Наш скромный боевой отряд медленно продвигался к черной крепости, выраставшей на горизонте. От нее в обе стороне уходили ряды черных высоченных стен, которые, казалось, были выложены из кусков скал. При приближении к замку мы видели, что ограда уходила далеко в стороны, не давая даже примерную оценить размеры находившегося внутри населения.

Внезапно идущая впереди демоница обернулась и произнесла:

— Прошу меня простить, повелитель, но внутри меня все знают, как первую дочь Амаранты, ставленника Высшего разума. Поэтому, мне придется вести себя соответственно. Прошу вас сдерживаться, если что-то вдруг придется вам не по нраву. Обещаю, как только моя мама будет снова здорова, я приму любую вашу волю, будь это даже разрушение собственного дома. Наша раса… — замялась девушка, — живет по своим законам, которые могут не понравиться остальным расам. У нас разрешены те вещи, что строжайше запрещены или не приветствуются у хумансов или эльвов.

— Достаточно! — прервал я ее. — Сами разберемся. Я к вам не напрашивался в гости, поэтому буду вести себя, как пожелаю. И поверь, если мне что-то не понравится, то горе тому, кто встанет на моем пути!

— «Неужели это я говорю?» — удивился я самому себе. — «Ты же миротворец и слабак! Ну, или был им когда-то. Тем не менее, разве ты готов убивать?»

Но, посмотрев на свой отряд, на девушек, готовых идти за лордом до самого конца, на их преданные и верные взгляды, я тут же сам себе и ответил:

— «Да, если потребуется, я убью любого, кто посмеет причинить вред моим друзьям! И не просто убью, а так, чтобы остальные не смели даже посмотреть на них! Уничтожу на месте!»

Откуда-то изнутри поднималась слепая ярость, похожая на ту, что помогла мне разрушить базу морского Императора. С тоской вспомнилась Виви. Эх, надо бы навестить моих русалочек. Надо, надо. Много что надо, вопрос когда.

Впереди вырастали огромные черные ворота. Демоница, шедшая впереди, подойдя к ним, ударила ногой прямо в одну из створок. Тут же открылось небольшое окошко, и кто-то заорал:

— Немедленно открыть ворота первой дочери Амаранты, ставленника и помазанника Высших!

Суккуба, повернувшись на мгновение, улыбнулась нам и приняла надменный вид. Огромные ворота принялись неторопливо распахиваться наружу, и нашим жадным взглядам предстал огромный двор с расхаживающими демонами с различным вооружением. Большинство из них предпочитало двуручные топоры и дубины, но встречались и маги, и любители пострелять с луками за спиной. Брони на них было мало, закрытыми оставались только особо уязвимые места. Чем это можно было объяснить, я пока мог только догадываться. Может быть, расовая ненависть к униформе, а может и толстая каменная кожа. От ворот отходила цепь, покрытая ржавчиной, которая накручивалась на катушку механизма. Два мускулистых демона с натугой вращали его ручки. Но как только наш отряд зашел внутрь, все демоны вокруг побросали свои дела и уставились на гостей со странным интересом в глазах. По их нестройным рядам прокатился гул восторга и вожделения, перемешанного со скабрезностями.

Вперед вышел нереально огромный представитель расы, перевитый мускулами, с шипастой дубиной в левой руке. У его глазах читалось неприкрытое желание обладать столь интересной добычей, что он даже проигнорировал демонессу, ставшую у него на пути. Отмахнувшись от нее, он молча протянул правую руку к застывшей в ужасе Гвинере, не обращая ни малейшего внимания на остальных. Это стало его последней ошибкой.

В следующее мгновение он отлетел к стене ближайшего сарая, нанизанный на ледяное бревно, как жук на булавку. Хлипкий домик, не выдержав столь грубого обращения, взорвался досками и щепками, покрыв клубами пыли всех стоявших поблизости.

Гомон толпы стих как по волшебству. Демоны, не веря своим глазам, пораженно переводили взгляды с предводителя, сраженного магией, и на меня, выступившего вперед с протянутой рукой. Оставалось только поздороваться и представиться.

