Она изо всех сил карабкалась на поверхность из черной дыры, которая угрожала снова затянуть ее. Голова раскалывалась, открыть глаза было невозможно. Все тело болело так, что ей казалось, только смерть принесет облегчение. Но сердце, прячась за ушибленными и поломанными ребрами, билось сильно, разгоняя кровь по жилам.

С трудом, но она все же разлепила веки и сквозь узкие щелочки увидела грязную глинобитную стену. Она поднесла руку к лицу и ощупала опухшую, окровавленную кожу вокруг глаз и рта. Попробовала пошевелить губами – из едва затянувшихся трещинок выступила солоноватая жидкость: кровь, поняла она. Ногти были сломаны, костяшки пальцев разбиты. Руки и плечи в кровоподтеках, царапинах и порезах.

Она ощупала грудь и поморщилась от боли, задев сломанное ребро. Тронув живот, вздрогнула: неужели ее изнасиловали? Не найдя ран и ссадин между ногами, она выдохнула с облегчением.

Она рывком села и тут же поморщилась: в голову словно вонзили острый нож. Проведя рукой по волосам, нащупала две огромные шишки: одну за левым ухом, вторую на затылке. Оглядела каморку с земляным полом, похожую на тюремную камеру, и не поняла, где находится. Воняло мочой и фекалиями. На ней была рваная рубашка и темные штаны, такие носят арабские женщины под паранджой.

Услышав мужские голоса за грубо сколоченной дверью, она непроизвольно сжалась, готовясь к новым побоям и пыткам.

Она ничего не помнила из своей прошлой жизни и не знала, чем заслужила такое обращение.

Дверь резко распахнулась. На пороге стоял мужчина в камуфляже, обычном для сирийских военных. Его голову и лицо закрывал черный капюшон. На плече у него висел русский АК‑47; в руке он держал стальную трубу.

Ее тело вспомнило эту трубу: кровоподтеки и сломанные ребра. Она закусила губу, чтобы не закричать. С трудом отползла в самый дальний угол вонючей камеры, скрючилась, хрипло спросила:

– Чего ты хочешь?

– Кто ты? Как здесь оказалась? Кто тебя послал?

Она прекрасно понимала его, хотя и не могла бы сказать, почему. В глубине души она знала, что ее родной язык – английский.

– Не знаю, – также по‑русски ответила она.

– Врешь! – прорычал незнакомец и направился к ней, помахивая стальной трубой. – Говори, кто ты, или сдохнешь!

Она приготовилась для прыжка.

Но не успел ее мучитель дойти до середины каморки, как прогремел взрыв. Земля вздрогнула, стены зашатались, в воздух взметнулась пыль. От второго взрыва, прогремевшего еще ближе, ее тюрьма едва не рухнула.

Мужчина в камуфляже выругался, развернулся и выбежал прочь, захлопнув за собой дверь.

Она без сил вжалась в стену, думая о том, что вряд ли переживет еще один допрос. Ее снова будут избивать, потому что она не знает ответов на их вопросы. Как бы она ни напрягала память, ничего не могла вспомнить, кроме того, что очнулась в крошечной камере, лежа ничком на земле.

Раздался еще один взрыв, и рухнула часть стены у нее за спиной. На нее и вокруг нее падали обломки. Через огромный пролом в комнату проник тусклый свет.

Она с трудом выбралась из‑под обломков, осторожно подошла к пролому и высунула голову. Узкий переулок, в котором находился ее застенок, упирался в проселочную дорогу. По ней туда‑сюда сновали вооруженные мужчины, одни перетаскивали какую‑то кладь, другие – раненых. Раздалась автоматная очередь, и люди попадали на землю.

Она подтянулась на руках, перебралась через пролом и упала на землю. И тут же за ее спиной раздались крики. Не оборачиваясь, она бросилась бежать.

В конце переулка стоял грузовик с кузовом, накрытым брезентом. Она заметила под брезентом кучу сухих растений. Понимая, что на открытом месте долго не продержится, поспешно залезла в кузов и зарылась в сухие листья.

Открылась и с силой захлопнулась металлическая дверца; взревел мотор, и грузовик покатил по улице. Не сразу до нее дошло, что куча сухих растений не что иное, как марихуана – выгодный источник заработка для сирийских крестьян. Грузовик следовал по неизвестному маршруту, а девушке оставалось лишь надеяться, что ее увезут далеко от мучителей. В тусклом свете, попадавшем в ее укрытие сквозь щели в брезенте, она разглядела татуировку на внутренней стороне запястья – так называемый Троицкий, или кельтский, узел. Под ним шли еще какие‑то линии и рисунки. Она сосредоточилась, стараясь вспомнить, что означают все эти символы, но у нее ничего не получалось.

Усталость и мерное движение грузовика сделали свое дело – она задремала, но мгновенно просыпалась от резких толчков, когда грузовик попадал в очередную колдобину.

Ей показалось, что прошло уже несколько часов, когда грузовик въехал в какой‑то городок.

Девушка понимала, что нужно успеть выбраться из кузова грузовика до того, как он остановится и водитель обнаружит ее в куче марихуаны.

Она выбралась из листьев, подползла к заднему откидному борту и, прищурив подбитые глаза, выглянула наружу.

Грузовик стоял на перекрестке посреди грязного, неопрятного городского квартала. С двух сторон шли темные переулки. Девушка решила, что наступил подходящий момент для побега.

Как только грузовик тронулся с места, она перевалилась через борт, упала на мостовую, перекатившись несколько раз, вскочила и, пригнувшись, кинулась в переулок. В грязной одежде, с разбитым лицом, она, конечно, привлечет к себе внимание. И все же надо уйти как можно дальше от грузовика, а уже потом решать, что делать.

Повернув за угол многоквартирного дома, она перебежала дорогу. Между домами на веревках сушилось белье. Заметив среди прочей одежды черную абайю[1], она воровато огляделась, сорвала ее с веревки и побежала дальше. Услышав крик женщины, прибавила скорости. В конце переулка глянула через плечо – пожилая женщина грозила ей кулаком.

– Простите! – прошептала девушка.

Ей было стыдно, но надо же как‑то замаскироваться. У нее нет ни денег, ни документов, лицо в синяках и кровоподтеках. А просить кого‑то о помощи – опасно.

Почувствовав запах моря и услышав крики чаек, она подумала, что попала в портовый город, и, значит, надо как‑то пробраться на корабль. Беглянка не помнит своего имени и где ее дом, и все же, несмотря на то что ей понятен арабский и русский языки, твердо уверена в том, что она – американка. Необходимо вернуться в Америку, там ей удастся вспомнить, кто она такая и почему оказалась в таком отчаянном положении.

Девушка надела абайю, надвинула капюшон на лицо и побрела. В животе забурчало; она вспомнила, что последний раз тюремщики кормили ее два дня назад. Ей швырнули заплесневелую лепешку с пюре из нута. Она все съела, потому что не знала, когда ее накормят в следующий раз.

Она не могла наглядеться на небольшие оживленные базары. После охваченной войной деревни и ее вонючей камеры с земляным полом все казалось ей нереальным. Подойдя к лотку с фруктами, она прислонилась к нему и быстро спрятала под абайю апельсин. Торговец ничего не заметил. Она пошла дальше. Минуя лоток с сухофруктами и орехами, стянула горсть орехов. Сжимая в руках скудные припасы, девушка свернула в тихий переулок и, опустившись на землю, съела свою добычу.

Теперь ей нестерпимо хотелось вымыться. Она шла к берегу. По пути узнала, что находится в Латакии, процветающем городе, главном сирийском порту на Средиземном море. Сюда со всей Сирии съезжались беженцы из охваченных войной районов. Местные рынки ломились от свежих фруктов, овощей и мяса.

Женщины здесь одевались по‑разному – кто в абайи и никабы[2], закрывающие все лицо, кроме глаз, а кто в мини‑юбки и бикини. Никто не обращал внимания на беглянку, не останавливал, не спрашивал, почему у нее все лицо в синяках. Она шла, низко опустив голову, стараясь ни с кем не встречаться взглядом. Наконец она добралась до моря и брела вдоль кромки воды, пока не пришла к грузовому порту.

Внимательно слушая, о чем говорят вокруг, она узнала, какой корабль ночью отходит в Соединенные Штаты. Оставалось одно: незаметно пробраться на борт, но прежде надо было запасти в дорогу побольше еды.

Вернувшись на базар, она стащила матерчатую сумку и принялась постепенно набивать ее фруктами, орехами и прочей снедью, которую удобно было прятать под абайей.

Один из владельцев лотка заметил, как она схватила гранат. Он закричал на нее по‑арабски и схватил за плечо. Развернувшись, она ударила его ногой, и он повалился на апельсины. Деревянный лоток рухнул под его тяжестью, и фрукты рассыпались по земле.

Она не знала, как в Сирии наказывают за кражу фруктов, но бросилась бежать не помня себя, и не останавливалась, пока не оказалась далеко от базара. Никто ее не преследовал.

Собрав кое‑какой запас еды, она пробралась к кораблю, который должен был отправиться в США. Контейнеры грузили на него с помощью огромных кранов. Она нашла контейнер, в который можно было забраться, но сообразила, что, если контейнер запрут снаружи, ей придется просидеть в тесном пространстве до места назначения. Некоторые контейнеры ждут разгрузки несколько месяцев. Стоило ли предпринимать столько усилий для собственного спасения, чтобы потом умереть внутри закрытого ящика.

Значит, надо подняться на борт по сходням. Правда, они находятся на виду. Ей никак не пробраться на корабль в абайе.

Спрятавшись между контейнерами, она наблюдала за людьми, которые поднимались на корабль и сходили на берег. Одни были в гражданском; они надвигали кепки на лоб, защищая глаза от солнца. На многих была морская форма или форма грузовой компании.

Ближе к вечеру несколько матросов устроились перекусить. Один нашел местечко в тени и развернул пакет с едой. Он сидел один, вдали от остальных, наслаждаясь передышкой и возможностью отдохнуть от палящего солнца. На нем была форменная рабочая куртка с вышитым названием пароходной компании и бейсболка с такой же эмблемой. Перед тем как приступить к еде, он сбросил куртку и бейсболку и остался в пропотевшей майке.

Кто‑то окликнул его и позвал на помощь: нужно было закрыть дверцу контейнера. Парень встал, оставив в тени еду, куртку и бейсболку. Не оборачиваясь, он зашагал к напарнику.

Удача!

Она мысленно прочла благодарственную молитву, подкралась поближе, схватила куртку, бейсболку, ломоть хлеба и пластиковую бутылку с водой. Не дожидаясь возвращения хозяина, снова спряталась.

Большая пропотевшая куртка скроет ее женскую фигуру; в ней она будет больше похожа на мужчину. Она заправила волосы под бейсболку и надвинула козырек на самый лоб, пряча подбитый глаз.

Теперь ей оставалось дождаться темноты. Уже недолго. Уходить нельзя, иначе сходни уберут и отплывут без нее. Она должна как можно скорее вернуться в США. Здесь, в Сирии, ее в любой момент могут схватить.

Тени удлинялись; солнце все ниже клонилось к морю. Кран продолжал грузить контейнеры весь день и весь вечер. Матросы то покидали корабль, то возвращались на него. Улучив минуту, когда никто не спускался по сходням, она еще ниже надвинула козырек бейсболки на лицо, запихнула матерчатую сумку с едой под мешковатую куртку и враскачку побрела к сходням.

Никто не остановил ее.

Оказавшись на корабле, она сразу спустилась в трюм. По пути заметила парня, который вышел из‑за угла на нижней палубе. Сердце у нее ушло в пятки, она боялась дышать, но, к счастью, парень не обратил на нее внимания. Отойдя подальше, она выдохнула и поспешила вниз, в самый дальний угол грузового отсека. Она, пригнувшись, петляла между контейнерами, пока не увидела темный угол с краю. Сжавшись в комок, девушка прижалась к переборке. Она надеялась, что погрузку скоро закончат и выйдут в море.

В ожидании она заснула, а когда проснулась, пол под ней мягко покачивался – корабль уже в пути.

Больше недели она старательно экономила еду. Иногда по ночам пробиралась на камбуз и пополняла запасы еды и воды. Ей удалось стащить одеяло и подушку из отсека рядом с кубриком. Среди ночи она пользовалась гальюном, и хотя очень хотелось принять душ, пришлось ограничиться частичным мытьем с помощью тряпки и украденного полотенца.

До места назначения добирались долго – десять дней. Она коротала время, стараясь больше узнать о корабле и о том, куда он идет. Ей удавалось оставаться невидимой – как оказалось, она отлично умела играть в эту игру.

Иногда она отваживалась вылезать из своей темной дыры. Разглядывая татуировку у себя на запястье, в изогнутых линиях она признала ивритские цифры, чутье подсказывало ей, что это какие‑то координаты.

Наконец корабль зашел в порт. Она узнала, что они находятся в районе Норфолка (Виргиния).

Улучив момент, она улизнула с корабля и отправилась в город. На деньги, которые понемногу воровала у матросов, купила футболку в сувенирной лавке и джинсы в магазине подержанных вещей. Найдя темный переулок, переоделась в футболку и джинсы, а форму выкинула в мусорный контейнер. Затем нашла библиотеку с компьютерами и ввела в поисковик координаты со своего запястья. Увидев, где находится нужная улица, она зашла на сайт налогового ведомства и выяснила, что по этому адресу живет некая Шарлотта Халверсон. Судя по спутниковому снимку, ее владения представляют собой настоящую крепость. Для того чтобы попасть к Шарлотте Халверсон, ей придется перелезть через стену, пробиться через охрану и, возможно, сторожевых псов. И чего ради? Чтобы сказать женщине, которая, скорее всего, ее не знает, что она нашла ее по GPS‑координатам, вытатуированным у нее на запястье?

Она навела справки о Шарлотте Халверсон, но легче ей не стало. Как она к ней попадет? Миссис Халверсон – очень богатая вдова; судя по снимкам с многочисленных вашингтонских мероприятий, которые она посещала, у нее целая толпа телохранителей. Зато в одной статье упоминалось, что она собирается вскоре посетить благотворительный бал в одном из шикарных вашингтонских отелей.

Перелезть через каменную стену и прорваться через сторожевых псов, в самом деле, трудно. Куда легче проникнуть в отель, хотя и там будет охрана. Благотворительный бал состоится завтра вечером. Значит, у нее полтора дня на то, чтобы попасть из Норфолка в Вашингтон (округ Колумбия) и пробраться в тот отель, чтобы встретиться с миссис Халверсон.

Только бы вдова помогла ей разгадать тайну и понять, кто она такая!

– Внутри отеля во время благотворительного бала больше двух телохранителей мне не требуется. – Шарлотта Халверсон пожала плечами. – В самом отеле надежная охрана… Благотворительный фонд «Надежда для детей» отмечает свою десятую годовщину. Судя по всему, в честь юбилея они ждут немало знаменитостей.

– Чем занимается «Надежда для детей»? – поинтересовался Огастес Уолш, которого все называли просто Гас.

– Они привлекают внимание общественности к торговле детьми и помогают с ней бороться.

Гас ненавидел тех, кто причиняет страдания детям. Во время службы на Ближнем Востоке в разведке Корпуса морской пехоты он видел немало жестокости по отношению к детям. Случалось, там выдавали замуж за взрослых мужчин шести‑семилетних девочек. У него сжималось сердце при мысли о том, что приходилось выносить этим малышкам, он был бы рад помочь в деле защиты детей.

Но сегодня ожидался сплошной блеск и гламур. Гас, гладко выбритый, в черном смокинге, казался себе похожим на высокого пингвина. Да еще эта проклятая бабочка! Морской пехотинец чувствовал себя не в своей тарелке.

Шарлотта Халверсон требовала, чтобы ее телохранители сливались с толпой, а не выделялись в ней. Вот почему «Друзьям Деклана» пришлось нарядиться в смокинги и украсить себя галстуками‑бабочками.

Пожилая дама оглядела командира их отряда, Деклана О’Нила.

– Вы оба отлично выглядите. Все старые сплетницы будут мне завидовать – меня сопровождают два таких красавца! – Она подмигнула: – Не нужно никому говорить, что вы – мои телохранители. Правда, я не сомневаюсь, все как‑то об этом догадаются. – Она усмехнулась. – После смерти мужа я нечасто выхожу в свет, но сегодняшний бал пропустить не могу. «Надежда для детей» много значила для Джона. Он наверняка хотел бы, чтобы я поддержала их.

– Да мы совсем не против того, чтобы пойти туда. Вы столько сделали для всех нас, что мы не знаем, как вас благодарить, – отозвался Деклан.

Высокий и стройный, он как будто родился в смокинге, хотя взял его напрокат.

– Вы и ваши друзья помогаете мне претворить планы в жизнь. В том числе и те, которые вынашивал мой муж. То, что вы уже сделали, помогая другим, – феноменально. «Друзья Деклана» – именно то, на что я надеялась. Жаль, что сегодня вы здесь только в качестве телохранителей.

– У нас сейчас все равно нет других заданий, и мы рады вам помочь. – Деклан взял ее за руку и отступил на шаг. – Выглядите сногсшибательно!

Чарли покраснела:

– Спасибо… Нам пора. Сегодня нас повезет Арнольд. Не хочу заставлять его ждать.

Гас следом за Чарли и Декланом вышел из особняка и направился к лимузину. Впереди них в темном внедорожнике поедет Мак Балкман; замыкающим будет Джек Сноу. Они проследят за тем, чтобы по пути к отелю «Мейфлауэр» с Чарли ничего не случилось. Ее уже пытались похитить в центре Вашингтона. К счастью, тогда на месте происшествия оказался Деклан; он спас Чарли. После того инцидента все шестеро бывших разведчиков Корпуса морской пехоты поступили на службу к Чарли. Она назвала их отряд «Друзья Де‑клана». Все оказалось как нельзя кстати. После того как их с позором уволили из армии за неподчинение приказу, все они оказались без работы. Если бы не Чарли, им пришлось бы жить на улице. Чарли дала им работу и надежду.

Сорок минут спустя, постояв в пробках в центре города, они прибыли к «Мейфлауэру» и передали свои машины парковщику. Гас и Деклан должны были войти внутрь вместе с Чарли, а Мак, Сноу и Арнольд остались снаружи и охраняли здание по периметру.

Гас насчитал четырех охранников у входа в отель. Для прибывающих гостей расстелили красную ковровую дорожку. Впереди них образовался небольшой затор: репортеры вовсю фотографировали поп‑звезду, которая привела на благотворительный вечер очередного спутника жизни.

Чарли подождала, пока молодая женщина и ее кавалер пройдут вперед, и направилась к входу. Заметив ее, репортеры оживились. Ее тоже фотографировали – Чарли была одной из главных благотворительниц столицы. В Вашингтоне Чарли была знаменитостью. Они с мужем много помогали некоммерческим организациям, больницам и благотворительным обществам.

Гас держался рядом с Чарли – сканировал взглядом толпу, стараясь вовремя вычислить тех, кто мог представлять угрозу для миссис Халверсон.

Наконец Чарли, Деклану и Гасу удалось войти внутрь. У самого входа гостей встречали еще два охранника и женщина с электронным планшетом в руках; она сверяла имена входящих со списком.

– Добрый вечер, миссис Халверсон. Мы так рады, что вам удалось прийти на наш праздник! – Женщина подняла голову и улыбнулась. Потом перевела взгляд на Деклана и Гаса: – Который из вас мистер О’Нил?

– Я, – ответил Деклан.

– Благодарю вас. – Она повернулась к Гасу: – А вы, должно быть, мистер Уолш.

– Так точно, мэм, – ответил Гас.

– Прошу, не называйте меня «мэм». Я не такая старуха.

– Так точно, мэм, – ответил Гас и тут же поправился: – Мисс.

Представительница фонда улыбнулась и отступила на шаг.

– Надеюсь, вечер вам понравится, – и спасибо за то, что поддерживаете детей, которым нужна ваша поддержка.

Миссис Халверсон прошла внутрь. Гас и Де‑клан поспешили за ней. Служащие отеля провели их в просторный бальный зал. Здесь собралось несколько сотен нарядно одетых мужчин и женщин.

В толпе Гасу стало не по себе. Как им сохранить безопасность Чарли, если любой из гостей без труда может подойти к ней вплотную и ударить ножом?

Гас рефлекторно выступал перед Чарли всякий раз, как к ним кто‑то приближался. Наконец, Чарли не выдержала.

– Гас, – сказала она, – все в порядке. Все эти люди прошли под рамкой металлодетектора. Отойдите, пожалуйста, и позвольте мне пообщаться с людьми, которые много жертвуют на благотворительность.

С этими словами Чарли направилась к группе своих знакомых.

Деклан тронул Гаса за плечо.

– С ней ничего не должно случиться, – при этом сам не сводил взгляда с Чарли и окруживших ее людей.

Внезапно к Чарли стремительно подошел мужчина. Гас шагнул вперед. Командир его не остановил, а зашел за спину незнакомца. Гас хлопнул гостя по плечу. Незнакомец нахмурился:

– Простите… вы что‑то хотели?

– Мы с миссис Халверсон, – заявил Деклан.

