Если книга буквально падает к твоим ногам, то грех ее не прочитать. Но что если ее страницы пусты? А если вглядываться и присматриваться, то она перенесет тебя в свой мир. Историю, которая создается с чистого листа. Где ты главная героиня, а каждое твое действие, добавляет строчку к новому сюжету.
1.0 — создание файла
Лариса Чехова, а для друзей просто Лора очень любила читать. Большинство друзей смеялись над ней. Мол, техника до того дошла, скачивай да читай. Но Чехова любила читать именно бумажные книги. А ее друзья просто не понимали этой радости. Этот миг, когда ты берешь в руки книгу, перелистываешь страницы и чувствуешь запах свежей печатной краски, просто невозможно, с чем-либо сравнивать. И уж тем более сравнивать бумажную книгу с бездушной электроникой.
В очередной раз девушка зашла в любимый магазин «Читай Город». Она часто бродила между книжных полок, вдыхая чудесный аромат, свежеизданных книг.
Продавщица у кассы уже знала ее, как родную. Улыбнувшись, она поздоровалась и, опережая вопрос Лоры, ответила:
— Новых поступлений еще не было…
— Ничего, — в ответ Чехова тоже улыбнулась. — Я тогда просто посмотрю.
Девушка направилась прямиком в отдел фэнтези. Конечно, она любила читать и другие книги. Но реальная жизнь и так была скучна и однообразна, чтобы еще ее и в книжках читать.
Лора прогуливалась между стеллажей, проводя кончиками пальцев по полке с книгами. Какой-то звук отвлек ее от созерцания томов. Девушка опустила взгляд и прямо перед ногами валялась книга. Она была довольно увесистая и в кожаном переплете, но самое странное, то, что отсутствовали какие-либо опознавательные знаки. Ни рисунка на обложке, ни аннотации. Абсолютно ничего. Лариса подняла книгу и собиралась вернуть на место. Но была изрядно удивлена тем, что все книги были на своих местах и плотно прижаты друг к другу.
«По-моему; она не отсюда… — подумала Чехова. Это что рекламный ход, чтобы заинтересовать читателя? Ну, что же, — она улыбнулась. — У них это получилось».
Лора открыла книгу и застыла в неверии. Страницы были чистыми. Ни одной буковки. Не говоря уже о целых предложениях. Хотя все же что-то просматривалось. Девушка сощурилась, силясь прочитать написанное.
— «Rem tene, VеrЬа sequentur»[1], — прочитала Лора вслух. — И что это значит? Девушка, — окликнула она консультанта. — Что это за книга?
Молодая блондинка лет восемнадцати повертела в руках книгу. После чего повела Ларису к компьютеру. Озадаченно постучав по клавишам, она хмуро ответила:
— Это не наше…
И вернула книгу. Лора с удовольствием приняла странное издание.
«Отлично! — рассуждала она. — Тогда заберу себе. Буду использовать, как ежедневник…».
Чехова довольная вышла из книжного магазина. Хотя и не прикупила новых изданий. В странном фолианте имелась всего одна строчка на латыни. Благо этим языком она владела хоть и не в совершенстве, но на уровне, чтобы перевести эту строку. Вообще она любила чудесный город с богатой историей — Афины. Как-то Лора изучала древнегреческие письмена, потом перешла и на новогреческий язык. Но занималась она самостоятельно, так сказать самоучка.
Немного бесцельно побродив по торговому центру, Лора позвонила подруге. Они собирались вместе провести выходные на даче. Попариться в баньке, отхлестать друг друга березовым веником. Короче все в лучших русских традициях.
Даяна встретила Ларису на автовокзале с огромной сумкой. Что подруга нагрузила в торбу, оставалось только догадываться.
— Что у тебя там? Весь дом собрала? — кивнула Лора на сумку, — давай помогу…
Взяв по одной ручке у сумки, девушки вошли в автобус. До станции и деревни «Бурмакино» ехать чуть больше часа, поэтому, чтобы их никто не тревожил, они заняли самые дальние места. Когда же «Икарус» тронулся с места, Лорка оживленно стала рассказывать о своей находке.
— Странно, что тебе ее вообще отдали, — хмыкнула Даяна, энергично тряхнув темными кудряшками. — Ты же вроде ее в магазе обнаружила…
— Ну да это неважно, — махнула рукой Лора. — Странно другое. Вроде это книга, я бы даже сказала какой-то древний манускрипт, а слов нет, понимаешь? Только всего одна строчка…
— Сама же сказала древний манускрипт. Так чего еще хочешь?
— Ну, — задумалась она, — какие-нибудь письмена. Строчка на латыни же есть? Тогда почему остальные страницы пусты?
— Ой, — поморщилась подруга, — ну ты зациклилась. Нет и ладно. Что тебе стоит самой написать какие-нибудь слова? На латыни или древнегреческом?
— Хочу ее нашему библиотекарю показать. Он вроде историк, может, расскажет, чего…
На даче их с Даяной ждали еще несколько человек, с которыми Лора знакома не была. Дом принадлежал Даяне, она здесь выросла и дружила с местными ребятишками. Они бы и раньше приехали сюда отдыхать, но ремонт на даче был закончен только в прошлом году. Семь лет назад, небольшое деревянное строение, служившее тогда полноценным домом для семьи Габриелян, сгорело дотла. Слава богу никто не пострадал. Родители были на работе, а сама Даяна в школе.
Сейчас дом заново отстроили. Но поскольку вся семья живет и работает теперь в городе, то из деревенского дома сделали дачу.
— Знакомьтесь, — объявила Даяна, — это моя подруга Лора, — она повернулась к Чеховой, — а это мои друзья детства. — Виктор, Семен и Алла. — Представила Даяна всех друг другу.
Домик внутри оказался просторнее, чем выглядел снаружи. Перед входом в дом, располагалось маленькое деревянное крылечко. В сенях, справа у стены была сложена аккуратная гора дров. Над ними свисали несколько березовых веников. В левом углу, с крючка свисали коньки, а рядом примостились лыжи. Дальше шла маленькая, но уютная гостиная. По центру у стены расположился диван, покрытый тонким бежевым гобеленом, а по бокам от него, словно его братья близнецы, кресла. В углу стояла тумба, а на ней не большой телевизор. Помимо дивана, здесь имелись еще несколько стульев и кресло качалка.
Его-то Лора и зарезервировала на все время отдыха. Она очень хотела разобраться со странной книгой, которую привезла с собой. Ведь та, буквально упала к ее ногам.
Время пролетело быстро. Сначала мужчины разожгли костер. А Лора, Даяна и Алла насадили мясо на шампуры. Совместными усилиями, шашлык получился отменный. А под выдержанный армянский коньяк, который Даяна привезла собой, вечеринка пошла еще веселей.
Как поняла Лора, Виктор и Алла почти женаты, а вот Семен был свободен, о чем не преминул упомянуть при первом удобном случае. Весь вечер он подбивал клинья к Ларисе, но мужчина был не в ее вкусе. И Лорка лишь отшучивалась.
Правильно поняв, что Лоре он неинтересен, Семен сменил объект ухаживаний и переключился на Даяну.
Когда все разбрелись по парам, Лариса налив чашку крепкого кофе, уселась на кресло-качалку и принялась разглядывать каждую страницу. Бумага была гораздо плотнее, чем в обычных книгах. И цвет такой, словно когда-то на страницы книги сложили нитки, а потом залили кофе. А теперь все это высохло. На пожелтевших страницах просвечивались какие-то символы, и Лора силилась их рассмотреть.
На мгновение погас свет, затем снова включился.
— Деревня, — хмыкнул Семен, — не стоит переживать.
Еще через время свет потух окончательно. Даяна копошилась в шкафу, приговаривая:
— Здесь где-то свечи были. Сейчас будет светло.
И правда, подруга довольно быстро нашла свечи и зажгла сразу несколько. Друзья детства разошлись по домам, хотя Лора почему-то думала, что они останутся с ними до утра.
— Ну, что, спать? — спросила Даяна зевая.
— Ты иди, а я еще по изучаю…
Лора вглядывалась в каждую страницу до рези в глазах. В конце концов, решила бросить бесполезное занятие. Ничего в этой книге нет, кроме пожелтевших страниц. А может просто кто-то потерял ежедневник, стилизованный под старинный манускрипт.
Только Чехова хотела захлопнуть книгу, как по кривым линиям, похожими на реки на карте, заструился свет. На самой первой странице проявился рисунок. Какая-то долина с древним замком. Десять башен соединялись между собой крепостной стеной. А над рисунком светилась мягким светом фраза: «Вет 1епе, уегЬа зеяиепин’»[1].
Лариса прочитала слова вслух. Пламя свечей дрогнуло, словно от резкого порыва ветра. Кресло, на котором она сидела, протяжно заскрипело, хотя Лора и не раскачивалась. Тоненькие занавески странно колыхались. Как будто ветер был не с улицы, а из дома. Через мгновение свечи разом потухли. И наступила кромешная темнота. Даже свет полной луны не спасал от мрака.
Лора старалась не шевелиться и прислушивалась к любому постороннему звуку. Книга больше не светилась. И она не понимала, что это было. Чехова любила изучать исторические ценности, артефакты. Но в их мистические свойства абсолютно не верила. Но что же это тогда было? Как объяснить свет, лившийся из книги? Словно кто-то изнутри подсвечивал страницы. А ведь так не бывает? Или бывает?
В конце концов, Лора решилась встать и пройтись до шкафа, чтобы найти свечи. В надежде, она пощелкала выключателем. Но судя по всему, электричество не дадут до утра. Ей повезло, свечу Лора нащупала сразу. Но зажечь так и не успела.
Ноги девушки подкосились. Голова вмиг стала свинцовой. Словно кто-то ударил ее по затылку. Чернота, которая казалось, не могла стать еще черней, сгустилась, и стало очень тихо.
Кто-то ласково теребил ее за плечи. Приятное меццо тихо нашептывало:
— Проснитесь, леди Клариссия…
«Леди Клариссия? Может это адресовано не ей?».
Но незнакомый голос продолжал настойчиво трясти Лору за плечо.
— Леди Клариссия! Проснитесь! — девушка сильнее потрясла ее. И шепотом добавила: — Жреца Эрмераха здесь нет…
— Да твою ж дивизию! — ругнулась Чехова, открывая глаза. Она собиралась продолжить, но возмущения застряли в горле. Лора застыла, осматриваясь. И было, отчего застыть! Чехова даже моргнула в неверии. Картина осталась неизменной.
Она лежала на деревянной тахте, заваленной подушками. Но от этого ложе не становилось менее жестким. Взгляд скользнул по стенам помещения. И вместо обычных ламп, освещением служили настоящие факелы.
Девушка, которая будила Лору, была одета в непонятное одеяние. Словно она завернулась в кусок белой ткани и подвязала пояс канатом.
— Где я? — ошеломленно поинтересовалась у незнакомки.
— Вы в королевстве Внапра[1]…
— Что еще за королевство такое? — нахмурилась Чехова, — где Даяна?
— Леди Клариссия, — обеспокоенно затараторила незнакомка. — С вами все в порядке? Вы во Внапре.
— Кто ты такая? Почему обращаешься ко мне как-то странно?! И что, черт возьми, вообще происходит?! — разозлилась Лора
Голова грозилась лопнуть, как переспелый арбуз. Во всем теле чувствовалась дикая усталость, словно она всю ночь уголь разгружала.
— Пожалуй, — тихо начала девушка, — позову лекаря…
Незнакомка куда-то ушла, давая Лоре возможность сконцентрироваться, осмотреться и наконец, понять, где находится.
Голые стены украшали какие-то непонятные узоры и письмена. Вместо люстр и настенных светильников, здесь горели только факелы и свечи. Помимо топчана, на котором она лежала в комнате имелась и другая мебель. Трюмо и кресло, буквально приковывали к себе взгляд. Несколько миниатюрных ящичков из красного дерева с позолоченными ручками-бомбошками по краям, соединялись друг с другом гладкой столешницей. А над ними высилось зеркало, обрамленное в ветви какого-то цветущего растения из серебра.
Лора спустила ноги с топчана, ожидая под ступнями холодный пол. Но она ошиблась. Пол устилали дорожки из шкур. Чехова прошлась до трюмо и замерла. В зеркале отражалась она же, но совершенно другой. Ее непослушные кудри цвета каштана, стали длинными прямыми, словно Лора просидела в салоне красоты не один час. Она в неверии провела по волосам. Девушка в отражении повторила жест. Бледная кожа, тоже преобразилась, словно Лора побывала на каком-нибудь курорте, где приобрела ровный загар.
Она оглядела себя с ног до головы. Наряд, в который Лора была одета, немного отличался от непонятного одеяния той, что разбудила ее. Длинное черное платье в пол, с разрезом спереди, открывал взору длинные стройные ноги.
Тихое позвякивание привлекло внимание Чеховой. Занавеска из плотного материала, служившая, судя по всему, в качестве двери распахнулась. В комнату прошел щуплый старичок. Короткие, седые волосы обрамляли лысину. Старец, одетый в похожее одеяние, что и юная девушка, стоящая рядом, поздоровался и поклонился. Да так низко, что Лора начала переживать, что тот не разогнется.
— Доброй ночи, леди Клариссия. Позвольте, я осмотрю вас…
— С какой радости?! — возмутилась Чехова.
— Господин Висас — лекарь, моя леди… — внесла ясность девушка и повернулась к лекарю. — Леди Клариссия звала некую Даяну. И не узнает меня. Думаю, о церемонии, она вообще не помнит…
— Сейчас разберемся, — успокоил он служанку. — Леди Клариссия, — обратился он уже к Лоре.
— Издеваетесь? — фыркнула Чехова. — Эта, — она ткнула пальцем в девушку, — «Леди Клариссия», вы тоже заладили «леди Клариссия»! Достали! Я, Лариса Чехова!
Лора резко развернулась, о чем сильно пожалела. Комната завертелась перед глазами, ноги подкосились и перестали слушаться. И если бы не девушка со стариком, то она бы распласталась на полу. Сухие, но при этом сильные руки подхватили ее подмышки и уложили на топчан.
Лора закрыла глаза, пытаясь мысленно восстановить события. Кто эти люди? Что это за место? Куда делась Даяна? Она вспомнила вечеринку на даче, потом как села разглядывать книгу…
«Книга!» — осенило ее. Лора попыталась встать, и тут же была возвращена на место. Девушка суетилась, выполняя наказания лекаря, а тот что-то бормотал. Вроде, как успокаивая Чехову.
[1] Название и само королевство придумано автором.
[1] Постигни суть, а слова найдутся.
[1] Постигни суть, а слова найдутся.
Лора лежала на топчане и внимательно слушала лекаря. Не зная возможно ли перемещение во времени или совершенно в другой мир. Но то, что здесь замешана книга, она была абсолютно уверена.
— Леди Клариссия, — начал лекарь и осекся. — Послушайте меня, пожалуйста. Думаю, ваше нынешнее состояние из-за волнения. Вы просто были взволнованы предстоящей церемонией. Вот ваше тело и ослабло. Полежите, отдохните и все будет хорошо. А Хиония сделает вам успокаивающий отвар…
— Кто такая Хиония? — поинтересовалась она, понимая, что спорить бесполезно.
— Это я, леди Клариссия, — девушка, стоящая рядом с лекарем поклонилась. — Я ваша служанка. Король — ваш отец, купил меня для вас лично…
В голове Лоры творил хаос. Кто все эти люди? Где она? Почему именно с ней все это происходит? Все эти вопросы вертелись на языке, но ответа ждать было не от кого. Еще один момент, который интересовал ее. И на который она все же могла получить ответ, это о какой церемонии шла речь?
— А что за церемония?
— Свадебная…
Лора резко соскочила, о чем снова пожалела.
— Успокойтесь, госпожа…
— Я вышла замуж?
— Нет. Вы сорвали церемонию своим обмороком. Ваш нареченный жених сэр Эрмерах даже собирался устроить скандал…
— Скандал?! — фыркнула Лора. — То есть я тут лежу, практически умираю, а этот, как его? Эр… Рахм или как там? Вместо того, чтобы сидеть у постели невесты собирался устроить скандал?!
Лекарь со служанкой странно переглянулись. После чего Хиония улыбнулась. Так обычно улыбаются психиатры своим пациентам.
— Сэр Эрмерах просто переживает, что вы не желаете становиться его женой. И именно поэтому упали в обморок прямо на церемонии. Даже не дослушав речи Верховного Жреца.
Лора слушала служанку и только поражалась идиотизму незнакомого ей супруга. Как будто обморок будет спрашивать: «Мне дождаться окончания речи Жреца? Или сейчас нагрянуть?».
— Придурок!
— Простите?
— Да ничего, — отмахнулась Чехова. — Могу я побыть одна? А то очень устала…
— Конечно, — одновременно закивали лекарь со служанкой.
— Отдыхайте, леди Клариссия. А в случае чего, зовите меня… — Хиония дернула за веревочку, свисающую из колокольчика, который крепился к стене.
— Непременно, — пообещала Лорка и откинулась на подушки.
Два дня, Лору никто не беспокоил за исключением служанки. Та постоянно интересовалась состоянием Чеховой. Допытывала ее вопросами. Но Лора утверждала, что ничего не помнит. А что оставалось делать? Как выяснилось, она действительно перенеслась в мир книги. И лучшее, что ей пришло в голову, это соврать о потере памяти. Так, по крайней мере, Лора не попадет впросак.
— Еще раз назовешь меня «леди Клариссия», я тебя стукну! — разозлилась Лорка на очередное обращение.
Хиония побледнела и Чехова серьезно испугалась за девушку.
— Хиония, — осторожно позвала она, — я тебя раньше била? Ну, до потери памяти?
Испуганная служанка молчала.
— Прошу не бойся и скажи мне правду…
Хиония кивнула.
— Боже! Прости меня, пожалуйста! — сокрушалась Лора. — Я больше никогда тебя не ударю, клянусь! А что касается моих слов, то в данном случае «стукну», не подразумевает реальный удар, понимаешь? Даже не знаю, как объяснить… — Лора задумалась, видя не понимание служанки. — Я хочу сказать, что это шуточная угроза…
— А-а-а, шутка! — улыбнулась девушка, и Лора расслабилась.
— Скажи, Хиония, а почему Эр…
— Эрмерах? — подсказала служанка.
— Да. Почему Эрмерах считает, что я специально упала в обморок? — Лора отправила в рот несколько виноградин. — Я что, не люблю его?
— Ну-у-у, как вам сказать? Не то чтобы не любите… Скорее, презираете и считаете его монстром. Вот как-то так…
— Он что страшный? Рябой? У него нет носа или глаз? Заячья губа? — испугалась Чехова.
— Нет! — замахала руками Хиония. — Господин Эрмерах настоящий красавец!
— Да? — усомнилась Лора. — Тогда почему я называла его монстром?
Служанка пожала плечами.
— Просто так считали и все. Наверное, это ваше личное мнение…
— Логично. — Хмыкнула Лора.
— Вы заканчивайте завтракать и выходите в сад. Он будет ждать вас там…
— Кто? Эр…мах?
Хиония улыбнувшись, кивнула.
— Да, господин Эрмерах. Вот, — она положила на кровать тогу цвета морской волны. — Наденьте это…
Поклонившись, Хиония оставила ее одну.
«Ну, что же, — рассуждала Лора. — Вот я и встречусь с таинственным и несостоявшимся мужем…».
Тогу Лора надела без проблем. С виду одеяние казалось мешковатым, но когда она посмотрелась в зеркало, то поняла, как ошибалась. В одеянии отсутствовали сексуальный разрез до бедра и глубокое декольте. Но, несмотря на это ткань изящно ниспадала до пола, повторяя изгибы тела, и выгодно подчеркивало грудь.
Задержавшись у зеркала, Лора заплела взъерошенные волосы в косу. Глубоко вдохнув, она толкнула дверь своей спальни. Перед ней расстилался длинный коридор, освещенный факелами. На стенах вдоль всего пролета тянулся какой-то непонятный узор. Неуверенным шагом, Лора направилась к выходу. Почему-то инстинктивно знала, что именно этот коридор ведет во двор. Она остановилась возле очередной двери в нерешительности.
Что ждет ее за этой дверью? Эрмерах, кто он? Почему обладательница имени Клариссия и так похожая на Лору девушка, так презирала жреца?
Лариса случайно увидела портрет Клариссии в обеденном зале. И была абсолютно уверена, что это не она. Хотя девушка с картины, один в один похожа на Лору. Хиония тогда рассказала, что Клариссию написал один художник.
