- DD, ты слышал анекдот о женщине, которая вышла замуж в четвертый раз, но оказалась девственницей? – спросила Кристи, когда мы отдыхали после первого захода.

- Что-то припоминаю, - ответил я. – Это когда первый муж оказался любителем орала, второй – анала, а третий – профессором, и трахал только мозг. А… с чего это вдруг? – зная, что у Кристины было двое бывших мужей (с первым развелась, а второй умер) и один гражданский в настоящем времени, я заинтересовался, с какими персонажами анекдота кого она ассоциирует. – Ты хочешь сказать, что твой нынешний как тот профессор? – и подавил в зародыше готовое вырваться заключение «поэтому ты сейчас со мной».

Мы лежали в стандартном номере гостиницы для парочек, снятом на два часа. После крошечной прихожей – собственно комната с большим траходромом и тумбочками по бокам, в углу – телевизор, рядом с ним – шкаф, рядом со шкафом – дверь в санузел. Познакомился я с Кристиной, если скажу, что в стрип-баре, не поверите же? И правильно, потому что познакомился тоже стандартно – на сайте Мамбы. Удивило, что замужняя женщина, указавшая пункт «секс» в числе прочих, не побоялась выставить фото. Удивило, что в переписке она начала интересоваться бытом и моим местонахождением в конце 80-х – начале 90-х годов прошлого века. Удивил ее пацифизм, вроде бы не самая актуальная тема для обсуждения на сайтах знакомств.

Впрочем, впоследствии всё стало на свои места. Фотографии оказались не ее, хотя и нормально подобранными по возрасту и телосложению: 40 с небольшим лет, достаточно высокая и достаточно худая, с небольшой грудью и (да простит меня Кристи, если этот текст когда-либо попадется ей на глаза) фактическим отсутствием округлостей фигуры, присущей дамам средней и плотной комплекций. Интерес к моей юности 15-20-летней давности (а встретились мы летом 2007 года) был вызван желанием избежать молодых парней, любителей «мамочек». А пацифизм объяснялся тем, что весной был призван на военную службу ее старший сын, ясное дело, что никто так не желает мира во всем мире, как родители солдат-срочников.

Секс первого захода тоже был стандартен и объясним. После жарких поцелуев и страстных объятий с параллельным высвобождением от малочисленной в силу жаркой погоды одежды последовали водные процедуры (в силу миниатюрности душевой кабинки – раздельно) и перемещение на траходром. Насосав и надрочив мою дубинку в жестком и энергичном стиле, получив в ответ накрутку сосков и бесцеремонное лапание всего тела с упором на нижние дырочки, уловив по деталям поведения и оттенкам дыхания, что Кристи относится к числу дам, которые не любят излишнее миндальничание в постели, мы зачехлили инструмент (это было обязательным и необсуждаемым условием, ставшем известным еще при переписке), я взгромоздился на Кристи, забросил ее ноги себе на плечи, смачно ввел член на всю глубину в мокрое влагалище и принялся трахать… Нет, не так! Я с огромным кайфом засунул хуй в ее хлюпающую пизду и начал ебать. Вот так точнее.

Кристи подмахивала и подвывала, Кристи тянула меня за мех и царапала тело ногтями, Кристи не словами, а всем своим поведением поощряла и подстегивала меня брать ее грубее и быстрее, да я и сам возбудился не на шутку от такого животного траха, так что, когда стал подступать финал, всего лишь один процент сознания проголосовал за то, чтоб достать член, расчехлить и спустить партнерше в рот, а остальные девяносто девять подавляющим большинством опрокинули тело хозяина на Кристину, задрав той ноги чуть ли не до ушей, и заставили в бешеном темпе продолжать фрикции, целуя параллельно в губы, лицо, шею, до тех пор, пока пик наслаждения не выгнул и не впечатал наши тела друг в друга, содрогаясь с каждым выбросом спермы и каждой волной оргазма.

Вот тогда-то, после сладостного изнеможения от классной ебли, после помывки и перекура, уютно пристроившись головой на моем плече и закинув ногу мне на волосатое пузо, Кристи отчего-то вспомнила анекдот о девственнице перед четвертым браком.

- Да нет, - со смешком возразила она, - мозги трахать он конечно тоже горазд, как вся ваша братия, но и про тело не забывает. А помнишь, ты на Мамбе задал мне вопрос, как я отношусь к анальному сексу, а я как бы мимо ушей пропустила и перевела тему?

- Помню, - ответил я. – Я посчитал, что ты не любишь и не практикуешь анал, и моя настойчивость негативно отразится на возможности встречи.

- Знаешь, до какого-то времени, как и многие женщины, я была уверена, что трах в задницу – извращение. И что это скорее ругань-оскорбление, чем описание реального способа. От подруг тоже слова хорошего про анал не слышала: все с ужасом закатывали глаза, отрицая саму мысль анального секса, а единственная проговорившаяся еще с большим ужасом подтвердила, как это больно и конфузно. Первый муж туда и не лез, второй при первой же попытке превентивно получил по рукам, тема как бы закрылась. И представь мое удивление, когда спустя полгода после смерти второго мужа, решившись, как многие советовали, для здоровья, завести любовника, он без малейших колебаний открыл закрытую тему, в ураганном темпе уговорил-уломал-убедил, и вместо ожидаемой дикой боли с предвкушаемым скандалом перед расставанием с этим извращенцем я получила такой кайф, такое удовольствие, такое наслаждение процессом, что ничего из моего более чем десятилетнего опыта до того и близко не стояло. Прямо как волшебство, честное слово, я так восприняла, как подарок судьбы за мои мытарства со скитаниями по городам и весям после развала страны, за малолетних детей без отца, за неудавшуюся личную жизнь.

- Чудо-гель способствовал?

- Только если он был фокусником, и врал насчет того, что врач. Что? Да нет, не гинеколог и не проктолог. Окулист. Неоткуда было взяться тюбику, мы с ним лежали голые в постели, как сейчас с тобой, да этих гелей тогда еще и в продаже не было особо. Не совсем насухую, ты что? Моя смазка, его слюна и всё. Нет, не всё. Еще рокотание его голоса, уже непонятно на что уламывающего, уже ж согласилась, на четвереньки встала, и руки-руки-руки по всему моему телу, жар от рук по телу, жар от его речей в мозгу. Гипнотизер, говоришь? В мединститутах факультативно проходят все врачи? Вот это, значит, я магнит для гипнотизеров, с тех пор одни гипнотизеры мне попадались. Хлебом не корми, в рот не бери, дай только в попку письку затолкать. Товарищ программист, а вы гипноз не изучали случайно?

- Изучал, - солгал предельно возбужденный этим рассказом товарищ программист, ждущий только удобного момента для перехода от теории к практике, - становись в позу.

К сожалению, зачехления избежать не удалось, но неохота было спорить, мне не терпелось ввести Кристину в транс, или транс в Кристину, если теперь это так называется.

Какая это была попа, дамы и господа! Вот прямо идеальная для анального секса. Ввод головки в анус – никаких проблем, словно втыкаешь во влагалище спустя секунду после извлечения. А внутри … ммм… тесно, жарко, обволакивающе … и никакого хлюпанья, отвлекающего от размышлений на сопутствующие темы… в общем, не перепутаешь, туда попал или не туда.

Кайфовала и Кристина. Не так неистово во внешнем проявлении, как при вагинальном сексе, но не было тайной за семью печатями, что внутренне этот вид ей нравится больше. Не всполохи открытого огня с меняющимися каждую секунду языками пламени, а ровный жар раскаленных докрасна углей, если будет позволено такое сравнение.

Всему хорошему, увы, рано или поздно наступает конец. Подоспел и финал анального секса с Кристиной. Не буду хвастаться своим умением суперлюбовника, думаю, что она сама, обычная женщина трудной судьбы с продолговатым, будто исхудалым, лицом, большими темными глазами, короткой прической и угловатой фигурой подростка-переростка, смогла подогнать свой оргазм по времени под мой, заохала, застонала, задвигалась вразнос, коротко, на секунду, не то всплакнула, не то засмеялась, вжалась в меня всей поверхностью отнюдь не пышных ягодиц и обмякла, пока я брызг за брызгом извергался, испытывая огромный кайф и предвкушая блаженство скорого покоя.

Про готику не забыли? Сейчас будет.

Кончив Кристи в попку, постоял несколько секунд, восстановил дыхание. Осторожно вынул член. И тут…

Как там бывает в фильмах ужасов? Резко темнеет, звучит тревожная музыка, дробь барабанов, крещендо оркестра, вдруг могильная тишина – и тут…

Остатки волос на моей лысой башке встали дыбом, и я чуть не заорал от ужаса, когда взглянул на извлеченный из нее член. Я знаю, о чем вы подумали, но поверьте, нервы у меня крепче, чем стальные канаты космических буксиров, и от «петрушки в шоколаде» я бы не пришел в ужас, словно от конца света. Нет, с чистотой и естественностью цвета все было в порядке. Что меня и изумило (в старорусском значении этого слова).

Кожа моего драгоценного органа порвалась на клочья и жалкими лоскутами висела у основания ствола. Я чуть не рванулся к тумбочке, где лежал мой сотовый, в тщетной попытке вызвать «Скорую» для оказания неотложной помощи. Я чуть не офигел, прокрутив за долю секунды в мозгах весь спектр проблем, который последует за этой травмой. Нагнетая напряженность, можно сказать, что я был на грани обморока и сердечного приступа, но это уже перебор.

А потом я расхохотался!

Это порвался дурацкий презик и живописными лохмотьями, вперемешку со спермой и смазкой, свисал с колечка-основания. Гандон гандоном, а ведь напугал-то как!

Рассмеялась и Кристина, притихшая в первую секунду при моем ступоре, отправила меня мыться, затем пошла сама. Перекур, одевание, вежливое «до свидания» портье, его неизменный ответ «До свидания, заходите снова, будем рады вас видеть», вызов такси, чмоки-чмафки и все такое, сожаления, что мой отпуск кончается и скоро уеду, хотелось бы еще встретиться, ну да ладно, и так хорошо, спасибо тебе, и тебе спасибо… Стандарт!

Поздно вечером, я уже готовился ко сну, поступила СМС-ка от Кристи в виде шутливого четверостишия-экспромта, что-то вроде:

Жесть? Или готика?..

март 2015 г.

Вот схватит муза за горло – пиши и именно про эту! Зачем, почему – не колышет, пиши и все! Вызвала выброс из долговременной памяти в оперативную события примерно трех-четырехлетней давности, и желание поделиться ими с читателями. Итак, вперёд!

Знакомство с Лилей (так я буду ее называть, не Лилия, а Лиля, чтобы отличить от героини «Якутского дневника») произошло для большинства моих знакомств банально – на сайте знакомств. Причем я даже не понял, что заставило меня ей написать, потому что местом ее жительства была указана Москва (а живу я весьма далеко от столицы и обычно не завязываю переписку, которая в силу географической отдаленности не может быть доведена до реальной встречи), фото не было (то есть исключался вариант привлеченности внешним видом), и никаких пунктов про секс (а равно и не про секс) в ее анкете не было. Просто – женщина такого-то возраста (возраст был указан примерно на 5 лет моложе моего) познакомится с парнем. Возможно, что именно такая лаконичность и аскетичность меня и привлекла, ибо уже тогда жительницы крупных городов и особенно москвички старались и фоток побольше в анкету включить, и нечто умно-привлекательное написать, чтоб мужчины слетались как мотыльки на огонек.

На тот момент я и не понял, почему вдруг она ответила, и завязалась переписка, потому что и моя анкета того периода была столь же лаконична (парень познакомится с девушкой, возраст и регион проживания указаны реальные, больше никаких пунктов нет). Позже, конечно, стало понятно, почему она ответила (это у меня не было в ближайшем будущем запланированных поездок в Москву, а она видимо знала о своей предстоящей поездке к нам).

Не скажу, что переписка была интенсивной и длительной. Привет, как дела, как погода, что нового на работе? Привет, все нормально, погода отличная или ужасная, на работе тишь-гладь или завалы! Обменялись номерами телефонов, но до разговора или даже до обмена смс-ками не дошло. Она упомянула, что в нашем административном центре – городе Эмске – есть у нее родственники, к которым она иногда приезжает, но внятного ответа на вопрос, как скоро предвидится ее ближайшая поездка, не дала.

Дней через 10-15 после знакомства на сайте, сижу как-то вечером в гостях, собрались друзьями выпить-поболтать-поиграть в карты, приходит мне смс-ка с неизвестного мне номера примерно такого содержания «Привет! Я уже тут. Как поживаешь, что нового?». Без подписи. Это вам, читателям, легко предположить, что то была смс-ка от Лили. А так как я с одной стороны знал ее номер, занесенный в контакты телефона, а сообщение пришло не с него, и с другой стороны – вел разработку нескольких других женщин и им давал свой номер без получения ответного, то и не представил в тот момент, что это именно она.

Максимально тактично в ответном сообщении я приветствовал ее, выражал радость от ее прибытия и интересовался, а кто же она? Ответ пришел, как мне показалось, несколько в обиженном тоне «Лиля из Москвы». Естественно, прибыв в наш регион, она сменила сим-карту, а не телефон, поэтому мой номер у нее остался, но я-то не знал о новом номере нашего региона.

По пути домой я позвонил ей. Думал, что она и интонацией даст понять, что обижена на неузнавание, однако разговор был весьма радушный и приветливый, будто старые знакомые после долгой разлуки вновь готовятся встретиться, а не первые смущенно-подавленные реплики, когда не знаешь, о чем говорить с незнакомым человеком.

Эмск – это не отдаленная Москва, это всего полтора-два часа на машине, и я начал во время разговора деликатно узнавать ее планы на ближайшие дни, довольно прозрачно намекая, что могу приехать, встретиться и провести приятно время. Она сперва задумалась, насчет ближайших дней сказала, что ей надо обойти всех родственников в Эмске (тогда я как раз узнал, что оказывается, она родом из наших краев, однако после школы уехала в Москву, поступила в институт, и так там и осталась), то есть времени не будет, и, уж не знаю, озарением случилось или домашняя заготовка сработала, она сказала, ой, у меня и в вашем Энске есть родственники, я бы хотела их тоже повидать.

Ну и отлично! Договариваемся, что когда она приедет, она мне напишет или позвонит, тогда и определим конкретное время и место встречи.

Этот разговор был вечером то ли вторника, то ли среды, а в пятницу вечером получаю смс-ку: «Я в Энске. Позвони мне». Перезваниваю, и, честно говоря, переживаю, что она вдруг пожелает встретиться именно сейчас, потому что будет трудновато и залегендировать мое отсутствие дома, и в кафе сводить (притом продумать, в каком сегодня с наименьшей вероятностью могут оказаться мои знакомые), и квартиру посуточную снять (причем еще и не знаю, она пойдет на секс или ограничится только кафе). Но так как перезвонил я моментально, она наоборот так поняла, что я готов к встрече прямо сейчас, и стала приводить доводы, что она сейчас не может, и устала с дороги, и родственники не поймут, если она сейчас же куда-то уйдет, и какие-то другие родственники обещали вот-вот зайти ее повидать, но завтра с утра, хоть в 8 часов, она полностью будет готова к встрече.

Завтра так завтра, утро так утро, меня полностью это устраивает, только конечно не 8 часов, а часом попозже. В 8 я отвожу жену на работу и младшего к бабушке, старший сам идет в школу, я еще успеваю заехать в одну из своих контор, убедиться, что недавно сделанное обновление программного обеспечения не сбоит, и без пяти минут 9 подъезжаю к подъезду дома, адрес которого она мне вчера сказала.

Контрольный звонок.

- Лиля, привет! Я приехал, у подъезда жду тебя. Машина такого-то цвета, номера такие-то.

- Привет, DD! Да, спускаюсь уже.

И кому-то другому реплика «Ну, я пошла» перед отбоем, то есть она, очевидно, была готова и ждала именно моего звонка, чтоб выйти из квартиры.

И вот из подъезда выходит и приближается к машине… можно сказать, полная противоположность Лилии из Якутии – Лиля из Москвы. Не огненногривая львица, а каре черных волос. Не пышнотелая красавица с полотен Кустодиева, а прелестная незнакомка кисти Крамского. Изящный гардероб в черно-белых тонах, немного серебряных (или платиновых, я не разбираюсь, если честно) украшений, макияж подчеркивающий красоту, нежно-белая кожа лица и рук, уверенный в себе взгляд привлекательной и умной женщины, но конечно, некая опаска с настороженностью, ибо понятное дело, разговоры и сообщения в свой черед, а личное знакомство – это уже другое дело.

Первый личный привет, первый взгляд глаза в глаза, первая улыбка. Не решаюсь поцеловать ее, черт его знает, видна ли машина с балкона, и как она (или ее родственники) могут отреагировать на такую фамильярность, но легонько глажу ее по руке, и включаю зажигание.

Первый вопрос Лили, как только машина вырулила со двора на улицу:

- DD, можно в машине курить?

- Можно, конечно, кури. Но мы сейчас приедем домой, с кофе же как раз получше будет.

- А я и с кофе покурю, - улыбается озорной улыбкой не почтенной женщины, а старшеклассницы, дорвавшейся до запретного плода, и достает из сумочки пачку сигарет.

Позвольте лирическое отступление. Был у меня знакомый дядя Андрей. Настоящий мужик! Строитель по профессии, прокладчик БАМ-а и покоритель целины, рыболов и охотник по хобби, ужасный матерщинник в мужской компании, и нежный дедушка с внуками. Курить начал с беспризорного послевоенного детства, и курил до самой смерти по 2-2.5 пачек папирос «Прима» в день. Умер, конечно же, от рака легких, потому что никаких иных болезней или болячек не имел за всю свою жизнь.

Вы же уже по названию рассказа и по первой Лилиной реплике поняли, к чему это? Все верно, Лиля была ярой курильщицей. Не «Примы», конечно, а каких-то дамских сигарет в тонкой пачке, дым которых пахнет воздухом, а не табаком, но тем не менее. За 10 минут, которые мне потребовались, чтоб доехать от дома ее родственников до нашего, она выкурила две сигареты. Как только я придвинул журнальный столик к дивану, на который ее усадил, и собирался пойти в кухню поставить кофе, она попросила дать ей пепельницу, и в третий раз достала из сумочки пресловутую пачку.

Я накрыл легкий кофейный стол. Кофе, шоколад, коньяк, ну а сигареты у каждого были свои (по французской поговорке, что раз кофе начинается на букву «C», то и требует трех остальных «C» и никакого лимона). Сидим, болтаем ни о чем. Ее потянуло на ностальжи, рассказывает, как было в Энске и Эмске много лет назад, когда она училась в школе. Мне в какой-то мере интересно, потому что тогда я еще не жил здесь, но более меня занимает вопрос, а как перейти (и переходить ли) к более тесному телесному знакомству, потому что тема секса еще не звучала ни в инет, ни в телефонных разговорах. Я даже не знаю, замужем ли она, только по вскользь брошенной реплике понимаю, что есть у нее дочка старшего детсадовского возраста, но привезла ли она ее собой или та осталась в Москве – неизвестно.

В то же время спинным мозгом чувствую, что-то будет. И моя симпатия к ней велика, каждый взгляд на нее непроизвольно заставляет меня даже не улыбаться, а плотоядно оскаливаться, и дальше я каждый раз усилием воли заставляю мышцы лица прийти в культурный вид. От нее пахнет какими-то великолепными духами, одновременно пробуждающими и романтичное настроение, и страсть. И слава богу, что дым сигарет не может перебить этот волнующий запах. Мимоходом касаясь то ее руки, то бедра, то плеча, вижу, что ей приятны эти прикосновения, она не отодвигается, не настораживается, но конечно, покамест остается в рамках приличий, и сама не делает никаких шагов к сближению.

За чашкой кофе я выкурил одну сигарету, а Лиля, кажется, три. Ну одну она выкурила, ожидая, когда я поднял очередной тост, и меня прервал звонок с конторы на мой сотовый, и я пару минут объяснял, что и где надо нажать. Мне еще подумалось, надо бы отключить телефон, ничего страшного за час-полтора не случится, но потом как антитезис, они же там настырные, станут на домашний звонить, а отключение домашнего не просто нажатие кнопочки, надо лезть под стол, нашаривать разъем и еще надо суметь объяснить гостье, зачем проделываются эти манипуляции.

Нащупывая пути, я рассказал пару анекдотов с сексуальным подтекстом, она, чуть смущаясь, тоже в ответ рассказала похожий. Анекдот оказался очень смешным, она глядя на мой хохот, тоже стала смеяться, как будто в первый раз услышала, и, попав в такт раскачиваниям смеха, наши лица в какой-то момент оказались очень близки друг к другу. Еще раз ощутив чарующий аромат ее парфюма, я решился идти напролом!

Мое лицо не отодвигается от ее лица, руками я начинаю гладить ее волосы цвета вороного крыла. Мимика ее лица меняется от хохота к улыбке, потом просто внимательный взгляд мне в глаза. Стараюсь вложить в ответный взгляд всю мою нежность и страсть, которую питаю к ней в этот миг. Все ближе и ближе, и вот сперва мой большой нос коснулся ее щеки, и сразу же губы прижались к ее губам. Какие сладкие и нежные губы были у Лили, мммм… Как она сперва просто подчинялась моему напору, а потом закрыла глаза, наощупь загасила очередную сигарету в пепельнице, и мы стали страстно целоваться.

Меня часто упрекают в том, что я все делаю рассудочно и логично. Не спорю, чаще всего так и бывает. То есть по логике моего подхода к этому делу, после начальных поцелуев, уж коли они случились, и стало понятно, что мужчина и женщина хотят секса, я должен был частично раздеть ее, возбудить еще немного поцелуями груди и троганиями сквозь трусики, затем отправить в ванную, самому раздвинуть диван, постелить белье, после того, как вернется она, самому пойти под душ, и потом уже со спокойной душой отдаться всем возможным и невозможным любовным ласкам.

Однако с Лилей страсть затмила полностью и мои мозги, и, наверное, ее. Какая ванная, какой диван, когда под моими губами так услужливо поддаются ее, когда мы сосем языки друг друга, и не насыщаемся ласками. Сразу говорю, что ряд дальнейших событий до некоего эпизода, я не помню, а просто восстановил по наиболее вероятностному пути.

У меня не хватило терпения дать ей минуточку, чтоб нормально раздеться. Я стал щупать ее тело, вытащил блузку из брюк, стал расстегивать пуговицы снизу вверх, при этом стараясь не прерывать поцелуя в губы. Дорасстегнув до лифчика, я не догадался в пылу страсти чуть приподнять ее (а она уже полулежала, я на ней и она ответно расстегивала пуговицы моей рубашки, только сверху вниз), чтоб найти застежку, и вывалил грудь не с верхней части, а подтянул бюстгальтер вверх. Какая классная грудь, как хочется ее поцеловать, пососать соски, но и отрываться от губ ой как не хочется!

Она гладит мою грудь, расстегнув рубашку, слегка сжимает мои соски. Ее руки блуждают по моему меху, я аж урчу от приятности ее ласк. Все-таки от губ приходится оторваться, в максимальном темпе я снимаю с нее брюки, бросаю на стоящее рядом с диваном кресло, туда же летят мои брюки с трусами, ее трусики я стягиваю, но они продолжают болтаться на щиколотке левой ноги, которая на полу, а правую ногу я кладу на спинку дивана. На снятие моей рубашки с майкой и ее блузки с лифчиком терпения не хватает – и вот картина маслом. Оголенные ниже пояса мужчина и женщина, но выше пояса с расстегнутыми и не снятыми рубашкой и блузкой, с задранными на шею лифчиком и майкой, яростно трахаются. Я снова вернулся к столь привлекшим меня губам, грудь тискаю и иногда посасываю соски, но снова упорно возвращаюсь к губам, а она тоже самозабвенно целуется, гладит мои бока и спину, иногда слегка царапает ногтями ягодицы.

Нежно-страстный трах длился ли минуту или пять или десять, сказать не могу, но нашу безумную страсть сбил звонок телефона. Моего. Сотового. Первая мысль была, к черту, пусть звонят до посинения, брать не буду. Вторая мысль – верещание звонка напрягает, надо отключить. Не смотря, тянусь рукой к журнальному столику, чтоб нашарить кнопку сброса. Но Лиля этот жест поняла, что я возьму трубку и буду отвечать, соответственно убрала свои губы от моих и чуть повернула голову набок, давая мне возможность говорить по телефону. Ну ладно, раз так, посмотрим, кто там звонит и чего хочет?

По закону подлости, звонили из той самой конторы, где я уже был утром, и откуда звонили чуть попозже. Обновление все-таки село кривовато, и вариантов было два. Если б за компьютером сидел я, нужные манипуляции для преодоления ошибки заняли бы одну минуту или меньше. Я попытался сказать, приеду через час и все исправлю, это вызвало бурю негодования, тем более звонил не оператор, а начальница этой конторы. Она передала трубку наиболее продвинутой в компьютерном плане сотруднице, и я начал шаг за шагом объяснять, что им следует сделать, чтоб все вошло в колею.

Разговор я начал, когда мой член еще был в Лиле. Но уже поняв, что быстро завершить телефонный разговор не получится, я счел и для себя неудобным, и некрасивым жестом по отношению к такой хорошей партнерше, продолжать ее трахать, одновременно решая по телефону свои проблемы. Улыбнувшись ей как можно ласковей и просительным выражением лица дав понять, что звонок очень важный, надо на него ответить и снова потом продолжим, я вытащил член из нее, сел рядом, и машинально поглаживая ее бедра и иногда проникая пальцем во влагалище и теребя клитор, продолжил давать указания.

