Попали на отбор? Не страшно. Хотите домой? Не трудно. Вот вам три правила от попаданки со стажем:
1. Не ввязывайтесь в авантюры с новыми знакомыми!
2. Не пытайтесь самостоятельно что-то узнать!
3. И последнее: не связывайтесь со всякими герцогами!
Просто стойте, дышите и никуда, слышите, никуда не идите! Иначе… Иначе будет весело.
1.0
Утро, если быть честной, не задалось.
Новая девушка моего друга, с которым я снимаю квартиру, решила устроить мне скандал просто потому, что я, видите ли, не очень хорошая, и ее Лешеньке мешаю. Да еще и совращаю заодно ясное и невинное солнышко в лице парня.
— … дура крашеная! — в сердцах завершила пламенную речь девушка, и я, выдохнув с облегчением, выставила ее за порог и просто захлопнула дверь перед носом.
Зря открывала. Точнее, надо было плюнуть на все и, заткнув уши, продолжить спать. Пускай и под аккомпанемент ударов и треля звонка. Первый день отпуска испортила эта… прекрасная дама.
Чуть ли не закипая от злости, позвонила “Лешеньке” и совсем не ласково попросила обезвредить пассию, а то та продолжала выть на весь подъезд. Мне-то все равно, но соседей жалко. От ее голоса у меня кактус, который почти расцвел, завял. Я бы попыталась ее успокоить, если бы не это. За кактус дико обидно.
Решив, что заснуть я все равно теперь не смогу, умылась, переоделась и, игнорируя Лешу и до сих пор визжащую девушку, которых громко выясняли отношения на лестничной площадке, пошла искать утешение в высоком искусстве — во вкусных пирожных и кофе.
Но, наверное, я сегодня встала не с той ноги, разбила с дюжину зеркал и перешла дорогу всему московскому чернокотству, раз мне опять так крупненько “повезло”.
Вот топаешь ты, топаешь, очень по-доброму вспоминаешь некоторых индивидов, как — бац! — проваливаешься куда-то не туда.
Мой крик застрял в горле, так как я, похоже, падала в бездну. Черную и бесконечную.
Но внезапно она закончилась, и я грохнулась на что-то твердое. Все произошло настолько внезапно, что я почувствовала только стремительную боль в мягком месте.
Рискнула открыть глаза, которые в процессе падения зажмурила.
И лучше бы не открывала!
Я была не в канализации, не в яме и, в конце концов, не в шахте метро! Я сидела в шкафу!
Потрясенно потрогала ночные рубашки и шелковые халаты… Вроде не глюк. Не менее обалдело толкнула створки шкафа и выползла на дорогой ковёр.
— Есть кто-нибудь? — решилась я проявить себя.
Тишина. Никого.
Если зрение меня не подводило, я находилась спальне: большая кровать с лёгким сиреневым балдахином, комод, зарешеченные окна, из которых проникал в комнату солнечный свет, и злополучный шкаф.
Красиво обустроена.
Только вот два вопроса. Как я здесь очутилась? И счастлив ли будет хозяин спальни, если увидит у себя незваную гостью? На первый вопрос ответа я не знала вообще, а вот на второй вполне могла бы ответить: точно нет. Так что поспешила покинуть личное пространство, попытавшись отыскать выход в шкафу. После исследования поняла страшное: там даже дырок не было, не то что прохода обратно на дорогу.
Спальня соединялась с уютной светлой гостиной, куда я потом подалась, едва поняла, что в шкафу мне ничего не найти. Пол комнаты застилал такой же мягкий бежевый ковер, который приглушал стук моих каблуков, небольшой стеклянный столик стоял в окружении софы и двух кресел, на стенах висели картины. Здесь имелись еще две двери: одна, стеклянная, вела, вероятно, на балкон, а вторая дверь — двустворчатая, белая, с золотистой ручкой — на выход из покоев.
А мне надо узнать, куда меня занесло, поэтому направилась к первой. Открыла незапертую дверь, выглянула убедиться, что никого там нет, и потом только ступила на белые плиты террасы.
Первым, что увидела, были цветы. Знакомые, незнакомые, в горшках, в вазонах, висели или же стояли на полу и на столиках. Не став задумываться, зачем нужно столько растений, подошла к парапету, оплетенному лозами диковинного цветка с фиолетовыми бутонами.
Вид с террасы открывался потрясающий! Внизу простирался сад с подстриженными кустами разномастных цветов, клумбами и ажурными скамейками, вдалеке даже фонтан разглядела. Пение птичек дополняло райскую картину. Вдохнула чистый воздух с необычными ароматами, которые исходили буквально отовсюду: от декоративных деревьев, кустарничков и горшков. Точно рай. Но не мой, я домой хочу.
Посмотрев по сторонам, поняла, что комнаты, в которых я нахожусь, расположены на втором этаже белокаменного дворца. Но как я здесь оказалась?!
Я… я…
Слов нет! Одни многоточия.
Мои многоточия и все остальные мысли прервал громкий стук в дверь.
Мамочки! Только этого не хватало!
Надеюсь, если меня вышвырнут, то предварительно сообщив, где я оказалась. Не могла же я упасть в Германию или во Францию там? Не могла. А если это какой-то подземный город? Мда, а солнце тогда откуда? И птички, и сад, и небо?
А вдруг все просто дурной сон?
Ущипнула себя за руку и зашипела от боли. Нет, не сплю. Ладно… А если меня похитили? А мое падение — меня отключили, чтобы… Ну, и в наше время людей крадут и продают в рабство. От этой мысли стало непосебе.
Стук повторился.
Вздохнув, оторвалась от созерцания иномирного пейзажа и потопала открывать. Как-то не хотелось быть застуканной хозяином покоев, лучше уж кто-нибудь другой меня по-тихому выставит вон. И меня не радует дорогая обстановка: если бы я очутилась в какой-нибудь хрущевке, то, может быть, на меня не сильно бы разозлились. С такими мыслями я и открыла резные двери.
В коридоре стояла худенькая кареглазая женщина средних лет в старомодном бордовом платье, доходящим до щиколоток, а ее длинные темные волосы были собраны в косу и перекинуты через плечо. При виде меня женщина сделала книксен.
Эм… Похоже, меня приняли за хозяйку покоев. И чего делать?
Не успела я и рта раскрыть, чтобы спросить, где я, как женщина начала говорить:
— Добрый день, леди. Меня зовут Лави, и с сегодняшнего дня я ваша личная горничная. По всем вопросам вы можете обращаться ко мне, — она окинула меня взглядом с ног до головы, с осуждением посмотрела на мои открытые плечи и ноги. — Вы находитесь в императорском дворце Азарии. Завтра вам все расскажут более подробно, а сейчас я позову швею, чтобы она сняла мерки. Вам необходимо пошить платье, достойное вашего положения.
Я зависла.
Какая ещё империя Азария? Какое “достойное положение”? И почему говор женщины странный? Вроде родной русский, но вроде и что-то не так.
— Простите, — мой голос звучал хрипло, — это розыгрыш?
Женщина недоуменно на меня посмотрела и покачала головой.
Я сжала ткань своего летнего сарафана, который недостоин моего «положения». И что, собственно, за положение, если все творящееся не розыгрыш??
Этот вопрос я и поспешила задать:
— А… а что за положение?
— Вы претендентка на роль невесты одного из принцев, — все тем же странным говором поведала мне женщина.
Я подавилась следующим вопросом!
Искала Сашка принца? Нет? Все равно держи!
И меня утащили в покои…
Пока я сидела на софе и думала, в какую из психушек Москвы попала, Лави сделала легкий пас рукой, отчего что-то зазвенело, и наш междусобойчик через пару минут скрасила еще одна женщина — дородная блондинка в чепчике и в бордовом платье, очень похожем на форму горничной.
Она, кстати, тоже сделала книксен.
— Добрый день, леди, — поздоровалась прибывшая. — Меня зовут Ната.
Я кивнула ей. Говорить я не могла при всем своем желании, как и противиться — слишком была потрясена.
Так что, когда мне подали теплую руку, чтобы помочь подняться, я не возражала. Ната окинула взглядом мою фигуру, с осуждением посмотрела, как и горничная, на открытые плечи, спину и ноги. Я не стала реагировать: не нравится мой сарафан — ну и их проблема.
Потом Лави меня вертела в разные стороны, летающая сантиметровая лента делала замеры, а швея, прикусив губу, переносила измерения в тетрадку. Я с любытством вытаращилась на ленту. Потыкала — необходимо было убедиться, что не глюк. Нет, не испарилась, настоящая.
Я что, как Алиса, в страну чудес попала? Вроде и не Алисой меня звать.
Черт! О чем я вообще думаю?! Надо думать о том, как найти выход из этой ситуации.
Сняли мерки довольно быстро, так что швея ушла, напоследок расспросив о моих любимых цветах и тканях. А я решила провести допрос горничной, которая сидела с вышивкой (и откуда только достала?) на софе и никуда не спешила. Надо же знать своё сумасшествие в лицо. Может быть, если очнусь, то напишу роман! Нет, даже на два впечатлений хватит.
— Лави, расскажи, пожалуйста, подробней о принцах, Азарии и о тому подобном, — с вежливой улыбкой начала я разговор, присаживаясь рядом. Надеюсь, не оскал вышел.
Женщина, не ожидавшая вопроса, уронила бисеринку. Приколов иголку в свободное от вышивки место, она поискала глазами бусину, а потом небрежно взмахнула рукой на пропажу и повернулась ко мне.
— Так что? — поторопила я волнующуюся Лави.
Она помялась еще с минуту, но под моим выразительным взглядом сдалась:
— Азария — одно из государств Западного Союза, — начала она. — В союз входят пятнадцать королевств и империй, которые в этом году устраивают отбор невест для своих кронпринцев. Невесты… — тут она запнулась. Скорее всего, хотела сказать иное, но продолжила: — не только из нашего мира, но и десяти соседствующих…
И чем больше она говорила, тем ярче становился образ моей неприятности. Я ожидала скупого рассказа и отговорок, что обо всем меня осведомят завтра или когда-нибудь еще, после дождичка в четверг, но нет, горничная довольно информативно обо всем поведала.
Итак, что я имею?
Первое — другой мир и Азарию, где проходит отбор. Второе — семь принцев (угу, сказочная цифра) и тридцать девушек. Третье — себя, которая вообще не рада оказаться здесь.
Но самое главное — другой мир! Другой! Я не в шахту метро попала, не под машину, не сошла с ума, не угодила в психушку, не сплю, а перенеслась в другой мир! Везет мне, как утопленнику, с утра.
Как быть? Я не жажду знакомства с принцами, я хочу домой! Теперь не в кондитерскую и не в кафе, а просто домой. Можно даже до остановки довести, дальше сама доберусь.
Но мечтам моим не суждено было сбыться, ибо в ответ на мой вопрос о возвращении Лави пожала плечами, мол, не знает, и спокойно продолжила вышивать.
Прелестно!
Ладно, завтрашний день покажет, будем проситься на аудиенцию вышестоящих лиц. Можно сразу к императору. А сейчас остается только, как мне сказали, ждать швею с платьями, так как мой сарафан оказался очень неприличным в этом мире. Ну, знаете ли, сарафан как сарафан!
И вот что интересно: как Ната сможет за пару часов сшить платье?
В этом мире тоже было лето, но не такое душное, как в Москве. Дул приятный ветерок, который ласково играл с моими волосами. Я радовалась этому уже второй час кряду, сидя на пуфе на террасе и маленькими глотками попивая нечто похожее на очень холодный гранатовый сок с нотками малины. Название напитка, который принесла мне несколько минут назад горничная, я не запомнила да и не старалась.
В общем, было очень скучно! Даже в экскурсии по коридору мне отказали в моей одежде, так что я оставила Лави одну дальше вышивать, а сама, сменив босоножки на довольно приличных каблуках на новые голубенькие балетки в цветочек, которые дала мне горничная, направилась на балкон любоваться пейзажем. И ещё думать, как быть дальше.
Что-то мне подсказывало: будет настоящая бойня за принцев, ибо какая дура упустит возможность повысить свой статус? Правильно, никакая! И поэтому разум повелевал мне по-тихому свалить, а вот ищущая приключения часть жаждала зрелища. Интриг, расследований и прочего. Ведь такой заманчивый шанс попасть в императорский серпентарий.
Тихий скрип открываемой двери привлек мое внимание, и я отвернулась от ярко-рыжего бутона, который в задумчивости изучала, посмотрела на Лави.
— Леди, — горничная склонила голову, — пришла Ната.
Как меня уже начали подбешивать эти книксены, поклоны и “леди”! А ведь и дальше придется сталкиваться с подобным обращением ко мне. Тихий ужас.
— Лави, а можно без поклонов? — попросила я, поставив полупустой бокал с темно-алым напитком на низкий столик — И вообще, называй меня по имени, Александрой. Мне так привычнее.
Если я ожидала, что так и будет, то глубоко ошибалась, ибо:
— Но… — начала женщина и осеклась. — Хорошо, леди Александра.
Мда… У меня скоро глаз дёргаться будет. Хор-р-рошо, подумаем обо всем на досуге. Только гляну сначала на платье, сшитое за пару часов. Поэтому встала с пуфика и направилась первой в гостиную, оставив растерянную Лави стоять посреди горшков и вазонов.
В гостиной меня ждали уже знакомая мне Ната и две тоненькие светловолосые девушки в таких же бордовых платьях, как и у горничной и швеи. Конечно, как только я вошла, они сделали поднадоевший книксен. С трудом сдержала мученический стон.
В руках у швеи был небольшой сверток, а вот её помощницы держали по платью.
— Добрый день, девушки, — я с любопытством посмотрела на два платья, которые принесли помощницы.
Первое платье было нежно-персиковое, с расшитым декольте и короткими рукавами, а второе — изумрудное, более нарядное, с расходящимися у локтей рукавами и, вероятно, корсетом. Юбка у обоих платьев была пышная.
И такую красоту сшили за столь короткий период?!
А еще меня смущало то, что они для меня. Я, конечно, как и почти все жители Земли, любитель халявы, но чтобы такие платья и просто так! Но в то же время у меня нет другой одежды, и я попала сюда по воле правителя данного государства, поэтому в лес смущение.
— Леди, — Ната сделала знак девушке, держащей персиковое платье, чтобы та принесла мне наряд, — это платье вам для сегодняшнего дня, а изумрудное для завтрашнего приема у императора.
Девушка легкой походкой подошла ко мне. Я же заметила вот что: у нее глаза больше обычного и чуть светятся. Последнее мне показалось очень странным, однако я списала данный феномен на игру света. Поблагодарив, взяла у молчаливой помощницы платье. Осторожно, чтобы ненароком что-то не испортить. Это я могу, умею и практикую, ибо руки растут не оттуда.
Девушка смущённо улыбнулась на благодарность и кивнула. Я обнаружила еще одну странность: помощницы ни слова не сказали за все время. Им запретила Ната? Или кто-то ещё?
Я нахмурились. Что же не так?
— Остальные платья сошьют в самое ближайшее время. — торопливо заверила швея, неправильно поняв причину моего негодования.
И вообще, в смысле “остальные”? Это я и поспешила высказать:
— Какие остальные? Я не собираюсь здесь задерживаться, — возмутилась я.
Уже завтра меня здесь не будет, императору быстренько объясню, что к чему, и он первым же порталом отправит меня домой. Задержать или оставить в своем мире меня он не имеет права, а остальное все ерунда. Подумаешь, подождать чуток да и не сойти с ума в ожидании аудиенции. Но это я так думала, а Ната считала иначе и лишь улыбнулась мне в ответ, словно неразумному дитя.
Ее право, я не стала развивать тему, пожала плечами и пошла мерить платье в спальню.
— Леди Александра, вам помочь с платьем? — спросила молчавшая до сих пор Лави, когда я уже дошла до дверей, ведущих в спальню.
Я удивилась ее вопросу. Что сложного в надевании платья? Посчитав, что ничего, я вежливо отказалась от помощи. Однако в спальне, когда сняла свой сарафан и натянула платье, поняла, что мне нужна помощь. И очень даже нужна.
Застёжка представляла собой больше дюжины маленьких пуговиц, которые тянулись по всей спине. Мои попытки застегнуть самой с треском провалились. Пару раз со злости пнула пуфик. И ведь знала же об этом факте Лави, но не сказала мне!
Но ничего другого не оставалось, кроме как, пыхча и придерживая платье на груди, топать к двери. Босыми ногами было приятно ступать по пушистому ковру, мягкий ворс приятно щекотали кожу ног. Балетки я сняла, как только зашла в спальню — не в обуви мерить же.
— Как думаешь, девчонке что-то светит? — услышала я тихий голос Наты, когда добралась до двери.
Не люблю подслушивать, но тут уж не удержалась и осталась стоять, чтобы узнать, что ответит горничная. Ужасно любопытно.
— Вполне возможно. Она миленькая, — неопределенно ответила Лави.
По тону женщины поняла: она не желает продолжать этот разговор. А ещё поняла, что ничего информативного не услышу.
— Принц… — начала говорить швея, но я прервала ее, нарочно громко открыв дверь.
С звукоизоляцией в этом мире очень плохо, надо запомнить. Обвела взглядом гостиную — помощницы все так же стояли тихо, как мышки, Ната разглядывала картины, а моя личная горничная спокойно сидела в кресле.
— Лави, поможешь? — обратилась я к ней.
Швея хмыкнула, девушки все также хранили молчание, а Лави, все такая же спокойная, встала и направилась помогать мне.
— А почему помощницы Наты молчат? — не вытерпев, спросила, когда женщина закрыла за нами двери.
Горничная развернула меня спиной и, начав застегивать пуговички, тихо ответила:
— Не умеют.
В смысле? Они немые? Девушек стало очень жалко.
— Как? Совсем? — мой голос дрогнул.
— Ну, не совсем, конечно, — заверила меня Лави, застегивая ещё несколько пуговиц.
— Как я понимаю, в вашем мире нет лаир?
Мне это слово ничего не говорило, так что кивнула, подтверждая гипотезу Лави.
— Лаиры — древняя раса, они общаются между собой… хм… особым калебанием магического фона. И поэтому у них глаза чуть больше обычного, а зрачки ярче.
Я вспомнила глаза одной из помощниц и чуть сверкающие зрачки, сияние которых я списала на игру света.
— А как Ната с ними общается? — поинтересовалась я.
— Жестами, — легко ответила женщина, — или пишет на бумаге.
Занимательно. Какие еще расы живут в этом мире? А вампиры тут есть? А оборотни и некроманты? И эти, ушастые… эльфы! Всегда мечтала интервью взять у необычных людей… Ну, или не совсем людей, но они необычные точно.
— Все, — Лави отошла на пару шагов и сделала пас рукой.
Из воздуха сформировалось зеркало в серебряной резной оправе! Я, не удержавшись, провела рукой прохладной оправе. Настоящее.
— Как? — только и смогла произнести.
Горничная, стоявшая и смотрящая с улыбкой на меня, пожала худыми плечами и коротко ответила:
— Магия.
А меня всю жизнь уверяли в том, что магии нет, и теперь такое… Или я все же в психушке?
— Как вам платье? — вырвала из сумбурных мыслей Лави.
Перевела взгляд от резной рамки зеркала на своё отражение. Русые волосы, собранные когда-то в высокий хвост, растрепались, серые глаза сверкали от удивления, кожа бледнее обычного, а губы покраснели от гранатового напитка — в общем, красотка! Лучше в гроб кладут. А вот платье шикарное и правильно подчеркивало фигуру — талия казалась тоньше, а кожа будто бы сверкала, декольте было скромным, что отлично, ибо нечем у меня в этом месте хвастаться.
Я даже обрадовалась тому, что меня до выпечки, а не после перенесло, а то животик бы выпирал некрасиво.
— Платье великолепное, — я оторвала-таки взор от отражения. — Ната сшила?
— Вот ещё! — Лави фыркнула. — Она только определенным лицам шьёт.
А, значит, госпожа не занимается всякими холопами. Не то, чтобы я расстроилась, но было как-то неприятно.
— А кто тогда? — коснулась приятной ткани.
Я в восторге от платья, даже дизайнерская одежда из наших дорогих бутиков меркла по сравнению с ним. Видно, что сделано от души.
— Лаиры. У этих сестер талант, императрица велела им создать наряды для всех девушек Отбора.
Ответ Лави меня очень удивил, а ещё дал наводку вот на что: не только я с одним комплектом одежды. Не страдаю злорадством, но почему-то стало приятно, хотя это значило, что девушкам придется очень много работать.
— А не много им работы? — сестричек жалко.
— Их семеро, и они используют магию, — поведала Лави и взмахнула рукой. Зеркало исчезло. — Идем?
Семеро? Вау. Хотела бы и я сестру иметь, хоть одну, но, к сожалению, не суждено. Горничная подошла и открыла мне дверь.
— Идем, — согласилась я, надев на обратно балетки.
Гостиная встретила нас тишиной. Лаиры стояли там же, словно не двигались с места, а Ната со скучающим лицом разглядывала гобелены и, увидев меня, пересекла гостиную и вручила мне тонкие бежевые перчатки до локтей.
Я повертела в руках презент. Красивые, в тон к платью. Но зачем мне перчатки?
— Прекрасно! — воскликнула швея. — Вам очень идёт, леди!
Платье да, прекрасное, а вот я сейчас далека до идеала.
— Спасибо, Ната, — с улыбкой ответила я на комплимент. — И огроменное спасибо вам, девочки, — с благодарностью посмотрела на сестричек.
А ведь реально сестрички, так на друг друга похожи: сверкающие лиловые глазки, тонкая фигура, бледно-розовая кожа, тонкий овал лица, только губы и носики у них были разные да и оттенок волос. У одной светло-русые, а у другой почти пепельные.
Интересно, а сколько им лет? Семнадцать и шестнадцать? Видно, что одна чуть старше. Но вслух вопрос, конечно же, не задала, ещё невоспитанной посчитают.
Девочки неуверенно улыбнулись и почти синхронно кивнули.
— Остальные наряды сошьем вам до завтрашнего дня, а сейчас нам нужно уйти, — резко вставила главная швея.
Я поразилась столь быстрой смене настроения. Ведь минуту назад еще улыбалась!
— Хорошо… — и что я могла ещё ответить?
Она сделала неловкий книксен и поспешила покинуть наше неугодившее ей общество под мой удивленный взгляд. Вслед за ней скользнули и помощницы, передав Лави второе платье и свёрток, который ранее держала Ната.
Когда же за ними закрылась дверь, спросила невозмутимую горничную:
— Что за метаморфоза случилась с Натой?
— Благодарили не ее, — женщина пожала плечами.
Мда… Обижаться и злиться за такой пустяк? Ну и характер у нее. Ладно, ну ее, эту Нату! Надо подумать, чем заняться до завтрашнего дня. Хотелось бы, прежде чем возвратиться домой, все-все здесь посмотреть. Не каждый день в шкафы другого мира переносишься.
— Пойдем гулять? — предложила я Лави.
Та покачала головой и объяснила:
— Сначала необходимо привести вас в порядок, леди Александра.
А что со мной не так? Я хотела было задать этот вопрос Лави, как вспомнила своё отражение. Блин! Лицо надо помыть и хвост переделать. Только вот я не знала, где находится ванная, о чем и сообщила горничной.
— В спальне еще две двери есть, — она указала в сторону оной.
