Сможет ли выжить после всемирной катастрофы человек, не любящий людей? Да — я обычный мизантроп, не терплю человеческое общество и собираюсь спасаться в одиночку. Только не всегда получается то, что хочется.
Но если уж людишки наглым образом вторгаются в моей жизненное пространство, то тогда их стоит использовать в собственных целях? Особенно женщин.
Каждый представитель рода человеческого встретил конец света по-своему. Я, например, в оборудованном подвале обычного деревенского дома, который, в свою очередь, находился на острове посреди одной из самых больших рек России. Как Это проистекало у других — не знаю и, собственно, знать не хочу. Я не особо люблю людишек, вернее сказать, я их вообще не люблю. И не то чтобы ненавижу, скорее мне абсолютно индифферентно до этих самых странных созданий природы или господа Бога. Я обычный мизантроп.
И я не был таким с самого рождения, рос вполне себе нормальным ребенком со всей массой заурядных детских радостей и таких же ординарных проблем. Хотя какие в детстве проблемы, улыбнетесь вы и окажетесь совершенно правы. Проблемы мелкие, так и мы тогда еще совсем маленькие. Но со временем я как-то начал уставать от общества двуногих созданий, шумных, суетливых и совсем недалеких.
Сделав по недомыслию одну большую ошибку и женившись на симпатичной блондинке, я возненавидел общество еще больше. В былые времена, такие как я, наверное, уходили в монастырь, но, слава кому-то, в двадцать первом веке имеется интернет и институт разводов. Бывшей жене я оставил неплохую квартиру и массу материала для пересудов её подруг. Подобная порода бессмысленных от рождения женщин, к сожалению, весьма многочисленна и агрессивна. Наверное, их специально создали для того, чтобы изводить своим существованием мужчин.
Зато благодаря цифровому прогрессу у меня появилась возможность трудиться на так называемой удаленной работе. Содружество «вольного копья» таки дошло и до России. Правда, в рамках официального закона нас фрилансеров, как бы нет. Это неплохо в плане налогов, но хреново в плане легальности. Потому вдобавок еще стоит иметь какую-нибудь непыльную службу. Но я был человеком, в общем-то, незлобивым и добродушным, и кое-кто из нашего прошлого мира это обстоятельство помнил. Появилась у меня официальная должность и даже трудовая книжка. Работа довольно необременительная и подразумевала только посещение головного офиса раз в квартал, не считая еженедельной отсылки отчётности по сети. В самой конторе на меня совершенно не обращали внимания, зато имелась возможность постоянно работать на дому.
Вы спросите — а откуда у меня после развода дом? Повезло с родственниками, отвечу я вам. Родная и бездетная тётка завещала мне неплохую квартиру в самом центре города. В зрелые годы её безвременно почивший муж имел весьма большой вес в системе городской власти. Хотя по мне квартира так себе, обычная претенциозная сталинка с весьма заурядным ремонтом. Я её быстрёхонько продал, благо дураков на такие квартиры у нас всегда хватало, и купил студию в новостройке, осталось еще и на небольшой загородный домик в тихом месте, шумные не люблю. Человек я по жизни отнюдь не косорукий, что не умею — нахожу лайфхак в сети, хвала Ю-Тубу там такого добра полным-полно. С детства заметил в себе способность перенимать умение других, стоит один раз увидеть и смогу повторить. Поэтому на моём жестком диске огромная коллекция всевозможных лайфхаков, вебинаров и мастер-классов. И вы правильно поняли, моя профессия тесно связана с компьютерами, вернее с сетями. Правда, сейчас она совершенно бесполезна, но именно она и спасла мне жизнь. Хотя как спасла? Еще ведь ничего на самом деле не кончено. Но давайте по порядку.
Все началось за полтора года до часа Х. Вы все в курсе, что кроме официального Интернета есть еще и Глубокий, так называемый Deep web, в который допускают далеко не всех. Ходят различные слухи о том, кто в нем постоянно проживает и с какой целью он появился. Обкуренные хакеры, обезбашенные программисты, спецслужбы, сектанты; слишком много желающих забрать себе лавры создателей. Но факт в том, что он есть! То есть был, до того как всё в этом мире закончилось. И закончилось в основном для людишек, безгранично расплодившихся на малюсенькой голубой планете, третье от желтой звезды по имени Солнце.
Я оказался в числе избранных и частенько посещал в Deep web один очень занимательный форум, вернее сказать, клуб по интересам. Его посетителями были разные люди, их объединяла вместе общая нелюбовь к остальным представителям человечества. Самый буйных банили навечно, компетенции админов хватало, чтобы не допустить их повторного появления. По такой простой причине на площадке собрались достаточного приятные в общении и очень умные люди. Степень нашей мизантропии ещё позволяла контактировать хотя бы в таком формате.
Наверное, поэтому предостережение о грядущем конце света большая часть форумчан восприняла без гомерического хохота и тупых подколок. Абонента под ником Сократ осторожно расспросили, стараясь выяснить настоящую подоплёку его достаточно громкого заявления. Затем старожилы форума провели отдельную от остальных конференцию, мнения на ней разделились. Но один из самых уважаемых абонентов повинился, что знает Сократа лично, и тот достаточно давно работает на некие спецслужбы. Возник оживленный и не всегда лицеприятный спор, после которого некоторые из «стариков» покинули форум совсем. Сократ же, возникнув вновь, подтвердил собственное заявление, добавив к нему характерные признаки некоего действа, которое произойдёт в ближайшие дни, что должно было подтвердить его правоту.
Короткое время на главной странице висела ссылка на зашифрованный файл с подробным описанием того, как можно спастись от последствий грядущей катастрофы. Любой специалист, доросший до Глубинного Интернета, может запросто раскрыть этот шифр. Больше, кстати, Сократ, на той площадке не появлялся. Как ни странно, но именно содержание файла убедило меня в подлинности всего происходящего намного больше, чем предсказанный Сократом грандиозный катаклизм на том конце планеты. Нет смысла писать Такое заурядному шутнику или сумасшедшему. Я даже догадываюсь, что к подобной очень страшной тайне в этом мире смогли прикоснуться очень немногие. Люди, обладающие поистине огромной властью. С нами же этот форумчанин поделился в силу присущей человеку привычке помогать похожим на него людям, а не чужакам, то есть некоего тайного «братства». И в силу собственной мизантропии и отвлеченности от гуманистического бреда мы прониклись важностью момента, и обсуждение громкого заявления о скором конце света постепенно переросло в отработку конкретных практических действий.
Я благоразумно отказался вступать в бесконечные споры, сборище отъявленных эгоцентристов это не то место, где ищут истину, а обратился к многочисленным в Рунете площадкам выживателей, по модному называемых survivor. Там также было все нехорошо, количество бреда на форумах и площадках поистине зашкаливало все пределы, что еще раз убеждало меня в никчёмности человечества как такового. Больше всего меня коробили заявления аборигенов, что шансы в выживании выше у крепко сколоченных групп, то есть, по сути, самых настоящих банд. И ведь такие коллективы, во всяком случае в сети точно, уже существовали. Бывшие военные, менты, туристы и просто ипанутые на голову человеческие индивидуумы.
Хм, они всерьез думают, что будущее остатков человечества находится в руках вооруженных отморозков? Да они скорей поубивают друг друга и угробят более полезных членов общества, и в итоге ввергнут социум обратно в варварство. Несколько тысячелетий понадобилось раскинутым на огромных расстояниях очагам цивилизации, чтобы хоть как-то подняться над океаном всеобщей дикости окружающей её природы. Чтобы превратить дикаря в нечто удобоваримое и мыслящее. И что, снова отдавать будущее жадным и недалеким индивидуумам со стальными мускулами и неуёмными амбициями? Нет, братцы, мне с вами явно не по пути. Выживайте как-нибудь сами!
Но зато на форумах «выживанцев» было море всевозможной информации, после фильтрования которой и осмысления файлов от Сократа у меня, наконец-то, родился реальный для воплощения план. Ситуацию облегчало то, что в моей собственности уже была вполне подходящая загородная недвижимость. Условия катастрофы позволяли после некоторой подготовки выжить и там как раз совершенно не требовалось прятаться по горам и лесам. Осталось приложить некоторые усилия и влить в проект финансы. Одинокий умеренно пьющий и не содержащий множество любовниц мужчина в течение некоторого времени вполне способен накопить энную сумму денег. Поэтому вскоре мои счета в банке были опустошены без остатка Немного подумав, я заложил вдобавок свою новую квартиру и получил достаточно большой кредит. Где-то внутри меня гложил некий червяк сомнения, но природная практичность уже дотошно рассчитала, что запасной вариант жилья у меня все-таки есть, да и отдать проценты я сумею. На крайний случай на каждом шагу предлагали всевозможные варианты рефинансирования. Риски и последствия моих финансовых операций были просчитаны скрупулезно. Такой уж я человек — постоянно люблю строить планы, у меня перед рабочим местом всегда висит график предстоящих заданий намного более жесткий, чем в большинстве офисов города.
Итак: в первую очередь нам требовалось расширение подпола деревенского дома и превращение его в настоящий маленький бункер, с вентиляцией, санитарными удобствами и запасами. И постройка оного требовалась без привлечения посторонних лиц и желательно не привлекая излишнего внимания. Последний пункт было выполнить проще всего. Деревушка оживала только на лето, так что осенью я вполне мог начать раскопки, не опасаясь любопытных глаз, а зимой вдобавок завезти необходимые стройматериалы и припасы. Здесь следует пояснить, что деревня находится на острове, и летом туда можно попасть только по воде, а катера у меня нет. Зато в моей собственности имеется замечательный отечественный автомобиль «Нива», доставшийся от кого-то из знакомых почти даром. Я ни разу не автомеханик, но за машиной слежу самостоятельно, и она во вполне прекрасном состоянии. И также у меня к ней есть настоящий прицеп, а в разгар зимы на реке устанавливается довольно крепкий лёд, чтобы устроить по нему настоящую ледовую дорогу. Именно зимой люди туда и завозят большую часть строительных материалов и всякую крупногабаритную хрень.
Сказано — сделано. Я проторчал в деревне почти до самого ледостава, основательно расширив старый погреб, и увеличив хозяйственную пристройку к дому. Благо с началом нового учебного года большая часть народа отсюда свалила, и я смог отвезти вынутый грунт на тележке куда подальше. Немногие оставшиеся зимовать односельчане удовлетворились моим ответом, что я-де копаю новый подпол. Работать — не пьянствовать, к ней у некоторой части населения до сих пор отношение хорошее. А в деревню из города обычно другие граждане и не поедут, в ней и собственных пьяниц хватает.
Конечно же, пришлось временно расстаться с официальной работой, у меня там накопилось несколько отпусков за прошлые годы, поэтому проблем не возникло. Да и мне, собственно, было уже все равно. Я уже привык по жизни иметь несколько отходных путей. В нашей стране и в наше время никто не знал, что будет не то чтобы завтра, а уже сегодня вечером. Основные рабочие задачи получалось выполнять с помощью выездного, достаточно мощного ноутбука и мобильного интернета. Благо, хоть в этом наша страна оказалась впереди планеты всей.
Зимой наступил следующий этап подготовки к предстоящему концу света. К тому времени с форума исчезла почти половина абонентов, что уже наводило на некоторые мысли. Ни СМИ, ни соцсети ни словом не обмолвились о грядущей катастрофе, даже было как-то странно. Обычно этим акулам пера и клавиатуры дай только повод или полслова, как сразу пойдет широчайшая волна хайпа, начнётся бесконечное обмусоливание в сети, в итоге приводящие к полному забвению собственно темы. Хотя, возможно, ближе к делу и будет вброшена какая-нибудь мощная деза. Так сказать, для общего отвлечения масс, или Это произойдёт внезапно даже для власть предержащих? В любой большой системе полно свищей и дырочек, откуда подобная взрывная информация, так или иначе, должна просочиться. Однако, есть о чем покумекать!
Но сейчас моя голова была заняты другим. Я ждал ледостав, обзванивал немногих знакомых с острова, по поводу открывшейся дороги. Не то чтобы с ними сильно приятельствовал, но какие-то отношения все-таки поддерживал. Мою некоторую нелюдимость народ, в общем-то, прощал, на стол-то я завсегда выставлял полную бутылку и закусь. А что был не особо неразговорчив? Так с кем не бывает! Большее подозрение у наших людей вызывают совершенно непьющие личности, пышущие немерным позитивизмом и здоровьем. Мне же немногочисленные гости хоть и досаждали, но я за свою жизнь уже привык переносить присутствие людей. Мы же терпим холод, жару или комаров? Это реалии бытия.
Пока мороз сковывал реку я подготавливал технику и закупал припасы. Это занятие также занимало порядочно времени. Наконец, наступили настоящие русские холода, и мне сообщили, что на днях ледовая трасса таки откроется. Я тут же рванул на оптовую базу, с которой как-то приходилось плотно работать и по самой низкой цене закупился цементом, арматурой, направляющими, профилем и прочими необходимыми мне строительными материалами. Часть инструментов у меня уже имелась, я же в квартире делал ремонт самостоятельно, а часть планировал одолжить у знакомых. Да! Даже такой мизантроп, как я в течение своей жизни обзаводиться различными человеческими связями. Мы же всё-таки обретаемся в обществе и во многом зависим от него! Хотя, наверное, было бы честнее уйти в дальний скит и не отсвечивать. Но люди слабы, комфорт и ежедневная сытость — их хлипкое место. Так чем я их лучше?
Ну, описывать все подробно не буду. Ведь к стройматериалам сами собой добавились долгоиграющие продукты типа круп, муки, сахара, соли. Это закупалось мешками и везлось прямиком в деревню. Что также не вызвало ни у кого из соседей никаких вопросов, таких «завозчиков» на островах зимой полным-полно. Ближе к весне я отвёз два электрогенератора и три двухсотлитровых бочки с бензином и дизельным топливом. Место для топлива я подготовил еще осенью. Оставалось только опустить с помощью взятой в аренду балки бочки в яму и прикрыть её временной крышкой. Уф! Часть проблем решена, приступаем к следующим.
Моя относительно размеренная жизнь в итоге всех этих пертурбаций оказалась напрочь разрушенной, и я бы даже не сказал, что мне сиё обстоятельство не понравилось. Наверное, подсознательно чувствовал, что все неприятности в жизни еще впереди. Деньги же стремительно таяли, а брать много заказов я не мог чисто физически. Всё в этой жизни стоило чересчур дорого. И это в эпоху дешевой фабричной штамповки и засилья китаёзного хлама! Жадность отечественных перекупщиков и родного государства не знала границ, поэтому я, в свою очередь, сделал финт ушами и купил недостающую технику в кредит. Кредитная история у меня была неплохой, официальное место работы в бюджетной организации как бы тоже присутствовало, поэтому особых проблем не возникло. Понятно, что большую часть денег я отдавать и не собирался. С волками жить — по-волчьи выть!
Этот грёбаный мир людей мне никогда не нравился, как, собственно, и его дурацкие законы. Сказано в топку, значит, в топку! Мне еще предстоит закупить и привезти гору продуктов и необходимых припасов для первоначального выживания, и к концу лета окончательно переселиться в деревню. Потому что где-то в октябре месяце планету Земля обует самый лютый писец. Неизвестно какого он будет происхождения: природного или инопланетного, или это наши яйцеголовые умники опять начудили. Известно только, что выживать в эти дни следует под землей, в экранированном бункере, не выходя на поверхность до конца периода воздействия неведомой дряни. Так было совершенно четко прописано в файлах Сократа. Всех подробностей, похоже, тот и сам не знал.
А мне следовало исполнять и дальше собственный план, составленный на основе выжатой из сети информации. Именно это-то делать я отлично умею, мне за такие способности деньги и платят, вернее, платили. Фирмы и фирмочки, которых и след простыл, потому что не было еще в мире ничего более бесполезного, чем всем эти компьютерные программы и гаджеты. Обилие информационных технологий счастье человечеству так и не принесло, да и само его не спасло от безвременной кончины. Хотя чуток лукавлю: такие как я, выжили во многом благодаря им. Потому что умели их использовать для собственного блага.
Думаете с чего стоит начинать выживание? Правильно — с личного здоровья! Поэтому первые финансы я вложил во всевозможные обследования и походы к стоматологу. К концу зимы ротовая полость оказалась в полном порядке, с множеством пломб, штифтов, выдернутых заранее зубов. Редкие болячки, все-таки появляющиеся у здоровых людей за тридцать, пролечены или купированы. Опытные специалисты дали мне рекомендации и список лекарств. Хороших врачей, кстати, найти сейчас также можно только по знакомству. Даже деньги не решат все ваши проблемы. Всеобщая некомпетентность — вот верный признак нашей эпохи. Не гиганты мы, ребята, пигмеи!
Вы тоже считаете, что очень просто закупиться необходимыми продуктами для автономного проживания года хотя бы на три? Да чего там думать: тушняк, макароны, крупы, на крайняк рыбные консервы, чай и печенюшек типа Сникерса. Только вот интересно — а вы сами питались хотя бы месяц исключительно спагетти с тушенкой? Нет? Вот то-то и оно! Скажете, вот люди в экспедициях и на войне жрут все это и не морщатся! Жрут, конечно, хотя все-таки их питание как-то несколько разнообразней. Но! Сколько они при этом теряют здоровья? Вы видели пышущих здоровьем пенсионеров геологов? Да многие из них даже до пенсии не доживают! И спросите армейских, прошедших военные конфликты, про их тамошнее питание. Например, что они чувствовали, когда три месяца подряд жрали тушняк с гречей, и какими глазами потом на гражданке на них смотрели!
Так что исходим из того, что питание должно быть вполне удобоваримым, в меру вкусным и полезным. Калорийность и энергоёмкость оставим для спортсменов и прочих дебило-экстремалов. Нам необходимо качественное сбалансированное питание, и всевозможные раскладки для такого давно созданы специалистами. Так что не будем изобретать заново велосипед, а плотно посидим в сети, изучая не местечковый бред «выживателей», а научные труды и результаты исследований, хотя бы по той же космической диете. Человеку ведь кроме калорий необходимы всевозможные минеральные вещества, витамины и также клетчатка. А много её присутствует в банке тушёнки? То-то и оно!
Еще одной гигантской проблемой становится качество и вкус готовой продукции. Наш полудикий, да и западный хваленый, с большим опытом грабежа, капитализм научился дурить потребителей чрезвычайно отточено и хватко. Поэтому тщательно исследуем нынешний продовольственный рынок на предмет качества и соответствия. Вот здесь-то и пригодились наработки «выживателей» и обычных туристов. Они точно могли указать марки удобоваримой и качественной тушенки и других консервов, а также имели массу рецептов для натуральных биодобавок и прочих пеммиканов.
Целых два месяца была потрачено на составление списка самих продуктов, фирм и оптовых складов, где я их мог закупить. Большую часть продукции я сам еще и опробовал, выбрав из предложенного наилучшее. Продукты долгого хранения типа муки, сахара и всевозможных макарон я завез еще по льду. Мука и сахар были заранее пересыпаны в пластиковые бочонки и проверены на предмет вредителей, как позднее и крупы. Кормить жучков собственной хавкой желания совершенно не было. Я плотно прошерстил статьи по условиям хранения всевозможных продуктов и распределил их заранее по категориям. В процессе упаковки также использовался отличнейший метод по выкачиванию излишек воздуха. Вы, наверное, в своё время видели специальные вакуумные пакеты?
Уже летом я закупал консервы, крупы, соусы, томат-пасту и перевозил на остров с помощью мужиков с сельской пристани, которые за денюжку малую грузили мои коробки на катера и тащили их дальше на остров. К пристани же я приезжал на своей «Ниве» с прицепом. Автомобиль был ещё зимой оставлен в гараже. Работяги моим продовольственным рейсам совершенно не удивлялись, так поступали многие из тех, кто жил на острове все лето. Последние, самые свежие продукты завозились уже осенью. Тогда же мною были заготовлены брикеты самодельного вяленого хлеба, а также сухари. Я ни разу не пекарь, хоть готовить и умею неплохо. Так что на квартал мне этого хватит, а дальше надо еще выжить.
Хоть продовольственная проблема отнимала у меня достаточно времени, я не забывал и про подготовку дома, вернее, подпольного бункера. Как только просохла земля начались бетонные работы, скрытые от любопытных соседских взглядов высоким забором, поставленным ещё осенью. Благо, что не я первый ввел эту странную моду в русские деревни. Как-то по молодости мне пришлось поработать в бригаде студентов в стройотряде, поэтому строительство продвигалось без задержек. Небольшая бетономешалка, сварочный аппарат, а также масса полезного инструмента весьма этому способствовали.
Некоторые изделия, типа специального люка-двери, были заказаны мною еще зимой, тогда же сюда и привезены, а в июле установлены. Закончил я с погребом-бункером к августу, ведь еще приходилось работать. Подготовка к апокалипсису выжимала последние остатки финансов, дорогое это оказалось удовольствие. Большинству обычных граждан совершенно не по карману. Уже осенью пришлось задействовать крайнее средство — кредитные карты. Я был стародавним клиентом двух банковских структур, поэтому особых проблем в их получении не возникло. Итого триста тысяч «последнего резерва». Хорошо быть все-таки «прошаренным» и независимым чуваком. Представляю каково пришлось бы среднестатистическому «офисному планктону» со стандартным мышлением и кредитами в запасе вместо реальных денег. Молодые люди в последние времена предпочитают жить сразу и кучеряво.
Предпочитали…
Я ушел вниз за несколько дней до предполагаемого часа Х. Лотки с едой были заготовлены заранее, потому что с самой готовкой возникли бы проблемы. В день всеобщего писеца в экранированном бункере не должно было работать ничего. Я мог позволить себе только жалкий свет от кемперных фонарей на батарейках и в качестве досуга электронную книгу. Включить даже ноутбук или планшет посчитал делом опасным, электромагнитной активности у них заметно больше. Вентиляция также была закупорена, свежа вода набрала в бутыли, биотуалет подготовлен заранее. Оставалось только переодеться в тёплое и улечься на самодельный лежак, надеясь на лучшее. Больше от меня ничего не зависело.
Как и что происходило в час Х наверху я не знаю. В памяти остались только бесконечные часы собственного умопомрачения. На грудь, казалось, навалилась неимоверная тяжесть, дышать стало невероятно тяжело, и мне казалось, что я умираю. В голове роились странные образы, каждые несколько минут я приходил в себя, озираясь во тьме со всё непреходящим ужасом. Понемногу странное забытье переросло в глубокий сон. Как я позже выяснил, он длился почти сутки.
Когда я, наконец, очнулся, дико хотелось пить, а затем сходить в стоявший в углу биотуалет. Рядом с немудреной постелью в виде самонадувного коврика и спального мешка в полной готовности находилось несколько налобных фонарей, еще один большой кемперный висел под потолком, он питался от аккумулятора. В их призрачном свете моя берлога казалась еще более жалкой и мрачной. Мои мысли вскоре стали такими же. Морок, навалившийся во время Катастрофы, не проходил весь этот день. На следующее утром я доел последний лоток с холодной кашей и открыл пару консервов, с рыбой и овощным салатом. Дышать становилось все тяжелее, сооруженная по заказанным у знакомого чертежам вентиляция была прикрыта, а промозглый холод донимал все сильней. Здесь и летом-то относительно прохладно, а на улице сейчас разгар осени.
Самые страшные дни в моей жизни! Я не был уверен, что смогу выжить, я не был уверен, что наверху и в самом деле что-то происходит, я ни во что уже не верил. Просто лежал и ждал, когда это все закончится. В голове бродил сонм дурацких мыслей, смешивая разумные доводы остатков логического мышления в кучу бесполезного хлама. «Зачем это все? Что я буду потом делать? Нужно ли, вообще, выживать, чтобы существовать дальше в непонятном мне новом мире?» Кто мог дать ответы на них? Их и сейчас то у меня нет! В конце концов я согласился с собой, что жить, просто жить уже хорошо, а без лишних людишек поистине замечательно. И сразу пришло успокоение и забытье.
На третий день я осмелился высунуть наружу датчики из арсенала войск химзащиты, которые достал незаконно и по знакомству. Радиационный и химический фон снаружи был вполне обычным, явной опасности не наблюдалось. Затем вверх ушел штырь антенны. Представляю изумление соседей, наблюдающих сейчас из окон на пертурбации, творящиеся на моем огороде. Но похоже, что их мнение мне уже по барабану — в эфире на всех волнах царила тишина. Вернее, стоял страшный треск странных помех. На на длинных, ни на средних, ни на волнах УКВ не было ни радиостанций, ни телевидения, не слышно даже призрака человеческого голоса, обычно постоянно шелестящего в эфире. Мобильной связи и сигнала спутникового телевидения также не обнаружилось. Последнее было даже странно, спутники ведь вроде как автономны и некоторое время могут функционировать?
Я опробовал рубильник от выхода на поселковое электричество — его подача также была прекращена. Осмелев еще больше, я приоткрыл заглушку вентиляции, жадно впитывая в себя свежий воздух. В самодельном бункере стало заметно холодней, но легче дышать. Еще несколько часов пришлось провести в страхе за собственную шкурку — вдруг нападение всё-таки происходило с помощью химического оружия? Но всё обошлось, дышалось свободно, голова соображала хорошо.
Вечером я осмелился достать портативную газовую плитку и, наконец-то, приготовил себе горячее — любимую гречневую кашу с мясом, замаринованном заранее по собственной хитрой методе. Что ни говори, но человечество за свою жизнь сумело накопить изрядное количество полезных рецептов консервирования пищевой продукции. Еще первобытные люди научились вялить и коптить мясо и рыбу. Сейчас же ко всему этому добавились вакуумные упаковки, стерилизация и консервация. Жаль не было времени заготовить впрок собственную тушенку, стянул один интересный рецепт с сайта горных туристов. Но всё в таком цейтноте успеть просто невозможно!
Чтобы согреться и прийти в форму на пятый день я занялся активными физическими упражнениями; простейший велотренажер, гантели и небольшая штанга были заранее спущены в бункер. Приток свежего воздуха позволял готовить на газовой плитке, но обогревать ею помещение было как-то страшновато. Поэтому все две недели, проведенные под землей я ходил в термобелье, теплой одежде и спал в зимнем спальнике. Я люблю составлять для себя заранее чёткий распорядок дня, годы во фрилансе приучили, да мне всегда нравилось составлять планы и расписывать собственное будущее. Вот только люди слишком часто их ломали., чем вызывали раздражение. Не люблю, когда всё идёт не по плану.
Итак, подъем в семь часов утра, утренний чай, затем целый час зарядки, после неё неспешный завтрак, состоящий из разогретой банки с кашей, кофе и какой-нибудь булочки из пакета. Не хотелось даже думать, что в неё напихано, раз получился такой большой срок хранения. В нынешней ситуации это выглядело бы чересчур гротескно. Затем я высовывал наружу датчики и антенны, проводя ежедневные наблюдения. Через неделю после часа Х наружу через толстую пластиковую трубу вышла портативная видеокамера, она могла поворачиваться на триста шестьдесят градусов, делая полный обзор моего огорода и домов соседей. На ноутбуке появилась смазанная картинка, камера была недорогой, но в целом обстановку прояснила. Никакого апокалипсического пейзажа с разрушенными зданиями и черным небом! Обыденная сценка из деревенской осенней действительности. Пожухлая трава, перепрелая ботва, деревья, теряющие последние листья, мокрая земля и затуманенное непогодой небо. Что ж — неплохо!
Затем следовала общая приборка, подкачка вручную воды из закрытого заранее колодца, обследование бункера на предмет течи или прочих неприятностей. Незаметно наступало время обеда. Чтобы сильно не заморачиваться я пользовался специальными наборами для супов. Например, из разных видов чечевицы или круп. Варишь его положенное по инструкции время, добавляя по вкусу тушняк, и ешь в своё удовольствие. Послеобеденный чай я проводил с планшетом или смартфоном, перечитывая книги или какие-нибудь скаченные инструкции и наставления. Спасибо веку общей цифровизации, на моих дисках оказались десятки тысяч произведений угасшей в одночасье человеческой цивилизации.
После полдника, состоящего из какао и сладкого, а как без этого, организм в холоде постоянно требовал калории, я приоткрывал вентиляцию и шел на велотренажер. Двадцать километров было обязательной дневной нормой, не возбранялось и больше. По своей прошлой жизни я знал, что сидячее времяпровождение очень вредно сказывается как на общем тонусе организма, так и на здоровье. После тридцати лет постоянные занятия физкультурой для мужчины просто обязательны! Как-то раз случайно попал на неофициальную встречу выпускников нашего института и был безмерно удивлен обилию пивных животов мужской половины однокурсников. Для мужчин немного за тридцать это уже диагноз. Я же тогда как раз втянулся в посещение тренажерного зала и «блистал» в тот вечер наличием бицепса и трицепса, вызывая нескромные взгляды некоторых дам. Правда, меня хватило только на два часа, чтобы перетерпеть это сборище. Далекие и, в общем-то, чужие люди.
Ближе к вечеру в бункере проводится неспешная проверка запасов, проводящаяся в соответствии с описью, составленной на обыкновенном блокноте, прикрепленном к планшету. Это, казалось бы, бессмысленное в настоящий момент занятие сильно успокаивало меня. Составление планов на будущее и подсчёт активов — вот мои самые любимые дела.
Ужин был более разнообразным и неторопливым: каши, паста или бобы, к ним обязательная банка овощных консервов. Не хотелось проблем с пищеварением, тем более что биотуалет не всегда спасал от запахов. Кстати, еще один минус большинства постапокалиптических книг. Они частенько не уделяют должное внимание описанию зловонных ужасов подземных убежищ. Множество редко или вообще немытых тел, уборные с их постоянными очередями, плохо смываемые отходы человеческой жизнедеятельности в клозетах. Обычный бытовой и пищевой мусор, который по привычке громоздят людишки. Хотите настоящей постапоклиптики? Почитайте мемуары людей, побывавших в нацистских концлагерях, вот там царил полный ужас в его самом мрачном апогее. Выживание в этих филиалах ада тот еще квест!
И вот наступил тот момент, когда «крот-выживатель» вышел наружу. Рано или поздно это должно было случиться, так смысла его откладывать бесконечно? За две недели я достаточно озяб в этой дыре, хотелось свежего воздуха, нормальной постели и свободы передвижений. Иначе смысла в спасении?
Меня всегда поражали люди, всерьез размышлявшие о возможности пересидеть ядерную зиму в маленьком бункере. Да вы там скорее сдохните или с ума сойдете! Выжить в таких условиях смогут не самые здравомыслящие индивидуумы, а скорее самые тупые и готовые на все. Другой вопрос — огромное и по разуму подготовленное правительственное убежище типа легендарного Ямантау. Но там проблема выживания рано или поздно перейдет больше в плоскость социальную. Я убежден, что выжить сможет только общество с предельно жесткой диктатурой. То есть начнется насилие над личностью, скорей всего будут и показательные казни, социальное ранжирование. Ничего нового и полезного для будущего человечества. Какие выродки оттуда затем выйдут на поверхность можно только догадываться.
Или вы всерьез думаете, что группа благообразных учёных мужей и прекраснодушной интеллигенции получит в такой ситуации хоть какой-то шанс? Я не встречал в жизни более недисциплинированных и эгоцентричных людей, попросту кучка самовлюбленных павианов. То же самое касается всевозможных политиков и руководителей, обычная, за малым исключением, человеческая пена. Власть им нужна только для набивания личных карманов и, чтобы потешить собственное самолюбие. Им точно предоставлять места в бункерах не следует.
А как же люди служивые, спросите вы? Уф, видимо, вы не служили в армии, горько усмехнусь я. На службу государеву обычно идут или ради карьеры, или туда попадают неудачники. То есть вы хотите, чтобы вашей жизнью в ограниченном пространстве командовала какая-то бестолочь, или человек, для которого вы только средство и расходный материал? Согласен, есть в войсках толковые и честные ребята, но их мало, да и задрючены они системой, против нее уже не пойдут. Ярких и самобытных личностей со службы выжимают. Не верите — посмотрите нашу историю за последние тридцать лет. Где все блеснувшие хоть чем-то генералы? То-то и оно. Остальным жить охота, вот и молчат в тряпочку!
Холодный октябрьский воздух встретил меня небывалой свежестью, аж голова закружилась. Пришлось постоять с минуту, чтобы немного прийти в себя. Представляю какой сейчас внизу зловонный аромат! Не хочу нынче возвращаться, поэтому спрыгиваю с выступа, ограждающего запасной выход от потоков дождевой воды, и вышагиваю на сырую землю. Осторожно втягиваю через нос густой, как студень воздух, с наслаждением выдыхаю. Боже, или кто у нас там сейчас, как хорошо! Не знаю, сколько я пробыл в остолбенении, наслаждаясь обычными запахами осеннего утра, бедного, в общем-то, по сравнению с летом на ароматы, тускло освещенного пасмурным небом, пропитанного насквозь влагой.
Очнулся я после того, как почувствовал озноб, вышел-то я наружу во флисовке, возвращаться в подвал за курткой не хотелось, поэтому двинулся в ближайшую сарайку и накинул на плечи ватную телогрейку. Мозги ожили и в памяти всплыл план дальнейших действий. Так, что у нас идет сейчас первым? Осмотр ближайшей местности. Во-вторых: обследование дома, открыть вход со двора, проверить саму избушку. В-третьих: оглядеть пристройку с отопительной системой и запустить её. Ночевать сегодня хочется в тепле и неге.
В доме имеется очень неплохая печь, перестроенная бывшим хозяином по какому-то заковыристому чертежу. Она включила в себя преимущества традиционной русской и простоту и удобство голландской печки. Правда, имела весьма сложную систему воздуховодов и конфорок. Зато у меня всегда были в наличии в наличие литров десять теплой воды, и можно было готовить пищу в самом настоящем чугунке. Так что не фиг столбом стоять, пора за работу! Тело оживлённо задвигалось в нетерпении, хотелось заняться полезной для себя деятельностью.
Подключенная к удлинителю старинная радиола выдавала на всех частотах только шум помех, портативный телевизор покрылся замысловатой рябью. Продвинутая технологическая составляющая нашей цивилизации приказала долго жить. В деревушке я также не обнаружил ни одной живой души, хотя знал точно, что в двух домах даже зимой жили люди. Более подробный обыск оставил на потом. Но в большой комнате, совмещенной с кухней, животворным потоком разливалось тепло, из-за стены слышался мерный рокот запущенного генератора, попискивали заряжаемые ИБПшки, а в руках плавала в аромате фарфоровая кружка со сваренным на турке кофе. Эх, так можно жить!
Я еще раз потрогал рукой калорифер, уже нагрелся достаточно, пожалуй, пусть поработает до ночи. Надо подсушить выстывшее за эти дни помещение. Электрогенератор я также буду включать только для подзарядки гаджетов и каких-нибудь работ. И ресурс, и топливо следовало экономить. Дожевав полплитки шоколада с орехами, я тяжело вздохнул и поднялся. Надо доделать очень важную работу. Включение генератора и работающее отопление несло в себе определенный риск. Я же не знаю причину этой глобальной катастрофы. Вдруг некто или нечто наблюдает за нами сверху, выискивая малейшие следы жизни? Поэтому заранее я озаботился маскировкой. На все окна уже поставлены довольно плотные шторы, обычно через стекло из помещения и выходит большая часть теплового излучения. Так что придется покамест жить, как некоему кроту.
А снаружи на стенах дома заранее были установлены крючки и крепления для защитного тента, изготовленного из чудом добытого мною материала, который использовался в армии для маскировки. Я уже указывал, что за свою жизнь сумел обзавестись странными знакомствами. Как я понял, в при его создании использовались некие нанотехнологии, в частности, применялись ультрадисперсных и наноструктурные материалы, ферромагнитные микропровода. Тщательней всего закрывалась хозяйственная пристройка, в которой обретал небольшой отопительный котел и электрогенератор. Последних у меня два, один на 2,7 киловатта, второй на 2; оба работают на солярке, как и печка. Я при подготовке стремился к общей унификации, насколько это было возможно.
К вечеру так устал, что сил хватило только на то, чтобы выключить технику, разогреть очередную банку с кашей и устало плюхнуться на согревшуюся постель. В эту ночь сновидений не было, спал как младенец, но проснулся от неимоверного холода. Оказывается, с вечера укрылся тонким покрывалом, а помещения за ночь основательно остыло. Все-таки сейчас в разгаре осень! Пришлось живо вскакивать, разминаться, делая цикл обязательных упражнений: стандартные разминочные, отжимание, подскоки, подтягивание, а гантели и прочее оставлю на потом. Утренний чай прошел совместно с открытой банкой сгущёнки. Вологодский производитель не подкачал, сгущённое молоко было, и в самом деле, из молока. Честно говоря, во время подготовки я пришел в ужас от того безобразия, которое творилось на нашем продовольственном рынке. И эти уроды еще пинают «совок» за плохие продукты? Какой надо быть сволочью, что производить дрянь, попадающую на прилавки магазинов. Хотя хрен с ними, все уже сдохли!
По телу разлилось блаженное тепло, я накинул на плечи пуховой, доставшийся на распродаже, жилет и выскочил из дома. Ох! На улице сегодня очень даже бодренько! Сквозь прорехи облаков то и дело проскакивает светло-голубое осеннее небо, ветерок неласково теребит ветки покрытых росой деревьев. Таким темпом вскоре надо ждать заморозков. Чтобы не терять каждый раз тепло, в хозяйственную пристройку сделан отдельный вход с улицы. Включаю котел и задумываюсь. Придется оставлять его на ночь, на одно помещение много топлива, наверное, не уйдет, а вечером буду приглушать отопление до минимума, спать же под толстым одеялом.
Прелести деревенской жизни в холодный сезон! На ногах постоянно шерстяные носки, сверху чуни, сооруженные из обрезков валенок, флисовка или свитер. Вода у меня из глубокого колодца качается или ручной помпой, а в баню с помощью электрического насоса. Как-то подсчитал, что лишняя экономия того не стоит, умаешься столько воды вручную таскать или накачивать. Кстати, о бане! Помыться бы сейчас точно не помешало. Париться будем в субботу, а сегодня достаточно после обеда немного протопить и нагреть дома воды. Так и порешал.
Завтракал пока без плана, что оставалось в «аварийном пакете», то есть брикет с быстро развариваемой кашей, упаковка абрикосового мармелада, уже изрядно подсохшая булочка. После сидел у окна, сибаритствуя с кружкой чая, и погрузившись в раздумья без мыслей. В такие моменты ты ловишь некий «дзен», наблюдая за картинками из родной природы. Трепещущими на ветру остатками красно-желтых листьев, бликами на зеркалах лужиц, птичкой с красным зобом.
Птичкой! Меня аж подкинуло до потолка. Пока накидывал верхнюю одежду и обувь птичка улетела. А были ли она вообще, или у меня начались глюки? Да нет! Таких подробных галлюцинаций не бывает, или все-таки бывает? Меня по очереди потрясал озноб или бросало в жар. Неужели на Земле сохранилась жизнь, которую всеобщий писец застал на поверхности? Сколько вопросов сразу возникает в полоумной голове! А что собственно? Я же не в курсе, как и что воздействовало на живые организмы.
Но страх не отпускал, и я опрометью кинулся в дальнюю комнату, где под фальшпанелью находился небольшой и узкий сейф. Какой же выживанец без оружия? Я, вообще-то, не любитель оного, охотников-любителей за полных придурков считаю. Вам что, жрачки в супермаркетах мало? К профессионалам отношение другое, это их хлеб, и обычно они знают, что делают. Но обстоятельства заставили заинтересоваться данным делом и выявили кучу неприятностей. Оказывается, в нашей стране нельзя сразу купить то, что тебе хочется! Пять лет в твоем сейфе должно пропылиться никчёмное, на мой взгляд, в плане выживания гладкоствольное ружье. Им же только уток стрелять! И ради этого я должен пройти семь кругов ада, медкомиссию, психиатра, ментов и узнать о существовании в моём районе участкового?
Ждать пять лет не хотелось, смысла официально вооружаться в данной ситуации я не видел. А достать в нашей стране за очень недорого старую двустволку, пусть и незаконно, особых проблем никогда не вызывало. Несколько слов, сказанных в правильных местах и надёжным людям, и через пару месяцев я получил адрес в одной из глухих деревенек. Вот туда точно можно было попасть только на моей «Ниве». Весна сей год прошла поздно и что такое русские сельские дороги я познал сполна. Советский мини-внедорожник показал себя на удивление прекрасно, выбираясь из такой грязюки, что я просто диву давался. Продавцом оказался совсем древний дедок, купивший двустволку на премию еще в семидесятые годы прошлого века. Стрелял он из него мало, оружие было в прекрасном для его возраста состоянии. Посредником между глуховатым дедом и мной служила полная сил деревенская молодуха. Это через её брата, жившего в городе, я и нашел продавца.
