Совершенно обессилевший, он сидел на скамейке в пустом ночном парке, когда чудовище подало голос:

– Аккумуляторная батарея разряжена. Пожалуйста, зарядите батарею или вставьте другой аккумулятор.

Сначала Костя не обратил внимания – привык. Энергия на исходе? Значит, скоро сдохнешь, сволочь… Сдохнешь, и всё кончится – весь этот кошмар, растянувшийся на полтора месяца… А потом вспомнил разговор с отцом Алексием полгода назад. Костя в то время ещё не вполне освоился с только что купленным сотовым телефоном – обычным, а не тем нереальным монстром, который сейчас лежал у него в кармане под видом телефона. Так уж получилось, что будучи по жизни человеком, весьма далёким от компьютеров и прочего подобного, Костя внезапно увлёкся изучением возможностей современной техники. Ну а раз решил приобрести крутой компьютер, то нужен и крутой мобильник – с интернетом, mp3-плейером и остальными наворотами.

– Не забывайте заряжать свой телефон, Константин, – сказал тогда отец Алексий.

Моложе Кости лишь на пару лет, он почему-то предпочитал называть его полным именем. Костя отвечал ему тем же, величая «отцом Алексием», хотя для всех знакомых компьютерщиков этот молодой общительный священник был просто Алёшей или даже Лёхой. Но Костя, познакомившийся с ним по наводке друга, как с человеком, разбирающимся и в «железе», и в программном обеспечении, стеснялся обращаться к нему так.

– Я всегда вовремя заряжаю… – ответил он.

– Вот и продолжайте. Это не ваш простенький «Нокиа». – Священник ткнул пальцем в старый Костин телефон, лежащий на столе. – Эта машинка устроена посложнее. Нельзя доводить дело до полной разрядки аккумулятора, иначе можно потерять данные.

– Какие именно?

– Несохранённые. Или другие какие… А можно и все потерять.

Сейчас память сама собой вытолкнула полузабытый разговор в сознание.

Костя резко разогнулся, упёршись в сиденье скамейки обеими руками. Потом вскочил на ноги. Все данные… Все данные!!!

То есть, и телефонную книгу.

И неизвестно, что ещё.

А это значит…

– Аккумуляторная батарея разряжена, – снова сказало чудовище. – Пожалуйста, зарядите батарею или вставьте другой аккумулятор.

– Господи, господи, господи… Господи! – Он уже почти кричал, расстёгивая трясущейся рукой карман рубашки. – Господи, оно же всех убьёт, эта мразь их всех убьёт! Этот… Эта… Это…

***

За два года до того, как к нему попало «это», Костя устроился на работу в гостиничный комплекс Теплова. К авторемонтной мастерской здесь примыкала большая открытая стоянка для машин, и даже имелся подземный гараж. Номера в трёхэтажной, только что построенной гостинице, расположенной рядом, предназначались постояльцам, решившим прервать своё путешествие по трассе на ночь или остановиться на несколько дней; здесь же Теплов устроил кафе-столовую для водителей. С кафе у дороги он и начал дело, но роскошное заведение сегодняшнего дня с первоначальной забегаловкой было не сравнить. Заскакивали перекусить дальнобойщики, обедали постояльцы гостиницы, которые по своим причинам захотели задержаться на полпути между чем-то и ничем, как в шутку говорили меж собой сотрудники комплекса. Город находился всего в десяти километрах, но городскую суету любят не все. А здесь лесок, ручеёк… Озерко. В своё время Теплов не поленился его зарыбить и устроил на берегу что-то вроде кемпинга или базы отдыха с несколькими деревянными коттеджами, баней, шашлычной и размеченными участками под палатки. Не устраивает гостиница – пожалуйте сюда. Тот же вежливый и расторопный персонал, да и девочки по вызову те же самые. Но обстановка уже иная. И вскоре в комплекс стали не просто заворачивать попутно, а специально приезжать из города.

Служащие Теплова питались в его же столовой. Понятно, где же ещё? Зачем таскать бутерброды из дому… Для своих Теплов делал сногсшибательную скидку. И платить не надо, просто высчитают из зарплаты, вот и все дела. Костя любил хорошо покушать, следственно, любил и столовую. И ещё тут работала Леночка. То есть для всех – Леночка, а для него – Лена. В том случае, когда он находил в себе смелость к ней обратиться.

Проклятая его стеснительность! Вроде, нечего стыдиться. Взрослый мужчина двадцати восьми лет, спортивного, как принято говорить, телосложения. Рожей, правда, не вышел. Но и не урод ведь, в самом деле! Обычное лицо.

А Леночка была настоящей красавицей. Не просто красивой девчонкой, а такой, что дух захватывало. Официанткой она устроилась временно, не желая сидеть на шее у родителей. Училась в институте…

Костя понимал, что тут ему ничего не светит. Не в том даже проблема, что он не похож на кинозвезду. Просто такая девушка может выбирать любого. А он что? Холостяк под тридцать, и ничего за душой, кроме однокомнатной квартиры. Ни профессии нормальной, ни образования, ни перспектив на будущее. Работа – загонять машины на стоянку или подавать их к гостиничному входу. В мастерской поставить колымагу на яму, если сам водитель-новичок боится промазать… Ну и что это за профессия? Мог бы работать в такси, но в городе, в толкучке, где требуется хорошая реакция и выносливость, Костя быстро уставал и терялся. Здесь, у Теплова – другое дело… Здесь, на стоянке, он мог лихо подкатить на скорости и с одного раза сунуть очередную машину в любую дырку между двумя другими, не задев их при этом. Тоже талант, но недостаточно яркий для того, чтобы стать миллионером.

Забыть бы ему при подобном раскладе о Леночке, да он не мог. Эх, будь у него денег, как у Теплова… Или хоть набраться храбрости и выдавить из себя больше, чем обычное «привет – пока». Например, пригласить девушку в кино. Вдруг согласится. И если откажет – ничего страшного. Или позвать в парк, на свою любимую скамейку. Хорошая скамейка, солнце на неё никогда не светит прямо. Спокойно отдыхаешь, дышишь свежим воздухом, думаешь… Немного мечтаешь.

Отметив очередной день рождения, он всерьёз решил, что жизнь надо менять. Не годится так. Стыдно жить не зная зачем. Стыдно опускать глаза перед Министром, когда тот смерит его своим каменным взглядом…

На таком жизненном фоне Костя и заинтересовался компьютерами. Сидели у Дениса, пили пиво, к хозяину забежал на минутку знакомый. Разговор между ними пошёл такой, что Костя перестал их понимать уже на второй фразе. Когда Денисов приятель ушёл, Костя внутренне возмутился. Да почему он всегда должен ощущать свою неполноценность? Компьютер сегодня каждый ребёнок знает.

– Слушай, Дэн, – сказал он. – Объяснил бы ты мне всё по-простому. Или покажи наглядно…

Денис с охотой показывал и рассказывал. В следующее воскресенье Костя пришёл к нему опять, и они провели за компьютерным столом целый день.

– Ну и что ещё может эта штука, кроме как в игрушки играть? – спросил Костя, откидываясь на спинку стула.

Денис аж глаза выпучил.

– Что? Да всё на свете! Игры – это так, для души… Тут такое можно делать!..

– Тогда объясняй дальше. Хочу освоить компьютер. По-настоящему. А то я чувствую, что совсем отстал от жизни.

– Я давно тебе говорил! Ты в двадцать первом веке живёшь, а не в каменном. Надо же хоть немного интересоваться достижениями цивилизации? А ты… Ты просто тундра! Хоть бы телефон себе купил нормальный. Сколько будешь ходить со своим «кирпичом»? С цветным экраном возьми. С Интернетом. С камерой. С…

– Ну хватит, хватит, – рассмеялся Костя. – Сейчас наговоришь. Давай по делу. А телефон сам и поможешь мне выбрать в следующий выходной… Ничего не знаю! Тебе не может быть некогда! Я что, так часто прошу об услугах? Пиво, понятно, с меня.

Телефон они купили. Все вечера Костя теперь проводил у Дениса.

– Слушай, а деньги в Интернете реально заработать? – интересовался он.

– Почему нет? Люди зарабатывают. Надо знать, как.

– А ну, рассказывай!

– Да я-то откуда знаю? Так, варианты разные…

– Рассказывай варианты!

Денис же и познакомил Костю с отцом Алексием:

– Вот человек! Настоящий колдун. Всё знает, ну и комп у него получше моего. Ты не смотри, что он священник. Нормальный парень…

Вскоре Костя понял, что ему нужен свой компьютер. Невозможно всё время бегать по знакомым. Сразу встал денежный вопрос, ибо хорошее «железо» стоило недёшево. Сперва Костя пытался откладывать, собирая нужную сумму, но, произведя простой подсчёт, сообразил, что так может копить «до второго пришествия Господня», как выражался отец Алексий.

– Да вы купите для начала простенький, – посоветовал священник. – Или бэушный. В комиссионке.