Такие машинальные ласки, по всей видимости, Лиле не очень понравились. Она тоже выпрямилась и села, сняла, наконец, болтающиеся на ноге трусики и бросила на кресло, расстегнула лифчик и сняла, но блузку оставила, и даже немного запахнула. В общем, было понятно, что если этот звонок и мой разговор ей и не понравился, но она не настолько обижена, чтоб начать одеваться и уходить, а просто подождет завершения, и мы продолжим. Что она сделала в первую очередь, догадались? Конечно же, достала и прикурила очередную сигарету.

А разговор, между тем, затягивался. Чего-то там не получалось у сотрудницы в таком виде, в каком я представлял в своих мыслях. Естественно, от этого я нервничал еще больше, и возможно, еще больше ошибался, объясняя, что и в каком порядке надо сделать. Уже усомнившись в своей памяти, я пошел в рабочий кабинет, достал из ящика стола листок с настройками, вернулся на диван и стал пункт за пунктом зачитывать, а сотрудница на том конце провода проверяла их.

Было стыдно и неудобно перед Лилей за так бездарно прерванный акт, было дискомфортно и члену, вырванному из уютного гнездышка, понятно, он начал постепенно сникать. Умничка Лилечка, увидев такое, подсела поближе и стала гладить мне член, подрачивать его, поддерживая в рабочем состоянии, и при том не забывала иногда делать затяжку и выпускать дым. Благодарно улыбнувшись ей за такое понимание и поддержку, и погладив по голове, я вновь углубился в листок, зачитывая очередной параметр, дожидаясь ответного «да» и переходя к следующему.

И вдруг, моему члену стало чересчур уж приятно, ручками так не сделаешь. Скосив глаза набок, я увидел, как Лиля, удобно примостившись на живот и опираясь грудью на мое бедро, взяла в рот и медленно посасывает мой член. Не минет и не отсос, с позволения сказать, если можно провести такую градацию, а именно легкое посасывание на грани игры-ласки-дразнилки. Пара легких заглотов, один глубокий с облизыванием внутри рта языком по венчику, затем достает изо рта, таким же лениво-медленным темпом делает рукой онанирующие движения, делает очередную затяжку, выпускает дым, кладет сигарету в пепельницу и снова берет в рот.

Просто офигеть! Да, бывало, что я курил или говорил по телефону, когда партнерша мне сосала, но это было не в первую интимную встречу, а когда она дала мне понять, что любит, когда к ней во время секса относятся с пренебрежением, как к последней шлюхе. Было, когда я другую подругу загнул в коридоре раком, когда она красилась перед зеркалом, и стал ее там натягивать, а она назло мне не показывала свою приятность или наоборот, раздосадованность, а продолжила накладывать свой макияж, дразня меня нарочитым безразличием к происходящему. Но чтоб женщина сосала и сама параллельно курила, такого еще не было.

И хочу сказать, приятность тоже была больше морального плана, чем физиологического. То есть было приятно, что она заботится обо мне, не допускает сникания члена, не обращает внимания на мою занятность разговором, но данный темп не мог никак привести организм к оргазму, но она и не ставила такую цель, а скорее занимала себя и косвенно давала мне понять, что ее желание в силе, и мне надо побыстрей заканчивать с разговором.

На третьем с конца параметре было найдено долбаное расхождение, я облегченно дождался ответа «вышло окно, написано ‘операция благополучно завершена’», сказал «перезагружайтесь и работайте». Положил листок и телефон на стол, все-таки отключив его. Лиля уже загасила сигарету, и теперь просто сосала, не вынимая изо рта ни для дрочки, ни для затяжки, но в таком же медленно-ленивом темпе.

Я погладил ее волосы и приподнял.

- Ах ты моя хулиганка! – сказал я ей, поцеловав нежно в губы. – Ты мешала важному правительственному разговору? Что с тобой будем делать?

Лиля словесно ничего не ответила. Но ответила на мой поцелуй, обняла меня за плечи, и потянула меня на себя, приняв точно такую же позу, в которой мы трахались до звонка: она лежа на диване, одна нога на спинке, другая на полу, и я на ней.

И снова страсть затмила разум. Я забыл свои мелькавшие во время разговора и минета мысли, что когда снова возобновятся ласки, надо будет нормально раздеться, раздвинуть диван, постелить белье. Я снова с небольшим усилием вставил в нее член, влагалище приняло его как родного, обволокло теплотой и уютом, и понеслись косые в щавель, а душа в рай!

Никакой смены поз, никаких изысков и извратов. Строгий трах в миссионерской позе, сопровождаемый частыми поцелуями взасос и редкими в грудь. Опять-таки, не могу сказать, как долго продлился этот секс – минуту, пять или десять, - но меня вывел из этого беспамятного экстаза (и тем самым приблизил финал) ее шепот: «Не в меня, пожалуйста!».

Рациональная часть составляющей DD на такую просьбу обычно реагировала вполне благосклонно, еще какое-то время партнерша была трахаема, затем член извлекался из нее и давался в рот. Несомненно, я б с вящим удовольствием повторил бы такой фрагмент и с Лилей, но моя эмоциональная составляющая, и так бывшая на пике удовольствия, восприняла ее слова как немедленную команду эякуляции. Я на автопилоте успел достать член из нее, но чтоб донести до рта, не могло быть и речи! Сперма брызнула фонтаном на ее живот, заполняя впадину пупка, и медленно стекая вниз, к V-образному клинышку черных волос на лобке.

Практически все время секса Лиля лежала подо мной, трахалась и целовалась, с закрытыми глазами. Ощутив мое кончание, она открыла глаза, внимательно и молча смотрела, как я замедляющимися движениями выдаиваю из ствола остатки спермы и размазываю головкой по животу и лобку, и только частое дыхание и двигающиеся как бы сами по себе губы свидетельствовали о ее также предельном возбуждении.

Неожиданно Лиля сделала нечто, что совсем не вязалось в первом приближении с ее просьбой не кончать в нее. Ведь что означает «не в меня»? Что есть опасность забеременеть, если сперма попадет во влагалище. Она чуть потеребила начинающий терять упругость член, снова погладила свой живот, повторяя ладонью мои размазывающие сперму движения, и … (я чуть не схватил ее в тот момент за руку), измазанными в моей сперме пальцами потянулась к себе во влагалище.

Впрочем, хорошо, что я не сделал такого движения. Ибо стало понятно, что она совершенно не ставит своей целью искусственно забеременеть от меня, а всего лишь парой движений потеребив свой клитор (к которому, к моему стыду, я считай и не притронулся за все время интима), закрыла глаза и пронзительно охнула.

Конечно, это был укор мне: получить такое наслаждение от секса с ней, и не позаботиться о ее оргазме. Чтоб как-то искупить вину, пока она лежала с закрытыми глазами, я взял с журнального столика салфетку и стал вытирать ее тело от следов спермы. Поцеловал ее руку, которая после получения оргазма бессильно лежала на лобке. Затем потянулся к ее губам, она открыла глаза, мы поцеловались и вроде одновременно шепнули друг другу «Спасибо!». Хихикнули от этой одновременности, и, отстранившись, стали одеваться.

По подразумеваемому уговору мне надо было доставить ее туда, откуда забрал. Но когда мы выпили по последней чашечке кофе, и я произнес последний тост «За скорое повторение столь приятной встречи!», и она выкурила две очередные сигареты, уже собираясь пойти в прихожую и обуваться, Лиля подошла к окну, и обратила внимание на местность, куда выходили окна.

- DD, а отсюда далеко памятник (ну пусть будет Ленину)?

- Из подъезда выйти, 3 минуты пешком, вон за тем домом (пусть будет Красная) площадь. А что?

- То-то я смотрю, что-то знакомое. Мне туда надо, на площадь. Давай я сама пойду, не надо меня везти.

- Как скажешь. Собственно, могу и на площадь отвезти, но пешком даже быстрее.

- Нет, я сама.

Прозвучали в прихожей последние слова, взаимно уверяющие о том, как нам было приятно, и как желанна скорейшая встреча. Последний поцелуй, последний раз вдыхаю ее обворожительный аромат. Зацокали каблучки по ступенькам, я вернулся в комнату, и посмотрел в окно, как удаляется изящный силуэт молодой женщины с перекинутой через плечо сумочкой на длинном ремне. Вот тропинка обогнула здание напротив, и она пропала из виду.

Перед тем, как приступить к уборке и проветриванию, я присел на диван, посмотрел на пустые чашки и рюмки, полную пепельницу, в которой помимо окурков белела также салфетка, которой я вытирал с Лили мою сперму. Ярко вспыхнули в мозгу сегодняшние эпизоды, снова всколыхнулась страсть, снова встал член, и, не выдержав напора гормонов, чтоб как-то успокоиться и войти в обычную колею, я провел еще один сеанс секса, сам с собой одной рукой. Такое вот случилось в тот день удивительное происшествие, с чудесной женщиной по имени Лиля.

февраль 2011 г.

Кафе. Перед ним фонтан. На стене обшарпанного дома – помпезное панно, выдержанное в голубых тонах. Не в гейском смысле слова. Это были голубые дали сияющего будущего – рабочий и колхозница, балерина и футболист, Братская ГЭС и орбитальная станция «Мир».

Впрочем, оно ничуть не дисгармонировало с обликом этого маленького городка, словно застрявшим на четверть века в прошлом. Неизменны были названия улиц Ленина и Кирова, Свердлова и Фрунзе, Шаумяна и Орджоникидзе. Славили мир, труд и май потрепанные, но не снимаемые лозунги. А обращение «товарищ» звучало не только на совещаниях и заседаниях, но и в общественном транспорте и магазинах.

Я был «старшим помощником младшего дворника» в команде кандидата в депутаты. По-честному, именно тут ему ничего не светило, но деньги на выборы выделены и их надо осваивать.

Мы сидим в кафе с учительницей истории одной из школ, где наш кандидат должен был толкать речь перед учениками и преподавателями, а она должна была быть типа нашей провожатой. Звали ее Маргарита … не то Александровна, не то Алексеевна, уже не помню. Возраст ее, опять-таки, не по паспорту узнал, а какой-то фразой она его обозначила: «10 лет еще до пенсии», значит, было ей 45. Замечательный возраст! Известный в народе, как «сорок пять – баба ягодка опять».

- А Вас ученики за глаза называют «королевой Марго», верно? – сделал я ей легкий комплимент. Я не врал, выглядела она не потрепанной и злой училкой, а нормальной, в меру полной, симпатичной и улыбчивой женщиной, с румяными щечками и непослушной прядью старательно подкрашенных, иссиня-черных волос, то и дело спадающих на лоб.

- Да кто сейчас читает Дюма, бросьте! Спасибо конечно, - улыбнулась, значит оценила, - я думаю, что Риткой, да и слава Богу, а то к нашей математичке как прилипло Баба-Яга, так и не отлипает.

- Такая страшная и старая?

- Молодая и красивая! Фамилия Бабкина. Детям, знаете ли, много не требуется, чтобы досочинить.

Упоминание «королевы Марго» принесло свои плоды. Узнав, что я ничего особо не помню из романа, даже порядковый номер короля Генриха улетучился из памяти, она мне прочитала мини-лекцию об отличиях романной королевы Марго от реальной Маргариты Наваррской. По ходу досталось и Дюма-отцу, который использовал историю только как гвоздь для картин, а мог бы сделать свои романы не только достоверней, но и интересней, ибо жизнь реальной Маргариты была богаче политическими и любовными приключениями, чем сентиментальный образ романной героини.

Хммм… Это намек или как? Слушаю, как пылко говорит Маргарита, перечисляя разных герцогов и графов, побывавших в постели у королевы, и мне чудится, что она сама тоже не прочь была бы оказаться на месте любвеобильной правительницы. Она мимоходом зачерпнула очередную ложечку мороженого и, облизав её, продолжала мне вещать о коварствах и интригах… Невольно воображаю ее ритмичное подскакивание на моем члене, как прыгают вверх-вниз офигенные сочные груди, как в ее кулачке будет зажата не ложечка, а кое-что длинней и толще. Да, поедание мороженого выглядит весьма эротично и дает простор фантазии. Мы незаметно перешли на «ты», она вся в своей истории, а я все ловлю взглядом её розовый язычок, эротично слизывающий мороженое…

А если попробовать? Симпатичная же… Чем черт не шутит?

- Марго! – она замолкает и смотрит на меня. А я держу паузу. Просто смотрю ей в глаза и улыбаюсь. До тех пор, пока не вижу ее ответную улыбку. – У меня есть к тебе одно предложение. Ты можешь обидеться и отказаться, конечно же. Но можешь и согласиться, и так будет для нас гораздо лучше.

- Никаких махинаций с голосами! – хмурится Марго и резко гасит свою улыбку. – Вы там наверху делайте что хотите, а я себе такого не позволю. Пусть я буду глупой в ваших глазах, но честной.

Да пошли в задницу все политики! У меня сейчас личные дела, и на фиг мне надо решать еще их проблемы добровольно, на то есть специальные люди, получающие за это деньги. Маргошка явно переоценила и мою роль в избирательной кампании, и свою тоже.

- Пусть мертвые хоронят своих мертвецов, - отвечаю ей с брезгливым выражением лица. – Меня они вообще не интересуют. Мое предложение исключительно личного характера. «Для нас» - означало для меня и тебя, а не для каких-то дурацких партий.

- Ой, извини! – Марго смущенно улыбается. – Ну сам понимаешь, о чем сейчас постоянно все говорят и пишут, не в ту степь пошла, прости, пожалуйста, я не нарочно!

- Бывает, ладно, - прощаю ее великодушно. – А хотел тебе вот что сказать… - и снова тяну паузу, улыбаюсь и смотрю ей в глаза, мечтая о внезапном обретении дара гипноза.

- Ну что? – чуть погодя, вроде бы даже с кокетством, спрашивает она. – Говори, не томи!

Не знаю, чисто ли внушением добился передачи мыслей и желаний, но бьюсь об заклад, она уже в теме.

- Романтичное приключение. Приятное и незабываемое. Я и ты вдвоем. Без стеснений и заморочек.

- Но почему я? – всегда интересен первый вопрос женщины, когда карты раскрыты.

- Ты мне нравишься. И вот уже полчаса, как я тебя хочу! - честность – лучшая политика.

- Но… я не знаю, я не готова, - Маргарита явно растеряна, она не хочет отказывать, но не ожидала такой резвости, - где, когда, как, - и снова повторяет, - я не знаю, я не готова.

Такое смятение делает ее очень похожей на молодую девушку, девственницу перед первым актом, и я сразу чувствую себя старше и опытней, несмотря на то, что в реале младше лет на 5, и даже преисполняюсь осознанием ответственности за все возможное, что нам скоро предстоит.

- Сегодня и сейчас, - отвечаю я. – Смелей, Марго, ни о чем не думай! И не беспокойся! Мы с тобой взрослые люди, знаем, чего хотим друг от друга.

– Но я… – мнётся она, но вижу, что уже созрела.

– Марго, я отвезу и привезу тебя в целости и сохранности, обещаю!

- А ты… - лицо Маргариты заливает пунцовая краска, мне кажется, именно в эту минуту она подумала конкретно о сексе, а не формальной мишуре «куда, как и когда», - а ты серьезно? Не смеешься? - почти шепчет она, смущенно опуская взгляд и слегка покусывая губу.

Что я мог ей ответить? Что член горит, и, будь моя воля, я б засадил ей прямо здесь, не отходя от кассы?! Нет, дамы и господа, я ей ничего не отвечаю, молча расплачиваюсь, беру за руку и коротко командую:

- Вперед, сударыня!

Куда же? Естественно, в «свой» загородный коттедж, который сняли для проживания всей нашей команды на период предвыборной кампании.

Историко-политические темы в машине чередуются с:

- А я уже бабушка, ты в курсе?

Или:

- Если б знала, с утра другое белье надела. Давай вернемся, и в следующий раз?

И ещё:

- Кому б рассказать – не поверят… До брака только с одним встречалась… Потом муж…Как он умер три года назад, ни с кем не была… Бог троицу любит, да?

Вижу, что она сильно нервничает и таким образом подбадривает себя. А меня её мандраж ещё больше заводит! Но я только одобрительно киваю, улыбаюсь в ответ и поддакиваю в нужном месте. Не пропустить бы нужный поворот.

…Доехали. Не сговариваясь, сразу в душ.

- Задерни плотней шторы, - попросила Марго.

Ага! Желаете полумрак… Создает интимную обстановку или просто стесняется своей фигуры? Хм, ну это понятно: не двадцать лет за плечами, а поболе, плюс дети… Эх, бабы-бабы! Мужик не идиот – он все понимает. Да и чаще всего вот такая живая, естественная женщина в сто раз круче и желанней длинноногой, силиконово-ботексной девицы. А какие бёдра, мммм, большие, белые, нежнокожие…

Послушно задергиваю шторы. Время все равно дневное, и с задернутыми шторами все видно хорошо.

– Марго, ты такая соблазнительная, что я просто изнываю от желания, – киваю я на торчащий и готовый к бою член. – Какая женщина!..

Крышу уже почти снесло, я глажу, целую, и всячески ласкаю её…

Не помню точно, как и в какой момент, но вот Марго, сидя на кровати, берет в рот и недолго, аккуратно и очень бережно сосет. И как-то сразу, неожиданно быстро, входим в раж и доходим до самого высокого темпа, когда я опрокидываю ее на спину и вхожу в нее в классической позе, с высоко задранными ногами. Марго тяжело дышит, то закатывает глаза и закусывает губу, то ласково смотрит на меня, нежно гладит по лицу и плечам, иногда смутно улыбается, прикрыв глаза, стараясь в эти секунды прижаться ко мне плотней, и я чувствую ее пяточки на моих ягодицах.

Я и так на взводе, от этих пяточек чуть не кончил. Вовремя останавливаюсь и меняю позу, ставлю Маргошку на четвереньки… Ёлы-палы… ПОПА… Большая, белая, пышная и нежная. Туда? Нет, отказывается. Тискаю, мну, глажу, целую и опять вхожу, врываюсь внутрь. Снова быстро завожусь, всего несколько минут, и вновь ловлю себя на том, что шурую в ней очень быстро. Она так ненавязчиво поддает тазом, так трогательно поскуливает и так страстно постанывает, что другая реакция невозможна.

- Куда? – хрипло выдыхаю я, мысленно упрашивая парт-нершу не требовать от меня прерванный половой акт. И словно услышав мои мысли, Марго быстро отвечает, трижды подряд одно и то же.

- В меня, в меня, в меня, - и даже, просунув руку назад, меж наших ног, берется за мошонку и держится за нее, как бы убеждаясь, что я не буду вытаскивать член до самого конца.

Супееер! Вжавшись поясницей в ее смачные, налитые полупопия, кончаю и кончаю, и на самом излете содроганий оргазма улавливаю и ее телесный ответ. Преисполненный благодарности, склоняюсь, целую в затылок и шепчу:

- Марго, ты - королева секса!

- Ой, да перестань смущать бабулю, - отнекивается от комплимента, но видно, как ей приятны мои слова.

Довольный, смотрю на неё: глазки счастливо блестят, на щеках младенческий румянец, грудь высоко вздымается, губки призывно приоткрыты, а розовый язычок невинно облизывает их. Хороша! Королева Марго, да и только!

- А вдруг родишь наследника престола, возрастом младше внука? Династическая коллизия возникнет, - полушутя спрашиваю я уже в машине, на обратном пути.

- Не-а, - беспечно отвечает Марго, - не рожу. У менопаузы свои плюсы.

Наверное, набранный процент голосов устроил федерального кандидата и его «Политбюро», потому что через несколько месяцев меня и некоторых других членов его команды попросили помочь региональному кандидату.

В тот день кандидат в ЗАКС отправил меня в ЗАГС, забрать кое-какие документы. Посетителей запускали в кабинет по двое, и я совсем не был огорчен, когда заведующей вздумалось нас довольно пафосно познакомить:

- О, какие люди! Вы вместе, нет? А то смотрю, москвичи пожаловали. Не знакомы? Странно… Ну знакомьтесь. Это товарищ «Иванов», известный специалист, он помогает товарищу «Петрову» и товарищу «Сидорову» - нашим депутатам. А это товарищ «Федорова», отличница и красавица Оксана, наша выпускница и гордость, работает в Олимпийском комитете, готовит Сочинскую Олимпиаду, между прочим. И мы не лыком шиты, так и знайте!

- Теть Маш, все вы опять перепутали! – смущается Оксана после обмена стандартными «очень приятно». – И вовсе я не работаю в Олимпийском комитете.

- Но объекты для Сочи строите?

- Пока только проектируем.

- Вот видите, какая она еще и скромная! – нахваливает тетя Маша Оксану, будто невесту на выданье.

А Оксана, скажу вам прямо, хороша и без нахваливаний. Стройная, высокая, красивая, молодая. Очки в изящной оправе добавляют интеллектуальности (эх, надо было мне шляпу надеть), ведет себя спокойно и невозмутимо.

Очередь за нами хоть и не была чрезмерной, но мы с Оксаной, после получения своих бумаг, отказались от предложенного чая-кофе и вышли на улицу.

- Если Вы не спешите, давайте посидим в кафе, Оксана? – предложил я. – Вы действительно что-то делаете в Сочи? Наверное, интересная работа?

- Хорошо, - спокойно соглашается Оксана, без рвения и без снисхождения, - давайте посидим. А Вы действительно политтехнолог, специалист по черному и белому пиару? Любите свою работу?

…Выходя из кафе, мы уже были на «ты», я называл ее Ксю, знал, что можно и Ксюшей, но ни в коем случае при ней нельзя петь «Ксюша, Ксюша, юбочка из плюша», был в курсе, что она окончила архитектурный в Москве, работает в юридически отколовшемся от специализированного НИИ акционерном обществе, хозяин которого сумел хапнуть контракт на несколько спортивных объектов для Сочи-2014. Я ей тоже чистосердечно признался, что тетя Маша напутала и в моем случае, преувеличив как мое влияние на исход выборов, так и московскую прописку, ибо таскать по регионам команду со столичными аппетитами – не хватит никакого «золота партии».

Я не буду врать, что воспылал к ней страстью в миг знакомства и ощутил тут же ответное желание. Ксю была мила и доброжелательна, общительна и выдержана, я желал ее так, как может желать 40-летний мужчина 25-летнюю девушку: ради самого факта новизны, красивой внешности и юного тела. Но не хватало какой-то изюминки, начального толчка, преломления ситуации под другим углом, чтобы я возжелал ярко и бурно именно ее, эту конкретную девушку Ксю, захотел бы целовать именно ее губы и ласкать именно ее тело, стал бы активней заниматься ее соблазнением и прямым показом ее желанности для меня, а не ограничился бы ленивой констатацией гипотетической мысли: «Эх… хороша! Трахнул бы… да не даст же!».

Но вечером, от нечего делать, я ей позвонил. Вначале трепались ни о чем, потом как-то возникла тема жилья. Ксю рассказала, что снимает квартиру вместе с коллегой.

- Она тоже издалека приехала в Москву? – спросил я, имея в виду коллегу.

- Это не она, это он, - просто ответила Ксю.

Оп-па! Непонятная и необоснованная ревность кольнула мое сердце. «Хм, значит там живет с парнем, а тут по кафешкам шастает, улыбки расточает, прелестями сверкает, взрослых мужиков совращает» - возопила одна часть сознания. «Успокойся, пещерный дикарь! – ответила ей другая. - Какой век на дворе? Каким это образом она тебя совращает? Что тут такого – в кафе посидеть да по телефону потрындеть? Живут себе парень с девушкой, молодые, красивые, веселые, ну да, и трахаются будь здоров, а тебе какое дело, зелен виноград, да? Может, и поженятся потом, детей нарожают, радоваться надо таким нормальным отношениям, а не бурчать!».

Спросив еще какую-то ерунду, снова возвращаюсь к почему-то беспокоящей меня теме:

- А вы с ним потом поженитесь, Ксю?

- С кем – с ним?

- Ну с парнем этим, с которым ты живешь.

- С какой стати? – несколько растерянно отвечает она, а потом вдруг понимает и хохочет. – Да ты меня не понял, ну ты даешь! Я не живу с ним! Ну то есть живу, но я не его девушка. И он не мой бойфренд. Мы просто снимаем одну квартиру на двоих. Я в своей комнате живу, он – в своей. Так дешевле и удобней, понимаешь? Мы с ним коллеги и соседи, а не жених и невеста.

Обрисованная Ксю ситуация меня неожиданно возбудила, дала простор фантазиям и домыслам. Не в коммунальной, а в самой обычной двухкомнатной квартире живут парень и девушка. Не любовники и не гражданские супруги, просто соседи. Но каждый из них имеет право на свою собственную личную жизнь. Значит, каждый имеет право привести себе партнера, а тот другой, волей-неволей, но каким-то образом наблюдает за интимной жизнью соседа. Как парочка зашла домой, как они ворковали в прихожей, кто за кем (или вместе) посетил ванную комнату, как долго пробыли в уединении, какие звуки оттуда раздавались, как потом подкреплялись бутербродами или пили чай-кофе на общей кухне.

Я размышлял о том, как смотрела на Ксю девушка ее соседа, ведь не могли же они не сталкиваться в пределах общей жилплощади. Не думала ли та, что вот сейчас она уйдет, а ее парень останется наедине со своей молодой и симпатичной соседкой, не испытывала ли ревности, совершенно естественной в такой ситуации? И, точно так же, как мог Ксюшин парень, зная об особенностях ее проживания, не ревновать и доверять ее верности, не возникало ли у него желания самому снять квартиру и жить отдельно со своей подругой?

