Ночь. В густой чаще, под сплетением гибких ветвей кустарника, на земле доживал последние мгновения слайм. Это существо было похоже на упругую каплю землистого цвета и имело размер с голову взрослого человека. Какое-то время поверхность тела оставалась такой же глянцевой и гладкой, как у любого представителя его вида. Но вдруг на ней начали появляться волны. Одна за другой они проходили через всего слизня и длилось это до тех пор, пока умирающее создание не стало испускать слабое сияние.

На некоторый срок всё замерло, лишь бледный свет озарял пространство сокрытое густой растительностью. Пока от капли не вытянулся небольшой отросток, чтобы тут же отделиться от основной массы, став её точной копией, только совершенно бесцветной и во много раз меньше — едва ли превышая размер ногтя на пальце. Новорожденный слайм. Именно так размножались эти необычные существа. Всю свою жизнь представители их вида накапливали силы для одной только цели — умереть, что бы тут же воплотиться в своём потомстве. Их собственное тело служило источником материала и энергии для нового поколения. Так же было и в этот раз.

Детёныши продолжали отделяться от материнского создания. За первым последовал второй, за ним третий и так далее. С каждым новорожденным тело их родителя становилось всё меньше и меньше, пока не сравнялось размером с ними. Обычно в такие моменты, когда размеры слайма уже не позволяли продолжать деление, чтобы дать новую жизнь, последняя частичка просто умирала. Все силы, собранные до этого, оказывались полностью растрачены. Но на этот раз произошло нечто необычное.

Когда сияние маленького тела угасло и казалось, что в месте с ним ушла и жизнь, неожиданно, в темноте ночи кусты озарились фиолетовой вспышкой, которая быстро спала на нет. А на месте её источника была всё та же капля живой слизи, но в отличии от находящихся рядом малышей — имела насыщенный лиловый цвет! Необычный маленький слайм, оказавшийся совсем даже не мёртвым, аккуратно пополз в сторону своих братьев, что так же, как и он начинали исследовать окружающих их мир.

Этот день был особенным для клана. Юный наследник стал совершеннолетним, а это значило что ему надлежит принять в свои руки драгоценнейшую реликвию семьи — Амулет Деаса. Когда-то в незапамятные времена он принадлежал сильнейшему главе Оркол и вот уже на протяжении многих столетий был символом власти могущественного клана.

Церемония вручения реликвии, в отличии от официального празднества, которое должно было состояться вечером, проходило в обществе старейшин и главы. Больше никто кроме них не мог присутствовать при этом событии.

Молодой человек в яркой праздничной одежде вошёл в зал совета. В свои пятнадцать он уже успел продемонстрировать большую силу и талант в боевых искусствах, чем и заслужил столь раннее признание. Среднего роста, идеальная выправка достойная настоящего воина, с аккуратно расчёсанными длинными чёрными волосами. В купе с идеальными чертами лица он был роковым красавцем для всех девушек, которым доводилось видеть его. И юноша уже успел многим из воздыхательниц разбить сердца. Ведь для него каждая из них была лишь развлечением на ночь — не более. Обладая выдающимися талантами и положением будущего главы сильнейшего клана, такие вещи, как чьи-то обиды и разрушенные грёзы просто не имели значения. Казалось, что холодные голубые глаза никогда не посещало тепло сопереживания.

— Старейшины. — юноша почтительно поклонился, обращаясь к сильнейшим людям клана, а значит и континента. Их было шестеро, они стояли полукругом прямо напротив наследника. — Глава Муринис. — второй поклон предназначался отцу молодого воина, который неторопливо и торжественно подошёл к своему сыну.

— Встань прямо, Аквилис! Сегодня твой день. Ведь отныне ты становишься полноправным воином нашей семьи! За твоей спиной осталось беззаботное детство, а впереди ждёт взрослая жизнь полная достойных свершений. — ритуальные фразы звучали возвышенно и весомо, вот только совершенно не находили отклика в душе парня.

— Клан Оркол не будет стыдиться своего сына! — как бы к происходящему не относился юноша, но сказал ровно то, что должно.

После этого каждый из старейшин произнёс традиционные пожелания, которыми неизменно напутствовались все члены главной ветви, вот уже на протяжении многих поколений. Но молодой человек слушал их лишь краем уха, в то время, как всё его внимание было направленно лишь на одну вещь. Кулон в виде мерцающего фиолетовыми отсветами кристалла — символ власти древнего рода. И вот, когда последние слова затихли Муринис Оркол снял его с шеи и уже был готов надеть на наследника. Но произошедшее дальше разрушило всю торжественность происходящего.

Лиловое сияние на мгновение вырвалось за пределы своего вместилища, чтобы тут же пропасть, оставив после себя лишь пустую оболочку — ничем неотличимую от дешёвого хрусталя. Все присутствующие застыли от шока, а в их головах вертелись строки из предсмертного напутствия Деаса Крушителя. Если им верить, клан ждали непростые времена.

Пунь. Пунь. Пунь. Прыгая по камням ему было очень сложно сохранять абсолютную бесшумность, несмотря на все старания. Каждый раз, когда тело опускалось на влажный речной камень после очередного прыжка, непременно раздавался упругий звук. И сделать с этим пока ничего не получалось.

Речка была узкой и неглубокой, но очень быстрой. Чистая вода звонко журчала, стремительно несясь по каменистому руслу и Кель рисковал оказаться в этом потоке, если вдруг окажется неосторожным. Плавать он ещё не умел. Потому и приходилось передвигаться по выглядывающим то тут, то там влажным и скользким булыжникам. Оказавшись на другом берегу, слайм начал со всей осторожностью приглядываться к окружающему пространству.

Его новое тело не имело глаз и воспринимало мир совершенно иначе, нежели люди. Оно одновременно могло чувствовать исходящие со всех сторон звуки, вибрации почвы и растений, которых касалось, а также ощущало удивительное разнообразие запахов. Всё это давало круговой обзор, который во многом превосходил человеческое зрение. Но не обходилось и без недостатков. Радиус такого видения был всего в пару метров, мелкие детали не получалось различить, а цвет можно узнать лишь коснувшись предмета. И то, было не совсем верно называть подобное цветом, в человеческом языке просто не имелось слов, чтобы выразить возникающее ощущение. Но Келя едва ли можно было назвать обычным слаймом. В его распоряжении находилось ещё и духовное зрение, которое с лихвой покрывало все нынешние недостатки. Поэтому к нему вряд ли мог кто-то подобраться незаметно.

Но быть беспечным он не собирался.

В том месте, где оказался Кельмион, была каменистая почва, а чуть в стороне виднелось скопление огромных валунов. В остальном же, другой берег мало чем отличался от оставшегося позади. Сплошные заросли и только. Они то и были ему интересны, ведь, как подсказывали все признаки, примеченные духовным зрением, среди них вполне могло расти что-то стоящее! И он с энтузиазмом принялся за разведку. Стоило на краткое мгновение сосредоточиться и его тело, уподобившись густой бесцветной жидкости, заскользило тонкой лужей по земле. Он пробирался между трав, прислушивался к ощущениям сё, исходившей из-под земли, забирался на деревья, по его мнению к поставленной задаче следовало подходить со всем старанием. Такими темпами проверенное пространство постепенно расширялось.

На приличном расстоянии ниже по течению нашлась натоптанная звериная тропа, которая вела к воде. А выше удалось найти целую поляну заросшую крупной малиной, ягоды были размером едва ли не больше самого слайма — одна только эта находка окупала его вылазку. Приглянувшееся место было с трёх сторон окружено теми самыми валунами и выглядело очень перспективно. Вокруг не было заметно следов зверей или птиц, а в духовном зрении отчётливо виднелись тонкие струйки природной сё, текущей в корнях. Где-то глубоко под землёй находился слабенький источник. Самое то, что нужно для мелких непосед!

Преисполненный энтузиазмом, Кель вновь собрался в каплю и сделав поверхность тела липкой, пополз вверх по довольно толстому пруту малины. Туда где виднелись ягоды. Они были явно больше тех, что ему встречались в прошлой жизни. Хотя одного лишь размера всё равно ещё не было достаточно, чтобы назвать их даже низкоранговыми небесными плодами. Но, так или иначе, оценить вкус и пользу можно было лишь попробовав. Ведь его уровня возвышения пока не хватало для определения подобных вещей по одному лишь взгляду.

Добравшись до яркого плода, который буквально сиял от падающего солнечного лучика, слайм быстро окружил его со всех сторон своим телом. Ведь рта у него теперь не было! Тонкий стебель не выдержал изрядно увеличившегося веса и Кельмион вместе со схваченной добычей полетел вниз, пружинисто приземлившись в траву. А затем начал процесс усваивания пищи. Ягода внутри тела за несколько мгновений превратилась в жидкую массу, из-за чего он стал весь красным. Но очень быстро малиновый цвет начал сходить на нет, не оставив после себя и следа.

Бывший человек за прошедшие недели очень неплохо успел освоиться со своим новым телом и благодаря хорошему контролю внутренней сё уже мог в больших пределах менять свойства податливого организма. В том числе, не ждать по несколько часов, пока еда переварится. Кель был очень доволен. Найденная им вкуснятина действительно оказалась насыщенна природной энергией и даже мастера алхимии не побрезговали бы этой малиной для приготовления эликсиров.

Материальная составляющая быстро усвоилась, наполнив его телесной энергией, а природная сё ухнула в гант — котёл духовной силы. До долгожданного возвышения на второе облако первой звезды развития ему надо было съесть ещё немало таких ягод. Ведь на первую ступень он встал буквально позавчера! Но такая находка должна была существенно ускорить развитие.

Задерживаться ещё Кельмион не стал. Всё, что ему было интересно он нашёл и теперь следовало поскорее возвращаться обратно, пока оставленные без присмотра несмышлёныши не учинили что-нибудь ещё. В прошлый раз они всей гурьбой решили, что нет лучшего объекта для любопытства, чем спящий облеух — трёхметровый свирепый хищник. Ранг этих зверей, достигших подобного размера, никак не мог быть ниже третьей звезды! Будь у него сердце, его бы разорвало на части, когда он узнал, где решили поиграться мелкие негодники.

Обратный путь занял меньше времени и уже совсем скоро разведчик вернулся к зарослям, которые стали местом его нового рождения. Ещё на подходе он уловил ставшие привычными ментальные голоса новой семьи. Да, за пошедшее время маленькие слаймы стали для него гораздо большим, чем просто комочки неразумной слизи. И для такого отношения было немало причин.

Сосредоточившись, он уже привычным делом начал определять, кто где находится и сделал это совершенно не зря. Один из братьев успел заметно удалиться от их дома, причём направление, в котором тот двигался, совершенно не понравилось Келю. И тут уж ничего не оставалось, кроме как припустить с максимальной скоростью в сторону очередного искателя приключений на свою полупрозрачную задницу. «Хотя, у нас же даже задниц нету…» — промелькнула отвлечённая мысль у бывшего воина.

Обычно слаймы передвигались расплываясь лужицей по земле и в таком состоянии перетекали в нужную сторону. Их полупрозрачное тело, которое к тому же могло менять цвет под оттенок окружения, было очень сложно заметить в таком состоянии. Но скорость при этом была очень низкой. Существовал и другой способ движения. Исследуя окружающий лес и наблюдая за его жителями, Кельмион видел, как более взрослые представители слаймов могли делать своё тело упругим и, пользуюсь этим состоянием, совершать прыжки. В этом случае скорость значительно возрастала, но вот ни о какой маскировке речи уже не шло. Сам перерождённый научился второму способу как раз благодаря своим наблюдениям и даже обучил этому членов своей новой семьи. И лишь на днях, когда его возвышение перешло на первое облако, он смог придумать третий вариант. Пускай тренировок в этом способе отчаянно не хватало, но выбора просто не было.

Заставив телесную сё ускорить циркуляцию по телу, он сделал себя максимально упругим, в то время, как духовная сё значительно повысила его восприятие. Небольшое напряжение. Он сжался на земле подобно пружине, а затем Кель оттолкнулся со всех сил и словно метательный снаряд, оторвался от поверхности и по воздуху понёсся в нужном направлении. Это был в несколько раз ускоренный прыжок. Он требовал умелого управления своими силами и точного расчёта при выборе пути, ведь врезаться в случайную преграду было бы крайне неприятно.

Передвигаясь подобным образом, он преодолел большую часть расстояния до своей цели и наконец-то появилась возможность мысленно связаться с малышом.

«Арти, остановись!» — первое, что он передал по той связи, которая была между ними.

«Старший? Почему?» — пришедший ответ, конечно же не содержал в себе каких-либо чётких слов. У слаймов просто не могло быть языка подобного человеческому, но те мыслеобразы, которыми новоявленные родственники могли с ним обмениваться, очень неплохо поддавались расшифровке. Правда ответить он уже не успевал, потому что в духовном зрении неожиданно стали заметны окружившие Арти какие-то звери. Сам маленький непоседа их то ли не замечал, то ли попросту не считал опасными. Кель помнил из своих прошлых вылазок, что в той стороне обитала стая тарлов — небольших грызунов, несколько разновидностей которых были распространены по всему континенту Тихол.

Он успел в последний момент. Мелкие, но злобные комки меха как раз обнаружили на своей территории незваного гостя и уже были готовы закусить нежданной добычей. Из своих наблюдений Кельмион знал, что слаймы это очень простые и беззащитные создания и несмотря на то, что их тело представляло собой сгусток слизи, многие мелкие животные были совсем не прочь ими закусить. Ведь они, так или иначе, содержали в себе приличное количество телесной сё. Лишь хорошие возможности в маскировке позволяли им выживать в этом лесу.

Переродившийся воин в последнем прыжке приземлился в паре метров от мелкого родственника и быстро сориентировавшись тут же скомандовал:

«Прыгай ко мне!»

Почувствовав тревогу в мыслеобразах Старшего, Арти, мгновенно собравшись в упругую каплю, прыгнул в сторону, где ощущался его брат, потратив на это почти все силы. И как раз вовремя! Один из грызунов, что заметил добычу уже бросился на неё, но в итоге острые зубы схватили лишь воздух. Этот зверь был немного больше самого Келя, который за прошедшее время успел вырасти до размеров ладони взрослого человека, а это в два раза больше чем все остальные слаймы, которые родились в одну ночь с ним. А затем из высокой травы появилось ещё четыре таких же зверушки и их злые чёрные глазки вперились в живые капли, стоявшие перед ними.

«Страшно!» — Кельмиона достигли эмоции находившегося рядом малыша. Но и ему самому было отнюдь не весело видя перед собой таких противников. Пускай раньше он и считался умелым мастером боевых искусств, но это осталось в прошлой жизнь, вместе с человеческим телом. Вот только в этот момент он знал, что у Арти уже не хватил сил сбежать, а это значило — надо принимать бой!

Грызуны тоже застыли лишь на мгновение, после чего сразу же бросились в атаку. Они были довольно неглупыми созданиями и знали, что слаймы совершенно беззащитны. Поэтому, когда увидели перед собой целых два каплеподобных создания, то очень обрадовались такой удаче. Кель заслонил собой мелкого и попросил того как можно быстрее уползать в сторону дома, а сам ринулся на встречу грызунам. В конце концов, он был в какой-то мере ответственным за родственников.

Духовное и телесное сё вспыхнули в его теле, даря ему полный контроль над той слизью, из которой он состоял. Пускай ему ещё ни разу не приходилось сражаться в новой жизни, но ведь когда-то его называли гением. И отнюдь не за красивые глаза. Ощущая мельчайшую частичку вместилища своей души, он вырастил на поверхности тела конечность похожую на длинное щупальце и обвил им приблизившегося врага. Всего одно мгновение понадобилось, чтобы пустить через него яростный импульс энергии, наполненный одним единственным желанием — умри. На таком низкоранговом животном, которое ещё не достигло даже первого облака первой звезды, этот приём подействовал безотказно и безвольная тушка с остановившемся сердцем упала на землю. Но атака заняла несколько мгновений, за которые и остальные четверо противников успели до Кельмиона. И к тому же отняла немало сил. А значит, для оставшихся противников такой вариант уже не подходил.

В тот момент, когда один из них уже готов был вцепиться своими зубами в добычу, слайм прыгнул вверх. Его восприятие и мышление даже в начале возвышения уже были довольно быстрыми, ведь они зависели от сознания. А оно словно переходило на следующую ступень, когда дело доходило до сражения. Так было в прошлой жизни и так продолжалось в нынешней. Поэтому нет ничего удивительного в том, что оказавшись в воздухе над противниками к нему пришла весьма интересная идея, которую он и начал претворять в жизнь в тот же миг.

Четвёрка тарлов застыла под ним с поднятыми вверх мордами. Огни стояли очень близко друг к другу и это было отличной возможностью проверить свои нынешние силы. Грызуны даже не успели что-либо понять, когда их добыча прямо в полёте превратилась из шарика слизи в широкую и тонкую лужицу. Накопленной за прошедшее время массы тела Келю вполне хватило, чтобы сделать из себя своеобразную лепёшку около метра в диаметре. Но за желанием реализовать задумку он упустил из внимания, что закономерным образом падение замедлилось и уже не было столь стремительным, как он рассчитывал. Это могло стоить ему жизни!

Противники же ни о чём не думали, в конце концов, они были обычными животными, поэтому сразу двое из них прыгнули вверх за своей жертвой и вцепившись в неё острыми зубами потянули вниз за собой. Слайм почувствовал резкую боль от укусов, но концентрацию не потерял, поэтому стоило ему с помощью грызунов опуститься на нужную высоту, как он сразу же накрыл своим расплющенным телом всех четырёх грызунов.

А дальше, словно тряпицей спеленал их в кулёк. Края тела срослись друг с другом и противники оказались в живой тюрьме. И этой тюрьме было очень больно, потому что тарлы продолжали кусать её и рвать своими когтями. Кельмион, превозмогая нахлынувшие ощущения, постарался сделать своё тело максимально плотным. Сопротивление грызунов сразу же стало гораздо слабее. Но вот дожидаться, когда те задохнуться в подобной ловушки он всё равно не стал и начал со всей доступной силой сжиматься. Подобное изменение тела уже было ему неплохо знакомо, поэтому буквально через пару секунд враги превратились в переломанные мешки без капли жизни.

«Это было опасно…» — подумал Кель. Но тем не менее результатами неожиданного сражения он остался доволен. А ведь надо было ещё всю добычу как-то перетащить домой — не пропадать же добру.

Примечание автора: Первый том уже дописан и сейчас редактируется, выкладываться будет по мере вычитки. Продолжение к «Системе» начнёт появляться самое позднее в ноябре 2019 года. Приятного чтения!:))

Кое-как, но он справился. Тушки убитых грызунов устроились внутри него, как в сумке. И покачнувшись из стороны в сторону, пробуя непривычный способ перемещения с такой ношей, Кель неторопливо покатился в нужном направлении. Со стороны это наверняка было не самое аппетитное зрелище — полупрозрачный бурдюк с дохлой живностью внутри. И вся эта масса не стояла на месте, переломанные трупы непрерывно меняли своё положение в процессе движения. Раскрытые пасти, застывшие в предсмертном крике, остекленевшие глаза и конечности, торчавшие из плотного мехового кома, словно мёртвые тарлы были одной жуткой химерой. Тот ещё супец.

Через несколько метров к движению Кельмиона присоединился Арти, который не успел далеко отползти. От него так и фонило растерянностью.

«Арти, помнишь, что я просил недавно?» — он не злился на маленького слайма, но было нужно узнать, почему тот ушёл так далеко.

«Помню. Пока нет Старшего, не уходить далеко от дома». — пришёл простой ответ. И это уже было хорошо, ведь тот не забыл о просьбе и правильно её понял. Значит Кель верно передал свои мыли и никаких ошибок не было.

«А почему ты тогда ушёл?» — вопрос имел большое значение.

«Захотелось есть. Почувствовал вкусный запах». — несмотря на все старания, бывшему человеку всё ещё с трудом удавалось расшифровать некоторые мыслеобразы. И переданные маленьким слаймом ощущения голода казались довольно странными.

«Это было очень опасно» — всё, что он мог сказать малышу. Разум новых родственников был проще, чем человеческий и ничего более сложного тот просто не смог бы понять. Но вместе с тем не вызывало сомнений, что он запомнит и всё произошедшее, и отношение к этому их Старшего. Оглядываясь на прошедшие недели, было хорошо заметно, что мелкие проказники продолжают развиваться и с каждым днём общение между ними становилось всё более разнообразным и осмысленным. Это не могло не радовать, ведь все остальные слаймы, которых он встречал в лесу, своим уровнем развития мало чем отличались от простых животных. Простейшие действия и простые реакции — обычная живая слизь, какой она и должна быть.

«Но я хотел есть» — повторил Арти, словно это всё объясняло. И, скорее всего, именно так для него и было. За простыми желаниями, следовало столь же простое действие. Но у Келя по этому поводу появились немного иные мысли, правда проверять их стоило в более подходящей обстановке. Поэтому дальше он спрашивал только о незначительных вещах — как проходило утро, пока он ходил на разведку, кто чем занимался, что малыш слышал, какие запахи ощущал и тому подобное. Такие разговоры тоже имели огромное значение, помогая развивать общение.

Вернувшись в большой овраг, заросший кустарником, который стал домом для его необычной семейки, он оказался сразу же окружён целой толпой. От ярких эмоций в воздухе буквально повисло облако состоящее из концентрированного любопытства. Двадцать семь комочков полупрозрачной слизи буро-зелёного цвета под стать окружению. Они казались маленькими детьми, мама которых вернулся поздним вечером с работы. И для некогда великого воина было очень необычно ощущать себя в подобной роли. Необычно, но приятно.

Ментальный гомон не утихал ещё очень долго. Пока Кельмион, в попытке уберечь непосед от необдуманных поступков, передавал всем мыслеобразы произошедшего. Пока сообщал, что скоро им предстоит уйти на новое место. И пока делил неожиданную добычу на части, чтобы хватило на всех поровну. Для этого ему потребовалось немного повозиться, потому что у их вида никаких инструментов, для выполнения подобных задач предусмотрено не было — ни когтей, ни клыков.

Но тело слизи не переставало его поражать своей податливостью, а на контроль телесной сё он никогда не жаловался даже в прошлой жизни. В новой же, физическая энергия стала ещё более послушной! Поэтому он просто немного изменил тот способ ускоренного поглощения пищи, который начал использовать ещё неделю назад. Создал тонкое щупальце с «переваривающей» кромкой и словно очень тупым ножом нарезал тарлов. Это было долго, но с задачей он справился.

Лишь, когда малыши принялись за еду, наступило затишье. Только исходящее от них удовольствие чётко ощущалось краем сознания. Но Старший даже не думал отдыхать, напротив, именно в такой момент от него требовалось наибольшее напряжение. Ведь каждому из маленьких слаймов нужно было уделить внимание, чтобы очередной урок прошёл успешно.

Чему одна слизь могла научить другую? В любом другом случае ответ оставался бы один — ничему. Но у Келя было несоизмеримо больше опыта и он стремился понемногу передать его мелким братишкам. И самым важным своим знанием он считал искусство возвышения. Поэтому, пока родственники ели, бывший человек передавал им в мыслях своеобразные наставления о том, как управлять телесной сё, чтобы даже те крохи энергии, что успели за свою жизнь накопить грызуны, не растратились в пустую, а были должным образом усвоены. Процесс поглощения еды из-за этого растянулся надолго, но зато, следуя его советам, слаймы быстро учились. И он мог видеть, как в их ганте понемногу прибавляется духовная сё. Это можно было назвать настоящим чудом!

Из прошлой жизни Кельмион совсем немного помнил об этих созданиях, несмотря на то, что они были довольно широко распространены по всем континентам. И для этого существовала одна весьма веская причина. Живая слизь — это очень примитивная форма жизни. По крайней мере, так считали абсолютно все вокруг.

Считалось, что единственный смысл их существования заключается в поедании различного мусора, такого как: гнилые фрукты, сухие листья, животные останки и прочее. Безобидные и никчёмные. У них не было сил, а всё, что они могли, так это влачить жалкое существование и копить телесную сё для продолжения рода. Больше они ничего не делали, да они даже как ингредиент для алхимии были бесполезны!

Поэтому никто из людей не обращал на этих созданий особого внимания, воспринимая их на одном уровне с тараканами. Хотя, учитывая, что слаймы не селились в человеческих домах, то для них слизни были даже менее интересны, чем неистребимые насекомые. И Кель не был исключением. Но даже та малость, которую он знал, противоречила всему, что касалось его нынешней семьи.

С самого первого дня их появления в этом мире и до сих пор, разум маленьких слизней развивался. Чем чаще бывший человек поддерживал с ними ментальное общение, тем быстрее это происходило. И сам факт подобной связи между ними уже был странным, ведь все остальные представители этого вида жили сами по себе и ни о каком взаимодействии между ними даже речи не шло!

Следующей странностью стала их привязанность к Кельмиону. И они не просто считали его своим братом, а бесспорно признавали за ним старшинство. В их представлении он был главой семьи, вожаком и заботливой мамашей в одном лице. И с чем это было связано, оставалось только гадать.

Ещё одно их отличие было скорее заслугой предыдущих особенностей. Благодаря наличию разума и советам Келя, слаймы оказались способны к возвышению. Он пока ещё не знал, насколько далеко его наставничество сможет зайти. Но, когда раздавал советы во время обеда, заметил, что малыши практически одновременно начали преодолевать первую преграду на пути роста к первому облаку возвышения. А когда очередь дошла и до Арти, то он подтвердил свои догадки по поводу его голода. Оказалось, этот непоседа обогнал своих братьев и прорвался через барьер пару часов назад, из-за чего организм слизня резко потребовал еды. Было ли это проявлением таланта? Кельмион не знал и боялся загадывать. Но позволил себе мысленно улыбнуться.

Взжух! Лезвие ветра пронеслось настолько близко к слайму, что вызвало крупную рябь на поверхности полужидкого тела. И лишь чудом он успел отпрыгнуть в сторону. В падении уцепился щупальцем за ветку и притянул себя обратно, вновь приклеившись к коре.

«Это было чертовски опасно!» — взволнованно подумал перерожденец, устраиваясь поудобнее.

А внизу, под раскидистой кроной огромного дерева, продолжалось сражение. трёххвостый волк — ну, хвоста у него действительно было три и он правда был похож на виденных им в прошлой жизни хищников — окружённый защитным коконом из кружащихся воздушных сгустков, отбивался от разъярённого демонического кота. Почему кот демонический? На этот вопрос Кель и сам себе не мог ответить, просто выглядел тот очень уж эффектно. Чёрная шкура искрились от пробегающих по шерсти разрядов молний, а невероятно длинный и гибкий хвост, словно плеть, не переставая атаковал противника. Каждый взмах конечности порождал яркую вспышку и громкий треск, будто слабое подобие раскатов грома. Волк не оставался в долгу, сгустки ветра одновременно служили ему защитой и оружием, которое он не стеснялся использовать по назначению. На перерез молниевым ударам хвоста тут же возникали прозрачные щиты, которые принимали на себя весь урон, а за ними в атаку на противника уже летели острые лезвия из ветра.

Оба лесных монстра были более трёх метров в холке и внушали трепет одним своим видом.

Но ни клыки, ни когти не оставались без дела, готовые в любой момент сразить врага. Силуэты внизу с огромной скоростью перемещались в густой траве и силы их казались равны. Волк был массивнее, но кот обладал большей скоростью. Чёрный зверь совершал в прямом смысле молниеносные атаки, вот только защита трёххвостого продолжала справляться с ними. Прозрачные лезвия не переставая мелькали в воздухе и всё же противник всякий раз умудрялся разминуться со смертью. Это было сражение на истощение. Ведь оба зверя находились на пике четвёртой звезды!

«Да! Так эту псину, так! Я верю в тебя облезлый кошак!» — Кель следил за происходящим, полностью скрыв свои и без того невеликие силы, ведь если его заметят увлечённые схваткой противники, то могут прихлопнуть без малейшего напряжения. Но и без этого, случайные атаки несли в себе смертельную угрозу, заставляя до предела напрягать все свои чувства. Тем не менее, у такого риска были свои причины. Будучи слизью он точно не станет переживать, оказавшись в роли падальщика.

С переселения на новое место прошло уже больше недели, стайка слаймов прекрасно обжилась на плодородной поляне, а сам Кельмион продолжал исследовать окружающий лес. Он искал природные источники сё, места обитания различного зверья, растения, которые могли оказаться полезными и составлял в своём разуме карту окрестных территорий. Но сегодня, возвращаясь после длительной отлучки, он чуть не стал жертвой чужого сражения. Стоило только почувствовать мощные потоки энергии, приближающиеся в его направлении, как в следующий момент рядом с ним уже развязалась битва. Высокоранговые звери перемещались на огромной скорости и Кель с трудом успел запрыгнуть на ствол лесного исполина, прежде чем превратиться в безжизненную лужицу под лапами хищников.

А затем забрался на ветки повыше, но так, чтобы можно было наблюдать за происходящей схваткой. Это было не только интересное занятие само по себе, но его волновал ещё и результат подобного противостояния. Оставалось только надеяться, что они никуда не уйдут с удобной поляны в корнях огромного дерева.

Непрекращающееся рычание, вой и грохот от ударов мощных лап. Разлитая в воздухе сила непрестанно давила на слайма, чьё развитие застыло лишь на пике первой звезды.

«Ну, вы даёте! Что же такого надо не поделить, чтобы так кромсать друг друга?» — наблюдая за происходящим ему невольно вспоминался момент из далёкого детства, когда он впервые смог посмотреть рейтинговые бои среди клановых послушников. Правда тогда сил у противников было поменьше, да и зрелищности не хватало, но вот эмоции очень походили на то, что он чувствовал, наблюдая за битвой двух хищников.

Сражение набирало обороты, атаки следовали одна за другой, а противники начали обзаводиться первыми ранами. Вот волк не стал, как раньше, принимать очередной удар чёрного хвоста на свою защиту, а стремительно уклонился и в тот же момент запустил в кота все воздушные сгустки, которые уже на полпути к цели обратились лезвиями. Чёрный хищник не смог уклониться от всех снарядов и теперь у демонического кота краснел глубокий порез на левом боку. Но несмотря на боль он умудрился тут же атаковать и лишившийся защиты трёххвостый, не сумел ничего противопоставить стремительной искрящейся плети. В результате волк получил рваную рану на задней лапе.

Стало видно — схватка оказалась слишком выматывающей для обеих сторон. И вскоре Кельмион начал замечать, что запасы сил у сражающихся приблизились к своему пределу. Энергетические атаки сошли на нет. В деле остались только когти и клыки, казалось, что теперь у кота появилось преимущество. Ведь даже несмотря на полученные повреждения он был быстрее, а его атаки оставались не менее смертоносными, чем у противника.

Раны множились. Трёххвостый только оборонялся, не имея возможности сравниться со скоростью противника, но даже так умудрился несколько раз серьёзно задеть чёрного хищника, когда тот атаковал. Оба тяжело дышали, но слайм уже был уверен в исходе. Он ставил на победу кота.

«Ну же, ещё немного и я нареку тебя Великой Облезлой Кошатиной! Этой шавке пара ударов осталась!» — насколько бы взрослым и опытным не был его разум, но не иначе, как из-за однообразия нынешней жизни, он очень увлёкся жестоким зрелищем.

Во время очередной атаки волк не смог ни уклониться, ни ответить и когти врага вырвали кусок плоти из его бока. Он жалобно взвыл и, перекувыркнувшись по траве от удара, застыл в нескольких метрах от противника. Оставалось только добить побеждённого. Но тут духовное зрение Келя уловило нечто неожиданное, хотя не сказать, что уникальное. Дело всё в том, что во время напряжённого сражения не на жизнь, а насмерть, организмы живых существ работают на пределе. Гант вырабатывает сё в ускоренном режиме, телесная энергия струится непрекращающимся потоком во всех частях тела. И если бы не смертельная опасность — подобное было бы идеальным способом возвыситься на следующую ступень.

Именно это и произошло с трёххвостым волком. Он, как и его противник находился на ступени пятого облака четвёртой звезды, что считалось пиком, за которым должен был следовать прорыв на новый ранг. Но видно, он изначально подобрался к порогу гораздо ближе, чем кот. От упавшего тела полыхнуло мощным потоком силы, и как раз в этот момент чёрный хищник подобрался к нему для добивающего удара. И он просто не успел что-либо предпринять, когда глаза волка полыхнули голубым сиянием, а из раскрывшейся пасти вырвался мощный поток ветра!

Демонического кота буквально исполосовало глубокими порезами! Отлетев на несколько метров, он врезался в ствол дерева, на котором сидел слайм и свалился на землю безжизненной тушей.

«Ну, вот, сам себе проспорил!» — подумал Кель и перевёл внимание на другого зверя. А тот оказался совсем плох. Несмотря на преодоление такого барьера, а значит и должного за этим последовать усиления тела и ганта, он, видимо с непривычки, вложил в последнюю атаку все оставшиеся силы и теперь тяжело дыша лежал на траве. Глаза его были прикрыты, а в духовном зрении стало заметно, что у зверя почти не осталось сил. Ни шло никакой речи о восстановлении тела, как обычно бывало в подобных случаях.

«Нарекаю тебя Несравненной Побитой Шавкой. Да, трёххвостый, ты это точно заслужил. Гордись!» — по мнению Кельмиона всё сложилось как нельзя лучше. И пусть исход стал неожиданным, но он даже не думал жаловаться. Спустившись на землю, слайм быстро попрыгал к обессиленному хищнику, пока тот не успел оправиться от ран. Всё-таки переход на следующую звезду значительно подстёгивает восстановление. Поэтому нужно было успеть добить опасного зверя как можно раньше.

Тот, похоже, даже не заметил, что живая слизь оказалась рядом с ним и оставался всё так же недвижим, лишь тяжёлое дыхание вырывалось из приоткрытой пасти. Всё тело было покрыто многочисленными ранами, в паре мест даже виднелись кости. Но несмотря на это, было заметно, что кровь уже начала останавливаться. И Кель серьёзно задумался о том, как добить такого зверя. Ведь тот отнюдь не был слабеньким грызуном и стоит ему только почувствовать угрозу, как он сможет одним только всплеском сё разорвать слайма на части. Не говоря уже о том, что его нынешнего размера и уровня возвышения никак не хватит на такую тушу. Ведь чем выше ранг существа, тем крепче тело и лучше сопротивляется всем видам урона. Поэтому, даже имей Кельмион оружие, то не смог бы нанести зверю ни малейшего повреждения.

«Что же с тобой делать, собака ты страшная?» — думал перерожденец, прокручивая в голове различные варианты, но не находя простого решения проблемы. И когда он уже подобрался довольно близко к морде хищника и был готов рискнуть применить одну технику — весьма опасную на его уровне развития — Трёххвостый Волк открыл глаза! Слайм, несмотря на взвинченное до предела восприятие и готовность к неожиданностям, всё равно ничего не успел сделать, настолько быстро это произошло. Вот он наблюдает за зверем и подготавливает тело для резкого выброса концентрированной сё, а уже в следующий момент клыки казавшегося обессиленным животного готовы разорвать чересчур самоуверенную слизь.

Отскочить назад Кель уже не успевал и всё, что оставалось, так это спасаться от здоровенных зубов, подавшись вперёд, прямо в сомкнувшуюся пасть! Клыки глухо клацнули друг о друга и дезориентированный Кельмион оказался со всех сторон зажат внутри — между нёбом и языком. А хоть как-то прийти в себя ему не дали, резко сжавшееся пространство вынудило провалиться дальше к горлу. Ещё чуть-чуть, и он был бы целиком проглочен, а затем переварен в желудке высокорангового зверя.

Но не даром он когда-то считался выдающимся воином! Слайм, подобно кузнечному меху, резко втянул в себя окружающий воздух и раздулся настолько, что надёжно застрял в гортани намертво перекрыв дыхание хищника. Живая слизь не нуждалась в постоянном притоке воздуха, ей не требовался свет, чтобы ориентироваться в пространстве и поэтому единственный дискомфорт, который испытывал в тот момент Кель, это невероятно усилившееся давление со всех сторон. Трёххвостый Волк явно не ожидал такой подставы от примитивного создания и рефлекторно пытался избавиться от избежавшего его укуса существа.

Вот только странного слайма ни проглотить, ни выплюнуть не получалось. А тот благодаря эластичному телу дополнительно закрепился на одном месте, частично проникнув отрощенными щупальцами в дыхательные пути. В приступе отчаяния зверь принялся гонять по организму крохи оставшейся энергии, но не имея возможности сформировать её в полноценную атаку или собрать в одном месте, это не принесло ощутимого результата. Хотя Кельмиона подобное действие неслабо потрепало, грозя буквально разрушить его тело во время очередной волны сё.

Он, наверное, не смог бы выдержать, продолжи Трёххвостый Волк свои попытки воздействовать энергией. Но, похоже, у того окончательно иссякли силы и вскоре огромный хищник, только что одолевший в бою равного себе противника, задохнулся. Предсмертный спазм в очередной раз сдавил слайма, а затем наступила тишина.

«Кажется, мне нужен отдых. Да, определённо… С девочками и бочонком выдержанного гарушского!» — образы воспоминаний о различных приятностях не оставляли его ещё долго. Пока он вылезал наружу, причём пришлось буквально выливаться через нос, ведь пасть волка была плотно закрыта. Пока думал, как поступить с неподъёмными тушами. И пока ждал своё многочисленное семейство, до которого удалось дотянуться через мысленную связь, благо что расстояние до их нового пристанища было не таким и большим.

А вскоре на месте недавнего побоища закипела работа, ведь тела таких зверей были невероятно питательными и могли принести очень большую пользу в развитии уже неплохо подросших слаймов. Туши, несмотря на высокую сопротивляемость, пусть и медленно, но поддавались уже зарекомендовавшему себя способу разделки. Поэтому через некоторое время долгая и нудная процедура подошла к концу и слизневая семейка приступила к пиршеству.

Кель не боялся, что к ним могут нагрянуть падальщики, ведь бушевавшие во время сражения всплески сё отпугивали всех, кто был ниже рангом, надёжно и надолго. А следов более сильных зверей бывший человек не встречал ни разу за всё время своих разведок. Поэтому ничто не мешало им всем хорошенько перекусить. Разве что глава необычного семейства после разделки не притрагивался к мясу, ведь у него было кое-что поинтересней. С каждого хищника удалось получить по стихийному ядру — источнику, позволяющему неразумным животным создавать энергетические атаки.

Эти приобретения определённо стоили того, чтобы рискнуть!

Она бежала из последних сил. Рана в левом плече при каждом движении отдавалась резкой болью, но, несмотря ни на что, юная Линн продолжала двигаться вперёд. Каждый её шаг порождал веер брызг, разлетающихся в стороны, ведь двигаться приходилось прямо по небольшой речушке. Кровь, стекающая по висящей плетью руке, растворялась в быстром потоке воды, а обувь не могла оставить следов на каменистом дне. Это вселяло некоторую веру в то, что путь беглянки не смогут вычислить слишком быстро и она успеет добраться до спасительной цели.

«Только бы успеть… быстрее… осталось ещё немного…» — мысленно повторяла Линнея не позволяя воспоминаниям вернуть себя назад, туда, где осталась семья, заставляя все силы сконцентрироваться только на одной задаче — беге.

От резиденции клана она успела пробежать изрядное расстояние и уже давно была бы у цели, если бы не встретившийся по пути молодой облеух. Этот зверь пусть и был травоядным, но имел удивительно свирепых нрав, а также терпеть не мог, когда кто-то вторгается на его территорию. Девушка не сразу заметила опасность. И пускай разъярённое животное удалось убить, но первая стремительная атака рогами, оставила рваный след и лишила руку возможности двигаться. Она владела техникой, которая помогла немного остановить кровь, но та всё равно продолжала пропитывать собой наспех наложенную повязку из разодранного рукава охотничьего костюма.

Линн не была уверена, как скоро её пропажа станет известна. По идее, за ней уже должны были пустить погоню, но никакой уверенности в определенных сроках не имелось. Оставалось только гадать и надеяться, что до конца дня в её комнату никто не зайдёт. Глупая надежда.

День близился к закату и тени в лесу стали ещё глубже, а звуки, которыми всегда полнится чаща, едва уловимо начали меняться. Боль не утихала, хотя кровь наконец-то перестала течь и Линнея смогла промыть руку. Силы были на исходе и она уже не бежала, едва переставляя ноги, а ещё страшно хотелось остановиться передохнуть и поесть. Но вот, вскоре показалась её цель — разбросанные в кажущемся беспорядке валуны. Их высота менялась от человеческого роста, до почти в два раза превышающую его. Вросшие в землю, покрытые мхом и трещинами, они выглядели так, будто оказались там естественным образом в незапамятные времена, огораживая большую поляну.

Древний тайник, что уже многие столетия служил её клану. По преданиям он был создан ещё в те далёкие времена, когда род девушки был равен императорскому. В нём можно было, как спрятаться, не боясь быть обнаруженной, так и воспользоваться подземным ходом, ведущим во владения их старых союзников. Это был единственный шанс на спасение семьи.

Тренированный взгляд продолжал сканировать окружение и от него не укрылось несколько слаймов, почти слившихся с окружающей растительностью, но больше никого видно не было. Лишь слизни и малина. Юная наследница не удержалась и остановилась, чтобы сорвать крупную — размером почти с ладонь — ягоду и тут же её съела, слегка приглушая голод. Из последних сил пробираясь сквозь густые заросли, Линн достигла одного из камней, ничем не отличающегося от всех прочих. Самой ей ещё ни разу не доводилось бывать в секретном месте, но с раннего детства знания о нём укрепились в памяти наследницы клана. Поэтому ошибиться не было возможности, ведь даже в таком состоянии досчитать до нужного валуна не составило проблем.

Прислонившись окровавленной повязкой к поверхности камня, оставляя на ней бурый развод, она приложила сверху ладонь здоровой руки и пустила через неё слабый импульс телесной энергии. Всё, как учили в детстве.

Валун едва заметно вздрогнул, а затем на нём начали расползаться трещины, очерчивая контур арки чуть выше человеческого роста. Прошло всего несколько мгновений и под ноги отшатнувшейся Линн осыпались небольшие булыжники, освобождая тёмный проход.

Она облегчённо выдохнула. Ведь до последнего оставались сомнения в том, что древний тайник всё ещё работает. Набрав в грудь воздуха, словно перед прыжком в воду, девушка шагнула в темноту.

«Здесь не помешало бы зажечь све…» — была её последняя мысль, перед тем, как навернуться с уходящих вниз ступенек.

Кап. Кап. Кап.

Звук падающей воды заставлял едва заметно вибрировать всё его тело. Вот капля сорвалась с невысокого потолка, последовал короткий полёт и она звонко приземлилась в мелкую лужицу на каменном полу. И тут же расслабленная слизь отозвалась невидимыми, но от того не менее реальными колебаниями. Совершенно простое, незначительное, и мимолётное событие — недостойное внимания в любое другое время. Но в тот момент для Келя, это была одна из важнейших вещей в мире, та, без которой невозможно выполнить весьма сложную технику медитации.

Кап. Кап. Кап.

Он был в глубоком трансе, погрузившись внутрь своего естества. И лишь эта малость связывала разум с реальностью, позволяя краешком сознания следить за миром вовне. В то время, как вся остальная его часть была поглощена серьёзным делом — очередной попыткой разобраться в неожиданной проблеме. И она действительно застала перерожденца врасплох!

Катастрофа поджидала там, где, казалось бы, всё шло очень даже неплохо. Но, видимо, запас отмеренной Келю удачи показал дно и ему пришлось столкнуться с настоящей стеной, преодолеть которую не представлялось возможным. В тот же день, когда он только приступил к практике техники возвышения и уже был готов начать поглощение энергии одного из полученных ядер, заметил странность. Духовный котёл, перестал реагировать на оказываемое техникой воздействие. Вообще. Словно скала, которую пытается сдвинуть маленький ребёнок.

А он, между прочим, уже был на пике первой звезды, оставалась лишь тонкая преграда на пути к следующей ступени. И этот факт сводил с ума едва ли не больше, чем факт осознания своего перерождения в теле живой слизи в ту знаменательную ночь.

Кельмион понимал, что на доработку практики возвышения, созданной для нового тела, могут уйти годы. Ведь всё то, что он знал из своей прошлой жизни предназначалось исключительно для людей и практически не подходило для слайма. Но это совсем не значило, что она может резко утратить всякий эффект! Вот только именно так это и выглядело. Движение энергии в ганте, призванное расширять его вместимость, ускорять работу, повышать прочность и так далее, не приносило за собой никакого результата. Словно его духовный котёл потерял всяческую способность к изменению. И подобная ситуация угнетала. Если у него не получится прорваться в своём развитии, то на всей новой жизни, на мыслях о мести и даже на очередном перерождении можно ставить крест.

Прошло уже чуть больше недели с тех пор, как он стал свидетелем битвы двух хищников, а заодно — единственным победителем в ней. И всё это время Кель не прекращал попыток найти ответ, сдвинуть развитие с мёртвой точки, вновь вернуть надежду. Но снова и снова наблюдая, как очередная попытка не приносит никаких результатов, оставалось лишь признать горькую реальность — слаймы просто не созданы для возвышения.

Эта мысль неоднократно посещала его и раньше, но личный рост и рост нового семейства показывали, что это совсем не так. И вот он упёрся в потолок, отрицать это дальше просто не было смысла.

Из транса вывели мыслеобразы пришедшие от находившихся снаружи слизней. Он тут же собрался с мыслями и загнал куда поглубже упаднические думы, ведь чтобы ни происходило, заботу о мелких братишках с него никто не снимал. Настроившись на Ринта, одного из слаймов, который сегодня находился на наблюдательном посту, он тут же попросил поделиться подробностями. Пришедший ответ состоял из, уже ставших привычными, ощущений запаха, звука и даже лёгких отголосков сё, чувствовать которое подросшие непоседы научились совсем недавно и пока ещё довольно слабенько, но и это был огромный шаг вперёд.

Как они учились у своего Старшего, так и он учился у них. Поэтому Келю с каждым разом удавалось всё легче и легче интерпретировать приходящие от братишек ощущения. Оказалось, что к ним пожаловал человек и был он ранен. Быстро сориентировавшись бывший человек не стал выходить наружу, а принялся наблюдать за таинственным гостем через приходящие от слаймов мыслеобразы. А тот упорно продолжал двигаться к их новому дому, придя прямо от речушки и это немного настораживало.

«Почему он ранен? Что вообще ему здесь надо? Неужели он знал об этом месте заранее?» — вопросы один за другим появлялись в сознании Кельмиона, но единственным способом получить на них ответ, был контакт с неожиданным визитёром. Но он не торопился. Оставшиеся на поверхности слизни следили за каждым шагом вторженца и передавали ему информацию в реальном времени, благодаря чему Старший знал ровно тоже, что и они. Даже после столкновения с суровой действительностью, которая буквально растоптала все его стремления, он не собирался прекращать обучение, ставших ему удивительно близкими, непосед. И происходящее тоже было неплохой тренировкой для них.

Из передаваемых ощущений не получалось узнать ни внешнего облика, ни даже пола, но пока это не имело особого значения. А между тем, человек уже пришёл на поляну и стал пробираться через заросли малины, уверенно двигаясь к тайному входу.

Кель обнаружил странности в одном из валунов далеко не сразу. Даже при всём его опыте, возможностей нынешнего развития совершенно не хватало, чтобы сходу распознавать такие вещи. А из-за находящегося под землёй источника, это представлялось ещё более сложной задачей. Но он был бы совсем идиотом, если бы не исследовал вдоль и поперёк их новый дом. Поэтому уже через несколько дней после переселения наткнулся на скрытый вход. Довольно посредственная, но надёжная работа мастера письмён. Нечто подобное ему неоднократно встречалось в прошлой жизни. И пускай в искусстве работы с древними символами он так и не достиг хоть сколько-нибудь значимых успехов. Но его знаний вполне хватило, чтобы обмануть привязку к крови и самому воспользоваться находкой. С обратной стороны входа действовал запирающий механизм, который нужно было активировать таким же небольшим вливанием сё, как и наверху. И после повторения процедуры, осыпавшиеся камни вновь вернулись на место.

А внутри оказался спуск под землю, который оканчивался довольно просторным помещением. Оно представляло из себя искусственную пещеру, практически пустую и с аркой подземного хода в противоположной стене. По стенам змеилось несколько широких трещин, а на полу угадывались обломки стола придавленные немаленьким куском камня, очевидно, отколовшегося от потолка. В том месте, где это произошло, сверху неторопливо капала вода, из-за чего вокруг было довольно сыро.

Это была довольно неожиданная и полезная находка, в которой слайм очень скоро обосновался для проведения практик возвышения. Условия в этом месте прекрасно подходили подобным занятиям. Проходом в стене оказался коридор, уходящий дальше от поляны. Насколько дальше, выяснить не удалось, потому что, когда Кель отправился вглубь на исследование, а по прошествии нескольких часов, тот даже не думал заканчиваться, то он решил оставить это дело на более подходящее время. Никто из коридора не лез и ладно.

Вдруг буквально ото всех слаймов наверху пришло сильное негодование. Кельмион чуть не потонул в шквале эмоций, настолько сконцентрированными они были. Но один из ментальных голосов всё же прорвался через этот поток и внёс ясность в сумятицу.

«Он ест нашу вкуснятину!» — возбуждённые мыслеобразы на сей раз принадлежали Карву, ещё одному из братишек. Они были полны какой-то детской обиды и удивления, словно ничего подобного не могло произойти — просто потому что не могло и всё! А тут вдруг невозможное случилось, да ещё и начало глумиться над доверчивым слаймом.

Если бы Кель мог смеяться, то вволю бы поржал, но вместо этого пришлось транслировать любителям ягод спокойствие и пожелание, чтобы те никуда не лезли и просто продолжали наблюдать. Вскоре его догадка подтвердилась, неизвестный действительно знал о существовании тайника. Перерожденец весь подобрался, решая, как будет встречать незваного гостя. И среди вариантов лидировал самый логичный, в котором стоило сначала присмотреться к человеку не привлекая лишнего внимания. Мали что тому могло взбрести в голову?

Но все опасения оказались, ведь стоило только незнакомцу открыть проход, как он тут же навернулся со ступеней вниз и затих на каменном полу не подавая признаков жизни.

«Нда, а я то думал, придётся с боем отстаивать новый дом…» — не то, чтобы Кельмион всерьёз этого опасался, но покидать такое замечательное место точно не собирался. Поэтому готовился даже к такому исходу к первой встрече с человеком в новой жизни.

Подойдя к неподвижному телу поближе, он принялся осматривать покусившегося на их малину вторженца.

— … за ней оказалась потайная дверь, ведущая за стены резиденции, прямо под мост через речку. Так она и сбежала. — Киртран был лишь воином клана из побочной ветви, поэтому, когда завершил доклад, низко поклонился главе, покорно сложив руки перед грудью и остался стоять в такой позе, ожидая реакции Ролкона. Но уже в следующую секунду его тело выбило дверь и врезалось в стену коридора. Он не успел даже понять произошедшего, как оказался без сознания и с переломанными рёбрами. Изо рта осевшего на пол мужчины потекла кровь.

— Жалкий мусор! — вышедший из комнаты статный седой мужчина, окинул гневным взглядом членов клана сжавшихся по бокам от входа. — Приберитесь здесь. И позовите Маллора, чтобы через минуту он уже был в зале совета.

Отдав приказы, глава клана сам направился туда же. По коридорам чужой резиденции сновали его подчинённые, повсюду стояли крики, подгонявшие местную челядь, вокруг царила атмосфера разворошённого муровейника. А он быстро шагал вперёд, погрузившись в размышления.

Всё прошло именно так, как и было рассчитано. Приготовления принесли свои плоды и теперь все члены клана Паунфир были под его полным контролем. Никто так и не смог оказать сопротивления. Да и о каком сопротивлении могла идти речь, когда вся главная ветвь оказалась в роли заложников? Но даже в самом идеальном плане всегда найдётся место для идиотов! Всё могло рухнуть из-за каких-то неумех, которые не справились с присмотром за девчонкой! Ведь без наследницы все их старания не имели смысла.

Когда он оказался в помещении, где уже многие поколения вершилась судьба некогда великого клана, то без зазрений совести уселся на резное кресло предназначавшееся главе. А следом в помещение практически вбежал юноша в сопровождении несколько воинов.

— Ты звал, отец? Что случилось? — это был самый младший из четырёх сыновей Ролкона, Маллор Стайтрил. В свои шестнадцать он имел невысокий рост, довольно щуплое телосложение и болезненный цвет лица. Коротко стриженные волосы были цвета зрелой пшеницы, а серые глаза, не отставая от голоса, выражали неподдельную обеспокоенность.

— Твоя невеста умудрилась сбежать. И теперь находится неизвестно где. — глава Стайтрил с затаённым презрением посмотрел на собственного сына.

— Но как? Она же едва четвёртой звёзды достигла. Неужели наши воины не смогли с ней справиться? — удивился юноша.

— В комнате, где её заперли, оказался тайный ход. Наказать тех, кто не справился с таким простым ещё успеется. Но вот поймать девку надо как можно скорее и этим займёшься лично ты. — тон Ролкона не допускал каких-либо возражений, но удивлённый сын не смог сдержаться:

— Но отец, я же…

— Это твоя невеста, твой долг и твой шанс сделать для клана хоть что-то полезное! Или тебе мало моих слов? — на последней фразе помещение затопило мощным всплеском сё. Невероятная тяжесть заставила троих воинов из свиты юноши пошатнуться, а его самого упасть на колени, отчаянно хватая ртом воздух. Такова была сила десятой звезды — сильнейшего мастера клана. Поэтому, когда давление спало, светловолосому пареньку ничего не оставалось, кроме как выпрямиться на дрожащих ногах и покорно сказать:

— К-как пожелаете отец.

Ей было тепло и уютно. А на краю сознания мелькало нечто мягкое и светлое, словно копна сена под лучами полуденного солнца.

«Как хорошо…» — успела подумать девушка, прежде, чем окончательно проснуться. И тут же пришедшие воспоминания, заставили её вздрогнуть и открыть глаза. Но вокруг была лишь сплошная темнота, а последнее что она помнила было ощущение полёта, которое ясно говорило о том, что она по банальной глупости навернулась с лестницы. Оказавшись в семейном тайнике, она от радости позабыла наставления старейшины Као, который рассказывал и о темноте, и о крутой лестнице уходящей вниз.

«Но я вроде бы жива. И даже ничего… не болит?» — последнее было особо удивительно, пускай тренированной тело, достигшее четвёртой звезды и могло пережить такое падение без травм, но вот раненная рука никак не могла излечиться сама собой. Вот только ощущения не врали, боли действительно не было. Сконцентрировавшись на технике Глаз Пронзающий Бездну, что худо-бедно недавно начала у неё получаться, Линн наконец-то смогла увидеть хоть что-то. И пускай она освоила это умение лишь на самом низком уровне, но даже так было гораздо лучше, чем непроглядная темень.

Мир вокруг разделился на серое и чёрное, позволяя ей увидеть хотя бы силуэты окружающего пространства. А затем девушка попробовала встать, но сразу же ощутила лёгкую тяжесть в районе груди. Приподняв голову, взгляд наткнулся на нечто круглое, похожее на огромную каплю размером с голову. Не ожидая какого-либо подвоха, она попробовала смахнуть рукой странное нечто. Но прежде, чем ладонь коснулась капли, та подпрыгнула вверх и приземлилась на пол справа от наследницы калана.