– Не пойдёт, – возразил Костя. – Мне уже возможностей Денисова компьютера мало. Ваш ещё туда-сюда, но скоро и такого мало будет. Я ведь быстро осваиваю то, за что берусь.

– Тогда возьмите кредит.

– Кто мне даст? У нас почти вся зарплата идёт чёрной наличкой. Только под залог квартиры…

Но рисковать квартирой Косте не хотелось. Мало ли что. Квартира осталась от матери, другую ему никогда не купить. Подумав, он стиснул зубы и обратился за помощью к Министру.

Официально Министр командовал охраной в комплексе Теплова; на деле же он и его подчинённые чёрт знает чем занимались. Поговаривали, что кое-какие машины, которые в мастерскую загоняли якобы на ремонт, числятся в угоне. Иначе для чего подземный гараж там, где земля ничего не стоит? Ясно – чтобы ворованные тачки на глазах не маячили. С ними что-то делали четверо механиков, работавших внутри коллектива особнячком, потом автомобили перекрашивали, и они исчезали.

Те же механики без конца правили вечно помятую машину Министра – одну из его машин. Костя поначалу думал, что Министр – самый плохой водитель, которого он знал. То в дверце вмятина, то надо заклеить бампер, то выдавлена фара… Потом он прислушался, что говорят вокруг, и понял. Министр, работая в контакте со своими ребятами, специально подставлялся под чужие иномарки, делая это так, чтобы в аварии оказывались виновны владельцы иномарок. Выбирали тех, кто казался неопытнее. Предлагали решить вопрос на месте и завышали в несколько раз стоимость нанесённого ущерба. Забирали деньги, а механики к утру делали машину Министра почти новой. Постепенно до Кости дошло, что в бизнесе Министра завязана не только охрана, но и сам Теплов. И, скорее всего, сам бизнес не министерский, а тепловский. Однажды Косте пришлось загонять в гараж «крузер», в дверце которого была аккуратная дырка, похожая на след от пули. Не будучи экспертом-криминалистом, в армии Костя всё же служил, и в Чечне повидал до чёрта простреленных машин. В другой раз на сиденье BMW он заметил пятна, очень напоминавшие засохшую кровь. И все знали, что у Министра есть деньги – много денег.

Министр, в ответ на просьбу Кости «одолжить», оглядел его с головы до ног.

– Добро… Парень ты неплохой. Не колешься, не алкаш. Но вернёшь с надбавкой. Не дрейфь, я накину по-божески. И чтоб отдал в срок.

– Да мне бы, знаешь, лучше постепенно. Сразу вряд ли соберу.

– Как хочешь, мне без разницы. Но тогда график не нарушай – аккуратно, каждый месяц… В случае просрочки будешь иметь дело с Котлетой. – Министр кивнул на своего заместителя – громадного мужика с изуродованным лицом. – Знаешь, почему его так зовут? В светлой юности, в пьяной драке его едва не превратили в котлету. Потому и лицо такое. Но с тех пор он подрос… Видишь, каков? Под два метра. Он научился хорошо драться и теперь делает котлеты изо всех, кто ему не нравится, а несостоятельные должники ему не нравятся очень. Но это я так, к слову. Я, Косточка, уверен, что ты всё отдашь вовремя…

Костя вышел от Министра – как холодной воды глотнул после трёх дней в пустыне. Оглядел автостоянку, гостиницу, кафе… Очень приличное с виду заведение. Да ведь в основном те, кто здесь работает, и не знают, чем занимается начальник охраны.

Компьютер себе Костя купил, выбрав его под мудрым руководством отца Алексия. Долг погашал исправно, однако за неделю до очередной выплаты у него начинался лёгкий мандраж. Вдруг Теплов задержит зарплату? Такого не бывало, но Костя боялся всё равно.

В Чечне он не боялся, что его убьют. А вот что захватят живьём и станут издеваться – да. Наверное, в этом всё дело. Министр ведь не пойдёт на убийство за грошовую, по его меркам, сумму. Просто перепоручит заботам Котлеты.

Или заставит продать квартиру. Возможно, ссуда в банке была бы предпочтительнее. А теперь нечего плакать, сам напросился.

Ничего, думал Костя, прорвёмся. Достаточно в срок отдавать деньги. Всякие пустяки, вроде внезапной болезни и прочего, Министр в расчёт принимать не станет. Предупредил сразу…

А потом Костя потерял свой новый телефон. Или сам потерял, или вытащили в автобусе, на котором он ездил из города до работы. Свободных средств, чтобы купить другой, не было, и не предвиделось ещё долго. Старый Костя давно продал. Ну что за невезуха! Ведь уже почти набрался храбрости, чтобы пригласить Леночку погулять на выходных. А теперь – как нищий… В наше время любой детёныш в песочнице уже имеет телефон в кармане шортиков. Конечно, пригласив девушку, необязательно хвастаться мобильником. Но и совсем без него… Созвониться, скажем?.. Ладно, в крайнем случае можно сходить к Министру.

– Нет, Косточка, – усмехнулся тот. – Погаси сперва хоть половину прежнего долга. Потом – дам. И зачем тебе взвинчивать сумму? Помни про Котлету.

Донельзя расстроенный, Костя просидел всю субботу за компьютером, а в воскресенье с утра пошёл в городской парк, на своё излюбленное место. Но мысль о том, что он опять идёт туда один, без Лены, вконец изгадила ему настроение. Лучше б не ходил. Он так расстроился, что, подойдя к скамейке, едва не сел на забытый кем-то телефон.

Костя огляделся в поисках владельца, хотя любой другой просто положил бы вещь в карман и ушёл побыстрее, пока не видели.

«Ну, если б я мог так делать, то и жил бы получше, чем теперь, – подумал Костя. – Ладно, пойдём поищем хозяина… А вдруг это хозяйка, старик? Познакомишься. Хороший повод».

Однако парк в этот ранний час был совершенно пуст. Видно, телефон на скамейке забыли в субботу вечером. Пройдя пару раз из конца в конец по главной аллее, Костя вернулся обратно. В общем-то, ничто не мешало оставить телефон себе.

«Посижу часок-другой как обычно, – решил он. – Глядишь, человек хватится и прибежит искать. А если не прибежит – сам виноват».

Тут ему пришла в голову мысль звонить всем подряд из телефонной книги. Рано или поздно ответит кто-то, хорошо знающий владельца, и скажет сразу, как это бывает: «Привет, Вася!», – или – «Привет, Маша!», – и у него-то запросто получится узнать имя и адрес раззявы, забывающего трубки где попало.

Костя достал мобильник и открыл меню. Телефонная книга была пуста.

Ругнувшись, он стал смотреть дальше. Ага, «Данные о владельце»! Открыл – пусто. Ничего не оказалось ни в «Последних звонках», ни в «Сообщениях». А мобильник-то, между прочим, неплохой. Большой сенсорный экран, камера есть, всё есть… Интересно, а он работает вообще? В смысле – позвонить? Что-то не видно на экране имени оператора связи…

Не додумав мысль до конца, Костя по памяти набрал номер Дениса. Послышались гудки.

– Привет, Костян, – отозвался Денис заспанным голосом. – Господи, ещё десяти нет! Ты чего в такую рань? Я вчера в четыре лёг!

– Постой, – оторопел Костя. – Ты откуда знаешь, что это я звоню?

– То есть как – откуда? – удивился Денис. – Номер твой высветился, однако.

«Так я с чужого телефона звоню!» – едва не вырвалось у Кости. Но он вовремя передумал и сказал:

– Да ведь у меня новая симка сейчас стоит.

– А ты что, купил вторую? Ну, значит, перепутал ты – старую поставил. Да и что, это так важно? Говори чего хотел.

– Ничего. Спи дальше, это проверка связи.

Выругавшись длинно и матерно, Денис отключился. Ладно, долго сердиться не станет, характер лёгкий, успокоил себя Костя. Сейчас его заботило другое – как он мог позвонить с чужого телефона, пользуясь собственным номером. Он взглянул в левый верхний угол экрана – Билайн. Ну правильно, у него Билайн. Да ведь только что он смотрел – не было оператора связи! Антенна была. С чёрточками.

Открыл «Последние звонки». Там теперь стоял номер Дениса, и вдруг, закрывая его, всплыло окошко:

«Денис Краснов. Создать контакт? Да. Нет».

Костя машинально нажал «Да», стараясь понять, откуда чужой мобильник вытащил имя. Потом нажал на клавишу с красной телефонной трубкой, отключая питание.

Питание не отключилось. Странно… И никаких специальных кнопок – ни с боку, ни сверху.

Тогда Костя повернул телефон, снял заднюю панель и вытащил аккумулятор. Под ним – там, где обычно расположено гнездо для сим-карты, – ничего не было. То есть – совсем ничего. Не только самого гнезда, но и этикетки с указанием фирмы-производителя. И тут телефон впервые подал голос. Нормальный голос – девичий, приятный.

– Вниманию владельца! Основной аккумулятор извлечён. Ресурса встроенного источника питания хватит для работы в течение десяти минут. Убедительная просьба – установите на место основной аккумулятор.

