Сьюзен Стивенс Фейерверк желаний

<emphasis>Глава 1</emphasis>

Вечеринки утомляли Лукаса. Он не хотел идти на сегодняшнее мероприятие, но его ждали гости. Послы, знаменитости и члены королевской семьи жаждали увидеть главу компании Лукаса да Силва и пировать за его столом.

Он решил подняться в бальный зал на частном лифте. Ему надо проверить, как подготовила торжество фирма «Планировщики вечеринок», которую он нанял для проведения мероприятия. Эти планировщики считались лучшими в своем деле, иначе он не подписал бы с ними контракт. Когда директор фирмы, леди Сара, заболела, младшая сестра лучшего друга да Силва, Ниала, в последнюю минуту взялась за проведение его банкета в Барселоне. И самое главное — да Силва заверили, что Стейси теперь лучший организатор вечеринок.

Прошло пять лет с тех пор, как да Силва в последний раз видел сестру Ниала на организованной вечеринке, где она совсем не поразила его самоуверенностью. Справедливости ради стоит сказать, она только начала работать в фирме и могла измениться за пять лет. Тогда она носилась по залу, пытаясь помочь гостям, расплескивая напитки налево и направо, и походила на Стейси, которую он хорошо знал. Он запомнил ее совсем юной девушкой, с которой познакомился, когда Ниал пригласил его домой после университета, чтобы показать семейный конезавод. Ниал, Стейси и да Силва обожали лошадей. Когда да Силва увидел породистых лошадей, которых разводил их отец, он решил однажды стать коннозаводчиком. И ему посчастливилось стать одним из ведущих владельцев скаковых лошадей и поло-пони в мире.

Его мысли вернулись к Стейси. Ему стало любопытно, изменилась ли она. Стейси всегда пыталась всем помочь, поэтому он не удивился, узнав, что она тяготеет к индустрии гостеприимства. Оставалось надеяться, что она счастлива. Дома ей было несладко, потому что отец и мачеха обращались с ней как с прислугой. Как бы Стейси ни старалась им угодить, ее постоянно упрекали. Ее даже обвиняли в смерти собственной матери, которая умерла при родах.

Ниал говорил, что, как только Стейси стала совершеннолетней, она ушла из дому. Она заботилась о людях и радовала их, надеясь, что однажды кто-нибудь оценит ее так, как не оценил отец.

Да Силва повел плечами, когда лифт начал спускаться из его пентхауса. Судя по всему, за прошедшие пять лет Стейси преуспела в карьере. А как складывается ее личная жизнь? Он не желал на этом зацикливаться. Она была такой свежей и невинной, что ему не хотелось представлять ее с мужчинами. Он улыбнулся, вспомнив ее юношескую любовь к нему. Ему было трудно забыть тот поцелуй в конюшне, когда Стейси обхватила его шею руками и прижалась губами к его рту. Он помнил, как ее мягкие груди коснулись его мускулистой груди. Вспоминая об этом, он возбудился. И одернул себя. Стейси Виннер для него под запретом: она была слишком юной и неопытной.

Ради Стейси он приезжал на ферму и конезавод ее отца, хотя продолжал твердить себе, что ездит туда, чтобы посмотреть на лошадей, которых он однажды купит, когда заработает достаточно денег. Стейси продолжала бросать ему вызов, и он его принимал. Она воодушевляла его и поддерживала, когда горе, угрожающее сокрушить его, стало невыносимым. Он никогда не делился своими чувствами ни с ней, ни с кем-то еще. Никто не подозревал, какая борьба идет в душе Лукаса, кроме, может быть, Ниала, но Ниал был его лучшим другом, а вот Стейси просто любила его мучить.

Теперь у него куча денег, и он может купить любых лошадей, которые ему понравятся. Технологическая компания, которую Лукас основал, чтобы погасить долги своих родителей, становилась все мощнее и успешнее. Он богател.

Решив поддержать своих братьев и сестру, когда их родители погибли в результате трагического несчастного случая, а банк начал взыскивать их долги, Лукас взял свой старенький компьютер и разработал программу для отслеживания родословных лошадей по всему миру. Потом были созданы еще несколько программ, и «Да Силва инкорпорейтид» стал открывать офисы в крупных столицах по всему миру. Однако его первой любовью оставались лошади и дикие предгорья Сьерра-Невады, где животные процветали на воле.

Лифт остановился, и стальная дверь с глухим шипением открылась. Лукас вышел на этаже, где располагался бальный зал. Он отлично понимал, какой интерес вызывает у людей его компания. Благодаря его техническому таланту и быстрому успеху он стал владельцем крупной недвижимости, включая этот отель. Но это была не его естественная среда обитания. Глядя на сверкающую сцену за большими двойными дверями, ведущими в бальный зал, он захотел улизнуть куда-нибудь, но этот щедрый банкет — возможность поблагодарить своих сотрудников и собрать деньги для благотворительных организаций. Пусть ему неуютно в сшитом на заказ костюме, рубашке с жестким белым воротником и черном галстуке, который его душит, он сделает все, чтобы сегодняшняя вечеринка удалась. Слегка потянув узел галстука-бабочки, он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и с удовольствием покрутил шеей.

Осматривая шумное пространство, он старался найти Стейси. Сильно ли она изменилась за пять лет? Он надеялся, что она довольна жизнью. И безусловно, успешна. Но как она поведет себя при встрече с ним? Будет ли сдержанной или в ее глазах опять запляшут бесенята? В глубине души он надеялся на последнее, хотя его гости заслужили спокойный вечер без драм.

Он разглядывал бальный зал, двигаясь, как волк, в поисках добычи. И ловил на себе любопытствующие взгляды. Некоторые женщины невольно пятились, словно чувствуя опасность, а некоторые строили ему глазки. Ему на них наплевать. У него только одна цель в жизни — очистить свой разум от ужаса после смерти родителей и заботиться о братьях и сестре. У него нет времени для романтики. Бизнес принес ему несметное богатство, хотя лошади остаются любовью всей его жизни. Череда громких и ничего не значащих романов позволяла ему ненадолго отвлекаться от дел.

Проходя мимо бара, он вспомнил, когда в последний раз виделся со Стейси. Она случайно опрокинула бокал с вином на его подружку, и Лукасу пришлось покупать той новое платье от-кутюр. Стейси любезно предложила почистить платье, но его подружка, естественно, на это не согласилась. Она сочла инцидент хорошим шансом раскрутить Лукаса на деньги, и для него это стало тревожным звоночком. На следующее утро он попросил свою секретаршу отправить той женщине дорогое ювелирное украшение и новое, более дорогое платье.

Интересно, почему судьба решила снова свести его со Стейси?

А разве он этого не хотел? Он жаждал снова стать жертвой ее мелких пакостей, которые она устраивала ему на конезаводе.

Деньги ничего для нее не значили. Она доказала это в тот день, когда он купил ее любимую поло-пони. Когда отец Стейси предложил ему перспективного жеребенка, Лукас не знал, что это животное так много значит для нее. Когда приехал фургон для перевозки лошади в Испанию, Лукас предложил Стейси те же деньги, которые он заплатил ее отцу, чтобы она не плакала. Она только сильнее на него разозлилась и стала швырять в него все, что попадалось ей под руки. И тогда он заявил, что этих денег хватит на оплату ее обучения в университете.

— Я ненавижу тебя! — орала она. — Ты не умеешь любить! Тебя интересуют только деньги!

Лукас обиделся, потому что любить умел. Боль от потери родителей никогда не покидала его, хотя он редко размышлял об этом.

— Если ты сделаешь Людо больно, я тебя убью! — поклялась она.

Глядя в обиженные зеленые глаза Стейси, он понял, что испытывает человек, теряющий любимое существо.

— Вы довольны, сеньор да Силва?

Он обернулся и увидел менеджера отеля.

— Если вам что-то не нравится, сеньор да Силва, — говоря, менеджер сжимал пальцы, — мой персонал быстро все исправит, хотя следует сказать, что организаторы вечеринки превзошли сами себя. Я не помню, чтобы здесь проводили такое грандиозное мероприятие без сучка без задоринки.

— Благодарю, сеньор, — вежливо ответил Лукас. — Я разделяю ваше мнение. — Поскольку Стейси нигде не было видно, он спросил: — А где менеджер мероприятия?

— Ах да, сеньор! Сеньорита Виннер сейчас на кухне, она проверяет последние детали.

Менеджер вздохнул с облегчением, и Лукас ободряюще похлопал его по руке.

— Вы и ваши сотрудники, как всегда, на высоте, и я не сомневаюсь, вы поможете организаторам вечеринки во всем.

От мысли о том, что Стейси не ищет его, Лукас стиснул зубы. Менеджер отеля ушел.

Странно. Лукас не задумывался о местонахождении или благополучии Стейси последние пять лет, а сейчас ведет себя так, словно ждет, что она будет танцевать с ним.

Честно говоря, да. Потому работа с «Да Силва инкорпорейтид» — некий знак качества и гарантия будущего успеха. Стейси следует благодарить его, а не избегать.

Хотя она всегда была себе на уме. И он не мог предсказать, что она сделает в следующую минуту. Ему хотелось, чтобы Стейси оставалась необузданным подростком, который мог сначала взбесить его, а потом утешить. Он не сомневался, что с ней не сравнится ни одна женщина.

Дикая, красивая и уязвимая Стейси…

Он не смог быть с ней именно из-за ее уязвимости. Хотя Лукас не святой. Он — жесткий и расчетливый бизнесмен, который заботится только о своих братьях и сестре, сотрудниках и благотворительных организациях, которые он поддерживает. А на все остальное он просто не хочет тратить время.

К тому времени, когда Лукас добрался до кухни, он убедил себя, что будет лучше, если он не увидится со Стейси. Ему не удастся просто поболтать с сестрой своего друга, не испытывая к ней желания. Поэтому он решил рассмотреть павильон зимней страны чудес, который Стейси создала в бальном зале. Пирамида из бокалов с шампанским доходила до мезонина. Резчики льда наносили последние штрихи на скульптуры лошадей и всадников в натуральную величину; в противоположном углу располагался ледяной бар, который идеально подходил настроению Лукаса: там официанты ловко готовили коктейли, жонглируя бутылками. Обернувшись, он посмотрел на круглый танцпол, вокруг которого накрыли столы для пышного банкета. Лучшие повара мира готовили для его гостей и боролись за эту честь. Тяжелые хрустальные бокалы стояли на белоснежных льняных скатертях, ожидая, когда их наполнят марочными винами и шампанским; множество свечей освещало сцену. Цветовая зелено-белая гамма в интерьере была совершенной. Цветочные композиции были одновременно экстравагантными и стильными. Официанты уже собрались в зале, оркестранты настраивали инструменты. Бальный зал наполнило возбужденное напряжение.

Все было готово к началу. Стейси очень нравился этот момент. Она по-прежнему была в джинсах и футболке, готовая, если понадобится, помочь с организацией банкета, но хотела принять душ, одеться элегантно и увидеть волнение гостей, когда они впервые осмотрят зал, и почувствовать напряжение искусных поваров и услужливого персонала. Ожидание всегда вызывало у нее дрожь предвкушения. Сегодня Стейси волновалась еще сильнее, ожидая встречи с Лукасом. Она не могла дождаться момента, чтобы проявить себя и показать, как хорошо работает ее команда. Стейси хотела, чтобы Лукас знал: она заработала денег и занимается любимым делом.

Встреча лицом к лицу с человеком, из-за которого она в юности провела так много бессонных ночей, будет наверняка нелегкой. Она отслеживала жизнь Лукаса через Ниала и прессу. Лукас часто появлялся на людях то с принцессой, то со знаменитостью, которые всегда выглядели великолепно, но скучно. Интересно, сегодня он будет один?

Ей была неприятна эта мысль.

Но она должна смириться.

Лукас не принадлежит ей и никогда не принадлежал. Он — друг ее брата, и он ей не пара. Стейси всегда довольствовалась малым, а Лукас предпочитал роскошь.

Казалось, нет такого человека, который не слышал бы о Лукасе да Силва и не задавался вопросом, как он выглядит. Его мастерство в бизнесе было общеизвестно, так же как его сверхъестественные успехи в поло и умение приводить к победе скаковых лошадей.

Интересно, сумеет ли Стейси противостоять ему как прежде?

Опрокинет ли она напиток на его подружку?

У нее начали сдавать нервы.

Стейси одернула себя. Она обязана доказать Лукасу только одно: она и ее команда — лучшие организаторы вечеринок.

Заметив Лукаса да Силва, она затаила дыхание. По крайней мере, он без подружки. Пока. Ни одна фотография не могла сполна показать его привлекательность. Он стал еще выше ростом и шире в плечах. В манжетах его рубашки сверкали черные бриллианты; он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и ослабил узел галстука-бабочки. Сложенный, как гладиатор, способный поднять быка, он источал опасное очарование, которое замечала любая женщина. Стейси подумала, что Лукас, вероятно, до сих пор считает ее назойливой младшей сестрой своего друга.

Она увидела, как он снисходительно и сдержанно поглядывает вокруг. Жизнь с непревзойденной роскошью и привилегиями тяготила его, но он был вынужден вращаться в кругу богатых и знаменитых.

Да, Лукас прекрасно выглядит, но Стейси должна работать. Она встретится с ним на этом мероприятии и выслушает любую критику, а потом немедленно примет меры. Надо обеспечить своей фирме очередной выгодный контракт. О ежегодной вечеринке «Да Силва инкорпорейтид» напишут в прессе. Стейси не имеет права подвести заболевшую леди Сару.

Когда персонал разошелся по местам, у Стейси появилось время подумать о человеке, за которым она следила в бальном зале. Надо забыть об инциденте пятилетней давности, когда она была всего лишь стажером и опрокинула бокал на подружку Лукаса. Но как забыть тот поцелуй на конюшне, когда подростковая влюбленность затмила ей разум? Ей казалось, если бы у нее появился шанс остаться с Лукасом наедине, она снова поцеловала бы его. А что тут удивительного? Она — женщина, и у нее сексуальные потребности, как у всех.

Отмахнувшись от размышлений, она решила проверить, достаточно ли шампанского охлаждается в ведерках со льдом. Работая, все равно думала о Лукасе. Он был там в тот день, когда она решила уйти из дома, и сильно повлиял на это ее решение. Тогда она испытывала к нему совсем другие чувства и при воспоминании об этом сейчас поджала губы. Лукас нашел ее в конюшне, где она прощалась с жеребенком, за которым ухаживала. Ее сердце едва не выскочило из груди, когда она обернулась и увидела Лукаса. Она надеялась, он пришел сказать ей, что передумал и она может оставить Людо. Но вместо этого он предложил ей деньги. Обиднее всего было то, что он, оказывается, так плохо знал ее.

Он считал, будто холодные деньги заменят ей любимое животное. Отец обещал, что никогда не продаст Людо, но не сдержал обещание.

Позже она узнала: Лукас не догадывался о том, что Людо — ее жеребенок, но отец продал его, даже не сказав ей об этом. Это стало последней каплей. У Стейси больше не было причин оставаться на ферме и конезаводе. Ей надо было учиться и получать специальность. Карьера была единственным путем к ее независимости.

По правде говоря, Лукас не виноват в ее решении покинуть дом. На самом деле она должна благодарить его. Сейчас у нее отличная работа и замечательные сотрудники.

«Какой контраст по сравнению с жизнью на отцовской ферме», — подумала она. Те, кто организовывал вечеринки, всегда поддерживали друг друга и работали одной командой. Любые проблемы решались сообща. Стейси была счастлива здесь, среди друзей. Отец никогда не любил ее, а мачеха любила Стейси еще меньше. После продажи Людо у нее не осталось причин не покидать тихую ферму. Это была возможность испытать себя в большом городе, и теперь Стейси — успешная женщина, которой пора приниматься за дело. Она поспешила обратно в бальный зал. Она сделает все возможное, чтобы порадовать Лукаса сегодня вечером и поднять престиж фирмы, в которой она работает.

Она была на середине танцпола, когда член команды остановил ее и сказал, что гости обмениваются карточками на столах, чтобы сесть ближе к сеньору да Силва.

— Угу. — Стейси стиснула зубы. — Я с этим разберусь.

Они потратили несколько часов, составляя план рассадки гостей. На подобных мероприятиях необходимо соблюдать строгую иерархию, чтобы никого не обидеть. Она думала, Лукасу будет все равно, где он сидит.

К тому времени, когда она все уладила, Лукаса нигде не было видно. От волнения у нее скрутило живот. Она приказала себе сохранять самообладание при встрече с Лукасом и не забывать о том, что ее фирма должна заключить новый выгодный контракт.

<emphasis>Глава 2</emphasis>

Лукас злился, наблюдая за тем, как Стейси, не видя его в упор, ходит по бальному залу. Одетая небрежно, без макияжа, с зачесанными ото лба волосами, она все равно казалась ему прекрасной. Подготовка к любому мероприятию — дело напряженное, но это не оправдывает того, что она не ищет с ним встречи.

Но ведь она занята. Разве не так должен вести себя организатор вечеринки за час до прибытия гостей?

Он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. Впервые в его великолепной жизни то, что он хотел, и то, что мог получить, разделяла пропасть. Он пожал плечами и решил подойти к Стейси первым.

Наконец она вернулась в свою комнату, убедившись, что к вечеринке все готово. Лукас снова потряс ее до глубины души. В разлуке она постоянно думала о нем, а теперь он здесь, и она не может игнорировать его физическое присутствие. Хотя должна думать только о работе.

Закрыв глаза, она вздохнула. Ей надо позвонить. С тех пор как леди Сара возложила на нее ответственность за организацию вечеринки для «Да Силва инкорпорейтид», Стейси установила прекрасные рабочие отношения с ведущим персоналом компании Лукаса и хотела поблагодарить их. Ей предстояло проводить вечеринку для Лукаса в горах, но он об этом не знал. Его коллега тепло приветствовала ее, внимательно выслушала и заявила: не надо Лукасу напоминать о том, что Стейси отвечает за его большое ежегодное мероприятие в горах. Слова леди Сары было достаточно.

— Мы не держим это в секрете, — объяснила женщина. — Сеньор Лукас просто не любит сплетни, поэтому не стоит беспокоить его новостью о том, что леди Сара плохо себя чувствует, а вы будете ее подменять.

— Я так и думала, — призналась Стейси. — Не волнуйтесь. Я справлюсь с этим.

— Есть еще какие-нибудь проблемы?

— Нет, — ответила она, желая, чтобы это было правдой. Она могла притворяться перед другими людьми, но не перед собой. Возвращение Лукаса в ее мир изменило все.

Одежда, которую она выбрала, была достаточно стильной, чтобы Стейси вписалась в толпу изысканных гостей, но при этом сдержанной, чтобы не выделяться. Она купила кремовое шелковое платье на распродаже. Длиной до лодыжек, со скромным декольте и отложным воротником, платье напоминало деловой костюм. К нему Стейси надела нюдовые туфли-лодочки. Уложив непослушные рыжие локоны в простой пучок, она сунула миниатюрную рацию в сумочку, надела на шею бейджик на ленте, нанесла блеск на губы, подушилась и вышла из комнаты.

Стейси посмотрела на часы и вошла в лифт. Скоро все начнется. Ее сердце колотилось не только от волнения из-за предстоящей вечеринки. Что почувствует Лукас, встретившись с ней? Она усмехнулась. Скорее всего, он ничего не почувствует. Однако ее сердце продолжало колотиться как сумасшедшее.

Первая встреча Лукаса со Стейси прошла не так, как он ожидал. Он подошел к ней в бальном зале.

— Извини, Лукас, но мне сейчас не до тебя…

— Прошу прощения? — Он резко поднял подбородок от удивления. — Это все, чего я удостоюсь?

Стейси приготовилась уйти.

— После пяти долгих лет? — Она уставилась ему в глаза.

Он немного утешился тем, что ее красивые зеленые глаза потемнели, а дыхание участилось.

— Ты сбилась с ног? — сухо спросил он, и она резко глотнула воздуха.

Стейси сразу поняла, что он имеет в виду.

— Я совершенно спокойна, — заверила она его, подняв изящную бровь, словно говоря: «Не воображай, что при виде тебя все женщины сходят с ума». Потом профессионализм взял верх, и она вспомнила, что разговаривает с клиентом. — Не беспокойся о напитках, с ними все в порядке.

— Мне нужно беспокоиться о чем-нибудь еще? — спросил он, глядя в ее кристально чистые глаза.

Она затаила дыхание, потом выдохнула и уверенно ответила:

— Нет. Рада тебя видеть, Лукас, — прибавила она. — Ты хорошо выглядишь.

— А ты покраснела.

— Здесь жарко.

Он нахмурился:

— Кондиционеры не работают?

— Они работают, — отрезала она.

— Значит?…

— Я должна идти.

Он слабо улыбнулся:

— Не дай мне остановить тебя…

— Ты меня не остановишь, — заверила она его, напрягла плечи и торопливо ушла.

Один из сотрудников привлек ее внимание, и Стейси занялась решением очередного вопроса, оставив Лукаса в необычном положении: он просто наблюдал за ней. Ему хотелось большего. Намного большего. Этих скудных минут разговора оказалось недостаточно. А Стейси уже наговорилась с ним? Судя по ее взгляду, нет, но преданность работе явно перевесила личные желания. Лукас ужасно расстроился. Стейси ушла не оглядываясь. Он недоумевал.

Хотя со Стейси Виннер всегда было нелегко. Он признавал, что она выглядит потрясающе. Следя за тем, как она ходит по бальному залу, он старался не думать, как она стонет в его объятиях и просит продолжать. Ее аккуратно уложенные волосы все еще были влажными после душа, а макияж неброским, однако она переоделась из футболки и джинсов в элегантное кремовое шелковое платье длиной до лодыжек, которое выгодно подчеркивало ее пышную фигуру. Лукас увидел, как она остановилась, чтобы успокоить сотрудницу, обняв ее за плечи. Как только та вернулась к своим обязанностям, Лукас направился к Стейси. Нет никакой причины, почему она не может поговорить с ним сейчас.

Стейси пережила первую встречу с Лукасом. Она немного запыхалась и была сильно потрясена, но выжила. И обрадовалась тому, что ей даже удалось подтрунивать над ним, как в прежние времена на конезаводе, а также сохранить разумный баланс между личными и профессиональными делами. По крайней мере, она надеялась на это, смотря на Лукаса, который разговаривал с музыкантами. Наблюдать за ним с такого расстояния было довольно неудобно, а стоять к нему достаточно близко было мучением.

Он словно создавал вокруг себя силовое поле, угрожая засосать ее и лишить здравомыслия, чего Стейси не могла себе позволить сегодня вечером.

— Стейси…

— Лукас!

Он оказался у нее за спиной. Она отреагировала, как обычно: ее мозг превратился в кашу, а ноги приросли к полу. Стейси заставила себя сосредоточиться на работе.

— Двери в зал откроются через несколько минут! — радостно воскликнула она, когда он открыл рот, чтобы что-то сказать, и ускользнула.

Ругаясь себе под нос, Лукас решил поговорить со Стейси во что бы то ни стало.

Он слишком привык к тому, что женщины смотрят на него с вожделением и алчностью. Стейси была другой, и ему это было в новинку. Новизна — самое ценное, что может получить богатый человек.

Со Стейси ему будет нелегко. Он мрачно усмехнулся. Насколько он мог судить, в поведении Стейси не было ничего, кроме страсти к работе и решимости добиться успеха сегодня вечером.

Наблюдая, как она двигается по сверкающему бальному залу, словно гламурный механизм на колесах, он сжал зубы и поборол разочарование, а потом взял на себя роль хозяина вечеринки. Встреча со Стейси разбудила в нем чувства, о существовании которых он не подозревал. Вот она снова повернулась и посмотрела на него без намека на вожделение и алчность во взгляде, словно спрашивая: «Что скажешь о сказочной обстановке в зале? Наша команда хорошо потрудилась?»

Невыносимая женщина. Они не на ферме и не на конезаводе, и Стейси больше не подросток, подшучивающий над другом своего брата. Она забыла, что Лукас — клиент и именно он оплачивает счет? И вдруг ни с того ни с сего ее глаза озорно сверкнули как много лет назад. Покачав головой, он бросил на нее мрачный предупреждающий взгляд, но его раздражение исчезло.

Стейси одарила его улыбкой, настолько привлекательной, что Лукасу захотелось немедленно заняться с ней любовью. Но его время вышло. Великолепные двойные двери открылись, и его гости начали входить в зал. Приложив все силы, чтобы подавить желание к Стейси, он одернул себя и вспомнил, что эта женщина никогда его не боялась. Он может воображать о себе все, что ему вздумается, а Стейси будет только нахально улыбаться ему.

С тех пор как Ниал впервые привел Лукаса на конезавод, чтобы показать ему поло-пони, Стейси испытывала его на прочность. Предлагая ему покататься на их самой норовистой лошади, Стейси спрыгивала с забора, на котором сидела с равнодушным видом, и уходила, когда животное подчинялось Лукасу. Она была бесстрашной наездницей и часто пыталась превзойти его.

— Возможно все, — упрямо говорила она ему, въезжая за ним во двор. — Я обгоню тебя в следующий раз.

Она никогда не сдавалась и придумывала гениальные отговорки, чтобы он не покупал ее любимых поло-пони.

— Ты будешь к ним слишком требовательным, — говорила она, краснея, потому что лгала. — Ты сломаешь им волю.

