Этот сборник – история поэтической любви между сильными мужчиной и женщиной, которые, к сожалению, так и не смогли ничего создать, хотя шанс был дан. История любви поэта и его музы, эволюция человека со всех сторон. Это была не любовь, а война двух душ в то время, как тела жили в мире. Это сборник о противостоянии, когда ты другой, когда у тебя другие ценности, когда ты видишь иначе мир – на это способен не каждый. Все это начинает происходить с человеком, когда он почувствовал свою дорогу, и весь его старый мир просто рушиться. Это интересно, но в то же время и страшно. Самое страшное – найти свою дорогу и никак на нее не выйти. Что будет дальше, я сам не знаю. Надеюсь, верю, что это будет пылающе, красиво, но, самое главное, по-настоящему. Содержит нецензурную брань.
Глава 1. Звон серебра
Когда человек начинает писать стихи, он испытывает сменяющие друг друга эмоции: сначала его удивляет то, что он смог так написать, потом он пробует еще, затем он начинает понимать, чтобы написать стихотворение нужно не думать, разум здесь не нужен, необходимо чувствовать свое сердце, надо научиться писать музыку жизни нотами. Лист и бумага для меня – своего рода лучшие друзья, которым я без угрызения совести могу поведать то, что творится у меня в душе. Когда я пишу, я как будто впадаю в транс, я не обращаю внимания на то, что происходит вокруг. Я изворачиваюсь на изнанку, внутренностями наружу, показывая все тайные закоулки себя.
Язык поэта – это особый язык, такой человек не может писать простыми словами. За каждой буквой кроется какой-то смысл, разгадка которого иногда очевидна, а иногда запутанна даже для того, кто написал. Поэзия – это не дело разума, она не должна веселить людей, она должна показывать душу и цеплять души других.
Нет определенных правил, норм, канонов для написания стиха. Нельзя изливать душу по определенным правилам. Если кому-то кажется, что подобные вещи писать проще простого, то флаг вам в руки. Чтобы писать, надо по-особенному чувствовать жизнь. Не каждый может понять страдания от того, что ты не можешь писать, не можешь чувствовать, не можешь так любить, не можешь жить…
Этот сборник – история поэтической любви между сильными мужчиной и женщиной, которые, к сожалению, так и не смогли ничего создать, хотя шанс был дан. История любви поэта и его музы, эволюция человека со всех сторон. Это была не любовь, а война двух душ в то время, как тела жили в мире. Это было чувство, которое всего меня взорвало. Каждый раз вместе, каждый импульс чувств можно сравнить со звоном серебра. У каждого в жизни есть такой звон, должен быть. Потому что это и есть любовь.
С чего все началось
Свеча горит. В последний раз
Пишу письмо своей любимой.
Больше не будет нудных фраз,
Не буду называть вас милой.
Ваше сердце для меня закрыто,
Любви моей не признаете.
Она разбилась, как корыто,
Как птица при последнем взлете.
Я напишу в последний раз:
«Я вас люблю, моя КК».
Поставлю точку я сейчас,
Прощаюсь с вами навсегда.
Возвращение
Я вернулся к тебе,
Вернулся в сиянии ночи.
Не могу без твоей любви,
Ее не хватает мне очень.
Я понял: любовь эта
Надолго в наших сердцах.
Не могу дождаться момента,
Когда вместе будем опять ночевать.
Я вернулся к тебе от любви,
Потому что сердце сказало:
«Вернись к ней или меня ты уби,
Я уже и так настрадалось».
Ты залечишь мои раны души,
Понимаешь всегда ты меня.
Не смогу я тебя отпустить,
Потому что люблю я тебя.
Слово
У меня внутри сейчас пусто:
Не катаются слова на качелях,
Не играют ангелы на флейтах.
Я чувствую себя словно трусом.
Вот, новый стих опубликовала Серябкина,
Поделившись со всеми душевной болью.
А я на свои стихи харкаю кровью,
Понимая, как в груди лира обманчива.
Я не могу больше превращать в чернила
Кровь, идущую от сердца по венам.
Не могу снимать кожу своего тела.
Муза обо мне позабыла.
Я все жду и надеюсь, что придет она,
Придет со своими верными псами,
Оборачивающимися в моих руках словами,
Что опять в душе забушует война.
А пока я лишь сижу на полу.
В бассейне вина купается кровь,
Раздирая до основания мне плоть.
И небо я о слове молю.
Рука Бога
Посылаю сигналы я в небо
В надежде, что кто-то ответит,
Что кто-то меня там заметит,
Всей душой верю я в это.
Ты есть там, я это знаю.
Ты привел меня сюда за руку,
Не отдав меня черному мраку.
Без руки этой пропадаю.
Горе
Сижу, выжимаю из себя все соки,
Чтобы жизнью поделиться с людьми.
Но для кого я это делаю, Господи!
Душевные тайны никому ни нужны.
Они не могут глубже рассмотреть человека,
Останавливаются только на плоти.
Таких становится все больше век из века.
Хочется сразу ручку отбросить.
Они хотят удовлетворять лишь свои потребности,
Уходя в течение жизни к зверям.
Но все равно я пишу, не из вежливости,
А потому что моей рукой двигают ангелы.
И я сижу и пишу в надежде на то,
Что кто-нибудь это прочтет,
Что то, что для меня важнее всего,
Впитает в себя людской народ.
Вокруг света
Мы будем наслаждаться Барселоной
Или гулять по улица Парижа.
Ты будешь моей любимой музой,
А я стану твоим хранителем.
Мы будем загорать с тобой в Египте
Или отправимся заряжаться на Бали.
Объедем с тобою полмира,
Не сможем вернуться в Россию.
Я не смогу сказать словами
То, что постоянно кричит сердце.
Но смогу это выразить руками,
Немного отворяя дверцы.
Гнев
Смычок души играет на струнах сердца,
Потревожив сон убийц любви,
Разбивающих всю голову прямо в дребезги.
Ангелы поют друг другу реквием.
Разгорается пожар, в котором гибнут сотни
Добрых помыслов и невинных мечт.
Выходит воин, прокинувший одной рукою на помост
Меня, не дав мне больше видеть свет.
В тот момент я потерял родных и близких.
Потерял свою любимую любовь.
После битвы одинокий я строитель
Заколачиваю для сердца двери в боль.
Прошу я милостыню у каждого второго,
Стоя на коленях возле церкви.
Жестокую битву объявил Гневому,
Верному слуге и псу для Смерти.
«Коза Ностра»
Я не смогу нарушить слово,
Данное когда-то тебе.
Это мой собственный «Коза Ностра»,
Который не горит в огне.
Нарушу, не пойдя по пути,
Предашь меня скорей распятью.
А лучше уж сразу убей,
Не дав мне возможность дышать.
За каждым сильным мужчиной
Всегда стоит сильная женщина.
Ты придаешь мне еще больше силы,
Хотя давно могла бы уйти от этого.
Ты мой адвокат и судья.
Ты свидетель явления «Коза Ностра».
Ты взяла меня сейчас за руку,
Зная, что идти будет не просто.
Спасибо тебе за это.
Но все равно держи в руках пистолет
И всади пулю в сердце,
Если увидишь, что его больше нет.
Пепел
Один на один я чувствую горечь,
И дым угарывает разум.
Это горят во мне деревья из боли,
Которые пытаются срубить ангелы.
Я всеми силами воду ищу,
Чтоб этот костер потушить.
Но сколько пытался я, не могу
Поджигателя этого выдушить.
Может, ты попробуешь, Оля?
Тебя он не знает и, наверное, пропустит.
Засыпь ты огонь этот поскорее любовью,
Иначе он уже никогда не отступит.
Оставь от него только пепел,
Положи тот в вазу спокойно,
Развей, чтоб он строчками вылетел.
Не смотри так нежновато грозно.
Мы с тобой оба горим,
Оттого, наверно, и вместе.
Но когда рядом, из них никто ниживим.
Никто не выживет из них в чужом сердце.
Спаситель
Я молю, спаси меня.
Я уже заживо сгораю.
Покалечен разум от огня.
Я медленно здесь умираю.
Ты один раз уже спасла.
Но зачем я руку отпустил?!
От меня на шаг ты отошла,
И я прошу тебя, прости!
Прости мое, пожалуйста, немыслие,
Прости мое душевное мрачение.
До всего дошел я и осмыслил,
От былого беру я отречение.
Взгляни ты на меня хоть раз
Тем же загадочным любовным взглядом,
Чтоб остыл на время тот тиран,
Что побил вокруг себя все градом.
Не обречен еще, я в это верю.
Лишь кожа очернела от человечьей грязи.
Но белок глаза не покрылся ею,
Хотя еще мог заполнится в экстазе.
Я знаю, в моей душе нет лиры,
Ее там давно уже убили.
Но она осталась у тебя в этом мире.
Ты одна лишь мой здесь спаситель.
Мужская любовь
Я ухожу в иной мир,
В иную страну и семью,
Но никогда не смогу забыть
Сердечную любовь я твою.
Смеялись мы вместе,
И вместе страдали.
Были друг у друга в одном сердца месте,
Никогда просто так не расстались бы.
Ты знал, когда было мне больно;
Я чувствовал, когда разрушался ты.
Но, к сожалению, не быть с тобою нам больше,
Сейчас мне необходимо уйти.
Любовь нашу я не забуду.
О друзьях я никогда не мечтал.
Да и дальше, наверно, не буду.
Никто не будет тем, кем ты стал для меня.
Эти строки я могу писать бесконечно,
Но пора уже откладывать ручку.
Мужская любовь была вся во мне.
Вот, что я хотел сказать другу.
Начало
Сожги. Жги все, что горит.
Да, это память, твое прошлое.
Но с ним уже не можешь ты жить,
Оно закрывает тебя стенами многотонными.
Да, нельзя строить будущее без прошлого.
Но мы не сжигаем же все.
Видишь, горит только то, что не мощное.