«Вижу ты наконец то пришла в себя» — в её голове раздался мужской голос, заставив девушку вздрогнуть и заозираться по сторона. Она знала о ментальных техниках общения, но из всего клана Паунфир ей смогли овладеть только отец девушки и старейшина Као, но они были единственными в их семье, кто достиг девятой звезды возвышения. Считалось, что на более низких ступенях даже думать не стоит, чтобы освоить её. Кто бы не заговорил с девушкой, он был очень силён!

Но как бы она не вглядывалась в окружающее пространство, в каменном помещении не было никого. Лишь сырые стены, нагромождение обломков в углу и больше ничего. Разве что капля на полу. Приглядевшись, она поняла, что это был всего лишь обычный слайм, по крайней мере, куцее зрение позволяло сделать такой вывод довольно уверенно.

«Что, так и будешь молчать? Даже не поблагодаришь того, кто исцелил твои раны?» — голос неизвестного стал каким-то ехидным, прямо, как у Ралта — её друга детства из побочной ветви, когда тот в очередной раз решался подшутить над Линн.

— Прошу простить меня за непочтение, Мастер, я не хотела вас обидеть. Моим оправданием может служить только растерянность. — девушка поспешила встать и почтительно склонить голову, пусть и не знала перед кем. Но похоже, что слова неизвестного действительно были правдой, ведь боли она не чувствовала, левая рука двигалась вполне свободно, а на коже не было заметно и малейшего следа. И даже более того, в теле царила удивительная лёгкость, словно не было того сражения и изнуряющего бега. Она не знала, сколько провела без сознания, но от чего-то сомневалась, что на её выздоровление ушло много времени. Значит наследница клана правильно обратилась к мужчине — на такое был способен только тот, кто достиг ранга Мастера.

«О, а ты всё же можешь быть воспитанной. Это хорошо. Значит мне не придётся объяснять, что у тебя есть некоторый долг передо мной?» — ехидность никуда не делась, но на неё девушка предпочла не обращать внимания.

— Это так, Мастер. — в сколь бы тяжёлой ситуации она не оказалась, но тому, кто оказал ей помощь она действительно была обязана. — Я признаю за собой долг.

«Можешь звать меня Кельмион».

— Да, Мастер Кельмион. Меня зовут Линнея Кердельмит. Спасибо вам за помощь, но… где вы? Я не вижу.

«А ты посмотри направо. Ага, правильно. А теперь опусти глаза ниже, ещё ниже, ещё. Вот так. Теперь видишь?» — ментальный голос буквально лучился издёвкой и весёлостью.

— Н-нет, Мастер Кельмион. — растерянно отозвалась Линн. — Я вижу только какого-то слайма.

«Эй! Я не какой-то! Ты смотришь на величайшего слайма в подлунном мире!»

— Что?! — девушка опешила.

А затем в её голове раздался смех.

Он хотел её. Эти изящные руки, которые были испачканы в земле и крови. Стройные, но сильные ноги, скрытые облегающими кожаными штанами. Подтянутую грудь, что мерно вздымалась при каждом вздохе. Всё это юное и здоровое тело, открытое техникам возвышения. Да, он даже не сомневался, что переродившись в таком вместилище, смог бы достичь невиданных высот, о которых его нынешняя обладательница не смела и думать. Но Келю оставалось лишь мечтать.

Вылечить неожиданного визитёра и заодно привести в чувство получилось довольно быстро. За то время, пока слайм исследовал окрестные территории, в его заначке успело набраться несколько весьма интересных трав, которые были заботливо высушены и хранились в небольшом тайничке на поверхности, укрытые от ветра и дождя. Эти растения, как и малина, уже успели накопить достаточно природной сё, чтобы считаться небесным алхимическим ингредиентом, пусть и имели только низший ранг. Но для перерожденца не составило никаких проблем получить из них чистую эссенцию. Даже наоборот, помещённое в тело слизня растение отдавало свою суть гораздо легче и при этом не терялось и капли энергии! На ум Келю пришла мысль, что слизни буквально созданы для подобных вещей.

Да, но не для возвышения.

Пилюля, полученная из спрессованной эссенции разных растений, была вложена в рот девушки, где сразу же высвободила целительную силу. Слайму пришлось самому проконтролировать процесс усвоения, чтобы эффект был максимальным и его старания не пропали впустую. Для этого он забрался прямо на девушку чуть ниже груди — там, где в теле человека находилось сплетение силовых линий, по которым струилась энергия. С этой позиции открывалась возможность максимально плотной синхронизации между сё культиваторов. Будь он человеком, то приложил бы к этому месту ладонь. А стань он вдруг прежним собой на пике силы, то сделал бы всё это с закрытыми глазами и в противоположной части помещения. И даже без помощи трав.

Но несмотря на все умения в подобных вещах, синхронизация двух разных организмов — дело весьма нелёгкое, особенно, если они настолько отличаются. Ведь тело живого существа всегда стремиться защитить себя от вмешательств извне и чем выше разница между уровнями возвышения, тем сильнее ощущается сопротивление. Поэтому Келю приходилось очень непросто и для большей стабильности даже пришлось потратить ещё больше сил на преодоление сопротивления, чтобы поглотить маленькую частичку сё девушки, без этого вряд ли он смог бы справиться. Это нужно было для того, чтобы лучше подстроить свойства собственной энергии и силы пациентки.

Урвать для этих целей получилось совсем немного, жалкую каплю. Но вот то, что произошло после того, как он затянул эту крошку в свой гант, едва не заставило слайма сбиться с концентрации. Захотелось даже запрыгать на месте от неожиданных эмоций! Стенки духовного котла вздрогнули и по ним пробежалась слабая рябь, после чего быстро утихла. Это был первый раз за последнее время, когда тот хоть как-то отреагировал!

Кель резко повеселел.

«Я слишком сильно увлёкся проблемой и стандартными способами её решения, в то время, когда надо было просто вспомнить кое-что». — все прошедшие дни он действительно лишь пытался понять причину и применял только те действия, к которым привык по прошлой жизни. Но ведь существовали и принципиально иные способы культивации. Просто о них до сегодняшнего дня всё равно не могло идти и речи.

Пока одна часть сознания следила за восстановлением тела пациентки, другая активно перебирала в памяти все нестандартные средства, что были ему известны. Ими он и планировал заняться в ближайшее время, по крайней мере теми, что были доступны в нынешнем положении слабосильного слайма, живущего в лесной чаще.

«Нынешнее положение… да…» — мысли Кельмиона вскоре были прерваны пришедшей в себя незнакомкой.

После её пробуждения, перерожденец неожиданным образом оказался перед дилеммой: как ему представиться? Не то, чтобы он переживал по поводу того, как к нему будут обращаться, но если ему хотелось дальнейшего общения — к тому же продуктивного — то следовало с самого начала правильно себя поставить. К счастью, девушка первой назвала его Мастером, признав тем самым старшинство незнакомца и долг, который был за ней. Вот только перед ним встала новая проблема — он совершенно не был готов раскрывать перед ней правду о том, кто он такой на самом деле.

До этого он не успел подумать о том, как будет общаться с другими людьми, прежде чем заботиться о таких вещах нужно было сначала набрать достаточную силу. Поэтому ему оставалось лишь импровизировать отвечая на вопросы растерянной незнакомки.

«Эй! Я не какой-то! Ты смотришь на величайшего слайма в подлунном мире!» — эти слова были переданы разуму девушки с максимально серьёзным и пафосным тоном, на который он только был способен.

— Что?! — реакция Линнеи была именно такой, на которую он рассчитывал и заставила Келя мысленно захохотать. Это было сказано специально, чтобы она лучше ощутила контраст с его дальнейшими словами. Ведь на подобной манере общения и должен был строиться тот образ, который он хотел создать в разуме собеседницы.

«Шучу-шучу, юная Линн, на самом деле моё настоящее тело находится очень далеко отсюда. А это ничтожное вместилище является медиумом для моего духа, с помощью которого я культивирую одну древнюю практику». — на этот раз его тон был максимально расслабленным и пренебрежительным, каковой и должен быть у некоего добродушного Мастера, имеющего за собой немаленькую силу.

— Н-но, это же невероятно! — на этих словах слайму показалось, что его ложь провалилась, но девушка тут же исправилась. — Ох, Мастер Кельмион, простите недостойную за то, что усомнилась в ваших словах. Просто я никогда не думала, что нечто подобное возможно где-то ещё помимо сказок и легенд. — на этих словах она поклонилась в пояс показывая раскаяние в сказанных словах.

«Ну-ну, как говорится, молодо-зелено, нет ничего удивительного в том, что ты ничего не знаешь о подобных вещах». — глубоко внутри Кель ликовал, она поверила!

— Вы правы, Мастер.

Девушка довольно быстро приняла такое объяснение и дальнейший разговор получился уже вполне естественным. Слайм только начал спрашивать, о том, кто она такая и откуда, как на него тут же высыпали целый ворох информации. И ему услышанное очень не понравилось. Этот проклятый мир опять ткнул его носом в то, с чем он отказывался мириться всю прошлую жизнь — вечные распри кланов. Юная Линн не стала делать тайны из своего положения и её рассказ пусть и был недолгим из-за спешки, но при этом очень ярко описывал всё случившееся.

Днём ранее в резиденцию клана Паунфир прибыл глава клана Райфмир вместе со свитой. Их официальной причиной для встречи было прекращение вялотекущей вражды, которая на протяжении уже многих лет вытягивала силы из двух крупнейших кланов провинции. Этот шаг был неожиданным с их стороны, потому что раньше на все предложения о мире те отвечали неизменным отказом. Но совершенно неожиданно инициатива была проявлена со стороны Райфмира и семья девушки сразу же согласилась провести переговоры.

Вот только в самый разгар банкета все члены клана Паунфир резко почувствовали недомогание и начали терять сознание прямо за столом — их отравили. Это значило лишь одно, в резиденции оказались предатели. Те, кто мог бы оказать сопротивление, были тут же скованны коварными гостями, а несколько самых отчаянных воинов из главной ветви лишились жизни.

Вскоре девушка потеряла сознание и не видела всего произошедшего. Но, когда очнулась на следующий день, она была поставлена перед фактом, что в ближайшее время состоится её помолвка с младшим сыном захватчиков. И всё это нужно было для того, чтобы клан Паунфир на законных основаниях стал вассалом Райфмира, ведь она была единственной дочерью главы. Слияние семей вещь нередкая, но перед советом провинции должна сохраняться хотя бы видимость обоюдного согласия. Именно поэтому девушка была уверена, что её родственники всё ещё были живы.

Линн удалось сбежать лишь благодаря потайному ходу, который находился в комнате, где её заперли. И она сразу же бросилась к скрытому под землёй древнему пути, что с давних времён связывал территории клана Паунфир с землями их давних союзников. Попросить о помощи — это была единственная возможность спасти её семью.

Кель внимательно слушал каждое слово и очень радовался тому, что его навыки ментального общения позволяют понимать слова собеседницы. Ведь язык, на котором она говорила сильно отличался от того, что он знал в прошлой жизни. Он сосредоточенно вылавливал из рассказа девушки крупицы полезной информации, но её было очень мало. К сожалению, Линнея очень спешила, ей хотелось как можно скорее продолжить свой путь. И Кельмион не смел заставлять задерживаться девушку ещё сильнее.

Но и отпускать, тоже не хотел. Ведь, в конце концов, он и не думал забывать о необычном эффекте от ее сё.

«Юная Линн, как ты смотришь на то, что я составлю тебе компанию в пути? И можно считать, что на этом твой небольшой долг будет уплачен». — это предложение нисколько не выбивалось из его образа, да и успел он немного разобраться в характере наследницы клана — она была лишь шестнадцатилетней девчонкой. Поэтому уже через пару минут они были готовы отправиться в дорогу по тёмному подземному тоннелю. К большому сожалению девушки, обломки придавленные упавшим с потолка булыжником, некогда были переговорным столом, с помощью которого она надеялась связаться с союзниками. Причина подобного обвала была прозаична — свисающий сверху довольно толстый корень. Оставалось лишь бежать.

А вслед за ними по коридору отправилось и всё семейство слаймов. Он прекрасно понимал, что если за сбежавшей невестой отправится погоня, то новый дом для слизней может стать опасным местом. Да и отправлять их подальше в лес, то же было не лучшей идеей, ведь постоять за себя они практически не могли. Все непоседы уже преодолели порог первой звезды, поэтому их сил с избытком должно было хватить на долгий путь в быстром темпе.

— Что ты делаешь? — младший сын главы с презрением посмотрел на проводника, который зачем-то сорвал пучок травы окроплённый кровью девушки. Этот светловолосый парень был ровесником Маллора и принадлежал младшей ветви клана Паунфир. Но не этим он вызывал такое отношение к себе. Просто юный Стайтрил не любил предателей.

— О, господин, без этого никак не обойтись, тайный проход можно открыть только с помощью крови старшей ветви. — тон парня был заискивающим, улыбка фальшивой, а взгляд был направлен куда угодно, но только не в глаза собеседника.

— А ты то, откуда об этом знаешь? Или в вашем клане эти тайны уже каждая поломойка знает? — Маллор даже не пытался скрыть своё отношение к их проводнику.

— Нет, что вы, господин. Просто так получилось, что в детстве госпожа Линнея была дружна со мной и при этом очень поболтать. От неё я и узнал о проходе, который ведёт на территория клана Отлекс.

Юноша ещё хотел спросить, отчего же тогда предал наследницу, если был так близок к ней, но вовремя одёрнул себя. Нужно было поторапливаться, ведь они и так слишком сильно отвлеклись, обнаружив мёртвого облеуха на берегу речки. Судя по следам, его невеста была ранена этим зверем, а значит, скорость беглянки должна была снизиться. Это был хороший шанс для него выполнить волю отца.

К счастью, его не послали в погоню одного, как поначалу Маллор посчитал, а приставили четверых воинов, двое из которых достигли четвёртой звезды — Тайрик и Валон, а другие двое, пятой — Гретас и Саот. А шестым стал один из подкупленных членов клана Паунфир, который чуть ли не сам вызвался, стоило захватчикам начать расспрос местных. При этом, их проводник — по его собственным словам — только недавно достиг третьей. Когда юноша только услышал об этом, он с трудом сдержался, чтобы сохранить холодное и беспристрастное выражение лица, как и подобает сыну главы. Но его сердце в очередной раз сжалось, стоило узнать, что даже никчёмный предатель из младшей ветви имеет более высокий уровень возвышения, чем у него.

Уже начало основательно темнеть, когда они оказались на месте. Поляна, заросшая необычайно большой малиной, окружённая валунами выше человеческого роста. Никто не знал, какой именно валун им был нужен, но и без этого, было хорошо видно, куда направилась сбежавшая невеста. После ранения она явно поубавила в лёгкости шага. Это был хороший знак, значит у них имелись все шансы нагнать беглянку в ближайшее время. Как и обещал, проводник смог открыть проход и перед преследователями предстал тёмный провал в толще валуна, ведущий вниз.

Юный жених на мгновение остановился, чтобы активировать висящий на шее амулет, позволяющий хоть как-то видеть в темноте. Ведь сам о, в отличие от спутников, не был способен к подобным техникам. И глубоко вздохнув скомандовал:

— Идёмте.

Пунь, пунь, пунь. К непрерывному звуку, издаваемому несущимися позади слаймами, удалось привыкнуть быстро. Вокруг было сыро и темно, покрывающий стены камень, наводил на мысли, что тоннель проходит в толще скалы. Но она знала из рассказов, что этот проход был создан вручную ещё в те далёкие времена, когда в клане нередко рождались люди способные подчинить себе стихию. Линнея бежала со всей возможной скоростью и в который раз мысленно благодарила нового знакомого. Ведь несмотря на всё произошедшее она была полна сил. Правда ещё во время разговора рядом со входом, Мастер Кельмион сказал, что ей что такой эффект от лечения не продлится долго и скоро вся приносная сё рассеется.

«Кажется за тобой пришли». — девушка едва вздрогнула во время бега, от прозвучавшего в голове голоса. Последние минуты таинственный Мастер просто молча устроил своё тело на её плече и она успела полностью погрузиться в свои мысли. — «Кто-то только что открыл скрытый вход».

— Но, как? Во всём клане только семья Кердельмит знает о нём! А их всех наверняка схватили. — девушка не могла поверить в сказанное.

«Ну, я на этот вопрос тебе не отвечу, юная Линн, но в своих словах более, чем уверен».

Девушка не хотела верить неожиданному знакомому, но и причин тому врать тоже не видела. А ведь она почти поверила, что спустившись под землю, оказалась в безопасности. И вот, прошла едва ли четверть часа, с тех пор как начался бег по коридору, а уже такое известие!

— Мастер, вы знаете, насколько они далеко?

«Нет, мои возможностей в этом теле весьма ограничены. Я смог лишь почувствовать проникновение, но ни сколько их, ни скорости передвижения, сказать не могу».

Вскоре, она услышала приближение нескольких людей позади. Извилистый каменный коридор далеко разносил эхо. И судя по всему, расстояние между ними продолжало сокращаться. Девушку охватила паника. Ведь она понимала, что за ней просто не могли послать слабосилков, а значит отбиться от преследователей не было и шанса. Даже её новый знакомый вряд ли мог чем-то помочь — Линн ощущала в нём сил едва ли на вторую звезду. Хотя даже это было необычайно много для жалкого слайма. Но, похоже, у Мастера было другое мнение:

«Ты тренировочный восьмигранник создавать умеешь?» — раздавшийся вопрос был неожиданным, но она быстро сообразила, о чём речь. Восьмигранная фигура, создаваемая во время медитации, для тренировки контроля разнопланового движения сё. Она считалась довольно сложной, но девушка смогла перейти к её освоению ещё год назад. Не даром её называли самым талантливым воином нынешнего поколения клана. Но зачем это странному Мастеру?

— Да. — несмотря ни на что ответ был коротким и быстрым.

«А теперь делай то, что я скажу и без вопросов, если хочешь избавиться от погони. Поняла?» — на этот раз из голоса Кельмиона исчезла вся мягкость и лёгкое пренебрежение, напротив он сделался твёрдым, как сталь и каждой ноткой врезался в сознание. Желания спорить не было и в помине.

— Да. — вновь короткий ответ и полная готовность действовать по указанием.

«Убери сопротивление сё, как во время лечебного осмотра. Да, вот так, ещё меньше, попробуй сосредоточиться и довериться моей силе. Замечательно». — девушка последовала указаниям и постаралась убрать естественное сопротивление, как учил старейшина Као, после чего почувствовала едва заметное присутствие посторонней силы.

«Ну, а сейчас, начни подготавливать контур, а я помогу тебе не потерять концентрацию».

Так следую указаниям, она очень быстро, да ещё и на бегу, сделала то, на что раньше была способна лишь сидя во время медитации. От момента, когда была услышана погоня, прошла едва ли минута и когда энергия уже была готова вырваться во вне, принимая заданную форму, девушка — повинуясь командам резко остановилась. И тут же выпустила структурированную сё, иссушая почти весь резерв. Она буквально чувствовала, как всё это время Мастер словно держал её за руку, помогая в каждом действии, а теперь полностью перехватил контроль.

За это время отдалённые звуки от преследователей, стали ещё громче и с каждым мгновением становились всё ближе и ближе. Она заметила, как мимо неё пронеслась стая слаймов, а вслед за этим весь проход оказался перегорожен многогранной фигурой бледно-лилового цвета. Но выглядела та несколько иначе, чем привыкла видеть девушка, а дальше произошло нечто и вовсе удивительное! Кельмион, окутанный фиолетовым сиянием, спрыгнул с плеча Линн, с его тела слетело несколько незнакомых символов, которые впились в преграду. Мгновение ничего не происходило, но затем, тренировочная фигура превратилась в яркое кольцо света, которое быстро впиталось в стены, пол и потолок туннеля.

Поверхность пошла трещинами на несколько метров в стороны от эпицентра. После чего раздался грохот и проход засыпало обломками камней. Девушка закашлялась от поднятой пыли, которая обдала её мощным потоком. Но это не помешало ей увидеть результат — полностью перекрытый коридор.

Оставить простейшую сигналку было хорошей идеей. И он смог вовремя узнать о надвигающейся опасности. Вот только, все дальнейшие действия были чистейшей воды импровизацией. Хорошо, девушка знала одну из простейших техник в классическом системе общего развития контроля, ведь его собственных сил ни на что серьёзное бы точно не хватило. По крайней мере, он сомневался, что даже с полной выкладкой сил смог бы справиться со всеми преследователями. Но благодаря заёмной силе он смог устроить неплохой завал.

Дальнейшее продвижение оказалось довольно спокойным и монотонным. И пускай изрядно потратившаяся Линн серьёзно сбавила в темпе, но это было уже не столь важно. Из беседы с наследницей клана он узнал, что туннель проходил под землёй не только ради скрытности. Этому была и другая, куда более прозаичная причина. Всё дело в том, что земли двух кланов были разделены болотистой территорией, буквально кишащей высокоуровневыми монстрами. И пройти по ней представлялось делом крайне опасным. А обходные пути, по которым пролегала нормальная дорога, были в несколько раз длиннее.

По ощущениям, путь занял несколько часов, за которые Кель понял, что в прошлую свою разведку не дошёл до конца не так уж и много.

Но рано или поздно всё когда-нибудь заканчивается, настал конец и их дороге. Они оказались в помещении — точной копии оставленного далеко позади. За тем лишь исключением, что переговорный стол, с небольшим каменным устройством на нём, был цел.

Кельмион попросил слаймов остаться в коридоре и замаскироваться со всем старанием. А сам едва уговорил девушку пустить его под охотничью куртку, где он тонким слоем растёкся по сорочке Линн. Объяснил он это простым, а что самое главное, совершенно правдивым поводом, Кель не хотел, чтобы о нём кто-либо узнал раньше времени. Подобная бдительность и в прошлой жизни неоднократно выручала его, а уж после того, как его предал близкий человек, буквально всадив нож в спину, он и вовсе стал тем ещё перестраховщиком.

Как бы то ни было, но поднимались на поверхность они вдвоём, а впереди их ещё ждал путь до резиденции клана Отлекс. Сбежавшая невеста слегка прокусив палец выдавила каплю крови на камень и пустила в него немного сё, после чего быстро отступила. Булыжники прохода начали опадать освобождая дорогу, но стоило девушке только сделать шаг через порог арки и пройти, через экранирующий барьер, как слайм тут же заметил духовным зрением банальную вещь — они были окружены.

«Бежать — дело несложное». — он действительно не видел в этом особой проблемы.

— Как это, несложное? Я вымоталась и до полного восстановления ещё ждать и ждать. Мы заперты в помещении без окон, вокруг каменные стены, пол и потолок, а за дверью наверняка стоит охрана! — девушка старалась быть, как можно тише, но, если говорить шёпотом у неё ещё получалось, то на экспрессию чувств, полных негодования и паники, эти попытки никак повлиять не могли. Линн продолжала быстро шагать из угла в угол немаленького помещения, то нервно хватаясь за распущенные пряди волос, то проводя пальцами по тому месту, где не так давно ещё была рана от рога облеуха.

«Так, быстро села!» — Келю уже надоело наблюдать за непрекращающимся бессмысленным метанием. Что характерно, она без вопросов тут же плюхнулась на кровать. И даже на секунду прикрыла глаза, слегка успокаиваясь.

— Простите, Мастер. Но ведь даже, если выбить дверь или стену, это не поможет — на шум сразу же сбежится половина дворца. Хотя и этого не потребуется, меня сейчас любая тройка скрутит на раз. — она с отчаянным вздохом опустила взгляд в пол.

«Поверь, уйти отсюда мы сможет без особых проблем. Вопрос лишь в том, что ты намерена делать дальше? Как я понял, ваши союзники выбрали другую сторону и они совсем не против того, чтобы Паунфир влился в младшую ветвь Райфмира. Нужно смотреть правде в глаза, своими силами ты с этим ничего не поделаешь». — на этих словах слайм запрыгнул к ней на колени. Растрёпанные каштановые волосы волнами спадали на спину и плечи, нежная кожа лица даже после всего произошедшего сохраняла ровный оттенок и лишь слегка порозовели щёки от обильных эмоций. Большие и наивные глаза тёплого карего цвета смотрели на него с потаённой надеждой. Как ни крути, но девушка была весьма красива и он не мог себе отказать в такой малости, как оказаться к ней поближе. Желания из прошлой жизни и не думали исчезать в новой, он всё ещё оставался ценителем прекрасной половины человечества.

— Я… я не знаю. У нашего клана больше нет настолько сильных союзников, способных помочь. — она, не замечая своих действий, рефлекторно положила ладонь на Келя и принялась поглаживать гладкую и упругую поверхность.

«Знаешь, юная Линн, жизнь невероятно жестокая штука и порой нам приходится делать далеко не то, что хочется. Лишь только сила решает, что ты можешь, а что нет. Этот закон нерушим на протяжении всего существования нашего мира, ему в равной степени следуют как животные, так и люди».

— И что? Мне теперь наплевать на всё? На честь, на гордость и стать… подстилкой какому-то противному мужику, которого я даже не видела? Лучше уж и вовсе умереть!

«Чем лучше? Тем, что вместо венчания в твоём доме устроят резню? Ведь потеряв возможность сделать всё малой кровью и относительно законно, твою семью просто перебьют. А что до совета провинции, то я думаю, им будет гораздо интереснее принять участие в разделе имущества твоего клана, нежели заниматься неблагодарным и опасным делом восстановления справедливости. Мёртвому клану это уже будет ни к чему». — слова Кельмиона звучали жестоко, но он ни капли не сомневался в своём опыте из прошлой жизни.

Линн была шокированная, правда не столько сказанным, сколько осознанием того, что необдуманные поступки действительно могут стоить жизни всем тем, кто ей дорог. Было видно, что наследница впервые оказалась в ситуации, когда от неё зависимо так много.

— Что же мне теперь делать? — руки девушки невольно сжали мягкого слайма на коленях. А в уголках глаз навернулись сдерживаемые всё это время слёзы.

«Жить и не стоять на месте. Думается так. Сейчас твой клан оказался слаб и не смог что-либо сделать. Но они остались живы и это главное, поэтому тренируйся, расти над собой и силой докажи, что с тобой следует считаться! В конце концов, сильнейший становится главой и не важно, кто это будет. Тебе просто надо возвыситься настолько, чтобы никто не смог оспорить твоё право».

— Ага, всего лишь стать выше одного из сильнейших людей провинции. Вам, Мастер Кельмион, конечно же это не кажется сложным, но стоит мне только оказаться в младшей ветви, как можно будет забыть о нормальных техниках и мне едва ли позволят подняться больше, чем на пару звёзд. Не говоря уже о том, что и при самых лучших условиях я могу просто не оказаться настолько талантливой, чтобы достичь даже десятой звезды. — она в очередной раз печально вздохнула.

Слайм после продолжительного общения во время бега по подземному коридору уже успел многое выспросить у девушки. И полученная информация обескураживала! Она шла вразрез со всем, что он помнил по прошлой жизни.

Если сложить всю информацию, которую он выцепил из девушки окольными путями, стараясь не показать своего незнания очевидных для неё вещей, то на свет выползали радикальные отличия в самой системе возвышения, по сравнению с тем, что практиковали в его клане. Да и не только в его, на всём континенте, который Кель в своё время истоптал в долгом путешествии, он не встречал такого необычного подхода. Вместо того, чтобы использовать одну основополагающую технику развития, на протяжении всего пути возвышения, местные пошли иным путём и использовали различные методики на каждой звезде. Всякий раз новую, стоит только преодолеть очередной барьер.

Перерожденец пока даже не представлял, как они выглядят в действии, но судя по тому, что одним из сильнейших в провинции считается человек достигший лишь десятой звезды, то… один этот факт говорил достаточно. Эта система была отвратительна! Из того, что он успел почувствовать, когда занимался лечением Линн, Кельмион смело мог сказать — её данных достаточно, чтобы подняться выше двадцатой звезды. Всё зависело лишь от упорности и понимания основ самой девушки.

И да, он собирался научить её одной из множества известных ему техник. Дело тут было не в симпатии к юной наследнице, ни в желании помочь не повинной в чём-либо девчонке и уж тем более не в собственной бескорыстности. Совсем наоборот, после неожиданного знакомства с местными реалиями в его сознании начали вырисовываться далекоидущие планы.

Когда Кель понял, что их окружили, было уже слишком поздно. Со всех сторон появились воины не ниже четвёртой звёзды каждый и моментально отрезали пути отступления. В отличие от девушки, которая с трудом видела в ночной темноте, он мог во всех подробностях разглядеть вышедшего к ним высокого широкоплечего мужчину средних лет. С небольшой аккуратной бородкой, в дорогих лёгких доспехах, по сравнению с остальными — явный лидер. Окружающая его аура мощи принадлежала восьмой звезде.

— Приветствую вас, Линнея Кердельмит. — голос его был холодным и удивительно высоким для столь внушительной комплекции. А ещё в нём не было и капли доброжелательности.

— Старейшина Санрок? — девушка всё же узнала встречающего и в её словах появилась робкая надежда. Которая незамедлительно рухнула вниз.

— С вашей стороны весьма неосмотрительно было сбегать, столько людей переполошили почём зря, а итог всё равно…

— Что вы…

— …будет тот же самый! — на последних словах он повысил голос. — И для вас же лучше, если не станете сопротивляться!

После этих слов всё сразу стало предельно ясно. И для Келя, и даже для юной наследницы, к которой удача в очередной раз за последнее время повернулась отнюдь не лицом. Встречавшие были заодно с захватчиками, а учитывая, в каком месте они находились, то принадлежать эти люди могли только к клану Отлекс. И вскоре все его догадки подтвердились.

Девушку даже не стали связывать, названый старейшиной просто подхватил лёгкое тело на руки и в таком положении понёс в поместье клана. Ни о каком сопротивлении и речь не могло идти, мужчина буквально подавлял своей силой. К счастью, маскировка слайма была на высоте и никто не заметил тонкого слоя слизи под одеждой Линнеи. Поэтому заперли их тоже вместе. У Кельмиона складывалось ощущение, что это помещение было специально предназначенное для таких гостей, как сбежавшая невеста. Глупость, конечно, но кого тогда селили в такой комнате? Она представляла собой спальную с широкой кроватью, так же у одной из стен находилось зеркало со столиком и стулом возле него. А в одной из стен имелась дверь, за которой скрывалось отхожее место. И больше ничего. Лишь шлифованный камень вокруг.

Кель благодаря зрению, что превышало человеческие возможности, уже неплохо представлял в какой части центрального здания поместья они находились. А уже успевшие проникнуть внутрь братишки неплохо дополняли имеющуюся картину. Поэтому он неплохо контролировал ситуацию, а слаймы, которые воспринимали происходящее как забавную игру, были готовы в любой момент начать действовать. Казалось бы, что жалкие слизни могли сделать в подобной ситуации? Но Кельмион всегда умел мыслить нестандартно, поэтому его сородичи, которые после преодоления барьера первой звезды начали понемногу осваивать придуманные им приёмы, уже вполне могли подобно ему самому придавать разъедающие свойства любой поверхности своего тела, пускай их умения были пока не столь эффективны, но этого было достаточно. И дальше для них точно не составило бы труда если и не разрушить стены полностью, то уж точно уничтожить раствор скрепляющий камни, после чего без проблем вытащить их из кладки. Процесс небыстрый, но вполне незаметный в тёмных коридорах подземного уровня.

Правда всё эти приготовления могли понадобиться лишь в том случае, если бы он собрался бежать из заточения вместе с девушкой. В то время, как ему самому вполне хватало и щелей в двери, чтобы незаметно вытечь наружу. Ну или в крайнем случае, оставался вариант путешествия по канализации через уборную…

— Молодого господина всё устраивает? — юная служанка, которая была едва ли старше Маллора, почтительно поклонилась и ему открылся вид на прекрасную ложбинку в вырезе платья. — Может быть вам нужно что-то ещё? — она так и не пошевелилась, но подтянутая грудь странным образом призывно колыхнулась.

— Н-нет, можешь идти. — чересчур поспешно ответил юноша, а его бледные щёки отчаянно покраснели. Дома к такому обращению он совсем не привык и пускай прислуга была с ним исключительно вежлива, но Малл уже давно знал об истинном отношении к нему всего клана и не питал ложных иллюзий. С ним общались почтительно лишь потому, что он являлся сыном главы. Но в стенах поместья Отлекс, ему было оказано всё полагающееся по статусу уважение. И это немного выбивало подростка из колеи.

— Хорошо, господин Стайтрил, старейшина Санрок просил передать, что скоро придёт к вам. — после этих слов, так и не дождавшись от него каких-либо пожеланий, служанка покинула комнату, оставив Маллора наедине с собой. И с мыслями. Воспоминания не желали отпускать, заставляя вновь и вновь прокручивать в голове последние события.

Даже отправленным с ним воинам пришлось потратить немало времени, чтобы расчистить завал устроенный неожиданным взрывом. Несмотря на все предположения, сбежавшая невеста оказалась полна сил и парню пришлось выложиться на полную, чтобы они смогли нагнать её. Своей скоростью юноша действительно мог гордиться, ведь несмотря на то, что он находился лишь на второй звезде, она практически не уступала таковой на четвёртой. Только благодаря этому он мог поддерживать необходимый темп, чтобы догнать беглянку, хотя тот же предатель из Паунфира успел серьёзно отстать. Но ещё более удивительным стал обвал, который устроила девчонка, никто и не думал, что она будет способна на подобное. В итоге они выбрались на поверхность, когда на улице уже во всю светило солнце.

То, что его будут встречать он догадывался, ведь ещё перед тем, как покинуть захваченное поместье, сообщение с подробностями было отправлено в Отлекс. В принципе, как он успел понять, все эти догонялки были лишь для того, чтобы убедиться, что Линнея направилась именно к тем, кого искренне считала союзниками и не сгинула по пути от лап высокоранговых зверей. На той стороне её в любом случае должны были ждать. Но всё равно, он во что бы то ни стало хотел справиться с таким простым поручением и лично догнать девчонку. Вот только вместо этого вновь облажался.

Их группу тоже ждали на поверхности и сразу же проводили в поместье. И вот после долгожданного посещения купальни и перекуса гостей из Райфмира расселили по комнатам, а завтра предстояло двигаться обратно. Чтобы вновь испытать на себе презрительный взгляд отца.

«А чего это я переживаю? Всего лишь ещё одна неудача в череде таких же… н-да всего лишь…» — как бы он ни старался, но даже в мыслях не мог себя подбодрить.

Вскоре, как и говорила служанка к нему пришёл старейшина Санрок и они вместе направились к Линнее, которую всё это время держали под охраной. Малл не знал, что сказать её и не имел понятия о том, как вообще должен реагировать на происходящее. Ведь всё это время он только выполнял указания отца, ничего не решая и даже не имея своего мнения.

«Как должна относиться ко мне девушка, которую насильно заставляют выйти замуж? Сомневаюсь, что она будет рада меня видеть». — в таком ключе он и думал всю дорогу, не проронив и слова.

— Умгх…

«Да, девочка, продолжай — ты всё правильно делаешь».

— А-ах…

«Ещё немного… да, ещё».

— О-ох. — девушка под ним с трудом сдерживала стоны и тихие звуки то и дело вырывались наружу. К счастью их было недостаточно, чтобы насторожить охранников. Её лицо сильно раскраснелось, а на открытых участках кожи выступили бисеринки пота. Пальцы рук то и дело сжимали одеяло в тщетной попытке сдержать новые для неё ощущения. Глаза были полуприкрыты и казалось, не видят ничего вокруг, будто смотря в глубину самой себя.

«Я чувству… уже скоро…» — он не переставая продолжал транслировать ей свои слова. Всё для того, чтобы девушка не потеряла связь с реальностью и сосредоточилась на своих ощущениях.

Стоны продолжались ещё несколько минут прежде, чем Кель наконец почувствовал это. Сквозь пелену эмоций и ощущений девушки, он практически услышал лёгкий звон своего ганта, после которого его затопила сё, которая в буквальном смысле прорвала плотину последнего барьера. Юная наследница при этом последний раз коротко всхлипнула и слайм поспешил разорвать синхронизацию.

«Молодец, ты хорошо постаралась». — ментальный голос был полон искренней благодарности.

Он резво спрыгнул с Линн на пол и дал ей возможность немного прийти в себя. Наконец-то! Прорыв на вторую звезду! Это значило, что его ощущения в том подземном помещении были верны и теперь он может продолжить возвышение!

— Это вам спасибо, Мастер Кельмион. — вернув себе возможность нормально двигаться, девушка села на кровати и с улыбкой посмотрела на слайма. — Техника, что вы мне показали просто невероятна! Могу ли я называть вас своим учителем? — будучи такой растрёпанной и раскрасневшейся, она выглядела ещё прекрасней, чем показалось ему ранее. Но… Она не тот человек, с которым он хотел перейти в такие отношения.

«Не стоит, я просто показал тебе путь. И о плате за него мы договорились, не забывай — как только мне понадобится помощь, ты сделаешь всё, что будет в твоих силах». — ментальный голос Келя звучал весомо и несколько холодно. Но похоже, что на Линнею это не произвело особого впечатления.

— Разумеется, Мастер. — она продолжала всё с той же улыбкой смотреть на него, словно маленький ребёнок на волшебную фею сошедшую со страниц книг. — Я не подведу ваших ожиданий. — порывисто встав, девушка церемонно поклонилась ниже пояса выражая глубочайшее почтение к собеседнику.

«На том и сойдёмся».

Он был необычайно доволен. Ведь всё получилось даже лучше, чем предполагалось, пусть и пришлось использовать необычные методы для этого. Когда слайм понял, что их никто не собирается беспокоить, а в случае чего сможет узнать о приближении посторонних, то сразу же решил заняться текущими вопросами. И начал с обучения девушки. Она, словно утопающий за бревно, ухватилась за предложение искусителя и приняла все его условия, тем более, что они были невероятно просты. Не прекращать тренировок и стремиться к силе, чтобы когда-нибудь в будущем без вопросов помочь ему. Та, на удивление, очень быстро схватывала всё, о чём ей рассказывал неожиданный наставник и очень быстро смогла воспроизвести показанные приёмы культивации.

Кель не считал нужным давать ей какие-либо сложные техники, которые потребуют от неё зайти за грань своих возможностей. По его мнению, на фоне местных реалий достаточно было простой методики, которая была основополагающей для младшей ветви его клана, той самой, с которой он сам когда-то начинал. Она была очень проста в освоении и давала надёжную базу — юная Линн вполне сможет развить с ней значительную часть своего потенциала. А большего ей и не требовалось.

Когда же она освоилась, слайм занялся собственным развитием, прикрыв это дело желанием Мастера поэкспериментировать. Отказывать она, конечно же, даже не думала. Девушка легла на кровать, Кель, как и ранее при лечении, устроился на ней сразу под грудью. И принялся настраиваться для синхронизации.

Но дело не заладилось, потому что девушка не была знакома с подобными практиками и не могла открыться перед Келем, чтобы её сё перестала сопротивляться чужому вмешательству. А ведь ему был нужен постоянный равномерный и притом максимально податливый поток! Вот только у неё, несмотря на все старания и советы, ничего не выходило. И после нескольких неудачных попыток перерожденцу пришла на ум необычная идея.

В прошлой жизни он лично разработал технику для… секса. Да, Кель был весьма любвеобилен! И не имел никаких преград к тому, чтобы привнести во всем известный процесс что-то новое. Так и была создана техника воздействующая на различные энергетические узлы партнёра с помощью сё, благодаря чему его чувства становились острее, глубже и раскованней. И именно этого не хватало девушке, чтобы у слайма всё получилось.

Конечно же, он даже не думал таким образом развлекаться с юной наследницей, но и без всяких физических воздействий с его стороны, она испытала ни с чем не сравнимую гамму чувств и ощущений. После этого синхронизироваться с ее потоком стало в разы проще. Струящаяся в теле энергия словно сама искала резонанса с сё партнёра и не препятствовала проникновению.

Это был весьма интересный и неожиданно приятный для Келя опыт. А ведь он переживал, что в новом теле не сможет испытывать ничего подобного. Но стоило только установить непрерывную ментальную связь, как его буквально захлестнуло удовольствие испытываемое Линнеей, превратившись в его собственное. Правда, несмотря ни на что, ему удалось абстрагироваться от этого и помочь немного прийти в себя не ожидавшей ничего такого девушке. Возвышение было важнее. Но на заметку он всё произошедшее взял.

Итогом стала вторая звезда и вновь расправившая крылья надежда на месть.

От мыслей о некоторых моментах нового опыта в нынешнем теле его отвлекли переданные одним из братишек мыслеобразы — в коридоре появился знакомый уже старейшина в компании с неизвестным пареньком. Предупредив Линн о возможных визитёрах, Кель, как и прежде, тонкой плёнкой растёкся по её одеждой.

Чем ближе они подходили, тем больше нервничал подросток. По натуре он был человеком мягким и неконфликтным, что вызывало ещё большее презрение к нему со стороны родственником, а вкупе с отсутствием таланта к возвышению такой характер и вовсе выглядел едва ли не преступлением против семьи. Но Малл ничего не мог с собой поделать ни тяжёлые тренировки, ни вечные издевательства братьев и сестёр, так и не смогли закалить его дух. Потому-то в своих мыслях с самого момента, как ему стало известно о планах отца и старейшин, он искренне не одобрял всё происходящее. И конечно же не был рад, что его будущая жена должна стать таковой под угрозой жизни. Совсем не об этом он мечтал в детстве, когда ещё верил, что сможет в своём возвышении сравняться с воинами из легенд.

Но стоило охранникам распахнуть перед ним и старейшиной Санроком дверь, как все мысли вылетели из его головы. Маллор ожидал увидеть зарёванную девчонку своего возраста — отчаявшуюся и несчастную. Но прямо перед ним посреди комнаты стояла юная и гордая воительница! Приподнятый подбородок, ровная осанка, а главное — холодный и не сломленный взгляд, который с отчётливой ненавистью уставился на вошедших.

«Эта красавица и есть Линнея?» — была первая мысль пробившая дорогу к сознанию горе-жениха.

Две служанки шли по безлюдному коридору, что тянулся вдоль внешней стороны пустующего крыла поместья. В этом месте уже давно никто не жил. С одной стороны от них была глухая стена с редкими закрытыми дверьми, а с другой находились широкие застеклённые окна. По ним непрерывно молотили крупные капли дождя и монотонный дребезжащий звук наполнял собой пустое в столь ранний час пространство.

— Постой. — сквозь непрерывный шум тихий голос Кайлы достиг слуха шедшей впереди девушки.

— Что ещё такое? У нас работы обоз и малая тележка. — ответила Тайра, слегка оборачиваясь.

— Да успеется, ты лучше во двор глянь.

Она последовала совету и уже обе служанки замерли перед окном, украдкой разглядывая одинокую фигуру посреди тренировочной площадки. Это было неогороженное чистое пространство с утрамбованной землёй. Даже в обычное время здесь редко кто занимался, предпочитая другие места, а уж в такую мерзкую погоду, когда порывистый ветер треплет кроны деревьев и со свинцового неба не перестаёт литься вода, двигающийся в медленном темпе парень не мог остаться без внимания случайных наблюдательниц. В этой части резиденции уже много лет никто не жил и лишь периодически поддерживался порядок, поэтому девушки не боялись, что их обнаружат за бездельем.

Юноша был обнажён по пояс, а ноги босы. Короткие светлые волосы, бледная кожа — стройное тело с узкими плечами было увито тугими канатами сухих мышц. Наблюдая, как он неторопливо и размеренно двигается с закрытыми глазами под струями дождя, служанки не заметили и тени дискомфорта. Похоже, что для парня подобные обстоятельства были вполне привычны.

— Какой красавчик, кто это? — тихо спросила Тайра.

— Ты, что, не узнала его? Это же новый глава! — Кайла, которая и сама с трудом узнала в молодом человеке Маллора, с превосходством посмотрела на подругу.

— Правда что ли? В таком виде его и не узнать.

— Это точно, сейчас он действительно похож на воина, даже не верится, что так и застыл на второй звезде.

— Ты может и не слышала, за своими делами, но новенькие из Райфмира говорят, что он с десяти лет не может возвыситься дальше.

— Не представляю, каким оскорблением это было для госпожи Линнеи, выйти замуж за такого слабака.

— Красивого слабака. — не преминула подметить Тайра.

— Да, какая разница, если он ей не ровня?

— Ровня не ровня, но силы духа у него не отнять, продолжает тренировки…

— Толку-то от неё, если силы кот наплакал?

— И то верно. Ладно пойдём скорее, за нас работу никто не сделает.

Уже через минуту в нежилом крыле вновь не осталось и души. Почти. Никем не замеченный слайм так и продолжал прозрачной каплей сидеть на подоконнике рядом с тем окном, где недавно останавливались девушки.

Раньше он никогда и представить себе не мог, что опустится до чего-то подобного. Подумать только! Сильнейший воин своего поколения, обладатель званий Божественного Алхимика и Демонического Охотника, а в некоторых кругах его и вовсе называли не иначе, как Легендарный Обольститель. Если бы кто-то в прошлой жизни узнал о том, чем такой человек занимается в данный момент, то всей репутации и чести пришёл бы конец.

«Хватит, к демонам такие мысли! Сейчас-то, кому какое дело?» — отвесив себе мысленную оплеуху, Кель продолжил прокрадываться по ночной темноте в спальню юноши.

В коридорах не горел ни один светильник, прислуга гасила их, когда наступало время для сна и вновь зажигала лишь перед рассветом. Извилистые коридоры поместья изобиловали различными нишами, ответвлениями, цветами в горшках и прочими возможностями для скрытого перемещения. Так что, даже пожелай он средь бела дня наведаться к парню, то смог бы это сделать без особых проблем. Но это совершенно не имело смысла, потому что тот днями напролёт проводил на тренировочной площадке, лишь после захода солнца возвращаясь в поместье, а порой и вовсе увлекался настолько, что приходил только глубокой ночью.

Таким образом, единственным местом, где его можно было застать без вероятности быть обнаруженным посторонними — это спальня. Оказавшись перед нужной дверью, слайм бесшумно и незаметно протёк через щель у порога. Настало время наконец-то познакомиться с Маллором поближе. Так уж вышло, что несмотря на женитьбу, Линнея так и не пустила муженька в свою спальню. А сам он, даже и не пытался настоять на близости, пользуясь своим положением, хотя та в таком случае и не смогла бы отказать. Из наблюдений слайм понял, что тот следовал своим понятиям чести. А ещё… был влюблён в свою жену!

Двигаясь неспешно, Кель без особых проблем забрался на кровать и уже собирался преспокойно устроиться на груди парня, но столкнулся с неожиданной проблемой. Шестнадцатилетний подросток спал на боку укутавшись в одеяло и свернувшись калачиком, словно маленький ребёнок.

«Н-да, слишком уж я привык к манере Линн. Впрочем, не суть, всё равно будить». — с такими мыслями он выпустил тонкое щупальце и дотронувшись им до носа парня выпустил из кончика крохотный разряд молнии. И эффект от подобного действия подтвердил все ожидания! Маллор в одной мгновение взвился в воздух и тут же оказался по другую сторону кровати становясь в боевую стойку.

Кель с интересом наблюдал за реакцией. Видел, как быстро пришла в движение сё в теле парня, как моментально сошли на нет все следы от сна, как сформировался укрепляющий тело каркас — юноша уверенно и очень даже умело пользовался своими невеликими возможностями. По крайней мере, в сравнении с остальными местными, за кем успел понаблюдать слайм. Но техниками усиливающими зрение парень не владел и не мог различить в темноте комнаты источника беспокойства.

— Кто бы ты ни был, будь честен и покажись! — его голос был не на шутку напряжён, но твёрд.

Кельмион увидел достаточно, для первого знакомства и поспешил разрядить обстановку:

«Ну-ну, не стоит так серьёзно, я здесь просто, чтобы поговорить».

— Для простого разговора не подкрадываются к спящему поздней ночью. — очевидно, не поняв, что голос раздаётся прямо в голове, он начал оглядываться по сторонам в поисках его источника.

«С этим, конечно не поспоришь, но и у меня были на то причины. К тому же, пожелай я тебя убить, ты бы просто не проснулся и не стоял сейчас передо мной. Лучше расслабься и зажги лампу, у меня есть к тебе серьёзное предложение».

— Это какое же? — парень даже не думал отвлекаться и следовать совету.

«Гордись! Я удостаиваю тебя чести стать моим личным учеником!» — голос был полон торжественного пафоса.

— Эээ? — был ему информативный ответ.

«Кажется, мне следует быть чуть попроще» — подумал Кель.

За прошедший месяц он неплохо освоился в резиденции, излазил всё, что только можно было. С его способностями это не составило особого труда. Тем более, когда есть возможность и вовсе не спать, обходясь лишь медитациями, благодаря чему появляется довольно много свободного времени. Впрочем, сам этот факт не был для него удивительным, ведь Кель и в прошлой жизни, особенно в последние годы, вполне мог себе позволить невероятно долгое время бодрствования. И он с огромной пользой провёл всё те дни, пока в клане стояла суета по переходу на новые порядки.

Вассальная клятва была принесена, скорое венчание не заняло на подготовку даже недели и вот уже через какой-то десяток дней в поместье остались только несколько воинов-наблюдателей и двое старейшин из Райфмира. Именно они и были новыми управляющими всеми владениями Паунфира, оставив Маллору лишь роль номинального главы.

Конечно же ни о каком спокойствии в клане и речи не шло. Но все всё понимали — кто бы что ни говорил, но в мире имеет смысл лишь право сильного. Все дети, которые вступили на путь возвышения, были отправлены на обучение в старший клан. А из семейной библиотеки забрали всё хоть сколько-нибудь интересное и в первую очередь, главное богатство — имеющиеся техники развития. Что, учитывая сложившуюся систему у местных, было надежнейшим способом контролировать дальнейший рост новоявленных вассалов.

Почему же это казалось таким страшным? Ведь, казалось бы, что даже если для достижения каждой новой звезды надо менять технику возвышения на следующую по рангу, то старшие члены клана могут передать её тем, кто стоит ступенью ниже. Но, как выяснил Кель, тут всё было совсем непросто, потому что разным людям подходили разные техники и если одному она позволит подняться на звезду за пару месяцев, то другой используя её же не продвинется дальше и за год. Потому-то и считалось, что, чем старше клан, тем больше у него шансов быстро и качественно обучить своих воинов. Ведь у них была огромная библиотека вобравшая в себя знания многих поколений, для людей разной предрасположенности к возвышению. Без неё оставалось лишь тыкаться вслепую или надеяться на удачу, что у старшего члена клана найдутся подходящие знания.

Поначалу перерожденца эта система сбивала с толку и заставляла в мыслях биться головой об стену. Но чем больше он об этом думал, тем лучше понимал логику такого подхода, зародившегося в незапамятные времена. Если посмотреть под правильным углом, то получалось всё довольно просто — это был очень эффективный способ масштабного контроля! Единственное, что Кельмион даже не представлял, кто и с какими намерениями это всё придумал. Оставалось только строить догадки. Впрочем, подобными вещами он забивал голову лишь постольку поскольку, предпочитая заниматься более нужными вещами здесь и сейчас.

Когда была свободна Линн они либо занимались парным возвышением, либо вели беседы на разные темы, в которых Кельмион, прикрываясь нездешним происхождением, продолжал выведывать знания о местной жизни и об окружающем мире. Так он наконец-то понял, где его угораздило переродиться. Континент Тэаро, именно под таким названием он был известен ему раньше. Эти земли находился на другом краю света и считались самыми удалёнными и труднодостижимыми из всех девяти континентов. Но даже при том, что о нём было известно совсем немного, а местное название конечно же отличалось, нашлась одна неоспоримая примета, которая помогла с уверенностью сказать, где ему довелось оказаться. Гора Радужных Потоков — одно из чудес света, известное во всём мире.

Вот только ему так и не удалось выяснить, ни сколько прошло времени с момента его смерти, ни как обстоят дела на бывшей родине. В слишком уж глухую провинцию занесла судьба, здесь банально никому не было дела до жизни далёкого континента. Но, как бы то ни было, открывшиеся факты не смогли повлиять на желание мести и цель Келя по-прежнему оставалась неизменной. Просто теперь она откладывалась на неопределённый срок, ведь даже если он в нынешнем состоянии и сможет оказаться в родных местах, то толку от этого не будет никакого. Поэтому на данный момент оставалось лишь полностью сосредоточиться на развитии.

А что до упущенного для мести времени, то он по этому поводу не волновался, в конце концов, его желание было направленно не на конкретного человека. Ему было, что предъявить всему клану!

В дела Линн и её семьи он особо не вникал, потому что это были не его заботы. Было достаточно и того, что он передал ей универсальную технику развития, благодаря которой она сможет обеспечить достойное будущее как себе, так и близким. Прошедшие недели, проведённые в возвышении позволили прорваться к третьей звезде и окончательно убедиться в своих подозрениях. Отныне для дальнейшего роста ему необходим регулярный резонанс сё и об одиночных практиках не могло идти и речи. И вместе с тем стало ясно, что такая скорость Келя совсем не устраивает.

Нет, по факту она всё ещё была неплохой и могла ему позволить достичь цели. Но, как говорится, нет того воина, что не мечтает схватить все звёзды разом. Вот и он, припомнив то, что ему было известно о парных техниках возвышения, решил найти для себя более подходящий источник сё. Если то вообще возможно. Таким образом, с помощью специальных техник слайм умудрился проверить на резонанс с его собственным сё практически всех обитателей немаленького поместья. Несколько раз его чуть не заметили воины, которые уже успели достигнуть восьмой звезды и смогли что-то почувствовать. Но у них так и не получилось разобраться в собственных ощущениях и уж тем более они даже не думали, что надо искать маскирующегося слизня.

К счастью, как показали результаты, в этом плане сё слайма и человека мало чем отличались, разные партнёры в такого рода способе возвышения действительно могли давать разной эффективности результат. И Кель даже остановил своё внимание на нескольких воинах, но никто из них даже близко не стоял с Маллором, новым горе-главой.

Он оказался обладателем редкого дара — Сё Небесной Пустоты. Это благословение позволяло его обладателю достичь огромных высот в развитии, пользоваться различными техниками без ограничений, присущих остальным людям, проводить тончайшие алхимические манипуляции и прочее, прочее, прочее. Даже сам Кельмион позавидовал выдающемуся таланту этого юноши. Но судьба действительно жестокая штука и вместе с безграничными возможностями дала парню не менее редкое заболевание — Мёртвое Сияние Звёзд.

Точно такое же, какое было и у самого перерожденца в прошлой жизни.

— Почему я должен вам верить? — юноша был невероятно напряжён и пытался разобраться в происходящем.

«А почему нет? Я тебе угрожаю? Пытаю? Внушаю предать семью? Или совершить самоубийство?»

— Нет. Но это ненормально!

«Что ненормально? То, что я единственный за всю твою жизнь, кто знает причину столь длительного застоя? Или то, что я знаю, как это преодолеть? А может быть то, что это предлагает разумная слизь, которая выше тебя в развитии?»

Маллор не знал, что ответить, его мысли устроили безумный хоровод в голове и не желали выстраиваться в хоть какое-то подобие порядка. Это длилось с той самой минуты как он был разбужен резким покалыванием в носу и продолжалось на протяжении всего разговора с разумным слаймом.