Среди жителей замка ходили слухи, что у Избранной, то есть у Клариссии есть любимый человек. И именно он и написал ее. Как пояснила Хиония, такой счастливый взгляд, кроме как на портрете служанка никогда больше не видела. Из всего сказанного, Лора поняла только одно: Клариссия была по своей натуре жестокой и надменной стервой.
Так кто же Эрмерах? И кто тот любовник? А может, Эрмерах узнал об адюльтере и что-то сделал? Чем и вызвал такую ненависть у Клариссии? Хотя возможно Эрмерах тут не причем. И во всем виноват скверный характер этой мадам Клариссии?
Лора так задумалась, что и не заметила, что топчется возле двери уже добрых десять минут. Тонкими пальчиками, она потянула за позолоченную ручку и вышла во двор. Чехова стояла на мраморном крыльце. От ступенек, куда-то вглубь двора убегала тропинка. Пройдя по ней до самого конца, Лора попала в сад. Небольшая лужайка, окруженная кустами роз. Таких сортов она даже и не видела. Например, голубую розу. Такой цветок, она видела лишь на картинках, а здесь, чисто-голубая, без всяких примесей, цвела самостоятельно. Вряд ли в этом непонятном мире, кто-то поливает цветы красителями или подвергает их какой-то другой обработке. В центре лужайки расположился фонтан, из которого большим потоком хлестала вода, а брызги разлетались в разные стороны. У фонтана, явно наслаждаясь холодными каплями, стоял… Кентавр! Самый настоящий!
Лора уставилась на получеловека полуконя. От головы до пояса это был обычный мужчина. Не безумный красавец, о которых она множество раз читала в фэнтезийных романах. А среднестатистический мужчина: широкий лоб, густые брови, пухлые губы. Единственное, что притягивало взгляд Лоры, это его глаза. Глубокого темно-синего цвета, словно небо в сумерках.
От пояса, там, где у обычных людей начиналась филейная часть, переходящая в ноги, у жреца было туловище коня, заканчивающееся хвостом и копытами.
«Интересно, он подкован? — промелькнуло у нее в голове. — Боже! О чем я думаю?!».
— Леди Клариссия… — нарушил Эрмерах затянувшуюся тишину.
«Какой мягкий, обволакивающий голос… — некстати заметила она».
— Как вы себя чувствуете?
— В норме! — ляпнула Лорка. И спохватилась: В смысле, все хорошо. Ничего не болит…
— Рад за вас…
Тон, которым он сказал эту фразу, отнюдь не подтверждал его слов. Казалось, Эрмерах разговаривал с ней через силу.
— Хиония сказала, что вы ничего не помните. Даже как-то изменились…
— Да, — кивнула Лора, — есть такое дело. Понятия не имею, что со мной произошло. Но… — ей вдруг стало неловко за отношение настоящей Клариссии к Эрмераху. Ну, подумаешь кентавр?! Это же не повод унижать его.
— Я хотела бы извиниться за все, что наговорила вам. Уверена, что я вела себя, как настоящая стерва!
Эрмерах тихо рассмеялся. Этот, казалось бы, тихий невинный смех без намека на сарказм, разозлил ее.
— Что смешного? — нахмурилась Лора.
— Да ничего! — хлопнул в ладоши кентавр. — Вы действительно изменились и вовсе не чуть-чуть! Прежняя вы, никогда бы не извинились! Да хоть трижды потеряйте память! Скверный характер не изменится! Это сущность! Кстати, что такое «стерва»? — нахмурился Эрмерах.
— Эм… — задумалась Лорка, не зная, как объяснить. — Ну, это означает очень мерзкую женщину. — Наконец нашла она подходящее объяснение. — И как видите, перемены в человеке все же возможны, — спокойно возразила Чехова. — И еще, я тут уже всех предупредила и вас хочу предупредить… Не надо обращаться ко мне «леди Клариссия».
— А тогда как же вас называть? — удивился Эрмерах.
Он заметил изменения в девушке, как только она появилась перед ним. Вся такая робкая, словно не знала с чего начать разговор. И самое главное — ее взгляд. В нем отсутствовала всякая надменность. С которой раньше она его встречала.
— Называйте меня просто Лора, — протянула руку. — Господин Эр… Эрмерах.
— Ну, что же, — пожал хрупкую ладонь девушки. — Тогда и вы называйте меня просто Эр…
Кентавр улыбнулся, что сделало его привлекательным и даже неотразимым. Эрмерах, сдул со лба прядь волос, выбившуюся из тугого хвоста. И Лора только сейчас заметила, что хвост из волос на голове и хвост на крупе идентичны.
Лора резко мотнула головой, прогоняя ненужные мысли. Единственное, что сейчас важно — вернуться домой. А не обворожительный кентавр, которого в природе в принципе не существует.
В свои покои, Лора вернулась в смятении. С одной стороны, она не желала находиться здесь. В этом непонятном для нее мире книги. Да еще и в качестве злобной стервы. А с другой, наоборот, хотела исправить все то, что натворила эта леди Клариссия. Лариса была так погружена в свои мысли, что не сразу отреагировала на зов служанки.
— Госпожа Лора…
Чехова поморщилась.
— Хиония, давай без «госпожи», а просто Лора, хорошо? Иначе я буду звать тебя госпожа Хиония…
— А, — растерялась служанка. — Но это невозможно!
— Я могу. Поверь мне. Ну, так как договорились? Просто Лора, — напомнила она.
— Хорошо, — кивнула Хиония. — Вашей аудиенции просит Кьяра.
— Передай, что я скоро буду…
Служанка собиралась уходить, но Лора остановила ее.
— Погоди. Скажи мне вот что… Ты говорила, что мой отец король, а я вроде как какая-то избранная богиней, так?
Хиония кивнула.
— Да. Раз в сто лет, рождается девочка, которая должна стать избранной богиней Пумииль.[1]Это не обязательно должна быть дочь короля. Предыдущая девушка являлась сиротой.
— Где сейчас мой… король?
Глаза девушки устремились в пол, будто там был написан ответ. И Лора непроизвольно опустила взгляд. Но ничего естественно не увидела, кроме мраморной плитки с непонятным узором.
— Он умер, — тихо произнесла Хиония. — Оспа. — Ответила служанка на немой вопрос Лоры: «почему?».
— Давно?
Несмотря на то, что король, на самом деле не являлся ее отцом, Ларисе было грустно. Она как будто бы ощущала боль настоящей Клариссии.
— Вам едва исполнилось тринадцать. Король приказал увезти вас подальше от него. Незадолго до этого, он и купил меня для вас. Как будто предчувствовал неладное.
— Купил?
Хиония кивнула.
Лора не совсем понимала устройство этого мира. Он не был современным. Здесь отсутствовал банальный душ. А уж о технологиях и говорить не стоит. Вместо душевой, имелась большая овальная кадка. Предполагалось садиться в нее, словно в ванную, а служанке поливать водой из ковша.
Здешние имена, Лорка тоже слышала впервые. Сверхъестественных существ, кроме кентавров, она больше не видела. А спрашивать у Хионии как-то не хотелось. Денежной валютой в этом мире, являлись золотые монеты, с изображением женщины в балахоне и с веткой пшеницы в руках.
Несмотря на свою древность, мир книги невозможно было отнести к какому-нибудь городу или республике. Например, к Греции. Хотя кентавры вроде из древнегреческих мифов. Служанка называла этот мир — Внапра. Но о таком городе или стране, Лора никогда не слышала.
«Вот бы сейчас смартфон с гуглом, — печально подумала она, — может чего бы и узнала…».
— Вы предпочитаете принять Кьяру в зале или же в беседке, что в конце сада?
— Мы часто уединялись с ней? Мы подруги?
— Судя по вашему тесному и тайному общению, — предположила Хиония, — близкие подруги.
— Хорошо, — кивнула Лора. — Тогда в беседке. Ты ведь меня проводишь? А то понятия не имею, где эта беседке расположилась…
Даяне не спалось. Выйдя из спальни, она пощелкала выключателем. Электричество, похоже, так и не дали. Даяна пошла на единственное пятно света в гостиной и замерла. Дребезжащий свет исходил от догорающей свечи. А Лоры нигде не было. Если решить, что подруга пошла в туалет или куда-то еще, то почему не взяла свечу с собой? Не в потемках же пробираться, тем более в незнакомом доме. Даяна и сама-то тут не особо ориентировалась. Потому как после пожара, дом строили почти с нуля. Следовательно, положение комнат поменялось. Хотя, может светила дисплеем от телефона? Но эту версию Даяна тут же отмела. На пустом кресле лежал разряженный мобильник, а на полу раскрытая книга.
Бросив быстрый взгляд на пожелтевшие страницы, Даяна застыла, слово каменное изваяние. Еще несколько часов назад, были абсолютно пустые страницы. Сейчас же они заполнены текстом. И что поражало больше всего, что слова написаны на русском языке. Красивым, витиеватым шрифтом. Таким почерком сложно написать от руки. Поэтому версию, что это написала Лора, она отмела. Но главные потрясения Даяну ждали впереди.
Она перевернула несколько страниц назад и принялась читать. Повествование велось от третьего лица. Описывались не только диалоги и действия главной героини, но и других книжных жителей. Речь шла о девушке, которая только проснулась и была чему-то удивлена. Следующие строки, Даяна перечитывала несколько раз. Не веря своим глазам.
«Что еще за королевство такое? Где Даяна?!».
Главная героиня книги интересовалась ей. Даяной! Но ведь такое просто невозможно! А может, Лора просто решила так подшутить?
Несколько страниц Даяна прочитала на одном дыхании. И из повествования начала понимать, что героиня книги, это ее подруга — Лора! Которая якобы перенеслась в мир этой самой книги.
Даяна перевернула еще одну страницу и с удивлением уставилась в пустоту.
— Ну, вот… — облегченно вздохнула она. — Лариска решила приколоться! Фантазерка! А я уж решила, что у меня крыша едет…
Даяна уже собиралась отправиться на поиски подруги и устроить ей взбучку за дурацкую шутку. Но испытала настоящий шок. Каждый волосок встал дыбом от того, что творилось в данный момент.
Одна за другой на пустующей странице, начали появляться буквы. Словно невидимый автор аккуратным почерком писал новую главу.
Лора шла по узкой тропинке, вдоль которой тянулись кусты какой-то листвы. За кустами раскинулась лужайка. Оставалось лишь удивляться, как в древнем мире умудрились подстричь траву под газон. Идти пришлось довольно долго, прежде чем она заметила беседку; четыре столба из гранита, на которых крепился куполообразный навес.
Лорка ступила на узенькую ступеньку, ожидая увидеть девушку. Но перед ней стояла… она даже не знала, как правильно назвать. Кентаврийка? Кентавриха? Или же просто кобыла? До пояса девушка, как и Эрмерах, являлась человеком. Длинные волосы пепельного цвета, заплетены в косу. Торс Кьяры был обернут в полосу шелковой ткани. А за спиной виднелся лук и стрелы. Что никак не вязалось с образом девушки. От пояса, как и у жреца, у нее начиналось туловище лошади. Белую шкуру, обтягивал кожаный ремень, на котором крепилась небольшая сумка. А что, наверное, очень удобно?
— Эм… Кьяра? — растерялась Лора.
— Леди Клариссия… — девушка поклонилась, отчего коса упала на плечо. — Как вы себя чувствуете? Слышала, вы потеряли память?
Кьяра довольно ухмыльнулась, но Лора не понимала ее радости. Что хорошего в том, что она ничего не помнит? Может, они и не были такими близкими подругами, а скорее наоборот? Соперницами?
— Отличный план, леди Клариссия, — похвалила Кьяра. — Упасть в обморок на церемонии, тем самым сорвав ее. А потом сделать вид, что ничего не помните. Но вы же понимаете, что второй раз этот трюк с обмороком не удастся?
— Не понимаю… — хмуро отозвалась Лора. — Я что, специально в обморок упала?
— Вы, правда, ничего не помните? — вместо ответа спросила она.
Лора отрицательно покачала головой.
— Ну, что же, тогда я вам все расскажу…
Из подробного рассказа, Лора узнала, что обморок был спектаклем. Специально, чтобы не выходить замуж за Эрмераха. Они с Кьярой все спланировали. Оказалось, что Кьяра любит Эрмераха, а Клариссия нет. Вот они и сговорились. Леди Клариссия — Избранная богиней Пумииль, должна выйти замуж за жреца Эрмераха и родить дочь. Такова ее миссия. Но если церемония сорвется более трех раз, то считается, что богиня против этой Избранной. Девушку конечно не убьют, но лишат статуса Избранной и она будет жить, как и множество других обычных девушек. Этого и хотела Клариссия. У нее имелся любовник, которого она якобы любила.
— У вас есть другой план, как сорвать следующую церемонию?
Лора отрицательно покачала головой.
— Нет, а когда она?
— Четвертого дня, следующего месяца. Я предлагаю вам и дальше ничего не помнить. Делать вид, что не узнаете Эрмераха. А позже, что-нибудь придумаем.
— Во-первых, — нахмурилась Лорка. — Я не делаю вид! Я действительно ничего не помню! А во-вторых, — Кьяра нравилась ей все меньше. — Я не буду предпринимать никаких действий по срыву церемонии. По крайней мере, до тех пор, пока все не вспомню! Какой сейчас день?
— Десятый день третьего месяца… — растерянно ответила Кьяра.
— Вот и отлично, — Лора сделала мысленный подсчет. — Осталось двадцать пять дней до церемонии, а там посмотрим!
— Но вы не можете так поступить! — возмутилась Кьяра.
— Да неужели? — Лора начала злиться. — С какой стати мне тебе верить?
— Но мы же вместе планировали это…
— И что? Знаешь, как говорят? Если я этого не помню, значит, этого не было!
Лорка резко развернулась и вышла из беседки. Она не знала, как поступить дальше. Но точно не собиралась идти на поводу у сомнительной кентаврийки. К тому же, Эрмерах был ей симпатичен. Пусть она и видела его только один раз. Единственное, что интересовало Чехову, так это, что будет дальше? Когда она выйдет замуж за него? Любая девушка боится своего первого раза, а тут брачную ночь следовало провести с кентавром! А дети от него? Как их рожать?
Возвращаться в спальню не хотелось, и Лора решила прогуляться и осмотреть замок. Здание со стороны, оказалось точь-в-точь таким же, как и на страницах злосчастной книги: десять башен соединялись между собой крепостной стеной. В центре стены имелись огромные деревянные ворота, у которых дежурило двое охранников кентавров. Они были очень схожи с Эрмерахом, но чего-то все же не хватало. Возможно величия и грации, присуще лишь жрецам. Ну и лицами охранники естественно тоже отличались. Лора гуляла среди кустов и неведанных ей цветов, наслаждаясь нежными ароматами. Единственные цветы, которые были узнаваемы, так это розы. И то совершенно необычного цвета. Оторвавшись от созерцания флоры, она прошла к фонтану. Кожаные сандалии мягко ступали по каменной плитке. Холодные капли бились о бортик и разлетались брызгами. И почему-то именно за этим, казалось бы, простым и обыденном действием, Лора наблюдала, как завороженная. Сколько прошло времени с момента ее появления тут, она не знала. Да и как вернуться в свой мир тоже понятия не имела. Возможно это просто сон? Или может, Лора так увлеклась рассматриванием книги, что сейчас сидит в кресле и фантазирует? А на самом деле ничего этого нет? Ни фонтана, ни Кьяры, ни Эрмераха?
— Леди Клариссия, — голос служанки вырвал ее из глубокой задумчивости.
— Хиония, — вздохнула Лорка. — Просила же не называть меня этим дурацким именем!
— Простите, миледи, забылась…
— Ладно, чего уж там, что случилось?
— С вами хочет поговорить шаман.
— Шаман? — удивилась Чехова. — Он что, типа будущее предсказывает и по звездам гадает?
Хиония рассмеялась.
— Ну, насчет звезд не знаю, а будущее предсказывает…
[1] Имя богини придумано автором. В данном случае подразумевается Покровительница Земли.
Лариса шла по дорожке, выложенной каменной плиткой только в обратном направлении. После нескольких метров, тропинка вильнула влево и практически сразу же упиралась в небольшой домик, похожий на будку парковщика. Лорка вошла в помещение, наполненное странными запахами и каким-то непонятным туманом. Словно домик только что окуривали. Она принюхалась, вспоминая знакомый запах. Точно! Пахло пихтой. Точно такой же аромат был в бане у Даяны на даче. Правда попариться Лора так и не успела, а лишь умылась.
— Проходите, Лариса…
Лора посмотрела в ту сторону, откуда доносился тихий голос. От угла до окна, тянулся верстак, нагруженный всевозможными сосудами с непонятным содержимым. Около стола, на табуретке сидел мужчина в синем балахоне лет пятидесяти.
— Откуда вы знаете мое настоящее имя? Почему не называете как все «Леди Клариссия»?
— Я все о вас знаю. Лариса Чехова ученица четвертого курса медицинского института. Но самый главный титул, это не будущий врач, а Избранная.
— Я не понимаю…
Шаман достал из-под верстака еще одну табуретку и предложил сесть.
— История недолгая, но нужно начать сначала…
Шаман тихо и монотонно начал свой рассказ. Из которого Лариса, наконец, начала понимать происходящее. Как она и думала, Клариссия оказалась настоящей стервой и издевалась над всеми, как могла. До тех пор, пока не влюбилась. Молодой, красивый мужчина с голубыми глазами, да к тому же еще и художник, что-то перевернул в душе девушки. И Клариссия поумерила пыл. Перестала цепляться ко всем жителям дворца, кроме одного. Эрмераха. Вот его она на дух не переносила. За что? Во-первых, Клариссия любила другого. А во-вторых, она должна была стать его женой против своей воли. И в голову самовлюбленной девушке пришел идеальный план: сорвать церемонию трижды. Но тут Клариссе пришлось обратиться за помощью к Кьяре. Кентаврийка любила Эрмераха и пыталась всячески обратить его внимание на себя. Именно это и нужно было Клариссе; отвлечь жреца от себя. Надо добавить, что и Эрмерах не особо был рад становиться мужем гнусной особы, но против воли богини идти не решился.
— А я-то тут причем? — перебила шамана Лорка.
— Срыв церемонии недопустим. Если такое случится трижды, то девушка умрет.
— Но Кьяра говорила…
— Она соврала. Точнее, Кьяра просто не знает этого. Если по вине Избранной срывается церемония, то значит, она недостойна, быть таковой. После третьего срыва, стоит полной луне смениться солнцем, и девушка исчезнет. Она просто растворится между мирами. Игры с богами всегда плохо заканчиваются. Клариссия же зашла еще дальше. Однажды она пришла ко мне, просила открыть ее судьбу. Что я и сделал через сферу, — шаман ткнул в хрустальный светящийся шар. — Но Клариссия откуда-то знала, что сфера подвластна и Избранной. Сферический оракул ответит на любой вопрос, покажет будущее, научит заклинаниям. Единственное чего сфера не сделает — это не изменит прошлого. Так вот, этой сумасбродной девице взбрело в голову сбежать в другой мир. Нужно было лишь найти две вещи; своего двойника и связующее два мира звено. В данном случае, звеном стала книга.
— Но откуда она в нашем мире?
— Я не знаю, — пожал плечами шаман. — Но именно книга перенесла вас в этот мир, после чего исчезла из Внапры. Теперь именно вы Избранная богиней.
— Но это не так! — Возмутилась Лорка. — Я обычная девушка…
— Вы, Избранная, поверьте. Без участия богини Пумииль здесь не обошлось. Видимо и ей не нравилась Клариссия.
— Но как она могла сбежать одна? Как же художник? Клариссия ведь любила его?
— Никого она не любила. — Шаман помахал дымящейся палочкой, и комната заполнилась запахами сандала. — Клариссия любила лишь одного человека — себя. Теперь вы Избранная… — закончил он свой рассказ.
— Как же мне вернуться домой? В свой мир?
— Вы не сможете, пока не исполните свою миссию. Только тогда будет перевернута последняя страница книги.
— Книги? Вы же сказали, она исчезла?
— Книга исчезла из нашего мира, но существует в вашем.
— Вы сказали: «Только тогда будет перевернута последняя страница», что это значит? Кто-то листает эти страницы?
— Тот, кто кроме вас держал ее в руках, тот, кому вы рассказали о ней. Именно она или он читают историю, которую пишите вы…
— Не понимаю?
— Каждое ваше действие, сказанное слово, строящиеся против вас интриги, козни, все это будет описано в книге. Буква за буквой, строчка за строчкой…
— Так вот что значила фраза в книге! Постигни суть, слова найдутся! Выходит, манускрипт сейчас у Даяны. Только ей я рассказала о книге и показала ее. И только Даянка листала вместе со мной страницы.