Сильное не берет ведь огонь.
Всмотрись в огонь, что ты видишь?
Что сейчас внутри тебя тлеет?
Друзья, улицы, бессонницы ночи.
Больно. Но сердце почему-то веселеет.
Теперь посмотри-ка сюда.
Это комната того, что осталось.
Не станет пеплом никогда
То, что раньше на дне души валялось.
Но возьмешь ты здесь только одно –
Любовь, что тебя сюда привела,
И дающая поцелуем силы глоток.
Тебе лишь она одна нужна.
Ты готов отдать даже строчки,
О которых часто молил по ночам.
Может, по речам я не дока,
Но ты точно путь верный начал.
Душа поэта
Я сижу за круглым столом
Вокруг меня какие-то души и тени,
Исчезающие при играюческом свете,
Отражающегося от костных колон.
Кто вы? Я понять не могу.
Зачем вы пришли на мой праздник?
Повеселиться, чтоб все испоганить?
Думал, что хоть здесь от вас я уйду.
Постройте дворец у себя.
И не мните вы эти листы!
На марайте свою краску в кисти.
Тяжелая судьба у певца.
Лишь одна эти раны латает.
Лишь одна может мою боль унять
И в строчки ее превращать.
Всю душу она мою знает.
Моя М, я нашел тебя в странный час.
Когда взрывом меня уничтожило,
Ты сшила меня снова иголками.
Жаль, что никто не знает про нас.
Мой час
Все время тикают часы,
А я остаюсь в тени рассвета.
Все жду, когда пробьют мои,
И мир озарится моим светом,
Когда дадут мне в руки микрофон,
И разуму сердца разрешат слово
Вековое произнести перед толпой
Без всякой истерической вопли.
Я стану героем нового времени,
Но нужно, чтоб сначала прозвенели часы
Заведенного не мною будильника,
Чтобы стрелки взять для моих.
Ботанический сад
Открыть хочу эту бутыль сначала
И выпить прямо с дна ее,
Чтобы вино стоградусно позакипало
В крови моей от взгляда твоего.
Оркестр заканчивает последнюю орию,
И дирижер, увы, уже забыл мотив.
Но скрипач открыл вдруг ноту новую,
Старую струну омолодив.
Бабушкам пора уж выговорить все,
Что лежало так давно на сердце,
Забрать совсем чужое и отдать свое
И посидеть вдвоем, обнявшись, на скамейке.
А нам уже пора забыть дракона
И прогуляться в ботаническом саду,
Послушать ноты серебряного звона.
А бокал я уж потом допью.
Оловянный закат
Этот закат оловянный
Никогда не отразится во мне.
И как бы ни было убийство гуманно,
Теперь уже я на коне.
Я босо иду на песке,
И солнце моим действам вторит.
Я медленно грущу о реке,
А камень от нажима скрипит.
Я просто пирую с призраками
В старом английском особняке.
Наплевав на всякую этику,
Пишу эти строчки тебе.
Я же ведь просто ребенок,
Поверивший в силу волшебника.
Я груз, сбежавший с обозов,
И который по дворам теперь мечется.
Спрашиваю у Ньютона о силе,
О законах ее всяких разных.
И, хоть меня не просили,
Все ору на улице страстной.
А закат все уходит под воду,
Оставляя следы на песке.
В голове моей бушуют картины,
Где мысли о тебе и реке.
Клинок
Вонзи в меня свой клинок,
Я обещаю, не буду бороться.
Вонзи в меня свой клинок,
Пусть кровь моя на нем остается.
Пусть твое пламя прожгет
Мне грудь, из нее выбив сердце.
Пускай милый гном подождет,
Посидит минут пять в своем кресле.
Я хочу вдыхать запах цветов,
Который растут в твоем теле.
Сорвать их никогда не смог,
Я рядом с тобою как в клетке.
И солнце, подожди, не вставай,
Поспи еще хоть немножко.
А ты в грудь мою смело вбивай
Этот острый блестящий клинок.
Ветер тебя
Подуй на меня своим ветром,
Пусть он мне мягко волосы мнет.
И какой кот подарок хотел,
Уже и не вспомнит никто.
Я сейчас нахожусь вне сознания,
Мне Бог показывает мир.
Но я всего лишь землянин,
Способный просто и мягко любить.
Ты что-то мне шепчешь на ухо,
Моя рука говорит за тобой,
Глаза мои в обаянии слуха
Мыслят что-то сами с собой.
Корабли в этом Красном море
Никогда не разминутся теперь.
Твоя кровь – мое средство от кори,
Теперь ее волк может стерпеть.
Ты выкапываешь все мои недра,
Рукой этой ты не солжешь.
Подуй на меня своим ветром,
Пускай он мне волосы мнет.
Потухшее пламя
Мой пламенный язык из огня
Никогда не тронет тебя.
Ты не будешь со мною гореть,
Не придешь ты никогда в эту бредь.
Меня надо как зверя в клетке закрыть,
Но я знаю, ты меня придешь покормить.
Ты наденешь на губы очки из света
И посмотришь на мое уродливое сердце.
Я люблю тебя и не пущу
Быть в моем сладком кошмаре.
Я тебе со стыдом в глаза посмотрю…
Прошу, прими мое раскаянье.
Но нежно со мною спи,
Я не хочу тебя укусить
И, если можешь, меня, прошу, прости…
Душа
Я хочу тебя услышать,
Но почему-то ты молчишь.
И как хочу открыть я крышу,
Может, там ты где-то спишь?
К кому ушла ты от меня?
Почему не смогла быть в моем сердце?
И как узнаю я тебя,
Если решишь со мною быть вместе?
Я молю тебя, приди,
Я не хочу терять тебя навечно.
А, чертик мелкий, лучше сгни!
И уйди скорей под землю!
А ты, душа моя, услышь
Мой слабый грудный стон
И на зов, пожалуйста, приди,
Когда увижу я тот сон.
Масть
Поют мне многие оркестры
О холоде, что станет в жаре
Менять с черной на красну масти.
Погибнут многие в учебках.
А я стою и молюсь Богу
О мире высшем для нас всех,
О чем «мечтают» все во век,
Но кусают мой язык койоты.
И клювы птицы размахнули,
И крылья держат все в остро,
Защищают себя, наплевав на гнездо.
Теперь боятся их люди.
Но кто-то там смотрит из башни,
Взмохает своими рогами,
Разводя толпы своими руками,
Меняя с черной на красную масти.
Выкинь из меня пустоту
Выкинь из меня пустоту,
Растопчи ее мною в хлам,
Построй на ее месте храм,
В который я с преддверьем войду.
Залей меня жгучей водой,
Пусть даст она мне сладкий наркоз,
Дрянь с моей души смой –
Это мой главнейший сон.
Я все еще пока что пациент,
А ты мой самый главный гость.
Не хочу писать я сонет,
А хочу, как собака, грызть кость.
Ничего, скоро, уже он уйдет,
И появится на свете Я,
Мечтающий, что мир перевернет.
Только тебе скажет он про сердца.
Пора
Я разбиваю зеркала из стали,
Но они хлещут осколками в меня.
Какими мы теперь стали?
Не могу я смотреть на себя.
Животное чувств сидит у себя
И говорит мне идти по пути.
А я всего лишь вижу сопляка,
Который не может с места сойти.
Я достану свой окровавленный нож
И вонжу прямо в сердце ему.
Все равно он уже не живой.
Дай хоть как-то его я добью.
Я разучился прощать грешников,
Хоть сам согрешил и не раз.
Не нужны мне никакие монетки,
Живое я хочу испытать.
Путь начался только что,
Я уже вылил все краски.
Наконец сделаю шаг за мечтой,
Наглотавшись душевной страсти.
Муза
Я знаю, этот путь надо пройти,
Как бы он ни был тяжел.
Твой голос всегда в моей груди,
С ним жить мне очень легко.
Жизнь создала поэта в тебе,
Ты даришь людям эту силу.
Ты создала поэта во мне,
Моему былому задав кончину.
Я вижу в тебе то, что не видят другие,
Для них ты просто игрушка.
Не надо слушать людей, эти мирские
Мысли о капитале и хлопушке.
Никто никогда не поймет
Значение тебя в моей жизни.
Никто никогда не поймет,
Как для меня ты красива.
Ты моя муза, ты мое слово,
Ты создатель моих банальных поэм.
Верю, мы встретимся скоро,
Но между нами тысяча м.
Мы любим
Мы все топим корабли,
Разбиваясь о мечты.
Мы не можем больше жить,
И не можем мы любить.
А звезды смотрят все на нас,
Проклиная каждый раз.
Мы же просим их всегда,
Но не любим никогда.
Мы не любим никогда
Говорить всем, как дела,
Что разбились вновь мечта.
Мы не любим никогда.
Но каждый раз готов я встать
И всю жизнь свою отдать
За то, чтоб смогла поцеловать
Меня, любя как никогда.
Любовь у нас будет всегда.
Без смерти
Мы будем танцевать с тобой брейк-данс
Под легкую музыку Луны,
Как ангелы плывут на небесах,
Иногда не много сбиваются с пути.
В пучине смеха и веселья,
В пучине золота и стали
Мы без малейшего моленья
Задохнемся своими словами.
Но реквием петь и не нужно,
Никогда не прозвучит он для нас.
Если станет немного грустно,
То прочти этот стих ты с конца.
Пляж
Мягкий, горячий, пламенный песок,
На котором ты сидишь перед рассветом.
Какую-то песню поешь нежным голоском,
На ходу оживляя куплеты.
Я просто лег на твои мокрые ноги,
Взял в руку твои горящие пальцы,
Пытаясь утопить их своею водою.
В глаза тебе гляжу без боязни.
«Я люблю тебя», – сказало тебе сердце,
Глаза мои скрылись за темными очками,
Питает кровь больного поэта,
Но язык ничего не говорит словами.
В неведении
Я в неведении боролся с бесом
И в неведении убил себя.