И как я не заметила? Хотя, у меня тогда настроение не исследовательское было, все же непонятно где оказалась. Поэтому я поспешила исправить упущенное и утопала в сторону санузла. Благо, платье было не очень пышным, а ткань легкой, а то я бы точно упала с непривычки.
Оказалось, что в конце спальни комнатки таки были, но очень незаметные, еле нашла их. Одна вела в комнатку с удобствами, а другая — в ванную, слава всем богам, не доисторическую. Деревянной лохани и ведер не было. Я увидела вполне нормальную ванну и умывальник, только вентили были странные — медные двухголовые змеи с открытой пастью, высунутым языком и каменными глазами: красными и синими. Страшная штука.
И как пользоваться-то?
Нет ничего, за что бы можно было дёрнуть или покрутить. Может, надо руку поднести, как на Земле? С опаской поднесла ладонь к языку головы с синими глазами, предположив, что здесь синий тоже означает холодную воду. Зенки-камни чуть сверкнули, и на руки мне из языка полилась обжигающе-ледяная вода!
Я с криком отшатнулась! Ладони горели от холода!
На мой визг в ванную влетела Лави, хорошо хоть я дверь не закрыла, сейчас открыть бы не смогла. Я не чувствовала рук.
— Лави… а что с холодной водой? — едва выговорила, не отрывая взгляда от посиневшей кожи ладоней.
— Только не говорите, что… — горничная запнулась. — Вот я дура! Не подумала, что вы не знаете ничегошеньки!
Слова женщины как-то глухо доносились, я чувствовала лишь стук своего сердца и тупую боль в ладонях.
И прежде чем я провалилась в темноту, плечи стиснули горячие руки…
Приходила в себя я очень странно — вроде и в сознании, но открыть глаза не могла. Попыталась хотя бы шевельнуть ногой, ибо рук не чувствовала, но не смогла.
— Как всё произошло? — услышала я приглушенный мужской голос, а за ним женский всхлип.
— Я… я не предполагала… — опять всхлип. — Сейчас, у-успокоюсь, испугалась сильно.
Лави?
Это она из-за ладоней? Да вроде же жива, не стоит так волноваться. Но сказать я женщине ничего не могла — я все еще “спала”.
— Леди пошла умываться, а потом внезапно закричала. Я бросилась к ней и… и увидела ее ладони, они были синющие, а потом она потеряла сознание.
Горничная судорожно вздохнула и продолжила:
— Я перенесла леди в спальню и послала стражника за вами.
Перенесла? А ведь с виду женщина хрупкая и худая.
— Леди твоя дура полнейшая! — вынес вердикт оппонент Лави. — Просить силу у духа Холода, не имея и толики магического резерва! Мозгов не дал Всепрощающий, но хоть в везении не отказал.
Силу? Это он о чем? Я воду просила! Обидно стало из-за необоснованных выводов. И вообще, если я и дура, то совсем чуть-чуть.
— Она не из нашего мира, — тихо произнесла горничная. — Я виновата, не подумала, а теперь…
— Нет в этом твоей вины, Лави. И не волнуйся так, все с ней хорошо, успела девчушка отдернуть руки. Походит месяцок с холодными руками, а впредь будет думать, прежде чем засовывать их куда ни попадя.
Лави ахнула.
Я мысленно тоже ахнула, а ещё попинала чертов кран! Теперь согревай пальцы и в разгар лета.
К сожалению, я относилась к группе людей, которые вечно мерзли. Осенью и весной я как-то выживала, а вот зимой было просто невыносимо, приходилось кутаться в несколько одеял и стараться не высовываться — это дома, на улицу же я примеряла на себе роль местного колобка, надевая сразу два свитера и теплые лосины под плотные брюки. О юбках и платьях зимой я только мечтала. Летом же моя мерзлячность чуть притормаживала, и лишь иногда мерзли кончики пальцев.
Я услышала шорох ткани, а потом на мой лоб легла широкая теплая ладонь, опять погружая в темноту.
***
Во второй раз я проснулась уже утром. Точнее, меня разбудили, бесцеремонно раскрыв портьеры и впуская в комнату солнечные лучи.
— Леди Александра, вам нельзя долго спать, вставайте, — добавила Лави.
Я согласилась с ней и сильнее укуталась в мягкое одеяло. Кровать тоже такая мягкая была, а подушки вообще райские. Но все счастье омрачали холодные пальцы рук, которые не согревались.
Горничная, судя по хлопку закрывшейся двери, куда-то ушла, так что я решила со спокойной совестью поспать ещё. Однако заснуть не удалось — мне захотелось есть. Все же в последний раз я ела на Земле, а вчера пила только сок.
Когда встала, обнаружила на себе не то персиковое платье, в котором я хлопнулась в обморок, а длинную ночную сорочку. Отличненько.
Только в таком виде вряд ли можно куда-нибудь сходить за едой, ибо есть очень хотелось.
Шкаф!
Насколько я помню, там лежали сорочки и халаты.
Быстренько застелила постель и пошла копаться в “Нарнии”. Все было на месте, так что, предположив, что раз спальня моя, то содержимое тоже мое, я взяла один из шелковых длинных халатов нежно-кремового цвета с узорами на широких рукавах, а еще нашла на дне шкафа свою сумочку.
Последней я больше всего обрадовалась. Как-то я про нее и забыла! А тут сюрприз.
Вытряхнула на ковер все содержимое. В летней сумочке, которую я подбирала к своему “неприличному” цветастому сарафану, помещалось очень мало вещей: телефон, кошелек, влажные салфетки и блокнот с ручкой. Я пожалела, что не ношу собой сумище с набором для выживания в других мирах. И обязательная вещь в наборе — нормальный кран.
Телефон отправился под подушку сразу, ибо не подавал никаких признаков жизни. А ещё реклама твердит, что работает везде и всегда. Даже под водой.
Кошелёк я повертела в руках, с грустью посмотрела на пластиковые карты. Зарплата должна была вчера вечером прийти, а я тут… Обидно стало за зарплату, некому пока ее тратить. Кошель отправился за телефоном, а вот салфетки, блокнот с ручкой и саму сумочку я положила на видном месте, еще понадобятся.
И вот на этой не самой печальной ноте явилась горничная, чтобы украсить мой день в вкусные цвета. Она пришла с завтраком!
— Доброе утро, леди Александра, — поздоровалась женщина, внося поднос с едой.
Все, я уже ее обожаю. Что может быть добрее сытой женщины? Очень сытая женщина! Так что я пошла добреть. Даже если Лави себе принесла еду, ничего, попросим!
Вот только я вспомнила, что не умывалась. Как-то я теперь боюсь подходить к ванной. Психологическая травма у меня, вот.
— Доброе утро, Лави, — я встала с мягкого ковра, на котором разбирала содержимое сумочки. — Я тут боюсь теперь вашей ванной комнаты… Как и где можно умыться без холодных последствий?
— Я научу вас пользоваться, идемте. — Горничная виновато улыбнулась.
Похоже, шутка не удалась.
Как назло, мне вспомнились сверкнувшие синие глазки пресмыкающегося и что-то как-то расхотелось умываться…
Но показывать свою трусость не стала, смело шагнула в сторону жуткой комнатки со змиями. Мне страшно представить, что случилось бы, если бы я протянула лапы в сторону красноокого змеюки…
Как оказалось, я все делала не так!
Надо было сначала коснуться шапок гадюк ладонями, дабы духи запомнили температуру тела и, скорее всего, вычислили температуру воды, которую будут подавать, а потом держать ладони между головами пресмыкающейся, но не под языком.
Так как у меня руки пока были холодные, трогала змеюку Лави, а я была рада: мне касаться ее совсем не хотелось.
Вот только… Зачем им такой опасный кран? Этот вопрос я и задала своей помощнице.
— Опасный? — горничная рассмеялась.
И что смешного? Или я чего-то не понимаю?
— Духи многое дают, леди. Например, если бы я попросила силу, то со мной ничего не случилось бы. Силу, конечно, я бы не получила, так как у меня нет предрасположенности к магии холода, но мои мысли стали бы яснее. Это один из даров Всепрощающего.
— А красноглазая голова? — решила посмотреть страху в глаза я.
— Дух Искр? У вас тогда руки искрились бы и, вполне возможно, температура кожи стала бы выше. А я продлила бы свою жизнь на день.
Из-за силы какого-то духа?!
Везёт магам. Я бы не отказалась пару тысяч дней себе прибавить. Но только как-то все просто! Где тернии-то?
— И что берет дух взамен? — нет, ну не верю я, что все так гладко может быть. Даже в волшебной стране.
— К каждому духу можно обратиться только три раза. После третей… потеря магических сил.
Ох…
Непростые духи. Но я взывать к ним не собиралась, первый подарочек еще не прошел.
— Леди, поторопитесь. Завтрак стынет, — вывел из размышлений голос Лави.
Я кивнула горничной, которая стояла теперь у двери ванной, и повернулась к зеркалу, чтобы привести себя в порядок. Лави же ушла, прикрыв дверь за собой.
Отражение меня не радовало.
На голове после сна образовалось воронье гнездо. И я очень была счастлива, когда на полочке рядом увидела расписной гребень. Еле расчесала непослушные волосы и быстренько заплела в небрежную косичку.
Вот, теперь я больше на бабу Ягу не похожа. Так что умылась, но зубы не смогла почистить — зубной щетки и пасты я не нашла. Ладно, потом спрошу у Лави.
А меня ждал завтрак!
Увы, не в спальне, а в гостиной, но я была счастлива. И готовили здесь превосходно! Нет, божественно!
Мне принесли маленький бутерброд со странным серым хлебом и сыром, оладушки под шоколадным соусом, чашку, от которой исходил тонкий аромат земляники, и ванильный пудинг. Я сначала пришла в мини-шок.
Где каша, где хардкор?
Я себя так даже не кормила, просто лень было готовить, а если и готовила, то несколько дней свою стряпню ела, и лишь иногда баловала себя в кафе или кондитерской.
Потом уставилась на подозрительный бутер, повертела в руках и — была-не была — откусила кусочек. Серый хлеб оказался вовсе не похож на хлеб с отрубями, как я предполагала, он был нежным и мягким, а сыр просто таял во рту. Оладушки и пудинг были не менее восхитительными.
Все, я влюбилась в того, кто готовил. В лес принцев моего мира и этого!
— Лави, а кто готовил? — делая глоток ароматного чая, поинтересовалась я.
Было мне очень круто — чай, который, кстати, не остывал почти, согревал мои холодные ладони, так что я кайфовала.
Горничная сидела рядом со своей вышивкой. От моего предложения разделить со мной завтрак, она отказалась, и мне пришлось есть одной, как бы неловко я себя при этом не чувствовала.
— Господин Зингс, один из помощников главного повара, — Лави с удивлением на меня посмотрела. — А зачем вам?
Я хихикнула.
— Спрашиваю имя своего будущего мужа.
Лави закашлялась, посмотрела на меня округлившимися темно-карими глазами.
— Да ладно, Лави, он так готовит, что… — хотела сказать “я вся его”, но подумала, как это прозвучит, и прикусила язык. — Влюбилась, в общем, с первого завтрака.
Если этого Зингса забрать с собой на Землю, то он там быстро знаменитым поваром сделается. А я буду его музой, вот! И пусть кормит меня. Согласна даже на роль близкой подруги, а не жены. Все же надо человека узнать…
— Господин Зингс… хм… немножко другой расы и… женат, — разбила Лави мои мечты вдребезги одним предложением.
А я уже представила себя в роли колобка, даже думала, как и где обновлять гардероб свой буду.
— И леди, вы же участница Отбора! — возмущенно воскликнула Лави.
Я подавилась чаем.
— Я вообще-то не планирую здесь оставаться, да и отбор проходить не желаю. Вдруг у меня дома двенадцать детей голодных и муж?
Мне двадцать один, так что с двенадцатью нервопийцами я как-то переборщила, как я успела родить столько детей?
— Дети? Муж? — переспросила Лави.
— Ну да. Мое сердце давно занято! — занято шоколадом и малиной, но я уточнять не стала.
Кажется, шутка опять не удалась.
Ладненько, тогда это будут планы на будущее, которые я осуществлю, когда попаду домой.
Лави тем временем скользнула взглядом по моей фигуре и осторожно заметила:
— А по вашей фигуре и не скажешь.
— Ой, у нас просто есть аналог вашей магии. Одна процедура, и тебе сново семнадцать! — и ведь не вру.
Да и без операций можно выглядеть в сорок, как в двадцать пять, зависит от организма. Вот тёте моей тридцать пять, три раза рожала, но фигура без спорта и всяких волшебных пилюль, как у двадцатилетней, да и лицо молодое, почти без морщин.
Ага, некоторым очень везёт.
— Но на обеде в честь начала Отбора вы обязаны присутствовать. Да и вернуться вы вряд ли сможете…
Абзац полный!
Отставила на всякий пожарный чашку…
— А как же муж и тринадцать детей?!
Господи, да я попала! И ведь реально попала!
На счёт работы не волновалась — отпуск только начался, я думала, что договорюсь быстренько с местными властями, и меня отпустят восвояси домой, поэтому не задавалась вопросом: а как вернут-то?
— Так детей двенадцать же… — вырвал голос женщины из раздумий.
— Тринадцатый не родился ещё! — буркнула я, шевеля моторчиками и прочей ерундой в голове.
Что за бред я несу?
Лави посмотрела на мой живот, я же, откинувшись на софу, демонстративно погладила его. После плотного завтрака там было, что гладить.
Горничная неловко улыбнулась и продолжила свое вышивание. Надеюсь, не считает меня сумасшедшей. Это нервное.
Так, что мы имеем теперь?
Во-первых, я попала в другой мир и Азарию, в которой проходит отбор на роль невесты принцев, которых аж семь штук, во-вторых, я, вероятно, застряла в этом мире.
— А почему я не могу попасть обратно домой? — удивилась я.
Лави подняла голову от пяльцев, помялась, но все же ответила:
— Портал создавала джина… А алтарь второй раз найти сложно.
Джин? Создавала? Алтарь?
К большому сожалению, мои знания о джинах были крайне скудны, а информацию мне предоставил диснеевский мультик. Судя по той инфе, джины заточены в лампе, исполняют три желания и имеют голубую кожу.
— Джин?
— Сложно объяснить. У нас ее алтарь почти не появляется, что хорошо. Она проклятая богами!
То есть надо как-то найти и уломать джину? Уже лучше, значит выход есть. Только смущало “у нас ее алтарь почти не появляется”. А если я останусь здесь навсегда? Как же моя одежда? Я буквально позавчера купила дорогую сумочку, на которую долго копила. Кто ее носить будет? А квартира и работа? Квартира была съемная, так что найдет Леша нового сожителя, может, даже с пассией заживёт, но вот работа… Я работала журналисткой в довольно известном журнале “Авангард”. Меня туда взяли, когда я еще училась в универе, и терять свое тепленькое местечко я не собиралась. Хорошо платили, работа была интересная и полностью подходила мне.
В общем, вернусь на Землю ради сумки и работы!
Вот с такими мыслями я и допила свой до сих пор горячий чай. Поставила чашку на поднос и перевела взгляд на Лави. Она сидела на кресле рядом с моей софой и вышивала маленький домик на берегу лазурного моря, только ясное небо и часть золотого песка еще не были вышиты. Все равно безумно красиво. Я сама даже вязать не умею. Помню, как меня пытались научить. К сожалению, я даже не смогла правильно держать спицы, не то что начать вязать.
Густую тишину прервал легкий звон колокольчика, на который Лави отреагировала странно — побелела, прикусила губу и, бережно отложив вышивку, резко поднялась.
Я вопросительно на нее посмотрела.
— Обед, — коротко бросила горничная и убежала в спальню.
Так как мне делать нечего было, пошла за ней.
В спальне оказалось пусто, из ванной комнаты доносился шум воды. Ванну готовит? Мне опять вспомнились “милые” змейки.
Пальцы стали еще холоднее. Я поднесла ладони к губам и подышала на них, чтобы хоть как-то согреть.
Тут незаметная дверь приоткрылась и появилась Лави:
— Леди Александра, я приготовила для вас ванну. Через полтора часа вам нужно быть в главном тронном зале.
О, круто! Руки согрею и народ увижу, а то надоело сидеть в комнате.
Поблагодарив Лави и сняв шелковый халат, направилась отмокать.
Вода была теплая, с пеной, а запах обожаемой мною малины разносился по всей ванной. Я вздохнула любимый аромат, стянула сорочку, распустила волосы и, положив на стеклянную подставку резинку, залезла в воду.
Я почти дремала, когда постучали в дверь. Вода уже почти остыла, так что плечам, не скрытым оставшейся пеной и водой было холодно. Включать воду я не решалась, наученная горьким опытом.
— Леди, — зашла в комнатку горничная с полотенцами и, судя по всему, бельем, чулками и нижней сорочкой, — вам помочь с волосами?
— Спасибо, я сама.
Поежилась от прохладной воды и на миг погрузилась в ванну с головой. Потерла ладонью лицо, чтобы вода с пеной не попали в глаза.
— Чтобы включить воду, надо легко хлопнуть ладонью по бортику А шампунь в розовой баночке — проинформировала Лави.
За ней тихо закрылась дверь, оставляя меня одну. Я вытащила пробку из сливного отверстия, положила ее на полку с всякими баночками и прочими прелестями, встала и хлопнула, как мне сказали, по бортику.
На голову полилась вода! С мраморного потолка!
Хорошо хоть вода была теплая, второго подарка судьбы я б не пережила.
Шампунь оказался совершенно без запаха и странного цвета: жёлтый в розовую крапинку. Второй раз осмотрела полки, нет, других розовых баночек не было. Значит, оно.
Я сидела вся наряженная на пуфике, а меня, точнее, мои волосы, подвергали пыткам. Кстати, голову мне высушили магией. Я уже начала завидовать Лави, ибо фен из моих волос делал одуванчик, а после сушки магией они мягкой волной, вовсе не растрепанной, падали на плечи и спину. После использования местного фена меня, и так измученную странным бюстгальтером, одели в то самое изумрудное платье с корсетом и с расшитым декольте.
Корсет оказался пыткой! Нет, он сильно не жал, но заставлял держать спину и голову прямо, и у меня с непривычки болели поясница и шея. А сидеть казалось ещё хуже. Так что я считала секунды до того времени, когда Лави завершит свой шедевр из моих волос, не видевших почти никаких причесок, кроме кривой косички и излюбленного высокого хвоста.
Когда я вспомнила треть стишков, которые со скуки перебирала в уме, случилось чудо — последняя шпилька оказалась у меня в прическе, и Лави отошла, чтобы оценить свой труд. Но, как оказалась, мои мучения ещё не не завершились. Мне собирались делать макияж!
— А может, не надо? — спросила я, когда горничная начала извлекать из мешочка, который выудила из комода, пудреницу и карандаши для век и губ.
— Надо, — непреклонно ответила Лави.
Пудреницу она сразу отставила, а вот карандаши положила поближе к себе и из того же комода достала странный флакон с прозрачной бледно-розовой жидкостью. Парфюм, наверное.
В итоге мне подвели глаза, накрасили губы и побрызгали духами с тонкими фруктовыми нотками. Они, что, готовились?
— Все, — произнесла долгожданные слова мой временный личный стилист Лави и сделала взмах рукой, призывая зеркало.
Потом двери шкафа беззвучно открылись, и ко мне прилетели туфельки на каблучке и ажурные белые перчатки в тон к платью.
Я с сомнением посмотрела на туфельки. А не лучше ли мои босоножки, в которых я здесь очутилась, надеть? Но спорить не стала, обулась, натянула перчатки и пошла смотреться в зеркало.
Платье, как и то персиковое, сидело на мне отлично, а из-за корсета талия казалась тоньше. Мне очень понравились рукава платья — расклешенная у локтей ткань красиво струилась по бокам. Прическу мне сделали высокую, завив прямые волосы в локоны, серые глаза, подведенные карандашом, казались больше.
Я так не наряжалась даже на выпускной вечер. Жалко как-то стало себя. А тут ради аналога “Холостяка"… Но ничего, вернусь — отомщу. В смысле, оторвусь по полной, буду даже дома наряжаться.
— Лави, спасибо большое! Ты волшебница, — похвалила я горничную, на что женщина смущенно улыбнулась.
— Леди, нам пора.
Ого! Наступил этот знаменательный час, когда я свои апартаменты покину!
Странности начались сразу. Едва мы вышли из дверей покоев, то в коридоре увидели троих мужчин в доспехах: двое несли женщину, одетую в платье наподобие Лави, а третий шел за ними. Женщина не сопротивлялась: глаза закрыты, руки безвольно свисали, растрепанные волосы на фоне неестественно-бледной кожи выглядели чернильно-угольными — судя по всему, она была без сознания.
Я оторопела.
— А кто эта женщина? — шепнула я застывшей горничной.
Она не сводила глаз с бледного лица брюнетки.
— Я не знаю, — уверенно солгала мне Лави и, повернувшись ко мне, нервно улыбнулась.
Дальше развивать тему я не стала — не хочет говорить, ну и не надо. Потом все узнаю, а сейчас лучше полюбуюсь на дворец.
Замок был прекрасен! Высокие потолки, узорная лепнина, позолота… Я вертела головой, пытаясь все рассмотреть, а еще еле сдерживалась, чтобы все не потрогать. Не экспонаты же, значит, трогать можно! Но я терпела. На этаже мы были не одни, так что позориться не стала. Тетенька же большая, а веду себя как ребенок, попавший в сказку.
Не ребенок, но в сказку я попала, это точно!
Когда мы дошли до широкой лестницы с позолоченными резными узорами на перилах и алым ковром на ступеньках, я опять застыла.
— Леди Александра? — встревоженно позвала меня Лави.
А я не могла отвести взгляд от змеи, которая свернулась клубком на алом ковре. Не то, чтобы я ее испугалась, но змея — черная, со сверкающей головой и чуть светящимися белесыми глазами, не очень длинная, в мою руку, была очень странной. Первое — я таких змей вообще не видела нигде, даже в старых энциклопедиях, второе — у змеи странное поведение. Неживое, что ли? Да и Лави ее не видит.
А потом мелькнула догадка — отбор начался! Только что за странное испытание?
Меня эта догадка не порадовала. Совсем.
— Все хорошо, идем… — пошла дальше, намеренно коснувшись тканью платья змеи.
Пресмыкающееся на моих глазах сверкнуло глазами и растворилось белым туманом… Страшненько. И неживая, я оказалась права. И вообще, мне не везет в змеях в последнее время.
При воспоминании о двухголовом чуде сантехники ладони, скрытые тонкой ажурной перчаткой, сковал холод. Я вздохнула и с прямой спиной, поминая последними словами корсет, продолжила шествие к монаршим особам этого мира.
Так, теперь надо думать, как по-тихому отказаться от роли невесты. Что-то мне подсказывало: в наличие мужа, да хоть гарема, и тринадцати спиногрызов не поверят. Доказательством тому Лави — она на меня, как на дурочку тогда смотрела. Значит есть какой-то критерий, по которому выбирались претендентки на лапу принцев.
Отсутствие брачных уз и детей обязательно должно быть в списке. Остальное узнаем, а то выходить замуж я тут не намерена. Я здесь в принципе оставаться не хочу!
