Ной

Переводчик: Настя А., Анастасия М.

Редактор: Екатерина И., Ксюша Р., Таисия С.

Обложка: Александра В.

Глава 1

В ночь, когда Вероника молила Бога о скорейшей смерти своей матери, она представить себе не могла, что та не проснется на следующее утро. Но это случилось. Она умерла во сне. В том самом доме, где Веронике теперь было суждено провести всю оставшуюся жизнь одной.

Это произошло шесть месяцев назад. С тех пор ненавистное существование Вероники составляли пробуждения в тихом доме и бессмысленное шатание от кровати до дивана в гостиной, и кухонного стола, пока не приходило время ползти обратно в кровать и начинать все заново.

Мать оставила ей внушительный трастовый фонд при условии, что дом никогда не будет продан. Дом, который принадлежал семье поколениями, должен остаться в пределах семьи по крайне мере еще на сто лет или до тех пор, пока не останется никого из родственников, чтобы его передать. Даже если она доживет до ста лет, это все равно не случится раньше, потому что для того, чтобы иметь детей — необходим мужской круг общения и тот единственный мужчина, а также выходы из дома чаще, нежели походы в магазин. Тем не менее, Вероника пообещала матери на смертном одре, что ни за что на свете не продаст дом.

Так как она была единственным ребенком, то дом, который теперь был унаследован, безоговорочно принадлежал ей. Ближайший ее родственник — это тетя, с которой мать говорила несколько раз. Девушка никогда не видела отца, поэтому не имеет понятия о том, есть ли у нее семья с его стороны.

В двадцать восемь лет Вероника чувствовала себя девой. Конечно, многие посчитали бы ее относительно молодой, но годы, предшествующие смерти матери, во многом ее состарили. Когда Вероника узнала про рак и про то, как мало ее матери осталось, то бросила все. Уволилась с работы, где занималась должность начальника отдела кадров в местном колледже, работа, которую она любила, чтобы заботиться о своей матери днем и ночью. Ее социальная жизнь сошла на нет больше чем за два года.

К тому времени, когда мать умерла, Вероника стала на восемнадцать килограмм тяжелее и слишком вымоталась, чтобы возвращаться в реальный мир. У нее нет желания возвращаться на работу в таком потрепанном виде и с лишним весом. Чувствуя себя на десять лет старше и больше, чем когда-либо в жизни, она ни за что не покажет там снова свое лицо. Смерть матери не только вымотала физически, она также лишила духа. Вероника больше не была той энергичной молодой женщиной, полной идей и амбиций, которой была раньше.

Потеря матери такой, как она это видела — безнадежное увядание, полное боли без возможности облегчить ее — оставило отпечаток на всю жизнь. Девушка злилась на Бога и не видела причин даже стараться вносить свой вклад в общество. Что хорошего оно тебе может дать, когда это так легко можно отнять?

Громкий стук в дверь вырвал Веронику из ее тоскливых мыслей. Девушка уже знала, кто это, и закатила глаза, поднимаясь с дивана, чтобы ответить.

Лучшая подруга Нелли широко улыбалась, когда Вероника открыла дверь.

— Угадай, что я достала для нас, — девушка подняла вверх что-то, похожее на билеты.

— Я говорила тебе, — сказала Вероника, возвращаясь к любимом месту на диване. — Что не собираюсь идти ни на какой фильм или концерт, или любое другое мероприятие, где мне придется находиться среди других людей. Я — корова, Нелли. У меня нет даже одежды, которая бы мне подошла.

— А спортивный костюм у тебя есть?

— Это все, что у меня есть, — Вероника оттянула ткань спортивного костюма, что был на ней. — Я не покупала ничего месяцами. Это все, во что влазит моя толстая задница, и я отказываюсь идти покупать вещи такого постыдного размера.

— Тогда идеально, — сказала Нелли. — Потому что это бесплатный абонемент на неделю в спортивный зал на Пятой улице.

Вероника уставилась на нее.

— Спортивный зал?

Девушка даже не знала, что на Пятой улице есть спортивный зал.

— Да, спортивный зал. Поднимайся. Мы туда идем, — Нелли взяла ее за руку и потянула. — Мне надоело, что ты используешь собственный вес как оправдание, чтобы похоронить себя подальше от мира. Мы пойдем туда вместе.

Вероника застонала, когда поднялась с дивана.

— Я даже не знала, что на Пятой улице есть спортивный зал. Ты уверена? — девушка забрала абонементы у подруги.

Они походили больше на любительский формат: сделанные на обычной бумаге, даже порезанные немного неровно.

— Где ты их взяла?

— Не бери в голову. Я знала, что ты вряд ли согласишься пойти в спортивный зал торгового центра, переполненный людьми. От которых ты непреклонно стараешься держать подальше, — Нелли толкала Веронику ко входной двери. — Это небольшой общественный зал, но все еще достаточно хороший, чтобы предлагать бесплатные недельные абонементы. Мы позанимаемся неделю, а затем в зависимости от того, как ты будешь себя чувствовать, можем подписаться и на больший срок.

Вероника пыталась протестовать, говоря о том, что у нее нет спортивной сумки, но Нелли была уже на шаг впереди.

— Все, что нам надо, уже в машине. Просто захвати свои ключи и кошелек. Никаких оправданий.

Нелли делала все возможное месяцами, чтобы вытащить ее из депрессии, и Вероника ненавидела себя за свою неблагодарность. Девушка серьезно сомневалась, что сможет сделать хотя бы один прыжок, не упав на колени, но в этот раз она повеселит подругу. Правда в том, что ей действительно нужно похудеть.

По дороге Нелли рассказывала ей о спортзале. Ее муж был членом огромного спортзала в торговом центре, но однажды брал уроки кикбоксинга в зале на Пятой улице. Мужчина сказал, что помещение довольно маленькое, чтобы Вероника не чувствовала себя подавленной. Замечательно. Нелли рассказала своему мужу, какой жирной и жалкой отшельницей стала подруга.

— Так что, когда парень возле супермаркета дал мне эти абонементы, я подумала, что это будет идеально.

Вероника даже не пыталась быть такой же восторженной, какой казалась Нелли, хотя подозревала, что та делает это специально. Они, были лучшими подругами с детства, и подруга всегда делала все, чтобы поднять настроение Веронике с тех пор, как ее мать умерла. Вероника знала, что Нелли просто ненавидит заниматься спортом. Так что это, как всегда, был бескорыстный поступок с ее стороны. Все ради того, чтобы вытащить Веронику из пещеры, которую она называла домом. Это одна из причин, по которой девушка еще больше любила и ценила свою лучшую подругу Нелли.

Когда они приехали, то обе были удивлены отсутствием женщин в спортзале. Вероника внимательно рассматривала абонемент, который держала в руках.

— А ты уверена, что это не мужской спортзал?

Нелли не выглядела полностью уверенной, но быстро не согласилась.

— Это глупо. Никогда не слышала про мужские спортзалы.

— А я слышала.

— Тогда почему парень вручил мне эти абонементы, если спортзал мужской?

Вероника осмотрелась. Этот спортзал определенно точно не походил на тот, что в торговом центре. Для начала он нуждался в серьезной покраске. Здесь было всего несколько беговых дорожек и климберов[1] в одном конце зала. Четыре наклонных доски и гири — на другом. Гребной тренажер, много боксерских груш и ринг — в середине. Это точно был боксерский спортзал.

Вероника последовала за Нелли к мужчине с планшетом, который стоял рядом с боксерскими грушами и показала ему абонементы.

— Мы здесь для бесплатной недели тренировок.

Это был старый мужчина с сединой в волосах. Он посмотрел на обеих девушек и ухмыльнулся.

— Вы когда-нибудь тренировались раньше?

Вероника попыталась втянуть живот и стоять прямо. Казалась, целую жизнь назад она состояла в теннисной команде своего колледжа. И прежде, чем ее мать заболела, она обычно собиралась с несколькими своими коллегами и играла на постоянной основе. Сейчас она боялась даже себе представить, что может с ней сделать небольшая тренировка.

— Нет, не совсем, но мы здесь, чтобы начать, — сказала Нелли, вскинув подбородок.

Мужчина посмотрел на открытую дверь, откуда торчало несколько голов парней, смотревших в их сторону. Как только ребята увидели, что мужчина смотрит, то захихикали и убрались. Вероника все еще могла слышать их смех. Все уже над ней издевались, а она даже еще не начала трясти своим жиром. Это будет еще хуже, чем девушка представляла. Вероника обменялась взглядами с Нелли, прежде чем вернулась к мужчине напротив.

Мужчина наклонился к коробке, стоящей рядом, и схватил два планшета вместе с маленькими карточками для учетных записей.

— Прочитайте и подпишите это. Посмотрим, что я смогу для вас сделать, — мужчина пошел к двери, где находились смеющиеся парни.

Вероника потянула Нелли за руку, которая уже начала читать соглашение об отказе от ответственности.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Стоп, — твердо произнесла Нелли, — мы будем заниматься всего неделю. Ты не можешь сидеть взаперти в этом доме вечность, Рони. Я этого не потерплю.

Сама мысль о том, что один из этих молодых парней, которые очевидно уже над ними подшучивали, будет стоять и тренировать, пока Вероника почти не испустит последнее дыхание от пары приседаний, приводила в панику.

— Может, мы просто будем гулять каждый день по вечерам? Знаешь, в парке. Мы можем заниматься самостоятельно.

Нелли выгнула бровь.

— Нет, ты так просто не отделаешься. Всего неделя. После этого решим, что будем делать дальше. Но пока мы будем тренироваться здесь.

Побежденная Вероника вздохнула. Нелли была непоколебима. Девушка знала, какой подруга становится, когда уже все решила. Заканчивая подписывать соглашение, она подняла голову и посмотрела на двух молодых парней, которые вошли в ту же комнату, что и мужчина, а затем оттуда донесся смех. Вероника знала, что выйти из уютного дома было ошибкой.

Намеренный убедить Джека, что он готов тренировать, Ной вошел в офис спортзала не просто так. Как только они с Джио вошли, парни начали смеяться. Ной нахмурился.

— Что смешного?

Все промолчали. Эйбел ухмыльнулся, уходя из офиса. Гектор едва сдерживался. Джек был единственный, кто не смеялся. Он держал планшет, который затем вручил ему.

— Хочешь тренировать, Куинтанилла? Сегодня твой счастливый день. У нас тут пришли двое с бесплатным недельным абонементом. У тебя есть неделя доказать, что ты на это способен.

Ной едва мог в это поверить. Почти год он пытался убедить Джека в том, что он может тренировать также хорошо, как и тренеры, которых тот так тщательно отбирал. Сначала Джек сказал, что даст ему попробовать, когда Ною исполнится девятнадцать, но уже прошел год после его дня рождения, а оправдания следовали одно за другим. Джек нанял его несколько лет назад в качестве уборщика. Зарплата была небольшой, но мог бесплатно заниматься в зале и тренироваться с другими боксерами. В обмен он следил за оборудованием, помогал убираться, бросал полотенца в стиральную машину, затем сушку и вытирал тренажеры — проще простого.

Наблюдая за другими тренерами годами, Ной знал, что у него есть шансы тренировать. Да и зарплата у тренеров была намного выше, чем у уборщика. Так как травма плеча поставила боксерскую карьеру на паузу по крайне мере не следующие три месяца. Возможность стать профессионалом или полупрофессионалом, где есть возможность зарабатывать хорошие деньги с боев, откладывалась на неопределенный срок. Ему же деньги нужны были сейчас.

Ной бросил сумку на пол и посмотрел на планшет, все еще улыбаясь. Это был стандартный лист для тренировок.

— Они абсолютные новички, — сказал Джек, — так что эта работа просто создана для тебя.

— Они тренируются для бокса? — Ной взглянул на Гектора, который держал кулак у рта, сдерживая смех. — Что не так с тобой?

— Ничего, — практически пропищал он, прежде чем поторопиться прочь из офиса.

Джио вышел из туалета. Парень направился туда сразу же, как они пришли, так что он все пропустил.

— Готов позаниматься? — спросил он.

— Не-а, — ухмыльнулся Ной, поднимая и показывая ему планшет. — Сегодня я тренирую.

Джио удивленно вскинул брови.

— Правда?

— Клиенты ждут, — сказал Джек. — Тебе пора убираться отсюда.

Ной подмигнул Джио, который все еще выглядел удивленным, но улыбался. Если кто и знал, как сильно Ной хотел повыситься до тренера, то это Джио. Парень не только знал про сильное желание, но и про то, что ему нужно было это повышение. С тех пор как Ною исполнилось восемнадцать, он платил своим приемным родителям, чтобы оставаться жить с ними. Они настаивали, что этого не требуется, но это казалось неправильным.

Когда ему исполнилось восемнадцать и штат прекратил платить за него, чтобы остаться вместе с четырьмя другими приемными и двумя собственными детьми, Ной платил опекунам, потому что знал, им нужны деньги. Парень даже переехал жить в гараж, когда родители взяли еще одного приемного ребенка после того, как перестали платить за него, но он по-настоящему хотел иметь свое место. И это не могло произойти с мизерной зарплатой технического обслуживающего.

Спортзал был полон, как всегда, и сегодня Ной заметил двух женщин, когда вошел. Это редкость. Хотя спортзал и не был мужским, но был известен как боксерский. Женщины приходили сюда время от времени, но всегда со скрытым мотивом: они охотились. Большинство женщин, как и девушки, с которыми он встречался, предпочитали зал помоднее в торговом центре.

Ной сразу осмотрелся, когда вышел из офиса, в поисках своих потенциальных подопечных. И заметил пару незнакомых парней, которые били грушу. Будучи здесь каждый день, парень знал каждого посетителя, так что сразу понял, что это были те два незнакомых лица. Вернувшись обратно в офис, он спросил:

— Это те два парня около боксерской груши?

— Нет, — сказал Джек, выходя и становясь рядом с ним. — Вот этих двоих ты будешь тренировать, — указал на двух женщин, которых Ной увидел, входя в зал.

Вдруг Ной понял, почему парни смеялись. Он повернулся к Джеку, спрашивая шутка ли это. Джек пожал плечами:

— Девушки здесь, чтобы тренироваться. Так иди и тренируй.

— Для бокса?

Ной знал девушек, которые боксируют, но эти две вообще не походили на них никоим образом. Они даже не были одеты так, как необходимо. Свободные спортивные костюмы не подходят для рингов.

— Не знаю. Они не сказали. Иди, выясни это.

Ной посмотрел на Джека. Если это была шутка, он будет жутко зол.

— Что? — спросил Джек. — Я правда хотел тебе дать попробовать тренировать на этой неделе. Просто так вышло, что эти девицы пришли сюда сегодня, а у меня нет больше никого свободного. Тем более они женщины. В чем проблема? — он ухмыльнулся. — Ты можешь даже преуспеть.

Ной все еще смотрел на его.

— Ха, ха.

Девушки выглядели достаточно старыми, чтобы быть замужем долгие годы.

— Они, вероятно, пришли сбросить вес после рождения своих последних детей.

Наконец переведя взгляд с Джека, Ной посмотрел в сторону женщин, которые неловко мялись у двери. Та, что побольше, кажется, двигалась все ближе и ближе к выходу.

— Иди, пока они не убежали.

Неохотно Ной отошел от Джека и направился в сторону клиенток. Когда парень подошел, коротышка широко улыбалась, а побольше стояла немного позади подруги, не скрывая своего беспокойства. Он протянул свою руку коротышке:

— Привет, я — Ной. Слышал, вы здесь потренироваться.

Женщина пожала его руку.

— Я — Нелли, — сказала девушка, а затем повернулась к своей подруге. — Это моя подруга Рон… — и замолчала, когда та выразительно взглянула на нее. — Эм, Вероника.

Вероника протянула руку, едва взглянув на него, и отвела взгляд.

— Мы хотим привести себя в форму. До этого ни одна из нас особо не тренировалась, так что вам придется быть с нами полегче, — сказала Нелли, вручая планшеты с подписанными соглашениями.

Ной принял их со смехом.

— Ничего подобного.

Парень заметил, как глаза Вероники широко открылись, но ничто его не сдерживало. Если это шанс показать себя Джеку, взяв эти двух женщин не в форме, которые едва тренировались, то это станет настоящим подвигом.

— Это может занять больше недели, но расценки у Джека вполне разумные. К тому же, он известен тем, что порой продлевает бесплатный период, если его об этом хорошо попросить.

Обе женщины смотрели на парня, а затем друг на друга. Нелли пожала плечами.

— Как по мне, звучит неплохо.

— Хорошо, — улыбнулся Ной, стараясь звучать более убедительно, чем чувствовал себя. — Давайте начнем. Следуйте за мной.

Тренер начал заполнять лист тренировок, записывая имена девушек вверху каждой страницы. Когда они подошли к весам, Ной повернулся и отметил, как лица Вероники и Нелли с широко распахнутыми глазами побледнели.

— Есть проблемы?

— Вы будете взвешивать нас? — спросила Нелли, которая казалось, говорила за двоих.

— Ну да. Как по-другому мы будем знать к концу недели, потеряли ли вы вес?

Вероника мимолетно покачала головой, но, наконец, заговорила.

— Я не хочу взвешиваться. Если вы не против, Ной.

Только тогда Ной понял, что впервые слышит, как девушка говорит. Ее голос глубокий, хриплый и слегка непоколебим. Парень улыбнулся при мысли, что впервые отметил в ней одну черту. Несмотря на то, что девушка была примерно одного роста с Нелли, совсем не походила на коротышку. И это не потому, что была больше. Выгнутые брови придавали уверенность ее образу, почти полную уверенность. Хотя в данный момент, Ной был уверен, что выгнутые брови никак не соотносятся с этим качеством. Вероника просто старается избежать взвешивания. А этого не случится. Если Ной собирается тренировать, то будет делать это правильно.

— Вообще-то, я против, Вероника. Это часть тренировки. Я буду следить за вашим прогрессом.

Девушка скрестила руки на груди, сместив свой вес и, к большому удивлению, ее брови поползли еще выше.

— Я не встану на эти весы.

— Да брось, Рони, — сказала Нелли, сбрасывая свою обувь. — Разве это проблема? Я пойду первая.

Рони? Ной проигнорировал имя, но не мог не ухмыльнутся при виде недовольного лица Вероники. Он подошел ближе отрегулировать весы и пометил у себя вес Нелли. Сейчас он размышлял о соотношении роста и веса — шестьдесят три килограмма.

— О, Боже! Я даже сбросила пару килограмм, — девушка повернулась к Ною, и ее улыбка растаяла, когда увидела, что тренер не впечатлен. — Да, мне нужно сбросить еще больше.

— Хорошо, что вы здесь, — сказал Ной, устанавливая весы на нулевой показатель.

Он повернулся к Веронике.

— Вы следующая.

— Я не встану на это.

— Слушайте, — Ной опустил планшет напротив ног. — Я могу легко сказать, сколько с виду вы можете весить. Но почему бы нам не получить точное число?

— Потому что я не встану на эту штуку. Гадайте сколько угодно.

Ной вглядывался в ее упрямые губы, которые были сжаты вместе.

— Хорошо. Семьдесят три килограмма.

Ее челюсть тут же отвалилась, а Вероника оказалась искренне шокированной, но быстро справилась со своими чувствами.

— Вы же знаете, как растягиваться, верно? — Нелли кивнула, а Вероника даже на него не посмотрела. — Отлично. Начинайте растяжку в положении стоя. Я пока принесу вам маты, чтобы вы могли делать растяжку и на полу.

Ной посмотрел на Веронику, которая, очевидно, была расстроена из-за догадки относительно веса. Девушка должна быть благодарной. Он вел себя очень аккуратно. Несмотря на то, что сказал семьдесят три, записал он — семьдесят пять. Идя в комнату с инвентарем, чтобы взять маты, Ной проклинал Джека. Это будет одна долгая проклятая неделя.

Глава 2

Как только Ной исчез из виду, Вероника встала на весы. Как он посмел! Она ни разу в жизни не приближалась к семидесяти трем килограммам. Девушка задержала дыхание, когда стрелка на весах продолжала двигаться дальше отметки семьдесят три. Наконец, она остановилась на семидесяти шести килограммах. Прижав руку ко рту, Вероника ощутила комок в горле и вернула весы в первоначальное состояние, чтобы Нелли не смогла увидеть результат ее взвешивания.

— Тренер был прав? — Нелли, должно быть, заметила, что подруга была готова расплакаться, поэтому и добавила: — Ну, мы здесь для этого, верно?

Вероника почувствовала, что ее сейчас вырвет. Девушка едва могла поверить в то, что позволила себе набрать столько килограмм всего за два года.

— Мы можем уйти, Нелли? Пожалуйста!

— Нет, — Нелли стояла перед ней и взяла руку Вероники в свою. — Я не позволю добавить еще одну причину твоей депрессии для того, чтобы ты заперлась подальше от мира. Если лишний вес расстраивает тебя, то мы в правильном месте.

Правильное место.

Вероника улыбнулась. Чтобы она делала без Нелли?

— Тебе даже не нужно сбрасывать вес, — подруга усмехнулась, наклоняясь, чтобы взять бутылку воды из маленькой сумки, которую Нелли принесла с собой.

Единственное, что там лежало — это две бутылки воды среднего размера, кошелек Нелли и ингалятор.

— Конечно, нужно. Несмотря на то, что я сбросила пару килограмм, мне еще далеко до своего идеального веса! Ты видела, как он посмотрел на меня, когда я сказала, что сбросила пару килограмм? Как будто он думал: «Сбрось еще больше!»

Вероника сдержалась, чтобы не фыркнуть.

— Уверена, ты сможешь за сегодня сбросить все, что нужно. Должно быть, это просто из-за воды, — она сделала глоток воды и повернулась к Нелли. — Твоя астма снова тебя изводит?

Нелли пожала плечами.

— Не уверена, но подумала из-за того, что я давно не тренировалась, лучше перестраховаться.

Вероника нахмурилась, вспоминая, как в прошлом были случаи, когда Нелли забирали в больницу из-за ее астмы. Уголком глаза девушка заметила Ноя, который шел обратно, а они должны были уже растягиваться. Ближе к этому была Вероника, которая хотя бы наклонялась, чтобы взять воду.

— Он идет, — сказала Нелли, расставляя ноги и начиная делать наклоны. — Что думаешь о нашем тренере?

Вероника посмотрела на нее, наклонившись.

— Что?

— Скажи, сексуальный? — прошептала Нелли, когда Ной был близко.

— Нелли, он еще ребенок.

На полпути Ной бросил маты и пошел обратно. Нелли и Вероника наблюдали за ним позади. Его рубашка, обтягивающая мышцы, не оставляла места для воображения. Эти идеально очерченные мышцы нельзя было не заметить. Их было много. Типичный тренер. Ни грамма жира и много всего остального.

— Эй, ты чего? Где твое чувство эскапизма[2]? Я — замужняя женщина и наслаждаюсь видом. Кому какое дело до того, что мужчина молод? Нет ничего плохого в фантазировании. Кроме того, как много детей ты видела с такими телами? Ему должно быть не меньше двадцати трех или четырех.

— Двадцать четыре? Не может быть, — сказала Вероника, снова наклонившись. — Ты это говоришь, потому что он большой, но лицо у него детское.

— Одна из самых стальных челюстей, которую я когда-либо видела у ребенка, — Нелли захихикала. — Ты вообще видела эти губы? М-м-м. Поговорим о губах, созданных, чтобы их облизывать.

Теперь была очередь Вероники хихикать.

— Ты когда-нибудь остановишься? Ему не может быть больше двадцати одного, и это я еще надбавила слегка.

На работе в колледже она была окружена студентами и могла почти точно угадать их возраст.

— Давай спросим.

— Нет! — Вероника встала. — Даже не смей.

— Почему? — смеясь, спросила Нелли.

— Потому что это не твое дело. Лучше не делай этого.

Нелли покачала головой, хотя на лице было написано, что ей еще весело.

— Хорошо, хорошо. С тобой уже не повеселишься. Старая Рони уже бы давно с ним флиртовала.

Вероника закатила глаза, делая еще один наклон.

— Да, но и старая я не весила семьдесят шесть чертовых килограмм! — девушка застонала от отвращения к себе.

Как она могла себя так запустить? Вероника набрала больше восемнадцати килограмм.

Нелли была права насчет одного: она почти забыла, какой кокеткой была до этого. Но ошибалась в другом: подруга ни в коем случае даже не допускает мысли о том, чтобы пойти на свидание с кем-то, кто настолько младше. Было довольно сложно найти зрелого парня ее лет, и она определенно не собирается пытать счастье с теми, кто помладше.

Ной бросил мат перед каждой из них и один перед собой.

— Хорошо, дамы. Присаживаемся.

После десятиминутной растяжки Вероника уже почти вспотела. Вспотела! А они даже еще не начинали тренировку. Это было унизительно. Еще одна растяжка для того, чтобы удовлетворить Ноя, и тренер отправил их на беговую дорожку. То, что он называет разминкой, заставило Веронику истекать от пота через несколько минут.

Пока они делали разминку перед настоящей тренировкой — боже, это убьет ее — Ной рассказывал про их план. Так как Веронике нужно сбросить больше, чем Нелли, их тренировки будут разные. Что в переводе для Вероники значило: парень будет тренировать ее, пока не выступят слезы. Конечно! Вернется она еще к этому дерьму. Если сегодня останется жива, Нелли посчастливится взять ее на прогулку в парк, про которую говорила раньше, потому что больше сюда девушка не вернется.

Когда началась тренировка, Вероника чувствовала, что ее вырвет. Девушка сожалела, что надела этот спортивный костюм. Внутри его было жарко, но о том, чтобы снять кофту и остаться в майке, которая от пота прилипла к ее телу, не могло быть и речи. Точно так же, как она могла разглядеть каждую мышцу на теле Ноя, так и тренер смог бы увидеть каждую складку ее тела. Нет, спасибо. Вероника скорее упадет в обморок от истощения раньше, чем это случится.

К счастью, Ноя вызвали, поскольку в офисе нужно было ответить на звонок.

— У вас, девушки, в любом случае есть еще десять минут. Я вернусь до их окончания. Продолжайте в том же темпе, — сказал тренер, подняв бровь, и глядя на Веронику.

Она чуть не рыкнула ему в ответ.

Не успел тренер покинуть поле зрения девушек, как они обе замедлились. Бутылки с водой давно опустели, и теперь сухость во рту требовала чего-то еще. Вскоре Нелли сошла с беговой дорожки, подошла к сумке и достала свой ингалятор. После двух нажатий девушка вернулась к тренажеру.

— Я не могу, — Вероника начала говорить, но выяснилось, что она едва может что-то произнести, — поверить… что позволила… уговорить себя… на это.

Нелли дышала также тяжело.

— Но разве ты не в восторге? — подруга остановилась, чтобы перевести дыхание. — Ты сможешь сбросить несколько килограмм.

Два громких удара привлекли внимание к двери офиса, где стоял Ной с телефоном, прижатым к уху, а его рука была на стене. Видимо, тренер стучал по ней. Выражение лица Ноя казалось угрожающим, но в то же время чертовски сексуальным. Удивляло то, что в этот момент Вероника могла так думать.

Ной с силой поднял палец вверх, будто говоря: «Набирайте темп».

Подруги застонали и снова изменили скорость на своих беговых дорожках, но Вероника больше не могла вернуться к скорости, на которой тренер оставил их. Девушка уже была готова упасть.

Спустя полчаса и одну из самых мучительных тренировок, которую они когда-либо выдерживали, девушки сидели на полу, прижавшись спинами к стене, пока Ной вручал им план предлагаемой диеты. Нелли сделала пару нажатий ингалятора, встряхивая его каждый раз.

— Сейчас необязательно придерживаться этой диеты, но я настоятельно рекомендую, если вы хотите максимально полезно использовать свои тренировки и потерять вес как можно быстрее.

Вероника смотрела на то, что Нелли назвала «губы, созданные для того, чтобы их облизывать», пока Ной говорил, и должна признать, что так все и было. Наверняка самые пухлые губы, которые она когда-либо встречала. Плохо, что она никогда больше их не увидит, потому что если он думал, что она вернется завтра, то был не в своем уме. К счастью, после сегодняшней тренировки, Вероника была почти уверена, что Нелли тоже не захочет завтра сюда возвращаться.

Завтра, боже!

Наверняка девушке будет больно даже ходить. После того как Ной закончил рассказывать про недельный график, они, наконец, могли уйти. Подруги начали медленно идти к двери, пока Ной подбирал маты с пола.

— Вероника.

Девушка повернулась к нему, ее тело заболело.

— Ты сегодня хорошо справилась. Я горжусь тобой.

Улыбки тренера было достаточно, чтобы согреть ее внутри, и девушка тут же устыдилась. Во-первых, за то, что так быстро решила пропустить следующую тренировку, а затем за те позорные мысли о ней и молодом тренере, последовавшие после.

— Спасибо, — сказала Вероника, глядя на Нелли.

Как только они вышли за дверь, девушка знала, что у Нелли есть, что сказать, и она это сделала с ухмылкой.

— А мне тренер не сказал, что я хорошо справилась или заставила гордиться собой.

Вероника закатила глаза.

— Вероятно, потому, что знал, что ты хорошо справишься. Очевидно, много от меня он не ожидал.

Вероника застонала, когда садилась в машину Нелли.

— Господи, мне нужна горячая ванная и бокал вина.

Девушка взглянула на список продуктов в ее предполагаемой диете и нахмурилась. Неудивительно, что вина там не было. Она откинулась на сидение и бросила бумажку назад.

Подруга услышала, как хрипит Нелли, когда та нажала еще раз на ингалятор, проклиная его, пока трясла.

— Черт, он закончился.

— У тебя есть еще?

Нелли нахмурилась.

— Дома, — девушка увидела обеспокоенный взгляд Вероники, поэтому улыбнулась заводя машину. — Я буду в порядке. Это еще одно доказательство того, что я не в форме.

Даже когда они ехали, Вероника слышала тяжелое дыхание Нелли. Подруга увидела, как та взяла телефон из подставки для кружек.

— Никаких сообщений и звонков за рулем, Нелли, — предупредила Вероника.

— Нет, я просто проверяю свои голосовые сообщения, — и нажала пару кнопок, вернула телефон обратно, когда голосовые сообщения начали звучать в колонках.

«Нелли, у меня есть для тебя новости. Не очень хорошие. Позвони, как получишь это сообщение».

Младшая сестра Нелли, Кортни, не звучала слишком весело, и подруги обменялись обеспокоенными взглядами. Лицо Нелли выражало еще больше обеспокоенности, как будто она знала, о чем пойдет речь.

Когда началось второе сообщение, это снова была Кортни.

«Нелли, Рик сейчас ужинает вместе с ней. Ты должна мне позвонить. Я знаю, что ты не хочешь, чтобы я влезала, но едва я могу это вынести».

Вероника начала понимать происходящее. Рик был мужем Нелли, и ее хрипловатое резко утяжеленное дыхание все объяснило. С кем бы он ни ужинал, это была та, кого Нелли не одобряла.

Началось третье сообщение, и Нелли свернула, чтобы остановиться и послушать его. Кортни говорила громче и звучала яростно:

«Нелли, я проследила за ними, когда они покинули ресторан. Я знаю, ты сказала сначала звонить тебе, если что-нибудь выясню, но я не могу ждать твоего звонка. Я собираюсь встретиться с этим ублюдком!»

Линия щелкнула, и Нелли неконтролируемо хрипло дышала.

— Милая, ты в порядке? — спросила Вероника в панике.

Нелли указала на бардачок, держа руку на груди и пытаясь отчаянно отдышаться. Вероника распахнула его, молясь о том, чтобы там был другой ингалятор. Было пусто.

Девушка попыталась расслабиться, помня о том, что худшее, что может приключиться с Нелли, — это паника. Чем медленнее становились ее вздохи, тем лучше. Вероника взяла Нелли за руку и спокойно сказала:

— Глубокий вдох, Нел. Расслабься.

Широко распахнутые глаза Нелли были безумны. Вероника взяла ее телефон, но продолжала спокойно поглаживать руку подруги.

— Дыши медленнее. Ты справишься.

Ее сердце было готово выпрыгнуть из груди, но она осталась спокойной, насколько это было возможно, когда объясняла оператору 911 ситуацию.

Хрипловатое дыхание Нелли ухудшалось, а губы начали темнеть, напоминая Веронике об атаке, которая произошла с Нелли, когда они были детьми, и почти убила подругу.

— Пожалуйста, поторопитесь!

От ее спокойствия едва что-то оставалось, но держалась ради блага Нелли.

Четыре минуты, пока ехали парамедики, были самыми долгими в жизни Вероники. Нелли была практически без сознания, когда они приехали, и в этот момент Вероника была в истерике. Работники службы сказали ей, в какой госпиталь везут Нелли, но запретили садиться за руль, пока не проверили ее жизненно важные органы, чтобы убедиться, что девушка не впадет в состояние шока.

Когда выяснилось, что этого не произойдет, они отпустили ее. Рядом с больницей Вероника снова впала в истерику. Девушка помнила, как один медик позвонил и попросил команду ждать Нелли у пункта неотложной помощи. Это было не к добру.

Что, черт побери, она будет делать без Нелли? Это все, что у Вероники осталось. Пережить смерть матери было тяжело, но ожидаемо. У нее были годы, чтобы наблюдать за этим и понимать, что конец неизбежен. Но здесь Вероника была уверена, что не переживет, если потеряет Нелли.

— Как все прошло? — спросил Джек, когда Ной подошел к комнате с инвентарем.

— Все хорошо, — парень улыбнулся. — Я был с ними помягче, так как это первый день. Хотел убедиться, что они вернутся.

— Правильно мыслишь. Много раз сюда приходили новички, полные энтузиазма, хвосты к верху, а потом не возвращались.

Ной кивнул. Так и думал. Особенно о Веронике, по понятным причинам. Для нее тренировка давалась намного тяжелее. Поэтому он убедился, чтобы сказать ей, что она хорошо справилась.

— Так что, девушки придут завтра?

— Они так сказали, — Ной действительно надеялся, что так и будет.

Ему нужны были деньги, и если в скором будущем ничего не измениться, то ему придется искать работу в другом месте. Но ему не хотелось уходить с работы. За все годы спортзал стал вторым домом. Ною здесь было намного удобнее, чем в гараже, где сейчас жил. Даже душ он принимал здесь, нежели в доме у приемных родителей. Большая часть личных вещей тоже находилось в его шкафчике в спортзале.

— Ной, я хотел поговорить с тобой, — сказал Джек, растягивая заднюю часть шеи и выглядя немного взволнованным. — Я уже немного поговорил об этом с Джио. Вы, парни, все, что у меня есть. Не то чтобы я не думал о том, что ты не можешь тренировать. Я надеюсь, ты это знаешь. Просто хотел подождать до тех пор, пока ты не будешь готов. Я рассчитываю, что вы, парни, будете здесь работать и дальше, так как моя уставшая задница становится старше.

Ной покачал головой.

— Неа, у тебя есть еще порох в пороховницах, — подшутил над ним Ной. — И не волнуйся. Ты всегда можешь рассчитывать на нас, Джек.

Джек так много для них сделал. Мужчина никогда не был женат, и у него не было своих детей. Пятая улица и люди, которых он тут встретил, были его жизнью. Джио рассказал Ною, что, когда его отец умер, Джек взял его под свое крыло и научил всему, что знал о боксе и о том, как быть мужчиной. Когда Джио, представил их друг другу и Джек узнал, что Ной сирота и всю свою жизнь воспитывался в приемной семье, сделал с ним то же самое.

Ной похлопал Джека по спине.

— И спасибо, мужик, что дал мне возможность тренировать. Я заставлю тебя гордиться мною. Обещаю.

Джек улыбнулся, и на этом их мужская беседа была окончена. Ной направился на парковку, запрыгнул на свой мотоцикл, и поехал домой. Мотоцикл затрещал, напоминая ему о причине, по которой нужны были деньги. Мотор нуждался в капитальном ремонте. Парень точно не мог себе позволить купить новый мотоцикл. Хотя Ной и не хотел. Байк был одной из его зон комфорта. Он с его «Ниндзя»[3] были вместе последние два года. Даже если бы мог позволить себе купить новый получше, то ни за что не продал бы этот.

Ной увидел компанию парней, когда свернул за угол Первой улицы. Эйбел начал смеяться. Гектор ухмыльнулся, но Джио не был таким же веселым, как другие. Ребята прислонились к старому грузовику Эйбела. Он всегда работал над ним.

Ной замедлился, когда подъехал к ним.

— Так как все прошло с этими цыпочками? — Эйбел засмеялся.

Видимо, это очень смешило.

— Ты хорошо их потренировал, Ной? — добавил Гектор, брат Эйбела.

Ной проигнорировал многозначность в тоне Гектора, ставя ногу на землю, когда остановился, и снял шлем.

— Я обо всем позаботился. Поскольку ни один из вас, кискам не подошел, — сказал Ной, будто бы его это раздражало.

Но чем больше об этом думал, тем больше был рад, что так произошло. Средства с каждого чека, который ему предоставляло государство, уменьшались. Для этого как раз настало подходящее время.

Гектор состроил рожицу.

— Пустая трата времени. Эти две пожилые дамочки не вернутся.

Ной посмотрел в упор на Гектора. В свои шестнадцать мальчишке казалось, что эти женщины были старыми. Но посмотрев на них поближе, Ной понял, что они не такие уж и старые, как он думал вначале. Не в форме — да. Старые — нет. Девушки не могут быть старше его и Джио больше чем на пару лет.

— Неа, могут и вернуться, — сказал Джио.

Как всегда, парень был единственным, от кого Ной мог ожидать небольшую поддержку.

— Ты же не сильно нагрузил их?

— Нет, — но затем вспомнил, каким усталыми клиентки выглядели после тренировки, и забеспокоился. — Я так не думаю.

— Тогда они должны вернуться. — Джио пожал плечами. — Возможно, в конце концов, уйдут, но сомневаюсь, что это произойдет после первой тренировки. К этому времени Джек поймет, что ты готов.

Ной не хотел упоминать, как сильно на это рассчитывал, но уже начал подавать резюме в другие места, используя компьютер в библиотеке, что дальше по улице. Он чувствовал себя отчаянным.

Джио, который опирался на свой байк, залез на него.

— Остановись возле моего дома, когда поедешь к себе. У меня кое-что для тебя есть.

— Тогда я просто поеду за тобой, — сказал Ной, одевая свой шлем. — У меня завтра длинный день. В любом случае я не планировал здесь долго тусоваться.

В отличии от девушек, никто из них не говорил об этом, но Джио был лучшим другом Ноя, с того момента, как переехал из своей последней приемной семьи в дом к Фуэнтесам, больше четырех лет назад. Джио жил дальше по улице, но не так встретил его. Парни познакомились в автомагазине, будучи в старшей школе на втором году обучения. Когда Джио узнал о любви Ноя к байкам и о том, что тот работал над тем, чтобы запустить свой «Ниндзя», пригласил его посмотреть на мотоцикл, над которым работал сам. Старый GSXR[4] ему передал его дядя.

Джио представил всех остальных на Первой улице, включая спортзал на Пятой, где они тусовались. Ной открыл в себе страсть к боксу, а все остальное — история.

Он был частью компании с тех пор, как его связь с Джио укрепилась.

Парни остановились на заднем дворе Джио и припарковали свои мотоциклы рядом со встроенным гаражом.

— Что у тебя для меня?

— Мамины спагетти. Она заставила меня пообещать, что я приведу тебя их поесть.

Ной засмеялся. Мама Джио знала, что спагетти были его любимыми. Парень говорил ей это с того дня, как впервые их попробовал. Женщина называла это спагетти, но больше походило на лазанью, потому что миссис Браво использовала любые виды пасты, которые у нее только были. Затем все смешивала, добавляла огромную порцию сыра и запекала. Но это всегда было замечательно. Вместе с этим она еще готовила чесночный хлеб. Желудок Ноя заурчал при одной только мысли.

— Точно в цель. Я голоден.

Не желая быть бременем для своих приемных родителей, которые, как парень знал, испытывали финансовые трудности, Ной начал все меньше и меньше есть в их доме. Месяцами говорил им, что поел, по меньшей мере, раза четыре в неделю. Сегодня должен был быть тот вечер, когда Ной согласится на что угодно в небольшом холодильнике в гараже. Обычно это бутерброд с колбасой или просто с сыром, если не было колбасы.

Сегодня вечером это был бы бутерброд с сыром, но, благодаря миссис Браво, он будет пировать. Ной улыбнулся, надеясь, что завтра будет такой же хороший день, как сегодня.

Глава 3

Сейчас в комнате ожидания было тихо, но несколько часов назад здесь творился настоящий хаос. Вероника позвонила Кортни, чтобы сообщить о приступе астмы у сестры. Кортни передала это остальной семье, и все прибыли в больницу в течении нескольких минут. Все были расстроены состоянием Нелли, но, когда приехал Рик, все стало намного хуже.

Кортни должна была сдерживаться, но отказалась впустить Рика, чтобы тот мог увидеть Нелли. Начнем с того, что она винила его за то, что сестра оказалась в больнице. Затем приехал брат Нелли, Рэймонд, и, узнав причину, по которой Кортни расстроена, сам бросился нападать на парня. Наконец, Рик ушел, и все постепенно успокоились. Все следующие часы Кортни рассказывала Веронике о том, что Нелли подозревала месяцами. Месяцами. И ни одного раза не упомянула об этом Веронике. Девушка не могла сказать точно почему, но у нее было предчувствие.

С тех пор, как мать Вероники умерла, Нелли делала все, чтобы поднять настроение подруге. Девушка настолько погрязла в своей депрессии, что едва могла заметить, что у Нелли семейные проблемы. А та даже не давала намека на это. Вероника испытывала чувство вины больше, чем могла вынести.

Родители Нелли, наконец, вышли из палаты, позволяя Веронике зайти. Нелли чувствовала себя лучше в отличии от того, что рассказывали доктора, но должна остаться в больнице еще на несколько дней. Они хотят провести пару тестов и вызывать специалиста для осмотра прежде, чем ее выпустят.

Когда Вероника зашла, Нелли улыбнулась. Кислородная маска и трубки в руке делали ее абсолютно беспомощной. Вероника снова почувствовала ком в горле. Девушка подошла к краю кровати и взяла руку Нелли в свою.

— Как ты себя чувствуешь? — прошептала она.

Нелли кивнула и улыбнулась.

— Мне следовало понимать, что нельзя допустить, чтобы у меня закончился Альбутерол[5].

Вероника задумалась, не использовала ли Нелли его чаще обычного из-за Рика. Девушка сжала руку подруги.

— Почему ты не рассказала мне, Нел?

Нелли сжала в ответ.

— О, милая, как я могла? У тебя было и так всего достаточно.

Вероника почувствовала слезу, скатывающуюся по щеке.

— Но я бы смогла тебя поддержать.

— У меня была Кортни. Она единственная знала о моих подозрениях, — Нелли выдала небольшую улыбку. — И эта девушка вполне себе ничего такой сыщик, — она хихикнула. — Слышала, почти надрала ему задницу в комнате ожидания.

Вероника тихо засмеялась, смахивая слезы.

— Ага, ей стоило сдерживать себя.

Есть одна важная деталь в отношениях Нелли и Кортни: они всегда были натянутыми. В детстве Кортни всегда была красивой, любящей погулять, популярной младшей сестрой Нелли, пока та всегда оставалась с виду менее восторженной заучкой. Даже несмотря на то, что подруга этого не признавала из-за своего большого сердца. Быть популярной и красивой для Кортни было недостаточно. Она завидовала близким отношениям Нелли с их отцом. Старшая сестра, очевидно, была любимицей.

Конечно, их отец этого не заявлял, но у Нелли никогда не было проблем. Девушка всегда получала высокие оценки в средней и старшей школе и никогда не бегала за парнями. Кортни, с другой стороны, была противоположностью, но в этом таилось нечто большее. Нелли всегда относилась ко всем, кого любила так же, как и восхищалась Вероникой: не мешала ей на пути и искренне волновалась. Ее отец это хорошо видел. Кортни никогда себя так не вела, поэтому и удивила Веронику тем, как отреагировала на предательство Рика.

Тем не менее, девушка знала, что должна была находиться рядом для Нелли.

— Ну, теперь я знаю, — она сжала руку Нелли. — Так что ожидаю, что ты ко мне придешь, когда случится все что угодно. Я задолжала тебе, Нелли. Несправедливо, что меня не было рядом с тобой.

Нелли кивнула, согласившись, и начала рассказывать ей об измене Рика. Она начала замечать, что между ними что-то изменилось около года назад. Когда девушка поделилась этим с Кортни, ее сестра взяла на себя ответственность разузнать об этом. Вначале, не было ничего, кроме тупиков, но многое и не складывалась. Сестра не рассказывала Нелли обо всем, потому что глубоко внутри надеялась, что ошибается.

Поздние посиделки Рика на работе случались все чаще. Нелли поймала его на лжи, которая в итоге была опровергнута, но теперь она знала, как хорош был Рик в том, чтобы заметать следы. Это и другие факты девушка не хотела видеть такими, какими они являлись на самом деле.

— Теперь, когда ты знаешь, что собираешься делать?

Слезы, которые выступили на середине разговора, Вероника смахивала вместе с подругой, продолжая держаться за руки.

— Я все еще люблю его.

Вероника кивнула в полном понимании. Она вспомнила единственные свои серьезные отношения — с Дереком. Они даже начали говорить о том, чтобы съехаться. Затем ее мать узнала о раке. Вначале, парень был терпелив, но, когда состояние матери становилось все хуже, а у Вероники становилось все меньше времени и энергии для и их отношений, они стали отдаляться друг от друга. В отличие от Рика, у Дерека хватило вежливости в этом признаться. Мужчина даже предложил им взять паузу и попробовать снова, когда у Вероники будет время. Другими словами, когда ее мать умрет. Девушка испытывала боль и злость, поэтому сказала, что больше не хочет иметь с ним ничего общего.

Даже, несмотря на подлость поступка Рика, Вероника полностью понимала чувства Нелли. Были моменты после смерти матери, когда ее так и подмывало позвонить Дереку, хотя отношения были даже не сравнимы с браком Нелли.

Ребята были замужем четыре года, и Рик был ее настоящей первой любовью.

Несмотря на то, что ее чувства к Дереку умерли в тот же момент, когда он нашел кого-то другого, Вероника никогда не любила его так, как Нелли любила Рика. Вообще-то сейчас она ставит под сомнение свои чувства: любила ли она когда-нибудь Дерека?

Нелли сделала глубокий вдох и вытерла слезы.

— Я не могу быть его женой теперь. Даже не знаю, хотел ли бы он этого. Рик бы никогда не сделал подобного, не будь влюблен в нее. Жалею, что не поговорила с ним откровенно, когда заметила изменения. Может, тогда он не был влюблен, — Нелли подняла плечи. — Буду жить. Ты прошла через худшее, но посмотри на себя.

— Пожалуйста, не смотри на меня как на источник вдохновения для борьбы с депрессией. Со мной был полный беспорядок.

— Но ты же пытаешься справиться с этим, помнишь?

Вероника посмотрела на нее, не будучи уверенной, что сейчас хорошее время, чтобы сказать, что больше не вернется в спортзал. Но ей и не пришлось. Подруга знала ее хорошо. Нелли мгновенно подняла бровь.

— Ты пойдешь завтра в спортзал, Вероника.

— Не могу, — прошептала девушка, зная, что звучит как слабачка.

— Ты должна, — сказала Нелли, сбросив на подругу огромное чувство вины. — Для меня будет на один повод меньше для беспокойства, милая. Ты понятия не имеешь, как я за тебя переживала. Обещаю, что как только я смогу, то присоединюсь к тебе.

Внезапно Вероника почувствовала себя самой жалкой плаксой на Земле. Нелли должна разбираться со своим браком, который трещит по швам, и до этого справлялась самостоятельно. Все, что Веронике нужно было делать для собственного блага — это ходить на тренировки. Ничего плохого с ней не произойдет, кроме боли в мышцах, но она начнет терять те набранные восемнадцать килограмм и, может, почувствует себя снова человеком.

— Ты не должна ко мне присоединяться, Нелли. Я знаю, как ты ненавидишь тренироваться, и мы обе знаем, что тебе не нужно сбрасывать лишний вес.

Вероника не сказала бы последнюю часть, потому что не хотела заставлять чувствовать свою подругу хуже, но Нелли всегда худела, когда испытывала стресс. Девушка будет удивлена, сколько килограмм потеряла сегодня. Теперь Вероника знала причину и могла сказать, что вес подруги будет снижаться и дальше.

— Я вернусь. Обещаю, буду изо всех сил стараться сбросить этот вес как можно скорее. Мне нужно выйти из депрессии, потому что теперь настал мой черед заботиться о тебе.

Подруги еще недолго поговорили, а потом Вероника пошла домой, приняла душ, в котором сильно нуждалась, и выпила бокал вина, несмотря на все события сегодняшнего вечера. Это помогло ей уснуть сном младенца.

Нужно признать, Ной был удивлен видеть не только Веронику, которая вернулась одна тренироваться на следующий день, но и то, что две недели спустя она продолжала заниматься.

Девушка даже встала на весы в конце первой недели и призналась, что взвешивалась в первый день, а также сказала свой настоящий вес. Еще она объяснила, почему Нелли не вернулась, но, что важно, Ной увидел в ней новый поток энергии. Вероника просила тренировать ее так упорно, как только может. Затем он заставил ее покраснеть, сказав, что ни одна женщина никогда так сильно на него не давила. Но в итоге смог увидеть ее улыбку, очень милую улыбку.

В конце второй недели, когда пришло время взвешиваться, Вероника нервничала. В первую неделю она сбросила два килограмма, чему была очень рада.

— Готова? — спросил тренер.

Ной уже увидел отличия в ее лице. Скулы стали более отчетливыми, а штаны висели свободнее, чем в первый раз, когда он ее увидел.

Вероника сделала глубокий вдох перед тем, как встать на весы. Отклонив голову назад и оставаясь в этой позиции, очевидно, не хотела видеть результат. Ной двигал гири на весах, чтобы найти баланс.

Вероника все еще не смотрела вниз.

— Сколько? — спросила девушка.

За две недели Ной все еще не мог привыкнуть к ее хриплому голосу. Парень слышал такие голоса только в фильмах или по телевизору. Голос был во всех смыслах сексуальным, иногда Ной не мог сфокусироваться, когда Вероника с ним разговаривала. Сейчас они стали больше общаться, чувствуя себя комфортно рядом друг с другом.

Когда он увидел, сколько она сбросила, то улыбнулся.

— А сколько ты думаешь?

— Не знаю, — ответила девушка. — Но я буду зла, если ноль. Слышала, такое может случиться.

— Три килограмма, малышка!

Ее лицо вытянулось, а челюсть отвисла, затем Вероника повернулась к нему с широко распахнутыми глазами. И обняла парня за шею, чем застала врасплох. Прежде чем он смог отреагировать или хотя бы обнять, девушка убрала руки.

— Извини, — рука взлетела ко рту, но Вероника не могла сдержать улыбки.

— Не извиняйся, — тренер улыбнулся все еще возмущенный тем, что не смог думать быстрее.

Ной сильно хотел бы почувствовать, что скрывается за этим свободным спортивным костюмом, который девушка всегда носила.

— Не могу в это поверить! Пять килограмм за две недели. Я думала, что на этой неделе сброшу меньше, чем на первой.

— Почему? Ты работала упорно, если еще не упорнее.

— Знаю, знаю. Но я боялась, что это не так.

Ее ослепительная улыбка заставляла парня улыбаться еще шире.

— Ты справляешься, Вероника. Должен сказать наперед, и кое-что признать. В первый вечер, когда ты была здесь, я немного нервничал, что ты можешь не вернуться.

Вероника прикусила нижнюю губу. Ной ненавидел себя за то, что такой маленький жест может быть настолько отвлекающим.

— Это почти произошло, — призналась девушка смущенно. — Вообще-то, — улыбка растаяла, — если бы у Нелли не случился приступ астмы, то я бы не пришла. Моя подруга была той, кто заставил меня двигаться дальше, и я не могла отказаться.

Ной чувствовал вину за то, что был благодарен приступу астмы, который произошел с Нелли. Не только потому, что стал тренером на полную ставку, который занимался с некоторыми другими бойцами, кроме Вероники, которая хорошо платила ему за услуги. Но и потому, что ему все больше нравились тренировки с ней. Девушка слушала, когда он рассказывал о том, что сделал для своего байка и какие планы на будущее строит, чтобы стать бойцом в легком весе, когда восстановится после травмы плеча. Большинство девушек закрыли бы глаза через несколько минут такого общения, но Вероника внимательно слушала и даже задавала вопросы.

— Как поживает Нелли?

— О, намного лучше, — ее улыбка вернулась. — Но она всегда ненавидела тренироваться. Я знала, что в тот день, когда мы начали, она делала это исключительно для меня.

— А ты? — ухмыльнулся Ной. — Ты разве ненавидишь тренироваться? В первый день, мне казалось, так и было.

Вероника засмеялась.

— Ну, я не занималась спортом несколько лет. Ты почти убил меня, — девушка подняла с пола свою спортивную сумку и улыбнулась. — Но я рада, что ты так поступил. Мне это было нужно.

— Я просто рад, что ты вернулась. Хотя мне жаль, что для этого Нелли пришлось пережить приступ астмы.

Вероника перебросила сумку через плечо.

— Как говорится: «Пути Господни неисповедимы». Нел заработала приступ, чтобы заставить меня делать то, что должна была делать. Но ты даже не знаешь и половины.

— Так расскажи мне, — улыбка девушка пропала, и Ной сжал зубы в сожалении. — Если хочешь. Я знаю, что это не моего ума дело.

Вероника покачала головой.

— Просто куча угнетающего дерьма. Ты не захочешь этого слышать. Поверь мне.

— Верю. Если это личное, и ты не хочешь рассказывать, я пониманию. Но если вдруг захочешь, я не против выслушать.

Девушка наклонила голову.

— Лучше не буду, но я не против праздничной выпивки, если хочешь.

— Я не…

— Хорошо, хорошо не надо лекции, — она подняла руку улыбаясь. — Алкоголь не часть моей диеты, но я вполне хорошо себя держу, выпивая один-два бокала в неделю с тех пор, как начала заниматься. И сегодня та самая ночь. Я не пила целую неделю.

Вероника правда предлагала ему сходить вместе выпить? За эти две недели девушка ему понравилась, и Ной не видел ее без пота, хвостика и с макияжем. Парень мало что о ней знал, кроме того, что она намного целеустремленнее девушек ее размера, чтобы пытаться вернуться в форму. И Вероника была умной. Он это точно заметил.

— Мне нет двадцати одного.

Второй раз этот вечер ее челюсть отвисла, но на этот раз в этом не было ничего хорошего.

— Правда?

— Не то, что бы я никогда не напивался, — черт, да он с парнями пил несколько лет. — Я просто не могу ходить в бары и выпивать. Пока…

Ее глаза были широко распахнуты, а взгляд взволнованный.

— Сколько тебе лет?

Ной знал, что ей не может быть больше двадцати одного или двух. Иногда он наклонялся над ней, и она казалась такой маленькой и хрупкой рядом с его ростом метр восемьдесят два.

— Мне скоро исполнится двадцать, — сказал он уверенно.

— О, Боже! — испуганная реакция не совсем то, что Ной ожидал. — Мне так жаль. Я не имела…

Парень не мог не засмеяться.

— Что? Я совершеннолетний!

— Знаю, — сказала Вероника, делая быстрый шаг в сторону выхода. — Я не имела понятия. Извини.

— Снова, за что?

— Я не знаю.

— Ну, мне не двадцать один. А сколько тебе? Двадцать один? Двадцать два?

Вероника посмотрела на него, глаза выражали замешательство. Так как девушка не замедляла шаг, Ной встал перед ней, чтобы остановить.

— Сколько тебе лет?

Она отвернулась и колебалась секунду, прежде чем ответить. Наконец, повернулась к нему, подняв бровь.

— Мне двадцать восемь, Ной.

Это был сюрприз. Вероника не выглядела на двадцать восемь, но судя по тому, как себя вела, вы бы подумали, что ей вообще сорок.

— Хорошо, тебе двадцать восемь. Но ты не выглядишь на свой возраст.

Это так. Особенно сейчас, когда девушка потеряла несколько килограмм. Вероника старалась обойти его, но Ной двигался вместе с ней.

— Не веди себя странно, Вероника. Есть одна вещь, которую я выучил в жизни: время и возраст просто иллюзия.

Складка, появившаяся у нее между глаз, заставила его улыбнуться.

— Мне исполнится двадцать через неделю. И ты потеряла пять килограмм благодаря мне, твоему девятнадцатилетнему тренеру.

Вероника посмотрела на него секунду, затем складка исчезала вместе с ее вымученной улыбкой.

— Я знаю. И ты представить себе не можешь, как я это ценю. Увидимся в понедельник, хорошо?

Девушка обошла его и была почти у двери, когда Ной задал вопрос, который не мог не задать.

— Почему не смогу?

Повернувшись назад, Вероника подождала некоторое время, чтобы ответить.

— Я имела в виду, что никогда не найду способ отблагодарить тебя в полной мере, — сказала девушка расправила плечи, прежде чем помахать рукой и выйти за дверь.

Ной принимал душ в спортзале перед выходом, и все время думал о Веронике. Двадцать восемь. Она никогда не упоминала о муже или парне, если уж на то пошло. Но их разговоры никогда не были столь личными. Теперь, когда Рони знала, сколько ему лет, у него было чувство, что этого больше не повторится. Странно, но это беспокоило парня. Может, ему просто стоит убедиться, что ничего не изменится. В конце концов, Ной имел в виду то, что сказал. Возраст — это просто иллюзия.

Глава 4

В следующий раз, когда Вероника пошла в спортивный зал, задала себе установку: избегать любой неловкости. Девушка понятия не имела, о чем думала, когда пригласила его сходить выпить. Ее переполнял восторг от потери веса, и она не могла ясно мыслить. Боже, какой же она была дурой.

Реальный возраст Ноя был шоком для нее, если не больше. Вероника рада, что у нее был выходной, чтобы выбросить это из головы. Казалось, парень был доволен отсутствию неловкости, и они смогли вернуться к своей обычной рутине. Девушка убедилась, что за пределами зала больше не будет никакого общения, чтобы узнать друг друга.

Нелли жила раздельно от Рика уже более месяца и хорошо справлялась, хотя иногда в ее жизни наступали плохие дни. Рик вообще-то хотел попытаться наладить их отношения. Мужчина клялся, что день, когда Кортни преследовала его до отеля, был единственным случаем его отношений с другой женщиной, выходящий на этот уровень. Но из-за нападков Кортни, улучшений не наблюдалось. Нелли просто не знала, может ли доверять ему снова.

Той женщиной оказалась стажерка, которая трудилась в студии, где Рик проработал уже много месяцев. Он сказал, что помогал ей. Нелли вспомнила, что муж упоминал о ней, когда девушка только начала работать. После случившегося стажерка уволилась и больше не возвращалась.

Вероника старалась изо всех сил быть поддержкой для Нелли. Ее съедала вина за то, что не была рядом, когда все раскрылось. Подруга направила это чувство в свои тренировки. Подобная фокусировка заставляла ее работать еще усерднее.

Шесть недель спустя Вероника сбросила почти четырнадцать килограмм. Ощущая себя намного лучше, даже поменяла свободный спортивный костюм на более облегающий. В первый день, когда девушка вошла в нем в зал, то заметила, как старательно Ной отводил глаза, а затем поймала его на подглядывании несколько раз. Девушка сказала себе, что это не больше, чем просто первая шокирующая реакции видеть ее вне своего старого спортивного костюма. Ничего больше.

Было воскресенье. Вероника сидела на диване и стучала пальцами по клавиатуре ноутбука. И приняла решение вернуться обратно на работу. Перед увольнением ее начальница сказала, что у нее есть столько времени, сколько потребуется, а работа будет ждать ее, когда бы она ни вернулась. Потом добавила, что даже если бы позиция Вероники будет занята, то они все равно возьмут ее на какое-нибудь место. Ей нужно было вернуться, нужно почувствовать себя снова обычной. Сбросить лишний вес было первым шагом, теперь было необходимо начать играть в теннис и гулять. Ей нужно вернуть свою прежнюю жизнь обратно.

Отправив свои резюме, Вероника посмотрела фильм и позвонила Нелли. Разочаровавшись, что ее звонок переадресовали на голосовую почту, оставила небольшое сообщение и пролистала несколько каналов на своем телевизоре. Ничего. Девушка бросила пульт на диван и жалостно смотрела на телефон несколько минут, ожидая звонка Нелли. На секунду у нее появилось искушение позвонить Дереку. Вообще-то мужчина оставил ей пару голосовых сообщений в течении последних месяцев, где спрашивал о ее самочувствии и говорил, что скучает.

Вероника не скучала по нему и знала об этом. Просто чувствовала себя одинокой. Большинство дней она проводила за уборкой или работой по дому, а также возобновила свои занятия фотографией. Хобби, в которое однажды влюбилась, но, как и все в ее жизни, вынуждена была оставить позади и забыть, когда ее мать заболела.

Даже, несмотря на то, что большинство вещей, которыми Вероника занималась были цифровыми, девушка все еще продолжала ходить в комнату для проявления фотографий. Что-то эстетически приятное и терапевтически полезное было в том, чтобы часами находится там и наблюдать, как появляются картинки на бумаге. Не говоря уже о воспоминаниях, когда она проводила здесь время с мамой, проявляя фотографии.

Вероника оставалась занятой все неделю, пока не наступило воскресенье. В этот день у нее не было тренировок. Иногда она выходила прогуляться в парк со своей камерой. Потом приходила домой и проводила часы в своей фотолаборатории, проявляя любой шедевр, который смогла запечатлеть, но сегодня на улице шел дождь. Это был самый ужасный ураган. Такого они давно не видели. По всей видимости, будет еще сильнее.

День наконец-то закончился, и Вероника пошла спать, с нетерпением ожидая завтрашнюю тренировку. Порой даже ненавидела признавать, что ожидала их сильнее обычного. Но это все было из-за радости от потери веса. Только поэтому.

На следующий день она несколько раз проверила часы по приходу в спортзал. Ной все еще отсутствовал. Неужели Вероника так волновалась из-за того, что приехала раньше его? Ной всегда приезжал первым. Девушка начала растяжку, когда к ней подошел Джек и сказал, что тренер сегодня не придет.

— Ты можешь забрать оплату за эту неделю, потому что я не знаю, как долго его не будет.

Чувствуя больше, чем просто беспокойство, Вероника спросила.

— Он в порядке? Что-нибудь случилось?

— Ной в порядке, — сказала Джек, растягивая шею. — С его крышей какой-то неполадок. Кажется, этот шторм задал жару. Парень был занят, собирая свои вещи и укрывая их. Возможно, Ною придется остаться здесь на несколько недель, пока не починят крышу. Но сначала ему надо перетащить все свои вещи.

— Ной остановиться здесь? В спортзале?

— Да, он практически всегда здесь жил, — улыбнулся Джек. — У нас там есть холодильник, и душ парень всегда здесь принимал. Я надую для него матрас. Ной будет в порядке. Это всего лишь на несколько недель. В любом случае, эта неделя у него в подвешенном состоянии. Не уверен, когда он здесь появится. У Ноя есть твой номер? Я могу попросить его позвонить тебе и дать знать, когда будет свободен, чтобы ты не тратила время зря.

За все это время не было причин, чтобы дать свой номер Ною, хотя Вероника написала его в своем заявление в свою первую бесплатную неделю. Очевидно, тренер не записал его или что-то еще, потому что точно позвонил бы сегодня, чтобы сообщить, что его не будет. Дождь шел с субботнего вечера. Девушка вздрогнула от мысли, какие должно быть у него были выходные.

Вероника дала Джеку свой номер, но решила, что раз уж пришла, то должна хорошо потренироваться сама. Даже, несмотря на то, что старалась так же, как и при Ное, это все равно было по-другому. Внутри возникла странная пустота, и когда вышла, то чувствовала себя менее радостной, чем обычно.

Весь следующий день лил дождь, и Вероника была уверена, что его снова не будет. Девушка не узнала номер, который высветился на ее телефоне, но так как ей не часто звонили, то была убеждена, что это Ной. Она подняла трубку, чувствуя небольшое волнение в области живота.

— Алло?

— Вероника? — весь трепет в животе превратился в кувырканье.

Голос Ноя был глубоким, и ее тело реагировала на него. Так что ей пришлось сглотнуть, чтобы ответить.

— Да, это я.

— Привет, это Ной. Прости за вчера, я был очень занят, что абсолютно забыл позвонить своим подопечным.

— Все хорошо. У тебя были на то причины. Как твоя крыша?

— Не очень. Я снова не приду в спортзал. Может, еще даже несколько дней, кроме того, чтобы там переночевать. Но первым делом утром я отправляюсь домой. Чертовски сложно залатать эту крышу, особенно под дождем.

Рисуя в воображение Ноя, который спит на надувном матрасе в большом холодном спортзале, девушка почувствовала вину. Вероника подумала о тех двух дополнительных спальнях в доме. Даже, несмотря на то, что Джек уже это упоминал, она понятия не имела, посчитает ли Ной это странным. Будет ли это правильным предложением, учитывая то, что ее сердце не переставало стучать с того момента, как ответила на звонок? Как перенесет тот факт, что Ной может спать в нескольких комнатах от нее?

— Так ты остаешься в спортзале?

— Да, я спал там прошлой ночью. Было неплохо, только нет отопления. Просто возьму с собой сегодня пару одеял.

Это дернуло ее сердце еще сильнее. Пару раз парень упоминал своих приемных родителей, но в отличии от того, как он говорил о починке своего «Ниндзя» и о боксе, где его глаза горели, Вероника почувствовала, что не должна затрагивать эту тему. Так и происходило. Все, что он говорил об этом, было очень расплывчатым и словно случайно ускользало, так что Ной быстро менял тему разговора. Девушка только могла себе представить, в каких условиях он жил, если шторм мог наделать такое.

С этим словами на губах Ной ее перебил и заговорил снова:

— Слушай, мне пора идти, но я позвоню тебе завтра и дам знать, если у меня получится.

— Ной?

— Да?

Вероника зажмурилась, задержав дыхание. Слова, которые произнесла следующими, были не те, что она хотела.

— Будь осторожен.

— Хорошо. Ты тоже. Держись подальше от дождя. На улице не очень.

Девушка повесила трубку, чувствуя себя самым большим трусом на свете. Когда напряжение спало, она позвонила Нелли.

— Привет, — Нелли в последнее время звучала все более радостной.

Теперь они с Риком больше говорили. Хотя она еще не решила, что будет делать с браком, но той депрессии, которая появилась у нее вначале, уже не было.

После расспросов о том, как подруга поживает, Нелли начала рассказывать о своем последнем разговоре с Риком, где не было ничего особо нового. Вероника, наконец, перешла к основной причине своего звонка. Девушка уже рассказала Нелли, как неловко получилось, когда узнала, насколько Ной ее моложе. Нелли не согласилась с ней в том, как неправильно это может выглядеть, если бы они пообщались за пределами спортзала.

— Вероника, ты ведешь себя так, будто никогда не ходила на обед или в кино с другом мужского пола, — ответила Нелли на чувство стыда Вероники по отношению к тому, что она пригласила выпить девятнадцатилетнего парня.

