Меня зовут Йокагами Кисимото. Десять лет я провел в тюрьме для опасных преступников. Сегодня меня ждет казнь. Куда я попаду после смерти? Не знаю.
Каждый день, проведенный в заточении, я проживаю лишь с одной целью — завершить начатое, уничтожить мерзавца, застрелившего мою семью, и умереть с улыбкой на лице. Но это лишь мои фантазии, так как из тюрьмы, которая расположена на острове, еще никто в истории человечества убежать не смог.
Обогнув пару переулков по короткому пути, я выбрался в район пьяного мастера. Нужно было как можно раньше сообщить старику о том, что о нем тоже знают. Не думал, что за пару часов те успели бы расправиться с бывшим воякой.
Дорожные фонари ярко освещали дорогу, поэтому заострять взгляд маной не имело необходимости. Единственное, что мешало — неприятно моросящий дождь, который успел намочить мои плечи и волосы.
Подходя к дому, я замедлил шаг, вглядываясь в прогнутое ограждение дома, на котором лежала пара здоровых трупов в черных костюмах.
«Что за…»
Я ускорился, осматривая местность. Вокруг никого не было. Распахнув ворота, я опешил. Старый алкоголик лежал с закрытыми глазами. Из живота его торчал огромный металлический стержень с меня ростом.
— Старик! — рванул я к мужику и схватился за стержень, который довольно глубоко был воткнут в сырую землю.
Тот молчал, не выказывая никаких признаков жизни. Его тело было в крови, но вот, что странно, ран на нем не было. Он был будто испачкан.
«Либо его умертвили одним ударом, либо…»
Схватившись покрепче, я вытащил стержень с огромным трудом. Он еще и тяжелым был в придачу.
— Роран, ну вот ты и пришел… — послышался голос сзади.
Отпрыгнув назад, я стал оглядываться и осматривать местность. Перед воротами стоял парень с красной прядью и черном костюме. Он был высоким и довольно крепким.
— Алкаш-то тебе чем не угодил, сопляк?! — смотрел я на парня и искал пути решения проблемы. Учитывая то, что он сделал с Арчи, его силы превосходили мои в разы.
— Этот? — хмыкнул он, взглянув на распластавшегося старика. — Ничем… он мне уже не нужен…
— Давай на чистоту, паренек… — сделал я шаг в его сторону. — Чего ты хочешь?
— Эм… как бы так сказать… — задумался тот. — Я сын Минуро…
— И? — приподнял я бровь.
— Минуро Морита… — повторил он. — Хозяин тех самых амбалов, которых ты… кхм…
— Ясно… — не стал я его слушать дальше. — Ты за мной…
— Да, традиции и все такое… — вскинул руками парень. — Войны кланов, традиции и прочая суета…
— А не боишься меня? — приподнял я бровь, улыбнувшись. — Руки не потрясывает?
— Честно сказать, немного… — признался он, пожав плечами. — Тут, видишь ли, достаточно одного удара… и пойму, стоило ли бояться…
— Я так понимаю, твой старик моего порешал? — разминая плечо, продолжал я задавать вопросы, медленно подходя к оппоненту. На вид парень был довольно хорошим, но бежать было некуда.
— Да… — хмыкнул он, делая шаги навстречу. — Твой много пиздел…
— Тогда предлагаю не болтать попусту… — остановился я в десяти метрах от парня. — А решить для себя… кто уйдет отсюда живым…
— Ты больно уверен в себе… — приподнял тот бровь. — Честно сказать, меня это немного будоражит…
— Да, после пары дюжин амбалов мне такие, как ты, особо не кажутся опасными…
«Эффектность… главное — эффектность…»
Обогнув пару переулков, я наконец выбрался к дому старика. Хотел как можно раньше сообщить старику о том, что его тоже без внимания не оставили. Да, возможно, это было ожидаемо, но все же не думал, что они внезапно решат напасть спустя две недели после застоя. Честно сказать, поверил в то, что Минуро простил меня и решил, что те сами заслужили той участи, которой я их подверг.
Но нет.
Дорожные фонари ярко освещали дорогу, а луна просвечивала сквозь темно-серые густые тучи. Единственное, что мешало — неприятно моросящий дождь, который успел намочить мои плечи и волосы.
Подходя ближе к дому, я замедлил шаг, вглядываясь в плохо освещенный двор. Что-то металлическое отразила свет луны и мои брови тут же вскочили. Это был стержень, торчащий из чьего-то тела.
«Что за…»
Я ускорился, осматривая местность. Вокруг никого не было. Распахнув ворота, я тут же побежал к распластавшемуся на собственном газоне старику. Тот лежал с закрытыми глазами. Из живота его торчал огромный металлический стержень с меня ростом.
— Старик! — хлестнул я по бородатой щеке рабочей ладонью и схватился за стержень, который довольно глубоко был воткнут в сырую землю.
Тот молчал, не выказывая никаких признаков жизни. Его тело было в крови, но вот что странно, ран на нем не было. Одежда была изорвана, в ней виднелись дыры, оставленные кинжалом, но вот кожа старика была затянута.
«Либо его умертвили одним ударом, либо…»
Схватившись покрепче, я вытащил стержень с огромным трудом. Он еще и тяжелым был в придачу.
— Роран, ну чего ты там возишься? — послышался голос сзади.
Отпрыгнув назад, я стал оглядываться и осматривать местность. Перед воротами стоял парень с красной прядью в черном костюме. Он был высоким и довольно крепким с виду. Возрастом был не особо старше Рорана, а в глазах читалась уверенность.
— Алкаш-то тебе чем не угодил, сопляк?! — смотрел я на парня и искал пути решения проблемы.
Учитывая то, что он сделал с Арчи, его силы превосходили мои в разы. Но разве дело в силе? Я годами убивал таких вот уверенных в себе с виду парней. Они может и дерутся неплохо, но вот в глаз удар принять ради победы не каждый осмелится. Тут ему не в перчатках и с каппой во рту сражаться. Тут правил нет, и никто не станет останавливать бой.
— Этот? — хмыкнул он, взглянув на распластавшегося старика. — Ничем… видите ли, он своих не сдает…
— Давай на чистоту… — сделал я шаг в его сторону. — Чего ты хочешь?
Конечно, прежде чем начать драку, нужно с человеком поговорить. Так делают люди, которые не совсем желают рваться в бой. Разговор позволяет немного унять дрожь и понять, что против тебя стоит такой же человек, как и ты.
— Мм… как бы так сказать… — задумался тот демонстративно. — Я сын Минуро…
— И? — приподнял я бровь.
— Минуро Морита… — повторил он. — Хозяин тех самых парней, которых ты… кхм…
Положил. Он хотел именно это сказать. Тогда все более чем просто. Парень вообще лишь строил из себя супер-бандита. После просмотра видео, которое показала мне Мира, я бы сам решил, что лезть на Рорана первым не стоит. Возможно, я бы так решил потому, что имею опыт. А этот придурок — нет.
«Не понимаю, что он тут один делает? Как можно быть настолько уверенным в себе? Что за тупость?!»
— Ясно… — не стал я его слушать дальше. — Ты за мной пришел…
— Да, традиции и все такое… — вскинул руками парень. — Войны кланов и прочая суета…
«Суета. Он называет суетой то, что стоит передо мной один и ведет идиотский диалог. Черт побери, я до сих пор не могу поверить, что он стоит передо мной и думает, что убьет меня.»
— А не боишься меня? — приподнял я бровь, улыбнувшись. — Руки не потрясывает?
— Честно сказать, немного… — признался он, пожав плечами. — Тут, видишь ли, достаточно одного удара… и пойму, стоило ли бояться…
«Вот как. Он решил посмотреть, насколько я хорош, а если превзойду его ожидания, сядет в свой автомобиль и скроется. Ну, в этом есть хоть какая-то логика. Иначе все выглядело предельно странно и глупо.»
— Я так понимаю, твой старик моего порешал? — разминая плечо, продолжал я задавать вопросы, медленно подходя к оппоненту. На вид парень был довольно хорошим бойцом, но бежать было некуда.
— Да… — хмыкнул он, делая шаги навстречу. — Твой много пиздел…
— Тогда предлагаю не болтать попусту… — остановился я в десяти метрах от парня. — А решить для себя… кто уйдет отсюда живым…
— Ты больно уверен в себе… — приподнял тот бровь. — Честно сказать, меня это немного будоражит…
«А меня сейчас вырвет от твоей тупости. Я же не говорю об этом, ирод. Нужно было еще по Манабу догадаться, что сила в этом мире обязательно компенсируется уровнем интеллекта. Чем ты сильнее, тем ты тупее.»
— Да, после пары дюжин амбалов мне такие как ты особо не кажутся опасными…
«Эффектность… главное — эффектность…»
***
После ухода Рорана, дом Мари снова опустел. Ей стало грустно от того, что парень так рано ушел, расстроившись из-за её ответа. Она лежала на диване, держа в одной руке бокал с вином, а в другой мобильник.
— Нравишься ли ты мне? — бурчала под нос директриса, пересматривая видео с камер, где парень шаркал следом за ползущим со сломанной ногой амбалом. — Хм… какой же ты странный…
На видео происходило все то, о чем уже знал весь город, но записи с камер были доступны далеко не каждому. Полиция имела право предоставить записи лишь родителям, но так как их не было, те предоставили запись ей.
—
—
— Даже не знаю
Вылив оставшуюся часть вина в бокал, она выбросила бутылочку и снова распласталась на диване, в очередной раз включив экран мобильного телефона.
—
Как же он был непоколебим. Насколько жесток по отношению к врагу и добр по отношению к тем, кого искренне любит. Его голос был таким, будто он не в первый раз делает это… не в первый раз убивает…
— Ты загадка, Роран… — прошептала та, ловя себя на мысли, что она нервно дышит, представляя, как тот ее грубо раздевает. Она тут же испуганно выключила мобильник, стараясь отдернуть себя от похотливых мыслей, но вино давало ей свободу мысли, поэтому, не удержавшись, она закрыла глаза и представила, как парень тем же голосом говорит ей: «Кури…»
«Та-ак, Мари, хватит уже, он твой ученик… возьми себя в руки!»
Но рука сама потянулась к мобильнику и включила уже другую запись. Годичной давности. Это ей скинула учительница по японскому языку.
—
— Фу… — тут же выключила фрагмент Мира, поморщившись от противности голоса и поведения Рорана. Потом снова включила первый фрагмент с камер видеонаблюдения и снова умильнулась. Сердце забилось чаще.
— Вот так разница… — вздохнула Мари. — Может, я была слишком растеряна, чтобы сказать ему «да»? — задумалась Мари, включив фронтальную камеру и взглянув на свое лицо. — И не такая уж я и взрослая…
***
На улице продолжал моросить грибной дождь. Луна лишь еле заметно просвечивала сквозь густые облака, поэтому улицы освещали только дорожные фонари. Арчибальд все еще лежал на мокрой траве, не выказывая признаков жизни.
Старик умер, так и не выдав моих координат, хоть и знаком был со мной не больше месяца. Таких вояк старой закалки я более чем уважал. Несмотря на всю ущербность нынешней жизни, внутри он остался тем военным, которым был в молодости.
«Эх, старик… не был никому особо нужен… как появился я, так спустя пару недель и порешали…»
Мы с Амори долго смотрели друг другу в глаза, пытаясь понять силу характера. Честно, мне давно было все понятно, просто хотелось контратаковать, но, к сожалению, ему этого хотелось больше, поэтому нужно было начинать первому мне. Один из самых явных признаков силы — взгляд. Если противник начинает метаться, волноваться и переживать, его слабость в мгновение становится очевидной и понятной. А он как раз все это и выражал.
Глаза парня действительно говорили о том, что он боится меня, не понимая, что можно ожидать, но делал он это не так, как это делает обычный слабак, а по-иному. Будто страх его возбуждает. Такой человек отца родного в спину пырнет, но не дрогнет. Опасный тип, если говорить коротко. Он буквально получал удовольствие от этих эмоций, что было свойственно опасным ребятам, не особо осознающим, что умеют. Это если судить по моему опыту.
Я осознавал, что этот парень — выродок властного преступного клана, а такие ребята, как правило, с рождения подвергаются жестким и мучительным тренировкам. Так было в моем мире и, как я предполагаю, в этом мире все происходило примерно так же.
— Роран, ты же знаешь, что с тобой станет, если прикончишь меня? — внезапный вопрос прозвучал из уст красноволосого парня, поправляющего запонки на рукаве дорогой рубашки. — Минуро-сан от тебя живого места не оставит…
«Это он так боится меня?» — возникла мысль, унявшая мой мандраж. Чувствовать, что соперник побаивается, было восхитительно.
Отвечать не стал, я лишь сделал резкий рывок в сторону так, что тот отпрыгнул назад метра на три, бегая взглядом по моему телу и выискивая что-то в руках. Но, не найдя ничего, он вздохнул, восстановив дыхание. Концентрация парня была на высочайшем уровне. Он буквально слился со мной, стараясь предугадать, что буду делать и как буду атаковать.
— Ты чего так боишься, сопляк? — приподнял я бровь. — Даже амбалы твои так не ссались…
— Поэтому и лежат сейчас под землей… — сказал тот тихо, нервно вздыхая.
«Он просто стоит поближе к ограждению, чтобы в случае чего быстро удрать. То есть, про кодекс бойца он вообще не понимает ничего. Настолько, что даже спрашивать об этом не хочется. Тот же Манабу не повернулся спиной, когда учитель звал. Смотрел в глаза и не вздрогнул, а этот… Н-да…»
— Ты чего, думаешь, я дам тебе убежать? — хмыкнул я, оскалившись.
— Я не собираюсь убегать, иначе зачем я здесь? — удивился тот, не поняв, что я бы дико обрадовался его отступлению.
«Да-да. Еще и врет так искусно. Черт побери, бой меня действительно ждет без правил. Даже без тех, которые каждый боец сам понимает и соблюдает, ибо уважает и себя, и противника.»
— Тогда соберись уже, малой… — хрустнул я шеей, сощурившись.
— Да, я собран… — встряхнул руками Амори, пару раз подпрыгнув. — Собран…
Я в очередной раз пошел на него первым, но в этот раз он не стал отпрыгивать, а лишь собрался с мыслями и пошел на меня в ответ.
Ловко отшагнув вправо, я выбросил левую ногу в область его живота, но тот с безумной реакцией ушел от удара и, согнувшись пополам, дабы сократить дистанцию, выбросил удар по левой части лица. Рукой, конечно же, прикрыться возможности не было, поэтому пришлось нелепо изворачиваться, дабы избежать перелома челюсти.
— Очень медленно… — прошептал он про себя, что-то себе доказав и, раскрыв ладонь, притянул мое лицо к своей ней, используя гравитацию, сжал кулак и мощно пробил с такой силой, что, если бы не защитный слой маны, выбил бы ее к чертям.
Меня по инерции с большой скоростью бросило на землю, но, ловко сгруппировавшись, я перекувыркнулся и снова оказался на ногах.
Парень с изящностью использовал не только свое тело, но и ману. У него та будто не делилась на уровни и ступени. Он мог комбинировать и варьировать уровнями так, как ему было угодно. В его возрасте это редко.
«Рорану бы хоть десять процентов из всего, что тот умеет…»
Выдохнув, тот материализовал стальной стержень в правой руке и встал в стойку. Я же напрягся, выставив одну лишь голую руку, сжатую в кулак, и отодвинул левую ногу чуть назад, сместив центр тяжести.
«Это металл… мне конец…»
— Ты голыми руками драться собрался? — приподнял тот бровь. — Я же видел костяные лезвия… тогда…
— Замолкни уже… — разозлился я. — Сколько можно языком вертеть?!
Вообще, я не планировал грубить. В бою профессионалы эмоций не выказывают. Они лишь делают свое дело. Но тот сам вынуждал меня говорить. А я, блин, и рад ответить.
— Я ненавижу, когда кто-то меня недооценивает, понимаешь?! — сжал тот кулак. — Возьми костяной шип и дерись на полную!
«Вот же кретин…»
— Мелковат… — процедил я и пошагал навстречу. Снова нагрубил, но в этот раз было сказано к слову.
— Ладно, как знаешь… — по лицу парня побежали желваки. Он рванул в мою сторону, создав второй металлический стержень с заостренным концом.
Он стал балансировать оружием так, будто всю жизнь его в руках держал. Быстрый взмах стержнем заставил меня присесть и напасть снизу. Он явно ожидал этого, поэтому, поняв, что дистанция сокращена, выбросил колено в область моего лица.
Мы читали действия друг друга, позволяя делать каждому то, что предсказуемо. Оставалось лишь не ошибаться.
От ноги получилось увернуться, но левая моя рука была парализована, поэтому никакого удара не вышло, я лишь перекувыркнулся и попытался напасть сзади, но тот, отбив мой кулак стержнем, отпрыгнул чуть назад и пристально посмотрел на меня.
«Сука…»
Я сделал очередной рывок в его сторону, следя за взглядом, но не успел что-то сделать, как с бешеной скоростью металлический стержень вонзился в мое левое плечо, снова откинув мое тело на пару десятков метров назад.
— Кгх… — прохрипел я, поморщившись от боли. Жгучая кровь полилась из пробитого стержнем плеча.
Вот это именно то, о чем я говорил. Неопытный парнишка думал, что вонзив в меня свой штык, возьмет над боем контроль, но это было заблуждением, ведь опытный боец никогда не расслабляется, пока противник не сдался. Но Амори был из тех, кто может сдаться и пырнуть в спину. Такой уже он боец.
Второй стержень с той же скоростью вонзился в живот. Парень швырнул его лишь двумя пальцами, но шансов подняться все-равно меня лишил.
— Гхк… — прохрипел я, глядя, как из живота льется алая жидкость.
Даже так, я еще дышал, а значит оставался человеком, который в одиночку умертвил полсотни таких, как он. А Амори расслабился так, будто я уже умер.
«Все же очень неплохо для ребенка… признаю…»
— Может, уже начнешь биться всерьез? — стал тот медленно подходить ко мне, создавая очередной стержень. — Я же видел,
«А я чем занимаюсь?!» — чуть-было не вырвалось из груди. Но я промолчал.
Еле заметно взмахнув рукой тот выпустил третий стержень, который пробил насквозь мою правую ногу. Кровь буквально брызнула из пробитой области. Я поморщился от жуткой боли. Кость явно была повреждена.
— Мелковат… — повторил я и натянул ухмылку, чувствуя, как кровь покидает мое тело. Правой рукой я схватился за один из торчащих стержней и активировал вырисованный узор на руке. Печать моментально стала высасывать энергию из стержня, наполняя мой сосуд мощной маной парня. Часть стержня стала буквально исчезать на глазах красноволосого, меня начало немного мутить.
Вот что бы сделал я, если бы противник, сидя обездвиженным передо мной, стал восполнять ману ладонью? Очевидно, отрезал бы ему руку. Но Амори струсил. Видеть отрезанные конечности ребенку не особо хотелось. Ну, а что ему оставалось сделать, кроме как снова начать трепать языком? Ничего.
Как только я наполнил свой сосуд маной, остальная часть отправилась на лечение пробоины в плече.
— Очень медленно… ты все сильнее меня разочаровываешь, черт бы тебя побрал… — с грустью пробурчал тот, медленно подходя ко мне.
Я вытянул правую ладонь, наполненную маной Амори. Она буквально вспыхнула черным пламенем, сформировавшимся в змеиную челюсть. Схватившись за стержень в ноге, я с воплем его вытащил, усилив руку. Слезы буквально полились по щекам, скапливаясь на подбородке.
«Соринка в глаз попала… пот…»
— Ты совсем смерти не боишься… — пристально посмотрел на меня парень, сев на корты. — Просто ноль… ноль страха в глазах… офигеть…
«Черт побери, он сел в двух метрах от человека, которого десять лет в заточении сломать пытались, но не смогли!»
— Гхра-а-а! — с ревом я вытащил и третий стержень, поморщившись от боли. Я терял сознание, но старался поддерживать его маной. Мне было жутко больно, но парень явно питался слабостью врагов, поэтому приходилось контролировать эмоции.
Скажу честно, он меня сильно удивил как своей силой, так и своей тупостью. Этот парень был до жути талантлив, как и я в его возрасте. Даже не знаю, что было бы, сразись я с ним в свои восемнадцать, но это было бы очень сложно. Он с легкостью материализовывал сталь, делая это вновь и вновь. Касание печатью его тела значило бы для меня верную смерть, так как разница в наших объемах была поистине колоссальна.
Но! Он сделал жуткую ошибку, за которую мастер Хоширо выгнал бы его из своих учеников навечно. Он сел перед живым врагом и стал с ним говорить.
— Плохо… — мотал головой Амори. — Очень плохо… даже немного грустно… я думал, ты воспримешь меня всерьез, но ты продолжаешь кряхтеть и скрывать то, что на самом деле умеешь… зачем? — он встал на ноги и сделал пару шагов назад, скрестив руки на груди.
Но даже если он и отошел, это не значило ничего. Я просто еще не до конца решился атаковать, концентрировал ману в мозгу. Напомню, в прокуренном дурью и искалеченном наркотиками мозгу. Поэтому требовалось время.
«Но все равно, если он подошел один раз, то явно подойдет снова. За пять минут ведь не поумнеет.»
— Заткнись… — прохрипел я, сплюнув сгусток накопившейся во рту крови.
Я медленно встал на ноги и, пошатываясь, в очередной раз вытянул пылающую черным пламенем правую руку вперед. Нужна была мощная атака, которой я создал бы себе небольшое преимущество.
Он в очередной раз рванул в мою сторону, вытянув правую руку и разжав пальцы, левая была на уровне пояса для удара с низу.
«Гравитацией будет бить…» — подумал я и приготовился.
Но нет, это был обманный маневр, да и плевать. Я все равно не уклонился бы от штыков. Сейчас у меня все ползло в мозг. Он притянул все стальные стержни, которые я вытащил из собственного тела. Заметив вовремя, я успел с божьей помощью увернуться от одного стержня, но остальные с глухим звуком вонзились в мою спину, проткнув плоть насквозь.
— Гхк… — в этот раз свалился на колени. Пафосно взглянув на него с выражающими боль глазами. Играть загнанного в угол не любил, но периодически приходилось. Да сейчас и не особо нужно было «играть», ведь в меня только что стержни воткнулись во второй раз. Вот скажу честно, в спину больнее, намного. Кожа спины более чувствительна, поэтому хотелось прямо там умереть, крича от боли, от того, что ощущал. Было дико неприятно. Дышать стало невыносимо больно. Правая рука обвисла, так как нервы, соединяющие мозг с рукой, были разорваны одним из стрежней.
— Н-да… — протянул он, в очередной раз подсев на корты и схватив меня за затылок. — Грустно… я раздосадован… мне надоело…
А я говорил, что сядет. Потому что опыт. Но в этот раз в мозгу было достаточно маны, чтобы активировать Ситори. Но лишь активировать, на применение в течение хотя бы трех секунд нужен был Амори со своей маной. А он вот так сидел аккурат передо мной и смотрел в глаза.
Перед моей шеей оказалось лезвие из маны. Он медленно подвел его к моему горлу и, оскалившись, вонзил край, начиная медленно проводить по всему горлу
Интересно, видеть, как кряхтит и захлебывается собственной кровью тоже довольно сложно, но не так противно, как отрезать руку. И он делал это, проводил им все дальше и дальше.
— Гхк… — хрипел я, глядя в его глаза и понимая, что он идеально близко. Маны оставалось не так много, поэтому старался ее экономить.
— Ну, покажешь мне, что умеешь? — остановился тот у кадыка. Кровь протекала вниз на грудь, согревая. — Может начнешь воспринимать меня всерьез?
Вот на самом деле. Проткнутая стержнями спина по сравнению с режущим лезвие горлом еще была терпима. Вот теперь действительно хотелось умереть. Без шуток. На миг даже растерял концентрацию от страха, но снова пришел в себя, напоминая, что бывало и хуже.
Итак, теперь стоит немного поразмышлять о том, каким образом стоит действовать в сложившейся ситуации. Так сказать, ввести в курс всего происходящего.
Первый и самый простой способ, каким я мог бы воспользоваться — это обращение к Хоширо и лишение себя второй руки, обновление печати мастера и взятие некоторого преимущества с большой вероятностью.
Из слов Хоширо можно было сделать вывод о том, что ценность моего тела для высшей алхимии слишком мала и, думаю, к этому времени у меня не особо удалось повысить его цену, как бы я ни старался.
Но даже глупец способен догадаться, что данный способ — бессмысленная трата жизненных ресурсов, которая убила бы меня, так как я защищал лишь себя, а помимо этого снизил стоимость своего тела, отдав левую руку. Сейчас же я не был взъярен, мои близкие были далеко от меня, а лишение еще одной части тела привело бы к невозможности выполнения самой главной моей цели — возвращению обратно.
Второй способ был более реальным и, как бы странно это ни звучало, более опасным.
Главная суть способа заключалась в том, чтобы так или иначе выйти на контроль абсолютно иной ступени концентрации, то бишь, как говорила Мира, уровня Ситори. В прошлом я использовал его довольно часто, но сейчас это казалось невозможным для такого задохлика. Главная ценность Ситори была не в объеме, силе, либо же концентрации маны. Тут в игру вступала сила моего сознания, непоколебимость перед соблазном и мощные жизненные принципы. Оставалось лишь сделать свой объем маны достаточным для того, чтобы ей воспользоваться. А если он сидит на расстоянии вытянутой руки, то почему не сделать это сейчас?
Мана парня обладала концентрацией как минимум уровня, как выражаются в этом мире, Ситоджи. Он с легкостью менял гравитацию, мог притягивать и отталкивать как мое тело, так и материализованные предметы, которые, к примеру, тот же мелкий Кенджи притягивать попросту еще не умел. Проще говоря, техникой этой красноволосый владел отлично.
Но, что касалось работы с собственным сознанием Амори, тут была беда. Его первоначальные действия дали понять, что он довольно молод, чтобы знать свою истинную суть, понимать и принимать то, кто он такой на самом деле. Особенно я это заметил в его метающих по моему лицу глазах до того, как мы начали биться. Он начал смелеть лишь тогда, когда стал побеждать, что явно говорило о его неуверенности.
Возможно, его отец немало поработал над его характером, сделав парня поистине жестоким и ожидая от него того же результата, которого достиг сам, но… он ошибся. Парень до конца не понимал своей задачи, не осознавал истины. А это означало лишь то, что он довольно слаб ментально.
Какой из этого можно сделать вывод?
Барьер, о котором мы говорили с Мирой, ему поставить против такого как я попросту не удастся… но даже если он его поставит, мое «повидавшее жизнь» сознание просто сожрет его с потрохами.
А теперь самый главный вопрос. Выживу ли я, если проверну столь жуткую и сложную авантюру?
«Не знаю, вот честно, Роран может не выдержать, а может и выдержать. Жаль, старик мертвый лежит, он бы не позволил мне коньки отбросить.»
— Ладно, ты уже труп… — парень коснулся стенки кадыка лезвием, разрывая его стенку и выливая новые порции жгучей жидкости на мою грудь.
— Гкха-а… — прохрипел я, разрывая глотку и направил всю свою ману на то, чтобы поднять ладонь правой руки и прикоснуться к бедру парня.
«Есть!»
Огромнейшая волна энергии волной буквально окатила мое тело, неестественно расширяя внутренние кровяные сосуды, разрывая плоть на мелкие кусочки и треская кости.
Я дрожал от невероятной жгучей боли… чувствовал себя человеком, на которого обрушилась десятиметровая волна ледяной воды, часть которой под жутким ее давлением я должен был набрать в маленькое пластиковое ведерко, при этом не расплющившись от огромного веса волны. Такой удар мог выдержать далеко не каждый.
«Больно…»
Печать на правой онемевшей руке я, максимально сконцентрировавшись, с помощью той же маны приложил к своему телу, активировав и ее. Теперь пропускная способность тела была увеличена, а жизненные силы утекали в огромном количестве, сокращая годы жизни молодого Рорана.
Всю волну я тут же направил в область своего мозга. Именно он отвечал за сознание, в нем хранилось буквально все. Чувствовал, как из моих ушей потекла жгучая жидкость, полностью лишив меня слуха. Перерезанное горло и пробоины моментально восстановились, но из-за избытка энергии вновь стали разрываться, только изнутри, что было в разы больнее, так как давление исходило по всем частям сосудов, буквально разрывая кожу.
— А-а-а-а! — взревел я от боли, ощущая, как мое тело буквально сыпется от нагрузок, воспринимаемых маной этого парня. Под тем давлением, которое я сравнил с огромной водой, я должен был поднять руки и прикоснуться к его голове, и сделать это настолько быстро, насколько это возможно, чтобы тот не успел увернуться.
Лезвие парня стало медленно испаряться, он оглянулся в сторону своего бедра и заметил мою правую руку, которая высасывала не самые критичные для него объемы.
— Что за… — не успел он возмутиться, как я маной мгновенно приложил обе неработающие руки к его лицу, направив его взгляд в свои практически ослепшие глаза, на которых успела навернуться горячая кровь.
Земля под нами буквально содрогнулась. Я направил абсолютно все, что получил из него, в его же сознание, забрав под контроль его мысли и разум. Самой большой проблемой было то, что я вполне мог остаться обычным сгустком энергии, потерявшее тело, если бы не успел вовремя вернуться в рушащегося на глазах Рорана. У парня медленно слезала кожа, оголяя кровавые мышцы, а от лица практически ничего не осталось.
Передо мной открылось то же бесконечное пространство, в котором я оказывался до того, как лишился руки, но в этот раз передо мной стоял Амори… щуплый, немного бледный и испуганный. Глядя на меня, он опешил и попятился назад, видя всю энергию, которую я излучал.
— Эй, ты кто такой? — нервно спросил Амори, испуганно разглядывая меня. — Где мы?!
— Ах… маленький… какой ты маленький внутри… — ухмыльнулся я, медленно шагая к парню. — Так и хочется тебя раздавить, как букашку…
— Йокагами! — послышалось сзади. — Не трогай его!
Я повернулся и вздохнул с горечью. Позади стоял назойливый мастер Хоширо, который теперь везде следовал за мной по неволе.
— Я лишь по щеке его шлепну… сопляк этот больно уверен в себе… — поглядывал я на парня, сжимая кулак и вспоминая, как больно было вытаскивать металлические стержни и чувствовать, как тебя разрывает изнутри.
— Он ума лишиться может, ирод! — буркнул мастер. — Говори с ним на расстоянии, не сливайся, убьешь ведь, а он парень не плохой…
— Эх… — вздохнул я, свалившись на зад и скрестив ноги. — Как скажешь…
— Что вам нужно от меня?! — испуганно продолжал мямлить тот. — Где мой отец?!
— Отец… — хмыкнул я, краем глаза посмотрев на улыбающегося старика. — Отец тебе не поможет… щенок…
— Йокогами, вежливее… — буркнул Хоширо. — Он еще ребенок…
— Давай на чистоту, парень… — успокоился я, глядя на него. — Что тебе даст смерть Рорана?
Тут глаза парня заметались в поисках ответа на такой, казалось бы, простой вопрос. Как я изначально думал, он не понимал, чего хочет на самом деле. Его неуверенная в себе и до конца не сформированная личность сидела передо мной и буквально тряслась от страха.
— Я… я хочу доказать, что чего-то стою… — мямлил тот, перестав пятиться. — Если убью его, смогу…
— Кому ты это хочешь доказать?! — приподнял я бровь, перебив его.
Он снова замешкался, меняясь в лице. Страх тихо спадал, а вместо него в глазах читалась озадаченность.
— Другим кланам…
— Неверный ответ, — мотнул я головой. — Думай лучше…
— Но… — хотел-было тот возразить, но я пригрозил пальцем, заставив его замолкнуть.
— Я сказал, думай лучше, иначе Роран вместе с тобой коньки отбросит! — повысил я тон, стараясь сдерживаться настолько, насколько позволяла моя натура.
В этот раз он явно взялся за голову и стал размышлять, перебирая куски воспоминаний, в которых он искал ответ.
— Наверное… папе… — наконец прошептал тот.
— Неверный ответ! — терял я терпение.
— А кому тогда? — вскинул он руками.
— Это я у тебя спрашиваю! — в этот раз я рявкнул, за что получил от мастера по затылку.
— Вежливее… не пугай… — прошептал дед на ухо.
— Ну… — почесал тот затылок, поморщившись от сложных вопросов. — Себе…
— Себе… — улыбнулся я. — А зачем доказывать себе это?
— Я не знаю! — крикнул тот. — Не знаю!
— Знаешь, просто не хочешь этого признавать… — сказал я спокойно, поглядывая на готового к удару старика.
— Что тебе от меня нужно? — устало спросил Амори, жалостливо взглянув на меня.
— Скажу честно, ты жутко талантлив… — пожал я плечами. — Даже слишком хорош для того, чтобы бегать на поводу своего отца… и пытаться доказать себе, что ты сильнее других…
— Ты не ответил… — продолжал Амори.
— Ты тоже не ответил… — хмыкнул я. — Зачем доказывать что-то себе таким идиотским способом? Думаешь, жизнь парня — это гребаная игрушка?
— Нет… просто…
— Просто ты избалованный кретин, ставящий свою жизнь выше других…
— Что тебе нужно? — сдался тот, понимая, о чем я говорю, но до конца не признавая это.
— Ничего особенного… — мой взгляд скользнул на старика, уже начавшего составлять печать на теле Амори. — Просто заставлю тебя ценить жизнь других людей…
— Что… что вы делаете? — широко раскрыл глаза Амори, возмутившись.
— Эта печать… — ответил Хоширо. — Взаимный договор двух сторон о ненападении… по факту ты больше никогда не сможешь применить ману, направленную против Йокогами… — пристально взглянул тот на красноволосого. — То есть, против Рорана… ну и он, в общем-то, тоже должен принять эти условия…
— Что такое мана? — приподнял тот бровь.
— Энергия Сито… — ответил я за мастера. — Слушай, а может ему напрочь забыть обо мне? — повернулся я к старику.
— Он все равно узнает все снова… — пожал плечами Хоширо и снова посмотрел на юнца. — Вы волей не волей не сможете убить друг друга…
— Тогда отец ноги о меня вытрет, если узнает, что я слово не сдержал… — нахмурился парень. — За Рораном придут другие…
— Плевать я хотел на твоего папашу… — оскалился я, не выдержав. Как же приятно было чувствовать себя в прежнем теле.
— Ах да… совсем забыл… если погибнет Роран, умрешь и ты… — улыбнулся старик, вызвав жуткую гримасу на лице Амори.
— Ч-что?! — широко раскрыл тот глаза.
— Таковы условия договора… — улыбнулся Хоширо. — И да, мне придется взять у тебя годик жизни, Амори, но тут без обид, алхимия довольно требовательна…
— Но…
Не успел тот возразить, как наши сознания вновь разъединились. Наши со стариком сгустки энергии вновь метнулись в тело Рорана, которое к этому времени исхудало настолько, что под тонкой, частично разодранной кожей виднелись белые кровавые кости. Я потерял слух и частично зрение, все части тела были буквально изуродованы. Я бессильно свалился на землю, ощутив, как трудно находиться в теле, которое вот-вот норовит погибнуть. И да, боль снова стала ужасно жуткой…
«Хоширо…» — произнес я в мыслях.
«Ты же соврал про наши смерти?» — задал я вопрос, осознавая, что для таких печатей одного года жизни Амори явно недостаточно.
«Спасибо…»
Глаза невольно закрывались, я стал медленно засыпать, осознавая то, что, скорее всего, больше не проснусь.
«Опоздал…»
Было грустно осознавать факт, что я, скорее всего, не смогу полностью восстановиться. Тело Рорана, честно говоря, не поддавалось никакому лечению. Проблема была не в переломанных костях, а расплющенных до атомов частей мозга, что в разы было опаснее вылечить. Тот же Арчибальд, который превосходно знал строение моего тела, бездыханно валялся в двадцати метрах с пробоиной в животе.
«И все из-за какого-то пиздюка…»
Скорее всего, я бы смог создать печать, которая лишила бы меня как минимум половины тела, так как оно было до жути изуродовано, и остаться калекой, но я не физически не смог этого сделать, так как сознание только что выполнило мощный скачок и было явно вымотано, а глаза продолжали закрываться, не оставляя шансов на последний взгляд на ночное небо.
***
Амори испуганно распахнул глаза и стал нервно вздыхать, оглядываясь по сторонам и осознавая, что он жив. Амори оказался лежащим животом на мокрой тратуарной плитке, напрочь забыв, как на нее свалился. Подкинув руки под себя, он ловко вскочил на ноги и заметил хрипящего Рорана, от тела которого буквально не осталось живого места. Тот трясся в конвульсиях, изрыгая алую жидкость вперемешку с желчью.
Амори мгновенно охватила паника от увиденного, ведь нельзя было позволить Рорану умереть по очевидной причине. Он стал бегать глазами по территории в поисках помощи, но никак не мог собраться мыслями, хаотично мечущимися в голове. Слова взрослого мужчины с именем Йокагами и старика Хоширо врезались в памяти Амори, вызывая еще больший страх.
Наконец, взгляд его остановился на теле Арчибальда, пробоина в животе которого успела полностью затянуться, не оставив от стержня и следа. Он, спотыкаясь, рванул к алкоголику, свалился рядом и стал сильно бить того по щекам.
— Старый, проснись, эй! — кричал он, колотя и растрясывая алкаша. — Блять, проснись, я же знаю, что ты не помер!
— Гха-а-а… — прокряхтел Арчибальд, распахнув глаза. — Гхка-а-а… — согнулся тот пополам, держась за живот. — Кто? Где? — стал он мотать головой и наткнулся на взволнованное лицо Амори. — Ах ты щенок, что тебе надо?
— Роран… — схватил того под руку Амори. — Он умрет ведь сейчас, помоги ему, старый!
— Роран? — приподнял бровь сонный Арчибальд. — Кто такой Ро… а-а-а… — протянул тот, заметив тело лежачего анорексика. — Что ты, гад, с ним сделал, мать твою?! — прокряхтел он, поднявшись на ноги и медленно дошаркав до трясущегося тела. — Божечьки…
— Помоги парню, сделай что-нибудь, ты же медиком был! — глаза Амори наполнились слезами. Он чувствовал на себе составленную незнакомцем печать и понимал, что не хочет умирать…
— В дом его… — прохрипел старик, указав на дверь дома. — Живо…
Парень спешно, но с особой осторожностью взял Рорана на руки и подбежал к дому. Распахнул дверь и стал наблюдать за старцем, который еле ноги переставлял и что-то ворчал себе под нос.
— Давай быстрее, Арчибальд! — рявкнул тот, не выдержав.
— Иду-иду… — ускорился Арчи, вошел в дом и указал на кровать. — Клади его сюда…
Тело Рорана парень осторожно оставил в указанном месте и стал нервно стучать ногой по полу в ожидании того, что будет делать Арчибальд, стараясь не смотреть на тело парня. Тот подошел к Рорану вплотную и посмотрел в его налитые кровью глаза.
— Н-да… — мотнул он головой. — Плохи дела… будешь донором…
— Я? — приподнял бровь парень.
— А кто, блять, я? — разозлился Арчибальд. — Моя кровь его тут же прикончит, идиот…
— Х-хорошо… — снял рубашку парень. — Только не дай ему умереть, прошу…
— Эх… что за люди такие… сначала убивают, потом хотят спасти… — ворчал старик, шаркая по дому и перебирая склянки. — Тьфу… срам…
Взяв пару образцов, которые он успел подготовить для левой руки парня, он сложил их на столик и снова принялся шаркать по тумбочкам в поисках необходимого оборудования. Суть операции заключалась в том, чтобы снабдить парня тем самым редким веществом, которое вырабатывал его организм. Регенерация, конечно, после многочисленных опытов врачей, сильно снизилась, но все еще была способна сохранить жизнь парню.
— Ну, скажу сразу… — стал серьезней Арчибальд. — Еще не было ни одного человека, который смог выжить после внедрения моих клеток…
— Что?! — широко раскрыл глаза Амори. — Ты сейчас серьезно?
— Ага… — пожал плечами тот. — Нужно было головой думать, прежде чем идешь против него… а я предупреждал, ирод ты тупоголовый…
— Но…
— Не дрейфь, малой… — успокоил его Арчибальд. — Я введу совсем немного, ему же восстановиться надо, а не регенерироваться в любой момент… это менее опасно, но все равно опасно…
— Ладно… — вздохнул парень. — Давай…
Достав все необходимое, он попросил Амори лечь рядом с Рораном и встал между ними. Старик проткнул вены красноволосого в нескольких местах и, с помощью материализовавшихся кровяных сосудов, соединил их к изорванным сосудам Рорана, подлечив их маной.
— Сейчас я введу в его костный мозг пару своих клеток… — сказал спокойно старик. — У тебя обильно станет выливаться кровь, сердце может замереть на секунду, поэтому старайся не паниковать… постараюсь не дать тебе умереть…
— Хорошо… — нервно кивнул парень.
— Старик ввел укол в шею Рорана, положил на грудь «пациента» ладонь и сконцентрировал все, что у него осталось в районе ладони, дабы поддерживать угасающее сердцебиение ипульсацию крови Рорана.
Основной задачей было исправить мозговые клетки, которые явно были повреждены обилием маны. С мозгом ранее Арчибальд дел не имел, поэтому положился на клетки регенерации, которые лучше знали, что и как.
— Ждем-с… — прошептал взволнованно Арчибальд, пристально наблюдая за поведением Рорана.
С минуту ничего не происходило, Арчи с Амори нервно переглядывались, ожидая, пока содержимое придет к действию. За это время красноволосый успел немного успокоиться, осторожно поглядывая на изуродованное лицо Рорана и морщась от состояния соседа.
— Началось… — прошептал Арчи.
Сердце Рорана в секунду успело увеличить пульс в десятки раз, но Арчибальд в мгновение его замедлил с помощью маны и медицинских способностей. Глаза парня были закрыты, сосуды буквально стали лопаться и восстанавливаться вновь, проливая все новые порции крови Амори.
Красноволосый посинел на глазах и стал терять сознание, поэтому Арчибальд прислонил и к его телу вторую ладонь, дабы не позволить и ему отбросить копыта. Процесс затягивался, Арчи терял кучу магической энергии, ощущая, как его сосуд с энергией Сито медленно пустеет.
— Я смогу… — шептал старик, подрагивая и обливаясь потом. — Смогу…
Наконец, органы Рорана стали разрываться и срастаться чуть медленнее, а кровь, которой уже было пролито слишком много, стала постепенно усваиваться в его организме и циркулировать, не разрывая сосудов. Роран снова закряхтел в конвульсиях, стал трястись и изрыгать изо рта сгустки крови, смешанной с желчью, которые закрывали дыхательные пути.
Что больше всего удивило старика — это левая рука парня, которая некогда была полностью парализована. Она буквально стала наполняться кровью и магической энергией, медленно восстанавливаясь и «оживая».
«Интересно… одним выстрелом двух зайцев…» — возникло в мыслях алкоголика.
Клетки Арчибальда действительно обладали свойствами невероятной регенерации, но еще никто не мог выдержать его внедрения, поэтому этот в раз он уменьшил как их количество, так и способ их внедрения.
По факту парень должен был принять ту небольшую дозу, которой делился с ним Арчибальд, а ее усвоение не стало бы первостепенной задачей. Именно на это мужчина и надеялся. Дать парню способность в несколько раз более медленной, но менее опасной регенерации, при этом сохранив ему жизнь.
Много лет исследований своего тела привели к положительному результату. Ошибка врачей, которые умертвили ни одного реципиента, была в том, что те старались передать способность в полной ее форме, делая ставки на то, что тело обычного человека, то бишь подопытного, быстро «привыкнет» к инородному веществу и примет все изменения должным образом, но это была их главная ошибка, нагрузка на сердце при этом сильно возрастала, буквально разрывая его и убивая пациента.
Роран же в первую очередь имел очень сильного донора в лице Амори, кровь которого была пропитана невероятной маной. В добавок старик не стал вводить те вещества, которые должны были стать в основу организма Рорана. Он лишь позволил ему на некоторое время восстановиться, при этом не рискуя умереть от разрыва сердца.
— Давай, Роран… — кряхтел старик, выбиваясь из сил. — Борись…
Наконец, спустя двадцать минут, все процессы в теле парня восстановили свою работу. Старик, заметив это, резким движением оборвал все трубки, которые были присоединены к телу красноволосого. Тот, резко распахнув глаза, стал глотать воздух и кашлять. Синее лицо стало приобретать более живой оттенок, руки тряслись от нехватка крови, а плечи подрагивали.
Амори медленно направил взгляд на Рорана и вздохнул с облегчением. Облезшая кожа парня медленно стягивалась, приводя его лицо и тело в былое состояние. Посмотрев на Аричбальда, тот опешил. Мужчина лет на двадцать постарел. Морщины стали глубже, а черных волос в бороде и на лысеющей макушке практически не осталось.
Мужчина, нервно вздохнув, протянул Амори стакан с алой жидкостью, добавив:
— Выпей, полегчает…
Парень, долго не думая, опрокинул стакан и вытер губы тыльной стороной ладони. Чуть успокоившись, он спросил:
— Жить будет?
— А то… — хмыкнул старик. — Не знаю, что в его сознании там творится, но жизненную энергию тела он поддерживает на высочайшем уровне. Будто лет десять как минимум подобное практиковал…
— Вот как… — устало закрыл глаза Амори, выдохнув. — Откуда у тебя такие познания в медицине?
— Родовая способность моего клана, ничего особенного… — устало пожал плечами старик, свалившись на пол и обхватив руками колени.
— А восстанавливаешься как? — не заметив, как тот присел, спросил Амори.
— Не знаю… — пожал плечами тот.
— Я слышал, что есть такие люди… их росомахами, кажется, называют… есть целые кланы, которые ведут на таких, как ты, охоту…
— Верно… — протянул старик, вздрогнув от прошлых воспоминаний.
Внезапно дверь дома распахнулась, двухметровый мужчина в черном костюме и с битой в руках буквально ворвался в дом и начал искать своего босса, заметив всех троих, он тут же подбежал к Амори и склонил перед ним голову.
— Изивинте, Амори-сан, что ослушался вашего приказа и покинул машину… — пробурчал тот, глядя в пол. — Я думал…
— Успокойся, Горо… — вздохнул Амори. — Я живой… по крайней мере пока отец не узнал о том, что случилось тут…
— А что случилось? — приподнял бровь амбал, оскалившись на тело Рорана. — Так он живой?
— Вроде живой… — хмыкнул с горечью младший босс.
— Получается…
— Получается, что я проиграл… — перебил парень амбала. — С крахом…
— Если прикажете, я сейчас же перережу ему горло, Амори-сан… — сжал кулаки Горо. — Только намекните…
— Ох… — вздохнул тот. — Если бы все было так просто, Горо… если бы… он подпустил меня слишком близко, притворившись немощным и слабым, а когда я уже посчитал, что это конец, он сделал то, чего я меньше всего ожидал… силой заставил себя спасти… таких рисковых парней я в жизни не встречал.
— Заставил спасти? — лицо здоровяка скривилось от удивления.
— Ладно, потом поговорим, а теперь подними меня и отвези домой, я жутко устал…
Амбал лишь пожал плечами и осторожно поднял парня, закинув на плечо, и вышел из дома, продолжая осыпать того вопросами.
Старик с места же не сдвинулся. Его руки буквально обвисли от усталости. Краем глаза он заметил, как тело Рорана продолжало восстанавливаться и наращивать мышцы, которых изначально у парня не было. Хмыкнув, старик закрыл глаза и прошептал:
— Добро пожаловать обратно…
***
Утренний луч солнца слепил глаза, нагревая мое запачканное высохшей кровью лицо. Жуткая металлическая вонь буквально заполонила комнату, пришлось закрыть нос. Поморщившись, я прикрылся от лучей рукой и глубоко зевнул.
«Так, стоп…»
Левой рукой! Я прикрылся от солнца левой рукой и опешил. Она работала абсолютно в так же, как и раньше. До использования алхимии.
«Погодите-ка…»
Зевнул! Я еще и зевнул, набрав кучу воздуха в легкие, которые буквально пару секунд назад были наполнены кровью. Не понимая, что вчера произошло, я стал трогать свое горло, на котором ничего не было. Ни следа от пореза. Затем я ущипнул левую руку так, что стало больно.
«Что за…»
Я резко встал, протер глаза и, наткнувшись на алкаша, хмыкнул. Красноволосого парня рядом со мной не было, зато Арчибальд, лежа на полу, храпел так громко, что закладывало уши. И тут меня поразило еще два факта. Первый — старик жив, а второй — я слышу…
«Что происходит?»
Поморгав глазами, я с легкостью встал с кровати и, прилипая ногами к застывшей луже крови на полу, подошел к зеркалу, прилепленному к двери шкафа. Присмотревшись, еле заметно улыбнулся, видя свое отражение. Обе руки были при мне, имели тот же оттенок, что и вся остальная кожа. Мышцы рук и плеч выглядели гораздо шире, чем раньше, торс стал более рельефным. И это были далеко не заслуги маны. Эти мышцы были настоящими. Правда, тело мое было практически полностью покрыто высохшей кровью, но ран и ссадин не осталось.
Самое главное, что поразило меня, это мозг. Я мог думать, память тоже была при мне, координация была лучше прежней, да и ману я чувствовал намного лучше.
«Мозг тоже восстановлен…» — промелькнула мысль, приведшая к мурашкам.
Я стоял полностью голый, продолжая вертеться перед зеркалом и вспоминать, что же произошло со мной вчера. В голову тут же врезались терзания и жуткая боль трескающихся костей, полностью отсутствующий слух и перерезанное горло. Я поморщился, вспомнив все, что произошло, и спешно отдернул себя от неприятных мыслей.
Когда пришел в себя, я спешно отправился до ванной и смыл с себя всю кровь, смешанную с грязью и потом. Вытерся именным полотенцем старика и, надев его же тапки, вышел обратно в комнату, где тот лежал.
«Живой…»
По факту мне удалось решить самую важную проблему — приставучий преступный клан, который не давал свободно дышать, был изящно нейтрализован на некоторое время. Я не осознавал до конца, что произошло со мной, но мне было легко на душе. Казалось, будто бесконечная цепь была оборвана одной незначительной ложью во благо.
«Хоширо как всегда бесподобен…»
Внезапно жуткий храп алкоголика прекратился. Я оглянулся назад и заметил, как старик медленно поднимается с пола, сонными опухшими глазами оценивая обстановку в комнате. Взгляд остановился на мне, стоящем в его тапочках голышом.
— Проснулся-таки… — прохрипел пьяный мастер.
— Да… — кратко кивнул я на его хрип.
Старик хмыкнул, медленно положил руку на кровать и, опершись на угол, устало поднялся на ноги, отряхнулся и, покачиваясь, пошаркал до стакана с водой.
— Расскажи, что произошло? — подошел я к старику и пододвинул под его ноги табуретку левой рукой.
«Я и отвык…»
— Ох… — вздохнул тот. — Долго рассказывать… не знаю, что с этим парнишкой случилось, но он чудным образом изменился по отношению к тебе, стал метаться, передал тебе кучу своей крови…
— Вот как… — хмыкнул я.
— Полагаю, ты использовал на нем Ситори… — прохрипелтот, отпив воды. — Только так я могу объяснить то, что с ним случилось… хоть и понимаю, что это теоретически невозможно. Но позже, осознав, что ты напрочь расплющил собственный мозг, то догадка, вроде, подтвердилась… я прав?
— Верно… — кивнул я. — Вдолбил ему, что умрет, убив меня…
— Вуа-ха-ха! — внезапно рассмеялся тот, закашляв. — Кха-кха… ну умора… ох… даже не знаю, как на это смотреть… либо ты гребаный гений, который сверстниками способен изящно манипулировать, либо ты просто псих…
— А рука… — повертел я левой ладонью. — С ней что?
— А это уже мои заслуги… — стал тот серьезней. — Не знаю, что с тобой будет, но пару клеток в твой костный мозг пришлось своих внедрить… только старайся ее больше не терять, прошу…
— Твоих? — хмыкнул я, морщась от мысли, что в моем теле частичка этого алкоголика. — Твоих клеток?
— Моих-моих… — буркнул тот. — Старайся больше не использовать Ситори… слишком слабенькое у тебя тело для таких концентраций магической энергии… даже я подобного себе позволить не могу…
— Много я пролежал?
— Денек…
— Амори где?
— Его забрал один из амбалов, жутко перепугавшись его вида… — хмыкнул Арчи. — Думаю, ты поступил очень мудро… избавился от весомой занозы… говорю же, либо ты бесстрашный психопат, либо же гений…
«Ох… скорее все вместе…»
— Да, мне повезло, что ты оказался рядом… — устало улыбнулся я. — Так и не расскажешь, как живым-то остался?
— Пожалуй, не сегодня…
— Ты так отвечаешь на все мои вопросы… — вздохнул я.
— Не изменяю своим традициям… — хмыкнул тот и развалился на диване, застонав. — У тебя тренировка… не думай, что с таким телом тебе что-то на межшкольных светит…
— Да, я понимаю, — почесал я висок. — Дай денек отлежаться, а завтра с новыми силами… что-то накопилось много всего…
— Отлеживайся, а завтра за два часа до школы жду тебя тут… желательно, в одежде…
***
В огромной комнате шикарного особняка с закрытыми глазами лежал Амори, сопя и видя сладкие сны. Жидкость старика отразилась на парне лучшим образом, позволив его крови в организме набрать прежние кондиции за одну лишь ночь.
Дверь, наполовину состоящая из золотых обрамлений, осторожно распахнулась. Девушка в короткой темной юбке и белом фартуке на цыпочках вошла в комнату и присела на кровать юного парня с красной прядью.
— Амори-сан… — служанка бережно коснулась оголенногоплеча младшего босса. — Амори-сан, просыпайтесь…
Неспешно раскрыв глаза, парень протер их рукой и улыбнулся, заметив приятное молодое личико. У него было хорошее настроение несмотря на все, что произошло ночью. Он будто освободил себя от оков «лучшего из лучших». Ему казалось, что тяжеленный ярлык разбился в дребезги. Теперь он мог позволить себе стремиться к большим высотам, ведь быть первым всегда непросто.
