<p>Святослав Логинов</p> <p>Огурцы (Венок сонетов)</p>

1. Сажаю огурцы и патиссоны, Блестит на солнце жирная ботва. А сорняков преступная братва Включает счётчик пажити зелёной. Я с ними бьюсь до заморозков вплоть, Иначе не родится даже свёкла, Моя спина от напряженья взмокла; Копать не трудно, трудно их полоть. Я словно воплощенье гербицида Деру плетуху, хвощ и пикулу, Себе напоминаю я скалу И что устал, не подаю и виду. В моей душе горит небесный свет, Но огурцов на грядках нет и нет. 2. Но огурцов на грядках нет и нет. Хотя я им не пожалел навоза, Я укрывал их плёнкой от мороза И посвящал им каждый свой сонет. Как быстро зарастает огород Весь чернозём покрылся злым осотом Зачем он здесь? Мне огурцов охота Я огурцов не видел целый год. Я победил в сраженьи с сорняками, Цветёт и огурец и патиссон Ищу я плод. Но тщетно. Где же он? Что мне сорвать дрожащими руками? Опять на грядке только пустоцвет. И я шепчу: Помилуй, что за бред? 3. И я шепчу: Помилуй, что за бред? Я щедро подсыпал его золою И каждый день закатною порою Я с лейкой шёл, не ожидая бед. Я верил: он ответит на заботу, Его я перекрёстно опылял… Несчастный, я тогда ещё не знал, Что делаю никчемную работу. И вот уже пришла пора июля: Так где ж моя бахчёвая мечта? Увы, на грядках только пустота, Должно быть, патиссоны умыкнули. Мне не сдержать в груди больные стоны: Какая сволочь строит мне препоны? 4. Какая сволочь строит мне препоны? Кто подло огурцов меня лишил? Я не сдаюсь, но из последних сил Уничтожаю гусениц зелёных. Я с грядки обираю слизняка Ночами он грызёт зародыш малый. Чтоб у меня такого не бывало — Пусть будет твёрдой мстящая рука. Другие уезжают летом к морю, Но мне не нужен чуждый южный край. Я дома ожидаю урожай. Коль он погибнет, я умру от горя. О, огурец, мне быть или не быть? Опять моей судьбы порвалась нить. 5. Опять моей судьбы порвалась нить. Я не был счастлив ни тогда, ни прежде. Когда на корнишоны нет надежды — Какой мечтой их можно заменить? В пупырышках зелёный идеал Сколь нежно мне он сердце оцарапал! Я помещу его в растворы рапы. Чтоб через день он малосольным стал. Я присмотрел чесночную головку, Я лист черносмородинный собрал, Укроп взрастил и хрен нашинковал, За огурцом лишь только остановка. Нет огурцов, так распростись с мечтою! Должно быть, вовсе счастья я не стою. 6. Должно быть, вовсе счастья я не стою; Куда тебе, зануда городской, Возиться с огуречною грядой. Здесь не такие падали герои. Капризная культура огурец Не признаёт усилий дилетанта, Здесь мало вдохновенья и таланта Здесь нужен гений пламенных сердец! Пошто не довелось в селе родиться И с юных лет познать крестьянский труд? У деревенских огурцы растут, А городской на это не годится. Родившись под несчастною звездою, Рыдаю я над праздною грядою. 7. Рыдаю я над праздною грядою, Бессильно тяпка падает из рук. Но что же это я увидел вдруг: Вновь сорняки на свет выходят строем. Так, значит, под землёй мой огурец Корнями сорняков был атакован. Упорно я берусь за тяпку снова Ну, всё, мокрица, твой пришёл конец! Закончена тяжёлая прополка, И, кажется, что можно ликовать, Но всюду лезут сорняки опять, И понимаешь: было всё без толку. Кляну судьбу — зачем мне эта сныть? Дай огурцов, я буду их солить. 