С тех пор Нелли убеждала Веронику, что продолжать тренироваться с ним абсолютно приемлемо. Только Нелли не знала, что Вероника сама себе в этом пока не призналась: ей нравилось проводить время с Ноем больше обычного. Она была уверена, что в ней говорит одиночество, и на данный момент Ной несомненно был лучшей и единственной компанией, на которую девушка могла рассчитывать на постоянной вечерней основе. Когда в ее жизни больше ничего не происходило, как она могла не ждать с нетерпением встреч с ним?

— Я сегодня не занималась.

— Почему? — Нелли знала, что подруга не пропустила ни дня с того момента, как вернулась обратно, и была в восторге от того, сколько Вероника смогла сбросить.

— Ноя не было вчера, и он мне только что позвонил сообщить, что его снова не будет. Я бы все равно пошла, но ураган такой сильный. Зачем рисковать? Может, я позанимаюсь немного дома.

— Почему Ной не пришел?

Вероника рассчитывала, что она спросит это.

— Его крыша полностью разрушена, и последние несколько дней он работает над ней. Ной будет спать в зале, пока ее не починят, но ураган вряд ли это позволит, поэтому работы займут время.

— В зале? — Нелли также не могла поверить в это, как и Вероника, когда в первый раз об этом услышала.

— Да, думаю ему негде больше остановиться.

— Там вообще есть отопление? Последние пару ночей было холодно.

Вероника почувствовала узел в животе, когда вошла в одну из свободных комнат своего отапливаемого дома с удобной кроватью.

— Нет. Но он сказал, что берет дополнительно одеяла.

— О, Боже, это должно быть очень жестко. Бедный парень.

— Я знаю, согласись?

— Да. Разве у него нет семьи, у которой он мог бы остаться?

Узел в животе разрастался, заставляя Веронику грызть ногти от нерешительности.

— Нет, не думаю. Ной упоминал приемных родителей однажды, но думаю, сейчас парень достаточно взрослый, чтобы иметь кого-то. Нел… — Боже, она едва может заставить себя сказать это.

— Что?

— Я, эм… думала его спросить, не хочет ли он остаться в одной из моих свободных комнат в доме… ну знаешь, пока его крышу не починят. Как думаешь, это будет странно?

Нелли молчала некоторое время, и Вероника почти мечтала, чтобы она сказала «да». Ей бы стало намного лучше от мысли, что, несмотря на большой теплый дом, в котором девушка жила, будет неприемлемо сделать такое предложение.

— Я так не думаю, Вероника. Говорят, на следующей неделе похолодает. Я имею в виду, что если Ной посчитает это странным, то может просто отказаться, разве нет? Ты же не предлагаешь ему свою постель. У него будет своя спальня.

Одна мысль о том, чтобы предложить ему свою постель, бросила ее лицо в жар.

— Сегодня уже поздно. Может, я упомяну это завтра, когда он позвонит. Ной сказал, что должен позвонить, чтобы сказать мне, пойдет в спортзал или нет.

Нелли согласилась, и все было решено. Вероника упомянет об этом в следующем разговоре с ним.

Ту ночь она едва могла спать. Каждая вспышка молнии освещала ее комнату, за которой следовал гром, сотрясающий окна. Вероника чувствовала себя все хуже и хуже. Даже с обогревателем, поставленным на таймер, были моменты, когда она дрожала под одеялом.

Весь следующий день Вероника упрекала себя, что никак не могла отступить от своей затеи и не завести разговор о переезде, когда Ной позвонит этим вечером. Самое худшее, что может произойти (а, может, и самое лучшее) — он откажется от предложения. Но тогда, по крайне мере совесть ее будет чиста, и Вероника сможет спать спокойно. Целый день, зевая от недосыпания, девушка нашла еще одну причину, по которой должна сделать это предложение. Такой ночи, как прошлая, она больше не переживет

Когда ранним вечером зазвонил телефон, ее сердце подскочило к горлу. Вероника сделала глубокий вдох перед тем, как поднять трубку, и почувствовала знакомое движение в животе, когда услышала его голос.

— Вероника?

— Да?

— Я приду сегодня вечером.

— Ох, значит крышу починили? — чувствуя небольшое разочарование, спросила Вероника.

— Нет. Я решил подождать, пока пройдет этот ураган. К концу недели должен закончится, но надвигается другой, не менее слабый. Я просто пережду. Даже если ураган позволит заняться ремонтом, все равно пройдет время, прежде чем я вернусь обратно. Так что я решил, что могу продолжать работать. Бог знает, мне нужны деньги.

— Ох.

Это все меняло. Когда Вероника думала предложить ему остаться у нее, то предполагала, что это будет на пару ночей. Это само по себе заставляло ее нервничать, но парень говорил о неделе или даже больше.

— Хорошо, я могу немного опоздать, потому, что не думала, что ты придешь. Мне надо собраться.

Вероника надеялась, что тренер не особо задумывался над тем, что она не планировала никуда идти, кроме как к нему на тренировки. Сегодня было также дождливо, как и в понедельник, когда девушка счастливая ехала под дождем к нему на тренировку. Думая, что сегодня Ной не придет, она и не планировала никуда идти.

Как бы сильно Вероника не хотела это признавать, но все было похоже на начало романтической привязанности — к тренеру младше ее — еще одна причина, почему должна действительно подумать над тем, чтобы делать ему предложение.

Повесив трубку, сразу же позвонила Нелли. Подруга объяснила, как поменялась ситуация, и ожидала, что Нелли разубедит ее. Конечно, девушка сделала все наоборот.

— Ох. Мне так жаль его. Чинить крышу — это подвиг не из простых, а сейчас начало зимы. Может, ты могла бы ему предложить снимать у тебя комнату, так как возможно, что Ной останется на некоторое время.

Чувствуя, как натянулось все внутри, Вероника сделала глубокий вдох.

— Я ничего об этом не знаю, Нелли. Я не ищу себе соседа. Мне просто жаль его.

— Тебе и должно быть жаль его. Идет зима, а парень без крыши над головой.

В устах Нелли это звучало ужасно.

— Ну, когда ты так об этом говоришь, Нел. Боже.

Вероника услышала, как подруга хихикает.

— Просто подумай. У тебя будет сосед на время праздников.

Вероника закатила глаза.

— Он еще не согласился.

— Ой, думаю, Ной согласится, — Нелли звучала слишком довольной.

Если бы Вероника ее не знала, то подумала, что та вздохнет с облечением, потому что подруга не будет одна на период праздников впервые после смерти матери. Последний год не был уж таким приятным, когда ее мать заболела.

Девушка сильно нервничала, когда думала сделать предложение Ною по телефону. Сейчас она не просто предлагает ему остановиться у нее на время, но практически просит его переехать и будет делать это лично при встрече. Супер!

Глава 5

Что-то происходило с Вероникой сегодня. Ной не мог понять причину, но она вела себя немного по-другому. После всех тренировок они, наконец, нашли золотую середину. Первые несколько дней после его откровения о возрасте были несколько странными, но они пережили это.

Ной все не мог свыкнуться с мыслью о том, как хорошо звучал ее голос по телефону. Он ввел Ноя в ступор еще на первый день, но слушать по телефону было чем-то иным. Когда девушка вошла сегодня, то его сердце стало биться в другом ритме. Прошло всего два дня с тех пор, как он видел ее в последний раз, но подумал о том, что, скорее всего, соскучился по ней. Если бы не был так занят вывозом своих мерзких вещей из гаража и попытками залатать крышу под дождем, возможно, бы заметил намного больше.

Сегодня Вероника была немного задумчива. Несколько раз ему приходилось спрашивать ее о чем-то дважды, потому, что девушка была чем-то озабочена.

Закончив бегать по беговой дорожке, Вероника отступила в сторону, поднося бутылку воды ко рту. Это стал одним из его любимых моментов во время ее тренировок. То, как она впивалась в бутылку от жажды, могло бы заставить даже самого взрослого мужчину покраснеть. Ной наблюдал и наслаждался, пока девушка не закончила.

Вероника уже сбросила пятнадцать килограмм, и сейчас они работали над корректировкой ее рук и ног. Ее живот стал практически плоским, и в скором времени девушка сможет достичь шести кубиков, если продолжит в том же духе. Ной надеялся, что больше она не сбросит. Ее изгибы — первое, что он заметил, когда девушка показалась в одежде, которая позволяла ему видеть то, что находилось под всеми слоями пота. Он едва сдерживал себя и был уверен, что пару разу Вероника уличила его на то том, как он глазел. С тех пор парень научился быть более скрытным, но было несколько раз, особенно, когда наклонялась для растяжки, что некоторые части его тела просыпались, и ему приходилось извиняться, чтобы остыть.

Глядеть, как Вероника пьет воду из бутылки, было любимой частью его тренировки, но оставляло горькое ощущение. Это означало, что они закончили на сегодня. Медленная тренировка стала главным событием его дня. Ной не осознавал этого, пока не пропустил их встречу прошлым вечером. В плане у него было пропустить всю неделю. Но после того, как закончился день, Ной лежал ночью на надувном матрасе и вместо того, чтобы думать о хаосе, происходящем в его жизни, все, о чем он мог думать — это голос Вероники по телефону и то, как сильно жалеет о пропущенной тренировке.

Свет в спортзале замигал, а затем ударил гром, отдаваясь в окнах старых зданий. Глаза Вероники все сказали. Девушка не любила грозу.

— Ты боишься грозы, Вероника? — тренер ухмыльнулся.

Девушка повернулась к нему, качая головой, но выглядела обеспокоенной.

— Ной, мне жаль, что я не сделала тебе одно предложение вчера вечером. Я просто не знала, как ты это воспримешь. Я до сих пор не знаю, но должна сказать, — Вероника замолчала и посмотрела в сторону, переминаясь с одной ноги на другую. — У меня в доме есть две свободные спальни. Я буду более чем рада предложить тебе одну из них, чтобы остаться, пока твою крышу не починят.

У Ноя не было слов, но он постарался не показывать Веронике, как шокирован ее предложением. Парень вспомнил, какой испуганной девушка выглядела, когда узнала про его возраст. Он до сих пор не имел понятия, живет ли Вероника с кем-то в этом доме. После ее неловкого ухода, после того, как был раскрыт его возраст, все разговоры, как ожидалось, были на темы далеко от личных. Единственное, что ему удалось вытянуть из нее — это то, что девушка не замужем и никогда не была. Да и все случилось потому, что Ной прямо спросил об этом, но Вероника быстро сменила тему, так что он не настаивал на том, чтобы узнать ее статус в отношениях.

Сейчас Ной не был уверен в том, что будет чувствовать, видя Веронику с ее парнем, если он у нее есть. Но матрас, который ему одолжил Джек, медленно сдувался, и парень чувствовал все неровности спиной. Кровать, черт побери, звучит намного лучше.

— Вау, Вероника. Не знаю, что и сказать.

Девушка все еще выглядела обеспокоенной. И Ной не знал, как это исправить, но думал над ее предложением.

— Я не считаю это странным. Я понимаю, ты просто пытаешься быть доброй и…

— Мне просто плохо от того, что у меня две свободные комнаты, а ты здесь, и…

— Нет, я знаю, знаю и ценю это, но я эм… я не уверен, когда смогу вернуться обратно к себе. Это может занять некоторое время.

— Все хорошо.

— Я могу платить за аренду.

— Нет, тебе не нужно.

— Я настаиваю, Вероника. Ты же понимаешь, что это на пару месяцев, верно? — парень увидел, как ее глаза расширились и молился о том, чтобы не взяла свои слова обратно. — Конечно, я могу съехать в любое время, если это не сработает.

Ной знал, что последнее высказывание будто несло всю тяжесть десяти слонов, но его мозг генерировал мысли со скоростью миля в минуту. Начиная с облегчения от того, что у него сегодня будет кровать для сна и до трепета в животе из-за того, что у него появился шанс заглянуть в жизнь Вероники за пределами спортзала — то, что девушка скрывала с тех пор, как он сказал ей свой возраст. Это будет либо хорошо, либо плохо.

— Мы что-нибудь придумаем. Никто больше не использует гостевые спальни, так что нет никакой спешки.

Ной мгновенно решил, глядя в ее уверенные глаза, что воспользуется этим шансом. Улыбка появилась на его лице, хотя она готова была вырваться в тот момент, когда Вероника озвучила свое предложение.

— Этот надувной матрас — отстой.

Ной надеялся, что это рассмешит ее, но она нахмурилась.

— Мне жаль, я должна была это сказать еще прошлым вечером, когда ты звонил.

— Нет, не стоит. Но я рад, что ты сказала это сегодня. Я не сильно жаждал провести эту ночь здесь.

Здание сотряслось от еще одной молнии и звука дождя, барабанящего по потолку и окнам. Взволнованные глаза Вероники заставляли его хотеть убедиться в том, что с ней все будет в порядке, но девушка снова его удивила.

— Я не думаю, что ты должен ехать сегодня на мотоцикле. Мы можем поехать на моей машине.

Это вызвало у него улыбку на лице. Ной даже не мог вспомнить, когда в последний раз кто-то беспокоился о нем.

— Хорошо, мы поедем на твоей машине.

Вероника подождала, пока Ной захватит сумку с вещами на ночь и на завтрашний день. Затем они поехали на машине. По подъездной дороге они подъехали к большому старому дому как раз на противоположной стороне от мест, где Ной обычно обитал. Посчитали до трех и выпрыгнули из машины, пробегая под проливным дождем на переднее крыльцо.

Несмотря на то, что они бежали так быстро как могли, оба промокли, достигнув входной двери. Вероника хихикала, пока возилась с ключами, пытаясь открыть дверь.

— Боже, а ты думал он прекратится ненадолго. Дождь лил всю дорогу до дома.

Вероника открыла дверь, и Ной последовал за ней внутрь. Стараясь быть незаметным, он впитывал все, как только вошел, в поисках любых намеков на присутствие соседа.

Просматривая фотографии на стенах и полках, он ничего не увидел, чтобы говорило о том, что она состоит в любого рода отношениях. Здесь было миллион фотографий. Детские, черно-белые, что принадлежали старшим членам семьи. Фото украшали стены и пространство над мебелью.

— Ты можешь выбрать одну из двух спален. В них обеих стоят двуспальные кровати, так что это лишь вопрос того, что тебе больше понравится.

Ной последовал за ней в столовую, где стояла фарфоровая посуда. Буфет был переполнен не только старой посудой, но еще большим количеством фотографий и салфеток, напоминая ему дом его первых приемных родителей. Одни из самых милых, что у него были. Пожилая женщина умерла за несколько дней до того, как ему исполнилось семь лет.

— Мне подойдет любая. Я уверен, черт побери, что не буду придирчив.

Вероника прикрыла дверь, когда прошли маленький коридор.

— Это моя комната, — девушка посмотрела на него немного смущенная. — У меня не было времени сегодня там прибраться, — Вероника указала на дверь прямо напротив ее комнаты. — Это одна из спален, — пройдя немного вперед к следующей двери дальше по коридору. — А это вторая.

Ной просунул голову в первую комнату. Обычная. То, что ему нужно. В спальне стояли кровать, шкаф и несколько комодов. Еще там было много-много салфеток и старых семейных портретов. Ему даже не нужно было смотреть на вторую спальню. Ной принял решение уже тогда, когда увидел, как близко находится ее комната от первой спальни. Но пытаясь скрыть свой восторг от того, что будет спать недалеко от нее, он пошел ко второй спальне и заглянул внутрь.

— Мне пойдет эта, — парень указала на первую, стараясь звучать так обычно, как это возможно.

Но, не вынося больше ее близости рядом с собой и ничего не зная, он решил спросить.

— Так ты живешь в этом большом доме одна?

Вероника кивнула, и чрезмерное облегчение, охватившее его, удивило. Ной знал, что это еще ничего не значит. Только потому, что ее парень не живет с ней, не значит, что у нее его нет. По крайне мере теперь ему не придется беспокоиться о том, чтобы жить с ней и ее парнем вместе.

Сейчас он задумался, было ли хорошей идеей выбирать комнату рядом с ней. Что если у нее есть парень и он проводит здесь ночи? Даже мысль об этом заставила его задуматься над тем, было ли хорошей идеей вообще переезжать к ней. Рядом с Вероникой он чувствовал то, чего не испытывал раньше.

Ной наблюдал, как Вероника прошла мимо него назад к комнате, что он выбрал. Еще больше вопрос возникло в голове, например, где живут ее родители и все те люди на этих фотографиях? Почему, черт побери, никто не подцепил ее?

Затем парень вспомнил, что точно не знает этого. Пока. Ной должен задать вопрос как можно скорее. Ответ определит, как долго он останется здесь жить. Вот только тонкий аромат ее шампуня и уникальная мускусная женственность, возникшие, когда она проходила мимо него по коридору, необычно влияли на него.

Вероника прошла в его спальню, и он шел следом.

— Ящики пустые, может, кроме пары вещей, но ты все можешь сложить в один, если хочешь. Тогда все остальные будут пустыми, — девушка открыла дверцу шкафа и потянулась к выключателю.

Шкаф тоже был пустым, кроме пары одеял, которые Вероника сняла с полки.

— Здесь есть еще пару одеял, если вдруг тебе станет холодно. Там наверху еще больше, если нужно.

— Вероника, — сказал парень, бросая на пол свою мокрую спортивную сумку. Ной не собирался спрашивать, но любопытство взяло вверх. — Надеюсь, ты не против, если я спрошу. Почему ты живешь в этом большом доме одна?

Девушка слегка улыбнулась и пожала плечами.

— Раньше были я и моя мама, пока она не умерла в этом году.

В обычной ситуации он бы пожалел, что заставил говорить о таких болезненных вещах, но странным образом он был рад узнать о ней что-то, особенно такое личное.

— Мне жаль это слышать.

— Мама была больна некоторое время. Так что это не было случайно или неожиданно.

Несмотря на то, что Вероника старалась выглядеть незатронутой вопросом, в ее глазах он увидел боль. Это тронуло. Она была одна… как и он.

— А что насчет отца или братьев с сестрами?

Вероника покачала головой, и Ной точно понял, что задел за живое.

— Никого, — девушка повернулась к шкафу и выключила свет. — Я устала, — Вероника избегала его взгляда. — Твои тренировки обычно на меня действуют так. Не стесняйся брать все что угодно из холодильника или кладовой. Я собираюсь принять душ и пойти спать.

Вероника остановилась перед тем, как выйти за дверь, и повернулась. Ее мрачный взгляд встретился с ним.

— Душ полностью в твоем распоряжении, когда я закончу. Извини, что придется делить его. В этом старом доме только одна ванная.

Ной улыбнулся. Делить с ней душ едва было жертвой с его стороны.

— Класс. Все, что угодно, может выиграть у душа в спортзале, где горячая вода заканчивается через пять минут.

Ной увидел знакомое раздражение сейчас в ее глазах.

— Я должна была предложить раньше.

— Неа, — парень присел на кровать, которая была просто раем по сравнению со старым матрасом, на котором спал уже как год. — Не беспокойся об этом. Я просто рад, что ты решила, что не будет странным спросить об этом. Я даже не могу тебя отблагодарить в полной мере.

Вероника улыбнулась.

— Не благодари. Спокойной ночи.

Ной откинулся на кровать, задаваясь вопросом, должен ли он чувствовать себя таким довольным или должен быть немного обеспокоенным? После нескольких минут тишины он услышал, как заработал душ. Мгновенно в его штанах стало тесно, так как образы голой Вероники в нескольких комнатах отсюда замаячили у него в голове.

Крепко сжав глаза, но неважно, как сильно Ной старался: не мог избавиться от картинки, как Вероника моет каждый сантиметр своего тела. Полноценная эрекция в его штанах это доказывала. Жить здесь точно будет вызовом.

Стук, исходящий из кухни, разбудил Веронику. Сонно взглянув на часы, она увидела, что было чуть больше семи утра. Девушка поднялась с кровати и схватила халат, который швырнула на стул возле двери. Набросив его на себя и скользнув в тапки, открыла дверь.

Опьяняющий аромат кофе тут же ударил ей в нос, и Вероника сделал глубокий вдох, наслаждаясь. Стук прекратился, когда девушка завернула за угол и увидела Ноя на коленях возле окна на угловом диване. Парень был в игривом настроении.

— Доброе утро, Рони.

Вероника не знала, что и думать. Очевидно, он просмотрел несколько ее вещей, раз знал кличку, которую дала ей ее мама. Слава Богу, прежде чем девушка могла обвинить его в чем-либо, Ной указал на фотографию, что висела на стене.

— Хватило минуты понять, что это ты на фотографии с выпускного, где написано «Выпускной Рони Круз». Потом вспомнил, что твоя подруга называла тебя Рони в первый день в спортзале. Но не только это. Улыбка выдала тебя. — Акцент на ее улыбке и то, как засияло его лицо после высказывания, заставило ее покраснеть. — Рони… — и снова за этим Вероника нервничает. — Это мило. Мне нравится.

Девушка постаралась выбросить это из головы, как будто то, что Ной сказал, не заставило ее внутренности странно отреагировать. Вероника посмотрела в сторону и пошла к кофе. Прямо сейчас ей нужна была чашка кофе.

— Ага, так меня мама называла… и несколько моих друзей из старшей школы.

— Кто-нибудь тебя еще так называет?

Ной сделал пару шагов в ее направлении, но, к счастью, остановился, достигнув стола, где была чашка кофе. Парень взял ее и посмотрел на Веронику.

— Нелли иногда это делает.

Вероника не упоминала Дерека, особенно потому, что единственный раз, когда он так ее назвал, — дал ей понять, что хочет заняться любовью.

Бог знает, как давно это было. Мысль о том, чтобы заняться сексом с Дереком или любым другим мужчиной раньше не приходила ей в голову до…

— Хорошо. Ты не будешь против, если я стану так тебя называть? Думаю, тебе идет, — Вероника даже не успела ответить, а он сделал глоток кофе и повернулся к окну. — Прости, что разбудил тебя. На заметку: если вдруг услышишь кого-то рано утром у двери, это я буду выходить на пробежку.

Ной разбудил ее, но Вероника не хотела, чтобы он сожалел об этом. Напоминая себе, что это всего лишь их первое утро вместе, и он может остаться здесь на некоторое время, возможно, на месяцы, девушка попыталась избавиться о неловкой нервозности.

— Все хорошо. Я, так или иначе, просыпаюсь примерно в это время. А чем ты занимаешься?

— У тебя есть пару щелей в окнах. Не был уверен, где ты хранишь инструмент, но мне удалось найти несколько вокруг. Я захвачу свои, когда заберу вещи попозже, — она указал на угол одного из окна. — Это было худшее, но думаю, что исправил.

Вероника пыталась сосредоточиться на его словах, но то, как сгибались его мышцы, когда он указывал молотком, было ужасно привлекательно. Девушка видела его в майке без рукавов несколько раз, но видеть его первым делом утром на кухне было совсем иначе. Ной такой большой и хорошо сложен, но она должна помнить, что этому мужчине на кухне, всего двадцать. На восемь лет младше ее. Как парень отметил, он уже совершеннолетний. Но это была значительная разница в возрасте, и Веронике стоит постыдиться нескольких мыслей, возникших в ее голове в этот момент.

— Я могу вызвать кого-нибудь для починки. Тебя это не должно беспокоить, — Вероника прислонилась к столешнице, пытаясь сфокусироваться на бодрящем кофе, что согревал ее внутренности.

— Меня это не беспокоит. С правильными инструментам это легко починить. Я проверю все остальные окна. Дом старый, и наверно, нуждается в большой работе.

Рот девушки невольно раскрылся.

— Уверена, так и есть, но даже не смей думать о том, что все тут чинить. Здесь слишком много работы. Я бы даже не мечтала…

— Рони. — Девушка повернулась посмотреть на него, и увидела Ноя с приподнятыми бровями. Господи, это была ее кличка. Мама и некоторые друзья так ее называли много лет. Так, почему слыша его произносящим это, сердце пропускает удар? — Я совсем не против. С тем, что ты разрешила мне здесь остаться, это меньшее, что я могу сделать.

— Но…

— Никаких «но». Вообще мне нравится этим заниматься.

Вероника сдалась после того, как он улыбнулся и пошел к окну дальше работать. Девушка взглянула на планшет на стойке. Была абсолютно не в теме, когда речь шла о последних крутых гаджетах, что это даже не смешно. Ее фотоаппаратное оборудование было сильно устаревшим. Хотя это не останавливало от создания шедевров.

— Это твой айпад?

Ной повернулся посмотреть на секунду, что она имела в виду.

— Близко. Мой айфон. Первое, что я купил, когда получил зарплату тренера.

Вероника подняла телефон, смущенная тем, что понятия не имела, как можно позвонить по нему. Абсолютно старая школа. Коллеги называли ее телефон «тупофон», противопоставляя своим смартфонам[6], а это было два года назад. Даже если бы рискнула перейти на тот, что с клавиатурой, такой телефон уже давно считался простеньким.

— Не понимаю, зачем людям нужен такой дорогостоящий телефон, чтобы звонить или писать смски.

Ной встал и подошел к ней.

— Смеешься? Есть столько всего, что можно делать с этими телефонами. Ты будешь удивлена. Мне он нужен, чтобы использовать приложения, которые позволяют следить за прогрессом в тренировках, беге, считать калории, как ты называешь. Но еще куча всего, к чему я даже не прикасался. Я еще учусь.

Вероника старалась выглядеть удивленной, но Ной с таким же успехом мог говорить на другом языке. Приложения? Чтобы не смущать себя еще больше, говоря глупые вещи, она решила сменить тему.

— Ты голоден? Я ужасно хочу есть.

— Да, я бы чего-нибудь перекусил.

Девушка открыла свою кладовую. Ей очень сильно хотелось съесть блины, но технически она все еще на диете. Если бы была одна, смогла бы легко смошенничать, но живя с тренером, это не представлялось даже возможным. Вместо смеси для приготовления блинов, схватила пачку цельнозерновых бейглов[7] и достала тостер.

Они ели вместе, сидя за кухонным столом. Заканчивая, Ной спросил, не могла бы она подбросить его до спортзала, чтобы забрать мотоцикл.

— У моего друга есть грузовик, так что он поможет мне перевезти некоторые мои вещи сюда. — Вероятно, он не понял резкое изменение в выражении ее лица, поэтому быстро добавил: — Не беспокойся. У меня их не так много.

— Ох, я не об этом подумала. Просто все еще опасно ездить на мотоцикле в такую погоду. Может, я просто подброшу тебя до дома твоего друга?

В следующую секунду девушка поняла, как по-матерински это звучало. Вероника взглянула в сторону, слизывая плавленый сыр с нижней губы. Когда повернулась, Ной смотрел на ее губы. Она тут же остановилась, и их взгляды встретились.

Парень ухмыльнулся.

— Конечно. Это даже ближе, если ты подбросишь меня туда. Мой друг живет прямо на Первой улице.

Вероника прочистила горло и взяла чашку, вставая.

— Когда ты хочешь ехать?

— Как только ты будешь готова. Похоже, что дождь перестал лить только на пару часов.

Девушка поставила чашку в раковину, а затем повернулась и подскочила от того, что ее рука задела его.

— Извини, — Ной убрал кружку от нее и сделал шаг назад. — Я не хотел…

— Нет, все хорошо.

«Ты можешь еще упорнее изображать святошу? В самом же деле? Ты просто коснулась его!»

Девушка прислонила руку ко лбу.

— Я просто…

— Не ожидал, что ты так быстро обернешься. Я должен был…

— Нет, нет. — «Господи, пожалуйста, прекрати это». Вероника чувствовала, как ее лицо горело, и уверена, Ной тоже мог это видеть. — Не извиняйся. Я тебя не увидела, — сказала она, обойдя его так быстро, как могла. — Пойду оденусь, чтобы подбросить тебя.

Спеша в свою комнату, девушка молилась, чтобы он промолчал. К счастью, так и произошло. Попав в комнату, закрыла дверь за собой и прислонилась к ней, проклиная себя. Предположительно, Вероника была старшее и более зрелой из них двоих. Так, почему она превратилась в бубнящую идиотку только от одного прикосновения? Едва ли это можно считать за прикосновение. Боже, что Ной подумал о ней. Это будет продолжаться следующие месяцы? Господи.

Глава 6

После небольшой случайности, что произошла на кухне этим утром, Ной решил быть более осторожным в том, что он говорит и делает рядом с Вероникой. Очевидно, у нее были какие-то опасения. Вывести ее из себя и поменять ее решение по поводу соглашения — это последнее, чего он хотел.

Правда в том, что ее длинные мягкие кудри застали его врасплох. Обычно девушка поднимает волосы в хвост, и до этого утра он не замечал кудряшки. Затем, когда Ной наклонился достаточно, чтобы почувствовать запах ее волос, а затем жадно прильнул еще ближе, девушка обернулась. К огромнейшему облегчению Ной был практически уверен, что Вероника не застала, как он нюхает ее.

Поездка к Эйбелу была тихой, но он смог немного поболтать. Большей частью о погоде, затем о грузовике Эйбела, но сейчас его тревожило то, когда Вероника вернется в спортзал, снова попадет в свою зону комфорта. Еще больше его тревожил факт, что женщина ее лет все еще одинока. Она была с лишним весом, когда в первый раз пришла тренироваться, но, как сказала, вес набрался за последний год или около того. Очевидно, то, что он видел, и все фотографии по дому говорили о ее прошлой привлекательности, пока не запустила себя. Даже тогда, когда Ной впервые ее встретил, то даже не думал, что Вероника непривлекательная. Просто немного не в форме и заметно стесняется этого.

Насколько парень знал, ее вес сейчас находился в пределах разумного. Но, судя по скудному завтраку, она все еще недовольна им. Смотря на ее реакцию от его прикосновения и то, как Вероника отстраняется при разговоре на личные темы, он должен подождать, прежде чем сказать, что выглядит она идеально, или узнать больше о ее личной жизни. Ной должен двигаться постепенно, если не хочет, чтобы девушка снова вылетела из комнаты.

Эйбел и парни ждали на улице перед домом его приемных родителей, когда они с Вероникой подъехали. Вместе с Эйбелом перевезти вещи еще помогут Гектор, младший брат Эйбела, и Джио.

Эйбел — тот, кто скоро, очевидно, будет драться в категории тяжелого веса, судя по тому, каким большим он становился — скрестил свои руки на груди и прислонился к грузовику.

— А они все боксеры, как и ты? — Вероника глядела на них, когда они подъехали к грузовику Эйбела.

— Ага, даже самый младший.

— Кто из них самый младший? Они все выглядят молодыми.

Ной нахмурился.

— Из двух высоких там стоят Джио, моего возраста, и Эйбел, на год младше. Гектор — младший брат Эйбела.

Вероника кивнула, а затем остановила машину и повернулась к нему.

— Хорошо, все поняла, — затем посмотрела на небо. — Похоже, что скоро начнется гроза. На обратном пути я заеду в магазин. Тебе что-нибудь взять?

Так странно чувствовать, что кто-то приглядывает за тобой. В хорошем смысле слова. Ной потянулся к кошельку. Они должны кое-что разрешить попозже, но сейчас он даст ей немного наличных. Парень достал пару двадцаток, вручая ей.

— Просто возьми то, что ты обычно берешь. И много яиц.

Вероника настороженно смотрела на две купюры.

— Нужно больше? — спросил Ной, снова протягивая руку к кошельку.

— Нет! Просто это… пойдет.

— Возьми, — он потряс двадцатками перед ней. — Мы разберемся с деньгами на продукты, аренду и коммунальные позже, — их глаза встретились. — Сегодня вечером за ужином.

Ной осознал, как это звучало. Только потому, что снимал комнату, не значит, что они должны вместе есть или проводить время. Случайно назначив свидание на этот вечер, предполагая, что других планов у нее нет. Ной задержал дыхание и ждал ее реакции.

К его удивлению, девушка взяла деньги. Ее невозмутимое выражение лица ни о чем не говорило.

— Хорошо, — Вероника посмотрела через его плечо, а затем на него. — Твои друзья останутся на ужин тоже?

Ной повернулся к своим друзьям, которые нагло пялились на них. Ни за что.

— Неа, — парень повернулся к ней. — Я просто куплю им пиццу на обед или что-то еще.

Поскольку девушка не уклонилась от предложения поужинать вместе, он теперь ждал вечера с нетерпением. Эта компания ни за что не разрушит этот план.

Вероника едва успела отъехать, когда, как и ожидалось, заговорил первым Гектор:

— Так ты реально переехал к этой цыпочке?

— Я снимаю комнату у нее в доме. Я не переехал к ней.

— И ты не это… — парень показал непристойный жест, качая рукой из одной стороны в другую, при этом посвистывая в ритм движения, — … ее?

Пока Эйбел смеялся, Джио ухмыльнулся, Ной нахмурился, качая головой.

— Не будь тупицей, Вероника — клиент. Просто услышала о моей проблеме с крышей. В ее доме есть пару свободных комнат, одну из которых позволила мне снимать.

— Ах, — сказала Эйбел, — так ее уже тренировали. — Затем парень замолчал, прижимая кулак ко рту, расплывающемуся в улыбке. — Подожди. Это та, что ты сейчас тренируешь? Это одна из тех дамочек, что зашли вместе тем вечером?

— Да, это одна из них, — ответил Ной, стараясь по возможности звучать безразлично.

— Одна из тех старых дамочек? — спросил друг и скорчил рожицу. — Сегодня цыпочка не выглядела старой.

— Потому что она не старая, — ответил Ной, проходя в гараж.

Ситуация постепенно его раздражала.

— Но старше, верно? — лицо Гектора выражало отвращение. — Это плохо. Потому что девушка и наполовину не выглядит так ужасно.

— Почему плохо? — спросил Ной, раздраженный тем, что позволил шестнадцатилетнему брату своего друга втянуть себя в этот нелепый разговор.

— Просто говорю: ты и она вместе в такую страшную погоду согреваетесь у камина, — парень приподнял свои брови с глупой улыбкой на лице. — Могло бы быть весело, будь она… ну знаешь, моложе.

Ной решил прекратить разговор о Рони, потому что его еще больше раздражал тот факт, что этот ребенок подбросил пару кадров к его и так разгулявшемуся воображению. И сменил тему, когда открывал дверь гаража.

— Так, есть пару сумок и мои гантели. Матрас я выбрасываю, — он поднял матрас, от которого возник заплесневелый запах.

Ной ушел отсюда всего на пару дней, но у него уже нет желания возвращаться в это место снова.

Джио подошел и встал рядом с ним, осматривая сырой гараж и мокрые вещи друга.

— Чувак, просто, почему мы не вытащили тебя отсюда раньше.

Ной знал, что Джио чувствовал себя паршиво из-за того, что его мама не разрешала Ною остаться у них дома. Женщина была немного старомодной, и с Джио, у которого было три сумасшедшие сестры-хулиганки всего на пару лет младше Ноя, она бы не позволила этому случиться. Шансов остаться с Эйбелом, Гектором и их матерью тоже не было. Им и так приходилось делить одну комнату, потому что мать снимала третью в доме, а на диване всегда жили один или два родственника из Мексики.

Даже Джек извинился за то, что не смог предложить остаться у него, потому что арендодатель не разрешил никого размещать в такой узкой и тесной квартире.

Джио и другие парни чувствовали себя отвратительно, когда услышали, что он будет жить в спортзале, но Ной все понял. Если бы была возможность помочь, они бы это сделали. Как, например, сегодня или в дождливые дни, когда пытался починить крышу, но все было зря. Парни промокали вместе с ним. Ни у кого не было даже задней мысли, когда Ной попросил их помочь. И не спрашивал Гектора. Если придет Эйбел, то брат, черт возьми, будет тут как тут.

— Все хорошо. Я быстро вывез все важное отсюда.

Начнем с того, что у него особо не было ничего важного. Только боксерские перчатки. Но подобные вещи всегда хранились в комфорте и безопасности в спортзале.

Эйбел прошел в гараж.

— Так какие сумки твои, а какие — Фуэнтосов?

Ной указал на его вещи, и вчетвером они занесли все в грузовик Эйбела, когда начался гром. Парни быстро попытались накрыть все брезентом.

— Дерьмо, скоро польет, — сказал Эйбел, закрепляя брезент на одном конце. — Нам лучше поскорее отсюда убраться.

— А мы все поместимся в твой грузовик? — спросил Ной, обходя старую машину.

— Гектор нет, — ответил Эйбел, идя к кабине.

— Эй! Почему я? — парень пошел следом вокруг грузовика за Эйбелом. — Я тоже помогал. Я хочу посмотреть дом, где живет Ной!

— Тогда прыгай назад, если тебе интересно, — Эйбел открыл водительскую дверь, — потому что спереди ты не вписываешься.

Гектор подумал секунду и нехотя запрыгнул назад. Великолепно. Ной думал, он откажется от заманчивого предложения, потому что облака готовы разразится в любую минуту. Ни один из его друзей не был робким и стеснительным рядом с женщиной, но Гектор, самый младший и особенно незрелый, был самым громким. Последнее, чего Ной хотел, чтобы тот сказал что-нибудь такое, что поставило бы Веронику в еще более затруднительное положение относительно их сделки, чем, как он предполагал, уже было.

К счастью для Гектора, небо его пощадило. Хотя выглядело так, будто сейчас польет, они доехали до Рони без одной капли.

Вероника вышла на крыльцо, когда они выбрались из грузовика.

— Мне надо открыть тебе гараж?

Ной посмотрел на нее, как и все остальные парни. Девушка переоделась в джинсы и мягкую розовую толстовку. На ногах у нее были пушистые розовые ботинки. Вероника даже не выглядела и близко к двадцати восьми. Она подошла к краю крыльца и, останавливаясь у перил, прислонилась к ним.

— Да, вообще-то. Я положу большую часть своих вещей туда. В дом перевезу их позже, когда не будет намечаться сильный ливень, — Ной заставил себя посмотреть в сторону на темные облака.

Видеть ее в одежде, помимо спортивной — это одно, но волосы. Из-за влажности они стали еще более кучерявыми, чем сегодня утром. Длинные узкие локоны обрамляли бледноватое лицо, делая ее улыбку еще слаще. Это заставило Ноя задуматься о том, было ли хорошей идей переезжать к ней.

— Тогда пойду открою его тебе, — девушка пошла обратно в дом.

— Вау, — сказал Эйбел. — Не может быть, что это дамочка из спортзала, Ной.

Ной сжал челюсть, направляясь к кузову.

— Да, это она.

Когда парень поднял глаза на Эйбела, тот все еще был в шоке.

— Скажи, что ты трахаешься с ней. Потому что если нет, я бы мог…

Ной бросил в него веревку, которую развязал.

— Чувак!

Ной посмотрел назад убедиться, что Рони не слышит их.

— Заткнись! И не смей произносить подобные глупости перед ней. Рони, так сказать, недоступна, и она — моя соседка, так что веди себя нормально.

Эйбел рассмеялся.

— Расслабься. Просто веселюсь.

Джио смотрел на Ноя.

— Рони?

— Вероника, — быстро сказал Ной.

— Но ты назвал ее Рони, — заметил Гектор.

— Это Вероника, — огрызнулся Ной.

Терпение иссякало с каждой секундой.

— А теперь перестаньте беспокоиться о ней и захватите что-нибудь. Скоро пойдет дождь.

Парни перенесли все в гараж, в том числе пару сумок, которые незамедлительно понадобятся Ною прежде, чем пойдет дождь. Друзья стояли в гараже и разговаривали.

Первоначальный план Ноя подразумевал угостить парней обедом за помощь с перевозом его вещей, но с таким ливнем, как сейчас, кажется, Гектор снова будет брошен промокать в кузове грузовика Эйбела. Это казалось несправедливо, потому что Ной мог просто остаться дома и дать парню занять место спереди.

Задняя дверь дома открылась, и Рони высунула голову.

— Парни, не хотите чего-нибудь выпить? Я могу сделать кофе или горячий шоколад.

Эйбел усмехнулся. Ной знал, о чем он думал. Кофе или горячий шоколад — это, вероятно, последнее, что они бы выбрали выпить… парни бы выпили сейчас пиво. Даже Гектор. Так что прежде чем кто-то могу что-то сказать, Ной ответил.

— Нет, спасибо, ребята уходят, — они все обернулись и посмотрели на него, когда он доставал двадцатку и пятерку из кармана и вручил их Эйбелу. — Спасибо за помощь сегодня. Сходите возьмите пиццу и шесть банок пива. Наслаждайтесь. Это за мой счет.

Проницательный взгляд Джио не остался незамеченным. Поведение Ноя вынудит их скоро все выяснить, но, кажется, Джио уже догадался. Друг знал его лучше, чем все остальные.

— Что? Ты с нами не едешь? — спросил Эйбел, забирая деньги.

Ной покачала головой.

— Мне еще нужно много всего распаковать. Потом надо будет пойти в спортзал, — Ной размял свою руку. — В любую погоду, детка. Нельзя перестать тренироваться. Очень скоро я вернусь на ринг.

Эйбел ухмыльнулся, игнорируя его комментарий о тренировке и скором возвращении на ринг.

— Так сколько ей лет? — друг указал подбородком на заднюю дверь, которую только что закрыла Вероника. — Девчонка, должно быть, ненамного старше нас? Сейчас она не выглядит такой старой, как в спортзале, когда я увидел ее впервые, и теперь Рони намного милее, чем я помню. А голос просто до чертиков сексуален. Ей двадцать один? Двадцать два?

Тревога, которую Ной ощутил, возникла неожиданно. Сам он едва понимал, что начал чувствовать, когда рядом оказывалась Вероника. Но сложнее всего было понять, почему он так по-собственнически стал себя ощущать. Это были его друзья, а Вероника его соседка и его клиент. Но ему точно не понравилось, с какими орлиными взглядами парни за ней наблюдали на переднем крыльце, и определенно не понравились предположения Эйбела относительно нее. Старше нас? Вот поэтому он отослал их есть, вместо того, чтобы заказать пиццу и получить доставкой сюда.

Ной даже не понял, как пялился, пока Эйбел не расхохотался.

— Что с тобой сегодня? Похоже, весь переезд тебя утомил. Ты отдохнешь? Похоже, ты неплохо здесь устроился.

Попытки Ноя не быть столь очевидными были тщетны, и он пожал плечами.

— Не самая умная вещь, спрашивать девушку о ее возрасте, так что я не знаю, — парень посмотрел на Джио, который поднял бровь, но ничего не сказал.

Благодаря Гектору, который жаловался, что проголодался, Ной быстро избавился от парней и наконец, мог расслабиться. Только сейчас понял, каким напряженным был.

Нелли настаивала, что Вероника вела себя глупо.

— Ну, он немного младше тебя, Рони. Парень же поживет пару недель у тебя в доме, не замуж же ты за него собралась. Что если бы ему было шестьдесят? Тогда бы ты чувствовала себя странно?

Вероника выглянула из окна кухни посмотреть на парней, которые разговаривали в гараже. На первый взгляд они казались чертовски молодыми, когда она подвозила своего нового соседа. Присматриваясь к ним сейчас, Ной со своими мускулистыми руками, прижатыми к стене, едва был похож на мальчика. Его лучший друг был мужчиной во всех смыслах этого слова. Даже самый младший был большим. Может, это то, что стало ее беспокоить? Почему Вероника не подумала об этом наперед, когда принимала решение? Это мужчина переезжал к ней сейчас. И будет спать в комнате прямо напротив нее.

Худшее здесь было то, что это не просто мужчина. Ной был сексуальным тренером. Тем, о ком она фантазировала уже много раз, и главное — не тело. Факт остается фактом: Вероника почти на десятилетие старше его. Это было самым большим «нет» во всем этом. Серьезные отношения — это, вероятно, последнее, о чем он подумает, а в ее возрасте последнее, что нужно — это мимолетные увлечения.

— Я не знаю. Это вроде как серьезный шаг, который люди делают, разве нет? Даже если бы девушка переезжала ко мне, я бы должна уже жить с кем-то. Единственный человек, с которым я жила — это была моя мама. Что если у нас не получится? Ной вроде бы стал другом сейчас. Что если это все испортит?

Вероника не даст подруге почувствовать себя виноватой, сказав, что стала полагаться на свои тренировки, поскольку те компенсировали ее одиночество, которое она чувствовала с тех пор, как Нелли погрязла в своих брачных консультациях, стараясь наладить отношения с Риком. В душе Вероника не могла поверить, что Нелли дала ему второй шанс. Но не будет лезть в это.

— Так почему ты просто не скажешь ему прямо, что нервничаешь из-за того, что ни с кем не жила раньше, и думаешь о том, что, возможно, ничего не получится? Тогда парень не будет слишком расслаблен. Лично я думаю, что ты беспокоишься ни о чем.

Да, Нелли не знала ни об одной фантазии Вероники. Конечно, девушка и не собиралась ими делиться с подругой. И никогда никому в этом не признается.

Вероника наблюдала, как парни вышли из гаража и направились к грузовику, затем отметила, что мускулистые руки Ноя вернулись, когда он закрывал дверь. Даже в майке, это было впечатляюще.

— Ной идет. Я позвоню завтра.

— Хорошо, и прекрати волноваться. Наслаждайся компанией, пока есть.

Вероника нахмурилась от того, что это звучало слишком жалко. Положила трубку, когда дверь на кухне открылась и зашел Ной, стряхивая капли дождя с волос рукой.

— Я думала, ты будешь обедать со своими друзьями?

— Неа, — ответил он, проходя мимо к раковине. — В кабине грузовика Эйбела есть место только на троих, так что я подумал избавить Гектора от промокания и остаться здесь, чтобы он мог запрыгнуть наперед, — Ной ополоснул руки и повернулся к Веронике. — Но я не против перекусить. Ты взяла что-нибудь хорошее в магазине?

— Ага, — девушка подошла к полкам с едой и достала булку хлеба. — Я взяла еще мясную нарезку для бутербродов, и кое-что для салата. Вечером хотела запечь рыбу в духовке, но могу…

— Бутербродов будет вполне достаточно, — Ной подошел к холодильнику и достал оттуда ингредиенты. — Ты же будешь есть?

Вероника положила хлеб на стойку.

— Ну да. Думаю, мне можно съесть один бутерброд.

К этому однозначно придется привыкать. Долгое время была одна.

— Думаю, что мы поговорим о нашем соглашении раньше, чем предполагалось, — Ной даже не поднял голову, пока готовил бутерброды. — Я и мой друг Джио пару месяцев назад говорили о том, чтобы снять квартиру вместе. Так что я немного представляю, как это работает. Может, мы сможем эти вещи применить в нашем случае.

После того, как бутерброды были готовы, они сели за стол напротив друг друга. Вероника слушала Ноя, пытаясь во время разговора не поддаваться его насыщенным темным глазам. Пару раз ей пришлось взглянуть в сторону, и она волновалась, как бы он не заподозрил, что с ней происходит. Когда они пообедали, девушка согласилась на все, кроме суммы, которую он предлагал ей платить. Это было слишком много. У нее нет ипотеки и аренду не надо платить — за дом все заплачено. Коммунальные услуги — это все, что она хотела разделить и, может быть, небольшую часть налога на недвижимость, который она платила дважды в год. Но не больше.

— Я не могу оставаться здесь и не платить за аренду, Рони.

Вероника вытерла рот, гадая, сколько времени ей понадобится, чтобы привыкнуть к тому, как Ной называет ее так. Она вела себя нелепо. Правда в том, что ей действительно начал нравиться Ной и его дружба. Дружба, которая не разрушится тем, что она будет думать о нем в другой роли, помимо друга, даже младшего брата. Да, Вероника сможет так смотреть на него. Думать о нем так проще, чем о парне, который с ней живет.

— Почему нет? Я же так делаю. Ипотека оплачена, и мне не нужны деньги для оплаты аренды, но все остальные вещи, что мы обсудили, я полностью поддерживаю.

Ной нахмурился, но неохотно согласился.

— Хорошо, но я буду чинить все, что нуждается в починке, включая твою машину. Я заметил, старушка подтекает. А это, кстати, напомнило мне кое-что. Если ты настаиваешь на том, чтобы подвозить меня в такую погоду, тогда я буду настаивать на том, чтобы платить тебе за бензин, — девушка начала протестовать, но он поднял руку. — Не надо, Рони. По одному вопросу все решилось так, как ты хотела. Здесь я не отступлю.

Вероника посмотрела на него и улыбнулась.

— Хорошо.

Теперь все было решено. С ее новоприобретенным озарением касательно того, как она будет дальше жить, Вероника была уверена, что это сработает безболезненно. Ее сводил с ума тот факт, что не подумала об этом раньше. Она же здесь старше и мудрее, правда? С этого момента Вероника решила придерживаться совета Нелли о внезапных изменениях в ее жизни и поддаться течению.

Глава 7

Несколько недель спустя после переезда к Рони, Ной начал чувствовать себя как дома. Это было совершенно новое чувство, так как раньше он его нигде не ощущал, даже когда жил у Фуэнтосов. Хотя там прожил дольше всех среди его приемных семей, он знал, что это вопрос времени, когда уедет оттуда.

Даже сейчас с Рони он знал, что не должен чувствовать себя так. В конце концов, этот период тоже закончится. Они договорились, что парень останется здесь до тех пор, пока не починит крышу у Фуэнтосов в гараже. Но долгий зимний сезон только начался. Так что у него еще месяцы, чтобы пожить с Рони, и на этот счет пока можно не волноваться.

Ной вошел через заднюю дверь. Его руки были вымазаны. Целое утро он работал над машиной Вероники. Сейчас девушка была в гостиной и разговаривала по телефону.

— Я знаю, что это твоя семья, Нелли, но будет странно без тебя там. Говорю тебе, я буду в порядке. Я все равно никогда не понимала этот шум вокруг Дня Благодарения. Я могу заказать индейку и кусочек пирога у «У Денни» и не переживать об уборке.

Ной слушал, пока мыл руки. Рони упоминала, что проведет День Благодарения с Нелли и ее семьей. Сам отпразднует с семьей Джио. Его мама и тетя просто сходили с ума от готовки, даже когда не было никакого праздника, что мог бы это оправдать. Так что проведет День Благодарения у него дома — это то место, где Ной всегда хотел оказаться. Всегда. Фуэентосы не были по части праздников.

— Не понимаю, почему ты завелась. Обещаю, что буду в порядке. Отдохни и насладись. Хорошо? Я рада, что у вас двоих все налаживается.

Ной прислонился к кухонной стойке, вытирая руки. Рони вошла, когда закончила говорить. Девушка выглядела немного грустной, но улыбнулась.

— Так ты устранил протечку?

— Ага, это было непросто, но думаю, что избавил эту чертову штуку от протекания.

Ее улыбка быстро исчезла, и Ной ждал, пока упомянет День Благодарения. Ему с трудом давалась мысль о том, что Вероника проведет свой первый День Благодарения без мамы. Парень был уверен, что Джио не будет против, если он пригласит Веронику, но, учитывая, что она, видимо, не особо комфортно чувствует себя с семьей Нелли, если только подруги нет рядом, то с большой вероятностью отклонит его приглашение.

Ной смотрел, как Вероника налила себе стакан сока и взяла рвущийся сыр из холодильника.

— Ты в порядке?

Девушка посмотрела на него с удивленным выражением лица.

— Да, почему спрашиваешь?

Ной пожал плечами.

— Ты выглядишь немного грустной. Я не мог не подслушать твой разговор. Нелли не придет на День Благодарения?

— Ах, это, — Вероника кивнула. — Ага, с мужем едут на какой-то отдых для парочек. В этом году у них были некоторые проблемы, так что они пытаются все наладить. Пастор в ее церкви посоветовал это место. Они будут там все праздничные выходные.

Рони села за маленький стол и стала отрывать кусочки сыра. Вероника открыла рот и положила туда полоску сыра, потом втянула ее языком, заставляя Ноя тяжело глотнуть. Парень практически забыл, о чем они говорили, когда, наконец, пришел в себя и прочистил горло.

— Тогда, где ты проведешь День Благодарения?

Девушка пожала плечами и продолжила заниматься сыром. Ной сделал себе заметку в голове: купить больше сыра. Очень много.

— Вероятно, останусь тут. Может, возьму напрокат пару фильмом или чего еще. Невелика беда.

— Одна?

Вероника посмотрела на него, отведя глаза от сыра.

— Да, одна, — девушка слабо улыбнулась. — Я была одна уже больше восьми месяцев. Ну… пока ты не переехал. Но уже привыкла.

— Но это же праздник, — подошел к столу и сел напротив нее. — Тот, который ты должна провести с семьей или друзьями.

Ной тут же пожалел, что сказал это. Ее глаза, которые были слегка грустными, когда вошла в комнату, теперь были без всяких сомнений мрачными, хотя она и пыталась это скрыть.

— У меня никогда особо не было семьи, и мой единственный друг — это Нелли. Так что у меня иммунитет на подобные вещи. Они не тревожат меня так, как остальных.

Ной ни на минуту не купился на это дерьмо. Он наклонился к ней и дотронулся до руки.

— Теперь у тебя есть я.

Вероника прекратила жевать и посмотрела на него. Парень увидел в ее глазах то, что было тем вечером, когда узнала, сколько ему лет.

— Ной, я…

— В смысле, мы же друзья, правда? Не просто соседи. Так что можешь включить меня в список своих друзей, — он сел прямо, волнуясь, что это взгляд остался в ее глазах. — Почему бы тебе не пойти со мной к Джио на День Благодарения? Я уверен, что он будет не против и…

— О, нет, я не могу, — Вероника категорично покачала головой.

— Почему нет?

— Я едва его знаю, — девушка встала, и Ной встал за ней. — Правда, со мной все будет хорошо.

— Тогда я останусь с тобой.

Вероника повернулась к нему, широко распахнув глаза.

— Нет!

Господи, она была такой милой, когда вела себя упрямо.

— Почему, черт побери, нет? Слушай, сейчас ты мой друг. Я не хочу, чтобы ты была одна.

— Ной, ты ведешь себя глупо. Я буду в порядке. Ты должен быть со своими друзьями. Не так давно сказал, что всегда там проводишь Дни Благодарения. И ждал этого, — Вероника скрестила руки на груди. — Я не собираюсь удерживать тебя.

Ной видел, что девушка не собирается сдаваться, но будь он проклят, если позволит остаться ей на праздники одной. Ведь по себе знал, каково это, и не хотел, чтобы Рони об этом узнала.

— Хорошо.

Вероника, казалось, немного удивлена тем, как легко и спокойной он сдался.

— Отлично. Я ценю твое предложение, но обещаю, что буду в порядке.

Ной не мог сдержать ухмылку. Да, Рони будет в порядке. Он точно об этом позаботиться.

— Так, может, ты и не планировала есть много на этой неделе, но я — да. Собираемся на чертову тренировку сегодня вечером.

От ее улыбки у него перехватило дыхание, и Ной пытался не смотреть на нее.

— Хорошо, тогда пойду собираться.

Ной не мог не ощущать раздражение от того, что пялился на Веронику, пока та выходила из комнаты. Пора прекратить допускать мысли, которые появились у него в голове в последнее время. Они были друзьями, и ничто не разрушит их дружбу быстрее, чем одно из тех занятий, о которых он мечтал заняться с ней.

Напряжение в его теле было поразительным. Решение сходить на тренировку сегодня вечером не имело ничего общего с едой. Наблюдая за тем, как Вероника занималась любовью с сыром, а затем за губами, когда объясняла, почему он не должен оставаться с ней на День Благодарения. Ной просто знал, что жесткая тренировка — это именно то, что необходимо.

В День Благодарения Вероника проснулась от знакомого аромата. От того, которого не чувствовала уже много лет. Девушка не была полностью уверена, но, пока шла по коридору на кухню, поняла, что не ошиблась. Окорок в медовой заливке. Это было восхитительно.

Вероника повернула за угол и увидела Ноя, который был в фартуке и чистил картошку.

Стол был сервирован на двоих, в центре украшения, а пироги на кухонном островке.

— Что ты тут делаешь?

Ной посмотрел на нее с ухмылкой.

— Я готовлю для нас ужин на День Благодарения.

— Нет. Ты идешь к Джио домой. Ты сказал, что очень ждал этого.

Парень поднял бровь с небольшой ухмылкой, который переросла в улыбку.

— Но я решил, что то, чего я ждал еще с большим нетерпением всю свою жизнь — это готовка блюд на День Благодарения.

Когда Вероника не ответила на улыбку, Ной выпятил губы.

— Приемные семьи всю жизнь, помнишь?

Как этот негодник посмел использовать вину, чтобы девушка не сердилась на него? Ей следовало знать еще тогда, когда он так легко сдался в тот день. Его самодовольная улыбка вернулась, и Вероника не могла не ответить в этот раз тем же. Девушка подошла к нему, стараясь выглядеть рассерженной, но в тайне была приятно взволнована. Несмотря на то, что для нее не было проблемой провести День Благодарения одной, не особо ждала этого.

— Я не верю тебе. Когда ты все это приготовил?

Ной, кажется, испытал облегчение от того, что Вероника выглядит скорее заинтересованной, чем расстроенной.

— Ну, я вообще-то никогда не готовил эти блюда раньше, так что в некотором смысле смухлевал. Окорок был уже приготовлен и нарезан. Все, что мне надо было сделать — это засунуть его в духовку. Потом я понял, что индейки будет много для тебя и меня, поэтому достал фаршированную грудку, которую снова засунул в духовку, — Ной указал на духовку. — Я не особо хорошо готовлю, так что купил готовые пироги, но я хотел приготовить что-нибудь и надеялся, что ты мне поможешь. Мы можем… ну знаешь… сделать это вместе. Так что я занимаюсь картофельным пюре. Еще я купил немного стручковой фасоли для запеканки, — он указал на сумку возле холодильника. — И следуя мексиканской традиции, я купил несколько тамале[8] у леди, торгующей на парковке.

Вероника засмеялась, прикрывая рот рукой. Девушка не хотел, чтобы он заметил, какой счастливой стала себя чувствовать. Все это было неожиданно. Целую вечность у нее не было такого празднования Дня Благодарения.

— Так что скажешь? Ты поможешь мне с этим или как?

— Конечно, помогу, — Вероника обошла кухонный островок, где стоял Ной.

— Хочешь заняться картошкой или фасолью?

Вспомнив самый простой рецепт, которому учила ее мама, она выбрала фасоль и принялась за работу. Наблюдала, как Ной нажал несколько клавиш у себя на телефоне, затем положил на стол рядом с тем, что выглядело, как колонка, и скоро зазвучали рождественские песни.

— Вау, это круто.

Вероника вынуждена была это признать.

Ной засмеялся.

— Это самое простое, что можно делать с этим телефоном. Чем больше я с ним играю, тем еще круче мне это кажется.

— Все еще слишком экстравагантно для меня. Я, пожалуй, останусь со своими «тупофоном». Спасибо большое.

Ной обещал уломать ее и сказал, что подыщет специально мобильное приложение для нее, которое заставит ее пойти и купить себе айфон. Весь разговор заставил ее чувствовать себя упертой старухой, которая боится изменений. Как те, с которыми ей приходилось работать. Они злились всякий раз, когда в компьютерной системе происходило обновление. Девушка решила сменить тему, начав подпевать под музыку. К ее удивлению, Ной запел с ней. Вероника смеялась от того, как серьезно и сосредоточенно он старался петь некоторые части песни, а затем перестал петь, и покраснела, когда он сказал, что ему нравится, как она поет.

— Нет, не останавливайся. Это лучшая часть. Я так хотел услышать, как ты ее будешь петь.

Вероника посыпала верх запеканки жареным луком и улыбнулась, прикусив нижнюю губу. Ее лицо горело, и девушка отказывалась смотреть на него. Это был всего лишь комплимент. Боже. Сколько ей лет? На мгновение показалось, что ей пять, и она стоит в центре площадки начальной школы, а кто-то только что признался ей в любви перед всеми хихикающими телами.

— Позволь мне посмотреть?

Вероника знала, что Ной имеет в виду. Он хотел, чтобы девушка взглянула на него, но покачала головой. И чувствовала, как парень смотрит на нее.

— Посмотри на меня, Рони.

Оборачиваясь, она даже не взглянула на него. Вероника поставила запеканку в духовку не спеша. Музыка все еще звучала на фоне. Когда, наконец, повернулась к нему, его улыбка на лице была такой искренней, что это стало последней каплей: ее сердце забилось быстрее.

— Господи, ты такая восхитительная, когда смущена.

— Хорошо, тогда прекрати смущать меня, — ответила девушка, чувствуя, как тепло с лица перетекает в область шеи и спины.

Вероника протерла стойку и прочистила горло.

— Это все? Мы готовы?

Улыбка не сходила с лица Ноя. Девушка делала все возможное, чтобы не смотреть на его пухлые губы и глаза, которые обычно выглядели напряженными, а теперь мерцали.

— Ну, видимо, ты — да, а я — нет. Не хочешь помочь мне с картошкой?

Вероника подошла и помогла ему чистить и резать картошку. Несколько мину спустя заиграла песня «Baby, It's Cold Outside»[9]. Это была одна из самых любимых ее песен, так что Вероника не сдержалась и начала подпевать. Ной улыбнулся и, к ее удивлению, знал слова, так что начал подпевать мужскую часть, а она — женскую. Девушка игриво наклонилась к нему подпевая. А он наклонился к ней, когда настал его черед. Рони заметила, как потяжелел его взгляд, пока слова песни становились все более кокетливые, но продолжила исполнять.

— Так мило и тепло.

Ной посмотрел в окно с удивлением, но не пропустил ни одной строчки.

— Посмотри в окно, там ураган.

Вероника сглотнула, понимая, к чем все идет.

— Моя сестра заподозрит неладное.

Его глаза были на ее губах сейчас.

— Боже, твои губы выглядят так соблазнительно…

Вероника притворилась, что не заметила, как изменился его голос, пусть даже ненамного в конце строки.

— Меня будет сторожить у двери брат.

Его глаза все еще находились на ее губах.

— Цунами над тропическим берегом.

Поддаваясь искушению, девушка посмотрела на его губы, когда Ной их облизнул.

— Моя тетя-девственница подумает, что я порочная.

Ной перестал петь и произнес следующие слова:

— Боже, твои губы выглядят так соблазнительно…

Чувствуя внезапный жар, она заставила себя посмотреть в сторону на картошку в ее руках.

— Я думаю, картошки уже хватит.

Парень молчал и несколько мгновений даже не двигался. Вероника практически боялась смотреть на него. Когда это сделала, его игривое выражение лица ожесточилось, и Ной прочистил горло.

— Да, этого должно быть достаточно.

Девушка пошла через всю кухню и достала кастрюлю из шкафчика на уровне колен.

— Ты можешь использовать ее, — сказала она, вручая ему посуду.

Ной выглядел таким же остолбеневшим, как Вероника себя чувствовала внутри.

— Ну все. Думаю, пойду приму душ и подготовлюсь к нашему празднованию. Такое чувство, что мы будем есть целый день.

Кивая, он посмотрел на нее: его глаза остановились на ее губах снова, перед тем как вернулись к кастрюле в его руках.

— Хорошо, я поставлю ее вариться и сделаю то же самое, когда ты закончишь принимать душ.

Стараясь избавить от изображения его твердого тела под душем, девушка поспешила в ванную.

Оказавшись в безопасности за закрытой дверью в ванной, Вероника прерывисто задышала, после долгой задержки дыхание на кухне, когда была так близко к Ною. Это должно прекратиться. Она должна убедиться, что это больше не повториться снова.

В возрасте Ноя, вероятно, секс занимал все мысли. И Вероника была уверена, что когда он смотрел на нее, то это все, о чем парень думал. Несмотря на свою молодость, Ной был зрел и телом, и умом. Знал, что делал, но, если все обострится, это не сработает между ними. Так что Вероника уверена, что с ним все будет в порядке.

Вообще, ей не хотелось признаваться, но это не то, о чем она беспокоилась. Не только будет ли парень в порядке. Вероятно, это то, что он бы предпочел. И почему бы и нет? Какого черта парень его возраста, смотрящий на нее таким взглядом, будет задумываться о том, чтобы осесть? С ее стороны эгоистично это ожидать от него.

Вероника покачала головой.

— Нет, нет, нет, — прошептала она, включая душ.

Рони даже не будет это рассматривать. Кроме того, наконец, нашла еще одного друга. Замечательного парня, который отложил все свои дела и запланировал празднование Дня Благодарения для них. Почему она должна быть настолько глупой, чтобы все это разрушить?

— Конец, — сказала девушка, стягивая фланелевую рубашку через голову.

Так и есть. Об этом не может быть и речи. Больше она не будет думать об этом. Не станет. Вероника примет душ, оденется и будет наслаждаться каждым особенным блюдом с ее соседом, тренером и хорошим другой Ноем, который все это придумал. Она на мгновение закрыла глаза, делая глубокий вдох, прежде чем встать под душ.

Глава 8

Ной серьезно намеревался прогуляться и с кем-нибудь переспать. Не мог поверить, что продержался так долго, ведь каждый раз, когда выпадала такая возможность, желание побыть с Рони дома побеждало.

То, что произошло сегодня в душе, повторялось довольно часто, так как много времени проводил с ней. Этого было недостаточно, даже если бы он представлял Рони все время. Это только заставляло его желать этого в реальности еще больше, особенно если то, что произошло ранее на кухне, будет продолжать происходить.

Странно — это еще мягко сказать. Когда он ее встретил с лишним весом и в мешковатой худи, последнее, о чем Ной думал, что Рони — это женственная девушка. Затем наблюдая, как девушка тренировалась неделя за неделей без следа от макияжа и волосами, собранными в лохматый хвост, он предполагал, что был прав. Ной тренировался с девушками, потными или нет — их женственность всегда выдавал какой-нибудь знак: маникюр на ногтях, милые сережки или идеально сочетающийся наряд.

У Рони ничего этого не было. Даже когда надевала откровенный наряд, ей было далеко до милоты. Девушка была в обычных черных или серых цветах. Не то чтобы ее новый костюм не сводил его с ума, в любом случае, особенно когда парни в зале замечали ее. Ной откровенно сверлил их взглядом, когда они встречались глазами, и молча посылал им четкое предупреждение: «Даже, черт возьми, не думайте об этом».

Впервые попав в ее ванную, он ожидал увидеть множество лосьонов и духов, может даже ароматических свеч. Но его подозрения не оправдались. Рони не была женственной девушкой. Вообще, он видел ее постоянно уставшей. Это случалось, когда девушка надевала мешковатую и удобную одежду и пушистую пижаму, которые были как раз ей к лицу. Ною всегда нравились эти женственные девушки. Ему нравилось зарываться в их волосы и смотреть, как они наносят макияж, особенно помаду. Рони даже до сих пор не надевала ничего, излучающего женственность. Ей не нужно делать все это. И нет необходимости наносить макияж или ароматные лосьоны. У нее все было натурально. И это ему нравилось в ней.

Ранее на кухне он едва мог собраться. Ной был так близко, чтобы схватить ее и впиться в губы. Единственное, что его останавливало — это страх разрушить этот день, что он так тщательно планировал.

Ной знал, что Вероника была замкнутой, и в некотором смысле это было частью ее привлекательности. Его дни на ринге продлились недолго из-за травмы, но будучи рядом с Эйбелом и Джио, парень знал все о поклонницах. Ни для него, ни для его друзей еще не наступило то самое время, но даже на этом уровне у них были поклонницы. Глупо было бы отрицать, что некоторые из них были чертовски горячи. И, конечно, с несколькими Ной уже успел повеселиться. В конце концов, он мужчина. Но было что-то новое в такой девушке, как Рони.