Она с деловитым видом расстегнула чехол, сейфов в деревне отродясь не водилось, достала и показала ружье. К нему даже нашлись два десятка патронов с различной дробью. Я с сомнением глянул на выцветшие кругляши боеприпаса, но проверить оружие не отказался, произведя пару выстрелов прямо по забору. Хрен тут кто подойдет поинтересоваться, что это за стрельба происходит! Потом, как водится, сделку обмыли. На спиртное и закуску ушла половина суммы, выделенная на покупку ружья. Цены в русской глубинке смешные. Я потом проверил по комиссионкам, в магазине в таком состоянии приобрести подобный раритет просто невозможно. Так я и стал обладателем тульского ТОЗ-34, прикупив через знакомых штук сто различных патронов.
Затем, как хороший мальчик, прошел курс обучения владения гражданским оружием, такие сейчас имеются при любом стрелковом тире. Инструктору сразу заявил, что в армии служил кладовщиком и поверхностно знаком только с автоматом Калашникова, но имею желание освоить различные типы ружей так, про запас. Тот хмыкнул, но дурных вопросов не задавал, чем вызвал моё искреннее уважение. Я считаю, что настоящие профи обычно не особо болтливы, если они, конечно, не какие-то там массовики затейники или работники шоу-бизнеса. После двух недель ежедневных занятий я научился вполне грамотно держать в руках различного типа гладкоствольное и нарезное оружие. Со стрельбой дело обстояло хуже, снайпером мне точно не стать, но в ближние мишени худо-бедно я попадал. И на том, как говорится, спасибо!
Сейчас же я дрожащими руками открывал сейф, доставал ружье, с трудом упихав в стволы два патрона. Подхватив специально пошитый патронташ и повесив на шею бинокль, вынырнул через задний ход наружу. Ничего на улице не изменилось. Солнце поблескивало росинками в мокрой траве, ветерок колыхал голые ветки деревьев, небо, как и тысячи лет назад синело над головой. А может, все это мне причудилось? Столько нервов пришлось сжечь за последние недели! Наверное, и так, но проверить окрестности не помешает. Успокоившись, я двинулся вперед, а через несколько шагов остановился в смятении. Я вообще какие патроны в ружье зарядил? Ну и дурак! Самая мелкая дробь! Вот что паника с человеком сделать может. Отыскал в отдельной ячейке картечь, перезарядился, привел себя в порядок, взял оружие на изготовку и двинулся вперед. Теперь я вооружён и очень опасен!
Хорошо то, как! Самое любимое моё деревенское времяпровождение, это когда распаренный после баньки шлёпаю по узкой дорожке в дом, хлопая по мосткам старыми растоптанными чунями. Тело, очищенное неоднократным заходом в парилку, отмытое чистейшей колодезной водой, приятно пышет жаром, в голове легко, ноздри с наслаждением вдыхают кристальный морозный воздух. Уже вечереет, кусты превратились в темные абрисы, громадой темнеет дом, сквозь плотные шторы совершенно незаметны включенные в комнате фонари.
Глянул наверх, дыма нет, надо проверить печку и закрыть к ночи вьюшки. Боязнь угореть у меня сравнима с паранойей, поэтому топлю печку только днем, оставляя на ночь на самом низком уровне котел отопления. Без печки как-то тоскливо и, плюнув на излишние предосторожности, я начал её топить. Благо у соседей оказалось припасено достаточно дров и можно было не экономить. Переноска их под навес являлась сейчас для меня основной физической работой.
Еще раз осмотрел дом, ни один лучик не выбивается наружу, всё выглядит таким же мертвым, как и остальные поселения нашего мира. Комната встретила теплом, запахами еды, жилым уютом. Я за эти две недели после того, как выбрался из самодельного бункера, уже вполне освоился в новом жилище, у меня даже выработался постоянный распорядок дня. Проверил уровень заряда аккумуляторов, отключил лишнее освещение и прошел в кухонный уголок, к печке. Надо достать чугунки с едой и закрыть вьюшки.
Ох, хорошо пошла! Початая бутылка коньяка приятно желтела янтарем в свете яркого фонаря. Я совершенно не по фэншую закусил выдержанный французский напиток солеными грибочками и отдал должное свежей картошечке, посыпанным укропчиком. На столе также стояла вскрытая упаковка колбасы холодного копчения, банка маринованных крюшонов и оливки. Откинулся в кресле, сыто растекаясь по нему. Я его специально еще зимой привез, очень уж мне важно, чтобы телу после тяжелого трудового дня было удобно. Несмотря ни на что я жив, дом цел, быт более-менее налажен, в будущее глядится уже не с таким страхом, как в первые дни, когда понял, что мрачное предсказание сбылось.
Уф, несколько дней после приступа паники я проспал буквально в обнимку с ружьем, на улицу лишний раз боялся вылезти. Единственный плюс той ситуации оказался в том, что я досконально изучил все дома в округе, проверил сами жилища, хозяйственные постройки, а также огороды. В итоге в моём хозяйстве прибавилось куча всего полезного и неожиданного. Бензин, спиртное, овощи, банки с консервацией и вареньем, всяческая бытовая и строительная техника.
Небедный народец-то у нас в деревушке проживал. Особенно удивил дед Микола, обитавший в старом, поехавшем набок доме. Ружье, найденное в примитивном тайнике, меня не порадовало, старое, заржавелое, но рядом в пластиковом ящичке спрятались пара десятков патронов на двенадцать. Как раз калибр моего ТОЗ 54! И зачем дед, спрашивается, держал это ружьё дома? Или это предания времен старинных…
В одном из осмотренных гаражей в углу уютно расположился мощный лодочный мотор «Mikatsu 40». Я сразу припомнил новую большую лодку, недавно появившуюся на деревенском причале, и толстого важного мужичка, возившегося с прицепом. Тут же поспешив к причалу, я облегченно вздохнул — лодка стояла на месте, не успел, видать, старый хозяин её вытащить на сушу или увезти в город. Зато я получил в своё распоряжение отличный в наших условиях транспорт. На острове же нахожусь!
Если вы думаете, что в постапокалиптической деревне можно сойти с ума от скуки, то вы ошибаетесь. Я все так же жил по жёсткому расписанию, рано вставал, чтобы захватить как можно больше светового дня. Варил скромный завтрак на газовой плите, делал зарядку и комплекс физических упражнений. Последние, если у меня была тяжелая работа, иногда пропускал; и так временами приходилось вкалывать до потемнения сознания. Спросите, что же такое требовалось мне делать?
Во-первых, огромное количество труда было потрачено на постройку дровяного навеса и перетаскивание заготовленных соседями дров. Я зимой здесь раньше не проживал, поэтому соответственно их запаса не имел. Даже в баню ходил по договоренности к соседу, чей дом стоял к моему впритык, и я за ним присматривал. От ближайших изб возил дрова на телеге, а от остальных на прицепе «Нивы». Пробег и расход топлива выходил небольшой, но сразу вез много, да и машину заодно погонял, подзаряжая аккумулятор. Зато зимой не надо будет топать по сугробам, демаскируя свое место обитания.
Да, я до сих пор тщательно маскируюсь, закрываю наглухо шторы и время от времени патрулирую окрестности, обращая внимание на всевозможные мелочи. Например, на протянутую через тропу тонкую леску, согнутые вниз ветки кустарника или береговую полосу у причала, тщательно очищенную от излишней растительности. Ага, герой пограничной заставы Карацупа! С собственной паранойей я даже и не пытался бороться, пусть живет, целее буду.
Обед готовился сразу на два дня, больно много полезного дневного времени стряпня занимает. Этот процесс частенько сопровождался просмотром на ноутбуке какой-нибудь полезной информации. Например, я подозревал, что в скором времени дрова мне придется заготавливать самому. И если процесс колки и рубки вопросов не вызывал, то с бензопилой работать мне еще не приходилось. А их имелось у меня аж две штуки, соседские, уже приведенные в рабочее состояние.
После обеда положенный час отдыха — «Шобы жирок завязался». От постоянных хлопот лишних килограммов как-то особо не прибавлялось, но зато была возможность полежать при дневном свете с бумажной книжкой. Хотя чаще в их роли выступали древние роман-газеты, такие еще при СССР выпускали. Я раньше о них что-то краем уха слышал, но честно говоря, считал натуральной макулатурой. К моему безмерному удивлению в них зачастую печатались очень даже неплохие произведения. Во всяком случае они заметно отличались от книг, бывших в последнее время в моде. Больше всего меня бесили стильные барышни, вздыхающие по бестолковому Маркесу и иже подобным авторам-однодневкам.
После отдыха я шел по делам в деревню или на речку, или возился по дому. Работы ведь всякой хватало: принести овощей из соседского погреба, решил пусть они остаются там, мой подвал для хранения картошки был не очень приспособлен; провести ревизию очередного деревенского сарая или гаража. Во разнообразных заначках у мужиков можно было много чего найти, например, бутылку виски или водки. Хотя от путёвого инструмента или канистры бензина я также не откажусь. И не все тащил сразу в дом, вносил в свой блокнот, люблю, понимаете ли, во всём порядок.
На реке, к собственной радости, случайно обнаружил, что рыба под водой также выжила. Новый сосед, у которого хорошая лодка, оказался вдобавок владельцем множества рыболовных снастей. Серьёзно так мужик занимался данным делом. Пришлось поднять записи, чтобы понять, как правильно пользоваться всем этим мудрёным хозяйством. Ловил и на удочку, и на спиннинг, затем начал ставить сети и ловушки. Для чего даже привез тот новёхонький мотор, поставил на лодку, завёл его, подождав немного — вдруг заглохнет, и двинулся по протоке. Управлять моторкой в тихую погоду дело нехитрое. Так что сейчас я постоянно с рыбой, что безмерно радует мою большую Жабу. Правда, речная рыбка особо не вдохновляет, все эти лещи, язи и прочая мелочь жутко костисты хотя в уху нормально. А пару раз и щуки попадались, запёк в фольге с овощами.
Под вечер протапливалась печка, заодно в ней варится ужин, греется вода для помывки посуды, мыл я её по вечерам. Поужинав, прибирался, еще раз проверял светомаскировку и садился отдыхать. Просмотр фильмов на ноутбуке, книги на планшете, у меня для досуга были даже игры-стрелялки. Но утомившееся за день тело требовало покоя и сна. Проверив еще раз печку на предмет непотухших углей, сходив в туалет, ложился на кровать и быстро засыпал. Как видите — ничего необычного в существовании выживанца нет. Да и не надо мне никаких сюпризов.
Раз в два дня я включал в пристройке электрогенератор, заряжая все гаджеты и аккумуляторы. Обычно на это дело хватало часа три, много энергии я не тратил. Лампы применял светодиодные, ноутбук включал ненадолго, электроинструментом сейчас пользовался относительно редко. Даже на батарейках экономил, ставил в фонари аккумуляторы «Энелоп», они отлично держат уровень заряда.
Чем питался? Да разным, кое-что из собственных запасов, которых, по моему скромному мнению, должно было хватить минимум года на три — четыре. Тут уже дело даже не в самой питательности и калорийности продуктов, а в сохранении баланса минералов и витаминов в организме, особенно зимой. Цинга и прочие подобные болячки — вещь очень неприятная. Поэтому диета из тушенки и макарон отметалась сразу. Раскладку я подготавливал заранее и на десять дней зараз, иногда внося в неё коррективы, поэтому и в погреб залезать часто не требовалось. Вот типичный пример моего питания той осенью.
1 день.
Завтрак — овсянка быстроразвивающаяся, мелкие хлопья. Чай, галеты, джем.
Обед — суп с тонкими макаронами, овощами и тушенкой. Кисель из концентрата.
Ужин — гречневая каша с рыбными консервами и овощным салатом. Салат получался разный, в основном из того, что нашлось в соседних погребах, то есть капуста, морковка, зелень. Иногда открывал консервированный. Чай на травах. Собрать и высушить листья малины, смородины и прочих растений не особо хлопотно. Организм же скажет за это большое спасибо.
2 день.
Завтрак — каша рисовая на сухом молоке, Чай, сушки, джем.
Обед — тот же, я варил его сразу на два дня, изменяя иногда общей раскладке по воскресеньям или по случаю хорошего улова, тогда варилась уха.
Ужин — спагетти с соусом, который я готовил из томат-пасты, овощей и приправ. Чай на травах.
3 день.
Завтрак — овсянка из крупных хлопьев. Кофе, печенье, джем.
Обед — суп из фасоли с овощами. Компот из сухофруктов со свежими ягодами. Кое-что удалось собрать на деревенских кустах, та же красная смородина долго стоит. А также я насушил несколько корзин рябины и калины, отличный набор витамина С!
Ужин — картофель отварной с рыбой, свежей или консервированной. Чай на травах.
4 день.
Завтрак — каша из гречневых хлопьев. Варил по утрам из фабричных пачек, чтобы не терять времени. Сроки хранения на самые высокие, но зато удобно. Чай, сушки, джем. Поздно понял, что мог наготовить впрок всякого варенья, но был занят другими делами.
Обед — тот же.
Ужин — пшеничная каша из полтавской крупы с консервированной ветчиной. Ветчина могла заменяться на консервы из птицы, паштет или шпик. Все это было, разумеется, только высшего качества. Чай на травах.
5 день.
Завтрак — снова овсянка из мелких хлопьев, со сгущенным молоком. С ним же свежесваренный кофе, я его варил в турке, растворимый хранился больше на всякий пожарный случай, когда совсем нет времени.
Обед — суп с сушеными грибами и перловкой. Грибы нашел у деда Миколы. Компот из консервированных персиков. Поначалу с супом использовал вяленый хлеб, затем в ход пошли сухари. Пекарем я был неважным, даже блины толком пожарить не мог. Минус мне.
Ужин — запеченные в печке овощи с овощным салатом. Печь в этом плане очень удобна, сунул чугунок и забыл. Заодно и дом отапливается, вода греется.
6 день.
Завтрак — каша из пятизлаковых хлопьев. Чай, пряники, джем.
Обед — тот же. Иногда к супу я делал салат или доставал банки с готовыми.
Ужин — рис с овощами, в индийском стиле, рыбные консервы, кроме рыбы в запасе имелись также кальмары, морская капуста и мидии. Чай на травах.
7 день.
Завтрак — овсянка из крупных хлопьев с сухим молоком. Кофе, кексы, джем.
Обед — суп гороховый с консервированным шпиком. Поначалу у меня еще было копченое мясо и колбасы. Сыровяленые я отложил в дальний угол, как заначку. Они отлично заменяют консервы, их можно в походе настругать в кашу и будет очень вкусно и сытно. Сок в фабричном пакете. Много их приобрести не получилось, натуральные очень уж дороги, а воду с концентратами покупать нет смысла.
Ужин — картофель жаренный с салом. Не самое полезное блюдо, но иногда можно себя побаловать. Овощной салат. Чай на травах.
8 день.
Завтрак — хлопья гречневые. Чай зеленый, печенье, пастила.
Обед — тот же. Я могу и несколько дней подряд есть одно и то же, не привередлив, но если позволяют условия, то лучше питание всё-таки разнообразить. Это залог нашего здоровья.
Ужин — макароны в сливочном соусе, соус готовился на сухом молоке. Овощной салат или морская капуста, Чай на травах.
9 день.
Завтрак — каша рисовая на сухом молоке. Чай зеленый, пряники, пастила.
Обед — суп с овощами, лапшой и тушёнкой. Компот из сухофруктов.
Ужин — каша гречневая с консервами на выбор. Чай на травах.
10 день.
Завтрак — Хлопья из пяти злаков на молоке. Кофе, печенье, джем.
Обед — тот же.
Ужин — фасоль консервированная с консервированной же ветчиной или колбасой. Овощной салат. Чай на травах.
В субботу после баньки я позволял себе в умеренном количестве спиртное и немного деликатесов. Колбаса, сыр, каперсы, маслины, морепродукты. По желанию можно было вскрыть что-то из найденных в деревенских погребах запасов или консервированных фруктов. Ощущение небольшого праздника также важны для самочувствия и психологического спокойствия, как и физическая зарядка. Иногда я даже мог подольше поваляться после обеда или чуть позже встать утром. Распорядок дня отнюдь не означает введение «тюремного режима», но за годы фриланса я привык к постоянной самодисциплине. А она, кстати, залог выживания. Опустишь руки — готовься к смерти. Аксиома, однако. Посему и обязательное бритье по утрам, чистка зубов, мытьё на ночь ног.
И отношение к спиртному у меня вполне спокойное, могу выпить, а могу неделями не притрагиваться. Сейчас я позволяю себе стакан другой и не только по субботам, но и как настроение ляжет. После рыбалки, промерзнув на стылом осеннем ветру, приятно тяпнуть грамм сто настоечки, или в обед выпить бокал хорошего вина. Так неспешно текли неделя за неделей, оставляя позади только некие зарубки в памяти.
Но жизнь вносит в, казалось бы, устоявшийся распорядок собственные коррективы.
Именно так доморощенные сюрвейверы называют добычу ништяков, то есть полезных в выживании вещей и запасов. Выживатель не может обойтись без них, это даже не обсуждается. Рано или поздно придется заняться этим неблагодарным делом, отбирая ресурсы у почившего человечества. Земля по утрам уже начала прихватываться ночными заморозками, дороги подсохли, и я решился на первый выезд. Километрах в десяти выше по течению на острове находился относительно большой посёлок, некогда центральная усадьба местного совхоза. Там же располагался конечный пункт рейсового речного маршрута из города и причал для парома.
Заведя «Ниву», прицеп уже был готов с вечера, я закинул на заднее сиденье рюкзак с перекусом и вещами, поставил в крепление ружье, еще раз взглянул на небо и тронулся в путь. Дорога пролегала по разбитой и давно не ремонтированной грунтовке. С развалом большого государства маленькие населенные пункты в кондовой части России остались предоставлены сами себе, у нынешних правителей в чести были национальные республики. Да и ладно, зато супостат к нам не пройдет!
Наконец, впереди показались крайние избы, посёлок же в целом выглядел запущенным. Коровники, здания машинной станции, хозяйственные постройки встречали завалившимися крышами, взирали на постапокалиптический мир зевами открытых окон, щеголяли отколупанной штукатуркой и ощущением безнадежной запущенности. Ближе к центру начали попадаться относительно свежие постройки, яркие домики под сайдингом или солидные бревенчатые коттеджи. Рядом с большими городами такие посёлки оживали только дачниками.
Сейчас же здесь было тихо и безлюдно. Я сделал остановку на одной, она же центральная, улице, вышел из машины и глубоко вдохнул холодный воздух. Сначала надо было решить — куда отправиться в первую очередь. Хотя чего тут решать — поселковый магазин и причал. Сказано — сделано!
Продмаг, он же хозяйственный и промтоварный, встретил полумраком и первым увиденным мною после моей деревни трупом. Тот уже начал изрядно попахивать, пришлось замотать голову шарфом, надеть перчатки и вытянуть разбухшую тушку продавщицы с помощью ремней наружу. Я открыл окна и двери пошире и пока помещение проветривалось, махнул к причалу. Сам он меня огорчил запущенностью, все моторки оказались уже убраны или уведены в город. Но подняв голову, я невольно отступил назад, судорожно стягивая ружьё с плеча. Напротив посёлка, у небольшого островка, зарывшись в воду носом, находился рейсовый теплоход. Опомнившись, я потянулся за биноклем и внимательно осмотрел потерпевшее аварию судно. Пусто, только показалось, что на задней палубе что-то темнеет. Если там и остались люди, то они точно мертвы.
Понаблюдав за теплоходом еще минут десять, вернулся к автомобилю. Хоть я тот еще мизантроп, но на душе было все-таки муторно, столкнуться воочию с последствиями неведомой катастрофы неприятно. По спине пробежал мерзкий холодок, руки невольно затряслись. Чёрт, быстрее отсюда!
В магазине я сразу шагнул к полкам со спиртным, открыл первую попавшуюся бутылку и сделал хороший глоток. Отпустило, фу… Страх близкой смерти, оказывается, всегда присутствовал в моей душе. Я глушил его ежедневной суетой, жестким распорядком, строил какие-то планы на будущее. А реально ценна только та тонкая ниточка, что держит нас на поверхности жизни. Судьбы человечества и миллиардов людей блёкнут перед собственной, за свою шкурку всегда дрожишь больше. Наверное, кроме меня сейчас выжили только такие же эгоисты и самолюбцы.
Понемногу пришел в себя и глянул на бутылку, которую все еще держал в руке. Ого! А губа не дура, отличнейший шотландский односолодовый виски Glenlivet. Откуда в этом поселковом лабазе такие дорогие напитки? Ага, наверное, для дачников завезли, да так и стоит, ждёт покупателя. Решение пришло сразу: отыскав подходящую коробку, я сгрёб в неё все приличные напитки. Даже пришлось искать еще одну, кроме виски и коньяка отобрал водку и вино, оставив только дешевые сорта, популярные у аборигенов. Эх, знали бы вы, сколько народу в России выкашивают именно эти дурные напитки, бандиты и террористы отдыхают. По уму за производство и продажу палёнки надо было наказывать по тем же статьям, но нет пророков в своём отечестве.
Внимательный шмон магазина принес немало интересных и пользительных находок: сырокопченая колбаса, разнообразные консервы, вяленая рыбка в упаковках, чай, кофе, конфеты. Подумав немного, я упаковал и несколько высохших намертво буханок черного хлеба. Плесени не видно, авось получится нарезать и размочить над паром. Эх и почему я не умею выпекать? В голове что-то прозвенело, записав на будущее какую-то важную закладку. Сейчас осталось только всё собранное вынести и упаковать в машине. Прицеп я пока решил не занимать и оказался совершенно прав.
Поиски начались с самых богато выглядящих домов. Не надо думать, что это чисто городские сюда приехали и начали экспансию на деревенских. Многие ведь из местного люда уезжают в город, некоторым удача улыбается, заработав Денюжку, они возвращаются на малую родину и строят себе уютные гнездышки для отдыха. Многие из них на собственные средства или благодаря связям помогают соседям и даже всему посёлку. Зато они в ответ могут рассчитывать на сохранность собственных жилищ и хорошее к себе отношение. Как ты к людям, так и они к тебе. Странно, что многие из людишек не соблюдали эту прописную истину.
Но меня сейчас больше всего интересовали содержимое гаражей и сараек. Только вот вскрывать их было тем еще мучением, здесь приходилось полагаться на крепость монтировки и буксировочного крюка «Нивы». Уже во втором гараже меня ждал приятный сюрприз. Не знаю, зачем его хозяину было нужно дизельное топливо, но двухсотлитровая целиком заполненная бочка его стояла себе спокойно в углу. Это я удачно зашел! В закрытом виде соляр может храниться как минимум лет пять, а то и больше. Осталось только его погрузить в прицеп.
А вот с этим мне пришлось помучиться неимоверно. Двести литров это вам не гантели и не мешок картошки! Самое простое оказалось завалить бочку и докатить её до прицепа. А как мы будем грузить такую тяжесть дальше? В ход пошли доски, веревки, ломики, лопаты и много-много нехороших слов. Когда бочка, наконец, после огромных и не всегда удачных усилий встала в углу прицепа и была тщательно принайтована, сил почти не осталось. Как-то я совершенно не продумал систему погрузки подобных тяжестей, а ведь наверняка решение давно найдено специалистами.
Устало плюхнулся в кресло, тяжело дыша, потянулся к рюкзаку. Крепкий горячий чай из термоса, бутерброды из галет и плавленых сырков, банка с консервированным цыпленком придали сил и вернули настроение. Так, пожалуй, на сегодня разгрузочно-погрузочных работ с меня хватит. Вскроем двери и составим список, будет чем заняться в ближайшие недели. Пока не выпал снег, который начнет демаскировать мои следы, надо тщательно всё здесь обыскать и утащить к себе в берлогу. Нечего ресурсам зря пропадать!
Управился за три часа, вскрыв все стоящие, на первый взгляд, гаражи. Так смотришь, я заправским «медвежатником» стану! В прицеп ещё отправились пять канистр с бензином, лодочный мотор, триммер, несколько ящиков с инструментами, пара блоков для опускания тяжести в погреб, сам его я оставил на разграбление позже. И к вечеру, безмерно усталый, возвратился домой; затопил печь, нагрел по-быстрому на плите воды и наскоро ополоснулся в стылой баньке. Пожалуй, в следующий раз её бы надо заранее утром протапливать. Но ведь опыт всегда приходит со временем и с собственными же шишками!
Следующее утро потратил на рытьё ямы для бочки с дизтопливом, хорошо ещё земля не промёрзла, да и ямка-то нужна незначительная. Больше времени ушло на изготовление балки, с помощью которой я уложил бочку вниз, прикрыл круглым щитом и присыпал землёй. Лёжка располагалась за два дома от меня, для вящей безопасности как можно больше стоит продумывать заранее. Тут же, в крупном гараже я пристроил найденные в посёлке канистры с бензином. Пройти сюда я даже зимой смогу, не вылезая на деревенскую улицу. В заборах между огородами проделаны проходы, на землю кинуты доски.
После обеда ничего делать не хотелось. Медленно пил свежесваренный кофе, держа в руках список найденного и составляя план-схему посёлка. Оставалось сформировать алгоритм будущих погрузочно-разгрузочных работ. Бросать в такой близости полезные ресурсы не стоит, мне уже некоторых вещей начало не хватать, а ведь столько ещё впереди неясного. Всё заранее не продумаешь, соломки не подстелешь. И также придется потратить время на подготовку машины и прицепа. Кое-какие мысли в голове уже созрели, вечером прокачаю информацию на ноуте и составлю чертежи. Благо, инструменты и материалы у меня есть, кое-что я нашел у соседей.
В голову неожиданно вернулась картина севшего на мель теплохода. А какое топливо он использует, можно ли мне оттуда его откачать? Вопросов было больше, чем ответов, их ещё стоило хорошенько обмозговать и поискать информацию на дисках. Для её быстрого поиска на моём ноуте установлен отличнейший каталогизатор, подарок одного из членов нашего форума. Хм, интересно — сколько из них ещё живы? Я сильно подозреваю, что их процент намного выше среднестатистического. Еще более глобальный вопрос — выжили ли люди вообще? И не сказать чтобы я так жаждал общения с ними, в эфире всё так же царил шум помех, из живого я видел только рыб и ту самую птицу. Было о чём подумать сегодняшним вечером за бокалом скотча.
Ещё в процессе подготовки, общаясь на различных площадках с людьми, помешанными на выживании, я понял, что во время часа Х больше шансов выжить у людей военных, находящихся по службе в глубоких бункерах или на подводных лодках. Вторыми в списке шли сотрудники складов Госрезерва и тому подобных сооружений. Дальше по убыванию находились шахтёры, работники и пассажиры метро, люди, оказавшиеся в час Х в тоннелях. Но и тут таилось множество засад. Судя по скудной информации, полученной от Сократа, воздействие на сложную органическую жизнь оказывалось посредством какого-то излучения. И длительность его потока явно превышала пресловутый час Х, именно поэтому следовало подготовить долговременные убежища. Мои последующие наблюдения только подтвердили заявления форумчанина.
Что из этого вытекало? Люди, пережившие сам момент облучения, но, вышедшие наружу раньше срока, умирали так же, как и остальные. Я нашел тому подтверждение у себя в деревне и в посёлке. Что случилось с умершими именно в час Х непонятно, наверное, они распылились или разложились. Наш деревенский пьянчужка, найденный мной при тщательном обыске после приступа паники и паранойи, был измазан ржавчиной и землей. Я нашел открытым погреб, куда он, видимо, ползал пьяным за закуской, и где, скорей всего, уснул. Умер он уже наверху, его кожа выглядела, как после страшного ожога. Он даже не разлагался, а просто начал высыхать. Пришлось прикопать на околице. Это был первый увиденный мной после катастрофы труп.
Женщина в поселковом магазине также во время часа Х находилась в каком-то закрытом помещении. Она точно не была продавщицей, как мне показалось поначалу, а скорей всего зашла в магазин в поисках помощи. Я потом вернулся к её трупу и как смог, осмотрел. Одежда дорогая, видимо, это жительница одного из коттеджей, там вполне могут быть бетонированные подвалы, предназначенные, например, под сауну. Могла бы и выжить, если оставалась там дольше. Причину её смерти определить было сложно, за прошедшие недели тело сильно разложилось. Её судьба только подтверждала тезис о том, что остаться живым в сам момент нападения недостаточно. Ты выйдешь раньше срока из метро, шахты, подвала и умрёшь от остатков неведомого излучения. Останешься запертым где-нибудь из-за отказа техники и подохнешь от голода или недостатка кислорода. Смерть поджидает нас везде.
Выжить в новом мире возможно только тем, кто обладает необходимой информацией и ресурсами. И вот как раз те люди и организации страшили меня больше, чем гипотетические пришельцы. Как-то не верил я в них, в отличие от злобного человеческого гения. История нас учит тому, что главный враг человека такой же человек.
Ну что ты будешь делать! Я отложил тестер в сторону, всматриваясь в скрытое чрево электрогенератора. Скорей всего в нём накрылась плата, а тут я пас. Чего-то простое заменить, спаять смогу, а сейчас даже не знаю куда и зачем лезть. Так что остался без запасного генератора, что не есть гуд. Еще один повод для поездки в город. Я подумывал об этом все прошедшие две недели. Погода явно к зиме повернула, по утрам участились заморозки, не успеешь оглянуться, как начнется ледостав и дороги будут надолго для меня закрыты. А в нашей полосе крепкого льда ждать придется как минимум месяц, затем искать на том берегу подходящую машину и ехать через мост. А какая на нём обстановка бог его ведает, хотя вряд ли он пустой.
Смерть от неизвестного излучения застала многих из людей на месте, значит, магистрали в городе и пригородах навечно встали в бесконечных пробках. Тоже мне явление современной эпохи — бездумная массовая автомобилизация не обремененного воспитанием населения. Еще одни из причин моего хренового отношения к людишкам. Тратить нервы, деньги, жить в жалкой халупе и только ради того, чтобы подкатить к месту работы на пафосном автомобиле.
Ну, получается, что мне остается только один выход — идти в город по воде. Благо хорошая лодка для этого дела имеется.
Город…город. Выдумка человеческого гения, его венец и его же клоака. Комфорт, который давала жизнь в полисе, перевешивал во мне неприятие частого общения с человеческими индивидуумами. Современный технократический город давал все-таки шанс как можно реже сталкиваться с людьми. Проезд один раз в неделю в тихое время по супермаркетам, заказ всего насущного по Интернету, различные платные услуги, избавившие нас, наконец, от бесконечных очередей. Что ни говори, но существование в человеческом муравейнике имело свои плюсы. А сейчас…
Сейчас я еще плотнее запахнул на себе старую парку, по водной глади главного русла гулял пронизывающий ветерок. Благо, хоть волны сегодня относительно небольшие. Но как же холодно! На мне были надеты термобелье, флисовая пара, сверху пуховой жилет, найденный случайно в поселке. И все равно пробирает! Для поездки я выбрал большую лодку, оставшуюся на причале поселка, и мотор взял помощнее. Два дня катался по протоке, включая различные режимы работы, и остался в целом удовлетворён. На крайний случай на дне лежат вёсла, а возвращаться мне обратно по течению. Выгребу!
Я еще раз глянул на виднеющиеся на том берегу кварталы многоэтажек, стремительно разросшийся за последние годы пригород. В кризисные времена вся деревня ломанулась в полисы, в них выживать было заметно легче. Вот и начали вырастать кварталы новых «Черемушек» из дешевого новостроя. А пока стоит высмотреть места для парковки. Тьфу, для швартовки! Я люблю все делать по плану, вот и сейчас у меня он был. Схема необходимых магазинов, примерный проезд-проход и два приглянувшихся причала. Первый и основной — местный яхт-клуб, запасной — речной пригородный вокзал, не самая удобная в плане швартовки небольшой лодки площадка.
Отлично! Места на пристани до черта, видимо, на зиму все успели вытащить. Сбавив ход, я постарался как можно аккуратней подойти к причалу, но все-таки стукнулся бортом о старые покрышки, традиционно заменяющие у нас кранцы. Судовождение сложная наука, как моряки ворочают огромными океанскими сухогрузами — даже не представляю! Но хватит болтать, пора за дело. Скидываю сковывающую движение парку и вылезаю на причал. Как делать швартовочные узлы я знаю, два вечера тренировался, поэтому все получилось быстро и вроде как правильно. На всякий случай приматываю к кнехту и кормовой конец. Если что — буду резать их ножом!
Оглядываюсь — вроде тихо, только волны стукают о бетон причала и гулко шумит ветер. Не сразу понимаю какого звука не хватает. Точно! Чаек нет. Не выжили, значит, эти крикливые птички. Осторожно поднимаю рюкзак и ружье, затем потихоньку трушу к лестнице на набережную. В душе как-то неспокойно. Хрен его знает, что здесь творилось. По вечерам я долго всматривался в сторону города, ни одного проблеска так и не увидел. А все же… Но делать нечего — надо действовать.
Первой галочкой моего скрупулезного плана было найти подходящую машину, лучше что-то вроде пикапа. Проходимый и в то же время есть, куда груз закинуть, на будущее пригодится. Скорей всего придется сюда до ледостава не раз наведаться. Хоть я и старался продумать собственное постапокалиптическое существование до мелочей, но многого все-таки не учёл. Так и конец свет ведь не каждый день происходит! Ага, вот и шутки пошли мрачные, это страх с пяток волнами поднимается. А что поделать — глаза боятся, но толкают нас на различные безрассудства. На то мы и люди!
Наверху также было спокойно. Ага, покойно! Три раза ха-ха. Вдоль тротуара в основном наставлены легковухи, да они и закрыты поди, и без ключей, народ на работу и по другим делам приехал. Меня, родимого для мародёрки точно не ждал! Так что их нам не надо, а вот дальше виднеется нечто интересное. Красный паркетник лаково поблескивает в свете выглядывающего из-за облаков солнца, рядом с ним валяется какой-то странный сверток. Ё! Это же труп! Я отскакиваю в сторону, ружье в руках подрагивает. Черт, чего это я? Мертвые мне не опасны. Любопытство перевешивает страх, нахожу ветку и ворошу странный сверток. Одежда странно скрючена, вместо головы некая трухлявая субстанция. Что же тут происходило с людьми? Эк их скрючило и высушило!
По пути несколько раз натыкаюсь на подобные «свёртки», все в разной степени сохранности, временами на тротуаре размазано нечто вроде клякс. В некоторых автомобилях такие же скрюченные останки водителей и пассажиров. По спине ледяным наждаком пробегает озноб, но делать нечего. Назвался гру… то есть мародёром, тащи все, что плохо лежит. А мне до зарезу нужен автомобиль! Нашел я его через пару кварталов. Неприметного серо-бежевого цвета, явно не новьё, рабочая лошадка SsangYong. Дверь была приоткрыта, на водительском кресле скрученный «свёрток», ключ воткнут в замок зажигания. Пришлось преодолеть брезгливость, надеть перчатки и вытащить труп. В кузове нашлась щётка, и вскоре я сидел в кресле.
Машина завелась без проблем, хороший аккумулятор на ней, но на будущее надо привозить свой, свежий. Бензина чуть больше половины бака, я открыл капот и посмотрел модель аккумулятора, заодно проверил уровень жидкостей. Всё вроде как в норме. Осталось выкинуть из кузова ненужные мне коробки. Поехали!
Правильно и сделал, что задумал маршрут по тихим улочкам, одного взгляда на проспект было достаточно, чтобы понять, что проезда здесь нет. А вот и первый чек пойнт! Оружейно-туристический магазин располагался в цокольном этаже, так что налобник на шапку, рюкзак в охапку и с ружьем наперевес вперед. Внизу было тихо и холодно, пара «посетителей» лежала у прилавка с рыболовными принадлежностями. Где там остались продавцы узнавать совершенно не хотелось. Вот и искомое!
Ключи от закрытого застекленного прилавка высматривать некогда, попростубью по стеклу прикладом. Ох и грохота! Я даже испуганно приседаю. Но никто из охранников на звук откровенного гоп-стопа не прибегает, не зовет полицию и не ругается матом. Осторожно достаю нарезной карабин «Вепрь», я его выбрал списка всего огнестрельного по многим признакам. Не слишком тяжелый, хвалят за надёжность, что это в моем случае важно. Да и его прототип автомат Калашникова сам за себя говорит. В соседнем отделе матово поблескивают мощные стволы гладкоствольных охотничьих ружей, есть и довольно дорогие. Но мне их не надоть. Так, господа гусары, цигель-цигель!
Закидываю ствол на прилавок с патронами и грузно перелезаю через него. Надо найти патроны, подходящие к моему карабину. 7.62х39, это я помню еще по армии, стандартный калашевский патрон. Вот и они, подписаны, в пачках лежат. Производители и прочие характеристики мне по барабану, сгребаю все, что вижу. Наверное, они имеются и в подсобке, или на складе, но представляю какой там бедлам творится, а я все-таки не на войну собираюсь. Тут больше десятка пачек, в каждой двадцать патронов. Хватит на первое время!
В соседнем отделе нахожу приличный на вид рюкзак зеленого цвета, на нем масса ремешков, липучки. Вроде как такие называют тактическими, на них затем можно присобачить кучу всяческих подсумков. Мне же он понравился приемистостью и объемом. Так, еще нужна сумка поздоровей. Есть! Все найденное тут же идет в баулы, туда же кидаю приглянувшийся нож с ножнами, пару ремней, затем вспоминаю о магазинах и подсумках для карабина.
В темноте и тесноте пришлось потратить некоторое время, заодно прихватил кое-что из рыболовного отдела, теплую шапку и задумчиво встал перед висящей на крючках одеждой. Пожалуй, вот эти утепленные непромокаемые рыболовные штаны мне пригодятся, да и пара термобелья лишней не будет. Мародерский раж пришлось прервать волевым способом. Сумка и так раздулась до невозможности. Закинув вещи в багажник, осторожно выдвигаюсь дальше. В этом районе города «свёртки» на пути уже не попадались, только эти странные кляксы и обрывки одежды. Что же тут творилось в час Х? Даже думать не хотелось, и так продвигаться мне стало сложнее, пришлось заехать на тротуар, а кое-где шуровать прямо по газонам. Благо, машинка высокая и проходимая.
Магазин по какой-то причине оказался запертым. Я постоял немного, задумался, а потом хлопнул себя по лбу. Дурака только могила исправит! Оружие есть, а не заряжено и не опробовано. Лезу в баул, достаю карабин, нахожу там пачку патронов и два магазина. Хоть армия и осталась далеко позади, но руки-то помнят! Слежу, чтобы патроны не перекашивались, набиваю оба магазина. Одна проблема — в них влезает только десять штук. Так опять же — стрелять мне не очередями. Поднимаю оружие, прикладываю к плечу и целюсь прямо в самую большую витрину. Пара выстрелов производит неимоверный грохот, в плечо больно ударяет прикладом. Блин, мощный, однако, патрон! Надо будет в дальнейшем потренироваться. Стекло крупными кусками обвалилось внутрь помещения, найденной по пути палкой сбиваю остатки, чтобы не оцарапаться, оглядываюсь и подтаскиваю стоящий на асфальте рекламный штендер. Это чтобы не ступать по битому стеклу.
Затем озабоченно оглядываюсь. Мои выстрелы, наверное, были слышны по всему городу. Но вроде как сейчас тихо? Шелест листьев и всевозможного мусора не в счет. Город вымер, окончательно и бесповоротно. Осознание этой банальной в нынешних условиях мысли толкает меня к немедленному действию. Черт, как же поудобней пристроить этот карабин? Двустволку я оставил в кабине, два оружия — это уже, пожалуй, перебор.
Хорошо, когда заранее на всё составлен план. Нужная модель генератора известна, со всеми необходимыми характеристиками и требованиями. Остается только найти искомое на прилавке. Вскоре коробка с электрогенератором на 2,4 киловатта лежала в багажнике SsangYong. Я позволил себе ещё немного побродить по залам небольшого торгового центра, который специализировался на всевозможной технике. Присмотрел себе косилку, инвертор и кое-что из мелочей. Часть списка, лежащего в кармане парки, в итоге оказалась увенчана жирными галочками, а кое-что просто попалось на глаза. Например, зарядка для пальчиковых аккумуляторов, да сами они пригодятся. От Panasonic Eneloop грех отказываться, держат заряд отлично и хватит их надолго. Батарейки-то когда-нибудь кончатся.
Пожалуй, на сегодня все, лодка у меня не грузовая, хм и не резиновая. Все равно придется еще не один рейс в город сделать. Я уже запирал откидную крышку багажника пикапа, когда со стороны проулка пронеслось звучными голосами:
— Стойте, не уезжайте! Пожалуйста, спасите нас!