«Подумать только! Говорящая слизь, утверждающая, что она на самом деле медиум великого мастера из далёких земель, которая может решить все его проблемы и исполнить мечту. Как можно поверить в такое? Это слишком хорошо, чтобы быть правдой». — последнюю мысль он и озвучил вслух.

«Так ты боишься, что моё предложение окажется просто сном? Тем более глупо, скажу я тебе. Во сне-то уж точно стоит быть более решительным. К тому же не забывай, мы скрепим всё кровной клятвой наставника и ученика. У меня не будет возможности тебя обмануть, впрочем, как и тебе меня».

Ему очень хотелось верить. Всякий раз, когда Малл читал легенды про героев древности, представлял себя на их месте. Но не в тех моментах, где они совершали всякую чушь ради сомнительных «Великих» целей, а в тех, где им сказочно везло находить могущественные артефакты, верных спутников или бескорыстных и многомудрых наставников. И вот, казалось бы, прямо перед ним находится тот, кто может решить все проблемы, соглашайся и мечты исполнятся! Ему действительно ОЧЕНЬ хотелось верить.

— В конце концов, я ничего не теряю, ведь так? — сказал он в итоге, не столько спрашивая, сколько убеждая самого себя.

«Неужели мои слова наконец достигли того, что скрыто в этом недоверчивом котелке на твоих плечах?» — ехидства этой слизи, кем бы она не являлась на самом деле, было не занимать.

Но, как бы то ни было, несмотря на кажущуюся нереальность происходящего, выбор был сделан. Никчёмный сын семьи Стайтрил уже устал ждать, когда очередная тренировка даст хоть какой-то результат. К тому же, кровная клятва не то, что так легко обмануть, именно благодаря ей можно было быть уверенными, что захваченный клан не нарушит своих слов о принятии главенства над собой. Другое дело, что этот древний способ заключения договорённости, палка о двух концах и действует на обе стороны одинаково. И требуют от них неподдельной искренности.

Слегка полоснув ножом по руке, так, чтобы из царапины выступило несколько капель, Маллор протянул её в сторону полупрозрачной фиолетовой капли. И замер, только сейчас сообразив, что у слаймов-то крови нет! Но не успел он подумать об этом факте, как протянутую ладонь обвило длинное и тонкое щупальце. Поначалу оно показалось ему пусть и мягким, но довольно упругим, как уже в следующее мгновение та сторона, которая касалась кожи, стала слегка влажной и липкой. У юноши невольно промелькнула ассоциация с соплями. Но очень быстро стало не до этих ощущений, потому что назвавшийся Кельмионом слайм принялся проговаривать свою часть клятвы:

«Я, Кельмион из рода Нивеллрок, принимаю в личные ученики Маллора из рода Стайтрил и обязуюсь передать ему свои знания и умения в той мере, что он способен будет принять, понять и освоить, а также…» — отбросивший ехидство, напускную торжественность и неуместный пафос, голос в голове звучал весьма серьезно. Слова клятвы учителя звучали почти неотличимо от тех, которые он знал с детства из уст наставников и страниц книг. Вскоре слайм замолчал и настала очередь Малла:

— Я, Маллор из рода Стайтрил, принимаю своим наставником Кельмиона из рода Нивеллрок и обязуюсь… — личное ученичество пусть и встречалось нечасто, но и не было невероятной редкостью, а их ещё в детстве заставляли запоминать слова всех самых распространённых клятв. Те более ему, как сыну главы, такие вещи и вовсе следовало знать в обязательном порядке.

Как только последняя фраза была произнесена, он направил толику сё к порезу и сразу почувствовал, как теперь уже его наставник повторил это действие со своей стороны. Их намерения, что пропитали собой внутреннюю энергию, встретились в одной точке и сам Мир, откликаясь на это действо, породил слабый вихрь серебристого сияния вокруг ладони юноши и щупальца слайма. Клятва была подтверждена.

Когда всё было сделано юноша спросил:

— И что теперь, учитель?

«О! А дальше мы будем заниматься весьма интересными вещами. Так что снимай с себя всё и ложись в кровать, юный ученик, мне нужен полный доступ к твоему телу!»

— Эээ? — только и смог выдавить из себя подросток.

На что же он подписался?

На следующее утро впервые за всё то время, что провёл в стенах поместья, появился на общем завтраке. Раньше в этом просто не было смысла, а зайдя в обеденный зал, понял, что его никогда и не ждали. Потому что во главе стола, там, где должно быть место Маллора с супругой, сидели старейшина Хайрин и старейшина Ниттен. В то время, как бывший глава клана, его жена и дочь, а также старейшины клана Паунфир расположились на тех местах, где по традиции обычно сидят старшие члены семьи.

И без того не очень-то оживлённое общение тут же прекратилось и собравшиеся на завтрак уставились на вошедшего юношу. Они слишком привыкли к тому, что четвёртого сына Стайтрил все считают чуть ли ни мусором и легко приняли тот факт, что он вечно где-то пропадает будто избегая общения с людьми. Поэтому его появление оказалось довольно неожиданным. В любом другом случае ситуация могла бы стать весьма неловкой, а скорее и вовсе послужить причиной для жестоких наказаний. Как так, кто-то посмел сесть на место главы! Но в данном ни о каком возмущении не могло идти и речи.

Взгляд Маллора сразу же прошёлся по всем присутствующим и несколько дольше задержался на супруге. Ещё в тот раз, когда впервые увидел её запертой в поместье Отлекс, его дыхание буквально перехватило от нахлынувших чувств и они не спешили куда-либо исчезать даже по прошествии целого месяца. Эка невидаль — муж влюблённый в свою жену! Но правда была таковой, что он даже не мог подумать о том, чтобы принудить её к близости пользуясь законным правом. Малл всей душой хотел вызвать в ней если и не ответные чувства, то хотя бы просто избавить взгляд, направленный на него от той смеси презрения и брезгливости, что видел каждый раз, когда ловил его на себе. Кто-то назвал бы парня глупцом, который в его положении не должен позволять себе быть честным, но ему уже давно стало наплевать на такие суждения — честность или скорее честь перед самим собой, это всё, что он мог себе позволить.

— Старейшины. — он легко поклонился, чего раньше никогда не мог себе позволить, совершая более глубокое движение. Но после того, что произошло ночью, к нему начала возвращаться гордость и чувство собственно достоинства. — Дорогой зять, супруга. — ещё два лёгких поклона.

— Отчего вдруг глава, решил нарушить своё одиночество? — голос старейшины Хайрина был необычайно силён и властен для внешности глубокого старца и только глухой не расслышал бы в слове «глава» саркастические нотки и то, ему бы об этом обязательно рассказали. Но парень не обратил на это внимания.

— Я пришёл сказать, что отправляюсь за пределы клана для начала уединённых тренировок. — главные слова были сказаны.

— А-а-а-а!

Бум! Хрясь!

Огромная лапа, казалось только чудом разминулась с головой пригнувшегося юноши и переломила надвое небольшое деревце. Тот не стал радоваться удачному манёвру, сосредоточившись на одной цели — убежать от огромного зверя как можно быстрее.

«Как я мог согласиться на что-то подобное?!» — крутилась в голове Маллора отчаянная мысль.

Бум! Бум! Бум!

С каждым прыжком огромного зверя гулкий звук разносился по лесу, а из-под мощных лап вырывались комья земли и камни, что разлетались далеко вокруг. В холке он был в два раза выше парня и имел короткую шерсть рыжего окраса с широкими серыми полосами на боках. Передвигался хищник на четырёх мощных лапах, позади извивался гибкий раздвоенный хвост с пушистыми кисточками на концах, а макушку украшали длинные заострённые уши чёрного цвета. Довершала картину вытянутая пасть с набором клыков, которые имели длину почти в локоть самого Малла.

И эта огромная туша, имевшая развитие никак не ниже пятой звезды, уже несколько минут с завидным упорством пыталась нагнать шуструю добычу. Пока что юношу спасали только скорость и густой лес, который не давал зверю свободно двигаться. Ведь для хищника были гораздо привычнее открытые пространства болот, на границе с которыми и обосновались учитель с учеником.

Бум!

В очередной попытке достать жертву, болотный тигр совершил невероятно длинный прыжок и, перелетев над головой юноши, приземлился прямо перед ним. Моментально развернувшись к нему мордой, он грозно зарычал и тут же атаковал.

Вжух!

Лапа зверя, мало того, что сама была размером с человека, так ещё и когти на ней ничем не уступали боевым серпам, которые доводилось видеть Маллору в клановой оружейной. Но в очередной раз он умудрился избежать встречи со смертью, буквально рухнув вниз — лезвия со свистом пронеслись над спиной. Из позиции лёжа рванув под выступающие из земли корни огромного дерева, парень на мгновение замер под сводами своеобразного тоннеля — тот был чуть ниже его роста — переводя дух.

Хрясь!

Хищник приземлился прямо над ним не в силах протиснуться через плотную преграду, после чего сразу же попытался дотянуться лапой до нежелающей сдаваться добычи. А затем ещё и ещё раз! Бедному подростку приходилось извиваться подобно змее, чтобы избежать острых когтей. Попытавшись покинуть укрытие корней, он понял, что оказался в ловушке, ведь хищник всякий раз успевал преградить возможный выход. Это была патовая ситуация. С одной стороны, болотный тигр не мог добраться до жертвы прятавшейся в корнях, а с другой, сам парень не мог ни выбраться, чтобы убежать, ни избавиться от самого виновника подобного положения. Больше он ничего не мог сделать.

Давление сё со стороны зверя всё сильнее действовало на Малла и он с каждой секундной нахождения вблизи от болотного тигра ощущал, как силы стремительно покидают тело. Встреча с подобным противником привела к закономерному результату, хотя произошло это гораздо позже, чем он думал в первые секунды бега.

«Па-аберегись!!!» — в голове раздался чересчур весёлый голос учителя, а успевший немного разобраться в характере наставника подросток, тут же распластался на земле. И сделал это весьма кстати, потому что в следующий момент воздух над головой сотрясся от громыхнувшего разряда молнии.

Увидев, в каком положении оказался ученик, он решил, что пора вмешаться и начал раздавать команды раззадорившимся слаймам, которые от всей этой ситуации чрезвычайно возбудились. И Келю приходилось изрядно напрягаться, чтобы не утонуть в непрерывном потоке ментальных голосов, в которых больше двух десятков братишек наперебой изливали свои мысли. Им очень понравилось новое развлечение.

«Эх, кто бы сомневался — сущие дети…» — со странной гордостью подумал Старший.

Уже через пару секунд братишки, которые всё это время так же неотрывно следовали за парой хищник-добыча, застыли в разных местах, окружив обладателя раздвоенного хвоста. А вслед за этим, новоявленный учитель отдал очередную команду и резко прыгнул в сторону зверя. Оказавшись в воздухе прямо над ним, он почувствовал, как каналы связи, ещё утром сформированные между всеми слаймами, напряглись от направленных к Келю потоков сё. Применив специальную технику, он завис в одном положении на несколько мгновений, за которые, находившееся всё это время в его полупрозрачном теле ядро демонического кота, выглянуло из расступившейся слизи в нижней части тела и засияло от направляемой в него энергии. Небольшое усилие и гладкий прозрачный камень с голубоватым отливом выпустил в сторону хищника мощный поток молний.

Раздался грохот от разряда, слившийся с болезненным воем, техника Небесных Шагов, что поддерживала учителя в воздухе, тут же развеялась и его отбросило в сторону. Но это уже было неважно — болотный тигр недвижимо лежал на переплетении корней, а на спине его дымилась глубокая рана.

«Бва-ха-ха-ха! Узри же мощь Демонического Охотника, жалкий зверёныш! Ещё ни один блохастый и плеши…»

— Учитель, вы опять за своё? — раздался снизу тихий голос уставшего юноши. Что удивительно, пришедшие от младших слаймов озадаченные эмоции, полностью поддерживали молодого ученика, заставляя Келя сбиться с транслирования ментального голоса.

«Вы просто ничего не понимаете! Ладно, мелкие, но ты то мог бы похвалить своего учителя, ведь эта гора шерсти была на втором облаке пятой звезды!»

— Я действительно мог бы вами восхищаться, Мастер Кельмион. — закипая ответил парень. — Но, демон задери! Это именно из-за вас мной чуть не пообедал огромный зверь!

«Это была тренировка!» — веско заметил учитель.

— А сказать об этом перед тем, как я, подобно покорной овце, шёл следуя вашим советам к логову болотного тигра, нельзя было?!

«Эффект неожиданности — тоже часть тренировки!» — крикнул Кель, негодуя от неблагодарности ученика, не оценившего его гения. — «Подумаешь, не предупредил…»

— Да он меня чуть на месте не пришиб, я едва отпрыгнуть успел! — Маллор и не думал затихать, выплёскивая накопившееся напряжение.

«Кстати, поздравляю!» — неожиданно спокойным и серьёзным голосом сказал наставник, заставляя ученика подавиться очередным воплем, что был готов сорваться с его губ.

— С чем… — начал было подросток, но тут же прислушался к своим ощущениям, чтобы через мгновение взорваться очередным криком. — Аа-а-а-а-а-а! Третья звезда, я сделал это! — эмоции парня лились через край, вместе с предательскими слезами, которые ручьём текли по щекам. И как только он не заметил такое событие сразу?

Тем временем Кель, убедившийся, что Малл наконец-то пришёл в себя, подозвал часть слаймов к поджаренной туше. Ещё несколько братишек разбежались в разные стороны, заняв наблюдательные посты. Поверженного зверя ещё предстояло разделать и перерожденец не собирался принимать в этом участия, ведь мелкие уже давно и сами могли справиться с этой задачей. Нет, будь у этого болотного тигра сформировано стихийное ядро, он бы непременно самолично занялся этим делом. Но с другой стороны, на такого зверя Кельмион и не решился бы нападать, потому что слишком уж сильна разница между животными, которые обладали им и у которых ядра не было.

Так или иначе, тренировка, а это — кто бы, что не думал — была именно она, прошла как надо и новоявленный ученик показал себя с наилучшей стороны. Он не только сумел взять себя в руки в неожиданной ситуации, убежать от более сильного противника, воспользоваться преимуществами леса, но и помимо всего этого не переставал обдумывать своё положение ища выход. Конечно же Кель всё время забега был рядом и готовился вмешаться в любой момент. Впрочем, это знание совсем не успокаивало преследуемого хищником парня и тем ещё более значимо выглядело его поведение в сложившейся ситуации. У Маллора, по мнению необычного учителя, были все задатки, чтобы пройти долгий путь и возвыситься до небывалых — среди местных жителей — высот.

Ну, а пока:

«Заканчивай сырость разводить и слушай внимательно великого учителя, что готов поделиться с глупым учеником глубочайшими познаниями, за обладания которыми сильнейше люди мира готовы были бы отдать правую руку. Конечно же, если бы твой несравненный наставник и вовсе удостоил их чести сделав такое предложение». — очередным потоком пафосных дифирамбов самому себе начал Кель.

Уже немного привыкший к этому Маллор, сосредоточился на ментальном голосе. Своего учителя он собирался слушать со всем возможным вниманием.

«Время сразу после прорыва является очень важным для стабилизации и укрепления Ганта. Пока в духовном котле бушует мощный ураган сё, а его стенки эластичны и податливы, у практика есть прекрасная возможность усилить эффект от перехода на новую ступень развития и заложить более мощный фундамент для дальнейшего роста. Поэтому, садись, готовь сознание для медитации и внимательно слушай, что я буду тебе говорить. Для начала…» — голос наставника ещё долго звучал в голове юноши, рассказывая о полезнейших вещах, направляя его действия, помогая совершить очередные шаги на пути к далёким звёздам, которые ещё совсем недавно казались и вовсе недостижимы.

Ночью, когда слайм сделал молодому человеку предложение, от которого тот не смог отказаться, новоявленный учитель путём сложного воздействия на энергетические узлы Малла дал ему возможность ощутить себя обычным человеком. Тем, у кого не было страшной для любого воина болезни — Мёртвого Сияния Звёзд. Этот недуг был своеобразным нарушением в развитии меридиан телесной сё, при котором несколько ключевых узлов практически переставали выполнять возложенную на них природой работу. Из-за этого становилось практически невозможно продолжать возвышение, а что самое страшное, даже при самых тщательных проверках всё выглядело совершенно нормально. В своей прошлой жизни Кельмион так же остановился в развитии и несмотря на то, что медицина и алхимия была на его родине развита не в пример лучше, причина так и не была найдена. Из-за чего его, как и Маллора считали настоящим мусором, неспособным к развитию.

Лишь только упорные занятия и постоянные медитации помогли ему методом тыка нащупать корень своих проблем, а уже потом отрыть путём долгих поисков по библиотеке упоминания об этой болезни, которой был поражён один из его далёких предков. Вместе со знаниями в древнем свитке были приведены и некоторые методики, позволяющие преодолеть эту проблему, которые впоследствии были значительно улучшены самим Келем.

И вот, когда юноша впервые в своей жизни ощутил, как его организм работает на полную мощность без привычных ощущений неправильности, он чуть не задохнулся от переполнивших сознание чувств. Это было, словно слепому с рождения человеку дали увидеть мир глазами обычного человека. Слайм прекрасно был знаком с этими ощущениями. После такого у Малла не осталось никаких сомнений в правильности сделанного выбора.

На следующий день, после коротких сборов, учитель и ученик отправились в лес. Где, во-первых, не было посторонних, во-вторых под рукой всегда имелись необходимые для алхимии ингредиенты, а в-третьих, можно было легко отыскать соперника для тренировки — идеальные условия!

Облюбованную полянку с источником природной сё и подземной комнатой, пришлось оставить без внимания. Ведь после всего случившегося, им стали весьма часто пользоваться, что совсем не подходило для места уединённой тренировки. Да и серьёзного зверья в лесах было не так уж и много. Поэтому пару дней неспешного движения они потратили на поиск подходящего места и нормальное знакомство друг с другом, всё-таки личное ученичество это нечто большее, чем простое обучение и предполагает большое доверия между учителем и учеником. И конечно же необычный наставник не стал терять времени, начав проверять знания юноши прямо на ходу, вольготно устроившись на плече подопечного. Благо, что кружившие вокруг слаймы и сами прекрасно справлялись с наблюдением за окружающим миром.

«И так, мой юный ученик, расскажи-ка мне для начала, что ты знаешь о возвышении?» — Кельмион решил начать с самых основ.

— Ээ? — простой вопрос застал Малла врасплох, но быстро собрав мысли в кучу, он принялся отвечать. — Возвышение — это возможность, данная небесами каждому живому существу, благодаря ей те, кто достаточно одарён, может достичь огромной силы. Развитие происходит путём постоянных тренировок, воздействующих на Гант и меридианы сё, из-за чего происходит их усиление. Каждый шаг в развитии изменяет свойства энергетической системы и… как бы это сказать… саму энергию, которая накапливается в духовном котле. Делает её другой, более сильной. Развитие разделено на малые и большие ступени. Малых ровно пять — их называют облаками, а после преодоления последней человек переходит на большую, которая зовётся звездой. Как-то так.

«А дальше?»

— Точно, я как-то и не подумал, есть ещё деление по звёздам. Человек не перешагнувший первые пять звёзд называется младшим воином и не может использовать атакующих техник сё. С шестой по десятую идут старшие воины и они уже могут пользоваться внутренней силой в сражении, а ещё после пятой ступени самые талантливые начинают обучаться алхимии и духовной медицине.

«Чего остановился? Или уже закончил?»

— Ну, — Маллор почесал затылок. — говорят, что в столице есть мастера, которые достигли тринадцатой или даже пятнадцатой звезды, в книгах таких почему-то называют учениками неба. В них же написано, что такие люди становятся великими мастерами. Но я ни разу в жизни не видел никого сильнее отца, поэтому мне всегда казалось, что это лишь сказки, как и то, что когда-то в нашей провинции находилась столица империи. По крайней мере, я так думал, пока не встретил вас, Мастер Кельмион. Вселиться в тело слайма — это нечто действительно удивительное!

«Что ж, будем считать, что кое-что ты всё же знаешь…» — произнёс учитель, когда парень замолчал. Он уже знал от Линн о весьма ограниченных представлениях местных, поэтому ничуть не удивился сказанному Маллом.

А дальше он спрашивал его о тренировках, умениях и навыках, постепенно формируя у себя представление о том, чему в первую очередь будет учить подопечного. Так они и провели всё то время, пока искали подходящее место для стоянки. Повезло, что у юноши было с собой простенькое пространственное кольцо, которое ему подарили ещё в детстве при преодолении первой звезды, когда о проблемах в развитии ещё не было никому известно. Оно было не слишком вместительным, но на просторную палатку и внушительный запас провизии со всеми необходимыми для жизни на природе вещами, его возможностей вполне хватало.

Конечно же, за прошедшие дни Маллор так и не успел научиться всем тем методиками, которые должны были помочь ему преодолеть проблемы с узлами меридиан. Но и сам слайм был способен поддерживать его в нормальном состоянии, просто для этого было необходимо проводить ежедневные процедуры. И этого оказалось вполне достаточно, чтобы парень успел с первого облака второй звезды подняться на пятое, упёршись в барьер следующей ступени. Поэтому, решив совместить несколько дел сразу, Кель и направил ученика прямо в логово болотного хищника — и прорыв в развитии, и проверка навыков парня, и испытание своеобразного оружия в реальном деле. Нет, так-то он не сомневался, что его придумка сработает, но испытать всё равно лишним не было.

Эта техника была придумана и частично проверена ещё во время нахождения в поместье, когда в перерывах между возвышением, разведкой территории, и изучением местных реалий, перерожденец задумывался над физиологическим и энергетическим устройством своего нынешнего тела. В один из моментов таких размышлений в сознании и родилась интересная концепция, которая была крайне тяжело реализуема у людей, но идеально подходила для слизней. А всё дело было в кардинальных отличиях по сравнению с людьми, да и вообще со всеми известными Келю созданиями, в устройстве меридиан, проводящих сё по телу. У слаймов их просто не было! По сути они сами по себе были одним большим меридианом, способным совершенно свободно проводить энергию. Потому-то и стало возможным передавать сё между отдельными слизнями напрямую и практически без затрат. Даже на расстоянии, стоило лишь соединить всех сородичей тонкими нитями сформированной определённым образом энергии.

И именно это Кельмион провернул, научив младших родственников передавать свои силы главе семейства. А дальше дело было за малым пропустить направленный поток через стихийное ядро демонического кота и получить на выходе мощную атаку, способную пробить плотную шкуру зверя имевшего более высокое развитие.

В течении часа после убийства болотного тигра юный Стайтрил продолжал медитацию под чутким руководством учителя. Пока наконец, сила внутри него не успокоилась, а каналы и Гант не перестало противно потягивать, словно мышцы после чересчур активной тренировки. За это время полупрозрачные непоседы уже успели разделать тушу зверя на части и Кель вместе с Маллором решили ненадолго остановиться прямо на этом же месте и перекусить.

Юноша развёл костёр и поставил котелок, собираясь приготовить для себя сытную мясную похлёбку в то время, как слизни приступили к трапезе сразу же, споро изничтожая крупные куски мяса вместе с костями и шкурой. Для них всё это было одинаково вкусно. Всё было тихо и спокойно, пока от одного из слаймов, отправленных в наблюдение за окрестностями, не пришёл возбуждённый мыслеобраз — он заметил группу людей, которые шли в сотне метров от импровизированной стоянки в сторону болот. Наказав ученику сидеть на месте и не дёргаться, перерожденец поспешил лично посмотреть на путников, которых за каким-то надом занесло к опасному болоту на отшибе провинции. Если это были решившие заглянуть в неприветливое место охотники или добытчики алхимических ингредиентов, он был бы вполне не против понаблюдать за ними.

Но это оказались совсем не они.

Взору перерожденца предстала группа людей уверенно пробирающаяся сквозь лесные заросли. Было их одиннадцать человек, закутанных в практически одинаковые глухие одежды тёмных тонов, которые плотно прилегали к телу. Лица также были замотаны, оставляя лишь небольшую полосу для глаз. Десять из них имели при себе только разномастное оружие, в то время, как один, идущий в центре построения, тащил на плече внушительный свёрток замотанный в ткань. Двигались они довольно быстро, но явно не спешили, предпочитая бегу скорый шаг. Каждый из них настороженно посматривал по сторонам. Всё говорило о том, что они явно не были охотниками, на и на собирателей тоже не походили.

Попробовав просканировать духовным зрением подозрительных типов, Кель натолкнулся на неожиданную преграду! Вокруг каждого человека кружился лёгкий ореол энергии, скрывающий за своим непрерывным движением все отголоски сё необычных путников. Слайм очень заинтересовался.

Их путь проходил удивительно спокойно. От самого места сбора, до Императорских болот, они не встретили никого. И вот, спустя почти неделю осторожного продвижения их звено приблизилось кромке леса, которую вполне можно было считать границей, отделяющей эпицентр древней катастрофы от остального мира. Анит знал совсем немного об этих землях, лишь то, что было упомянуто Мастером секты, когда он давал задание его звену. Но даже эти крохи знаний показывали, что ему действительно доверяют, а потому в нём теплилась надежда на скорое повышение или даже доступ к внутренней библиотеке!

Когда ландшафт вокруг начал меняться, а растительность стремительно редеть, командир звена достал из внутреннего кармана цепочку из серебристого металла, на которой висел деревянный прямоугольник весь исписанный символами древнего языка. Положив его в ладонь, он напитал талисман сё и отпустил свободно болтаться, вот только тот не пожелал опускаться вниз, а завис в воздухе и медленно поплыл в сторону.

Дальше они пошли ещё медленнее, старательно следуя за направлением, которое показывал выданный Мастером поисковик. По пути им несколько раз удавалось заметить крупных зверей в отдалении, но те не спешили нападать на довольно крупный отряд. И пускай эти земли назывались болотами, а слава о них ходила, как об очень опасном месте, но всё это находилось гораздо дальше тех мест, до которых успело пройти звено прежде, чем талисман изменил направление и начал показывать на влажную землю под ногами Анита.

— Дарет, кидай сюда. — махнул он рукой воину, который нес объёмный свёрток. — Агис, Тид, помогите распутать.

Двое названных поспешили исполнить приказ. Мокрые, туго связанные верёвки не хотели поддаваться, поэтому через несколько мгновений безуспешных попыток их просто перерезали. И вот на свет наконец-то показалось содержимое свёртка.

Это был грязный ребёнок в порванной одежде! На вид он был не старше десяти лет. Кто это, мальчик или девочка, было не разобрать. Слипшиеся короткие волосы имели бурый оттенок, разбитое лицо было всё в запёкшейся крови, несмотря на грубое обращение с телом, веки даже вздрогнули. Казалось, что тот — или та? — даже не дышит. Но командир точно знал, ребёнок всё ещё был жив.

Он никак не мог позволить сдохнуть раньше времени будущей жертве.

Начав наблюдение за таинственным отрядом, он решил продолжить следовать за ними и дальше. А так же прихватил с собой ученика и всю многочисленную семейку, которые следовали на некотором удалении, чтобы не насторожить отряд всплесками сё, неизменно вырывающимися за пределы тела во время движения.

День перевалил за полдень и лес полнился разномастными звуками, настоящей какофонией жизни. Но чем ближе люди подбирались к болотам, тем тише становилось вокруг. Деревья становились ниже, всё чаще попадались заросли тернового куста, а ноги путников утопали в сочной густой траве. Небо было затянуто низкими тучами, а ветер.

Так продолжалось некоторое время, пока подозрительные личности не остановились на свободной поляне в окружении густых зарослей колючего кустарника, в котором и притаились слаймы. Маллор же остался ждать в отдалении, пускай для человека он весьма неплохо владел методами маскировки ауры, но до слизней в этом плане ему было ещё очень далеко.

Представшая перед Кельмионом картина уж точно не предвещала ничего хорошего для измученного ребёнка, который всё это время находился в свёртке из необычной ткани, неплохо скрывавшей содержимое даже от духовного зрения. Буквально всё кричало о том, что жизнь мальца для этих людей не имеет никакого значения!

Наплевать. Забыть. Развернуться и уйти. Ведь мальчишка для него никто — ни родственник, ни ученик, ни вассал. Нет никакого смысла тратить время и силы на бесполезного человека. Именно такой логикой было пропитано то общество, которое окружало Келя с самого рождения в прошлой жизни. Значение имели только сила и выгода, тогда как всё остальное считалось бессмысленным и не стоящим внимания. Об этом говорили учителя, это твердили вслед за ними ученики. Да, что там люди? Сама жизнь словно вознамерилась доказать эти простые истины, каждый день предлагая воочию удостовериться в правоте такого подхода, ведь даже существование диких зверей строилось на иерархии личной мощи.

Жизнь случайного человека не значила ничего.

Но будучи частью этой системы, он имел совсем иные взгляды на неё. Так уж случилось, что гений клана ещё в раннем детстве — на примере собственной жизни — понял, как бесполезна и даже опасна может быть вера в общепринятые правила, ведь исходя из них ему и вовсе не стоило появляться на свет. Но он никогда не сдавался и на протяжении всей жизни продолжал искать ту альтернативу, ради которой стоило жить. Да, это было непросто, понадобилось много лет, проведённых в самосовершенствовании, за которые он успел насмотреться на окружающую жизнь, встретить все грани человеческого естества от благородства, до предательства. И в конце концов, стал тем кто он есть, со своими собственными принципами. Теми, которые он сам определил для себя и которые помогли ему взойти на вершину вопреки мнению и желанию окружающих. И уж точно он не собирался в новой жизни отступать с однажды выбранного пути!

Вот только их было одиннадцать, а сила каждого оказалась скрыта. Чем-то подобным обычно пользовались охотники для того, чтобы лесные обитатели не заметили притаившихся в засаде людей. Артефакты способные на такое не только перекрывали естественное излучение ауры, но и очень неплохо сбивали запахи, позволяя эффективно сливаться с окружающим миром. И в отличие от ткани, в которую надо было кутаться целиком, иначе от неё просто не было никакого толку, амулеты было достаточно просто привязать к конкретному человеку и носить на теле, чтобы тот постоянно касался открытой кожи. Для того, чтобы обмануть большинство зверей ниже восьмой звезды этого вполне хватало.

«Проблема… одиннадцать на одного». — нет были ещё двадцать семь слаймов, готовых в любой момент выполнить его просьбу-приказ. Но рисковать ими Кель совсем не желал, тем более Арти, как самый сильный из братишек едва подобрался к четвёртой ступени второй звезды в то время, как все остальные только на днях достигли первой. Грубо говоря — слишком слабы, чтобы сделать хоть что-то. Даже тот трюк, который он применил на болотном тигре не поможет, ведь противников было много и выстроиться определённым образом для передачи необходимого количества сё на атаку по каждому из людей было слишком уж сложной задачей. Пока он будет атаковать одного, остальные точно не станут стоять на месте.

Между тем, главный в отряде принялся острием короткого клинка самолично вычерчивать на земле сложную фигуру, которая имела несколько метров в диаметре. При этом он не переставал сверяться со схемой изображённой на листе бумаги, что был зажат в левой руке. Когда последняя линия оказалась закончена, мужчина достал из пространственного кольца мешок с порошком, которым аккуратно присыпал неглубокие борозды. А затем на свет появился набор из шести небольших чаш, который был размещён по краям своеобразного художества, в котором Кельмион с трудом угадывал значение отдельных элементов.

За ним из того же кольца появились один за другим небольшие флаконы со светящейся жидкостью разных цветов. Благодаря ничем не прикрытым эманациям исходящим от них, слайм смог распознать низкокачественные эссенции имеющие слабую стихийную составляющую. Пламя, вода, воздух, земля, молния и дерево. Первые четыре имели старший ранг, а последние две младший. Сомнений в печальном для ребёнка исходе оставалось всё меньше и меньше. Ведь из того, что он увидел наиболее вероятным выходило получение жертвенной энергии, в котором эссенции выступали в роли стабилизаторов и резонаторов, без них не могло идти и речи, чтобы хоть как-то управлять высвобожденной таким образом силой.

В его прошлом таким методом брезговали пользоваться практически все кланы. Именно брезговали, он не считался запрещённым, опасным или непростительным, просто прибегать к нему для гордых представителей известных семей было аналогично тому, чтобы заявить о собственной слабости. Чего, конечно же, никто не мог допустить. Исключением оставались лишь тёмные секты и наёмники, для которых подобное было скорее в порядке вещей. Поэтому, когда все флаконы показали дно, а их содержимое было надёжно сдержано от моментального рассеивания ритуальными чашами, Кель уже был готов действовать.

Путь Намерения. Вот та сила, что стоит на ступень выше Пути Возвышения, по которому шло основное развитие людей. Та, что находится на совершенно ином уровне и может быть постигнута лишь немногими избранными, которые смогли понять об окружающем нечто большее, чем «вода — мокрая, а огонь — горячий». Путь Намерения — это слияние законов мироздания и воли человека. Когда желание перерастает из простой мысли в действие, способное, изменяя саму реальность, сдвигать горы и поворачивать реки вспять. В идеале, конечно же. Но сам перерожденец о чём-то столь великом читал лишь в древних легендах.

Правда, кое-чего в прошлой жизнь он всё-таки достиг и вполне мог удивить любого противника имеющимися умениями. Весь вопрос был лишь в том, что его нынешнее тело было совершенно не готово к подобным вещам! Если ранее он потратил многие годы для достижения хоть какого-то результата в понимании Намерения и в подготовке организма к превышению дарованных от природы пределов. То сейчас ему только предстояло пройти сложнейшие тренировки вновь. Ведь он уже совсем не тот, что раньше.

Использование силы Намерения само по себе не требовало наличия больших запасов сё. Но применение большинства техник вызывало огромную нагрузку на тело и поэтому без высокого уровня возвышения пользоваться ими было просто опасно.

Когда тело ребёнка уже было размещено в центре подготовленной фигуры, а командир отряда, который встал в пределы управляющего контура, приготовился метнуть нож, чтобы прервать жизнь жертвы, Кельмион отдал команду притаившимся поблизости слаймам и начал движение. Перерожденец прекрасно умел пользоваться тем, что есть.

Для извлечения цели из-под земли, ради которой они преодолели весь немаленький путь в богами забытую провинцию, нужно было немало сил. Которых у его отряда набиралось с трудом. Потому-то они и прихватили жертву, способную своей жизнью обеспечить выполнение задания без риска остаться с голой жопой против вполне существенной угрозы в виде местной живности.

Когда всё было готово и Анит встав в управляющий контур, вытащил метательный нож, со стороны окружающих кустов полыхнуло концентрированной жаждой крови! Он тут же напрягся, а его подчинённые встали в боевые стойки и принялись оглядываться в поисках источника опасности. Накрывшее их желание убить, по ощущениям опытного воина, исходило от множества источников.

Их окружили!

Вдруг со спины раздался шорох, а вслед за этим убийственное намерение нескольких источников сбилось в одном месте. Подконтрольные бойцы встали вокруг развернувшегося в сторону звука Анита и вместе с ним приготовились к отражению нападения.

— Будьте осторожны, про местное зверьё всякое рассказывают… — главарь поспешил поделиться своими опасениями. Если стая — а судя по количеству источников, так оно и было — нападёт вся разом у них точно возникнут проблемы. Конечно, по одному лишь давлению нельзя было определить силу хищников, но они точно не могли быть слабаками!

Вслед за первым движением, последовало ещё одно, но окружившие их звери не спешили показываться. Напряжение нарастало. Оставалось только надеяться, что их сил — каждый в отряде не слабее пятой звезды(!) — хватит. А вскоре Анит почувствовал, как неизвестная живность собралась в ещё две плотные группы окружая в итоге людей с трёх сторон, оставив не перекрытым только место со спины командира звена. Там, где продолжало лежать бессознательное тело ребёнка. Всё говорило о том, что звери вот-вот нападут.

От всех трёх групп разом полыхнуло ещё большим убийственным намерением и воины подобрались, готовые в любой момент отразить атаку.

Но время шло, а ничего так и не происходило.

Внезапно, командир звена почувствовал что-то позади себя и резко развернулся, а вместе с ним развернулось ещё трое воинов. Но там уже никого не было, то есть, вообще никого — тело купленного в городке на границе с провинцией ребёнка пропало!

А вслед за этим пришла тишина. От готового напасть в любое мгновение зверья не осталось и следа. Лишь только ветер, что колышет листву и хмурое небо над головой.

— Да, что здесь творится? — недоумённо прошептал Анит.

Ему было больно. Всё тощее тельце мальчика кричало разуму о своих травмах. Острая боль в сломанной правой ноге. Пронзительное ощущение, будто кто-то царапает ржавым крюком по лёгким при каждом вдохе. Сломанным носом он дышать просто не мог, втягивая воздух сквозь плотно сжатые зубы. Аккуратно, так, чтобы никто не понял, что он в сознании. Он даже радовался, что глаза не получалось разлепить от стягивающей всё лицо запёкшейся крови, иначе бы не удержался, чтобы осмотреться вокруг и это бы точно заметили.

Сквозь звон в ушах ребёнок слышал, как вокруг передвигаются купившие его воины, как тихо переговариваются, так, что невозможно было разобрать и слова. Правда он и не пытался это сделать, потому что постоянное кружение головы и периодически пытающееся уплыть сознание, не давали возможность сосредоточиться хоть на чём-то.

Он не знал, куда и для чего его тащат замотав в плотную ткань.

Ещё тогда, когда в их приют пришёл неизвестный и выбрал мальчика из толпы детей, у него была наивная надежда, что вот она удача. Статный мужчина в дорогой одежде выглядел внушительно, если и не представитель одного из кланов, то уж точно из какой-нибудь гильдии. А это был шанс на новую жизнь, без постоянного недоедания и ежедневных работ на полях, на которых проводили всё свободное время воспитанники.

Торопливо шагая за мужчиной и стараясь не отстать — слишком уж широким и быстрым был шаг — Сайрик радовался, что взяли именно его, а не более крепких с виду Дарина или Шета. Мальчик даже мысленно успел представить себе, как через несколько лет вернётся в небольшой городок в глухом краю. Сильный, в дорогой одежде и с огромным мечом, чтобы все от зависти лопнули!

Но разошедшееся воображение было остановлено суровой действительностью. Как только он вслед за мужчиной вышел за пределы окраинных районов к ждущему их отряду, его тут же связали не дав и рта раскрыть. А затем взвалили на плечо и понесли в неизвестном направлении. От надежд и мечтаний не осталось и следа.

Отряд двигался очень быстро, сам Сайрик не за что не смог бы бежать с такой скоростью. Но даже понимание того, что воины гораздо сильнее и быстрее него, не помешало за прошедшие несколько дней дважды попытаться сбежать. Первый раз был, когда его развязали на стоянке, чтобы тот облегчился и после этого, сразу же догнав, отвесили несколько болезненных оплеух. А второй раз был то ли вчера, то ли позавчера, — он не знал, сколько времени прошло из-за того, что потерял сознание — когда на воинов напала какая-то здоровенная тварь и им стало не до мальчишки. Тогда-то его и избили так, что он отрубился после очередного удара.

И вот совсем недавно новая вспышка боли привела его в чувства, он не знал, чего ожидать, но был уверен, что уж точно ничего хорошего ему не светит. Сначала вокруг всё оставалось тихо его никто не трогал и мальчик просто лежал на земле, пытаясь сдержать так и рвущиеся наружу болезненные стоны, ведь привлекать к себе внимание совсем не хотелось. Но в какой-то момент всё изменилось.

В измученное сознание ворвалось почти осязаемое чувство неясной тревоги, а воины, которые до этого постоянно о чём-то между собой переговаривались, резко затихли. Так продолжалось какое-то время, пока Сайрик не почувствовал, как его голову что-то обволокло со всех сторон, от неожиданности он попробовал вскрикнуть, но воздух застрял в горле, вызвав лишь очередную порцию болезненных ощущений. Затем это нечто покрыло всё его тело, а затем, перекрывая звон в ушах раздался мягкий голос:

«Потерпи, скоро всё закончится…»

После чего он, вновь потерял сознание.

— Учитель, что с вами? — судя по голосу Малл был не на шутку обеспокоен. Впрочем, это совершенно не мешало ему нести на руках спасённого мальчишку, который всё ещё был без сознания и на всей доступной скорости — которая заметно выросла после поднятия на новый ранг — нестись к речке, способной надёжно скрыть любые следы. А ещё, там же можно было сделать остановку. Благо, что она находилась относительно недалеко от недавнего места действия.

«О! Твой несравненный наставник смог совершить по истине невероятную вещь! Настолько, что сильнейшие воины мира сего должны пасть ниц передо…»

— А попроще нельзя? О несравненный наставник мой.

«Как так можно? Никакого уважения к моим сединам!»

— У вас нет седин, учитель.

«И слава богам! Только представь себе слайма обросшего гривой волос».

— Даже пытаться не буду!

«Почему?»

— А вдруг приснится? Да и вообще, вы так и не ответили на вопрос, почему похожи на расплывшуюся лужицу, а не… как обычно?

«Если кратко, то я совершил то, к чему ещё совершенно не готово это тело, в результате чего банально растратил все запасы сил. Их не осталось даже, чтобы поддерживать форму! Намерение Сокрытия, вот как это называется. И тебе о подобном точно ещё рановато думать». — Кель в это время и правда растёкся по телу ребёнка в руках своего ученика, так чтобы на него не давил и без того небольшой вес слайма. И предать себе более собранную форму у него никак не получалось, учитель вообще едва мог контролировать своё тело.

Но в общем и целом, он остался доволен тем, как прошло наспех спланированное похищение-спасение. По крайней мере, результат был достигнут без каких-либо потерь. А неплохо постаравшиеся братишки остались наблюдать за дальнейшими действиями отряда, передавая в реальном времени мыслеобразы увиденного. И там действительно было на что посмотреть!

Кельмион по ещё не настолько хорошо понимал устную речь местных жителей, чтобы дословно понимать переданные обрывки разговоров, но догадаться об их сути всё равно не составило особых проблем. Обманутые люди, которые остались без жертвы, никаких преследований устраивать не стали. Наверняка, здраво рассудили, что за местными стайными хищниками, которые достаточно умны, чтобы провернуть нечто подобное лучше не гнаться. Себе дороже. Да и смысл? По их вполне логичным выводам ребёнок уже стал чьей-то едой. В итоге просто устроили привал и долго о чём-то переговаривались, пока после передышки не принялись за дело, ради которого, судя по всему и появились на болотах.

На вновь разровненной земле появилась совсем другая фигура, центром которой был главарь, а остальные встали полукругом на отведённых местах и приготовились передавать свои силы для дальнейшего действия, которое не заставило себя ждать. Старший в отряде выпрямил правую руку перед собой и, закрыв глаза, выпустил в землю тонкую струю сё. Какое-то время ничего не происходило, но вскоре струйка превратилась в поток, а мужчина напрягся и его подчинённые один за другим принялись отдавать свою энергию. Нечто подобное проделывали слаймы, чтобы напитать стихийное ядро, только им не нужна была такая сложная подготовка. Одна минута, пять мину, пятнадцать — уже девять из десяти подчинённых обессиленно осели на землю, а видимого результата так и не было. Вот и последний последовал за остальными, опустошив свои резервы. Земля в месте, куда направлялась энергия, слегка вспучилась и…

Мыслеобразы передаваемые слаймами не могли в деталях описать все подробности происходящего, но тем не менее мелкие родственники, которые успели неплохо поднатореть в деле наблюдения, успели заметить приближающего зверя прежде, чем тот оказался возле людей. Амулеты, что всё это время надёжно скрывали их от интереса хищников, никак не помешали местным обитателям почувствовать всполохи силы вышедшей во вне. И внезапно выскочивший на поляну болотный тигр, один в один похожий на убитого Келем совсем недавно, с ходу набросился на единственного стоявшего на ногах человека видя только в нём противника и желанную цель. А тот только и успел, что вздрогнуть от раздавшихся криков подчинённых. Но это ему уже не помогло.

Мощная лапа буквально вбила в землю не ожидавшую такого добычу, раздался мощный хруст, а во все стороны брызнула кровь. В одно мгновение командир отряда, так и оставшийся для Келя безымянным, расстался с жизнью. После этого хищник бросился на с трудом поднявшихся на ноги людей.

Через пару мгновений все люди оказались мертвы.

И ведь такой поворот даже неожиданным не назвать. Ведь это диких мест, где вся власть принадлежит отнюдь не человеку, а множеству хищников непрестанно борющихся между собой за хоть сколько-нибудь ценную добычу, которая может сделать их ещё сильнее.

«Теперь нам точно, можно не бояться преследования». — с неким недобрым удовлетворением сказал Кельмион.

— Что случилось, наставник?

«Скажем так, несостоявшиеся убийцы получили то, что так упорно пытались заслужить. Но знаешь главное не это, а то что твоему учителю стало безумно интересно, что такого они пытались вытащить из-под земли?»

Кель не беспокоился за слаймов, которые остались без присмотра, ведь он уже успел их научить многим полезным для выживания трюкам. Да они были очень просты и нисколько не добавляли слизням сил в прямом столкновении с серьёзным противником. Но они могли очень хорошо прятаться, очень быстро перемещаться, а в случае угрозы придавить какого-нибудь хищника довольно весомой жаждой убийства. И если раньше он переживал, что те не смогут отбиться от зверей, для которых слаймы обычно составляли основную часть меню, то теперь оставалось переживать лишь за самих природных противников. А для всех остальных обитателей леса его братишки были совершенно безразличны.

Пока растёкшийся лужицей наставник внимательно разбирал присылаемые с разных ракурсов мыслеобразы, Маллор успел и добраться до ручья, и на скорую руку организовать место для привала, поставив небольшую палатку, а также развесив на ветвях деревьев отпугивающие амулеты, которые отбивали интерес подходить близко у большинства зверей ниже пятой звезды. Эти весьма деревянные кругляши, исписанные выжженными узорами, он смело забрал из того, что осталось от некогда довольно богатого кланового хранилища. Сделал он это ещё до того, как его родственники успели наложить лапы на чужие богатства. Юный глава Паунфира может и не был силён, но вот обвинить его в отсутствии разума никто не мог и это было не единственное, что он припрятал для себя лично.

Маллор под руководством учителя осторожно обтёр мальчика от грязи и засохшей крови, благо, что вода была в буквальном смысле под рукой. К сожалению, состояние слайма не позволило сразу заняться самочувствием мальчишки, которого он усыпил коротким воздействием ещё во время наспех проведённого спасения. Но по счастью за эти дни, пока они с учеником шли к болотам, Кель успел найти подходящие растения и сделать несколько простеньких эликсиров, которые так же были надёжно спрятаны в пространственном кольце Малла, как и некоторое количество ещё пустых флаконов. Силами юного главы немаленького такого клана, ребёнок был уложен на мягкую подстилку и аккуратно напоен лекарством. В этот момент по всем правилам надо было бы контролировать весь процесс воздействия на организм, для наилучшего результата. Но ученик ничего подобного просто не умел.

Через пару минут после того, как последняя капля была рефлекторно проглочена, мальчик тихо застонал и открыл глаза.

Их новый знакомый ничего интересного рассказать не смог. Он не знал, откуда пришли купившие его люди и что им понадобилось в такой глуши. Всё, что он смог сказать, так это несколько имён, услышанных на привалах и странное название — Акол. Цепь Акола, Чаша Акола — среди того немногого, что ему удалось вспомнить эти слова повторялись чаще всего.

О себе спасённый тоже ничего особенного не поведал.

Ему было десять лет и сколько себя помнил, мальчик по имени Сайрик жил в приюте. Работал на полях и в садах, занимался уборкой на улицах городка, помогал в выпасе скота и так далее. В общем, делал всё то, что входило в обязанности воспитанников детского дома, который висел на шее администрации небольшого города Танрол. И конечно же, ни о каком возвышении в его случае не могло идти и речи. С тем минимумом, который был обязателен для преподавания в детском доме, сирота смог достичь только третьего облака первой звезды. Самый обычный ребёнок из глухого края, воспитанный на ничем не прикрытом взгляде на суровую действительность, но вместе с тем ещё не потерявший способности мечтать о невозможном.

После всего пережитого он поначалу со страхом смотрел на Маллора, который и сам не знал, как следует общаться с детьми, из-за чего постоянно хмурился. Но вот Кельмиону жизненного опыта вполне хватало, чтобы переключить всё внимание на себя и немного успокоить мальца. Тот довольно легко переключился на настоящего(!) живого(!) слайма, который с ним разговаривал тоном доброго дедушки и выглядел совсем не страшно. А учитывая, что ему впервые за последние дни, дали поспать на мягком месте и не спешили связывать, то первое недоверие удалось, если и не преодолеть, то приглушить уж точно.

Кель окончательно пришёл в себя лишь спустя несколько часов после того, как братишки передали ему мыслеобразы расправы над неготовыми к такому повороту судьбы людьми. К тому времени на лес успела опуститься ночь, закрапал мелкий дождик, а их новый знакомый уже давно уснул. На страже возле костра у палатки сидел Маллор.

В первую очередь перерожденец несложным воздействием погрузил мальчика в особое состояние, чтобы тот не проснулся раньше и взяв у ученика ещё одну склянку с эликсиром, занялся полноценным восстановлением. Вправить сломанный нос, срастить треснувшие рёбра и перелом ноги. Эластичное тело позволяло мягко, но надёжно фиксировать части тела, а также, давало гораздо лучшую возможность направлять целительные потоки. Благодаря чему, он управился гораздо быстрее, чем рассчитывал.

Когда лечение подошло к концу, юный пациент был в полном порядке и для дальнейшего восстановления ему нужно было лишь хорошенько питаться и в ближайшие дни не нагружать себя. Но было то, что его совершенно не устраивало — мальчик был грязным! Даже несмотря на попытки Маллора исправить ситуацию прошедшим вечером. Но не будить же его посреди ночи, заставляя мыться в холодном ручье? Поэтому, Кель просто выполз из палатки и сменил на посту своего ученика, у того тоже был непростой день и ему не мешало бы хоть немного поспать.

Сквозь густые кроны деревьев пробивались ранние лучи солнца. Словно святящиеся стрелы, они пронзали собой просыпающийся лес. Ночь уступила свои права. Окружающий мир тонул в переливах зелёных оттенков, сменивших собой сплошную темень; наполнялся иным ароматом — совсем не таким, что ночью — более густым, терпким и насыщенным; одни птицы уже затихли, а другие только начинали изливать свои трели; неизменным осталось лишь журчание воды, всё такое же звонкое и неутомимое.

Идеальные условия для глубокой медитации.

Но вместо этого Келю приходилось непрерывно следить за малейшими изменениями вокруг стоянки — очнуться в желудке чересчур расторопного хищника отчего-то, ну никак не хотелось. И если для него самого это было маловероятно, то вот уже для двоих подопечных подобная угроза представлялась весьма серьёзной. А потому приходилось нести вахту, уже в который раз радуясь, что ему практически не требуется сон. За последнее время перерожденец уже успел привыкнуть к тому, что этим занимается кто-нибудь из немаленькой стаи шебутных капель. А ещё, к постоянному ментальному шуму с их стороны, ведь они спешили делить с ним любым наблюдением, эмоцией или вопросом. И если с каждым днём беспричинного дёрганья становилось всё меньше, то вот вопросы, напротив, лишь множились и не желали прекращаться.

Но их старшего, это только радовало.

Вскоре из палатки выбрался Малл и не говоря ни слова уселся на поваленное дерево, на котором последние часы провёл его учитель. Слайм стремительно начал возвращать своему телу естественный фиолетовый цвет, становясь из прозрачного и незаметного, хорошо различимым на поверхности заросшего мхом ствола. Оба молчали некоторое время. Юный глава клана, потому что не знал с чего начать и стоит ли вообще что-то говорить. А Кель, потому что догадывался о мыслях ученика и не хотел помешать им созреть.

— Неужели так везде? — наконец, голос парня разорвал тишину.

«Даже не сомневайся, где-то лучше, где-то хуже. Но везде примерно одинаково, меняются только лица, но не сокрытая за ними суть».

— Но ведь так нельзя! Люди не вещи… да и вообще, в Империи же рабство запрещено! А его просто взяли и купили, словно так и должно быть.

«Запрещено говоришь? И что дальше? От чего-то существование запрета никак не помогло мальчику. Просто у кого-то был товар, а кто-то захотел его купить».

— Сенгарт — это клан, в чьём ведении находятся те земли. Они должны были, как и все прочие кланы, следить за своей территорией, им подчиняются городские управы, стража, да даже гильдии должны отчитываться перед их представителями, ведь именно они гарант соблюдения законов Империи Бесконечной Звезды на своей земле! Это то, для чего и существуют те, кто идёт по пути возвышения — обеспечить безопасную жизнь населению Империи. Это было неизменно с незапамятных вре…

«И мне это говорит человек, чьи родственники взяли в заложники семью девушки, на которой его потом женили без какого-либо согласия, да к тому же ещё обокрали и лишили власти над собственными владениями?» — Кельмион всё же не выдержал наивной чуши, в которую его ученик, похоже, действительно верил.

— Я… я… это другое! Дела кланов не касаются обычных людей и они о случившемся даже ничего не узнают. Будут и дальше заниматься… тем, чем занимались, вот!

Эти слова окончательно убедили Келя в появившихся подозрениях.

«А ты, вообще, хоть представляешь, как живут простые люди?»

— Конечно, знаю! — тут же ответил юноша. Но вот дальше вся уверенность сошла на нет. — Ну, они работают, скот там пасут… эээ, овощи ещё выращивают… — от собственных слов парень совсем затих и словно ушёл внутрь себя за тем ответом, который не смог дать только что.

Учитель не стал ничего говорить, терпеливо ожидая, когда Малл вынырнет из размышлений. Пока тот молчал, слайм спрыгнул со ствола на землю и выпустил из тела несколько длинных щупалец, которыми быстро и ловко сложил костёр. После чего коротким импульсом выпустил из конца одного из них маленький язычок пламени, поджигая ещё с вечера натасканный учеником хворост. Огонь поначалу неохотно принялся за мокрые ветви, но вскоре уже вовсю заполыхал, жадно поглощая свою добычу. Кельмион знал толк в походных умениях.

— Я… я никогда раньше не думал о том, как живут люди за пределами кланов. — раздавшийся голос парня не стал неожиданностью. — Всю свою жизнь, сколько себя помню, были лишь одни сплошные тренировки, занятия, медитации. Всё ради возвышения. Так жил я, и так жили мои братья с сестрой, да и вообще все воины клана, которые были вокруг. На самом деле я ничего не знаю о простых жителях, даже о тех, что служили в нашем поместье. — Слайм мысленно хмыкнул, когда юноша закончил говорить.

«Вот ты и ответил на все свои вопросы. Ни одной семье из тех, что стоят на вершине власти, просто нет до остальных дела. Всё просто и нет смысла искать виноватых в таком положении дел, как ты сам сказал — это было с незапамятных времён». — несмотря на то, что сам Кель усвоил эти вещи давным-давно, ему тоже было непросто их озвучивать.

— Но ведь можно же что-то сделать? Как-то изменить? Я же знаю, что не Воины обеспечивают Империю едой, не они строят дома и шьют одежду. Их жизнь ничуть не менее важна, чем моя или моей семьи.

«О, ты прав мою юный ученик. И тебе несказанно повезло, что божественное провидение ниспослало на твоём жизненном пути Великого Наставника, который в мудрости своей достиг настолько больших высот, что… имеет мировоззрение несколько отличное от принятого у большинства людей».