В неведении жить я научился бегом,
Переливая все вино через края.
А убийца кто? Жизнь – это обуза?
Демон загасил в окне огни,
Найдя среди людей божественную музу,
Избавивши свой взгляд от наготы.
Но в сад дорогу не нашел,
Взгляну на человека я снаружи.
А грохот весь уже ушел,
Черный всадник
Огонь и лес, огонь, туман,
Всадник черный на коне.
Я сжигаю всей души обман,
А всадник тот смеется мне.
Я сгорел в этой воде,
Но есть еще чему гореть.
Себя я вижу в том огне.
Смогу ли это досмотреть?
Черные волосы, карие глаза,
Низкий ростик от земли.
Дай, поцелую тебя раз,
Да ты и не хочешь уходить.
Мы одни, и никого не надо,
Хватит нам и жизни для двоих.
И на сердце так отрадно –
Уходит всадник из груди.
Конец?
А я все жду, когда наступит град
И сердце возьмет в руки нож,
Чтоб открыть эти заветные врата,
Из которых на людей польется кровь.
Я в тоске, что же делать мне?
Вороны над головой летают,
Рисуя что-то на моей земле,
Но, как выходит, они лишь только гадят.
И фонарь уж затушился в коридоре.
Больше света нет в моей квартире.
И я, в надежде, думаю об Ольге,
Что прилетят на эти мысли нимфы.
Но не идет уж ручка по бумаге.
И плакать научился я давно без слез.
А люди все ж меня не понимают.
Мне не хватает в этой жизни звезд.
Но волк уже зовет меня уйти,
Забыться и ходить по этой медленной земле.
Но внутри меня давно уже звенит,
И молюсь о том, чтоб не был я в конце.
Всё
1
Ну что же, вот и все.
Куда дальше? Вниз.
Мне нужна твоя любовь,
Но я должен уйти.
Без скандалов и сор
Я просто захлопнул дверь.
Это была ведь любовь!
Но стрелки нельзя вертеть.
2
Ты, увы, теперь одна.
Я хочу идти назад.
Люблю ведь только я тебя!
Но теперь с другой сморю наш закат.
Почему все так?
Что могли мы исправить?
Уже поздно? Никогда
Ключ не смогу в замок я вставить?
Я готов бежать назад
И по набережной носит на руках.
А за твой волшебный взгляд
Я готов сейчас все отдать.
3
Я не могу тебя держать,
Я не хочу тебя отпускать!
Я не могу тебя убивать.
Видимо, придется себя сломать…
Я не могу тебя не любить!
Но уже нельзя ничего изменить!
Я должен лишь сказать «Прости!»
И дверь до конца закрыть…
МЕНЯ ПРОСТИ!!!
Спасибо за любовь
Ты не моя, что мне еще говорить.
Сердце сжимается в струнку.
Спасибо за ту возможность любить,
Что не давала отчалить ко сну.
Благодарю за любовь, за поэта.
Благодарю за звон серебра.
Жаль, что эта строчка последняя,
Которую я пишу для тебя.
Пред глазами до сих пор твои платья,
Аромат до сих пор твоих духов.
Отвлечь от этого может бутылка вина,
Как будто подарок твой на уход.
Отпустить тебя? Что же – пора.
Сейчас пойдут девушки и вино.
Но кричать хочу я всегда:
«Спасибо тебе за любовь».
Глава 2. Борьба
Борьба со временем, людьми, мировоззрением – то, что делает человека сильнее, а творцу дает неповторимый материал. Противостоять, когда ты другой, когда у тебя другие ценности, когда ты видишь иначе мир – на это способен не каждый. Все это начинает происходить с человеком, когда он почувствовал свою дорогу, и весь его старый мир просто рушиться. Это интересно, но в то же время и страшно. Самое страшное – найти свою дорогу и никак на нее не выйти.
Я рад тому, что людей, которые понимают, что нужно меняться, в последнее время прибавляется. Но есть то, что, мне кажется, уже никогда не исправиться.
Эти стихи – становление личности, поиски себя, крах идеализации мира и попытки понять действительность…
Часть 1. Перелом
Голый изгой
Я стою перед вами весь голый
И мне нравится так стоять.
Говорю много чистых глаголов,
Но все равно отвергнули меня.
Не приняли моего доброго слова,
Не приняли моей к вам любви.
Хотел убежать я во времени скором,
Но не смог это осуществить.
Ненавижу, что меня пытались одеть,
Когда я этого не желал.
Ненавижу, что запрещали хотеть,
Когда я о своем счастье мечтал.
Я отвергся от вас, я изгой,
Но вы даже не поняли это.
Вы причиняли мне дикую боль,
Даже не зная об этом.
Ваше общество мне не мило,
Я хочу жизни другой.
Я хочу в ней иного смысла,
Я хочу для сердца восход.
Ищу я островок в океане,
Где примут меня и поймут,
Где боль терпеть не заставят,
Где огонь в моем сердце зажгут.
А пока стою я здесь голый,
И вы не признаете меня.
Хочу уже очень скоро
Отсюда сбежать навсегда.
На пути
Я сижу один за столом,
Мне грустно и одиноко.
Льет сильный дождь за окном,
Мне неистово скучно.
Кто-то, не зная, скажет:
«У тебя же ведь много друзей».
Но скажу ему я в ответ:
«Не люблю я этих людей».
«Жизнь – это короткая штука».
Хочу ее я занять
Очень хорошей наукой –
Поиском своего «я».
Ну, а где же Я настоящий?
Может, вот он – сидит у окна?
Да, какой- то он не неизящный.
Не таким я его представлял.
Хотя, если мне тошно,
Значит, Я этот ненастоящий,
Значит, путь мой еще не окончен
В поисках своего счастья.
Мне не есть к чьим губам стремиться,
Мне есть чему дни посвятить.
Есть еще смысл у жизни,
Нечего судьбу мне корить.
Темно у меня за окном,
Но в душе-то моей светло.
Да, до счастья еще далеко,
Но от мотивов сердцу тепло.
Свободы
Хочу выйти я из оков,
Хочу я воли вдохнуть.
Не хочу возвращаться я снова.
Хочу чужие слова оттолкнуть.
Не стоит бояться мне шага –
Инициатива не наказуема.
Хочу избавиться я от заразы –
Хочу выйти из общего круга.
Вы, все, будьте скорее свободны.
Жизнь ведь у нас только одна,
Не будем посвящать ее делам и заботам,
Не думайте о словах большинства.
Живите, как считаете нужным.
Жизнь – она только ваша..
Выходите из общего круга.
Свободы это как жажда.
Счастлив тот, кто почувствовал
Свободу даже за клеткой.
Бог нас свободными создал,
Дав нам законы конкретные.
Живите и радуйтесь жизни.
Наш век – он ведь не долог,
Но от этого ты не кисни,
Дай своей свободе ты слово.
Будет
Я никогда не делюсь с вами счастьем.
Не надо. Оно не для вас.
Проживете вы без меня.
Это мне будет как раз.
Я знаю, есть мир другой.
Там люди другие и жизнь.
Этот мир для каждого свой,
Только вот бы его найти…
Судьба указывает дорогу к нему
Чередой неслучайностей и жертв.
Счастье дается ведь каждому.
Надо только ждать и не сидеть.
Мой путь начался. Я чувствую это.
Начался с ухода от вас.
Пусть осветит путь счастья комета,
Пусть она не забудет про нас.
Этот мир
Этот мир шикарен, этот мир великолепен.
В нем живут единицы и живут они без тела.
Только мысли, только сердце выступают здесь на сцене.
Здесь природа: синяя трава и зеленое небо.
Мои сердечные строки – ключ к этому миру,
Только код разгадайте – и вы обнимите звезды.
Как только дверь отворится, то почувствуйте силу.
Это мир любви, красоты и свободы.
Он откроется не всем, не все его поймут.
Здесь нет излишних денег и богатств,
Здесь похоти нет, здесь люди не лгут.
Попасть в него нужно без лишних подстав.
Если ваше сердце горит и пылает,
Если готовы отказаться от прежних друзей,
То добро пожаловать в мир счастья комет.
Этот мир шикарен, этот мир великолепен.
Сейчас, через какое-то время, смотря на эти стихотворения, у меня появляется улыбка на лице. Насколько же я подростком идеализировал мир, который меня ждет, верил что этот мир существует. Может, он и правда существует. Но вряд ли это среди людей. Этот мир должен быть в душе
Рядом с вами
Боль в моем сердце,
Боль в моей груди.
Я на другом конце,
Я пытаюсь уйти.
Вы гасите огонь внутри,
Этого не замечая.
Хочется крикнуть: «Смотри!
Я с вами страдаю!»
С вами я немой,
Мое сердце закрыто.
Понимаю, сам не свой.
Пленкой глаза закрыты.
Я вижу вдали солнце,
А здесь солнца нет.
Уберите вы кольца,
Не дам я ответ.
А вы куда?
Я голый и пьяный, и мне хорошо
Находиться так в этом мире.
Закрываю уши от ненужных хоров,
Открываю сам в этой жизни проливы.
Хотите – смейтесь, хотите – ругайте,
Плевать мне на ваши слова!
Никогда уж не будет как раньше,
Сидячему не упадет с неба звезда.
Сам иду я по пути своему.
Только понял – нужен помощник…
Не беда, его я найду,
Чтоб не было идти мне так тошно.
А вы оставайтесь, говорите одно:
Те же мысли, звуки и взгляд.
Может, дать еще вам общей жены?
Объясните, к чему это так?
Вы боитесь, что не будет вам счастья,
Если вы уйдете от идей большинства?
Боитесь, что наступит ненастья,
Если встанете в ряды меньшинства?
Ну что ж – стойте здесь,
А я, вон, потихоньку пойду.
Хочу мир увидеть я весь,
Обнимая детей и жену.
Одна половина
Я считаю землю плоской,
Не считаю это старой вехой.