— Иди ко мне, — схватил тот девушку за ручку и свалил к себе на кровать, уткнувшись лицом в область между ее увесистых грудей. — Мф… мягкие…
Его шаловливые руки тут же потянулись к юбке девушки и стали медленно еë стягивать вместе с бельем, но в этот раз служанка позволила себе схватиться за запястье и осторожно отодвинуть руку младшего босса.
— Амори- сан, прекратите… — нахмурилась та, взглянув на его алые глаза. — Вас отец ждет внизу…
— Отец?! — глаза Амори расширились от удивления. — Меня?
— Вас… — кивнула та и вылезла из под парня, отряхнувшись и прибрав растрепанные волосы.
— О нет… он меня прикончит… — вздохнул тот и встал на ноги, схватив одежду из рук девушки. — Прикончит…
Неспешно приоткрыв дверь своей комнаты, парень пошел вдоль по коридору и спустился по лестнице в просторный зал, в котором сидели Минуро-сан и Горо, попивая чай. Склонив голову, парень пошаркал к креслу отца и остановился в десяти метрах.
— Вы звали меня, Минуро-сан? — тихо сказал тот, поморщившись.
— Итак… — закурив сигару, глава клана Морита откинулся на спинку кожаного кресла и с осуждением взглянул на своеголюбимого побледневшего сына. — Ты ведь не сделал то, что обещал… — выпустил тот струю едкого дыма.
— Минуро-сан… — нахмурился парень, стараясь подобрать верные слова. — Отец…
— Отец… — ухмыльнулся с горечью Минуро, повторив слово сына с издевкой. — Мне не приятны твои действия… прошу обращаться ко мне с уважением.
— Минуро-сан, — поняв, на что намекает тот, повторил Амори. — Я действительно виноват, прошу принять мои извинения.
— И это все? — скривился отец в удивлении. — Что это значит?!
— Я действительно проиграл ему… — продолжал Амори. — Парень воспользовался уровнем энергии Ситори… он…
— И это единственное, что ты используешь в качестве оправдания? — нахмурился отец, перебив красноволосого. — Ситори?
— Этого, по-вашему, недостаточно?
— Позорище… — прошептал Минуро с презрением посмотрев на сына. — Ты же говорил, твои мысленные барьеры не пробить даже искусному магу… и что мы видим? Гребаный торчок делает с твоей башкой то, что хочет, и выбрасывает все твои заслуги на помойку?
— Нет… я был скован из-за невидимых уз, которыми связал нас старик по имени Хоширо… — сам не веря тому, что говорит, тихо сказал Амори. — Он вырисовал странный узор в моем сознании…
— Горо! — крикнул Минуро амбалу, который был единственным, кто остался в живых после позавчерашней стычки. — Ты видел там кого-либо помимо Арчибальда и этого торчка?
— Нет, Минуро-сан… — склонил тот голову.
— Но он был в моем сознании! — разозлился парень. — Он и еще один мужчина… Йокогами, кажется… они поставили невидимую печать, которая запретила применение энергии Сито друг против друга… погибнет он, погибну я…
— Чушь собачья… — хмыкнул Минуро. — Он, пробив твой мысленный барьер, с легкостью мог делать с твоим разумом все, что хотел… любая его прихоть казалась для тебя правдой, а ты наивный дурачок, потому и поверил…
— Но…
— Вместо того, чтобы возвысить свой авторитет, ты лишь опозорил меня, себя и весь свой клан! — сжал кулак Минуро. — Я ошибался в тебе… сильно ошибался…
— Не говорите так… — склонил голову Амори. — Я… исправлюсь…
— Нет, больше никаких я… — мотнул головой глава. — Если парень действительно талантлив, будем действовать чуть осторожнее… пробьем этого Йокогами по базе, может что и найдем о нем…
— Я погибну, если убьешь его! — нахмурился тот, сжав кулак.
— Тогда запру его пожизненно… — пожал плечами тот. — Он не должен думать, что так легко отделался от нас… иначе, почувствовав нашу слабость, нападет сам… в самый неподходящий момент.
— Да, Минуро-сан… — сжал кулак парень, вспоминая слова Йокагами. Тот говорил, что его главная слабость — присяга собственному отцу.
— Тебя ждет турнир… — вздохнул отец, отмахнувшись с безразличием. — Так что тебе пора на тренировку. Поработай над физическими способностями, если не хочешь применять против него Сито…
— Да, Минуро-сан, — кратко кивнул красноволосый и спешно вышел из помещения.
***
Я шел вдоль невысоких домов в одном лишь именномхалате, который стащил у старика. Проходящие мимо люди странно поглядывали на меня, фыркая, либо же возмущаясь. Я до сих пор удивлялся тому, что все произошедшее ранее было реальным. Даже жалко стало это тело, которое пришлось подвергнуть столь мучительным пыткам и жутким нагрузкам.
Но я был здоров, а это означало, что прогнуть под себя этот мир мне все-таки придется, ведь именно так я смогу увеличить ценность тела перед искусством алхимии. В прошлой жизни я воспользовался всем нажитым опытом и накопившейся маной за десяток лет, но сейчас передо мной стояла более сложная задача. Я должен был выбрать время и место, в котором хочу оказаться, а для этого одной лишь маны явно недостаточно.
Я мог выбрать путь созидания, изначально прогнувшись под Хоширо, но не стал этого делать по очевидным причинам. Высокое положение в обществе, невероятные успехи в военном деле и редкий талант делали из меня человека, который попросту не может позволить кому-то собой командовать. Да и истину мне свою принять полностью не удалось бы. Остался бы таким же хлюпиком внутри, что и Амори.
Поэтому пришлось развиваться по тому пути, который за меня выбрала судьба. В прошлом мире я совершил кучу ошибок и необдуманных действий, которые и привели меня к краху, а сейчас, заглядывая в прошлое, казалось, что явновь и вновь продолжаю их совершать. Нужно было наконец избавиться от оков юного парня и начатьдействовать более решительно и жестоко по отношению к врагам. Не оставлять никаких следов, обдумывать каждый поступок, прежде чем совершить его, и наконец перестать поддаваться эмоциональным всплескам.
Ведь я недавно чуть-было не погиб из-за своих же ошибок и промахов, которые должен был предвидеть и которые не должен был допустить. Но это жизнь, и произошло все так, как произошло, послужив мне хорошим уроком.
Единственное, что я сделал действительно правильно — убил старика Хоширо. Было трудно пересилить себя, ведь он все-таки учил меня, но лишь спустя годы я осознал, чтоименно так поступают истинные профессионалы. Ради собственных целей лишают жизни лучших, даже если теявляются близкими. Взваливают на себя целую ношу и, неся ее в течение всей своей жизни, продолжают жить с этим.
Только так я способен был добраться до верхушки обществав этом мире, только такими способами я способен был возвыситься перед ликом смерти и вновь совершить невероятный скачок в свой мир.
Возможно, во мне что-то изменилось после того, как я вновь почувствовал свое старое тело в сознании Амори. Тело Йокогами Тоширо… когда находился в его сознании, я буквально пылал от счастья, стараясь скрыть эмоции от старика. В тот момент я по-настоящему чувствовал свою истинную суть, которую тело Рорана полностью раскрыть было не способно, по крайней мере, на сегодняшний день. Взять те же гормоны подростка, которые при виде молоденьких девушек буквально брали надо мной верх, приподнимали некий орган и выбрасывали глупые фразочки, типа «у тебя есть парень?».
«Брр…» — встрепенулся я, вспомнив тот глупый момент. Стыдно мне было до сих пор.
Отдернув себя от стыдливых мыслей, я подошел к дому, который недавно записал на долг клана Хатано. Неспешно открыв ворота ограждения, я пошагал к входной двери и медленно открыл ее, стараясь никого не разбудить. Время было раннее.
— Роран-кун! — заметив меня в проеме, вышла сонная Эми из кухни и бросилась ко мне в объятия. — Ты же сказал, что тебя не будет два часа, куда ты делся? Я звонила тебе, но трубку взял какой-то хриплый старик, сказав, что ты тренируешься.
— Да, я ведь говорил вам… готовлюсь к межшкольным… — почесал я висок неуверенно, отлепив девушку от себя. — Все хорошо, не стоит волноваться… — натянул я усталую улыбку.
— Ты проголодался, Роран? — похлопала Эми глазками. — Азуми уже в школе, но я могу и тебе что-нибудь приготовить…
— Спать хочу, — буркнул я, по-ребячески протерев глаза. — Не выспался что-то…
— Роран, ты какой-то… широкий стал, что ли… — приподняла бровь, оценивающе разглядывая меня. — Поправился, что ли…
— Кхм… — хмыкнул я, поперхнувшись. — Я спать…
Опустив голову, я скинул тапки с надписью «Арчибальд» и устало пошаркал в сторону своей спальни, поднимаясь по лестнице.
— Р-роран-кун… — внезапно промямли та, заставив меня остановиться и повернуть голову в ее сторону. — М-можно с тобой, просто я…
— Можно… — вздохнул я, поднялся на второй этаж и открылдверь своей комнаты. Постель была идеально заправлена, а комната начисто прибрана. Скинув с себя халат, я устало свалился на кровать лицом в подушку, раскинув руки и ноги.
— Т-ты… — смутилась Эми, глядя на меня. — Ты голый спать будешь?
— Угум… — промычал я, чувствуя, как глаза слипаются.
— Ну, ладно… — пожала та плечами и осторожно легла на кровать рядом.
— Ты тоже ложись как тебе удобно… — мычал я в подушку. — Раздевайся, тут все свои…
Та совсем покраснела, заметавшись глазами по комнате и поглядывая на мою голую задницу. Лежал я на животе.
— Я не могу так сразу… — прошептала та, сняв пижаму и оставшись в майке и трусах. — Да и не сплю я голая…обычно в майке и трусиках…
— Годится, иди ко мне… — вытянул я руку, освободив ей место на своей подушке. Та, улыбнувшись, пристроилась рядом со мной, обхватила руками и прижалась щекой к моей шее.
— Тебе удобно? — спросила та взволнованно. Я чувствовал ее бешено бьющееся сердце под мягкой грудью.
— Да, — кивнул я с закрытыми глазами и обхватив ее таким же образом. — Ты приятно пахнешь…
— Мне в ногу упирается… кхм… — смущенно прошептала та на ухо. — Твой…
— Не обращай внимания, это единственная часть моего тела, которая живет своей жизнью… — хмыкнул я, не открывая глаз.
— Так может я… — осторожно прикоснулась та пальцем, ускорив мой пульс.
— Ну нет, не трогай его, я же говорю, не знаешь, чего ожидать… — прошептал я. — Спи…
— Ты уверен? — на этот раз та стала действовать более решительно и обхватила его ладонью.
— Уверен, Эми… — приоткрыл я глаза и взглянул на нее с осуждением. — Не сейчас, я жутко устал…
— А ты лежи, я сама могу… — прошептала та, продолжая делать то, что задумывала.
— Чтоб тебя… — вздохнул я, выразив довольную гримасу. — Делай, что хочешь, я сплю… хрррр… — изобразил храп.
Девушка медленно закинула голову под одеяло и спустилась лицом чуть ниже живота, но я внимания обращать не стал. Продолжал изображать храп, стараясь унять нервное дыхание.
Краем глаза я заметил, как голова ее медленно вздымается под одеялом, доставляя те ощущения, которых я не испытывал целую вечность. Было жутко приятно, но стыдно. С одной стороны она была слишком молода, но с другой — блондинка делала то, что хотелось ей, поэтому я отдернул себя от этих мыслей, положил ладонь на ее затылок и продолжил демонстративно храпеть.
Проснулся я в одиночестве. За окном уже было довольно темно. Живот урчал с особой интенсивностью, намекая на то, что организм требует подпитки. Выглянув в окно, я заметил, как солнце заходит за горизонт.
В первую очередь в мыслях моих возникла Эми и ее утренние действия. Она воспользовалась моей усталостью и отличным настроением. Схватила меня за самое слабое место и сделала со мной то, что ей было угодно. Я был немного возмущен ее наглостью, но в то же время чувствовал себя гораздо лучше и… свободнее что ли.
«Как на такое реагировать?» — возник очевидный вопрос. Девушка явно была слишком молода для меня внутренне. Кроме изумительных пропорций и отличной внешности я не видел в ней ничего, что могло бы поистине зацепить. С возрастом начинаешь больше думать о внутреннем мире человека, нежели о величине груди и прочих вещах.
Но мне удалось быстро отдернуть себя от подобного рода размышлений, так как передо мной стояли гораздо более важные задачи.
Первостепенно необходимо было разузнать, кем был мой отец, чем занимался, почему стал целью для главы клана Морита. Уверен, что Минуро не стал бы спроста убивать обычного учителя. Это никак не клеилось в моей голове.
Перед тем, как начинать действовать, мне нужно было выстроить верную стратегию, выждать лучшего момента и начать решительно делать то, что должен, дабы возвысить свое имя в обществе и связаться со светской тусовкой. Благо, с телом проблем становилось все меньше, я буквально чувствовал прогресс как в физическом плане, так и в силе и объеме маны в своем теперь не таком уж и ужасном теле. Признаюсь честно, меня жутко раздражала собственная слабость, которая не один раз приводила чуть ли не к смертельному исходу.
Свалившись обратно на кровать, я раскинул ноги и руки и глубоко зевнул.
Потянувшись, надел свой халат и вышел из комнаты. Спускаясь вниз по лестнице, я навострил уши и резко остановился. На кухне был слышен голос Коджи.
«Что за…»
Заиграв желваками, я спустился в кухню и встал в проеме, с осуждением взглянув на Коджи и Монику, которые, заметив меня, чуть сгруппировались.
— Я же сказал…
— Рорик, — перебила Азуми. — Это я их впустила! — она смотрела на меня с неким осуждением, смешанным со страхом.
Я с минуту смотрел на нее с приподнятой бровью и мысленно задавал очевидный для нее вопрос, но та лишь скрестила ручки, выражая упертость.
«Что сказать… добрая душа…»
— Ты забыла, как он тебя подставил? — приподнял я бровь еще выше. — Могу напомнить…
— Он не был виноват! — нахмурилась та. — Вы оба виноваты! И вам придется помириться, иначе я сама уйду! — стукнула та кулаком по столу так, что ее вилка взлетела в воздух.
— Азуми, не смей со мной так говорить… — нахмурился я. — Что Коджи сделал ради тебя? Потратил все деньги, которые ему оставили родители? Или же дал тебе возможность насладиться запахом смрада и вечным чувством голода? Знаешь, почему он здесь? Потому что ему больше некому броситься в ноги и попросить милостыни ради очередной тусовки…
Девочка на секунду замолчала, переваривая все, что я сказал. Вспоминая то, как сильно билось ее сердце в том заброшенном доме, я вообще не ожидал от нее подобного. Думал, поймет меня, не станет перечить и защищать такого, как он.
— Рорик… — глаза Азуми покрылись слезами.
— Или ты сидела взаперти, пока он со своими дружками кхм… кхм… — решил я не говорить о наркотиках маленькой девочке. — Гулял…
— Роран, я не запирал ее… — промямлил Коджи.
— Закрой рот… — процедил я, продолжая смотреть на Азуми. — Либо ты все больше радовалась, когда тот морил тебя голодом, именно тогда стала считать себя любимой?
— Он мой братик тоже… — шептала девочка, заливалась слезами. — Мама всегда говорила, чтобы мы… чтобы мы держались веничком… — та зарыдала, вспомнив мать вновь.
Сердце мое снова стало сжиматься в точности так же, как и в каждый раз, когда на глазах девочки наворачивались слезы.
— Выйдем на пару слов… — махнул я Коджи рукой и вышел из дома, присев на ступень крыльца.
— Рорик, только не ругай его! — тревожно крикнула та мне в спину. Моника же встала со стула и ушла в другую комнату.
Коджи спешно вышел за мной и присел рядом.
— Могу закурить? — спокойно спросил тот, достав сигарету.
— Убери… — сказал я ровным тоном. Он тут же засунул пачку в карман.
— Ты не простишь меня… — склонил тот голову. — Не простишь…
— Не прощу… — так же тихо сказал я, посмотрев на тусклые звезды. — Противно на тебя смотреть…
— Она и моя сестра тоже… — прошептал тот. — Я хочу ее видеть…
— Наглая ложь… — хмыкнул я.
— Родители не позволили бы тебе так поступить со мной… — руки парня потрясывались то ли из-за нервов, то ли из-за нехватки наркотических веществ в крови.
— Родители… — протянул я. — Родители мертвы…
— Да… — на глазах парня стали наворачиваться слезы. Тыльной стороной руки он вытер щеки.
— Может, расскажешь о них? — попросил я ровным тоном, заранее понимая, что тот явно практически ничего не знает о них. — Чем занимались?
— Ну… — приподнял тот глаза. — Ты не знаешь разве?
Я мотнул головой.
— Нет…
— Ну… — вытер тот мокрый подбородок, задумавшись. — Вообще, папа в школе твоей преподавал историю, а мама была бухгалтером.
— И все? — вздохнул я с горечью. — Это все, что знаешь?
— Они особо нас с тобой в дела свои не посвящали, я не знаю… — подуспокоился тот, снова потянувшись в карман, но тут же отдернув себя.
— А кто может знать? — продолжая вглядываться в полную луну, продолжил я допрос. — У отца были друзья?
— Ну, у папы в школе был коллега, с которым тот общался неплохо… — вспоминал тот. — Атсуши, вроде, я точно не припомню…
«Атсуши?»
— Атсуши был одним из тех, кто яро сетовал на то, чтобы меня исключили… — хмыкнул я. — Ты уверен?
— Да, он часто бывал у нас дома и… — сделал тот секундную паузу. — Он не любил нас особо… я думал, ты хоть это помнишь…
— Помню-помню… — вздохнул я, неспешно встав на ноги. — А теперь насчет проживания в этом доме. Ты знаешь, что я категорически против твоего нахождения здесь и готов хоть сейчас турнуть тебя на улицу… поэтому у тебя есть два выбора, либо ты сам говоришь Азуми, что тебе нужно уходить, либо я заставлю тебя…
— Роран… — прошептал тот, жалостливо взглянув на меня. — Прошу…
— Я сниму тебе жилье на первое время, чтобы ты смог жить в нем, а не метаться по помойкам… — сказал я, осознавая, что наличными у меня совсем немного. — Найдешь работу, бросишь пить и принимать дурь, может и станешь похож на человека… держать тебя на своей шее, как это делал твой отец, я не собираюсь… — заиграл я желваками. — Когда замечу, что идешь на поправку, буду с тобой говорить на других тонах…
— Но…
— Я сказал… — сжал я кулак, перебив его. — Ты не можешь появляться здесь после всего, что сделал.
— Ты же сам тогда нарвался! — крикнул тот, вскочив на ноги. — Пошел спасать какую-то девчонку, понимая, с кем имеешь дело!
— Не сравнивай… сейчас речь идет не о проблеме, которая у тебя возникла, а о твоем решении… — процедил я, вспоминая все то, через что я прошел за этот месяц. — Сдал своих родных на угоду своей никчемной жизни… сестру подставил, понимая, что это самый простой способ отделаться…
— Роран, ты не можешь меня выгнать! — продолжал тот говорить на повышенных тонах. — Мы же братья…
— Не хочу продолжать наш диалог, Коджи… — сказал я ровным тоном. — Ты либо съедешь, либо я найду способ тебя прикончить… как ты уже знаешь, у меня это неплохо получается.
— М-меня? — раскрыл тот глаза шире и попятился. — Убьешь родного брата?
— И глазом не моргну… — соврал я. Конечно, убивать никого не собирался, но дать парню возможность взять себя в руки я был обязан.
— Ладно, даже если соглашусь, кто меня возьмет на работу? — губы парня нервно подрагивали.
— Начни с малого, позже попробую тебе помочь…
«Только ради Азуми…»
Парень явно взволновался. Он стал нервно дышать и все же вытащил злосчастную пачку сигарет и отошел на пару метров, повернувшись ко мне спиной.
— Мне жаль, парень… — тихо сказал я, успокоившись. — Не могу тебе доверять, хоть убей… слишком опасно как для меня, так и для тебя…
— Ты изменился, Роран… — прошептал тот, нервно затянувшись. — Я думал, мы братья, думал, после их смерти мы будем поддерживать друг друга… ты был другим…
— Пора и тебе начать меняться, братец, — хмыкнул я, поворачиваясь в сторону входной двери. — Взять уже на себя ответственность за свою жизнь… о сестре я позабочусь… хватит метаться по переулкам, колоть в себя всякую дрянь и трястись, как паралитик… может тогда поблагодаришь меня…
— Ты думаешь, так просто завязать?! — парень резко обернулся.
— Я повторюсь, больше не хочу продолжать диалог… — сказал я и вошел в дом.
Итак, стоило снова провернуть у себя в голове все варианты событий. Парень не стал бы приходить и бросаться в ноги сестры по причине того, что просто боялся быть искалеченным.
Да и давать торчку большие суммы сразу не хотелось, если брать во внимание то, как быстро он лишался любых сумм за считанные сутки.
Очевидно, ему было плевать как на меня, так и на Азуми. Он давил на жалость, за которой явно читался инстинкт самосохранения и желание сесть кому-нибудь на шею. Думаю, именно поэтому он пришел сюда и якобы помог мне.
Повторюсь, избавившись на какое-то время от клана Морита, я разорвал цепь событий, которые буквально вынуждали совершать необдуманные действия. Теперь передо мной стояли более масштабные задачи, поэтому каждый свой шаг приходилось тщательно анализировать, чтобы подобного больше не повторилось.
И все же десяток лет взаперти и новое подростковое тело сыграли свою роль в принятии решений. Иногда в этом теле казалось гораздо более непреодолимым то, что для меня в прошлом было сущим пустяком.
Заглянув на кухню, я заметил лишь Эми, которая попивала горячий чай. Азуми, вероятно, уже отправилась в свою комнату, обидевшись на меня.
— М-м-м… как вкусно пахнет… — протер я ладони, сев наконец за стол. — Что вы приготовили?
— Рамен… — скромно сказала Эми, поднявшись, подошла к кастрюле и наложила мне еды. — Вот, кушай… — осторожно поставила тарелку на стол и присела туда же.
Она отворачивала глаза, стараясь не столкнуться со мной взглядом, я же загадочно смотрел на нее с некой долей осуждения, тщательно пережевывая лапшу.
— Ничего не хочешь мне сказать? — приподнял я бровь.
— Ч-что? — захлопала та глазками. — Я?
— Ты чего это утром вытворяла? — хмыкнул я. — Пока я спал…
— Но ты не спа-ал! — протянула та, изобразив виноватое лицо. — Просто хотела тебя отблагодарить…
— Ну, это было приятно… — пожал я плечами. — Ты же никому не говорила?
— Конечно, нет! — нахмурилась та. — Что ты сказал этому парню?
— Сказал, что не хочу его видеть, а жить с ним тем более…
— Ты так злишься на него? — спросила та тихо.
— Нет, он поступил так не по своей воле… — пожал я плечами, наворачивая лапшу. — Просто держать его рядом опасно… схватят, начнут требовать информации, и он все выдаст, начнет пользоваться добротой Азуми…
— Ты прав… — кивнула та. — Он и вправду готов был отдать ее насильникам… как ужасно…
— Хорошо, что ты это понимаешь…
С минуту мы сидели молча. Эми то и дело поглядывала на меня, желая что-то сказать, но каждый раз не решалась. Затем, демонстративно зевнув, промямлила:
— Пошли спать… — щеки блондинки тут же покраснели.
«Ох…»
— Я спать не буду, — пожал я плечами. — Через шесть часов к старику сходить должен, а потом в школу… экзамены на носу как-никак…
— Ладно… — расстроилась та, поднявшись со стула и вымыв кружку. — Я тогда посплю… одна…
— Иди…
Опустошив пару тарелок, я оставил на столе очередную сотню долларов и вышел во двор, приняв позу лотоса. Коджи успел войти незаметно домой, пока я сидел на кухне. Мысли о прошлом Ичиро, то бишь покойного отца Рорана, не давали мне покоя. Я точно был уверен, что просто так его убивать никто бы не стал. Возможно, дело было в бизнесе, о котором никто из его сыновей не знал, но это лишь догадки.
В моей голове крутились мысли по поводу вложений какой-то части оставленных им средств в прибыльное дело. В прошлом я не был особо вовлечен в сферу бизнеса, но имел кучу друзей, которые в этом деле неплохо преуспели.
Вклад в прибыльное дело, как говорил Арчибальд, стал бы напрямую влиять на роль клана в обществе. Да и вообще, стоило чуть больше подумать о своих дальнейших действиях. Нужно было точно определить для себя, каким образом я буду действовать, и к чему это может привести.
Итак, у меня был миллион долларов, никем не узнаваемый клан, который, я полагаю, при жизни родителей был не самым последним в обществе, и груда жизненного опыта за плечами. Также мне предстояло выступить на межшкольных, полностью освободиться от оков клана Морита, желательно стерев их с лица земли, и поговорить с Атсуши.
Победа дала бы возможность резко увеличить не только свою значимость в обществе, но и узнаваемость, а атака на клан Морита полностью решила бы вопрос и стерла бы все сомнения. Главное — никто не должен знать, что это я. Врагов у Минуро, я полагаю, достаточно, чтобы полностью снять с себя все подозрения.
Но мне нужно было лучше разобраться в ситуации. Что-то подсказывало, что у Морита большая часть активов, которая принадлежала Ичиро. Ну, это, конечно, лишь догадки… но, судя по моему огромному опыту, они должны быть подтверждены в первую очередь самим Атсуши.
Главный вопрос состоял в том, о каких масштабах идет речь. О паре миллионов, либо же о сотне.
Что касается возвращения обратно, я все еще не мог предвидеть полной картины происходящего. Нужна была более осознанная цель для устранения любых, даже самых незначительных ошибок. Ведь ничто не гарантировало успеха. Все в моем представлении было размыто…
Да, были две основополагающие печати, которые я пока позволить себе не мог, но ведь этого явно было недостаточно. Хоширо твердил, что для возвращения нужна третья печать, которую тот составить не мог по причине того, что подобного рода печати направлены не на спасение, а на возвращение из мира мертвых. А к созиданию это никак не относится…
Мало того, что мне нужно было полностью стать готовым для составления третьего узора, став поистине «крупным» игроком, который достаточно сделал для того, чтобы полностью считать себя злом воплоти, так мне еще и нужно было воссоздать этот узор самому. А это требует куда больше энергии и времени.
Ну, и, наверное, третья, не менее важная проблема — я все еще слабее брата. Даже если вернусь, даже если организую нападение иначе, это никаким образом не станет гарантом успеха. Я думал над этим в заточении, раскидывал кучу вариантов, но останавливался лишь на искусстве алхимии, которую явно стоило улучшить.
Я продолжал сидеть с закрытыми глазами, концентрируясь на каждом своем вдохе. Кровь Амори в моих жилах и клетки пьяного мастера заметно улучшили большую часть некогда нарушенных наркотиками и выпивкой процессов. Только сейчас я стал осознавать разницу работы мозга. Раньше каждая сложная мысль отдавалась странным ощущением в голове. Мне буквально трудно было что-то запоминать и мыслить аналитически. Сейчас же я имел ясную картину всего, о чем думаю.
«Никогда не думал, что дурь так сильно ухудшает работу головного мозга…»
Просидев до раннего утра, я стал замечать, как с противоположной стороны горизонта начинает выглядывать яркое солнце, освещающее верхушки многоэтажных зданий, расположенных в центре города. Прождав еще немного и убедившись по своей тени, что настало время идти к старику., я неспешно поднялся на ноги, потянулся и отправился к пьяному мастеру.
В этот раз я шел неспеша, осматривая каждый переулок и смотря на птиц. Перед походом в школу нужно было немного размяться, как говорил Арчи. Старик был для меня ходячей загадкой, с которым слишком часто происходили странные вещи. На вопросы алкаш не давал ответов, что со временем все больше раздражало.
Завернув к нему в район, я заметил старика, стоящего по пояс голым и выкидывающего в воздух удары. Лицо его за вчерашний день пришло в норму. На старой, чуть свисшей коже в районе живота виднелись жилистые мышцы. Он всем своим видом напоминал человека, который некогда был очень хорош в бою, но в мгновение потерял кондиции.
— Эй, старый! — махнул я, подходя к его дому. — Ты что там делаешь?
— Ха! — опустил тот устало руки и взял бутылку воды в потрясывающие от усталости руки. — Разминаюсь…
— Да ты еще в форме, Арчи… — хмыкнул я, открыв ворота и скинув верхнюю часть халата, которая повисла на поясе.
— Это же мой любимый халат! — нахмурился старый. — А тапки-то как загадил!
— Прости… — почесал я подбородок. — Не голым же ходить по улицам…
— Ладно, давай на турник…
Я, размяв плечи, запрыгнул на турник и стал подтягиваться с такой легкостью, что даже немного опешил.
— Раз…
— Два…
— Три…
Может, так казалось после двух недель подтягиваний на одной правой руке, но я явно способен был раз пятнадцать подняться, что для моего тела было явно невыполнимой задачей. Затем я прыгнул на брусья, пробежал вокруг района и стал повторять. Все давалось сильно проще.
— Слушай, что ты со мной сделал? — повторив все упражнения на три раза, я устало свалился на землю, отпив из бутылки. — Я же явно сильнее стал…
— Да, кровь Амори была буквально пропитана маной, которую твое тело физически бы не восприняло, не будь в тебе моих клеток…
— Ага… — хмыкнул я. — А что за клетки у тебя, ты, конечно же, не расскажешь…
— Не сегодня… — ответил тот в своей привычной манере.
— Хочешь сказать, маны во мне тоже стало больше?
— Думаю, немного больше, верно… — кивнул тот. — Ладно, жду тебя завтра в это же время, а пока отправляйся в школу… только одежды прикупи, иначе совсем стыдно…
— Годится… — кивнул я, неспешно поднявшись. — Я помоюсь?
— Даю тебе десять минут… — махнул тот рукой.
По пути в школу я зашел в магазин, который стоял неподалеку от школы, где продавалась различного рода канцелярия, школьная форма и много другого, что напрямую относилось к школьным принадлежностям, которых у меня, мягко говоря, не было.
Форму пришлось взять на размер больше старой, так как та уже давила в плечах и сковывала движения. Свой мешок с рваным листочком и старенькой погрызаной ручкой я давно потерял, поэтому взял еще и новенькую сумку цвета формы и что-то из канцелярии.
Около школьного ограждения уже успели скопиться ученики в точности таким же составом, какой я наблюдал с первого дня обучения в этом заведении. Открыв ворота, я попытался пройти мимо кучки обособленных от основной массы ребят, даже не махнув им. Хотя те орали что-то типа «Роран, ты мой кумир». В паре из них я узнал вонючку и очкарика, представившихся мне «отбросами», которых некогда выгнал со своего стола в школьной столовой.
— Роран, подожди, пожалуйста! — крикнула еще одна фриковатая девочка, побежав за мной. Остальные «отбросы» рванули за ней и чуть-было не окружили меня, заградив путь. Я был в жутком недоумении. Хотел грубо послать их, освободив себе проход, но не стал, ведь они все-таки дети.
— Роран, слушай… — зачесал затылок самый вонючий. — Я на ноге татуировку с твоим именем набил… — он вздернул штанину и продемонстрировал надпись. — Смотри!
«Что за…»
— Зачем? — скривился я удивленно, но стараясь намекнуть ему своим видом, что тороплюсь, делая небольшие шаги в сторону школы, но кружок, образовавшийся вокруг меня, стал двигаться с той же скоростью.
— Чтобы ты мотивировал меня на протяжении всей жизни… — улыбнулся тот искренне. — Я каждый день пересматриваю твой бой с Масаши… ты очень крутой, правда… хочу стать таким же, как ты.
— Спасибо, — кивнул я, неестественно натянув улыбку, дабы не обидеть ребят. — Буду ждать тебя на отборочных…
«Зачем я это сказал?!»
Его глаза буквально вспыхнули от сказанных мной слов, брови радостно вздернулись, а губы стали незаметно подрагивать. Он нахмурился, кивнул и поклонился мне так, будто я бросил ему вызов, хотя я этого и не делал.
«Детский сад…»
— Я обещаю тебе, Роран… — дрожащим голосом прошептал тот. — Что выиграю… тебя… стану лучше, теперь это мой путь бойца…
— Ох… — вздохнул я. Теперь мне стало по-настоящему приятно, хоть и довольно неинтересно. Голос его хоть и подрагивал неуверенно, но все же в этом было что-то мужское. — Я не стану поддаваться…
— Спасибо… — продолжал тот мямлить, согнувшись. Остальные буквально рты пораскрывали, наблюдая за вонючкой. — Спасибо, спасибо, спасибо…
— Прекращай, парень, — прошептал я, оглядевшись по сторонам и взяв его под руку, дабы выпрямить. Пришлось придержать дыхание. — Не позорься…
— Роран, а мог бы ты нам пару уроков контроля Сито дать? — приподнял руку очкарик, обратив на себя мое внимание. — Ну, чтобы мы тоже могли отпор дать, когда над нами в очередной раз издеваться начнут…
— Нет, никаких уроков, ребят… — отмахнулся я на его странную просьбу. — Постарайтесь сами разобраться с тем, как относитесь к своим проблемам. Вам не стоит искать себе кумиров, лучше расставьте жизненные приоритеты и начните, наконец, в своих проблемах винить себя…
— Но как можно винить себя, когда ты объективно ни в чем не виноват? — с идиотским выражением лица спросил другой парень. Худой и больно высокий, в толстенных очках и с ужасным пушком прозрачных волос над губами.
— А в чем твоя объективность выражается, парень? — пожал я плечами. — Нет никого, кто мог бы больше тебе насолить, чем ты сам… люди с четкой философией и твердой жизненной позицией не стояли бы сейчас вокруг меня… и тем более, не делали бы татуировки с моим именем…
— Мы ведь не трогаем никого из них… — указала рукой толстая девочка с сальными волосами на компанию смеющихся ребят, в которых я узнал местных «фаворитов». — Они сами к нам пристают, придираются к любой мелочи и начинают глумиться… мы-то в чем виноваты?
— В том, что боитесь… — сказал я спокойно, поглядывая на часы. — Боитесь быть побитыми и предпочитаете легкий путь… убежать от проблем может каждый, а вот стукнуться лбами с проблемой, сжав зубы и кулаки, могут не все…
— А как нам измениться? — продолжали те наседать. — Как заставить себя?
— У меня спрашиваешь? — сощурил я глаза, освободив себе наконец проход. — Я что, умнее тебя?
— Конечно! — вскинула та руками.
— Неправильный ответ… — вздохнул я и пошагал в сторону школы, отбившись от кучки противных подростков.
— Но… — крикнула в спину девочка расстроено. — Это же правда!
Я уже не слушал, лишь шел дальше ко входу в здание. Воспитателем и их идолом становиться, мягко говоря, желания никакого не было. Да, их было жалко, но никакие слова не стали бы для них чем-то решающим. Им нужен был уж точно не я.
Но все же бить татуировки с надписью «Роран» было уже перебором. Стал бы охотно помогать, сели бы на шею и свесили бы ноги.
«Глупые дети…»
В школьном коридоре около расписания наткнулся на рыжую Юки, которая что-то в нем увлеченно рассматривала. Она не заметила, как я подошел со спины и тоже стал искать предмет, который вот-вот должен был начаться.
Закончив, рыжая резко обернулась и ненароком стукнулась своим лицом о мое плечо, приподняла голову и увидев мое лицо, она «ойкнула» и хотела быстро пройти мимо, но была отдернута за руку мной.
— Эй, отпусти! — не пытаясь вырваться, буркнула Юки, приподняв бровь и посмотрев на меня.
— Юки, что с тобой происходит? — сказал я ровным голосом, продолжая смотреть на расписание. — Избегаешь меня так, будто что-то произошло… может, я чего-то не знаю?
— Нет, все нормально… — ответила та на вопрос с неким безразличием. — Отпусти руку уже…
Рука ее была расслаблена, она даже чуть ближе подошла, поэтому слова ее всерьез воспринимать я не стал.
— Приходи в гости, Эми и Азуми соскучились по тебе… — сказал я, натянув добрую улыбку и посмотрев на ее личико. — Я все еще благодарен тебе за то, что приютила сестру…
— Я… я приеду… — ответила та, замявшись. — Но… Роран, слушай… — чуть расслабилась та, позволив себе посмотреть на меня, и подошла еще чуть ближе. — Это ведь ты тогда убил их?
— Кого? — приподнял я бровь, заранее поняв, о чем та говорит. Моя голова стала тут же просчитывать все «за» и «против» того, что я ей должен ответить.
— Ну, члены Катара… — промямлила та, посмотрев в мои глаза. Да, пришлось отлипнуть от расписания и повернуться к ней. — Двадцать человек… они были тогда с вами и напали на Азуми с Эми… потом уехали… а ты побежал ведь за ними…
— Ох… ты чего такое говоришь? — хмыкнул я с ноткой непринужденности. Учитывая ее болтливые качества, я мог сильно пожалеть, признавшись. Да и зачем ей это было знать?
«Меньше знает, крепче спит…»
— Ты из меня кого возомнила? — удивился я демонстративно. — Я ведь обычный школьник…
— Просто все сходится и… — замялась да, сделав секундную паузу. — Ты там был… очень злой и весь в крови…
— Не неси чушь, Юки… — посмотрел я ей в глаза, улыбнувшись. — Так совпало, ничего более…
— Но…
— Юки, приходи как-нибудь в гости к девочкам, я пошел… — наконец, поняв причину, по которой та избегала меня, я отпустил ее руку и отправился в аудиторию 4-А, в которой по сложившейся ситуации сидел Атсуши, который мне и был нужен.
Я не опоздал, поэтому внимания одноклассников на себя особого не заострил. Ловил на себе лишь спокойные взгляды, к счастью, не выражающие злобы и презрения. В их глазах читались лишь усталость и недосып. Остальное же в их поведении меня устраивало.
— Роран, давай сюда! — махнул рукой Шоджи, заметив меня, и отодвинулся. — Садись, братишка!
— П-привет! — взмахнула Мика.
«Снова вы…» — проскочило в мыслях.
Я вздохнул, пошагал к ним и свалился рядом, прокручивая у себя в голове будущий разговор с Атсуши. Планировал остаться после этого урока и задать вопрос ребром.
— Как сам? — хлопнул по плечу Шоджи и тут же приподнял брови. — Офигеть ты здоровым стал! Чем ты питаешься, блин?!
— Все хорошо, готовлюсь к экзамену, вы как? — спросил я с безразличием, доставая тетрадь из новенькой сумки.
— Мы с Микой решили попробовать жить вместе… — улыбка Шоджи буквально озарила всю аудиторию. Мика же засмущалась, взяв своего парня под руку.
— Ух ты… — протянул я, хитро посмотрев на толстяка. — Родители не против?
— Нет… — активно мотнул головой парень.
— А Мика?
— Мои т-тоже не п-против… — выглянула та из-за толстого плеча.
— Придешь на новоселье? — глаза толстого забегали по моему лицу.
— Сдашь за меня экзамены, приду… — устало ответил я на его не самое заманчивое предложение.
— Эх… понимаю тебя… — вздохнул тот грустно, решив, что уговаривать меня не нужно.
В класс вошел Атсуши, держа в руках папку с документами. Вид у него был немного растрепанный, но, думаю, для него это было вполне нормально. Мужчина не был фанатом парикмахерских, поэтому зачастую у него отрастали полуседые волосы на лице и голове так сильно, что периодически тот начинал издалека походить на дровосека.
— Здравствуйте, — сказал учитель, оглянув нас. — Вчера вывели даты экзамена по контролю Сито… в понедельник, то бишь послезавтра в десять часов утра пройдет теоретическая часть экзамена… будет тест с тридцатью вопросами. Как все закончат, отправятся в спортивный зал для того, чтобы сдать практику. Вопросы?
— Да, Атсуши-сан! — приподнял руку один из сидящих. — Что будет на практической части и какой минимальный порог?
— Минимальный порог для учеников, планирующих поступить в класс С — усиление любой части тела и сорок процентов правильно выполненного теста. Уровень Б должен на практике материализовать пламя и написать тест с шестьюдесятью процентами правильных ответов. Для учеников, которые планируют поступить в А класс — материализация огня с придачей ему формы, либо же любой другой материал, и девяноста процентов в тесте… — говорил он это ходя из стороны в сторону со сцепившимися пальцами рук за спиной. — Еще вопросы?
— Что есть порог для фаворита? — подняла руку Юки.
— Фаворитам необходимо продемонстрировать свои таланты на межшкольных, Юки… — ответил тот так, будто этот вопрос уже не раз обсуждался. — Вам достаточно сдать теорию, и будете свободны…
«Неплохо…»
Вопросов больше не поступило, и Атсуши начал занятие. Рассказывал о многих вещах, связанных с практической частью, поэтому особого интереса это у меня не вызвало. Я же сидел за партой и постукивал ручкой по тетради, периодически зевая. Шоджи с Микой вообще не желали разговаривать. Лишь усердно записывали каждое слово учителя.
Внезапно парнишка, сидящий на парте передо мной, незаметно передал записку, которая, как я понял чуть позже, была от Юки.
«Может, покажешь мне пару приемов борьбы после школы? Я боюсь провалиться на межшкольных…»
Девочка явно изменила отношение ко мне с первой нашей встречи. Она была гораздо более скромной при виде меня. Не позволяла себе излишеств и грубого тона. Даже когда отдернул ее за руку, она только поддалась, даже не сгрубив. Когда видела меня, стеснялась и вообще менялась в лице. Помогать ей с борьбой особого желания у меня не было, но, с другой стороны, та могла стать полезным инструментом для достижения моих целей. Все-таки мы вместе отправимся на турнир… там может произойти все, что угодно… да и родители ее не последние люди в обществе. Они явно могли быть полезными в вопросе о вложении больших денег в прибыльное дело.
Свернув записку, я выбросил ее в сумку и снова развалился на своем стуле. Передо мной лежал листок, на котором я уже успел нарисовать пару интересных бизнес-идей, которые неплохо проявили себя в моем мире у моих приятелей. В этой стране был тот же климат, что и в моей, поэтому выкупить некоторые земли под создание ферм было моей лучшей, хоть и не новой идеей. Оставалось лишь одно — узнать, как и где я смогу это сделать.
Наконец, прозвенел долгожданный звонок, и ученики повскакивали со своих мест, держа путь в коридор. Я немного отстал от других, дабы поговорить с Атсуши с глазу на глаз.
— Эй, чего встал, идем на историю… — остановился Шоджи, заметив, как я замедлил ход.
— Иди, Шоджи, я догоню… — отмахнулся я, медленно скидывая тетради в сумку.
— Как знаешь… — пожал тот плечами и вышел вместе с подругой из класса.
Дождавшись, пока все вышли из кабинета, я неспешно подошел к Атсуши и присел на первый ряд, скинув сумку на парту и пристально посмотрев на мужика.
— Чего тебе, Роран? — взглянул на меня тот из-под очков. — Звонок прозвенел, можешь убираться…
— Атсуши-сан… — начал я, задумавшись, как бы начать. — Я хотел об отце поговорить… Ичиро Хатано…
Глаза мужчины мгновенно сверкнули. Это имя явно было ему знакомо очень хорошо. Он неспешно снял очки, положил их на стол, протер уголки глаз и снова взглянул на меня.
— Ну говори, что хотел? — приподнял тот бровь. — Только быстро и по делу…
«Отлично!»
— Я помню, как вы к нам часто домой приходили… — соврал я, дабы расположить его к откровенному разговору. — Вы ведь отца хорошо знали, верно?
— Ну, допустим… — скрестил тот руки на столе и навострил уши. — Что с того?
— Его ведь Минуро убил, верно? — сказал я так уверенно, что вызвал в учителе некую тревогу. — Глава преступного клана Морита…
— С чего ты взял? — приподнял тот бровь. — Кто тебе такое сказал?
— Амори… — спокойным тоном сказал я. — Амори Морита…
Лицо учителя тут же изменилось. Он стал чаще моргать и периодически бегать глазами по моему лицу. Он будто не верил своим ушам, задавая себе вопрос «откуда?». Пальцы мужчины стали нервно постукивать по поверхности стола. Он явно о чем-то думал и выискивал варианты ответа. Нужно было сделать так, чтобы тот больше мне доверился.
— Атсуши-сан, мне действительно нужна правда… — сказал я тем же тоном, заметив, что ответа не поступает. — Они убили Ичиро не просто так, и я в этом уверен…
— И что ты сделаешь, если узнаешь? — приподнял тот бровь. — Что им скажешь?
— Это нисколько не относится к моему вопросу, Атсуши-сан… — ответил на его уклоняющий от главной темы вопрос. — Я имею право знать… на кону честь моего клана, которую тот растоптал в пыль…
— Да, Роран, ты имеешь право знать… — вздохнул тот, посмотрев в окно. — Но имею ли право я рассказывать тебе подобные вещи? — задал тот вопрос, адресованный явно не мне.
— Мне в любом случае придется с ними встретиться вновь… — хмыкнул я с горечью. — Они не позволят мне спокойно жить…
— Ну… это немного меняет дело… — немного успокоился тот. — С чего бы им тебе угрожать?
— Для этого есть веские причины, учитель, но вам не стоит знать о них… — пожал я плечами. — Это касается лишь наших кланов.
— Ну хорошо… — вздохнул тот. — Задавай вопросы, а я постараюсь на них ответить…
— Мой отец ведь имел что-то помимо работы в школе, верно? — спросил я так, будто точно знал об этом. — Занимался тем, о чем никого не освещал?
— Да, ты прав… — кивнул тот. — Твой отец помимо школы имел немалую долю в строительном бизнесе клана Морита…
— Вот как… — задумался я.
— Минуро сам настоял на том, чтобы тот инвестировал в его проекты, а когда пришло время делить прибыль, избавился от назойливого учителя… — желваки заиграли на бородатом лице Атсуши. Воспоминания явно давались с трудом. — Часть активов, которые были у Ичиро, тот переписал на себя силой, угрожая вашей расправой, а позже пообещал убить любого из его сыновей, кто хоть подумает о мести… я так понимаю, ты уже что-то натворил, раз знаешь, кто такой Амори…
— Натворил… — хмыкнул я. — Значит, именно поэтому он никому ничего не говорил?
— Да, думаю, твой отец понимал, с кем имеет дело… — расстроился тот. — Рисковал ради таких идиотов, как ты и твой брат…
— Могу ли я вернуть его активы законным способом?
— Закон и Морита находятся на двух параллельных прямых, Роран… — хмыкнул тот с горечью. — Никто тебе не отдаст эти активы… да и понятно же, зачем тебе деньги… на очередную…
— Нет, — перебил я учителя, неспешно вставая. — Спасибо за информацию, Атсуши-сан… пойду я….
— Если что, этого разговора не было… — откинулся на спинку стула Атсуши.
— Само собой… до свидания…
Выходил из аудитории я с одной мыслью — найти способ забрать то, что когда-то принадлежало Ичиро. Стоило ли говорить о том, что в былые времена никто и не смел прикасаться к тому, что принадлежало мне? Думаю, тут все было очевидно.
Следующим уроком шла история. В этот раз я не позволил себе бездельничать, а спешно достал тетрадь и стал старательно выписывать то, что именно должен разузнать о клане Морита и его членах, пока то, что рассказал Атсуши, не вылетело из памяти. Чему-чему, а вот головному мозгу Рорана я нисколько не доверял.
Я записал все адреса, которые должен был разузнать, местоположение строений и полную документацию того, кому что принадлежит. Нельзя было допускать ошибок, которые в этот раз поистине могли бы стоить мне жизни.
«Все должно быть четко…»
Урок шел, преподаватель что-то вещал, но я же продолжал составлять схему дальнейших действий. Амори явно не стал бы преградой для меня, но вот Минуро. Глава такого клана по определению должен был иметь с сотню телохранителей и огромное количество связей. Но, если я бы и решил вопрос с тем, чтобы избавиться от них, скрыв свое лицо, мотивы мои стали бы очевидным фактом. Поэтому с меня бы спросили в первую очередь. Пока писал, не заметил, как скопилась груда сложностей. С каждой минутой размышлений я встречал на своем пути все больше непреодолимых преград и сложных вопросов.
«Но разве это сравнится с задачей переброса своего тела сквозь миры?» — возник в голове утешающий вопрос.
— Что ты там записываешь, Роран? — оторвавшись от своей тетради, толстяк посмотрел на мои записи, которые я спешно прикрыл рукой.
— Тему урока, Шоджи… — ответил я безукоризненно. — Тему урока…
— Ну ладно, просто ты же…
— Фаворит, я знаю… — хмыкнул я еле слышно, продолжив его предложение. — Просто тема интересная…
— Ты серьезно? — скривился тот в удивлении.
— Не отвлекай, прошу…
— Он кукушкой поехал… — прошептал толстяк, повернувшись к Мике. — Говорит, тема интересная… хи-хи-хи…
Та тоже хмыкнула, украдкой посмотрев на меня.
«Достали…»
Я настолько был вовлечен в свои размышления, что не заметил, как и этот урок закончился громким звонком.
Мы вместе отправились в столовую по абсолютно той же схеме. Мика впереди, мы — сзади. Мне даже стало удивительно, как сильно отношение остальных ко мне «остыло». На меня не смотрели с издевкой, девушки даже не думали обходить стороной. Мику никто и тронуть не посмел, пока та поднималась в столовую. Конечно, можно было многое отнести к озадаченности учеников, но даже с таким раскладом я был уверен в том, что никто не посмеет бросить мне в спину очередное сырое яйцо.
В очереди за едой я стоял первый. Набрав вдоволь всего, на что упал глаз, я, не дожидаясь ребят, пошел в зал и сел за стол, на котором уже обедало пятеро симпатичных девочек в школьных формах. Часть из них я не знал, но вот трое учились в моем классе, среди них была Юки, увлеченно болтая с соседкой и делая вид, что меня не заметила. Удивило то, что них никто и не подумал встать. Более того, девочки разговаривали, украдкой бросая на меня оценивающие взгляды и продолжая есть свои диетические салаты.
— О, Роран, это ты… а я и не заметила, что ты подсел к нам… — хмыкнула брюнетка с довольно милым лицом, как бы ненароком наткнувшись на мою персону. — Ну, что расскажешь?
«Это я к вам подсел?!» — мелькнуло в мыслях, которые я озвучивать не стал.
— Неплохой рамен тут готовят, вот что скажу… — буркнул я и принялся уплетать первую тарелку из трех стоящих на подносе.
— Хи-хи-хи… — заскрипели девочки, делая вид, что я сказал что-то забавное. Юки же молчала, наворачивая лапшу на палочки и демонстративно рассматривая ее. — А ты смешной…
— Ага… — хмыкнул я, не удостоив их взглядом. Смотрел только на свою тарелку.
— Братец, ну чего ты нас не подождал! — буркнул Шоджи, идя в мою сторону.
— Опять этот толстяк… — скривилась брюнетка, заметив его. — Зачем ты вообще с ними водишься, Роран?! — спросила та, вставая со стола.
— Приветики-конфетики, красотки! — взмахнул рукой Шоджи, натянув улыбку от уха до уха. — Никто не желает познакомиться поближе?
— Фу, пойдем, девочки… — сильнее скривилась брюнетка, спешно собрав еду на поднос и встав со стола. Юки же осталась сидеть. — Юки, пошли уже…
— Идите, девочки, я вас позже догоню… — сказала та скромно, оставшись напротив меня.
— У тебя мода такая, с отбросами водиться? — приподняла бровь другая подруга, не дождалась ответа и ушла прочь.
— Эй, ну куда вы все пошли, девчули? — расстроился толстый.
— Замолчи, Шоджи… — хмыкнул я, поглядывая на угрюмого толстячка. — Что ты к ним пристаешь?
— Эх… — вздохнул тот. — Да я думал, что они хотят с нами поближе познакомиться…
Толстый парень стоял до тех пор, пока не подошла Мика, он помог ей сесть и приземлился рядом.
— Юки, а ты почему не пошла с ними? — смутился толстый. — Тебя тоже в унит…
— Шоджи! — повысил я немного голос, перебив его. — Ешь молча, прошу…
— Роран, ты… — засмущалась Юки. — Ты не ответил на записку…
— Где ты хотела позаниматься? — не обращая внимания на ее неуверенность, спросил я.
— Чем? — встрял в диалог Шоджи, прожевывая курицу.
— Ну… дома у меня… — проигнорировав толстяка, ответила рыжая. Как бы та ни старалась скрыть свою неприязнь к ребятам, у нее выходило не очень правдоподобно. Та избалованная высокомерная личность в лице Юки выявлялась в малейших деталях, которые я, очевидно, замечал.
— Дома? — удивился я.
— Ага… — кивнула Юки.
— Сегодня?
— Верно…
— После школы?
— Точно…
— Ладно, я не против… — кивнул я кратко, заставив ту заулыбаться. Нужно было подробнее узнать о том, как люди делают бизнес в этом мире. Я был уверен, что та в этом неплохо разбирается.
После этих слов Юки, не сдержав улыбки, кивнула и, спешно поднявшись из-за нашего стола, побежала к своим подругам с подносом в руках. Мы в очередной раз остались сидеть за столом втроем.
— Слушай, Шоджи, — дождавшись, пока та отойдет на достаточное расстояние, чтобы нас не слышать, сказал я. — Что за «приветики-кофетики», это ты вообще откуда понабрался? — хмыкнул, бросив на него насмешливый взгляд.
— Ну… — смутился тот. — Хотел казаться таким… как ты… — пожал он плечами, разглядывая рис в своей тарелке и нервно втыкая в него свои палочки.
Парню, очевидно, нужен был пример для подражания. Я был уверен, что он очень много мыслей посвящает именно тому, чтобы изучить мою модель поведения. Сложно было представить, насколько тот ошибочного «кумира» выбрал. По факту я, то бишь Роран, не всегда таким был, и это было самой большой проблемой. Возможно, Роран и выбрасывал фразочки, подобные этой, но ведь для того, чтобы знать меня, нужно было полностью стереть из памяти все, что делал Роран.