На этих словах смотревший на него Маллор закатил глаза, но речь его учителя тут же поменяла тон на гораздо более серьёзный:

«Так что, если ты действительно хочешь что-то изменить, тебе придётся многому у меня научиться. И тут уже никаких шуток — менять мир дело нелёгкое…»

Когда мальчик проснулся, над костром уже поджаривалось припасённое заранее мясо, благо что пространственные кольца — даже такие простые, как у Маллора — позволяли сохранять свежесть продуктов на очень продолжительное время. Поэтому оттуда же появились на свет и свежий хлеб, и пара яблок, и даже ягоды, которые во время пути собирали слаймы и — о чудо! — которыми поделились с учеником своего Старшего. В общем, завтрак вышел сытный и вкусный.

— Ням-ням, болфое пафибо, чав-чавк, ихофда не ел тахофо, ням-ням, фхуснофо мяфа! — мальчик уплетал нехитрую снедь за обе щёки, не прекращая с набитым ртом благодарить своих спасителей. Смотрелось это очень забавно, отчего с лица старшего парня не сходила улыбка. Вот только в глазах юного главы клана читалась грусть так никуда и исчезнувшая после утреннего разговора.

Когда оба парня поели, Малл принялся собирать вещи, а слайм вспомнив о своих ночных измышлениях по поводу чистоты одного конкретного сироты, позвал того к воде. Он собирался реализовать неожиданно посетившую его голову задумку, такова уж была его натура — не откладывать в долгий ящик эксперименты, которые можно было провести прямо здесь и сейчас. Для начала Кельмион попросил мальчика снять с себя всю одежду, отчего тот стал стеснительно отнекиваться.

«Я не человек, чего меня стесняться-то? А мой ученик нас всё равно не видит». — привёл железные доводы слайм.

— Д-да, господин Кельмион.

После чего ребёнок-таки разделся и встал на указанное место, слегка ёжась от утреннего прохладного воздуха и переминаясь с ноги на ногу на мокрой траве, при этом отчаянно пытаясь прикрыть свою наготу. Прошедший дождик не прошёл бесследно и в лесу было совсем не жарко.

Кель выпустил из тела два щупальца, одно из которых погрузил в ручей, а другое вытянул над собой под небольшим углом. Пара мгновений и вот уже фиолетовая капля начал раздуваться вширь, наполняясь водой. Вскоре она уже превратилась в здоровенный пузырь ростом почти с самого мальчика. А в след за этим из верхнего отростка, который стал располагаться выше ребёнка, прямо на него начала течь вода!

— Э-эй! — возмущённо взвизгнул мальчик и уже хотел было отпрыгнуть, полагая, что та будет холодной, но она неожиданно оказалась совсем даже тёплой. Словно в дождевой бочке в разгар лета.

Использовать собственное тело для помывки людей. Раньше подобное не могло привидеться Кельмиону и в самом бредовом сне! Но он уже понял, что переродившись, изменился не только внешне, но и внутренне и теперь такие вещи не имели для него особого значения. Нужно поработать лейкой с подогревом? Да не вопрос! Особенно, если это ещё и довольно интересный эксперимент с воздействие на жидкость внутри тела с помощью сё. Такие знания и умения лишними уж точно для него не будут.

Когда сирота помылся, слайм выдал ему одолженное Маллором полотенце, которое сразу и высушил, так же просто поместив в своё тело. Ученик не отказался и одеждой поделиться, пускай та была сильно велика для худого мальчишки, но тёмные штаны можно было закатать, а зелёную рубаху подвязать понизу в узел, чтобы не болталась. И выходило вполне прилично, тем более, что в лесу всё равно некого стесняться.

Он уже сложил палатку и отправил её в пространственное кольцо, когда мальчик вместе с учителем на руках показались из кустов. Теперь, когда тот был чистым, можно было с уверенностью сказать, что его неровно обрезанные волосы до плеч, имели каштановый цвет. Торчащие после умывания во все стороны, они переливались янтарём в тех местах, куда падало несколько лучиков света. Лицо вокруг носа было усеяно веснушками, робкая улыбка играла на губах, а зелёные глаза с опаской смотрели на Малла. Его одежда смотрелась на тощем ребёнке довольно нелепо, но хоть не спадала при каждом шаге и то хорошо.

— Спасибо за одежду, господин Маллор. — сказал мальчик, как только подошёл поближе, не забыв при этом поклониться, отчего парень невольно скривился. Это простое действие напомнило ему о не самых приятных вещах.

— Прекращай кланяться и зови меня просто по имени, этого будет вполне достаточно. — юный глава постарался сделать свой голос мягким и дружелюбным, насколько позволял ему напрочь отсутствующий в этом деле опыт.

— Х-хорошо, го… Маллор. — опаска из глаз сироты никуда не исчезла, но по крайней мере напряжённые до этого плечи заметно расслабились.

«А меня можете звать Несравненный-Мастер-Благословенный-Небесами-Чьё-Величие-Подобно…»

— Учитель!

Любопытство и не думало отпускать перерожденца, поэтому уже скоро они направились обратно к оставленным слаймам. Ученик понёс мальчишку на руках, поэтому скорость передвижения ни капельки не пострадала и через некоторое время они оказались на месте.

Кель регулярно поддерживал связь с младшими сородичами и уже был в курсе, что вчерашний хищник после плотного перекуса даже не думал покидать поляну, устроившись на сон прямо в колючих кустах не чувствуя по этому поводу каких-либо неудобств.

«Прекрасно! Еда сама ждёт, когда её приготовят». — его ничуть не смутило наличие опасного зверя решившего, что он может ничего не бояться в далёких от центра болот землях.

Попросив Малла достать из пространственного кольца стихийное ядро, так хорошо зарекомендовавшее себя днём ранее, он оставил парня вместе с ребёнком на некотором отдалении, а сам отправился к поляне. По пути отдал слаймам команду на окружение дрыхнущего зверя. А дальше, результат вчерашней тренировки-охоты был повторен один в один. Затем лишь исключением, что ученик не принимал в этом деле никакого участия. Огромный хищник так и не проснулся, окончив свою жизнь в сытых сновидениях.

«Большая вкуснятина!» — Арти.

«А нам её можно есть?» — Татен.

«Мы же её не бросим, как вчерашнюю?» — Куир.

«А если кушать вместе с ягодой, вкуснее будет?» — Марн.

«Хочу, чтобы человек сделал мне мясо горячим, вчера было вкусно!» — Пайс.

«Старший, я хочу, как ты делать еду…» — Лар.

Окружившие его сородичи уже привычно начали галдеть, заставляя мысленно улыбаться от умиления. Быстро оглядев поляну всеми доступными способами, он для начала просканировал место, где немного вздыбилась земля и обнаружил на небольшой глубине довольно большой шар двухметрового диаметра. А затем раздал непоседам указания — разделать тушу зверя на части и… съесть останки людей. В конце концов, даже от разбросанных по земле недоеденных частей тел, можно получить пользу, если уж они оказались не способны принести её будучи живыми. Очередной эксперимент, какова будет разница в возвышении между теми, кто попробует человечину и теми, кто ограничится только болотным тигром? Ведь по сути люди, в отличие от животных, занимаются возвышением осознанно, упорядоченно и систематизировано, по идее употребление их в пищу должно давать больших эффект, чем мясо неразумных зверей.

Эта идея попахивала чем-то мерзким, но отказываться от проведения такого опыта, раз уж представился случай Кельмион не собирался, тем более, что сам он в этом участвовать собирался только как наблюдатель.

Вскоре из-за кустов с предельной осторожностью, чтобы не ободрать одежду о здоровенные колючки, вышли парень и мальчишка. И только в этот момент слайм понял, какую допустил ошибку!

— Наставник, а вы… кха! — Маллор, оглядевший происходящее перед ним, подавился собственными словами и застыл на краю поляны.

Мальчик же не издал не звука. Но глаза, превратившиеся в блюдца и позеленевшее лицо, были красноречивее любых слов. К счастью, никакой другой реакции организма не последовало. Что удивительно, для кого-то его возраста, ведь зрелище валяющихся частей рук, располовиненных голов, кучкой вывалившихся кишок и всё это в окружении кровавых разводов, которые не смогла до конца скрыть ночная морось… В общем, такая картина и потрёпанного жизнью наёмника не оставила бы равнодушным. Но и оставлять это дело на самотёк слайм не собирался, раз уж не озаботился этим заранее.

Быстро оказавшись возле мальчишки, который впал в некий ступор, Кель запрыгнул тому на плечо, заставив тощего сироту покачнуться и сделать рефлекторный шаг, чтобы удержать равновесие. А затем, настроившись на его эмоции, принялся передавать собственные спокойствие, уверенность и заботу, которые постепенно заменяли собой творившийся в чувствах раздрай. Через пару минут своеобразной процедуры тот более-менее пришёл в себя и можно было надеяться, что ребёнка не начнут преследовать что он нынче ещё и наставник, забывать тоже не стоило.

«Малл, бери Сайрика за руку и идите вот сюда». — сказал учитель, передавая ученику мыслеобраз нужного места. Тот послушно потопал к месту, старательно огибая места трапезы слизней и ведя несопротивляющегося подопечного, который старался смотреть только себе под ноги.

«А теперь слушай меня внимательно. Я буду учить тебя тому, о чём эта толпа идиотов, судя по всему, даже не слышала, потому что будь в их арсенале техника Незримого Касания… всего этого просто бы не было. На самом деле эта техника совсем несложна в освоении и просто требует хорошего контроля внутренней энергии. На начальном этапе освоения она поможет тебе достать из-под земли то, ради чего приходили эти люди, благо что основную работу они уже сделали и интересующая меня штука находится всего лишь где-то на метровой глубине».

— Учитель, а я справлюсь? Ведь насколько мне известно техники контроля сё за пределами тела изучаются очень долго.

«Справишься-справишься, можешь даже не переживать, она действительно довольно простая, для тебя не должно составить труда выучить её». — о том, что его ученик обладает редчайшим даром — Сё Небесной Пустоты, он решил тому пока не рассказывать. Пускай лучше считает, что ему пока не дают изучать что-то действительно серьёзное, ограничиваясь примитивными техниками.

В подробностях расписав то, что необходимо было сделать и поделившись мыслеобразами тех ощущений, на которые должен ориентироваться парень, Кельмион дождался, когда он войдёт в медитацию, а сам поспешил поискать в останках что-нибудь интересное. Сайрик остался рядом с Маллором усевшись рядом с ним на землю и прикрыв глаза — ему тоже было над чем подумать.

Передвигаясь от одних останков к другим, слайм собрал пять скрывающих амулетов, несколько клинков не лучшего качества, с пару десятков метательных ножей и пространственное кольцо. Одно. Больше неизвестные идиоты ничем похвастаться не могли, если что-то при них ещё и было, то оно оказалось проглочено болотным тигром. Во время поисков, так же не остались без внимания и сородичи, за возвышением которых он предпочитал постоянно следить и давать советы, если видел, что кому-то нужна помощь.

О том, что у его ученика, наконец-то что-то начало получаться стало ясно благодаря лёгкому подрагиванию почвы. Кель тут же поспешил к парню, чтобы проследить за процессом извлечения, всё-таки как бы он ни был уверен в силах и врождённом таланте юноши, но поднять такой большой предмет в первый раз может быть весьма непросто даже для него. Но помощь учителя не потребовалась.

Парень, до того неподвижно сидевший, медленно встал на ноги и, помогая себе движением рук, вытянул из-под земли каменный шар, который был в диаметре больше Маллора. Даже несмотря на то, что он неизвестное количество времени пробыл на большой глубине в сырой почве, тот всё равно на первый взгляд выглядел довольно целым и Кельмион даже имел некоторые догадки о том, что же это такое. Артефакт, а ничем иным это быть не могло, был не самой простой штукой.

«Поздравляю! Ты выучил свою первую дистанционную технику и даже успешно её применил». — за проделанную работу действительно стоило похвалить.

— Спасибо наставник. — Малл глубоко поклонился находящемуся на земле слайму, выражая неподдельное почтение. — Без вас это было бы невозможно.

«Хорошо, что ты наконец-то осознал, суть того, что без дарованных Великим Мной наимудрейших наставлений, о которых не может мечтать и император, у тебя не было бы и…»

— А-а-а-а! — отчаянный крик сироты, заставил учителя прерваться, а ученика тут же кинуться к мальчику.

После того, как вслед за показавшимся из земли каменным шаром господин Маллор подошёл к нему и начал о чём-то говорить со своим необычным учителем, сирота решил не мешаться, несмотря на то, что ему тоже было очень интересно посмотреть на странную штуку, ради которой его… хотели убить.

Мальчик остался сидеть на сырой земле, чувствуя, как солнечные лучи потихоньку начинают всё сильнее припекать макушку. А в голове его роились сумбурные мысли, о том, что с ним произошло, о чудесном спасении, о новых знакомых, о… да обо всём подряд. И конечно же, нет-нет, да мелькали картинки того, что он увидел, когда вышел из кустов на поляну, как бы он не старался гнать их прочь.

Слизни. Не такие как господин Кельмион, который был необычного фиолетового цвета и рядом с которым всегда было как-то спокойно. Те что были здесь имели самый заурядный грязно-зелёный цвет и к ним совсем не хотелось подходить ближе. Ведь они…в общем, совсем не хотелось!

Погружённый в свои думы, Сайрик не успел заметить, как один из этих слаймов подобрался к нему и коснулся босой ступни. Ребёнок от неожиданности вздрогнул, когда открыл глаза и увидел, кто находится возле него. И попытался тут же вскочить на ноги и убраться куда подальше от этого существа, но тело словно парализовало от страха, а затем он услышал в голове голос:

«Ты очень вкусный человек, можно тебя попробовать?»

Заорал он совершенно неожиданно и так громко, как никогда прежде.

Моментально среагировав, Кель одним прыжком оказался перед закричавшим ребёнком. Такое поведение стало для слайма настоящей неожиданностью, ведь он всё это время не переставал следить за окружающим миром и ничего необычного не замечал. Но вокруг всё оставалось тихо и не наблюдалось ни одной видимой причины для столь странной реакции сироты. Только один из братишек, что забрался на колени мальчика фонил во все стороны искренним недоумением.

«Старший, я сделал что-то неправильно?» — спросил Арти уже после того, как Сайрика удалось успокоить и объяснить, что никто его есть не собирается.

Кель задумался, как ответить на безобидный вопрос маленького гения. Да, именно так, ведь малыш слайм сам, без всяких подсказок, смог подстроить способ общения принятый в их необычной семейке для разговора с человеком! И сделать это лишь на собственных ощущениях и интуиции. Перерожденец был необычайно горд такому успеху братишки и не переставая передавал тому свои чувства по ментальной связи. Ну, а то, что Арти ещё не умеет правильно подбирать слова, так это не его вина, ведь тот ещё совсем маленький — всего-то пару месяцев отроду. Да, разум слизней в некоторых вещах отличается от человеческого, но кто сказал, что в худшую сторону? С первого взгляда странная семейка не была похожа на своих сородичей, которые в большом количестве встречались повсеместно. И Кель давно утвердился в мысли, что причиной тому послужило его перерождение среди слаймов памятной ночью. Но несколько раз пытаясь установить мысленную связь с другими слизнями, он ощутил ментальный фон, который был гораздо сложнее, чем можно было ожидать от столь простых созданий, находящихся на самом нижнем уровне возвышения среди обитателей леса. Просто они практически не развивались с самого своего рождения, чего нельзя было сказать о родственниках перерожденца. «Что произойдёт, если начать заниматься с новорождённым диким слаймом?» — думал порой Кельмион, делая мысленную пометку обязательно заняться этим вопросом при первой возможности.

«Нет, ты всё сказал почти правильно. Только надо было немного по-другому. Ведь что тебе показалось вкусным? Не сам же человек?» — начал объяснения Старший.

«Ну, это… наверное… он вкусно пах».

«Вот, это значит, что ты должен был сначала узнать почему он вкусно пахнет. И тогда бы всё было в порядке и он тебя обязательно бы понял. А так, человек подумал, что ты хочешь его съесть и испугался».

«Но я же не был страшным! Я не делал, как учил нас Старший, чтобы вокруг все боялись».

«Понимаешь, этот человек ещё маленький и пока он не вырастет, его будет очень легко напугать, ведь он слабее даже Младших. Ну, что теперь понятно?»

«Да, Старший». — немного неуверенно ответил слайм. И уже совсем тихо добавил: — «Люди такие сложные…».

Сказав Маллору, чтобы тот внимательно слушал его пояснения, Кельмион решил проверить свою догадку. Попросив мальчика лечь на расстеленное покрывало и довериться ему, он забрался сверху на плоский живот и преодолевая естественное сопротивление организма взял под контроль небольшое количество внутренней энергии, которой в теле ребёнка и без того было совсем немного. При этом он не прекращал передавать ученику не только слова, в которых описывал каждое действие, но и сопровождал их мыслеобразами своих ощущений, пояснявших каждую манипуляцию. Про свои обязанности учителя слайм и не думал забывать.

Как и во время лечения минувшей ночью, никаких признаков повышенного резонанса со своей силой Кель не заметил. Но не остановился на этом и стал по очереди подзывать каждого из братишек, просил их залезть на раскрытую ладонь сироты и выпустить во вне немного своей энергии, после чего выводил капельку сё Сайрика через участок кожи, которого касался слизень и внимательно наблюдал за результатом духовным зрением.

Каждый раз реакция двух разных сё была немного иной, у кого-то резонанс был лучше, у кого-то хуже. В принципе, в любом случае, если бы все слаймы начали практиковать с мальчиком парное развитие, то это принесло бы гораздо больший результат для них обоих, чем если бы всё шло своим чередом, как и всё время до этого. Но вот оставшийся на последок Арти показал наилучшую совместимость с ребёнком, практически такую же, как и Кельмион с Маллором. Потому-то талантливому малышу и показалась такой вкусной сё мальчишки — она просто на просто была божественным нектаром, способным в разы ускорить его возвышение!

Когда незапланированное обследование завершилось, Сайрик был уже по всем правилам познакомлен с Арти, который совсем не хотел уходить от мальчика и был совсем не против с ним поболтать. Жалко только, что сам сирота не умел передавать свои мысли как-либо иначе, нежели простыми словами, которых маленький слайм, конечно же, не понимал. Но, успокоенный объяснениями Келя ребёнок, не отказывался и просто подержать слизня на руках с интересом сдавливая и растягивая податливое полупрозрачное тело. Сам же Арти ничуть сопротивлялся такому обращению, напротив, даже получал некоторое удовольствие от необычных ощущений, как маленький котёнок, которого чешут за ушком. Раньше с ним никто ничего подобного не вытворял.

А наставник с учеником вернулись к вытащенному из недр земли каменному шару.

— Учитель, а вы знаете что это такое? — здоровенный круглый камень, испещрённый по всей поверхности множеством узоров, пусть и был весь покрыт налипшей грязью, но посверкивающие на солнечном свете красные с металлическим отливом прожилки, придавали ему невероятно загадочный и необычный вид.

«О, это весьма занятная вещь, которая является частью артефактного массива».

— Массива?

«Да, так называется группа взаимосвязанных артефактов служащих для какой-то общей цели». — говоря это, Кель протянул щупальце к поверхности камня и подав внутрь немного сё, бегло отметил все пришедшие ощущения. Конечно же, о том, чтобы изучить артефакт таким образом не могло идти и речи, но слайму и не надо было досконально исследовать шар. Один внешний вид и поведение пущенной внутрь энергии уже говорили о многом.

— И какая же была цель у нашей находки?

«Не могу сказать чего-то определённого, чтобы узнать назначение нужно провести исследования или заставить артефакт работать».

— Но для чего кому-то могла понадобиться старая каменюка, которая невесть сколько лет пролежала под землёй? Зачем ради неё кого-то убивать?

«А ты внимательно взгляни на него — ни сколов, ни трещин, ни даже потёртостей, словно вчера вышел из-под рук Мастера. Это не просто камень, а по всем правилам обработанный амеркан, если изделия из него не пытаться разрушить специально, то они могут служить тысячелетиями. А этот просто лежал глубоко в земле».

— Тысячелетия? Неужели он до сих пор работает?

«Пока не знаю, а чтобы ответить на твой вопрос с уверенностью, мне понадобиться время, да и остальные части массива найти не помешало бы. Такие вещи, если узнать назначение, могут оказаться невероятно полезны, не говоря уже о том, что даже без этого их цена никак не может быть низкой».

Им повезло. Найденное кольцо, которое носил командир почившего отряда, оказалось без привязки кровью. Воспользоваться им мог любой человек, а внутреннее пространство было в несколько раз больше, чем у аналогичного аксессуара Маллора и этого объёма вполне хватало, чтобы вместить примерно штук пять найденных каменных шаров. Было видно, что охотники за древностями предполагали немаленькие размеры добычи, а также, что никто не собирался доверять этим людям весьма дорогое кольцо в личное пользование.

При желании Кель смог бы и привязку обойти, но на своём нынешнем уровне возвышения он просто не был способен на столь тонкие манипуляции. Ведь это была отнюдь не такая грубая работа, как в подземном переходе между клановыми землями, по которому Линн пыталась сбежать и которое заменяло ему жилье всего месяц назад.

В купе со всеми ранее известными мелочами, потихоньку вырисовывался некий образ организации с неясными целями. И к ней возникли вопросы, как у слайма, так и у его ученика, которому совсем не понравились методы неизвестных.

Ещё некоторое время наставник отвечал на различные вопросы своего ученика, пока тот не удовлетворил своё любопытство. Из разговора выяснилось, что ни о чём подобном тот прежде даже не слышал ни о каких артефактах из амеркана, ни об Аколе и том, что это за организация. Хотя в его случае, это было совсем не показательно, ведь последние несколько лет парень был одержим лишь одной идеей — продвинуться в возвышении. В то время, как все прочие вещи были для него на втором месте.

Ночь. Дневная суета сошла на нет и воздух полнился тихими звуками, которые, казалось, скрадывала сама темнота. Небольшой каменный гребень опоясывал их стоянку и отблески костра создавали на природной ограде причудливо пляшущие тени. Места у границы с болотами вообще были богаты на подобные элементы ландшафта. Если верить тому, что Кель узнал за месяц будучи гостем Линн, то когда-то вместо опасных топей между двумя клановыми землями, которые тогда имели совсем других хозяев, располагался огромный кратер окружённый каменным поясом. И именно в нём располагалась столица Империи Джи-Ан, Волкон. Нынче же от древнего государства осталось лишь название, которое теперь носит одна из многих провинций уже совсем иной Империи Бесконечной Звезды, которая пришла на смену старой эпохе.

Объятые пламенем ветки потрескивали, где-то над головой ухала птица, из травы доносился стрекот насекомых. Было тихо, спокойно и слайму совсем не хотелось прерывать умиротворённость мгновения. Но всё же пересилил желание и заговорил:

«С завтрашнего дня ты начнёшь учить Сайрика». — тон слайма был совершенно обыденным, словно он лишь упомянул о том, что мясо следует ещё немного подержать над костром.

— Хоро… что!? — воскликнул Маллор, до которого не сразу дошёл смысл слов.

«Для особо одарённых повторю, с завтрашнего дня ты будешь учить мальчишку».

— Но почему я, нет… то есть, почему его вообще надо чему-то учить? Может он и вовсе не хочет с нами оставаться?

«А ты сам в это веришь? Думаешь ему захочется вновь оказаться в роли бесплатной рабочей силы в месте, где его продали без лишних вопросов?»

— Вы правы, учитель. Но чему я смогу его научить? В отличие от вас, мне не ведомы техники развития, у меня нет ваших умений и опыта. Ещё неделю назад я был просто отбросом для своего кла…

«Заткнись!» — неожиданно Кель перебил ученика, не сумев унять поднявшуюся бурю эмоций. Маллор тут же застыл с открытым ртом не смея издать и звука — ещё ни разу на его памяти учитель не был настолько резок с ним.

«Запомни, больше никогда и не при каких обстоятельствах не смей принижать своё достоинство. Ты мой личный ученик, человек, которому я передаю все свои знания и опыт, тот, чей путь — это величие! Прошлое осталось в прошлом и отныне ты идёшь только вперёд. В конце концов, я предложил тебе ученичество не от жалости из-за твоей болезни и не из-за подходящей сё, а потому что увидел парня, который несмотря ни на что, со всем возможным упорством продолжал работать над собой. Тебе уже сейчас есть чему поучить других». — на последнем слове Кель был подхвачен растроганный юношей на руки и крепко стиснут в объятиях.

— Спасибо… — с трудом выдавил из себя юный глава клана, которому таких слов не говорили ещё ни разу в жизни.

«Кхм…» — слайма немного сбил с мысли порыв подопечного и он молчал до тех пор, пока юноша не опустил его обратно на землю.

— Простите, учитель я не… — принялся оправдываться парень.

«Ничего, Малл, я всё понимаю, но вернёмся всё же к Сайрику. Тебе его обучение нужно ничуть не меньше, чем ему самому, передача собственных знаний другому человеку помогает взглянуть на них под новым углом, прийти к лучшему пониманию и даже открыть для себя нечто новое там, где казалось, что всё уже давно изучено. Возможность кого-то учить — это ещё один из способов саморазвития, которым ещё надо суметь воспользоваться. А начнёшь ты с тренировки тела».

— Ну, об этом я, наверное, немного знаю. — задумчиво согласился ученик.

«Многие из тех, кто вступил на путь возвышения от чего-то полагают, что им достаточно лишь заниматься развитием своего энергетического тела, а всё остальное за них сделает сё. В чём-то они, конечно, правы, ведь с каждой ступенью возвышения телесная энергия не только увеличивается в максимально доступном количестве, но и приобретает новые качества, большую плотность, сродство со стихиями и прочее. И уже вслед за этим изменяется тело, становясь сильнее и выносливее. Вот скажи, тебе об этом раньше что-нибудь было известно? Как ты тренировался?»

— По началу я тренировался, как и все, почти всё время занимали медитации, пил специальные настои, ел только мясо высокоранговых зверей, обучение клановым боевым искусствам давалось легко, наставники требовали лишь заучить новые движения, после чего показывали следующие и следующие. Все говорили, что этого достаточно. Но когда я понял, что моё развитие стоит на месте и никто не может с этим помочь, то оставалось лишь сосредоточиться на упражнениях тела, потому, что только они давали хоть какой-то прирост силы. А больше я ничего не знаю.

«Понятно. Так вот, могу тебя обрадовать, ты благодаря своему недугу невольно пошёл верным путём. Ведь тело человека, это фундамент, на котором и строится его развитие, чем более развиты его мышцы, чем крепче суставы и кости, тем сильнее они становятся под воздействием сё. В то время, как при слабом развитии прирост возможностей тела становится гораздо меньше. То же самое и при использовании различных усиливающих техник, подготовленное тело сможет использовать их с гораздо большей эффективностью. Так что, именно с этого ты и начнёшь обучение мальчика, а методику развития я ему передам и так».

— Я понял вас, Мастер Кельмион! — Маллор встал и глубоко поклонился наставнику.

На следующий же день Кель спросил у Сайрика о том, хочет ли он остаться с ними и стать учеником главы Паунфир, со всеми вытекающими — принятием в клан, получением кланового имени, соответствующим жаловании при росте возвышения и прочего, прочего. Конечно же, мальчишка согласился остаться! Его радости не было предела, если раньше он мог лишь мечтать о чём-то подобном, то теперь робкие детские фантазии стали реальностью.

Дни сменяли друг друга. Их разношёрстная компания неторопливо двигалась вслед за направлением, которое указывал простенький артефакт настроенный на практически неощутимое любыми другими способами излучение непрестанно генерируемое частью массива. К счастью, он нашёлся в трофейном кольце и Кельмиону не было необходимости создавать новый аналог. Разве что пришлось добавлять в уже имеющуюся энергетическую конструкцию новые элементы, чтобы увеличить время работы и дальность чувствительности. Но это были совершенно незначительные мелочи не потребовавшие от него хоть сколько-нибудь значимых усилий.

Движение происходило без какой-либо спешки, они передвигались вдоль границы леса и болота. Маллор продолжал охотиться за местными обитателями и Кель даже перестал ему помогать в этом оставаясь лишь наблюдателем, ведь его ученик за каких-то пару дней уже достиг четвёртой звезды и благодаря своим талантам в крайнем случае мог убежать практически от любого зверя не выше шестого ранга. Но за прошедшую неделю ему ни разу не приходилось спасаться бегством, сила парня росла поразительными темпами!

Не был исключением и слайм, который благодаря парной практике возвышения уже подходил к пятому облаку четвёртой звезды, опережая своего ученика в развитии на две ступени. Но и своих маленьких родственников он не собирался оставлять без помощи, поэтому все они были обучены такому же способу тренировки и регулярно по очереди брали сё у Маллора. Таким образом рост всей семейки значительно ускорился и средний уровень у них теперь подбирался к третьей звезде.

И на этом фоне в очередной раз показал свой талант Арти, который со всей возможной для столь юного создания серьёзностью подошёл к делу тренировок вместе с Сайриком и если сам мальчик пока только начал тренировки и смог возвыситься лишь до второго облака первой звезды, то его слизистый напарник уже был на первом облаке третьей.

Новый член их странной компании не мог похвастаться хоть каким-нибудь талантом, но очень внимательно слушал своего учителя и прилежно повторял вся показанные им упражнения. Было видно, что подаренный жизнью второй шанс он не был намерен упускать. С Арти они довольно быстро поладили и пускай слайм пока не мог понимать то, что ему пытался сказать пацан, но зато сам он мог более-менее выразить свои мысли. В итоге их общение пусть и выглядело странно, но им похоже от этого было только веселей. Мальчишка нашёл в лице слизня практически безотказного партнёра для игр.

Он был на пределе. По лицу непрестанно стекали капли пота, воздух с каждым мгновением всё тяжелее пробивался в лёгкие и с хрипом вырывался из горла наружу. Мышцы ног были готовы разорваться от напряжения, а руки казалось стали тяжелее металла. Но его противник даже не думал давать юноше продыху, заставлял выкладываться на грани сил и возможностей.

Рывок в сторону и атака нацеленная в голову парня проходит мимо, оставляя после себя лишь глубокую борозду на стволе дерева! А в следующий момент очередной удар приходится принимать на скрещенные перед грудью руки, от чего Малла подкидывает в воздух и он спиной влетает в стену густого кустарника.

Раздаётся треск со всех сторон, одежда рвётся, а на коже появляется множество глубоких царапин — почти лишённое сё тело уже не способно защититься от таких мелких повреждений. Он проиграл.

«Отлично, мой юный ученик! С каждым днём ты всё лучше держишься против слизня, так глядишь, скоро и котят бояться перестанешь!» — нарочито бодрый голос заставил Стайтрила мысленно скривиться.

— Учитель, вы не слайм, а настоящий монстр! И не называйте трёхметровых тварей котятами! — попытался он укорить разошедшегося наставника.

«Ну-ну, не стоит меня слишком уж нахваливать, да и зачем так отзываться о бедных котиках? В конце концов, я же тебе говорил, что лучше сначала подождать, а не лезть сразу против двоих, которые между прочим были заняты весьма деликатным делом». — на этих словах Малл отчаянно покраснел вспомнив занятых продолжением рода хищников. Тогда ему действительно показалось хорошей идеей напасть на них в такой момент. И только после того, как он чудом расправился со взбесившимися хищниками, наставник рассказал, что у некоторых зверей циркулирующая в подобные моменты сё приобретает весьма интересные свойства, из-за чего сила их значительно увеличивается и подходить к ним может быть гораздо опасней, чем в любое другое время.

Как бы то ни было, но теперь он собирался ещё более чутко прислушиваться к рекомендациям учителя, даже если те произносились несерьёзным тоном.

Подняться самостоятельно он так и не смог, пока не достал из пространственного кольца одну из пилюль, которые при любом удобном случае делал Мастер Кельмион, благо, что в окрестностях всегда росло в достатке необходимых ингредиентов. Стоило только проглотить маленький зелёный шарик, распространяющий вокруг себя едва заметное свечение, как по телу сразу же пронеслась волна энергии смывшая усталость и заставившая гант активно перерабатывать накопленную духовную сё в телесную. И уже через несколько мгновений он без проблем выбрался из кустов, сетуя, что одежда в очередной раз пришла в негодность. Такими темпами его запасы скоро подойдут к концу!

Раньше он и думать не мог, что кто-то может изготавливать настолько ценные лекарства в таких количествах и так легко, да к тому же и без всяких приспособлений, лишь с помощью собственной сё. Юный глава клана привык считать такие вещи, если и не редкостью, то уж точно слишком дорогими, чтобы иметь возможность применять их, когда вздумается. Ведь такие пилюли, наряду с другими творениями алхимиков, было не только затруднительно найти в провинции Джи-Ан, но ещё требовалось отдать за обладание ими немало денег. В их семье пользоваться такими средствами могли себе позволить только старшие братья, от развития которых зависела сила и статус всего клана. И то далеко не каждый день. Но теперь в его кольце был немаленький запас самых разных алхимических средств, за который можно было безбедно жить в столице несколько лет!

Наставник говорил, что скоро Маллор сможет обходиться и без подобных стимуляторов, если будет столь же усердно осваивать показанные упражнения. Но пока ему было ещё далеко до того, чтобы управлять такими тонкими процессами в организме и приходилось полагаться на пилюли. Впрочем, оглядываясь назад и видя свой стремительный рост, на фоне многолетнего застоя, у него складывалось ощущение, что всё происходящее с ним лишь сказочный сон. И глубоко внутри он до дрожи боялся однажды открыть глаза и понять, что последние недели ему просто приснились.

Этим утром поисковый артефакт привёл их к небольшому болоту затянутому тиной и источающему гнилостные миазмы. Его окрестности заросли колючим кустарником, а тишину этих мест не нарушали даже крики земноводных, которых от чего-то совсем не наблюдалось в таком, казалось бы, подходящем для них месте, лишь вездесущие слаймы и мелкая мошкара. По всем признакам их цель находилась под толщей воды. Но для начала было решено поставить палатку и заняться тренировками, оставив добычу артефакта на вечер.

В этот раз Кельмион решил, что настала пора перейти от медитаций и сражений с местными хищниками к поединкам. Ведь по его мнению без них просто невозможно гармоничное освоение боевых искусств. На такое предложение парень конечно же с радостью согласился, желая проверить свои силы в сражении с достойным противником. Но тут же основательно подзавис попытавшись представить себе, как будет сражаться его учитель, ведь он был слаймом! Не то, чтобы юноша не видел наставника в бою против зверей, но в тех случаях ни о каком поединке и речи не шло, все атаки совершались на расстоянии с помощью сё. Ему стало очень любопытно.

Вдвоём они выбрали себе достаточно просторную поляну, окружённую чахлыми деревцами и терновыми кустами. И тут началось!

Стоило только Кельмиону дать мысленную команду: «Начали!», как его тело из упругой капли превратилось в одни сплошные щупальца, которые были тоньше мизинца на руке. Их количество не поддавалось подсчёту из-за постоянной смены положения. Они извивались в непредсказуемом ритме, словно каждое было самостоятельным существом привязанным к общему клубку. Оперевшись на одну из конечностей, учитель сравнялся с Маллом в росте и начал всем телом испускать бледное сияние. От такой картины парень опешил и не успел среагировать на первый удар последовавший от одного из щупалец. Тот пришёлся точнёхонько в грудь, от чего юношу отбросило на несколько метров, оставив болезненный ушиб в месте попадания.

«Чего застыл? Не советую отвлекаться. Повосхищаться великим мной ты сможешь и после!» — голос Мастера был звучал весело и как всегда ехидно.

А дальше атаки посыпались одна за другой. Продолжая балансировать на одной конечности, Кельмион остальными наносил удары со всех сторон. Каждая из них обладала огромной силой, скоростью, удивительной гибкостью и непредсказуемой траекторией движения. Маллу оставалось лишь защищаться и уворачиваться, на пределе использую все те умения, которыми он владел. А все попытки перейти в контратаку не приносили никакого результата — слайм был невероятно ловким и всякий раз успешно избегал его ударов, отпрыгивая и меняя опорную конечность. При этом подросток прекрасно понимал, что таким образом его противник наоборот только ограничивает себя, а на самом деле может действовать ещё быстрее и эффективнее. Тренировка с каждым мигом становилась всё интереснее!

Этот опыт нельзя было сравнить ни с чем, что было у Маллора до этого, а постоянные комментарии и советы учителя лишь повышали пользу от необычного поединка. В таком темпе они вертелись по поляне довольно долго. А после того, как юноша окончательно вымотался, пришло время для обеда, благо что пространственное кольцо позволяло хранить заранее приготовленную пищу и она даже оставалась горячей.

«Сегодня ты неплохо постарался, мой юный ученик».

— Не издевайтесь, учитель. Вы всухую победили меня, при том что наше возвышения почти на одном уровне! Я в который раз поражаюсь вашим умениям, особенно учитывая, то что вы находитесь не в человеческом теле. — несмотря на слова, парень совсем не был расстроен, напротив, он был рад, что за его обучение взялся такой мастер, который не только изменил его жизнь, но и продолжает делиться с ним бесценными знаниями и опытом.

«Это не имеет значения. Для того, кто вступил на путь познания боевых искусств пропадает всяческая зависимость от способа достижения цели. Остаётся лишь противник и средства, которыми его можно победить, если есть меч — ты бьёшь мечом, если камень — ты кидаешь его, а если руки пусты — ты пускаешь в дело кулаки, ноги, грызёшь зубами и даже, чем боги не шутят, пара слов могут поразить врага в самое сердце так, что он потеряет волю сражаться. Ведь для воина оружием является даже не его тело, а дух, что стремится к победе. Возможно сейчас эти слова звучат для тебя излишне пафосно и натянуто, но, если приложишь усердие, то когда-нибудь обязательно осознаешь на личном опыте их правоту, как это было со мной».

— Мне действительно сложно вообразить победу над здоровенным зверем с помощью пары фраз. — юноша улыбнулся, представив себе подобное «сражение».

«Наш мир невероятно стар и таит в себе множество секретов, если верить легендам, что я читал когда-то в детстве, были и такие мастера, которые словом могли разрушить горы!» — по тону учителя было не понять, серьёзно ли тот верит в подобные небылицы.

Пока они сражались, Сайрик сидел в стороне у костра и занимался возвышением вместе со слаймами, периодически отвлекаясь на поддержание костра. Сначала один приползал к нему, обменивался с мальчиком сё, а через некоторое время перед ним появлялся уже другой. Буквально на днях наставник решил, что такое разнообразие энергии должно как нельзя лучше повлиять на развитие не только сироты, но и Маллора. По заверениям Кельмиона это поможет подготовить их гант и энергетические каналы к изменяющимся условиям и повысит контроль. Ну и сами слизни получали возможность ускорить своё развитие.

«После обеда ты будешь уже сам заниматься своими энергетическими каналами. Основные воздействия на узловые точки меридиан вроде бы уже получаются неплохо, поэтому пора отказываться от сторонней поддержки. Я ещё понаблюдаю за процессом, но все движения сё будешь делать самостоятельно».

— Вы уверены? Мне до сих пор кажется, что если, останусь без вашего контроля, то не смогу правильно направить энергию. — парень действительно переживал, что у него может не получится и он навредит сам себе. Ведь метод, которым наставник избавил его от врождённого недуга действительно казался очень сложным и каждый раз, когда сё в теле подвергалась контролю, у него создавалось впечатление, что от малейшего движения в сторону каналы просто сгорят.

«Не переживай, главное, если почувствуешь, что не справляешься, просто…» — неожиданно мысленная речь наставника прервалась. А после пары мгновений молчания его тон стал холодным и собранным, как всегда бывало, когда дело касалось сражения с очередным зверем: «Кажется, у нас нарисовался гость».

После нескольких дней продвижения, Данран пришёл к выводу, что те, кого он преследовал совсем даже не пытались скрыться. Следы от костра, сражений с местными хищниками, каких-то тренировок. Да они даже не присыпали дыру в земле — точно такую же, как и на месте гибели отряда из Цепи Акона. Благодаря своему статусу, он был в курсе задания коллег по секте и увиденное вызвало у него нехорошие догадки. Всё это нужно было обязательно доложить Главе, но пока мужчина был намерен добраться до странной пары людей.

С каждым днём он стремительно настигал свою цель, это было легко определить по множеству признаков, которые говорили о давности посещения тех или иных мест, что оставляли после себя преследуемые. Вокруг была достаточно открытая местность и если смотреть поверх колючих кустов, то можно было рассмотреть равнину на весьма приличное расстояние. Благодаря всему этому, уведенная далеко впереди струйка дыма, тянущаяся ввысь, не стала для него неожиданностью.

Чем ближе становилась его цель, тем осторожнее он продвигался вперёд, желая до последнего скрыть своё присутствие. Каждое движение было выверено и продуманно, в этом не было ничего сложного для того, кто всю свою жизнь учился скрываться. На очередном шаге он едва не наступил на скрывшегося в густой траве слайма, но вовремя того заметил и перенёс стопу чуть дальше. Не то, чтобы хоть что-то изменилось бы наступи он на слизь, но Данран предпочитал действовать максимально аккуратно, в его деле внимание к мелочам полезнейшая привычка, которая в другой ситуации вполне может и жизнь спасти.

Но несмотря на свою сосредоточенность, он даже не подумал оглянуться на оставленного позади ничтожного слизня, иначе бы точно заметил, как тот столь же медленно пополз вслед за человеком.

В который уже раз он похвалил себя за предусмотрительность, что стала частью его жизни ещё в то далёкое время, когда он будучи совсем молодым путешествовал по миру. Ставший привычным дозор из младших братишек вовремя заметил таинственного незнакомца, который мастерски скрываясь продвигался к их стоянке.

После пришедшего по мысленной связи возмущённого возгласа: «Старший, на меня чуть не наступили!», Кельмион тут же синхронизировал своё восприятие со слаймом, чтобы лично понаблюдать за причиной беспокойства. А после увиденного сразу же наказал своему ученику вместе с Сайриком уйти как можно дальше от их лагеря и максимально незаметно, пока он выясняет, кто пожаловал к ним на огонёк.

Кель не стал спешить и для начала решил понаблюдать за действиями незнакомца, поэтому лично отправился ему на перерез. Его маскировка была совсем неплоха и если не знать, что ищешь, простому человеку было бы сложно разглядеть едва заметный силуэт полностью сливающийся с окружающим миром. Он уверено двигался к их костру — бесшумно и неторопливо. Но для взора перерожденца наблюдение за незваным гостем не составило никаких проблем, он в подробностях разглядел одежду, спрятанное под ней оружие, а так же знакомый эффект от скрывающего артефакта, который не позволял определить уровень возвышения человека. Всё вместе это на водило на мысли о связи неизвестного с недавно встреченным отрядом. С тех пор прошло уже почти две недели, вполне достаточный срок, чтобы пропажу людей заметили и отправили кого-то на их поиски. Скорее всего перед ним и находился этот кто-то.

Но что же теперь делать? Кель всерьёз задумался. По логике этот человек никак не мог быть слабее членов погибшего отряда, ведь иначе просто не было бы никакого смысла посылать его туда где тот пропал. Значит справиться с ним могло оказаться делом совсем нелёгким.

«А может он и вовсе не имеет к тем людям никого отношения?» — подумал слайм, но тут же откинул эту мысль, как несостоятельную. Слишком уж все факты складывались один к одному, да и не было ни для кого другого смысла идти по их следам. а это значило, что нужно было решать, как поступить дальше. Во-первых, можно было попробовать сбежать. Шансы для этого у них были бы неплохие, но точный уровень возвышения неизвестного был неизвестен, а от кого-то выше шестой звезды их компания просто не сможет скрыться. к тому же в таком случае можно было забыть об артефактах, назначение которых они так и не успели узнать, а перерожденцу очень хотелось проверить свои догадки. Во-вторых, можно было бы попробовать поговорить, но Кельмион отнюдь не был наивным мальчиком и был уверен, что ни к чему хорошему это не приведёт. Оставался только третий вариант — вступить в сражение и попробовать для начала обезвредить человека.

Размышления не заняли много времени и уже совсем скоро преисполненный решимости слайм начал действовать. К счастью, он не забыл взять у Малла трофейное пространственное кольцо и теперь оно находилось в его теле, готовое явить на свет своё содержимое.

«Ну не зря же я назывался Мастером Алхимии?»

До костра оставалось совсем немного и он уже предвкушал незаметное нападение на ничего не подозревающих жертв, когда чувство опасности взвыло в полный голос и его вдруг ослепила яркая вспышка, сопровождаемая гулким треском. Тело тут же пронзила боль, заставив сбиться с шага и упасть на четвереньки. Атака пришлась прямо в грудь Данрана и на мгновение его сердце сбилось с размеренного ритма пропуская удар, но уже в следующую секунду оно забилось с новой силой. Мощь внезапно вылетевшей из высокого терновника молнии всё же была недостаточной, чтобы стать фатальной.

Мгновенно оказавшись на ногах, он разогнал по телу сё, обрывая техники сокрытия, которые помогали ему слиться с окружающим миром и принялся сканировать пространство с помощью коротких импульсов энергии расходящихся во все стороны от тела. В любое другое время такой способ безошибочно определял местоположение ауры противника. Но в этот раз техника оказалась бесполезна! Метод, который до этого безотказно выручал его на протяжении многих лет, неожиданно дал сбой — вокруг словно не было никого.

Зрение, тоже не спешило дать хоть какую-то подсказку, со стороны, откуда прилетела молния, всё оставалось ровно таким же, как и мгновение назад. Усиленный слух тоже не уловил и малейшего шороха. Ни следа противника.

По этой атаке он понял, что враг совсем не обладает нужной силой, чтобы вступить с ним в открытую схватку. По ощущениям, мощность энергии, поразившей тело, соответствовала примерно уровню пятой звезды. Поэтому, обладая развитием выше на три ранга, Файк собрался сблизиться с неизвестным и легко его подавить.

Но побежать в сторону врага и показать разницу между ними он банально не успел. Чуткая интуиция, натренированная во множестве схваток не на жизнь, а насмерть, вновь дала о себе знать, заставляя совершить быстрый прыжок в сторону, уходя из-под возможного удара. Вот только манёвр оказался напрасным — прямо в воздухе ему в спину прилетели воздушные лезвия разрывая в клочья одежду и оставляя лёгкие порезы на коже. И вновь, неожиданная атака оказалась чересчур слабой, не нанеся ему существенных повреждений, но её вполне хватило, чтобы отбросить Данрана прямо в кусты.

После такого болезненного для собственной гордости удара, он резко переменил планы и решил отступить. Ведь в условиях, когда противник неизвестен, да ещё умудряется наносить настолько точные атаки, это было единственное верное решение, к тому же, он сделал ещё один вывод, который значительно уменьшил уверенность в своих силах. В первый раз офицер Зеркала Акола успел определить примерное направление атаки, а во второй она пришла с совершенно другой стороны. Это наводило на мысли о том, что противников минимум двое, потому что за такое короткое время, столь быстро сменить позицию мог лишь кто-то его уровня. Но в таком случае и атаки были бы гораздо мощнее! Происходящее в этом месте становилось всё более непонятным, ведь он изначально был уверен, что преследует лишь мужчину примерно шестой звезды возвышения и ребёнка лет девяти-десяти, который, даже будь он трижды гением, не смог бы выдать подобной мощи.

Все эти мысли заняли в голове Воина восьмой звезды всего пару мгновений, лишь благодаря такому умению быстро соображать он дожил до своих почти пятидесяти лет и смог занять такое высокое положение в секте Безликого Акола обойдя множество конкурентов. Поэтому, оказавшись среди переломанных собственным телом зарослей, он тут же попробовал скрыться. Данран был достаточно осторожным человеком — а иначе при его жизни было просто нельзя — который предпочитал вовремя отступить.

«Как они смогли его заметить?! Кто были его противники? Почему его техника обнаружения аур, которая с лёгкостью обходила даже скрывающие амулеты, выдаваемые сектой, никого не обнаружила?» — эти мысли вертелась в голове Незримого Клинка, когда он попробовал применить технику Полёт Демона Ветра, чтобы на максимальной скорости скрыться с места сражения, в котором мужчина совершенно неожиданно оказался в роли добычи. Но внезапно почувствовал, как собранная сё словно перестала его слушаться, став вдруг невероятно текучей и неподатливой. За каких-то несколько мгновений он полностью утратил всяческий контроль над собственной силой! Осознание этого факта привело мужчину в ужас, чего не случалось с ним ещё с тех далёких времён, когда он был слабым юнцом ничего не знающим о боевых искусствах.

Вместо стремительного рывка, после которого место битвы осталось бы позади, он успел сделать лишь пару шагов и только тут заметил, что всё это время был окружён целой стаей слаймов, над которыми едва заметно колыхался воздух. А в следующий миг ему в живот прилетел фиолетовый снаряд, заставивший тело оторваться от земли и, проделав просеку в зарослях терновника, впечататься в ствол дерева. Тот не выдержал такого удара судьбы и, отчаянно затрещав, переломился надвое.

Перед глазами Данрана всё поплыло, он успел совершенно отчётливо услышать, как внутри с оглушающим звуком что-то хрустнуло, вызывая сильную боль. Резко стало больно дышать, а изо рта потекла густая кровь.

«Ну, а теперь можно с тобой и пообщаться». — услышал он голос прежде, чем потерять сознание.

Его сон был тих и безмятежен. Уже давно прошли те времена, когда кто-либо нарушал дрёму древнего существа. Окружающий его мир, казалось застыл на месте, прекратив всякое движение. Покой и забвение.

Некогда грозное создание бесконечное количество раз наблюдало за картинами воспоминаний, которые непрестанно искажались калейдоскопом давних чувств — это были очень яркие сны. Радость беззаботной юности, когда всё вокруг казалось невероятно интересным и весёлым. Игры с хозяином, который тогда был даже больше него, но которого он всё равно стремился защищать от любой напасти. Взросление и развитие, когда с каждым годом он становился всё сильнее и сильнее, старался изо всех, чтобы быть полезным единственному близкому существу во всём мире, но всё равно человек гораздо быстрее достигал новых и новых звёзд, всякий раз оставляя своего защитника позади.

В то время хозяин казался ему самым сильным, умным, непобедимым… самым лучшим на свете! Совсем не таким, как все остальные люди.

Но привычный мир рухнул стремительно, словно падающая звезда на ночном небе. Пришедшая война была жестокой и беспощадной, его хозяина убили, а он даже не смог быть с ним рядом выполняя последний приказ. А следом разрушили и их дом, где он появился на свет в один день с тем, кого должен был оберегать до последнего своего вздоха.

Хороводы образов — невероятно отчётливых и размытых настолько, что несли в себе лишь смутные ощущения, сменяли друг друга в казавшейся бесконечной круговерти. Пока кто-то, спустя невероятно долгое время, не потревожил его сон…

Конечно же, он даже не надеялся, что поверженный враг будет спокойно отвечать на все интересующие вопросы. Откровенно говоря, Кель и вовсе ни о чём подобном не думал, когда вступал в импровизированный бой, ведь единственное, что ему тогда было важно — получится или нет, придётся в спешке бежать или же все заготовки сработают именно так, как им и должно? В победе он сомневался не просто так, на то были все причины. И неизвестный уровень возвышения противника, и владение или же не владение тем защитными техниками, и реакция после первого удара, и… в общем, итог зависел от такого количества неизвестных заранее факторов, что уверенности точно неоткуда было взяться.

Но и за благоприятный исход говорило немало вещей. Неожиданность атаки, уверенность в том, что братишки всё сделают верно, собственное преимущество в скорости и самое главное — местные Воины были настоящими профанами в боевых искусствах! За всё то время, что он наблюдал за живущими здесь людьми, Кель практически уверился в этом, а рассказы Линнеи и Маллора об окружающем мире лишь подтверждали такие выводы. Потому-то перерожденец и рискнул, ставка была сделана на то, что эффектам алхимических препаратов мужчина просто не сможет сопротивляться.

Но, он всегда основательно подходил даже к самым скороспелым планам. И для того, чтобы увеличить свои шансы решил использовать отвлекающий манёвр в виде эффектных дальних атак, которые заставили мужчину обращать внимание совсем не на то, на что следовало. В итоге, на ходу спланированная комбинация сработала идеально, и незваный гость оказался в окружении незаметно подобравшихся слаймов, которые активировали действие двух разных ядов — один лишал контроля над сё, а второй был мощным снотворным. Оба они не имели цвета и запаха, к тому же, внезапные атаки не позволили противнику обратить своё внимание на действия братишек, незаметно устроивших ловушку.

Единственным моментом, который заставил Келя понервничать, стало применение мужчиной странной вариации техники обнаружения ауры. Но, то ли их маскировка была действительно хороша, то ли техника была просто не рассчитана на слизней. А может и то и другое сразу, в общем, раньше времени их не обнаружили и всё сражение прошло идеально. Впрочем, главу семейки это нисколько не удивляло, ещё в прошлой жизни он усвоил простую истину — грамотно составленный план и точное его исполнение, являются залогом успеха. А поражения — это удел неудачников, неспособных здраво оценить реальность и чётко следовать даже своим собственным мыслям.

Когда всё было закончено, он дотянулся ментальным голосом до ученика, успокаивая того и сообщая, что можно возвращаться на стоянку. После чего, с помощью мелких родственников перетащил бессознательное тело в палатку. «Пообщаться» Кельмион действительно желал во что бы то ни стало. Иначе он бы просто сбежал вместе со своими подопечными, даже не думая вступать в бой с неизвестным противником, а если бы это не вышло, то немного выросший уровень возвышения вполне мог позволить использовать силу Намерения для убийства врага. В итоге, у него был живой пленник и перерожденец желал вытянуть из него ответы на многие вопросы.

К чему он и приступил, наказав Маллору со своим учеником заняться тренировками на берегу болота и не беспокоить его.

Ментальное общение и восприятие эмоций — это всего-навсего первые шаги к куда более сложным умениям, которые были доступны только избранным мастерам. Ведь во все времена адепты боевых искусств в основном уделяли внимание лишь увеличению собственной силы, которая была единственным гарантом их высокого положения среди людей. Немногие, из тех, кто шёл по пути возвышения, изучали алхимию или артефакторику, ещё меньше находилось тех, кто был готов тратить драгоценное, по их мнению, время на постижение собственного разума, не видя в этом прямой выгоды.

Но не только собственное нежелание вставало преградой для изучения более разнообразных и сложных ментальных техник. Ведь при всём при этом, даже в родном клане Келя они были под контролем совета старейшин и правящей семьи, передаваясь для освоения только избранным ученикам. А самостоятельно постичь и развить их было чрезвычайно сложно. Но… Кельмион всю свою предыдущую — да и нынешнюю тоже — жизнь был очень любопытным человеком и всегда находил пути к тем знаниям, которые его интересовали.

На данный момент возможности перерожденца были изрядно ограничены телом слайма, для которого просто не существовало готовых методик и это было огромной проблемой. Ведь, как бы Кель ни старался, но до сих пор ему удалось переделать для нового себя лишь малую часть известных ранее техник. Не говоря уже о том, что для ещё большего их количества нынешнего уровня возвышения было просто недостаточно. Впереди ему предстоял ещё очень длинный путь по возвращению былых сил, если это и вовсе было возможно!

Как бы то ни было, но ментальные техники попадали в тот небольшой раздел знаний, который на ряду с Намерениями и Алхимией было возможно применять в новой жизни, не сказать, чтобы легко, но по крайней мере, это не требовало на пустом месте создавать совершенно новые приёмы. Ведь они практически не зависели от того, каким образом протекает энергия внутри тела, что было основополагающим для боевых умений, а требовали в основном лишь высокого контроля над имеющейся сё.