Это был не страх, я своё, видимо, отбоялся навсегда в подвале. Мой организм незаметно перетек за ту черту, когда его может контролировать обычный природный ужас. Конец света любого человека или сведет с ума, или заставить стремительно действовать. Я даже не понял, как успел доскочить до кабины, выхватить карабин и передернуть затвор. Видимо, в этот момент тело одномоментно получило несколько литров адреналина. Только тогда, когда глаза уставились в прорези прицела, пытаясь совместить мушку и целик, вернулись проблески сознания и возможность соображать. Я резко выдохнул, в голове стучали маленькие молоточки, наверное, и лицо покраснело.
Сначала это были две мутные тени. Они выскочили из полумрака дворового прохода, придвинулись ко мне из ниоткуда, а затем также внезапно остановились. Через мгновение резкость навелась уже на них, а не на мушку. Палец сам собой сдвинул скобу с предохранителя, а руки попытались унять адреналиновую дрожь. «Стоп! Всё нормально, я вооружен и очень опасен».
— Стоять на месте!
Крик вышел не слишком громким, с хрипотцой. Неясные тени остановились в двух десятках шагов от меня. Я шумно выдохнул, стараясь не сбивать прицел, с такого расстояния невозможно промахнуться.
«Ладно, есть контакт! И кто это, черт побери, такие?»
Это были люди, определенно обычные люди. Невысокие, вроде, не здоровенные, завернутые с ног до головы в странное тряпьё. Одна из фигур, более худощавая на вид осторожно пошевелилась.
— Что вы делаете?
А голосок-то слишком тонкий для мужчины. Я отвел взгляд от прицела и внимательней взглянул на неизвестных. Черт возьми, да это же девки! Почему-то сразу на душе стало спокойней хотя и женщины бывают опасней, чем мужчины, но все же… Они по сути не воины и не бойцы, а в нынешней ситуации это решает многое. Опять же, оружие есть только у меня, можно и поговорить.
Сначала оглядел пространство за девицами и вокруг себя. Мертвечину города оживляют только шорох подымаемого ветром мусора и учащенное дыхание девушек. Опустив карабин, но не вернув предохранитель на место, я осторожно шагаю вперед.
— Вы кто такие и что здесь делаете?
— Как это что делаете? — возмущенно воскликнула сухощавая фигура. Хм, а такой дурацкий ответ вполне укладывается в рамки женской недологики. Значит, нормальная девка, не сумасшедшая. Уже хорошо!
— Я, кажется, спросил, кто вы такие и что здесь делаете.
— Тамара, подожди! — вперед выступила вторая девица, с замызганным копотью лицом. — А вы сами разве не из армии?
— Нет, и даже не спасатель и не врач. Я, кстати, задал вам вопрос. Не хотите отвечать — до свидания!
— Да мы тут… — девушка явно стушевалась. Вот так — поломаешь им шаблон и не знают, что ответить, — остались, когда вот все это произошло, — она нервно сжимала и разжимала пальцы, как ни странно, но такая реакция меня сразу успокоила. — Мы думали…
— Мы остались совсем одни, — прервала подругу худощавая, голос у неё был безмерно усталый, да и выглядела, как потерянный Чебурашка. — Услышали выстрелы, подумали что …а тут вы…
Они стояли передо мной — две потерянные в городе тени прошлого. Ага, а решать возникшую неоткуда проблему предстояло тому, кто старался избегать подобного долгие годы.
— Одни, значит, — я задумался. Наличие в этом мире других людей как-то совершенно не порадовало. Хотя я догадывался, что кто-то еще мог выжить. Для меня самого потом было так и непонятно, что именно повлияло в этот момент на решение, так круто изменившее нашу судьбу. Может, я ещё не был до конца мизантропом, не стал самовлюбленной и донельзя эгоистичной сволочью? А может, просто отдохнул от присутствия вокруг себя людей? Хотя скорей всего оттого, что это были девушки. Податливый и вполне предсказуемый материал для взрослого человека. Если бы на их месте оказались мужчины или потертые жизнью бабы, все прошло совсем по-другому. Скорее всего, дело даже могло закончиться стрельбой. В нашем колхозе идиотов всегда хватало.
Девушки явно заметили мои внутренние метания, чумазенькая разочарованно протянула:
— Вы нас бросите?
Я решился, нельзя же все время всего бояться.
— Так, вы точно одни?
— Да.
— Есть что-то в вашем убежище, остро необходимое сейчас? Мне надо срочно валить из города.
Девушки растерянно переглянулись и та, которую назвали Тамарой, уверенно выдохнула:
— Нет, обойдемся.
— Тогда в машину быстро!
Тамару я посадил вперед, рядом с собой. Выглядела она более уверенной, так я смогу её лучше контролировать. Настя, так назвалась вторая девчушка, полезла назад, внезапно увидев своё лицо в зеркале заднего вида, смешно ойкнула и тут же полезла в карман за не первой свежестью платком. Выглядела она более располагающе, чем её подруга. Та мрачно уставилась в лобовое стекло, изредка бросая в сторону моего оружия недоверчивые взгляды. Пока я разворачивался в тесном проулке она ехидно спросила:
— А сами-то вы кто?
— Я? Ваш собрат по несчастью.
Выехав на набережную, я остановил машину и достал из рюкзака термос с кофе и пакет с бутербродами. Пожалуй, для повышения настроя и установления хоть какого-то доверия стоит перекусить. Пили из одной кружки, вернее сказать, крышки от термоса. Девчонки после горячего питья понемногу оттаяли, с недоумением поглядывая на мои бутеры из хлебцев с сыровяленой колбасой, тем не менее все их сжевали, успев в общих чертах рассказать немудреную историю собственного выживания.
Так я узнал, что по воле случая во время часа Х девушки оказались в компании знакомых глубоко под землей. Молодой человек одной из подруг Тамары работал в подземном гараже, где устраивали покатушки на картингах. Я тут же вспомнил, что здесь, в центре некогда находилось подземное убежище ЧС. Его вроде как давно не использовали по назначению, с нынешним уровнем вооружения это бесполезно. В нем, кстати, вполне можно было и выжить. Там бетона над головой чёрт знает сколько метров!
Все находившиеся в гараже на несколько часов впали в некий транс, после которого с некоторыми из людей случились припадки или истерика. Ни телефоны, ни радио не работали, электричество также одномоментно пропало. Что случилось — всем было непонятно. Трое самых крепких парней вызвались выбраться наружу на разведку, но так и сгинули там без вести. Оставшимся в подземелье людям стало страшно. Никто из них не посмел уйти ни в этот, ни в последующие несколько дней. Благо вода, санузел и еда в буфете какое-то время были.
Через три дня невольного заточения оставшийся молодой человек и его девушка осмелились все-таки выбраться наружу. Неизвестность ужасала их больше, чем участь ушедших ранее. Вернулись они через час, донельзя испуганные и удивленные, но зато притащили с собой туристические горелки с газовыми баллонами, пищевые рационы из ближайшего магазина для рыболовов и охотников. Вскоре мужчина заболел чем-то непонятным, начал тяжело кашлять, затем горлом пошла кровь, и он умер. Было очень страшно сидеть в подвале в полутьме рядом с мертвецом, осознавая и что мир наверху также мёртв. Вначале они пытались поймать хоть какую-то радиопередачу, но это было бесполезно. Девушка, выходившая наружу, вскоре тронулась умом, по ночам вскакивали и убегала в подземные коридоры, крича там нечто безумное. Остальным в итоге это дело надело и её связали и оставили в буфете. Наутро она лежала там с разбитой головой. Или упала, пытаясь встать, а может, и специально убилась.
— А вы то, как сами? — мне почему-то также стало жутко от такой простой и в то же время ужасающей ситуации, в которую попали девчонки.
— Нас осталось четверо, было еще две… девушки, — Настя хмыкнула.
— Да лесбиянки они. Суки, бросили нас! — зло добавили подруга. — Ушли куда-то ночью, даже ни полслова не сказали.
— А вы как? — я бросил заинтересованный взгляд на Тамару, только сейчас заметил, что она молода, да и вроде как недурна собой.
— Каком, — буркнула та, но продолжила за подругу грустный рассказ. — Вода из труб потекла совсем ржавая, да и еда заканчивалась, пришлось выйти наружу. А тут такое…
— И?
— Остались там. В подвале не так холодно, туалет был, вода хоть и плохая, но туда шла самотёком, еду готовили на улице, на костре, баллоны быстро кончились, а выбираться далеко было страшно. Да и холодно стало. Жрачку брали в ближайшем ресторане и магазинчике. Устали очень от всего этого ужаса. По ночам сидели тихо, как мыши, наверху что-то постоянно скрежетало и гремело, — девушка непроизвольно передернула плечами.
Кофе кончился, пора в дорогу, я завел машину и двинулся к причалу. Но по пути мне на глаза попалась вывеска известного спортивного бренда. Я резко затормозил машину.
— Знаете, девчата, а у меня ведь есть только мужская одёжка, а вам, наверное, много чего нужно?
Девушки ойкнули, они на удивление как-то быстро отошли от пережитого стресса и начали соображать по-житейски. Я дал им двадцать минут на разграбление, пообещав в случае опоздания уехать без них. Хотя все равно они замешкались на пять минут, волоча за собой огромные баулы. Ох, чувствую, и попал я! Забыл за время холостяцкой жизни какие женщины знатные барахольщицы.
Часть смародеренных вещей пришлось все-таки оставить на причале, в лодку с девушками они уже не влезали. Ладно, чувствую, что все равно еще не раз придется сюда смотаться. Главное, что сейчас рядом с пирсом стоит вполне работоспособная машина, в баке которой еще полным-полно бензина. Обстановка в ближайших кварталах уже разведана, оружие на всякий случай в наличии также имеется. То есть несколько жирных плюсов я могу себе за сегодня поставить. Хм, а вот эти подруги плюсом или минусом обернутся? Пока не знаю.
Девушки были посажены на вторую скамью, дрожали от холода неимоверно, но не скулили и вели себя вполне смирно. Уже, значит, плюс — не истерички мне попались, довольно быстро пришли в себя от неожиданной встречи и даже помогли с погрузкой. По реке ходили волны, в воздухе запахло грядущей непогодой. Ветер стал буквально ледяным, я и сам продрог до невозможности. Тем более что, что пуховик пришлось отдать Насте, почему-то не захватившей из магазина хорошей куртки. Городские, что с них взять. На самой стремнине пошел самым тихим ходом, больно болтать стало сильно, проклиная все на свете из-за холода.
Кое-как пристав к деревенской пристани, я накинул веревки на столбы, даже толком не сделав узлы, пальцы совершенно не слушались. Затем вытащив из лодки только оружие и бабские шмотки, потрусил сразу к дому. Девушки тихонько шли следом, дрожа всем телом и, кажется, чуток испуганные, но пока благоразумно молчали. Может, и пожалели уже о своём смелом решении. Кто эту бабскую натуру знает!
В доме было заметно теплее, чем на улице, печку я с утра успел немного протопить. Вот и сейчас прошел сразу к ней, даже не сняв сапоги. С блаженством положил окоченевшие руки на теплую поверхность, молча кивнув девушкам, чтобы присоединялись. Отогрев пальцы, я наклонился за растопкой. Стараюсь, чтобы все необходимое лежало наготове у печки. Вот и сейчас эта полезная привычка пригодилась. Вскоре послышался треск разгорающихся поленьев, стало ощутимо теплее. Гостьи несколько повеселели. Я же с удовлетворенно уселся на кухонный табурет и глянул на девчонок. Их, в общем-то, затрапезный видок сразу навел меня на мысль.
— Как насчет баньки?
Настя замерла на миг, а затем мило улыбнулась:
— А она у вас есть?
— Конечно же! Как в деревне без бани? — я живо привстал с места, привык за эти недели к тяжелой работе на природе, так что и сейчас переживу. — Тогда сидите здесь, отогревайтесь, а я пойду, затоплю. Только париться сегодня не будем, нагрею воду для быстрой помывки.
Девушки захлопали глазами. Да то и понятно, чужой мужик в баню зовёт. Что у него еще на уме? А на уме ничего такого и не было! Столько всего еще надо переделать и передумать, какие тут могут быть эротические затеи? Первая мысль, вообще, была — свалились тут на мою голову. Хо-хо-хо!
Перво-наперво — к бане. Слава богу, воду я всегда на следующий после помывки день закачиваю, поленница также рядом с баней сложена. Ну а то, что сама она на соседнем участке, так не обессудьте! Забор снесен, крепкие мостки положены, вечером фонарем можно вернуться, не замарав ноги. Вернувшись в дом, я тут же прошел в «потайному сейфу», куда спрятал привезенный с города карабин. Дома мне и ружья пока хватит. А, вообще, стоит подумать — доверить ли девушкам оружие или нет? Две пары глаз и два ствола однозначно лучше, чем один. И я в таких случаях совсем не шовинист, считаю что бабам оружие доверять можно. Правда, другой разговор, что не всем. Ну, это мы будем после посмотреть.
Забежал в кухню, сообщил, что банька через пару часов готова, а я сгоняю с тележкой к причалу, пока не стемнело. Так что готовьте чистую одежду. Девушки посмотрели друг на друга и поняли, что с одёжой-то у них не всё в порядке. Я только осклабился, накинул пуховик и потрусил к реке. Эх, знать в городе много чего мне еще придется «мародёрить»! Не было печали…
Мылся во вторую очередь. Итак еле успел назначенную работу доделать и всё привезенное в пристройку пихнуть. Вот хотел электрогенератор проверить, но уж не сегодня. Удалось даже чуток попариться, что-то понравилось мне в последнее время это дело. Наверное, обретая за городом, начинаешь понимать все тонкости этой русской забавы. Так мне до весны никаких веников не хватит! Ох, хорошо!
Так, в теплом халате прямо на голое тело я по привычке и ввалился на кухню. Здесь вкусно пахло едой, дымом, банным мылом, на столе стоял пыхтящий самовар, чайник с заваркой, расставлены блюда. Девушки были одеты в спортивные шмотки, с красными лицами, чистые и довольные жизнью. Атмосфера вроде как начала налаживаться, оставшийся между нами холодок совершенно испарился в баньке. Я оценил обстановку и потрусил в комнату, вернувшись «при параде», в бежевых штанах-карго и теплой футболке.
— А мы тут немного похозяйничали, — Настя смотрела на меня вопрошающе. Я только кивнул. Непорядок, конечно, что не по расписанию банки с консервами и вареньем открыты, но день сегодня уж такой. — Вам чай погорячее?
Хотя надо признаться, что мне её хозяйничанье пришлось по нраву, приятно, черт побери, когда за тобой ухаживают. Так бы вернулся с бани, пока поставил чайник на плиту, пока сготовил чего-нибудь, а тут экая смышленая девчонка попалась — и самовар разглядела, да догадалась, что им иногда пользуются. Углей-то в печке сейчас полно, вскипает самовар быстро. Чай заварен, на столе консервы с рыбой и ветчиной, малиновый и вишневый конфитюры аккуратно разложены в розетки. Где их и нашли-то? Отдельно в вазочках сушки и печенье. Ох, и расточительно!
Пока пью чай, посматриваю в сторону девиц. Отмытые и переодевшиеся, они смотрятся нарядней и гораздо красивей. Вместо двух замухрышек на деле оказались вполне симпатичные особы! Настя на поверку блондинка с оттенком некой рыжизной, бывают в наших селеньях подобные типажи. Лицо простоватое, такое деревенское, но очень миловидное. Фигура, облаченная в флисовый костюм особо не проглядывалось, но имела место быть.
Тамара же натянула облегающие спортивные штаны с длинной кофтой поверх, выставив напоказ длинные и стройные ноги. Понятно, привычка сказалась — товар лицом демонстрировать. Я эти женские фичи сразу просекаю — кто-то не может без короткой юбки, кто-то задницу обтягивает донельзя, а многие выставляют напоказ объятые лифчиками пуш-ап сиськи. Хотя у Тамары, надо признаться, и лицо вполне симпатичное, даже без косметики. Такое породистое, с тонкими чертами и чувственным ртом. Девушки мой пытливый взгляд отметили, в их поведении сразу проявилась скованность. Это дело надо сразу ломать!
— Девчата, вина сейчас предложить не могу, за ним в погреб лезть надо, но в шкафчике неплохой бальзам есть. Нам как раз для здоровья не помешает.
После два «по писят» на кухне стало «теплее» и веселее. Девушки немного расслабились, я уселся поудобней на диване, достал из чулана палку сыровяленой колбасы. Настя разогрела на плите банку каши с мясом, так что поужинали сытно и вкусно. Под бальзамчик разговор также пошел легче. Нам было что друг другу рассказать. Правда, женский пол хватило ненадолго, так оно и понятно, такой стресс пережили и дорогу по холоду. Отходняк девчонок таки накрыл, значит, вовремя я бальзам предложил.
Так, а теперь спать, спать! Мне еще пьяных истерик в доме не хватало. Знаю я этих дамочек, порода у всех одинакова, а я не папочка сопли вытирать. Уложив девушек в большой комнате, благо кровать там двуспальная, проверил печку на предмет непогасших углей и прилег на удобный кухонный диванчик. Хлопотный, однако, вышел денечек. А что сулит нам завтра? Эх, лучше и думать. Планы на будущее сейчас строить совершенно не хотелось.
С чего начинается утро? У меня обычно с проверки заряда пауербанка, который я использую в качестве основного резервного источника питания. Но сегодня меня разбудил какой-то необычно вкусный запах… Неужели блинчиков? Я в удивлении поднял голову, у газовой портативной плитки колыхалась чья-то фигура в бесформенной флисовой курткой поверх и аппетитными голыми ножками понизу. Настя, а это была именно она, обернулась ко мне с улыбкой.
— Вы уже проснулись.
— Вроде как вчера договаривались на ты, — буркнул я в ответ. Здрасьте, вот и утро началось по-новому, на моей законной кухне хозяйничает какая-то девица, а мне сейчас даже задницу не почесать. Ох, грехи мои тяжкие, даже после конца света нет спокойного житья! Но делать нечего, надо вставать и валить в туалет. Хм, а он сейчас случаем не занят. Начинается в колхозе утро!
Туалет, как и в большинстве домов северной средней полосы России находился в доме, только не в жилой его части. Так, а ведь мне теперь придется его как-то облагородить, а к весне устроить «очистку» обычным таким инструментов в виде совковой лопаты. Прелести жизни вне городской цивилизации. Но все же лучше «удобств во дворе». Как люди туда вообще ходят в лютый мороз или буран?
Выскочил на улицу. Свежо, однако! Ополоснул лицо в кадке с дождевой водой, сделал несколько разминочных упражнений. Пожалуй, сегодня я также обойдусь без физкультуры, дел и так будет невпроворот.
А запахи разошлись на весь дом! Настя услужливо подносит мне чашечку со свежесваренным кофе, а на маленькой тарелке высится горка свежеиспеченных оладышек. Нет, не так — оладушек! Ко мне пододвигают розетку с вареньем, а напротив стола появляется пара отдающих небесной синевой глаз.
— Я нашла у тебя немного муки. Соскучилась по блинчикам и оладушкам. Бабушка у меня любила печь.
Я бросил в её сторону любопытный взгляд:
— Самовар также у бабушки научилась кипятить?
— Ага. Да ты ешь, я еще нажарю. Правда, вот с этой печкой связываться побоялась, готовила на плитке.
Ох, непорядок, конечно. Баллонов газовых у меня немного осталось, я больше старался на плите готовить, самовар для пользы дела притащил, с утра в нём кипяточек готовил, затем в термос заливал, на день хватало, всё экономия. Видимо, некая тень по моему лицу таки пробежала, Настёна заерзала на стуле. Хм, а ведь оладушки, и в самом деле, хорошо. Поэтому поспешил её успокоить:
— Да все нормально. Вы с подругой пока гости. Понятно дело, что я привык все по-своему делать. Придется нам как-то уживаться.
Мои глаза случайно задержались на открывшихся молочных ляжечек девушки, щёки полыхнули горячим. Уф, дышим, парень, дышим.
На пороге из спальни появилась заспанная Тамара.
— Доброго утра. А где здесь можно умыться?
Я кивнул в сторону умывальника, девушка на несколько секунд зависла. Потом до меня дошло, что женский пол в этот вопрос вкладывает несколько иной смысл.
— Тогда в бане, там вода еще со вчерашнего теплая. А, вообще, придется привыкать.
— Ладно, уж как-нибудь, — Тамара улыбнулась и вышла в сени.
Настя кинула в тарелку свежих оладий, налила себе чаю, и сама уселась завтракать. Вскоре к нам присоединилась посвежевшая Тамара. Когда я перешел к уже третье чашке крепко, как я люблю, заваренного чая, то понял, что за столом повисло неловкое молчание. Ну что ж, раз я хозяин, то мне и начинать.
— Так, девчонки, как вам новое место пребывание? Я понимаю, что, может быть вы привыкли к лучшему, но имеем, что имеем.
Настя оскорблено фыркнула:
— Скажешь тоже, Семен. Хорошо тут, особенно после того проклятого подвала. Опять мне ночью снился…
Что там снилось девушка так и не рассказала, но явно что-то неприятное, глаза потемнели, а губы сжались. К подруге присоединилась Тамара.
— Нормально все, просто привыкнуть надо. Ты же понимаешь.
Ответ меня удовлетворил, отодвинув в голове совсем ненужные мысли. Будем посмотреть вот что наше знакомство выльется. Во всяком случае уйти я всегда успею.
— Насть, там в печке вот в таких штуках вода есть теплая для помывки посуды, я тебе покажу. И раз ты девушка у нас хозяйственная, то вот здесь на стене висит примерное меню на десять дней. Я его составил с учетом имеющихся продуктов и полезности для организма. Знаешь, деликатесы мы сейчас позволить себе можем любые, но они чаще всего вредны для здоровья, а медиков среди нас нет. Изучи к обеду, пожалуйста, и внеси свои предложения. Такая раскладка нужна, чтобы контролировать расход продуктов, и чтобы они были наготове.
— А ты сам что делать будешь? — спросила сразу в лоб Тамара.
— Не беспокойся, у меня есть чем заняться. Вчерашнее еще не разобрано и, пожалуй, с Настей в погреб соседский надо сходить. У меня там овощи хранятся.
— Не только твои, наверное?
Вот ведь вредная девка! Хотя… сразу расставить точки над «И» нам не помешает.
— Мертвым оно все равно не понадобиться, Тамарочка. Одежда на вас, кстати, также чужая.
Проняло, не успели девочки еще с новыми порядками свыкнуться.
— И раз вы будете жить у меня, то и занимайте большую комнату, а я переселюсь вон в ту, поменьше. Дверь в вашу мы закроем шкафом, она также от печки обогревается, а кровать туда притащу с веранды. Только бы в ней порядок навести, мне всё недосуг было.
— Помыть-то много чего требуется, — Настя с хозяйской сметкой оглядела кухню. Ну, что взять с мужика? Что ему хорошо, женскому полу грязь!
— Тогда и займитесь. А я пока по своим делам.
До обеда провозился с новым электрогенератором, погонял его с часик, попутно поставив на зарядку технику и аккумуляторы. Девушки электричеству обрадовались, а мне пришлось выбрать из запасного ящика подходящие им гаджеты. Сам я использую свой большой ноутбук для просмотра фильмов, поиска необходимых файлов на внешних дисках, составления табеля припасов и составления раскладки, маленький планшет для чтения, а смартфон вместо фото и видеокамеры. Намного проще заснять нечто, например, инструкцию, чем записывать или запоминать её характеристики.
В обед Настя порадовала нас свежими щами, капуста и картофель находились в сенях в коробке. Не знаю, что в суп девушка еще добавила, но щи получились знатные. Настёна от моей похвалы зарумянилась.
— Это все бабушка меня научила: и печь, и готовить, и шить. Говорила, что мужики справных хозяек больше любят.
— Правильная у тебя бабушка была, — подбодрил я девушку. — Ты с ней получается жила, а где родители?
История жизни заурядной провинциалки оказалась немудреной и такой для новой России типичной. Родилась Анастасия в обычном рабочем поселке, некогда процветающем, но по причине закрытия завода изрядно захиревшим. Родители перебрались в ближайший город, где пытались выжить, как могли. Купили квартиру в ипотеку, отец мотался по вахтам и халтурам. В одной из них и сложил голову. Кто в наше время скоротечной прибыли обращает внимание на технику безопасности? Хозяин стройки хорошо хоть какую-то компенсацию семье выплатил, мог и просто послать. … в суд. А что такое российские суды я знаю по собственной шкуре. Квартиру, чтобы платить по ипотеке, пришлось сдавать. Мать поначалу мыкалась по углам, работала на двух работах, девушку сдала на воспитание бабушке. Благо, пенсия у нее была хорошей.
— В город на учебу меня именно бабушка отправила. Что, говорит, тебе делать в нашей деревне. Мама же за это время нашла молодого хахаля, жил он с ней, пил за её счет и чуть нашу квартиру не пропил. Она уже выплачена была. Хорошо тетка двоюродная помогла, отстояла жилплощадь. Потом разменяли, мне вот комната досталась. Да я что — не жаловалась, у нас многие так жили.
Мдаа, а меня еще спрашивают — почему я не люблю людей. А за что их любить то? За душевную убогость, жадность и эгоизм?
Тамара смотрела с вызовом.
— Хочешь и меня поспрошать про жизнь?
— Нет, и про свою рассказывать не собираюсь, — я смотрел прямо ей в глаза, только сейчас заметив какие они красивые. Экзотический миндалевидный разрез и чистый вишневый цвет радужки придавал её облику вид девушки-загадки. Наверное, она пользовалась успехом у мужского пола. Видимо, Тамара уловила мои мысли, отвернулась, но заговорила. Нужно было ей сейчас выговориться.
— С виду мы были вполне благополучной семьей. Папа — профессор на историческом факультете университета, мама бухгалтер.
— Но было но?
— Угадал, молодец, возьми с полки холодец!
Ох, какие мы можем быть саркастичными!
— Ты же знаешь, сколько сейчас зарабатывают преподаватели, а мой папа вдобавок по характеру чистый ботан. Его обходили на кафедре все и пользовались его добротой и непутевостью. Он весь был в науке.
— Дай угадаю? И мама по этому поводу постоянно ругалась и истерила.
— Откуда знаешь?
— Очень просто, дорогуша, обычная женская психология.
Тамара, было надулась, но потом едко ощерилась улыбкой.
— Ты был женат?!
— Браво, девушка! Ваш пирожок стоит на полке.
Обстановка немного разрядилась, разговор пошел более откровенней. Ничего удивительного не было в том, что стать добытчиком в Тамариной семье пришлось матери. Сейчас это встречается повсеместно, порождение предельно феминизированного двадцатого века. Вот только с какого-то перепугу продвинутая молодежь считает, что это поветрие пришло к нам с Запада. Нет, дорогие мои, вы просто ничего не знаете из отечественной истории. Молодая страна Советов в двадцатые годы стала центром мировой моды на равноправие полов и социальные завоевания трудящихся. Во многих так называемых цивилизованных странах с подобной дискриминацией было покончено только в годах пятидесятых, а то и шестидесятых. Мы уже летали в космос тогда, когда негров в американские школы водили в сопровождение вооруженных гвардейцев. Ясли, пионерские лагеря, санатории и курорты, денег при социализме на трудовой народ не жалели.
Вот и Тамарина мама в карьерной гонке добралась до кресла главного бухгалтера не самой маленькой фирмы, щедро оплачивая счастливое детство девочки. Самые лучшие секции и кружки, самая модная одежда и зарубежные курорты. Вместо семьи интеллигентсвующих нищебродов получилась ячейка «среднего класса» потребителей. Я таких также недолюбливал, но хотя бы они то собственный успех отрабатывали сторицей. Но надо было учитывать, что в нашей стране должность глабвуха расстрельная.
— В один день за мамой пришли прямо на работу, — голос Тамары стал глуше и тусклей. — Боже, что мы тогда с папой пережили! Я стояла в очереди в СИЗО среди разных… — она передёрнула плечами. — Хотя сейчас это считаю хорошей школой жизни. Вместо девочки-припевочки появилась бойцовая овчарка.
— Её посадили? — ужаснулась Настя, видимо, подруга особо о своей семье не распространялась.
— Типун тебе на язык! Папаша в кои веки подсуетился. Он в свое время туризмом занимался, среди спортсменов вращался, со многими подружился. Говорил, что горы быстро с человека шелуху снимали. Со спортфака же после учебы или в бандиты шли или в менты. Вот один из них и оказался большим начальником, помог по старой дружбе.
— Отпустили?
— Выкупили, по знакомству, — Тамара сузила глаза и чем-то стала напоминать пантеру. Такую гривастенькую и сексуальную пантерочку. Меня опять обдало жаром, пришлось глубоко задышать. — Мама, как в себя пришла, бывшему хозяину отомстила, слила папиному корешу кучу компромата. Он потом генералом стал, помог ей устроиться в одной бюджетной конторе.
— Ну, там, скорей всего, она также не на зарплату работала? — я сам не смог удержаться от ехидства.
— Знаешь! — девушка смотрела прямо мне в глаза. — Мне уже было все равно, кругом обман и злоба. Я тогда решила жить для себя, — Тамара бросила взгляд в сторону подруги и добавила, — и для друзей. Настя очень хорошая девушка, не обижай её.
Я чуть не поперхнулся чаем. Как она и усмотрела, что я в этот момент невольно уставился в открывшийся на спортивной курточке блондинки разрез. А как было туда не уставиться? Настя почему-то не носила лифчики. Ох, грехи мои тяжкие!
— Ладно, — прервал я ушедший в не ту сторону разговор, — пошли мебель перетаскивать. Да других дел по дому полно. Завтра в деревню поедем, с тобой, Тамара.
Девушка удивленно вскинула голову, но вопрос замер на полувздохе. Я уже встал, натягивая рабочие чоботы, всем своим видом показывая, что тема исчерпана. Хозяин в доме все-таки я, юным созданиям этот фактор учитывать придется.
— Сначала нам туда, — я указал в сторону приземистого здания. До него мне добраться пока не удалось, поначалу выгреб магазин, стоящий поблизости от пристани. В этом же должны были быть какие-то промтовары, может, и постельное белье найдется. Я заметил, что девушкам не очень понравились предложенные мной застиранные комплекты. А ведь как-то два месяца вообще без нормальной кровати обходились и ничего? К хорошему человек привыкает быстро.
С утра опять подморозило и меня беспокоил след, остающийся от колес автомобиля. На дороге его почти не видно, а вот дальше по траве… Вскоре на машине будет опасно выезжать. Почему-то меня тревожила возможность обнаружения нашего логова, пусть она и был исчезающе мала. Теперь-то я был точно уверен, что кто-то из людей выжил. И вести они себя будут именно так, как люди, злобные и весьма эгоистичные создания. Нет уж, мы как-нибудь уж сами. Хм, интересно, а быстро я начал мыслить категориями «Мы», «Наши».
— Сейчас окна открою шире, а ты выгребай, все, что может нам пригодится.
Я поставил на пол свернутые в пакет клетчатые сумки. На моей памяти такие использовали челноки в девяностые годы, откуда они взялись у деда Миколы даже не представляю.
— А ты куда? — испуганно глянула в мою сторону Тамара.
— Буду рядом, вон в том высоком коттедже. Если что — у тебя ружье есть.
С утра мы опробовали мою двустволку и не сказать, чтобы успешно. Ружье для девушки оказалось тяжеловато, а отдача чуть не уронила её на землю. Мдаа, придется в городе что-то полегче и прихватистей подобрать. Да и для стрельбы в помещении мои ружья не сильно годятся, нужно нечто короткое и убойное. Вот в подобных размышлениях о грядущем и прошло отведенное на работу время. Я успел осмотреть обогревательный котел, найти на него документы и начинать его откручивать крепежную арматуру. Попутно снял несколько батарей с комнат и снял на смартфон все соединения и переходники. Надо будет поискать в городе трубы, муфты, да и прочие комплектующие. Есть идея поставить котел, чтобы он ночью обогревал комнаты и туалет, а печку топить только утром. Муторное это дело — ждать пока угли прогорят, да и угореть не хочется. Дело для деревни обычное. Топливо же в деревне есть, только надо придумать как его перевезти.
Тамара между тем добросовестно выгребла из магазина все, что ей пришлось по нраву, выставив на крыльцо забитые до предела сумки.
— Зайдем еще в тот дом, — кивнул я в сторону другого коттеджа. — На этом мародёрку на сегодня закончим. Завтра в город пойдем.
— Странное какое слово, — задумчиво протянула о девушка, послушно двигаясь за мной. — А почему так скоро надо туда возвращаться?
— Надо успеть до непогоды. Видишь, как ветер поменялся, боюсь послезавтра будет ветер и дождь. В город нам еще не раз придется ездить.
Я сразу двинулся на кухню. Было видно, что дом хоть и использовался только летом, но все необходимое для полноценной жизни в него было завезено. Я уставился в сторону кухонных электроприборов, а затем оглянулся на девушку, чтобы спросить, что их этого нам может пригодиться, и замер на месте. Тамара остановилась у стены, на которой висели в рамках фотографии хозяев, сейчас она уставилась в портрет девушки-подростка. Лицо девушки резко побледнело, ноги подкосились, я еле успел подхватить её за руки.
— Что с тобой, Томочка?
Откуда в моей голове всплыло её уменьшительное имя, я не знаю. Пришлось усадить девчонку в кресло и достать из рюкзака термос с кофе, все равно собирались перекусить перед обратной дорогой. Отпив ароматного напитка, Тамара немного пришла в себя и выдохнула:
— Только сейчас осознала, что никого из родных и знакомых больше нет. Мира вообще нет.
— Настя?
— С ней мы шапочно знакомы и в подвале случайно оказались. Там уже сдружились, чтобы выжить. А мама… папа…
Девушка разрыдалась у меня на плече. Я не знал, что делать, только общей подушкой для слёз не хватало стать. Сам не люблю чужим жаловаться, да и выслушивать их житейские проблемы. Никогда не понимал этих «задушевных разговоров». Я неуклюже попытался обнять Тому, прижать к себе. Через несколько минут девушка резко отодвинулась и стала вытирать лицо платочком. Выглядела она несколько растерянной.
— Извините, что-то на меня нашло.
— Да ладно! Нервы сейчас у всех ни к черту. Ты хоть и крепкая девчонка, но все-таки женщина, слабый пол.
Тамара метнула на меня гневный взгляд.
— Зато ты кремень!
— Ссориться будем? — миролюбиво улыбнулся я. — Лучше поедим, да грузиться будем. На обратном пути надо еще в несколько гаражей и сараек заглянуть.
Дома нас встречал изысканный аромат, щедро разлившийся по всему помещению.
— Я борщ сварила! Сползала в тот подвал и нашла свеклу и морковку, — горделиво приветствовала нас Настёна. Она с радостью накинулась на принесенные мною коробки с едой и кухонной утварью. Больше всего её порадовала кофемашина. Оказывается, девчуля была знатной охотницей до хорошего кофе.
— Нам, когда я была маленькой, вечно денег на него не хватало, — мило щебетала она, распаковывая продукты, — так я уже во время учебы догоняла упущенное.
Уже за столом, с отменным аппетитом уминая наваристый борщ, я попросил Настю сделать назавтра бутерброды. Та задумалась и хлопнула себя по лбу.
— Я с вечера вам лепешек нажарю, на противне, с пирогами пока не разобралась, как их в этой печке выпекать.
— Может тогда напишешь, что тебе из города привезти.
— Да… — тут Настя густо покраснела, — я Тамаре список дам.
— Ладно, — улыбнулся я, кажется догадываясь, что девушки в той эвакуационной спешке совсем забыли про нижнее белье. Хотя лично мне нравилось то обстоятельство, что Настёна ходит без лифчика. Вот и сейчас девичьи груди достаточно чётко обозначены сквозь тонкую ткань футболки. В кухне жарко натоплено, все разделись, даже я сижу в рубашке и шортах. Ох, ё моё! Не о том подумал, придется еще немного посидеть за столом, делая вид, что чай хлебаю. И как сегодня засну?
Город встретил неким мрачным предчувствием и отсутствием тишины. Было такое впечатление, что на улицах звенело и гремело все, что только можно. По набережной сквозило свежим ветерком, носившим по асфальту всевозможный мусор. Точно, завтра погода испортится! Я в первую очередь загрузил в лодку все то, что не успел в прошлый раз. Пикап завелся легко и сыто рокотал, пока я закидывал в багажник необходимое для мародёрки оборудование и инструменты. Я их вчера сколхозил в соседской деревне. Большие кусачки, монтажка, ножовка, кувалда и зубило. Пусть лежат себе в машине, авось и пригодится.
Тамара в мой план внесла несколько полезных уточнений, центр города девушка знала очень хорошо. Ну что ж, одна голова хорошо, две лучше. В невольном приобретении мною попутчиков в выживании имелись свои плюсы, хотя минусов также предостаточно. Что интересно в итоге перевесит?
Первым в нашем списке шел тот самый оружейный. Пока Тамара недоверчиво сверлила взглядом мою спину, я внимательно осматривал витрины. А это что за вундервафля? Карабин, имеющий отдаленное сходство с Калашниковым оказался гладкостволом на 12 мм. Я осторожно взял его в руки. А что? Вполне приёмистый и удобный для женских ручек. Сайга 410 К-02, приклад откидной. Подозвал Тому, передал ей оружие.
— Ну как?
— Да вроде удобно, — девушка с ружьём стала выглядеть куда воинственней и сексуальной.
— Значит, берем, — хмыкнул я и двинулся дальше.
Себе подобрал комиссионный короткий дробовик с пистолетной ручкой. Купился на хлесткое название «Mossberg 500». Пожалуй, для стрельбы в ограниченном пространстве самое то. Тем более, что патрон также на двенадцать. Кстати, о патронах… Где у нас тут склад?
Выходили оттуда загруженные, как верблюды тюками и коробками. Даже если не увезем все в один присест, пусть лежит себе на пристани. Заодно набрал рыболовных принадлежностей и девчонкам разных теплых вещей. Размеры услужливо подсказала Тамара Так, сейчас за инструментами и в шмоточный. Главное в нашем деле — вовремя пресечь мародерский раж!
Войдя в дом, я остановился на пороге в удивлении — несёт дымом и чем-то горелым. Настя с извиняющей улыбкой ответила на мой вопрошающий взгляд:
— Я тут пирожки решила поставить. Не сразу получилось.
— Ох, Настя! — я примирительно прижал к себе девушку. Лучше бы этого не делал, разгоряченное тело девушки будто бы обожгло меня насквозь. Я то уж и забыл, каким бывает сексуальный мандраж. Пубертатная молодость со всеми её косяками осталась давно позади. — Хоть что-то получилось?
— Конечно! — Настя живо прыгнула к столу и сдернула салфетку с глубокого блюда.
— Пирожки! — в кухню ввалилась усталая Тамара и радостно всплеснула руками. Какими же бывают все-таки привлекательными эти юные создания! Я и сам заулыбался, простив девчонкам оптом будущие прегрешения. — Насть, а они с чем?
— С капустой и картошкой. Ты руки мыла? Да, — Анастасия хлопнула себя по лбу, — я же вам баньку истопила.
— Отлично, — Тамара взялась за ручки большой сумки и заговорщески улыбнулась подруге, — я тут нам кое-что прихватила.
Девушки пошли мыться в первую очередь, мне еще надо было разобраться с оружием и заодно его почистить. Приспособления для этого я в этот раз не забыл. Тамара, довольная собой и жизнью, перед порогом обернулась и с озорной улыбкой спросила:
— Сеня, веничком не пожаришь?
Я запыхтел от подобного двусмысленного предложения.
— Зовите, без проблем.
Девчонки захохотали и упорхнули на улицу. Ох, и что ты будешь с этим делать? Вернее, что делать мне сегодня вечером с мандражом? Придется разряжаться старым проверенным способом?
Никогда не был ханжой, хотя после развода и не пошел по пути большинства из мужчин. Любовницы и девицы легкого поведения — это не решение проблем, а только их усугубление. От первых вы поимеете отсутствие в скором времени финансов и вечное нытье про женитьбу. От вторых всякие нехорошие болезни.
Я же решил проблему кардинальным способом, используя для «удовлетворения естественных потребностей» платных «жриц любви». На самом деле все очень просто. Поначалу ты вызываешь девочек через агентства, затем знакомишься с понравившимися девицами поближе. Большая же их часть — это девочки из провинции, студентки и практикантки. Идут в этот бизнес, чтоб прокормиться и приодеться. Всем же хочется быть счастливыми именно в молодости, а не потом. Неудержимое потребление — часть жизненного счастья для нынешнего поколения, а вот моральные рамки молодежи раздвинулись очень далеко.