Главная проблема была в том, что я никак не мог объяснить ему этого. Не стирать же ему память.
— Таким же? — приподнял я удивленно бровь. — Я что, веду себя как кретин?
— Нет-нет, почему… просто ты в последнее время такой уверенный… — протянул тот. — Думал, если начать с того, с чего начинал ты…
— Забудь о том, с чего начинал я, Шоджи… — вздохнул я. Парень подтвердил мои тревожные предположения. — Да и не лучший я пример для подражания…
Хотя, если так подумать. Других подобных примеров, наверное, вообще не было. Поэтому я казался единственным, кто в его глазах проделал такой «сложный» путь становления фаворитом.
— Ш-шоджи еще н-немного похудел… — добавила Мика в его поддержку. — Разве не з-заметно?
— Не совсем… — хмыкнул я. — Дело ведь не только в твоем теле, хоть его определенно нужно править… важно понимать и верить в то, что ты ничем не хуже остальных…
— Я стараюсь, Роран… — посерьезнел тот. — Стараюсь…
— И я стараюсь, — приобняла Мика толстяка.
— Верю в вас… — хлопнул я по плечу друга и продолжил уплетать третью тарелку.
***
В своей комнате, буквально обставленной цифровой техникой последних поколений, за пятью большими мониторами сидел, немного сгорбившись, худой парень с белоснежными волосами и с рассеченной бровью. Парня звали Бастиан, он приходился старшим братом Амори, сыном главы клана Морита и одним из козырей в рукаве Минуро, то бишь его отца.
Минуро не делал на Бастиана особых ставок, так как тот никогда отца в свои дела не посвящал. В его компьютере была скрыта под надежной защитой бесценная информация о шести преступных кланах, включая Морита, которой боялся сам Минуро, давая полную независимость своему старшему сыну. Старшую школу парень шесть лет назад окончил с отличием и не стал поступать в высшие учебные заведения, так как посчитал своим долгом заняться тем делом, которым горел еще с ранних лет.
Мать Бастиана, первая жена Минуро, не дожила до нынешних времен по причине того, что была слишком добра и доверчива к окружающим несмотря на свою тесную связь с преступным кланом.
Ее убили члены другого преступного клана-конкурента, чем совершили серьезнейшую ошибку, а точнее, задели чувства ее детей. В то время, когда это произошло, Амори был совсем молод и не стал принимать участия в одной из самых крупных войн между преступными кланами. Но Бастиану на то время было около восемнадцати. Парень буквально за месяц сумел превратить конкурентов в жалкий обанкротившийся клан, о котором поныне никто ничего не слышит.
Нет, он не был жутким убийцей, который вошел в их дом и перебил каждого члена. Философию добра и созидания, переданную ему от матери, парень сохранял по сей день. Он просто-напросто перекрыл им кислород, создав против врага целую коалицию других преступных кланов, на каждый из которых у него была информация, которая, мягко говоря, не понравилась бы государственным кланам и их хозяину, Императору.
Да, влиятельные преступники могли пользоваться своими огромными деньгами, дабы откупиться от полиции, судей и прочих относительно мелких представителей власти, но только тем стоило попасть в поле зрения Императора, как они тут же прекращали свою деятельность по очевидным, для Бастиана, причинам.
Серый кардинал, не требующий ничего взамен за свою деятельность, довольно ленивый, но безумно талантливый, сидел перед экранами и выискивал связь Рорана с тем, что могло сделать его бойцом, в таком юном возрасте овладевшим контролем уровня Ситори. Такие встречались очень редко, но, если и встречались, им противопоказано было светить своими возможностями и попадать в поле зрения таких как Бастиан.
Бастиан был тем самым созидателем, хоть и являлся членом омерзительного, по его мнению, клана. Его буквально выворачивали поступки отца и брата, но это было единственное исключение, с которым тот давно смирился. Избавиться от родных он буквально не мог, так как матери пообещал следить за братом и не давать его в обиду. Он был мощным оружием в руках Минуро, но действовал только тогда, когда желал того сам.
Более того, он был в отличном положении, так как мог напрямую выходить на другие преступные кланы, запрещая тем препятствовать делам и финансам клана Морита, часть которых непосредственно принадлежала ему.
И да, что сильно затрудняло задачу Бастиана — полное отсутствие информации о Роране, явно претендующем на игру по-крупному.
В трех из пяти экранов циклично повторялись видеоролики с разных камер видеонаблюдения, к которым у него был прямой доступ.
В первом экране перематывался бой Рорана с членами группировки Катара, в котором тот наделал больше всего шума и даже не удосужился скрыть своих следов.
«Либо он полный идиот, либо сделал это специально…» — мелькало в мыслях Бастиана.
Во втором мелькал бой Рорана и Амори, который тоже был заснят камерой соседнего дома, получить запись не составило особого труда. Лишь пара взломанных серверов, на которых хранились записи, и все, что происходило около дома некого Арчибальда Ивата было перед ним как на ладони.
На третьем экране была выведена самая ранняя из записей. На ней был запечатлен Роран, получивший в спину несколько ножевых ранений от двух худощавых подростков. Это настолько не клеилось с тем, что он видел в других роликах, что у Бастиана стал буквально вскипать мозг.
«Два чмошника его чуть-было не порешали… что тут вообще происходит, черт побери?!» — злился Бастиан в десятый раз пересматривая видеоролик и убеждаясь в том, что там был действительно Роран.
В остальных же экранах была вся доступная информация о парне, вся история и данные, которые были доступны далеко не каждому. Роран не имел никаких личных активов. Он был буквально нищим парнем, который мог полагаться лишь на финансы малолетней сестры, у которой на счету была приличная сумма.
За парнем с белой прядью лежал на его же кровати Амори, глядящий в голубое ясное небо и покачивающий ногой.
— Ну, Бастиан, что ты думаешь? — спросил тот в пятый раз, ожидая услышать очередное «подожди».
— Я думаю, тут все немного сложнее, чем мы можем себе представить, Амори… — сказал тот задумчиво. — Он действительно использовал на тебе Ситори, хотя буквально шестнадцать дней назад получил несколько ножевых в спину от каких-то торчков…
— Даже звучит странно… — хмыкнул Амори. — Мне он в бою сначала показался до жути медленным, но оказалось, что он лишь позволил мне открыться под его удар…
— Вот именно… в этом и вся проблема… — взъерошил волосы Бастиан и поднялся со стула, скрестив руки на груди. — Слишком много совпадений, понимаешь? Он то слабак, каких поискать, то делает такие вещи, которых никто от него не ожидает…
— Да-да… — кивнул Амори. — Говорю же, у него будто где-то кнопка запуска суперсилы находится…
— Говоришь, их было двое? — в этот раз спросил Бастиан, начав шагать по комнате. Это ему помогало сосредоточиться на важном — Какой-то мужчина и старец?
— Верно… — кивнул тот, глядя в окно и со сложностью вспоминая. — Йокогами и Хоширо, как я помню…
— Очень интересно… — протянул Бастиан. — До мурашек… таких людей по твоему описанию буквально не существует… есть люди с такими именами, но это либо дети, либо офисные планктоны, которые о Сито лишь в книжках читали…
— Что думаешь делать? — спросил тот ровным тоном.
— А не помнишь, как выглядел тот узор? — остановился тот, проигнорировав вопрос.
— Не-а… — мотнул тот головой.
— Плохо… — вздохнул тот.
— Так ты поможешь или нет? — Амори редко видел брата в таком состоянии, что вызывало тревогу. — Что делать-то будешь?
— Сначала нужно доказать, что ничего с тобой не случится, если тот умрет… — нахмурился Бастиан, подойдя к компьютеру и продолжив пролистывать информацию. — Думаю, он уже знает о том, что Минуро убил его отца… рано или поздно он обязан наделать ошибок…
— Ошибки, которые тот совершает, могут быть частью его плана… — вздохнул Амори. — Ты бы видел, какую жуткую энергию излучал этот Йокогами… у меня поджилки затряслись, когда я увидел его…
— Да, в восемнадцать лет применять Ситори… — свалился тот на спинку кресла. — Надо же… почему тогда нигде не проявил себя? Ушел с головой в наркоту? Я не поверил бы, если бы это не было доказанным фактом…
— Загадка… — пожал плечами красноволосый.
— Люблю загадки… — глаза Бастиана сверкнули от любопытства. — Я его сделаю…
— Смотри не попадись на эту уловку… — неспешно поднялся Амори с кровати брата. — Как я…
— Я не такой идиот, как ты и отец… — ответил тот. — Я бы давно вас искоренил, не будь вы мне родней…
— Да, но я тебя явно посильнее буду… в физическом плане, конечно… — хмыкнул Амори.
— Льстишь себе, братец… — ответил тот, вздохнув.
— Если бы не мы, тебя бы давно с руками оторвали в следаки, а ты решил стать героем в маске…
— Следователь Бастиан Морита… сын главы преступного клана Мурино Морита… — хмыкнул беловолосый.
— Так же противоречиво звучит, как и торчок, который будет выступать на межшкольных… — заулыбался Амори. — Ну бред же…
— Полный…
— Ладно, я не буду тебе мешать, если у тебя не осталось вопросов… — поднялся с кровати Амори. — Если что, я в своей комнате…
— Иди…
Бастиан же остался сидеть за мониторами и думать о том, какими жуткими для него могут стать последствия, если Рорану дать свободно делать все, что ему вздумается.
Безумное стремление стать лучше, жутко странный непредсказуемый ход мыслей и, на удивление, слабое тело, которое в каждом бою чуть ли не рассыпается на части, делали из него сильного противника.
Изначально, когда тот отомстил за сестру, убив кучку амбалов, Бастиан не стал особо заострять на нем внимания. Все-таки парень защищал своих близких. Это достойно лишь уважения. Но, когда тот отправил Амори в нокаут, запретив тому, условно, делать с собой что-то, применив Ситори, это заставило Бастиана кардинально изменить мнение о парне.
С одной стороны тот защищал свою жизнь, но с другой — он полностью изолировал себя от клана Морита и от одного из его представителей. Амори поступил как полный идиот, в этом сомнений не было. Пошел на рожон ради мнимой славы и уважения, будучи уверенным в том, что торчок ничего не сможет с ним сделать.
«Сложно…» — Бастиан нервно стучал ручкой по столу, продолжая складывать паззл.
«Третьего покушения Роран явно ждать не станет, но не потому, что он сейчас чувствует себя безопаснее, а потому, что он либо уедет, поджав хвост, либо же перейдет в нападение… я бы сделал так…» — мыслил Бастиан.
— Но, с другой стороны, он ведь не я… — предположил беловолосый себе же, но быстро отдернул себя от столь глупой мысли.
«Он же не идиот, чтобы таким плевком в лицо Морита ходить по улицам и подпрыгивать от счастья, твердя себе, что он всех одурачил и победил…»
Парень никуда не уехал, поэтому оставалось второе. Учитывая его возможности, это было вполне возможно.
— Если ты не полный кретин, ты перейдешь в нападение, Роран… — прошептал под нос Бастиан и кивнул в утверждение себе же. — Ну а как ты начнешь действовать? — задал тот вопрос сам себе. — Ах… активы… захочешь активы папаши своего… тем самым ты и себя возвысишь и Минуро подставишь, не так ли?
Про Арчибальда и его способности он тоже довольно многое узнал от слов брата, поэтому после изучения досье Рорана ему нужно было чуть больше разузнать все о пьянчуге, хоть он особой опасности и не представлял. Да и мужиком тот был в последнее время безобидным, судя по его нынешнему состоянию.
***
После столовой был урок математики, который продлился не более десяти минут. Учитель спешно поведал о датах экзамена, раздал нам пробные тестовые задания на дом, пожелал удачи и с легкой душой отпустил нас домой пораньше.
Попрощались мы с Шоджи и Микой около ворот школы, где уже нетерпеливо ждала машина Юки, на которой та выехала с парковки и подъехала ко мне, заехав одним колесом на тротуар напротив школьных ворот, даже не думая о том, что нас кто-то сможет нас увидеть.
«Польщен…»
Дождавшись, пока сяду, та вывернула на дорогу и, постепенно увеличивая скорость, помчалась в сторону своего спального района. На дороге было много машин, поэтому периодически возникали небольшие пробки. Сидеть с ней и молчать становилось немного некомфортно, поэтому я включил, с ее позволения, радио.
— Роран, — внезапно обратилась рыжая ко мне, сделав радио потише и параллельно следя за дорогой. — Ты до сих пор злишься на меня за тот случай?
Вопрос был с подвохом. Конечно, выводы о ней, как о довольно неприятной личности, которая особенно проявлялась в ее отношении к менее интересным для нее людям, сложилось у меня уже давно и даже не думало меняться, но говорить об этом не стоило, так как нам обоим нужно было что-то друг от друга.
— За какой именно? — хмыкнул я, глядя на проплывающие здания.
— Ну, — задумалась Юки. — Например за то, что приставала… — сказала та скромно, бросив на меня свой жалостливый взгляд.
— Не злюсь… — шмыгнул я носом, вспоминая, как часто сталкивался с подобным в прошлом.
— А за Манабу? — продолжала та с тем же тоном. — Что натравила его на тебя… злишься?
— Не злюсь… — повторил я чуть серьезней. Это действительно был подлый и грязный поступок.
— А за то, что выгна…
— Не злюсь, Юки, следи за дорогой… — не выдержал я. Да и не собирался вспоминать все дерьмо, что она мне сделала. Мне нужна была информация, а доверять ей и говорить по душам я не собирался.
— Ладно, прости… — буркнула та виновато.
По радио шли настолько неприятные для ушей песни, что хотелось попросту выключить приемник. Не знаю, как тут у людей с музыкальным вкусом, но в моем мире была жутко популярна классика. Честно говоря, иногда я действительно скучал по скрипке.
Наконец, не выдержав, я спешно выключил ужасную песню и снова взглянул в окно, думая, как бы начать диалог, дабы не показаться подозрительным.
— Юки, твой отец случайно не бизнесом занимается? — спросил я с надеждой на то, что она не станет уклоняться от вопроса и ответит честно.
— Нет, он полицейский… — пожала та плечами. — Начальник полиции…
«Даже так…»
— Вот как… — протянул я, сменив план. Если не бизнес, то Морита.
— Да… — кивнула Юки. — Я вот тоже там сейчас стажируюсь…
— Интересно… — задумался я. — После школы?
— Да, три дня в неделю… — кивнула Юки. — Поэтому в последнее время жутко нервная хожу… кричу на всех… расслабиться бы… — ее взгляд ненароком метнулся на меня, потом снова на дорогу.
— Я так полагаю, ты с ним не особо общаешься… — предположил я с учетом того, что она все-таки не знала о том, что это сделал я, да и снимать квартиру одной в таком опасном городке нужно было имея достаточно вескую причину.
— С кем? — удивилась та. — С папой?
— Ага…
— Ну, мы как-то однажды сильно поругались, и я уехала жить одна, но он часто звонит, спрашивает, как мои дела… иногда дает деньги… — глаза ее тут же погрустнели.
— Тебя поэтому так задели мои слова? — спокойным тоном спросил я, вспоминая, как сказал ей, что выгнал бы из дома, будь та моей дочерью.
— Ага… — кратко ответила Юки.
«Ну… я не удивлен… с такой вспыльчивой личностью трудно жить в мире…»
— А если попрошу тебя узнать кое-что о кое-каком клане, отец даст добро? — продолжал я расспрос. — У тебя же явно на людей больше информации, чем у меня, к примеру?
— Ну, я же практически полицейский… — улыбнулась рыжая. — Зачем мне у него спрашивать?
— Думал, тебе нужно спросить сначала… — пожал я плечами. — Но, если так, то это упрощает задачу…
— А о ком ты хочешь узнать?
— О Морита…
— Зачем тебе эти бандюги? — приподняла та бровь.
— Нужны… — кратко ответил я таким тоном, что продолжать задавать уточняющие вопросы та перестала.
— Ну, ладно… — пожала та плечами.
«Так легко доверилась? Годится…»
Припарковавшись около дома, мы вышли из машины, взяли сумки с задних сидений и, прошагав десять метров от парковки, зашли в подъезд ее дома, а позже, поднявшись на ее этаж, в квартиру, которая казалась слишком большой для одной хрупкой с виду девушки. Та завела меня в свою комнату и стала раздеваться, даже не стесняясь моего присутствия. Пока та переодевалась, я разглядывал ее формы, стараясь не поддаваться гормонам Рорана, но молодое тело явно желало ее, тем более после того, как я нагло высосал всю ее ману.
Затем, одевшись в домашнее, та подошла ко мне вплотную и, посмотрев в глаза, сказала:
— Учи…
Ее глаза так и вцепились в мои. Она натянула детскую улыбку таким образом, будто ждала от меня мороженого. Странное было ощущение, но все же я отдернул себя от всяких мыслей и чуть отошел назад, так как девушка слишком резко ворвалась в мое личное пространство.
— Я не хочу пачкать форму, — сказал я, задумавшись. — Ты не против, если я пиджак с рубашкой сниму? — почесал висок.
— Да-да, конечно! — та бережно помогла снять мою верхнюю одежду, оставив меня по пояс голым. Вещи та аккуратно сложила и убрала в свой шкаф. Позже, обернувшись на меня, та буквально застыла, уткнувшись пристальным взглядом о мой голый торс.
— Ух ты… — протянула та. — Ты когда так подкачаться успел? — ее грудь под тонкой белой майкой стала нервно вздыматься.
— Эм… — замялся я, стараясь оторвать взгляд от груди. — Подготовка к межшкольным требует больших нагрузок на тело…
— Ладно, — улыбнулась та игриво и встала в стойку. — Давай…
— Ох… — вздохнул я, глядя на ее нелепую боевую стойку. У меня готова была с глаз политься кровь при виде такой неустойчивой позиции.
Я подошел медленно к ней и поправил для начала ее кривую стойку. Та лишь нервно вздыхала от любого моего прикосновения и послушна переставляла ноги так, как я ей велел.
— У тебя очень плохо отточены боевые приемы, Юки… — буркнул я, взяв ее за ногу и отодвинув чуть назад. — Центр тяжести тела не должен переваливать назад, понимаешь?
— Ну… не очень… — пожала та плечами.
— Смотри, я сейчас расставил твои ноги так, как они примерно должны быть… запоминай… — я встал перед ней и взял обеими руками за вздымающиеся плечи. Шагнув вперед, я начал ее слабенько толкать от себя, но та не переставила ног, а лишь стала выгибаться, сохраняя свое положение. — Вот, сейчас тебя сложно сдвинуть, а если встанешь так, как стояла раньше, тебе волей-неволей придется отшагнуть назад, а этот шаг — лучшее время для того, чтобы противнику выполнить атаку…
— Ясно… — кивнула та и бережно обхватила мои руки, посмотрела на свои ноги. — Так правильно?
— Да, и важно ноги всегда держать в напряжении в этом месте… — приложил я ладонь на ее нижнюю часть бедра, сопроводив еле слышный стон. — Юки, ты меня слышишь?
— Слышу-слышу… — хмыкнула та, бегая глазами по моему лицу и прикусывая губы. — Что дальше?
— Дальше, когда твои ноги чуть согнуты, сбить тебя с ног будет в разы сложнее… — сказал я ровным голосом. — Для большей устойчивости направь в ноги немного энергии Сито, так как ты довольно легкая…
— Есть… — кивнула та, сосредоточившись.
— А теперь показываю, как нужно уходить от прямого удара, если ты хочешь перевести противника в борьбу… при этом ты не должна двигаться с места и пятиться, дабы не увеличивать дистанцию… — я отошел на метр. — Готова?
— Готова… — кивнула Юки с детской улыбкой.
— Когда вылетает удар в область лица, — я взял ее за шею одной рукой. — Убираешь голову в ту сторону, откуда идет удар… — отодвинул ее влево. — Той же рукой, в сторону которой убрала голову, делаешь удар по внутренней части локтя противника… — другой рукой я взял ее ладонь и выполнил движение, которое та должна была выполнить. — Тебе стоит усилить ладонь и глаза магической энергией. Позже, когда рука противника вылетела в воздух и сбита твоей ладонью, выныриваешь вперед и получаешь открытого для атаки противника.
— А дальше? — посмотрела та на меня довольным взглядом. Она буквально съедала меня глазами и периодически посматривала на область между ног, хмыкая.
«Черт бы тебя побрал, Роран!» — разозлился я, заметив, как механизм проснулся.
— Либо бьешь по открытому корпусу, — проигнорировав этот факт, продолжил я. — Либо же переводишь человека в партер…
— Вот так? — она ловко столкнула меня на пол и тут же свалилась сверху. — Правильно? — смотрела на меня игриво, раскинув мои руки. Ее таз стал медленно двигаться по моей области между ног, еще больше активируя неконтролируемый механизм.
— Что ты делаешь, Юки? — приподнял я бровь. — Противник не будет открыт так, как открылся я… я ведь показывал тебе прием, а ты меня на пол свалила…
— Мне кажется, это уже не важно… — та наклонилась ближе и стала нежно целовать мою шею, продолжая поступательные движения тазом.
Признаюсь, удержаться было сложно, а от похотливых мыслей становилось все сложнее отдергивать себя. Она действовала с диким желанием и решимостью. Но, даже если и так, не мог же я делать это без выгоды для себя.
— Важно… — отодвинул я ее лицо и посмотрел в глаза с осуждением.
— Пожалуйста, Роран… — прошептала та с жалостливым лицом и потянулась расстегивать новенькие брюки.
— Юки, если ты не собираешься больше тренироваться, позволь воспользоваться твоим паролем… — приостановил я ее шаловливые пальцы, которые успели залезть под трусы.
— Паролем? — приподняла та бровь. — Зачем?
— Я же сказал, мне нужно почитать немного о клане Морита…
— Ах ты хитрюга… — сощурила та глаза. — Вот так значит?
— Пожалуйста… — сказал я серьезнее. — Мне нужно знать о них…
— Ох… — вздохнула та, потянувшись за телефоном, который лежал на полу рядом с нами, и набрала свои логин и пароль, включив поиск по именам в базе, которая была доступна лишь полиции. — Бери, смотри, что хочешь, а я пока займусь кое-чем более приятным…
— Спасибо, Юки, пра-а-авда… — застонал я, заметив, как та ловко разделась и села на меня сверху. — Осторожней!
— Прости…
«Ох… ладно, Йокогами, думаем о деле… Морита, значит…»
Пока Юки скакала на мне, делая все, что ей только вздумается, я успел немало нового узнать о клане Морита, пролистывая информацию в перерывах, а иногда и вовсе читал, параллельно удовлетворяя ее пошлые фантазии и меняя периодически позы. Порой сильно удивляло то, как сильно еë воображение. Ее телефон, несмотря на все, был в моей руке, что позже стало ее немного раздражать.
— Может ты уже уберешь его, Роран? — попыталась стащить рыжая мобильник. — Давай закончим, и ищи все, что тебе угодно… — та прерывисто вздыхала, стараясь восстановить дыхание.
— Мы уже три раза закончили, Юки… — хмыкнул я, в очередной раз залипнув в экран.
Та быстро переменилась в лице и снова с аппетитом продолжила начатое. Девушка была настолько довольна, что даже мой безэмоциональный тон не мешал ей наслаждаться каждым моментом. Было заметно, что та явно ждала этого довольно долго, стараясь сдерживать себя.
— Юки… — оторвавшись от экрана, я взглянул на потную рыжую девушку. — Ты из меня все соки высосала, я бы отдохнул немного…
Голова той застыла, а глаза медленно поднялись в сторону моего подбородка. Осторожно приподняв голову, она опечалилась и вздохнула.
— И потом по новой? — глаза девушки засветились от любопытства.
С таким либидо ей нужен был явно не такой парень как я. После первых двух раз я уже настолько остыл к девушке, что в основном лишь лежал на спине и пролистывал информацию, что была у полиции на клан Морита и всех его членов. Я был морально истощен.
Она делала все сама, не имея ничего против.
— Потом мне нужно будет уйти, Юки… — сказал я серьезней и с трудом скинул обнаженное тело в сторону. — Хватит, правда…
— Ну… — пожала та плечами, чуть расстроившись, заползла повыше и чмокнула меня в шею напоследок. — Я тогда в душ… — Юки неспешно поднялась, встала на ноги, немного покачиваясь, и пошаркала к двери. Открыв ту, обернулась ко мне и, хитро улыбнувшись, буркнула:
— Со мной не хочешь?
— Нет! — отмахнулся я.
— Ладно… — пожала та плечами и вышла в коридор, довольно повиливая тазом.
Я же, оставшись лежать на ее кровати, продолжил внимательно вчитываться в каждую строку, которая была написана о преступном клане.
Итак, за это время мне удалось выяснить, что помимо Амори у Минуро был еще один сын. Его звали Бастиан Морита. Невзрачный на вид парень с рассеченной правой бровью. О нем, как бы странно это не звучало, кроме фотографии и пары выигранных школьных Олипиад по математике практически не было никакой информации. Он был безработным парнишкой, о котором никто нигде толком не слышал. Периодически у меня возникало ощущение, что тот сам не хотел раскрывать всех карт, внося самостоятельно некоторые изменения в собственном досье, так как стиль описания его характеристики разнился с той, что была у других членов его семьи, хоть и не сильно заметно.
«Учту…»
Но даже если и так, поистине значимых достижений у Бастиана я не вычитал даже в интернете. Парень был темной лошадкой для меня, что не могло понравиться.
Либо его рук дело, либо же он действительно особой угрозы не несет…" — мелькнуло в мыслях.
Что же касалось Амори, то тут все было расписано в подробнейших деталях, что, впрочем, меня особо не удивило. Парень был тщеславен, судя по его повадкам и разговорам, поэтому никогда не противился новому успеху, о котором тут же делился со всеми.
Как оказалось, красноволосый стал победителем межшкольных соревнований прошлого года, выиграв в финале бой у одного из членов государственного клана Накамура, и был одним из немногих, кто в семнадцать лет овладел контролем магической энергии уровня Ситоджи, при этом не достигнув красного уровня. Другими словами, ему недоступна была родовая способность, что удивляло меня еще сильнее.
Вообще, восемьдесят процентов людей, способных контролировать Сито, достигали красного предела на Ситоби, оттачивали его полностью и добивались неплохих результатов в будущем, полагаясь на редкие родовые способности. Более талантливым же приходилось в разы больше тренироваться, так как предел их мог не достигаться десятилетием.
Минуро же по психотипу не сильно отличался от Амори, судя по его досье. Тот явно считал себя неким Аль Капоне, главарем преступной мафии и тем, за кем следовали десятки кланов, склоняя перед ним колено.
По официальным данным ему принадлежала довольно большая часть новостроек в трех крупных городах Японии. Его компания по документам полностью принадлежала его клану, но, к моему удивлению, не выводила его в список и тысячи богатейших людей страны, многие из которых и половины от фактического состояния Минуро не имели. При этом никаких связей с государственными кланами у преступного клана Морита не было, что являлось очевидным для меня фактом.
В плане бизнеса Минуро не особо высовывался и тихо богател, скрывая свои деньги самыми искусными способами.
Жена Минуро была убита шесть лет назад в возрасте сорока двух лет, но о ее смерти я ничего толком найти не смог. Безумно красивая беловолосая женщина с добрым жизнерадостным взглядом смотрела на меня с цифровой черно-белой фотографии. Я точно не мог понять, белые у нее волосы, либо же очень светлые, но глядя на цветную фотографию ее сына Бастиана, убедился в том, что те были именно белыми, что встречалось крайне редко даже в этом мире.
— Интересная семейка, однако… — хмыкнул я, протерев глаза.
Главный офис строительной компании «Морита-билд» был расположен в том же городе, в котором жил я, поэтому это немного облегчило задачу с решением вопросов с документами. Мне нужен был лишь человек, неплохо разбирающийся в программировании, так как сам я был мужиком старой закалки, совершенно несмыслящем в данной сфере.
«На меня уже целый день не совершили ни одного покушения, хотя могли уже пять раз окружить толпой наемников и расстрелять к черту. Вероятно, те думают не о моем убийстве, ведь сынишке умирать из-за какого-то „торчка“, даже если это маловероятно, совсем не хочется…»
— А что это значит? — задал я вопрос сам себе, заранее зная ответ. — Верно, это значит, что они либо обдумывают жутко заумный план по захвату, либо же благополучно перешли в оборону, наложив в штанишки… — хмыкнул я. — Ну и учитывая то, сколько у Миноро ресурсов, он может себе позволить и то, и другое…
«Это конец…» — мелькнула грустная мысль.
Часть вопросов были закрыты, но легче мне от этого ничуть не стало. Задача становилась все более сложной и нерешаемой. Я не мог позволить себе медлить, как и не мог торопиться с принятием решений. Оставалось лишь выждать лучший момент для действий. Да, была идея надеть маску, выкрасть документы с отцовскими активами и, гордо подняв голову, скрыться в закат, думая о том, какой я молодец.
«Мечта любого школьника… было бы мне лет восемнадцать, явно бы полез туда, полагаясь на воровские качества, которых у меня нет…»
Но делать этого я не собирался по трем важным причинам.
Первая — Минуро явно будет ждать этого, так как думает, что я просто сильный мальчишка, побивший его сынишку, который злится на смерть своего отца и хочет отомстить, периодически принимая дурь. Расставит защиту и выждет момент, пока сам пойду к ним.
Вторая — учитывая то, как сильно разнится информация о членах этой семейки, у них есть возможность знать обо мне то, чего другим узнать не получится. Они уже явно знают обо мне все, что вообще возможно знать. Задаются вопросом, кто же я на самом деле, и желают все это разузнать. Поэтому за мной явно ведется слежка, тут сомнений никаких нет и быть не может.
Ну и третья — я никогда не был хорош в воровстве. Да и сам я ненавидел мелких воришек и растаптывал каждого из них так, что те более не смели повторять подобное со мной. Воровство казалось неким обманом, даже если ты крадешь то, что принадлежит тебе.
Да и как потом Хоширо в глаза смотреть?
Если и забирать свое, то с достоинством.
Нет, никаких краж, исключаем эту мысль…
Я буквально оказался между двух огней. С одной стороны мне необходимо было начинать без каких-либо промедлений, с другой же нужно было чуть лучше подготовиться к бою, что заняло было как минимум год.
«Нападу — свяжут, не нападу — тоже свяжут…»
— Роран, ты уже отдохнул? — внезапно послышался голос Юки, выглядывающей из дверного проема. — Ты чего сам с собой разговариваешь?
Я настолько ушел головой в размышления, что успел забыть о том, где и с кем нахожусь. Голая грудь Юки быстро отдернула меня от бесконечных раздумий, спустив меня на землю.
— Тебе послышалось… — буркнул я, выключив мобильник и распластавшись на кровати. — Нет, я не отдохнул…
— Эх… — вздохнула та с грустью, подбежала ко мне на цыпочках и довольно свалилась рядом, положив голову на плечо. — Давай еще разочек…
— Я же сказал, что не отдохнул… не упрямься… — сказал я ровным тоном, повернув голову в сторону окна.
«Что же делать…»
— О чем думаешь? — спросила та, чуть приподняв голову и взглянув на меня.
— Ни о чем… — не желая говорить на подобные темы, уклонился я от ответа.
— Знаешь, тут на межшкольных четвертый сын Императора выступать будет… — сказала та задумчиво. — Я в новостях прочитала… ему восемнадцать исполнилось недавно…
— Сильный? — спросил я с ноткой скуки в голосе.
— Ага… — кивнула та активно. — Он же принц… его явно с пеленок тренировали…
— Вот как… — протянул я. — Манабу сильно расстроился, когда узнал об этом?
— Не знаю, его Амори еще в четверти финала сделал… — хмыкнула та. — Мечта Манабу — вырваться в полуфинал хотя бы…
— Глядишь, к третьему курсу и в финал выйдет… — вздохнул я.
— Хи-хи…
Скажу честно, даже когда говорил с Юки, в мыслях я был с кланом Морита. Мне жизненно необходимо было начинать что-то предпринимать. Каждый час был на счету, каждый гребаный миг.
«Может, стоит запутать их еще сильнее?» — внезапно вспыхнуло в мыслях.
«Пусть дальше разгадывают меня, пусть боятся… а когда перейдут в открытое нападение, найду способ выставить их полными идиотами…»
— Роран, ты опять в облаках витаешь? — нахмурилась Юки, заметив, как уже с минуту разглядываю что-то в окне.
— Ч-что? — снова вернулся я в реальность.
— Скажи, что ты там интересного в окне увидел? — приподняла та удивленно бровь.
— Вечереет… — сказал я, задумавшись.
— Скажи, чем тебя Морита заинтересовали? — продолжала та докапываться. — С этим кланом вообще лучше дел не иметь…
— А если попробую? — хмыкнул я, краем глаза взглянув на рыжую.
— А если попробуешь, они тебя прибьют… — буркнула та, прижавшись лицом к моей груди.
— Только если я не сделаю это раньше… — прошептал я себе под нос.
— Что сделаешь? — не расслышала та.
— Ничего… — хмыкнул я. — Забудь…
— Ну что ты секретничаешь? — выразила та обиду, отлипнув от моей груди и свалившись на подушку. — Может я помочь хочу…
— Хорошо, давай тогда думать вместе… — закинул я руки под затылок.
— Давай! — кивнула та, заулыбавшись.
— Допустим, я хочу купить часть строительного бизнеса Минуро… — начал я издалека, стараясь медленно подвести девушку к нужному ходу мыслей.
— Ты?! — приподнялась та и посмотрела на меня, как на идиота. — Купить?
— Допустим… — успокоил я рыжую.
Ее взгляд стал чуть хитрым, но потом та хмыкнула и снова свалилась на подушку.
— Ну, раз допустим, то продолжай… — хмыкнула та, заулыбавшись.
— Как я смогу сделать так, чтобы Минуро воспринял мое желание купить что-то всерьез? — посмотрел я на нее в ожидании умной мысли. — Как показать ему, что я не тот, кем кажусь?
Это бы точно ввело его в замешательство. Учитывая то, как искусно я вожу их вокруг пальца своей неизвестностью. Блеф явно бы сработал.
— Ну… — протянула та. — Сходить на аукцион, который организовывают такие, как он, для начала… а если повезет, и он, выйдя на сцену, скажет, что продает то, что ты хочешь купить, предложить самую высокую цену и забрать это себе… — рассудив, пожала та плечами. — Думаю, он точно станет серьезнее по отношению к его покупателю.
— То есть, в теории любой может выставить свой ценник? — приподнял я бровь.
— Да, но не думаю, что тебя туда вообще пустят… — хмыкнула рыжая. — Ты явно не походишь на крупного игрока…
«А вот это интересно…»
— И как часто такие проводятся? — спросил я как бы невзначай. Полагая на то, что показаться крупным игроком несложно, если брать в учет деньги на счету клана Хатано.
— Раз в месяц… — пожала та плечами.
— А он там частый гость? — спросил я, полагая, что он точно придет туда, учитывая то, что за мной ведется слежка.
— Да откуда ж я знаю? — удивилась та.
— А если пойду туда с дочерью начальника полиции, это увеличит шансы туда попасть? — вел я на светлую мысль.
— Ты на меня намекаешь? — снова повернулась та в мою сторону и пальцем провела по животу.
— Ответь… — буркнул я серьезней.
— Не знаю, возможно… — сказала та тихо, спускаясь рукой все ниже.
— Со мной ведь не станут открыто конфликтовать при тебе? — продолжал я наводку.
— Не станут… — мотнула та головой, взглядом вцепившись в область между моих ног. — Портить отношения с моим папой даже Минуро не пожелает…
— А когда следующий аукцион? — взял я ту за похотливую ладонь и убрал со своего живота.
Та расстроилась и, смирившись, перестала лезть в область ниже пояса.
— Не знаю… — буркнула рыжая, скрестив обиженно руки. — Третьего числа…
— А сегодня… — потянулся я за мобильником Юки. — Первое…
— У нас экзамен… — поняв, о чем ее хочу попросить, сказала она серьезно.
— Мы успеем, — кивнул я, натянув хитрую улыбку.
— Нет, — мотнула та головой.
— Прошу… — притянул я рыжую за руку.
— Ох… — закатила та глаза. — Не знаю, зачем тебе это… — смело схватилась та крепко за механизм. — Но… — посмотрела на меня игриво и вновь медленно заползла на мои колени. — Ладно… я пойду с тобой…
— Годится… — улыбнулся я и закатил глаза в очередной раз, глубоко вздохнув.
Но продлились ее настойчивые действия совсем недолго. Я, в очередной раз посмотрев в окно, опешил от того, как быстро стемнело и ловко приподнял ее за подбородок и притянул к себе.
— Тебе что-то не понравилось? — буркнула та, выразив жалостливое лицо.
— Не сегодня, Юки… — взял я ту за талию, ловко скинул с себя и вскочил на ноги, держа в руках свои трусы. — Мне пора, увидимся в школе…
— Но Роран! — протянула та с обидой в голосе.
Я спешно натянул форму, взял в руки сумку и, махнув на прощание вышел из квартиры. В голове было ясное понимание того, что я должен делать в следующие пару дней, что явно успокаивало и позволяло свободно дышать.
***
За кухонным столом сидели Эми с Азуми, которые не дотронулись до приготовленной ими же еды, так как ждали, пока Роран вернется. Коджи с Моникой, которые успели собраться, так же ждали парня, который обещал снять им жилье, поэтому тихо ушли в свою комнату, спешно отужинав.
Те в последнее время совсем жалостливо выглядели. Мало разговаривали и сильнее бледнели с каждым днем. Азуми сначала подумала, что они болеют, пыталась помочь, но те переубедили ее, сказав, что завтра им определенно будет лучше.
— Ну, где этот дурачок? — бурчала Азуми, положив голову на стол. — Я так кушать хочу…
— Азуми, что у тебя за принципы такие? — удивлялась Эми, присаживаясь рядом с кудрявой. — Поешь хоть немного, не упрямься, он на тренировках, скорее всего… ему сейчас очень трудно, ты же понимать это должна…
— Нет, я не поем, пока он не придет домой… — стукнула кулаком по столу мелкая. — И точка!
— Ну и я тогда кушать не стану! — скрестила руки на груди блондинка. — Будем обе голодать!
— Ну и не кушай, я все равно дождусь братика… — промямлила кудрявая спокойным тоном.
— Давай позвоним ему? — смутилась Эми, понимая, что может его отвлечь от очень важных дел.
— Хорошо… — кивнула малышка. — Звони ты…
Сердце Эми стало биться чуть чаще, когда речь зашла о звонке Рорану. Даже сообщения отправлять та боялась парню, дабы не разозлить его, отвлекая от тренировки. Она неспешно достала телефон из кармана и набрала его номер, приложив трубку к уху.
С минуту Роран не отвечал, поэтому та, расстроившись, хотела сбросить вызов, но, когда та уже сдалась, внезапно зазвучал тот приятный голос, который буквально в дрожь привел блондинку.
— Да… — буркнул голос Рорана. Его дыхание было сильно прерывистым и жутко уставшим.
— Р-роран… — промямлила Эми. — Уже довольно поздно… а тебя нет… — стараясь унять дрожь в голосе сказала блондинка. — Мы волнуемся за тебя…
— Скоро буду… — сказал тот кратко. На фоне слышались звуки изредка проезжающих машин.
— Как скоро? — удивилась Эми, взволновавшись еще сильнее. В трубке слышались чьи-то женские стоны.
— Сейчас… — сказал тот напоследок и сбросил вызов. Через минуту послышались частые стуки по двери.
***
Я стоял у собственного дома, положив мобильник в карман. Было стыдно, но о связи с Юки решил промолчать, дабы не вызвать обиженных взглядов. Я понимал, как трепетно относится ко мне молодая Эми, но не мог ответить ей взаимностью, как и не мог четко осознать, что вообще не нуждаюсь в ее доброте.
«Думаю, каждый человек чувствует себя лучше, когда ощущает подобное…»
Было трудно разобраться в собственных чувствах, поэтому я решил убрать этот вопрос на второй план, скрыв свои похождения. Да и Юки нужна была исключительно для собственной выгоды, я попросту не мог позволить себе ставить жесткие рамки, хоть и не признавал людей, которые занимаются подобным.
Дверь спешно открылась. Из проема выглянуло немного хмурое лицо сестры.
— Рорик, ты козел… — сказала та тихо и пошагала на кухню, но, не дойдя до комнаты, повернулась ко мне и с тем же тоном буркнула. — Быстро за стол, но сначала руки помой…
— Бегу, Азуми, — быстро я скинул обувь, умылся в ванной и пошагал на кухню, где сидела Азуми, с вилкой и ножом в руках, и Эми в идентичной позе.
Я сел за стол, взял осторожно столовые приборы, поглядывая на странные лица девочек и осторожно положил в рот кусок запеченной рыбы.
Этот жест будто включил девочек, которые с особым аппетитом набросились на еду, даже не думая об этикете.
— Эй, вы чего? — приподнял я бровь. — Не ели еще?
— Ну… — замялась Эми.
— Не-а! — мотнула головой кудрявая с набитым ртом.
— Меня ждали, серьезно? — нахмурился я.
— Угум… — кивнула мелкая, улыбаясь.
Если перед дверью мне было немного стыдно, то сейчас я чувствовал, как лицо мое чутка покраснело.
«Пока развлекался с рыжей, они тут голодали… тьфу…»
— Вы простите уж… — вздохнул я. — И больше никогда так не делайте!
— А то что? — приподняла бровь Азуми.
— А то останешься без интернета, если такое еще раз повторится… — сказал я серьезней. — Кстати, где Коджи?
— Я тут… — послышался чуть нервный голос из дверного проема. — Когда мы уехать можем?
— Нашли себе квартиру? — не удостоив его взглядом спросил я.
— Нашли… — кивнул тот.
— Сколько вам нужно?
— Три сотни…
Я вытащил из кармана наличные деньги и протянул парню. Тот спешно их взял и рванул обратно в свою комнату. Через десять минут те стояли у порога.
К этому времени мы успели поужинать. Девочки вышли в коридор проводить ребят.
— Братик, ты уверен, что хочешь уехать? — спросила Азуми, глядя на Коджи.
— Да, милая, мне удобнее будет жить в квартире, так как та ближе к работе… — улыбнулся тот.
— Ладно… — Азуми вскинула руками и крепко обняла старшего брата, а позже помахала брюнетке.
— Заходите в гости… — улыбнулась Эми и тоже помахала тем.
— Да, братец, приходи в гости, когда поймешь, что действительно пришло время… — кивнул я и пожал руку «брату».
— Хорошо, Роран… — улыбнулся тот. — Я обязательно приду к вам в гости… — намекнул тот, что бросит тяжелые наркотики и возьмет себя в руки. — И докажу, что достоин считать себя вашим братом…
— Докажи, Коджи… — кивнул я, сказав серьезней.
— Ладно, всем спокойной ночи, мы уже звонили хозяину, тот согласился дождаться нас…
— Пока-а-а! — протянула Азуми.
— Удачи вам… — кивнула Эми.
Ребята вышли из дома и осторожно прикрыли входную дверь. Мы же втроем остались стоять в прихожей и смотреть друг на друга.
— А теперь все по кроваткам, завтра рано вставать! — приказным тоном сказал я.
— Есть! — кивнула Азуми и побежала на второй этаж.
— Могу с тобой лечь? — неуверенно спросила Эми. — Приставать не буду, обещаю…
— Ну, раз обещаешь… — убрал я прядь свисших волос блондинки за ее ухо, чем вызвал дрожь по ее телу. — Тогда ладно, я не против…
Утро для меня наступило гораздо раньше, чем для остальных в доме. Пока Эми спала, я осторожно высунул из-под нее свою руку и тихо вышел из комнаты, взяв свою одежду. На кухне еще оставалась небольшая часть вчерашнего ужина, который девочки аккуратно положили на полку холодильника. Разогрев еду и спешно перекусив, я обулся и вышел во двор.
На улице выглядывало раннее солнце и поддувал теплый спокойный ветер. Я немного потянулся, стоя на крыльце, взглянул на время и легким бегом отправился в район к дому Арчибальда. Пока бежал, старался оглядываться по сторонам в поисках чего-либо опасного, либо же угрожающего моей жизни, но, к счастью, ничего не обнаружил. Поведение Минуро сильно настораживало. По какой-то причине меня еще никто не атаковал, хотя особых причин этому я найти не мог, кроме той, что они пытались выяснить, откуда я такой взялся.
Арчибальд, как и в прошлый раз, был в это время при полной боеготовности, то бишь без футболки, и выполнял привычные ему физические упражнения, выкидывая холостые удары руками и изредка включая ноги. Тело его было напряжено, а со лба градом лился пот.
— Жарко сегодня… — сказал я громко, стоя около его ворот. — Хоть панамку бы накинул на лысеющую голову-то…
— Заходи, Роран! — махнул тот рукой и присел на пень, стоящий на зеленом газоне. — Мне солнце ничего не сделает, поверь… без панамки обойдусь уж… — добавил он, хмыкнув.
Я подошел ближе и свалился рядом со старым на нагретую солнцем траву, обхватив колени руками.
— Не узнавал, когда у тебя межшкольные? — спросил тот, отпив немного воды.
— Ну… — задумался я. — Кажется, совсем скоро… у нас уже завтра экзамены… а там, через неделю, думаю, и турнир начнется…
— Слышал о принце?
— Который участвовать на межшкольных собрался?
— Ага…
— Да, слышал… — кивнул я. Не понимал, чему все так удивлялись, он просто очередной мальчишка.
— Как дела с Морита, не докучают? — посмотрел тот на меня, прикрыв ладонью глаза от лучей солнца.
— Нет, все нормально, — пожал я плечами. — Тебя тоже не трогают?
— Меня-то не трогают, да вот слежка поднадоела их назойливая… — стал тот глазами что-то искать по улице. — Целыми днями пасут, все пытаются что-то у меня разузнать… боюсь выйти из дома и, вернувшись, заметить обчищенные склады с самогоном…
— Да, за мной тоже слежка идет… — вздохнул я. — Ну, ты не расстраивайся, они точно отвяжутся, когда поймут, что дело не в тебе…
— Хотелось бы в это верить… — выдохнул тот с ноткой печали. — Я давно уже вышел из этих бесконечных войн, преследований и очень отвык от подобного образа жизни.
— Я и сам отвык, если честно… — устало сказал я, хмыкнув.
— Что? — приподнял тот бровь.
— Ничего, Арчи… — успокоил я пьяного мастера. — Не бери в голову, мысли в слух…
— Я могу помочь, если нужно… — вызвался алкоголик, став серьезней.
— Ты же военный, верно? — спросил я, сорвав травинку с газона.
— Да… — кивнул тот.
— У тебя есть оружие? — посмотрел я на того хитрым взглядом.
— Оружие?
— Именно… — улыбнулся я.
— Даже если у меня оно и есть, из этого дома ты ничего вытащить физически не сможешь, Роран… — намекнул тот на людей Морита, которые готовы в любую минуту сообщить о чем-то странном с моей стороны.
— Покажешь, где? — проигнорировал я его замечание.
— Да пожалуйста, — хмыкнул старый и неспешно поднялся на ноги.
Мы вошли в дом, шагая так непринужденно, будто пошли выпить водички, дабы не вызвать подозрений со стороны следящих. Арчи, дождавшись, пока зайду, наглухо запер входную дверь и еле слышно пошагал вдоль коридора.
— Только толку-то от того, что покажу? — прошептал тот. — Да и зачем тебе оно с такими способностями?
— Надо, старый, — ответил я тем же тоном.
Арчибальд, дойдя то незнакомой мне маленькой комнатки со стальной дверью, зашел в нее и осторожно приоткрыл довольно толстый металлический люк подвала. Он вошел первым, как сполз, махнул мне, и я спустился следом за ним. Мы оказались в темном сыроватом и прохладном помещении с высотой потолков около двух с половиной метров.
— Да где же этот рубильник… — ворчал Арчи, шаркая ладонями по стене.
Я, хмыкнув, включил фонарь на телефоне и помог тому найти переключатель, что его жутко обрадовало, так как тот находился в метре от места, где старик шаркал.
— Ох… преблагодарен… — кивнул тот и включил свет в комнате. — Я совсем забыл, что тут, где и как…
— Что за… — раскрыл я глаза, перебив его. — Какого хрена, Арчибальд? — я посмотрел на него и хитро заулыбался.
Одна из стен помещения буквально полностью была развешана оружием самых разных калибров. Все было покрыто толстым слоем пыли, но ценности данных экземпляров это ничуть не лишало. Вдали виднелись три запыленные мишени, в которых зияло огромное количество дыр от пуль. Коробки с гранатами, куча патронов и даже несколько бронежилетов.
— Да ты гребаный психопат! — схватился я за лоб обеими руками. — Не верю своим глазам, это же прекрасно…
— Это, всего-навсего, издержки былой профессии… — хмыкнул тот, достав со стены один из автоматов. — Это мой любимый… — стряхнул тот с него пыль. — Эм шестнадцать… но я зову его черной мамбой…
— Стреляет? — приподнял я бровь, осмотрев оружие. В моем мире тоже было много подобных пушек, но формой и названием те все же немного отличались.
— Обижаешь… — улыбнулся он осторожно прицелившись. Стрелять не стал, но целился так, будто всю жизнь из рук ее не выпускал. — Конечно стреляет… на поражение…
— Слушай, не мог бы ты одолжить мне парочку таких? — почесал я затылок.
— Ты совсем что ли? — приподнял тот бровь. — Оружие детям не игрушка…
— Эм… — застыл я на месте. — Есть глушитель?
— Чего? — удивился тот странной просьбе.
— Ну, дай мне глушитель…
— Зачем?
— Чтобы те, кто за нами следит, звуков выстрелов не услышали… — сказал я серьезно, чем вызвал странный смех старика.
— Пхе-е-е-хе… — схватился тот за живот. — Ты хоть знаешь, где курок находится, мальчик?
— Неси глушитель… — взял я со стены пистолет.
Старик, пожав плечами и продолжая хохотать, куда-то залез и достал небольшой темный продолговатый цилиндр, который я ловко накрутил на ствол и подошел к мишеням, встав в пятнадцати метрах от них.
Руки Рорана пришлось подкрепить маной, стараясь минимизировать отдачу, так как те явно были не готовы к тому, что я намеревался сделать. Взяв ствол в правую руку, я прикрыл левый глаз и за секунду поразил все три мишени аккурат в уже не раз пробитые «десятки».
Брови алкоголика буквально вздернулись от увиденного. Смеяться он тут же перестал и прикрыл открывшийся рот ладонью. Он посмотрел на меня пристально, затем осторожно взял из моих рук пистолет и положил в них свою любимую «черную мамбу», на которую накрутил глушитель, продолжая на меня смотреть с неким восхищением.
— Ну-ка… — протянул тот, глядя на меня с оценкой.
Я повторил с «мамбой» в руках абсолютно то же самое, поразив примерно те же области мишеней, но в этот раз отдача была сильнее, что помешало не сбиться с «десятки».
— Откуда, Роран? — прошептал тот, видя, как уже пробитые мишени приобрели еще несколько дыр в центре. — Откуда?
— Издержки профессии… — хмыкнул я, положив оружие на стол. — Так что, дашь парочку таких?
— Зачем тебе? — в этот раз он спросил серьезно.
— Для Минуро… — произнес я, глядя на мишени. — Не нравится он мне… совсем…
— Ми… — запнулся тот, сглотнув. — Какого хрена, Роран? Ты восемнадцатилетний парнишка, так и веди себя подобным образом. Ты сейчас всерьез подумываешь прикончить главного преступника в городе?
— Может, ты прикажешь мне сдаться? — приподнял я бровь. — Позволить, чтобы тот сначала меня связал, а позже на Азуми стал поглядывать? В первую очередь он убил Ичиро, оставив Азуми бомжевать среди отходов. Во-вторых, он, решив, что их смерти мало, прислал ко мне сынка своего, который даже тебя, впрочем, убить успел… этот мужик прикончит меня при любой удобной выпавшей ему возможности, если я не сделаю это с ним раньше… этого нельзя отрицать…
— Ну… — нахмурился тот. — Правда в твоих словах, конечно, есть, но…
— Я же вижу, как он рыщет по всем углам в желании прикончить меня… — добавил я чуть спокойнее, перебив пьяного мастера. — Не удивлюсь, если сегодня ночью меня ненароком схватят его амбалы и отправят в Азкабан…
— Да, ты прав… — кивнул тот, опершись на стену. — Не боишься, что тебя посадят? — его глаза забегали по моему лицу.
— Нет, это исключено… — мотнул я головой. — Думаю, мне удастся отвести от себя подозрения…
— Как?
— У меня будет алиби… — хмыкнул я, сощурившись.
— И какое же? — продолжал сыпать вопросами Арчибальд.
— Я в это время буду грабить их компанию «Морита-билд»… — натянул я улыбку, заметив, как тот совсем потерял нить повествования.
— Что ты несешь? — скривился тот в удивлении. — Объясни нормально!
— Просто скажи мне, ты поможешь? — посмотрел я на него пристально. — Если откажешь, я пойму…
— Не откажу… — мотнул тот головой. — Но знай, что это слишком опасно…
— Опасно связываться со мной, Арчибальд-сан… — пожал я плечами. — Минуро собственноручно подписал акт о собственной кончине… — мой взгляд был таким, что Арчи даже немного смутился от той злости, которую я излучал в тот момент.
— Откуда ты такой взялся, черт бы тебя побрал? — хлопнул меня по плечу старик. Тот для меня был не менее загадочен, чем я для него.
Взаимная недосказанность будто делала наш союз особенным. У нас явно была схожая история, судя по его повадкам, но каждый выбрал свою дорогу после случившегося. И в этом не было ничьей вины.
— У меня к тебе такой же вопрос, старый… — хмыкнул я.
— Когда тебе они нужны? — повесив обратно автомат, спросил старик.
— Завтра… — желваки побежали по моему лицу.
— Как выносить их будешь? — спросил тот, глядя на всю серьезность моих намерений. — Минуро тут же узнает об этом…
— Я их не буду выносить… — мотнул я головой. — Ты их вынесешь…
— Начинается… — протянул тот, закатив глаза. — За мной тоже следят, если ты помнишь…
— Думаю, ему будет некогда думать о тебе в этот момент… — хмыкнул я. — Да и в сумке для тренировок можно гораздо больше всего протащить…
— А если они уже знают, что ты хочешь сделать? — смутился старик.