Мне сказать вам угодно:
Не произошло от обезьяны человека.
Я деву падшей не считаю
Лишь потому, что она сексуальна.
Я очень сильно вам желаю
Понять, зачем вам эти мысли надо.
Я словно книга издавна –
Меня уже не перепишешь.
Я словно смысл полотна –
Поймешь меня, если отыщешь.
Я поэт, и я хочу
Донести до вас всех
Истину простую одну:
«Он один – человек,
Но он одна половина,
И, чтобы жить в счастье,
Нужно найти в себе силы
Сказать любви “здравствуй”».
Надеюсь, вы поняли, кто я,
И чего я хочу.
Давайте не станем мы Троей,
Разгоним эту толпу.
Крик души
I
Почему вы любите
Следить за жизнью чужой?
Почему вы хотите
Увидеть, что человек тот плохой?
Это идет в сторону звезд,
Это идет в сторону простых.
Это упреки за неисполненье грез?
Или реально видите их таких?
Ведь всегда проще сказать:
«Он же хуже в том мире,
Чего мне-то стараться?
Посвящу себя обыденной жизни».
Но при этом в глазах ваших
Я вижу не упреки, а страх
Перед шагом к вашим желаньям.
Стыдно смотреть мне на вас.
Вы говорите: будь решительней,
И все в твоей жизни будет красиво.
Чего ж ты тогда сидишь-то, дубина?
Или на дне тебе жить отлично?
II
Нет ничего невозможного,
Все зависит от нас.
Не бойся сделать ты шаг,
А дальше, как Бог тебе даст.
Не смотри никогда на других,
Думай своей головой.
Восхищайся тем, кто большого достиг.
Не будь социальнобольной.
Не слушай того, кто в яме.
Спрашивай тех, кто в горах.
Не сходи с пути никогда,
Убей внутри себя страх.
И вот увидишь восход,
Увидишь ты рай.
Придай своей жизни ход,
И никогда не отступай.
От призывов быть всем индивидуальными я перешел к познанию своей личности. Теперь, через какое-то время, я понял, что стихи первой части не имеют никакого смысла, не стоит к ним прислушиваться. Не стоило было призывать людей к тому, чего не было у тебя, а после не стоило вообще думать о толпе.
Часть 2. Маска
Маска
Рядом с вами я живу под маской.
Я думаю, что как и все вы.
А если нет, то как же мне вас жалко,
Ведь вы живете в красок тишине.
Вам интересны только секс и похоть,
А они мне не зачем не надо.
Вы ищите в других только пороки,
Живется вам так почему-то сладко.
В сексуальной девушке вы зрите только шлюху,
Наплевав на мир внутри нее.
И хочется сказать: «Какие же вы суки.
Желаете вы только одного».
Таких я ненавижу, презираю.
Но, слава Богу, иные люди есть.
И понял я от них, чтобы выжить с вами,
Под маской надо рядом просидеть.
Идеализация мира и попытка идеализировать себя привели к тому, что я перестал быть собой, гармония внутренняя нарушилась. Эта маска настолько сильно приелась к коже, что оторвать ее можно было только через боль и кровь. Но до этого шага еще далеко
Я не знаю, что будет завтра
Я не знаю, что будет завтра.
Пытаюсь ценить то, что сейчас,
Понимать, что судьба решена,
С предвкушением переломы встречать.
Но судьба улыбается тем,
Кто уверенно по жизни идет.
И понимать должны все мы,
Что счастье на стул не придет.
Пред нами просторы, моря.
Чего же на месте сидеть?
Просто надо понять:
Добьешься, если хотеть.
Только это слушай у тех,
Кто по жизни вечно идет,
Кто верит, что найдет он успех.
Счастье от того не уйдет.
Не упрекай постоянно судьбу,
Не смотри на других никогда.
«Устал – отдохну.
Отдохнул, теперь дальше пойду»,-
Вот так говори ты всегда.
И помни одно: не стой ты на месте,
Кто бы тебе что ни сказал.
Жизнь – это только лишь тесто –
Что слепится зависит от тебя.
Зверь
Я есть, я буду зверем
В этой темной мрачной глуши.
Здесь, в этом месте,
В живых не вижу души.
Все попытки познать
Вас привели лишь к тому,
Что не буду спасать вас,
Если моя жизнь на кону.
Разорвать всех в клочья
Я готов хоть сейчас.
Нет сил сдерживать мочи
Ни неделю, ни день и ни час.
Я есть, я буду зверем,
Хоть с виду это не видно.
Почему же стал зверем этим?
А создали его именно вы.
Но все-таки есть такая,
Которая, не смотря ни на что,
Спокойно меня укрощает,
Держит в сердце своем.
Ей повинуюсь я вольно.
Ее имя просто – Любовь.
И как бы мне ни было больно,
Знаю, заглушит она эту боль.
Жизнь
Я знаю, я смертен.
Мне срок отведен.
Мож, я идиот,
Но смерть мотив придает.
Я понимаю, что в жизни
Моей ничего еще нет.
Мало мне времени,
Чтоб дать всем ответ.
Я чувствую, что что-то
Такое там меня ждет,
Отчего мурашки по коже,
Что в рай меня приведет.
Чувствую я, что выбрал
Верный я путь.
Но о том, что ждет меня там,
Не знаю ничуть.
Мой голос
Под маской жить такая тяжесть:
Некому сказать о боли,
Некому сказать своих мечтаний.
Один я воин в поле.
Чувствую, как рядом с вами
Забываю свое внутреннее «я».
Остановитесь поскорей, собаки!
Куда вы тащите меня.
Не хочу быть с вами, не могу.
На минуточку я подумал даже:
Может, справлюсь, полюблю?
Но получилось все иначе.
Тухнет огонь в груди моей
Под гнетом ваших мнений.
Закрою уши я и с боем
Умчусь отсюда поскорее.
Не мой мир это, не моя мечта.
Чувствую, что создан для другого.
Один вопрос лишь остался лишь: когда
Людям скажу я свое слово?
Феникс
Я убил самого себя,
Убил насильственно, жестоко.
И выросло новое «я»
С новым для мира словом.
Своя любовь, своя мечта,
Свое видение мира.
Того не будет никогда,
В чьи мысли не являлась лира.
Хотите – принимайте
И любите меня таким.
Хотите – отвергайте,
Не буду как раньше я, другим.
Меня ломались и пытались
Навязать свои умы.
Но как-то вы недостарались
И стали праздновать, скоты.
Я птица-феникс, из огня
Вошел в жизнь я эту вновь.
Еще немного погодя,
Дам всем вам страшный бой.
Я новый человек, я из другого мира.
Благо, не один я здесь такой.
Попросим мы у Бога силы,
Пока душа не обретет покой.
Дьявол
Иногда иду я на сторону к дьяволу,
Поддаваясь соблазнам его.
Но не окунаюсь с головой в эту яму,
Не схожу я с пути своего.
А он манит, кричит, уговаривает,
Говорит, что с ним хорошо.
Правду про него поговаривают,
Надо уходить от него.
Не можем мы жить, душу
Всю посвящая Богу.
Но с дьяволом жить равносильно удушью,
Нас его страсти погубят.
Закрыто открыт
Я ушел ото дня в ночь,
Ушел к Богу, к любви,
Ушел от людей и зверя прочь,
Чтоб судьбу свою найти.
Закрылся за чугунной дверью,
Чтоб порядок дома навести.
Выкинул из жизни всех кукол.
Надоело это лопатой грести.
Уйдите, дайте побыть одному!
Хочу разобраться в себе.
Не говорю ничего никому,
Забудьте вы обо мне.
Я сам приду, если надо.
Хотите познать мою жизнь?
Оставайтесь в ней навсегда,
Оставайтесь со мной рядом жить.
Открыт я для всех женщин, парней.
Знакомиться с людьми интересно.
Но, если чувствую, играют нечестно,
Уйду от всех вас я во сне.
Я один среди людей,
Но не один в своем сердце.
С теми, кто внутри, я вместе.
Счастье нас ждет уже всех.
Ответ
У вас нет своего мнения.
Вы говорите языками друг друга.
В случае чего, пускаете тени,
Жалуетесь на вашего друга.
Как хотите живите,
Дело ваше. Увы,
Тогда беды не сносите,
Ведь сердца ваши не вами плены.
Вы смеетесь надо мной,
Не можете меня понять:
«Как парень с сердце в серебро
Может что-то понимать».
Спросите меня, отвечу я
Без боязни получить по лицу,
Отвечу за слова, за себя,
Отвечу, даже если умру.
Плененный разумом чувств
Не внемлет. Я так живу,
Как я хочу. И хочу,
Потому что живу.
Самобичевание
Как мне бороться с дьяволом в груди?
Как подавлять мне его речи,
Способные остановить на праведном пути
И разум сильно покалечить?
Господи, молю я тебя на коленях,
Вы рви меня из лап его,
Заполни мое сердце веянием
Ветра сада твоего.
Человек один бессилен
Во всем этом разобраться.
Но выбор дан ему по силам:
Отдаться Богу или дьяволу продаться.
Я сделал выбор свой.
Господи, прости меня за то,
Что забыл урок я твой,
Забыл про твое слово.
Сейчас я в яме, где гниль
Наполняет как стены, так и души.
И лишь благодаря любви
Мне и я кому-то нужен.
Господи, ты силу мне дал,
А я забыл про нее я
За сном веселья и богатств,
Но ты не наказал меня.
Ты дал мне шанс
Исправиться, отыскать к тебе пути.
Погибель ждет всех нас,
Если мы не сможем их найти.
Схватка
Я представляю себя с оружием
На фоне серого экрана.
Но сейчас я безоружен.
Стреляйте! Чего вы встали?
Пулями меня не убить,
Не войдут они в сердце.
Но единственное может сломить –
Потеря всякой надежды,
Потеря в жизни вдохновения,
Потеря опиума любви.
Используй это и я покалечен.