Ну, а меня это все вполне устраивало, продолжал встречаться девицами уже напрямую, оплачивая меньше, да и удовольствия получая больше. Многие из девчонок даже прекратив «деятельность» в конторах, ко мне приезжать продолжали. Иногда я дарил подарки, бывало даже, что у меня на квартире отмечали праздники небольшой компанией. Тогда получались «бонусы» в виде секса сразу с несколькими дамами на выбор. Честно сказать, это было намного дешевле, чем содержать любовниц, да и приятней. Девочки были относительно молодыми от двадцати до двадцати пяти, ухоженными, приятными в общении и раскованными в постели. К своему удивлению я тогда здорово увеличил собственные сексуальные познания. Профессионалки ж!
Хм, а вот теперь как быть! Я же не маньяк и не так молод?
— Ох, хорошо то как сегодня! — на кухне появилась Настя и подошла, потянувшись, к окну, за которым блистало солнечное утро. Её короткий халатик так натянулся, что оголил упругие ножки почти до самых трусиков. Я чуть не поперхнулся чаем, заметив брошенный искоса на меня ехидный взгляд. Что-то странно она начала вести себя со мной в последнее время.
— Давно встал?
— Уж как час. Тренировался, дрова колол. Тебе, кстати, также не помешает на тренажере поработать. Пирожки, они до добра не доводят.
— Добра мне хватает.
Настя издевательски провела руками по выступающим достоинствам своего тела. Тамара, заглянувшая в это время на кухню, осуждающе глянула на подругу и тут же двинулась к кофе-машине. Видимо, услышала, что я с утра генератор включил, хотел зарядить аккумулятор для «Нивы». Ездим сейчас реже, он быстрее разряжается.
— Лучше каши поешь, — теперь осуждающе смотрел уже я. Что это за манера с утра питаться кофе с пирожками?
— А! — махнула та рукой. — Как видишь, не в коня корм, я никогда не толстею, — усевшись за стол, девушка взглянула на меня поверх чашки дымящегося напитка. — Мы, когда в город собираемся? Погода хорошая.
Кстати! Я глянул на часы, на Тамару и хлопнул себя по коленям. Инициатива у нас наказуема!
— Пойду рюкзак собирать. Настя, накидай нам чего перекусить.
Хорошо работать в сыгранной команде! Только одно это нравится мне в общении с тварями человеческими. Наша маленькая гоп-компания понемногу распределила между своими членами роли. Я — мозг и рабочие руки, Тамара — первый помощник в вылазках, кладовщик и учётчик всего добытого, Настя — наше прочное тыловое обеспечение. Оставалось только ждать первых конфликтов. Что они будут — я ни разу не сомневался. Где два человека — там по любому возникнут трения и ругань. Уже проходили. Тем более, что мы с девушками разного пола и возраста. Временами я их совсем не понимаю, иногда они смотрят на меня, как на умалишенного. Так и живём!
В город мы мотались уже четыре раза. Список требуемого для выживания постоянно пополнялся. Трудно было удержаться и от откровенного «хомячяния». Наша лодка все-таки ни разу не была грузовой, хоть я уже и привык упаковывать её до самого верху. Благо, большая часть вещей была относительно небольшого веса. Оружие, боеприпасы, оборудование, инструменты, одежда, лекарства. Продукты мы практически из города не возили, на сей счет у меня имелись другие планы.
Вот и сейчас я подруливал к знакомой пристани, откинув самодельный брезентовый верх и вдыхая весьма морозный воздух. Берег был весь покрыт инеем, и мои сомнения оправдались. Аккумулятор «SsangYong» не схватился, пришлось доставать специальную приблуду для запуска — Джамп стартер, а в следующий заезд, вообще, лучше взять заряженный аккумулятор. Если он будет, конечно. Такие погодные «окна» выпадали все реже и реже.
Город нас встретил белой изморозью на траве и следами какого-то животного, пересекшего наискось ближайший к пристани сквер. Я тут же резко остановил пикап, перехватил карабин, загнал патрон в патронник и осторожно вышел из машины. Тамара, как и условлено, залезла на багажник, она должна была прикрывать меня сверху. За эти две недели мы успели опробовать новое оружие и кое-как научиться стрелять. Тамаре я оставил короткий гладкоствол Сайга 410, в котором была всегда заряжена картечь. Метров до тридцати девушке удавалось успешно попасть в ростовую мишень, в городе, пожалуй, больше и не надо. А Настя, как ни странно, вполне удачно стреляла из моей двустволки. Вдобавок привез ей из города травмат, сделанный по подобию пистолета Макарова, он в её руку лёг отлично. Девушка она у нас деревенская, не истонченная диетами.
Сам же я почти каждый день тренировался в стрельбе из двух карабинов, тщательно изучая стрелковые учебные пособия и сохранившееся видео на ноутбуке. К взятому карабину на 7.62 присовокупил похожий «Вепрь 1В» с меньшим калибром 5.56x45. У последнего бой был кучнее, или мне так показалось. Да и магазины к нему нашлись на тридцать патронов. Ежедневная возня с оружие уже дала свои плоды, я держал свой «Вепрь» вполне уверенно, без первоначального мандража. Поверх парки была накинута подвесная система с шестью запасными магазинами, тут же висела небольшая рация «болтайка», настроенная на одну волну с Тамариной. А на креплении за спиной пристроен тот самый короткий «Mossberg». Блин, сейчас как я заправский Терминатор!
— Что там, Семен?
— Следы.
— Сейчас не время язвить.
Голос у девушки явно испуганный. Вот бабы, чуть что — сразу в панику! Я же, как ни странно, чувствовал себя вполне спокойно и уверенно. Может, от наличия оружия, а может, уже переболел страхом. Мы все пережили глобальную смерть, черт нам теперь не брат!
— Похоже на собачку, у волков следы более вытянутые. Сейчас засниму, — я достал из кармана на липучке смартфон, хоть какой-то толк от этого китаезного гаджета, — опосля в энциклопедии гляну, — сделав несколько снимков, распрямился и огляделся. — Сейчас, подруга надо будет во все глаза смотреть. Интересно, чем же эта тварь все эти месяцы питалась? Чумазыми девушками в подземельях?
— Ну, и шутки у тебя!
Тамара раскраснелась от возмущения и стала намного симпатичней. Я же никак не мог для себя решить — какая из двух девушек красивей. Настя природная блондинка с молочной кожей, фигуристая и покладистая, когда улыбается на щеках появляются смешные ямочки. Хотя с другой стороны излишне простовата, такие с возрастом превращаются в заурядных тёток. Но в качестве законных жён вполне «съедобны», варят себе щи-борщи, рожают детей и хлопочут по дому. Не зря в рекламе товаров для дома часто использовали именно блондинок.
Тома же более аристократична, умеет себя подать в выгодном свете. Глаза при выбросе эмоций разгораются неким внутренним огнем, делая её предельно сексуальной, блещет недюжинным интеллектом. Хотя излишне эмоциональна и несдержанная на язык. Из таких баб со временем выходят самые отъявленные стервы. Потому что зачастую сами не знают, что от жизни хотят. Пилят за это попавшихся под руку мужиков, но в юности вполне интересны. А вот по фигуре ничего не скажу, наблюдал только длинные ноги. Девушка почему-то постоянно ходит в чём-то балахонистом. Комплексы?
— Том, ты чего там возишься?
— Сколько раз просила не называть меня так!
— Тамара слишком длинное имя. Тогда придумай себе позывной.
— Я тебе что, на всю голову отмороженная воячка?
— Тогда Тома.
— Козёл безрогий.
Вот и поговорили. Пикап уже загружен по самые, ну вам по пояс будет. А девушка никак не может вылезти из очередного кофейного бутика, обещала привезти Насте нечто новенькое. С ума сойти — кофейный бутик! Наши коммерсы, вообще, креативом особо не блещут. Половина названий магазинов женские имена с иностранным акцентом, вторая половина — откровенный бред. Хотя, чего взять с людей, выживших в девяностые или поднявшихся на денюжку бандитствующих в те времена родителей. Наверх тогда в нашем обществе вылезла группа не самых приятых и передовых людишек. Еще один минус в карму человечества.
Наконец, Тамара появилась из дверей, нагруженная огромным баулом и донельзя довольная.
— Решила на всю жизнь затариться?
Только сказав, понял, что сморозил глупость. Чтобы смягчить образовавшуюся неловкость, беру сумку и сам закидываю её в кузов. Девушка уже сидит в кабине и молча смотрит вперед. Ну все, будет сейчас дуться до вечера. Иногда между нами пробегает такая большущая чёрная кошка. Тяжело же все-таки с людьми! Даже с такими симпатичными и желанными.
Внезапно в голову мне приходит классная идея. Тамара озадаченно поглядывает на меня, оценивая мою странноватую улыбку. Я же, доставая из рюкзака термос, торжественно объявляю:
— А не закатить ли нам завтра праздник, девчонки?
— Это как это?
— Ну, у нас и выходной-то в последнее время был только раз, а жизнь только буднями не ограничивается. Иногда требуются нормальные праздники. Отметим собственное спасение, черт возьми!
Понемногу недоверие в глазах девушки истаивает, щеки загораются, на губах заиграла тихая улыбка.
— Было бы здорово.
— Тогда едем за хорошим шампанским. Я знаю где это, как раз по пути.
Тамара задумалась, глаза стали чуть влажными.
— Ну раз … надо еще одно местечко посетить.
Я бросаю взгляд на часы, на улицу. Шторма нет, погода нам благоприятствует, так что часа полтора в запасе имеется.
— Погнали! Говори адрес!
К первому для нового места жительства торжеству готовились быстро, но основательно. Еще с вечера Настя кинулась готовить тесто и заготовки для блюд. Я с утра ушел топить баньку и поставил в ведро охлаждаться шампанское. К обеду с кухни доносились поистине умопомрачительные запахи. Настёна выложилась сегодня на все сто. Пирог с малиновым вареньем, судак запеченный в тесте, жареная в сале картошечка. Пока девчонки мылись я сервировал стол, время от времени обегая по округе соседские дома. Не все, оказалось, у меня все-таки в доме имеется. В итоге столовые приборы пополнились фирменным штопором, бокалами из богемского хрусталя, тарелками, вилками и ножами из новёхонького сервиса. Видимо, его как купили на юбилей, так ни разу и не пользовались. Есть у нашего народа такая крестьянская привычка — все лучшее откладывать на потом. Ага…вот оно и потом и случилось!
Быстро ополоснувшись и побрившись в банке, вытащил по пути бутылки, поставил на стол и нырнул к себе в комнату. И все равно за столом оказался первым, забыл сколько девушки обычно собираются. Я же успел еще раз сползать в погреб, погладить рубашку, открыть банки с привезенными из города деликатесами, и только тогда на прибранной и нарядной кухней появилась Анастасия.
Как же все-таки женщины умеют преображаться! Трикотажное платье отлично подчеркивало чувственные формы Настиного тела. Её фигура — классические песочные часы, я только сейчас толком смог разглядеть её всю целиком. На голове пышная прическа, а на лицо и не узнать. Макияж сделал девушку излишней взрослой.
— Ну как?
— Все отлично…
— Что-то не то? — видимо, я не умею прятать все эмоции на лице.
— Тебе этот мэйк не очень идет, Настён. С минимумом ты выглядишь как-то моложе. Хотя это только моё личное мнение, — я сморозил явную глупость.
Девушка мгновенно вспыхнула и исчезла в комнате.
Через минуту вошла Тамара, и я застыл на месте прямо со штопором и бутылкой в руке. Вот эта особа и есть настоящая королева бала! Вечернее платье отлично подчёркивало стройную фигурку девушки. А она на поверку оказалась совсем не доской! В принципе для такого роста все выглядит вполне гармонично. Завитые локоны её короткой прически отлично дополняли втянутый овал лица, макияж сделал и так выразительные глаза еще больше, а губы чувственней. Было заметно, что Тамар умеет подать себя.
— Ты зачем, Сеня, девушку обидел?
— Я… да…
— Не гоняй, я говорила ей, что с макияжем она переборщила. Не на танцы же в клуб идём! Так и будем стоять с неоткрытой бутылкой?
— Айн момент!
Я быстренько откупорил Бордо шестилетней выдержки и взялся за шампанское. Долгожданный хлопок совпал с возвращением Насти на кухню. Я бросил взгляд на лицо девушки с минимумом косметики и показал большим пальцем, что в этот раз вышло здорово. Девушка радостно вспыхнула улыбкой и сразу засуетилась у плиты. Я уже заметил, что она обычно смущение прячет за хлопотами. Совсем еще юная и неопытная натура.
Через три минуты шампанское было в бокалах, весело играя пузырями, горячее подано на стол. Звякнул хрусталь, застучали по тарелкам вилки, задвигалась мебель, настроение праздника. Генератор сегодня не вырубался, поэтому в жоме играла веселая музыка, горел яркий свет, в помещении было тепло и уютно.
— Ну что, — собрался я с духом, взирая на двух невесть откуда взявшихся красоток. — Буду банальным — Жить, как говорится, хорошо, а хорошо жить еще лучше!
Всплывшая в голове фраза из старого фильма сначала повергла девчонок в шок, а затем в безудержный смех. И в самом деле, на наш случай она, как ни странно, здорово подходила. Выпили по второй за то, что все прошло для нас лично хорошо, по третьей за то, чтобы и дальше получилось успешно выживать.
Девушки несколько захмелели, я чутка притормозил, стали налегать на закуску. Вчера по приезду из города я проверил новые ловушки, сплетенные из ивняка по найденным на дисках чертежам. Их конструкция оказалась более удачной и в одну даже попал судак, поданный сейчас на стол. Рыба в тесте вышла изумительной, нахваливал я нашу хозяюшку, а Настя так покраснела, что наложенный мэйк стал совершенно бесполезен.
— Сеня, плесни еще!
— Тамар, не стоит передохнуть?
— Нормально, это же шампанское и, кстати, очень неплохое. Оказывается, ты разбираешься в винах. Какая-нибудь из подруг научила?
— Еще чего! — хмыкнул я. — Женщины в этом ничего не понимают. Просто как-то пришлось поработать в компании, торгующей алкоголем, вот и нахватался. Там регулярно проводили дегустации и презентации своего товара.
— Хм, так и спиться можно!
— Ты права, кое-кто и спивался.
— Тогда выпьем!
За окном начало темнеть, самое хреновое время года для меня. Начало декабря, снега еще нет, грязь и сырость порядком уже утомила, но зато отлично скрывала следы. Три бутылки шампанского чудесным образом испарились, поддерживая наши неспешные разговоры о прошлом и прочем. О наших будущих скромных делах говорить совсем не хотелось, а хотелось думать, что вокруг тот же самый большой и суетный мир, полный людей, их надежд и разочарований.
Тамара пила кофе и странно поглядывала в мою сторону, больше отмалчиваясь. Зато Настя молотила без перерыва, в такие моменты болтушки как раз к месту. Когда она ушла по надобностям, Тома неожиданно спросила меня:
— Ты жил один или с другом?
Я чуть не поперхнулся вином.
— Ты на что намекаешь, подруга? Нет, я вполне нормальной ориентации.
— Тогда чего себя так ведешь? Не видишь, что девка на тебя запала?
В этот раз вино чуть не пролилось мне на штаны. Нормально такой вопросик прямо в лоб. Я как-то даже завис, не зная, что сейчас и ответить. Девушка была явно пьяна, нельзя ей было пить столько шампанского. Шипящий напиток очень коварная штука, особенно для дам. В этот момент вернулась Настя, румяная и веселая, обстановка сразу разрядилась. Девчонки отлично дополняли друг друга, поэтому, наверное, я и смог их вытерпеть.
Через полчаса Тамара ушла в комнату, сославшись на то, что устала и хочет спать. Да и понятно, неделя для нас была сложная. Два раза мотались в деревню, возились с погребами, катались в город. В динамике заиграла медленная композиция годов, наверное, восьмидесятых, хорошо под неё думалось.
— Может, потанцуем, — неожиданно раздалось рядом с ухом. Вот чертовка, чуть кофе в этот раз не пролил! Точно сегодня новые джинсы обделаю.
— Из меня танцор так себе.
— Ничего, не в клубе, — девушка взяла меня за руку, и мы встали в пионерскую позу, на некотором расстоянии друг от друга.
Затем песня сменилась на более энергичную, мы даже немного попрыгали в танце «диких эскимосов». Настя много смеялась, её волосы волнисто колыхались в такт музыке, а ноги сами шли в пляс. Хорошая девчонка! В последующий медляк мы уже прилипли друг к другу, мои руки лежали на её бедах, а она сама прижалась ко мне всем телом. Не успели оглянуться, как наши губы встретили друг друга, сомкнувшись в неимоверно долгом поцелуе. Тогда-то я и сдался. Вот уж никак не думал, что юношеская сексуальная лихорадка когда-нибудь накроет меня опять. В голове зашумело, соображения хватило только на то, чтобы сказать:
— Давай не здесь, пошли в баню, — Настя коротко кивнула. — Иди первой, сразу в парную. Я сейчас догоню.
Поглядев вслед закрывшейся двери, я коротко выругался: — «А шло бы оно все к е…ни матери!», и начал собираться, связав в узел халаты и полотенца. Немного подумав, прихватил заряженный «Mossberg», а то мало ли что. Помповик был у нас дежурным оружием.
Баня еще не остыла, я быстро разделся, схватил веник и прошел в парную. Девушка сидела на полке, подобрав ноги под себя и закрывшись руками. Наверное, пожалела уже… Я усмехнулся, сам-то отступать не намерен, иначе ночью не засну и завтра в голове гонять буду. По опыту знаю — если решился, то действуй! Так что нечего тут целку строить, будешь сегодня моей.
— Что, как не родная, ложись на полок, я тебя веничком за плохое поведение отхлопаю.
Шутка возымела действие, Настя улыбнулась и растянулась н досках. Ох, я и забыл уже за эти годы, что такое юное девичье тело, упругое и наливное. Есть такие телеса — ущипни и никакого следа не останется. От природы или от физических упражнений, но фигура у Настёны была очень даже приятственная. Широкие бёдра плавно переходили в выпуклые полушария попы, уходя далее наливными ляжечками. Я не сразу заметил, что девушка повернула ко мне голову и лукаво наблюдает за тем «инструментом», что чётко отличает мужчину от женщины.
Ёксель моксель! «Кремль» стоит уже ровно на одиннадцать, не заметил, как дико возбудился. Ещё бы — такое зрелище подо мной. Надо бы охолонуться. Выскочил в моечное отделение и выкатил на себя тазик холодной воды. Позади меня весело заголосили, Настя, оказывается, выскочила сразу за мной и попала под раздачу. Я молча смотрел на её подрагивающие от смеха налитые груди, округлые бедра и мокрые волосы, облепившие круглое и безмерно притягательное лицо. Нет, так дело не пойдет! Дальнейшее случилось как-то очень быстро, без прелюдий. Видимо, не только я был сильно возбуждён. Сгреб девку в охапку и нырнул в предбанник, закидывая тело на так кстати подвернувшийся столик, на котором лежали полотенца. Девушка призывно развела ноги и подняла на меня глаза. К чёрту все! Я ринулся прямо к ней, откинув из головы все условности, превратился в дикого зверя. Раз нет человечества, нам не нужна и его устаревшая мораль.
В дом мы ввалились насытившиеся и донельзя довольные собой. Тихо переговариваясь, чтобы не разбудить Тамару, заварили чай, удобно устроились на диванчике, время от времени предаваясь горячим поцелуям и объятиям. На девушке был только лёгкий халатик, быстро открывая мне понравившиеся части молодого тела.
— Я буду сегодня спать у тебя? — Настя лукаво улыбалась, обещая впереди следующую партию «Марлезонского балета». Я же внутренне удивлялся собственному молодечеству. Это так на мой организм катастрофа повлияла, или длительное воздержание, что я еще раз практически сразу готов к любовным подвигам? Хотя к чему эти вопросы? Будем просто жить, как хочется! Оставив у двери дежурный ночник, мы скрылись за дверями. В комнате было тепло, постель согревали уже два тела, и у одного из них была на ощупь очень приятная, бархатистая кожа, да много чего там было приятного
Странное состояние утреннего опустошения. Мысли в голову залезать не торопятся, рабочее настроение не появилось, за окном мрачноватая декабрьская темень и на улицу совсем как-то не хочется. Хочется горячего кофе с шоколадкой, спокойствия и неспешного отхождения от сна. Эх, с этими чертовыми девками совсем я себе режим нарушу! Это вечером отношения между полами смотрятся вельми приятственно, а на трезвую же голову все не так благостно. Шлепая чунями по холодному полу, подхожу к плитке и ставлю кофейник на огонь. Газовых баллонов осталось немного, скоро придется полностью переходить или на бензиновый примус, или готовить только на печке. Кстати, о печке. Все-таки хорошая привычка с вечера заготавливать дрова к протопке. Сухие поленья и береста аккуратно сложено перед плитой. Привычными движениями открываю вьюшку, закладываю дрова «колодцем» и зажигаю каминную спичку. Разгорающийся огонь, запах горьковатого дыма вводит меня в состояние некоторого созерцания. Если бы не затекшие ноги, то упустил кофе.
Запахиваю флисовку и усаживаюсь за стол, блаженно откидываясь на удобный диванчик. Странно с самого начал дня чувствовать себя выжатым лимоном. Настя и с утра оказалась не против эротических упражнений, выдаивая меня буквально досуха. Благо, в аптечке нашлись необходимые резиновые изделия, правда, их маловато, с такими «темпами» надолго не хватит. Надо бы в поселке поискать. Блин, а там и аптеки нет! В ФАБе же вряд ли такие ништяки держат, а мне для полного счастья еще брюхатой девки в доме не хватало. Мдя, с бабами одни проблемы! Хотя, пожалуй, в моём положении стоит размышлять о более приятной стороне «дела». Вот не думал, что бес меня в ребро под старость ткнет! Хотя какая к черту старость, сорока еще нет. Сколько я таких случаев знаю, когда мужик в возрасте и положении заводил себе малолетних любовниц, и ведь далеко не все шли к нему из-за бабок.
Вроде я не урод, рост выше среднего. Подошел к затертому временем зеркалу и скинул флисовку — несколько лет постоянных физических упражнений дали свои плоды, настоящие бугры из мышц покрывали вполне худощавое и подтянутое тело. При моей сидячей работе посещение фитнесс-зала стало делом необходимым, как-то раз начал и понемногу втянулся. Зато спина больше не болела, и не становилось проблемой при шопинге закинуть в багажник мешок картошки. Заодно сэкономил деньги на посещении врачей. Насмотрелся уже на одногодков с их бесконечными болячками. Это в двадцать пять у тебя здоровья полный вагон, затем ты его постепенно сливаешь и хорошо, если успеешь вовремя затормозить.
— Любуешься?
В кухню тихой сапой проскользнула Тамара, ехидно улыбнулась и поспешала дальше. Туалет у нас теперь комфортный, я утеплил перегородки и повесил на стену небольшой радиатор, котел с того коттеджа сейчас работает в хозяйственной пристройке. Оставалось только подвезти еще топлива. Небольшую цистерну в соседнем поселке я уже нашел, там, где и предполагалось, на бывшем мехдворе. На нем в последнее держал свою технику один местный фермер. Двухосная цистерна на восемь кубов, почти полностью залитая дизельным топливом, стояла в углу площадки. К зиме, что ли так подготовился или просто запас привык делать? Надо вот как-то перетащить её поближе к дому.
— Кофе нальешь, красавчик?
Освежившиеся лицо девушки оказалось прямо напротив моего. Пришлось вставать и разливать кофе, пододвинул поближе к ней открытую плитку Бабаевского шоколада.
— Странно.
— Что странно?
— Да ваш служебный роман с Настей. Выходной аж на три дня в итоге затянулся. Раньше ты из трудов праведных не вылезал, а сейчас из постели.
Я внезапно почувствовал, что густо краснею. Мда уж, что-то неудобно вышло. И в самом деле, ведем себя, как будто никого вокруг больше нет.
— Извини, наверное, мы тебя с утра разбудили?
— Аха, и не с утра тоже. Звукоизоляция в доме никудышная.
Внезапно в голове проскакивает умная мысля: — «А чего это я менжуюсь, как малолетка?» Спокойно откидываюсь на спинку диване и, в свою очередь, ехидно поглядываю на девушку. Не фиг тут козырять собственной неприступностью, сама же кашу заварила!
— Извиняйте, барышня. У нас секс не по расписанию, а по хотению. Постараемся, конечно, впредь меньше шуметь.
— Ага, — скривилась Тамара, — шуметь они будут меньше, — затем в её глазах появилось странное выражение. — Ты, вообще, знаешь, сколько этой деревенской дурёхе лет?
— И? — я тут же напрягся, что-то мне в этом взгляде шибко не понравилось.
— Семнадцать, весной только будет совершеннолетней.
Хорошо — кофе уже выпил и ничего не разлил, на штаны чуть капнуло гущей. В голове неприятно зашумело в предчувствии неведомых проблем. Хотя, стопэ! Чего это еще? Не там и не тогда находимся, волноваться мне сейчас совершенно не о чем. Закона уже нет, соглашение у нас обоюдное, всем приятственное. Так что к чёрту! С довольной хитрецой всматриваюсь в лицо Тамары, которая постепенно сменила наглый взгляд на растерянный.
— И к чему этот хитропопый пассаж, барышня? Тоже захотелось сладкого? Так можно и сегодня баньку истопить, я не против. Ты мне нравишься.
Тамара на мой наглый подкол, было хотела ответить мне что-то резкое, но себя сдержала. Умная девочка. Смысла нам сейчас в той ругани? Живем, как на подводной лодке, все вместе в одной бочке. Меня, конечно, кое-что в нашей совместной жизни уже начинало раздражать. Например, то обстоятельство, что Настя хотела обязательно спать со мной вместе. Ну, секс еще понятно, но всю ночь зачем вдвоём лежать? Кровать неширокая, я люблю вечерком почитать, ворочаюсь временами сильно. Режим питания у нас, опять же, постоянно нарушается, что не есть гут. Шум и гам временами достают. Пока перевешивает возможность кушать пироги, лепешки и прочие вкусности, да лишние рабочие руки. Ну, и неожиданно ночные утехи стали для меня довольно важным фактором жизни. С гормонами, что ли какие проблемы возникли? Вот и сейчас то и дело взгляд сам собой падает на обнаженную ногу Тамары, и мысли дурацкие несутся вскачь. Например, как выглядят у неё остальные части тела? Тьфу ты черт! Ей-богу, веду себя временами, как малолетка.
Никаких разборок после нашего непонятного утреннего разговора не последовало, все втроём поехали в поселок. Из низко сидящих туч начал вываливаться редкий снежок, и я решил не откладывать проблему с топливом в долгий ящик. К обеду вовсю замела позёмка, видимость снизилась, земля задубела и шли достаточно ходко, валко переваливаясь на замерзших буграх осенней грязи. Настя где-то раздобыла компакт диск с музыкой, поэтому в кабине было достаточно весело. Девчонки хохотали, шутили надо мной, вернувшаяся, мизантропия тут же захандрила и упёрлась обратно, в потёмки моей души.
Настя сидела впереди и то и дело бросала в мою сторону искрометные взгляды, много шутила и, вообще, болтала без умолку. Как ни странно, но Тамара также перестала дуться и азартно поддакивала подруге. В лобовое стекло ветер метал пригоршни суховатого снега, заслоняя вид на дорогу, а в салоне воцарилась атмосфера некоего теплого праздника. Я с интересом поглядывал на Анастасию, девушке явно понравился новый для неё статус официальной любовницы.
Хотя, чего ожидать от деревенской, по сути, девахи? Там принято, чтобы баба была с мужиком, на возраст никто особо внимания не обращает. Раньше вон, вообще, замуж в пятнадцать отдавали. Титьки выросли и вперед — детей рожать, хозяйство блюсти, мужика строжить. Это в городах тридцати пятилетний перестарок еще что-то из себя строит. Да кому, дура, нужны твои вислые груди и целлюлитная задница? Была бы в постели хороша — около двери стояла очередь из любовников, умна или хозяйственна — на таких также мужик клюёт и разбирает быстро. А если голова набита бреднями о равноправии полов, то в итоге образуется «современная независимая женщина», отрыжка воинственного феминизма. В нашей бухгалтерии половина из подобных больных баб. Такая обычно ещё родит «для себя» ребеночка, будет вкалывать на двух работах и совершенно запустит его воспитание. Если это мальчик, то обычно из него вырастает чёрт-те что, но не мужчина точно. Потом еще удивляемся — почему у нас мода такая педерастическая. Ага.
С заранее заряженным аккумулятором трактор завелся сразу. Не зря я мануал к МТЗ- 82 два вечера подряд читал. Сидя в его кабине, понимаешь, что это ни разу не легковушка, а нечто серьезное и брутальное. Но делать нечего, такую цистерну моей «Нивой» не перетащить. Я вылез из кабины и послушал работающий движок — вроде как ничего. Затем сел обратно, отжал сцепление, перевел длинный рычаг на первую передачу, осторожно нажал на газ и поехал разворачивать трактор на маленькой площадке. Тот еще интересный квест получился! Сейчас же мне предстояло самое сложное — сдать назад точно-точно. Чтобы не надеяться на девчонок я вколотил с двух сторон колышки и теперь аккуратно подгазовывал ужасно неудобной тракторной педалью, тихонько продвигаясь задом к цистерне. Стоп! Вылез на ступеньку, посмотрел, Тамара руками машет. Порядок! Видимо, настроение как-то передается и на навыки. Думал — провожусь дольше, сейчас осталось только аккуратно войти в разъем прицепной серьги. Здесь уже вся надежда на девушек. Еще чуть-чуть, кричат! Ого, как они громко орать, оказывается, умеют. Коек как вставляю шкворень, или как там эта штука называется? Так, где тут у нас рычаг, хоп, сцепка чуть поднялась, можно убирать чурбан и ехать.
За руль «Нивы» уселась Тамара, хоть и прав у неё нет, но водить она умеет, мама научила. Хм, интересно, а что Тамарина мама еще умеет? Я видел её фото на телефоне девушки, в самом соку бабёнка. Стопэ, что-то у меня сегодня больно игривые настроения! Как день начнешь… Поговорка же оказалась совершенно права, только в нашем деле несколько в другом смысле. Рулить этой древней развалюхой было сложно, да и комфорт оставлял желать лучшего. Я аккуратно двигался вслед за «Нивой», всматриваясь в начинающие заметаться снегом выбоины дороги. Осенью по ней никто не ездил, и была она в более-менее нормальном состоянии.
Мы уже проехали половину пути, когда трактор внезапно начал дергаться и мне послышались странные звуки. Я тут же распахнул дверцу, и в самом деле, движок чего-то неровно стучит. Вот еще незадача на мою голову свалилась! Но это была присказка, сказка возникла впереди, когда послышался неприятный скрежет и двигатель заглох. С минуту я сидел на месте, еще не веря подобному итогу нашей вылазки. Со стороны легковушки приблизились две неясные тени, начинало смеркаться.
— Сеня, что произошло?
— Хана движку! Мать твою налево! Наездились, б…ть.
— И что теперь делать?
Мне сразу представились наши будущие мытарства и из моей груди вырвался горестный вздох.
— Поеб…ся, девчата мы ещё с этой чертовой соляркой.
— Не поняла? — Тамара обидчиво нахмурилась, а Настя наоборот, разошлась в широкой улыбке, видимо, представляя себе нечто иное.
— Потом объясню, — бросил я коротко и полез открывать люк. Заглянув в горловину радиатора, крепко выругался. Ох, и охламон же я косорукий! Привык к современной технике, понимаш, а тут старая деревенская развалюшка. Она, вообще, наверное, летом на воде ездила, а та и вовсе слитой оказалась. В системе охлаждения просто-напросто ничего не было, вот движок и заклинило. Мысли о возможном ремонте вылетели из головы сразу, на такое я уже неспособен. Второй фермерский трактор находился в стадии разборки, или сборки, другого здесь не найти. Это же остров! Мотоциклы есть, катера в большом количестве имеются, пара дряхлых машинок в гаражах стоит… и всё.
— Настя, б. ть, крути! Да не жопой, а ручку.
Как я и думал, с перевозом дизельного топлива нам пришлось основательно повозиться. По прикидкам в найденной мной цистерне чуть более шести тысяч литров. Такой запас я просто так на дороге бросить не мог. Хоть я и уверен, что фермер на зиму закупился зимним же вариантом топлива, но некоторые сомнения меня таки гложили. Лучше закопать это богатство под землю. Хотя бы те десять двухсотлитровых бочек, которые я смог раздобыть.
Самое простое было — заливать топливо. Делов-то — открутил краник и заправил под горлышко. Вот погрузка всего этого топлива на прицеп «Нивы» — тот еще геморрой! Третий день с девками мудохаемся. В прицеп влезает две бочки, то есть надо сделать всего пять рейсов. Сейчас загружаем крайний, все дико устали, девчонки вон еле ворочаются. Хоть я и продумал некую подъемную конструкцию, но все равно физические силы приложить требуется. И не самые слабые, надо заметить, силы.
— Еще немного! — упираюсь руками в проклятую бочку, толкая её по доске, рядом сбитым дыханием сипит Тамара. Настя наверху ручкой выбирает канат, в случае чего у неё же находится стопор. Один раз мы чуть не уронили все обратно, но ничего — понемногу приспособились. А вы что думали — выживать это легко и беззаботно? Тут, и в самом деле, поеб…ся ой как приходится!
— Стопэ, — трясущимися руками кое-как вырулил машину к яме, — завтра спустим. Сейчас отцеплю груз и домой поедем.
— Может, баню? — Тамара смотрит на меня усталыми глазами, из-под шапки вылезли два мокрых от пота локона, лицо непривычно для неё раскраснелось. Вот как оно манкировать физическими упражнениями! Я хоть и устаю, но по утрам не ною, ничего не болит.
— Попарить тебя?
— Ага — отжарить! — отвечает в тон девушка. Хм, непонятно — это она всерьез или спускает разговор в шутку? Настя тут же хихикает, а мне отчего-то пошлости больше отпускать не хочется.
— Будет баня, девчонки, завтра до обеда отдыхаем. Потом продолжим.
— Снова бочки? — истерично завыла Настя.
— Нет их больше, дорогуша, наполним все канистры. Есть у меня одна мысля.
В бане, разбирая аккуратно поленья, размышляю — сколько нам еще топлива необходимо, в голове работает калькулятор. Основной потребитель — это электрогенератор, второй — котел, который я все-таки перетащил с коттеджа и смонтировал в хозяйственной пристройке дома. Зато сейчас у нас обогревается и она, нет теперь риска, что в сильный мороз останемся без электричества, имеется относительно теплый туалет, что важно для общего комфорта, да и спальные комнаты плохо ли хорошо, но обогреваются в течении всей ночи. С утра я обычно затапливал печь и тогда уменьшал обогрев до минимума. Современная техника здорово экономила нам горючее. Пока пользуемся наработанными цивилизацией благами. Что будет с нами дальше — загадывать совершенно не хотелось. По молчаливому соглашению мы жили максимум завтрашним днём, на порожние разговоры о будущем было наложено табу. Смысла размышлять о туманном не видел никто.
На электричество я тратил от полутора до пяти литров в день. Если ужаться, то хватит и двух. Будем генератор больше крутить только на выходных. Котел кушает до пяти литров в день, отапливаемая площадь у нас небольшая, а его мощность даже чрезмерная. Думаю, зимой в морозы расход увеличится раза в полтора. Итого в месяц в среднем двести двадцать литров, то есть бочка с канистрой. На две зимы мне запасенного топлива хватит точно, бензина для моторок и машины так же. Дальше будем поискать. Тут же в памяти всплывает вид застрявшего на мели теплохода. На чем интересно он ходил?
Печь в морозы также придется протапливать и под вечер. С дровами дело обстоит не так печально, но тоже экономить их надо, на ту же баню уходит немало. Девки любят помыться, от старых привычек трудно отказаться. Тоже работенка на ближайшие недели — перетаскать все дрова поближе к дому. Это значит надо подготовить новые дровяники. О-хо-хо, берешься за одно, тут же начинает тянуться другое. Что ни говори, но жизнь в деревне более хлопотная. Так и городов нынче не осталось!
Почему-то вдруг подумалось о стакане теплого молока. Скотина бы нам сейчас не помешала. Хм, а куда бы я её дел в бункере, да и ни привык возиться с живностью. Хотя тех же курей можно было запастись. Жаль, что нельзя вывезти цыплят из яичного порошка. Так что пока обойдемся проклятой тушенкой и рыбой. Кстати, о рыбке, с этими амурными и топливными заботами совсем забросил, цистерна никуда не денется, послезавтра рыбалка! На этой приятной ноте я закончил собственные размышления, подбросил дров и пошел готовить веник.
Мылись и парились мы втроём, здраво рассудив, что стесняться в наших условиях уже нечего. Я зашел в парилку, когда девушки уже сидели на полке. Плеснув ковшик воды на каменья, с удовольствием ощутил пошедший по телу сверху вниз мягкий жар и обернулся к подругам с ехидным вопросом.
— Кого первым будем жарить?
Настя, оказывается, уже разлеглась войлочном коврике, готовая к «процессу». Тамара примостилась с краю, совершенно не прикрываясь, спокойно смотрела в мою сторону. В тусклом свете висящего под потолком кемперного фонаря виднелись длинные ноги и небольшие, но упрямо торчащие вперед груди с аккуратными коричневыми сосками.
— Сеня! — скомандовала Анастасия.
Жарить так жарить! Ох, поработал я тогда веничком отменно. Настька выскочила из парилки с криками, даже в полутьме было заметно, как раскраснелось ей «беленочное» тело. Как раньше о таких говаривали— «кровь с молоком». Пока замачивал веник, Тамара уже легла на полок, явив себя во всю длину стройного тела. Бархатная кожа блестела от пота и с каждым хлестком покрывалась отлетевшими березовыми листками. Девушка понемногу начала покрикивать, но пока терпела. Не удержавшись, я азартно хлопнул рукой по её аппетитной попке. Ого, какая у нас тут упругость!
— Веник стерся, так ты другой инструмент намерен использовать? — девушка смотрела на меня, ухмыляясь, вернее, её глаза красноречиво указывали в сторону моего паха.
Да смотри на здоровье, мне уже было все равно! Сам так ужарился, что захотелось хорошенько охолонуться. Я выскочил в моечное отделение и схватил приготовленный ушат холодной воды.
— Ой-ей-ей!
Заверещали рядом, девушкам также досталось ледяной водички, а я радостно осклабился, расставив ноги и наблюдая голые девичьи тела поблизости.
— Совсем с ума сошел! — пожаловалась Настя, она была уже наполовину намыленная, такая смешная с куском мылом и мочалкой в руках.
— Кого намылить? — решил идти я ва-банк, кинув взгляд на Тамару. Та скосилась на подругу и также резво заявила:
— Меня!
Настька только посмеивалась, наблюдая, как я напрасно стараюсь держать дистанцию от Тамариного тела. Но мой распухший дрын все равно то и дело касался её. Еще бы ему не распухнуть — к визуальным ощущениям прибавились тактильные. В отличие от подруги тело Тамары показалось мне более крепко сбитым, упругим, даже в чем-то приятней. Настя, улыбаясь, тут же подставила спину и попку под мою мочалку и только что не замурчала, драил я её от сердца. Затем кинул мочало в тазик и двинулся в парную, хотелось еще попариться, а то с этими чертовыми девками толком и не помоешься. Даже показалось, что они проводили меня взглядами, полными сожаления. А вот не фиг вам — спать буду сегодня один! Ага, размечтался. Хорошо, хоть сразу назначил время работ после обеда, к обеду мы только встали. Так как кровать в моей комнате была маленькая, кувыркались на двухместной Тамариной. Девушки, пока я домывался, успели «принять на грудь» и оказались готовы к дальнейшему разврату.
На кухне вкусно пахло блинчиками, печка весело трещала недавно подкинутыми поленьями. Я упал на диван, чувствуя себя сейчас поношенным сибирским валенком. Тело болело, как будто вчера, и в самом деле, целый день бочки ворочал. К этому неприятному ощущению прибавлялось легкое состояние похмелье. И как мы сегодня работать будем? Да к черту! Снег к утру раздуло и практически не видно, бывает такая погода — сухая и морозная, снежная пороша сдувается во всевозможные ямки и колдобины, белея на земле совсем уж жалкими лоскутками. Так что следов на дороге мы точно не оставили, один день ничего не решит. Так что пойду-ка я сегодня рыбу ловить. На этой теплой мысли меня и застала Настя, вынырнувшая из входной двери. Она тут же скинула на спинку стула тёплый ватник и совершенно обыденным голосом спросила:
— Кофе будешь? Блинчиков вот с утра испекла.