В общем, та ночь после телефонного разговора прошла у меня в полукошмарных-полуэротичных сновидениях. То мне чудилось, что я – даже не парень, а муж Ксю, и вынужден из-за бедственного финансового положения и копеечной выгоды мириться с вероятностью измены жены, а виноват был кандидат в депутаты, провалившийся на выборах и не заплативший мне обещанное вознаграждение. То мерещилось, что я и есть тот самый живущий с ней сосед, почему-то во сне оказавшись не коллегой Ксю, а студентом, попеременно трахающим днем своих подруг-студенточек, вечерами приводимых Ксюхой ее подруг с работы, и естественно, ночами саму Ксю. Ну и вкралась под утро по закону подлости очередная уродская мысль, превращающая классные оргии в ночной кошмар с желанием побыстрей проснуться – якобы Ксю не только соседка, но и моя сестра.

Последней мыслью перед пробуждением было: «Пойду набью морду кандидату в депутаты, как посмел этот гандон обидеть мою сестру». Первой мыслью после пробуждения было: «Деньги есть? Да. Ксю мне сестра? Нет. Надо ее трахнуть».

Со стороны, наверное, смотрелось смешно. Взрослый мужик весь день ходил рассеянный, явно думал не о работе, а как выгадать несколько секунд, чтобы обменяться смс-ками, и несколько минут, чтобы созвониться с какой-то соплюшечкой. То слащаво ворковал с ней нежным голубком, то гневно рокотал раскатистым громом. Так же спокойно и доброжелательно, выслушивая без смеха и иронии мои лирические излияния, отвечая без гнева и пристрастия на мои откровенно сексуальные вопросы, Ксю позволила себя соблазнить. А задним числом даже могу предположить, что сама очень умело совратила меня.

...Ужин в ресторане распалил меня еще сильней. Не так прямо, как при обмене смс-ками и телефонных беседах, но не таясь и не стесняясь, тем самым поднимая мое возбуждение до точки кипения, Ксю так же спокойно и можно сказать равнодушно, отвечала на вопросы о своей личной жизни. Иногда даже казалось, что она меня лукаво дразнит: где это видано, чтобы девушка ДО траха говорила о своем отношении к минету и анальному сексу, приводя примерами своих любовников (не называя, правда, имён, а привязывая к курсам института и местам работы), в то же время показывая верность своему на данный момент бойфренду. Некие фрагменты моего сна, как оказалось, имели место и в реале: она иногда занималась сексом со своим соседом-коллегой, но при обязательном обратном условии - у него тоже на тот момент не должно было быть подруги.

- Поехали ко мне, Ксю? – задаю ей вопрос в машине, удивляясь, как она не слышит бешеный стук моего сердца. Я только что окончательно уточнил, что ухаживающий за ней в Москве парень пока что интимным другом не является, причем Ксюшу смущает именно его пылкость и заваливание комплиментами. Удивительно, но она себя не считает красивой, полагает, что очки ее уродуют (хотя иных дефектов на лице и в фигуре не сыскать и с микроскопом), придерживается мнения, что хвалящий ее красоту и обаяние мужчина чего-то от нее хочет (помимо секса), и значит, надо держать ухо востро, что-то неладно.

- Хорошо, только недолго! Привезешь меня обратно домой? – пожалуй, первый раз перед тем, как ответить, Ксю делает паузу в несколько секунд.

- Да!!! – душа ликует и поет, удивляюсь своей выдержке, как не завалил ее прямо там в машине. Я в упоении: мчусь по ровной дороге на высокой скорости, рядом сидит красавица, которая скоро будет моей.

В магазинчике, уже совсем близко от места нашего уединения, покупаю «Рафаэлло», еще какую-то сопутствующую мелочь. Ксю рядом. Попросила взять газированную воду, сигареты себе купила сама, специально выждав, пока я не отошел от прилавка, я даже подумал, может что-то из интимной гигиены хочет приобрести, но стесняется при мне озвучивать. Когда добродушно пеняю ей, мол, разве я не мог тебе купить сигареты, отвечает, что я и так много на нее трачу. Будто 50 рублей при сравнении с несколькими тысячами могут иметь какое-то значение. Но само отношение приятно, не скрою, видно, что не рвач-хапуга.

Я думал, наброшусь на нее в комнате, не успев закрыть дверь. Но, уж не знаю, случайно или намеренно, некоторое время Ксю тянула резину. То ли меня хотела помучить? То ли себя настраивала для секса с новым и намного старше возрастом мужчиной? То ли хитрозаложенным инстинктом распаляла нас обоих? Выкурила сигарету, съела конфетку, выпила водички, отправила меня в ванную первым. Потом пошла сама, вернулась, выкурила сигарету, выпила водички, взяла в рот конфету…

И тут я не выдержал. Присев ей на колени, опираясь пятками на пол, чтобы не раздавить ее хрупкие ножки, прижался торсом к ее девичьей, еще торчком стоящей груди с острыми сосочками. Запустил пятерню в ее волосы, чуть повернул голову поудобней для меня и впился в губы поцелуем. И ошалел от ее уст, ощущая ниточками вкуса и горечь табачного дыма, и прохладу минеральной воды, и кокосовую сладость конфеты, и, самое главное – бесподобную притягательность молодой девушки, нескончаемое желание длить и длить этот поцелуй, играть языками, исследовать ее губы, не забывая руками ощупывать изгибы и впадинки ее тела, зверея от страсти и истончаясь от нежности, ощущая ауру желанной женщины, будучи готовым рухнуть в нее, как в омут с головой.

То, что происходило дальше, я бы охарактеризовал одним словом – «дорвался». Вспоминая уже потом то, что я проделывал с Ксю, становится немного стыдно и конфузно. Это не 40-летний мужик расчетливо соблазнил от нечего делать молодую особу не самых строгих правил, это словно юный пацан, после 3 лет службы на подводной лодке и стольких же лет дисбата, уже забывший, как выглядит женское тело не на смутных черно-белых порнофотках, дорвался до вожделенного. Я грубо ебал ее и нежно обцеловывал. Я трахал ее боком и раком, лаская пальцами каждый миллиметр ее плоти. Я пил ее женские соки и буравил языком заднюю дырочку, не обращая внимания, что Ксю пренебрегает минетом, не столько сосет, сколько облизывает член, зачастую подменяя оральные ласки ручной работой.

Финал, честно говоря, оказался немного смазан. Кончив от куни, Ксю утеряла интерес к сексу, возможно, подумала, что я и так уже должен быть доволен. Соснув пару раз, она вынула член изо рта и стала дрочить на уровне своей груди, давая понять, куда мне следует кончать. Я так и поступил. Откинув голову подальше, чтобы вдруг сперма не попала ей на лицо, Ксю, прищурив глаза, очень серьезно и без тени улыбки внимательно наблюдала, как белые капли частым дождем орошают ее грудь и растираются головкой в тонкую пленку. Затем она погладила меня по ягодице, и на этом всё закончилось, оставив у меня, тем не менее, бурный восторг по поводу этого приключения и ласковую нежность к спокойной и уверенной девушке.

…Через два или три года, я встретился с Ксю в Москве. Мы посетили кафе, выпили по чашечке кафе и съели по пирожному. Работала она там же, кое-что из спроектированного уже стало воплощаться в стекле и пластике, железе и бетоне спортивных строек, чем она заслуженно гордилась. Жила точно так же: вдвоем с коллегой в съемной квартире. Но коллега уже была женского пола. Как выяснилось, сосед женился и съехал, и нынешний Ксюшин бойфренд даже не узнал о том, что когда-то она жила в одной квартире с чужим парнем, не говоря уже о том, что трахалась с ним.

- Так значит, у тебя есть друг? Это хорошо, конечно, молодец Ксю! Но я, грешным делом, думал повторим ту нашу встречу, нет?

- Нет, товарищ «Иванов»! Я бы не прочь, но у меня есть друг. Некрасиво было бы, согласись? – Ксю безмятежно улыбнулась, и было понятно, что мой ответ на самом деле ей не важен, хорошие или плохие, но моральные критерии у нее есть, и она не будет переступать через них.

сентябрь 2013 г.

Рассказ об Оксане я начал писать во время ноябрьских праздников 2009 года. Естественно, что в него не вошли события 2010 года вплоть до майских праздников, вскоре после которых и состоялась наша последняя личная встреча. Я не захотел вносить какие-то изменения в текст основной части, он для меня в каком-то смысле сакрален и завершен, несмотря на то, что в момент его написания наши отношения были в самом разгаре. Но так как для целостности восприятия всей картины нужны были как некоторые пояснения к основной части, так и изложение запечатлевшихся в памяти событий после его написания, то я решил об этом написать дополнительно.

Вначале показалось, что упомянутый как-то друг является и интимным партнером, но потом стало ясно, что затянувшийся конфетно-букетный период, не заведший их в постель в разумные сроки, так скорее всего и не заведет, так как ссор и выяснений отношений у них было на порядок больше, чем прогулок и посещений каких-то общепитовско-культпросветных мест. Любопытно, что начали мы наше общение с обсуждения религиозных вопросов, Оксана пыталась меня уверить, что Бог есть, надо в него верить, молиться, соблюдать посты и христианские традиции, а я говорил, что Библия, бесспорно, великий литературный памятник, но никакого научного анализа эта гипотеза сотворения мира не выдерживает.

Мне на тот момент было 39 лет, ей 26; после школы окончила институт в Москве, что-то по финансово-экономической части, там же жила и работала в двух местах главбухом (звучит громко, но я ж не говорю, что на крупнейших заводах или фирмах, просто вела учет и отчетность у одного хозяина ресторана и у другого владельца автомойки). Семейное свое положение она комментировала неохотно, я так понял, что она была средней сестрой у двух братьев, и вразрез статистике, согласно которой мужчины умирают раньше женщин, лишилась в школьном еще возрасте мамы. Младший брат еще учился, старший и отец работали и на тот момент были не женаты.

Особо дополнять нечего. Разве что во время первой встречи мне бросилась в глаза ее шикарная белая шуба, явно рассчитанная на более суровый климат. А когда сидели в кафе, красиво подобранные украшения гармонировали с ее одеждой, сумочкой, макияжем, то есть было видно, какой у Оксаны отличный вкус. Плюс запомнились взгляды мужчин, которыми они просто пожирали ее.

Сауна была шикарной. Во всяком случае, хоть я и не особый любитель саун, за всю жизнь бывал в них от силы раз 15, из них несколько раз с женщинами, более лучшей обстановки не встречал. Несколько комнат как таковых: раздевалка, гостиная, спальня, тренажерный зал. Большая парилка. Бассейн. Санузел размером с приличную комнату, в котором были большая ванна-джакузи, отдельно стоящая душевая кабинка, унитаз, писсуар и биде. Телевизор со спутниковыми каналами и музыкальный центр. Хорошо еще, что были предусмотрены какие-то скидки за длительное использование (первые два часа 3000 рублей, следующие два - 2000, но затем снова пара часов за 3 и следующая за 2 тысячи). Так что, когда 5 рублей на автобус, а когда 10000 за ночь - роли не играет. Если все происходит с охотой, с желанием в глазах, с жаждой страсти и познания - деньги значения не имеют. И тот факт, что наутро за такси до метро заплатила Оксана, хотя у меня еще оставалась в кармане последняя пятисотка, еще раз поднял ее в моих глазах за тактичность и понимание ситуации.

Мы не воспользовались ни разу ни парилкой, ни бассейном, ни гостевой комнатой. Только душем и комнатой для отдыха, где стояла двуспальная кровать. Иногда у меня мелькала мысль, раз уж такие деньги уплачены, хоть чуток воспользоваться функциональными услугами, прогреть кости в парилке, прыгнуть в бассейн, покрутить педали велотренажера, но тут же эти глупые мысли отгоняла более здравая и логичная: «На фиг мне все это нужно? Когда тут, рядышком, лежит, целуется, поддается на ласки, постанывает, царапает спину ногтями, одаривает нежным взглядом, гладит ласковыми ручками такой изумительной красоты девушка, девственница, чью наготу еще никто не узрел, чьи соски еще никто не целовал, чье тело первый раз ощущает мужские руки в самых потаенных частях, которая решилась на интим с человеком намного старше ее, который заведомо не будет ей мужем, но доверительно раскрылась, поддалась, отдалась настолько, насколько смогла. Это уникально и бесподобно, я буду длить эти ласки столько, сколько будет возможно».

Сколько-то станций мы проехали вместе, но уже когда маршруты должны были разминуться, Оксана с немного ироничной, но и выжидательной интонацией спросила:

- И кто я тебе сейчас? Ведь явно не любовница.

- Не любовница. Подруга!

…Гораздо позже, беседуя виртуально и вспоминая эту нашу незабываемую ночь в сауне, не кривя душой, я признал, что эта встреча для меня - один из самых насыщенных и волнующих эпизодов моей жизни. На что Оксана сказала, что для нее это не «один из», а «самое яркое и неоднозначное впечатление. Ты смог меня уговорить на ночь, но не захотел мной полноценно воспользоваться, хотя и мог. Я не дура, я прокручивала в уме возможные последствия и знала: что бы ни было, я жаловаться в милицию не стану. Только лишь сменю номер телефона, чтоб оборвать контакты, если ты не оправдаешь мои ожидания. Но ты оправдал, ты безукоризненно сдержал данное слово, и я не захотела тебя терять».

Понятное дело, что и я не хотел ее терять, и продлил очарование первой встречи на множество последующих, и лепил из нее Женщину, медленно и любуясь, не торопясь и наслаждаясь.

Никогда не осуждая, я только хвалил и подталкивал ее к новым ощущениям, новым знакомствам, новым мужчинам, провозглашая, что единственным мерилом встречи должно быть ее отношение и ее желание, даже если оно на первый взгляд выглядит абсурдно: типичный петтинг с элементами мануального секса без никаких признаков орального, анального или вагинального.

С другой стороны, я был против провозглашаемых ею ценностей только лишь свободы, уверял, что нормальной женщине обязательно нужны муж, семья, дети, а секс никуда не убежит, было бы желание. И активно к этому подталкивал, даже был готов ценой того, что если вдруг ее воззрения после выхода замуж поменяются настолько, что она откажется от интимных встреч со мною, все равно видеть ее счастливой в браке, имеющей мужа и детей.

А воззрения у Оксаны были самые радикальные. Никакой измены законному мужу, а тем более венчанному суженому. До свадьбы - гуляй не хочу: что угодно, как угодно и с кем угодно. Разумеется, угодно ей. После свадьбы (венчания) - самое строгое поведение со всеми остальными мужчинами, кроме мужа. Она даже в какой-то момент увидела противоречие между одними моими словами (восхищенно-хвалящими ее, ее привлекательность и сексуальность, ее желанность и притягательность для меня во время личных интимных встреч и воспоминаний-мечтаний о них) и другими во время общения на сайтах (когда я говорил, что рано или поздно надо найти любимого, выйти замуж, родить детей, реализоваться женой и матерью, а не только женщиной и любовницей).

- Я тебе надоела уже, DD?

- С чего такие выводы?

- Ты так меня толкаешь на брак с Жоржем, как он сам не агитирует.

Имя ее жениха было, конечно, не французское, но национальное, поэтому не оглашаю тут. Чуть позже в моем рассказе появится и другой претендент на ее руку и сердце, тоже «француз» Серж. А еще из заслуживающих упоминания был претендент только на тело без заключения брака, но самый бесподобный трахарь (и, парадоксально, самый большой ревнивец из всех ее партнеров) «итальянец» Джованни.

- И что? Я когда-нибудь говорил, что желаю тебе что-то плохое?

- Нет.

- Помнишь, ты когда-то говорила мне, на ранних порах нашего знакомства, что тебя не прельщает брак, стирка-готовка-уборка, дети-пеленки-распашонки, и ты хочешь вечно оставаться молодой и желанной для парней девушкой, не превращаясь в женщину?

- Помню.

- А я тебе говорил, что когда у тебя появится любимый, то очень даже захочешь превращения в жену, хозяйку и маму. Верно?

- Да.

- Вот я и хочу, чтоб мои предсказания сбылись до конца. К вящему моему удовольствию. И твоему тоже, кстати говоря.

- Но ты тогда лишишься меня. Да, сколько бы у меня не было сейчас поклонников и ухажеров, партнеров и женихов, я буду с тобой встречаться до последнего. Но выйдя замуж, я буду самой примерной и верной женой. Не обижайся, но так и будет.

- Но ведь ты будешь счастлива в этом статусе? С любимым и желанным мужем имею в виду, а не с кем попало.

- Ну да!

- Вот это твое счастье мне дороже и ценней. Я, может, и хотел бы, чтоб ты постоянно была рядом, но объективно понимаю, что это невозможно, и наши встречи будут редкими. Поэтому пусть лучше у тебя будет постоянный кайф с любимым, чем у меня - редкий с тобой.

- Удивительный ты человек, DD! Вот если б не встречалась с тобой, не видела бы, с каким восторгом и желанием относишься ко мне, точно подумала бы - охладел, больше меня не хочет. Джованни-то мой как раз обратное говорит. Мол, на фиг тебе замуж выходить, смотри, как я тебя трахаю, как ты кайфуешь, никаких папиков тебе не надо, живи и радуйся своей свободе.

- А это не тот самый Джованни, который скандалит и обижается, когда ты даже ночью в три часа не берешь телефон после двух гудков? Из-за которого ты продумываешь комбинации с привлечением подруг и коллег, чтоб не спалиться перед ним и суметь встретиться с кем-то другим? Я даже удивляюсь, как он тебя к Жоржу не ревнует.

- Ревнует-ревнует… Просто еще не знает, что я с ним уже сплю. Думает, что он еще только за мной ухаживает и замуж предлагает выйти. Грозился прилететь и набить ему морду, если узнает, что я ему дала.

- У него с мозгами вообще как? Не понимает, что если прилетит сюда, то пострадавшей стороной будет он. И что предлагающий руку и сердце всегда будет пользоваться у девушки большей благосклонностью, чем предлагающий только член.

- С членом и сексом у него все великолепно. Блин, аж захотелось его! А вот с мозгами, ты прав, плоховато. Поэтому и не думаю всерьез о том, чтоб остаться для него единственной подругой. Накачанный он парень, классно трахается, но туповат, вне постели у нас или бессмысленное какое-то общение, или разборки постоянные. Пока есть возможность, не хочу терять такого классного секс-партнера. А то давно уже его бы послала подальше, точно знаю, что за моей спиной шуры-муры вертит с москвичками, просто молчу до поры до времени, тем более и у самой рыльце в пушку. Но как только Жорж определится с работой и жильем, Джованни будет сказано «прощай».

- Как и мне?

- Смотря в чем. Ты, как и Джованни, как и все остальные мои любовники, моментально станешь бывшим любовником. Но думаю, что из всей этой славной когорты дружеское общение продолжится только с тобой. Только ты не бесишься и не стремишься оградить меня от других мужчин, только ты не говоришь гадости в их адрес и не рвешься бить соперникам морду, только с тобой я могу спокойно и обо всем поговорить, зная, что получу объективное мнение и мотивированный совет. Останешься моим другом, DD, и после свадьбы?

- Куда ж я денусь с подводной лодки? А когда свадьба-то?

Возможности скорой свадьбы были перечеркнуты финансовым кризисом 2008 года. Пошатнулись дела у Жоржа, лопнула мыльным пузырем надежда купить квартиру в столице и перевести туда бизнес, а купленная для будущих молодоженов квартира в наших краях надолго осталась пустой и без ремонта. Лишилась второй работы Оксана, а на одну зарплату стало невозможно жить в Москве и оплачивать съемное жилье.

И она вернулась!!! Ее родительский дом был не в самом Эмске, а в небольшом городе недалеко от него, но она имела много родственников и подруг в Эмске, поэтому легендирование встреч для Оксаны в разумных пределах было возможным. Чаще всего временная схема наших встреч была такой: я ее встречал на автостанции или железнодорожном вокзале (в зависимости от того, автобусом она приезжала или электричкой) около 18 часов, мы ехали ко мне на съемную квартиру, закупали по пути еду и напитки (или же я сам заранее их покупал, уже со временем узнав ее вкусы и пристрастия), проводили в дружеско-сексуальной близости время до 22-24 часов, затем я отвозил Оксану к родственникам, где она и ночевала.

Продлился этот радостный период нашей интимной близости примерно полтора года, с осени 2008 по весну 2010 года. Пусть даже частота встреч не была высока - пара встреч в месяц, но каждую я воспринимал как праздник, как яркое событие, как очередную ухваченную звезду с неба, уж слишком она была красива внешне, сексуальна в постели, близка дружески.

У нас были друг к другу уникальная душевная близость и доверие, мы не скрывали друг от друга ничего: ни радости, ни огорчения, ни фактов, которые могли бы у обычных любовников пробудить ревность или обиду. Когда в ту пору у меня случилось некое удачное событие, я первым делом позвонил жене, а вторым - Оксане, и ее искренней радости было чуть ли не больше, чем у меня самого. Она с интересом выслушивала, как развиваются мои отношения с новыми партнершами и старыми подругами, и азартно болела за меня, причем гордилась тем, что она единственная из инет-знакомых, попавшая в мою постель не с первой или второй встречи. Она иногда позволяла себе наведываться в Москву и по старой памяти потрахиваться с Джованни, хотя считалось, что свадьба с Жоржем вот-вот на носу, но и каждый раз переживала по поводу измены жениху и нуждалась в моих утешениях и обоснованиях, что на реальное развитие событий это не оказывает никакого влияния, от секса с Джованни она не начинает любить Жоржа меньше, а только делает ее жизнь радостной и яркой.

Как-то так получилось, что обе встречи в Москве были на всю ночь, а из нескольких десятков встреч в Эмске продолжительностью во всю ночь была тогда одна. О ней я сейчас расскажу, хотя намного ярче мне запомнилась не сексуальная составляющая той встречи, а та душевная буря, которая царила в ее душе, те вопросы, на которые она захотела получить ответ.

Как обычно, накануне встречи я поинтересовался, сможет ли она остаться на всю ночь, и как обычно она ответила «Вряд ли, но посмотрим». Но когда в этот день я ее встретил на вокзале, она сказала, что надо примерно час ей выждать, потом только будет определенность, как долго она пробудет со мной. В наихудшем раскладе могло даже быть так, что через час ей надо будет ехать обратно, поэтому я не захотел наспех за полчаса (ибо надо было 15 минут ехать на квартиру, потом 15 минут обратно) и пригласил её в ресторан.

К исходу намеченного часа Оксана позвонила домой, о чем-то поговорила на родном языке, а в конце, явно для меня, чтобы я тоже понимал, перешла на русский:

- Папа, ну тогда я остаюсь сегодня в Эмске, у … (называет имя не тети, а подруги). Да, да, не беспокойся. Я утром позвоню. Привет Маше и Наташе (имена условны, и естественно, не русские, а «французские»). Пока!

Кто такая «Маша», я знаю. Это девушка ее старшего брата, по аналогии предполагаю, что у них там какое-то мероприятие, на которое приглашена и девушка младшего «Наташа». И даже немного удивлен, что она предпочла провести вечер и ночь со мной, а не пригласить на почти уже семейные посиделки своего Жоржа, о котором уже ее семья была в курсе, что он ухаживает за Оксаной и вот-вот они поженятся.

Но когда на квартире снова возникла тема Маши-Наташи, оказалось, что Маша уже не девушка ее старшего брата, а жена. Затем выяснилась и гораздо более удивительная вещь: Наташей оказалась не девушка или жена ее младшего брата, а жена отца.

- Твой папа женился все-таки? После десяти с лишним лет пребывания вдовцом? Ты никогда не говорила, что он с кем-то встречается, то есть если у него и были женщины после мамы, то он это не афишировал и вроде не собирался в предпенсионном возрасте становиться молодоженом.

- А вот спроси! Я сама так удивлена и раздосадована, просто слов нет. Кто ему мешал встречаться? Да хоть десятерых трахай! Но домой-то зачем приводить? В качестве кого?

- Ну как кого? Взрослой женщины, хозяйки дома, его спутницы на старости лет.

- Да ни фига! Ей тридцать лет! Потому и не пойму, кого он привел? То ли мачеху нам, то ли сестру или подругу?

- Сестра у тебя еще появится, погоди девять месяцев:

- Ага, я и не сомневаюсь. Отец со своей Наташей больше сейчас миндальничает, чем брат с Машей. Я им всем уже точно не нужна. То была единственной хозяйкой в доме, пылинки с меня сдували, нарадоваться не могли, хвалили по делу и не по делу. Эта ночь, DD, проверкой была для них. Ни разу в жизни отец мне не позволял ночевать где-то кроме дома и своей сестры тут. Какая бы поздняя ночь ни была, он садился за руль и приезжал за мной. Я специально сегодня дождалась восьми часов вечера, чтоб уехала последняя электричка. Ему ж приятней под боком у молодой жены быть, чем за дочкой родной поехать. Ну все, держитесь, родственнички! Раз вы ночами хотите трахаться, то и я не отстану.

- Бурный одобрямс! Давай гаси сигарету и марш в ванную. Догнать и перегнать семью … (называю ее фамилию) по количеству трахов на душу населения - вот наш лозунг!

- Ох, какая я злая сегодня, DD! Я тебя затрахаю, берегись!

- Посмотрим, кто кого затрахает. Мозоли на клиторе были? Будут!