По словам Стейси, рассматриваемые поло-пони были либо кривыми, либо хромыми и должны разочаровать Лукаса во всех отношениях. Об этом она заявляла с широко раскрытыми зелеными глазами и утверждала, что, как только ей выпадет шанс, она выпустит животных из конюшни в дикую природу, а Лукасу и Ниалу придется их ловить. Все, кроме Лукаса, удивились, когда она ушла из дома. Он подозревал, что ее отец обрадовался, а его новая жена не скрывала радости по этому поводу. Она никогда не любила Стейси. Возможно, только Лукас и Ниал оценили смелость Стейси, которая начала новую жизнь в большом городе, хотя до этого едва отъезжала от отцовской фермы на пять миль.

Она всегда любила трудности. Как и Лукас. Он наблюдал, как Стейси приветствует первых гостей. И прислонился спиной к стене, пока она провожала знаменитостей на их места. Она делала это с очарованием и изяществом, заставляя его высоких гостей выглядеть неуклюжими. Стейси Виннер была такой же интригующей, как норовистые поло-пони, на которых он любил кататься. Сегодня она невероятно хорошо выглядит. Лукас ценил природное очарование и простоту, которую Стейси довела до совершенства. По сравнению с ней все женщины в зале выглядели слишком ярко и вычурно. Им не удавалось привлечь внимание Лукаса, а вот Стейси с ее блестящими волосами и сдержанными манерами олицетворяла все, чего он хотел.

Но он обязан помнить: Стейси Виннер для него под запретом. Она — любимая младшая сестра Ниала, и Лукас не собирается рисковать своей дружбой с ним.

Словно почувствовав направление его мыслей, Стейси взглянула на Лукаса и тут же отвернулась. И покраснела. Неужели она неравнодушна к нему? Судя по всему, да, просто теперь она стала старше и научилась скрывать свои чувства.

Любопытно узнать, что произойдет, когда ее страсть вырвется наружу.

Пока он разглядывал Стейси, бальный зал заполнялся. Улыбки на лицах его гостей подтвердили то, что он уже знал. Организаторы вечеринки проделали большую работу. Он уставился в глаза Стейси с иронией и пожал плечами, словно говоря: «Молодец».

Ее лукавые глаза сверкнули: «Ты еще не все видел».

Разве нет? Платье облегает ее соблазнительное тело, а рыжие волосы уложены в пучок, но Лукасу не потребуется много времени, чтобы вытащить шпильки из волос, сжать их в кулаке и поцеловать ее в шею. Прическа привлекала внимание к ее высоким скулам, которых Лукас не замечал несколько лет назад. Многое изменилось за прошедшие пять лет. Он почувствовал ревность, думая о том, как какой-то мужчина прикасается к ней. И понял, что сглупил, потому что Стейси никогда не будет его женщиной.

Приказывая себе образумиться, он продолжал разглядывать ее. Именно тихая самоуверенность Стейси произвела на него наибольшее впечатление. Она стала стильной и обладала особым чувством юмора, которое ему нравилось.

Избегать тесного контакта со Стейси было необходимостью. Он мрачно усмехнулся. Не стоит устраивать вечеринку в горах, если он хочет, чтобы их отношения остались платоническими. Ведь он обычный мужчина, а не святой.

И в следующий момент Лукас в этом убедился. Он заметил, как пожилой посол коснулся костлявой рукой спины Стейси. Желание сбить посла с ног было непреодолимым, но нелепым. Но, несмотря на это, Лукас пошел в ее сторону.

К тому времени, как он достиг Стейси, она умело уклонилась от стареющего сатира и двинулась дальше. Но едва она выбралась из одной сложной ситуации, как столкнулась с другой — в виде печально известной кинозвезды. Примадонна уже доконала придирками младший персонал. Стейси взяла ответственность на себя, дав понять, что все желания этой женщины будут исполнены. Кинодива уже сидела на центральном месте, где все могли видеть и восхищаться ею, но на столе было что-то, что ее не устраивало. Любопытствуя, он подошел ближе.

— Уберите эту отвратительную зелень! — потребовала женщина. — Мои люди должны были сообщить, что у меня аллергия на листву. На мой стол можно ставить только белые розы.

Интересно, где Стейси раздобудет сейчас белые розы? Пока Лукас задавался этим вопросом, Стейси успокаивала женщину, давая тихие указания члену своей команды. Переполняясь решимостью держать все под контролем и оберегать других гостей, она действовала стремительно.

— Мы всегда к услугам ВИП-гостей, для нас честь их обслуживать, — заверила она звезду. — Я лично прослежу, чтобы эту досадную ошибку немедленно исправили. А пока, — она подозвала официанта, — принесите лучшее марочное шампанское для нашей гостьи. Не хотели бы вы познакомиться с принцем Альбертом из Виллебургасюр-Мер? — спросила она женщину.

«Браво, Стейси!» — подумал Лукас и увидел, как ее помощник торопливо входит в бальный зал с флористом. Стейси не только устроила привередливой гостье эксклюзивную фотосессию с принцем, но и попросила оркестр сыграть мелодию из последнего фильма кинодивы. А в это время в центре стола оригинальную цветочную композицию заменяли букетом из белых роз.

Лукас радовался успеху Стейси. А она, как и прежде, дерзко уставилась на него.

Стейси понимала, что без накладок в ее работе не обойтись. Решение проблем доставляло ей удовольствие. Ей нравилось находить выход из сложных ситуаций и радовать людей. И не только потому, что в зале был мужчина, при взгляде на которого она изнемогала от желания.

Лукас отлично выглядел в любой одежде, но особенно в обтягивающих бриджах для игры в поло… Лучше не думать о них, иначе она не справится с работой. У нее были дела поважнее, чем восхищение фигурой клиента.

В ее оправдание следовало сказать, что у Лукаса да Силва была шикарная задница.

<emphasis>Глава 3</emphasis>

Лукас решил, что на этот раз Стейси от него не сбежит. Он встал напротив нее.

— Сеньорита Виннер, я начинаю думать, что вы меня избегаете.

Она посмотрела на него широко раскрытыми глазами:

— А зачем мне это?

Ее тон был таким же категоричным и деловитым. Она развела руки в стороны:

— Прости. Я сегодня очень занята, но я надеюсь, ты всем доволен?

— Я доволен, — признался он. — Ты разобралась с самыми трудными гостями, не мешая другим наслаждаться.

Стейси пожала плечами:

— Я хочу, чтобы наслаждались все гости, но у каждого из них свои требования.

— Действительно, — согласился он, глядя ей в глаза.

Она осмотрела его, словно ожидая увидеть, как он насмехается над ней, но ничего этого не обнаружив, улыбнулась.

— В любом случае спасибо за комплимент. Я передам его своим помощникам. А теперь извини, мне надо еще кое-что проверить до начала банкета.

— Что именно? — спросил он.

— Я хочу убедиться, что больше никто не поменяется карточками рассадки гостей, чтобы сидеть ближе к тебе.

Он рассмеялся:

— Я так популярен?

— Ты в курсе этого. — Она одарила его загадочным взглядом.

— Но не у тебя, как я понимаю?

— Я не знаю, о чем ты говоришь, — сказала она, избегая его взгляда.

— Забудь об этом. — Он насмешливо взглянул на нее. — Но спасибо, что защитила меня.

— Всегда к твоим услугам, — заверила она его, собираясь быстро уйти.

— И где я сижу? — Он хотел задержать ее.

— Рядом со мной. — Она удивленно посмотрела на него. — Я думала, ты обрадуешься. Ты сегодня без подружки, и я пересадила принцессу на другое место. Я буду рядом с тобой, чтобы в любой момент выполнить твои поручения.

— Ты будешь у меня на побегушках? — с подозрением спросил он.

— Да. Как секретарша или ассистентка, — деловито сказала она.

— И ты не против этого?

— Нет, конечно. Я здесь, чтобы работать. Но если ты предпочитаешь сидеть рядом с кем-то другим…

— Нет, — ответил он так быстро, что удивил Стейси, и удивился сам. — Мне нравится план рассадки гостей.

— Тогда… — Она вопросительно посмотрела на него. — Я пойду работать.

— Конечно. — Он слегка склонил голову. — Не смею тебя отвлекать.

До начала банкета Стейси больше не видела Лукаса. Когда подали ужин, она села рядом с ним.

— Я шутила, когда говорила о том, что буду сидеть на банкете рядом с тобой, — объяснила она, когда официант элегантно положил ей на колени салфетку. — Мне придется все время отвлекаться. Но я не хотела, чтобы рядом с тобой пустовал стул.

— Это единственная причина, по которой ты села рядом со мной? — Он покосился на нее.

— Других причин нет, — сказала она, понимая, что должна затронуть тему болезни леди Сары.

— Сегодня ты произвела на меня впечатление.

— Ты имеешь в виду, наша команда произвела на тебя впечатление сегодня, — подсказала она.

— Я имею в виду тебя.

Голос Лукаса был тихим и хриплым. Он слишком долго смотрел на Стейси в упор.

Она воспользовалась моментом, чтобы спросить его:

— Значит, наша фирма получит следующий контракт?

Он нахмурился:

— Ты хочешь о чем-то мне сообщить?

Стейси поняла, что он обо всем знает. Лукас не стал бы таким успешным, если бы не собирал нужные ему сведения. Она догадалась, что он читал ее резюме и знает о ее успехах в фирме. А также в курсе того, что леди Сара больна.

— Леди Сара нездорова и попросила меня взять на себя ее обязанности, а также организовать для тебя следующую вечеринку. У тебя есть возражения?

— Возражения? — Лукас слегка опустил голову и одарил Стейси вопросительным взглядом.

— Команда старалась изо всех сил и с радостью сделает это снова.

— И я буду им благодарен, — сказал он.

— Но?

— Тебе нужны гарантии здесь и сейчас?

Прежде чем она успела ответить, член ее команды сделал осторожный жест, и Стейси встала из-за стола.

— Извини, мне надо отойти.

— Ты не попробуешь еду?

— Я доверяю твоим поварам.

— Как мило с твоей стороны, — сухо прокомментировал Лукас.

— Я доверяю тебе, — произнесла она и многозначительно коснулась его руки. И тут же об этом пожалела.

Ей показалось, будто она сунула пальцы в электрическую розетку. Ее пальцы на самом деле покалывало. Стейси следовало задаться вопросом, доверит ли ей Лукас организацию важного мероприятия в горах. А она думала только о том, что их прежняя связь сильна, как никогда, и ей не терпится снова над ним поиздеваться.

— Хочешь, я сообщу одной из звездочек радостную новость о том, что место рядом с тобой свободно? — спросила она.

— Не смей этого делать!

Стейси ушла, многообещающе улыбаясь. Лукасу показалось, что он снова вернулся на конезавод, где за каждый трюк Стейси он платил ей сторицей. Чувствуя возбуждение, он раздраженно ухмыльнулся.

Он все еще размышлял об этом, когда молодая женщина, которую он смутно помнил по игре в поло, подошла к свободному месту рядом с ним и заявила:

— Тебе одиноко?

— Мне? — Он встал, как требовали хорошие манеры, и подождал, пока женщина сядет, а потом представил ее красивому молодому дипломату рядом. — Я задумался, — объяснил он, проводя рукой по лбу. — И к сожалению, меня только что позвали. Прошу прощения. — Он окликнул официанта: — Шампанского для моих гостей.

Отойдя от стола, Лукас облегченно вздохнул. Ему хотелось расквитаться со Стейси за ее пакости, но он не мог выяснять с ней отношения прямо здесь. Пока он будет терпеть. Он пересек танцплощадку в поисках единственной женщины, с которой хотел потанцевать сегодня вечером. Их влечет друг к другу, и он не успокоится, пока страсть между ними не утихнет.

Лукаса за столом не было. Неужели Стейси обидела его и лишила фирму «Планировщики вечеринок» шанса на подписание следующего контракта? Она никогда не простит себя, если это так. Танцующих пар становилось все меньше, но пройдет еще много времени, прежде чем Стейси закончит работу. Она останется до тех пор, пока не уйдет последний сотрудник. Среди гостей всегда найдется тот, кто засидится подольше, не обращая внимания на то, что людям, которые так усердно устраивали вечеринку, тоже пора по домам. Хотя обслуживающий персонал и музыканты выглядели измотанными, никто из гостей не обращал на это внимания.

Но наконец зал начал пустеть. Стейси помогла привести в порядок кухню, потом стала заглядывать под столы в поисках забытых вещей. Даже на отлично организованных вечеринках гости забывали свои вещи.

Осмотрев пол под очередным столом, Стейси выползла из-под него и простонала, положив руки на поясницу.

— Тебе помочь?

Она так резко вздрогнула, услышав голос Лукаса, что чуть не упала.

— Ты в порядке? — спросил он, бросаясь вперед, чтобы поймать ее до того, как она упадет.

Отмахнувшись от его помощи, она сердито посмотрела на Лукаса.

— Я вижу, ничего не изменилось. Ты все та же Стейси, которая попадает в неприятности, — произнес он, когда она вскочила на ноги.

— Только когда ты рядом. Ты меня сглазил.

— Помочь тебе?

— Нет, спасибо. Просто отойди от меня на безопасное расстояние, и я буду в порядке.

— Как всегда, — заметил он. — Статус-кво должен быть сохранен. Стейси в порядке.

— У меня все нормально, — настаивала она усталым тоном.

— Ты так устала, что уже не хочешь вести себя как профессионал?

— Что-то в этом роде. — Она вздохнула.

Он рассмеялся. Вероятно, Стейси и правда устала, потому что при виде его улыбки ей расхотелось с ним пререкаться.

— Ты уже сделала достаточно, — твердо сказал он, когда она огляделась в поисках новых дел.

— Это моя обязанность.

— Твоя обязанность — танцевать со мной, — произнес Лукас, удивляя ее. — Если ты решишь игнорировать требование клиента, в этом случае мне придется отказаться от сотрудничества с вашей фирмой.

— Ты шутишь?

— Я? Ты готова рискнуть?

Если бы это случилось десять лет назад, она бы ляпнула ему какую-нибудь гадость. Сейчас, она была в этом уверена, в его глазах плясали искорки веселья.

— Ты обвинишь меня в некомпетентности, если я не буду танцевать с тобой? — спросила она совсем другим тоном.

Он повел широким плечом:

— По-моему, это справедливо.

— Ты считаешь справедливым все, о чем ты говоришь, — заметила она и улыбнулась. Лукасу удалось ее приободрить. — Ты самый невыносимый человек в мире.

«И самый сексуальный».

— Спасибо за предложение, но у меня прекрасная спокойная жизнь, и я намерена продолжать в том же духе.

— То есть ты живешь скучно? — Лукас провел пальцем по подбородку, покрытому щетиной, словно сейчас было утро и он только что встал с кровати.

— Не скучно, — возразила она, сбитая с толку ходом его мыслей. — Мне нравится постоянство.

Лукас втянул щеки, и его слегка насмешливый взгляд стал откровенно недоверчивым.

— Ты и минуты на месте не посидишь. По-твоему, это постоянство? — Он пожал плечами и повернулся вполоборота, словно хотел уйти.

Стейси чувствовала себя как преследуемая лань, получившая неожиданную отсрочку. Желая продлить общение с Лукасом, она призналась самой себе, что он ее напугал. Между ними всегда были отношения любовь-ненависть: любовь, когда они были с животными, о которых вместе заботились, и ненависть, когда Стейси видела, как Лукас добивается своего, особенно расположения женщин, и стискивала зубы от ревности. По сравнению с его утонченными подружками она чувствовала себя неуклюжей. Если она разденется, Лукас наверняка засмеет ее, как он делал раньше, когда она пыталась обогнать его во время скачек. Если бы они занимались сексом, она точно выставила бы себя дурой. Уехав из дома, чтобы учиться в колледже, она не встретила никого, кто походил бы на Лукаса, а те парни, с которыми она крутила романы, привили ей отвращение к сексу. Кто же знал, что не все мужчины часто принимают душ и обладают такими же сексуальными ступнями, как Лукас: она обнаружила это, когда вместе с ним и Ниалом плавала в реке. Лукас вряд ли захочет возиться с неопытной женщиной. Зачем ему это, когда его любовницы такие самоуверенные и знающие? А может, он научит Стейси сексуальным утехам? Размышляя об этом, она проследила за его взглядом.

— Персонал не должен так задерживаться, — сказал он, поворачиваясь к ней лицом. — Это касается и тебя. Я отправлю всех по домам.

— Даже меня? — дерзко спросила она.

— Нет. Ты останешься и будешь танцевать. Стой на месте и не двигайся, — предупредил он, отправляясь отдать приказ.

Стейси знала, что Лукас владеет этим отелем, а также еще несколькими. Отдав приказ, он вернулся к ней. Все, кроме одинокого гитариста, покинули бальный зал. Лукас объяснил, что музыкант спросил, может ли он остаться, так как ему надо дождаться утреннего рейса и нет смысла ложиться спать сейчас.

— Он сказал, что лучше поиграет любимые мелодии, чем проведет несколько часов в своей комнате, и я согласился. — Лукас пожал плечами. — Я разрешил ему оставаться столько времени, сколько хочет. Он никому не мешает. Особенно нам, — прибавил он с долгим проницательным взглядом.

«Нам?»

Ладно. Стейси забыла о том, как Лукас любит музыку. Обычно он включал музыку на конезаводе, и она помогала Стейси сбежать в другой мир, где не было грязных полов и немытой посуды.

— Ты всегда добиваешься своего? — спросила она, прикусив губу, чтобы не улыбаться.

— Всегда, — просто признался Лукас и рассмеялся.

Стейси тоже расхохоталась. В эти моменты они делились друг с другом всем, чего она могла желать: теплом, прошлым, которое не нуждалось в объяснении, и пониманием того, что они оба изменились, а их жизнь стала лучше.

— Итак, почему ты не в постели? — нахально спросила она, когда гитарист заиграл другую мелодию.

— Не знаю.

Он посмотрел на нее так, что она покраснела и вспомнила свой неуклюжий поцелуй пять лет назад. Интересно, оттолкнет ли ее Лукас сейчас, если она его поцелует?

— Почему ты здесь?

— Чтобы увидеться с тобой. — Он лукаво посмотрел на нее.

— Со мной? — Она немного нервно засмеялась. Ее всегда удивляло, почему она становится прежней, неуверенной в себе Стейси именно в эмоционально напряженные моменты.

— Почему ты удивляешься? Я хозяин вечеринки, которую ты организовала. Разве вам не устраивают разбор полетов?

— Не во время танца, — сказала она.

Он пожал плечами:

— Почему нет?

— Мы с тобой никогда не танцевали.

— Давай установим новую традицию.

Его глаза стали похожими на тлеющие угольки. Неужели он смеется над ней? Ну, не впервой. Они постоянно высмеивали друг друга, когда она была моложе.

— Я танцую с тобой? — с подозрением спросила она.

Кареглазый Лукас оглядел бальный зал:

— Разве тебя пригласил кто-то еще?

— Раньше меня никогда не приглашали танцевать. — Она сделала трагическую гримасу. — Я была маленьким и несчастным цветочком.

— Скорее чертополохом. Никто не хотел танцевать с тобой, потому что ты все время хмурилась. Мужчины предпочитают веселых партнерш.

— Я не хмурилась, — настаивала она. — Если бы я улыбалась, Ниал бы взбесился. Он никого ко мне не подпускал.

— Совершенно верно, — согласился Лукас, притворяясь строгим, хотя уголок его рта подрагивал. — Поэтому твой брат всегда с тобой танцевал. Я не вижу в этом ничего плохого.

Стейси закатила глаза:

— Ага. Любая девушка мечтает танцевать со своим братом, пока он осматривает комнату в поисках той, с кем ему действительно хочется танцевать.

— Итак, я приглашаю тебя на танец. — Лукас подошел к ней вплотную.

— Я уверена, что должна заниматься делами, а не танцевать.

— Да, — согласился Лукас. Его лукавые карие глаза улыбались ей. — И я планирую обсудить это во время танца.

<emphasis>Глава 4</emphasis>

Стейси старалась не слишком прижиматься к Лукасу во время танца. Если это вообще было возможно с таким здоровяком, как он.

Даже его губы были сексуальными и притягивали ее как магнит. От него исходили теплый и чистый запах тела и цитрусово-сандаловый аромат одеколона. Ей следовало искать под столами забытые вещи и проверить, чтобы все сотрудники ушли по домам, а потом отправиться в свою комнату и отдыхать. Но она танцует с Лукасом.

После отъезда из дома у нее появилось много друзей, но у каждого из них была своя жизнь. Жизнь после деревни в таком большом и многоликом городе, как Лондон, была нелегкой. Но Стейси добилась своего: она стала независимой и сделала карьеру. Однако ей пришлось заплатить определенную цену, отказавшись от любви и романтики. Было безопаснее не танцевать с Лукасом, но он напоминал ей о том хорошем, что было в ее прошлом. Поддразнивания, веселье и смех, забота о животных, которых они любили, породили взаимную близость, выходящую за рамки секса. Было время, когда она предпочитала, чтобы Лукас восхищался ее искусством верховой езды, а не грудью, и отчасти она хотела этого даже сейчас. В своих фантазиях она представляла, как Лукас ее обнимает, но это было небезопасно. Это походило на изощренную пытку, которая заставила Стейси хотеть большего.

К счастью, ей удалось образумиться.

— Итак, мы потанцевали, — заявила она так, словно ее тело не изнемогало от желания. — Мне пора спать.

— Нет, — решительно возразил он. — Ты не можешь уйти сейчас. Это невежливо по отношению к музыканту. Он решит, что нам не нравится его музыка.

Она взглянула на гитариста, который погрузился в свой мир:

— Думаешь, он заметит?

Лукас поджал губы, следя за ее взглядом.

— Я уверен, он заметит. Хочешь проверить?

— Нет, — призналась Стейси. Гитарист играл без остановки во время банкета.

— Ладно, — пробормотал Лукас, прижимая ее к себе.

Она млела от его интимного тона и легкого прикосновения рук. Страстная испанская музыка будоражила ее душу, заставляя Стейси расслабиться. Но, как это часто случалось, расслабляясь, Стейси думала о матери, которую потеряла, даже не узнав ее. И о тех долгих, одиноких ночах, полных неуверенности, когда она была ребенком и размышляла, что мать посоветовала бы ей сделать, чтобы угодить всем на следующий день.

— Ты плачешь. — Лукас поднял голову и удивленно уставился на нее. — Я тебя расстроил?

— Нет. Конечно нет. — Моргнув, она покачала головой и улыбнулась.

Он смахнул слезу с ее щеки и посмотрел на Стейси так, словно никогда раньше не видел.

— Наверное, тебе не нравится танцевать со мной, — предположил он, пытаясь ее развеселить.

— Вовсе нет, — быстро сказала она, сожалея о том, что ее губы дрожат. Она всегда держала свои потаенные чувства под контролем.

— Тогда в чем дело, Стейси?

Говоря с ней с сочувствием, Лукас только ухудшал ее положение. Теперь ей захотелось разреветься.

— Мне действительно пора спать, — произнесла она, стараясь выглядеть сердитой. — Я устала.

— Тебе надо танцевать, — возразил Лукас, крепче обнимая ее за талию. — Знаешь, как называется человек, который только работает и никогда не отдыхает?

— Трудоголик? — проворчала она.

Он хихикнул:

— Даже я иногда отдыхаю от работы.

Вероятно, он прав. Ощущения, которые она испытывала в его объятиях, сильно отличались от того, что она ожидала, поэтому ей захотелось продлить этот момент. Она словно ждала этого всю свою взрослую жизнь, но ей хотелось плакать.

— Прости, — сказала она. — Я расстроилась из-за мелодии.

— Дай волю чувствам, — предложил Лукас. — Я рад, что ты можешь сделать это со мной.

Должно быть, он отдал гитаристу невидимый приказ, потому что тот заиграл более веселую мелодию.

— Мне пора. — Стейси отстранилась от Лукаса, пока у нее еще хватало сил это сделать.

— Останься, — возразил Лукас и крепче прижал ее к себе.

Стейси прильнула к его груди, словно между ними никогда не было никаких конфликтов и разделяющей их пропасти.

Танцевать со Стейси оказалось сложнее, чем думал Лукас. Не потому, что она не умела танцевать, а потому, что интуитивно угадывала каждый его шаг и больше не была уязвимой девчонкой, превратившись в самостоятельную женщину. Стейси выглядела измотанной, когда закончила работу, но теперь на ее лице не было никаких признаков усталости. Во всяком случае, она не казалась утомленной, когда стала двигаться энергичнее. Если раньше Стейси плакала, то теперь к ней вернулась решимость. И страсть. Она хотела Лукаса и не боялась ему в этом признаваться.

Он с трудом сдерживал желание. Желание ощутить ее обнаженное тело, утонуть в запахе ее тела и уткнуться лицом ей в шею и густые шелковистые волосы было почти непреодолимым.

— Почему ты медлишь? — тихо спросила она.

— О чем ты?

— Почему не целуешь меня? — напрямик заявила она. — Я давно не маленькая девочка.

Он не ожидал такой бурной реакции. Вырвавшись из его рук, девушка сурово взглянула на него и отошла в сторону. Повернувшись к нему лицом, Стейси еще больше удивила его: она смотрела на него так, словно предлагала ему провести с ней ночь.

Лукас понял ее намеки. Стейси заметила это по выражению его лица. Именно таким был его взгляд, когда Лукас гонялся за мячом во время игры в поло или красовался на фотографиях после того, как заключал сделку на гигантскую сумму. Он выглядел как человек, выполняющий определенную миссию. Она хочет его. Но если они сойдутся, то это произойдет на ее условиях. Она так долго ждала этого момента. Если им предстоит провести вместе только одну ночь, это будет лучшая ночь в ее жизни. Ее тело горело и трепетало, а чувства обострились.