Ладная и радостная, она тут же засуетилась у стола, выставляя большое блюдо с горкой блинчиков, открытую банку сгущенки и консервированной ветчины. Люблю я блины с припёком. Спортивный костюм плотно облегал изгибы её тела, и я невольно залюбовался этим юным созданием природы. Жаль молодость покидает нас слишком рано, мы зачастую даже не успеваем его распробовать, а кое-кто и вовсе проносится мимо, толком и не разглядев. Бывают такие люди — они уже в семнадцать взрослые и гордятся этим. Безмозглые идиоты! Лет в сорок ты сам будешь с жутчайшей ностальгией вспоминать бесшабашные и веселые годы своей былой молодости.
— О чём задумался?
Передо мной волшебным образом появилась большая кружка кофе, вилка и маленькая тарелочка. Настя упала рядом со мной на диванчик, боязливо прижавшись.
— Да так, глупости всякие, — улыбнулся я. От этой милой девчушки сквозило упоением жизни, бывают такие радующиеся каждому дню особи. Так и идут по жизни с оптимизмом, если их, конечно, она впоследствии не обломает. А сейчас, чего ей не радоваться? Она девушка со статусом, у ей мужик есть!
Девчонки вчера по пьяни были раскованы, мне даже понравился их излишний энтузиазм. Если в Тамаре чувствовался некий сексуальный опыт, то Настя просто отдавалось новым для неё ощущением со всей страстью и азартом неофитки. Я то уже успел заметить, что парней у нее, похоже, почти не было. Случился, наверное, как водится у студентов, трах по пьяни, без всякой романтики и обязательств. Новое поколение к подобному делу проще относится. Хотя, чего это я? Как будто в наши нулевые мы вели себя, как паиньки. Но верховодили вчера Тома, что наводило на некие мысли.
— Придется тебе обходиться несколько дней без меня.
— Не понял…
— У меня началось…
— Ага, — внезапно в голову пришла мысль, что мы вчера использовали последние средства контрацепции, а вот есть ли они еще в поселке — это еще тот вопрос. Мне тут только беременных баб не хватало! Я не против детей, но не сейчас и не здесь и, пожалуй, лучше без меня.
— Чего хмуришься? У тебя еще Томочка есть, — я с любопытством взглянул на простецкое лицо моей новоявленной любовницы. Обычно деревенские те еще собственники. Настя в ответ покраснела и объяснила. — Это я сама ей предложила.
«Ага, как же — тебя, дурочка, использовали. Разогнала мне кровь молодухой, а потом пришла настоящая хищница». Настя внезапно вскочила и убежала в комнату, оставив меня одного обмозговывать произошедшие с нами события. Повернув голову, я уставился в старое зеркало. Не красавец, конечно, хотя и не урод, мужик в зрелом возрасте безо всякой изюминки и былого блеска в глазах. Тоже мне товарищ Сухов с байским гаремом выискался! Хотя какая сейчас в задницу разница! Внезапно я осознал, почему впустил в свою жизнь этих двух дурочек. После ощущения предельной близости смерти человека неимоверно потом неимоверно тянет к жизни, а секс — это самое ни нас есть её живое проявление, вернее, попытка продления и зарождения новой. Попросту сказать — заложенные в глубине нас инстинкты сработали. Молодые и здоровые тела соединились вместе, как и им положено. Сразу на душе стало спокойно, жить одним днем почему-то даже приятно. Жаль не понял это в двадцать лет!
— Дверь распахнулась и на кухне появилась Тамара. Заспанное лицо без тени косметики почему-то выглядело еще притягательней. Да, Тома против простушки Насти поистине королева! Да и в постели ту заметно уделывает. Девушка несколько смущенно взглянула на меня и прошла к плите, наливать кофе. Так и уселась напротив меня, совершая маленькие глотки, как будто смакуя ароматный напиток. Хороший кофе мы в крайний заезд из города привезли.
— Странно, — неожиданно протянула она.
— Что опять странно?
— Сидим, как ни в чем не бывало, как будто так и надо.
— А так и надо, — заявил я уверенно и взглянул ей прямо в лицо. Видимо, моё выражение на лице Тамаре не понравилось, её взгляд сразу захолодел, носогубная складка обострилась.
— Интересный ты тип, — Тамара глаз все-таки не отвела, сидела чуть набычившись, старясь просверлить томными зрачками. — Откуда, скажи на милость, у тебя такой нестандартный опыт в сексе? На ловеласа ты никак не похож, — она едко улыбнулась. — Наоборот, сильно смахиваешь на банального офисного задрота.
— Ну, спасибо на добром слове.
— Не обижайся, но у тебя иногда такие странности в башке проскакивают. В наше время люди жестоки, на каждом шагу приклеивают ярлыки и встречают по одёжке.
— Людей нет, — нарочно жестко ответил я, — если ты, конечно, это заметила. Только мы и рыбы!
Тамара неожиданно для меня в ответ залилась смехом, затем ойкнула и выскочила в дверь.
— Чуть не осикалась с тобой! — девушка пересела на диван ко мне поближе, подогнув для удобства ноги под себя. — Пододвинь, пожалуйста, тарелку с блинчиками и сгущёнку. С нашей работой все равно не потолстеешь! — она впихнула в себя штук пять блинчиков, удивляя меня своим аппетитом, затем сыто откинулась на спинку дивана. — Пойдём бочки сгружать?
— Нет, — устало улыбнулся я. — Сегодня точно нет, передохну малость, лучше порыбачу. Сегодня тихо, можно и ловушки поставить и с удочки половить.
— Ну да, ты же всю ночь пахал, устал бедненький! — Тамара опять начала ёрничать. Все-таки она хоть и интересная девка, но зело вредная, с простушкой Настей в этом плане легче. Хотя вдвоем они вполне дополняют друг друга, оттягивают злючную энергетику, оставляя мне поле для маневра. — Ты в курсе, что мы в ближайшие дни только вдвоем?
— В ближайшие дни мы никак, — на этот раз пришла пора прикалываться мне. — У нас резиновые изделия закончились. Я как-то ими, извини, не запасся.
Надо было видеть в этот момент лицо холеной девушки, переиграли на её же поле. Тамара смогла в ответ только процедить:
— Ну, ты и сучара.
Нашу глупую стычку прервала Настя совершенно банальным бытовым вопросом.
— Сеня, ты обещал решить проблему со стиральной машиной.
Я несколько секунд вынужден был соображать, больно уж переходы от вечного к обыденному неожиданны, затем промямлил:
— А никак не решить! В город придется за новой ехать. Нам сюда технику попроще надо, без лишней автоматики. Порошки к ней и в поселке уже подобрать можно, в магазине всякие видел.
Тамара тут же вскинула брови, из глаз полыхнуло натуральным адским огоньком:
— Вот заодно и другую проблему решим!
Как там у южан гуторят — Вот бисова девка!
Ёлка — это не имя одной популярной певички, а то дерево, за которым мне пришлось переться по завьюженной дороге в конце декабря. Острова у нас почти безлесные, так, заросли ивняка вдоль берега и деревья возле самых домов. Благо, что я точно знал, где у нас растут небольшие елочки — у сельсовета, или как сейчас называются самые мелкие подразделения власти, от исчезновения я точно не страдаю. В лицо неприятно било колючим снежком, зима наступила неожиданно и как-то быстро. Хорошо хоть успели в последний в этом году рейс в город смотаться.
Корейский пикап завёлся очень неуверенно, в нем, видимо, какие-то проблемы от долгого стояния появились. Да и топлива осталось совсем на донышке. Надо бы весной не торопясь поискать что-то другое, а бензина я в канистры из машин посливал и в кузове пикапа впрок оставил. Надеюсь, за зиму бензин не испортится, а технологию самого слива я позаимствовал у сюрвейеров. Острый наконечник на конце шланга, молоток и груша, впаянная в трубку. Можно или банально пробить бак или просто вставить шланг в горловину. Правда, для этого надо ломать заглушку или разбивать боковое стекло.
Обратно плыли по большой волне, лодка была, как всегда, загружена по самое не балуй. В какой-то момент стало реально страшно, на шири русла неожиданно сквозануло резким шквалом. Моторку начало бить волнами в бочину, пришлось держать курс по ветру и идти до того берега, прикрываясь им затем, топать до нашего острова. Тамара испуганно ойкала и прижималась ко мне все поближе. Потом спросил её в шутку, похож ли я был в этот момент на задрота. Та на полном серьезе ответила, что задроты с оружием в руках по улицам вымершего города не бродят. Она, оказывается, восприняла меня всерьез именно тогда, когда увидела рядом с магазином, с карабином в руках, намеренным стрелять во все, что движется. Вот именно так — готовность к убийству, оказывается, больше всего на самом деле и привлекает женщин в мужчинах. А вы говорите Романтика…
Я поднял массивные горнолыжные очки и оглянулся. Все на месте, небольшой прицеп в виде больших саней-волокуш тащился позади моего моторизованного буксира, в просторечии называемого мотособакой. Я таких три штуки прихватизировал, здраво рассудив, что на зиму они самое то. Ходить на разведку можно и на лыжах, хотя для вящей конспирации у меня из города привезены снегоступы. Нет у меня за спиной лисьего хвоста! Мотособака же спокойно тащит двести килограмм груза, что отлично подходит для коротких вылазок.
Сейчас из-за свежего морозца и ветра на поверхности относительно гладкий наст, идется отлично. В городе в крайнюю поездку по совету Тамары мы заглянули в довольно дорогой магазин спортивной одежды, в прошлую жизнь я бы там точно не побывал. Костюм за восемьдесят тысяч для меня явный перебор, зато сейчас еду в очень удобной и невероятно теплой одежде. Поверх костюма накинута переделанная для зимы разгрузка. Рация в специально утепленном подсумке, эта модель спокойно пробивает те пять километров, что отделяют наш дом от посёлка.
Единственно, что висящий на спине карабине, несколько сковывает движение, но зато придает моей персоне уверенности. Время от времени все кажется, что где-то во вьюге слышится заунывный волчий вой. Вот умом понимаю, что вероятность этого крайне невелика, но ничего с собой поделать не могу. Из-за позёмки видимость сильно снижена, поля, покрытые снегом вокруг, также не дают возможности зацепиться за что-то взгляду. Так что мысленно успокаиваю себя тем, что и волков увижу издалека. Они, как зайцы, в белую шкурку не переодеваются.
Елочка была так красива, что жалко её рубить. Надо бы посмотреть в архиве, когда их можно пересаживать. Перевести прямо к дому, проблем, опять же, потом меньше. Аккуратно перевязав срубленное деревце, укладываю его на волокушу и двигаю дальше. Не в магазины, мы их с девчонками уже напрочь выгребли. Мой путь лежал на самый край посёлка, где постоянно проживал весьма занятный мужичок. Мне как-то о нем на пьяных посиделках сосед рассказал. Служил тот когда-то в области ментом, уволился со скандалом, подозревали его во взяточничестве, но доказать ничего не смогли. Обычная для нашей страны ситуация — развалить дело еще на стадии. В суде это осуществить намного сложней, слишком большие связи надо иметь. Следака же подкупить или уговорить проще.
— Тамара, ответь Семену, прием, как слышишь, — в чужом доме было тихо, только замёрзший «сверток» вместо тела в прихожей.
— Семену, Тамара, слышу отлично. Как у тебя дела? — молодец девочка, соблюдает процедуру.
— Тамаре Семен, самочувствие отличное, выхожу на второй виток, в иллюминатор наблюдаю странный космический объект, — шучу я в ответ. На том конце «провода» на минуту зависают, затем почти беззвучно хихикают.
— Приколист, да?
— Тамаре Семен, отбой связи. Целую.
Вместо ответа снова смешок. Ох уж эти девочки!
А дядя жил хоть и не шикарно, но явно не бедствовал. Приличная мебель, обставленная техникой кухня. Там же нашлись нужные Насте специи и небольшой бар с весьма дорогими напитками. Это я удачно зашел! Проверил все комнаты и в задумчивости остановился около входа в подвал. Они далеко не в каждом доме имелись, все-таки остров и грунтовые воды относительно близко. А зачем пенсионеру такой основательный подвал? Дверь оказалась крепкой и запертой. Чёрт! Это в «Ниве» я постоянно возил «набор медвежатника». Хотя…
Почти все искомое нашлось в гараже, а его я вскрыл еще осенью. Он-то и навел меня на мысль основательно прощупать этот домик. Больно странный набор химикатов и инструментов там оказался. Да и самый дорогой и мощный лодочный мотор я также нашел именно в этом гараже. Вкупе с огромной надувной лодкой.
Для дополнительного освещения использую хемилюминесцентные палочки, набор их всегда с собой. Делов то — встряхнул и бросил на пол или стол. Однако… тут что лаборатория была? Подхожу к мешочку с белесым содержимым и замираю. Ого, а дядя у нас никак баловался наркотой. Здесь, значит, у него был цех по её изготовлению, а вывозили продукцию по воде. И скорей всего местный участковый был с ним в доле. Это в городе можно что-то утаить, в деревне намного сложней. Нормально так менты на пенсии развлекаются! Хотя нынешние «стражи закона» зачастую от бандитов не особо и отличаются, даже внешне. В голову приходит светлая мысль все здесь внимательно осмотреть.
Навар оказался не особо велик. «Продукт» в виде неких разноцветных таблеток меня понятным делом не интересовал, я только экспроприировал несколько банок с химикатами и аптечку с лекарствами. Еще мне понравился защитный костюм, он также ушел в огромный мародерский баул. В одной из маленьких комнат обнаружился небольшой склад с продуктами. Я навскидку захватил несколько банок из каждой коробки, остальное оставив на потом.
Но самое интересное в подвале нашлось за фальшпанелью, искусно спрятанной за вентиляционным коробом. Сюда и пролезть-то оказалось сложно, не то что копаться с ломиком. В итоге на очищенный от химии стол опустилось три ствола. Одна импортная винтовка с оптическим прицелом, я из такой стрелять не умею, но, пожалуй, заберу. Вторым оказался сильно потертый армейский Калашников со складным прикладом. Однако! Взял в руки магазин от него, выщелкнул из своего патрон, примерил. Калибр-то один! Затем с любопытством развернул маленький промасленный сверток. Пистолет, и пистолет немецкий, времен той еще войны. Вальтер. Нормальный такой у бывшего мента наборчик образовался. Сходил, называется за хлебушком! То есть ёлочкой. Такими темпами я на целую банду оружия наберу.
Покопавшись в том закуточке, извлек на божий свет несколько пачек с патронами. Дядя явно не ожидал интенсивной стрельбы, патронов было маловато. Но нам все сгодится! Еще раз оглядев помещение, хватаю потяжелевший баул и тащусь к лестнице. Интересно, что еще можно найти в этом поселке, если основательно его перевернуть. Хотя на эту зиму у меня другие планы, надо только дождаться крепкого ледостава. Пока погоду этому делу благоприятствует.
Деревня в сгущающихся сумерках была одновременно красива и уныла. Затемнелые окна соседей навевали тоску, особенно если понимать, что это навсегда. Но посеребрённые снегом деревья, заборы и крыши создавали атмосферу некой эфемерности, ненашести общей картинки, падающие с неба редкие снежинки только усиливали это странное впечатление. Меня услышали, дверь в дом распахнулась, в нарушении конспирации там зажегся яркий свет. Но мне почему-то совсем не тянуло ругаться. После вынужденного походного одиночества захотелось чего-то по-настоящему домашнего и уютного. Мизантроп из меня вышел какой-то не совсем аутентичный.
— Ёлка!
Тамара заскакала вокруг саней, как малолетняя девчонка, смешно подпрыгивая в разноцветных тапках. Она радовалась свежему снегу, радовалась предстоящему празднику, искренне веря, что эта радость будет с ней надолго, если не навсегда. К нам быстро присоединилась хохочущая Настя, и девушки начали бестолково отвязывать новогоднее деревце. Мне же почему-то было приятно смотреть на их возню. С высоты возраста начинаешь больше ценить естественные душевные порывы. Я неторопливо отвязал баул и снисходительно посмотрел на девчонок, суматошно распутывающих ёлочку.
— Меня сегодня, вообще, собираются кормить?
— Конечно, — подняла голову повеселевшая Тамара, — сейчас только ёлку в дом затащим.
На кухне вкусно пахло пирогами, вареной картошкой, жареной рыбой. Простые и милые сердцу деревенские запахи. Боже, и зачем люди раньше ходили в гдотные пиццерии, заказывали мерзкие вонючие суши, когда на Руси была такая простая и очень вкусная пища.
— По маленькой?
Я достал из баула бутылку виски шестнадцатилетней выдержки, Тамара только хмыкнула.
— Почему сразу по маленькой? Я уже совершеннолетняя. Это — вот Наське нельзя!
— Почему это еб…ся можно, а пить нельзя? — искренне удивилась Анастасия.
Мы с Томой тут же покатились со смеху, а та сердито надула губы. Не нравилось, когда мы над ней подтрунивали. Два циника в одном коллективе это все-таки перебор.
— Неужели у нас будет настоящий Новый год? — восхищенно пробормотала Настя, с крепкого алкоголя её немного развезло. Мы уже перебрались в большую комнату, я включил дежурный ноутбук и нашел в своей коллекции какую-то старую комедию. Девушкам обычно мой выбор нравился, оказывается, нынешнее поколение вообще не видело хороших советских фильмов. Это обстоятельство явилось для них небольшим откровением. Тогда снимали, как оказалось, не одни совковые агитки, а картины про людей и отношения между ними.
— Это не комедия, но тоже хороший фильм, «Разные судьбы» называется. Кстати, там главные героини — блондинка и брюнетка.
— Брюнетка там какую роль играет? — подкатила ко мне с вопросом размякшая Тамара.
— Она очень плохая девочка! — в тон ответил я.
— О, в советское время снимали забористое порно?!
— Хочу порно, — тут же противным голосом заныла Настя. — Сеня, включай порно!
— Вы же вроде собирались сегодня ёлку наряжать? Завтра праздник, — деланно удивился я.
— Успеем, — Тамара уже стянула с себя свитер, лифчика на теле не было, и смотрела на меня в упор, поблескивая своими лядскими глазищами. — Кавалер называется, что я должна сама с себя одежду снимать?
Ну, что ты будешь с этими бестиями делать? Я бы лучше полежал сейчас спокойно, но приходится играть в страстного любовника. Интересно, насколько меня такими темпами хватит?
«Однако!» Снега-то за ночь выпало ох как порядочно. Я замер у кухонного окна, рассматривая своеобразный сугробный полигон, в который превратился за зиму двор моего дома. Проблемы очистить от снега хоть всю деревню не было, просто не хотелось демаскировать собственное местопребывание. Девчонки из-за этого пунктика частенько считали меня самым настоящим маньяком, временами, наверное, что и психом. Сколько было ругани, когда я делал им справедливые замечания по поводу не там вылитой грязной воды, отчетливых следов от обуви, оставленных не зачищенными. А мои требования по соблюдению светомаскировки? Дурехи! «Инопланетян ждешь?» — все ехидничала Тамара, но ответить на мой вопрос, кто сотворил с миром подобную глобальную катастрофу так и не сумела. Конечно, мы в итоге решали эти проблемы миром, ну или заканчивали в постели, особенно в первый месяц. Но осадок оставался. Бабы есть бабы — хрен его знает, с ними плюсов больше или минусов? Я так за эти зимние недели и не допер.
Стало зябко, отопление работало только в жилых комнатах. Делать нечего, я повернулся к печке и занялся растопкой. Дождавшись, когда в плите ровным тоном загудит огонь, вынул маленькую конфорку и поставил прямо на пламя закопчённую турку. Газ уж месяц как у нас кончился, а бензиновый примус мне жутко не нравится, больно уж вонял на весь дом. Самовар же ставить сейчас не хотелось, для этого надо было выходить в коридор или на улицу. Подошел к стенке глянуть сегодняшнее меню — на завтрак каша из пяти злаков. Достал початую пачку, засыпал два стакана хлопьев, добавил щепотку соли и налил в кастрюлю воды. Эх, сейчас бы яишенки с беконом! Но вместо этого достаю из шкафчика упаковку сушеных водорослей. Болеть в этой жуткой атмосфере постапа как-то совершенно не хочется. Слава не знаю кому, но кроме лёгкой простуды ни у кого этой зимой ничего не случилось. Зубы, руки, ноги также, тьфу тьфу целы и готовы к работе.
Дверь из комнаты девушек распахнулась и мимо меня пробежала к коридору заспанная и нечёсаная Настя. Ни здрасьте, ни спасибо! Она хоть и встает раньше, но по утрам ничего не соображает, делает все на автомате. Я усмехнулся — девушка, мля, зомби. Ой, чуть кофе не упустил! Обжигаясь, снимаю турку и ставлю на огонь кашу. Сейчас еще есть время неспешно выпить чашечку ароматного напитка и подумать с чего начать сегодня первым. Очистить дорожку к бане и второму входу в хозпристройку или залить соляры в отопительный котел, заодно провести на ближнем топливном складе ревизию?
Зима выдалась довольно странная. Морозы ударили только на Крещенье, будто по заказу сверху и сразу под тридцать. Вот тогда пришлось топить печку утром, днем и вечером, оставляя дежурного, чтобы закрыл на ночь вьюшку. Угореть спросонья не хотелось никому, посему дежурство неслось исправно. Тем более что в компании с планшетом или ноутом это было делать совершенно необременительно. Возрос почти в два раза и расход на котёл. Дом у меня оказался не шибко утеплен, я же раньше зимой в нём не жил. Сквозь окна поддувало, особенно в метель, да и стены были так себе — дачные. Пришлось прямо в морозы срочно утепляться, заклеивать наглухо окошки старым дедовским методом, искать в потёмках материал и наблюдать при этом, чтобы не оставлять на улице следов. Погода в морозы стояла ясная, ни днем при солнце, ни ночью с фонариком вылезать наружу было стрёмно.
Тогда и возник у меня с женской половиной, вернее сказать, с двумя третями нашего маленького коллектива первый серьезный разлад. До драки дело не дошло, но девчонки дулись на меня целую неделю. Думали, идиотки, что возьмут меня недопущением до собственных тел. Ага, дуры наивные! Нашли чем брать старого холостяка. Среди файлов я быстренько откопал старинную порнуху и провел общество в компании с бутылкой коньяка и Дуньки Кулаковой, не сдерживая себя в порывах и громкости страсти. Два вечера им для полного понимания хватило! Комнаты-то у нас через стенку. Кстати, весьма эгоистичный и чрезвычайно нелогичный женский подход — оставлять мужика без секса. Обычно лечится заводом любовницы или походом с друзьями в сауну. Несколько подобных «блокад», и семья разваливается на куски. Хотя виноватым в итоге остается все равно мужчина.
Морозы же выявили и проблему с нашим котлом. То ли топливо оказалось не совсем то, или не отрегулирована толком горелка, но появился запах соляры, боюсь, что котел вскоре будет весь забит сажей. Да и экономить сильно не получилось, электроника не работала без сети, мы использовали только термостаты в комнатах. В самые морозы расход дизтоплива подскочил почти в два раза. Так что все мои предварительные расчеты полетели тогда к черту. Но и тут помогла смекалка. Чтобы не доставать по холоду закопанные бочки с соляром, мы с Тамарой, как только закончилась самая холодрыга, скатались к брошенной на дороге цистерне. На двух мотособаках за один присест удавалось привезти двадцать канистр топлива, то есть как раз двести литров. Эти походы я старался устраивать в снежную погоду. Сложнее ориентироваться, но зато ни нас, ни следы сверху не видно.
— Руки куда!
— Но можно…
— Ты вчера ела, Насть.
Девушка надула губы и стала еще более смешной. Но нельзя же каждый день лопать по целой плитке шоколада! Магазинов новых у нас рядом не появилось, все припасы учтены и пересчитаны. Меня девичья дисциплина, вернее, отсутствие таковой, уже реально выбешивает. Сидел же спокойно один и никого не трогал!
— Можно ведь утром не только кашу есть?
— Здоровей будешь! — подталкиваю тарелку к девушке и ставлю на плиту большой чайник. — Чаю завари и кипяток слей.
— Поняла.
Бесят эти бабы порой до невозможности. У двери во двор сталкиваюсь с Тамарой, выходящей из туалета. Поздняя она у нас пташка.
— Чего это вы с самого утра отношения выясняете?
— Да, мля, пэмээсничает опять.
Больше ничего не говорю, никакого желания нет, хватаю лестницу, лопату и шагаю к двери.
Как хорошо думается, когда никто не нудит рядом, не выедает ложками мозг, а руки заняты полезным делом. Для маскировки еще в самом начале зимы я соорудил над нашими постоянными торными дорожками простенькие навесы. Их было-то всего две: одна ведет в баню, вторая — к задней двери нашей хозяйственной пристройке, в старинные времена называемой поветью. Пришлось тогда повозиться, особенно в тот момент, когда оказалось, что стойки слишком хлипки, а снег тяжелый. Век живи — век учись! Зато сейчас можно спокойно передвигаться по своим делам, не заботясь лишний раз о маскировке.
По этой причине уборка снега выглядит у нас обычно так: сначала ставим лестницу и скидываем завалы сверху, а затем уже убираем его с самой торной дорожки, стараясь кидать как можно дальше. Иначе появятся огромные снежные бугры. Временами я в снегоступах залезаю наверх и ровняю на участке сугробы или, вообще, выкидываю лишний снег за забор. Если еще замести поверхность метлой, то получается незаметно для чужих глаз. А в то, что они есть, верю безоговорочно. Тамара как-то назвала меня «чертовым маньяком», но такой уж я есть. Поэтому и выжил.
Пока работалось, вспомнил тот наш неудачный рейд за реку, за машиной. Я еще осенью, когда в город мотался, подумал, что неплохо бы нам завезти в деревню какой-нибудь мощный пикап, чтобы разный груз в кузове и прицепе таскать. Не побеспокоился заранее в кредит взять, но все же и не продумаешь? Понятно дело, что на катере такую дуру не перевезешь, а с более мощными транспортными плавающими средствами, боюсь, у меня не срастется. Не зря же людей для энтого дела в училищах не один месяц учат, а потом они еще практику непосредственно на воде проходят. Я иногда и на моторке о причал сильно стукался, не рассчитав скорость. Опыта все-таки маловато. По этой причине завезти сюда машину можно было только зимой — по льду. Главное — добраться до самого льда, на нем обычно в снег ветром сдувает, а мороз создает наст, годный для проезда. Вдобавок у меня в заначке нашлись специальные цепи на колеса и даже имелся опыт езды с ними.
Искомый рабочий поселок находился практически напротив нашего острова, только с противоположной стороны от моей деревни. На нем имелся нормальный причал, с которого я и собирался уходить дальше на лёд. С собой я взял Тамару, как девушку более уравновешенную, выносливую и освоившую как-никак оружие. Найденный у наркобарыги мента Калашников отличной ей, кстати, вполне подошел. Откидной приклад позволял уверенно двигаться в помещении, не мешал, делал автомат приёмистым. На том и порешили. Шли через реку на широких туристических лыжах, наверное, еще советского производства. Нашел их в одном из сараев, вот и пригодились. По свежему насту шлось хорошо, за нами вилась легкая позёмка, быстро сдувая не слишком отчетливые следы от широких лыж. В рюкзаках было только самое необходимое: запас бутербродов, двухлитровый термос, пускач для автомобиля, топор, веревки и бензопила.
Поначалу нашей экспедиции везло. На главной улице большого поселка мы сразу заприметили два нам подходящих автомобиля. Nissan Navara оказалась без ключей и был закрыт. В Mitsubishi L200 через полуоткрытую дверь уже малость намело снега, на водительском месте лежал «сверток», но зато в замке зажигания находились ключи. Завести же машину никак не удалось, не факт, что и до катастрофы она нормально ездила, больно выглядел популярный в народе пикап непрезентабельно, да и пробег давно за сотню перевалил. Мой взгляд задумчиво упал на большой сугроб, в котором явно угадывался автомобиль. Прихваченная с собой щетка и лопатка быстро открыла нашему взору лакированное туловище благородного черного цвета.
Я и не знал, что Volkswagen производит пикапы. Машина выглядела основательно, но ни хозяина в мертвом виде, ни ключей рядом не наблюдалось. Правда, стоял Amarok на выезде из большого дома, обитого «колхозанским» сайдингом. Вообще, было странно видеть такой понтовый автомобиль рядом с совершенно безвкусного дизайна коттеджем. Дверь вовнутрь оказалась на удивление открыта, ключи нашлись тут же в прихожей. Тамара закинула Калаш за спину и нырнула в сторону кухни. Видимо, девчонки договорились друг с другом насчет поиска чего-нибудь вкусненького. Те еще у меня сластены оказались.
Я вставил ключ в замок зажигания и решил попробовать завезти так. Какого же было моё удивление, когда мотор чуда немецкого автопрома схватился почти сразу. Минуту я слушал мерное тарахтение автомобильного дизеля, включил подогрев салона и двинулся в дом. Тамара уже заканчивала упаковывать в коробку кофе, сладости и специи, найденные на кухне. Я же прошел дальше в комнаты, лучше бы не ходил, наверное, из-за этого неприятностей потом и словил. Вся семья в виде выжатых и скрученных «свертков» находилась в самой большой комнате. Правда, меня было уже не испугать подобным видом просто стало неприятно. Я быстрым шагом поднялся на второй этаж и нашел искомое. С недавних пор я начал вынимать из всех найденных мною компьютеров жесткие диски памяти и брать с собой ноутбуки. В последние недели что-то стало не хватать информации и развлекательного контента.
На лёд выбрались вполне удачно. Как я и планировал, съезд удалось организовать из разрезанных бензопилой кусков деревянного забора. От этой пристани к поселку на острове ходил паром, и когда я перегон ял «Ниву», то внимательно здесь осмотрелся, тогда и забор заприметил. Укрепив самодельный помост деревянными чурбанами, я аккуратно выехал на снежную целину. Цепи была надеты на колёса еще у дома и неплохо себя показали при езде по поселку. При полном приводе машина вполне себе шла по не очень глубокому снегу. Да и в морозные дни он к тому же неплохо спрессовался. По льду движение стало еще проще. Мы с Тамарой уже предвкушали, как подкатим прямо к самому дому. На крайний случай я планировал оставить пикап на берегу, спрятав под чехлом до весны.
Но внезапно наше везение в этот день закончилось. Я поначалу даже не понял, почему обзор из лобового стекла вдруг резко опустился. Затем послышался непонятный треск, тут же и белугой завыла Тамара. Ну, хоть какой-то прок от бабьего визга, он и вывел меня из ступора.
— Тома, дверь открывай и наверх залезай! Там ступенька. Быстро давай!
Мой громкий командный голос вывел девку из состояния истерики, если что — я бы и кулаком вмазал. В таких ситуациях все дозволено. Девушка относительно ловко выкарабкалась в кузов пикапа. Машина же, как будто почувствовав, что её покидают, начала уходить под лёд быстрее.
— А-а-а! — заорал уже я, подхватил на автомате рюкзак, оружие и открыл дверцу. Вода успела дойти до порога, в ней жутким месивом колыхалась ледяная шуга. Я успел только бросить взгляд на близкий берег и выматерить себя. Как же не учел, что здесь идет протока, которая замерзает позже всего и, значит, лёд в этом месте относительно тонкий. Обрадовались, мля, новой машинке. Сейчас бы самим спастись!
— Прыгай на лёд, дура! Лови!
Я начал выбрасывать из кузова все, что попадало под руки. На твердую поверхность полетели рюкзаки, мешки, лыжи. Кинув в сторону девушки свой карабин, я с ужасом почувствовал, что пикап начал быстро опускаться в воду. Наверное, со стороны это смотрелось круто, но мне было тогда не до шуток. Ошпаренный диким страхом, я поскакал по кузову, пытаясь как можно сильней оттолкнуться ногами. Но все равно ботинки оказались в воде. С жутким ревом подтянулся на локотках и два раза перевернулся вокруг себя, стараясь отползти от полыньи подальше. Я перехватил затравленный взгляд Тамары и оглянулся: капот Amarokа уже полностью исчез под водой, машина, как будто задумалась, а стоит ли идти ей в царство неведомого Водяного, затем что-то внутри хлипнуло, и она полностью исчезла в пучине.
— Твою мать!
Сейчас вместо страха меня обуяла безмерная злость. Потратить целый день неимоверных усилий, столько дел переделать и в итоге оказаться безо всего. Опомнился я от неприятного ощущения мокрых и холодных ног. К вечеру приморозило, надо было что-то срочно делать. Негнущимися пальцами сорвал со ступней ботинки, снял носки, в спасенных рюкзаках имелись запасные. Тома также пришла в себя и разлила в кружки остатки горячего кофе, присоединив к нему найденные в доме шоколадки. Оказывается, я выкинул на лёд вместе с нашими шмотками и коробку со смародеренными припасами. А вот армейский Калаш ушел на дно. Как пришло, в общем — так и ушло. Горевать было некогда!
Домой мы доползли уже к вечеру, хорошо хоть рации были, как и положено в карманах разгрузок, и Настя слишком не волновалась. Оставив лыжи под навесом, мы вдвоем вошли на кухню и тяжело бухнулись на диван. Хотелось водки и еще кое-чего. Тамара, как выяснилось, в этом желании была со мной полностью солидарна, что наглядно продемонстрировала в постели ночью. Видимо, так наш организм реагирует на близость к смерти.
— Сеня, помоги, пожалуйста!
На улицу высунулась полуодетая Настя. Ох, не дают спокойно поработать!
— Стирку затеяла?
— Ага, вода уже нагрета.
В небольшом помещении, рядом с отопительным котлом было заметно теплее, чем на улице. Теплая батарея позволяла возиться здесь со стиркой. Пусть было не так удобно, как в городской квартире, но все ж не по-деревенски, с тырканьем в корыте и полосканием в проруби. Горячую воду мы вдвоем притащили с кухни, оставалось только немного её разбавить, заложить в машинку грязное бельё и стиральный порошок.
— Подожди включать, слив проверила?
В морозы с ним были проблемы, даже пришлось все откручивать и прогревать. Надо будет летом кинуть толстый шланг под землей подальше. Быт в деревне выявил многие аспекты, о которых я раньше как-то не задумывался. Например, в холод заливать насосом в баню воду весьма проблематично, требуется отдельный водопровод. Аккуратно выкручиваю шланг и через воронку заливаю в него немного жидкости. Откуда-то из глубины сыто рыгнуло, вода ушла спокойно.
— Я включаю?
— Давай. Позовешь потом холодную воду тащить.
— Семен!
— Что еще?
Твою ж дивизию, даже после обеда полежать спокойно не дают! Что-то меня начинает здорово доставать наша тесная жизнь все чаще подумываю, чтобы с наступлением тепла перебраться в один из соседских домов. Оставим общими кухню, баню и погреба. Эротические упражнения также можно проводить по заранее утвержденному графику, все эти спонтанные брыки меня уже порядком утомили. Привык жить один, а привычка — вторая натура.
— Ты обещал привезенные диски перекачать, нам смотреть совсем нечего.
— Да ладно?
— Ну, пупсик мой, — Тамара скуксилась как маленькая девочка. Это она специально так делает, знает, что не смогу отказать, на слабину берет. — Там всякое старье, нам неинтересно.
Ну, что ты будешь с ними делать! Я-то скачивал себе архивы и фильмотеку, больше ориентируясь на собственный вкус. А мне нравятся старые советские ленты, классический Голливуд и лучшие образчики мирового кино. Тарковский, Бергман, Федерико Феллини или Ларс фон Триер хоть что-то для меня значат, для девок же пустой звук и тягомотина. Продукт нынешнего американского производства бесконечных комиксмультиков и росиянской тупейшей сериальной жвачки. В моей коллекции дай бог, только штуки четыре из сериалов, вообще, присутствуют, да и те скандинавские. Их нордическая мрачность и меланхолия меня притягивают.
— Ладно, так и быть — сейчас гляну.
Вроде все основные домашние работы переделаны, можно и в компьютерной технике поковыряться. Достаю сумку, так и лежащую под столом с того нашего провального рейда, открываю. Четыре винчестера, каждый на пятьсот гигов. Не новенькие, придется действовать осторожно. Аккуратно расставляю на столе, достаю свой специальный адаптер USB, блок питания и подключаю к рабочему ноутбуку. Тот сразу видит новый диск, проверяет на антивирус, можно начинать копаться в разделах и папках.
Ага, вот и девчонкам радость. Папка называется незамысловато — «фильмы». Какие-то сериалы производства последнего предкатастрофного года, пара десятков американских мультфильмов. Понятно, медиа для всей семьи. На соседнем диске оказался расположен семейный архив, не хочу туда лезть и рассматривать прошлое уже давно мертвых людей. Это как внутри свежих трупов копаться, ковыряя между зубов в поисках золотых коронок, хотя вроде как я и должен уже привыкнуть к постоянной мародерке. Временами остатки совести внутри меня с противным прононсом бормочут, что все это неправильно, но достаточно включить радиоприемник с совершенно мертвым эфиром, чтобы они убрались обратно в свои загашники. Нет того мира, который оставил нам состоявшуюся за века мораль и нормы поведения. Я сам устанавливаю в новом мире порядок и правила. Так что к чёрту!
Тут у нас что? Эге, да это просто праздник какой-то. Мужик-то, владелец того Amarokа тоже по ходу любил делать все своими руками, у него тут целый сборник всевозможных мануалов и учебных пособий по строительному делу. Подключаю к большому ноуту один из своих архивных дисков и перегоняю информацию туда. Потом разберусь, что мне изо всего этого надо.
— Тамара, тащи ваш внешний винт! — кричу в открытую дверь.
— Как здорово! — девушка аж припрыгивает на месте, как немного надо современным девицам. — Я эти фильмы даже посмотреть еще не успела. Спасибо, Сенечка! — она чмокает в щеку, щекоча витым локоном лицо, знает, зараза, что это меня заводит. Наверное, потому, что моя первая романтическая привязанность носила очень длинные волосы. Многие наши эротические предпочтения остаются от первых в жизни эротических впечатлений.
— Сеня, не увлекайся спиртным!
— Настя, достала меня уже! Не твое это собачье дело следить за тем, сколько я хочу выпить!
Анастасия тут же скуксилась и отвернулась к стенке. Пока вечером генератор работал, я ползал в наш подпол, пересчитать продукты и переложить часть из них в корзины для текущего меню. Привычка такая у меня все учитывать и пересчитывать. Нас же стало в три раза больше, предыдущие планы и схемы кувырком пошли. Вот по пути назад и прихватил с собой приглянувшуюся бутылочку хорошего вискаря. Пока работал — продрог весь, за ужином и сугреваюсь по чуть-чуть.
Да и что это за манера такая, вообще, указывать, что мне можно, что нельзя? Дура деревенская, привыкли у себя там мужиками командовать, вот те от них в город и сбегают. Там, в их епенях, куда ни посмотришь — одни брошенки, разведенки или алканашки остались. И эта туда же — мужиком командовать, а давно ли была девочкой-девочкой!
Для успокоения нервов наливаю себе еще стопарик. Сало и картошка с капустой, конечно, не самая лучшая закуска под односолодовый вискарь, но по мне и так хорошо. Еще бы мозги за столом не компостировали, было прекрасно. Тамара ласково обнимает подругу и, поглядывая в мою сторону хитрющимими глазенками, успокаивает её:
— Нась, не видишь разве, что мужик на взводе. Надо просто ночью над ним более усиленно поработать.
— Нельзя мне сегодня, — Настя поворачивает в мою сторону голову, глазенки красные, сейчас всхлипывать и причитать начнет. Хотя меня этим делом не проймешь, деревенские они такие, городских обычнона жалость берут. Привычные они и к битью, и к откровенному хамству.
— Ну, тогда сделай ему сегодня шикарный минет.
Виски так и застывает прямо в горле! Тамара, сучка, умеешь же ты меня удивить. Представляю, какой оторванной стервой была твоя мамаша! Обычно яблочко от яблоньки недалеко падает. Иногда я даже слегка побаиваюсь это двурушное порождение интеллигентской семьи из провинции. Откуда вот это её феноменальное умение вертеть людьми? Анастасия бросает в мою сторону странный взгляд и улыбается. Я же с тоской вспоминаю тот проклятый день в городе. Что если бы мне попались более взрослые и опытные в выносе мозга бабы? Нет, тех бы я точно с собой не взял! Лучше пристрелить на месте…и этих надо было тоже.
Я выключил ноутбук и снял беспроводные наушники. На первом из вскрытых сегодня винчестерах попался римейк одного из популярных в восьмидесятые годы фильма. Визуальные эффекты, конечно, за это время сильно подтянулось, но порода актеров как-то измельчала. Ни харизмы, ни внутренней силы, не мужики, а какие-то слабаки. Бабы в современном кино, наоборот, стали намного более уверенными, крутыми, занимали главные роли в боевиках. Куда катился тот мир?