Уже давно Ной перестал смотреть на нее, как на ту, что старше его. Со всеми девушками ему не было так уютно, как с Рони. Он всегда об этом думал, но сейчас на этот счет не было сомнений. Возраст не имеет ничего общего с дружбой или другого рода отношениями. И знал это всю свою жизнь. Некоторые из его близких друзей, мужчины или женщины, встречались с людьми на десяток лет старше их самих.

Вероника не была исключением. В тот день, когда она сказала, что, оставшись на праздники в одиночестве, будет в порядке, Ной смотрел прямо через эти большие грустные глаза. И снова этим утром, когда девушка зашла на кухню, притворяясь, что расстроена тем, что он не пошел к Джио. Не смогла скрыть радость в своих глазах. В некотором роде он подумал, что Рони младше его. Просто до сих пор ему не призналась.

Судя по тому, что кто-то позаботился наперед о ней и о доме, и обо всех этих семейных портретах, которыми он был так поглощен, когда переехал, Ной был уверен, что всю свою жизнь девушка была в тени.

Одевшись, Ной готовился встретить Веронику на кухне. Его соседка пела, и ее голос мог усмирить толпу. Не из-за ее способностей к пению, они, в лучшем случае, были средние. Но вот ее низкий шелковистый и мягкий голос могли ввести любого в транс. Ной нахмурился, когда вспомнил, что даже Эйбел это заметил. Но парень должен признать: это сложно не заметить. Что-то в этом было особенно запоминающимся.

Джио позвонил ему, когда тот был готов выйти из комнаты, и Ной поморщился от того, чтобы забыл сам сделать звонок ему.

— Эй, Джио, как ты? — Ной слышал шум на фоне.

Несмотря на ранний час, дом Джио уже был полон сил.

— Не очень. Когда ты придешь? Рита здесь, и спрашивает о тебе.

Дерьмо. Рита была двоюродной сестрой Джио, которая приехала с севера. У них была своеобразная договоренность относительно праздников. Из-за того, что девушка жила далеко и приезжала только по праздникам, отношения между ними даже не обсуждались. Не то чтобы Ной не хотел завести их с ней, ведь она была веселой, щедрой и ужасно флиртующей. Так что несколько раз в год на День Благодарения, Рождество и Пасху — святые праздники — они были вместе.

Хотя их свидания были далеко не святыми. Это было идеально, поскольку Рита открыто говорила, что не собирается осесть и потому не была навязчивой. Когда девушка уезжает домой, то Ной редко что слышит от нее. Может, сообщения с пожеланиями удачи перед боем или случайный вопрос о том сем. Она была крутая и горячая, но, что важно, ему никогда не приходилось беспокоиться о том, что Рита зациклиться на нем.

— Я хотел позвонить тебе раньше, чувак. В этот раз я не приду.

— Что? Что ты имеешь в виду? А где ты будешь?

Джио знал лучше всех, что если Ной не проводит время у девушки или не находится в зале, то ему больше некуда пойти. И так как семья Джио была самой близкой для него, то друг никогда бы не пропустил провести с ним праздник ради ночи страсти. Но сейчас все было по-другому. Так же холодно, как и душ, который он принимал ранее, речь шла не о страсти.

— Я буду ужинать здесь, дома.

В ту секунда, когда Ной произнес слова, его осенило. Он никогда не использовал слово «дом» в отношении мест, где жил. Это называлось домом Фуэнтосов или других приемных родителей, у которых останавливался. Эта мысль едва не лишила его дыхания: Ной слишком сильно погряз во всем этом. Ему следует держать в уме, что его пребывание здесь временно. Так же, как и в других домах, в которых жил всю свою жизнь. Это был такой же дом, как и все. Так, какого черта он относится к нему таким образом?

Молчание на другом конце провода затянулось.

— Ты еще здесь?

— Да, я здесь, — сказал Джио, прочищая горло.

— Так что… эм, да. Скажи своей маме, что…

— Ной, что ты делаешь?

— Что ты имеешь в виду? — Ной зажмурился, зная, к чему ведет Джио.

Несколько раз за последние недели парень ловил на себе странные взгляды Джио особенно тогда, когда оговорился и назвал Веронику — Рони. Джио уже знал то, что Ной не хотел признавать.

— Ты влюбился в эту цыпочку?

Первая мысль Ноя была состроить дурачка. Вести себя так, будто Джио говорит смешные вещи, но он знал, что это бесполезно. Вместо этого он сел на постель, упал назад и промолчал.

— Чувак, я не говорю, что это плохо или не сработает. Я просто надеюсь, что ты не почувствуешь дискомфорт, в случае если все провалится. Ты мой друг, и я знаю все, через что тебе прошлось пройти… Я не хочу видеть, как тебе причиняют боль.

Ной хотел улыбнуться, но не смог. Это даже не было близко к тому, что Джио себе представлял.

— С нами все не так, чувак. Так что когда будешь рядом с ней, не говори того, что заставило бы ее подумать, что это мог сказать я. Она просто… у Вероники никого нет. Я знаю, каково это. Сегодня вечером она собиралась остаться одна, так что я решил остаться и составить ей компанию. Все.

Ной знал, что Джио никогда не купится на эту отмазку, но он также знал, что друг просто отпустит все это. Ной слышал, как его Джио вздохнул и заговорил снова:

— Хорошо. Я скажу Рите, что тебя не будет, бро. Хорошо тебе провести день с Рони, — он усмехнулся. — У нас много всего останется, так что приходи на эти выходные и захвати с собой чего-нибудь. Ты же знаешь мою маму. Она будет расстроена тем, что ты не придешь, так что придется реабилитироваться.

Ной усмехнулся.

— Понял. Я зайду на этих выходных. Спасибо.

Он повесил трубку и последний раз посмотрел в зеркало перед тем, как выйти из комнаты. Когда повернул за угол в коридоре, Вероника возникла в поле его зрения. Девушка дула на кружку с кофе, а затем пригубила. Ной тяжело задышал, когда она подняла глаза и улыбнулась ему. Как ей удалось перестать быть «средненькой»? Даже когда встретил ее впервые, и девушка потеряла вес, Ной думал, что Вероника более или менее привлекательная, но сейчас она была прекрасна. Не так много изменилось в ее внешности, но все вокруг будто сияло — кудри, глаза, эти губы.

Рони подняла кружку в его сторону.

— Ты обо всем позаботился. Острый кремовый кофе со вкусом тыквы. Мне нравится.

Ной улыбнулся, стараясь скрыть тот факт, что ему стало чертовски хорошо от того, что смог сделать приятное, выбрав лишь правильные сливки.

— Подумал, что это подходит под обстоятельства.

— Еще я видела шампанское в холодильнике. Как ты его достал? Разве они не потребовали у тебя удостоверение?

Делая раздраженный вздох, Ной пошел в кухню. Запах ее вымытых волос с небольшой ноткой чего-то еще, может, парфюма, были едва уловимы, но взбудоражили его органы чувств, когда проходил мимо. Ной практически забыл раздражающий его вопрос. У него было подделанное удостоверение уже около года, но никто особо у него не просит его. Как и этим утром, продавщица просто посмотрел на него и спросила дату рождения. Он сказал ей неверный год, и она все пробила.

— Еще я взял пиво. И нет, они не просили у меня удостоверение.

Как бы самодовольно Ной не хотел звучать, его слова были скорее защитным жестом. Даже если Вероника это заметила, то не подала виду. Вместо этого, едва посмотрела на него, пока ее глаза не достигли духовки прямо за ним.

— Уже время обедать. Мы потратили время на готовку, так что пропустили завтрак.

— Голодна?

— Умираю с голода.

— Тогда давай сделаем это.

Приготовив все, они перенесли еду на стол и сели уже готовые, чтобы есть. Как только Ной увидел, как ее вилка погружается в картофельное пюре, он вынужден был спросить:

— Разве не должны мы сначала прочитать молитву?

Слегка нахмурившись, Вероника пожала плечами и положила вилку.

— Ты можешь, если хочешь. Мы с Богом перестали поддерживать отношения некоторое время назад.

Ах. С этими словами в голове Ной промолчал, и дошло до того, что они оба закрылись. Ной посмотрел на нее после нескольких минут восхитительного молчания. Девушка не шутила, когда говорила, что проголодалась, а он не догадывался, какой аппетит нагулял за это суматошное утро.

— Так твоя мама была единственной семьей для тебя?

Вероника кивнула, и, слава Богу, это тема не доставляла ей дискомфорт.

— Моя мама упоминала, что у нее есть старшая сестра, которую она никогда особо не знала. Мои бабушка и дедушка были уже в возрасте, когда у них появилась мама. Она была неожиданным, но приятным сюрпризом.

Вероника мазала булочку маслом, пока говорила. Кажется, у нее не было проблем с тем, чтобы поделиться частью своей жизни с ним. Девушка рассказала ему все о старшей сестре ее матери, о том, как та сбежала в восемнадцать лет и не возвращалась. Так что Вероника знала, что где-то есть ее тетя, которую она никогда не встречала.

— А что насчет твоего отца?

Судя по ее изменившемуся выражению лица было понятно, что это не простой вопрос, для нее вопрос, в отличии от первого. Боясь, что это может испортить ей настроение, Ной добавил:

— Мы не должны говорить об этом, если не хочешь.

— Нет. Ничего серьезного. Я никогда его не встречала. Моя мама влюбилась в знакомого нашей семьи из Мексики, что приезжал к нам временами на несколько недель в гости. Парень много всего ей наобещал, особенно после того, как они переспали, а затем вернулся в Мексику, и они постоянно переписывались. Когда мама написала ему, что беременна, он не ответил, — ее выражение ожесточилось. — Потом она узнала, что отец был женат все это время. Его визиты сюда были лишь для того, чтобы заработать денег и послать их жене и детям. Мама была разбита, но мои пожилые бабушка и дедушка помогли воспитать меня. Когда я была маленькой, они умерли и с того момента остались только я и она.

Вероника обмакнула булочку в картофельное пюре и укусила.

Чувствуя себя ужасно из-за того, что вынудил поднять такую больную тему, Ной был обязан что-то сказать, а затем изменить тему разговора.

— Мне жаль из-за твоего отца. По крайне мере, твои бабушка и дедушка были рядом с мамой. Знаю, что старшее поколение довольно строго относиться к подобным вещам.

Ее улыбка подняла ему настроение.

— Нет. Мои бабушка и дедушка были замечательными, — девушка осмотрелась. — Это был их дом. Они оставили его маме и мне, — Вероника встретила его взгляд, и ее глаза наполнились состраданием. — И не жалей меня. У меня хотя бы была мать. Ты действительно всю жизнь был у приемных родителей и в приюте?

Ной хотел сменить тему разговора, но точно не в этом направлении. Парень продолжал есть, стараясь показать, что это не такая уж и большая проблема.

— Честно говоря, я не знаю ничего о своих отце и матери. Едва помню свою маму. Все, что знаю, — мы жили в доме здесь, в Лос-Анджелесе. Его мы делили еще с несколькими другими семьями. Я ходил в школу, шел домой в нашу комнату и ждал, пока мама вернется с работы, — он сделал долгий глоток кофе, удивляясь тому, что разговор на эту тему все еще его расстраивает. — Однажды, когда мне было шесть лет, мать не пришла домой. Другая женщина в доме, которая присматривала за мной, сказала, что миграционная служба забрала ее прямо с завода и отправила обратно в Мексику, но она вернется ко мне. Затем несколько недель спустя, мы узнали, что мама умерла, когда контрабандистский грузовик с тридцатью другими иммигрантами разбился около границы. Так меня отправили в приемную семью и сказали, что это до тех пор, пока кто-нибудь из маминых родственников не заберет меня, — он двигал едой по тарелке.

Уже год как он не рассказывал эту историю никому. Ной был удивлен тем, что рассказывает это ей. Единственный человек, с которым поделился этим, был Джио. Он поднял глаза, и Вероника смотрела на него взглядом, полного сочувствия.

— Никто не пришел. Конец истории.

Девушка кивнула, словно понимая его, и ничего больше не спрашивала. Странно, но Ной хотел этого. Как тяжело это было отпустить, так же хорошо это было рассказать кому-то. Он поведал Джио только обрывки истории за несколько лет, и это обычно случалось, когда Ной был пьян.

— Мне жаль это слышать, Ной. Ты когда-нибудь пытался найти кого-нибудь из семьи матери?

Ной раздраженно покачал головой. Не из-за нее, а из-за идеи восстановить связь с людьми, которым, видимо, была глубоко плевать на него. За все эти годы он пришел к выводу, что раз с мамой они жили одни в доме с незнакомцами, значит, никому из ее семьи не было дело и до нее.

— Для чего? Если бы им это было интересно, они бы пришли, разыскивая меня. Я был ребенком.

— Может, они не знали о тебе.

Ной грустно усмехнулся.

— Кто-то знал. Они знали достаточно, раз прислали записку с тем, что мою маму убили. — Ной посмотрел в ее глаза, которые, казалось, искали большего в нем. — Ты знаешь выражение «кровь гуще воды»? — девушка кивнула. — Это хрень. Я вырос и побывал в разных семьях, и меня всегда поражало, какими испорченными они были.

Ной прикусил язык, чтобы не наговорить чего-нибудь еще. Несмотря на то, что ему нравилось об этом говорить, сегодня день был не для этого. Сегодня должно было быть весело. Парень покачал головой и разобрал кусок грудки индейки вилкой.

— Так или иначе, те отношения, что я построил за годы с друзьями, ни за что не обменял бы на тех, у которых течет одна кровь по венам. Это все, что я хотел сказать. Извини, я не хотел грузить тебя. — Ной положил кусок индейки в рот и встал. — Готова для шампанского? — ее задумчивый взгляд уже блуждал по нему, когда Ной посмотрел. — Знаю, что еще рано. Но какого черта? Сегодня праздник.

Ее лицо, наконец, расслабилось, и она улыбнулась.

— Да, я буду.

Все его мышцы на спине и руках, кажется, напряглись после последнего разговора. Ему нужно было что-то, чтобы снять напряжение, помочь ему расслабиться. Ной бы тогда смог провести остаток дня и вечера с ней. Мысль об этом подняла ему настроение, и он улыбнулся, доставая бутылку из холодильника.

Глава 9

После одного бокала шампанского Ной переключился на пиво. Cказал, что никогда особо не был любителем шампанского и пил его только тогда, когда был в праздничном настроении. Внутри Вероники потеплело от того, как Ной сообщил, что сегодня празднует возникновение новой дружбы. Выступив с небольшой речью о том, как относится к своим друзьям. Было еще более трогательно от того, что парень считает ее своим другом. Это, конечно, лишний раз доказало, что ее рассуждение о том, почему она не должна быть вовлечена ни во что, подобное сегодняшнему утру, были уместны.

Сейчас они сидели на ее крыльце. Погода прояснилась на время, и солнце появилась на небе, так что они вышли на улицу, чтобы насладиться красотой солнечных лучей сквозь облака. Было немного прохладно. Шампанское помогало Веронике согреться.

Рони сидела на качелях, пока Ной сидел на ступеньках, отклонившись назад на обоих локтях, удерживая себя, пока смотрел на облака.

— Это недолгий перерыв. Облака выглядят подловатыми.

— Все хорошо, — Вероника смотрела на яркие луч солнца, которые будто боролись с погодой. — Я люблю дождь так же, как и эту красоту.

— Правда?

Девушка продолжила наслаждаться солнечным светом, но кивнула.

— Что-то есть в этом. Приятно, атмосферно и романтично.

— Романтично?

Вероника, наконец, перевела глаза с лучей солнца и улыбнулась.

— Ага, а ты так не думаешь?

Ной выпрямился, затем поднялся по лестнице и прислонился к перилам на крыльце. Теперь он смотрел прямо на нее.

— Думаю, это может быть романтично, — его улыбка была дразнящей. — Холодная погода — это всегда хорошее оправдание, чтобы прижаться.

Вероника засмеялась, чувствуя нервозность из-за того, куда это может зайти, но затем решила, что они просто друзья. Если решила воспринимать его как лучшего друга или, как думала ранее, в качестве младшего брата, то они должны научиться говорить обо всем без неловкости.

— Сомневаюсь, что тебе нужно оправдание, чтобы скрасить свой комфорт. Вероятно, за этим к тебе выстраивается очередь.

Нервный смешок вырвался снова, когда эти пухлые губы скривились в одну из самых сексуальных улыбок, что Вероника когда-либо видела.

«Без неловкости, Вероника. Без неловкости».

— Я бы не сказал, что прямо выстраиваются очереди, но я польщен, что ты так думаешь.

В это раз ее смех был скорее саркастический, нежели нервный.

— Ох, ради Бога. С таким-то телом, да и к тому же ты боксер. Я не сомневаюсь, что у тебя даже есть свой фан-клуб.

Он нахмурился.

— Поклонницы не считаются. Их привлекают только три вещи: слава, статус и деньги. Иногда они ищут возможность хорошо провести время, чтобы похвастаться этим позже. Горячие цыпочки, возможно. Но романтичные? Это не по мне.

Вероника отметила, как он хорошо знаком с воодушевленными поклонницами, и, что отличительно, мысль о них не радует его, хотя Ной признает, что они горячие. Рони была уверена, что свое он получил. Затем Ной перевел тему разговора на нее.

— Как так вышло, что ты не замужем? — Вероника даже не осознала, что ее улыбка исчезла, когда он снова заговорил, подняв бутылку пива. — Я бы винил во всем пиво, но выпил всего пару бутылок. Извини, если затронул слишком личное.

«Друзья», — напомнила Вероника себе.

Она сможет это сделать, она должна. Так что девушка откашлялась и села прямо.

— Нет, все в порядке. Мне нечего скрывать. Я просто не встретила того единственного. Ну… — Вероника сделала паузу, задумавшись, может ли это упоминать.

Казалось, Ной цепляется за каждое ее слово.

— Я была в серьезных отношениях некоторое время. Мы даже говорили о том, чтобы съехаться. Но затем моя мама заболела, и…

Вероника посмотрела в сторону, чувствуя, как горло сжимается.

— И что?

Когда девушка снова взглянула на него, его игривое выражение сменилось на обеспокоенное или… на отвращение.

Вероника откашлялась снова, сделала глоток шампанского, чтобы избавиться от эмоций.

— Я… стала занята своей мамой. Это было очень сложное время для меня, так что… Дерек сказал, что нам, возможно, стоит взять перерыв.

Такое его выражение лица девушка видела пару раз в зале, но не знала, как на это реагировать. Порой Вероника просто смотрела на него, когда он был чем-то отвлечен, и выражение его лица было точно такое же, как и сейчас: твердое и почти угрожающее.

— Так он ушел, когда стало слишком сложно? Когда ты в нем больше всего нуждалась? Что за придурок. Как долго ты была с Дереком?

Вероника никогда не слышала, чтобы имя Дерека или кого-либо еще, звучало так грубо. Теперь, когда ком в горле прошел, девушка почти засмеялась. Но вместо этого, подняла и опусти плечи.

— Я правда не виню его. Со мной было очень скучно…

— Рони, у тебя в жизни случилось тяжелое дерьмо. Он что, ожидал, что ты все бросишь и будешь его развлекать? Что твой мужик должен был сделать — это помочь тебе пройти через все это, облегчить жизнь. Так бы поступил я.

Вероника улыбнулась, чувствуя новый приток нежности к Ною. В этот День Благодарения она испытывала абсолютную благодарность к своему новому другу. И несмотря на то, что их обстоятельства были не совсем обычные, она очень надеялась, что их дружба продлиться как можно дольше. Даже когда Ной съедет. Эта мысль вдруг резко разрушила этот веселый и теплый момент. Прошло всего несколько недель, но Вероника уже привыкла к такому распорядку. Ей нравилось, когда он был рядом. Даже прошлой ночью думала о дне, когда парень уйдет на целый день, с большей серьезностью, чем ей хотелось бы признаться.

Что будет с ней, когда он уйдет навсегда?

Вероника посмотрела на него и, даже несмотря на этот жесткий взгляд, полный отвращения, улыбнулась.

— Я больше не хочу говорить о Дереке, — поднялась и подняла свой бокал. — Мне нужна добавка.

Как по волшебству, его свирепый взгляд превратился в невероятную улыбку. Ной встал.

— Ага, я тоже готов к еще одному.

Ной был намного выше ее, и мужская сила была такой очевидной, что не знай Вероника о его милой стороне, то испугалась бы.

— Кроме того, — сказала девушка, когда проходила в парадную дверь, — со всем, что случилось за последний год и то, как я пытаюсь вернуться к нормальной жизни, последнее, что мне надо — это отношения. Я должна работать над собой, понимаешь? Шаг за шагом.

Вероника взглянула на него и увидела, как он изучал ее.

— Так какой следующий шаг?

— Вернуться на работу, — сказала Рони и удивилась тому, как четко была произнесены слова. Девушка думала об этом и даже составила резюме, но была не уверена до этого момента. — Я надеюсь вернуться. В начале нового года, — добавила с улыбкой.

— Ну, это хорошо, — сказал Ной с такой же широкой улыбкой на лице, как у нее. Они пришли вместе на кухню. — Ох! — сказал Ной, как будто что-то вспомнил. — Я могу сходить еще за пирогом.

— Серьезно? Пиво и пирог? — рассмеялась Вероника.

— Ага, — Ной засмеялся, доставая пиво из холодильника, хватая взбитые сливки под мышку и бутылку шампанского свободной рукой.

— Это лучшее. Вообще-то, тыквенный пирог — это один из универсальных десертов, который сочетается со всем что угодно. Я никогда не пробовал, но, вероятно, он хорошо зайдет с шампанским тоже.

Ной был прав. Оказалось, что пирог отлично сочетается с шампанским. Они сидели за столом и ели пирог. Вероника смотрела широко раскрытыми глазами, как парень накладывал тонну сливок сверху на свой второй кусок.

— Так много?

— О, да! — сказал парень, ставя банку на стол и накалывая пирог вилкой. — Все вкуснее со взбитыми сливками.

Было что-то греховное в его улыбке прямо перед тем, как он сунул вилку в рот. От этого Вероника заерзала на стуле и вынуждена была отвернуться. Затем услышала его смешок и добавила раздраженность в список тех эмоций, что испытала сегодня. Ной наслаждался этим, но если такова его природа, то она должна свыкнуться. Поэтому она решила, что в эту игру можно играть и вдвоем. Друзья же могут быть игривыми, верно?

Вероника пригубила шампанское, глядя на него. Ной все еще усмехался жуя.

— О да, — сказала девушка, слегка понизив голос. — Я знаю, что все намного вкуснее со сливками.

Его глаза расширились, и Ной перестал жевать, но усмешка все еще была на лице.

— Думаешь?

— Конечно!

Что она делала? Это не была игривость. Это было похоже на флирт, который у нее так легко получался раньше. Ей нужно остановиться.

— Даже соленое?

— Особенно соленое.

«Перебор! Перебор!»

Это быстро убрало усмешку с его лица, а темные глаза уставились на нее. Вероника быстро переключилась как могла и встала, чтобы пойти в гостиную.

— Разве сегодня не должны показывать много хороших фильмов? Мы должны посмотреть какой-нибудь.

О, правильно. Прильнуть вместе к дивану сразу после того, как упомянула о слизывании сливок с соленого. Вероника поставил шампанское на стойку и вышла из кухни. Ей было уже достаточно. Алкоголь делает из нее дурочку.

Взяв пульт с журнального столика, Рони включила телевизор и убедилась, что заняла кресло, на котором может усесться только один человек. Девушка не хотела, чтобы Ной думал, будто она что-то предлагает. Сейчас Вероника готова ударить себя за флирт с ним. Как упомянула Нелли в первый день в спортзале, старая Вероника еще как умела флиртовать. Шампанское видимо вытянуло все на поверхность. Девушка мысленно сделала заметку о том, чтобы пить как можно меньше алкоголя рядом с Ноем и особенно наедине. Было сложно не заметить, каким невероятно сексуальным парень был, даже если она и была полностью трезвой. Добавлять в этот микс алкоголь — просто ошибка. Ей стоило бы это знать.

Ной, пританцовывая, зашел в гостиную, выглядя все еще самодовольным. Вероника бросила на него быстрый взгляд и снова вернулась к телевизору.

— «Полярный экспресс»! Мой любимый. И только начался, — девушка вскочила с кресла. — Пойду, сделаю попкорн.

На полпути в кухню Вероника услышала от Ноя:

— А ты будешь добавлять сливки сверху?

Затем послышался смех. Рони прикусила язык, чтобы не сказать то, что хотела.

«Это не то соленое, о чем я говорила».

Вместо этого произнесла:

— Ха, ха. Нет. Получится беспорядок.

— А разве беспорядок — это не часть веселья?

Вероника почувствовала жар на лице не только от его слов, но и от голоса, который звучал так близко. Ной стоял в нескольких шагах позади нее с огоньком веселья в горящих глазах. Откашлявшись, Вероника повернулась к буфету и взяла пакет соленого попкорна с натуральной добавкой. Самое лучше было проигнорировать его вопрос и сменить тему.

— Ты знал, что раньше я не только любила покупать масляный попкорн, но добавляла к нему еще больше масла?

Как бы смущающим не было ее признание, теперь они хотя бы не говорили о взбитых сливках. К счастью, девушка отвернулась от его пристального и игривого взгляда, чтобы подойти к микроволновке.

— Это с тобой сделала депрессия. Еда утешает. Многие начинают потакать себе, когда другие обращаются за алкоголем или наркотиками, чтобы справиться. У тебя были все основания чувствовать себя на дне, Рони.

Их глаза встретились, и его обычно напряженный взгляд в этот раз выражал сочувствие. То, что девушка получала только от Нелли.

Две невероятно огромные силы боролись сейчас. Горящие глаза Ноя истощали ее, Вероника даже думала о том, чтобы позволить себе хоть раз попробовать что-то захватывающее. Несмотря на все ее лучшие аргументы. Один раз — это не так уж и плохо, а потом Ной говорит такое. Истинную доброту в его голосе нельзя было отрицать, и это напомнило о том, как глупо будет разрушить дружбу с таким классным парнем.

Микроволновка запищала как раз тогда, как Вероника задержала дыхание и снова отвернулась.

— Ну, — сказала девушка, доставая попкорн из пакета и взяв миску, чтобы его высыпать. — Чрезмерное потакание вызывает последствия. — Вероника повернулась к нему и улыбнулась. — Ты был свидетелем этого. Больше никакого масла сверху.

Снова эта улыбка. Такая нежная. Но в отличие от улыбки Нелли, эта трогала ее так, что пугала.

— Я горжусь тобой. Ты пробивалась через темную сторону своей жизни и посмотри на себя сейчас.

На мгновение нежность в его глазах испарилась, пока он смотрел на нее сверху вниз, заставляя задерживать дыхание. Затем Ной вернулся к ней и снова улыбнулся.

— Не так легко это сделать, знаешь ли. Ты справилась, Рони. Ты должна гордиться.

Вероника сделала медленный вдох, надеясь, что парень не заметил, какое влияние оказали на нее его несколько слов и манящий взгляд.

— Я горжусь.

Схватив миску с попкорном, Вероника направилась в гостиную, чувствуя его позади. Уже пожалела, что не взяла еще одну миску, потому что сидеть одной в кресле было бы слишком грубо, ведь они же собираются есть попкорн вместе.

Присев на диван, Вероника решила, что перестанет волноваться об отношениях с Ноем, и просто будет наслаждаться остатком вечера Дня Благодарения. Она даже не моргнула, когда парень сел ближе, чем ожидала, и после нескольких случайных прикосновений их пальцев у миски, ее сердце перестало реагировать так бешено. Ради Бога, они же два взрослых человека, а не малолетки из средней школы.

Конец вечера прошел без неудобных моментов или неуместного флирта. Тогда Вероника заключила, что это было начало, как она надеялась, прекрасной и долгосрочной дружбы.

Образ Рони и то, какие соблазнительные действия совершала над Ноем, в его воображении с баллончиком взбитых сливок, продлили его душ на следующее утро. Становится все сложнее находиться рядом с ней и не выдавать того, что он чувствует. Хотя Ной попробовал. Если бы ее так легко можно было раскусить, то Ной бы знал, стоит ли ему это прятать или нет. Вероника посылала больше смешанных сигналов, чем тренер по бейсболу. Одну минуту девушка открыто флиртует и пялиться на его губы, а в другую отступает и быстро покидает комнату.

Но это и хорошо. Хотя было бы намного лучше уложить Рони под себя и, признаться, что это все, о чем он думал в начале. Но чем больше времени Ной проводил с ней и узнавал ее, тем больше начинал бояться, что этого ему недостаточно. Если когда-нибудь он зайдет так далеко, то захочет большего. Вероника дала ясно понять, что не готова к чему-то подобному. Потерять единственную свою семью должно быть сложно. Без понятия, как много ей нужно времени, чтобы быть готовой. Ной должен выбросить эту мысль из головы и быть благодарным за то, что имел сейчас. На данный момент, это стоило бы сделать.

Рони подбросила его до спортзала этим утром. Дождь прекратился только на день, как прогнозировали, но Ной наконец-то вернулся на свой байк.

Парень провел пару часов у Джио. Ной ненавидел признавать тот факт, что если бы не поговорил с другом этим утром и не согласился бы прийти, то с радостью бы сопровождал Рони в парке. Девушка сказала ему, после разговора с Джио, что пробудет там несколько часов, делая фотографии. Этим Вероника обычно занималась до того, как ее мать заболела, и только недавно начала заново. Она даже показала ему свою небольшую фотолабораторию. Ему удалось увидеть несколько фотографий, что Вероника сделала несколько лет назад.

К его удивлению, у нее было больше таланта, чем Рони описывала. Но еще более удивительными были его чувства к фотографиям, которые Вероника до сих пор хранила, где ее имя и имя Дерека были вырезаны на дереве с сердечком вокруг. Это должно быть заняло много сил. Сначала Ной не собирался спрашивать, но когда увидел еще пару снимков, то слова просто вылетели, и презрение в них едва было скрыто.

— Почему ты их все еще хранишь?

Ее ответ был неудовлетворительным, по меньшей мере. Вероника сказала, что никогда не выбрасывает снимки, которые сделала. Но эти были выставлены на показ и буквально перевернули все в его животе. Ной был близок к тому, чтобы спросить, не испытывает ли она чувства к этому хрену. Но потом осознал, что это уж слишком личное.

Самое важное, что тревога ушла, когда он посмотрел на снимки снова. И на ее место пришла ярость, которую Ной никогда не испытывал. Убежденный, что любой его вопрос будет звучать как претензия, парень извинился и вышел из комнаты в замешательстве от своей реакции.

Даже сейчас сидя на байке, который обычно его успокаивал, Ной думал о тех снимках и гадал, испытывает ли Вероника еще чувства к этому придурку. Невольно руки на руле сжимались сильнее обычного от этих мыслей.

Парень подъехал на байке к задней дорожке у Джио. Как и ожидал, Джио, Эйбел, Гектор и несколько сестер Джио вернулись, пока он работал над байком. Чего Ной не ожидал, так это того, что здесь будет Рита. Ее глаза заблестели, когда он снял шлем.

— Тебя не было прошлым вечером, — Рита улыбнулась дразнящей улыбкой. — Что задержало? Или, должна ли я спросить, кто?

Эйбел усмехнулся, но казалось, ничего не знал. Гектор даже не обращал внимание. Он был слишком занят, разговаривая с сестрой Джио. Ной посмотрел на Джио, выражение лица которого ничего не отражало, но парень знал, что друг никому не расскажет о его делах.

— В этом году у меня были другие планы, но я здесь, чтобы восполнить все.

— О, звучит обещающе, — сказала Рита, подходя к его байку. — У меня появилась машина в этом году. «Хонда», что на въезде. Видел?

Ной ничего не заметил, когда въезжал. Его разум был так переполнен, что он думал только о Рони и Дереке.

— Нет, не видел, — Ной отошел от байка и повесил шлем на руль.

Рука Риты тут же оказалась в его. Девушка никогда не скрывала своего влечения к нему и не стеснялась того, что все это понимают.

— Давай, я покажу тебе. Я здесь как раз для этого. Позже вечером уеду, но может, мы сначала сможем покататься.

Рита продолжала улыбаться, и все тот же блеск в глазах говорил, что на самом деле у нее на уме. Раньше Ной бы не упустил такой шанс и воспользовался им так, как делал это обычно. Но каким-то образом утренние события отбили все веселье. Он не мог поверить, что так тревожно себя ощущал. Поворачиваясь обратно к парням, он увидел, как Эйбел усмехался и закатил глаза.

— Я скоро вернусь.

Рита повернулась к ним с поднятой бровью.

— Может не так скоро.

— Две минуты? — спросил Эйбел смеясь.

Ной не утруждал себя ответом, но смешок все-таки вырвался. Впервые с момента, когда увидел снимки в фотолаборатории, напряжение немного спало.

Рита щелкнула ключами, что держала, и машина среагировала. Это была старая модель «Хонды Аккорд», но все еще в хорошем состоянии.

— Мне нравится цвет, — сказала девушка, когда они подошли к серебристой машине.

Оказавшись внутри, Ной не успел закрыть дверь, как Рита наклонилась и оставила глубокий влажный поцелуй на его губах. Ее язык был у него во рту, нетерпеливо исследуя каждый сантиметр. Девушка застонала напротив его губ, посасывая нижнюю.

— Боже, я люблю твои губы, — сказала Рита, задержав дыхание. — Давай убираться отсюда.

Рита села обратно, облизывая губы, и завела машину. Когда они отъехали, девушка рассказала ему обо всем, чем занималась с последнего раза, когда они виделись. Ной не знал почему, но его мозг пытался придумать причину, почему они не должны делать то, что было у нее на уме.

Они добрались до одиноко стоящего гаража не далеко от дома Джио. Это было место, которое они посещали и раньше по той же причине. Рита не теряла времени. Ее губы тут же оказались на его, когда вытащила ключ из зажигания.

Что-то изменилось с последнего раза, когда он был с Ритой. Ной не понимал почему, но не чувствовал того животного восхищения, которой обычно приходило, когда он был с ней или с другой девушкой. Может потому, что не мог выбросить Рони и те чертовы фотографии из головы. Почему-то ему казалось, что ничто сейчас не сможет отвлечь его от них.

Рита возились с его молнией, которую опустила и просунула руку в его трусы. Девушка обернула ладонь вокруг его мгновенной эрекции и улыбнулась. Не теряя времени, достала презерватив из бардачка, и в следующую секунду он уже был на нем. Затем движением, которому позавидовал бы даже ниндзя, девушка оказалась на бедрах Ноя. Ее юбка была поднята, и Рита скользнула по нему.

Голова Ноя откинулась назад, пока он испытывал невероятное наслаждение, держа Риту за талию. Парень поднимал бедра в такт с ее, стараясь оказаться так глубоко, как это возможно. Стоны только усилили возбуждение. Может быть, ничто не сможет ослабить раздражение, что Ной чувствовал от тех снимков, но закрыв глаза и представляя, что это Рони — заставило его двигаться быстрее.

Это точно сработало.

Глава 10

Травмированное плечо постепенно выздоравливало, и он снова ходил на ринг тренироваться. С возросшим числом его клиентов, Ной был занят как никогда. Теперь он проводил все время в спортзале. Утром проводил тренировки, а затем работал над собой.

Так как Эйбел, как хороший боец, так и хороший промоутер, подыскал для Ноя бой в конце года, его тренировки были в самом разгаре. После нескольких часов работы с грушами, Ной спаринговался либо с Эйбелом, который был просто монстр по сравнению с ним, либо с Джио, ведь он был в его весовой категории, а иногда с Гектором, который был пушинкой для него.

В это время Ной немного отвлекся, выискивая взглядом Рони, которая пришла на вечернюю тренировку. За последние несколько недель их совместного проживания его чувства к ней, которые пытался игнорировать, вышли далеко за пределы одного физического влечения. Он ждал с нетерпением возможности поговорить с ней: рассказать о своих тренировках и новых клиентах, которых ему удалось получить. Вероника была в таком же восторге от его первого боя, как и он, но призналась, что немного волнуется за него. Девушка пообещала, что будет за пределами ринга, даже если ей придется прикрывать глаза.

Но это не все. Ему нравилось слушать ее рассказы о фотографиях, что она снимала. Рони даже показала ему, как работает с ними и весь процесс печати.

Ее увлечение фотографией, наконец, вызвало интерес к умному телефону Ноя. Парень показал ей пару приложений для обработки фотографий. Оборудование в ее фотолаборатории казались ему несколько дорогими, но Рони призналась, что можно много всего делать с помощью его телефона. Девушка присылала ему по почте фотографии, которые сделала, а затем регулярно садилась на диван, восторженно играя с его телефоном от того, сколько всего на нем могла делать со снимками. Ною нравилось то, как Вероника этим увлеклась, потому что так девушка не замечала, как он садился и просто смотрел на нее все время. А когда Рони его ловила, Ной легко выходил из ситуации говоря, что просто проверял, как у нее дела. Едва ли знал, когда покупал телефон, что это станет средством сблизиться с ней. Было нечто тревожное в том, как он тщательно ждал остаться с ней наедине.

Самое страшное — это то, что ему нравилось, что Рони была последним человеком, которого он видел и с которым разговаривал, когда шел спать, а также первым, кого видел утром. Это не будет длиться вечно, но ему не нравилось думать об этом. Но недели шли и реальность этого все сильнее давила на него.

Все в спортзале, включая Эйбела, Гектора и Джио заметили собственническое отношения Ноя, когда дело касалось Рони. Все, кроме Вероники. Ему даже не приходилось что-то говорить, все понималось без слов. Парни, которые открыто пялились на нее, встречались с убийственным взглядом Ноя и все сразу же понимали. Это не было сказано, но парень был рад результату его усилий. Никому в голову не приходили идеи о том, чтобы подружиться с Рони. Не тогда, когда Ной был рядом. А он старался быть рядом всегда. Теперь оставалось только придумать, как пройти через стадию «друзей», что запустила Рони…

Помимо ее разговоров о том, что для начала ей нужно вернуть свою жизнь обратно, Ной знал, что возраст станет следующим препятствием. Так что парень решительно был настроен доказать ей, что не был среднестатистическим двадцатилеткой. Вероника знала достаточно, чтобы понимать, что те трудности, через которые Ной прошел, уже отделяли его от тех двадцатилетних, которые до сих пор жили дома, прячась за спины мам и пап. Но если нужно больше — он это предоставит. Несмотря ни на что.

Вечер боя пришел быстрее, чем Ной ожидал. Бой состоится прямо в спортзале против парня, такой же весовой категории. Плату не взимали, так что собралась хорошая толпа. Эйбел сказал, что это не будет соревнование. Соперник — новичок в боксе, и этот бой станет у него одним из первых. Хотя Эйбел сказал, что это будет хорошей опорой для больших событий, приход которых ожидался Ноем.

В последнюю минуту Джио проверил перчатки Ноя, пока Эйбел смазывал вазелином его лицо. Джек стоял на краю ринга, давая ему последний совет

— Не будет самоуверен. Парень — новичок, но это может сыграть на него. Если он умен, то выполнил домашнюю работу. Как только словишь волну, иди на него и закончи как можно скорее.

Ной слушал, все время глядя на Рони, которая обернулась на стуле, разговаривая с парнем позади нее. Сейчас она сидела спиной на первом ряду.

— Ты слушаешь меня?

Ной заставил себя отвести взгляд от Рони, разговаривающей с парнем, и вернулся к Джеку, кивая.

— Не воспринимай этот бой легко, Ной. Последнее, что ты хочешь — это принять все как должное и снова получить травму.

— Не буду, — пообещал Ной.

Джио стукнул перчатку о перчатку.

— Ты готов, — сказал друг и выпрыгнул с ринга, когда судья сообщил им о том, что осталась минута.

Эйбел закончил с вазелином, а затем серьезно посмотрел на него.

— Сосредоточься на бое. Слышишь меня? Никогда не видел, чтобы ты дрался с таким отвлечением, — парень головой указал в сторону Рони, но не сводил с Ноя глаз. — Ты должен сфокусироваться или дорого за это заплатишь. Просто используй левый джеб[10] и все будет хорошо. Единственное, этот парень очень быстрый.

Прозвучал гонг, и Эйбел выскочил с ринга. Ной поднялся, глядя в сторону Рони. Девушка смотрела прямо на ринг, но парень наклонился вперед, говоря с ней.

«Сосредоточься, черт побери», — сказал себе Ной.

Судья на одном дыхании напомнил обо всех правилах и о том, чего делать не стоит. Они коснулись перчатками, прозвучал гонг и бой начался. Эйбел был прав: парень был быстрым. Провести левый джеб будет непросто, но точно возможно. Дополнительный адреналин от знания того, что какой-то чувак заинтересован в Рони, сидящей в зале, может стать его преимуществом. Еще один взгляд в ту стороны заставил его хотеть ударить кого-нибудь, и Ной сильно приложился к челюсти соперника, заставляя того споткнуться, но удержаться на ногах.

— Вот так! — кричал Эйбел за рингом.

— Отлично, Ной, — кричал Джио.

Ной проскакал вокруг ринга, стараясь сфокусироваться на бое. Он сделал еще пару ударов, а потом прозвенел гонг, знаменуя окончание первого раунда. Джио и Эйбел тут же оказались в ринге. Эйбел посчитал до десяти, потом позволил ему сесть, прикрыл полотенцем и наносил вазелин, пока Джио давал воду.

— Почему замедлился? — спросил Эйбел. — Ты мог закончить все в первом раунде. Новичок практически сдался после первого джеба.

Глаза Ноя были на Рони, которая повернулась, чтобы поговорить с тем же парнем. Эйбел слегка хлопнул Ноя по щеке дважды.

— Сосредоточься! — парень указал двумя пальцам на его глаза. — Ты мне нужен прямо здесь и прямо сейчас. Не профукай шанс, Ной. Это бой пустяк для тебя. Парень уже должен быть побежден. — Ной кивнул, когда прозвучал гонг и Эйбел с Джио покинули ринг. Эйбел стукнул кулаком по полу. — Сделай это сейчас!

Рони снова повернулась к рингу, но тот идиот все также наклонился вперед и что-то шептал ей на ухо. Джеб в его висок пришел из ниоткуда. Ной отшатнулся в сторону, видя звезды.

— Черт побери, Ной! — прокричал Эйбел.

Немного помотав головой и чувствуя внезапный приступ адреналина, Ной быстро задвигался, ударяя соперника левым хуком в нос, а затем еще одни в челюсть. Парень упал. Судья поспешил оказаться между ними и начал отсчет. Все стояли, включая Рони. Девушка распустила волосы, и теперь они мягкими волнами мило спадали ей на плечи. Вероника выглядела прекрасно.

Их взгляды встретились, и Ной улыбнулся ей. Она улыбнулась в ответ, но все еще нервно сжимала кулаки. Рони призналась, по пути сюда, что очень нервничает, когда он дерется. Его взгляд переместился на парня позади Рони, который стоя хлопал и тоже улыбался, только в этот раз Ной не улыбался. А просто уставился на того парня. Ной смотрел на него так, как исключительно смотрел на своих соперников перед боем, давая им понять, что они проиграют. Ной мог только надеяться, что внезапное исчезновение улыбки с лица парня означало, что он четко понял послание. Ной снов посмотрел на Рони, смягчив выражение лица до улыбки, прежде чем судья поднял его руку, заявляя о победителе, сразившего соперника нокаутом.

Облегчение, не то чувство, которое могло описать, что Вероника почувствовала. Девушка наконец-то сдалась и призналась Ною, по пути в спортзал, что нервничает, наблюдая за его боями. Но не сказала ему, как сильно это уничтожает ее. Последнее, что Вероника хотела, это то, чтобы Ной чувствовал, будто она не верит в него. Рони слышала, что Ной хорош. От его друзей и других ребят в спортзале. Но все еще не могла перестать волноваться.

Вероника смотрела бои только по телевизору, но никогда не была их фанатом, даже когда приходилось, она особо не обращала внимание. Муж Нелли был фанатом, и они часто устраивали большие платные вечеринки за просмотром боев, приглашая и ее. Это были единственные разы, когда Рони просидела все бои. Девушка никогда не думала, что будет смотреть их в живую и что близкий ей друг будет там, на ринге, возможно, получая травму.

Когда Вероника услышала, как парень позади нее говорит о прошлых боях Ноя, которое видел пару раз, она не могла не спросить его об этом. Было несколько любопытных вещей, о которых Рони думала, пока ждала начала боя. Например, о том, был ли Ной когда-нибудь нокаутирован. Это то, о чем девушка не думала спрашивать напрямую. Помогло то, что парень оказался болтлив и абсолютный фанат Ноя. Таким образом, рассказав ей все о его сильных сторонах. Таких, как левый хук, который после боя напомнил о том, что сказал парень, как Ной однажды использовал свои умения и нокаутировал соперника.

Вероника была просто рада, что это закончилось, и Ной не был травмирован. Она была уверена, что когда-нибудь привыкнет смотреть его бои, но теперь, когда они друзья, ей лучше постараться. Раньше Рони не видела Ноя таким восхищенным, как в те моменты, когда парень говорил о своих боях. Это было только начало. Как близкий друг, которым Ной медленно становился, Вероника планировала побывать на стольких боях, скольких получится. Это напомнило ей о том, что она не разговаривала с Нелли почти неделю. Они обменялись парой сообщений, но так и не поговорили. Надо позвонить ей скорее.

Рони стояла возле выхода спортзала, стараясь не думать о том, что Ной сказал ей о поклонницах. Возле двери, откуда должны выходить Ной и другие бойцы после переодевания, стояли четыре едва одетые молодые девушки.

Когда вышел первый боец, две красотки тут же оказались рядом с ним. Это означало только одно: две другие ждали Ноя. Это было так чертовски очевидно и нелепо. Вероника хотела чувствовать жалость к ним. Они было молоды, и их самооценка точно была на дне, раз они так думали о себе. Но, вместо этого, она чувствовала… раздражение?

Вероника тяжело сглотнула, думая, нужно ли Ноя вообще подвозить домой. Они приехали сюда на машине вместе, но эти две милые девушки наверняка будут счастливы отвезти его домой или забрать к себе.

Первыми вышли Эйбел и Джио. Девушки тут же их обняли. Затем появился Ной, и одна из девиц тут же обернула руки вокруг него. Вероника отвела взгляд в сторону, когда увидела, как большая рука Ноя обернулась вокруг женской талии.

Удивленная тем, как раздражение, что она испытывала ранее, сменилось полной яростью, Рони вышла за дверь. Вероника двигалась к машине, злясь на себя больше, чем на кого-либо. Ругала себя под нос. Девушка прекрасно знала, то, что она чувствует — это не только ярость. Это было нечто совершенно иррациональное и кипящее внутри — ревность. У нее не было права злиться на него, но она злилась и от этого становилась еще более яростной.

— Рони!

Она сделала глубокий вдох, прежде чем повернуться к нему. Вероника отчаянно пыталась скрыть свое внезапное изменение в настроении.

— Куда собираешься?

Девушка увидела, как Ной идет один по парковке.

— Я… э-э… думала, что ты уже уехал, — Вероника подняла свой подбородок в сторону спортзала.

Ной посмотрел назад, а затем вернулся к ней снова.

— Нет. Ну, мы хотели съездить в пиццерию позже отпраздновать. Но мне сейчас больше нужен холодный душ, так что я сказал, что сначала поеду домой, а потом с ними встретимся.

Ее сердце снова забилось сильней. С ними? Одному недостаточно?

— Хочешь поехать? — спросил Ной.

Ее глаза, должно быть, кричали о том, какую истерику это вызвало у нее внутри, потому, что парень рассмеялся. Рассмеялся!

— К чему этот взгляд?

— Поехать с тобой? — спросила Вероника недоверчиво.

— Ага, Эйбел угощает. Ты можешь открыть багажник? — спросил Ной, подойдя к машине. Рони открыла багажник, пока Ной продолжал говорить, кладя свою спортивную сумку и перчатки внутрь. — И там, куда мы едем, не требуют удостоверения, так что ты не будешь единственной, кто сможет пить пиво.

По его улыбке Вероника поняла, что, говоря «с нами» Ной имел в виду Эйбела и других парней. Но даже после этого ей было некомфортно быть рядом с ними и остальными.

— Нет, я пропущу, спасибо.

— Почему?

Разочарование в его голосе согревало Рони.

— Потому что собираются одни мальчики, верно? Я не буду…

— Неа, там будут и другие девушки.

Внутри что-то оборвалось, и вдруг пришло озарение. Если не сегодня, то это, в конце концов, бы случилось. Быть другом Ноя — значит неизбежно слушать или видеть его с девушками, даже в отношениях. Вероника сможет с этим справиться? Учитывая, что ранее была готова кричать от мысли о нем с поклонницами. Сможет ли спокойно наблюдать за ними?

— Что?

— Да, мы всегда собираемся после боя большой толпой. Конечно, когда Эйбел платит за нас. Но рядом всегда другие девушки. Даже Джек собирается прийти, — Ной обошел машину, удерживая ее взгляд. — И ты пойдешь, Рони. Мне будет больно, если ты не отпразднуешь это со мной.

Ной открыл дверь и залез в машину. Вероника выдохнула, так и не сумев придумать хоть одну причину, почему не может пойти с ним, ведь он был прав. Рони должна быть там, чтобы отпраздновать. Это было замечательно. Ной только вернулся на ринг и нокаутировал парня во втором раунде.

Чувствуя вину из-за того, что не хотела быть там сегодня вечером, она забралась внутрь и начала пристегивать ремень безопасности.

— А что это был за парень, с которым ты говорила во время боя? Твой друг?

Вероника посмотрела на него, пока заводила машину, и задумалась на секунду.

— Ох, ты имеешь в виду того парня позади меня? — Вероника выехала с парковки. — Нет. Мы только познакомились сегодня.

— Правда? — спросил Ной, глядя в окно. — Ты завела нового друга, Рони?

— Не совсем. Думаю, парень твой фанат, — Вероника снова улыбнулась. вспомнив его энтузиазм. — Он постоянно говорил о том, какой у тебя огромный потенциал. — Это привлекло внимание Ноя, и он повернулся к ней. — Прямо перед боем, парень сказал, что ты, вероятно, нокаутируешь соперника в начале, и скорее это будет твой левый хук.

— Что еще он сказал?

Вероника рассмеялась. Девушка понятия не имела, какого это иметь фанатов, но должно быть это приятно. Она не могла винить его в том, что он хочет услышать больше.

— Он говорил со мной даже во время боя, рассказывая шаг за шагом, что ты там делал. Очень мило, как парень интересуется тобой, — Вероника повернулась к Ною, но он не показался ей счастливым, как она ожидала, говоря ему об этом.

— Мило?

— Да, — Вероника усмехнулась. — Ох, он даже сказал, что за секунду до того, как ты получил удар, казалось, ты был где-то за пределами ринга. Я практически пропустила нокаут, потому что прикрыла лицо, когда тебя ударили.

Рони вздрогнула от мысли, как ее сердце ушло в пятки, когда увидела, как его бьют. Вероника больше не могла вынести этого.

— Такое случается, — сказал Ной, глядя вперед, — когда ты отвлекаешься хотя бы на секунду.

— Что отвлекло тебя?

Ной посмотрел в окно и пожал плечами.

— Я не помню. Я просто знаю, что потерял фокус на мгновение, и это стоило мне удара.

Они доехали до ее дома, и Вероника немного освежилась, пока Ной принимал душ. Стоя перед зеркалом, она изучала себя. Нелли была права: Рони не выглядела на двадцать восемь и с тех пор, как сбросила вес и продолжает ходить в спортзал, чувствует себя стройнее, чем была раньше. Вероника не сказала Ною, что парень позади ее спросил, не его ли она девушка. Покраснев Рони, сказала, что она просто друг, но фанат посмотрел на нее так, будто ему лучше знать.

Физически Вероника могла сойти за девушку возраста Ноя. Но опомнившись, покачала головой, хмурясь на себя в зеркало.

— Даже не думай об этом.

Жизнь Ноя только начиналась. Ему еще столько всего предстоит пережить, и Рони была уверена, что он ждет этого с нетерпением. Например, ночные клубы, где Ной тоннами бы мог встречать девушек. И то, как тот парень говорил о нем. Кто знает? К его двадцати одному году он может заслужить статус VIP во всех этих клубах. Если у него сейчас есть поклонницы, то какая у него жизнь будет потом.

Вероника мало что понимала в боксе, но в одном была уверена — Ной смотрелся чертовски хорошо на ринге. Даже лучше, чем просто хорошо. Как сказал парень, у него большой потенциал и точно есть сердце. Его будущее было таким многообещающим.

Девушка сделала глубокий вдох. После того, как наблюдала свою реакцию на Ноя с девушками, которые даже не были вовлечены другим образом, она понимала, что без сомнения вопрос отношений был вне зоны досягаемости. И Вероника же хотела сохранить дружбу. Так что это был лишь порыв.

Глава 11

Было так здорово видеть Рони в кругу своих друзей. Чертовски хорошо. Парни даже не посчитали странным то, что они вошли вместе. По крайне мере, они ничего не сказали. Пицца и кувшины с пивом уже стояли на столах, когда они садились за стол.

Казалось, Веронике сначала было некомфортно, но спустя час девушка расслабилась. Ной заметил, как невероятно медленно она потягивала пиво. На День Благодарения Рони пила шампанское немного быстрее. Может, это просто не ее напиток.

Джек заканчивал рассказывать им о том, как в прошлом бокс был не единственным видом спорта, с которым он отлично справлялся. Ной уже слышал эту историю раньше, но она была так хороша, что он не против был услышать ее еще раз. Команда Джека по баскетболу в старшей школе справилась и выиграла чемпионат штата. Джек всегда использовал подобные истории и повторял их, чтобы задать мотивирующий настрой, который помогает на ринге.

— Я крутил баскетбольный мяч у себя на пальце пятнадцать минут несколько недель назад, — сказал Гектор, кусая пиццу, как будто это было близко к победе на чемпионате штата.

— Когда это было? — засмеялся Ной.

Гектор всегда приукрашивал свои достижения.

— Что ты имеешь в виду? Ты сам все видел, — сказал Гектор. — На следующий день после Дня Благодарения, — затем остановился и усмехнулся. — О, погоди. Я забыл. Это было тогда, когда вы с Ритой поехали кататься. Или, можно сказать, ты ее хорошенько прокатил.

Парень засмеялся, когда в него полетели салфетки с двух сторон. Одна от Эйбела, а другая — от Джио.

— Рита моя двоюродная сестра, ты задница! — Джио снова бросил в него скрученную салфетку. — Не неси подобную херню больше.

— Ага, — Эйбел посмотрел на него серьезно. — Так возникают слухи, придурок.

— Слухи? — он повернулся к Джио. — Твоя сестра сказала мне, — Гектор сильно покачал головой, не понимая намека. — Кроме этого, все знают, что Ной занят, когда Рита в городе. Это же не секрет, да, Ной? — парень поднял бровь. — До Рождества осталась неделя. Хо, хо, хо! — он смеялся, но остановился, когда понял, что никто больше не присоединился. — Что?

Рони потянулась к еще одному кусочку пиццы, и Эйбел воспользовался ее секундным отвлечение, чтобы дать подзатыльник Гектору и губами произнести: «Заткнись, черт возьми!»

Гектор так и поступил, но если бы сделал это позже, сказав хоть еще одно слово о Ное и Рите, то парень бы перепрыгнул через стол и задушил его.

Никто не знал, что у них с Рони за отношения, но все понимали, что что-то между ними происходило. Ною все нравилось. Парень считал, что не имеет значения, соседи они с привилегиями или состоят в реальных отношениях. Важно лишь то, что друзья знают главное: Рони его. К счастью, все, кроме придурка Гектора, знали, что это означало никаких разговоров о Ное и других девушках, пока Рони рядом.

Эйбел сменил тему разговора и вернулся к обсуждению следующего боя, который планируется для Ноя в феврале. Ной посмотрел на Рони. Она кивала головой, слушая Эйбел с живым интересом. Его почти беспокоило то, что девушка осталась такой равнодушной к комментарию Гектора. Конечно, он не осмелился посмотреть на нее, пока Гектор говорил. Так что не знал наверняка ее первоначальной реакции. Но если бы это ее это беспокоило, так как Ной это знал, тогда все бы перешло к ней, чертовски быстро.

Теперь Вероника знала.

Знала, что несколько недель назад в тот самый день, который они провели вместе, особенный День Благодарения, Ной ушел и трахался. Что еще хуже — это то, что Рита вернется через неделю, и об этом Вероника тоже знала. Беспокоило ли это ее вообще? Ной старался украдкой смотреть за ней, пока девушка слушала Эйбела и Джека, рассказывающих о стратегии Ноя вести бой в следующих схватках.

Вероника беззаботно потягивала пиво. На мгновение девушка, что села рядом с Джио, отвлекла ее. Рони посмотрела на нее и вниз, не зная о том, что Ной следил за каждым ее движением. Ее бровь слегка изогнулась дугой, а губы поджались. Теперь у нее проблемы?

Ной отвлекся от нее, чтобы посмотреть на девушку. Это была та, что ждала их из душа в спортзале. Девушка погладила ногу Джио. Джио всегда был красавчиков в их тусовке. Даже, несмотря на все бои, в которых он побывал, его лицо оставалось нетронутым. В старшей школе он был настоящим сердцеедом. Ной, по сравнению с изящным изгибом бровей, девичьими ресницами и зелеными глазами Джио, выглядел грубым.

Эйбел всегда насмехался над Джио, обвиняя его в том, что он не старается, когда они спарингуются. И дразнил его тем, что Джио рассчитывает на карьеру в модельном бизнесе, если с боксом не сложится.

Никогда, за все годы, что Ной знал Джио, не чувствовал ни капли обиды за то, что тот хорошо выглядел. Но сейчас думал, что ненавидит своего лучшего друга.

Это возможно? Могла ли Рони увлечься Джио?

Вероника виделась с ним пару раз, и Ной напрягал мозг, пытаясь вспомнить, вела ли она себя странно рядом с ним. Правда, тогда его теория о том, что Вероника хочет остаться строго друзьями из-за возраста, вылетело прямо в дверь. Она слишком долго смотрела на них, и Ной больше не мог этого выносить.

— Что не так?

Вероника моргнула, пораженная его голосом и нахмурилась.

— Ничего. Почему спрашиваешь?

Ной посмотрел на Джио, а затем снова на нее.

— Ты выглядела расстроенной минуту назад. Что-то тебя беспокоит?

— Нет! — ее глаза расширились, удивившись собственному тону.

Вероника была расстроена.

— Расслабься, я просто спрашиваю.

— Тогда нет.

Было что-то еще в ее глазах в тот момент. Что-то тревожное: Рони была больше, чем просто расстроена. Она отвернулась, ее глаза вернулись к Джио и девушке.

— Мы можем уйти?

Правда? Все так плохо?

— Ты уверена, что в порядке?

Вероника даже не оторвала взгляда от Джио, и Ной вышел из себя.

— Я в порядке. Просто устала.

Ной встал, не желая ничего, кроме того, чтобы убраться отсюда. Забрать Рони от Джио.

— Пошли.

Ее выражение лица смягчилось.

— Или если кто-то из твоих друзей тебя подвезет, то я доберусь одна. Ты не должен уходить из-за меня.

Ною было сложно прятать собственные чувства.

— Неа, я тоже устал, — он повернулся к Эйбелу, который смотрел на него вопросительно. — Мы уходим.

— Уже?

— Ага, это был длинный день, но завтра я буду рано. Спасибо за пиццу и пиво.

Они попрощались и вышли. Ной думал подождать до дома, но это его убивало. Друг или нет: этого не произойдет. Нет никаких чертовых шансов, что он сможет вынести что-то между Рони и Джио.

— Хочешь рассказать мне, что тебя расстроило там?

Вероника рылась в своей сумочке, и ее лицо дрогнуло от вопроса. Ной встал перед ней, заставляя остановиться. Ее глаза все сказали. Она все еще была расстроена, и обескуражена. К его удивлению, девушка это не отрицала. Просто долго смотрела на него. В конце концов, она подняла бровь.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь.

— Просто скажи это, Рони.

Ной не мог понять, зачем это ему. Разве он хотел услышать, что у нее чувства к Джио? Черт возьми, нет! Но ему нужно знать, стоит ли сейчас бежать. Бежать к чертовой матери из ее жизни и не оглядываться, пока не стало слишком поздно.

— Сказать тебе что? Из-за чего я расстроена?

Теперь Ной уставился на нее, обескураженный резким изменением в ее поведении. Вероника не просто была расстроена, она была в бешенстве.

— Я не знаю. Это и пытаюсь выяснить.

Рони достала ключи из сумки и обошла его, направляясь к машине. Ной последовал за ней.

— Я сказала тебе: я устала.

Ной боролся с невероятным желанием обнять ее руками и притянуть к себе. Вместо этого, он обошел ее машину и ждал, пока девушка откроет дверь.

Это была ярость. Вероника сделала вздох перед тем, как открыть машину. Она знала, что пойти с Ноем было ошибкой. Ей не стоило этого делать. И если парень думал, что Рони признается в том, что находится в бешенстве — больше, чем в бешенстве — из-за того, что он трахнул двоюродную сестру Джио после Дня Благодарения, то был просто не в своем уме.

Вероника вспомнила тот день, когда засунула ключи в зажигание. День, когда Ной был якобы расстроен тем, что не мог присоединиться к ней в парке, чтобы поснимать. Девушка была уверена, что это было искренне. День в парке с ней, снимающей улиток и капли дождя на листьях или день секса с его праздничной шлюхой. Хм, сложный выбор.

Но Рони снова напомнила себе, что это не ее дело. Ной был волен делать то, что хочет. Он не задолжал ей никаких объяснений, и она не просила его об этом. Так, какого черта парень сейчас давил на нее? Ной хотел смутить ее? Его веселило то, что он знал, будто это ее беспокоит больше, чем она себе представляла, и хотел, чтобы это произнесла? Вероника, скорее, умрет.

Ной закончил пристегивать ремень безопасности, когда Вероника начала отъезжать.

— Ты была слишком очевидной, Рони. Я не понимаю, почему ты просто не сказала мне. Девушка повернулась к нему, ожидая увидеть наглую ухмылку или блеск в глазах. Вместо этого, Ной просто смотрел на нее. — У тебя есть чувство к Джио?

Вероника моргнула, останавливая машину прямо здесь, посередине парковки, и уставилась на него.

— Что?

— Я видел, как ты смотрела на него с той девушкой. Ты ревновала.

Рони медленно покачала головой, пытаясь понять, о чем он говорил. Вот на что он намекал все это время? Ной думал, что она ревновала Джио к этой поклоннице?

— Ты выражала отвращение, когда девчонка села рядом с ним. Затем я заметил, что ты расстроилась, а затем вдруг захотела уехать.

В голове Вероники был хаос, пока нога нашла педаль газа, и они тронулись снова. Она была рада, что ресторан оказался в паре кварталов от ее дома. Рони больше ничего не хотела, кроме как закончить этот вечер.

Комментарий Гектора был словно удар, и Вероника провела все время, пытаясь оправиться и, видимо, выглядя жалкой при этом. Видеть Джио с этой поклонницей было лишним напоминанием о том, что таков мир Ноя, и она не имеет право судить его. Ной молод и заслужил развлечения. Но не было возможности избежать той мучительной ненависти, что девушка испытывала, зная, что Ной переспал с сестрой Джио, и, скорее всего, сделает это снова через неделю.

Ей стоит побеспокоиться о своих раздражающе противоречивых эмоциях позже. Сейчас была надежда, что Ной, неправильно понял ее ярость. Но вместо этого, он был под нелепым представлением о том, что Вероника ревнует Джио.

— Хорошо, ты меня поймал.

— Ты влюблена в него? — его голос перешел на шепот.

— Нет, — Вероника повернулась к нему. Ной смотрел вперед, но обернулся к ней, когда она заговорила. — Не будь смешон. Он же твоего возраста, помнишь? Но ты поймал меня на поклоннице. Я помнила то, что ты мне сказал о них, и думаю, испытала небольшое отвращение. Но не была расстроена.

— То есть ты говоришь, что не можешь быть влюблена в него из-за возраста?

Радуясь, что они смогли опустить тему ревности, Вероника вздохнула с облегчением.

— Ну да. Ему же двадцать, как и тебе, да?

— Но какое это имеет отношение ко всему остальному?

Вероника закатила глаза.

— Это имеет огромное отношение. Почему парню его возраста интересоваться женщиной моего возраста?

— Все просто. Если бы это случилось с ним, то Джио бы не думал о твоем возрасте. Он был бы заинтересован в тебе. Ты помешана на цифре, Рони. Почему? Потому, что двадцатилетний парень недостаточно зрелый для тебя?

Вероника въехала на подъездную дорожку, чувствуя неловкость из-за того, куда движется их разговор. Резко возникло чувство, что они больше говорят не о Джио.

— Нет, я думаю об опыте, — сказала Вероника, выходя из машины.

— О, так вот оно что! Ты хочешь опытного парня?

Рони нахмурилась.

— Это не то, что я имела в виду. Я говорю о его жизненном опыте в противовес моему. Есть много всего, что парням твоего возраста нужно испытать. Будет несправедливо мне или другой, более старшей женщине встать на пути и ожидать от него или любого другого парня, что он просто пропустит все это, чтобы догнать ее.

Ной встал немного ближе к ней, кода Вероника открывала входную дверь. Это расстроило ее. Она могла чувствовать его терпкий запах одеколона, и даже тепло его тела, хотя они были в нескольких сантиметрах друг от друга.

— Ты когда-нибудь меняла подгузники, Рони?

Вероника посмотрела на него удивленно, пока толкала дверь.

— Нет.

— А я менял.

— При чем…

— Я помогал воспитывать детей, когда был старшим в доме моих приемных родителей, которые отсутствовали. Очень часто. Было четверо других детей в доме. Один вообще младенец: восемь месяцев. Еще было два малыша и практически подросток, который думал, будто знает все. Я всегда оставался с ними наедине. Кормил их, купал, помогал делать уроки и укладывал ночью в кровать. Потом утром должен был убедиться, что они встали и отправились в школу вовремя. Они рассчитывали на меня. На меня, пятнадцатилетнего подростка, который должен был стать взрослым. А не на их родителей.

Они зашли в гостиную, и Вероника замерла на полпути, слушая его. Девушка смотрела на него, пока что-то огромное сдавливало ей горло, держа в заложниках. Откашлявшись, она, наконец, заговорила:

— Где были твои приемные родители?

Ной нахмурился, доставая кошелек из кармана и кладя его на кофейный столик.

— Их просто не было рядом. Я пытаюсь донести, что в своих годы у меня есть больше опыта в воспитании детей или нахождении в позиции отца, чем у большинства тридцатилетних.

Вероника сглотнула, поднеся руку к шее, как будто невидимая рука схватила ее.

— Я говорю о другом опыте, Ной. Люди могут стать родителями в любом возрасте. Моя мама и бабушка с дедушкой — идеальные для этого примеры.

— Тогда что ты имеешь в виду? — парень сложил руки на груди, ожидая от нее ответа.