Потому-то к предстоящему допросу слайм приступал будучи уверенным в своих силах.

В первую очередь, он буквально пропихнул в горло бессознательного пленника полноценную Пилюлю Паралича, а вслед за ней Эссенцию Эфирного Цвета, которая делала невозможным управление сё. Затем настроился на его ментальные волны и когда почувствовал, что может улавливать поверхностные мысли, углубился ещё сильнее в них, после чего коротким импульсов внутренней энергии привёл мужчину в чувства. А дальше всё было просто — Кель принялся задавать один вопрос за другим, внимательно просматривая те мысли, что возникали в голове обездвиженного мужчины в ответ на каждый из них. Тот не мог пошевелиться и даже выдавить из себя хоть слово было для него невозможно, но невозможность говорить, совсем не волновала вопрошающего. Естественная ментальная защита, которая сама собой появляется и усиливается при росте уровня возвышения, ничего не могла поделать с умениями перерожденца. И невзирая на молчание допрашиваемого, слайм получал максимально правдивую информацию, ведь не думать пленник просто не мог.

Расспрос продолжался довольно долго. Для того, чтобы составить по всплывающим воспоминаниям и мыслям полноценную картину приходилось изрядно стараться. Несколько раз Кельмион прерывался, чтобы обдумать полученную информацию и приняться за новую череду вопросов. И если в начале он не ожидал услышать что-то действительно интересное, в конце концов, различные секты существовали во все времена и практически все они не представляли из себя что-то серьёзное, являясь по сути лишь наёмниками, услугами которых обычно пользовались кланы, не желающие делать что-либо в открытую. То после нескольких часов планомерного выуживания информации у бессильного что-то предпринять пленника, он в корне поменял своё мнение. В данном случае всё было гораздо серьёзнее.

Из того, что удалось узнать после допроса, вырисовывалась занимательная картина. Звали мужчину Данран Файк и был он заместителем главы Зеркала Акола — одной из частей секты Безликого Акола. Заместитель главы, это звучит довольно значительно и будь всё просто, то по одному уровню развития этого человека можно было бы довольно точно судить о всей секте. Но всё дело было в том, что он был заместителем главы отделения, которое располагалось конкретно в провинции Джи-Ан. А всего под контролем Империи таких провинций находилось около сорока и тут следовало первая шокирующая информация — в каждой из них было своё представительство секты! И Джи-Ан была одной из слабейших по своему положению, а следовательно, не требовала нахождения адептов высокого возвышения.

Об уровне бойцов секты из других регионов удалось узнать совсем мало, ни о каком дружеском обмене опыта между разными отделениями и речи не шло. Пленник точно знал лишь то, что все главы отделений имели уровень возвышения не ниже десятой звезды, а всё остальное представляло из себя сборник разномастных слухов и обмолвок внутри секты, которые часто противоречили сами себе. Среди них были и довольно реалистичные рассказы о существовании личной гвардии Акола, уровень возвышения которых превысил двадцатую звезду. И совершенно сказочные — по мнения Данрана — слухи о том, что сам Акол уже живёт больше тысячи лет и достиг какого-то совершенно недосягаемого уровня.

Всего у секты было несколько направлений, каждое из которых отвечало за свою часть деятельности организации.

Цепь Акола — основная масса адептов, её костяк, которые выполняют все поручения не требующие глубоких знаний или уникальных умений. У них была самая большая численность.

Чаша Акола — часть секты, в задачу которой входило снабжение во всех его видах, от поставок еды и снаряжения, до тайного контроля над целыми торговыми картелями.

Зеркало Акола — в нём состояли все разведчики, следопыты и убийцы. А так же, политики. Именно члены этого направления внедрялись в кланы, в администрации городов и провинций, работали на самом высоком уровне и именно благодаря им о самом существовании секты мало кто знал. Эти ребята умели заметать следы.

Свиток Акола — хранители знаний секты. Среди них находились мастера алхимии, артефакторики, учителя всевозможных умений, которые было невозможно найти во всей Империи. Благодаря ним эта организация могла эффективнее многих кланов учить своих адептов, давая тем максимально подходящие техники и методики развития из тех, что можно было достать.

Меч Акола — это главная ударная сила. Они решали все серьёзные силовые вопросы, охотились за опасными ингредиентами, охраняли во время заданий других членов секты.

Вот на этой системе и строилось могущество поистине страшной организации, которая опутала своими сетями весь континент Тэаро. Вступали в неё по разным причинам, но основной, конечно же, была невозможность постороннему человеку получить поддержку в кланах. Даже сами члены различных семей, отчаявшись получить в своём клане желаемые знания, уважение или статус довольно часто вербовались в обещавшую совершенно другие условия и возможности, организацию. И не сказать, что она не выполняла свои обещания — возможности её были действительно огромны.

«Следующий вопрос». — в очередной раз послав ментальный голос в сознание пленника, Кельмион почувствовал, что начинает уставать от этого занятия. — «Имеет ли Секта Акола отношение к последним события, произошедшим между кланами Стайтрил и Паунфир?» — этот вопрос логичным образом возник сам собой после всего узнанного. И хлынувший поток воспоминаний сразу дал понять, что он был задан не зря, ведь именно Данран был куратором всего этого переворота!

Вновь погрузившись в поток чужих мыслей, слайм не сразу услышал встревоженный ментальный голос Арти, настойчиво пробивающийся к его разуму. Но стоило только сосредоточиться на нём, как он тут же, позабыв про пленника, выскочил из палатки наружу и стремительно понёсся к болоту.

Закрыв глаза, юноша полностью сосредоточился на своих ощущениях, пытаясь разобраться в тех сигналах, что передавал ему плотный и толстый канат — именно так он воспринимал первую форму Техники Незримого касания — который находился в районе самого дна посреди болота. Тренировки давали о себе знать и он уже не тратил на обследование каждого клочка пространства ту уйму времени, что уходила на это ещё несколько дней назад. Теперь он гораздо лучше мог различать плотность и даже форму объекта, который изучал с помощью этого умения. По рассказам Мастера Кельмиона, эта техника сама по себе была очень универсальна и при должном развитии могла применяться в совершенно различных ситуациях. Не забыл он и рассказать весьма занимательную легенду о древнем герое, который посвятил всю свою жизнь развитию только её и достиг столь глубинного понимания, что был способен в одиночку покорять самые неприступные крепости. Ведь он мог поднимать в воздух целые замки!

Конечно же Малл в подобные сказки не верил, но упорно продолжал осваивать Незримое Касание и без взятия замков видя в нём огромную пользу.

— Давай ещё раз! — вдруг донёсся до него звонкий голос, после которого последовала новая череда звучных шлепков.

Его неожиданный ученик в нескольких метрах позади тренировался вместе со слаймами, отрабатывая удары, уклонения, правильное перемещение и прочее-прочее из того, что необходимо знать любому человеку занимающемуся боевыми искусствами. Юноша невольно отвлёкся от поиска артефакта и посмотрел назад. В этот момент один из слизней по примеру Кельмиона выпустил в воздух длинные и подвижные щупальца, которые стремились по очереди попасть по мальчишке. Тот не всегда успевал уйти из-под атаки или поставить мягкий блок и тогда раздавался очередной «шлёп».

Наблюдать за этим процессом было интересно даже после того, как он сам неоднократно был участником подобных тренировок с наставником. И те были гораздо более серьёзными в то время, как слаймы с ребёнком словно играли регулярно меняя друг друга, будто по негласной очереди.

«Хотя, почему будто? Мастер Кельмион ведь неоднократно говорил, что они вполне разумны, так почему бы им не договориться о чём-то подобном?» — понаблюдав за развернувшимся действом некоторое время, он вновь вернулся к прерванному занятию, увиденные огрехи в движениях ученика Малл объяснит ему позже, за ужином.

В этот раз юный глава клана мысленно похвалил себя за то, что даже отвлёкшись смог удержать контроль над техникой, благодаря чему не пришлось вновь её активировать. Погрузившись в получаемые ощущения, он принялся метр за метром прощупывать вязкое дно небольшого болота, пока не почувствовал нечто необычное. Вслед за толщей воды и мягким илом, техника наткнулась на какую-то странность. Подобное ему уже доводилось ощущать, когда он пытался с помощью техники поймать мелкого лесного грызуна.

Но разобраться в восприятии у него уже не вышло. Техника была словно разорвана в клочья! От такого неожиданного поворота Маллора хлестнул по энергетическим каналам небольшой откат, от которого он чуть не повалился на спину. Придя в себя, он во все глаза уставился на поверхность болота, силясь понять, что произошло и сразу же заметил пузыри на затянутой тиной воде, который совсем не собирались затихать, а лишь набирали силу, наполняя воздух смрадным запахом газа. Вслед за этим болото буквально забурлило и парень, не на шутку забеспокоившись, вскочил на ноги собираясь отойти подальше, как в следующий момент вырвавшийся из воды силуэт бросился в его сторону!

Это была огромная буро-зелёная голова, одновременно похожая и на змея и на дракона, которых Маллу доводилось видеть на картинах в поместье. Узкие щелки светящихся золотом глаз, раскрытая пасть усеянная рядами острейших зубов и накрывшее всю поляну ощущение жажды крови. Парень словно прирос к месту не в силах пошевелиться, но тут же оказался сбит с ног слаймом и смертоносная пасть сомкнулась на том самом месте, где только что находился он сам. Наконец, придя в себя он кинул взгляд в сторону, где находился его ученик и заметив скрывающуюся в колючих зарослях спину, поспешил последовать его примеру. С таким противником он сражаться совсем не хотел.

Но у вырвавшейся из болота твари были на это свои взгляды, не успел подросток сделать и пары шагов, как ему пришлось уворачиваться от новой атаки. Совершив огромный прыжок в сторону, он увидел длинное змеиное тело толщиной с него самого, которое пронеслось мимо, чтобы молниеносно свернуться в кольцо и подняв голову на высоту в три человеческих роста уставиться на двуногую добычу.

Маллор даже не думал останавливаться и используя всю свою скорость и ловкость бежал прочь от монстра, который тут же ринулся за ним. Юноша не знал, на какой звезде находился этот зверь и совершенно не собирался выяснять это на собственном опыте. Бежал он в сторону от того направления, куда устремился сирота, а компанию ему составил тот самый слайм, который спас его мгновение назад. Здоровая туша змеи на огромной скорости вломилась в заросли вслед за ним, нет, он не оглядывался, но раздавшийся позади треск не позволял трактовать происходящее иначе.

«Я позвал Старшего». — раздавшийся в голове голос сразу дал понять, что его спасителем был Арти, пока что он был единственным из многочисленной семейки слизней, кто освоил ментальное общение. Своего учителя парень к их ним не причислял, ведь тот использовал такое странное тело лишь для практики каких-то собственных техник, оставаясь человеком.

Сам же подросток только начал постигать это умение под руководством наставника и пока всех его умений хватило лишь для того, чтобы переслать в ответ короткий мыслеобраз, который можно было перевести на понятный язык примерно, как «Понял».

«Ну, почему?! Почему мне вечно приходится убегать от всяких монстров? Где мои выматывающие тренировки тела до потери сознания и сон по четыре часа в сутки? Хочу домой!!!» — но эти мысли, даже при всём желании он никому озвучивать не собирался.

Картина, встретившая его при приближении к Арти, на ментальный голос которого он ориентировался, заставила испытывать Келя чувство дежавю. За то время, что он принял на себя обязанности наставника юноши из захолустья, ему уже множество раз приходилось наблюдать схожее действо. Бешенные рывки на пределе сил, прыжки по невероятным траекториям, неожиданные остановки и совершенно сумасшедшие петляния. И всё это лишь для того, чтобы не угодить в пасть гигантской змеюке. Опять его беспокойный ученик уносит ноги от огромного монстра, желающего во что бы то ни стало перекусить незадачливым подростком. Но надо отдать ученику должное, в искусстве побега тот вырос на порядок и до сих пор вполне успешно избегал атак существа достигшего, судя по плотности испускаемой во вне сё, пятнадцатой звезды!

Арти успел рассказать, что этот монстр появился из болота, где скорее всего крепко спал. И это было весьма странно, ведь Кель привычно осмотрел духовным зрением все окрестности их стоянки и был уверен, что поблизости нет ни одного крупного существа, тем более на дне водоёма. Но змей был и вознамерился во что бы то ни стало сожрать его ученика и нужно было срочно что-то делать, дабы не допустить такого исхода.

Но в этот раз противник был слишком силён! На нынешнем уровне развития не было и шанса справиться с таким монстром, оставалось только бежать. Вот только, если уклоняться у Маллора получалось весьма неплохо, то убежать, судя по всему, не было и шанса — скорость змея лишь немногим уступала юноше, а уж о выносливости и говорить не стоило, тот со своим уровнем сможет продолжать преследование днями напролёт, пока жертва не выбьется из сил. И ни одно из имеющихся алхимических средств просто не подействует на кого-то с таким развитием. Единственное, что ему оставалось в подобной ситуации, так это помочь подопечному унести ноги.

Не медля ни секунды, слайм ринулся к ученику, на ходу доставая пилюлю Стремительной Поступи, пускай её действие и изнашивало организм, но зато позволяло на порядок увеличить скорость передвижения, а это именно то единственное, что нужно было в данный момент. Но Кель не успел.

Когда в очередной раз подросток увернулся от атаки монстра, тот резко ускорился и огромная пасть стремительно нависла над двуногой жертвой, готовясь поглотить в следующее мгновение. Время для перерожденца словно остановилось и он мог наблюдать, как в воздух перед человеком взвился Арти и прямо в прыжке выпустил на волю жажду крови — приём, которому Старший научил своих братишек в надежде, что он поможет им стать чуточку сильнее. Глупенький ребёнок не иначе, как считал, что и в этот раз всё сработает. А монстр лишь на долю момента замедлил движение.

«Нееееет!!!» — мысленно завопил Кельмион, видя маленькую каплю слайма скрывающуюся в огромной пасти.

Глубокая рана сковывала движения и вызывала острую боль, а напиравшие со всех сторон враги не давали расслабиться ни на мгновение, заставляя Стража на пределе сил выполнять свой долг. Приказ, отданный хозяином, нужно было исполнить во что бы то ни стало, ведь теперь только от Джи-Му зависело, смогут ли люди — среди которых была и семья хозяина — покинуть окружённые армией противника земли.

Двигаясь подземными туннелями огромное число людей, сопровождаемое только лишь Змеем, покидало некогда процветающую столицу Империи Джи-Ан, надеясь, что тайный ход остался таковым и для неприятеля. Уже выбравшись из-под земли, вереница беженцев пересекала узкую дорогу в скалах окружающих долину, когда их настиг крупный вражеский отряд. Он первым ринулся на защиту и ценой пропущенной атаки смог спасти нескольких людей. Убегающие жители продолжили своё движение, а он остался сражаться, чтобы у них появился хоть какой-то шанс спастись.

Бешено крутясь, чтобы не дать кому бы то ни было уйти вслед за горожанами, сражая нападавших яростными атаками и не экономя внутреннюю энергию, он смог уничтожить всех Чужаков…И именно в тот момент, когда Джи-Му в очередной раз переживал в грёзах события страшной войны, разрушившей весь тот мир, что был ему знаком с рождения, чья-то техника коснулась спящего.

Ярость, поглотившая его разум во сне, осталась с ним и по пробуждении, выбравшись на поверхность, он тут же атаковал первую попавшуюся на глаза цель. Но время, проведённое без движения, не прошло бесследно и силы его были уже не те, что раньше, в итоге жертве удавалось раз за разом ускользать от зубов разбуженного Стража, чей разум давно находился во власти нескончаемое череды воспоминаний.

Когда в очередной раз человек ушёл из-под удара, Змей собрал те невеликие силы, что ещё оставались в его теле и резко ускорился, чтобы одним движением заглотить добычу. Вот только вспыхнувший прямо перед мордой источник жажды крови, заставил инстинктивно — на краткий миг — замедлиться его тело и вместо двуного в захлопнувшейся пасти оказался жалкий слизень.

Краем сознания он уловил чей-то ментальный крик, который был тут же смыт клокотавшей внутри яростью, единственное, что в этот момент было важно — совершить очередной рывок. Правда уже в следующий момент стало резко не до того — когда становится нечем дышать, даже впавший в ярость зверь теряет интерес к добыче. Это нечто застряло внутри его тела и не давало сделать вдох, хотя само по себе в этом не было серьёзной опасности, ведь даже во время бодрствования он мог не дышать очень долго, тем не менее заставило обратить на себя слишком много внимания.

Но всплеск силы, раздавшийся совсем рядом, в одно мгновение заставил отвлечься от неприятных ощущений внутри. Весь мир перестал существовать для древнего Зверя. Джи-Му застыл, не в силах поверить своим чувствам, но не только они — Кристалл Стража, что с самого рождения рос между роговых платин на его голове и нёс в себе частицу силы ТОГО САМОГО человека, отзывался такой знакомой и привычной пульсацией, что он просто не мог поверить в реальность происходящего!

А вслед за накатившей волной ощущений ему нанесли удар. Вместо того, чтобы, как и в прошлые разы, продолжить убегать, человек решился действовать и в застывшего в замешательстве Змея впечатался кулак наполненный сё. Раздался грохот. Но Джи-Му не слышал его, как не заметил небольшой след, оставшийся на том месте, куда пришлась атака, ведь всё его внимание было сосредоточенно лишь на ещё одном подтверждении неожиданного факта. Потому что та энергия, которой его только что атаковали могла принадлежать лишь одному единственному существу в мире!

В один момент он обвил кольцами своего тела источник столь знакомой и родной силы, замерев в таком положении и полностью уйдя от реальности, отдавшись затмившим разум чувствам. Но теперь они уже не были полны обречённой ярости и желания разорвать всех вокруг, напротив — то были совсем другие эмоции.

Он не помнил, сколько пробыл в полной неподвижности, не замечая попыток человека высвободиться из тесных объятий, прежде чем обратил внимание на настойчивые попытки пробиться к его разуму. Ментальных голоса было два: один — сильный и напористый, звучавший очень серьёзно; другой — звонкий и слабый, раздававшийся словно изнутри самого Джи-Му! И лишь сосредоточившись на нём Змей понял, что он принадлежал мелкому слизню, застрявшему где-то внутри него и не дававшему дышать.

«Эй, Большой Червяк! Выпусти меня обратно, а то Старший будет тебе делать больно!» — он был уже достаточно взрослым и опытным, чтобы сразу понять, что говоривший был ещё совсем ребёнком. А в следующий момент, прояснившееся сознание стало подсказывать, что надо разобраться в происходящем.

Стоило пасти огромного змея захлопнуться, как внутри всё оборвалось и он приготовился несмотря ни на какие последствия применить самую мощную из доступных ему сил Намерения, чтобы разорвать в клочья здоровенную тварь. Но тут, неожиданно, начал действовать Маллор, который лишь благодаря вмешательству Арти избежал участи быть проглоченным. Юноша, собрав сё в правой руке, совершил стремительный рывок к телу монстра и выпустил сконцентрированную силу в простейшей технике Взрывного Кулака.

«Беги отсюда! Твои удары здесь бесполезны!» — крикнул Кельмион ученику, несясь к месту сражения, но опоздал с предупреждением.

Раздался грохот, а монстр даже не обратил внимания на эту атаку и в одно мгновение сжал юношу своим огромным телом, что в обхвате не уступало толщиной человеку. Кель лишь в последний момент наконец-то оказался достаточно близко, чтобы применить силу Намерения.

Но тут на фоне всего происходящего, он смог заметить ментальный огонёк сознания Арти — тот был жив! Да и сознание ученика не спешило угасать, лишь фонтанируя непереводимой смесью чувств, в которой доминировал самый обычный шок. А прислушавшись к излучаемым во вне эмоциям Змея, он и вовсе впал в ступор от яркого коктейля из обожания, узнавания и радости. Эта здоровенная рептилия, на голову превосходившая по мощи любое существо встреченное им в этих землях, обвило собой ученика со всех сторон и, судя по доносившимся чувствам, испытывало нечто близкое к абсолютному счастью. Глаза зверя были закрыты и на мельтешение слайма вокруг своего тела он не обращал никакого внимания.

Что делать в такой ситуации Кельмион представлял слабо. Уж насколько его прошлая жизнь была богата на события, но в подобной ситуации ещё ни разу не доводилось бывать. Немного покружив перед огромной тушей, он связался с Арти и спросил, как тот, на что получил возбуждённые мыслеобразы, в которых тот описывал своё попадание внутрь и пришедшую идею о том, что если он раздуется, то его не смогут проглотить. В общем, он поступил практически так же, как два месяца назад пришлось поступить и самому Келю, когда он оказался в пасти хищника.

«Малл, ты как там? Ещё живой?» — спросил перерожденец, но так как тот ещё не умел мысленно общаться, то пришлось довольствоваться считыванием поверхностных мыслей, в которых было много чего понамешано, но главное — его совершенно точно пока не пытались убить. Связавшись с остальными слаймами, с которыми был и Сайрик, он узнал, что они успели отбежать на приличное расстояние и теперь остановились в ожидании новостей от своего Старшего.

Быстро разобравшись с текущими вопросами и немного успокоившись, поняв, что непоправимого не произошло, он в очередной раз посмотрел на причину переполоха и приметил ранее неувиденную деталь. Аккурат между костяных наростов, подобно короне покрывающих голову монстра, находился кристалл. Он был похож на слабо сияющий изумруд, только несколько светлее и располагался в центре лба, словно утопая в разошедшихся в стороны чешуйках. И подобное Кельмиону уже приходилось несколько раз встречать в прошлой жизни!

Перед ним явно находился прирученный Зверь, с рождения подготовленный для служения своему хозяину.

Создать подобную связь можно было только с разумным животным или близким к разумному и требовалось большое мастерство как со стороны алхимии, так и со стороны артефакторики, чтобы привязка к человеку прошла успешно. Зато, если всё получалось как должно, то более верного слугу и друга невозможно было и представить, ведь такое существо было связано сложнейшими и тончайшими линиями артефактного массива, вплетённого в небольшой кристалл, в котором находился запечатанный образец сё хозяина. Но подчинялось такое создание только одному единственному человеку и никто другой не мог сменить контроль. Тем ещё страннее было такое поведение.

«Эй, очнись! Кто ты? Ты меня слышишь?» — Кель не переставая продолжал попытки достучаться до сознания монстра, но тот оставался глух к ним, пока к делу не подключился устроившийся внутри него Арти, который с поистине детской непосредственность принялся угрожать проглотившему его монстру.

Через некоторое время застывший в странном ступоре Змей всё-таки отмер и закашлявшись выплюнул на траву маленького слайма, который распространяя на всю округу ментальные волны полные негодования, отскочил от него прочь и прильнул к более крупной капле Старшего, жалуясь на Большого Червя. Вот только отпускать Маллора ему очень не хотелось, но свои объятия он всё-таки ослабил и юноша наконец-то смог нормально вздохнуть. Правда попытка выбраться за пределы толстых чешуйчатых колец была пресечена на корню огромной головой, пытающейся подставиться под руку парня, который лишь после высказанной догадки Кельмиона принялся её почёсывать.

В ответ раздалось блаженное урчание, затопившее раскатистым звуком всё пространство вокруг.

Как бы то ни было, но разговор всё-таки состоялся. Он был долгим, интересным, проливал свет на многие вопросы, которые возникали у Кельмиона, когда Линнея рассказывала ему известную ей версию истории этих земель. А так же порождал новые вопросы, на которые новый собеседник просто не знал ответов. Ведь он не был человеком и несмотря на то, что был не глупее людей, его интересы простирались далеко от политики, экономики, да просто от всего, что не касалось хозяина и его дел.

Из всего рассказанного получалось следующее. Когда-то он был другом и хранителем ни много, ни мало, а самого принца Империи Джи-Ан, которому так и не суждено было взойти на престол и примерить на себя лавры императора. А причиной тому стала война с теми, кого Змей называл просто Чужаками, потому что то, откуда те были на самом деле, его совсем не волновало, в отличие от сохранности жизни своего сюзерена. Война была страшной, хотя, по мнению многое повидавшего в прошлой жизни Келя, другой она просто и не бывает. Враг был беспощаден и захватывал одну провинцию за другой, а всей мощи Империи было мало, чтобы противостоять такому напору. Лучшие Воины отдавали свои жизни, но не могли остановить продвижения неприятеля обращавшего покорённые земли в рабские колонии, пока тот в итоге не подобрался к столице.

Располагалась она в долине, которая была окружена с трёх сторон скалами и считалась неприступным местом. Держался город несколько месяцев, пока не стало ясно, что противник начал стягивать силы для решительного удара, под которым оборона просто не выстоит. Хозяин Джи-Му отдал тому приказ охранять беженцев, в то время как сам остался на стенах города в ряду его защитников. И как бы огромной рептилии не хотелось остаться с ем, кого он должен был оберегать ценой жизни, но ослушаться он просто не мог.

Итогом стало спасение людей и многочисленные ранения Стража, который почувствовав разрыв связи с хозяином впал в спасительную спячку. Как он оказался на дне болота прирученный Зверь не помнил, потому что после последней битвы и от ощущения смерти единственного, кого мог назвать близким существом, практически ничего не соображал.

Что же касается пробуждения и того, что он испытывал по отношению к Маллора, то Змей и сам не мог сказать ничего определённого, кроме совершенной уверенности в том, что перед ним находится его некогда почивший хозяин. Об этом ему говорили все чувства и он в них даже не думал сомневаться. Напротив, Джи-Му высказал очень простую мысль, которая на самом деле для Кельмиона объясняла всё:

«Если мой хозяин умер, то я буду лишь радоваться тому, что он родился вновь! Зачем мне думать о чём-то ещё?» — это существо действительно можно было назвать простым и бесхитростным.

А слайм, как живое подтверждение того, что перерождение существует и умерший однажды имеет все шансы родиться вновь, не имел ничего против такого мнения. В конце концов, если Линнея говорила, будто их род происходит от древних правителей этих земель, то почему бы и семье Маллора не иметь те же корни? Тогда уж тем более нет ничего странного в том, чтобы тот самый принц получил возможность на следующую жизнь в собственной семье. Вот только это приближало уже давно назревший откровенный разговор с учеником, который Кель всё время откладывал. Хотя, так даже лучше, ведь после всего узнанного его ученику будет гораздо проще принять правду.

Итогом этого разговора стало полное признание за Маллором прав хозяина, а также обязанностей! Теперь юноша должен был думать о прокорме ослабевшего после многовековой спячки вассала, который во время погони за юношей истратил чуть ли не все сохранявшиеся силы. На что Кельмион вдоволь посмеялся пообещав тому множество возможностей для охоты, после чего подросток, на которого свалилось такое счастье, сбледнул лицом. Но стойко принял свою участь, не забывая — несмотря на все заверения наставника о том, что всё в порядке — непрестанно коситься на огромную тушу, которая отказывалась лишний раз отползать хоть на метр от новообретённого сюзерена.

За то время, пока шёл разговор, к ним успели присоединиться остальные слаймы вместе с Сайриком, который как-то сразу принял всё происходящее и поняв, что без приказа есть его никто не будет, взялся вместе с многочисленными слизнями ощупывать со всех сторон Джи-Му, стоически воспринимавшего происходящее. Как выяснилось из разговора, раньше ему неоднократно доводилось играть с детьми принца и он прекрасно знал, как себя вести с меленькими непоседами.

Когда начало темнеть, а все самые важные вопросы были разрешены, их компания, увеличившаяся на одного конкретного древнего Змея, отправилась на поляну с палаткой. И только тогда Кель вспомнил об оставленном без присмотра Данране! Быстро оглядев палатку Духовным Зрением, он понял, что не ощущает в ней никого живого. А мгновенно оказавшись внутри, застал лишь мёртвое тело с посиневшим лицом. Осмотр трупа тут же дал понять, что несмотря на продолжающееся действие парализации, эффект снижающий контроль над сё начал ослабевать гораздо раньше и адепт секты Акола пережал потоки энергий в своих каналах, тем самым покончив жизнь самоубийством.

Но винить в этом было некого. Стая слаймов быстро и без следов съела питательное тело Незримого Клинка — единственное, чем он ещё мог принести пользу окружающим.

После всего произошедшего за этот день ни у кого уже не оставалось желания поднимать из болота каменный шар, поэтому вскоре после плотного ужина, единственные люди среди них устроились спасть, слаймы разбрелись на ставшее привычным дежурство. В то время, как Кельмион и Джи-Му всю ночь разговаривали на самые разные темы. Бывшему человеку имелось что спросить, а пробудившемуся от долго сна Стражу было интересно просто пообщаться хоть с кем-то впервые за невероятно долгое время.

Ночь пролетела незаметно.

Новый день — новые заботы. И первая из них состояла в добыче третьего артефакта. Из-за них уже столько всего успело случиться, что Кельмион ни за что бы себе не простил, если бы отказался от идеи узнать их назначение. Даже, если оно окажется совсем не тем, что он ожидает. Жалко, что Змей-хранитель не мог пролить свет на этот вопрос, его такие вещи никогда не интересовали.

Как оказалось, за ночь между Маллором и его питомцем установилась прочная связь, благодаря которой он мог без всяких проблем общаться с Джи-Му, понемногу узнавая друг друга. Поэтому всё утро ученик внешне был молчалив, в то время как на самом деле не переставал разговаривать со Змеем.

Позавтракав, они все вместе отправились к болоту. Юноша по подсказкам Келя довольно быстро отыскал цель и подхватив каменный шар техникой, вытащил его на поверхность. Вскоре рядом с ним на земле оказались братья близнецы, вынутые из пространственного кольца и настало время для слайма подготовить активацию.

По своему опыту он знал, что такие артефакты обычно находились на специальных платформах, от которых шло поступление энергии необходимой для активации и их признаки он чувствовал под землёй на каждом из трёх мест. Вот только сделаны они были уже не из амеркана, а из обычного обработанного камня и уже давно пришли в негодность. Но ему и не требовалось поддерживать беспрерывную работу, всего-то обеспечить разовый запуск. И для этого он решил использовать своих многочисленных родственников, чтобы не возиться с подготовкой материалов.

Двухметровые шары разместили на небольшом удалении друг от друга, а слаймы растянулись между ними в линии, составляющие довольно сложную фигуру, призванную заменить собой недостающее основание. Сам Кельмион расположился в центре этой странной конструкции и выпустив из тела множество тонких щупалец присоединился ими к некоторым узлам из живой слизи. На миг он представил себе, как выглядит всё происходящее со стороны и не сдержавшись, мысленно выругался — перед мысленным взором всплыло не самое аппетитное зрелище, попахивавшее откровенным абсурдом.

Но, как бы то ни было, подав сё в места важных пересечений из тел слаймов и рассказав им, что и как нужно делать, он добился результата! Символы покрывавшие камень сначала едва заметно замерцали, а потом и вовсе налились равномерным алым сиянием. После чего от шаров выстрелили вверх на несколько метров того же цвета лучи энергии, чтобы в следующее мгновение сойтись в одной точке, от которой во все стороны прямо до земли образовался сплошной купол. Он покрывал не только сами артефакты, но и территорию в несколько метров вокруг. Но это было ещё не всё, осталось сделать проверку.

«Малл, попробуй ударить. И, да, можешь не жалеть сил!» — Кельмион хотел увидеть последнее подтверждение своим догадкам.

Ученик послушно подошёл к казавшейся тонкой и ненадёжной плёнке, для начала с опаской потрогал её пальцем и не заметив ничего плохого для себя, нанёс удар с выплеском сё, какой в спешке делал днём ранее. Раздался грохот, по поверхности купола прошли мелкие волны и… на этом всё и закончилось! После нескольких ударов, последовавших вслед за первым, результат остался неизменным. Когда проверка закончилась, артефакты были снова помещены в пространственные кольца, ожидая, когда понадобятся вновь.

Перерожденец был доволен — произошло именно то, на что он и надеялся. А это значит, план мести, составляемый на протяжении всего того времени, что он обнаружил себя в новом теле, начинал приобретать всё более ясные очертания. Ведь Кель даже не думал забывать о предательстве, напротив, всё то, что он делал с момента встречи с Линнеей было направленно именно ради отмщения. Пусть оно и не было единственной целью его нынешней жизни.

Как же ему мог помочь в этом деле какой-то защитный купол? Всё очень просто. Для мести ему нужна сила и далеко не только личная, он прекрасно понимал, что в одиночку ничего не добьётся даже если станет сильнее себя прежнего. Поэтому чтобы получить необходимую мощь нужны ресурсы, для их появления требуется сторонняя поддержка. Как её можно обрести? Нужно представлять из себя что-то отличное от безродного и никому неизвестного Мастера, тем более, если ты даже не человек. А это в свою очередь подводило к той основе, которую и планировал начать создавать Кельмион — свой клан. И конечно же для него нужна своя резиденция и земли вокруг неё. Вот для защиты неё эти артефакты и пригодятся.

Пока что, все эти планы выглядели очень далёкими и призрачными, а такжетребовали множество сил, упорства и времени. Но ждать он умел. Оставалось только собрать по частям все остальные элементы будущего могущества. От постоянных мыслей об этом хотелось взвыть, стоило только представить, сколько всего ещё предстоит сделать.

А ещё, в это день он решил серьёзно поговорить со своим учеником:

«Маллор…» — начал он серьёзным тоном. — «… я хочу кое-что тебе рассказать».

После проведённой демонстрации возможностей артефактов, он находился под сильным впечатлением. Ведь в своей жизни ему даже не доводилось слышать о подобном, а это лишь малая часть того, что осталось от древнего государства! Если верить тому, что рассказывал Джи-Му, то под нынешними обширными территориями болот, заселёнными настолько опасными тварями, что никто из людей не решается туда соваться, ограничиваясь лишь окраинными землями, находится столица той самой Империи, о которой юноша слышал лишь сказки и легенды. А по предположениям учителя весь её периметр защищался большим количество таких вот каменных шаров, создающих один нерушимый барьер, когда в нём появлялась необходимость. И причин не доверять мнению наставника не было никаких, хотя очень хотелось узнать откуда он-то знает о подобных вещах?

Но не только это занимало его мысли. Всё то время, что прошло с момента, когда он увидел перед собой вырвавшуюся со дна болота огромную тварь, мозг парня пытался осознать и принять две новые данности. Отныне он хозяин существа, которое было сильнее всех тех, кого он когда-либо видел, да к тому же ещё и выяснилось, что он сам чуть ли не реинкарнация древнего принца! Не говоря уже о таинственной секте Акола, к которой, как оказалось, неким образом причастна и его семья. Подобное было сложно переварить всего за один день, но Маллор пытался. И даже почти не удивился, когда Джи-Му заговорил с ним этим утром, подобно учителю, более того и сам смог — не иначе как с испуга — ответить на раскатистый ментальный голос. На что наставник заявил о сформировавшейся связи между ними. От всего произошедшего голова шла кругом.

Но словно и этого было мало, Мастер Кельмион решил добить своего ученика! Когда после тренировок настало время ужина и они привычно устроились у костра — Сайрик сбоку, как всегда не желающий натягивать на себя слишком большую для него рубаху и щеголявший с голым торсом и в закатанных штанах. За спиной делал вид, что задремал, а на самом деле следил за ними одним приоткрытым глазом, наевшийся после охоты Змей, свернувшийся огромными кольцами. На коленях парня находился слайм, который в момент, когда не надо маскироваться всегда имел необычный фиолетовый цвет и который вмещал в себя разум наставника. Странная компания, особенно, если вспомнить ещё о более чем двух десятках слизней, ползающих то тут, то там и занимающихся известными одним им делами.

Сваренное с приправами мясо было мягким, пряным, жирненьким, таким, что после каждого кусочка хотелось облизать пальцы, да ещё и причмокнуть от удовольствия. В чём он себе и не отказывал, забыв начисто о клановом воспитании, совершенно не уместном за стенами поместья. После тренировок жаловаться на аппетит не приходилось. Треск костра, трели и жужжание мелких насекомых, звёздное небо над головой. Почти идиллия.

«Маллор… я хочу тебе кое-что рассказать». — раздавшийся в голове голос заставил внутренне напрячься. За то время, что он знал своего необычного наставника, юноша успел неплохо запомнить некоторые его привычки в общении. И весь нынешний опыт буквально кричал о серьёзности настроя Мастера Кельмиона.

Но за простой фразой о разговоре последовали слишком уж необычные откровения:

«Так вот, начать я этот разговор решил не просто так, а потому что хочу быть уверенным, что между нами не останется недосказанности. Итак, в первую очередь, слайм, которого ты всё это время считал лишь медиумом для моей техники — моё настоящее тело…»

С самых первых и до самых последних слов, Малл не мог выдавить из себя и звука, внимательно слушая того, кто оказывается уже был однажды убит и получи новый шанс на жизнь в этом мире! Перерожденец не вдавался в подробности, кратко рассказывая о своей прошлой жизни, но юноша ловил каждое слово, не желая упускать ни малейшей детали. Если бы кто-то ещё лишь месяц назад начал всерьёз нести подобную чушь он поднял бы того на смех, но после знакомства с Кельмионом юноша успел узнать и увидеть столько, что подобные откровения казались, если и не чем-то обыденным, то уж точно не глупой сказкой.

Жил на другом континенте, о котором сам парень и слыхом не слыхивал? И что? Мир огромен, а неизвестное, как он успел убедится, таится буквально под ногами. Был убит и теперь, возродившись в новом теле, желает мести тем, кто в этом повинен? Да все монахи только и твердят, что смерть — это ещё не конец пути для души! Он хочет создать собственный клан и сделать его сильнейшим в Империи? В этом Маллор тоже не видел ничего неприемлемого для себя, ведь его собственная семья давно признала парня негодным и сделала номинальным главой захваченного клана, за которого все решения принимают исключительно старейшины. Ради процветания таких родственников, он не собирался оставлять того, кто фактически дал ему возможность на новую жизнь!

В общем, когда в конце своего рассказа фиолетовый слайм задал вопрос: «Согласен ли ты, после того как узнал правду о моих целях, разделить этот путь?», у него не было и тени сомнения в ответе:

— Мастер Кельмион, может я не самый умный человек и у меня нет больших желаний и великих стремлений, но, что бы там не ждало в будущем, я не собираюсь отказываться от той клятвы, что однажды дал, принимая за вами право учить и наставлять обречённого на никчёмную жизнь подростка. За всё то время, что мы знакомы, я не пожалел ни об одном мгновении, проведённом в качестве ученика. И мне совершенно наплевать на то, как вы выглядите и насколько недосягаемыми могут показаться ваши цели — вы можете всецело положиться на меня, Маллора Стайтрила. — он хотел было встать и поклониться, но, так и оставшийся на его коленях, наставник не дал:

«Не стоит привлекать внимание Сайрика».

Оглянувшись он и в прям увидел, как давно поевший мальчишка играл на некотором отдалении с несколькими слаймами, уворачиваясь от прыгающих по разным траекториям… получается родственников наставника, так что ли? Да ему о таких вещах знать пока точно ни к чему.

— А Джи-Му?

«Ну, ты его хозяин тут решать только тебе, уж кто-кто, а он точно ничего не разболтает».

А после того, как мальчишка отправился спать, началось обсуждение ближайших планов.

Ученик его не разочаровал, да и не сомневался в нём Кель, фактически заранее знав ответ. Но несмотря на это, решение парня не становилось менее искренним, ведь и сам перерожденец весь рассказ оставался правдив и ни на чём не настаивал.

Дальнейший разговор был посвящён предстоящим планам, как отдалённым, требовавшим огромных ресурсов, так и близким, осуществить которые можно и нужно было в ближайшее время. И первым важным делом был сбор всех оставшихся защитных артефактов. Ведь, если питающее основание соединённое с природными источниками сё перерожденец мог сделать и сам, использовав для этого самые простые материалы, то заниматься поиском и обработкой амеркана, из которого были сделаны шары, представлялось весьма затруднительным занятием. Достать уже готовые из-под земли, являлось гораздо более простой задачей.

«Но, для того, чтобы их все собрать нам понадобятся кольца, очень много пространственных колец». — озвучил он очевидную вещь.

— Это да, но где мы столько достанем? Считая моё, их у нас всего два, а стоят они столько, что только самые состоятельные кланы провинции могут позволить их приобрести. И то, сначала несколько раз подумают, а действительно оно им надо или лучше потратиться на развитие талантливых Воинов.

«Ну, допустим, благодаря вчерашнему визитеру, их у нас теперь три. А за остальными, тут уж ничего не поделаешь, придётся отправляться в столицу, ведь, насколько я успел узнать, именно там находится Аукционный Дом Джи-Ан?»

— Вроде бы, я в столице бывал ещё в детстве вместе с братьями, на ежегодном турнире кланов.

«Зато я знаю, благо, что Линн доводилось бывать и на торгах, да и Данран успел поделиться полезной информацией».

— А деньги? У меня и сбережений-то нет, деньги всё это время были как-то ни к чему, да и никто не спешил мне их давать.

«Ты, что уже забыл, кто перед тобой? Я Алхимик. И не какой-нибудь местный шарлатан, который из редких ингредиентов простейшей пилюли не сделает, а настоящий Мастер в этом деле, со мной на всём континенте могло конкурировать в знаниях и умениях лишь пара человек! И уж поверь, мне найдётся, что предложить самым искушённым покупателям».

— Простите, наставник, как-то не подумал. — Маллор аж затылок взъерошил от смущения. — И у меня ещё один вопрос, разве за артефактами не могут заявиться снова? Ведь в этой секте, как я понял, много людей, им же ничего не стоит послать ещё.

«Тут можно не переживать. От нашего гостя я узнал, что первый отряд был послан практически вслепую и конкретной задачи вернуться именно с артефактами у них не было. Вспомни, у них было всего одно пространственное кольцо, в которое уж точно много не засунешь, вряд ли они знали о реальном назначении того, что ищут и об истинном количестве. К тому же все итак знают об опасности этих мест, вряд ли там кто-то удивится пропавшим людям. Могли бы заинтересоваться тем, что сам Данран так и не вернулся, ведь он как ни как, заместитель главы целого направления в этой провинции, но почти наверняка его руководитель посчитает, что он просто напоролся на того же монстра, который убил и отряд. В общем, скорее всего в секте просто решат, что соваться в эти земли не стоит, больше потеряешь, чем найдёшь». — Кель действительно был уверен в своих выводах. Из узнанного от пленного сектанта он точно знал, что подобные отряды регулярно рассылаются в по различным уголкам Империи с целью добычи чего-нибудь интересного в местах, где раньше находились древние поселения.

— Наверное, вы правы. — задумчиво ответил Маллор.

«О, несмышлёный ученик, ты ранишь своего несчастного наставника в самое сердце этим неверием! Как можешь ты допустить, что познавший жизнь и смерть Великий Мастер, перед чьим могуществом склоняли головы сильнейшие адепты боевых искусств, ошибается в таком простом деле? О горе мне наивному, что взял на обучение неблагодарнейшего из всех возможных люд…»

— Учи-и-те-ель… — взвыл парень, чьи уши начали сворачиваться в натуральную трубочку от слов переставшего быть серьёзным Кельмиона. На что тот и рассчитывал, желая немного разрядить атмосферу, сгустившуюся от серьёзного обсуждения.

Решение вернуться к цивилизованным местам было весьма своевременным. У ученика из-за появившегося подопечного в лице Сайрика начали гораздо быстрее подходить к концу запасы одежды и приправ для еды. И в ближайшее время всё равно пришлось бы покинуть дикие земли, чтобы пополнить их, да и подопечному ученика было совсем необходимо обзавестись собственными вещами.

Столица провинции называлась Риндин, по имени первого из её правителей, Риндина Харвола. И, надо заметить, что их потомки до сих пор наследуют власть по праву сильного и ни разу за всю известную историю не теряли своих позиций в собственном клане. Что говорило, как о силе их членов, так и о большой поддержке извне, последнее так же подтверждалось полученными от Данрана сведениями. Их главенствующее положение в Совете Кланов никто даже не думал оспаривать… по крайней мере в ближайшее время. У секты Акола, на это были собственные планы.

Сайрик воспринял поход в столицу с неподдельным воодушевлением, он как раз находился в том возрасте, когда всё новое было необычайно интересным, а уж побывать в столице, он раньше и вовсе мог только мечтать. Вслед за ним и слаймы подхватили возбуждение, желая посмотреть, как выглядит место, где живёт много-много двуногих.

И вот, буквально на следующий же день они направились в центр всей жизни провинции Джи-Ан, который располагался практически ровно по середине вытянутых подобно огромной кляксе земель. Сейчас они находились на самом востоке, в то время, как их путь лежал на запад. Но спешить в дороге не предполагалось, Кель решил во что бы то ни стало повысить уровень возвышения до пятой звезды. И если за себя он в этом смысле не беспокоился — развитие шло даже быстрее, чем ожидалось, то вот ученик в этом плане немного отставал, а прибегать к специальным эликсирам он совсем не собирался, чем вызвал вполне резонный вопрос юноши, в котором сквозили обиженные нотки:

— А почему?

«Чтобы ответить на твой вопрос мне придётся начать немного с другой стороны. Вот скажи, ты же заметил отличия между теми методами развития, которые я дал тебе и Сайрику и теми, которые используют все остальные?»

— Конечно! Они же гораздо лучше! — на лице парня буквально было написано, что наставник спросил ерунду. Но Кель не спешил продолжать и Маллору пришлось серьёзнее задуматься над ответом. — Ну, ещё циркуляция энергии как-то совсем по другому происходит, совсем не так, как обычно.

«Ну, хоть что-то заметил и то ладно. На самом деле, всё гораздо сложнее, ваши методики развития направленны на постоянное расширение объёмов ганта путём прямого воздействия на стенки духовного котла. Благодаря этому, в зависимости от индивидуальных особенностей каждого человека, происходит его рост и, соответственно, возвышение. Но лишь до определённого момента. Ведь такой подход, во-первых, оставляет практически не развитыми энергетические каналы внутри тела, во-вторых истощает возможности ганта к развитию, а в-третьих не позволяет подняться выше определённого уровня возвышения. В итоге получается, что люди не способны к серьёзной алхимии, не могут освоить сильные энергетические техники, при этом для многих десятая звезда остаётся лишь приделом мечтаний, да к тому же ещё и срок жизни едва дотягивает до ста пятидесяти лет».

— А по-вашему это мало? Ведь обычные люди и до ста не доживают.

«На моей родине те, кто вступил на путь возвышения живут не меньше двухсот! И это люди с минимальным талантом. Я же лично был знаком с несколькими людьми, чей жизненный срок перевалил за шесть столетий. Так что, да, мало».

— Да как же такое возможно? — Малл был явно шокирован такими сроками.

«Сейчас объясню. Всё дело в том, что методы развития, принятые на моей родине, в первую очередь воздействуют именно на энергетические каналы, благодаря чему сначала идёт укрепление тела. И если ты вспомнишь свои ощущения, то заметишь, что уже вслед за ними и духовный котёл начинает вырабатывать больше энергии, повышая своё развитие. Но так, как этот процесс происходит более плавно и нет постоянно агрессивного воздействия на стенки ганта, то он, в итоге, к следующей звезде лишь увеличивает свою прочность. И это позволяет не меняя техник развития продолжить свой рост дальше. В то время, как у вас после каждого возвышения необходимо менять методику, потому что суть духовного котла такова, что он всегда стремиться выработать сопротивление к внешнему воздействию, каковым ваши техники и являются и, следовательно, они становятся бесполезны!»

— Вы же говорили, что переродились совсем недавно? Как вы узнали так много? — ученик выглядел шокированным.

«Всё потому что твой учитель величайший из людей, чья мудрость давно достигла небесных вершин, позволяющих ему постигать грани мира недоступные для осмысления простыми смертны…»

— Учитель, кажется вы отвлеклись. — тактично, но очень уж поспешно заметил Маллор.

«Кхм. Так вот, теперь ты знаешь, в чём отличия и именно благодаря это сможешь понять, что те эликсиры, которые я могу изготовить в нынешних условиях тебе никак не подходят. Ведь они подобно вашим техникам развития начнут воздействовать на гант и пускай действительно помогут прорваться на следующую звезду, но ник чему хорошему это не приведёт. Напротив, дальнейшее развитие значительно замедлится, да и твои каналы останутся на прежнем уровне. К тому же это никак не поможет тому сюрпризу, что я приготовил тебе на следующую звезду…»

Через несколько дней они покинули опасные территории и стали продвигаться по лесу, росшему вдоль широкого тракта, который тянулся с восточных границ провинции до самой столицы, а от неё продолжал свой путь на запад к дальним пределам. По дороге они то и дело углублялись в леса, для тренировок и охоты — отдаляясь после завтрака и возвращаясь к торговому пути ближе к вечеру. И пускай в этих краях звери не превышали развитием четвёртой звезды, но для тренировки это было вполне достаточно, а уже через неделю такого пути Кельмион добрался до пятой ступени возвышения. Как и ожидалось Маллор, несмотря на все старания и помощь наставника достиг смог достичь только четвёртого облака нынешнего уровня.

План тренировок Сайрика особо не изменился и он смог взять уже пятое облако первой звезды. А занимавшийся с ним парным развитием Арти достиг четвёртого облака третьей. В то время, как вся остальная семейка в основном только перешла на первую ступень. Особняком в этом вопросе стоял Джи-Му. Как оказалось, его возвышение раньше было гораздо выше того, что почувствовал Кель при первой встрече. Но долгие годы нахождения в спячке не прошли бесследно и теперь ему предстояло вновь повторить однажды пройденный путь, чтобы восстановить былую силу. В чём перерожденец старался оказать посильную помощь, ведь его любопытной натуре было очень интересно понаблюдать за развитием разумного Зверя.

Так они и продвигались день за днём, пока на десятый день не произошло событие привнёсшее некоторое разнообразие в устоявшийся ритм жизни.

Дело близилось к вечеру. Всё началось с того, что во время движения вдоль тракта в воздухе начал витать плотный человеческий запах, что само по себе было не такой уж и редкостью на оживлённой дороге. Но переданные мыслеобразы от посланных понаблюдать слаймов, заставили Кельмиона резко свернуть в ту сторону, хотя всё это время они неизменно старались не встречаться с людьми — просто не было причины.

Оставив ученика с мальчиком и Джи-Му позади, он подобрался к скоплению людей и начал наблюдать за происходящим. Это оказался наспех устроенный лагерь, который располагался на довольно большой поляне. С одной её стороны были установлены палатки и горели костры, вокруг которых сновали натуральные разбойники. А кто это ещё может быть, когда в другой части такие же типы буквально потрошили несколько повозок прямо на глазах согнанных в загон и связанных по рукам и ногам людей? Всего работников ножа и топора насчитывалось около трёх десятков, включая и тех, кто находился в тот момент в палатках.

Понаблюдав за происходящим несколько минут, Кель смог без особых проблем просмотреть духовным зрением весь лагерь и определить уровень каждого находившегося в нём. О том, что делать дальше, он долго не думал и вернулся к Маллору уже с готовым планом.

«Итак, мой дорогой ученик, тебе предстоит примерить на себя роль настоящего героя и пойти спасать попавших в беду несчастных жителей Империи! Ты должен повергнуть страшных разбойников, что свернули на преступный путь полный насилия и коварства! После чего, уверен, что впечатлённые твоей доблестью юные красавицы, томящиеся в плену, будут готовы прямо этой же ночью согреть постель одинокого юно…»

— Учи-и-те-ель. — взвыл будущий герой.

Расположившиеся у дороги разбойники явно не ожидали, нападения. Об этом говорила и замедленная реакция на его появление и общая неорганизованность. Наставник сказал ему разобраться с преступниками собственными силами, сочтя это неплохой тренировкой — кто бы сомневался — которая даст ему опыт настоящего сражения с людьми. Поэтому Джи-Му остался неподалёку и в разгром лагеря не вмешивался, занимаясь важным делом — охраной Сайрика. Но учитель не оставил его без поддержки, взяв на себя освобождение пленных и их охрану, в чём ему активно помогали прочие слаймы.

Собравшись с мыслями, он разогнал сё по телу и ускорившись начал с тех, кто возился у гружённых повозок. Первых двух разбойников парень вырубил походя, сам не ожидая такой простоты, те не успели даже среагировать на его действия! Ещё пятерых, которые находились рядом и среагировали на звуки, он разбросал буквально за пару мгновений, особо не смотря, насколько серьёзными для них стали удары. Раздавшиеся трест и грохот от разлетевшихся во все стороны грабителей были довольно громкими. В понимании юноши, те, кто решил заняться разбоем уже должны быть готовы к тому, чтобы расстаться с жизнью, ведь закон в этом случае был прост — пожизненные рудники или смертная казнь.

И только после этого на него обратили внимание остальные. Тут же раздались крики, а со стороны одной из палаток полыхнула мощная жажда крови! Всё только начиналось…

К тому моменту, как Маллор начал действовать, больше двух десятков слаймов под руководством своего Старшего уже находились среди связанных людей, которых разместили прямо на голой земле в наспех сооружённом загоне из свежесрубленных небольших деревьев. Внутри кроме пленников никого не было, только пара охранников снаружи поглядывала в ту сторону логично не ожидая от связанных по рукам и ногам каких-либо неприятностей. Ведь как успел заметить Кель, всё это были обычные люди не превышающие в развитии вторую звезду — в основном мужчины, среди которых удалось заметить лишь трёх женщин и четверых детей. Охранников каравана, если такие и были, наверняка перебили раньше.

Воспользовавшись техникой ментального общения, перерожденец от лица Маллора объяснил, чтобы они оставались на местах и не двигались, дабы раньше времени не насторожить разбойников. Пользуясь тем, что люди всё равно ничего в таких вещах не понимали, рассказал, мол слизни были взяты им под контроль и что они освободят всех пленных, поэтому не стоит ничего пугаться. Шокированные голосом, раздавшимся прямо в головах, люди даже не посмели рыпнуться, когда путы одни за другими начали растворяться в телах существ, которые были даже не различимы в вечерних сумерках.

А между тем, пока слаймы избавляли несчастных людей от верёвок, Кель продолжал наблюдать за своим учеником, который вызвал настоящий переполох в стане разбойников. Из самой большой и более-менее приличной на вид палатки выскочило сразу трое весьма колоритных головорезов, в отличие от всех прочих, чьи уровни развития не превышали и третьей звезды, один из них полыхал мощью на уровне пятой, а двое других находились на первом и третьем облаках четвёртой. Это становилось уже интересно.

Стоило только новым действующим лицам появиться, как все вокруг тут же замерли… ну, не совсем, разбойники принялись аккуратненько так, бочком-бочком отходить от Маллора куда подальше, желательно за спины явившейся на шум троицы. То, как он походя расправлялся с их товарищами по ремеслу, многих заставило проникнуться страхом к нападавшему.

Прибежавшие были мужиками внушительной комплекции, которые, в отличие от всех прочих, могли похвастаться хоть сколько-нибудь приличной одеждой. Показательно уже то, что они носили нормальную обувь и каждый имел по прямому обоюдоострому мечу, которые обнажили ещё пока бежали на место событий. Но вот сразу кидаться на замершего в стойке юношу они не стали.

— Ты хоть представляешь, на кого напал?! — выкрикнул обладатель пятой звезды продолжая давить на округу жаждой крови. И Кель с гордостью подметил, что у его братишек это получалось ни в пример лучше, учились братишки на совесть. Заговоривший был очень высок, на две головы возвышаясь над стоявшим перед ним подростком и имел абсолютно лысую голову, отчего его косматая борода выглядела ещё внушительней.