— Ты просто представь, насколько дерзким и нереальным кажется мой выпад в сторону Минуро… — хмыкнул я. — Они просто об этом не станут думать.
— Скажу сразу, Минуро опаснейший преступник в прошлом… — сказал внезапно Арчи. — Ему когда-то поистине равных не было…
— Мне когда-то тоже… — хмыкнул я с горечью. — Не было равных…
— Может расскажешь лучше о своем плане? — приподнял тот бровь. — Хотя бы ту часть, которую должен выполнить я…
— Рано… — сказал я и полез наверх. Арчи же вырубил свет и последовал за мной. — Скину тебе сообщение, куда и что нужно будет привезти, годится?
— Н-да-а… — протянул тот. — Ты просто сумасшедший, вот честно…
Больше разговоров на эту тему не последовало. Мы оба понимали, что обсуждать подобное было опасно, учитывая слежку.
Выйдя во двор, я тут же принялся усердно тренироваться вместе со старым алкоголиком, который старался не отставать и решил адаптировать тренировки под мою новую физическую форму тела. Но, как позже оказалось, он немного переоценил мои возможности, иначе объяснить его требования разогнаться до тридцати километров в час, не усиливая ноги маной, я не мог. Он заставил меня буквально из кожи вылезть, чтобы я смог подтянуться двадцать шесть раз без маны. Я подтягивался на турнике, бегал по району и тягал железо, повторяя все снова и снова. Позже мы оба сели в позы лотоса и стали накапливать объемы маны.
На просьбу помочь с борьбой тот отреагировал с особым трепетом. Пьяный мастер дал мне в руки пятидесятикилограммового манекена, который был наполнен щебнем, и заставил выполнять с ним переход в партер. А когда я не мог буквально руки поднять из-за жуткой усталости, тот вставал со мной в партер и начинал ухищряться надо мной настолько, насколько позволяла его фантазия.
По его словам, когда тот выступал в свое время на межшкольных, он был в разы физически сильнее меня и даже это не помогло ему выйти даже со второго круга.
Я все больше и больше стонал от боли, когда в очередной раз тот дал мне штангу, которую смастерил сам, закинул на нее еще пару блинов по десять килограммов и заставил делать жим лежа. Но больше всего раздражала его способность видеть ману, что полностью исключало все мои возможности хоть немного ей поддерживать мои ноющие руки.
Вторая медитация длилась около трех часов, так как сил совсем не было. Поэтому я благополучно пропустил школьные занятия с мыслью о том, что первый экзамен пройдет лишь завтра, а сегодня можно и «отдохнуть». Мне же нужна была более продуманная стратегия, поэтому параллельно я складывал паззл в своем сознании. Это позволило мне посвятить весь день с утра до вечера не только тренировке, но и раздумьям по поводу завтрашнего вечера.
Позже мы стали укреплять пальцы рук. Арчибальд говорил, что они у меня вообще не развиты особо, и заставлял держать планку только на пальцах. А позже, когда проходила минута, он садился сверху и заставлял отжиматься. Спустя несколько повторений я заметил, как на подушечках стали образовываться неприятные мозоли, делая мои ладони грубыми и черствыми.
И только когда физическая составляющая моего тела полностью была истощена, он начинал делать упор на развитие энергии Сито. Сначала нужно было пробить пластину пяти сантиметров толщиной, затем с каждым успешным ударом он доставал все более толстую сталь, повторяя задания. Когда уже пластина стала чуть ли с руку толщиной, я врезал по ней и сломал кисть правой руки, которую тот спешно исцелил и сказал, чтобы я ту сегодня не нагружал.
Когда совсем выбивался из сил, снова садился в привычную позу и тратил часы на подкрепление магической энергии. Все это долго повторялось, пока я не почувствовал, как суставы мои стали буквально трещать и издавать глухие хрусты от перенапряжения.
Третья медитация длилась более трех часов, поэтому я решил углубиться в свое сознание и обсудить первую печать с мастером Хоширо. Тот поначалу отнекивался, говорил, что я еще слишком слаб, но позже все-таки согласился курировать меня и показал пару узоров, которые я должен был составить наяву. Печать должна была занять слишком большую площадь для обычного листа, поэтому я решил с завтрашнего дня заняться выведением первой печати, то есть, ее маленькой части.
Еще с Хоширо я успел обсудить свои дальнейшие действия, связанные с убийством главаря мафии. Тот назвал меня идиотом и посоветовал этого не делать, так как это может быть чревато теми же последствиями, с которыми я столкнулся в прошлой жизни.
Повторюсь, несколько дней, по ощущениям проведенных в собственном сознании могли в реальности длиться пару минут, поэтому мы вдоволь успели наговориться и повспоминать прошлое.
Пока тренировался с пьяным мастером, краем глаза еще с утра успел заметить черный «Рендж-Ровер», который стоял у обочины в соседнем районе с самого начала моего прихода, и никуда за это время оттуда не сдвинулся. В машине сидел мужчина в костюме, который все время искал, чем бы себя занять, периодически зевая. Минуро, как оказалось, уже и сам начинал действовать в то время, как я все еще выжидал завтрашнего дня и старался продумать каждую деталь.
Наконец в кармане зазвенел будильник, выставленный на шесть часов вечера. Я распахнул глаза и неспешно поднялся на ноги, отряхнувшись.
— Ты уходишь? — спокойным тоном спросил пьяный мастер, продолжая сидеть скрестив ноги.
— Да, нужно начинать… — прохрипел я, вызывая такси.
— Хорошо, я буду ждать… — кивнул тот, не открыв глаз.
Первым делом мне нужно было позвонить Коджи, купить три одинаковые машины, три одинаковых смокинга и нанять трех телохранителей примерно одной комплекции, в последних я, конечно, лично не нуждался, но без бугая за спиной я решил, что буду выглядеть не так солидно, как с ним. И да, с учетом того, что за мной велась слежка, мне жизненно необходим был не простой автомобиль, а довольно роскошный, дабы намекнуть на свою серьезность не только на словах, но и на деле. Остальные две машины можно было взять в аренду так, чтобы этого никто не понял.
«Да и кто меня пустит на аукцион, если приеду на затхлом такси без бугая за спиной и юной рыжей дочурки начальника полиции?»
Я дождался, пока за мной приедет водитель такси, и неспешно сел в нее, краем глаза проверив, двинется ли черный «Рендж-ровер» с места. И да, он, заметив, как я отъезжаю, тут же развернул свой кроссовер и вырулил на ту же дорогу.
«Отлично…»
***
В затхлой прокуренной квартире, с которой, собственно, и началась история внезапного преображения чмошника Рорана, распластавшись на диванах лежали старые друзья Коджи, вместе с ним и его темноволосой девушкой. Это были те самые Аки и Горо, которые пырнули младшего брата Коджи в спину и решили скрыться на какое-то время. Но, после того как поняли, что тем ничего не грозит, вернулись и продолжили жить в свою прокуренную однушку.
Коджи лично об этом не знал, поэтому быстро согласился, когда те пригласили его к себе в гости попробовать новенькой дури.
Коджи, сам того не заметив, спустил все три сотни, которые оставил ему младший брат, на дурь. Никакой квартиры тот не снимал и снимать не планировал. Ему пришлось соврать, так как в последнее время Коджи мог думать лишь о наркотиках, так как с каждым днем без новой дозы ему и его девушке становилось все хуже.
Парень лежал в обнимку с брюнеткой и покуривал самокрутку, глядя на то, какие красивые узоры вырисовывает едкий дым, который выходит из их ртов.
Внезапно мобильник Коджи завибрировал. Парень неспешно достал телефон, взглянув на то, от кого идет вызов. Это был Роран.
— Ч-что я ему скажу? — сказал Коджи Монике, прочитывая в очередной раз надпись «Роран». Глаза парня буквально забегали, сердце стало биться чаще.
— Ответь, — спокойно сказала Моника и прильнула к груди. — Я рядом…
Коджи прислонил трубку к уху и, стараясь казаться максимально трезвым, протянул:
— Да-а…
— Коджи, — начал Роран. — Нам нужно встретиться, где ты?
— Я… — замямлил тот. — В квартире-е-е…
— Ты что, под кайфом? — разозлился младший братец. — Ты же обещал, Коджи!
— Нет-не-ет… — мотал тот головой, коря себя за свою же никчемность. — Я трезвый…
— Где ты, скажи нормально, я тебя не трону, даю слово… — прозвучал успокоившийся Роран.
— У Горо и Аки… — пожал плечами Коджи.
— Ясно… — кратко ответил младший брат и сбросил трубку.
— Эй, зачем ты ему все выдал, ублюдок?! — пригрозил пальцем Горо. — Мокрого места от брата твоего не оставим, если только попробует сюда зайти!
— Он не собирается ехать сюда-а… — пожал плечами Коджи. — Просто спросил, где-е мы…
— Я-я за арматурой… — неспешно поднялся Аки и вышел за дверь, пошатываясь.
— Ты идиот, Коджи! — рявкнул Горо и развалился на кресле. — Просто придурок…
***
Был ли я зол на Коджи в этот момент? Отнюдь. Парень для себя решил идти по пути саморазрушения, нашел вескую причину для подтверждения своих же слабостей в виде смерти родителей и настолько в этом погряз, что выбраться сил ни физических, ни моральных у парня не осталось.
Я не знал его точной истории, но тот и близко по силе характера не стоял с Арчибальдом, который, вроде, тоже рушил свое тело, но далеко не по причине того, что его тянуло к спиртному. Тут даже думать о их сравнении было стыдно, поэтому от подобных мыслей я себя скоро отдернул.
До того, как я набрал Коджи, мне удалось дозвониться до компании со странным названием «Мерседес» и заказать себе три черных «Майбаха», длинных машин, на которых в основном двигаются не самые бедные люди. Один из них я купил за сто тысяч долларов, остальные же взял в аренду на сутки по тысяче долларов за каждый. Все произошло по сети, поэтому ездить в офис мне, к счастью, не пришлось. Машины ожидали меня в любой рабочий день.
Такси я вызвал для того, чтобы добраться до ателье и заказать уже три готовые одинаковые костюма под меня и черные тканевые маски с одинаковым логотипом в виде синей молнии с боку. Не знаю, как здесь, но для меня прийти на аукцион в черной маске, дабы быть анонимным гостем, не казалось странным.
Когда я сделал все, что хотел, я попросил отвезти меня в то место, откуда началось мое увлекательное путешествие по новому миру, то бишь в дом торчков, назвав ему примерный адрес. Для меня была волнительна поездка до этого затхлого дома, ведь что может напомнить о прошлом сильнее, чем тот дом, в котором ты впервые проснулся в теле Рорана?
Я и забыл совсем, как недавно на самом деле все произошло. Ведь буквально месяц назад вернул себе свободу. Сейчас же вел себя так, будто так и должно было случиться.
Чем ближе подъезжал, тем сильнее меня окутывали воспоминания о прошлой жизни.
Первым делом, как узнал о том, что ребята вернулись, хотел приехать и переломать им кости, но позже решил, что те могли бы мне помочь, поэтому пыл подутих.
Вечерело. Солнце медленно уплывало за горизонт. Машина такси мчалась по мокрой от временами идущего дождя. На дороге с каждым часом становилось все меньше пробок, поэтому наша средняя скорость к позднему вечеру чуть увеличилась.
Таксист заглушил двигатель в знакомом мне районе. Я зашел в тот самый дом и поднялся на четвертый этаж. По памяти сложно было что-то искать, поэтому полагался на везение. Дверь, которую я неспешно открыл, не была заперта. Из комнаты тут же вырвался едкий запах дыма, который точно принадлежал той самой квартире. Закашляв, я прикрыл лицо рукой и зашел в комнату, где сидел Коджи в абсолютно той же позе, что и месяцем ранее.
— А-а-а! — послышался голос сзади и громкие звуки шагов. Я обернулся и чуть-было не получил арматурой по затылку. Железяка со свистом пролетела над моей головой, глухо врезавшись в стену.
Я резко взял торчка за воротник, притянул к себе и вломил ему в челюсть собственным лбом, укрепленным толстым слоем маны. Голову парня, откинутую по инерции, я схватил за грязные волосы и с размахом вбил ее в деревянную перегородку, оставив в ней сквозную дыру размером с голову парня.
— Гхка-а-а! — заверещал тот, пытаясь высвободиться.
Второй тут же рванул на меня с ножом со спины. Но действовал тот сильно тише, поэтому успел пырнуть лезвие мне в спину. Точнее в тот крепкий слой маны, которым я ее окутал.
Рукой я схватил тот за запястье, вывернул его так, что тот скривился от боли и пнул в грудь. Парень свалился на грязный пол, снеся спиной пару пустых бутылок.
— Надо поговорить… — процедил я, достав его ослабевшее тело из пробоины в стене и скинув на пол.
Коджи уже стоял в центре комнаты и наблюдал за всем этим.
— О чем? — скривился в удивлении старший братец.
— Во-первых, ты сказал, что нашел квартиру… — посмотрел я на того по-отцовски. — Соврал?
— Соврал… — кивнул тот вяло. — Прости…
— Завтра мне нужны будете все вы… — сказал я, стоя в центре комнаты и поглядывая на лежащих на полу парней. Аки и Горо были оба практически с меня ростом, довольно худощавые и бледные, в точности такие же, каким я был до того, как увеличил мышечную массу. Со спины парни больше походили на меня, чем я сам.
— Заплачу каждому по тысяче баксов, если будете делать то, что я скажу… — я снова взял Аки за волосы и встряхнул его башкой. — Ты слышишь?
— Половина вперед… — выплюнул сгусток накопившейся во рту крови Горо.
— Нет… — мотнул я головой. — Никаких половин. Делаете дело, получаете деньги, если нет, отсюда живым выйду только я…
— Ты угрозами тут не сыпь… — дерзко ответил Горо. — Мы тоже не пальцем деланы, можем и в спину пару раз ножом пырнуть…
— Да, можете, я заметил… — хмыкнул я. — Поэтому вы мне и нужны… — тут пришлось приврать. На самом деле мне нужно было пушечное мясо, а эти парни — отличный вариант. — Завтра собираемся около моего дома, вам все расскажет старик по имени Арчибальд…
— Во сколько? — ровным тоном спросил Коджи.
— Я напишу завтра утром, не проспите… — пошагал я в сторону выхода. — И да, тысячу каждому отдам в тот же день, как закончим…
— Надеюсь, не надо никого убивать? — приподнял бровь Горо.
— Нет, выкрасть кое-что… — кратко ответил я на вопрос парня и повернулся к держащемуся за голову Аки. Между пальцев струилась алая жидкость. — Приведите Аки в порядок, да и сами помойтесь, иначе не пущу вас в дом…
Домой я вернулся совсем поздно, когда уже все легли спать. На кухне нашел вкусно пахнущий рис с кусочками курицы. Помыл руки и за несколько минут проглотил все, что было в тарелке. После того едкого запаха хотелось напрочь выбросить всю одежду, но я ее лишь закинул в стирку, а сам принял теплый душ.
Жутко радовало то, что в доме всегда процветал порядок и уют. Девочки не позволяли, чтобы в доме плохо пахло, либо же что-то лежало не на своем месте. Каждый раз, когда я заходил в это здание, я чувствовал некое облегчение на душе.
Поднявшись на второй этаж, я осторожно приоткрыл дверь своей комнаты и вошел, тихо закрыв ее. На моей кровати уже лежала практически полностью раздетая Эми. В последнее время та меня вообще стесняться перестала. Одеяло прикрывало лишь одну ее обнаженную грудь и часть бедра.
Я переполз через нее и лег рядом, притянув ее поближе к себе и закрыв глаза, прижавшись щекой к ее обнаженной груди и обхватив ее талию руками.
«Что мне с тобой делать, Эми?» — мелькало в мыслях, когда вдыхал ее приятный аромат тела. Манящий и жутко возбуждающий.
Минуро сидел в кресле, выполненном из натуральной оленьей кожи, закинув ногу на ногу. Пальцы левой руки нервно барабанили по столу, в другой руке тот держал тлеющую сигару. Решение по плану захвата наглого мальчишки было принято несколько дней назад, но реализация планировалась сегодняшним вечером.
Амори сидел рядом, его напряженное тело выражало злость и негодование. Мальчишка из нищей семьи сначала обставил его, а затем стал зариться на активы своего папаши. Такой наглости никто не мог ожидать. У Рорана было время на то, чтобы тот пришел и склонил колено перед Минуро, но ничего не последовало.
— Ничего… — сказал серьезно Минуро. — Никто о нем ничего не знает… Ичиро и после смерти продолжает мне насаждать, черт бы его побрал…
— Бастиан сказал… — хотел-было добавить Амори, но отец гневным жестом тут же прикрыл ему рот.
— У Бастиана свои тараканы в голове… — с безразличием буркнул Минуро и взял со стола бокал с красным вином. — Не собираюсь полагаться на его информацию, он скоро и нами командовать начнет… весь в мать….
— Не думаю… — мотнул тот головой. — Ему это не нужно…
— Я уже собрал две сотни бойцов… — хмыкнул тот. — Мне твой братец никак не поможет в этом деле…
— Две сотни? — удивился красноволосый. — А не много для восемнадцатилетнего паренька, которого даже убивать не нужно?
— В самый раз… — отмахнулся Минуро. — Впредь вся его семейка будет мои толчки драить… ненавижу, когда такие, как он позволяют себе равняться с такими, как я… — желваки побежали по гладко выбритому лицу мужчины. — Да что он вообще возомнил о себе, черт бы его побрал! — мужчина выбросил бокал в стену от ярости. Тот с лязгом разбился, оставив на обоях красное пятно. — Гребаный торчок!
— Ладно, успокойся… — с особой осторожностью сказал Амори. — И не таких ломали…
— Ладно, что там старший говорит? — без особого интереса спросил Минуро. — Выкладывай, так и быть…
— Говорит, Роран Майбах себе взял… — пожал тот плечами. — У Бастиана буквально голова кипит, он не понимает, зачем парню такой дорогой автомобиль, учитывая то, что буквально месяц назад тот на помойках ночевал…
— Майбах? — приподнял Минуро бровь, задумавшись. — Когда он успел, черт бы его побрал? Откуда у этого щенка деньги?!
— Бастиан предполагает, что Ичиро оставил их после своей смерти, так как не совсем доверял тебе… — пожал тот плечами.
— Если бы он оставил им деньги, никто бы не стал жить в дерьме все это время, идиот! — вены на лбу Минуро вздулись от злости, кулак сжался так, что побелели костяшки. — Черт бы вас всех побрал!
— Роран захочет активы Ичиро… — продолжал тот. — Поэтому Бастиан убежден в том, что тот постарается их выкрасть…
— Пусть только попробует… — хмыкнул тот. — Черт бы его…
— Побрал, знаю… — перебил тот отца. — Тебе не кажется, что странно все это? Не может все быть так чисто… на нас уже давно поглядывают члены Кобаяси…
— С преступностью он не связан, тем более с Кобаяси, если ты на это намекаешь… — отпил глава вина. — Я бы в сию секунду об этом узнал… они у меня на коротком поводке…
— Ты же понимаешь, что не можешь просто так взять в плен весь клан Хатано? — приподнял бровь Амори. — Так или иначе, твои средства отчасти принадлежат им, а если это вскроется…
— С этим я тоже разобрался, Амори… — почувствовав себя увереннее, ответил глава Морита. — Сегодня я выставлю его долю на аукционе, тогда точно все подозрения отпадут… черт бы их побрал…
— И как ты собираешься переоформить его долю?
— Это уже неважно… — хмыкнул отец. — К делу Рорана это никак не относится… продам все под видом того, что часть принадлежит мне… есть люди, которым плевать на документы, им нужна лишь прибыль.
— Думаешь, Бастиан подобное одобрит? — приподнял бровь красноволосый.
— Плевать на белобрысого, он ничего не сделает мне… — разозлился Минуро. — Черт бы его побрал… ненавижу!
***
Я проснулся один. Блондинки рядом не было, что немного раздосадовало. Хотелось поваляться с ней перед одним из самых волнительных событий в своей новой жизни. Я был взбудоражен и сильно возбужден. До экзамена оставался час, поэтому времени для Эми у меня было достаточно.
«Когда надо, ее нет…»
Я неспешно поднялся с кровати и взглянул в окно, сощурив взгляд. На небе не было и облачка, а солнце светило ярче обычного. Опершись на подоконник, я стал долго и пристально осматривать все вокруг, но не для того, чтобы отыскать что-то подозрительное. Я просто сказал «спасибо» за еще один свободный от оков день. Прошлое давно бы сделало из меня машину для убийств, если бы не люди, которые искренне нуждались во мне и давали то самое тепло, которого я лишился много лет назад.
Отдернув себя от мыслей, я отлип от окна, оделся в то, что лежало под рукой и спустился по лестнице, заметив краем глаза бегающую по гостиной Азуми, которая что-то выкрикивала. Но я не слушал, мне нужна была другая девочка. Поэтому я бесшумно пробрался на кухню, где стояла Эми, которая готовила омлет, ловко размешивая сырые яйца в тарелочке.
Заметив, как та изящно это делает, я не выдержал, подошел к ней, взял за руку и потянул к себе.
— Эй, — удивилась та, улыбнувшись. — Я вообще-то готовлю, не мешай!
— Я не мешаю… — прошептал я ей на ухо и нежно поцеловал в шею. — Долго ты будешь готовить?
— Эм… — смутилась та, посмотрев на меня с хитрой улыбкой. — Так сильно не терпится отведать моего омлета?
— Не терпится… — улыбнулся я, проведя ладонью по ее открытому животу. — Долго еще?
— Роран, ты чего такой игривый? — глаза Эми буквально засветились от счастья, но та пыталась это скрыть под хитрым и непонимающим взглядом. — Чего пристал?
Я повернул ее личико в свою сторону и нежно прильнул к ее пухлым губам.
— Азуми увидит… — прошептала та, отлипнув и улыбнувшись.
— Да, наверное… — вздохнул я, отпустив ее талию. — Прости…
Заметив мое огорчившееся лицо, она спешно вылила все содержимое с тарелочки на сковороду, поставив блюдо готовиться на медленном огне. Пока омлет готовился, она разложила салат, пустую тарелку и стакан молока, украсив все это пачкой с печеньками. Позже выключила огонь, положила еду в тарелку и крикнула:
— Азуми-тян, завтрак гото-ов!
Тут послышались шаги мелкой, которая быстро забежала на кухню, плюхнулась на стул, поблагодарила за еду и спешно принялась уплетать свою порцию.
— Я отойду на минуту, ты пока в школу собирайся… — посмотрела та на кудрявую. — Хорошо, милая?
— Угум… — кивнула та, смотря на свой омлет.
Эми незаметно взяла меня за руку и повела на второй этаж, поглядывая по сторонам. Я лишь поддавался ее порыву и шел за ней.
Мы тихо вошли в комнату, прикрыли дверь и тут же снова слились в страстном поцелуе. Девушка медленно расстегивала пуговку на своих джинсовых коротеньких шортиках, а я помогал ей с этим, параллельно подталкивая ее к кровати.
Мы оба свалились на мягкий матрас, не отлипая от губ друг друга. Она приподняла мое вздымающееся тело и игриво посмотрела на меня.
— Что с тобой такое, Роран? — улыбнулась та, удивляясь. — Ты обычно противишься моим порывам…
— Не нуди… — хмыкнул я и снял с себя футболку, позже с ее топиком сделал то же самое.
Та помогла снять с себя шорты и трусы и охотно принялась раздевать меня. Сжав ноги, снова посмотрела на меня.
— Ты точно этого хочешь, или завтра утром обижаться станешь?
— Не стану… — прошептал я и силой раздвинул ее длинные ножки.
Мы снова слились в поцелуе, и я вошел в нее, чем вызвал тихий стон блондинки. Та выгнулась и закатила глаза. Побоявшись, что мелкая услышит, я прикрыл ладонью ее рот и продолжил еще более страстно и грубо.
Этим утром я впервые насладился чужим телом, впервые почувствовал, что девушка полностью принадлежит и желает принадлежать лишь мне. Она буквально старалась все делать так, чтобы в первую очередь принести мне удовольствие, а когда замечала, что с ней хорошо, сердце ее начинало трепетать, возбуждая меня еще сильнее.
Что ее различало с Юки, так это сильное желание дать расслабиться мне в первую очередь. Рыжая наоборот старалась лишь для себя, не думая, устал я, либо же нет. Блондинка с каждым тихим стоном предрасполагала к себе все сильнее.
Я был в восторге, видя ее милую чуть скромную улыбку. Мне и вправду всегда приносило удовольствие, когда мне буквально необходимо было принимать решения, в котором та нуждалась всей своей сутью.
Она буквально заставляла себя ценить. И да, я все это ощущал и понимал, насколько редко подобное встречается, несмотря на весь мой многолетний опыт с женщинами.
Каким бы злом я ни был, нужда в доброте никуда не делась. Я все еще оставался человеком.
Закончив, я нежно поцеловал ее в шею, убрал прядь волос с лица, щелкнул по носику и свалился на спину, вздохнув с облегчением. Мне просто было приятно находиться с ней и смотреть, как та лежит и чувствует абсолютно то же самое.
— Спасибо, Эми… — сказал я тихо. — Спасибо, что рядом…
— И тебе… — умилялась та. — Понравилось?
— Безумно… — хмыкнул я, взглянув на время.
«Пора…»
— Эми-и-и! — послышался голос Азуми, поднимающейся по лестнице. — Отвези меня в шко-олу!
— Вот черт! — вскочила та с кровати и стала спешно натягивать на себя одежду.
Я сделал то же самое.
Слыша, как шаги мелкой становятся все громче, мы тут же стали подбрасывать одежду друг друга и натягивать ее на свои обнаженные тела.
Когда дверь открылась, мы уже стояли в разных сторонах комнаты и делали вид, что убираемся. Азуми сначала подозрительно посмотрела на нас, а затем нахмурилась и буркнула:
— Эми, поехали…
— Да, милая… — кивнула блондинка, улыбнувшись, махнула мне и вышла из комнаты довольной и легкой походкой.
Я неспешно подошел к кровати, снова скинул с себя домашнюю футболку и надел школьную форму. Не сказать, что я был отлично готов к экзамену, но уверенность в том, что минимальный порог мне перескочить точно удастся, не покидала меня. Старик снабжал книгами в течение двух недель, когда я был искалечен и лежал без особой возможности ходить, что дало мне неплохую возможность хоть немного вникнуть в суть этого мира.
«Я определенно готов…» — кивнул я, собирая сумку.
Девочки вызвали себе такси и покинули дом раньше меня. Я же ехать отказался и пошел в школу пешком. Хотелось больше времени уделить своим размышлениям в то время, пока могу себе это позволить. У меня не было точной уверенности в завтрашнем дне, поэтому еще вчерашней ночью я оставил небольшую записку для Азуми, в которой рассказал о ее наследстве, часть которого я успел благополучно потратить.
Я шел по тротуару, особо не обращая внимания на слежку и не оглядываясь. Что-то мне подсказывало, что будет довольно сложно выжить сегодня, поэтому успел неплохо подготовить себя морально к любому исходу.
Подходя все ближе к школе, я заметил ребят, держащих в руках листочки и что-то повторяющих. Никто особо не разговаривал. Все были на взводе. Экзамен должен был состоять через пять минут, поэтому решил не стоять один и подошел к Шоджи и Мике, которые особо от других не отличались. Абсолютно те же озадаченные лица, раз за разом прочитывающие одни и те же даты и исторические события даже забавляли.
— Привет, Роран… — без особого интереса буркнул Шоджи, заметив, как стою рядом. — Как ты?
— Неплохо… — пожал я плечами, кивнув Мике в знак приветствия. — Готов к экзамену?
— Не знаю… — вздохнул толстяк. — Я не уверен…
— Перед смертью не надышишься… — отшутился я и присел рядом на ступень школьного крыльца.
Спустя десять минут из главного входа вышла директриса в белой ркбашке и моей любимой обтягивающей бедра темной юбке.
— Класс 2D, вы можете заходить… — сказала та серьезно и встала около двери, придерживая спиной ее открытой.
— Это мы… — нервно вздохнул толстяк и поднялся на ноги, засунув все листочки в школьную сумку.
Я тоже встал и пошел за ребятами. Краем глаза заметил, как Мира украдкой поглядывает на меня, стараясь отвести взгляд. Она снова выглядела на все сорок лет. Ее собранные в пучок волосы и углубленные маной мимические морщины снова сделали ее той строгой властной женщины, которой она казалась изначально.
— Здравствуйте… — кивнул я директрисе, проходя мимо. Та лишь еле заметно кивнула мне и снова отвернулась, пропуская остальных учеников.
Дальше по лестнице и коридору нас проводил другой преподаватель, имени которого я не знал. Мы по очереди вошли в аудиторию, где учитель химии рассаживал нас так, как сам считал необходимым. Спустя пять минут мы все сидели за партами и держали в руках бланки с заданиями.
— Итак, я даю вам на тест два часа… — объявил историк. В аудитории сидела Мира, поглядывая на нас, следя за тем, чтобы никто не списывал. — У каждого ряда будет свой вариант. Как выполните задание, кладите ответы на мой стол и выходите из аудитории в коридор. Когда все работы будут проверены, я приглашу вас в аудиторию и озвучу результаты.
Первое, что я подумал, взглянув на свой бланк, было:
«Что за…»
Оказалось, что пара книжек Арчибальда, кроме общего понятия о некоторых исторических фактах, мне ничего не дали. Это было ужасно осознавать, так как я точно был убежден, что экзамен не окажется особо сложным.
«Это что вообще за цифры?» — посетила неприятная мысль.
В задании была куча незнакомых мне дат, с которыми я впервые столкнулся лишь сейчас, событий и имен, о которых я нигде и никогда не слышал. Я продолжал читать и порой перечитывать вопросы, пытаясь найти хоть что-то, на что могу уверенно ответить, но кроме пары всплывших в памяти дат, которые вычитал из учебника пьяницы, я не смог написать ничего.
Шло время, а я все пытался найти хоть что-то, что могло бы помочь. Сопоставлял свои знания из своего мира с этим, пытался брать что-то из здравой логики, но там и десяти процентов, к сожалению, не накопилось. Впереди меня сидел Шоджи, но тот настолько был сосредоточен на своем задании, что мешать я ему не решился, да и учителя следили за всем происходящим. С одной стороны списывать, естественно, было запрещено, но с другой:
«Разве запреты когда-нибудь останавливали самого Йокогами Тоширо?»
Но и тут, к сожалению, все пошло не по плану. Только я потянулся за мобильником, как взгляд историка врезался в мою руку, держащую телефон под партой. Тот встал, неспешно подошел ко мне с ехидной улыбкой и вытянул ладонь, в которую пришлось положить мобильник, свою надежду на успешную сдачу я практически утратил.
Телефона не было, а за мной буквально стали следить как учитель, так и Мира. Я был уверен, что историк был бы только рад от того, что я провалился, иначе слишком много успешных действий у человека, который не посещал школу в течение двух месяцев, а если посещал, то всячески старался прогулять его уроки.
Шло время, ребята чуть ли не прилипли к своим бланкам. Писали быстро, старались не тратить времени зря. Я же сидел и смотрел на это все как полный идиот. Злорадствующая улыбка ни на секунду не покидала историка, который все это прекрасно видел и понимал, что так и должно быть с такими, как я.
«Самое время для запасного плана…»
Поняв, что самостоятельно набрать минимум у меня точно не выйдет, я не придумал ничего лучше, чем прибегнуть к мастерству кражи вражеской информации с помощью алхимического узора, которому издавна меня обучил Хоширо. Повторюсь, мысли о воровстве мне не нравились, но, с другой стороны, я ведь просто собрался списать.
«Это другое!»
Суть состояла в наложении алхимической печати, которая позволила бы перекинуть малую часть своего сознания в тело оппонента так, чтобы тот не смог почувствовать чужого присутствия в своем теле. Подобное я мог провернуть только с учениками, которые не особо умели контролировать Сито. В прошлом это позволяло слушать чужими ушами и видеть чужими глазами.
Другими словами, моей целью был не особо умелый ученик, который сидит максимально близко, иначе печать стала бы требовать больше жизненных сил. Нарисовать ее не стоило большого труда, так как в прошлом я делал это довольно часто. И вот он, идеальный вариант. Шоджи сидел аккурат передо мной и имел тот же вариант, что и у меня. Оставалось лишь верить в его уровень подготовки и благополучно заняться «кражей вражеской информации».
Спустя десять минут узор был вырисован чуть ли не идеально. Я незаметно отодвинул свою парту вперед и приложил левую ладонь на листочек, а правой еле заметно коснулся стула, на котором сидел толстяк. Нужен был лишь контакт с ним, а материал, из которого был сделан стул, имел отличную пропускную способность.
Закрыв свои глаза, я увидел неплохо расписанный лист с ответами Шоджи. Парень имел противный, но все же читаемый почерк. Быстро вычитав ответы, я убрал руку со стула, тяжело вздохнул и принялся выписывать все так, как делал это толстяк, периодически меняя некоторые варианты, дабы не подставить друга.
Осмотревшись, убедился в том, что никто ничего не заметил и снова коснулся стула приятеля.
Продолжалось это с полчаса. Я уже успел ответить на половину вопросов, как люди медленно стали подниматься со стульев и складывать ответы на учительский стол. Как оказалось, Шоджи уже успел сделать все, что смог, и тоже встал со стула, лишив меня способности дописать задание полностью.
Дольше сидеть в аудитории не было смысла. Так как сзади меня был Манабу, который явно не допустил бы моего вторжения. Он тоже встал со стула и пошаркал к преподавателю.
— Ребята, сдаем листочки, время вышло… — тихо сказала Мари, поднялась с задних парт и, изящно виляя тазом, дошла до учителя.
Тогда и мне пришлось встать. Мандраж охватил мое тело, я не был уверен, что перескочу порог, поэтому быстро положил лист на стол учителя и вышел вместе с последними учениками. Дверь аудитории закрылась, и мы остались сидеть в коридоре.
Ученики поначалу молчали, но затем стали активно обсуждать вопросы и то, как те на них ответили. Шоджи тоже подошел ко мне и прислонился на подоконник рядом.
— Я так волнуюсь… — сказал тот нервно. Мика тоже подошла к нам и взяла толстого за руку. — Мне кажется, у меня все неправильно…
— Тебе кажется… — сказал я, унимая странное ощущение волнения, которое явно исходило от Рорана. — Надеюсь…
— Да вы чего, р-ребята… — улыбнулась Мика. — В-вопросы же легкие были…
— Не нагнетай, Мика… — совсем поник толстяк.
Пока мы сидели, я поглядывал на часы и на рыжую, которая периодически бросала в мою сторону томные взгляды. Да, результаты экзамена, безусловно, были важны для меня, но разве это могло стать важнее собственной жизни?
Не прошло и получаса, как дверь аудитории распахнулась, заставив всех учеников вскочить со своих мест и двинуть обратно в аудиторию. Мы расселись по тем же местам, на которых писали экзамен, и стали ждать вердикта учителя.
— Итак, сейчас я озвучу ваши результаты… — буркнул историк, достав листок с оценками. — Кадзуо Ямагути, шестьдесят процентов, оценка B. Кента Судзуки, восемьдесят четыре процента, оценка А…
Преподаватель продолжал называть имена и их оценки, в классе было много людей, поэтому до меня очередь дошла чуть ли не в конце.
— … Мика Сакураи, девяноста один процент, оценка А. Шоджи Такаяма, сорок два процента, оценка C… — мое сердце буквально в пятки провалилось после этих слов. Шоджи же схватился за голову обеими руками и тихо застонал. — Манабу Тоширо, семьдесят три процента, оценка А. Юки Гото, шестьдесят два процента, оценка B. Роран Хатано, тридцать процентов… — я вздохнул с облегчением. — Оценка C… — хмыкнул преподаватель, с презрением посмотрев на меня, и продолжив.
Дальше я не слушал, так как порог был преодолен.
Закончив, преподаватель положил листок обратно и встал со стула, оглянув нас.
— Итак, никто из вас не провалил, что радует… — натянул тот улыбку. — Теперь хочу вам пожелать удачи в остальных предметах и откланяться. И да, хороших вам каникул.
— Хочу напомнить… — добавила Мира. — Следующий экзамен по контролю Сито состоится через три дня. Спасибо.
Преподаватель вместе с Мирой покинули аудиторию, что для меня могло означать лишь маленькую победу. Ученики повставали с мест и тоже стали медленно покидать аудиторию. Кто-то был раздосадован, другие же чуть ли не прыгали от счастья. Шоджи буквально поник и ушел в себя, с влажными от слез глазами встал со своего места, собрал сумку и пошел за остальными.
— Шоджи, не р-расстраивайся, прошу… — сжалилась Мика, взяв того за руку. — У тебя все получится…
— Папа меня прибьет… — промямлил тот, вытерев лицо тыльной стороной ладони.
Идя с ними, я старался следить за Юки, которая радостно обсуждала свою оценку. Как оказалось, проблема была не в том, пройдет ли фаворит в класс А по оценкам, либо же нет. Тут больше у учеников срабатывал стадный режим. Никто не хотел сильно отставать и казаться глупее других, отсюда и приличные результаты.
— Юки… — сказал я тихо рыжей. Она услышала это и немного сбавила ход, чтобы позволить мне ее нагнать.
— Приветик… — улыбнулась та, не глядя в мою сторону.
— Во сколько аукцион? — старался говорить кратко и по делу, без особых прилюдий.
— В шесть… — пожала та плечами. — Заедешь за мной?
«Сейчас три… годится…»
— Да, будь готова в пол шестого, ладно?
— Договорились… — кивнула та и, ускорив шаг, нагнала подруг.
У школьного двора я попрощался с Шоджи, пожелал удачи Мике и отправился домой. Все шло так, как я и задумал.
Пока шел в сторону дома, набрал номер Коджи. Тот быстро принял звонок, чем выразил свою готовность. Это не могло не радовать.
— Да, Роран… — прозвучало в трубке.
— Собираемся около моего дома… — я старался быть краток.
— Во сколько? — спросил тот, занервничав.
— Сейчас… — буркнул я в том же серьезном тоне. — Вы как можно скорее должны войти в дом… и только попробуйте что-нибудь стащить…
— Хорошо, оплатишь такси?
— Да, я вас жду…
Дорога до дома заняла около десяти минут. Старался замедлить шаг так, чтобы человек, преследующий меня не стал ничего подозревать. В этот день все хотелось сделать так, как я это делал раньше, четко и без ошибок. Благо, в этот раз тело мое слушалось любых приказов и давало свободу и ясность мысли.
Для начала я решил заскочить в дом к пьяному мастеру, дабы подготовиться к вечеру. Это была единственная возможность незаметно снарядиться его запасами.
Зайдя в ограду, я осмотрелся и, дойдя до входной двери, постучался так, как и делал это всегда. Спустя минуту дверь медленно отворилась.
— Привет, Роран… — сказал Арчибальд, поглядывая мне за спину. — Заходи…
Тот был трезв, как стеклышко, и сам немного нервничал. Все-таки подобные «миссии» он уже лет десять не выполнял, как, впрочем, и я. Мне отлично были знакомы его чувства, что делало его в моих глазах еще большим мастером своего дела.
Зашел я в дом так, как делал это обычно, даже не осматривался назад. Нельзя было привлекать ненужное внимание следопытов.
— Арчи… — посмотрел я на старика пристально, глазами намекая на то, что мне нужно в подвал.
— Понял… — кивнул тот и неспешно пошагал в сторону металлической двери и вновь отворил люк.
Мы вновь оказались в сыром помещении с кучей разного оружия. После моего последнего визита ничего в комнате не изменилось. Оружие все так же висело на стене, вызывая удивление. Даже у меня такого арсенала в доме не хранилось.
— Теперь-то расскажешь? — спросил тот, нервно перебирая пальцами. — Что за план?
— Давай выложу тебе твою часть задания… — спокойно ответил я, взяв пистолет в руки и осмотрев. — Но для начала мне нужна пара таких… — положил пистолет на стол. — Бронежилет, две гранаты и очень много патронов…
— Ты меня грабишь, сынок… — вздохнул тот и принялся рыскать по коробкам.
— В пять часов вечера я отправлюсь на аукцион, чем привлеку внимание Минуро. Тот явно увидит в этом что-то интересное и попробует что-то предпринять, неважно, что… ты же в свою очередь заберешь девочек из моего дома и спрячешь их у себя…
— Ты же сказал, что мне нужно будет вынести оружие… — нахмурился тот.
— Вынесешь его, если мне понадобится… — пожал я плечами. — А до этого я не хочу, чтобы кто-то стал угрожать и нападать на них сегодня…
— Хм… — задумался тот. — Ладно, я понял…
Раздевшись, я взял в руки бронежилет и надел его на голое тело. Арчи помог застегнуть его и проверил, как тот сидит. Затем, убедившись, что тот не сковывает движения, я надел сверху школьную форму, за пояс засунул пару пистолетов, а в сумку сложил все остальное. Обстановка была довольно мрачной, но я старался не падать духом. Когда был полностью собран, я свалился на холодный пол и обхватил колени руками.
— Слушай, Арчибальд… — начал я серьезно. — Думаю, нам стоит раскрыть карты перед сегодняшним днем. Я не знаю, выживу ли сегодня, поэтому не хотелось бы умирать, так и не поняв, кто ты на самом деле…
— Роран, не сегодня… — хмыкнул тот.
— Я не Роран… — перебил я его серьезно, вздохнув. — Мое настоящее имя Йокогами… и ничего с этим миром, кроме тела Рорана, меня не связывает.
Арчибальд стоял и хлопал глазами. На минуту он буквально застыл от той информации, которую получил, пережевывая в голове каждое мое слово.
— Знаешь, я был неплохим бойцом раньше… — продолжил я. — Настолько неплохим, что в какое-то время стал слишком неуправляемым…
— Так вот откуда все это… — прохрипел Арчибальд, медленно присаживаясь рядом. — Не думал, что такое возможно…
— Ага… — хмыкнул я с горечью в голосе.
— Если бы не знал тебя, не поверил бы… — сказал тот ровным тоном.
— Мне правда хотелось бы узнать тебя чуть лучше, Арчи… — посмотрел я на старика. — У тебя была семья?
— Была… — вздохнул тот. — Жена и сын…
— Как сына звали? — посмотрел я на старика, нервно перебирающего пальцами.
— Хикаро… — прошептал тот, достав из-под пазухи флягу и отпив. Он говорил так, будто плохо помнил его имя. — Хикаро Ивата…
— Вот как… — вздохнул я, сделав небольшую паузу. — Красивый?
— Безумно… — подбородок старика стал чуть подрагивать. — Я уверен…
— Уверен?
— Не помню его лица практически… — пожал тот плечами, положив лоб на ладонь.
— Он же сын… — прошептал я, не веря своим ушам. — Твой сын…
— Верно… — кивнул тот. — Но я говорю правду…
В моей голове стали снова всплывать те ужасные картины, которые врезались в память до мельчайших подробностей.
Старик молчал.
— Знаешь, у меня ведь тоже были дети… — решил я рассказать о себе, пока тот собирался с мыслями. — Но были люди, которые посчитали, что им будет лучше умереть… отдали приказ убить их моему родному брату… — говорил я медленно, на глазах наворачивались слезы, кулаки сжимались.
— Те, наверное, доверяли ему… — предположил старый.
— Именно… — кивнул я. — Представь, каково было узнать это…
— Понимаю тебя… — прошептал тот.
— Расскажи, Арчи… — чуть успокоился я. — Что сделало тебя таким, какой ты сейчас?
Тот снова замолчал, глядя перед собой. Его пальцы стали нервно постукивать по бетонной поверхности. Я понимал, насколько сложно ему думать о прошлом, но все же это было для меня очень важно.
— Я убил свою семью… — кратко ответил тот и встал на ноги. — Сначала жену, затем сына…
— Ч-что?! — мои брови буквально вскочили от удивления. — Зачем?
— Не знаю… я не помню… — пожал тот плечами. — Помню лишь их крики…
Я слыхал много историй, даже самых мрачных, но старик был первым, кто признался в убийстве собственного клана. По моему телу прошла крупная дрожь.
— Когда враги узнали, что убить меня невозможно, взяли в плен и попытались забрать мои клетки и присвоить их своему народу… — прошептал тот и спешно поставил ногу на лесенку. — Впоследствии из меня сделали монстра… без чувства сострадания, любви и прочего. Мне стерли память, убили во мне все, что накапливалось годами… а когда родные решили напомнить мне, кто я, пытались «разбудить» меня, я убил их… без капли сожаления… как гребаное животное…
Тело старика вздрогнуло.
— Что ты такое говоришь, Арчи?
— Это правда… — пожал тот потрясывающими плечами. — Больше я ничего не могу о себе сказать…
Я, конечно, докучать не стал старику, но этот «вброс» буквально выбил меня из колеи. Вопросов, честно сказать, стало еще больше.
— Л-ладно… — пожал я плечами.
Выключив свет, я поднялся следом за ним и осторожно прикрыл крышку люка.
Мы снова вышли в гостиную. Он не хотел больше говорить со мной об этом. Лишь продолжал пить, стараясь забыть все, о чем только что вспомнил. Я подошел ближе, положил руку на его плечо и прошептал:
— Прошу, не налегай больше…
Он лишь отмахнулся, продолжая умывать лицо. Его руки потрясывало, а зубы стучали, издавая неприятный звук.
— Иди, Роран… — сказал тот тихо. — Я сделаю все, что просишь… можешь во мне не сомневаться…
— Спасибо, — кивнул я и спешно покинул дом.
С тем же спокойным лицом, с которым ранее вошел, я вышел из дома во двор.
Заметив, как за мной наблюдают, демонстративно размялся, запрыгнул на турник и несколько раз подтянулся. Затем выполнил несколько ударов в воздух, несколько раз отжался и вышел со двора.
Путь до дома занял около пяти минут, поэтому для себя я решил, что у Коджи было достаточно времени, чтобы незаметно пробраться в мой дом. Шел я в том же темпе, поглядывая на верхушки деревьев и голубое небо, которое успело прикрыться от взора небольшими облаками.
Когда дошел до своего района, заметил открытые нараспашку ворота ограждения. Все говорило о том, что ребята успели прибыть вовремя, до моего возвращения.
Коджи вместе со своими наркоманами уже сидели в гостиной и успели заполонить комнату неприятным запахом. Пришлось окна открыть, дабы не стошнило, и отправить каждого в душ, иначе это вдыхать становилось все более тошнотворно.
Азуми еще была в школе, а Эми лежала у меня в комнате, дабы в очередной раз не пересекаться с этими неприятными лицами. После того, как все помылись, я позволил себе сесть с ними в одном помещении.
— Слушайте… — сказал я, параллельно заказывая три Майбаха с протяженностью в десять минут. — Один из вас сейчас наденет смокинг и двинет на машине в сторону этого адреса… — достал бумажку и записал адрес здания, в котором будет проводиться аукцион. — Горо, это будешь ты…
— У меня нет прав… — пожал тот плечами.
— Ничего, у тебя будет водитель… — отмахнулся я. — Тебе нужно будет лишь сидеть в машине и не высовываться, пока я не дам команды, понял?
— За это ты дашь мне тысячу баксов? — приподнял тот бровь.
— Да, — кивнул я. — Позже тебе нужно будет потусоваться в главном зале, но об этом я скажу тебе чуть позже, годится?
— Конечно! — хмыкнул тот. — Я-то думал!
— Ладно, теперь Аки… — повернулся я ко второму наркоману. — Ты поедешь через десять минут после того, как выедет Горо. С тебя требуются те же условия, только адрес, по которому тебя увезут, будет другим… — в очередной раз достал листочек и записал адрес главного офиса компании «Морита-билд». — Твоя задача — сидеть в машине до тех пор, пока я не скажу, что делать дальше…
— Я тоже хотел бы на Майбахе прокатиться… — буркнул тот, скрестив руки на груди.
— Да, у тебя тоже будет Майбах… — кивнул я серьезно.
— Крутя-як… — заулыбался тот.
«Идиот…»
— Коджи… — посмотрел я на последнего.
— Да, брат, — навострил тот уши.
— Оставайся с Азуми… через пару часов сюда придет старик, с виду напоминающий алкаша… у него может быть оружие в руках, но это пустяк… он заберет вас в свой дом. Если Азуми будет плакать и противиться, скажи, что это необходимо и попробуй успокоить девочку, понял?
— Да, понял… — кивнул тот спешно.
— И самое главное… — снова я повернулся к двум наркошам. — Не снимайте маску. Для остальных вы — Роран, на все вопросы отвечайте коротко и ясно, если чего-то не знаете, просто кивайте. Важно не выдать себя слишком рано, вам ясно?
— В смысле? — удивился Горо.
— Будете задавать лишние вопросы, не заплачу…
— Ла-адно, мне похуй… — отмахнулся любопытный Горо. — Главное, чтобы ты нас не кинул с бабками…
— На этот счет можешь быть спокойным, — ответил я.
Спустя несколько минут к нашему дому подъехал первый Майбах. Я надел костюм, демонстративно вышел из дома в маске и пожал руку своему «охраннику». Позже, не менее показательно оглянувшись, заклеил номера Майбаха черной пленкой, дабы не вызвать подозрений. Затем, сделав вид, что что-то забыл, вошел обратно в дом.
Лучше было скрыть номера и заплатить пару штрафов, чем допустить ошибку.
— Горо, пошел… — махнул я наркоману, который примерял новенький костюм.
— Вежливее… — протянул тот и продолжил поправлять костюм.
— Горо, пожалуйста… — сжав кулаки, процедил я.
— Так-то лучше… — кивнул тот и вышел на улицу. Охранник, как ни в чем не бывало, открыл заднюю дверь и позволил тому сесть в машину. Спустя пару минут Майбах вывернул на дорого и благополучно скрылся.
Подождав еще немного, я убедился в том, что «следопыт» двинул за ним.
«Отлично…»
— Так, Аки, теперь ты… — махнул я второму торчку.
К дому снова подъехал такой же Майбах с водителем той же комплекции, что и первый, но тут я сделал все без особых церемоний. Просто заклеил номера, вошел в дом и выпустил парня.
Спустя пару минут и тот уехал.
Третий автомобиль стоял около моего дома спустя пять минут после того, как уехал второй. Мне уже начинала названивать Юки, но я, успокоив ее, сказал, чтобы та могла выходить из дома через пару минут.
Я вышел из дома, пожал руку охраннику и сел на заднее сиденье уже купленного Майбаха.
— Заедем сначала по этому адресу… — вытянул я адрес дома Юки.
— Да, сэр… — кивнул тот, завел автомобиль и выехал на дорогу, оставив Коджи одного дома.
Итак, в чем же заключалась моя идея?
Да в том, что внимание Минуро нужно было отвлечь всеми возможными способами.
Было два варианта действий, которые я, естественно, учел.
Первый — Минуро посетит аукцион и, заранее зная, что я купил себе Майбах, получит свежую информацию о том, что на нем я двигаюсь на аукцион. Его глаз тут же упадет на меня, то бишь на Горо, так как тот имеет все схожие черты наркомана и движется на Майбахе, как бы глупо это ни звучало.
Второй — Минуро не станет посещать аукцион и двинет на него уже с запозданием, после того как получит новость о том, что я еду туда, ну, либо же пошлет своих людей. Но до этого ему сообщат, что некий черный Майбах припарковался около его главного офиса. Пока тот будет в неком замешательстве, так как я в его глазах не самый слабый парнишка, он станет рассеивать между двумя целями свою «армию», открыв при этом себя. Тогда я попросту приду к нему домой и сделаю с ним то, что планировал.
При всем этом я был уверен, что он не будет ждать моего личного визита. Нужно было оставить ему как можно меньше охраны.
Юки стояла на каблуках в роскошном черном платье. Ее рыжие волнистые волосы были затянуты в хвост, а в руке она держала небольшую сумочка того же цвета, что и платье. Юки выглядела крайне эффектно, чем вызвала лишь приятные эмоции.
Заметив Майбах, подъезжающий к ней, та широко распахнула глаза и стала с любопытством вглядываться в затемненные стекла. Поняв, что охранник вышел, взял ее под руку и проводил до машины, она сначала насторожилась, а потом, заметив меня, улыбнулась.
На улице к этому времени было уже довольно темно. Солнце начинало заходить за горизонт и временами поддувал прохладный воздух.
— Рад тебя видеть, Юки… — кивнул я, глядя, как та смотрит на меня с удивлением через открытую охранником заднюю дверь. — Отлично выглядишь…
— Приве-ет… — протянула та, ловко сев рядом со мной и страстно поцеловав в губы. — Это твоя машина? Тебе жутко идет такой стиль…
— Спасибо, — кивнул я, ухмыльнувшись, и коснулся плеча водителя.
— После вечеринки готова отдаться тебе прямо на этом сиденье… — игриво буркнула та, положив руку на мое колено.
Я лишь хмыкнул в ответ, повернув голову в сторону окна.
— Что-то не так? — засуетилась та, присев ближе. — Ты чего опять задумался?
— Просто мне нужно будет к середине аукциона уехать кое-куда… — сказал я ровным тоном.
— Что? — удивилась рыжая. — А проводить даму до дома, зайти к ней на чай?
— Зайду, но, скорее всего, не этим вечером… — пожал я плечами, расстроив ее еще сильнее.
Та отодвинулась, обиженно скрестила руки на груди и отвернулась в сторону своего окна.
Машина снова тронулась и вывернула колеса на главную дорогу. Ехали мы неспеша, так как времени было достаточно. Пробок к этому времени было не так много, все шло спокойно.
Я набрал номер Арчибальда и приложил трубку к уху.
— Да, Роран… — прозвучал голос старика.
— Можешь выходить… — кратко подал я сигнал.
— Хорошо… — ответил тот и сбросил вызов.
— С нами еще кто-то будет? — спросила Юки раздраженным тоном.