– Ну надо же, как придумали! – удивился Костя.

О телефонах со встроенной батареей он не слышал, но сейчас чего только не выпускают. Мобильник не отключился, экран выглядел как обычно.

– Вниманию владельца! Основной аккумулятор извлечён… – продолжала беспокоиться «девушка».

– Ладно, не переживай, – проворчал Костя, вставляя батарею на место и закрывая крышку.

Да, любопытный приборчик. Откуда взялось имя Дениса? И почему он видел мой номер, когда я звонил? Кто выпустил телефон, где название фирмы? И если бы только это! Вот только что все графы раздела «Данные о владельце» были пусты, а теперь там стоит: Меньшиков Константин Николаевич. Год рождения… Домашний адрес…

Несмотря на тёплое июньское утро, Костю прохватило морозом по коже. Захотелось бросить чёртову машинку обратно на скамейку и бежать прочь со всех ног. Ещё можно поверить, что телефон каким-то образом извлёк из Интернета имя Дениса по номеру. Но собственный номер он ведь в мобильник не вводил! Его данные в Сети не засвечены. Откуда?.. По прикосновению, что ли?

Костя задумчиво вертел свою находку в руках. Ладно, раз уж попалась такая штука, стоит с нею разобраться как следует.

За следующие несколько дней он узнал о своём новом телефоне много интересного.

Например, баланс на его счету всегда оставался равен ста рублям, сколько ни звони. Это выяснилось сразу после того, как Костя внёс в телефонную книгу номера всех своих знакомых. Говори сколько хочешь – и денег не надо.

Сначала телефон просто угадывал имена абонентов, а через пару дней начались настоящие чудеса. Стоило набрать первые цифры нового номера, как телефон дописывал остальные и тут же задавал вопрос:

«Валентин Свирин. Создать контакт?»

Откуда мобильник получает информацию, Костя так и не понял. Разве что мысли читает.

Сама телефонная книга оказалась безразмерной. Какова её истинная ёмкость, осталось неизвестным. Вторично открывая уже созданный контакт, можно было получить исчерпывающие сведения о владельце номера. В многочисленных специальных графах указывались возраст, рост, вес, место работы, серия паспорта, семейное положение и домашний адрес, а также любопытные подробности вроде настроения на текущий момент, какого-то «коэффициента здоровья» и т.д. Фотографии в профиль и анфас прилагались.

Казалось бы, живи и радуйся, но Костя продолжал относиться к своей находке настороженно. Кто ж сделал такую финтифлюшку? ФСБ? ЦРУ? Индикатор электропитания с каждым днём показывал всё более низкий процент зарядки, а как поправить дело, Костя не знал. У прибора попросту не было гнезда для штекера зарядного устройства. Но как-то же он должен заряжаться?

Через неделю Костя впервые услышал:

– Аккумуляторная батарея разряжена. Пожалуйста, зарядите батарею или вставьте другой аккумулятор.

– Хотел бы я знать, как это сделать, – буркнул в ответ Костя.

Дело было в пятницу вечером, и ему пришлось отключить звук, чтобы «девушка» прекратила надоедать через каждые несколько минут. А потом позвонил Денис и попросил дрель на выходные. Костя пропустил бы вызов, но как раз в этот момент посмотрел на засветившийся экран. Номер был незнакомый.

– Конечно бери, какой разговор, – ответил Костя, когда разобрался, кто звонит. – Что, ремонт затеял?

– Тоже надо, знаешь ли. Так я подскочу прямо сейчас?

– Давай.

Костя взял дрель, закрыл квартиру и, спустившись со своего четвёртого этажа, уселся на скамейку перед подъездом. Не успел выкурить сигарету, как во двор въехала малолитражка Дениса.

– Шустрая у тебя коробочка! – похвалил Костя, когда Денис вылез и подошёл к нему. – Или ты рядом был?

– Не, я из дома. Да, неплохая машина, но всё равно хочу другую… Слушай, сотри мой старый номер. У меня теперь будет этот – с которого в последний раз брякнул.

– Хорошо.

Денис забрал дрель и плюхнулся на водительское сиденье.

– Давай, пока!

– Пока.

Машина тронулась, а Костя сразу решил внести поправку в телефонную книгу, чтобы потом не путаться. «Денис Краснов, – всплыло окошко. – Изменить данные? Удалить?»

Конечно, изменить было бы проще всего, но слишком уж Косте нравилось, как мобильник вычисляет абонентов по номерам. И он ещё не потерял надежду найти разгадку. Поэтому выбрал «Удалить».

А потом создам новую запись, подумал он.

«Удалить контакт? – переспросил мобильник. – Вы уверены? Отменить. Продолжить».

– Да, чёрт дери, уверен, – недовольно сказал Костя, нажимая соответствующую кнопку. Его всегда раздражали эти предосторожности.

«Внимание! – всплыло новое окно. – Денис Краснов будет безвозвратно удалён. Продолжить? Да. Нет».

– Твою мать! – удивился Костя тупой настойчивости прибора и необычной формулировке предостережения. Запись он удалял впервые. – Сколько же тебе нужно подтверждений?

Нажав «Да», он мельком посмотрел в сторону проходящего неподалёку от дома шоссе. В прошлом году в той стороне свалили старые тополя, и дорога была видна хорошо. На выезде из жилой зоны, дожидаясь сигнала светофора, стояла машина Дениса.

Она тронулась, как только для неё загорелся зелёный, и лихо выскочив на трёхполоску, начала разворот. Костя уже вернулся к созданию новой записи, когда раздался визг тормозов. Вскинув голову, он увидел, как огромный грузовик, не успевший остановиться на красный свет, легко замял под капот малолитражку Дениса, протащил её под собой метров десять, выворачивая искорёженным комом металла куски асфальта, и остановился, задрав передок и косо развернув длиннющий фургон поперёк дороги.

***

Дениса хоронили в понедельник, и Костя отпросился с работы. Предыдущие десять дней вовсю светило солнце, а день похорон, как назло, выдался серым, дождливым и безрадостным.

После того, как старый приятель погиб прямо у него на глазах, Костя и думать забыл о телефоне. Однако нужно было звонить, и волей-неволей пришлось вспомнить. «Девушка», будто понимая, что Косте сейчас не до неё, не напоминала больше про разряженный аккумулятор. А во вторник вечером он случайно глянул на экранный значок в виде батарейки и оторопел. Открыл раздел «Электропитание» – уровень зарядки оказался равен восьмидесяти двум процентам.

«Чертовщина какая-то! – подумал Костя. – Три дня назад было восемь, а сейчас – восемьдесят!»

Но поразмыслив, он решил, что ничего удивительного нет. Создатели телефона, с помощью которого можно звонить сколько угодно имея на счету всё те же сто рублей, наверняка предусмотрели нечто особенное и для подзарядки. Не зря ведь нет соответствующего разъёма. Может, от тепла человеческого тела? Тогда его что – на ночь брать с собой в постель? Или наличествует что-то вроде автоподзавода? Но это же не наручные часы… Скорее, у него сразу несколько способов подпитки. Откуда ж он такой взялся?

Снимки, сделанные камерой таинственного мобильника, имели качество как у зеркалки «Никон». Кабеля для передачи данных на компьютер, понятно, не имелось, зато был блютуз. Костя просмотрел снимки на мониторе и задумался, не пойти ли ему работать профессиональным фотографом.

Плеер выдавал настолько чистый и объёмный звук, словно в телефон упрятали домашний кинотеатр. Фонотека такая же безразмерная, как и телефонная книга. Ничего не надо загружать или скачивать – достаточно в конце списка альбомов и песен нажать кнопку «Ещё музыка», и он пополнялся сразу на десяток названий. Видеоплеер тоже имелся, и там в конце списка надо было давить «Ещё клипы» или «Ещё фильмы». Костя перестал удивляться, когда нашёл в меню раздел «Память», а в нём – поражающую воображение формулировку: «Объём памяти неограничен».

«Эта хреновина стопудово из арсенала спецслужб, – с тоской думал Костя, ругая себя за опрометчивость. – И необязательно даже спецслужб российских. Неограниченная память, заряжается сама по себе… Надо бы оставить её, где лежала. А если меня накроют с ней? Два варианта – или грохнут на месте, или упрячут в тюрягу лет на пятьдесят. Пьяному ёжику понятно, что обычная промышленность таких телефонов не выпускает и в магазинах они не продаются».

Он промучился сомнениями до конца недели. Принять решение помогла электронная «девушка», сообщившая, что живущий по неведомым законам аккумулятор мобильника опять разряжен.

«Да зачем мне это надо? – удивился сам себе Костя. – Нянчись тут с ним, гадай, от чего он питается. И, того гляди, к тебе нагрянут ребята в штатском. Сделал глупость, взял его оттуда, позабавился – хватит. А теперь – ну его к дьяволу. Положу туда же, и думать забуду».