Войдя в пустой офис, которым она и ее команда пользовались во время банкета, Стейси оставила дверь открытой. Лукас вошел за ней следом, закрыл дверь и прислонился к ней с задумчивым выражением лица.

— Прошло много времени, — произнес он сладким и тягучим голосом. — И что теперь?

Она начала что-то говорить, но потом передумала. Не будет никаких объяснений, оправданий и сожалений. Напряжение в комнате нарастало. Они пристально смотрели друг другу в глаза. В тишине слышалось их дыхание. Оба чувствовали себя так, словно стоят на краю пропасти.

— Прошло много времени, — согласилась она и пошла в его сторону. — Слишком много, Лукас.

Его глаза сверкнули. Стейси больше не подросток и не смущенная стажерка, которая испортила платье его подружки. Она — женщина, а он — мужчина. В этом смысле они равны.

— Ты понимаешь, что делаешь? — спросил он, когда она встала на цыпочки и обняла его лицо руками.

— Отчасти да, а отчасти нет, — честно призналась она. — Со стороны может показаться, что я соблазняю тебя.

— Отчасти? — удивился он. — Чего же ты хочешь?

— Я хочу тебя, — ответила она так, будто ждала этого момента всю свою жизнь. — Только одна ночь.

Он насмешливо уставился на нее:

— Полчаса назад ты собиралась лечь спать.

— Я и сейчас собираюсь это сделать, — прошептала она.

Лукас хмыкнул, оглядывая офис:

— Но не здесь, конечно?

— Почему нет? — Она смутилась.

— Потому что я не вижу кровати, — сухо ответил он и коснулся губами ее рта.

— И что ты предлагаешь?

Лукас не ответил сразу. Намерение Стейси было очевидно. Если он согласится, будет только один результат. Он слишком долго сопротивлялся искушению и хотел секса, как человек, измученный жаждой в пустыне.

Не говоря ни слова, они направились в его пентхаус. Стейси шла впереди. Они подошли к частному лифту, и, как только двери открылись, Лукас зажал Стейси в угол и схватил рукой ее запястья. Подняв обе руки над ее головой, он прижал ее весом своего тела и начал целовать в губы.

Она замурлыкала, как котенок, а потом разомкнула губы, и Лукас стал целовать ее со всей страстью, которую подавлял долгие годы. Он видел, как эта женщина росла и выживала и в конечном итоге превратилась в соблазнительную красотку.

Стейси захныкала, когда он принялся поглаживать пальцами ее щеки, шею, плечи и грудь.

— Да… Поторопись, Лукас…

— Потерпи, — сказал он, когда лифт остановился.

И подхватил ее на руки, как только двери открылись. Стейси ликовала. А Лукас никогда не чувствовал себя более взволнованным, чем сейчас, когда покрывал поцелуями ее лицо и шею.

Он прижал большой палец к блоку распознавания на входе в пентхаус, и дверь распахнулась.

Стейси тихонько вскрикнула, когда он понес ее по коридору, отделанному сталью, стеклом и деревом.

Оказавшись в спальне, они принялись срывать одежду друг с друга, а потом быстро упали на кровать.

— Я хочу тебя, — выдохнула Стейси. — Быстрее.

Как только он опустился на нее, она обхватила его торс ногами. Лукас был единственным мужчиной, которого она по-настоящему хотела.

— Да! Пожалуйста! Сейчас же! — яростно приказала она и вонзила ноготки ему в плечи.

Как только он вошел в нее, она ахнула и затаила дыхание.

— Ты девственница? — Он нахмурился.

— Какая разница? — Она сильнее сжала пальцами его плечи. Ее переполняли эмоции, она упивалась близостью с Лукасом. — Почему ты спрашиваешь?

Он сурово посмотрел на нее:

— Ты уверена, что хочешь продолжать?

— Не говори глупостей, — в отчаянии возразила она. — Я хочу тебя.

Она удивленно вскрикнула, когда Лукас обхватил ее ягодицы своими большими руками и слегка приподнял ее бедра.

Он что-то говорил ей на своем родном языке, желая приободрить, а потом стал медленно погружаться в нее. Он точно знал, что делает, и постепенно Стейси расслабилась. Через какое-то время к ней вернулось желание, а страхи улетучились.

Лукас принялся ритмично двигаться, а она потерялась в криках ошеломленного восторга. Наслаждение пришло так внезапно, что Стейси оказалась к нему не готова.

— Ты долго этого ждала. — Лукас нежно целовал ее в губы, пока она медленно успокаивалась и подрагивала от удовлетворения.

— Возможно, — неуверенно согласилась она, — но я тебе в этом не признаюсь.

— Ты хочешь продолжения? — спросил он.

— Наверное. А ты?

— Я могу подождать. — Он нахмурился. — Слушай, а разве тебе не пора спокойно уснуть?

— Не дразни меня. — Она ударила его кулаком в плечо.

— Значит, ты решила отложить сон и уделить мне еще немного времени? — Лукас лукаво улыбнулся.

— Полагаю, это зависит от твоего умения, — выдохнула она с таким видом, будто занималась сексом каждый день.

Запрокинув голову, Лукас рассмеялся:

— Я опытный любовник. Хочешь, я это тебе докажу?

— А ты как думаешь?

— Сейчас? Я предпочитаю действовать, а не строить предположения.

Она чувствовала, как тепло струится по ее венам, и знала, что они с Лукасом могут просто лежать вместе в кровати, в совершенной гармонии, разговаривать и откровенничать друг с другом…

Но она не должна слишком увлекаться. В прошлый раз она пыталась предложить свою любовь, и ее отвергли.

— Расслабься, — тихо сказал он, глядя ей в глаза так, словно она была для него важнее всех на свете. Будто она стояла на вершине горы, и никто, кроме него, не мог спасти ее от падения.

Отстранившись, Лукас уставился вниз, словно принимая решение, потом стиснул зубы и взглянул на Стейси так, что она задрожала от желания.

Он медленно и глубоко вошел в нее, а она опять испытала шокирующие и чудесные ощущения и потеряла над собой контроль.

Ее удовольствие было недолгим, потому что на этот раз, когда ее крики утихли, Лукас сказал ей то, что быстро привело ее в чувство. Ей показалось, что он вылил ей на голову ведро ледяной воды.

— Жаль, что я не уделил тебе больше времени. — Он обеспокоенно посмотрел на нее.

Бездонная пропасть, которая разверзлась перед ней на этот раз, свела на нет удовольствие. Стейси снова останется одна. Конечно, у Лукаса очень напряженная жизнь. В порыве страсти она забыла, что им обоим надо работать и идти совершенно разными путями.

Заметив, как она приуныла, он сделал все возможное, чтобы успокоить ее.

— Как-нибудь увидимся? — Он поцеловал ее.

— Возможно, — ответила она, когда он отодвинулся от нее.

Сожаление было обоюдоострым. Что бы Стейси ни чувствовала сейчас или в будущем, сегодня она получила первый опыт. Лукас испытал с ней глубокое и сильное удовольствие, поэтому загрустил, понимая, что он не сможет предложить ей серьезные отношения.

Стейси сомневалась, что Лукас захочет переспать с ней снова. Он смотрел на нее с противоречивым сожалением и фактически выпроводил из своего пентхауса. Ей стало чертовски обидно. Никого и никогда она не хотела так, как хотела Лукаса. Но с фактами не поспоришь. «Как-нибудь увидимся?» — так говорят люди друг другу, когда не хотят назначать точную дату встречи. Стейси встретится с Лукасом в горах, когда будет организовывать для него вечеринку.

Если бы она была другим человеком, то напрямик спросила бы его: ты хочешь снова со мной увидеться? Но прежняя неуверенность остановила ее.

Отчего она решила, что Лукас захочет чего-то большего, чем секс по-быстрому? Он сбросил напряжение и теперь крепко уснет. Не надо льстить себе, что она сумеет кого-то надолго заинтересовать.

Ее жизнь вроде бы изменилась, но на самом деле все осталось по-прежнему. Она вдруг вспомнила лицо своего отца и мачехи, которые постоянно высмеивали ее попытки угодить им.

<emphasis>Глава 5</emphasis>

Входя в пустой лифт на рассвете после близости с Лукасом, Стейси с трудом сдерживала эмоции. Она оставила Лукаса буквально приклеенным к монитору компьютера, пока он отвечал на электронные письма со всего мира. Он сказал ей, что рано утром у него совещание, поэтому ей лучше уходить.

— О, ладно, — ответила она, понимая, что ожидала чего-то большего, чем небрежный поцелуй в щеку.

В отеле наступило особенное время, предшествующее утренней суете. Здание казалось пустым, но это была иллюзия, такая же обманчивая, как и вера Стейси в то, что Лукас должен что-то почувствовать к ней после того, как они провели вместе ночь. Она ни о чем не сожалела.

В мире не было другого мужчины, с которым она хотела бы пережить первый опыт, но Лукас едва взглянул ей вслед.

Когда лифт быстро поехал вниз, у Стейси сдавило горло. Стиснув зубы, она приказала себе успокоиться. Она должна это пережить, и она это сделает.

Когда она приедет в горы, организация вечеринки должна пройти без проблем, а это значит, что Стейси надо забыть о личных делах. Она — организатор вечеринки Лукаса, а он — ее клиент. И не важно, что между ними было.

Справедливости ради стоит сказать: Лукас даже не намекнул, что хочет увидеть ее снова. Стейси тоже об этом умолчала.

Они по очереди приняли душ, потом оделись…

На ее глазах выступили слезы, когда она меньше всего их ожидала. Стейси прижала кулаки к холодной стальной двери лифта и захотела забыть обо всем и начать жизнь заново. Зажмурившись, она задалась вопросом, почему, переспав с Лукасом, она жаждет продолжения.

После ухода Стейси пентхаус Лукаса казался пустым и напоминал обычный гостиничный номер. Надев спортивные штаны, он начал мерить шагами гостиную, оформленную в скандинавском стиле, с видом на Барселону. Удивительные достопримечательности его не радовали. Ему было наплевать даже на восходящее солнце. Он никогда не чувствовал себя так после того, как занимался любовью с женщиной. По правде говоря, он вообще никогда ничего после этого не чувствовал. Поддаваясь инстинкту, он должен был знать, что близость со Стейси перевернет его мир с ног на голову.

Что, черт побери, с ним происходит?!

Глядя в зеркало, он сгреб волосы рукой и, качая головой, зарычал, как злой волк. Его лицо покрывала черная щетина. Несмотря на ее успехи в карьере, Стейси по-прежнему была такой же мягкой и уязвимой, как и прежде, и страдала от прошлого. Лукас должен был понимать это лучше других. Но он никогда не чувствовал себя так раньше. Казалось, все, чего ему не хватало в жизни, пришло, но слишком быстро, поэтому вместо нежных мыслей его поглотила дикая, животная страсть.

Упершись кулаками в холодный гранит барной стойки, он опустил голову и стиснул зубы. Он слишком хорошо знал юную Стейси, чтобы не волноваться сейчас. Она использовала его для удовлетворения своей страсти, но он вряд ли был пассивным наблюдателем и никогда не испытывал такого удовольствия.

Когда они встретятся снова, он будет с ней сдержанным и отстраненным. Хотя это вряд ли спасет ее от другого холодного и бесчувственного мужчины. Отец Стейси достаточно над ней поиздевался, поэтому Лукасу лучше ее не терзать.

Интересно, что она к нему чувствует?

Они оба пострадали в прошлом от горя, поэтому имели право сомневаться во всем. Подняв голову, он улыбнулся.

Они могут измениться.

Он может измениться.

Сумеет ли он это сделать?

А главное, хочет ли он стать другим человеком?

Стейси с нетерпением ждала пышной вечеринки в горах. Ее чувства к Лукасу не изменились. Но, если он проигнорирует ее или, что еще хуже, будет держаться с ней холодно, их отношения станут исключительно деловыми.

Размышляя о превратностях судьбы, Стейси собирала вещи. Жизнь не бывает безоблачной, но после разочарования и боли наступают счастливые моменты. Мечтать о жизни с Лукасом было глупо. Любые перспективы серьезных отношений между ними казались фантастикой. Лукас обожал путешествовать, а Стейси предпочитала жить на одном месте. Кроме того, он всегда скрывал свои чувства. Ниал думал, что Лукас никогда и ни с кем не разоткровенничается, чтобы заново не переживать горе от потери своих родителей. Бизнес и забота о братьях и сестре лишили его возможности скорбеть.

Наверное, Ниал прав, и Лукас всегда воспринимал Стейси только как назойливую младшую сестру своего друга.

Хотя прошлая ночь не в счет.

Стейси не понимала, куда подевалась ее самоуверенность.

Скорее всего, она осталась в его пентхаусе. Лукас помог ей почувствовать себя желанной, но их ночь страсти не назовешь началом романтических отношений. Хотя лучше одна сказочная ночь, чем ничего. У некоторых людей не бывает даже этого. Вместо того чтобы снова и снова вспоминать об этом, ей надо сосредоточиться и организовать Лукасу самую невероятную вечеринку года.

После напряженных переговоров за завтраком, во время которых Лукас едва мог сосредоточиться, чтобы подписать многомиллионный контракт на модернизацию технологий для правительства маленькой страны, его мысли снова вернулись к Стейси. Все, что произошло между ними, было его ошибкой. Он мог сопротивляться, но предпочел уступить желаниям.

Вызвав лифт, Лукас вошел в кабину, прислонился спиной к стене и закрыл глаза. И вспомнил Стейси, которая заплетала косички и доставляла ему неприятности на конезаводе. Он улыбнулся, представляя ее на вчерашнем банкете. Уставшая, но определенно повзрослевшая, она подарила ему наслаждение в постели. Что касается вечеринки, то она оказалась лучшей из тех, что ему кто-либо устраивал.

Лукас продолжал думать о Стейси, выйдя в вестибюль, отделанный стеклом и сталью. Он отлично знал, как ей жилось в отцовском доме, поэтому удивился тем изменениям, которые с ней произошли.

Его спортивный автомобиль ждал у обочины. Вручив чаевые швейцару, Лукас положил спортивную сумку в машину и отправился в путь. Он вспомнил тот день, когда Ниал уехал из дома. Стейси была слишком юной, чтобы поехать следом за братом, поэтому просто стояла у ворот фермы и махала ему рукой. Она казалась сломленной. Лукас смотрел на нее в боковое зеркало, пока машина не свернула за угол, и Стейси не пропала из вида. Это был печальный конец несчастного визита, во время которого он видел, как Стейси изо всех сил старается всем угодить. Ему казалось, никому не было до нее дела, кроме ее брата Ниала.

Достигнув совершеннолетия, Стейси изменила свою жизнь. Она отправилась на учебу в лондонский колледж, специализирующийся на индустрии гостеприимства, и стала лучшей студенткой года. Разве мог Лукас обрекать ее на заведомо несчастные отношения, рискуя потерять ее доверие? Стейси заслуживает большего, чем человека, который избегает любой привязанности.

После незабываемой встречи с Лукасом в Барселоне прошло почти четыре напряженные недели. Планирование любой вечеринки можно назвать логистическим кошмаром, а доставку продуктов и всего необходимого в горы придется организовать заранее. Стейси едва хватало времени, чтобы отдышаться, не говоря уже о том, чтобы вспоминать страстную ночь с Лукасом.

После городского шума безмятежность в горах показалась мечтой. Воздух был прохладным и чистым. Белый снег хрустел под ногами, а небо было безупречного серо-голубого оттенка. Маленькая деревня на фоне гор словно сошла с лучшей в мире художественной открытки. Горные склоны были переполнены лыжниками, каждый из которых двигался с особенным ритмом, а новички на пологих склонах двигались медленно и неуверенно. Но одно объединяло всех вокруг: люди улыбались.

— Настоящая сказка! Какое чудесное место для вечеринки! — воскликнула Стейси, обращаясь к своим помощникам. — Мы отлично проведем здесь время. Это будет вечеринка года.

Осталось внести последние изменения. Стейси не сомневалась: Лукасу понравится то, что они запланировали. Она отчаянно хотела увидеться с ним, но боялась. А вдруг он?…

Она одернула себя и решила думать только позитивно.

Им предстоит встретиться, и она это переживет. Хотя это будет нелегко, потому что по-прежнему помнит его поцелуи и прикосновения.

— Мы организуем такую вечеринку, что гости да Силва никогда ее не забудут, — сказала Стейси своей команде. — Как красиво! — Она покружилась на месте. — Давайте устраиваться, а потом приступим к работе.

Успех любой команды зависит от лидера. Именно об этом постоянно говорила леди Сара. Поэтому, какими бы ни были личные чувства Стейси к Лукасу, она обязана работать ради команды.

— Здесь будет гораздо больше препятствий, чем в городе, — позже заметила Стейси, сидя со своими помощниками за столом переговоров в офисе отеля. — С одной стороны, погода, — сказала она, глядя в окно. Необычные, причудливые здания были покрыты большим слоем снега, который нарастал из-за снегопада. Безупречное голубое небо, которое так впечатлило Стейси, становилось серым. — Мне надо выйти и осмотреть территорию, пока я еще могу это сделать, — произнесла она, подводя итоги совещания. — Хорошенько выспитесь. Завтра все должны быть полны сил.

— А ты? — спросил коллега.

— Я отдохну, когда все проверю. А пока… — Она пожала плечами.

— Держи нас в курсе.

— Обязательно, — пообещала она.

Деревня оказалась очаровательной, но сильнее всего Стейси поразилась различию горожан и местных жителей, которые привыкли к экстремальным условиям.

Она любовалась украшенными витринами, проходя мимо них в теплых ботинках и пуховике. Она направлялась к горнолыжному подъемнику, где должна пройти часть вечеринки, которая потом переместится в шале Лукаса, а закончится фейерверком и факельным шествием вниз по горе. Остановившись, чтобы поправить солнцезащитные очки, она посмотрела на статуэтку мужчины и женщины в витрине: они стояли на фоне типичного шале, одетые в лыжные костюмы, и смотрели друг на друга с явным восторгом.

Стейси решила, что должна была научиться кататься на лыжах. Но уже слишком поздно.

Хотя у нее не будет проблем: горнолыжный подъемник доставит ее на любую высоту.

Добравшись до места назначения, она наклонила голову, стараясь отыскать жилище Лукаса. Это должно быть самое большое шале на горе. Она размышляла о нем, как о его замке или крепости. Но она не увидела ничего, кроме нависающего облака и снежных заносов.

А вдруг подъемник сломается? Как они будут перевозить гостей?

У Стейси было время, чтобы подумать. До вечеринки еще несколько дней, и погода может измениться к лучшему.

Менеджер отеля сказал ей, что Лукас прилетел на вертолете утром. Сердце Стейси чуть не выскочило из груди, когда она услышала об этом.

— Ему ничто не помешает, — сообщил менеджер отеля. — Погода отвратительная, но сеньор да Силва — опытный пилот, поэтому не попадет в шторм.

Ниал предупредил Стейси, что погода может быть непредсказуемой, но на этом курорте одни из самых крутых склонов мира, и именно это привлекло Лукаса.

А Лукас вспоминает о ней?

Ну, ему будет интересно, приехала ли она и ее команда до начала шторма. Она ничего не слышала о Лукасе с тех пор, как они расстались в Барселоне, и понимала: их совместная ночь значила для нее гораздо больше, чем для него. Конечно, он считает, что она организует отличную вечеринку. Ей хотелось, чтобы он знал, что на нее можно положиться.

Она остановилась у подножия лестницы, ведущей к горнолыжным подъемникам, и от мысли о встрече с Лукасом у нее чаще забилось сердце. Глубоко вдохнув холодного воздуха, она поежилась и пошла навстречу ветру. Она осмотрит территорию, потом спустится с горы, примет горячую ванну и выспится, а утром примется за работу.

<emphasis>Глава 6</emphasis>

Персонал да Силва сообщил Стейси, что лучше всего провести вечеринку в деревне, а потом перевезти гостей на гору для грандиозного фейерверка и факельного шествия. Не было никаких сомнений, что местная инфраструктура позволит это сделать. Погода ухудшалась, и Стейси радовалась тому, что позаботилась о том, чтобы на вечеринку доставили все необходимое.

Через своего главного ассистента Лукас намекнул Стейси, что хочет переправить гостей на гору и устроить там прием с шампанским. Стейси еще предстоит узнать, что он задумал. Она срочно запросила дополнительную информацию, чтобы все запланировать заранее.

Поджав губы, она уставилась в окно. Поднялся ветер, и кабина подъемника раскачивалась из стороны в сторону. Она приказала себе успокоиться и дождаться того блаженного момента, когда ей удастся встать на твердую землю.

Снегопад продолжался. Помощники Стейси остались в деревне, а она отправилась в шале Лукаса. У нее была карта, но она оказалась бесполезной, потому что все улицы исчезли под толстым белым ковром. Увидев билетную кассу, она решила спросить дорогу до шале да Силва.

— Подъемник будет и дальше работать? — спросила она, глядя на свинцовое небо.

— Конечно, — ответили ей. — Его отключают только на время сильного шторма.

Поблагодарив клерка, она надела лыжные очки, чтобы не повредить глаза, и отправилась в путь. Надо добраться до шале, пока не поднялся сильный ветер. Погода в горах всегда непредсказуема.

Вокруг царила напряженная тишина. Люди попрятались по домам и отелям, и все здания казались призрачными. Ее сердце колотилось как сумасшедшее. Снегопад стал таким сильным, что у нее перед лицом был толстый белый занавес. Она слышала достаточно страшных историй о непогоде в горах.

Когда она остановилась и повернулась, чтобы сориентироваться, станция горнолыжных подъемников исчезла из вида. Сняв зубами толстую лыжную перчатку, она взяла телефон и попыталась дозвониться до своих коллег в деревне. Нет сигнала. Оставалось только надеяться, что ей попадется какой-нибудь прохожий.

— Эй! — закричала она, паникуя. — Кто-нибудь меня слышит?

В ответ тишина.

— Эй! — заорала она изо всех сил. — Здесь есть кто-нибудь?

Она стояла неподвижно на снегу, скрестив руки на груди, и пыталась пошевелить замерзшими пальцами ног. Не было слышно ничего, кроме завывания ветра и обманчиво-шелковистого шепота падающих снежинок.

А потом…

Ей не показалось?

— Эй! — резко крикнула она, услышав слабый звук вдали. — Я здесь.

— Оставайся на месте! Не двигайся. Я иду к тебе.

— Лукас? — На нее нахлынуло облегчение.

— Я сказал: оставайся на месте! — Его тон был резким и приказным. — Стейси, продолжай кричать, чтобы я мог тебя найти!

Она стала кричать.

Стейси не знала, сколько прошло времени, но наконец они оказались лицом к лицу, и она упала в его объятия.

— Ты нашел меня!

— Что ты здесь делаешь?

— Осматриваю территорию.

— Ты не могла подождать до завтра?

— Я ко всему готовлюсь заранее.

— Ты только что приехала, — заметил Лукас. — Мои помощники передали мне твое расписание.

— Моя команда отдыхает, — подтвердила она, — но я хочу все проверить и обо всем сообщить им утром.

Лукас хмуро уставился на нее.

— Есть преданность делу, а есть одержимость, — заметил он. — Тебе не приходило в голову, что ты тоже должна отдыхать?

— И кто мне об этом говорит? — парировала она. — Ты слоняешься без дела, когда тебе предстоит важная сделка? Я в этом сомневаюсь. Мне следовало убедиться, что подъемники будут работать даже в непогоду.

— Станцию горнолыжных подъемников только что закрыли, — сказал Лукас, идя вперед.

Стейси ахнула:

— И как я спущусь с горы?

— Никак, сегодня вечером, по крайней мере.

— А отель? — Она огляделась.

— Отели переполнены, — объяснил Лукас.

— И куда ты меня ведешь?

— Это имеет значение? — Схватив за руку, он потащил Стейси за собой. — Пошли, пока мы оба не замерзли.

Несмотря на свою обиду на Лукаса, она почувствовала себя в безопасности впервые после того, как поднялась на гору. И приободрилась.

— Я не ожидала, что мы встретимся.

— Я уверен, что нет! — согласился Лукас, вынужденный кричать. — Тебе повезло, что я проверял, как идет эвакуация лыжников, и следил за тем, чтобы склоны очищали.

— Где это мы? — спросила она. — Откуда ты вообще знаешь, куда мы идем? — Она не видела вокруг себя ничего, кроме белой пелены.

— У меня в голове встроенный джи-пи-эс-навигатор, — пошутил Лукас.

— Извини, что я доставила тебе столько хлопот.

— Ты не виновата, — резко сказал он. — Надвигается сильнейший за последние сто лет шторм. Его никто не ожидал.

Поняв, что Лукас не считает ее безрассудной, она задала еще один вопрос:

— У тебя работает телефон в шале? Мне надо поговорить со своими помощниками.

— У меня есть стационарный телефон, — подтвердил Лукас. — Мобильная связь не работает. Ты сможешь позвонить в отель и оставить сообщение.

— Ты уверен?

— Абсолютно.

— Вот и мое шале. — Он повел ее влево.

— Мы уже пришли?! — воскликнула она с удивлением.

— Мой дом недалеко от самого крутого спуска, где я тебя нашел. — В голосе Лукаса слышалась ирония. — Ты была бы в шоке, если бы пошла по этому спуску.