…Первый заход был бурным. Мы катались по кровати, сбрасывая ненароком подушки и одеяло. Мы впивались поцелуями друг в друга на грани боли и укусов. Мы не ласкали, а грубо тискали тела друг друга. Меня сводил с ума абрикосовый запах ее тела, я желал съесть ее округлые плечи, аккуратные грудки с каменной крепости сосками, шикарные бедра и упругие ягодицы. Я игрался с ней, как с мягкой игрушкой, то притягивая за волосы для смачного поцелуя, то натягивая на член, будучи сам неподвижным и крепко ухватив за попу. Я теребил без устали ее клитор, я засовывал в нее два и три пальца, имитируя трах с очень высокой скоростью, наслаждаясь ее словами: «да, да, хорошо, еще, сильней, глубже», изредка тормозя интенсивность, когда она говорила «стой, больно». Я кайфовал от ее ногтей на моей спине, я кайфовал от того, как она тянула мех на моем теле, я кайфовал от ее языка на моей шее и зубах на сосках груди. Меня безумно заводил ее взгляд во время поцелуев, ее расширенные зрачки, раздувающиеся ноздри, вытворяющий пируэты в моем рту ее язык. Иногда она кончала, расслабляясь на некоторое время и убирая мою руку от своего клитора. Но проходило 10-15 секунд или максимум минута, и снова ее алчущий поцелуев рот искал мои губы, а нежные ручки хватали мой член и начинали дрочить по всей амплитуде, крепко сжимая на грани боли, и потом тянули на себя, ласкали головкой клитор, раздвигали нижние губки, приглашая к очередному вторжению.

А самое классное - не довлело время. Иногда мой взгляд падал на электронные часы DVD-плеера, и я не говорил себе с сожалением, как в большинстве прошлых разов: «Эх, какая жалость, осталось два часа, полтора, час, десять минут, пора одеваться». А, наоборот, с воодушевлением: «Классно, всего час прошел, полтора, два, целая ночь впереди, супер».

Примерно через два с половиной часа (говорю примерно, потому что полуночи еще не было, а на квартире мы оказались где-то в 20.30, и легли в постель около 21.00) измотанная Оксана после своего очередного оргазма сказала:

- Я пить хочу. И курить. Давай отдохнем.

Я тоже давно уже этого хотел, но мужское самолюбие не позволяло признаваться, что я устал, и она действительно меня затрахала, чтоб об отдыхе запросил я.

…С удовольствием наблюдаю, как она пьет сок, затягивается длинной тонкой сигаретой, смотрит на поставленный в беззвучный режим телефон, перебирая пропущенные звонки и пришедшие сообщения. Видимо, решает, что время позднее, отвечать никому не стоит, и затем смотрит на меня.

- Ты так по-особому всегда смотришь на меня, DD. Как первый раз видишь.

- Любуюсь и восхищаюсь тобой. Насколько ты идеальна как подруга, любовница и женщина. Хоть картину с нас пиши - волосатое чудовище и плененная красавица.

Оксана мечтательно смотрит на измочаленную постель:

- Ради такого секса, ради такого друга я не то что волосатому чудовищу, я черту лысому в плен сдамся, - смотрит на мою башку и прыскает, - извини, я не нарочно. Да и вообще, ты слишком обо мне хорошего мнения. Как оказалось, я не такая уж добрая и порядочная.

- Ты о Маше-Наташе? Брось, пройдет время, все забудется и устаканится.

- Я знаю. Нет. Сейчас нет. Сейчас насчет Жоржа и…

- И Джованни? Сто раз тебе говорил, это мелочи жизни. Никакого вреда Жоржу от твоего секса хоть с Джованни, хоть со мной, хоть с кем угодно нет. Как нет никакого вреда моей жене от секса хоть с тобой, хоть с … (называю пару имен тех женщин, с которыми встречался параллельно Оксане). Секс сам по себе слишком мизерная вещь, чтоб суметь потеснить любовь.

- Знаю, DD, знаю. Иногда иду по городу и про каждого встречного мужчину думаю: вот с ним я потрахалась бы? За вычетом бомжей и алкашей - с любым. Поэтому Джованни и все остальные меня не заботят, они не в силах потеснить мою любовь к Жоржу. А вот Серж…

- А это еще кто такой? Рассказывай!

Выяснилось следующее. Один из познакомившихся с ней мужчин произвел на нее гораздо большее впечатление, чем желание разово потрахаться и благополучно забыть. Тем более каким-то наитием она не дала ему сразу, а провела полноценный конфетно-букетный период, со свиданиями с цветами, с ожиданием близ кафе, с предзакатной прогулкой и выездом на загородный пикник. При возвращении из последнего он попытался уговорить ее на минет в машине, натолкнулся на самое ожесточенное сопротивление и реальный отпор (тут я мысленно посмеялся, еще бы, сам чуть ли не два года уговаривал взять в рот и на тот момент никаких подвижек не было, максимальная близость члена к лицу, разрешаемая Оксаной, была имитацией траха между грудей и кончанием на них, после чего моментально бежала в ванную отмываться, так и не преодолев до конца брезгливость к сперме; а тут кому-то вздумалось так запросто заставить ее отсосать). В бешенстве она вышла из машины и по ее словам, чуть ли не километр шла пешком, пока вмиг протрезвевший Серж следовал за ней и пытался вымолить прощение. Женщины - хитрые создания, поэтому понятно, что Серж был прощен и даже при прощании вознагражден скромным поцелуем в губы. После чего он запал на Оксану окончательно и капитально.

И буквально дней десять назад, когда отец и старший брат Оксаны только наслаждались первые дни со своими молодыми супругами, Оксана позволила насладиться собой Сержу. И вдруг ощутила, что сама тоже наслаждается не только телесно, но и тем упоением счастья, которое присуще интиму любящих друг друга людей. Испугалась этого сама, подумала, неужели разлюбила Жоржа, неужели разовый секс, пусть с симпатичным мужчиной, пусть со всем очарованием новизны и внезапно вспыхнувшей страсти, вытеснил из ее души чувства к жениху? В экстренном порядке организовала интимную встречу с Жоржем, естественно, подстроив так, что тот остался в полной уверенности своей инициативы. Ничего подобного, никаких изменений она не ощутила. Классный секс с любимым мужчиной, нежность и ласка, безграничное доверие и непринужденное общение подсказали ей, что Жорж по-прежнему любим. Но разве так бывает? Возможно ли испытывать любовь, в самом высоком и прямом понимании этого слова, одновременно к двум мужчинам? Представляя каждого из них своим мужем, отцом своих детей, будучи готовой ради него на любые трудности и испытания, готовой всю жизнь прожить рядом с ним и даже не подумать о существовании других. Немного успокоилась только после того, как провела контрольный эксперимент со «шкатулочным», тяга к которому оказалась ничуть не любовного, а банального сексуального характера.

- В первую минуту я разозлилась на тебя, DD! Я подумала, что это ты меня развратил своими разговорами и поощрением разных непотребств, превозношением моего удовольствия и отрицанием всякого самоограничения. Мне показалось, что я стала нимфоманкой, не умеющей отделять зерна от плевел, зацикленной на сексе и считающей каждого партнера неповторимым возлюбленным.

- Постой-ка, Оксана! А ты можешь себя представить сразу с ними обоими? В формате группового секса: ты, Жорж и Серж? Получишь ли тогда двойной кайф? Ведь с тобой будут твои самые любимые мужчины.

- Тьфу на тебя! Я тебе сколько раз говорила, что всякие группы и лесби, оралы и аналы не для меня?

- Нет-нет, а ты попытайся. Вот приставили тебе к виску пистолет и говорят: либо прямо сейчас секс с двумя мужчинами, либо выстрел. Ты разве не выберешь Жоржа с Сержем?

- Ни за что! Я со стыда умру, если кто-то из них узнает про другого. Лучше выберу тебя и Джованни.

- Как это мило! Что ж, давай в постельку, постараюсь в его отсутствие потрудиться за двоих, - хочу шутливым тоном отвлечь мою подругу от грустных мыслей.

- Сейчас. Докурим и пойдем, - не подхватывает она мою шутку. И чуть погодя, загасив сигарету, добавляет с грустной улыбкой. - Это ж надо было, годами не знала, что такое любовь, в школе с пацанами дралась, в институте над ними смеялась, даже думала, что мне не суждено полюбить, ты ж помнишь, был у нас разговор такой как-то, любопытно было, когда девчонки рассказывали. А тут, на тебе с барского плеча, сразу двоих. Кого же мне любить? Чёрт, что за глупый вопрос я задала…

Я подхожу к ней сзади, кладу руки на плечи, наклоняюсь к волосам, вдыхаю свежесть абрикосового запаха. В отблеске света из коридора в оконном стекле отражается ее профиль, такой щемяще красивый, такой трогательно беззащитный, такой желанный и: любимый.

- Время покажет, Оксана. Мои симпатии пока на стороне Жоржа, он заслужил твою любовь. Будет ли к тебе таким же добрым и хорошим, верным и понимающим Серж, почувствуешь сама. И сама же ответишь на свой вопрос. А сейчас, сегодня, этой ночью ты будешь любить меня. И я тебя. Не знаю, кто там тебя любит как любовницу, кто как невесту, но я тебя люблю как подругу. Твое счастье будет и моим счастьем!

- Да, DD, спасибо! - голос Оксаны дрогнул, и она прижалась щекой к моей руке. - Какое счастье, что у меня есть еще и ты, единственный друг среди многих других, желающих руки и тела. Веришь, нет, только с тобой я так откровенно раскрываюсь, только с тобой отдыхаю душой и не боюсь брякнуть что-то лишнее. Поцелуй меня…

…То ли мы устали от бурного первого захода, то ли организмы хотели покоя больше, чем секса, то ли настрой после беседы стал иной, но второй заход был преисполнен нежности и ласки, тепла и доверия. Я брал мою девочку-весну заботливо и чутко, я вслушивался в ее дыхание и постанывание, я испытывал благодать от ее поглаживаний по моим плечам, рукам, телу. Я послушно замирал, когда она в очередной раз шептала: «Всё, подожди», вжимаясь телом в мой член или пальцы, с восторгом воспринимая ее содрогания и желая, чтоб эта волшебная ночь никогда не заканчивалась. И так же готовно продолжал ласкать ее, когда она снова возвращалась с небес на землю. Последнее, что запомнилось перед пиком моего оргазма и провалом в сон:

- цифры «3:33» на плеере с мыслью о том, успеем ли сделать третий заход утром;

- вытащив в последний момент из нее член, додрачиваю ей на живот, а Оксана теребит рукой мои яйца;

- ее довольный взгляд, перескакивающий с моего лица на брызгающий член;

- мой сонный голос «Спасибо, солнце» и ее не менее сонный «Пойти искупаться? Ладно, утром».

…Третьего захода, увы, не было. Проспали. Была утренняя суета, спешка, торопливые сборы и даже отъезд Оксаны к тете на такси, потому что ей куда-то за кем-то надо было до того заехать.

И начался у Оксаны странный и довольно длительный период (примерно полгода) пребывания невестой двух женихов, возлюбленной двух любимых, среди которых она никак не могла выбрать единственного. Плюсом этого периода было то, что были посланы далеко и окончательно все «шкатулочные», и даже с Джованни по старой памяти она встретилась один только раз, когда сопровождала Жоржа во время его деловой поездки в Москву. Хотя могла и три-четыре, но, как она мне потом обосновала: «Уже неинтересно. Когда есть секс с любимым, а тем более с любимыми, притом еще учти, что ты тоже мой любимый друг, овчинка выделки не стоит. Да, умозрительно я точно так же смотрю на всех мужчин и теоретически понимаю, что отдамся любому и свой кайф поймаю. Но слишком много мороки это приносит при практической реализации, не хочу ни рисковать, ни нарываться, да и просто - не хочу».

А с Сержем она поехала на несколько дней в горы. Причем какие-то странные были горы, если честно. Там не было лыж и канатной дороги, там не было густых лесов и каменистых обрывов, там не было красот природы и представителей фауны. Там были только домик на двоих и непрерывный, нескончаемый, неутомимый секс, секс, секс. С минимальными паузами для еды, сна и прочих биологических потребностей.

В моих глазах у Жоржа как потенциального мужа Оксаны плюсов было больше. Он был старше и солидней (даже на пару лет старше меня, то есть их возрастная разница с Оксаной составляла примерно 15 лет), у него были и государственная служба, и неплохой бизнес, оформленный на подставных лиц. Он был по жизни рассудительным человеком, не бросающимся в авантюры, спокойно оценивающим риски и шансы, и делающим наиболее верный ход. Он не был бабником, он не был помешан на сексе, ему хватало того, что получал от Оксаны и не требовал от нее расширения горизонтов. Он был готов в любой день нанести официальный визит отцу Оксаны с просьбой о руке ее дочери.

Серж тоже был готов в любой день нанести аналогичный визит. Он был более импульсивный и вспыльчивый, он строже контролировал Оксану и ее контакты, он был старше ее на три-четыре года, но поведенчески был скорее молодым человеком, чем мужчиной. Тоже состоял на службе, но военной. Не очень рационально умел тратить деньги, иногда шиковал, а иногда и сшибал тысячу-другую до получки. В сексе был более продвинутым, в частности, не сумев пока уговорить добром Оксану на минет, сделал ей насильно куни. И, как мне показалось, с моральной точки зрения Оксана была довольна этой решительностью и напором, хотя и говорила, что физиологически оргазм такой же, как и от пальца или члена, но она в этот момент лишена удовольствия целоваться в губы.

Объективным путем Оксана никак не могла определиться с выбором. «Когда я с Сержем, я люблю Сержа и никто другой мне не нужен. Когда я с Жоржем, то же самое и про него скажу. Да и когда с тобой, ты отлично знаешь, я выключаю телефон, я все обещанное время сполна отдаю тебе. Не только потому, что обещала, но и потому, что мне приятно с тобой, и твоя тяга мне приятна, и совершенно не хочется куда-то убегать и сокращать время встречи».

Было ясно, что выбор будет сделан субъективно и случайно.

Я долго пытался уговорить Оксану взять в рот. Уверял, что это совершенно нормально, что это приятный процесс не только для мужчины, но и для женщины, что нет в минете никакого унижения или опускания. Тщетно.

Но в последние месяцы наших встреч (зима-весна 2010 года), уловив по рассказам о Серже, что от хорошо знакомого ей партнера она вполне допускает напор и решительность, даже вопреки ее начальной воле, я решился действовать напролом.

Правда, мое «напролом» продлилось пять встреч. Опишу только оральную составляющую этих встреч, понятно, что минетом дело не ограничивалось.

1) Провожу «коитус интермаммо». Проще говоря, трахаю ее между грудей. Улучаю момент, поднимаю член повыше, провожу головкой по ее губам, в надежде, что, может, откроет ротик и возьмет. Ни фига! Возмущенно отворачивается, затем садится и с негодованием говорит:

- Фу, что ты делаешь?! А ну, возьми обратно, - и подставляет мне губы для поцелуя.

Но когда целую эти сладкие губы, понимаю: путь – верный.

2) Начав снова с траха между грудей, уже фиксирую щеки ладонями и прислоняю член к губам. Не даю вертеть головой, сперва она держится, плотно сжав губы, потом чуть приоткрывает рот и, всей мимикой показывая свое нежелание, позволяет некоторое время вводить-выводить. Как только ослабляю фиксацию щек, отворачивается и выпускает член изо рта. Ложусь боком к ней, целую в губы, проникаю рукой между ног, чувствую по обильной влаге, что она сильно возбудилась от такого «принудительного минета», и через короткое время кончает.

В тот же день, попозже, снова провожу такой фрагмент, но без удерживания щек, и уже без явных возражений Оксана держит губы приоткрытыми, позволяя трахать в рот. Но почувствовав ускорение темпа моих фрикций, не позволяет кончать в рот, вынимает, полусадится и сама додрачивает себе на грудь.

Когда говорю: «Вот видишь, ничего же страшного не случилось, что пососала», - отказывается напрочь, возражая: «Я не сосала ни фига, это ты меня заставлял».

3) Сосать сама она стала в следующую встречу. Поцеловала меня в губы, шею, грудь, живот, подрочила член, поиграла с яйцами. Молча лежу, ничего не говорю, но в уме одно: «Возьмет - не возьмет?»

Взяла. И несмотря на первый самостоятельный минет с ее стороны, мне было приятно не только с моральной стороны, что сумел этого добиться, но и объективно: она делала так, как мне наибольшим образом нравится. Именно с тем темпом, сжатием, глубиной проникновения, которые мне доставляют максимальное удовольствие. Сосала пару минут, не больше.

Затем наш обычный секс, ласки и так далее. Чувствуя, что мне тоже уже хочется кончить, снова стала сосать, но иногда выпускала, продолжая дрочить.

- Только не кончай мне в рот, хорошо? - прошептала она в момент такой дрочки, и тут меня настиг оргазм, а она продолжала водить рукой по моему члену, и сперма как смазка обволокла мой член и покрыла ее руку, а она все водила и водила, и сперма все лилась и лилась. И ей пришлось задействовать вторую руку, чтоб выдавить и вытереть мой член от спермы.

4) - Слушай, как обалдел Серж, ты не представляешь! - такой была ее восторженная фраза во время следующей встречи, когда я спросил, как у нее дела на двух фронтах.

- От чего?

- От минета.

- Так ты ему тоже пососала?

- Ну да! Он подумал, что я сосу первый раз в жизни. Из-за большой любви к нему. Это, конечно, так и есть, что я его люблю. Но говорить, что второй, я не стала, само собой.

Почему-то мне подумалось, что меня она не считает и первый сделала Жоржу, а второй уже Сержу. Так и спросил:

- А первый кому? Жоржу все-таки раньше?

- Что-то с памятью твоей стало? Не верю, что забыл. Ты у меня везде первый. И первый интим, и первый оргазм, и первый мой мужчина, и первый минет, ты мой первый учитель, DD Батькович!

- Давай тогда для полного комплекта и первый анал?

- Нет, этого не дождешься. В следующей жизни. Может быть.

- А Сержу небось позволишь?

- Ни за что и никому не позволю в попу. Если б хотела, тебе б первому дала. Но Серж был в сильном восторге, реально! Он уже не хотел меня отпускать вообще. Говорит, всё, ты моя жена, вопрос решен, завтра идем подавать заявление в загс.

- А Жорж будет удостоен твоего фирменного минета?

- Ну да. А что, ты считаешь, что не надо?

- Вообще-то надо, но, наверное, пусть даст тебе какой-то знак, что хочет этого. Или явно попросит. А то мало ли, есть такие мужчины, которые считают, что порядочные женщины не должны брать в рот.

- Знаю. Сама так считала. Пока ты меня не развратил в очередной раз.

- Согласись, что я был прав. Уверяя тебя, что сосать член очень даже приятный процесс.

- Ну-у, не скажу, что прям такой уж очень приятный, - выделяет голосом слово «очень», - но… приятно, черт побери, не возражаю, молодец, что меня убедил.

- Отсосешь?

- Запросто!

Оксана хотела повторить тот же финт с некончанием в рот, как и в прошлый раз. То есть то сосала, то вынимала и дрочила, думала, что сумеет улучить момент, чтоб я не брызнул ей в ротик. Но, как говорится в японской народной частушке:

Когда я почувствовал, что оргазм близок, я ухватил ее за волосы и жестким насаживанием головой на член задал нужный мне темп отсоса, секундного останова и продолжения после этого сперва активного, затем замедляющегося процесса. Оксана попыталась что-то сказать с полным ртом, часть порции вытекла, часть все же проглотила, я отпустил ее волосы и нежно погладил по щеке.

- Вот ты упрямый, DD! Все-таки кончил мне в рот, да?

- Да. И не только для себя старался, учти!

- А для кого?

- Для твоего Сержа. Он будет на седьмом небе, поверь. И проверь!

5) Это была наша последняя встреча. В середине мая она меня известила, что выбор мужа сделан, предложение стать женой от одного из ее женихов принято, на начало июня назначены регистрация в загсе, венчание в церкви и свадьба в ресторане, и что я могу выбрать любой удобный мне день и время встречи во второй половине мая для проведения прощальной встречи.

Я не хочу подробно описывать эту встречу. Она продлилась довольно долго, мы встретились около 15.00 и расстались после 21.00, когда я в последний раз отвез ее по такому знакомому маршруту «съемная квартира - дом тети Оксаны». В ней было много секса, описанного в главе «Кризис и его последствия» этой части. И было много разговоров касаемо планов ее будущей жизни и обоснования правильности ее выбора. Был ее восторг, когда она открыла продолговатый бархатный футляр с моим свадебным подарком и воскликнула: «Это мне?! Какая прелесть… Спасибо огромное, DD!» И было нешуточное возбуждение, когда она стала читать основную часть этого рассказа, время от времени поднимая глаза и одаряя меня улыбкой радости или вожделения.

...И был минет перед зеркалом. Я стоял совершенно голый, а наспех полураздетая Оксана, с обнаженной грудью поверх лифчика и приспущенными на бедра трусиками, стояла передо мной на коленях и, постанывая от возбуждения, смотря затуманенным взором то мне в глаза, то на наши отражения в зеркале, сосала, сосала и сосала…

Думаю, что читателям будет интересно знать, кто же победил в соперничестве Жорж-Серж и благодаря чему? Для меня не было секретом, что в последние месяцы более явным фаворитом стал Серж, но подспудная причина выбора стала ясна после таких слов Оксаны:

- Я чувствую, что он уже ускоряется и будет кончать. Таблетки я никогда не пила, спираль не ставила, презики не использовала, все вы об этом отлично знаете и никогда в меня не кончали, чтоб не было ненужных проблем. Я на всякий случай ему напоминаю: «Не в меня», потом громче: «Серж, не в меня», потом даже пытаюсь вырваться из-под него - бесполезно, огромная махина придавила меня, обняла меня всю, вжала в себя и со скоростью отбойного молотка трахает, и я тоже уже на подходе, и понимаю, что в этот момент хоть отталкивай его со всей силы, хоть наоборот прижимай к себе, все равно не почувствует, и на что нацелился - то и сделает. И тут он начинает кончать и кричит в этот момент «Оксана, я люблю тебя! Я люблю тебя, Оксана!». Ну и меня тоже накрыло с головой. Наверное, и потому тоже, что первый раз я услышала это признание.

- От Сержа? Первый раз в момент секса? В момент оргазма?

- Нет, вообще первый раз в жизни.

- Как??? Они за тобой всерьез ухаживали, подолгу встречались, предлагали выйти замуж, хотели познакомиться с твоими родными и узаконить отношения, но не говорили «Я тебя люблю»?

- Вот представь. А мне, видимо, именно этой детальки не хватало, чтоб собрался паззл, чтоб я полностью уверилась, что любима и принимаема со стороны мужчины.

- А если б эти слова первым сказал бы Жорж?

- Ну… сейчас трудно судить. Но не исключаю, что будь он смелей и настойчивей, особенно до того, как я познакомилась с Сержем, то моим мужем мог бы стать он.

- Значит, кто смел - тот и съел?

- Да, DD. Уж кому, как не тебе, знать об этом. Тот поцелуй в московском кафе, ты верно написал, как молния. Он встряхнул меня и озарил мою жизнь другим светом. И привел теперь к моему счастью. Я удаляю анкету, она мне больше не нужна. Спасибо тебе!

- Ты не забудешь меня?

- Как я могу тебя забыть? Моего учителя и друга, собеседника и любовника. Я - твое создание, твоя скульптура, ты меня вылепил и сформировал, сделал из меня Женщину, как Пигмалион - Галатею. И в отличие от него, зная наперед, что не для себя ваяешь, а для другого. Я тебя никогда не забуду!

- Мы увидимся еще?

- Я тебя никогда не забуду… Я тебя никогда не увижу...

Мне нет нужды часто смотреть на твою фотографию, Оксана! Я и так отлично помню тебя. В любое время года, в любой день недели, в любой час суток я вспоминаю тебя. Я делюсь с тобой своими радостями и огорчениями, я сверяю с твоим камертоном свои слова и поступки. Мое ты солнышко, нежная, ласковая, неповторимая, моя чудесная девочка-весна: юный март, звонкий апрель и вечный май, преданная моя подруга, отрада души и сердца Оксана, Оксана, Оксана!!!

июнь 2012 г.

Некоторые героини моего жизненного романа вспоминаются не иначе, как обе сразу. Естественно, это те, с кем был секс формата ЖМЖ или «пара на пару». Но зачастую бывает и ассоциация друг с другом тех, кто ни сном, ни духом не ведал о наличии «коллеги по блокнотику». Иногда это связано с одним и тем же городом, откуда героини были родом, как в «Провинциальном диптихе». Иногда с совпадением возрастного диапазона и противопоставлением биографий, как в Лене и Лизе из "Не от мира сего". А иногда совпадение возрастного диапазона означало еще и легкость, незакомплексованность, мимолетность (но не одноразовость) отношений, нацеленных лишь на получение удовольствия ни без каких внепостельных заморочек, как, к примеру, в этой сторьке про Стасю и Яну.

В определенный период (вторая половина нулевых) моя работа была связана с частыми поездками в административный центр нашего субъекта федерации – город Эмск. По этой причине я не особо обращал внимания на анкеты моих землячек, жительниц города Энска, помня о том, как много частных и государственных организаций пользовались моими услугами как программиста, и как много учеников школ, учащихся техникумов и училищ, студентов вузов пользовались моими услугами в плане овладения компьютерной грамотностью, следовательно, малейшая неосторожность грозит мне палевом и ударом по репутации.