Но прежде следовало стереть телефонную книгу и личные данные. Кто знает, возможно, прибор потом сможет всё восстановить, но хоть временно, для самоуспокоения… И кто сказал, что его сразу найдут именно истинные хозяева? Логичнее предположить, что подберёт какой-нибудь дурень, вроде него самого, и поспешит забить в память свои контакты.

Опции «Удалить все записи в телефонной книге» Костя не обнаружил. Вздохнул – и принялся удалять по одной.

«Александр Вавилов. Удалить контакт? Вы уверены?»

Да.

«Алиса Михеева. Удалить контакт? Вы уверены?»

Да.

«Боря. Удалить?..»

Да. Давай быстрее.

«Балабин. Удалить?..»

Да.

«Внимание! Балабин будет безвозвратно удалён. Продолжить?»

Да.

На пятом имени Костя споткнулся. Чего я распсиховался, в самом-то деле? Какие спецслужбы? Какие ребята в штатском? Ты что, шпионских фильмов пересмотрел в последнее время? Хочешь добровольно отказаться от такой вещи? Одна возможность звонить бесплатно чего стоит.

Он спустился вниз, во двор, и взял в ларьке под символической вывеской «Надежда» бутылку пива. Тут же вернулся и прихватил ещё две. Ребята из соседних домов называли этот ларёк не иначе, как «Последняя надежда алкоголика». Костя сегодня напиваться не собирался, он вообще напивался редко. Но и одной бутылки будет маловато, чтобы расслабиться.

Вернувшись домой, он нажарил колбасы, сделал салат, яичницу, и уселся перед телевизором. Компьютер на сегодня отменяется. Беспокойство по поводу телефона тоже отменяется – навсегда. Агенты спецслужб не забывают свои прибамбасы на скамейках в парках. Если ты Джеймс Бонд, то должен иметь хорошую память. И ещё вот что: принадлежи телефон ФСБ – да они меня вычислили бы давным-давно! Наверняка в их приборах маячки стоят или что-то подобное. Нет, моя находка – не их хозяйство.

Тогда чьё?

Костя ухмыльнулся и, подцепив на вилку ломтик колбасы, отправил его в рот.

Инопланетян, должно быть. Братьев по разуму. Снежного человека. Белого медведя…

Откуда я знаю?

Костя хотел было тут же восстановить удалённые контакты, но отложил до утра. Успеется.

Ночью он спал спокойно. Проснулся ближе к полудню и узнал о смерти своего одноклассника Саши Вавилова. Того, самого, чей номер он удалил из телефонной книги первым.

Позвонил их общий дружок Виталька Клепиков – Вавилов в пятницу уехал вместе с ним с ночёвкой на рыбалку. Ночью Саша вышел по нужде из палатки, и его задрал медведь. На Витальку зверь не обратил внимания, сразу ушёл в лес.

Костя ещё не успел сообразить, что к чему, когда вновь зазвонил телефон.

– Косточка? Это Настя. Слышал новость? Готовься, нехорошая она. Алиска умерла. Погибла.

– Как???

– Пошла утром в магазин и упала в канализационный люк. Бомжи ночью крышку утащили на металлолом. А она не заметила… представляешь? У нас в церкви по соседству тоже случай был – бабка в открытый люк свалилась, прямо в церковном дворе. Так вот, ей хоть бы что, карге старой, даже ногу не сломала. Вытащили её, и она ушла оттуда на своих-двоих, прославляя Господа Бога. А Алиска – насмерть…

Несколько придя в себя и сопоставив следствия с возможной причиной, Костя позвонил Боре. Его мобильник не отвечал. В это время он лежал на берегу реки рядом с горкой одежды, а друзья, приехавшие с Борькой на речку, искали под водой его тело. Что случилось, Костя узнал лишь через час: Боря нырнул и ударился головой о корягу. Спасти его не удалось.

У Балабина был только городской телефон, и Костя испытал невероятное облегчение, когда его бывший классный руководитель снял трубку.

– Сергей Васильевич? Это я, Костя. Да нет, всё в порядке со мной… А что с голосом? Нормальный голос… Послушайте, мне нужно срочно увидеться с вами. Очень срочно! Да, я всё объясню, когда приеду. Только, пожалуйста, не выходите из дому. Обещаете? Ни в коем случае не выходите никуда из квартиры, слышите? Да, и это объясню… Всё, еду.

Однако к своему любимому учителю, с которым он с удовольствием поддерживал связь через много лет после окончания школы, Костя не успел. У подъезда, где жил Балабин, стояла «скорая». После разговора с медиками удалось выяснить, что у жильца квартиры номер двадцать семь внезапно стало плохо с сердцем. Он смог позвонить, открыть дверь, чтобы не оказаться запертым в квартире, но умер ещё до приезда врачей.

На обратном пути от дома Балабина Костя так задумался, что прошёл мимо автобусной остановки. Спохватился, хотел вернуться, но махнул рукой и потащился пешком. Обдумывать было что. На полдороге он достал телефон, желая немедленно проверить окончательно сформировавшуюся в мозгу жуткую догадку. Естественно, батарея оказалась полностью заряжена. До отказа.

Остановившись посреди тротуара, Костя, сбиваясь, копался и копался в обширном меню, пока не нашёл уже знакомый раздел «Электропитание». Так и есть – почти четыреста процентов.

Одна жизнь – сто процентов.

Ещё одна жизнь – следующие сто, неделя работы.

– Чтоб я сдох, – раздельно сказал Костя, засовывая телефон в карман.

Не-е-ет, эта вещичка не принадлежит спецслужбам – и никогда не принадлежала. Человеческой промышленности создать подобное не под силу. И насколько извращённую психику надо иметь, чтобы предусмотреть такой способ зарядки? Кто на это способен? Разве что сам дьявол.

Случайный прохожий пихнул его в плечо, и недовольно пробурчав: «Ну, блин, встал!», – торопливо побежал дальше. Костя почти не обратил на толчок внимания, но всё же стронулся с места и поплёлся в сторону своего дома – еле переставляя ноги, как старик. Мысли метались в голове со скоростью тараканов, которых шпарят кипятком.

«Дьявол! Кроме сатаны изобрести такое не мог никто. Или, действительно, инопланетяне? Изучают психику людей. Подкинули приборчик с интересными свойствами, а теперь наблюдают за мной с орбиты… Хотят выяснить особенности поведения людей в определённых ситуациях, прежде чем идти на контакт. Или это и есть контакт? С их точки зрения… Или приборчик совсем ни при чём? Вдруг это просто средство связи и сбора информации, связанное с кораблём пришельцев? Так, наверное. Телефон передаёт и принимает, они – делают… Ведь ни один прибор в мире не может сам по себе организовать автокатастрофу или нападение медведя. Не может подстроить так, чтобы человек, нырнув в реку, ударился головой о корягу… Постой, а пришельцы, какими бы они ни были, могут? Наверное, могут… Да нет, лопух, какие пришельцы – дьявол, сам дьявол!»

«Или пришельцы, но созданные дьяволом. Людей, говорят, создал Бог, а этих – сатана. Ну а кто ещё мог породить существ, производящих адскую технику, которая подпитывается человеческими жизнями?»

Уже добравшись до своей двери и запершись в квартире, Костя пришёл к очевидному выводу – не так важно, кто создатель телефона. Сейчас гораздо важнее, кто его временный хозяин.

Хозяин-то он, Константин Меньшиков, что чётко прописано в «Данных о владельце».

И это его многочисленные друзья и дальние родственники записаны в телефонной книге.

Костя вздохнул с невольным облегчением. Хорошо хоть близкой родни у него нет.

«А какая разница?!? – взвыл кто-то у него внутри. – Сейчас в телефоне больше трёхсот номеров!!!..»

Облившись потом так, что рубашка моментально прилипла к спине, Костя тяжело опустился на первое попавшееся сиденье. Им оказался офисный стул перед компьютером. Подумав, он включил питание и стал ждать, пока загрузится система.

***

Весь следующий месяц он жил, как будто брёл в тумане. Днём – работа, и тоже в тумане. Вечера проходили перед компьютером, в мучительных поисках ответов в Интернете. Если раньше Костя читал фантастику под настроение, то теперь целенаправленно искал в рассказах разных авторов ситуации, похожие на свою. Перелопатил кучу постов на сайтах, посвящённых паранормальным явлениям и НЛО. Посоветоваться с кем-то напрямую Костя не решался. Выхода не находилось. Наконец запредельные для всякого обычного телефона четыреста процентов зарядки подошли к концу. Тогда он и оказался в парке, на своей любимой скамейке, решив на улице дождаться, когда у прибора сама собой закончится энергия.

Если раньше этот момент представлялся Косте вселенской катастрофой или, по меньшей мере, чем-то вроде ядерного взрыва посреди родного города, то теперь он успокоился. Точнее, просто слишком сильно устал, чтобы продолжать беспокоиться. Ну, кончится заряд, ну?.. Что будет-то? Вырубится дьявольская машинка, как вырубается всякий телефон с разряженным аккумулятором. Делов-то. А ведь недавно Костя совершенно всерьёз решал, придётся ли ему принести в жертву одного из своих друзей или лучше выбрать наугад любой номер в газете с объявлениями, чтобы внести его в список и сразу удалить.