Бой! О пощаде не стану молить…
После того, как я написал это стихотворение, маска с меня слетела сама. Я понял, что в жизни надо быть самим собой, хотя это давалось мне поначалу тяжело
Часть 3. Дорога
В эту часть вошли стихи того периода, когда я уже начал примерно осознавать действительность (вернее пытался это делать). Они посвящены тем событиям, тем людям, которые мне помогли, которые меня удивили.
Песня моего сердца
Я не умею бежать,
Я забыл, как идти.
Моей жизни мольберт
Изнывает в тени.
Мое сердце разбилось
О мечты красоту.
Мое море вспенилось,
Волны взмылась в высоту.
Есть ли Бог на свете,
Уже не знаю ведь я.
И в итоге конечном,
У меня какая судьба?
Я в этом мире,
Словно солдат в строю.
Но не ношу общей цели,
Я войны не хочу.
Звезды гаснут на небе,
Луна ушла в тучи.
От любви твоей
Мне становится хуже.
Я не знаю, куда бежать,
Куда мне в жизни идти.
Я ищу вдохновенья,
Но еще в жизни любви.
Царство
Сидит царь одинокий,
Возвышаясь на троне.
Рядом слуги, конвои
С мечтами о троне.
Ночью конфуз – убили царя.
Кто же теперь сядет на трон?
Но не будет выборов главаря,
Престол займет сын его.
Такая история, вот,
Вновь и вновь повторяется.
Из год в год
Царская кровь проливается.
Веселое царство,
Ничего тут не скажешь.
Народ весь пустился в ударство.
Остальное время покажет.
Это стихотворение я написал буквально минут за пятнадцать одним неот-рывным движением руки. Это тот момент, когда то, что ты пишешь, вырыва-ется у тебя изнутри, хотя обычно я привык говорить так о чувствах. Подобные стихотворения написаны как будто не тобой. Просто ощущение, что кто-то тебе их шепчет на ухо, а твоя рука не может оторваться от бумаги. Это стихотворение не отражает мои политические взгляды. Цель, мне кажется, написание его была другая
Папа
Дети говорят первыми: «Мама»,
Взрослые, в основном, вспоминают мать.
Но я никогда не забуду отца,
Который смог в жизни уроки мне дать.
Я ему доверяю все тайны,
Но редко говорю, что люблю.
Поведал он тайны мне мрака,
Без которых я теперь не могу.
Я никогда, наверное, ему не скажу,
Что тогда, чуть со слезами на глазах,
Готов за ним был сброситься с балкона,
Потому что почувствовал – он лучшее у меня.
И в зрелости, на могиле его
Я упаду на колени со слезами
И скажу слова для него:
«Я люблю тебя, папа».
Любовь отца и сына – это отдельные, по моему мнению, вид любви. Папа – это верный друг, всегда поддержит, научит чему-то. Это твой первый учитель в жизненном плане. Но эта любовь – она не показывается, она чувствуется, ощущается на энергетическом уровне. Но, как бы то ни было, это любовь
Исповедь
Вы говорите – что я
Самый обыкновенный человек,
Не зная, как душой я страдал
И думал о смерти своей.
Вот, вроде бы простой мальчишка
Из хорошей бы вроде семьи,
Слабый, управляемый мальчишка,
«Тютя» из какой-то детской страны.
А в этот момент сердце пылало
Одновременно любовью и ненавистью.
И никому оно не сказала,
Что имела огромную трещину.
Я стал голым изгоем, а потом в маске
Щеголял по улицам поселка,
Мечтая написать свою сказку,
Сдержанную устами пророка.
Я видел себя на веревке
И с улыбкой прыгающего вниз из окна.
И только лишь мысли о Боге
Не дали мне гробового сукна.
Лишь три веселых девчонки,
В которых я влюбился безумно,
Создали эти яркие звезды,
Чтоб в глазах у меня не было мутно.
И друзей я своих не люблю,
Не хочу я их видеть и слышать.
Лишь собой и одной я живу,
Дающей в сердце мотивы.
Я люблю и это приносит мне счастье.
Я влюблен в женщину, в свое дело.
Не хочу к вам я меняться,
Я не пустое и слабое тело.
Борьба
Дьявол, молю, не искушай.
И так долго я слушал твой голос.
Со мной больше не разговаривай.
Пытаюсь жить теперь по учению Бога.
В девушке я теперь вижу любовь,
А не смотрю на ее грудь и бедра.
Я учусь терпя идти через боль.
Наконец-то в себе я почувствовал воина.
Я человек – животное по телу,
Но создан по образу Бога.
Моя душа не будет тленной.
Повинуюсь только слову Господа.
Ты можешь дать все, я знаю.
Но всего мне не нужно.
Мне нужна та и то, что люблю.
Молю, Господи, сохрани наши души.
Полночь
Колени, крики, боль –
И все это под знаком – ночь.
И свет, и тьма переплелись во мне.
Я то летаю в облаках, то падаю на дне.
И если б знал король,
Чего его творенье стоит,
Что за это он все бросит,
Что не сахар то, а соль…
И крылья машут,
И огня кипящая струя.
Все чувства как одна струна –
Музыку душа играет.
И конь бежит
Со всадником ночным.
Не думал, что он родим;
И метку подает: «Держи».
И отправляет в города,
А в них уже-то весь свет умер.
И лишь один из них разумен,
Но замирает в посохе луна.
И гром-то не гремит,
И небо не синеет,
И агнец еще не блеет.
А стрелка свой черед следит.
Следующее стихотворение можно рассчитывать как призыв к смене искусства. Не должно быть форматов. И это произведение выходит за рамки обычного представления о поэзии. Поэзия – это не красивые зарифмованные строчки о чувствах, это эмоции человека, его внутренний мир. Она пишется душой. А на душе у человека может лежать разное
Мы с тобой
Мы с тобой темнее ночи,
В тени пишем свои строчки.
В душе с тобою носим Dolce.
Нам завидуют все Канны,
Мы не едем на Богамы.
Вечно голые с тобой.
Даем вечности мы бой.
Сука, я хочу орать
И до заката добежать,
Чтоб отключились все рассветы,
А мы с тобою две кометы.
Back-Back
Мы не можем жить иначе
Crack
Мы не можем жить без кача
Yes
Мы не можем без этой волны
Е-е-е
Разрываем мы руки толпы
Духи
Человек бежит за судьбой,
А духи кричат ему вслед:
«Зачем ты ушел от покоя,
Ведь у нас совсем горестей нет.
Мы приняли тебя нежно и ласково.
Почему ты бросил в нас пепел?»
А он отвечает здесь странно:
«Не хочу я здесь вами болеть».
Но духи не унимаются, плачут:
«Вернись к нам, мы дадим тебе все!»
А он им в ответ все взаправду:
«Не нужно мне от вас ничего.
Я увидел вашу сущность насквозь
И понял – что пора уходить.
Вы причиняли мне большую боль.
И говорю вам – от меня отошли!».
Человек бежит за судьбой,
А духи кричат ему вслед.
Но этой годиной порою
Разучился их слушать он всех.
Живет один эстонец
Живет один эстонец,
Уже старый, как «отец».
Влюблен он в девочку Олю
Лет уже пять или шесть.
Он думает о ней и мечтает,
Что под венцом ее поцелует.
А она о нем, наверно, не знает,
Да он ей совсем и не нужен.
А он каждые утро и день
Засоряет ей письмами директ.
С надеждками ждет тот ответ
И не знает, что она удалила.
Он взрывает комменты под фото.
Все ругаю его: «Пошел вон!»
Но он никогда не сдается –
Одинокий и слабенький волк.
На стене одни фотки ее
С подписью «Моя дорогая».
Кто-то в нее также влюблен,
Кому-то эта девушка нравится,
Кто-то смеется над ним,
Кто-то вспоминает себя,
Когда был примерно таким,
Кому-то на все наплевать.
Произошла страшная,
Но счастливая вещь –
Любовь настоящая.
Эх… «Гранатовый браслет»…
Живет один эстонец,
Уже старый, как «отец».
Влюблен он в девочку Олю
Лет уже пять или шесть.
Он думает о ней и мечтает,
Что под венцом ее поцелует.
А она о нем, наверно, не знает,
Да он ей совсем и не нужен.
Эта реальная история, свидетелем которой я стал случайно, когда читал комментарии под фото одной из поп-звезд эстрады. Этот человек, о котором говорится в стихотворении, постоянно пишет тексты в духе «Я тебя люблю», «Жить без тебя не могу». Удивило сначала то, что мужику на вид лет пятьде-сят, а девушке, которой он пишет 32. Я могу понять, что в подобную ситуацию попадают подростки, но никогда не видел такого. Причем этот человек высмеивает, обижается на тех людей, которые говорят: «Чувак, она не твоя». Поначалу это смешило, но потом я понял: неужели это и есть настоящая любовь, человек ни при каких обстоятельствах не хочет переставать любить, он верить в то, что у него все получится. В этой ситуации мне его стало жалко. Я сразу вспомнил рассказ А. И. Куприна «Гранатовый браслет». Там финал был не очень печальный. В какой-то ситуации, этому человеку можно даже позавидовать, ведь он живет, он счастлив, у него есть смысл жизни, и он не в деньгах, не в карьере, а просто в желании видит ее каждый день даже через соцсеть. К чему это приведет, неизвестно.
Часть 4. Я приду!
Сердце кричит уже просто в немыслии,
Играя музыку на моих струнах.
Я чувствую боль, но не охота напиться.
Я ощущаю вино… Сука, да я просто счастливый!
Я хочу забыть, что значит просто бренчать.
Мои вены – река, а дыханье – ураган.
Я хочу весь мир отсюда угнать
И до конца, не бросая, бежать.
Рожденный из пепла бессмертием пылал.
Я камень, я вождь, и меня не сломать!
Я дикая гроза на этом чистейшем небе.
Может, я псих, но я вне планеты!
Я не могу говорить, мне охота орать!