— Нет… — мотнул я головой. — Только ты и я…
***
— Добрый вечер, Минуро-сан… — поздоровался с мужчиной на входе распорядитель. — Добро пожаловать на аукцион, мы очень рады вас видеть… — продолжал тот кланяться и осыпать лестными словами главу клана Морита.
— Я участвую, запиши меня… — махнул тот ладонью, не удостоив распорядителя взглядом.
— О-о… Минуро-сан… — протянул тот, спешно перебирая листочки. — Что будете выставлять?
— Часть активов корпорации «Морита-билд»… — буркнул тот и пошагал дальше в зал для гостей.
Минуро был в окружении четырех крупных телохранителей. Рядом шел Амори, который бросал игривые взгляды на симпатичных девушек, в основном такие в жутко дорогих платьях состояли в парах со статными мужчинами, главами уважаемых кланов.
«Раз… два… три…» — вел Амори мысленный подсчет девушек, к которым тот собирался подойти с особо заманчивым предложением.
Заметив, как клан Морита уже как десять минут находится в дворце, другие гости стали медленно подходить и, скапливаясь вокруг Минуро, вести те самые светские беседы, натягивая лживые улыбки и смеясь от каждой несмешной шутки мужчины.
— Здрасьте-здра-астьте, Минуро-сан… — пожал ему руку старенький мужичек, рядом с которым стояла поистине роскошная дама тридцати лет отроду. — Как ваше дела?
— Приветствую вас, Сачио-сан… — не менее лживую улыбку натянул Минуро. — Все нормально, решил избавиться от активов Ичиро. Ты какими судьбами, Саичи-сан?
— Картину любимой жены решил выставить на аукцион, — хмыкнул дед и смачно шлепнул по тазу девушку. Та «ойкнула» от неожиданности, заулыбалась и поцеловала старика в морщинистый лоб. — Талантливая, ей богу… хороша во всем, если понимаешь, о чем я… и-и-хи-хи-хи…
— Так это не твоя дочь? — приподнял бровь Минуро, заметив, с какой страстью жена старика, которая чуть ли не втрое младше его, готова здесь же броситься на главу клана Морита и заняться этим даже на покерном столе. Но он внимания обращать не стал, мужчину, погрязшего в похоти и разврате, подобные томные взгляды не привлекали. Не тот уровень.
Пока те продолжали беседовать, Амори бросил на девушку игривый взгляд и глазами указал той в сторону туалета. Девушка поначалу сделала вид, что не обратила на этот незаметный жест внимания, а затем, отлипнув взглядом от не отвечающего взаимностью Минуро, чуть склонилась к уху старика и прошептала:
— Милый, я носик припудрю, ты никуда не уходи…
— Иди, малышка, — прошептал тот, не посмотрев на нее. Взгляд его был устремлен на Минуро. — Так что ты хотел выставить? — уточнил он у главы, который от скуки стал время от времени поглядывать на наручные часы, выполненные из белого золота.
Незаметно, но довольно выразительно посмотрев в глаза Амори, девушка убрала руку с плеча старика и двинула в сторону уборной. Амори же, сделав вид, что встретил кого-то из своих знакомых, тоже попросил прощения, откланялся и пошагал в ту же сторону, куда минутой ранее, виляя пышным тазом, отправилась девушка.
***
Мероприятие проводилось в самом центре города, в огромном особняке, который, по словам Юки, принадлежал бывшему государственному клану Хито до того, как тот потерял сей статус. Члены клана были с самого рождения предрасположены к разгульной жизни и выпивкам, что по итогу негативно отразилось на их статусе.
По приезде к особняку я попросил припарковать Майбах аккурат около того, в котором сидел Горо, дабы незаметно поменяться местами так, чтобы никто ничего не заподозрил. Две машины оказались стоящими друг от друга в нескольких сантиметрах, то бишь нос к носу, поэтому задние двери были тоже на одном уровне и позволяли с легкостью сменить автомобиль при надобности.
Я набрал номер Горо.
— Здарова, Роран… — прозвучал противный голос парня. — Чо такое?
— Опусти заднее стекло и отодвинься вправо… — сказал я серьезно, краем глаза заметив удивление Юки.
— Что происходит? — приподняла та удивленно бровь.
— Ничего, я сейчас… — сказал я тихо и тоже спустил окно со своей стороны.
Машины стояли очень близко друг к другу, поэтому для того, чтобы разглядеть нашу замену, требовалось вести наблюдение под крайне узким углом. Поэтому, оглянувшись и не заметив никого из следопытов, я ловко перепрыгнул на заднее сиденье Майбаха, в котором сидел Горо, открыл дверь и, потянувшись вышел из машины.
Спокойным шагом я обогнул оба автомобиля сзади, открыл дверь со стороны Юки и подал ей руку.
— Ты издеваешься? — улыбнулась Юки, подав свою руку. — Что это сейчас было?
— Юки, у меня к тебе просьба… — ответил я, взяв ту под руку и пошагав в сторону главного входа. — Если заметишь что-то странное, подыгрывай мне, не делай такого удивленного лица, прошу…
— Может ты объяснишь, что происходит? — раздраженно сказала та, смотря перед собой.
— Да, конечно, чуть позже только… — тем же тоном сказал я и немного ускорил шаг.
Когда шагали в сторону главного входа, я опешил от количества абсолютно таких же черных Майбахов, стоящих на парковке. Как оказалось, такая марка автомобиля считалась довольно средней среди люксовых автомобилей той самой «элиты» и использовалась для повседневной эксплуатации.
***
В просторной уборной с высокими потолками и золотыми унитазами стоял Амори, держащий за оголенную талию женщины, и смотрел на нее так, как смотрит зверь на свою добычу. Девушка лишь нервно вздыхала от подобного и расплывалась в довольной улыбке.
— Оу… — хмыкнул Амори, приподняв юбку дамы. — Кружева… — его взгляд стал еще более хищным.
— Давай не здесь, Амори… — прошептала жена старенького Сачио-сана, убрав руки парня. — Оставь мне свой номер, встретимся позже…
— Снимай, я быстро… — тихо сказал красноволосый, медленно приспустив нижнее белье дамы и положив ладонь между ее ног.
— А-а-ах… — застонала женщина, закатив глаза. Руки ее тут же спешно потянулись к штанам парня и стали расстегивать молнию. — Ладно, продолжа-ай…
***
Минуро сидел в помещении для участников аукциона, дабы заполнить некоторые заявки. В комнате сидели поистине большие игроки, одни из крупнейших бизнесменов города. Но вот беседа среди мужчин складывалась не лучшим образом, так как каждый много раз думал, прежде чем что-то говорить. Никакого доверия, лишь вражда, скрытая под масками дружелюбной улыбки.
— Что-то долго моя женушка пудрит носик… — засуетился наконец Саичи-сан. — Неужто это дело может занимать так много времени?
Минуро лишь хмыкнул, но через минуту снова стал серьезней, так как на мобильный ему пришло сообщение:
— Какого… — скривился Минуро, прочитав сообщение еще раз. — Черт бы его побрал…
— Кого, Минуро-сан? — удивился суетящийся Саичи.
— Никого, Саичи, не суй свой нос туда, куда не просят, черт бы тебя побрал… — оскалился Минуро, набирая знакомый номер.
После выброшенных в воздух слов Саичи переглянулся с остальными сидящими в комнате, медленно приподнялся на ноги и нерешительно вытянул указательный палец в сторону раздраженного Минуро.
— Минуро-сан, вам следует извиниться… — неуверенно буркнул Саичи и шестеро его телохранителей тут же вскочили на ноги. Охрана Минуро тоже прикрыла хозяина своими телами, но тот попросил их разойтись по сторонам.
Остальные в конфликт не стали вмешиваться. Лишь сидели и с интересом наблюдали за происходящим.
— Тебе не стоит обижаться, Саичи-сан… — исподлобья взглянул на старика Минуро. — Мне сейчас не до ссор…
— Я оскорблен, Минуро-сан… — вытянул тот указательный палец. — А это значит, что тебе стоит попросить прощения…
— Проваливай, если не хочешь конфликтов, Саичи! — рявкнул глава Морита и спешно набрал сообщение бойцам, которые уже час как ожидали приказа. Пока вводил сообщение, на мобильник поступил входящий вызов, отвлекший от мысли, от Бастиана.
— Да, Бастиан, говори… — процедил Минуро без интереса.
— Слушай, у главного офиса Майбах припарковался… — спешно докладывал тот. — Полагаю, это тот, который Роран днем ранее приобрел…
— Не может такого быть, черт бы тебя побрал, Бастиан! — рявкнул раздраженно Минуро. — Роран на аукционе!
— Ты его лично встречал?
— Нет…
— Неважно, сейчас лучшее время для того, чтобы взять в заложники его близких… не знаешь, что он выкинет… — говорил Бастиан возбужденно. Ему жутко нравились подобные вызовы.
— Если он у офиса, не иди на него один, Бастиан… — вздохнул Минуро, стараясь успокоиться. — Я пришлю за ним…
— Просто странно, что он прибыл сюда, понимаешь? — спросил тот. — Разве не понятно, что активы не хранятся в главном офисе?
— Да ему-то откуда это знать? — нахмурился Минуро. — Этот наркоша знать не знает, как делается бизнес…
— Ладно, я поговорю с ним… — спешно сказал Бастиан и скинул вызов.
— Только осторожно… — протянул Минуро под звуки прерывающихся гудков.
На экране снова высветился интерфейс набранного не до конца сообщения. Задумавшись, он продолжил запись:
«Сотня бойцов окружает здание, в котором проводится аукцион… брать живым бесшумно, приехал на черном Майбахе с заклеенными номерами. Пятьдесят бойцов двинет в сторону главного офиса, которые будут работать под командованием Бастиана. Остальные организуют захват Азуми Хатано и Коджи Хатано… в случае сопротивления стрелять на поражение.»
***
— Амори, подожди немного… мне муж звонит! — силой высунув из себя парня, девушка выхватила из сумочки телефон и приняла вызов, приложив тот к уху.
— Да, милый! — сказала та тяжело дыша.
Но Амори это крайне не понравилось. Он не стал обращать внимания на какие-то звонки от стариков, и в очередной раз чуть напрягшись заставил раздвинуть ту ножки, вставил в нее и продолжил еще более активно входить, громко выдыхая.
— Ты где так долго пропадаешь, Кадзуми, любимая… — промямлил в трубку дед. — Я уже соскучился по тебе…
— Я буду через пя-ять минут, зай-зай-за-а-айчик… — тоненьким голоском пропищала та, стараясь сдерживать прерывистое дыхание. Ей было стыдно, но жутко приятно одновременно. Амори тоже пыхтел как трактор, не смущаясь ничему. — У меня немного живо-о-отик прихватило… — застонала та, закатив глаза.
— Накажу… — прошептал Амори, глядя на ритмично вздымающуюся грудь третьего размера от толчков.
— Ох… — вздохнул назойливый старик. — Что это за звуки, почему ты так тяжело дышишь?! — засуетился тот.
— Да! — случайно выкрикнула Кадзуми. — Еще!
— Милая, что еще? — спросил тот, ничего не понимая. — Ты что, бегаешь?
— Быстрее! — снова выбросила та, застонав еще громче. — Милый, зайчик мой, — снова буркнула та в трубку. — Пять…
— Десять! — перебил ее Амори, понимая, что пяти минут ему мало для того, чтобы завершить начатое.
— Десять минут и я буду, милый! — сказала та. — Ах, как же мне хорошо…
— Я очень рад, что тебе лучше, Кадзуми… — послышался голос наивного Саичи. — Хорошо, любовь моя, я тебя жду, аукцион вот-вот начнется…
— Да-а-а! — простонала та на всю уборную, выгнувшись от удовольствия и тут же сбросила трубку. — Вот же кретин старый!
***
— Ну, что там, Саичи-сан? — хмыкнул Рюичи. Один из главных поставщиков наркотиков в город. Официально он имел свой ресторан, но настоящую прибыль получал от своих темных дел.
— Говорит, живот прихватило… — признался старик, побледнев на глазах и осторожно свалившись на кресло. — Правда странные стоны у нее там чьи-то…
— Старость, она ведь не в радость, Саичи-сан… — продолжал глумиться Роичи. — Возможно послышалось… — пожал тот плечами, вспомнив, как поимел его женушку месяц назад в собственном доме Саичи.
— Да, наверное… — кивнул старик. — Что-то я себе напридумывал…
— Пустяки, Саичи-сан, учись доверять собственной жене… — пожал тот плечами.
Внезапно в помещении послышались стуки каблуков, которые с каждым шагом лишь усиливались. Ко входу подошла высокая девушка, одетая в довольно неброское строгое платье и держащая в руках конверт.
— Здравствуйте, уважаемые участники, вы можете присесть в зале, аукцион начнется через пять минут… — сообщила женщина и вышла из помещения.
***
— Добрый вечер… — поздоровался с нами распорядитель. — Можно вас попросить представиться и снять маску?
— Роран Хатано, — буркнул я, скинув черную маску с лица.
— Юки Гото… — кивнула рыжая и улыбнулась мужчине.
— Секундочку… — он посмотрел наши имена по базам, пристально взглянул на меня, выпрямился и сказал:
— Этот парень… кхм… он с вами?
— Да, он со мной, можете не беспокоиться… — вежливо улыбнулась та, взяла меня за руку и повела в общий зал.
По пути было интересно наблюдать за стилем, в котором был выполнен интерьер дворца. Все было выполнено в очень ярком стиле, который так и кричал о том, что денег в интерьер вложено довольно немало. На потолках и стенах было очень много золота, настолько, что все вокруг больше походило на музей.
— Ты будешь шампанское, Роран? — взяла два бокала с подноса Юки и предложила их мне.
— Нет, спасибо… — ладонью отмахнулся я и снова стал оглядываться.
В зале было человек сто, не меньше, все были разодеты в жутко дорогие наряды и костюмы. В основном люди стояли парами, беседовали довольно сдержанно, соблюдая некий светский этикет. Женщины в помещении стояли все как на подбор. Безумно красивые и достаточно взрослые для того, чтобы мой взгляд упал именно на них.
Юки, заметив, как пристально осматриваю женскую часть гостей, отдернула меня и повела ближе к сцене.
— Ты забыл, у тебя есть девушка… — буркнула та обиженно.
— Кто? — приподнял я бровь.
— Ты что, сдурел? — остановилась та.
«Эми?!»
— Я…
— Ты? — не понял я ее внезапного признания.
— А что, разве нет? — спросила та, чуть припустив глаза.
— Не начинай, позже поговорим, лучше найди мне Минуро… — сказал я тихо, в очередной раз начав осматривать местность.
«И ты здесь…» — промелькнуло в моих мыслях после того, как заметил растрепанные красные волосы Амори.
Парень, заправляя рубашку в штаны и приглаживая растрепанные волосы, вышел из женской уборной. Это казалось странным до тех пор, пока оттуда спустя пару минут примерно в том же состоянии не вышла, поправляя короткую юбку, симпатичная девушка двадцати пяти лет с виду.
«Ясно…»
Девушка тут же спешно зашагала к старому мужчине лет шестидесяти, села к нему на колени и смачно прильнула к губам деда. От увиденного я тут же поморщился и отвел взгляд на Амори, который тоже двигался в ту же сторону, только сел он за соседний столик рядом с Минуро.
Минуро был поистине коренастым мужчиной. Его костюм с трудом обтягивал его тело, а шов на рукавах готов был вот-вот разойтись. На руке буквально сияли от многочисленных люстр наручные часы из белого золота.
— Они там… — указал я на Минуро.
— Что, поболтаем с ними? — посмотрела на них с любопытством Юки. — И парень такой симпатичный сидит… ты когда-нибудь встречал людей с красными волосами?
— Да… — кивнул я. — Это Амори…
— Хм… — прищурила тот взгляд. — От него так и веет сексом… — Юки прикусила ноготок указательного пальца. — Какой он опасный…
— Юки, я могу вас познакомить… — хмыкнул я. — Если…
— Ты чего, офигел? — разозлилась та, перебив. — Тебе не ревностно нисколько?
— Идем… — проигнорировав, взял я ту под руку и вместе с ней пошагал к столу Минуро.
Тот был довольно большой, но охрана заняла практически все свободные места на диване, поэтому, отправив Юки сесть рядом с Амори за соседний стол, я запрыгнул на диван сзади аккурат между Минуро и его амбалом и положил руки на их плечи, чем вызвал крайне неприятные эмоции со стороны обоих.
— Приветствую вас, Минуро-сан… — кивнул я, сняв маску. — Очень рад, что вы все-таки решили посетить это мероприятие…
Всех будто буквально током ударило, когда я показал свое лицо, натянув улыбку от уха до уха. Охранники тут же взялись за пистолеты на своих поясах, а Минуро просто стоял, смотрел на меня и старался сдерживать эмоции.
— Кто тебя пустил сюда? — процедил Минуро, глядя на меня с подозрением.
— Распорядитель… — пожал я плечами. — Ладно, вижу вы мне не рады, Минуро-сан… — встал я на ноги и встал лицом к лицу с главой. — Я пришел сюда не за вами, но, так как, вы здесь…
— Проваливай… — в сторону кивнул Минуро.
— Как думаешь, — стал я крайне серьезен. Говорил шепотом. — Я сильно похож на своих родителей?
— Да… — поняв намек, сказал тот, оскалившись. — Такой же бесхребетный тип, как и Ичиро…
— А вот вам не кажется, что мне чего-то не хватает? — приподнял я демонстративно бровь. — Довольно приличной части компании «Морита-билд», к примеру… нет?
Мужчина молчал. Желваки бегали по его выбритому лицу, а кулак сжался до побелевших костяшек.
— Ты такой же идиот, как твой папаша… — процедил он. — Я же сказал, проваливай, черт бы тебя побрал…
— Ага… — пожал я плечами, ровно глядя ему в глаза, и надел маску. — Еще увидимся…
Я неспеша отправился за другой столик, на котором сидела та самая женщина, которая пятью минутами ранее выходила из туалета.
— Слушай, — начал старикашка, пристально взглянув на меня. — А ты, случаем, не сын Ичиро?
— Именно… — кивнул я.
— Коджи, это ты? — обрадовался тот, хлопнув по плечу. — Рад тебя видеть в здравии, меня зовут Саичи. Мы хорошо ладили с твоим отцом в свое время, мне было крайне сложно принять информацию о его кончине… — схватился тот с горечью за сердце. — Прими мои соболезнования…
— Да, спасибо… — кивнул я. — Но я Роран… — поправил старика я и заметил, как его жена слезла с колена старика и села между нами. Задрав ногу на ногу и украдкой посмотрев на меня.
— Это спутница моя, Кадзуми… — представил он девушку. Та охотно вытянула тыльную сторону ладони, дабы я ее поцеловал, но я лишь улыбнулся и кивнул ей в ответ, чем вызвал скривленную от удивления гримасу. — Талантливейшая женщина… неграненый алмаз!
— Милый, не смущай меня при парнишке… — демонстративно смутилась девушка. На самом деле ей было плевать на всех, кроме себя.
— Приятно познакомиться… — кивнул я, краем глаза заметив, как Минуро что-то набирает в мобильнике.
На сцену вышла молодая девушка, встала у микрофона и сказала четко:
— Давайте начинать!
«С удовольствием…»
Девушка ушла за кулисы, и на ее место встал щуплый мужичок в мешковатом костюме. Он подошел к микрофону, пару раз по нему стукнул, дабы проверить, работает ли тот, и улыбнулся.
— Приветствую гостей и участников нашего скромного мероприятия! — склонил тот голову. — Меня зовут Арата Кодзима, и я ведущий сегодняшнего аукциона!
Под звук оваций мужичок достал небольшой список. На сцену вынесли довольно большую картину с изображенной на ней обнаженной женщиной.
— Оригинал картины великого художника Норио Ямасита, написанная в девятнадцатом веке… — указал он рукой на предмет. — Начальная цена данного экземпляра двадцать шесть тысяч долларов! Кто готов дать больше? — взгляд его окинул весь зал.
— Тридцать тысяч! — поднял руку один из гостей.
— Тридцать одна! — выкрикнул другой.
— Я хочу ее, зайчик… — прошептала женщина, сидящая рядом с нами.
— Сорок тысяч! — рявкнул Саичи, и страстно прильнул к губам своей жены.
— Сорок тысяч долларов… раз! — дожидаясь нового предложения, выкрикнул ведущий.
Жена Саичи ухмыльнулась так, будто ей нет и не было равных. Таких высокомерных женщин я встречал довольно часто в прошлом, но эта была на голову выше других.
— Сорок тысяч долларов, два! — продолжал считать дохляк.
— Сорок тысяч долларов, три! — выкрикнул тот в последний раз. — Продано! Покупатель Саичи Хигути! Просим после окончания аукциона забрать свою картину!
Снова послышались аплодисменты из зала, картину убрали за кулисы, на ее место вытащили статуэтку.
— Ты самый лучший… — прошептала жена Саичи тому на ухо, вызвав наивную улыбку старика.
Мой взгляд снова метнулся в сторону Минуро. Мужик был явно взволнован моим присутствием, что не могло не радовать. В аукционе он особо участия не принимал, поэтому я тоже старался воздерживаться от ненужного участия.
Ведущий аукциона называл тот товар, который был выставлен на продажу, и начальную цену предмета, ожидая, пока кто-то назовет свою более высокую цену. Люди поднимали руки и называли сумму, которую были готовы заплатить. После каждого предложения ведущий вслух досчитывал до трех и кричал что-то вроде «продано!», если никто за это время не называл более крупной суммы.
Я не особо был заинтересован в разного рода картинах, редком антиквариате и прочем, поэтому ожидал чего-то более серьезного. Главной задачей была вещь, которую выставил Минуро. Иначе не мог он просто так посетить сие мероприятие раньше меня без особой на то надобности.
Жена старика, которая невооруженным глазом походила на самую обычную элитную эскортницу, то и дело пыталась до меня так или иначе дотронуться. Даже жалко было наблюдать за наивным стариком, который души в ней не чаял. В девушке практически ничего настоящего не было. Огромная грудь, чуть ли не вываливающая из декольте, надутые губы и больно выразительный нос просто кричали о том, что девушка является постоянным клиентом в хирургических клиниках Японии.
Мало того, что она нагло клеилась, так это происходило спустя полчаса, как ее уже в туалете успел поиметь Амори. Это настолько злило, что я не мог смотреть на нее без бегающих желваков на лице.
Сначала та ели заметно коснулась моей руки, которую впоследствии я спешно отдернул, затем своей ногой стала невзначай потирать мою, пока дед боролся за очередную безделушку с огнем в глазах, называя безумные цифры за какой-то хлам.
— Слушайте, Саичи-сан… — наклонился я чуть ближе к старику, стараясь не касаться игривой дамы. — Минуро-сан ведь тоже в аукционе участие принимает?
— Верно… — кивнул тот. — Решил выставить на продажу часть своей строительной компании…
— Ч-что? — прошептал я себе под нос, удивившись.
У меня чуть сердце в пятки не провалилось от этих слов. Глава Морита просто решил избавиться от меня самым простым способом, чтобы потом лишних вопросов ни у кого не возникало. Опытный мошенник отлично знал о том, как правильно обойти закон. Убрав между нами связь, он развязывал себе руки.
Впрочем, будь я на его месте, думаю, поступил бы в точности так же. Хоть и никогда не планировал становиться жалким мошенником вроде него.
«Сукин сын…» — украдкой я взглянул на Минуро.
Внезапно в кармане брюк завибрировал мой телефон. Взглянув на экран, прочитал надпись
«Наркоша № 1 Горо»
Я взял трубку и шепотом ответил:
— Да, Горо…
— Роран, тут что-то неладное творится… — так же тихо сказал тот, нервно дыша. — Мою машину человек десять облепили, а вокруг дворца человек сто с оружием патрулируют, к чему-то готовятся…
— Не бойся… — попытался я успокоить торчка. — Как дам знак, проси своего водителя, чтобы как можно быстрее выехал за город…
— Ч-что? — удивился тот.
— Это пустяк, тебе нужно лишь сидеть в машине… — сказал я так, будто это действительно правда.
— Мы так не договаривались, чува-ак! — со злостью прошипел тот. — Что за подстава, малой?!
— Никаких подстав, Горо, если высунешься из машины, тебя схватят, так что сиди и жди меня… — сказал я кратко и сбросил трубку.
Наконец очередь дошла до вещи, которая заинтересовала меня, но, к сожалению, оглянувшись, я заметил заинтересованные лица практически всех сидящих.
Ведущий заорал в микрофон:
— Итак, следующий лот, четырнадцать процентов строительной компании «Морита-билд» с капитализацией более четырехсот пятидесяти миллионов долларов! Условное бессрочное владение контрольным пакетом и право купли-продажи ценных бумаг!
— Что значит уловное, Саичи-сан? — снова я наклонился к деду, который буквально загорелся от услышанного предложения.
— Условное значит, что по документам все останется на своих местах, но фактический доход и право распоряжаться своей частью будет принадлежать покупателю активов…
— Зачем это выставлять на аукцион, если можно просто продать по своей фактической цене? — удивился я.
— Все понимают, каким путем Минуро получает прибыль, он мошенник с большим стажем, но никто не задает подобных вопросов, Роран… — сказал тот чуть серьезней. — Это активы, которыми распоряжается Минуро, фактически как бы ему не принадлежат… официально их ты никак не продашь…
В моем мире, конечно, встречалось подобное, но о таком явном беззаконии я слышал впервые. Люди продавали то, что им не принадлежит, при этом делая вид, что так и должно быть. И никто ведь не стал менее заинтересован. Людям нужна была выгодная инвестиция и гарантированная прибыль, а тут Минуро отдавал ее еще и со скидкой.
— Вот как… — вздохнул я. — Ты знаешь что-то про связь Ичиро и Минуро?
— Связь? — приподнял тот бровь. — Нет, я не знаю… — пожал плечами.
— …Начальная цена активов пять миллионов долларов! — крикнул ведущий. — Итак, кто может предложить больше?
— Шесть! — крикнул Саичи, подняв руку.
«Вот гад…» — промелькнуло в мыслях.
У меня по факту и миллиона не было, но я не мог сидеть сложа руки. Поначалу я хотел лишь запутать Минуро, сейчас же вопрос стоял более острый.
«Либо выигрываю аукцион и „отжимаю“ все активы по закону, рискуя жизнью, либо же проигрываю и получаю гребаного посредника в лице этого старика…»
— Шесть миллионов раз… — протянул тот, что стоял на сцене.
— Семь миллионов! — выкрикнул какой-то пузатый лысый мужик.
— Семь миллионов раз!
— Десять… — приподнял я руку уверенно и взглянул на взъяренного Минуро. До меня начинало доходить, чьи это активы. Слишком много совпадений.
***
Медленным шагом Бастиан шел в сторону Майбаха, припаркованного около офиса, в которой сидел Аки. Беловолосый не так часто практиковался в последнее время в контроле магической энергии, поэтому его сердце немного участило ритм. Даже пять десятков хорошо подготовленных бойцов, идущих за ним, не могли внушить ему той самой уверенности, которой жутко не хватало.
Как бы много о Роране известно не было, он все еще оставался темной лошадкой для каждого, кто пытался что-то выискать. Давно Бастиан не был настолько взволнован, как сейчас.
Конечно, парень знал о трех одинаковых машинах Рорана, которые разъехались по разным точкам, а отец эту догадку подтвердил. Страх Рорана быть пойманным за кражей, по мнению Бастиана, сподвиг его заказать профессионального вора, чтобы тот смог выкрасть активы. Это было вполне возможно, учитывая то, какие траты Роран себе позволял в последнее время. Бастиан определенно не ожидал увидеть Рорана, но все же, даже если в машине и сидел наемник, это не успокаивало. Нанятые воры зачастую оказывались неплохими бойцами.
Но, так или иначе, по странной причине никто из машины не вышел до сих пор.
Дав распоряжение своей «армии» скрыться неподалеку из виду, Бастиан неспешно подошел к двери Майбаха и попытался открыть ее.
«Закрыто?» — удивился тот еще большей странности ситуации.
Внезапно дверь водителя распахнулась и из машины вышел двухметровый здоровяк с пистолетом в руках и приставил дуло к виску беловолосого парня.
— Ой, — приподнял Бастиан руки, хмыкнув. — Сдаюсь-сдаюсь… — с издевкой добавил он.
— Проваливай отсюда, малой… — грубым тоном произнес охранник Рорана.
— Что? — приподнял тот удивленно бровь, смотря перед собой. — Дай поговорить с Рораном, не испытывай судьбу, дядь…
— Никаких разго… кха… — согнулся пополам охранник от удара локтем. Бастиан ловко выхватил пистолет и приставил ствол к голове здоровяка.
— Открой дверь, пожалуйста… — сказал беловолосый спокойным тоном.
Здоровяк, не сумев выпрямиться, разблокировал замки и открыл пассажирскую дверь, держась за живот и прерывисто постанывая.
На заднем сидении сидел худой парень, буквально трясущийся от страха. В его руке была сигарета, а салон провонял едким запахом дыма.
— Привет… — поморщился от вони Бастиан, держа пистолет у головы охранника. — Можно попросить тебя выйти?
— Н-нет… — мотнул тот головой и остался сидеть в том же месте. Парень был в маске, а рука, держащая сигарету, жутко тряслась, как у паралитика. Тот лишь отворачивал взгляд, стараясь не смотреть в глаза Бастиану.
— Нет? — скривился беловолосый. — Слушай, я тебя не трону, если скажешь, где Роран и что он планирует делать…
— Я Роран… — буркнул тот, замявшись еще сильнее. — А теперь пиздуй куда шел…
— Ты? — приподнял бровь Бастиан. — Слушай, выйди из машины по-хорошему…
— Не выйду, я хочу домой, увезите меня пожалуйста, сэр… — обратился тот к глотающему воздух охраннику. — А ты дверь закрой, мне дует…
— Что происходит вообще? — задумался Бастиан. Картина была настолько нелепой, что тот начал просчитывать моменты, в которых мог ошибиться. — Выйди из машины, я сказал! — сказал он более грубым тоном.
— Пошел на-хуй… — буркнул парень, скрестив руки на груди. — Не еби мозг, прошу… ты где там застрял, водила блять?!
— Иду, сэр… — хотел-было приоткрыть дверь охранник, но Бастиан его тут же отдернул.
— Стой! — рявкнул тот, не понимая, что происходит. — Так… дайте подумать…
— Пиздуй уже по делам своим, чего пристал, чувачок? — воспрял духом Лжероран.
— Ладно… — вздохнул Бастиан. — Парни! — крикнул тот куда-то вдаль. Из-за углов повылезали вооруженные до зубов бойцы. — Заприте этих клоунов где-нибудь, у меня сейчас истерика начнется… — люди тут же сорвали дверь с петель, силой вытащили парня из машины и связали. Охранник сопротивляться не стал, он просто встал на колени и спокойно дал себя связать.
— Отпустите, мрази! — орал парень, пытаясь высвободиться, но слабый удар с приклада по затылку заставил его замолкнуть.
— Допросите и попытайтесь выяснить, что знает о целях Рорана. Позже наберите Минуро и спросите, что делать дальше. Вы мне больше не нужны… — расстроенно буркнул Бастиан и пошел обратно.
«Неужели он послал на задание это… быдло?! Что он вообще может выкрасть? Сигареты?» — скривился от собственных мыслей Бастиан.
«Нет, он все-таки идиот…»
***
— Пятьдесят шесть миллионов! — в очередной раз выкрикнул Саичи. — Сдайся уже наконец, Роран!
Все буквально были в шоке от столь яростного противостояния трех основных претендентов на активы компании «Морита-билд». Первым из них был Саичи, который с огнем в глазах продолжал насаждать мне. Имя второго игрока я не знал, хоть тот и не меньше был вовлечен в схватку, а третьим, как бы странно это ни звучало, был я. Минуро сделал то, чего я совсем не мог ожидать от него. Продать чужие активы, освободив себя от ответственности мог только опытный мошенник.
— Шестьдесят! — крикнул я, вскинув руку.
— Да он безумец… — прошептал кто-то за спиной.
— Откуда у него столько денег?
— Мафия…
— Шестьдесят миллионов раз! — объявил взбудораженный ведущий.
— Роран, это чужие активы… — прошептал Саичи, глядя на меня с восхищением. — Шестьдесят миллионов, ты серьезно?
— Абсолютно… — кивнул я, стараясь унять колотящееся сердце.
— Шестьдесят миллионов два! — в очередной раз крикнул ведущий.
— Это же сын Ичиро, обычного учителя, откуда такие деньги? — перешептывались за спиной.
— Он же с наркотиками связан, вот оттуда все и идет… — отвечал другой так же тихо.
— Если об этом узнает Раичи-сан, от него живого места не останется…
За время торгов лицо Минуро буквально побагровело. Вены на его лбу сильно вздулись от происходящего, а по лбу стекали капли пота. Да, я принимал тот факт, что вероятность ошибки была достаточно большой, а все изменения в лице главы клана — лишь блеф, но я старался не думать об этом. Нельзя было позволить кому-то забрать мои активы.
С другой стороны, Минуро буквально был связан. Отменить сделку он никак не мог, как и доказать, что у меня этих денег нет. Все говорило о том, что он не блефует, а действительно испытывает негативные эмоции.
— Шестьдесят миллионов три! — выкрикнул ведущий. — Продано Рорану Хатано!
У жены Саичи буквально крышу снесло от услышанного. Пока мы торговались, она сделала все, чтобы я хоть краем глаза на нее взглянул, невзначай задирала юбку, демонстрируя, что под ней ничего нет. Якобы нечаянно роняла предметы и подбирала их, вытягивая зад в мою сторону. Один раз она чуть-было не положила руку на область ниже моего живота, но я успел быстро скоординироваться и уклонился от наглой женщины. Отсаживаться тоже не мог, так как другие места в зале были заняты.
Что касалось Юки, та увлеченно беседовала с Амори, сидя на кресле между моим столом и столом Минуро. Краем глаза я успел заметить, как у рыжей буквально глаза от счастья светились при общении с ним. Конечно, я был рад, что та не станет обузой, но все же мне ее поведение казалось отвратительным.
Как только ведущий выкрикнул «Продано», Минуро вскочил на ноги и отправился в сторону главного выхода, подняв за собой всю охрану, что-то ворча под нос и сжимая кулаки еще сильнее
Я же вскочил через десять секунд после того, как тот прошел мимо меня и спешно отправился за главой клана Морита, схватившись за рукоятку пистолета, который лежал во внутреннем кармане пиджака. Жена Саичи тоже побежала за мной, что-то выкрикивая в след, но я не слушал, так как был сосредоточен на Минуро.
— Роран, стой! — крикнула та громче. — Оставь хотя бы свой номер!
— Еще один шаг и Саичи узнает о тебе чуть больше… вышвырнет как собаку за двор! — пригрозил я пальцем и отмахнулся, продолжая преследование и параллельно набирая номер Горо. Не успел я приложить телефон к уху, как тот уже принял вызов.
— Да… — послышался шепот из трубки.
— Если услышишь два стука по стеклу, распахни дверь и снова захлопни, а потом скажи водителю, чтобы мчал на всех скоростях, понял?! — я говорил быстро и по делу.
— Д-да… — ответил тот, продолжая нервно дышать.
Скинув вызов, я снова засунул мобильник в карман и побежал на второй этаж, дабы увеличить обзорность и при этом не стать замеченным. С окна легче было разглядеть, в какую машину сядет Минуро и куда двинется. Тот, отдав указания, отправился в большой черный джип, кажется, «Гелентваген».
Джип тут же задним ходом стал спешно выезжать из парковки, но из-за габаритов немного замедлился, что давало мне немного времени.
По всей парковке, которая находилась в тридцати метрах от главного выхода, ходила пара дюжин солдат. Еще столько же сидели в укрытиях, нацелившись на дверь главного выхода и ожидая, пока выйду я.
«Ну, давай, как в старые-добрые…» — выдохнул я, отбежал на несколько шагов назад, окутал себя защитным слоем маны и вытащил оба пистолета из карманов.
— Молодой человек, вам сюда нельзя, общий зал находится этажом ниже… — хотел-было остановить меня охранник, но я отмахнулся и рванул в перед.
«Раз, два, три… прыжок!»
Окно оказалось более прочным, чем я ожидал, и инерция моего тела была сильно приглушена. В воздухе я успел сгруппироваться, но вместо мягкого куста свалился на крышу одной из люксовых машин, марку которой не знал.
— Гха… — вылетел из меня воздух.
Водитель, который сидел в этой самой машине тут же выскочил, перекатившись. Сигнализация тут же громко запищала, привлекая внимание остальных.
«Гребаный ниндзя, чтоб меня…»
Свалился я спиной на крышу, поэтому особых травм не получил, прохрипев от боли, я перекатился на бок и больно свалился на мокрую тротуарную плитку.
Солнце за это время успело полностью зайти за горизонт, освещая снизу густые облака, поэтому заметить меня стало чуть сложнее. Дождь к этому времени стал усиливаться, но пока движения не сковывал.
— Что за фигня, пацан?! — направив на меня ствол пистолета, заорал водитель помятой мной машины.
— Прости… — прохрипел я и выстрелил мужчине в ногу. Тот заорал от боли, свалился на асфальт и стал выкрикивать яростные слова в мой адрес.
Пока все это происходило, порядка тридцати солдат уже подготовились, заняв свои позиции.
— Сдаюсь! — крикнул я, подняв руки с пистолетами и неспешно поднявшись на ноги.
Тридцать солдат медленно повыходили из укрытий и стали неспешно сокращать дистанцию.
— Оружие на пол, живо! — рявкнул один из них.
Я медленно стал спускать руки, краем глаза поглядывая на открытую водительскую дверь изувеченной машины. Двигатель поврежден не был, поэтому та могла послужить хорошим щитом от выстрелов.
«Раз… два…» — вел я счет, спускаясь все ниже и напрягая ноги.
«Три!»
Я рванул в машину, захлопнул дверь, спешно включил заднюю передачу и рванул назад под громкие звуки выстрелов. К счастью, машина оказалась бронированная.
К этому времени Минуро уже успел выехать с парковки, поэтому я резко вывернул руль и рванул в его сторону, стараясь выиграть как можно больше времени.
Пока солдаты бежали в сторону машины, я успел оставить ее в груде других люксовых автомобилей и выскочить из нее, пригнувшись.
Добежав до своей машины, я встретил ту дюжину бойцов, которые ходили вокруг Майбаха. Те, заметив меня, тут же достали автоматы и стали обстреливать, стараясь окружить. Один из бойцов что-то бормотал по рации, стараясь привлечь внимание той самой сотни патрулирующих дворец бойцов, о которой говорил Горо.
Громкие звуки выстрелов заставили скрыться за машиной. Пока допрыгнул до укрытия, получил четыре пули в живот и две в правую ногу. Та жутко кровоточила, оставляя алое пятно на асфальте.
— Сука… — прошептал я, выглянув из-под укрытия и выпустив пару пуль по головам бойцов. Те свалились. Другие же решили не дожидаться остальных и стали оказывать еще большее давление.
Пули, застрявшие в бронежилете, сковывали мои движения, царапая тело. Хотелось выбросить тот, но расстояние до Майбаха было довольно приличным для того, чтобы так рисковать.
Заметив, как отряд из тридцати человек бежит на меня из-за спины, я закрыл правый глаз, увеличил точность с помощью маны и положил всех оставшихся спереди точными выстрелам в головы, получив в ответ четыре отверстия в левой руке.
Спешно добежав до Майбаха, стараясь маной придержать кровь, вытекающую из отверстий, я стукнул по стеклу. Дверь тут же распахнулась, и я буквально влетел на заднее сиденье Майбаха, опершись руками о колени Горо и уронив из его рук пакетик с белым порошком.
«Что за…»
— Окно открой, придурок! — рявкнул я и нажал на кнопку открывания двери. — Как выпрыгну, выезжайте отсюда куда глаза глядят! Горо, стреляй при возможности в этих уродов!
Рывком я перепрыгнул в соседний Майбах, оставив тому один из своих пистолетов и спешно закрыл свое окно. Краем глаза заметил, как нос парня измазан чем-то белым, а улыбка растянута так, будто он принял дурь.
Машина, в которой сидел Горо, тут же загудела, пробуксовав на сыром асфальте, и выехала назад, привлекая внимание тех трех дюжин солдат, которые были уверены в том, что в ней нахожусь я. Горо же, к счастью, сделал пару выстрелов с криками:
— Получайте, гады, я га-а-ангстер, мать вашу! Аль Капоне снова в де… а-а-а! Он прострелил мою ладонь! — заверещал тот и закрыл окно. Но этого было достаточно для того, чтобы отвести от себя внимание солдат.
Бойцы тут же стали обстреливать арендованный Майбах и, поняв, что тот отъезжает все дальше, за минуту оперативно расселись по своим машинам и начали преследовать Горо, пока тот стрелял в воздух уже другой рукой и продолжал что-то выкрикивать.
«Ладно, бойцы не видели моего лица… все нормально…»
— Ладно, поехали за Минуро… — сказал я водителю, который буквально трясся от страха. Руки его крепко сжимали руль, а пот ручьем стекал со лба.
— Из-звините, но… — промямлил тот.
— Ладно, проваливай! — рявкнул я.
— Есть, с-сэр… — кивнул тот и выпрыгнул из машины. Я же ловко перелез вперед, включил заднюю передачу и выжал педаль газа на полную, нечаянно задним бампером задев соседний люксовый автомобиль.
Минуро не уехал слишком далеко, а его примечательный «Гелентваген» можно было разглядеть даже в темное время суток.
«Ладно, теперь самое сложное…»
Такси остановилось около дома Арчибальда. Алкоголик отсыпал водителю мелочи и выскочил из машины, вежливо открыв дверь двум дамам. Те были жутко взволнованы от внезапного появления алкаша с оружием в их доме, но Коджи убедил девочке, что это воля Рорана. Конечно, сложно было во второй раз довериться парню, но тот был крайне настойчив и буквально силой вытолкал девочек из дома.
Арчибальд понимал, что ему предстоит не менее сложная задача, чем Рорану. Но отказ парню в помощи в такой трудный для него момент стоило бы жизни его семье. Да и смерти Арчи не боялся особо. Все как раз наоборот, уйти из жизни и воссоединиться с близкими было его самой большой мечтой, которой он до сих пор достичь не смог, как бы ни старался.
— Ну и куда нас привез этот пьяный старикашка? — приподняла бровь Азуми, оглядев район.
— Эй! — нахмурился Арчибальд. Слова кудрявой задели его гордость. — Я почти трезвый!
— Да-да… — закивала кудрявая, обращаясь с Арчи, как с безобидным никчемным старикашкой. — Ты вонючий и противный старик! — ткнула на него пальцем. — Ты не можешь быть трезвым!
— Могу! — разозлился дед еще сильнее.
— Не можешь! — уперлась кудрявая.
— Азуми, не надо грубить… — скромно отреагировала Эми на спор, приобняв ее. — Он все-таки учитель Рорана…
— Ну и чему же он учит братика? — удивилась кудрявая, приподняв бровь. — Так же вонять?
— Я не воняю! — вскинул руками дед, в край удивившись.
— Давно ты в аристократку превратилась, Азуми? — приподнял бровь Коджи и тут же пожалел об этом.
Мощный удар пришелся аккурат в живот старшему брату.
— Не язви… — буркнула та серьезно. — Ты вообще придурок…
— Прости, Азуми… — прохрипел тот, поморщившись. Он повернулся к старику. — Наша кудрявая была довольно вспыльчивой девочкой еще с самого рождения…
— Да, меня лучше не злить! — кивнула Азуми и скрестила руки на груди.
— Ладно, детишки… — объявил алкаш. — Сегодня нам предстоит сложный день, все отправляемся в дом.
— Если там так же воняет, я туда не пойду… — буркнула мелкая.
— Ради Рорана, милая… — улыбнулась Эми.
— Ох… — вздохнула та, закатив глаза. — Пусть только на глаза мне попадется этот Рорик, я ему покажу…
Ребята дружно отправились в дом старика, оглядываясь по сторонам и кривя нос. Тот успел немного прибраться к их приходу, поэтому кухня с гостиной были в довольно опрятном состоянии, относительно того, что было до уборки, но все же, как догадался Арчибальд, этого оказалось недостаточно.
Только те перешли порог, как Азуми закрыла носик и стала ворчать что-то на своем языке, проклиная Рорана.
— Не так уж и плохо… — пожал плечами Коджи, оглянув местность. — Дом как дом…
— Вот-вот… — закивал алкоголик.
— Фу… — поморщилась Азуми, освободив нос. — Тут воняет…
— Будь вежливее, Азуми… — хмыкнула Эми, смутившись. — Ты все-таки тут гость…
— Эх, ладно, я хочу есть… — закатила глаза кудрявая и пошла искать кухню. — У вас есть еда, дядя пьяница?
— Есть… — вздохнул старик и проводил ту до кухни.
Спустя несколько минут все успокоились и, к счастью, больше не жаловались на интерьер. Девочки расселись на кухне, заварили себе чай с печеньками и стали вести милую беседу, обсуждая сегодняшний день. Никто из них осведомлен о планах Рорана не был, поэтому особо и не переживал.
Арчибальд же был на взводе, понимая, что с минуты на минуту вероятнее всего будет организовано нападение, так как бандиты уже явно догадались, что близкие Рорана были перевезены. Он нервно вздыхал, то и дело поглядывая в окно. Его преследовали странные предчувствия, поэтому, на всякий случай, под столом гостиной он спрятал свою «черную мамбу».
Наконец, сдавшись, старик прилег на диван и прикрыл глаза, позволив себе расслабиться. Но не пролежал он и десяти минут, как к нему подошел Коджи и присел рядом с диваном на корты.
— Слушайте, Арчибальд-сан… — сказал Коджи старику на ухо. — Мне кажется, или на улице происходит что-то странное?
— Где? — сердце старика бешено заколотилось. Он вскочил с дивана, раздвинул штору и опешил от увиденного. — Боже… — прошептал тот под нос.
На дороге, которая протягивалась рядом с домом, стали тормозить черные пикапы с вооруженными солдатами в кузове. Те, не дожидаясь, пока машины затормозят, выпрыгивали из кузова и группами забегали в ограду, тихо окружая дом.
— Эти люди, они… — удивился Коджи.
— Быстро все за мной! — рявкнул дед, перебив его, и побежал к металлической двери. — Скорее!
Девочки испугались от внезапного крика, вскочили со стульев, взяв с собой недоеденные печеньки, и побежали к старику, который успел отворить металлический люк, ведущий в темный подвал.
— Эй, куда ты нас… — хотела возмутиться мелкая, но громкий взрыв на улице заставил ее замолчать и спокойно спуститься.
— Что там происходит? — испугалась Эми.
— Сейчас выясним, все вниз! — скомандовал Арчибальд.
Запрыгнув первым, алкаш спешно включил свет, взял с собой все то оружие, которое могло поместиться на его тощем теле, дождался, пока в подвал спустятся все трое и вскочил на лестницу, ведущую наверх.
— Сидите тихо… — буркнул Арчибальд, пригрозив пальцем. — Сейчас будет громко, но вы не бойтесь… если будут взрывы, перегородка все выдержит, но может быть пыльно… как все закончится, попытайтесь выбраться сами…
— Я могу помочь, Арчи… — шагнул вперед Коджи.
— Нет, сиди с девочками… — мотнул головой старик, достав из-под пазухи флягу и опустошив ее за пару глотков. — Возьми в руки оружие и сиди тихо, я пошел.
Арчибальд быстро вскочил наверх, прикрыл крышку люка и запер металлическую дверь комнаты.
— Какого лешего вас так много… — оскалился Арчи, заметив дюжину солдат, целившихся в него. Стоило ему рвануть на врагов, как те открыли по нему залп.
— Гхра… — простонал старик, свалившись на колено от полученных ранений. Мощный удар с колена одного из солдат свалил старика на землю. Тот попытался сгруппироваться, но не смог, как очередной заряд пришелся ему в плечо.
— С-суки… — прохрипел Арчибальд, лежа на спине и глядя перед собой. На одежде стали расползаться кровавые пятна. Энергия Сито не удержала пули, поэтому те добрались до костей, доставляя жуткие неудобства при любых движениях.
— Обыскать дом! — рявкнул солдат. — Они должны быть здесь!
Вытянув уцелевшую руку, старик гравитацией резко притянул к себе стоящего перед ним солдата, схватил за горло и выпустил в его лоб пулю из пистолета.
Солдат закатил глаза и, полностью обессилев, повис на руке алкоголика.
Остальные, вздрогнув от неожиданности, тут же стали обстреливать алкаша, не обращая внимание на труп, лежащий на нем.
— Кха-а! — заорал Арчи, морщившись от полученного урона, ошарашив бойцов. На его теле кровоточило порядка сотни ран, лоб был пробит в трех местах, поэтому зрение тоже пропало.
Солдаты скинули со старика труп коллеги и снова стали обстреливать того, истощая снаряды. Наконец алкоголик замолчал, распластавшись в луже собственной крови.
— В комнатах никого! — послышалось с гостиной.
— Выбейте металлическую дверь, живо!
***
Звуки ударов и выстрелов слышались в подвале довольно отчетливо. Грохот и крики заставили девочек прижаться в углу. Эми крепко обняла трясущуюся Азуми, целуя ее и стараясь унять собственную дрожь.
Коджи накинул на себя бронежилет, неумело взял в руки одно из оружий, которое висело на стене, и, потрясываясь от страха, целился в область запертого люка в ожидании нападения.
— С нами точно все будет хорошо? — прошептала Азуми, прижавшись сильнее к блондинке.
— Да, милая, не бойся, пожалуйста… — так же тихо ответила Эми.
— Азуми… — прошептал Коджи, стоя на трясущихся ногах. — Я люблю тебя, милая… не бойся… — слезы градом лились с его глаз, скапливаясь на подбородке. — Не хочу умирать… — прошептал тот себе под нос, поморщился и постарался выпрямиться.
***
Приглушенный взрыв снес металлическую дверь, ведущую к люку, и разбудил старика. Раны на голове успели зажить, а пули с лязгом выпадали на пол. Тот закряхтел от жуткой боли, с трудом распахнул глаза, посмотрел на скопившуюся около люка, ведущего к детям, дюжину солдат.
Старик стал шаркать по карманам, медленно достал гранату, зубами вытащил чеку и покатил снаряд в сторону металлической двери.
— Больно-то… как… — прокряхтел старый алкаш, поморщившись, и медленно повернулся на живот, а успевшими за пару минут восстановиться руками прикрыл затылок.
***
— Люк, Коджи! — заорала Азуми.
— А-а-а! — еще громче вскрикнул Коджи и начал палить по области люка, не попав во врага ни разу. — Кха-а-а! — пуля солдата пришлась аккурат в предплечье парню. Коджи свалился на землю, стал пятиться назад и буквально рыдать от боли.
— Не убивайте, пожалуйста! — вскрикнул Коджи, выкинув оружие. — Мы сдаемся!
— Коджи! — крикнула Азуми, вырвалась из рук Эми и рванула к брату, закрыв его собой.
— Азуми, не надо! — Эми тоже вскочила на ноги, но в доме послышались крики, и крышка люка тут же захлопнулась.
***
— Что за?! — рявкнул солдат, заметив снаряд. — Эй, кто бросил гранату?!
— Ложись! — приказал другой. Все тут же повалились на землю, прикрывая друг друга.
«Раз… два… три… бум…»
БАХ! — оглушительный взрыв раздался по дому, снося перегородки. Толпа солдат буквально по углам разлетелась. Если бы не их магический защитный слой, от них бы и живого места не осталось.
«Хороши бойцы…»
— Бу… — хмыкнул тот, стараясь подняться на руки, но пуля в лоб тут же повалила его обратно на спину. Алкоголик снова вырубился.
***
Сверху послышался мощный взрыв, с потолка начала сыпаться пыль, но Азуми не обращала внимания, та лишь старалась помочь брату.
— Ты как, братик?! — трясясь от страха, Азуми разорвала одежду Коджи и оцепенела от увиденного. — У него кровь, Эми!
— Все х-хорошо… — прошипел Коджи. — Простите…
Эми тут же сорвала с себя рукав и технично затянула руку чуть выше раны. Через минуту вытекающей крови стало меньше.
— Жить будет, милая, не плачь… — вздохнула блондинка, вытерев со лба капли пота.
— С-спасибо… — прошептал Коджи, морщившись от боли. — Азуми, если бы в тебя попали, о чем ты думаешь, дуреха?!
— Сам дуреха… — всхлипнула мелкая и прижалась к брату сильнее.
— Ай, больно, не нужно…
— П-прости…
***
— Что тут происходит?! — кричали остальные солдаты, забегающие в дом. И каждый буквально на глазах цепенел от увиденного. Часть дома в щепки разлетелась. Потолок свис на метр вниз, продолжая трещать от нагрузок.
— Старик подбросил гранату! — возбужденно отвечал тот.
— Убейте его наконец! — паниковал третий.
— Гхра-а-а! — заорал Арчибальд и снова принял положение сидя так резко, что солдаты буквально назад отскочили от испуга, продолжая обстреливать его.
— Убили? — спросил боец, который выпустил очередную пулю в лоб и положил старика навзничь.
— Больно… — снова послышался старческий хрип. — Как же мне…
— Какого черта тут происходит, мать вашу?! — заорал боец, разбежался и со всей силы врезал старику по челюсти так, что шея того глухо хрустнула, а голова неестественно вывернулась в бок.
В доме успели скопиться практически все оставшиеся в живых солдаты. Каждый целился в старика, лежащего на полу с вывернутой башкой, и старался к нему близко не подходить.
— Ладно, вы двое, попытайтесь подорвать люк… — приказал один из бойцов. Двое солдат кивнули и тут же рванули в комнату, от которой, из-за взрыва, практически ничего не осталось, и стали пытаться открыть тяжелую крышку.
— Упс… — прошептал старик с вывернутой головой. В руке его лежала очередная граната без чеки.
— Когда он успел?! — рявкнул солдат. — Черт, все на землю!
Солдаты резко попадали. Те, кто стояли ближе к окну, выпрыгнули на улицу. Открывающие люк солдаты тоже оставили его закрытым и разбежались по разным сторонам дома.