— Так будет с каждым! — заорал я, зажигая перед собой фаербол размером с теленка. — Каждый ублюдок, который протянет лапу к моей собственности, будет иметь дело со мной! — Швырнув огненный шар в другой сарай, который взорвался как цистерна с нефтью, я продолжил. — Кто к нам с мечом, тот в орало и получит! Вопросы есть, салаги?! Вы все говно! Упал — отжался!

Угрюмое молчание было мне ответом. Я уж начал подумывать, что на этом знакомство и закончится, как вперед вышел другой огромный монстр, на голову превосходивший первого. Этот был жутко обезображен шрамами, которые получил явно не на кухне, и не в кабацких драках. За его спиной крест накрест висели два огромных двуручника, которыми он наверняка профессионально орудовал.

— А не слабо ли тебе будет столкнуться со мной в ближнем бою, маг хумансов?! — насмешливо проревел он. — Может ты и хорош в заклинаниях, но ставлю свое жалование, что раздавлю тебя как червяка, какими вы все и являетесь!

— Повелитель, прошу, не связывайтесь с ним! — торопливо забормотала демонесса, стараясь, чтобы тот не услышал ее. — Это сам Керн, повелитель двуручников. Лучший охотник и добытчик рабов…

В моих глазах потемнело от ярости.

— Что ты сказала?! Рабов?! — прошипел я, чувствуя, как молот на боку раскалился, принимая мой настрой. — Так у вас еще и рабы есть?!

— Ну, да, — немного растерянно ответила та. — Так они везде есть. У хумансов и эльвов. А что в этом такого?

Оттолкнув в сторону демоницу, я шагнул в сторону расхохотавшегося демона, вытаскивая верный молот.

— И вот этим молоточком ты хочешь сражаться против меня? Великого Госка? Ступай на кузницу! — заржал тот, в долю секунды выхватывая огромные мечи. — Да ты даже подойти не сможешь, когда я нарублю тебя на салат! Ничтож…

Он вдруг резко замолчал. Еще бы, говорить трудно, особенно, когда тело еще сжимает мечи, а голова уже летит, кувыркаясь прямо в толпу демонов позади. Я разозлился, но я не дурак, чтобы переть с коротеньким молотом на огромного и ревущего демона просто так. Усиление тела, усиление костюма и вот — я прыгаю вперед с десятикратным ускорением, за миг, преодолевая разделявшие нас метры, и с размаху снизу вверх сношу ему голову. Готов поспорить, он даже не успел понять, как умер, а его голова уже падала посреди отшатнувшихся земляков.

Выдохнув, я зло посмотрел на остальных представителей демонической расы.

— Еще есть желающие помериться силами? Может ты? Или ты? А может, потренируемся в стрельбе из лука в твою голову? — тыкал я пальцем в случайную цель в толпе. И каждый раз удовлетворенно замечал, что из их глаз исчезло превосходство, и появился страх. Когда я устал гнать порожняк, из нестройных рядов выкатился невысокий толстячок, одетый явно более роскошно, нежели остальные. Его толстые как сардельки пальцы были унизаны перстнями с самоцветами, а на цветном плаще висели золотые регалии.

— Прошу прощения за столь неблагоприятный прием, ваше превосходительство! — пробормотал он, подобострастно кланяясь. Даже согнувшись, он оставался вровень со мной, несмотря на явный проигрыш в росте остальным демонам. — Вы ведь тот, кого мы так долго ждали? Избранный Духами и Высшим разумом? Ну, разумеется, Вы! — бормотал он, не давая мне и рта раскрыть. — Ведь сама Герда, Первая дочь привела Вас. Великодушно просим у вас прощения! Все виновные будут наказаны!

— Я их уже наказал, не волнуйтесь, — ответил я толстячку. Тот тут же прокатился вокруг меня и застыл, с ужасом глядя на то, что когда-то было «повелителем двуручников» и разгромленные сараи. Из первого уже старательно вытаскивали тело первого демона с огромной дырой посреди широкой груди. Герда, не теряя инициативу, шагнула к пораженному демону и схватила его за маленькие рожки:

— Отвечай немедленно, мразь придворная! — зашипела она прямо ему в лицо. — Почему не встречаете, как полагается?! Где моя свита? Где празднество в честь Избранного?! Хочешь остаток дней провести в шахтах?! Я ж тебя, Керн, в рабских загонах сгною!