И весь мир этот старый с землей сравнять.
Ждите меня – я скоро приду
И всех на части изнутри разорву!
Часть 5. Возвращение
Не хочется быть частью какой-то общей массы мнений, мировоззрения. Нужно быть собой, стремиться к гармонии внутреннего и внешнего мира
Летать
А я хочу взлететь выше неба,
Ведь там мои дом и любовь,
Там в груди пылает надежда,
А сердце не чувствует боль.
Там воин я и пророк,
Там плыву по реке я вечно.
Но дали мне страшный урок,
Сердце мое покалечив.
По земле я всего лишь ползу,
Не вижу ничего дальше часа.
Здесь я никого не люблю,
Да и нет для меня здесь счастья.
Но я все ищу себе крылья
И спутника, что меня проведет
В мир обыкновенно не мыслим,
Но от меня никогда не уйдет.
Я хочу все время летать
И с неба никогда не сходить.
Я хочу струной создавать,
Я хочу в этой жизни любить.
Мечта
Ты падаешь с неба и снова летишь.
Парень, ты просто за мечтою бежишь.
Тебя не остановишь, хоть ты и один.
Силен ты, как лев, и разъярен ты, как бык.
Сегодня смеются, но завтра ты властелин.
А сейчас сделай шаг на пути у судьбы
И помни одно, ты уже на коне –
Ты не боишься за свою любовь умереть.
Антихейтер
Они любят вас всех,
И вы часть их жизни.
Вы снитесь им во сне,
Они спрашивают: «Отлично?»
Но один косяк случился,
И все забыли про к ним любовь.
Ладно, если бы один дебил,
Но вас же много ведь народ!
Вы все здесь неблагодарные твари!
Ты считаешь себя великим и не иначе,
Хотя сам готов за копейку сосать в канаве.
Ты как маленькая девочка, которую обидел мальчик.
Ты сам говорил, что не нужно хейтить,
Ты сам говорил, что любишь их песни.
А сейчас свои слова кидаешь на ветер,
Но сразу же вернешь, как станет мега.
У тебя не бывает ведь взлетов и падений,
Ты ведь постоянно говоришь только свое мнение,
Ты же только один знаешь, как было на самом деле.
Ты спрашиваешь – кто я? Я – антихейтер!
Я всегда до конца и без уступок верю в победы!
А все, что происходит, это естественный отбор, поверь мне.
Когда корабль тонет, сбегают все крысы,
А потом все люди их давят с улыбкой на мысе.
Ты уходишь, да, – но ты вернешься вновь,
Когда у твоей любимой группы будет все хорошо.
И ты будешь говорить – что у тебя любовь.
Жаль, что только не увидит этого Всевышний Бог.
Я не понимаю такого явления, как хейт. Зачем засорят свою жизнь негати-вом, специально следя за человеком, который тебя, мягко скажем, не нравит-ся, тебя раздражает. Как сказал один раз Жозе Моуриньо: «Если тебя любят, значит ты хороший. Если тебя ненавидят – ты лучший». «Hate» в перевода с английского означает «ненавидеть». Если взглянуть на ситуацию через эту цитату, то выходит, что люди ненавидят человека (зачастую известного) не потому что он скверный, падший, а потому что он просто лучше них. В этом аспекте слово «hate» переводится уже как зависть. То есть, от всех хейтеров идет зависть. Но зависть к чему? Что человек трудился над собой все годы, чтобы добиться успеха. То есть завидуют силе его характера? Значит, у всех хейтеров нет внутри стержня? Скорее всего, так оно и есть
Бабочка
Бабочка летала по дому,
Пытаясь найти себе свет.
Помешала людскому народу
И чем-то испугала детей.
Выгонять ее стали в окно,
А она к стенке прижалась, спасаясь,-
Не хотела жить там, где темно.
А люди уже матом кричали,
Охотились за нею с газетой,
Бегая за ней второпях.
«Она ведь чужая», – такое вот мнение.
Вгоняли в нею, бедную, страх,
А она все билась, моталась.
Но прибили ее свежей газетой,
Не дав долететь ей до лампы
И узнать ее все секреты.
Бабочка летала по дому,
Пытаясь найти себе свет.
Чем помешала людскому задору?
Собою – вот он ответ.
В нашем обществе человек со своим мнением, своими целями, которые отличны от общего понимания, является бабочкой, стремящейся к свету. Но, к сожалению, многие ломаются под гнетом массового мнения. Хочется просто сказать, что не стоит убивать этих бабочек, потому что только они знаю дорогу к свету
Подруге детства
Ну что ж, пришла пора прощаться.
Как тяжело мне это все отпускать.
Тяжелее всего с тобою расстаться.
Не думал, что таков будет шаг.
Ты спала в дороге у меня на плече,
А я даже не думал мешать.
Ты для меня лучше всяких друзей.
Но напоследок смогли лишь рукой помахать.
Я хотел ведь уйти, но отчего же я плачу?
Да потому что понял, что люблю я тебя.
Душою хочу пожелать всей удачи.
Назад шага нет, опускаю сейчас.
Спасибо за все, что с тобой рядом было,
Что доводила до слез ты шутя.
Но время, увы, уже быстро уплыло.
Спасибо за то, что мы были друзья.
Так скоротечна была та наш скамья.
Это стихотворение – дань моему счастливому детству: родителям, небольшой квартирке и, конечно, моей подруге, которую я любил больше всех, но понял это только после ухода. Уже нельзя ничего вернуть, кончилось детство, школа.
И только слезы перед вступлением во взрослую жизнь. Слезы, потому что, невероятно тяжело оказалось отпустить все это. Слезы любви… А после них легкость, легкость птицы во время полета
Мое сердце молчит с небесами
Мое сердце молчит с небесами,
Не ведет с ними вечные споры,
Не просит все взвесить весами,
Уже нет никаких разговоров.
Невозможно уже быть человеком,
Устал уже здесь находиться.
Все одно идет век за веком.
Нам сейчас гордиться.
Не чувствую себя частью мира,
Не ощущаю страницей истории.
А дверь уже судьба отворила:
Что ждет всех нас по ту сторону?
Я – кажется – сбился с пути.
Сейчас витаю в каком-то тумане.
Хочу скоро свою дорогу найти.
Но сердце молчит с небесами…
Часть 6. Не забывай
Иди, даже если ничего не можешь.
Иди, даже если нету в тебе веры.
Иди за поцелуе к звездам,
Своим светом озаряющим победы.
Иди под музыку воинственного ритма.
Иди, если кричит тебе об этом сердце.
Не забывай о Боге и к Нему молитвах.
Не забывай, что заняли тебе же место.
Хочу сказать спасибо я Олегу Терновому,
А также и Серябкиной с Фаворской
За слова: «Ты сможешь все, если захочешь»,
За открытые глаза к пути победы.
Судьбе спасибо за отличный шанс,
Родителям, что воспитали сильным.
Запомни главное: что нет пути назад,
И что Бог ведет тебя, Ему молись ты.
Иди, потому что ты все можешь,
Иди с полной верою в себя.
Иди – и поцелуй на небе звезды,
С радостью ждущие тебя.
Иди своим путем к своей победе,
Как он был неистово тяжел бы.
Не забывай ты никогда о небе,
Которое даст тебе твои же горизонты.
Иди своим путем к своей победе,
Не отправляй себя ты в забытье.
Это стихотворение я пишу не только Дорогому Читателю, но и себе. Чтобы мы все не забывали, что все возможно, если захотеть, и что не стоит слушать людей, говорящих обратное.
Друг, иди ты за своей мечтой. Запомни, жизнь одна, и когда закончится она – неизвестно, поэтому иди сейчас. Иди, не боясь. А если все же будет страшно, то обратись всей душой к Богу, Он не оставит тебя. И на протяжении всего пути будь сильным.
Глава 3. Библия забытого человека
Мы все перестаем забывать, что такое доброта, честность, любовь, благородство, помогать другим. Человек сейчас превращается в машину, запрограммированную только на одну операцию – думать только о себе. Удовольствие от секса важнее удовольствия от любви, чувство корысти приятнее чувства альтруизма, желание окружить себя максимально материально сильнее желания духовного развития. Я не говорю, что желание денег, секса, хороших вещей – это плохо, но это идет во вред, когда перерастает меру.
Многие люби кричат о грехах, но сами же в них и живут. Чистодушевный не будет доказывать свою праведность ни перед кем, поэтому я не доверяю никогда людям, которые кричат о Страшном Суде, об Аде, осуждают грешников. Я доверяю только тем, которые об этом не говорят, но при этом своими делами доказывают, что они знают, что такое добро. Помните, что Бог видит не только дела, но и души.
Я не собирался называть праведником. Я хочу в этих стихах рассказать людям о тех качествах, чертах, мыслях, которые должны быть в человеке по-настоящему сильному духовно, которому все же важнее душевное состояние, нежели материальные блага, и показать вам внутренний мир стремящегося к духовности.
Часть 1. У родного порога
Ночь любви
Кружились вчера наши черти в вальсе,
А потом клялись друг другу в любви,
После целовались в месяце ясном
И кричали всем в спальне: «Уйди!
Не мешай ты мне с нею любиться»…
А потом закрывала глаза на плече,
А я думал: «Эх, неужели влюбился?»
И сам прикасался к горячей звезде.
В порыве страсти хотел еще утопиться,
Но лишь пятки промочил в поцелуе.
Забылся – и неведомым сном утопился,
В котором любви хотел кричать: «Аллилуйя!»
А на утро уже я был чистым, сухим.
Все залы давно уж превратились в кровать.
Но остался во рту еще вкус той воды,
И музыкант еще играл ночной вальс.
Я все еще чувствую
Я все еще тебя чувствую,
Ты пронизываешь меня изнутри.
Я все еще тебя чувствую –
И знаю, мне не спастись.
Рассветы моей души
Смотрят тебя прямо в глаза.
Я не хочу уходить,
У меня большего нет экстаза.