Практически обессилев, старик снова покатил гранату, но в этот раз в гостиную. Там было больше всего бойцов.
«Бум…»
БАХ! — в этот раз граната взорвалась слишком близко к алкашу, разорвав ему левую руку. Тело по инерции отлетело в стену и сползо на пол, оставив на той кровавый след.
Взрыв раскидал более двадцати солдат, которые хоть мертвыми и не оказались, но лежали без особой возможности встать. Для защиты от взрыва нужно было слишком много Сито, которой у многих не было.
— Больно… — кряхтел старый, глядя на оторванную по локоть левую руку.
Несущие стены были разрушены, поэтому вся крыша дома медленно свалилась на пол, подняв толстый слой пыли и оставив под собой солдат и часть руки Арчибальда.
Старик, ухватившись оставшейся рукой за подоконник, поднял свое тело и перевалился на улицу, хрипя от боли. Рука стала медленно заживать, затягивая руку кожей, тем самым, не позволив слишком большому количеству крови выйти наружу.
В районе стали усиливаться звуки мигалок. Порядка двадцати полицейских машин остановилось около дома. Люди в формах тут же стали выбегать из машин.
— Все на пол, живо! — орал мужчина в форме, держа перед собой пистолет. Из пятидесяти солдат взрыву подверглись около тридцати, поэтому лежали они без особой возможности встать. Полицейских было явно больше, поэтому те не получили особого сопротивления.
К Арчибальду подбежал один из представителей органов и стал связывать алкаша.
— Подожди, начальник… — прохрипел старик, глядя на полицейского. — В доме еще трое, их нужно вытащить оттуда.
— Вы хозяин дома?
— Да, верно… — кивнул тот. — Я спрятал детей от этих людей, помогите им выбраться…
— Хорошо!
***
После того, как выбежали Минуро и Роран, на улице стали слышаться выстрелы. Подобное часто происходило между членами конфликтующих кланов на подобных мероприятиях, поэтому ведущий на время приостановил аукцион, скрывшись за кулисами.
В зале практически все были людьми, знакомыми с традициями, поэтому особой паники подобные действия не вызвали.
— Амори, ты не знаешь, куда они пошли? — взволнованно спросила Юки, нежно взяв Амори за руку.
— Не знаю, Юки, но, думаю, мне нужно идти… — сказал тот, играя желваками и глядя на выход.
— Куда? — удивилась та.
— За ними, куда еще… — пожал тот плечами и встал на ноги. — Мы с тобой еще увидимся, надеюсь?
— Да, конечно! — увлеченно закивала рыжая. — В этом году ты тоже будешь выступать на турнире?
— Ну, если не умру… — хмыкнул тот с горечью. — Ладно, мне пора…
Амори страстно прильнул к губам Юки и выбежал из зала, оставив влюбленную девочку совершенно одну в большом зале.
***
Гелентваген, в котором сидел глава клана Морита вместе с четырьмя здоровыми амбалами из преступной группировки Катара, мчал по пустой ночной дороге.
— Гребаный торчок, как он смеет выставлять меня посмешищем?! — во весь голос орал Минуро, сидя на заднем пассажирском кресле и глядя в окно. — Да я его в пыль сотру! Уничтожу наглого ублюдка! Видите ли, шестьдесят миллионов у него в руках лежат, да черта с два! Нищий сопляк совсем страх потерял, черт бы его побрал!
Внезапно мобильник мужчины завибрировал. Тот рывком достал его из кармана и прочитал, кто звонит:
«Бастиан»
— Да, Бастиан, говори! — рявкнул гневно Минуро в трубку.
— Слушай, пап, Роран к офису торчка какого-то послал… — послышался усталый голос сына. — Этот ирод вообще не понимает, что тут делает…
— И что с того?! — продолжа орать Минуро. — Мне какое дело до торчков?!
— Хочу сказать, что на аукционе тоже может быть не он… — продолжал путать отца Бастиан.
— Я его в двух метрах от себя видел, чтоб его! — злился Минуро. — Что ты мне тут загоняешь?!
— Если так, то он там был не один…
— Я сброшу вызов, если будешь говорить загадками, щенок! — оскалился мужчина. — Говори прямо!
— Если говорить прямо, то за тобой сейчас едет Роран… настоящий… — спокойным тоном сообщил Бастиан.
— С чего ты так решил? — немного успокоился Минуро, оглянувшись назад и заметив фары Майбаха, нагоняющего Гелентваген. — Вот же наглец…
— Твои солдаты поехали за другим парнем, пап… — все тем же спокойным тоном сообщил Бастиан. — Мне, конечно, плевать на то, что с тобой будет, но я не мог не сказать тебе об этом…
Парень сбросил вызов, оставив Минуро с собственными мыслями наедине. Глава Морита даже представить себе не мог, что какой-то ушлепок будет вести за ним охоту. Это настолько выбивало мужчину из колеи, насколько это вообще было возможно.
— Подонок… — протянул мужчина тихо, набрав сообщение своему отряду, который сейчас преследовал Майбах другого парня. — Не могу поверить…
***
Что я чувствовал в тот момент, когда гнался за черным Гелентвагеном? Неуверенность. Неуверенность в том, что завтрашний день для меня точно наступит.
Все, что я делал в этот момент — вел охоту так, как не один раз делал это раньше, но…
Да, возможно, тело Рорана удалось немного развить, дать возможность свободнее мыслить и подобное, но я ехал за главой авторитетного преступного клана в теле ребенка. Ребенка, который всю жизнь ничего общего с маной не имел, да и от мастера Хоширо помощи ждать не стоило. Он не относил подобные поступки к созиданию. А наука алхимии слишком чувствительна к таким мелочам.
Очевидно, выбора у меня не было, после всего, что произошло, я не мог отступить, не мог сдаться. Лучшего плана за короткий срок придумать не вышло, но все же я ехал за ним, оставшемся одним на пустой дороге. Конечно же, я был уверен в том, что так просто тот убить себя не даст. Ведь его давно убили бы, не будь он достаточно сильным. И да, было очевидно, что его смерть сделала бы меня свободным человеком, позволила бы дышать полной грудью и начать процесс поиска информации об алхимии в этом мире, но легче от этой мысли не становилось.
Даже раны от пуль залатать удалось с трудом, что уж говорить об остальном.
«Ладно, для начала стоит понять, что он умеет…»
Выжав педаль газа на полную, я стал сокращать дистанцию между машинами. Левую руку, держащую оружие, я высунул из окна, прикрыл левый глаз и с высокой точностью выстрелил в шину едущей впереди машины.
Та резко потеряла управление, врезавшись в стоящий сбоку фонарный столб.
— Мать твою! — послышался гневный крик Минуро и звук отлетающей с петель двери Гелентвагена. — Я убью его!
Я плавно затормозил около противоположной обочины, неспешно вышел из машины, снял пиджак и аккуратно повесил его на переднее кресло Майбаха, снял разорванную от пуль кровавую рубашку и расстегнул бронежилет, который оставил на моем теле кучу кровоточащих ран и царапин от застрявших в нем пуль. Затем так же спокойно взял кровавую рубашку и натянул ее на голое тело, вздохнув с облегчением.
«Свобода…»
Аккуратно прикрыв дверь машины, еще раз глубоко вздохнул и медленно пошагал в сторону разбившегося джипа, концентрируя ману на руках.
На улице все еще моросил дождь, я посмотрел на небо и искренне улыбнулся, глядя на полную луну, просвечивающую сквозь густые облака. Вдали сверкнула молния, немного усилился дождь. Фонарные столбы хорошо освещали дорогу, а машин на ней не проезжало.
Оглянувшись, убедился в том, что стою на широком мосту, соединяющем два берега города.
Как оказалось, двое его телохранителей, сидящие спереди, были мертвы от сильного удара, третий же сломал руку и не был особо опасен. Минуро, как оказалось, успел среагировать раньше и не получил особых повреждений. Мужчина шагал в мою сторону, скидывая черный пиджак на мокрый асфальт и вытирая тыльной стороной ладони кровь с носа.
— Ты, ублюдок! — крикнул тот, посмотрев на меня и ускорив шаг. — Думаешь, сука, самый умный?! Через двадцать минут здесь будут все солдаты, которых ты вокруг пальца решил обвести, торчок ты гребаный!
— Значит… — вздохнул я, не сбавляя ход. — У нас есть двадцать минут, чтобы повеселиться… — добавил с грустной улыбкой, вскинув руками.
— О да-а… — протянул тот, засучив рукава рубашки, выражая дикое желание расправиться со мной. — Двадцать минут у нас есть…
Я плавно перешел на бег. Мне нужна была выгодная позиция для нанесения мощного удара, да и проверить скорость его не помешало бы. Пока бежал, Минуро успел выставить левую ногу назад и приподнять руки, расползаясь в хищной улыбке.
Усилив ноги, я сделал рывок и выбросил правый кулак в область его лица. Минуро среагировал быстро, уклонившись от удара. Моя рука тут же загорелась черным пламенем в форме пасти змеи, увеличив радиус поражения.
Тот не успел отпрыгнуть, как его рубашка тут же загорелась. Минуро сорвал с себя горящую одежду и выбросил ее на мокрый асфальт, быстро залечив полученный ожог.
— Подонок… — прошипел он, размяв шею.
Его тело было полной противоположностью тела Арчибальда. Огромные мышцы груди и рук так и бросались в глаза, приводя в ужас. В нем было килограммов сто, не меньше. Толстая шея и могучие плечи говорили о его любви к подниманию тяжестей.
Не позволив ему атаковать первым, я быстро вытащил из пояса пистолет и выпустил пулю в его лоб. Но та лишь отскочила, свалившись на асфальт.
«Жаль…»
— Ты смеешься надо мной, щенок?! — оскалился тот и в этот раз сам рванул на меня с воспламенившимися огнем того же цвета, что и у Амори, руками.
Удар в область моего лица прошелся по воздуху. Другой ладонью он притянул меня гравитацией и схватил за запястье, прожигая кожу.
Я бы перешел с ним в партер, если бы не разница в весе. Учитывая весовую категорию мужчины, делать это было бы бессмысленно, поэтому я лишь выбросил руку в область его лица.
Но тот вновь увернулся, сильно потянув меня за обожженную руку, и выбросил мое тело в сторону припаркованного Майбаха.
— Гха-а… — вышел из меня весь воздух.
Сила инерции была настолько мощной, что спиной я буквально на треть смял двери своей новенькой машины. Дышать стало сложнее, а многочисленные осколки от разбившихся стекол изрезали мою спину. Я чувствовал, как горячая жидкость начинает течь по спине и пытался подняться, но Минуро ждать не стал, лишь вытянул правую ладонь и снова притянул мое тело к себе, сжав левый кулак для сокрушительного удара. Мое тело с такой скоростью рвануло в его сторону, что сгруппироваться я не успел, поэтому выставил правую ладонь с печатью поглощения маны в ту область, в которую он намеревался ударить.
Так и случилось, мощный удар пришелся по поему лицу сквозь правую ладонь с печатью. Удар был слишком сильным, поэтому отлетел я метра на три как минимум, несколько раз перекатившись по асфальту.
Я был удивлен тому, что смог принять столь мощный удар и не разорвать свой сосуд маны. Да, слегка подташнивало, но все же я мог подняться на ноги и удержаться на них, хоть меня и покачивало.
— Щенок… — прохрипел тот, вытерев капли пота со лба.
В правой руке он материализовал такой же стержень, что и у Амори, а левую вытянул в мою сторону.
В этот раз я был готов к притяжению, поэтому успел сгруппироваться. Быстро перекинув всю энергию прошлого удара в левую руку с печатью увеличения пропускной способности, я выбросил удар в область его живота, согнув его пополам.
— Гхка… — прохрипел тот, сплюнув сгусток крови.
Я почувствовал жуткое жжение в области живота, посмотрел вниз и выругался про себя. В животе торчал металлический стержень.
— Су… ка… — прохрипел я и свалился на колено, глотая воздух. Руки подрагивали от усталости, было жутко неудобно двигаться. По ощущениям, стержень разорвал почку.
Он стал медленно выпрямляться, пока я пытался высосать печатью ману из стержня. Рукой он схватил меня за волосы и с жуткой силой ударил по лицу с кулака так, что в моих глазах на секунду потемнело. Изо рта потекла струя крови.
Против него было бессмысленно применять Ситори, а старик Хоширо не стал бы увеличивать мою силу с помощью печати, так как все, что я делал, никак не относилось к созиданию. Все работало против меня, что жутко раздражало.
Мужчина подходить еще ближе даже не пытался, отдышавшись, он снова материализовал стержень и нацелился мне в область груди, но быстро скоординировавшись, я решил сделать то, что обещал себе никогда не делать, вытянул пистолет, выбросил всю ману, что была в стержне Минуро в механизм выпуска, и выстрелил тому в ту область, которая была защищена хуже лица. Выстрел точно пришелся ему в коленную чашечку, но тот тоже даже не двинулся с места.
«Что за…»
— Идиот… — сплюнул тот сгусток крови. — Чего ты такой хилый-то?
Минуро подошел ближе, убрал мою правую руку ногой и с жуткой силой вбил кол в запястье, присмотревшись к печати на ладони, которую не осталось сил скрывать.
— Так вот в чем дело… — протянул тот, взглянув на узор. — Интересно…
В его руке снова образовался стержень, с другой рукой он сделал то же самое, скинув ее на асфальт ладонью вверх, и ту тоже прибил к асфальту.
— Значит, это правда? — приподнял он бровь. — Так ты из этих…
Я смотрел на него со злостью. Единственное, что могло в очередной раз с ним пройти — Ситори, но делать этого жутко не хотелось. В прошлый раз повезло, да и морально Минуро не меньше развит, чем я. Поэтому я молчал и слушал, решаясь снова сделать это.
Эмоционально неуравновешенный Минуро был жаден до денег, поэтому для начала стоило еще сильнее расшатать его психику, дабы позволить себе небольшое преимущество в сражении за право овладеть его сознанием.
— Император за убийство таких, как ты, готов неплохо мне отгрести… — задумался Минуро, разглядывая узор на правой ладони, прикованной металлическим стержнем.
Особого виду я не подал, но, скажу честно, после этих слов стало жутко. В моем мире высшая алхимия тоже не приветствовалась, но убивать носителей подобных знаний никто не приказывал. Люди были способны контролировать их, накладывая особые ограничения в наложении печатей. Даже старик Хоширо, который явно не скрывал своих знаний алхимии, имел право обучать будущих элитных бойцов. К сожалению, скрыть печати маной мне не удавалось по причине жуткой нехватки магической энергии, поэтому я лежал, смотрел на то, как Минуро создает последний металлический стержень и целится в область моего сердца.
— Подумай о сыне… — прохрипел я, глядя тому в глаза.
Краем глаза заметил красную спортивную машину, припарковавшуюся на обочине, из нее вышел Амори, заметил мое кровью залитое тело и рванул в нашу сторону.
«А ты тут зачем?!»
— Не убью тебя я — убьет Император, таковы реалии… — пожал тот плечами и, приложив стержень к моей груди, стал медленно надавливать всем весом. — Останется лишь надеяться на то, что это очередной твой блеф…
«Арчибальд сказал бы об этом… он видел печати…»
— Гхк… — хрипел я, морщась от боли, наносимой надавливаемым стержнем.
Всю ману, что была у меня в тот момент, я собрал в одной точке, на которую давил стержень. Из-за слишком малой площади защитный слой требовал много энергии и стал сыпаться слишком рано.
В далеком прошлом моего мира люди буквально сжигали ведьм живьем, проявляя жуткую ненависть и неприязнь к ним. Но это было слишком давно. Сейчас я в глазах Минуро наблюдал примерно те же эмоции, что и раньше испытывали к ведьмам. Слепая ненависть и желание продемонстрировать Императору свою преданность.
Мана заканчивалась, руками пошевелить я не мог, а попытка оттолкнуть его ногами стоила бы пробитой груди.
«Сука!»
— Гхка-а… — прохрипел я от жуткой боли. Стержень пробил защитный слой и стал медленно впиваться в грудь, разрывая кожу и сосуды.
«Ладно, либо сейчас, либо никогда…»
Я тут же направил все силы, которые содержались в моем теле, в свой мозг, дабы использовать Ситори, но произошло то, чего ни я, ни Минуро не ожидали.
— Сдохни, гребаный… кха… — изо рта мужчины потекла кровь. Давление прекратилось. Из его живота вылез абсолютно такой же стержень, что был и в моей груди.
— Ненавижу тебя… — прошептал за спиной главы Амори. — Я ненавижу тебя…
— Ам-мори… — прохрипел Минуро, свалившись на колени и полностью отпустив стержень.
— Ты всегда готов пожертвовать всем ради себя, ты ничтожество… — продолжал тот шептать. Подбородок дрожал от сильно сжатой челюсти. С глаз катились слезы. — Сначала мамой жертвуешь, потом мной… как же ты мерзок…
— Гхка-а! — выплюнул Минуро сгусток крови. — Черт бы тебя… п-побрал… — оскалился тот, материализуя в руке металлический шип, более тонкий и острый, чем прежде.
— Не пытайся, пап… — шмыгнул носом Амори, вытерев тыльной стороной ладони мокрое от слез лицо. — Прошу тебя… хотя бы сейчас…
Заметив это, я тут же перенаправил все обратно в грудь, поддерживая работу раненных органов. В тот момент я действительно выдохнул с облегчением, так как в свою победу искренне перестал верить.
Минуро расслабил руку и выронил то, что успел материализовать в руке. Он посмотрел на меня и плюнул в мою сторону, свалившись на живот.
«Не жилец…»
Амори схватился за оба стержня и вырвал их силой из моих запястий, сопроводив это действие моим хрипом. Затем он взял тот, что торчал из груди, и тоже избавил меня от него.
— Живой? — спросил тот, глядя на меня и вытирая слезы. — Наверное живой, иначе я бы тоже вместе с тобой лежал… — добавил ровным тоном.
Я протянул правую руку с огромной пробоиной в запястье и неестественно свисающей кистью. От такой боли можно было давно умереть, поэтому я делал все, чтобы приглушить ту с помощью маны, которая лишала работы некоторые нервы.
Взявшись за висячую ладонь, тот поневоле позволил высосать «родной» маны и немного затянуть раны, дабы не умереть от кровоизлияния.
— Что тебе нужно, говори… — продолжал тот, перестав проливать слезы. — Если только активы твоего отца, забирай, они мне не нужны… только давай закончим вражду и будем биться только в рамках турнира?
Я лишь молча кивнул, позволил ему приподнять меня и посадить в свою машину. Пока мы шли к красному автомобилю, к нам успело приехать около тридцати знакомых пикапов. Солдаты быстро выбежали из машин и хотели начать обстрел, но Амори поднял руку и жестом велел им скрыться.
— Теперь я ваш хозяин, проваливайте… — добавил красноволосый. — Передайте всем, что Минуро мертв… и да, скиньте тело в реку, этот мерзавец мне противен…
— Мне… — тихо прохрипел я. — Нужна… неприкосновенность…
— Так ты никого и не убивал, Роран… — пожал плечами Амори. — Этот вопрос я тоже решу…
Я распластался на переднем сиденье и выдохнул с облегчением. Достав телефон, посмотрел на уведомление, которое пришло от старика.
«Все хорошо. С тебя левая рука. Шучу, отрастет сама. Твои заставили меня переночевать в твоем доме. Я согласился. У меня небольшой беспорядок, как уберусь, перееду.»
«С любовью. Арчибальд Ивата.»
Постскриптум: Коджи сражался как мужчина. С ранением в предплечье лежит в больнице.
Я улыбнулся, зашел во второе уведомление от «Наркоша № 2 Аки»
«Меня пытали, но я тебя не выдал, с тебя 1000$ за задание и 500$ за моральный ущерб…»
От Горо сообщений не пришло. Я попытался набрать его номер, но тот был не доступен.
Впрочем, он меня особо не интересовал.
«Скорее бы домой…» — подумал я и прикрыл тяжелые веки.
Машина парня остановилась около моего дома. Свет в окнах был выключен. Казалось, что все легли спать чуть раньше обычного, по очевидным причинам. Они явно жутко устали с сегодняшнего дня.
— Слушай, Роран… — сказал Амори ровным тоном, открыв мне дверь. — Ты однажды сказал, что, убив Минуро, я освобожусь и смогу ставить мощный барьер, это правда?
— Д-да… — кивнул я, держась за раненую грудь. Та жутко саднила, хотелось куда-нибудь свалиться и от души поорать от боли.
— Хорошо, — вздохнул он. — Ты был прав, отец хотел сделать из меня такого же ублюдка, каким был сам…
«Он уже его сделал» — чуть не вырвалось изо рта.
Амори подал мне руку, помог встать и дошаркать до дома. Дверь была вырвана с петель, поэтому особого труда открыть ее парню не составило.
Оставив меня у порога, он протянул руку.
— Прощай, Роран… — сказал тот ровным тоном, затаив в груди бурю эмоций. Ведь не каждый день парнишка отцу в спину штыри втыкал. Это было очевидно. Все мы люди.
Я молча пожал ему руку и развернулся, как он отдернул меня, в мыслях уже лежащего на мягкой кровати.
— Слушай, насчет Юки… — внезапно буркнул красноволосый, почесав затылок.
«Только не сейчас…» — снова чуть-было не вырвалось.
— Что? — прошептал я, подняв на парня слипающие от усталости глаза.
— Она ведь твоя девушка? — скривился тот, понимая, что вопрос вообще не в тему. — Я просто…
— Нет… — мотнул я головой и, развернувшись, пошаркал по коридору.
— Просто она сказала, что ты будешь…
— Замолкни и проваливай… — махнул я рукой, продолжая шаркать до лестницы.
«Какого черта он решил сейчас об этом поговорить?!»
— Ладно, — сказал тот активно. — Увидимся на межшкольных! — замахал он, прикрыл осторожно дверь и побежал к машине.
— Ага… — прошептал я еле слышно.
«Дети…»
Я доковылял до лестницы, попытался поставить ногу на ступень, но не удержался на ногах и свалился на пол, распластавшись на прохладном ламинате.
«Мягко…» — улыбнулся я и, закрыв глаза, пристроился поудобнее.
Из кухни послышались приближающиеся к моему израненному телу шаги, которые остановились аккурат около моей головы. Не без особого труда открыв глаза вновь, я заметил Эми, стоящую надо мной и скрестившую руки на груди.
— Я все слышала… — прошептала та, глядя на меня пристально. — Что у тебя с Юки?
«Они явно сговорились меня достать сейчас!» — злость переполняла. Я их от жуткой участи избавил, а они со своей рыжей все лезут. Сдалась эта избалованная девка всем.
— Ничего… — прошептал я, поморщившись от боли. Каждое слово отдавалось жжением в области груди.
— Я жизнью из-за тебя рискую, Роран… — прошептала та еще тише, вытерев лицо тыльной стороной руки. — А ты с Юки по всяким аукционам ходишь?
«Какой же у рыжей длинный язык…» — промелькнуло в мыслях.
Наверное, с виду все казалось именно так. Они там гибнут, а я развлекаюсь. Но ведь я не мог просто взять и сказать ей, чем в действительности занимался весь этот день, будь он проклят.
— Эми… — прошептал я ровным тоном. — Спасибо тебе за все… правда… но я совру, если скажу, что с ней ничего у меня не было…
Казалось, это был наихудший из всех ответов, которые я мог ей дать. Но что поделать, я вообще не мог нормально мыслить. Верно говорят, утро вечера мудренее.
«Как же вы не вовремя…»
— Не надо благодарить меня… — мотнула та головой, всхлипнув. — Я лишь оплатила тебе добром за то, что спас мне жизнь, а сейчас я не хочу тебя видеть… — вытерла та лицо вновь и пошагала по лестнице.
Другой реакции я не ожидал, даже от такого доброго и светлого человека как Эми. Все было в порядке вещей. Я — подонок, а она верная, влюбившаяся в подонка девушка.
— Может, напоследок… — попытался выдавить чуть громче. — Поможешь встать?
Она приостановилась, застыв на месте, повернулась в мою сторону и посмотрела пристально. Будто хотела поговорить серьезно.
«Только не сейчас, прошу…»
— Ты хоть любишь меня? — добавила блондинка шепотом.
«Черт!»
— Не знаю… — пожал я плечами, лежа на полу. — Поможешь встать?
Она, как и ожидалось, продолжила подниматься, но тут произошло то, чего я даже от нее не ожидал, блондинка остановилась, сжала кулачки и спустилась обратно ко мне, взяв под руку.
«Ох… добрая душа…»
Вместе подниматься стало легче, поэтому мы быстро преодолели оба лестничных пролета и оказались около двери моей комнаты. Тихо открыв дверь, она помогла раздеться и положила меня на кровать.
«Еще мягче…» — еле заметно улыбнулся я, вздохнув и пристроившись вновь.
— Я лягу в другой комнате… — сказала она, вздохнув от усталости, и пошаркала в сторону двери.
— Стой, — вытянул я подрагивающую руку. Она тут же остановилась. — Ты точно не хочешь остаться?
— Я не хочу видеть тебя… — мотнула та головой.
«Ну, конечно. Зачем спрашивать такое, если заранее знаешь ответ?»
— Я отвернусь, если пожелаешь… — прошептал я, стараясь повернуться к окну. — Останься…
Не понимал, для чего сказал это. Но оставаться одному не хотелось. Эми явно в глубине души давно простила, не злилась. Поэтому я не мог так просто отказаться от такой приятной ауры рядом с собой. Она будто избавляла меня от мыслей о прошлом и возвращала в нынешний мир с тем теплом, которое излучалось в каждом ее действии.
Добрая, искренняя и открытая девушка, которой нужен был тот, кто нуждается в этой самой доброте и искренне ее ценит. Мы оба прекрасно понимали это. И речь шла не о ее отсутствии собственного достоинства, а о том, что она чувствовала, глядя на меня. Понимала, что я в ней нуждаюсь.
— Не уходи… — добавил я, заметив, как та замялась. — Все, что я чувствую к Юки, это жуткую неприязнь, не более…
— Зачем тогда все это? — прошептала та, шмыгнув носом. — Знаешь же, как я к тебе отношусь…
— Знаю, но все, что случилось с вами сегодня… — задумался я. — Могло бы закончиться более плачевно, если бы я этого не сделал…
— Куда хуже? — вскинула та руками. — Еще немного, и нас бы всех…
— Поверь, я сделал все возможное… — вздохнул я. — Не думай, что я сидел сложа руки, пока вам грозила опасность…
— Ну да, ты не сидел сложа руки, Юки ведь была рядом… — вскинула та руками. — Даже на ногах спокойно стоять не можешь…
— Эй, — нахмурился я. — В твоем праве мне не верить, конечно, но не смей так говорить… хотя бы при мне…
И тут должна была случиться кульминация. Либо она уходит и оставляет израненную любовь в одиночестве, либо же остается и делает все возможное, чтобы быть рядом, несмотря на обиду.
— Отвернись к окну… — прошептала та, успокоившись, и сняла с себя майку и шорты, оставшись в одних лишь трусах.
«Ух ты… неожиданно…»
— Пытаюсь… — прохрипел я, собрался силами и выполнил столь сложный маневр, повернувшись к блондинке задом.
Та спокойно подошла ближе, легла на кровать сдернула одеяло, оставив меня голым.
«И так нормально…» — подумал я, в третий раз устроился поудобней.
***
Красная машина припарковалась около особняка клана Морита. Морально опустевший Амори заглушил двигатель, вытащил ключ и приоткрыл дверь, дабы впустить в салон немного свежего воздуха. Выходить не торопился, сидел на кресле, откинув голову и подрагивал от случившегося.
Просидев несколько минут, он вытер слезы, вышел и тихо закрыл дверь.
Медленным шагом побрел в сторону главного выхода и, заметив сидящего на крыльце старшего брата, остановился.
— Тяжелая выдалась ночка, верно? — сказал беловолосый, глядя в звездное небо. Дождь и гроза пару часов как закончились, а густые тучи больше не служили помехой сияющим звездам.
— Да… — кивнул красноволосый, вытер лицо тыльной стороной ладони и свалился рядом с Бастианом.
— Что будешь делать дальше? — спросил Бастиан. Про смерть отца ему было известно от солдат, но особого повода для печали, по его мнению, у него не было.
— Не знаю… — пожал младший дрожащими плечами, на подбородке скапливались слезы. — Я до сих пор ненавижу отца, но…
— Ладно, не ной, я думал, Роран сможет, но ты тоже молодец… — хлопнул по плечу брата Бастиан. — Он действительно был тем еще мерзавцем…
— Так ты знал? — глядя в пол, спросил Амори.
— Знал что? — приподнял бровь Бастиан. — Что он поедет на аукцион? Нет…
— Не похоже на тебя… — продолжал Амори. Старший брат в этом деле был лучшим. Он, по мнению Амори, знал буквально все и делал жуткие вещи, о которых до сих пор никто и не догадывается, но умудрился повестись на такую примитивную уловку.
— Конечно, стало понятно, зачем он туда едет, после того, как ко мне приехал торчок какой-то, который даже не знал о том, что надо что-то красть… — хмыкнул Бастиан. — Но что-то мне подсказало, что говорить об этом отцу не стоит… я сказал ему об этом уже тогда, когда папка был загнан в ловушку…
— Ты тот еще урод… — Амори убрал руку старшего брата со своего плеча. — Я не мог оставить его в живых, а ты изначально спланировал все, стратег чертов…
— Не спорю… — вздохнул Бастиан. — Но и помогать этому ублюдку жутко не хотелось…
— До сих пор злишься за то, что случилось с мамой?
— Буду ненавидеть его всю жизнь… — пожал тот плечами. — Я думал, Роран справится с ним, но что-то тот совсем слабеньким перед Минуро оказался… вот кого-кого, а тебя я там точно не ждал…
— Снова вышел сухим из воды… — Амори поднялся на ноги и медленно пошаркал в сторону двери. — Если будешь планировать что-то против меня, я тебя прикончу…
— Ага… — хмыкнул Бастиан и остался сидеть на ступени крыльца.
«Роран-Роран-Ро-оран… черной магией балуешься, значит…» — думал беловолосый.
***
Все происшедшее за пару дней забылось как жуткий сон. Да, с момента первого экзамена и аукциона прошло именно два дня.
Все это время я особо ничем не занимался, отлизывал раны не без помощи Арчибальда и медитировал, параллельно готовясь ко второму экзамену.
Эми так и ходила по дому надутая, делая вид, что обижается. Но за пару дней все же удалось немного смягчить углы, поэтому сегодняшнюю ночь я спал с ней в обнимку, правда, трогать та все равно себя запрещала. Но это было делом времени. Иногда ловил себя на мысли, что рад был признаться в измене, иначе с каждым днем становилось сложнее делать вид, что я примерный парнишка.
Дом Арчибальда оказался полностью непригодным для эксплуатации, поэтому старика пришлось заселить в свободной комнате при условии, что тот будет мыться каждый день и меньше пить. Азуми с Эми купили ему кучу одежды и сделали из него самого настоящего дамского угодника. Рука, которую тот потерял, по странным обстоятельствам начинала отрастать, а в течение первого дня после схватки с отрядом солдат из него периодически вылезали пули и с валились на пол.
Жуткий старик, если обращать внимание на его бессмертие.
По дому тот ходил исключительно в своем любимом халате, который пришлось заново сшить на заказ с надписью «Арчибальд Ивата» на спине, и с бокалом вина в руках. Ему сложно было полностью прекратить пить, поэтому мы решили для начала снизить градус пойла. Поначалу тот срывался, но на второй день уже полностью перешел на полусладкое красное вино.
При разговоре он всегда придерживался этикета, говорил уважительно даже с кудрявой. Ту он изначально жутко раздражал, но позже мелкая привыкла к нему и поневоле стала называть его дедушкой Арчи, но, когда злилась, старик снова для нее становился «вонючим старикашкой». Опять же, дело времени.
Как оказалось, о том, что использование алхимии карается смертной казнью, Арчибальд напрочь забыл, поэтому пришлось вычитать все это в интернете и на время полностью стереть печати с ладоней. Все же те в последнее время стали доставлять слишком много неудобств и хлопот со здоровьем.
Даже несмотря на то, что алхимия в этом мире считалась запретной, вера в то, что мне удастся найти человека, который смог скрыть от Императора свои знания, жила во мне по сей день. Для начала нужно было начинать поиски талантливых в алхимии людей и собрать вокруг себя новое поколение алхимиков, даже если придется лично свергнуть всю угнетающую власть.
Смерть Минуро полностью легла на плечи Амори, но тот по странным обстоятельствам смог не только уклониться от закона, но и встать во главе клана Морита, унаследовав практически весь отцовский бизнес.
Амори сделал то, что обещал. Активы компании «Морита-билд», которые принадлежали Ичиро, теперь были полностью во владении Азуми, которая, очевидно, ничего об этом не знала. В общей сумме у нашего клана было четырнадцать процентов от компании, которые в совокупности стоили около шестидесяти трех миллионов долларов. Другими словами, я за пару дней стал довольно богатым парнем.
В первую очередь мне удалось полностью оплатить восстановление родового гнезда Арчибальда, так как тот отклонил предложение снести стены и построить новый дом на месте старого. Суд оценил все действия старика, как попытки самообороны, и полностью снял с него все обвинения, связанные с убийством шести наемных солдат. Лицензия на хранение оружия была просрочена, поэтому все запасы его пушек пришлось изъять. Но все же «Черную мамбу» ему удалось спасти, так как в залежах ее не нашли. Целый день тот провозился в поисках любимого оружия и забрал себе дорогой для него трофей.
Более того, мне удалось за пару дней устроить Коджи, который все еще лежал в больнице с пробитым предплечьем, в неплохую академию, после пары лет обучения в которой тот бы смог устроиться на высокооплачиваемую должность. Деньгами я решил его не баловать. Сам приобрел ему с Моникой просторную квартиру неподалеку от Академии, и дал ему столько, сколько необходимо было для того, чтобы тот смог жить нормальной жизнью, без излишеств.
Арендованные Майбахи тоже пришлось выкупить, так как по договору я должен был вернуть их в том же состоянии, в котором брал. Майбах, в котором сидел Аки, я забрал себе. Тот стоял во дворе без одной двери. А оба других пришлось выбросить.
Горо, как позже оказалось, погиб в аварии. Водителя подрезал один из вражеских пикапов и тот угодил в бетонную стену. Оба в Майбахе были мертвы.
Настал день второго школьного экзамена и объявления дат межшкольного турнира.
Я минут пять как проснулся, нежился в чистой кровати и жутко не хотел подниматься. Солнце нежно окутало мое лицо, периодически перегревая его и заставляя меня отвернуться. В кровати я снова оказался один. Эми имела свойство просыпаться раньше меня, что периодически раздражало. По утрам всегда хотелось приобнять неприступную девушку, но каждый раз я просыпался в грустном одиночестве.
— Рори тя-я-ян! — заорала Азуми с нижнего этажа. — У тебя экза-а-амен!
— Встаю! — крикнул я, с трудом скинув с себя теплое одеяло и глубоко зевнув.
Ах да, никто из членов моей семьи не знал об активах, кроме Арчи. Не особо хотелось подвергать их опасности, которая могла возникнуть в любой момент. Больше всего тревожил Бастиан. Во время переговоров с кланом Морита тот ни разу не показался мне. С этим парнем явно что-то было не так.
Конечно, я не планировал вечно оставаться простолюдином, но пока было слишком рано выставлять все в свет. Я относительно недавно «появился на этот свет» и многого не знал. А иметь дело с акулами бизнеса и кланами из списка богатейших в стране не осмеливался. Да и Император не станет закрывать на такой резкий «успех» глаза. Явно станет что-то требовать, например, моей службы. И это не считая того, что я вовсю использую алхимические печати, без которых давно лежал бы под землей.
А свободный «аристократ», которым я называл себя еще в прошлой жизни, от подобных контактов был огражден и защищен. Сейчас я мало чем отличался от других людей, а клан и вовсе мне не принадлежал юридически.
На службу в государственные кланы я тоже поступать не был намерен. В прошлый раз это закончилось плачевным образом как для меня, так и для моей семьи. Стоило полностью исключить все возможные ошибки и действовать более анонимно. В этом плане нужно было взять пару уроков у Бастиана. Тот явно контролировал каждый свой шаг.
Так что ближайшей целью было показать себя со стороны парня, который из нищеты выбился в люди, дать понять, что с меня особо ничего не возьмешь. А что могло бы помочь мне в этом? Верно, победа в турнире. Уж тогда бы мне точно удалось посмотреть на Императора, понять, из какого теста тот слеплен и предстать перед ним мальчишкой без особых амбиций, но с редким талантом.
Да и с кругом общения нужно было что-то делать. Единственный, на кого я действительно мог опереться, был Арчибальд. Но тот явно растерял все связи и все больше походил на пенсионера, которому каждый бой дается с трудом. Несмотря на регенерацию тела, он явно терял хватку. Дать выстрелить в себя столько раз каким-то солдатам!
Сонным шагом я доковылял до ванной, принял душ и привел свое лицо в порядок. На кухне стояла лишь моя тарелка с кари. Я тут же сел за стол и принялся уплетать жутко приятное на вкус блюдо. У девочек был талант.
— Рорик! — крикнула Азуми с гостиной. — Деда снова не дает мне посмотреть мультики!
— Правильно делает! — крикнул я. — Тебе уже двенадцать, смотри новости!
— Вот-вот! — послышался голос Арчибальда.
Эми сидела напротив со стаканом чая в руках и молчала.
— Ты снова проснулась раньше меня? — приподнял я бровь. — Я-то думал, ты меня простила…
— Не настолько, чтобы ты распускал по утрам свои похотливые ручки… — посмотрела та на меня хитрым взглядом. — Ты еще не прощен…
— Я тут подумал… — почесал я висок неуверенно. — Тебе ведь нужна машина, не могу смотреть, как вы прыгаете из одного такси в другое…
— Ах ты… — бросила та в меня салфетку. — Откупиться не получится, молодой человек!
«Не такой уж и молодой…»
— Нет, я не претендую на твое прощение, просто решил, что так будет безопаснее…
— Не хочу, чтобы ты мне что-то покупал… — пожала та плечами. — А своих денег мне не хватит.
— Хочешь белый Гелентваген? — сощурился я, продолжая уплетать завтрак.
— Ты сдурел что ли? — покрутила та пальцем у виска. — Откуда у тебя деньги?
— Ладно, я так и знал, что отреагируешь не лучшим образом, поэтому уже заказал его… — натянул я наивную улыбку. — Надеюсь, ночью меня ждет сюрприз… — посмотрел на нее игриво.
— Никаких сюрпризов… — хмыкнула та, еле заметно улыбнувшись на секунду. — Иди в школу, Роран, ты опоздаешь…
Доедая блюдо, взглянул на газету, лежащую на столе.
— О чем пишут?
— Уже второй день мусолят историю со смертью Минуро… — пожала та плечами.
— И что, нашли чего?
— Не особо. Сейчас проверяют и опрашивают каждого, кто в тот день был на аукционе. Считают, что вероятнее всего автокатастрофа. Машина въехала в столб. Трое, включая Минуро, были мертвы. Единственное, что является загадкой, тела его так и не нашел никто… — та открыла фрагмент с фотографиями и повернула газету в мою сторону. — Говорят, парень в маске тоже был там какой-то, но тот, вроде как, не виновен.
«Автокатастрофа значит…»
— Понял, — кивнул я. — Ты готовить где-то училась, или же талант у тебя такой?
— Ой, не подлизывайся, иди уже, правда… — махнула та ладонью.
— Ага… — кивнул я. — Сбегаешь за формой?
— Еще чего, сам бегай… — скрестила та руки на груди.
— Азуми-и-и! — заорал я.
— Что надо?!
— Форму хозяина на кухню, живо!
— Пошел ты!
— Ох… — вздохнул я. — Никто не слушается… придется самому… — встал со стула и снова поднялся в свою комнату, натянув форму.
На улице была отличная погода, поэтому до школы решил добраться пешком.
На подходе к школе меня уже ждали Мики и Шоджи. В этот раз ребята были в абсолютно другом настроении.
Шоджи, к примеру, был в ярости от правил, о которых, по видимому, узнал совсем недавно. Оказалось, что теория и практика засчитываются как отдельные экзамены. И вместо одной средней оценки человек получает две. Проблема была в том, что тот вообще не разбирался в практической части экзамена, а теорию знал очень хорошо, что, в принципе, было вполне ожидаемо.
— Ну и что мне делать, Роран?! — рассказав мне обо всем в мелочах, толстяк схватился обеими руками за голову. — Если бы знал, что все так, стал бы посвящать больше времени тренировкам контроля Сито!
— Шоджи, так тебе для минимума лишь усилить часть тела нужно, не паникуй… — хлопнул я того по плечу.
— Ты меня недооцениваешь, братец… — нахмурился тот. — Я собираюсь поступить в класс ранга А.
«Что?!»
Насколько же нужно быть самонадеянным для того, чтобы после провального экзамена по истории метить в элиту? Ответа на этот вопрос у меня не было. Парень явно имел проблемы с самоанализом, раз делал такие выводы.
— Даже если и брать средний бал, ты бы все равно не сдал на оценку А, провали ты практику, Шоджи… — задумался я, почесав висок.
— В-верно… — кивнула Мика.
— Вы… вы…. Пф… — махнул тот на нас рукой, прежде чем развернуться и обиженно скрестить руки на груди. — Недооцениваете меня…
— Нет, правда, исходя из здравой ло… — поперхнулся я, увидев яркое зеленое пламя на его ладони. — Логики… — продолжил я, сощурившись от неожиданности.
— Я надеялся на оценку А по теории и Б по практике… — склонил тот голову, опечалившись. — Так бы проще было получить среднюю оценку ранга А… а так получится А и Б.
На самом деле, подобное умение не означало силу и способность его применения. В бою не побеждали те, кто создавал более яркое пламя, либо же материализовывал более сложные по строению предметы. Важно было уметь применять их в критических ситуациях, когда нервы зашкаливают, а тело рвется в бой. Этого как раз у Шоджи и не было, хотя потенциал и природный талант все же тот получил.
— Ух ты… — протянула Мика, удивившись не меньше моего.
— Ты тоже так можешь? — хмыкнул я, скользнув взглядом на толстушку.
— Н-нет… — вздохнула та. — Только усилиться, и то не так уж хорошо…
«Ну, это вполне логично. Девочка смышленая. Умей она хорошо контролировать Сито, сражалась бы за право быть фаворитом.»
Даже интересно стало, как бы та вела бой с разной длиной ног. Возможно, ее движения невозможно было бы предугадать, так как той пришлось бы бросать свой центр тяжести из стороны в сторону при малейших попытках разбежаться.
Хмыкнув от собственных представлений Мики в роли бойца, я снова убрал с лица улыбку и буркнул:
— Ясно.
Толстяк тут же потушил пламя и снова поник. Отсутствие идей его не удивило, но и не сказать, что не расстроило. Все же бывает обидно, когда твои старания стираются в пыль, сопровождаясь еще и провалом на истории.
По уже состоявшейся традиции директриса вышла из школы и с криком:
— Класс 2B, можете заходить! — приоткрыла дверь и прижала ту спиной.
— Ладно, пошли… — махнул рукой озадаченный преследовавшим его невезением Шоджи.
— Д-да… — кивнула Мика и, подскакивая, пошла за ним.
За пару дней я все же нашел время подготовиться к этому экзамену, листая учебники и книжки, прибавляя к этим знаниям недолгую беседу с красоткой директрисой и собственный жизненный опыт. Все в совокупности, вроде как, должно было вырасти во что-то более приличное, чем тридцать процентов выполненной истории, но все же после недавнего «позора» меня не покидала мысль о грядущей оценке ранга С.
— Здравствуйте, Мира-сан… — кивнул я директрисе, вспоминая тот жуткий вечер, когда она сказала мне «нет».
Почему-то, когда видел ее вживую, слышал этот завораживающий голос, что-то во мне менялось. Она действовала на меня особенно. Я просто не мог подобного отрицать, это было бы неверно по отношению к себе.
— Здравствуй, Роран… — в ответ та немного смутилась. Либо же мне показалось. Я даже и думать не позволял себе пытаться контактировать с ней вновь.
Поток учеников вытолкал меня в школьный холл, не позволив ничего сказать ей.
«Ладно, думаем об экзамене…»
И вот, нас всех запустили в аудиторию и выдали задания. Экзаменатором был Атсуши. Директриса все так же сидела сзади и смотрела за всеми, не позволяя что-либо списать. К сожалению, в этот раз я по стечению обстоятельств оказался между Манабу и Кенджи, поэтому прошлый фокус со списыванием с этими ребятами бы точно не прошел. Но, с другой стороны, этого мне нужно и не было. Вопросы были направлены в основном на то, как именно работает энергия Сито, как долго пополняется и для чего используется. Термины я, очевидно, знал не все, поэтому вопросы, в которых встречалось подобное, пропускал, давая себе больше времени на то, чтобы выполнить знакомую часть теста.
В таком ключе прошло около двух часов. Ученики стали медленно вставать со своих мест и складывать ответы. Шел я одним из первых, поэтому в коридоре остался сидеть с двумя одноклассниками, имени которых не знал.
И вот сижу, думаю, пройду ли оставшийся порог, либо же провалюсь, как выходит Шоджи с бордовым лицом и вздутыми венами на лбу и садится рядом, опирая голову на ладони.
— Ты как? — спросил я ровным тоном, глядя перед собой.
Не было особого желания допрашивать парня, но все же нужно было хоть в чем-то его поддержать. Все же толстый действительно готовился и желал поступить в более высокоранговый класс. Даже не важно, что им двигало, страх остаться одному в чужом коллективе, либо же желание доказать, что способен на большее, он старался, а это похвально.
— Никак… — прошептал тот, всхлипнув. — Я провалил…
— С чего ты взял?
— Предчувствие ужасное…
— Ладно, не дрейфь, — хлопнул я толстяка по плечу. — Иногда все происходит так, как ты не планировал. Важно уметь переворачивать ситуацию в свою пользу…
— Снова ты умничаешь, Роран… — отвернулся тот. — Я неудачник, вот и все. Как бы я ни старался, тебя нагнать мне не выйдет…
«Снова сравнивает меня с собой.»
Упрямство я, конечно, поощрял, но все же…
— У тебя все впереди, если сдашься сейчас, позже пожалеешь… — добавил я, унимая собственное волнение.
— Черт… — сжал тот кулаки и стал тихо всхлипывать. Слезы стали капать на поверхность пола. — Как же так…
Спустя несколько минут вышли практически все. Директриса закрыла дверь и велела остальным ждать оглашения результатов.
Мика подошла к нам и присела рядом, с жалостью в глазах поглядывая на Шоджи. Та не особо волновалась по поводу результата. Когда речь заходила о теории, ей равных не было.
— Что с ним? — прошептала та мне на ухо.
— Нервничает, — пожал я плечами.
— Я тоже… — вздохнула толстушка и глубоко вздохнула, сжав пальцы рук в замок. — Н-наверное, не так, как Шоджи, н-но все же…
— Не дрейфь, — повторил я теперь уже Мике. — Иногда все происходит так, как ты не планировала. Важно уметь переворачивать ситуацию в свою…
— Роран, замолчи, и без тебя сложно… — прохрипел Шоджи, перебив меня.
Мы продолжали сидеть и ждать результатов. Многие места себе найти не могли, так и ходили из стороны в сторону, периодически поглядывая на дверь аудитории. Волновались все, кроме фаворитов, те увлеченно обсуждали предстоящие межшкольные, показывали друг другу какие-то списки. Мне стало любопытно, поэтому, поднявшись, подошел к группе и попытался взглянуть на лист, как мне тут же закрыл взор высоченный парень.
— Могу посмотреть? — вытянул я руку, но тут же был отдернут двухметровым.
— Проваливай, Роран, по-хорошему… — оскалился он, держа меня за плечо. — Тут списки наших будущих противников в первом кругу, тебе этого знать не обязательно… ты же у нас непобедимый…
Среди ребят раздался тихий смешок.
Нет, все-таки ненависть ко мне у ребят осталась. Просто никто не показывал ее наяву, так как был увлечен другими делами, да и не особо хотел конфликтовать. Манабу молча смотрел на то, как этот двухметровый шкаф говорит со мной, не пытаясь кого-то из нас остановить.
— Убери руку… — посмотрел я в глаза парню серьезно.
— А то что? — улыбнулся он.
Ну вот снова они выводят на конфликт. Попросил ведь, по мирному, просто показать листочек. Ах нет, нужно обязательно напомнить мне, что никто не собирается меня воспринимать всерьез, вывести меня из себя и потом, после ни к чему не приведшей перепалки, успокоиться. Мне сорок с лишним лет в конце концов, ну зачем мне все это?
Но, собравшись духом, я все-таки ловко схватил за его кисть и вывернул ее так, что пацан даже не успел ничего предпринять. Выхватив лист, я пнул его в спину, свалив на руки, и спокойно взглянул на списки участников. Быстро метнувшись по участникам, я наткнулся на свое имя.
«Роран Хатано Старшая школа Хоккадо — Мидори Тиба Старшая школа Сютоку. Бой навылет.»
«Мидори, значит…»
— Слышь, торчок, ты чо творишь?! — резко встал на ноги парень и хотел-было напасть, но внезапно открылась дверь аудитории.
Из нее вышла директриса и жестом велела всем войти. Парень тут же отпустил руки, бросил на меня презрительный взгляд, вырвал из рук лист и вместе с остальными отправился в аудиторию.
Атсуши снова стал называть наши имена и объявлять оценки. По итогу я набрал шестьдесят один процент, получив оценку Б, Шоджи набрал чуть больше, но да ранга А ему не хватило пары баллов. Мика, Юки и Манабу получили высокие балы, набрав более восьмидесяти процентов выполненных заданий и получив оценку ранга А.
— Итак, вы выполнили теоретическую часть экзамена, — встал со стула Атсуши. — Сейчас прошу всех пройти в спортивный зал для выполнения практической составляющей, где экзамен у вас примет Коичи-сан.
Шум двигающихся парт заполонил аудиторию. Ученики разом повставали с мест, но были отдернуты директрисой.
— Подождите секунду, — сказала Мира. — У меня небольшое объявление, присядьте, пожалуйста.
Те снова лениво расселись и навострили уши.
— Сегодня пришли даты проведения первого этапа межшкольного турнира по контролю Сито. Проводиться они будут в Токио, поэтому будьте готовы к длительному переезду. Чем больше этапов вы пройдете, тем дольше вам придется оставаться в столице… — со стола она подобрала листик. — Начало соревнований объявлено на четырнадцатое число, сегодня шестое, если кто не знал. По правилам каждый участник в праве выбрать себе компаньона, который изъявит желание поддержать участника. Сейчас я бы хотела услышать ваши ответы по поводу того, кто с вами поедет.
В классе начались массовые перешептывания. Фавориты выбирали тех, кто составит им компанию в турнире и будет всячески помогать. По лицам не участвующих ребят я понял, что для них это большая честь. Повидать все своими глазами и окунуться в мир талантливых ребят, сражающихся на виду у толпы зрителей.
— Роран… пс… — толкнула меня Мика.
— А, что? — обернулся я к ней.
— Чего ты з-застыл? — нахмурилась та. — Выбери человека, с к-которым поедешь на турнир…
Сложный выбор мне предстоял, однако. Как я понял, Арчибальд в плане помощника сгодился бы лучше всех, но тому явно лучше было оставаться дома, да и школьников нужно было выбирать, судя по всему. В любом случае старику лучше пока оставаться в доме до моего прибытия. Единожды он доказал, что доверять я пока могу только ему, поэтому причин этого не делать пока у меня не возникало.
Конечно, я бы и один не прочь поехать, но все же так, вроде, тоже было делать нельзя. По итогу выбор падал между Шоджи и Микой. Несмотря на то, что ребята периодически мне надоедали, я мог положиться на их помощь и поддержку.
Мика была довольно умной девочкой, но навряд ли стала бы именно тем человеком, который готов был к подобным поездкам. Все же для Шоджи уехать от родителей и пожить в сложных условиях было бы полезнее, учитывая его старания и рвение к тому, чтобы стать лучше. Да и вопросов лишних парень не задает, показывает видеофрагменты противников с прошлых боев, морально поддерживает, выполняет все поручения и в случае чего подстраховывает. Это мне в нем определенно нравится.
— Роран, — снова ткнула меня пальцем Мика. — Ну, ты решил?
— Шоджи, ты как? — кивнул я поникшему толстячку. — Поедешь?
— Я? — раскрыл тот красные от слез глаза чуть шире. — На межшкольный турнир? Ты шутишь?
— А что в этом такого? — приподнял я бровь.
Он выпрямился, стер сопли и слезы с лица тыльной стороной ладони, красными глазами полными надежд посмотрел на меня и еле заметно улыбнулся.
— Ух ты… — прошептал он, медленно подняв глаза на потолок. — Я всегда мечтал там побывать, правда…
Оставалось надеяться на то, что парень не будет бегать по трибунам и выискивать популярных людей, требуя автографы. На самом деле, мне нравились те масштабы мероприятия, о которых шла речь, поэтому нельзя было проигрывать на первых этапах турнира.
— Так ты согласен?
— Конечно! — кивнул он активно. — Побывать среди фаворитов, съехавшихся со всей страны для меня огромная честь!
— Там д-даже п-принц будет участвовать… — скромно улыбнулась Мика.
— Принц… — улыбка парня растянулась от уха до уха. — Офигеть…
— Тогда решено, — кивнул я. — Едешь со мной.
— С-спасибо, братишка… — кивнул он, взглянув на меня с благодарностью.
Спустя минуту директриса снова выпрямилась и оглянула класс. Убедившись, что выборы были сделаны, она сказала четко:
— Ладно, смотрю, вы закончили. Сейчас каждый участник подойдет ко мне и запишет имя своего компаньона.
Снова послышался скрип парт и стульев. Ученики стали по одному подходить к учительскому столу и выписывать имена своих одноклассников, которые будут сопровождать их в течение турнира. Я, соответственно, записал своим попутчиком Шоджи.
— Теперь насчет условий, в которых вы будете жить, — продолжила директриса, заметив, как все имена были выписаны в листок, а ученики расселись обратно за свои места. — Это будет небольшой спортивный лагерь. У каждой школы будет своя секция, соединенная общим коридором.