Но анкета Стаси (я тогда и не знал, как ее зовут, а учетная запись скорее ассоциировалась со спортом и московской Олимпиадой, так как в ней было число 80, как выяснилось позже, это было годом ее рождения) меня привлекла и заставила после повторного просмотра и более внимательного чтения текста (фото не было) написать ей. Вроде бы стандартная анкета молодой девушки, ищущей серьезные отношения с перспективой брака. Но у меня возникло четкое впечатление, что если смогу заинтересовать и оправдать ее ожидания, то она не будет категорично против и встреч со мной. В графе «что меня возбуждает» в Стасиной анкете было написано «ум».

Для жителей маленького городка, которые при желании могли бы встретиться хоть в день виртуального знакомства, благо ритм жизни далеко не столичный, наша переписка длилась довольно долго. 2-3 недели точно, если не почти месяц. Анастасия (таким было ее полное имя, но предпочитала сокращать не стандартно Настя, а Стася) живо интересовалась моими (и делилась своими) воззрениями в сфере литературы и искусства, науки и политики, компьютеров и мобильных. Окончив институт в другом регионе, она не смогла там зацепиться и была вынуждена вернуться в родные края. Работала у нас в салоне сотовой связи, как высокопарно принято говорить «менеджером», а так понятно, что ее интересы и потребности в духовной пище были выше, чем в кругу коллег-продавщиц.

Тема сексуальных предпочтений возникла в нашей переписке лишь один раз. Стася сказала, что принципиально отрицает для себя анальный секс: и как «грязный», и как болезненный. К оральному же относится вполне лояльно, не чурается ни приема спермы в рот, ни глотания, получая в совокупности такие же приятные ощущения, как и при вагинальном (с дополнительным бонусом в виде избегания нежеланной беременности). И наивно поинтересовалась у меня, что предпочитаю я.

- Я мужчина, - улыбнулся я в ответ (то бишь поставил смайлик), - мне нравятся все виды, которые доставляют удовольствие мне и партнерше.

- А если ей только одно нравится, не настаиваешь на расширении?

- Предложить – предлагаю, как же без этого? Но чтоб настаивать, спорить, принуждать, портить из-за этого отношения – никогда.

- Удивительно, но ладно, так и быть, поверю на слово.

- Можешь не только на слово поверить, но и проверить. Не возражаю!

- Какой ты хитрый, - ответила Стася и поставила смайлик.

…Наконец, настал день (вернее, вечер, потому что Стася уходила с работы в 19 часов) встречи. Сижу в машине и жду в намеченном месте. Погода противная. Ранняя весна, холодно, моросит дождь, фонари еле-еле освещают силуэты укутанных в плащи и скрывающихся под зонтами редких прохожих. Одна из таких фигур подходит к машине, постукивает ноготками по стеклу передней правой дверцы. Открываю.

- DD?

- Да, я. Садись, Стася!

…Разглядел я ее толком уже на квартире, снятой, по забавному совпадению, в здании напротив ее места работы. А вот не надо было скрывать название конкретного салона, тогда бы не шла пешком к месту встречи, пусть не больше 10 минут, но все равно при такой мерзкой погоде приятного мало. Хотя, забегая вперед, скажу, что я никогда не забирал ее с места работы в силу конспирации, а традиционно она всегда подходила к тому самому месту встречи, где мы увиделись впервые.

А выглядела Стася просто потрясающе. Высокая, стройная, улыбчивая, рыжеволосая и зеленоглазая, одетая в обтягивающее платье переливчато-изумрудного цвета, с веснушками-конопушками на миленьком курносом носике и щечках с ямочками. Выпили для сугрева… конечно же, не водку, а растворимый кофе и закусили магазинным рулетом. Рулет был вкусным, в отличие от кофе, и я пообещал Стасе, что в следующий раз заварю ей настоящий кофе по традиционному многовековому рецепту.

Затем из кухни вышли, стали целоваться посреди комнаты. Платье у Стаси, видимо, было дорогим и/или единственным таким красивым, как только она почувствовала, что я в пылу страсти стал мять ткань и проверять прочность изделия на изгиб, кручение и сжатие, отстранилась, сама сняла платье и бесцветные колготки, оставшись в миниатюрных, практически ничего не скрывающих лифчике и трусиках. Грудь у Стаси была невелика: полторашка максимум, но при стройности и даже можно сказать худобе тела смотрелась внушительно. Продолжаем целоваться и ласкаться, почему-то оставаясь в середине комнаты, прямо под яркими лучами люстры, и не делая попыток переместиться на траходром. Чуть погодя, уже с моей помощью, Стася лишается нижнего белья, и получается прямо кадр в жанре «ню» - полностью одетый мужчина рядом с полностью обнаженной женщиной. Впрочем, такие изыски уже не длятся долго. Когда я приступаю к сосанию ее сосков и тереблению пальцами чисто выбритой писечки, ощущая притягательность клитора и обильное увлажнение вагины, нижняя часть моего туловища, вне воли хозяина, начинает имитировать фрикции. Пора!

Быстренько разоблачившись, возвращаюсь к моей юной любовнице, ждущей меня в центре комнаты. Еще один долгий поцелуй в губы, затем несколько быстрых с ее стороны, в мои щеки, шею, плечи, мне кажется, что сейчас она встанет на колени и будет сосать прямо тут, по какой-то причине игнорируя двуспальную кровать, которая вот уже сколько времени манит нас, но никак не добьется нашего благосклонного внимания. Но тут ей наконец-то везет: пробившись сквозь буйные заросли моего грудного меха, Стася целует один и другой мой сосок, затем тянет меня за руку к постели.

Лежу как падишах наискосок кровати, подложив под голову и вторую подушку, чтоб лучше видеть, с каким старанием и нежностью Стася делает мне минет. Неутомим ее ротик, упорно ходящий вверх-вниз по упруго торчащему «нефритовому жезлу», пытаясь временами пропихнуть до горла, но поза для этого явно не подходяща. Неутомим ее язычок, выписывающий пируэты вокруг головки и по стволу, а при выпускании члена изо рта, лижущий яйца и ниже, но не доходя до ануса. Неутомимы ее губки, то в плотном охвате скользя вдоль члена, то целуя верхнюю часть бедер и нижнюю живота. Неутомимы ее руки, оглаживающие мои руки и ноги, пощипывающие мои соски, потягивающие мех на теле, легонько царапая ноготками живот и бока. И неподдельная нежность сквозит во взгляде, когда мы смотрим друг другу в глаза и ласково улыбаемся.

Финал уж близок. Закинув мои ноги себе на плечи и просунув ладони под мои ягодицы, Стася в ускоренном темпе сосет. Она уже не тратит мгновения на обмен взорами и улыбки, ее ноздри раздуваются от страсти и желания получить долгожданную порцию спермы, теперь уже нижняя часть ее туловища непроизвольно елозит по простыне, имитируя фрикции.

- Аааррррхххх… - рычу я, изогнувшись вперед и пропустив пальцы в рыжие локоны вьющихся волос, чтобы прижать ее голову на секунду к себе и обеспечить требуемый «стой», так как не объяснял ей еще эту методику. Стася упорно желает продолжать движения и мне приходится применить силу для фиксации позы, а потом управлять ее головой для проделывания «давай». И когда я обессилено откидываюсь на подушки, отпустив ее голову, она, проглотив сперму и продолжая легонько посасывать на автомате, испытующе смотрит мне в глаза, как бы спрашивая, можно ли ей уже выпускать изо рта или надо держать подольше.

- Что-то я продрогла, - пожаловалась Стася, когда я потянулся к ней и попытался разжать сжатые бедра, - поставь чайник, попьем еще кофе, хорошо?

Я зажег газ, поставил чайник и удалился на короткое время в ванную комнату. Когда вернулся, Стася сидела на кухне уже в платье.

- Холодно стало, - ответила она на незаданный вопрос.

- Надо было одеяло накинуть, - посоветовал я.

- Не до того было, - улыбнулась мило, - да ничего страшного, не переживай, сейчас согреюсь, - и стала греть руки, обхватив чашку с кофе.

Что-то ее беспокоило, отвечала невпопад во время кофепития. В какой-то момент подняла подол, стала всматриваться. Я подумал, неужели синяк ей поставил, но вроде бедра я так сильно не тискал.

- Что такое, Стася?

- Я как кончу, меня прямо озноб начинает бить. Ты когда ушел, не догадалась лечь под одеяло, стала сразу одеваться. И вот, руки дрожали, задела ногтем колготки, они «поехали».

- Ты кончила??? Когда это? От минета?

- И от минета тоже, - смущенно улыбнулась Стася. – Когда долго целуюсь и ласкаюсь, я сильно возбуждаюсь, и тогда много не требуется для оргазма. А потом еще долго мне не хочется ничего, ни секса, ни ласк. Ты не обидишься, если я попрошу на этом сегодня закруглиться и отвезти меня? Я живу далеко, в … - и назвала не улицу в Энске, а село в нашем районе.

- Конечно, отвезу. И не обижусь. Как и говорил, всегда будет только то, что будет тебе по душе. Ты мне очень понравилась, и я очень тебе благодарен, Стася.

- Спасибо, DD! Мне с тобой тоже очень приятно и легко, будто десять лет тебя знаю.

- Тсс, только в другом месте не скажи. А то меня посадят за развращение малолетних.

- Да ладно, срок давности уже миновал.

- И то верно. Слушай, Стась, а ты не обидишься, если я тебе кое-что предложу?

- Что? Анал – ни за что, я тебе уже говорила про это.

- Нет, вообще не про секс речь. Я не знаю ни твоего размера, ни любимого фасона, ни сколько дэн или типа того. Я хочу тебе дать деньги, сама купишь себе колготки или что надо по мелочи, хорошо? – и положил на стол 500 рублей.

- Ой, как неудобно, - покраснела она. – Напрасно я тебе сказала про колготки. Но спасибо тебе большое! – взяла деньги и посмотрела на меня с огромной признательностью. Было ясно, что для ее бюджета сумма совершенно не лишняя. – Я помою посуду и поедем, ладно? – убирая со стола, поцеловала меня в щеку и погладила по лысине. – Ты классный!

Случилось так, что весной и летом того года (2008-го, если память мне не изменяет) одна из квартир моего друга пустовала. Он ее специально держал для встреч со своими любовницами, но возраст есть возраст, 62 – не 26, и сам он пользовался ею редко. Одно время ключ был у его сына, но учуяв как-то запах марихуаны, отец взбесился, отобрал ключ и выставил квартиру на продажу. И пока покупатели приценивались (квартира была дорогая, а хозяин с норовом, не желая уступать даже сотни долларов), я смог несколько раз (ориентировочно 6-7-8) воспользоваться этой временно пустующей жилплощадью для организации встреч со Стасей. Запретной зоной для нас хозяин объявил спальню, всем остальным можно было пользоваться без зазрения совести. Впрочем, кроме воды и газа, нам ничего особо и не было нужно, не считая, конечно, дивана в гостиной.

Все наши встречи на той квартире прошли как под копирку, с самыми минимальными отличиями. Например, на одной Стася не хотела раздеваться вообще, но узнав причину (критические дни), я все же убедил ее оголиться хотя бы выше пояса. Другая запомнилась особо долгим и нежным минетом, ибо в тот день член был натружен и утренним сексом с женой, и внезапно днем позвонила и выразила желание встречи Света, что привело, естественно, к нашему типичному анальному сексу, так что под вечер я даже раздумывал, не отменить ли свидание со Стасей. Но не хватило духу отказать, когда она позвонила сама ближе к 19 часам, и веселым щебечущим тоном поинтересовалась, все ли в силе и если да, то она уже на пути к месту встречи. И Стася оказалась на высоте, сумев и поднять член, и поддерживать возбуждение с постепенным его нарастанием, и довести до оргазма в ласкающем стиле. В третий раз свидание отменила сама Стася, вернее, перенесла на завтра, когда узнала, что сегодня квартира занята самим хозяином, и не пожелав идти на съемную, когда у друга так уютно и такой вкусный кофе.

А типично было так. Я жду ее в машине на том же месте, где встретились в первый раз. Едем на квартиру к другу. Пьем кофе, я курю, угощаемся какими-то сладостями. Посещаем поочередно ванную комнату. Долгие поцелуи и объятия, ласки и тискания, дрочка моего члена и мастурбация ее клитора. Это могло быть везде – начиная от дверей ванной, через прихожую с ответвлением на кухню, до подступов к дивану. Далее, на диване – минет. Начало, середина и конец. Ни разу Стася не встала на колени передо мной для взятия члена в рот. Я всегда ложился на спину, устраивался максимально удобно для длительного процесса и наблюдения за ним, аналогично тщательно подбирала себе позу и Стася, и только потом брала в рот. Ни разу она не прервала ласки на полпути, сосредоточенно и целенаправленно отсасывала до самого конца, принимая сперму в рот и глотая, естественно, уже зная все нюансы «стой-давай». Иногда, будучи в сильном возбуждении, елозя по тонкому пледу, служившему простыней на диване, кончала со мной или раньше меня. Тогда она убегала в ванную первой. А иногда, не успев догнаться, прижималась ко мне, и хватало буквально пары касаний к ее клитору, чтобы она получила свой оргазм. Кстати говоря, очень спокойный, без криков и содроганий, просто несколько глубоких вдохов и выдохов с учащением, резкое напряжение тела как пик и затем постепенное обмякание и расслабление. Тогда я накрывал ее толстым пледом, который исполнял роль одеяла, и шел принимать душ.

Затем одевались, пили по второму кофе, Стася убирала со стола, мыла посуду, приводила квартиру в первозданный вид, и на самом выходе, уже обуваясь, я вручал ей свой подарок, 500 рублей. Каждый раз она смущалась, краснела и от души благодарила, будто я невесть какое оказывал благодеяние. Ведь фактически это были сэкономленные деньги на съем жилья, не понадобившиеся благодаря квартире друга. Каждый раз я ей об этом говорил после изъявления благодарностей, каждый раз она упорно твердила:

- Все равно, и тебе спасибо, и твоему другу! Я не ради денег встречаюсь с тобой, но твое внимание мне очень приятно.

Впрочем, два раза я дарил по 1000 рублей. Один раз наша встреча пришлась не то что на сам день рождения, но на первый или второй день до или после него (мамбовская анкета об этом уведомляет). Забавна была ее реакция на тысячную купюру:

- Ой, а у меня сдачи нет. У магазина (такого-то) остановишь, я разменяю.

- Торт себе купишь на сдачу.

- Какой торт?

- И свечек в нужном количестве.

- Ой, ты помнишь! Спасибо тебе! Какой ты замечательный , DD!

А вторую 1000 я подарил не после интимной встречи. Дело было так. Вернувшись после своего летнего длительного отпуска в родных краях, я стал спустя несколько дней звонить Стасе и интересоваться датой и временем очередной встречи. Один раз вроде уговорились – в последний момент она позвонила и отменила, мол, на работе вдруг вздумали провести внеплановую инвентаризацию. Второй раз – тоже отмена, якобы приболела мама и попросила ее приехать домой как можно скорей и купить какие-то лекарства. Причины как бы уважительные, но … что-то не то.

Наконец, набравшись решимости, Стася (не по телефону, а общением через сайт) объяснилась, что пока я был в отпуске, она познакомилась с парнем, стала встречаться, он сделал ей предложение, она согласилась, и в их самых ближайших планах – пожениться (дата регистрации в загсе уже назначена) и уехать на Север (про нужные вакансии информация имеется и дата отъезда тоже в общем и целом согласована). Потом, спросив, могу ли я говорить по телефону, позвонила мне. Сумбурно и взволнованно пыталась объяснить взаимоисключающие вещи. С одной стороны, как она рада, что я был для нее таким хорошим другом и хотела бы быть и впредь моей подругой. Жаль, что выходит замуж и уезжает. С другой стороны, она считает не очень красивым встречаться с другим мужчиной при наличии жениха и скорого бракосочетания. Поэтому рада, что выходит замуж и уезжает.

- Стася, я желаю тебе огромного семейного счастья, много деток и всего самого наилучшего! Но если ты не против, я зайду разочек к тебе на работу, пока не уволилась и лично попрощаюсь. Можно?

- Можно, - протянула она с не очень большой охотой. – Мы до семи работаем, - напомнила, будто я этого не знал.

Шести часов еще не было, так что я успел и на почту заехать. Потом в ее салон. Поздоровался, поздравил, вручил конверт. Она достала открытку, увидела вложенные деньги. Начала что-то говорить, что в какой-то день, если не будет шефа, она может попросить подменить ее на короткое время коллегу, но на квартиры ехать уже опасается, может тогда лучше выехать на машине за город? Мою работу стала приплетать, мол, я же только вернулся из отпуска, наверняка много дел накопилось, смогу ли вырваться посреди рабочего дня. Каюсь, не захотел я этого прощального минета не по чистому желанию, а в знак благодарности за денежный подарок и при соблюдении кучи условий. Остановил ее излияния, погладил по руке, сказал:

- Не надо, Стась! Все нормально! Будь счастлива! – попрощался и ушел.

И больше мы никогда не виделись. (С) – к.т.н.С.В.Ф.

В отличие от Стаси, не особо любившей разговоры на сексуальную тематику и не имевшей множества сексуальных партнеров, Яна была настоящей фанаткой секса. Любого вида, любого формата, при условии соблюдения конфиденциальности и при отсутствии опаски заболеть или забеременеть с практически любым мужчиной (и женщиной тож), в любых обстоятельствах или местах.

Я не буду нарываться на неприятности со стороны администрации сайта, рассказывая о ее ранних (более чем ранних, скажем честно) сексуальных опытах, дабы не навлечь обвинений в пропаганде детской порнографии. Я не буду дразнить приверженцев РНЕ (Яна, как и Стася, была русской по национальности, на год младше той, 1981 года рождения, а встречался я с ней в том же 2008) рассказами о том, с кем только и в каких извращенных формах не вступала в связь героиня моей сторьки, выбравшая почему-то (а может, именно потому?) для получения высшего образования не сонный облунивер в своем родном городе Эмске, а пединститут в столице одной национальной республики. Я не буду и клясться на Библии (Талмуде, Коране, Камасутре или «Материализме и эмпириокритицизме» - нужное подчеркнуть), что все ее рассказы – святая истина. Может быть, она все это сочиняла с целью завлечь и увлечь меня, увидев мой повышенный интерес к этой сфере, а в реале имела двух мужей, моего предшественника, меня и моего последователя – общим числом не более пяти мужчин, про которых достоверно известно, что они реальные, а не вымышленные персонажи. Некую нестыковку я у нее заметил: в какой-то день она рассказывала, что видела на улице и проболтала полчаса со свекровью, а до того было брошенное вскользь замечание, что в родительский день поминовения навещали могилу матери супруга. В принципе, некоторые женщины и после развода не обязательно называют мужей и их родных «бывшими», так что это могли быть две разные свекрови, но даже если предположить, что большинство Янкиных историй – вымысел, то все равно – это какие ж фантазии крутились в ее черепушке, это насколько ж секс занимал ее мысли, заставляя заполнять пустующее личное время при профессиях первого мужа – нефтяника-вахтовика и второго – водителя-дальнобойщика…

Как-то (еще во время переписки, до реального знакомства) зашло у нас с ней обсуждение секса за деньги. Без малейшего смущения Яна призналась, что сосала в машине за 300 рублей (не ради офигенной выгоды, а чтобы примерить шкуру проститутки, получив на мамбе такое предложение). И без особой гордости, просто как факт, поведала, что будучи в Москве, вызвала и заплатила 3000 рублей за секс с проститутом-трансиком (то есть внешне как баба с сиськами, но с членом между ног).

Встречаться Яна могла только в дневное время по будням, строго до 17-00, чтобы успеть забрать детей из садика. Меня это устраивало, и как только настал день моей очередной поездки в Эмск, мы договорились встретиться и уединиться на квартире. Примечательно, что местом для встречи мы выбрали сквер перед гостиницей, которая в вечернее время славится большим выбором «ночных фей». Не специально, а просто так получилось в результате обсуждения маршрутов нашего передвижения того дня.

Сейчас опять будут обвинения DD в комплиментарности, но не побоюсь сказать, что Яна обладала ангельской внешностью. Именно ангельской, почти что бесплотно-бесполой, а не манящей скрытой эротикой или обжигающей явной сексуальностью. Невысокая, щуплая, белокурая, голубоглазая, с молочно-белой кожей рук и лица, на котором даже бледно-розовая помада смотрелась чужеродным мазком, смутной улыбкой и отрешенным взглядом, замедленными движениями и неторопливой речью (у меня даже мелькнула мысль, что общение в Инете у нас проходило в более живом темпе и реплики от нее поступали через клавиатуру куда быстрей, чем вербально), она действительно оставляла впечатление особы «не от мира сего», не доставало только нимба вокруг головы и крыльев за плечами.

Если б я провел секс с Яной один-единственный раз, то, не вызывая сомнений в приятности процесса для его участников, в описании он выглядел бы бледно. То ли я поддался ее неброскому очарованию спокойной и невозмутимой личности, и подумал, что для нее предпочтителен медленный и изысканный стиль соития. То ли она не захотела или не смогла с первого же раза демонстрировать себя опытной развратницей, страстной и ненасытной охотницей за ощущениями, каковой себя прямо или косвенно позиционировала. Тем не менее. У нас было все с первого же раза. Нежные поцелуи и продуманные ласки, пошаговое обнажение себя и партнера, волнующее познание нового тела и очаровательный эффект удачной близости. Яна беспрекословно встала на колени, повинуясь мимолетному нажатию на плечи, еще не дойдя до кровати. Вобрала в рот мой мужской инструмент насколько смогла, и нажатием на ягодицы поощряла двигаться глубже, трахать до самого горла. Она легла на край кровати, спустив ноги на пол и раскинув руки по постели, а я не спеша вылизывал ее, наслаждаясь каждой капелькой влаги как небесным нектаром. Я лег на нее в классической позе, обнял руками и ногами, почти скрыв собой, и внедрялся до самой глубины женского естества. Я поставил ее раком и абсолютно без труда засунул член в попу, благо он был обильно увлажнен ее соками. Туда я и кончил, проведя все совокупление без видимых признаков бурной страсти, но преисполненный негой и томлением.

Легкий ленч и последующий перекур с кофепитием сопровождались такой же неспешной беседой ни о чем, на всякие необязательные и, честно говоря, не интересные ни мне, ни Яне темы, просто чтобы не выглядеть глупо в гробовой тишине. Насладившись только что весьма неплохим, хоть и своеобразным коитусом, я почему-то считал неудобным поднимать вопросы всеобщей сексуальной теории и нашей частной практики, думая, что она сочтет меня оголодавшим маньяком, которому все мало. И тут, к нашему обоюдному счастью, я вспомнил один эпизод из бурной Янкиной студенческой жизни, который она начала в Инете рассказывать, но не успела довести до развязки. Я напомнил, попросил дорассказать, желательно с подробностями.

Нет, не как включением рубильника подали электрический ток на лампочку, отчего она сразу ярко засияла, а как плавным поворотом реостата стали поднимать напряжение в цепи, оттого начали оживать Янкина речь, блестеть глаза, пробуждаться эмоции, проявляться жестикуляция. Эпизод заблистал новыми красками и вроде даже новыми персонажами, которых не было в первоначальном списке действующих лиц, но когда внезапно выяснилось, что подглядевшая ту оргию наблюдательница потребовала у Яны в качестве платы за молчание отлиз даже не пизды, а жопы, мой хуй резко встрепенулся, а мозг решил претворить в жизнь и такой сценарий.

- Супер! – отозвался я на художественные достоинства ее рассказа. – 5 (отл). В смысле, ты отлизала?

- Пришлось, куда деваться?

- А почему именно жопу? Пизду не давала лизать, что ли? По какой причине?

- Давала. Но она встала раком, выпятила задницу, и надо было лизать вверх-вниз, по всему охвату. От попы до клитора и обратно. Быстро-быстро. И без рук. Понимаешь?

- Понимаю. Подойди-ка сюда, - я положил ноги на подлокотники кресла и сдвинулся так, чтоб открыть хоть какой-то доступ к своему анусу. – Полижи мне. Руками помогать можно, но пальцы не совать. Потом отсосешь.

С горящими от возбуждения глазами Яна просто набросилась на мой зад. Лизала и целовала, втыкала язык в анус и пыталась там им двигать. Дергала за меховое покрытие ягодиц и царапала ногтями. Я не фанат ануслинга и меня заводит сам факт его применения, а не длительность. Так что прошло не больше пары минут, и я разрешил Яне приступить к более приятному для меня (и для нее, но в этом не могу быть уверен) отсосу.

«A в глазах – похоть» (С). Таким был взгляд Яны, когда она переключилась на минет. Тяжело дыша и причмокивая, роняя капли слюны и в пылу страсти сжимая мне яйца на грани боли, бесполая ангелица стала настоящей развратницей. Полностью перехватив инициативу, она вначале яростно сосала, то массируя головку колечком губ, то беря ствол на всю глубину и показывая чудеса «горлового минета». Затем она оторвалась, встала, повернулась спиной и села на член попой. Скакала в такой позе довольно долго, и звуковое сопровождение процесса не оставляло никаких сомнений в максимальной приятности. Потом последовала на кровать, взяв меня за руку и потянув за собой. Еще пару оргазмов словила, трахаемая в вагину при позе «стою у кромки кровати, ее ноги у меня на плечах». Оторванная от реального мира, сочла нужным напомнить мне (хотя много раз до этого говорила), чтоб не кончал в нее. Почувствовав приближение своего оргазма, я стащил ее с постели и дотрахал в рот. Прошли все брызги, были высосаны все капельки спермы, но Яна упорно держала член во рту, пока не добилась еще одного оргазма, не моего конечно, а своего, наяривая клитор одной рукой, а другой прижимая меня за поясницу к себе, чтоб вдруг не вздумал отнять раньше времени такую вкусную конфетку.