Вероника положила сумку на диван и начала снимать одежду, начав с куртки.

— Я просто говорю, что люди моего возраста находятся на другом жизненном этапе, — Рони подумала о Ное и о двоюродной сестре Джио. Внезапное тепло затопило ее, и она поджала губы. — Я не ищу молодого парня, который не готов начать семейную жизнь. И я никогда не буду достаточно эгоистична или наивна думать, что двадцатилетний молодой парень, особенно с такими поклонницами, сможет выполнить это по щелчку.

— Думаю, я сказал тебе свое мнение относительно поклонниц.

— Да, я помню. Они горячие.

Ной уставился на нее.

— Я также сказал, что они не для меня.

— О, правда? Так ты интересуешься только теми, кто делает регулярные объезды по праздникам?

Вероника заглотнула снова, стараясь удержать эмоции, что зашкаливали у нее сейчас. Разговор круто изменился, и Ной смотрел на нее молча. Мысль о девушке, объезжающей его, лишила ее дыхания. Пока они говорят об этом, Рони расскажет ему, почему никогда не рассмотрит отношения с незрелым мужчиной-шлюхой.

— Мне нужна стабильность, Ной. Кто-то, кому нужно больше, чем просто секс на одну ночь и кому интересны серьезные отношения. Кто-то, на кого я могу рассчитывать.

— Имеешь в виду Дерека? Парень твоего возраста, который ушел от тебя, когда ты в нем нуждалась?

Такая пощечина была унизительной. Вероника едва сдерживала слезы. Сложно было сказать, как долго она сможет с ними справляться. Чувствуя, что ей не хватает воздуха, девушка была уверена, что сейчас расплачется, поэтом быстро развернулась и покинула комнату.

— Рони, прости, — Ной позвал ее.

В ту же секунду Вероника закрыла дверь позади себя на ключ и прислонилась к ней спиной, медленно сползая вниз на пол. Сделала дрожащий вздох, яростно вытирая слезы. На что, черт возьми, она себя подписала?

В дверь мягко постучались.

— Рони? Ты в порядке?

Вероника сглотнула, прочищая горло. Последнее, что она хотела — это то, чтобы Ной знал, какой жалкой девушка себя чувствовала.

— Я в порядке.

— Мне жаль. Я не должен был этого говорить.

— У меня выдался длинный день. Вот и все. У нас обоих. Ты должен идти спать. Я тоже собираюсь.

— Уверена, что в порядке?

Рони крепко сжала глаза, слезы потекли еще сильнее, и она кивнула.

— А-ага.

Как бы сильно Вероника не старалась, ее голос вздрогнул, и девушка была уверена, что Ной это услышал, но ничего не сказал.

Несколько секунд стояла тишина, а потом Рони услышала его удаляющиеся шаги. Послышался стук закрывающейся двери дальше по коридору.

Несмотря на то, как сильно Вероника хотела сказать, что плакала по Дереку, она знала, что ее слезы не имели никакого отношения к бывшему. Факт того, что через неделю Ной снова будет с сестрой Джио и ничего не сможет отвлечь мысли от этого, убивал ее. Рони уже знала, что это сведет ее с ума. Самое худшее, что Вероника будет ждать его здесь, пока Ной не придет домой, зная, куда уходил.

Боже, когда же она поумнеет.

Глава 12

На следующее утро, когда Ной шел в душ, дверь в спальню Рони была закрыта, но, когда выходил, комната была открыта, а девушки уже не было. Как будто она ждала, пока он пойдет в душ, чтобы избежать встречи с ним. Но по крайне мере Вероника подумала о том, чтобы оставить записку ему на стойке.

«Если вдруг тебе интересно, я встречаюсь с Нелли позавтракать, но приготовила тебе кофе. Увидимся вечером, в спортзале:)».

Вероника подписала его улыбающимся смайликом, что казалось ободряющим, но Ной гадал, действительно ли она так себя чувствовала после их вчерашнего разговора вечером. Он чувствовал себя таким ублюдком, особенно после того, как осознал, что довел ее до слез.

Возможность не говорить с ней весь день исключалась. Ной даст ей пару часов. Позволит позавтракать с подругой, а затем позвонит, чтобы разузнать как она. Самое худшее в этом был тот факт, что теперь Ной точно убежден в том, что у Рони все еще есть чувства к Дереку. Почему еще она расстроилась после его комментария?

Ее комментарий о «регулярных праздничных объездах» не давал спать всю ночь. Неужели глупое откровение Гектора перечеркивало все его попытки доказать ей, что он не среднестатистический парень двадцати лет? Вероника чертовски прямо описала мужчину, с которым не будет встречаться, и, судя по ее тону, думает, что Ной относится к этому типу. Черт побери!

Ной получил сообщение от клиента, когда слазил с байка у спортзала, где тот все отменял. Великолепно. Теперь ему нужно убить час перед приходом следующего клиента.

Эйбел и Джио уже были в офисе, когда Ной зашел. Джио подошел к нему с зубной щеткой во рту. Парень всегда чистил свои зубы. Они посмотрели друг на друга.

— Все в порядке? — спросил Эйбел.

Ной свел брови вместе, пытаясь показать, что не улавливает очевидного значения.

— Да, почему нет?

Эйбел пожал плечами.

— Надеюсь, мой брат-засранец не доставил тебе проблем.

Ной притворился, что задумался, как, будто не помнит, а затем продолжил этот театр, широко раскрыв глаза.

— А, прошлым вечером? Нет, совсем нет.

Выражение лица после этого расслабилось, и парень все забыл. Ной это знал. Эйбел никогда не был тем, кто совал свой нос в чужие дела. Со своей размеренной личной жизнью он оставался так далеко ото всех, как мог. Другое дело — Джио.

— Взгляни-ка, — Эйбел поднял газету, которую читал. — Феликс собирается бороться за титул.

— Санчез? Ни фига себе, — Ной вздохнул с облегчением из-за того, что Эйбел сменил тему.

Он бросил спортивную сумку на пол и подошел, чтобы посмотреть.

Феликс был первым боксером с Пятой Улицы, который добился большого успеха за последнее десятилетие. Многие боксеры, с настоящим потенциалом к завоеванию титула, покидали спортзал и уходили в большие заведения с тренерами, которые привыкли работать с новичками и приходящими боксерами. Но не Феликс. Он был предан залу с самого начала. Но еще он был близким другом всем им и никогда не забывал свои корни.

Даже после того, как он начал драться и выигрывать большие и более популярные бои, он продолжал возвращаться несколько раз в год, посещая спортзал. У него даже появилась привычка заканчивать свои интервью небольшой рекламой зала. Джек сказал, что заметил, как возросло количество членов клуба после этого: каждый раз, когда Феликс выигрывал бой и упоминал зал после этого в интервью, количество занимающихся в спортзале росло.

— Это его девушка? — Ной указал на высокую девушку, которая стояла рядом с ним и была похожа на модель с подиума.

— На эту неделю, — ответил Джио, заканчивая чистить зубы и возвращаясь из ванной.

— Ага, — сказал Эйбел с усмешкой. — Уверен, эта отличается от той, что я видел по телевизору несколько недель назад.

Эйбел рассказал ему о деталях чемпионата. Если Феликс победит, это будет огромным успехом для Пятой Улицы. Пресса уже приходила пару раз и брала интервью у Джека, расспрашивая о выпускниках спортзала, которые самостоятельно сделали себе имя в мире бокса. Феликс был одной из причин, почему клиенты Ноя были готовы платить так много. Тот факт, что он вставил Феликса как человека, которому он помогал тренироваться, просто воспламенило его резюме.

Ной знал Феликса меньше всего по сравнению с другими парнями. К тому времени, как он переехал к Фуентосам домой, Феликс уже был на пути к славе. Так что Ной тренировался с ним всего лишь пару месяцев, пока тот не уехал из города и пошел своей дорогой. Спортсмен перевез свою мать и братьев в более тихий район, и они виделись только тогда, когда он проезжал мимо и появлялся на Пятой Улице. Джио был ближе с ним больше всего. В каком-то смысле благодаря этому Джио и Ной стали так близки. Ной практически занял место Феликса в жизни Джио.

Парень вышел из ванной улыбаясь.

— Дай мне еще посмотреть, — Эйбел вручил ему газету, и тот рассмеялся. — Да, эта другая телочка. Наверно, у него на каждый город своя имеется.

Ной нахмурился, возвращаясь обратно, чтобы захватить сумку. Парень должен признать, что стиль жизни Феликса — это то, чему он сейчас завидовал немного. Почему нет? У парня был реальный шанс получить титул, и из того, что он слышал, тот подписал жирный контракт с промоутерами. Деньги для него больше никогда не будут проблемой. Если Феликс получит титул, то это сделает жизнь только слаще. Он будет обеспечен на всю оставшуюся жизнь. Но с темой «новая девушка — новый город» Ной не был полностью уверен.

Парень вышел и пошел в раздевалку, чувствуя себя более напряженным, чем ранее, когда покидал дом. Что беспокоило его в новом образе— так это тот факт, что он точно знал, оно связано с Рони. Пару месяцев назад до встречи с ней Ной бы полностью согласился с Джио. Какой бы парень в здравом уме не согласился? Но Ной больше не был в здравом уме. Не тогда, когда Вероника занимает каждый уголок его сознания.

И самое раздражающее в этом, что из-за длинного языка Гектора, если раньше Рони не была уверена, отличается ли он от парней его возраста — незрелых игроков, которое никоим образом не были заинтересованы в моногамных отношениях — то теперь у нее не было сомнений.

Прошло пару парней, и Джио посмотрел Ною в глаза с такой ухмылкой, которая казалось, имела отношение к Рони. Только ему не надо было это слышать.

— Что?

— Я ничего не говорил, — Джио рассмеялся.

— Не важно, что у тебя на уме, я сегодня не в настроении.

— Почему? Что, из-за Гектора провел ночь в будке?

Ной даже не посмотрел на друга. Вместо этого, открыл свой шкафчик, стараясь не хмуриться.

— Как я и сказал, если ты не слышал — нет. Я говорил тебе, что между мной и ней ничего нет. Мы просто соседи.

— Да ну, Ной. Кому ты рассказываешь? Твое поведение каждый раз, когда Вероника приходит вечером. Никто не спутает просто с соседством. И ты знаешь, что хочешь этого.

Отказываясь поворачиваться к нему лицом, Ной начал обматывать руки. Джио был чертовски прав: это то, чего он хотел, но признать это вслух было совсем другим делом.

— Эй, я не могу влиять на то, что предполагают другие.

— Так это правда? Поэтому твое лицо побелело вчера, когда Гектор заговорил о Рите?

Ной сжал челюсть. Он надеялся, что никто не заметил его полуобморочного состояния, когда Гектор упомянул Риту. Ной думал над ответом, когда Джио бросил в него еще одно удивительное наблюдение.

— Но ее реакция была хуже твоей.

Это было достаточно, чтобы убедить Ноя повернуться к другу лицом.

— Что ты имеешь в виду?

Джио присел на деревянную скамью между шкафчиками и прислонился к стене.

— Сначала Вероника была в шоке, но уверен, пыталась это скрыть. А потом… я не знаю… ей было больно? Очевидно, ей это не очень понравилось. Как ты думаешь, почему я бросил в Гектора салфеткой и старался сделать вид, что это дерьмо выдумано. Конечно, этот придурок не понял намека, пока не стало слишком поздно. Эйбел тоже это заметил, чувак. Он наехал на Гектора, когда ты ушел.

Ной смотрел на него. Он помнил, как изменился тон ее голоса, когда Рони упомянула его «поездку» с Ритой. Возможно, это стало причиной того, что девушка выглядела расстроенной?

Когда Гектор начал говорить прямо перед ней, его страх был не в том, что Вероника расстроится, а в том, что это убедит ее относительно неопытности парня. Ной молод и незрел, нет шансов, что Рони даже рассмотрит возможность с ним встречаться.

Ной не был уверен до недавнего времени, хочет ли он с кем-нибудь встречаться. Разве готов к серьезным отношениям, готов осесть? Единственное, что парень знал наверняка: он чертовски против того, чтобы встречаться с кем-нибудь. И мысль о том, что будет образовывать семью с кем-то, пока не будет жить в своем доме, совсем его не радовала.

Ной прокручивал в мозгу разговор вчерашнего вечера, хмурясь от того, что вспомнил, как Рони не была расстроена до тех пор, пока разговор не зашел о Дереке. Разве бывший все еще больная тема для нее? На День Благодарения Вероника сменила тему, признавая, что не хочет говорить об этом. После вчерашних событий Ной не уверен, что сможет поднять эту тему снова, не вызвав дискомфорт.

Вероника плакала. В этом он был точно уверен, так как слышал ее голос. Могла ли она плакать из-за Риты? Но в этом нет смысла. Это означало бы, что у нее есть чувства к нему, что Рони рассматривает возможность встречаться с ним. Вчера девушка все прояснила, и Ной знал, что это не тот случай. Так слезы были по Дереку.

Сжав челюсть, парень продолжил обматывать руки.

— Вероника даже не упоминала Риту, так что не знаю, что и сказать насчет ее расстройства. Может, ее застало врасплох то, что Гектор начал говорить прямо перед ней.

Ной не упомянул ее комментарий об этом, потому что тогда бы пришлось объяснять, что вопрос возник тогда, когда он обвинил ее в ревности к Джио и поклонницам. Это сразу убедит его в том, на чем настаивал Джио. В том, что Ной смотрит на нее не просто как на соседку. Но, с другой стороны, кому какое дело?

— О, Вероника была удивлена. Сто процентов. Но было что-то еще. Спроси у Эйбела, если не веришь мне. Он сказал, что не удивился, если бы ты пришел спать этой ночью в спортзал.

Ной снова посмотрел на него. Как бы он ни старался казаться равнодушным к раздражающим наблюдениям Джио, все это его беспокоило. Единственное, Джио не пытался быть раздражающим. Друг беспокоился, и Ной знал причину.

Один раз, когда у Ноя были надежды на одну телочку, его сердце осталось разбитым. Он было моложе и наивнее, но, правда в том, что Ною никогда особо не приходилось быть молодым. К восьми годам он испытал больше дерьма, чем некоторые взрослые, которых парень знал. Но как однажды сказал Джек: «Сердце вечно неопытное». Может, в этом и проблема.

Совпадение или нет, Тесса — девушка, в которую Ной был влюблен — была старше него, но, несмотря на то, что разница в возрасте не была такой же большой, как между ним и Рони, разница между шестнадцатилетним девственником и девятнадцатилетней опытной девушкой была огромная.

Ной всегда выглядел старше своего возраста, Тесса, как и Рони, считала, что он взрослее, когда они встретились. Когда девушка узнала, что он не только младше ее на три года, но еще и девственник, то признала, что стать его первой будет захватывающе. Быть с девятнадцатилетней, которая позиционировала себя, как весьма опытная особа, было просто за пределом его фантазии о первом разе. Ной никогда не представлял силу любого секса, которую может испытать шестнадцатилетний мальчишка. После того, как они начали им заниматься, Ной следовал за ней, как щенок, делая все, что Тесса просила, даже если это было сказано не в совсем приятной манере.

Ребята прозвали его «помешанным на киске» и, если подумать, так это и было, но Ной не мог остановиться. Парень нуждался в ней и путал эту нужду с любовью. Когда Тесса бросила его задницу и нашла парня постарше, он был разрушен. Только тогда, как и сейчас, ему было тяжело признать, свои чувства. Джио и по сей день единственный человек, который знает, что Ной даже плакал из-за этой сучки. Ной сломался и, вынужден был это отпустить, и рассказать кому-то, через что ему пришлось пройти.

Парень был сам не свой несколько месяцев после этого. Ной стал попадать в передряги из-за расставания, и это был первый и последний раз, когда он попробовал наркотики. Курение и пьянство — единственное, что заглушало боль. Первое время Эйбел и Джио, пытались его образумить, а затем Джек угрожал его выгнать и не пускать снова в спортзал. Ной перестал курить и сфокусировался на тренировках. Угрозы Джека стали еще одним отрезвителем, помогающим выбросить девушку из головы. Даже со всеми худшими моментами в жизни, которые случались в его юношеском возрасте, этот застрял с ним и Джио надолго.

Но в этот раз все было по-другому. Ной еще даже не прикоснулся к Рони, и, судя по всему, никогда этого не сделает. Ситуация очень похожа на случай с Тессой. Рони — это все, о чем Ной думал в последнее время, и его чувство к ней только росло. Тесса — была воплощение фантазии шестнадцатилетнего мальчика. Но, кроме секса, в их отношения не было ничего серьезного. Помимо того незабываемого разговора, где она признала, что быть его первой возбуждает ее, Ной не мог вспомнить больше ни одного общения.

Их отношения с Рони — это все, что у него есть. Чувства, которые росли постепенно, но сильнее и глубже, чем с кем бы то ни было в его жизни. Так же сильно, как Ной хотел большего с ней, он с той же силой боялся до чертиков все разрушить.

Ной пожал плечами, возвращая свое внимание на обертывание рук.

— Вероника в порядке. Сегодня вечером, как обычно, придет на тренировку. Увидишь.

— Ладно. — Джио встал, — Как скажешь. Но если бы я был тобой, то не пустил бы Гектора близко, как бы хорошо Вероника это не воспринимала. Потому что сам знаешь, что как только у этого ублюдка выпадет шанс, Гектор снова откроет свой рот. Несмотря на то, что некоторые вещи не такие, как мы о них думаем, лучше помнить слова Эйбела, потому что вчера вечером было немного некомфортно.

Ной кивнул, но отказался дальше говорить. Он знал, что Джио не сказал бы всего этого, если бы был не уверен в том, что на самом деле видел. О том, что Рони была расстроена из-за Риты. В этом просто не было смысла. А еще эта оптимистичная записка с утра.

Джио вышел из раздевалки, и Ной закончил бинтовать руки. Ему просто нужно подождать и увидеть, поднимет ли Вероника эту тему. Или может он это сделает.

Ной решил использовать тот дополнительный час с утра и потратить на тренировку с грушей. Но никак не мог сконцентрироваться, пока не поговорит с Рони. Парень хотел убедиться, что девушка не расстроена из-за него по каким бы то ни было причинам. Ной должен знать, что у них все в порядке.

Он позвонил ей перед тем, как выйти из раздевалки, но попал на голосовую почту. Ной практически решил ничего не записывать, но в последний момент передумал.

— Эй, Рони. Это я, Ной. Слушай, я бы хотел поговорить с тобой насчет вчерашнего вечера. Надеюсь, ты уже не злишься на меня. Позвони мне, когда будет время? Мне станет лучше, если мы поговорим.

Отключившись, Ной смотрел на телефон какое-то время, а затем бросил его в спортивную сумку. Засунул все свои вещи в шкафчик и закрыл его.

Ной планировал изнуряющую тренировку, с боксерской грушей, но все казалось не так утомительно, как он ожидал, после встречи с Эйбелом. Друг сказал, что есть несколько вещей, которые он отметил во время прошлого боя, над которыми хотел бы поработать. Эйбел держал тяжелую боксерскую грушу, пока Ной изо всех сил тренировал свой нижний хук. Тренер думал, что Ной мог бы вырубить парня намного раньше, если бы сделал хороший удар. Ной знал, почему он не был погружен полностью в бой, но не упоминал об этом. Вместо этого, продолжал работать над своими недостатками.

Тренировка помогла выбросить Рони из головы, и Ной не думал о девушке, пока не зашел в раздевалку. Стремясь поскорее проверить телефон, он быстро снял перчатки.

— Привет.

Вводя комбинацию на шкафчике, Ной повернулся и увидел входящего Гектора.

— Прости за вчерашний вечер. Я не знал, что происходит между тобой и Вероникой. Надеюсь, я не испортил все.

Помня, что сказал Джио, Ной решил ничего ни отрицать, ни подтверждать. Парень был чертовски уверен, что не хочет, чтобы Гектор открывал свой большой рот снова. И сжигал последние кусочки надежды на то, что Ной сможет убедить Веронику в том, что достаточно зрел, чтобы быть с ней.

— Неа, все отлично. Не беспокойся об этом.

— Уверен? Потому что я могу поговорить с ней. Ну, сказать ей, что…

— Нет! Не говори с ней. Не поднимай эту тему с Ритой снова.

Ной открыл шкафчик и засунул руку в сумку за телефоном. Разочарование из-за отсутствия пропущенных звонков было слишком большим. Ему пришлось побороть желание позвонить ей. Ной успокоил себя тем, что скоро снова увидит ее.

— Хорошо, — сказал Гектор. — Но, если ты хочешь, чтобы я что-то сказал — я сделаю это.

Ной бросил телефон в сумку и закрыл дверь.

— Просто держи свой рот на замке рядом с ней, и у нас все будет в порядке.

Ребята вышли из спортзала. Ной был нацелен провести остаток дня, не будучи одержимым Рони.

Глава 13

С тех пор, как Вероника начала тренироваться в «Пятой улице», спортзал приобрел еще больше участников. В эти дни там было намного оживленнее. Девушке приходилось парковаться на улице, как и прошлым вечером, потому что маленькая парковка зала, которая раньше была полупустая, теперь была полной. Ной сказал, это все из-за его друга боксера, который раньше тут тренировался. В последнее время он очень часто вставлял название спортзала в свои интервью по телевизору и на радио.

Вероника вошла раньше обычного. До вчерашнего вечера девушка и не планировала ставить рождественскую елку, но потом решила, что нужно возвращаться к старой версии себя, а украшение елки — это, то, что Рони обычно делала. До болезни матери, зимние каникулы были лучшим временем года. Вот так Вероника решила вернуться к нормальной жизни. Так что сегодня вечером, Рони сократит свою тренировку и уйдет пораньше, чтобы купить елку.

Сердце девушки забилось быстрее, когда Рони заметила Ноя, входя в спортзал. Парень улыбнулся, но было что-то осторожное во взгляде девушки. Вероника думала о его звонке. Вероятно, Ной все еще беспокоился из-за вчерашнего вечера. Тогда Рони почти перезвонила ему, но решила, что это будет слишком для их небольшого разговора. Это последнее, чего ей хотелось.

— Привет, — Ной все еще был в боксерских перчатках. — Ты рано.

— Ага, мне нужно будет уйти пораньше.

Ной начал снимать перчатки, но остановился и посмотрел на нее.

— Правда? Есть планы на вечер?

Вероника бросила сумку на пол и стала растягиваться.

— Ага.

Рони думала, что он наверняка предполагает нечто более социальное, а не жалкую одиночную поездку. Поэтому девушка позволила ему так думать так, вместо того, чтобы признать правду. К сожалению, Ной продолжил.

— С кем?

Вероника поднялась из положения внизу и потянула за ногу вверх, держа ступню в руке.

— У меня свидание, — Вероника усмехнулась. Его глаза расширились. Неудивительно. Конечно, Ной был шокирован, но скоро узнает всю правду, поэтому девушка добавила, пожав плечами: — С деревом.

Шок на его лице сменился озадаченностью.

— С деревом?

— Ага, — Вероника кивнула улыбаясь. — Я собираюсь купить рождественскую елку сегодня вечером. Мне нужно время, чтобы добраться домой и украсить ее. Рождество совсем близко.

Ной начал снова снимать перчатки, но его глаза остановились на ней.

— Ох… одна?

Рони опустила ногу и подняла вторую.

— Ага, — девушка улыбнулась, стараясь казаться более восторженной, чем была на самом деле.

Правда в том, что Вероника не ждала этого с нетерпением. Раньше с ней всегда кто-то шел вместе. Прежде чем умерла мать, они покупали елку вдвоем, и целую вечность выбирали идеальную. Когда мама заболела, Нелли заняла ее место, а Рик помогал поставить дерево в доме.

Мысль о том, чтобы Ной сопровождал ее, закралась в голову, но после вчерашнего Вероника не была уверена, что они должны проводить так много времени с ним. Очевидно, что чувства к нему выросли и прошли стадию дружбы и даже первого влечения. Нужно притормозить и разобраться в ситуации. Рождество скоро наступит, и придется научиться справляться с ним и Ритой.

— Я могу пойти с тобой.

Вероника покачала головой слишком сильно и быстро, поэтому, поймав себя на этом, постаралась скрыть это.

— Нет, все в порядке. Ты не должен.

Ной расслабил лоб, когда сунул перчатку под мышку и размотал руку.

— Слушай, Рони, насчет вчерашнего…

— Мы можем просто забыть вчерашний вечер? — Вероника пожала плечами. — Люди говорили, что первый год праздников без мамы будет тяжелым для меня, думаю именно поэтому я становлюсь немного неадекватной.

Рони ненавидела использовать свою мать как оправдание, но рассказать правду о том, что слова о нем и Рите так сильно обидели, что хочется забыть и вернуть время вспять, было невозможно. Самое смешное, что это не так, и раз Вероника намерена сохранить единственного друга, то ей нужно начать привыкать слушать подобные вещи.

— Хорошо, — сказал Ной, доставая руку из второй перчатки. — Но я хочу поехать с тобой, чтобы привезти елку. Если ты не против, — он игриво поднял бровь. — Никогда не выбирал елку, и раз мы живем вместе, то это будет и моя Рождественская елка. Я даже заплачу за нее.

— Нет, не заплатишь.

— Почему нет? — Ной закончил заматывать перчатки и бросил их через плечо. — Я заплачу половину. К твоему сведению, я планирую помочь ее украсить. Собираюсь взять по максимуму из этого события. Кто знает, где окажусь в следующем году.

Их глаза встретились. Последнее его предложение было как ведро холодной воды на голову. Они думали об одном. Нынешняя ситуация не вечна.

Вероника никогда не представляла, что это будет так сложно принять. На секунду Рони задумалась о том, чтобы сказать ему, что может остаться навсегда, если он не хочет жить в гараже. Сейчас девушка не против соседа, но моментально выбросила эту мысль из головы.

Видеть Ноя, встречающегося с другими женщинами, приводящего их к себе в комнату неизбежно. Даже если об этом уже известно, это будет сложно вынести. Веронике нужно прекратить думать об этом и быть благодарной, что ее сердце все еще не разбито, хотелось бы чтобы так и осталось, когда придет время ему уходить.

— Можешь поехать со мной, если хочешь. Но платить за дерево не будешь.

Ной нахмурился, но согласился, сказав, что вернется к ней на тренировку, когда переоденется.

Завтрак Вероники с Нелли прошел не так, как планировалось. Рони собиралась рассказать подруге, о том, что чувствовала прошлым вечером, когда услышала о Рите, но почувствовала себя такой дурой, что не смогла.

У нее не было права злиться или даже чувствовать себя преданной, но стыдно было признаться, что все так и было. Вероника винила День Благодарения.

Если бы Рони постоянно не напоминала себе о том, что ее сердце будет неизбежно разбито, позволь девушка себе заинтересоваться таким молодым парнем, то День Благодарения был бы замечательным. Вероника почувствовала близость, которую не чувствовала раньше. Она думала, что может — всего лишь может — Ной чувствовал тоже самое. А затем Вероника узнала, что парень с кем-то переспал прямо на следующий день.

Девушка вздохнула, концентрируясь на растяжке, пока ее не прервал потный парень со скакалкой в руке. Вероника пыталась познакомиться с каждым участником, но пришло так много новых, что она еще не всех запомнила. Этот парень был как раз из этой категории.

— Привет, — парень помахал ей. — Меня зовут Эдвард. Я бы пожал тебе руку, но она такая потная сейчас.

— Привет, — сказала Вероника и перестала растягиваться, испытывая любопытство.

— Я только начал тренироваться здесь, меньше недели назад. Увидел тебя и сразу решил познакомиться.

Вероника тут же почувствовала волнение. Этот парень был примерно одного возраста с Ноем, может старше, но также он был достаточно большим. Это в первый раз и сбило Веронику по отношению к тому, сколько Ною лет. Прошло много лет с тех пор, как к ней кто-то подходил.

— Сегодня ты пришла раньше, да?

Парень даже запомнил время, когда она тренируется? Вау. Должно быть, следил за ней.

— Да, я сегодня ухожу пораньше, так что подумала все наверстать, придя раньше. Кстати, меня зовут Вероника.

Рони заметила, как из-за спины к ним подошел Ной. Взгляд Эдварда стал такой же твердый, как во время тренировок.

— Слушай, я не подходил к тебе раньше из-за того, что ты была всегда с одним парнем. Ты и он…

— Да, — ответил Ной, выходя вперед.

Эдвард отошел с ухмылкой. Вероника наблюдала, ее рот открылся. Эйбел и Джио подошли к ним осторожно.

Эдвард поднял руки, кивая, но ухмылку сохранил на лице.

— Так и думал. Рад, что спросил. За спрос же не бьют, верно? Не вини парня за попытку, — он повернулся и подмигнул Веронике. — Было приятно познакомиться, Вероника.

Ной не сказал ни слова. Тупо уставился на Эдварда, пока тот уходил, а затем повернулся к Веронике.

— Готова к тренировке?

Теперь ее рот раскрылся еще шире. Вероника покачала головой и моргнула.

— Сначала, объясни, что это было.

— Что ты имеешь в виду?

Рони посмотрела на Ноя с укором.

— Ты и я что?

— Партнеры по тренировке, так ведь? Разве он не об этом спрашивал? — Ной прошел мимо, но Вероника не упустила, как поднялся уголок его губ. — Мы должны хорошо потренироваться, раз уж у нас мало времени.

— Я не об этом спрашивала, и ты это знаешь, — Вероника последовала за ним, в тайне ощущая приятное возбуждение.

Ной действительно позволил возможному поклоннику думать, что он и она… Рони даже не могла себе этого представить. Может, Ной просто пошутил, но язык тела говорил об обратном.

Ной быстро остановился, что она почти врезалась в него.

— Да? А о чем, ты думаешь, он спрашивал?

Вероника посмотрела ему в глаза, которые снова стали такие же, как в момент, когда он смотрел на Эдварда.

— Ну, просто судя по тому, что парень сказал перед тем, как ты пришел…

— Что он сказал? — Ной нахмурился, осматривая спортзал, а затем повернулся к ней, глядя в глаза.

Великолепно, теперь Вероника чувствовала себя хвастунишкой. Она пожала плечами, стараясь не придавать этому большое значение, и вдруг почувствовала себя глупо.

— Просто, здесь он начал тренироваться только неделю назад, и сразу заметил меня.

— Это правда? — Рони видела, как напряглась его челюсть, когда Ной снова осмотрел зал.

Если бы она не знала его, то подумала, что инстинкты верны. Ной ревновал. Его глаза вернулись к девушке, и Ной посмотрел на нее тяжелым взглядом.

— Так что? Ты заинтересована?

— Нет, но…

— Хорошо. Потому что он выглядит как придурок, — Ной направился к беговой дорожке, а Вероника шла следом, оглядываясь вокруг.

Эдвард не казался ей придурком. Но интуиция подсказывали просто закрыть эту тему и отпустить. Было разумно, что Ной, как и Рони, стал испытывать чувства больше, чем просто дружеские. Но не могла понять, хорошо ли это. Возможно, плохо.

Вероника намеревалась серьезно, особенно после вчерашнего вечера, вернуться на работу с нового года. Ее старый руководитель уже сказал ей прийти второго числа, чтобы они разобрались с формальностями. Рони планировала дать толчок своей социальной жизни. Последнее, что ей нужно, — это Ной, который убежден, что нормально играть роль защитника-друга-соседа. Девушка уже видела, на что он способен на ринге. Случаи, похожие на сегодняшний, могут стать более частыми.

Ной собирался взять в себя в руки, когда дело касалось Рони и других парней вокруг нее. Он помнил об этом все время. Все уже давно заметили, но теперь парень уверен, что и она тоже. Ной уже даже не был уверен, имеет ли это какое-либо значение. Когда он увидел парня, который разговаривает с Вероникой, подобрался ближе и услышал, что он говорил, то ему стало плевать, если это так очевидно.

Если бы Рони немного надавила, то Ной бы рассказал ей всю правду. Признался бы, что это все из-за нее и если он увидит, как любой парень подойдет к ней снова, особенно в спортзале, то так он будет реагировать на каждого. Ной бы солгал, если бы сказал, что этого не повторится. Что будет равнодушен к этому. Но после сегодняшнего этого не произойдет точно.

Цель состояла в том, чтобы дать понять всем, кто смотрел и мог подумать о Рони, что они знают, что делают, просто взглянув на выражение лица Ноя.

Первое, что Джио сказал, когда они зашли в раздевалку после тренировки с Рони, было: «Все еще придерживаешься того, что между тобой и Рони ничего нет? Даже когда девушка знает, что ты был готов вырубить того парня из-за нее?»

Ной просто пожал плечами без каких-либо объяснений. Его действия говорили сами за себя. Хотя его сильно беспокоило то, что его реакция ничего не значила, поскольку Вероника все еще не хочет быть с ним. Ной должен придумать способ убедить ее и сделать это нужно поскорее, потому что все выходило из-под контроля. Он только подержал ее за руку, но инстинкты уже заявляли права.

Уверенный как никогда, Ной решил найти способ, который дал бы ему шанс. Он должен. Единственным вариантом был остаться друзьями, но парень знал, что это уже не сработает. Ной взорвался, когда впервые увидел ее с парнем, и повтора этого не хочется. Дружба не может этому противостоять, а он не будет бездействовать и смотреть, как ситуация повторяется снова и снова. Игра резко поменялась, и Ной чувствовал безотлагательность. Либо должен найти способ, чтобы Рони принадлежала ему, либо сделать перерыв в этом. Никаких между.

Оставив байк возле дома и приняв душ, они поехали на машине за елкой. Вероника не поднимала тему парня в спортзале, и Ной вздохнул с облегчением. Ему нужно больше времени, чтобы зарекомендовать себя перед ней, прежде чем сказать, что действительно чувствует.

Они ходили по участку, и Ной наблюдал, с какой внимательностью девушка рассматривала каждую елку, прежде чем решить, что она не подходит и перейти к следующей. Ему стало интересно, также ли метафорично Вероника выбирает парней, с которыми пойдет на свидание. Все должно быть идеально. Не только внешний вид, но запах и ощущение от него. Рони сказала, что ждет чего-то особенного и поймет это, когда увидит. После шестой или седьмой Ной потерял счет и не мог не засмеяться.

— Что конкретно ты ищешь?

— Не могу объяснить, — сказала девушка, отходя от елки и двигаясь к следующей, чтобы рассмотреть сверху донизу. — Это связано с чувством, которое дерево будет вызывать каждый раз, когда пройду мимо нее в гостиной. Моя мама всегда говорила, что я узнаю ее, когда увижу.

— Что если ее нет на этом участке? Как ты понимаешь, что ищешь в правильном месте?

— Ох, нет. Этот тот участок. Здесь я всегда нахожу идеальную елку.

— Ну, может, тогда в этом твоя проблема. Твоя идеальная елка может быть где-то в другом месте на этот раз. Там, где ты даже и не думаешь.

Вероника посмотрела на него, и Ной удержал ее взгляд на мгновение, надеясь, что девушка поняла его намек. Рони сделала глубокий вздох, прежде чем двинуться вокруг группы деревьев, которые уже тщательно изучила.

— Вот она, — озвучила девушка, указывая на дерево, которое не выглядело особенным для Ноя.

— Правда? Быстро ты. Уверена?

Вероника кивнула, но не оторвала взгляд от елки. Почему-то он ожидал большего восторга от нее, когда найдет «идеальную елку». Это должно было занять чуть больше времени.

— Хорошо, — Ной подошел к елке и поднял ее.

— Удержишь? — спросила девушка, когда Ной прошел мимо. — Точно помощь не нужна?

— Нет. Я удержу.

Вероника расплатилась, пока Ной привязывал дерево к крыше автомобиля. На пути домой он рассказывал о следующем бое.

— Он состоится в следующем месяце. Ты же придешь, верно?

Рони моргнула, но кивнула.

— Мне ненавистно видеть, как тебе делают больно. Но, конечно, я буду там. Если это будет вечером, то я как раз вернусь с работы.

Ной помнил, как девушка упоминала это. Но старался не хмуриться от мысли о том, что Вероника будет окружена группой коллег-мужчин.

— Так это уже официально? Знаю, ты говорила, что хочешь, но сейчас уже точно уверена?

— Ага. Начинаю второго числа. Лекции не начнутся до следующей недели, но администрация сразу возвращается к работе после Нового года. Понятия не имею, чем буду заниматься. Но знаю, что для нас начало года — это очень загруженное время, так что для меня точно что-нибудь найдется.

Ной повернулся к ней, когда они остановились на светофоре. Так как вождение с елкой на крыше заставляло Рони нервничать, Ной сел за руль. Парень заметил, что глаза девушки сияли так, как обычно сияют, когда она взволнована или счастлива.

— Я просто рада, что, наконец, возвращаюсь к жизни. Я так благодарна Нелли. Я бы не переступила порог спортзала без ее давления.

— Я тоже ей благодарен за это. — Их глаза встретились, и это сияние сменилось чем-то другим. Чем-то похожим на дискомфорт или хуже — на страх. — В том смысле, если бы ты не пришла в зал, то мы бы никогда не познакомились, верно? У меня появился замечательный друг и место, чтобы остановиться на время. Клянусь, я благодарен.

Вероника улыбнулась, и Ной нажал на газ. Остальная часть дороги прошла тихо. Ной сделал глубокий вдох. С этого момента стоит быть осторожным в том, что он говорит ей, особенно, если это касается его чувств.

Глава 14

Ной снял елку с крыши машины и занес в дом с небольшой помощью Вероники.

Вдвоем они поставили ее в гостиной. Ной включил радио, и они начали украшать. Вероника старалась не показывать, как нервничает из-за того, что рядом Ной. А парень казался довольным. В его глазах был блеск, но через пару песен она заставила себя отвлечься и наслаждаться вечером и украшением.

— Ох, а сейчас моя любимая часть.

Рони принесла небольшую деревянную табуретку из кухни в гостиную и поставила рядом с деревом. Ной улыбался с любопытством, когда девушка взяла небольшой сверток бумаги из коробки и осторожно развернула его. Красивая и очень хрупкая хрустальная звезда, какой Вероника ее запомнила.

— Необычная, — сказал Ной, признавая, что ему нравится.

— Она была в семье поколениями.

Ной убрал тут же руки.

— Тогда я не трогаю. Могу разбить.

— Тебе и не надо. — Вероника усмехнулась. — Это была моя работа вешать ее на верхушку Рождественской елки с пяти лет. Я делала это каждый год. Моя бабушка говорила, что традиция передается новым членам семьи, но так как никто не родился после меня в семье, я — единственная, кто это делал все время.

Рони встала на табуретку и продолжила аккуратно надевать звезду на самую верхушку дерева. Ей потребовалось несколько раз, чтобы, наконец, получилось. Когда девушка медленно убирала руку, стараясь не затронуть елку, табуретка зашаталась.

— Осторожно!

Ной потянулся к ее руке, но, девушка, слегка испугавшись, инстинктивно убрала руку перед тем, как их пальцы соприкоснулись.

— Я в порядке.

Рони дернулась назад. Резкое движение пошатнуло табуретку, и она полетела вниз прямо в его руки.

Табуретка перевернулась, но Ной держал ее в безопасности. Соприкосновение их тел обрушилось реальностью: она была в больших и сильных руках Ноя.

Вероника почувствовала, как бьется его сердце напротив нее.

— Ты в порядке?

Вероника кивнула. Предательские глаза медленно прошлись от его глаз к губам, и несмотря на то, что ей следовала взять себя в руки, она не могла. Ной облизнул нижнюю губу, а Рони смотрела, представляя, как красивые губы будут ощущаться. Он слегка сжал ее в руках. Это правда произошло? Она собиралась позволить поцеловать себя?

Неспособная контролировать это чувство, Вероника вздрогнула и крепко закрыла глаза, борясь с желанием продлить этот момент.

— Что случилось?

— Ной, — наконец Вероник нашла в себе силы слегка оттолкнуть его.

— Что не так? — беспокойство в его голосе было очень нежным.

— То, что случилось сегодня в спортзале… Я… — девушка посмотрела в сторону, фокусируясь на звезде, находящейся на дереве. — Просто не хочу, чтобы у тебя было неверное представление о нас. Мне нравится, то, как у нас все с тобой сейчас.

— Я обожаю это.

Девушка повернулась к нему. Господи, она надеялась, что он поймет.

— Я тоже. И поэтому мы должны придерживаться этого. Если все изменится…

— Хорошо, — Ной как-то быстро отреагировал, и Вероника отметила беспокойство в его глазах. — Я не хотел причинить тебе дискомфорт.

— Это не так. Просто твоя дружба очень много значит для меня. Хочу, чтобы ты это знал.

— Я знаю, и не беспокойся: я чувствую то же самое, — сказал Ной, глядя на нее.

Наконец, нервозность, что Вероника испытывала, когда он встретился лицом к лицу с Эдвардом в спортзале, немного спала.

— Хорошо, — надеясь немного снять напряжение, Рони посмотрела на звезду и улыбнулась. — Смотрится неплохо, правда?

— Идеально, — практически пробормотал Ной.

Вероника продолжала наслаждаться елкой, стараясь сфокусироваться на воспоминаниях, когда они украшали ее вместе с мамой, дедушкой и бабушкой. Вместо этого ее мысли в голове были заняты тем, что произошло, и что случилось, если бы поддалась искушению. Зашло бы это дальше, чем просто поцелуй? Вероника повернулась к нему и улыбнулась, пока картинка, как она раздевает его, не стала слишком яркой.

— Я нагуляла аппетит. А ты?

— Вообще-то еда сейчас была бы как раз кстати, — Ной улыбнулся, следуя за ней из гостиной.

Снимая с себя все напряжение, Вероника направилась на кухню. Ей совсем не хотелось есть. Ей просто необходимо сменить тему разговора и настроение, быстро.

— Так, о чем ты просил Санту в этом году, Ной?

— У меня уже есть все, что надо.

Вероника повернулась к нему возле холодильника.

— Правда? — Вероника не хотела докапываться и заставлять его думать, будто она собирается что-то дарить, поэтому не знала, что бы было уместнее ответить.

Вероника надеялась получить хотя бы намек на что-то простое и веселое. Она повернулась и посмотрела в холодильник, стараясь звучать как обычно.

— Никакого особенного вида печенья или гаджета, которыми бы ты хотел себя побаловать?

Ной покачал головой.

— Неа. А что насчет тебя?

— Я обычно хожу по магазинам после праздников, когда все на скидках.

— Но ты должна что-то открыть на рождественское утро, — настаивал Ной.

Вероника достала пастрому[11] и начала распаковывать ее.

— Дон Роберто, который живет через дорогу, что-то мне принес. Уверена на сто процентов, что это джем. У него есть слива, и он делает джем каждый год, а затем раздает баночки всем сотрудникам на Рождество. Но он всегда упаковывает в красивый мешочек, так что его и открою, — Вероника улыбнулась. — И Нелли забросила мне подарок чуть раньше, так как она будет в путешествии целую неделю.

Рони подняла глаза и увидела, как он нахмурился.

— Так ее снова не будет. Как ты проведешь Рождество?

— Как и всегда. В пижаме устрою марафон по просмотру праздничных фильмов, — девушка помешала пастрому на сковороде.

В инструкции сказано использовать микроволновку, но ей нравится, когда мясо хрустит.

— У меня нет пижамы, но могу посмотреть с тобой в спортивном костюме.

Вероника не поднимала глаз с плиты. Она ненавидела чувство восторга от того, что Ной хочет провести с ней весь день, смотря фильмы, но просто не могла удержаться. Прежде чем Рони успела ответить, парень снова заговорил.

— Говоря о Рождестве, Джек проводит ежегодный Рождественский ужин для работников спортзала в эти выходные. Ты должна пойти со мной.

Вероника посмотрела на него, пока переворачивала мясо на сковороде. Беспокойство снова начало закрадываться. Ной приглашает ее на свидание?

— Рождественский ужин?

— Ага, это не корпоративный вечер или типа того. Джек оставляет выбор места на сотрудников, и у нас на уме всего два: «У Рио» — пиццерия рядом с клубом, где мы были раньше или «У Шанте» — дешевый мексиканский ресторан морской кухни на Эвергрин.

— Я была в «У Шанте». У них хорошая еда.

Ной улыбнулся.

— Значит, там и проведем в этом году. Полностью неформально, но весело.

— Разве там не должны быть только сотрудники?

— Смеешься? Джек заплатит только за нас, но придут все. Как после боя тем вечером. Сестры Джио придут тоже.

Вероника пожала плечами. Если она хочет, чтобы все оставалось, как прежде между ней и Ноем, то ей нужно перестать делать из мухи слона, когда что-то касается их совместных занятий или его слов.

— Давно не была в «У Шанте». Мне нравится фахита[12] с креветками.

— Черт, звучит хорошо. Мы закажем это в субботу.

На том все и решили. Вероника собиралась пойти на Рождественский ужин с ним.

«Не как пара, а просто за компанию», — говорила Вероника себе. — «Просто как друзья».

Субботняя тренировка снова была короткой. Рони хотела уйти пораньше, чтобы принять душ и успеть подготовиться к ужину. Большинство парней просто смысли пот в душе спортзала и направились прямиком туда. В прошлом Ной бы сделал то же самое. Он не шутил, когда сказал, что это будет полностью неформальное мероприятие. Но сегодняшний вечер был другим.

Ной все никак не мог преодолеть тот электрический ток, что пронизывал его с того самого вечера, когда близко держал Рони к себе. Он никогда прежде этого не чувствовал. Но самое запоминающееся, то, что Ной не мог перестать думать о том, что Рони почувствовала то же самое. Этого нельзя отрицать. Несмотря на то, что девушка боролась с этим, Ной все видел в ее глазах, чувствовал ее дрожащее тело. Это обнадеживало. Надежда состоит в том, что если бы Рони испытывала к нему те же чувства, что и он, и не отрицала бы, то Ной мог бы убедить, что все, что между ними, сработает.

Ной понимал ее беспокойство разрушить их дружбу. Он тоже этого боялся, даже больше. Даже не хотел думать о том, что они дальше пойдут по отдельности. Но это случится только тогда, когда между ними ничего не получится, но причин для этого нет. Они так хорошо ладят. Насколько парень знал, Вероника для него была идеальна. К черту разницу в возрасте. Это ни черта не значит для него. Теперь, когда Рони призналась, что больший страх для нее — это разрушить их дружбу, Ной еще больше надеялся, что все эти штучки с возрастом не большая проблема для нее.

Сегодня вечером начнется операция под названием «Заставить Веронику увидеть, что они значат друг для друга».

После душа Ной нанес чуть больше спрея после бриться. Рони упомянула раньше, что ей это нравится. Послышался стук в дверь, как раз, когда он натянул джинсы. Ной застегнул застежку и пуговицу.

— Входите.

Дверь открылась, и на половине пути он увидел, как глаза Вероники широко распахнулись.

— Извини, я не хотела…

— Все в порядке, — Ной усмехнулся, натянув майку.

Реакция девушки на вид его тела без майки была чертовски забавной.

— Готова идти?

Вероника толкнула дверь чуть вперед.

— Я знаю, ты сказал, что все будет неформально, но не думаешь, что это выглядит слишком неформально?

Ной не мог поверить своей удаче. У него была возможность оценить ей полностью. Он делал это часто, но только если Рони не видела. Девушка даже поставила руки на талию. Спасибо, Господи. Ной начал осматривать ее медленно сверху вниз, а затем в обратном направлении. Девушка надела джинсы и свои серые ботинки с мехом, в которых она ему очень нравилась. Ее V-образный вырез свитера сочетался с обувью, а эти обворожительные темные кудри спадали вокруг лица. Ной сглотнул и понял, что зашел дальше, чем просто оценить. Его глаза почти обесчестили ее.

— Ты… ты выглядишь замечательно.

Ной остановил себя прежде, чем сказал то, что хотел. Вероника выглядела чертовски привлекательно, но парень не хотел спугнуть ее. Тогда она была поражена их почти-поцелуем. И на мгновение после того, как Рони упала в его объятия, Ной подумал, что она сбежит из комнаты, как делала это раньше.

Было бы непросто ее отпустить.

Рони сморщила нос улыбаясь.

— Не слишком повседневно? В смысле, место и так повседневное, но это же Рождественский вечер.

— Поверь мне. Большинство парней придут туда прямо из спортзала. Джек, вероятно, тоже. Увидишь, вот что он будет одет.

Выражение лица Вероники смягчилось.

— Хорошо, ну тогда, думаю, я готова, если ты тоже.

Ной закончил обуваться, и они тронулись в путь. Когда он подъехал к ресторану на узкой улочке, то отметил, как много машин уже припарковано рядом. С каждым годом их Рождественская тусовка становилась больше. В следующем году им стоит подыскать другое место или остановится на «У Рио». Ной не хотел упоминать про Рони, что причина, почему они выбирали либо это место, либо «У Рио» заключалась в том, что там не требовали удостоверение. Веронике не нужно еще одно напоминание о том, что парень чертовски молод для всего.

В животе все сжалось, когда Ной увидел «Хонду» Риты. Он забыл, что, как и в прошлом году, девушка приехала на несколько дней раньше Рождества. Ной больше не беспокоился о парнях, которые говорил о его «поездке» с ней на День Благодарения. И если Рита увидит его с другой девушкой, то не станет говорить или делать что-то не то. Джио даже не надо будет ее предупреждать. Рита просто не такая. Но теперь у Рони будет напоминание о комментарии Гектора. Напоминание его молодости, незрелости и «необъезженности».

Да к черту все это!

Они припарковались и вышли из машины. Ной даже не заметил, что хмурился, пока не взглянул на Рони, когда шли по парковке. Вероника странно смотрела на него.

— Что-то случилось?

— Нет, совсем ничего, — он выдавил из себя улыбку.

Ной попытался сбросить напряжение, которое нарастало.

Ресторан находился в здании, которое было раньше старым домом. Дверные проходы были узкими. Ной придержал дверь и позволил ей зайти первой, так как двоим было невозможно пройти. Колокольчик над дверью зазвенел, и какая-то испанская рождественская музыка заиграла в автомате. Парни уже были здесь. Почти все столы были заняты, но друзья заняли им места.

Джио, очевидно, ожидал реакции Ноя на присутствие Риты, потому что занял места самые дальние от нее. Рита сидела с сестрой на другом конце стола. Они прошли сквозь толпу в ресторане и махали всем по пути, пока не заняли места.

Вероника и Ной сели между Джеком и Джио.

— Все уже сделали заказ, но девушка сказала, что подойдет, когда вы придете, чтобы принять его у вас двоих. Заказывайте, что хотите. — Джек улыбнулся Рони. — Вы тоже, молодая леди.

Ной вздохнул, чувствуя себя лучше не только из-за того, что Рита сидела на другом конце стола, как и Гектор, но и, видимо, потому что тот лишь слегка помахал им в знак приветствия, что значит, парень не будет представлять Риту Веронике. Еще одна вещь, вызвавшая у него улыбку — это то, как идеально ощущается идти вместе с ней. Теперь все предполагали, что они пара, и, кажется, ни для кого это не было странным.

Они заказали фахиту с креветками, и Рони не моргнула, когда официантка спросила, не хотят ли они блюдо на двоих. Они разделили одну тарелку как настоящая пара, и словами нельзя было передать, как обрадовала его такая тривиальная вещь. Это не только заставило его почувствовать себя незрелым, также был уверен, что только чертова девочка-подросток будет этому рада!

Все шло спокойно, пока не начали выносить тарелки. «Шанте» был известен своими огромными порциями. Каждая тарелка, которую ставили на стол, комментировалась.

Официантка поставила перед Ритой тарелку. Это была большая красная гора. Сестра Джио захихикала, пока глаза Риты становились шире.

— Черт! — сказал Эйбел смеясь. — Рита, что это такое?

Ной замер. Внимание Рони уже привлекло происходящее на другом конце стола, но Ной взглянул на нее после упоминания имени Риты. Глаза Рони метались между лицом Риты и стоящим перед ней буррито.

— Это влажный буррито[13], — сказала Рита смеясь. — Никто не сказал мне, что оно будет такое большое.

Сестра Джио засмеялась еще сильней, как будто ее обманули. При том хорошенько. Должно быть, это был самый большой буррито, что он видел в своей жизни. Если бы у него не вздулся живот, Ной бы тоже смеялся со всеми. Вместо этого, парень продолжал смотреть на Рони, чьи глаза приклеились к Рите на долгую минуту по крайне мере.

К счастью, их поднос с горячей фахитой вынесли, и все внимание было приковано к ним.

— Черт возьми, выглядит отлично! — сказал Джио.

Если тарелки других были слишком большие, то их была простой нелепой, из-за того, что предназначена для двоих.

— Мы никогда не закончим есть ее, — глаза Рони расширились, и, к облегчению Ноя, она улыбнулась.

— Не волнуйся, — сказал Ной, потянувшись к тортилье. — Я пропустил обед, так что очень голоден.

Все обратились к еде, и имя Риты больше не упоминалось. По крайне мере не на их конце стола и не так громко, что Ной или Рони могли услышать. Но он заметил, как Рони несколько раз смотрела в сторону Риты. Девушка была аккуратна в этом, но Ной уже стал чертовым параноиком, что подмечал это каждый раз.

Ной наконец-то расслабился, когда люди закончили ужинать и стали двигаться, разговаривая с теми людьми, с которыми у них не было возможности поговорить во время ужина. Он выпрямился немного, когда увидел, что младшая сестра Джио, Приа, и Рита идут в сторону их стола.

— Что вы, ребята, заказали? — девушки прошли мимо них и сели во главе стола, поворачиваясь к ним лицом. — О, Боже, Джио, — Приа засмеялась. — Суп? Серьезно?

— Это их суп «Семь морей». Ты не видела, сколько там было морепродуктов.

— Блин, черт, — засмеялся Эйбел. — Тарелка такая большая, что в ней можно купать ребенка.

Все засмеялись. Ной нервно засмеялся, надеясь, что ничего глупого не будет сказано о нем и Рите. Он доверял своим друзьям, и даже Гектор знал, что нельзя ничего портить, но не мог перестать волноваться.

— Как были ваши фахиты, Ной? — спросила Рита. — Еда пахла божественно, когда поднос проносили мимо нас. Но, Господи, этот поднос был такой большой.

— Очень хорошо, — ответил Ной, ненавидя, что ему придется сейчас представить ее Рони. — И да, порция был на двоих. Мы вместе разделили, — он показал на Рони. — Это Ро… эм… Вероника, моя соседка.

— Просто скажи Рони, чувак, — произнес Гектор, подходя и становясь позади стула Эйбела. — Ты ее так называешь.

Ной сжал губы вместе и проигнорировал Гектора.

— Вероника — это кузина Джио, Рита.

Рита широко улыбнулась.

— Приятно познакомиться, Вероника.

— И мне тоже, — ответила Рони.

Ной не мог поверить, как неудобно ему было в тот момент. По большей части они говорили о еде, а затем перешли к играм, в которые они будут играть на Рождество у Джио. Внезапно они засмеялись, вспоминая прошлый год.

— Помнишь, твоего дядю и коробку с салфетками и мячом, — произнес Эйбел смеясь.

Они снова захохотали. Даже Ной не смог удержаться.

— Коробка с мячом? — спросила Рони.

К удивлению Ноя, Рита была единственной, кто заговорил, чтобы объяснить, пока продолжала смеяться.

— Мы играли в игры, где они привязывали позади тебя коробку с салфетками с теннисным мячиком внутри, — девушка остановилась, чтобы посмеяться, качая головой и прикрывая рот рукой. — И участник должен был трясти задницей, прыгать, качаться, делать все что угодно, чтобы шарик выпал из коробки. Это занимает время, так что кто быстрее справляется — выигрывает. Все уже сделали, пока не настал черед моего папы, и когда музыка заиграла, все глаза были прикованы к нему, а он начал сексуально танцевать вместо этого.

— Было так смешно! — сказала Приа. — Мы всегда играем в такие глупые игры. Это очень весело. Ты должна прийти с Ноем в этом году.

— Да, приходите вместе, Ной, — добавила Рита. — Ты будешь смеяться до упаду, — сказала она Веронике. — И, — девушка закатила глаза, — особенно от выходок моего отца. Но будет весело.

— Я… эм… — Рони посмотрела на Ноя.

Зная, что ей некуда идти на двадцать четвертое и на Рождество тоже, он ответил вместо нее прежде, чем Вероника придумала оправдание.

— Я приведу ее.

Возможно, из-за того, что все смотрели, Рони просто улыбнулась и кивнула.

— Конечно, будет весело.

Ной улыбнулся удовлетворенно, но только мог надеяться, что Рони не злилась из-за того, что он поставил ее в такое положение. Когда все смотрели на нее, разве могла отказать?

Как ни странно, в итоге все прошло хорошо. Ной начал этот вечер в страхе из-за того, что Рони и Рита будут в одном помещении, но именно благодаря Рите, сочельник Ной проведет вместе с Рони. Парень ожидал, что Рита будет милой и, в отличие от большинства девочек, она не будет язвить из-за того, что увидела его с другой. Это просто не про нее. Чего он не ожидал, так это изменения настроения у Рони, которая увидела Риту там. Конечно, девушка согласилась отпраздновать сочельник вместе, но даже сейчас, когда они шли к ее машине, у Ноя было странное чувство, что она еще может отказаться.

Глава 15

«Не говори ничего».

«Не ходи туда».

— Так это была та самая Рита?

Ах! Девушка чувствовала себя жалкой.

В ту же секунду, как Вероника услышала имя Риты и поняла, что это та девушка, с которой недавно был Ной и с которой еще будет, все внутри воспламенилось. Вероника никогда не была такой девушкой, но, несмотря на все ее усилия, не могла перестать смотреть на нее. Она практически потеряла аппетит и заставляла себя есть, пока старалась не смотреть на Риту.

— Эм, да, — Ной пересел на пассажирское сидение.

Вероника почувствовала, что ему неловко, еще в ресторане.

— Она кажется милой.

Это правда. Слишком милая.

— Так и есть, — ответил Ной, глядя в окно.

— Она красивая.

Если ему больше нравится спортивная девушка с большими сиськами.

Вероника практически могла себе представить, как эти большие шары подпрыгивали над Ноем, когда Рита его объезжала. В этот раз Вероника была тем человеком, который посмотрел в окно, сжимая зубы и крепко зажмурив глаза. Пусть это прекратится.

— Возможно.

Ной, очевидно, не собирался участвовать в разговоре, но по каким-то глупым причинам Вероника просто не могла это так оставить. А должна была бы. Особенно после того, как поняла, что чувства Ноя пересекают черту дружбы, и ей нужно это срочно остановить. Вероника уже приняла осознанное решение держаться подальше, но все внутри просто кипело от мысли о нем и Рите, и где Ной, должно быть, будет проводить свое свободное время, когда она в городе.

— Думаю, теперь вы двое будете тусоваться вместе раз Рита приехала на праздники, верно?

Ее тупость не прекращалась.

Ной заерзал снова и откашлялся.

— Не знаю. Мы ни о чем таком не говорили. Скорее всего, нет. — Вероника ухмыльнулась. Вышло немного саркастично и громче, чем она ожидала. — Что? — спросил Ной, поворачиваясь к ней.

— Ничего. — Вероника перестала вести себя как дурочка, и пожала плечами.

— Не похоже на «ничего».

Рони смотрела вперед, не желая переводить взгляд на него.

«Просто отпустить. Сказать, что думала о чем-то своем».

— Просто… ну, ты понимаешь. После того, что сказал Гектор на днях, уверена, ты найдешь время.

Почему Вероника никогда не прислушивается к голосу разума?

— Если бы ты знала Гектора чуточку лучше, то понимала бы, что половина вещей, которые вылетают у него изо рта — это чушь собачья.

Наконец-то, девушка заставила себя поступить правильно и сменить тему разговора, но успев еще закатить глаза.

— Слушай, насчет кануна Рождества…

— Если у тебя нет других планов, Рони, то ты идешь. Я не хочу, чтобы ты оставалась дома одна.

— Но…

— Если ты не пойдешь, то я останусь дома с тобой.

Вероника нахмурилась, заезжая на дорожку своего дома. Девушка согласилась пойти, но была намерена всеми силами настоять на том, чтобы остаться дома. У Ноя и Риты не было шанса за ужином побыть наедине и тем более заняться чем-то более привлекательным. Но Вероника точно знала, что не хотела бы стать свидетелем этого. В канун Рождества будет выпивка и атмосфера, которая располагает их к большему общению, но Рони не может позволить ему остаться дома из-за нее.

Они оба вышли из машины и направились к входной двери.

— Ной, ты просто не можешь так поступить. Просто мне будет удобнее остаться дома. Это твои друзья. Из-за того, что я твоя соседка…

— Ты тоже мой друг, помнишь? Насколько я сейчас знаю, мы больше, чем друзья. — Вероника замерла, открыв дверь и глядя на него. Их глаза встретились, а затем Ной добавил: — Мы как семья теперь.

Девушка медленно выдохнула и зашла внутрь, пока Ной был позади.

— В смысле, это же разумно, да? У тебя никого нет, и у меня, но мы есть друг у друга. Если ты хочешь остаться в сочельник дома, то мы останемся дома, но я тебе не позволю быть одной.

Вероника вздохнула, пока шла в столовую. Ной не давал ей шанса. Оставаться дома — не вариант. Она не может позволить пропустить ему еще одну праздничную традицию. Рано или поздно ей придется стиснуть зубы и вытерпеть все. Если они продолжат быть соседями — друзьями, то и ей придется с этим смириться. Видеть Ноя с другой женщиной — это неизбежно, нравится ли ей это или нет. Придется к этому привыкнуть.

Положив кошелек на стол, Вероника слегка улыбнулась ему.

— Мне надо что-то приготовить. Не могу же я пойти с пустыми руками.

Ной усмехнулся довольный.

— Я помогу тебе. Ты не должна за это расплачиваться одна.

На этот раз она улыбнулась более искренно, хотя идея быть в окружении Ноя и Риты заставляла ее нервничать больше, чем Рони могла признать.

Пару вещей сегодня подтвердились. Во-первых, «друзья с преимуществами» у Ноя в порядке вещей. Все предполагали, что между ним и Вероникой что-то происходит. Но Риту это, кажется, не волновало совсем. Вероника бы так не смогла. Сначала девушка подумала, что это в силу возраста, но она была уверена, что даже в двадцать не смогла бы смотреть на парня, с которым переспала несколько недель назад, идущим с другой девушкой, и быть милой при этом. Это просто другой тип личности, не такой, как у Вероники. Точка.

Во-вторых, большинство парней даже не пытались скрыть свои открытые взгляды на бюст Риты. Это было так очевидно, что даже смешно. Нелепая теория Вероники заключалось в том, что Ной защищает своих друзей, особенно девушек, и поэтому ведет себя так, как с Эдвардом в спортзале. Вероника смотрела, как парни открыто флиртуют с Ритой, а Ной даже глазом не моргнул. Его вообще не волновало это. И это привело ее к последнему заключению, которое назревало последние недели.

Молодой и впечатлительный Ной начал влюбляться в нее и в процессе становился собственником. Рони нужно всеми силами это прекратить. И все равно, когда девушка говорила себе это, то делала шаг назад. Возможно, одобряя его поступки.

Сначала Рождественский ужин с его коллегами. Теперь канун Рождества с его друзьями, которых Ной считал ближе, чем семья. Так много всего. Нужно притормозить.

Ною, наконец, удалось убедить Веронику принять его сторону. Теперь каждый раз, когда они куда-то ехали, парень был за рулем, пока Рони играла в игры на телефоне.

— Я говорил, что мне удастся уломать тебя, — сказал он, усмехнувшись своей привлекательной улыбкой.

Была только одна единственная вещь насчет телефона, которую Вероника не смогла уловить. Пришло сообщение, и девушка нажала куда-то, что открылось окно на весь экран для прочтения. Она не хотела, чтобы Ной думал, будто ей любопытно, но было просто невозможности не прочитать сообщение, прежде чем поняла, что произошло.

— Ой! Тебе пришло сообщение, — Вероника протянула телефон, чтобы Ной знал, что девушка не пыталась его прочитать, хотя уже это сделала.

Оно было от Джио, который просил его перестать сегодня ломаться.

Ной прочитал сообщение, когда подъехал к светофору на красный и улыбнулся. Парень нажал что-то и заговорил по телефону.

— Я на углу.

Вероника захихикала от того, как это все быстро произошло.

— Серьезно? Тебе даже больше не нужно отвечать?

— Неа, — ответил Ной, вручая телефон обратно.

Вероника снова играла, пока не пришло еще одно сообщение, которое старалась не читать, но уловила, что там что-то про парней, которые сделали ставки на то, появится ли он или нет. Вероника нахмурилась, зная, что причина, по которой они ставили ставку на то, что придет Ной или нет — это она.

Рони отложила телефон в сторону, когда они подъехали к чересчур декорированному дому. К дому, который не поддавался описанию: большие и маленькие цветные фонарики развешены по всюду. Как будто они просто сбросили все украшения, которые собирали двадцать лет, на лужайку.

— Это его дом?

— Ага. — Ной усмехнулся, выходя из машины. — Это знаменитое рождественское фиаско Браво. Оно становится только хуже… эм… лучше с каждым годом.

Они не шутили насчет кануна Рождества у Джио. Для начала его семья была большая. Ной рассказал Веронике, что отец Джио умер несколько лет назад, но мексиканская часть семьи, все еще поддерживала связь с ними и большинство были сегодня здесь. Но еще была часть семьи со стороны мамы, итальянская часть, которая казалось, тоже была в полном составе, и дом был просто полон людей. Отцовская часть семьи принесли тамале и кучу других мексиканских блюд. А часть со стороны матери, о которой Ной упоминал несколько раз, были известные своим страстным отношение к еде, даже когда не было праздников, так что сейчас еды было бесконечно много.

Две буханки хлеба из кабачков, которые Ной и Вероника испекли вместе, быстро затерялись на столе, куда им сказали поставить блюдо. Большая часть молодежи — двоюродные братья и сестры, а также друзья возраста Джио и младше — провели весь вечер на заднем дворе. Казалось, будто здесь собрались три основных поколения. Старшее поколение было представлено тетями, дядями и бабушками с дедушками, которым было от сорока и больше.

Еще были молодые люди, как Джио и подростки, некоторым только стукнуло двадцать со своими девушками и парнями, которые тусовались позади, попивая алкоголь и слушая музыку. Толпа людей, в которой Веронике следовало бы быть — это старшие дородные братья и сестры. Недавно поженившиеся пары, которые занимались своими маленькими детьми и младенцами, разговаривая о беременностях, Санта Клаусе и покупке игрушек.

Некоторое время, размышляя об этом и периодически поглядывая на Риту в поисках признака ревности или обиды, которые не были обнаружены, Вероника решила просто расслабиться и веселиться.

Невероятно, но ее даже уговорили сыграть в одну из глупых игр, где она выиграла приз, хотя была уверена, что ей его дали из жалости. Рони ни капельки не была близка в победе ни в одной из игр. Вероника была смущена встречей с мамой Джио. Единственное, что девушка знала об этой женщине — это то, что она была итальянкой и много готовила. Удерживая в голове этот стереотип, рисовала себе маму Джио маленькой и полной. К большому удивлению Вероники, женщина обладала телом, которому позавидовала бы двадцатилетняя девушка. Мама Джио выглядела очень молодо для своих лет. И ее сыну, достались поразительные зеленые глаза. Так как Джио было двадцать, то Вероника предположила, что ей около сорока, но может только за тридцать.