Первый этаж был помпезнее второго: большая позолоченная люстра с тысячами огоньков освещала огромный холл, в который мы попали, когда спустились. Расписные колонны касались потолка, большие белые горшки со странными для меня растениями располагались вдоль стен, и на полу, словно в зеркале, отражались огни светильников… На втором этаже царила тишина, а здесь отовсюду слышался гомон, шепот, смех. И здесь же, в холле дворца, я впервые увидела своих “соперниц”.
Десять стройных девушек в разного цвета и кроя, несомненно, дорогих платьях, с высокими прическами стояли у лестницы и болтали. Они друг с другом знакомы, значит, или из этого мира, или им повезло больше, чем мне, и их притянуло сюда раньше меня, так что девушки успели перезнакомиться. И, судя по всему, они точно рады, что попали на отбор.
Я заводить знакомства не желала, мне больше хотелось погулять по замку и изучить невероятное строение. А ещё хотелось в парк, который я видела из своего окна, но это потом, сначала дворец. Если бы телефон еще работал, у него неплохая камера, сфотографировала бы тут все! Такие кадры бы вышли.
— Лави, а сейчас куда? — спросила я, когда лестница закончилась, и мы ступили на мраморный пол.
— Сейчас могу вас провести до диванов, посидим, — горничная коснулась своего белого воротничка. — Еще пятнадцать минут, леди.
Она время по воротнику узнает? Мдям… Ну и технологии! Айфон нервно курит в сторонке.
Но делать было нечего — меня уже заметили невесты и вовсю разглядывали, и мне это совершенно не нравилось, так что мы отправились посидеть. Как только мы подошли к дивану, обитому белой парчой с золотыми узорами, который окружали такие же кресла, к нам подошел мужчина.
Поклонился и, не отрывая взгляд от своих черных сапог, поинтересовался, не нужно ли ничего леди. Я не стала сообщать ему о том, что мое лицо несколько выше уровня его сапог, поблагодарила, дала отрицательный ответ и села на мягкий диван. Лакей вновь поклонился и отошел обратно.
— Лави, а ты чего стоишь? — поинтересовалась у горничной, которая не спешила присаживаться рядом.
— Не позволено, — спокойно сообщила мне она.
О, Господи! Чтоб этот мир… без невест остался!
— Я позволяю, садись! — раздраженно приказала я.
Ох уж этот этикет и тому прочее. Только трата времени и нервов.
Горничная неуверенно опустилась на краешек дивана. Я удовлетворенно кивнула и задала вопрос, который уже давно крутился на языке:
— Скажи, а какие будут испытания?
— Я не знаю, — Лави пожала плечами. — Это первый отбор в наших землях.
Ого! То есть не традиция, а вынужденная мера! А то зачем ещё весь этот фарс? Зачем иначе тратить столько времени и денег? Получается, что семь императоров устроили отбор… А для чего? Что им надо?
— А в чем вообще смысл отбора? — осторожно спросила я.
— Так их Высочества не хотят жениться, а по принуждению нельзя, и потому отбор — решение проблемы.
Как-то неправдоподобно… Если только принцам не под пятьдесят, и они страшны как будильник на пять утра. Но Лави точно не врет, она сказала то, что знает.
Мы так посидели ещё минут пять. Я — разглядывая красивый столик и напряженно думая, а Лави… Ей явно не нравилось сидеть на мягком диване. Она кусала губы нервно сжимала подол платья. Так что для нее спасением стал тихий звук колокольчика.
Все же не поняла, откуда он звучит.
— Идемте, — она быстро встала, откинула длинную черную косу на спину.
Я, спасибо жесткому корсету, с трудом поднялась, и мы пошли опять в сторону лестницы.
Девушек там уже не было, но, судя по тонким голосам, что доносились до нас, они были недалеко.
Мы завернули за лестницу и дошли до больших двустворчатых дверей, любезно распахнутых. Остановились. То есть остановилась Лави, а я за ней.
Лави сделала пас рукой, и перед ней появилась маска, очень похожая на венецианскую: белая, с золотыми и зелеными узорами и изумрудной, в тон к платью, лентой. Явно для меня.
И как я, позвольте спросить, буду обедать? Через разрез для глаз?
— Мы вообще куда? На маскарад или же обедать? — возмутилась я. Подошла поближе к двери, чтобы подглядеть.
— Леди, это обязательно! — Лави подалась вперёд, но тронуть меня не решилась.
Я же, не обращая внимание на стоящих часовых с суровой мордой лица, в доспехах и перевязью с огромным мечом и копьями в руках, шпионила. Зал оказался тронным. Помимо тех десяти девушек, там находились еще несколько, но только в компании “нянюшек” в бордовых платьях, как у Лави. А, значит вот как. Те встреченные мною девушки были из этого мира, а те, что с сопровождением — попаданки. И все девушки были в разных масках, закрывающих лицо.
— Леди? — позвала тихо Лави.
Ну, раз нужны маски, значит, нужны.
— Ладно, давай, надевай, — сдалась я.
Обитая изнутри бархатом маска не доставляла неприятных ощущений. Отлично. Только бы макияж не размазался, мне впечатлений достаточно, не хочется ещё монстрообразную себя в зеркале лицезреть. Не прикажешь же себе ценить свой внутренний мир и мозги. Но последние явно медленно и верно утекали куда-то.
Улыбнувшись своим мыслям, гордо, я на это очень надеюсь, шагнула в залу.
— Леди Александра из рода Крымских! — заголосил, скорее всего, церемониймейстер.
Я чуть ли не грохнулась на землю, от неожиданности поскользнувшись на ровном месте. Как они мою фамилию-то узнали? Я имя говорила, и то только Лави.
А едва пришла в себя, то еле сдержала хихиканье.
“Леди Александра из рода Крымских”! Ну ничего себе! Род!
Хорошо, что моську мою не видно! Я беззвучно смеялась.
Род… Да какой род? Мы и семьей не были нормальной. Точнее, мои родители. Папа, вечно работающий, мама же — вечно недовольная всем: папой, мной, нашей двухкомнатной квартирой и, наверное, всей жизнью. Так что я не удивилась, когда в один день мы с папой проснулись, а ее не нашли. Везде было чисто — мама ненавидела неопрятность и грязь, но ее ключи лежали на холодильнике, а маска для лица, которую она неизменно готовила себе ночью, чтобы утром нанести, стояла нетронутой. Мама ушла, никому ничего не сказав, только три слова были написаны неровным почерком: “Прости меня. Люблю”.
Они даже не развелись. Она просто ушла, потому что папа любил, а ей было плохо от того, что она позволяла себя любить. Я даже не сердилась на нее и не обижалась. Приняла как данность, хотя, когда я уезжала из нашего городка, то искала ее, но, к сожалению, тщетно. А папа… У него сейчас новая семья, и я очень надеюсь, что он счастлив.
Я так углубилась в свои мысли, что чуть ли не сшибла невысокую рыжую девушку в маске. Благо, Лави меня вовремя оттянула.
— Простите! — смущенно извинилась я.
— Да ничего страшного, — взмахнула рукой девушка.
Что-то сверкнуло в ее ладони. Чешуйки! Серебряные! Вау! И только потом я заметила на тонком пальце пластырь.
— А, это я случайно дотронулась до… до чего-то там, что не надо трогать, — пояснила рыжеволосая с улыбкой.
Странно… Я ведь тоже до запретного совершенно случайно коснулась! В смысле, не так, как надо коснулась!
Но это не меняет сути.
Испытания начались еще вчера! Вот ты ж… странное испытание.
— Меня зовут Александра, — запоздало представилась я и протянула правую руку.
— Аннара, — новая знакомая с интересом уставилась на протянутую ладонь, а потом, явно догадавшись, протянула свою длань. Я пожала.
— У тебя руки холодные, — сообщила Аннара.
— Тоже случайно дотронулась до чего-то там, — поделилась инфой я.
Кстати, чешуйки оказались мягкими, приятными, а не скользкими, как у рыбы.
— Очень интересно… — задумчиво протянула девушка.
Анна, я так ее имя сократила, явно не человек. Русалка? Но вроде рыбьего хвоста нет… Или хвост после контакта с водой появляется, как в знаменитом сериале?
— Очень, — согласилась я с новой знакомой. — Слушай, а как ты сюда попала? Ты ведь тоже не из здешних?
Точно не из этого мира — за ее спиной стояла женщина, примерно возраста Лави, в таком же, как у моей горничной, платье, только ее русая коса была короче — едва доходила до груди. А вот выражение ее светло-карих глаз было странным… Испуганная она, что ли?
И мне почему-то вспомнилась женщина, которую несли стражники. Странно.
— Тоже? То есть ты так же, как и я, попала сюда совершенно случайно? — удивилась она.
Мда… Если она за сутки даже и не удосужились поинтересоваться, зачем, собственно, здесь очутилась, то она точно не поможет мне разобраться с творящимся вокруг.
Вслух, конечно же, я сказала ничего.
— Агась, — лишь кивнула я.
Аннара вновь задумалась, а я хотела задать ей вопрос, но не успела.
— Его императорское величество Орэкх Анаэл Кьерро! — зычным голосом возвестил церемониймейстер.
Я почти сразу забыла о своей знакомой, ибо нас оттеснила с траектории пути величества стража в красных, вышитых золотыми нитями, мундирах и с мечами на поясе. Я, привыкшая к толчее, все же не зря русская женщина коня на скаку остановит и в горящую избу войдёт, ну, или в переполненную маршрутку вползет, понятливо отошла и повернулась в сторону открытых дверей, чтобы хоть как-то да узреть императора.
— Леди! — позвала меня откуда-то со спины Лави.
— Потом, — отмахнулась я.
Гвардейцы, которые теперь стояли по сторонам двери, закрывали своими спинами весь обзор! А они, а как назло, плечистые, высокие, прямо на подбор, только дядьки морского с ними не было. Стоит ли говорить, что монаршую особу я не увидела? Но поняла, что он идёт, по уверенному чеканному шагу.
А потом, в один единый миг, из толпы девушек в императора полетела ярко-синяя молния. Не долетела. Дошла до стеной стоявших мужчин и, словно налетев на тонкую, но прочную стену, стала бледней и… стремительно полетела обратно!
Девушки вскрикнули и отпрянули, тем самым открыв обзор на упавшую рыжеволосую девушку… Аннара! Вот черт!
И это все произошло за несколько секунд!
А перед моими глазами опять пронеслась женщина, которую несли два стражника, испуганные глаза горничной девушки и беззаботный голос Анны… Голова закружилась.
А между тем император спокойно, даже не остановившись, шагал дальше. Гвардейцы тоже и ухом не повели. А в зале было тихо. Как в склепе.
Жить здесь страшно!
И я вздрогнула, когда шаги величества стихли и вновь раздался голос церемониймейстера:
— Ее императорское величество Кахелли Ирнир Кьерро!
Продолжение Марлезонского балета. И лишь когда это “продолжение” дотопало до трона, гвардейцы синхронно развернулись и направились тоже туда — охранять имперскую чету.
Все выдохнули, послышались голоса, шорох тканей…
— Это был “Алый клинок”… — раздался потрясенный шепот стоящей сзади девушки.
— Ох!
— Невозможно!
— Как я счастлива здесь оказаться…
Что?! Тут покушение, раненная девушка, которая так и осталась лежать на паркете! А они счастливы!
И что мне делать?!
— Леди, — Лави, которая незнамо как нашла меня, оказалась рядом, коснулась моей руки, привлекая внимание. — Вы не пострадали? Все хорошо?
Я, не особо вникая в ее слова, кивнула. Что-то тянуло меня к лежащей девушке. Сию секунду, пока не пришла стража с носилками. Только с чего это?
— Леди, не… — начала Лави.
Но я, не слушая ее, уже почти бежала к неподвижной Анне, лицо которой все так же было скрыто маской.
— Динара, — тихо позвала я, опускаясь на корточки.
Дотронулась до безвольной кисти — пульс есть. Живая. Однако…
— Леди! — окрик, и меня подняли за плечи, прежде чем тонкая ярко-синяя молния попала в меня!
Как я смогла сдержать крик — ума не приложу.
— Леди, это же опасно! Чужая магия, остаточная, а вы? — причитала Лави, оттаскивая меня от лежащей девушки.
О чем она? Какая остаточная магия?
Голова кружилась, мысли путались.
Я оглянулась. На паркете уже никого не было.
Господи, куда я попала?! Вот и пытайся помочь теперь лежащим… Молния вроде меня не коснулась, но все равно было не по себе: от своего поступка, от поступка Динары, от всего!
В этом мире я мозги теряю, похоже. Хорошо хоть у Лави оные имеются. Мы, кажется, друг друга компенсируем.
Мы дошли до другой половины залы и остановились напротив монаршей четы, но лицо правителя этого государства я не все равно не сумела разглядеть из-за большого расстояния. На постаменте стояли три трона: один большой, и на нем восседал император, и два чуть меньше, но не менее величественные. На одном сидела из них императрица, а другое пустовало.
"Место наследника", — поняла я.
— Лави, спасибо тебе, — вспомнила я, что не поблагодарила за спасение своей тушки.
Женщина смутилась, хотела что-то сказать, но не успела: раздался раскатистый звук какого-то инструмента, призывая к тишине.
Это к чему? Надеюсь, не к экзекуции?
Оказалось, что нет. Едва стих звук, заговорил император:
— Приветствую прекрасных леди…
И началось мучение почти на тридцать минут. Из всей его тирады я поняла, что честь для нас и для него наше нахождение в его дворце, он счастлив, что одна из нас, несомненно, прекрасных дам, станет его невесткой, что остальные императоры тоже счастливы и жаждут поскорее увидеть ту, что покорит сердце их наследника, и император еще очень надеется, что нам хорошо здесь живется, а также добавил, что мы обязаны носить маски перед принцами, ибо нужно соблюдать какие-то древние традиции. И таки да, нам раздали белые конвертики со списком конкурсов, которые я планировала “случайно” провалить.
Зачем так долго распинаться? Лучше бы сказал, что делать тем, кто хочет домой. И… и что будет с Аннарой? За покушение в древние века казнили.
— …Да начнется Отбор! — эффектно закончил речь его величество.
Эффектно, но не совсем честно. Ведь отбор начался ещё вчера, как только я попала сюда! Странные задания конечно, но кто их знает?
Мои размышления и шепотки девушек прервал голос церемониймейстера:
— Его высочество Эррион Орэкх Кьерро! Кронпринц Азарии!
О, и принцы на огонек притопали! Надеюсь, что не в масках, как мы, девушки? Вдруг ещё какая-нибудь традиция? Жалко, что традиции на запрет вранья тут нет. Или есть?
Нет, принц был не в маске. К сожалению. И, блин, принц был очень красивым — смуглая кожа, правильные черты лица, синие глаза, короткие черные волосы, черный простой мундир, подчеркивающий спортивную фигуру…
Эмблема со змеей! У него на мундире эмблема со змеей!
Расшитую золотом корону обвивала копия той странной змеи, которую я видела на лестнице!
И чего от меня этой змейке нужно? Что за проверка такая?
А принц, который казался сошедшим со страниц старинных сказок, величественно дошел до начала помоста, а позади него встали два гвардейца в алом мундире.
У меня даже шальная мысль посетила — а может, ну ее, Землю? Такой ведь принц. Но эту мысль я быстро пнула подальше.
— Его высочество Амил Пирд Миларо! Кронпринц Валлиолии! — продолжил церемониймейстер.
Я повернулась и приготовилась лицезреть ещё одного красавчика, дабы полюбоваться прекрасным, но случился облом. Принц Амил был с рыжей гривой, с веснушками, тонким крючковатым носом и совершенно тощенький!
Ээээ…
Ладно, но следующие-то будут красавцы же? Вдруг не получится уйти отсюда или же подарить свою руку и сердце с остальными органами кронпринцу Азарии? Нужны же отходные пути!
На третьем “красавце” я мысленно сделала заметку научиться ценить внутренний мир. На четвертом едва ли не потерла глаза, но вспомнила, что на мне маска, и удержалась. На пятом поняла, что принцы какие-то дефектные попались, ибо он был реально страшным: ростом под два метра, очень бледный, в черной бесформенной хламиде и со сверкающими глазами.
А вот шестой и седьмой принцы приятно радовали глаз: накачанные, светловолосые, с правильными чертами. В общем, загляденье!
И вот стоят семь прекрасных и не очень принцев, по очереди выражают почтение императору, а я понимаю, что хочу есть. Но вряд ли нас сейчас покормят, мы бдим и выжидаем момент, когда с нами принцы поздароваются. В смысле все это делают, а я так, за компанию, и только ради того, чтобы эта церемония закончилась, и нас отпустили обедать.
— Сказки! Сказки для прекрасных леди! — проорал зазывательски мужской голос.
Седьмой принц, который что-то минут пять уже говорил, запнулся. А мы все повернулись на голос, чтобы узреть пустоту!
— Сказки канувшей Хелидари! Только у меня! Со скидкой! — между тем продолжал голос.
Похоже, и этот мир захватил маркетинг! На Земле только на туалетной бумаге пока ничего не рекламят. И то, наверное, до поры-до времени. А тут даже император рекламирует… И если бы скипетр там или коллекцию корон, это было бы понятно, но сборник сказок! У них что, кризис? Да вроде по платью, который на мне, и платьям остальных девушках, или же дворцу, кризиса у них нет и не предвидится. Или сказки на золоте начирканы? Ну, и остаётся вариант, что платья тоже таки реклама, и потом у меня их отберут…
— Стража! — на этот раз я услышала голос императора.
А, то есть таки не реклама, а мазахистоподобный самоубиец-продавец решил напоследок попытаться заработать? За подобное, в лучшем случае, попадают в темницу, а в худшем… ну, ещё бонусом раскрасят лицо.
Но стража никого не нашла. Совершенно никого! Странно. А еще страннее тихий смех, который я вдруг услышала!
Это или глюки, или невидимый продавец сказок, но голос, правда, чуть другой.
После того, как стража все перерыскала, принц попытался продолжить свою речь. Ключевое слово “попытался", ибо, похоже, подготовленную речь забыл, так что начал нести полную чушь.
Я навострила ушки.
— Я счастлив здесь находиться, но, мне кажется, что вы, ваше величество, немного пополнели. Это не совсем заметно, но мой отец стройнее… — тут принц запнулся и попытался закрыть рот ладонью.
Не получилось.
— И я самый-самый принц, а ваш сын не очень! А ещё у вас солнце холоднее греет, чем у нас! И дворец наш ярче и золотее! А зелень, кстати, зеленее! И масло маслянее! — выпалил бедный парень и закрыл таки двумя руками рот.
Я пыталась не рассмеяться. Очень пыталась. Но плечи предательски подрагивали, и живот болел от сдерживаемое смеха.
— Ммм… — мычал пострадавший от чьей-то шутки.
Я все же не сдержалась. Принца было жалко, так опозорился, но я ничего не смогла поделать с собой.
Секунда…
И мой смех утонул в других. Кто-то даже похрюкивал.
— Ыыы… — всхлипнула я, а потом попыталась успокоиться. У меня почти получилось, так что задала вопрос стоявшей рядом Лави: — А что это было?
— Влияние, — коротко ответила она.
Потом вспомнила, что я в этом мире дуб дубом, и пояснила:
— Магия, направленная в определенный участок ауры.
Все равно дуб.
“Ладно, как-нибудь потом все разузнаем”, - решила я и принялась наблюдать дальше.
Седьмого принца увел куда-то белобородый дядька в белом балахоне. Врач? В общем, без разницы. Главное вот что: я умру в самом расцвете сил от голода, ибо принцы, перебрасываясь иногда словами, ждали пострадавшего и, судя по всему, никуда в принципе не спешили.
Девушки тоже не скучали — перешептывались, хихикали, общаясь между собой. Я, наученная горьким опытом, пока заводить новые знакомства не спешила. Разберусь со всем и…
Но мои мысли прервал звон упавшего вазона с яркими экзотическими цветами. И рядом с ним через миг появился полненький мужчина в коричневых штанах и рубашке в рыбку и с сумкой в руках. Белая рубашка реально была в рыбках, серебристых таких.
— Сказки, для прекрасных леди, за мой счёт, — выдавил он, отчего-то глядя на свою пустую ладонь.
Цирк продолжается.
Но стражников никто не вызвал. Эта странность была объяснена так:
— Прекрасные леди, я хочу сделать вам подарок, — заговорил волнующим голосом принц номер один, то есть наследник Азарии.
Я перевела взгляд со странного мужичка на принца. Какой-то он странный, этот продавец. На миг даже показалось, что он выше стал.
— Господин Вид, давайте, начинайте, — продолжил принц улыбаясь.
Девушки, да и я тоже, переводили взгляд с Эрриона на господина Вида. Откуда кронпринц знает, кто он?
И что “начинать”?
Господин Вид хмыкнул, поправил воротник несуразной рубашки и, открыв свою не очень большую сумку, достал мешочек с чем-то.
Он один мешочек будет делить между всеми? Я заинтересованно уставилась на него.
Мужчина закрыл сумку, а… потом достал из мешочка книгу! Из маленького мешочка! Книгу!
— Офигеть… — ошарашенно произнесла я.
Вроде уже почти ничему не удивляюсь, но как же это выглядело невероятно!
Тем временем мужчина подошел к одной из девушек, блондинке в нежно-розовом платье, поклонился и протянул книгу:
— Леди.
Та грациозно присела в реверансе и приняла презент.
И так к каждой: подходил, доставал, кланялся и дарил.
Я же смиренно ждала своей очереди. Очень хотелось поближе рассмотреть господина Вида и прочитать иномирные сказки. Не зря же говорят, что сказка ложь да в ней намек. И это отличный способ узнать менталитет этого мира.
Ко мне мужчина подошел одной из последних, так же поклонился, а когда развернулся и посмотрел в глаза, застыл.
— Господин Вид? — позвала я. И таки да, испугалась, что сборник зажмотит. В смысле, не даст.
Он тряхнул головой, улыбнулся и достал совершенно другую книгу! Эта была больше, страниц так в пятьсот, а не в максимум в двести, как у остальных. Но оформление такое же: кожаный переплет, дикие розы с серебряными шипами, обвивающими лозами обложку и вензель в виде буквы “Х”.
Странненько, но я не я, если откажусь от большего количества информации.
— Спасибо большое, — искренне поблагодарила и взяла увесистый том.
Похоже, ночь у меня будет бурная. В объятиях страстных букв и неутомимых страниц.
— Для вас все, что угодно, леди, — и мужчина, смотрящий на меня неотрывно во время беседы (маска привлекла, наверное, такую теперь хочет), удалился.
А для меня мир перестал существовать. Я даже не заметила, как принц номер семь вернулся, так была увлечена книгой. Я не читала — исследовала. Проводила пальцем по тонкой гладкой бумаге, пытаясь понять, из чего она сделана, смотрела на узоры и думала, почему я понимаю то, что тут написано. Как будто бы на родном русском.
И может, хоть одну страничку прочитать? Понимаю, невежливо, но любопытство сильнее меня.
И я решилась перевернуть страничку с витиеватым “Сказки империи Хелидари”.
“Вечность — не предел. Смерть — не конец. Жизнь — не начало” — зачла на первой странице.
Красиво сказано, но а где сказки-то?
Перелистнула страничку.
Там уже шла сказка. Заглавными красивыми буквами было выведено название — “Алый дракон”.
Но прочитать я не успела — меня отвлекла Лави:
— Леди, леди Александра.
Я вопросительно на нее посмотрела. Она кивком указала в сторону принцев.
Принц номер семь, оказалось, пришел и уже закончил с извинениями, так что теперь все высочества начали знакомиться с девушками.
