— Уф, встретились наконец-то. Как хочется Нового года в твоём переулке, а не в высотке, поднадоела она. Котов пусть один сидит. И то он без отца остался, тот всё ещё живёт на Альтернативной среди французов и кайфует.

Под сапожками больше не хрустело. Родион учтиво помог подруге снять шубу. Они чётко осознавали, что приходятся друг другу просто друзьями (простите за тавтологию). Ни разу с Еленой не целовался. Но всё равно, почему бы не встретить Новый год наедине? Снежок порхает, кружится…

— Мандарины, торт, всё в твоём распоряжении. Шампанского не будет, сама знаешь, я абстинент.

— Торт? С шоколадным быком? Сам готовил?

— Знаешь же, нет у меня прислуги. Батька у себя дома пусть развлекается и щиплет домработницу за мягкое место. Что я несу. Меня не касается.

— А у бычка глаза ореховые? А снег из чего? Похоже, ты распотрошил «Рафаэлло».

— В самом деле, не буду же я его делать из тех бычков, которые окурки. Кстати, я не рассказывал, как в моём школьном сочинении Снегурочка прыгала через костёр? «Прыгнула, растаяла и упала в костёр. А девочки её ищут». То есть, получается, искали в костре, руками шарили. Весь класс ржал.

Куда сбежал новогодний дух? Родион схватил с праздничного стола бумаги. Словно забыл предыдущий диалог, за исключением первой реплики.

— Отец твоего Котова сейчас Новый год не встречает, на Альтернативной до него далеко на все сто. Анахроничность на полную катушку. Я всё вычислил, можешь не сомневаться. У Альтернативных сегодня 3-е августа 1902-го, по старому стилю 21-е июля. Следующее Рождество они отметят, если по-нашему календарю, 12-го июня 21-го. Что морщишься?

— Хоть сегодня можно без науки? Праздник же. Хочу послушать обращение Сидорина к народу. Просто из интереса. Он чем-нибудь отличается от тех двоих?

Мороз крепчал. Совсем скоро началось новогоднее обращение. Внешний облик бывшего опера Юрия Валерьевича Сидорина, тщательно скрытого Русского Терминатора, содержал оттенок брутальности.

Елена вытянула шею. Родион на всякий случай натянул дырчатые очки.

— Уходящий год выдался нелёгким. Китайцы устроили нам ошеломительное маски-шоу, а сами сидят в своём Пекине с пекинесами и хихикают. Можно долго гадать, кто во всём виноват, но не будем о грустном. Точно так же не буду распространяться о бацилле белорусской оппозиции и о выдуманном Западом отравлении чёрт знает кого ядом с откровенно глупым названием. Моя былая милицейская и полицейская карьера знала множество драматичных случаев, все они были во много раз правдоподобнее. Спасибо сознательному русскому народу за то, что выбрал меня. Страшно представить развитие событий, в случае если бы на выборах победил другой полицейский, по фамилии Гнездилов. Но благодаря вашему выбору страна движется к светлому, прекрасному, идеальному будущему. Желаю вам добра и радости на сто лет. С наступающим вас, с Новым 2021-м годом.

Добрый дедушка с подарками пока был в пути. Несмотря на карантин, на второй кнопке шёл «Новогодний парад звёзд». Перед дружной парой зрителей возникли Иван Урген и Алла Махеева (почему не на Первом, ведомо только Эрнсту). Говорили они в унисон.

— Желаем вам всем в новом году таких же пушистых котиков, как причёска Сергиуса.

— Да ладно! — скривился Родион. — Вдруг если у кого-нибудь аллергия?

— Ни в коем случае не желаем вам таких же чёрных дней, как волосы Шишкиной.

— Спасибочки. За что они меня?

Шоумены с канала-конкурента приступили к тематическим песенкам. С пародиями на иностранных политиков в нынешний Новый год мы пролетели, но на «самих себя» наши два зрителя любовались не впервые.

Когда на экране появилась наряженная Еленой актриса, Родион закашлял.

— Это кто, ты? Такая страшная? Хорошо хоть молодой оставили.

— Я другого не ожидала.

Псевдо-Елена кружилась по сцене с ёлочкой. Песенка из уст расположившегося рядом хора вполне соответствовала.

— Когда это Арсенушка пил «беленькую»? Или просто собирательный образ.

— И в Москве ты не росла. Разве что в мечтах. Надо полагать, решили обойтись без неактуальных подробностей. Или из патриотизма.

На сцену вышел второй ряженый, с космической ракетой в руках.

— Бедный Арсен. Я ему сочувствую. Он эту дурь не видит.

Вторая песенка была бодрой и быстрой.

— А я не выжила? Обидно.

— Остальное можно не слушать. Приглушаем звук. Хочешь послушать наш ответ шоуменам?

— Кто же им ответил? — удивлялась Елена.

— Творчество тех… — Родион настороженно озирался и даже выглянул в окно. — …кто нашего Сидора не любит.

На лице Елены промелькнула слабая улыбка. Сплошные отфамильные прозвища. Сначала нашего с вами знаменитого Сергеевского прозвали «Сергиусом» и «Сержем», студента из ситкома звали «Кузей», один комедийный артист (в только что показанном шоу он отсутствовал) стал «Андрюшкой», а теперь до «Сидора» добрались. Разве что его сестре Юлии Валерьевне не досталось.

В руки Родиона лёг планшет.

— Если точнее, Юлии Сидориной как раз и досталось. От политики она отмежевалась, а братцу-президенту положение дел точно не понравится. В смысле, творчество.

В планшете тоже песня.

— Если Эдуард Хиль смотрит на нас с небес… не представляю его реакцию.

— Такая песня точно не для телевидения, — вздохнула Елена.

— Вторая тоже. Мало кто знает, что президент номер два явился из будущего. Юлия Валерьевна получила в подарок песню из новогоднего шоу 2101 года.

— Серьёзно? Они уже свои фитюльки передают?

— Невероятно, но на фоне всего остального вполне обычно. В канун 2101 года потомки готовят прогнозы, что будет в следующем веке. Контент в стиле ретро, для XXII века тем более.

— Это тебе, Лена, не звон часов. Это звук дубинок.

Лена прижала руку к горлу. Родион её ощущение понимал и разделял.

— Испортили нам новогоднее настроение. Как год встретишь, так его и проведёшь…