— Мне без разницы кто вы, разбойники есть разбойники. — ученик внешне оставался совершенно спокоен и только его наставник чувствовал, как тот на самом деле волнуется, находясь рядом с действительно сильными противниками. Ведь если к смертельно опасным животным он уже успел привыкнуть, то вот люди для него до сих пор оставались практически неизвестным противником. Какой-то месяц назад он и мечтать не мог, чтобы встретиться с кем-то настолько сильным лицом к лицу, как ни крути, но моральная травма и чувство неполноценности по сравнению с другими людьми, по мнению Кельмиона, до сих пор были очень сильны в юноше. Отчасти именно поэтому наставник до последнего не хотел вмешиваться в происходящее сам и дать парню преодолеть внутренние барьеры.

— Ты ошибаешься, мальчишка! — подал голос тот мужик, что стоял справа и чуть позади от заговорившего первым. — Мы Воины клана Тагрин и нам наплевать, что ты думаешь о происходящем. — произнося это он потряс в воздухе гербовой табличкой размером чуть меньше ладони, которая служила среди местных семей своеобразным документом, подтверждающим принадлежность имеющего её. Точно такую же, только с символом Райфмира, таскал в своём пространственном кольце и Маллор. Что характерно, лёгкое свечение, испускаемое силуэтом на плоской стороне простейшего артефакта, подтверждало слова мужчины. Кельмион такой символ уже показывала Линнея, когда по просьбе слайма просвещала его о всех прочих кланах провинции.

— Кайрон верно сказал, лучше бы тебе убраться отсюда и не лезть не в своё дело. — надменно продолжил лысый, который, судя по всему был у них за главного. Третий же продолжал молчать и не отрываясь поглядывал на причину их беспокойства.

Это было серьёзное заявление, ведь клан, не просто пара человек перед тобой, но и вся та мощь, что в большинстве случаев обрушится на человека посмевшего пойти против его представителей. Вот только, всё дело было в том, что эти люди врали, перерожденец, с самого своего появления на этой поляне не переставал считывать поверхностные эмоции сильнейших из разбойников, поэтому был полностью уверен в их лжи. О чём и не преминул сообщить ученику:

«Прекращай их слушать давай уже заканчивай, они врут не краснея, а ты уши развесил, словно маленький ребёнок. Надери этим идиотам задницы!» — ехидный тон был призван немного взбодрить подопечного, что всегда действовало безотказно.

В ответ же до него донёсся уже почти сформированный мыслеобраз, который можно было перевести как «Спасибо, понял». Постоянное общение с Джи-Му позволило парню значительно продвинуться в понимании начальных ментальных техник. А дальше он без всяких предисловий ринулся в атаку! Для простого человека его рывок наверняка выглядел бы так, словно юноша просто исчез, чтобы тут же появиться перед лысым и впечатать напитанный сё кулак прямо в верхнюю часть живота. Именно там располагалось самое большое и доступное для атаки место пересечения энергетических каналов тела. Его уроки явно не прошли для ученика впустую.

В точке соприкосновения раздался взрыв.

Мощный удар отправил бугая в продолжительный полёт, который закончился столкновением с деревом. Одновременно с этим двое товарищей улетевшего накинулись с мечами на Маллора. Действовали они очень слаженно, пока один на большой скорости непрестанно наносил прямые атаки, второй принялся крутиться с разных сторон, норовя зайти со спины и подловить юного соперника. Было видно, что сражаться плечом к плечу им не впервой и это стало для юноши серьёзной проблемой. Ведь у парня никакого оружия не было, его банально никто не обучал владению им, потому что ещё примерно за год до того, как он достиг нужного возраста в клане стало известно о его проблемах с возвышением. Поэтому спасала подростка пока что только скорость, которая за прошедшее время с каждым переходом на новое облако становилась всё выше и выше.

Но тут Кель заметил, что лысый начал приходить в себя. Схаркнув кровью, он поднялся на ноги и, громко взревев, выпустил из тела мощный поток сё, который окутал его со всех сторон и плотной плёнкой покрыл тело. После чего он на бешеной скорости рванул в сторону сражения, по дороге подхватил выпавший в полёте меч и тут же пустил его в дело, намереваясь одним махом зарубить шустрого подростка!

Малл лишь в последний момент успел увернуться от смертельной атаки, но подставился под клинок другого разбойника, который оставил длинный порез на его спине. Брызнула кровь. Юный глава Паунфира коротко вскрикнул, тут же отпрыгивая в сторону, спасаясь от новых атак противников. Учитель, который напряжённо наблюдал за всем происходящим, заметил, что рана была довольно поверхностной и никакой угрозы не представляла, в сражении со Зверьми ученик получал и куда более серьёзные повреждения.

И вскоре установилась патовая ситуация, с одной стороны, разбойники не могли даже втроём достать своего противника, а с другой, юноша не имел возможности найти хоть какую-то лазейку для контратаки. Толпа мужиков вокруг подбадривала главарей яростными выкриками, наблюдая за разгорающимся сражением, но не решалась со своими невеликими силами сделать что-то большее. Так продолжалось какое-то время, пока Кель не понял — вот оно!

А в следующее мгновение один из противников вдруг ни с того, ни с сего налетел на своего товарища и они покатились в сторону, в тот момент, как сам юный Стайтрил сделал невероятно быстрый рывок и нанёс новый удар в живот лысому бугаю. Разбойники не ожидали такого поворота и никто не успел среагировать. Вот только вслед за раздавшимся взрывом противник не отправился в полёт, как это было буквально только что. Напротив, он остался стоять на том же месте и даже попытался ударить в ответ мечом! Впрочем, лезвие рассекло лишь воздух, ведь привыкший к регулярным тренировкам с учителем, Малл и не думал стоять на месте, а слайм мысленно поставил зарубку на ещё одну похвалу для подопечного.

Наконец-то он смог применить Технику Незримого Касания не просто в движении, а ещё и в бою не на жизнь, а на смерть, благодаря чему избавился от мешающих противников, чтобы устранить основную проблему. Жалко, что лысый использовал на своём теле некую защитную технику и остался совершенно невредим. Но это уже было ненадолго. Сумев сохранить контроль, парень сначала попробовал дотянуться и до него, но щуп техники словно соскальзывал с защиты здорового мужика сводя на нет попытки использовать его в качестве снаряда.

Когда через пару мгновений двое других вновь присоединились к сражению, Маллор решил подойти с другого бока к проблеме и для начала просто избавил противников от оружия, зашвырнув его далеко в заросли леса. Опешившие от произошедшего бандиты даже застыли на месте от такого, что стало для них фатальным. Первым выбыл из боя тот, кого лысый назвал Кайроном — юноша просто взял того за ногу с помощью щупа и со всей возможной скоростью впечатал сверху вниз об бугая. Во все стороны полетели комья земли, а на том месте, где они стояли, образовалась небольшая вмятина. И если здоровяк такой подарок судьбы пережил нормально, разве что защита начисто пропала, то выполняющий роль снаряда разбойник напрочь потерял сознание. Слайм отчётливо заметил, что у того было несколько переломов.

Но и про оставшегося без своей оплеухи третьего подросток тоже не забывал, пускай эта атака и заставила его потерять контроль над техникой, но это никак не помешало со всей силы отвесить несколько мощных ударов мужику, который остался без какого-либо прикрытия. От чего тот отлетел на несколько метров и затих в кустах, Кель с удовлетворением отметил, что и тот потерял сознание.

Остался последний серьёзный противник.

И он уже не спешил переть напролом к тому, кто смог выстоять всё это время против троих, а теперь разделался неизвестной способом с его товарищами. Слайм почувствовал липкий флёр страха в эмоциях лысого бугая, но его быстро смыл поток решимости.

«Будь осторожен, он что-то задумал!» — успел крикнуть наставник прежде, чем главарь бандитов вытащил из пространственного кольца светящийся зелёным кристалл и швырнул его в сторону ученика.

Малл совершенно логично попробовал уклониться от необычного снаряда, но тот, вдруг, словно привязанный полетел вслед за ним! И тут Кельмион решил вмешаться, поняв, что такие артефакты могут быть весьма опасными, но не успел. Стоило ему только выстрелить своим телом в невероятно быстром прыжке, как ученик полыхнул мощным потоком сё, который заставил кристалл сбиться с траектории полёта и улететь в тёмные заросли кустов. А в следующее мгновение в той стороне вспыхнул яркий взрыв, оглушивший всех людей на поляне. Маллор достиг пятой звезды!

Перерожденец не тратя времени, раз уж всё равно решил вмешаться, спеленал лишившегося большей части сил главаря и пропихнул ему в горло пилюлю паралича, после чего тело мужика обмякло и повалилось на землю отпущенное Келем. На этом можно было облегчённо выдохнуть… если бы он имел возможность дышать! А так, дальше последовала паника со стороны остальных бандитов, многие из них даже попробовали убежать, увидев, что главную ударную силу благополучно победили. Но по приказу своего Старшего все прочие слаймы принялись их ловить, благо что нынешний уровень возвышения и неожиданность самого факта нападения со стороны настолько необычных противников, очень помогал в этом деле.

Ночью полыхали погребальные костры, на которых сжигались жертвы нападения. Как оказалось, всех убитых разбойники просто скинули в овраг подальше от временного лагеря, рассчитывая уже на следующее утро покинуть эти места. Когда слаймы обнаружили сваленные вместе тела охранников каравана и простых работников, то к ним вокруг трупов уже успело собраться немало зверья, устроив настоящую свару между собой за свежее мясо. Пришлось их разгонять.

Кель настоял, чтобы Маллор не раскрывал спасённым своего настоящего имени — пока ещё было рано раскрывать истинный уровень его силы, а в столице находилось представительство его клана, в котором о случившемся узнали бы в тот же день, как караван доберётся до города. Поэтому-то и представлялся он освобождённым людям, как Авено — воин из старого разорившегося клана, от которого остались только он сам и его ещё более юный брат. И теперь они держали путь в столицу к дальним родственникам, надеясь на новую жизнь. Такого объяснения всем вполне хватило и быстро посовещавшись торговцы сразу же предложили их благодетелю место в караване. А именно, отдельную крытую повозку со всеми возможными удобствами и даже намеривались отдать все деньги, что причитались погибшим охранникам. Было видно, что люди ужасно перепуганы и хотели всеми доступными средствами заполучить на остаток пути прекрасно показавшего себя воина.

Перерожденец, взвесив все за и против, решил согласиться, в конце концов, ведь ученик уже достиг пятой звезды и на некоторое время можно было ослабить усердные тренировки. Но от денег, всё же стоило отказаться, ведь по общепринятым традициям, которые оставались неизменны и в этих земля, они должны были достаться семьям погибших. За такими вещами суеверные торговцы обычно следили строго, потому что никому не хотелось обзавестись личным легионом из мстительных духов.

А пока люди провожали умерших, Кельмион взялся за тот самый сюрприз, который обещал Маллу по достижении следующей звезды. На его родине они совсем таковыми не были и любой, кто достиг должного уровня возвышения имел все шансы их получить. И в отличие от здешних мест, это происходило годам к десяти-двенадцати, что ни говори, а развитие местных боевых искусств сильно отставало.

В отличие от местных представлений, система знакомая перерожденцу имела несколько иной вид и деление между рангами мастерства происходило каждые пять звёзд. Первый ранг назывался Ученик, обычно в кланах на нём находились дети до двенадцати лет и если к этому возрасту они не достигали должного возвышения, то их считали третьим сортом. На этом уровне юных воинов учили в первую очередь обращению с собственным телом, закладывали базу физического развития, а так же давали простые упражнения на контроль сё. Кстати, местных детей тоже учили точно таким же упражнениям, вот только никакого дальнейшего развития в этом направлении не было и в той же семье Линнеи считалось, что это просто помогает лучше контролировать свои силы, хотя это был лишь начало для куда более сложных вещей. И у Кельмиона было несколько пока неподтверждённых мыслей по этому поводу.

Второй ранг назывался Адепт — и именно с него начиналось активное изучение различным боевым техникам, ведь именно после этой ступени гант, каналы энергии и сама сё становились достаточно стабильны и приобретали нужные свойства для этого.

Третий ранг — Воин, на этом этапе те, кто показал достаточно хороший прогресс для своего возраста, а это обычно происходило годам к пятнадцати-восемнадцати, допускался к изучению тайных клановый техник, которые составляли её мощь и наследие.

А затем уже шли ранги Великий Воин, Мастер, Небесный Мастер, Наставник, Просветлённый, Мудрец и Звёздный Дух, о последних даже при жизни Кельмиона уже никто не слышал сотни лет, хотя упорно ходили слухи, что кто-то из богоподобных просто скрывается под личиной странствующего монаха. О подобных рангах здесь даже слышать не могли за отсутствием людей с подобным развитием, которое ограничивалось полу-мифическими пятнадцатью звёздами.

Так вот, его ученик переступил свой первый порог и мог называться Адептом, а в таких случаях на его родине было принято проводить слияние со стихийными ядрами или Истинными Сердцами, как их ещё называли, добытыми из убитых Зверей. Это делалось для того, чтобы дать человеку дополнительную возможность, которая в дальнейшем могла серьёзно помочь в развитии, ведь сформированное внутри ганта стихийное ядро позволяло использовать те способности, которыми обладал убитый монстр. И не смотря на название, этих самых способностей было великое множество, ведь зверям были подвластны далеко не только первородные элементы, но различные специфические возможности сформированные путём продолжительного развития того или иного вида.

Выбор такого ядра был очень важным делом, ведь однажды проведённое слияние уже невозможно будет отменить, только развить полученные способности. Стоит ли говорить, что самые лучшие всегда доставались лишь наследникам богатых кланов, в то время как все остальные должны были довольствоваться лишь низкоранговыми ядрами?

После прошедшего времени, наполненного постоянными сражениями с обитателями местных диких земель, в пространственных кольцах успело накопиться больше десятка Сердец и все они были самого низкого ранга. Кельмион ни за что бы не стал портить Маллору жизнь слиянием ни с одним из них, если бы ни одно «но». Оно заключалось в том, что ему-то как раз были известны техники, которые позволяли не только заменить одно на другое, но и в дальнейшем провести слияние ещё с несколькими ядрами. Поэтому он нисколько не сомневался, в конце концов, впереди ещё предстояло сделать очень многое, а такое усиление только поможет ученику в дальнейшем развитии.

К сожалению, провести слияние и для себя он пока не мог, слишком уж организм, если его можно так назвать, слайма слишком уж отличался от человеческого и Кель был просто не уверен в положительном результате.

Сам процесс слияния со стихийным ядром был делом непростым и в его прошлой жизни детей с раннего возраста начинали готовить к такому, давая специальные упражнения, позволяющие подготовить гант к подобной процедуре. Что удивительно, в местных кланах такое тоже давалось вместе со всеми «детскими» упражнениями, истинного назначения которых никто уже и не знал. Правда никто ими серьёзно не занимался и они оставались лишь на совести мелких спиногрызов, которым было по большей части совсем не до скучных занятий, когда надо было заниматься «настоящими» тренировками.

Ещё когда он только взялся за обучение Маллора, то первым делом обучил всем необходимым практикам, которые должен был знать каждый ребёнок из его клана, что дало вполне приемлемые результаты.

За прошедшую ночь ученик стал ядра молнии, которое по мнению Кельмиона наиболее всего подходило юноше, в котором всё сильнее проявлялись черты настоящего Мастера Скорости, как называли тех, кто от рождения был создан для молниеносных перемещений и атак. Теперь требовалось некоторое время, которое желательно провести не особо не напрягая духовный котёл.

На утро, когда телеги были приведены в порядок, загружены товаром, а пленные разбойники размещены в двух крупных повозках, они наконец-то отправились в путь.

Дорога до столицы заняла всего пять дней, благо, что основной путь они успели преодолеть до этого и наткнулись на разбойников уже довольно близко от своей цели. Конечно, отправься они пешком и то же расстояние можно было преодолеть буквально за один день, если поспешить, но как раз-таки торопиться никуда и не стоило, за время пути вместе с караваном Маллору предполагалось полностью освоиться с новыми ощущениями.

За это время Сайрик успел сдружиться с парой мальчишек почти его возраста — сыновьями торговцев и в свободное от тренировок время он пропадал с ними, не иначе как соскучившись по общению со сверстниками. А слаймы, между тем, находились в крытой повозке, выделенной специально для их юноши и его брата. Но, нет-нет, да кто-нибудь из малышей выбирался наружу посмотреть на повозки, товары, погонщиков тягловых Буллов — родственников обычных фермерских коров, только специально выведенных для тяжёлой работы, все взрослые особи достигали развития в две, а порой и в три звезды, что делало их необычайно выносливыми, но при этом они оставались очень послушны и несколько флегматичными оживая лишь при виде вкусной еды. Детское любопытство в них не представлялось возможным истребить, да и смысл, если они к=никому не мешают, а люди относятся вполне спокойно к «безобидным» полупрозрачным малышам. Джи-Му же терпеливо следовал за ними на расстоянии, скрываясь в лесах росших вдоль тракта, чтобы не пугать своим видом людей и без того нервных после всего произошедшего.

Допрос главаря и его подручных, который Кельмион проводил уже ближе к утру, дал интересные результаты. Как оказалось, это были выгнанные из родного клана преступники, которые уже несколько лет как прибыли в эти земли из далёкой провинции Корсен расположенной на севере, которых наняли неизвестные с целью подставить один из сильнейших кланов провинции Джи-Ан. Для этого они снабдили их всеми необходимыми инструкциями, несколькими интересными артефактами и отдали под командование нанятых таким же образом преступников.

Во всей этой истории буквально торчали уши одной тайной тёмной секты…

Раннее утро. Повозкам пришлось начать путь от стоянки ещё ночью, чтобы добраться на место так рано. Высокие стены, призванные защищать от периодических нашествий различных диких тварей, были видны из далека, сразу, как только караван словно длинная гусеница выполз из-под прикрытия леса. В этом месте тракт был особенно широк, ведь ещё примерно днём ранее в него со всех сторон начали вливаться более мелкие дороги, по которым непрестанно ползло множество повозок. Это было весьма оживлённый участок пути.

Джи-Му пришлось так и остаться в лесу на вольных хлебах. И пускай он рвался сопровождать своего хозяина и дальше, но всё же не ослушался прямого приказа, хотя ту волну уныния, которую при этом выпустил вовне, казалось смогли почувствовать и простые люди, находившиеся на дороге в паре сотен метров от места уговоров.

Сайрик за эти дни весь извёлся, наслушавшись рассказов от уже бывавших в этих краях мальчишек. Взбудораженные его нетерпением, слаймы не переставая галдели между собой о том, что их ждёт и тут уже сам Кель, несмотря на то, что успел за прошедшее время наслушаться от них всякого, порой впадал в ступор, пытаясь разобраться в их мыслеобразах.

Как бы то ни было, но уже через пару часов они, преодолев внушительную очередь из множества телег стремящихся пройти через торговые ворота, наконец-то оказались в Риндине — столице провинции Джи-Ан!

— … и место в совете клана будет твоим. — фраза, сказанная его отцом эхом прокатилась в голове среброволосого юноши лет восемнадцати на вид, услышать нечто подобное он мечтал уже несколько лет. С тех самых пор, как понял, что одного положения наследника не всегда достаточно, чтобы отдавать приказы старшим членам клана, ему хотелось ещё больше власти.

— То есть, всё, что мне потребуется это просто победить? — парень даже не думал попытаться скрыть в голосе то пренебрежение, которое он испытывал к этому делу.

— Да, всего-навсего одолеть в честных боях лучших бойцов провинции. — с усмешкой подтвердил сказанное глава клана Харвол.

— Отец, да как ты можешь думать, что какой-то сброд из захолустья имеет хоть один шанс сравниться со мной?! — единственный сын главы не привык сдерживать эмоции.

— Не смей недооценивать противников! — Риссон, рявкнул так, что задрожали бокалы наполненные изысканным вином янтарного оттенка и графин, которые стояли на низком столике. — Наша семья впервые за многие столетия находится в положении, когда власть над кланом может перейти в другие руки. Лэйсы в последнее время набрали силы и, как мне донесли, пытаются склонить совет старейшин на свою сторону. Именно поэтому ты должен максимально серьёзно отнестись к этому делу. В свои семнадцать ты уже достиг седьмой звезды и никто не сомневается в твоём таланте, потому лояльные нам семьи поддержали моё предложение ввести тебя в совет. Но только если ты докажешь, что действительно являешься сильнейшим, в нынешнем поколении, никто не сможет сказать и слова против. Не говоря уже о том, что все мечтающие занять наше место заткнутся.

— Я понял тебя, отец. Но всё же, турнир проходит по возрастам и в своей группе я буду сильнейшим, даже среди старших кланов.

— Не будь так самоуверен, Каннор из Райфмира один из сыновей их главы, как раз лишь на год старше тебя и по слухам он тоже достиг седьмой звезды. И в этом году они подтвердили, что их клан примет полноценное участие в турнире, они хотят побороться за повышение своего рейтинга и получить ещё одно место в совете провинции. Они в последнее время начали проявлять большую активность и заметно усилили своё влияние, так что, если встретишь этого Каннора будь максимально собран… и жёсток — выбей всю пыль из этого выскочки!

— Да, без разницы, техники нашего клана всё равно на голову превосходят, то, что есть у них! Будь он хоть на восьмой звезде, я не прои…

— Мне кажется, мы давно не спаринговались. — Риссон не повышал голоса, но наследник тут же заткнулся на полуслове и нервно сглотнул. Об этом мало кто знал, но отец юноши к своим пятидесяти уже достиг двенадцатой звезды и получить от него трёпку парню совсем не хотелось. — Впрочем, тебе нужно опасаться далеко не только Райфмира, но и нескольких ребят из Райтога, они, как впрочем и всегда, весьма амбициозно настроены в этом году и от них стоит ждать неприятностей в первую очередь. Затем ещё из кланов…

Разговор длился ещё довольно долго, и когда Тайсо, наконец, вышел из кабинета глаза его были полны решимости.

«Пусть эта шваль только попробует посягнуть на мою победу! Уж мне найдётся, чем их удивить…» — думал он, шагая по коридору и даже не обращая внимания на встречных людей, которые почтительно кланялись, когда он появлялся на их пути.

Пленники были сданы тут же у торговых ворот в руки представителей клана Райтог, которые, как ещё в поместье Паунфир успел узнать Кель, больше трёхсот лет занимались в Риндине обеспечением правопорядка. Когда стража при досмотре только узнала о том, какой груз вёз с собой караван, поднялся настоящий ажиотаж, было вызвано начальство, а все участники произошедшего тщательно допрошены. Оказалось, что эта банда уже успела отметиться дважды, прежде чем нарвалась на компанию из Маллора и «его» слаймов. И всякий раз они давали «сбежать» нескольким людям, чтобы те рассказали о причастности к разбою клана Тагрин.

— Господин Авено, я от лица Правления Риндена выражаю вам благодарность за поимку разбойников и спасение людей. — коротко стриженные волосы алого оттенка, карие глаза, и пара едва заметных шрамов на лице, которое понемногу начали обживать морщины. Капитан стражи Орли Рассот, так же принадлежал к клану Райтог и был человеком весьма серьёзным и прямолинейным. Наверное, отчасти именно поэтому к своим немалым годам, а Кель навскидку определил его возраст никак не меньше шестидесяти, до сих пор оставался на этой должности. Хотя, по ощущениям, был на седьмой звезде, что это среди местных считалось весьма неплохо. Впрочем, может у отсутствия продвижения по службе имелась и другая причина. — За банду была назначена награда, мой помощник вас позже проводит, чтобы вам выписали нужную бумагу на её получение. А пока попрошу вас особо не распространяться о случившемся, всё произошедшее касается межклановых отношений и не стоит никому постороннему лезть в это дело. Для вашего же блага.

— И в мыслях не было, уважаемый Рассот, у меня дел и без этого хватает. — вежливо ответил Маллор.

— Что ж, это замечательно, тогда не буду вас больше задерживать. Желаю удачи, наверняка человеку с вашими навыками будет несложно заявить о себе на турнире.

— Турнире? — недоумённо переспросил парень.

— Да, а вы разве не ради него прибыли в столицу?

— Не только. — уклончиво ответил юноша, которому Кель всё это время продолжал давать советы, чтобы тот не сказал чего лишнего. — Мне ещё хотелось попасть в Аукционный Дом Риндена.

— Аукцион? Насколько мне известно последние торги перед турниром уже закончились, а вновь обычно начинаются сразу после проведения боёв, поэтому, юноша, вам ждать ещё девять дней. К тому же, не знаю уж, какие у вас цели и на что вы рассчитываете, но на него не пустят никому неизвестного паренька, лишившегося клана. Потому могу лишь пожелать удачи в боях.

— Спасибо, было приятно с вами познакомиться. — Малл церемонно поклонился и вышел в коридор. После чего внутрь кабинета прошмыгнул помощник капитана Рассота, чтобы уже через несколько мгновений выскочить обратно и повести юношу к счетоводу, который должен был оформить документы.

Уже выходя из здания стражи, которое находилось рядом с въездом в город, Кельмион всё обдумав непреклонно заявил:

«Ты и Сайрик должны участвовать. Иначе, без раскрытия настоящего имени, нам вряд ли удастся обойтись, с неизвестно кого могут даже ко входу не подпустить, а нам нужна личная встреча с администрацией, чтобы выставить на продажу мои пилюли, эликсиры и прочее».

— Если Мастер считает меня готовым к турниру, то я совсем не против. Но, как учитель Сайрика, не думаю, что ему стоит в это ввязываться, он занимается нормальными тренировками меньше месяца и…

«Ты слишком серьёзно это воспринимаешь, о мой юный ученик, ему только десять лет и второй звезды он уже достиг на днях, что является стандартом в клановом обучении вашей провинции. Я видел, как он двигается, уровень его реакции и скорость мысли. Поверь мне, для него участие в турнире пойдёт только на пользу, он увидит сверстников и будет знать, чего стоит сам и к чему надо стремиться. Такие вещи очень важная часть здорового обучения — можешь мне поверить. В любом случае, ему ничего не грозит, ты сам, может и не участвовал в таких вещах по вполне понятным причинам, а вот твоя юная жёнушка рассказала мне, что все бои делятся на возрастные группы. Таким образом, никого старше двенадцати ему не встретить на арене».

Кель при въезде в город спрятался под одежду ученика, так же поступил и Арти, притаившись у Сайрика, которого Малл и Кельмион оставили на время вместе с до сих пор не отпущенными торговцами. Их всё ещё продолжали расспрашивать и должны были отпустить по делам только к вечеру, чем торговый люд был крайне недоволен, ведь время — деньги, а его у них как раз-таки и отбирали. Между тем, все прочие слизни совершенно незаметно следовали за Маллором и Келем на некотором расстоянии. Как и ожидалось никто не обращал на полупрозрачные комочки ни малейшего внимания, ведь их сородичей и без того вполне хватало по городу. В большой столице — много народа, много народа — много мусора. Им-то и питались эти создания, заодно избавляя жителей от немалой части работы по поддержанию улиц в чистоте, ведь в отличие от всех прочих животных, слизни практически не оставляли после себя отходов. Вспоминая своё прошлое Кельмион мог с уверенностью сказать, что поселения, в которых по тем или иным причинам не было слаймов, всегда отличались неприятным запахом, по крайней мере в глухих и неприметных местах.

Мальчик чуть ли не со слезами прощался с ребятами, с которыми успел сдружиться в дороге, но, как бы то ни было, вскоре их компания направилась на поиски администрации за положенным вознаграждением. Деньги лишними точно не для них не были.

Город был большим и очень многолюдным, толпы сновали туда-сюда, по мощённым улицам проносились рикшы и полноценные кареты, запряжённые скакунами. Шум, гам, множество красок и запахов — от всего этого бедный Сайрик чуть не свернул голову, пытаясь рассмотреть всё подряд. Но, несмотря на это, найти администрацию всё же удалось и уже скоро Маллор стал счастливым обладателем тысячи торнов, что было довольно внушительной суммой. Местная денежная система была очень проста, сначала шли янгу — самая мелкая монета, которая делалась из меди и выглядела, как простой кругляш с орнаментом по периметру, десять янгу можно было обменять на один торн. Эти монеты с дыркой по середине уже делались из драгоценного металла и обладали голубоватым оттенком, за сотню торнов можно было получить один лорн. Как они выглядят, Кель сам не видел, но по описаниям Малла и Линнеи, это были пластины из кости высокорангового Зверя, который обитал на землях контролируемых императорской семьёй и был величиной чуть меньше ладони.

И в очередной раз эти названия заставляли перерожденца задуматься. Он уже далеко не в первый раз встречал смешение двух разных языков в культуре местных жителей. Это было очень легко понять, стоило только прислушаться и понять насколько по-разному произносились те или иные слова. И если про те же янгу он мог с уверенностью сказать, что это название пришло из глубины веков, возможно ещё с тех самых времён до войны, уничтожившей предыдущую империю, то вот торны и лорны…

Эти названия были в ходу на его родине. Как и весь местный язык, который был очень созвучен с тем, на котором он говорил в прошлой жизни. В общении с учеником, когда он концентрировался не на ментальной составляющей, а на самом звучании, ему несколько раз удавалось слышать знакомые слова, пускай и в совершенно странном значении, но тем не менее. Это никак не могло быть простым совпадением. Но у же в который раз эти размышления пришлось отложить в копилку тайн, чтобы вновь достать на свет при получении очередной порции интересной информации.

От здания администрации их компания решила сразу же направиться на поиски гостиницы, которую им посоветовал один из благодарных торговцев. В конце концов, остановиться где-то было надо. Путь лежал через центральный базар, на котором можно было увидеть товары со всех соседних провинций и даже из самого Тильна — столичной провинции Империи. Играли уличные музыканты, на небольших площадках разыгрывались представления, в воздухе царила почти праздничная атмосфера.

Прогуливаясь мимо прилавков, они успели закупиться всем необходимым, включая одежду и обувь, как для Маллора, так и для его мелкого ученика. Там же и переоделись в обновки, чтобы после лесов и болот не выглядеть совсем уж оборванцами. Несколько раз пришлось останавливаться перед развалами, где торговали различными ингредиентами и травами, пускай по большей части всё это было не очень свежим, но для Кельмиона и этого было достаточно, чтобы сделать несколько видом препаратов для продажи.

Отдельного внимания заслужило отдельно стоявшее здание, в котором продавали результат своего труда мастера из Гильдии Алхимиков. Это было трёхэтажное строение из белого камня, над которым витала специфическая аура, что говорило о полном отсутствии изоляции в помещениях. От чего слайм мысленно поморщился, такого пренебрежения он в прошлой жизни не встречал, по крайней мере, не в крупных же городах!

А представленные товары и вовсе вогнали чуть ли не в шок — настолько низкого уровня он не ожидал увидеть в столице провинции. Разлитые по склянкам стимуляторы, эликсиры, различные пилюли и прочее, были весьма низкого качества. правда, обычным посетителям нельзя было подняться выше первого этажа, но общее впечатление он всё равно составил. И пройдясь вдоль прилавков, выспрашивая цены у продавцов, они отправились на выход.

Как вдруг, ученик резко вильнул в сторону и спрятался за высокой витриной выше его роста, утянув за собой и Сайрика. В эмоциональном плане у него началась настоящая паника, какой не было даже тогда, когда Джи-Му поднялся со дна болота.

«Что случилось?» — осторожно спросил Кель, не видя причин для подобного поведения, в одном из залов где они проходили, как и раньше, было многолюдно. Кто-то, подобно им приценивался и осматривался, кто-то искал нечто конкретное, стоял лёгкий гомон и суета. Маллор в ответ направил учителю простой мыслеобраз, в котором указывал на появившуюся из прохода группу людей, на это его умений уже вполне хватало. И обративший на них внимание слайм тут же понял, в чём дело — на дорогой одежде незнакомцев были вышиты знаки клана Райфмир!

Это было трое молодых людей, чем-то похожих на его ученика, они шли целенаправленно, надменно вздёрнув подбородок и не смотря по сторона, а вслед за ними, шла небольшая группка прислуги, который было легко узнать по традиционным одеяниям принятым в кланах. Дождавшись, когда эта компания прошла к лестницам, ведущим наверх, Малл смог, наконец, выдохнуть и поспешил на выход, таща за руку так ничего и не понявшего Сайрика. Впрочем, тот уже привык, не спешить с вопросами и смиренно ждал, когда его просветят, что для любопытного десятилетнего мальчишки, по разумения Келя, было настоящим подвигом.

Уже на улице юноша сказал, что это были его братья. И тут перед ними встал ребром вопрос, а что, собственно, делать? Ведь, если на предстоящем турнире, его узнает кто-то из родственников, то ник чему хорошему это не приведёт. Они должны до поры до времени оставаться в неведении. Надо было что-то придумать.

Остановились они в небольшой гостинице на окраине города, как раз всего в нескольких минутах ходьбы от одной из арен, на которой предполагалось проведение поединков. Когда Маллор определился на постой, начало темнеть и было решено идти записываться на турнир уже на следующий день. А пока его ученик и мальчик спали, Кельмион устроившись в отдельной комнате и прихватив пространственное кольцо с ингредиентам, принялся изготавливать будущий товар, ведь спать ему всё равно не было никакой необходимости, а работы предстояло много.

Со всех сторон галдели толпы народа, которые начали собираться ещё с самого утра и это несмотря на то, что на арене собирались биться никому неизвестные бойцы. Всё просто, проход сюда был бесплатным. Безклановые, мечтающие попасть в клан, пусть даже и в младшую ветвь, наёмники, которые пришли, чтобы повысить рейтинг и известность своих гильдий и команд, представители малых семей воинов, которые мечтают заявить о себе. В общем, все те, кто не относится к элите провинции.

И среди этого сброда начинали свой старт Маллор со своим мелким учеником. Днём ранее были поданы заявки, в которых юноша записался как Авено, а Сайрик, что логично, так и остался со своим именем. Их приняли на турнир без каких-либо проблем, потому как участие в нём было совершенно свободное, а для этой группы, так даже и взносы были минимальны и большинство людей могли себе это позволить.

Вся — довольно большая — площадь арены была разбита на несколько участков, где проводились бои в разных группах. Первая — дети от десяти до двенадцати, таких было совсем мало, едва ли больше двух десятков и все они находились под присмотром взрослых.

Вторая — от двенадцати до четырнадцати, этих уже было побольше, около полусотни и в основном они уже были без пригляда, свободно перемещаясь по арене и общаясь со сверстниками. Из-за чего уже несколько раз чуть не дошло до драк, но те были пресечены наблюдателями приставленными следить за порядком, в которых Кель по характерным эмблемам узнал представителей клана Райтог, так что подростковых побоищ так и не случилось.

Третья группа — от четырнадцати до шестнадцати, она относилась к одной из двух самых многочисленных, ведь именно в этом возрасте становились наиболее отчётливо заметны талант и способности будущих воинов и именно среди них кланы присматривали перспективных подростков. На что большинство из присутствующих очень надеялось, всем хотелось получить свой билет в лучшую жизнь. Лица подростков были сосредоточены и предельно серьёзны, не о каких попытках устроить беспорядки и речи не шло. Таких насчитывалось около трёхсот и потому на проведение боёв этой группе выделялось три отдельных площадки.

В четвёртую группу входил Маллор и делилась она уже от шестнадцати до двадцати лет. Среди них ещё хватало тех, кто хочет быть замечен какой-нибудь известной семьёй, но уже основное количество участников составляли различные наёмники, представители разорившихся или новых и никому пока неизвестных семей или даже кланов. Все те, кто хочет, чтобы о его имени услышали и таких было порядка двухсот человек, которым выделили две площадки.

И в последней пятой находились бойцы от двадцати и старше. Это в основном были уже наёмники и те, кто рассчитывал подзаработать на турнире, ведь помимо приза, многие делали ставки, в том числе и на самих себя.

Все эти люди рассчитывали не просто победить в этих боях, но и попасть на следующий этап турнира, который проходил уже на главном ристалище столицы между представителями кланов и теми, кто лучше всех показал себя здесь. А всего таких же арен, как эта было три по городу и первые два дня Ежегодного Турнира отводились как раз на бои всех тех, кто не принадлежал представителям хоть сколько-нибудь известных кланов, которые входили в Совет Провинции.

Чтобы никто не мухлевал и не вышло так, что пятнадцатилетний прошёл в группу до четырнадцати, все участники проверялись с помощью простеньких артефактов настроенных каждый на свой возрастной промежуток. Всего-то и требовалось, что капнуть немного крови, как загорающиеся символы подтверждали или опровергали заявленный возраст. Что характерно, артефактов, определяющий уровень возвышения не было и участники очень разнились в своей силе, но все это воспринимали, как само собой разумеющееся — если ты слаб, то тебе не место в сражениях.

Среди толпы в пару десятков тысяч человек, было довольно сложно проверить всех собравшихся бойцов на уровень силы, да и не было у Кельмиона такого желания. Он просто, особо не раздумывая, сказал Маллу пойти к шатрам, где принимали ставки и поставить все имеющие деньги — в том числе и те немногие накопления, что он прихватил с собой, когда отправлялся с новоявленным наставником в леса — на самого себя. Слайм ни на мгновение не сомневался в его победе.

— Итак, следующий бой состоится между Авено — шестнадцати лет, пожелавшим не называть имени своего рода и Кавеном Райзом — девятнадцати лет — из гильдии наёмников Чешуя Дракона! — после слов распорядителя площадки на неё вышли Маллор и его первый противник. Ещё вчера было принято решения в целях маскировки надеть маску, которая была куплена во время похода по рынку и имела весьма мрачный вид. Невысокого роста, облачённый в плотно прилегающую одежду тёмных тонов, с копной успевших изрядно отрасти волос пшеничного оттенка и чёрной маске с драконьим оскалом, изображённом белым цветом. Выглядел он с одной стороны, весьма хрупко, а с другой, по-хищному опасно.

Его противник же на этом фоне казался максимально простым и обыденным. Чуть выше среднего роста, лёгкий кожаный доспех, кулачный щит в левой руке и абсолютно пустая правая, наверняка в обычное время она держала меч, но оружие на турнире было запрещено. По крайней мере, на этом этапе соревнований. Тёмные волосы коротко стрижены, а на лице наблюдается жиденькая щетина — самый обычный наёмник, каких много.

— Извини, парень, ничего личного, но мне нужна эта победа. — сказал мечник, после того, как распорядитель дал отмашку и понёсся на оставшегося на месте Малла.

Рывок был очень быстрым, утрамбованная земля буквально разлетелась в стороны из-под его ног! Пара мгновений, а он уже успел подбежать к противнику и целился в голову небольшим круглым щитом с выпуклой блямбой по центру, тот аж сиял от вкачанной в него сё. Но в следующую секунду, наёмник уже летел спиной вперёд, чтобы жёстко врезавшись в деревянное ограждение, проломить его и затихнуть в поваленной толпе. Вряд ли кто-то из зрителей смог разглядеть, что именно произошло, а между тем, всё было предельно просто — парень в маске просто успел ударить раньше!

Кель, ещё, когда щитоносец только вышел, сразу определил его уровень — пятое облако третьей звезды, что для его возраста и при отсутствии клана, было очень хорошо. Но против его ученика он просто не имел шансов. Толпа тут же разразилась одобрительными возгласами, даже несмотря на невероятную скоротечность боя. Кавен Райз пусть и не потерял сознание, но направленная в его солнечное сплетение во время удара энергия Маллора, нарушила равномерный ток сё в каналах и тот так и не смог подняться. Распорядителю ничего не оставалось кроме, как объявить очередного победителя.

Впереди у его ученика была ещё одна битва, которая должна была состояться во второй половине дня сразу после окончания первого этапа. Но Кельмиону уже было не до этого, прихватив с собой многочисленную семейку, оставив за наблюдателя и для связи лишь Арти, он отправился в одно очень интересное место, о котором узнал из допроса Данрана. Во время турнира, когда всё внимание сосредоточено на проходящих по городу боях, был лучший момент для посещения.

Пунь-пунь, пунь-пунь, пунь-пунь.

Раз! И все замерли. Мимо прошла компания людей и скрылась за поворотом, после чего они вновь продолжили путь.

Пунь-пунь, пунь-пунь, пунь-пунь.

Передвигаться приходилось по глухим подворотням и крышам домов, всё лишь для того, чтобы никто не заметил странное поведение обычных слизней. Но, несмотря на все старания, основной путь так или иначе пришлось преодолеть под землёй. В канализации.

Если бы в прошлой жизни ему кто-то предложил прогуляться по сточным каналам, то этот наглец был бы жестоко бит и может быть даже ногами. Но в новой жизни Келю уже в который раз приходит мысль о том, что такие вещи вообще не имеют значения. Смыслом обладает лишь цель и то, на что ты готов ради неё. А по поводу всего остального… Пускай само мироздание катится в бездну, если оно решит встать на его пути!

Поэтому, когда глухие места подошли к концу, он, вместе со всей своей семейкой вновь просочился в сток на обочине дороги и по узкому каменному каналу разнеслась очередная серия шлепков множества маленьких тел.

Пунь-пунь, пунь-пунь, пунь-пунь.

Если гостиница, где они остановились располагалась на востоке, то нынешняя цель перерожденца находилась в противоположной части города, на задворках районов, среди целых кварталов с особняками различных кланов. Вообще, в Риндине ни один из кланов не мог обосноваться полностью, скажем так, всем своим составом. Если верить тому, что он узнал от довольно просвещённой в этом вопросе Линнеи — она, в конце концов, должна была принять место, как минимум старейшины Паунфира, если и вовсе не стать главой — это решение было общим и принималось ещё в незапамятные времена.

С одной стороны, это должно было предотвратить тотальную вражду всех со всеми, что, по примеру из других провинций, вполне могло случиться, находись они все рядом, словно банка полная пауков. С другой, вся обжитая часть земель должна была благодаря этому лучше контролироваться, ведь, отвечая каждый за свою территорию, кланы вычищали её от многочисленных монстров, обеспечивали порядок в подконтрольных поселениях и занимались обустройством. В общем, давали проживающим там людям возможность спокойно жить и развивать хозяйство. В остальном, всё, что могли себе позволить гордые клановцы — это наличие собственных представительств в городе.

Но было у такого подхода два исключения — это кланы Харвол и Райтог. Первый отвечал за порядок на прилегающих к столице землях, а второй занимался тем же, но уже в самом Ринделе. Конечно, многих такое положение дел не устраивало и они всячески пытались подбить клинья к освоенным ими кормушкам. Но никто ничего поделать не мог, ведь они изначально были самыми влиятельными силами в этих землях и смогли выбить себе такое положение. А с годами практически никогда не сдавали своих позиций. И к последнему факту приложила свою скрытую в тенях лапу секта Акола. Очевидно, им была выгодна сложившаяся ситуация в провинции Джи-Ан.

Целью Кельмиона было здание единственной в этих землях курьерской службы под названием «Звёздный Странник». Её услугами пользовались абсолютно все, кто мог себе позволить их оплатить, в том числе и многочисленные представители различных кланов. Казалось бы, странный выбор, для тех, у кого есть все ресурсы, чтобы обойтись собственными силами, но это, если смотреть на ситуацию поверхностно. На самом же деле, курьеры были созданы уже довольно давно Чашей Акола и существовали практически на территории всей Империи.

Благодаря усилиям сектантов курьеры оказались единственной практически неприкосновенной организацией. Ведь, если на обычных клановых посыльных, пусть и с большим риском, но могли напасть и никто, кроме представителей этого клана не почешется. То курьеры, являясь полностью нейтральными, находились под защитой абсолютно всех и любого посмевшего совершить необдуманное нападение ждала незавидная участь. В предыдущей жизни Кель подобного подхода к этому делу нигде не встречал и был приятно удивлён тем, насколько интересно и эффективно всё получилось у сектантов.

Одним словом — хорошо устроились!

С проникновением особых проблем не возникло, ведь последователи Акола — даром, что обустроили свою базу под зданием курьерской службы — не забыли и про несколько подземных ходов. Да, они были не слишком длинные, всё-таки в клановых кварталах незаметно таких не нарыть, но даже тех, что имелись Келю с братишками вполне было достаточно. К сожалению, во время допроса Данрана на этом вопросе он особо не останавливался, было множество куда более интересных тем, поэтому, чтобы найти хотя бы один из них пришлось потратить некоторое время. Благо, что духовное зрение было очень разносторонней техникой, позволяющей отыскать и не такое.

Вход в подземный коридор находился в канализационном тоннеле и был замаскирован под обычную каменную кладку, которую на первый взгляд невозможно было отличить от стены. Но стоило только вдавить один из камней, как казалось бы монолитная кладка легко поддавалась повороту, открывая узкий проём.

Оставив остальных слаймов в канализации, он первым пробрался на подземные этажи, которые впору было называть полноценным подземельем, настолько большую — почти в два раза больше, чем здание на поверхности — площадь они занимали. Проникновение прошло легко. По ту сторону Келя ожидало какое-то помещение, которое, судя по сложенным вдоль стен тюкам и ящикам, использовалось как склад. А дальше всё было делом техники, используя максимальное сокрытие он осторожно прополз по всем главным коридорам на трёх этажах и просмотрел духовным зрением, что и где находится, сколько людей, где и как они перемещаются и всё в таком духе.

«Монти, давай, двигайся вперёд, ещё немного. Так, остановись и спрячься вон в той щели». — Кельмион направлял каждого из родственников по разным местам, с помощью обменов мыслеобразов, чтобы все заняли максимально подходящие места, для реализации плана. Помещения были плохо освещены, да и не смотрел никто особо по сторонам, считая себя в полной безопасности, поэтому слаймам не составило особого труда пробраться во все отдалённые уголки. Делалось это, конечно же, не просто так, каждый из малышей нёс в себе по несколько пилюль, одной из которых была снотворной, которая хорошо показала себя на Данране, а остальные при насыщении сё высвобождали довольно сильный поток воздуха, который и должен был разнести отраву практически мгновенно по всем помещениям.

Этот метод в своё время ему показали в одном клане потомственных охотников, они промышляли добычей стайных хищников с очень ценной для алхимиков шкурой, поэтому и придумали средство разделённое на две составляющие. Это яд при котором не остаётся внешних повреждений и сама добыча не теряет своих свойств, что было очень важно, а так же эссенция нескольких широко распространённых трав, которые при алхимическом преобразовании становились Цветком Ветра. Именно так называлась эта пилюля, которая при напитки энергией превращалась в источник расходящегося во все стороны воздуха позволяя отраве распространяется так быстро, что никто из стаи не успевал убежать.

В закрытых помещениях, эффект был ещё более стремительным!

Когда по команде Келя все занявшие свои места слаймы выпустили из тел наружу пилюли и одновременно активировали их, по всем трём этажам пронёсся настоящий вихрь, посбивавший людей с ног и наполнивший пространство снотворным.

Когда оно начало действовать и люди стали падать один за другим, слизни, наконец-то, перестали скрываться и в быстром темпе принялись обыскивать сектантов и обшаривать помещения. Точнее, заниматься всем этим приходилось практически одному Кельмиону. Ну, не знали его братишки, какие из вещей имеют ценность, а что можно даже не трогать.

Сектантов было порядка сотни человек, которые занимались сортировкой, подготовкой к отправке вещей, ингредиентов и прочего. Здесь же были оборудованы помещения для артефакторов и алхимиков, сидели счетоводы, были целые помещения, где спали и ели сектанты. В общем, теневая секта обосновалась со всем возможным в их положении комфортом.

Цель его посещения последователей Акола была проста — воровство. Ещё одно дело, на которое он никогда бы не пошёл в прошлой жизни. Разрушить до основания всё это здание вместе со всеми сектантами — да, без особых проблем. А вот банально украсть то, что ему никогда не принадлежало… раньше он считал этот поступок недостойным, впрочем и ныне своё отношение не поменял. Но новая жизнь диктовала свои правила и ради свершения мести приходилось наступать на горло убеждений.

Пространственные кольца были у девятнадцати человек, каждое чем-то наполнено, а ещё десяток полностью пустых он обнаружил лежащими в отдельном сейфе, где обитали, судя по всему, высокопоставленные сектанты. Проверять их содержимое перерожденец не стал, оставив это дело на потом. Кель обчищал помещение за помещением, обыскивал каждого человека, проверял духовным зрением все стены на возможные тайники и складывал найденное в одно из пустых колец, радуясь, что оно оказалось достаточно высокого ранга, чтобы вместить в себя большие объёмы чужого имущества. Не обделил он своим вниманием и многочисленную документацию, в которой тоже было бы интересно разобраться.

Однообразие действий оказалось нарушено уже, когда была обыскана половина самого нижнего этажа и Кельмион готовился вскоре покидать гостеприимное место. На одном из небольших складов, как только он поместил всё хранящееся там добро в пространственное кольцо и открыл небольшую неприметную дверь в соседнее помещение, его взору предстала маленькая комнатушка, с минимумом мебели в виде стола, топчана и стула. А ещё в ней была девушка.

Она лежала в неудобной позе на каменном полу и, как все прочие, мерно сопела во сне. В такой находке не было бы ничего странного, ведь в секте, как и практически во всех кланах, женщины были наравне с мужчинами. Вот только толстая цепь, ведущая от ошейника на шее к вмурованному в стену кольцу, как бы намекала — что-то здесь явно не так.

Солнце, что уверенно подбиралось к зениту и даже не думало прикрываться проносящимися мимо облаками, заставляло слегка щурить глаза, чтобы чётко видеть окружающий мир. И если бы не постоянное применение простенькой техники контролирующей температуру тела, ему наверняка было бы жарко, а так, несмотря на плотную одежду и закрывающую лицо маску, ему было очень даже комфортно. Если бы не одно «но».

Над площадкой раздалось его имя, вот только, он не сразу понял, что произошло и лишь, когда к нему подошёл распорядитель и поздравляя с победой попросил освободить мини-арену для других участников, до Малла всё же дошло — он победил! Правда, после осознания этого факта, единственная мысль, что крутилась в голове, была далека от радости, это было какое-то совершенно детское разочарование. Тут к нему подбежал Сайрик.

— Здорово вы его, учитель! Он такой вжууух, щит светится, уже почти вас ударил(!), а потом — бамс(!) — и летит! А люди вокруг, как заорут! Я чуть не оглох, аж уши зажать пришлось…

— И это всё? — шёпотом озвучил юноша, крутившуюся в голове мысль, но Сайрик его услышал.

— Вы о чём, учитель? — недоумение буквально оккупировало веснушчатую мордашку подопечного.

— Да, так, не обращай внимания, просто мысли вслух. Значит, я был крут? — немного растерянно переспросил юноша.

— Агась! Жалко, я не видел, как вы с теми разбойниками разобрались, там, наверное, было ещё…

Мальчишка, как и всегда, был очень многословен, но у Маллора не было никакого желания его одёргивать, напротив, постоянная болтовня позволила немного отвлечься от размышлений. Втроём, если считать Арти, они направились к шатрам, за своим выигрышем и отстояв очередь, юноша стал обладателем уже почти двух тысяч торнов. К сожалению, в первый день, когда сила бойцов ещё не была известной, выигрыш мог принести максимум в два раза больше от сделанной ставки. Что, в общем-то, было очень даже неплохо!

А уже через несколько минут, когда первый круг основных боёв прошёл, наступил черёд для самой младшей группы, которую решили вставить как раз во время своеобразного перерыва, во время которого все остальные бойцы, что выиграли свои поединки могли немного отдохнуть и подготовиться к продолжению.

Всего детей было двадцать три и один из них — на зависть всем прочим — после жеребьёвки прошёл сразу во второй раунд, остальных же разбили на пары и распределили по двум аренам, чтобы побыстрее провести все бои. В противники сироте достался крепыш двенадцати лет, который был на целую голову его выше и это совсем не прибавило тому настроения, что поделать, Сайрик оказался самым младший в своей группе и тут уж ничего не изменить. Оставалось надеяться, что он крепко усвоил те базовые навыки, которыми молодой наставник успел с ним поделиться.

Мальчик очень нервничал, было видно, как мелкий ученик периодически покусывает нижнюю губу, теребит подол новой зелёной курточки и практически не достаёт правую руку из кармана, где, как знал Маллор, сидел Арти.

— Не переживай, Сай, в поединке нет ничего страшного. А если, уж тебе будет грозить опасность, то я, как твой наставник, обязательно успею прийти на помощь. — подбодрил он мальчишку и потрепал по отросшим вихрам, которые начали непослушно завиваться, от чего сирота не переставал переживать из-за такого их недостойного поведения и даже несколько раз порывался самолично подровнять себя ножом.

— Спасибо, я не подведу вас! — ребёнок в ответ почтительно поклонился молодому главе клана, именно так, как Малл показывал ему совсем недавно. Основам кланового этикета он не забывал учить подопечного, благо что, в старшей ветви этому обучали крепко и абсолютно всех детей, поэтому ученик уже был неплохо подготовлен в этом вопросе, ну, насколько позволяли походные условия.

Ставок на группу до двенадцати лет не принимали, слишком уж незначительны, неинтересны и малочисленны были эти бои, да даже, если бы и принимали, то весь выигрыш составил бы от силы десяток торнов. Первые бои прошли не то, чтобы скучно, дети действительно старались и показывали максимум, на что способны. Потому-то наблюдать за ними оказалось в какой-то мере интересно, ведь смотря, как те вели себя в сражении можно было сказать, за кем стоит уже сложившаяся семейная школа, а кто занимается возвышением только в череде первых поколений. Кого учили полагаться на собственные движения, реакцию и наблюдательность, а кто опирался исключительно на те силы, что давали им внутренние резервы сё.

Ещё совсем неумелые укрепление тела, увеличение силы и скорости ударов. А ведь если сначала давать хорошую, прочную основу владения боевыми искусствами, которые и без подпитки внутренней энергией обеспечивали большое преимущество, то совместное и равнозначное развитие этих направлений могло сделать этих детей гораздо сильнее. Ещё совсем недавно он бы ни за что не обратил на подобное внимания, но после уроков от мастера Кельмиона, ему стала понятна такая простая вещь как правильная основа, на которой можно построить… что-то стоящее.

Вот только, у тех, за кем он наблюдал, этого не было. Делающие упор на развитии физических навыков, очевидно, просто не имели доступа к нормальным, подходящим для них, техникам развития. Те же, кто пользовался сё, как и их наставники, не считали нужным заходить в тренировках тела дальше необходимого минимума, предпочитая уделять время медитациям и приёму различных средств, стимулирующих возвышение.

Размышляя об этом, юный глава клана вместе с тем, прекрасно осознавал, что обязан своему пониманию исключительно одному конкретному слайму.

Всем было понятно, что дети ничего серьёзного показать не могут, поэтому зрителей было гораздо меньше, чем на поединках старших участников. И вот, вскоре Сай дождался своей третьей очереди и вышел на слегка возвышающуюся над землёй площадку.

— Сайрик, ученик Авено, против Лирна Майза, ученика Фарена Майза! — голос распорядителя разнёсся над головами людей. — Начали!

Лирн явно был из какой-то потомственной семьи, что было видно и по добротной одежде и приветственной стойке, которую он занял, когда вышел на площадку. Сай же зеркально её повторил, наученный Маллором и когда мальчишки уважительно друг другу поклонились… нет не ринулись в драку, как можно было ожидать от неопытных малолеток. А неторопливо начали приближаться друг к другу. И если крепыш явно осторожничал, не зная, чего ожидать от ученика человека победившего своего противника с одного удара, то его противник явно не знал, что делать, ведь у него совсем не было опыта в таких вещах!