– Она‑то мне и нужна. – Незнакомец посмотрел на вдову поверх плеча Деклана. – Простите, мне необходимо сказать ей пару слов.

– Вы не против, если мы проверим, нет ли у вас оружия? – поинтересовался Гас.

– Что?! – Мужчина вытаращил глаза.

Гас обхлопал его по бокам, тот попятился.

– Я против того, чтобы со мной обращались, как с преступником!

– Гас, Деклан, что вы делаете? – возмутилась Чарли.

– Этот человек слишком близко подошел к вам, – пояснил Гас. – Мы хотели убедиться, что у него нет оружия.

– Боже правый! – Чарли встала между телохранителями и незнакомцем. – Это Джозеф Морли, корреспондент, он официально освещает сегодняшний бал! Он всегда берет у меня интервью. – Она повернулась к Джозефу: – Пожалуйста, простите моих чересчур ретивых телохранителей. Они еще не всех знают.

Морли одернул смокинг и натянуто улыбнулся Чарли:

– По крайней мере, они принимают ваши интересы близко к сердцу.

– Точно. В этом их нельзя упрекнуть. – Миссис Халверсон прищурилась и посмотрела на Де‑клана и Гаса. – Но, пока мы здесь, они могут дать мне немного свободы.

Деклан и Гас отошли назад, чтобы Чарли могла пообщаться с Морли.

– Мне не нравится, как все близко подходят к Чарли, – признался Гас.

– Но мы не можем ее сковывать. – Деклан плотно сжал губы. – Она и так злится на нас за то, что мы набросились на репортера.

– Я на него не набрасывался, – возразил Гас. – Только проверил, нет ли при нем оружия.

– Нашел что‑нибудь? – хмыкнул Деклан.

– Нет, – признался Гас.

– Значит, отойдем и позволим Чарли поступать по‑своему. Главное – присматривать за ней, и все будет хорошо.

– Похоже, с ней иначе нельзя, – кивнул Гас.

Следующий час они ходили за Чарли, пока она разговаривала со знакомыми и объясняла, как нужны средства для борьбы с торговлей детьми в Соединенных Штатах и во всем мире.

– Джентльмены, мне необходимо на несколько минут отлучиться в дамскую комнату. – Чарли подняла руку. – Там мне ваши услуги не понадобятся! Можете выпить и закусить. Еще час – и мы едем домой.

Гас был безмерно рад этому. По крайней мере, Чарли не собирается танцевать всю ночь. Они скоро поедут домой. Часом больше, часом меньше… Он натер пятки в лакированных туфлях, которые взял напрокат вместе со смокингом. Очень хотелось сбросить туфли и бродить в толпе босиком.

Гас и Деклан следом за Чарли пробрались сквозь толпу гостей и вышли в коридор, где располагались туалеты. Они держались чуть поодаль, и все же достаточно близко, чтобы успеть к ней на помощь, если кто‑нибудь попытается на нее напасть.

Краем глаза Гас заметил женщину в длинном, облегающем черном платье, которая стояла рядом с огромным растением в горшке. У нее были волосы такие же черные и шелковистые, как платье, и глубоко посаженные темно‑карие глаза. Его внимание к ней привлекло то, что она не сводила взгляда с Чарли. Она следила за ней, пока Чарли шла в дамскую комнату.

– Если хочешь, выпей чего‑нибудь, – предложил Деклан. – А я пока покараулю.

– Нет, – ответил Гас, не сводя взгляда с брюнетки в черном платье.

Должно быть, Деклан что‑то понял по тону Гаса. Он нахмурился и огляделся по сторонам.

– Тебя что‑то беспокоит?

– Чутье подсказывает: что‑то затевается, – прошептал Гас.

– Что? – нахмурился Деклан.

Едва заметным движением подбородка Гас указал на женщину в черном.

– Она.

– Ух ты. Ты имеешь в виду красивую брюнетку возле горшка с тем деревом, верно?

– Да.

Брюнетка посмотрела по сторонам. Заметила Деклана и Гаса; на лбу у нее проступила едва заметная морщинка – и тут же пропала.

– Видел? – спросил Гас. – Она нахмурилась, когда поняла, что мы за ней следим.

– Я подумал, что мне показалось… Да, я заметил. – Деклан повернулся к Гасу и улыбнулся. – Побеседуем о спорте или еще о чем‑нибудь. Продолжай наблюдать за ней. – Он улыбнулся шире и заговорил чуть громче: – Ну а что «Патриоты»?

– Ты ведь знаешь, я болею за «Алабаму», – так же громко ответил Гас и шепотом продолжил: – Она меняет дислокацию.

– Куда направляется? – еле слышно спросил Деклан и громко продолжал: – В «Алабаме» играют студенты, любители. «Патриоты» – вот настоящая команда.

– К нам, – пробормотал Гас, почти не шевеля губами. Потом фыркнул: – Наверное, нам придется согласиться, что у нас разные взгляды.

– Да. Ты болей за свою команду, а я буду болеть за свою.

Брюнетка прошла мимо них, высоко подняв голову. Ее черные шелковистые волосы падали ей на плечи. Настоящая красавица! Но что‑то в ее внешности смущало морских пехотинцев. Стройная и атлетически сложенная, она шагала уверенно и целеустремленно.

Наверное, именно целеустремленность и отличала ее от остальных женщин. Почти все просто болтали и общались. Казалось, брюнетке в черном платье что‑то не дает покоя.

– Проходит мимо тебя, – еле слышно сообщил Гас, не сводя взгляда с двери в дамский туалет, хотя брюнетка направилась к выходу.

– Не спускай с нее глаз, – велел Деклан. – Она явно торопится, может, вспомнила, что забыла выгулять собаку.

– Ага. – Гас немного расслабился. – Похоже, брюнетка уходит и, значит, больше не представляет угрозы.

Из дамской комнаты вышла Чарли; она смеялась и беседовала с другой гостьей. Увидев Гаса и Деклана, она кивнула, давая понять, что с ней все в порядке. Потом отошла в обществе своей собеседницы и вскоре смешалась с толпой в бальном зале.

Гас и Деклан следовали за ней, стараясь не слишком отставать. Их разделяли несколько человек. Неожиданно – Гас и Деклан не успели обойти препятствие – рядом с Чарли очутилась брюнетка в черном платье и сжала ей руку.

– Она вернулась и схватила Чарли! – сообщил Гас Деклану. Расталкивая гостей и не извиняясь, он рванулся вперед.

Деклан, застрявший в толпе, немного отстал.

Гас почти бежал за двумя женщинами; они уже скрылись за дверью в другой части отеля. Гас побежал. Он распахнул дверь всего через несколько секунд после того, как за ней скрылись две женщины.

Брюнетка вела Чарли к двери в конце коридора; на ходу она что‑то говорила, понизив голос.

Похитительница обернулась через плечо, заметила Гаса и смерила его гневным взглядом.

– Стоять! – крикнул Гас.

Брюнетка не послушалась. Она по‑прежнему тащила Чарли к выходу.

Поскольку Гасу никто не мешал, он догнал женщин у двери запасного выхода.

– Гас, – Чарли оглянулась через плечо, – рада, что вы здесь.

– Немедленно отпустите миссис Халверсон! – приказал он.

– Не отпущу, пока не узнаю ответы на свои вопросы, – ответила брюнетка.

Гас достал из‑под смокинга пистолет и прицелился в брюнетку.

– Сейчас же отойдите от нее!

Брюнетка выпустила Чарли и подняла руки:

– Я не собираюсь причинять ей вред. Мне нужно только поговорить с ней.

– В таком случае договоритесь с ней о встрече, когда она не будет на официальном мероприятии и когда мы сможем вас должным образом проверить, – ответил Гас. – Я вас не знаю; возможно, вы преступница. Сейчас я отведу вас к охране. Ваше имя есть в списке гостей?

Лицо женщины вдруг лишилось всякого выражения.

– Нет.

– Что значит «нет»? Вас сюда не приглашали?

– Нет, я не пойду с вами к охранникам. – Она сделала шаг назад, потом еще один.

– Чарли, зайдите мне за спину, – скомандовал Гас.

– Все нормально. Она сказала, что не причинит мне вреда.

– Пожалуйста, делайте, как я говорю, – не сдавался Гас.

Чарли нахмурилась, но зашла ему за спину.

– А теперь… или вы пойдете со мной добровольно, или мы с напарником отведем вас туда против вашей воли. Решайте!

Брюнетка покачала головой:

– Не могу. – Вдруг она развернулась и толкнула дверь, приоткрыв ее, выскользнула наружу и скрылась в ночи.

К ним подбежал Деклан.

– Чарли, с вами все в порядке?

– Да, но насчет той девушки я не уверена. – Чарли покачала головой.

– Оставайся с Чарли, – сказал Гас. – Я ее догоню.

– Я здесь, – ответил Деклан. – Беги!

Гас бросился на улицу, но не успел он выбежать за порог, как его схватили два охранника. Ему заломили руки за спину, отобрали пистолет.

– Какого черта! Пустите меня! Мне нужно схватить одну женщину!

– Она так и сказала, что вы выбежите отсюда следом за ней, – ответил охранник, который держал его за правую руку. – А еще сказала, что у вас пистолет и вы собираетесь ее убить. – Охранник слева держал его пистолет.

– У меня есть лицензия на скрытое ношение оружия! Я пришел сюда как телохранитель Шарлотты Халверсон. Та женщина пыталась ее похитить. Вы ее должны были задержать, а не меня!

– Ну да, как же. А я – Санта‑Клаус! – хмыкнул охранник справа.

Два человека выбежали из‑за угла и остановились неподалеку от них; в темноте их фигуры казались лишь силуэтами.

– Гас! – крикнул один из них. – Ты ее нашел?

– Мак? Сноу? – отозвался Гас.

– Да, – ответил Мак. – В чем дело?

– Из‑за этих двух охранников она ушла!

– Не подходите или я стреляю! – предупредил охранник, державший «глок» Гаса.

Мак и Сноу подняли руки:

– Не стреляйте! Мы телохранители Шарлотты Халверсон!

– Я им сказал то же самое, они мне не верят, – ответил Гас. – Звоните Деклану. Пусть скажет старшему смены, что его подчиненные схватили не того человека.

Охранник вздернул его заломленную за спину руку повыше.

– Потише, не сломай, – проворчал Гас. – Я ведь не сопротивляюсь!

Гас слышал, как Мак говорил с Декланом. Через миг на поясах охранников ожили рации.

– Питерсон, Роулингс, проверьте документы у человека, которого вы задержали! – произнес голос в рации. – Если его зовут Огастес Уолш, немедленно отпустите. Он здесь с Шарлоттой Халверсон; ему нужно к ней вернуться.

Охранник справа нехотя выпустил его.

– Извини, – буркнул он, хотя, судя по тону, извиняться ему вовсе не хотелось. – Мы только делаем свое дело.

– Я понял, – ответил Гас. – Я тоже делал свое дело. – Он потер затекшую руку. – Если снова увидите ту женщину, задержите ее. Она пыталась скрыться с миссис Халверсон.

– Так и сделаем. – Охранник вернул ему «глок». – Никто не пострадал, все нормально.

– Ага. – Гас убрал пистолет в кобуру и одернул смокинг. – А теперь прошу нас извинить, нам пора за работу.

– Пожалуйста. – Охранник махнул рукой, пропуская его. – Только вам придется вернуться через парадный вход. Дверь, через которую вы вышли, снаружи не открывается.

Гас бросился бежать. Скоро он поравнялся с Маком и Сноу.

– Видели брюнетку в длинном черном платье?

Мак и Сноу покачали головой.

– Если увидите, глаз с нее не спускайте. Она пыталась увести Чарли! – Гас обогнал своих напарников, спеша к парадному входу в отель.

Деклан, конечно, мог и в одиночку позаботиться о безопасности Чарли, но Гасу хотелось поскорее оказаться там на тот случай, если таинственная брюнетка предпримет еще одну попытку.

Надо было догадаться, что Шарлотта Халверсон нигде не появляется без охраны. Слишком богатая и статусная особа.

Однако ей от Халверсон нужны не деньги. Ответы на ее вопросы стоят гораздо дороже. Почему у нее на запястье вытатуированы координаты дома Халверсон? Что означает Троицкий узел? Почему ее пытали в Сирии? Почему она вообще там оказалась? И самое главное… кто она?

Она буквально прыгнула выше головы, чтобы проникнуть на благотворительный бал – и все пошло прахом. Ей нужно было поговорить с миссис Халверсон и больше ни с кем. Телохранители наверняка решили, что она пыталась похитить богатую вдову. Теперь они ее и близко не подпустят к Шарлотте Халверсон.

Столько усилий, и все рухнуло! После того как ей удалось пройти мимо охранников, она ходила вокруг отеля, считая сотрудников служб безопасности у всех входов и выходов. В отель она попала только потому, что охранники приняли ее за горничную. Нарядное платье и туфли она спрятала под формой, которую стянула из фургона, отвозившего грязное белье в прачечную. Она помогала убирать номера и всем говорила, что новенькая. Через какое‑то время она незаметно скрылась и до самого начала благотворительного бала пряталась в одном из незанятых номеров. Она приняла душ, переоделась и нанесла макияж, позаимствованный у одной из постоялиц.

Она дождалась, пока большинство приглашенных окажутся в отеле, спустилась в служебном лифте на кухню, а оттуда прошла в бальный зал. Она общалась с гостями и вела себя так, как будто сама была одной из них, пока не увидела Шарлотту Халверсон. К счастью, к тому времени, как она добралась до Вашингтона, ее синяки стали почти незаметны, их удалось скрыть под слоем косметики.

Стоя у отеля «Мейфлауэр», она мучилась от досады. Без верхней одежды было холодно; она покрылась гусиной кожей. Обхватив себя руками, она посмотрела на здание отеля. У нее больше нет ни одной попытки.

Гас нахмурился:

– Погодите. Что? Вы не знаете, кто вы?

Незнакомка кивнула:

– Да. Знаю только, что у меня татуировка на запястье. – Она протянула руки ладонями вверх.

Чарли ахнула и схватила ее за запястье.

– Это Троицкий узел! – Она покосилась на Деклана: – Неужели совпадение?!

– Я не верю в совпадения, – сдавленным голосом проговорил Деклан, стискивая челюсти. – Вы не знаете, кто вы? С чего же вы решили обратиться именно к миссис Халверсон?

Незнакомка кивнула на татуировку:

– Под символом вытатуированы координаты.

– Какие координаты? – Гас посмотрел на тату. – Я вижу только какие‑то волнистые линии.

– Это цифры на иврите, – пояснила незнакомка.

Гас ей не верил. Кто татуирует координаты на собственном теле? Да еще на иврите? Маловероятно.

– Откуда вы знаете? А может, это чей‑то номер телефона или дата рождения?

– На то, чтобы все обдумать, у меня было целых десять дней в трюме корабля. Как видите, здесь два ряда цифр. Когда я добралась до Соединенных Штатов, проверила версию с телефоном. Позвонила по первому номеру, но там автомат сообщил, что номер отключен. По второму номеру находится дневной центр медицинской помощи. Потом я предположила, что цифры обозначают широту и долготу. Координаты указали на поместье Халверсонов в Вирджинии. – Она посмотрела Чарли в глаза. – Никаких других соображений у меня нет. Если вы не знаете, кто я, я понятия не имею, что делать дальше.

Чарли долго смотрела на нее, а потом покачала головой:

– Простите, но я вас совсем не знаю. – Она сдвинула брови. – Конечно, я не была в курсе всех дел моего покойного мужа. Может быть, вас знал он?

Незнакомка ссутулилась. Чарли погладила ее по плечу.

– Простите. Мне жаль, что я не могу вам помочь. Должно быть, очень неприятно не знать, как вас зовут. Но нам надо вас как‑то называть.

– Джейн Доу[3], – предложил Гас.

– Это так безлично, – возразила Шарлотта.

– Временно, пока мы не узнаем, кто она, – сказал Деклан.

Брюнетка пожала плечами:

– Мне все равно. – Она кивнула в сторону Гаса: – Он правильно сказал, это временно. По крайней мере, я надеюсь. Пока я не узнаю, кто я, у меня нет ни дома, ни документов, ни работы.

– Иными словами, вы без денег и без дома, – подытожил Гас. – Трудно винить вас в том, что вы преследовали богатую вдову. – Наверное, я бы тоже так поступил в подобных обстоятельствах.

Глаза Джейн Доу прищурились.

– Деньги миссис Халверсон мне не нужны. Я хочу выяснить, кто я. Сейчас у меня нет ни прошлого, ни воспоминаний, ни семьи. Если у меня и была работа, то сейчас меня наверняка уже уволили с нее, потому что я долго на ней не появлялась.

– Вы сказали, что провели десять дней в трюме корабля. – Деклан прищурился. – Вы там пришли в себя и обнаружили, что потеряли память?

Она покачала головой и сжала зубы.

– Где вы были до того? – задал вопрос Гас, подаваясь вперед.

Не глядя на него, она посмотрела в глаза Чарли.

– Меня держали в тюрьме в какой‑то сирийской деревушке.

– В Сирии?! – У Чарли округлились глаза.

– Совершенно верно, мэм. В Сирии.

– Что вы делали в Сирии? – удивилась Чарли.

Джейн покачала головой:

– Не знаю. Знаю только, что меня держали в плену.

– Почему вас держали в плену? – спросил Деклан.

– Хотели от меня каких‑то сведений, – ее пробила дрожь. – Я ничего не могла им ответить.

– Значит, вас пытали? – Гас ей не доверял, но в глазах у нее застыло такое затравленное выражение, что ее боль словно передалась ему.

Она кивнула и, подняв связанные руки, коснулась глаз. Гас увидел кровоподтек – едва заметный под слоем косметики. Он сжал кулаки, по его мнению, мужчины, которые бьют женщин, заслуживают смерти.

– О господи! – Чарли погладила Джейн по плечу. – Как жаль, что вам пришлось пережить такое!

– Как вам удалось бежать? – спросил Деклан.

– Рядом с домом, где меня держали, прогремел взрыв. Одна стена моей камеры обрушилась. Я выползла из обломков и спряталась в кузове грузовика, в котором перевозили марихуану.

– А корабль? – напомнил Гас, изумляясь стойкости незнакомки и ее стремлению к свободе.

– Грузовик привез меня в портовый город Латакию. Я не знала, откуда я, но знала, что не из Сирии. Мне удобнее всего говорить и думать на американском варианте английского, поэтому я решила, что моя родина – США и мне нужно туда вернуться.

– А я вас подвела. – Чарли вздохнула. – Мне очень жаль!

– Вы не виноваты. Вы меня не знаете. Придется искать дальше, пока я не найду других зацепок. – Джейн посмотрела в окно лимузина. – Пожалуйста, высадите меня у какого‑нибудь магазина одежды. Не хочу отнимать у вас время.

После небольшой паузы Чарли воскликнула:

– И слышать не желаю! Вы поедете ко мне. У меня много комнат. Поживете в одной из гостевых спален. Я попрошу моих телохранителей найти ответы на ваши тайны. – Она повернулась к Де‑клану: – С вашими связями и связями моего мужа нам наверняка удастся помочь бедной женщине.

Гас поднял руку:

– Чарли, вы ее совсем не знаете! Мы ни за что не можем поручиться.

– Как правило, я неплохо разбираюсь в людях, – сказала Чарли. – Я выбрала Деклана и поверила его рекомендациям, основанным на его готовности помочь мне и моем чутье, что он достойный человек.

– Но вы знали, кто он, когда принимали его на работу, – не сдавался Гас.

Чарли поджала губы.

– Я не знала, кто он, когда он вытащил меня из фургона похитителей! Когда я узнала, кто он, я все же приняла его на работу, несмотря на пятно в его послужном списке.

– Тут совсем другое дело, – возразил Гас.

Чарли скрестила руки на груди:

– Я так не считаю.

– Без документов невозможно проверить, не преступница ли она. А может, она сбежала из тюрьмы, где отбывала пожизненное заключение за убийство!

– В чем‑то Гас прав. – Деклан пожал плечами. – Если она только что сбежала из тюрьмы, понятно, почему у нее нет никаких документов.

– Я сбежала из сирийской тюрьмы, – возразила Джейн. – А не из американской.

– Какая разница? – с вызовом спросил Гас.

– Меня удерживали там, потому что моим тюремщикам нужны были какие‑то сведения. – Джейн тяжело вздохнула. – Не знаю, какая разница для вас, но мне не предъявляли обвинений в преступлении, меня не судили. Во всяком случае, ни о чем таком я не знаю.

– Главное, чутье подсказывает мне, что Джейн можно верить, – подытожила Чарли и вызывающе вскинула подбородок. – Она останется со мной. Гас, раз ты так беспокоишься за нее, Деклан может поручить тебе последить за ней. – Чарли улыбнулась Джейн: – Не позволяйте им выводить вас из себя. Они просто заботятся о моем благополучии.

– Понимаю, – кивнула Джейн. – На их месте я бы тоже не слишком спешила доверять незнакомцам. Более того, я бы вообще не пустила незнакомку в машину.

– Точно, – кивнул Гас.

– Гас, ты согласен? – спросил Деклан. – Если нет, я поручу задание кому‑нибудь другому.

– После того, как я видел Джейн в действии, знаю, на что она способна. – Он прищурился и пристально посмотрел на Джейн. – Я присмотрю за ней.