Я все больше утопаю в рутине,
Чтоб сама ты хотя бы ушла.
Но сам-то не хочу отпускать,
Для меня она еще ведь жива.
Я все еще тебя чувствую,
Чувствую твои касания рук.
Я все еще тебя чувствую,
Ты заполняешь мою пустоту.
Адам и Ева
А я хочу, чтобы вечно мы были голыми,
И прижимать тебя к своей груди,
Чтоб ночи всегда были лунными
И божьим светом сияли дни.
Мы с тобой лежим на поляне одни,
Смотря, как меняет костер языки.
Какие сейчас в моем сердце мечты?
Чтоб были счастливыми наши деньки.
А большего и не надо в любви,
И больше любви в жизни не надо.
Чтоб сбывались наши счастливые сны,
А чувства были сильнее торнадо.
Эти строки пишу тебе вечером,
Когда ты уже спишь у стены.
Я смотрю, улыбаясь, на волосы млечные,
Пахнувшие, словно цветы.
Слышишь ты это? Не знаю.
Я сейчас ведь только шепчу.
Одно я скажу без утайки:
«Я тебя очень люблю».
Что дальше?
Ну а что же дальше? -
Ведь в задумьях к вере
Мы забывали о молитвах,
И забывали о мечтах при вкусе денег.
Человек, увы, уж не мечтает о великом,
Но он все равно великое созданье.
Для него творилось это мирозданье,
О чем не так сейчас мы не забыли.
И подобно телу молодому девы
Все эти неверующие сказания о вере.
А что же дальше? Дальше что?
Что закинем мы в оставшийся простор?
Исповедь
Я перешел все грани,
Я уничтожил экваторы,
Я спорил с богами
И дрочил на камеру.
По лестнице я только падал,
Отбивая колени.
Но явился мне дар
В стихии безвременной.
Я был падшим ангелом,
Но я все же взлетел.
Спасибо за все MOLLY
И ее сердца плен.
Мне больно до сих пор,
Но это боль творца.
Она поможет в срок
Закончить два письма.
Эти строчки прочитают
Люди только однажды.
В них отчеканены
Боль, любовь и отвага.
Это сердце мое –
Оно бьется в такте.
Но эти слова
Пока скрыты под мраком.
Забудь о войне – ее больше не будлет
Забудь о войне – ее больше не будет.
И никто в этом мире меня не осудит.
Осколки снарядов заряжаю в людей.
Из-за этого, наверно, не имею друзей.
Я хочу лишь волны, чтоб меня затопило,
И строчка сама в мою голову вбилась.
Я всего же ведь странник, я плутаю по миру,
Но и вижу ведь я, что не так уж красиво.
Скажи мне слова. Я умоляю, прошу.
Без всего этого я скоро умру.
Я новый герой
Я уничтожаю этот мир и создаю новый.
Я пришел сюда для того, чтобы стать богом.
Вы и дальше можете все здесь сидеть
И молиться спокойно на этот долбанный cash.
А я с душой
Иду за мечтой.
Я творю свою жизнь, я новый герой.
Я не Пушкин, не Лермонтов, я Константин.
Ты можешь считать, что я и кретин.
Но отвечу тебе: ты не один,
И не стоит с ума тебе здесь сходить.
Спокойно живи на своей спокойной земле,
А я совершаю полет на своем корабле.
Крыльями с Богом, взмахнув от земли,
Я ловлю гул этой огромной волны.
Окунусь спокойно я море страсти,
А лишнее все пошлю просто нахер.
Я схожу с ума,
Совершая давно
Маску за маской,
Но не ради пантов.
У меня просто поехала крыша,
Хочется творить в моей новой жизни.
Новый свет
Кони скачут? Нет,
Это звуки нового мира.
Повылезали из стен
И теперь живут, как вампиры.
Вы все дрожите в страхе,
Когда слышите нас.
Мы все устали жить во мраке
И лишаться глаз.
Давно часики тикают,
И ключ уже вставлен.
Это новый футурист?
Не… начнем сначала.
Рушатся стены,
А все трусы бегут.
Падай на колени, смерд,
Все равно убьют.
Мы не какие не пророки,
И мы не плывем по теченью.
Прочитай эти строки
И проникнись изреченьем:
Буря все ближе,
И она накроет всех.
Ты боишься, эй?
Не волнуйся, будет свет…
Рубленное сердце
Плакали драконы сладко вслед
Уходящей от заката музе.
Остался в памяти твой голый след,
И в груди свежи те поцелуи.
Остались письма, писанные кровью,
И одеяло откинутое в свете.
Объедается все сердце молью,
И душа запамятовала в месте.
Опрокинутый стакан лежит у стенки,
И разбитая бутылка от вина.
И, вспоминая всю морскую нежность,
В глазах одно: ушла ты от меня.
Спартанец
В мире и царит хоть
Вся эта грязь и похоть,
Я иду по дороге,
Указанной мне Богом.
Часики медленно тикают,
И оно скоро загнутся.
До полуночи успеть надо
В мой бал окунуться.
Второго волшебства не будет,
И не придет больше фея.
Обо мне земля забудет
И не оставит свеченья.
Я один в поле воин,
Но во мне королевство.
Сейчас победы не достоин,
Но ведь не стою на месте.
Победа приходит
Только с сердца молитвы.
Спартанец не отходит,
Но и не сидит красиво.
Расцветает за горами,
И багрится небо.
Начались в жизни «Даккары»
На пути жертв до победы.
Орлы и грифы
Никто не рожден был героем,
И никто не учил нас летать,
Никого мы не просили о боли…
Ном мы сами учились летать.
Орлы гордо парят в небесах
И купаются в лучах солнца.
А грифы только падаль едят
В месте никому незнакомом.
И кричат постоянно орлам:
«Почему вы не питаетесь горем?!
Мы лучше! Мы терпим “страдать”!»
Но отвечают орлы сразу спокойно:
«Мы сами учились летать».
Пророк
Мы не ангелы с пушистыми крыльями
И жизнь не измеряем по делам,
И совесть наша вся покрыта дырами.
Добро творим во имя все себя.
Но праведник сойдет скоро с горы.
А сможет ли вообще мы все спастись
И вылезти из этой долбанной дыры?
Забыли мы уже, чьи все сыны.
А пророк все медленней молчит,
Раскрипывая листы сознанья воли,
Пытаясь докричаться до толпы,
Но глас для всех почти его безмолвен.
Странник
Обычный покинутый странник
Ходит под окном у людей.
Но видит, что мало там граней
И душ много забытых детей.
Весь город под черным крылом,
А люди в зеленых мечтах.
От кого-то идет белый дымок,
Но не видно их, ведь все мы в корнях.
Идет мимо голых девиц,
Мимо мужей с большим кошельком.
Но не видит он этих лиц.
Не признает и золотых он корон.
Добрый человек здесь мираж,
Осязаемый с любой стороны,
Не сможет осветить этот мрак,
Не хватает ему всей любви.
Подошел он к огромному камню,
Прикоснулся к нему головой
И молитвой своею ударил,
Испустив всю себе кровь.
Упало его тело на землю
С глазами, полными слез.
Мечтал дать сияние свету,
Но не смог победить тот закон.
Сияли где-то белые точки,
Но люди не видели их.
Ровняли под свои все пороки,
Живое все насильно убив.
А странник уж видел те чаши,
Что должны были выльется вскоре.
Но забыта уже многими правда,
А люди не верят пророкам.
Золотая звезда
Ты разожгла мой ржавый сапфир,
Заставив забыть о земле.
В моей жизни была главный стих,
Ты облегчила в моих руках крест.
Ты кровью мне капнула в сердце,
Осветив моего Духа мечту,
И осталась в том самом месте,
Превратившись в золотую звезду.
Пламенный остров
Мне сердце тихо воет,
Плача в углу темноты,
Что хочет на пламенный остров,
Где сладкий сон теплоты.
Не желает быть в теле моем,
Но и также не быть в пустоте.
Хочет стать снова звездой,
Не держа ни кости в тайнике.
Желает лежать лишь в кровати
И наслаждаться дыханьем груди,
Возбуждаться от обычных касаний
И видеть лишь сладкие сны.
Об этом сердце мне воет,
Плача в углу темноты,
Что хочет на пламенный остров…
В ответ ему: «Я – это ты».
Жертва
Ангелы мне лили с неба
Слова, забытые давно,
Написанные на их перьях,
Открывая мне любовь и боль.
А бесы тихо надо мной смеялись,
Отправляя под огонь камней,
И надеялись, что я растаю,
А меня для них простыл уж след.
Я жертва лишь в руках людей,
Желают все меня распять.
Но Богу каждый день я внемлю,
Что я готов уйти за вас.
А сердце все азартит в карты
И ищет ангелка вокруг,
Забывая, что есть манна,
Ведь нужен лишь любовный круг.
И огненный капли слов
Прожигают мне всю кровь.
И не хочу я, чтоб ушло
Перо, где есть любовь и боль.
Часть 2. Блудный сын
Тьма
Я хочу опять быть закован в цепи
И обжигать себе руки огнем.
У небес прошу я прощения,
Не могу уже ходить с костылем.
Изорвал уже все в клочья поля,
Но клада ведь в них нигде нет,
Обжигает глаза мне заря,
Но я давно уж от себя ослеп.
Сижу я один в тишине,
И муза надо мной тихо смеется.
Никто не ходит в окне.
Когда уже слово вернется?
На одиночество
Воин Асирис до смерти бился,
Спасая свой мир темноты.
Крови вражеской много напился,
Но придется уйти с пустоты.
Все ходят и пальцами тычут:
«Смотрите, наш командир».
А Асирису сейчас только нужно,
Чтоб остался немного один.
И слезы уже льются из ран,
А люди не дают отдохнуть.
Оставьте поскорее в покое,
Пока он и вас не кольнул.
Но молчит он, не может обидеть.
Одиночество – и счастье и горе.