- Славный был денёк, - сказал я, опустившись в кресло и закуривая.

- Почему был? – с легкой иронией спросила Яна. – Ты куда-то спешишь?

- Я нет. А ты посмотри на часы.

Нажав кнопку лежащего на столе сотового телефона, Яна ахнула и кинулась одеваться. 4 часа пролетели как единый миг, уже была половина пятого.

- Тут какой адрес? Интересно, когда пришлют машину? Дашь мне 100 рублей на такси? – суетливо спрашивала она во время метаний.

- Успокойся, я отвезу. Да оставь, потом уберу, я еще вернусь сюда. Посмотри, ничего не забыла? А телефон ты хозяйке хочешь оставить в подарок? Мне он не нужен, забирай свое имущество.

- Ты когда еще приедешь? А можешь с самого утра? Я с 9 свободна обычно. А то быстро как-то время пролетело, - уже сидя в машине, по пути в детсад.

- На следующей неделе или через неделю точно буду. А с самого утра – вряд ли. Я же по делам приезжаю, так что, как сегодня, в полдень, плюс-минус полчаса. Могу остаться на вечер и ночь, но это ж тебе не удобно?

- Да, вечером и ночью никак, извини. Ну давай, DD, спасибо, было классно с тобой! Звони, как будешь приезжать!

- Обязательно! И тебе спасибо! Удачи, пока, Яна!

Вторая встреча прошла как под копирку с первой. С той минимальной разницей, что первый акт был чуть живее, трахаться мы начали анально, затем лизали друг другу в позе 69 (это не опечатка, Янка в тот раз не сосала, а именно лизала, плотно обхватив член рукой и водя по нему языком, пользуясь всеми доступными степенями свободы), потом она опробовала на мне «амазонку» в киске, но гарцевала не бешеным галопом, а легкой рысью, и внимательно слушала мои указания по теории методики «стой-давай», практику которой чуть погодя сдала весьма успешно. Примечательно, что сперма после приема в рот была не проглочена сразу и не сплюнута побегом в ванную. «А что же с ней случилось? Испарилась, что ли?» - спросит любопытный читатель. Янка выпустила ее снова на мой член и его окрестности, полюбовалась специфичным видом «сосиски с яйцами под майонезом» и слизала дочиста.

Но по-настоящему мы раздухарились после перерыва-перекуса-перекура, во время которого была затронута тема группового секса. Но второе соитие того дня, начатое минетом (только теперь не в кресле, а я стоял рядом с Яной, которая сидя за столом, клала в рот кусочек торта, запивала кофе, брала в рот член и немного сосала, и далее цикл repeat-until, пока не кончился десерт на ее блюдце), продолжилось так же бурно, с попеременной еблей во все дырки и завершился спуском в зад, причем, каюсь, в пылу страсти я ее немного покусал за затылок и плечи, так как финальная часть траха была не в позе «раком», а «она лежит на животе, я лежу на ней».

Для третьего захода снова не хватило времени, но зато хватило для обсуждения и понимания того, что нам хочется провести встречу с парой. Яна выдала мне полный карт-бланш для создания парной анкеты и поставила только два предварительных условия для согласия на встречу: парень не должен кончать в нее вагинально, а девушка должна быть бишкой. Сказала, что отнесется с пониманием, если вдруг мне захочется бисексуальных отношений, и ее мнение обо мне ничуть не поменяется, если вдруг я допущу секс с мужчиной хоть в активной, хоть в пассивной форме, но я улыбнулся и вежливо отказался, заявив, что вопрос не в «западло» (для определенных кругов лизание пизды столь же позорно, как сосание хуя), а в реальном нежелании такого контакта.

Времени для отыскания нужной пары было немного. Во-первых, близился мой летний отпуск. Во-вторых, я знал кое-какие обстоятельства Янкиной личной жизни: ее второй брак практически распался, оставалось только объявить мужу о разводе и выдержать нервотрепку оформления расставания, потому что на нее запал один из местных богачей, владеющий многопрофильным производством тут и недвижимостью за границей, обещавший Яне при согласии выйти за него замуж предоставить ей и ее детям постоянное проживание в стране с «молочными реками и кисельными берегами».

Но, с другой стороны, я был уверен, что желающие найдутся. Ибо минимум требований и объективная привлекательность Яны как молодой и задорной девчонки создавали нужный задел для претендентов на общую постель. В общем-то, так и случилось. Не скажу, что пары стояли в очередь для секса с нами, но минимум с тремя нашлось взаимопонимание и согласие на оговоренный интим. И, видимо, только досадная случайность, уже при выборе конкретной пары привела к облому.

Встретились мы с ними в кафе, через дорогу от здания, в котором была наша съемная квартира для уединения. Они чуть опоздали, но предупредили по телефону, чтоб мы их ждали, они уже в дороге. Приехали. Высокий худощавый парень и чуть ниже его ростом, плотненькая, крепко сбитая девушка с выдающимся бюстом. 28 ему, 25 ей. Я-то с ним по телефону общался, а дамы наши впервые друг друга видели. Вначале было какое-то смущение, но нашли общую тему, о детях и садиках, разговорились. Могу ошибаться, но у меня сложилось впечатление, что ведущей в их паре была девушка, а парень так, на подхвате.

Девушка не возражает продолжить общение в уединении, парень, само собой, тоже. Выходим из кафе. Говорю, что квартира напротив, и мы можем, на их усмотрение, оставить наши машины на парковке у кафе и просто перейти дорогу, а можем заехать во двор. Парень вопросительно смотрит на девушку, она говорит, лучше во двор заедем, парень соглашается. Дорожная разметка там такая, что надо отъехать от кафе, вписаться в поток и тут же включить левый поворотник, чтобы заехать во двор. Садимся с Яной в машину, говорю этому парню, чтобы ехал за мной и выезжаю. Повернув налево, успеваю увидеть в зеркале заднего вида, что парень не включил поворот и поехал прямо. Останавливаюсь около подъезда, звоню ему и спрашиваю, что такое, почему не последовали за нами? Что-то там неразборчиво ему подсказывает девушка, парень отвечает, что сейчас купят сигареты и приедут, ждите.

Ждем. Сперва у подъезда. Что там купить сигареты, на каждом углу ларьки. Потом поднимаемся. Настроение уже испорчено, подспудно ждем подвоха. Звоню – не берет. Звоню – сбрасывает. Пишу смс-ку, еще надеясь на благоприятный исход (как мне кажется, идет процесс ее уговаривания со стороны парня), сообщая подъезд, этаж и номер квартиры, ответа нет. После еще одного сброшенного звонка приходит смс-ка: «Извините, она передумала».

Было хреново, не скрою. Хоть и не было моей прямой вины, но я чувствовал себя виноватым. Ведь мог же назначить свидание второй или третьей паре, а почему-то выбрал этих. И уже поздно выбирать других (сегодня, во всяком случае). Интернета в телефоне нет ни у меня, ни у Яны, выходить в клуб обломно, но даже если пересилить себя, то слишком мала вероятность, чтоб работающие люди после первого же сообщения о нашей готовности (даже если допустить, что сейчас будут онлайн) бросят все свои дела и примчатся к нам на трах.

Тренькает телефон. «Она не хочет, но я могу к вам присоединиться третьим». Ага, халява, сэр? Показываю Янке. Она презрительно морщится.

- Пошел он на хуй! Мне нравится секс МЖМ, но не с халявщиком и мужем динамщицы.

Соблюдая политес, предполагая, что парень в самом деле не виноват из-за взбрыка супруги, а трахнуться на халяву кому не хочется, отвечаю ему корректно, мол, моя девушка обижена отказом от ранее достигнутых договоренностей, поэтому третий нам не нужен.

Сажаю Янку на колени к себе, расстегиваю лифчик, достаю грудь и начинаю сосать. Одновременно задираю подол, отодвигаю кромку трусиков и начинаю ласкать пещерку и клитор. Яна поглаживает мою лысину и целует в ухо и щеку, куда может дотянуться при такой позе. Снова тренькает телефон. Блять, да что надо, в конце концов? Отъебитесь уже!

Ох ни фига себе! Показываю смс-ку Яне, она заливисто хохочет:

- Говорила ж я тебе! Вот неугомонный тип! А хочешь, пусть и в самом деле приедет?

Смс-ка гласит: «А давайте я буду третьей. Буду сосать твой хуй и давать в жопу, только уговори ее. Пожалуйста!».

Щелк-щелк, переместить в черный список – да. С этими пидарасами и динамистками покончено. Но настроение, как ни странно, улучшилось. То ли я рад теперь тому, что интим с ними не состоялся, ибо кто знает, какие неприятные сюрпризы могли быть при таком раскладе. То ли настрой Яны передался мне и злость у меня теперь особая, веселая. Отвечаю ей:

- Конечно, конечно! Я выебу в жопу и дам отсосать хуй. Но не мальчику «такому-то» (я помню имена этой «сладкой парочки», но специально не озвучиваю в тексте, чтобы никакие нормальные мужчины и женщины не почувствовали укол обиды за негативное упоминание своего имени), а девочке Янке. Ну-ка, раздевайся и в койку! – и шлепком ниже спины придаю нужное ускорение.

Янка хохочет и дурачится, притворяется мальчиком, говорит о себе в мужском роде, то сетует на то, что вокруг так много красивых девушек, а ее(его), извращенку(ца), тянет на мужчин, то умоляет меня не рассказывать дворовым пацанам, что я ее(его) опустил, а то прохода не дадут, ну а хули, рот не занят, может болтать что в голову взбредет, пока ебется в жопу. И неплохо ебется, скажу я вам! Прогибается и подмахивает, постанывает в паузах между болтовней и протягивая руку назад, царапает мне яйца и ягодицы, в общем, всеми силами способствует нашему первому акту, проведенному от начала до конца в одну дырочку. Спустив в нее, не вытащив еще член из попы, склоняюсь, целую спину и затылок, она поворачивает голову, целуемся в губы и почти одновременно раздается:

- Спасибо, моя девочка! Повеселила на старости лет!

- Ты не обиделся? Я чисто по-дружески прикалывалась, чтоб тебя развеселить, видела, в каком ты мрачном настроении.

Примостившись на колени ко мне в перерыве, как бы восстанавливая ту позу, которая была прервана смс-ками, попросила поласкать ей там. Когда потянулся туда лицом, остановила:

- Нет, нет. Языком так не сможешь. Пальцами – сильно и быстро.

Оргазм был - не чета предыдущим. Ее выгнуло и подбросило, я еле удержал, чтоб не брякнулась на пол, но головой об подлокотник кресла все ж приложилась. Тряслась и дергалась, стонала как плач и смех одновременно. Успокоилась, свернулась калачиком в моих объятиях, пробормотала:

- А так даже лучше, правда?

- Да, моя хорошая! Все нормально, не переживай.

…Ну и последний акт этого незабываемого дня тоже оказался проведенным в одну дырочку – ротик. Ласково и нежно, не меняя резко темп и не прибегая к разным выкрутасам, напомнив тем самым Стасю из первой части этой сторьки, Яна отсосала мне, стоя на коленях перед полюбившимся нам массивным креслом с широкими подлокотниками. Вынув член после ее глотания, я выдавил еще немножко спермы на ее лицо и растер головкой, под одобрительное хихиканье Яны:

- Правильно! И на косметике можно сэкономить!

Вот такой озорницей была моя подруга, веселая девочка Яна!

Телефон Яны после моего отпуска не отвечал, анкета оказалась удаленной. Осенью я увидел в местном таблоиде броский заголовок «Олигарх Такойтов: я только в 50 узнал по-настоящему, что такое медовый месяц».

Очевидно, что больше мы никогда не виделись (С) – к.т.н. С.В.Ф.

октябрь 2013 г.

Бывает, попадешь в неловкую ситуацию, готов со стыда сгореть в тот момент, кажется, что так вот и будешь про это всё со стыдом вспоминать, но проходит время, и эпизод воспринимается с юмором, а потом даже и с лёгкою ностальгией. (Например, во время экскурсии в третьем классе я упал в фонтан, промочил брюки. Девчонки хихикали, пацаны бегали вокруг и дразнили, я же безумно злился на них на всех… да и на себя тоже. Но на фото с той поездки, где я забился в самую гущу народа, чтобы быть видимым лишь до пояса, сейчас гляжу с улыбкой.)

Сколько ж должно дней пройти, чтобы я перестал стыдиться своих «скелетов в шкафу» в личной жизни? Чтобы смог рассказать о них не только в «клубе анонимных любителей секса», но при случае и знакомым из реального мира… рассказать с улыбкой или лёгкой печалью о минувших годах? Это возможно… или быть может нет? Кто знает…

Их немного, этих «скелетов» в моём личном шкафу – всего два. Первый – банальный любовный треугольник. Я очарован ею, она любит другого, а тот «любит» свой бизнес. (В советское время сказали бы «партию»). Можно удивиться, что ж тут стыдного, кому не доводилось сталкиваться с безответными чувствами? Какому черствому сухарю вздумается насмехаться над ними? Но дело в том, что в угаре страсти и под влиянием лёгкого помутнения мозгов, этой страстью спровоцированного, я ничего лучшего не придумал, как пойти разбираться с соперником. И в результате выслушал от него не то снисходительную отповедь, не то смущенное оправдание. Что-то типа «у меня нет времени на ваши любови-моркови, фирму и так трясут налоговая с шестым отделом, на девушку видов, кроме как на сотрудницу, не имею, пусть сама определяется… а что я ее разочек трахнул, так это было давно и неправда, больше не буду, я не знал, что у вас все так серьезно, и вообще, тогда вы еще были незнакомы» и бла-бла-бла в том же духе.

Не очень хочется об этом, мы все втроем себя не с лучшей стороны показали там.

А о втором скелете (ма-а-аленький такой скелетик, в ма-а-аленьком шкафчике в ванной комнате, но все равно скелет, хоть многие и скажут, что нет в этой истории ничего такого уж стыдного, вполне себе нормальное приключение и quick sex) расскажу сейчас.

Лето, три часа пополудни, самый пик жары. Остановка, с одной стороны которой бочка с ледяным квасом, с другой – клетка с арбузами. Медленно и с наслаждением пью напиток, поглядывая одним глазом на дорогу, не показывается ли маршрутка. Допив, закидываю стаканчик в урну и не торопясь шествую к кромке дороги, чтобы оказаться в гуще борьбы за квадратные сантиметры общественного транспорта, буде он подъедет. И вдруг, в очереди за арбузами, замечаю знакомую персону.

- Кого я вижу! Анечка! Как дела, как жизнь?

- О, надо же, где увиделись! Сам-то как?

Чмок-чмок в щечку. Она - прелесть… если не сказать больше!

Торговец, видя наше оживленное общение, пытается под шумок подсунуть нечто неликвидное вместо нормального арбуза, но я пресекаю это в зародыше и выбираю для Ани другой, с сухим хвостиком. Расплачиваюсь, беру пакет, и вливаюсь в ряды третьей за три минуты очереди – к маршруткам, будь они неладны.

Спустя некоторое время… уже стоя у её подъезда.

- Заходи! Кофе угощу. Надо ж расплатиться с носильщиком…

- Нашла, чем заманивать в эту жару. Нет, чтоб холодным чем-нибудь… арбузиком, например.

- Арбуз еще не скоро охладится. А кофе у меня в холодильнике, ледяной.

- Айс?

- Айс!

(Что б мы делали без рекламных слоганов.) Ну, раз женщина настаивает, мужчина не в силах отказать. Принимаю приглашение.

- Уфф, ну и жарища! Вот твой кофе! Джин с тоником будешь?

- А без тоника можно?

- Как в лучших домах Чикаго? Если курить не будешь, я включу кондиционер.

- Включай, включай! Я на балкон выйду. А где твои?

- Дочки у бабушки. Кеша на работе до пяти. Нет, не могу больше. Ты меня извини, я в душ.

- Давай, хорошо. А я пока побуду англичанином. У тебя ж есть еще бутылка?

- Перебьешься. Эту, да, можешь допить.

Сухой лондонский джин, чуть пахнущий можжевеловым дымом и терпкими осенними листьями… Не сравнится с ним ни французский коньяк, ни американский виски. Впрочем… может быть это только лишь моё ощущение.

Сижу себе и откровенно балдею, отхлебывая джин без тоника и запивая его ледяным кофе. Думаю о том, о сем, вспоминаю прошлое… детство, школьные годы, Аньку совсем юной девчонкой. Она и не изменилась почти… такая же стройная, изящная, элегантная. И на язычок бойкая. Повезло ее мужу. Или не повезло?

Почти бессознательно прислушиваюсь к раздающимся из ванной звукам. Мягкий хлопок двери, приглушенный лязг защелки, шуршание снимаемой одежды, напор водных струй. И воображение услужливо рисует мне Анну… Аннушку…стоящую сейчас под струями прохладной воды, запрокинув голову и подставив улыбающееся лицо их тонко-колючему прикосновению… тело её, упругое и нежное тело молодой женщины, наполняется бодростью и свежестью, и она становится от этого ещё прекраснее …

Хмм, что-то не в ту степь меня повели алкоголь и кофеин. Или в ту?

Шум воды стих. Щелкнула открываемая задвижка. Но Анюта не спешит выходить из ванной. Что ж она там делает? Быть может, крутится перед зеркалом, рассматривая свое обнаженное тело, любуясь изгибами и выпуклостями соблазнительной фигуры? Я тоже хочу!!!...

…Анна вздрогнула от неожиданности, когда я, наконец-то решившись, открыл дверь ванной и увидел ее… как и предполагал, перед зеркалом. Нет, она не крутилась-вертелась перед ним, а, обмотав волосы полотенцем, бережными движениями вытирала их. Мы встретились взглядами через зеркало, ее губы чуть приоткрылись, словно бы Аннушка захотела что-то возмущенно сказать, но я улыбнулся ее отражению, и она улыбнулась мне в ответ…

Я подошел к ней молча… без единого слова… взял в ладони ладные её грудки… такие нежные, с остро торчащими сосочками… ласково коснулся губами шеи, ощутив запах Женщины, и чуть не задохнулся от внезапного наплыва нежности и желания. Ещё миг… и вот уже тела наши приступили к исполнению танца любви, древнего, как мир, и такого же юного.

Аннушка стояла, опираясь руками о край ванны, а я, пошире расставив ноги, чтоб сравняться с ней ростом, входил и входил в её лоно, не уставая ласкать руками загорелую спинку с легким пушком вдоль позвоночника, нежные бока, крепкие белые ягодицы с безумно возбуждающим разрезом между ними, бедра, неожиданно массивные для ее миниатюрного сложения… ласкать и наслаждаться этим.

Как услаждает слух ее тихое постанывание, сменившее молчание первых моих движений в ней, особенно когда мои пальцы натыкаются на ее и наши руки дуэтом мастурбируют ей клитор. И то, как она подмахивает мне, а потом мой член вдруг в какой-то момент оказывается в сладких тисках её вагины... слов нет передать, как же это приятно. И мне безумных усилий стоит сдерживаться и не кончить за две минуты. Но оно того заслуживает, спору нет!

- Не в меня! – пожалуй, единственные ее слова, прозвучавшие уже под конец близости.

Я изливался на ее ягодицы, сперма все лилась и лилась, а я все кайфовал и кайфовал, продолжая восхищаться этим подарком судьбы и не позволяя пока мыслишкам «Зачем мы это сделали? И что же теперь дальше?» закрадываться в голову, омрачая пережитое наслаждение.

Аня взяла из стиралки какую-то тряпочку, вытерла мне член, вытерла частично сперму со своего тела, а я в блаженном оцепенении стоял, привалившись к стене и бессмысленно улыбаясь, смотрел в зеркало на хлопочущую хозяйку. Потом Аннушка поцеловала меня в щеку и нежно-настойчиво вытолкала из ванной, закрыв дверь на задвижку. Снова послышался шум воды из душа.

Контраст между жаркой ванной и кондиционированной комнатой остудил меня, но не отрезвил. Я просидел в ступоре еще минут десять, пока Аня не вошла в комнату уже с высушенными волосами и в домашнем платьице. Затем, убрав со стола пустые стаканы и бутылку, то ли иронично, то всерьез поинтересовалась:

- Кешу будешь ждать?

Без четверти пять. Нет уж, увольте, я не готов посмотреть в глаза и пожать руку ее мужу. Пойду-ка от греха подальше, протрезвею, обдумаю на досуге, что случилось и случилось ли страшное?

- Да о чем таком уж страшном талдычит нам автор? - так и слышу голоса читателей. - Мало ли кто кого трахал… и не только в ванной комнате, но и на супружеском ложе… бывает.

Ну да, бывает. Только дело всё в том, что Анна мне не подруга, не одноклассница и не любовница.

Она моя… сестра. Но только не делайте страшных глаз… не родная, двоюродная. Да и то, не родная по крови, мой дядя женился на женщине, у которой была дочь от первого брака. Но всё же… всё же.

июнь 2014 г.

Этот случай заслуживал конкурсной истории. Яркий образ женщины с удивительным (для наших краев) поведением и единственная интимная встреча, во время которой были особенности, не имевшие места в других моих рассказах (хотя в комментариях я и упоминал мельком про героиню нынешней сторьки), вроде бы давали основания написать о ней и впечатать в конце штамп «больше мы никогда не встречались». Но это было бы неправдой. Мы пару раз виделись и после секса, иногда созванивались, да и в Инете общение не заглохло, возникало спонтанно временами, с охватом широкого спектра тем: от любовно-сексуальных до компьютерно-парфюмерных.

Моим самым ярким чувством от знакомства с ней на мамбе и начальных бесед, вплоть до реальной встречи и секса, и далее до нынешних времен, когда узнаю о том, что она отмочила в очередной раз в интимно-продвинутом плане или вдруг впадет в совсем не вяжущийся с обликом секс-вампирши меланхолию-хандру по очередному красавчику, можно назвать удивление.

Начнем с имени. На мамбовской анкете оно было написано реальное, но с орфографической ошибкой. «Олбанский» язык уже был известен в 2008 году, и когда я поинтересовался, это она нарочно так исказила в угоду моде или какова тайная подоплека сей фишки, получил ответ, что в ее паспорте так и значится. По двум версиям семейных преданий, не то пьяный писарь сельсовета ошибся, не то ее упрямый отец посчитал, что имя «Оксана» должно писаться через «а». Так и осталась она «Аксаной» в официальных документах и «Аксюшей» в личном общении. Пример приведен условный, на самом деле имя у нее национальное, по понятным причинам не оглашаю. А паспорт свой, не забыв об этой нашей беседе, она мне даже продемонстрировала на нашей встрече. Ведь тоже удивительно, правда?

Теперь по пунктам анкеты. Даже сейчас, в 2016 году, крайне мало женских анкет на мамбе с местом жительства «Эмск», указавших цель знакомства «секс». В большинстве своем это спам-роботы или проститутки. Особо и не надеясь, я написал ей «привет» и еще что-то, не прямо, но весьма однозначно показывающее мою заинтересованность вышеупомянутым пунктом, оставляя тем не менее место для отступления, если вдруг окажется, что «секс» указан лишь для прикола, а ее интересует только общение от нечего делать, да нахождение жениха-мужа в идеальном случае (семейный статус был указан «не замужем, есть дети»). И был удивлен ее адекватным ответом, без рекламных ссылок и обозначения цены за интимные услуги, но в котором затем мелькнуло почему-то удивление напополам с разочарованием, что-то вроде (не дословно, но примерно, после пары-тройки ознакомительных реплик): «и ты, серьезный солидный человек, с престижной профессией и ученой степенью, имеющий жену и детей, запал на всякую фигню?».

Удивленно отвечаю, а что тут удивительного, что мужчина в 40 лет пока еще имеет интерес к сексу, несмотря на все научные регалии, государственную службу и семейный статус? Было бы удивительно (и печально), если б не имел такого интереса, не так ли? На что Аксюша, не вдаваясь в хитросплетения рассуждений, пишет мне «А ты все мои фотки смотрел? Они все тебе понравились?».

Каюсь, не все. Их было довольно много, распределенных в папки без названий (только цифры 1, 2 и так далее, всего на тот момент было 5 папок, помимо основной «это я»). Основную я, конечно, просмотрел перед тем, как написать ей. Смуглая, чуть полноватая женщина лет под 40, с солидной грудью и не менее солидной филейной частью, с темными глазами и черными волнистыми волосами до плеч, была запечатлена, видимо, во время турпохода. Фоном служил горный пейзаж, вблизи летний, а в перспективе были видны заснеженные вершины. Форма одежды была спортивная, за плечами висел рюкзак, а сама Аксана, приподняв на лоб солнечные очки, без тени улыбки смотрела на дерзкого фотографа, как бы недовольная тем, что ее застали в неподходящий для увековечения миг.

В папках «1» и «2» было мало людей, но много природы и зданий: интерьеров и экстерьеров, натуральных и отфотошопленных. В папке «3» были разные смешные объявления, понадерганные из Инета, ну вроде «Бензина нет САВСЕМ. Почиму – не спрашивать», и рекламные плакаты парфюмерных изделий. Папки «4» и «5» я быстро просмотрел уже после ее вопроса, думая, что имею дело с обычным женским кокетством и желанностью явного подтверждения восхищения ее внешним видом, только после чего мне будет открыт доступ к телу и душе. Хорошо, что просмотрел, а не брякнул наобум «Да, да, все ОК. Когда встречаемся?».