Джейн ответила ему таким же взглядом.

– Ты заскучаешь, когда окажется, что я не представляю угрозы для миссис Халверсон.

– Чарли, – с улыбкой поправила ее вдова. – Называйте меня Чарли. Деклан, не забудьте ее освободить.

Деклан нахмурился, но разрезал стяжки на запястьях у Джейн. Она потерла красные отметины и кивнула Чарли:

– Спасибо.

– Что‑то подсказывает мне, что рядом с тобой будет как угодно, только не скучно, – заметил Гас.

Деклан расплылся в улыбке:

– Вот именно! Ты – самая подходящая кандидатура для такой работы.

Гас не знал, почему Деклану смешно и почему он считает его самой подходящей кандидатурой.

Если чутье подсказывало Чарли, что Джейн можно верить, Гасу чутье подсказывало: где Джейн, там жди неприятностей.

Джейн Доу…

Она надеялась, что жить под псевдонимом ей придется недолго.

Они подъехали к усадьбе Халверсонов. Джейн разглядывала внушительную каменную стену и кованые железные ворота. Да, она была почти уверена, что сумеет через них перебраться, но не знала, какая в усадьбе система безопасности. Возможно, не успеет она и двух шагов сделать, как сторожевой пес разорвет ее на куски или ее окружит дюжина здоровяков, вооруженных автоматическими винтовками и пистолетами‑пулеметами.

– Не люблю принимать милостыню, – сказала Джейн. Воровать она тоже не любила. – Если я смогу чем‑нибудь вам отплатить, я с радостью поработаю на вас, пока не смогу вернуться домой.

Три машины покатили по извилистой дороге под раскидистыми дубами. Потом дорога сделала очередной поворот, и Джейн невольно ахнула, увидев впереди трехэтажный особняк. Они проехали по круговой подъездной аллее и остановились у мраморной лестницы, которая вела к внушительным двойным дверям.

Навстречу им спустились женщина и двое мужчин.

Водитель Арнольд припарковал лимузин и поспешил открыть дверцу. Гас вышел и протянул Джейн руку. Она была уверена, что в прошлой жизни мужчины не помогали ей выходить из машины. Но, учитывая вечернее платье и туфли на каблуках, она не стала отказываться. Он с такой силой дернул ее, что Джейн налетела на него. Положив ладони на его мускулистую грудь, она заглянула в его глубоко посаженные карие глаза, в которых отражался свет фонарей над крыльцом.

– Я за тобой слежу, – прошептал он, помогая ей восстановить равновесие. Затем он подал руку Шарлотте и бережно помог пожилой женщине выйти из машины.

Джейн очень хотелось пнуть его ногой. Но она сдержалась, понимая, что получит мало удовольствия, зато будет плохо выглядеть в глазах благодетельницы. Пока она не узнает то, что ей нужно, придется быть милой даже с этим сердитым телохранителем, который должен за ней следить.

– Чарли, все в порядке? – Спустившаяся им навстречу молодая женщина заключила миссис Халверсон в объятия.

– Конечно, Грейс. – Чарли обвела взглядом своих спутников, которые вышли из внедорожников. – Насколько я понимаю, добрые вести распространяются быстро?

– Мак позвонил и рассказал, что случилось, – ответила Грейс. – Так и знала, что мне нужно было поехать с вами!

Чарли покачала головой:

– Со мной ничего не случилось. Помимо обычного подкрепления, я получила помощь от моей новой знакомой Джейн. – Она повернулась к Джейн: – Джейн Доу, позвольте представить вам мою личную помощницу Грейс Лоренс. Грейс, это Джейн. По крайней мере, мы будем так ее называть, пока не узнаем, кто она такая.

Грейс пожала Джейн руку и тут же, хмурясь, повернулась к Деклану.

– Потом объясню, – ответил Деклан. – А сейчас пошли в дом. На балу нам не представилась возможность поесть. Я так проголодался, что могу съесть быка.

Грейс посторонилась, пропуская Чарли. Чарли первая вошла в дом и сразу же направилась в большую современную кухню.

– Карл! – крикнула она, озираясь по сторонам.

Из огромной кладовой вышел приземистый здоровяк в белом халате. В руках он держал коробку с чаем.

– Да, мэм.

– На твоей кухне собралась целая толпа голодных людей. Что у тебя есть?

Карл широко улыбнулся:

– Как раз собираюсь достать окорок из духовки. Я планировал приготовить на завтрак яичницу с ветчиной, но можно съесть все и сейчас. Дайте мне несколько минут, я сварю на пару овощи и нарежу багеты для бутербродов.

– Отлично. А вино?

– Я принесу, – вызвалась Грейс и направилась к двери на противоположной стороне кухни.

– Я помогу! – Деклан отправился за ней. Они спустились по лестнице, ведущей в винный погреб.

Карл надел кухонные рукавицы и повернулся к одной из двух духовок. Когда он открыл дверцу, наружу вырвалось облачко пара вместе с восхитительным ароматом запеченного окорока.

У Джейн подкосились ноги, в животе у нее заурчало. Сколько времени она не ела как следует? Последние две недели, после побега из сирийской тюрьмы, она питалась только тем, что ей удавалось украсть. В плену ее кормили скудно и плохо. Наверное, она похудела килограммов на пять‑шесть.

Пока мужчины снимали смокинги, Карл поставил окорок на столешницу и принялся нарезать его ломтями.

– Раз вы такие голодные, что не можете ждать, пока приготовятся овощи, сделаем бутерброды. – Он достал батон свежего хлеба, нарезал его и положил на блюдо рядом с окороком.

– Я об этом и говорю, – ответил один из телохранителей.

Чарли рассмеялась:

– Не нужно никаких овощей на пару. Хватит салата и помидоров. По‑моему, нам всем не мешает поесть… сейчас же, а не через двадцать минут.

– Есть! – Карл поспешил к холодильнику, достал салат, помидоры и приправы и вернулся к кухонному островку. Меньше чем через минуту все было готово.

Вернулись Грейс и Деклан; каждый из них нес по две бутылки красного вина. Гас полез в шкафчик и достал бокалы; несколько штук он передал Джейн, а затем достал еще. Они отнесли бокалы на большой стол в углу кухни.

Карл принялся раздавать бутерброды, начиная с Чарли. Затем все сели за стол. Карл тоже принес тарелку и несколько пакетов картофельных чипсов.

Как только утолили первый голод, Чарли обошла стол, знакомя всех. Она кивнула в сторону русоволосого голубоглазого великана, который ехал с ними в лимузине:

– С Декланом О’Нилом вы виделись на балу. Он командир моего отряда бывших разведчиков Корпуса морской пехоты.

Деклан кивнул.

Чарли указала в сторону Гаса, сидевшего рядом с Джейн:

– Вы знакомы и с Огастесом Уолшем, которому поручено вас охранять.

Джейн едва не фыркнула, но сдержалась. Охранять ее? Как бы не так! Он будет присматривать за ней, чтобы она не навредила Чарли или кому‑нибудь из его соратников.

Джейн вежливо кивнула:

– Можно называть вас Огастес?

– Просто Гас, – буркнул он.

– Хорошо, – улыбнулась она. – Просто Гас.

Он ответил ей испепеляющим взглядом. Ради такого стоило его подразнить, Джейн широко улыбнулась.

– Рядом с Гасом сидит Мак Балкман, – продолжала Чарли. – Сегодня он тоже был в отеле «Мейфлауэр», охранял вход снаружи.

Черноволосый голубоглазый мужчина поднял руку:

– Мы застряли во время эвакуации из бального зала и пропустили драку.

– Джек Сноу тоже дежурил на улице, – продолжала Чарли.

Высокий сероглазый блондин подмигнул ей:

– Деклан сказал, вы справились с двумя злоумышленниками. Я впечатлен!

Джейн пожала плечами:

– Я сделала то, что должна была сделать.

– За что я вам крайне признательна, – улыбнулась Чарли. – С Грейс вы уже знакомы. – Она кивнула своей помощнице, а затем указала на кареглазого шатена: – Фрэнк Форд нес охрану здесь, вместе с Коулом Маккасланом. Коул работает с моим главным IT‑специалистом Джонасом Спрэдлином – сегодня его здесь нет.

Фрэнк Форд кивнул ей:

– Можете звать меня Мустанг.

Ей кивнул и Коул, коротко подстриженный крепыш со светло‑карими глазами.

– А у вас есть прозвище? – спросила Джейн.

– Коул, – ответил тот.

– Итак, джентльмены и Грейс, – провозгласила Чарли, – прошу любить и жаловать – Джейн Доу. Наша задача – понять, кто она такая, и помочь ей вернуться домой.

Домой… это слово наполнило Джейн теплом и надеждой. Только бы у нее оказалось такое место и там ее ждали близкие люди!

– Вы не знаете, кто вы такая? – переспросил Мак.

Джейн покачала головой. У этих бывших военных есть все основания подозревать женщину, которая утверждает, будто не знает, кто она.

– Каким образом вы обратились к Чарли? – спросила Грейс.

Джейн показала всем татуировку у себя на запястье и рассказала о цифрах на иврите.

– Теперь вам известно столько же, сколько и мне, – подытожила она.

– Поразительно, что вы умеете читать на иврите, – заметила Грейс.

– Кроме того, я понимаю и говорю по‑русски и по‑арабски и умею драться.

– Еще более поразительно, – сказала Грейс. – Моя подруга Эмили преподает русский и подрабатывает переводами. Русский считается сложным языком… А арабский, по‑моему, еще сложнее.

– Непонятно, почему у нее на запястье вытатуировали широту и долготу, на которых расположено поместье Халверсонов, – заметил Деклан.

– Мне почему‑то кажется, что это как‑то связано с тайной деятельностью моего покойного мужа. – Чарли отпила вина. – Возможно, стоит нанести визит в офис его корпорации и посмотреть, не оставил ли он нам какие‑нибудь подсказки. Заодно можно осмотреть и его домашний кабинет. Вдруг мы найдем что‑нибудь полезное. Кстати, и мне пора выяснить, чем же он занимался. Он многое держал от меня в тайне и говорил, мне лучше кое‑чего не знать. Он уверял меня, что все во благо. Но во благо чего, я не знаю. Я ему верила. Джон был хорошим человеком. Он стремился к одному – помогать людям.

– Завтра мы с Маком осмотрим его домашний кабинет, – вызвался Деклан. – А Коула я попрошу порыться в компьютере вашего мужа.

Чарли нахмурилась:

– Джонас уже этим занимался, но так ничего и не нашел.

– Вторая пара глаз не помешает, – заметил Деклан.

– Я поработаю вместе с Джонасом; может, вместе нам удастся что‑нибудь отыскать, – поддержал командира Коул.

– А можно и мне поехать на работу к вашему мужу? – спросила Джейн. – Вдруг кто‑нибудь там меня узнает…

Чарли склонила голову набок, словно взвешивая предложение Джейн.

– Неплохо придумано. Поскольку больше нам опираться не на что, стоит попробовать.

– Значит, мы с Джейн завтра поедем туда, – заключил Гас.

– Я поеду с ними, – подхватил Джек Сноу.

– И я поеду, – сказала Чарли. – Вам понадобится мое разрешение для того, чтобы войти внутрь.

– Спасибо вам всем, – обрадовалась Джейн. – Не знаю, что еще предпринять. Пока я полностью в вашей власти.

Грейс окинула Джейн оценивающим взглядом с головы до ног.

– Думаю, мы с Чарли подберем вам что‑нибудь из одежды – пока у вас нет возможности съездить в магазин.

– Если бы можно было вернуться в «Мейфлауэр»… В одном из служебных помещений я оставила джинсы и футболку.

– Скорее всего, их уже нашли и выкинули. – Чарли похлопала Джейн по плечу: – Мы о вас позаботимся.

– Если позволите потом все вам вернуть, – не сдавалась Джейн.

– Милочка, – сказала Чарли, – по‑моему, это я ваша должница. Вы с Декланом и Гасом сегодня спасли меня от злоумышленников!

Джейн густо покраснела.

– Вы ничего мне не должны. Я поступила бы так ради любого человека, которого обижают!

– Очень кстати таким человеком оказалась я, и я вам благодарна. И самое меньшее, что вы можете сделать, – позволить мне вам помочь.

– Хорошо, но я сохраню чеки на все покупки. И возмещу вам затраты, как только смогу.

– Договорились! – улыбнулась Чарли. – А теперь прошу меня извинить, мне давно пора ложиться спать. Всем спокойной ночи!

Как только она вышла из кухни, остальные пришли к тому же выводу.

– Мы с Коулом уезжаем, – сказал Мак. – Все равно мы в одной машине.

– Вернусь завтра рано утром и начну рыться в компьютерных файлах мистера Халверсона, – объявил Коул. – Посмотрим, удастся ли нам найти сведения о его тайных операциях и нашей таинственной даме Джейн.

– Я тоже уезжаю, – сказал Джек. – Завтра перед выездом дайте мне знать. Встретимся у здания корпорации Халверсона.

– А мне что делать? – спросил Мустанг.

– Можешь поехать с нами и помочь охранять Чарли, – предложил Гас.

– Значит, я вернусь с утра пораньше. – Мустанг в шутку отсалютовал им и направился к двери.

– Гас, у тебя есть с собой одежда? – спросила Грейс.

– Да, я захватил нормальную одежду, не хотел ходить в этом пингвиньем облачении дольше необходимого. Кроме того, у меня есть сумка с костюмом для тренировок.

– Отлично, – кивнула Грейс. – Как телохранитель Джейн, сегодня ты ночуешь здесь.

– Джейн, пойдемте со мной, я покажу вам вашу комнату, – предложила Грейс.

– Если у Чарли имеются смежные апартаменты, это будет идеально, – заметил Гас. – Раз уж я остаюсь с Джейн.

По спине у Джейн побежали мурашки от предвкушения. Она подняла брови, притворившись холодной и сдержанной, хотя ощущала совсем другое.

– Неужели это необходимо?

– Совершенно необходимо. – Гас скрестил руки на груди. – Я не смогу присматривать за вами, если вы будете в изолированной комнате.

Она вскинула голову.

– Спать со мной в одной комнате вы не будете! – Внутри у нее все сжалось. Боже правый! Что значит спать с этим мужчиной, способным свести с ума любую женщину своей широкой грудью и мускулистыми руками?

– Не волнуйтесь. Здесь есть как раз то, что вам нужно. – Грейс повела их по винтовой лестнице на четвертый этаж. – Чарли держит эти апартаменты для особенных гостей.

– Надеюсь, для таких, кто способен взбираться по этой лестнице, – ответил Гас.

– Конечно, – усмехнулась Грейс. – У вас с Джейн будут апартаменты под названием «Румба».

Грейс открыла дверь. Они увидели просторную гостиную и две спальни, по обе стороны от нее.

– Ну как, годится? – спросила Грейс.

– Да, – кивнул Гас.

– Нет, – ответила Джейн. – Мне будет не по себе из‑за того, что в спальне рядом посторонний мужчина.

– Да он не будет ночевать в вашей спальне, – возразила Грейс. – Вы займете одну спальню, а Гас – другую. Вам придется делить только ванную и гостиную. По‑моему, все просто замечательно.

Джейн не была в том уверена. Но, учитывая ее положение и то, что у нее нет ни дома, ни документов, ни денег… придется ей жить в одном номере с посторонним.

– Отлично, – сказал Гас.

Оглядев роскошную обстановку, Джейн решила, что жаловаться ей не на что, особенно если вспомнить грязную, вонючую сирийскую тюрьму и трюм корабля.

Джейн внимательно посмотрела на своего стража. Если он попробует к ней приставать, ей придется применить свои навыки и защищаться. Кстати, после драки у отеля она не могла понять, почему очутилась в тюремной камере, она что, не сумела применить все те приемы, которыми, похоже, владеет в совершенстве?

Возможно, она ослабела от голода и ее сильно избили. Она закрыла глаза и попыталась вспомнить что‑нибудь до того дня, когда очнулась в тюремной камере. Но, как ни старалась, ничего не смогла извлечь из памяти.

– Джейн, что с вами? – спросила Грейс.

– Все хорошо. – Джейн открыла глаза и еле заметно улыбнулась.

– Я сейчас принесу вам одежду; можете носить ее, пока мы не съездим с вами в магазин.

– Спасибо. – Джейн вошла в спальню справа.

Гас направился в спальню слева. Через несколько минут оба вернулись в гостиную.

– Разве вам не понравилась комната? – спросила она, останавливаясь на пороге.

Он вошел в ее спальню и подошел к окну. Открыл его, высунулся наружу, осмотрелся и снова закрыл окно. Потом подошел к ней вплотную.

– Эта комната действительно подходит вам больше. Во второй есть шпалера; она доходит до самого окна.

– Какое это имеет значение? – спросила Джейн.

– По ней можно спуститься или забраться наверх и напасть на вас. Выбирайте. Я предпочитаю занять комнату с недостатком.

– Боитесь, что я попытаюсь сбежать? – Она фыркнула. – Куда же я пойду? У меня нет ни денег, ни семьи, во всяком случае, я не знаю ни о каких родственниках… Работы тоже нет… то есть я о ней не знаю.

– А может, вы нас обманываете и хотите подставить, а потом, когда мы будем спать, перережете нам глотки.

– А может, я говорю правду. – Джейн тяжело вздохнула. – Слушайте, я не жду, что вы мне поверите. Мне придется заслужить ваше доверие, если я хочу его добиться.

– В общем, верно, – кивнул Гас.

– Я нашла джинсы и майку, которые должны вам подойти, а еще ночную рубашку, – сообщила Грейс, входя в гостиную.

Джейн развернулась к ней лицом, густо покраснев.

– Отлично. Спасибо!

Грейс округлила глаза, переведя взгляд с Джейн на Гаса.

– Я вам помешала?

Гас прошел мимо Джейн.

– Вовсе нет. Пока вы обсуждаете одежду, схожу принесу свои вещи из внедорожника. – Хмурясь, он остановился на пороге. – То есть, если ты не боишься оставаться с ней наедине.

Грейс улыбнулась.

– Я не боюсь, что со мной что‑нибудь случится. Более того, у нас появится возможность поговорить о своем, о девичьем.

Прищурившись, Гас покосился на Джейн.

– Попрошу Деклана присмотреть за вами.

– Не нужно! – возразила Грейс.

Джейн готова была поклясться, что Гас все равно пришлет к ним Деклана. Он вышел из комнаты, пусть и нехотя.

– Я доверяю своему чутью. А чутье подсказывает, что вы не причините мне вреда. – Грейс протянула Джейн одежду, которую принесла с собой. – Возможно, джинсы будут великоваты. Вы такая тоненькая по сравнению со мной!

«Так бывает, когда тебя почти не кормят», – подумала Джейн, но вслух не сказала.

– Уверена, они подойдут. Сейчас что угодно лучше, чем ничего.

– Еще я принесла бюстгальтер и трусики. Все чистое. Завтра съездим в магазин и купим то, что вам понравится. – Грейс кивком указала в сторону ванной: – Там есть шампунь, кондиционер и гель для душа. Если вам понадобится что‑нибудь еще, скажите мне или Арнольду. У нас в кладовой большой запас… – Она помолчала, а потом продолжила: – Наверное, неприятно не знать, кто ты такая…

Джейн не назвала бы то, что с ней произошло, словом «неприятно». В ожидании очередных побоев в грязной сирийской камере она словно жила в страшном сне.

– Скорее, досадно, а не неприятно, – ответила она.

– Если кто‑то и сможет вам помочь, то это Чарли и «Друзья Деклана». – Грейс дружелюбно улыбнулась. – Они и мне помогли, когда пропала моя подруга. – И ей самой помогли пережить непростые времена. – Поверьте, они сделают все, что в их силах, и смогут найти для вас ответы, которые вам так нужны.

– Спасибо, – грустно улыбнулась Джейн. Грейс показалась ей очень славной. Она неподдельно заботилась о ней и верила людям, которые пригласили Джейн к себе, несмотря на ее сомнительное прошлое. – И за одежду тоже.

Как Джейн и ожидала, на пороге возник Де‑клан, он улыбался. Она тоже улыбнулась в ответ. Гас вполне предсказуем!

– Ну как, нашли все, что нужно? – поинтересовался Деклан.

– Да, благодаря Грейс, – ответила Джейн.

– Не волнуйтесь, – бодро произнес Деклан. – Мы разгадаем все тайны, которые вас мучат.

– Надеюсь, вы не разочаруетесь в том, что раскопаете обо мне, – сказала Джейн.

Эти люди ей на самом деле нравились. А если окажется, что она – преступница с темным прошлым? Или, хуже того, серийная убийца? Она едва не задохнулась. Что, если она ужасный человек? Может, она ничего не может вспомнить, потому что не хочет вспоминать? Может, люди, которые избивали ее, знали, что она этого заслуживает?

Джейн провалилась в сон, как только легла в мягкую постель, на чистые простыни и ее голова коснулась пуховой подушки. Ей представилось, что уютнее не может быть даже в раю.