За стеной непривычно шумно, девки включили на полную громкость свежий сериальчик, а уже пора спать. Мы, конечно, не в лагере, но расписание дня стараемся соблюдать. Один раз расслабишься и все пойдет коту под хвост. Девочкам я эту банальную по сущности идею на пальцах в самом начале объяснил. Поэтому стучу кулаком прямо в стенку, звук вскоре пропадает. Устраиваюсь поудобней на кровати, комнате тепло, за окном вяло шевелится ветер, мягко шурша по занесенной снегом крыше и создавая иллюзию все еще живой планеты. Я уже засыпаю, кода внезапно чувствую рядом присутствие чужого тела.
— Лежи, лежи, я сама все сделаю, — слышу горячечный шепот Насти. Уговорила её на минет та стерва? Молоденькой совсем девушке в этом плане сексуальных отношений явно не хватало опыта, или, может, стеснялась, но сегодня-таки решилась. А я что? Я совсем не против, такая тоже себе сволочь, люблю удовольствия.
— Сень, а что там такое белеет на маленьком острове? Снег, что ли ночью опять выпал?
Поглядываю на Тамару, которая восседает на крыше теплицы, приколачивая очередную полосу пленки. У нас в самом разгаре подготовка к весеннему посадочному сезону. Так как магазины и фермы в этом новом мире исчезли априори, о будущей жрачке придется позаботиться самим. Правда, я так надолго не загадывал, рассчитывая собственными припасами покрыть года два — три жизни. Ну, максимум пять. Никто на сетевых площадках сюрвайверов на дольшее, по сути и не рассчитывал. Любители помечтать о выживании не знали даже толком, смогут ли храниться так долго большая часть магазинных продуктов или топлива. Мир в последнее время был настроен на слишком быстрое потребление, производить долгоиграющий продукт становилось невыгодно. Качественная жрачка, надежная техника стали вещами дефицитными. Марки годных тушенок передавались на форумах из «рук в руки», целые страницы на них были посвящены приготовлению самодельных продуктов типа пеммикана.
Вот поэтому последние две недели мы заняты подготовкой теплиц, парников, огородов к посадке нашего будущего урожая. Или что там к осени вырастет? Я в этом деле не особо разбираюсь, мы полностью полагаемся на личный опыт Анастасии. Та всегда помогала бабушке в деревне и, как оказалось, в вопросах огородничества была большим докой. Мне же только оставалось искать полезную информацию в архиве, готовить и собирать необходимые инструменты, технику и топливо. Тут уже наша с Тамарой епархия.
— Хрена себе… — только и смог выговорить я, разглядывая в бинокль стаю больших бело-серых птиц, обосновавшихся на узком островке, только недавно освободившемся от снега и льда. Его и островом-то назвать сложно, просто полоска земли, чуток занятая ивняком. Только сейчас до меня доходит, что покойный дед Микола как-то рассказывал, что где-то рядом с деревней частенько останавливаются перелетные птицы. Наверное, им приглянулся этот укромный уголок из-за его относительной безопасности. Туда только водой и подберешься.
Но откуда появились эти странные птицы? Как они, черт возьми, смогли выжить? Все эти бегущие красной строкой мысли перебивает одна, поистине чугунная — мясо! Это же сколько мяса там сейчас на кочках прыгает! Мысль моментально переходит в поначалу беспорядочные действия. Вот что значит не иметь заранее четко выраженного плана! Кубарем спускаясь по лестнице, суматошно пытаясь понять, что же мне сейчас делать. Затем бегу к оружейному шкафу, он у нас не запирается, остается только выбрать подходящее оружие.
Какой карабин! Ты бы еще пулемет предложила, дура! Ставлю его обратно, туда же Тамарину вундервафлю. Это же черт побери охота на дичь! Берем проверенную двустволку и лихорадочно ищем в россыпи патроны с дробью. Черт, где эта проклятая дробь! Почему я не наведу тут порядок? Кто в последний раз брал патроны?! Вернусь и вые…у за бардак!
Ноги увязают в весенней жиже, так спешу, что чешу прямиком к причалу. Как здорово, что буквально на днях вытащил туда маленькую лодчонку из соседского сарая. Вода еще высокая, ледоход не так давно прошел, поэтому она лежит прямо на берегу. Отворачиваю голенища обычных бродней, искать рыбацкие штаны было одевать некогда, и тащу легкую лодку в воду. К черту мотор, погребу на веслах! Слава те хоспади, успел на них уже потренироваться, выкатывая по вечерам на весеннюю рыбалку.
Осторожно в раскорячку ползу по мокрому песку, прячась за пучками пожухлой прошлогодней травы. Гуси, жирные толстые гуси! Вытягиваю вперед ствол и дрожащими руками пытаюсь прицелиться, целей слишком много, просто беру направление в самую гущу гогочущей пернатой дичи. Грохот выстрела меня совершенно оглушил, выбивая из мозгов остатки мыслей. Глупая птица вовсе и не собирается улетать, хлопает крыльями и матюгается по-своему в мою сторону. Твою дивизию, а я зачем сразу из двух стволов стрелял! Трясущимися руками вытряхиваю из кармашка куртки патроны, нажимаю на рычаг и пытаюсь попасть в отверстия. Получается зарядить только верхний ствол. Еще выстрел! Гуси все-таки смекнули — что-то пошло не так и начали с гоготом взлетать. С моим охотничьим опытом, вернее с полным отсутствием такового, им уже ничего не угрожало.
На песке и жухлой осоке остались белеть тушки убитой птицы, перья и гусиные какашки. Это они, что ли для облегчения взлета сбрасывают лишнее? Меня бьет дрожь от крайнего возбуждения, только чуть позже понимаю, что организм колбасит от выброса адреналина. Приходится сесть прямо на мокрое бревно, принесенное сюда ледоходом и перевести дух. Вот уж не думал, что первая охота получится такой сумбурной и скорой. Наконец, в голову заявляется светлая мысль, что пора бы собрать добычу. Несколько птиц необходимо добить ножом, о собственной жестокости даже не задумываюсь, меня обуял некий кровожадный азарт. Одна, пять, двенадцать…шестнадцать тушек мясистой увесистой птицы! Пусть гуси не самые откормленные, все-таки с зимовки возвращались. Ё, это что получается — где-то в Африке жизнь еще осталась, или просто этим конкретным птичкам страшно свезло? Ладно, потом подумаю.
— И что мы с ними делать будем? — Тамара растерянно смотрит на сваленные прямо во дворе туши. Мне пришлось на остров два рейса сделать, лодка уж больно маленькая.
— Пожарим! — Настя выбрала самого толстого гуся и весьма кровожадно его рассматривает. Да это и понятно, тушенка и консервированная ветчина всем уже поперек горла. В свою очередь, спрашиваю её:
— Ты умеешь ощипывать птицу?
— Нет, — растерянно отвечает девушка, — мы с бабушкой только свинку и баранов держали. Мужики птицу с охоты иногда за водку таскали, так её бабушка чистила.
— Мдя… — я и сам сейчас несколько растерян, но неожиданно вспоминаю, что где-то на диске у меня есть фильмы про охоту. Как все-таки сложен реальный мир! А если бы я лося завалил? Что и как у него отрезать, куда кровь девать и кишки? Это вам не в супермаркете готовый стейк выбирать!
Пока щипали гусей, все смертельно устали и вымазались. Это надо было вскипятить воду, затем погружать птиц по очереди в чан, и только после ощипывать начиная с крыльев. Перед этой тяжелой работой я тесаком перерубил гусям головы и развесил в соседнем дворе, чтобы кровь стекала. Наши неопытные руки провозились со всем этим щипанием и потрошением очень долго. Кишки и прочие потроха вынимать пришлось мне, делать это надо аккуратно. Я слышал, что почти все можно пустить в пищу, но оставил только гусиную печенку. Как делать пашет я точно знаю, и как сохранить его также. С желудками и кишками возиться не хотелось.
Сил после всего не осталось даже на полноценную баню. Вымытые тщательно тушки были пока брошены в пластиковые бочонки с соленой водой, а мы уселись за роскошнейший ужин, состоящий из целой зажаренной гусиной тушки. Настя сегодня постаралась на славу, а я к дичи достал превосходный французский коньяк. Вот почему люди так любят мясо? Сочащееся жирком, пахнущее дымком и кровью! Так и хочется вгрызаться в эти мясистые куски зубами, съедая все до самых косточек, а потом с наслаждением облизать жирные пальцы и блаженно растечься на диванчике. Жизнь все-таки хороша! Только вот для этого приходится забирать жизни других. Круговорот приятного в природе, твою меть!
— Что будем делать с гусями?
Вот зачем Насте такая излишняя практичность? Наслаждалась бы моментом, но нет… Тамара понимающе переглядывается со мной. Эта стервочка умеет ловить кайф от каждой секунды собственного существования. Она и в сексе предпочитает не торопиться, разгоняясь в самую последнюю стадию. Даже позы выбирает удобные только ей, приносящие максимум удовольствия. Хотя надо признаться, мало кто из моих знакомых женского пола в постели мог угнаться за её темпераментом.
— Что-то засолим на ближайшие дни, — начинаю туго размышлять я, — что-то попытаемся закоптить, остальное в тушенку.
— Тушенку?
— Что еще нам делать-то остается? — в свою очередь, удивляюсь я. — Холодильника у нас нет, про ледник не позаботились, дураки.
— А я знаю, где лёд достать, — задумчиво отвечает Тамара.
— И что это поменяет? Надо же погреб еще с зимы готовить.
— Планировщик хренов и тут облажался.
Вот, получается, и поговорили. Да и черт с ней, истеричкой! Мне надо в ноуте покопаться, найти схему изготовления самодельного автоклава.
Пожалуй, еще дров подкину! Неуклюжая конструкция пыхтела, скрипела, но работала. Автоклав банально нашелся в соседнем поселке. Тамар, заметив на моем ноуте конструкцию, вспомнила, что нечто подобное уже видела, и это сильно сэкономила наше время. Правда, пришлось повозиться с манометром и подобрать термометр. Конструкция больно уж была неприхотливая, поэтому нагревал я её предельно аккуратно, не переходя температуру в 118 градусов. Для птицы сойдет. Хорошо хоть в деревне с закаточными машинками и крышками проблем не было. Народ у нас сам себя же обычно консервацией и обеспечивает. Всевозможных специй Настя также припасла и сейчас с азартом пластовала гусиные тушки, укладывая кусочки в тазы и перемешивая их с пряными смесями.
Крылышки мы решили пустить на копчение, филе на тушенку, костяки будут засолены, пойдут затем на супы и рагу. Если мы, конечно, не ошиблись в рецепте. Я по жизни, вообще, заготовками никогда не занимался, если бы не забота о здоровье, то и питался полуфабрикатами. Настя больше делала овощные закатки, мясом у неё бабушка занималась. Тамара же обычный городской ребёнок, я её сейчас на берег послал — рубить осину и ольху. Правда, в глуби души сомневался, что она и в деревьях разбирается. Главное — чтобы себе топором палец не оттяпала.
Сейчас еще надо придумать, где коптильню ставить будем, надо бы подальше от дома, и так с ощипыванием во дворе насвинячили, а убирать некогда, второй день с тушняком вожусь. Зараз в автоклав только восемь банок влезает. Пока нагреешь, пока обработаешь при нужной температуре, пока остудишь. Но ничего — для себя же стараемся. Пойду тогда за дровами, их еще надо помельче изрубим.
Из-за моей удачной охоты все наши огородные дела пришлось отложить на потом. Да и ладно, погода стала больно неустойчивой, не угадаешь, подождем настоящего тепла. Это излишняя Настина горячность нас раньше срока подняла, или, скорей всего, за зиму по настоящему делу соскучились. По сути, мы после Нового Года больше дурака валяли, кроме домашней работы и зимней рыбалки особой заботы и не было. В марте я и сам вконец обленился, даже дровами перестал заниматься. Какая-то апатия напала, а, может, это обычная весенняя хандра и нехватка витаминов. Целыми днями я просиживал в ноутбуке: читал, искал, смотрел. Выбирался на кухню только пожрать и старался поменьше общаться с сожительницами. Девчонки чего-то также приуныли, весенняя вспышка гормонов уходила «в никуда». Не на меня же им было их тратить?
Так что сельскохозяйственная «лихорадка» пришлась всем в тему, мы как-то сразу оживились, появилась конкретная и полезная цель. Настя составляла общие планы, мы с Тамарой воскресили «Ниву» с прицепом и начали мотаться в поселок, выискивая там семена, инструменты, присматривая участки для наших агрономических экспериментов. Я не особо опасался в этом случае демаскировки. Теплицы стоят много где, за зиму они не развалятся, а поля и огороды так и так будут цвести и зеленеть.
Нас, если захотят, то все равно найдут. Тщательный поиск в заданном районе быстро даст результата, тогда никак не спрячешься, надо быть реалистом. Даже уровень земной цивилизации позволял это, тепловизоры, летающие дроны, все уже существовало и вполне себе работало. Вот только кому из оставшихся в живых такое по силам? Так что живем пока живется и не паримся. Соблюдая, конечно же, некоторую осторожность. Я лично больше опасался мародерщиков, халява она завсегда для пипла слаще. Или возможность безнаказанно поиздеваться над чужим человеком. Мы друг другу вовсе не друзья и соплеменники, а враги. В искренние чувства людей я давно не верю и в любого, кто подойдет к нам слишком близко, буду стрелять без предупреждения.
— Откуда дровишки?
— Из лесу, вестимо! — Тамара оказалась девочкой подкованной и знающей русскую словесность.
Я осмотрел вязанку стволов и уже прикидывал, как изо всего этого получил щепу. Рубка дров для автоклава меня и так уже порядком утомила. Здесь же еще следовало снять кору и рубить все мелко-мелко. Коптить мне уже приходилось, суть процесса я знал, но щепу раньше покупал готовую.
— Тащи к крайнему сараю, коптильню там устроим.
— А спасибо где? И лучше натурой, в баньке! — Тамара призывно нагнулась и стукнула себя по круглой заднице. Вот что у этой стервы не отнимешь, так это подкаченную и крепкую попу. Мода такая была — ходить на фитнессы и задницы качать. Сам не раз наблюдал в зале за всевозможными хитроумными упражнениями дамочек.
Следя за вальяжной походкой Томы, я внезапно почувствовал прилив похотливого желания. То ли это произошло от пьянящего весеннего воздуха, то ли от выброса вчерашнего адреналина, но дико захотелось побыть с девушкой наедине. Я бросил взгляд на манометр, термометр — готова порция, сейчас варево остывать начнет. Есть полчаса на все про все!
Засекаю время на смартфоне и кидаю взгляд в сторону Насти. Та возится с мешком соли и специями, птица уже полностью нарезана и готова к дальнейшей обработке. Чувствую в ближайшую неделю у нас каждый день будет гусятина во всевозможных видах. У меня же лично сейчас запланировано нечто иное. Странно, это получается, требуется какое-то временное воздержание и охлаждение отношений, чтобы потом вот так загореться, как спичка?
Чудная штука все-таки эта жизнь.
Уверенной походкой двигаю к бане, прихватив для вида топор, оглядываюсь в сторону Насти. Ну, ей тоже попозже достанется! Открываю дверь, банька с вечера еще теплая, ночи без заморозков пошли. Весна идет! Тамарино тело призывно белеет в мойке, открытое мне с филейной лакомой части.
Все плохое и злое по отношению к нам происходит всегда внезапно и не вовремя. Как будто нечто во Вселенной дисциплинированно блюдет за балансом света и мрака.
Вот только что ты шел по залитой солнышком улице на работу, радуясь лету, настроению и грядущему отпуску. Но вот внезапно в глазах темнеет, и ты угасающим, как старый кинескоп сознанием ловишь обрывки выкриков: — «Кто-нибудь позвоните в Скорую! Человеку плохо! Помогите!»
Ты даже не успеешь почувствовать чужие пальцы на вороте своей рубашки, попытки сделать бесполезное в такой ситуации искусственное дыхание. Попросту у тебя оторвался тромб и закупорил артерию, питающую мозг. Быстрая и относительно легкая смерть. Многие бы больные ужасными болезнями лопнули с тобой поменялись.
Или ты на донельзя привычном маршруте отвлекся на секунду, чтобы переключить каналы, упустил момент и слишком поздно заметил неожиданно появившийся с поперечного проезда капот огромного грузовика, превратившего дорогую иномарку, купленную на бесконечный кредит, в кучу мусорного хлама.
Последнее, что ты увидишь в этой жизни — это остекленевшие глаза водителя трака, у которого внезапно отказали тормоза. Потому что перед утренним рейсом этот мудак не рассчитал собственные силы, отмечая накануне день рождения сына, поехал, толком не проверив состояние грузовика. Напарник же второпях забыл тому передать, чтобы глянул тормоза. Цепь невезения?
Или ты вышел, наконец, из очередного боевого рейда в долгожданный и безопасный тыл, ожидаешь в очереди таких же салаг посадки в УРАЛ, чтобы вернуться на базу. Но внезапно ощущаешь хлесткий удар чуть пониже шеи, как раз между бронником и шлемом.
Тебя швыряет прямо в дорожную грязь, и погасшее вмиг сознание уже не заметит поднявшийся после шального выстрела кипеш, в одночасье превративший группу дисциплинированных вояк в толпу озверевших придурков, стреляющих направо и налево.
В это же время виновник сего действа — пьяный в дупу прапор еще несколько секунд непонимающими ничего глазами разглядывает легкий дымок, идущий от ствола внезапно ожившего пулемета, который спокойно себе стоял на блокпосту всего в пятистах метрах от грузовика. Нелепая случайность?
Или зашедший в мелкий магазин за хлебушком маньяк внезапно понимает, что до желанной боли в яйцах желает зарезать именно ту девушку с цыплячьей шеей, выбирающую сейчас напиток в холодильнике. Он уже предвкушает долгожданный экстаз от смакования её смерти, но… ему мешает какой-то пузатый мужик, вставший сразу за девочкой, чтобы купить себе молоко.
Поэтому по печени ему, уроду эдакому, по печени… ножичком. Бедняга, плавая в луже собственной крови, так и не успеет понять, что он по существу совершенно случайная жертва. Угасающее сознание сможет только отметить помутневшие глаза лежащей рядом девушки, и брызги крови из её порезанной артерии, неприятно летящие прямо ему в лицо.
Внезапно! Неожиданно! Отваливается небрежно прикрученное на шиномонтаже колесо. Стреляет не разряженное после охоты ружье. Смыкаются над головой весенние льдины, по которым ты только что с молодецким ребячеством скакал в сторону берега. Дергается рука хирурга во время сложной операции. Налетает шквал в море и переворачивает утлую рыбацкую лодку. Разряд молнии бьет прямо в дерево, заодно обуглив всех, спрятавшихся под ним от дождя.
Так и наша, казалось бы, налаживающаяся жизнь, внезапно пошла кувырком.
В парниках уже вылезала первая зелень, и мы предвкушали сочные и полезные салаты к обеду. Закончилась тяжелейшая для нас возня с посадкой картофеля, самая объемная и трудоемкая сельскохозяйственная операция из всех, предпринятых нами. Неправильной формы огороды были сейчас раскиданы на многие километры вокруг.
Совершенно не хотелось привлекать к себе излишнее внимание. Да и почва везде была разная, урожай вследствие этого фактора, получится также различный по содержанию и объему. Агрономия — это наука возможностей!
К осени мы надеялись полностью обеспечить себя овощами собственного производства. Картошка, капуста, кабачки, помидоры, огурцы, лук и чеснок, различная зелень. Незамысловатая по сути снедь, очень пользительная для здоровья. Её же можно было закатать в банки про запас.
Я пока осваивал премудрости браконьерских способов рыбной ловли, попутно исследуя различные методы копчения. Настя засела изучать найденные в деревне и поселке книжки и тетради. Дачники были народом в агрономическом плане подкованным, постоянно искали новые знания и перенимали чужой опыт. Эх, эту бы энергию да в официальный агрокомплекс! Тамара на редкость неплохо освоила мою «Ниву», сейчас же пыталась научиться ездить на мотоцикле. Рисковая девка!
С наступлением долгожданного тепла наши завядшие, было отношения как-то сами собой наладились. То ли это весенние гормоны так подействовали, то ли мы притерлись друг к другу. Сам себе удивлялся, в той жизни у меня ни разу не было таких длительных отношений. Даже брак в этом смысле не считаю, молодой был и неопытный.
Девчонки совершенно не стеснялись загорать топлес или вовсе гольем. Загар на и молодых телах обещал быть не хуже, чем в солярии. Благо всяческих нужных кремов мы из города натаскали.
На улице в хорошую погоду мы, собственно, и проводили большую часть дня, понемногу осваиваясь с реалиями пейзанской жизни. Только современная музыка из продвинутых гаджетов нарушала нашу сельскую идиллию. Кстати, увеличившийся световой день помог сильно сэкономить топливо для электрогенераторов, а я задумался о сооружении летней кухне. Дома становилось жарковато готовить.
В тот день я на соседнем дворе, превращенном на время страды в механизированный филиал, копался с мотоблоком, очищая его от налипшей грязи. Заодно размышлял о предстоящем в город рейде. Были у меня большие сомнения, что удастся вот так просто завести старенький корейский пикап.
Во всяком случае, надо будет сразу рвануть в какой-нибудь автомобильный салон и найти там новую машину. Ключи в таких заведениях точно имеются, автомобили там проходят предпродажную подготовку, да и сами нулевые. Может, даже стоит взять второй и отогнать в приречный поселок, попробовать следующей зимой все-таки переправить на остров?
Вот никогда не загадывайте так далеко!
Потому что за этими мыслями, устремленными в наше будущее, я не сразу осознал, что за такой знакомый по прошлой жизни звук слышится со стороны реки. Затем не сразу смог поверить в его реальность.
— Твою дивизию, это же вертолет!
Сомнений не было — слышен характерный шум винтокрылой машины. И он достаточно громок, то есть приближался прямо к нам. В этот раз в голове напрочь отсутствует беспорядок, руки, ноги, туловище действовали по заранее составленному мною плану. Хватит с нас прошлого «пожара»! В первую очередь схватить рацию и связаться с девчонками. Дисциплина связи у нас была, конечно, аховая, но в этот раз все ответили быстро.
Дальше — в дом, к оружию. Прямо на футболку накидываю разгрузку с распиханными заранее и заряженными магазинами, цепляю рацию, выхватываю из гнезда карабин и выскакиваю на улицу, пытаясь определить, откуда идет звук.
Со стороны города! Поэтому выбегаю со двора через заднюю калитку и стремглав устремляюсь прямо к пристани, проносясь как по жухлой прошлогодней траве, так и по только что вскопанным огородам. По пути замечаю несущуюся к дому Настю, белое еще пока тело промелькнуло в редком кустарнике. Наська держит свой лифчик в руках. Молодец, не стала тратить лишнее время на его надевание!
По вновь составленному плану девчата должны сначала захватить оружие и патроны, а потом затаиться в соседнем доме. В случае чего рвать когти в сторону поселка и уже там ждать меня два дня. Потом… потом суп с котом!
Вот он! Похожий на стрекозу летающий над землей аппарат несется прямо на меня. Сначала не понимаю, что не так, потом доходит, что подобные модели вертолетов я видел только в зарубежных фильмах. Чёрт! Как они нас засекли? Я не раздумывал дальше ни секунды, лишние раздумья в такие моменты совсем не нужны.
Если бы тогда чуток подумал и подождал — все случилось по-другому.
Использую столб причала в качестве упора и тщательно прицеливаюсь. Угол движения вертолета вполне даже удобен для стрельбы, бело-желтая окраска на ярком солнце делает винтокрыла отличной мишенью. В сторону летающей машину уходит чохом весь магазин. Хм, не зря в последние две недели каждый день тренировался!
Я даже не зарядил в карабин, как положено, следующий магазин. Успел только заметить в оптический прицел, как что-то мелкое отлетело от кабины. Вертолет тут же резко клюнул носом вниз, затем лег на борт и в таком положении рухнул в реку, подняв большой бурун враз вскипевшей от удара воды и не успев даже взорваться.
Я еще некоторое время разглядывал расходящиеся по реке круги, надрывно дыша и не веря до конца происходящему. Оказаться внутри голливудского блокбастера на деле очень неприятно. Маленький бинокль находился тут же в кармане разгрузки, хватаю и подношу к глазам. Нет! Никого на поверхности нет! Только мусор плывет по течению. Очнулся от запроса, пришедшего по включенной рации.
— Семен ответь Тамаре. Ты в кого там стрелял? Снова гуси? — девушка спокойна, видимо, она еще ни черта не поняла.
— Тамаре, это Семен, — голос у меня хриплый, горло пересохло, рация в руках слегка покачивается, воздействие адреналина сказывается. Как это я еще умудрился в таком состоянии попасть в кабину вертолета? Ведь машина скорей всего упала оттого, что я застрелил пилота. Видно, тогда еще не успел толком испугаться и действовал на автомате. — Все срочно в дом, у нас гости!
Договаривать не стал, наконец-то, догадался перезарядить магазин, бросил взгляд в сторону большой моторки и рванул к дому. Прямо по грязи свежевскопанного огорода. В голове молотом бьется только одна мысль — «Бежать! Бежать, и бежать как можно скорее!»
Девушки были испуганы, серьезно так напуганы. Влияние моей многомесячной паранойи или уже их собственные потаенные фобии, но обе оказались на грани истерики. Ну, почему у мужиков страх обычно вызывает стремление к немедленному действию и разрастающуюся внутри злость, а у баб только истерику и панику? Мой взгляд остановился на подрагивающей и все еще голой груди Насти, затем перешел на перекошенное лицо Тамары.
— Молчите, суки! Чего задрожали? Я вас предупреждал. Надо сваливать отсюда!
— К-к-куда? — Настя не могла остановить мелкую нервную дрожь, и меня снова отвлек вид её трясущихся сисек. Да к черту!
— Сначала оденься! Вернее… Так! — я вышел на середину кухни, и в голове сами собой начали всплывать строки доморощенной инструкции, заготовленной мною на такие случаи. Люблю все просчитывать заранее. — Одеваемся в походное, теплую одежду с собой, берем закреплённое за каждым оружием, патроны и запасные батарейки к рациям. Все в аварийные рюкзачки! Настя — подготовь бутерброды и консервы на пару-тройку дней. Аптечку туда же! Чай в термос! Поставь чайник на газ, там еще есть два баллона в дальнем шкафу. Так быстрее получится!
Тамара — выгребай все патроны из сейфа и найди спальные мешки, они в пристройке. Я побежал за топливом и мотором. Всем полчаса на сборы. Лишнего не брать! Останемся живыми — новые вещи найдем.
С таким жизнерадостным напутствием мы и расстались, разбежавшись каждый по своим делам. Даже волшебного пендаля не понадобилось. Еще во время раздачи указаний Настя успела накинуть на себя зеленую футболку, перестала отвлекать меня своими телесами. Собралась, видимо, девка, лицо хоть и побелело, но глаза вернулись в норму.
Тамара же, похоже, настроилась на нужную «волну». Глаза сузились, подбородок напрягся. Так она обычно корчила лицо перед очередным «постельным» извращением. Ну ладно, хоть пришли обе в себя и делом занялись. Какое-никакое, но воспитание я за эти месяцы провел и оказался прав.
Подумать о том, кто летел сюда на вертолете и с какой целью в момент сборов оказалось некогда. Просто повезло заметить их первыми. Что было бы, если с него высадили десант и взяли нас тепленькими в постели, совершенно не хотелось. Люди, имеющие сейчас подобную технику, скорей всего, и вооружены лучше нас и умеют оружием пользоваться. Так что концы в воду! Сегодня повезло мне. На этом всё!
Я успел сбегать до пристани аж два раза. В первый приволок мощный мотор для лодки, во второй две канистры с бензином, чтобы хватило с запасом. Мысли, куда валить дальше были. Раз вертолет летел со стороны города, то мы пойдем по реке в противоположную, в район кирпичного завода, где располагался большой и небедный рабочий поселок. Там есть, где спрятаться и за счет чего выжить. Жалко, конечно, было накопленного добра, вложенного труда, но ничего не попишешь. Война — вещь серьезная.
— Готовы?
Девушки тяжело дышали, лица раскраснелись, но рюкзаки и баулы стояли на крыльце наполненные доверху и застегнутые. Я сам в этой суматохе только успел переодеться в полевую одежду: теплая футболка, горка поверх, крепкие ботинки, кепи, солнцезащитные очки; закинуть в рюкзак небольшой рабочий ноутбук, пару внешних дисков, пакет с энергопайком, пачку витаминов и две связки еще вчера закопчённой рыбы.
— Нам точно надо уходить? — Тамара еще не была убеждена в правильности моего решения.
— Думаешь, вертолет просто так сюда прилетел?
— Не знаю. Вообще, кто нас ищет? Кому мы нужны?
— Машин у них наверняка не так много, еще есть время, — закончил я неуместную в данной ситуации дискуссию и схватил две увесистые сумки в руки. — Пошли, быстрее!
Наскоро перелив из первой канистры бензин, поставил вторую в лодку, завел мотор, проверил его крепление и ушел вперед к управлению. Девушки расположились сзади, между нами высилась горка из захваченных с собой рюкзаков и баулов.
И зачем я не настоял, чтобы они сели рядом? Было не по-майски тепло, тихо, на воде комфортно, вот и…расслабились.
Планировать грамотный отход в настоящий момент мне было совершенно некогда, поэтому просто шел на моторке по нешироким протокам между мелких островков, внимательно вглядываясь вперед и по сторонам. Шум мотора мог помешать услышать приближающуюся вражескую технику. Почему вражескую? Так я ж их вертолет сбил, поэтому уже по-любому враги!
Приходилось тщательно смотреть и на воду, не хватало еще напороться на какое-нибудь плывущее по течению бревно! Ледоход стронул с места много грязи. Наконец, впереди показалось основное русло реки. Так, а сейчас ходу, ходу! Надо пересечь его как можно быстрее!
За шумом взревевшего мотора я не сразу расслышал странные звуки, доносившиеся сзади, тут же перетекшие в пронзительный и полный отчаяния вопль. В предчувствии чего-то страшного я заполошно оглянулся. Тамара уставилась на меня дикими глазами и яростно орала, заламывая руки. Не понял, а где Настя?! Сразу скинув скорость до наименьшей, я смог полностью развернуться к девушке.
— Настька где?
— Упала! Увидела что-то в воде, наклонилась… А ты… ты, сука, гонишь! Куда ты гонишь, сволочь?
В истеричном крике Тамары явно прорезались её фирменные стервозные нотки. Меня же, как обухом по голове пришибло, я не мог пошевелить ни ногой, ни рукой. Только сейчас заметил, что на нас не было спасательных жилетов. Обычно мы строго выполняем правила безопасности, а в этой суматохе обо всем напрочь забыли.
— Чего стоишь столбом, бестолочь! Поворачивай назад!
Мои глаза в этот момент пытались нащупать в воде наш след, вдруг там мелькнет рука или голова Насти. Она же плавать умеет, вода хоть и холодная, но сколько-то продержаться все равно можно!
— А? Сейчас!
Левая кисть судорожно вцепилась в руль, не сразу догадался включить рычаг вперед, чтобы перейти с нейтрали на движение. Мы медленно развернулись и почапали обратно.
Меня же начала бить ужасная нервная дрожь. Я еще не до конца осознал, что в нашем маленьком коллективе случилась беда, она ведь всегда приходит внезапно. В голове совершенно пусто, все дельные, да и порожние мысли напрочь вымело леденящим потоком поднимающегося откуда-то снизу ужаса.
— Где она, где?!
Тамара безвольно шевелила руками, как будто пытаясь зачерпнуть за бортом мутной весенней воды. Легкая рябь от ветра только затрудняла наши поиски. На волнах никого и ничего! Хотя и так стало ясно. Анастасия скорей всего захлебнулась от внезапного падения и тут же пошла камнем на дно, или немного побарахтавшись, утонула от судорог. Вода-то была совсем ледяная!
— Ты куда, б….дь едешь?
Я даже не сразу осознал, что развернул моторку в сторону берега. Мы же тут на самой ширине маячим, как потенциальные мишени.
— Стоять! Это ты во всем виноват, извращенец проклятый!
Крик из горла Тамары вырвался поистине бешеный, как у раненого зверя. Я оглянулся и буквально обмер. Девушка стояла на корме с двустволкой в руках, нацелив её прямо мне в грудь.
— Ты что творишь, дура!
Страха в этот момент не было, я все еще находился в некоем ступоре, странном состоянии между нормальной, уже канувшей в лету жизнью и полнейшей катастрофой, маячившей впереди. Помню только, что привстал с места, пытаясь что-то ответить девушке.
Затем лодку качнуло на волне, которую оставили мы же, когда разворачивались. Я дернулся в сторону, пытаясь сохранить равновесие. В этот момент бахнуло и рядом с левой щекой пролетела струя чего-то горячего, обжигая лицо. Я не успел в этот момент почувствовать ни ужаса, вообще, никакой из эмоций. Просто заворожено наблюдал, как тело Тамары вылетало за борт, то ли выкинутое качкой, то ли от оружейной отдачи.
Она ушла в воду в один миг и утонула, наверное, еще ничего не осознав, взяла вот так внезапно и умерла. Во всяком случае над поверхностью реки её руки-ноги не мелькали. Воды попросту сомкнулись над девичьим телом, как ни в чем не бывало.
Не помню, сколько я смотрел на воду, отнявшую у меня все. Лодка все это время на малом ходу шла вперед, а я уперся остекленевшим взглядом в волны. Где так внезапно осталось все моё недавнее прошлое. Концы, как говорится, в воду! Еще утром мы смеялись и шутили вместе, строили планы на лето. Вечером бы я трахался с одной из девчонок, выжимая из неё удовольствия для себя, любимого, от каждой свои особенные.
Но судьба распорядилась по-своему. Слово судьба и стала спусковым крючком дальнейших моих действий. Еще ничего толком не соображая, но имея достаточно четкий план на ближайшее будущее, я уселся обратно за руль. Вперед, только вперед! Смутно помню, как искал подходящую пристань. В этом районе не было богатых яхт-клубов, но народ на моторках ездил. Просто хотелось что-то более укромное. Наконец, я заметил короткий деревянный причал в окружении зеленеющих свежими листками деревьев.
Поворачиваем под небольшим углом прямо к берегу, за корпус от пристани ставим нейтраль и резко поворачиваем, затем включаем задний ход. Отлично! Судорожно хватаюсь рукой за доски пристани, подтягиваю моторку, вырубаю движок, вылезаю на берег.
Лодку за репшнур утаскиваю глубже к берегу, крепко привязав её двумя концами к основательным деревянным столбам, снимаю мотор, затем прячу его под стенкой дощатого сарайчика, завернув в снятый с лодки брезент. Туда же сунул рюкзаки и сумки девчонок, вынув из одного чудом прихваченный дежурный термос. Последний подарок от утонувшей Насти.
Тут я нервно и гадостно всхлипываю. Здоровенный мужик, а накатило как на бабу. Нет, нет, так дело не пойдет! В кармане разгрузки у меня всегда лежит маленькая фляжка с коньяком. Уф, комок в горле растекся, и сразу же вернулась способность соображать.
Так, мы в самой дальней части рабочего поселка. Где-то рядом начинается полузаброшенная промзона, в ней в случае чего легко затеряться. Я как-то ездил сюда по делам, примерно соображаю, что тут и как находится. Через дорогу высится ряд новёхоньких коттеджей, там лес поблизости, земля относительно дешевая, вот народ и строится. Строился… то есть.
Сейчас же следует вынуть из моего рюкзака все лишнее. Оставлю только перекус энергопайком, термос и патроны. Посмотрев на свой карабин, решаю — захватить ли с собой Mossberg? Ладно, берем! В помещении с ним гораздо лучше. Осталось только набить запасные магазины и разместить их на разгрузке. Пачка патронов к тому и другому и так на дне мешка.
Солнце печет уже основательно, ветра нет, поэтому куртка также идет в рюкзак, под внешний клапан. Попрыгал на месте, ничего вроде не бренчит и не мешает движению. Подогнал одну из лямок рюкзака, удобней пристроил сбоку на креплении помповик и поднялся на берег.
До трассы неровной полосой тянулись сараи и сарайки какой-то невероятной архитектуры, больше похожие на собачьи будки. Тьфу ты, да это же погреба! Остались тут еще с девяностых. Там, где нынче стоят коттеджи, раньше расстилались бескрайние поля с картошкой. Ох, как бы они сейчас мне пригодились!
Подходящий для поселения дом я высмотрел быстро. Не самый большой, но построен с умом. Рядом с коттеджем стоит основательная такая банька. В ней вполне даже зимой можно жить. А что? Печка там имеется, труба вон торчит, дровяного материала вокруг немеряно. Бензин и пилу наверняка здесь найду, сам не косорукий, сроблю.
Поэтому сначала заглядываю в баню. Ого какая, однако, у нас комната для посиделок! Бывший хозяин явно любил большие компании. Здесь даже мебель имеется: округлый основательный стол, скамьи, табуреты, мягкий диванчик, видать, для «полежалок» с девочками. Жить, короче, можно! Да летом и сам дом сгодится, бетонированный вход в подвал виднеется, это для будущего складирования ништяков подойдет. В моей голове сами собой рождаются планы на будущее, не могу жить без планов.
Ну а что прикажете мне делать? Если те две дурочки сами жить не захотели и по глупости собственной утопились, то это их дело! Самооправдание сиё было, или просто организм пытался приспособиться к новым реалиям, но никакого горя я уже не ощущал.
Будь так, как будется! Итак, с появлением залетных гостей проблем выше крыши появилось. Обустроиться, найти машину, инструменты, топливо, жрачку. Твою дивизию, почти весь архив там, в доме остался. И еще вдобавок какие-то придурки поверху летают! Сейчас, б…ть, и баню в лишний раз не затопишь. Опять же — придется дом основательно маскировать. Паранойя нынче, вообще, не затухнет!
Только проделав половину пути до крыльца коттеджа, я осознал, что слышу чужеродные и отчасти знакомые звуки. Немедленно поворачиваюсь в сторону ворот и тыкаю туда же стволом карабина. Патрон уже в патроннике, осталось только снять флажок предохранителя и выжать спусковую скобу. Жалеть никого больше не буду! Подходите, суки, по одному!
— Эй, эй! Не стреляй! Не стреляй!
Голос одновременно визглив и отдает легкой хрипотцой постоянно простуженного человека.
— Ну-ка сюда живо! Руки держи на виду! Выстрелю без предупреждения!
Худощавая фигура в балахонистой одежде короткими шашечками засеменила ко мне. С виду вроде не опасна. Подхожу к ней ближе, стараясь обойти вокруг, карабин не опускаю. Одного патрона на неожиданную проблему с лихвой хватит. Точно, никакого оружия на ней нет! Одежда грязноватая, как будто набранная на дешевой барахолке, и это в то время, когда дорогущие шмотки можно задаром взять. Что-то тут не сходится.
На ней? Так это баба! Точно — баба! Не первой молодости, но явно еще не старуха. Ага, мля, как доктор прописал! Заляпанное слегка сажей лицо обрамляет копна нечесаных и очень светлых волос, глаза на солнце сверкают природной голубизной. По морде лица сильно смахивает на местную аборигенку. Они тут все, как из-под одного топора высечены. Я в ту поездку сюда частенько в местных обитателях путался, да и фамилий на весь поселок всего штук пять. Сектанты или староверы какие-то. Странные вещи, вообще, о местном люде рассказывали. Да счас как-то по фиг!
Ну что ж, начнем наш неспешный разговор. Показываю, чтобы бабёнка села на скамейку. Всегда нужно некоторое время, чтобы подняться с места и кинуться. Да и напряжение мускулов для броска в этом случае легче просчитать. Связать её что ли? Хотя нет, агрессии на лице совсем не вижу, скорее любопытство. Такое искреннее детское любопытство, обычно присущее людям деревенским.
— Одна тут?
— Дык, а… — блондинка поняла, что убивать её немедленно не собираются, и сразу же обрела голос. — Вчерась Хром с Андрюхой в город уехали, бензин у ихней машины кончился, вернутся завтрева. Николаевна на завод упёрлась, бает, что нашла там чегой-то. Можа спирт, там много чего було захована, постоянно попадается.
Такс… у нас тут что получается — целая деревня народу! Вздыхаю, и что я с ними буду делать? Убить что ли всех к херам собачьим? Хотя… Еще раз бросаю взгляд на…
— Тебя как саму звать-то?
— Алиной кличут. Ты сам чегось хотел-то паренёк? По виду так вроде как военный. Ищешь кого? — хм, а голос-то стал откровенно заигрывающий. Бабы есть бабы, даже тогда, как весь мир закончился. Хм, хотя если эту Алину отмыть, то вроде еще ничего жёнка. Ей вряд ли много за тридцать, просто в такой среде женщины обычно выглядят более потрепанными. Да и для этого дела лицо не самое важное. В баню её, что ли, сегодня загнать? Ага, и там же отжарить. Да тьфу ты, что за мысли такие дурацкие в голову приходят! Момент подходящий нашел, называется. Тут жизнь на кону, а все туда же. Вопрос моего дальнейшего существования решается. Больше народу… больше работников для себя любимого. Только вот как они, собственно, выжили… тот еще вопросик.