Вот принц один подошел к блондинке с зелеными прядями в волосах, одетой в сиреневое платье. Девушка присела в реверансе и что-то сказала, но что именно, я не расслышала.
Скучно. Каждой принцы уделяли минут так пять, и то половина времени уходила на поклоны.
— Леди, — прекрасным голосом обратился ко мне не совсем прекрасный принц под номером два. Тот самый, рыжий.
Я, прижимавшая томик со сказками к груди, чуть не уронила себе его на ноги от неожиданности.
— Ваше высочество, — поприветствовала я, как и подобает.
А потом поняла, что не знаю, как быть дальше! То есть вообще!
Повисла пауза.
— Александра, — я протянула правую ладонь, так как больше ничего путного не придумала.
Он странно посмотрел на протянутую длань. Мда…
— Надо пожать мне руку, мы так знакомимся, — пояснила я.
— Простите, леди Александра, — мою холодную ладонь в перчатках сжали тёплые руки.
Я улыбнулась. Он не назвал свое имя. Хотя, какая мне разница? По сути, я знаю его имя.
— Приятно познакомиться, — вежливо произнесла я.
— И мне, леди, — принц улыбнулся. — К сожалению, я вынужден вас покинуть.
— Да, конечно, — ну а что ещё говорить?
И принц ушел к следующей претендентке. Я вздохнула. Очень сложно. Очень. Менталитет разный, этикет разный, все разное!
Не то, чтобы я хотела произвести впечатление на принцев, просто не хотела казаться дурой, ведь есть вероятность, что домой попасть я не смогу. Про джинов я ничего не знаю. Пока не знаю.
После принца два явился принц пять (было страшно предлагать ему ладонь, но я рискнула), потом подошли принцы под номерами три и четыре. Седьмой и шестой явились позже, а самым последним подошёл ко мне Эррион Кьерро, наследник Азарии.
Вблизи он оказался ещё красивее! И у него такие глубокие синие глаза… Где там мой спасательный круг?
— Добрый день, леди Александра, — поздоровался он.
У него такой голос! Бархатный, низкий.
Мдя, теряю мозги, как есть теряю.
— Ваше высочество, — взволнованно поприветствовала я.
И под его внимательным взглядом даже реверанс захотелось сделать. Но я не умела, да и… В целом, он тоже человек, как и я, так почему я должна кланяться? Подумаешь, с родителями повезло.
Так, а что же говорить?! Подарок!
— Благодарю вас за подарок, с нетерпением ожидаю время, когда смогу ознакомиться со сказками этого мира.
— Я рад, что мой скромный дар пришелся вам по душе, — принц ослепительно улыбнулся и продолжил: — У нас в дворцовой библиотеке довольно неплохая коллекция книг, вы можете зайти и выбрать что-то на досуге.
Он серьёзно?? То есть можно? Все, теперь даже если он ради приличия только предложил, я все равно пойду в библиотеку. Джины, надо все о них разузнать.
Я поблагодарила кронпринца за приглашение, добавила, что я безмерно рада с ним познакомиться. Он ответил, что тоже рад и откланялся.
Похоже, что высочества обедать с нами не будут, ибо они первые покинули залу, как только перезнакомились и опять измучали императора и меня этикетом.
— Леди, сейчас его величество покинет нас, — сообщила Лави.
— То есть идем обедать? — обрадовалась я.
По губам Лави скользнула улыбка. Ну да, я обжора, но мне можно, я пострадавший.
— Да, вот только мы идем после императора, — согласно кивнула горничная.
Но Господи, почему я не вспомнила, что трапеза в прошлых веках длилась по несколько часов, а? Все “прелести” обеда я узнала прям на практике!
Попу я отсидела часика два назад, мозги начали плавиться после получаса трапезы, так что сейчас я была жутко уставшей. Корсет непривычно заставлял держать спину и голову прямо, ходить в обуви этого мира я ещё не привыкла, так что ноги гудели от усталости. Но что радовало: еда была вкусной и сытной, и я объелась.
Когда я все же добралась до апартаментов в сопровождении Лави, то еле нашла в себе силы переодеться в ночную сорочку. Объятия страсти с книгой пришлось отложить — слишком много всего произошло за этот день, я устала. Конверт со списком испытаний также отправился на стол — завтра изучу.
Но кто знал, что поспать нормально мне не удастся?
Два молодых человека сидели в глубоких креслах и пили вино. В одном из них можно было узнать кронпринца Азарии.
— Слушай, “господин Вид”, а где ты купил столько томов коллекционного издания сказок? — нарушил тишину кронпринц.
Его оппонент, такой же темноволосый и широкоплечий, но не синеглазый, как Эррион Кьерро, а с зелёными, мятного оттенка, глазами, потянулся, отложив на столик бокал с темно-алым напитком, и ответил:
— Позаимствовал. На навсегда.
— У кого?! — чуть ли не подавился вином Эррион.
— Лучше, — хмыкнул его друг, Ариян Видэо. — Откуда.
— Откуда?
— Из дворцовой библиотеки! — весело ответил Ариян- Думаю, император не расстроится сильно, один том все же остался. Я и его хотел унести, но книжка никак не хотела отдираться от охранки.
— Вот ты… — принц был очень неприятно удивлен.
Как он смог из библиотеки книги утащить? Да и снять защиту, стереть руны… Уму непостижимо!
Хотя, это же Ариян.
— Гений? — меланхолично предположил парень.
— Лучше. Жмот! — коротко охарактеризовал он герцога Видэйского.
Впрочем, тот не расстроился. Эксперимент прошел успешно! Очень. Правда, в конце неправильно что-то сделал, выявил быстро себя. Да так тупо! Только природная предосторожность его спасла от разоблачения.
— Ну откуда я мог достать тебе тридцать книг, а? Времени не было, сегодня только приехал… И я ради тебя на авантюру согласился!
И согласился герцог Видэйский действительно ради друга. Он, как создатель масок-артефактов, которые не только были удобными в отличие от обычных, но и не позволяли принцам даже с помощью магии снять маску с девушек, мог видеть сквозь свое творение. А зачем книги? Маскировка. А вообще, планировалось, что их подарит призрак одного книжника, но браслет-артефакт еще не доработан, и поэтому случился сбой. Хорошо, что Ариян еще захватил кольцо, меняющее личину.
— Ага, но успел ведь обчистить библиотеку? — Эррион допил вино и отложил бокал на низкий деревянный столик.
— Не ценишь ты меня, скучный и нудный принц, — шутливо возмутился молодой герцог. — Кстати, а ты так и не рассказал про Джинну. И какая на самом деле Проклятая?
Эррион улыбнулся. Она не выходила из его головы уже три дня. Красивая, нежная, с большими невинными глазами… Может, прокляла? Нет, точно нет. Она бы не стала.
— О, ты меня заинтриговал! — правильно понял реакцию друга Ариян.
— Сначала расскажи о девушках, — на время перевел тему Эррион Кьерро. — Что насмотрел?
“Слово. Лишь одно, но, словно самый сильный яд, отравляет навсегда. Что не делай — никак не избавишься. Разве можно отскрести из плоти яд, что впитался, очистить разум, заставить забыть?”.
Я не могу двигаться, стою в темном переулке, который освещает лишь пара летающих сгустков света. Не могу сделать ни шага, хоть и пытаюсь изо всех сил. Мне очень страшно, хочется кричать, но горло охватил спазм.
“Месть — вот мое слово.
Слово, которое, как яд, впиталось мне в душу, отравляя меня, выжигая из моего разума все лишнее.
Слово, которое, как клеймо, впечаталось мне в кровь, душу и мысли”.
Тонкую ночную сорочку треплет теплый ветер, который и приносит ко мне запах крови. Только вот теперь я не одна. В мою сторону, иногда оборачиваясь, стремительной походкой идет девушка. Потом она резко останавливается. Поднимает голову, разглядывая сияющие сгустки, делает глубокий вздох. Она тоже чувствует кровь!
Я пытаюсь крикнуть ей, хотя бы промычать что-то, чтобы она меня увидела. И чтобы помогла. Но не могу.
Девушка делает еще пару шагов, оглядывается…
И при свете сгустков я вижу ее рыжие волосы. Очень знакомые! Вот только где я встречала ее?
“Слово, которое сделало меня сильнее, заставило идти только вперед, к своей цели.
Слово, которое создало меня, сделало меня такой, какая я есть”.
Я смотрю туда, куда стоит смутно знакомая девушка. И вижу тело, которое раньше я не разглядела. Она с глухим криком подбегает к лежащему на животе мужчине, он в крови. Рыжеволосая, невзирая на то, что ее светлое платье может испачкаться, садится рядом с пострадавшим, делает пас рукой, отчего мужчина чуть приподнимается и переворачивается на спину. Девушка призывает сгустки, а потом резко отскакивает от раненого!
— Вот мы и встретились… — тихо произносит она, но я ее слышу.
Достает откуда-то кинжал, и металл опасно сверкнул при свете сгустков, приближается к лежащему мужчине.
Я с округлившимися глазами смотрю на ее действия. Она его хочет добить? Месть?..
Но девушка не успела. Ее подхватил белый дым, чтобы проглотить…
“Восемь лет я жила местью, я дышала ради этого. Каждый день, черт возьми!
Каждый день я вставала с этой мыслью, заставляла себя тренироваться, кое-как совмещала все с работой.
И для чего? Чтобы оказаться за миллионы лиг от него в момент, когда надо было всадить в его сердце кинжал”…
Я слышу крик. Не свой, а девушки, а потом в переулке вновь воцаряется тишина. Бессознательный мужчина все также лежит на спине, раскинув руки в стороны, а шальной ветер разносит запах крови, призывая редких прохожих спасти раненого…
***
Я резко встала. В спальне было темно, лишь от большого окна лился мягкий лунный свет.
Странный реалистичный сон никак не хотел уходить. Я как будто слышала крик девушки и тихий шепот “месть — вот мое слово”. И рыжеволосая девушка… Вдруг пришла догадка. Чудовищная просто. Немыслимая.
Аннара! Та девушка — Аннара. Это ее история.
Так вот почему она набросилась на императора! И, получается, брюнетка, которую несли стражники вчера, ее тоже она?..
Ох…
Решив, что не буду морочить голову предположениями, встала, взяла с комода брошенный на него вчера вечером конверт. Очень любопытно, что же дальше у меня в развлекательной программе.
Осторожно вскрыла подписанный моим именем конверт, достала сложенную вчетверо белую бумагу.
“Список конкурсов для участниц Отбора”, — прочитала я.
Дальше шел абзац с выгодами для попаданок. В общем, если мы останемся с носом, то есть без принца, то нам подарят титул и особняк в одном из семи государств по выбору, дадут приданого и опекуна, который будет охранять нашу честь до вступления в брак. Ну а если повезет и любовь с принцем все же случится, то тогда ждут счастливицу помолвка, всякие почести, и свадьба.
Самое интересное было написано после этой тирады:
“1. Смотрины
2. Императорская трапеза
3. Прием у императрицы
4. Столичный храм
5. Подарки для Их Высочеств
6. Пикник с императрицей и леди Аэвер
7. Задание
8. Ночь Звезд
9. Артефакт выбора
10. Бал”
Увлекательная программка у меня намечается. Но еще интереснее: напротив первого и второго пункта выведено “успешно”. Как они успели отметить? Конверт-то я только что вскрыла. Может, магия? Думаю, так и есть, по-другому обосновать не могу.
Я хотела, отложив письмо, перейти на чтение сказок, но, как назло, начала клевать носом.
“Завтра обязательно прочитаю”, — решила я, откладывая бумаги и устраиваясь на теплой постели.
Остаток ночи прошел хорошо. К счастью, больше мне ничего не снилось. Лави разбудила меня, приоткрыв дверь. Та еле слышно скрипнула, и на пороге появилась горничная, держащая на руках поднос с моим завтраком.
— Доброе утро, — с улыбкой поздоровалась я.
— Доброе утро, — ответила Лави, поставив на тумбочку поднос и направившись к шкафу.
Достала из него небольшой столик для кровати, подошла ко мне и разместила его поверх одеяла.
Было как-то неловко, но очень приятно. Да, и я никогда не завтракала в постели и… А почему бы нет? Надо же пробовать новое!
— Спасибо, Лави, — поблагодарила женщину, которая сноровисто разложила мой завтрак на столике.
Лави кивнула и, пожелав приятного аппетита, покинула меня.
Я была не очень голодной, все же вчера я плотно поела на “Императорской трапезе”, но не завтракать нельзя, так что перевела взгляд на столик. Сегодня пудинга и серого хлеба не было, а была… Каша! Самая обычная овсяная каша на молоке, тост с джемом и чашечка горячего чая.
Овсянку я съела, почти не остывающий чай выпила, а вот тост, который так и манил меня своей хрустящей корочкой, не смогла — объелась.
Лави не было видно, поэтому я сама убрала столик, переложила тарелки и чашку на пустой поднос, который стоял сиротливо на комоде и, надев халат, вышла в гостиную. Там и нашла Лави. Она сидела на софе и вышивала.
Скоро реально не удержусь и попрошу меня научить!
— Могли бы меня позвать! — воскликнула она, увидев меня с подносом.
— Да ладно, мне не сложно…
Но Лави отложила вышивку, подошла и непреклонно забрала у меня поднос.
— Спасибо, — улыбнулась я горничной.
Женщина смущенно улыбнулась в ответ и направилась к двери, потом остановилась и, развернувшись, спросила:
— Чем займёмся? — и пояснила: — Сегодняшний день у вас свободный.
То есть прием у императрицы не сегодня? Отлично, а то я как-то не готова. И да, совершенно не представляю как буду проваливать конкурсы.
— Лави, а давай погуляем? — предложила я.
— Можно, — кивнула женщина, — Дворцовый парк просто восхитительный!
Я согласилась с ней и, пока Лави пошла относить поднос, решила умыться и расчесать волосы.
Ванная комната встретила меня тишиной и отсутствием освещения. Было абсолютно темно, хоть глаз выколи.
Я почти с минуту смотрела на это безобразие и пыталась понять: как это?
Ничего путного не понялось, но мелькнула догадка — это очередное испытание! Третье по счету и да, совершенно странное лично для меня.
И что делать?
Так как я не жаждала победы в отборе, хотя принц Азарии мне понравился, решила подождать Лави. Если проваливать отбор, то проваливать без ущерба для себя, мне холодных ладошек достаточно.
Горничную ждать долго не пришлось — только закончила разглядывать кожаную обложку сборника, как Лави вошла в спальню. Я обрадовалась и расстроилась одновременно: все же второй день не могу сказку прочитать.
— Леди? — осторожно позвала Лави.
— Лави, ты вовремя, — сообщила ей, откладывая книгу. — Тут освещение в ванной пропало.
Лави изумленно на меня посмотрела и переспросила:
— Освещение в ванной?
Кивнув, подошла и открыла дверь, чтобы показать… Но увидела совершенно нормальную ванную, то есть со светом, скорее всего, магическим.
Мне оставалось только ошеломленно хлопать глазами, пытаясь теперь понять: не галлюцинации ли у меня начались?
— Все в порядке? — осведомилась горничная, переведя взгляд на крайне обескураженную меня.
— Наверное, — пробормотала я.
Что-то бесит меня начали эти испытания! Скорее бы домой.
— Лави, мои платья же дошили? — поинтересовалась, взяв себя в руки.
— Да, конечно, — кивнула она.
Отлично. Тогда водные сначала процедуры, а потом гулять по парку с книгой.
— Приготовь, пожалуйста, платье для прогулки, — отдала распоряжение я и направилась в ванную.
Парк действительно был великолепным: скульптуры из белого камня, органично расположившиеся вдоль дорожки, уютные беседки, увитые цветами, скамейки в тени деревьев… Но что мне нравилось больше всего — чистый воздух и нежный запах цветов. Мы с Лави уже гуляли более получаса, но я все еще не налюбовалась.
Несчастный сборник был отложен опять на потом, я шла к фонтану, о котором мне горничная поведала столько дворцовых легенд.
Вдруг Лави, весело рассказывающая про похождения конюха, затихла. Я вопросительно на нее посмотрела.
— Давайте свернем на другую дорожку? — взмолилась женщина.
— Ты что-то темнишь, Лави, — нахмурилась, совершенно не понимая, что случилось моей помощницей.
А потом поняла, то есть, услышала:
— Любовь с первого взгляда? — засмеялся мужчина, скрытый от меня тенистыми деревьями, ароматными кустами роз и желтеньких цветочков в форме звездочек.
— Заткнись, — мрачно произнес его оппонент со смутно знакомым мне голосом.
Я хотела было быстро повернуть и уйти в другом направлении, но следующие слова недавно смеющегося мужчины заставили меня не то, что никуда не засобираться, а даже спрятаться за кустами, чтобы побольше услышать:
— Эр, ну ты серьезно? Это же джина!
— Леди, — нервно позвала меня Лави, которую я тоже потащила с собой. — Нам не стоит…
— Тихо, — шикнула я на горничную, навострив ушки.
Что там с джиной?
— Представляешь, не знал! — съязвил тот, кого назвали Эром.
— Допустим, ты послал девушек и отбор, — начал вновь, скорее всего, друг неведомого мне Эра. — А как ты найдешь ее? Ведь второй раз алтарь почти нереально встретить. Да и… Она проклятая богиня, Эр.
Ого! То есть Эр — это один из принцев? Вот почему его голос показался мне смутно знакомым! Эр… Эррион Кьерро! Кронпринц Азарии!
Что мы имеем? Джина — проклятая богиня, в нее влюблен наследный принц.
— Знаю. Чего ты добиваешься?
— Чтобы один нудный принц просмотрел все варианты исхода событий и испачкал бумагу не тремя планами, а, как минимум, шестью.
— Нудный принц сейчас даст по шее, — ласково ответил принц Азарии. — И после…
— Где твои императорские манеры, а? — нахально поинтересовался друг Эрриона Кьерро. — Тут, между прочим, дамы.
Я оторопела. Это он о нас с Лави?.. Ой. Кажется, нам пора уматывать, если не хотим проблем.
— Леди Крымская, осчастливите нас своей компанией? — насмешливо осведомился неведомый мне мужчина.
Попали!
Побелевшая Лави встала, потянув меня за собой. И едва я поднялась, прижимая нечитанный томик со сказками к груди, сунула мне в свободную руку появившуюся из воздуха маску.
Зачем?
— Принц, — коротко пояснила моя помощница.
Точно мозги теряю! И вот остатки сейчас допотеряю, потому что к нам шел темноволосый молодой мужчина. Нет, не принц, а его друг, который и выдал нас ему.
И я, сгорая от смущения, попыталась надеть маску. Вдруг и наследник Азарии сейчас явится на огонек? Не вышло — рука дрогнула, и я уронила маску на траву. Но поднимать не стала, а то ещё и сама упаду перед другом принца.
— Дддобрый день, — сконфуженно поздоровалась я с подошедшим.
Окинула его подтянутую фигуру изучающим взглядом — плечи широкие, я это сразу приметила, волосы темные и, как у принца, коротко стриженные, кожа светлая, а вот глаза у него необычного цвета — мятного. Одет мужчина был, если судить по придворной моде Средневековья, довольно скромно: в белую, простого кроя, но сшитую явно из дорогой качественной ткани, рубашку, рукава, которой были небрежно закатаны, и в черные брюки.
— Добрый, ведь я встретил вас, — с улыбкой заядлого пикапера на губах произнес он, а потом добавил нагло: — В кустах.
Я покраснела, стиснула сильнее книгу, а потом ненавязчиво поинтересовалась:
— А можно я пойду, а?
— Что, уже? — удивился лорд. — А куда?
А куда я шла? Не вспомнила из-за стыда и волнения, поэтому ляпнула:
— В… кусты!
И потом только поняла, что сморозила…
— Простите, — честно покаялась я.
И да, я совершенно не знала, что делать дальше! Не убегать же, бросив застывшую рядом Лави? Кстати, а что с Лави? Перевела взгляд на нее — стоит, бледная, сжимает подол и не отрывает взгляд от мысков своих туфель. Да, наверное, все же не стоило подслушивать. Ничего ведь важного я не услышала, а из-за моего поступка может пострадать горничная. Не подумала как-то. Черт!
Вырвал из тяжёлых раздумий все тот же друг принца:
— Ну что вы, — протянул мне незнакомец и таким тоном, что стало ясно: издеваться сейчас будет. — Кусты в парке для всех.
И такое тонкое издевательство, что… Что я разозлилась! И вообще, вдруг у меня фетиш такой — по кустам ползать?
— Утешили, — мрачно произнесла я и с самой своей милой улыбкой продолжила: — Тогда я обратно в кусты, созданные абсолютно для всех?
И я очень надеялась, что мой жирный намек будет понят и от меня отстанут, но мужчина казался непробиваемым:
— Может, сначала вы порадуете мое пораженное вашей красотой сердце согласием на прогулку? Предупреждаю: отказа оно не выдержит, и смерть моя будет на вашей совести, а бездыханное тело в ваших руках.
Я обалдела от подобной наглости. А он стоит и улыбается, гад! И такой весь расслабленный, пока мы с Лави как на иголках.
— А ваше слабое сердце выдержит мое присутствие? — съязвила я.
— Могу гарантировать, — заверил нахал.
И как ему дать отказ? Хотя… Может, у него получится выведать про джину и ее приблизительное местонахождение? Все же друг принца и…
— Тогда я, так и быть, обрадую ваше сердце, — скрипя оным органом согласилась я и мстительно добавила: — Напоследок.
Мужчина вновь широко улыбнулся и, наконец-то, представился:
— Лорд Ариян Видэо, но для вас просто Ариян.
И да, поклонился. С трудом подавив раздражение, порадовала мужчину оскалом, отдаленно напоминающим улыбку. Ну, что есть, то и используем.
— Александра, — не стала я ломать комедию.
Передала том со сказками Лави и, как принцам, протянула ладонь. Только он не встал столбом, а пожал протянутую конечность. Я даже зауважала.
— Бесконечно приятно познакомиться, — отпустив мою длань, сообщил друг принца.
— Аналогично, — согласилась я, напряженно думая о сложившейся ситуации.
Все очень странно. Что делали с девушками, которых ловили за подслушиванием? Вновь посмотрела на Лави и поняла: ничего хорошего. Однако, пожалуй, не мне дадут пендель, а моей помощнице… И так стыдно стало за свой поступок! Вдвойне.
— Пожалуйста, не наказывайте Лави, она ни в чем не виновата, — взмолилась, глядя прямо в мятные глаза весельчака, который, не стесняясь, разглядывал меня.
— В смысле? — удивленно спросил иномирный лорд.
— За то, что подслушивала, — покаялась я, а потом решила и себя оправдать: — Я не хотела, честно.
Судя по его скептическому взгляду, оправдание вышло не очень убедительным.
— Я больше не буду? — нервно выпалила я.
— Вы у меня спрашиваете? — со смешком поинтересовался Ариян Видэо.
Я полностью стушевалась. Но я не я, если не предприму еще одну попытку:
— А если расскажу, почему совершила, — задумалась, а потом нашлась: — столь низменный поступок для леди?
— И почему же? — хмыкнув, вопросил Ариян.
Думаешь, я так быстро все выложу?
— Ну… — задумчиво протянула.
Аристократ сложил руки на груди, показывая, что весь во внимании.