Шаман кивнул.
— Это заклинание. А ваша подруга связана с вами через эту книгу.
— Еще вы говорили про миссию. Что за миссия?
— Вы должны родить дочь. Следующую Избранную.
— От Эрмераха?! — ужаснулась Лорка. — Но как? Я же умру после таких родов! Шаман улыбнулся.
— Вы же не решили, что будете рожать кентавра? Господин Эрмерах, жрец… — сказал он так, будто это все объясняло. Но увидев непонимание на лице Лоры, продолжил: — Он может становиться человеком при желании.
— То есть в момент… э-э-э… — подбирала она нужные слова. — Соития, он станет человеком? С двумя ногами и без хвоста? В смысле обычным мужчиной?
— Именно так. — Подтвердил шаман.
Лариса облегченно вздохнула. Ну, хоть немного она начала понимать, как устроен этот мир. И свадьба с кентавром уже была не так страшна.
Лора остановилась у фонтана, Как и Эрмерах, она наслаждалась холодными брызгами. После рассказа шамана многое встало на свои места. Так сказать пазл сложился. Но выходить замуж, пусть даже она теперь и знала, что Эрмерах может становиться человеком, ей как-то не хотелось. Да он был симпатичным мужчиной. И эта его необычная внешность вызывало здоровое любопытство. Но свадьба? Рождение дочери? Лора к этому была абсолютно не готова. Да и как вообще можно быть готовой к перемещению в другой мир?!
Лорка и сама не заметила, как в раздумьях начала нарезать круги вокруг фонтана. Ее честно говоря пугала мысль, что Даяна читает о ней в книге. Интересно, что она чувствует? Верит в происходящее или нет? А что если она вообще закрыла книгу? Это значит, что последняя страница перевернута не будет. И домой Лора никогда не вернется? Хотя шаман сказал, что она сможет вернуться в свой мир только после рождения новой Избранной. Но разве можно оставить своего ребенка в другом мире и со спокойной душой уйти? Конечно нет. А значит, Лоре просто нужно держаться подальше от Эрмераха.
Даяна несколько часов просидела с книгой в руках. Все еще не веря своим глазам, она продолжала читать о приключения своей подруги. Из повествования стало понятно, как Лора попала в книгу. Слова на латыни оказались заклинанием, а мерзкая баба по имени Клариссия просто воспользовалась случаем. Как говорится, лови момент! Даяна перелистнула книгу до конца, хотя остальные страницы были пусты. Сделала она это в надежде, что подруга вернется обратно. Но естественно ничего такого не произошло. Даяна и сама это понимала, просто надеялась, что трюк сработает.
Следующие страницы были пусты, видимо никаких действий в книге пока не происходило. Даяна глянула на часы и застыла. Ходики показывали три часа утра. Когда она только проснулась и пошла на поиски подруги, было без пяти. Где-то минуты две она кралась в потемках, а потом увлеклась книгой. Даяна была почти уверена, что просидела с книгой не меньше часа, но часы словно остановились. Она поискала свой телефон, думая, что может в гостиной старые ходики не работают. Но и на дисплее мобильника было то же самое время.
Лора сидела за огромным столом в обеденном зале. На гладкой столешнице громоздились всевозможные яства. Но мысли Чеховой были далеки от наполнения желудка. Получается, что книгу читает Даяна. Но Лора находится в этом мире достаточно долго, чтобы их хватились в институте. Подруга что вместо лекций зачитывается ее приключениями во Внапре? На этот вопрос ей не смог ответить даже шаман. Он лишь сказал, что время в обоих мирах течет по-разному.
— Миледи, — ворвался в бурные мысли голос служанки. — Почему вы не едите? Вам нездоровится? Может лекаря позвать?
— Нет-нет! — замахала она руками. — Не стоит. Скажи, помимо дворца во Внапре есть еще что-нибудь? Ну город, деревни, магазины?
— О! Конечно! За стенами дворца раскинулся чудесный город. Имеется рынок и деревни… — служанка замолчала. А потом все же решилась спросить. — А что такое магазины?
— Э-эм… — растерялась Лорка. — Ну, это… Точно! Лавки с продуктами, сувенирами и так далее, — нашлась она.
— А-а-а, вот вы о чем! На рынке полно лавок со всяким добром. Завтра кстати ярмарка будет. Много чего заморского привезут, не хотите глянуть?
— С удовольствием! Хиония, а можно вот этот портрет снять и убрать вообще отсюда? Ну, чтобы глаза не мозолил…
— Конечно, я распоряжусь.
Честно говоря, Лора ждала Эрмераха. Но он так и не пришел. Ни вечером, ни на следующее утро. Едва солнце показало первые лучи, как Чехову разбудила служанка, протягивая ей очередное непонятное одеяние. Из мягкого шелка цвета сливы. Но если прошлая одежда походила на платье, то к этому наряду крепился еще и капюшон. На непонимающий взгляд Лоры, служанка пояснила, что она Избранная и должна скрываться от простого народа. Так как среди них могут быть и недоброжелатели. Еще о чем Хиония поведала, так это о страшных существах, что живут в горах. Щерчэлы[1] — это существа полулюди, полуящеры. Из человеческого у них только туловище, ноги и руки. Кисти с когтями на конце как у ящерицы и хвост, который отрастает. Лицо у них как у людей, но вот кожа как у рептилии. Надо сказать, жуткое зрелище. Их когда-то давно изгнали из Внапры. Но эти существа просто жаждут отомстить.
Лора шла рядом со служанкой по тихим улочкам королевства. Сказать, что здесь на каждом шагу творилась магия? Вовсе нет. Окружающее совсем не напоминало фэнтезийный мир. Вполне обычные люди занимались хозяйством, гуляли с детьми, покупали продукты. Пожалуй, единственная магия — это сам мир Внапра. Его не существует даже на страницах книги. Лора прекрасно понимала, что в реальном и современном времени, откуда она сама, Внапры не существует. Хотя, это с какой стороны посмотреть. Жители Внапры даже не подозревают о том мире, в котором жила Лора. Они никогда не слышали о таких городах, как Москва, Ярославль и уж точно не в курсе существования той деревушки, с которой все и началось. И если смотреть глазами Хионии и Эрмераха, то современного мира в природе вообще нет. Так что все относительно.
— Миледи? — вырвал из размышлений голос служанки. — Вам нездоровится? Может, вернемся?
Оказалось, что Чехова так ушла в свои рассуждения о бытие, что не заметила, как они пришли к площади. А Лора стояла прямо на дороге, не давая повозке с фруктами проехать. Хиония увела ее на тротуар, выложенный брусчаткой. Лорка осмотрелась. Площадь оказалась в форме идеального круга. Брусчатый тротуар был отгорожен от самой площади невысоким бордюром. Прямо по центру возвышалась статуя той самой женщины, которая была изображена на монетах. По всей площади, вокруг изваяния тянулись вереницы лавок со всевозможными товарами. Чего здесь только не было; украшения, одежда, посуда, ткани, оружие. Даже живые птицы и звери имелись. Толпа вокруг лавочек гудела, словно рой пчел. Народ, облепивший торговые лавки, состоял не только из людей, но и кентавров. Они, как самые обычные люди, торговались с продавцами о скидке. И в этой толпе, Чехова увидела Эрмераха. Хотя его сложно было не заметить.
Густая шевелюра в этот раз заплетена в косу. Вместо кожаной кирасы, на мужчине была одета свободная рубаха. И честно говоря, смотрелось нелепо. Словно сверху он одет, а снизу голый. Но во Внапре, это казалось нормой. По крайней мере, для кентавров.
Лора вспомнила собственное кредо «Держаться от Эрмераха подальше!» и, отвернувшись, подошла к лавке с животными. Местный торгаш заулыбался во все тридцать два зуба и начал предлагать зверушек. Больше всего, Лоре понравился милый ежик, который своими печальными глазками, прямо-таки умолял: «Забери меня отсюда!». Но денег у нее не было, а спрашивать у Хионии, Лорка не решилась.
«Дурочка, — подумала она про себя. — Наверняка в покоях настоящей Клариссии имелся мешочек из органзы, наполненный монетками».
— Скажи, — склонилась Чехова к уху Хионии. — Здесь всегда так много народу? И сколько вообще во Внапре кентавров?
— Такая толпа собирается лишь на выходные, на ярмарку, — пояснила служанка. — А насчет кентавров, никогда не задумывалась над этим. Их чуть меньше, чем нас. Но точных цифр не скажу…
Эрмерах стоял у лавки с оружием. Тетива его лука порвалась и ему нужна была новая. Он долго стоял и выбирал самую прочную из предложенных, когда увидел свою будущую жену. Она стояла в балахоне цвета спелой вишни. Капюшон полностью скрывал ее лицо, но Эрмерах знал, что это Клариссия и не только потому, что рядом стояла ее служанка. Клариссия, судя по всему заметив его, отвернулась и направилась к лавке. И он понял, что оказался прав. Скверный и надменный характер не исправить. И очередной раз убедился в этом. Преодолевая свое нежелание, Эрмерах все же подошел ближе. Девушка стояла и с умилением смотрела на ежика. Милый зверек с серыми иголками, бежевым брюшком и печальными глазками, буквально приковал к себе все внимание Клариссии. И устойчивое мнение о скверности характера у Избранной у Эрмераха снова пошатнулось. Во-первых, она никогда бы не пришла на ярмарку с простым народом, а во-вторых, не в ее характере такой взгляд, да еще и при людях. Она долго смотрела на зверька, а потом подставила ладошку и тот, юрко заполз на нее. Но в итоге, Клариссия все же вернула ежика продавцу.
С тяжелым сердцем вернув зверька, Лора прошла к другой лавке. На деревянном столе громоздились всевозможные сладости и сухофрукты. Продавец, словно близнец предыдущего торгаша, также улыбнулся и предложил попробовать сладости. Лора с удовольствием принялась дегустировать. Сначала она попробовала карамельную палочку. По своему вкусу, конфета напоминала чурчхелу с начинкой из орехов. Затем Лорка отправила в рот кусочек пастилы. Но конфета ей понравилась больше. Отсутствия у нее личных денег, портило все настроение, и Лора уже собиралась попросить служанку проводить ее домой. И не успела.
Грациозной походкой к ним направлялся Эрмерах, а в руках у него был тот самый ежик, которого она хотела забрать.
— Доброе утро, леди Клариссия… — поприветствовал он. — Я заметил, что этот зверек вам приглянулся и решил сделать небольшой подарок…
— Добрый день, Эр. Хочу напомнить, что я просила обращаться ко мне иначе. А за ежика, спасибо…
Она с радостью приняла зверька из теплых ладоней Эрмераха, а тот нырнул под балахон вдоль по ее руке. Видимо боясь, что его вернут продавцу.
— Пожалуй, мы пойдем… — Лора толкнула служанку локтем в бок. — Нам ведь пора?
Даяна оторвала взгляд от книги, потерла глаза и, застыла. На пороге стояла Лора. Только вот одежда на ней была странная. Вместо привычной майки и шорт, до пола ниспадало странное одеяние.
— Лора? — удивилась подруга.
Девушка усмехнулась.
— Не угадала.
— Клариссия?
Даяна считала, что больше уже ни чему не удивиться. Ан нет! Перед ней стояла та, кто заварила всю кашу. Та. по чьей вине ее подруга оказалась в чужом мире. Даяна встала с открытой книгой и направилась к Клариссии.
— Сейчас ты все исправишь! И вернешь мою подругу!
— Угу, уже бегу…
Клариссия подхватила сумку Лоры и собиралась уйти. Но Даяна не желала отпускать девушку.
— А ну стой!
— Это ты остановись. — Предостерегла Клариссия. — Эта книга связующее звено и если ты ее закроешь, то твоя подруга никогда не вернется. Связь будет разорвана, а ты больше не увидишь строк. Следовательно, не сможешь дочитать книгу до конца и перевернуть последнюю страницу. Понимаешь, к чему я веду?
Даяна прекрасно понимала. Единственное, что ее удивляло, так это откуда Клариссия знает их язык и как вообще сюда попала. А самое главное, почему Даяна раньше не видела эту девицу, так похожую на Лору.
— Как ты сюда попала? Откуда ты знаешь наш язык?
— Как попала? Также как и твоя подруга. После инсценировки обморока на этой дурацкой церемонии, мне пришлось немного притворяться. Ну, а потом, когда все разошлись, провела ритуал. Я оказалась на этом же кресле. — Она ткнула в кресло-качалку. — А что касается вашего языка, то я подготовилась. Думаешь, я вот так сразу взяла и провела ритуал? Я долго наблюдала через стеклянный шар за вами. Прикидывала, как лучше подбросить книгу твоей подруге. А теперь я пошла. Да, и мой тебе совет! Не стоит меня искать. Пока ты в этом доме, для тебя время не двигается. Это как Зазеркалье. Но стоит тебе покинуть это место, как стрелки начнут движение. Твоя подруга может и вернется, при условии, что выживет, конечно. Но ты об этом не узнаешь. А еще, тебе придется отчитываться перед родителями.
— Что значит твое «если выживет»?
— Про щёрчэлов слышала? Ну, так вот, стеклянный шар показал мне будущее Внапры. Эти мерзкие существа нападут на королевство. А я не собиралась разгребать это дерьмо!
Клариссия перехватила сумку покрепче и покинула домик. Даяна хотела было отправиться за ней, но остановилась. Конечно, ее слова насчет разрыва связи могли быть и ложью, но проверять как-то не хотелось.
Лора шла впереди служанки, стараясь как можно быстрее вернуться во дворец. Похоже, ей придется поступать с Эрмерахом, так же как и Клариссия. Пусть лучше уж он ее ненавидит, чем у них завяжутся отношения. Лору не покидала мысль о том, что ей придется уйти, оставив в этом мире дочь и любимого мужчину. Почему любимого? Да потому что от нелюбимого, рожать она не собиралась.
Ежик, которого ей подарил кентавр, свернувшись клубочком, спал в колыбели ее рук. И Лора начала жалеть, что приняла зверька в дар. Вместо этого, ей нужно было сделать надменный взгляд, презрительно фыркнуть и уйти. После чего держаться от Эрмераха подальше. Она вновь глянула на спящий колючий клубочек и невольно вспомнила о теплых руках кентавра.
Минуя охранников и другой прислуги, Лора прошла в свою спальню. Аккуратно положив ежика в корзину, которую принесла ей Хиония, она тяжело опустилась в кресло. Чеховой необходимо было выговориться, рассказать хоть кому-то о своих переживаниях.
Хиония выслушала не перебивая. Долго молчала, видимо переваривая полученную информацию.
— Ну, раз так сказал шаман, то значит, вы и есть Избранная. И неважно, из какого вы мира…
— А как же мне быть с Эрмерахом? Понимаешь, я не смогу оставить свою дочь, а сама вернуться. Я, конечно понимаю, что меня особо спрашивать никто не будет, но все же… Кроме того, свадьба с Эрмерахом пугает меня.
— Лора, не волнуйтесь, — начала успокаивать служанка. — Жрец Эрмерах очень хороший. Он поймет вас. Так что не бойтесь становиться его женой…
— Хиония, ты вообще меня слушала? Стоит мне родить дочь, как неведомая сила вернет меня в мой мир! Поставь себя на мое место. Ты бы смогла бросить своего ребенка? А что касается Эрмераха, то моя бабушка всегда шутила: «Выходи внуча замуж за кентавра. И мужик в доме, и скотина в хозяйстве!». Видимо шутка оказалась пророческой.
Хиония не посоветовала ей ничего путного. Собственно она и не ждала, что служанка ей предложит выход. Лоре просто хотелось выговориться. Как, оказалось, быть Избранной не так-то легко. По закону этого мира, если церемония срывается, то Избранная должна посетить храм богини Пумииль. Если же ворота в храм не отворятся перед нею, то значит, богиня отреклась от Избранной.
Поездка должна состояться на рассвете, и Лора пыталась уснуть, чтобы не клевать носом по дороге. Но Морфей не спешил принимать ее в свое царство. Множество мыслей вертелось в голове Чеховой. Сначала она, решила просто сбежать из дворца и спрятаться где-нибудь от всех этих законов и самое главное Эрмераха. Но посчитала это ребячеством и откровенной глупостью. Идеи приходили одна за другой, но все они были никудышными. В конце концов, Лорка решила пустить все на самотек. Делай, что должен и будь что будет!
Утро началось рано, даже для Лоры. Первые лучи солнца едва коснулись земли, как раздался колокольный звон. Впрочем, колокола звенели каждое утро, но где-то вдалеке и в спальню доносились лишь отголоски. Но сейчас, словно кто-то рядом с ухом трезвонил. Она открыла глаза бесцельно уставившись в паникадило над кроватью. Сегодня ей предстояло тащиться через дебри леса в храм богини. И надо сказать, что тащиться придется пешком. Обычных лошадей здесь не наблюдалось, а машин и подавно. Лора открыла узкий шкаф, больше смахивающий на гроб, и стала выбирать более комфортную одежду для вылазки в лес. Но в этом мире, видимо, штанов и брюк для женщин не предполагалось. Сняв с вешалки длинный кусок ткани, которым нужно было обмотаться, она решила сделать из него подобие штанов. Швея из нее, конечно, никакая, но выбора особо не предвиделось. Осталось только найти нитки и иглу. Лорка дернула за веревку в изголовье кровати, и в ту же минуту в покои вошла Хиония.
— Вызывали?
Лора кивнула.
— Да. Не могла бы ты принести мне иголку с нитками и ножницы?
Лицо Хионии вытянулось. Девушка несколько раз энергично моргнула, хлопая ресницами. После чего молча, ушла. Но ненадолго. Не прошло и пяти минут, как служанка вернулась с клубком ниток и иголкой. Забрав из рук служанки швейные принадлежности, она сложила ткань пополам и собиралась отрезать лишнее.
— Госпожа Лора, что вы делаете? — растерянно спросила служанка.
— Собираюсь сшить штаны… — ответила она и добавила: — Из березовой коры…
— Но зачем?
— Мы же идем в лес. Я не хочу пробираться в чащи вот в этом, — Лора одернула подол тоги. — Неудобно, понимаешь?
— Я первый раз слышу, чтобы женщины носили штаны, но можно и не портить ткань. — Служанка улыбнулась. — Подождите немного…
Хиония ушла, а когда вернулась, то держала в руках мужские штаны. Кожаные, такие же как и кираса, которая была на Эрмерахе при первой встречи.
— Это что? Точнее они чьи?
— Штаны, наверное, будут большие, но можно подвернуть и подвязать. Все же это лучше, чем то, что хотели сделать вы. А принадлежат они жрецу.
— Я ни разу не видела его в них, — хихикнула Лора.
— Ну, он одевает их, только когда в человеческом облике…
— Погоди-погоди, ты хочешь сказать, что когда он становиться человеком, то ниже пояса Эрмерах голый?
— Ну да, — пожала плечами Хиония. — Когда он кентавр, они ему не нужны. А когда становиться человеком, то сами понимаете, ниже пояса на нем ничего нет…
Сколько они шли, Лора не знала. Казалось, что никто не двигается, а все стоят на месте. Деревья сменялись деревьями и ничего не менялось. Разве что, какой-нибудь зверек пробегал. Да так быстро, что и не понять, что это за животное. Но учитывая, что все вокруг были спокойны, то Лора не стала визжать словно трусиха. Помимо Эрмераха в поход отправился шаман и еще парочка кентавров. Лорка изрядно устала, но решила виду не подавать. И чем сильнее она уставала, тем уверенней шагала вперед.
— Лора, — окликнул ее Эрмерах. — Вы устали? Может, поедете верхом на мне? Чехова притормозила и прислонилась к стволу дерева.
— Верхом на тебе? Звучит двусмысленно. Пожалуй, откажусь, а вот если мы сделаем привал, буду только рада.
— Хорошо, — ответил он, игнорируя колкость. И, повернувшись к остальным, громко объявил: — Привал!
Через огромное зеркало в тяжелой бронзовой оправе, за Избранной и ее спутниками наблюдала женщина. Высокую стройную фигуру скрывала темная накидка. Проведя по воздуху длинными ногтями, она рассмеялась.
— Ну, что, Избранная? — обратилась она к зеркалу. — В храм богини собралась. А достойна ли ты этого? А? — Женщина встала и быстрым шагом подошла к зеркалу. Постукивая ногтями по раме и глядя прямо в лицо Лоре, четко произнесла: — Я, Хранительница Храма Богини Пумииль приготовила тебе испытание. Коли истинная ты Избранная, то справишься, а коли, нет, — усмешка озарила лицо женщины. — То и не выжить тебе в этом лесу.