— А сам турнир где проходить будет? — приподнял руку возбужденный Шоджи.
— Там же, где и всегда, Шоджи, — нахмурилась та, намекнув на то, что ей не нравится, когда кто-то перебивает. — На бойцовской арене в центре города.
— Спасибо… — кивнул тот и смирно стал слушать дальше.
— Для начала вы должны выйти из группы в первом круге. В первом бою вам точно не попадется противник из вашей же школы, а дальше решит жеребьевка. Есть еще вопросы?
— Да, — поднял руку Манабу. — Обязательно все это время быть в Токио, или же между боями можно посещать дом?
— Во время первого круга живете в лагере, позже, когда участников станет вдвое меньше, вы сможете вовсе не жить в лагере. Главное — посещение боев, иначе вам засчитают поражение.
— Спасибо, Мира-сан! — кивнул тот.
— Можно вопрос? — поднял руку двухметровый парень, у которого я уже был на мушке.
— Говори, Кэзуки.
«Ах, точно, его же зовут Кэзуки…»
— Будет ли распределение по курсам? — спросил тот. — Либо же это неважно?
— Неважно, первокурсник вполне может выйти против третьегодки… — пожала та плечами. — Понимаю ваше волнение, но таковы правила. В прошлом году Амори Морита выиграл турнир будучи первогодкой…
— Этот год посложнее будет, судя по тому, что сын Императора решил принять участие… — тем же тоном сказал он.
— Возможно… — кивнула та, украдкой на миг взглянув на меня. — Тут ничего не поделаешь.
Черт потянул меня за язык пообещать этой даме забрать титул. Мне даже вспомнить было сложно, что именно вызвало во мне такую уверенность. Просто ляпнул ради красного словца. Ничего более.
Больше вопросов не последовало.
— Ладно, теперь можете отправляться на практическую часть экзамена. Участникам турнира желаю удачно сдать оба оставшихся экзамена и не вылететь на первом этапе. Школа в вас нуждается!
— Спасибо!
— Спасибо вам!
Ученики снова стали подниматься со стульев и шагать в сторону выхода.
— Роран, можешь подождать меня? — спросил Шоджи, собираясь проходить практику. — Нужно поговорить.
— Да, давай, — кивнул я.
Я тоже неспешно поднялся, взял су
Получилось так, что из аудитории я выходил последним. Но, перед тем как выйти, меня отдернул Атсуши.
— Роран, задержись на секунду… — сказал учитель, прикрыв дверь. Мы снова остались вдвоем.
Я сел на стул, оставив на парте рюкзак и внимательно посмотрел на мужчину. Тот по началу мялся, но позже, вздохнув, взял в руки газету и положил около меня, указав пальцем на статью, в которой писалось о смерти Минуро.
— Твоих рук дело? — посмотрел он на меня. Говорил серьезно, старался не показывать волнения.
— Нет, Атсуши-сан… — мотнул я головой.
— Ты можешь не говорить мне, — набрав воздуха в легкие, выдохнул тот. — Но я уверен, что ты причастен к тому, что произошло несколько дней назад на мосту. Слишком много совпадений. Я понимаю, ты не доверяешь мне, и это правильно… но все же мне действительно важно знать, был ли ты связан с его смертью.
— Атсуши-сан, при всем уважении, я не могу обсуждать подобные темы с вами. В любом случае, даже если что-то из сказанного вами правда, это касается только моего клана и клана Морита… — мне особо тому нечего было говорить. Нужно было отделаться как можно быстрее.
— Хорошо, тогда давай поговорим о том, что и меня касается… — выпрямился Атсуши, взяв в руки газету. — Я говорил тебе об активах твоего отца и имею право знать, добился ли ты своего?
— Я очень благодарен вам за всю информацию, которую вы мне сообщили, но, даже если и так, подобное обсуждать с вами я тоже не намерен. К вам это тоже не относится.
— А если скажу, что именно ты неделей ранее докапывал меня вопросами об активах? — сощурился он. — Тебя ведь начнут подозревать.
— Вы готовы выдать себя? — приподнял я бровь.
Отличные друзья у Ичиро, однако. Человек узнал о крупной сумме и решил поиметь что-то с меня. Настолько противно в общении с человеком мне еще никогда не было. Жутко наблюдать за тем, как быстро меняются люди, когда речь заходит о личном обогащении. Если в начале разговора мне и хотелось доверять, то сейчас все в голове перевернулось.
— Я просто сообщил тебе то, что…
— Вы выставили на общее обозрение информацию, которую отец всячески решил скрыть, Атсуши-сан, это во-первых… — все, что чувствовал в момент диалога — жуткую злобу и неприязнь. Мало того, что мужчина открыто ненавидел меня, так он еще и угрозами сыпать смел. — Во-вторых, все, что будет касаться меня, так же коснется и вас. Если не полиция, то оставшиеся члены клана не дадут вам свободно дышать. Сейчас в ваших словах я слышу угрозу, но будьте уверены, что одно лишь ваше действие против меня обернется гораздо большей проблемой для вас. Я надеюсь, мы закончили на этом?
— Роран, я помог тебе, не забывай об этом! — сжал тот кулак. — Или ты забываешь тех, кто…
— Забываю… — пожал я плечами, встал со стула и вышел, громко захлопнув дверью.
«Давно меня так никто не злил. Будто это он в спину Минуро штык воткнул. Еще и угрозами сыпет, черт…»
Я спешно вышел в коридор и отправился на практическую часть экзамена, которую проводил другой преподаватель. Спортивный зал находился в отдельном здании, поэтому пришлось выйти и обогнуть главное.
Заходя в зал, я заметил Мику, перед которой была алюминиевая пластина. Пока я искал место, куда могу встать, дабы не мешать проведению экзамена, девочка, закрыв глаза, вытянула ладонь в верх и со всей силы пробила по пластине, в которой оставила небольшую вмятину.
— Хорошо, Мика, оценка ранга С у тебя в кармане, теперь продемонстрируй материализацию… — стоя сбоку от нее сказал учитель, соединив пальцы рук за спиной.
— Да, сэр… — прошептала Мика и вновь закрыла глаза, вытягивая ладонь.
С минуту девочка пыталась что-то сделать, но ничего в ладони не возникало. Ее губы сжались так сильно, что подбородок стало потрясывать, а из закрытых глаз потекли слезы. Она действительно старалась выжать из себя максимум, но у нее ничего не выходило.
«Давай, Мика…»
Но нет, кроме еле заметного дыма в ладони ничего не возникло. Девочка не смогла расплакаться, но в глазах читалась жуткая разочарованность в своих же умениях. Учитель лишь хладнокровно пожал плечами.
— Все? — посмотрел он на отпустившую ладонь Мику.
— Д-да… — кивнула та, вытерев тыльной стороной ладони слезу.
— Хорошо, следующий…
Странно было наблюдать за тем, как светлая голова получает самую низкую оценку на экзамене. Я не сомневался в том, что та уделила кучу времени подготовке, но не выдала должного результата только по причине отсутствия особого таланта. Система образования была сама по себе выстроена таким образом, что люди, не рожденные с особенностью, не могли получить должного развития и в будущем не были особо востребованы на высокооплачиваемые должности.
Да, возможно, девочке повезло родиться в обеспеченном клане, способном оплатить ее обучение в элитном заведении и в будущем получить то, что та заслуживает. Но каково было тем, кто родился в обычной семье? Их буквально не замечали, они жили простой жизнью и вообще не имели даже права пытаться выйти в люди и достичь особых высот.
Пока я стоял, опершись о стену, и наблюдал за остальными учениками, ко мне подошла директриса, встав в ту же позу, в которой стоял я. Она так же смотрела на то, как проходит экзамен, но что-то подсказывала, что рядом со мной не сильно лучше видно, чем со скамей.
— Ты говорил, что совсем в терминах ничего не смыслишь… — начала Мира шепотом, глядя на ученика, воспламенившего ладонь.
— Я так говорил до того, как вы помогли мне, Мира-сан… — я решил вести диалог в том же тоне и в той же позе, что и директриса, наблюдая за экзаменом.
— Да, но я ведь и десятой части тебе рассказать не успела. Ты так резко вышел из дома…
— Были причины… — пожал я плечами.
— Тебя так сильно задели мои слова, что ты вышел, не дослушав?
— Не люблю, когда на меня смотрят свысока, Мира-сан…
— Я не смотрю свысока, я лишь хочу указать на наши разные положения в обществе, понимаешь?
— Хорошо, тогда зачем мы об этом сейчас говорим? — приподнял я бровь, взглянув на нее без особых эмоций. — Вы пришли сказать, что я вам не ровня? Спасибо, я понял…
— Я пришла сказать, что не хочу казаться высокомерной по отношению к тебе… — пожала та плечами. — Ты хороший парень, правда…
«Это она так прощение просит?»
— Хорошо, Мира-сан… — кивнул я. — Я вас услышал…
— Знаешь, мне больше нравилось, когда ты периодически «тыкал»… — хмыкнула та, чуть смутившись.
«Можно мне учебник, в котором четко расписаны все признаки того, как точно понять женщину?»
Все же решил проигнорировать столь странное высказывание и снова направить взор на Шоджи, который успел пробить металлическую пластину и уже стоял с вытянутой ладонью, горящей ярко зеленым пламенем.
— Хорошо, Шоджи… — кивнул учитель. — Оценка ранга Б у тебя в кармане. Дальше пробовать будем?
— Наверное, нет… — замялся толстяк.
«Как можно так легко сдаваться?»
Этот вопрос каждый раз возникал в моей голове после того, как я смотрел на Шоджи. Парень вообще не старался показать что-то, во что сам толком не верил. Его тело имело хороший потенциал, но вот психотип твердо твердил о том, что делать подобного не стоит. А зачем выставлять себя посмешищем, если и так ничего не выйдет? Логика толстяка порой поражала.
— Роран… — снова прошептала Мира.
Черт возьми, я никогда не сталкивался с такими, как Мира. Чем больше с ней общался, тем больше понимал, что та далеко не та мудрая женщина, которой показалась мне в первый день знакомства. Ее тридцать два с хвостом года так и выбивались из образа злой властной директрисы.
— Да… — протянул я, глядя на то, как опустивший голову толстяк собирает свои вещи.
— Ты как-то сказал, что добудешь для школы титул…
Нужно было поскорее выйти из спортивного зала. Та начинала задавать слишком сложные вопросы. Но я покорно стоял, проявляя к ней уважение. Как бы то ни было, мне она жутко нравилась. Не знаю, чем зацепила, возможно первым впечатлением. Внутри себя я все еще верил, что она именно та, кого я в ней увидел.
— Ты тогда серьезно говорил? — продолжила директриса свое предложение.
«Нет…» — чуть-было не вырвалось из груди.
— Да… — кивнул я.
«Молодец…»
— А если проиграешь? — приподняла та бровь.
— Я не проигрываю… — хмыкнул я, сначала вспомнив, как проиграл брату. Затем подумал обо всех тех, кому проигрывал Роран до того, как стал моим реципиентом. — Никогда…
— Ого… — уголки ее губ вздернулись. — Так уверенно врешь…
— Да, пытаюсь произвести впечатление… — вздохнул я.
— Тебе явно нужна мотивация… — сощурила та глазки.
— Я бы был не против мотивации… — хмыкнул я.
— С каждым выигранным боем я буду целовать тебя в щеку… — вытянула та ладонь, дабы я ее пожал. — Договорились?
«В щеку… детский сад. Конечно нет!»
— Договорились… — зачем-то сказал я это и пожал ей руку.
Расстроенный толстячок подошел ко мне, устало махнул рукой и буркнул:
— Ладно, пошли, Роран…
— Ага… — я спешно отлип от стены, вздохнув от облегчения, закинул сумку на плечо, махнул ладонью директрисе на прощание и пошел с ним к двери, ведущей на улицу. Мика осталась в спортивном зале, может, решила попробовать еще раз, не знаю. Волевая девочка, тут сказать нечего.
— Я вот о чем поговорить хотел с тобой… — начал Шоджи ровным тоном. — Ты ведь знаешь, с кем биться будешь?
— Да, Мидори Тиба из старшей школы Сютоку… — вспомнив своего противника, сказал я.
— О, а я его знаю, — брови толстяка вздернулись, он тут же стал более живым. Про провал на экзамене за секунду позабыл.
— Этот парень, кстати, очень тебя напоминает.
— Не понимаю… — удивился я. — Ты о чем?
— Короче, Мидори — это яркий пример того, как люди, рожденные без особого таланта, могут далеко пробраться в турнире. Его красный уровень контроля энергии уже достигнут, он остановился в развитии после достижения уровня Ситобика, то бишь ограниченного Ситоби. Но побеждает он далеко не за счет магических сил. Ты бы видел, какой он быстрый, просто жуть… жутко талантливый ударник. Масаши хоть и сильный, но, мне кажется, он бы слег против Мидори минуты за две…
Интересное описание. На самом деле, если верить словам Шоджи, то Мидори для меня не самый удобный противник. Когда нечего высасывать, приходится вести бой только за счет личных качеств. Но, с другой стороны, скорость скоростью, а опыт подороже стоить будет, да и времени у меня достаточно для подготовки. Короче говоря, победить такого оппонента вполне реально, нужно лишь быть готовым к тому, что он выбросит.
— Ты в бою с Масаши мне видеофрагменты с прошлых боев показывал, помнишь? — спросил я, пытаясь вспомнить то, что произошло недавно, но, по ощущениям, чуть ли не полгода назад.
— Конечно! — кивнул Шоджи. — Хочешь узнать получше о Мидори-куне?
— Да, в этот раз я бы хотел посмотреть, что он делал в прошлом году, как дрался, быстро ли уставал и как далеко в турнире пробрался…
— Вообще не вопрос, я теперь твой помощник, а значит, это моя обязанность! — улыбнулся Шоджи, хлопнув меня по спине.
Пока шли по территории школы, я краем глаза заметил, как сзади за мной идет тот самый двухметровый Кэзуки с мелким Кенджи на пару. Ускорять шаг не стал, продолжал идти в том же темпе, чего нельзя было сказать о тех, что были за спиной. Оба чуть ли не бежали за мной, думая, что я их не вижу.
«Со спины нападают? Как гнусно…»
На самом деле странно было бы, если бы тот не решил поговорить с глазу на глаз после экзаменов. Это было вполне ожидаемо, но вот дружка-фаворита с собой прихватить, дабы точно не огрести, было, как по мне, признаком неуверенности и трусости.
— Сзади Кэзуки… — прошептал я Шоджи на ухо, глядя перед собой. — Только не оборачивайся.
— Черт! — сжал тот кулак. — Ну, что, побежали? — посмотрел он на меня краем глаза. — Если через забор перепрыгнем, то есть шанс спрятаться…
Как по щелчку пальцев, у Шоджи тут же появилась идея удрать. Я понимаю, что они с Рораном раньше всегда так делали, но злило больше не это. Ну, скроешься ты сейчас, завтра ведь все равно отхватишь. Почему, когда речь заходит об угрозе, то первой мыслью возникает побег?
— С чего бы нам от них бегать? — поморщился я удивленно. — Шоджи, когда же ты наконец поймешь, что так проблемы не решаются?
— А как решаются? — удивился Шоджи, хмыкнув. — Опять попросишь мне задержать их, а сам свалишь? Я, конечно, твой помощник и все такое, но…
— Да хватит бред нести… — процедил я. — Сейчас поворачиваемся и принимаем бой…
Толстяка будто током от моих слов ударило.
— Ты идиот? — покрутил тот у виска пальцем. — Они же фавориты… ладно, давай хотя бы извинимся, получим по смачной пощечине и пойдем домой с минимальными повреждениями. След завтра должен пройти…
— Так, я не могу это слушать… — глубоко выдохнул я, схватил толстяка под локоть и резко развернулся с ним. — Хоть пискни что-то унизительное, я тебя разом из списка компаньонов вычеркну.
— Роран, блин… — занервничал тот, пытаясь разжать мою ладонь. — Они снова нас изобьют, отпусти…
— Отпущу, если скажешь, что готов быть вычеркнутым, никуда не ехать со мной и смотреть турнир с экрана монитора… — сказал я ровным тоном, глядя на двухметрового, идущего решительно на нас. Тот был в метрах тридцати, поэтому разговора нашего особо не слышал.
С минуту Шоджи стоял молча и нервно дышал, затем проворчал что-то под нос, выпрямился и сказал:
— Тогда не отпускай. Бьют меня часто, а вот на турнир зовут раз в жизни…
«Вот, это уже приятный звоночек. Не все потеряно. От таких слов я его даже зауважал немного. Но я все еще не до конца уверен в его словах. Посмотрим, как поведет себя на практике.»
— Никаких извинений, ты меня понял? — краем глаза взглянул я на него, приподняв бровь.
— Никаких извинений, я понял… — кивнул тот кратко и сжал кулаки и зубы.
— Возьмешь на себя мелкого… — хмыкнул я.
— Ладно… — процедил он. — Ради участия в турнире…
«Мне определенно нравится этот толстячок. Парень-то явно не пропащий, странно лишь то, что он раньше боялся это делать. Даже если по носу получит, вместо унизительной пощечины, думаю, он поймет ту разницу боли, о которой я хочу поведать.»
Кэзуки с Кенджи остановились в пяти метрах перед нами. Хмыкнув, оба скинули сумки и сняли с себя пиджаки. Шоджи сделал то же самое… он размял шею в точности так же, как это любил делать я, похрустел пальцами и засучил рукава.
«Красавчик.»
Я тоже ждать не стал, поэтому сумку с пиджаком тоже выбросил в сторону.
— Воу-воу, Шоджи, ты-то куда полез? — усмехнулся Кэзуки. — Неужто драться собрался?
— Закрой рот, Кэзуки… — процедил толстяк. — Ненавижу таких как ты.
Либо парнишка верит в мои бойцовские качества и надеется, что я не позволю его избить, либо же его действительно переклинило, и он готов принять бой. Хотелось бы верить во второе.
— Ах ненавидишь… — сказал Кэзуки с особой выразительностью. — Слышал, Кенджи, он таких как я ненавидит… — оба прыснули, взявшись за животы, от забавности его слов.
— Хорошо сказал… — прошептал я Шоджи, глядя на то, как смеются над ним те, кто не раз унижал толстяка.
— Спасибо… — так же тихо сказал мне и кратко кивнул толстяк, нервно вздохнув. — Мне прямо-таки легче стало…
— Но если уж сказал, то отступать даже не думай, понял? — нахмурился я.
— Понял…
Делая шаг вперед, показалось, что толстяк уже был готов ко всему: и к тому, что его начнут запинывать, и к тому, что он одержит верх. Решительность и глупость в его глазах, кричащих что-то вроде «А вдруг прокатит», напомнила мне себя в детстве, вечно натыкающего на таких ребят как Кэзуки.
— Ладно, парни, — прервал я их веселье. — Может объясните, что вы тут забыли?
Ребята успокоились, выпрямились и стали смотреть на меня с серьезным лицом. Оглядевшись, они не увидели никого вокруг, кто мог бы помешать им. А экзамен был в самом разгаре, поэтому минут двадцать у них точно было.
— Что ж, если ты все еще не понимаешь, зачем мы здесь, то мне очень жаль… пора тебя поставить на место, больно комфортно ты себя чувству…
Именно в этот момент глупый Шоджи выбрал для атаки, нацеленной на наблюдающего за всем Кенджи. Мелкий явно был быстрее и примерно понимал скорость ударов Шоджи. Если учитывать стилистику боя Кенджи, то он должен был отскочить назад и пальнуть дальней атакой, ведь зачем тратить силы на неуклюжего толстячка, которого не раз уже бил?
Поэтому в ответ Шоджи получил лишь яростный, но довольно проворный удар в лицо, сбивший того с ног. Но Кенджи не успел атаковать снова, как Шоджи перекувыркнулся и встал на ноги, подняв кулаки перед лицом. С глаз текли слезы, из носа потекла струйка крови, но он и не думал убегать.
Тут не оставалось ничего, как кивнуть ему, и пойти в атаку на Кэзуки.
На самом деле я еще пару дней назад стер печати с ладоней по важным на то причинам и полагался только на свои собственные умения, поэтому точного исхода боя предугадать не мог. Да и не было желания в очередной раз полагаться на них. Сейчас я был в лучшей форме, чем месяцем ранее, пора уже и на собственные силы полагаться.
Учитывая то, что Кэзуки видел мой стиль боя на отборочных, он явно ожидал выход в ноги, переход на болевой с минимальной тратой магической энергии, так как раньше у меня ее практически не было, но нет, сейчас все было иначе. Он получил удар горящей черным племенем ладони в область живота. Такой же, которым пару дней назад я прожег рубашку Минуро. Проблема пламени была в том, что использовать ее непрерывно долгое время пока не получалось, поэтому нужно было как можно скорее закончить бой. Впрочем, у меня получилось застать двухметрового врасплох, сильно врезать в живот и согнуть его пополам.
Шаг назад и я, приложив в ногу немного маны, бью носком по подбородку парня так, что тот сваливается на спину, но тут же встает, отскакивает назад и выбрасывает в мою сторону молнию ярко синего цвета. Уклоняться от молнии, если у тебя нет рывка со скоростью, если ты не движешься со скоростью света, не получится никак. В этом ее большое преимущество. Но когда тело полностью, а не частично, покрыто защитным слоем маны, такой удар особого вреда не нанесет. Да, больно, но все же терпимо.
Я лишь отшагнул назад от инерции удара, но тут же собрался с мыслями и принял стойку.
— Сука… — прошипел Кэзуки и рванул на меня, создав в руке лезвие из маны. Это был хороший прием, так как особой концентрации маны не требовал и был невидим для объективов камер, которых в школе явно было достаточно, да и материализация его не требовала большого количества времени. Правда такое лезвие, если не попыхтеть над его созданием, не было довольно прочным и острым, но все равно защиту из маны мою пробило бы.
От рубящего я с легкостью увернулся и вытянул ладонь, дабы проверить возможность Рорана использовать гравитационный импульс, то бишь Ситори, но нет. Ничего не вышло, поэтому я снова отскочил назад и вновь зажег пламя на ладонях. К сожалению, пока это было все, что могу.
Но вот Кэзуки с подобной задачей справился гораздо проще, чем я. Сконцентрировав ману в правой ладони, он на мгновение использовал тяготение, и мое тело невольно полетело в его сторону. В этот миг в левой руке тот успел собрать глиняную кувалду и с размаху врезал по моему плечу. Защитный слой приглушил удар и не дал мне отлететь далеко, поэтому меня откинуло лишь на метр, и я успел сгруппироваться, быстро вскочив на колени. Но вот жгучая боль все же пронзила плечо.
«Кажется, вывихнул…»
Но, даже если я и был на секунду сбит с ног, его главной ошибкой было то, что он слишком близко подпустил к себе умелого борца, каким я, к слову, и являюсь. С положения стойки на коленях, я усилил носки маной и резко выпрыгнул в его сторону, схватился за ноги и свалил того на спину, стараясь на время приглушить боль в плече.
Я ловко перебрался выше, связав его ноги своими, выкрутил ладонь и перешел на болевой. Но, забыв о том, что он всего лишь ребенок, я переусердствовал, сломав ему руку в районе локтя.
— А-а-а-а!
Рев парня раздался по улице, он попытался вонзить другой рукой в мою спину клинок из маны, но это было слишком медленно. Поняв для себя, что сломанной рукой тот больше не воспользуется, я ловко перехватил его вторую руку за запястье, оказался лежачим спиной на его животе и затылком врезал парню по подбородку.
На секунду он успел выйти из строя, что дало мне возможность подняться на ноги и, приставив к его горлу каблук от обуви, оценить ситуацию с Шоджи.
«Ох…»
Толстяк лежал на животе, закрыв руками затылок. Кенджи же сидел на нем сверху и выбрасывал удары по лицу с двух сторон. Но, что удивило меня еще больше, Шоджи и не думал убегать, просить прощения и кричать о помощи. Он терпел каждый удар, сопровождающийся таким криком, как «Извинись, отброс!».
— Убери ногу… — прохрипел Кэзуки, взявшись за мою ногу ослабленной рукой. Изо рта от удара затылком текла кровь, нижняя часть челюсти покраснела, а сломанная рука опухла и начинала синеть в районе локтя.
— Попроси вежливо…
— П-пожалуйста… — прошептал он и тут же был освобожден.
Кивнув, я рванул в сторону Кенджи, взял его за воротник и швырнул назад так, что тот свалился на спину. Пока он вставал, я взял его за волосы и довольно сильно заехал коленом по лицу, усилив коленку маной.
— Эй, ты как? — следя за действиями Кенджи, краем глаза я посмотрел на Шоджи.
— Н-нормально… — буркнул тот, не двигаясь.
Пара мгновений, и металлический шар Кенджи вылетел в мою сторону. Я тут же совершил кувырок влево и метнул в Кенджи пару лезвий маны. С того места, где стоял секундой ранее, металлический шар странным образом сменил направление и ринулся снова ко мне. Дабы не попасть под удар, я рванул на парня в подкате. Шар пролетел над головой в паре сантиметров, остановился и снова полетел за мной.
«Когда это он успел Ситори активировать?»
Но я снова ловко увильнул, отпрыгнув в сторону. И тут я, почувствовав, что это ловушка, резко отскочил назад, успев заметить, как из-под ног стали с жуткой скоростью вылазить острые земляные шипы.
Но те, не достигнув меня, через пару секунд исчезли. Шар еще раз попытался влететь в мое лицо и снова пролетел мимо, сбив прицел, и исчез.
Пока вставал на ноги, я краем глаза успел заметить, как Кенджи свалился на колено и стал нервно вздыхать. Помимо разбитого носа, в районе плеча и живота у него сочилась кровь. Оказалось, что пока тот атаковал магией, мои лезвия маны успели настигнуть его и, по причине того, что он не смог особо сдвинуться, уйти от них у парня не вышло.
— Думаю, с вас на сегодня достаточно… — отмахнулся я и подошел к Шоджи.
— Вставай, боец… — хмыкнул я, взяв того под руку. Плечо тут же пронзило жгучей болью, и я выпустил толстяка, прошипев от боли.
— Ай… — простонал тот. — Ты чего?
— Плечо вывихнул, кажется… — поморщился я. — Давай сам…
— Сейчас… — простонал он и со стоном поднялся на колени.
Его лицо будто пчелы искусали. Оба глаза заплыли, губа была разбита, из носа текла кровь. Но что удивило больше всего, это улыбка на его лице. Он будто всегда боялся получить по лицу, но, когда уже получил, понял, что в действительности все оказалось не так уж и критично.
— Ты чего лыбишься? — хмыкнул я, морщившись.
— Я ему по роже разок заехал! — возбужденно продемонстрировал тот хук правой и простонал, схватившись за руку. — Черт, это намного приятнее, хорошо, что не удрали!
Он снова попытался встать, как со стороны, где сидел на колени Кенджи, раздался его голос.
— Ты сильнее, чем я думал… — ровным тоном сказал Кенджи, встав на ноги. — Но просто так уйти я тебе не дам… — он снова вытянул руку.
«Черт бы вас побрал…»
Шоджи как игрушка внезапно полетел спиной в сторону вытянутой ладони Кенджи. Тот схватил толстяка за волосы и со всей силы врезал тому по щеке, откинув Шоджи в сторону на пару метров. Тот молча распластался на траве, взявшись за лицо и тихо заплакав.
— Думаете, вы отбросы только потому, что кто-то так за вас решил? — процедил тот, вставая в боевую стойку. Его раны были восстановлены, он больше не глотал воздух, лишь был сосредоточен на мне. — Вы отбросы, потому что родились такими… вам не измениться, станьте вы хоть трижды фаворитами… того, что ты когда-то ползал на коленях передо мной и просил прощения, никто никогда не забудет…
Я стоял, но не потому что не мог, либо же не хотел атаковать, а потому, что заметил, как сильно сжал кулак Шоджи, и ждал, пока толстяк поистине разозлится. Уверен был, что, войдя в кураж, тот не станет попросту воспринимать столь обидные слова.
— Заткнись… — процедил толстяк, вытерев тыльной стороной ладони слезы на глазах.
— Чо сказал? — приподнял тот бровь, взглянув на опухшее лицо толстяка.
— Я сказал, чтобы ты завалил свою пасть! — рявкнул тот, вставая на ноги. — Тот, кто считает таких, как мы с Рораном отбросами…
«Меня приплел… спасибо, дружище…»
… Сам в несколько раз хуже! — договорил тот.
— Ты что, толстяк, берега попутал?! — нахмурился Кенджи, вытянув ладонь в очередной раз. — Я тебя заставлю просить прощения с потным носком во рту, придурок!
Тело Шоджи снова подверглось гравитации. Мощный удар по лицу с кулака вновь вбил его в землю. Кенджи свалился на него, выставил кулак и процедил:
— Извинись!
Я был наготове. Но не мог позволить себе прервать столь важный для Шоджи диалог. Он должен был сам решить, что для него важнее. Собственное достоинство, либо же физическая боль. То, что с ним было раньше, не означало, что он действительно был трусом и отбросом внутри. Сейчас он впервые принял бой, выставил кулаки и пошел в атаку, вошел в кураж. Если так, то мне определенно стоило подождать. В первую очередь для того, чтобы помочь ему с выбором.
Но Шоджи молчал.
— Извиняйся, сука! — Кенджи снова прошелся по его опухшему лицу.
Я заметил, как лежащая на газоне ладонь толстяка буквально вспыхнула зеленым пламенем. Оно становилось все ярче, но Кенджи был настолько возбужден, что ни меня, ни пламя толком не видел.
И это было именно то, чего я покорно ждал от него. Проявления мужского характера. Некого стержня, который был скрыт глубоко внутри толстого парнишки.
«Давай, перебори уже свой страх…»
Не успел Кенджи ударить вновь, как Шоджи схватился горящей рукой за запястье обидчика, попытался его скинуть с себя, но не смог. Кеджи заорал от боли, вскинул вторую руку, в которой за секунду материализовалась металлический шар.
«Пора…»
Я тут же рванул в их сторону, схватился за второе запястье с шаром, и сломал его.
— А-а-а! — завопил Кенджи, свалившись с толстяка и взявшись за сломанную кисть. — Сука!
Слезы тут же покатились по щекам мелкого Кенджи. Он извивался и скрючивался от боли, выбрасывая яростные оскорбления в наш адрес. Но разве это было важно? Ни я, ни Шоджи уже не слушали проигравшего.
— Все, пошли… — вытянул я руку измученному толстяку, помог подняться и пошаркал вместе с ним, оставив позади орущего от боли Кенджи и стонущего Кэзуки.
Мы спешно взяли с земли свои пиджаки с сумками, вызвали такси и пошагали к школьным воротам.
— Мы… — глотая воздух, сжал кулак Шоджи. — Мы сделали их!
— Ты сделал… — хмыкнул я.
— Мы сделали… — сказал Шоджи, улыбнувшись. — Сделали… черт побери, как же классно, они ведь фавориты!
— Ага…
Когда вышли с территории школы, я настоял на том, чтобы Шоджи отправился в больницу. Гематомы на лице нужно было подлечить как можно скорее, дабы те не стали большой проблемой в будущем. Сам же я отправился домой с вывихнутым плечом.
Путь до дома занял не больше десяти минут, так как ехал я, как буржуй, с личным водителем, поэтому сильно заплыть плечо не успело. Я спешно забежал в дом, прошел по коридору в гостиную и свалился на диван, попросив Арчибальда, который, сидя на полу смотрел телевизор, помочь с повреждением. Старик лишь что-то проворчал, сглотнул полусладокого, и сняв с меня изорванную рубаху, покачал головой от увиденного.
— Это где ты успел такой удар пропустить? — приподнял бровь старик, тыкая пальцами по некоторым точкам так, что периодически я вскрикивал от боли.
— Школьники все не наиграются… — прохрипел я, нервно вздыхая. — Нападают по любому поводу…
— Кровь кипит, что сказать… — пожал тот плечами, обеими руками взялся за плечо и добавил: — Так, сейчас будет больно.
— А-а-а! — вскрикнул я, поморщившись, слезы тут же навернулись на глазах.
— Тихо ты, девочки спят… — прошептал он, испугавшись.
— А чего они днем решили? — пыхтя от боли, спросил я.
— Устали, я дал им пару уроков контроля Сито… — хмыкнул тот. — Говорят, хотят тоже уметь постоять за себя.
— И как Азуми? — ожидая, пока старик помажет плечо специальным кремом, спросил я.
— Ну, поталантливее тебя будет… — пожал стари плечами. — Да и ленью она не страдает, и характер у нее поистине боевой… а ты-то узнал о сроках межшкольных?
— Да, шестнадцатого… — кратко кивнул я.
— Ну, у нас еще есть время, — задумался тот. — Надо бы тебе удвоить нагрузки, а то хиляк какой-то…
— Да куда их удваивать, Арчибальд-сенсей? — простонал я.
— Не называй меня так… как у тебя с огнем, быстро создаешь?
— Ну, секунды за три… пока рекорд…
— Это очень долго, ты кость пытался создавать? — закончив смазывать и массажировать ноющее плечо, спросил он.
— Пока нет, это слишком сложно… — мотнул я головой.
— Думаю, мы это исправим, — натянул тот злобную ухмылку. — Будешь каждый день со мной биться, глядишь и получится что из тебя толковое. И без печатей своих вредных, кстати, до межшкольных никаких печатей.
— Ты ж меня убьешь, старый… — нахмурился я. — У самого рука практически целая… отрастает, как хвост у ящерицы…
— Ну а как ты хотел? — сказал тот с особой выразительностью, хмыкнув. — Не все так просто ведь. Кхе-хе-е…
Перевязав плечо, дабы зафиксировать и ускорить процесс восстановления, он выпустил в меня немного целительной энергии, сделал погромче телевизор и сел рядом на полу, взяв в руки бокал вина.
— Арчибальд-сенсей…
— Чего тебе? — спросил тот, увлеченно следя за тем, что показывают по телевизору.
— Насколько масштабен турнир межшкольный?
— Ну… — задумался тот, почесав наголо бритое лицо. — Смотря на каком этапе… если это первый круг, то только школьники и ярые фанаты смотреть станут, но чем дальше пробираешься, тем больший вызываешь интерес… за финалом вообще чуть ли ни весь мир наблюдает…
— Так у нас Амори звезда, выходит? — хмыкнул я.
— Ну, он ведь не стал принимать приглашения Императора на службу в государственных кланах… — пожал тот плечами. — Да и в подобных мероприятиях он не так часто появляется, так как школьник… думаю, пока он не так и популярен, но все же с такими умениями у него большое будущее.
— И большие там перспективы? — чуть задумался я, глядя в потолок. — В службе на государственные кланы?
— Ну, смотря как себя покажешь… — пожал тот плечами. — У меня была должность охранника, поэтому особых перспектив не было…
Спросил я это не потому, что хотел кому-то там служить. Отнюдь. Просто таким образом решил повернуть разговор в более нужное для меня русло. А Арчибальд был именно тем, с кем можно было подобное обсуждать без страха, что кто-то об этом разговоре узнает.
— Ясно… — протянул я. — Как думаешь, многие алхимики еще на свободе?
— Алхимики? — приподнял тот удивленно бровь.
«Блин, их же тут по-иному называют…»
Я уже говорил, что многое узнал об алхимии и отношению к ней не только в Японии, но и во всем мире. Их просто уничтожали, объясняя это тем, что черная магия не поддается контролю со стороны государства. В истории был один человек, который разрушил чуть ли не целый город в бою, вот он был алхимиком. Возможно, подобное отношение к такой зверской силе можно было понять, но все же это меня не устраивало.
Тут алхимиков называли по-разному, а в интернете про них и вовсе информации практически не было, но более распространенное название, которое мне удавалось встретить, было что-то вроде Чернокнижника. К людям с детства вбивалась ненависть к таким людям, поэтому меня периодически удивляло столь спокойное отношение Арчибальда к моей персоне. Единственное, чем я мог объяснить это — он просто забыл свое детство и все, что ему кто-то когда-то рассказывал. Но, с другой стороны, это мне играло на руку.
— Ну, чернокнижников… — поправил я себя.
— Я не знаю, — пожал тот плечами. — Но, думаю, если тебя будут смотреть люди со всего мира, то кто-нибудь из таких да найдется… ты ведь точно решил участвовать?
— Ага… — кратко кивнул я.
Скажу честно, такая мотивация была сильнее той, которую пыталась мне дать директриса. Поцелуй в щеку, либо же поиск алхимиков для достижения своей цели?
«И то, и то. Да и не думаю, что я отступлю, если Мира сама начинает проявлять подобные знаки внимания. Тут же все очевидно. Я ей нравлюсь, наверное.»
Пролежав в том же положении еще минут сорок с закрытыми глазами, я, двинув плечом, ощутил, как боль практически полностью угасла, что еще раз доказало профессионализм старика. Тот сумел восстановить вывих за час, не сделав при этом ничего особенного. Такого бы талантливого бойца я и сам не прочь был на работу взять, жаль лишь, что тот был слишком ленив и стар.
Я неспешно принял положение сидя, осторожно поставив ноги на пол, хоть те и не болели. Взгляд скользнул сначала на заинтересованное лицо Арчи, наклонившегося чуть вперед к телевизору, а позже и на сам экран. По каналу Акери-тиви шла очередная серия «Нерушимой любви», которую дед без устали смотрел и следил за развитием сюжета. Но, судя по выползающим титрам, та подходила к концу. После того, как титры кончились, на экране возник рекламный ролик, после которого по программе начался эфир местных новостей.
— Эх, на самом интересном… — вздохнул Арчибальд, взял в руки пульт и хотел переключить канал, но я спешно его отдернул.
— Стой… — вытянув ладонь, сказал я, присмотревшись в экран, по которому стали показывать снимки найденного в реке тела Минуро. — Сделай погромче…
Пожав плечами, старик чуть увеличил громкость и, отложив пульт, пошаркал до кухни, почесывая живот. Я же стал внимательно слушать слова репортера, наклонившись к экрану в точности так же, как это делал Арчи.
В экране возникло лицо репортера, который стоял около того места, где я недавно вышел с Минуро один на один. Машины на том месте уже не было, но вмятина на столбе была отчетлива видна в кадре.
— Здравствуйте! — кивнул репортер. — Мы находимся на месте, где произошла страшная и загадочная авария. Трое членов организации Катара вместе с главой клана Морита были найдены мертвыми на левом берегу реки Пайя.
— По словам очевидцев черный Гелентваген по мокрой дороге двигался со скоростью в несколько раз превышающей допустимую… — продолжал тот, жестикулируя свободной рукой, в другой руке держал микрофон. — Не справившись с управлением, водитель Гелентавагена столкнулся с фонарным столбом, что отчетливо можно увидеть на фотографиях, сделанных на следующий день после происшествия.
На экран стали выводить снимки его машины, которые были сделаны утром. А это говорило о том, что для расследования все улики уже были собраны. Амори, конечно, уверил меня, что со мной ничего не будет, но кто знает, что в голове у этого сопляка. Сегодня он думает так, а завтра уже иначе.
— Фрагментов столкновения с камер видеонаблюдения получить не удалось… — говорил мужчина с микрофоном, фотографии снова заменились его лицом.
«Хм, вот тут я сам немного удивлен. Каким бы влиятельным Минуро ни был, так просто прибрать к рукам все видеофрагменты, которые успела заснять камера, расположенная на мосту и на протяжении всей дороги, по которой было уже явное преследование с моей стороны, он бы явно не смог. Тут снова возникло ощущение, будто на протяжении всего времени существует третье лицо, действия которого ни я, ни Минуро контролировать не могли.»
— Фрагменты были стерты, а камеры выведены из строя по неизвестным причинам, но сама подозрительность ситуации, связанная с тем, что тела были найдены в реке, а не в машине, казались весьма странными, не говоря уже о том, что тело Минуро-сана и вовсе было пробито насквозь. Это дало права следователям начать свое расследование.
Я сполз с дивана и сел на пол, навострив уши. Сердце стало биться чаще. В любом случае, я никого не убивал, но ведь он и на семью мою напал, и на аукционе открытую пальбу начал. А от камер толку не было. Единственное, на что я мог полагаться, это то, что мой корявый план отвел от меня подозрения.
— … Изначально подозреваемыми оказались две личности, которые, по словам посетителей аукциона, посещенного главой Морита в день его смерти, по той или иной причине оказались с ним в конфликтной ситуации… этих людей вы можете увидеть на фотографиях:
Крупная дрожь прошла по всему телу. На фотографиях был старик Саичи и Горо. Но, с другой стороны, на Горо, тем более ныне мертвого, мне было глубоко плевать.
«Главное, чтобы цепь на нем и оборвалась.»
— Первым подозрение упало на Саичи Хигути. Мужчина так же присутствовал на аукционе и принимал в торгах непосредственное участие. До начала он перекинулся острыми фразами с ныне погибшим Минуро, но, как позже выяснилось, Саичи Хигути и вовсе не покидал аукциона и не был замечен в иного рода конфликтах. Звонков с его стороны в тот день тоже не поступало, а мотив для совершения подобного был слишком незначителен. Тот остался в здании после того, как Минуро Морита спешно покинул аукцион.
Было бы жалко наивного старикашку, если бы того еще и посадили.
— Второй подозреваемый — девятнадцатилетний Горо Кахада. Парень так же на высоких тонах вел беседу с Минуро Морита и даже был подвергнут нападению со стороны наемных солдат близ здания, где проводился аукцион.
А вот с этими камерами никто ничего не стал делать. В экран стали выводить снимки, где я разбиваю окно второго этажа, падаю на крышу машины, угоняю ее, начинаю отстреливаться и запрыгиваю в Майбах, в котором сидел Горо. Камеры все же не засняли факта подмены, что немного успокоило меня.
— Но, — продолжал ведущий новостей. — По камерам можно отчетливо заметить, как парень садится в черный Майбах с заклеенными номерами и движется в абсолютно другом направлении, то бишь, не преследует ныне покойного Минуро Морита. Стоит отметить, что в последствие погони машина Горо Кахада попадает в не менее жестокую автокатастрофу из-за преследующих ее пикапов, заказанных самим Минуро Морита, после которой выживших не обнаружилось. Как выяснилось позже, Горо Кахада представился не своим именем и прибыл на аукцион, назвавшись Рораном Хатано… работники аукциона сказали лишь, что парень обладал неприметной внешностью и редко снимал маску.
— Что, тебя по телевизору показывают? — хмыкнул старик, присев рядом.
— Не мешай… — отмахнулся я, глядя в экран.
Ведущий продолжал повествование, передав слово одному из репортеров.
— Юки Гото согласилась дать интервью для канала, — кивнул уже другой человек, стоящий в другой локации. — Послушаем, что скажет девушка, которая прибыла вместе с одним из подозреваемых.
Тут же крупным планом я увидел лицо рыжей Юки. По заднему фону просто было догадаться, что стоит она около своего дома. Те просто застали ее у подъезда.
— Юки, расскажите, как все произошло по вашему мнению, и связан ли с этой историей Роран Хатано?
— Здравствуйте, — кивнула та нерешительно. — Знаете, я получила приглашение от Рорана, но за мной приехал Майбах черного цвета, в котором сидел парень в черной маске. Изначально я решила, что это Роран, поэтому я ничего не заподозрила, но, как позже оказалось, это был не он. Скажу лишь то, что Горо и Роран очень похожи друг на друга.
Как хорошо врет, я прямо восхитился ее умению верно выстроить нужные эмоции, чтобы никто ничего не понял. Если бы я не был в курсе дела, то действительно поверил ее словам. Та неприязнь, которую я испытал к ней с момента, как рыжая стала активно флиртовать с Амори, улетучилась. Хотелось поблагодарить за то, что не стала запутывать расследование еще сильнее.
— Спасибо! — кивнул репортер. — Теперь мы послушаем слова одного из сыновей Минуро Морита, передаю вам слово, Ясуши-сан… — приложил он руку к уху, и на его месте возникла абсолютно другая локация с другим репортером.
— Да-да, спасибо… — кивнул Ясуши.
На экране возникло лицо Амори, снятое крупным планом, рядом с ним стоял тот самый репортер по имени Ясуши, который держал у лица красноволосого микрофон.
— Амори-сан, по какой причине Минуро-сан покинул аукцион? — подводя микрофон ближе к лицу Амори, спросил репортер.
— Я не знаю, он просто разозлился и вышел из здания… — пожал тот плечами. — Я лишь хотел поехать за ним, но немного не подоспел. Машина отца была разбита, а самого отца в ней на тот момент уже не было…
— Спасибо!
Кадр снова переключился на ведущего новостей в студии, за которым был большой экран.
— И казалось бы, расследование зашло в тупик, — сощурился тот. — А преступник скрылся с места преступления, но нет. Благодаря анонимному источнику, который уже не раз помогал следствию в различных делах, было выявлено и доказано, что причиной смерти Минуро Морита была не автокатастрофа, а настоящее организованное убийство!
Снова я вздрогнул. Но, если так подумать, организованное убийство звучало бы слишком громко, если бы речь шла обо мне. Я не фанат посылать солдат, дабы кому-нибудь насолить. Все делаю сам, дабы не допустить ошибок.
— … Как выяснилось после предоставленных доказательств анонимного источника, убийцей Минуро оказался Раичи Мацамура. Глава компании «МацамураХаус», которая является прямым конкурентом компании «Морита-билд». Аноним показал следствию все записи и документы, подтверждающие то, что Раичи-сан имел самые веские мотивы для убийства, помимо строительной компании, которая вела яростную борьбу с компанией «Морита-билд», тот имел отношение к преступным и беззаконным действиям, и не раз провозил через границу запрещенные вещества.
«Раичи. Кажется, кто-то на аукционе говорил про то, что тот крупный наркоторговец, но с чего бы ему убивать Минуро? Кажется, вокруг меня происходят слишком сложные для моего понимания вещи. Ладно, даже если это так, подозрения с меня были окончательно сняты, а цепь, судя по всему, разорвана. Либо Амори гений, либо у него есть очень хороший сотрудник, который способен стереть любые следы парня. Теперь становилось более ясно, как именно Минуро смог стать столь значимой персоной в кругу преступников.»
— Раичи тоже был замечен на аукционе и даже сидел в одной комнате с Минуро, но отсутствие открытого конфликта ничего не означало. По версии анонимного источника Раичи заказал убийство Минуро, заведомо зная, куда тот отправится. Были предоставлены доказательства того, что тот выполнял звонки и вел себя особо раздраженно в течение всего аукциона. И более того, файлы с видеокамер были стерты не без вмешательства Раичи.
«Ну, я думаю, раздражен он был не из-за Минуро, а из-за того, что какой-то там наркоман сорил десятками миллионов долларов. Кажется, начинало доходить, если бы я не погнался за Минуро, меня бы застали наемники Раичи.»
«Глубокий вдох. Выдох. Успокоились, смотрим дальше.»
И да, «Анонимный источник», мягко говоря, поспособствовал тому, чтобы полностью избавить меня от обвинений.
— Сейчас над главой клана Мацамура, то бишь Раичи Мацамура, проводится тщательное расследование со стороны следователей и полиции… — продолжал ведущий новостей. — Сейчас ему грозит до пятнадцати лет тюрьмы строгого режима и изъятие всех приобретенных преступным способом средств. Спасибо, это были новости канала Акено-тиви…
Программа тут же закончилась, на экране телевизора появилась заставка и заиграла романтичная мелодия с медленно всплывающей надписью: «Нерушимая любовь».
— О! — брови старика вздернулись от радости. — Новая серия!
— Никаких новых серий, Арчибальд-сенсей! — нахмурился я и отключил телевизор.
— Ну зачем же ты так со мной, — попытался забрать у меня пульт старик, но я встал на ноги. — Отдай, там как раз должны рассказать, кто убил Джулию!
— Джулия подождет, а сейчас нам нужно тренироваться… — нахмурился я.
***
Бастиан, откинувшись на спинку кресла, взял в руку банку с энергетиком и немного отпил, вздохнув. Амори же лежал в его комнате в привычной позе и поглядывал в окно, закинув руки под голову.
— Чем тебе Раичи не угодил? — ровным тоном сказал красноволосый, закончив смотреть новости в интернете. — Тут в комментариях все и говорят о том, что его раньше нужно было посадить. И вообще, как ты так его крайним сделал?
— Как много вопросов… — вздохнул Бастиан. — Ну, для начала скажу так, что Роран мне с этим очень сильно помог… а если мы обещали, что его не тронут, мы не можем просто так отдать его властям…
— Обещал я, а не ты…
— И все же, ты ведь хочешь сдерживать свои слова, глупый братец… — пожал плечами беловолосый.
— Да плевать… — хмыкнул тот. — Да и Раичи согласился на твои условия, выплачивал часть прибыли…
— Ну, если говорить для особо глупых… — зевнул Бастиан. — То все же выгоднее иметь всю его компанию, чем жалкие двадцать процентов… сейчас, когда следствие поймет, чем тот промышляет, выкрутиться он не сможет… а кто станет покупателем его компании, которую тут же выставят на торги?
— Мы? — приподнял бровь Амори.
— Мы… — кивнул Бастиан. — Переформируем ее структуру и сделаем дочерней фирмой компании «Морита-билд». Да и не знаешь ведь, чего от этого идиота ожидать после смерти Минуро… Раичи тот еще беспредельщик… — пожал плечами тот. — Думаю, он нам уже тоже не особо нужен… в отличие от Рорана, вот он явно поинтереснее будет. Не получится вот так просто его запереть по закону, да и не сделал он еще ничего противозаконного, я ведь не могу полагаться на несуществующие факты…
— Чем он интереснее? — приподнял бровь младший.
— Ну, во-первых, я до сих пор его побаиваюсь… — хмыкнул с горечью Бастиан. — Он с одной стороны и не самый далекий в плане организации атаки, создает удобные для себя условия, придерживается какой-никакой стратегии, но в тот же момент тупо не может этими самыми условиями воспользоваться…
— Это ты на Минуро намекаешь? — сощурился Амори.
— Ну, да, исхожу из того, что видел… — пожал Бастиан плечами. — Но вот с другой стороны, если посмотреть глубже, тот выстраивает довольно качественную оборону… даже когда он пошел в атаку и не подозревал о ответном нападении со стороны отца, он все же решил перестраховаться и выставить достаточно надежную защиту…
— Алкаша-то? — приподнял младший брат бровь. — Ну да, защита что надо…
— Не в этом дело, идиот… — вздохнул старший. — Он изначально сделал все возможное, чтобы Минуро в последнюю очередь подумал о захвате его семьи, хоть тот и не раз говорил, что не намерен убивать детей Ичиро и угрожать их жизни…
— Отцу верить вообще не стоило… — ровным тоном добавил Амори. — Только строил из себя принципиального человека, а у самого руки чесались любыми способами достичь своей цели…
— Вот-вот, но Роран ведь не знал об этом… — задумался Бастиан. — Иногда складывается впечатление, что когда-то он обладал жуткой силой, решал проблемы лишь за ее счет и всегда оглядывался назад, стараясь прикрыть тыл…
— Ну да, жуткая сила, как же… — хмыкнул Амори. — Бастард Императора…
— Ну да, глупо звучит… — вздохнул старший. — Поэтому и интересно…
— А что с печатью, которую он на мне изобразил? — Амори посмотрел на белый затылок брата. — Ты все еще не понял, в чем фокус?
— Не могу говорить о ней, пока до конца не выясню, в чем его конечная цель…
— И как ты это выяснять собираешься?
— Поболтаю с ним с глазу на глаз… — пожал Бастиан плечами. — Хочу увидеть эти узоры собственными глазами.
— Потом не говори, что я не предупреждал… к нему вообще близко подходить опасно… и смотри не убей, понял?
— Я не ты, чтобы убивать невиновных ради того, чтобы потешить свое эго… — нахмурился Бастиан. — Сколько раз говорил, стоит твердо знать про вечный выбор между добром и злом, Амори… — тон парня стал серьезнее. — Между созиданием и разрушением…
— Снова твои заумные непонятные фразы… — буркнул Амори. — Созидание, разрушение… бред… как садить кого за решетку, так ты мастер…
— Хочу лишь сказать, что убивать невиновных я не собираюсь… — хмыкнул Бастиан.
— Ладно, я понял…
***
Я стоял на улице и разминал руки и плечи. Арчи стоял спереди и лишь ворчал себе под нос, предполагая, что же могло быть дальше в его любимом сериале. Мы до спарринга поспорили со стариком о том, что победителю достанется пульт. Поэтому старик крайне решительно хрустел суставами.
— Ну, чего ты там, долго еще костяшки свои старые разминать собираешься? — бросил я старику, закончив разминку.
— Что, прям здесь? — приподнял тот бровь. — Не боишься, что девочки услышат крики раненного ягненка?
— А? — сощурился я. — Это кто ж ягненка кричать заставит? Старый пьяный волк?
— Для тебя я Арчибальд-сенсей, мальчик! — нахмурился тот, принимая боевую стойку.
— Посмотрите-ка на этого алкоголика… — нахмурился я, подняв перед собой руки и поняв, что ляпнул лишнего.
— Язвишь… — стал кружить Арчи на полусогнутых ногах. — Посмотрим, как запоешь, когда я сделаю это… — в руке старика стал образовываться шип из крови.
— С козырей пошел… — протянул я, начав кружить синхронно со старым. Мои руки тут же загорелись черным огнем, который обволакивал руки по плечи, словно змея. — Придется показать тебе свою ’Черную мамбу’…
— Неплохо… — кивнул дед и тут же рванул на меня.
Выбросив рубящий своим красным кинжалом, он разрезал воздух, так как я отскочил назад. Не став медлить, он снова сделал шаг, ловко изогнулся и пырнул острием в область моего живота, не задев и футболки, так как я снова отскочил.
Вытянув руку, я сделал так, чтобы горящая черная змея проползла дальше, дабы увеличить радиус атаки. Обе горящие обвились кончиками хвостов вокруг моих запястий, и я стал технично разрубать воздух и поджигать траву. Старик же не придумал ничего лучше, чем создать вокруг себя защитную оболочку из застывшей крови и пойти на меня обычным шагом.