— Страшно, — согласилась она. — Тем более я не умею кататься на лыжах.

— А я не могу без лыж, — сухо заметил Лукас.

Судя по всему, Лукас спас ей жизнь.

— Мне никогда не отблагодарить тебя за то, что нашел меня.

— Мы что-нибудь придумаем.

Ее сердце едва не выпрыгнуло из груди. В словах Лукаса слышался явный подтекст.

Он распахнул дверь шале.

— У тебя будет много шансов отблагодарить меня, — насмешливо сказал он. — Ты никуда сегодня не пойдешь. Тебе придется остаться в шале со мной.

Стараясь не паниковать, она улыбнулась, когда сотрудники Лукаса собрались у двери, чтобы поприветствовать их. Все без исключения обрадовались благополучному возвращению Лукаса.

Он представил Стейси своей домработнице — розовощекой пожилой женщине по имени Мария, которая сразу решила взять Стейси под свое крыло. Внезапно все замерли, когда послышался приглушенный вопль.

— Что это? — спросила Стейси.

— Иди в дом, а я проверю, — приказал Лукас.

— Нет. Я пойду с тобой. Ты не должен быть один, это небезопасно.

Он улыбнулся:

— Как ты думаешь, кто из нас двоих будет в большей безопасности?

— У двоих больше шансов найти того, кто попал в беду.

— Нет. — Он покачал головой. — Ты замерзла. И тебе надо позвонить своей команде.

— Я позвоню, как только вернусь.

Лукас нахмурился:

— Похоже, это было какое-то животное.

— Пойдем, — настаивала Стейси, дергая его за руку.

Через час Стейси и Мария ухаживали за спасенной кошкой. Стейси позвонила своей команде, сообщила, что она в безопасности, и попросила своих помощников оставаться в деревне.

— Я перезвоню вам завтра, — пообещала она.

— А теперь иди в ванную, — приказал Лукас, стоя в дверях. — Я не отвечаю за твое благополучие, если ты не последуешь моему совету.

— Не надо меня опекать.

— Однако опекать тебя я буду, — ответил Лукас тоном, который заставил ее думать, что он говорит как друг ее брата, а не как любовник. — Ты в моем доме, и я за тебя отвечаю. Не возражай, — насмешливо прибавил он.

Выйдя за дверь, он обернулся:

— Ты молодец. Это мог быть человек, хотя кошка ничуть не меньше заслуживает нашей заботы. Горные спасатели уже работают. Я попрошу, чтобы они осмотрели территорию вокруг шале. Если понадобится, я буду работать с ними.

— И я тоже, — настаивала Стейси.

— Нет, ты не будешь. Ты не умеешь кататься на лыжах и не знаешь гор. Ты только нам помешаешь. Оставайся здесь. И не делай глупостей.

Она пожала плечами:

— Я постараюсь.

Стейси… Стейси. Стейси! Что же она с ним делает? Лукас задумался, вышагивая по гостиной и пытаясь не думать о том, как она голышом стоит под душем. Он позвонил и сообщил, что они нашли кошку, и предупредил команду горных спасателей. Начальник поисковой группы похвалил Стейси за храбрость. Лукас пообещал передать ей эту похвалу.

Он чувствовал, как все сильнее увлекается ею. Все его намерения держаться от нее подальше постепенно рушились. Он жаждал обхватить ее лицо руками и поцеловать… Что на него нашло? Они застряли в шале, а он решил усложнить их положение?

Итак, какая у него альтернатива? Поскольку многие из его гостей приехали рано, чтобы максимально насладиться отдыхом, он мог попросить их участвовать в поисково-спасательной операции. Команда Стейси осталась в деревне, а она здесь, готовая в любой момент изменить план вечеринки из-за непогоды.

По крайней мере, она вроде бы сейчас не спорит с Лукасом. Мария сообщила, что в комнату Стейси принесли теплую одежду, а она принимает душ. Стейси сможет остаться в шале на одну ночь, но не больше. Потому что Лукас не сможет скрывать свое желание. Ему просто нечего предложить Стейси: деньги, драгоценности и модная одежда ее не интересуют. Она практичный и деловитый человек на работе, но в личных делах она — мечтательный романтик, который ждет от Лукаса больше, чем он может дать.

Красивая женщина нашла убежище под крышей его дома, но все, о чем может думать Лукас, — это о том, как ему обуздать свои мысли и чувства.

Но ведь это не совсем так, правда? Он много раз говорил себе, что Стейси — тот самый чертенок, который изводил его на отцовской ферме, но его тело отказывалось подчиняться требованиям разума. Он поморщился. Он не доверял себе настолько, что даже отказался сам отвести Стейси в ее комнату, поэтому попросил об этом Марию. Переспав с ней, он снова хотел ее, и его желание становилось необузданным до такой степени, что он не мог сосредоточиться на чем-то еще.

Он должен снова быть со Стейси.

Но согласится ли она на это?

Он грустно усмехнулся от мысли, что Стейси вполне может ему отказать. Она не похожа на остальных женщин. Она живет по собственным правилам и не умеет подчиняться.

И именно это только сильнее разожгло его сексуальный аппетит.

Он взглянул на толстый меховой ковер перед камином и захотел услышать, как Стейси стонет от наслаждения и просит снова взять ее.

Он резко одернул себя.

Стейси приехала в горы, чтобы работать!

Но разве он сумеет забыть явные признаки возбуждения в ее потемневших глазах, когда она смотрит на него? Или свое желание целовать каждый дюйм ее тела? Разочарование на ее лице, когда он поручил Марии показать ей комнату, сказало ему все: Стейси хочет его так же сильно, как он ее.

Он налил себе виски и сделал большой глоток. Поставив бокал на стол, зарычал от разочарования и ударил кулаком в стену.

<emphasis>Глава 7</emphasis>

Принимая душ, Стейси коснулась губ пальцами. Вернувшись в шале, Лукас, казалось, стремился перепоручить заботу о ней кому-нибудь из персонала. А она все никак не могла забыть снежинки на его губах и влажные черные кудри, вылезшие из-под лыжной шапки. Недавно она поглаживала его тело, а теперь смущалась от желания запустить пальцы в его волосы и поцеловать в губы.

После того как они нашли кошку и вернулись в шале, Лукас вообще не захотел разговаривать со Стейси. Погруженный в свои мысли, он снял перчатки и бросил их на стул. Потом разулся и взглядом приказал Стейси сделать то же самое. Затем он повернулся и посмотрел на нее.

— Ты молодец, — пробормотал он, нахмурившись, словно не верил, что она стоит напротив него.

— Ты тоже, — сказала она. — Спасибо.

Прошло еще несколько долгих мгновений, пока они смотрели друг другу в глаза, а затем, обхватив ее щеки большими сильными руками, Лукас поцеловал Стейси, но не как любовник, а как заботливый друг.

— Это будет ваша комната, пока вы гостите у нас, сеньорита Виннер.

— Огромное спасибо. Она прекрасна, — сказала Стейси, возвращаясь в настоящее и понимая, что Мария ждет ее реакции на самую красивую комнату в доме.

Выйдя из душа, Стейси завернулась в полотенце и начала ходить по комнате. Как и все, что она видела в шале до сих пор, комната для гостей была роскошной. Всем необходимым можно было управлять через цифровую панель у кровати. Стейси не ожидала ничего иного от технического гения и миллиардера. Кстати, целовался он тоже гениально.

Хотя она предпочла бы иметь этого гения здесь, рядом с собой, и радоваться жизни, а не поднимать и опускать кровать с помощью переключателя на панели. Ей не удавалось не думать о Лукасе — он оккупировал каждый уголок ее сознания. Было так легко представить их обоих на кровати — страстных и целующихся. Повернувшись спиной к кровати, она пожалела о том, что не знает, как Лукас на самом деле к ней относится.

Она посмотрелась в зеркало.

Неужели она тратит время на мужчину, который никогда не ответит ей взаимностью?

Есть только один способ это проверить — соблазнить его.

Честно говоря, иногда ее безрассудство генерировало по-настоящему необычные идеи.

А почему нет?

Она засмеялась и решила, что все-таки соблазнит Лукаса да Силва.

Мария принесла Стейси одежду и нижнее белье. Одевшись, Стейси спустилась вниз, чтобы присоединиться к Лукасу и осмотреть дом. Все, что она себе представляла о горном шале Лукаса да Силва, не сравнить с тем, что увидела. Она бывала со своими помощниками во многих невероятных домах, но шале Лукаса было лучшим из лучших. Прожекторы снаружи освещали гладкий снежный ковер и темные горные вершины. Небо прояснилось, луна ярко сияла, привлекая внимание к открытому бассейну с подогревом, над которым поднимался пар, и горнолыжным склонам, где пройдет факельное шествие.

— Вот это да, — пробормотала она.

— Нравится?

Она обернулась:

— Ты шпионишь за мной?

Из темного угла комнаты послышалось ворчанье Лукаса:

— Я выпиваю.

Теперь она увидела его должным образом. Пламя камина отразилось от суровых линий его лица, когда Лукас откинулся в большом удобном кресле.

— Присоединяйся ко мне, — предложил он. — Или у тебя другие планы?

Она хмыкнула:

— Тебе повезло. Сейчас мне нечего делать.

— Иди сюда. У меня для тебя сообщение.

— Для меня? — Она не удержалась, подошла и села рядом с Лукасом. Разве она не поклялась выяснить, как он к ней относится?

Шагая босиком по роскошным коврам, благодаря которым деревянные полы казались еще уютнее, Стейси восхищалась идеальным сочетанием современных технологий и комфорта, которые имелись в этом доме. Несмотря на недавние переживания, она начала успокаиваться. Теперь понятно, почему Лукас любит уезжать в горы. Здесь он может по-настоящему расслабиться.

— Выпьешь? — спросил он.

— Воды, пожалуйста. — Она не хотела пьянеть.

— Как скажешь. А я открою шампанское. Будешь?

— Если только после вечеринки, когда, надеюсь, у меня будет повод отпраздновать.

Он резко взглянул на нее.

— Когда у нас обоих будет повод праздновать, — уточнила она. — Какое у тебя сообщение для меня?

— Ах да. Я разговаривал со спасателями, и они похвалили тебя. Они просили сказать тебе об этом.

— Спасибо. — Ей не удалось притвориться, что она восприняла это как должное. — Надеюсь, ты сказал им, почему я это сделала и как я испугалась.

Он пожал плечами:

— Только идиоты ничего не боятся.

— Если не умеешь испытать эмоции, что у тебя остается?

— Ты обратилась не по адресу, — заверил ее Лукас.

Он иронично усмехнулся, а она подошла к камину, чтобы погреть руки. Лукас разливал напитки.

— Мне нравятся твои фотографии, — сказала она, стараясь разрядить напряженную атмосферу. На снимках Лукас и его братья играли в поло. Была еще одна фотография Лукаса и его братьев и сестры, но ни одного снимка с родителями. Стейси знала, что они погибли в результате трагического несчастного случая, но не понимала, почему Лукас не хочет видеть напоминание о более счастливых днях.

— Вода? — подсказал он.

— Спасибо. — Увидев его предупреждающий взгляд, она поняла: не надо задавать слишком много личных вопросов о фотографиях Лукаса.

— По-моему, горячий шоколад лучше воды, да?

Стейси отлично знала Лукаса и понимала, что он старается сменить тему, а не предложить ей горячий шоколад.

— Это было бы хорошо, — согласилась она. — Я бы выпила его с удовольствием. Спасибо.

Говоря об этом, она думала только о том, как он целует и ласкает ее тело.

Сумеет ли она когда-нибудь смотреть на него без желания? Стейси задалась этим вопросом, когда Лукас взял телефон, чтобы позвонить Марии. Он недавно принял душ, и его густые волосы все еще были влажными, а на подбородке виднелась щетина. Сердце Стейси колотилось от бурных эмоций, а тело изнемогало от страсти.

Но как Лукас относится к ней? Что таится в загадочном взгляде его карих глаз?

— Все, что пожелаешь, — сказал ей Лукас, когда Мария тихо постучала в дверь.

При виде его едва заметной улыбки по ее телу пробежала дрожь. Как только Мария ушла, Стейси спросила:

— Ты выполнишь любое мое желание?

— А ты как думаешь? — спросил Лукас.

Она пожала плечами и улыбнулась, а потом недоверчиво посмотрела на него.

— Я не смею тебе отказывать. — Он лукаво взглянул на нее.

Через несколько мгновений они сидели у камина, держа в руках кружки с ароматным горячим шоколадом. Со стороны могло показаться, что они — просто друзья. Стейси расслабилась и решила забыть свой безрассудный план соблазнить Лукаса. Зачем все портить, когда дела идут так хорошо? Неужели ей всегда надо рисковать? Разве она не может просто молчать? Ведь в тот день, когда Стейси ушла из дома, она поклялась, что никто и никогда больше ее не отвергнет. Она хотела быть полезной людям, и это помогало ей чувствовать себя в безопасности. Почему же сейчас ее сердце едва не выскакивает из груди? Зачем ей соблазнять Лукаса и рисковать своим спокойствием, если ее жизнь устоялась, а карьера идет в гору?

— Что с поставками продуктов в деревне? — спросила она, решив вернуться к работе. — У всех есть то, что им нужно? Я заказала достаточно продовольствия, чтобы переждать шторм. Если что-то понадобится, сразу скажи мне об этом.

— Я скажу, — ответил Лукас. — Но вряд ли кому-то что-то понадобится. Не волнуйся. Все горные деревни обеспечивают себя сами. Жители всегда готовы к такой погоде, но я сообщу им о твоем предложении, — пообещал он.

Лукас потягивал горячий шоколад, такой густой, что в него можно было вертикально воткнуть ложку. Мысли о работе были жизненно важны для душевного спокойствия Стейси, но с каждой минутой Лукас все острее чувствовал ее близость.

— Почему ты улыбаешься? — спросил он.

— Я? Мне просто хорошо. — Увидев его поднятую бровь, она прибавила: — Я думаю о вечеринке.

И тут на нее нахлынули фантазии, яркие и бурные. Лукас принял душ и переоделся в потрепанные джинсы. Его ноги босые, и она смотрит на его сексуальные ступни. Мягкий черный кашемировый свитер облегает его мощные плечи словно вторая кожа, подчеркивая их силу и мускулатуру. Ей захотелось прикоснуться к Лукасу, погладить его плечи, почувствовать его запах и вкус. От него пахнет гелем для душа: аромат цитрусов с нотками древесного дыма и сладкого шоколада. Он закатал рукава, обнажив загорелые предплечья, такие мускулистые и красивые, покрытые темными волосками. Смотреть на Лукаса — одно удовольствие. Он всегда был совершенным и не осознавал своей привлекательности.

— Я возьму твою кружку, а то ты прольешь шоколад, — сказал он.

Понимая, что резко наклонилась вперед, мечтая, Стейси рассмеялась:

— Сначала я его допью. — Она передала Лукасу кружку, и их пальцы соприкоснулись. Она ощутила жар его тела. Интересно, кто кого соблазняет? Ее соски напряглись, а внизу живота разлилось приятное тепло.

Потом Лукас сказал то, что вернуло ее к реальности:

— Тебе надо поесть.

Ах, какие у нее были приятные фантазии! Она играла с огнем, сидя так близко к Лукасу, а ведь могла спокойно спать в гостевом крыле. Но Стейси предпочитала играть с огнем, а не ворочаться в кровати, мучаясь от бессонницы.

Когда она потянулась и поморщилась, он произнес:

— Тебе нужен массаж. От холода у тебя затекли мышцы.

— Это предложение? — Она покосилась на него, и ее сердце забилось чаще.

— Если хочешь, — как ни в чем не бывало ответил Лукас.

Они оба рассмеялись, и она уставилась на заманчивый изгиб его губ.

— О чем ты думаешь? — Он бросил на нее страстный взгляд.

Она одернула себя:

— Ты не можешь знать все мои секреты.

— Открой хотя бы один.

— И это говорит человек, который никогда не раскрывает ни одной детали своей жизни?

Лукас пожал плечами:

— Я первый спросил.

— Ладно, — уступила она ему. — Что случилось с моей лошадью? Я имею в виду Людо.

Он откинулся в кресле.

— Не притворяйся, что не знаешь. И не заставляй меня ждать ответа, иначе я решу, что у тебя плохие новости. Этот поло-пони был мне очень дорог. Он был моим единственным другом, которого я… — Она помолчала. — Что скажешь? — спросила она после нескольких секунд тишины. — Говори!

— Людо, — тихо ответил Лукас.

— Ну, по крайней мере, ты помнишь его кличку.

Он нахмурился:

— Конечно, я ее помню.

— Итак? — настаивала она.

— Твой поло-пони благополучно вышел на пенсию.

Она насторожилась и нетерпеливо подалась вперед:

— Продолжай!

— Он производит лучших в мире жеребят. Не надо беспокоиться о Людо. Если ты спросишь его, он наверняка ответит, что захочет быть только в одном месте — в своем гареме.

— Я спрошу у него об этом, когда увижу его в следующий раз, — поддразнила Стейси, а потом спросила: — Ты по-прежнему ездишь на нем, играя в поло?

— Постоянно, — ответил Лукас.

— Хорошо. Я представляю вас вместе. — Один такой необузданный, а другой — задумчивый. Они отлично подходили друг другу и заслужили друг друга. — Людо надо постоянно тренироваться.

— Как и мне, — заверил ее Лукас, и его глаза хитро сверкнули.

— Подробности мне не нужны, — сказала она и, прежде чем Лукас успел заговорить, подняла руку, останавливая его. — Если Людо доволен, я тоже довольна.

Они помолчали, и Стейси пожалела о том, что ее отношения с Лукасом не стали менее напряженными. Для него важнее всего честь и достоинство. И хотя он с удовольствием рассказывает ей о лошадях, которых они оба любят, и обсуждает вечеринку, которую организует для него Стейси, их ночь в Барселоне не повторится.

И все же…

Их взгляды встретились. Когда Лукас посмотрел в сторону, у нее возникло ощущение, что он хотел ее поцеловать. Но, вероятно, это ее очередная фантазия. И если он поцелует ее, то только ради того, чтобы успокоить и поддержать. Больше не будет таких страстных поцелуев, как в Барселоне.

— Еда, — напомнил он ей. — Ты проголодалась?

— Да, — подтвердила она.

Напряжение между ними ослабло, когда Лукас спросил, что она хочет на ужин.

— После ужина ты пойдешь спать.

— Да, сэр! — Она притворно салютовала ему. — Какие еще указания?

— Пока никаких, — сказал он.

Ей показалось, что он смеется над ней. Почему Лукас никак не поймет, что она — взрослая женщина с чувствами и эмоциями? Или он считает, что все такие же безэмоциональные, как он? Хотя… Иногда ей казалось, что его чувства, которые он так старательно скрывал, жаждут вырваться наружу.

<emphasis>Глава 8</emphasis>

Каждый раз, когда Лукас видел Стейси, ему хотелось не только целовать ее. Найдя ее во время снегопада, он испытал огромное облегчение. Мысль о ее потере была невыносимой.

— Лукас?

— Что? — В ее голосе слышалась тревога, поэтому ему стало совестно за то, что он держится со Стейси так отстраненно. Только она могла его утешить, но ему не хотелось ворошить горькие воспоминания. Откинувшись на диване, он положил руки на спинку и притворился беззаботным.

— Ты выглядишь очень напряженным, — заметила она, хмурясь. — И насупленным. Раньше я тебя таким не видела. Что-то не так?

Он подумал о том, что Стейси ему не пара. Рано или поздно ему придется жениться, родить наследников и передать им «Да Силва инкорпорейтид». Когда придет время, он выберет женщину, подходящую ему в жены: гламурную и терпеливую, которую ему не удастся обидеть.

— Я проголодался, — сказал он, пожав плечами. — А когда голоден, я злюсь.

Она вдруг вскочила с дивана и протянула Лукасу руку:

— Давай поедим. Пока ты голоден, от тебя нет никакого толка.

Он встал, но не взял ее за руку. Любой контакт между ними опасен. Он понял: между ним и Стейси не может быть невинных поцелуев, но она заслуживает гораздо большего, чем он может ей предложить.

Лукас облегченно вздохнул, оказавшись на кухне, где мог поесть, а не думать о сексе со Стейси. Она говорила ему о деталях предстоящей вечеринки, но время от времени смотрела на него с состраданием, и ему становилось не по себе. Она ждала, когда он доверится ей и расскажет о том, о чем никогда никому не говорил. Ни он, ни Стейси не упоминали их недавний поцелуй. Вероятно, она уже успокоилась, а вот Лукас по-прежнему страстно хотел ее.

В конце концов, она вздохнула, словно сдаваясь.

— Извини, но мне надо поспать, — сказала она, вставая. — Ты был великолепен. Ты спас меня. — И, прежде чем он понял, что она делает, Стейси наклонилась вперед и поцеловала его в щеку. Быстрый и нежный поцелуй. Однако он пробудил в его душе давно забытые чувства. Его давным-давно так не целовали.

— Ну, спокойной ночи, — пожелала Стейси. — Постарайся выспаться.

— Ты тоже, — ответил Лукас. — Сегодня у тебя было нелегкое испытание.

— Мне повезло больше, чем кошке, — сухо сказала она.

— Ах, кошка, — пробормотал он, вспоминая, какой нежной она была с животным.

Эта мысль спровоцировала воспоминания о родителях и братьях и сестре. Стейси пора уходить. Лукас отнес тарелки в раковину и встал к Стейси спиной.

— Нам обоим надо поспать, — сказал он резче, чем хотел.

Когда ее шаги в коридоре стихли, он по-прежнему стоял в гостиной и смотрел в окно. Снегопад прекратился, но они не сумеют добраться до деревни еще несколько дней. Многое может случиться за это время. Но ему надо думать только о вечеринке и о гостях, которых придется развлекать. Любые другие мысли лучше выкинуть из головы.

Сон? Ему вряд ли удастся уснуть, пока Стейси отдыхает в соседней комнате. Если бы в отелях были свободные номера, он бы отправил ее туда. Хорошо, что утром он будет разгребать снег и не сможет отвлекаться на Стейси. Потом он позвонит своим помощникам, чтобы проверить, как идет подготовка к вечеринке. Согласно последним новостям, запасы продуктов в деревне ограничены. К счастью, Стейси — хороший организатор.

Стейси…

Каждый раз, когда он думал, что сумеет не вспоминать о ней, она будоражила его разум. Факты — упрямая вещь: девочка-подросток, которая однажды изводила его, стала чертовски привлекательной женщиной.

Стейси приуныла, как только плюхнулась на кровать. Почему Лукас такой скрытный? Интуиция подсказывала ей: они ничего не добьются, если он не будет с ней откровенным. Да, он добился грандиозного успеха в бизнесе, но как же его личная жизнь? Разве он не хочет жениться? Или он боится рисковать своим сердцем?

А разве Стейси этого не боится?

Боится, конечно. Но сейчас речь не о ней.

Даже несмотря на все сложности, ей нравилось быть с ним. Спасение кошки было показательным. Лукас — уникальный человек, а их отношения — особенные для Стейси. Секс с ним был необычным и подарил ей гораздо больше удовольствия и приятных эмоций, чем она ожидала.

Она улыбнулась, вспомнив, как они нашли кошку. Обнимая маленькое замерзшее животное, она ликовала и даже подумывала, не завести ли ей кота.

Не пора ли ей кардинально изменить свою жизнь?

Комната Лукаса была немного дальше по коридору.

Стейси знала, что это сумасшедшая идея, но не хотела терять шанс быть с тем, кто так ей дорог.

Оставалось надеяться, что она не пострадает, влюбившись в Лукаса.

Она улыбнулась, посмотрев на дверь, которую оставила приоткрытой. Жаль, что Лукас не понял ее намека. Он — слишком рассудительный, чтобы замечать ее неуклюжие уловки. Если он заметит, что дверь в комнату Стейси открыта, он закроет ее, проходя мимо. И никак иначе. Если Стейси не сделает первый шаг, ничего не изменится между ними. Судя по тому, как развивались их отношения в прошлом, она правильно делала, когда брала инициативу на себя.

Глубоко вздохнув, она на цыпочках вышла из комнаты. Пробираясь по коридору, она увидела, что Лукас плотно закрыл свою дверь. Аккуратно повернув ручку, Стейси беззвучно открыла дверь. Осторожно заглянув внутрь, она заметила обнаженного Лукаса, растянувшегося на кровати лицом вниз. Она неторопливо оглядела его, словно скульптуру в художественной галерее. Обладающий мощным телом, он был по-настоящему великолепным зрелищем.

Стейси сдержала улыбку, думая о своем сумасшедшем плане залезть к Лукасу в постель. Когда он проснется, им наверняка придется поговорить. Подобные фантазии опасны. Но она жаждала тонуть в его объятиях и заниматься с ним любовью, медленно и нежно…

С практической точки зрения ее плану мешало две детали: во-первых, она не ожидала найти Лукаса обнаженным; во-вторых, она не думала, что он будет лежать в позе морской звезды, занимая всю кровать.

— Просто уйди, ладно?

Она вскрикнула от неожиданности, услышав его голос:

— Я думала, ты спишь.

— Очевидно, нет. — Он повернул голову в ее сторону. — Я не шучу, Стейси. Пожалуйста, уйди. Сейчас же.

Она продолжала стоять у двери, пытаясь решить, как ей лучше воплотить свой план. Улечься в постель рядом с ним, не будя его, и подождать, пока он проснется утром, теперь явно не получится.

