.
– Мари Толк, Мари Толк, – повторял генеральный директор, пытаясь что-то вспомнить
– Не думаю, что есть другое толкование, – прервал размышления гениального тот же мужчина.
– Пожалуй, да. Тогда большинством голосов принимаем решение. Поздравляю всех, будем начинать заселение. Готовьте первые десять лайнеров для отправки на планету Земан, – улыбаясь заключил Полл Фарел
В зале для совещаний раздались аплодисменты и ликование. Не аплодировала и не разделяла общего восторга только одна женщина, в строгом деловом костюме.
Конец.