К концу вечеринки Вероника была сыта и утомлена. Вечер у нее начался со страха, но теперь он ушел. Девушка приятно провела время и должна признать, что это намного лучше, чем быть дома одной.

Когда они пришли, то Вероника предупредила Ноя, что возможно уйдет пораньше, но он может здесь оставаться сколько захочет.

— Мы уйдем тогда, когда ты захочешь, — был безоговорочный ответ Ноя.

Это было также мило, как и беспокойно. Ной становился слишком преданным их дружбе. Несмотря на то, что Рони очень ценила такую преданность, она знала, что Ной не воспринимает это только так.

Но беспокоиться пока не о чем. В ее жизни больше никого не было. Но девушке не хотелось бы просить Ноя закрыть дверь в ту жизнь. Судя по тому, как он разговаривал с Эдвардом, ей нужно научиться справляться с этим, потому что все может ухудшиться.

После пяти миль бега на следующее утро после Рождества, Ной вернулся домой, а Рони все еще спала. Идеально. Он заварил кофе и быстро запрыгнул принять душ. Дверь была закрыта, когда Ной вышел. Переодевшись в свободные спортивные штаны и майку, парень схватил подарок из шкафа, принес в комнату и положил под елкой.

Ной чертовски сильно нервничал. Это было кое-что, что хотел подарить, но боялся, что Вероника посчитает его пошловатым.

Дверь в комнату Рони открылась. Глаза Ноя устремились на сумку под елкой. Еще было время. Он мог нырнуть и забрать, пока девушка не увидит. Но вместо этого сделал глубокий вдох и пошел на кухню.

— Счастливого Рождества!

Звук ее голоса мгновенно вызывал у него улыбку. Ной повернулся с того места, где наливал себе кофе, и улыбнулся.

— Счастливого Рождества.

Ной взял еще одну кружку с подставки и налил немного кофе для Рони.

— Не знаю насчет тебя, но я была бы не против оладий с черникой.

— Звучит отлично, — ответил Ной.

Из всех праздников Рождества, когда он был ребенком, Ной не помнил такого прекрасного чувства, которое почувствовал в этот момент. Кофе и оладьи с Рони, и обещание, что девушка останется с ним целый день. О большем и мечтать нельзя. Но, есть одна вещь, которая бы сделала все еще лучше, но парень не хотел давить.

Ной принес кружку для Рони, и поставил рядом.

— Нужно помощь?

— Нет, — радостно ответила девушка. — Но ты можешь включить Рождественскую музыку.

Ной так и сделал, а потом подошел обратно, чтобы прислониться к столешнице. Он старался не смотреть на ее профиль, но с этой позиции Вероника была самой прекрасной девушкой, которую когда-либо видел. Даже сейчас, утром. Особенно сейчас, потому что этот внешний вид — ее взъерошенные волосы, пижама и большие пушистые тапочки — были предназначены только для него. Никто, кроме него, не мог больше это увидеть.

Рони подняла взгляд и поймала его пялющимся на нее, как влюбленный щенок. Чем больше Ной был рядом с ней, тем меньше усилий прилагал, чтобы скрыть свои чувства. Хотя успел сделать глоток кофе, прежде чем свести ее с ума и разрушить веселое настроение.

— Год почти закончился, Ной. Есть Новогодние обещания?

— Неа, я не делаю обещаний. Я называю это целями, и мне не нужно ждать нового года, чтобы начать двигаться в их направлении.

Рони повернулась к нему с выгнутой бровью.

— Ты прав. Зачем ждать?

— А ты? — спросил Ной с искренним любопытством.

— У меня не совсем цель, но я хочу свою жизнь обратно. Просто надеюсь, что, вернувшись на работу и нагнав все со старыми друзьями, я вернусь к тому укладу, что был раньше. Ну, знаешь, к тому времени, когда не попала в ту черную дыру, в которой была очень долго.

Чувствуя небольшое раздражение от последнего ее заявления, Ной спросил:

— Но ты же не была в ней недавно, правда?

У Вероники получилась гора оладий. Она перевернула последний и добавила немного масла наверх, как делала всегда. Девушка взяла поднос и повернулась к нему.

— Нет. Не была, и мне нужно поблагодарить тебя и Нелли за это.

Они сели завтракать, пока Рони рассказывала о своих планах на следующий год, раздраженно добавляя, что собирается медленно работать над возвращением своей социальной жизни обратно.

— Что это значит? — спросил Ной, втыкая вилку в свой завтрак.

Он заметил, как Вероника перестала резать на мгновение прежде, чем ответить.

— Я делала кое-какие вещи с подругами по работе. Ну, знаешь, ходила на ужины, шоу. Верь или нет, но я играла в теннис несколько раз в неделю. Ничем таким не занималась уже долгое время. Просто закопала себя подальше от всех и всего. Не хочу возвращаться туда, где я была. Хочу снова почувствовать себя обычной.

— Ты должна была сказать. Мы могли бы пойти на шоу или сыграть в теннис.

Ной должен был прикусить свой язык, чтобы не сказать, чего еще. Он знал, что Рони должна почувствовать себя нормальной. Просто обязана. Но мысль о том, что девушка начнет встречаться с парнями, образовалась комом в горле.

Вероника смотрела на него мгновение, а затем улыбнулась.

— Это правда. Мы могли бы. Но я все еще нервничаю из-за возвращения на работу и к своей обычной жизни.

Ной съел все оладьи с тарелки и заметил, что Рони почти закончила. И очень нервничал из-за смены темы.

— Готова открыть подарки?

— Подарки? — Вероника нахмурила брови.

Девушка слизала сироп с нижней губы, и Ной был готов наклониться через стол и помочь ей это сделать. Он смог не пялиться на ее губы слишком долго, а затем встал и отнес свою тарелку в раковину.

— Ты сказала, что твой сосед тебе что-то принес, так? — откашлявшись, спросил Ной.

Ее выражение лица смягчилась, и Рони кивнула в знак согласия.

— И я кое-что тебе достал.

Девушка перестала жевать и посмотрела на него.

— Что?

— Надеюсь, ты не против. Я просто думал… что это Рождество, и мы соседи. Друзья сейчас, и…

— Я не против, — Вероника встала и улыбнулась. — Подожди. Дайте мне пойти и взять, что я тебе подготовила.

Внутри Ноя все упало, пока он смотрел, как девушка поспешила к себе в комнату. Рони подготовила ему подарок? Он поднес руку ко лбу в панике. Что если девушка купила ему что-то дорогое? Святое дерьмо.

Вероника вернулась обратно в гостиную с большой улыбкой на лице, когда он подошел к елке. Рони опустилась на колени рядом с деревом и вручила ему подарок.

— Ты должен первым открыть.

— Я? Почему? — Ной тоже опустился на колени рядом с ней.

— Увидишь, — Вероника улыбнулась ему так ярко, что он не смог сдержать улыбку в ответ.

— Просто открой его.

Ной взял пакет и медленно достал бумагу. К его облегчению, эта была одежда. Он доставал по одной за раз. Двое пижамных штанов: одни с логотипов «Raiders»[14], а другой — с «Dodgers»[15]. Ной рассмеялся.

— Я старалась найти штаны, на которых бы были изображены боксерские перчатки или что-то похоже, но не было ничего, — Рони прелестно надула губки. — И я помню, как ты с парнями из спортзала ходил на «Raiders» и «Dodgers».

— Это очень круто, — Ной улыбнулся, доставая две темные мягкие с длинными руками и круглыми вырезом майки, а также две пары термоносков с резиной на подошве.

— Нескользящие?

— Конечно, мы не хотим, чтобы ты упал! — Вероника рассмеялась.

Ной отложил подарки и наклонился, чтобы обнять ее.

— Спасибо, — сказал парень, вдохнув ее запах и почувствовав мягкое прикосновение ее волос к своему лицу.

Чувствуя ее руку у себя на спине, он крепко сжал глаза и сделал глубокий вдох чистой, наивной и свежей Рони. Это был первый раз с того дня, как она упала к нему в объятия, чтобы он мог подержать ее. Было чертовски приятно, но Ной знал, что это должно закончиться, поэтому медленно отодвинулся, встретив ее озабоченный взгляд.

— Ты должен переодеться в одни из них. Для этого должен был открыть первым. Помни, Рождество — это пижамный день.

— Так и сделаю. Как только ты откроешь свой.

Ной взял пакет из-под елки и вручил ей. Вероника медленно взяла его, как будто боялась того, что было внутри. Облегчение пронеслось по ее лицу, когда она достала тапочки в виде кролика и рассмеялась.

— Подумал, что твои уже износились немного.

— Что? — ее глаза были прикованы к тапочкам, а затем она рассмеялась и согласилась.

Одного глаза кролика на тапках не было.

— Думаю, самое время их надеть.

Рони сняла свои старые тапочки и начала натягивать новые. Ной сглотнул, ожидая момента, когда девушка заметит. Вероника просунула половину стопы, и затем увидела смятение на его лице и посмотрела в упор. Ной пожал плечами. Рони медленно сняла тапки и достала рукой что-то, завернутое в красную бумагу.

Снова Вероника посмотрела на него вопросительно.

— Открой.

Рони так и сделала. Ей понадобилось пару секунд, чтобы открыть и понять, что это медаль. Та, которую выигрывают атлеты на соревнованиях.

— Прочитай, что там написано.

Девушка посмотрела на Ноя, а затем прочитала.

— Чемпион.

— На другой стороне еще, — сказал Ной.

«Сорок фунтов[16]. Ты сделала это, Рони. Я знал, что ты справишься. Очень горжусь тобой. Ной».

Он сильно занервничал, когда увидел, что Вероника сейчас расплачется.

— Я так много раз хотел тебе сказать, как горжусь тобой.

— Все благодаря тебе.

— Знаю, но так как ты мой первый подопечный, то я хотел сделать что-то большее. Джек дал мне шанс, когда вы с Нелли пришли, — Ной замолчал на секунду, пока Рони надела медаль через голову. Затем смотрел, как девушка подняла свои кудри, чтобы ленточка упала ей на шею. — Я понятия не имел, но ты оказалась борцом. После первой тренировки… — он остановился, когда увидел, что Вероника опустилась на колени перед ним. Он тут же опустился тоже. — И был не уверен, что ты снова вернешься.

Когда она была достаточно близко, Рони обернула руки вокруг его шеи, а Ной обернул вокруг ее маленькой талии, погрузив лицо в ее кудри. Они держали так друг друга долгое время.

— Я так рад, что ты вернулась, — прошептал Ной.

Она отодвинулась и обхватила его лицо руками, а затем нежно поцеловала в щеку, но так близко к его рту, что затронула уголок губ, и не отодвинулась. Ной почувствовал, как Рони задышала чаще, и поцеловал ее в то же место. Наконец, Вероника сделала глубокий вдох и отодвинулась настолько, чтобы прижаться лбами, и улыбнулась.

— Я тоже рада, что вернулась. Спасибо тебе. Это много для меня значит.

Ной смотрел на девушку, едва дыша, не желая, чтобы этот момент заканчивался.

— Счастливого Рождества, — прошептала Вероника.

— Счастливого Рождества, Рони, — прошептал в ответ Ной.

Парень смотрел на нее еще секунду, а затем улыбнулся.

— Теперь одевай свои штанишки. Нам нужно еще посмотреть марафон.

Глава 16

«Извини, я не получал весточек от тебя на праздники. Надеюсь, ты в порядке. Я правда надеюсь, что тебе стало лучше. Я всегда рядом. Ты знаешь это. Счастливого Нового Года».

Вероника снова перечитала сообщение от Дерека. Девушка знала, о чем он думал. Что она погрязла в жалости к себе на все праздники, одинокая и убогая. Мужчина так много писал ей последние несколько недель, что если бы она не знала его лучше, то подумала бы, что совесть из-за вины вернулась к нему.

Рони не ответила ни на одно сообщение. Может быть, стоило бы. Чтобы снять с себя подозрения. Дать ему знать, что пока он думал, будто Вероника погребена в горе и самобичевании, она не только провела лучший День Благодарения, но и лучшее Рождество за всю свою сознательную жизнь.

После удовлетворения практических всех Рождественских желаний и возможного разрушения праздничного настроения, которое удалось предотвратить, друзья провели самый идеальный день, смотря вместе фильмы. Они разговаривали и смеялись целый день. Помимо моментов, когда Рони вспоминала, что все то же самое они делали с мамой, это было лучшее Рождество. Вероника носила свою медаль весь день. Даже когда Ной подразнил ее и сказал, что она не обязана этого делать, девушка все равно не сняла ее.

Рони посмотрела на телефон еще секунду другую и решила не отвечать, бросив его на кровать. Ее ждал новый день. Она предупредила Ноя, что, возможно, не придет на тренировку вечером. В торговых центрах после Рождества становится только хуже, чем за несколько недель до него. Во всех магазинах скидки и распродажи. И Веронике нужен новый гардероб для работы.

Это будет еще одна трата денег, которая не может подождать. Если Рони собиралась начать все заново, ей нужна одежда для этого. Она взяла свою кружку-термос и направилась к задней двери.

Ной заменил дворники за день до того, как она сказала, что едет на шопинг. Парень знал, что погода остаток недели будет так себе. Вероника улыбнулась, помня его слова: «Я не хочу беспокоиться».

Ной был такой милый. Рони вздохнула. Если бы он был на пару лет старше. Черт возьми. Вероника села в машину и вставила ключ в зажигание. Машина издала трескающийся звук со свистом, но не завелась. Ее плечи опустились.

— Не-е-е-т!

Девушка попробовала снова: шуми ничего больше. Ее голова опустилась на руль, и она позволила просидеть себе так минуту. Молясь про себя, и попробовала снова. Ничего.

— Черт побери! — Рони стукнула по рулю.

Это было самое худшее время для того, чтобы ее машина сломалась. Ее первый день на работе начинался меньше, чем через неделю.

Выпрямившись, девушка быстро начала думать. Что делать? Вероника быстро наклонилась, достала свой кошелек, а затем и ключи из зажигания. И уже через минуту звонила в автосервис.

Должно пройти, по меньшей мере, полчаса, пока приедет эвакуатор, чтобы забрать машину. Ее день шопинга был полностью разрушен. Вероника позвонила подруге. Может, случиться чудо, и она будет свободна в этот день. Рони не разговаривала с Нелли с тех пор, как девушка уехала на круиз за несколько дней до Рождества.

— Привет, незнакомка, — ответила Нелли.

Не зная, куда идти, Вероника плюхнулась на диван.

— Как ты? Как прошел круиз?

— Замечательно. Как ты провела Рождество?

— Тихо. Мы устроили марафон просмотра фильма на целый день, — Вероника практически сказала, что замечательно, но знала, что второй вариант будет лучше.

— Ох, хорошо. Я боялась, что ты провела день одна. Ной был с тобой?

Вероника закатила глаза, стараясь не чувствовать обиды. Нелли уже несколько дней была дома после круиза, но даже не подумала позвонить. Рони пришлось напомнить себе о всех самоотверженных попытках Нелли вернуть ее в человеческое состояние снова.

— Да. Было неплохо.

— Что теперь планируешь?

— Сижу и жду эвакуатор. Моя тупая машина не заводиться, и я начинаю работать на следующей неделе. Нужно убедиться, что автомобиль заработает к этому моменту.

— Ну, это ужас. Но по крайне мере у тебя есть пару дней, чтобы все поправить?

Вероника нахмурилась. Девушка подумала об этом на мгновение перед тем, чтобы сказать. Она очень надеялась, что Нелли предложит ее забрать.

— Самое худшее, что я должна была сегодня поехать на шопинг и купить одежду на работу. Я была уже готова, а машина не завелась, — Рони ждала, скрестив пальцы.

— Ох, милая. Ну, может машину починят до начала работы, — подруга сделала паузу, и Вероника услышала ее вздох. — Милая, я бы предложила тебя забрать, но так как мы были на каникулах, то теперь нам надо восполнить все, что пропустили. Рик как раз заносит вещи в машину. Мы направляемся на север к его сестре на несколько дней. При других обстоятельствах, ты же знаешь, я была бы рядом.

По каким-то глупым причинам, высказывание подруги вызвали слезы на глазах. Кроме Нелли, у нее был только Ной, и что-то внутри подсказывало ей, что это только вопрос времени, когда он тоже уйдет.

— Я знаю, — сказала Рони, заставляя себя не расплакаться.

— Я не вернусь до Нового Года, милая, но после мы встретимся и сходим по магазинам, хорошо?

Вероника кивнула и пожелала ей безопасного путешествия. Девушка села, чувствуя себя как никогда жалкой. Она встала, напоминая себе о том, что скоро вернется на работу и встретится со всеми, с кем потеряла контакт два года назад. У нее было много друзей. Они перестали звонить, когда Рони просто не перезванивала.

Телефон был раздвижной, поэтому она двигала его вверх и вниз, снова и снова, глядя в упор, пока стояла возле кухонного шкафчика. Вероника снова раздвинула его и отмотала к последнему сообщению Дерека.

«И тебе счастливого Нового Года».

Ее большой палец кружил над кнопкой «отправить» несколько раз, прежде чем Рони нажала ее. Взбешенная она положила телефон на столешницу, подошла к плите и достала кастрюлю из шкафчика. Это было смешно, ведь это был просто текст. Вероника достала из буфета горячий шоколад марки «Abuelita». Поломала на части, когда услышала сигнал телефона. Ее руки продолжали ломать шоколад, но разум был прикован к телефону, так что она бросила плитку, подошла к столешнице и взяла мобильный.

Дерек: «Привет. Очень рад тебя слышать. Как ты?»

Что-то странное происходило у нее внутри, но это было не к добру. У Вероники было плохое предчувствие насчет этого еще тогда, когда решила ответить. Подобные вещи были причиной, почем девушка боялась, что Ной надолго не останется у нее в жизни. Только мысль о том, чтобы упоминать другу, что она общается с бывшим связывало все внутри в узел.

Но правда заключена в том, что Вероника не обязана ему объяснятся. По факту, если Ной и правда ее друг, то она не должна говорить с ним об этом? Так почему она серьезно думала над тем, чтобы не отвечать Дереку?

Глубоко вздохнув, Рони покачала головой. Нонсенс. Она свободная женщина и может себе это позволить.

Вероника: «Я в порядке. Спасибо. Была занята. Выхожу на работу на следующей неделе».

Вероника прижала палец к экрану телефона, пока ждала ответ. Телефон вдруг зазвонил, и девушка почти выронила его. Это был номер из восьми цифр, так что она ответила, зная, что это эвакуатор. Сотрудник сказал, что машина уже ждет ее. Вероника поспешила к входной двери и увидела грузовик, подъезжающий к ее дорожке. Рони помахала, давая понять водителю, что машина на заднем дворе.

Девушка положила телефон в карман, объясняя водителю, куда тот должен отвезти машину и подписывая соответствующие бумаги. Наконец, Вероника достала телефон и увидела, что от Дерека пришло два сообщения. Первое гласило:

«Это великолепно. Я рад это слышать. И я рад, что у тебя есть чем заняться».

Второе звучало так:

«Так что ты делаешь?»

Вероника сфотографировала, как ее машину поднимает эвакуатор, тихо засмеялась и отправила ему без подписи. Всегда, когда происходило что-то неизбежное, ее мама говорила: «Ты просто смейся. Что еще остается? Биться и кричать?»

Дерек мгновенно прислал ответ.

«Что случилось? Ты в порядке?»

Вероника объяснила ему про машину и про то, что ее день шопинга был испорчен. Парень говорил о том и сем, пока эвакуатор закончил грузить ее машину. Будучи дома, Рони задумалась о том, как глупо писать сообщения. Все это время они могли разговаривать по телефону, но было проще спрятаться за текстом и чувствовать безопасность. Она не была уверена, что готова к разговору с ним. Прошел почти год. А затем телефон зазвонил. Это был Дерек.

Дерьмо. Пути назад нет. Вероника послала сообщение, так что он знал, что телефон рядом с ней. Узел внутри сжался еще сильней, и девушка ответила.

— Привет.

— Вероника, рад услышать твой голос, — его голос был все тем же.

— Я тоже рада тебя слышать, — это вызвало болезненные воспоминания, но было странно, что Вероника тоже рада его слышать.

— Так ты застряла на весь день?

— Да, похоже, что так.

— Хотел спросить, раз твои планы испорчены, как насчет того, чтобы вместе выпить кофе?

Не может быть! Дерек приглашает ее на кофе.

— Я эм… я не знаю.

— Мы не будем гулять целый день, может часик или больше. Мы можем взять кофе и сходить на выставку в фотогалерею, которая тебе нравится на окраине. Когда в последний раз ты там была?

— Сто лет назад.

Вероника улыбнулась, потирая шов между плиткой на столешнице.

— Так я и думал. Давай, Рони, ради старых добрых времен. Я могу тебя подобрать через десять минут и вернуть домой к полудню.

Услышав его призыв, ее живот всколыхнулся. Вероника знала, что нерационально думать, будто она не должна идти, потому что Ной… черт, кого она пыталась рассмешить, парень точно будет сам не свой из-за этого. Рони помнила, как небольшое упоминание о том, чтобы работать над ее социальной жизнью, задело его за живое. Может, это то, что Вероника должна сделать. Сходить за кофе с другом и растопить лед между ними. Ей было нужно, наконец, вернуть себе свою жизнь, и Ной должен привыкнуть, верно?

— На часик?

— Я буду через десять минут, — Вероника практически услышала улыбку в его голосе.

В ту же секунду, как она отключилась, Вероника почувствовала необходимость позвонить и все отменить. О чем она думала?

Рони ходила по кухне туда-сюда, грызя ноготь большого пальца. Дважды она брала телефон, чтобы позвонить ему, и клала обратно. Господи, ей нужна Нелли.

Дерек был перед домом ровно через десять минут. Вероника практически выбежала из дома, не желая, чтобы мужчина выходил и ждал, чтобы его пригласили. Рони наклонилась к окну машину и улыбнулась, прежде чем открыть дверь.

— Вау, ты выглядишь великолепно, — ответил Дерек. — Ты много сбросила. Чем занималась?

— Я тренировалась, — пожала плечами Вероника. — Должна поблагодарить за это Нелли. Она притянула меня в спортзал.

Дерек выглядел все так же. С небольшой щетиной на лице. Будучи директором одной из самых сложных старших школ в Лос-Анджелес сделало это с ним. Он рассказывал ей несколько историй. Мужчине приходилось утихомиривать студентов с ножами и однажды даже с пистолетом. Студенты думали и видели в нем ублюдка без капли сострадания. Если бы Дерек так себя не вел, то ему бы пришел конец.

Вероника должна признать, что этот злой парень оказал немного влияния и на нее. Это было вплоть до особой науки. Настойчивый смертельный взгляд был лучшим из всех. Это напоминало ее директора старшей школы. Весь коридор замолкал, когда он проходил мимо. Теперь Рони задумалась, был ли он такой же мягкий, как и Дерек, или просто играл свою роль.

Они немного поговорили, пока не приехали за кофе возле галереи. Чудеса, но ему не пришлось двадцать раз объезжать парковку, чтобы найти место, была праздничная неделя, и это был практически пригородный район. Большинство офисов здесь были закрыты на праздники.

Они купили кофе и прошли пол квартала до галереи.

— Ты действительно выглядишь прекрасно, Рони. Очень рад видеть тебя. Я волновался за тебя.

Вероника улыбнулась, даже не занервничав от того, что он использовал ее кличку. Так мужчина называл ее тогда, когда был милым. Это первый раз, когда они встретились спустя год, и он думал, что может называть ее подобным образом? Глубоко внутри Рони знала настоящую причину этого, и ее это беспокоило, но не обратила на это внимание.

— Так ты все еще встречаешься с девушкой, которую встретил?

Не то чтобы она беспокоилась, просто было любопытно. Девушка не думала, что Дерек столько бы писал ей, если бы встречался.

— Нет, не встречаюсь. У нас с ней ничего не получилось. — Его выражение лица стало серьезным, и Дерек откашлялся, когда вошли в галерею.

— Ох, — ответила Вероника, радуясь, что она впереди его, и не видит ее ухмылку. — Жаль это слышать.

Конечно, это была неправда, но было уже плевать. Ей просто нужно признать, что этот ответ ее удовлетворил.

— Вы долго встречались? — Вероника повернулась к нему, когда Дерек не ответил.

— Вероника, мне жаль. Я сделал ошибку. Большую ошибку. Возможно, самую большую ошибку в своей жизни, — они отошли в сторону, чтобы люди могли пройти. — Я просто не знал, как еще с этим справится. Казалось, что все, что я говорил или делал, было неправильно. Просто однажды пришел к мысли, что даже боялся говорить с тобой. Тогда казалось самым лучшим выходом сделать шаг назад и уйти со сцены.

Вероника смотрела на него мгновения, пытаясь понять, как кто-то мог подумать, что самым лучшим выходом из ситуации, когда тот, о ком ты заботишься, переживает сложные времена в жизни — это уйти со сцены.

Ей на ум пришло миллион вещей, чтобы ответить. Как сильно ненавидела его тогда. Что она бы никогда не ушла, если бы все разрушилось. Но этот корабль уже уплыл. Вместо этого, Вероника улыбнулась.

— Все хорошо. Я справилась.

— Я никогда не сомневался в этом, — его выражение лица осталось напряженным. — Послушай, — Дерек сложил руки в карман и нервно осмотрелся вокруг. — Думаю, это больше не важно, но хочу, чтобы ты знала. Анжела… женщина, с которой я тогда встречался. Это не продлилось больше месяца. Я просто не мог перестать думать о тебе. — Мужчина посмотрел на нее, но не мог долго смотреть в глаза. Вероника видела, как сильно он нервничал. — Не могу даже сказать, сколько раз я хотел остановиться у тебя и сказать «привет», увидеть, как ты поживаешь. Но я боялся потерять самообладание. И почувствовал облегчение, когда ты мне ответила сегодня. Я был уверен, что ты меня ненавидишь.

— Я не ненавижу тебя, Дерек.

Не то чтобы Вероника не думала, когда перестала ощущать это чувство. Но точно знала, что для того, чтобы ненавидеть, нужно сначала полюбить. Рони не была уверена, почему и как, но сейчас она понимала, что точно никогда не любила Дерека.

— И ты можешь перестать убиваться на этот счет. Я сейчас в порядке. Больше, чем в порядке.

Не желая больше здесь стоять и вести этот неловкий разговор, девушка пошла вперед. Дерек шел рядом.

Вывеска на галереи говорила о том, что на этой неделе вывешены новые художники. Вероника никогда не слышала ни об одном из них. Раньше она всегда знала о новых талантах в мире фотографии. Самое время вернуться к тем вещам, что любила.

Дерек видимо понял, что Рони не хочет говорить ни о чем грустном, и они просто болтали. Прогуливались по галереи, комментируя различные работы, и мужчина спросил о ее занятиях фотографией.

Они гуляли там почти час, и тема разговора снова сменилась.

— Так как у тебя… Ты одна?

Вероника остановилась и уставилась на черно-белую фотографию старой женщины в шпильках, сидящей на скамейке в парке.

— У меня есть сосед.

— Правда?

Вероника изучала картину, пытаясь понять ее значение. Разве шпильки говорят о прошлом женщины?

— Рони? — Мысли девушки были прерваны, и она повернулась к Дереку. — Новый сосед?

— Ах, да. Это парень по соседству. Мой тренер, вообще-то, — Вероника улыбнулась ему. — Ной тот, кто помог мне сбросить вес. — Рони снова начала идти. — У него есть проблемы с жильем, так что он временно снимает одну из комнат у меня в доме.

— Временно.

Это не было похоже на вопрос, а больше на утверждение. Вероника была уверена, что мужчина спекулирует, но ей все равно. Мысль о Ное заставила ее взглянуть на часы.

— Мне пора идти.

Не сказав не слова, он кивнул, и они пошли к машине. Поездка к ее дому прошла в тишине, пока они не подъехали. Когда Вероника начала выбираться, то почувствовала его руку у себя на руке.

— Рони. — Девушка остановилась и обернулась. — Я правда рад увидеть тебя снова. Ты выглядишь великолепно.

— Спасибо, — Вероника улыбнулась и кивнула, чувствуя неловкость. — Я тоже была рада увидеть тебя.

— Я могу тебе позвонить еще? Может, мы поужинаем вместе или что-то еще?

Со слабой улыбкой на лице она кивнула, потому что не знала, как еще ответить. Прежде чем Дерек мог что-то еще сказать, Рони быстро вышла, поблагодарила за кофе и помахала на прощание, спеша по дорожке к дому. Быстрый стук сердца свидетельствовал о том, как сильно она позволила Ною забраться к себе в голову, потому что все, о чем она могла сейчас думать — это то, как парень отреагирует, когда Вероника ему расскажет, что гуляла с утра с Дереком.

Глава 17

Это был первый раз с тех пор, как Рони начала заниматься, когда она не смогла прийти на тренировку. В ее сообщении говорилось, что она не может и увидит Ноя вечером. В него закралась тревога, когда засовывал вещи в шкафчик.

Ной услышал, как парни шумно вошли в раздевалку.

— Это не его дом, Гектор, — сказал Эйбел.

— Его. Ной же платит аренду, да?

Ной поднял глаза и посмотрел на них, засовывая руку в куртку. Гектор и Эйбел вместе шли к нему, а Джио был позади.

— Привет, Ной, — ухмыльнулся Гектор. — Что скажешь насчет того, чтобы провести Новый год у тебя дома?

— Это не мой дом, — Ной улыбнулся.

— Я говорил, — ответил Эйбел, качая головой.

— А разве ты не платишь аренду? — настаивал Гектор.

— Ага, за одну спальню.

Идея, конечно, была неплохая. Возникало чувство, что и Новый год Рони снова будет проводить одна. По крайне мере он надеялся на это, потому что собирался составить ей компанию. Черт, Ной даже не мог себе представить другое место. Но пригласить парней отпраздновать — звучит весело. Рони вроде как наслаждалась кануном Рождества с ними, так что может согласиться, но парень не собирался просто так предлагать дом, не обсудив с хозяйкой.

— Ну, ты не можешь спросить Рони? — задал вопрос Гектор.

Ной удержался, чтобы не нахмуриться. Слышать, как Гектор обращается к ней, немного кольнула его.

— Посмотрим, — Ной схватил шлем и ключи. — Я ухожу. Увидимся завтра, парни.

— Дай нам знать как можно скорее. Нам нужно уже планировать. Всего пару дней осталось.

Ной развернулся и пошел назад.

— Я спрошу, но вам лучше не дурачиться. Если Вероника не согласится, то будете тусоваться со своими тупыми друзьями из старшей школы.

Лицо Гектора скривилось.

— Я едва тусуюсь с кем-нибудь из школы.

— Дам знать, — сказал Ной уходя.

По пути домой Ной жал на газ, нервничая от встречи с Рони. Парень мог только мечтать о дне, когда сможет прийти и обнять ее. Тело болело от желания сделать это немедленно, но он должен быть терпеливым. Это было пыткой. Но чем больше Ной был рядом с ней, тем больше убеждался, что ожидание стоит того.

Провести с ней Рождество — это больше, о чем мог мечтать. В один момент Рони положила ему голову на плечо, пока они смотрели «Рождественскую историю». Тот день с ней был идеальным.

Ной подъехал сзади, открывая гараж ключом, который дала ему Рони. Он почувствовал опустошение, когда дверь поднялась, но машины там не было.

Без спешки Ной медленно снял все принадлежности с мотоцикла и повесил их на крючок в гараже. Задняя дверь открылась и вышла Рони.

— Привет, — она улыбнулась. — Ты голоден? Я приготовила ужин.

Один взгляд на нее и настроение улучшилось, Ной заулыбался, как идиот.

— Да, я голоден, — он повернулся к месту, где должна была стоять ее машина. — Где твоя машина? — Рони нахмурилась, обнимая себя руками и потирая бока, пока шла к нему. — Давай зайдем, здесь холодно. — Ной указал на дом.

— Машину отбуксировали, — сказала Вероника, когда они вместе вошли в дом. — Она не заводилась.

— Что? Ты должна была мне позвонить.

Они вошли в дом, и запах чего-то приятного ударил тут же в нос.

— Нет, ты же работал.

— Детка… — Ной тут же спохватился, пока шел за ней на кухню. — Рони, в следующий раз звони мне. Они заломят цену. Уверен, там нет ничего такого, что я бы не смог исправить. И даже если я занят, то Эйбел бы точно помог.

Даже если Вероника услышала «детка», то не подала виду. Ной едва мог поверить в то, что оно так выскочило. Парень заставил ее объяснить, что машина делала, и чего нет. Ной не сдержал смех, когда Рони начала имитировать звук машины. Девушка засмеялась вместе с ним.

— Серьезно машина так и звучала!

Черт, Ной хотел поцеловать ее.

— Так ты застряла дома на весь день?

Если бы его глаза не были прикованы к ее губам, то от него бы точно ускользнуло, как Рони напряглась. Девушка повернулась к нему спиной и помешала кастрюлю на плите.

— Что не так?

Ной подошел к ней сзади. Вероника подняла волосы вверх заколкой. Несколько кудрей упали на шею, но в основном все было наверху. Парень сдерживался, как мог, чтобы не скользнуть руками по ее талии и не поцеловать в шею. Вместо этого, заставил себя отойти на пару шагов назад и прислонился к кухонной стойке.

Рони смотрела на кастрюлю, пока медленно помешивала. Ной наклонился, чтобы взглянуть внутрь на то, что выглядело и пахло как суп из моллюсков.

— Что случилось?

Их глаза встретились на мгновение. У нее, казалось, были проблемы.

— Я, э-э-э…

Ной смотрел на нее, ожидая. Парень никогда не видел ее такой, и ему это не нравилось.

— Я просто расстроилась, что не смогла пойти на шопинг, — уголки ее губ слабо поднялись в попытку улыбнуться. — Осталось всего пару дней до работы, а я не знаю, когда смогу получить машину обратно.

Ной даже не подозревал, что напрягся, пока его мышцы не расслабились. Он улыбнулся, чувствуя странное облегчение.

— Об этом ты волновалась? Они наверняка ей еще ничего не сделали.

— Да, они и не сделают, пока я не одобрю, но никто мне не звонил сегодня.

— Отлично, — ответил Ной, хватая кусок хлеба на столе. — Первым делом позвоню им утром. Мы с Эйбелом заберем и сами отремонтируем. Машина будет на ходу, ты и глазом не успеешь моргнуть.

Вот так просто исчезли все проблемы. Вероника схватила прихватку и открыла духовку, доставая две булки, которые были слишком большие для хлеба на ужин. Она посмотрела на него и засмеялась. Выражение лица Ноя было таким же пустым, как она и предполагала. Ной пыталась понять, для чего это.

— Я сделаю в них дырки и налью туда суп.

— Ах… — ответил Ной, чувствуя себя идиотом.

Парень помог ей, наливая напитки. Все, что они делали вместе, было идеально. Ной даже не мог представить себе, что когда-нибудь уедет.

Вероника, должно быть, была такая голодная, как и он, потому что несколько следующих минут они поглощали суп молча. Затем Ной вспомнил.

— Так у тебя есть планы на Новый Год?

Рони покачала головой, набирая еще одну ложку супа, и подняла брови, когда увидела его ухмылку.

— Дело вот в чем: ты не должна говорить «да», если тебе не понравится, хорошо? — Вероника кивнула. — Что ты думаешь о небольшой встрече на канун Нового Года у тебя в доме? — девушка моргнула, пока ела суп. — Только парни и пару других друзей по соседству, возможно, сестры Джио. — Рони замерла при упоминании сестер Джио, и Ной понял почему. — Рита уехала, так что не придет, но есть пару других девушек, которых ты знаешь. Девушки ребят.

Парни. Если были девушки, которые были друзьями с парнями, то точно не с ним. Была только одна, с которой Ной хотел проводить время вместе, и он заставит ее понять это, четко и ясно, так или иначе.

— А что происходит на таких встречах?

Игривость в ее хриплом голосе расслабила его, но также свела с ума.

— Мы разговариваем, слушаем музыку. Тебе не нужно ничего готовить. Мы закажем пиццы. И, конечно, там будет алкоголь, но я присмотрю, что бы ничего не вышло из-под контроля, — Ной повернулся и посмотрел на заднюю дверь. — Нам даже не нужно здесь всех собирать. Они могут быть и на улице. Если пойдет дождь, то мы перенесем все в гараж, — он видел, как Вероника думает, и добавил потом. — Обычно собирается здоровая толпа людей, как тогда у Джио, но я всем скажу, что в этом году по-другому. Не переживай, мы сбавим обороты.

— Господи, Ной, — Рони улыбнулась и захихикала, — ты не должен устраивать тихую вечеринку, будто здесь будет бабушка, из-за меня.

— Нет, я не имел в виду… — Ной сел прямо, ее комментарий ударил его неожиданно.

— Шучу, — Рони засмеялась. — Я просто имею в виду, что не против, чтобы звучала музыка. Почему нет? Вечеринка… звучит очень весело вообще-то.

Ной улыбнулся, забывая про ее комментарий о «бабушке».

— Хорошо, я дам парням знать, — он вспомнил кое-что еще.

Когда Джек рассказал им новости сегодня, Ной не мог дождаться, чтобы поделиться ими с Рони.

— Ох, знаешь, что? В январе в «Пятой улице» будет проводиться «Пятничные ночные бои». Это большое дело. Местное радио постоянно говорит об этом. Также будет идти трансляция из спортзала каждую пятницу. Эйбел участвует первым на следующей неделе. А на другой буду я.

— Ох! Я слышала рекламу об этом, — ответила Рони, будучи возбужденной, как Ной и ожидал. — А ты не пойдешь на радио? Я слышала, они берут интервью у бойцов в утреннем шоу.

Ной встал, чтобы налить еще супа в свою хлебную тарелку.

— Это обычно делается для больших боев, где мой может считаться таким, ведь это реванш. Я дрался с этим парнем в прошлом году, и была ничья. Бред, скажу тебе я или любому, кто спросит. Как это может быть ничьей, если я положил его на задницу во втором раунде? — Ной покачал головой в знак отвращения.

— Разве это не нокаут? — Рони повернула лицо к нему, пока парень шел обратно ко столу.

— Нет, потому что противник встал и держался до самого конца. Единственная причина, почему я не мог закончить — это травма моего плеча, — Ной улыбнулся, любуясь тем, как Рони ловит каждое его слово. — Соперник напал на меня, когда я готовил удар и затронул плечо. До конца боя я дрался с невыносимой болью. Джек и Эйбел хотели это остановить, но я отказался, и они назвали это ничьей.

— Так в этот раз ты уверен, что его победишь?

Ной ухмыльнулся, подмигивая ей, когда садился. У него не было сомнений на этот счет, особенно, когда Рони рядом. Но он придержит последнюю часть.

— Да, я практически уверен в этом.

Весь ужин они говорили о «Пятничных ночных боях». Бои будут идти весь январь и в зависимости от того, как пойдут дела, они могут принять решение их продлить на следующие месяцы. Феликс даже обещал показаться на одном из поединков. Вероятнее всего, он появится на бое Джио, так как с ним он был ближе всего. Все было хорошо, пока об этом знала широкая публика. Джек даже мог использовать дополнительные деньги, чтобы привлечь народ. Спортзал нуждался в инновации.

Ной помог Рони убрать кухню, а затем они вместе смотрели телевизор, пока девушка не сказала, что готова лечь спать.

В эту ночь Ной лежал в кровати и не мог уснуть. Не знал, сколько еще продержится рядом с Рони, не говоря о своих чувствах к ней. Девушка уже должно быть знает. Он едва мог оторвать глаза от нее, и дурацкое поведение в зале несколько дней назад было совершенно очевидным. Ной мог еще скрывать свои настоящие чувства, но было что-то, что он не мог сымитировать. И то, как парни приближаются к ней, входило в это число. Послание было адресовано не только парню, но и Рони. Друзья или нет, Ной не мог ничего с этим поделать. Именно так будет реагировать каждый раз.

Трусиха. Не было другого слова, чтобы ее описать. На это не было причин, почему Вероника не рассказала ему, что свой обед провела с Дереком. У нее было много возможностей сделать это с тех пор. Но, что сделала она? Каждый раз Рони придумывала дурацкую ложь или меняла тему разговора.

Вероника смотрела на парней, усевшихся на заднем дворике из окна кухни. У одного из их друзей была звуковая система, которую они используют и вешают колонки у нее в гараже. Так же сильно, как старалась не думать о том, что она здесь не к месту, также пыталась вспомнить, когда в последний раз была на вечеринке на заднем дворе. Рони была примерно возраста Ноя.

Вероника старалась позвонить Нелли раньше. Девушка надеялась, что Нелли убедит ее просто сделать это и наслаждаться вечером с этими молодыми парнями или убедит, что подруга не дура, раз считает себя компаньонкой, а не хозяйкой этого новогоднего шабаша.

Все еще в своем платье и без понятия о том, что надеть, Вероника вышла с кухни и вернулась в свою спальню. Порывшись в своем шкафу и некоторых новых вещах, что она купила, когда Ной починил машину, наконец, решила взять пару джинсов скинни и серебряный кардиган, спадающий на плечи. Рони послушала пару девушек в тот день, когда закупалась в магазине. Если бы не они, то она надела черные угги под свой наряд, но девушки согласились, что длинные сапожки на каблуках лучшей подойдут под джинсы.

Теперь девушка смотрела на сапоги, которые купила в тот день. Часть ее все еще отрицала. Единственная причина, по которой она их купила — это то, что они подходили идеально к джинсам и были высокими, но недостаточно для того, чтобы не носить их на работу. Дерек продолжал ей писать несколько дней и даже предложил поужинать или что-то еще, когда Вероника однажды вернулась с работы. Было бы замечательно, надеть их на вечернее свидание.

Медленно Рони достала один сапог из коробки. Ох, она издевалась? Сама мысль о молодых девушках, которые были поклонницами, судя по описанию «друзья парней», находящихся на вечеринке, являлась вдохновением, чтобы купить эти сапоги в первую очередь. Но Вероника напоминала себе, что здесь ей помощь не нужна. Учитывая, как Ной смотрит на нее в последнее время, привлечь его внимание — это плевое дело. Так, почему Рони все еще ждала с нетерпением увидеть его выражение лица, когда Ной увидит ее в этой одежде? Это просто неправильно.

Вероника закончила и встала напротив зеркала во весь рост на двери шкафа. Она выглядела хорошо. Даже лучше, чем хорошо: так хорошо, что чувствовала вину. Что же она делала? Задний двор переполнен детьми, а она здесь представляет, будто принадлежит этой толпе. Вероника продолжала смотреть на себя. Снаружи она легко могла бы сойти за одну из девушек Ноя, затерявшись в толпе.

С одной стороны, Рони сказала себе, что нормально хотеть чувствовать себя молодой и сексуальной снова. Девушка пряталась слишком долго, и теперь ей это нужно. С другой — она знала, что играет с огнем. Если кто-нибудь разгадает ее намерения, то легко сможет подразнить ее за это.

Одно было известно точно. Ной не делал секрета из своей политики о том, что ни один парень не смеет приближаться к ней. Сначала, Вероника думала, что это ей показалось, но теперь все очевидно. Так что это становилось все более очевиднее для того, кого она собиралась сегодня удивить.

Как ни странно, само предположение о том, что такое поведение приемлемо для Ноя, взбудораживало ее. Вероника не хотела признавать, но это давало надежду, что может это справедливо идет в обе стороны. Если она недоступна, то и он тоже.

Рони покачала головой, внезапно чувствуя, как ее сердце забилось чаще. Оглядываясь назад, девушка заметила, что странное поведение началось со Дня Благодарения, но все равно следующий день он счастливо провел с Ритой. Именно поэтому она не могла попасться в эти сети. Несмотря на все ее попытки, Вероника знала, что никогда не смирится с обычным сексом, которым занимался Ной. Одна мысль о нем и Рите вызывала тошноту.

Еще раз взглянув в зеркало, Рони решила, что с этого момента будет наслаждаться вечером и любым внимание, которое ей окажет Ной или кто-то еще.

Любая мысль о ней и Ное будет тут же отметена, как только появится. Ей нужно взять контроль и встретиться с фактами в лицо. Все что угодно, между ней и Ноем, не закончится хорошо. Вероника, наконец, вытащила себя из самой главной депрессии. Встречаться с таким замечательным и сексуальным парнем, как Ной просто принесет неизбежное: еще больше сердечных болей, чем она может вынести.

Глава 18

Как ни старался Ной отогнать от себя беспокойство о сегодняшнем вечере, не мог не напрячься, увидев Рони, входящую в гостиную. Увидев ее, он едва не задохнулся.

Ее макияж был немного ярче, чем обычно, кудри казались еще более кудрявыми, а ее наряд привлек внимание каждого парня. Ной взглянул на Гектора, который осматривал ее самым наглым взглядом, и толкнул его локтем.

— Вынеси это на улицу, — грубо сказал Ной и сунул ему две упаковки пива, которые держал в руках, когда Рони вошла.

Джио и Эйбел были более сдержанны, но Ной не пропустил, как они оглядели Рони сверху донизу. Ной подавил рычание.

— Кто-нибудь еще здесь есть? — спросила Рони, вытянув шею, чтобы заглянуть в кухонное окно, когда проходила мимо Ноя, потрясая его чувства.

Вероника невероятно пахла, намного лучше, чем выглядела. Это был совершенно опьяняющий запах, и Ной, вздохнув, прикрыл на мгновение глаза.

— Звукооператор и его команда здесь, — сказал Эйбел, — и я видел, как мимо медленно проехали несколько машин. Я думаю, они искали место для парковки.

Джио неожиданно улыбнулся и открыл заднюю дверь.

— Девочки уже здесь, — парень вышел прежде, чем Ной или Эйбел успели что-либо ответить на это.

Эйбел последовал за ним, оставив Ноя наедине с Рони.

— Ты выглядишь потрясающе, — ему надоело сдерживать свои чувства к ней.

Вероника повернулась к нему, и он улыбнулся.

— Благодаря тебе я смогла пройтись по магазинам, — девушка улыбнулась, приподняв восхитительно обнаженное плечо.

Ной сделал несколько шагов к ней, вдыхая аромат ее цитрусовых духов с легким фруктовым ароматом, может быть, арбуза?

— Дело не только в одежде, Рони. В тебе. Ты прекрасна.

Вероника пристально посмотрела на него, и улыбка, которая сияла всего секунду назад, сменилась несколько ошеломленным выражением лица. Затем глаза остановились на его губах.

— Спасибо, Ной. Ты тоже хорошо выглядишь.

Хотя улыбка исчезла, Ной заметил, что ее дыхание участилось. Вероника хотела коснуться его губ так же сильно, как и он. Ной наклонился к ней, но девушка не сдвинулась с места и просто смотрела. Ее глаза говорили вместо тысячи слов. Он был не одинок в этой борьбе. Рони боролась с влечением так же сильно, как и он.

Кухонная дверь распахнулась, и вошел Гектор с незнакомым Ною парнем. Сдерживая первобытное рычание, которое на этот раз едва не вырвалось у него, Ной повернулся и свирепо посмотрел на них. Вслед за ними вошел Эйбел.

— Гектор, какого хрена все эти люди приходят сюда? Разве я не говорил тебе, чтобы ты ничего не говорил об этом в своей школе?

— Старшеклассники? — спросила Рони.

Ною не понравилось, что Вероника, вероятно, думает, что это будет вечеринка на заднем дворе, полная детей, поэтому он отошел от Рони и направился к кухонному окну. Задний двор был почти пуст, но быстро заполнялся людьми.

— Они не из моей школы. Кто-то в спортзале услышал о вечеринке, и поскольку вы с Ноем собираетесь в ближайшие недели утроить бой, одна танцевальная команда решила, что они смогут провести некоторое время на ринге, чтобы показать свои движения до или даже после боев. Поэтому они решили прийти сюда, сегодня вечером. Что-то вроде прослушивания, и я думаю, что это они распространили слух, так что я ни хрена не сказал. — Гектор похлопал по спине парня рядом с собой. — Это Маленький Робо. Его старший брат возглавляет танцевальную команду. Он хотел зайти сюда и попросить разрешения сделать чуть позже трехминутное шоу.

Ной обернулся и посмотрел на парня, одетого во все черное, кроме красной шапочки и таких же туфель.

— Маленький Робо?

Парень медленно согнул руки, затем медленно поднял их, выполнил роботизированное движение, а затем замер, указывая на Ноя.

— Мой брат-Робо, — парень протянул к нему руку вибрирующим движением. — Он научил меня всему, что я знаю.

Прежде чем Ной успел ответить, защебетала Рони.

— Это так здорово. И вы, ребята, собираетесь устроить здесь сегодня вечером шоу?

— Да, если это нормально. Ты Рони? — парень широко и удовлетворенно улыбнулся.

— С чего спрашиваешь? — рявкнул Ной.

Парень посмотрел на Гектора, потом снова на Ноя с опаской.

— Ну, он сказал, что владелицу дома зовут Рони, и нам придется спросить ее разрешения.

— Да, меня это вполне устраивает, — девушка посмотрела на Ноя. — Это ведь не будет проблемой, верно?

— Сколько там людей? — Ной нахмурился и переглянулся с Эйбелом.

— Много, — только и ответил Эйбел, но, казалось, был так же не уверен в этом, как и Ной.

— Я не хочу, чтобы все вышло из-под контроля, — Ной подошел к задней двери и открыл ее. — Такая большая толпа может стать шумной, Рони.

— Мы танцевали для больших толп, и у нас никогда не было проблем, — сказал Маленький Робо. — Когда мы закончим у вас, мы станцуем еще в паре мест, так что все, кто пришел с нами, уйдут вместе с нами.

— А как насчет парней, которые выглядят как головорезы? — спросил Эйбел. — С банданами и прочим дерьмом?

— Я ничего о них не знаю, — Маленький Робо покачал головой, вскинув руки. — Они не входят в нашу команду.

— Какие парни? — Ной начал было спрашивать, но остановился. — Неважно, я их вижу, — парень быстро сосчитал до пяти, и снова повернулся к Гектору. — Ты их знаешь?

— Я видел одного из них в школе, но думаю, что остальные старше.

— Ну, они могут остаться на шоу, но как только оно закончится, им лучше уйти, иначе их попросят уйти.

— Звучит неплохо, — сказал Эйбел, проходя мимо Ноя и выходя за дверь.

Ной велел танцорам собрать свою команду и начать представление как можно скорее.

Они все вышли, и, как и ожидалось, Рони сразу же обратила на себя внимание. Ной взял ее за руку, когда они проходили мимо пятерых головорезов. Девушка взглянула на него, но не запротестовала и не отдернула руку.

Ной много раз видел таких парней. Они без раздумья ходят на вечеринки, где никого не знают, и пьют любую бесплатную выпивку, которая попадется им под руку. Парень смотрел на них сверху вниз, призывая одного за другим бросить ему вызов, если они осмелятся. Но, как и следовало ожидать, большинство из таких головорезов были трусами, и никто из них не клюнул на приманку.

Танцевальная команда потратила целую вечность, чтобы собрать свое дерьмо вместе, но, когда они, наконец, сделали это и поставили свое шоу, Ною пришлось признать, что они крутые. Толпа пришла в неистовство. Даже Рони громко зааплодировала. Они исполнили короткий танец на бис для скандирующей толпы. Развлечение добавляло вечеринке крутизны, но Ной все равно почувствовал облегчение, когда увидел, что толпа начала редеть, когда уехала танцевальная команда.

Как бы весело это ни было, Ной побывал на слишком многих вечеринках на заднем дворе в Восточном Лос-Анджелесе, чтобы знать, что все, что нужно для того, чтобы быстро все испортить — это один тупой пьяница. Чем меньше незнакомцев на этой вечеринке, тем лучше. Ной не имел в виду безумную вечеринку, когда решил спросить Рони о том, чтобы провести здесь Новый год.

Эйбел, стоявший на подъездной дорожке и выглядевший немного обеспокоенным, жестом пригласил Ноя подойти. Джио уже был с ним. Ной колебался всего секунду, затем повернулся к Рони.

— Я скоро вернусь, — парень взглянул на сестер Джио и их друзей. — Просто оставайся с ними, пока мы не выпроводим отсюда всех, кого не знаем, хорошо?

Ной поспешил к Эйбелу, но не раньше, чем оглянулся на головорезов, которые все еще стояли в том же углу, где стояли всю ночь. Самый крупный парень ростом с Ноя ухмыльнулся. Ной был уверен, что выпивка придала ему храбрости, потому что раньше, когда он смотрел на него сверху вниз, парень отвел взгляд. На этот раз мужик не только ухмыльнулся, но и, очевидно, повернулся в сторону Рони и сказал что-то парню рядом с ним, который рассмеялся. Ной остановился как вкопанный, и его внутренности мгновенно вспыхнули.

— Ной!

Все еще занятый тем, что пялился на идиота, который теперь отвратительно смеялся, Ной проигнорировал Эйбела.

— Давай, чувак, — Джио потянул его за руку. — Эти ублюдки следующие. Мы должны убраться отсюда, пока кто-нибудь не вызвал полицию. — Ной заставил себя перестать смотреть на парня, чье лицо он скоро разукрасит. — Эти ребята ошиваются возле всех соседей, просто болтаются. Мы должны заставить их уйти, если не хотим, чтобы наша вечеринка закрылась раньше.

Ной двинулся по подъездной дорожке, Джио и Эйбел стояли по обе стороны от него. Гектор догнал их и предложил свою помощь. Они обходили соседние дома, сообщая всем маленьким группам завсегдатаев вечеринок, что им пора уходить. Когда они, наконец, разобрались с этим, то снова пошли по подъездной дорожке к заднему двору.

Группа головорезов все еще была там, за исключением придурка, который пялился на Рони.

Вероники тоже не было с сестрами Джио. Ной быстро оглядел задний двор и замер, увидев Рони у задней двери. Этот придурок-головорез стоял там, положив руку на дверь. Защитная позиция Рони заставила Ноя, чуть ли не подпрыгнуть, когда бросился к ним.

— Так что же мне теперь делать, мочиться в твои кусты? — сказал парень Рони с глупым смешком. — Ну же, милая. Я просто войду и выйду… если ты не хочешь, чтобы я болтался там с тобой.

Рони встретилась взглядом с Ноем. Он сжал руки в кулаки и был готов уже выбить дерьмо из парня, когда глаза Рони широко раскрылись, и она начала что-то кричать. Что-то ударило его по голове с такой силой, что не успел он даже поднять руку, чтобы защититься, как все почернело.

Вид Ноя, ошеломленного и потерявшего сознание, был, вероятно, одним из самых ужасных образов, которые Вероника когда-либо видела. Все, что последовало за этим, было как в тумане. Единственное, о чем могла думать Рони, даже когда Эйбел избил парня, который сделал это, до полусмерти, а остальные парни подрались с его друзьями, было то, чтобы вернуть Ноя в дом и уберечь от опасности.

Вероника знала достаточно из курсов по оказанию первой помощи и искусственному дыханию в колледже, что нужно было перевернуть его на бок, чтобы он не подавился собственным языком.

Ной довольно быстро пришел в себя, но был совершенно не в себе. Ей удалось уговорить нескольких парней, которые были там, помочь ей поднять его и отвести к кровати.

Вероника даже не осознавала, насколько нервничает, пока не попыталась запустить пальцы в его волосы, и ее рука неудержимо задрожала. Минуты, которые прошли, пока Ной то приходил в себя, то снова терял сознание, были самыми тяжелыми. Рони все еще раздумывала, не позвонить ли ей в 911. Но каждый раз, когда девушка собиралась это сделать, Ной приходил в себя.

Ребята пришли после того, как убрали всех нарушителей спокойствия со двора.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Джио, протягивая Ною пару таблеток аспирина.

Вероника нахмурилась, даже не подумала принести ему обезболивающее. Она убрала пакет со льдом от его лица. Ной приподнялся на локте и, поморщившись, поднес руку к ссадине на голове.

— Что случилось?

— Тебя ударил друг этого засранца, — пробормотал Эйбел. — Я шел прямо за тобой и даже не заметил, как это произошло.

— Я заметила, — добавила Вероника. У нее перехватило горло, когда она почувствовала, как по щеке скатилась теплая слеза. — Но недостаточно быстро.

— Парень знал, что делает, Рони. — Эйбел мягко коснулся ее плеча. — Он бы в любом случае сделал бы все так, чтобы никто не смог предупредить Ноя. Чертов трус.

Ной протянул Веронике руку, и она пожала ее.

— Ты хочешь поехать в больницу?

— Нет, — Ной покачал головой и прищурился, — я в порядке. Скоро подействует аспирин, — парень попытался сесть, но сразу же почувствовал головокружение.

— Не вставай, чувак, — сказал Джио. — Тебе нужен покой, — парень повернулся к Веронике. — Если хочешь, Рони, мы можем все закончить. В любом случае, ночь пошла не по плану.

— Нет, — Рони покачала головой. Девушка попыталась вырвать руку, но Ной удержал ее. — Вы, ребята, можете остаться, — Вероника повернулась к Ною, который пристально смотрел на нее. — Ной остается в любом случае.

— Да, на сегодня так будет лучше. Я бы даже не пытался встать, если бы не пришлось, — сказал Эйбел. — Не волнуйся, парень. Этому мудаку сейчас гораздо больнее, чем тебе. Я позаботился об этом.

Эйбел не шутил. Когда Вероника в последний раз взглянула на незнакомого парня, она даже не смогла разглядеть черты лица, настолько он был окровавлен. А его трусливые друзья бросили его на произвол судьбы, когда увидели, с чем столкнулись.

Ной поблагодарил их, и один за другим его друзья покинули комнату. Вероника начала подниматься с кровати, но Ной потянул ее за руку.

— Останься со мной… пожалуйста?

Вероника улыбнулась, нежно коснувшись его лица. Шишка на его голове была горячей, но она уже проверила его температуру и знала, что у него нет лихорадки.

— Я как раз собиралась закрыть дверь. И никуда не уйду.

Ной отпустил ее руку, и Рони встала, чтобы закрыть дверь.

— Ты можешь выключить свет? Глазам больно. Включи лучше настольную лампу.

Вероника сначала включила маленькую лампу, а потом выключила свет. Она вернулась, и села рядом с Ноем. Он подвинулся и похлопал по матрасу рядом с собой. Ее сердце забилось быстрее с того момента, как парень попросил ее остаться. Веронике хотелось утешить его. Удар, который ему нанесли, был ужасен, и она могла только представить себе боль, которую он должен был испытывать, поэтому легла рядом с ним, положив голову на его подушку лицом к нему.

— Я так волновалась, — прошептала Вероника.

Ной протянул руку и коснулся ее волос, накручивая локон на палец, улыбнулся, но ничего не сказал.

— Ты сможешь участвовать в боях через две недели?

Парень кивнул, глядя на нее, но не так, как раньше. В его глазах не было ни похоти, ни тоски, которые видела раньше на кухне. То, что Рони увидела сейчас в его глазах, было честностью. Что бы Ной ни прятал в этих глазах все это время, оно больше не пряталось. Это было так, как будто он внезапно принял решение и решил сообщить его ей. Сказать то, что девушка подозревала уже несколько недель. Ной влюбился в нее.

— Я знаю, что сказал это раньше, но повторю это снова. Ты прекрасна, Рони.

Как и раньше, что-то глубоко внутри предупреждало, что она должна прекратить это. Остановить его, пока он не сказал что-то, что навсегда изменит их отношения, и пути назад не будет. Но, как и раньше, у нее не было сил сделать это. Вероника затерялась в его глазах, но это было так хорошо, что она не хотела останавливать его.

Вместо того чтобы остановить его, она наклонилась и поцеловала ссадину на его лице. Ной глубоко вздохнул, когда ее волосы коснулись его лица, затем рука парня оказалась на ее лице, и Вероника повернула свое лицо так, чтобы их губы оказались в сантиметре друг от друга.

— Ты такая красивая, — прошептал Ной, опустил глаза к ее губам и нежно поцеловал их.

Разум твердил, что это было ошибкой, когда Ной снова поцеловал ее, только дольше и глубже, но ее сердце утверждало обратное.

Вероника положила руку на его твердое плечо и слегка сжала его, позволив себе сделать то, о чем мечтала с самого первого дня, и пососала его нижнюю губу. Ной издал тихий стон, напоминая, что девушка должна притормозить. Рони откинула голову на подушку, а Ной приподнялся на локте и посмотрел ей в глаза.

— Я чертовски схожу по тебе с ума, Рони.

«Останови его!»

Судя по тому, как Ной целовал ее с таким беззастенчивым чувством, Вероника знала, к чему это может привести, а если и приведет, то все испортит. Эгоистично решив, что лучший способ заставить его замолчать — это снова поцеловать его, Вероника положила руку ему на шею, и Ной прижался к ней. Его язык был волшебным. Почти забавно, что Рони на самом деле подумала, что его возраст сделает его менее опытным, чем других мужчин постарше, с которыми она была. Но ни один мужской поцелуй никогда не вызывал у нее таких чувств.

Ной не пытался сделать что-то еще, и Рони была рада этому, потому что одно прикосновение в нужном месте дало бы парню понять, как сильно ее тело хотело его. В том месте всегда становилось жарко и влажно, когда девушка думала о нем.

Он оторвался от ее губ, прошелся легкими поцелуями по ее подбородку до нежного места под подбородком и вниз к шее. Сначала Ной посасывал мягко, а потом немного сильнее, когда его дыхание участилось. Вероника знала, что от этого наверняка останутся следы, но ей было все равно, это было так чертовски хорошо — слишком хорошо.

— Ной, — ее голос прозвучал хрипло даже для собственных ушей, и Вероника знала, что он не упустил страстного желания в ее словах.

Парень только крепче поцеловал ее в шею, отчего между ног запульсировало. Вероника инстинктивно выгнулась, когда его руки, наконец, пробрались под ее кардиган.

Его прикосновения были такими нежными и медленными, что сводили ее с ума. Она хотела сказать ему, чтобы он прекратил, знала, что должна сказать, но ощущение его руки на горящей плоти ее живота сделало это невозможным.

— Моя, — прошептал Ной, посасывая ее шею, и Вероника шикнула на него, прежде чем он снова заговорил. — Моя Рони, — слова были произнесены с придыханием, и он еще сильнее впился ей в шею.

Вероника с трудом сглотнула, стараясь не слишком вдумываться в то, что он только что сказал. Все ее тело горело от его поцелуев. Ной снова приблизился к ее губам и поцеловал так глубоко, что она утонула в его вкусе, и ей это понравилось.

Его тело скользнуло по ее телу. Ной не скрывал своего желания к девушке. От этого ее сердце забилось еще сильнее. Единственной надеждой, за которую Вероника цеплялась, что дальше этого дело не пойдет, было то, что они все еще были полностью одеты, и дверь не была заперта. Конечно, он не станет рисковать тем, что кто-то зайдет к ним.

Вероника держалась за эти две вещи, потому что ощущение его твердого тела рядом с ней, вкус его губ, мужской запах, смешанный с одеколоном, который чуть не убил ее, когда она почувствовала его раньше, не давали возможности мыслить здраво, не говоря уже о том, чтобы придумать причину, почему Рони не должна умолять его сделать с ней то, о чем мечтала уже несколько месяцев. Ее руки дико блуждали по его большой сильной спине. Она была пьяна от предвкушения ощутить его внутри себя.

Ной замедлил свои поцелуи и отстранился, чтобы посмотреть на нее, когда ди-джей снаружи начал обратный отсчет до Нового года. Когда пробила полночь и послышались радостные возгласы, Ной улыбнулся, и Вероника улыбнулась в ответ, едва переводя дыхание. Это была идеальная встреча Нового года.

— С Новым годом, — прошептал Ной и, не давая ей времени ответить, очень медленно поцеловал Веронику, продолжая целовать все глубже и глубже, сводя ее с ума. Затем он на мгновение остановился и пристально посмотрел на нее. — Я люблю тебя.

Эти три слова мгновенно парализовали ее, и Вероника молилась, чтобы он не почувствовал, как ее сердце трепыхнулось. Ладно, может быть, она вспомнит причину, почему они не должны этого делать. Ту же причину, что и всегда. Ничего, кроме душевной боли, из этого не выйдет. Долгое время Вероника беспокоилась о своей душевной боли, а не о его.

Невероятно, но теперь Вероника была еще более уверена, что это будет огромной ошибкой.

Глава 19

Ной услышал, как Рони судорожно сглотнула, и почувствовал, как внутри у него все сжалось. Черт! Слишком рано! Может быть, это было слишком рано, но он не мог больше сдерживаться. Он должен был сказать.

— Ной, — девушка положила ладонь ему на грудь, и впервые с тех пор, как они начали целоваться, он почувствовал, что она отстраняется. — Мне кажется, ты все путаешь.

— Что? — Теперь уже Ной отстранился.

— Я тоже кое-что чувствую, — сказала Рони, слегка приподнимаясь. — Но мы должны быть реалистами, и я не хочу, чтобы ты путал чувства, которые испытываешь ко мне как к своему хорошему другу, с чем-то большим. Мне очень жаль, — сказала Рони, добавляя оскорбление к ране, и начала подниматься с кровати.

— Постой, — Ной взял ее за руку, чувствуя, как в голове снова зашумело. — Во-первых, здесь не о чем жалеть, и что бы ты ни делала, не игнорируй то, что только что произошло между нами.

— Я не игнорирую. Я просто говорю, что может быть, ты все путаешь…

— Я ни черта не путаю, — Ной слишком быстро выпрямился и тут же пожалел об этом, потому что у него закружилась голова.

— Ты в порядке? — Вероника снова придвинулась к нему, и он обнял ее за талию.

— Не делай этого, Рони. Не преуменьшай все это. Ты тоже это чувствуешь. Не пытайся отрицать.

— Не стану отрицать, — девушка пару раз моргнула широко раскрытыми глазами, но не отстранилась. — Я что-то чувствую. Надо быть трупом, чтобы не заметить того, что между нами. Я хочу сказать, что если мы сделаем это, то все изменится.

— Я этого хочу, — Не в силах больше сдерживаться, Ной снова нежно поцеловал ее в губы. — А ты разве нет?

— Нет! Неужели ты не понимаешь? Ты уже говоришь вещи, которые, в конечном счете, разрушат нашу дружбу. Ты не влюблен в меня, Ной. Ты только так думаешь…

— Послушай, — сказал Ной, отчаянно стараясь, чтобы голос звучал не сердито, потому что ее последнее заявление разозлило его. — Может быть, ты еще не готова. Может, ты никогда не будешь готова, но сделай мне одолжение, не говори мне, что я чувствую хорошо? Потому что я, черт возьми, знаю, что чувствую, и это то, что я люблю тебя.

— Я не хочу потерять тебя, Ной, — Рони попыталась вырваться, но он крепко держал ее.

— Ты и не потеряешь, — прошептал он, прижимаясь лбом к ее лбу.

— Как мы сможем продолжать дружить, если ты любишь меня?

— Почему бы и нет? — теперь стучала не только голова, но и сердце. Ее слова высасывали из него жизнь, и Ной не понимал, почему она так чертовски боится. — Пары должны быть друзьями в первую очередь.