Удивительно, но принять решение оказалось легче, чем она предполагала.

Лукас слышал, как Стейси идет по коридору, и уже был в полной боевой готовности, когда она вошла в комнату. Заподозрив, что может произойти нечто подобное, он даже не пытался уснуть. В конце концов Стейси сделает так, как он скажет. Это было его единственное утешение. Послушается ли она его на этот раз?

— Я серьезно, Стейси. Говори, что хотела сказать, и уходи.

В темноте комнаты он смутно видел выражение ее лица. Стейси молчала, поэтому он прибавил:

— Говори, что у тебя на уме, и уходи отсюда.

— Заставь меня.

— Что-что?

— Я никуда не пойду, пока ты меня не заставишь, — повторила она.

— Что за вздор!

Она повела плечами:

— Думай, что хочешь, но я никуда не пойду.

— Пока я не вытолкну тебя силой?

— Это зависит от тебя.

— Ты ведешь себя неправильно, Стейси. То, что произошло между нами в Барселоне, было ошибкой…

— Ошибка? — резко спросила она, в ее голосе слышалась обида. — Значит, ты считаешь меня ошибкой?

— Нет, — выдавил он. — Просто тебе здесь не место. А я не смогу предложить тебе ничего, кроме делового партнерства. Поэтому, прошу тебя, не усложняй наше положение.

Стейси и бровью не повела и зашагала к кровати. Ее лицо было напряженным и бледным. Потом, как он и ожидал, она крепко сжала зубы и посмотрела ему в глаза.

— Разве последнее слово не за мной? — спросила она. — Я знаю, чего хочу, и я полностью осознаю то, что делаю.

— Тебе только так кажется, — настаивал он. — На самом деле ты понятия не имеешь, что творишь.

— Неужели? Я хочу лучше узнать тебя, но ты никому не показываешь свои чувства, да, Лукас? Хотя я немного знаю тебя, — призналась она. — Но я знаю только то, что ты осмелился мне показать.

— По-твоему, я трус?

— Я хочу сказать: мы с тобой в чем-то похожи. Мне не легче, чем тебе, показывать свои чувства.

— И ты решила, что, если мы снова займемся любовью, все уладится?

— Я не настолько наивная. Боль, которая копилась годами, не исчезнет с первым оргазмом.

Он запустил пальцы в волосы и промолчал.

— Но я уверена в одном, — продолжала она. — Если чего-то хочу, я должна сделать все, чтобы это получить.

Он поднял голову:

— Именно этим ты занимаешься сейчас?

Она улыбнулась и пожала плечами.

— Ты умная и успешная женщина, которая сделала хорошую карьеру, и поэтому я тебе не нужен. В моей жизни нет места для тебя.

— Тебе в моей жизни тоже нет места, — согласилась она. — И поэтому мы с тобой обречены на одиночество?

То, что она предлагала, казалось ей удобными отношениями, которые они будут поддерживать друг с другом в удобное для них время. С любой другой женщиной Лукас согласился бы на такую связь немедленно, но Стейси не подходила на роль его временной любовницы. Он не желал играть ее чувствами. Ей будет больно и обидно.

— Говори, что хочешь, но я тебе отказываю. Хотя я не сделаю ничего, чтобы остановить тебя.

— Отличная речь, но я останусь здесь на всю ночь, если придется.

— Как тебе угодно. — Он перевернулся в постели.

Стейси не двигалась.

— Ложись спать, пока ты не натворила глупостей.

— А я хочу натворить глупостей. Я желаю почувствовать жизнь в полной мере. Мне надоела роль наблюдателя, из-за которой я только сильнее страдаю.

— Ох! — Поднявшись в постели, он впился в нее взглядом.

Она пожала плечами и улыбнулась.

— Я могу отблагодарить тебя за то, что ты меня нашел? — прошептала она.

— Ты уже меня отблагодарила.

— Я не имею в виду тот момент, когда потерялась в снегу.

— А что ты имеешь в виду?

Прежде чем он успел ответить, она уселась на кровать:

— Я просто хочу поговорить.

Опустив голову, он недоверчиво посмотрел на нее:

— Мы можем поговорить утром.

— Я не хочу ждать так долго.

— А чего ты хочешь?

— Заняться с тобой сексом, — ответила она.

Его тело немедленно отреагировало на ее слова.

— Осторожнее, Стейси, — предупредил он.

— Почему? Ты набросишься на меня?

Поднявшись с кровати, он схватил джинсы:

— Мне обязательно отвечать?

— Если ты уйдешь, то пожалеешь об этом.

— Я пожалею, если не уйду, — заверил он ее.

— Тогда мне придется тебя остановить.

— Хотелось бы знать, как ты это сделаешь, — произнес он.

Соскользнув с кровати, она встала перед ним на колени.

— Сейчас узнаешь. — Прежде чем он успел ее остановить, она сняла футболку, обнажая пышную грудь. Лукас все еще помнил ее запах и вкус. Ее соски напряглись и соблазнительно торчали, сильнее распаляя его желание.

— Что ты вытворяешь? — резко спросил он, запрокинул голову и глубоко вдохнул, когда она принялась его ласкать.

— Радую тебя, — сообщила она ему. — Не шевелись, иначе я тебя укушу.

Черт побери, игривый котенок превратился в тигрицу. Запустив пальцы в волосы Стейси, он крепко обхватил рукой ее затылок и простонал от удовольствия.

— Нет! — воскликнул он в последнюю минуту, приказывая себе остановиться.

Она озадаченно смотрела на него широко раскрытыми глазами:

— Я сделала что-то неправильно?

— Нет, ты все сделала правильно. Но мы не должны так поступать.

— Кто это сказал? Мы свободные люди. Ты не намного старше меня. Тебя смущает то, что я небогата? Или ты боишься моего брата?

— Твой брат? — Он покачал головой и улыбнулся. — Что касается смущения…

— Не беспокойся. — Она встала. — Я не хочу слышать твоих оправданий. У меня не хватит терпения ждать, пока ты подберешь нужные слова. Схватив за плечи, он поставил ее напротив себя:

— Неужели ты не понимаешь? Мне все равно, сколько у тебя денег.

— Ты все еще лжешь себе? — напряженно ответила она. — Ты по-прежнему скрываешь свои чувства, Лукас? Странно, что ты так возбудился. Как бы ты ни хотел, тебе не изгнать эмоции из своей жизни.

— Не усложняй. — Он многозначительно посмотрел на дверь, но Стейси сделала вид, что не поняла его намека.

Она обхватила руками свою грудь, выставляя ее напоказ.

— Тебе нравится, да? — прошептала она. — Ты хочешь, чтобы я ушла?

Когда она начала ритмично двигаться из стороны в сторону, Лукас стиснул зубы.

— Но я не разрешу тебе соблазнить меня.

— Разрешение? — Она наклонила голову набок и уставилась на него. — По-моему, у тебя нет выбора. Если, конечно, я не передумаю.

<emphasis>Глава 9</emphasis>

Лукас покачал головой и неуверенно рассмеялся:

— То есть мне бесполезно повторять, чтобы ты ушла?

— Абсолютно, — согласилась она.

— Но ради тебя я должен тебя выгнать.

— Ради меня? — Она быстро подошла и встала между ним и дверью. — Если ты хочешь что-то сделать ради меня, тогда займись со мной любовью.

— Это не битва желаний. — Он посмотрел ей в глаза, застегнув джинсы. — Дело в том, что я просто забочусь о тебе.

— Заботишься? Ты просто укрепляешь свои баррикады, а я чувствую себя дурой.

Он отрезал:

— Ты не сделала ничего плохого. Причина во мне. Я тебе не пара, и секс нас не спасет.

— А попробуй, — предложила она.

Он хотел сказать ей еще многое, но промолчал и направился к двери.

Стейси вздрогнула, когда за Лукасом закрылась дверь. В глубине души она знала, что соблазнение — глупая идея, и была разочарована. Но она не ожидала, что все закончится так плохо. Лукас оказался слишком избалованным в сексе, чтобы оценить ее неуклюжие попытки.

Подняв с пола футболку, Стейси оделась и вышла из комнаты. Она нашла Лукаса в гостиной у камина. Он сидел на диване, запрокинув голову и закрыв глаза, и напоминал падшего ангела на ступенях ада.

Он ничего не сказал, когда она подошла ближе, но явно знал о ее присутствии.

— Уходи, Стейс.

— Ты давно меня так не называл, — сказала она.

— Я давно не чувствовал себя так, как сейчас.

— А ты вообще чувствовал что-нибудь за прошедшие годы?

Это был слишком глубокий и навязчивый вопрос. Лукас промолчал. Стейси спросила его иначе:

— Как ты себя чувствуешь сейчас?

— Странно, — признался он. — Вопреки тому, что ты думаешь, я ужасно хочу тебя. Но если ты ждешь любви и романтики, то ты будешь разочарована.

Конечно, она будет разочарована. Разве не каждая женщина хочет романтических отношений?

— Разве я говорила, что этого жду?

— И не надо было, я и так все понимаю.

Поджав губы, она села на диван лицом к Лукасу.

— Поверь мне, Стейс, — по-доброму сказал Лукас, открывая глаза. — Я тебе не нужен.

— Не указывай, что мне нужно.

— У тебя так мало опыта.

— В сексе? — спросила она. — С этим я согласна. Но я хорошо знаю жизнь и понимаю, когда кому-то плохо.

— Но не трать на меня время. Я — пропащий человек. Многие другие обрадуются своему состраданию.

— По твоим словам, я святая, но это не так.

— Я тоже не святой, — сухо подтвердил он.

— Тебе не кажется, что пришло время противостоять демонам твоего прошлого?

— Пока я занимаюсь с тобой сексом? — иронично спросил он.

Стейси пожала плечами:

— Можно и так.

Лукас усмехнулся:

— Кто знает, каких демонов я тебе покажу.

— Мне все равно. Я просто знаю, тебе будет больно, пока ты не позволишь себе чувствовать.

— А можно спросить: откуда у тебя такие сведения?

— Я не утверждаю, что моя ситуация похожа на твою, — ответила она. — Мне трудно представить, что ты чувствуешь, но разве нельзя довериться друзьям?

— Друзьям? — переспросил он. — Я думал, мы говорим о сексе.

— Не надо, — тихо сказала она. — Я не хочу с тобой спорить. Я просто хочу помочь.

— Ты всегда хочешь помочь. — Он встал и подбросил дров в камин. — Мне не нужна ничья помощь, особенно твоя.

Слова Лукаса показались Стейси пощечиной. Она помолчала, пялясь на пламя камина.

— Ладно, — наконец ответила она и встала. — Я поняла твои намеки.

— Может, поговорим в другой раз? — предложил он.

— А надо ли?

— Тебе повезло, что сегодня вечером на моем месте не было другого мужчины, — отозвался Лукас, когда она пошла к лестнице.

Стейси замерла:

— Другого мужчины не будет.

— Не глупи, Стейси, — холодно сказал Лукас. — Пойми, мы друг другу не пара. Ты заслуживаешь совсем иного…

— О, пожалуйста, — прервала она его, — избавь меня от своей вежливости. Если я безнадежна в постели, просто скажи мне об этом.

Лукас вскочил на ноги, обхватил пальцами ее подбородок и заставил посмотреть ему в глаза.

— Ты не безнадежна. И в этом вся проблема.

— Я слишком хороша? — насмешливо спросила она, приготовившись услышать правду.

— Да, — категорично ответил Лукас. — Это была моя ошибка. Я не должен был позволять, чтобы все зашло так далеко.

— Для танго нужны двое. А что касается последствий, я справлюсь с чем угодно.

— Ты в этом уверена? — Он с сомнением посмотрел на нее. — Тебе нужна сказка, а мне — секс. Я почти все время работаю, а потом играю в поло. Я постоянно путешествую, и мой дом там, где я останавливаюсь. — Он пожал плечами.

— Дома у тебя нет. У тебя несколько роскошных зданий по всему миру, но ты не знаешь, что такое настоящий дом.

— Я помню, что такое дом, — тихо сказал он.

Стейси захотелось вырвать себе язык.

— Конечно, ты помнишь, Лукас. Прости. Я иногда говорю, не подумав.

— Ты и сейчас не думаешь, — предупредил он.

— Угу. С чего ты взял, что я хочу большего, чем ты? Я обычная женщина с нормальным, здоровым сексуальным аппетитом. Мужчины не единственные животные на планете, которые хотят секса без последствий или долгосрочных связей. Я не из тех, кто вешается мужчине на шею, — прибавила она, хотя ее душа кричала, что она лжет и на самом деле хочет с Лукасом серьезных отношений. Жизнь без него уже казалась ей бессмысленной. Но, если он подарит ей только одну ночь, она этим удовлетворится.

— Ни ты, ни я не можем позволить себе долгие отношения. — Она отчаянно желала, чтобы Лукас поцеловал ее, обнял и занялся с ней любовью. Размышляя, он поджал губы.

— Если ты принимаешь неизбежное, тогда…

— Ты имеешь в виду, что из-за темпа своей жизни ты подбираешь себе женщину как пищу, а когда вы оба удовлетворитесь друг другом, то расстанетесь?

Лукас резко поднял голову:

— Стейси, это грубовато даже для меня. Я никогда не смогу думать о тебе таким образом. Я помню тебя еще ребенком.

— Тогда ты должен знать, что я не дура и живу своим умом. Пожалуйста, не жалей меня и не шути над этим. Я знаю, чего хочу, и знаю, что тебе нужно. Что в этом плохого?

Он пожал плечами:

— По-моему, все.

Наклонив голову набок, она спросила:

— Разве мы не идеальная парочка?

Вспыхнувшая между ними страсть была просто фантастической. Сначала они спорили, а через минуту обоих захватило вожделение. И это было неправильно. Лучшее, что мог сделать Лукас, — это отстраниться от Стейси. Он пригласил ее в свой дом, и именно ему придется переживать последствия их связи. Согласно последнему прогнозу погоды, дорога в деревню будет непроходимой еще три-четыре дня.

— Лукас? — произнесла она. — Тебе нечего сказать?

— Идеал — опасное слово.

— Спасибо за ваше мнение, сеньор да Силва. Я это учту.

Он хотел сказать что-то еще, но потом решил, что лучше смотреть в окно, за которым падал снег. Отель через дорогу превратился в непонятное пятно со странными очертаниями.

— Ты еще не ложилась спать? — спросил он, не поворачиваясь к ней лицом.

— Я жду тебя, — сказала она.

Когда он обернулся, она одарила его своим фирменным взглядом, и он понял: даже если они разойдутся по своим комнатам, ему не удастся не думать о ней.

— Тебе надо отдохнуть. И мне тоже.

— Я позволю тебе отдохнуть в перерывах между близостью.

— Это не смешно, Стейс.

— А я и не шучу. — В ее глазах стояли слезы.

— Просто смирись, — посоветовал он и иронично прибавил: — Я - пропащий человек.

— Хорошо. — Она резко подняла голову. — Это легко. — Она подошла к нему ближе. — Нас занесло снегом, и теперь я должна делить с тобой кровать.

— У тебя своя кровать, — заметил он.

— Я поняла намек.

Он сомневался в этом.

— Спасибо тебе за помощь сегодня вечером.

— Я помогала с радостью.

Они стояли, глядя на снег, который из-за сильного ветра собирался в большие сугробы вокруг шале. Лукасу следует расчистить дорогу утром и на лыжах провезти Стейси вниз — в деревню, а не ждать смены погоды. Так будет безопаснее всего.

— Мы застряли на необитаемом снежном острове, — пробормотала Стейси, стоя рядом с ним.

— Больше никаких фантазий, пожалуйста, — попросил он.

Само собой разумеется, она проигнорировала его:

— Это похоже на другой мир, правда? Никаких правил и ничего, кроме нас и этого момента.

— Еще чуть-чуть — и твое воображение разыграется не на шутку, верно? — заметил он.

— Ну, а ты как видишь этот снегопад?

— Благодаря ему мне утром придется откапывать шале.

— Ты реалист до мозга костей. — Она рассмеялась.

— Я реалист, — согласился он. — И ты тоже можешь им быть.

— Неужели у меня имеются хорошие качества?

— Перестань напрашиваться на комплименты, — предупредил он, но потом улыбнулся. Он понимал, что годы опеки и заботы о братьях и сестре сделали его осторожным. Его упрекали в том, что он разучился радоваться жизни и веселиться.

— Красиво, правда? — прошептала она и коснулась рукой его обнаженной спины. Он испытал невероятные ощущения.

— Убирайся отсюда, — сказал он, надеясь, что она его послушается. Он больше не мог сдерживаться.

— Нет, — категорично ответила она и провела ногтями по его сверхчувствительной коже.

Лукас вздрогнул.

Развернувшись, он уставился на нее и спросил:

— Нет?

Несколько мгновений они пристально смотрели друг на друга, потом он протянул руку, запустил пальцы под пояс ее пижамных штанов и потянул их вниз.

— Значит, ты все-таки не ледяной.

— А ты проверь, — предложил он.

— Я как раз собиралась это сделать.

Из ее горла вырвался победоносный крик, когда Лукас опустился на колени и коснулся ее между ног.

— О, пожалуйста… — умоляла она, когда он начал ласкать ее так, словно это было впервые. — Я больше не могу…

Через минуту она громко закричала от бурного оргазма.

— О, Лукас, — довольно простонала она, когда ее удовольствие начало угасать. — Это было удивительно.

Подхватив Стейси на руки, он понял, что никогда так сильно не хотел женщину. Еще никому он не желал доставлять максимум удовольствия. Когда все барьеры вокруг его сердца окончательно рухнули, он уложил Стейси на меховой ковер у камина. Широко разведя ей ноги, он опустил голову и снова стал ее ласкать.

Задыхаясь от волнения, Стейси вцепилась пальцами в его волосы, удерживая его голову на месте, а потом закричала от наслаждения. Он крепко держал ее, желая убедиться, что она получает удовольствие до последней капли.

— Я не подозревала, что мне может быть так хорошо, — выдохнула она, потом быстро расстегнула пояс его джинсов.

— Ты действительно этого хочешь? — спросил он, нависая над ней.

— Да, да, — ответила она.

Он схватил пальцами запястья Стейси и поднял ее руки над головой:

— Но с одним условием.

— Какое условие? — Она ахнула.

— Мы сделаем это медленно.

— Сначала медленно, а потом по-быстрому, — сказала она.

<emphasis>Глава 10</emphasis>

Мастерство Лукаса не могло сравниться с фантазиями Стейси. Она мечтала о том, как занимается с ним любовью дни и ночи напролет, но это все равно было несопоставимо с тем, что происходило наяву.

Лукас стал сильнее и мускулистее за прошедшие годы. Все ее страхи и сомнения исчезли, когда он обнял ее, и она приготовилась ответить ему с той же страстью и желанием.

Она так долго мечтала о том, чтобы Лукас увидел в ней женщину, а не досадную неприятность, которая время от времени возникала в его жизни, поэтому не сдерживалась и громко стонала. Она жаждала большего, но Лукас отказывался спешить. Он неторопливо покрывал поцелуями ее тело: колени, бедра и ягодицы, спину. С каждой секундой Стейси все больше терялась в ощущениях, но Лукас не переставал ее дразнить.

Когда он неторопливо вошел в нее, она схватила Лукаса за плечи и обвила его торс ногами.

— С тобой все хорошо? — спросил он, когда она громко вскрикнула и замерла.

Стейси не могла говорить, боясь разрушить неповторимую атмосферу наслаждения. Целуя ее в губы, он начал двигаться, постепенно ускоряясь. Стейси старалась не отставать от него и с радостью слушала, как он стонет от удовольствия.

Они занимались любовью у камина несколько часов, сначала быстро и страстно, а потом медленно и нежно. Когда Лукас отвел волосы от ее сияющего лица, она поняла, что навсегда запомнит эту ночь. Сегодня между ними были настоящая близость и доверие.

— По-моему, сейчас ты уснешь как младенец. — Лукас улыбнулся. — Ты наверняка очень устала.

— Ты тоже, — напомнила она ему. — Хотя я, как ни странно, совсем не чувствую усталости.

— Я еще никогда так не старался, — сухо заметил он, улыбаясь от удовольствия, и поцеловал ее в губы.

Стейси чувствовала себя такой желанной и любимой…

Она резко одернула себя. Не стоит так жестоко шутить с собой. Утром, когда на нее обрушится реальность, она может пожалеть о том, что так размечталась.

— Я хочу уснуть в твоих объятиях, — честно призналась она.

— Уснуть? — спросил Лукас.

— Да, — подтвердила она. — Хотя бы то время, что осталось от ночи.

— Осталось немного, — заметил он, глядя в окно, где первые слабые лучи рассвета серебрили горные вершины.

— Все равно.

В ответ Лукас подхватил ее на руки и понес к кровати.

Он испытывал настоящее умиротворение, наблюдая, как Стейси спит. Нет большего удовольствия, чем заниматься любовью с женщиной, которую он…

Что?

Любит? Хочет? Использует?

Нет, он никогда не использовал Стейси.

Они опять сблизились, потому что у них не было другого пути. Это было неизбежно с момента их первой встречи. Стейси очаровала Лукаса своим уникальным и трудным характером, и теперь ему никогда ее не забыть. Она спала в его объятиях, и он чувствовал умиротворение впервые за долгие годы. Ее дыхание, такое нежное и ровное, успокаивало его. Стейси казалась такой невинной, и это тоже его успокаивало. Ему не хватало в жизни элементарной доброты и тепла, но он не хотел быть эгоистом, потому что не мог предложить Стейси серьезных отношений. Конечно, незачем врать, говоря, будто он сожалел о том, что уступил инстинктам. Когда Стейси проснется, она наверняка образумится и поймет: все, что между ними было, закончилось.

Даже холодный душ не помогал Лукасу успокоиться. Он не знал ни одной женщины, похожей на Стейси. Она была необузданной в юности, а сейчас стала ненасытной в постели. Младшая сестра Ниала повзрослела. Пусть она еще довольно неопытна, но ее сексуальный аппетит ничуть не меньше, чем у Лукаса.

А Ниал? Как он отреагирует на связь своей сестры с Лукасом? Он решил, что Ниал ни при чем, когда выключил воду в душе и отвел волосы от глаз. Все зависит от Стейси. Он не хочет причинить ей боль. Взяв полотенце, он обернул его вокруг талии. Одной мысли о Стейси было достаточно, чтобы он снова возбудился.

Он взглянул в окно на снежные сугробы. «Избегай ее, если сможешь», — сказал ему внутренний голос. Волей судьбы он и Стейси оторваны от мира и вынуждены сидеть в шале. Разумнее всего расчистить проход в снегу к самому крутому склону и спуститься на лыжах в деревню.

Одевшись, Лукас поздравил себя с тем, что всегда умел найти подходящий момент для расставания. Он знал, когда его братьям и сестре пора покинуть дом. И он понимает, что расставание со Стейси неизбежно. Ей нужен мужчина, у которого всегда найдется для нее время и который обеспечит ей безопасный и уютный дом. Лукас не способен ей это дать. После смерти родителей в его жизни все изменилось и продолжает меняться. Это шале — не уютный дом, в этом Стейси права. Это просто одно из зданий, которыми он владеет по всему миру. Каждое новое его приобретение всегда привлекательнее прежнего, но такое же безликое.

Стейси проснулась, испытывая глубокое удовлетворение и приятную усталость. И не сразу поняла, где находится. Комната Лукаса! На нее вдруг нахлынули воспоминания о прошлой ночи. Вытянув руку, она ощупала кровать и обнаружила, что Лукаса рядом нет.

Соскользнув с кровати, она схватила халат. Надела его и завязала пояс. Подойдя к окну, она с облегчением воскликнула, увидев Лукаса снаружи: он расчищал дорогу от снега. Повернувшись, она пошла в ванную и быстро приняла душ, а потом оделась.

Торопливо надев куртку и ботинки, она взяла лопату и вышла на улицу, чтобы присоединиться к Лукасу.

— Доброе утро!

— Привет! — Лукас мельком взглянул на нее и продолжил убирать снег.

Она не видела его глаз под солнцезащитными очками — обязательная мера предосторожности на ярком зимнем солнце.

— Получи! — Она запустила снежок ему в голову.

Тряхнув непослушной черной шевелюрой, как сердитый волк, Лукас снова вонзил лопату в снег и притворился, что ничего не заметил.

Она принялась забрасывать его снежками, пока он не зарычал и не выпрямился.

— Тебе меня не испугать, Лукас да Силва, — сказала она.

— Сейчас испугаю, — произнес он, подскочил к ней и вдруг превратился из хладнокровного и сдержанного мужчины в необузданного парня, которого она помнила с юности. Притянув к себе, он повалил Стейси на сугроб и засыпал ее лицо и волосы снегом.

— Не смей!..

— А иначе что? — спросил он. — Стейси, ты сводишь меня с ума. Я хочу тебя прямо на снегу.

— И что тебя останавливает?

Хрипло вскрикнув, он бросил перчатки в сторону:

— Что ты со мной делаешь?

— А ты со мной? — выдохнула она, когда они начали расстегивать одежду друг на друге.

— Это вообще возможно?

— Конечно.

Он приподнял ее, и она обвила ногами его торс. Он резко и глубоко вошел в нее, и она восторженно вскрикнула. Он поддерживал ее так непринужденно, словно пушинку, и входил в нее снова и снова.

— Быстрее! — требовала она, не в силах им насытиться. Когда удовольствие утихло, она печально произнесла: — Я хочу еще.