И тут он вспомнил слова отца Алексия о возможности потери данных вместе с потерей энергии.

Не может быть, чтобы дьявол обошёл стороной такую неудобную, но замечательную в свете Костиных знаний особенность современной техники.

В истерике вскочив с лавочки, Костя что-то бормотал, кажется даже кричал, яростно сжимал в руке пластиковый параллелепипед с округлыми углами, но не раздавил, и, полностью обессилев, опустился обратно на скамейку. Где же выход? Должен же быть выход.

Но только чтобы никого не убивать.

Ночной парк был пуст. Ни единого человека, бомжи – и те уже не бродят в поисках бутылок…

Брошу его здесь, решился Костя. Здесь, где и нашёл.

И будь что будет.

Он положил телефон на деревянные бруски сиденья и решительно двинулся прочь из парка. И даже отошёл достаточно далеко.

Заряд до утра не протянет, подумал он с тоской. И я до утра не доживу. В лучшем случае свихнусь, думая об этом. А если заряд протянет? Заметит завтра телефончик какой-нибудь дурень, и…

Первым делом он попробует избавиться от сим-карты. А когда не получится, дурень просто удалит все чужие номера. Это раз. И этого уже больше чем достаточно.

Затем он попробует звонить и создаст первый собственный контакт. Ведь бедный дурень ещё ничего не знает.

И, конечно, он удалит данные о бывшем владельце… Кстати, а почему самому не попробовать?

Вернувшись, Костя взял телефон. Нашёл соответствующий раздел, замешкался. Умирать ему не хотелось. И ещё меньше ему хотелось умирать на улице. Лучше дома. По пути будет время поразмыслить, чем моя жизнь ценнее жизни любого моего знакомого, издевательски подумал он.

Да нет, правда, лучше дома…

Но дома он обнаружил, что удалить содержимое раздела невозможно. Никак.

Ещё боясь осознать то, на что он уже внутренне решился, Костя прошёл в ванную. Посмотрел в зеркало, в почти незнакомое, измученное лицо. Ни черта тебе не избавиться от ответственности – ты навеки связан. А если и смог бы удалить сам себя, то чему это поможет? Аккумулятор всё равно сядет, данные всё равно будут потеряны.

Костя тяжело вздохнул и вытащил безопасное лезвие из полупустой пачки. Ну и ладно. Всё равно – не буду я решать, кому жить, а кому умереть. Будь проклят прибор, будь прокляты его создатели; через неделю всё начнётся снова, и мне снова придётся выбирать жертву – и так без конца. А за себя я решить могу.

Глубоко вздохнув, он выгнул запястье левой руки. Вот зараза, сколько же решимости надо, чтобы самого себя чуть-чуть порезать… Ну, давай же? Резался ведь в жизни по случаю? Пострашнее резался, случалось.

Вспомнив, что боль вроде бы меньше чувствуется, когда рука находится в тёплой воде, он заткнул пробку в ванной и открыл краны. Когда ванна оказалась наполнена, он их аккуратно завернул. Незачем топить соседей, хотя, казалось бы, какая теперь разница? Да и жили под ним какие-то вечно пьяные скоты. И его самого обнаружили бы сразу. А то пока на работе забеспокоятся настолько, что Теплов пошлёт гонца, и пошлёт ли?

Нет, правильно. Вдруг вечно пьяные скоты сегодня для разнообразия трезвые. Ещё вызовут, кого следует; ещё взломают те, кому следует, дверь, и спасут.

Присев на корточки и опустив теперь уже обе руки в воду, он опять поднёс бритву к запястью – так близко, что почувствовал её касание. Господи, как тяжело…

– Аккумуляторная батарея разряжена. Пожалуйста, зарядите батарею или вставьте другой аккумулятор.

– Вот ты мне и поможешь, – сквозь зубы пробормотал Костя, временно отложив бритву для того, чтобы вытащить телефон и положить на край ванны, на угловую треугольную площадку. – Полежи-ка здесь. Без тебя я не смогу. А на тебя глядя – запросто…

Зажав лезвие половчее, чтобы не гнулось, и полоснув по запястью так глубоко, как только мог, Костя несколько секунд глядел на расползающиеся в воде красные клубы. Потом выпустил бритву, сунул левую руку поглубже в воду, а сам, повернувшись, сел рядом с ванной на бетонный пол. Вяло вытерев мокрую правую о брюки, достал сигареты.

Как в старые добрые времена – последняя затяжка перед смертью. И читал, и в фильмах видел. Правда, в книгах и фильмах героя казнили, а курил он обычно сигару. Или самокрутку. Один раз – трубку, но сойдёт и сигарета. Сигареты казнимые герои курили тоже. Жаль, что так и не довелось пройтись под ручку с Леной. Другой поведёт её под ручку. Не такой простодыр, как ты… Вскоре он потерял сознание.

***

Очнувшись утром, Костя обнаружил, что так и сидит, свесив левую руку в ванну, и рука совсем ничего не чувствует. Спина словно оледенела от долгого и плотного знакомства с покрывавшим стену кафелем. Зад, покоившийся на бетонном полу, был как каменный, мошонка неприятно съёжилась.

«Так и простыть недолго», – тупо подумал Костя, и, осознав нелепость этой мысли в данной ситуации, рассмеялся. Вместо смеха вышло не то кряхтение, не то кудахтанье.

Крови в ванной оказалось совсем немного, она едва окрасила воду в розовый цвет. С великим трудом поднявшись на ноги, Костя посмотрел на запястье левой руки. Там белел неровный шрам. Выглядел он так, словно после пореза прошло много лет.

Не найдя в себе силы удивиться, Костя выдернул пробку, выпуская воду. Телефон молчал. Взяв его, он зашёл в раздел «Электропитание». Шестнадцать процентов, примерно на сутки работы.

– Недорого же ты меня ценишь, – процедил Костя, пытаясь отвлечься от зверских мурашков, атаковавших затёкшее за ночь и теперь начинавшее отходить тело – особенно ягодицы и висевшую через край ванны левую руку. – А остальные восемьдесят с лишним процентов где? Ушли на нужды оживления покойника? Сутки… Ладно, и то хлеб.

Подобрав с пола сигареты и зажигалку, он пошёл в кухню, мельком взглянув на часы в прихожей. Полпятого. Полпятого, среда, лето, светает; скоро на работу, и он страшно голоден.

В холодильнике было пусто, так как Костя в последние дни совсем не готовил и почти ничего не покупал, часто забывая поесть вовсе. Настроение стремительно повышалось. Жив, жив!.. Спустившись во двор, он стуком в окошко разбудил продавщицу в «Последней надежде алкоголика» и взял килограммовую пачку пельменей. Недолго подумал и попросил ещё полторашку «Андреича». Не стоило бы пить, но Теплов своих рабочих на алкоголь не проверял, воскресаешь не каждый день, и надо же это как-то отметить. Да и что такое полтора литра светлого? До девяти всё выветрится. Вернувшись, Костя налил себе пива и стал ждать, когда сварятся пельмени. Весь килограмм вбухал в кастрюлю. Да как бы мало не было, если по аппетиту судить… Выпив один стакан, он похвалил про себя пиво и тут же налил ещё. Помешивая в кастрюле, Костя мимоходом прочитал название на выброшенном в ведро пельменном пакете: «Михалыч».

– Фантазии у них, что ли, не хватает? – хмыкнул он. – Что за мода пошла такая? Пельмени – «Михалыч», приправа – «Приправыч»… Вот жизнь! Выпил «Андреича», закусил «Михалычем»… Достал «Макарыч» и пальнул в Рабиновича.

Пельменей хватило едва-едва. На работе никто ничего не заметил. Поздно вечером, стараясь почаще моргать после длиннейшего интернет-сеанса, Костя услышал ненавистный девичий голос:

– Аккумуляторная батарея разряжена. Пожалуйста, зарядите батарею или вставьте другой аккумулятор.

– Чтоб ты сдохла, сука! – выдавил Костя, нехотя выключил компьютер и пошёл в ванную.

***

Две недели так и продолжалось. Костя мало-помалу пристрастился к пиву, пока зная меру. А что удивительного? Другой вообще запил бы по-чёрному.

Сперва он брал полторашку по утрам, на вторую неделю стал запасать пиво на вечер, в начале третьей уже захватывал бутылку с собой на работу. У Теплова продавалось пиво, но не станешь же там покупать?

Уединиться, чтобы хлебнуть из горлышка, было не трудно. Рискованно, конечно, ну да будем надеяться… Машину на стоянку загнать или подать её ко входу в гостиницу – невелика премудрость. Запах прекрасно отбивал «Антиполицай» и постоянное жевание «Орбита». Того, который без сахара. Ничего страшного. Пронесёт.