— Мы находимся на двух совершенно разных этапах нашей жизни — Рони покачала головой, усиливая растущий страх в глубине его живота. — И так будет всегда. Мне бы и в голову не пришло просить тебя пропустить что-то только потому, что я уже это прошла, — Вероника отстранилась и посмотрела ему прямо в глаза. — Я всецело за то, чтобы оставаться друзьями, но есть вещи, с которыми, я уверена, мы не справимся, если будем продолжать в том же духе.

— Какие вещи? — Ной был готов попытаться справиться с чем угодно, если бы это означало, что он сможет продолжать обнимать и целовать ее так же, как сегодня вечером.

Черт возьми, он не думал, что сможет долго обходиться без этого.

— А что будет, если кто-то из нас начнет встречаться с кем-то другим?

Его тело инстинктивно напряглось. От одной этой мысли в голове Ноя застучало еще сильнее.

— Мы все уладим, — процедил он сквозь зубы.

Ной знал, что он лжет. Рони была права. Он не сможет смириться с тем, что увидит ее с кем-то еще, но сейчас он сказал бы что угодно, лишь бы девушка не вышла из его комнаты.

Парень поднес руку к голове, и в ее глазах сразу же появилась тревога.

— У тебя кружится голова?

— Немного.

— Ложись обратно, — Рони взбила ему подушку.

Ной так и сделал, но не отпустил ее руку.

— Ляг со мной, пожалуйста.

Вероника вытянулась на кровати, и Ной обнял ее, как только она оказалась рядом с ним. Обнимать ее было прекрасно. Именно так она должна проводить каждую ночь, рядом с ним и в его объятиях.

— Рони, — прошептал Ной ей на ухо.

— Хм-м?

— Ты останешься со мной на ночь? Я обещаю, что мы ничего не будем делать, кроме как спать.

Ной почувствовал, как девушка напряглась, а затем медленно, когда он переплел свои пальцы с ее и зарылся лицом в ее шею, вдыхая прекрасный запах, она расслабилась.

— Хорошо.

Слова «я люблю тебя» вертелись у Ноя на языке. Ему было все равно, что она скажет. Он не сомневался, что влюблен в нее, и, почувствовав искреннюю реакцию от его прикосновений и поцелуев, которую Рони была бессильна скрыть, убедился, что его чувства взаимны.

Есть одна вещь, которую он четко и ясно уловил сегодня, это ее страх. Боязнь поддаться своему сердцу. Ною придется придумать, как убедить ее в том, что это нормально — сдаться, независимо от того, на каком гребаном этапе жизни каждый из них находится. То, что они оба чувствовали, было больше, чем дружба. Может, он и не очень много знает о любви, но в одном Джек был прав. Сердце было вечно неопытным. Рони доказала это сегодня вечером. Несмотря на разницу в возрасте и на то, на каком этапе, по мнению Рони, она находилась, и как бы ни старалась бороться с этим, их сердца бились в унисон, и это все, что имело значение.

— Засосы? — Вероника повернулась от зеркала к Ною, который сидел на краю кровати и самодовольно улыбался ей. — Ты сделал мне засосы?

— Я немного увлекся. — Ной усмехнулся. — Что я могу сказать? Ты сводишь меня с ума.

Рони снова повернулась к зеркалу. Не один или два, а три почти фиолетовых засоса украшали ее шею спереди. Даже в старших классах, когда дети думали, что они крутые, и другие девочки хвастались ими, Рони не считала это чем-то крутым, особенно сейчас, в ее возрасте. Особенно когда уже завтра собиралась вернуться на работу.

Вероника приподняла волосы и обнаружила четвертый, меньший, чем те, что были у нее на шее, прямо под ухом.

— И как же я завтра появлюсь на работе в таком виде?

Ной встал, подошел к ней сзади и улыбнулся в зеркало.

— Оу, ничего себе. Они довольно большие. — Вероника вздрогнула от прикосновения его пальцев к своей шее. Ной нежно отвел ее волосы и поцеловал в затылок. — А вот здесь я не поставил.

Ее тело мгновенно проснулось от прикосновения его языка к ее шее, и она отстранилась.

— Перестань, Ной. Я серьезно говорю. — Вероника подавила вздох, стараясь не думать слишком много о том, что парень, очевидно, планировал продолжить то, что они начали прошлой ночью.

— Я тоже, — сказал он, обнимая ее за талию.

Рони положила ладони поверх его рук на ее животе и смотрела в зеркало, как он целует ее в щеку.

— Ной, я думала, мы договорились, что не будем этого делать.

— Нет, — парень поцеловал ее в щеку и крепче обнял. — Ты сказала, что мы не справимся. Я сказал, что мы что-нибудь придумаем.

Рони повернулась к нему лицом, готовая прекратить спор, но тут, же поморщилась, увидев, что одна сторона его лица все еще опухшая. Нежно проведя пальцами по бугристому участку, девушка начала спрашивать, больно ли ему, когда его губы снова оказались на ее губах, и оказалась увлечена еще одним из его удивительных поцелуев.

Когда после нескольких долгих минут глубоких поцелуев все, наконец, закончилось, ее ноги стали словно ватными. Рони буквально пришлось вцепиться в его большие руки, чтобы не упасть. Ной прислонился лбом к ее лбу, переводя дыхание, и смотрел ей в глаза горящим взглядом.

— Если ты не хочешь этого делать, просто скажи мне, и я буду уважать твои желания. Но пока ты не скажешь мне, это не прекратится.

Вероника должна была что-то придумать, какой-то компромисс. Как ни настаивал ее мозг, она не смогла заставить себя произнести слова, которые, как знала, должна была произнести. Это нужно прекратить, пока не стало слишком поздно. Но Рони не могла, поэтому сказала самое лучшее, что смогла придумать.

— Я думаю, мы должны хотя бы замедлить. Мы же друзья, помнишь? Я не хочу, чтобы что-то менялось.

Произнеся эти слова, Рони поняла, что сказала на самом деле. Теперь Вероника очень боялась, что все изменится, и она потеряет его. Девушка не могла вынести даже мысли об этом.

— Что изменится, Рони? — Ной глубоко вздохнул, похоть в его глазах сменилась разочарованием.

— Все, — Вероника мягко отстранилась, немного удивленная разочарованием в его голосе. — Я возвращаюсь к работе. Мне нужно сосредоточиться на этом. Попытаться вернуться к тому, где я должна быть. Вот это, — сказала она, проводя пальцем по его твердому предплечью. — Это все усложнит. У меня сейчас столько всего происходит, и я не хочу показаться эгоисткой, но сейчас мне нужна твоя дружба больше, чем когда-либо. Если мы продолжим это делать, и все изменится… — Рони глубоко вздохнула, надеясь, что Ной не заметил, как она взволнована. — Боюсь, мы потеряем то, что имеем.

— Ничего не изменится, обещаю тебе, — Ной снова притянул ее к себе и крепко обнял. — Но, если замедление поможет тебе почувствовать себя лучше, тогда я постараюсь контролировать себя рядом с тобой, — он отстранился, чтобы снова посмотреть ей в глаза. — Я не обещаю, что не поскользнусь, ладно? Потому что это наверняка случится. Но я обещаю, что приложу все усилия, — парень слегка приподнял пальцами ее подбородок, изучая шею, и улыбнулся. — Не понимаю, на что ты жалуешься. Засосы хорошо смотрятся.

Вероника изумленно уставилась на него. Вероника подозревала это и раньше, но теперь была в этом уверена. Ной поставил ей засосы не случайно. На ум пришли его вчерашние слова. Моя Рони. Это было так похоже на него. Она должна была догадаться, как только увидела их.

— Да, но их видно.

— Окей. Как скажешь, — Ной улыбнулся еще шире и поцеловал ее в нос.

Час спустя и после того, как ей яростно пришлось гуглить: «как удалить засос?». Вероника знала, почему Ной был так самодоволен и любезен, когда она рассматривала их. Следы не исчезнут за день или даже за два дня, особенно такие темные как у нее. Рони нашла много способов, как сделать их менее заметными, но быстро удалить их не получится. Засос был синяком — лопнувшие кровеносные сосуды под кожей. Хотя такие синяки получают приятным способом, суть этого не менялась они так, и оставались синяками. И единственный реальный способ избавиться от них — это прятать.

Радуясь, что сейчас зима и что она купила себе водолазку, когда покупала рабочую одежду, ей оставалось просто проявить творческий подход в первую неделю работы. Вероника стояла перед зеркалом, рассматривая темные пятна на своей шее. Мысль о поцелуях Ноя, и о том, как хорошо ощущалось, когда он присасывался к ней, заставила ее закрыть глаза и сделать глубокий вдох.

Безумие, как быстро одна только мысль о его губах, о его твердом теле, прижавшемся к ней, заставила ее трусики снова работать сверхурочно, впитывая влагу, как это было прошлой ночью. Вероника медленно выдохнула, ее тело задрожало от воспоминаний о ней и Ное.

Решив, что долгий душ — это то, что ей нужно, Рони собрала вещи и направилась в ванную. Это могло бы помочь ей собраться с мыслями. Девушка уже предвкушала, что эта неделя станет для нее эмоциональными американскими горками. Произошедшее с Ноем только обострит ситуацию.

Это почти вывело из себя. Вероника с нетерпением ждала своего нового начала. Это должно было быть захватывающе, освежающе. Но теперь все это было омрачено мыслями о ней и Ное. Рони говорила правду, когда сказала, что боится потерять его, и с самого начала знала, что именно это может стать причиной конца.

Как, черт возьми, она планировала вернуть свою социальную жизнь без всяких проблем? Жизнь, которую она знала. Бранчи с друзьями ее возраста, пятничные коктейли с девушками с работы в хорошем ресторане, а не вечеринки на заднем дворе с танцевальными командами и неуправляемыми подростками. Хотя Рони должна была признать, что до тех пор, пока этот идиот не начал приставать к ней, как только Ной скрылся из виду, ей нравилось происходящее.

Перед тем как войти в душ, Вероника взглянула в зеркало. Нелепые засосы выглядели ужасно, хотя получить их было приятно. Рони вздохнула и покачала головой — иронично. Засосы ассоциировались у нее с подростком, который помечал свою территорию. И в довершение всего Ною это показалось забавным. Разве он не понял, что это не добавляет ему очков зрелости?

Вероника могла только надеяться, что душ поможет ей расслабиться, потому что знала, что следующие несколько недель будут непростыми.

Поскольку это был Новый год, один из немногих праздников, когда Джек закрывал спортзал, Ной не планировал сегодня выходить из дома. Так продолжалось до тех пор, пока Джио не позвонил, чтобы спросить, как он себя чувствует, и не сказал, что собирается пойти к дяде, чтобы помочь набрать песка в мешки. Двор его дяди всегда затапливало во время шторма, и недавний шторм не стал исключением.

Поскольку друг всегда был готов помочь, когда дело доходило до помощи, Ной немедленно вызвался помочь. Поначалу Джио отказался от этой идеи сказав Ною, что ему следует остаться дома и отдохнуть после полученного удара, но парень напомнил ему, что он боксер и знает, как принять удар. Парень не ударил его сильно, просто попал в идеальное место. Гребаная киска, очевидно, знал, как нанести удар исподтишка.

Ной столкнулся с Рони в коридоре, когда она возвращалась в свою комнату из ванной в халате. Он знал, что обещал держать себя в руках, но Рони должна была знать, что теперь это будет почти невозможно.

Ной прислонился к стене, как только Вероника попыталась пройти мимо него.

— Ты хорошо пахнешь, — прошептал он ей в щеку, вдыхая запах мыла на ее все еще влажной коже. Потом поцеловал ее в подбородок. — Дай посмотрю? — Ной приподнял ее подбородок и улыбнулся. — Что случилось? Я думал, от засосов легко избавиться.

— Ты прекрасно знал, что от них так просто не отделаешься, — Рони игриво толкнула его и сердито посмотрела на него.

Ной широко раскрыл глаза, изображая недоумение, когда Вероника выскользнула из его объятий.

— Неужели? Ты уже пыталась?

— Ой, перестань, — сказала Рони, открывая дверь спальни.

Ной рассмеялся.

— Слушай, мне надо кое с чем помочь Джио. Я тебе сегодня здесь нужен? — парень сделал шаг вперед и ухмыльнулся. — Подумай над этим. Потому что, если я нужен, то могу перезвонить ему и сказать, что не смогу приехать.

— О, ты сделаешь для меня все что угодно, Ной Куинтанилла? — Вероника закатила глаза и лукаво улыбнулась.

Ной угрожающе шагнул вперед, зная, что снимет с нее халат в считанные секунды, если она, хотя бы намекнет, что тоже хочет его.

— Абсолютно.

Лукавая улыбка исчезла, когда Рони крепко ухватилась за воротник своего халата.

— Спасибо, но со мной все будет в порядке. Мне нужно сделать миллион дел, чтобы подготовиться к завтрашнему дню, — Она попятилась в свою комнату, помахав рукой.

Разочарование улеглось, но возбуждение от осознания того, что он был так близко к тому, чего ожидала его напряженная промежность, было достаточно, чтобы заставить его улыбнуться. Ной подождал, пока Вероника скроется за дверью, поправил брюки и пошел прочь. Проклятье, это будет труднее, чем он думал.

Ной поехал в дом дяди Джио, и там оказалась его дочь Рита. Это стало сюрпризом. Поскольку она жила на севере. Мысль о том, что Рита может приехать к отцу, даже не приходила ему в голову. Парень почти проехал мимо, когда понял, что это была ее машина, припаркованная перед домом, но в этот момент подъехали Эйбел и Гектор и увидели его, выходя из грузовика.

Рита вышла поприветствовать их и поблагодарила за помощь. Также девушка объяснила, что останется здесь до тех пор, пока ей не придется вернуться, когда начнутся занятия в школе — через неделю. Ною удавалось не оставаться с ней наедине все это время, даже после того, как она пригласила их на обед, который сама же и приготовила.

И только когда он извинился, поблагодарил за обед и вышел, Рита последовала за ним.

— Эй, Ной, — крикнула девушка вслед, когда он приблизился к своему мотоциклу.

Ной обернулся и улыбнулся. Все время, пока был там, он поддерживал с ней общий разговор. Они поговорили о погоде и о том, что ее отцу нужно все починить, чтобы его не затопляло. Рита выразила свое беспокойство по поводу того, что ее отец живет один, но сейчас улыбалась той злой маленькой улыбкой, которую приберегала только для него. Девушка была чертовски сексуальна, Ной не отрицал этого. И Рита всегда следила за тем, чтобы ее топы подчеркивали ее два самых больших достоинства, как сейчас.

Ной никогда даже не пытался скрыть тот факт, что разглядывает ее. Он знал, что Рите это нравилось, поэтому делал это открыто — до сих пор. Теперь Ной не хотел, чтобы у нее появились какие-то идеи.

— Так вот в чем дело? Ты вроде как «занят»?

Парень улыбнулся. Хорошо. Рита облегчала ему задачу. Джио уже дразнил его за то, что, когда вошел к нему прошлой ночью в комнату, он крепко спал, обнимая Рони. Ной не собирался скрывать тот факт, что, хотя формально они еще не были парой, между ним и Рони определенно что-то происходило.

— Да, что-то в этом роде.

Рита улыбнулась, подходя ближе, когда он запрыгнул на свой мотоцикл.

— Как это? Либо ты занят, либо нет. Ты же меня знаешь, — Девушка провела пальцами по ссадине на его щеке. Они уже говорили о вчерашнем инциденте во время обеда. Рита поцеловала ссадину, затем прижалась к нему грудью и наклонилась достаточно близко, чтобы поцеловать его. — Я не против делиться.

Из предыдущих комментариев Вероники, Ной знал, какие парни ей нравились и, хотя не знал наверняка, думал, что она не из тех девушек, которые делят с кем-то своего парня. И он совершенно ясно дал ей понять, что они «что-нибудь придумают», и что Ной даст ей немного времени, чтобы привыкнуть к переменам, прежде чем они решат стать парой, одно было чертовски ясно, он не клюнет на предложение Риты.

Ной не станет тянуть резину. В любом случае Рита не могла знать подробностей о нем и Рони, поэтому он уже собирался сказать ей, что совершенно точно «занят», когда через заднюю дверь вышли Эйбел, Джио и Гектор.

Брови Джио поползли вверх, но он ничего не сказал. Гектор, конечно, был первым, кто прокомментировал это с ухмылкой.

— Мило смотритесь.

— Неужели? — Рита повернулась и улыбнулась в их сторону. — О, и это мне напомнило кое о чем. Я же фотографирую нас каждый год, — Затем бросила на Ноя лукавый взгляд. — В этом году я еще не делала фото.

Девушка вытащила телефон из кармана куртки и протянула его Гектору, когда они все подошли к мотоциклу Ноя.

Так же быстро, как она уехала на следующий день после Дня Благодарения на своей машине, Рита села на мотоцикл позади Ноя, в одно мгновение обхватив его руками и ногами за талию.

— Сфотографируй нас, — сказала девушка, ее руки соблазнительно блуждали по его груди, отчего у Ноя перехватило дыхание.

Этот идиот Гектор сделал не один снимок. Ной никогда не встречал девушку, которая двигалась бы так быстро. Не успел он опомниться, как Рита убрала ноги с его талии и опустила их, а руки положила ладонями вниз между его бедер, как будто она держалась изо всех сил. Конечно, Гектор сделал еще один снимок.

Так же быстро, как девушка забралась на его мотоцикл, она спрыгнула и взяла телефон у Гектора.

— Ты приедешь еще раз на этой неделе?

С ума сойти, как всего год назад Ной с радостью возвращался бы к Рите каждый вечер, пока она не уехала бы, но сегодня он покачал головой.

— Скорее всего, нет. У меня много дел. Бой через неделю. Мне нужно тренироваться.

— А, точно. Я приду посмотреть на бой Джио. Может быть, зайду посмотреть и на твой.

— Да, это было бы здорово.

Еще немного поболтав, Ной наконец-то выбрался оттуда. Все мысли о Рите быстро исчезли, когда к нему вернулись воспоминания о поцелуях, объятиях и облизывании восхитительной кожи Рони. Забавно, когда Рита прижималась к нему грудью, а ее ноги крепко обхватывали его талию, это только раздражало, а от одной только мысли о том, чтобы снова поцеловать Веронику, в штанах стало тесно.

Глава 20

В ту ночь, когда Ной вернулся после помощи Джио и его дяде, они с Рони пришли к компромиссу. Их дружба так и останется дружбой, если только Ной будет получать от нее поцелуй на ночь… каждый день.

Вероника почти не спорила, и, хотя оговаривала, что это будет чисто дружеский поцелуй, знала, что это будет совсем не так. То, что началось как быстрый поцелуй на прощание, переросло в поцелуй, от которого девушка едва не задохнулась, и ей срочно понадобилось сменить трусики. В последующие ночи он стал еще длиннее.

Первые несколько дней на работе ей едва удавалось не заснуть. Между ее бессонными ночами после поцелуя, с искусно владеющим языком Ноем, и мучительно скучных тренингов по соблюдению требований и просмотра видео, которые она должна была высидеть, было трудно держать глаза открытыми.

Ее босс, Лесли, еще не сказала ей, где она окажется, как только закончит обучение, но, была довольно оптимистично настроена, сказав, что у нее все еще есть много времени, чтобы выяснить это, так как, вероятно, пройдут недели, прежде чем Вероника закончит тренинг. Неужели? Это то, чего она ждала с нетерпением и ради чего потратила сотни долларов на новый гардероб?

Дерек дважды писал ей на этой неделе и один раз позвонил, оставив сообщение на автоответчике, что с нетерпением ждет встречи с ней в ближайшее время. Судя по тому, как обстояли дела с Ноем, который несмотря на то, что согласился, остаться друзьями, вел себя с другими парнями как собственник, Рони не понимала, как сможет встретится с Дереком.

И дело в том, что после недели полной неспособности бороться со своими желаниями по отношению к Ною, Вероника начала обдумывать возможные варианты. Она собиралась поужинать сегодня вечером с Нелли и надеялась, что ее лучшая подруга поможет ей разобраться в этом. Подруга позвонила несколько дней назад и призналась, что чувствует себя невероятно виноватой из-за того, что пренебрегала их дружбой в последние пару месяцев.

Вероника сказала ей, что ничего страшного, но втайне была рада услышать от Нелли, что с этого момента они будут встречаться чаще. В глубине души ей не нравилось, что она стала настолько зависима от Ноя, что только он составлял ей компанию — был ее единственным другом. Рони нужно было почувствовать, что в ее жизни происходит нечто большее, чем просто парень.

Пара ее друзей с работы также упомянули о необходимости собраться вместе и наверстать упущенное. Но пока об этом только лишь говорилось. Никто, ничего не планировал.

Всего через неделю после Нового года Вероника с легкостью убедила себя, что, возможно, Ной уже достаточно взрослый для того, чтобы увлечься ею. Парень очень серьезно относился к своей карьере боксера и тренера. И хотя выбор профессии был немного нетрадиционным, у него было много целей и стремлений, но самым замечательным была его дисциплина. Ной мог легко расслабиться и взять выходной от тренировок или отказаться от специальной диеты, на которую он себя посадил, готовясь к бою, но никогда этого не делал.

Веронике пришлось признать, что знала мужчин намного старше его, которые не имели ни малейшего представления о том, чего они хотят от жизни. Хотя она все еще сомневалась в том, что Ной захочет и сможет завязать серьезные отношения в столь юном возрасте, именно он казался наиболее непреклонным в том, что что-то подобное может сработать.

Вероника отправила Ною сообщение с напоминанием, что сегодня вечером пропустит тренировку и вернется домой чуть позже, потому что ужинает с Нелли. Не было ничего странного в том, что девушка сообщала, где будет. Ной начал делать то же самое. С самого утра после их маленькой ссоры, закончившейся слезами, когда Рони оставила ему записку, чтобы он знал, где она, Ной благодарил ее за это, и она знала, что парень искренне беспокоится о ней. Вероника не рассматривала это как необходимость отчитываться, скорее, как проявление вежливости, чтобы ее друг не волновался.

Нелли согласилась встретиться с ней в местном Кубинском ресторане — одном из их любимых. Подруга, казалось, была взволнована, и Вероника быстро ввела ее в курс дела. Она намеренно рассказала ей во всех подробностях о своих каникулах с Ноем, ничего не упуская до самого Нового года.

У Нелли отвисла челюсть, когда Вероника рассказала им о том, как целовалась с ним.

— Даже не знаю. К этому все шло уже несколько недель, и я просто позволила этому случиться, — Рони улыбнулась, чувствуя себя школьницей. — Нелли, он невероятный, и это был не просто поцелуй. Это было довольно страстным. Я имею в виду… — девушка поднесла руки к шее. — Засосы окончательно исчезли несколько дней назад.

Рони едва успела закончить фразу, когда Нелли выплюнула свой напиток и схватила салфетку. Вероника рассмеялась. Девушка понимала, как нелепо это звучит, но испытывала такое облегчение, рассказывая кому-то об этом, что ей было все равно.

— Засосы? Тебе что, тринадцать?

Вероника засмеялась еще громче. Господи, как же она скучала по Нелли! Когда они закончили хихикать, Вероника прикусила нижнюю губу и произнесла слова, о которых не позволяла себе даже думать всерьез.

— Он сказал, что любит меня. Сказал мне в канун Нового года. — Вероника не думала, что Нелли может выглядеть более ошеломленной, чем несколько минут назад. — Я знаю, ладно? — спросила Вероника, не зная, смеяться ей снова или блевать. — Мы знакомы всего несколько месяцев, а в его возрасте парень, наверное, даже не знает, что такое любовь.

— Ной не маленький мальчик, Рони, — у Нелли всегда был такой тон, когда она говорила очень серьезно. — Ладно, он моложе тебя, но двадцатилетний мужчина способен отличить похоть от любви. Если парень говорит, что влюблен, я ему верю.

— Неужели? — прошептала Вероника и наклонилась ближе, как будто люди за соседним столиком могли услышать и посчитать ее такой же нелепой, какой она себя чувствовала.

— Что такого безумного в том, что он влюблен в тебя? Ты замечательный человек, и он, очевидно, понял это, не говоря уже о том, что ты сногсшибательна. Посмотри на себя.

Как обычно, Нелли сделала то, что у нее всегда получалось лучше всего — прогнала прочь все сомнения, которые Рони так легко лелеяла, но дело было не только в этом.

— Значит, я сошла с ума, если даже подумываю об этом?

Нелли помешала свой напиток и очень серьезно посмотрела на Веронику.

— О чем именно ты думаешь?

Вероника пожала плечами, внезапно почувствовав себя совершенно неуверенной в том, в чем она так успешно убедила себя раньше.

— Сначала я была категорически против того, чтобы между нами что-то происходило, но теперь… я не знаю. Это не кажется таким уж невероятным.

— Что ты имеешь в виду? Я имею в виду, если Ной говорит, что влюблен в тебя, ты действительно должна быть осторожна в своих поступках. Ты ищешь отношений с ним или мы говорим только о том, чтобы поддаться плотским желаниям?

Вероника нервно рассмеялась. Услышав это вслух, девушка поняла, что это так же нереально, как и думала вначале.

— Он гораздо более зрелый, чем я думала вначале, — Рони сделала глоток содовой, размышляя, стоит ли говорить о своих настоящих страхах. — Ной очень милый, и его преданность достойна восхищения. Его друзья значат для него все, — Вероника действительно восхищалась его преданностью. Девушка никогда не встречала никого похожего на него и его друзей. Эйбел выглядел готовым убить парня, который застал Ноя врасплох. И он сделал бы это, если бы его не оттащили. — Верность равняется доверию, верно?

— Тебя беспокоит именно это? Можешь ли ты доверять ему? — Вероника кивнула, но быстро добавила: — Не то чтобы Ной давал мне повод думать, что ему нельзя доверять. Все это время, что он живет со мной, он только и делает, что ходит на работу и сразу же возвращается домой. За исключением тех случаев, когда ходил к своим друзьям… — Рони остановилась, чтобы не рассказать ей о своей поездке с Ритой, но, конечно, Нелли была на шаг впереди нее, как обычно.

— А что он делает, когда приезжает туда?

— Ничего, просто тусуется. — Рони на секунду встретилась взглядом с Нелли, а потом решила, что может ей все рассказать. Она уже говорила, каким чудесным был День Благодарения. — Ладно, на следующий день после Дня Благодарения Ной пошел к своему другу Джио и сказал, что просто собирается потусоваться. Даже сейчас я не жду от него никаких объяснений. И с тех пор все значительно улучшилось, так что тогда он был должен мне еще меньше. — Рони нахмурилась, чувство, которое испытала в ту ночь, когда узнала о Рите, вернулось к ней, но она сдержала его. — Позже я узнала, что в тот день он спал с кузиной Джио.

Нелли уставилась на нее, но ничего не сказала. Девушка чувствовала, что Нелли ждет продолжения, но голос ее дрогнул. Вероника не хотела, чтобы Нелли судила Ноя по тому, что он сделал больше месяца назад, когда они были всего лишь соседями по комнате, которые даже не прикасались друг к другу.

Наконец Нелли села немного прямее. Вероника ожидала, что подруга начнет читать какую-нибудь лекцию о том, что именно этого и следует ожидать от парня в возрасте Ноя. Она почти надеялась на это. Если кто-то и мог вразумить ее, так это Нелли, но вместо этого подруга потянулась через стол и коснулась ее руки.

— Дорогая, мне так жаль, что меня не было рядом с тобой. У тебя столько всего произошло, и тебе не с кем было поделиться этим.

Вероника быстро покачала головой.

— Нет. У меня был шанс. В то утро, когда мы пошли за вафлями, я хотела тебе сказать. Я узнала об этом накануне вечером, но решила не рассказывать, потому что чувствовала себя глупо. Ной был просто моим соседом по комнате и…

— Вы провели с ним чудесные праздники вдвоем. Ты сказала, что у тебя бывают моменты. Это, очевидно, много значило для тебя, и я могу понять, почему это было бы душераздирающе. На твоем месте я бы тоже так поступила. Ты не была глупой, ты была человеком, — подруга сжала ее руку. — Послушай, единственное, о чем мы с Риком слышали в течение многих недель на всех этих ретритах[17] и консультациях — это то, что доверие является абсолютной основой отношений. Без него у вас ничего нет. Что Ной сказал, когда переспал с той девушкой?

Вероника покачала головой.

— Я никогда не спрашивала его об этом, и, конечно, он никогда не давал объяснений. Но девушка вернулась на Рождество, и из того, что сказал его друг, она в основном его шлюха во время праздников. Я спросила его, будет ли он проводить с ней время, и Ной ответил, что нет. Вместо этого он проводил праздники со мной. Ной был рядом со мной и в Сочельник, и в Рождество, а потом случился Новый год.

— Но ты все еще сомневаешься?

— Дело не только в ней, Нелли. Эта девушка даже не живет поблизости. Дело в том, что Ной намного моложе, и ты же его видела. Парень может выбрать любую горячую девушку. И их много, те же фанатки на его боях. Сколько пройдет времени, прежде чем старая леди начнет ему надоедать?

— О, прекрати это, — Нелли оттолкнула ее руку, выглядя по-настоящему рассерженной. — Даже не начинай с этого дерьма. Ты выглядишь потрясающе, и Ной, похоже, с этим согласен. Кроме того, это не имеет никакого отношения к возрасту или внешности. Этот парень влюблен в тебя. Ты будешь прекрасна для него, несмотря ни на что.

— Да, но… — Рони очень не хотелось поднимать эту болезненную тему, но Нелли уже сделала это, и Веронике вдруг захотелось узнать. — А Рик когда-нибудь объяснял, почему он чуть не обманул?

Вместо того, чтобы выглядеть ошарашенной, как ожидала Вероника, выражение лица Нелли сменилось с раздраженного на удовлетворенное.

— Я рада, что ты заговорила об этом. Я все равно собиралась рассказать тебе.

Нелли рассказала ей о многочисленных сеансах психотерапии, которые они с Риком посещали. И хотя она ни в коей мере не винила себя за опрометчивые поступки Рика, отчасти девушка была виновата в том, что поддалась тому, что психотерапевт называл «тонким искусством отрицания брака». Это привело к тому, что Нелли теперь называла «почти промах Рика».

— Проще говоря, это форма регрессии. И это начинается очень рано в отношениях. Большинство людей даже не замечают этого, поскольку все начинается незаметно. Она выглядит нормально и правильно, когда только начинается, но проблема растет. В моем случае я с самого начала знала, что с Риком что-то происходит, и решила не обращать на это внимания. Было неудобно говорить или даже думать об этом. Я решила, что наш брак и любовь достаточно сильны, и что бы ни было, я могу доверять Рику, что он поступит правильно. Оказывается, Рик делал это, потому что втайне хотел, чтобы его поймали. И что же я сделала? Я продолжала закрывать глаза, отказываясь признать, что что-то серьезно не так.

Нелли рассказала ей, что за несколько месяцев до того, как стажер начала работать с Риком, их сексуальная жизнь уже не была такой, как раньше. Девушка все время была уставшей и напряженной после работы, и у нее никогда не было настроения. Они стали обходиться без него днями, а то и неделями, и, конечно, ни один из них не говорил об этом.

— Я не думаю, что секс будет проблемой для вас двоих, судя по тому, что ты мне рассказала, — Нелли захихикала, заставив Веронику покраснеть. — Я хочу сказать, что знаю тебя, Рони. Если ты действительно соберешься начать отношения с этим парнем, твои сомнения не исчезнут в одночасье. На самом деле, чем сильнее ты будешь влюбляться в него, тем больше сомнений будет подкрадываться. Что бы ты ни делала, не позволяй своей гордости диктовать тебе, как поступать. Если тебе нужно что-то знать, что успокоит тебя или уберет любые сомнения, спроси его. Спроси, как бы неудобно это ни было.

Вероника нахмурилась. Первое, что пришло ей на ум, была Рита. Она ненавидела себя за то, что все еще была зациклена на этом.

— Поверь мне, Рони. Если я чему-то и научилась из того, что произошло между мной и Риком, так это тому, что я больше никогда не буду сдерживаться. Какие бы подозрения у меня ни были, какими бы незначительными они ни были, какая бы неуверенность в нашем браке у меня ни была, все это скоро всплывет. Конечно, ты не должна все время выяснять все и загонять его в угол, но Ной должен понять это. Я знаю тебя лучше, чем кто-либо другой. Если ты что-то делаешь, то подвергаешь серьезному испытанию свою зону комфорта. — Вероника кивнула. Нелли была чертовски права в этом. Это было так на нее не похоже. Рони все еще не могла поверить, что действительно серьезно задумалась об этом. — Он просто должен это понимать.

Из ниоткуда вырвался тихий смешок у Вероники, и она прикрыла рот салфеткой.

— Не думаю, что у Ноя возникнут из-за этого серьезные проблемы. Я уже говорила тебе, какой он.

Нелли улыбнулась.

— Обычно я бы сказала, что быть с таким твердолобым парнем может стать проблемой, но в твоем случае это пойдет тебе на пользу. Ной не может жаловаться на твои дурные предчувствия, если он едва не обоссал твою ногу, чтобы пометить свою территорию.

Теперь Вероника рассмеялась от всего сердца. Она чувствовала себя намного лучше. Девушка знала, что так и будет. Нелли всегда умела уговорить ее спуститься или подняться, в какой бы ситуации ни оказалась.

Возбуждение охватывало ее всю дорогу до дома. Ной вышел ей навстречу, когда она вышла из машины в гараже.

— Как все прошло?

Как обычно в последнее время, Ной стоял так близко, что Вероника чувствовала его дыхание, и смотрел на нее горящими глазами, которые сводили ее с ума. Очевидно, он совсем недавно чистил зубы, потому, что Рони все еще чувствовала запах зубной пасты в его дыхании.

— Все прошло хорошо, — девушка улыбнулась. — Я не понимала, как сильно скучаю по Нелли, пока не увидела ее сегодня.

— Я вижу, вы принарядились по такому случаю. — Ной взял ее за руку и приподнял, отступая назад, чтобы рассмотреть ее наряд. — Очень мило.

Вероника действительно приоделась, но все равно была польщена тем, что Ной это заметил. Она немного нервничала из-за того, что надела вещи не по возрасту. Но длинный свитер-туника, черные колготки и новые ботинки не принесли ей сегодня на работе ничего, кроме комплиментов, в том числе и от очень взволнованной Нелли. Это было частью ее большого плана относительно новой Вероники. Девушка все еще не могла поверить, как далеко ушла за два года, предшествовавшие смерти матери.

— Спасибо. Это один из моих новых нарядов.

Ее мысли вернулись к Ною и единственной неприятной вещи, которую она хотела у него спросить. Рони сделает это один раз и больше никогда не заговорит об этом. Но ей нужно было знать.

Ной сделал шаг вперед, как обычно проверяя ее на прочность. В этот момент Вероника обычно поднимала руку между ними, напоминая ему об их статусе дружбы и их соглашении, что любой поцелуй будет только в форме дружеского и невинного поцелуя на ночь. Однако сегодня позволила ему приблизиться к себе. Конечно, Ной не терял времени даром. Через несколько секунд девушка таяла в его сильных руках, когда он целовал ее так, как это мог сделать только он.

После его восхитительного приветствия, к которому она вполне могла привыкнуть и определенно подумывала о заключении соглашения, они вышли на свежий воздух.

— Я скучал по тебе сегодня, — прошептал Ной ей в губы, прежде чем снова поцеловать.

— Я тоже скучала.

Казалось, что это был просто очевидный ответ, но Рони действительно скучала. Было приятно провести время с Нелли, и ясность, которая пришла с их разговором, была бесценна. Однако Вероника должна была признать, что мысль о том, что она могла бы быть дома с Ноем вместо этого, с сожалением приходила ей в голову несколько раз во время ужина.

Это навело ее на следующую мысль. Следуя совету Нелли, она больше не будет откладывать это дело. Судя по приветствию Ноя, кто знает, чем закончится сегодняшний вечер, и есть вещи, которые девушка должна была знать, прежде чем принимать какие-либо решения.

Вероника прислонилась спиной к машине, и Ной прижался к ней.

— Можно тебя кое о чем спросить? Это личное.

— Да, ты можешь спросить меня, о чем угодно, — Ной слегка отстранился и нахмурился.

— Какие именно у вас отношения с Ритой?

Несмотря на то, что Ной приложил все усилия, чтобы казаться равнодушным к ее вопросу, он явно задел его за живое. Его и без того твердое тело напряглось сразу же при одном упоминании имени Риты, и Вероника почти сразу же пожалела о том, что спросила его об этом.

Глава 21

Тест — вот на что это похоже, а Ной всегда плохо справлялся с тестами. Рони позволила ему поцеловать себя, а потом обрушила это на него. Мозг лихорадочно работал, пытаясь все понять. Ной искал идеальный ответ, но другого выхода не было. Рита была именно такой, как когда-то выразилась Рони — его подружкой для секса. Но в случае Риты это было гораздо больше, чем один раз.

Ной стоял, стараясь сохранять спокойствие, пока Рони искала что-то в его глазах.

— Она просто та, с кем я тусуюсь… ну, тусовался, — быстро поправился он. — Теперь уже нет, это в прошлом, — парень пожал плечами, стараясь чтобы это прозвучало незначительно. — Мы оба были одиноки, и никто из нас не искал ничего серьезного.

— Почему?

— Потому что это больше не кажется правильным, — тот факт, что Рони даже спросила об этом, немного разозлил его.

— Но это же случилось на следующий день после Дня Благодарения?

Боже, он убьет Гектора.

— Это не было запланировано, Рони. На самом деле ничего с ней никогда не было. За последние несколько лет мы…

— Лет?

Черт! Рони оттолкнула его, но он не выпустил ее из своих объятий.

— Да, но Рита приезжает всего несколько раз в год.

Рони перекинула сумочку через плечо, чтобы увеличить расстояние между ними.

— Значит, ты просто спишь с ней без всяких обязательств? Это и есть предел ваших отношений?

— Раньше так и было. Уже нет. И да, это был предел всего этого.

Взгляд Рони метался по сторонам, явно не желая больше встречаться с его глазами. Девушка задрожала, когда тело Ноя не согревало ее.

— Но она кузина Джио, и ты никогда не разговариваешь с ней и не поддерживаешь связь, когда она уезжает?

— Давай зайдем внутрь, Рони, — сказал Ной, беря ее за руку. — Здесь очень холодно.

Они направились к задней двери ее дома.

— Знаешь что, не обращай внимания, — сказала девушка, когда они подошли к задней двери. — В любом случае, это не мое дело.

— Твое, — сказал Ной, чувствуя легкую панику из-за внезапной смены ее настроения.

— Нет, это не так. Меня не касается твоя личная жизнь…

— Теперь ты — моя личная жизнь, — Ной встал перед ней. — Я же сказал, что люблю тебя, и это правда. Я соглашусь со всем, что ты скажешь — буду следовать твоим правилам. Я буду двигаться так медленно, как тебе нужно, и, если ты хочешь знать о моей личной жизни, я расскажу тебе все, что ты хочешь знать, — Ной хотел внести полную ясность, потому что чертовски хотел знать о ней. Пока он не мог ничего требовать, но сейчас подал пример. — С Ритой было удобно, ладно? Это все, чем она когда-либо была. Мы никогда не строили никаких планов. Она даже не звонит мне, чтобы сообщить, что в городе. В день благодарения я не знал, что она будет там.

— Как ты не знал? Рита ведь здесь каждый праздник, верно?

— Но она обычно уезжает сразу же, так что я был застигнут врасплох, и то, что случилось в тот день… — он говорил слишком много и знал это, но ее обвинительный тон заставил его запаниковать. — Я не поэтому пошел к Джио, если ты на это намекаешь, но скажу честно, тогда у меня не было причин даже надеяться на что-то между тобой и мной. Из-за тебя это казалось таким невозможным. Теперь все по-другому. Все изменилось после Нового года, черт возьми, мои чувства изменились за несколько недель до этого. Вот почему я провел с тобой все каникулы. Даже на следующий день после Дня Благодарения, Рони. После того, как я увидел ее там, я старался, чтобы ничего не случилось, клянусь. Но так оно и было.

Рони покачала головой и обошла кухню, поставив сумку и ключи на стойку.

— Уму непостижимо, — пробормотала девушка.

— Что? — спросил Ной, следуя за ней, как щенок.

— Как такое могло случиться? Как она оказалась у тебя на коленях?

Ной чуть не задохнулся от того, как близко Рони подошла к истине. Когда он не ответил, Рони повернулась к нему и с отвращением закатила глаза.

— Фу!

— Дело в том, что даже Рита теперь все понимает. Это был последний раз для нас с ней. Это одна из лучших черт ее характера. Мне никогда не приходилось беспокоиться о том, что она прилипчива или хочет большего.

В ее взгляде произошла резкая перемена, и он понял, что последнее заявление может дорого ему обойтись.

— Это то, о чем ты беспокоишься, Ной? Что прилипчивые девчонки хотят большего?

— Меня беспокоят только те, к которым у меня нет чувств, — Ной сделал шаг ближе к ней. — Я не собираюсь никого обижать. И мне не нужно было беспокоиться об этом с ней. Это все, что я имел в виду.

К его облегчению, выражение ее лица немного смягчилось.

— И вы встречались с ней только по праздникам?

Ной едва не улыбнулся, но сдержался и вместо этого кивнул. Это было именно то, чего он хотел. Чтобы Рони задавала вопросы — установила игровое поле.

На ее лице появилось любопытство, и Вероника скрестила руки на груди.

— То есть ты хочешь сказать, что за все эти годы, когда вы этим занимались, за исключением тех случаев, когда Рита появлялась на праздники, вы никогда не поддерживали никаких отношений? Никаких телефонных звонков, электронной почты, вообще?

— Нет, — ее голос все еще звучал надменно, особенно когда речь шла о праздничных свиданиях, но Ной снова кивнул, чувствуя себя немного лучше, понимая, что этот разговор мог бы пойти намного хуже. — Ничего из перечисленного.

Ее любопытный взгляд теперь был окрашен подозрением, но легкая самодовольность ее изогнутых губ давала ему надежду, что напряжение, которое так быстро охватило комнату и начало душить его, исчезнет.

— Неужели? Значит, после Дня Благодарения, кроме тех случаев, когда ты видел ее на работе, рождественском ужине и Сочельнике, ты вообще ничего о ней не слышал?

Ему чертовски хотелось, чтобы девушка не смотрела на него так пристально, потому что, очевидно, она уловила тот факт, что Ной внезапно начал искать идеальный ответ. Изгиб ее губ исчез, и в глазах на мгновение появился страх, прежде чем Рони отвела взгляд.

— Только один раз и снова это не было запланировано.

— Что не было запланировано? — Рони резко обернулась.

Теперь выражение ее лица было жестким.

— Встреча с ней.

— Когда?

Как ни странно было слышать ядовитое требование Рони, Ной приветствовал его. Он хотел, чтобы девушка требовала чего-то, знала, что имеет полное право знать все о нем и позволила ему делать то же самое.

— В день Нового года, — в ту же секунду, как Ной это сказал, он понял, о чем она думает. Ему так чертовски нравился тот факт, что Рони вела себя как ревнивая подружка, что-то, что казалось настолько неправдоподобным до сих пор, что он даже не думал о том, как плохо это звучало, но ее глаза сказали все это. Вероника чувствовала не только отвращение, но и боль.

— Дядя Джио — ее отец, — сказал Ной, бросаясь к девушке, но Рони протянула руки, явно расстроенная.

— Ты виделся с ней на следующий день после…

— Рита была у него в доме в тот день, когда я пошел помогать Джио. Я понятия не имел, что она будет там, но ничего не случилось, Рони, клянусь тебе, — Рони попятилась, отказываясь смотреть ему в глаза, что, как он заметил, девушка делала только тогда, когда не могла полностью контролировать свои эмоции. — Она была в доме и готовила. Мы пообедали после нескольких часов работы во дворе, а затем я ушел.

Вероника покачала головой, и Ной не знал, что с этим делать. Неужели она говорит, что не верит ему? Затем она заговорила, выходя из кухни:

— Ты не обязан мне ничего объяснять.

Ной бросился к ней, схватил за руку и прижал к стойке, прежде чем девушка успела возразить.

— Но я хочу, — сказал Ной, обхватив ее лицо руками и глядя в ее серьезные глаза. — Я хочу. — прошептал он снова, прежде чем нежно поцеловать ее. — Рита была там, но ничего не случилось, и это последний раз, когда я ее видел или слышал. Я даже скажу тебе, когда в следующий раз услышу или увижу ее снова.

— Тебе не нужно этого делать, — Рони протестующе замотала головой.

— Перестань так говорить. Я хочу, — Рита была единственным гребаным существом на данный момент, которое могло заставить Рони усомниться в них. Ной чувствовал это. Рони наконец-то начала уступать ему, и будь он проклят, если позволит кому-то столь незначительному, как Рита, разрушить все это. — Я хочу и собираюсь это делать.

Наконец-то он увидел след той прекрасной улыбки, которую так любил.

— Хорошо, — прошептала Рони и глубоко вздохнула. — Мне нужно принять душ.

То, что Ной увидел в этот момент на ее лице, было именно тем, что он чувствовал сам. Облегчение. Этот разговор о Рите рано или поздно должен был состояться, и Ной был рад, что с этим покончено.

Доказательство того, что он заподозрил еще в тот день, когда поехал с Ритой, когда почувствовал себя не в своей тарелке, подтвердилось сегодня вечером. Они с Рони нашли общий язык в День Благодарения. Ной был не единственным, кто почувствовал это, потому что, хотя она и не сказала этого, факт был в том, что это причинило ей боль. Теперь все встало на свои места. Джио и Эйбел не могли себе этого придумать, когда сказали, что она выглядела расстроенной в тот вечер, когда Гектор заговорил об этом.

Ной обнял ее, снова вспомнив ту ночь и тот факт, что Рони плакала. Они еще даже официально не были вместе, а он уже причинил ей боль. Парень обнял ее еще крепче, надеясь, что она почувствует его сочувствие. Как бы ему ни хотелось извиниться, он больше не хотел возвращаться к этому разговору.

Рони мягко отстранилась и улыбнулась.

— Встретимся в коридоре, когда я приму душ и лягу спать?

Волнение, которое Ной испытал от одной этой фразы, заставило его почувствовать себя маленьким ребенком в магазине игрушек, и ему было все равно, что это было написано на его лице, отчего она рассмеялась.

— Я бы не смог заснуть, если бы этого не случилось.

Его попытка еще раз поцеловаться провалилась, когда Рони проскользнула под его руку и, хихикая, бросилась прочь. Ной смотрел, как девушка уходит, разглядывая туфли на высоких каблуках, которые свели его с ума в канун Нового года. Терпение было добродетелью, но, черт возьми, оно было также мучением, даже если предстоит прождать всего пару долгих минут до встречи в коридоре.

Через неделю после их разговора о Рите, Рони, как всегда, пребывала в нерешительности по поводу дальнейшего развития отношений с Ноем. Его признание о том, как и почему все произошло на следующий день после Дня Благодарения, и тот факт, что он дал ей добро на допрос, что она имеет право на объяснения о его личной жизни, должны были стать решающим фактором. Но, по иронии судьбы, что-то в этом разговоре заставило ее еще больше осознать, как страшно было вот так довериться кому-то.

Единственные случаи в ее жизни, когда она могла вспомнить, что ее сердце чувствовало себя таким невероятно уязвимым и готовым распасться на части из-за парня, были оба из-за него. Сначала в ночь после боя, когда она была вынуждена увидеть его с поклонницей, а потом в ту ночь, когда она узнала о Рите. Но слова о том, что он видел Риту на следующий день после того, как она наконец уступила своему желанию — на следующий же день после того, как он признался ей в любви — произвел на нее особенно сокрушительное впечатление. Это было нечто такое, чего она никогда раньше не испытывала, и, хотя, это оказалось пустяком, теперь она боялась испытать это снова.

Вероника была так благодарна, что настояла на том, чтобы докопаться до сути его отношений с Ритой, потому что теперь у нее было еще больше причин продолжать двигаться медленно, но все лишь немного продвинулось вперед. Ничего особенного не произошло, но произошли небольшие существенные изменения. Как сейчас, после ужина, когда они сидели и смотрели телевизор, она позволила себе прижаться к нему ближе.

И когда Ной украдкой утыкался носом в ее шею и уши, пока она готовила, или даже когда они были в ее фотолаборатории, когда он заявлял, что хочет научиться проявлять фотографии, Рони не была способна положить этому конец. Но это всегда было мило и нежно. Единственными тяжелыми моментами были их поцелуи на ночь, но ей удавалось побороть желание затащить его в свою комнату и сделать то, что она действительно хотела сделать с ним.

С каждым днем ей становилось все труднее бороться с желанием полностью сдаться, но было что-то еще, что останавливало ее. Рони столкнулась с этим еще до Нового года, с тем, что становилась слишком зависимой от него. Пока Ной занимался боксом, тренировками и друзьями, у нее было так мало общего с ним. Если бы не Ной, у нее были бы самые жалкие и одинокие праздники в ее жизни.

До того, как заболела ее мать, она никогда не была такой. У Вероники было много друзей и коллег. Фотографирование было огромной частью ее жизни. У нее даже был блог специально для фотографий, который даже начал приносить деньги. Прошло уже несколько лет с тех пор, как она в последний раз обновляла свой блог, и еще больше времени с тех пор, как загружала туда новые фотографии.

Тот факт, что Дерек ушел, когда она была слишком поглощена заботой о матери, чтобы сосредоточиться на ком-то или чем-то, был огромным напоминанием о плохой привычке, которая у нее всегда была. Когда в ее жизни происходило что-то важное, девушка была склонна зацикливаться на этом до такой степени, что пренебрегала всем и всеми в своей жизни. Конечно, болезнь ее матери должна была стать понятным исключением, но это все еще было прекрасным напоминанием о том, как она позволила одному событию полностью контролировать все остальные аспекты своей жизни. Ей нужно было научиться уравновешивать все, прежде чем Рони снова совершит ту же ошибку.

Конечно, теперь все происходило одновременно. Она вернулась к работе, возобновила старые дружеские отношения, старые увлечения, и теперь Ной был колоссальным отвлечением среди всего этого. Ей нужно было сделать все правильно, поэтому двигаться медленно было ее единственным вариантом.

Даже Нелли, которая исчезла на несколько месяцев, вернувшись, не требовала ничего от нее, но они договорились встречаться хотя бы раз в неделю. Рони была полна решимости не только справиться, но и наслаждаться даже этой маленькой переменой в своей жизни. Сегодня была тот самый вечер. Они снова собирались вместе поужинать.

Вместо того чтобы пойти куда-нибудь, Нелли приготовила им ужин дома. Рик уехал из города по делам, и они будут здесь одни. С тех пор как Вероника на прошлой неделе затеяла этот разговор о Ное, сегодня вечером она была твердо намерена позволить Нелли самой говорить и выплескивать все.

В середине ужина ей пришло в голову, что, возможно, прикусить язык и сдержать то, что действительно хотела сказать своей лучшей подруге, было не такой уж хорошей идеей. Нелли всегда говорила ей именно то, что она думала. Подруга никогда ничего не подслащивала, боясь обидеть Веронику, и так и должно быть. Но сейчас все было по-другому. Нелли, очевидно, была одержима идеей устроить свой брак, как Вероника могла сказать ей, что ненавидит Рика за то, что он сделал с ней? Что никогда не думала, что Рик заслуживает ее, даже когда они только начали встречаться? Он всегда казался чересчур самоуверенным. Как будто в глубине души он знал, что тихая скромная Нелли должна просто понять, что она встречается с кем-то не в своей лиге, потому что он был красивым, успешным и общительным спортивным комментатором.

Нелли, казалось, находила это забавным и вела себя так, словно он просто был остроумен, когда Рик открыто флиртовал с Вероникой и даже сестрой Нелли — Кортни. Рони это казалось жутковатым, но она не стала возражать, потому что Нелли, похоже, не возражала.

К тому времени, как они закончили ужин, Вероника уже достаточно наслушалась о том, как Рик на самом деле старается наладить отношения. Так и должно быть. Это он чуть не переспал с кем-то другим, и Вероника не могла понять, как Нелли могла поверить ему на слово, что та единственная ночь, когда его поймали, была единственным случаем, когда он сделал что-то подобное. Какое невероятное совпадение, и у Нелли было кредо «все происходит по причине». В тот вечер в больнице, когда Нелли рассказала ей о том, как все обернулось, Вероника чувствовала себя настолько расстроенной, что не придала этому особого значения.

С тех пор у нее было больше времени подумать об этом, и чем больше она думала, тем больше ей казалось, что Нелли слишком легко приняла оправдания Рика. Она знала, что Нелли всегда была влюблена в него до одержимости, и что, если Вероника скажет что-нибудь против Рика, это ей может не понравиться, но она ничего не могла с собой поделать. Все это случилось всего несколько месяцев назад, а он уже уехал в командировку, что показалось Веронике чересчур подозрительным.

Сегодняшний ужин был скорее разочаровывающим, чем поучительным, в отличие от их прошлого ужина. Нелли проводила Веронику, и они остановились на верхней ступеньке лестницы прямо перед дверью городского дома Нелли.

— Не провожай меня, Нелли. Я в порядке. — Вероника повернулась, чтобы обнять подругу. — Увидимся на следующей неделе?

— Конечно, — Нелли сжала ее, прежде чем отстраниться. — Только мы опять куда-нибудь пойдем. Рик будет дома на следующей неделе.

— Почему он снова в Тахо?

— Вечеринка чемпионов по гольфу.

— Он что, вещает? — Вероника кивнула.

— Нет, — ответила подруга с той же самой улыбкой, которой улыбалась на протяжении всего ужина, когда говорила о прогрессе, достигнутом им за последние несколько месяцев. — Это просто для удовольствия. Он ездит туда каждый год.

— Так, почему же ты не поехала с ним?

— У меня есть работа. — Улыбка утратила часть своего блеска.

— Ты могла бы взять несколько дней отпуска. Я имею в виду, Нелли, неужели тебя это нисколько не волнует?

— Рони? — как Вероника и предполагала, Нелли была сбита с толку ее расспросами. — Это ежегодное путешествие, которое он совершает уже много лет. И я должна ему доверять.

— Но почему? — Вероника не хотела, чтобы это прозвучало так раздраженно, но это была самая глупая вещь, которую она когда-либо слышала. Этот человек изменил ей всего несколько месяцев назад.

— Потому что он мой муж, и я должна…

— В какой-то момент, но прошло всего несколько месяцев. — Вероника понимала, что сейчас давит на Нелли.

Но даже когда подруга рассказала ей ту, же историю, что и Кортни, о том, как ее сестра застукала Рика с той женщиной в отеле, версия Нелли была нелепа. Ей было невыносимо думать, что ее лучшая подруга терпит ложь Рика ради того, чтобы не потерять этого ублюдка, который даже не заслуживал ее.

— Он должен понимать, что в этом году все должно быть по-другому. Может быть, в этом году он должен был взять тебя с собой, — внезапно все одиночные поездки, которые Рик совершал в прошлом, а Нелли так счастливо оставалась позади, стали подозрительными. — Нелли, откуда ты знаешь, что это был первый и единственный раз, когда Рик обманул тебя?

Нелли выпрямилась. Ее улыбающиеся губы дрогнули. Теперь Вероника знала, что добралась до нее.

— Потому что Рик так сказал, и я ему верю.

— Но…

— Вероника, я приняла решение попытаться решить этот вопрос с Риком. Если бы ты имела, хоть малейшее представление о том, что я пережила за последние несколько месяцев, возможно, тогда ты бы поняла, почему я должна хотя бы попытаться использовать некоторые из инструментов, данных мне на консультациях и ретритах, которые мы с ним посещали. Все это — часть восстановления доверия. Я не смогла бы жить с собой, если бы думала, что должна быть рядом с ним каждое мгновение, — Нелли скрестила руки на груди. — И к твоему сведению, он действительно попросил меня поехать, даже сказал, что я должна посмотреть, не успею ли я на самолет, чтобы встретиться с ним.

Вероника словно увидела внезапную вспышку. Она слышала это уже не в первый раз. Каждый раз в прошлом, когда Рони спрашивала Нелли о деловых поездках Рика, она невольно задевала ее за живое, и Нелли каким-то образом втягивала ее в разговор о том, что Рик просил ее встретиться с ним в его поездке, но Нелли никогда этого не делала.

— Почему нет? — Нелли направилась к входной двери, и Вероника последовала за ней. — Почему, Нелли? Почему ты никогда не встречалась с ним?

Нелли остановилась у входной двери и посмотрела на нее, но в ее глазах было больше боли, чем гнева.

— Я же говорил тебе. У меня есть работа.

— Всегда? — Вероника надавила, зная, что уже зашла слишком далеко, и с каждой минутой ненавидела Рика все больше. Как он посмел так поступить с милой Нелли? — Это потому, что ты боишься того, с кем ты его найдешь?

Нелли вошла в дверь, и боль в ее залитом слезами взгляде убила Веронику.

— Тебе лучше уйти.

— Прости меня! — воскликнула Вероника. — Пожалуйста, не сердись на меня.

— Просто уйди, — Нелли закрыла дверь как раз в тот момент, когда слезы потекли по ее лицу.

— Нелли, прости меня. — Вероника прислонилась к двери и тихонько постучала. — Пожалуйста, поговори со мной, — после нескольких минут молчания она постучала снова, и ее собственные слезы потекли по лицу. — Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится, ладно? Я люблю тебя.

Рони вытерла слезы и медленно спустилась по ступенькам. Даже это заставило ее подумать о Ное. Все это время она считала его ненадежным и несерьезным парнем из-за его возраста. Рику было почти тридцать, и он, казалось бы, решил жениться, но оказался самым большим лживым засранцем, которого она когда-либо знала. Теперь чувство вины стало еще тяжелее. На этот раз за то, что так несправедливо причислила Ноя к той же категории, что и Рика, основываясь исключительно на его возрасте.

Глава 22

Ребята приехали в воскресенье и пробыли весь день. Давненько у них не было такого виртуального боксерского праздника, как в старые добрые времена. Ной связался с Рони и спросил, может ли прийти Гектор поиграть в «Play Station III». Затем все утро они работали над заменой масла в машине Рони, а потом перешли в дом, чтобы побоксировать.

Ной сказал ей, что в этом нет необходимости, но Рони настояла на том, чтобы приготовить им закуски, а потом обед. Она сделала бутерброды, разрезала их пополам и сложила на подносе. Хотя все ребята сказали, что они не голодны, куча бутербродов была съедена в течение нескольких минут.

То, что она суетилась вокруг них, на самом деле помогло ей отвлечься от того, о чем хандрила в течение нескольких дней. Они с Нелли все еще были в ссоре, и Рони мучилась от чувства вины за то, что обидела Нелли.

Ной пытался убедить ее, что девушка была права, когда заговорила и рассказала Нелли о своих подозрениях. Особенно учитывая тот факт, что Рони сказала, что Нелли сделала бы то же самое, если бы поменялись ролями. И все же, как бы она ни старалась притвориться, что все в порядке, скрыть это было невозможно. Ей было грустно, и он ненавидел видеть ее такой.

В тот день Рони была занята на кухне, а позже в своей фотолаборатории. Она только что вышла из темной комнаты, и Ной обернулся, радуясь, что она для разнообразия улыбается.

Кто-то постучал в парадную дверь, и Рони прошла через гостиную, чтобы открыть ее. Они заказали пиццу, но для этого было слишком рано. С тех пор как Ной жил с ней, единственными людьми, которые когда-либо подходили к двери, были адвокаты. Больше к ней никто не приходил. Даже Нелли еще не заглядывала сюда с тех пор, как он появился там.

Парни перешли от бокса к «Call of Duty», игре военного типа, где они объединялись в команды.

— Ной, что ты делаешь? — Эйбел толкнул его коленом. — Ты должен был поддержать меня, он почти поймал меня.

Гектор рассмеялся, используя бомбы, пользуясь промахом Ноя. Ной сделал несколько маневров, чтобы уберечь своего человека от опасности, но его глаза были снова прикованы к двери, где Рони улыбнулась, приветствуя того, кто бы это ни был. Она оглянулась на Ноя с выражением, которое он не мог понять, прежде чем выйти на крыльцо, закрыв за собой сетчатую дверь.

— Чувак, ты можешь, бл*ть, обратить внимание? — Ной снова посмотрел на экран и увидел, что его человек взорван. — Вот видишь? — Эйбел снова толкнул его локтем.

Экран изменился, и у Ноя исчезла одна жизнь. У него оставалось только две, но ему было все равно. Теперь он стал внимательнее, но все равно, то и дело оглядывался на входную дверь. Из окна, частично прикрытого тонкими портьерами, он видел мужчину, прислонившегося к перилам крыльца, но Рони не было видно. Наверное, она прислонилась к стене.

Это мог быть кто угодно, адвокат, сосед, но его и без того напряженное нутро подсказывало ему обратное. С тех пор как Рони вернулась на работу, она упоминала о возобновлении знакомства со старыми друзьями. Тот взгляд, который она бросила на него, когда выходила, окончательно вывел его из себя.

Ною удалось сосредоточиться на игре еще на пятнадцать минут, пока он и очень раздраженный Эйбел не были уничтожены. Пятнадцать минут были относительно коротким временем, учитывая, что они могли бы продолжать гораздо дольше, если бы Ной действительно пытался.

Ной встал, бросив свой джойстик на диван.

— Оставь это, Гектор. Игра начнется, если еще не началась.

— О да. Плей-офф сегодня, — сказал Гектор, выключая «PS3» и включая телевизор.

Джио, который всегда первым улавливал, что происходит в голове Ноя, не замедлил спросить любопытным, но осторожным тоном.

— Кто пришел к Рони?

Ной пожал плечами, направляясь к двери. Он собирался выяснить это. Парень открыл дверь, высунувшись наружу. Как он и подозревал, Рони стояла, прислонившись к стене прямо за дверью. Ной сразу же узнал парня и улыбнулся, чувствуя, как на него нахлынуло мгновенное облегчение. Рони никак не могла влюбиться в этого придурка, хотя ему было интересно, что Кратц делает у нее в гостях.

— Мир чертовски тесен, — Ной протянул руку, чтобы пожать руку декана.

Рони нервно заерзала.

— Ты знаешь Дерека?

Словно пламя, залитое ледяной водой, облегчение, которое Ной испытал всего несколько мгновений назад, мгновенно погасло.

— Дерек?

Дерек с улыбкой сердечно пожал ему руку.

— Ну, он, вероятно, помнит меня только как декана Кратца, но да, я помню Ноя. Как твои дела?

Ной кивнул, не находя слов. Декан был бывшим Рони?

— Вы двое родственники? — с любопытной улыбкой спросил декан.

— Нет, э-э, — Рони посмотрела на Ноя, потом снова на Дерека, — Ной — мой сосед по комнате.

От ее слов улыбка декана поблекла.

— Неужели?

— Да, — сказал Ной, глядя ему прямо в глаза.

Ной оглядел декана сверху донизу. Он почти не изменился с тех пор, как последний раз видел его. Высокий, хорошо сложенный для своего возраста, он по-прежнему имел напыщенный вид, но теперь что-то изменилось. Может быть потому, что Ной больше не был юным, а может быть потому, что декан только что прыгнул на вершину списка всех придурков Ноя, но он больше не был таким пугающим, как когда-то.

— Рони упоминала, что ее сосед по комнате боксер, но я бы никогда не подумал, что это ты. Я помню, как ты занимался боксом еще в школе, — декан окинул его внимательным взглядом. — Ты — младший легковес?

Ной поймал двойной удар и усмехнулся. Парень был крупным, но не настолько, как ему казалось. Он вышел на крыльцо, чтобы придурок мог хорошенько рассмотреть его «легкое» тело.

— Вообще-то в полутяжелом весе.

Дерек вскинул брови, когда Ной скрестил руки на груди. На подъездную дорожку въехала машина, привлекшая на мгновение их внимание. Водитель сунул руку на заднее сиденье и выскочил из машины с коробками пиццы.

— Ой, пойду возьму кошелек, — сказала Рони, отходя от стены.

— Я заплачу, — сказал Ной, засовывая руку в карман.

— Ты уверен? — спросила Рони.

Ной кивнул, когда Джио вышел через парадную дверь, вытаскивая деньги из кармана. Он протянул Ною две десятки.

— Это наша с Эйбелом доля.

Ной взял деньги и прошел мимо Дерека. Оказалось, что человек, который когда-то угрожающе возвышался над ним, теперь был точно его роста. Расплатившись с курьером, он повернулся к Рони, которая придержала для него дверь. Джио уже вернулся в дом.

— Бумажные тарелки в кладовке. Я сейчас приду, — сказала Рони, когда Ной подошел к ней. — Я провожу Дерека до его машины.

Выражение лица Дерека, казалось, стало еще более расстроенным внезапным уходом Рони, видимо придурку не понравилась мысль, что она не хочет хотя бы еще одну минуту побыть с ним наедине. Ной нагло ухмыльнулся Дереку и повернулся к Рони.

— Я подожду тебя, — сказал Ной, встретившись взглядом с Рони, и она, к его облегчению, кивнула.

Самодовольная ухмылка, которой Ной одарил Дерека, когда Рони объявила, что проводит его, хочет он того или нет, была единственным прощанием, которое парень получит от него. Его лицемерие зашло слишком далеко. Как бы ему ни было неприятно оставлять Рони там с Дереком, он не доставит декану удовольствия узнать об этом, все, что он собирался сделать — притворится, что был рад его видеть.

Ной замедлил шаг, проходя мимо Рони, и бросил на нее понимающий взгляд. Возможно, она и не давала ему повода расспрашивать ее о личной жизни, как он, но Вероника должна была знать, что это будет обсуждаться, как только он останется с ней наедине.

Дело было не только в том, что ее тусовки с бывшим бойфрендом было достаточно, чтобы заставить все сжаться внутри у Ноя, но и в том, этот парень был подонком, насколько он мог судить. Мало того, что Ной всегда считал его полным придурком, он еще и бросил Рони в тот момент, когда она больше всего в нем нуждалась. Почему она вообще решила остаться с ним друзьями? Кратц не заслуживал ее дружбы.

Джио смотрел на него, пока Ной шел через гостиную к кухне. Ребята последовали за ним, остановившись у центрального островка, где он поставил коробки с пиццей.

— Я принесу бумажные тарелки, — сказал Ной, когда Гектор потянулся за ломтиком.

— Так что же здесь делает декан-придурок? Только не говори мне, что они с Рони родственники, — сказал Гектор, продолжая жевать.

— Он ее старый друг, — сказал Ной, ставя бумажные тарелки на стойку.

Парень подошел к входу кухни, остановившись за углом, откуда он мог видеть Рони и Дерека, разговаривающих у его машины, но они не могли видеть его. Язык тела декана был точно таким же, каким запомнился Ною, прямым и властным. Ной не очень-то расспрашивал Рони о ее отношениях, когда она упоминала Дерека, но теперь у Ноя было много вопросов, особенно учитывая, что она явно придерживалась двойных стандартов. Этот парень был намного старше ее.

— Ух ты, — сказал Дерек, когда они спускались по ступенькам крыльца. — Я не видел этого парня уже много лет. Я удивлен, что он не в тюрьме.

Рони повернулась к нему, скрестив руки на груди.

— Почему ты так говоришь?