В 4-й папке были фотки с коллегами (когда корпоратив, а когда и просто на улице стояла группа людей, среди которых была Аксана, причем улицы были и местные, и московские, и восточноевропейские, судя по заголовкам самих файлов) и родственниками-подругами-знакомыми, сделанные чаще всего во время семейных застолий. А вот что было в 5-й…

По-моему, они называются фемдом или страпонессы. На ряде фотографий женщина без лица, но очертаниями тела безусловно Аксюша, ебала страпоном в жопу взрослых мужиков и молодых парней, они ей покорно целовали ноги в черных чулках и высоких сапогах, и беспрекословно лизали, прижатые властной рукой к волосатой пизде. Мелькнула и пара фоток постановочных, высокого профессионального качества, там лица женщин не скрывалось, но то была уже не Аксана, просто их подбор был осуществлен по теме женского доминирования.

Пока просматриваю, поступает насмешливая реплика пытающейся взять «на слабо» страпонессы:

- Ха, еще один пугливый попался. Иди, модератору пожалуйся на аморальные фотки.

- Да нет, фотки хорошие. Из последней папки с удовольствием бы повторил, только в более привычной роли: я мужчина, ты женщина. А по предпоследней – ты работала в Москве и за границей? Или просто была по своим делам или в гостях.

- И работала, и по делам ездила много, еще с 90-х товар возили. Я вообще в Москве долго жила, почти десять лет, три месяца как вернулась. Там кризис, а здесь магазин купила парфюмерный (такой-то на такой-то улице), не был никогда? Да и к маме поближе, она уже в годах, болеет часто.

- Нет, не был я в твоем магазине. Хотя рядом проходил, припоминаю, что есть такой. Значит, у тебя давно такое сексуальное увлечение фемдомом, в Москве небось желающих было море?

- Да. Но и здесь попадаются. Правда, очень осторожничают, боятся опозориться.

- А секс, где мужчины и женщины исполняют традиционные роли, ты не практикуешь?

- Практикую.

- С ними же? С кем играете в женское доминирование?

- Ни боже мой! Да они этого и не хотят. Или от простаты кайфуют, или сами сдрочат. Редко кому яйца потрогаю или член рукой возьму. А чтоб в рот взять или в себя пустить – не было такого. Не может быть такого.

- Почему, собственно? Вы наедине. Только что каким-никаким, но сексом занимались. Возбуждение присутствует. И с твоей стороны, и с его. А он, пусть номинальный, но мужчина. Физически сильнее. Вполне может и принудить тебя к обычному или оральному сексу. Что будешь делать? Член откусишь? Заявление напишешь в милицию? Не поверю, ведь и твоя репутация на кону. Не зря фотки из последней папки без лица.

- Ты не понимаешь, DD! Вот ты сказал, что мы играем. Мы не играем. Особенно они. Это тайная часть их жизни. Которую они воплощают со мной. Которая прекратится, если они нарушат оговоренные правила. Наши совместные правила, к слову сказать, а не единолично мною навязанные всем и каждому под копирку.

- Но ты сама тоже кайфуешь? Я не заметил вокруг твоей анкеты красной рамочки или пункта «ищу спонсора», значит, ты не берешь деньги. Вряд ли ты «Мать Тереза», оказывающая секс-услуги из сострадания к извращенцам. Следовательно, сама получаешь удовольствие? Или как?

- Конечно, получаю. Моральное – от того, что я ебу мужчин. Высокомерных и задирающих нос в обычной жизни. Местных, которые считают, что они выше женщин по умолчанию. Москвичей и русских, которые считают, что они круче остальных городов и народов. Поляков и прибалтов, которые считают, что они лучше, чем Россия и имеют право нам указывать. Как бы я трахнула американского президента за Югославию – ты не представляешь! Не попадается никак только, сволочь, а жаль.

- А физическое?

- Тоже. Оргазм от куни никто не отменял. Если в ебле я им подыгрываю, кого-то молча трахаю, кого-то с изображением страсти, кого-то со шлепками, кого-то с матами и унижениями, то отлизывают они меня по-настоящему. Пока я не кончу, встреча продолжается, и клала я с прибором, если кто-то не укладывается в два или четыре часа снятого номера в гостинице.

- Ясно. Занятно, конечно, но меня больше интересует вариант, когда ты занимаешься сексом без обмена гендерными ролями. В анкете твоей написано «не замужем», значит, ты в разводе или не была никогда в браке?

- Была, была. От кого ж я двух детей родила, не от Святого же Духа? Не выдержал муж мук ревности, когда я челночила по-черному в 90-х, а он на диване лежал. Долежался. Я в Москву подалась, а он и не знаю куда. И знать не хочу!

- Получается, что сейчас у тебя нет постоянных отношений ни с кем? В традиционном стиле, уточню на всякий случай.

- Как тебе сказать? Есть один. Под полтинник мужику, еще ни разу не был женат. Теперь приспичило жениться. В гости приглашал, с мамой знакомил, с сестрами. Не, стоит еще крепко у него, с голодухи не помираю, врать не буду. Но замуж не хочу. Детей рожать тем более, а этот намекал. Не хочу я замуж. Не лежит к нему сердце. А к кому лежит, тот в Москве живет. И женат. Нет, отсюда родом, давно просто уехал, еще при Советах. У него уже внуки, а я его как вижу или слышу, влюбленной школьницей себя чувствую, дура-дурой становлюсь. Он мне звонит, конкретно спрашивает, такая-то марка духов хорошая, купить или нет, как отличить, подделка или нет, а я смеюсь, радуюсь, ни к селу, ни к городу что-то несу невпопад, лишь бы проболтать подольше. Смешно, да?

- Я б не сказал. Трогательно и лирично, это да. И не вяжется с твоими предпочтениями. На первый взгляд. А на второй все становится предельно ясно – ведь ты женщина. То есть загадка без ответа. И для мужчин. И для себя.

- Красиво излагаешь. Так чего ты хотел? Интересуешься темой? Хочешь попробовать?

- Интересуюсь сексом. Хочу попробовать. С тобой. Вагинальным, оральным и анальным. Без смены ролей.

- Анальным, ага! Размечтался. Давай попробуй ты. Купи страпон, и я тебя трахну анально. Тебе понравится, вот увидишь.

- Давай-давай, поуговаривай тут еще, ага. Моя попа для тебя табу. Можешь языком поласкать.

- Фу! Еще не хватало немытые задницы мужикам лизать.

- Кто сказал, что немытые? Все как положено, в лучших традициях Чикаго. Встреча, кафе, квартира, душ, постель. Но смотри, предупреждаю, полезешь в мою попу, сама будешь трахнута в зад.

- Не переживай, не полезу. Сама анал не очень люблю.

- Вот и отлично! Когда встречаемся?

- А ты на машине приедешь?

- Да.

- Послезавтра, в 2 или 3 часа дня. Устраивает?

- Да.

Упомяну, что вышеизложенная беседа состоялась не в один день, а примерно в течение недели и перемежалась, естественно, общением на несексуальные темы.

Настало послезавтра. После завершения своих дел звоню Аксане, почему-то мне кажется, что забрать ее надо из ее магазина, но оказывается, она на Центральном Рынке, делает какие-то «контрольные обходы» по ее словам. Мелькнуло, неужели она такая крупная бизнесменша, имеет свои объекты в разных местах города, но потом выяснилось, что она просто знакомилась с ценами и ассортиментом конкурентов по отрасли, а непродовольственных точек на обширной территории ЦР более чем достаточно.

С парковкой в том районе трудновато. Оставляю машину довольно далеко от входа, на одной из радиальных улиц, втыкающихся в кольцо, опоясывающее рынок. Минут через 10, пройдя пешком расстояние до входа, звоню еще раз и пытаемся найти друг друга в толчее торгового центра, в хитросплетениях галерей, проходов, бутиков которого я не ориентируюсь. Ситуация усугубляется еще и тем, что она не знает меня в лицо. Моя анкета без фото, и раз просьбы выслать фотку на почту или телефон не было, то визуально я ей незнаком. Просит описать себя. Ну вы уже знаете… Помимо «толстый, лысый, с большим носом, без очков и растительности на лице», самый пик летней жары, еще и «весь в белом». Подходи к каждому второму или третьему – не ошибешься.

В общем, сумели мы увидеться, только выйдя из здания и взяв ориентиром тумбу с афишами близ кинотеатра рядышком. Наряд Аксаны тоже был выдержан в светлых тонах: легкое платье обнажало приятной (но не чрезмерной) полноты руки до плеч и ноги до середины бедер, переливчатый пояс (косынка, шарф?) обнимал ее чуть выше талии, ненавязчиво подчеркивая тугость заполнения лифа, цвет маникюра и педикюра совпадал с рубинами в сережках и на единственном кольце (обручального не было, кстати), и единственным темным аксессуаром были солнечные очки, чаще носимые не на переносице, а на лбу или волосах. И таким сладко-сексуальным, дразнящее-возбуждающим ароматом повеяло от нее, когда мы поцеловались в щечку при знакомстве, ммм…

…Идем себе под ручку, болтаем о том, о сем, когда приходится расцепляться в узких местах тротуара торгового квартала или пропуская прохожих, не упускаю возможности коснуться и погладить округлые бока или спинку или даже разочек пышную попку Аксюши. Идем себе и идем… А машины моей нет и нет. Блин, я ж ее где-то здесь бросил, нет? Угнали? На эвакуаторе увезли? Да не может быть такого! Или по закону бутерброда именно сейчас и произошло?

Аксана обращает внимание, что я стал рассеян и часто осматриваю окрестности.

- Что случилось?

- Машины что-то нет моей.

- Где ты ее оставил?

- А фиг знает. Где-то здесь. Ближе места не было припарковаться.

- Я понимаю. Но на этой улице? Пушкина? Может, на соседних, Лермонтова или Гоголя? (названия улиц условны)

- Не знаю, честно. Они тут все друг на друга похожи. Сплошные магазины и толпы людей.

В общем, дошли мы до второго кольца, повернули к рынку по другой радиальной улице, нашли-таки моего железного коня, сели и поехали в кафе. Пообедали, поболтали, чуть потискались в отдельном кабинете и поехали ко мне, на съемную квартиру.

Поведение Аксаны совершенно не похоже на властную страпонессу. Не очень многословна, чувствуется определенное смущение при переводе отношений из виртуальной в реальную плоскость, как бывает с подавляющим большинством женщин. Следует в фарватере моих инициатив, играя роль самой обычной женщины. Улыбается шуткам; слегка хлопает по шаловливым рукам, пытающимися пробраться куда не надо раньше времени; если вдруг воцаряется молчание, подает реплику для начала очередного витка флирта, подтверждая всем своим поведением желанность скорого сближения. Впрочем, кто может знать, возможно, именно сейчас она настоящая, а играет роль «госпожи» лишь для любителей подобного рода утех? Как говорится, за неимением гербовой…

…Закрылась за нами входная дверь квартиры, и мы оба с облегчением вздохнули, попав в полумрак и сравнительную прохладу, после ослепляющего солнца и почти сорокаградусной жары раскаленного июльского дня. Сняв обувь, прошлепали босиком в комнату, сели на диван. Посмотрели друг другу в глаза. И без единого слова стали целоваться. Какие же классные духи у Аксаны, оно и понятно, ведь профессионально этим занимается, но тем не менее, никак не надышусь и не нацелуюсь. Опрокинул ее на диван, целую шею, плечи, тискаю податливое тело под легкой, чуть шершавой тканью. И так получилось, что стал оголять Аксюшу не сверху, а снизу. Задрал подол, а под ним, оп-па, ничего!

Поднял в удивлении голову, посмотрел в ее смеющиеся глаза. Когда же она успела? Так без трусов и пришла на свидание? Или когда отлучалась в дамскую комнату в кафе, точно и безошибочно просчитав, что обязательно последует приглашение на уединение? Да какая разница?! Аксюша смеется моему неподдельному удивлению, щелкает слегка пальцем по носу и почти беззвучно произносит «сюрприз». Затем, попытавшись ухватить меня за несуществующие волосы, и за их неимением взявшись за лысую башку, пригибает мою голову к своему широко распахнутому междуножью.

Скажу вам честно, я не любитель волосатых кисок. И с точки зрения эстетики, и практической реализации полового акта (а тем более кунилингуса), мне больше импонируют женские гениталии с минимумом (а лучше совершенно без) волос. Это мое четкое имхо, ничуть не осуждаю любителей естественности или каких-то вычурных интимных причесок, их личное дело. Но в данной ситуации мне, распаленному поцелуями и вкусным ароматом Аксаны, ярко-розовая щель в обрамлении черных курчавых волос, показавшаяся сразу под платьем без нижнего белья, только добавляет возбуждения, не до привередничанья, думаю, что ничему они не помешают, раз задуманы самой матерью-природой.

Но… помешали. То ли волосы удерживали не очень приятный запах, бывший следствием жаркого дня и посещения туалета, то ли разителен был контраст между бесподобным парфюмом и естественным запахом тела, но начальное куни я прервал довольно скоро, сказав «давай быстро в душ и продолжим».

Сходили в душ и продолжили. И не зря она посетила ванную комнату, взяв с собой висящую в прихожей сумочку. Продолжили мы уже не целуясь в губы, а сразу развернувшись в 69 для обоюдного орального секса. Было замечательно, уже никаких претензий. Запах и вкус естественной смазки чистой женщины вкупе с ароматом каких-то средств интимной гигиены заставляли меня вгрызаться и всасываться в ее половые органы, пить ее влагу, захватывать губами клитор, имитировать трах языком. При неустанном ощупывании, поглаживании, исследовании руками прилегающих областей: бедер, попы, спины, боков. Не менее замечательно было и члену. Со знанием дела и мастерским умением Аксана сосала, то быстро и размашисто, то перекатывала как леденец во рту, тыкала головку в одну и другую щеку, точно так же не забывая о ручных ласках моего тела и нежном подергивании прилегающего к нему волосяного покрова.

И значит, лечу это я, лечу… то есть лижу это я, лижу, принимаю с кайфом ответный отсос и лениво так думаю, еще немного поласкаемся так и надо будет ее раком поставить, трахнуть по-серьезному, чай не девочка-целочка, чтоб минетом удовлетвориться, или может, раз уже лежу на спине, пусть амазонкой насаживается и скачет себе, доминам такая поза вроде больше должна нравиться, чем покорная коленно-локтевая. И вдруг начинаю постепенно какой-то дискомфорт ощущать. Причем с нарастанием. Блин, что такое?

В силу ли своей привычки случайно или специально задумав такую проверку – не могу знать, но Аксана тихой сапой стала подбираться к моей заднице. Когда она еще ласкала влажным пальчиком вокруг дырки или, не внедряясь вглубь, водила круговыми движениями, все было нормально. Но как только в моем анусе оказалось больше, чем полфаланги, болевые ощущения перевесили кайфные от минета. Ерзаю туда-сюда пятой точкой, пытаюсь освободиться от ее пальцев – бесполезно. Может, она даже это как поощрение поняла, бросила сосать и уже со всей дури пытается пропихнуться. Ага, щаз! Ну все, Аксанка, пипец твоей попе!

Шлепаю по ее попе и убираю с моего лица. Выбираюсь из-под нее.

- Я тебе говорил, чтоб не лезла в мой зад? – со зловещей улыбкой интересуюсь у Аксаны.

- Ой, ну что такого? Прям оскорбился.

- Да не оскорбился я. Больно и неприятно. Я тебе говорил? Говорил. Ты мне не поверила. Значит, подставляй свой зад. Обещала же? Будь добра сдержать слово.

- Я насухую не дам.

- У меня есть гель.

- Покажи, - и, желая все же оставить за собой последнее слово, - принеси мою сумочку, у меня лучше.

Лучше так лучше! Тебе видней! Я не уловил особых различий скольжения и проникновения. Разве что цвет моего геля был бледно-розовый, а Аксюшиного – светло-желтый, почти бесцветный. Пососав мне член для затравки и потеребив себе клитор, сидя на краешке постели передо мной, она обильно нанесла и растерла смазку по моему члену, попросила так же щедро увлажнить себе анус и вводить не спеша.

Я не знаю, может и действительно анал был для Аксаны самым редким видом. Благодаря качественному гелю и озвученной методике правильного внедрения, вторжение в «адские врата» прошло без сучка, без задоринки. Был ли анал приятен Аксане или наоборот - не могу сказать. Потому что трах после вторжения тоже был ровным, без сучка, без задоринки. Ни «охов и ахов» от боли и дискомфорта, ни подмахиваний и постанываний от страсти и возбуждения. Типа «мужик сказал – мужик сделал», обещала дать в попу – даю, а с задором или без – не обговаривалось, будь доволен, чем имеешь.

В общем, трахаю-трахаю я Аксюшу в попу, устал, вспотел, день-то летний и жаркий, а квартира без кондиционера. Приостановил фрикции, потянулся к полотенцу, брошенному неподалеку, вытер пот со лба. И слышу ее короткий смешок. Даже немного обиделся сперва, думал, надо мной смеется, что не смог долбить полчаса как отбойный молоток.

- Что такое?

- Я тут подумала и смешно стало. Ведь не поверят мои «мужчинки», если им скажут, что меня трахали в зад. А если сами увидят, то сильно разочаруются в «хозяйке». Опустили называется, позор! – Аксана засмеялась, и я вслед. И чуть позже, повернув голову и с сочувствием, - Устал, да? Ну иди, ополоснись, и я хочу под душ, жарко. Потом продолжим нормально. Все равно, ни я так не кончу, ни ты.

Получив заряд бодрости от прохладного душа, мы продолжили «нормально», то есть чередуя вагинал и орал. Примечательно, что и вагинальный секс был проведен большей частью в позе «раком», а меньшей – боком сзади, «ложкой», без плотного контакта лицом к лицу миссионерки и без сопровождающих акт поцелуев в губы. Привычка страпонессы избегать нежностей? Ниша допустимости только для любимого? Или чистая случайность? Не знаю.

Финишировали мы орально, с небольшим временным лагом. Вначале Аксана бросила сосать мне член (мы снова были в 69), напряглась, пробормотала басовито «да, да, да-да-да», перевалилась с меня на бок, потом на спину, прижала мое лицо к себе, выдохнула сильно и, отпустив мою голову, отстранила. И, наверное, минут на пять, не меньше, ушла в нирвану, уставясь невидящим взглядом в потолок, с глубоким и неритмичным дыханием, не реагируя на внешние раздражители, и только временами подрагивала поясница, возможно, по ней шли те самые волны оргазма, о цвете которых спорят одни и в существовании которых сомневаются другие.

Когда же она вернулась с небес на грешную землю, настал черед моего кончания. Практически не меняя своей позы, лишь подложив подушку под голову и повернув ее набок, Аксана была трахнута в рот вплоть до спуска спермы. Глотать не стала, пошла в ванную.

Потом мы лежали в обнимку и болтали. Не о сексе. О работе, налогах, проверках. О родственниках, детях, школах. Параллельно легким поглаживаниям и мимолетным поцелуям. И был сделан быстрый минет, когда Аксана почувствовала по напрягшемуся члену, что он готов ко второму заходу, но без малейших намеков с моей стороны. Только предупредила, чтоб я не кончал ей в рот или на лицо, а оросил бы семенем ее тяжелую грудь с темным, почти черным ореолом вокруг крупных сосков. И смотрела с улыбкой на мою эякуляцию, одной рукой подпирая себе снизу грудь, а другой ласково поглаживая мех моих ягодиц и бедер.

- Не успеем, мне уже пора, - мягко уклонилась, когда я захотел оказать ответную любезность. И уже во дворе, садясь в машину, - нет, не в мой магазин, в другой мне надо заехать, а оттуда я сама доберусь. Помоги мне в одном деле, DD, если тебе не трудно… - и объяснила, что ей требуется.

Примерно через неделю, прекрасным летним вечером, за столиком в открытом кафе, сидели три женщины и один мужчина. Хорошо известная нам Аксана и две ее подружки. Мужчина был высоким и худощавым, с сильной проседью в густых волосах. Он не отводил от Аксюши влюбленного взгляда, а его тонкие и длинные пальцы музыканта нервно отбивали барабанную дробь по столу, торопя время в стремлении поскорей оказаться наедине со своей возлюбленной.

- О, Аксана! Очень рад видеть! Здравствуйте! – раздался зычный голос нового посетителя, и к столику подошел лысый, толстый, с большим носом… ну вы знаете… DD, весь в белом, и с большим букетом ярко-красных роз в руке. – Это Вам! Еще раз – огромное спасибо. Вы знаете, за что! – и понизив голос, якобы только для мужчины, но в рамках слышимости для навостривших уши подруг. - Она мне сильно помогла в одном непростом вопросе. Ваша подруга – очень красивая женщина и очень добрый человек.

Ошарашенный мужчина кивнул, а Аксана протяжным тоном королевы медленно и тягуче произнесла:

- Спасибо, спасибо! Садитесь с нами, DD! Выпьете что-нибудь? Кофе или покрепче? Не торопитесь?

- Тороплюсь, Аксана. С удовольствием бы посидел и пообщался с Вашими симпатичными подругами, но спешу, - окинул плотоядным взглядом подружек, демонстрируя для ее мужчины отсутствие сексуального интереса к самой Аксане, - поэтому позвольте откланяться. Приятного вечера! – и отчалил.

Последняя смс-ка от Аксаны до моего явления в кафе была: «Все по плану. Мы в таком-то месте. Будем до такого-то времени. Успеешь?». Первая после отрепетированной мизансцены: «Спасибо! Если отобьюсь, то приеду ночью к тебе. Ты по тому же адресу?».

«Не отобьется» - подумал я и набрал номер Светика-Конфетика.

«Не отбилась, - подтвердила Аксюшина смс-ка утром, - но ведь и ты, прохвост, не один ночевал?».

Наша третья встреча произошла года три спустя. И длилась секунд тридцать. Я уезжал из Эмска на маршрутке и должен был передать ей некий пакет. Аксана опаздывала, водитель нервничал, но я-таки упросил его подождать несколько минут. Наконец такси подъехало. Обнялись, привет, как дела, спасибо, ты настоящий друг, чмок в щечку, тот же офигенный запах парфюма, усилием воли сдерживаю руку, чтоб не опустить с талии на смачную попку, пока, пиши, не забывай!

И больше мы не встречались. Но вот, не забыл и пишу!

январь 2014 г.

Попав под влияние недавних разговоров на сайте о старопердунячестве и обязательности проявления недюжинной заботы о женщине, сейчас я даже удивляюсь, как смог шесть лет назад обольстить, очаровать, уговорить, уломать (нужное подчеркнуть) на секс молодую 24-летнюю девушку с красивым именем Алина.

Познакомились мы на мамбе, через недельку или дней десять не очень активной переписки договорились о свидании вживую. Место первой нашей встречи запомнилось своей неординарностью. Не кафе и не кино, не памятник Ленину и не дворец губернатора, а возле будки стрелочника на одном из разъездов у ближней окраины Эмска. Я подъехал чуть раньше намеченного времени, стоял у машины и курил, наслаждаясь прекрасной погодой и почти первозданной природой, стоило лишь отвернуться от столбов с проводами и насыпей с тянущимися в бесконечность стальными рельсами.

Анкета Алины была без фотки, поэтому когда из-за поворота появилась нескладная долговязая фигура девчонки-школьницы (по первому впечатлению) в спортивной одежде, мог только гадать: она – не она, или может младшую сестренку послала предупредить, что не смогла вырваться из-под надзора строгих родителей. Что было бы романтично, но нереально. Ибо номерами сотовых телефонов мы уже обменялись и пару раз созванивались, уточняя время и место встречи. Но когда улеглись клубы пыли из-под колес промчавшейся мимо маршрутки, и подходящая девушка приветливо помахала мне рукой со смущенно-веселым выражением лица, сомнений не осталось – это и была Алина.

Сели ко мне в машину, поболтали немного. Уточнили, как понимаю, те пункты из анкет друг друга, которые вызвали дополнительный интерес. Алина попросила подтвердить, точно ли я женат, сколько у меня детей, какого возраста, сколько лет моей жене, кем она работает и как выглядят внешне. С удовольствием посмотрела их фотки на моем мобильнике, показав в ответ свою очаровательную крошку, задорно хохочущую в объектив на все два или три зубика. И подтвердила свою редкую для нынешних времен профессию – рабочая. Да, самая обычная рабочая, правда, на известном в округе заводе, с приличной для региона зарплатой и даже оплатой простоев. Работа не тяжелая, но нудная, часами делать одни и те же движения на конвейере, при наличии заказов не только в первую, но вторую и третью смены, однако хозяин никогда не зажимал ночные или праздничные. Поэтому, хоть и могла оставаться в декретном отпуске до трех лет, но предпочла выйти на работу уже через полгода после родов. Живет с мамой (работает на том же заводе, но в другом цехе) и тетей (стрелочница в той самой будке, около которой мы были, работа сутки через трое), в старом малоквартирном доме, где соседи как родственники, и всегда есть кому присмотреть за дочуркой. На вопрос об отце ребенка (я знал, что Алина не замужем), скривилась, будто лимон лизнула: «да пошел он». Своего отца она тоже не видела, мать-одиночка в третьем поколении. Что интересно еще, будучи по фамилии нацменкой, говорила на родном неохотно и с акцентом, предпочитая русский язык в общении и русский стиль жизни без заморочек и условностей части окружения.