Лукас рассмеялся:

— Я тоже.

Под ярким голубым небом среди снежных сугробов они снова занимались любовью, но на этот раз Лукас поднял ее руки над головой, и они оба уставились друг другу в глаза с нескрываемой страстью.

— Думаю, нам лучше поработать, — неохотно сказал он через некоторое время.

— Наверное, ты прав, — согласилась она.

Они поправили одежду, а потом с огромным энтузиазмом атаковали снег.

— Что-то не так? — спросила она Лукаса, когда он остановился и оперся на ручку лопаты. — Я тебя утомила?

Он усмехнулся и притянул Стейси к себе:

— А ты как думаешь?

— Я думаю, ты никак не можешь решить, то ли тебе расчищать дорогу, то ли пойти в сауну.

— Может быть. — Он улыбнулся.

— Пошли в сауну. Я не хочу, чтобы ты мучился.

Воткнув лопаты в снег, они побежали в сауну. Закрыв дверь, раздели друг друга. В маленькой бревенчатой сауне было уже тепло, но Лукас поднял температуру в помещении еще выше.

— Надо торопиться, — произнес он и улыбнулся.

У него была заразительная улыбка: белые зубы резко выделялись на фоне загорелой кожи и черной щетины. Была только одна проблема: их энергичность и экстремальная жара мешали им прижиматься друг к другу.

— Я соскальзываю с тебя! — пожаловалась Стейси.

— Пора охладиться, — согласился Лукас.

Оба хохотали, когда Лукас выносил Стейси на улицу и бросал на снег. В этот момент они поняли, что резкий перепад температуры только усиливает их желание.

Он усадил Стейси на себя верхом:

— Я не могу допустить, чтобы ты простудилась.

— Никаких шансов! — Она ахнула от удовольствия, когда он резко вошел в нее, а потом затихла и прижалась к его груди. — Неудивительно, что это так популярно.

— Секс на снегу?

— Сауна.

— Пошли. — Лукас поднял ее на ноги. — А то замерзнем. Сейчас согреемся, оденемся и снова примемся за работу.

Расчищая снег, они разговаривали, и Стейси подумала, что Лукас наконец будет с ней откровенен. Но нет. Вместо этого он засыпал ее вопросами, и она рассказывала ему о своей жизни и друзьях в Лондоне, а также о том, что тоскует по конезаводу.

— Я ужасно скучаю по лошадям, — призналась она. — И по Ниалу, но он сейчас очень занят. — Она умолкла, когда Лукас помрачнел. Он тоже редко отдыхал. — А как насчет тебя, Лукас?

— Что ты хочешь узнать? — Он поджал губы и повел плечами. — Обо мне ты можешь узнать из газет.

— Разве? — недоверчиво спросила она. — Из газет я узнаю только то, что мне сообщают папарацци, охотящиеся за сенсацией. Я бы хотела обо всем узнать от тебя.

— О чем именно?

Стейси поняла, что так их разговор ни к чему не приведет. Если она будет настаивать, Лукас вообще отгородится от нее. Зачем портить время, которое они проводят вместе?

Она воткнула лопату в снег и призналась:

— В прессе о тебе пишут только хорошее. — Она фыркнула от смеха. — Неужели у тебя нет недостатков?

— Я весь из достоинств. — Лукас широко развел руки в стороны.

Стейси хмыкнула, притворяясь, что обдумывает его слова:

— Ты немного одержим контролем, но только потому, что рано взял на себя ответственность после трагедии. Тебе пришлось быстро обуздать все свои юношеские безумства. Твои родители погибли, когда твои ровесники, в отличие от тебя, делали все, что им заблагорассудится. А ты в это время строил бизнес-империю и опекал семью, которая сильно пострадала.

Он хмыкнул и выгнул бровь:

— Я сомневаюсь, что я заслуживаю такой похвалы. По твоим словам, я гораздо более впечатляющий, чем на самом деле.

— Неужели? — Она пристально посмотрела на него. — А по-моему, все, что я говорю, — правда.

— Да ты и сама преуспела, — произнес он, ловко меняя тему. — Ты также была связана чувством долга, но нашла возможность попробовать что-то новое и добилась успеха.

Стейси охватило разочарование. Ей следовало заранее понять, что Лукас не откроется ей после стольких лет молчания. Решив не усложнять свое положение, она улыбнулась:

— Итак, ты наконец осознал, что за пять прошедших лет я изменилась.

Он притянул ее к себе:

— И довольно сильно.

— Ты удивлен? — тихо спросила Стейси, радостно улыбаясь. — Одной ночи с тобой достаточно, чтобы повзрослеть. Моя церемония посвящения была впечатляющей. Я не могу не нахваливать тебя.

— Я предлагаю тебе сохранить свою похвалу при себе.

— О да, конечно, — бодро пообещала она. — И пожалуйста, продолжай в том же духе, — прошептала она, не сдержавшись.

— Давай копать, — сказал он, отпуская ее.

— Мы почувствуем себя намного лучше, когда расчистим дорогу, — произнесла она, приказывая себе успокоиться.

— Время покажет, — согласился Лукас.

— А когда время что-то кому-то показывало? — спросила она.

Он пожал плечами:

— Поживем — увидим.

Она не стала уточнять, что они должны увидеть. Ответ был ясен им обоим. Время разведет их в разные стороны, но сейчас нет смысла думать об этом.

<emphasis>Глава 11</emphasis>

Расчистив территорию от снега, они приняли душ и спустились в гостиную.

— Ты великолепно выглядишь. — Лукас лукаво улыбнулся. — Физический труд тебе на пользу.

— Тебе тоже, — сказала она немного рассеянно. Лукас прекрасно выглядел босиком, в старых джинсах и выцветшей футболке, небритый, с густыми волнистыми влажными волосами и походил на цыганского барона.

— Ты изменилась, — произнес он, хмурясь.

— Надеюсь, к лучшему?

— Хм, никак не пойму, что именно в тебе изменилось.

Лукас был прав: Стейси изменилась больше, чем он догадывался. У нее случилась задержка, впервые в жизни. И появились другие признаки беременности, хотя было трудно в это поверить. Она интуитивно чувствовала, что вынашивает ребенка. И была абсолютно уверена, что ее тело стало домом для малыша. При мысли о нем сердце Стейси переполнялось любовью. И она решила, как всегда, сказать обо всем Лукасу напрямик.

— А если я изменилась из-за беременности?

Лукас замер:

— Извини, что ты сказала?

— Что, если я беременна? — переспросила она. — Вдруг у меня будет от тебя ребенок?

— Это невозможно. — Лукас категорично тряхнул головой. — Я об этом позаботился.

— Никто не может быть абсолютно уверен в этом, даже ты, Лукас.

— Ну да, — неохотно признал он. — Но как ты можешь быть абсолютно уверена, что беременна, пока не сдала анализы?

— Это могло случиться в тот первый раз, когда мы занимались любовью.

Лукас нахмурился:

— Барселона?

— Почти месяц назад, — подтвердила она.

Он стал вспоминать, и по его взгляду она поняла: ребенок не входил в его планы. Он даже не думал о долгосрочных отношениях со Стейси, не говоря уже о малыше. Что ж, она справится одна. Стейси будет не единственной матерью-одиночкой в мире. Но одно ясно: она не отвергнет ни одного из своих детей, как однажды отвергли ее. Карьера и материнство совместимы. Ей просто придется лучше организовать свою жизнь.

— Стейси, ты понимаешь, что мы не можем оставить все как есть?

— Конечно, я понимаю.

— И?…

— У меня предложение.

— Я тебя слушаю, — ответил он.

Они оба вдруг стали жесткими и деловитыми. Отмахиваясь от сожаления и любых других эмоций, она сосредоточилась на фактах.

— Давай подождем, когда мы выберемся из шале и я смогу сделать тест на беременность. Потом проведем вечеринку, а затем обсудим детали.

— Детали? — Лукас с удивлением запрокинул голову. — Ты не забыла, что мы говорим о ребенке?

Стейси покраснела. Под обвиняющим взглядом Лукаса ей стало совестно. Однажды он был любим своими родителями и не понимал глубоко укоренившегося страха Стейси. Не зная своей матери, она беспокоилась, что сама станет плохой матерью для малыша.

— Мы обсуждаем самый ценный дар в мире, — твердо заявила она.

— Иди сюда, — тихо произнес он.

Она колебалась, зная, что с каждой новой близостью ей все труднее мириться с тем, что у них с Лукасом нет будущего. Ему незачем менять свою жизнь. Он — не первый и не последний мужчина в мире, у которого родится ребенок от любовницы, но это не означает, что они станут семьей.

Стейси подошла к нему, и они начали целоваться. Он нежно обнимал ее крепкими руками, словно хрупкую вазу.

— Не надо было разрешать тебе расчищать снег, — прошептал он.

Она подняла на него глаза:

— Я могу быть беременной, но я не больная. И не надо так меня опекать.

— Тем не менее, — сказал он серьезным тоном и вгляделся ей в лицо, — с этого момента тебе лучше не перетруждаться.

Когда люди заботились о ней, Стейси сразу раскисала. Вот и сейчас на ее глазах выступили слезы, но она быстро отвернулась, чтобы Лукас их не увидел. Не надо, чтобы он считал ее слабой.

— Я еще не закончил, — пробормотал он.

Она посмотрела на него, и он притянул ее к себе еще ближе. Они целовались, словно в последний раз.

Лукас размышлял в своем кабинете, пока Мария готовила легкий обед для него и Стейси. Его опыт семейной жизни был положительным до трагедии с родителями, после которой он поклялся никогда не рисковать своим сердцем. Боль от потери родителей была неописуемой.

Ребенок от Стейси изменит все.

Теперь ему придется рискнуть своим сердцем. При этой мысли ему стало страшно. Как он найдет время для ребенка в своем напряженном графике? Получится ли из него хороший отец? У него были великолепные родители. Они очень любили своих детей, хотя были неопытны в решении жизненных и финансовых проблем: он это обнаружил, когда стал сам управлять семейным домом. Сейчас Лукас может заключать крупнейшие сделки и покупать все, что хочет, но он по-прежнему помнит свои обязанности по отношению к своим братьям и сестре. Эти обязанности он с радостью взвалил на себя, но не мог отрицать, что испытал облегчение, когда братья и сестра повзрослели и начали жить самостоятельно. Конечно, еще неизвестно наверняка, беременна ли Стейси, но, если она ждет ребенка, ей понадобится поддержка. Лукас решил, что найдет время и для нее, и для ребенка.

Надо все делать по порядку. Ради душевного спокойствия Стейси следует отвезти ее в деревню, где она сделает тест на беременность, обратиться к врачу и быстро приступить к организации вечеринки. Она начнет кидаться на стены, если не сможет этого сделать в ближайшее время Движение подъемников в деревню приостановлено, поэтому остается только один способ благополучно отвезти туда Стейси. Нельзя подвергать ее риску. Если с ней что-нибудь случится…

С ней все будет в порядке. Ему придется оставить прошлое позади. Сейчас ему предстоят более важные дела. Смерть его родителей стала трагической случайностью. Именно так сказали ему полицейские, хотя только Лукас знал правду. Стейси не удастся запретить ему заботиться о ней.

А также ухаживать за их ребенком. Ее беременность — приятный сюрприз, подумал он с улыбкой. Он принял все меры предосторожности, но ни в чем нельзя быть уверенным на сто процентов. Их ребенок вырастет в любви и никогда не подвергнется унижениям, как Стейси.

Приняв решение, он позвонил Марии по телефону:

— Обед отменяется. Я спущусь на лыжах в деревню, чтобы проверить организацию вечеринки.

— Сеньорита Виннер останется здесь?

— Она поедет со мной.

— Ни за что! — воскликнула Стейси, когда Лукас рассказал ей о своих планах. — Ты шутишь, что ли?

— Ты мне не доверяешь?

— Ты знаешь, что я доверяю тебе.

— Но?… — подсказал он.

— Но если я беременна…

— Ты сказала, что ты не больна, — напомнил он ей. — И если я отвезу тебя в деревню, там ты будешь рисковать меньше, чем здесь. Ты же себе места не найдешь, не зная, как идет подготовка к вечеринке. Ради нее и моих гостей нам надо как можно скорее спуститься в деревню. Подъемники еще не работают, так что я предлагаю самый безопасный способ.

— Ты такой опытный лыжник? Ну да, — сухо заметила она. — Ты умеешь все на свете.

Он пожал плечами:

— Давай проверим? Ты ничего не ела, поэтому я отвезу тебя на обед.

Стейси округлила глаза:

— Слушай, давай уточним: ты повезешь меня в деревню на своих лыжах?

— Да, на своих лыжах, — подтвердил Лукас.

— Ты шутишь, да? — Стейси уставилась на головокружительный обрыв. — Это край утеса. Отсюда невозможно безопасно съехать.

Она вскрикнула, когда Лукас доказал ее неправоту. Обхватив Стейси рукой за талию, он надежно удерживал ее перед собой и рванул вниз. Вскоре он остановился у склона.

— Вот видишь? — спросил он. — Я же говорил, что ты можешь мне доверять. Со мной ты в безопасности.

— Предупреждай заранее, когда будешь снова делать что-нибудь подобное, — попросила она, с трудом шевеля замерзшими губами.

— Я не дам тебе упасть, — пообещал он. — Пока ты стоишь на моих лыжах, мне проще удерживать тебя на месте.

— Я надеюсь, ты получаешь от этого удовольствие, — сказала она, нервно смеясь над своей безнадежной шуткой.

— Верно, — согласился Лукас и улыбнулся. — Я пытался удержать тебя на месте многие годы и не добился успеха, поэтому понятия не имею, почему мне кажется, что смогу сделать это сейчас.

— Ты мне доверяешь? — спросила она.

Он фыркнул от смеха:

— Приготовься к очередному спуску. Он тоже короткий.

— Мои ботинки не повредят твои лыжи?

— Ни в коем случае.

В горле Стейси пересохло, когда она посмотрела в пропасть. По работе ей приходилось посещать удивительные места, но в заснеженных горах она ни разу не бывала. Только желание узнать, беременна ли она, и снова увидеть свою команду, а также узнать, как идет подготовка к вечеринке, заставили Стейси стиснуть зубы и продолжить спуск.

После нескольких пугающих рывков вниз и поворотов Лукас снова остановился, чтобы убедиться, что со Стейси все в порядке.

— Наслаждайся, — посоветовал он. — Ты можешь летать, не отрываясь от земли.

Она невесело рассмеялась:

— Пожалуйста, не отрывайся от земли. Я видела, как ветер раскачивает кабины подъемников.

— Не волнуйся. Я катаюсь на этом склоне по нескольку раз в день, поэтому знаю его, как свои пять пальцев.

Они снова сделали спуск, а потом Лукас остановился и прижался щекой к щеке Стейси.

— Расслабься, — тихо сказал он.

— Я хочу доверять тебе. Честно говоря, я тебе доверяю. Ты несешься на гигантской скорости, и я не понимаю, как ты это делаешь, пока я стою перед тобой.

— Просто верь, что со мной ты в безопасности. — Лукас повел плечами и снова поехал вниз.

Удивившись, Стейси обнаружила, что ее уверенность постепенно растет. Она привыкала к скорости. Помогало и то, что Лукас регулярно останавливался, чтобы проверить, как у нее дела.

Их тела плотно прижимались друг к другу, вокруг царила тишина, на склоне были только они двое.

— Я вижу дома в деревне! — наконец крикнула она.

Лукас остановился. Туман рассеялся, а снегопад прекратился, и небо стало ярко-голубым.

— А я приободрилась! — взволнованно воскликнула она, поворачиваясь к нему.

— Я тоже, — серьезно ответил Лукас. — Сейчас идеальная погода для вечеринки.

Вечеринка. Стейси приуныла. Она не хотела, чтобы ей напомнили, что ее единственная цель здесь — устроить вечеринку для Лукаса. Но с фактами не поспоришь. Он думает о будущем, а она живет настоящим.

— Жаль, что не работают подъемники, — заметила она, стараясь не обижаться. — Почему их не включают?

— Они могли пострадать от ветра, — объяснил Лукас, проследив за ее взглядом, и крепче сжал ее талию, а потом поехал вперед. — Надо проверить каждую часть системы, прежде чем запускать подъемники! — крикнул он ей на ухо.

— Но твои гости…

— Не волнуйся! Я придумал, как перевезти их на гору.

— Я заинтригована.

— А я проголодался. Ты готова ехать до деревни без остановок?

— Да! — Стейси чувствовала себя такой счастливой впервые за долгое время. Она не знала, какое будущее ждет ее с Лукасом, но перспектива родить от него ребенка казалась драгоценным подарком, которого она ждала, несмотря ни на что.

Замедляясь на пологом склоне для новичков, Лукас подумал, что нет никакого смысла мечтать и строить предположения. Если бы только его родители дожили до того момента, когда успешными стали его братья и сестра… Если бы только они могли порадоваться его удаче… Если бы они дожили до своего первого внука… Чего бы Лукас ни достиг, чувство вины лежало у него на плечах свинцовым грузом, угрожающим погубить его счастье в любой момент.

Стейси взвыла от восторга, когда он остановился, потом посмотрела ему в лицо и с беспокойством спросила:

— Ты в порядке?

— Я? У меня все отлично.

— Вообще-то это мой ответ, — упрекнула она его.

Он невесело рассмеялся. Придерживая Стейси, он помог ей сойти с его лыж, расстегнул крепления и перекинул лыжи через плечо.

Когда она оглянулась на гору и покачала головой, удивляясь тому, что они с нее спустились, он заметил:

— Если бы я сказал тебе наверху, что мы проедем трассу уровня чемпионата мира, ты бы поехала со мной?

Она уставилась на него, у нее отвисла челюсть.

— В самом деле?

— Да, — подтвердил он. — У нас отлично получилось.

Она улыбнулась.

— Может, я и не поехала бы, — призналась она, — но я рада, что мы спустились. Ты не сомневался, что спуск будет удачным?

— Я бы никогда не рискнул твоим благополучием, особенно сейчас. В любом случае еще раз поздравляю! Можешь хвастаться перед друзьями своими успехами.

Как ни странно, Стейси приуныла. Возможно, потому, что Лукас превратил спуск с горы в праздничное приключение. Она призадумалась, не повлияла ли на него новость о том, что она может быть беременной. Неужели он действительно такой бесчувственный? Если да, то почему? Как только вечеринка пройдет, они разойдутся в разные стороны. Конечно, ребенок свяжет их навсегда. Вопрос в другом: хочет ли этого Лукас? Она полностью доверяет ему, но все равно до конца его не знает. Как всегда, забота о Лукасе победила все ее сомнения и обиды.

— Как ты вернешься в шале, когда закончишь свои дела в деревне? — спросила она.

— Я не вернусь в шале.

— Ага, понятно. — На самом деле Стейси ничего не поняла, однако Лукас не уточнял, что он имел в виду. Она решила не донимать его вопросами. Меньше всего ей хотелось, чтобы он думал, будто она навязывается ему, даже не зная наверняка, беременна она или нет.

Итак, Лукас возвращается к работе, как и должно быть. Теперь, когда дело касается вечеринки в горах, они со Стейси не давние любовники и не близкие друзья. Лукас — ее босс, а она работает на него. Она всегда знала, что их связь рано или поздно закончится. Она просто не ожидала, что все закончится так внезапно.

— Я могу остаться в деревне, — как бы невзначай сказал он.

Он не предложил ей остаться с ним. А разве он должен был? Тем не менее Стейси было непросто принять то, что сначала Лукас был таким любящим и заботливым, а через минуту стал чужим.

Конечно, она понимала, почему Лукас так себя ведет. Его умение любить умерло в день гибели его родителей. Все, кроме Найла и Стейси, удивлялись тому, как сильно горюет Лукас. Казалось, он считает себя виновным в смерти родителей. Они были такой дружной и любящей семьей, поэтому неудивительно, что он был опустошен. Много раз ей хотелось сказать ему, что он не может одновременно заниматься бизнесом и делами семьи. Его родители, несмотря на то что были такими милыми, вели себя безответственно по отношению к финансам. Они всегда гонялись за следующей новой идеей, а Лукас постоянно их спасал. Истинный размер их долга стал известен только после похорон, что стало, по мнению Стейси, мощным стимулом для Лукаса. Он считал, что именно он должен поддержать своих братьев и сестру и погасить родительские долги. Ему было не о чем сожалеть.

Она мельком взглянула на его суровое лицо. Пусть он не умеет любить, но его заботливость — врожденное качество, привитое ему безалаберными, но любящими родителями. Он уже так много сделал для нее, размышляла Стейси, пока они переходили дорогу. Он подарил ей уверенность, которую она никогда не испытывала раньше. Хотя они расстанутся, она всегда будет благодарна Лукасу за то, чему он ее научил. Во время их краткого воссоединения у них были потрясающий секс, забота друг о друге и дружба. Лукас поддерживал ее как в личных делах, так и в профессиональной жизни. Но не надо строить иллюзий, потому что Лукас — реалист, а она — мечтатель.

— Пообедаем здесь, — сказал Лукас, когда они подошли к оживленному кафе с запотевшими окнами. — Потом ты купишь тест на беременность по пути в отель, где расположилась твоя команда, и запишешься на прием к местному врачу. — Он тихонько вздохнул и прибавил: — Я поговорю со своими помощниками, пока ты общаешься со своими, а потом мы проведем совместное совещание.

Итак, они станут обсуждать вечеринку, а не результаты теста на беременность или ее визит к местному врачу. Разве им не следует говорить о своем будущем?

Стейси приказала себе не витать в облаках.

Прямо сейчас Лукаса интересует только чрезвычайно дорогая вечеринка, которую он оплатил. Все остальное может подождать. Он всегда расставлял приоритеты и контролировал ситуацию.

— Конечно, — деловито ответила она. Она провела немного времени с Лукасом, но теперь он избавляется от нее. — По правде говоря, я бы пообедала со своей командой. Ты не возражаешь?

Он удивленно посмотрел на нее:

— Как хочешь.

— Прости меня. И спасибо за твое гостеприимство. Но я отсутствовала достаточно долго.

Лукас нахмурился и уставился на нее.

— Все должно быть готово к вечеринке, — поспешно прибавила она. — Я буду на связи. Мы обязательно проведем совместное совещание.

— Конечно, — ответил он. — Сразу сообщи мне результаты теста и то, что скажет тебе доктор. И если тебе что-нибудь понадобится…

— Я дам тебе знать, — прервала она его и почувствовала, как разрывается ее душа.

<emphasis>Глава 12</emphasis>

Стейси старалась не думать о Лукасе, но это было не так просто. К счастью, ее перспективное планирование принесло свои плоды. Ее команда устроителей вечеринок была готова к работе. Все было на своих местах. Можно провести мероприятие в любую минуту. Но вместо того, чтобы волноваться из-за лучшей гламурной вечеринки сезона, она задавалась вопросом, где ей найти Лукаса.

У нее пересохло в горле, когда она вспомнила, что его контактные данные лежат у нее в папке. Лукас — жизненно важный клиент фирмы «Планировщики вечеринок», и у ее команды появился шанс повторить свой успех, как в Барселоне. Нельзя допустить, чтобы ей помешали личные проблемы.

— Приступаем к работе! — заявила Стейси, поговорив со своими помощниками. — Нам предстоит самое удивительное мероприятие.

Лукас убрал лыжи, а затем встретился со своим персоналом, который подтвердил, что подготовка к вечеринке идет полным ходом и ему не о чем беспокоиться. При мысли о Стейси у него от волнения скручивало живот. Новость о ее возможной беременности не давала ему шанса сосредоточиться. Хорошо еще, что нет проблем с вечеринкой.

Выйдя из отеля, он решил прогуляться, чтобы убить время до совещания, и заметил, как Стейси выходит из аптеки. Перебежав через дорогу, он догнал ее.

— Пошли пить кофе, — предложил он, глядя на кафе с запотевшими окнами.

— Разве мы не должны проводить совещание?

Она показалась ему бледной.

— Тебе надо согреться, — сказал он. — Дела подождут.

— В этом кафе ты будешь у всех на виду, — заметила она с беспокойством.

— Ты хочешь появиться там одна, зажав в руке тест на беременность? — спросил он.

— Не надо. — Она напряглась. — Не поступай так со мной, Лукас.

— В каком смысле? — спросил он, не понимая ее.

— Просто перестань, ладно?

Ее голос был напряженным, и, хотя она стояла, отвернувшись от Лукаса, он принялся мысленно ругать себя. Стейси с трудом принимала чью-то заботу. Всю жизнь о ней заботился только ее брат.

— Ладно, я не буду настаивать, — согласился Лукас. — Поступай как знаешь. Просто держи меня в курсе. Наверное, мы с тобой начнем новую династию. — Его последнее замечание было неудачной попыткой поднять ей настроение, и Стейси сердито посмотрела на него. — Врежь мне, — предложил он. — Тебе будет легче.

— Нет, драки — удел мужчин. — Она слабо улыбнулась. — Я выпью кофе. А потом мне надо работать, — поспешно прибавила она.

— Конечно. — Он покорно опустил голову. — Как прикажете, сеньорита.

Лукас выглядел таким же взволнованным, как и она, поэтому Стейси согласилась выпить с ним кофе перед совещанием. Они уселись за столиком уютного кафе, потягивая горячие напитки в окружении счастливых людей на отдыхе и даже гостей Лукаса, которых он с энтузиазмом приветствовал. Какой бы странной ни казалась ситуация для Стейси, которая держала в кармане комбинезона тест на беременность, она была любовницей этого человека.