— Я мистик, — с самым честным лицом соврала я, ибо в мистике шарила только одно: если разбила тарелку, то это не к добру — готовься месяц ходить по стеклу.
Он заинтересованно на меня посмотрел.
— Умею на картах Таро гадать, видеть черную и бурую энергию и… — начала я нести бред.
— Что за Таро? — нахмурился лорд.
— Бумажки с вещими рисунками, — щедро пояснила я.
И еле сдержалась, чтобы не добавить “даже чистые носки помогут найти”.
— Ладно, ясно, — кивнул Ариян и осведомился: — А что же… хм… мистического было нашей беседе, что она вас так заинтересовала?
И выражение лица такое… Как у лиса!
— А причем тут ваша беседа? — искренне изумилась я. — Я вообще-то раскаивалась за хождение по кустам…
Ага, иногда моя глупость приводит к тупику не только меня, но и других. Кажется, я реально скоро начну думать, что все в хозяйстве… то есть в жизни пригодится. Даже вот отсутствие некоторых важных извилин.
В общем, оптимизм — наше все.
— Александра, давайте уже приступим к прогулке? — капитулировал лорд Видэо, предложив локоть.
Я, окрыленная “победой”, молча ухватилась за его руку, прям как кисейная барышня. Ну что я могу сказать? Мужчина занимается в местной качалке — крепкие мышцы чувствовались под тканью рубашки.
“Саша, о чем ты думаешь, а? Ты попала в другой мир, попалась при подслушивании, подставила свою единственную подругу в этом дворце и сейчас идёшь непонятно куда с непонятно кем”, - укорил меня внутренний голос.
Черт. И правда.
— А куда мы? — запоздало поинтересовалась я, когда мы уже на пару метров отошли от злополучных кустов.
Оглянулась — Лави, слава богу, спокойно, не напоминая больше призрак, шла за нами. Отлично, значит, пока все нормально.
— Гулять, — коротко ответил лорд.
И продолжил вести прямо по дорожке. Эм… Отлично гуляем, однако.
От скуки начала разглядывать милые кустики, аккуратно высаженные с двух сторон дорожки.
— Лави, а что это за цветы? — полюбопытствовала я у горничной.
Цветочки, конечно, красивые, но как-то не они меня не слишком-то интересовали, спросила только потому, что тишина начала раздражать.
— Драконьи звезды, леди, — отрешенно ответила моя помощница и, собственно, все.
И нет никакой легенды там? Мифа? Или истории романтичной?
Этот вопрос я и озвучила.
Но ответила мне не Лави, а лорд-весельчак:
— Есть легенда, — подтвердил он. — Разве вы не прочитали ее в сборнике?
Я от неожиданности сбилась с шага и чуть ли не упала лицом на гравий, но друг принца не дал, притянув меня за талию и прижав к своему крепкому телу. Я же растеряла дар речи и вообще умение думать, оглушенная биением его сердца и ровным дыханием и опьяненная запахом цветов и его парфюма.
Мы так и застыли на дорожке, не отрывая от друг друга взгляда. Кажется, даже не в силах это сделать.
— Александра, вы и дорожки любите? — несколько заторможено задал вопрос Ариян, отпуская меня и, наконец, разрывая зрительный контакт.
— Безумно, — тихо буркнула я и на миг прикрыла глаза, прогоняя внезапно накрывшее наваждение. — Спасибо за помощь.
— Для вас что угодно, — сверкнул белозубой улыбкой Видэо.
Угу. Дай мне новое самообладание, а то старое исчерпалось, и верни меня домой.
— Леди, все хорошо? — спросила обеспокоенно Лави.
— Отлично даже, — заверила я женщину.
— Так что, продолжаем прогулку? — и мне вновь предложили локоть.
Я только кивнула и взялась за его руку, готовая дальше покорять парк. Но не успели мы пройти даже пару метров, как лорд Видэо остановился.
Я вопросительно на него посмотрела. Вроде на этот раз никто не собирался падать.
— Простите, но мне придется вас покинуть, — с сожалением в голосе произнес мужчина. — Дела, но, — пауза, — я на это очень надеюсь, — тут уже намек, — завтра вы осчастливите мое слабое сердце вниманием примерно в полдень?
Все бы ничего, но как он про дела узнал-то? Надеюсь, не воротник ему сообщил?
— Как жалко… — протянула я, если честно, радостная от того, что избавлюсь от странной и опасной компании. Все же Ариян поймал меня на горяченьком. — А завтра… Очень надеюсь, что я смогу.
— Я буду безмерно рад, если вы все-таки сможете, — спокойно, но непреклонно ответил друг принца.
Прилипчивый какой! Бррр.
— До встречи тогда, — растянула губы в улыбке я.
— До скорой встречи, — лорд поклонился и, развернувшись, быстрыми шагами направился прочь.
Я постояла минуты две, смотря ему вслед до тех пор, пока он не скрылся из виду, и осведомилась у молчаливой помощницы, возобновляя шаги:
— А кто он вообще такой, этот Ариян?
Лави вздохнула, а потом огорошила:
— Герцогский сын, лучший друг кронпринца.
Мда-а. Вот она — сила канализации. Сегодня ты обычный бом… человек, который туда внезапно упал, а завтра уже чел, который ведет беседы с принцами, герцогами и прочими пэрами. Круто, что ещё скажешь? Нет, таки я скажу: господин психиатр, можно мне билетик до комнатки с мягкими стенами? Ладно, не будем о грустном.
— А чем его светлость занимается? — задала я следующий вопрос.
— Лорд Видэо учёный.
Ну ничего себе… А с виду пикапер и сердцеед. Хотя, может, он совмещает? Днем ловит девушек на подслушивании и поет баллады о слабом сердце, а в ночи корпит над грудами фолиантов и ставит эксперименты.
“…на найденных в кустах невестах”, - усмехнулась я.
— Маски-артефакты для девушек лорд делал, — сообщила горничная.
Интересный, однако, парень. Надо бы встретиться с ним — буду уже собирать информацию на свой третий роман, угу. Вот только почему-то мне не обложки с моим возможным псевдонимом представились, а вспомнился вчерашний мужчина-продавец книг в рубашке с забавными рыбаками, вглядывающийся в мое лицо, скрытое маской. Тряхнула головой, прогоняя образ странного человека.
— Ладно, веди к фонтану! — решительно произнесла я.
Первым делом, когда добралась и налюбовалась фонтаном, созданным в форме раскрывающегося бутона, направилась с Лави и с несчастным сборником, который я все никак не могла начать читать, в красивую витую беседку с мягкими диванчиками. Но на этот-то раз я надеялась на лучшее.
Вздохнула в который раз полной грудью восхитительно чистый воздух с ароматами цветов, довольно зажмурилась и наконец-таки решила ознакомиться с фольклором неведомой мне империи Хелидари. Открыла на оглавлении, поискала глазами “драконьи звезды” — про те самые необычные цветы. Нашла. Причем почти в конце тома — на триста сорок шестой странице! Кстати, когда пробежалась глазами по названиям произведений, поняла: драконов в Хелидари любили. Потому что, помимо звезд драконов, нашлось вот что: “Алый дракон”, “Драконий глаз”, “Драконий коготь”, “Расплата дракону”… В общем, и на вкус, и цвет, и на жанр.
Но это я потом прочитаю, так что раскрыла книгу на нужной страничке и… И даже ахнула от такой красоты!
На белой бумаге были изображены те самые красивые желтые цветы с кустов, но собранные в небрежный букетик, который сиротливо лежал у приоткрытого большого окна с видом на безграничное звездное небо. Вот только рисунок настолько объемный и прорисованный, что, казалось, можно дотронуться до блестящих на лепестках капель росы, вдохнуть сладкий запах бутона и свежий — ночной прохлады, и услышать тихий шорох ярко-зеленых мелких листочков, окружающих цветок-звездочку. На влажных стебелях были разбросаны мелкие шипы… Но на них уже не роса, а кровь.
Немного мрачненько. но безумно красиво.
Провела указательным пальцем по нежному бутону и перевернула страницу. Там уже шел текст:
“Ты знаешь легенду о мертвой невесте и ее цветах? Садись у жаркого камина, беззаботный ищущий истину, и слушай, прикрыв глаза. А я укрою тебя теплым пледом из услышанных некогда слов и забытых чувств, окутаю флером любви, желания и ненависти… Только слушай и помни: в каждой лжи есть правда, а в каждой правде — ложь. Слушай внимательно, странник слов…
Некогда ее губы пахли карамелью, тягучей и сладкой, а сейчас приторный запах ванили разлился по ним, холодным теперь вовеки. А глаза? Никто не видел глубже впадины, чем бездонная синева ее очей. Кожа ее была бела, словно чистый снег и пахла одурманивающе нежными фиалками. Но… Красота — это приговор, знаешь?
Ириишь. Забытое имя, запыленное в памяти многих, но навечно вырубленное кровью в воспоминаниях мужчин. Красота — приговор. Но что делать, если такой родилась?
Пурпурные листья давно осели на приграничный Ладат, окрашивая серый город пустых надежд и призрачного счастья в яркие цвета. Воздухе висит аромат пряной корицы и горчит на кончике языка, стылые лужи отражают Ладат, кривлят, показывают его изнанку, его второе “я”.
Вдохни этот мир…”}
Я непроизвольно сделала вдох, настолько увлекшись сумрачной историей.
{"И ты поймешь, что он скрывает. Он отравляет разум, пленит грезами о власти, душит сладостными речами… и скрывает испорченные, искалеченные судьбы.
Слава о красоте Ириишь дошла и до императора, давно женатого на некогда блистательной для его глаз принцессе Ариддо. Валиам Райндэм — искусный кукловод, жестокий правитель и прожигатель жизни. Не только своей.
Закрой глаза сильнее, посмотри на отчаяние императрицы, безысходность простой красивой девушки и ее возлюбленного. Почувствуй, как их мир рушится, превращается в песок и пепел и утекает в никуда… Смотри их глазами.
Те, кто у власти получают все. Идут наперекор судьбе ради своей прихоти, разрушают не одну жизнь, рвут паутины мироздания. Они получают…
Можно ли назвать спасением Ириишь тайный приказ императрицы, прозвучавший в напряженной тишине будуара?…
Говорят, драконы не плачут. Но он плакал, смотря на ту, которая не стала его невестой в жизни, ту, что забрала его сердце с собой, в Темные миры. Плакал огнем, выжигая ещё рыхлую землю желтым огнем цвета своих глаз. Время мести еще не пришло.
Белое платье, помолвочное кольцо и два слова, пропитанные горечью, нотками чужой боли и тенью прошедших десятилетий.
Невеста. Посмертно.
А на стылой земле у ее могилы — забытой, заброшенной, до сих пор растут кусты с желтыми цветами, е оттенок его глаз, бутоны которых похожи на маленькие звезды, упавшие с чернильного злого неба…
Выдохни. Время ушло, утекло безвозвратно, я — безмолвный народ, а ты — лишь беззаботный странник слов”.
После прочтения я немного была потрясена народным творчеством этого мира. Горькая легенда, вовсе не предназначенная для детей, как сказки и легенды Земли. Хотя, может, данное издание для взрослых? Но написано очень красиво — затягивает.
— Лави, — позвала я, закрывая книгу. Как-то я не готова пока продолжать чтение, хотя и читала повести и книги помрачнее, но эта история отдавала отчаянием и не только одной Ириишь, а сотен подобных ей девушек, которым просто не повезло родиться красивыми, наверное, в самую смуту империи. Да и в целом народа, страдавшего от тех, у кого есть власть, но нет человеческих качеств — любви, сострадания, милосердия… Ведь разве не перечисленные качества делают человека человеком?
Страшно и жизненно.
Горничная появилась через пару минут, с улыбкой на губах и с лёгким румянцем на щеках. Я даже удивилась — все время была бледная и нервная, а тут такая метаморфоза за короткое время, что я оставила ее сидеть у фонтана, а сама устроилась в беседке. Но я рада за нее.
— Пойдем во дворец или ещё погуляем? — с улыбкой спросила я.
— Как леди пожелает, — пожала плечами моя помощница.
Как леди пожелает? А я хочу экскурсию по дворцу! Хочу увидеть зимний сад, который, скорее всего, должен быть, и библиотеку — наследный принц разрешил даже книжки взять. И почему бы не воспользоваться тем, что я попала сюда, оторвавшись по полной? Чудо же, о котором все мечтают. Ну, не все. Я вот точно не мечтала, но главное — открывшиеся возможности.
— Леди во дворце хочет гулять, — заявила я, поднимаясь и разминая затекшую спину.
Лави не ответила, лишь кивнула и направилась к выходу из беседки. Я пошла за ней.
— Слушай, — начала, спускаясь по низким ступенькам, — а почему я не вижу остальных претенденток?
Я сегодня задумалась над этим. Вроде как в одном дворце живем, но как-то скучно. Где интриги? Сплетни? Пакости? Где конкуренция, спрашивается?
— Пытают Нату, — хмыкнула горничная.
— В смысле? — не поняла я.
— Она уже потихоньку начинает работать над свадебным платьем невесты нашего принца, а леди навязывают свое более чем светлое мнение.
Ого! Делёж принцев уже начался?
— И что, все леди досаждают Нате? — весело поинтересовалась я.
Нет, все же здесь очень круто! Дышать вон — одно удовольствие.
— Ну почему все? — с улыбкой посмотрев на меня, ответила Лави. — Только половина, а вот остальные пытают швей из Аралона и Ариддо.
Это же родина тех светловолосых принцев-красавцев? Скорее всего, да.
— А Динара? — понизив голос, задала вопрос.
Ее унесли и все. Девушку жаль. Мало ли, что сподвигло рыжеволосую на открытое покушение. Просто так ничего не случается. Просто так никто ни на кого не набрасывается.
— Это не наша проблема, — нахмурившись произнесла помощница. — Идемте, леди Александра.
Мне ничего не оставалось, как следовать за Лави.
Легкий ветерок касался нежных бутонов, игрался с ними, шелестел зелеными листьями деревьев, звучало искристое пение неведомых мне птичек. Парк был прекрасен, тих и спокоен, и самое главное — уютен.
И мы шли с Лави по чистым ровным дорожкам, отдыхали и радовались, но… Но не стоило мне вспоминать про остальных девушек. Ой не стоило! Ибо стройный ряд прекрасно одетых и затянутых в корсет красоток в сопровождении отряда дуэний двигался в нашу сторону. Аромат их духов чувствовалось за эти, к моему сожалению, жалкие метры и, зуб даю, их глаза предвкушающе блестели! Нашли жертву в царстве флоры.
Но делать было нечего, и я, расправив плечи и широко улыбнувшись, как ни в чем не бывало продолжила путь.
— Добрый день, девушки, — вежливо поздоровалась, едва поравнялась с армией невест.
— Какая встреча! — мило проворковала зеленоглазая блондинка в пышном нежнорозовом платье, по-моему мнению, очень похожем на кукольное. Девушка же, растянув пухлые губы в усмешке, вопросила: — А где же Его Высочество? Я слышала, что он в саду.
— Какой именно? Я слышала, что их семь, — повторяя ее тон, ответила я.
Но ответила мне не блонди, а девушка, стоящая за ее плечом, с собранными локонами цвета жженого сахара, миловидным лицом, но немного глубоко посаженными глазами:
— Принц Азарии, — с раздражением посмотрела на меня она, сжимая своё расшитое шартрезовое платье с белыми короткими рукавами.
“Погуляй по саду и почувствуй себя ущербной” называется эта ситуация. Зря я платье невест рассматриваю. Очень зря. Так и хочется теперь тоже порадовать Нату своим присутствием в ее мастерской. Мой прогулочный наряд был, несомненно, милым, но до их уровня не дотягивал. В смысле, не настолько помпезный и шикарный — светло-голубой, сшитый из легких тканей, но без корсета и прочей мишуры. Хотя, плюс все же есть — в нем убегать удобнее!
— Не в курсе, — пожала плечами я, потом указала на томик со сказками и добавила:
— Читала.
Мне вообще не поверили. А я, между прочим, говорила правду. Местонахождение Эрриона я точно не знала, просто видела его в саду, да и то со спины, но признаваться не собиралась. Мы, девушки, обладаем безграничной фантазией, вот сложим два и два и получим меня, отбирающую счастье в лице принца. Как-то не хочется потом стать трехгрудой амебой, даже если подобное вовсе невозможно, для всей Азарии. И это я еще просто находилась на одной территории с принцем… Мдя.
— Ты умеешь читать? — удивилась смуглокожая девушка с раскосыми черными глазами. Волосы у нее, к моему искреннему изумлению, были не темные, а белокурые. Удивительная внешность.
От ее вопроса у меня чуть ли глаз не задёргался. Это ж какой авторитет у меня среди конкурсанток? Судя по всему, я немножко без главного и самого выдающегося органа. Я про мозги, если что.
— Неа, — совершенно спокойно ответила оскорбленная я. — Только разглядывать картинки умею и сожалеть о недостатке умственных способностей.
Если они не поймут иронии, то все, капец полный, надо бежать. Остатки разума растеряю, а мне нельзя, меня дома ждет зарплата.
Но все оказалось не так безнадежно: три брюнетки, которые не вступали в беседу и стояли с каменными лицами, хмыкнули. Они как-то неуловимо были похожи друг на друга. Вот только какие-то отстраненные, с легкой грустью в светлых глазах. Им я искренне улыбнулась и, прежде чем блонди опять начнет, торопливо произнесла:
— К сожалению, леди, я вынуждена вас покинуть. Но в следующий раз, очень уповаю на это, мы сможем перезнакомиться и пообщаться, — а потом обернулась к притихшей помощнице и бросила ей: — Идём, Лави.
Блонди ничего не сказала, лишь пожала плечами, явно не горя желанием знакомиться со мной. Ну, и я тоже не в восторге, так что мы с Лави откланялись.
— Какие дамы приятные, — сообщила Лави, едва мы отошли от невест. — Попаданки?
Горничная кивнула, согласившись с первой частью фразы, и недоуменно переспросила о второй:
— Попаданки?
— Попавшие сюда из других миров, — объяснила я и, не сдержавшись, остановилась и сорвала с куста “драконью слезу”.
Лави на это дело посмотрела с улыбкой, но промолчала.
— За один цветочек не отругают же? — возобновляя движение и бережно держа в руках бутон, поинтересовалась я. Лепестки цветка очень нежные, надеюсь, не рассыпятся уже сегодня. Надо быстрее дойти до своей комнаты и в воду поставить.
— Не думаю, — отозвалась спокойно горничная, поворачивая на другую дорожку.
Я, конечно же, последовала за ней.
— Так что? Они из других миров? — вопрос меня до сих пор интересовал.
— Именно эти девушки нет.
— Интересно… — протянула я, думая о том, что если своих девушек полно, то зачем тащить, не оставляя выбора, из чужих миров?
Дорожка скоро заканчилась витой калиткой, так что мы вышли из парка на территорию белоснежного дворца.
— Сначала идем в мою комнату, а потом гулять, — уведомила я Лави, направляясь в сторону входа.
Что странно, кроме стражи в доспехах или же в алых мундирах, никого я не заметила. Даже слуг.
— Может, я отнесу цветок, а вы подождете меня? — предложила, по сути, моя единственная подруга в этом мире.
— Спасибо, Лави, — искренне произнесла я, — За все спасибо.
Горничная, покраснев, улыбнулась, хотела что-то сказать, но передумала и, взяв у меня цветок, спросила:
— Я туда и обратно, а вы подождите меня тут, хорошо?
— Без проблем, — пожала плечами.
Женщина кивнула и, бросив “я быстро”, ушла. Я проводила ее взглядом до самих огроменных кованых дверей дворца, а потом принялась в нетерпении ходить взад и вперёд.
— Леди Александра? — внезапно раздалось за плечом, когда я уже сделала кругов так двенадцать.
Я резко остановилась и, если быть честной, немножко испугалась. Чисто теоретически, не может челове двигаться со скоростью пять метров в секунду, а если я его не заметила, то получается, что скорость у неизвестного как минимум такая.
Но это магический мир, так что медленно повернулась назад, чтобы… Чтобы никого не увидеть! Запахло, однако, дешёвым ужастиком.
— Я ниже, — прозвучало… снизу.
Безмерно заинтригованная ростом неизвестного опустила взгляд вниз и да, опять ничего не увидела.
— Ещё ниже, — продолжал информировать меня о своём местоположении Джон Доу.
Ниже только почва, но тогда его голос я бы слышала не так четко. Разумно предположила, что господин Доу слишком маленький и таки где-то на дорожке, поэтому опустилась на корточки.
— Ну и где вы, уважаемый? — осведомилась я, рассматривая базальтовые плиты.
И в следующий миг поблагодарила общагу за то, что подготовила и к такой выдающейся стороне жизни, как тараканы!
Ибо да, тем самым уважаемым был таракан! Черненький, небольшой, с полногтя, так что удивительно, что голос у него громкий. Да и если вспомнить анатомию сиих чудесных живностей, то в принципе удивительно то, что он вообще может говорить.
— Наконец-то! — воскликнул таракашка и весьма драматично возвел две лапки вверх.
А я поняла, что медленно, но верно схожу с ума:
— С вами на связи единственный и самый лучший корреспондент газеты “С первых уст”.
“Тут, скорее, с первых челюстей” — меланхолично заметила я, но высказать вслух не решилась
— Что вы можете сказать о своих соперницах? Что вы скажете о принцах? И о своих шансах на победу? — между тем продолжал тоном профессионального мозгоправа… таракан.
Я была в шоке, причем в полном, и совершенно дезориентирована.
— Будьте добры, пожалуйста, сообщите тираж вашего издания, где мне выпала честь давать интервью, — попросила я, а потом оглянулась, чтобы убедиться, что Лави ещё не пришла.
Таракан прочистил горло, что выглядело очень впечатляюще, и ответил:
— Тридцать три! — с гордостью произнес он.
Я впечатлилась. А ж тридцать три таракана будут меня знать!
— Это такая честь для меня, — едва сдерживая смех сообщила я.
— Да-да, полностью с вами согласен! — самомнение у этого… лучшего корреспондента было на уровне.
— Но вынуждена сообщить, что я не слишком подхожу для вашего издания, — подбирая слова заметила я.
— В смысле, что настолько ущербны? — переспросил журналист, а потом, не дав мне ответить продолжил: — Ой, да бросьте! Понимаю, я слишком впечатлил вас, но заверяю — все мы одинаковые, пусть и некоторые более…скажем так, одаренные, как я, например.
Таракан походу непробиваем. Ладно, подойдем с другой стороны:
— Думаете, вашим читателям будет интересно читать обо мне? Я, конечно, не в курсе, что в приоритете у тараканьего народа, но…
Я хотела уже предложить такие темы, как здоровое питание, спорт, новые технологии и прочее, но меня перебили:
— Какой тараканий народ? Человек я!
Я с изумлением посмотрела на стоящего таракана. Как это человек?
— Так, поднимите меня! — требовательно взвизгнуло насекомое.
Меня передернуло от прерогативы трогать членистоногого и, тем более, держать.
— Может, не будем вступать пока в столь тесные отношения, а? Мы же толком даже не знакомы… — с надеждой вопросила я.
Таракан виновато шаркнул ножками и скромненько так выдал:
— А мы уже того… Ну этого, в тесных отношениях уже.
То есть по мне ползал таракан?! Я даже слова от возмущения потеряла! Так что, гордо вздернув нос, поднялась и, игнорируя Джона Доу, принялась опять мерить шагами дорожку.