Она не знала, долго ли проспала. Но рай, в котором она заснула, скоро обернулся адом. Она снова очутилась в тюрьме в Сирии и ждала следующего прихода своих мучителей. Запах мочи обжигал ноздри, кости болели на холодной земле. Она не помнила, сколько дней здесь провела; главное, она не помнила, как сюда попала. Тюремщики все время задавали ей вопросы, на которые она не могла ответить. Они спрашивали одно и то же, и она отвечала одно и то же. Она ничего не помнила. Сколько бы раз ее ни били, она по‑прежнему не могла сказать им то, что они хотели узнать.

Она лежала на земле; губы и нос были в запекшейся крови, подбитый глаз почти не открывался. Она молилась, чтобы совершилось чудо.

Дверь открылась, и какой‑то человек велел ей вставать. Увидев, что она не может встать, он протиснулся в ее камеру и с силой ударил ее ногой по ребрам.

Она проснулась от собственного крика. Еще дрожа, чувствуя, как болят ребра после удара, она села в мягкой, чистой постели и обхватила руками колени. Теперь о том, чтобы снова заснуть, не могло быть и речи. Если она заснет, то снова окажется в той камере и будет страдать от побоев. Она попыталась подумать о чем‑нибудь другом, не о Сирии и своей вонючей камере.

– Джейн. Они называют меня Джейн Доу… – Тихо шепча, она старалась избавиться от кошмара. – Ты не в Сирии. Ты в Виргинии. Тебя не бьют. Все хорошо. – Она моргнула. Раз, другой…

Как только глаза закрылись, она снова очутилась в той камере, и тюремщик снова орал на нее. Она снова открыла глаза, заставляя себя очнуться.

Когда ей показалось, что она вот‑вот снова заснет, откинула одеяло и встала. Босиком подошла к открытой двери.

В бледном свете звезд за окном она увидела, что Гас лежит на диване, подложив руки под голову и закрыв глаза. Она хотела разбудить его, чтобы он поговорил с ней и убедил, что она в Виргинии. Он спал так крепко и мирно…

Джейн села на пол перед дверью, ведущей на балкон. Она решила просидеть так всю ночь. Если она не заснет – не увидит сны; не увидит сны – не окажется в Сирии, где ей хотелось одного – умереть, чтобы все скорее закончилось.

За окном светили звезды; они сияли на небе, как бриллианты. Когда она сидела в тюрьме, у нее не было окна, и она не могла выглянуть наружу. Она провела много дней без солнечного света и свежего воздуха. Шли дни, а она не знала, сколько дней и ночей провела в грязной камере.

Сидя на мягком ковровом покрытии, она внушала себе, что должна радоваться. Она приняла душ, сыта, у нее ничего не болит, но расслабиться никак не могла, не могла успокоиться. На многие вопросы надо было найти ответы. Почему ее схватили? Как она оказалась в Сирии? Чего от нее хотели?

Сидя в роскошном доме, где было столько защитников, вдоволь еды и горячей воды, она испытывала тревогу и беспокойство. Если бы можно было, она бы попыталась все выяснить сама. Если она узнает о себе что‑нибудь плохое или чудовищное, об этом никто, кроме нее, знать не будет. С этим еще можно жить. Но если Чарли и ее телохранители, бывшие военные, «Друзья Деклана», узнают, что Джейн Доу – ужасный человек, они решат, что она их подвела. Окажется, что их помощь была напрасной. Ей придется уйти, если они прежде не передадут ее в полицию, ФБР или ЦРУ. Ее пробила дрожь, затрясло всем телом. Невыносимо будет видеть ненависть и разочарование на их лицах после всего, что они для нее сделали. И Гас поймет, что его подозрения подтвердились.

Она посмотрела на диван, и сердце у нее едва не остановилось.

Гаса там не было.

Джейн напряглась. Ее пульс участился.

– Я не собирался к тебе подкрадываться. – Гас вышел у нее из‑за спины. Он нес одеяло с кровати. – Решил, что оно тебе пригодится. – Он накинул одеяло ей на плечи. – Я бы что‑нибудь сказал, но ты так глубоко задумалась…

Джейн плотнее закуталась в одеяло.

– Спасибо.

– Что, не спится?

– Не хочу спать, – ответила она.

Он сходил к дивану за своим одеялом и вернулся к ней. Расстелил одеяло на полу.

– Плохие сны?

– Да… – Она подтянула колени к животу и обхватила их руками.

– Иногда полезно поговорить о них. – Он пожал плечами. – Так говорит мой психотерапевт. Правда, я не всегда ему верю.

Она тихо рассмеялась.

– Не думаю, что в моем случае разговоры помогут. Только усилят воспоминания.

– Значит, что‑то ты все‑таки помнишь? – Он развернулся к ней и пытливо заглянул ей в глаза.

– Только плен. А от таких воспоминаний я бы с радостью избавилась.

– Ясно. – Он посмотрел в окно. – Если это тебе поможет, мне казалось, что некоторые мои самые тяжелые воспоминания никогда не уйдут. Мне много лет снились страшные сны о задании, которое окончилось очень плохо. Сны не ушли, но больше не действуют на меня так сильно, как вначале.

Джейн положила подбородок на колени.

– У меня нет хороших воспоминаний, которые можно было бы противопоставить плохим. – Она не жаловалась, просто констатировала факт. Ей не нужна была жалость от сидящего рядом мужчины. Только его понимание.

– Да. Представляю, как тебе тяжело.

Она посмотрела на него с удивленным видом:

– Значит, ты веришь, что я в самом деле потеряла память?

Он криво улыбнулся, по‑прежнему глядя в окно.

– Нет, но могу представить, что значит не помнить ничего хорошего в жизни.

– А какие у тебя хорошие воспоминания? – спросила Джейн. – Может, я смогу их позаимствовать, чтобы было о чем думать, когда окажусь в плохом месте.

Он по‑прежнему смотрел в окно и молчал.

После долгой паузы, Джейн даже подумала, что он вообще не ответит, он заговорил:

– День, когда я ушел из приемной семьи и поступил в армию – одно из моих лучших воспоминаний.

– Ты жил в приемной семье?

Он кивнул:

– С семи лет, после того, как мои родители и сестренка погибли. Они ехали за мной в школу, чтобы забрать, и попали в аварию… Потом мне много лет снились страшные сны о том событии. – Он говорил так тихо, что она с трудом разбирала слова.

– Прости… Должно быть, тебе пришлось по‑настоящему тяжело.

Он пожал плечами:

– Постепенно учишься идти дальше. Если слишком долго вязнешь в плохих воспоминаниях, грусть тебя поглощает. Я все время двигался. Меня передавали из одной приемной семьи в другую. У первых приемных родителей был родной сын, мой ровесник. Он все время задирал меня; моя жизнь там была тяжелой. Я мирился с этим, но однажды он так сильно толкнул меня, что я ударился головой о тротуар. Когда я встал, у меня кружилась голова, но я набросился на него и разбил ему нос.

– Он это заслужил, – сказала Джейн, жалея, что не может оказаться в прошлом и заступиться за мальчика, которому и без того было плохо после гибели родителей.

– Родители мальчика во всем обвинили меня. Меня передали в другую семью, где было еще двое приемных детей. Один был постарше, он сидел на игле. Его взяли в семью вместе с братом; тот просто пытался выжить в мире, который постоянно оборачивался к нему темной стороной. Старший в конце концов умер от передозировки метамфетамина. Приемные родители так расстроились, что отказались участвовать в программе; нас двоих передали в другие семьи. До того, как я окончил школу, я побывал в шести семьях. А школу я окончил только потому, что знал: этого хотели бы мои родители. Я поступил в морскую пехоту, чтобы уйти от прошлого.

– Жаль, что тебе пришлось столько пережить.

– А мне не жаль. Ты не узнаешь хорошего, пока не пережил плохого, чтобы было с чем сравнивать. Я уже забыл, что значит иметь родных, которые заботятся о тебе. Пока не попал в разведку Корпуса морской пехоты.

– Твой отряд – твоя семья?

Он кивнул:

– За любого из них я готов отдать жизнь. И они поступили бы так же для меня.

– Тебе повезло, – вздохнула Джейн.

– Кто знает? – спросил Гас. – Возможно, скоро выяснится, что у тебя большая семья и они ждут от тебя вестей.

– Или нет. В глубине души мне кажется, что меня никто не ждет. – Она посмотрела в окно.

– Не сдавайся. Коул отлично умеет управляться с Интернетом.

Джейн делано улыбнулась:

– Как можно найти сведения о человеке, не зная, с чего начинать?

– ФБР и ЦРУ постоянно этим занимаются. У Чарли есть знакомые и там и там, потому что с ними работал ее покойный муж. Скоро мы узнаем, кто ты такая.

– А если вам не понравится то, что вы узнаете?

– Будем решать проблемы по мере их поступления.

Джейн зевнула и легла щекой на колени.

– Я так устала!

– Прислонись ко мне. Если кто‑то будет рядом, может, тебе не будут сниться страшные сны.

– Зачем тебе это? – Она посмотрела на него в упор. – Ты мне даже не веришь!

– Знаешь, как говорят… держи друзей близко, а врагов еще ближе? – Он криво улыбнулся.

– Считается, что эти слова принадлежат Сунь‑цзы, – заметила Джейн. – Но он сказал что‑то вроде «познай своего врага и познай себя, и ты всегда будешь победителем».

– Значит, ты изучала Сунь‑цзы?

Она нахмурилась и посмотрела в пол.

– Да, наверное.

– Может быть, к тебе постепенно возвращается память?

– Надеюсь, – ответила она.

– А пока мое предложение остается в силе. Если хочешь, обопрись о меня.

Она вздохнула.

– Я готова на все, лишь бы спать без сновидений.

Гас придвинулся ближе и протянул руку:

– Иди сюда.

Она прижалась к нему и положила голову ему на грудь.

– И тебе не придется беспокоиться, что я ускользну, пока ты спишь, – сказала она. Глаза у нее слипались. Боясь, что кошмары повторятся, она ждала.

Ничего. Джейн не видела злобных тюремщиков, которые избивали ее. Она чувствовала лишь возбуждающий аромат мужского одеколона и ощущение крепких мышц под щекой. Гас, его навыки рукопашного боя, полученные в армии, и поддержка его братьев по оружию… Они прогонят тех, кто во сне хочет причинить ей боль.

Должно быть, Джейн только померещилось, что ночью Гас нежно обнимал ее. Утром, открывая дверь апартаментов, он снова смотрел на нее как профессиональный военный на задании. И она его не винила. Он должен делать свое дело. Зная, какие чувства он испытывает к братьям по оружию, другого отношения к ней она не ждала. Они его близкие, и он обязан любой ценой защищать их… От нее.

Сердце у нее сжалось, когда на поверхность снова всплыли все ужасные мысли, которые мучили ее вчера. Возможно, сегодня все узнают, кто она такая. Вначале она думала, что знать лучше, чем не знать. Теперь она в этом сомневалась.

Несмотря на подчеркнутую холодность. Гас вел себя как джентльмен и подал ей руку на верхней площадке. Она вложила свою маленькую кисть в его ладонь, он сжал ее и, не говоря ни слова, стал спускаться по лестнице.

Из кухни доносились голоса. В коридоре Джейн выдернула руку. Если окажется, что она представляет угрозу для их отряда, ему не придется объяснять, почему он держал за руку врага.

Кое‑кто из друзей Гаса уже был на месте. Джейн припомнила имена: Коул, Деклан, Арнольд, Карл, Грейс и Чарли. Кроме того, она увидела на кухне незнакомого мужчину.

– Отлично! – Чарли с улыбкой повернулась к ним. – А я уже собиралась послать к вам Грейс, проверить, как вы там. Карл приготовил завтрак. Надеюсь, вы хорошо спали?

– Я да, – кивнула Джейн.

Поручиться за Гаса она не могла, ведь он спал на полу, сжимая ее в объятиях, конечно, если ей это не приснилось. Делиться такими подробностями со своей благодетельницей она не собиралась.

– Коул и Джонас на ногах с шести утра; работают на компьютере. – Деклан кивнул в сторону незнакомца. – Джейн, это Джонас, Джонас Спрэдлин, компьютерщик.

Довольно молодой сероглазый блондин кивнул ей:

– Здрасте.

– Рада с вами познакомиться. – У Джейн участился пульс, когда она посмотрела на Коула и Джонаса. – Ну и как? Вы что‑нибудь нашли?

Коул покачал головой:

– Мы перепробовали все пароли, какие знал Джонас, когда работал с мистером Халверсоном, но пока нам не удалось взломать секретные базы данных.

– Мы работаем над этим, – сказал Джонас, – но взлом может занять много времени. Он надежно их защитил.

Джейн сама не понимала, огорчаться или радоваться тому, что они пока ничего не узнали. Она склонна была огорчиться. Если новости плохие, она как‑нибудь справится. То, кем она была в прошлом, не определяет то, кем она может стать в будущем. Если, конечно, она не окажется за решеткой. Тюрьма положит конец всем ее планам на будущее. И все же не стоит волноваться раньше времени. Лучше решать проблемы по мере их поступления.

Когда все собрались за столом, появился Мустанг.

– Где Сноу и Мак? – поинтересовался он, ставя на стол тарелку и придвигая себе стул.

– Они отправились на встречу с одним из моих знакомых в Лэнгли, – ответила Чарли, накладывая себе яичницы. – Вместе исследуют сирийские досье. Возможно, среди агентов найдется женщина, чьи приметы совпадают с приметами Джейн.

– Вы, случайно, не помните, как называлось место, где вас держали?

Джейн покачала головой:

– Понятия не имею. Больше всего мне хотелось выбраться оттуда; я не пыталась ни у кого ничего спрашивать.

Чарли ласково улыбнулась ей:

– Не волнуйтесь. Они добудут любые сведения и привезут их сюда, чтобы мы могли все обдумать.

Джейн стало трудно дышать. Грудь стиснуло так, что воздух не попадал в легкие. Она долго сидела, глядя в свою тарелку; в голове сразу всплыли картины ее камеры, взрыва, обломков и кузова грузовика с марихуаной. Сколько пройдет времени, прежде чем воспоминания выцветут и поблекнут?

Большая рука легла на ее левое колено и сжала его.

Она посмотрела в лицо Гасу, радуясь, что он сидит рядом. Его сила и решимость придавали ей надежды на то, что она сама сможет выбрать свое будущее.

Сделав глубокий вдох, она набросилась на еду. Если ее положение ухудшится, вполне возможно, скоро она снова окажется на улице. Для того, чтобы жить дальше, ей нужны силы.

– Чарли, – Джейн положила вилку рядом с тарелкой после того, как доела все до крошки, – вы не против, если я спрошу, что случилось с вашим мужем?

Чарли покачала головой:

– Нет, не против. – Она глубоко вздохнула, прежде чем ответить: – Его убили.

У Джейн сжалось сердце.

– Мне очень жаль. Того, кто это сделал, нашли?

Чарли прищурилась:

– Нет. Преступник не оставил никаких следов. Джона застрелили, когда он выходил из офисного здания. Свидетелей не было; на камерах видеонаблюдения ничего нет. Полиция подозревает, что его застрелил опытный снайпер. Я наняла частного детектива, чтобы найти убийцу Джона, но поиски зашли в тупик.

– Значит, его убийца по‑прежнему гуляет на свободе.

Чарли кивнула:

– Когда меня пытались похитить, мне повезло, потому что рядом оказался Деклан. После того, как он спас меня, я решила нанять на работу Де‑клана и его отряд морских пехотинцев. У полиции и без меня забот хватает. Я хотела помочь тем, кто нуждается в защите.

– Нам повезло, что мы здесь оказались. – Де‑клан кивнул Чарли.

– Это мне повезло, что вы и ваш отряд на моей стороне. – Чарли улыбнулась. – Но во всем, с чем мы сталкиваемся, то и дело всплывает Троицкий узел… – Она кивнула в сторону Джейн. – Такой знак, как у вас на запястье. Мы уже несколько раз его видели. Мы не знаем, какое он имеет отношение к происходящему и как связаны все эти события.

Деклан покачал головой.

– Я попросил Мака и Сноу обсудить это при встрече с вашим знакомым из ЦРУ. Может быть, они найдут связь или объяснение, что в данной ситуации обозначает Троицкий узел.

Джейн машинально потрогала татуировку на запястье – единственное, на что она может опереться в попытках выяснить, кто она такая.

– Я думаю, что нужно взять с нами Коула или Джонаса в офис мужа, – сказала Чарли. – Если мы хотим войти в его компьютер, нам понадобится человек, знакомый со стилем его работы.

– Ну а я тем временем попробую взломать домашний компьютер Джона, – сообщил Джонас. – Если я что‑нибудь найду, сразу же извещу вас.

– Спасибо. – Чарли обвела кухню взглядом. – Я буду готова через десять минут.

– Подгоню машины к парадной двери, – доложил Арнольд.

Чарли вышла.

Деклан посмотрел на часы. Они с Грейс встали и начали собирать со стола посуду.

– Не беспокойтесь из‑за посуды, – отмахнулся Карл. – Я обо всем позабочусь. У вас есть более важные дела.

– Спасибо, Карл, – кивнул Деклан, – и за отличный завтрак. Ты всегда хорошо нас кормишь.

– Да. Спасибо, Карл, – сказала Джейн. – Все было очень вкусно.

Карл просиял:

– Стараюсь. Лучшей работы не придумаешь!

Джейн ему почти позавидовала. Приятно знать, кто ты такой, и любить свою работу. Интересно, кем работала она до того, как потеряла память? Почему она оказалась в Сирии? Она говорит на нескольких языках и обладает навыками единоборств. Может, она служит в ЦРУ? В таком случае ей стоило поехать в Лэнгли вместе с Маком и Сноу. Но если она – двойной агент, который работает на русских или на сирийских мятежников, поездка в Лэнгли для нее чревата, мягко говоря, неприятностями. Так что пусть задание выполняют Мак и Сноу. Джейн не хотелось, чтобы ее допрашивали представители правительства Соединенных Штатов.

Она покосилась на Гаса. Возможно, он защищает от нее своих напарников и Чарли, но он, в самом деле, стал и ее защитником. Она находила утешение в том, что он рядом. Кроме того, он – сильный и опытный боец. Если на нее нападут, он поможет ей бежать. По крайней мере, она на это надеялась.

Как и сказала Чарли, они встретились через десять минут перед особняком. У парадного входа друг за другом стояли три машины. Вместо лимузина Арнольд сел за руль роскошного представительского седана.

– Мы с Грейс поедем с Чарли и Арнольдом, – сказал Деклан. – Коул поведет первый внедорожник, а Гас и Джейн будут замыкающими.

После того как все расселись по машинам, караван выехал из ворот поместья и направился в сторону столицы.

– Чарли всегда ездит в сопровождении двух машин, впереди и сзади? – спросила Джейн.

– С тех пор как мы познакомились, на нее уже дважды нападали, – ответил Гас. – Благоразумно предоставить ей как можно больше охраны.

– Она очень щедрая. – Джейн нахмурилась. – Зачем кому‑то причинять ей вред?

– Ее муж был таким же щедрым, судя по всему, что я о нем слышал. Зачем кому‑то понадобилось его убивать?

– Чарли сказала, что он занимался какой‑то тайной деятельностью. Может быть, из‑за нее его и убили.

Гас кивнул:

– Мы тоже так считаем. Надеюсь, рано или поздно мы узнаем, чем именно он занимался. Что‑то мне подсказывает, именно из‑за этого на жизнь Чарли уже дважды покушались.

– Может, злоумышленники считают, что она знает больше, чем ей известно на самом деле.

– Может быть. Будем надеяться, что Коулу удастся влезть в компьютер ее мужа на работе, и там ему повезет больше, чем с домашним компьютером Джона.

Сидя на пассажирском сиденье, Джейн думала о том, что, возможно, Чарли поступила легкомысленно, открыв для нее двери своего дома… Джейн стиснула кулаки. Кем бы она ни оказалась, в будущем она не тронет и волоска на голове Чарли. К тем, кто ее теперь окружал, она относится почти как к своей семье. Любой, кто входит в ближний круг Шарлотты Халверсон, мог считать себя счастливчиком.

Они приехали к штаб‑квартире «Халверсон интернэшнл» в центре Вашингтона. Пятиэтажный особняк в георгианском стиле, белый, с высокими колоннами и огромными дверями, стоял на углу и занимал по площади целый квартал. Гас радовался, что сегодня им пришлось лишь постоять в пробке, как всегда в центре столицы. Никто не попытался столкнуть их с дороги или угнать машину Чарли. Машины они припарковали на стоянке для особо важных гостей рядом со зданием.

Чарли первой вошла внутрь.

Увидев ее, охранники встали по стойке смирно; ее и сопровождающих подвели к столу информации. Там гостям Чарли выдали временные пропуска. По одному они прикладывали их к турникету; наконец все очутились внутри.

В лифте Чарли приложила к панели свое удостоверение личности и нажала кнопку верхнего этажа.

У лифта гостей встретила немолодая женщина, в сером костюме, с блеклыми, когда‑то рыжими, волосами, аккуратно заплетенными во французскую косичку.

– Миссис Халверсон! Как приятно вас видеть! Принести вам и вашим гостям что‑нибудь выпить?

Чарли обернулась к своим сопровождающим.