Он вроде и хочет все видеть,
Но молчит о своей долгой боли.
Уйдите! Не хочет он биться,
Не хочет быть у всех на свету.
Закралась в его сердце обида.
На чушь жизни – на суету.
Но люди все пальцами тычут.
Хочется уйти в пустоту.
Чтоб себя одного только слышать,
А не проклятого людского судью.
Картина
Прими к себе мой реквием
И дай без тебя утонуть.
На дне столько много лучей,
И ты хочешь за мною нырнуть.
Коробка желаний закрылась
И осталась лежать в морской мгле.
То мое уже утопилось,
И камень остался на дне.
Дотронуться лишь до твердыни,
И потом со взмахом взлететь,
Написать чтоб свою здесь картину
И в мире никогда умереть.
Храм Пальмиры
Я поднялся до высшего неба.
И видел солнце, не чувствуя глаз.
Обрел наконец-то я крылья.
И моей жизни услышал глас.
Не чувствовал земли под ногами,
Меня вверх подняли крылья твои.
Прошлась ты медленным шагом
По моим километрам души.
Не чувствую здесь больше я мира.
Моим ты была сладким сном.
Здесь – это мой Храм Пальмиры
С одною из сотен дорог.
Полчаса жизни
Я потрачу на жизнь полчаса,
Чтобы вбить золотые слова.
Позабытого давно мною сна,
Живущего от душевного дна.
И капая капелькой, кровью,
Чернила сожмутся в руке,
Оставшись в ней на замке,
Вырвутся болью знакомой.
Не нахожу я звезд на земле,
Нет их уже и во мне.
И думаю все: «Ну когда
Пущу мысль в голубые глаза?»
Поезд все тише идет,
Но я пропустил свой вагон.
А он все с далеких краев
Со мною идет в унисон.
Frau
Helga
Ты все лишь девочка из леса,
Но умеешь брать города,
Все их себе подчиняя
И разрушая всегда.
Пришла в эту жизнь ты в белом,
Убивая четко по цели,
Не взяв никаких диведентов,
Но кто ж на самом ты деле?
Для меня ты из леса
Пришла во всем белом,
Подойдя к двери сердца,
Но за мной шаг последний и первый.
Пора делать шаг
Пора делать шаг
К концу того, что начал,
Пока я не упал
И не потерялся во мраке.
Научиться бы сейчас
Жить без ебанных идолов
И уничтожить за раз
Все стены граничные.
Нет, не идти, а бежать
И никого не слышать,
Кроме сердца моего,
Ведь оно еще дышит.
Я упал уже с крыши,
На которую гордо поднялся,
Но ангелы спасли,
Не дав мне сломаться.
Я переступаю порог
Моих обеих жизней,
Чтобы вкусить этот плод
И земле отклониться.
Уход ребенка
Бомбы испытывали на прочность всю землю,
Но мальчик еще веселился в песке.
Не хотел везде взрывы заметить,
Чтоб не бросать свое веселье.
Но осколок ему попал прямо в сердце,
Разорвав младенизма упор.
И умерли все рядом дети.
«Так нужно», – сказал всем Господь.
Убитые души ходят кругом,
Но не могут войти ни в чей мир.
Но нельзя выбрать путь тут другой,
Не дан был другой эликсир.
Часть 3. Пустыня
День творца
Молчанием я создал жизнь,
И боль та превратилась в счастье.
И сказал я сразу в одночасье:
«Смотрите, люди. Вот мой мир».
Но был он пуст, совсем.
Счастьем вечность не велика.
Нет в ней ни одного живого лика,
А лишь молодой и скучный лес.
Создать мне что ли человека?
Спросил тогда я сам себя.
Но не дана мне сила та,
А дано лишь слово это.
Присел поэтому у дуба.
Достал спокойно лист бумаги,
Потому что я создатель,
И стал спокойно звать я духа.
И он явился тогда в ночь,
Заменив мне всю ту жизнь.
Одиноко, если не живешь живым.
Творец живет в мире своем.
Пустынный вечер
Пустынный вечер…
Один полет да взлет.
Пустынный вечер…
А утром что нас ждет?
Пустынный вечер…
Любовь и лед.
Пустынный вечер…
А завтра грянет бой.
Пустынный вечер…
Но я сейчас с тобой.
Пустынный вечер…
Окрашен в кровь песок.
Пустынный вечер…
Пустынный вечер.
Земля обетованная
Я отведал свой личный порок,
Вкусив свою грязную плоть.
Ушел в свой личный поход
С полной верой, что путь этот мой.
Забивая до смерти своего же шакала,
Потерявшись где-то в жаркой пустыни.
Но знаю, что там моя Земля Обетованная
И что именно там будет моя могила.
И душа будет в вечном полете
Смотреть, как живет мой любимый народ.
И мною вы душу займете,
Пока не придет самый огненный гот.
Но меч мой сейчас оголен,
А вокруг в пустыни растут города.
Но пришел я за своею землею,
Данной не человеческим словом.
Отвернулся
Листья на день сменяют людей,
А любовь где-то живет не там.
И не хочется мне лучших друзей.
Я хочу обнять мать и отца.
В детстве хотел лишь бежать
В ту таинственно красивую даль.
Но когда пора было сделать шаг,
Обернулся со слезами в глазах.
Там сидели два моих старика,
Обнявшись, будто гуляя по парку,
И смотрели на своего сынка,
Который всегда забывал о них по запарке.
Без слов, одним взглядом простившись,
И одним объятием сказав:
«Я люблю вас мои дорогие,
Хоть понял это я лишь сейчас».
Поцеловав их обоих, ушел,
Но больше я не вернулся.
Навеки целый родительский дом
От моей жизни уже отвернулся.
Под дождем
1
Убей меня, но я всегда вернусь.
Как ангел, появлюсь в окне.
И без малейшего «Люблю»
Свечусь тобой в душевной темноте.
2
Ты пришла, когда было не нужно,
Но стала на моем пути Великой.
Стал королем, и стало все забыто.
3
Одиночество впиталось в мою кровь.
4
А что сейчас? А я все вспомнил!
Сколько было в моей жизни мало гор.
А до новых – я иду один.
5
Но ливень кончится, я это знаю.
Солнце тоже есть на небесах.
Идти мне не в первой по краю.
Но мне кажется, что я силен, как никогда.
Я знаю, что умру молодым
Я знаю, что умру молодым,
Что дети не увидят отца,
Что останется вдовою жена,
Что умру королем я, как в сказке,
Но царство не будет лежать.
Думаете, что хочу я вам лгать?
Нет, просто явились мне сны,
Что я умру – молодым…
Чего мы боялись?
Чего мы боялись?
Наших сонных бедствий?
Или своего же дыхания?
Что мы обеднеем?
Или забудем бежанья?
Что сердце у нас
Засветится лунатием?
Что волки укусят
Нас за все пятки?
Чего мы боялись?
Что мир все узнает?
Побоялись всех мнений
И своего дознования?
Что только боялись?
Ведь все равно побоялись…
Часть 4. Дверь 417
Не верю
Я, наверно, разучился мечтать,
Разучился весною страдать,
Забыл, как нужно летать.
И стоил того мига весь ад?!
Просто хочется убить здесь себя!
Я не прошу никакой уже шанс,
Я сам свою душу содрал,
И огню ее навеки предал.
Неужели будет здесь все как и раньше?
Неужели все было зря?
Моя лучшая вспышка гуманно
Улетел давно до небес.
А я в темноте, в несвободе
От своих падших всех чувств.
И уже тихие, милые слезы
Не горят. Да и плевать. Не найду.
Но ведь тучи не бывают же вечно.
Я знаю, есть и солнце на небе.
А пока лишь хочется тесно
Вжаться в мою неизвестность.
Звезды летят тихо по небу
Звезды летят тихо по небу –
Это души обретших мечту.
Их путь уже давно предначертан,
И я рядом с ними иду.
Одиноко и все сильно на веру,
Понадеявшись обычненьким днем,
Я открыл для себя мир другой,
Нацеленный на лучший полет.
Но простят меня небеса,
Что предал я свои же слова.
Мы все совершаем ошибки,
Но сгораем потом изнутри.
Я опять набил свои шишки,
Свою душу не туда опустив.
Но видимо, светик–то есть.
Он в полете по моей вышине.
Я вижу уже, что на дне
Остался человечек сидеть…
Боли уже было много
Боли уже было много,
Было много и девичьих слез
Умиравшей души недалеко,
Убитой толпой мертвецов.
Мне оставалось стоять и смотреть,
Как ее доедают орлы,
А потом как кости в метели
Волки к себе унесли.
Я бежал за ней вслед и кричал:
«Не уходи, я же раб без тебя».
Но никто мне ее не отдал,
А даже биться не стал.
Не знал еще я тогда,
Что новая дверь уж давно
Всю мне себя отдала,
Срезав дорогое клеймо.
Не гонитесь люди за мечтами народа,
Не пейте вина из бокалов бамонта.
Там туманятся души усопших.
Уйти не успеете, как все развергнется
И души в помои огнивы сольются.
Боюсь
Росколот. Разбит.
Забыт. Убит.
Боли без слез.
И у сердца стон.
Забыл говорить.
Забыл полюбить.
Ничего не вернуть.
На это нет сил.
Боюсь я любить.
Боюсь снова жить.
То, что было написано в начале, с последней строчкой этого сборника уже не стало. Упрек людям превратился в упрек себе. За четыре месяца поиска я душой прошел от плена в незнании по пустыни до своей земли. Я понял, что я не знаю себя, не знаю уголки своего внутреннего мира. То, что будет дальше, это будет душа, чистая и без собственных иллюзий. Этот сборник закрывает трилогию перелома, первую трилогию, трилогию годовалой души. Что будет дальше, я сам не знаю. Надеюсь, верю, что это будет пылающе, красиво, но, самое главное, по-настоящему.
В создании обложки использовалась фотография автора luizclas: Pexels по лицензии CC0