Но долго такое сближение продолжаться не могло и вскоре они оказались достаточно близко. И тут инициативу взял на себя Лирн, не долго думая, он замахнулся и провёл серию ударов, очевидно, намереваясь своим напором заставить уйти Сайрика в оборону. Но… у него ничего не вышло. Малл смотрел на то, как его ученик уворачивается от первого удара кулаком в голову, лишь слегка отклонив корпус назад, чтобы затем просто приподнять правую ногу, чтобы подсечка от соперника ушла в пустоту. Третий же удар был аккуратно отклонён вытянутой правой рукой, которая схватила крепыша за предплечье и потянула на себя. А уже в следующий момент Сай использует усиление тела и пригнувшись перекидывает гораздо более рослого мальчишку через себя и тот смачно врезается спиной в площадку!

С коротким вскриком воздух вышибло из лёгких Лирна. А дальше, он просто лежал и болезненно пытался нормально вздохнуть — ни о каком продолжении уже речи не шло.

Это была победа.

— Да-а! — закричал ученик, когда распорядитель объявил его имя. После чего на всех порах помчался к Маллору. В отличие от своего наставника, раздумывать над слишком быстрой победой он явно не собирался.

— Молодец, Сай! — подхватив подбежавшего к нему сироту, он несколько раз прокрутил его в воздухе. Слишком уж заразительным оказался восторг в его глазах. — Прям, весь в учителя — с одного удара! Ха-хах!

— Это было легко! — громко заявил он отдышавшись. И уже тише добавил так, чтобы никто из посторонних не услышал — Слаймы в сотню раз быстрее двигаются.

В детских поединках никаких перерывов не было, поэтому следующая часть проходила сразу же, как определилось одиннадцать победителей и к ним добавился тот мальчик, которому повезло с жеребьёвкой. Среди прошедших во второй круг оказалось семь мальчиков и пять девочек. И с одной из них-то и предстоял следующий бой Сайрика.

— Сайрик, ученик Авено, против Урканы Ториде ученицы Кайга Ториде!

Поначалу, Малл думал, что у сироты могут возникнуть с этим какие-то проблемы, но нет. Он был ещё в том возрасте, когда противоположный пол не мог стать помехой в таких делах. Чего не скажешь о самом юноши, ему было сложно представить, как он отреагирует, если его противником будет девушка.

Тут уже ни о какой победе с одного удара речи не шло, ведь его противницей оказалась девчонка, которая очень хорошо владела своим телом и мало того, что постоянно пыталась задеть ударами мальчика, так ещё и всегда умудрялась уклониться от контратак. Это действительно выглядело проблемой. По крайней мере для всех остальных, кто наблюдал за происходящим. Малло же с улыбкой, надёжно спрятанной под маской, смотрел на происходящее и гадал, когда же его ученику надоест играться.

В общем, несмотря на всю вёрткость Урканы и явно хорошее владение той своим телом, вихрастый ученик в конце концов решил, что пора закругляться и бросив соревнование в скорости, воспользовался сё.

Просто слегка увеличил реакцию и на очередной попытке со стороны соперницы провести удар в голову, шагнул в бок и, перехватив руку, нанёс удар ногой под ей под колено. Продолжая держать захват на руке, он не дал ей полностью упасть и она оказалась на коленях. В то время, как Сай оказался за её спиной и держал руку в болевом приёме уперев ступню в спину девочки.

С трудом сдерживая слёзы, она признала поражение.

Когда завершились все поединки в младшей группе — в победители вышло четыре мальчика и две девочки — было объявлено, что на следующий день состоится третий этап, где отберутся три победителя и уже они попадут на основной турнир, который состоится через три дня.

Под радостную болтовню ученика, Маллор направился к шатрам, чтобы вновь сделать ставку на самого себя, к своим аренам уже начали стягиваться участники второго круга боёв и многочисленные зрители. Достав из пространственного кольца небольшой перекус, купленные ещё рано утром в обеденном зале на первом этаже гостиницы, они принялись ждать, когда настанет черёд юного главы Паунфира выйти на поединок.

Бои особо не затягивались, в основном хватало лишь пары минут, чтобы определился победитель. В конце концов, это были не тренировки, когда нужно отточить навыки или опробовать новый приём, здесь люди с первого мгновения преследовали лишь одну цель — как можно быстрее победить противника. Но всё равно, своего боя ему пришлось ждать больше двух часов, слишком уж много было людей, да и не всегда сражения проходили быстро. Несколько раз поединки довольно серьёзно затягивались.

Но когда пришло его время, всё вновь повторилось. Да противник уже был осторожнее, действовал совершенно иначе и уровень развития явно был повыше, вот только, это совсем не помогло парнишке примерно его лет. И он так же, как и щитоносец до этого отправился в полёт с одного удара.

Таким образом для них и закончился первый день турнира, оставалось только надеяться, что назавтра ситуация с противниками будет… не такой скучной.

Когда Маллор вновь забирал свой законный выигрыш — на этот раз уже три с половиной тысячи торнов — солнце уверенно клонилось к закату. Он в месте с учеником покинул окружённую трибунами площадь арены и, как договаривались с Мастером Кельмионом, направился сразу в гостиницу. Вообще, по начальному плану, наставник должен был вернуться со своего набега на прибежище сектантов ещё до окончания всех боёв. Хорошо, что хоть заранее предупредил о возможной задержке.

А идя по дороге навстречу горячему ужину и мягкой постели его сознания достиг знакомый ментальный голос:

«О, мой юный ученик, твой несравненный наставник, чьё сердце настолько велико, что пресветлая богиня добродетели Айнис, глядя с небес…»

«Ма-асте-ер!» — совершенно не напрягаясь, на каком-то глубинном понимании, он впервые смог отправить учителю чёткое слово. Но тот его как будто даже не услышал и продолжал:

«…завидует ему, а святые паломники, были бы рады проложить тропу к дому его, хочет познакомить тебя с одной очаровательно девушкой». — закончил он. — «И, да, поздравляю с победами, в которых я ни мгновения не сомневался!»

А дальше были подробные указания, того, куда и как нужно пройти, для этого самого «знакомства». От чего-то у Маллора были странные предчувствия. Но, по крайней мере, рядом с наставником ещё не было ни одного дня, когда бы юноша мог пожаловаться на скуку!

Это был уже не первый раз, когда ему приходилось заниматься перемещением крупных объектов не имея рук и ног. И с каждым новым опытом делать нечто подобное становилось всё легче и легче, ведь непрекращающийся поиск методов контроля и воздействия на новое тело давал свои результаты. Поэтому логово сектантов спешно покидал не просто слайм, а некто в закрытом балахоне с низко надвинутым капюшоном. При этом силуэт, неотличимый от человеческого, держал на «руках» пленную девчонку. Приглядевшись со стороны, наверняка можно было бы заметить и странность в движениях, и полное отсутствие дыхания, и даже то, что капюшон напрочь перекрывал «глаза».

Но для Келя всё это было неважно, ведь придав себе хотя бы внешнюю схожесть с человеком, он мог нормально нести спящую пленницу, без всяких не очень удобных ухищрений, к которым приходилось прибегать ранее. Возможным это стало лишь благодаря новому свойству тела, которое он открыл ещё по пути в столицу, через несколько дней после достижения заветной пятой звезды. Если раньше слайм мог становиться жидким, вязким, упругим, и даже едким, то теперь ему удалось влиять с помощью сё на тело таким образом, что оно могло стать твёрдым подобно камню. И сделать это как весь целиком, так и по отдельным частям, даже в случае, если сильно растянется и истончится.

И вот уже этой ночью ему пришлось воспользоваться этой своей возможностью, практически создав из тела некий каркас, повторяющих очертания человека. с самого первого шага, сделанного в новом образе, перерожденец догадался скрестить общую твёрдость тела и подвижность тех мест, где должны были находиться суставы. Пускай, для него это был ещё совершенно новый опыт, из-за чего движения были далеко не всегда точны, пускай тело слайма наполнялось лишь воздухом, из-за чего всей увеличившейся в размерах фигуре банально не хватало веса, пускай его разум работал на пределе, чтобы поддержать такой внешний вид. Пускай. Главное, что он впервые за все эти месяцы мог что-то делать как нормальный человек. Ну, почти.

Правда, Кель очень быстро пожалел, что за каким-то демоном нацепил на себя одолженную со склада сектантов одежду — она, ну очень мешала двигаться, постоянно норовя запутаться вокруг конечностей. Но, как бы то ни было, это всё равно получалось гораздо быстрее, чем любым другим доступным способом.

Он покидал подземелье сектантов тем же путём, что и попал туда. Перед уходом по его команде братишки распылили ещё одну порцию снотворного, которой по расчётам могло хватить до самого утра, даже, если среди сектантов найдётся уникум с большой сопротивляемостью к таким веществам. И пускай, это было крайне вредно для здоровья, но о таких глупостях, как здоровье бесчестных преступников, перерожденец думал в последнюю очередь.

Понимая, что перемещение с такой ношей может быть легко замечено, он не рискнул удаляться на значительное расстояние. И в итоге ограничился лишь заброшенным, полуразвалившемся двухэтажным особняком буквально в нескольких метрах от выхода из канализации, где скрывался потайной ход. По каким-то причинам он стоял на небольшом и полностью заросшем участке без каких-либо намёков на присутствие людей, что было очень странно для богатого района, поделённого между элитой провинции.

На улице уже начинало откровенно темнеть, когда он связался с Маллором и попросил того поспешить к нему, в то время, когда Сайрик должен был вернуться вместе с Арти в гостиницу. Направляемый мыслеобразами, ученик явился довольно быстро, даже несмотря на то, что ему пришлось изрядно поплутать, чтобы добраться до места. Потому что двигаться юноше приходилось только по поверхности и очень стараться, чтобы в клановых районах никто не обратил внимания на нездешнего паренька.

— Учитель, я уж было понадеялся, что вы в кои-то веки решили просто пошутить. — фраза наполненная обречённостью сорвалась с языка парня буквально сразу же, как только он пробрался в пустующий дом и разглядел в темноте лежащую на полу девушку и Келя, который уже принял привычный вид.

«Ну-ну, неужели тебе не хочется познакомиться с юной красавицей, которая будет очень, прям-таки безмерно, благодарна своему спасителю?»

— А я-то здесь причём? Меня там не было! — поспешил откреститься Малл.

«Странная у тебя реакция для парня, впрочем, учитывая, что ты так и не смог решиться напомнить собственной жене о супружеском долге, то удивляться, наверное, глупо. Вот я в своё время ни за что бы не отказался от такой возможности познакомиться поближе с прекрасной и юной особой, представ в её глазах настоящим героем из сказок. Ах… юность, юность — цени, пока она у тебя есть. Впрочем, выбора у тебя всё равно нет, не мне же с ней общаться? Так что, не жмись и не красней, лица-то под маской может и не видно, а вот уши красные аж в темноте светятся! Хи-хи! Да и вообще, ты среди нас всех единственный, кто сойдёт за спасителя, так что нечего мне тут…»

Под постоянно транслируемые для парня смешки, Кельмион достал из пространственного кольца масляный светильник и запалив фитиль, приготовился приводить в чувства бывшую пленницу.

Жутко свербело в носу. Это было первым ощущением, что появилось в её сознании, как только клочки тяжёлого сна окончательно потеряли всяческую связность и принялись истаивать подобно туману поутру.

— Пчхи! — не в силах сдержаться, она громко чихнула и окончательно пришла в чувства. Первым, что предстало перед широко распахнутыми глазами, был силуэт в жуткой маске с хищным оскалом на месте рта, который навис прямо над ней.

Аль чуть не вскрикнула, когда её взгляд наткнулся на два огонька, пляшущих на месте провалов глазниц. Зажмурилась. Неужели это всё? Она мертва и душа её попала в чертоги Урлана — властителя кругов реинкарнации? И теперь ей предстоит пройти его испытания, дабы доказать свой право на на дальнейший путь? Перед внутренним взором тут же пронеслись последние несколько дней, прошедших с момента похищения, когда её со связанными глазами привели в какой-то подвал без окон и словно собаку посадили на цепь. И до накатившей слабости, что застала её во время бесцельного брожения из угла в угол, после которой она потеряла сознание. Что же случилось? Похитители решили от неё избавиться?

— Эй, ты в порядке? — неожиданно раздавшийся голос совсем не вязался с тем жутким образом, который предстал перед ней. Напротив, он был мягким и обеспокоенным, от чего она решилась вновь открыть глаза, выбрасывая из головы глупости рождённые страхом. Вот только, картина перед глазами и не думала меняться, разве что добавилось больше деталей приземливших разыгравшееся воображение на бренную действительность. Аль быстро огляделась по сторонам, насколько позволяло положение лёжа и тут же отметила отсутствие тяжести и давления на шее, с которыми приходилось мириться всё это время.

За силуэтом в маске обнаружился потолок едва освещённый скудным светом, как в общем-то и всё вокруг. Скосив взгляд она увидела небольшую масляную лампу, в которой трепетал рыжий огонёк, от чего тени вокруг постоянно дрожали. Как и отсветы в глазах неизвестного. Но даже столь скудного освещения всё равно оказалось достаточно, чтобы понять — она в совершенно другом месте, нежели то, где довелось провести последние дни. А в следующее мгновение заботливая рука приподняла её голову, чтобы подложить нечто мягкое.

— Где я? Кто вы такой? — с трудом выдавила девушка и тут же сухо закашлялась, в горле была сухость, словно в заброшенном колодце посреди безлюдной пустыни.

— Ты в безопасности, меня зовут Авено, я вытащил тебя из логова тех ублюдков. Вот выпей, это должно немного помочь. — мужчина, причём довольно молодой, если судить по голосу, протянул ей простую, отделанную кожей флягу. Несмотря на все сомнения, она всё же взяла её и с трудом удерживая на весу — слабость в мышцах была неожиданно сильной, даже сильнее, чем после постоянных отваров, что давали ей похитители — сделала несколько глотков.

С первого же глотка прохладная жидкость, почти обжигая рот, ринулась в желудок, чтобы там осесть мягким теплом. Ощущения были непривычными, но приятными, чем-то напоминая крепкое выдержанное вино, которое так любит отец девушки. Даже вкус был каким-то ягодно-травяным. Утолив жажду и отдав флягу мужчине, она сразу же почувствовала прилив сил и попробовала подняться. Назвавшийся спасителем, помог ей и поддержал за руку, а оказавшись на ногах, она отметила, что тот примерно одного с ней роста.

— Спасибо, моя семья обязательно отблагодарит вас, если вы поможете мне добраться до дома. — несмотря на общую слабость голова была ясной и она смогла оценить и обстановку, и поведение этого Авено и прийти к единственно верному решению.

— И где же вы живёте? — несмотря на то, что маска приглушала голос незнакомца, заинтересованность в ответе на этот вопрос слышалась отчётливо.

— Позвольте представиться, меня зовут Аллиета Райтог из клана Райтог. — слегка пошатнувшись, она всё же смогла слегка поклониться своему спасителю, сложив руки в уважительном жесте.

Разговор получился быстрым и не занял много времени. Парень довольно неплохо приноровился озвучивать передаваемые ему по мысленной связи вопросы, так что его речь выглядела вполне естественно. И вскоре, вслед за именем девчонки, стала известна её, весьма короткая, история попадания в плен к сектантам. Всё произошло дней пять назад, когда дочь главы правящей семьи поздним вечером возвращалась с праздника в клане Хомор и решила немного пройтись на свежем воздухе. Нападение произошло совершенно неожиданно, не успела девушка хоть что-то предпринять, как её сопровождающие из младшей ветви просто упали на землю, а в следующий момент шею пронзила острая боль и Аллиета, даже несмотря на моментально разогнанную по телу сё, не смогла продержаться дольше нескольких секунд и тоже потеряла сознание.

А в себя пришла уже будучи прикованной цепью и лишённой всяческой возможности пользоваться внутренней энергией. С ней не разговаривали, на вопросы, крики и угрозы не отвечали, лишь кормили и заставляли пить какой-то отвар. Всё, что ей оставалось делать, так это пытаться медитировать стараясь хоть немного удержать себя в руках, что не особо помогало и в основном она, словно дикий зверь в клетке, ходила из стороны в сторону.

Выслушав всё это, он встал перед выбором — попробовать по опустившейся темноте незаметно доставить похищенную домой или сначала связаться с кем-то из её клана и уже с ним решать, как быть дальше. И несмотря на то, что, казалось бы, очевидным было просто передать спасённую родственникам, имея все шансы получить благодарность от одного из влиятельнейших кланов провинции, у Келя были некоторые мысли о том, что простое решение не всегда лучшее.

В своей прошлой жизни он очень много времени варился в таком своеобразном супе, как политика клана и знал, что одно и тоже событие, поданное под разным углом и воспринимается совершенно по-разному. Для примера, если напрямую прийти к клановой резиденции и с рук на руки передать похищенную, то у же через час весь город будет знать, что Райтог не смог без помощи со стороны справиться со своей проблемой. И это, если посторонние вообще знали о случившемся, ведь такие вещи обычно скрывались до последнего — показывать свою слабость и беспомощность, значит потерять лицо клана в глазах общества. Другое дело, если всё это пройдёт незаметно и в таком случае уже могли быть разные варианты. Да и светиться во всей этой истории Маллору явно не стоило.

Ведь, если отправиться вот так вот сразу, то о причастности некоего Авено станет известно всем заинтересованным. В то время, как слайм рассчитывал не привлекать до поры до времени внимания последователей Акола.

В итоге, было принято решение, что не стоит лезть к незнакомым людям, да ещё и не разобравшись в ситуации, напрямик. Следовало для начала связаться с кем-нибудь без огласки и всё обговорить. В конце концов, в Райтоге тоже могут быть свои мысли на всё произошедшее.

— Почему нельзя сразу отправиться в клан? — закономерно спросила Аль, как только Маллор поделился с ней решением наставника. На что он, изложив мнение учителя, получил неожиданное одобрение со стороны спасённой. Несмотря на то, как тяжело ей было и насколько хотелось поскорее вернуться к родным, она понимала, что странный парень в маске во многом прав. Хотя, Кель думал, что её придётся ещё убеждать в своих словах.

А дальше они действовали быстро, Аллиета рассказала, где можно найти её дядю по папиной линии, который — единственный из всех, кому она безоговорочно доверяла — жил вне клановой резиденции. И им оказался тот самый капитан, с которым они общались по прибытии в город. Обитал он прямо в здании стражи, где проходил допрос. Немедля, на встречу отправился сам Кельмион, благо, что в городе уже было совсем темно и отсутствовала нужда скрываться. Поэтому он добрался до района торговых ворот всего за несколько минут.

Оказавшись на месте, слайм быстро отыскал духовным зрением знакомую ауру, которая находилась в отдельных апартаментах на верхнем, третьем этаже основательного строения, где в полуподвальном помещении их допрашивали пару дней назад. Пробраться же внутрь и вовсе не составило никакого труда, всего-то и потребовалось, что забраться по стене до распахнутого окна и скрываясь в тенях притаиться, оглядывая обстановку.

В помещении горела одинокая лампа и несмотря на поздний час, давешний капитан всё ещё сидел за рабочим столом склонившись над стопкой бумаг. Что не удивительно, учитывая то количество торговцев, которых в период проведения турнира наверняка стало в разы больше, чем обычно. Больше никого в кабинете не наблюдалось, на этом этаже, согласно ощущениям, вообще не было никого. Какое-то движение наблюдалось лишь на первом и во дворе здания.

«Здравствуйте, с вами говорит через своего слайма тот самый Авено, который не так давно разгромил банду разбойников. У меня ваша племянница». — без предисловий и расшаркиваний начал Кель.

Клан Райтог впервые за многие столетия стоял на пороге кризиса. Со всех сторон напирали крупнейшие семьи провинции, образовывали союзы и наращивали мощь. В столице — их вотчине — начали происходить тревожные телодвижения, угрожающие потерей контроля над давно принадлежащими только им источниками дохода. А найти зачинщиков происходящего не удавалось, не смотря на все старания. При ближайшем рассмотрении, всё случае оказывались не связаны между собой и имели частную инициативу. И на фоне всего этого, шесть дней назад была похищена племянница — принцесса клана, что стало серьёзным ударом не только по семье, но и по клановой гордости. Ведь случилось это в городе, который они должны были охранять, на их территории! На протяжении всего этого времени, лишь чудом удавалось скрывать произошедшее от столичного населения.

Буквально на следующий же день в охранную управу, где он по привычке обитал уже многие годы, явился курьер из Звёздных Странников с письмом. В нём, Орли, как одному из старейшин Райтога, были переданы жёсткие требования для всего клана. Причём, предлагалось сделать всё это максимально незаметно для кланов столицы, иначе Аллиету убьют. На размышления давалась неделя.

За прошедшие после этого дни члены их семьи смогли заметить огромное количество вещей, на которые раньше даже не обращали внимания и пришли к выводу, что в провинции Джи-Ан действует ранее не замечаемый игрок. По крайней мере, после принятия такого вывода многие вещи стали приобретать смысл. И заставили старейшин всерьёз испугаться таких изменений, ведь по всем признакам выходило, что даже среди их близких может оказаться предатель. Что косвенно подтверждалось тем, как и где прошло похищение. А так же убийством главарей разбойников, которых нашли мёртвыми в камерах буквально через пару часов, как они там были заперты, их даже не успели допросить!

И это были далеко не единичные случаи.

Он дёрнулся и заозирался по сторонам, когда от тревожных мыслей и разгребания бумаг его отвлёк неизвестный ментальный голос.

Не прошло и часа, а они уже находились в одном помещении с главой столичного клана. Молода и красива. Вот первое, что приходило на ум при взгляде на Арсэю Райтог. Чёрные, словно вороново крыло, волосы, уложенные в сложную причёску, чистая и светлая кожа, будто не знавшая солнечных лучей, чувственные губы и пронзительный взгляд голубых глаз. Прекрасный образ довершало строгое платье в белых и синих тонах.

Сидевший напротив, по другую сторону низенького стола, Маллор в недорогой и несколько пыльной, после посещения заброшенного дома, одежде, смотрелся чуть ли не попрошайкой, неведомо как оказавшемся на приёме у императора. Точнее смотрелся бы, вот только ровная осанка в купе с так и не снятой маской отгоняли такое сравнение прочь, юноша выглядел весьма серьёзно.

— Я безмерно благодарна вам, Авено, за то, что вы сделали, вы вправе просить всё, что угодно за спасение моей дочери. — глубокий и бархатистый голос женщины, заполнил собой всё пространство уютного кабинета, в котором происходил разговор.

— Знаете, сейчас на моём месте хотели бы оказаться многие жители нашей провинции, и мне прекрасно известно, СКОЛЬКО я могу попросить после ваших слов. — глухой голос из-под маски был твёрд и спокоен.

Кельмион мысленно аплодировал парню за его выдержку и всячески старался помочь ему на этом разговоре, внося свою лепту в контроль тела, эмоций и ведение диалога. В тот момент это была их общая работа.

— Я никогда не отказываюсь от своих слов. Одно то, что вы не только вернули мне дочь, но и нашли логово этих выродков, стоит подобной щедрости. — на удивление, появившаяся в голосе женщины надменность, ни сколько не уменьшила её привлекательность. Напротив лишь подчеркнул величественный и гордый образ человека, по достоинству занимающего своё положение. Впрочем, об этом недвусмысленно намекал и уровень одиннадцатой звезды возвышения, который отчётливо чувствовал слайм.

— Простите, я ни в коем разе не хотел усомниться в твёрдости вашего слова. Но, прежде, чем речь зайдёт о награде, мне хотелось бы задать вам один вопрос. что вы знаете о произошедшем не так давно между кланами Паунфир и Райфмир?

— Вы про то, что Райфмир силой заставил Паунфир отдать свою наследницу в жёны за никчёмного отпрыска Ролкона Стайтрила, который напрочь не способен к возвышению? Огромный позор, как для девчонки, так и для всего её клана. Об этом весь Риндин уже не первый месяц галдит. — в голосе Арсэи так и сквозило пренебрежение к этой теме.

— Вся столица, говорите? Впрочем, не важно. — на этих словах ученик снял с себя маску, Кельмион почувствовал внутреннее напряжение в эмоциях парня, а затем он представился вновь, словно ныряя в бездну. — Маллор Стайтрил, тот самый никчёмный муж, ставший позором для своей жены. К вашим услугам.

— … на прекрасном лице главы клана проступило неподдельно удивление, впрочем, оно тут же сменилось интересом, а взгляд изучающе прошёлся по фигуре юноши.

— Я решил вам открыться с одной целью — предложить союз. — главная фраза, в озвучивании которой они сомневались всю дорогу, была произнесена и дороги назад уже не было.

***.

Трибуны шумели, словно гигантский улей рассерженных пчёл. Тысячи, нет, десятки тысяч людей заняли все свободные места. Над головой спокойно плыли облака, лёгкий ветер трепетал так и не остриженные волосы прижатые к голове ремешком маски. Тело было расслабленно, а сознание максимально сосредоточено.

Вчера он, вновь без всяких проблем одолел своих противников и прошёл в, так называемый, клановый этап турнира. Теперь его противниками должны были стать бойцы с малых лет обучающиеся на должном уровне, имеющие навыки несопоставимые с тем, чем могли обладать безродные люди.

Теперь арена была избавлена от дополнительных площадок и все бои должны были проходить на центральной, приковывая внимание предвкушающей толпы. Цены за вход уже были значительно выше и на скамьях половина мест была занята представителями различных кланов. Эти бои уже никак не могли пройти без их пристального внимания.

Сайрик тоже не отставал от своего учителя и стал одним из трёх прошедших дальше в младшей группе. И теперь ждал своего времени, которое должно было наступить, как и в прошлые разы, между поединками участников из более старших групп.

Юноша первым поднялся на площадку и со смешанными чувствами ожидал, когда на против него появится первый противник. С одной стороны, он уже знал, на что способен и не сомневался в своих силах, а с другой, нечто внутри билось в страхе, оживляя в памяти те чувства, о которых он старательно пытался забыть всё то время, как покинул поместье вместе с необычным учителем.

И вот противник поднялся и встал в десятке метров перед ним. Холёное лицо и белокурые пряди волос достающие до плеч, дорогой кожаный костюм в котором, как знал Маллор, было очень удобно двигаться и который мог защитить от когтей зверя третьей звезды. И презрительный взгляд направленный на него. Тот самый, который он привык видеть на протяжении последних лет.

Сколько же раз в своих мечтах он представлял, как наконец-то прорвётся через вставшую перед ним стену и больше никто не посмеет посмотреть на него ТАК!

— Следующий бой состоится между Авено — шестнадцати лет, не называвшим имени своего рода и Вэрлом Стайтрилом восемнадцати лет, из клана Райфмир!

Неожиданно для самого себя, когда утром жеребьёвка определяла, кто чьим противником станет, он узнал, что хочет не просто победить и пройти дальше. Это желание чуть ли не отошло на второй план. Стоило ему только услышать имя одного из старших братьев, как внутри разгорелись чувства, которые приходилось скрывать от самого себя все эти годы, ведь раньше он просто не имел на них прав! Удел слабого — молчать и надеяться, что сильные этого мира не обратят лишнего внимания на пыль под своими ногами.

Они насмехались над ним, считали обузой для клана и не стеснялись всякий раз об этом напоминать. Вскоре после того, как о его никчёмности стали шептаться все вокруг, младшего сына главы лишили слуг, перестали звать на семейные трапезы и официальные мероприятия в резиденции. А братья, наблюдая за всем этим, лишь продолжали издеваться, перенимая отношение взрослых родственников. И больше остальных в этом старался Вэрл, который был лишь на год старше него. Он неоднократно избивал младшего брата под видом помощи в возвышение, унижал, высмеивал упорство Маллора в его поисках в библиотеке, медитациях и тренировках. Лишь в последний год практически оставил в покое — не иначе, как просто стало скучно самоутверждаться за счёт бессильного что-либо сделать неудачника.

Зачем ему это было надо? Юноша догадывался, что это было связано с тем, что сам Вэрл к своим семнадцати только достиг четвёртой звезды в то время, как другие двое братьев заметно опережали его развитие. Но всё же, даже такой результат считался неплохим, а на фоне никчёмного братца тот и вовсе выглядел настоящим талантом. Видать, именно поэтому он не переставал издеваться над Маллом.

Но теперь настала пора всё изменить. Наставник в своём напутствии перед боем сказал: «Пришло время показать, на что ты способен. Никто не должен усомниться в твоём превосходстве!». Мастер Кельмион был очень доволен прошедшей встречей с Арсэей Райтог и теперь её окончательное решение и отношение к новому союзнику зависело от того, как юноша покажет себя на турнире. В перспективе, перед ним стояла задача превратиться из номинального главы Паунфира в реального, в чём высокопоставленная новая знакомая должна будет поспособствовать, когда придёт время. Но для этого предстояло сделать ещё немало.

И настоящим подарком оказалось то, что первой ступенькой на его новом пути оказалась победа над Вэрлом! Осталось только сделать это максимально эффектно, чтобы имя некого Авено поселилось на устах многочисленных зрителей из числа клановых. Такая известность парня была им необходима.

Когда прозвучало заветное «Начали!», юноша, как и во всех предыдущих поединках, остался стоять на месте. Но если раньше это был вынужденный выбор, ведь он, из-за отсутствия опыта в таких сражениях, чувствовал себя немного неуверенно, а потому ему было просто-напросто легче подстроиться под действия противника, нежели проявлять инициативу самому. То теперь, им руководило нечто совсем иное. Парень сжал кулаки и максимально сосредоточился — у брата не должно быть и шанса!

— Хорошо придумал, плебей — спрятать за маской страх перед настоящим Воином. Что стыдно свой род называть? Род черноногих, от которых несёт навозом? Лучше сразу сдайся и не заставляй марать о тебя руки! — вместо того, чтобы начать бой старший брат ученика решил позубоскалить.

Конечно же, на трибунах его голос совершенно не было слышно, по крайней мере простым людям, но Кель, как и большинство клановцев, к ним не относились и могли во всех подробностях следить за происходящим на арене. Слайм в этот момент находился на одной из нижних трибун, отведённых для участников сегодняшних поединков. Рядом сидел Сайрик с Арти в кармане, а сам он, будучи полностью прозрачным, пристроился под лавкой где сидел мальчик. Его зрению такое положение всё равно не мешало, зато никто не мог заметить неуместного в таком месте «мусорщика», как частенько называли слизней в просторечье. Между тем Маллор и не думал молчать:

— И кто же ты такой, чтобы называть меня плебеем? — сказал он, так и не сдвинувшись с места, зато сложил руки на груди, словно и не собирался драться.

— Из какой же ты дыры вылез, если не слышал о Райфмире — клане, входящем в пятёрку сильнейших в провинции Джи-Ан?! — негодующе воскликнул Вэрл, едва ли не подпрыгивая на каждом слове от разгоревшихся эмоций. Кельмион на это мысленно хмыкнул и порадовался, что не он, а именно Маллор обладал Сё Небесной Пустоты. Если бы таким даром обладал этот спесивый дурак, то слайм бы повесился от досады невзирая на физическую невозможность такого поступка.

— Долго ещё болтать будешь, «сильнейший»? — с максимальным презрением в голосе сказал юноша. — Или только этому и учат у тебя в семье?

Кель заметил, как зашептались и напряглись представители кланов на трибунах — такие слова были оскорблением не только для противника, но и для всех них! От представителей элиты тут же послышались выкрики призывающие Вэрла расправиться с зарвавшимся мальчишкой. Поднялся шум.

— Заткнись ничтожество! Ты ответишь за свои слова, мне хватит одного удара, чтобы ты навсегда замолчал! — угроза пусть и была серьёзной, но когда дело касалось сражения элиты и безызвестного паренька, организаторы даже не почешутся, чтобы хоть как-то помешать возможному убийству. В этом плане закон был на стороне сильнейшего.

Побагровевший брат ученика встал в боевую стойку и, слегка разведя полусогнутые в локтях руки в стороны, начал совершать ими круговые движения. А уже через нисколько мгновений, вслед за раскрытыми ладонями, по воздуху начали тянуться багровые линии, которые истаивали с заметной секундной задержкой. Если верить рассказам Маллора, это была их семейная техника, которая существовала в клане с самого его основания. И конечно же, все его братья обучались ей.

Кельмиону хватило всего пары секунд пристального наблюдения за действиями Вэрла, чтобы понять её суть. Это было управление сё с помощью контроля над потоками энергии, которые выпускались через истончающиеся стенки каналов расположенных в ладонях. Таких точек выхода было довольно много по всему телу и все они использовались мастерами боевых искусств для создания разнообразнейших техник. Конкретно этот парень максимально сжимал и уплотнял сё, из-за чего она не успевала рассеиваться, что обычно происходило в любом другом случае. Вместо этого внутренняя энергия становилась ощутима физически и от возникающего напряжения выделяла во вне большое количество вибраций способных разрушить даже камень. В своей прошлой жизни Кель нередко встречал похожие техники.

Простая и очень затратная техника, но должно быть довольно эффективная в мире, где люди идут по столь извращённому пути саморазвития. По крайней мере, будь это не так, Райфмир действительно не был бы столь силён и влиятелен.

Наблюдавший за этим Маллор остался стоять на месте, даже, когда на следующем движении его брат совершил резкий рывок вперёд, оставляя позади себя две багровых линии, от которых воздух вокруг заметно подрагивал. Пара мгновений и Вэрл уже достиг неподвижного противника, нанося удар в голову обладателя маски. Точнее попробовал это сделать.

За мгновение до того, как к нему приблизился соперник, ученик успел сделать шаг назад и встретить атаку родственника раскрытой ладонью. От места соприкосновения двух рук во все стороны по воздуху пронёсся мощный, но совершенно безобидный поток вырвавшейся из-под контроля энергии. Трибуны на мгновение погрузились в тишину, чтобы тут же взорваться криками, настолько неожиданным было произошедшее.

— Так его, учитель! — крикнул Сайрик, который пусть и не мог слышать разговора на арене, но ему его добросовестно передавал вполне способный на это Арти.

Кельмион мысленно поаплодировал своему ученику, пускай он пока что не учил его боевым техникам, но вот необходимые основы, которые были ключом к пониманию самой сути множества техник, разъяснялись и тренировались непрерывно. И одарённый подопечный весьма быстро их усваивал. В этот раз Малл, имея кое-какое представление о сути семейного навыка, воспользовался так называемым эффектом рассеивания. Всё что для него было нужно — создать рваную пульсацию энергии вокруг собственной руки и направить её на уплотнённую сё соперника. И та после бодобного контакта, скажем так, освобождалась от сдерживающих оков, стремительно рассеиваясь в окружающий мир. Что и произошло на арене.

Если бы юноша не успел или не смог должным образом сконцентрироваться на контроле своих сил, то пропущенный удар мог закончиться для него печально. Ведь несмотря на всю простоту такой атакующей техники, она была действительно смертоносна.

— Неужели в твоём клане все такие… пустозвоны? — сказал Маллор, отступая на шаг назад от застывшего в шоке противника.

Ещё секунду тот неверяще хлопал глазами — непозволительное поведение в реальном бою! — прежде, чем спохватиться и ответить на всё-таки дошедший до него смысл вопроса:

— Как ты меня назвал?! — холёное лицо искривилось в гримасе ничем не прикрытой злобы. И Вэрл вновь кинулся на противника яростно размахивая руками в попытках ударить наглеца, что буквально втоптал в грязь его гордость.

Вот только у него ничего не получалось, теперь ученик слайма старательно уклонялся от многочисленных атак совершая лишь минимум движений. Но все они были очень точны, часть из них была направленна на оставляемые в воздухе нити от техники противника — он успешно нейтрализовала их касанием ладоней, а другая часть совершалась с целью подставить родственника под удар его же техники. И то и то у ученика неплохо получалось, от чего вокруг бойцов на арене кружился настоящий вихрь энергии.

Но если Маллу это не доставляло никаких особых проблем, то вот его брату приходилось нелегко, ведь он в пылу непрерывной атаки, когда двигаться приходится быстро и в разных направлениях, уже несколько раз налетал на оставленные собой же опасные подарки. По мнению перерожденца парень фактически бил сам себя! Каждый такой случаю заставлял старшего брата болезненно морщиться и замедлять свои движения.

После очередного раза, когда Вэрл напоролся на последствия собственной техники, парень в маске отпрыгнул от противника спиной вперёд на добрый десяток метров разрывая дистанцию и издевательски произнёс:

— Знаешь, я, пожалуй, постою в сторонке, ты и без меня хорошо справляешься! Ах-хаха! — рассмеялся юноша.

А на трибунах между тем не смолкали перешёптывания между клановцами. Часть из них не могла понять, что вообще происходит на арене, а другая часть активно костерила представителя Райфмира, который не может справиться со своей же техникой. По их мнению, на площадке происходило настоящее непотребство, никак иначе ситуацию, когда безродный подросток издевается над представителем высшей аристократии провинции, они назвать не могли. Ну, по крайней мере, Кель был уверен в подобных выводах своих наблюдений за происходящим.

Брат ученика остановился, сразу, как только Маллор отпрыгнул в сторону и тяжело дыша уставился на того, кого ещё пару минут назад называл плебеем. Он не был самым талантливым в семье и видно, что используемая техника изрядно его вымотала, заставив потратить много энергии. Добавить к этому весьма высокий для парня темп и множество повреждений от резонирующей сё и такой результат становился вполне закономерен.

— Может быть сдашься, чтобы мне не пришлось пачкать о тебя руки? — добил своего противника ученик, возвращая тому его же фразу.

И старший брат такого не смог стерпеть. Вот только стоило ему сделать лишь шаг, как багровое свечение вокруг ладоней тут же спало, что означало потерю контроля над техникой. Парень замер, не в силах вновь собраться силами и продолжить атаку. У Кельмион даже возник вопрос, а он вообще хоть когда-нибудь сражался всерьёз? Такое поведение однозначно намекало, что нет. Ну, не мог же брат его ученика быть настолько глуп? Или мог?

— Знаешь, кажется, мне хватит всего одного удара, чтобы победить тебя. Думаю такой малости будет недостаточно чтобы запачкать себя. Как думаешь? — Малл под крики зрителей, принялся неторопливо приближаться к противнику, словно находясь на прогулке в саду. Настолько безмятежными казались его движения.

В ответ на это, всё, что смог сделать Вэрл — встать в боевую стойку ожидая приближения противника в маске. Перерожденцу стало заметно, как он полуприкрыл глаза и взял под контроль оставшуюся сё, сгоняя её к поверхности тела и слегка выпуская наружу. Всю его фигуру начал окружать кокон из энергии, подобный тому, который был у главаря разбойников недавно побитых его учеником по пути в столицу. «Ну, хоть что-то. Всяко лучше, чем сдаться». — пронеслось в голове Кельмиона.

Между тем, всё столь же непринуждённой походкой его ученик дошёл до противника приготовившегося отражать атаку. Напряжённая фигура, полусогнутые ноги на ширине плеч, выставленные перед грудью руки с раскрытыми ладонями застыли в оборонительной позиции кланового стиля. Его поза даже наверняка имела какое-то пафосное название, отображённое в семейных трактах. В общем, выглядел парень серьёзно и даже не стал тратить время на болтовню, несмотря на то, что, судя по перекошенному выражению лица, ему очень хотелось что-нибудь сказать.

Маллор замер в шаге перед старшим братом, выражения его лица не было видно под чёрной маской с хищным оскалом вместо рта. Но учитель знал, что чувствует юноша — это было разочарование. Именно то, на что и рассчитывал наставник, когда давал добро на подобное поведение. Вся та боль, что копилась в его сердце долгие годы, совершенно точно должна была найти выход, но вместе с тем Кель не хотел, чтобы юноша упал в пропасть ненависти. Которая неизбежно подстерегает всякого, вступившего на путь мщения. Это перерожденец знал на своём примере ещё по прошлой жизни, находясь в одинаковом положении с учеником. И он тогда удержаться на грани так и не смог…

Миг, невероятно быстрое движение — судя по реакции, мало кто из зрителей смог увидеть его начало, зато все рассмотрели окончание — ладонь юноши в маске смачно впечатывается в лицо противника. Раздаётся звонкая пощёчина и Вэрла отрывает от земли, в воздухе он с десяток раз вращается вокруг своей оси, после чего бессознательным мешком падает на землю. Выставленная защита ему ни капли не помогла!

Маллор победил…

Сайрик хмурился. Болезненно хватался за правый бок. В покрасневших глазах стояли слёзы, а в эмоциях творился настоящий раздрай. Но, несмотря на всё это, он продолжал молчать. Мальчишку можно было похвалить за выдержку, ведь тот, несмотря на проигрыш, умудрялся держать себя в руках. Правда, эту обязанность Кель решил переложить на плечи непосредственного учителя сироты.

— Сай, ты молодец! Я горжусь тобой! — сказал Маллор, когда они остановились в одном из проходов под трибунами.

— П-правда? Н-но в-ведь я проиграл. — ребёнок с трудом сдержался, чтобы не заплакать.

— О чём ты говоришь? Ты, тот, кто тренируется всего ничего, смог победить всех бесклановых соперников и даже одного кланового! Так что, не кисни. Не пристало моему ученику распускать сопли, когда впору гордиться собой.

— Угу, — протяжный шмыг носом. — я больше не буду. — утирает руковом под носом. — Честно-честно! — на лице мальчика появляется робкая улыбка, а глаза начинают сиять.

— Пойдём, честный маленький воин, купим чего-нибудь горячего перекусить!

Сражения в младшей группе по странной — по мнению слайма — традиции проходили в промежуток между всеми прочими боями. И в этот день прошедшим бесклановым детишкам предстояло сразиться с клановыми. В принципе, Кельмион и так знал, чем должно закончиться участие сироты на этом турнире. Но был приятно удивлён его упорству, которое помогло не только победить всех предыдущих противников, которые и без того обучались гораздо дольше и были более опытны, но и умудрился одолеть представителя аристократии. Для этого ему пришлось подставиться под удар, чтобы его собственная атака достигла цели. И если противник Сайрика угодил тому прямо по рёбрам, то вот сам их подопечный нанёс удар в голову, вырубив соперника.

Итогам этого стали — победа и трещины в рёбрах. Но несмотря на боль, тот решил выйти и на следующий свой бой, в котором закономерно и проиграл. Новый противник лихо взял мальчишку в захват и заставил сдаться. К сожалению или к счастью, это, как посмотреть, пользоваться какими-либо стимуляторами участникам было запрещено, что проверялось перед самым выходом на арену с помощью специального артефакта. Поэтому мальчику нельзя было давать никаких восстановительных пилюль между боями. Пришлось лечить уже после поражения.

Но, как бы то ни было, он показал себя весьма достойно и по мнению Келя нисколько не уронил достоинства Авено в глазах зрителей. Что было очень немаловажно. Перекусив приготовленной прямо под открытым небом едой, которую продавали для всех желающих на специально отведённом клочке земли, они вернулись на трибуны для участников. Понаблюдать за сражениями возможных противников было тоже интересно.

На этом этапе все сражения проходили уже более упорядоченно. С самого утра поединки начинались волнами — сначала группа от двенадцати до четырнадцати, потом от четырнадцати до шестнадцати и так далее. Когда закончились бои в каждой группе и отсеивались выбывшие. Происходили поединки самых юных участников, чтобы вслед за ними началось всё по новой.

Как и раньше, за редким исключением, сражения проходили довольно быстро, буквально за несколько минут каждый. Это обычные люди могли драться чуть ли не по пол часа в попытке достать друг друга. Но когда дело касалось обученных мастеров, то тут всё решали скорость и умения, чтобы такой поединок затянулся должно было произойти нечто из ряда вон выходящее.

Второй бой у Маллора должен был состояться уже ближе к вечеру. И потому они могли немного расслабиться и понаблюдать за интересным зрелищем, которое с появлением клановых мастеров действительно стало таковым.

Старший из сыновей главы клана был высоким и широкоплечим парнем двадцати пяти лет. Обладал длинными распущенными волосами цвета пшеницы и холодным взглядом льдистых глаз. Он сидел на одной из выделенных для представителей кланов трибуне и не переставая обдумывал сложившуюся ситуацию. Наконец, он заметил, как в их сектор зашёл младший брат и когда тот подошёл ближе спросил.

— Как там Вэрл? — ещё один из братьев в спешном порядке был отправлен в столичную резиденцию клана, куда его и сопровождал вернувшийся Каннор.

— Да, всё с ним в порядке, мастер Айвун сказал, что пострадала только его гордость, а синяк от пощёчины и вовсе отказался лечить. Мол, чтоб урок на дольше запомнился. Так ему и надо, может перестанет дурью страдать и займётся, наконец, тренировками. — Каннору было восемнадцать, но в отличие от младшего брата, год назад он достиг уже шестой звезды, в то время, как тот в свои семнадцать только подобрался к пятой и ещё не переступил её порог.

— Думаю, что после такого позора у него просто не останется другого выбора. А, если и это не вправит ему мозги, то я лично заставлю шевелиться этого дурака! — с угрозой произнёс Раллин.

— Хотелось бы на это посмотреть. — с ухмылкой сказал младший.

— Не о том ты думаешь. В первую очередь нам надо восстановить честь клана, иначе отец и тебя, и меня прикопает. Свалить всю вину на Вэрла не получится.

— Это, да. — поёжился Канн, не иначе, как представив картину «воспитательной беседы» в исполнении главы клана. — Но, что ты предлагаешь? Мы, конечно, можем убить этого выродка сегодня же ночью, вот только вряд ли это поможет.

— Верно мыслишь. — кивнул старший. — Я тут подумал и пришёл к выводу, что вернуть нам лицо поможет только прилюдное устранение этого Авено.

— Да нам же убийство участника турнира никто не простит!

— А подумать? Прилюдно, не значит, что незаконно, надо просто сделать это на арене.

— Но, как? Вэрл уже выбыл и не о каком реванше не может идти и речи. А все противники уже назначены и даже, захоти я сразиться с ним, мне никто не даст.

— Ты слишком узко мыслишь. Тебе же во втором этапе соперника не досталось? — вопрос был риторическим, Раллин и так это знал. Брату во втором этапе не досталось противника, потому что количество бойцов было нечётное и жеребьёвка позволила ему сразу пройти на следующую стадию турнира без второго боя.

— Ну, да.

— Так вот, как ты думаешь, какое решение примут распорядители, если соперник этого выродка неожиданно откажется участвовать дальше?

В ответ, младший брат кровожадно ухмыльнулся и предвкушающе уставился на арену.

— … не то, чтобы у него не было шансов, но если бы ты видел, как он выложился в предыдущем бою, сразу бы понял, что ещё тогда этот парень выдохся и не успеет восстановиться ко второму поединку. — пацан лет тринадцати на вид даже не думал понижать голос, болтая с Сайриком.

— Да ну, буду я ещё за всеми следить. Здесь участников, как слаймов на помойке! Ой… — ученик Маллора за словом в карман не лез, но вот думать, прежде, чем что-то сказать, как и любой другой ребёнок, напрочь не умел.

— Ты чего?

— Д-да, так, ничего, просто вспомнил кое-что. — пробормотал сирота, отчаянно косясь в сторону сидевшего рядом учителя.

Но юноша не обращал на болтовню под боком внимания сосредоточенно наблюдая за происходящим на арене, где в напряжённом сражении между двумя клановцами взяла верх короткостриженая девчонка.

— Победитель, Айра Лиус из клана Грайман! — разнёсся над ареной голос распорядителя.

Правда, увлечённость ученика была совсем не в ней, просто по совету Келя он за всеми поединками старался следить максимально пристально. Такое наблюдение тоже можно было считать в какой-то мере тренировкой. Потому что целенаправленное слежение за движениями бойцов, их атаками и блоками, решениями в тех или иных ситуациях, а также различными техниками, позволяло обогащать собственный багаж знаний. Что было очень важно малоопытному подростку. Для максимального запоминания Маллор пользовался одной из медитаций, аналогу которой парень был обучен и раньше, поэтому новый метод, показанный Кельмионом, освоил ещё в первые дни их тренировок в лесу.

— Например, что проиграл мне два янгу? — собеседник Сая подмигнул мальчишке, растянув наглую лыбу от уха до уха.

— С тобой забудешь, как же. — проговорил их юный подопечный, доставая из кармана пару медных монет. Деньги ему были выданы в поощрение за все выигранные бои, по тридцать янгу за каждый. И пускай, это была сущая мелочь по меркам любого представителя кланов, но мальчик был очень рад неожиданному подарку учителя, ведь раньше ему о таких деньгах только мечтать и оставалось. Хотя, по большому счёту, Кель считал, что и не нужны ему были большие деньги, ведь пока что Сайрика всем необходимым обеспечивал его учитель и тот ни в чём не нуждался. Но с другой стороны, уметь распоряжаться собственными средствами — дело нужное и мальчишке таким вещам стоило начинать учиться.

— На следующих спорить будем? — забросил удочку сеновый знакомец.

— Нет уж, в третий раз меня не уговоришь. Алин, лучше расскажи про этих. — сирота кивнул в сторону новых участников.

— Ну, про того, что справа я и сам ничего не знаю, потому что предыдущих боёв не видел, а вот его соперника…

Кельмион перестал прислушиваться к болтовне мальчишек и вновь сосредоточился на анализе бойцов. С этим Алином ученик разговорился пару часов назад, сразу же, как тот подсел на свободное место возле них. Зацепившись парой фраз с Саем и заметив, что его учитель в маске не имеет ничего против их общения, принялся знакомиться. Из его рассказа выходило, что подросток банально сбежал из дома, чтобы попробовать себя в турнире. При этом перерожденец однозначно почувствовал, что подросток явно в чём-то врал, ну или серьёзно недоговаривал, тут сложно было сказать.

Более конкретно он о себе не рассказывал, впрочем и с расспросами о жизни к их подопечному тоже не лез, что в принципе устраивало периодически следившего за ними Келя. Но по поведению и некоторым оговоркам слайм пришёл к мнению, что у пацана явно не всё в порядке по жизни, несмотря на всю напористость и старание удержать на лице улыбку.

Даже те чувства, которые мелькали в его эмоциональном фоне, когда он решил предложить спор, говорили о стыде и неподдельной радости, стоило ему выиграть пару медяков. Всё это, в купе с поношенной одеждой, буквально кричало о проблемах их нового знакомого. Впрочем, это не особо волновало Кельмиона, ведь парнишка для своих тринадцати лет уже был неплохо развит и находился на первом облаке третьей звезды, что было весьма существенно для местных жителей. И это-то и помогло ему одолеть всех предыдущих противников в своей группе. Наверняка он уже привлёк к себе внимание вербовщиков из какого-нибудь клана, а может даже не одного и о дальнейшей жизни ему можно было особо не волноваться.

Но было обстоятельство, которое заставляло слайма периодически посматривать в его сторону и всерьёз раздумывать. Хайо — один из братишек, который уже больше часа сидел у того в ногах, даже не собирался менять своего местоположения.

Размеренное наблюдение за битвами было прервано неожиданной новостью. Они находились в одном из секторов, отведённых для внеклановых участников и наблюдали за очередным сражением, когда к ним в проход поднялся посыльный мальчишка. Обычно те вызывали бойцов, чья очередь на поединок должна была скоро подойти, потому никто не удивился его появлению.

— Кто из вас Авено? — спросил он, оглядывая толпу.

Несмотря на то, что Маллор носил маску, он не был единственным на турнире, кто пользовался подобным аксессуаром. К примеру, среди нескольких гильдий наёмников, такое считалось чем-то совершенно обыденным. Что вполне логично, ведь это не та работа, где нужна личная известность, тут гораздо большую роль играло имя самой организации, её успешность и сила. Так что вопрос посыльного, был вполне понятен — на трибунах сидело ещё четверо людей в разномастных масках.

Откликнувшись, юноша, а вместе с ним и все присутствующие, услышали о смене противника. Парень, с которым должен был сражаться Малл, неожиданно отказался от участия и вместо него освободившееся место займёт Каннор Стайтрил, который до этого по жеребьёвке проходил на следующий этап без второго боя.

Сообщив эту новость, посыльный замолк, ожидая ответа, ведь по правилам бойцы вполне могли отказаться от дальнейшего участия в турнире, если происходили такие вот непредвиденные изменения.

«Соглашайся, даже не думай!» — Кель тут же поспешил выразить своё мнение.

— Я не имею ничего против и от участия в турнире не отказываюсь. — ответил парень.

А слайм почувствовал, как в эмоциях ученика начала нарастать настоящая буря. Ещё одной встречи с очередным родственником он явно не ожидал.

— Твоему учителю не позавидуешь. — раздался тихий голос Алина, который не преминул озвучить свои мысли на ухо Сайрику.

— Это, почему ещё? — так же тихо, но негодующе спросил сирота. На камень в огород своего наставника он не мог промолчать.

— Да, не кипятись ты. Просто я видел предыдущий бой этого Каннора, кое-кто говорил, что они браться с тем Вэрлом, которого твой наставник уделал. Но он сильнее, гораздо сильнее — победил своего противника в одно мгновение! А ещё я слышал, будто у него уже седьмая звезда.

— Седьмая? Да, всё равно, ты не знаешь моего учителя, он с этим Каннором расправится как…

Болтовня мальчишек шла своим чередом.

«Ну, мой юный ученик, рано или поздно, но это должно было произойти». — сказал Кель.

«Не думал, что это произойдёт так быстро. Ещё несколько дней назад, я вообще ни о чём таком не подозревал!» — после первых успехов, с каждым новым днём мысленная речь Маллора становилась всё более чёткой и уверенной.

«Не стоит так волноваться, разница в возвышении у вас конечно серьёзная, но поверь своему учителю, если ты постараешься, то это не будет проблемой. Главное, будь осторожен, не мешкай и не забывай думать головой. До боя время ещё есть, так что мы сможет немного подготовиться».

«Спасибо, мастер Кельмион…»

Дальнейшее ожидание проходило в более конструктивном обсуждении предстоящего поединка. Юный глава Паунфира, пытался припомнить максимум из того, что ему было известно о клановых техниках, тренировках и умениях своего брата. А слайм же старался подобрать возможное противодействие исходя из тех умений, которые были доступны его ученику. Молчаливый разбор продолжался всё то время, что оставалось до поединка.

— Начали! — в очередной раз разнёсся над ареной крик распорядителя.

Вот только теперь ни о какой показушной расслабленности и пренебрежении к противнику не могло идти и речи. Поэтому юноша сразу же встал в боевую стойку и приготовился к самому тяжёлому сражению в своей жизни. Если, конечно, не считать памятную встречу с Джи-Му… или тот случай, когда Мастер Кельмион заставил его впервые сражаться с Болотным Тигром… а потом была ещё берлога с разъярённым Паку… или когда ему казалось, что воздушное лезвие матёрого Трёххвостого Волка неминуемо снесёт его голову…

Да, как-то — на фоне последних месяцев — стоявший напротив него старший брат совсем не казался таким уж страшным. Маллор мысленно ухмыльнулся, после таких тренировок действительно начинаешь иначе смотреть на жизнь.

— Ты допустил большую ошибку, когда оскорбил моего брата и весь наш клан. Такие вещи искупаются лишь кровью. — лицо Каннора, столь знакомое с детства, на удивление, не было обезображено презрительной гримасой. Хотя Маллор искренне считал, что тот не расстаётся с ней ни днём, ни ночью. По крайней мере, ничего кроме неё он за последние годы не видел. Но сейчас тот выглядит пусть и самоуверенно, но вполне серьёзно, от чего сказанная угроза звучала внушительно.