На толстячка было страшно смотреть. Цвет его красного лица изменился на пепельно-серый. Он даже будто стал ниже ростом, пытаясь вжать голову в плечи.

— Так это, — принялся он оправдываться. — Час назад принесли генерала Фальгариона. Недавно он очнулся и все рассказал…

— Что?! Что рассказала эта тварь?! — заорала демоница, нависая над бедным придворным. — Он поведал, как провалил переговоры, пытаясь увести Избранного силой?!! Поделился воспоминаниями, как его похоть едва не разрушила наши ожидания?!

Толстячок из серого стал синим.

— Не-ет, — жалобно проблеял он. — Госпожа, прошу, не гневайтесь, я лишь передаю вам последние новости. Генерал сказал, что вы предали нас и переметнулись на сторону презренного хуманса. Что излечения царицы не стоит и ждать. Амарант был в ярости. Собственно, он и сейчас в ярости. Он приказал немедленно убить любого, кто сунется к нам, несмотря на положение при дворе. Собственно, я случайно выглянул во двор, а стражники просто выполняли приказ…

— Это ты называешь выполнением приказа?! Нападение без предупреждения на тех, кто идет в моем сопровождении? Стоп, — задумалась суккуба. — Значит, Амарант понизил меня из-за клеветы Фальгариона?

— Истинно так, госпожа! — промычал Керн, пытаясь отползти от нависшей над ним демоницы. — По приказу его императорского величества вы более не являетесь его Первой дочерью. Правда, приказ был отдан в ярости, а Избранный все же, хе-хе, пришел. Вы позволите представить вас? Я бы хотел иметь удовольствие лицезреть выражение лица генерала, когда он увидит вас с Избранным.

— Да, — ехидно улыбнулась демонесса, — пожалуй, ты прав. Веди нас и представь при дворе, как полагается.

Толстячок вопросительно уставился на меня:

— Простите, ваше превосходительство, как вас представить Императору?

— Ричард Светоносный, — незамедлительно ответил я. — Этого будет достаточно.

Демон поморщился, но, пробормотав что-то вроде: «придется попотеть», отвернулся и быстрым шагом пошел впереди. Суккуба, последовала за ним, махнув нам рукой. Шепнув своим не терять бдительности, я отправил отряд вслед за ними.

Территория поражала своим размахом: небольшие дома, пусть и неровно сложенные из каменных глыб, скрепленных каким-то клеем, тянулись до самого горизонта. Везде чадили костры, разожженные, очевидно на каменном угле, По улочкам сновали необычайные разновидности демонов, больших и малых, занятых своих делом. Пару раз мы замечали существ, крайне похожих на некотян, но не успевали подойти ближе, как они исчезали буквально на наших глазах, затянутые в проулок или в дом чьими-то руками.

— Дорогой! — шепнула на ухо Зельда. — Готова поклясться, я только что видела девушку нашего Рода в той стороне! Она была одета в какие-то лохмотья, но стоило мне шагнуть в ее сторону, как ее утащил какой-то демон!

— Я тоже видела кого-то! — горячо пробормотала зайка. — Такое ощущение, что их специально прячут от наших глаз!

— Терпите! — процедил я сквозь зубы. — Это рабы! Эх, знал бы я раньше, ни за что не отпустил бы Луару, пока не разнес тут все до основания с броневика. Чувствую, худшее еще впереди. Будьте в режиме максимальной боеготовности!

Демонесса обернулась, как будто услышав нас, и слегка виновато улыбнулась, наверняка понимая, о чем мы шепчемся. Скорее всего, мы бы так и дошли до самого замка, который уже возвышался перед нами, но вмешался случай.