Хранительница сделала несколько па по зеркальной поверхности, после чего лес накрыл густой туман.
Лес начал окутывать густой туман, невесть откуда взявшийся. Лора огляделась. Если отойти от человека на пять шагов, то в этом тумане его уже невидно. И от этого становилось не по себе. Чехова поежилась. И подошла ближе к Эрмераху. Рядом с ним, она чувствовала себя спокойнее.
— Не нравится мне все это…
— Мне тоже…
Эрмерах протянул Лоре бурдюк. На ее вопросительный взгляд пояснил, что там вода. Лора долго смотрела на протянутый сосуд. Она помнила, что ей нужно держаться дальше от кентавра. Но сейчас, когда он вот так вот стоял, протягивая воду, и улыбался, было невозможно нагрубить ему.
— Спасибо, — тихо отозвалась она, принимая бурдюк. — Кажется, туман стал еще гуще. Такое раньше было?
— Нет, — покачал головой шаман. — Чую не к добру это…
Лора сделала глоток и вернула флягу Эрмераху. Кентавр улыбнулся. Что-то его веселило, а вот что, Чехова не знала. Может она испачкалась или птицы свили гнездо на голове?
— Вам смешно?
— Нет, меня это просто умиляет…
— Что именно? — не поняла Лора.
— Мои штаны. Они идут вам. Это немного необычно. Я впервые вижу женщину в мужских штанах, но вам они и, правда, хорошо. Великоваты немного, но в целом.
Эрмерах был не просто умилен. И Лора это понимала. Для него то, что она нацепила его штаны, то же самое, что и для современного мужчины, обнаружить девушку с утра в своей рубашке. Как-то так. Она не знала, что и ответить. Хотя следовало нахамить ему и сесть где-нибудь подальше от него. Но язык не поворачивался сказать ему гадость, в тот момент, когда Эрмерах так тепло улыбался. Похоже ему и впрямь приятен тот факт, что она в его штанах. Лора все же нашла в себе силы отойти подальше. Туман был слишком густым, казалось, что если его зачерпнуть, то можно набрать в руки, словно вату. В такой момент лучше держаться к народу поближе, но Лора не могла находиться рядом с Эрмерахом. Если она не хотела влюбиться и оставить здесь навсегда его и будущую дочь, то лучше воздержаться от таких вот милых разговоров.
— Я скоро вернусь, — тихо отозвалась Чехова.
— Куда вы? — насторожился один из кентавров охранников.
— Ну, эм… понимаете? Мне нужно в кустики… — видя их непонятные лица, она все же озвучила прямо: — Писать я хочу!
Лора завернула за ближайший ряд деревьев и замерла. Стало страшно. Необъяснимый ужас зарождался где-то глубоко в душе. Этот лес, странный туман… что все это значит? Не успела она как следует подумать об этом, как туман рассеялся. И Лора оказалась посреди опушки, окруженной большими зеркалами. Просто огромные, отражающие друг друга стеклянные поверхности в бронзовой раме. Теперь стало не просто страшно, а жутко. Ну, скажите, откуда в лесу зеркала? Да еще и таких размеров. Конечно, это все-таки магический мир, но не до такой же степени!
Зазоров между зеркалами не было вообще и как выйти из этого круга, Лорка понятия не имела. Она встала перед одним из них и посмотрела на свое отражение. Штаны, которые принадлежали Эрмераху, были ей большие. Но пояс она подвязала, а штанины подвернула. Это все же лучше, чем пробираться сквозь чащу в платье. Она посмотрела на лицо, потерла красные щеки и собиралась уходить. Но тут произошло невообразимое. Ее отражение вытянуло руку и, схватив за воротник, буквально затянуло за зеркальную поверхность. После чего отражение просто перешагнуло раму, и оказалось на опушке. Лора побежала за ней, но врезалась в невидимую преграду. Ужасная догадка накатила, словно снежная лавина. Она внутри зеркала!
Ее отражение рассмеялось. И от этого смеха стало просто жутко. Смеялась сама же Лора, но прекрасно понимала, что это не она.
— Кто ты? — закричала Лора, но крик получился лишь тихим шепотом.
— Я, это ты. Твоя темная сторона. И я собираюсь сделать то, что ты хотела, но не решалась сделать.
— Что?
— Смотри. Наблюдай…
Отражение замолчало, а по опушке разнесся голос Эрмераха.
— Леди Клариссия… — позвал он, и увидев ее стоящей около дерева облегченно вздохнул. Туман как-то быстро расселся. А с его будущей женой все было в порядке. — Вот вы где? Зачем ушли так далеко? Я беспокоился.
Лора застучала кулаками по зеркальной поверхности.
— Это не я, Эр! Не я!
Ее копия упрямо посмотрела в лицо Лоры, казалось только отражение, и видела заточенную Чехову.
— Он не поймет разницы, — тихо шепнуло ее отражение. — А я все сделаю. Не волнуйся, тебе не придется выходить за него замуж…
— Нет! Нет! Прекрати! Одно дело просто избегать встречи с ним. И совсем другое сделать ему больно… Остановись!
— Только ты можешь остановить ее!
Откуда доносился голос, понять было невозможно. Он словно был повсюду, но при этом обладательницу сопрано нигде не видно.
— Кто ты?
— Кто я, неважно! А важно лишь то, кто ты? Коли ты истинная Избранная, то сможешь остановить ее, а коли, нет, то отражение заменит тебя, а ты навсегда останешься здесь. В этом коридоре Зазеркалья…
Голос стих, а Лорка лихорадочно стала соображать, что делать. По сути, она не являлась Избранной. Чехова обычная студентка и никакое отношение к этому миру и уж тем более, к богине, не имела. Лариса начала выхаживать по той части опушки, по которой могла, в поисках чего-нибудь тяжелого. Она собиралась сломать зеркало. Но в округе не нашлось даже палки. Единственную вещь, которую Лорка обнаружила, это стрелу, застрявшую в стволе дерева. После долгих попыток, она вытащила ее, сломав наконечник. Чехова пыталась придумать, как использовать сей предмет, но голоса привлекли ее внимание. И Лорка, словно завороженная слушала разговор Эрмераха и фальшивой себя.
Парочка ругалась. Фальшивая Лора бросала жестокие слова. Те самые, что хотела сказать и сама Лора, но не стала. Просто не смогла. Для себя она решила избегать кентавра, а не причинять ему боль. Он и так натерпелся от настоящей Клариссии. Но не это самое страшное. Отражение оказалось не только темной стороной Лоры, но и настоящей Клариссии. В ней словно смешались две темные стороны, превращая в настоящее чудовище.
Лора словно в страшном сне видела, как отражение собирается убить Эрмераха.
— Нет! Пожалуйста, остановись…
Лора какое-то время наблюдала за ними, а потом посмотрела на стрелу в руках. План пришел мгновенно. Словно в мультиках, когда над головой персонажа загорается лампочка «идея». Отражение сказало, что она это Лора. А значит, если не будет Лоры, то и не будет отражения. Что же тогда лучше умереть тут, чем остаться в Зазеркалье навсегда. И позволить ее темной стороне души, творить все что заблагорассудится! Лора прижала стрелу металлическим пером к шее, к сонной артерии, глубоко вдохнула, собираясь с духом и, резко провела поперек. Кровь хлестала бурным потоком, заливая сочную зеленую траву. А земля практически мгновенно впитывала в себя жидкость, словно питалась ею. Уже в самый последний момент, Лора заметила, как ее отражение подернулось, а после вообще исчезло. Она облегченно улыбнулась, прежде чем окончательно отключиться. Все кончено. И возможно, ее смерть окажется дорогой домой.
Даяна читала затаив дыхание. С каждым действием в книге. она переживала все больше и больше. И когда прочитала строки о том, что Лора собиралась сделать, невольно вскрикнула: «Нет! Лорка, ты с ума сошла?!». Но естественно ее криков подруга не слышала и выполнила задуманное.
Даяна закрыла глаза. В происходящее верилось с трудом. Ее подруга, мало того, что перенеслась в книгу, что до этого времени в такое было сложно поверить. Так еще и погибла там, спасая кентавра! Даянка охватила голову руками. В книге повисла звенящая пауза, отчего на душе становилось еще хуже.
Стоило Ларисе упасть замертво, а отражению исчезнуть, как Хранительница хлопнула в ладоши. И время остановилось. Даже листья на деревьях не шевелились.
— Хм, — усмехнулась она. — Что же Избранная Клариссия, ты доказала свою избранность. Отдала жизнь за тех, кто тебе дорог. И теперь, ты достойна переступить порог Храма, а врата распахнуться пред тобой…
Хранительница опустилась в кресло.
— А теперь еще раз!
Женщина снова хлопнула в ладоши, и время повернулось вспять. Ровно до того момента, как Избранная приставила стрелу к шее.
Клариссии долго не было и, Эрмерах решил поискать девушку. Он ее нашел. Избранная стояла посреди опушки, по ее щеками ручейками стекали слезы, а в руках она держала обломок стрелы. Явно намереваясь перерезать себе горло.
— Нет! Лора! Что ты делаешь?!
От шока Эрмерах не стал церемониться и «выкать». Быстрым шагом, кентавр преодолел расстояние между ними и, забрав стрелу, прижал испуганную девушку к себе.
— Ты меня видишь? — дрожащим голосом спросила Лора.
— Конечно, — тихо отозвался Эрмерах. — Что ты собиралась сделать? Уж не убить ли себя? — он отстранился и посмотрел ей в глаза. — Неужели я так тебе противен, что ты пошла на столь отчаянный шаг?
— Нет, конечно, нет!
Срывающимся голосом, Лора рассказала о том, что произошло. Об отражении, о том, что это чудовище из Зазеркалья собиралось его убить. Они еще несколько минут стояли, обнявшись, пока не услышали деликатное покашливание остальных сопровождающих.
Лора будто бы опомнившись, резко отстранилась и, обойдя кентавра, подошла к служанке. Вот разве можно в такой обстановке придерживаться собственных правил? Когда он вот так вот обнимает? А его вопрос? И эта вселенская грусть, звучавшая в его голосе…
— Леди? — услышала она голос служанки, сквозь гущу мыслей.
— Да?
— Вы кушать не хотите?
— Нет, — отказалась Лора. — Давайте побыстрее дойдем до Храма…
Храм представлял собой сооружение круглой формы, а по внешнему кругу были установлены тридцать колонн в коринфском стиле. Внутри храма располагалось святилище для поддержания огня, а в крыше находилось отверстие для беспрепятственного выхода дыма. Храм входил в единый комплекс с домом жриц богини Пумииль. Между двух широко расположенных друг от друга колонн, были деревянные ворота. Створки оказались очень высокими и, сложилось впечатление, что они упираются в небо.
Лора замерла перед выдающимся сооружении. Сердце громыхало, грозясь выскочить из груди. Последний раз, она так волновалась перед сдачей экзаменов в институт. Но сейчас был не менее решающий момент. Минуты текли, и казалось, прошла целая вечность, прежде чем врата со скрипом открылись.
На пороге Храма стояла женщина. То, что это дама можно было понять лишь по фигуре, лицо же было скрыто капюшоном.
— Добро пожаловать в Храм богини Пумииль, — женщина откинула капюшон и села на одно колено. — Я рада вас приветствовать, леди Клариссия…
Лорка поморщилась, но сдержалась от замечания. Голос незнакомки она уже где-то слышала, но вот где, Лора вспомнить не могла.
Хранительница впустила лишь Лору, а остальных отправила в небольшой домик в конце Храма.
— В святилище открыт лишь доступ жрицам и Избранной, — пояснила она.
Святилище оказалось маленькой комнатушкой, по центру которой горел священный огонь. И Лоре предстояло провести ночь здесь. На мраморном полу недалеко от огня была расстелена циновка. Ожидая, холодный пол под собой Чехова легла на импровизированную кровать. Но холода не почувствовала, наоборот. Мраморный пол излучал тепло, словно огонь прогревал все землю вокруг себя. И, как нестранно, но Лора уснула сразу же. Может, сказалась дикая усталость, а может и атмосфера предрасполагала к расслаблению.
Лора соскочила в холодном поту и с криком «Нет!». Вокруг стояла тишина, лишь тихое потрескивание огня и ее тяжелое дыхание нарушали покой. Стоило Чеховой выйти из святилища, как ее окружили и завалили вопросами.
— Что случилось? — спросил Эрмерах первым. — Вы кричали?
Только Лора собиралась ответить, как задала вопрос Хранительница.
— Вам снился кошмар? Что именно вы видели? Поверьте, это очень важно. То, что вам приснилось, ждет Внапру в будущем…
— Что?!
Лора бросила быстрый взгляд на Эрмераха. Он обеспокоенно смотрел на нее, видимо, волнуясь за ее состояние. Но Чехова чувствовала себя еще более ужасней. То, что она видела, было настоящим кошмаром. И теперь выходит, что этот кошмар должен воплотиться в жизнь? Не сказав и слова, Лора вернулась в святилище. Хиония хотела было отправиться за ней, но Хранительница ее остановила.
— Не мешай Избранной. Видимо ей есть о чем поговорить с богиней…
Лора вышла из святилища. Местная богиня так и не дала никакого знака. Чехова и не надеялась на душевный разговор, но все же ждала хоть чего-то. Маленькой вспышки огня, какой-нибудь ряби на воде в чане. Абсолютно расстроенная Лорка спускалась по ступенькам. Эрмерах обеспокоенно подхватил ее под локоть и что-то спрашивал, но Чехова молчала. Страшные существа и смерть кентавра никак не выходили у нее из головы. Лорка закрыла глаза, вспоминая свой ночной кошмар.
«Слышны крики, повсюду огонь. Люди и кентавры вступили в неравный бой с щерчэлами. Полулюди полурептилии оказались безжалостными существами. Им было все равно кого убивать женщин или детей.
Эрмерах сражался сразу с несколькими тварями, и было видно, как ему тяжело. Он устал физически и морально. Измученное лицо пылало злостью, и кентавр из последних сил продолжал биться. Щерчэлы превышали в численности и Эрмераха атаковали уже не три, а целых шесть рептилий. Откуда-то из-за обломков одной из колонн выскочила еще одна тварь, злобно оскалилась и буквально оседлала Эрмераха. Мутант безжалостно вгрызся в горло кентавра».
Лора открыла глаза и посмотрела на мужчину, который начинал ей нравиться. И снова зажмурилась. Несмотря на приносящую эти воспоминания боль, Чехова пыталась вспомнить сон до конца. Ей во что бы то ни стало надо запомнить детали. Чтобы позднее предотвратить эту кровавую баню.
«Злобно оскалившись, монстр и судя по всему, вожак всего мерзкого отродья, вгрызся в горло Эрмераха, разрывая плоть. Кентавр выронил меч и, желая сбросить щерчэла со спины, пытался схватить его. Но потерпел неудачу. Гпядя в глаза любимому мужчине, Лора видела, как из них ускользает жизнь».
— Леди Клариссия? — позвал ее Эрмерах. — Вы в порядке? Вы бледны, может, стоит позвать лекаря…
— Нет, — вяло отмахнулась Лора. Она бы и возмутилась на обращение «Клариссия», да вот ни сил, ни желания у нее не было. — Со мной все в порядке.
— Лорка повернулась к Эрмераху. — Давайте вернемся во дворец. Я устала…
— Может, лучше отдохнуть здесь? — предложила Хиония. — А потом двинуться в путь?
— Нет! — отрезала Чехова. — С меня достаточно. И Эрмерах… — она внимательно посмотрела на кентавра. — Я буду признательна, если ты позволишь ехать на тебе.
Эрмерах хотел было вернуть ей колкость про двусмысленность фразы, но видя ее состояние, передумал. Видимо, в святилище, ей приснилось что-то слишком страшное.
— Когда приедем во дворец… — ворвался в поток его мыслей голос Лоры. Я бы хотела тебе кое о чем рассказать. И если после этого, ты и дальше будешь таким милым со мной, то я дам нам шанс…
Лора собиралась рассказать ему все о настоящей себе. Конечно, она боялась его реакции, но молчать не могла. Эта жизнь принадлежит Клариссии. И какой бы стервой та не была, это все ее. Статус, жизнь, мужчина, все принадлежит Клариссии. И пусть Лора заняла место в этом мире как Клариссия, но в сердце Эрмераха, она желала быть собой. Чехова хотела, чтобы он любил ее не как Избранную Клариссию, а как Ларису Чехову — студентку медицинского института.
Кьяра мерила шагами помещение. Подслушанный разговор Клариссии и Хионии не давал покоя. Выходит, что Клариссия это вовсе не Клариссия. А некая девица по имени Лора, пришедшая из другого мира. Тогда это в корне меняет дело. Кьяра собиралась предоставить данную информацию Эрмераху, вот только не знала, как лучше это преподнести. Если кентавр узнает, что его горячо любимая Клариссия вовсе не та, за кого себя выдает, то церемонии не будет. Она довольно ухмыльнулась. Кьяра решила сначала поговорить с самой Лорой, а уж потом подойти к Эрмераху. Но как назло, они все отправились в Храм Богини. Хотя это даже к лучшему. Если ворота Храма не откроются перед Избранной, то это только на руку.
Кьяра открыла небольшой сундук, выуживая самый лучший наряд. Она хотела встретить Эрмераха во всеоружии.
Стоило им переступить порог, как Лора потянула Эрмераха за локоть в беседку. Ту самую, в которой она разговаривала с Кьярой. Похоже, это было единственное место, где можно было уединиться. Минуя охрану, парочка двинулась вглубь дворца.
Чехова начала с самого начала. О том, как жила в своем мире, как пришла в книжный магазин и как обнаружила древний манускрипт с пустыми страницами. Поведала и о разговоре с шаманом и Хионии.
Эрмерах молчал. Молчал так долго, что Лора начала переживать.
— Не молчи, пожалуйста. Скажи что-нибудь? Ты мне веришь? Или же наоборот считаешь мерзавкой, которая заняла чужое место? Или не веришь? Думаешь, я сошла с ума? Если так, то можешь поговорить с шаманом. Я, правда, оказалась здесь не по своей воле… — Лора положила свою ладонь на кисть Эрмераха, боясь, что он одернет руку. Но этого не произошло.
— Я верю тебе… — тихо ответил кентавр. — Я заметил в тебе изменения при первой встречи. Но просто не думал, что такое возможно. И если честно, — он взял ее лицо в свои ладони. — Я рад, что ты не она. Ты так изменилась и в лучшую сторону. Стала милой, доброй. Я начал привязываться к тебе и боялся, что в один далеко не прекрасный день, к тебе вернется прежний скверный характер. Наверное, нехорошо так говорить, но мне наплевать, где сейчас настоящая Клариссия. Кроме того, ворота Храма открылись пред тобой. А это значит, что Богиня Пумииль признала тебя как свою Избранную…
Лора смотрела в глаза Эрмераху и не могла понять, почему он так быстро поверил ей? Может свою роль, сыграл рассказ о шамане? Или сам факт того, что ворота Храма открылись и, Богиня признала ее?
— Ты мне нравишься, Лора — ворвался тихий голос Эрмераха.
Сердце гулко застучало, пропуская удар. Боже, что она творит? Это не ее мир. И нельзя было поддаваться чувству. Не к Эрмераху. Что будет, когда она выполнит миссию. Что случиться с ней? А он? Как дальше будет жить Эрмерах. Что если после исполнения миссии, вернется Клариссия, а кентавр будет думать, что она это Лора. Клариссия разобьет ему сердце. Уничтожит его. Вот что будет.
— Но, — продолжил кентавр. — Сначала я не мог дать волю чувствам из-за того что думал, что однажды твой скверный характер вернется и все будет как прежде. А теперь, — он отвернулся, глядя в окно, собираясь с силами. — Я не могу быть с тобой, потому что ты исчезнешь. Мы оба будем страдать…
— Именно поэтому я поначалу тоже была холодна к тебе Эр, но…
— Лора, — перебил он ее. — Я, правда, тебя люблю, но нам лучше остановиться сейчас.
Чехова отстранилась и подошла к окну, в которое еще недавно смотрел кентавр.
— Уходи! — по слогам произнесла она. — Все вы мужчины одинаковы, что в нашем мире, что здесь!
— Лора…
— Не надо! — оборвала Лорка. — Все вы боитесь, что вашу чуткую натуру ранят! Не желаю больше видеть тебя! Проваливай!
Эрмерах пытался что-то еще сказать, но Лора уже его не слушала. На что она надеялась, рассказав правду? Что он примет ее такую, какая она есть?
«Дура!».