— Алина, мужики-то здоровые, молодые?
— Да какое там! Старпень в основном, когда пи…ц пришел, мы все в дальнем цеху устроились, спирт пили, шашлыки жарили. Только через неделю оттудова вылезли, некоторые долго потом болели. Вот Хром и Андрюха те вот помоложе, но тоже оба болезные.
Так, так, уже что-то. Оглядываюсь вокруг и принимаю решение:
— Вставай и пошли со мной. Покажешь, где вы тут обитаете.
По пути перебрасываемся фразами, больше вопросов задаю я, отвечаю же коротко и по делу. Понемногу выясняется картина их немудрёной постапокалиптической жизни. Хоспади, надо же быть такими идиотами ленивыми. В чем-то наш народ все-таки неисправим! И как им еще выжить-то удалось!
Хотя кое-что в ответах Алины меня откровенно заинтересовало. Оказывается, эта группа в пригородном районе областного центра была не одна. В десятке километрах отсюда Хром нашел еще людей, в одном модном загородном клубе. Но отчего-то они друг с другом не общались. Ну так мы это дело поправим! В плане тут же появилось еще два важных пунктика.
— Сэр, у нас чрезвычайное происшествие!
Подбежавший к группе военных уоррент-офицер был откровенно взволнован, по всему видно, что он сильно спешил доложить некую неприятную для начальства новость. Коммодор Джон Дифенбейкер с недовольным выражением лица оглянулся. Он не спускал глаз с последнего транспорта, улетающего с эвакуированными, и нежданный приход вестового его совсем не обрадовал.
Когда еще можно будет вот так спокойно постоять на палубе, наблюдая за взлетами и посадками самолетов? Скоро со всей этой кутерьмой совершенно забудешь, что ты командир целого авианосца. Ох уж эти американцы, все у них чрезвычайно и требует немедленного вмешательства! Где же тогда их хваленый флот? Почему из всех действующих авианосных соединений мира остались только два корабля, и то один из них канадский, второй — британский?
— Что, у вас, докладывайте!
— Пропал вертолет одиннадцатой группы, сэр, сектор Северо-Восток пять. До этого мы не наблюдали там никакой активности. Обычный поисковый рейд без прикрытия.
— Значит, проморгали, — коммодор вздохнул, ситуация требовала немедленных решений, придется идти на командный пост. Он еще раз посмотрел на постоянно хмурое небо полярных широт. Два полностью экипированных бойца CSOR следовали за ним по пятам. Такая была уж нынче обстановка, что спецназовцы всегда маячили рядом. Это даже не обсуждалось.
— Что у нас есть сейчас в том районе, Диккенс?
— Сэр, десятая группа только что приняла на борт для эвакуации гражданских. Девятая сообщила, что топливо на исходе.
— Черт пробрал бы этих русских, явно не обошлось без них, — пробормотал полковник в форме американской морской пехоты. Дифенбейкер бросил в его сторону усталый взгляд. Его давно не раздражали вот такие «приветы из прошлого», как бывало раньше. Человечества нет, а эти придурки с обеих сторон все письками меряются!
— Диккенс, готовьте группу с местными специалистами.
— Но, сэр, все специалисты сейчас в районе Урала. В данный момент они ищут выжившие убежища. Мы поймали с той стороны массу достаточно четких сигналов. Вы же знаете, насколько русские подозрительны, поэтому туда постарались направить именно русских специалистов.
— Понятно, — командующий восточной эскадрой Флотилии Спасения тяжело вздохнул. Все, как всегда, идет не по плану. В этом вся Россия! Но именно на её территории было найдено наибольшее число выживших людей. Даже подготовленные заранее убежища в Европе и США не смогли противостоять неизвестному по своей природе излучению. Или в их сторону оно воздействовало сильнее? Ответа на этот вопрос пока не существовало. Да и некогда было это делать в лихорадочных попытках спасти остатки человечества. Операции же по спасению отдельных групп только начались.
— Коммодор, у нас же на борту есть финны? — американец не был глуп, умел быстро анализировать, а также быстро действовать, поэтому и находился сейчас рядом на посту управления огромного боевого корабля. Дифенбейкер частенько прислушивался к его мнению, веско полагая, что одна голова хорошо, а несколько еще умнее. Никто не готовил их к действиям в подобных условиях. Это была худшая зима в его жизни. — Финны также европейцы и лучше поймут русских. Они даже внешне смахивают на жителей северной России.
— Готовьте дополнительную группу. Пусть посмотрят, что там творится. Через, — командующий взглянул на свой хронометр, — два часа пятнадцать минут поворачиваем в сторону Шпицбергена. Мы сегодня неплохо с вами поработали, господа.
Присутствующие на командном пункте военные молчали. Этого дня они ждали много месяцев, далеко не всегда пребывая в хорошем настроении. Да и какое может быть настроение после скоротечного конца света? Когда погибли большинство из их знакомых и близких. Когда человечество вплотную подошло к краю бездны.
— Свенсон, что там у первой группы? Они нашли загруженные реакторы?
Я все-таки «отжарил» Алину, но только спустя пару дней по прибытии в поселок. Пришлось, однако, повозиться с гопкомпанией, которой повезло выжить в одном из заброшенных цехов старого кирпичного завода. Не знаю, что их в итоге спасло — большое количество бетона над головой, его советское качество или природная сметка. Выжило в итоге девять человек: три бабы и шесть мужиков. В пьяном угаре они проморгали сам конец света, а затем из-за воздействия спиртного провалялись несколько дней на самодельных лежках.
Не в первый раз частенько меняющая контингент компания проводила в этом заброшенном месте дни и ночи. Здесь в запасе стояли ёмкости с алкашкой, имелась вода, закуска. Это-то и помогло им выжить в дальнейшем, наружу, пока всем было плохо, совсем не выходили. В докатастрофном прошлом эти асоциальные личности занимались сбором всяческого лома или нанимались грузчиками в расположенные на остатках завода склады. В девяностые в цехах бодяжили палёнку и в схронах можно было обнаружить заныканные некогда бидоны со спиртом, а то и готовую продукция. Тем они и пробавлялись.
Верховодил в гопкомпании Хром, имевший пару ходок за воровство и корчящий из себя невье…ного криминального авторитета. Остальным же было пофиг кому подчиняться. Если бы среди них попался хоть один нормальный человек, то и дальнейшая ситуация пошла по-другому.
Но компашка, изучив ближайшие окрестности поселка, решила перебраться жить обратно на завод. Благо на въезде стоял отапливаемый «балок», в ближайших магазинах было полно спиртного и жрачки. Так эта парии общества и дожили до весны.
Хром заводил иногда найденную в поселке «каракатицу», так в этих местах называли самопальные вездеходы на шинах-баллонах. Весной он с её помощью оживил УАЗик, водил же того Андрюха, мужик лет за сорок, выпивоха, еще не утративший былые навыки первоклассного механика. Они только совсем недавно начали мотаться туда-сюда по окрестностям и единственные в группе, кто имел оружие в виде старых двустволок.
Первый наш разговор с Хромом как-то сразу не задался. Тот вмиг увидел во мне злейшего конкурента. Правильно, кстати, увидел. На меня же его приблатненный гон не произвел никакого воздействия. На крутого авторитета этот замызглик похож не был, да и не был таким по своей натуре. С матёрым криминальным волком пришлось бы разговаривать по-иному. Я же в присутствии остальных сразу наехал на самого Хрома.
— Что ж ты, мил человек, своих людей в таком свинарнике держишь? Рядом дома нормальные стоят, тепло на улице, живи не хочу. И вы, дурики, об урожае заботиться думаете? Где парники, где вскопанные поля?
— Жратвы и так полно в лабазах, — мрачно ответил сутулый бородач неопределенного возраста. Я похожих на него трех старперов за глаза обозвал «терпилами». Привыкшие не перечить начальству заурядные поселковые работяги.
— Ты знаешь сколько она еще будет пригодной? Рыбные консервы уже к осени жрать нельзя, да и без овощей и витаминов следующей зимой ты все зубы выплюнешь.
— Ну так-то, оно так, — примирительно развел руками бородач. Я же сделал себе в уме пометку, успев заметить реакцию остальных.
Так, в общем, и поговорили. Я не рассказал им про лодку и припасы, путь к отступлению стоило оставить тайным. Больно уж погляд Хрома мне не понравился. Эти блатные завсегда непредсказуемы. Как трусливые гниды готовы ударить исподтишка и в спину. Так что и я хер положил на их «правила».
В итоге ушел спать в приглянувшийся коттедж, на всякий случай закрыв все двери и окна и положив рядом верный помповик. На мое оружие и снаряжение, кстати, многие из их компания уважительно посматривали. Да и остальные мои навыки и мысли пришлись многим ко двору.
Еще до приезда из двухдневного рейда Хрома и Андрюхи я оживил электроснабжение их провонявшего блевотиной «балка». Эти болваны залили в один из генераторов вместо бензина дизельное топливо, чем загубили того на корню. Второй же был по чье-то тупости или, скорей всего, пьяной небрежности поврежден. К счастью оба генератора оказались одной фирмы, и я просто переставил блок управления с первого на другой.
Алина в первый вечер приготовила на уличном очаге ужин в виде жареной картошки и вскрытых консервов. Я также добавил к общему столу банки с ветчиной и тунцом. Народу выставил найденную в одном из баулов бутылку хорошего вискаря. Даже не знаю, кто его туда сунул. Привет, называется, из прошлого. Мужики напиток одобрили, в таких местах уважают больше тех, кто пусть и мало, но пьет. Тогда же я сделал первые выводы из нашего общения и состроил планы о смене власти.
Ну а вы что думали? Я опять буду и дальше выживать мизантропом одиночкой! Вкалывать самолично по-черному за некое мифическое завтра, которое может в одночасье пойти прахом? Надрываться, чтобы соорудить новое гнёздышко? Нет уж! Лучше сколочу маленькую ячейку общества, в котором я буду главным паханом. А что? Я умен, предприимчив, хоть как-то владею оружием. И главное — у меня есть план!
Решилось все на третий день по прибытии. С утра я вместе с Андрюхой провозился в гараже, стараясь оживить стоящий всю зиму «Крузак». Там же я намедни нашел электрогенератор с запасом бензина и ночью успел зарядить автомобильный аккумулятор. Но вдобавок потребовалось менять жидкости и свечи. Благо, что все это нашлось у запасливого хозяина. Да и сам Андрюха на деле оказался на редкость рукастым и сообразительным мужиком, чем мне понравился.
— Ты зачем с этим блатным водишься, Андрей?
— Так это. Он, если чё, могёт и перо в бок. Боюсь его.
Я коротко глянул на жилистого мужичка, оказавшегося моложе, чем выглядит на лицо. Вроде не дурак, но трусоват.
— Пьёшь тогда чего? Ты же хороший специалист.
— Да… — он махнул кудлатой головой, лицо было относительно чисто выбритым. — У нас все пьют. Да я того…. Могу пить, могу не пить.
— Делом заняться не хочешь? Жить нормально? — я внимательно наблюдал за Андрюхой. — Ну как нормально в наших условиях, но всяко лучше, чем вы этой зимой. Приличный дом, жратва, баба под боком.
— Так я это, Машу вроде того и так пендюрю.
— Ну, смотри!
Остальные трое «терпильцев» мне помехой также не случились. Больше отмалчивались и на глаза не показывались. Алина же успела умыться, одела на себя новый спортивный костюм, показав воочию довольно стройную фигуру со всеми приданными природой выпуклостями. На её лице так и застыла услужливая улыбка, зубы были ровными, мордашка вовсе даже нестрашная. Годится! Она больше тёрлась около меня, помогая обустроиться в коттедже. Она же стала спусковым крючком конфликта.
Уже ближе к вечеру во двор дома приперся Хром. Он был один и в подвыпившем состоянии, начав сразу требовать к себе Алину. Будто бы она его законная баба, и он не потерпит другого ухажёра. Та в ответ тихонько ойкнула, пробормотав, что сейчас урка её бить начнет, и попыталась скрыться в бане.
На мой окрик Хром повернулся, уже вскидывая двустволку. Скорей всего это была его заранее продуманная заготовка. Блатной, видимо, успел заметить, что я сижу на лавке без обычной «сбруи» и карабина, но совершенно не обратил внимания на «Mossberg», лежащий неподалеку. С виду этот укороченный помповик никак не тянул на серьезное оружие.
Итог для бывшего «сидельца» был закономерно плачевен. Два выстрела в упор, да еще картечью не оставили ему ни единого шанса. Да, собственно, я и не собирался их ему давать. Развороченное в мясо тело глухо стакнулось о плитку двора, раздался бабский выкрик, тут же буквально и заглохший. В глазах Алины читались одновременно ужас и облегчение.
Скажете — это было нечестно? Но мне совершенно плевать на законы или «понятия». Блатным, как и жителям «ближайшего зарубежья» я всегда не доверял. Мы, обычные люди для них просто чужаки, не свои в доску. Так какого хрена я должен считаться с их сраными традициями? Закопали Хрома по-быстрому на пустыре, даже метки на память не оставили.
Переход власти из рук в руки произошел моментально. Никто и не думал рыпаться, тем более что я никого не обижал, а предложил на ближайшее будущее вполне разумные планы, подкрепленные основательными доводами. Мини-совет, созванный на следующее утро, прошел в «конструктивной» обстановке. Мужики помогли дотащить баулы и рюкзаки от причала до коттеджа, заодно оценив на отлично мою моторку.
Андрюха продолжил возиться с «Лендркрузером», я хотел превратить его в рейдовую машину. Бывший мастер заявил, что знает, где взять искомые детали, а также электросварку. Затем он исчез до вечера. Алина с самого утра взялась за баню, намыла её всю, затопила. Благо насос работал и воду накачал без проблем.
Пробегая мимо, она то и дело бросала в мою сторону бесстыдные взгляды. Да и понятно, по сравнению с остальными «терпильцами» мужчина я видный. Да и наверняка за зиму дама по нормальному сексу соскучилась. Женщина в самом соку — чуть за тридцать, уже с некоторым опытом и жгучим хотением. Самый лепший вариант!
Вечером же я удивил самого себя. То ли пережитый накануне смертный ужас был тому виной, то ли углубились проблемы с моими гормонами, но остановиться я никак не мог. На поверку Алина оказалась вполне себе зачетной телкой. Наверное, в молодости ходила в местных красотках. Командировочные любили таких фифочек цеплять на ночь, без лишних комплексов, крепких и охочих до удовольствий.
Симпатичная, хоть и простоватая мордашка, относительно подтянутая фигура привлекли к себе сразу. Еще не упавшая грудь среднего размера и вполне аппетитная задница только раззадорили мой пыл. Разве что ноги были несколько коротковаты и неказисты, но в этом деле не они самое главное.
Пока мылись, я разгорячился, а женщина не отрывала взгляд от моего вздыбленного «инструмента». Затем же я никак не мог от неё оторваться. Выплеснутый наружу первый поток практически не остановил второй заход. Алина особыми познаниями в сексе не блистала, инициативу не проявляла, лежала, как положат, колыхаясь в ответ на фрикции.
Да мне сейчас было, собственно, все равно. Просто хотелось её разогревшегося тела, краснеющего алым цветком посреди широкого дивана, как нельзя удобно пристроенного на веранде. Вот я и пользовался открывшимися возможностями, как мог и хотел.
В конце моих заходов женщина уже почти не шевелилась, иногда тихонько охая и постанывая, да и сам я несколько устал. Хоть «Дрын» так и остался в рабочем положении, но остальные мышцы устали. Да и вроде как сполна выплеснул накопившееся возбуждение, на душе стало спокойней, а мысли благостней.
Алина, не будь дурой, уловила смену настроения, ловко вынырнула из-под меня и занялась ужином. Благо, все было почти готово. Портативная газовая плитка стояла в предбаннике, выпивка в ведре с холодной водой. С опозданием я вспомнил, что пёр бабу без предохранения. Хрен бы на её беременность, но всякие болезни нехорошие… Да и ладно! Вон, с девками береглись, береглись, а итог?
Настроение от воспоминания былого несколько упало. Я понапрасну накричал на Алину, даже захотелось её больней ударить, но сдержался, внезапно ощутив резкий прилив крови к «Дрыну». Это, получается, что — меня потянуло на жестокость и извращения? Никогда вроде раньше за собой такого не замечал. Свалил все на стресс. Не каждый день ты все-таки стреляешь по вертолетам и людям.
Мы сели, выпили, закусили. Алина много болтала, она сполна насытилась сексом и соскучилась по нормальным разговорам. Все-таки публика-то в их компании была еще та. Маргинал на маргинале. Женщина много улыбалась, то и дело вытирая краешком полотенца выступивший пот. Раскрасневшееся лицо показалось мне сейчас отталкивающим, слишком уж простецким. Отвык я за эти годы от вида «рабочего класса».
Но настроение понемногу поднялось. Все-таки я жив и вроде как при деле. В голове тут же начали стройными рядами появляться пункты будущих Планов. Кое-что я даже озвучивал вслух, приведя Алину в искренний восторг. Или она так подыгрывала мне, сучка хитрая! В конце концов, я загнал её под стол, раздвинув для удобства ноги. Пусть там «отрабатывает» своё дальнейшее существование. Двигаться лень, но получить дополнительные удовольствия я совсем не против.
Все, в прошлом остались «демократические» взаимоотношения! В новом мире есть место только для хозяина и его рабов.
Соседями нашего поселка удалось заняться только через две недели. Больно уж много времени отняли хлопоты по хозяйству, переселение всех выживших в нормальные дома, обустройство коммуникаций, поиск топлива и продовольствия. Текучка она такая, заедает.
Хорошо хоть дело отчасти удалось свалить на Андрюху и Кирилла, того мрачноватого бородача с собственным мнением. Тот не был особенно доволен произошедшей сменой власти, считая меня чужаком, но в итоге смирился. Уважал мужик силу и смекалку. Ну а если не можешь сам, то прислонись к более удачливому сокамернику. Железобетонная народная мудрость! Так что с его стороны я поползновений на власть не ожидал.
И также мы начали с опозданием сельскохозяйственные работы. Как оказалось, не все здесь было запущено, в двух теплицах уже оказались посажены огурцы и зелень. Все-таки это не городские жители, в земле местные зачастую больше меня соображают.
Посадку картофеля я свалил на оставшихся трех мужиков «терпил». По возрасту уже почти пенсионеров, с болячками и немощами, но еще вполне пригодных для физической работы. Но объем предстоящей деятельности выявил явную потребность в новых рабах.
Пока же я никого из местных сильно неисполнимым делом не загружал, после работы даже позволял выпивать в меру. Продукты на общем столе стали намного качественней, ел в основном с ними же. Обчистив с Андрюхой один из алкогольных складов, обнаруженных мною в списке предприятий, запретил пить всякую дрянь, добавив в общий кошт несколько ящиков качественных напитков.
То ли вновь заведенный порядок, то ли отсутствие у меня явных диктаторских замашек, но пока мой авторитет только рос. Понемногу я приблизил к себе Кирилла. Мужик оказался на поверку довольно сильным физически, понятливым, внушал осторожное доверие. За это он получил от меня некоторые привилегии и одну из оставшихся местных бабцов. Андрюха же хоть и был во многом хорош, но продолжать пить безбожно. Придется бить!
Алина была постоянно при мне, выказывая свою преданность и готовность отдаться в любой момент. Да, собственно, больше тут никого трахать и не было. Одна из теток на мой взгляд была слишком старовата, уже под пятьдесят. Я как-то ни разу не любитель жировых складок и целлюлита. Маша оказалась немного старше Алины, но по мне слишком толстовата, поэтому и была в итоге отдана Кирюхе. Правда, разок я все-таки загнал всех троих в баню, попользовать разом и сравнить. Привык за эти месяцы, сволочь, к разнообразию.
Потом… потом мы поехали за рабами. Больше всех о «соседях» со слов Хрома знал Кирилл. По его прикидкам выходило, что там спаслось не меньше десятка людей. Меня больше напрягло, что при большем количестве женщин среди той группе было несколько относительно молодых и крепких мужчин. Странно, что те до сих пор себя никак не проявили, окрестности не изучали и не использовали.
Чего-то боятся или мы им совершенно неинтересны? Хотя, в самом деле, учитывая расположение наших «соседей,» это очень даже ясно. Дорогущая база для отдыха нуворишей. Место, куда «простые» люди не ездят. Понятно, что тамошняя публика свысока будет относиться к людям из рабочего поселка. Даже конец света не стал тому помехой.
Так что если гора не идет… Кстати, я кто? Царь, князь, диктатор или президент? Хотя черт бы с ним, проведу для вас выборы. В духе почившего в бозе нашего прошлого президента. То есть без альтернатив, зато суверенно и стабильно!
Перед любой удачной операцией производится тщательная разведка. Я и Кирюха по очереди следили за людьми из бревенчатых по последней моде коттеджей. Ну и публика там собралась, я вам скажу. Эти манерные блондинки всерьез считают, что и сейчас стоит ходить по улице в такой неудобной для работы одежде? Чем они, вообще, тут занимаются? Судя по увиденному, попросту прожирают прошлые запасы. После ужина в домах включались генераторы, горел и даже звучала музыка. Вечеринки, что ли, каждый вечер проводят? Офигеть!
Всего там оказалось двенадцать человек, еще бы один и получалась чертова дюжина. В основном относительно молодые бабы. Сиё обстоятельство меня откровенно радовало. С недавних пор я начал подумывать о настоящем гареме! Ну а почему бы и нет? Заметили там и пару подростков, в этой одежде непонятна была их половая принадлежность. Но как говорят повидавшие виды геи — какая в жопу разница!
Больше всего напрягали два мужика. Вот они, наверное, порезвились этой зимой! Один в возрасте, но еще вполне крепкий. Слишком простоват с виду, наверное, кто-то из персонала. Второй же молодой и мордатый, как «приличные» люди. Наглый до показушности. Явно из нынешней «Ылиты». Оба постоянно носили с собой оружие и даже пару раз куда-то уезжали на пикапе.
«Скрипач нам не нужен!».
Операция прошла быстро и без особых проблем. Не стоит слишком усложнять задачу, тогда с ней проще справиться. Вот и сейчас мы взяли этих манерных еще тепленькими и спросонья. Первой захомутали активную тоненькую брюнетку. Она каждый день в восемь утра несмотря на погоду выходила на пробежку. Привычка — вторая натура!
С кляпом во рту, упакованную в мусорный черный мешок, отдали дамочку под присмотр команды Алины. Своей полюбовнице я доверил «Mossberg», Маше простую двустволку. Поселковая баба умела ею пользоваться.
Второй взяли длинноногую блондинку, та до завтрака выгуливала свою собачку. Пёсика, чтобы не визжал и гавкал, пришлось ту же прибить. Да и не люблю я собак за их противное гавканье. Сложнее оказалось с мужиком, который постарше. Утро тот обычно начинал с зарядки, а затем таскал воду из колодца на кухню. Видимо, также для здоровья. По вечерам насосы исправно работали, мы слышали.
Этого я сразу, как он вышел на крыльцо, окликнул и взял на прицел, а Кирилл больно ударил по почкам, крепко затем связав по рукам и ногам. Пусть побудет пока с остальными пленниками, на него у меня особые планы. По виду он совсем непохож на манерных.
Остальных жильцов первого коттеджа также взяли «без шума и пыли». Сначала зажать рот, показать оружие, напугав до полусмерти, затем заклеить рот и связать. Так, прямо из постелей забрали трех дамочек. Ха-ха, конечно, но все они оказались блондинками. Инкубаторы что ли в городах понастроили?
Одна из них лежала под одеялом в какой-то прозрачной комбинации, такой её и повязали. Вид почти обнаженного тела меня здорово взбудоражил. Да и дамочка на первый взгляд выглядела весьма симпатичной, светлые волосы и миловидное личико, глаза пусть и испуганные, но тоже хороши. Титьки же так и выпирали из-под тонкой комбинашки, четко обозначив вставшие соски. Если бы не дело, то тут же её поимел. Судя по взгляду, Кирюха был того же мнения. Тоже не дурак выпить и потрахаться.
Проблемы у нас возникли со вторым жилым коттеджем. Жили эти манерные широко, по шесть человек в домике, больше тесниться не захотели, даже в такое трудное время. Вот, наверное, зимой топлива столько на один обогрев ушло!
На первом этаже мы сразу же лоб в лоб столкнулись с худощавой рыжеватой дамочкой. Видимо, она что-то заподозрила и стояла прямо у двери. Скорчив некрасивое лицо, она тут же завопила что мочи. Пришлось ударить дуру прикладом прямо в зубы. Но дом всполошить она все-таки успела.
Еще одну, грудастую деваху, выскочившую из туалета, я затормозил ударом в живот. Та, пролетев пару метров, заверещала от боли, но с пола так и не поднялась, испуганно уставившись на моё оружие. Я провел рукой по горлу и показал знаком, чтобы она заткнулась. Дошло!
Оставшийся еще не захваченным молодчик оказался на редкость шустрым малым. Не успел я пересечь большой холл, занимавший почти весь первый этаж, оттуда же шла наверх, в спальни лестница, как раздался громкий хлопок, и над моей головой полетели щепки. Рано начала палить, дурачок!
В руках у чужака был помповик, и явно не отечественного производства. Ну и зачем, спрашивается столько зазря палить? Я и высовываться дальше в холле не стал, кивнув Кириллу в сторону окна. Сейчас напарник попросту обойдет молодца сзади, у здания есть еще и пожарная лестница.
«Хозяин» прошлой жизни к тому же не учел одно важное обстоятельство. Или он в армии не служил или имел представления об оружии только из кинофильмов. Та толстая деревянная балясина, за которой он спрятался, могла остановить дробь, ну даже картечь, выпушенные из гладкоствольного оружия, но никак не 7.62 миллиметровый патрон из нарезного карабина.
Что я вскорости и продемонстрировал, дождавшись перезарядки помповика. Бежать вперед к лестнице не было смысла, чужак мог выстрелить, даже зарядив один патрон. Но пробившие его незамысловатое укрытие две пули поимели яркое показательное воздействие.
— Слышь, придурок, ружье бросай, или я сейчас тебя попросту пристрелю, как собаку.
— Сам бросай! — раздался сверху неуверенный голос.
— Ну ты сам только что выбрал свою судьбу. На помощь тебе никто не придет, твоего товарища мы уже взяли.
Видимо, мои аргументы показались ему существенными, через секунду сверху раздался отчаянный выкрик.
— Не стреляй, сдаюсь!
Вскоре вниз по лестнице покатилось ружье, но я все-таки дождался, когда откроется дверь одной из спален и на втором этаже появится Кирилл. Мало ли что, шкурка-то у меня одна. Трех оставшихся жительниц коттеджа мы также нашли наверху. Пожилая тетка и две девушки-подростка лет пятнадцати по виду спрятались за кроватью.
Все взятые в плен обитатели коттеджей стояли на коленях под присмотром Алины и Маши. Мужик из обслуги, спеленатый крепче, чем остальные, лежал в кузове пикапа. С дамочек были сняты мусорные пакеты, по их щекам текли слезы, а глаза горели откровенным страхом. Наверное, все они в прошлом смотрели американские блокбастеры о фантастическом будущем, и им сейчас было откровенно страшно. Хорошие люди с оружием по утрам не ходят. Плохие же на то и плохие, чтобы делать разные пакости. Резать людишек на куски, насиловать женщин, убивать детей.
Только одна из дамочек, та самая рыжуха злобно уставилась в мою сторону. Опасная бл…дь, надо бы её покрепче связать и позже приглядывать. Ладно, мы с этой толпой еще разберемся, пока у нас осталось одно незаконченное дело.
Мордатый молодчик, его звали Виталием, и был тем лишним «скрипачом». Слишком наглый и неуживчивый оказался на поверку товарищ. Вон уже как зыркает, силится что-то нам высказать. Не привык, видать, к такому хамскому к себе отношению. Да знаем мы все, что ты сейчас скажешь, милок — «Не понимаете с кем связались! Я сын того-то! Да я вас бараний рог…». Проехали!
Мы нарочно его похуже связали, как бы второпях и будто случайно, как неопытные бакланы, поставили в паре метров от него Машину двустволку. Типа лошки расслабились. Я также показательно закинул свой карабин за спину, неспешно прикурия сигару. В последнее время что-то к ним пристрастился.
Кирилл с Машей в это время отошли к пикапу, отнести собранную в баул женскую одежду. Та грудастая девка усиленно помогала им шмонать коттеджи и собирать нужные вещи. Не хватало нам еще в дополнение для здешней публики по лабазам мотаться.
В этот момент Витёк и решился действовать, освободив руки одним рывком, бросился к ружью. Прыткий оказался товарищ, однако не учел того обстоятельства, что двустволка может быть специально разряжена. Как и мою скорость в выхватывании оружия. Я мог бы этого прыткого и из пистолета завалить, но хотелось крови. Больше кровищи! Чтобы хлестала из разверженного мяса потоками!
И еще я хотел посмотреть ему в глаза, перед тем как его грохну. Вот на это глянуть точно стоило! Отчаяние, страх, ужас, желание упасть в колени и вымолить, выцарапать прощение любым способом, но сохранить свою жалкую ублюдочную жизнь. Нет, все-таки слабак!
Грохнули один за другим выстрелы, дамочки отчаянно завизжали, рано мы им рты открыли. На ближайших к Виталию женщин брызнули горячие капли, что еще больше добавило истерики. Правильно, кричите и бойтесь до усрачки. Бойтесь, дуры набитые, именно меня. Вон и мужика, кажется, проняло, зыркает из кузова, на ум мотает. Это вам не тут, господа, это реалии нагрянувшего Постапокалипсиса.
Продырявленное насквозь тело Витька мы затем оттащили «Крузаком» немного дальше, к куче мусора и по-быстрому закидали труп. Жил говном и помер помётом. Но скажу вам честно — убивать мне не понравилось. Это как жирного и наглого таракана прихлопнуть, вроде бы и надо, но как-то противно.
Как потом оказалось, никто из женщин Витька не пожалел и не вспомнил. Гнилой был господинчик, испорченный человечишка, да и никчемный, даже в плане постели. Тогда мне-то чего горевать?
Еле-еле все поместились в две машины, было тесно. К себе на переднее сиденье я посадил ту блондинку, которую в неглиже в постели застал. Ей уже дали одеться, дамочка пришла в себя и с интересом на меня поглядывала. Так это и понятно, один альфа-самец грохнул другого. Бабы они сильное плечо любят, остальное сопли для малышей.
Я также в её сторону глянул, на первый раз понравилась. Светло-русые волосы, серые глаза, правильный овал лица, по ухоженному коже даже непонятен её возраст. Может, тридцать, а может, уже и под сорокет. Но, как помню, тело было вполне соблазнительное. Хочу её первую уже сегодня же вечером.
Пытаюсь разговорить пленницу, наладить некие отношения. Алина, сидящая на заднем сиденье, нарочито сопит, ревнует. Да пофиг, вместе вас обоих вечером и поимею. Посмотрим, кто из вас настоящая блонда! На душе стало как-то радостно, мой план начинает потихоньку претворяться в жизнь, так что еще заживем!
Наташу я поимел тем же вечером. По случаю удачного окончания операции по захвату у нас был объявлен праздник. Мужика и всех пленниц затолкали в приготовленные заранее клетки, стоящие в одном из заброшенных цехов. Всем, кроме мужчины, дали вволю воды и еды, даже свежую зелень и огурцов из огорода подкинули. Пусть видят, что мы питаемся лучше их и мотают на ус. Кнутом и пряником!
Девок-подростков Маша сразу же забрала к себе на кухню, бесплатно у нас никого не кормят. Все обязаны вкалывать или сдохнут от голода. Кстати, та женщина в возрасте вовсе не была их матерью, а двоюродной тёткой. Что делает некоторые моменты проще, успел я разглядеть милые мордашки племянниц. Но всему свое время.
Остальные же жители коммуны собрались в соседнем коттедже, отпраздновать победу над чужаками. Ну прям как первобытное племя троглодитов! Тут уже я не поскупился, выставив на стол самое дорогое и редкое из запасов. Пущай гуляют, только чур завтра все дежурные работы будут выполнены.
Алина убежала готовить баню, заметила баба, что я на взводе и захочу выпустить пар. Выброс адреналина сказывался, да и не каждый день человека собственными руками убиваешь. Хотя, если добавить пилотов в вертолете, этот был уже не первый. Да и Тамару также можно до кучи в список внести. Потихоньку становлюсь отъявленным отморозком из постапокалиптических романов. Так с волками жить — по-волчьи выть!
В баню первой отправили Наташу. Больно уж завела меня та сцена в спальне, её полупрозрачная комбинашка. Давно хотелось разнообразить свое сексуальное меню. Да и оказалась она лет на пять моложе Алины. Моя же законная любовница быстро объяснила будущей партнерше что к чему, в чем будет выгода её нового положения. Та не будь дурой, тут же согласилась на все. Мне и проще!
В бане я тут же убедился, что Наташа не натуральная блондинка. Вычисляется это по определенной области тела довольно просто. В остальном дамочка оказалась на высоте. Роскошное ухоженное тело, аккуратные титечки второго размера, как раз в мою руку ложатся, приятные ладоням мягкие округлости бёдер, в меру мясистые ляжечки. Я тут же завелся и утащил женщину на диван.
Наталье также понравился мой неугасимый пыл, в этот раз Алине досталось меньше внимания. Я подругу вскоре отослал к былым дружкам, праздновать, плотно занявшись крашеной блондинкой. Как оказалось, за зиму та здорово соскучилась по сексуальным утехам. Витёк на поверку оказался слабоват, а Михаил занят. Сейчас же, пережив стресс и полную перемену обстановки, она решила расслабиться. Хотя скорей всего по старой памяти принялась со всей страстью окучивать нового «альфа-самца». Любовницей она, к слову, была опытной, и мы оба получили несказанное удовольствие.
На следующий день большая часть моего народонаселения встала поздно. Я в этот раз не стал ругаться на них и пинать лодырей. Все-таки гайки пережимать не стоит. Всему свое время. Будем ежовые рукавицы натягивать постепенно, чтобы анус не рвался. «Демократическим методом», апробированном в нашей стране за последние три десятка лет. Хотя обед все-таки состоялся по расписанию, вода в ёмкости была накачана в полном объеме, дежурные электрогенераторы включены. Что еще от этих «терпильцев» можно пожелать?
Поимев сразу после побудки два раза Наташу, я выбрался, наконец, в беседку. Алины пока не наблюдалось, пришлось завтрак готовить самому. Эк как меня за эти месяцы развезло, лень даже стало приготовить еду! Но тут уже подсуетилась новая любовница. Хм, у этой сучки явно был опыт общения с сильными мира сего! Она быстро вынюхала, что где лежит и помогла сервировать стол. Умела обслуживать самцов любым способом. «Такая корова нужна самому».
Усевшись на широкой скамейке пить чай, женщина подтянула под себя голые ноги и задумчиво поглядывала на меня. Как ни странно, но без макияжа она смотрелась моложе, довольно симпатичной. Странно, зачем хорошенькие дамы добровольно портят себе лицо? Ну логику в женской голове искать бесполезно, это я еще на примере тех двух дурочек понял. Лучше уж тогда особи противоположного пола использовать по данному им природой предназначению, то есть для удовлетворения потребностей мужчины.
Но пока я сыт и неспешно задаю Наташе вопросы. Они и рада стараться, все мне на блюдечке выкладывает. Мне же еще предстояло сколотить из этих двух банд какой-никакой, но коллектив. Насмотрелся я в прошлой жизни на росиянский атомизированный социум, с тем подобием общества нам точно не выжить.
Как ни странно, но больше всего нужной информации я получил от тетки девчонок-подростков Елены Сергеевны. Толковая оказалась бабёнка, жаль не в моем вкусе, да и старовата. Хотя… всему свое время. Аппетит, как говорится, приходит во время еды, ха-ха! Ну а в целом ситуация выходила такая.
Как и большинство «модных» загородных клубов в этом имелась собственная фишка — «Соляные пещеры». Не знаю с какого перепуга эти придурки считали бетонные подвалы пещерами, но спрос на них был. Вот тем, кто оказался в момент Х в этих «солях» и повезло. В чем уж тут случилась загвоздка — в марке бетона или соленой шубе, или в самих чертовых солях, но факт в том, что все люди, принимавшие в это время процедуры, выжили.
Правда, полностью очухивались они от удара излучением только через пару дней. Выбраться наружу сил попросту не хватило, поэтому и остались живы. Благо в соседнем помещении подвала располагалась большая сауна с буфетами и напитками. Да и Михаил, этот самый захваченный нами мужик оказался работником базы. Он-то и обеспечил людей всем необходимым, а затем помог выжить зимой.
Первой, самой нетерпеливой троице, состоящей из столичных гостей и полезшей наружу на пятый день, не повезло. Вернулся только один из них, молодой мужик, тут же начал кашлять кровью и вскорости умер. Все оставшиеся «пленники солей» тут же поверили, что наверху, и в самом деле, произошло нечто страшное.
Женщин обуял страх, чуть не перешедший в истерику. Тогда же функцию главаря банды взяла на себя та самая рыжая стерва из второго коттеджа. Вот с ней надо будет быть поосторожней. В главы финансового отдела крупной компании за красивые глазки и глубокий минет не попадают.
Хотя в настоящий момент все её былые лидерские качества спокойно себе нивелируются применением грубой физической силы. Времена суфражизма и прочего феминизма канули в Лету. Это только в тупых американских боевиках бабы верховодят бандами, в жизни и раньше такое было скорее исключением, чем правилом. Так что нечего и огород городить! Правят всегда мужчины.
Рыжая Маргарита, да-да именно так эту сучку и звали, действовала жестко. Еда заканчивалась, и требовалось что-то предпринять. Жертвой была выбрана та самая милая собачонка, которую мне пришлось прибить при штурме. Именно её и выпнули наружу на восьмой день после катастрофы. Понаблюдав за бедным животным, как оно скулило и просилось обратно в подвал, с пару часов, все признали, что опасность, видимо, миновала.
Михаил, который в свой время отслужил в армии, привел веские доводы в пользу применения химического оружия. Оно же, как известно, в основном действует кратковременно. Ему же и пришлось проверять на деле собственные предположения. Но ничего страшного не произошло, и все выбрались наружу, жадно глотая свежий воздух и со страхом озираясь по сторонам.
Снаружи всех ожидал самый пренастоящий конец света, странной формы свертки вместо людей, отсутствие хоть какого-то признака живых, да и самой цивилизации как факта. Первый стресс был залит алкоголем, кое-кому даже повезло с сексом. Марго тут же отхватила себе молодого и неопытного Витька, сделав того собственной тенью. После первоначального угара и волны истерик порешали пока оставаться на базе. Здесь имелись большие запасы продовольствия, были собственные артезианские источники, а также неплохие жилища. Пока растянулось до весны.
Короткие поисковые экспедиции, совершенные Марго с Михаилом, ничего хорошего не обнаружили, но помогли доставить на базу достаточное для постоянного использования количество топлива и недостающие продукты. Михаил же в основном и занимался в дальнейшем текущими хозяйственными вопросами, поделив обязанности с Еленой Сергеевной.
Витек же жил, как король и главный самец, хоть на поверку и был подкаблучником. Правда, половина женщин ему тут же в близости отказала, отселившись в соседний коттедж. Пришлось сынку шишки из городской администрации довольствоваться телами рыжей старпёрки и той податливой грудастой девки из обслуги, оказавшейся в их компании случайно. Да и вёл он себя в людях, как обычный мажорчик, то есть ничего не умеющий делать задавака. Короче, никто потом об этой гнуси особо не грустил. «Скрипач не нужен».
Рыжую Марго я тут же переселил в отдельную клетку, выпустив на волю Михаила. С эти потертым жизнью и много чего повидавшим мужиком оказалось легче всего договориться. Объяснив на пальцах сложившуюся в мире ситуацию, я обрисовал ему наше ближайшее будущее. В общем, в итоге я получил в свое распоряжение неплохого помощника по хозяйству. Мужик был сильнее меня, здоровее, но лишних амбиций не имел и никаких иллюзий на собственный счет не питал. Не всем дано быть лидерами, да и судьба Витьки стала ему хорошим примером. Пристрелили как собаку и закопали в дерьме.