Мы проходили через какое-то подобие рынка. В торговых рядах царило некоторое оживление, не то, что на улочках. За прилавками стояли симпатичные и не очень демонессы, которые активно шумели, предлагая свои товары. Между рядами носились стайки демонят помладше. С ходу можно было и не понять, дети ли или мелкие бесы разного возраста. На прилавках лежали полуразделанные тушки мелких и крупных животных, продукты первой необходимости, и прочие известные и неизвестные нам товары.

Протискиваясь между толстых торговок и кучей подозрительных мешков, я не раз, усмехаясь, чувствовал, как чьи-то ловкие пальчики скользят по плотной ткани моего костюма. Маскировка была на высоте, но ткань все равно облегала наши тела. Карманникам оставалось только несолоно хлебавши недоуменно вертеть головами, провожая злобными взглядами наш отряд.

Внезапно немного левее нашего отряда мы услышали тонкий детский вскрик, прервавшийся, будто кто-то торопливо зажал рот кричащей. В этом коротком вопле ясно читались боль, страх и невыразимая тоска. Наплевав на условные приличия, я метнулся в ту сторону, махнув рукой напарницам. Те, тут же, образовав правильный полукруг, кинулись вслед за мной, сшибая с пути неуклюжих торговок. Катарина, Зельда и Гвинера выхватили субатомные клинки, замаскированные под стандартные гвардейские мечи, Сестры битвы приготовили метать заклинания, причем на лице старшей возникла такая дьявольская усмешка, что стайка возникших на ее пути бесенят с криками ужаса унеслась врассыпную. Суккуба осталась позади, но судя по ее крикам, старалась восстановить контроль над перепуганными торговками. Меня это уже не интересовало. Прыгая через невысокие прилавки, через несколько секунд я прибыл на место.

Обычный демон на моих глазах шпынял подростка, одетого в рваный плащ, накрывавший его с головой. В руке он держал веревку, подтаскивая к себе несчастную жертву, всякий раз, когда тот пытался отползти от своего мучителя. Пиная его, он негромко рычал:

— …наказание? Купил на свою голову! Ничего не может, только ест и спит! Даже стырить яблоко не смог! Что мне с тобой делать? В шахты продать?! Отвечай! Отрыжка беса!

Мое терпение давно кончилось, но что-то еще заставляло меня не бить в спину, пусть и таким ущербным созданиям. Стоило мне хлопнуть его по плечу, как демон тут же обернулся и посмотрел на меня сверху вниз взглядом, не предвещавшим ничего хорошего.

— Хуманс? Здесь?! На нашей территории? Чей ты раб?! Где твой знак?! Отвечай немедленно, мелкий гнол!

Через полсекунды демона окружили мои напарницы, а еще через мгновение, слегка раздвинув их, в круг зашла демонесса. Увидев ее, тот сразу скукожился и попытался провалиться сквозь землю, выпустив веревку, на которой держал всхлипывающего пленника. Когда у него это не вышло, он упал на колени, склонившись перед демоницей.

— Первая дочь Повелителя! — бормотал он, не поднимая голову. — Чем вас мог привлечь такой отброс как я? Я всего лишь учу своего раба работать, как полагается.

— Как ты посмел противиться моему приказу? — железным тоном осведомилась та, наступая ему на голову острым каблучком. — Разве ты не слышал про приказ, который три дня подряд кричали на всех перекрестках? Благодари Высших, что у меня хорошее настроение, мусор. Я отдаю твою никчемную жизнь в руки Избранного. Только от него зависит, будешь ли видеть свет красных небес дальше, или закончишь свои дни в выгребной яме.

Закончив свою пламенную речь, она вопросительно посмотрела на меня. Кивнув, я подошел к сжавшемуся в комок подростку, который забился чуть ли не под самый прилавок, с ужасом глядя оттуда на существ, окруживших его хозяина.

— Все хорошо, — сказал я, не обращая внимания на лепет прижатого к земле демона. — Выходи, даю слово, тебя больше никто не обидит. Отныне ты будешь под моей защитой. — И, протянув к нему руку ладонью вверх, я улыбнулся, стараясь выглядеть как можно более дружелюбно. Ко мне тут же подсела Зельда, принявшись ласково уговаривать испуганного мальчишку. Честно говоря, у нее это получалось гораздо лучше.