Утирая не прошеные слезы, Лора поплелась к себе в покои. Она хотела остаться одна. Но не успела Чехова войти в опочивальню, как в проем всунулась голова Хионии.
— Миледи? — раздался голос служанки. — К вам Кьяра…
Не дожидаясь ее ответа, занавеси распахнулись, и вошла кентаврийка. В любой другой ситуации, Лора бы обязательно оценила наряд Кьяры, но сейчас ей было на все наплевать.
— Леди Клариссия, — с ходу начала кентаврийка. — Вы должны сорвать церемонию! — потребовала она.
Лора рассмеялась.
— А то что? Ты мне угрожаешь?
— Называйте, как хотите, но если вы этого не сделаете, то я расскажу Эрмераху, — Кьяра понизила голос. — Кто вы на самом деле…
Теперь Чехова не на шутку разозлилась. Она резко развернулась и подошла к Кьяре почти вплотную. Несмотря на то, что та была порядком выше и здоровее Лоры, руки все равно чесались врезать ей, как следует.
— Валяй! — рявкнула Лорка. — Пендель для ускорения придать?!
— Что?
— Чего непонятного?! Вали! Давай, шевели копытами! С удовольствием придам тебе ускорения путем удара с ноги под твой лошадиный зад! А если ты сейчас же не свалишь, — Лора подхватила канделябр с шестью горящими свечами и замахнулась. — То я прибью тебя нахрен! Как раз под горячую руку попалась!
Кьяра отшатнулась. Впервые она видела Клариссию в гневе. Точнее это была не Клариссия, но все же… То есть Избранная и раньше кричала и показывала свои капризы, но откровенную злость, кентаврийка ощутила на себе только сейчас. Из покоев Клариссии Кьяра буквально выскочила, стуча копытами по мраморному полу коридора.
Лора швырнула вслед Кьяре ни в чем неповинный канделябр. Благо свечи потухли в полете.
— Сука! — прошипела она в спину кентаврийке.
На шум и грохот прибежала служанка. Хиония оглядела представившуюся картину: валяющийся канделябр в углу, свечи на полу по всей комнате и Лору, сидевшую на подоконнике, обхватив голову.
— Лора, — тихо позвала Хиония. — Что произошло?
Служанка стала собирать разбросанные свечи. Честно говоря, Кьяра ей тоже не нравилась. Уж очень она высокомерна.
— Ничего… — тихо отозвалась Чехова. — Я хочу домой! В свой далекий, но такой родной Ярославль. И будь проклята, эта чертова книга и Клариссия вместе с ней!
Лорка встала и стала нервно расхаживать по комнате.
— Почему именно я? — вела она беседу скорее сама с собой, чем обращалась к служанке. — Почему из всех возможных людей, коих более миллиарда, именно я? Чем я так провинилась? У меня был дом, семья, друзья, институт и будущая профессия. Я была вполне счастлива своей жизнью. Вон, вокруг полно девочек, которые бы мечтали о таких приключениях. Я же давно уже выросла из этого мечтательного возраста. — Лора раздраженно спихнула канделябр, который минутой раньше подняла с пола Хиония. — Черт! Я должна найти способ вернуться назад. Пусть эта Клариссия сама расхлебывает предначертанную ей судьбу. Пусть выходит замуж за этого… — она сжала кулаки с такой силой, что ногти впивались в ладонь. — Кентавра. Рожает от него и так далее. А сейчас, — Чехова посмотрела на служанку. — Я хочу выпить! Принеси мне выпить!
— Вина?
— Нет. Мне нужно чего-нибудь покрепче. Водки!
— Простите?
— Есть что-нибудь крепче вина?
Служанка кивнула.
— Да, Вересковый напиток, но женщины не могут пить столь крепкий алкоголь.
— Вот и принеси мне его. И еще, передай, чтобы меня никто не беспокоил. Минимум три дня.
— А что случится через три дня? — осторожно поинтересовалась Хиония.
— А через три дня, я найду способ вернуться домой, — ответила Лора и тихо добавила: — Надеюсь…
Изрядно напившись и едва державшись на ногах, Лора решила выйти на свежий воздух. Чехова пошатываясь, направилась к пруду за дворцом. Более идеального места на пьяную голову и найти нельзя. Глядя на спящих рыбок под водой, Лора размышляла о всевозможных вариантах возвращения домой. И тут она вспомнила о дораме «Алые Сердца»[1]. Даже протрезвела немного, пытаясь восстановить все детали того момента, когда главная героиня упала в воду и оказалась в Коре. Лорка бросила взгляд на пруд. Что если она поступит также? В смысле нырнет в пруд, умрет как героиня сериала и, окажется дома. Но эту мысль до конца ей додумать не дал голос Эрмераха.
— Миледи? Что вы тут делаете так поздно?
— Гуляю, — раздраженно отмахнулась она, — а вам какая разница?
— Вы пьяны?
— И что? Хочу, пью, а хочу, не пью. И какой-то козел, — Лора подняла указательный палец. — Точнее конь, — протяжный «ик». — Педальный, мне не указ!
— Позвольте мне вас проводить до опочивальни?
— Стой, где стоишь! Иначе я за себя не ручаюсь…
— Лора, — ласково обратился кентавр. — Пожалуйста, позволь проводить тебя в покои…
Она бросила на него испепеляющий взгляд. И если бы им можно было убивать, то от Эрмераха осталась бы кучка пепла.
— Я сказала, — чеканя каждое слово, Лора упрямо смотрела в прекрасные глаза.
— Проваливай! Без сопливых как-нибудь обойдусь. И вообще, я собираюсь вернуться домой! Я даже знаю как, — она вплотную подошла к кентавру и встала на огромный булыжник. Таким образом, Лора оказалась лицом к лицу с Эрмерахом.
— И плевать я хотела на тебя, на этот мир, на гребанных щерчэлов! Ясно тебе?!
— Я понимаю, — Эрмерах отвернулся, не желая близко находиться с Лорой. Боясь, что не удержится, он даже отступил на пару шагов. — Вы пьяны и не понимаете, что говорите. Уверен, утром вы будете жалеть о сказанном…
— Неужели? — фыркнула Лора. — Это вряд ли! Я смотрела одну дораму, там был показан аналогичный случай. Так что я уверена, что попаду домой! И ни капельки, слышишь? Ни капельки не пожалею! А если я вернусь домой, — она пьяно хихикнула. — То по логике вещей, настоящая Клариссия должна вернуться сюда. И тебе придется жениться на этой язве! Но меня это уже не будет волновать. Мы ведь друг другу никто, так ведь?
Эрмерах молчал. Возможно, она права. И действительно нашла путь возврата домой, но он не мог ее отпустить. Боясь признаться даже самому себе в чувствах к ней, Эрмерах не желал ее отпускать. Ни к другому мужчине, ни уж тем более в другой мир.
— Я вас провожу в опочивальню, — обхватив за талию, он попытался спустить ее с камня.
— Убери от меня свои руки! Тебе надо, ты и катись в опочивальню, а я хочу на воду поглядеть и воздухом подышать!
— Лора, опасно находиться не в трезвом состоянии возле воды. Разве ты не знаешь?
— А я разве не сказала, чтобы ты проваливал?
Спорить с Лорой оказалось бесполезно. И Эрмерах решил оставить ее в покое. Но далеко не отходил, а лишь скрылся для ее глаз. И хорошо, что он не ушел. То, что собиралась сделать Избранная было настоящим безумием.
Как только Эрмерах скрылся из виду, Лора решила действовать. Играть пьяную барышню, оказалось проще простого. Чехова понимала, что утопиться самой невозможно. Инстинкт самосохранения просто не позволит этого сделать, тем более, если умеешь плавать. Поэтому она решила последовать примеру сказки и накинуть на шею камень, как это сделала Аленушка. Поискав в округе достаточно тяжелый булыжник, чтобы тот не дал ей всплыть, но при этом легкий, чтобы Лора смогла подтащить его к пруду, Чехова начала действовать. Сперва, она оторвала длинный лоскут от своей сорочки. Затем обвязала им талию и камень. После чего спихнула тот в воду. С тихим «бульк», булыжник пошел на дно, таща за собой и Лору.
Эрмерах шел по тропинке, зная, что Лора что-то задумала. Сделав приличный круг, он вернулся к пруду. Нырнуть следом сразу не получилось. Кентавр, просто не уместился бы в пруду целиком. А Лора благодаря булыжнику, пошла на дно подобно камню. Потратив приличное время на перевоплощение, Эрмерах не разбирая дороги и не заботясь о том, что ниже пояса голый, нырнул следом за Чеховой. Только когда девушка оказалась на берегу, он снял с себя рубашку и обвязал вокруг пояса, прикрывая наготу.
Лора открыла глаза, и первое, что она увидела, это растрепанные волосы Эрмераха. Мужчина спал, положив голову на край кровати. Он крепко держал ее за руку, словно боясь, что Лора ускользнет. Она протянула свободную руку и пригладила его волосы. Кентавр тут же проснулся.
— Ты очнулась? Как себя чувствуешь? — Эрмерах поцеловал костяшки ее пальцев. — Хвала богине, ты жива! Я так испугался, думал, что опоздал. Хотя лекарь и сказал, что опасность миновала, я все равно опасался…
Вспомнив его слова в этой самой спальне, Лора выдернула руку и сухо поинтересовалась:
— Зачем ты это сделал? Зачем вмешиваешься в мою судьбу?!
— Лора, прости. Я просто думал, что так будет лучше для нас обоих. Но уже вечером понял, как ошибся…
— Ошибся?
Кентавр кивнул.
— Да. Мне плевать, что нас ждет дальше. Я хочу быть с тобой. И неважно, сколько нам отведено времени. Я хочу провести каждый миг вместе…
Лора собиралась что-то сказать, но услышала голоса Кьяры и Хионии. Судя по разговору, кентаврийка рвалась с ней поговорить, а служанка не пускала, ссылаясь на то, что Лора занята. Но хрупкой девушке вряд ли устоять перед возвышающейся Кьярой. И перед тем, как кентаврийка ворвалась к ней в спальню, Лора привстала на локтях и поцеловала Эрмераха. Именно этот момент и застала Кьяра.
Эрмерах не ожидал поцелуя, и ему не видно было того, что происходило в данную секунду. Он просто обхватил затылок любимой, отвечая на страстный поцелуй. Лора же подмигнула Кьяре и показала весьма некультурный жест кулака с оттопыренным средним пальцем. После чего блаженно закрыла глаза, наслаждаясь поцелуем своего мужчины.
Лора видела сжатые кулаки Кьяры, ее гневный взгляд, но Чеховой было плевать. Эрмерах создан для нее. Дарован самой богиней. Так с какой стати, она должна сдаться и отдать любимого мужчину какой-то кобыле?
Отстранившись, Эрмерах заметил уходящую Кьяру и вбегающую со слезами служанку. Хиония бросилась к кровати Лоры и слезно начала извиняться. Впервые, он видел глубочайшее изумление на лице Избранной. Словно девушка впервые увидела нечто невообразимое. Лора поднялась с постели и присела рядом со служанкой.
— Хиония, успокойся, — ласково обратилась она к девушке. — Все хорошо. Не нужно извиняться. Ты не виновата. В любом случае, я даже благодарна тебе…
— Благодарны?
Лора кивнула.
— Благодаря тебе, я утерла нос этой мерзавке… — тихо шепнула Чехова и подмигнула. — Так что прекрати реветь!
Лора поднялась с пола, поднимая служанку и, замерла. Вид у Эрмераха был ошеломляющим. Торс мужчины больше не прикрывала кираса и, Чехова могла беспрепятственно рассмотреть каждый шрам и «кубик» на теле. Но не это поразило ее. Эрмерах стоял на двух ногах. Когда он успел обратиться, Лора не знала. И даже это было не столь поразительным, а то, что ниже пояса, он прикрылся рубашкой. Хотя вряд ли это можно охарактеризовать, как «прикрылся». Рубашка была сшита из похожего материала, из которого делают подъюбники. И, следовательно, прозрачной.
Служанка, судя по всему, на вид жреца до этого времени внимания не обращала, а сейчас и без того красная, стала просто пунцовой. Девушка резко отвернулась и покинула помещение. Видимо Эрмерах и сам не знал о своем «роскошном» наряде. Или же ночью ничего не было видно. Кроме того, скорее всего жрец пребывал в шоке, спасая ее. А на свой вид даже не обратил внимание.
— Я скоро вернусь.
Скороговоркой проговорил Эрмерах, подхватил Лорину накидку, прикрылся и, быстрым шагом покинул покои Избранной.
Только оставшись наедине, Лора от души рассмеялась. Сначала над всей ситуацией произошедшей с Кьярой, потом над видом Эрмераха. А теперь же она стояла, глядя в окно, и улыбалась себе под нос.
Эрмерах любит ее, а это самое главное. Лора больше не хотела думать над туманным будущим. А просто желала жить и наслаждаться настоящим. Но побыть в одиночестве ей не дали. Кьяра осторожно просунула голову и поинтересовалась:
— Можно войти?
По кентаврийке было заметно, как она еле сдерживается и тщетно пытается выглядеть учтивой.
— Входи, — милостиво позволила Лорка. — Чем обязана?
— Я хотела поговорить на счет Эрмераха. — Сразу перешла к делу Кьяра. — Вы же знаете, как я к нему отношусь? Зачем тогда так поступаете со мной и моими чувствами. Кроме того, мы ведь с вами договаривались…
Ха! А Кьяра-то не так проста. Решила, что по-хамски не прокатит и изменила тактику. Но Лора прекрасно помнила ее недавние угрозы.
— Хм, — усмехнулась Чехова. — Неужели? Помнится, ты собиралась рассказать всем о том, кто я на самом деле. Не так ли? А раз так, то значит ты в курсе кто я. Так к чему же все эти игры, а Кьяра?
Кентаврийка собиралась что-то сказать, но Лора не дала.
— И последнее, — добавила она, подняв указательный палец. — Конкретно я с тобой ни о чем не договаривалась! Эрмерах дарован мне самой богиней. Это, во-первых, а во-вторых…
— Прошу заметить, Лора, — Кьяра выделила имя Чеховой. — Эрмераху суждено быть с леди Клариссией, а не с тобой… — отбросила кентаврийка все церемония.
Лора рассмеялась.
— Вот как?
— Именно! А ты всего лишь самозванка, пришедшая из другого мира! Пустышка!
Чехова с удовольствием бы врезала по физиономии Кьяры, чтобы эта смазливая ухмылка сползла с ее лица навсегда. Но сдержалась.
— Изначально, — учительским тоном начала Лора. — Все так и было. Но, сейчас, я Избранная! Ворота Храма открылись передо мной, а это явный признак признания самой богини Пумииль! Скажешь, я неправа?
Кьяра кивнула. Здесь ей крыть было нечем, а Лора продолжила:
— Теперь слушай меня внимательно. Всем в округе плевать кто я. Лора, пришедшая из другого мира. Или же мерзкая девица по имени Клариссия. Им важно лишь то, что я Избранная. Понятно? — Лора скрестила руки на груди. — И, как говорится, договоримся у порога: Ты не лезешь ко мне и Эрмераху, прекращаешь плести свои грязные интриги, а я так и быть, буду милостива к тебе.
— А если нет?
— А если нет… — нараспев произнесла Чехова, почти вплотную подойдя к кентаврийке. — Я сгною тебя… — с улыбкой ответила она на вопрос. — Сделаю все, что от меня зависит, но, в конце концов, результат будет таким, — Лорка поманила Кьяру к окну. — Видишь вон те горы? Хиония сказала, что именно туда войска короля сослали щерчэлов. Так вот ты, составишь им компанию! Ты понимаешь печальную суть моих мыслей? А вот что касается твоей угрозы, что ты расскажешь о том кто я такая Эрмераху? Да, пожалуйста! Я сама ему во всем призналась. А знаешь почему? Потому что хочу, чтобы он любил именно меня, Ларису Чехову. Это понятно? А теперь проваливай! Я хочу побыть одна, так что шевели копытами!
Кьяра, несмотря на то, что Лора ей рассказала, все равно хотела поговорить с Эрмерахом. Возможно, лже-Клариссия соврала, и он на самом деле не знает о том, кто занял место Избранной.
Кентавр тренировался со стражами дворца на заднем дворе. Размахивая длинной палкой вместо меча, он отбивался сразу от нескольких охранников. Кьяра непроизвольно загляделась на мужчину. Спина Эрмераха была напряжена, а мышцы на руках перекатывались в зависимости от его движений. Когда же кентавр бросил палку и громко объявил: «На сегодня, все!», Кьяра засеменила к нему.
— Эрмерах, мне нужно поговорить с тобой…
— Извини Кьяра, но сейчас сама видишь, я хочу умыться. А после, я договорился с Избранной, чтобы вместе пообедать. Так что только вечером…
— Эрмерах, — тихо заговорила кентаврийка. — А ты уверен, что будешь обедать с настоящей Избранной?
Эрмерах нахмурился.
— Что ты имеешь в виду?
— Вот об этом я и хочу с тобой поговорить…
Кентавр не знал, в курсе ли Кьяра, что Лора это не Клариссия, но раз она сделала акцент на слове «настоящая», то видимо да.
— Знаешь, этот разговор может подождать до вечера, а мой обед с невестой, нет…
— Эрмерах, ты, что не слышишь, что я говорю? Эта девица не та за кого себя выдает! Понимаешь? Она не Избранная! И еще неизвестно что эта самозванка сделала с настоящей Клариссией!
— Замолчи! — оборвал он Кьяру. — Лично мне, глубоко наплевать, где эта… — Эрмерах задумался, вспоминая слово, сказанное Лорой. — Стерва! — вспомнил он. — Я люблю Лору. Вижу, ты тоже в курсе кто она такая. Хотя, вроде Лора про тебя ничего не говорила. А теперь, позволь откланяться. Меня ждет невеста и будущая жена. Да и запомни, что ворота Храма открылись перед ней, а это значит, что сама богиня Пумииль одобряет сложившуюся ситуацию. И не особо огорчена тем, что место ее Избранной заняла Лора!
Кьяра сжала кулаки. Что же она не хотела переходить к радикальным мерам и уж тем более шантажировать любимого мужчину. Но другого выхода кентаврийка не видела.
— А ты не боишься? — ехидно поинтересовалась она. — Что я поведаю твоей невесте о нас с тобой? О том, в каком состоянии ты пришел ко мне тогда. Как говорил, что ненавидишь ее? Думаю, Лоре будет интересно узнать…
— Я ненавидел Клариссию, если помнишь, а не Лору!
— Да, я помню. А еще я помню, что ты изрядно выпил в ту ночь. Что было дальше, ты сам-то помнишь? — Кьяра подошла вплотную и с придыханием продолжила: — Как признавался мне в любви. Как говорил, что если бы не Избранная, то женился бы на мне. Помнишь?
— Тогда я, как ты и сама сказала, был пьян. И не ведал что говорил.
— Э, не скажи! — возразила Кьяра. — Наоборот, пьяные не лгут! Они говорят лишь то, что думают…
Эрмерах помнил тот день. Это была его первая встреча с нареченной. Он хорошо помнил все насмешки Клариссии. По идее, пара должна была поговорить по душам. С детства обоих готовили к тому, что их сердца принадлежат друг другу. И Эрмерах искренне в это верил. Он увидел ее в окружении кустов роз. Клариссия была прекрасна, подобно розе среди полевых цветов. Ее красоту сложно переоценить, но внутри, яблочко оказалось с червоточинкой. Ее «желчь» Эрмерах ощутил на себе почти сразу, едва успел поздороваться. Клариссия небрежным тоном бросила: «И что, неужели я, Избранная должна стать женой мутанта?».
В Эрмерахе смешалась обида и злость. И он не нашел ничего лучше, кроме как напиться. Ведь ничего изменить нельзя, но можно забыть. Хотя бы ненадолго. В ту же ночь, после того, как достаточно залил свое горе, он пришел к Кьяре. К той, с кем дружил с детства. И это был последний эпизод того дня, который Эрмерах помнил. А вот что говорил, и чем все закончилось, нет. И понять врет ли сейчас Кьяра, было невозможно. Но верить ей он не хотел. А уж чтобы об этой ночи узнала Лора тем более.