Она приказала себе образумиться, когда Лукас тряхнул головой, разговаривая со знакомыми, и густые черные волосы колыхнулись вокруг ее лица. В его ухе сверкнула золотая серьга-кольцо, и Стейси словно заново осознала, что Лукас да Силва — непревзойденный любовник, безжалостный игрок в поло, жесткий бизнесмен и испанский аристократ.

Пока они были в его шале, она забыла о том, что их разделяет пропасть. Лукас не принадлежит ей. Он живет в мире, в котором ей никогда не было комфортно. И теперь она может быть беременна от этого мужчины.

— Ну? — спросил он и снова сел за столик. — Извини, что оставил тебя. Ты замерзла? Выпей кофе и согрейся.

— На улице холодно, — легкомысленно сказала она, глядя в окно.

— Мягко говоря, — произнес Лукас тем же разочаровывающим нейтральным тоном. — Говорят, снова пойдет снег.

Пока он обнимал Стейси, она чувствовала себя уютно. Как только они добрались до деревни, по ее жилам побежал холод. Это был холод ожидаемой потери Лукаса после расставания. Погода ни при чем. Хотя, как она взволнованно заметила, опять начался снегопад.

— Погодные условия повлияют на все, — отметила она. — Там, где это возможно, я учла все возможные проблемы.

— А где это невозможно? — осторожно спросил он.

— Я все еще беспокоюсь о том, чтобы твои гости поднялись на гору для факельного шествия и фейерверка.

— Предоставь это мне. У меня есть идея.

— Поделись ею, как только сможешь.

— Конечно. — Он выдержал ее взгляд. — И ты дашь мне знать, как только сможешь.

— Да. — У нее потеплело на душе от мысли, что Лукас ничего не забыл. — Если все пойдет как запланировано, твои гости будут вспоминать эту вечеринку до конца жизни.

— А ты? — Он резко взглянул на нее. — Что ты будешь вспоминать, Стейси?

— Счастливые времена. — Она поджала губы, и ее глаза улыбнулись. — Я не подведу тебя, — пообещала она.

— Я полагаюсь на тебя. — Лукас допил кофе.

Она кивнула, думая и о вечеринке, и о визите к доктору:

— Это будет событие года.

— Что ты хочешь поесть?

— На еду нет времени. Только кофе.

— Суп, — сказал он. — Тебе надо что-нибудь поесть.

— Хорошо, суп, — согласилась она. — Но я сама его оплачу.

Лукас немного расслабился за тарелкой супа, и теперь Стейси собиралась переговорить со своей командой и сделать тест на беременность. При прощании Лукас сказал:

— Спасибо, что рассказала мне о вечеринке. Теперь мне надо поговорить со своими помощниками.

Не было никаких упоминаний о том, что они снова увидятся, но Стейси приняла это как должное, хотя думала, что Лукас захочет узнать результаты теста.

— Тебя зовет твоя глобальная империя? — поддразнила она.

— Ну, сейчас меня больше волнует вечеринка, — признался он. — До нее всего пара дней, хотя глобальная империя всегда жаждет моего внимания.

Вспоминая свое обещание не навязываться Лукасу, она просто кивнула в знак согласия.

За обедом они многое вспоминали, не вдаваясь в подробности того, каково им было заниматься любовью. Или как уверенно чувствовала себя Стейси, когда Лукас спускал ее с горы. Они не упоминали о вкусах, прикосновениях или ощущениях, но мысли об этом читались в их глазах все время. Лукас вспомнил, как однажды на ферме Стейси выдавила пену для бритья ему в ладонь, пока он спал. Проснувшись, он провел рукой по волосам и вымазался в пене.

— Я помню твою ярость, — сказала она с удовольствием.

Лукас выглядел тогда как огромный злой медведь, когда выскочил из своей комнаты в поисках ванной, с пеной в волосах. В то время она подозревала, что никто и никогда не относился к аристократу Лукасу да Силва с такой предвзятостью, как она.

— Я помню перец чили в своем мороженом, — произнес он.

— Это было не мороженое, а клубника, поэтому я подумала, что ты не заметишь. Умно, да? — Она озорно посмотрела на него поверх кофейной чашки.

— Не то слово, — согласился он, и они расхохотались.

Стейси стало любопытно, настанет ли время, когда ее не будет так сильно тянуть к Лукасу. Чем дольше она общалась с ним, тем больше он ей нравился. Она ничего не могла с собой поделать.

<emphasis>Глава 13</emphasis>

Лукасу было интересно, что сейчас делает Стейси. Каков результат теста на беременность? Что сказал ей доктор?

Эти мысли одолевали Лукаса, когда его самолет взлетел в небо, оставив горы и Стейси позади. Экстренный вызов в Лондон потребовал немедленной смены плана. Он позвонит Стейси, когда приземлится. Никакой паники. Она будет постоянно занята, и он увидится с ней на вечеринке. Он пытался позвонить ей несколько раз, но ее телефон все время был вне зоны доступа.

Он позвонил в отель, где уже возводились гигантские сооружения для его вечеринки, но никто не смог разыскать Стейси. Он решил, что она была в клинике. Ее планы восхищать и удивлять его гостей превзошли даже его самые смелые ожидания, но теперь, вместо того чтобы изумляться возвышающимися конструкциями, имитирующими ледяное королевство или огнедышащих драконов, он снова и снова вспоминал Стейси. И подумывал о том, как прекрасно она выглядела, когда они спускались на лыжах с горы. Ее щеки покраснели, глаза блестели от волнения, снежинки покрывали мягкие каштановые прядки, обрамляющие ее лицо. Он не знал женщину милее Стейси.

Если бы у него была другая жизнь и он мог избавиться от вины, которая преследовала его, а Стейси не была так увлечена своей карьерой, они сумели бы планировать совсем другое будущее.

Он снова позвонил ей.

Нет ответа.

Стейси вышла из клиники с пачкой брошюр с советами будущим матерям. Как и подозревала, она была беременна.

Взяв телефон, она решила позвонить Лукасу.

Оказалось, ее телефон разрядился!

Последние двадцать четыре часа она была слишком занята, чтобы вспомнить о зарядке телефона. Разочарованно вздохнув, она решила позвонить Лукасу из отеля.

Идя по заснеженному тротуару, она постепенно успокаивалась. Отчасти ей хотелось обо всем рассказать Лукасу немедленно, отчасти немного подождать с этим. Конечно, Лукас совсем не похож на ее отца, но прошлое не давало ей покоя.

Зарядив телефон, она позвонила Лукасу.

Звонок переключился на телефон его секретарши.

— Его срочно вызвали? — переспросила Стейси, сбитая с толку.

— К сожалению, я не могу дать вам больше информации, но я передам, что вы звонили, — отрезала секретарша.

— Спасибо…

Секретарша уже повесила трубку.

Вот так, мимоходом, Стейси указали ее место.

Через два дня, смотрясь в зеркало и ожидая начала вечеринки да Силва, Стейси предвкушала встречу с Лукасом.

Сначала будет прием с шампанским, потом традиционный банкет с танцами и аукцион в деревенском отеле. Затем — подъем на гору к шале Лукаса, которое станет идеальной отправной точкой для фейерверка, а потом знаменитое факельное шествие самых опытных лыжников региона, которые спустятся с горы, освещенной прожекторами. Под вечернее платье Стейси надела теплое нижнее белье и на всякий случай приготовила теплые ботинки.

Лукас организовал оригинальный способ доставки гостей на гору после главной вечеринки в отеле. Им предстояло подниматься на снегоочистителях для лыжных трасс. Размышляя о том, как они здорово поработали вместе, она, посмотревшись в зеркало, проверила макияж. Жаль, что ей не удается связаться с Лукасом и сообщить ему радостную новость о ребенке. В любом случае, как только вечеринка закончится, они разойдутся. Их удивительное воссоединение закончилось. В реальном мире их не связывает ничего.

Поправляя платье, она сморгнула слезы. Вперед, Стейси! Сделай эту вечеринку лучшей и добавь еще один кирпичик в фундамент своего успеха, который так понадобится тебе и твоему ребенку.

При виде Стейси у Лукаса перехватило дыхание. На ней было темно-синее платье, которое удачно оттеняло ее рыжие волосы, уложенные в высокую прическу и привлекающие внимание к ее высоким скулам и полным губам. Она была, пожалуй, самой красивой женщиной на вечеринке, и Лукасу потребовалось усилие, чтобы не пялиться на нее, а заняться своими гостями.

Он снова и снова посматривал на нее. Она отлично чувствовала себя среди аристократов, послов и глав правительств, щедро одаривая их своим милым обаянием. Лукас сожалел только об одном: что ее брат, Ниал, не увидит, как Стейси хороша сегодня. Он не говорил Ниалу о своих отношениях со Стейси, но тот явно заметил, как часто Лукас упоминает в разговоре его сестру.

— Позаботься о ней, — сказал Ниал. — Это все, о чем я прошу. Я лучше других знаю, что моя сестра заслуживает счастья.

Лукас почувствовал сожаление, подумав, что фактически позволил этой уникальной женщине ускользнуть от него. Он не боролся за нее. Бизнес оказался для него важнее Стейси и их ребенка.

Однажды ему придется разобраться со своими чувствами, и остается надеяться, что к тому времени он не потеряет Стейси окончательно.

— Сеньор да Силва!

Лукас повернулся лицом к пожилому испанскому герцогу.

— Какая радость! Какая вечеринка! Сеньорита Виннер — настоящая находка. На вашем месте я бы не упускал ее из виду.

— Дон Алехандро. — Тепло улыбаясь, Лукас пожал руку своему соотечественнику. — Я так рад, что вы смогли ко мне приехать.

— И я рад, Лукас. Мой вам совет: не отпускайте от себя эту женщину.

Лукас решил, что совет ему не нужен, смотря, как его элегантный друг присоединился к своим спутникам за столом.

Он подошел к Стейси, которая осматривала бальный зал:

— Ты меня избегаешь?

Увидев его, она напряглась, и ее глаза потемнели.

— А надо? — холодно спросила она.

— Ты самая невыносимая женщина, которую я знаю. — Он отвел ее в сторону.

— Лукас, я занята.

— Слишком занята, чтобы поговорить со своим самым важным клиентом?

— Что я могу сделать для вас, сеньор да Силва? — В ее глазах читалась грусть.

Он поднял бровь и с удовлетворением заметил, как Стейси покраснела.

— Я заметил, ты планируешь провести аукцион после банкета и приготовила несколько впечатляющих призов.

— У тебя очень щедрые друзья.

— А ты отличный организатор, — сказал он.

— Это моя работа. — Она пожала плечами. — Я обещала сделать для тебя все возможное, и я сделала это.

Он одобрительно кивнул:

— Увидимся в конце вечеринки.

Стейси широко раскрыла глаза. Ее сердце екнуло, когда Лукас ушел. Ей было неприятно, что из-за него она опять почти забыла о делах и жаждала поговорить с ним по душам. Вероятно, она ожидает от Лукаса слишком многого. У нее вообще были завышенные требования в жизни, в этом ее часто упрекал отец, и он был прав.

Аукцион после банкета, организованный Стейси, прошел великолепно и имел грандиозный успех. Лукасу хотелось поздравить ее, но, как обычно, Стейси было невозможно найти. В конце концов он обнаружил ее в офисе, который ее команда использовала для временного размещения в отеле.

Она слышала радостные крики гостей и предположила: только что объявили сумму благотворительных пожертвований, собранную на аукционе. Итак, вечеринка подходит к концу. Стейси волновалась все сильнее, потому что знала: Лукас будет ее искать. Снегоочистители уже ждали гостей на улице. Она запланировала подъем всех гостей на гору заранее, поэтому решила не показываться им на глаза. Организаторы вечеринки выполнили свою работу, а теперь им следовало уйти в тень, чтобы Лукас насладился триумфом и общением со своими богатыми и знаменитыми друзьями.

Откинувшись в кресле, она закрыла глаза и вздохнула с облегчением. Сегодняшний успех обеспечил новые заказы для фирмы «Планировщики вечеринок», потому что журналисты станут наперебой рассказывать о вечеринке да Силва. Но это также ознаменовало окончание ее работы с Лукасом.

Новость о ребенке должна объединить их, хотя бы на время, но захочет ли этого Лукас? До сих пор он держался с ней довольно сдержанно, и Стейси не хотелось, чтобы Лукас то появлялся, то исчезал из ее жизни. Их ребенку нужны оба родителя: они не обязаны жить вместе, но должны одинаково заботиться о его нынешнем и будущем благополучии.

Она вздрогнула от удивления, когда дверь распахнулась и в офис вошел Лукас.

— Вот ты где! — воскликнул он, будто она пряталась от него. — Пойдем. Я хочу представить тебя гостям на сцене, чтобы ты получила удовольствие от своего успеха.

Ей потребовалось время, чтобы вернуть свой мозг в рабочий режим. Лукас напоминал торнадо, который пронесся и снова ушел. Глубоко вздохнув, она задала единственный вопрос, который имел значение для бизнеса:

— Моя команда была представлена на сцене?

— Конечно, — нетерпеливо сказал он. — А тебя там не было. Ты — часть команды, верно?

— Да, но…

— Никаких отговорок, — ответил он. — Сегодня твой день. И если ты не хочешь получить похвалу лично, тогда прими ее за свою команду и персонал отеля, который вам помогал.

Стейси поняла, что у нее нет выбора, кроме как идти за Лукасом.

<emphasis>Глава 14</emphasis>

Гости в бальном зале внимательно слушали, как Стейси благодарит их за щедрые пожертвования. Потом она пригласила ключевых сотрудников фирмы «Планировщики вечеринок» на сцену.

— Без этих людей ничего не получилось бы, — объяснила она, когда гости зааплодировали. — А теперь я предлагаю вам выйти на улицу, где вас ждут снегоочистители для лыжных трасс. Оденьтесь теплее. Я и мои помощники ждем вас снаружи.

Стейси покинула сцену, когда гости бросились забирать свои пальто и ботинки из гардероба. Лукас ждал ее у подножия лестницы.

— Спасибо, — вежливо сказал он. — Я знаю, это твоя работа и за нее тебе платят, но сегодня ты превзошла себя. Я очень доволен.

— Благодарю. — Она едва заметно улыбнулась и поспешила к гостям, собирающимся на улице.

Лукас просто поблагодарил ее за вечеринку. Неужели это все, что он хотел ей сказать?

Стейси стало тошно.

Стараясь не думать об этом, она с улыбкой собирала взволнованных гостей в группы. Если она зациклится на поведении Лукаса, она раскиснет. Его пренебрежение обидело ее так сильно, что она поверила, будто для этого была причина. Он не мог так быстро измениться и стать таким холодным. Она знала: у него проблемы с чувствами и эмоциями, но…

Приказав себе успокоиться, Стейси занялась гостями.

Операция «Восхождение на гору» стала желанным отвлечением. Стейси обожала наблюдать, как люди наслаждаются жизнью на организованных ею мероприятиях, и никогда не позволяла личным переживаниям мешать ей. Горели фары, гремела музыка, вечеринка продолжалась, пока гости поднимались по склону на снегоочистителях. Стейси сидела рядом с Лукасом, но обменялась с ним только парой фраз, связанных с гостями.

Когда все прибыли во впечатляющее шале Лукаса, она позаботилась о том, чтобы его гостям подали шампанское, глинтвейн и безалкогольные напитки.

— Ты все продумала, — заметил он и коснулся ее руки. — И ты потрясающе выглядишь.

Она моргнула. Хотя прикосновение Лукаса было не таким страстным, как раньше, а его взгляд не таким выразительным, она решила довольствоваться его комплиментом.

— Ты тоже неплохо выглядишь, — сказала она. — Поговорим позже, ладно?

Вздернув волевой подбородок, покрытый густой щетиной, Лукас сдержанно посмотрел на Стейси:

— По-моему, я смогу найти для тебя время.

— Постарайся выделить для меня минутку, — произнесла она и ушла заниматься делами.

Он нашел ее на пустой кухне за несколько минут до начала фейерверка и последующего факельного шествия с горы.

— Я отправила Марию смотреть фейерверк, — объяснила она равнодушным тоном, проводя салфеткой по гранитным столешницам и не поднимая на него глаз.

— Итак? — Он с трудом переводил дыхание от напряжения. — У тебя есть новости для меня?

Она остановилась и медленно подняла голову:

— А ты не догадываешься?

Он уже знал обо всем — его служба безопасности работала отлично. Но он хотел, чтобы Стейси сама во всем ему призналась.

— Просто скажи мне.

— Поздравляю! — произнесла она тем же бесстрастным тоном. — Ты будешь папой.

Лукас с такой силой стиснул зубы, что чуть раскрошил их. Стейси сообщила ему замечательную новость, но та оказалась омрачена событиями из его прошлого.

— Тебе нечего сказать? — настаивала она.

— Поздравляю! — Он быстро улыбнулся.

— Твой энтузиазм ошеломляет меня.

— Не сейчас, — предупредил он, когда Мария торопливо вошла на кухню.

— А когда? — спросила Стейси через кухонный стол.

— Когда все уйдут и мы останемся одни.

Пожав плечами, она, казалось, смирилась с его заявлением, и они расстались. Каждый из них пошел выполнять свои обязанности, переполняясь мучительным нетерпением, которое не пройдет, пока они все не обсудят.

Самый впечатляющий фейерверк, который когда-либо видела Стейси, сопровождался классической музыкой. Вспышки в небе и страстные оркестровые звуки превратили захватывающее событие в сказку. Она напряглась, когда Лукас подошел и встал рядом с ней. Она не видела, а почувствовала его присутствие.

— Наслаждаешься? — спросил он.

— Удивительная красота, — ответила она. — Разве ты не должен быть со своими гостями?

— Ты тоже, — тихо произнес он.

— Как скажете, сеньор.

— Ради всего святого, не называй меня так! И останься со мной, — приказал он, схватив ее за руку, когда Стейси начала уходить. — Я хочу смотреть фейерверк с тобой. Гости обойдутся без меня.

Внезапно ей страстно захотелось, чтобы они оба сбросили оковы прошлого и свободно выражали свои чувства. Чтобы Лукас обнял ее и поцеловал у всех на виду, а она поцеловала его в ответ. Но этого не произойдет. Особенно после того, как он бросил ей сухое: «Поздравляю!» в ответ на новость о ребенке.

Лукас желал обнять Стейси и целовать ее до тех пор, пока у них обоих не закружится голова. Однако он знал, как нелегко ей было начинать новую жизнь, и меньше всего хотел привлекать к ней интерес мирового сообщества. Ниал рассказывал ему, что в детстве и ранней юности Стейси часто витала в облаках и страдала от отцовского безразличия. Ее упрекали в смерти матери, а она изо всех сил старалась все исправить. Отец придирался к ней постоянно, отчего она выросла довольно неуверенной в себе девушкой. Уйдя из дома, она усердно работала, чтобы укрепить веру в себя, а Лукас может поколебать ее самоуверенность всего несколькими неверными словами.

Все, что он говорит Стейси, следует тщательно контролировать. Но, к сожалению, Лукас, как и она, привык рубить сплеча.

Он знал: есть только один способ решить проблему — открыть Стейси самую мрачную тайну из своего прошлого. Но с этим придется подождать, поскольку вот-вот начнется факельное шествие, в котором он принимает участие.

— Прости, мне пора, — объяснил он. — Надо следить, чтобы никто из гостей не отстал на трассе.

— Я понимаю. — Она быстро улыбнулась и оглянулась на шале. — А мне надо проверить, хватает ли гостям напитков.

— Я могу оставить тебя здесь?

Она мельком взглянула на него и улыбнулась:

— Со мной все будет хорошо.

Он стиснул зубы, чувствуя, что Стейси хочет поскорее от него избавиться, и произнес:

— Смотри не замерзни!

— Не волнуйся, — рассмеялась она. — У меня куча дел. Замерзнуть я не успею.

Убедившись, что всем гостям хватает напитков и одеял, Стейси попросила гитариста из Барселоны, под музыку которого она танцевала с Лукасом, сыграть сентиментальную мелодию для участников факельного шествия, и тот согласился. Все гости отмечали страсть и любовь, с которой он играл, а когда к нему присоединился оркестр, глаза Стейси наполнились слезами. Она жалела о том, что особенные моменты в жизни никогда не повторяются.

Но она не должна плакать. Сейчас не время и не место для этого, поэтому она с силой прикусила нижнюю губу. Гости Лукаса рассчитывают, что она будет развлекать их до конца вечеринки. Ее личные чувства никому не интересны. И она не может их показывать.

Ее мысли внезапно оборвались, когда все вокруг погрузилось во тьму, сигнализируя о начале шествия с горы. Разговоры гостей стихли. Потом зажглись сигнальные фонари снегоочистителей, которые доставляли гостей на гору, и стали видны лыжники с факелами, похожими на световые точки. Стейси от души пожелала Лукасу удачи. Она знала, что руководитель шествия отлично знает постоянно меняющийся характер склона. Катание на лыжах ночью на большой скорости всегда рискованно. Оставалось надеяться, что никто не пострадает.

Длинная световая «змейка» с сопровождающей ее музыкой была незабываемым зрелищем, и Стейси смотрела на нее, как зачарованная, вместе с остальными гостями. Когда шествие закончилось, все начали спускаться в деревню в горнолыжных подъемниках. Гости то и дело говорили о том, что это была самая удачная вечеринка из всех, на которых они побывали.

Оказавшись в деревне, Стейси попыталась разыскать Лукаса.

— Некоторые лыжники решили покататься на склоне, — сообщил ей руководитель факельного шествия. — Может, Лукас катается?

Стейси покраснела от смущения, когда некоторые гости вокруг нее засмеялись. Вероятно, Лукас уединился в шале с какой-нибудь женщиной, но это не касается Стейси. Она просто хотела убедиться, что он в безопасности. Наконец она нашла того, кто видел его.

— Он помогает на склоне молодой женщине, которая отстала, а потом упала, — сказал Стейси пожилой мужчина.

— Она не поранилась?! — воскликнула девушка.

— Она в той клинике, — ответил он, указывая на здание. — Вы можете пойти туда и спросить.

— Спасибо.

Стейси должна была точно знать, что происходит. Если Лукас не собирается показываться в ближайшее время, ей придется объяснить его гостям, почему хозяин вечеринки их покинул. Вызвав по рации подкрепление от своей команды, которое присмотрит за гостями, слоняющимися по площади, Стейси перешла дорогу и направилась в клинику. У любого небольшого сообщества в горах были свое медицинское учреждение и дежурный доктор.

Регистратор клиники объяснил, что Лукас помогал молодой женщине. Как оказалось, этой «молодой женщине» всего тринадцать лет и она каталась на горных лыжах без согласия своих родителей.

— Это не первый и не последний раз, — сказала Стейси улыбаясь. — Горы тянут местных подростков как магнитом, а ежегодное шествие — способ показать себя.

— Стейси?

У нее перехватило дыхание.

— Лукас! Слава богу, ты в безопасности!

Независимо от всего, что было раньше, она радовалась встрече с ним.

По-прежнему в темной лыжной одежде, он напоминал смуглого киногероя, о котором мечтает любая молодая женщина. Но Стейси быстро образумилась, когда он хмуро посмотрел на нее.

— Почему ты здесь? — холодно спросил он.

— Я искала тебя.

— Разве ты не должна быть с моими гостями?

— Что-что? — Она уставилась на него не моргая, хотя ее сердце все еще ликовало от того, что Лукас цел и невредим. — Ты решил напомнить мне о моих профессиональных обязанностях?

Его глаза хитро сверкнули.

— Как девушка, которую ты спас? — спросила Стейси.

— Она растянула лодыжку. К счастью, больше ничего серьезного.

— А ты в порядке? — Она уставилась ему в глаза.

— Очевидно, — ответил он, но она ему не поверила. — Я пожелаю спокойной ночи своим гостям, а потом отвезу тебя в шале. Я уже позвонил родителям девочки, поэтому мне здесь больше нечего делать, кроме как поблагодарить персонал и придержать для тебя дверь.

— Я могу остаться в деревенском отеле, — возразила она. — Гости разъезжаются, поэтому там будут свободные номера.

— Подъемники тоже работают, — заметил Лукас, игнорируя ее последний комментарий. — Не спорь. Ты идешь со мной.

Она решила, что им надо поговорить. Пусть Лукас ведет себя непредсказуемо, они могут успешно общаться.

После продолжительного прощания Стейси рассталась со своими помощниками. Взяв за руку, Лукас втянул Стейси в кабину горнолыжного подъемника.

<emphasis>Глава 15</emphasis>

Стейси ахнула, войдя в качающуюся кабину, и прижалась к Лукасу. Она уперлась руками ему в грудь, словно напоминая, что они должны поговорить о ребенке.

— Ты попрощался не со всеми гостями, — заметила она.

— Я увижусь с ними завтра в аэропорту. Сегодня я с тобой.

— Ты многое принимаешь как должное. — Она села на скамью.

— Да, — согласился он. — Я хочу провести эту ночь с тобой.

Ее сердце забилось чаще, но Стейси напомнила себе, что ничего не изменилось. Сколько раз они оставались наедине, и Лукас продолжал от нее таиться? Она должна лучше узнать отца своего ребенка. Они близки физически, но морально остаются почти чужими людьми. Ей хотелось убедиться, что Лукас не похож на ее собственного отца. Она не вынесет, если Лукас будет пренебрегать ею и их малышом. Раз Лукас не умеет выражать свои чувства, то, возможно, следует держаться от него подальше. Что случилось в его прошлом, если он стал таким замкнутым? Стейси тоже не была с ним слишком откровенной, но Лукас превзошел ее в сдержанности.