Ребенок, чей вид я до сих пор не мог определить, так как он до сих пор был скрыт мешковиной, медленно протянул к ней дрожащие ручонки, на которых я увидел следы побоев и голода. Синие вены буквально проступали на истощенной коже, покрытой синяками и шрамами. Только взглянув на них, я почувствовал, как бурлящая ненависть вскипела в моей душе. Встав, я глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, и повернулся к демону, прочитавшему в моих глазах свой приговор.

— Отпустите его! — сказал я, не узнавая собственного голоса. Девушки мгновенно отступили подальше от него, буквально прочтя мою дышащую яростью ауру. — Беги, мразь.

Демон, не веря своим ушам, вскочил и помчался, тонко вереща, стремясь скрыться в ближайшем проулке. Но когда он уже почти завернул за угол, с десяток невероятно острых ледяных копий со страшной силой буквально пришпилил его к стене. Он умер мгновенно, но исчезновение моих копий зависело только от меня, а я не собирался их убирать. Повернув голову, я кивком подозвал к себе демонессу.

— Ты забыла мне рассказать об этом, безымянная! — прохрипел я, задыхаясь от слепой ярости. — Рабы! Дети! На континенте некотян! И вы смеете просить меня о помощи?! Я уничтожу всех вас. Всю вашу расу! Всех до единого!

Я стоял, тяжело дыша перед съежившейся демонессой, совсем как она пару минут назад над провинившимся демоном, и пытался контролировать кипящую во мне ярость. Получалось из рук вон плохо, да я и сам не хотел успокаиваться. Стоило мне только бросить взгляд на израненного ребенка с веревкой на шее, как я вскипел, как пролитое на раскаленную плиту молоко. Демоница что-то жалобно пропищав, упала на землю, прикрывая голову руками, а я развел руки в стороны, собираясь призвать град метеоритов или огненный дождь, или заморозить все вокруг, как вдруг…

Как вдруг, я ощутил горячие руки на своей шее и прижавшееся ко мне горячее тело, а через секунду мягкий и нежный материнский голос Зельды произнес на ухо:

— Милый, остынь. Не убивай целую расу только потому, что они живут немного иначе, чем другие. Мы найдем другой способ освободить наших братьев из плена. Мы верим в тебя, Рич. Не подведи нас.

Из меня как будто выдернули пробку и я моментально сдулся. Ярость не ушла полностью, а улеглась где-то внутри, посматривая на окружающее маленькими красными глазками, как бы предупреждая: «Я все вижу!». Раздраженно толкнув суккубу носком сапога, я нехотя сказал:

— Подымайся, безымянная. Веди нас к своему королю и моли своих богов, чтобы нам удалось с ним договориться. Ибо если он не пойдет нам навстречу, я разнесу здесь все до основания!

Повернувшись, я сразу забыл про нее, так как девушки стаскивали с подростка грязные лохмотья, на ходу вытирая его влажными полотенцами, предусмотрительно захваченными с корабля. Тот уже жадно глотал воду из чьей-то фляжки. Без слез невозможно было даже взглянуть на его тощее тельце с проступавшими через впалую кожу ребрышками.

Пареньку навскидку было около восьми-десяти лет. Странные белые глаза с красноватой радужкой, короткие всколоченные белые волосы, все еще диковатый, но уже радостный взгляд. Но мое внимание приковала его голова и уши. У мальчика была совершенно человеческая внешность! На голове не было звериных ушек, и хвост отсутствовал напрочь! Впрочем, ему это совсем не мешало чавкать пирожками, которые в него запихивала лисичка.

Гвинера уже кормила его чуть ли не с рук. Паренек с ходу проглотил практически, не жуя несколько штук, потом оглядел диким взглядом всех нас, будто впервые увидел и кинулся в объятия лисички, громко рыдая от нахлынувшего облегчения. Гвинера, растерянно провела лапками по его волосам, бормоча успокаивающие слова.