Лора с упоением стояла у печки и жарила рыбу. В этом мире отсутствовали современные блага вроде газа и электричества. Помещения освещались факелами и канделябрами, а обогревались каминами и печками. Такие часто встречаются в русских народных сказках. Поверх глиняного «ящика» лежали чугунные кружки, которые накаляясь, заменяли газовую конфорку. И надо заметить были не хуже, чем у современной плиты. Единственный минус, огонь надо было поддерживать вручную. Каждый раз, подбрасывая дровишки. Но с этим Лоре помогала Хиония. Чехова лишь периодически говорила: «Подбрось еще». Она хотела собственноручно приготовить этот обед и разделить трапезу с Эрмерахом. Стол в зале уже был накрыт. Хиония откуда-то достала потрясающую скатерть нежно-голубого цвета с золотой каймой, которая идеально подходила под настроение Лоры. Чехова была счастлива, чувствовала легкость, словно сбросила тяжелый груз с плеч.
Кухарка и остальная прислуга выстроилась в шеренгу у стены. Женщины перешептывались между собой и странно косились в сторону Избранной. Оно и понятно! Где это видано, чтобы госпожа снизошла до кухни. Но Лоре было плевать на досужие разговоры. Сейчас ей важно только одно, чтобы с любовью приготовленный обед, понравился Эрмераху.
«Что это с ней? — услышала Лора голос кухарки. И тут же услышала ответ рядом стоящей служанки. — Леди Клариссия, похоже, и, правда, заболела. Она же раньше даже чаю в чашку не нальет, а тут целый обед готовит!».
— Так я же не для себя стараюсь, — ответила она так, чтобы ее услышали все присутствующие. — Хочу сделать приятное своему мужчине. Разве это плохо?
— Нет! Нет! — загудела толпа женщин. — Не плохо, продолжайте. Может, вам помощь нужна?
— Да, нет, — улыбнулась Лорка. — Одной Хионии мне в помощницах достаточно…
— Леди Клариссия, а можно нескромный вопрос?
— Конечно.
— Что вы готовите?
— Жареную рыбку в сметанном соусе… — ответила Лорка, улыбаясь себе под нос. — Надеюсь, ему понравится.
Кьяра нервно вышагивала по мраморной тропинке. Кентаврийка просто кипела от злости. Ее планы рушились один за другим. Сначала она хотела шантажировать Лору, но та не поддалась на провокацию, Эрмерах тоже не особо захотел плясать под ее дудку. Более того, он даже рад, что Лора это не Клариссия. Кентаврийка сжала кулаки. Больше идей, как разлучить сладкую парочку не было. Кьяра со злости пнула гипсовую статуэтку лебедя.
«Дрянь! — тихо заговорила она. — И откуда ты взялась такая…».
У Кьяры имелся в запасе еще один план, но рисковый. Его воплощать в жизнь она не торопилась. А припасла на крайний случай.
Возле главных ворот дворца, началась возня и кентаврийка с интересом наблюдала, кто войдет. И, увидев визитера, в ее голове созрел очередной коварный план. Уж эта идея точно сработает, думала Кьяра. Она неспешно направилась к гостю.
— Добрый день, господин художник, что вас привело во дворец?
— Кьяра, ты же прекрасно знаешь, что ни «что», а «кто»…
— Вот, — назидательно шепнула кентаврийка. — Об этом я хочу с тобой серьезно поговорить. Пойдем?
— Ну, — растерялся Иллио. — Пойдем…
Иллио внимательно слушал рассказ Кьяры. Но кентаврийка не рассказала главного, что Клариссия вовсе не Клариссия. А лишь упомянула, что та якобы ничего не помнит. И что Избранная распорядилась снять портрет, который Иллио так любовно писал.
— Теперь ты понимаешь? — закончила Кьяра, свой рассказ. — Она предала тебя! Впрочем, Клариссия и раньше была своенравной, но ты… Ты же для нее являлся всем!
— Не волнуйся, Кьяра. Я поговорю с ней. Уверен, она вспомнит меня, а заодно и наш план…
Кьяра ликовала. Она знала, что Иллио от своего не отступиться. Кроме того, он художник. А люди вроде него импульсивны. Настроение меняется чаще, чем погода. Возможно поэтому Иллио и нравился Клариссии.
Лора накрывала на стол, напевая собственную мелодию. Несколько салатов, сделанных собственноручно, жареная рыба под соусом, вино и, конечно же, десерт. С ним Лорке пришлось изрядно повозиться. Огонь в печи был то слишком большой, то очень маленьким. И Чехова очень переживала, что корж опуститься. Когда все приготовления к романтическому обеду были готовы и, Лора собралась звать Эрмераха, вбежала запыхавшаяся Хиония. Девушка тяжело дышала, но несмотря на это пыталась что-то сказать.
— Хиония, не части. Скажи спокойно, только отдышись сначала…
— К вам господин Иллио приехал!
— А это что еще за «перец»?
— Перец? — растерянно переспросила служанка.
— А, не обращай внимание! Так кто такой этот Иллио?
— Художник, — едва шевеля губами, произнесла Хиония. — И он хочет видеть вас прямо сейчас…
— Что, прямо-таки требует?
Хиония кивнула.
— Ладно, тогда у меня к тебе просьба…
— Все что угодно!
— Можешь, блюдо с рыбой поставить на печь? Только не на чугунный кружок, а рядом. Ну, чтобы не остыла. А я по-быстрому разберусь с адюльтером Клариссии и вернусь…
Лора вошла в беседку, где ее ждал мужчина. Это маленькое сооружение, уже не раз служило переговорным пунктом. Судя по лицу, Иллио был младше нее. И она непроизвольно оценила его. Художник оказался настоящим красавцем. Свободная рубаха, у которой вместо пуговиц была шнуровка от шеи до груди. Шаровары, судя по всему, были ему велики и подвязаны кожаным ремнем на поясе. А обуви юного маэстро могла бы позавидовать старуха Шапокляк.
— Добрый день…
— Иллио, — подсказал художник.
— Добрый день, Иллио. Так что же такого срочного, что ты прямо-таки требовал моей аудиенции?
— Клара! — кинулся, было, художник с объятиями, но Лора выставила обе руки.
— Не нужно…
Иллио как-то странно посмотрел на нее.
— Да, Кьяра говорила, что ты ведешь себя странно и ничего не помнишь. Если честно, то я надеялся, что ты притворяешься. Ну, чтобы не становиться женой кентавра.
— Вот как? А больше она ничего тебе не говорила? — поинтересовалась Лора.
— Нет, — покачал головой Иллио. — Сказала только, что ты стала другой. И якобы любишь Эрмераха. Это правда?
— Да, — кивнула Лора. — Очень люблю.
— А как же я? Клара! Обо мне ты подумала? Я ждал! Ждал тебя! — перешел он на крик. — Ты сказала, что как только сорвешь церемонию, приедешь ко мне! Но ты так и не появилась. А теперь утверждаешь, что полюбила…этого?!
— Он не «этот»! — разозлилась Лорка. — Его зовут Эрмерах! И он мой муж!
— Муж? Я так просто этого не оставлю…
Широким шагом Иллио преодолел расстояние между ними, прижал Лору к себе и, удерживая крепко за затылок, поцеловал.
Чехова попыталась отстраниться, но несмотря на то, что художник явно кроме кисти с банкой краской ничего тяжелее не держал, оказался сильным. И стоило ему отстраниться, как Лорка отвесила ему смачную оплеуху.
— Охренел?! Со всем башню сорвало! Послушай меня «маляр», только попробуй сделать так еще раз! И я так тебя разукрашу, как ни один холст ты сам не разукрасишь, понял? — она резко развернулась и вышла из беседки. — Да и еще, уезжай. Тебе здесь не место. Уж не знаю, что я наобещала тебе до потери памяти, но пойми, сейчас это не имеет значения…
Эрмерах шел вслед за Кьярой, совершенно не понимая, что на нее нашло. Кентаврийка буквально тащила его к беседке.
— Кьяра, куда ты меня ведешь?
— Сейчас узнаешь. Я хочу показать тебе истинное лицо твоей возлюбленной!
Эрмераху не нравился тон Кьяра, которым она отзывалась о Лоре. И собирался возразить, но слова застряли в горле. Его невесту, прижимая к себе, целовал какой-то мужчина. Чуть позже, когда они с Кьярой были далеко от беседки, она пояснила, что незнакомец является художником. Тем самым художником, о котором ходило много слухов. Впервые Эрмераху стало больно. Так больно, что ему не хотелось больше видеть Избранную. Да, это была не Клариссия, но и Лора тоже попала под чары Иллио.
— Да что в нем особенного?! — стоя на склоне горы, крикнул он в пустоту. — Почему обе женщины, которые похожи внешностью, но различны в характере, влюбились в одного и того же мужчину?
После неприятного разговора с художником Лора вернулась на кухню. Настроение было безвозвратно испорчено, но она не хотела портить романтический настрой Эрмераху. Поставив блюдо с рыбой на стол, Чехова расправила невидимые складки на платье, поправила скатерть, вазу с цветами. И удовлетворенная села на стул.
Лора прождала не один час. Солнце давно скрылось за горизонтом, но Эрмерах так и не пришел. Сначала она не шла за ним, так как не хотела раньше времени показывать свой наряд и прическу. Одевалась специально для него и думала сделать сюрприз. Но, в конце концов, все же вышла во двор. Чехова обошла величественное здание дворца и оказалась на просторном лугу, огражденным деревянным забором. Кое-где расставлены пугало и мишени. Возле одного из соломенного чудовища тренировался парень. Совсем еще юноша.
— Привет, — поприветствовала Лорка.
— Добрый вечер, миледи… — парень поклонился. — Что вас привело на тренировочную площадку?
— А где Эрмерах?
— Сэр Эрмерах ушел с Кьярой. Она что-то собиралась ему показать. Не знаю что, но видимо в беседке действительно творилось что-то. Потому как сэр Эрмерах более к тренировке не вернулся…
Лора побледнела. Значит, Эрмерах видел ее поцелуй с художником. Оправдываться не имело смысла. На смену растерянности пришла злость. Почему Эрмерах не пришел поговорить? Почему просто не на орал? Не устроил сцену ревности, а вот так взял и молча ушел?
Еще одна мысль, которая не давала покоя Лоре, так это то, что Кьяра специально повела его в беседку. А это значит, что она была в курсе того, что собирался сделать Иллио. И вывод напрашивался сам собой; они в сговоре!
Чехова вернулась в обеденный зал. Рыба уже давно остыла, хлеб обветрился. Казалось, что даже цветы в вазе завяли. Лорка плеснула себе вина в бокал и осушила его одним глотком. Мысли в голове были подобны смерчу. Ухватиться за какую-то одну и хорошенько осмыслить ситуацию не получалось. Ясно стало и то, что Эрмерах ушел с Кьярой.
Двери обеденного зала распахнулись, но Лорка не обратила внимания на вошедшего. Чехова стояла спиной и наливала новую порцию алкоголя. Сзади послышались шаги, а потом мужские руки обняли ее за талию.
— Нашла из-за кого страдать, — шепнул у самого уха Иллио. — Он же не человек. Что ты в нем нашла?
Лорка перехватила глиняный кувшин за горлышко и разворачиваясь в кольце рук наглого художника, замахнулась.
— Проваливай! Или я тебе череп проломлю! Как ты мог? Я думала, ты любишь Кла… меня!
— Конечно, люблю. — Подтвердил он, забирая кувшин. — Именно поэтому и поцеловал тебя…
— Я не о поцелуе! — сорвалась она на крик. — А о его жалком исполнении! Ты ведь в сговоре с ней? Это она тебя подослала. И надо же дрянь какая, Эрмераха в нужный момент привела. А я тоже идиотка! Надо было с тобой беседу при всем честном народе вести, а не уединяться…
— Клара… — Иллио подошел чуть ближе.
— Стой, где стоишь! И прекрати звать меня этим дурацким именем! Я-то тебя жалела, думала какой бедненький. Она мерзкая баба бросила его. А ты оказался не менее мерзким, чем Клариссия! Два сапога — пара! — хмыкнула Лорка и направилась к выходу. — Пойдешь за мной, убью…
Эрмерах вернулся в свою хижину. Хотя Кьяра и хотела пойти с ним, утешить, но он отказался. Ему нужно было уединение. Перед глазами все еще стояла картина поцелуя Лоры и Иллио. Видимо, эти женщины похожи не только внешне, но и вкусом. Или же в художнике было что-то перед чем не устояла даже его Лора. Хотя она уже не его. И никогда не принадлежала ему. Возможно, Чехова просто притворялась. Она из другого мира и ей все в новинку. Вот Лора и решила поиграть. Кроме того, ей предстоит возвращение в свой мир. И то, что случилось даже к лучшему.
Эрмерах согнул ноги в коленях и опустился на пол. Когда он хотел отдохнуть, то обращался в человека и ложился на кровать. Но сейчас не желал этого. Превращение напоминало ему о ней. О том, когда он спас Лору из пруда, как прикрылся ее накидкой. Кентавр бросил быстрый взгляд на кровать, где лежал балахон Избранной. Эрмерах скомкал его и хотел выбросить, но не стал. Накидка все еще сохранила запах девушки. Такой пьянящий и необычный.
Лора вошла в спальню, где ее ждала Хиония. Девушка что-то рисовала, а когда вошла Чехова, обеспокоенно затараторила. Но Лорка не желала никого видеть и слышать. Она просто легла и укрылась с головой. Ни о чем думать или что-то делать больше не хотелось. Казалось, даже жить надоело.
Чехова открыла глаза, когда на Внапру уже опустилась ночь. На полу, возле ее кровати, там, где сидела Хиония, Лора нашла пергаментный лист с рисунком. Пышные цветы ириса были нарисованы углем. Но черный цвет вовсе не испортил рисунка. Наоборот, цветок казался более настоящим. Посмотревшись на себя в зеркало, Лора решила принять ванну. Стараясь никого не разбудить, она прошла в специально отведенную комнату.
Помещение было небольшим, но просторным. Из центральной стены торчали две деревянные полки, рядом стоял большой бак с водой и перевернутым кувшином. С правой стороны, имелись крючки для одежды и полотенца. А у противоположной стороны примостилась ванная. Больше похожая на кадку. Лорка повесила махровую накидку и полотенце на крючки и опустила кончики пальцев в воду. Конечно же, горячей та не была, но как говорила ее тетя, «водичка жахленькая». Что означало: «Не ледяная и ладно!». В ее случае это даже хорошо. Контрастный душ и все такое…
Вода и правда пошла на пользу. Словно смыла все тревоги, помогая думать трезво. Теперь Лора знала, как будет действовать дальше. И то, что она застала служанку рисующей, это только на руку.
Хиония проводила Лору в огромный зал. Видимо, когда-то помещение служило тронным залом, но сейчас, главное достоинство — трон, отсутствовало. А вместо него имелось небольшое возвышение, похожее на сцену. По углам пьедестала стояли колонны, на которых держался куполообразный навес. Вокруг собрались практически все обитатели дворца. Чехова осмотрела каждого. Ее пристальный взгляд задержался на Эрмерахе, но тот лишь с негодованием отвернулся.
— И так, — громко начала она. — У меня есть небольшое объявление! Во-первых, хочу спросить, какую роль выполняет во дворце господин Иллио и так ли важна эта роль?
— Миледи, — тихо заговорил один из кентавров. — Господин Иллио выполняет роль дворцового художника и на данный момент он лучший в своем деле….
— Неужели? — прищурилась Лорка. — Вот, — она показала рисунок Хионии. — Это творчество моей служанки. И я не считаю, что она справилась с работой хуже, чем дворцовый художник. Так что господин Иллио, — Чехова не спеша спустилась с пьедестала. — Дворец и я более не нуждаемся в ваших услугах. Следовательно, нет нужды вашего пребывания здесь! Теперь, я назначаю главным художником Хионию!
По залу тут же разнеслось гудение и перешептывание. Кто-то недовольно вздыхал, кто-то просто был удивлен. Лишь Эрмерах остался бесстрастным ко всему происходящему.
Лорка упрямо посмотрела на растерянную Кьяру.
— Теперь, о мадемуазели Кьяре… Какую роль выполняешь тут ты? — бесцеремонно поинтересовалась Чехова. — Подруги? Это вряд ли! Так зачем каждый раз мельтешишь во дворце?
Толпа снова загудела, но тут же притихла, ожидая дальнейшее развитие.
— Ну? — поторопила Лорка с ответом.
— Миледи, — тихо заговорила кентаврийка. — До потери памяти мы крепко дружили…
— Вот как? Сейчас я не заметила особой дружбы по отношению к себе. Ты похожа на паука-тарантула. Плетешь интриги за спиной, словно паутинную сетку. Основательно и скрупулезно. Это же ты постаралась во вчерашнем инциденте?
— Каком? — растерялась Кьяра.
— Ну-ну, не стоит разыгрывать неведение. — Лорка снова поднялась на сцену и так, чтобы ее слышали все, заговорила: — Насколько я понимаю, дворец это мой дом, так? А значит, я имею полное право выгнать неугодных мне личностей из него. В данный момент это вы, господин художник, — она окинула мужчину цепким взглядом. — И ты, дорогая подружайка! Не желаю более видеть вас во дворце! Спасибо за внимание, — закончила Чехова свою речь и, взяв Хионию под локоть, ушла из зала.
Лора быстрым шагом удалялась от зала в сторону спальни. По дороге расспрашивая служанку о каком-нибудь отдаленном месте, о котором никто не знает.
— Такое место есть. Это охотничий домик вашего… короля. Он недалеко от дворца, но в лесу.
— Отлично! Отведешь меня туда? Не хочу никого видеть!
— А как же сэр Эрмерах и церемония?
— Его больше всех не желаю видеть! — фыркнула Лорка. — Допустим, — продолжала она возмущаться. — Он видел, как я целовалась с Иллио…
— Ты целовалась с художником? — воскликнула Хиония. — Как ты могла?!
— Тише! — шикнула на нее Чехова. — Не ори на все Иваново! Да я сглупила, не ожидала, что этот Пикассо с поцелуями полезет, но Эрмерах? Кретин! — пуще прежнего злилась Лора. — Почему не пришел ко мне? Любой нормальный мужик пришел бы с негодованием к своей женщине, набил бы морду оппоненту, в конце концов! А что сделал этот конь педальный? — она остановилась и посмотрела на служанку. — А?!
Хиония пожала плечами.
— Сбежал! Трус! Оставил меня в неведении. А я как идиотка просидела в обеденном зале до самого вечера. Нарядилась, как дура! — тихо всхлипнула она, и тут же смахнула слезы. Больше не желаю видеть засранца!
— А как же церемония? — растерянно поинтересовалась служанка.
— Не волнуйся, — успокоила ее Лора. — К церемонии вернусь. Но знаешь, только потому, что эта дурацкая церемония, мой единственный шанс вернуться домой! Сейчас я соберу кое-какие вещи и выйду, а ты жди меня у ворот. И еще, — она окинула девушку цепким взглядом. — Скажешь хоть что-то Эрмераху, убью!
Шли они и впрямь недолго. Охотничий домик расположился хитро. Вроде почти рядом с дворцом, но в то же время спрятан среди лесной чащи. Небольшой дом из бруса, стоял посреди опушки. Неподалеку от него имелся колодец с водой. Лорка, словно снова оказалась в деревне. Внутри домик оказался ухоженным, но было заметно, что здесь давно никто не жил. В принципе Чеховой все нравилось. Небольшая печка примостилась в углу, которая служила не только для приготовления пищи, но и для отопления. Вместо кровати, у окна стояла деревянная тахта, покрытая тоненьким матрасом и байковым одеялом, а подушкой служил квадратный блок, набитый ватой. Но даже такое ложе Лору устраивало. Единственное, что пугало в этом доме, так это чучела и головы зверей.
Вместе с Хионией они избавились от жутких аксессуаров, подтверждающих статус этого домика «охотничий». Когда Лора расположилась, то решила отпустить служанку во дворец.
— Хиония, ты можешь возвращаться…
— Нет, — возразила она. — Я не могу оставить вас одну!
— Боишься, что сбегу? Не волнуйся, я же обещала. А ты должна вернуться. Я хочу побыть в одиночестве. И помни, ни слова Эрмераху…
— Вы уверены? — осторожно поинтересовалась Хиония.
— В чем?
— В том, что хотите остаться одна?
Лора молча, кивнула.
Эрмерах нервно вышагивал у ворот дворца. Что это значит? Почему Лора выгнала художника, хотя еще вчера эта парочка ворковала, словно голубки? Вопросы, одни вопросы и не одного ответа. Если еще недавно он не желал разговаривать с Избранной, то теперь испытывал острую необходимость в этом разговоре.
Стоило служанке появиться на горизонте, как Эрмерах быстрым шагом направился к ней. Если кто и знает детали, то только она.
— Хиония, — остановил он девушку.
— Сэр Эрмерах, — служанка поклонилась. — Чем обязана? Раз вы лично встречаете меня у ворот, значит, случилось что-то серьезное?