— А я могу представиться! — “капитулировал” через две минуты журналист.
Я сделала вид, что не слышу. Теперь прогулка по дворцу отменяется, а все из-за него! Я ж теперь, как представлю, что таракан и по мне…
— Ну дай интервью-ууу! — уже натурально завыл писклявым голосом членистоногий.
Я остановилась, пораженная догадкой… Но всё же решила уточнить для начала:
— А сколько вам лет, уважаемый?
Таракан встал на задние… А что у него задние? Пусть будут лапки. И представился:
— Граф Рейнар Эйскар, — торжественно возвестил бывший Джон Доу, а потом гордо так: — Мне девять лет, скоро, кстати, десять будет.
— А как же… — растерянно произнесла я.
— Зелье, — пояснил Рейнар. — И вообще, молись, чтобы тараканов у тебя не завелось в любом виде, а если уж завелись да репортёры, то все, бзык тебе!
Я, все еще не понимая, в принципе, всего, поинтересовалась:
— А почему? — умирать в любом случае не хотелось, только вон жизнь налаживается, принцы появились даже.
— Ты о численности их народа знаешь? Там же грохнешься столько всего писать и издавать! Поэтому если найдут интересную… — на миг задумался гадина, а я едва поборола желание его прихлопнуть, — Скажем так, личность, не останут. И знаешь, в чем самый хлеб?
— Ну? — обиженно протянула я.
Мальчишка же, совершенно не испытывая угрызения тараканьей пока что совести, продолжил:
— У них фантазия хорошая, а точнее, они так думают, так что всё у них через зад… Сквозной кишечник!
Короче, я поняла позицию недографа — он круче, так что цени, люби и терпи даже с аудиторией в тридцать три читателя. Но так как это смахивало на брачную клятву, то я посмела осведомиться:
— А я тут причем?
Но мне не ответили, ибо таракан захотел опять таки вступить со мной в тесные отношения, хотя меня и платонические больше чем устраивали, подняв лапки с немым намеком и строя мне черные глазки. Меня передернуло.
— Не действует, — огорошенно пробормотал мальчишка. — Ну подними, а? Или я могу сам…
— Вот сам не надо! — воскликнула, наклонившись и сорвав травинку.
Рейнар с интересом следил за моими действиями и, когда понял, что этот зелёный экипаж для него, полюбопытствовал:
— А не укачивает на нем?
— Да ты что, специально для тебя вип-кабинка, — заверила я и подставила травинку журналисту, чтобы тот забрался.
Граф Рейнар Эйскар не впечатлился, но покорно заполз, потрогал челюстями и лапками листик, попытался покусать даже.
— Эй, — возмутилась. — Экипаж не жрать!
— Больно-то надо, я обедал.
Я, проигнорировав его полемику, задала вопрос:
— А куда и чего дальше? Как тебя, допустим, человеком сделать?
Мне ответили не сразу, сначала эта гадость удобно устроилась на удерживаемой мною травинке, а потом только сообщил:
— Туда, где есть вода, — потом задумался: — Хотя… Если ты в меня кинешь чуточку своей силы, то я смогу перевоплотиться обратно.
Силы у меня не было и быть, в целом, не может, так что уведомила его:
— Идём к воде, в мою комнату.
Мне ничего не ответили, так что я в под тихое пение неведомых птиц спокойно продолжила путь и уже почти подошла к высоким дворцовым дверям, охраняемом суровыми широкоплечими стражниками в алых мундирах, как оттуда выскользнула Лави.
Я ускорила шаг, чем немножко растрясла таракана:
— А ещё вип! — возмутился он. — Ты меня такими темпами банально не донесешь, а я вообще-то ценный кадр!
Проигнорировав его, помахала Лави, призывая ее оставаться на месте, а потом тихо проинструктировала недографа:
— Ты пока обычный таракан, которого мне стало жалко, ясно? — задумалась, а после добавила: — А то вряд ли стражники пропустят, да и нечего пугать мою подругу.
Меня окинули обиженным взглядом и… Ничего не сказали! Ура!
— Леди, я… — начала Лави, едва я дошла до пункта назначения.
Но я ее перебила:
— Ничего, идём в мою комнату, — поспешно сказала, пересекая широкий холл дворца.
— А как же прогулка? — удивилась она, построившись под мой темп.
Я кивком указала на травинку на моей ладони:
— Все потом.
И Лави больше не стала задавать вопросов. А я с чистой совестью начала подниматься по лестнице и даже вступила на второй этаж, как мне помешали продолжить движение.
— Леди Александра! Какая неожиданная встреча!
Вторая уже, ага.
Я сделала ещё один шаг в надежде, что не только я леди Александра и что не ко мне обращаются.
Моим надеждам не суждено было сбыться, звали меня, это подтвердил он, стремительно дойдя до нас с Лави.
Вот только это был не лорд Видэо, а тот самый самый мужчина с рубашкой в рыбках, который подарил нам по приказу и наследника Азарии сказки… Странно. Неужели мне послышалось? Да вроде нет, я слышала именно голос Арияна! Опять галлюцинации, только теперь слуховые?
— Добрый день, господин Вид, — вспомнила я его имя.
Мужчина ослепительно улыбнулся, протянул мне ладонь… А мне опять показалось, что что-то не так. Определенно.
Но я всё же улыбнулась, все так же не понимая, что не так, неправильно в этой ситуации, и тоже протянула ладонь, переложив в левую травинку с моим новым знакомым, для рукопожатия. Теплые знакомые легонько сжали мою руку. И меня опять посетило чувство нереальности и искаженное™ происходящего.
— Вновь очарован, леди Александра, — наконец-то отпустив мою длань сказал мужчина.
— Как идут ваши продажи? — попыталась начать светскую беседу.
И мне показалось, что мужчина на мгновение стал выше, но лишь на миг, а потом все пропало. Очень странно.
— Да все хорошо, — с заминкой ответил продавец, — А как ваши дела?
И пристально посмотрел на мою левую ладонь! С Рейнаром!
— Отлично, спасибо, — поблагодарила и поспешно добавила: — К моему искреннему сожалению, мне нужно спешить…
— Да-да, конечно, — правильно понял меня странный мужчина.
— Была рада вновь увидеть вас, — кивнула я и продолжила путь на свой второй этаж.
До своей комнаты, к счастью, мы добрались без приключений, в коридорах было пусто, хоть перекати поле пускай, но выдохнула я со спокойствием лишь тогда, когда Лави заперла дверь, и я смогла с чистой совестью положить свою ношу на софу.
— О, и года не прошло, — выполз из “вип” экипажа недорепортер и начал делать… Разминку?!
Впрочем, чего мне удивляться уже, пора привыкать.
— Мог бы и поблагодарить, — с намеком бросила я, удобнее устраиваясь на софе. — Лави, чего стоишь, как неродная?
Помощница кивнула и, не отрывая взгляда от тараканистого недоразумения, села рядом.
— Он говорит или мне кажется? — тихо поинтересовалась она.
— Говорю я! — с недовольством брякнул Рейнар, — Воды дайте.
Наглый какой! Но я встала сама, опередив Лави, и пошла в спальню за графином с водой, мечтая вылить его прямо на морду этого… насекомого.
Ну а потом подумать о том, что же не так было с господином Видом. Но мыслей не было вообще. И я тщетно перебирала все несостыковки, когда шла с графином обратно, только вот бессмысленно, я не могла понять, показалось ли мне все или же?…
— Рейнар, брысь на стол, — скомандовала я едва дошла.
Таракан зыркнул на меня недовольно, но подчинился. Едва удержала в себе желание прихлопнуть его близлежащим предметом, все же выработанный студенческой жизнью условный рефлекс давал о себе знать.
Посмотрела на хрустальный графин, в нем было довольно много воды — около пятисот миллилитров, а для Рейнара это убийственно много, ещё захлебнется, поэтому спросила:
— Тебе капельки будет достаточно?
— Вполне.
Присела на корточки, вылила капельку на стеклянную поверхность и отложила сосуд, принявшись ждать чудо. Таракан подполз к капле, вполз в нее, а потом как прыгнул на пол! Я от неожиданности чуть ли не упала, но вовремя удержалась.
— Эй, ты чего? — недовольно проворчала я, вставая и перебираясь на софу, рядом с затихшей Лави.
Но мне не ответили. Я с любопытством посмотрела туда, куда эта гадинка прыгнула и принялась опять ждать чуда. И оно случилось! Рейнар весь засветился и начал увеличиться в размерах!
— Слушай, а ты… — начала я напряженно, не отрывая взгляда от преображения.
Ну а вдруг он обычный таракан, растущий от воды как на дрожжах? И что мне с ним делать? Не в травинку же прятать? И самое такое важное: а вдруг сожрёт?
Но, к счастью, мои переживания были напрасны: сияние вокруг моего нового знакомого стало ярче, чтобы с тихим треском рассеяться, представляя нашему с Лави взору мальчика лет девяти-десяти со светло-русым ёжиком волос в черном камзоле.
— Ого… — удивлённо пробормотала я.
— Хуф, наконец-то перевоплотился, — с заметным облегчением произнес паренек, оглядывая интерьер моей гостиной. — Неплохо у тебя, однако. Только…
— Только что?
Рейнар подошёл, сел рядом, а потом, откинувшись на спинку софы, жалобным таким голоском тонко намекнул:
— Только бы сейчас чайку да с бутербродами, — мечтательно закатил глаза и протянул: — И шоколада…
Ну я вроде бы с мозгами, по крайней мере, утром они были со мной, поняла, что недорепортер мой есть хочет.
А так как я сама ориентировалась жуть как плохо во дворце, то перевела взгляд на свою молчаливую подругу. Лави поняла мой немой, в отличии от Рейнара, намек и, не говоря ни слова, встала и направилась к двери.
— Спасибо, Лави, — искренне поблагодарила я, а после поспешно добавила, пока женщина не ушла: — Надо бы продолжить осмотр дворца, но уже после ланча. Ты же с нами поешь?
— Да, конечно, леди, — безукоризненно ответила та.
Подавила в себе желание закатить глаза. Ну какая я леди? Но повозмущаться не успела — Лави вышла.
Мне ничего не оставалось, кроме как уделить все свое внимание вновь на своего высокого гостя.
— Что делаем? — поинтересовалась, следуя примеру гостя, откидываясь на спинку дивана.
— Александра… — задумчиво начал мальчик, потом кивнул и радостно уведомил: — Будешь Сандрой!
— В смысле? — не поняла я с какой балды это я Сандра.
Меня смерили изучающим взглядом, словно бы проверяя, есть ли у меня, так называемая, “думаловка".
— Ну не называть же тебя так длинно, — раздраженно ответил он, — Да и знаешь ли, это будет конспирацией, то бишь твоим псевдонимом. Сечешь?
Судя по всему, я вообще не “секла”. Мое молчание Рейнар принял за положительный ответ, поэтому, удовлетворившись, продолжил:
— С тебя статья на третью страницу, так что…
Я же не соглашалась ещё!
— Слушай, — перебила я делового, — А тебе учиться не надо? Школа там, гимназия?
— Какая школа и гимназия? — на меня посмотрели как на дурочку, а потом терпеливо объяснили: — Я уже закончил академию уже год как.
У них школы вместо академии? Не совсем поняла, поэтому переспросила:
— То есть как?
— Вот просто, — мальчишка вздохнул, мол, все тебе надо объяснять. — С мозгами вышел, так что закончил все учебные заведения в девять. А у тебя как с вышеназванным органом?
— Никак, мозги на холодец храню, — мрачно выдала я, переваривая поступившую информацию.
То есть мой новый знакомый — вундеркинд, который в восемь закончил ВУЗ? В голове это никак не укладывалось. И, если честно, было жалко Рея, так быстро повзрослеть.
Впрочем, в моей ситуации это только плюс. Я же могу рассчитывать на взаимопомощь?
— Не люблю холодец, так что можешь использовать башку по назначению, — разрешили мне.
Я едва сдержалась, чтобы не начать кусаться.
— Так, все, — сдался Эйскар, — давай обсудим наше сотрудничество?
И ко мне прилетела идея! Очень идейная идея! Поэтому еле удержалась, чтобы не проболтаться и держать на лице спокойное выражение.
— Давай, — согласилась, в самых ярких красках представляя заголовки не скандальных хроник, а “Хлебные крошки, пролившаяся вода, сахар и мука. Мы появляемся среди прекрасного” или же "Сплетни, слухи и прочие тараканьи прелести, или Новая грань жизни”.
— Что-то мне не нравится твоё выражение лица, — задумчиво протянул мой оппонент.
Я улыбнулась, мол, счастлива до ужаса от прерогативы строчить ему статьи. Дальше наш разговор пришлось свернуть, пришла Лави с тремя девушками, носящими за ней подносы. Моя помощница вошла первой, после дала знак сопровождающим, и служанки, совершенно неслышно ступая по мягкому ворсу ковра, подошли к столу, аккуратно переложили на стеклянную поверхность небольшой изящный чайничек, две фарфоровые чашки, кружку странного вида, наполненную мутной жидкостью, две маленькие пустые тарелочки и четыре широкие тарелки, закрытые крышкой, которые сразу же убрали и переставили на освободившиеся подносы, и сноровисто сервировали. В двух тарелках, которые девушки расположили рядом со мной и Рейнаром, красивых, из тонкого фарфора, был рыбный суп-пюре, в трех других — яблочный пирог, политый шоколадным соусом, какой-то еще суп, с курицей, судя по расположению, для Лави и свежеиспеченный хлеб, любезно разрезанный на кусочки.
Не успела я отреагировать, то есть отблагодарить девушек, как они сделали книксен и поспешно удалились. Мда…
Мой же гость промямлил что-то типа “не бутерброды и шоколад, но сойдет”, совершенно не заметив служанок…
— Лави, спасибо, садись, — улыбнулась я Лави, почему-то стоящей, перевела взгляд на косившего взгляд на десерт мальчишку и строго проговорила: — Только после супа.
— Нет, ну ты как мама, — Рей вздохнул, с мученическим видом взял ложку… чтобы живенько так уплетывать. Видимо, реально очень голодный.
Я же подождала, пока Лави сядет напротив, а потом тоже взялась за ложку. Нет, повара здесь шикарные, ибо суп был великолепный — нежный, ароматный, с привкусом незнакомой мне пряности.
Но все же я не могла не замечать, что у Лави и суп другой, и посуда… Ну как так? Мне совсем не нравится такой расклад! Но, как говорят, в чужой монастырь со своими правилами не ходят, придется терпеть.
— Слуфай, — пожевывая хлеб начал Рейнар, — а ты тофо муфыка снаефь?
Я, в отличии от Эйскара, сначала дожевала, а потом кивнула:
— В какой-то степени. Он по приказу наследного принца дарил нам книжки со сказками, вроде он торговец книгами или что-то подобное. — уведомила его я, а потом спохватилась: — А почему спрашиваешь?
Может, он тоже странность заметил в этом мужчине?
— Да странный он, — повторил мои мысли мальчишка. — Но зелья точно не пил, это уж точно я могу сказать. Меня он заинтересовал, можешь достать для меня его, например, волос? Или частичку одежды, а?
Я чуть ли не поперхнулась от его просьбы. Откашлявшись посмотрела на графского сына, потом на совершенно спокойную Лави. Одними губами спросила у нее “Он нормальный?”, на что моя помощница улыбнулась и кивнула.
Рей, заметив это, демонстративно надулся, потом перевел взгляд на свою почти опустошенную тарелку и продолжил есть. Я отчего-то смутилась.
— Реееей, — осторожно позвала я, — Для меня, жительницы иного мира, твои просьбы прозвучали… — паренёк на меня посмотрел и, даю зуб, его глаза блеснули. Что-то мне кажется — я попала, но все же закончила: — Мягко говоря, необычно.
На сей ноте мой новый друг про суп забыл. Ложка была положена на тарелку, хлеб, который держали в руках таки решили тоже куда-нибудь деть, правда, сначала мальчишка откусил большой кусок от ломтя, а потом только расстался с вкуснятиной, ну а все внимание, которое прежде занимала пища, досталось мне.
— Сандрюш, Сандрюшенька… — его тон мне сразу не понравился.
Я сделала вид, что ничего не слышу и занята исключительно супом. Даже на Лави я теперь не решалась поднять глаза, чтобы получить хоть какую-то поддержку. Ох, кто меня за язык тянул?
— Ну Сандрик, Сандрюник, Сандрюшечка, — продолжил Рей измываться над моим именем. Ну и клянчить что-то.
Вздохнула, отложила ложку и сдалась:
— Только то, что я буду говорить — строго конфиденциально, хорошо? Только между нами.
Вот чего я не ожидала так того, что этот проказник полезет обниматься. Все же непредсказуемый мужчина растет.
— Спасииибо, Сандрюша! — счастливо пролепетали, сжимая меня в объятиях.
— Да-да, — растерянно ответила я, похлопав его по плечу, а потом вспомнила, что он как бы вундеркинд, и заявила: — С меня информация, а с тебя помощь.
Мальчик отстранился, задумался секунды на три, а потом махнул рукой, мол, что захочешь.
— Отличненько, — протянула я, откладывая тарелку с супом подальше. — Давай сначала доедим? Время десерта.
Рей посмотрел на меня, а потом на пирог, политый шоколадом… Выбор был очевиден, выбрали пирог, который, как оказалось, был уже разрезан. Маленький лорд отодвинул тарелку с жалкими остатками вкусного супа, взял пустую тарелочку, переложил сразу три куска пирога. Я последовала его примеру только взяла один кусочек вкуснятины, остальное оставила Лави и Рейнару.
— Так, — отправив в рот пирог, вновь начал беседу Рей. — Говоришь, тот… Как ты его называла?
Взяла чашку, налила себе чай, потом своему умному другу, улыбнулась слушавшей нас Лави и ответила:
— Господин Вид, так принц к нему обращался, — спокойно сказала, отламывая от пирога ложкой кусь.
— Вид, говоришь… — лениво проговорил мальчик, поковырял ложкой шоколад, облизнул ложку, задумчиво набрал в ложку опять десерта и, уронив от неожиданной догадки пирог обратно на тарелку, воскликнул: — Вот Ар!
— Кто? — поинтересовалась я, делая глоток чая.
И зря! Потому что следующие слова Рейнара заставили меня чуть ли не уронить чашку с горячим чаем прямо на себя:
— Ариян, кто же ещё, — недовольным голосом ответил мне лорд Эйскар.
— В смысле?! — выпалила я, положив чашку на стол и поворачиваясь к Рею.
— В прямом, — с тем же недовольством произнес мальчик. — А ведь он обещал! Вообще не поняла, что он имел в виду, поэтому уточнила:
— То есть господин Вид — это друг принца? Точнее, его личина?
Мой новый знакомый закатил глаза, мол, неужели дошло.
— И как ты это понял? — подумала, вздохнула и была вынуждена признать: — Совершенно не понимаю, зачем ему это надо и как подобное возможно. Впрочем, ты ушел дальше, в тараканы, но… Рей, ты же сам сказал, что он зелий не пил.
В принципе, вполне возможно. Даже если припомнить нашу первую встречу с принцами, когда нам господин лжеВид дарил подарок, он ведь показался мне на мгновение выше ростом, а ещё странно на меня смотрел. И вот сегодня я ведь изначально услышала голос Арияна, а потом, скорее всего, тот передумал показываться и нацепил облик этого мужчины.
— Не пил, — кивнул, — Так это и не зелье, скорее всего артефакт новый, тот самый, который он обещал показать. Думал, тестировать будем вместе, — мальчик поджал губы и с обидно протянул: — а он…
Я поддержки ради сжала ладонь поникнувшего мальчика. Похоже, он реально вундеркинд. Я бы вряд ли догадалась, что это лорд Видэо, а Рей почти сразу определил. И, судя по всему, они с мальчиком очень хорошо знакомы. И… И тут пришло предположение!
— Рей, вот скажи, а создатель артефактов может воздействовать на своё творение? Например, видеть сквозь него? — припомнила я слова Лави о том, что маски создал как раз-таки друг принца.
Ну ведь герцогский сын не зря появился в тронном зале? Вряд ли по доброте душевной книжки раздавать под личиной.
— Афа, — подтвердил Рейнар, взяв второй кусок пирога и откусывая почти половину. Видимо, использовал очень действенный способ для поднятия настроения.
Я подождала пока он дожует и продолжит. Ждать особо долго не пришлось, мой информатор доел весь десерт, отхлебнул чай, который я ему налила, и принялся объяснять:
— Понимаешь, когда маг, да и в принципе любой человек, что-то создает, то вкладывает часть себя, а в случае мага и артефакта — энергия, вкладываемая им, остаётся, это дает некие преимущества, правда?
Правда, но… Но вопрос ускользал от сознания. Начала складывать пустые тарелки, но не преуспела в данной стезе — Лави, которая попивала раньше свой странный чай и слушала наш с мальчиком разговор, отложила кружку и стремительно поднялась, дабы помочь мне. Воевать с ней смысла не имело, поэтому откинулась на софу, думая обо всем и ни о чем.
Тишина длилась минут пять, и пришло оно, озарение:
— Но разве артефакт не полностью подчиняется создателю? — выпалила я.
— Смотря что за случай. Артефакторы, — по моему лицу Рей понял, что данная профессия мне неизвестна, поэтому пояснил: — Это маги, специализирующиеся на изготовлении артефактов, амулетов и прочего счастья. Так вот, представители данной гильдии заключают договор, после которого к тому, что создадут, теряют права и, соответственно, не могут влиять на него, а полноправным хозяином становится заказчик. Вот только та самая энергия, придающая свойства, по сути, обычной безделушке, является основой, она никуда не девается, если её не выкачать, что и дает создавшему магу привилегии, — мальчик, рассказывающий с совершенно серьезным лицом, вдруг задорно улыбнулся и добавил: — Сандрюююшик.
И куда делся умный Рейнар, а? Опять кормить, чтобы пробудить его?
Но нет, интеллектуальные способности дворянина были на месте, просто он вновь, похоже, сопоставил непонятые мною моменты и факты, потому что заявил:
— А я теперь знаю, зачем все это!
— Давай, делись тогда, — устало ответила я.
Как-то я совсем себя почувствовала… малоимущей, но не в материальном плане.
— Нууууу, — протянул лорд Эйскар-младший, — У меня предположение, что Ар помогал нашему принцу, отбор ведь и, как я знаю и видел, то всем девушкам раздали маски, которые не позволяют девушек монаршим особам разглядеть, созданные как раз-таки нашим милым другом и господином Видом по совместительству.
Хитрые какие, однако! А чего тогда герцогский сын ко мне прилип? Вряд ли моя гипотеза насчет очень привлекательной маски, до жути понравившейся мужчине, теперь имеет право жить. Он же может сотни таких создать.
— И зачем ему это надо? — мрачно поинтересовалась.
Рей пожал плечами.
— Кто их знает?
Я не знала точно, поэтому просидела с минуту, а потом решительно встала.
— Рей, топаем гулять по дворцу, заодно расскажу про свой мир, — сообщила я свои планы.
Если мальчик был и против, то после упоминания о моем мире явно передумал. И мы пошли осматривать дворец, к сожалению, без Лави, ее мы не встретили.