Пока проносило. Регулярная выпивка имела свои хорошие стороны – не так тоскливо ждать вечера. И особенно Костю радовала даруемая алкоголем раскованность. Он осмелел настолько, что мог теперь свободно общаться с Леночкой (называя её Леночкой), и смешил девушку на ходу сочиняемыми анекдотами, проявляя доселе дремавшее в нём чувство юмора. Вскоре Лена привычно улыбалась ему ещё издали.

Личная катастрофа Кости, как и все катастрофы в мире, разразилась внезапно. Пиво ли было виновато, частенько отвлекавший его внимание образ Леночки, то и дело вторгавшийся в сознание, или же внушавшие чувство нереальности происходящего, доводившие до отупения ежевечерние самоубийства, успевшие стать традицией, да только однажды, загоняя на стоянку дорогущий «лексус», Костя крепко приложил его к другой машине, и тоже не из дешёвых.

Заглушив двигатель, он посидел ещё в водительском кресле, прежде чем заставил себя вылезти наружу и оценить размер ущерба. Одного взгляда на передок «лексуса» с выбитой фарой, лопнувшим бампером и гнутым крылом, а также на покалеченную корму «лендровера», хватило, чтобы потемнело в глазах. Костя вспомнил случай, о котором недавно писали все газеты: шофёр грузовика на светофоре врезался в «крузер». Вот так же вылез, посмотрел, достал из кузова канистру с бензином, облил себя и щёлкнул зажигалкой.

Кто-то бежал к стоянке, заливалась сигнализация пострадавшего внедорожника, кто-то крыл матом из окна гостиницы, а потом и рядом с Костей. «Спокойно, разберёмся!» – услышал он голос Министра, но так, словно голова была закутана ватным одеялом. «Разберёмся, тебе сказали! – перебил поток яростной ругани рёв Котлеты. – Сдай назад, браток! Без рук! Со своими сотрудниками мы как-нибудь сами!..»

Костя полностью пришёл в себя и начал здраво воспринимать происходящее только в кабинете Теплова.

– Повезло тебе, – сказал хозяин комплекса, толкнув ему через стол несколько листов бумаги. – Почитай вот, и распишись. Твоё счастье, что оба владельца согласились воспользоваться услугами нашей же мастерской. Хотя мужик на «ровере» вначале упирался. Не хочу, говорит, иметь дело с сервисом, где работают такие раздолбаи. И он не так уж неправ… Раздолбай – это ты, как понимаешь. И благодари Министра. Он согласен внести за тебя сразу всю сумму.

Костя молча перебирал бумаги.

– Ну, чего мусолишь? – нетерпеливо сказал Теплов, когда Костя пошёл на второй круг. – Это результаты нашей же экспертизы, ты их уже смотрел. Не первый год работаешь здесь, машины знаешь, должен понимать, что всё справедливо. Даже более, чем ты заслуживаешь. Ребята сделают всё по внутренним расценкам, как своему… А теперь – марш домой! Отпуск без содержания, две недели. Выйдешь – подумаю, доверять ли тебе снова парковку.

– Да вы что, Андрей Викторович, – нерешительно возразил Костя. – Какой мне отпуск? Тут же моя зарплата за год. – Он вяло тряхнул листками. – Вижу, сумма ущерба не завышена, но…

– В отпуск! – рявкнул Теплов, однако без особой злости. – Да тебя вообще надо гнать в три шеи! Труженик! Подожди хоть, пока владельцы машин из гостиницы съедут!..

Выйдя на улицу, Костя столкнулся с Министром.

– Эх, Косточка, – сочувственно сказал начальник охраны. – Как же ты так, а? Ну ничего, расплатишься помаленьку. Отдавать придётся втрое больше, чем ты платил за компач. Сам понимаешь, я не могу всю жизнь ждать, пока верну свои деньги. Не хочешь сидеть на одном «Дошираке» – можешь продать квартиру и переехать в секционку… Да не вздрагивай ты так, не нужна мне твоя хата. Справишься с выплатой без этого – возьму частями. Добрый я, понимаешь, человек. Пойдём, черкнёшь расписочку.

Оставшись без дела, Костя ушёл в первый в своей жизни запой, относительно протрезвев только к концу отпуска, и тогда же узнал из выпуска новостей, что начальник охраны гостиничного комплекса «У Теплова», без вести пропавший три дня назад, найден в лесопосадках с восемью пулями в теле и одной в голове. Следствие отрабатывает версию, согласно которой…

Костя схватил телефон, сгоряча подумав, что нечаянно стёр по пьяни номер Министра, но ему пришлось убедиться, что всё же таинственный прибор – не единственная причина внезапных смертей в этом мире. Номер оказался на месте, только при открытии контакта всплыло окошко: «Абонент в настоящее время недоступен».

– Это точно, – прошептал Костя. – Куда уж недоступнее.

На работе его первым встретил Котлета.

– Не думай, что если Министр откинул копыта, то ты теперь никому не должен. Можешь считать меня его правопреемником. Расписка твоя у меня. С нею и прочими бумажками и показаниями свидетелей, я с тебя всё даже через долбаный законный суд получу без проблем. И вот ещё что… Теплов решил тебя пока до парковки не допускать. Поработаешь подметалой. Зарплата будет – сам знаешь, а я не хочу ждать с тебя денег до седых волос. Я тебе не Министр, это он у нас был широкая душа… Значит так: продаёшь хату, причём риэлтора тебе укажу я. Всё оформим в моём присутствии. А тебе подыщем секцию где-нибудь на Толстовке, идёт? И бабки ещё останутся.

– Продажа-то почему через тебя? – попробовал всё же возразить Костя, понимая, что по основному пункту спорить бесполезно. – Что я, сам квартиру продать не могу?

– Ты мне повякай, заморыш! – зловеще дыхнул ему прямо в лицо Котлета, нависая сверху как Кинг-Конг. – Заберёшь деньги и свалишь куда-нибудь в тьму тараканью, а я тебя потом ищи, да?

Кое-как отработав первую смену на новой должности, Костя пришёл домой. Долго без цели слонялся по квартире, глядя на стены так, словно видел их впервые. Наследство от матери. И память о ней единственная. Оно конечно, можно и в секции жить, тем более, что сам виноват, да только надо быть полным кретином, чтобы думать, будто после сделки с Котлетой у него останется жильё или какие-то деньги. Тут Котлета прав – он не Министр… В лучшем случае – жизнь у мусорных бачков и ночёвки в подвалах. В худшем – труп обнаружат нескоро, если ещё обнаружат.

Несколько дней Котлета его не тревожил. То ли занимался подготовкой, то ли другими делами, с Костей не связанными, то ли давал жертве время прочувствовать ситуацию. Поручиться Костя не мог, но был почти уверен, что за квартирой и за ним самим следят. Наконец Котлета подошёл к нему, поймав точно так же, утром, перед работой.

– Возьми назавтра у Теплова отгул. Наври что хочешь. За один день всё и сделаем, ручаюсь. Завтра я тебе звякну… Кстати, какой у тебя номер?

– А ты мне свой дай, – решился Костя внезапно.

– А у тебя что, нет? – удивился Котлета. – Давай, записывай…

Во время обеденного перерыва Костя тяжело опустился на стул за пустым столиком в самом дальнем углу столовой и достал телефон. Тот скромно помалкивал, переваривая порцию энергии, которую Костя по обычаю вкатил ему вечером.

«Если отдашь материну квартиру Котлете, имея в распоряжении такую вещь, ты просто полный слюнтяй, братец, – подумал он, открывая нужный контакт. – Слюнтяй и ничтожество, и что бы ни сделал с тобой Котлета, ты это заслужил. Убийство? Ну и что – убийство? А Дениса убил не ты? Балабина? Алиску?.. Приборчик убил, думаешь? На кнопки-то ты нажимал!»

Леночка, ставя перед ним поднос, озабоченно заглянула ему в лицо.

– Ты чего такой серый? – спросила она.

– Ничего не серый, – отозвался Костя, вызывая меню телефонной книги. – Просто настроение не очень.

«Котлета – всплыло окошко. – Изменить данные? Удалить?»

«Удалить».

– И насколько не очень? – улыбнулась девушка.

«Удалить контакт? Вы уверены?»

Уверен ли он? Чёрта с два он уверен… Но левое запястье уже изрезано так, что приходится носить напульсник. Браслетом от часов такие шрамы не закроешь.

«Удалить!..»

– Насколько? – переспросил Костя, поднимая глаза от экрана и тоже невольно улыбаясь. Глядя на такое лицо, как у Леночки, нельзя не улыбаться. – Насколько не очень? Очень не очень…

«Внимание! Котлета будет безвозвратно удалён. Продолжить? Да. Нет».

– Всё из-за аварии? – посочувствовала девушка. – Тяжело, я понимаю. Но ты ведь разрулишь ситуацию?

– Конечно, разрулю, – ответил Костя, нажимая «Да».

– Хороший у тебя телефон, – заметила Леночка, поворачиваясь, чтобы уйти.