– Это Маргарет Роллинс. Если хотите узнать, где находится то или это, спрашивайте ее. Она была персональной помощницей моего мужа и возглавляла его аппарат. Ей известно о корпорации столько же, сколько и моему мужу, если не больше.

– Благодарю вас, – кивнула Маргарет.

Чарли улыбнулась:

– Я проведу совещание с моими гостями в кабинете мужа. Буду очень признательна, если нам никто не помешает.

– Разумеется, миссис Халверсон. Прошу сюда.

Маргарет повела их по длинному коридору, в конце которого Джейн увидела массивную деревянную дверь. Она вошла в просторный кабинет; перед ними очутилась еще одна стойка.

– Предпочитаете пройти в конференц‑зал мистера Халверсона или в его кабинет? – уточнила Маргарет.

– В кабинет, – ответила Чарли. – Насколько я помню, места там хватит для всех.

– Да, мэм. Ничего не изменилось с тех пор, как… – Маргарет запнулась, но потом как будто взяла себя в руки. – С тех пор, как скончался ваш муж.

– Это хорошо. – Чарли положила руку на плечо Маргарет.

– Мне очень приятно видеть вас здесь, – призналась та.

– Наверное, давно пора было сюда приехать. Мне просто трудно приходить сюда и не видеть Джона за столом. – Чарли еле заметно улыбнулась помощнице мужа.

– Понимаю, – ответила Маргарет. – Мне тоже трудно было приходить на работу, зная, что его нет. – Она вздохнула. – В конце месяца собираюсь уйти на пенсию. Но я рада, что перед уходом повидалась с вами.

Чарли взяла руки Маргарет в свои.

– Мне жаль, что вы уходите. Я знаю, что должна была раньше взять бразды правления в свои руки. Я просто не могла. Но сейчас я здесь.

– Я рада. Вы и мистер Халверсон всегда будете в моем сердце. Вы были так добры ко мне!

– Маргарет, без вас он бы не мог работать. – Чарли посмотрела поверх ее плеча на кабинет мужа, и ее нижняя губа задрожала.

Маргарет сжала ей руки:

– Вперед! Там все в том же виде, как он оставил.

Гас угадывал нерешительность Чарли. Если не считать нескольких коротких встреч в офисном здании, в кабинет покойного мужа она не заходила. Он догадывался, что ей еще слишком больно.

Грейс поддерживала Чарли под локоть с одной стороны, а Деклан – с другой. Чарли наградила их благодарной улыбкой и направилась в кабинет, из которого ее муж успешно руководил компанией тридцать с лишним лет.

Гас, Джейн и Коул следовали за ними; они немного отстали, чтобы у вдовы было время взять себя в руки.

Кабинет Джона Халверсона занимал целый угол здания; из огромных, от пола до потолка, окон открывался вид на центр Вашингтона с его историческими зданиями и достопримечательностями. Против окна стоял сверкающий телескоп, нацеленный на монумент Вашингтона.

Чарли подошла к письменному столу, стоящему посреди комнаты. На столешнице не оказалось ни компьютера, ни монитора. Гас огляделся по сторонам в поисках компьютера. Может быть, кто‑то унес настольный компьютер из кабинета после смерти его хозяина? Но Маргарет обмолвилась, что в кабинете все осталось таким же, как при жизни мистера Халверсона.

Чарли едва заметно улыбнулась:

– Он так гордился своими делами и тем, как удалось превратить скромное торговое предприятие в настоящую международную империю. Я никогда не злилась, если он задерживался по вечерам, ведь он так напряженно работал. Я часто привозила ему сюда ужин, мы устраивали пикник прямо здесь, у него в кабинете, и любовались видами ночного города.

Никто не произнес ни слова; они позволили Чарли вспомнить все хорошее, что было связано у нее с мужем.

Она глубоко вздохнула и прижала палец к столешнице.

Из встроенной панели поднялся компьютерный монитор. Чарли посмотрела на Коула:

– Вам, наверное, лучше сесть за стол. – Она положила рядом с монитором лист бумаги: – Здесь пароли, которыми он пользовался при жизни. Не знаю, остались они прежними или их обновили.

Коул широко улыбнулся и поспешил за стол.

– А я‑то гадал, где прячется компьютер. – Он сел в кожаное офисное кресло и подвинул его вперед. Через несколько секунд он включил компьютер и принялся вводить пароли с листка, который дала ему Чарли.

Чарли подошла к шкафу, стоящему у дальней стены, и приложила большой палец к сканеру. Дверца отъехала в сторону; за ней стояли папки с документами.

– Пока Коул разбирается с цифровыми данными, мы можем заняться бумагами.

Она подошла к еще одному сканеру отпечатков и приложила к нему палец. Открылась еще одна дверца, за которой тоже стояли папки.

– У мужа за много лет скопилось много записей. Перед смертью он, должно быть, понял, что за ним охотятся. Однажды вечером он вызвал меня сюда и дал мне доступ к папкам, которые раньше мог взять только он. Он просканировал отпечатки моего большого пальца и сетчатки глаза. И дал список паролей, попросив делиться ими только с теми, кому я полностью доверяю. – Она покосилась на Коула. – «Друзьям Деклана» я доверяю свою жизнь. Наверное, больше доверять трудно. До последнего времени я не видела необходимости в том, чтобы вы просматривали сведения, собранные мужем.

Коул кивнул:

– Чарли, не волнуйтесь за свои секреты. Я никому ничего не скажу.

– И я, – сказал Деклан.

– И я, – подхватил Гас.

– И я, – добавила Грейс.

Оставалась только Джейн. Она подняла руку.

– Чарли, я знаю, что мне вам доверять еще рано, но клянусь жизнью, я тоже никому не выдам ваши секреты.

– Спасибо, – улыбнулась Чарли.

Они приступили к работе; разложив папки на небольшом столе в углу кабинета, просмотрели все документы в обоих шкафах. Через час в интеркоме послышался голос:

– Миссис Халверсон, вас хочет видеть Куинси Фишберн, исполняющий обязанности гендиректора.

– Не могли бы вы назначить ему время через час? – попросила Чарли.

– По его словам, у него совсем мало времени между деловыми встречами. Он хотел бы повидаться с вами немедленно.

Чарли посмотрела на папки, лежащие на столе.

– Где?

– В кабинете Джона, – ответила Маргарет.

Чарли нажала кнопку на аппарате:

– Я выключила звук.

– Мы можем за минуту убрать все на место, – сказала Грейс. Она кивнула Деклану; тот подхватил стопку папок и понес к шкафчику. Грейс, Гас и Джейн тоже положили папки, которые читали, на место. Через несколько секунд дверцы закрылись.

После того как документы вернули на прежнее место, Коул выключил компьютер, и монитор скрылся под столешницей.

Чарли оглядела пустую комнату и нажала кнопку:

– Маргарет, пригласите мистера Фишберна.

Коул вместе с Гасом, Джейн, Грейс и Декланом сели за стол для переговоров. Дверь открылась, в кабинет вошел мужчина с сединой на висках, в темно‑сером костюме в полоску. Он стремительно направился к Чарли.

Гас, Коул и Деклан привстали, собираясь вмешаться, но Чарли подняла руку и еле заметно покачала головой.

Фишберн взял руки Чарли в свои:

– Миссис Халверсон! Какая радость видеть вас здесь.

Она улыбнулась ему:

– Спасибо, Куинси. Много воды утекло.

– Мы все понимаем. Потерять любимого человека непросто. – Он выпустил ее руки, посмотрел на сидевших за столом и нахмурился. – Все ли у вас в порядке?

– Вполне, – ответила Чарли. – Я приехала сюда только потому, что мне нужно место, чтобы встретиться со своими подчиненными по поводу проекта, над которым я сейчас работаю.

– Что это за проект?

– Он никак не связан с корпорацией, – ответила Чарли. – Кстати, теперь я буду приезжать сюда чаще. Так что и вы можете надеяться, что будете чаще меня видеть.

– Вас тревожит положение корпорации или моя работа?

– Вовсе нет. Я владелица корпорации и хочу так же участвовать в ее работе, как и мой муж.

– Миссис Халверсон, вам вовсе не нужно думать, будто корпорация рухнет, если вы не сядете в кресло мужа. Он нанял профессионалов для руководства процессом. Мы все вполне способные люди.

Услышав покровительственный тон Куинси, Гас сжал кулаки. Этот человек совсем не понимает Чарли!

Оказалось, что он напрасно беспокоился за вдову. Она была вполне способна за себя постоять.

– Куинси, милый, я нисколько не сомневаюсь в ваших способностях, но ради блага корпорации владелец обязан все контролировать и знать, что дела идут в верном направлении. – Она вскинула голову, глядя на вошедшего сверху вниз. – На следующей неделе я начну просматривать отчеты о прибылях и убытках, балансы, отчеты об объемах продаж. Конечно, я воспользуюсь всеми возможными советами, но я в курсе того, как велись дела в организации, ведь я проработала с мужем дольше, чем вы работаете в «Халверсон интернэшнл». – Она подошла к двери и распахнула ее. – А теперь прошу нас извинить, у нас много дел.

Гас глубоко вздохнул, чтобы не расхохотаться.

– Да, мэм. – Куинси густо покраснел и вышел.

Чарли захлопнула за ним дверь. Щелкнул замок. Она покачала головой:

– Презираю мужчин, которые думают, что знают больше меня только потому, что я женщина. Я получила диплом бакалавра по специальности «Международный маркетинг» в Гарварде, а диплом магистра по специальности «Управление производством» в Йеле. Я не идиотка. – Она снова подошла к шкафчикам и открыла их при помощи отпечатка пальца. – Давайте продолжим. Очевидно, мне нужно чаще здесь появляться. Так я и поступлю.

Коул вскочил и снова включил компьютер.

Час спустя они признали поражение.

– Я ничего не могу найти в этом компьютере и в корпоративных базах данных, – признался Коул. – Но я взломал личный кабинет Фишберна и заметил, что у него есть крупноформатная таблица «Фэнтези футбол» со ставками, сделанными несколько лет назад.

– Ставки на футбол меня не волнуют, – вздохнула Чарли. – Но я проверю, как он работает на корпорацию. Возможно, в ближайшем будущем придется провести перестановки в руководстве. Хотя его нанял Джон, так что, наверное, усмотрел что‑то в его верительных грамотах. – Она фыркнула. – Я хвастала своими дипломами, но они ничего не значат, если у тебя не хватает ума выйти за пределы канцелярской работы.

– Чарли, мы все знаем, что вы прекрасно ориентируетесь в бумажной работе, – заверила ее Грейс, и уголки ее губ приподнялись в улыбке.

– Хорошо, что вы красивая, – сурово заметила Чарли, но не выдержала и улыбнулась. – А самое главное, у вас большое сердце и чувство юмора. Для меня это главное. – Чарли хлопнула в ладоши: – Возвращаемся домой!

– Если можно, я бы хотел кое‑куда заехать по пути, – сказал Гас.

– Куда? – спросила Чарли.

– В одну известную мне контору по найму морских пехотинцев. – Гас пристально посмотрел на Джейн. – У них есть набор для взятия отпечатков пальцев, я хотел бы его позаимствовать.

Деклан расплылся в улыбке:

– Неплохо придумано! В их системе хранятся отпечатки не только преступников.

– Отлично, – согласилась Чарли. – Я об этом не подумала, но у Джонаса есть приятель в ФБР, а у того есть доступ в систему IAFIS, интегрированную автоматизированную систему идентификации отпечатков. Кстати, он может войти туда напрямую, взломав вход. Он проверит отпечатки Джейн. Возможно, они всплывут в базе государственных служащих или военных.

Джейн поморщилась и тихо добавила:

– Или преступников.

Гасу удалось добраться до усадьбы Чарли, не умерев от потери крови. Поскольку Джейн всю дорогу зажимала его рану ладонью, к тому моменту, как они приехали, кровотечение почти остановилось.

Остальные ждали их у входа.

Деклан поспешил к нему.

– Ах ты… Гас. Как ты?

– Нормально. – Как только он припарковал машину, убрал руку Джейн и сам закрыл ладонью рану на плече.

– Если «нормально», почему из тебя течет кровь, как из недорезанной свиньи? – спросил Коул.

– Дались вам эти недорезанные свиньи. – Гас покачал головой. – Мне нужно принять душ и заклеить дырку пластырем. Меня только оцарапало.

– Я вызываю врача, – объявила Чарли. Она достала свой мобильник и принялась набирать номер, прежде чем Гас сказал, что врач ему не нужен.

– Рана поверхностная, – не сдавался он.

– Пусть врач скажет, поверхностная она или нет, – ответила Чарли, закончив разговор по телефону. – Он будет здесь через десять минут.

– Ваш врач ездит на дом? – спросил Мустанг.

– Ко мне – да, – ответила Чарли. – Я помогла ему открыть частную практику по соседству. И он отвечает мне услугой за услугу. Я не злоупотребляю знакомством, вызываю его только в крайнем случае. Думаю, судя по количеству крови на вас и на Джейн, такой случай настал. Пошли, вам необходимо помыться.

– Я захвачу полотенца и бинты. – Арнольд побежал вперед.

– А я спиртное, – добавил Коул.

– Разве вначале не нужно промыть рану водой? – удивилась Чарли.

Коул широко улыбнулся:

– Это как Гас захочет. Я принесу пиво и виски.

Деклан покачал головой и повернулся к Гасу:

– Ты точно в порядке?

– Серьезно, это только царапина, – ответил Гас.

Деклан фыркнул:

– Ты бы сказал то же самое, даже если бы у тебя половину руки отхватило.

Гас улыбнулся:

– Наверное. Да ты и сам такой же.

– Ну да, – ухмыльнулся Деклан. – Ладно, Коул принесет выпивку.

– Хотя вы, ребята, хорохоритесь, кровотечение у Гаса не остановилось. – Джейн обхватила Гаса за талию и закинула его руку себе на плечо.

– Что ты делаешь? – спросил Гас.

– Ковбой, ты потерял много крови. Я хочу убедиться, что ты поднимешься на крыльцо, не упав в обморок. – Джейн повела его наверх.

Он мрачно посмотрел на нее сверху вниз:

– Никогда в жизни не падал в обморок!

– Тогда попробуй поднимись сам. – Она пригнулась.

Он крепче ухватился за нее.

– Нет, наверное, ты права. Голова что‑то кружится.

– Пошли, ковбой, – сказал Деклан, качая головой. – Заходи в дом, пока не испачкал бетон и мрамор.

Гас опирался на Джейн чуть больше, чем нужно, но ему приятно было ощущать ее руку на своей талии и осознавать, что она помогает ему. Ему не нужна была помощь, и голова у него не кружилась. Но говорить ей об этом он не собирался. Все выглядит так, словно он потерял много крови, хотя на самом деле его состояние не настолько серьезно.

– Сумеете подняться на третий этаж? – спросила Чарли. – Можете принять душ в моей комнате.

– Не нужно. Я и на четвертый этаж поднимусь.

– Отлично, – запыхавшись, проговорила Джейн. Он уже почти не опирался на нее, но по‑прежнему позволял ей обнимать его за талию. – Лучше?

– Гораздо.

Она метнула на него гневный взгляд:

– Притворщик!

– Я же говорил, что мне не нужна помощь! – Он склонился к самому ее уху: – И я не виноват, что мне понравилось.

– Придурок! – буркнула она и принялась осторожно подниматься по лестнице, по‑прежнему поддерживая его.

Как только они добрались до апартаментов, которые им отвели, она потащила его в ванную и только там вынырнула из‑под него и включила воду. Дождавшись, пока вода согреется, она развернулась к нему. Он стаскивал футболку через голову. Рана на плече снова начала кровоточить; кровь капала на пол.

– Мог бы подождать – я бы тебе помогла, – проворчала она.

– Зачем? Кровь‑то все равно идет. – Гас прижал футболку к ране.

– Думай об этом, пока я развязываю тебе шнурки. – Она нагнулась и развязала шнурки на его ботинках. Он сбросил их. Она помогла ему снять носки и выпрямилась.

Он дотронулся до ее щеки здоровой ладонью, запачкав ее кровью.

– Очень кстати иметь рядом тебя, когда истекаешь кровью. Прости, я тебе лицо испачкал.

– Заткнись! Я буду зажимать рану, пока ты снимаешь джинсы.

– Ты точно хочешь, чтобы я это сделал?

– Уж лучше так, чем видеть, как ты поскользнешься в собственной крови и сломаешь шею. – Она прижимала к ране футболку. – Я даже закрою глаза.

При одной мысли о том, что он разденется при ней, кровь быстрее побежала у него по жилам. Проснулось и желание.

– Не думаю, что это удачная мысль.

Она метнула на него гневный взгляд:

– Повторяю. Заткнись и раздевайся! – Она закрыла глаза.

Пока она держала его руку, он снял джинсы, задернул занавеску в душе, чтобы прикрыться, а потом накрыл ее ладонь своей:

– Все, я держу. Можешь идти.

– Я подожду и помогу тебе выйти. Как только смоешь кровь, тебе понадобится помощь, чтобы одеться и не запачкать чистую одежду.

Об этом он не подумал; все его мысли вращались вокруг нее и того, как она действовала на его либидо.

– Дельное замечание. Но я не уверен, что мне нужна твоя помощь.

Она нахмурилась:

– Хочешь, чтобы я позвала кого‑нибудь из твоего отряда? Я могу.

Эта мысль ему тоже не понравилась.

– Нет. Наверное, и ты подойдешь.

Джейн склонила голову:

– Неблагодарный. Давай быстрее! В любую минуту приедет врач, чтобы зашить тебя.

– Может, стоило его подождать, прежде чем принимать душ.

– Да ты на себя посмотри! Быстро под душ, пока не закончилась горячая вода.

– Есть, мэм! – Он шагнул за занавеску.

К нему из‑за занавески протянулась рука с чистым полотенцем:

– Вот, прижми к ране и просто постой под водой. После того как доктор тебя зашьет, вымоешься как следует.

Гас едва не попросил ее смыть с него кровь. Если бы он не был ее телохранителем, а она – неизвестной возможной угрозой, наверное, так и поступил бы. Он сделал воду прохладнее.

Гас привязывался к ней все сильнее. И его тело демонстрировало, как сильно он ее хочет.

– Ты там как? – спросила Джейн из‑за занавески.

– Отлично, – процедил он сквозь зубы. Вода была просто ледяной, однако желание не уходило.

– Я нашла в твоей спортивной сумке шорты. Где ты держишь нижнее белье?

Он хмыкнул:

– Я его не держу.

– Вот как…

Гас улыбнулся, представив себе выражение ее лица, когда она поймет, что он всегда, когда есть такая возможность, предпочитает ходить без трусов. Когда такой возможности нет, носит шорты.

Придерживая полотенце на ране, он стоял под струями воды, стараясь смыть как можно больше крови. Потом выключил воду.

На кронштейне повисло полотенце.

– Спасибо! – сказал он.

– Пожалуйста.

Он видел очертания ее фигуры – она стояла за занавеской.

– Помочь тебе вытереться? – предложила она.

– Нет. У меня есть полотенце. – Ему удалось кое‑как вытереть воду.

– Сейчас я выйду, а ты наденешь шорты.

– Очень мило с вашей стороны, мэм, – ответил он, изо всех сил подражая Джону Уэйну.

– Гас, не сдавайся, – сказала она и вышла, закрыв за собой дверь.

Гас надел шорты, удерживая полотенце на ране. Едва шорты закрыли все нужные места, как Джейн просунула голову в дверь:

– Пришел врач.

Радуясь возможности отвлечься, Гас вышел из ванной и увидел молодого человека с черной сумкой. Судя по возрасту, он только что окончил медицинский факультет. Врач, видимо, обладал способностью читать мысли.

– Мне тридцать пять лет, – сказал он, ставя сумку на стол у дивана. – Просто я молодо выгляжу. Но свое дело знаю. – Он покосился на Джейн: – Можно мне полотенце или два, чтобы разложить на сиденье?

Джейн кивнула и поспешила в ванную. Вернувшись, она подала врачу стопку чистых полотенец. Затем расстелила два на диване и отошла в сторону.

– Сядьте, – велел врач.

Гас послушно сел. Возможно, врач и выглядел молодо, но работал быстро и ловко; он осмотрел рану и наложил три шва по краям.

– Когда вам в последний раз делали прививку от столбняка? – спросил он.

– Не знаю… Лет пять назад, – ответил Гас.

Доктор забинтовал рану, сделал Гасу укол антибиотика и закрыл сумку. После чего дал указания, как делать перевязку, и ушел.

– Не слишком он нежно ухаживает за больными, – заметила Джейн, осмотрев швы. – Но свое дело знает.

– И не станет докладывать властям об огнестрельном ранении. Сейчас у нас нет времени на бюрократизм. – Гас вопросительно посмотрел на нее. – Ну, ты довольна? По‑моему, если бы я заклеил рану пластырем, чувствовал бы себя не хуже.

Джейн закатила глаза и протянула ему футболку.

– Помочь тебе ее надеть?

Он вздохнул:

– Будет ли конец унижениям?

– Перестань капризничать и одевайся. Ты наверняка не захочешь сидеть за ужином без футболки.

Он, конечно, не хотел, поэтому принял ее помощь.

– Тебе бы тоже не помешало принять душ. На тебе почти столько же крови, сколько было на мне.