— Да, — кивнул кентавр. — Мне нужна Лора. Я хочу поговорить с ней…
— Прошу прощения, сэр Эрмерах, но я не могу сказать вам о местонахождении госпожи…
— Это приказ! — сурово заявил Эрмерах.
— Я снова прошу прощения… — Хиония низко поклонилась, выказывая уважение жрецу. — Но я подчиняюсь в первую очередь приказам госпожи. И если они не противоречат вашим, то я всегда рада услужить. Но в данном случае, я получила определенные указания. С вашего позволения… — служанка снова поклонилась и направилась вглубь дворца.
Эрмерах остервенело, пнул деревянный косяк. Злился он только на себя. Пока кентавр ждал служанку, то несколько раз прокрутил слова Лоры в зале: «Вот как? Сейчас я не заметила особой дружбы по отношению к себе. Ты похожа на паука-тарантула. Плетешь интриги за спиной, словно паутинную сетку. Основательно и скрупулезно. Это же ты постаралась во вчерашнем инциденте?». А если вспомнить его недавний разговор с Кьярой, то выходит, что кентаврийка и впрямь все подстроила. И весьма удачно подвела Эрмераха к беседке. А он идиот, вместо того, чтобы вмешаться, просто ушел. Наверняка, Лора считает его бесхребетным трусом. И правильно делает. Он в очередной раз пнул ни в чем неповинный косяк и вошел во дворец.
Кьяра спихнула с подоконника цветы. Она не ожидала, что Лора окажется настолько самоуверенной, что выгонит ее, Кьяру. Но больше всего кентаврийка не могла поверить в то, что Избранная выгнала Иллио.
— А девчонка молодец! Лихо она нас с тобой обставила! Дрянь! Мерзавка!
— Кьяра, успокойся. Ты мешаешь мне думать. И вообще, — окинул кентаврийку внимательным взглядом. — Ты уверена, что все мне рассказала? Клара, как будто не Клара. Ее губы, реакция на поцелуй…
— Она ничего не помнит, отсюда и реакция…
— Нет, — художник хлопнул по коленкам и встал. — Ты не понимаешь. Она словно чужая…
— Слушай, — окончательно разозлилась Кьяра. — Что ты от меня хочешь?!
— Да ничего! — в свою очередь разозлился художник. — Меня бесит даже не то что она замуж за этого парнокопытного выходит, — быстрый взгляд на Кьяру. — Извини, ничего личного. А то, что Клара любит его. Прямо так и заявила!
— Знаешь, я хочу побыть одна, — сменила тон Кьяра. — Не мог бы ты покинуть мой дом?
— Без проблем!
Кьяра пробиралась сквозь чащу туда, где начинались горы. Она решила перейти к плану, который держала на крайний случай. До церемонии оставалось неделя и, кентаврийка не желала мириться с ситуацией.
Вокруг был густой лес, небо окрасилось алым закатом, но Кьяра не остановилась. Она знала, на что идет и страх совсем отсутствовал. Ею двигала месть. Теперь, Кьяра ни сколько хотела вернуть Эрмераха, сколько желала ударить побольнее Избранную. А лучше, вообще убить. И Кьяра знала тех, кто еще желает смерти Клариссии. Пусть даже Избранная не была ею, но щерчэлам вряд ли есть до этого дело.
Кьяра так погрузилась в собственные мечты, что и не заметила, как подошла к подножию гор. Даже сейчас, когда в воздухе буквально витал запах опасности, жестокости и смерти, она не остановилась. Уверенно шагая вверх по каменной тропинке к выстроенным из булыжников подобие хижины, Кьяра громко позвала.
— Есть кто?
Слова эхом разнеслись, и это были единственные звуки. В этом гиблом месте отсутствовала всякая живность. Даже птиц вдалеке неслышно. Кьяра повторила свой вопрос, и только теперь в оцепенении замерла. Навстречу ей вышло нечто. Существо сложно было назвать человеком, но и к какому-нибудь зверю определить тоже невозможно. Монстр стоял на двух вполне человеческих ногах, вот только кожа на них была от рептилии. Словно самый обычный человек, он скрестил руки, заканчивающиеся когтями на груди. В ожидании щерчэл размахивал хвостом ящера, испепеляя гостью желтыми глазами. Даже язык цвета сливы вывалил.
— Ну, надо же… — прошипел узник гор. — Кто пожаловал. Неужели совсем не страшно? С какой целью в наши хоромы?
— Знаю, вы хотите уйти отсюда, и самое главное мечтаете отомстить тому, кто вас сюда загнал…
Щерчэл усмехнулся.
— Продолжай.
— Того кто вас сюда изгнал нет в живых. Но, есть его потомок. Дочь. Она сейчас занимает важный пост. Сама Избранная богини Пумииль! Живет во дворце, горя не знает…
— К чему ведешь, красавица? — поинтересовался еще один, собираясь хлопнуть Кьяру по кру́пу. Но она ловко увернулась и лягнула его.
— А ты, я смотрю, необъезженная лошадка… — рассмеялся предводитель всех монстров.
— Я пришла сюда по делу, — процедила Кьяра. — Если не желаете получить вожделенную свободу, то я пошла!
— Хорошо, продолжай! — милостиво разрешил главарь.
— Я помогу вам попасть во дворец. Вы можете творить все что угодно. Можете перегрызть всем глотки. Но не тронете только одного. Эрмераха.
— Хм, маленькая, миленькая лошадка. Если этот Эрмерах, будет активно нам мешать, то за его сохранность поручиться не могу…
— Не будет! Я беру это на себя.
— Ну, хорошо. Как ты собираешься воплотить это в жизнь?
— Очень просто. Хоть эта мерзавка и отдала приказ о том, чтобы меня не пускали на территорию дворца, я все равно вхожа в комплекс. Совру охране. Дальше вообще все просто. Есть у меня травка волшебная и достаточно окурить ею помещение и дворец погрузится в сон. Ну, так как? Вы хотите обрести свободу и отомстить?
Щерчэл рассмеялся. От этого смеха кентаврийка поежилась. Но отступать не собиралась.
— И еще одно…
Внимательный взгляд желтых глаз сверлил ее, словно смотря сквозь нее.
— Я хочу, чтобы Избранная страдала. Умирала долго и мучительно.
— Какая ты кровожадная. Если бы не копыта, я бы решил, что ты моя дочурка, — он демонстративно поклонился. — Будет исполнено. Когда выступаем?
— Я пошлю голубя…
Проследить за служанкой не составило труда. И вот Эрмерах уже стоял на крыльце возле охотничьего домика. Он переминался с ноги на ногу, держа в одной руке букет, а в другой того ежика, которого подарил ей не так давно. Эрмерах стоял на двух человеческих ногах, тем самым хотел показать равенство. Несколько раз постучал носком ботинка, но хлипкая дверца не открылась. Вместо этого, Эрмерах услышал недовольный голос Лоры.
— Ну, и чего приперся?
— Лора, — начал Эрмерах, но она его перебила.
— Меня не волнует все, что ты сейчас скажешь. До церемонии осталось шесть дней, вот тогда и встретимся…
— Он, — Эрмерах протянул ей ежика. — Совсем изголодался без своей хозяйки. А я…
— А ты, — снова перебила она. — Мне неинтересен! — Лора забрала из рук кентавра ежика и вошла в дом, захлопнув дверь, прислонилась спиной к ней. — Я без ума только от сексуального художника. — Чехова демонстративно закатила глаза. — А его поцелуи…
— Лора прекрати! Прости. Я идиот. Видел лишь то, что хотел видеть. Но я не могу вот так. Я люблю тебя…
— Это все слова, Эрмерах. Меня еще никто так не динамил, как это сделал ты! Собственно я ни для кого так никогда не старалась, а ты просто взял и наплевал в душу! А теперь что? Извините, не в вас целился, так?
Слова закончились, оправдания тоже. Эрмерах чувствовал, что виноват. Но не мог ее отпустить. Пока он шел сюда, то заготовил целую речь, но сейчас все вылетело из головы. И Эрмерах просто вывалил все, что накопилось на душе.
— Лора, — тихо окликнул он, — не молчи. Ответь что-нибудь…
— А что ты хочешь услышать? «Я тебя прощаю»? «Я люблю тебя»? Да?
Эрмерах молчал.
— Но между нами не может быть любви.
— Почему?
— Потому что нет доверия. А без доверия, нет и любви! Понимаешь? Даже если я сейчас скажу, «Все окей, Эр». «Меж нами все по-прежнему!». Сколько будет длиться идиллия? День? Три? Неделю? До очередного выкидона этой стовосьмушки?[1]
— Что? — переспросил Эрмерах незнакомое слово. Вообще речь Лоры была ему малопонятна, но суть он понял. По крайней мере, о ком говорила Чехова.
— Забудь, — махнула она рукой. — Долго объяснять. Я хочу сказать, что если Кьяра снова подстроит что-нибудь эдакое, то ты вновь поведешься. А я должна страдать? Нет уж, увольте!
— Лора, а как бы ты поступила на моем месте? К примеру, если бы застала меня с Кьярой?
— Пф, — фыркнула Чехова. — Все космы бы повыдергала. Обоим! А ты? Просто сбежал! Трус! Я думала, что это в нашем мире перевелись мужчины, которые шли бы на подвиги ради своей женщины. Ан, нет, тут тоже трепла полно!
— Лора…
— Хватит! — оборвала Лорка очередное оправдание. — Не хочу ничего слушать.
— Хочешь, чтобы я ушел?
— Если я скажу да, уйдешь?
— Нет. — Твердо заявил Эрмерах. — Ни за что. Буду сидеть под дверью…
— Смешно! — хмыкнула Чехова, и открыла дверь.
Оказалось, что Эрмерах, как и она, прислонился спиной к двери. И, когда та открылась, он провалился в пустоту, машинально утягивая Лору за собой. В конце концов, оба оказались на дощатом полу. Кентавр за короткое время «полета», сгруппировался и в итоге, на земле лежал он, а Лорка сверху.
— Ну, ты и засранец!
Чехова попыталась встать. Но Эрмерах не позволил, крепко обхватив ее за талию.
— Не отпущу, — шепнул он, приподнимая голову, чтобы заглянуть ей в глаза. — Никуда не отпущу. Плевать я на все хотел! На Кьяру, на этого художника. Мне нужна только ты, слышишь? И теперь, я буду верить только тебе.
— Нет Эр, мне не нужна вера. Мне нужно доверие, а это разные вещи…
— Я доверяю тебе. И верю в тебя… — исправился Эрмерах. — Прошу, дай нам шанс…
Кьяра заключила сделку с монстрами. Было страшно, но уж очень ей хотелось утереть нос Избранной выскочке. А то, что погибнут многие люди и кентавры. Кьяру не интересовало. Но задача немного усложнилась. Вход во дворец был закрыт. Кентаврийка размышляла, как попасть на запретную территорию. И пришедшая на ум идея, казалась замечательной.
Кьяра расхаживала возле ворот дворца, в ожидании Избранной. План заключался в том, чтобы покаяться, извиниться и пообещать вести себя хорошо. Ну, а когда доверие Лоры будет получено, можно действовать.
Солнечный луч играл на красивом лице Избранной. Эрмерах, убрал локон со лба и наблюдал, как она спит, и как просыпалась. Ресницы подрагивали, но глаза Лора так и не открыла. Она уткнулась ему в плечо, скрываясь от яркого света.
— Давно за мной бдишь?
— Нет, — он погладил ее по волосам.
Кровать была более чем узкая для двоих, но они как-то чудом уместились. Лора ни о чем не жалела. Ночь, проведенная с любимым мужчиной, была еще одним звеном, крепко связывающая их обоих. Лишь внутри зарождался страх. И она не могла понять, откуда он. Может потому, что скоро Чехова должна была вернуться в свой мир? Или…
Об «или» думать не хотелось. Но как говорится, слов из песни не выбросишь. Так же не выбросишь из головы и тот сон, который ей приснился в святилище. Эти чудовища напали на дворец. И вопрос, который все это время вертелся на языке, но задать было некому. Так это: «Почему? Что послужило пенделем? Смерть короля? Вряд ли! Иначе бы они напали раньше».
— О чем думаешь? — вырвал из размышлений голос Эрмераха.
— Да так… — она сильнее прижалась к нему, словно боясь, что он исчезнет. — Мне страшно.
— Страшно?
Эрмерах опустился чуть ниже, чтобы оказаться с ней лицом к лицу.
— Чего ты боишься?
— Потерять тебя…
— Ты меня не потеряешь. Слышишь? Я всегда буду рядом…
— Правда?
Кентавр кивнул.
— Ну, тогда быстро обними меня!
Эрмерах усмехнулся.
— С удовольствием…
Даяна перелистывала страницы. Сколько времени прошло, она не знала. Стрелки неизменно показывали три часа ночи. Девушка испытывала странные чувства. Словно смотришь кино и знаешь обо всех героях, даже злодеях и ничего не можешь поделать. А только хочется сказать, неужели ты не видишь? Как ты можешь не замечать интриг? Но умом понимаешь, что героиня просто не знает об этих интригах. По крайней мере, не так как сторонний наблюдатель и может лишь догадываться о том, что затевается против нее. И если раньше Даяна причитала о том, какая героиня идиотка. Ну, как можно не замечать происходящего? То теперь, она понимала ее. План Кьяры был ужасен. Но самое страшное, что Даяна не знала, как об этом предупредить Лору. А что случится, если вдруг Лора умрет в книге? Она вернется? Или исчезнет? Даяна резко мотнула головой, прогоняя плохие мысли.
Перевернув следующую страницу, Даяна с замиранием сердца вчитывалась в появляющиеся строки. Как оказалось, Лора простила Кьяру. Ведь кентаврийка не виновата, что полюбила Эрмераха. И если бы не Клариссия, которая подбрасывала дров в огонь любви, что зрел в сердце Кьяры, то ничего бы этого не было. Даяна лишь с ужасом читала о том, как коварный план кентаврийки воплощается в жизнь.
Последние дни до церемонии буквально пролетели. Остался всего день. Лора с Эрмерахом часто уединялись в охотничьем домике. Чехова хоть и простила Кьяру, но особого доверия не испытывала. А вдруг, та яду подсыплет? Наслаждаясь в объятиях Эрмераха, ее тревожили предстоящие события. Скоро церемония, а учитывая их недавнюю связь, то и до рождения дочери недалеко. А значит, скоро придет время, когда она должна будет вернуться, оставив большую часть себя здесь.
— Лора, — тихо позвал Эрмерах, проведя ладонью вдоль позвонка девушки.
— М-м-м? — Лорка подняла голову с подушки. — Что-то не так?
— Да все хорошо. Просто нам пора. Тебе и мне нужно готовиться к предстоящей церемонии. И я искренне надеюсь, что в этот раз, — он лукаво улыбнулся. — В обморок ты не упадешь…
— Ну, — потянула Лорка. — Смотря, какой наряд на тебе будет. Если уж одежка окажется слишком экстраординарной, то уж извини…
Лорка показала язык и зарылась в одеяло. Понежившись в объятиях друг друга, они стали потихоньку собираться. Сама не зная почему, но Лора попросила Эрмераха идти во дворец первым. На вопросительный взгляд, ответила, мол, догоню.
Лора шла во дворец. Ее одолевали плохие предчувствия. Они так явственно ощущались. Было похоже на то, как воздух перед сильным ливнем меняется. Так и сейчас, словно в воздухе витало нечто ужасное, невидимое, но присутствие чувствовалось очень хорошо. Она беспрепятственно переступила порог. Охраны на главных воротах не оказалось. Пройдя еще несколько метров, Лора застыла. Перед ней развернулся оживший из ее кошмара бой. Мужчины дворца сражались с жуткими монстрами. Рептилии, в которых от человека было совсем немного, явно превышали в численности. Они, словно хищники, разрывали жертву зубами и когтями. На бегу, вывалив окровавленный синий язык, тут же кидались на новую жертву. К такому Лора была не подготовлена совершенно. Да, она множество раз прокручивала свой кошмар в голове, но то, что происходило сейчас, оказалось намного страшнее. Лора поискала глазами Эрмераха и наткнулась на Кьяру, она лежала в крови, а из горла торчал двухконечный сюрикен. Как и в ее кошмаре, кентавр сражался с несколькими тварями одновременно. Чехова недолго думая, схватила первый попавшийся меч, но это оказалось не так-то легко. Лезвие было воткнуто в землю. Когда она все же вытащила его, то здесь же и бросила. Меч скользил в руках, и удержать его из-за тяжелого веса не представлялось возможным. А уж тем более махать этим мечом, да еще уметь отбиваться, просто нереально. Бросив бесполезное занятие, Лора снова посмотрела на Эрмераха и с ужасом застыла. Одна из тварей, легко оседлала его и намеревалась вгрызться в горло. Чехова не думала ни о чем, просто ринулась на помощь. Пока бежала, Эрмерах сбросил монстра и отсек ему голову. Она почти достигла того места, где кентавр стоял к ней спиной. Ее взгляд задержался на еще одной твари, которая восседала на обрушившейся колонне и, замахнувшись, швырнула такой же сюрикен, какой Лора увидела торчащий из горла Кьяры. Чехова не раздумывала, просто бросилась со всех ног, прикрывая спину любимого. Благо до него оставался лишь шаг. Последней мелькнувшей мыслью в голове Лоры почему-то была совсем неуместной для данной ситуации. «Откуда у этих монстров японское оружие?».
Эрмерах вошел во дворец первым. Так как Лора сказала, что догонит. Еще по пути он почуял неладное. Недалеко слышались крики, лязганье металла и жуткие вопли. Не разбирая дороги, кентавр помчался во дворец с обнаженным мечом наготове. То, что Эрмерах увидел внутри, поразило даже такого воина как он. Спиной к нему стояло мерзкое существо, которое и описать было сложно. Недолго думая, Эрмерах отсек монстру голову. Злобно оскалившись, несколько тварей тут же окружили опасного противника. Единственное чему был рад Эрмерах, что Лора в безопасности. Пусть домик находился вблизи, но все же скрыт от окружающих. Но радость продлилась недолго, Избранная возникла во дворе практически сразу после него. И добраться до нее оказалось довольно сложно. Он видел, как Лорка попыталась вытащить меч, а потом бросила бесполезное занятие. Поняв, что Чехова пока в безопасности, Эрмерах продолжил бой. События, произошедшие потом, навсегда отпечатались в сознании кентавра.
Лорка кинулась к нему, буквально закрывая его собой. Девушка странно дернулась, и Эрмерах едва успел ее поймать. Рука коснулась чего-то теплого, как оказалось, это была кровь. Ее кровь. И Эрмерах понимал, Избранная умирает. Вместе с кровью утекает и ее жизнь. А ведь это он должен был быть на ее месте. Лорка закрыла его спину, в которую и летел клинок.
— Эрмерах, — тихо заговорила Чехова, едва шевеля губами. — Прости. Я не выполнила миссию… — она зашлась в кашле.
— Тише-тише… — успокаивал ее жрец. Казалось мир замер. Затихли крики, шум и скрежет металла. В этом мире их только двое, а чуть позже Эрмерах остался один. Лора просто растворилась в его руках, словно ее никогда и не было. Лишь горстка светлячков взмыла в небо, оставляя после себя горечь и боль.
[1] В узбекском уголовном кодексе (в советское время) статья 108 за тунеядство. В народе «стовосьмой» называли ханыг, бомжей, бездельников.
Лорка разлепила веки. Потолок вертелся перед глазами. Потолок? Она попыталась сфокусировать взгляд на чем-то одном, а потом начала осматривать окружающее. Как оказалось, это была больничная палата. И судя по всему, реанимация. Потому как других пациентов в комнате не наблюдалось. Рядом стоял штатив с капельницей. От нее тянулась трубка, по которой бежала кровь. Рядом, на стуле сидела Даяна. Сознание постепенно прояснялось и, Лорка попыталась соскочить.
— Лежи! — скомандовала подруга. — Ты потеряла много крови…
— Что происходит? Почему я здесь?
— А что, нужно было оставить тебя умирать на полу в нашей гостиной? — ответила вопросом на вопрос подруга.
— Я не об этом…
— Там, — тихо шепнула Даяна. — Тебя убили.
— Я, — голос Лоры дрожал. — Хотела спасти Эрмераха…
— Я все знаю. Я читала. Если бы ты только знала, как я переживала. Я чуть не поседела, пока читала. Эта Кьяра, дрянь! — завелась Даянка. — И знаешь что самое ужасное? То, что я никак не могла предупредить тебя об опасности…
— Где книга?