Только вот Рей, с горящими глазами сначала слушавший мой рассказ о Земле, достал меня вопросами так, что замок я и не рассмотрела нормально. В мыслях у маленького ученого крутились потом одни формулы и идеи, которые он каждые несколько минут принимался записывать, чтобы не забыть воплотить и проверить. А я в его возрасте в куклы играла и терпеть не могла учиться…
В одной из ниш мы решили отдохнуть и как-то засиделись, болтая обо всем на свете — о Земле, об этом мире, магии, зельях и артефактах, проектах Рея и обо всем прочем. Меня полностью и бесповоротно покорил этот маленький ученый, умный, веселый и… И по-детски наивный. Расстались мы только тогда, когда солнце уже почти скрылось за горизонт, окрашивая небосвод во все оттенки оранжевого, а во дворце уже загорались светильники. Перед этим я выбила обещание не топать домой одному, а замучить своей персоной Арияна.
Утро началось… Если честно, то очень странно и немного страшно. Я вроде бы и проснулась, но не могла не то, что открыть глаза, — пошевелиться.
Только слышать и ощущать.
Тихий шепот, сотканный словно бы из шелеста испрещенной листвы в самый разгар осени, грустный, тонкий, протяжный, я расслышала очень четко. И шептали мое имя.
“Александра”, — вновь услышала я.
Неужели ещё одно испытание?
Но увы, ни открыть глаза, ни спросить я не могла.
“Подходит”, — вновь шепот, иной, словно бы шипящий, который подхватили еще шесть голосов, странных… животных? Потому что я расслышала чуть заметное рычание!
Все закончилось также резко, как и началось. Нет, я не услышала скрип двери, который стал бы доказательством того, что неведомые мне гости ушли, только поняла, что никакие силы меня не держат — я могла теперь двигаться и таки открыть глаза, что я и сделала.
Никого в спальне я не обнаружила. Абсолютно. Лишь утренние лучи солнца, пробивающиеся через занавески. Раннее утро.
Что-то меня начинают пугать конкурсы, ибо так до смирительной рубашки недалеко. Чувствуя все нарастающее раздражение встала, не удержавшись, пнула пуфик, а после более менее спокойная последовала в ванную — приводить себя в порядок. Ну и опять встречаться со змеюками.
Когда начала мыть руки поняла, что как-то привыкла к прохладным ладоням, что странно. Вновь магия? А ну ее в лес!
Быстро умылась, расчесала волосы и вернулась обратно в спальню — переодеваться. Оказалось, что меня уже ожидает Лави. С платьем, красивым и расшитым серебряными нитями, белого цвета, который покоился на уже застеленной постели.
— Привет, Лави, — поздоровалась я рассматривая платье.
— Здравствуйте, леди, — помощница склонила голову.
Почему платье такое роскошное? Слишком для повседневного туалета. Вспомнила свое расписание и поинтересовалась:
— У нас же сегодня завтрак у императрицы? — подошла к платью, коснулась явно дорогой ткани.
— Да, а после утренней трапезы чаепитие и вышивание в гостиной Ее Величества, — поведали мне список утренних развлечений.
Весело будет, однако. Вышивать я не умела, а вот чай пить могу, да. Надеюсь, оценят степень моего мастерства в данной сфере.
— Лави, скажи, — задумчиво оглядела комнату, — А как мы, тридцать девушек, поместимся в гостиной императрицы?
Моя помощница улыбнулась, подошла ко мне и, склонив голову, прошептала:
— Так хранители родов выбор сделали.
То есть как? Разве не принцы будущих зазноб будут выбирать? И кто они, хранители? Уж не те ли, которые, не далее чем полчаса назад, у меня в комнате находились?
— Хранители рода? — переспросила, надеясь на пояснение.
— Это… — Лави задумалась, — Некий древний артефакт, имеющий разум и защищающий род. Например, хранителем императорского рода является змея, которая и изображена на гербе Азарии.
Змея! Да, змея, я видела же змею, когда спускалась на представление правителю страны и принцам! И ещё змея была изображена на камзоле наследника Азарии…
Значит, мои предположения верны, и слышала я голоса этих хранителей. “Подходит”, один из них сказал “подходит”!
— Как все сложно, — вздохнула я. — Лави, а когда нам надо быть при параде?
— Примерно через сорок минут, — обрадовала женщина, причем совершенно не волнуясь о том, что мы можем не успеть.
Я опустилась на постель рядом с шикарным платьем, закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на полученной информации.
Не получалось.
— Леди Александра, меня просили передать, — нарушила тишину Лави.
Я открыла глаза, изумленно приподняла бровь.
— От лорда Видэо, — с непонятным мне намеком сказала она, вытаскивая из передника запечатанный конверт и передавая его мне.
Странно. Но всё же взяла, не скрывая своего искреннего удивления. Не церемонясь открыла конверт, достала сложенную бумагу.
“Обворожительная леди”, — мне совсем не понравилось вступление. — “Как мне помнится, вы задолжали прогулку.
Жду вас у фонтана, к которому вы вчера направлялись, сегодня после завтрака у Ее Величества.
С ожидаем, лорд Ариян Видэо и его слабое сердце”.
Теперь я откровенно радовалась тому, что после завтрака меня вышивать утащат. Очень рада!
— Есть у тебя, чем пописать? — спросила у помощницы, складывая письмо и засовывая обратно в конверт. Поискала глазами место, куда можно “потерять” послание. Перебрала все и остановилась на шкафе. Пусть там валяется.
— Да, сейчас, — с заминкой произнесла она и достала из нижнего ящика комода плотную бумагу и нечто очень похожее на карандаш, которые и вручила мне.
— Спасибо, — поблагодарила я с улыбкой.
Лави кивнула и села рядом, думаю, подглядывать, но я была совершенно не против.
С интересом сначала повертела в руках азарийский карандаш — сделан был из странного дерева совершенно однородного по структуре, грифель тоже был странным — жестким и угольно-черным. Надеюсь, писать хоть будет.
Подумав, начала писать:
“Доброго утра, лорд Видэо”, — я воспитанная, поэтому, прежде чем портить настроение, здороваюсь. — “Мне так жаль сообщать вам сию новость, ибо меня искренне заботит ваше сердце, страдающее слабостью, но, увы, нет выбора. Делюсь известием: после завтрака я приглашена на традиционное чаепитие у императрицы, а после на интереснейшее событие, коее заставляет мой дух трепетать, — на вышивание с первыми леди двора, и я никак не могу бывать в двух местах одновременно, что прискорбно, как и не посетить вышеуказанные мероприятия. Ах, очень надеюсь, что мои слова не ухудшат ваше здоровье.
С искренним беспокойством и пожеланиями принятия сиего известия без вреда для здоровья, Александра”.
Написала, перечитала, ну и понадеялась на то, что ничего не попутала. Кстати, писала я не карандашом, а ручкой, ибо на бумаге — я даже поскребла ногтем — буквы были насыщенного черного цвета, как при использовании черной ручки. Магия, однако.
— Передашь? — складывая бумагу вчетверо, спросила я подругу.
Лави пожала плечами и неожиданно задорно улыбнулась.
— Думаешь, не оценит? — улыбнувшись в ответ поинтересовалась.
— Удивится уж точно. Но, по моему мнению, вы правильно поступаете, — она взяла письмо, спрятала в свой передник и сообщила: — Не нравится мне повышенное внимание лорда Видэо.
С ней я была совершенно согласна. На данный момент меня занимало только одно
— возвращение домой. А для этого нужна информация, которую приходится добывать по крупицам. Но ничего, теперь у меня есть Рей. Мысль о моем новом друге подняла мне настроение, все же он очень классный.
— Мне тоже, — вяло протянула я вставая, чтобы закинуть в недра шкафа послание от Арияна. — Вот только не знаю, что делать. Что ты посоветуешь?
Вопрос явно удивил Лави, поэтому повисла пауза, пока я прятала в шкаф письмо — почему-то я даже не подумала о том, чтобы выбросить его — и доставала что-то блеснувшее в самом углу. Достала целый прозрачный полиэтиленовый пакетик с “сокровищами”! Целую минуту тупо хлопала ресницами, рассматривая его содержимое, а после, едва сдерживая рвущиеся наружу эмоции под контролем, почти спокойно спросила у нервной Лави:
— Ты знаешь, откуда это в шкафу?
Она на меня странно взглянула, подошла ко мне, чтобы лучше рассмотреть упаковку.
— Даже предположений нет, — отозвалась озадаченно.
А я все же радостно подпрыгнула, сжала в объятиях несчастный найденыш и принялась объяснять:
— Это из моего мира, Лави, из моего, понимаешь? — счастливо улыбнулась, на что помощница в недоумении приподняла брови, я продолжила: — Но ещё вчера здесь его не было, значит, что каким-то образом оно сюда попало за ночь, значит, что есть дырка…
— Портал, — поправила Лави.
— Ну портал, — я махнула рукой. — Так вот, то есть надо просто понять, каким образом этот портал открывается, безопасный ли он, а то вдруг выкинет ещё на свалке, и самое главное — может ли он меня переместить!
Вот хорошо утро началось! Вновь счастливо улыбнулась, а потом принялась исследовать подарок судьбы. Так, один “Альпен Гольд”, две пачки ролтона, уже открытый дирол, странного вида приправа от “Каждый день” и…
— Но вы не можете уйти! — уверенно заявила Лави.
— М? — оторвалась от созерцания продуктов явно какого-то студента. Я уже даже прониклась сочувствием к потерявшему часть себя… то есть ролтон.
— А как же отбор? Вас же выбрали!
Связь я видела, но смысла не улавливала. Девушек тридцать, не думаю, что не найдут мне замены в случае чего. И вообще, я свободный человек, так что решать только мне! Это и сказала помощнице.
Она кивнула, принимая мои слова к сведению и, думаю, не видя резона спорить со мной, а после, окончательно закрывая тему, вопросила:
— Вам приготовить ванну? — сказала и пояснила: — Нам бы уже собираться…
— Нет, спасибо, Лави, — произнесла, и ко мне пришла шальная мысль. — Тащи лучше кипяток, две глубокие тарелки, две крышки и две ложки. Ну и, если хочешь, хлеб и чай.
Горничная, ожидавшая моих слов, но точно не этих, опешила.
— Зачем? — выдохнула она.
Я загадочно улыбнулась и не менее загадочно выдала:
— Потом узнаешь!
И решительно дотопала до постели, села на нее и продолжила копаться в презенте от шкафа. Звук закрывающейся двери уведомил меня о том, что Лави пошла исполнять мое желание.
Но я как-то отвлеклась, ибо в сюрпризе помимо перечисленного я нашла вафельки от той же небезызвестной “Каждый день” и теперь по-тихому хомячила. Нет, определенно лучше родное, пусть и дешевое и приторное, зато свое!
Когда я уже доела сладость, перечитала все, что написано было на этикетке, несколько раз, а потом принялась читать в третий раз способ приготовления ролтона, явилась моя помощница.
— Леди, — женщина приоткрыла дверь. — Я принесла все, что вы просили.
— Спасибо, — поблагодарила, складывая все вкусности опять в простенький пакетик и вставая.
Перед тем как закрыть за собой дверь в спальню бросила взгляд на шкаф. Может, она тоже магическая? Все же подозрительная деталь мебели. Вдруг она как будка ТАРДИС?…
На столике уже все было готово. Лави даже рядом с тарелками ложки положила, мне оставалось выполнить самое главное — открыть упаковки, высыпать лапшу, приправу и масло. За моими действиями помощница следила с заметным интересом.
— Теперь кипяток нужен, — доложила я, убирая пустые упаковки и складывая их в одну кучку, дабы потом было легче выбросить.
Лави взяла с подноса чайник побольше, с кипятком который, чтобы добавить в наш бомжатски… королевский завтрак.
— Так, достаточно, — скомандовала, закрыв крышкой тарелки.
Теперь осталось подождать пять минут, а потом можно насладиться утонченным вкусом вермишели быстрого приготовления.
— А вы уверены, что это есть можно будет? — осторожно спросила помощница. — Как-то выглядит…
Посмотрела на накрытые крышкой тарелки. Не, есть можно будет, проверено на опыте. Только, очень на это надеюсь, хозяин этого счастья будет не против. Впрочем, он даже не узнает, а то, что упало, то априори пропало, в нашем случае — в желудке.
— Не боись, — уверенно произнесла и утешила: — Возможно, что чуток желудок поболит, но все вполне вкусно.
Женщина подозрительно покосилась на упаковку из-под ролтона, но промолчала, смиренно ожидая, когда приготовится иномирский деликатес.
Все пять минут в гостиной висела вязкая тишина. Я думала о доме, о Лёше, который, наверное, обратился в полицию, о его, скорее всего, злорадствующей девушке, об отце, сумочке, а Лави, вероятно, о том, как плохо нам на Земле живётся — лапша и то в пакетиках, рассчитанных на одну порцию.
Но все же моя помощница оценила коронное блюдо пролетарий и шоколад, на троечку правда. Из-за незапланированного завтрака мы начала немного отставать от плана, поэтому, даже не убравшись и мне не позволив, Лави потащила меня наводить красоту. Увы, предметом наведения красоты была моя персона.
“Ну ее, эту красоту, которую требует стольких жертв", — решила я под конец, но все же дотерпела до конца экзекуции.
Императрица была невероятно прекрасной, хоть ей уже, наверное, за сорок: черные, как смоль волосы, убранные в высокую прическу, светло-карие большие глаза, они и выдавали ее возраст, светлая кожа, почти без морщин, тонкая фигура в темно-изумрудном платье, расшитом золотом и драгоценными камнями. Отчего-то она сразу вызвала во мне симпатию.
— Девушки, — голос Первой леди Азарии действительно можно было назвать нежным. — Сегодня мы с вами посетим Столичный храм и пройдемся по торговым рядам Астаирона, которые не без причин являются самыми лучшими в Азарии…
После сытного завтрака, проходившем, к моему удивлению, на террасе, в сопровождении Ее Величества, мы (девушек, включая меня, было четырнадцать) отправились в гостиную императрицы — большое светлое помещение со множеством пуфов, столиков, на которых стояли серебряные подносы с фарфоровым сервизом и воздушными пирожными, очень похожими на капкейки и макаруны. И вот мы пили вкуснейший чай с не менее вкусной вкуснятиной, а не вышивали, к счастью. Надеюсь, не лопну, потому что все же не отказала себе в удовольствии все по чуть-чуть попробовать. Когда ещё меня накормят в прямом смысле слова королевской едой? В общем, халява она такая, даже ненужное внезапно станет нужным.
— Вам предстоит непростое задание, — с улыбкой продолжила невероятно харизматичная мать Эрриона Кьерро, Кахелли Кьерро. — Выбор подарков для принцев. Впрочем, я могу вам дать небольшие подсказки, ведь мальчики росли у меня на глазах. — Она обвела взглядом весь наш отборный состав. — Но это большой-большой секрет.
Как и остальные девушки, навострила ушки, но, в отличии от них, я собиралась делать с точностью да наоборот.
— Ваше Величество, — внезапно обратилась к ней леди Аэвер, женщина предположительно возраста императрицы, сидящая рядом с ней на расшитой софе. — А нам не пора?
И, наклонившись, что-то прошептала императрице. Та с каждым словом все больше мрачнела. Однако, едва леди договорила, вновь вернула маску безмятежности и ласковую искреннюю улыбку.
— Гвендолиан, ты права, мы что-то засиделась, — произнесла Кахелли Кьерро своим звонким голосом, громко, обращаясь не только к своей подруге, но и к нам, “невестам” в частности. — Девушки, поднимайтесь.
И мы отправились во двор. Оказалось, чтобы сесть на столь архаический вид транспорта как карета. Первый опыт и, надеюсь, последний, меня не впечатлил — было душно, а еще немного укачивало, особенно когда мы покинули мощеные ровным камнями дороги, ведущие во дворец. Корсет и пышная юбка бесили меня и раздражали ещё больше. Даже мелькнула мысль — надо было идти на свидание с самоуверенным Арияном и его больным сердцем, но я ее сразу же отмела. К тому же, мы таки доехали!
От счастья я едва не расцеловала помост у высокого здания из белого камня, но меня удержала от падения одна из девочек — миловидная брюнетка с красивым именем Ангелла. Похоже, карета вообще не мое, боюсь представить, что со мной случится после обратной дороги.
Здание оказалось конечной точкой нашего маршрута — храмом. И шли мы туда… чтобы заняться благотворительностью! Некоторых девушек перекосило от шквала эмоций, мы с Ангеллой — голова у меня кружилась, так что я решила подстраховаться ее компанией, раз Лави не со мной — восприняли новость совершенно спокойно. Подумаешь, раздавать нуждающимся ткани и что-то из еды.
И вот тут я ещё больше начала восхищаться императрицей — она всех тех, кто был возмущен ее планами, с улыбкой отправила на шоппинг, а вот остальные остались слушать информацию про принцев. В итоге четыре девушки подарки потопали выбирать пусть раньше, но совершенно без козыря в виде информации о принцах от Ее Величества.
К концу нашего волонтерства я знала: первое — имена всех семи принцев, второе — их предпочтения в еде, книгах и, наконец, их хобби. В общем, план моей диверсии был готов!
Только я была не совсем готова пакостничать — до торговых рядов мы добирались опять таки на карете. Но, счастье все же есть — спасала меня от страстного поцелуя с дорогой на этот раз Лави. Я ее чуть ли не расцеловала, реально.
— Лави, как же я тебе рада! — честно сообщила свой помощнице.
Та лишь улыбнулась, но было видно, что она тоже не прочь моей компании.
— Итак, а теперь пойдем на поиски подарков! — возвестила я и первой направилась в сторону с лавкой всякого оружия для презенту Амилу Миларо, принцу-интеллектуалу, который терпеть оное не мог.
Императрица нам дала волю топать, куда хотим, но сказала, чтобы через два часа мы все должны быть у фонтана, который находился напротив городской ратуши.
Если быть честной, то смысла и логики в этом задании я не видела. Вот благотворительность да, хорошая вещь и нужная, а от подарки какой показатель определяют? Но хозяин барин, так что познаю шоппинг в, предположительно, эпоху возрождения. Магическую только.
Астаирон, столица Азарии, был красивым городом, чистым и… И волшебным, да. Улочки словно из сказок, домики как будто из сладкого пряника, наполненные цветами и лучами солнца скверики, парки, необычные кафешки и булочные, из которых просачивался безумно вкусный запах сдобы и шоколада, — действительно волшебно, правда? Да и рынок или базар, по которому я сейчас шла, был тоже каким-то нереалистичным. Да, народу много, но передо мной и моей небольшой компанией, состоящей из Лави и двух стражников, все расступались, улыбались, малышки шептались о моей якобы неземной красоте, даже одна мне цветочек подарила. Настроение мое однозначно поднялось от этого человеческого добродушия.
До дворца наша процессия добралась уже вечером — императрица решила поужинать в городе, в одной из именитых рестораций. Мои покупки, сделанные, кстати, за счет казны Азарии, стражники любезно дотащили прямо до моих апартаментов, ну а дальше мы с Лави уже все разобрали и упаковали.
Даже пришлось список писать, чтобы не спутать ничего:
{“Эррион Кьерр, наследный принц Азарии — цветок в горшке, очень напоминающий герань. Так сказать, на счастье и уют.
Амил Миларо, кронпринц Валлиолии — кухонный нож с гравировкой его инициалов. На счастье, уют и еду.
Гвиан Шоррио, кронпринц Дарстилы — книга по какой-то сложной магической математике. На мозги, нервы и здоровый сон.
Ундин Маррионель, кронпринц Валторианы — набор для юного пекаря. Опять же на еду, уют и таки на желудок.
Эвиард Нордстельский, наследный принц Нордстельского Объединённого Королевства — кожаный талмуд с неизвестным назначением. В смысле неоткрывающийся, но зато красивый, да.
Уилдав Гаалее, кронпринц Акриории — занавески от “Шанель. Китай”. На улучшение вкуса и роль пугала, все за километры будут обходить.
Астор Ристуан, кронпринц Сталлаоны — “Словарь синонимов для самых маленьких”, который хрен знает как нашла. На развитие речи.”}
Почти все, что я приобрела, мне сунули за бесценок, при этом вот очень незаметно стряхивая столетнюю пыль. Потом ещё лавочники напомнили, что, мол, будут меня рады видеть вновь, у меня прекрасный вкус. А я уходила вся счастливая, игнорируя странные поглядывания на меня стражей и Лави. Похоже, первые приняли меня за неадекватную, а помощница же удостоверилась, что моя цель вовсе не победа на отборе.
— Леди, — все пыталась вразумить меня Лави. — Может, нам завтра с утра ещё пробежаться по торговым рядам? То, что вы купили…
— Самые лучшие подарки на свете! — закончила я за нее.
Хотя, все же было немного жалко дарить набор для пекаря и словарь синонимов. И немного стрёмно дарить шикарному принцу Азарии жалкую флору в горшке, как и страшно принцу Эвиарду, который больше походил на восставшего Франкенштейна на диете и со сметанной маской на лице, чем собственно на принца, неоткрывающуюся книжку. Хотя, она же красивая, надеюсь, меня это спасет.
— Не уверена, — мягко не согласилась со мной женщина и с надеждой спросила: — Может, все же?..
— Неа, — я села на кровать, достала с комода письмо с информацией о местном шоу "Холостяки”. Итак, пункты один по четыре были успешно пройдены — напротив оных стояло лаконичное “успешно”. А завтра у нас был почти свободный день, только выполнить пункт пять в виде одаривания принцев.
— Леди Александра, — вывела меня из размышлений Лави.
Обратно сложила листочек, кинула в первый ящик комода и выжидательно посмотрела на свою помощницу.
— Вам лорд Эйскар передавал письмо.
Одно упоминание о Рее заставило меня улыбнуться. И потому я с улыбкой поинтересовалась:
— А сейчас он где?
— В городском имении, завтра утром приедет с отцом, — и мне протянули письмо. Пухленькое такое.
Весьма заинтересованная взяла, открыла…
Внутри оказались несколько больших листочков, причем пустых и со странным голубоватым мерцанием, и ещё один лист, совершенно обычный, белый, на котором ровным почерком было выведено:
{“Сандра!
Ты же помнишь про свое обещание написать статью? Ещё раз напоминаю тематику: сплетни, слухи и сенсации. И желательно, прямо очень желательно, об отборе. Время — до полуночи. Пиши на тех бумагах, которые ты найдешь в этом конверте. Так как изображениями заняться не смогу в виде занятости, то выдели ключевые слова подчеркиванием — изображение появится из базы библиотеки.
Все, спасибки!”}
Первым делом попросила у Лави парочку листков бумаги для черновика, а потом отпустила ее. Все же чуть ли не весь день сегодня со мной носится, устала ведь.
А дальше моя душа сама стала пакостить, шепча слова, которые впоследствии складывались в предложения, а рука все это быстренько записывала. Хорошо, что читателей у Рея всего лишь тридцать три. Очень хорошо! Потому что писать жёлтую прессу я ой как не любила.
Отбор будет, естественный такой.
Утро началось весело! Однозначно.
За завтраком, который Лави накрыла мне в лоджии, ко мне присоединился мрачный Рейнар.
— Что это такое?! — возвестил маленький граф Эйскар, тряся газетой, открытой на моей статье.
Я, не испытывая и толики стыда, пожала плечами и уведомила:
— С утра это была статья. Слухи, сплетни и прочее, как ты и хотел.
Мальчишка вздохнул, потом споко-о-ойно выдохнул и, чуть ли не скрипя зубами, спросил:
— А содержимое? Как ты объяснишь?!