— Мы поговорим? — настаивала она.

— Конечно, мы поговорим, — пообещал он.

— Когда?

— Скоро.

— Это единственный ответ, которого я достойна?

Он поднял бровь и улыбнулся, давая ее понять, что она недооценила его сногсшибательную привлекательность. Лукасу было достаточно просто взглянуть на нее, и она забывала обо всем.

— Нет, не здесь, — запротестовала она, когда он притянул ее к себе и стал расстегивать на ней одежду.

— Вы слишком многое себе запрещаете, сеньорита Виннер, но мне на это наплевать.

— Я не шучу, Лукас…

— Я тоже, поскольку мы оказались в необычной обстановке.

Он усадил ее на себя, и она обняла ногами его торс. Потом он обхватил большими руками ее ягодицы и медленно вошел в нее.

— Я буду осторожен, — пообещал он. — Хотя ты должна знать, что секс не навредит малышу.

Улыбаясь, она покачала головой:

— Откуда ты знаешь?

— Я читал об этом в Интернете, — ответил Лукас и начал ритмично двигаться.

Стейси снова и снова вскрикивала от удовольствия, пока они поднимались в его шале. К тому времени, когда они поправили свою одежду и вышли из кабины подъемника, Стейси решила провести остаток ночи с Лукасом.

Они упали в объятия друг друга, как только вошли в его дом. И всю ночь занимались любовью как одержимые.

В какой-то момент Лукас произнес:

— По-моему, ты всех напугала своими криками.

Она легонько ударила его по плечам кулаками.

Они перебрались с дивана на ковер перед пылающим камином, где снова занимались любовью, пока силы Стейси окончательно не иссякли.

— Я никогда не забуду эту поездку. И нас, — прошептала она.

— Ты уже прощаешься со мной? — Он нахмурился, поднял голову и взволнованно посмотрел ей в глаза.

— Пока нет, но скоро нам придется прощаться, — прошептала она. — А пока я хочу уснуть в твоих руках.

Лукас смотрел на спящую Стейси. Ни к одной другой женщине он не испытывал таких теплых чувств.

Неужели это любовь?

Он цинично усмехнулся. Стейси всегда ему нравилась. Будучи подростком, она сводила его с ума своими пакостями, а теперь он восхищается ею как женщиной. Что касается любви, то это чувство опасно.

Но она ждет от него ребенка.

От этой мысли у него потеплело на душе. Смелая, категоричная, умная и решительная, она станет прекрасной матерью.

Но ей придется снова быть одной.

Нет, Лукас всегда будет заботиться о Стейси и их ребенке.

Она выглядела такой умиротворенной, что он не хотел ее будить. Уставшая от работы и занятий любовью, она заслужила хороший отдых. Позже они поговорят о том, как будут жить дальше.

Выскользнув из кровати, чтобы принять душ, он отмахнулся от воспоминаний, наполняющих его разум теплом, миром и счастьем. Они принадлежат тому, кто их заслужил. Тому, кто достоин Стейси. Пусть спит спокойно, а ему надо работать. Они встретятся в аэропорту, где Лукас поблагодарит ее за все, что она сделала.

Стейси проспала. Такого с ней никогда не случалось. И она лежала в кровати одна. Лукас ушел. Конечно, ведь ему надо работать.

Вскочив с кровати, она взяла одежду и побежала в ванную. Быстро приняла душ, оделась и посмотрела в окно. К счастью, горнолыжные подъемники работали так, словно никогда не останавливались.

В шале не было ни Лукаса, ни Марии. Стейси решила позавтракать в деревне, а потом отправиться в отель, чтобы убедиться, что у отбывающих гостей есть все необходимое.

Небо было синим, стояла отличная погода для катания на лыжах. Когда маленькая кабина подъемника качнулась высоко над склонами, Стейси оглядела лыжников, стараясь отыскать среди них Лукаса. Но его там не было. Ей хотелось увидеться с ним. Они должны поговорить о ребенке до ее отъезда домой.

Она вошла в то же кафе, где они с Лукасом недавно обедали. Она с аппетитом поела французские тосты и выпила кофе с молоком, а потом вдруг заметила Лукаса. Он стоял у прилавка, разговаривал по телефону и хмурился. Поблагодарив работника кафе, который загружал его поднос едой, Лукас пошел к своему столику. Стейси опустила голову, когда он приблизился к кабинкам, в одной из которых сидела она. Прижимая телефон к уху плечом, он оживленно разговаривал. И казался таким озабоченным, что ей захотелось узнать, в чем дело.

Он сел в соседнюю кабинку. Спинки сидений были такими высокими, что он не видел Стейси.

И тут она услышала, что он говорит по телефону с Ниалом!

Лукас рассказывал ее брату о том, что они сблизились, а Ниал разглагольствовал. Благодаря четкой телефонной связи Стейси слышала каждое слово.

— Ты прав, — сказал Лукас. — Я перешагнул запретную черту. Это была моя огромная ошибка.

Ей больше не хотелось ничего слышать. Положив деньги на стол, она выбежала из кафе. Лукас все еще разговаривал по телефону, когда она торопливо проходила мимо окна. Он даже не заметил, как несчастная женщина выскочила из кафе. Что ж, это должно послужить ей уроком.

— Ты прав, Ниал, и, вероятно, мне следовало обо всем сказать тебе раньше, но я сам был ни в чем не уверен.

— Тогда зачем ты спал с моей сестрой?

— Стейси не такая, как все. Это не интрижка, Ниал. Я люблю ее, и, по-моему, она любит меня.

— Она сказала тебе об этом?! — рявкнул Ниал.

— Ей не нужно об этом говорить.

— Ты признался Стейси, что любишь ее?

— Я всегда буду любить и защищать ее…

— Ага. — Ниал зарычал, а потом грубо выругался. — Вы двое безнадежны!

— Я люблю твою сестру и собираюсь жениться на ней.

— А ты не хочешь сказать ей об этом? — спросил Ниал. — Может, она не захочет?

— Мы поженимся! Но сначала я должен кое-что ей рассказать.

Наступило долгое молчание, а потом Ниал тихо произнес:

— Тогда иди к ней и не теряй времени.

Собрав волю в кулак, Стейси вошла в отель и переключилась на работу. Гости либо спали, либо просто не хотели отвечать на телефонные звонки. Но ей следовало дозвониться до них и предупредить, что им пора ехать в аэропорт.

Итак, Лукас перешагнул запретную черту.

И совершил огромную ошибку…

Ну, по крайней мере, Стейси знает, в каком положении она оказалась.

Она позвонила ему, но он не ответил. Решив не оставлять ему сообщения, она отправилась в кафе отеля. Там несколько гостей позвали ее за свой столик.

— Вы присоединитесь к нам? Это меньшее, что мы можем сделать, чтобы отблагодарить вас.

— Это была командная работа, — сказала она, смущенная их похвалой.

— Вам надо научиться принимать похвалу, — произнесла пожилая женщина и улыбнулась. — Наслаждайтесь тем, что вас оценят: вы этого заслужили. Вы много работали.

— Я согласен с моей женой.

Стейси посмотрела на доброе лицо мужчины, который потратил на благотворительном аукционе кучу денег.

— Я наблюдал за вами прошлой ночью, вы ни разу не присели. Я скажу вашему мужчине, что он нашел настоящий бриллиант и должен оберегать вас.

— Что? Я не…

— Он безумно влюблен в вас, — вмешалась его жена. — Вероятно, это понимают все, кроме вас. Лукас да Силва обожает вас.

Стейси хрипло рассмеялась. Ей не хотелось разочаровывать семейную пару.

Не найдя Стейси в отеле, Лукас решил поговорить с ней в аэропорту. Он гнал свой спортивный автомобиль по трассе. Он много думал о Стейси с тех пор, как поговорил с Ниалом. Мысль о расставании с ней была невыносимой. Настало время разобраться со своим прошлым и начать жизнь заново.

Приехав в аэропорт, он узнал, что Стейси уже уехала.

— Как это случилось? — спросил он у ее помощника.

— Ваш техасский гость предложил сеньорите Виннер и ее команде улететь на его самолете. Он сказал, это меньшее, что он может сделать, чтобы поблагодарить ее за замечательную вечеринку.

Стейси ни за что не уехала бы без своей команды. И не стала бы в одиночку наслаждаться успехом. И эту женщину Лукас мог потерять только из-за того, что боялся разобраться со своим прошлым.

<emphasis>Глава 16</emphasis>

— Поздравляю! — Сияя, врач наклонился через стол, чтобы пожать руку Стейси. — Вы находитесь под опекой местной клиники. Вы наверняка были шокированы, когда узнали о беременности вдали от дома. Вас кто-нибудь поддержит?

— В финансовом отношении мне это не нужно. А морально… — Она пожала плечами.

Поблагодарив доктора, она вышла из кабинета. И понадеялась, что, как только поговорит с Лукасом, все наладится. Осталась только одна маленькая проблема: как его найти?

Был только один надежный способ выследить Лукаса.

— Ниал? Как мне связаться с Лукасом? Он не берет трубку.

— Ты тоже хороша! — ответил Ниал.

— Что ты имеешь в виду?

— По-моему, Лукас уже сел в самолет.

— Ты говорил с ним? — спросила она.

— Ты уехала, не попрощавшись с ним. В чем дело?

— Слушай, я когда-нибудь тебя допрашивала?

— Постоянно.

— Не начинай, Ниал, — сурово предупредила она брата.

— Потому что на этот раз все серьезно?

— Вот именно. Я слышала, как ты разговаривал с ним по телефону.

— То есть ты подслушала наш разговор о тебе? — уточнил Ниал. — Тебе не стыдно?

— Не читай мне нотаций, Ниал. Мне нужно поговорить с ним.

— Сколько ты услышала из нашего разговора?

— Достаточно, — настаивала она.

— Значит, ты в курсе того, что он любит тебя, как ни одну женщину в своей жизни?

— Что? — тихо спросила она. — Я слышала, как он сказал, что перешагнул запретную черту. И что связь со мной была его огромной ошибкой. Как это соотносится с тем, что он любит меня?

— Элементарно. Любому нормальному человеку требуется время, чтобы примириться с глубиной своих чувств, а вы с Лукасом отнюдь не нормальные. Он пострадал, а ты иногда ведешь себя как сумасшедшая.

— Он пострадал?

— Дай ему шанс объясниться. — Долгая пауза. — Все будет хорошо, если один из вас сумеет раскрыть свои чувства и научится доверять. Когда разговор закончился, Стейси поняла: она оградилась от мира гораздо более высокой стеной, чем Лукас, потому что он все-таки доверился ее брату и рассказал ему о своих чувствах.

***

Сидящему на месте пилота Лукасу казалось, что полет в Лондон проходит дольше, чем когда-либо. Он ни разу не был таким беспокойным и не чувствовал страха потерять что-то настолько важное в своей жизни. Он должен все уладить. Он пытался держаться подальше от Стейси, чтобы спасти ее от себя, и потерпел поражение. Он любит ее, но ни разу не признался ей в своих чувствах. Неужели он опоздал? Они одинаково любят своего еще нерожденного ребенка, поэтому должны постараться и спасти ситуацию.

— Лукас! — Стейси так быстро поднялась из-за офисного стола, что Лукас испугался за ее безопасность и стремительно подошел к ней. Что бы ни случилось раньше, его облегчение при виде Стейси было настолько ошеломляющим, что он притянул ее к себе и стал целовать снова и снова.

— Я звонила тебе, — выпалила она, когда Лукас отпустил ее, чтобы та перевела дыхание. — Я хотела извиниться за то, что уехала, не поговорив с тобой. Я действовала импульсивно, думая, что услышала то, чего на самом деле не было…

— Не думай об этом сейчас, — успокоил он. — Мне надо было ответить на твой звонок, но я не сделал этого, потому что решил прилететь к тебе как можно скорее.

— Не волнуйся. Я была у доктора. Ребенок в порядке. И со мной все хорошо.

— И теперь у меня тоже все хорошо, — усмехнувшись, подтвердил он. Хотя это было не совсем так.

— Лукас? — Она сразу поняла, что он что-то скрывает. — Чего ты недоговариваешь?

Ослабив хватку, он шагнул назад и признался:

— Я должен кое о чем тебе рассказать, но не здесь. Поехали ко мне домой?

— У тебя дом в Лондоне?

— Недалеко отсюда, — подтвердил он. — Моя машина стоит у твоего офиса. Ты можешь поехать прямо сейчас?

Она посмотрела в его глаза и поняла, что должна торопиться.

— Конечно. Я попрошу секретаршу отменить все мои встречи и поеду с тобой.

Лондонский дом Лукаса был потрясающим. Это был один из шикарных белых таунхаусов в георгианском стиле с прекрасно ухоженным садом. Интерьер был изысканным, но, по мнению Стейси, бездушным. Они прошли в библиотеку, где пахло старыми книгами и кожей.

— Как красиво! — Она ахнула, оглядевшись. Стены были уставлены книгами от пола до потолка, в библиотеке было несколько уютных кресел, а также камин за медной ширмой.

— Я сам выбирал каждую из этих книг, — объяснил Лукас, следя за ее заинтересованным взглядом. — За остальную часть дома я не ручаюсь. За исключением техники, все покупали и устанавливали мои помощники.

— Мы с тобой слишком полагаемся на помощников. — Она усмехнулась. — Наверное, именно поэтому мы так ловко отгораживаемся от мира, и нам это нравится.

— Мне так нравилось прежде, — признался Лукас.

— А сейчас?

— А сейчас я хочу рассказать тебе, почему я стал таким, какой я есть, и отчего никогда не говорил тебе о любви.

Ее так потрясло заявление Лукаса, что она потеряла дар речи. Пока старинные часы на каминной полке отсчитывали секунды, Лукас и Стейси пристально смотрели друг на друга.

Взяв за руки, Лукас подвел Стейси к окну:

— Я закрыл свое сердце от тебя… Ото всех. Это был единственный способ примириться с любовью, которую я погубил.

Сердце Стейси сжалось, но она не стала прерывать Лукаса. Он мрачно уставился в окно.

— Надо ли рассказывать тебе о моих родителях? — Он бросил на нее страдальческий взгляд.

— Ниал отзывался о них по-доброму. — Она не помнила, чтобы Лукас говорил о них. Фактически, если поднималась тема матерей и отцов, он всегда отмалчивался.

— Да-да, Ниал встречался с ними, — подтвердил он, нахмурившись и вспоминая. — Возможно, он говорил тебе, что они бывали эксцентричными и даже безрассудными и постоянно генерировали идеи?

— На самом деле нет. Он говорил, что они веселые и добрые и обожают тебя, твоих братьев и сестру. И что, в отличие от нашего дома, дом твоих родителей — настоящий.

— Он не упомянул, что они были практически нищие?

— Нет. — Стейси решительно покачала головой. — Он сказал, что они были самыми щедрыми людьми, которых он знал. Ему нравилось бывать у них, потому что они всегда радушно его принимали. Я помню, он говорил, что у вас в доме было так спокойно и дружелюбно. — Она решила задать тяжелый вопрос: — И что же случилось?

— Они умерли по моей вине, — сказал Лукас.

— Как такое может быть? — настаивала Стейси. — Они погибли в авиакатастрофе, верно? Ты не управлял самолетом и не можешь себя обвинять. — По выражению лица Лукаса она видела, что он винит себя во всем.

— Я только начал зарабатывать приличные деньги, — мрачно произнес он, глядя в окно. — Я работал дома, разрабатывая компьютерные программы. У моих родителей появилась новая идея — передвижные автодома. Моя мать хотела их проектировать, а отец — строить.

— Ниал говорил мне: они замечательные и очень умные, и он всегда чему-то учился у них, но я не знала, что у них были специальные навыки.

— Навыков у них не было, и я сказал им об этом. Они попросили у меня денег, чтобы долететь до завода, расположенного неподалеку. Я, конечно же, дал им денег на билеты. Мне следовало все проверить…

— Что ты должен был проверять? — спросила она, но Лукас ее не слушал.

— Разве я мог отказать им, когда у меня было достаточно денег на билеты? — тихо произнес он и прищурился, вспоминая. — Я рассказал им о трудностях, с которыми они могут столкнуться при строительстве этих автодомов… Проблемы с финансами, наймом персонала… Единственное, на чем я не стал настаивать, — это на том, чтобы мне самому забронировать им билеты. Поэтому они обратились к другу, который построил собственный одномоторный самолет в гараже и всегда хвастался этим. Но он не летал на нем месяцами. Может быть, он вообще никогда на нем не летал. Мои родители решили сэкономить мне деньги, хотя никогда не были жадными. Они не знали, что такое жадность, но всегда были очень впечатлительными.

— О, Лукас. Ты не можешь себя винить. — Стейси поняла, что он запрещает себе плакать. Лукас — человек со стальной волей, управляющий огромным предприятием, в котором работают тысячи людей. На нем лежит ответственность за братьев и сестру, которым он посвятил большую часть своей жизни. У него не было времени скорбеть, поэтому он сдерживал чувства. А когда гнев становился невыносимым, он играл в поло или занимался сексом, чтобы отвлечься.

Лукас вздохнул:

— Они просили дать им шанс, и я его дал. Я убил их, хотя не управлял самолетом.

— Нет, ты не виноват! — в ярости ответила Стейси. — Твоих родителей убил их друг, которого распирало от тщеславия. Ты не виноват, так же как не виновата я в холодности моего отца. Мой отец страдал от потери жены и не знал, как с этим справиться. Не становись таким же, как он. Не будь таким с нашим ребенком. Смирись с потерей и живи. И обещай мне, что ты никогда не сделаешь нашего ребенка козлом отпущения твоих страданий.

— Мои страдания? — нахмурившись, тихо спросил Лукас.

— Да. Твои страдания, и чем скорее ты примешь их и доверишься мне, тем раньше мы начнем исцелять друг друга.

Помолчав, он спросил:

— Когда ты стала такой мудрой?

Она усмехнулась:

— Когда я освободилась от тебя и своего брата.

Лукас запрокинул голову и расхохотался. Он хохотал до тех пор, пока в его глазах не появились слезы. Потом Стейси обняла его, и он расплакался.

<emphasis>Глава 17</emphasis>

Через год Лукас предложил Стейси выйти за него замуж.

— Ты будешь лучшей матерью, — говорил он, когда они лежали в постели, которую едва покидали последние семь дней. — Я люблю тебя, Стейси Виннер. Я должен был признаться в этом несколько лет назад, но ничего не поделаешь.

— Никогда не поздно исправлять свои ошибки, — ответила она.

— Я надеялся, что ты так скажешь, — отозвался Лукас, лениво повернул голову на подушке и посмотрел Стейси в глаза.

— Мне лучше выйти за тебя, потому что я люблю тебя и не представляю с другой женщиной.

— С тобой не справится никто, кроме меня. — Он улыбнулся.

— Меня просто волнует, что в мире есть десятки женщин, которые лучше впишутся в твою сложную жизнь.

— Так измени мою жизнь, — настаивал Лукас. — Продолжай работать. Я никогда не буду тебе мешать. Я люблю тебя такой, какая ты есть. Мне не нужна марионетка, которая мне подчиняется.

— Я могу это сделать, — призналась Стейси с усмешкой, когда они приостановили разговор и начали целоваться.

— Я люблю тебя, моя упрямая, энергичная и талантливая Стейси, и я не хочу, чтобы ты менялась. Рядом с тобой я понял: в жизни есть нечто большее, чем работа и деньги. Теперь я другой человек, и мне это нравится.

— Женись на мне, — прошептала она. — Я так тебя люблю.

— Я женюсь, — торжественно пообещал Лукас.

— Когда?

— Сейчас! Сегодня! — Он резко сел в постели.

— Ты раздобудешь специальное разрешение? — спросила она.

— Ты угадала, — весело ответил он.

— Но я сомневаюсь, что это можно сделать сегодня. И потом, ты торопишься со свадьбой ради ребенка, — вслух рассуждала Стейси.

— Ради тебя, — твердо заявил он. — Я не позволю тебе уйти от меня во второй раз.

— Правда? — Она округлила глаза.

— Правда, — подтвердил он, а затем поцеловал ее, и она перестала сомневаться в том, что их будущее полно любви, заботы, счастья и смеха. — Верь мне, люби меня, — прошептал он. — Ты нужна мне больше, чем ты думаешь.

<emphasis>Эпилог</emphasis>

Торжество Лукаса и Стейси назвали свадьбой года. Верная своему обещанию, Стейси организовала свадьбу в рекордно короткие сроки: всего через шесть недель после предложения Лукаса они поженились.

День ее свадьбы стал кульминацией почти целой жизни любви к одному мужчине. Ничто не могло сравниться с великолепием обстановки и мужчиной, ожидающим Стейси у алтаря. Аромат бесчисленных розовых и белых цветов витал в воздухе. В аббатство приехал брат Стейси, ее коллеги и леди Сара, которая выздоровела и стала ее посаженой матерью.

Орган гремел, а голоса хористов поднимались к куполу церкви, когда Стейси уверенно шла вперед к следующему этапу своей жизни.

На скамьях сидели дорогие ей люди, а также друзья и члены команды Лукаса по игре в поло.

На свадьбе присутствовали даже члены королевской семьи. В конце концов, Лукас да Силва — испанский аристократ.

К алтарю Стейси вел ее брат Ниал, который потрясающе выглядел в безупречно сшитом темном костюме. Он даже расчесал пальцами волосы по этому случаю и стал казаться опрятнее, чем привлек внимание всех женщин на свадьбе.

— Спасибо, что сопровождаешь меня, — прошептала Стейси, пытаясь подстроиться под гигантские шаги Ниала.

— Не благодари меня, — прошептал он в ответ, и его зеленые глаза озорно сверкнули. — Я думал, что никогда не избавлюсь от тебя.

— А сейчас?

— А сейчас я ужасно счастлив за тебя и Лукаса. Вы друг друга стоите.

Она пропела:

— И как я могла считать тебя милым?

— Я милый, — с лукавой усмешкой сказал Ниал и отошел в сторону.

Леди Сара, в красивом длинном платье из мягкого сиреневого шифона с букетиком розовых цветов, прикрепленных к плечу, взяла свадебный букет у Стейси и улыбнулась.

— Ты мне как дочь, — сказала леди Сара перед тем, как началась подготовка к свадьбе. — Я доверяю тебе во всем. — Она прижалась губами к щеке Стейси. — Я стану твоей посаженой матерью, но только при одном условии. Теперь я снова у руля. Я надеюсь, вы с Лукасом будете наслаждаться жизнью, а не тратить все свое время на работу.

Лукас был того же мнения.

— Мы будем наслаждаться жизнью вместе, — заявил он, — и я стану баловать тебя, потому что тебя надо баловать. Так что не удивляйся, если получишь ценную посылку из Парижа от одного из ведущих ювелиров мира.

У Стейси началась новая жизнь, полная любви, и она проведет ее с мужчиной, которому доверяет всем сердцем. Лукас будет рядом с ней, а она — рядом с ним.

Когда он взял ее за руку, Стейси захотелось раствориться в нем, поцеловать и стать с ним одним целым. И это было еще до начала церемонии.

— Потерпи, — тихо произнес он, читая ее мысли.

Лукасу удалось выглядеть на свадьбе еще красивее, чем когда-либо, в строгом черном костюме с малиновым кушаком и бриллиантовым орденом на груди.

— И не забудь: у меня для тебя особенный подарок, — осторожно прибавил он.

Она терялась в догадках: что бы это могло быть? Неужели еще одно ювелирное украшение? Лукас уже надарил ей кучу украшений. Стейси сказала ему, что такое количество драгоценностей ей никогда не понадобится. Может, он купил ей новое платье? Она взглянула на свое сказочно красивое свадебное платье от-кутюр, приобретенное в Париже. Оно отлично скрывало ее слегка округлившийся живот.

Стоящей под витражами церкви Стейси казалось, что она слышит клятвы верности, которые приносили здесь другие супружеские пары много лет назад.

— Я люблю тебя, — прошептала она, когда Лукас надел кольцо с бриллиантом ей на палец.

— Но я люблю тебя больше, — сказал он.

Наконец церемония закончилась, и гости осыпали их лепестками роз. Молодожены покинули благоухающий интерьер аббатства и вышли на солнце и свежий воздух. Стейси огляделась в поисках лимузина.

— Я же заказала машину! — с тревогой воскликнула она.

— Конечно, — ответил Лукас улыбаясь. — Но я организовал другой вид транспорта для своей любимой женщины.

Стейси проследила за его взглядом до подножия лестницы, где стояли два запряженных поло-пони с гривами, украшенными цветами.

— Людо? — выдохнула она. — Это Людо? — Она посмотрела на Лукаса снизу вверх.

— Ты довольна?

— Довольна? Я никогда не была так счастлива!

— Я решил, ты захочешь прокатиться на нем на наш свадебный завтрак, — сказал Лукас, помогая ей усесться в седло. — Но тебе надо поднять платье…

— Мне придется делать многое, чтобы привыкнуть к новой жизни с тобой. — Она обняла лицо Лукаса руками и поцеловала его в губы. — Спасибо.

— Спасибо тебе. — Он посерьезнел. — Ты подарила мне надежду и новую жизнь, и я буду благодарить тебя за это, пока бьется мое сердце.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.