Из всех жителей нашего поселения я лучше всего умел обращаться с оружием, да и был им снаряжен до зубов. Кроме собственного карабина и «Mossbergа» в моем хозяйстве появился пистолет Макарова с двумя запасными магазинами. Это в одной из рабочих поездок с Кирюхой мы нашли патрульную машину со «свертками» в кабине. АКСУ я отдал тому, забрав себе пистолет. Оружия ближнего боя мне как раз и не хватало.
Научив помощника правильно обращаться с укоротом, я вдобавок провел со всеми членами коммуны короткий тактический ликбез. Мой авторитет в глазах Кирилла и его подручных в итоге заметно подрос, любят эти гопники крутые тачки и стволы.
Всех пленниц понемногу пристроили к делу и развели по жилищам. Елена Сергеевна ушла к Михаилу, манерная блондинка, спортивная брюнетка и еще две потертые тетки стали жить сами по себе, в отдельном доме. Да и к кому им здесь было идти?
Грудастая деваха, как ни странно, быстро сошлась с Андрюхой. Он даже выпивать стал заметно меньше. Тут же как — или пить, или еб…ся! Последнее действо, видимо, мужику понравилось больше.
Меня же сейчас больше занимали несколько проблем: посадка будущего урожая, обеспечение нашей коммуны топливом и оборудованием, необходимым для успешной зимовки. Последним в длинном списке шла маскировка. Мой рассказ о прилете иностранного вертолета впечатлил всех посвященных. Не доверяли как-то в Росиюшке чужакам и не ждали от них ничего хорошего. Так что мне поверили и озадачились. Огонька добавил рассказ Алины, что, дескать, она видела недели три назад в небе след от самолета.
Так что комплекс некоторых мероприятий мы вскорости все-таки провели, благо это не отнимало много времени. Да и лето началось, отлично спрятавшее в зелени и листве следы нашей жизнедеятельности. Все генераторы и крыши над летними кухнями были экранированы, транспорт отчасти спрятан под крепкие навесы. Осенью, дай бог, займемся остальным.
Неплохо все-таки быть царьком, князем, падишахом или еще каким-нибудь фюрером. Ответственность, конечно, большая, ну так запросто так титулы не раздают! Зато какой простор для фантазии и уверенность в том, что тебе никто не будет перечить.
Попытавшиеся сопротивляться мой неукротимой воле быстро приводились в чувство. Некоторые в процессе наведения орднунга лишились зубов, а то и жизни. У меня не забалуешь! За лето наша коммуна приросла новыми членами и стала хоть как-то похожа на цивилизованный форпост человечества. Но давайте все по порядку.
С огородами, теплицами и прочими аграрными утехами ухайдакались мы здорово. Хорошо техника помогала, да местные поселковые хоть чего-то соображали в картошке и огурцах. Во всяком случае сей год мы точно будем с урожаем!
Поэтому неделю после посадки мы просто отдыхали. Кое-кто даже позволил себе лишнего. Пришлось понемногу начать наводить железной рукой порядок. Например, Кирилл на декаду был лишен поста бригадира и малость побит. Михаил и Андрюха в процессе этой экзекуции ту же приняли мою сторону. Кирюха, выплюнув зуб, свою ошибку также осознал и больше не возбухал. Я его правильно просчитал.
Остальной личный состав коммуны нашу стычку воспринял спокойно. Наказание вышло умеренным, да и мои претензии были обоснованными. Косяки одного в нашем случае угрожали существованию всех. Так что без обид. Да и спустя несколько дней наш конфликт был сглажен совместной выпивкой. Как будто я не знаю местных обычаев? Сначала с деревенскими парнями надо подраться, зато впоследствии сидеть, как с закадычными приятелями. Не нами придумано, не нам и менять.
Нравы у нас в провинции незамысловатые, так что будем придерживаться их.
В нашей свежесоставленной коммуне для всех нашлось дело. После огородной страды я вернулся к рыбалке, благо Алина и один из местных «терпил» также соображали в ней. Понемногу у нас даже сложилась небольшая рыболовная бригада. Ловили, конечно же, браконьерскими методами. Для этого мы с Кириллом смотались в пригород, где по выуженной мной из диска информации располагался склад одной из больших фирм, торгующих профильным товаром. Там же я обнаружил массу интересующих мою персону ништяков.
Пришлось запрягать в дело почти весь мужской актив — Андрюху, Михаила и самых крепких из женщин. Несколько дней подряд мы вывозили оттуда дорогущие резиновые лодки, лодочные моторы, квадроциклы, мотоциклы, велосипеды и прочую, ставшую остро необходимой технику. Там же я обнаружил небольшой склад с оружейной амуницией и патронами. Вывез оттуда практически все. Внутри меня проснулся толстенный хомяк и загребал все обеими руками. Кстати, не только у меня одного. Сладкое слово Халява взбудоражила многих, временами приходилось даже применять силу и выкидывать лишнее из машины.
Следующую неделю я пытался превратить наш «отряд самообороны» в нечто удобоваримое. Помогли в этом нелегком деле некоторые мои познания и армейский опыт Михаила. Хоть тот и служил в хозяйственном взводе, но какие-то навыки имел.
Вдобавок руки дошли до оборудования стрельбища, благо, недостаток патронов был исправлен. Лучшими стрелками в итоге оказались я и… Алина. Пришлось уступить ей найденный в одном из коттеджей поселка импортный карабин. Не скорострельный, конечно, но зато с оптическим прицелом. Опасно вооружать подчиненных, но во всем потребны компромиссы.
Несмотря на бурную социальную деятельность за эти летние месяцы, моя мизантропия никуда не делась. Жил я все равно наособицу, в некоторые из дней старался никого не видеть. Ну а накопившееся раздражение снимал сексом и…садизмом.
Да, вот куда в итоге привели застарелого мизантропа некоторые его наклонности. Хотя даже не знаю, как меня сейчас и называть. От власти крышу сносит или так задорно проявились скрытые черты характера?
С сексом все складывалось проще простого. Априори все женщины коммуны принадлежали в первую очередь мне. Право сеньора на «первую ночь». Это даже не обсуждалось и было главным моим условием нашего «мирного» сосуществования. Никто из мужиков не посмел перечить, да и посчитал такой порядок вполне законным. Тем более что я не злоупотреблял собственным положением, и обычно их женщин не трогал. Ну «опробовал» для порядка, да и то под спиртное.
Сами бабы, кстати, оказались совсем не против. Видимо, тешило осознание, что их трахает альфа-самец. Странные все-таки эти существа женщины. На словах за верность, а на деле постоянно по сторонам глазами шлындрают.
К тому же мой гарем заметно вырос и стал более разнообразным. Основной любовницей и приживалкой так и осталась Наташа. Молодой возраст, двадцать шесть лет, отличное тело, как раз в моем вкусе, податливость в постели и жизни. Что еще нужно постоянно озабоченному мужчине? Разве что умелый минет по утрам. Так и это она отлично делала.
Алина отодвинулась чуть в сторону, я даже разрешил ей перепихон на стороне. Баба, не будь дурой, спорить с паханом не стала, удовольствовавшись ролью второстепенной любовницы и хозяйственной обслуги. Именно она содержала мой дом в порядке, и нашей маленькой коммуна из всех женщин получила наибольший авторитет.
Это уже сказались патриархальные черты нашего народонаселения. Одно дело на мужике скакать, другое — вести его хозяйство. Ключница завсегда перевесит соску.
Вдобавок я сразу же попользовал спортивную брюнетку из первого коттеджа, а также её соседку собачницу. Блондинка, как ни странно, оказалась натуральной, но по мне слишком скованной в постели. То ли в прошлом были проблемы с личной жизнью, то ли от природы такая. Да и не люблю я «досок», считаю, что баба должна быть с фигурой, приятной глазу и на ощупь.
Вероника же, наоборот, пришлась ко двору, тоже любила сексуальные утехи в различных их ипостасях. Я частенько оставлял ей на ночь вместе с Наташей. Благо, что мой потенциал со временем не опустился, хотел всегда и везде. Странное, однако, какое-то воздействие излучения на мои гормоны. Мне кажется, что даже в восемнадцать лет во мне не было столько истового желания.
Будете смеяться, но я попробовал даже сорокапятилетнюю Елену Сергеевну. Опытная оказалась бабёнка, знает, как доставить удовольствие мужчине. Ей бы тело помоложе… но имеем то, что имеем. Неплохой каламбурчик получился, не правда ли?
Грудастая Ирина также мне понравилась, поэтому стала время от времени заходить «на банные дни». В последнее время мне почему-то хотелось женщин разных и разными же способами. Женской половине пришлось испытать новые «ощущения». Ныли, но терпели.
Но больше всего мне пришлись по нраву отношения с «королевой» Марго, которые сложились в процессе нашего теснейшего до боли общения. Новое положение в социуме, уровень самого бесправного раба, которого могут пинать все, до конца не сломили женщину лидера. Сильная на поверку оказалась личность. Но лиха беда начало!
Как-то в процессе нашей затянувшейся беседы, тянуло меня к ней почему-то после выпивки, я в первый раз применил прямое насилие. Ничего такого особенного, просто поставил оголенную женщину в собачью позу, да и отхлестал её по заднице попавшимся под руку куском веревки.
Неожиданно эта немудреная экзекуция меня здорово возбудила. Я решил продолжить дальше, поимев Марго, как душе было угодно, не обращая внимания на её вопли и крики. И каждый раз меня накрывал неимоверно бурный оргазм. Хрена себе, однако, обнаружить в собственной натуре наклонности садиста!
После очередного опустошения я лежал навзничь прямо на холодном полу, тяжело дыша, смотрел на скрючившуюся в комок женщину. Её голое тело было покрыто каплями пота, на узких ягодицах остались следы от побоев. В фигуре не было ничего такого особенного, мимо пройдешь, не заметишь. Затем мой взгляд упал на веревку, и я снова ощутил дикое возбуждение. Захотелось придушить до полусмерти эту вредную бабу, поставить в коленопреклоненную позу и поиметь в предназначенное для других дел отверстие. Что в итоге и осуществил, получив незабываемое удовлетворение от самого процесса. Крики, стоны, все это в итоге слилось в один звериный рык двух диких животных, совокупляющихся прямо полу. Полный порно трэш!
Я потом несколько дней приходил в себя, смакуя совершенные мною сцены жестокости и насилия, временами совершенно не узнавая прошлого «Я» в нынешнем. Но через неделю снова зашел в заветный подвальчик. Неимоверно, до скрежета зубовного, тянуло повторить эксперимент над собой.
Так и повелось — время от времени я приходил в Маргарите, бил её, затем грубо насиловал. Хотя, как насиловал…, да она сама добровольно отдавалась обоюдной дикой похоти. Мне даже показалось, что Марго здорово нравятся подобные отношения. Нашли друг друга два одиночества. Вряд ли такой опущенец, как Витёк мог принести ей настоящего удовлетворения!
В итоге дамочку поселили в отдельную комнату и даже немного повысили статус. Хотя давать хоть какое-то командирское место Марго я вовсе не собирался. Не доверял ей отчего-то. Пусть она на поверку и порядочной извращенкой оказалась, но с больно уж длинными коготками. Больше мужчин в социуме я всегда ненавидел именно женщин, особенно подобной этой. Сильных, властолюбивых, сполна пользующихся возможностями современной цивилизации.
Теперь настало моё время и мои правила!
Понемногу меня начало тянуть на насилие над другими. Странно, но чем дальше, тем больше это ужасающее занятие нравилось. Поначалу моя склонность меня здорово пугала, как, впрочем, и остальных, но понемногу притерпелись. Человек ведь как собака ко всему быстро привыкает. Такая уж у него в процессе длинной эволюции черта характера появилась. Жрать есть чего, крыша над головой не течет, податливая бабенка под боком, остальное суть не так важно.
Так и продолжалось бы наше неспешное коммунаровское существование, пока вдруг не вмешались непредвиденные события. Как банально — внезапно, нежданно. Как будто грядущие неприятности кто-то из нас с нетерпением ожидает.
На огородах созревал урожай, в многочисленных теплицах его уже собирали. Самые ушлые коммунары бегали по грибы и ягоды в ближайший лесок. Пусть у нас и были совместные трапезы и продовольственный общак, но никто же не откажется от некоторого разнообразия в меню. Я не то чтобы поощрял подобное собственничество, но и не запрещал напрочь. Гайки надо тоже крутить с умом. Учитесь у нашего бывшего президента — отца народа.
Но в один солнечный и, казалось бы, распрекрасный день в нашей коммуне приключилась тревога. Хоть мы и были готовы к разным вариантам событий, даже относительно регулярно тренировались, но все равно в этот раз большинство людей растерялось.
Крепкая такая зарубка на память — не доверять другим никогда ничего серьезного. Все приходится делать самому.
Я, как обычно, отдыхал в спальне после утреннего секса с Вероникой. Мне сейчас надо минимум три раза в день, так уж организм перестроился. Внезапно в спальню ворвалась Елена Сергеевна, что-то заполошно крича и горячо жестикулируя руками. Я сразу почуял, что дело неладно и вскочил с постели, даже не одевшись. Так, болтающимся и еще вымытым после соития концом и устроил тетке скоротечный допрос.
Наконец, удалось добиться от кричащей бабы, что неизвестные подстрелили Кирилла. Истекающего кровью бригадира только что привезли из рейда. Я тут же вспомнил, что отправил его и еще одного из «терпил» подобрать тягач или колесный трактор. Нам требовалось перевезти в подготовленное хранилище цистерну с дизельным топливом.
Поняв, что больше от этой истерички мне ничего не добиться, я начал спешно одеваться и искать свой рабочий ноутбук. Так уж сложилось, что в нашей маленькой общине не было ни одного человека с медицинским образованием, но на счастье, в захваченном мною из деревни жестком диске оказался целый раздел, посвященный врачебному делу. В том числе и учебные видео по военно-полевой хирургии, скачал на всякий случай.
На улице уже собрались встревоженные люди. Я автоматически отметил тех из них, кто захватил с собой прикрепленное за каждым оружие и начал давать указания. Подбежавший Михаил был тут же послан в разведку по окрестностям, требовалось оценить степень угрозы коммуна.
Допрашивать плачущую Машу времени не было, она также ходила в этот рейд. Окровавленное тело моего ближайшего помощника уже уложили на большой деревянный стол, ноутбук был включен на нужном видео, женщины принесли спирт, чистую воду и инструменты. Хорошо хоть повязку потерпевшему наложили, кровь остановили! Интересно, это кто у нас такой умный?
Итак, что мы делаем сейчас в первую очередь? Правильно — останавливаем кровотечение. Но, чтобы остановить его полностью следует сначала достать пулю. Повезло, однако, Кирюше — пуля неизвестного мне калибра попала ему в мякоть бедра. Мне подают обеззараженный в спирте пинцет, хоть этому научил. Я одним глазом кошу на видео, вторым на рану, на удивление спокоен и собран, хотя ситуация в целом аховая. Думаете, каждый способен хладнокровно резать другого человека? Это же по сути большой кусок мяса, с сухожилиями венами и артериями, плюс кости. Все-таки одно дело разделывать тушу животного на обед, другое — кромсать плоть корчащегося от боли индивидуума из твоего круга.
Хотя Кирюша лежит спокойно без чувств, видимо, от болевого шока вырубило. Ведь попадание в тело такого скоростного снаряда, как пуля, само по себе очень болезненно. Наверное, не многие знают, что солдаты чаще всего мрут именно из-за шока. Но слава кому-то артерии или вены не пострадали, иначе он бы за полторы минуты кровью истек. На всякий случай накладываю жгут, он есть в аптечке. Щупаю пульс, вроде ничего. Тело холодное на ощупь, для баланса температуры накидываем на тело чью-то куртку.
К счастью пуля относительно недалеко от входного отверстия, вот она виднеется в куске разрезанного мяса. Требую пинцет, стерилизую его спиртом, услужливо поданным кем-то, аккуратно, чтобы не задеть какую-нибудь артерию или сухожилие, зацепляю смертоносный кусочек железа и кидаю в услужливо поданный тазик. Только сейчас понимаю, что мне ассистирует Вероника. Над медицинской маской на меня спокойно глазеют серые глаза брюнетки. Хладнокровная оказалась на поверку тётка, надо запомнить, сделать галочку в памяти. Бабы, они такие — или визжат без умолку, или будут спокойно смотреть, как твоя голова падает с плахи.
Дальнейшее идет по плану, без косяков и осложнений. Обеззараживаем рану Банеоцином, делаем простейший дренаж из смоченных в антисептике марлевых салфеток и закрываем все большой повязкой. Кирилла перекладывают на самодельные носилки и уносят в дом. Он так и остался без сознания. Но это ненадолго, посему даю указание Веронике приглядывать за мужчиной и найти в аптеке обезболивающее. Наверное, стоит тому сразу уколоть противостолбнячное, нога вывалена в грязи, видимо, упал после попадания.
После ухода людей нахожу себе силы, чтобы только сесть на веранду выпить чаю. Лоб вспотел от напряжения, руки чуть подрагивает. Не железный тоже человек. Зато в глазах окружающих только что поднялся на неописуемую высоту. Тяжело все-таки быть отцом народа!
На висящей на столбе рации послышался звук вызова, это Михаил торопится отчитаться. Вокруг тихо, чужаков не видно, наш завхоз уже начал сколачивать группы наблюдателей и патруль. Я же спешно допиваю чай и хочу опросить остальных членов выездной группы. Андрюха, сука такая, уже успел напиться. Нечёсаный, со всклокоченной бородой он вызывает у меня брезгливость. Даю мужику пару хороших пендалей, зову к себе заплаканную Машу. От неё и получаю хоть какую-то информацию.
Мдя, негусто. Что за бестолочи меня окружают! Но нежданно к нам присоединяется Ирина. Дура с сиськами, но доложила все в подробностях! Именно она, кстати, и наложила повязку. В каждом автомобиле у нас аптечка имеется. Сам лично проследил.
Говорить, что был зол на этих придурков, это значит, ничего не сказать. Я пребывал в настоящем бешенстве. Мы прозевали еще одну группу выживших, и группу вдобавок вооруженную и агрессивную. Такой неприятный для нас расклад стоило ломать сразу.
Чтобы не пороть горячку, я для начала срочно собрал весь наш «актив», рассказал всем, что узнал сам, выслушал предложения от людей. Ого, как народец опасная ситуация подхлестнула! Не ожидал такой бурной инициативы. Но все равно смотрят мне в рот, не хотят брать всю ответственность на себя.
Вы думаете, что настоящую власть берут силой или нахрапом? Нет, уважаемые, власть достается тому, кто имеет смелость взять на себя всю полноту ответственности, а потом для защиты своих законных прав безо всяческих оговорок применяет насилие.
Так что и мы сопли жевать не будем. Тут же сколачивается рейдовая группа, распределяется оружие, транспорт и обязанности. Благо у нас сейчас нет проблем ни с первым, ни со вторым. В нескольких вскрытых неподалеку коттеджах оказалась целая коллекция всего интересного. Правда, я свой карабин на 7.62 все-таки оставил, только прицел поменял. Больно уж к нему привык.
Наглых и безрассудных чужаков мы засекли относительно быстро. Правил конспирации и передвижения по чужой территории они не знали и, видимо, знать не хотели. Как и ожидалось, катались те на здоровенных джипах, что в наших условиях не совсем правильно. Больно уж огромные эти машинки на деле, не везде могут протиснуться и пройти. Да и особого бездорожья в пригороде не наблюдалось, вполне сгодились бы автомобили поменьше.
Мы же сами в поисках грамотно использовали небольшие квадроциклы и даже велосипеды. Первые везде пролезут, вторые не шумят на всю Ивановскую, да и топлива не требуют. Да и, вообще, пора привыкать к мощности в одну «человеческую силу».
Чужаки передвигались на двух машинах — здоровенном «Шевроле-Тахо» и пикапе «Тойота-Хайлюкс». Два молодых парня и две женщины. Все в навороченной амуниции, но с полицейским оружием. Несовпадуха какая-то получается, господа-товарищи. Если бы эти суки затарились в обычном оружейном магазине, то скорей всего взяли там нормальные карабины, созданные на основе Калашникова. Смысла вооружать всех АКСУ? Я хоть и не эксперт в вооружении, но и то понимаю, что эта пукалка только для ближнего боя. Ну а если противник находится далеко?
Затем присматриваюсь к ним внимательней и догадываюсь, что это не военная форма, а амуниция для игры типа страйкбола. Это оружие получается, они у полицаев позаимствовали. Патрульные машины можно встретить где угодно, а все сотрудники нынче вооружены автоматами. Не знаю отчего это повелось. Наверное, народ у нас злой, вот они его и боятся.
Судя по их действия, чужаки явно нацелились на территорию небольшой частной нефтебазы. Именно здесь мы нашли пару доверху наполненных цистерн с дизельным топливом. Видимо, их не успели отвезти к заказчику, и они спокойно себе стояли неподалеку от ворот. Сейчас чужаки возились как раз с ними, отпиливая замки и цепи переносными метабами. Видимо, собираются в ближайшее время вывезти отсюда топливо. Вот только, ребятки, не учли, что оно уже наше! Так, а почему было сразу не договориться? По-хорошему? Ну раз не хотите, то получите выписанных доктором пилюль.
Чужаки приезжали сюда откуда-то со стороны Окружного шоссе, как водится в последнее время забитого всевозможными торговыми молами и центрами. Вот на выезде с него мы их на следующий день и подловили. Я взял с собой самых проверенных людей, тех, у кого глаз не дергался во время озвучивания плана. Все мы бойцы аховые, на сто процентов уверенным ни в ком было нельзя. Но и то хлеб, что руки не дрожали и штаны оставались сухими.
Произошло все очень просто и быстро, сложные планы чаще проваливаются. Когда внедорожники чужаков свернули по накатанной дороге к нефтебазе, перед ними сразу после поворота появилось неожиданное препятствие в виде старого грузовика, сдвинутого нами рано утром. «Шевроле» тут же начал тормозить и попал под раздачу. По капоту и кабину застучали пули от полицейских укоротов. Задача Михаила с Вероникой было простой — обстрелять чужаков из автоматов и отвлечь их внимание на себя. Вот те и расстарались, высадив из укрытия сразу по магазину.
Как мы и ожидали, пикап остановился позади, из него выскочили двое, парень, пригнувшись, побежал на помощь к джипу, а женщина забралась в кузов. Тут я её и подловил. Пока она, притулившись за кабиной, нервно дергала затвор АКСУ, я спокойно прицелился, выжал скобу и выстрелил прямо в голову. Благо расстояние позволяло стрелять очень точно. Было впечатление, что её башка разбухла в красном облаке.
Алина в это время парой выстрелов сняла торопящегося на выручку парня, попав одной из пуль тому в плечо. Раздался дикий вопль, представляю, как это больно. Стрельба с обеих сторон на миг прекратилась. Затем я, Алина и Андрей добавили огня в направлении спрятавшейся за «Шевроле» пары, а от импровизированной баррикады раздался голос Михаила, усиленный специально прихваченным для этого мегафоном.
Глотка у мужика луженая, пусть покричит и припугнет. Мой расчет оказался верным, чужаки не были опытными бойцами, сломались быстро. Больно уж метко на их взгляд мы стреляли. Испуганные чужой силой и злому давлению люди быстро теряют волю к сопротивлению. Тело же отчаянно хочет просто жить!
Я, честно говоря, не мог точно предсказать, получилось бы нам взять чужаков без потерь со своей стороны. И не факт, что у тех не было группы поддержки. Так что отчасти, и мы действовали на авось, просто оказались лучше подготовлены. От машин послышались недружные выкрики о том, что они сдаются. Белобрысый паренек и худощавая женщина в иностранном камуфляже выкинули на асфальт оружие, подняли руки и вышли, то и дело озираясь в сторону корчившегося на дороге второго парня. Баба на пикапе была мертва. Даже проверять не надо, голова расколота, как арбуз. То еще зрелище!
Спеленав обоих пленных, наскоро перевязали раненого, забрали труп, оттащили машины в сторону, затем убыли обратно. Время от времени останавливались на дороге и вслушивались. Но погони не было, да и по тусклым взглядам чужаков стало понятно, что те действовали на свой страх и риск. А вот не фиг было стрелять в Кирюху!
Белобрысого допрашивал я, а чужачку Маша. Ей-то жалеть её нужды не было, да и воспитание не позволяло. Не каждый день в твоего мужика стреляют всякие сучки! Мне же неожиданно понравилось бить и унижать беззащитного человека. Тем более что он был сейчас полностью в моей законной власти. Я же наслышан, как поступали в войну разведчики, как буквально кромсали врага ножами на ремни. Не до жалости тогда было.
Но то вынужденная мера, мне же сиё занятие доставило истинное удовольствие, как и извращенное насилие над пленной бабой. Той на вид было чуть за тридцать, и уже несколько увядшее тело в обычной ситуации не вызвало бы у меня особого желания. Но подвешенная на веревки и беззащитная, плачущая бабёнка меня неожиданно здорово завела. В ход поочередно шли плетки или «инструмент», затем я начал её резать ножичком. Очухался уже тогда, когда было поздно останавливать кровь. «Дрын» еще стоял, но брезгливо стало пользовать её в такой грязи.
Получив необходимую информацию, мы заперли обоих парней в клетках. Присматривать за ними я поручил Марго, указав, что она может делать с теми, что захочет. Ох, как загорелись в этот момент глаза у нашей штатной сучки! Мы точно нашли друг друга. Нам бы жить во времена рабовладельческого Рима… Правда, потом пришлось добавить, что молодые люди нужны еще нам в качестве рабочей силы. Нечего разбрасываться ресурсами!
Вот скажите мне — почему дуракам так везет? В России же их количество буквально зашкаливает, поэтому и шанс выжить части населения относительно высок. Не знаю, что там творилось в Европах, но в нашем не самом большом городке я встретил уже четвертую группу подобных обормотов.
Я же, сука, больше года готовился к часу Х, вкалывал по-черному, пахал как раб на галерах, а эти…
Именно та группа спаслась в обычном, пусть и большом торговом центре. Видимо, так обстоятельства сложились, что в подвале данного заведения случайно оказалось столько народу. В этом заведении располагался обычный паркинг, а над ним оборудование для крытого катка. Фиг знает, может, именно оно так повлияло на излучение, но люди на паркинге смогли пережить первый удар, и большинству из них хватило ума не вылезать тотчас наружу. Дальше все пошло несколько не так, как у остальных. Сразу же появился жесткий лидер. Конечно же, баба, очередная стерва из успешных бизнес-уомен, привыкшая повелевать и распоряжаться. Мужчин, кроме трех молодых пареньков среди выживших не оказалось. Вернее, был один…
Это случилось на третий день, когда все понемногу очухались, захотели пить, а потом и есть. В отличие от других групп выживанцев, этим не так повезло. Кроме жалких крох из фастфудов, найденных в стоящих на паркинге автомобилях, ничего не было. Торговый центр был как назло непродовольственным. Вот тут эта стерва и разыграла банальную сцену — «Ну ты же мужчина!», послав единственного из всей команды взрослого мужика наверх. С ним же была отправлена молодая красотка, доставшая всех своим нытьём.
Не надо добавлять, что вернулись те обратно пусть и с продуктами, но уже больными. Харканье кровью и смерть через пару дней. Заодно стерва избавилась от будущих конкурентов. Я даже не удивился тому, когда услышал, что парни впоследствии трахали только её. Да они, наверное, сначала довольны таким обстоятельством были. Баба опытная, горячая и развратная. Что еще надо молодому организму? Даже жаль, что я ей первой снес башку. Приятно было бы с ней поговорить в подвальчике один на один. Ну а если туда добавить Марго, то…
В итоге их команда осела в придорожной гостинице неподалеку от Объездной, обладавшей всей инфраструктурой и даже как-то пережили там зиму. Странно, что еще весной они не выбрались из пригорода. Но дама-лидер на деле оказалась человеком весьма ограниченным, что есть жизнь за пределами городов толком не знала.
Они даже сельским хозяйством не думали заниматься, начав тупо хомячить в свою берлогу все найденное барахло из близлежащих складов и моллов. Вот в итоге нарвавшись на наших людей. Судя по обрывкам полученной информации, разговаривать с нами чужаки даже и не собирались, стреляли без предупреждения. Удивились, конечно, но никаких планов по сотрудничеству не строили, просто рассматривали как досадных конкурентов. Однако, у этой дуры и самомнение было!
Выехали на операцию почти все, кто мог держать оружие. Даже Кирилл решил помочь, он на удивление быстро очухался и готов был хотя бы постоять, вернее, посидеть в оцеплении. Смотрел на меня как преданный пес, уже в курсе был кто его спас. Да я и не против, лучше так, чем по принуждению верных помощников собирать. Добра люди все равно не помнят, но для собственного выживания чего только не сделают.
Захват произошел быстро и практически без стрельбы. Лишь одна из женщин чужачек, не вовремя схватившаяся за полицейский укорот, тут же получила от Алины пулю в грудь и умирала долго и мучительно. Оказывать ей помощь или добить никто из нас не спешил, путь другим будет наука. Судя по взглядам чужаков, они сразу прониклись.
Всех пленных тут же распределили по клеткам. Следовало еще провести «Курс молодого раба». В итоге в наши ряды добавилось девять человек: три юноши, четыре относительно молодых женщин и две пожилых тетки. Та пленная в подвале все-таки сдохла. Пожалуй, я перестарался.
Целых два дня мы вывозили так удачно захваченные на базе чужаков ништяки, вдобавок уже рассортированные и приготовленные для длительного хранения. Их лидер не во всем была дурой! Просто привыкла работать с определенным «человеческим материалом» и прокололась на изменившейся напрочь окружающей обстановке.
Затем пришлось здорово проваландаться с нефтебазой. Андрей еще, как назло, запил. Кирилл был пока не в форме, я же не рискнул сесть за руль «Камаза». К тому же приближалась осень и следовало готовиться к очередной зимовке. Уборка урожая, приготовление к его хранению, сбор даров природы, заготовка овощных консервов и варенья.
Много проблем и забот у вождя, все смотрят на тебя с нескрываемой надеждой, хотя я лично её уже давно не питаю. Мне просто безумно понравилось жить, как заблагорассудиться, не строить обширных планов на будущее. Так легче воспринять жестокую действительность, да и просто получать удовольствие от жизни. Неужели я когда-то мог думать о пенсии? Вот идиот!
Что-то плохо мне в последнее время. Видимо, подхватил от какой-нибудь б…ди заразу. Хотя нет, бабы же не жалуются, да и не беременеют. Давно уже в постельных утехах не пользовался презервативами, но ни одна из этих сучек не залетела. Хотя я сам не уверен, что и раньше был плодовит.
Сейчас же начал жутко мёрзнуть по ночам. Дом вроде отлично протапливается, но все равно мёрзну. Поэтому всегда сплю с кем-то. Бабы временами жалуются, ноют, но деваться им некуда. Боятся меня до усрачки. Хм, еще бы им не бояться!
Крыша у меня слетела в том подвале, когда ту бабу из последней найденной нами группы зарезал. Сначала просто хотел новых ощущений, а потом понеслось. Кровь ручьями, сам как монстр из ужастика. Правда, в конце концов, не торкнуло. Подобные кровавые изыски как-то не по мне. Хотя уже поздно было, сдохла эта тварь. Больно уж громко она визжала, вот я и перестарался.
Марго потом сильно ругалась, она сейчас распоряжалась рабами, а я целую единицу фактически отнял. Да, всех захваченных на Объездной мы пока оставили в этом статусе. Дальше будем посмотреть. За отличия или хорошую работу можно повысить до прислуги.
Народу, кстати, в целом такой подход понравился. То обстоятельство, что кого-то завсегда можно отправить на черные работы, заставить вкалывать в праздник или выходной. Так что даже не я был инициатором. Хотя нет, инициатива все-таки исходила от меня, но подана была втихаря и неожиданно получила большой успех среди публики. Так что не валите на диктаторов и фюреров всю ответственность за ваши бесчеловечные поступки. Сами же люди используют любую возможность перестать быть людьми. Они изначально безмерно эгоистичны, готовы на все ради собственного комфорта и безбедного существования.
Посему в нашей коммуне сложилось некоторое кастовое общество. Наверху я, как непререкаемый авторитет и диктатор с чрезвычайными полномочиями. За ослушание моего прямого приказа наказание только одно — смерть. Все уверены, что я готов лично привести приговор в исполнение. Поэтому срутся и ссутся, жмутся по углам и не возбухают.
Затем в первом ряду снизу наш «актив», лучшие мои помощники, кто и тащит это тупое сообщество дальше. Потом уже идут простые члены комунны, так называемое «быдло», ну а в самом низу рабы, бессловесные и бесправные существа. Ну а что вы хотели? Вполне нормальное человеческое сообщество! Главное живучее, что уже не раз историей доказано.
Анархические объединения без четкой структуры в таких жестких условиях попросту не выживают. Они могут существовать только очень короткий период. Пошуметь, конечно, оставить после себя след, но все равно исчезнут. Так что все терпели меня, сносили мои закидоны. Иначе нельзя — иначе хаос!
Несло же меня больше на сексуальной почве. Хотелось чего-то нового, возбуждающего. Заелся. Наверное, правы были христианские монахи, предупреждавшие о чреватости пути безмерных эротических наслаждений. Всему есть свой предел, в том числе и нормальности подобных отношений.
В итоге меня сорвало на молоденькой девке. Как-то осенним вечером мне стало скучно, и я уволок Катю, одну из подростков, к себе. Давно уже поглядывал на эту малышку. Хотя чего это, раньше в таком возрасте спокойно отдавали замуж. Да и созрела она вполне, было на что посмотреть и за что потискать. Там сиськи не меньше третьего размера! Девчонка особо не сопротивлялась, я ей сразу заявил — или она, или её младшая сестренка. Так что поимел, как хотел, получив несказанное удовольствие. Так не каждый день здесь целочки попадаются!
Конечно же, я сразу «употребил» всех захваченных на Окружной баб, но ни одна из них особо не впечатлила. Обычные тетки за тридцать, обвисшие телом и неинтересные в постели. Только одна выделилась в области оральных ласк, я её внес в «список», люблю иногда спросонья просто полежать. С Катькой же несколько прокололся.
На следующее утро ко мне во двор ворвалась разъяренная Елена Сергеевна. Говорил же дуре малолетней молчать! Дальше я действовал по наитию. Никто из «быдла» не имеет права кричать на вождя и ему же угрожать. Эта голосистая дура немного времена попутала и обстоятельства. Пришла бы по-хорошему, да в ноги бухнулась, то может, и договорились.
Я обычно всегда носил на пояс «Макаров» с патроном в патроннике. Раз в два дня разряжал его и менял магазины. Из вынутого вынимал патроны, чтобы пружину не портить. Вот сейчас пистолет и пригодился. Выхватить его, снять флажок предохранителя и разрядить в грудь истеричной тетки было делом секунды.
Глядя на распростертое на полу тело Елены Сергеевны, из-под которого вытекала кровь, почему-то соображать стало легче. Рывок к сейфу, схватил короткую «Сайгу», вставил снаряженный магазин, набросил разгрузку с остальными, она всегда висит готовая, и двинул в соседний коттедж. Михаил даже не понял за что его убили. Жалко было мужика, но последствия больно уж легко просчитывались. Не хочу таких людей за спиной иметь. Чревато!
Зато сейчас мне никто не смел перечить, ни в чем совершенно. Назначенные на экзекуцию женщины беспрекословно спускались в подвал. Там мы вместе с Марго сначала избивали их плетками, а затем совокуплялись друг с другом. Черт, как это меня заводило! Аж колени тряслись в вожделении, оргазмы накрывали, как малолетку.
Старая кошелка, видимо, подобное практиковало давно. Откуда иначе она знала адреса мест, где можно было разжиться товарами для извращенцев. Черная кожаная одежда, специальные плети, вибраторы и почий лядский антураж. Сучка явно знала толк в чудачествах. Я же был не против попробовать новое.
Надо ли говорить о том, что и Катя, да и её сестра Марина стали моими новыми наложницами. Правда, я их еще не бил, просто пользовал в постели. Их юные тела мне чем-то напоминали тех девчонок, которых я притащил в деревню из города. Они и не перечили, терпеливо учились премудростям сексуальных наслаждений, получая толку своих. Да и подвала боялись до усрачки. Я их сводил туда как-то на экскурсию, показал изнанку бытия.
Моя жизнь понемногу устоялась. Лучшие сорта виски, коньяка, изысканное дорогущее вино, ароматные сигары. Вкусная и всегда свежая еда. Насколько позволяли возможности мне готовили оригинальные блюда. Хотя нынче и обычная селедка большой деликатес, не хватало мне былых морепродуктов.
Женщины, разные каждую ночь, готовые исполнить любое моё похотливое желание. Преданные и заискивающие взгляды подчиненных и рабов. Вы бы сами отказались от такого? Вот тогда и молчите! Любой на моем месте поступил бы так же. Живи настоящим! Заметьте, не я этот слоган придумал.
Но все равно холодно по ночам. Мёрзну, страшно мёрзну. Неужели все… предел. Жалко, ведь только правильно жить начал. Людишек не чураться и презирать надо, а использовать их… для собственного блага. Любыми способами, независимо от положения.
Видать, не судьба. Но хоть чем-то воспользоваться успел… Схватил-таки вихор времени за бороду. Стучать по клавиатуре в последние дни сложно стало, эта зараза и до пальцев добралась… Так что бывайте… Попробуйте выжить без меня…
Отдельный файл на найденном в коттедже внешнем диске. Инвентарный номер 14/А5 OST.
Примечание коммодору Джону Дифенбейкеру — «Это, похоже, и есть тот парень, который прошлом году сбил в вертолет одиннадцатой группы».
«Давно не писала на компьютере, да и пальцы зимой опухли. На прошлой неделе нашла этот, заброшенный хозяином, дневник в ноутбуке и решила его закончить! Завтра мы улетаем на север. Все, кто остался в живых в нашем городе. После смерти хозяина порядка не стало, многие умерли по собственной глупости.
Настя нас уговорила уехать с иностранцами. Сказала, что там хорошо, есть еда, тепло, порядок и будущее. Она сама из местных, поэтому мы ей и поверили. Как странно, что она также знала этого урода. Бывают же в жизни совпадения!
Сеня был все-таки плохой человек, пусть и много чего для нас сделал. Наверное, без него мы бы вторую зиму и вовсе не пережили, спились, да передохли как крысы. Хотя какая это была жизнь под его присмотром? Строгий был мужчина, что не по нём — сразу бил, а то и издевался, даже на цепь сажал.
Вот и Андрюху за его пьянство до смерти забил, девок постоянно мордовал и бессовестно пользовал. Охоч был страсть как до женского тела. Поначалу мне это даже нравилось, я давно нормального мужика не знала. С наших поселковых пьяниц разве в этом деле есть какой толк? Потом Сеня издеваться начал, гадко так издевался, с выдумкой.
Завел себе целый гарем из пленниц. Постель стала обязаловкой для всех девок поселка. Ему ведь каждый день охота было с утра до вечера, да еще и по-особенному. И как только свой хрен не обмылил в постоянном процессе? Но нюх у этого монстра на людей и вещи был особенный. Столько мы выжившего народу с ним нашли, еды и всего прочего! Любил Семен выпить, закусить и пое…ся!
Жил Сеня плохо и умер пакостно. Началась у него после Нового года какая-то лихорадка, и сдох вскоре от неё в страшных мучениях. Никто к нему не подошел, пока его горячка била, боялись, что сгоряча пристрелит. Как он тогда кричал! Грозился всяческими карами. Мы, грешным делом, даже сами готовились его пристукнуть, если уж начнет выздоравливать. Так и помер, в бреду, без питья и еды. Говно человек, одним словом, никто помочь не захотел по доброй воле. И похоронили его как собаку, забросали грязью по-быстрому в какой-то яме. Кто ж в морозном феврале будет специально могилу копать?
Пишу вот и думаю — вроде плохо так отзываться об умершем? Но других слов у меня для него нет. Он ведь гад, оказывается, еще все и записывал. Целый дневник собственных утех составил — когда, с кем и в какой позе, сколько раз. Планы составлял, кого и как в следующий раз попользовать. Совсем с ума от е…и сошел, такое за собой записывать!
Любил он постоянно что-то в свой блокнот чиркать и планы составлять. Мы же без всяческих планов кое-как до лета дожили, а затем прилетели Они. Завтра забирают с собой на север. Настя эта вчера сходила на могилу к Сене, даже цветочков тому положила. Странная какая. Хотя, говорит, при ней он еще нормальный был. Она больше свою подругу ненавидит, это та скинула её с лодки, а затем, видать, в другую сторону Сене показала. Может, после этого он такой стал? Не знаю.
Сейчас каждый, наверное, малость с ума сходит. Хотя, чего судить, да рядить, и раньше людишки не лучше были.
Что-то расписалась я, все, заканчиваю. Оставлю этот диск в доме, на столе. Может, кто его найдет и прочитает про наше тяжкое житье-бытье. Не поминайте лихом.