8. Дай огурцов, я буду их солить: Сказала мне супруга на рассвете, — Хиреют без солений наши дети, Глаза потухли и пропала прыть. В бреду им снится корнишон хрустящий И в остром маринаде патиссон. Где урожай твой? Кем похищен он? Отец ты детям или пёс смердящий? И я встаю, и направляюсь к грядке Прищипывать навершия плетей. Не для меня, а только для детей О, огурец, играть не надо в прятки! Но вновь надежды свет меня покинул: Спускается на сердце паутина. 9. Спускается на сердце паутина, Как будто сверхъестественный паук Меня ужалил чёрным ядом вдруг И алчно пеленает нитью длинной. Один лишь огурец, и я спасён! И словно орошён живой водою Я снова поднимусь на бой с судьбою, И огурец взращу, и патиссон! Но я напрасно роюсь в листьях мятых Я снова вижу только сорняки. Вот уж они-то на помин легки: Татарник, хвощ, пырей и клевер с мятой. Нет огурцов! Увы! Я так и знал! И пропадает трудовой запал. 10. И пропадает трудовой запал. И хочется кусать от злости локоть, Негодованье раздаётся, рокот И ярости встаёт косматый вал. Но что земле и боль, и стон, и крики, Хоть разорвись, но равнодушна впредь Земля под летним солнцем будет преть И спать зимой в спокойствии великом. Закончен август, дни промчались лета, И утром, собираясь в огород, Ты замираешь словно идиот И видишь: инеем земля одета. И понимаешь, что закончен бал, Поскольку утренников час настал. 11. Поскольку утренников час настал, И лес покрылся пламенным багрянцем, И дачник одиноким иностранцем Шагает за билетом на вокзал, То ты за ним вослед идти обязан, Закинув на плечо пустой рюкзак. Иди, наивный городской дурак, И горько плачь о жизни безобразной. Остался огурец мечтой пустой, Уже счернели от мороза листья, И ветер над грядой летит со свистом, Напоминая дальний волчий вой. Поверьте, очень грустная картина, Когда у огурца чернеет тина. 12. Когда у огурца чернеет тина, И опадает сморщенный цветок, Ты бросишься в отчаянья поток И разогнуть уже не сможешь спину. Я плети рву, как пораженья знамя, И где-то средь сплетения ботвы Я вижу мёрзлый огурец… Увы! Он весь изъеден мерзкими слизнями! Раздавлен я. Надежды больше нет. Уже не важно, в фарсе или в драме. Читатель, я расстаться должен с вами. Опущен занавес, погашен свет. Я потерял свой драгоценный плод. Закономерен горестный исход. 13. Закономерен горестный исход: Солений нету, нету маринада, Без них и самой жизни мне не надо; Жить не достоин бездарь и урод. Осталось спрятать заступ и лопату, Снести на кучу выдранную плеть, Осталось тапки белые надеть И лечь ногами в сторону заката. Но прежде скрыть следы своих трудов. Чтоб обо мне намёка не осталось. Все гряды срыть — скажи какая малость! Уж этот долг я выполнить готов. Я утираю безнадёжно пот Так проклят будь, бесплодный огород! 14. Так проклят будь, бесплодный огород! Я на тебе свои оставил силы, В любой гряде моих надежд могилы, В компостной яме смерть меня найдёт. Слетаются крикливые вороны Как будто к полю битвы в старину. Я проиграл великую войну — Нет огурцов, и в жизни нет резона! Но я встаю, как будто всё в порядке, И начинаю заново копать. Так знай, судьба, тебе меня не взять! Придёт весна, и я копаю грядки. И пусть кружат над головой вороны, Сажаю огурцы и патиссоны. МАГИСТРАЛ Сажаю огурцы и патиссоны, Но огурцов на грядках нет и нет. И я шепчу: Помилуй, что за бред? Какая сволочь строит мне препоны? Опять моей судьбы порвалась нить. Должно быть, вовсе счастья я не стою, Рыдаю я над праздною грядою: Дай огурцов, я буду их солить! Спускается на сердце паутина, И пропадает трудовой запал, Поскольку утренников час настал, Когда у огурца чернеет тина. Закономерен горестный исход: Так проклят будь бесплодный огород!