Она кивнула в сторону двери:

– Если хочешь спуститься и присоединиться к остальным, я приму душ.

– Ты что, забыла, я должен за тобой присматривать?

Джейн вздохнула:

– Ладно, как скажешь. Я иду в душ. Делай что хочешь. Я не сбегу, потому что Карл приготовил большую кастрюлю венгерского гуляша. Аромат доходит даже сюда, наверх. – Она глубоко вздохнула. – Так что нет, я не сбегу, пока не попробую.

Она взяла одежду из спальни, отнесла все в ванную и закрыла за собой дверь.

Гас стоял по другую сторону; чутье подсказывало, что она на стороне добра и что ей можно доверять. В этом случае ему не придется обращаться с ней как с источником потенциальной угрозы. И он сможет подробнее изучить свою реакцию на ее близость.

Если она захочет.

Он услышал, что она включила воду, и представил себе ее обнаженной, она стоит под струями воды, стекающей по ее плечам и груди. Он тоже мог бы быть с ней рядом, намыливать ее, лаская ладонями ее тело.

Гас тяжело вздохнул.

Шум воды прекратился, но Гас по‑прежнему оставался на взводе.

– Гас! – позвала Джейн.

Он решил, что ему показалось.

– Гас! – позвала она снова, уже громче.

Пульс у него участился, и он приоткрыл дверь ванной.

– Что?

– Я забыла достать из шкафчика полотенце. Ты не передашь? – Джейн стояла за занавеской, он видел ее голое тело неясным силуэтом.

– Да, конечно. – Он достал из шкафчика пушистое белое полотенце.

– Спасибо.

– Пожалуйста, – ответил он, стараясь заглушить желание.

Он дошел до двери, когда занавеска отъехала в сторону. Он оглянулся через плечо.

Она заворачивалась в полотенце; капли воды поблескивали на полушариях грудей.

– Я буду готова через минуту.

Гас круто развернулся к двери. Он тоже готов… но не к венгерскому гуляшу.

Гас дернулся, как будто получил удар кулаком в солнечное сплетение. Джейн? Джейн – наемная убийца?

Она стояла рядом, бледная, с огромными глазами.

– Что‑нибудь вспомнили? – спросил Мак.

– Нет, – ответила она.

– Невероятно. – Гас покачал головой. – Не может она быть наемной убийцей.

– Я попросил знакомых из Лэнгли поискать фотографии. – Мак перевел взгляд с Джейн на Гаса. – Они свяжутся со мной, как только что‑нибудь найдут.

Гас провел рукой по волосам и посмотрел на друга и соратника.

– Как вообще зашла речь о Джейн? Ты сказал им, что она здесь, с нами?

– Нет. Они не знают, что она у нас. Мы приехали якобы для того, чтобы больше выяснить, что происходит в Сирии. Спросили, есть ли там лица, представляющие угрозу для Соединенных Штатов, за которыми они следят.

Гас покачал головой:

– И они сразу заговорили об Индиго?

– Нет. У них есть целый список русских шпионов, сирийских мятежников и наемников.

Гас не верил, что Джейн – Индиго. И все‑таки необходимо убедиться в этом.

– К какой группировке принадлежит Индиго?

Мак плотно сжал губы.

– В том‑то и дело – она не принадлежит ни к какой группировке. Они считают, что кто‑то использует ее в своих целях.

– В каких целях? Что вам рассказали в ЦРУ? – Гас скрестил руки на груди.

– Высокопоставленный русский военачальник, генерал‑лейтенант Михаил Марушевский, был убит за несколько минут до того, как он должен был эвакуировать авиабазу Шайрат, – ответил Сноу. – Все русские самолеты успели улететь до того, как США разбомбили аэродром. Все русские остались в живых, кроме генерал‑лейтенанта.

– Если они решили, что Индиго – это я, тогда понятно, почему охранник, который меня избивал, говорил по‑русски, – заметила Джейн. – Они были одеты как сирийские мятежники, но говорили по‑русски и были вооружены автоматами Калашникова.

Глаза у Чарли округлились.

– Тебя привела сюда татуировка… – Она прижала ладонь ко рту. – Неужели ты… – Она покачала головой. – Нет!

– Убийца вашего мужа? – Джейн побледнела еще сильнее.

– Это косвенная улика, – заметил Гас. – Скорее всего, Джейн – не убийца по кличке Индиго.

– ЦРУ известно о других таких, как она? – спросила Грейс. – И есть ли у них тоже татуировка в виде Троицкого узла?

– Что нам известно об этом символе? – спросил Деклан.

Чарли сдвинула брови:

– У моего мужа было кольцо с таким символом.

– Няня моей подруги Райли тоже носила кольцо с таким знаком, – сказала Грейс. – А она была «спящим» агентом русских и жила в США.

– А теперь к нам попала Джейн, которая говорит по‑русски и по‑арабски, – констатировал Де‑клан. – Совпадение? Вряд ли.

– Но что могло быть общего у моего мужа с организацией, которая привлекает русских «спящих» агентов и наемных убийц? – Чарли села за стол и закрыла лицо руками. – Ах, Джон, чем ты занимался?

– Тем больше у нас причин взломать его компьютер. – Коул встал. – Он наверняка что‑то знал о том, что их объединяло. Попробую что‑нибудь выяснить в Даркнете.

– Будь осторожен. Как только ты туда войдешь, станешь мишенью для разного рода фанатиков, – предупредил Деклан.

Коул кивнул.

– Я зайду туда с отдельного, замаскированного IP‑адреса.

Чарли долго пристально смотрела на Джейн и, наконец, покачала головой.

– Нет. Я даже подумать не могу, что за убийством моего мужа стоит Джейн! Она на такое не способна! С тех пор как она оказалась здесь, у нее была масса возможностей причинить вред любому из нас. Однако мы не видим от нее ничего, кроме помощи.

Гас чувствовал то же самое. Но что, если они ошибаются?

– Миссис Халверсон, клянусь, я не убивала вашего мужа, – сказала Джейн. – Если ваш муж был хоть немного похож на вас, я никак не могла бы причинить ему вред. Вы добрый человек, у вас большое сердце, вы помогаете тем, кто попал в беду. Миру нужно больше, а не меньше таких людей, как вы!

– Спасибо, милая. – Чарли с трудом улыбнулась и посмотрела на остальных. – Я не собираюсь отрекаться от Джейн. Если она и есть Индиго, какие у нас доказательства, что она кого‑то убила? А если она – не Индиго, нам только предстоит выяснить, кто она такая. Не прекращайте поиски.

Мак кивнул, не сводя взгляда с Джейн.

– А пока… как поступим с Джейн?

– Я не стану обещать, что не причиню вам вреда, потому что вы мне, скорее всего, не поверите. Даже если я в самом деле убийца по кличке Индиго… все могут начать жизнь сначала. Мне не обязательно быть убийцей, если я этого не хочу. А я в самом деле не хочу быть убийцей. – Она посмотрела на остальных. На их лицах проступило сомнение. – У вас есть еще один выход: вышвырнуть меня вон.

У Гаса все сжалось внутри. Хотя изначально он не хотел быть ее телохранителем, сейчас ему не хотелось, чтобы его задание заканчивалось.

Чарли подняла голову и открыла рот, собираясь что‑то сказать, но Джейн подняла руку:

– Ничего страшного. Наверное, я злоупотребила вашим гостеприимством, только и всего. – Она обвела взглядом «Друзей Деклана», Чарли, Арнольда, Карла и Грейс, помощницу Чарли. – Вы как одна семья. Я посторонняя.

У Гаса сжалось сердце. Он ничего так не хотел, как семьи. Возможно, Джейн хотела того же. Он уловил тоску в ее голосе. Он понимал, насколько безнадежно ее положение.

– Вряд ли кто‑нибудь из вас после такого захочет есть? – тихо заметил Карл.

У Джейн снова заурчало в животе. Она прижала к нему ладонь.

– У меня последняя просьба. Пожалуйста, не вышвыривайте меня, пока я хотя бы не попробую гуляш, приготовленный Карлом! – Она то ли усмехнулась, то ли всхлипнула.

Гас был почти уверен в том, что наемные убийцы не плачут.

Чарли судорожно вздохнула и, подойдя к Джейн, крепко обняла ее:

– Я не верю, что вы убили Джона. У татуировки на вашем запястье, благодаря которой вы сюда попали, наверняка есть другое объяснение. И мы его найдем! – Она отодвинула Джейн на расстояние вытянутой руки и заглянула ей в глаза: – Обещаю!

Гас выдохнул – он и не подозревал, что стоит, затаив дыхание. У Чарли есть все основания выгнать Джейн из своего дома. Черт побери! Если они считают, что она – Индиго, они обязаны передать ее в ЦРУ для допроса. Но никто не выступил с этим предложением. Наоборот, все сели за стол, положили себе по щедрой порции гуляша, приготовленного Карлом, и от души поели.

Гас сидел рядом с Джейн. В какой‑то момент он накрыл ее свободную руку, лежащую на коленях, своей. Она покосилась на него и отвернулась, осторожно высвободив руку.

Он хотел утешить ее, напомнить, что он рядом. Неужели она в самом деле собирается уйти? Они знакомы совсем недавно, но того, что он видел, хватило, чтобы он захотел проводить с ней больше времени. Она сильная, решительная и способна сама о себе позаботиться. Но он разглядел в ней и ранимость, которая еще больше притягивала его. Он надеялся, что в ЦРУ ошибаются, думая, что Индиго – это его Джейн. Но если она действительно Индиго… тогда он не знает, что делать.

Джейн снова и снова повторяла про себя слово «индиго». Оно не вызывало у нее никаких ассоциаций. Более того, оно казалось чужим. Может быть, сама она называла себя не так. Но если она не Индиго и не Джейн, какое имя ей подходит? Ей хотелось закрыть лицо руками и заплакать.

Наемная убийца?

Она доела гуляш, наслаждаясь каждым кусочком, как будто эта трапеза могла стать для нее последней. Судя по тому, как оборачиваются события, могло быть и так.

Когда ей передали блюдо с булочками, она взяла две и положила одну на стол рядом со своей тарелкой. Она завернет ее в салфетку и возьмет с собой, когда Чарли попросит ее уйти.

За столом воцарилась напряженная атмосфера. Всегдашней непринужденности не было и в помине.

Сноу покосился на Деклана:

– Что там с внедорожником?

Гас рассказал о столкновении на шоссе. Мак слегка наклонил голову:

– Все время, пока он шел за вами, пытался обойти вас и догнать машину Чарли?

Гас задумался. У водителя темно‑серого внедорожника было несколько возможностей обогнать их и напасть на машину, в которой ехала Чарли.

– Нет. Он ни разу не попытался.

– А может быть, тот, кто нападал на вас, преследовал Джейн? – спросил Сноу.

– Зачем? – спросил Деклан. – Даже мы не знаем, кто она такая. Откуда о ней известно кому‑то другому? То, что она здесь, знают только те, кто находится в этой комнате.

Гас покачал головой:

– Это не совсем так.

– Гас прав, – согласилась Чарли. – Она была на благотворительном вечере, где на нас напали. Кроме того, мы вместе ездили в штаб‑квартиру «Халверсон интернэшнл». Ее видели многие, от охранников до администраторов.

– Не забывайте Маргарет, личную помощницу вашего мужа, и гендиректора, Куинси Фишберна, – добавил Коул.

– Думаете, кто‑то в «Халверсон интернэшнл» знает о Джейн? – спросила Чарли.

– Может быть, – произнес Деклан. – Вопрос в том, почему они решили напасть на нее по пути?

– Очевидно, чтобы убить ее, – ответил Гас.

– Да, но зачем ее убивать? – недоумевал Де‑клан. – Кому известно, что она убийца? – Он криво улыбнулся Джейн. – Если, конечно, вы в самом деле убийца.

Она пожала плечами.

– Кому‑то, кто знает о том, что произошло в Сирии… – предположил Мак.

– Кому‑то, кто не хочет, чтобы стало известно о том, что произошло в Сирии, – высказал свою догадку Гас.

– Тем больше у нас оснований выяснить, кто такая Джейн и почему за ней охотятся. – Чарли покачала головой. – Я‑то думала, что водитель машины, которая вас преследовала, на самом деле охотился за мной.

После еды Джейн подошла к Чарли.

– Вы хотите, чтобы я ушла? – тихо спросила она, чтобы больше никто ее не слышал. Ей хотелось, чтобы у Чарли появилась возможность минимизировать ущерб и прогнать ее, не давая остальным наблюдать или осуждать.

Чарли решительно покачала головой:

– Конечно нет!

– А если я убила вашего мужа?

– Вы его не убивали. – Чарли похлопала ее по руке. – В этом я абсолютно убеждена. Будь вы убийцей, вы уже давно причинили бы вред всем нам. Сомневаюсь, что вы напрасно потратили бы так много времени только на то, чтобы завоевать наше доверие. Не вижу смысла! Вы не убивали Джона.

– Уверяю вас, если вы велите мне уйти, я не обижусь. На вашем месте я бы уже давно выкинула меня отсюда.

Чарли улыбнулась:

– Хорошо, что вы – не я. У меня чувство, что Джон хотел бы, чтобы мы вам помогли. Уж такой он был человек. Помогал тем, кто нуждался в помощи. Учитывая все, что нам известно, я уверена, он не выставил бы вас отсюда.

– Спасибо, Чарли. Надеюсь, вы не пожалеете о своем решении.

– Не пожалею. И мы непременно во всем разберемся. Вот увидите. В конце концов все будет хорошо.

Джейн хотелось бы, чтобы это было так.

Пока же она решила соблюдать крайнюю осторожность, чтобы само ее присутствие среди «Друзей Деклана» не усиливало их нервозность.

Чарли пристально смотрела на Джейн, морща лоб.

– Нам нужно свозить вас в город и купить подходящую одежду.

– Пока мне хватает того, что дала Грейс.

– Это красное платье очень красивое, но вам нужны и другие вещи, например, джинсы. Две женщины не могут носить одни и те же джинсы. Мы все по‑разному сложены. – Чарли посмотрела куда‑то поверх плеча Джейн. – Арнольд, завтра нам понадобится машина около девяти утра.

– Да, мэм, – кивнул Арнольд.

Джейн покачала головой:

– Чарли, я не хочу причинять вам неудобства.

– Вы не причиняете неудобства. Все решено – утром едем по магазинам.

Она посмотрела на Деклана:

– Для поездки в город нам понадобится охрана.

– Мы готовы, – заверил ее Деклан.

– Вы уже закончили с обыском в кабинете Джона? – спросила Чарли.

– Еще нет, – ответил Деклан. – Пока Коул и Джонас работают с цифровыми данными, мы осмотрим весь дом.

– Не только дом, – уточнила Чарли. – Мы купили усадьбу у вышедшего в отставку агента ФБР. У него здесь множество тайников и подземных ходов. По‑моему, прежний хозяин страдал паранойей.

– Мы везде поищем, – обещал Деклан. – Я знаю о подземном ходе, который ведет в гараж. Есть и другие?

– Да. По‑моему, еще один подземный ход ведет в сад, – сообщила Чарли. – Здесь, в доме и в гараже, могут быть потайные комнаты за стенами. Не уверена, что знаю, где находятся все. Возможно, Джон нашел какие‑то без меня.

– Не забудьте о бланке с отпечатками пальцев Джейн, – напомнил Гас Коулу.

– Он у меня, – ответил Коул. – С него и начнем.

– Ты знаком с системой IAFIS? – спросил Гас.

– Достаточно, чтобы найти соответствующие отпечатки в базе данных преступников, военных и государственных служащих. А что? – спросил Коул.

– Если найдется совпадение, система автоматически извещает всех, кто ищет этого человека?

Коул сдвинул брови:

– Что‑то не понимаю…

– Если этого человека ищут одни, а другие находят совпадение, узнают ли первые о совпадении? Я не хочу, чтобы кто‑нибудь узнал, где можно найти Джейн, если мы ее опознаем.

Оттого что Гаса так волновало ее благополучие, сердце у Джейн переполнилось самыми разными чувствами.

– Неплохо замечено, – сказал Коул. – Я постараюсь все устроить так, чтобы IP‑адрес, как‑то связанный с поместьем Халверсонов, нигде не всплывал.

– Хорошо, – кивнул Деклан. – Ни к чему навлекать на Чарли больше неприятностей, чем мы уже навлекли.

В том ли дело? Джейн снова встревожилась. Она решила, что небезразлична Гасу. Но, возможно, он заботился о том, как бы не привлечь сюда плохих парней. С чего Джейн решила, что все связано с ней? Нельзя быть такой дурой. Если она хочет защищенности, ей придется позаботиться о себе самой. Она уже думала о том, куда можно будет пойти, если о ее местонахождении станет известно. О том, чтобы оставаться с Чарли, не могло быть и речи. Чарли не заслуживает того, чтобы из‑за нее ей снова угрожали.

Они разошлись; каждому поручили обыскать определенный участок дома и парка.

Гас и Джейн взяли на себя четвертый этаж и мансарду, так как их апартаменты находились наверху.

Сначала они простучали стены во всех комнатах на четвертом этаже; проверили настенные бра, двигали мебель, заглянули под ковры. Они не заметили никаких потайных дверей; стены не открывались волшебным образом, и за ними не было тайных комнат.

В мансарду вела узкая лестница. Там все покрывал тонкий слой пыли. Судя по всему, некоторые вещи остались от предыдущего владельца. По углам лежали штабеля картонных коробок; рядом стояли старые торшеры и предметы мебели. Мансарда освещалась единственной тусклой лампочкой. При каждом шаге они поднимали облачка пыли.

Джейн передернуло. Ей стало не по себе. Пыль напомнила ей камеру в сирийской тюрьме. Чем скорее она отсюда уйдет, тем лучше.

– Я ничего здесь не вижу, – заключил Гас. – Давай спустимся на первый этаж. Может быть, за кабинетом мистера Халверсона, рядом с подземным конференц‑залом, имеется потайной шкаф.

Радуясь, что они уходят из мансарды, Джейн поспешила вниз.

На площадке второго этажа их встретил Дек‑лан.

– Нашли что‑нибудь?

Гас покачал головой:

– Мы простучали все стены и нигде не обнаружили пустот.

– Мы тоже, – сказал Деклан. – Проверили все комнаты, кроме комнаты Чарли. Грейс сейчас помогает ей осматривать ее.

– Мы решили заглянуть в конференц‑зал. – Гас спускался следом за Джейн, Деклан шел последним. – Может быть, там есть потайная дверь, которую мы не заметили раньше.

Деклан кивнул:

– Логично, ведь конференц‑зал более или менее спрятан за старым кабинетом Халверсона.

Когда они спустились на первый этаж, Деклан поравнялся с Гасом.

– Странно, что Халверсон не посвящал жену в то, чем занимался.

– Может, он не хотел, чтобы она слишком много знала и подвергала свою жизнь опасности.

Джейн фыркнула:

– Она ведь была его женой. Неужели этого мало? Вам не кажется, что те, кто покушается на нее, хотят положить конец тому, чем занимался Джон Халверсон? Ведь они наверняка считают, что Чарли все известно!

– Верно. Тем больше причин для их полного разоблачения, – заметил Деклан. – Мы должны выяснить, чем именно занимался Джон Халверсон.

– Давайте еще раз осмотрим его кабинет, – предложила Джейн. – Возможно, мы что‑то упустили.

Ей так хотелось найти хоть какой‑то след, понять, почему ее направили в поместье Халверсонов! Какое отношение к Халверсону имеет Троицкий узел? А может быть, он расследовал деятельность некоей организации под названием «Троица», желая положить ей конец?

В чем замешана организация «Троица»? Может быть, ее участников нанимают для убийства? Не потому ли она оказалась в Сирии?

Джейн надеялась, что нет. Возможно, в ЦРУ получили неверные данные. Она не считала себя хладнокровной убийцей, по натуре способной убивать без необходимости.

– Я выйду к гаражу подземным ходом и помогу Сноу искать там. – Деклан кивнул в сторону кабинета Халверсона. – Желаю удачи. Мы порылись в его шкафчиках для документов, но ничего стоящего не нашли. Конечно, лишняя пара глаз никогда не помешает.

После того как они с Гасом спустились в кабинет мистера Халверсона, Джейн то и дело косилась на него. Перед тем как они узнали, что она, возможно, убийца, Гас поцеловал ее и смутно обещал большего сегодня вечером. Сдержит ли он слово, зная, что она может оказаться безжалостной наемницей?

Джейн не надеялась, что это произойдет. Надо быть сумасшедшим, чтобы заводить отношения с такой, как она. Она провела пальцами по столешнице письменного стола, ища потайные кнопки или переключатели, которые подняли бы столешницу вроде той, что они видели вчера, в штаб‑квартире корпорации. Столешница была из гладкого красного дерева; она не заметила на отполированной поверхности ни одного бугорка, ни одной царапины.

Присев на корточки, Джейн задумалась. Как поступил бы человек, которому нужно что‑то спрятать? Она ощупала края столешницы, ища вмятины или царапины, куда вошел бы палец. Но снова не нашла ничего. Внимательно осмотрев внушительный стол, она заметила, что верхний ящик расположен сантиметров на пятнадцать ниже столешницы. Над ним находилась красивая декоративная панель красного дерева, украшенная резьбой. Узор на резьбе напоминал переплетенные гроздья винограда.