— Этот парень сидел возле моего офиса больше, чем моя чертова секретарша, когда учился в Гарфилде, — Дерек усмехнулся.

Рони не была уверена, но вполне логично, что у Дерека могли быть причины попытаться дискредитировать Ноя. Она видела выражение его лица, когда сказала ему, что Ной был ее соседом по комнате. Просто тот факт, что Вероника ранее упомянула своего нового соседа по комнате, и что он был парнем, она была уверена, уже заставил задуматься. Его появление здесь сегодня без предупреждения не было импульсивным, как он говорил. Дерек ничего не делал импульсивно.

Но Рони все равно решила уточнить.

— Почему он так часто бывал в твоем офисе?

— Типичный нарушитель спокойствия. Ты проверила биографию этого парня, прежде чем позволить ему переехать?

Эта мысль даже не приходила в голову Рони.

— Нет, потому что он мой друг. Почему ты называешь Ноя нарушителем спокойствия? Что он делал?

Дерек пожал плечами, прислонившись к машине и явно не торопясь уходить.

— Прогулы, драки, торговля наркотиками, все что угодно.

— Торговля наркотиками?

— Да, я говорю тебе, что у ребенка проблемы с большой буквы «П», — Дерек нахмурился, оглядываясь на ее дом. — Так что? Этот парень тренирует тебя, а ты просто приглашаешь его жить у себя?

— Нет. — Вероника заколебалась, пытаясь подобрать наилучшую формулировку. — У него были проблемы.

— Да, держу пари так и есть, — Дерек усмехнулся.

— Проблемы с его квартирой, — добавила Рони, раздражение нарастало с каждой секундой. Девушка знала, что у Дерека найдется, что сказать по этому поводу, и его акцент на том, что Ной был ребенком, тоже не остался незамеченным. — Крыша его квартиры пострадала во время шторма, — Рони не сказала, что это крыша над гаражом. Дереку бы это понравилось. — У меня были свободные спальни, и я предложила ему одну из них.

— Удобно. На твоем месте я бы попросил с него плату авансом.

— Мне пора, Дерек, — Рони закатила глаза и собиралась уходить.

— Эй, послушай, Вероника, — снисходительный тон Дерека внезапно смягчился. — Мне очень жаль. Я знаю, ты сказала, что он твой друг. Просто мне хотелось бы думать, что мы с тобой все еще можем быть друзьями. И я все еще забочусь о тебе, так что я не могу не беспокоиться обо всем этом. Кто знает, может быть, он изменился. Прошло уже несколько лет. Я только хочу сказать, то, что я знаю о нем, никуда не годится. Так что будь осторожна. Ладно?

— Не стоит беспокоиться. Он отличный парень, — Рони повернулась к нему со слабой улыбкой.

Как и следовало ожидать, ее последнее замечание вызвало вопросы. Вероника видела это в его глазах, но Дерек не спрашивал. Вместо этого перешел к теме, которой она надеялась избежать. По крайней мере, сейчас.

— Значит, как только ты уладишь все на работе, мы сможем как-нибудь встретиться?

Вероника воспользовалась предлогом, что слишком занята, пытаясь вернуться к своему рабочему графику, чтобы отвечать на его звонки и сообщения. Это было неубедительное оправдание, и она надеялась, что парень поймет намек. Рони не понимала, как теперь общаться с Дереком. У Ноя, без сомнения, были бы проблемы с этим.

С каждым мгновением, проведенным с Ноем, с каждым их дружеским поцелуем на прощание, ее потребность двигаться вперед стала перевешивать чувство, что она идет на огромный риск. Все это время девушка твердила себе, что он слишком молод и бабник. Но теперь Ной был свободен и проводил с ней все свободное время. Это должно было что-то значить.

Улыбка и кивок были единственным ответом, который она предложила Дереку, затем добавила: «Напиши мне», прежде чем уйти.

По крайней мере, сделает вид, что обдумывает это. Вероника сказала себе, что как только уладит все на работе и ее жизнь вернется к тому, что она считала нормой, она сделает этот решительный шаг с Ноем. Но, учитывая скорость, с которой развивались их отношения, это могло произойти намного раньше, чем она планировала.

Одно можно было сказать наверняка: если она и решится на что-то с Ноем, то пойдет до конца. Никаких тайн об их отношениях и о том, чтобы держать их в секрете от таких людей, как Дерек. Вероника уже заметила неодобрение с его стороны, и он только подумал, что Ной был ее соседом по комнате. Рони была уверена, что Дерек не единственный, кто будет осуждать их отношения. Черт возьми, до недавнего времени она сама делала так же. Но ей было все равно. Это была еще одна причина, почему она должна была быть абсолютно уверена в этом, потому что, как только сделает это, пути назад уже не будет. Их отношения будут представлены на всеобщее обозрение. Кроме того, Вероника была уверена, что Ной не отступится.

А до тех пор она не скажет Дереку истинную причину, почему больше не может быть с ним вместе. Сказать, что ее сосед по комнате «проблемный ребенок» звучало немного глупо. Но слова о том, что ее сожителю это не понравится, имели гораздо больший вес.

Как и обещал, несмотря на то, что парни, по-видимому, уже съели две пиццы, Ной ждал Веронику. Ее не удивило, что он хотел поговорить перед едой. Ребята уже сидели в гостиной, жуя пиццу и наблюдая за футбольным матчем. Ной прислонился к стойке, а Рони положила на бумажную тарелку кусок пиццы.

— Значит, декан Кратц — просто Дерек?

— Да, — Вероника взглянула на него, засовывая в рот пепперони. — Как ты и сказал, мир тесен. Я удивлена, что он запомнил тебя из всех детей, с которыми имел дело за эти годы.

Рони улыбнулась, надеясь, что за этим последует разговор о его беспокойных днях. Она должна была признать, что ей было любопытно услышать комментарий о торговле наркотиками. Ной иногда пил, но употребление наркотиков запрещено, даже в любительском боксе. Ной был близок к типу «мое тело — мой храм». Хотя, очевидно, он не воспринимал это всерьез, Рони просто не могла представить, как он напивается или, тем более, торгует наркотиками.

Ной полностью проигнорировал ее замечание и сразу перешел к делу.

— Так чего он хотел?

— Поздороваться. — Вероника подошла к холодильнику и достала банку содовой. — Будешь? — спросила девушка, протягивая банку.

— Нет. Ты знала, что он приедет?

— Нет. — Вероника открыла банку содовой и сделала большой глоток, прежде чем поставить ее на стойку. — Он сказал, что заехал ненадолго.

Рони не поощряла бы допрос, но могла понять его беспокойство. Учитывая тот факт, что он позволил ей расспрашивать его о Рите, когда она захотела этого, Вероника позволила Ною задать вопросы, но отвечала коротко и по существу.

— Итак, вы снова друзья. Или есть что-то еще, что я должен знать?

Вероника даже не заметила, что ее глаза были прикованы к куску пиццы, пока изменение в его тоне не заставило ее поднять на него глаза.

— Должен знать?

— Да, например, планируете ли вы продолжить с того места, на котором остановилась?

— Нет, конечно, нет, — простого «нет» было бы достаточно.

Добавление того «конечно» было неуместным. Это показывало, что сбита с толку, и Вероника сразу же увидела это в его улыбке и внезапно загоревшихся глазах. Это подтверждало решение, которое ей еще предстояло принять. Не то чтобы она не была близка к этому, но все происходило быстро — слишком быстро. Это было огромное жизненное решение, которое могло, в конечном счете, разрушить одну из лучших дружеских связей, которые у нее были со времен Нелли. Ей нужно было больше времени, чтобы все обдумать.

— Значит, ты сказала ему, что об этом не может быть и речи?

— Он не спрашивал, — сказала Рони. — Я просто не хочу продолжать с того места, где мы остановились.

И это было правдой, верно? Именно по этой причине она так быстро и решительно отвергла любую идею о примирении с Дереком. Возможно, вскоре появится более серьезная причина, но сейчас она хотела сделать это абсолютно ясным.

Ной, наконец, оторвался от стойки, на которую опирался.

— Значит, если Дерек появится снова, — сказал он, беря в руки кусок пиццы, — я могу вышвырнуть его гериатическую[18] задницу на обочину?

Ей пришлось рассмеяться.

— Гериатрическую?

— Да, ему ведь уже за пятьдесят, верно?

Между ней и Дереком была разница в возрасте, но он был ненамного старше. Она знала, к чему он клонит.

— Ему тридцать шесть, и нет, ты никому не будешь надирать задницу.

— Интересно. — Ной жевал пиццу, пристально глядя на нее. Хотя в его глазах светился юмор, в них все еще чувствовалась та необузданная напряженность, которую она заметила раньше, когда впервые вошла с улицы. — Значит, он на восемь лет старше тебя?

— Да. — Вероника кивнула, а Ной был на восемь лет моложе ее, не такая уж большая разница для него, она была уверена, но разница была. — Но это совсем другое дело.

Его глаза широко раскрылись.

— Неужели? Вау, это должно быть хорошо. — Ной откусил еще кусочек пиццы и вытер рот. Теперь в его голосе послышался легкий удар. — Скажи мне, чем твое свидание с парнем на восемь лет старше отличается от моего свидания с женщиной на восемь лет старше?

— Дело не в количестве лет между ними, а в том, где эти два человека находятся в своей жизни, когда они встречаются. — Вероника даже не знала, почему спорит, она была так близка к тому, чтобы в любом случае начать с ним отношения. Любой аргумент, который она сейчас выдвинет, очень скоро будет отвергнут. — Когда мы с Дереком встретились, мы оба знали, чего хотим.

— Значит, с ним ты была уверена?

— Нет. Ни в чем нельзя быть уверенным.

— Именно, — Ной улыбнулся, но за этой улыбкой все еще таился огонь. Парень выиграл спор, но все еще был раздражен. — И для протокола, — он наклонился достаточно близко, чтобы поцеловать ее. — Нигде не написано, что все достигают своего места в жизни в одном и том же возрасте. Мне кажется, что Дерек и муж твоей подруги Нелли — яркие тому примеры. — Ной наклонился ближе и нежно поцеловал ее в губы. — Значит, ты покончила с этим парнем и больше не хочешь иметь с ним ничего общего, верно? — его слова прозвучали самоуверенно, но Вероника все еще видела неуверенность в его глазах, когда он ждал ее ответа.

Рони кивнула, пораженная тем, как легко поддалась ему. Ной удовлетворенно улыбнулся и чмокнул ее еще раз, прежде чем отстраниться.

— Тогда тебе придется быть немного более точной в том, что я могу и чего не могу сделать в следующий раз, когда его задница появится. Потому что у меня избирательный слух, и я скажу тебе, что единственное, что я запомнил — это то, что ты не хочешь иметь с ним ничего общего. — Ной ухмыльнулся, прежде чем взять еще один кусок. — Я уже заблокировал ту часть, где мне запретили давать ему пинка под зад.

Когда Вероника уже собралась утвердить правило «никакого пинка под зад», их прервал Гектор.

— Эй, Ной! — крикнул парень из гостиной, протягивая ему джойстик. — Да ладно, уже перерыв. Пойдем, сыграем еще раз. Эйбел говорит, что нам повезло. Давай я просто надеру тебе задницу в последний раз.

Ной ухмыльнулся, глядя, как Вероника пожимает плечами, и пошел прочь.

— Этот разговор еще не окончен, Ной, — предупредила Рони.

Парень приложил руку к уху, как будто ничего не слышал, дразня ее своей сексуальной улыбкой, прежде чем повернуться к ней спиной по пути в гостиную.

— Черт возьми, ты можешь быть внимательнее? — она услышала бормотание Эйбела, когда Ной взял джойстик и сел на пол.

Джио и Гектор расхохотались, и телевизор внезапно взорвался пулеметным огнем и бомбами. Гектор прокричал что-то о том, что это несправедливо, а остальные засмеялись. Эйбел швырнул в него подушкой. Промахнувшись, он попал в Джио, который громко запротестовал. Посреди этого хаоса Ной внезапно обернулся и посмотрел на нее. Он улыбнулся так нежно, что ее сердце перевернулось, и Вероника могла поклясться, что почувствовала, как оно распухло.

Кто бы мог подумать всего несколько месяцев назад, когда Рони хандрила в полном одиночестве в этом тихом доме, чувствуя себя толстой и совершенно лишенной вдохновения, что она будет здесь со всеми этими новыми друзьями.

Этот день мог бы пройти совсем по-другому, если бы не Ной и ребята. Она до сих пор не получала вестей от Нелли с того самого дня, как покинула ее дом в слезах, и беспокойство по этому поводу начинало по-настоящему овладевать ею. Ребята, но в основном Ной, действительно помогли ей сегодня. На мгновение страх вернулся в ее сердце — страх, что одно неверное движение, одно поспешное решение может заставить все это исчезнуть.

Потом парни снова громко рассмеялись, и она решила пока что забыть о своих страхах, волнуясь о предстоящем «дружеском» поцелуе на ночь.

Глава 23

Поцелуй на ночь длился очень долго. Ной видел, что делает успехи в прорыве обороны Рони. Он понимал, почему она все еще не решалась идти дальше. Парень тоже не был беззаботен. Возможность того, что что-то может пойти не так, была слишком реальной. Но он не мог не попробовать. Это был огромный риск, но он чувствовал, что награда того стоила, если все это сработает, и он был уверен, что это произойдет.

А сейчас он возьмет то, что она ему даст, зная, что у них есть негласное соглашение. Для нее было важно вернуть свою прежнюю жизнь, и он будет уважать ее решение. Вероника сказала, что хочет сначала разобраться с этим, прежде чем делать какие-либо серьезные изменения в своей жизни. Так что Ной будет доволен, зная, что она не рассматривает на его место никого другого. Самое главное, хотя Рони установила правило, что она будет иметь дело с Кратцем, и не будет никакого пинка под зад, если он когда-нибудь появится снова, она еще раз упомянула, что не заинтересована в примирении с мужчиной, даже в дружеских отношениях.

До боя в пятницу вечером оставалось всего четыре дня. И Ной сосредоточится на этом. На прошлой неделе бой Эйбела имел огромный успех. У них был полный зал в спортзале, и Эйбел сказал, что он действительно задержался немного дольше, прежде чем выбить своего противника, просто чтобы дать зрителям, которые выстроились за несколько часов до боя, более длинное шоу. Но он предупредил Ноя даже не думать о том, чтобы сделать то же самое, так как это был не только матч-реванш, он также должен был послать сообщение своему гораздо более жесткому противнику в следующем бою.

Ной ждал на ринге Эйбела, который выскочил на секунду, чтобы ответить на звонок. Он повернулся, чтобы посмотреть, как там Рони. Парень проделал хорошую работу, впечатлив ее своим телефоном, но это могло бы иметь обратный эффект. Все то время, что Рони проводила, прижимаясь к нему на диване каждую ночь, пока играла с его телефоном, могло быть за дверью. Теперь Вероника говорила, что, как только она будет готова к обновлению своего телефона, то купит себе такой же. В то же время она использовала его во время своих тренировок, на этой неделе девушка тренировалась сама, потому что из-за подготовки к бою у Ноя не было времени тренировать ее. Не то чтобы она нуждалась в нем. Большая часть ее тренировок состояла из часового занятия на беговой дорожке, а затем нескольких упражнений для тонизирования. Но Рони сказала, что прослушивание музыки сделало этот час на беговой дорожке намного быстрее.

Большую часть дня Ной методично тренировался, ни разу не отлынивая. Но когда туда по вечерам приходила Вероника, все было совсем по-другому. Она все еще была немного подавлена из-за всей этой истории с Нелли.

Ной постоянно наблюдал за ней, пытаясь понять ее настроение. Эйбел сильно ткнул его в ребра, заставив Ноя вздрогнуть. Парень даже не заметил, как он вернулся на ринг.

— Могу я что-нибудь сказать, чтобы ты не наделал глупостей? — Эйбел посмотрел на Рони, потом снова на Ноя.

Если речь шла о ней, то он ни черта не обещал.

— Что?

— Я чертовски надеюсь, что ты не сделаешь того, что сделал во время драки несколько недель назад.

— Что именно? — разминая шею и вышагивая по рингу, спросил Ной, стягивая перчатки и хмурясь.

Он прекрасно понимал, к чему клонит Эйбел.

— Ты полностью поглощен наблюдением за ней и теряешь концентрацию в бою.

— Нет.

— Чувак, как только Вероника входит сюда, мы теряем тебя. Ты просто пропадаешь. Вчера ты едва мог сосредоточиться, когда девушка проходила через комнату. Ты не можешь сделать этого в ночь боя, Ной. Помнишь, что случилось в прошлый раз? — Эйбел отвел взгляд и посмотрел в зал, где не было ничего особенного. — Может быть, будет лучше, если…

— Если что? — Ной пристально посмотрел на него.

— Если в пятницу ее там не будет.

— Нет! — Ной не сказал того, что хотел сказать на самом деле.

Что она нужна ему там. Как бы безумно это ни звучало, и даже, несмотря на то, что он отвлекался, когда Рони была в зале, было что-то успокаивающее в ее присутствии. Даже во время поездки туда Ной чувствовал себя намного спокойнее, чем когда-либо до боя. И теперь, после всего, что произошло между ними, он знал, что это чувство будет еще сильнее.

— Не беспокойся об этом. — Ной игриво ткнул пальцем в Эйбела, теперь его слова звучали немного спокойнее. — Я сосредоточусь. Обещаю.

Парень видел, что Эйбела не впечатлили и не убедили его обещания.

— Да? Докажи это. Что там у нас? Осталось двадцать минут? Давай посмотрим, как долго ты сможешь продержаться и не посмотреть в ее сторону. Покажи мне. — Эйбел сильно ткнул Ноя в плечо. — Давай, любовничек. Сделай это.

Ноя возмущало, что ему приходится заставлять себя не обращать внимания на Рони, но он знал, что Эйбел прав. Тем не менее, он решил использовать это раздражение в своих интересах и сильно ткнул Эйбела, промахнувшись на дюйм от его подбородка. Эйбел засмеялся, подпрыгивая на месте.

— Ну, вот и все. Сосредоточился. Может быть, в следующий раз ты тоже так сделаешь.

— Придурок, — пробормотал Ной, замахнувшись на этот раз сильнее, но Эйбел блокировал удар.

Парень снова замахнулся, на этот раз, попав в бок Эйбела.

Эйбел снова рассмеялся, совершенно не обращая внимания на сильный удар, нанесенный Ноем.

— Называй меня сумасшедшим, Ной, но я думаю, что это дерьмо с фокусировкой действительно работает для тебя.

Они побоксировали еще некоторое время, прежде чем Эйбел объявил их спарринг законченным. Первым делом Ной бросил взгляд в сторону Рони. Она стояла у беговой дорожки и пила воду из бутылки. Закончив, девушка вытерла лоб полотенцем. Вероника взглянула на него и улыбнулась, увидев, что он смотрит на нее.

— Господи, она так же безнадежна, как и ты, — Эйбел толкнул Ноя локтем, прежде чем уйти из ринга.

Ной рассмеялся, но не сказал, о чем он думает. Он чертовски на это надеялся.

Несмотря на то, что на этой неделе их распорядок дня немного изменился из-за дополнительных тренировок Ноя, когда они возвращались домой по вечерам, все было по-прежнему блаженно. Ной переключал каналы, а Вероника лежала на диване, положив голову ему на колени и играя с телефоном. Она все еще не могла поверить, на что способен телефон. Ной даже показал ей приложение, с помощью которого она могла завести машину. Это было нереально.

Она изменила размер снимка, который сделала в тот уик-энд, когда парни были полностью поглощены своей игрой. Это было так мило; они все выглядели так, как будто их реальная жизнь зависела от того, на чем они так сильно концентрировались. Приложение, с которым она играла, позволяло ей добавлять мысли над их головами. Рони была в середине добавления мыслей над головой Ноя, когда нажала на что-то, и экран переключился на входящее сообщение — от Риты.

Желудок Вероники сделал ту странную вещь, которую он делал почти всегда, когда упоминалось о Рите. То же самое произошло, когда она увидела, как Ной обнимает фанаток после боя. Текст был достаточно плохим.

«Извини, что я не приду на твой бой в эту пятницу, неделя будет сумасшедшей. Но, прежде чем забуду, я хотела пожелать тебе удачи, хотя и знаю, что она тебе не понадобится. Порви всех, малыш!»

Одного этого было достаточно, чтобы зажечь огонь внутри Вероники. Неужели Ной попросил ее прийти посмотреть на его бой? Он сказал, что они не поддерживали контакт после ее отъезда.

Но именно последующий фото-текст заставил ее медленно сесть. Это была фотография Риты и Ноя на мотоцикле. Ее руки были обернуты вокруг него, а ладони стратегически расположены на внутренней стороне его бедер прямо в области промежности. Хотя улыбка Ноя была едва заметной, девушка прижалась к нему всем телом, и соблазнительная улыбка на ее губах, была улыбкой женщины, которая либо только что переспала с кем-то, либо собиралась это сделать. Текст под картинкой гласил просто: «Разве мы не милые?»

И дата — Новый год. На следующий день после того, как он сказал Веронике, что любит ее. В тот самый день, когда он поклялся, что Рита провела все время внутри, и между ними ничего не произошло.

— Очень милые, — пробормотала она, швыряя трубку Ною.

— Что? — Ной вздрогнул от неожиданности, но успел поймать ее, когда Вероника встала.

Рони не ответила. Комок, застрявший у нее в горле, не давал ей возможности говорить. Ей все равно нечего было ему сказать. Это была ее собственная чертова вина. Сколько раз должны были произойти подобные вещи, прежде чем она научится просто придерживаться своего первоначального внутреннего ощущения. Это уже могло вызвать раскол между ними. То самое, чего она так боялась с самого начала.

Ной явно не сразу уловил связь между своим телефоном и внезапной переменой в ее настроении, которая заставила ее выбежать из комнаты.

— Что случилось?

Вероника проделала весь путь до ванной, надежно заперев за собой дверь. Но вместо того, чтобы заплакать, что было первоначальным планом, она глубоко вздохнула и сполоснула лицо. Она еще не спала с ним. За это была ему бесконечно благодарна. У нее еще оставалось время, чтобы выкарабкаться, лишь немного подорвав их дружбу.

Но разве может быть между ними дружба? Это будет так же неприятно, как и любые мысли о том, что рядом с Ноем будут другие девушки или даже слышать, как он говорит о других девушках, если она хочет сохранить его в своей жизни. Это не сработает.

Вероника едва успела сдержать слезы, когда Ной постучал в дверь.

— Ты в порядке?

— Я в порядке, — одного его голоса было достаточно, чтобы она снова задохнулась.

— Что случилось? Тебе стало плохо?

— Да, так и было. — Можно и так сказать. — Но теперь я в порядке.

Вероника включила душ в надежде, что Ной уйдет. Она не сможет больше разговаривать с ним, чтобы он не заметил напряжения в ее голосе. К счастью, он ушел, и девушка могла спокойно принять душ.

Долгий душ, который приняла, оказался совсем не таким, как она думала. Вместо того, чтобы успокоить ее, это дало больше времени, чтобы обдумать все факты. Во-первых, Ной солгал. Рони не могла быть уверена, что он действительно спал с Ритой в день Нового года, но язык тела Риты на фотографии ясно давал понять одну вещь. Его визит к ней в тот день не был таким уж невинным.

Во-вторых, у Риты явно сложилось впечатление, что Ной сейчас с Вероникой. Ради всего святого, они жили вместе. У этой двуличной сучки хватило наглости вот так наброситься на него и написать смс с этой гребаной фотографией? Она должна была знать, что Вероника, возможно, увидит сообщение.

Вероника подумала, что Рита была слишком мила — слишком легко приняла тот факт, что парень, с которым она спала всего несколько недель назад, теперь отдавал все свое внимание другой женщине. Может быть, это был ее способ приклеить его к себе.

Если, конечно, Ной не был настолько впечатлен тем, что Рита не была прилипчивой, она, вероятно, не возражала быть его шлюхой на стороне.

К тому времени, как Вероника вышла из душа, она была так взвинчена, что ей пришлось бороться с желанием поговорить с ним об этом.

Если бы она это сделала, то учитывая состояние, разговор закончился бы тем, что она закричала бы ему, чтобы он убирался к черту из ее дома. А этого она никогда не хотела. Как бы ей ни было неприятно это признавать, сама мысль о том, что Ной больше не будет жить с ней, была для нее неприемлема. Вероника даже не была готова думать об этом. Во всяком случае, пока.

Может быть, со временем. Может быть, когда она вернется в свою жизнь — свою собственную жизнь — без него. Может быть, тогда это не будет так невыносимо. А пока ей придется двигаться медленно. Сделать несколько шагов назад. И эта мысль заставила ее буквально задохнуться — прекратить поцелуи на ночь.

Ной услышал, как открылась дверь ванной, и Рони вошла в свою комнату, закрыв за собой дверь. Это заняло некоторое время, но он, наконец, нашел несколько чайных пакетиков в шкафчике. Ромашка — прекрасно. Неважно, по какой причине ничто не лечит расстройство желудка лучше, чем ромашка. Джек клялся в этом, и это всегда помогало Ною. Это даже помогало при похмелье. Во всяком случае, желудку.

Он налил Рони чашку и подождал, пока она выйдет из комнаты, но девушка так и не вышла. После получаса перелистывания каналов в надежде услышать ее, он постучал в ее дверь.

— Тебе уже лучше? — тихо спросил Ной на случай, если Вероника уже спит.

— Не совсем, — ответила девушка таким странным голосом, что он занервничал.

— Я могу что-нибудь сделать? Отвезти тебя к доктору или еще куда-нибудь?

— Нет, ничего. Я приняла снотворное, и оно уже действует.

Хотя мысль о том, чтобы лечь спать без ее вкуса на губах, разочаровала его, беспокойство перевесило все остальное, что Ной чувствовал в этот момент.

— Может, тебе не стоит завтра идти на работу?

— Нет, я должна. Со мной все будет в порядке. Не беспокойся.

Пожелав спокойной ночи, Ной отнес чашку с чаем на кухню и вылил ее содержимое в раковину. Он убрал все, что они оставили на кухне после ужина, что обычно делали вместе, и назвал это ранним вечером. Даже смотреть телевизор без Рони было уже не то, что раньше.

Он все еще лежал в постели без сна, когда зазвонил телефон. По вечерам ему редко звонили, но еще более странным было то, что звонил Гектор, так что он сел, немного обеспокоенный.

— Что случилось, Гектор?

— Рони и этот придурок Кратц действительно встречались?

Мало того, что его звонок был неожиданным, так и вопрос прозвучал странно.

— Откуда ты знаешь?

Телефон слегка приглушился, и Ной услышал, как скрипнула закрывшаяся дверь. Гектор понизил голос:

— Ну, прежде всего ты должен пообещать, что ничего не скажешь Эйбелу.

— Насчет чего?

— О том, что я снова в деканате.

Ной усмехнулся. Он не понаслышке знал все о том, чтобы регулярно бывать в деканате. Кратц был такой крутой задницей, что вполне логично, что умник Гектор будет в его черном списке.

— Не скажу.

— Ладно, я был там несколько раз в последнее время, но сегодня я заметил фотографию его и какой-то цыпочки. Ну, знаешь сладкая парочка. Мне нужно было посмотреть поближе, чтобы увидеть, кто, черт возьми, будет с мудаком Кратцем, — Гектор рассмеялся, но Ной уже был слишком раздражен, чтобы смеяться. У него было предчувствие, к чему все это приведет. — Сначала я не узнал ее, потому что на ней была шапочка и все такое, но девушка показалась мне знакомой, а потом сразу за ней появилась другая фотография, и вот она, Рони и Кратц, держащиеся за руки перед этим средневековым местом.

— Они были вместе, но расстались много лет назад, я думаю. — Раздражение, которое Ной чувствовал, усилилось. Теперь он был официально взбешен. — Фотографии у него на столе?

Что за дурацкая шутка. Они не встречались больше года, а его жалкая задница все еще хранила их фотографии?

— Нет, они стояли на книжной полке за его столом. Единственная причина, по которой я встал, чтобы посмотреть поближе, была в том, что он на секунду вышел из комнаты. Вероника действительно встречалась с этой задницей? Ты же знаешь, чем больше я рядом с ней, тем моложе она кажется, так что видеть ее на этой фотографии с ним было чертовски жутко.

— Потому что так оно и есть. — Ной хотел бы добавить, и именно поэтому она, бл*ть, бросила его задницу, но он не мог.

Это было самое худшее в том, что она встречалась с таким мудаком. Мало того, что она действительно была увлечена им и встречалась с ним в течение нескольких лет, разрыв с ним не был ее выбором. Вероника принадлежала ему. А теперь Кратц снова все вынюхивал и по-прежнему показывал фотографии этих двоих?

Это не понравилось Ною. Возможно, он и согласился с правилом «никакого насилия» в отношении Кратца, но ясно дал понять, что ничего не обещает. Он вспомнил все дерьмо, через которое этот ублюдок заставил его пройти в старших классах. Оглядываясь назад, Ной, вероятно, заслужил часть этого, но это изменило все. Он заставил Рони признаться в одном. Теперь она не хотела иметь ничего общего с Кратцем.

Если этот ублюдок даже подумает о том, чтобы вернуться в ее жизнь, ему придется пройти через Ноя. И Ной не мог придумать лучшего способа высвободить все напряжение за последние несколько недель вокруг Рони, чем выбить дерьмо из того, кто попытается встать между ними.

Глава 24

На следующее утро Вероника взяла себе за правило вставать раньше обычного. Ной обычно вставал раньше нее даже сейчас, когда она собиралась на работу из-за его утренних пробежек. Но сегодня Вероника хотела провести с ним как можно меньше времени перед отъездом.

Рони как раз наливала кофе в свою кружку, когда он вошел через заднюю дверь. На нем была обычная темно-серая толстовка с капюшоном, которую он надевал каждое утро. Увидев ее, Ной резко остановился, вынул из уха наушник и откинул капюшон.

— Привет. — Его улыбка была такой искренней, что у нее потеплело внутри. — Ты уже встала. Как ты себя чувствуешь?

Вероника улыбнулась в ответ, пытаясь сделать то, что решила после долгой ночи душевных поисков и споров с тем тихим голосом разума, который так часто побеждал, но не в последнее время. Ной был одной из лучших вещей, которые с ней случались. Ее мать часто говорила, что люди появляются в твоей жизни не просто так. Он был рядом, когда Рони больше всего в нем нуждалась, но она все перепутала. Чувства, которые, в конце концов, признала к Ною, позволили ей игнорировать всю непрактичность всего этого. То, что Ной сказал, что любит ее, еще не означало, что все автоматически сработает. Хотя у нее было отчетливое ощущение, что Ной так и думал.

Теперь Вероника лучше, чем когда-либо, знала, что отношения — это борьба. Ной не имел ни малейшего представления об этом, и она не должна была ожидать от него этого. Насколько она знала, у него никогда не было серьезных отношений, и для его возраста это было нормально. Как и у нее, у парня были другие дела, над которыми он, очевидно, работал в первую очередь.

Рони даже больше не злилась, что на следующий день после того, как он признался ей в любви, тело Риты обвилось вокруг него. Как долго, по ее мнению, он будет ждать, пока она примет свое взрослое решение? Этот молодой парень с сексуальным влечением как у жеребца — она видела это каждый раз, когда мучила его поцелуями на ночь, он был живым существом. Теперь Вероника почти чувствовала себя виноватой за то, что заставила его пройти через это, а потом расстроилась, потому что он не смог подавить это чувство, когда кто-то другой так легко предложил ему себя.

Вероника еще больше злилась на себя за то, что опять не сделала того, над, чем собиралась работать. Она все время говорила о том, что ей нужно жить, чувствовать себя независимой, и все же почти ничего не предпринимала, чтобы что-то с этим сделать. Вместо этого она снова лежала в кровати прошлой ночью, чувствуя себя совершенно потерянной и одинокой, потому что даже после возвращения на работу все, что она делала до сих пор — это с нетерпением ждала своих тренировок с Ноем и проводила с ним каждую свободную минуту.

Итак, к какому решению она пришла?

«Притормози, черт возьми, с Ноем — начни с поцелуев на ночь — и верни себе жизнь, черт возьми. Начиная с сегодняшнего дня».

Как можно быстрее она рассказала Ною о том, что чувствует себя намного лучше, но не о том, почему ей нужно быть на работе раньше в ближайшие несколько дней, а о том, что она будет в спортзале в то же время, что и всегда. Как только она прошла мимо него к задней двери, он взял ее за руку.

— Я скучал по тебе прошлой ночью. Знаю, что тебе было нехорошо, и понимаю, почему ты рано легла спать, но я все равно хотел, чтобы ты знала.

Несмотря на то, что Ной только что вернулся с пробежки и его толстовка и волосы были мокрыми от пота, от него пахло свежестью. Как ранний утренний осадок от вчерашнего ливня, но и как Ной. Этот мужской аромат, который Вероника могла описать только как то, что она теперь знала, был очаровательным ароматом его горячей кожи с намеком на дезодорант, который он держал в ванной. Дезодорант, который она вдыхала несколько раз, ей нравилось, что он так сильно напоминает ей о нем.

Не в силах сделать то, что она должна была сделать, и сказать что-то совершенно безопасное и нейтральное, Вероника просто сказала ему правду.

— Я тоже по тебе скучала.

Но она вырвалась из его хватки и направилась к двери. Если она простоит здесь еще хоть секунду, то знает, что произойдет дальше. Ной попробует поцеловать ее, и она ему позволит. Даже при всей ее тщательной разработке стратегии, ее план уже казался обреченным, а первый день еще даже не начался.

— Увидимся вечером, — быстро сказала Рони, выходя за дверь.

К ее удивлению, Нелли ответила на ее звонок. Поскольку она все равно выехала из дома рано, то остановилась и припарковалась, как только появилась возможность сосредоточиться на их разговоре.

Голос Нелли звучал немного сонно, и Вероника почувствовала себя немного неловко из-за того, что разбудила ее, но была так рада услышать, что Нелли ответила, что она не злится на нее.

— Обещаю впредь не совать свой нос в ваши с Риком дела. Это просто…

— Нет, мне нужно было услышать правду, даже если это причиняет боль, Рони. — Нелли сделала паузу, но Вероника поняла, что ей есть что сказать по этому поводу. — Он снова уехал в командировку — сказал, что в последний момент изменил свое расписание, но я проверила банковские выписки. Его номер и билет на самолет были оплачены несколько недель назад. — Вероника затаила дыхание, мысленно проклиная Рика, и ждала, что Нелли продолжит. — Как обычно, Рик сказал, что я должна постараться сделать все, чтобы поехать с ним. Поездка была на неделе, и он думал, что я не буду брать отпуск на работе, но я взяла. Завтра я улетаю в Денвер.

Они поговорили еще несколько минут, и Нелли призналась, что Вероника была права. Девушка боялась того, что может случиться, если она когда-нибудь сделает сюрприз Рику и увидит его с кем-то, но больше не хотела обманывать себя. У нее было очень плохое предчувствие, и Вероника не могла ее винить. Иначе, зачем этому ублюдку врать, что все произошло в последнюю минуту?

Заверив, что подруга поступает правильно, и, пообещав позвонить ей, Вероника повесила трубку и продолжила путь на работу. С нее свалился огромный груз, и она вдруг почувствовала себя намного лучше и еще более решительно настроилась на выполнение своего плана.

К вечеру ей пришлось заставить себя перестать думать о фотографии Ноя и Риты. Вероника гадала, сколько времени пройдет, прежде чем он увидит сообщение, и ее внезапно затошнило. Очевидно, Ной еще не сделал этого, потому что была уверена, что он упомянул бы об этом. В этот момент Рони даже не хотела слушать объяснений. Это уже не имело значения. Ной был свободен делать то, что хотел, так же, как и она. Если Рита была тем, чего он хотел, то так тому и быть. В любом случае, на лице девушки было написано искушение.

Как обычно, Дерек написал ей в конце рабочего дня, чтобы спросить, не хочет ли она встретиться за ранним ужином после работы, и, как обычно, она ответила уклончиво. Все эти разговоры о возвращении к нормальной жизни, о том, что ей нужно больше друзей, и она снова это делает. Хотя теперь точно знала, что «просто друзья» с Ноем не сработает, девушка была совершенно уверена, что сможет сделать это с Дереком. Конечно, она должна была дать ему это понять с самого начала.

Больше всего на свете ей хотелось начать восстанавливать свой круг друзей. Теперь у нее есть Нелли, и Дерек будет хорошим дополнением. Он всегда умел выслушать ее и помочь разобраться с любыми проблемами, которые ее беспокоили. Вероника не собиралась говорить с ним о Ное, ее самой большой проблеме в данный момент. Но нужно было начать чувствовать себя менее зависимой от Ноя. Если то, что она ожидала, в конце концов, произойдет, у нее не будет другого выбора, кроме как дистанцироваться от Ноя. Это было бы гораздо менее разрушительно, если бы она не чувствовала себя такой одинокой. По крайней мере, так девушка рассуждала сама с собой.

Вероника написала Дереку, что согласна встретиться с ним в закусочной быстрого питания. Обычно после работы она шла прямо домой, чтобы перекусить, переодеться и сделать кое-какие дела по дому, прежде чем отправиться в спортзал. Но сегодня могла пропустить это. Она поест с Дереком, а потом отправится домой и будет готовиться к тренировке.

Перемены — девушка уже делала их, и это придавало сил. Сначала Нелли, теперь это. Сегодняшний день оказался даже лучше, чем она надеялась.

Как бы Рони ни хотелось попросить Дерека подробнее рассказать о «наркоторговле» Ноя, она не хотела, чтобы они говорили о нем. В конце концов, она делала это отчасти для того, чтобы освободиться от того, что начинало ощущаться как власть Ноя над ней.

В целом ужин прошел довольно хорошо, и мужчина настаивал, чтобы они встречались чаще. Вероника согласилась, и Дерек сказал, что скоро снова напишет ей. Они так и не дошли до обсуждения того, чтобы их отношения оставались дружескими, но она намеревалась поднять эту тему в ту же секунду, как только появится намек на что-то романтическое. Было слишком неловко поднимать этот вопрос во время их первого ужина.

Вероника вернулась домой, переоделась и отправилась на Пятую улицу. Как и в последнее время, она припарковалась на улице, потому что стоянка была переполнена. Рони шла через парковку, чувствуя, что с каждым шагом все больше напрягается. Может быть, дело было в том, что их вечер был прерван, и она сбежала рано утром, но к тому времени, когда достигла двери спортзала, нервы вышли из-под контроля. Это было почти глупо.

Как и вчера, Ной был на ринге с Эйбелом, когда девушка вошла. Ее сердцебиение ускорилось при одном взгляде на него. Это было безумие, то, что Рони считала хорошим днем в своем стремлении к переменам и собственной жизни — жизни, которая не вращалась вокруг Ноя, просто вылетело за дверь. Ее тело говорило то, что ее разум блокировал весь день. Что на протяжении всего дня именно этой части она больше всего ждала. То, как она вприпрыжку поднялась по ступенькам крыльца, вернувшись домой после ужина, и поспешила в спортзал, должно было стать ее первой чертовой подсказкой.

Ной улыбнулся, когда она прошла мимо ринга, чтобы заняться растяжкой, а затем указал на офис. Вероника знала, что это значит, что он оставил там свой телефон, чтобы она могла им воспользоваться, пока работает. Она отмахнулась, произнеся одними губами «не сегодня», и пошла дальше. У нее не хватило бы силы воли не заглянуть в его сообщения и не посмотреть, что он ответил Рите. У нее уже была одна эмоциональная ночь, и она не вынесет еще одну.

После тренировки Ной удивил ее, подойдя и обняв. Это было так хорошо, что она полностью отдалась объятиям, обнимая его так же сильно. Он даже издал слабый стон, когда отпустил ее.

— Почему мне кажется, что мы давно не виделись?

Вероника улыбнулась и пожала плечами, притворяясь, что не знает, но она понимала его, потому что чувствовала, то, же самое. В глубине души девушка надеялась, что не так уж плохо, если он чувствует то же самое. Может быть, не так уж и плохо, что она не могла перестать думать о нем, что все время, пока она ужинала с Дереком, ей приходилось снова и снова заставлять себя участвовать в разговоре, потому что мысли все время возвращались к Ною. Потом Рони вспомнила о фото и вернулась к самому главному. Это было плохо, и ей нужно было вырваться из этого состояния.

Их вечер прошел как обычно, они вместе ели и смотрели телевизор, только сегодня Вероника не попросила воспользоваться его телефоном. Потом она приняла душ, и Ной уже ждал ее в коридоре, когда она вышла из туалета, одетая только в халат и полотенце на голове.

От его улыбки разило злым озорством. Обычно он ждал, пока она оденется, а потом появлялся и прощался. Сегодня вечером Рони едва добралась до своей двери, когда его большое тело уже прижалось к ней, заставляя ее сердце биться быстрее. Прежде чем она успела запротестовать, как будто у нее хватило бы воли, его губы оказались на ее губах.

После вчерашней ночи и целого дня, когда она убеждала себя, что ей нужно притормозить, ей следовало попытаться оттолкнуть его или хотя бы просунуть руки между ними, чтобы он не был так близко. Вместо этого она жадно поцеловала его в ответ, посасывая его язык, пока он не застонал в ответ.

Его бедро было прижато к тому месту, которое теперь горело. Она была уверена, что он почувствует жар даже сквозь ее халат. Вероника наконец-то вытащила из себя остатки силы воли и оторвала свои губы от его, тяжело дыша.

— Ной, — с трудом прошептала Вероника.

— М-м-м, — сказал он, продолжая целовать подбородок, потом шею.

— Нам нужно притормозить, — сказала девушка, извиваясь от восхитительного ощущения его языка на своей шее.

— Хорошо, — сказал он как раз перед тем, как девушка почувствовала, как Ной посасывает ее шею.

Как это возможно, что она чувствует это между ног? Ее тело выгнулось в ответ. Это было волшебно. Потом она вспомнила и отстранилась.

— Ной, никаких засосов!

Ной ухмыльнулся, облизывая губы.

— Хорошо, — пробормотал парень, снова погружая свой язык в ее рот.

К тому времени, когда Рони смогла положить конец поцелую, это был, вероятно, один из самых долгих прощальных поцелуев на сегодняшний день. Они стояли за дверью ее спальни, по крайней мере, целых двадцать минут, и их поцелуй на прощание перерос в то, что Ной полностью ощупал ее поверх халата, что привело к едва сдерживаемым стонам с ее стороны. Вот тебе и замедление событий.

Теперь Вероника стояла в своей комнате, прислонившись спиной к двери, все еще пытаясь отдышаться. Покачав головой, подошла к комоду и уставилась на возбужденную растрепанную девицу, которую увидела в зеркале. Она даже потеряла полотенце на голове посреди всего этого. Потом Рони увидела это и нахмурилась. Черт возьми, Ной был быстр. Еще один засос. Посередине шеи и достаточно темный, чтобы быть очень заметным, если она не нанесет достаточно макияжа. Неудивительно, что он так греховно улыбнулся, когда, наконец, ушел.

Этот день выдался просто чудесным. Предполагалось, что она немного продвинулась вперед, увеличив дистанцию между собой и Ноем, обретя за независимость. Но в место этого она стояла там, ее тело все еще дрожало и пульсировало в местах, которые отчаянно жаждали большего от него. Даже когда внутренний голос упрекал ее за то, что она сделала это сегодня вечером, ее тело уже предвкушало завтрашний вечер.

Остаток недели Ной провел с Вероникой, твердо решившей придерживаться своего плана. Так или иначе, она преодолеет то, что начинало казаться ей навязчивой идеей. Как только у нее появится возможность, она поговорит об этом с Нелли. Нелли всегда так замечательно помогала видеть вещи в более ясном свете.

Решив, что ее время после работы и до того, как она пойдет в спортзал, будет ее личным временем, Рони запланировала что-то для этого временного интервала каждый день на этой неделе. Во вторник она отправилась за суши со своей коллегой Сильвией, которая не раз бредила новым заведением, которое недавно открылось. Поэтому Вероника позвонила ей, и Сильвия согласилась пойти с ней после работы. В тот вечер ей удалось сократить время прощального поцелуя до половины того, что они потратили на него прошлой ночью, но он все еще был таким, же обжигающим.

Среду и четверг она провела с Дереком, но так не планировала. В среду она согласилась встретиться с ним за пиццей после работы. Все шло прекрасно, пока он не спросил о засосе, о котором она совсем забыла. Только он не назвал это засосом, а спросил, не любовный ли это укус. Огорченная, Вероника отрицала это, хотя была уверена, что он не купился на это, так как единственное объяснение, которое она предложила, было: «Я не знаю, что это, может быть, от моего ремня безопасности, который трется о мою шею».

Даже после того, как Рони сменила тему разговора, девушка заметила, что его глаза несколько раз останавливались на этом самом месте. Как-то раз, когда она поймала его взгляд, их взгляды встретились, и, хотя Вероника как раз собиралась рассказать ему о том, что уже пару дней не разговаривала с Нелли, он спросил:

— Что между тобой и Ноем?

Рони была так озадачена, что замолчала. Между ней и Ноем? Одна только формулировка выдавала его — он знал. Это было так похоже на него — вычислять что-то подобное с помощью мельчайших улик.

Чувствуя потребность защищаться, Вероника сказала, что все в порядке, сменила тему и сказала, что ей нужно идти.

Потом, в четверг, после того как ей не удалось встретиться с Нелли, а других вариантов у нее не было, она не хотела проводить два дня подряд с Дереком, особенно теперь, когда подозревала, что он знает больше, чем следует. Поэтому Вероника сказала ему, что будет занята со своей камерой в парке.

Дерек точно знал, в какой парк она любила ходить фотографировать. Давным-давно они провели там много хороших дней. Он пришел с буррито на двоих и парой газированных напитков. Они сидели за столом для пикника, ели и болтали, пока она не заметила, что он отвлекся на группу подростков за соседним столиком позади нее.

— Чертовы смутьяны. Я знаю, что они ничего хорошего не замышляют.

Вероника повернулась, стараясь быть сдержанной. Сначала девушка даже не узнала его, и только когда их взгляды встретились, она поняла, что Гектор был среди нарушителей спокойствия. Рони улыбнулась ему, хотя чувствовала, как из легких пропал весь воздух. Уголки его губ слегка приподнялись, но она заметила, как парень с любопытством посмотрел на Дерека.

Осознание того, что их школьный декан сидит поблизости, должно быть, удержало их от того, чтобы болтаться гораздо дольше, и они медленно пошли прочь из парка.

— Что-то не так?

Вероника знала, что ее лицо, вероятно, побелело. Она почувствовала, как кровь отхлынула в тот момент, когда увидела Гектора. Не было никакого смысла чувствовать, что она делала что-то за спиной Ноя всю неделю. Но в каком-то смысле она знала, что это так.

Она ни разу не упомянула ему о своем новом решении относительно личного времени. Даже когда ходила за суши с Сильвией. Рони не хотела, чтобы это вызвало какие-либо вопросы о том, что еще она сделала и с кем, потому что, хотя девушка говорила себе, что имеет полное право делать все, что угодно и общаться с кем угодно, она не хотела, чтобы Ной знал о Дереке.

Это была одна из тех тем, которые, как она знала, будут невероятно неудобными, особенно теперь, когда их поцелуи на ночь стали намного более интимными. Вероника не собиралась скрывать это от него вечно, но полагала, что, в конце концов, это каким-то образом просто выяснится само собой. Рони также использовала его бой как предлог. Это может нарушить его концентрацию или что-то в этом роде. Он упоминал ранее на этой неделе, что Эйбел и Джио считают, что ему нужно полностью сосредоточиться и не отвлекаться ни на что другое на этой неделе. Девушка знала, что отвлекает его. И вообще изначально в ее планы не входило тусоваться с Дереком три дня в неделю!

— Нет, все в порядке, — сказала Вероника, откусывая очередной кусок буррито.

Дерек одарил ее своим знаменитым «я знаю, когда ты лжешь, так почему ты вообще беспокоишься» взглядом. Будучи деканом, допрос и точное знание того, когда что-то не так в чьей-то истории, были его темой. Он улавливал малейшие признаки предательства. Вероника ненавидела это. Не то чтобы врать ему было обычным делом, но даже такую маленькую ложь, как сказать, что она еще не купила ему подарок на день рождения, он видел насквозь.

— Некоторые из этих ребят тоже боксеры. Ной их знает?

Его проницательность могла раздражать. Как сейчас, например. Рони знала, к чему он клонит.

— Одного из них.

— Я так и думал. — Дерек улыбнулся. — Так что же тебя напугало?

— Ничего.

Он был прав. Зачем она вообще пыталась? И тут ее осенило. Потому что это не его дело, вот почему. Вероника села чуть прямее.

— Рони?

— Что? — Ее резкий тон прозвучал громко и отчетливо.

— У вас с Ноем что-то происходит?

— Нет!

Вероника ответила слишком быстро. Девушка лгала, и он это знал, но будь она проклята, если признается ему в чем-нибудь.

— Хорошо, потому что, как я уже говорил, от него одни неприятности. Если он все еще общается с такими же, как эти панки, то я бы сказал, что он совсем не изменился. Неудачник всегда остается неудачником.

Ну все.

— Пожалуйста, перестань так о нем говорить. Он не только мой сосед по комнате, но и мой хороший друг, и я совершенно точно знаю, что Ной не неудачник. И, как я уже говорила, он отличный парень. — Вероника завернула остатки буррито и положила в пакет, который принес Дерек. — Спасибо за еду, — сказала она, поднимаясь. — Мне пора идти.

— Прошу прощения. — Дерек немедленно встал. — Ты права. Ты, наверное, знаешь его лучше, чем я. Просто если бы знала то, что я знаю о Ное, это могло бы изменить твое мнение о нем.

Вероника закатила глаза, перекинула ремень фотоаппарата через плечо и взяла со скамейки сумочку и куртку.

— От него забеременела девушка, потом он бросил школу и исчез.

Вероника замерла на секунду, прежде чем поднять глаза и посмотреть на Дерека.

— Я так понимаю, Ной никогда не говорил тебе об этом.

Вероника медленно покачала головой, пытаясь осмыслить услышанное. Почему Ной, который не понаслышке знал, каково это быть без родителей, отвернулся от собственного ребенка? В этом не было никакого смысла.

— Она родила ребенка?

— Даже не знаю. Я не был непосредственно вовлечен, но это привлекло мое внимание, когда пришла мать девочки, запрашивая информацию о местонахождении Ноя. Ей сказали, что понадобится судебный ордер, чтобы школа предоставила ей информацию, и больше она никогда не возвращалась. Вскоре после этого девушка перевелась, и Ной тоже не вернулся.

Вероника всматривалась в лицо Дерека в поисках каких-либо признаков того, что он лжет, но там не было ничего, кроме беспокойства, и она поняла, что мужчина не лжет.

— Дело в том, Рони, что ты, кажется, так уверена, что он отличный парень, а я знаю лучше. И не пытаюсь унизить твоих друзей, ясно? Я просто пытаюсь дать тебе некоторое представление о том, кого ты впустила в свой дом, и прошу тебя быть осторожной. — Дерек указал в ту сторону, куда направились Гектор и его друзья. — Эти ребята не приносят ничего, кроме неприятностей. Я имею дело с их дерьмом почти ежедневно. И ты знаешь, что говорят. Одного поля ягоды…

Должно быть, она выглядела так же ошеломленно, как и чувствовала себя, потому что Дерек спросил, все ли с ней в порядке. Она заверила его, что так оно и есть, поблагодарила за информацию и снова сказала, что ей пора уходить.

Ной был одним из самых преданных и ответственных людей, которых она знала. Это была одна из тех вещей, которые она любила в нем больше всего. Разочарование было настолько сильным, что она едва сдерживала слезы.

Глава 25

В пятницу Ной провел свои обычные ритуалы в день боя. Пропустил утреннюю пробежку, плотно позавтракал, выпил тонны воды в течение всего дня. Поскольку в спортзале, как и на прошлой неделе, будет полный бардак с радиовещанием, он остался дома на весь день.

Ной никогда по-настоящему не нервничал перед боем, и его совсем не волновал сегодняшний бой. Джек и Эйбел никогда не любили излишнюю самоуверенность, но Джио, похоже, был солидарен с Ноем в этом вопросе. Он был так же уверен, что у Ноя есть это. Из-за того, что в спортзале постоянно идет радиовещание, его друзья тоже не будут проводить там весь день. Они оба собирались зайти к Ною около обеда, а это означало, что парню придется утроить количество макарон, которые он собирался приготовить на обед. Он как раз закончил, когда они прибыли.

— Вкусно пахнет, — сказал Джио, устраиваясь поудобнее за столом.

Ной вел себя как хозяин и обслуживал своих друзей, пока они обсуждали стратегию. Эйбел в сотый раз напомнил ему о том, на чем ему действительно нужно сосредоточиться. Неудивительно, что разговоры о сосредоточении затронули тему Рони.

— Во сколько приезжает Рони? — спросил Эйбел.

Ной знал, что Эйбел все еще не уверен, что Рони не будет отвлекать его, поэтому знал, что Эйбел не будет рад его ответу, но ему было все равно.

— В то же время что и я.

Эйбел и Джио перестали есть и уставились на него.

— Тебе надо будет разогреться, — Напомнил ему Эйбел.

— Да, я знаю. Я приеду туда пораньше.

— Вероника будет там, пока ты будешь разминаться? — на этот раз Джио был единственным, кто спросил.

— Ну и что с того? — Ной нахмурился. Он пожал плечами, не обращая внимания на то, что оба его друга уставились на него, как на сумасшедшего. — Я хочу, чтобы она была там.

Прошлой ночью, во время их очень долгого поцелуя на ночь, он заставил ее пообещать, что она будет рядом с ним все это время. Рони начала говорить ему, что может немного опоздать, но после нескольких убедительных поцелуев согласилась уйти с работы пораньше.

— Так ты нам ничего и не сказал. Что Кратц делал здесь на прошлой неделе? — Спросил Джио, удивив Ноя внезапной сменой темы.

Ной поднял глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Эйбел бросил взгляд на Джио. Ной взглянул на Джио, потом снова на Эйбела

— Зачем интересуешься?

— Любопытно, вот и все, — Эйбел пожал плечами, как будто задал этот вопрос с самого начала.

Его друг никогда не интересовался чьей-либо личной жизнью и был столь же осторожен, сколь и любопытен. Ной поймал его на том, что он снова пытается взглянуть на Джио. Он не знал, что происходит и это начинало его раздражать.

— Они раньше встречались, — только и сказал Ной.

— Рони снова начнет с ним встречаться? — спросил Джио.

Эйбел бросил салфетку на стол и откинулся на спинку стула, явно раздраженный.

Так же раздраженный, но смущенный реакцией Эйбела, Ной повернулся к Джио.

— Нет, черт возьми, не начнет, — потом снова повернулся к Эйбелу. — Что это с тобой?

— Ничего, — сказал парень, покачав головой, и посмотрел на Джио. — Я просто думаю, что говорить об этом перед боем — плохая идея. Теперь, когда Рони рядом, тебе и так трудно сосредоточиться, а думать о ней и о гребаном декане не поможет.

Ной чувствовал себя немного раздраженным, что его друзья думают, что она все еще интересуется своим бывшим, когда отношения между Ноем и ней явно прогрессировали. Но ни один из них не мог знать, насколько сильно развились его отношения, и он знал, что они хотят ему добра.

— Да, но между ней и этим гребаным деканом ничего не происходит, так что мне не о чем думать, ясно? — Ной встал из-за стола и отнес свою тарелку в раковину. — Может, вы оба просто расслабитесь? Все будет хорошо. Я все понял. Доверьтесь мне.

Ной увидел, как они переглянулись, а потом Джио кивнул.

— Ладно, больше никаких разговоров об этом перед боем.

— Спасибо, — добавил Эйбел, и снова его отношение ко всему этому показалось немного странным, но Ной решил просто оставить все как есть.

— Или после, — сказал Ной, чувствуя себя еще более раздраженным. — Рони не хочет иметь ничего общего с этим придурком, так что говорить не о чем.

Джио ничего не ответил, только взглянул на Ноя и кивнул, потом снова посмотрел на Эйбела, который пристально смотрел на него. Все это было очень странно, но Ной списал это на предстоящий бой. Эйбела беспокоила сосредоточенность Ноя, и это было правдой, что Рони отвлекала его. Но сегодня вечером он докажет им всем, что способен выиграть, даже если она все время будет рядом. Ной должен был это сделать. Он не хотел, чтобы они когда-нибудь снова пытались отговорить его от того, чтобы Вероника была там в следующий раз. Этого не случится.

Они закончили есть, и Эйбел с Джио ушли. Ной собрал свои вещи и сел на диван, чтобы подождать Рони. Впервые за эту неделю у него наконец-то появилась возможность разобраться с электронной почтой и текстовыми сообщениями. Всю неделю он почти не обращал внимания ни на что за пределами спортзала, кроме Рони. Это то, что он всегда делал на неделе перед боем. Он пролистал множество неоткрытых писем и сообщений, которые получил на этой неделе, и удивился, увидев имя Риты в верхней части своих последних сообщений, так как она не посылала ему ничего в течение нескольких месяцев. Но он не получил от нее ничего нового.

Не желая видеть ее имя, он нажал на сообщение, чтобы удалить все, что у него было от нее. То, что он увидел, заставило его выпрямиться.

— Какого хрена?

Ной прокрутил страницу вниз и увидел дату. Ему потребовалась минута, чтобы понять, в какой день было отправлено сообщение, но еще более тревожным был тот факт, что оно было открыто. Единственным человеком, который когда-либо пользовался его телефоном, была Рони. Видела ли она это дерьмо?

Вся эта неделя была немного странной, но он думал, что это просто из-за боя и изменений в расписании Рони. Ной заметил, что в начале недели она вела себя несколько иначе, но не придал этому особого значения, так как она плохо себя чувствовала. Кроме того, они с Нелли снова разговаривали, и он подумал, что Рони вышла из своего странного настроения, но теперь, оглядываясь назад, Ной вспоминал, что эта странная атмосфера была всю неделю. Может быть, причина в сообщении?

Он все еще сидел там, пытаясь понять это, когда Рони, как и обещала, вернулась домой пораньше.

— Я только возьму свою легкую куртку, — девушка бросилась к шкафу в прихожей. — Ты нервничаешь? — Рони повернулась к Ною, широко улыбаясь, но он видел беспокойство, которое она пыталась скрыть в ее глазах.

— Нисколько, — во всяком случае, не из-за боя, но сейчас его беспокоило что-то другое.

Ной не собирался выходить на ринг с такими мыслями, поэтому решил просто спросить ее. Он встал и сделал несколько шагов к Рони, когда она повесила свой тяжелый жакет на вешалку, а затем повесила его в шкаф. Она вытащила легкую куртку.

— Рони, — Ной заколебался, не зная, не откроет ли ящик Пандоры.

За последние несколько дней он решил, что даже если этого не было сказано, у них с Рони были отношения. Независимо от того, что она говорила или как сильно откладывала это официально, то, что происходило между ними сейчас, было очень реальным. Ной чувствовал это каждый вечер, когда они прощались, и знал, что Рони тоже. Этого нельзя было отрицать, и, как он уже говорил ей раньше, если она видела фотографию Риты, обернутой вокруг него, она заслуживала объяснений.

— В чем дело? — Теперь она смотрела на него немного растерянно с нервной улыбкой.

— Ты случайно не видела фотографию, которую Рита прислала мне на этой неделе? — Улыбка мгновенно исчезла, и тогда Ной понял, что она видела. Ной поспешил к ней. — Почему ты мне ничего не сказал? Я бы объяснил.

Рони покачала головой, избегая его взгляда, но он увидел страдальческое выражение ее лица и взял ее за руку.

— Послушай, она запрыгнула на мой мотоцикл, как раз, когда я уезжал из дома дяди Джио. Девчонка велела Гектору сделать снимок, но на этом все закончилось. Потом она слезла, и я уехал.

Ной притянул ее ближе, и Рони, наконец, посмотрела на него.

— Ты сказал, что у вас нет никаких отношений, кроме встреч по праздникам.

— Так и есть, — твердо ответил Ной. — И мы больше не будем пересекаться во время праздников.

— Ты пригласил ее посмотреть на твой бой? — Рони была сердита, он слышал это в ее вопросах, видел это в ее взгляде, но был рад этому.

Это означало, что она чувствовала, что имеет право спрашивать.

— Нет. Так вот почему ты была такой странной всю неделю? — Ной погладил ее по лицу, и она закрыла глаза от его прикосновения, но не ответила. — Ты должна была сказать, Рони. Когда ты ее увидела?

— В воскресенье, — прошептала девушка. — В тот вечер, когда мы смотрели телевизор. Я не хотела, оно просто выскочило и…

— Поэтому ты так рано легла спать? И сказала, что внезапно почувствовала себя плохо?

Рони кивнула, и Ной обнял ее, чувствуя себя подонком.

— Мне очень жаль. Но клянусь, ничего не случилось, — он отстранился, чтобы посмотреть на нее с внезапным беспокойством. — Ты ведь веришь мне, правда?

Мысли о том, что он видел фотографию в ее темной комнате, вернулись к нему. От одного упоминания ее имени с другим парнем у него сводило живот, а в тот момент между ним и Рони ничего не было. Мало того, что эта фотография его и Риты была намного хуже, так теперь и обстоятельства были совершенно другими.

Ной затаил дыхание, ожидая ее ответа.

— Я знаю, что Рита кузина Джио и твоя подруга, но она мне не нравится. — Не совсем тот ответ, которого он ожидал, но Ной все понял. Он вспомнил комментарий Риты о том, что у нее нет проблем с тем, чтобы поделиться им, но он знал, что именно об этом думает Рони. — Я знаю, что мы не…

— Мы вместе, — поправил ее Ной. — Может быть, и не официально, пока ты не будешь готова, но это прямо здесь, — он постучал себя по сердцу. — Я уже здесь.

Рони улыбнулась, но потом ее лицо снова стало серьезным.

— И девушка считает, что мы вместе? Так почему же она все еще делает такие вещи?

— Не знаю, но я позабочусь об этом. — У него в руке зазвонил телефон, и он взглянул на него. Это был Эйбел. — Это больше не повторится. Не только с ней. Ни с кем другим. Я обещаю, — прежде чем он проверил сообщение Эйбела, где тот скорее всего интересовался, как у него дела, Ной знал, что ему сначала нужно было все прояснить с Рони. — Ты ведь веришь мне, правда?

Наверное, это было самое большое препятствие, которое он должен был преодолеть с ней. Кроме всего прочего, Ной знал, что это был ее самый большой пунктик. Что он не готов быть серьезным. Что он не был готов отказаться от всего женского внимания из-за своего возраста, но Ной никогда не чувствовал себя настолько готовым к чему-либо в своей жизни. Единственное внимание, единственная компания, которую он хотел сейчас, была ее. И ему нужно, чтобы Рони поверила в это.

Вероника пристально посмотрела на него, а затем кивнула, и легкая улыбка тронула уголки ее губ. Облегчение было настолько ошеломляющим, что Рони не успела ничего сказать, как его губы оказались на ее губах. Ной целовал ее долго и глубоко, как всю неделю. Он чувствовал это всю неделю и чувствовал сейчас. Парень не протянет долго только на одних поцелуях на ночь. И хотел целовать ее в любое время. Теперь каждый раз, когда он целовал ее, Ной чувствовал, что Рони все больше и больше разделяет эту идею.

Как бы это ни взволновало его, он, наконец, перестал целовать ее, когда телефон снова зажужжал в его руке.

— Мне пора, — прошептал Ной ей в губы.

Рони облизнула губы и сморщила нос.

— Можно ли признать, что на этот раз я нервничаю еще больше, чем в прошлый?

Ной улыбнулся, надеясь, что это потому, что теперь она заботилась о нем больше, чем раньше. С тех пор многое определенно изменилось.

— Да, все в порядке. Но не волнуйся, со мной все будет хорошо.

Он поцеловал ее в последний раз, прежде чем неохотно отпустил и забрал свои вещи в машину.

«Куинтанилла против Мачадо!»

Одного только знамени было достаточно, чтобы она разнервничалась, когда они достигли «Пятой улицы». Рони почувствовала это, как только вошла в спортзал вместе с Ноем. Он взял ее за руку, когда они шли через уже собравшуюся толпу. Стадо потенциальных фанаток глазело на нее, когда они проходили мимо них, и все они радостно желали Ною удачи. Рони посмотрела прямо на них и мило улыбнулась. Ной сделал заявление, и она тоже. Решение о том, чтобы двигаться вперед и дать отношениям с Ноем честную попытку, становилось все яснее.

Ничто не делало ее счастливее, чем быть с ним, и кого волновало, что у нее не было миллиона друзей или других дел. Кто сказал, что она должна была все это подготовить, прежде чем переезжать вместе с Ноем? Она могла делать и то, и другое одновременно. Было всего несколько вещей, которые Рони хотела бы прояснить с ним.

Вероника весь день испытывала искушение ответить на сообщения Дерека, но он снова извинился за то, что взвалил на нее рассказ о Ное. Поскольку Рони не ответила ни на одно из его сообщений, он, казалось, был убежден, что она расстроена, и даже позвонил и оставил длинное голосовое сообщение о том, что он заботится о ней, и он только присматривает за ней.

Его искренняя забота заставляла ее нервничать. Как бы много она ни знала о Ное, Рони еще многого не знала, например, что он бросил школу. Вернулся ли он за дипломом? Но самое главное, действительно ли у него есть ребенок, и почему он не хочет быть частью его или ее жизни? А как насчет торговли наркотиками? Это было так не похоже на него, но и на Дерека было не похоже выдумывать что-то подобное. Чего еще она о нем не знала?

Эйбел, Джио и Джек готовили Ноя в раздевалке. Было странно находиться в мужской раздевалке, но поскольку это был бойцовский вечер, она была закрыта для всех, кроме двух бойцов. Там было два отдельных участка для бойцов, так что никто, кроме группы Ноя, не был в его части раздевалки.

Вероника старалась держаться в стороне. У нее возникло отчетливое ощущение, что никто, кроме Ноя, не был рад ее видеть здесь. Но он ясно дал понять, что хочет, чтобы она была рядом. Рони села на табурет возле стола, за которым сидел Ной, а Эйбел обхватил его руками. В тот момент, когда Гектор вошел, комнату наполнило неопровержимое напряжение. Напряжение, на которое не обращали внимания только Ной и, возможно, Джек.

Гектор кивнул Веронике, но это было так не похоже на его обычное игривое приветствие. Предостерегающий взгляд, который бросил на него Эйбел, тоже не остался незамеченным. И тут она поняла. Они все знали, что Гектор видел ее с Дереком в парке. Так же, как и Рони, они, скорее всего, ждали до конца боя, чтобы рассказать Ною, потому что он, очевидно, еще не знал.

Рони собиралась рассказать об этом, но вечером, когда вернулась домой из парка. Ей ужасно хотелось расспросить его о том, что рассказал ей Дерек, но рассказать ему о парке означало бы признаться и в том, что Рони виделась с ним еще два раза на этой неделе. Теперь она знала Ноя достаточно хорошо, чтобы понять, что ничего хорошего из этого не выйдет, и она действительно надеялась, что сможет подождать до окончания боя, чтобы рассказать ему. Сейчас Рони была благодарна ребятам за то, что они подумали о том же самом, но после их разговора о Рите она волновалась еще больше.