— Ее нет. Как только ты появилась на полу в гостиной, истекая кровью, книга просто исчезла. А вместо нее появился рой светлячков.
Из рассказа подруги, Чехова нашла ответ на вопрос, которым задавалась еще во Внапре. «Почему именно сейчас напали щерчэлы»? Все подстроила Кьяра, она же первая и погибла. Главарь этих монстров безжалостно воткнул ей клинок с двумя остриями в горло. Она даже понять ничего не успела. Но Даяне не жаль кентаврийку. Куда больше она волновалась за подругу.
Из повествования стало понятно и то, что случилось с настоящей Клариссией. Но что сейчас происходит во Внапре уже никогда не узнать. Книга исчезла, а с ней и эпилог истории, которую начала Лора.
— Тебе придется идти в паспортный стол и заявить об утери… — закончила повествование Даяна. — И еще, там за дверью полицейский. Он хочет задать тебе несколько вопросов.
— Вопросов? Зачем?
— Лора, я нашла тебя на полу с сюрикеном в плече, из которого хлестала кровь. Первую помощь я оказала, но скорую все равно пришлось вызвать, а за ней и полиция. И теперь доблестные правоохранительные органы желают знать, кому ты перешла дорогу. По их словам это очень серьезный человек. Потому как оружие, которое из тебя извлекли хрен знает из какой эпохи до нашей эры.
— Но я не могу рассказать им правды, — возмутилась Чехова. — Они сочтут меня сумасшедшей!
— Я понимаю. Но ты всегда можешь сказать, что не видела нападавшего, — подруга подмигнула. — Что детективов мало смотрела?
Даянка вышла, а за ней вошел мужчина в форме. На плечах, словно плащ Бэтмана развивался медицинский халат. Лора окинула его подозрительным взглядом. Никогда не имела дела с полицией. И даже не знала как себя вести при разговоре с ними. Но знала одно: из потерпевшей, всегда можно стать подозреваемой.
— Добрый день, гражданка Чехова. Старший лейтенант Андрей Кторов. Как вы себя чувствуете?
— Терпимо.
— На пару вопросов ответить сможете?
— Ну, язык вроде не отвалился так что, да…
Лейтенант улыбнулся.
— Язвите? Значит, идете на поправку…
— А вы врач?
— Нет, я же вроде представился…
— Просто так сходу сказали, что на поправку иду…
— Ну, что же, — Кторов сел на стул. — Начнем, пожалуй. Где вы были вчера ночью?
Вчера ночью? Как это? Сколько времени я пробыла во Внапре, и сколько прошло здесь?
— Лариса Сергеевна, вы меня слышите?
— Что? Простите, отвлеклась. Мы были у подруги на даче.
— Кто мы?
— Я и Даянка.
Других участников веселья Лора решила не упоминать. К чему им лишние допросы. Они ведь совершенно не причем. Она рассказала о том, как села читать, а вот что было дальше, якобы не помнит.
— То есть, что с вами произошло, вы не помните? — с сомнением поинтересовался следователь.
Лорка кивнула. После нескольких вопросов, на которые она отвечала «не знаю, не помню». Опрос зашел в тупик, и вопросы начали повторяться. Видимо, Кторов хотел поймать ее на неточностях. Так и не добившись ответов, полицейский ушел. Чехова молча, проводила его взглядом. У нее было много вопросов, на которые, увы, ответа не существовало.
Еще две недели, Лоре пришлось пролежать в больнице и получить курс всяких болючих уколов. От которых сидеть было невозможно. За это время, она множество раз прокрутила последние произошедшие с ней события. И все никак не могла понять: почему она здесь? Почему вернулась, а не умерла? Но в глубине душе теплилась надежда, что вернуться во Внапру она еще сможет.
Время шло, но пути возврата Лора так и не нашла. Она обошла множество книжных магазинов. Даже рыночные лавки со старыми потрепанными книгами. Но… ничего. Никакая книга более не падала к ее ногам. И даже больше, Чехова сама читала названия книг, детально просматривала каждую. А результатов, увы, не было. Точнее он был. Как там говорится? «Отсутствие результата. Тоже результат!».
В очередной раз, Лорка проходила между аккуратных полок с книгами. Водила пальчиком по гладким торцам твердых переплетов, когда взгляд задержался на одной необычной книге. На глянцевой обложке была изображена девушка. Удивительно похожая на нее, а за спиной кентавр.
Из горла вырвался то ли хрип, то ли приглушенный крик. Чехова прикрыла рот ладонью. Радость, накрыла ее и, тут же испарилась, стоило Лорке полистать страницы. На них имелся текст. А если быть точнее, то описывались все события, произошедшие с Лорой в том мире. Чехова захлопнула книгу, направляясь к кассе. И только сейчас прочитала название. «Клариссия. Легенды Внапры». А вот автор посчитал остаться неизвестным. Потому как имя вообще отсутствовало.
Выйдя из магазина, Лора аккуратно убрала книгу в сумку, словно это было самое дорогое сокровище. Она стремилась скорее вернуться домой и погрузиться в чтение. Хлопнув дверью с криком, «я дома», Чехова буквально побежала в свою комнату. Не переодеваясь, плюхнулась на кровать, достала книгу и открыла первую страницу. Ничего нового. Описывались именно те события, которые произошли с ней. О том, как упала книга к ногам Лоры, о том, как переместилась во Внапру. А вот то, что происходило без ее участия, читать оказалось гораздо интереснее. О том, как злилась Кьяра, о том, что делала в ее мире Клариссия. Хотя о ней, мало, что написано. Лишь то, что она оказалась в дачном домике Даяны и как утащила сумку Лоры. Чем ближе Лора подходила к финалу, тем дурнее ей становилось. Оказалось, что щерчэлы напали из-за Кьяры. Это она впустила их во дворец и натравила на его жителей. За что и поплатилась самая первая. Но Кьяра волновала Лору в последнюю очередь. Она больше всего переживала за Эрмераха.
К счастью кентавр остался жив. Чем дольше Лора читала, тем больше не могла сдерживать слез. Замок был разрушен, выживших немного, а раненых и тех, кто при смерти полно. Местный лекарь не справлялся с нагрузками. Многие умерли из-за вовремя не оказанной помощи. К концу книги, Чехова уже рыдала. В ней смешались грусть, сочувствие и маленькая радость за Эрмераха. По крайней мере, он остался жив.
«Эрмерах каждую ночь приходил в беседку и наблюдал за роем светлячков, что при каждом шорохе взмывали вверх. Он ждал. Ждал, что однажды, его Избранная вернется. Скрывая слезы от всех, он подолгу стоял, глядя на небо. Считал трусостью показывать свои переживания остальным. Ведь мужчины не плачут!», — прочитала Лора последние слова в книге.
Дни складывались в недели, недели в месяцы. Лора окончила четвертый курс, сама не понимая как. На лекциях преподавателя особо не слушала, конспекты записывала на автомате. Возможно, спасла практика. Больница и пациенты не давали хандрить по книжному миру. Каждый раз в отделении нейрохирургии что-то происходило. Даже роды принимать пришлось. Одна из посетительниц, оказывается, была беременна. Навещала мужа, а тут воды отошли. Так что скучать не приходилось. Но отмечать успешное завершение учебного года, Лорка не пошла. Настроение не то. Она тихо брела по Которосльной набережной, слушая музыку. Мимо проезжали подростки на роликах, мужчины на велосипедах и детвора в спортивной форме бегала кросс. Чехова остановилась у перил и смотрела куда-то вдаль. Туда, куда утекала река Которосль.
Кто-то окликнул ее по имени так тихо, что Лора решила, ей это показалось. Но зов повторился. Она удивленно уставилась на того кто ее звал. Девушка была точной копией самой Лорой. Но было в ней что-то нехорошее, злобное. Чехова передернулась, вспомнив свое жуткое отражение во Внапре. Но это Ярославль! Откуда бы злобной копии взяться здесь? В мире, где нет магии. Безусловно, можно на улице встретить цыганку, которая будет просить позолотить ручку. Но вряд ли этих шарлатанов можно сравнить с той магией, которая присутствует во Внапре.
— Не узнаешь? — бесцеремонно осведомился двойник. — Я, Клариссия…
Лора бы попятилась, да некуда. Позади нее чугунные перила, которые только что покрасили. В воздухе еще витал запах краски и растворителя. И вымазаться в этой черной кляксе как-то не хотелось.
— Почему ты здесь? — задала она резонный вопрос. — Почему не вернулась во Внапру?
— Давай не здесь, — так же тихо отозвалась Клариссия. Было в ее голосе что-то змеиное. Девушка словно не разговаривала, а шипела.
«Прямо как Гарри Поттер! — не к месту подумала Лорка».
— А где? — идти незнамо куда, да еще и с Клариссией, как-то не хотелось.
— Тут церковь есть, она закрыта на реставрацию. Думаю там, нам никто не помешает вести диалог.
Клариссия вышла из тени дерева, предварительно надев очки. И Лорка теперь заметила, что та перекрасилась и, стала брюнеткой. Одежда на ней была не по погоде. Лета в Ярославле практически нет. Редко выпадает неделька, когда смело, можно сказать: «Уф, как жарко!». Именно сегодня и был такой день. Но бывшая Избранная явно перепутала время года. Помимо кофты с горлом и, судя по всему, теплых джинсов, как будто этого было мало, ее тощую фигурку облегал драповый плащ.
— Тебе не холодно? — не удержалась от сарказма Лорка. — А то без шапочки замерзнешь совсем…
— Язвишь? — огрызнулась Клариссия и накинула капюшон от плаща.
— Оу!
Вот теперь реально подозрительно. Если она решила скрываться, чтобы их случайно не увидели вместе, то достаточно было легких штанов, футболки, кепки и очков. Клариссия брюнетка, плюс в очках. Да и вообще мало кто бы обратил на них внимания. Ну, подумаешь близнецы, а может они сестра?
Когда Клариссия взяла ее под локоть и повела в сторону церкви, Лорка заметила еще одну странность: перчатки. Зачем? Она вела себя так, словно вампир на палящем солнце. Хотя… не лишено смысла. Может, она и впрямь солнца боится.
— Чего тебе нужно? — сухо осведомилась Лорка. И на всякий случай, оглядываясь по сторонам. Мало ли что.
— Поговорить. Я считала, — тихо начала свой рассказ Клариссия, из чего Чехова наконец-то разобралась с ситуацией. Оказалось, что Лорка не выполнила миссию. Новая Избранная не родилась, и мир книги теперь затягивает Клару. Но все бы хорошо, если бы она просто переместилась во Внапру, но не тут-то было. Она сняла перчатку, и Чехова с ужасом уставилась на руку девушки. Хотя это уже не рука, а когтистая лапа. — Это наказание, — пояснила Клариссия. — Я сбежала, оставив свою страну и свой народ погибать.
По спине пополз неприятный холодок. Лору вдруг осенило, где еще она видела такие лапы. Щерчэлы.
— Господи! Ты становишься щерчэлом! — помимо воли выкрикнула Чехова.
Клариссия коротко кивнула. То, что Лорка приняла за волосы, оказалось париком. На самом же деле, девушка была лысой, а кожа на голове, как у рептилии.
— Но превращаюсь я не только из-за того, что сбежала, а потому, что двух Избранных на одной земле быть не может.
— Не поняла?
— Мы обе Избранные. Обе побывали во Внапре, а теперь вместе в одном и том же мире. И, одна из нас должна вернуться, — Клара замолчала. — Или…исчезнуть. Как ты понимаешь, в вашем мире я остаться не могу. Я уже поняла, какую совершила ошибку. Сколько бы я не наблюдала за этим миром через Оракул, я так и не поняла устройство здешней жизни. Люди здесь лицемеры!
— Ой, — поморщилась Лорка. — Кто бы говорил?!
— Да, я та еще стерва, но люди во Внапре прекрасно знали это. Я не лицемерила! Не улыбалась в лицо, а за спиной говорила гадости. Это не так! Мой характер не сахар, но я не лицемерка. А здесь? — она как-то сразу сникла и, Лорке стало ее жаль. — Тебе все улыбаются, лебезят, а стоит повернуться спиной, сразу нож воткнут.
— Ну, здесь ты загнула. Кстати твоя подружка Кьяра, та еще лицемерка! Это она натравила щерчэлов на дворец!
— У нее были на то причины. Она действительно любила кентавра. Не отрицаю, что и там есть лицемерие, но оно имеет свою почву, основание. А здесь? Здесь ты даже не знаешь, за что и откуда прилетело!
— Допустим, — согласилась Лора. — Ты за этим меня повала? Поговорить о мироздании?
— Нет, — она мотнула головой. — Я прошу тебя помочь мне вернуться в свой мир.
Ситуация не предрасполагала к веселью, но Чехова не удержалась и рассмеялась во весь голос.
— Да ну?! Думаешь, я не искала способов? Ты не представляешь, как я хотела вернуться!
— Ты не сможешь, — оборвала ее Клариссия. — Ты не принадлежишь тому миру. А я принадлежу. Но, увы, книга заклинаний меня не подпустит. Кусается зараза. Чуть пол конечности не отгрызла.
Книга кусается? Развитая фантазия живо подбросила картинку, как книга пытается отгрызть руку. Вот уж к кому применима поговорка: «Палец в рот не клади, по локоть отгрызет».
— А меня подпустит? — с ехидством поинтересовалась Лорка.
— Да. Ты чиста… — она выдержала многозначительную паузу и добавила: — Сердцем.
Лоре бы задуматься над этим предложением. «Чиста сердцем». Выходит, что Клариссия нечиста, а значит, замышляет что-то темное. Но Чехова пропустила внутренний сигнал тревоги. И согласилась помочь. В конце концов, если оставить Клариссию здесь, то она умрет. А Лора, пусть еще и будущий врач, а клятву Гиппократа уже давала. И посчитала своим профессиональным долгом помочь умирающей девушке.
Дома Лора тщательно изучила заклинание, которое должна была произнести. И пришла в ужас. О чем думала Клариссия, отдавая книгу заклинаний, Чехова понятия не имела. Может, надеялась на то, что Лорка не понимает латынь? Но тут она промахнулась. В древнем фолианте помимо заклинания имелось предисловие. В котором описывалось для чего оно. Как поняла Чехова, Клариссия собиралась провести обмен телами. Ни о каком возврате во Внапру речи и быть не могло. Она просто хотела окончательно стать Лорой. И плевала Клариссия на все остальное. Прежняя жалость, которую испытывала Лорка, мгновенно улетучилась. Помогать сразу же перехотелось.
— Ну, что? Справишься? — поинтересовалась Клариссия, сидящая в кресле напротив.
— Конечно, — Лорка натянуто улыбнулась. В голове уже созрел план. Она просто неправильно прочитает заклинание. Судя по словам Клары, такой шанс выпадает раз в жизни. Луна должна приобрести синий окрас. Так что Лоре было достаточно испортить этот эпичный момент. — Тут и справляться-то нечего. Просто выучить непонятные слова.
— Именно!
Клариссия плотоядно улыбнулась. И Чеховой вдруг стало нехорошо. В девушке мало что оставалось человеческого. Неудивительно, что она нашла столь радикальное решение проблемы. Хотя, Клариссия всегда была таковой.
— А что будет, если ты вдруг ошибаешься и, заклинание не сработает?
— Сработает! — уверенно заявила Клара.
— А вдруг? Жизнь, знаешь ли, полна сюрпризов…
— Я стану монстром. Правда, разумным, но все же монстром. Мутант, которому нет места в этом мире. А если я вернусь во Внапру, — уверенно лгала она, — то есть шанс, что я верну себе прежний облик. Или хотя бы процесс превращения остановится. Щерчэлы, как тараканы. Они быстро плодятся, но долго не живут. Только вожак может похвастаться долголетием до тех пор, пока не родится наследник.
Лора промолчала. «Голубая луна» появится впервые за сто пятьдесят лет. И есть вероятность, что такой феномен не будет еще столько же времени.
День, а точнее ночь ритуала наступила. Лорка с Клариссией стояли в закрытой на ремонт церкви. Чехова начертила круг мелом, а на противоположных сторонах окружности начертила еще два круга. В центр одного из них встала Клара, а в другом стояла Лорка. Она с важным видом зажгла свечи вокруг себя и своего двойника. Закрыла глаза, собираясь с духом и, решительно зачитала заклинание.
Лора заменила всего одного слово в целом заговоре и искренне надеялась, что заклинание просто не подействует. Главное, чтобы не стало еще хуже. Послышалось шипение, свечи разом потухли. Чехова непроизвольно ощупала себя. А вдруг сработало и она теперь монстр. Но, слава богу, Лора осталась собой.
— Тварь! — процедила Клариссия.
— А ты чего ожидала? Что я круглая идиотка и не буду вникать в заклинание? Нет, дорогуша, меня всегда учили: не подписывай, договор не глядя! А это, почти то же самое.
Видимо заклинание не повлияло на Клариссию. Потому что та не накинулась на Лору с кулаками. А ведь этого стоило ожидать. Такая луна вряд ли появится снова. Как говорится, эпичный момент безвозвратно испорчен. Но Чехова не стала испытывать судьбу. Она просто ушла. Впервые в жизни ей не жаль было человека. Хотя, Клариссия нечеловек. Даже будучи красивой девушкой, Клара являлась монстром.
Лора шла по Набережной. Она сделала то, что должна была. Не позволила Клариссии вернуться и снова начать портить жизнь всем обитателям. Единственное о чем Чехова жалела, это о том, что сама не сможет вернуться.
Впереди шел ремонт дороги. Вначале Лорка обходила вырытую траншею и шла по ровной дороге. Но сейчас ей было не до чего, и она просто собиралась обогнуть открытый люк. Чехова почти дошла до того места, когда почувствовала сильный толчок в спину. Лорка, как в страшном сне видела, что летит прямо в зияющую черноту. Казалось этот полет, длился вечность. Она все ждала и ждала, что вот сейчас столкнется с землей или нарвется на какие-нибудь штыри и арматуру. Но ничего из этого не произошло. Лорка плюхнулась в воду, больно ударившись. Как когда-то в детстве, когда училась плавать, она шлепнулась пузом. Несмотря на то, что это была всего лишь вода, живот покраснел и довольно долго болел.
Несколько секунд ничего не происходило. Но с каждым разом воздуха оставалось все меньше, и Лорка с тяжелым вдохом вынырнула из воды. Как оказалось, она находилась в купальне. И, судя по всему, мужской. Посередине бассейна стоял Эрмерах. Обнаженный мужчина, стоял спиной по пояс в воде. И, несмотря на это, Чехова была уверена в том, что это кентавр. Ее кентавр.
Эрмерах задумавшись, стоял посреди бассейна. Сверху с желоба потоком стекала вода. Сколько раз он промыл голову, не считал. А лишь надеялся, что смоет мысли о Лоре, разъедающие душу.
Позади послышался громкий всплеск, словно с большой высоты в воду бросили булыжник. Но повернувшись, Эрмерах ничего не увидел. А через несколько секунд шумный вдох привлек его внимание. Кентавр уже собирался метнуться за мечом, но так и остался стоять на месте, не веря своим глазам. Перед ним стояла Лора. Его Лора. Сначала он хотел ее обнять, но Чехова его остановила.
— Лора? — охрипшим голосом поинтересовался Эрмерах.
— Стой! Я боюсь… боюсь, что мне все это кажется. А на самом деле, я сейчас лежу на дне коллектора в агонии, а ты, просто мой бред.
Эрмерах некоторое время колебался, но потом одним движением прижал ее к себе.
— Я настоящий. Это не бред. Как же я скучал и надеялся, что ты хотя бы жива. О том, что ты можешь вернуться, даже не мечтал…
Лора скрестила руки на его спине, прижимаясь сильнее. Она вдыхала запах пряностей, исходящих от Эрмераха, наслаждалась этой близостью. И была счастлива, что казалось бы, трагичный конец, который ее ждал, закончился намного лучше.
Дверь тихо приотворилась, и в купальню заглянул охранник. Вежливо извинившись, захлопнул дверь. Но Эрмерах снова позвал его и велел объявить, что Избранная вернулась.
Уже сидя в обеденном зале, в окружении Хионии, Эрмераха и шамана, Лорка узнала причину своего возвращения. Ребенок. У нее под сердцем находилась будущая Избранная. Чехова хотя и была рада, но все же поражалась, как при таком падении, девочка не погибла в утробе. Но видимо, малышку оберегала сама богиня.
Эрмерах с любовью посматривал на Лору. А она крепко держала его за руку, словно все еще боясь, что это не по-настоящему. Но с каждой секундой тревога рассеивалась, оставляя надежду, что теперь все будет хорошо.
Конец!