Мальчик, немного успокоившись, неуклюже выбрался из нежных объятий Гвинеры, и несмело подошел ко мне. Подняв на меня слезящиеся глаза, он открыл рот и попытался что-то сказать:

— Гр… ах, бр… лык. Пар… лак. — Смущенно замолчав, он принялся ковырять землю голыми ногами.

Сзади приблизилась Зельда, которая прошептала:

— Это очень странный вид, лорд! Я никогда раньше не видела таких… таких как он! С виду он очень похож на хуманса, но эти красные глаза и запах! Запах зверя! А еще он почти не говорит, вы заметили?

— Я думаю, он просто одичал, — ответил я кошке. — Вероятно, он провел слишком много времени в рабстве. — Опустившись на корточки, я протянул руку мальчику. — Подойди, не бойся. Я доктор. Я вылечу твои раны.

Мальчик недоуменно посмотрел на меня и свои руки и, улыбнувшись, покрутил ими перед моим лицом. На них уже не было ничего даже отдаленно напоминавшего страшные шрамы и синяки!

— Я превр… грроу, — снова попытался выдавить из себя пацан. Смущенно закрыв рот, он повел руками вокруг, как бы пытаясь о чем-то предупредить, и опустился на четвереньки. Девушки автоматически отступили на шаг, а у меня смутно забрезжила некая идея, когда…

… Когда паренек, вдруг встряхнувшись, как мокрый пес, выбежавший из реки, вдруг превратился в белую собачонку. Сев на заднюю часть, он вывесил огромный розовый язык и весело тявкнул.

— ОБОРОТЕНЬ! — заорали в один голос все девушки, отскакивая и вытаскивая все оружие, которое у них было. Даже Зельда, стоявшая позади меня, отступила с выражением неописуемого ужаса на лице.

— Да, и в чем дело-то? — недоуменно спросил я. — Ну, мальчик — оборотень, и что?

Зельда, превозмогая себя, подошла к волчонку, протягивая руку. По ее напряженной спине я видел, что она готова в любой момент отпрыгнуть на безопасное расстояние. Тот радостно вскочил, и, тявкнув, ткнулся головой в ее руку. Девушка несмело принялась поглаживать его, при этом постепенно ослабляя напряжение.

— Вскоре после Войны на наши земли свалилась новая напасть, — начала вещать замогильным голосом, кошка, подавая знак остальным девушкам. Те, спрятав оружие, осторожно подошли ближе. Детеныш оборотня валялся на спине, задрав лапы и зажмурившись от наслаждения, пока материнские руки Зельды чесали ему животик. — Кровавая волна прокатилась по нашим деревням. Неведомые силы вырезали население, не щадя никого: ни сильных, ни слабых. Убивали всех, даже домашний скот. Подкреплению никогда не удавалось поймать ни одного из таинственных врагов. До тех пор, пока в руки разъяренных ополченцев не попалась слабая беременная самка убийц. По рассказам очевидцев, никто не понял, что делает одинокая беременная девушка хумансов в диком лесу. До тех пор, пока она не превратилась в рычащее чудовище с оскаленной пастью, полной острых клыков. Но, так как она находилась на последних месяцах вынашивания потомства, то защититься от нападавших не смогла. В ярости, ее быстро убили, но когда вскрыли живот, то тщательно изучили нерожденных детенышей, чтобы знать с кем имеют дело. У этих тварей оказалась невероятная регенерация. Немногим позже, охотникам удалось выследить логово стаи. Джанна собрала всех, кто мог держать в руках оружие, и уничтожила тварей раз и навсегда. Но, очевидно, кто-то все-таки выжил. — Завершила Зельда глухим голосом. — Правда, я не могу поверить, что этот мальчик может кому-то навредить. Вопрос, где его родня?

Услышав последние слова кошки, волчонок встряхнулся, сел на задние лапы и горестно завыл, запрокинув морду к красному небу. Через миг он неуловимо встряхнулся и вот, уже снова был маленьким мальчиком, рыдающим навзрыд.

— Ма. ма, — выговорил он, срываясь на рык, — сыср-р-ра, бр-р-рау-уть-а-ау-у-а! Уб-били вся-а-аух.