— Фирма веников не вяжет, фирма делает гробы, — спокойно ответила, отнимая у него бумажное издание со своим “шедевром”.
Вообще не было предположений по поводу того, почему я могу читать, говорить и писать на русском, а в этом мире все слышат и понимают меня, но заморачиваться не стала, любуясь своей статьей напечатанной на качественной бумаге.
“Все принцы женятся, или Естественный отбор” — вполне ещё допустимо и безобидно гласила заголовка.
А вот дальше шла тараканья Санта Барбара в соусе “Просто Мария”.
— Ты хотел отбор, я написала, — вынесла вердикт, убедившись, что все мое творчество напечатали. Похоже, без участия Рея, раз я вижу статью на бумаге.
— Ладно, забыли, — махнул рукой вундеркинд, нагло воруя мою пироженку с вазочки. — По крайней мере, все пять тысяч экземпляров продались. Даже Ариян оценил. И, если быть честным, смеялись мы вместе.
А я пыталась осознать, как тридцать три экземпляра переросли в пять тысяч… А потом то, что ЭТО прочитали столько народа! Причем то, что являлось шуткой, предназначенной лишь для моего маленького друга. А увидел ещё и лорд Видэо!
— Жить хочешь? — спросила, наблюдая, как хомячут мой десерт, который мне есть уже не хотелось. Аппетит пропал напрочь. — Тогда скажи, что Ариян не знает, что эту… Это написала я.
Рейнар не ответил — жевал потому что. И даже чуть не подавился, но я любезно протянула свой остывший чай.
— Так что?
Рей запил сладкое лакомство, потом попытался смолчать, заняв рот следующим пирожным, но я вовремя отодвинула тарелку.
— Ну, могу сказать только, что жить я хочу, — признался он.
Все, теперь можно искать пути в свалку через дырку в виде портала на дне шкафа.
— Ладно, забыли, — мрачно повторила его же слова. — Только скажи, как тираж из тридцати трёх стал пятитысячным?
— Ну, — помялся мальчик, потёр шею и высказал невероятно информативное: — Ну, оно само как-то.
Первая моя мысль — не тираж, а еврей какой-то. Вторая мысль — мне нагло врут. А третья мысль — а где он, собственно, пропадал вчера, вместо того, чтобы меня на путь истинный направлять? Сочла третью мысль достойной озвучивания:
— Рей, а где ты вчера был?
Рейнар плюхнулся на пуфик рядом, таки взял со стола тарелку со сладостью, а потом только ответил:
— Да так, с Арияном испытывали кое-что. Ты меня вдохновила своими раффказафи о фвоеф фире…
Дальше пошел жевательный процесс у Рея, а у меня думательный.
Итак, если у меня в знакомых и друзьях два гения чистой красоты, то почему бы мне воспользоваться этим? Мне халявный билет до дома, а им всемирная слава и гордость. Так что, окрыленная этим, я смиренно дождалась момента, когда вазочка опустеет, потом протянула мальчику чай и спросила:
— А можно ли создать портал механическо-магическим путем?
Он крепко задумался. Думал минуты две, при этом смешно почесывая подбородок.
— Вполне, — наконец произнес Эйскар. Я, чуть ли не затаив дыхание ждавшая ответ, выдохнула, но рано было радоваться, потому что Рейнар продолжил: — Чисто теоретически можно, но вот на практике… Не, не думаю.
— Почему? — я вся сникла даже. Настроение тоже решило вместе со мной расстроиться.
— Смотри, тут надо начинать с самой сути. Что есть портал?
— Дырка в пространстве? — предложила я. — Учитывай, что я в магии дуб, который вообще только для полена сгодится, так что можешь сразу выкладывать.
— Мда, — тяжело вздохнул вундеркинд, но пояснил: — Портал вообще-то не дырка. То есть, когда создается портал, пространство не разрезается. Время ложится на пространство слоем, потому, чтобы переместиться в иной промежуток, то надо надо нужный слой разрезать. Пласт, точнее. Вот ты, например, хочешь попасть в свой мир и в свое время, а не в какие-то дальние дали?
Кивнула, начиная понимать. То есть дырка — это почти что машина времени?
— Вернёмся к порталу. Портал — искривление граней мира, которое доступно лишь богам и, если перемещение по одному миру, то сильным магам. Даже я, в принципе, могу открыть портал, к примеру, в другой конец дворцового парка. Только вот не уверен, в каком виде мы там окажемся… Можем даже под землёй оказаться, я же не учился этому. Профиль другой.
Я вновь кивнула, переваривая разжеванную мне информацию. То есть боги…
— А джина? Мне сказали, что джина может и…
— Сандрюш, Джинна — проклятая богиня. Конечно, она может.
Так, мой мир медленно расползается на части. И я теперь поняла, что Джинна — имя, а не раса там, или как ещё называют?
— А подробнее?
— Ну, вроде все. Из-за того, что убила Светлую богиню Джианну, которая ее и создала и сделала равной себе, проклята. Кочует вместе со своим алтарем по Западному лесу Объединенного Королевства, исполняет желания, встречается не больше одного раза…
Где-то ещё в самом начале рассказа я немного опешила. Как убила? В нее же наследный принц того… Но эта информация подслушана в личной беседе, так что об этом спрашивать у Рея точно не буду.
— А разве богини убиваемые? — задала я вопрос. — Они же бессмертные и прочее. И у вас политеизм?
Рей, который налил себе ещё чаю и собирался пить, остановил чашку у рта и удивлённо спросил:
— Политеизм?
— Вера во множество богов, — пояснила я.
— Ну, не совсем, — покачал головой он. — Миров много, богов, соответственно, тоже. И они так же, как и мы, живут, создают семьи, детей воспитывают. И каждый сам решает для себя, нужна ли ему вера. Наш мир, как и нас самих, создал Гаидаш, и мы благодарим его за это. И ты же вчера была в его столичном храме. Кстати, да, боги вполне такие убиваемые, ведь их бессмертие заключается в совсем ином — они могут жить бесконечно долго, не стареть, как мы, изнутри. Смерть от старости богам не грозит, а вот от рук другого бога — да.
Переваривала я эту информацию довольно долго — все же уклад жизни и ее восприятие здесь вообще иной, что даже не заметила подошедшую Лави. Причем с конфетами.
О, тяжёлая артиллерия пошла! И, похоже, Лави удалось покорить сердце моего маленького друга. Правильно говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок, вон Рей уже бросает влюбленные взгляды на мою помощницу, хомячит уже вторую конфетину ручной работы. Кстати, вот потому и молчит — рот забит шоколадом.
— Рей, а тебе плохо не станет? — обеспокоенно спросила, вновь наливая ему чай. — И еще столько сладкого… Зубы ведь испортишь.
— Леди Александра, все хорошо, — в силу того, что мальчик завтракал, ответила Лави. — Лорду Эйскару положено есть сладкого столько, сколько захочет его организм, в силу особого развития.
А графеныш — целым графом его сейчас вряд ли назовешь, кивнул в подтверждении ее слов, мол, да, ага. А я же почувствовала волну белой зависти, вот, — круто ведь, если врачи даже говорят есть шоколад.
— Леди, — обратилась ко мне помощница. — Через полчаса нам следует быть в Перламутровой зале.
Ага, помнила. Ради одаривания принцев мне с утра опять наводили красоту, чтобы потом не торопиться. Снова корсет, юбки(хорошо, что не с кринолином), высокая прическа и макияж. Я себя чуть ли не куклой ощущала!
— Помню. И нам бы бесплатную рабочую силу в виде стражи — подарки тащить.
— А хочешь платную рабочую силу? — внезапно предложил Рейнар. А у него, к слову, моська была испачкана шоколадом. — С тебя ещё одна статья, а с меня транспортировка твоего груза.
И я поняла, в кого у него тираж пошел — в Рея! Похоже, он немного дракон или не совсем немного гном. Однозначно, потому как предложение было более чем заманчивым, ведь Рейнар сто пудов использует магию. А я хочу поглядеть!
— А с тебя ещё ответы на мои вопросы и бесплатная конечность для раздачи даров, — и я была не лыком шита.
— По рукам, — согласился он, но руку не протянул — они у него были испачканы.
Радовать принцев оказалось “здорово”. Я, наверное, навсегда свою самую провальную и, в принципе, веселую неудачу. Но обо всем по порядку.
Итак, первым делом мой грузчик в полном расцвете сил, которого мы сначала умыли и причесали, одним мановением руки поднял все разноцветные свертки в воздух искрящимся потоком, как бы не звучало фантастически, магии.
Это было уау! Полное уау!
— Это так…Так волшебно! — проявила я чудеса в познании синонимов. Похоже, книжку с оными, пока не подарила, надо умыкнуть.
— Ага, — хмынул Рейнар. — Идем, их величества не курага, ждать не будут.
Я заценила глубокомыслие мальчика, ну а молчаливая Лави занялась делом — выполняла роль навигатора. Сначала мы шли по коридору, полному девушек в пышных платьях, с высокими прическами и прочей красотой — они сверкали и благоухали. Причем в прямом смысле слова, я даже на миг опешила, подумав, что попала опять куда-нибудь. Например, в съезд багульников и бриллиантов.
Только опередив это невестное разнотравье на целый этаж, смогла спокойно вздохнуть. Девушки выбрали правильную тактику для проваливания Отбора — не будет принцев, не будет и проблем в виде них же. А я все мелочусь, пакостничаю. Только вот этот метод грозит убить и непричастных. Вот меня, например, а я вообще не принц, между прочим! А почетный журналист газеты “С первых уст”.
— А я думал, что в духах не моются… — меланхолично заметил Рей. — Что-то я упустил в своей жизни, однако.
Жизни? Да ладно, в десять-то лет! Но спорить не стала с маленьким мужчиной.
— Эх, старичок мой, вот влюбишься, будешь совершать подвиги и героичнее. Например, шоколадом делиться с предметом чувств, — подколола я его, подмигнув улыбающейся Лави.
— А разве надо делиться? — округлил глаза мальчик. Даже на секунду остановился. Летающий “груз” тоже завис в воздухе.
— А ты что думал? С первого до последнего шоколада, и с десертом, и без десерта, — сообщила ему всю суровость жизни и подтолкнула, чтобы топал по коридору дальше.
Он задумчиво шел, шел, а потом вдруг произнес:
— Сандрюш, а выходи за меня, а?
Лави уже чуть ли не хохотала, я же, нацепив самое серьезное выражение морды лица а-ля кирпич да кремень, спросила:
— Ты уверен?
Ну а чего? Вдруг соглашусь? Такой мужчина, я могу не устоять!
— Ага. Тебя кормить не надо, особенно сладким, ты фигуру, как тетя, бережешь. И ты ещё красивая… И с юмором к тому же. Будешь мне статьи писать!
Все, теперь хохотала я! Особенно добил последний аргумент — он все же немного гномо-дракон. Гномокончик, вот.
— Эй, ну ты чего? — обиженно спросил неудавшийся жених. Причем восьмой по счету как бы.
— Понимаешь, — я взяла под контроль смех. Хотя, плечи все равно подрагивали, а еще живот болел. — Мы, женщины, как замуж выходим, так сразу много сладкого начинаем есть. Тетя замужем?
Он понуро покачал головой.
— Вот зала, — Лави указала на одну из открытых дверей. Огроменных таких дверей, реально перламутрового цвета.
— Леди, маска, — и помощница вновь извлекла из ниоткуда венецианскую маску.
Чуть ли страдальчески не застонала, но позволила женщине одеть на меня маску.
— А это зачем? — поинтересовался Рейнар.
— А отбор его знает, — махнула я рукой. — Лучше идем, женишок, будешь договор наш в реальность воплощать.
И все, началась моя неудача. Полная, к слову.
В зале, полном диванчиков, пуфов и кресел было мало народа — три девушки, среди которых была моя знакомая Ангелла, и три женщины в платьях, идентичных платьям Лави. Помахала брюнетке и со своей компанией двинулась дивану, находящемуся максимально близко к окнам, скрытым за тяжелыми портьерами. Пока беспечные люди и не догадывались, что сюда следует отряд багульников.
— О, окна, — удовлетворённо кивнул понятливый графеныш, плюхаясь на мягкий диван. Мои подарки остались висеть в сторонке. — Принцы и не догадываются о степени попадалова.
А Лави осталась стоять… Бесит меня этот мир, я говорила?
— Слушай, мне их откровенно жаль, — произнесла, наблюдая, как в залу входит первая порция убийственной красоты.
Не прошло и получаса, как все девушки оказались в сборе. А воздуха, такого чистого, становилось все меньше. Теперь мы ждали прин…
Ну, или не ждем, потому что они явились — высокие и почти высокие, прекрасные и почти прекрасные. Только кто-то там, в их мужественном и почти мужественном ряду, определенно был лишний. И кого-то не хватало.
И присутствие этого кого-то мне не понравилось. И этим кто-то являлся никто иной, как Ариян Видэо. Который с больным сердцем, да.
А не было с ними наследного принца Азарии. Жалко, хотя и гора с плеч — дарить такому… такому, в общем, недогерань очень не комильфо. Так что суну сей презент Арияну, мне не жалко.
Дальше мужской голос что-то говорил, а я не слушала — речь свою репетировала, надо же сообщить об их счастье.
— Сандрюш, все дыры… Тьфу ты, дары мне? Или как, дарим? — вывел меня из размышлений Рейнар.
— Дарим, — рассеянно сказала жениху номер восемь, окидывая взглядом залу.
Оказывается, девы уже подарки раздают!
— Рей, идём, а то сейчас их высочества в обморок упадут, и дарить некому будет, — и отлепила попу от мягкого дивана.
И вот она, сама неудача. К.н.иг.о.ед.нет
Когда я шопилась в городе, то думала, что идея моя гениальна и шедевральна и прочее. Но кто знал, что судьба в разы гениальнее?
Вот скажите, какому принцу понравятся занавески а-ля “вырви глаз да вымой в тазике”? Или же неоткрывающаяся книга, которая вдруг окажется древним артефактом?
Хочешь как хуже, а выходит… а выходит как всегда!
Потому что этим принцам понравилось! И, черт бы их традиции побрал, но подарки все разворачивались сразу, прямо в зале.
В общем, мне так никогда стыдно не было — меня же совсем безвкусной обзовут! А ещё Рей, узревший все, смеялся, под моим суровым взглядом маскируя повышенную веселость в кашель. И получалось превратно, как и у Арияна, который получал дары за наследника Азарии. Последнего, кстати, девушки чуть ли не похож снарядили — несколько видов оружия, даже седло с каменьями и чего-то непонятное, очень похожее на вяленое мясо.
В итоге я не стала досматривать представление “О, я об этом всегда мечтал” и задыхаться в обществе багульников — мы с моей недогеранью, коюю пожадничала и не отдала Арияну из-за плохого поведения, направились вновь на диванчики. А Рейнар был наказан, он раздавал подарки и выслушивал похвалу, предназначенную мне.
— Лави, представляешь, — начала я ныть помощнице. — Я так старалась, выбирала все самые пыльное и почти ненужное, а здесь…
Лави не стала комментировать — она же говорила, что надо другое купить, все отговаривала меня, а вот представитель флоры в горшке попытался прокомментировать… Ну, как мог.
— Лави, — осторожно позвала. — Мне показалось, или цветок двигает листьями?
— Не кажется, — побледнев, ответила она. — Думаю, стоит отойти от растения и позвать, как минимум, лорда Эйскара.
Отодвинулась от горшка, стоящего на паркете, я с радостью — просто вспомнила, почему не стоит ничего покупать за бесценок по своему земному опыту жизни. ГМО вот сейчас подсунули. Надеюсь, жрет оно органические вещества вовсе не человеческие, а как добропорядочное растение синтезирует сам…
— Слушай, может все же подарить лорду Арияну? — во мне проснулась невиданная щедрость. — Не могу отделаться от мысли, что растение может по-тихому поужинать мной, когда я буду спать.
Не знаю, как отреагировала помощница на мои слова, так как я пристально следила за необычной флорой, которая, похоже, обиделась, судя по поникшим веточкам.
Офонареть!
— Мдям, — вынесла вердикт я. Тут без Рея хрен, что поймешь.
К счастью, мальчику же закончил с моим поручением и теперь шел к нам — хмурый, зажимающий нос, чтобы больше не чувствовать этот чертов запах духов. Благо, мы рядом с окошком, открытым, кстати.
— Лимонов объелся? — спросила, едва он подошел.
Он плюхнулся в кресло и ответил:
— Если бы. Я страдаю.
— От чего? — удивилась.
— Ты мне подарков не дарила! — меланхолично протянул мой "жоних”.
И вот из-за этого?
— А я с принцами своим десертом не делилась! — нашлась я.
В общем, полная победа! Моя! Но пора перейти к делу, потому что вон цветок опять признаки полной жизни проявляет, то есть личную жизнь пытается заладить — вон как листочками двигает в сторону, увы, мою.
— Рей, вот скажи, пожалуйста, что это за растение такое?
Рейнар, который сейчас о чем-то думал, поглаживая подлокотник кресла, посмотрел на меня. Я указала на горшок, взгляд вундеркинда последовал за моим пальцем и…
— Ого! — он даже подскочил. — Откуда оно у тебя?
— Что-то супер крутое, да? — почти простонала я.
— Не понял о чем ты, но это растение… — он нетерпеливо махнул рукой, сел на корточки рядом с флорой. — Надо бы Арияну показать. Это же… Это же!
А меня можно было уносить. Сразу в Китай, чтобы отрыть там самые непонятные вещи в складах, и потом обратно. Озолочусь сразу ведь!
— Оно же не опасное? — уточнила я. Едва дождалась кивка, то предложила: — Забирай, дарю! — и уже Лави: — Пойдем гулять? А то у меня голова кругом от своих, хм, способностей.
— Даришь? Правда? — радостно переспросил графеныш и не менее радостно продолжил: — О, у меня ведь столько не тестированных штучек! Кстати, надо бы размножить тебя.
— Меня? — не поняла я.
— Что ты, нерезидуса, — беззаботно ответил он, что-то выискивая в горшке.
Я облегченно выдохнула, а вот нерезидус, который явно все понимал, попытался сбежать от своего нелегкого будущего — аккуратно, медленно, двигая веточками в сторону, собственно, выхода в виде дверей… И ещё прямо чувствовалось его неодобрение моим поступком и обида вселенских масштабов.
— Рей, а давай ты другой подарок себе выберешь? Я передумала, — В общем, да, мне растение стало жалко.
Растение радостно зашевелило листиками в мою сторону, а мальчик же поджал губы.
— Я не хочу, — маленький граф Эйскар явно обиделся.
Черт! Загнать бы эту совесть подальше, но не могу — так жалобно тянет веточки в мою сторону растение. Увидев то, как я умиленно таращусь на это милое создание, Рей сделал ход конем — включил в игру свои глаза. Картина маслом: растерянная я, Лави и переумиляющие друг друга Рейнар и недогерань.
— Так что? — в умилительной компании говорить мог только вундеркинд, потому тот и спросил, а растение зашевелило листочками в такт.
— Я… я… — мой взгляд метался из стороны в сторону в попытке найти решение. И судьба сжалилась — из толпы багульников-невест вышел Ариян, и траектория его пути заканчивалась у нашей компании. Ура!
— Не могу. Это подарок принца Азарии. Вот, кстати, и его представитель, — решила я использовать подарок судьбы — лорда Видэо, и улыбкой его поприветствовала. Он сильный, выдержит все. И вообще, разве он за мной как бы не ухаживал? Вот пусть теперь страдает. Я злопамятная, все помню.
— Добрый день, леди Александра, — улыбнулся мне в ответ подошедший лорд. — Привет, Рэй. Можно я украду твою спутницу на пару минут?
Я была категорически против того, чтобы меня крали, но возмутиться не успела, потому что ответил Рэй:
— А ты отдашь мне вон то растение? Видишь, на полу горшок старенький, так его Сандра урвала по почти стопроцентной скидке за ненадобностью и теперь хочет подарить тебе.
Вот наглый! А я ему еще конфеты давала. Теперь буду чисто из принципа есть все сама. Буду толстой, но принципиальной.
— Э, нет! — включилась я в беседу, пока и меня кому-нибудь за что-то не подарили. Мало ли? Рэй по духу потомственный еврей со стажем. — Рэй, я тебе что-то другое отдам, а пыльный горшок забирает для принца лорд Видэо, правда же? — я пытливо посмотрела на Арияна.
Тот усмехнулся, но кинул:
— Да-да, принц будет в восторге! — подхватил недогерань и бросил мне: — Идемте, леди, будете мне оказывать моральную помощь в доставке подарка, иначе я и донести до дверей не смогу.
— У вас слабое сердце, помню, — мне не оставалось ничего, кроме как идти за ним и спасать от пыток несчастную флору. Что ж я такая сердобольная?
— А можно и мне оказать помощь? — раздалось от Рэйнара.
— Прости, но не в этот раз, — и уже опять мне: — Не отставайте, Александра.
Я посмотрела еще раз на оставшихся у диванчиков друзей и ускорилась.
И кажется, Рэй, которому не разрешили тоже оказывать герцогу моральную поддержку, обиделся. Причем на меня! Его не взял с нами Ариян, а страдаю я. Где моя справедливость? Куда эта падла свалила?!
— Слушайте, — начала я, когда мы все шли и шли по коридору, но до пункта назначения не дошли даже после двадцати минут, — а вы уверены, что мы не по кругу ходим? Я рада совершать прогулку с вами, лорд Видэо, но понимаете, у меня дел и все…
Лорд резко остановился, я тоже была вынуждена, потому что тем более дорогу не знала, стремительно устроил несчастный горшок на паркет и как-то молниеносно оказался очень-очень близко мне.
— С меня хватит, — дыхание у меня на лице, а сильные руки стискивают мою талию, прижимая к себе. Я от удивления даже забыла о сопротивлении.
— Чего "хватит"? — пролепетала я.
— У тебя пальцы холодные, — игнорируя мой вопрос, произнес мужчина и, взяв мои ладони в свои, растер их и медленно, не отрывая взгляда от моих глаз, поцеловал. Так нежно, легко, мягко, что я на миг забыла как дышать, а вот когда вспомнила…
— Отпустите! — потребовала я. — Что вы себе позволяете?!
И попыталась выбраться из стальных объятий. Не вышло.
— На данный момент позволяю все, — нагло заявил мужчина и… поцеловал! Меня! В губы…
Я толком не успела отреагировать, как лорд отстранился, прижался своим лбом к моему и начал ошарашивать меня еще больше:
— Прости, сорвался. Я в последнее время с ума схожу, прости… Все думаю о тебе, Аля, и не могу остановиться.
Я просто не знала, что делать и что говорить. Мне понравился поцелуй, его объятия, он сам мне нравился… Но есть один нюанс: мы из разных миров. Мое место не в Азарии, я никакая не леди. Я не могу позволить своей симпатии зайти далеко, потому что потом будет больно. Я не могу…
— Отпустите, пожалуйста, — попросила я. — Думаю, вы дальше сами справитесь. Ариян отпустил, но при этом смотрел так, что было уже больно.
— Я сама найду дорогу обратно. Спасибо за все. И я пойду, ладно? — что-то хрупкое рушится между нами, и я это чувствую отчетливо.
Ариян молчал, а я уходила, ощущая на губах соль от слез. Когда я успела? Как я упустила момент, когда симпатия перешла в влюбленность?!
Конец первой части.