Она дотронулась до узора, проведя по резьбе до угла. Угол выехал наружу. После этого вся панель выехала вперед – она была на петлях. Джейн увидела узкую полочку.

Джейн так резко подняла голову, что ударилась макушкой о столешницу.

– Эй, что случилось? – спросил Гас, отвернувшись от каминной полки, которую он ощупывал.

– По‑моему, я что‑то нашла, – сказала она, потирая макушку. В потайном ящике лежала тетрадь, достаточно тонкая, чтобы уместиться в небольшом пространстве. Джейн достала ее и положила на столешницу.

Гас подошел к ней, когда она раскрыла тетрадь и прочла слова на первой странице:

«Синдикат „Троица“».

Холодок побежал у Джейн по спине; все тело налилось свинцовой тяжестью.

Она перевернула страницу и стала читать записки Джона Халверсона. Он расследовал деятельность организации, которая называлась «Синдикат „Троица“». Впервые он услышал о ней после того, как во время несчастного случая на охоте погиб кандидат в президенты страны. Несчастный случай совпал с предварительными выборами. Хотя правоохранителям не удалось доказать, что гибель кандидата была неслучайной, поползли слухи, что кандидата убили, причем обставили дело так, чтобы убийство не бросалось в глаза.

В то время Джон Халверсон еще не уделял «Троице» должного внимания. Позже в правительственном здании прогремел взрыв, и все решили, что за ним стоит Талибан. Конечно, за рулем машины, на которой бомбу доставили в подземный гараж, сидел человек, связанный с Талибаном, но само взрывное устройство оказалось слишком сложным для талибов.

Вскоре делегат от Германии в Европейском союзе, который выступал против снятия санкций с России, покончил с собой, среди ночи бросившись с моста на безлюдном участке автобана. Тело переехало несколько большегрузов – водители даже не поняли, что посреди дороги лежит труп. Конечно, на вскрытии ничего не удалось установить.

Одна страница за другой – подробное описание происшествий, обставленных как несчастные случаи или теракты. Джон Халверсон пришел к выводу, что на самом деле за всем стоит «Синдикат „Троица“», который стремится вызвать потрясение на политической арене в разных странах мира.

Ближе к середине тетради Джон нарисовал диаграмму, которая приковала внимание Джейн. Сердце у нее быстрее забилось в груди.

По сути, диаграмма представляла собой схему организации с кодовыми именами на каждом уровне. Внизу одной из трех ветвей она увидела имя Индиго.

Гас увидел имя внизу страницы. Он почувствовал, как застыла Джейн, услышал, как она судорожно втянула в себя воздух.

– Мы не знаем, ты ли это, – напомнил он.

– А если я?

– Мы со всем разберемся. А пока тебе не стоит волноваться.

– Еще как стоит, – прошептала она.

– Деклан! Мак! Гас! Сноу! Где вы все? – послышался в открытую дверь голос Коула. – Быстро сюда! Вы только посмотрите!

Деклан показался на пороге кабинета, за ним бежал Мак.

– Это Коул?

Гас кивнул, схватил тетрадь и поспешил вниз, в конференц‑зал под кабинетом.

Коул сидел за столом, над которым к стене в два ряда были прикреплены шесть мониторов. Сидевший рядом с Коулом Джонас Спрэдлин смотрел на мониторы и качал головой.

– Ух ты! Вы только посмотрите!

Гас, Джейн и остальные столпились за спиной Коула.

– На что смотреть? – спросил Деклан.

– Я вошел в Даркнет. Получил подсказку, где искать, и вот что я обнаружил. – Он махнул рукой в сторону мониторов.

На одном мониторе шла видеозапись: дети и подростки в рваных грязно‑белых куртках для занятий единоборствами. Головы у всех – у мальчиков и у девочек – выбриты; ими грубо командовал такой же бритоголовый мужчина. Он показывал, как повалить человека и сломать ему шею. Затем детей поделили на пары для отработки приема. Тех, у кого не получалось, избивали хлыстом для верховой езды.

Джейн сжалась. Она невольно дергалась при каждом ударе – боль тех детей она ощущала как свою.

– А посмотрите на это! – На другом мониторе всплыли заголовки статей об осиротевших детях, которых передавали в приемные семьи. Позже дети исчезали; часто приемных родителей обвиняли в плохом обращении с ними. Фотографии пропавших детей размещали на молочных пакетах и в газетах. Затем на мониторе пошли в ряд пары фотографий: одна на молочном пакете и тот же ребенок с бритой головой и в белом тренировочном костюме «Троицы»…

– Они крадут детей, – произнесла Грейс из‑за спины Деклана.

Коул кивнул, плотно сжав губы.

– И натаскивают в своих тренировочных лагерях.

– Джон ни за что не принял бы участия ни в чем подобном, – сказала Чарли. – Он любил детей, хотя у нас их не было. Он бы сделал все, что в его силах, чтобы им помочь.

Гас поднял тетрадь:

– По‑моему, именно этим он и пытался заниматься.

Чарли взяла у него тетрадь и раскрыла на первой странице.

– Где вы ее нашли? – спросила она севшим голосом. – Это почерк Джона!

– Она лежала в потайном ящике его стола, – ответила Джейн.

Чарли листала страницы; Деклан и остальные заглядывали ей через плечо. Дойдя до схемы организации, она ахнула и посмотрела на Джейн. Та кивнула:

– Он знал об Индиго.

– Нам пока не известно, вы это или нет, – заметила Чарли.

– Судя по схеме, он пытался вычислить имена главарей организации.

– Индиго находится в самом низу пирамиды, она боец на передовой, – заметил Сноу. – Она подчиняется приказам вышестоящего командира.

– Скорее всего, типа с кодовым именем Мул. – Гас показал на следующий уровень схемы. – Мул подчиняется Волку, а на вершине их, так сказать, пищевой цепочки находится Гадюка.

Чарли перелистнула страницу и ахнула.

– Он нашел Индиго! – Она посмотрела на Джейн.

Джейн подошла ближе и стала читать слова, написанные черными чернилами.

«Я узнал о следующей операции, в которой главари „Троицы“ собирались задействовать новенькую, Индиго. Спустившись в глубины Даркнета, я понял, что ее отправили на первое задание. Ей предстояло показать, на что она способна, и подтвердить свою верность синдикату. Ей поручили убить одного саудовского принца. Этот принц был завсегдатаем публичных домов в закоулках Бронкса, где в сексуальном рабстве содержались совсем юные девушки. Кроме того, стало известно, что тот же саудовский принц продавал секреты русских китайцам. Судя по всему, русские посулили крупную сумму за устранение такой утечки. Я полетел в Нью‑Йорк, переодевшись бездомным, и в ожидании принца залег в переулке неподалеку от входа в публичный дом. Как и предупредил мой источник информации, принц пришел с тремя телохранителями. Он пробыл внутри более часа и вышел также в сопровождении телохранителей.

Я не заметил, как она проникла в переулок. Индиго возникла словно из ниоткуда. Она была в узком платье и туфлях на шпильке; из‑за обилия косметики она могла бы сойти за уличную шлюху. Когда она подошла к принцу, тот решил, что еще не насытился. Он схватил ее за грудь.

Она мгновенно нанесла ему удар по шее, перебив трахею. Принц схватился за горло, не в силах дышать.

Три телохранителя, опомнившись, попытались ее схватить, но она оказалась проворнее. Она замечательно освоила боевые искусства; не прошло и минуты, как она вырубила всех троих. Тем временем лицо принца побагровело; он упал на землю и затих. Индиго склонилась над ним и пощупала его пульс. Убедившись, что пульса нет, она побежала в публичный дом. В тот момент я понял, что она – не такая, как все. Она не просто отлично подготовленная машина для убийства. Скорее всего, она нарушила все правила своих главарей, потому что не скрылась сразу же после выполнения задания.

Я ждал, надеясь, что за ней явится ее куратор и у меня появится еще одно звено в цепочке. Для того чтобы остановить конвейер по подготовке убийц из детей, необходимо найти главаря. Но ее куратор так и не появился. Через несколько минут Индиго вышла из притона, неся на плече девочку – она была без сознания. За Индиго шли еще несколько девочек. Лицо у нее было в крови, и все же охранники ей не помешали. Она освободила пленниц.

Следом за ней я пришел в ближайшую больницу. Индиго оставила девочку, которая была без сознания, и остальных у входа в отделение неотложной помощи. По пути она остановила пожилую пару и попросила прислать помощь девочкам. После того как те обещали, что позовут медиков, она еще немного побыла с девочками, но потом, когда из здания вышли медсестры и санитары, Индиго скрылась в тени.

Позже я прочел, что охранники публичного дома получили тяжелые травмы. Судя по всему, они больше не смогут охранять юных секс‑рабынь. Я проследил за тем, чтобы освобожденным девочкам оказали всю необходимую помощь и вылечили от наркотической зависимости. Обратился к иммиграционным властям – их необходимо было избавить от бюрократической волокиты».

Чарли всхлипнула, по ее щеке скатилась слеза.

– У Джона было доброе сердце.

– Индиго убила принца, – напомнил Мак.

Чарли метнула на него испепеляющий взгляд:

– Он первый на нее набросился! Она защищалась. После того что он творил с несчастными девочками, принц не заслуживал того, чтобы жить!

– Кажется, я помню репортажи по телевидению. – Деклан скривил губы. – Говорили, что саудовского принца убили во время ограбления.

Чарли перелистнула страницу и продолжала читать.

– Я как будто слышу голос Джона, – еще одна слеза скатилась по ее щеке. – Он только хотел помочь.

Гас смотрел на изображения на мониторе, а потом повернулся к Джейн. Была ли и она в числе детей‑сирот, которые пропали из приемных семей? Ее тоже избивали и натаскивали, делая из нее убийцу?

Джейн стояла в стороне от остальных, бледная, с огромными глазами. Она смотрела на лица на мониторах; переводила взгляд с одного на другого. Ее била крупная дрожь. Наконец она посмотрела на Гаса. Ее глаза стали черными.

– Что с тобой? – Гас подошел к ней и попытался обнять.

Она отстранилась и покачала головой.

– Не прикасайся ко мне! – прошептала она.

Ее по‑прежнему била дрожь; она обхватила себя руками, как будто ей было больно.

– Я вспомнила, – сказала она. – Я и есть Индиго!

Гас не спал, он хотел, чтобы эта ночь длилась вечно. Ему казалось, он сумеет защитить Джейн от всех угроз мира. Он крепче обнял ее. Если бы можно было защитить ее от косых взглядов! Он не сомневался, что она разозлится, узнав о его желании ее защищать. Она вполне способна сама о себе позаботиться, и, если почувствует угрозу, просто исчезнет и начнет новую жизнь в другом месте. Скорее всего, она будет прятаться от преступного синдиката всю оставшуюся жизнь. Такие организации, как «Троица», не отпускают своих бывших приверженцев. Если те и покидают синдикат, то в пластиковых мешках для трупов – как уже заметила Джейн.

Джон Халверсон попытался выявить ключевых игроков, но зайти дальше ему не удалось. Кодовых имен недостаточно. Им нужны настоящие имена и адреса низовых командиров. С их помощью можно будет добраться до головы змеи.

Пока они не нашли главарей, Джейн в опасности.

Гас восхищался отвагой Джейн. Она продемонстрировала ее, когда, не подчинившись приказу, спасла девочек, за которых больше некому было заступиться. Она их освободила. И наказала тюремщиков.

Под утро Гас все же заснул, не выпуская из объятий женщину, которая все больше проникала ему в сердце.

Громкий стук в дверь вывел его из крепкого сна. Он открыл глаза и сел. Стук продолжался.

Гас выпрыгнул из постели и, как был голый, подбежал к двери.

– Гас! – послышался из‑за двери голос Деклана. – Ты не спишь?

– Уже не сплю. – Он приоткрыл дверь и посмотрел в гладко выбритое лицо Деклана. – Что случилось?

– Одевайся и иди в конференц‑зал. – Больше Деклан ничего не сказал. Судя по его тону, дело срочное.

Гас закрыл дверь и направился в другую спальню одеваться.

– Что случилось? – спросила Джейн.

Он обернулся и увидел ее, завернувшуюся в простыню, взъерошенную, с выражением тревоги на лице.

У Гаса сжалось сердце. Он видел в ней не натренированную убийцу. Перед ним была красивая и хрупкая женщина. Он раскинул руки и шагнул ей навстречу. Она не колеблясь бросилась ему в объятия и прижалась к нему.

– Все настолько плохо? – прошептала она, уткнувшись ему в грудь.

– Понятия не имею. Просто захотелось тебя обнять. – Он поцеловал ее в макушку. – Деклан приказал как можно скорее спуститься в конференц‑зал. Так что, наверное, лучше одеться.

– Да, неплохая мысль, учитывая, что мы голые. – Она чуть откинула голову назад и поцеловала его заросший щетиной подбородок.

– По‑моему, у меня не будет времени побриться.

– Я не жалуюсь, – сказала она, снова целуя его в небритый подбородок.

– Как бы мне ни хотелось послать Деклана подальше, нам лучше пойти туда.

Джейн сбросила простыню и направилась в спальню.

– Я буду готова меньше чем через минуту.

Застонав от такого откровенного искушения, Гас достал из сумки джинсы и футболку. Когда он уже надевал ботинки, на пороге появилась Джейн – одетая, причесанная, в туфлях.

– Не знаю ни одну другую женщину, которая бы умела собираться за минуту.

– Нас учили все делать быстро, чтобы не быть битыми.

Гас сжал кулаки. Очень хотелось найти так называемых инструкторов Джейн и расквитаться с ними за то, что они делали с ней и другими похищенными детьми.

Через несколько минут они уже входили в конференц‑зал, где вокруг стола с мониторами сидели Деклан, Коул, Джонас, Чарли и Грейс.

– В чем дело? – спросил Гас.

– Коул получил важную подсказку, которая навела нас на след. – Деклан кивнул в сторону одного из мониторов. На фото были несколько человек в костюмах, которые входили в отель.

– Сегодня с утра я искал сведения о той бомбардировке в Сирии, к которой имела отношение Джейн, и мне пришло закодированное сообщение. – Он кликнул на несколько клавиш, и на мониторе всплыли слова: «Следующий объект „Троицы“».

Гас покачал головой:

– И что это должно означать?

– В сообщении была ссылка на фото на одном вашингтонском новостном портале. – Коул показал на монитор. Подпись под фото гласила: «Расследование бомбардировки авиабазы Шайрат продолжается».

– Погодите, разве это не отель «Уиллард»? – спросила Чарли.

Коул кивнул:

– Предварительные слушания пройдут в конференц‑центре отеля.

– Какая у них охрана? – спросил Гас.

– Смешанная: сотрудники Министерства национальной безопасности и полицейские. – Коул презрительно улыбнулся. – Очевидно, они не считают, что охранять их настолько важно, ведь это только предварительные слушания.

– Во время слушаний в отель может проникнуть кто угодно, – заметил Деклан.

– Наверное, зал заседаний закрыт для посторонних, но отель по‑прежнему принимает постояльцев, – предположила Чарли.

– Как по‑вашему, вы узнаете наемников «Троицы», если увидите их? – обратился Деклан к Джейн.

Она пожала плечами:

– Только тех, кто проходил подготовку одновременно со мной. И даже в таком случае… Нас неплохо научили маскироваться.

Компьютер издал тихий сигнал. Коул склонился над клавиатурой, кликнул по клавишам. На мониторе появилось еще одно сообщение:

«За подробными сведениями обращаться в «ХИ», в кабинет Дж. Халверсона».

Чарли ахнула.

– Какого дьявола? Спроси, почему!

Коул набрал вопрос и стал ждать.

Прошло целых две минуты, но ответа не последовало.

– По‑моему, «ХИ» – это штаб‑квартира «Халверсон интернэшнл», – сказал Деклан.

Чарли, побледнев, кивнула.

– Я знаю, что нам пишет не Джон, но если не он, кто мог послать такое сообщение?

Коул покачал головой:

– Даркнет – палка о двух концах. Тот, кто не хочет, чтобы отследили его местоположение, может сделать так, чтобы мы никогда этого не узнали.

– Может, подстава? – усомнился Гас.

– В «Халверсон интернэшнл» надежный отдел кибербезопасности, – возразила Чарли.

– Любую охрану можно обойти, – напомнил ей Деклан.

– Мы должны туда поехать! – воскликнула Чарли. – Если неизвестный хочет, чтобы мы не дали «Троице» ликвидировать очередной «объект», надо ему ответить и вообще как‑то с ним связаться.

– Значит, поедем.

Деклан позвонил Маку и объяснил ему ситуацию.

– Вызывай Сноу и Мустанга; встречаемся у здания «Халверсон интернэшнл». Пусть едут туда как можно скорее. – Он закончил вызов и повернулся к Джейн: – Ну а с вами что делать?

Джейн скривила губы:

– Я бы на вашем месте давно выставила меня отсюда.

– Да, но нам нравится, как вы работаете, – возразил Деклан. – За исключением того, что вы были наемной убийцей. Кроме того, теперь, когда к вам вернулась память, вы можете нам пригодиться. Вдруг вам удастся опознать других оперативников «Троицы»?

Джейн кивнула:

– Я готова помочь. Но тех, кто завершает курс обучения, отделяют от других оперативников, чтобы мы не знали друг друга в лицо. Мы даже лиц своих кураторов не видим. Приказы получаем по сотовому телефону. Во всем остальном действуем в одиночку, на свой страх и риск.

– Как вы выезжали за границу и возвращались обратно в Штаты? – спросил Деклан.

– К каждому заданию нам высылали полный комплект всех необходимых документов… Фальшивых, конечно.

– Кто давал тебе документы? – спросил Гас.

– Мои я получала от своего куратора, – ответила Джейн.

– Вы могли бы опознать его? – спросил Де‑клан. – Если Коул найдет снимки членов «Троицы», вы его узнаете?

Джейн покачала головой:

– Повторяю, они не показывали нам своих лиц. Мой куратор всегда встречался со мной в темном переулке; шляпа закрывала ему лицо. Я смогу опознать его только по голосу. Вот почему мистеру Халверсону пришлось так трудно, когда он заполнял пустоты в схеме организации. Они тщательно охраняют каждый уровень. По‑моему, некоторые из них – высокопоставленные госслужащие. Я слышала, что убили нескольких оперативников, которые узнали, кто их кураторы.

– Боже правый, Джейн! Если это настолько опасно, зачем вы согласились помочь Джону вычислить вашего куратора? – спросила Чарли.

– Я не хотела входить в организацию, которая убивает невинных женщин и детей.

– Они и этим занимаются?! – Грейс в ужасе прижала ладонь ко рту.

– У одного из оперативников была семья. Чтобы наказать его, его жену и ребенка убили у него на глазах. А потом убили его самого. – Джейн посмотрела на Гаса. – Они разослали видеозапись того, что сделали, всем остальным. Как предупреждение. Это произошло еще до того, как Джон обратился ко мне с просьбой.

– Ужас, – прошептала Грейс.

– Тем больше у меня причин уйти сейчас, прежде чем они поймут, насколько вы все важны для меня, – продолжала Джейн. – Я не хочу, чтобы с вами случилось то же, что с женой и ребенком того человека.

Внутри у Гаса все сжалось.

Он этого не допустит. Должен быть выход. Он не готов отпустить замечательную женщину, которую только что нашел.

За три часа почти не удалось организовать их оборону. Слушания проходили в шикарном отеле, в одном из залов конференц‑центра.

Коул взломал базу данных отеля и зарезервировал номер на имя мистера и миссис Уолш; они снимали номер на одну ночь. Гас и Джейн пронесут с собой чемодан, в котором будет спрятано оружие. Оно понадобится «Друзьям Деклана», чтобы дать отпор «Троице». Коул будет осуществлять связь из специального фургона, припаркованного на улице; он взломает систему видеонаблюдения отеля и станет сообщать тем, кто внутри, что он видит.

Мак и Сноу войдут в отель, переодевшись электриками, чтобы отремонтировать короткое замыкание. Коул уже вошел в системы отеля и вызвал поломку. Мустанг и Деклан проникли в отель заранее, незаметно пробравшись туда в кузове фургона, который привез из прачечной форму сотрудников. Они взяли пару комбинезонов уборщиков и прошли внутрь через погрузочную площадку. Оттуда они проберутся к конференц‑центру.

Всех «Друзей Деклана» и Джейн оснастили суперсовременными средствами связи, которые хранились в потайной кладовой рядом с кабинетом Джона Халверсона. Фургон, по словам Маргарет, был особым проектом, над которым работал Джон перед тем, как его убили.

Коул включил компьютеры, обновил программное обеспечение и связал всех «Друзей Деклана» со своей панелью. Он поставил фургон на платной парковке в соседнем с отелем квартале.

Гас, одетый в черные брюки и темную рубашку, застегнутую доверху, сидел рядом с Джейн во взятом напрокат лимузине.

На ней был мягкий черный брючный костюм; тонкую талию подчеркивал черный лаковый пояс. Чарли снабдила ее необходимыми аксессуарами: широкополой черно‑белой шляпой и большими солнечными очками.