– Ещё какой хороший, – пробормотал он ей вслед. – Просто замечательный.

Отпрашиваться у Теплова на следующий день он не стал, о чём начал жалеть сразу, как только сел в автобус после работы. А вдруг прибор не сработает?

Да почему он должен не сработать, уговаривал себя Костя. Всегда срабатывал, а тут, когда надо больше всего, выдаст осечку? Вот-вот, возражал он сам себе, именно потому и выдаст, что край как нужно. Пока ты бездумно убивал своих знакомых и себя терзал, он срабатывал, а сейчас не станет. Или сработает наоборот – Котлета сегодня выиграет миллион в казино, окажется ночью в постели с тремя лучшими красавицами города, шрамы на его роже рассосутся бесследно, а Теплов завтра официально назначит его на место Министра. Называется это закон подлости – дьявол придумал его, пока изобретал твой телефончик.

Семь часов вечера, восемь… Костя каждый час заходил в раздел «Электропитание». Девять часов… Пять процентов заряда, потом четыре. Электронная девчонка, эта дочка сатаны, голос которой её папаша упрятал за сенсорным экраном, молчала, хотя раньше начинала доставать уведомлениями, едва заряд падал ниже семи процентов, а уж по снижении до пяти верещала вовсю. Десять часов… Костя, ещё недавно серьёзно сомневавшийся, способен ли он использовать прибор в личных целях, теперь желал скорейшей смерти Котлеты так, как не желал ещё ничего в жизни. Одиннадцать часов… И вот, в очередной раз зайдя в «Электропитание», он увидел зелёную полосу поперёк всего экрана, а под ней заветную цифру сто три. Прибор сработал.

Просыпаться в собственной постели, а не в ванной комнате, где место вытащенной в прихожую стиральной машины теперь занимало специально поставленное кресло, было непривычно. Непривычно было начинать день без пива, но Костя и глотка не смог выпить с тех пор, как удалил контакт Котлеты. Ещё в автобусе он узнал от двух знакомых мойщиц, работавших у Теплова, невесть как раздобытую ими новость: ночью Котлету насмерть зашиб стулом один из постояльцев гостиницы.

В понимании Кости, чтобы убить замначальника охраны, того требовалось ударить не стулом, а по меньшей мере книжным шкафом. Причём не один раз. И в конце, для надёжности, обрушить на него всю тепловскую гостиницу.

Впрочем, странная уязвимость Котлеты, как и осведомлённость мойщиц, вскоре объяснились, поскольку обе девушки болтали без умолку. Одна из них была подружкой дежурившего ночью охранника, который и позвонил ей утром, едва она встала. Котлету в коллективе не любили, а для некоторых его смерть оказалась настоящим праздником.

В семь вечера постоялец из сорокового номера потребовал выпивку, через час – девочек. Ещё через два с лишним часа в сороковом начался настоящий кавардак: постоялец, судя по доносящимся из комнаты звукам, избивал проституток и грозился их прирезать. Когда в номер попыталась проникнуть охрана, парень открыл стрельбу через дверь. Вызывать милицию Теплов не любил, и охранники знали об этом. Посему из бани на озере спешно извлекли парившегося там с какой-то продажной милашкой Котлету. Наскоро одевшийся замначальника пришёл на выручку своим подчинённым и потребовал, чтобы постоялец для начала отпустил проституток. На что получил ответ: зайди и возьми.

Котлета, не отличавшийся ни малодушием, ни долготерпением, пошёл на штурм. Один из охранников постучал с улицы в окно сорокового номера шваброй, отвлекая внимание; одновременно Котлета вышиб дверь, ворвался в номер и моментально обезоружил буяна. Однако тому удалось вывернуться, он отскочил и запустил в противника стулом, угодившим Котлете кончиком ножки точно в висок. После чего постоялец, подобрав свой пистолет и стреляя во все стороны, вырвался в коридор, сбежал по лестнице, забрал свою машину со стоянки и был таков. На месте происшествия наконец вызванная милиция обнаружила больше двадцати гильз от пистолета ТТ и два пустых магазина от того же оружия. О внешности убийцы почему-то ничего не смогли толком рассказать даже проститутки, бывшие с ним в номере. Оружие ни по каким делам ранее не проходило, отпечатки пальцев не с чем оказалось сравнивать, а краденую машину с фальшивыми номерами обнаружили всего в десяти километрах дальше по трассе. Преступник же словно испарился.

Никаких новых правопреемников Министра по смерти Котлеты не обнаружилось, и Костя почти целую неделю жил спокойно. Полному счастью мешал только с каждым днём приближающийся срок очередной зарядки аккумулятора. Да ещё мысли, текущие беспокойным, непрерывно меняющим русло ручейком.

Представляя себе, сколько людей в мире захотели бы заиметь его телефон, Костя сразу приходил в дурное расположение духа. Военные любой страны, террористы, религиозные фанатики… Да разве всех перечислишь. И они не мучились бы угрызениями совести, отправив на тот свет какого-нибудь Котлету, которому туда было давно пора. Быстрое устранение политических противников, конкурентов по бизнесу, врагов веры, кого угодно… И таким способом, что не подкопаешься. Достаточно узнать номер телефона.

В безопасности оказались бы те, кто телефонами не пользуется, а много их сейчас? И только в относительной безопасности.

«Что я знаю о других свойствах прибора? – размышлял Костя. – Нелепо думать, что создатели уникального и страшного с любой точки зрения аппарата предусмотрели в нём только пополнение энергоресурса при помощи убийств людей, внесённых в телефонную книгу. Сколько уже раз приборчик оживлял меня самого? А если меня по-настоящему убьют? Посторонние? Нет, скорее всего, не смогут, пока телефон при мне. Интересно, что будет, если я прыгну с вертолёта в кратер действующего вулкана?»

Надеясь на безразмерную память мобильника, Костя пока ни разу не удалял ни фотографии, ни видеозаписи. Теперь боялся и пробовать. Люди с фотографий – что с ними будет? Все умрут? Он сделал множество снимков на улице и в парке…

А если удалить музыкальный альбом? Тимати, вот, например, ему никогда не нравился. Костя представил, как нажимает в меню «Удалить», после чего смерть настигает злополучного рэпера. А среди фанатов Тимати начинается жуткая эпидемия, которую нельзя остановить никакими ухищрениями медиков.

«Прибор способен воскрешать своего владельца. А кого ещё? Что произойдёт, если ввести в телефон номер уже мёртвого человека? Эй, постой, есть же такой человек…»

Костя прекратил работать метлой и прикрыл глаза. Вот он находит номер Министра, открывает меню, а там, в самом низу скромная надпись: «Восстановить контакт», после нажатия на которую телефон задаёт примерно такой вопрос: «Попытаться восстановить Министра? Да. Нет». И вот уже Министр оживает в своём элитном гробу, под бетонной плитой, на глубине двух метров ниже поверхности земли… Не-ет, с воскрешениями мы пока повременим. Такого и Котлете не пожелаешь.

Открыв глаза, Костя достал телефон и тут же проверил свою догадку. Соответствующей опции меню не предлагало. Или она присутствует где-то, нужно лишь найти? Здесь столько всего, я ещё и половины не видел…

Значит, пока мы освоили только убийства. И что с этим делать? Наказывать ушедших от правосудия преступников? Конечно, издевательски сказал про себя Костя, они номера своих телефонов печатают в газетах. Крупными цифрами… Вот недавно возле Смирновки неизвестный водитель сбил на трассе двух ребятишек. Оба умерли по пути в больницу, поскольку «скорая» приехала слишком поздно. А водитель скрылся. Но поди найди его номер…

Киллером стать проще. Начать с мелочёвки, заработать репутацию, и вот ты уже непревзойдённый специалист своего дела. Но рано или поздно тебя вычислят, да, вычислят – те самые парни из спецслужб, которых ты недавно так боялся, – и поставят себе на службу вместе с телефоном. А ты даже умереть не сможешь.

Думай, братишка, думай. Чуть больше двадцати процентов осталось в аккумуляторе. Ох, как же неохота опять садиться в кресло возле ванны…

Плюнуть на всё – и ничего не делать! Пусть разряжается… Костя вспомнил фильм, где герой утешает героиню – очень симпатичную девушку – после смерти кого-то, кто был ей страшно дорог: «Да, он умер, но жизнь продолжается!»

Впрочем, и в других фильмах эта фраза звучала частенько, особенно в американских. «Жизнь продолжается!»

Больше трёхсот человек в телефонной книге… И ещё фотографии, о которых он до сих пор ничего не выяснил! Множество фотографий парка в воскресные дни, там сотни, может, тысячи людей. Что будет? Аккумулятор садится, данные потеряны; все умерли, но жизнь продолжается…

В том, что сам он останется жив, Костя почти не сомневался. В худшем случае постареет лет на десять, а батарея окажется заряжена. Дьявол или зелёные человечки с летающей тарелки – они не отпустят его так просто.