Признаться, что она приняла решение дистанцироваться от Ноя на неделю только для того, чтобы каждый вечер приходить домой и быть еще ближе к нему, чем когда-либо прежде, не имело никакого смысла. Это звучало нелепо даже для нее. Вероника объяснит это единственным доступным ей способом. Что, как бы ни старалась ее голова диктовать, что ей делать — жить так, чтобы не вращаться вокруг Ноя, ее сердце и реакция тела, когда она была рядом с ним, всегда побеждали.

У логики больше не было ни единого шанса. Ее тело каждый раз просто отдавалось тому, чего Рони действительно хотела. Ной измотал ее, и теперь даже он должен был это знать. Рони только надеялась, что он поймет, почему она пыталась бороться с этим в первую очередь.

Ной закончил разминку, и радиовещатель снаружи объявил, что подошло время боя. Толпа начала аплодировать и подзадоривать их. Вероника встала, готовая идти искать свое место рядом с рингом, которое было зарезервировано для нее по просьбе Ноя.

— Подожди, Рони.

Ной отступил от стола, где Эйбел смазывал ему лицо вазелином. Он протянул ей перчатку и жестом пригласил подойти. Она так и сделала, а когда подошла достаточно близко, то увидела, что вазелин подчеркивает маленький шрам, оставшийся от удара, который ему нанесли в канун Нового года. Рони дотронулась до него пальцами. Шрам, появившийся потому, что Ной наотрез отказался показывать рану врачу, сказав, что все заживет само по себе.

— Ты уверен, что хочешь участвовать в этом?

— Да, я уверен. — Ной улыбнулся, обнял ее за талию и притянул к себе. Ее сердце забилось быстрее, потому что за исключением того дня, когда Ной открыто обнял ее в спортзале, он никогда не делал этого перед парнями. — Пожелаешь мне удачи?

— Конечно. — Рони улыбнулась в ответ, а затем сделала то, что собиралась сделать с этого момента, перестала сдерживаться, встала на носочки и крепко поцеловала его.

Она медленно отстранилась, и Ной, наконец, отпустил ее, когда толпа снаружи закричала громче. Ной встал из-за стола, и они вышли все вместе.

Бой начался достаточно хорошо. Ной, казалось, был гораздо более сосредоточен и лучше контролировал себя, чем в прошлом бою. На этот раз толпа была намного больше и громче, и это, казалось, подпитывало адреналин Ноя.

Вероника сидела на краешке стула, закрыв лицо руками каждый раз, когда противник Ноя наносил удар, что, к ее облегчению, случалось нечасто. Ной наносил удары гораздо чаще. Затем его противник нанес ему один хороший удар, попав прямо в то место, о котором беспокоилась Вероника. Шрам на его щеке.

Увидев, как Ной покачнулся, толпа пришла в неистовство. Все по вскакивали на ноги, включая Веронику, чье сердце колотилось где-то в горле, когда она смотрела, как Ной пытается встряхнуться.

— Бей в ответ, Ной! Сейчас же! — завопил Эйбел.

Ной так и сделал, проведя хорошую серию ударов. Толпа взревела, и Ной прижал своего противника к канатам. Он нанес еще один сильный удар в живот парню как раз перед тем, как раздался удар в гонг, и судья вмешался, чтобы разнять их.

К этой части жизни Ноя определенно придется привыкнуть, потому что, боже, Рони практически рыдала. Видеть, как Ной свалился в нокаут от удара на Новый год было уже достаточно ужасно, но наблюдать и ждать, зная, что это может случиться снова, было еще хуже.

Следующий раунд прошел намного лучше. Ной провел серию ударов, отчего его противник едва стоял на ногах и бой близился к завершению. Затем Ной нанес солидный удар в челюсть парня, и тот, наконец, упал за несколько секунд до удара в гонг.

Ной был объявлен победителем, отправив противника в нокаут. Все это было горько-сладким, и Вероника чувствовала, что так будет всегда. Она смотрела на него и, пока все вокруг улыбались и ликовали, сосредоточилась на выражении его лица. Хотя он улыбнулся ей и улыбнулся еще раз, когда судья поднял его руку, объявляя победителем, Вероника видела, что ему больно.

В раздевалке Ной признался, что у него чертовски болит голова, но сказал ей, чтобы она не волновалась, что это нормально. Джек дал ему несколько болеутоляющих с кодеином, и их предполагаемая ночь празднования была официально отложена. Джио тут же объявил, что на следующий день устраивает барбекю у себя дома.

К тому времени, как они вернулись домой, Ноя уже клонило в сон. Вероника подумала, что они могли бы пропустить поцелуй на ночь, но, когда они подошли к дверям спальни, Ной притянул ее к себе.

— Останься со мной сегодня, пожалуйста. Я обещаю, что буду вести себя хорошо, — Ной улыбнулся даже сквозь болезненную гримасу. — Черт возьми, с этими таблетками, которые сейчас действуют, мне повезет, если я не усну еще, хотя бы на несколько минут.

Вероника не смогла сказать ему «нет». Если бы не таблетки, она, вероятно, не сказала бы «нет» и другому. Переодевшись в пижаму, она забралась к нему в постель, и Ной тут же обнял ее, прижимая к себе. Это было так прекрасно, что Рони подумала, сможет ли когда-нибудь снова спать одна.

Глава 26

На следующее утро Ной пропустил пробежку. Он чувствовал себя лучше, головная боль прошла, но решить, встать ли пораньше или остаться в постели, обнимаясь с Рони, было нетрудно. Он выключил внутренний будильник и снова заснул с Рони в объятиях.

Они спали так крепко, что было уже около десяти, когда он заметил, что Рони больше нет в постели. Дверь ванной открылась, когда он вышел в коридор, чтобы выяснить, куда она ушла. Вероника вышла и улыбнулась. Один только ее вид заставил его глубоко вздохнуть.

Он притянул ее к себе, встретив на полпути в коридоре.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила Рони, нежно касаясь пальцами его щеки.

— Гораздо лучше. Голова не болит, — Ной чмокнул ее, пробуя зубную пасту на губах. — Ты уже встаешь?

— Вообще-то я подумываю вернуться в постель, — ее лукавая улыбка и искорки в глазах заставили его сердце учащенно забиться.

— Встретимся там через две минуты.

Ной практически побежал в ванную, слыша, как Рони хихикает у него за спиной. Покончив с делами, он почистил зубы и вернулся в комнату меньше, чем через две минуты.

Когда он вошел, она уже лежала в его постели и просматривала свой телефон.

— Не могу дождаться, когда обновлю эту штуку, — сказала Рони и положила телефон на тумбочку рядом с кроватью.

Ной подполз к ней и положил руку ей на живот.

— Когда заканчивается твой контракт?

— На следующей неделе, — широко улыбнулась Вероника.

— На следующей неделе? — спросил он, уткнувшись носом ей в ухо, отчего она поежилась. — Тогда ты уже можешь это сделать. — Ной поцеловал ее пониже уха, положив ногу на ее ногу. — Обычно они позволяют это за несколько месяцев до истечения контракта.

Ной свободно прошелся рукой по ее животу и провел вверх по хлопчатобумажной футболке, замедляясь только тогда, когда он достиг ее груди. Чувствуя, как его сердце забилось быстрее, а дыхание участилось, он остановился и посмотрел ей в глаза, ожидая возражений. Одно было ясно: любые разговоры о модернизации телефонов были сейчас самым далеким от ее мыслей. Вероника обвила руки вокруг его шеи и притянула Ноя ближе.

Он глубоко поцеловал ее, лаская рукой ее грудь, и она тихо застонала у его губ. Этот звук Ной слышал уже несколько раз за последнюю неделю, и ему это нравилось. Он был так готов заняться с ней любовью, что готов был взорваться, но его беспокоила мысль, вдруг Вероника еще не была готова к этому.

— Я хочу попробовать тебя на вкус, — сказал Ной ей в рот, остановившись, когда почувствовал, что ее тело замерло. Ее широко раскрытые глаза стали еще шире, когда он добавил: — Везде.

Ее громкий вздох заставил его улыбнуться.

— Ты когда-нибудь испытывала оргазм от орального секса?

Вероника медленно покачала головой, заставив его улыбнуться еще шире.

— Хорошо, я буду твоим первым.

Ее ответ несколько удивил его, учитывая ее возраст, но потом Вероника сказала, что серьезные отношения у нее были только с Кратцем, и почему-то Ной сомневался, что в его возрасте придурок будет хорош. Для Ноя со времен Тессы это стало фетишем, который он совершенствовал годами.

Он начал спускаться вниз по ее шее, слегка посасывая после поцелуя ее нежную кожу.

— Никаких засосов, — сказала Вероника, извиваясь.

О, впереди у нее будет еще много засосов. Наложение на нее своей метки стало теперь еще одним из его фетишей. Ничто не доставляло ему большего удовольствия, чем видеть его безошибочно узнаваемые отметины на ее шее после их тренировок, когда косметика, которой она пользовалась раньше, чтобы скрыть их, полностью стиралась.

Ной поднял ее футболку, в результате чего обнажилась ее грудь. Услышав ее стон, когда он пососал ее сосок, Ной завелся еще больше, и пососал еще сильнее. Он, наконец, начал спускаться вниз, когда заметил отметину, которую оставил на ее груди. Почему, черт возьми, это так его возбуждало, он не знал, но чувствовал, что готов взорваться. Ной поцеловал отметину в последний раз, прежде чем начать свой поцелуй вниз по ее животу.

Вероника задрожала, когда его палец скользнул под пояс ее мягких пижамных штанов. Она приподнялась, чтобы снять их, и Ной замер, чтобы отдышаться, когда увидел, как чисто она выбрита. На мгновение у него перехватило дыхание, когда он подумал о других местах, где мог бы оставить свою метку.

Начиная с ее мягкой внутренней поверхности бедра, он целовал и сосал, наслаждаясь тем, как ее тело реагирует на его язык, его губы. Он медленно пробирался к ее самому сокровенному месту, снова останавливаясь, чтобы перевести дыхание, попытаться успокоить сердце, не дать себе взорваться.

Стараясь держаться как можно спокойнее, Ной нырнул между ее бедер, чтобы попробовать ее в первый раз. Это было так же хорошо, как он думал, и он изо всех сил сдерживался, чтобы не поглотить ее, как дикое животное. Он хотел, чтобы ее первый раз был как можно дольше, но Рони уже стонала, и каждая дрожь ее тела с каждым его поцелуем становилась все сильнее.

Ной работал над ней медленно, тщательно наслаждаясь извиваниями ее тела от поглаживаний его языка. Это был рай, ни больше, ни меньше. Он знал, что проделать это с Рони будет совсем не то, что он когда-либо испытывал, но это было невероятно. Он мог бы продолжать в течение нескольких дней, и ему все равно было бы мало.

Не в силах сдержать потребность в большем, его губы и язык пошли на убийство. Ее спина выгнулась дугой, и Рони слегка приподняла бедра, содрогаясь снова и снова, пока не вскрикнула от восторга.

Ной продолжал вылизывать ее даже тогда, когда она начала умолять его остановиться, что она больше не могла этого выносить. Удовлетворенный и почти достигший цели, Ной поцеловал ее в последний раз, прежде чем лечь рядом с ее все еще дрожащим телом.

Где-то вдалеке, еще раньше, когда ему казалось, что вокруг него больше ничего не существует, ему показалось, что он услышал телефонный звонок. Теперь, когда к нему вернулись все чувства, Ной знал, что не ошибся. Телефон Рони зазвонил на ночном столике, но она не ответила. Она все еще лежала, прижав руку к груди, пытаясь отдышаться.

— Думаю, мне это понравилось больше, чем тебе, — Ной лег рядом с ней, притягивая к себе ее обнаженное тело.

— Это не может быть реальным.

Теперь он чувствовал биение ее сердца, быстрое и сильное.

— О, поверь мне. Это вполне было реально, — Ной поцеловал ее в щеку. — Мне уже не терпится сделать это снова.

Рони повернулась к нему с такими же широко раскрытыми глазами, как и тогда, когда он впервые сказал ей, что хочет попробовать ее на вкус.

— Думаю, мое сердце больше не выдержит.

Ной усмехнулся, когда ее телефон зазвонил снова. На этот раз Рони потянулась к нему, глядя на экран. Она села так быстро, что испугала его, и ответила:

— Маргарет, что случилось?

Она быстро спустила ноги с кровати и потянулась за пижамой, держа ее перед собой в попытке снова прикрыться. Рони выглядела расстроенной.

— Нет, я звонила ей всю неделю, но она не отвечала и не перезванивала. — Ной ждал, обеспокоенный паникой в голосе Рони. — Я сейчас же приеду.

Как только девушка повесила трубку, то вскочила и набросила рубашку через голову.

— Что случилось? — Ной встал с кровати.

Рони пробормотала что-то о том, что Нелли наконец-то столкнулась со своим ублюдком-изменником мужем и нашла его с другой женщиной. Маргарет была мамой Нелли, и, увидев ее имя на определителе номера, Рони тут же включила тревожную кнопку, потому что она никогда ей не звонила. Женщина попросила ее приехать к Нелли и помочь вразумить ее, потому что, очевидно, последние несколько дней Нелли переборщила со снотворным, не отвечая ни на один из их звонков, и никто из них не знал, что происходит, пока они не остановились у нее без предупреждения.

— Хочешь, чтобы я поехал с тобой? — спросил Ной, следуя за ней в комнату.

— Нет, я могу пробыть там весь день, — Рони замолчала, и на ее лице вместо дикой озабоченности появилась гримаса сожаления. — Я, наверное, пропущу барбекю.

Ной отмахнулся.

— Даже не беспокойся об этом. Просто успокойся, прежде чем садиться за руль, — сказал он, делая несколько шагов к ней и обнимая ее. — Расслабься, ладно? — он поцеловал ее в лоб. — С ней все будет в порядке теперь, когда ты приедешь.

Вероника улыбнулась, и Ной надеялся, что она ему поверила. Присутствие Рони делало все намного лучше. Он не знал, как это объяснить. Все просто казалось ярче, вкуснее.

Парень взял с нее обещание позвонить и сообщить, как идут дела, и пообещал, что все уладится.

Чувствуя себя немного виноватым из-за того, каким горячим был его прощальный поцелуй с ней, Ной смущенно извинился. Он знал, что она беспокоится о своей подруге, и был бесчувственным, но ничего не мог поделать. Пробуя ее рот на вкус и посасывая губы, он живо вспомнил, что сделал с ней раньше, снова пробудив в себе дикое животное.

После того, как Вероника ушла, Ной принял душ и отправился к Джио, так как барбекю было у него, и так как быть дома без Рони было просто скучно, он решил прийти туда пораньше и помочь Джио все организовать-сбегать с ним на рынок и скинуться на любую еду, которую он купит.

Неудивительно, что Эйбел и Гектор пришли к той же мысли. Они уже были там, когда Ной приехал. Гектор поливал цемент из шланга, а Ной, Эйбел и Джио вынесли из гаража складные столы.

— Черт. Сколько человек ты пригласил, Джио?

— Не слишком много, но поскольку через несколько дней у Прии день рождения, мама решила угостить ее тортом и пригласить к нам кого-нибудь из родственников.

Все сестры Джио были младше него, но Приа была самой младшей и энергичной. Ной не возражал разделить барбекю с кем-нибудь из них, но был особенно рад, что это была она. Хотя ему хотелось бы узнать об этом раньше; он мог бы что-нибудь ей подарить.

Они закончили расставлять столы, когда начали прибывать люди. Оказалось, что мама Джио пошла утром на рынок, чтобы купить все необходимое, и не взяла ни цента с Ноя, когда он предложил скинуться.

Единственное, на чем он настаивал, так это на том, чтобы дать Джио денег на выпивку. Людей было много, и он знал, что они будут пить.

Только позже в тот же день Ной получил сообщение от Рони, подтверждающее его предчувствие. Она не приедет на барбекю. Все было очень плохо, и она сказала, что объяснится позже, и останется с Нелли подольше.

Чувствуя себя немного разочарованным, особенно потому, что уже скучал по ней, Ной сказал ей, чтобы она не волновалась и что он увидит ее дома позже.

Ной болтался там еще несколько часов, немного выпив, а потом вспомнил, что едет домой на мотоцикле, так что ему лучше притормозить. На улице уже стемнело, и тогда он был особенно уязвим. Он итак был невидим для большинства водителей в темноте, так что отсутствие быстрых рефлексов добавляло опасности.

Парень перестал пить и вместо этого схватил стакан воды. Рони написала ему, что уже дома, но слишком устала, чтобы приехать к нему. Несмотря на то, что она заверила его, что не будет возражать, если он останется здесь так долго, как захочет, дикое животное Ноя уже ожило, и он не мог придумать ничего лучше, чем вернуться домой, поэтому он сказал ей, что скоро будет дома. Ной пропустил ту часть, где говорилось о необходимости выпить еще пару стаканов воды, прежде чем сесть на мотоцикл. Джио не сводил с него глаз, когда он закончил отсылать сообщение.

— Это Рони?

— Да, — Ной кивнул, — она только что вернулась от подруги и сказала, что слишком устала, чтобы приехать.

— От какой подруги? — Спросил Джио, когда Эйбел протянул ему пиво, а затем попытался вручить его Ною.

Ной покачал головой, показывая Эйбелу свою воду, затем ухмыльнулся, удивляясь, почему это Джио интересует, с кем дружит Рони, но все равно ответил.

— От ее подруги Нелли.

Джио и Эйбел переглянулись. Те же проклятые взгляды, что и в день боя у него дома. Поэтому ему пришлось спросить:

— Что?

— Ты сказал, что она не хочет иметь ничего общего с Кратцем, верно? — Спросил Джио, делая глоток пива.

— Да, именно это она мне и сказала, — Ной ответил уверенно, но раздраженный тем, что они снова поднимут эту тему.

— Как будто они даже не друзья или что-то в этом роде? — спросил Эйбел.

Ной ответил кивком, но больше ничего не сказал. Вместо этого он сделал глоток воды

— Но он появился в ее доме? — Джио поднял бровь. — Не слишком ли это противоречиво?

Противоречиво? Одно это слово раздражало его еще больше. Неужели он намекает, что Рони лжет?

— Она его не приглашала и не видела уже много лет. Его задница просто появилась из ниоткуда.

Эйбел и Джио снова переглянулись.

— Какого хрена? К чему вы клоните, ребята?

Эйбел пожал плечами и подозвал Гектора. Ной еще больше смутился, увидев, что Гектор остановился у стола с закусками. Это раздражало его еще больше. Он хотел, чтобы они просто сказали все.

— Это может быть ничем, — сказал Эйбел, когда Гектор не спеша уселся за стол с закусками. — Просто она встречалась с ним раньше, и ее слова о том, что она больше не хочет иметь с ним ничего общего, только делают то, что видел Гектор, еще более странным.

— Похоже, все становится серьезным… у вас я имею в виду — добавил Джио. — Мы просто хотим убедиться, что ты знаешь, во что ввязываешься, Ной. Это все. Как сказал Эйбел, это может быть ничем.

— Что может быть ничем? — его раздражение немного перешло в нервозность.

Что, черт возьми, видел Гектор?

Наконец парни повернулись к Гектору.

— Расскажи ему, что ты сказал мне в четверг вечером, — Эйбел кивнул в сторону Ноя.

Гектор повернулся к Ною с несколько неуверенным видом, но тут его словно осенило.

— А, да, я видел твою цыпочку в парке, тусующуюся со своим бывшим Кратцем.

Всего несколько мгновений назад Ной хотел, чтобы они просто сказали ему все, но услышанное от Гектора просто ошеломило его.

— Что?

— Рони, — сказал Гектор так просто, как будто он только, что не сбросил чертову бомбу на Ноя. — Они с Кратцем были в парке в четверг днем, устраивали пикник или что-то в этом роде. Она тебе об этом рассказывала?

Ной пристально посмотрел на него, потом перевел взгляд на лица Эйбела и Джио. Он никогда не видел их такими серьезными. Ной повернулся к Гектору, который беззаботно жевал начос с тарелки.

— Пикник?

— Да, я видел эту пару за столиком неподалеку, где мы тусовались. Они были там некоторое время, но я не замечал, кто это был, пока один из парней не указал на Кратца и его девушку.

Ной лихорадочно соображал. В четверг? Он вспомнил, что эта ночь была одной из самых тяжелых в их жизни. Она ни словом не обмолвилась о Кратце с того самого дня, как он появился.

— И ты уверен, что это была она?

— Да, она даже улыбнулась мне.

Так или иначе, это уже лучше. Если Рони знала, что Гектор видел ее, и не беспокоилась об этом, тогда должно было быть разумное объяснение. И все же, это чертовски сбивало с толку.

— И они устроили пикник?

Слово «пикник» имело романтический оттенок, и это выводило Ноя из себя. Зачем ей встречаться с ним в парке, когда она сказала, что не хочет иметь с ним ничего общего? Он понимал, почему Эйбел и Джио думают о самом худшем.

— У них не было корзинки для пикника или чего-то еще, но они ели, — Гектор рассмеялся.

— Она была со своей подругой весь день? — спросил Джио довольно небрежно, но Ной уловил скрытый подтекст громко и ясно.

Тревожный отъезд Рони в то утро не был притворством. Ной не сомневался, что она провела весь день с Нелли. Он кивнул и потянулся за телефоном. Этому должно быть простое объяснение, и, прежде чем он начнет действовать, он получит его и положит конец своим опасениям и подозрениям друзей.

Глава 27

Утренний звонок матери Нелли, Маргарет, был достаточно тревожным. Нелли поймала Рика с поличным и теперь пребывала в таком подавленном состоянии, что мать отказывалась оставлять ее одну, опасаясь, как бы Нелли не передозировала снотворное. Одного этого было достаточно, чтобы Вероника побежала к ней, но ничто не подготовило ее к шокирующим новостям, которые ожидали ее там.

Мать только сказала, что Нелли подтвердила ее подозрения насчет того, что Рик в отпуске со своей любовницей, но, когда она приехала к Нелли, подробности того, что она обнаружила, поразили ее. Отец Нелли сидел рядом с домом подруги и курил, а Вероника торопливо поднималась по лестнице.

Нелли давно говорила ей, что он бросил эту привычку. Вероника не видела его больше года, и за это время он, казалось, сильно постарел. Сейчас мужчина казался усталым, и в том, как он сидел, прислонившись спиной к стулу, с опущенными плечами, чувствовалось поражение. Прежде чем Вероника успела что-то спросить, он заговорил, но на самом деле он не разговаривал с Вероникой, потому, что смотрел в никуда.

— Ты делаешь все возможное, чтобы вырастить своих детей честными, преданными и богобоязненными. Ни один родитель не должен испытывать отвращения или ненависти к кому-либо из своих детей.

В этот момент к двери подошла Маргарет. Вероника повернулась к ней, чувствуя себя еще более расстроенной. Почему отец Нелли говорит о том, что ненавидит ее или испытывает отвращение? Что бы она ни сделала в ответ на то, что застала Рика с другой женщиной, это должно быть оправдано. Она не сидела в тюрьме, ведь на самом деле не убивала ублюдка.

Маргарет жестом пригласила ее войти. Вероника так и сделала, охваченная внезапным чувством страха.

— Нелли в своей спальне, но, прежде чем ты войдешь туда, тебе следует кое-что узнать. — Глаза матери были полны боли и беспокойства, но Вероника увидела в них нечто большее. — Это очень трудное время для всех нас. Вся семья сейчас разорвана, и уже, вероятно, уже никогда не будет прежней, но сейчас наша главная забота — Нелли. — Вся семья? — Ты должна понять, что как матери, это полностью разбивает мое сердце, чтобы признаться в этом кому-либо, но скоро все равно все узнают.

Вероника уставилась в усталые глаза Маргарет. Очевидно, она тоже плакала. Что же такого натворила Нелли?

— В чем дело? Что случилось?

— Нелли нашла Рика в Денвере… с Кортни.

Сердце Вероники практически остановилось — родная сестра Нелли?

Затем Маргарет продолжила один удар за другим, заставляя ее чувствовать себя одним из противников Ноя на ринге.

— Судя по всему, у них уже много лет периодически случаются романы. Кортни сказала, что они много раз пытались покончить с этим, но были влюблены и просто не могли, а потом, когда они решили, что больше не могут продолжать, Кортни узнала о другой женщине Рика. Именно после этого разговора Нелли и отправили в больницу, — Маргарет сделала паузу, чтобы сделать глубокий вдох и вытереть единственную слезу, прежде чем нанести нокаутирующий удар. — Через несколько недель Кортни узнала, что беременна от Рика. Это было в то время, когда Рик и Нелли по-настоящему старались наладить отношения.

Вероника была взбешена и убита горем одновременно. Как Кортни могла так поступить с Нелли? Потом она вспомнила, что она всегда была такой, с тех пор как они были детьми. Не важно, что у Кортни было больше, чем у Нелли, она никогда не была удовлетворена, пока не забирала то немногое, что было у Нелли.

Маргарет покачала головой и села на диван Нелли, промокая глаза салфеткой.

— После всей боли, которую она причинила своей сестре, и позора, который она принесла семье, Кортни говорит, что они с Риком поженятся, как только его развод с Нелли станет окончательным.

Все это было невыносимо. Вероника могла только догадываться, что чувствует бедняжка Нелли. Она даже слышать больше не хотела. Она услышала достаточно.

— Мне нужно быть с Нелли.

Она поспешила в комнату Нелли. Подруга сидела на кровати, уставившись в телевизор, но звук был выключен. Ее лицо сморщилось, когда она увидела свою лучшую подругу, и Вероника бросилась к ней, заползла на постель рядом с ней, и обняла ее, пока она плакала. Слезы текли еще несколько минут, пока Нелли не собралась с силами и не заговорила.

— Я решила, что не буду тратить силы на то, чтобы злиться на Рика. Он даже не стоит моего дыхания, не говоря уже о слезах. Мне невероятно больно из-за предательства Кортни, — подруга судорожно вздохнула. — Глупость в том, что у меня всегда были подозрения. Меня беспокоило, когда Рик флиртовал с ней. Он флиртовал и с тобой, но я знала, что мне не о чем беспокоиться. Я никогда полностью не доверяла своей сестре. Или тому, как они вели себя друг с другом.

Нелли сказала, что теперь не знает, чего она боялась больше — того, что Рик ей изменяет, или перспективы остаться одной. Вероника не понаслышке знала, что такое одиночество, и прекрасно понимала этот страх, хотя никогда бы не осталась с обманщиком. Однако она не собиралась говорить об этом своей хрупкой подруге. Теперь от этого не будет никакого толку.

После нескольких часов разговоров Вероника заставила Нелли немного поесть и даже несколько раз заставила посмеяться. Она не собиралась говорить с ней о Ное — предполагалось, что речь пойдет о Нелли, а не о ней, но Нелли настояла. Перемена темы разговора оказалась очень кстати. Нелли была довольна тем, как хорошо идут дела у Вероники, и заверила ее, что все будет хорошо.

Она согласилась с Вероникой, что ей следует спросить Ноя о ребенке, который у него мог быть, но напомнила ей не осуждать его за то, что он сделал в прошлом. У каждого в шкафу были скелеты, но она настоятельно просила ее убедиться, что он больше не замешан ни в чем опасном.

К вечеру Нелли была готова принять долгий душ, а затем попытаться заснуть — уснуть, не принимая снотворного. Она пообещала Веронике, что перестанет принимать таблетки, и Вероника предупредила ее, что будет часто навещать ее.

Вероника пробыла дома всего несколько минут. Она только что написала Ною, что не собирается идти к Джио, когда услышала стук в дверь. Девушка осторожно выглянула в окно и увидела Дерека. Ей оставалось только гадать, не припарковался ли он на улице, ожидая ее возвращения домой.

В тот день он оставил ей на телефон два сообщения, которые Вероника не успела прослушать. Немного раздосадованная тем, что Дерек, видимо, решил, что это нормально — вот так просто зайти во второй раз, она открыла дверь.

— Привет, — сказала Вероника, но постаралась не улыбаться слишком широко.

Она не хотела, чтобы он подумал, будто она восприняла это как приятный сюрприз.

— Привет. — Дерек провел рукой по волосам. Обычно устрашающего вида декан казался немного эмоционально уязвимым. — Я… я надеялся, что мы сможем поговорить. Я пыталась дозвониться, но ты не отвечаешь. Надеюсь, ты не обиделась на меня за тот день.

На мгновение Рони заколебалась, не зная, стоит ли ей выйти на крыльцо или пригласить Дерека войти. Вопреки здравому смыслу она открыла сетчатую дверь и впустила его. Мысль о том, что Ною не понравится это, когда он приедет, была очень реальной. Но если бы ей пришлось выбирать между громкой и некрасивой сценой в уединении ее собственного дома или снаружи на крыльце, чтобы все ее соседи слышали и видели, она бы выбрала дома. Кроме того, в ее планы входило быстро отправить его восвояси.

Вероника заметила, как Дерек огляделся, пытаясь понять, насколько все изменилось с тех пор, как он был здесь в последний раз. Возможно, он искал еще какие-то зацепки подтверждающие ее отношения с Ноем.

Как бы грубо это ни было, Вероника не предложила ему выпить. Она хотела, чтобы Дерек ушел как можно скорее. Он снова начал извиняться за тот день, но она остановила его.

— Я не сержусь на тебя, Дерек, так что не волнуйся. Я была немного удивлена, вот и все.

— Ты говорила с ним об этом?

— Нет, у меня не было такой возможности.

Они стояли в дверях, и это было неловко, но Вероника отказалась пригласить его присесть. Она хотела, чтобы этот разговор был коротким и по существу.

— Больше я ничего плохого о нем не скажу. Но я скажу тебе вот что, Рони. Как твой друг, я беспокоюсь о тебе. Я не думаю, что ты понимаешь это, но ты все еще очень уязвима. Не прошло и года с тех пор, как умерла твоя мать, а этот парень появился в самый подходящий момент, когда ты нуждалась в ком-то — в ком угодно, даже в этом ребенке. Ты даже не проверила его биографию.

— Я же говорила тебе. Он мой друг.

— Но как долго?

— Больше месяца, — сказав это, Дерек сделал свою точку зрения еще более обоснованной. — Почти два, — добавила Вероника с внезапно возникшим сомнением.

Неужели она действительно позволила себе увлечься кем-то, потому что боялась снова остаться одна? То, что Нелли сказала раньше, вернулось к ней. Когда ты боишься, то поступаешь не так, как всегда. Из-за того же самого страха Нелли продолжала смотреть в другую сторону, игнорируя обоснованные подозрения, что ее собственная сестра, возможно, делает немыслимое с ее мужем.

Дерек наклонил голову, и их глаза встретились.

— Можно тебя кое о чем спросить?

Ему даже не нужно было спрашивать ее об этом. Вероника уже точно знала, о чем он думает. Как обычно, Дерек все понял. Что Ной переехал к ней в то время, когда она больше всего в нем нуждалась, и, конечно же, она легко влюбилась в него. Но в их отношениях было гораздо больше, чем просто ее потребность в нем.

Ее телефон зазвонил прежде, чем она успела ответить, и Вероника воспользовалась этим, чтобы дать себе время подумать-вздохнуть. Она вытащила телефон из сумочки и увидела, что это Ной. Идеально. Именно то, что ей нужно. Услышать его голос — напоминание о том, почему он был гораздо больше, чем просто нужда в ком-то рядом.

— Я должна ответить, — сказала Вероника и ответила.

Дерек жестом показал, что собирается воспользоваться ее ванной, и Вероника кивнула, радуясь уединению. Она прошла на кухню, где могла спокойно поговорить по телефону.

Потягивая пиво, ребята наблюдали за ним. Гектор все еще жевал начос, а Ной ждал, когда Рони ответит на звонок. Ной был уверен, что скоро получит простое объяснение. Как бы он ни был уверен, очень маленькая часть его беспокоилась, что Рони все еще может испытывать чувства к Кратцу, особенно учитывая фотографии, которые она не только повесила, но и держала в центре первого ряда в своей фотолаборатории.

Он стряхнул с себя неуверенность. Рони сказала, что не хочет иметь с Дереком ничего общего, и после той недели, Рони должна знать, что у него проблемы с тем, чтобы она тусовалась со своим придурком-бывшим. Должно быть, это какая-то случайность.

Рони ответила после второго гудка.

— Привет.

— Привет, Рони.

— Ты не должен уезжать, Ной. Я не поэтому тебе написала. Ты просил меня дать тебе знать, когда я буду дома.

— Да, я знаю. Но я все равно скоро уйду отсюда. Я просто хотел спросить тебя кое о чем, — Ной взглянул на своих друзей. Все уставились на него. Он чуть не рассмеялся. — Ты случайно не встречалась с Кратцем на этой неделе? — его веселое настроение испарилось, когда она не ответила. — Рони?

— Встречалась. Вообще-то, несколько раз.

— Несколько раз? — это буквально потрясло его. В ответ он даже выпрямился.

— Я собиралась тебе рассказать, хотела после твоего боя, а сегодня утром мне позвонили насчет Нелли.

Его желудок сжался.

— Что ты хотела мне рассказать?

— О тех нескольких случаях, когда я встречалась с ним после работы.

Ноя больше не волновало, что его друзья увидят, как он сходит с ума, если Рони скажет, что сделала что-то еще с этим парнем. Он чувствовал себя самым большим гребаным идиотом. Парень уже собирался спросить ее, какого черта она связалась с этим придурком, когда услышал на заднем плане громкий и ясный голос Кратца.

Ной услышал, как Рони сказала ему, что придет через секунду, и сжал телефонную трубку, чувствуя прилив адреналина, который обычно ощущал только на ринге, когда собирался закончить бой.

— Ты сейчас с ним?

— Он снова приехал, — голос Рони зазвучал приглушенно, — но…

— Он сейчас с тобой в доме? — Ной мгновенно вскочил на ноги, его сердце бешено колотилось, когда он шел к своему мотоциклу, каждый его шаг был длиннее предыдущего.

— Да, но он пробудет здесь недолго.

— Какого хрена ему надо? — парень вскочил на мотоцикл, но, прежде чем она успела ответить, Ной спросил то, что он действительно хотел знать. — У тебя все еще есть чувства к этому парню, Рони?

— Нет!

— Ты хочешь, чтобы он приходил к тебе вот так?

— Нет, — Рони громко выдохнула.

— Хорошо, скоро буду, — Ной повесил трубку и надел шлем.

Эйбел с ребятами уже сидел в своем грузовике, когда он проехал мимо них на мотоцикле. В течение многих лет в средней школе он мечтал выбить дерьмо из Кратца. Кто знал, что у него когда-нибудь будет шанс довести дело до конца.

Больше обеспокоенная тем фактом, что Ной не знал, что Дерек носит с собой пистолет, Вероника не собиралась ждать и смотреть, не спровоцируют ли Ной Дерека использовать его…

— Тебе пора, — сказала девушка, вбегая в гостиную, где сидел Дерек.

— Почему? Что случилось?

— Я объясню позже, Дерек, но сейчас ты должен идти, — Вероника открыла сетчатую дверь и придержала ее для него.

Дерек встал, но не сдвинулся с места. Он озабоченно посмотрел на Веронику.

— Да что с тобой такое?

— Ничего! — Ее сердце билось быстрее с каждой секундой, а Дерек все еще был в ее доме.

Наконец он сделал несколько шагов к ней, но, очевидно, не разделял ее настойчивого желания уйти.

— Вероника, посмотри на себя. Ты расстроена. Дай угадаю. Это был Ной, и он уже едет домой. Что? Тебе здесь не разрешают никого приводить домой, или это только я ему здесь не нужен?

Вероника не понимала, почему Дерек делает вид, что еще ничего не понял. Она была удивлена, что мужчина не указал на ее сияющий вид с самого утра с Ноем. Он так хорошо улавливал малейшие детали.

— Дерек, если ты уже все знаешь, зачем тебе неприятности?

— Ты же не всерьез это говоришь. Ты и этот ребенок?

— Ной не ребенок.

— Ты сама назвала его так, когда впервые рассказала мне о своем новом соседе по комнате. Не хочешь рассказать мне, что изменилось с тех пор? — его бровь медленно приподнялась, он уже знал ответ и на этот вопрос. — Он все еще в том же возрасте, не так ли?

Вероника глубоко вздохнула и не двинулась с места.

— Я думаю, ты уже знаешь это, и знаешь, что? Это не твое дело. Ты должен уйти сейчас же, Дерек. Я серьезно. Я не хочу никаких проблем.

Он не двинулся с места, и ее сердце чуть не остановилось, когда она увидела, что мотоцикл Ноя въехал на подъездную дорожку, а грузовик Эйбела остановился позади него. Ной снял шлем и спрыгнул с мотоцикла. Вероника закрыла за собой сетчатую дверь и бросилась ему навстречу.

— Кратц все еще здесь? — спросил Ной.

— Да, но Дерек уже уезжает.

Ребята вылезли из грузовика, но остались рядом с ним, не спуская с них глаз.

— Где он? — спросил Ной.

— Я здесь, Ной, — Дерек открыл сетчатую дверь и вышел на крыльцо. — Ты хочешь мне что-то сказать?

Вероника держала Ноя за руку и умоляюще смотрела ему в глаза.

— Просто дай ему уйти, Ной. Пожалуйста.

— Не беспокойся, Рони. Я уйду с миром. Но я серьезно советую тебе подумать о том, о чем мы говорили на днях.

— О чем он? — спросил Ной, к разочарованию Вероники уступив очевидной подначке Дерека.

— О, я просто рассказал ей кое-что, что, по моему мнению, она должна знать, — сказал Дерек, проходя мимо них вниз по лестнице.

Ной усмехнулся, обернувшись к Дереку, когда тот прошел мимо него.

— Обо мне? Как будто она поверит в твою чушь.

— Мне не нужно ничего выдумывать, Ной. Мы оба знаем, что у тебя достаточно яркое прошлое. Может быть, даже настоящее, — Дерек оглянулся на Веронику. — И я бы сказал, что ее волнение вполне можно понять.

Ной снова повернулся к Веронике. К своему ужасу, оказалось, что попытки Дерека запугать Ноя сработали. Она видела это в его вопрошающих глазах.

— Не волнует, — пояснила Рони. — Любопытно.

— Насчет чего?

Теперь, когда ребята увидели Дерека, направлявшегося к своей машине, они оставались неподвижными возле грузовика Эйбела, давая им возможность уединиться.

— Пойдем в дом, — Рони потянулась к нему.

Ной отпрянул назад.

— Сначала ответь на вопрос. Какой чушью он тебя кормит? И ты не хочешь объяснить, почему ты несколько раз встречалась со своим гребаным бывшим на этой неделе и не сказала об этом мне?

Эйбел сел в свой грузовик и помахал рукой, выезжая с подъездной дорожки. Вероника едва подняла руку, чтобы помахать в ответ. Ной даже не потрудился поднять глаза на друга, снова взглянул на Веронику, и теперь они горели огнем.

— Я была сбита с толку.

— Чем?

— Я увидела сообщение от Риты в воскресенье и не знала, что и думать.

Выражение лица Ноя немного смягчилось.

— Ты должна была просто меня спросить.

— Да, но меня не устраивала моя жизнь, помнишь? Я подумала, что, может быть, пришло время дать толчок моей жизни среди других людей, и решила принять предложение Дерека пообщаться.

Его глаза распахнулись.

— Неужели? И что это за предложение?

— Ужинать после работы.

— И что еще?

— Это все. Мы дважды ужинали, а потом в четверг я не собиралась с ним встречаться, но Дерек появился в парке, когда я сказала ему, что буду фотографировать.

— Так что же такого сказал тебе обо мне этот парень, с которым ты больше не хочешь иметь ничего общего, что тебя так беспокоит?

Вероника видела, что Ной снова начинает нервничать.

— Я сказал «любопытно», а не «беспокоит».

— Ладно, так в чем же дело? — Ной скрестил руки на груди.

— Дерек сказал, что ты бросил школу, когда от тебя забеременела какая-то девочка, — Вероника молилась, чтобы Дерек ошибался.

Девушка очень надеялась, что у Ноя не хватит духу сделать что-то подобное. Затаив дыхание, она ждала его ответа, отчаянно пытаясь уловить намек на то, о чем Ной думает, но выражение его лица было пустым.

Глава 28

Тот факт, что Рони поверила в подобную чушь, говорил о многом. Это было так похоже на Кратца — говорить о прошлом хуже, чем оно было на самом деле, но самое смешное, что Рони была готова ему поверить.

— Давай посмотрим, правильно ли я все понял. Этот засранец вернулся из ниоткуда после того, как бросил тебя, когда твоя мать умирала, зная, что он оставит тебя в полном одиночестве. Ты, якобы, больше не интересуешься его задницей, хотя через несколько месяцев после того, как вы с ним расстались, у тебя все еще были эти гребаные фотографии? — Чем больше Ной думал об этом, тем тяжелее становилось в груди. Он не был уверен, что ранило его больше — то, что Рони солгала, или то, что поверила мужику, которому, очевидно, было наплевать на нее. — Ты говоришь мне, что не хочешь иметь с ним ничего общего, но в тот момент, когда ты решишь расширить свою социальную жизнь, он будет первым, кому ты позвонишь? — Ной знал, что его слова были жестоки, но ничего не мог с собой поделать. Было чертовски больно узнать, что Рони, очевидно, достаточно заботилась об этом парне, чтобы купиться на эту дерьмовую версию правды — правды о нем — даже после того, что этот мудак сделал с ней. — Какую еще чушь он тебе наговорил обо мне? — Вероника пожала плечами, готовая расплакаться, но ничего не отрицала. — Говори!

— Что ты занимался наркотиками или торговлей наркотиками. — Ной засмеялся, но остановился, когда она спросила. — Это правда?

Рони не могла быть серьезной.

— А ты как думаешь?

Ответ на это был в ее неуверенных глазах. В это Рони тоже верила.

— Ух ты, — сказал Ной, отступая на несколько шагов. — Я и не подозревал, что произвел на тебя такое незначительное впечатление, что ты так обо мне думаешь.

— Я не…

— Я чертов сирота, Рони! Или ты забыла? — Ной никогда в жизни не был так зол.

Даже по пути сюда, когда он не мог думать ни о чем другом, кроме как добраться туда и разорвать Кратца на части. Тогда он просто разозлился и пришел в ярость от ревности. То, что он чувствовал сейчас, было гораздо хуже. Ему было так больно, как никогда раньше.

— Я не понаслышке знаю, каково это — быть отвергнутым семьей. Вот почему я не отворачиваюсь от друзей или людей, которые мне небезразличны. Это он, — Ной ткнул пальцем в том направлении, куда уехал этот ублюдок. — Этим дерьмом занимается он, а не я. Но, по-видимому, это ничего не значит в том, что касается тебя, верно? Потому что ты так легко готова поверить во что-то подобное обо мне только потому, что он сказал тебе это.

Теперь ее руки были прижаты ко рту, и Рони спустилась по ступенькам, чтобы подойти к нему, но Ной отступил подальше.

— Я никогда не говорила, что верю ему, я сказала, что мне любопытно. Я не знала, что думать. Дерек сказал, что это было очень давно. Люди совершают поступки, о которых сожалеют, и я была готова дать тебе возможность все рассказать. Даже если бы это было правдой, это не имело бы значения. Все это не имеет значения.

Это подтвердило его слова. Рони действительно верила во все эти вещи о нем, даже после того, что он только что сказал ей.

— Я просто сказал… — начал было Ной, но тут же резко обернулся; он не мог оставаться там ни минуты. — Знаешь, что? Верь во что хочешь, черт возьми. Как насчет этого? Мне все равно, — Он больше не будет пытаться убедить Рони, что достоин быть частью ее жизни.

— Ной, прости. Если ты говоришь, что такого не было, то я верю тебе.

Чудесно, что теперь Рони собирается его ублажить. Ной вскочил на мотоцикл и натянул шлем, радуясь, что он заглушает ее слова, потому что он не мог больше слышать ни слова. Если бы он был хоть немного похож на того молодого незрелого панка, каким она его себе представляла, мог бы подумать о том, чтобы послать ее, но все, о чем Ной мог думать, выезжая с ее подъездной дорожки, это как, черт возьми, он должен был забыть ее? Это было в миллион раз хуже, чем его разрыв с Тессой.

Какое-то время Ной тупо гонял по окрестностям, прежде чем определиться с пунктом назначения. Он не хотел ни с кем находиться рядом. То, как Рони действовала на него, было просто безумием. Эмоционально Ной был просто развалиной. Она была в его жизни всего несколько месяцев, и мысль о том, что ее больше не будет, была невыносима.

Через двадцать минут Ной сидел на краю боксерского ринга в спортзале. Он даже не потрудился включить свет, когда добрался туда. Единственным источником света был яркий лунный свет, проникавший через окна, и уличный фонарь, стоявший сразу за входной дверью и проникавший сквозь стеклянные двери.

Он понял, что не взорвался бы так, если бы уже не был так взвинчен. Слух о том, что Рони проводит время с бывшим, к которому она, вероятно, все еще питает чувства, действительно взбесил его. Ной никогда в жизни не чувствовал себя таким взбешенным и обиженным одновременно.

Вся эта чертова неделя была напряженной, пока все в итоге не развалилось на части. Может быть, если бы он объяснил Рони, что на самом деле произошло в школе с девушкой, которая забеременела, что он не бросил ее, она бы поняла. Возможно, он даже убедил ее в том, к чему стремился все это время. Что он достаточно взрослый, чтобы вести себя как взрослый, и даже тогда был таким.

Открывшаяся входная дверь выдернула его из задумчивости. Ной был так чертовски разгорячен, когда ворвался сюда сегодня вечером, что даже не подумал запереть дверь, а это был не самый лучший район. Ной вскочил с того места, где сидел, и встал на ноги, полностью ожидая схватки с одним или двумя бездомными, когда услышал голос Рони.

— Ной, ты здесь?

Вероника показалась из-за угла, и с таким же успехом могла быть ангелом, потому что именно таким блаженным был ее вид. Увидев его, она остановилась.

— Я верю тебе, Ной. Я тебе верю.

Ной сделал глубокий вдох, больше всего на свете желая простить и забыть все, что случилось раньше, и просто побежать к ней, но сначала он должен был что-то сказать ей.

— Я бросил учебу, чтобы найти постоянную работу, когда узнал, что она беременна.

Тень на лице Рони мешала ему ясно видеть выражение ее лица. Но она стояла неподвижно, пока он задерживал дыхание, готовясь к ее ответу.

Боясь сказать что-то не то, Вероника тщательно подбирала слова. Ей было невыносимо видеть его таким обиженным, и она не собиралась говорить что-то, что снова причинит ему боль. Она направилась к нему.

— Значит, ты отец?

— Нет, — Ной покачал головой. — Когда она впервые сказала мне об этом, я до смерти перепугался. Но чем больше я думал об этом, тем больше это меня поражало. У меня будет ребенок. Моя собственная плоть и кровь. Она сказала, что не хочет его. Девушка была слишком молода. Тогда-то я и бросил школу. Я сказал ей, что найду работу, и сам буду растить ребенка. Это она исчезла, а не я. Ее родители отправились на поиски меня, уверенные, что она сбежала именно со мной, но я тоже понятия не имел, где она. В следующий раз, когда я увидел ее, она уже сделала аборт, а потом вместе с семьей уехала.

Вероника не думала, что ее сердце не может разбиться из-за него больше, чем уже разбилось.

— Ты любил ее? — спросила она, подойдя к нему и коснувшись его лица.

Ной снова покачал головой, накрыл ее руку своей, поднес к губам и поцеловал.

— Единственный человек, которого я когда-либо любил — это ты.

Переполненная эмоциями, Вероника крепко обняла его, злясь на себя за то, что постоянно задавалась вопросом, что она чувствует к нему.

— Я тоже тебя люблю, — Рони отстранилась и посмотрела ему в глаза. — Прости, что я сомневалась в тебе… в нас.

Его глаза были широко раскрыты и почти безумными, но не такими ужасными, как раньше, когда он был так зол. Ной улыбнулся.

— Ты любишь меня?

— Да! — Вероника снова обняла его. — И мне очень жаль, что я сомневалась в тебе.

— Перестань. Кратц не знал, что произошло. Никто в школе этого не знал, и после того, как она сделала аборт, я был так зол и разочарован, что не потрудился вернуться в школу. Я взял свой аттестат и продолжал работать. Я покончил со всеми этими гребаными школьными драмами. Но он сказал правду о наркотрафике, — глаза Ноя снова стали жесткими. — Он мог бы тебе это объяснить.

Ной рассказал ей о девушке, которая разбила ему сердце, и о том, как он на какое-то время вышел из-под контроля. Что это был единственный раз в его жизни, когда он увлекался травкой, и это было только для того, чтобы заглушить боль.

— Я делил шкафчик с Эйбелом и Джио, потому что мой был в здании временного отдела. Я позволил парню, который продавал мне травку, использовать шкафчик, которым я не пользовался. Я не думал, что он настолько глуп, чтобы прятать там свое дерьмо. Каждые несколько месяцев в школе проводили проверку. Притащили собак и все остальное, и нашли его тайник. Поскольку шкафчик был на мое имя, повесили все на меня, но все знали, что я никогда не пользовался этим шкафчиком, — Ной покачал головой. — У меня было столько неприятностей, что Кратц больше не верил ни единому моему слову. Но, в конце концов, достаточно людей поручились за то, кто на самом деле использовал этот чертов шкафчик, они нашли достаточно доказательств, чтобы обвинить его. Так что мое имя было очищено. Он знал это.

Выражение его лица внезапно изменилось, и теперь глаза были полны беспокойства.

— Рони, я не думаю, что смогу смириться с тем, что ты дружишь с этим парнем. Я итак ненавидел его тогда, а теперь у меня есть еще больше причин ненавидеть его.

— Я больше не хочу быть его другом, — Вероника коснулась пальцем его губ. — Ты прав. Мне нужны верность и друзья, на которых я могу положиться, но самое главное, я не хочу, чтобы в моей жизни был кто-то, кто не верит в нас. А он, очевидно, не верит.

— В нас?

Улыбнувшись, она кивнула.

— Я готова к «нам». Я люблю тебя, Ной и хочу, чтобы об этом узнал весь мир.

Блеск в его глазах в этот момент был чем-то, чего она не видела раньше. Ной был таким эмоциональным раньше, но это, заставило ее затаить дыхание. Он поцеловал ее так нежно, что Вероника вздохнула у его губ. Ной был именно тем, в чем она нуждалась в своей жизни. Она больше не боялась в этом признаться. Кому нужно то, что она сейчас чувствует? И это не имело ничего общего с боязнью остаться одной. Вероника легко могла бы обойтись без компании Дерека, если бы захотела, а Нелли определенно собиралась проводить с ней больше времени.

Вероника поняла все это в тот ужасный момент, когда ее осенило, что, возможно, Ной не вернется сегодня вечером. Она была влюблена в него и не боялась остаться одна, она боялась остаться без него.

Поцелуй Ноя становился все глубже, и как раз в тот момент, когда Вероника подумала, что не может чувствовать большего удовлетворения, чем сейчас, он почти зарычал, а затем прошептал тем же напряженным голосом, который она слышала утром:

— Я хочу попробовать тебя.

Когда Ной сказал это в то утро, Вероника не совсем поняла, что он имел в виду, но догадывалась, и этого было достаточно, чтобы заставить ее сердце биться быстрее. Тогда могла только предполагать и догадываться что будет чувствовать. Теперь, когда она точно знала не только то, что он имел в виду, но и то, что ей предстоит испытать, ее ноги едва не подкосились.

— Я хочу сейчас, — добавил Ной, посасывая ее нижнюю губу.

— Здесь? — ахнула Вероника, отстраняясь.

Блеск в его горящих глазах был единственным ответом, который ей был нужен.

— Жди здесь.

Ной поспешил к входной двери, оставив ее стоять, шатаясь, пока запирал двери. Вероника смотрела, как он подошел к лежащим у стены циновкам и взял одну из них. Он схватил несколько полотенец, не сводя с нее глаз, и на его лице появилась легкая улыбка.

Ее тело уже начало содрогаться в предвкушении. Покалывание, которое началось этим утром, когда он целовал ее грудь, снова вернулось, как только она услышала его скандальную просьбу.

Изо всех сил стараясь успокоить дыхание, когда он приблизился к ней, Вероника смотрела, как Ной бросил коврик на боксерский ринг позади нее вместе с полотенцем, затем потянулся к ней, и одним махом она снова оказалась в его объятиях, когда он безумно поцеловал ее.

В следующую секунду его руки оказались на ее спине, и он сжал ее, поднимая. Вероника никогда не знала, что может чувствовать такой уровень возбуждения, но она чувствовала себя такой же дикой, как дикое животное, баюкая его лицо в своих руках, когда целовала и сосала эти прекрасные губы.

Как только Ной поставил ее на край боксерского ринга, она пролезла под канатами и оказалась на ринге. Канаты прогнулись, когда он прыгнул за ней и подошел к ней, продолжая свои неистовые поцелуи, пока не прижал ее к мату. Вероника подумала, что, может быть, он спустится вниз, как сделал это утром, но вместо этого Ной потянулся к ее брюкам и спустил их вниз по бедрам. Ее трусики упали вместе с ними, и не успела она опомниться, как оказалась обнаженной до пояса.

В отличие от того утра, Ной не торопился. Его пальцы уже были в ней, заставляя ее громко стонать. Это только еще больше возбудило его, и он застонал у нее во рту, а затем отстранился.

— Я больше не могу ждать.

Ной двинулся вниз, раздвигая ее ноги. Вероника поднесла дрожащую руку ко рту и сжала ее в кулак, прежде чем почувствовала его горячий рот на себе и сосущий, дразнящий язык. Ощущение было настолько потрясающим, что она едва могла его вынести.

Как и в то утро, Ной двигался медленно, сводя ее с ума, но на этот раз удовольствие нарастало быстрее. Вероника извивалась, когда его язык вошел глубже, двигаясь быстрее в таком совершенном ритме, что все ее тело задрожало в ответ. Ее бедра сами собой приподнялись, и невероятно, но она почувствовала, как его язык вошел еще глубже.

То, что Ной проделывал своим языком так прекрасно, доводя ее сначала медленно, а потом все быстрее до полного исступления, не было похоже ни на что, что она могла себе представить. Это было выше удовольствия. Ее глаза закатились, когда она с трудом сглотнула, выгибая спину в ответ на его кружащийся язык.

Его пальцы раздвинули ее, и его рот впился в это идеальное место, заставляя ее громко и бесстыдно стонать. Вероника потеряла всякое чувство контроля, и ей было все равно. Она буйно задыхалась, когда начался взрывной оргазм. Ной стал лизать сильнее, кончик его языка лизнул так быстро, что она вскрикнула от невероятного удовольствия.

Вероника тонула в пучине судорог.

— Не надо больше, пожалуйста, — взмолилась девушка.

Она не могла вынести еще одного щелчка его языка. Ной поцеловал ее в последний раз, прежде чем лечь рядом, как утром, глядя в ее очень довольные глаза, пока она пыталась отдышаться.

— Я бы хотела, — сказала Рони и остановилась, чтобы перевести дыхание. — Хотела бы я выразить словами, как это было невероятно.

Вероника протянула руку к его лицу, и он взял ее в свои, а потом снова поцеловал.

— Не надо, я лучше почувствую, как это невероятно для тебя. Нет ничего, что доставило бы мне большее удовольствие, чем слушать, как ты сходишь с ума.

Ей пришла в голову мысль, что все это сумасшествие. Одно дело — делать то, что Ной только что сделал на ринге, но как далеко он готов зайти?

— Займись со мной любовью, — прошептала Вероника, и ее сердце снова забилось быстрее.

Его глаза расширились.

— Прямо здесь? Я подумал, что мы могли бы пойти домой и провести вместе всю ночь.

Вероника рассмеялась и наклонилась, чтобы поцеловать его. Мысль о том, что они сделают это прямо здесь, была такой дерзкой и такой совершенной.

— О, мы это сделаем, но я хочу, чтобы наш первый раз был здесь. — Она поцеловала его еще глубже, и от одной мысли об этом ей снова стало жарко. — Только подумай, это будет наш маленький секрет каждый раз, когда мы будем проходить мимо этого ринга.

Ной уже поднимался на колени.

— Тебе не нужно меня убеждать, Рони, — он вытащил бумажник из заднего кармана и достал презерватив, пристально глядя на нее. — Сними с себя все. Я хочу, чтобы ты была голой.

Мгновение Вероника смотрела на него, моргая, думая о том, что только что начала. Ирония была почти смешной. Когда они впервые встретились, казалось, в другой жизни, она никогда бы даже не подумала об этом, не говоря уже о том, чтобы предложить это. Не только из-за разницы в возрасте или из-за того, что они находились в центре спортзала на боксерском ринге, но и потому, что тогда она не разделась бы догола, ни перед одним парнем, особенно перед своим точеным молодым тренером. Не говоря больше ни слова, она села, расстегивая блузку, потом медленно расстегнула застежку лифчика.

У Вероники перехватило дыхание, когда она увидела, как Ной расстегнул молнию и спустил штаны, а вместе с ними и боксеры.

Вероника задалась вопросом, слышал ли он ее громовой вздох, когда она смотрела на его безупречное тело. Огонь в его глазах, к которому она так привыкла в последнее время после их поцелуев на ночь, вернулся. Ной улыбнулся ей, его большие руки скользнули по ее рукам, притягивая ее обратно на коврик. Он склонился над ней и заглянул ей в глаза.

— Готова?

Вероника кивнула, чувствуя себя загипнотизированной его тяжелым взглядом. Поскольку он уже доставил ей удовольствие, она была уверена, что он сразу же приступит к этому, но вместо этого Ной поцеловал ее долго и глубоко, а затем пососал ее шею, и на этот раз она даже не протестовала против засосов. Очевидно, его это возбуждало. Позже они выработают какой-нибудь компромисс, а сейчас она позволила себе насладиться ощущением его губ на своей коже.

Ощущение его твердого обнаженного тела поверх ее сводило с ума. Она хотела, чтобы он вошел в нее сейчас.

— Трахни меня, Ной.

Грязные слова, вырвавшись, заставили ее задохнуться. Вероника никогда никому этого не говорила. Даже Дереку, с которым она прожила почти два года. Но сейчас она так сильно хотела Ноя. Она мечтала об этом слишком много раз. Она не могла больше ждать ни минуты, и он не заставил ее.

Ной застонал в ответ, очевидно не возражая против ее выбора слов. Он осторожно раздвинул ее ноги, и медленно вошел в нее. Вероника почти забыла, как давно это было, но ощущение растяжки, когда он толкнулся в нее дальше, напомнило ей, что это было слишком давно.

Она держалась за его широкие плечи, когда Ной подтянул ее ногу, чтобы войти глубже. Сначала было немного неудобно, но, когда он с ворчанием вошел полностью, ей стало так хорошо, что она вскрикнула.

Вероника никогда бы не призналась, что сравнивала их, но с Дереком, как только они добрались до этой части, все быстро заканчивалось. Поэтому ее удивило, как долго Ной держался. Он то ускорялся, то замедлялся, делая это дольше, сводя ее с ума.

Ной пристально смотрел ей в глаза, усиливая близость между ними, скользя туда-сюда, и наслаждение, как ни странно, начало нарастать снова. Вероника с трудом могла поверить, что кончит во второй раз более интенсивно, чем в первый, но это происходило, и она приветствовала это, крича снова, когда он толкнулся в последний раз, поднимая ее ногу еще больше для максимального проникновения.

Оставаясь в этой позе, как ей показалось, очень долго, она наблюдала за Ноем. Его глаза были крепко зажмурены, глубокая складка на лбу свидетельствовала о том, что он чувствует, и ей это нравилось — нравилось, что он чувствует это из-за нее. Она крепко обняла его, наслаждаясь глухим стуком его сердца, бьющегося в унисон ее собственного.

— Я люблю тебя, Рони.

— Я люблю тебя, Ной.

Ной поцеловал ее в висок, его дыхание еще не успокоилось, поэтому его слова удивили ее.

— Не могу дождаться, когда увезу тебя домой и буду делать это с тобой всю ночь

Вероника хихикнула. Он не мог быть серьезным.

Но так и было. И было всю ночь.

Эпилог

Несмотря на то, что в прошлом году они провели праздники вместе, и это было чудесно, технически это было их первое Рождество вместе. Ной сказал Веронике, что это делает его особенным, но у нее была еще большая причина, почему это было так.

Выбрать елку в этом году было намного проще, чем в предыдущие. Каким-то образом, она знала, что независимо от того, какую она выберет, это будет замечательно, потому что это будет их елка.

Весь день они украшали дом, подпевая Рождественским гимнам, как в прошлом году. Они заканчивали наряжать елку, и Вероника принесла коробку со специальным украшением для макушки.

— Ах, последний штрих, — с улыбкой сказал Ной. — Я принесу тебе табурет.

— Не нужно, — сказала Вероника, доставая хрустальную звезду.

— Почему? — Ной обнял ее за талию. — Может, мне просто поднять тебя?

— Нет, потому что в этом году ты получишь все почести вешать звезду, — паническое выражение лица Ноя заставило ее рассмеяться. — Что?

— Я?

— Ага, — Рони кивнула. — Помнишь традицию, что самый молодой член семьи берет на себя обязанности, пока не появится другой?

— Но я не член семьи, — Ной поднял бровь.

— Ты для меня даже больше, Ной. И поскольку ты официально живешь здесь, теперь постоянно. — она поцеловала его и добавила. — То вы не отвертитесь, мистер!

— Я бы и не мечтал об этом, — он поцеловал ее в ответ.

— Хорошо, — сказала Вероника с широкой довольной улыбкой. — Тогда все решено. С этого момента ты вешаешь звезду на елку.

Как ни нервничал он на вид, Ной все же достал из коробки украшение и, не нуждаясь в табуретке, начал поднимать его, но Вероника остановила его.

— Подожди! — раздраженное выражение лица Ноя заставило ее снова рассмеяться. — Извини, но я хочу это сфотографировать. — Рони схватила свой айфон и сфокусировала его на Ное. — Ладно, действуй.

Вероника сделала несколько снимков, хихикая над тем, как тщательно Ной следил за тем, чтобы все было надежно закреплено.

— Хорошо? — спросил он, оглядываясь на нее.

— Отлично, — сказала она, делая последний снимок.

Взглянув на маленький подарочный пакет под деревом, Вероника с трудом подавила желание отдать его Ною, но она подождет до вечера, когда ребята уйдут. Они будут здесь с минуты на минуту. Они собирались обсудить следующий бой Джио. Это было в январе, но парень, с которым он сражался, был довольно большим и первым непобежденным бойцом, с которым Джио когда-либо сражался.

Вероника занялась в своей темной комнате проявлением последней серии фотографий, запечатлевших их с Ноем поездку на природу на прошлой неделе. Она почти отдала ему его подарок, но решила подождать еще немного. Она сказала, что подождет до Рождества, но не могла, же она ждать так долго, поэтому решила, что сегодня будет именно та ночь.

Когда ребята, наконец, ушли, волнение закралось в душу. По пути Вероника прокралась к елке, чтобы сесть с Ноем на диван, и схватила маленькую сумку.

Ной ухмыльнулся, заметив, что она что-то прячет за спиной.

— Что ты задумала?

— Ранний рождественский подарок.

Решив завязать отношения с Ноем и приняв их на сто процентов всерьез в начале этого года, Вероника постаралась полностью разорвать отношения с Дереком. Она хотела избежать любых споров с Ноем любой ценой, но в то лето она обнаружила, что избегать споров в отношениях было невозможно. Была еще одна больная тема, которую она старалась не затрагивать.

Ной шутливо заметил, что не может дождаться, когда Вероника родит ему ребенка. Она так же игриво ответила, что они даже не женаты, а потом сделала ошибку, указав, что он слишком молод, чтобы быть отцом.

Ной отреагировал яростно, как и несколько месяцев назад, когда она сказала ему, что он не влюблен в нее. Он утверждал, что был более готов, чем некоторые из предполагаемых «взрослых мужчин», которые не знали о том, как быть ответственным отцом — бывший муж Нелли служил прекрасным примером, потому что, когда Кортни была всего на пятом месяце беременности, он сказал ей, что не готов к семье и разорвал отношения.

Спор перерос в то, что Ной ушел, обвинив ее в том, что она не готова. И это еще раз доказывало, что возраст — всего лишь иллюзия.

Он вернулся через несколько часов, более спокойный, извиняясь за то, что слетел с катушек. Вероника тут же извинилась и согласилась, что, очевидно, и на этот раз она не знала, о чем говорит. Это она была не готова. Ной сказал, что уважает это, и чтобы она сказала же ему сразу, как созреет, потому что теперь, когда они были вместе, он был готов стать отцом как никогда раньше.

Вероника протянула Ною маленький пакетик, чувствуя, как внутри у нее все трепещет.

— Рони, детка. Я не знал, что мы делаем ранние рождественские подарки.

— Конечно, не знал — это сюрприз. — Она села рядом с ним, нервничая из-за того, что он скажет… подумает.

Ной попытался выглядеть сердитым, но улыбка выдала его. Затем он начал вытаскивать подарок. Вероника завернула его в папиросную бумагу и нервно рассмеялась, увидев озадаченное выражение его лица, когда он увидел маленький плоский пластиковый футляр в форме восьмиугольника.

— Открой, — сказала девушка, когда он поднял на нее совершенно потерянный взгляд.

Так Ной и сделал, и вынул из него только одну вещь: маленькую сложенную бумажку.

Он развернул его и прочел два слова на нем.

«Я готова».

Ной все еще выглядел смущенным.

— Ты готова?

Вероника кивнула и улыбнулась, ожидая, что Ной поймет, но выражение его лица было все еще пустым, поэтому она дала ему еще один намек.

— Это прошлогодняя коробочка с противозачаточными таблетками. Я не стала наполнять ее, когда они закончились.

Его глаза широко распахнулись.

— Ты…

— Нет. Еще нет, но я готова, так, что если это случится…

Ной схватил ее прежде, чем она успела закончить, и Вероника громко рассмеялась. Она знала, что он будет доволен, но была взволнована тем, что он был так озабочен этим.

— Это обязательно случится, Рони, — сказал он, пожирая ее губы, мгновенно возбуждая ее. — Неужели ты до сих пор не поняла иронии судьбы? Вещи случаются только тогда, когда ты не готов. Когда ты будешь готова, ты начнешь пробовать, и, черт возьми, я чувствую, что хочу попробовать прямо сейчас.

Вероника чувствовала себя немного глупо, даже спрашивая об этом, но она не хотела, чтобы волнение от этого затуманивало его мысли, поэтому она должна была это сделать. Она провела ладонью по его рубашке.

— Ты уверен?

Ной отстранился, но взял ее за руку и встал. Вероника осторожно встала, надеясь, что он понял ее вопрос неправильно. Девушка испуганно вскрикнула, когда он внезапно поднял ее и в следующую секунду уже держал на руках.

— Позволь мне показать тебе, насколько я уверен.

Вероника обвила руками его шею и поцеловала. Она не сказала ему, что, возможно, уже беременна, так как перестала принимать таблетки в последнюю неделю ноября — пусть думает, что ему нужно очень постараться.