Джейн зачесала наверх свои длинные черные волосы и заправила их под шляпу. Она выглядела как типичная светская львица.

– Что? – спросила она.

Гас не понимал, что смотрит на нее в упор, пока она не спросила.

– Что «что»?

– Я нормально выгляжу для роли? – спросила она, стряхивая воображаемую пылинку с брючины.

– Ты выглядишь сногсшибательно, – ответил Гас. – Надеюсь, что агенты «Троицы» тебя не узнают.

– В таком костюме? Вряд ли. – Джейн скривила губы. – По‑моему, я в жизни не носила ничего такого нарядного.

– Нам нужно только войти, все подготовить и незаметно ускользнуть в вестибюль. Если «Троица» планирует удар, ворвавшись с главного входа, мы станем первой линией обороны вместе с охранниками, которые придут на слушания…

– А если они задумали что‑то похитрее, мы проследим, как они просачиваются в отель.

– Верно. Я бы, конечно, предпочел, чтобы ты осталась с Чарли. Тебе и так досталось.

Она нахмурилась.

– Знаю, ты превосходно умеешь постоять за себя. Просто я еще никогда не выполнял задания с такой, как ты.

Ее губы дернулись.

– С убийцей?

– Нет. С женщиной, к которой меня все сильнее влечет. – Он покачал головой. – Должно быть, все дело в мужских генах. Все инстинкты призывают меня защищать тебя.

Джейн сдвинула брови:

– Гас, так не пойдет. Ты должен обращаться со мной, как со своей напарницей. Я прикрываю твой тыл – как ты прикрываешь мой. Пока ты на задании, ты не имеешь права думать о том, чтобы защищать меня!

Он кивнул и сжал ей руку:

– Разум подсказывает мне именно это, но сердце тревожится.

Она обхватила его щеки ладонями и пытливо заглянула в глаза.

– Сосредоточься, морпех! – сказала она и страстно поцеловала его.

Он ответил на поцелуй и крепко обнял ее.

Лимузин остановился перед отелем.

Гас дотронулся до наушника, включив его на передачу.

– Все готовы?

Деклан, Мустанг, Мак, Сноу и Арнольд отозвались и подтвердили свою готовность.

– Пора, – заключил Деклан.

Арнольд распахнул дверцу и придержал ее для Джейн. Гас вышел из лимузина после нее и ждал, пока Арнольд достанет из багажника чемодан с разнообразным оружием. Оно понадобится, если на отель нападут.

Обняв Джейн за талию, Гас взял за ручку чемодан на колесах, и они направились к входу в отель. Лимузин выехал из‑под навеса перед входом и повернул на платную стоянку. Там же Коул поставил фургон с компьютерами и оборудованием. Арнольд будет глазами Коула в окрестностях фургона и подкреплением для отряда в отеле, если дело примет скверный оборот.

Охранники остановили Гаса у входа в отель. Он показал свои документы. Джейн, поморщившись, посмотрела на охранников.

– Ой, надо же, я забыла сумочку в лимузине.

– Мы известим компанию по прокату лимузинов, когда окажемся внутри. – Гас показал на планшет, который держал охранник. Там были записаны имена постояльцев, которых ожидали в отеле. – Вот мы! Мистер и миссис Уолш. – Только бы охранник не потребовал осмотреть содержимое чемодана! Разобранное оружие было спрятано в потайных отделениях, но умный охранник непременно заметит, что чемодан гораздо больше, чем его внутренний объем.

Но охранник поставил галочку против фамилии Гаса, кивнул и посторонился, пропуская их в вестибюль, где уже толпились мужчины в деловых костюмах.

Маргарет показала Джейн и Гасу фото некоторых из тех, кто будет на предварительных слушаниях. Нескольких морпех узнал.

– Делегаты уже здесь, – тихо сказал он.

– В коридорах и у входов все спокойно, – доложил Коул.

Гас и Джейн подошли к стойке портье и зарегистрировались. Через несколько минут они были в лифте, который поднял их на четвертый этаж.

– Делегаты направляются в конференц‑центр, – доложил Коул.

– Почти в наш номер, – заметил Гас.

С помощью карты‑ключа они открыли дверь и вошли в номер.

Гас тут же положил чемодан на кровать и открыл потайное отделение. Не успели они собрать оружие, как в дверь постучали. Гас посмотрел в глазок и открыл дверь. На пороге стояли Деклан и Мустанг в форме уборщиков. Не говоря ни слова, Джейн протянула им пистолеты и несколько магазинов с боеприпасами.

Они сунули пистолеты в карманы и пошли к лестнице, которая вела на третий этаж, где находились конференц‑залы.

Через секунду к ним постучали Сноу и Мак в форме электриков.

– Мне бы пистолет‑пулемет, – вздохнул Сноу.

– Его трудновато спрятать. – Гас протянул Сноу несколько магазинов с боеприпасами.

– Будем надеяться, что уж очень жарко не будет, – заметил Мак.

– Двери конференц‑зала закрыли, все делегаты внутри, – раздался голос Коула в наушниках.

– Что ж, начнем, – сказал Сноу.

Они с Маком вышли и направились в сторону, противоположную той, куда ушли Деклан и Мустанг. Они тоже спустились по лестнице.

Гас посмотрел им вслед и повернулся к Джейн:

– Готова?

– Почти. – Она пристегнула наплечную кобуру и сунула в нее пистолет. Сверху надела черный жакет от костюма, который дала ей Чарли. Задрав брючину, она проверила, прочно ли пристегнут к лодыжке нож. Под второй брючиной был спрятан запасной магазин.

Гас улыбнулся:

– Могу сказать только одно: рад, что ты на нашей стороне.

Она выпрямилась, привстала на цыпочки, поцеловала его в губы и кивнула.

– Я готова.

Он обнял ее, потом отпустил и буркнул:

– Сосредоточься.

– Совершенно верно. Мы должны сосредоточиться.

Гас открыл дверь, вышел в коридор, осмотрелся и подал сигнал Джейн. Она вложила пальцы в его ладонь, и они вместе направились к лифту.

Уже в кабине, нажав на кнопку «спуск», Гас принял сообщение от Коула.

– Движение в коридоре со стороны кухни. – Голос у него был сдавленный, напряженный.

И тут внизу прогремел взрыв.

Кабина лифта остановилась, свет погас.

– Дьявол! – Гас выхватил из кармана мобильник и включил фонарик. – Мы застряли в лифте. Что там у вас?

– Не могу сказать, – ответил Коул. – Камеры видеонаблюдения выключились… Нет, снова включились. В коридорах зажглось аварийное освещение. При нем все хуже видно.

– Где типы, которые шли со стороны кухни?

– Сейчас… Вижу их. Поднимаются по восточной лестнице на третий этаж. Похоже, у них автоматы.

– Так и знал, что надо было взять пистолет‑пулемет, – отозвался Сноу.

– Ребята, вам придется начинать без нас. Мы застряли в лифте. Но ненадолго. – Гас положил телефон на пол, направив луч фонарика вверх. Потом подтянулся и выбил панель над головой.

– Тебя подсадить? – Джейн сложила руки.

Гас шагнул в ее ладони и через узкое отверстие вылез на крышу кабины, в шахту лифта. Кабина остановилась под четвертым этажом. Если им удастся отжать двери на четвертом, они выберутся.

Он свесился в люк. Джейн смотрела на него, задрав голову.

– Дай руку.

Она протянула ему руку. Он подтащил ее к отверстию; ухватившись двумя руками за края люка, она подтянулась. Шляпа сбилась набок, волосы разметались по плечам. В темноте она выкинула солнечные очки. Перед ним была женщина, которую он все больше любил и которой восхищался.

Вместе они отжали дверцы лифта на четвертом этаже.

Едва они очутились в коридоре, как со стороны лестницы послышались торопливые шаги.

– Выбрались, двигаемся, – доложил Гас. – Направляемся к западной лестнице.

– Осторожно! – предупредил Коул. – Вооруженные люди поднимаются с первого на третий этаж. Вы можете там столкнуться.

– Понял, – ответил Гас.

– Похоже, они заблокировали конференц‑зал, – продолжал Коул.

Гас переложил пистолет из наплечной кобуры в карман пиджака и побежал вниз по лестнице. Снизу донесся топот. Кто‑то бегом поднимался им навстречу. На полпути к третьему этажу Гас остановился на площадке и подождал, пока Джейн его догонит. Одними губами произнес:

– Готовься!

Она быстро кивнула.

Они тихо спустились, прижимаясь к стене, и вышли на площадку третьего этажа.

Двое мужчин, одетые в черное, с черными балаклавами, скрывающими лицо, и полуавтоматическими винтовками в руках бежали снизу. Поверх рубашек на них были бронежилеты, без опознавательных знаков.

Первый из них, заметив Гаса, вскинул винтовку и выстрелил. Морпех успел спрятаться за угол, потянув за собой Джейн, потом присел на корточки, осторожно высунулся из‑за угла, выстрелил и попал противнику в грудь. Тот пошатнулся, но не упал – спас бронежилет. Гас прицелился ниже и выстрелил ему в колени.

Первый упал и откатился вбок; тут же выскочил другой и стал стрелять. Гас лег на пол и открыл ответный огонь. Джейн вышла из‑за угла и выстрелила противнику в голову. Тот упал замертво.

Затем она выстрелила в раненного Гасом. Тот затих.

Теперь Гас и Джейн приоткрыли дверь, ведущую в коридор. Стрельба гулким эхом отражалась от стен; слышались крики людей.

– Пять стрелков прорвались к дверям конференц‑центра, – доложил Коул. – Еще четыре поднимаются из вестибюля.

Джейн обогнала Гаса и побежала к конференц‑центру.

– Погоди! – крикнул Гас. – Ты не можешь войти туда одна!

– Что там у вас? – спросил Коул.

– Джейн побежала вперед!

Гас бросился за ней; он был близко, но недостаточно для того, чтобы прикрыть ее. Она так долго работала одна, что забыла, как важно дождаться подкрепления.

Джейн скрылась за углом, Гас был уже недалеко, но сейчас каждый шаг мог стоить ей жизни. Раздалась автоматная очередь, и кровь застыла у морпеха в жилах. Он выбежал из‑за угла и увидел, что Джейн лежит на животе и стреляет безостановочно. Отшвырнув пустой магазин, Джейн достала из‑под брючины второй. Гас открыл огонь, прикрывая ее. Он метил в человека с пистолетом‑пулеметом, укрывшегося в нише. К счастью, тот палил не целясь.

– Деклан и Мустанг держат первый этаж, – доложил Коул. – Ведут перестрелку с теми, кто прорывается через вестибюль. Сноу и Маку удалось проникнуть в конференц‑зал до того, как его заблокировали. Они охраняют двери.

– Мы держим коридор перед конференц‑залом, – отчиталась Джейн.

– Нет, не держим, – возразил Гас. – Их пятеро, а нас двое. И у одного из них пистолет‑пулемет.

– У него нет запасных патронов, – возразила Джейн. – Скоро он расстреляет весь боезапас. Главное – не допустить, чтобы он начал стрелять в конференц‑зале.

В коридоре ненадолго стало тихо. Гас высунулся из‑за угла и выстрелил, Джейн схватила его за рубашку и затащила в укрытие.

Человек с пистолетом‑пулеметом, лежа посреди коридора, выпустил очередь в направлении Джейн и Гаса; пули рикошетили от угла, осыпая их пылью и краской.

Когда огонь прекратился, Гас отважился выглянуть. Человек с пистолетом‑пулеметом убежал вперед вместе с остальными.

– Они приближаются к конференц‑залу, – сказал Гас. – Я иду вперед.

Джейн выскочила перед ним:

– Только со мной!

Они вместе бросились за террористами, обогнули еще один угол – и очутились лицом к лицу с пятью неизвестными в черных балаклавах. Все целились в них.

– Бросайте оружие, и, может быть, мы сохраним вам жизнь!

– Нет, – ответил Гас, повалил Джейн на пол и лег сверху, прикрыв ее собой.

Одна пуля угодила ему в предплечье, еще одна в бок. Джейн вскрикнула. Двери в конференц‑зал с грохотом распахнулись. Оттуда показались Мак и Сноу; они открыли огонь по террористам, напавшим на Джейн и Гаса.

С другой стороны коридора выбежали Деклан и Мустанг; они стреляли, стараясь не попасть в Сноу и Мака.

Гас лежал на Джейн, прижимая ее к полу, пока остальные по одному убирали нападающих.

Когда стрельба прекратилась, Гас перекатился на бок и посмотрел на Джейн.

– Как ты? – На полу под ними растеклась лужица крови.

– По‑моему, в меня попали, – слабым голосом ответила она и дотронулась до раны у него на предплечье. – Не знаю, чья там кровь – моя или твоя.

Гас вскочил, мгновенно забыв о боли. Джейн ранили!

Он подхватил ее на руки.

– Тебя нужно отвезти в больницу.

Она покачала головой:

– Нет. У меня нет документов. И потом, скорее всего, я в списке особо опасных преступников, которых разыскивает ЦРУ. Мне нельзя в больницу. Зато тебе можно. Положи меня!

Он покачал головой:

– Ты поедешь со мной. – Он зашагал к лестнице.

Деклан преградил ему дорогу:

– Давай я ее понесу. Ты ранен.

– Нет. Ее понесу я, – возразил Гас. – С дороги! Ей срочно нужно в больницу.

Гас почти дошел до лестницы, когда ему преградил путь человек в черном, с балаклавой на голове.

– Из «Троицы» никто не уходит живым! – заявил он, целясь в Джейн.

– Знакомый голос! – ахнула Джейн.

– Еще бы! Ты на меня работала, – тихо и угрожающе произнес человек. – Ты отказываешься исполнять приказы, «Троице» ты больше не нужна.

Гас держал Джейн на руках и ничего не мог предпринять.

– Не причиняй ей вреда! – попросил он. – Возможно, она все равно умрет.

Неизвестный покачал головой:

– Не привык оставлять незаконченные дела.

– Не выйдет, я не позволю тебе ранить моих близких, – послышался женский голос из‑за спины неизвестного.

Прогремел выстрел, и террорист рухнул на пол. Маргарет Роллинс сжимала в руке «глок». Она была в черных брюках и черной рубашке; волосы собраны в тугой хвост.

Гас, Джейн, Деклан и остальные ошеломленно смотрели на нее.

– Вы думали, что я всего лишь секретарша Джона? – фыркнула Маргарет. – В молодости я была оперативницей ЦРУ. И с огнестрельным оружием знакома неплохо. – Она кивнула в сторону сраженного человека. – Спросите его! – нагнувшись, она сдернула балаклаву с его головы и кивнула: – Так и знала, что у нас в «Халверсон интернэшнл» завелся крот. – У ее ног лежал Куинси Фишберн. – Интуиция подсказывала мне, что это он!

– Интересно было бы все обсудить, но Джейн нужен врач, – напомнил ей Гас.

– Внизу ждет «скорая», – ответила Маргарет. – Пусть ее отнесет вниз кто‑нибудь другой.

– Ее отнесу я. – Гас обошел Маргарет и спустился на первый этаж.

В вестибюле толпились полицейские, спецназовцы и медики; они осматривали раненых и снимали показания.

Вскоре к ним присоединились Коул и Арнольд.

– Уложите ее сюда, – велел фельдшер скорой, показывая на носилки.

– Везите ее в больницу, пока она не истекла кровью! – не сдавался Гас.

– Обязательно увезем. Но сначала ее надо стабилизировать, – ответил фельдшер. – А вы садитесь на другие носилки. У вас тоже кровотечение.

Деклан положил руку Гасу на плечо.

– Тебе надо остановить кровь, – сказал он. – Если ты умрешь, Джейн от тебя никакого толку не будет.

Гас нехотя повиновался. Мак и Сноу заставили его сесть на носилки.

– Не оставляйте ее ни на минуту! – велел Гас. – Возможно, «Троица» подослала к ней еще кого‑то!

– Не отойдем ни на шаг, – обещал Деклан. – Позаботься о себе.

– Черт побери, да забудьте вы обо мне! Я ее подвел… Не защитил, не уберег от пули!

– Ты сделал все, что мог. – Деклан похлопал его по руке. – Джейн охраняют Коул, Мустанг, Мак и Сноу. Они проследят, чтобы она получила все необходимое лечение. Тебе тоже придется ехать в больницу.

Медики вкатили носилки с Джейн в машину скорой помощи. Четверо «Друзей Деклана» забрались туда же: двое впереди, двое сзади.

– Скорее! Грузите меня в машину! – крикнул Гас. – Мне нужно в больницу!

Рядом с ним появилась Маргарет:

– Я поеду с вами. У меня есть предложение, его нужно обсудить. Вы способны меня выслушать?

Гас, прикрыв глаза, кивнул:

– Я вас слушаю. Если мы попадем в больницу одновременно с Джейн, я – весь внимание.

И Маргарет села вместе с ним в машину. Парамедик поставил Гасу капельницу и измерил давление, затем выпрямился и кивнул Маргарет.

Женщина склонилась к уху Гаса и изложила свой план.

– Пепел к пеплу, прах к праху, – произнес проповедник, совершая заупокойную службу. Он же первым взял горсть пепла и бросил ее в заранее вырытую в земле ямку, где предстояло посадить дерево.

– Джейн наверняка понравилось бы, что мы выбрали для ее похорон красный клен, – сказала Чарли, утирая глаза. – Внешне она казалась крепким орешком, но, по‑моему, в глубине души она была нежной. Больше всего на свете ей хотелось найти близких и обрести любовь.

– Сейчас она в лучшем месте, – заверил Чарли Деклан. – Гас, ты согласен?

Рукой в перчатке Гас взял пепел из урны и высыпал в ямку.

– Да. Я буду скучать по красавице‑брюнетке. – Он отступил и отряхнул пепел с рук. – Джейн Доу, Кейт Сандерс, покойся с миром! Ты была настоящим бойцом и прекрасным человеком.

Грейс тоже бросила в ямку горсть пепла и еле слышно произнесла:

– Джейн, покойся с миром.

Остальные «Друзья Деклана» по очереди отдали последний долг усопшей.

– Ты сам посадишь дерево или тебе помочь? – спросил Деклан.

Гас посмотрел на тонкий саженец.

– Я справлюсь.

После того как последний из друзей отошел к Чарли, Гас посадил в ямку клен и присыпал корни землей. Потом уплотнил землю сапогом.

Гас вздохнул, развернулся и направился к лимузину, который по такому случаю предоставила Чарли.

Арнольд, дворецкий Чарли, стоял у дверцы, расправив плечи. Его лицо было непроницаемым.

– Все? – спросил он.

– Все, – ответил Гас, – теперь назад к Чарли.

– Да, сэр.

– Не называйте меня «сэром». Я так же, как и вы, зарабатываю себе на жизнь.

– Так точно, сэр, – отозвался Арнольд, и Гасу показалось, что в глазах дворецкого пляшут веселые огоньки.

Он распахнул перед Гасом заднюю дверцу, когда тот уселся, захлопнул ее и занял место за рулем.

На колено Гасу тут же легла женская рука.

– Тебе было так же странно, как мне?

Он повернулся к сидящей рядом блондинке и заключил ее в объятия.

– Прошу тебя, не заставляй меня хоронить тебя во второй раз.

Она посмотрела на него голубыми глазами – они так отличались от темно‑карих глаз Джейн Доу! И улыбнулась.

– Постараюсь остаться в живых.

– Итак, Джасмин, какой у тебя план?

– Я побеседовала с подругой Грейс, Эмили, которая преподает русский в местном университете и подрабатывает переводчицей. Наверное, я тоже попробую переводить.

– Ты не боишься, что тебя узнают?

– Нет, Чарли обещала устроить мне пластическую операцию и получить новые документы.

– А если мне нравится твое теперешнее лицо? – Нагнувшись, Гас поцеловал ее в кончик носа.

Она подняла подбородок и прильнула губами к его губам.

– Наверное, все зависит от того, когда мы покончим с «Троицей», – сказала она.

– Мы работаем над этим. Чарли считает своим долгом завершить то, что начал ее муж.

– Похоже, решать задачу придется «Друзьям Деклана». – Она обхватила его лицо ладонями. – Пожалуйста, будь осторожен! «Троица» не шутит.

– Это я уже понял. Но, пока они существуют, ты не будешь в безопасности, даже с новым цветом волос, и голубыми линзами, и с новыми документами. Маскировка лишь поможет тебе переждать, пока мы их не устраним, а мы непременно их устраним!

– Я буду помогать вам всеми возможными способами. Дети, которых они похищают, заслуживают лучшей участи… а не той, что готовит для них «Троица».

– Тогда начнем, Джасмин Кэтрин Ньюмен. Чарли, Деклан и остальные ждут нас в конференц‑зале. А когда встреча закончится, нам с тобой предстоит кое‑что наверстать.

Она обняла его за шею.

– Ты уверен, что твои раны уже зажили?

– Мне плевать, зажили они или нет. Я не обнимал тебя с тех пор, как ты «умерла» и тебя отвезли в морг. Теперь я намерен наверстать упущенное.

– Мне нравится твой настрой. Это гораздо лучше, чем умирать. И она наградила его долгим и страстным поцелуем, на который Гас ответил с не меньшим пылом…