- Ну что, поехали ко мне, пообщаемся поближе? – с улыбкой спрашиваю у Алины.

- Куда к тебе? – у нее округляются глаза. – В Энск? А жена, а дети?

- Нет, не домой ко мне. Тут, в Эмске. Место имеется, не переживай, никто не помешает.

- Нет, сегодня нет.

- Почему?

- У меня через час смена, - загибает она один палец. – Тетка меня уже заждалась, щас как выйдет, получим на орехи, - кивает на будку и загибает второй. – Да и вообще, с первой встречи прыгать в постель, - держит средний палец вытянутым некоторое время как жест «fuck» и потом загибает, - извини, не мое.

- Причины понятны и уважительны, - без тени недовольства заявляю в ответ. – Тогда в другой раз?

- В другой раз, - охотно соглашается Алина. – Ты же часто приезжаешь?

- Да, да, без проблем. Хочешь, я подожду, отвезу тебя на завод?

- Нет, не надо. Нас автобус возит, прямо к цеху подъезжает, а тебя за ворота не пропустят. Да и вообще, лишние разговоры, не надо, спасибо, - так мило смущается. – Мне уже пора, DD. Давай, пока!

- Пока, Алина, до встречи! – тянусь к ней, целую в щечку, подсознательно ли или на самом деле, не могу точно сказать, но улавливаю еще не только запах духов, но и молочный запах маленького ребенка, умиляясь и преисполняясь нежностью к своим и чужим детям.

На коротком расстоянии от дверцы машины до двери будки она еще дважды обернулась и помахала мне рукой, только потом я завел мотор и тронулся в дорогу, в путь-дорогу дальнюю…

«Другой раз» наступил через несколько дней, у той же железнодорожной будки, но пораньше, часов в 12, чтобы она успела вернуться домой, и поехала к 16-00 на вторую смену. Алина в той же излюбленной спортивной одежде, уверенно села в машину, расцеловалась со мной как столетняя знакомая, и мы поехали в Эмск, в ту самую комнату при частном доме, где я проводил свои дневные встречи, когда заведомо исключалась ночевка.

- Кушать не хочешь? Может, заедем в кафе, пообедаем? – спросил я, въехав в черту города.

- Нет, я не голодна. Ой, купи квас, пожалуйста, - когда в поле зрения попала бочка на колесах с этим классным напитком, непонятно почему не завоевавшим весь мир наподобие пепси или колы, ведь явно же вкуснее и полезнее.

И протягивает мне монетки. Я рассмеялся.

- Алина, не смеши меня! У меня нет денег на квас, как ты думаешь?

- Может, у тебя мелочи нет при себе, - краснеет, но находит отговорку.

- Вот когда не будет, я сам и попрошу. Спрячь, не позорь меня, а то джентльмены засмеют, а джигиты зарежут.

…Вот и комната, сохранившая за закрытыми ставнями небольшую прохладу сумрака после раскаленного полуденным солнцем дня. Вот и крохотная душевая кабинка, помогающая освежиться и приободриться после очередных заходов. Вот кухонька, где я курю во время «мужикальных пауз», наблюдая в проеме двери, как в повернутом набок мониторе, белоснежное тело Алины, с узкой талией и широкими бедрами, с закинутыми под затылок руками. Вот раскладной диван, на котором я дважды ее трахнул – в миссионерской и коленно-локтевой позе. С кончаниями на живот и на попу соответственно. Вот и всё, больше никаких красок с этим свежим телом в сексе не было. В рот не взяла, в попу не дала. Резко и принципиально. Не кончила и сама, увы. И сдается мне, данным фактом больше был раздосадован я, нежели она сама.

Зато вот такой краской была расцвечена прелюдия перед первым разом. Поцелуи, ласки, в восторге от предвкушения скорого обладания этим юным телом, сосу ее грудь… и вдруг… чувствую во рту струйки женского молока… поднимаю удивленный взгляд, вижу ее смеющиеся глаза и горделивое выражение лица:

- Да, я до сих пор кормлю малышку грудью. Правда, вкусно?

май 2014 г.

А вот посмотрим, смогу ли я написать короткую сторьку?

Зачин – типичный. Знакомство на мамбе, недолгое общение, осознание того, что явно указанный пункт про секс в моей анкете встретил ответное понимание, несмотря на отсутствие оного в ее. Сама она на несколько лет старше меня, разведена, дети взрослые. Согласовываем дату и время встречи. Обычно, приезжая в Эмск, я делаю какие-то свои дела, а уже затем, не торопясь и не форсируя события, уделяю подругам столько времени, сколько получится.

Тома (в реальности имя национальное, пусть по первой букве героиня будет Тамарой) почему-то настояла на обратном. Чтобы наша встреча произошла с самого раннего утра, а затем уже, разбежавшись, мы бы спокойно занимались иными делами. Воля женщины – закон (когда не вступает в противоречие с более важными делами), и в 9 утра (причем она вообще-то хотела с 8-00), миновав пост на въезде в Эмск, я ей позвонил и узнал, откуда ее забирать.

В условленном месте ожидание было недолгим, две-три минуты. Среднего роста худощавая женщина с резкими чертами лица, коротким каре блестящих черных волос и пронзительным взглядом темных глаз по-хозяйски открыла правую дверцу машины, быстро села и сказала:

- Поехали! Привет! – именно в такой последовательности.

- В кафе заедем? – спросил я некоторое время спустя.

- Тебя что, жена с утра завтраком не покормила? – съязвила Тома в первый, но далеко не в последний раз.

Не хотите – как хотите.

Доехали до «приюта любви». В тот день я снял не квартиру, а комнату в частном секторе, с отдельным входом с улицы, не заходя в калитку, но хозяйка в любом случае должна была выйти, дать мне ключ, взять деньги, одним словом, во избежание ненужного палева в таких случаях я просил женщин посидеть несколько минут в машине, в их же интересах. Некоторые из подруг даже просили чуть подальше поставить машину, чтобы вдруг, мало ли, за нетонированными стеклами их не увидели бы. Тома оказалась единственной, которая надменно усмехнулась, выслушав мои объяснения насчет предосторожностей, и вызывающе их проигнорировала, встав рядом с машиной и пристально изучая хозяйку.

Зашли. Тома вначале осмотрела всю жилплощадь: маленькую кухню, совсем махонькую ванную комнату, в которой не было ванны, но была душевая кабинка, и потом только подошла и села рядом со мной на застеленный диван в комнате. Иронично улыбнулась:

- Что мы будем делать?

Гусары, молчать!

Погладил ее по волосам, прижался лицом к шее, поцеловал. Почувствовал запах женщины. Новой женщины. Быстрее побежала кровь по жилам, встрепенулись члены. И член.

Подставила губы. Целуемся. А глаза не закрывает, между прочим.

Тискаю Тамару поверх одежды и пытаюсь параллельно ее раздеть. Прерывает поцелуй и вполне серьезно интересуется:

- Будем заниматься сексом?

Тут гусары смолчать не смогли.

- Конечно, будем!

- Так бы и сказал! – деловито раздевается, аккуратно снимая и складывая блузку, юбку, колготки, лифчик и трусы на стул. Для ее телосложения грудь нормальная, второго или близкого к тому размера, фигура следящей за собой женщины, волосы на лобке имеются, но аккуратно подстрижены треугольником. – А ты кого ждешь?

Процесс своего разоблачения от одежды я бы сравнил с медосмотром, но боюсь, что уже и не вспомню, когда такое было в последний раз (и было ли вообще), чтоб я раздевался догола в медицинских целях. Тома сидит на диване, скрестила руки на груди и пристально меня разглядывает. Уделяя часть своего внимания и тому органу, который покачивается между ног, наливаясь и крепчая далее.

- Я купалась с утра, - верно истолковала мой взгляд в сторону санузла. - А ты?

Я кивнул.

- Не слышу!

- Да, я тоже с утра купался, - громко и отчетливо произношу я.

- Не кричи, я не глухая!

Ну смотри, чтоб не онемела!

Подхожу к Томе впритык, запускаю одну руку в прическу, а другой, оголив головку, подношу член ко рту. Два-три примерочных захвата и затем уже она сосет вовсю, размашисто и глубоко, обняв руками меня за ягодицы и задавая темп орального секса, а подустав, выпускает член изо рта и побуждает меня гладить им по ее лицу, и даже слегка бить. По завершении второго такого цикла, снова деловитый вопрос:

- Будешь трахать? Или отсосать?

- Буду.

Не оставляя мне поле для маневра и выбора иной позы, становится раком на постели, широко раздвинув ноги и оттопырив попку. Глажу ее по спине и бокам, полупопиям и бедрам, забираюсь внутрь… Вот это потоп!!! Вот это сила воли, не выдавать своего желания, обставляя все нарочитым образом сухо-деловито.

Тома на секунду теряет контроль над собой под шарящими в ней пальцами, потом поворачивает голову набок и снова пытается найти строгий тон:

- А презервативы?

- Здрасте Насте! Мы об этом говорили на сайте. Забыла?

- Ой! – и вдруг ее интонация становится очень женской, трогательной и извиняющейся. – Да, забыла, извини, пожалуйста! – и Тома мне улыбается по-нормальному, нежно и просительно, без сарказма и выпендрежа, наверное, в первый раз за все это время.

Мой член, снующий поршнем в обильно увлажненной вагине Томки, почти ничего не чувствует. Удивительно, что чувствует сама Тома. И очень бурно реагирует. Стоны и крики, ахи и охи сотрясают стены комнаты, и возможно, удивляют прохожих на улице. А когда я, изловчившись, примащиваюсь немного боком, поставив одну ногу на диван, а рукой, изогнувшись, достаю до клитора, Тома начинает трястись, поддается назад и насаживается, насколько получается, и вдруг, коротко вскрикнув, обмякает и распластывается на постели.

Перекур. Минет. Пытаюсь рулить я, то за одну щеку даю, то за другую. Так смешно оттопыриваются. Классно. И снова женщина-программист (да-да, она была моей коллегой!) перехватывает инициативу:

- Хочешь в попу?

- Да!!!

Блин, а геля-то нет. Ну ладно, попробуем без. И получается, благодаря обилию ее естественной смазки. Члену анал с Томой нравится больше вагинала. А самой Томе… боюсь, что безразлично, ибо звукового сопровождения нет, даже когда нащупываю клитор. Она просто оказывает ответную любезность. Вспоминаю, что во время бесед на мамбе в ответ на вопрос об анальном сексе, она ответила, что бывало и такое, но не любительница.

Как-то не комильфо трахаться в одни ворота. Я-то кайфую, а она? Может, чередовать дырочки? Но как только я пытаюсь претворить это решение в жизнь, Тома моментально соскакивает с члена и возмущенно отчитывает:

- Ты что? Он же только что в попе был. Миллион бактерий. С ума сошел? Иди помой! Или презерватив надень!

Увидев мое насупленное лицо, чуть смягчает тон:

- Не обижайся, DD! Такой у меня бзик, уж не взыщи. Пойдем, покурим лучше, - и на пути следования в кухню обнимает меня со спины и целует в щеку, - мне было очень хорошо с тобой, молодец! – тихо, еле слышным шепотом.

Перекур. Поступает звонок мне на мобильный. От работников той конторы, куда я еду.

- Да-да, я уже в городе, скоро буду.

Набирает кому-то Тома, посмотрев пропущенный вызов.

- Да-да, все нормально. На работу? Скоро поеду.

Посматриваем на часы. Гасим сигареты.

- Ты ж не кончил? Пойдем, я быстренько отсосу. Только в душ сперва.

Отсосала. Сглотнула. Скорчила мне рожу, увидев мою балдеющую физиономию. Побежала в душ. Чувствуя ее спешку, я мыться не стал, ополоснул член в умывальнике. Одеваемся как солдаты по команде «Подъем». Сели в машину. Поехали. Пока? Пока!

Недельки через две, накануне своей очередной поездки в Эмск, позвонил я Томе, чтобы узнать ее планы на завтра и настрой на встречу. И услышал в ответ, что сейчас нет, но давай на следующей неделе махнем на море, будем жить дикарями, купаться голышом при луне и покорять горные вершины. Когда я осторожно напомнил, что у меня работа, дела, семья и прочие обстоятельства, она бросила мне "эх, нет в тебе романтики и полета фантазии, жаль" и выключила телефон.

Романтику еще надо заслужить, дорогая Ворона!

Ах да… так почему же «Ворона»? А очень просто, таков был ее никнейм на сайте знакомств. Почему? А я знаю?..

февраль 2014 г.

На момент нашего виртуального знакомства летом 2008 года, поверив мамбовской анкете, я был уверен, что старше Залины. Лишь в прошлом году, попав случайно на ее реальный аккаунт в другой соц.сети и убедившись, что это она и есть, узнал, что полтинник она разменяла, а значит, была на 5 лет старше меня. Впрочем, это никак не отразилось на моем восприятии как прошлого, так и текущего общения.

Итак, конец лета 2008 года. Мамба. Знакомство. Беседы через компьютер (чуть позже, осенью, и через телефон). О местных и федеральных властях. О спортсменах и артистах. О кулинарии и путешествиях. О детях и школах. О семьях и национальных традициях. О том, что привело немолодую, в общем-то, женщину, на сайт знакомств, и что заставляет ее там держаться, упорно отбиваясь от назойливых малолеток. Ситуация воистину удивительна (хотя и нередка): рано выйдя замуж и родив трех детей (от старшей снохи как раз в то время она ждала первого внука, а младшая дочка была старшеклассницей), пробыв всю сознательную жизнь безупречно верной женой, Залине вдруг захотелось завести любовника (абсолютно не рассматривая вопрос развода с мужем) и попробовать, а как это – сексоваться с другим мужчиной, не супругом. И как я понял, камнем преткновения в реализации этой мысли был отнюдь не вопрос моральной решимости (видимо, для себя она уже приняла решение и успела провести несколько раундов внутренней борьбы между эмоциями и разумом). Когда наши разговоры стали чуть откровенней, она призналась, что главный вопрос для нее – гарантия конфиденциальности. Жила она в маленьком городке, в котором каждый чих становился достоянием общественности, командировок по работе не было, отдых проводила с мужем или детьми, внятного легендирования для поездок одной, без подруг или родственниц, в крупные города нашего региона не имела.

И тогда я предложил ей свой план по решению данного вопроса, который, после обсуждения и минимальных корректировок, был ею одобрен. Благо, я как раз готовил свой осенний смотр-парад 2008 года, и не составляло труда заехать в ее городок, забрать с собой Залину в Эмск, а после встречи привезти обратно.

Местом нашей первой встречи вживую (согласно ее уточнениям, ибо мне было без разницы) была назначена парковка возле неприметного хозмага в максимальной удаленности от того квартала, где она проживала. Время было полуденное, причем прождал я ее немало, успел покурить и что-то купить в этом магазине, но позвонив, убедился, что она едет и вот-вот будет, а не крутит вариант «динамо».

Залина оказалась среднего роста белолицей и кареглазой шатенкой, с волнистыми волосами до плеч, не худой и не толстой, а чуть полноватой, особенно же привлекал мужской взор солидный бюст, несмотря на вязаное платье самого скромного покроя, призванное скорее отводить, чем привлекать взгляд. Что примечательно, при ней была не скажу, что набитая битком, но достаточно наполненная хозяйственная сумка.

- Думала, что я буду делать, если ты не дождешься и уедешь? – ее первая фраза после обмена приветствиями и трогания с места.

- О чем ты, Залина? – развеселился я. – Я же сам тебе звонил и говорил, что жду.

- Мало ли… Вы, мужчины, такой народ непредсказуемый…

Квартира в Эмске. Кухня. Выгружаю из своих пакетов нужные мне на ближайшие несколько дней предметы и продукты. И выгружает из своей сумки Залина какие-то свертки и баночки.

- Что это? – спрашиваю с недоумением.

- Не порть себе желудок общепитом. Я тебе приготовила домашненького, попробуй, очень вкусно, - называет несколько блюд их национальной кухни.

- Спасибо, моя хорошая! – я искренне тронут. Обняв сзади, целую в щеку и в шею, ощущаю вкусный аромат геля и влажность свежевымытых волос. Член рвется в бой… стой, братишка, не торопись. Желудок тоже человек, свой кайф пусть тоже получит.

- Иди, мой руки, я накрою на стол, - замерев на секунду в моих объятиях и порывисто вздохнув, берет на себя руководство бытовыми вопросами хозяюшка Залина.

Помыв не только руки, но и прочие части тела, возвращаюсь из ванной к столу без одежды, с одним намотанным на бедра коротким полотенцем. В глазах Залины на короткое время вспыхивает похоть, сменившаяся потом на обычное уважение, почитание и желание ублажить во всех, а не только сексуальных вопросах. Она лишь возвращает мне поцелуй в шею, ероша мех на груди, и увиливает от моих шаловливых рук, приподнявших подол платья и нащупавших гладкие бедра у кромки трусиков, говоря, что время обеденное, надо покушать, пока еда теплая.

Вкусно! И само по себе вкусно. И еще с учетом того, что приготовлено специально для меня, с мыслями обо мне, о нашей близости. Молодец, девочка!

Раз, два, три… посуда со стола убрана и вроде даже перемыта, передо мной стоит чашка ароматного кофе, вьется дым сигареты, а сидящая уже не напротив, а рядом Залина, снявшая по моей просьбе платье, но оставшаяся в нижнем белье, все смелей отвечает на мои ласки, то смущенно хихикая, когда мои пальцы проникают под край трусиков и играются с набухшими губками влагалища, то откидывая голову в возбуждении, когда я ласкаю ее соски через ткань лифчика, а потом, придя в себя, сжимает и дрочит мой член, который уже не скрыт весьма вовремя развязавшимся полотенцем.

Обнявшись и слившись в поцелуе, медленно-медленно, чтоб не задеть стены и прочую мебель, кружась как в медленном танце, следуем из кухни в комнату. Приятный сюрприз: белье уже постелено, две подушки рядом, край одеяла призывно откинут, когда же она успела, ведь пока обедали, из кухни не отлучалась. Наверное, пока я принимал душ в ванной. Еще один сюрприз при виде обнажившейся груди: очень крупные соски, как фаланга мизинца минимум, и на их сосание Залина отзывается очень эмоционально и физиологично: тихие постанывания значительно усиливаются, а во влагалище происходит потоп. Менее приятный сюрприз: на якобы ненароком подставленный к лицу член для начального минета Залина не реагирует. Вернее, реагирует, но не губами, как мне хотелось, а рукой: сжимает, подрачивает и тянет вниз, мол, давай уже трахай, а не ерундой занимайся.

Трахаю. Долго и упорно. В разных позах и темпах. Получая удовольствие от ее обильного мокрения и поддавания, от ее нежности и страсти, от блестящих глаз и прерывистого шепота, от доброго взгляда и заботливого вытирания пота с моего лба. Уловив, что ей больше всего нравится одновременное воздействие на эрогенные зоны, финал первого захода провожу так. Встав у края дивана с широко расставленными ногами, размашисто трахаю ее, закинув ее ноги себе на плечи, и тереблю одной рукой ее клитор, так и норовящий потеряться, а другой покручиваю и сжимаю сосок на груди. Сосок второй теребит она сама, временами подтягивая тяжелую грудь к лицу и пытаясь пососать его. С гордостью и кайфом слышу протяжное «у-у-у», Залина содрогается всем телом, прижимает своей рукой мою к клитору, и еще несколько секунд трет себя моей рукой, но не бурно-размашисто, а еле-еле, буквально миллиметр в секунду и затем ненадолго застывает в прострации.

Сияющие глаза женщины, только что словившей оргазм от тебя… Есть ли на свете что лучше?

- Ты кончил, нет? Я забыла сказать, извини. Можно в меня, - и пожимает (слабо, на грани ощутимости) мышцами вагины мой член, как бы подвигая к реализации.

- Нет, не хочу пока. Давай отдохнем.

Женская голова на твоей груди, гладишь мимоходом тело, куда дотянешься руками, и целуешь легонько, куда дотянешься губами, болтая ни о чем или слушая дыханье друг друга… Есть ли на свете что уютней?

И вдруг… нашу идиллию прерывает некий звук, которого быть не должно. Что такое? Неужели? Мчусь в ванную. Блин, вот я растяпа, позабыл, что говорила мне квартирная хозяйка, вручая ключи и постельное белье. Что надо в ванной каждый раз закрывать общий вентиль на трубе. А я, весь в мечтах и фантазиях, только закрыл кран, но не перекрыл воду. И теперь лейка выдвижного душа, не закрепленная на стойке, а лежащая в умывальнике, со всем напором фонтанирует и заливает пол ванной комнаты, просачиваясь за дверь и не дай бог, к соседям снизу.

- Перекрывай воду! – командует неслышно возникшая за спиной Залина. – Где тут тряпка? Иди в комнату, там, кажется, твой телефон звонит.

Телефон действительно звонил, и разговор был важен, по рабочим вопросам, продлился минут 10-15. Нажав кнопку отбоя, вижу в комнате Залину, которая терпеливо ожидает моего внимания.

- Что?

- Может, ты знаешь, где тут будет тряпка почище?

- Для чего?

- Я окна тоже помою.

Оказывается, она не только справилась с последствиями мини-наводнения, но также помыла полы в ванной, коридоре и на кухне, и теперь рвется наводить чистоту в остальной части этой неказистой, скажем прямо, квартиры.

- Может, еще ремонт сделаем этой хозяйке от щедрот души? Перебьется.

- Ну давай тогда чай пить. Я же и сладости испекла, попробуй, они вкусные.

Не Залинка, а прелесть!

…В начале второго захода пытаюсь все же приобщить ее к минету. Не только жестами, но и словами намекаю.

- Не хочу, DD, не обижайся!

- Я не обижаюсь, но что тут плохого?

- Ничего плохого! Но я заколебалась каждый день сосать! – увидев мой удивленный взгляд, поправляется, - ну пусть не каждый, но очень часто. 4-5, а то и 6 раз в неделю. Мой муж – фанат минета, хлебом не корми, дай только свой шланг мне в рот заправить. И долго держится, зараза, 15-20, когда и 30 минут. Я устаю, задыхаюсь, все немеет, а ему хоть бы хны, пихает и пихает. Поэтому не подумай, что брезгую, - поцеловала дважды мне член, в ствол и головку, - не подумай, что не умею, - заглотила и пропустила почти до горла, но тут же выпустила, оставив младшего братишку в недоумении, это было реально или померещилось. – Не хочу сосать, хочу заниматься сексом. И ты мне обещал, помнишь? Только то, что захочется мне, без перегибов.

- Никаких вопросов. Сейчас приступим. Только скажи мне еще, а он тебе куни делает в ответ на минет? Или до того? То есть ваш основной семейный секс – оральный?

- Рассмешил, DD! – с иронией ответила мне Залина. Только вот глаза у нее были ничуть не смеющиеся, а грустные. – Он и пальцем там редко трогает, говорит, что слишком все мокро и лично ему неприятно, будто описалась, куда там языком.

- А как с обычным сексом у вас? Не бывает совсем, что ли?

- Бывает. Раз в месяц, - подумала немного, - или в два. А ты думаешь, для чего мне любовник? Не могла ж я это тебе там написать или по телефону сказать. Стыдно.

- Пусть мужу твоему будет стыдно. Вот запоминай, что и как я делаю, и передай ему, пусть повторяет!

- Ага, обязательно! – рассмеялась, и теперь уже веселье было не нарочитым, а вполне искренним. – Поехали!

Скопировать, что ли, те два абзаца, в которых описывался первый заход? Да ладно, что мне, за объемы гонорар платят? Впрочем, желающие могут проскролить вверх и перечитать…

Такая же круговерть поз и ласк, поцелуев и объятий, нежности и страсти. Единственное, в самом конце, уже понимая, что минета не будет (а анала тем более, об этом мне было резко сказано еще во время общения на сайте), но что можно кончать в нее, я поставил ее раком, и от души наяривал туда-сюда, похлопывая от избытка чувств по белым ягодицам немалых габаритов. Катализатором же моего выплеска стали ноготки Залины, царапающие мне мошонку, вследствие чего я с огромным кайфом излился в ее лоно. Затем, прижавшись к ее спине, я сбоку просунул руки к ее грудям, покрутил-повертел изрядно удивившие меня размером соски, и Залинка кончила еще раз, благо не так далеко убрала руку от своего межножья. Справедливости ради скажу, что ее второй оргазм был менее бурным, но более продолжительным.

…Благодарно-восхищенный взгляд женщины, когда везешь ее обратно домой, после удачной интимный встречи. Ради этого стоит жить!

Я не годился Залине в постоянные любовники, по целому ряду причин. Это изначально была разовая встреча, но, волей случая, давшая толчок активизации ее личной жизни. Примерно через месяц я узнал, что у нее таки появился постоянный любовник, не обремененный семейными узами актер местного драмтеатра, имевший машину для поездок туда-обратно, собственную квартиру для встреч, и что немаловажно – вечернюю занятость по работе, дающую возможность регулярных свиданий днем.

После этой информации сексуальная тематика из наших бесед исчезла, и мы остались добрыми знакомыми, интересующимися при редких «встречах» онлайн самочувствием и делами, успехами детей и внуков, поздравляющими друг друга с праздниками, и посторонний читатель нашей переписки должен будет обладать очень уж изощренно-извращенной фантазией, чтоб допустить мысль о нашей интимной близости с Залиной той славной осенью далекого уже две тысячи восьмого года.

июль 2014 г.

№ кадра) Камера

  Длительность, звуковой фон, иные примечания