Змеи на удивление не смогли причинить броне никакого вреда, поэтому я тут же потушил их, дабы не тратить ману, и пошел в атаку с кулаками.
Хрясь.
Удар, усиленный маной, который я выбросил аккурат по его челюсти, даже не сдвинул алкаша с места. Он лишь сделал кровь жидкой в районе лица, открыл свою злорадствующую физиономию и попытался атаковать своим шипом, но безуспешно, я ловко ушел от удара.
— Может сразу отдашь пульт, и разойдемся? — бровь его сползла вверх под кровяную броню.
— Для начала протрезвей… — хмыкнул я, тяжело дыша. Уходить от ударов и применять Ситоби против старого было довольно трудно.
Старик лишь пожал плечами и выбросил в меня шип, который пролетел в двух миллиметрах от щеки. Вздернутыми бровями, я не успел посмотреть на него, как тот вытянул ладонь, собираясь использовать импульс гравитации.
Он был быстрее, чем я думал, поэтому, успев кое-как создать лезвие из маны, я вытянул его перед собой и, долетев до ладони, ловко изогнулся и вонзил лезвие в руку. Но ничего, даже трещину оставить не получилось. Выбросив ногу вперед, он согнул меня пополам, схватил обеими руками со спины за талию и перебросил через меня.
— Прогиб тигра! — заорал тот на выдохе и вонзил меня больным плечом в газон.
— А-а-а! — заорал я, поморщившись, перевалил из-под старого и, накинувшись сверху, стал пробивать его броню усиленным маной кулаком. Четыре мощных удара лишь оставили небольшую трещину.
— Пульт мой! — рявкнул старый, перехватил мою руку, которая была готова к пятому удару, и перебросил меня в сторону.
Вывихнутое плечо снова взорвалось жгучей болью, но я встал на ноги и, пошатываясь, стал шаркать к старику, воспламеняя лишь палец. Старик к этому времени успел встать и пошагать в мою сторону.
— Надоел… — процедил я, разбежался, ушел влево от рубящего удара кровяным шипом и пальцем оставил вертикальную черную линию, затем, снова отскочив от выброшенной ноги, потянул того за ногу к себе и вырисовал линию по диагонали. Шип больно вошел в вывихнутое плечо.
— Ну что, сдаешься? — не чувствуя, как на его теле я вырисовываю печать взрыва, спросил он.
— Я никогда не сдаюсь, старый… — хмыкнул я, затупив боль в плече. Выполнил последние штрихи для очень простого узора и отпрыгнул метра на три.
Бах!
Короткий взрыв свалил старика на землю, пробив броню, поэтому, быстро поднявшись на ноги, я снова поджег руку, подпрыгнул и пробил ему кулаком в не успевший зарасти броней живот, но руку убирать не стал. О схватил меня за горло.
— А-а-а! — завопил он, сжимая мое горло крепче. — Горячо, отпусти!
— Сначала ты… — прохрипел я, прожигая его кожу сильнее.
Ногой он попытался откинуть меня, но я ее связал так, как сделал это с Кэзуки — своими же ногами. Поэтому ему ничего не осталось сделать, как выбросить мне удар кулаком по лицу, но я лишь сплюнул сгусток крови и продолжил повышать температуру руки.
— Это удар черной мамбы-ы-ы! — оскалился я, посмотрев ему в глаза. — Сдавайся, от него еще никто не уходил!
— Ты применил печать, сопляк! — заорал он. — Не по правилам, отдай пульт!
— Гори, старик! — чувствовал я, как мана кончается. — Или сдайся!
— Уй-уй-уй! — прослезился тот. — Как больно! Сдаюсь!
— То-то же! — спокойным тоном сказал я и убрал огонь и получил мощную пощечину, которая свалила меня на спину. — За что?! — схватился я за щеку. Мана, направленная на приглушение вывихнутого плеча тоже начинала утекать.
— Нефиг свои эти вот рисунки на мне чертить! — поморщился он. Кровяная броня растеклась по земле, но в области живота, кроме прожженной розовой футболки с кроликом, которую ему купила Азуми, я на теле не обнаружил даже покраснения.
— Дак что ты со своей броней самый умный?! — вспылил я в ответ. — Спрятался в панцире своем и издеваешься!
— Ой, все! — отмахнулся Арчи. — Забирай свой пульт… но знай, что выиграл ты нечестно!
Старик с трудом поднялся на руки и, опустив голову пошаркал домой, но был отдернут мной, стоя на крыльце.
— Арчибальд-сенсей! — крикнул я.
— Чего тебе? — бросил тот, что-то ворча под нос.
— Лови! — легонько бросил я старику пульт и остался лежать на траве. — Я больше не буду!
— Хорошо, на этот раз прощу! — отмахнулся он и открыл дверь. — С плечом через полчаса помогу, сейчас сил нет!
— Ладно! — бросил я, поморщился и лег на спину, взглянув на густые облака.
«Сложно было, однако. Раньше я не понимал разницы в уровнях, теперь же не могу привыкнуть, что я объективно слабее опытных бойцов.»
Мне удавалось периодически дать отпор, но все же этого было мало. Нужно было становиться еще сильнее.
Пролежав еще около получаса, я с трудом поднялся и принял положение сидя. Плечо саднило, но кровь успела приостановиться, подсохнуть и образовать корочку в области удара. Как только поднялся, в глазах на мгновение потемнело, а плечо стрельнуло от боли. Получить удар кровавым шипом в плечо от алкоголика было довольно неожиданно.
Но все же моя голова была забита мыслями о собственной слабости. На самом деле было грустно признавать, но Роран был довольно средним парнем с низкой красной границей концентрации маны. Когда я использовал Ситори против Амори, то был на волоске от гибели. Сначала склонялся к тому, что это пагубное влияние наркотиков, алкоголя и прочей дряни, которую тот принимал раньше, но в бою с Минуро понял окончательно, что дальше уровня Ситори парень перескочить не сможет ни в двадцать, ни даже в тридцать лет. Такой была его физическая составляющая, и с этим я ничего поделать не мог.
После боя с Минуро я долго думал над этим, пытался разобраться в своей проблеме и попробовать научиться жить без высших уровней концентрации, но в голову не пришло никаких идей. Впереди ждали более сложные противники, без смерти которых, в чем я был точно уверен, вернуть себе прошлую жизнь я бы не смог.
И вот передо мной встал вопрос: что делать, если таланта у парня нет и не было? Как прогнуть под себя мир, если я и простым телепортом не смогу овладеть? Мана Рорана была ужасной, а справлялся я лишь благодаря внедрению клеток Арчибальда и крови Амори. Но ни то, ни другое развить у меня не вышло бы за короткие сроки до того уровня, который мне был жизненно необходим.
«И проблема даже не в турнире, с сопляками справиться я уж смогу, наверное, и без телепорта… полагаю, что и количества маны мне будет достаточно, если умело научиться применять печати. Но… что буду делать, если на меня станет точить зуб сам Император? Я ведь явно не справлюсь…»
Каким бы я ни был опытным воякой, справиться с такой махиной как государство мне было не по силам, а в теле Рорана и подавно становилось невозможным.
«А теперь, когда мысли мои зашли в тупик, а в развитии я набираю все меньший оборот, стоит подумать о самом факте нахождения в этом мире. Конечно, если бы каждый разрушитель мог так просто телепортироваться по разным мирам, это бы стало сильно влиять на баланс во всех мирах.»
Сама суть перемещения сознания для таких, как я — это преступление. Поэтому после того, как данная печать была выведена впервые, задолго до моего рождения, для нее было закономерно создателям данной печати ввести свои ограничения.
И одним из них был запрет на перемещение тела через миры с сохранением собственной силы и знаний для разрушителей. Созидателям, таким, как Хоширо, подобные скачки были разрешены с ограничениями. К примеру, ему нельзя было перемещаться без необходимости и тело он прежнее вернуть не мог. Но даже если и так, то для простых созидателей, которые не преследуют высших целей, подобное действие было унизительно. Продлевать цикл жизни с помощью перемещений могли лишь единицы во всем мире и то с целью следить за тем, чтобы ограничить зло и восстановить баланс того, или иного мира.
А я мало того, что выполнил перемещение, взяв в заложники Хоширо, так я и вернуться собирался обратно, чтобы доделать начатое. Мне вообще, как разрушителю, такие перемещения категорически запрещались, а если учитывать, что я не собирался тут сидеть сложа руки, и намеренно думал над тем, чтобы изменить ход событий целой страны не в лучшую сторону, то логично было бы меня попросту уничтожить с целью безопасности.
Но, даже если и так, чтобы поймать меня, стражам требовалось получить сигнал, дабы проследить связь между тем миром, из которого я ушел и тем, в котором появился. Пока я оставался слабым, найти меня было практически невозможно, так как связи как таковой и не было. Я полагался лишь на силы и навыки Рорана, периодически используя печати.
«И тут прослеживался главный парадокс: я слабый особо никому из стражей не нужен. Могу жить так, как хочу, делать все, что хочу и оставаться Рораном до конца его жизни. Тогда никаких сигналов я стражам не подам и, скорее всего, найден не буду. Но ведь я не для этого здесь. В этом вся несостыковка. Мне нельзя быть найденным, но и ненайденным остаться я тоже не могу, я физически не в состоянии, так как придется в любом случае брать силы у Йокагами.»
Поначалу я действительно верил, что спустя несколько лет изнурительных тренировок в теле Рорана получится сравняться с бойцами мирового уровня, то бишь с моей прошлой силой, но увы, сейчас для меня это были лишь влажные фантазии ребенка, который мечтает выбраться из нищеты в списки богатейших людей планеты. Такое, как мне кажется, невозможно… а жизнь одна.
И тогда передо мной встала задача, как именно получить крупицу прошлой силы. В прошлом мире я оставил свое тело, все его возможности и ману, забрав лишь сознание. Но к мастеру Хоширо это не относилось. Тот был сгустком жизненной энергии со всеми составляющими, которого я запечатал. Он имел те же уровни концентрации и объемов маны, те же навыки и все остальное, но без тела. И вот, если…
— Рорик, давай домой, хватит там сидеть! — крики Азуми из окна резко отдернули меня от размышлений.
«А-а-а!» — в голове все перемешалось.
Как оказалось, наши крики все же разбудили девочек. В доме были слышны разговоры Азуми и Эми. Спустя пару минут входная дверь дома внезапно отворилась, а из нее показался силуэт сонной блондинки. Оглянувшись, она заметила меня и, зевая, подошла ко мне и присела рядом.
— Ты чего тут сидишь? — спросила Эми, разглядывая вечернее небо.
Ранения та не увидела, так как я стянул с себя окровавленную одежду и прикрыл пробоину ладонью еще до того, как она вышла из дома.
— Эм… — задумался я, почесав висок. Отвечать по-честному не особо хотелось, но и врать по пустякам я не любил, поэтому решил перевести тему. — Как спалось?
— Нормально… — пожала та плечами, вытерев сонные глаза кулачком. — Арчибальд-сан нас тренировал сегодня, вот…
— Да, он рассказывал… — кивнул я, глядя перед собой.
«Так, главное не сбиться с мысли…»
По дороге, которая протягивалась мимо нашего дома, медленно подъехал белый Гелентваген, вырулил в наш двор и остановился в ограде аккурат около Майбаха, дверь которого я так и не починил. Эми лишь округлила глаза и медленно перевела взгляд с машины на меня.
— Оперативно… — хмыкнул я, заметив, как мужчина вышел из белого джипа и направился в мою сторону. В руках он держал папку с документами и ручку.
— Так ты правду тогда говорил? — пребывая в восторге, спросила меня блондинка. — Это мне?!
— Ну, да… — пожал я плечами. — Поздравляю с приобретением, Эми…
Мужчина остановился около меня, протянул документ, добавив:
— Распишитесь, сэр…
Я взял документы, расписался там, где тот просил, и протянул обратно папку.
— Спасибо… — кивнул он.
— Слушай, а не могли бы вы мне дверь вставить в Майбах? — снизу вверх взглянул я на мужчину в белой рубашке.
— Да, конечно, — кивнул тот. — Вы ведь у нас автомобиль приобретали?
— Да, совсем недавно… — хмыкнул я.
— Тогда есть возможность заменить его по гарантии… — пожал тот плечами.
— Сегодня можете ее забрать? — указав головой в сторону Майбаха, спросил я.
— Да, конечно, — снова ответил тот кивком.
Повернувшись в сторону открытого окна, я вдохнул полной грудью и что есть мочи заорал:
— Азуми-и-и!
В доме снова послышались шаги, из окна высветилась мордочка мелкой.
— Что надо?! — громко выкрикнула та, взглянув на меня.
— Принеси ключи от машины! — заорал я.
— Сам неси! — буркнула та.
— Считаю до трех, Азуми! — тон мой стал серьезнее. — Раз! — снова послышались шаги в доме. — Два! — дверь открылась, мелкая выбежала с ключами от Майбаха. — Три! Ты не успела!
— Успела-а-а! — добежала та, бросила мне ключи и побежала обратно.
Я протянул их мужчине, тот взял их в руки, хмыкнув и проводив мелкую взглядом.
— Когда будет готова? — спросил я, отдернув его от мелкой.
— Через неделю, сэр… — протянул тот.
— Отлично, ступай… — махнул я ладонью и снова опустил взгляд на траву.
— Хорошего вечера, — в третий раз кивнул тот и пошагал к Майбаху. Завел машину, вырулил на дорогу и уехал.
Покупать что-то другое из машин себе пока не стал. Черный Майбах вполне подходил для поездок по городу. На межшкольный турнир решил ничего из подобного люкса не брать. Нельзя было оставлять даже намека на то, что у меня могут водиться деньги. Мне бы и что-нибудь попроще сгодилось.
Но, что касается девочек, их ограничивать смысла не было. По документам Азуми вполне могла себе все это позволить. Этого от власти скрыть у меня бы точно не получилось. Но, так как прав у мелкой не было, приходилось ей нанять личного водителя в лице Эми.
— Я тут подумала… — склонив голову, Эми стала перебирать пальцами. — Все же мне хочется тебя простить…
Очень приятные слова для ушей, если быть честным перед самим собой. Я, конечно, понимал, что Эми рано или поздно скажет это, но организм Рорана так и кричал о том, чтобы та простила меня как можно раньше.
— Здорово… — улыбнулся я, глядя перед собой.
— Насчет сюрприза… — продолжала та тем же тоном. — Я подумаю…
«Какие загадочные намеки на секс. На самом деле у меня даже приподнялось настроение. Девушка просто вынуждала себя хотеть. А после того, как она обиделась, мне довольно трудно приходилось по ночам. Спать с ней в одной кровати без единого намека на секс Рорану было трудно, поэтому старался ложиться как можно раньше, чтобы уснуть до того, как она ляжет рядом, ну, а утром ее и без этого в кровати застать не получалось. Так и жил.»
— Хорошо, — кивнул я. — Приготовишь что-нибудь покушать?
— Да, конечно, — кивнула блондинка и встала на ноги. — Ты идешь?
— Нет, пока тут посижу… — мотнул я головой. — Зови, как будет готово…
— Ага.
Девушка с интересом обошла машину, посмотрела внутрь, заулыбалась и убежала в дом. Я же остался сидеть на месте.
Нужно было как можно скорее подумать о предстоящих сражениях и задачах. Поэтому, постаравшись вспомнить все, о чем думал до того, как меня отвлекли, я снова впал в транс.
Итак, как я уже сказал ранее, мне нужна была помощь мастера. Раньше я бы не позволил себе просить помощи у старика Хоширо, так как не раз доказывал, что могу со всем справиться сам. Но, увы, времена меняются, и такие осечки, как бой с Минуро, сильно пошатнули мою уверенность в успешных исходах дальнейших сражений, поэтому ничего лучше, чем поговорить со старцем по душам, я не придумал.
Закрыв глаза, сосредоточился на собственном сознании. Передо мной возникло бесконечное темное пространство с огоньком энергии старика по центру, сильно выделяющимся на темном фоне.
— Мастер… — постарался я не спугнуть медитирующего старика.
С минуту энергия его оставалась все такой же спокойной, затем что-то в ней колыхнулось, и прозвучало по всему моему сознанию:
— Да, Йокогами…
Итак, связь была установлена. Я уже посмел один раз попросить его о помощи в теле Рорана, но на то были слишком веские причины, и он это понимал по состоянию моей души. Сейчас же я был спокоен и в критической ситуации не находился, поэтому решил начать с важного, дабы не ссориться.
— В этом мире тоже есть алхимики… — сказал я, застыв в ожидании его ответа. Да, это было очевидно. В любом мире они есть и будут, но все же нужно было как-то задать вектор разговора.
Мои слова на мгновение встрепенули энергию старика, но тот быстро ее привел в норму.
— Они есть в любом мире… — спокойным тоном прозвучало из его уст.
— Да, я знаю, но здесь ее использование карается смертной казнью… — снова старик вздрогнул. — Я знаю, звучит странно, но я решил собрать лучших алхимиков вокруг себя… а для этого мне не к кому обратиться за помощью, кроме тебя…
Старик с минуту молчал, я никогда не говорил с ним в таком ключе. Помогать мне для него тоже было чем-то неприятным. Идти на мировую с человеком, который некогда его убил, а затем и в себе заточил, давалось с большим трудом. И да, я все это понимал. Лучше все же попытаться поговорить с ним как раньше, чем рисковать своей последней жизнью.
— Алхимик не станет помогать такому, как ты… — наконец ответил тот. — То, что ты сделал со мной, отразилось на твоей злой душе навсегда…
— Значит, заставлю… — пожал я плечами. — Мне нужна помощь лишь одного алхимика, твоя, Хоширо-сенсей. Остальные лишь дадут возможность выстроить третью печать…
— Ты еще не готов…
— Плевать… — отмахнулся я. — Сейчас не в моей готовности стоит вопрос… а в том, смогу ли я сделать это в месте, где за подобное убивают.
— А убивают их из-за таких как ты… — продолжал тот корчить из себя добродетеля.
— Хоширо-сан, может перестанешь вести себя как ребенок, начнешь исходить из того, что уже произошло и поможешь вернуть нас домой?
— Чего тебе от меня нужно? — смирившись с отсутствием выбора, буркнул тот.
Он всегда таким был. Хладнокровным стариком, которого вообще на приятный разговор не вывести. А если речь заходила об его участии, начинал набивать себе цену. Да, может когда-то он и был важной шишкой, но сейчас старик помимо опыта и знаний особо ничем и не руководствовался, а вести себя таким же образом продолжал. Ни разу не пожалел, что прикончил старика.
— Есть две просьбы… — поморщился я от собственной наглости, учитывая его отношение ко мне. — Для начала мне нужна отличительная черта, которую выявить может только опытный алхимик… в этой стране данная наука строго запрещена, поэтому хотелось бы избежать внимания со стороны правительства и при этом подать сигнал тем, кто мне нужен…
— Вторая? — буркнул он так, будто первая просьба для него была сущим пустяком.
— Верни то, что забрал когда-то… — сказал я серьезней.
Тут его энергия яростно забурлила. Он долго молчал, стараясь скрыть свой гнев.
Итак, пора, наверное, объяснить, что за просьба такая странная «Верни то, что забрал».
На самом деле, наша с ним схватка закончилась не лучшим для меня образом. Старик тоже не из слабых оказался и успел оттяпать часть моей жизненной силы. Да, он против меня использовал ту же печать, что и я против него. Была жесткая борьба, без шуток.
Изначально я считал, что было бы разумным избить его до полусмерти, спокойно составить все узоры и забрать его тело и силу себе, но нет, такого сделать не получилось, так как я не могу использовать те печати, которые мне не поддавались по причине того, что я оставался чайником в сфере столь чувствительной науки. Да и мировоззрение не то, злые не могут пользоваться печатями созидателей.
Поэтому пришлось вырезать в его теле печать договора, которая была схожа с той, что Хоширо изобразил в сознании Амори. Печать гласила, что любое действие старика против меня на мне отразилось бы таким же образом, каким бы отразилось и на нем. Если бы он захотел запечатать меня, то и сам должен был бы быть запечатанным мной.
Пока сложно, но все, что касается Хоширо простым назвать было трудно.
И вот я, Йокогами Кисимото, стою над полумертвым мастером и прошу его запечатать мое тело в себя. Мало того, что у Хоширо выбора не было, так он и возомнил из себя того самого молодого парнишку, которым когда-то был. Вот и пришлось ему принять мой вызов в борьбе, кто кого запечатает.
А в алхимии ценность тела является основополагающей, поэтому ценность моего тела по итогу оказалась втрое выше, чем ценность полумертвого поверженного алхимика. Да, я в той борьбе победил. Но даже моя победа заставила распрощаться с третью собственной жизненной силы.
Именно поэтому пришлось отдавать три пальца старику, дабы тот изобразил печать, которая помогла в последствии расправиться с шестью десятками бойцов и позже пойти в атаку на брата.
Там, стоя лицом к лицу со своим братом, я тоже выпросил всю свою силу взамен на что угодно, но тот отказал, объяснив это тем, что мои действия не направлены на созидание. Но, по итогу, ему все же пришлось ее изобразить, так как я чуть-было не слег с одного удара старшего брата.
К сожалению, отдав чуть ли не всю кисть, я все равно проиграл еще раз. Он просто монстром оказался, я даже не мог представить, насколько он лучше меня.
К слову, ту же печать Хоширо повторил еще в бою с членами Катара, забрав всю руку Рорана.
Короче говоря, сейчас старик имел треть той силы, что была у меня раньше. Но, даже если и так, такая просьба была верхом наглости с моей стороны по двум причинам.
Первая — старику явно нужна была подпитка от той силы, что он из меня высосал. Я, в отличие от него, услугами маны старика не пользовался, так как той было даже меньше, чем у Рорана. Старый пердун вообще не развивался в плане маны после того, как ему стукнуло семьдесят.
Нет, внутри него не было второго меня, это был просто сгусток энергии, который мог бы присвоиться к телу Рорана примерно так же, как и клетки Арчибальда. Но энергия бы точно усвоилась, она ведь и была моей.
Вторая — данная просьба стала бы мощным сигналом для тех самых стражей, которые меня по всем мирам искали. Да и понятно же, зачем мне былая мощь.
Ну и закономерный вопрос. Кто же такие эти стражи?
Родители алхмии. Те самые первооткрыватели данной науки, которые возрождаются в новых телах других миров снова и снова. Они, теоретически, могли жить вечно. Старику Хоширо и не снилось их влияние на миры.
Созидание в своей истинной форме поистине ужасно для меня. Это не те старые добряки, которые подставляют вторую щеку для нового удара, а те самые борцы за справедливость, которые яростно ненавидели таких, как я, и ограничивали таких, как Хоширо, дабы тот не выращивал таких, как я. Жуткие ребята могли появиться в любом из людей и по итогу хорошенько меня проучить. Иногда при встрече с одним из стражей лучше с моста спрыгнуть, либо же пырнуть себя клинком в сердце.
И вот еще один парадокс: теоретически, пока Хоширо сидит во мне, я могу надеяться, что те будут искать меня со сбитым прицелом, что даст больше времени на разгон. Все же он часть меня, вышел из того же мира, что и я, и имеет право на подобные скачки.
Но, когда мы вернемся, мне так или иначе придется от него избавиться. Я дал тому обещание кровью. Но, если избавлюсь от лучика добра внутри, то меня тут же схватят те самые стражи-алхимики. Побороться с ними, наверное, возможно, но я не думаю, что в моем состоянии это хорошая идея.
И вот вопрос, как мне быть, когда вернемся? А там еще и братец с другой стороны. А он тот еще монстр. Кашу я наварил с этим скачком просто превосходную.
Единственное, что я мог придумать — держать его у себя до старости, а когда пойму, что можно умирать, отпустить его. Подло, но пока план такой. Хотя тот просто убьет меня изнутри, ему это труда не составит. Но, если заберу свою силу, то уже навряд ли ему это удастся сделать.
И тут возникает еще один вопрос. Каким я вернусь? Сильным, слабым, в своем теле, либо же в чужом? А если в своем, тогда куда денется моя часть, которая сейчас в старике.
Отвечу. Я планирую оказаться в своем теле до того, как случится наша схватка с Хоширо. Теоретически, мы создадим вторую петлю времени и будем жить вне зависимости от тех Хоширо и Йокогами, что проживали жизнь на тот момент. И получится так, что Йокогами, в которого вселюсь я, станет мной со старикашкой внутри и просто погибнет как личность, оставив при этом всю силу, опыт и навыки, по которым я жутко скучаю.
— Я не раз тебе говорил, что делать этого не собираюсь… — вздохнул Хоширо. — Твое пребывание в этом мире не законно… пока ты не связан со своим прошлым миром та вероятность, что тебя найдут быстрее, чем ты уйдешь в свой мир, мала… если ты понимаешь, о чем я… сейчас Стражи не знают, в каком ты оказался мире, а будешь связан с прошлым, тебя вычислят быстро…
Еще одна особенность старика, о которой я уже упоминал. Все, что он говорит, нужно было записывать на диктофон и переслушивать. Я, конечно, со временем общения с ним начал понимать, что он пытается донести, но все же иногда действительно было трудно.
— Я в бою с местным мошенником чуть-было не погиб, о чем тут может идти речь? — нахмурился я. — Как бы я ни старался, мне не стать прежним… у Рорана слишком низкий потолок навыков. Я чувствую, как все ближе приближаюсь к красной границе…
— Что за красная граница? — удивился мастер.
— Они так называют предел уровня концентрации маны… — пожал я плечами, вспомнив уроки Миры.
— Даже телепортом не владеешь? — задумался старик.
— Не владею и, думаю, не смогу им овладеть в этом теле… — ответил я. — Перенос сознания в человека, стоящего в паре метров, буквально кромсает меня по частям… даже если годы пройдут, и мне удастся отточить Ситори, я просто уткнусь в потолок… а его родовая способность ситуацию явно не исправит…
— Это проблема… — задумался тот.
— Да, неприятно… — кивнул я. — Тело Рорана становится сильнее… но речи об уровнях вражды с государственными кланами речи идти не может…
— Ты глупец, если считаешь, что иметь дело с Создателем (так он называл главного Алхимика) будет проще, чем с этими твоими… государственными кланами.
— Я успею вернуться, Хоширо-сенсей… — сжал я зубы. — В теле Йокагами и поговорю с твоим Создателем с глазу на глаз. Старику явно пора на пенсию, будем продвигать твою кандитатуру… — это была шутка, но старик, кажется ее не понял.
— Что ты несешь, сопляк?! — разозлился тот еще сильнее. — Как ты смеешь думать о том, что способен противостоять самому Создателю?
— Не пыли, Хоширо-сенсей… я пошутил… — понимая, как его взбесили мои слова, попытался я его остудить. — Дай то, что прошу, и обещаю, что сделаю все так, как планировал…
— Все, что я в тот день запечатал, лишь на треть будет соответствовать твоим умениям в прошлом, Йокагами… — спокойным тоном ответил тот. Старик явно не хотел отдавать то, к чему он уже привык. — Я в гневе…
— Мне хватит трети… — пожал я плечами. — Пора уже начинать играть по-взрослому, а не полагаться на эти никчемные печати, которые против школьников и применять…
— Ты же понимаешь, что, используя собственные силы, ты будешь лишь усиливать сигналы? — нахмурился тот.
— Да, я знаю… — кивнул я. — Постараюсь использовать ее в крайних случаях… понимаю, что это опасно, но это единственный спасательный круг… Роран просто немощен…
— Ты все равно будешь каждый раз переламывать кости парня, Йокагами… — продолжал тот ровным тоном. — Каждый твой удар будет слишком болезненным. Роран еще не готов к таким нагрузкам.
— Так я не говорил, что перестану укреплять его тело… — пожал я плечами. — Мне нужно понимать, что мне есть куда расти…
Обреченно вздохнув, старик лишь пожал плечами и оставил меня без ответа.
— Я могу считать, что мы договорились? — приподнял я бровь.
— Печать требует времени… — ответил тот, унимая злость.
— А с первой просьбой ты поможешь?
— Оставь рассечение на правой брови… — буркнул тот. — Этого никто не поймет, кроме опытного алхимика. Так зачастую делают те, кто связан с ней… больше говорить с тобой не собираюсь, оставь меня в покое.
Меня будто током ударило от этой фразы. Рассечение на брови я заметил у одного из сыновей Минуро, пока пролистывал досье его клана. Конечно, не исключаю совпадений, но все же его мутность и такая отметина слишком подозрительны были, как мне кажется.
«Блин, как же его звали-то… Бастиан, кажется…»
— Долго печать составляться будет? — задал я последний вопрос.
— Не знаю точно… — пожал тот плечами. — Мне еще вспомнить ее нужно…
— Спасибо, Хоширо-сенсей…
Больше разговоров с мастером Хоширо не последовало. Тот и без моих наведываний не особо там веселился, а я еще и просьбами его заваливал. Поэтому, не сказав более ни слова, я снова вернулся в реальность. Передо мной открылось вечернее небо. Пока лежал, густые облака успели скопиться, а под моросящим дождем с открытой раной лежать было не совсем приятно, поэтому решил встать.
Из разговора со Хоширо понял, что тот обладает безумной сдержанностью.
«Я не поверю, если тот не попытается меня прикончить. Но, к счастью, это произойдет только после того, как я вернусь. А значит, не очень скоро.»
Пока отряхивался от земли, почувствовал, как в кармане завибрировал мобильник. Посмотрев на экран, сглотнул от неожиданности вызывающего. Это была Мира.
— Привет, Роран… — прозвучал милый женский голос директрисы.
— Здравствуй, Мира-сан… — постарался сказать я как можно четче. Сердцебиение Рорана, кажется, контролировать я тоже не мог.
— Ты бы не хотел поужинать сегодня? — внезапно спросила та. — У меня к тебе есть разговор по поводу турнира… важный…
— А по телефону сказать? — приподнял я бровь.
— Ну, я еще дико голодная, а готовить жутко лень… — призналась та. — А ты вполне способен составить компанию.
— Эм… — задумался я. — Сейчас?
— Да, если хочешь, могу заехать за тобой… — предложила та, заведомо предполагая мое не лучшее, по ее мнению, финансовое положение. Откуда у сироты может быть машина?
— Я и сам могу заехать… — не понимая, для чего мне эти игры в самодостаточного мальчишку, буркнул я. — Будь готова через полчаса…
— Отлично, тогда буду собираться… — ответила та и сбросила вызов.
Как оказалось, вечер был полон «сюрпризов». Что мне нравилось в Мире, так это ее прямолинейность. Если речь шла о важном разговоре, то ожидать чего-то другого я не мог, но, с другой стороны, мне все больше казалось, что ее шагов навстречу становится все больше. Будто внутри нее идет жестокая борьба разума с чувствами.
Потянувшись, я лениво пошаркал в дом, в котором уже чувствовался приятный аромат риса с рыбой. Девочки вовсю занимались готовкой. Честно сказать, я не понимал, зачем они это делают, ведь они могут себе позволить и еду из ресторанов. Но, видя их радость в глазах и желание меня как можно лучше накормить, я осознал, что им это просто нравится.
— Рорик, давай на кухню! — послышался строгий голос мелкой. — Помоги нам с готовкой!
— Ага… — кивнул я устало и пошаркал к кухонному столу.
Передо мной Азуми поставила пустую миску, несколько лимонов и нож. На мой вопросительный взгляд, ответила:
— Нарезай тоненькими кусочками, Рорик…
Нож со стола я брать не стал, да и не мог физически. Рука все еще жутко болела от того яростного удара пьяного мастера. Боль со временем, конечно, приутихла, но все же двигать рукой было невыносимо сложно.
— Девочки, вы же не будете против, если сегодня поужинаю в другом месте? — поморщился я в ожидании обиженной гримасы. — А завтра днем разогрею то, что оставите, и с удовольствием скушаю.
— А куда это ты собрался? — нахмурилась Азуми. — Или тебе наша еда не нравится? А?
— Вы прекрасно готовите, правда… — выставил я ладонь, дабы отбиться от замахнувшейся руки Азуми. — Скоро турнир, поэтому директор хотел со мной поговорить на этот счет… — пожал плечами. — Там что-то важное…
— А когда вернешься? — не глядя в мою сторону, спросила Эми, нарезая овощи.
— Когда вернешься, а?! — положив руки на пояс, повторила Азуми.
— Не знаю, может через пару часов… — поглядывая на часы, пробурчал я. — И да, моя машина пока в ремонте, вы же не против, если возьму Гелентваген?
— Да, конечно… — немного расстроенно ответила блондинка. — Тогда я буду ждать через два часа, хорошо?
«Судя по ее интонации, она готовила тот самый сюрприз, о котором обещала подумать. Классно, тело Рорана ликует. Оно и здорово. Более того, это мотивировало меня не опаздывать, хотя, если бы выбор стоял между Эми и Мари, я бы хорошенько подумал. Ну, а решение бы уже принял Роран. Тут я без особой власти над ним в таких ситуациях.»
— Хорошо, — кивнул я и, оставив лимон нетронутым, вышел в коридор. — Арчи!
— Что?!
— Иди исправляй, что натворил, старый ты алкаш!
— Я трезвый! — прозвучало из гостиной.
— Давай в мою комнату, у меня важное дело! — нахмурился я, стараясь быть более серьезным, но не смог сдержать улыбки, когда из кухни послышалось.
— Старый алкаш, делай, что говорят! — выкрикнула Азуми и, не удержавшись, прыснула вместе с блондинкой. Кажется, старика тут успели полюбить.
Арчибальд тоже понимал, что рано или поздно ему все же придется меня подлечить, поэтому, не продолжая диалог, он вместе со мной добрался до моей комнаты, дабы не наводить шороха в доме. Никто ведь и не знал о нашей жесткой тренировке. Положив меня на спину, тот выбросил в плечо некоторое количество маны и снова помазал его своим любимым гелем. Рана тут же стала медленно срастаться.
— Спасибо, Арчибальд-сенсей… — поморщившись от жжения, прошипел я.
— Все нормально, завтра щадить тебя не буду… — хмыкнул тот. — Ты же понимаешь, что на турнире никто тебе не даст выполнить печать? Если будешь замечен за подобным, распрощаешься со своими девочками и пойдешь под…
— Знаю, Арчи… — вздохнул я. — Больше никаких печатей, я тебя понял…
В очередной раз перевязав плечо эластичным бинтом, тот вытер руки и надавил на несколько точек по периметру раны. Первые два тычка я особо не почувствовал, но от третьего заискрилось в глазах, и я вскрикнул от боли.
— Осторожнее… — прошипел я, сжав зубы.
— Ладно, это нестрашно… — успокоил тот. — Завтра немного поболит и пройдет…
— Слушай, — посмотрел я на старика после того, как тот завершил перевязку. — Мне нужен отряд… человек двадцать бойцов, которых ты знаешь, и которым я могу доверять…
Тот уже хотел-было развернуться и выйти, но после последнего предложения застыл на месте и медленно повернул голову в мою сторону.
— Неожиданно… — протянул тот, пристально взглянув на меня. — И зачем же?
— Арчибальд-сенсей, — не желая отвечать на подобного рода вопрос, сказал я. — Ты говорил, что раньше работал с одним из государственных кланов, верно?
— Ну да… — не понимая, к чему я веду, протянул тот.
— У тебя ведь были доверенные лица, с которыми ты работал? — спросил я ровным тоном. — Коллеги по цеху, проще говоря.
— Были, Роран… — кивнул тот. — Они у всех есть, это ведь государственный клан…
— Во-первых, бывший государственный клан… — поправил я старика. — Во-вторых, я уверен, что многих, как и тебя, поперли оттуда… так как необходимости в них больше не было…
— Ну допустим… к чему ты ведешь? — приподнял тот бровь.
— А еще я слышал, что вы пережили гражданскую войну за власть, это верно? — продолжал я игнорировать его вопросы, задавая свои.
— Да, Хиро лишился статуса государственного клана… — кивнул тот кратко.
— А что в первую очередь хочет клан, которого лишили данного статуса? — наводил я старика на верную мысль.
— Вернуть власть как минимум, Роран… — пожал тот плечами. — Зачем ты задаешь эти вопросы?
Это именно то, что я хотел от него услышать. Любой человек, у которого силой отобрали власть, будет готов на все, лишь бы вернуть себе отнятое. Единственная проблема была в том, готов ли Император включить тех обратно, либо же он непосредственно влияет на судьбы кланов, решая, быть им государственными, либо же нет?
— Хочу помочь им… — сощурился я, ответив на первый заданный пьяным мастером вопрос. — Мне нужны свои люди у власти…
— Ты сейчас шутишь? — приподнял тот удивленно бровь. — Ты хоть знаешь, что такое гражданская борьба за власть? Императорский род будет разъярен, а это может значить лишь то, что все, кто попытался развязать бойню, будут лишены всякого права считать себя помощником Императора.
— Тогда выведем из строя один из государственных и мирно выдвинем кандидатуру клана Хиро… — сказал я так, будто для меня это сущий пустяк. — Да и случится эта твоя война рано или поздно, Арчи… — пожал плечами, посмотрев в окно. — Разве ты не хочешь вернуть свой клан назад?
— Не хочу… — буркнул старик. — Мне нет дела до Хиро.
— А мне есть…
— Может ты ответишь, зачем это тебе? — ровным тоном спросил тот. — Чего тебе на месте не сидится?
— Просто не могу иначе… — пожал я плечами. — Не справиться мне в одиночку…
— С чем, Роран? — продолжал тот давить на меня. — Ты простой школьник, у тебя скоро турнир… делай то, что должен, и будет тебе счастье…
«С государством, со стражами, со всеми, кто постарается запереть меня и убить после того, как узнает, что я алхимик, вот с этим, Арчибальд…» — хотел я выговориться, но отдернул себя, понимая, что ни к чему хорошему это не приведет.
— Двадцать лучших по твоему усмотрению… — в очередной раз проигнорировал я старика. — Сможешь отыскать, или мне нанимать неуверенный молодняк и тупоголовых бойцов, которые только и могут, что с такими как Минуро работать?
— Им всем лет по пятьдесят, Роран… — хмыкнул тот. — Эти люди, они ведь все другого уровня, им не нужны боссы-малолетки… даже если попытаюсь, пошлют куда подальше и продолжат заниматься своими делами. Не думаю, что из лучших остались люди, которые хотят в это ввязываться. Найми тех, кто помоложе…
— Эти люди работали на Хиро, повторюсь, что мне не нужен неопытный пугливый молодняк… — настаивал я на своем. — Только те, кто прошли войну, только самые опытные… те, кто знает всю кухню изнутри… такие же, как ты.
— Они лучше меня, это во-первых… — поправил меня Арчи. — Во-вторых, никто не станет работать за гроши… а в-третьих, ты никаким авторитетом сейчас не пользуешься, они даже уважать тебя не станут, а служить тем более…
Тут спорить с ним было нельзя, поэтому стоило лишь поверить в то, что мои цифры, цели и задачи привлекут внимание каждого из них.
— Ну, отвечу на твои вопросы по порядку… — задумался я. — Если они лучше тебя, то это мне только на руку… это раз. Заплачу я столько, сколько им нужно… это два. Третье, я планирую быть как минимум в финале турнира… это явно возвысит меня в глазах каждого. Арчи, я не собираюсь отправлять их на передовую, мне нужна непосредственная связь с бывшим государственным кланом. Если все пройдет должным образом, и мы сможем вернуть клан Хиро туда, откуда их с позором вышвырнули, твои друзья смогут до конца жизни ни в чем себе не отказывать…
— Ты жутко переоцениваешь себя… — вздохнул тот. — Не понимаю, откуда у тебя столько уверенности? Финал турнира, война с кланами…
«Знал бы ты мою историю, старик, не удивлялся бы…» — промелькнуло в мыслях. Озвучивать я это не стал.
— Да нет выбора просто… — пожал я плечами. — Если буду тормозить, то сильно пожалею…
— И все-таки, зачем?
— Обзвони своих, Арчи… — в очередной раз я проигнорировал вопрос, встал с кровати и принялся одеваться. — Пожалуйста…
— Ладно, я попробую… но не могу ничего обещать, — сдавшись, вздохнул старик и вышел из комнаты.
Подбор одежды для встречи прошел довольно быстро. Все-таки зря я волновался насчет того, что у девочек нет никакого вкуса. Те были ярыми фанатками походов по магазинам, поэтому, заранее вымерев мои параметры, не стали жалеть денег и приобрели мне довольно много стильной одежды. На этот раз мне стоило примерить новенькую рубашку черного цвета, как я тут же в нее влюбился, она отлично сидела в плечах и не сковывала движений.
— Вроде солидно и неброско… — пробурчал я под нос, надев черные брюки и белые кроссовки. — Молодежно…
Перед тем как выйти, все же решил вернуть печати на ладонях, иначе сил после боя с Арчи все еще было не так много. А женщина то видная, всякое может случиться, учитывая те опасные ситуации, с которыми я уже успел столкнуться.
Спешно попрощавшись с членами семьи, вышел к новенькому Гелентвагену. Тот был жутко огромен, агрессивен и, судя по характеристикам двигателя, очень быстр. Все же шесть сотен с хвостом лошадиных сил не могли бы сделать ее медленной.
Сев за руль, я все же ощутил ее разницу с Майбахом. Довольно твердые сидения, по бокам места тоже было чуть меньше, хоть с виду она и огромна. Но, когда вывернул на дорогу, понял, что все это пустяки, ведь ездить на такой высоте было одним удовольствием.
«Буду чуть в лучшем состоянии дел, возьму такую же, только черную…»
Уже знакомый путь до дома директрисы на столь проворной махине я преодолел за считанные минуты. Та еще не вышла из дома, поэтому, поправив прическу, я вышел на улицу и остался ждать ее, параллельно наблюдая за количеством камер на улице. В этом не было необходимости, просто старался ввести это в привычку и понять, какие модели камер чаще всего используются на дорогах.
Квартал Миры, к слову, совсем не походил на тот, в котором жил я и Арчи. Тут не было современных зданий, вдоль дороги располагались особняки в строго традиционном стиле. А каменные заборы делали район совсем неприятным на вид.
Минут пять прошло с тех пор, как та вышла из дома. В этот раз она совершенно не старалась сделать себя на вид старше в лице. Одета была в довольно закрытое черное платье с оголенными плечами и белой сумочкой на руках. Не знаю, как так получилось, но мы не договаривались одеваться в подобном стиле. Видно, вкусы в одежде были схожи.
Но все же, она была просто обворожительна. Не раз хваленая мной фигура, длинные ножки и связанные в хвост прямые длинные волосы так и заостряли на себе мое внимание.
— Выше всяких похвал, Мира-сан… выглядите обворожительно… — поприветствовал я директрису с улыбкой на лице.
— Роран… — та посмотрела мне в глаза. — Я понимаю, что ты каждый раз отдергиваешь себя, чтобы вдруг не перейти на «ты», — верно заметила та. — Поэтому сегодня не буду замечать этого… но только сегодня, Роран! — пригрозила та пальцем.
— В таком случае, — открыв переднюю дверь джипа, сказал я. — Прыгай.
— Так, это уже совсем по-ребячески… — нахмурилась та.
— Это была шутка, Мира, — хмыкнул я, — надеюсь, мы с тобой с пользой проведем этот вечер… — исправился. — Соизволишь украсить его своим присутствием?
— Да, так мне больше нравится… — улыбнулась та и изящно села в Гелентваген. — Кстати, это твоя машина?
— Нет-нет, — мотнул я головой. — Друг дал на вечер…
— Шоджи? — приподняла та бровь.
— Нет, вы его не знаете… — вздохнул я и прикрыл дверь.
«Шоджи… будто у меня больше друзей нет.»
Местом для разговора мы выбрали один из лучших ресторанов города, так как Мира не любила ту еду, которую готовили в дешевых местах. Согласиться пришлось по той причине, что стол для нас уже был забронирован. Белый Гелентваген остановился перед главным входом в ресторан, сбоку которого стоял работник заведения, одетый в белую рубашку и черные брюки.
Дождавшись, пока я открою соседнюю дверь, из машины, подав мне ладонь, вышла Мира. Как выбралась на улицу, я предложил ей свою руку, согнутую в локте.
— Красиво… — протянул я, осмотрев немаленькое здание.
— Да, еда тут тоже прелестная… — кивнула та.
Отдав ключи работнику, я вместе со спутницей направился внутрь ресторана.
— Как тебе обстановка? — оглянув помещение, спросила та.
— Богато… — сделал я вид, будто в такие места ходить не мог себе позволить. — Видно, что простолюдины тут не самые частые посетители…
— Наверное… — хмыкнула Мира, пожав плечами.
Минуя уже занятые столики, мы направились к забронированному.
Отодвинув стул чуть назад, позволил первой сесть Мире. Та, кивнув, чутка задрала не без того короткую юбку и присела на стул. Я же, обогнув стол, приземлился на месте напротив директрисы. К нам любезно подошел официант и протянул меню.
Не могу говорить о Мире, но я экономить не стал. Набрал кучу разных блюд, заранее полагая, что времени на готовку у поваров уйдет больше, чем я тут просижу.
— Как ты поживаешь? — улыбнулся я. Обращаться с ней на «ты» было безумно приятно. Я будто чувствовал себя тем самым мужчиной из прошлой жизни. — Давно не виделись.
— Все хорошо… — в ответ уголки губ Миры тоже приподнялись. — Не думала, что ты так хорошо умеешь ухаживать за дамой…
— Спасибо… — любезно склонил я голову. — О чем ты хотела поговорить? — кивнув официанту, спросил я.
— На самом деле, даже не знаю, понравится ли тебе то, что скажу… — посмотрев на меня пристально сказала та. — Думаю, не очень…
«Интересно, что же меня может так расстроить? Передумала целовать после каждой победы? Ну, это, конечно, расстроит, но сообщать об этом в ресторане, как мне кажется, не лучшая идея.»
— Ну… и? — посмотрел я на нее внимательно.
— Ты же знаешь правила турнира? Смотрел ведь бои? — решила та начать в той же манере, что и делал это я. Потихоньку подводить к сути разговора. У нас явно много общего.
— Никак нет… — мотнул я головой. — Никогда…
— Ты серьезно? — приподняла та бровь.
— Абсолютно… — кивнул я.
— А я-то думаю, чего ты такой уверенный… — хмыкнула та. — Ты, видно, даже и не представляешь, что умеет обычный двадцатилетний подросток…
— Почему же? — приподнял я брови. — Если судить по Манабу, который в четверть финала вышел, то…
— В этом году участие принимает принц, ты об этом слышал? — вздохнула та, скрестив руки на груди.
— Да, но он такой же парнишка, как и другие… — пожал я плечами.
— Короче говоря, есть молодые ребята, которые не принимали участия на турнире по той простой причине, что им было просто скучно. Они по таланту априори на голову выше тех, кто сражался на прошлогоднем турнире, Роран. Сейчас каждый будет стараться показать свои умения перед Императором и его родом… даже самые лучшие…
— Эм… — старался я понять, зачем мне это нужно знать. — К чему ты клонишь?
— К тому, что Амори и до полуфинала не дойдет с таким составом, Роран… Манабу следует и о четверти финала позабыть… к слову, участников на турнире вдвое больше, чем в прошлом году. И среди них есть настоящие мастера, талант которых и вовек тебе не постичь…
— Ух ты… — задумался я. — И насколько они хороши?
— Не знаю, в прошлый раз, когда принимал участие принц… а это было лет шесть назад… преследовалась примерно та же картина… это был невероятный уровень боев… арена буквально по швам трещала от их силы…
«Как же я люблю дух соперничества. Не сказал бы, что Амори с Манабу слабые, но вот не было в них ничего непобедимого. Один был довольно вспыльчив, а второй жутко тупил. Если хорошо подготовиться, то шансы были против каждого. Маленькие, но были.»
— Ну, даже если так… — пожал я плечами. — Это ведь не то, что ты изначально хотела сказать?
— Не то, но тесно с тем связано… — ответила та ровным тоном. — В связи с тем, что участников будет вдвое больше, в правила проведения турниров ввели некоторые корректировки…
Нет, даже я не захожу в диалогах с такого далека. Она же это делала с особым талантом.
— Так… — навострил я уши, перестав рассматривать ее идеальные черты лица.
— В правила проведения ввели нулевой круг… он будет групповым… — наконец начала та рассказывать, параллельно вырисовывая схему на столе пальцами. — Чтобы выйти из группы, ты должен набрать как можно больше очков для себя. Победа — два очка, ничья — очко, а поражение — ничего. В каждой группе будет по четыре человека, то есть три боя… по очкам. Выиграешь всех — получишь свои шесть очков и выйдешь дальше, проиграешь всем, вылетишь из турнира… всего из группы выйдет два человека, поэтому придется несладко…
— Ладно, могла бы об этом мне и в школе рассказать… — вздохнул я, стараясь понять ее желание сидеть со мной в ресторане.
— Кто ж знал, что ты в этом полный ноль? — вскинула та руками. — Пока это все, что ты должен знать о турнире, но…
— И все? — приподнял я бровь, заметив, как официант несет поднос к нашему столику. — Это все, о чем ты должна была мне срочно сообщить?
— Нет, дослушай… — вздохнула та. — Групповой этап турнира начнется завтра… это важно…
«Вот так не ожидал такого поворота событий. Действительно неприятно было осознавать, что меня, мягко говоря, собираются лишить целой недели тренировки. Да и Хоширо до сих пор не вывел печать, а, судя по ее словам, на межшкольных планировалась жестокая ’заруба’.»
— Не понял… — нахмурился я. — Почему?
— Групповой этап не был включен в официальную часть межшкольных… — пожала та плечами. — Увы, но для участия тебе придется выйти из своей группы… а там как карта ляжет, либо ты отправишься домой навсегда, либо же ты выйдешь в турнир и поедешь домой только до начала первого круга.
— Так мне в Токио придется ехать? — заиграл я желваками. Мне данная практика никакого удовольствия не приносила.
— Ваш заказ, господа… — выложил тарелки официант и скрылся с виду.
— Спасибо… — кивнула та официанту и посмотрела на меня. — Нет, групповой этап будет проводиться в разных городах между всеми школами страны в хаотичном порядке, — мотнула головой, взяв пальцами палочки. — Только в одной группе не может оказаться сразу двух бойцов из одной школы.
«Ну, хоть какая-то приятная новость.»
— У меня экзамены, Мира… — накрутив на палочки лапшу, буркнул я.
— Тебе будут засчитаны результаты экзамена автоматом… как и остальным фаворитам… — пожала та плечами, положив в рот кусок салата. — Сейчас твоя задача выйти в турнир на первый круг…
«Ладно, все не так уж и плохо. Оставаясь в городе, мог бы параллельно вести тренировки и собирать команду пенсионеров. Если уж на то пошло и мы сидим в ресторане, можно и позволить себе немного посвоевольничать.»
— Так, — серьезно сказал я. — Стоп.
— Что? — удивилась та, замерев с вилкой около рта.
— Я видел списки… я должен биться с Мидори… — сказал я серьезным тоном.
— Ты будешь биться с ним в случае вашего выхода из группы…
— Ясно. Но мой компаньон должен быть со мной… — посмотрел я на ту пристально с шутливой улыбкой. — А ему нужны лишь высшие оценки… если понимаешь, о чем я…
«А почему бы и нет? Если Шоджи со своей стороны делает все, чтобы помочь мне, почему мне нельзя попросить за него, если вышел для этого удобный случай. Тем более обстановка благоволит.»
— Роран, так не прокатит… — хмыкнула та. — На этот раз компаньоном от лица нашей школы буду я… Шоджи с тобой будет только в Токио.
— Ах так… — убрал я улыбку с лица. — Тогда мне нужно знать, кто из всех моих противников в группе на что способен…
— Нет проблем, — пожала та оголенными плечами. — Будет тебе информация…
— Если бои завтра, то мне она нужна сегодня… — нахмурился я.
— Тогда едем ко мне? — игриво приподняла та бровь.
— Да, едем к тебе, милая… — прозвучал грубый мужской голос за моей спиной. А на мое плечо приземлилась незнакомая рука.
— Роран!
Я тут же сосредоточил всю ману в области спины, дабы не пропустить чего лишнего, и резким движением выбросил локоть назад, ударив в воздух. За мое запястье тут же резко кто-то схватился, разжал пальцы и одним взмахом снял тот слой маны, который скрывал печать.
Заметив узор, он лишь кивнул и выпустил руку. Позже присел рядом. Это явно был какой-то парень, но маска не давала точно определить, кто он такой.
— Я смотрю, вы уже знаете, кто будет противником Рорана, Мира-сан? — спросил тот, глядя на директрису.
— Нет, списки участников должны прийти через полчаса… — сказала та серьезно.
Напряжение в помещении нарастало. Я не совсем понял, для чего он осмотрел мою печать и откуда вообще знал о ее существовании, но оставлять в живых его не было смысла.
«Как же он не вовремя.»
— А это плохо, что вы не знаете, Мира-сан… — расстроенно буркнул тот. — Потому что Рорану предстоит биться с сыном Императора…
— Что?! — глаза ее раскрылись от удивления. — Как?!
— Пришлось получить письмо раньше остальных… — пожал тот плечами. — И поэтому я бы хотел забрать вашего спутника к себе на вечер, если вы позволите…
— Ты кто вообще? — нахмурился я. — Не поеду я с тобой никуда…
— Роран, чтобы биться с людьми королевских кровей, нужно иметь информацию чуть более важную, чем просто стиль боя… Мира-сан, к сожалению, тебе не поможет…
— Может ты уже скажешь, кто ты?! — нахмурился я. Что вообще за мода такая вклиниваться в чужой разговор таким образом?
— Не могу пока говорить об этом, но тебе придется мне довериться и поехать со мной… — пожал тот плечами. — Иначе тебе придется жутко…
— Я поеду с вами… это мое условие… — решительно буркнула Мира.
— Нет, это вас не касается… — мотнул головой незнакомец. — Извините…
«Черт побери, откуда он узнали о печати? Кто вообще выдал эту тайну? Минуро и Арчи были единственными, кто знали о ней. Минуро мертв, а Арчи наверняка не стал бы трепаться, так как некому. Так, стоп. Я понял, кажется. Да, ошибки быть не может.»
— Я поеду с тобой… — прошептал я, сжав кулак.