Близился конец рабочего дня, и Костя уже собрался идти в раздевалку, когда вспомнил, что не прибрал девичью курилку. Смолить на территории комплекса Теплов служащим запрещал, но вообще курильщиков не преследовал, и специально отведённых для них мест было сразу несколько: у чёрного входа гостиницы, в автомастерской, на мойке и за столовой. Последняя курилка и называлась девичьей, поскольку дымить туда ходили одни официантки. Снаружи она выглядела как небольшое подсобное помещение, очень чистенькое и опрятное. Дверь находилась со стороны служебного входа в столовую. Костя подошёл с противоположной, и остановился, услышав внутри голоса. Говорили разбитная черноволосая Танька, заядлая курильщица, и Леночка.

«Вот не знал, что Лена курит, – подумал Костя. – Надо же… Или просто пошла за компанию, с Танькой посекретничать?»

Он повернулся, собираясь уйти, когда Танька сказала:

– Да что он тебе может сделать-то? Пошли его лесом и забудь.

И в ответ донёсся слабый, плачущий голос Лены:

– Ты не понимаешь ничего! Этот старый козёл – декан факультета! Не поеду с ним – не протяну до конца следующего семестра! У нас половина преподавателей – взяточники, я тебе могу прайс написать, у кого сколько стоит экзамен, у кого – курсовая… И все они у него в кулаке. Нажмёт на них – и сессию мне не сдать ни за что…

– Почему не сдать, ведь ты же всё знаешь! Ну подучи ещё – так, чтобы они подкопаться не могли!

– Много ты понимаешь! Прости, Тань, но у тебя только шарага, откуда вас не знали как на производство выпихнуть. А когда тебя сразу несколько преподов начнут намеренно валить – тут ты хоть как учи…

Костя замер, боясь обнаружить себя, и уже не собираясь уходить.

После долгого молчания Танька спросила:

– И куда он тебя зовёт?

– На Кипр, – мрачно ответила Леночка. – Ещё весной начал уговаривать.

– Надолго?

– На десять дней.

– А-а, как раз чтоб вернуться к началу нового учебного… Знаешь, Ленок, другая на твоём месте уже собирала бы вещи, навешав лапши папану и маману. Студентки сейчас в постель готовы лечь ради того, чтоб «неуд» в зачётке исправить. А тут!.. Декада на Кипре! С подпольным миллионером! Я, случайно, не смогу тебя заменить? Ты предложи.

– Тебе всё шутки, – всхлипнула Леночка. – Пусть хоть миллиардер, но мне он не нужен. Козёл старый!

– Заладила – козёл, козёл… – недовольно пробурчала Танька. – Все мужики козлы! Вот найдёшь ты себе мужа по большой любви, а после свадьбы выяснится, что он такой же козёл, как твой декан, если не хуже. Только денег у него не будет. А если будут, так он поедет на Кипр с любовницей, оставив тебя дома вытирать сопли ребятишкам.

– Что делать-то? – обречённо спросила Леночка. В голосе ещё дрожали слёзы.

– Ну, уйди из института, раз всё так мрачно, – посоветовала Танька.

– Мои родители уже в струнку вытянулись, чтоб их любимая доченька получала высшее. И дальше намерены вытягиваться. Как я им в глаза посмотрю? Как объясню?

– Ну переведись! – сердито крикнула Танька, но Костя не стал дослушивать, чем кончится разговор, и, аккуратно ступая, пошёл прочь от курилки. Девчонки скоро выйдут, не могут они там долго, спохватятся, что их прекрасно слышно снаружи через тонкую стенку из гофрированного железа.

По пути Костя вытащил телефон и посмотрел время. Лена должна была вскоре смениться и ехать домой. Обойдя столовую, он встал неподалёку от входа, и девушка действительно вышла через несколько минут. На лице уже не было и следа слёз, однако оно вытянулось и побледнело.

– Пока, Кость, – бросила Лена проходя мимо. Почти приветливо. – Что это ты в комбинезоне до сих пор? Ночевать здесь собрался?

– Подожди, – ответил он, удерживая её за руку. – Знаешь, я сейчас всё слышал, о чём вы с Танькой говорили.

Девушка вздрогнула, остановилась и взглянула на него исподлобья.

– Подслушиваешь, – сказала она, и в голосе больше не было ни капли приветливости. Он стал злым.

– Я курилку шёл убирать, – возразил Костя. – А вас за километр было слышно. И я не собираюсь никому рассказывать.

– А что ты собираешься делать? – прищурилась Лена.

– Я помочь хочу.

– Правда? – горько улыбнулась Лена. – А как?

– Может, просто поговорю с ним.

– Поговоришь? – переспросила она и сдавленно рассмеялась. – Поговоришь? Да он не только деканом у нас, он с самой перестройки коммерцией занимался, теперь в десять раз богаче Теплова. У него знаешь какие связи? И ты с ним… поговоришь?..

Костя решил не обижаться.

– Послушай, – сказал он. – Только не психуй. Ответь мне на пару вопросов – ты точно с ним не поедешь?

– Естественно. Ты за кого меня принимаешь? Я под похотливых пердунов не подстилаюсь.

– Не ругайся так, тебе не к лицу… И ты точно уверена, что он выживет тебя из института?

– Это называется риторический вопрос, Кость. Ты же слышал, о чём мы говорили.

– Тогда какой вред я тебе причиню, разок побеседовав с ним? Никакого. Хуже-то не станет. Есть у тебя его номер телефона?

Лена внимательно и недоверчиво вглядывалась в его лицо.

– Тебе это зачем, Кость? Не станет он с тобой разговаривать.

«Это я с ним не стану», – подумал Костя, сказав вслух:

– Кто знает. У меня тоже имеются кое-какие связи… наверху. Или внизу… Ну, есть номер?

– Конечно, – девушка наклонила голову, расстёгивая сумочку. – Дал мне, чтобы я по зрелом размышлении могла выразить своё согласие. Записывай…

Когда они расстались, Костя сходил переодеться и вышел с территории комплекса, на прощание махнув скучающему охраннику. Автобус, на котором он обычно ездил домой, уже ушёл, и на остановке никого не было. Костя опустился на скамейку и достал телефон.

«Дмитрий Семёнович Белецкий. Удалить контакт? Вы уверены?»

Эх, Дмитрий Семёнович, что ж ты такой сукой выродился?

О похожем случае Костя слышал от Алиски – ныне покойной Алиски, которая училась в институте в другом городе. Но там девушку к любовной связи принуждал не декан, а рядовой преподаватель. Парень же девушки был не таким нерешительным нюней, как он, Константин Меньшиков, а настоящим бандитом стандарта Котлеты – тоже ныне покойного. И после разговора по душам преподаватель, в спешном порядке уволившись из института, отбыл в неизвестном направлении.

Такие дела. Не все учителя похожи на Балабина, который любил учеников как родных детей…

Но и Балабин мёртв.

А вот Дмитрий Семёнович жив. Хотя лучше сказать – пока жив.

Стоп. Ещё не поздно дать задний ход. Леночка действительно может просто уйти из института…

Только почему она должна уходить? Ты что, не хочешь её защитить?

Да брось, темнила, зачем корчить из себя рыцаря? Тебя ведь до трясучки бесит, что старый мерзавец предложил Леночке спать с ним; не просто предложил – вынуждает к этому; ту самую Леночку, которую ты до сих пор в кино пригласить не отважился…

«Внимание! Дмитрий Семёнович Белецкий будет безвозвратно удалён. Отменить? Продолжить?»

И зачем я полностью записал его имя-фамилию, да ещё и отчество? Как это глупо – так аккуратно регистрировать данные человека, которого ты намерен убить? И ты подумал, что потом скажешь Лене? Сможешь объяснить?

А зачем объяснять? Ничего мне не придётся объяснять! Был человек – и нет его. Да и человек ли? Скотина. Седина в бороду – бес в ребро… Ничего мне не придётся объяснять, и я не обязан! Несчастный случай, кирпич с крыши, наезд на пешеходном переходе, инфаркт…

«Внимание! Дмитрий Семёнович Белецкий будет безвозвратно удалён!..»

Или – так, или идти сегодня вечером в ванную. Что же ты делаешь с нами, судьба, предлагая такой выбор?

«Продолжить? Да. Нет».

Если удаление Котлеты с материального плана бытия ты ещё мог назвать самообороной, то теперь произойдёт чистой воды убийство. Из ревности. Или от праведного возмущения людской низостью, но всё равно – убийство. И как ни страшно сейчас, потом будет страшнее. Или станет легче, что ещё хуже.

Сегодня этот похотливый Дмитрий Семёнович. А кто через неделю? Через месяц? Через год? Как долго человек способен находить оправдания таким поступкам?

Кем ты сам станешь через год, через пять, через десять лет, если будешь лишать людей жизни одним касанием кнопки на сенсорном экране?

Костя огляделся по сторонам, словно ища того, с кем он мог бы посоветоваться. Но на остановке всё ещё никого не было. И машин почему-то не видно на трассе… Один, и некому задать вопрос.

Отменить?

Продолжить?..

Да?

Нет?