Над трибунами раздались поддерживающие крики.

— Если хочешь что-то сделать — делай. Для этого слова не нужны. — просто ответил младший брат и ещё сильнее сосредоточился, отрешившись от всего постороннего.

В отличие от Вэрла, Кан не стал распаляться ещё больше и просто начал действовать. И это выглядело действительно эффектно!

Вокруг светловолосого, как и он сам, парня мгновенно закрутился багровый вихрь, по сравнению с которым, продемонстрированное Вэрлом и рядом не стояло. Давление силы, волной прокатившейся по арене, заставило Малла напрячься и порадоваться возможности тренироваться рядом с гораздо более сильным Джи-Му, возле которого по началу даже дышать было трудно. По сравнению с мощью древнего змея, брат смотрелся довольно бледно. Но расслабляться не стоило.

Из того, что он знал о клановой технике, её можно было разделить на три — весьма условных — уровня овладения. Первый был продемонстрирован этим утром третьим братом по старшинству, когда основная атакующая сила заключалась в руках. Вторым уровнем считался полноценный покров из напряжённой сё, который совершенно не вредил пользователю техники, но при этом не позволял противнику не то что нормально ударить — даже просто подойти на близкое расстояние уже было опасно. И не только из-за воздействия агрессивной энергии, на этом этапе появлялась возможность создавать снаряды из сё! Насколько он знал, этим уровнем владел его отец. И был ещё третий этап, о котором в семье ходили настоящие легенды, ведь последним, кто его достиг, был ещё дедушка Маллора. О нём он почти ничего не знал.

И вот, смотря на то, как руки брата от кончиков пальцев до локтя покрываются ровным слоем энергии, а вокруг продолжают непрестанно вращаться неоформившиеся, но от того не менее опасные, сгустки, он понял, что тот находится на пути освоения второго этапа. В то время, как Вэрл и первый то не до конца освоил, из-за чего его собственная техника была для него столь же опасна, как и для противника. С Канном ничего подобного сделать уже не выйдет. Воздух вокруг фигуры напротив дрожал и слегка потрескивал, словно от разрядов молнии. А ощущение опасности происходящего стало буквально осязаемым.

Без лишних слов, стоило только технике обрести стабильность, Каннор рванул вперёд. Вряд ли он сдерживал свою скорость и хотел пощадить соперника, но несмотря ни на что, ученик слайма прекрасно смог отследить его перемещение и, сравнивая с собой, пришёл к выводу, что их скорость примерно на одном уровне.

Движение противника оказалось лишь отвлекающим манёвром, потому что едва он преодолел половину разделяющего их расстояния, как с его руки в сторону юноши вылетел маленький подрагивающий багровый шарик, размером не больше куриного яйца. Тот двигался настолько быстро, что, если бы не предварительная подготовка, разогнавшая чувства Малла до предела, он не успел бы среагировать. Но даже вовремя подставленная ладонь и собранная в ней сё не принесли желаемого результата.

С громким хлопком рассеялась лишь часть энергии, в то время, как оставшаяся достигла кожи. Правую руку пронзило болью, а его самого волна освободившейся сё отбросила на несколько метров спиной вперёд. И уже в следующую секунду — прямо из положения лёжа — юноше пришлось на всей доступной скорости уклоняться от второго снаряда. И как же тяжело это было делать изображая запоздалую реакцию. Стоило ему оказаться на ногах, как рядом раздался взрыв и во все стороны полетела каменная крошка арены, болезненной дробью пройдясь по телу. Из-за чего он едва не пропустил момент, когда к нему приблизилась фигура противника. Разница в две звезды давала о себе знать — Кан был очень быстр!

И юноше пришлось постараться, чтобы увернуться от удара багрового кулака в голову, впрочем, это добавляло естественности его поведению. После чего он на мгновение выпустил энергию молнии из ядра и резко разорвал дистанцию, оказавшись в нескольких метрах от брата. Ему очень не хотелось раньше времени показывать все свои возможности, поэтому приходилось их скрывать, ведь выпусти он, к примеру, стихийную сё, об этом сразу же узнали все вокруг. Чего было крайне нежелательно допускать.

Правая рука болела от ладони и до локтя, а каждое движение лишь усиливало эти ощущения. Он перевёл взгляд на застывшего с ухмылкой на лице Каннора.

— А старший брат, как я посмотрю, что-то всё-таки умеет. — произнёс подросток с издёвкой в голосе, радуясь, что под маской не видно, как болезненные ощущения заставляют кривиться его лицо.

— Заткнись выродок, я только разогрелся! — выкрикнул он и вновь метнул багровый снаряд в его сторону, одновременно с этим устремляясь в сторону обладателя маски, пытаясь зайти к нему с боку. Через долю мгновения, прямо во время движения, он отправил в юношу ещё один шар.

Но на этот раз Маллор уже не стал пытаться рассеять сжатую энергию техники и просто уклонился, сначала от первого, а затем от второго, одновременно с этим, следя за своим противником. Правда двигался он нарочито медленнее, чем в первый раз, а когда Кан забежал ему за спину и вовсе даже не стал поворачивать вслед за ним голову. Таким образом у того должна была создаться иллюзию того, что парень потерял его из виду.

Вот только, это было совсем не так.

Ещё в тот момент, когда старший брат отвечал на провокационную реплику подростка, ученик самого необычного наставника в мире применил технику Незримого Касания, закрепив тонкий энергетический щуп на одежде противника в том месте, где не кружились багровые сгустки. Благодаря этому он знал точное местоположения родственника, даже не видя его самого. А ещё он знал, что разбрасываться такими снарядами нельзя постоянно, ведь для того, чтобы запустить шар энергии требовалась немалая концентрация и время, чтобы спрессовать нужное количество сё. И это значило, что после двух дистанционных атак, по очереди с каждой руки, обязательно должен последовать перерыв. Единственное, он не знал, насколько большим этот промежуток времени должен быть. Но, если судить по первой атаке, то несколько секунд у него в запасе точно имелось, что на столь высоких скоростях было ОЧЕНЬ значительно.

Поэтому, Маллор был уверен, что третьего снаряда не последует и мог себе позволить изобразить некоторое замешательство, словно только, что заметил исчезновение брата из поля зрения. А в это время тот не собирался давать ни одного лишнего мгновения «едва уклонившемуся» от его атак носителю маски. Как и думал юноша, третья атака была на ближнем расстоянии.

Следя за приближением Каннора, он в последний момент развернулся и используя прикреплённый к одежде щуп Незримого Касания, слегка потянул его в сторону от себя. Благодаря этому брат на мгновение замедлился, Малл, используя вторую невидимую конечность, схватил ей занесённую для удара правую руку чуть выше локтя, чтобы агрессивная энергия не развеяла его. Ровно на мгновение, чтобы это не было очень уж заметно со стороны. И сам ударил в практически ничем не прикрытый корпус напитанным сё кулаком, с маленьким сюрпризом.

Его конечность была окутана вполне обычным маревом энергии и эта атака не выглядела чем-то особенным на фоне множества бойцов использующих столь же простой приём для усиления атаки. Такой способ вряд ли мог бы нанести серьёзные повреждения старшему брату. Но зная разделяющую их разницу в возвышении, а значит и в плотности сё, он скопил в ладони небольшое количество энергии молнии. Которую и выпустил в момент удара прямо в тело противника!

Для этого ему пришлось задействовать максимум своего умения в контроле направляя эту сё как можно более узким лучом, чтобы никто не смог увидеть её со стороны. Ведь тело она покидала исключительно в виде молнии и с характерным треском — не заметить такое было просто невозможно.

Но всё-таки ему удалось.

Во время пути до столицы он потратил очень много времени для тренировки новых возможностей и благодаря помощи наставника смог достичь некоторых успехов. Вот только в реальном бою проверить их не удавалось до этого момента. И о том эффекте, который могла оказать такая атака на противника, он мог знать лишь из предположений Мастера Кельмиона и тех редких атак, которые учитель применял на особо опасных тварях. Оставалось только надеяться на огромный опыт и знания учителя. От всего этого его мозг буквально кипел, пытаясь совершить столько дел одновременно и при этом не потерять контроль над окружающей обстановкой.

От полученного удара в живот, где, как объяснял учитель, находился один из главных энергетических узлов, Каннор отправился в непродолжительный полёт и приземлился в нескольких метрах от него. Сам Маллор сразу же чуть не взвыл от боли и заскрипел стиснутыми зубами, буквально чувствуя каждую порванную в руке мышцу. Ведь всё это время витавшие в воздухе вокруг противника багровые сгустки оставались при нём и несколько из них успели задеть конечность юноши во время краткого контакта.

Как же ему хотелось подбежать к брату и хорошенько его отпинать, пока тот не встал, обеими руками он просто не мог пошевелить без боли, но такой поступок серьёзно бы уронил его репутацию в глазах многочисленных зрителей, среди которых были и те, чьё мнение было крайне важно в будущем. Поэтому он благородно ждал, когда старший родственник поднимется, как до этого ждал активации его техники. Для того чтобы встать тому понадобилось почти пол минуты и для всех наблюдающих, подобное уже означало победу Авено.

Вставал он медленно, помогая себе руками. Контроль над клановой техникой был потерян и она бесследно развеялась. А приглядевшись Маллор и вовсе увидел, как всё тело старшего брата мелко подрагивает — всё в точности, как и описывал Мастер Кельмион.

Как только он утвердился на ногах, юноша не желая затягивать и давать противнику время, чтобы прийти в себя, на максимальной скорости рванул к нему и со всей силы нанёс удар напитанной сё ногой прямо в живот отправляя в очередной полёт. Каннор перелетел через деревянное ограждение площадки и упал на утрамбованную землю.

В течении нескольких секунд тот не шевелился и не издавал и звука. Но вскоре закашлялся — из его рта полилась струйка крови. Но попыток подняться он так и не сделал. Казалось, всё вокруг замерло в тишине.

Итог был очевиден. Что и не преминул озвучить наблюдавший за схваткой распорядитель:

— Победитель, Авено!

И тут, крик, подобного которому ещё не звучало за эти дни, со всех сторон буквально накрыл собой немаленькое пространство арены, едва не оглушив юношу, но несмотря ни на что, он не мог не услышать ментальный голос наставника:

«Молодец».

Невзрачная маска, бандана на голову и потрёпанный кожаный костюм — вот и всё что надо, чтобы одну из самых влиятельных женщин провинции никто не узнал среди простых зрителей.

Прийти её сюда сподвиг интерес к неожиданному уже-почти-союзнику и желание посмотреть на него в действии. И она ничуть не пожалела. Наблюдать, как юный глава Паунфира равняет с землёй гордость одного из сильнейших кланов, избивая собственного брата, было весьма увлекательно. Даже для неё, немало повидавшей за свои пятьдесят с небольшим.

Стоило трибунам взорваться громкими криками в поддержку победителя, как она встала и направилась к выходу. Больше ей здесь делать было нечего. Уже на улице, стоило пройти пару кварталов, к ней присоединился неприметный мужчина с банданой скрывающей нижнюю половину лица. Какое-то время они шли молча — Арсэя была глубоко в своих мыслях, а спутник не решался начинать разговор первым. Через некоторое время неспешной прогулки она вышла из раздумий:

— Орли, я хочу, чтобы наш новый знакомый имел максимум шансов встретиться с Тайсо.

— Сделаю всё возможное, госпожа. — даже на ходу он умудрился почтительно поклониться.

— Кстати, что там с представленными им образцами?

— Наши алхимики этим утром закончили последние проверки. И… они были впечатлены! По словам мастера Найра, даже то, что поступает к нам из столицы Империи едва ли может конкурировать с этими пилюлями и эликсирами. Не говоря уже о том, что некоторые из них они и вовсе встречают впервые.

— Надеюсь, ты понимаешь, что это значит?

— Разумеется, госпожа. К нему уже приставлены люди для незаметной охраны — полностью верные вам профессионалы.

— Хорошо, что хоть кто-то в нашем клане знает свою работу. Спасибо, Орли.

— Интересы клана превыше всего, госпожа.

— Впереди нас ждут непростые времена. Раскрытие сектантов уж точно не пройдёт бесследно, то, что мы узнали из допросов никак нельзя проигнорировать. И сделать вид, что мы здесь ни причём тоже не получится, поэтому нам нужна любая помощь.

— Вы, как всегда правы. — вновь коротко поклонился Рассот.

Их неторопливая прогулка продолжалась ещё долго, тихий разговор касался многих тем связанных с будущим, как конкретного клана, так и всей провинции. А может быть даже и целой Империи. Но никто из них так и не заметил парочку ничем не примечательных слаймов, неотрывно следующих за ними в тени многочисленной зелени столицы.

— Да, отцепись ты от меня, что за сумасшедший слизняк?! — негодующий вопль Алина заставил удивлённо посмотреть на него всех людей, которые уже начали вставать, чтобы потихоньку направиться к выходу.

Он, сидя на скамье, задрал правую ногу к стремительно темнеющему небу и всеми силами пытался отодрать он неё вцепившегося во «вкуснятину» Хайо.

«Кажется, обстоятельному разговору с мальчишкой всё же быть». — подумал Кель и поспешил поделился своими мыслями с учеником.

В обеденном зале большой таверны было довольно многолюдно и шумно. Близость к одной из арен располагала к тому, чтобы все столы были облеплены нетрезвым компаниями. Сочные девушки в передниках метались между гостями, принимая заказы и разнося закуски с выпиской. Масляные лампы разгоняли вечерние сумерки, струйки аппетитных ароматов с кухни смешивались со свежим ветерком, свободно забегающим через широко распахнутые ставни.

За маленьким столиком в углу сидели Маллор, Сайрик и Алин. В воздухе царила весёлая, почти праздничная атмосфера. Вот только история рассказываемая их новым знакомым шла вразрез с окружающей обстановкой.

— … ну… ням-ням… а ховда охазался в Фивдене… хрум-ням-сюрп-глоть… сразу же и записался на турнир. Жильё в столице дорогое аж жуть, так что спать пришлось на улице. Нашёл заросшее местечко у общего колодца на южной окраине и старался никому не попадаться лишний раз на глаза. Вот, как-то так. — продолжая грустно улыбаться, Алин закончил свою нехитрую историю и вновь взялся опустошать тарелку с зажаренным на вертеле мясом. Уже третью по счёту. Впрочем, понять парня было можно, ведь все эти дни он не мог нормально поесть! Всё, что он мог себе позволить, так это воду из того самого колодца, недалеко от которого устраивался на ночлег и грубый бедняцкий хлеб.

Но даже без этого весь предыдущий рассказ подростка не мог похвастаться веселыми моментами. Ему нужны были деньги, целая тысяча лорнов! Ведь иначе почти через два месяца его старшего брата отправят на рудники в соседнюю провинцию. А оттуда выкупить его уже будет в разы сложнее. Поэтому все заработанные с каждой победы деньги он ставил на самого себя прибавляя к этому выигрыш от предыдущей ставки. Но накопить таким образом ему удалось лишь чуть больше трёх тысяч торнов, то есть в пересчёте выходило три десятками лорнов.

Вся история звучала примерно так.

Жила была небольшая семья — муж жена и трое детей. Два мальчика, старшим был Дилар, Алин младше него на четыре года, а так же Силона, совсем маленькая сестрёнка на пять лет младше среднего брата. Отец семейства частенько рассказывал своим отпрыскам о том, что некогда их предки были весьма могущественным кланом, который практически был уничтожен в результате происков недоброжелателей ещё при его прадеде. И всё что, у них осталось от былых времён — это небольшая библиотека с техниками и хорошая наследственность. Благодаря этому глава семьи смог возвыситься до пятой звёзды и был одним из сильнейших членов в гильдии наёмников, в которой и выполнял задания, чтобы содержать домочадцев.

Но, что не редкость в такой профессии, однажды он просто не вернулся домой. Какое-то время их семья жила на оставшиеся сбережения. Но меньше, чем через год мать подхватила серьёзную болезнь, на лечение от которой пришлось потратить немало денег. К счастью, обратившись в крупный клан, в чьём владении находился город, где они жили, им удалось получить помощь хорошего целителя. Женщину вылечить удалось, но семейные сбережения практически полностью истаяли. Это было два года назад.

Тогда пятнадцатилетний брат Алина от безысходности решил пойти по стопам отца и отправился в наёмники. К тому моменту он уже подобрался к середине третьей звёзды и его без вопросов приняли. Какое-то время всё шло довольно неплохо — старший брат работал, обеспечивая семью, а младший старательно тренировался, чтобы как можно скорее начать ему помогать. Их сестрёнка тоже не сидела без дела, но, чего можно ожидать от маленькой девочки, которой едва восемь исполнилось?

А буквально с месяц назад в дом вновь постучалась беда.

Гильдия, в которой состоял Дилар, была далеко не самой известной и порой ей приходилось брать, мягко говоря, не очень законные заказы. Одним из таких и был сбор ценных трав в лесу на территории довольно известного клана, что было строжайше запрещено делать без их разрешения, которое выдавалось за весьма немалую цену. Так вот, когда во время сбора наблюдатель их небольшого отряда понял, что к ним направляется группа клановцев, они все дружно побросали своё занятие и поспешили скрыться. Но им не повезло.

По дороге наёмники наткнулись на местного хищника и оказались меж двух огней. И тут сокомандники Дилара решили спасти свои шкуры за счёт подростка, переключив внимание Зверя на него, они тут же побежали дальше. В итоге, брат их нового знакомого лишь чудом, будучи слегка раненым, продержался до момента, когда на месте сражения появятся преследователи из клана. Они смогли победить хищника, а после повязали подростка.

Когда началось разбирательство, на которое, в общем-то, всем было наплевать, в гильдии просто открестились от парня и сказали, что его никто в глаза не видел. После чего в клане на юного наёмника повесили огромный штраф и определили в городскую тюрьму, чтобы он никуда не сбежал. Выплачивать огромную сумму предназначалось родственникам несчастного и если они не сделают этого в отведённый срок, парня просто сгноят на имперских рудниках. Потому, собрав почти все деньги, что были накоплены в их семье, он решился отправиться в столицу на Ежегодный Турнир и уже там попробовать заработать.

Вот такая вот ситуация.

До сих пор ему везло с противниками, среди них не попалось ни одного аристократа, но он понимал, что дальше этого не избежать и его сил может просто не хватить. Понимал это и слушавший историю Кельмион. Так же, как осознавал, что для реализации его планов необходимы люди, а желательно много людей. И их верность в отношении к слайму была ключевым обстоятельством, ну или возможность эту верность проверить не устраивая потрошение разума при каждом возможном случае. Для этого у него пока что у него была только одна гарантированная возможность обеспечить своеобразный контроль над доверившимися ему людьми — это понемногу взрослеющие братишки.

На примере того же Сайрика перерожденец уже знал, что постоянное общение с Арти привело к тому, что он научился прекрасно ощущать эмоции мальчика и для этого ему не надо было хоть сколько-нибудь напрягаться, достаточно лишь находиться рядом. И Кель ни капли не сомневался — в случае каких-либо странностей его маленький родственник сообщит об этом своему Старшему. Как бы мерзко такой подход не выглядел со стороны, но ему уже хватило одного предательства лишившего его всего и ничего подобного в новой жизни ему совершенно не хотелось. Что же касается ограниченного количества родственников, то у слайма были по этому вопросу кое-какие мысли и он собирался заняться им при первой же возможности после того, как они покинут столицу.

В общем, Алин ему был нужен и желательно вместе с семьёй, если его брат и сестра обладают не меньшим потенциалом, чем он. Как показал пристальный осмотр духовным зрением — подросток имел очень хорошие задатки, конечно же у него не было таланта Маллора, но и без того мальчик мог рассчитывать на довольно высокие результаты в возвышении.

Оставалось только узнать его мнение. Что и было доверено ученику.

Когда все уже были сыты и даже оголодавший парнишка перестал бросать хищные взгляды на еду и начал сонливо позёвывать, Кельмион дал отмашку так и не снявшему маску подопечному.

— Алин, — тихо начал он, склонившись над столом и смотря сквозь прорези на подростка. — как ты думаешь, кто я?

От такого неожиданного вопроса тот несколько растерялся, но его болтливая натура быстро взяла своё:

— Ну, раз уж вы спросили, то… даже не знаю, что и думать. Когда позавчера в первый раз увидел ваш бой, подумал, что на площадке просто очень сильный наёмник. Прям как был мой… отец. Ведь вы победили противника одним ударом!

Уже в следующий раз заметил, что при объявлении в вашем имени нет названия гильдии, да и рода тоже нет, а наёмники так не делают. Им обязательно, чтобы название гильдии было, иначе, ну… смысла никакого от участия в турнире. А когда сегодня оказался в одном секторе с вами и Сай сказал, что вы его наставник — мне стало совсем непонятно. И уж то, что вы победили аристократов из старшей семьи одного из самых сильных кланов провинции, один из которых был аж на седьмой звезде… Может вы… это… прячетесь от кого-то? — неуверенно закончил он.

— Хм. И да, и нет. — ответил Маллор, речь которого вёл через ментальную связь Кельмион. — Скорее, для нас просто не желательно, чтобы кто-то узнал меня в лицо. Но, как ты понял, я совсем не простой человек.

— Думаю, после сегодняшнего боя, об этом догадались все. — логично заметил Алин, что у него вышло скорее по привычке болтать и возможно от волнения, которое всё продолжало нарастать. Кель это очень хорошо чувствовал.

— Ну, скрывать силу я и не собирался. Так вот, у меня есть не только она. Как ты, наверное заметил, туда же можно добавить лечебные эликсиры, способные восстановить повреждённые руки за несколько минут и деньги. Деньги, которых хватит, чтобы оплатить штраф твоего брата. — в этот момент слайм мог гордиться своим учеником, а точнее тем, как тот изобразил интонации прожжённого искусителя. Не без его помощи, конечно, но всё же.

— Ч-что вы хотите? — голос Алина дрогнул от услышанного. Ведь решение всех проблем буквально плыло к нему в руки!

— А на что ты готов ради них? — в этот момент оскал на маске Маллора выглядел естественным, как никогда ранее.

Пацан нервно сглотнул и бросил загнанный взгляд на Сайрика тихо сидевшего рядом со своим учителем. Но тот никак не отреагировал, предупреждённый Кельмионом.

— Да, ладно тебе! — резко изменил голос юноша и заговорил уже совершенно обычным тоном, идущим вразрез с тем образом, которого он придерживался с самого начала турнира. Теперь это был тот самый парень которого вытащил в лес на тренировки слайм. — Никто душу у тебя покупать не собирается. Всё, что от тебя требуется это стать учеником!

— В-вашим учеником? — неверяще переспросил подросток. — Всего-то?

Его удивление можно было понять, ведь предложения ученичества сами по себе были вещью нечастой и уж точно не делались по вечерам в трактирах. Тем более вдогонку с ними не шла огромная сумма денег! Обычно ученики сами готовы были отдать всё, что у них есть лишь бы получить возможность заниматься под руководством сильного мастера боевых искусств из клана. А никем иным, по представлению Алина, человек в маске быть не мог.

— Не совсем. Как ты смотришь на то, чтобы тебя учил МОЙ наставник?

Это было прямое попадание!

На следующее утро из гостиницы выходило трое человек. Так как свободных комнат в ней уже не оставалось, то их новому знакомому пришлось спать на полу в комнате Сайрика. Ну, не пускать же его в номер, где один Мастер Алхимии продолжал каждую ночь изготавливать товар для будущего аукциона, ну и не только для него.

Конечно же Алин согласился. Что ещё оставалось делать подростку, у которого просто не было другого выбора? И теперь у Кельмиона появился новый подопечный, полноценное знакомство с которым было отложено, до тех пор, пока не будут улажены все дела в столице. Благо что оплата штрафа ещё могла подождать. А до тех пор ему было совершенно не обязательно знать о том, что он передал свою судьбу в… щупальца слайма.

После посещения — скорее, откровенного грабежа — сектантов, вопрос с деньгами не стоял. Ведь даже без проверки каждого пространственного кольца, для чего требовалось уединённое место с большой площадью, он знал о довольно внушительных запасах денег, которые теперь были в его распоряжении. Поэтому помощь Алину не была для Келя чем-то затратным. И это не беря в расчёт тот факт, что с каждым днём ставки на бои становились всё больше, соответственно и выигрыши с них росли. Слайм даже решил воспользоваться своими возможностями и просмотрев с помощью духовного зрения всех участников, которых стало в разы меньше по сравнению с первым днём, составил список вероятных победителей. И как показала практика он был очень точен в своей оценке — все бои, кроме одного, были выиграны теми, на кого он указал. В итоге, благодаря верно сделанным ставкам в их копилке прибавилась весьма существенная сумма.

На следующий день после разговора в таверне бои продолжились, как им и полагалось. Вот только, если раньше на Маллора никто особо внимания не обращал, то теперь на него косились абсолютно все. И многие даже пытались завязать разговор, хорошо, что выбранный образ позволял такие потуги, если и не игнорировать, то очень быстро сводить на нет. Такое внимание со стороны простых участников ему было совершенно не нужно.

В день, когда в турнир вступили кланы, дальше прошли лишь единицы из тех, кто решил принять в нём участие изначально. Практически ни у кого не было шансов против представителя элиты в своей возрастной группе. А таким везением в жеребьёвке противников, как у Алина мало кто мог похвастаться. Кстати, сам подросток уже на следующий же день проиграл в первом сражении. Из-за чего, как и любой пацан в его возрасте сильно расстроился и даже боялся смотреть в глаза Маллору, думая, что ему могут отказать в помощи. От чего тому пришлось успокаивать парня, заверяя, что своих слов никто не будет забирать назад.

Сам же скрывающийся под маской юноша уверенно продолжал череду побед, несмотря на то, что теперь каждый противник мог представлять для него серьёзную угрозу… Мог, но не представлял. Слишком уж быстро двигался обладатель маски и всегда успевал уследить за действиями противников, даже без применения стихийной сё, а значит и вовремя нанести собственный удар для него не составляло большого труда. Другое дело, что сами по себе противники были более выносливыми и многие из них могли похвастаться хорошей защитой. Из-за чего, чтобы победить их с одного удара, дабы поддержать сложившееся о нём представление у окружающих, приходилось изрядно постараться выматывая оппонента. Но за прошедшие три дня ни один из них не был близок к уровню того же Каннора и юноша вполне справлялся со своей задачей. Даже более того. Все эти сражения помогли поднять возвышение Маллора и теперь он был на втором облаке пятой звезды.

Всё шло своим чередом, один ученик дрался, другой с неподдельным восторгом смотрел на него с трибуны и заваливал вопросами Сайрика, который по настоянию Кельмиона старательно умалчивал о том, что ему придётся учиться у слайма. Сам перерожденец продолжал заниматься изготовлением препаратов в огромных масштабах. И не только.

В эти дни он озаботился поиском Линнеи, которая по всей логике должна была представлять свой клан на этом турнире. Ведь, чтобы ни произошло между Паунфиром и Райфмиром, но внешне всё должно было выглядеть более-менее пристойно, потеря лица одного из самых старых и влиятельных кланов никому не была нужна. По крайней мере, так думал перерожденец исходя из опыта прошлой жизни.

Оставив подопечных на трибунах, Кель отправлялся на поиски сам, дабы заскучавшие без свободного перемещения по лесу слаймы не сотворили чего-нибудь… этакого на виду у всех. В их способностях он нисколечко не сомневался. По логике, если она прибыла в столицу, то должна была находиться рядом со своими соклановцами, то есть на одной из двух других арен. И если на первой — центральной, расположенной у внушительного здания Совета Провинции — его постигла неудача, на второй — расположенной к северу от базара, на котором они закупались в первый день — искомая цель была найдена.

Как раз в тот момент, когда он только оказался за стенами окружавшими ристалище духовное зрение наткнулось на знакомую фигурку в охотничьем костюме из мягкой кожи, которая именно в этот момент была на площадке. Её противником был высокий парень, он использовал в качестве дистанционной атаки сотканный из сё жгут, который, подобно светящейся бледно-жёлтой змее, словно вырастал из сложенных перед грудью ладоней на несколько метров вперёд. Он извивался во всевозможных направлениях и всякий раз старался ударить Линн, но той каждый раз удавалось увернуться от атак, после чего из каменной площадки то и дело выбивались осколки, разлетающиеся в разных направлениях. А на все попытки девушки приблизиться к сопернику, чтобы нанести хоть один удар, он старательно отступал, выдерживая безопасное расстояние.

Некоторое время слайм просто наблюдал за происходящим, но в один момент всё же решил вмешаться. Если для Маллора было важным победить братьев исключительно своими рукам и умениями, от чего Кель даже не думал влезать со своей помощью во время боёв, то в конкретно этом случае ничего подобного между Линнеей и незнакомым парнем не было. Наверное.

В тот момент, когда после очередной попытки сблизиться наступил небольшой перерыв в активных действиях и противники наблюдали друг за другом, размышляя над дальнейшим сражением, он обратился к девушке:

«Слушай мои команды и ты выиграешь». — начал он без предисловий. Благо что ещё при первой встрече она показала себя довольно сообразительной девчонкой и не стала задавать никаких вопросов. Лишь на мгновение полыхнула сильным удивление на пополам с узнаванием и слегка дёрнула головой, словно останавливая попытку оглядеться. А в следующий миг он почувствовал в эмоциях её согласие и готовность.

«Ну, если ты не против, тогда внимательно следи за тем, что сейчас будешь чувствовать и делай именно так, как я говорю и показываю…»

Кельмион прекрасно видел, то как парень управляет своей техникой и мог заранее предугадать каждое его действие, поэтому узнать, как нужно двигаться, чтобы без проблем добраться до него, не было для перерожденца чем-то сложным. Осталось лишь передать все мыслеобразы Линн и надеяться, что она нигде не ошибётся исполняя указания.

Первый мысленный посыл — и его первая знакомая в новой жизни срывается с места уклоняясь от запоздалого движения светящегося жгута. Второй — и вот она начинает уворачиваться ещё до того, как техника противника успевает выполнить намерение парня атаковать. А дальше ментальные посылы перешли в один сплошной поток, вслед за которым девушка почти на пределе возможностей своего тела продвигалась вперёд.

И всего через несколько секунд цель была достигнута! Линнея оказалась на расстоянии удара перед противником, который из-за маленького расстояния просто не мог что-то предпринять. Слишком уж быстро и непредсказуемо соперница сделала последний рывок. За краткий миг невидимая обычному взгляду сё девушки, которая до этого окружала её тело всё это время, резко собралась в настоящий вихрь вокруг кулака летящего к телу парня. В это момент даже невооружённым взглядом можно было заметить колыхание воздуха перед юной Кердельмит.

От удара, а скорее от воздействия пришедшей в буйство энергии, парня просто подбросило в воздух и закрутило подобно опавшему листу на штормовом ветру. Он перелетел через ограждение площадки и смачно приземлился на утрамбованной земле подняв столб пыли. Но даже после этого не потерял сознания и попытался подняться, впрочем, потерпел поражение в своих потугах и обессиленно рухнул обратно шумно вдыхая ртом воздух.

— Победитель, Линнея Кердельмит из клана Паунфир! — разнёсся над ареной голос распорядителя в то время, как проигравшему уже бежали дежурные лекари.

Уже через некоторое время, после того, как девушку шумно поздравили с победой представители её клана, она по просьбе Кельмиона покинула их и зашла в один из служебных коридоров под трибунами, которые во время поединков обычно пустовали. Освещался он небольшими окнами выходившими на внешнюю сторону арены, на подоконнике одного из них слайм и ждал её.

«Позволь поздравить тебя с победой».

— Мастер Кельмион, это победа была возможна лишь благодаря вам. — тихо сказала она.

«Не преувеличивая мою заслугу, этот парнишка — при таком расходе сё — выдохся бы уже меньше, чем через пару минут, видно он ещё не очень хорошо освоил управления своей техники. А вот ты — при том же поведении — сохранила бы полную боеспособность, так что моё вмешательство просто ускорило наиболее вероятный результат поединка. В конце концов, ты уже на третьем облаке шестой звезды, на два облака выше противника, не говоря уже о тех результатах, что дала освоенная тобой техника».

— Как и раньше от вашего взора ничего нельзя скрыть. — произнесла девушка поклонившись. — Но вы ошибаетесь. Без вашей помощи в те дни этого сражения и вовсе бы не состоялось, ведь моё развитие пусть и было неплохим, но точно его нельзя было назвать выдающимся.

«Как бы то ни было, но я нашёл тебя не просто так. А для того, чтобы напомнить о том долге, который за тобой остался и сказать, что скоро я попрошу его вернуть. Через некоторое время я вернусь вместе с Маллором в резиденцию Паунфира».

— Конечно, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы отплатить вам за помощь, Мастер.

«И ещё. Тебе больше не придётся стыдиться своего мужа».

А через пару дней настал последний день Ежегодного Турнира. Тот самый день, когда лучшие из лучших должны были сойтись в битве друг с другом. И когда для его первого ученика настанет момент заявить о себе и своих правах перед лицом всех кланов провинции Джи-Ан.

«Ну, что, волнуешься?» — спросил Кель когда они оказались на центральной арене столицы. Именно на ней должны будут пройти главные сражения.

«Конечно, наставник. И я до сих пор сомневаюсь, что мне стоит раскрываться именно сегодня».

«Ну, как бы то ни было, но об этом мы уже договорились с главой Райтога и обратно уже не отыграть. По крайней мере, если мы это сделаем, то упадём в глазах наших неожиданных союзников».

«Да, я и не собирался отказывать, просто… не знаю, что из всего этого получится».

«Не переживай, поверь моему опыту, всё будет хорошо. И самое главное — сегодня ты можешь не сдерживаться!»

А сразу после этого разговора была жеребьёвка, на которой распределяли немногих дошедших до этого этапа бойцов.

Примечание автора: Это последняя глава в томе. Конец возможно покажется вам совсем не таким, какой он должен быть у тома. Но вообще, так как я начал писать только в этом году, то «Слайм» был для меня больше экспериментом, пробой сил. Поэтому я не уверен, что буду продолжать писать эту историю дальше. Ведь отзывы были очень разные и понравилось происходящее в книге далеко не всем. Сейчас же я все силы собираюсь сосредоточить на втором томе «Системы», а появится ли в дальнейшем продолжение у «Слайма», я буду решать из комментариев читателей, потому что сам не уверен, стоит ли тратить на него силы и время. Приятного чтения и не бейте больно!;))

С трёх арен в последний этап прошло по два человека из каждой возрастной группы. Это значило, что помимо Маллора было ещё пятеро юных мастеров, претендующих на звание сильнейшего. Но по сути все они уже были победителями, которые смогли доказать своё превосходство одолев множество противников с разных концов провинции Джи-Ан. Каждым из них соклановцы могли по праву гордиться. И когда все участники финальных боёв вышли на арену освещённую утренним солнцем, чтобы предстать перед десятью верховными членами Совета Провинции по традиции произносящими длинную и высокопарную напутственную речь, их приветствовали бурными аплодисментами и криками с трибун.

В последний день турнира оказаться среди зрителей имели права лишь члены кланов и известнейшие из купцов, что зачастую было одним и тем же. А также присутствовали и высокопоставленные гости из соседних провинций, что добавляло всему мероприятию ещё больше значимости. Хотя, как успел заметить Кель, в предыдущие дни, представители иноземцев начинали появляться среди зрителей ещё с того дня, когда были закончены отборочные бои. Но то была в основном молодёжь, скажем так, неофициально наблюдавшая за происходящим. Кому-то более серьёзному присутствовать там было наверняка не по статусу. Впрочем, как выяснилось из беседы с прекрасной Арсэей Райтог, гостей провинции, которые пребывали в Риндин больше интересовал предстоящий аукцион.

В этот раз бои так же должны были проходить в два этапа. На первом, среди шести противников в каждой возрастной группе определятся трое сильнейших. А во втором, они должны будут провести по бою с двумя противниками, чтобы определить победителя или — что несколько удивило Келя — победителей. На этом этапе между боями, дежурные лекари давали пострадавшим участникам дорогостоящие лечебные эликсиры, а также после каждого боя был перерыв для сражения другой возрастной группы. Всё это делалось для того, чтобы юные соперники, которые все сплошь были представителями аристократии, находились в максимально равных условиях. Ведь в противном случае могло выйти так, что выиграв один бой участник тут же бы вышел против другого соперника, который до этого в бою не участвовал. Такого допускать никто не собирался.

И так как боёв было по два, с разными противниками, то вполне могло случиться, что у каждого будет равное количество побед и поражений. Хотя, как успел узнать Кельмион, подобное случалось довольно редко, обычно всегда находился сильнейший, который одерживал победу в обоих сражениях.

Он стоял среди тридцати финалистов этого турнира и изображал внимание к бессмысленному словоизлиянию, что доносилось из специальной ложи, отведённой для самых влиятельных людей провинции. Впрочем, с маской на лице делать это было совсем даже просто, гораздо сложнее оказалось украдкой наблюдать за стоящей чуть поодаль Линнеей Кердельмит. Но смотреть хотелось и юноша продолжал то и дело скашивать взгляд в её сторону.

Вскоре обязательная — и совершенно ненужная по его мнению — часть закончилась. А дальше была опять жеребьёвка, новые сражения, крики с трибун и… внезапное предвкушение, которое с каждой минутой всё сильнее разгоралось внутри него. С губ парня не сходила хищная улыбка.

Первая часть сражений проходила, как и раньше — сначала бои самой младшей группы и дальше по возрастающей. По три боя на в каждой. Но во всё этом было самое главное отличие — в финальных сражениях участники выкладывались по полной, раскрывая припасённые до поры до времени козыри. И следить за противостояниями лучших из лучших, когда они не сдерживаются и показывают интереснейшие, зачастую весьма зрелищные техники, было очень интересно.

Но, вскоре наступила очередь и его возрастной группы вступить в сражение. В этот раз на первый бой в их группе вышел Тайсо Харвол из одноимённого клана против Гарона Сентро из Райтога. Первый — невысокий сереброволосый парень с зелёными глазами, словно смотрящими куда-то мимо своего противника. Второй — черноволосый и широкоплечий верзила со хмурым взглядом карих глаз. И пускай сама битва началась весьма чинно, а противники даже с улыбкой поприветствовали друг друга, но чувствовалось, что всё это было лишь видимостью, не больше, чем просто формальность между двумя сильнейшими фракциями столицы, которые вели непрестанную борьбу за влияние на протяжении всего своего существования. И первые же атаки показали серьёзный настрой парней.

После приветственных слов, улыбка с лица Тайсо исчезла, словно её и не было никогда, а тело юноши размазалось в воздухе и Маллору пришлось изрядно напрячься, чтобы уследить за фигурой стремительно переместившейся к противнику. Но и Гарон был совсем непрост! Сумев отразить первую атаку, он тут же контратаковал стараясь перехватить инициативу. Завязалось жестокое противостояние. Каждое движение соперников имело лишь одно намерение — убить оппонента и это прекрасно видели все зрители. Впрочем, турниром подобное совсем не запрещалось и любой выходящий на арену боец должен быть готовым к тому, что очередной бой может стать для него последним. Другое дело, что обычно никто не спешил доводить дело до смертельного исхода.

Противостояние продолжалось на протяжении нескольких минут, пока не стало ясно, что Гарон начал выдыхаться, из-за чего получил несколько существенных ранений от техники Тайсо. Тот использовал интересный приём, направляя хлопком ладоней мощную ударную волну в сторону врага, для чего ему приходилось раз за разом подбираться достаточно близко к сопернику, чтобы эффект от неё не успел рассеяться в воздухе и имел максимальный эффект. От такой атаки не спасала даже мощная защитная техника темноволосого парня и тому раз за разом приходилось изрядно стараться, чтобы уйти из-под удара, а затем провести удар самому. Но рослый парень использовал не только защиту, он весьма умело атаковал создаваемыми прямо из защитного покрова шипами, которые моментально выскакивали на его поверхности. Этот бугай был весьма опасен в ближнем бою!

Однако, Харвол был очень быстрым, ловким, да к тому же ещё и осторожным, из-за чего всякий раз успевал уходить от таких контратак. В общем, всё закончилось, когда Сентро в очередной раз не смог увернуться и получил мощный удар, заставивший его пролететь несколько метров и упасть на камень арены. Но даже после этого он попробовал подняться. Вот только Тайсо не стал действовать по неписанному правилу турнира и просто не дал тому встать на ноги, подскочив к врагу и направив на него всю мощь своей техники!

Веер кровавых брызг взлетел в воздух, а Гарон закричал от боли. Огромная рана в боку, переломанные ребра, торчащие из открытых ран на руке и ноге кости — после такого у темноволосого уже просто не было сил сопротивляться. Речь шла просто о спасении жизни. Победа была за Харволом.

Бой был оперативно остановлен, пострадавшего, который к тому времени уже потерял сознание, окружили лекари и принялись спешно пичкать алхимическими препаратами. Для этого тоже применялись элитные препараты, но и они не могли мгновенно восстановить такие повреждения. Ведь даже тем пилюлям, которые изготавливал Мастер Кельмион нужно было время для излечение, а затем и для последующего восстановления больного. Нанесённые раны были очень серьёзны.

И вот, после жестокой расправы, которую устроил среброволосый Тайсо, настала очередь и Маллору выйти на свой первый бой.

— Эндиан Ноул из клана Лэйс семнадцати лет против Авено не назвавшим имени своего рода шестнадцати лет! — уже ставшая привычной за эти дни фраза была лишь мельком отмечена сознанием. В это время, как всё внимание было направлено на очередного противника, если Маллор победит, то как минимум третье место будет уже обеспечено. Но если раньше он и о таком мог лишь мечтать, то вот теперь этого было слишком мало.

Жизнь круто изменила своё течение и перед ним стояли несравнимо более серьёзные задачи, чем просто стать сильнее, обрести признание отца и прочих родственников. От его действий теперь зависело будущее многих людей. И он не собирался подводить своего наставника.

Преисполненный решимости, он вновь ступил на арену.

Очередной противник был быстр, проворен, владел сильными боевыми техниками, достиг четвёртого облака шестой звезды и мог поспорить с Каннором своим желанием победить парня в маске. Вот только, он напрочь не был готов к тому, что Маллор окажется быстрее и будет аккуратно, дабы никто из зрителей не заметил, применять невидимые конечности техники Незримого Касания. Пускай для их точного применения во время сражения приходилось сильно напрягать разум, но несложные ментальные практики показанные Мастером Кельмионом помогали справляться со столь серьёзной нагрузкой. Ему даже не пришлось прибегать к использованию стихийной сё!

Победа в бою была за ним.

Маллор во все глаза наблюдал за развернувшимся сражением. Но в этот раз он не пытался разобраться в тактиках бойцов, понять, какими будут их следующие действия или перенять чужой опыт в непростой ситуации. Он просто смотрел, как двигается его… да, его жена. Кажется, только спустя эти месяцы, юноша наконец осознал, как же сильно изменилась его жизнь. Теперь ему надо заботиться не только о себе, как было раньше. Девушка, которую он впервые увидел, казалось бы совсем недавно, всё это время не покидала его разум. Но если в первый месяц, он не решался даже смотреть на неё, не говоря уже о том, чтобы заговорить, то сейчас едва сдерживал себя, чтобы не ринуться с трибуны вниз и поддержать её.

Да, Линн проиграла, но сделала это в финале Ежегодного Турнира и теперь никто не мог упрекнуть девушку или её клан в слабости. Что на фоне проигравших наследников из Райфмира имело двойной эффект. Наверняка в головах сидящих на трибунах представителей кланов провинции в тот момент возникло множество разных мыслей по поводу произошедшего три месяца назад слияния давних противников.

«Эх, что же будет, когда я сниму маску?» — раз за разом думал юноша, с трудом удерживая себя от порыва рвануть к девушке.

Сражения шли своим чередом и уже к полудню, когда солнце на облачном небе достигло зенита, определились тройки победителей. Осталась последняя часть Ежегодного Турнира. И от эмоций всех присутствующих в этом месте людей, атмосфера начала накаляться. Впереди их ждало самое главное зрелище и Маллор постарается никого не разочаровать!

Он протянул правую руку к затылку, а затем, коснувшись пряжки, расстегнул ремешок. Лёгкое движение — и, ставшая такой привычной, маска отлетает в сторону за пределы площадки, чтобы упасть на сухую и пыльную землю арены. Дождей в столице не было уже давно. По трибунам побежали шепотки, но он их не слышал, чужие слова в тот момент не имели значения. Отросшие волосы цвета пшеницы, точь-в-точь такие же, как у старших братьев, непослушными прядями топорщились в стороны и уже касались плеч. «Надо бы постричься» — совершенно неуместная мысль, заставила уголки губ приподняться в лёгкой улыбке.

— И чтобы это значило? — голос Тайсо был надменным и… до боли напомнил парню «любимых» родственников. От всплывших воспоминаний улыбка на лице Малла превратиться в оскал. — Если ты хотел сдаться надо было это делать рань…

— О, я всего лишь решил представиться, последний бой в турнире, все дела… опять же, негоже оставлять всех предыдущих противников в неведении. В конце концов, среди них была пара достойных человек. Итак, — он повысил голос, так, чтобы его уж точно услышали все желающие. — меня зовут Маллор Стайтрил из клана Райфмир, действующий глава клана Паунфир! — произнеся эти слова парень почувствовал, как невидимый груз свалился с его плеч, даря долгожданную свободу.

— Выродок! Да, как ты смеешь приплетать сюда имена великих кланов, ты совершил последнюю ошибку в своей жиз…

Дальше своего противника он слушать не стал, ведь сказано было всё, что должно было быть сказанным, остальное для него не имело значение. Ещё ни разу за весь турнир ни один из противников желающих поболтать перед сражением так и не произнёс ничего стоящего. «Смысл сотрясать воздух пустыми словами?» — с такой мыслью он рванул вперёд.

«Бой — это не соревнование в силе, ловкости или техниках» — именно так, любил говорить на тренировках наставник. — «Бой — это столкновение воли противников». И юноша собирался доказать всем, что его воля крепче стали.

Так уж вышло, что третьего участника уже можно было списать со счетов. Первый бой на этом этапе уже прошёл и победителем вышел Тайсо, который, как и в прошлый раз, не стал жалеть своего противника и победителю Линнеи досталось едва ли не больше, чем Гарону ранее. Несмотря на всю возможную помощь, оказанную максимально быстро, тот не сможет продолжать сражаться ещё как минимум пару дней. Поэтому решающий бой состоялся гораздо раньше, чем можно было предположить.

Ещё в тот самый момент, когда маска была отброшена в сторону, Маллор выпустил на волю всю имеющуюся стихийную сё и когда среброволосый парень начал говорить уже был готов к рывку. Стоило только почувствовать, как энергия молнии полностью заполнила его тело так, что в мышцах появился неприятный зуд и готова была вот-вот вырваться за пределы тела, он устремился к противнику.

На поверхности его тела змеились молнии, порождая непрерывный треск, и щекоча кожу. Ещё никогда в жизни он не передвигался ТАК быстро. С большим трудом удержав контроль над собственными движениями, юноша мгновенно оказался возле Харвола и от души врезал ему кулаком в челюсть! Но в самый последний момент тот всё же заметил опасность и даже успел дёрнуть головой в сторону, из-за чего удар прошёл вскользь.

— Ах ты тварь! — Тайсо тыльной стороной ладони смахнул кровь выступившую из рассечённой губы и сплюнул в сторону. Выбитый зуб звонко отскочил от каменной площадки арены. — Ну, что ж, ты сам напросился. Сдохни, ублюдок!

Выкрикнув эти слова, он резко махнул рукой в сторону Маллора. Парень успел заметить, как с пальцев противника веером сорвались прозрачные и едва заметные иглы из сё. Но, не смотря на энергию молнии, наполнившую каждую частичку его тела, он едва успел уклониться от смертельных снарядов! Один из них успел чиркнуть юношу по плечу пропоров куртку и кожу. Ничего подобного наследник сильнейшего клана в предыдущих боях не показывал!

Похоже не только юный Стайтрил скрывал свои силы до самого конца.

Не зря наставник предупреждал и просил быть предельно осторожным. В отличие от всех предыдущих противников, Тайсо был не просто выше на две звёзды, но и его техники развития явно были лучше, чем у прочих. Не просто так их клан сохранял своё положение на протяжении веков. И это значило, что его скорость — как тела, так и мысли — были ничуть не ниже, чем у Маллора, а может даже и выше. Наверное.

И это нравилось молодому главе Паунфира, с каждым днём столица всё жёстче проверял решимость парня, но он не собирался отступать.

После первого обмена ударами началось настоящее сражение. Их скорости действительно оказались примерно равны, Харвол успевал каждый раз отреагировать на его атаки. И при этом сам оставался опасен, как вблизи, так и на расстоянии, не прекращая атаковать Стайтрила в любой удобный момент. Он умело применял как технику ударной волны, так и метко направлял прозрачные снаряды, стоило только парню разорвать дистанцию.

Но и глава Паунфира не оставался в долгу. Его скорости хватало, чтобы вовремя уйти из-под удара техник и приблизившись к противнику, раз за разом атаковать напитанными сё руками и ногами. Со стороны могло показаться, что на арене сражались равные противники, никто из которых не желал уступать сопернику. Однако Маллор был в недоумении из-за чего один раз чуть не пропустил атаку, а во второй ударная волна всё же смогла его задеть и лишь вовремя собранная сё, напитавшая тело, помогла избежать серьёзных повреждений.

Тайсо Харвол был слабаком!

Именно это осознание чуть не привело юношу к поражению. Среброволосый, по словам наставника, уже находился на втором облаке седьмой звезды, в его распоряжении были лучшие наставники, самая дорогая алхимия для развития, он никогда ни в чём не нуждался и имел всё необходимое для возвышения, столичный парень стал самым сильным противником для юного Стайтрила на этом турнире. Его по праву можно было считать одним из сильнейших людей провинции в этом возрасте!

И при всём при этом, он ничего не мог сделать с Маллом, который до сих пор лишь уровнял их скорости. А ведь он ещё ни разу за всё сражение не использовал Незримое Касание и не применял стихию молнии для атаки. С самого начала он пытался заставить соперника показать свои козыри, увидеть максимальную скорость, все техники, что он использует в бою. И всё это лишь для того, чтобы, наконец, раскрыв собственные умения, быть уверенным, что Тайсо не уйдёт из-под атаки! Но время шло, юноша раз за разом умудрялся подловить Харвола, однако, тот так и не показал ничего нового.

«Пора заканчивать». — простая фраза учителя внезапно достигла его сознания, когда противники в очередной раз разорвали дистанцию.

Отвечать он не стал, просто не был уверен, что сможет сделать это не теряя контроля над сражением. Но ни капли не сомневался — Мастер Кельмион и так знает, что думает его ученик. Поэтому лишь кивнул в своих мыслях. Он и сам прекрасно это понимал. Ведь одним из моментов, которые они обговаривали с Арлеей Райтог, была необходимость не просто победить, но ещё и продемонстрировать, что новый глава клана Паунфир владенеет мощными техниками сё. И лучше это было сделать, когда противник находится на пике сил.

В очередной раз уклонившись от прозрачных снарядов, которые тем не менее оставляли вполне заметный след в воздухе, он резко направил в сторону среброволосого Жажду Крови, использую всё, чему его научил наставник в этой довольно простой технике, которую знали и применяли почти все мастера боевых искусств.

Но даже с советами слайма, Маллору было ещё очень далеко до нормального овладения ей, поэтому его усилий хватило лишь для того, чтобы Тайсо на секунду замер, парализованный ментальной атакой. Но и этого было достаточно, для уверенного захвата противника. Вот только он не собирался выдавать на всеобщее обозрение тот факт, что Незримое Касание действительно невидимая техника и использовав наставления учителя изменил циркуляцию сё ещё на стадии формирования энергетических конечностей. Из-за чего от его тела в сторону противника устремились слегка светящиеся жёлтым щупальца, которые в мгновение достигли цели и, с трудом преодолевая сопротивление сё противника, подняли его в воздух.

Энергия, текущая в теле Харвола, была гораздо сильнее и стремилась разрушить чужую технику. Но юноше облегчало задачу то, что противник был дезориентирован и пары мгновение ему хватило, чтобы поднять его в воздух на несколько метров и приложить об камень площадки. В общем, будь его воля и Тайсо бы уже не поднялся.

Однако, пока было рано.

С того самого момента, как ученик снял маску и представился, над трибунами поднялся такой гвалт, словно вокруг сидели не представители элиты провинции, а дешёвые торгаши на базарной площади. Но предположить такую реакцию заранее было совсем не сложно, поэтому, он даже не счёл необходимым прислушиваться к возбуждённым голосам, сосредоточив своё внимание на главном сражении подопечного.

«Хотя, нет». — вдруг подумал слайм. — «Свой самый главный бой он выиграл уже давно».

По мнению перерожденца, это произошло ещё в тот момент жизни, когда маленький мальчик не сдался под гнётом суровой действительности и продолжил бороться не смотря ни на что.

«А сейчас? Этот Тайсо просто ступень на пути Малла к возвышению…»

Он продолжал наблюдать за боем, а в разуме его продолжали сменять друг друга мысли, которым он всё никак не хотел давать свободы. И одной из них было понимание, что месть — это дело, конечно же, крайне важное, но и без неё ему есть ради чего встречать рассвет.

С самого своего пробуждения в новом теле у него уже была семья, которой он был лишён всю прошлую жизнь. Большая, шумная и требующая защиты. У него появился личный ученик, в которого он мог смотреть, словно в зеркало своего прошлого. И передавать знания, те самые, каких не хватало в том же возрасте ему самому. Оставалось лишь найти ту самую, единственную и неповторимую, что скрасит его вечера, да, создать собственный клан. Чтобы чаша была полна.

«Неплохие планы на жизнь. Ага, только, если будучи в прошлой жизни одним из сильнейших мастеров боевых искусств, он так и не смог приблизиться к чему-то подобному то, как он их осуществит в теле маленького слизня?» — за такими размышлениями, Кель лишь краем сознания заметил тот момент, когда Маллору, пора было заканчивать бой и мысленно поторопил, чтобы не упустить правильный момент.

Правильно рассчитав свои действия, ученик поднял противника в воздух и резко швырнул вниз. Уже на полпути техника Незримого касания развеялась, будучи разрушенной более плотной и сильной сё Тайсо. Среброволосый парень, чьё тело было укреплено внутренней энергией, эту атаку вполне пережил и даже более того — всего через пару мгновений вскочил на ноги и даже успел принять боевую стойку, готовясь судя по всему запустить своими воздушными снарядами! Но ученик не стоял без дела, пока его противник вставал, он успел собрать в руках достаточно стихийной энергии и когда тот уже был готов к атаке — вытянул их перед собой сведёнными вместе и раскрыв ладони направил в соперника поток молнии!

Полыхнула вспышка! Раздался сухой раскат грома! И тишина. Лишь звук от упавшего навзничь юноши едва смог её разорвать.

Впрочем, Кель тут же проверил и убедился, что парень был жив.

Как вдруг, тысячи криков разорвали воздух — первый из чемпионов Ежегодного Турнира определился.

Слайм мысленно вздохнул. Впереди предстояло ещё много дел, но пока:

«Парень, я горжусь тобой!» — ментальный голос был искренним, а разум полон надежд на будущее.

Конец первого тома.