— Понятно! — тяжело сказал я. — Демонам будет выставлен еще один должок за твою семью, а пока отдохни. — Потрепав его за вихрастую голову, я поднялся и обратился к отряду:

— Нам надо разделиться! Зельда, Софития, Китана! Вы пойдете с мальчиком на выход и будете там подальше отсюда ждать нашего возвращения. Присматривай за мальчиком, дорогая, — шепнул я на ухо маме Седжуани. Та улыбнулась в ответ. — Катарина, Гвинера, Эффа — со мной! Ну, и ты, безымянная. Да кстати, будь пока Гердой, пока мы не подберем тебе другое имя, — добавил я, легким шлепком посылая застывшую демоницу вперед.

Девушки, без тени возражений, тут же разделились на две группы. Паренек уцепился за Зельду, не отставая от нее ни на шаг. Сестры битвы, контролируя каждый проулок, двинулись в противоположную от нас сторону. За них я мог не беспокоиться. Нам же предстояла куда более серьезная встреча.

Следуя за демонессой и толстячком, который так и ожидал нас все время, мы вскоре вышли из торгового района, и вышли на огромную площадь с черным памятником посредине, изображавшего, очевидно, какого-то деятеля демонов. Темный ленин стоял, указывая вдаль огромной лапой и горделиво задрав голову. За площадью возвышался темный мрачный замок. Помешались они тут что ли на черных тонах? Словно прочитав мои мысли, Герда сказала:

— Мы добываем в шахтах неподалеку уголь и строительные материалы, поэтому большинство домов и заборов выстроено из черного камня. Это наиболее дешевый и прочный материал. Наша раса изначально была вытеснена на эту безжизненную местность. Беспрестанно воюя с племенами диких орков, кентавров и Измененными мы научились выживать в самых неприхотливых условиях, — рассказывала демонесса. — Вот и замок Амаранты. Постарайтесь сдерживаться, когда попадете внутрь. Там… — помедлила девушка, повернувшись и подойдя ко мне вплотную, — там слишком много такого, что может шокировать вас. Прошу прощения, что не поведала вам раньше. Вы можете сделать со мной все что заблагорассудится, только умоляю, спасите маму.

— Хорошо, хорошо, — угрюмо согласился я, представляя, что может ожидать меня внутри. Если на улицах рабы, то в замке полный беспредел. Надеюсь, они хотя бы не едят их? Но вопрос гастрономических пристрастий задать демонице я не успел, так как она подошла к охраняемым воротам крепости. Стражи, просто невероятные краснокожие гиганты в полных доспехах, вооруженные до зубов, молча и без особых усилий, распахнули тяжеленные створки. Демоница, поманив рукой наш отряд, также молчаливо прошла внутрь.

Пройдя внутрь, мы оказались во вполне приличном парке. Деревьев было маловато, но зато посреди бил настоящий фонтан!

— Здесь прошло мое детство, — немного печально произнесла Герда. — Оно было гораздо счастливее, чем нынешние времена. Да и отец был во стократ лучше, чем сейчас. Он так странно изменился в последнее время. Нам сюда! — показала она рукой на огромную арку впереди.

Что-то не давало мне покоя. Какое-то странное чувство сдавливало мне грудь, мешая дышать. Краем глаза я замечал странный туман, стелящийся вокруг, но стоило мне повернуться в ту сторону, как он тут же исчезал. Окинув взглядом группу, я заметил, что они испытывают примерно то же самое. Пройдя по длинному коридору между замерших вооруженных демонов, мы оказались в огромном мрачном зале. Ощущение враждебности только усилилось, казалось, нас рассматривает чей-то далеко не дружелюбный взгляд.

Впереди на шикарном троне, украшенным драгоценностями, сидел огромный демон с ветвистыми рогами. Он был невероятно стар, но во всем его теле невооруженным взглядом читалась невероятная мощь. Я был уверен, что он мог вскочить, схватить собственный трон и запустить им в меня, будь у него такое желание. По бокам в тени стояли две молодые полуголые воительницы, вооруженные короткими мечами, и метательным оружием. От каменного сидения императора к подножию постамента тянулось несколько стальных цепей, крепившихся к полностью обнаженным девушкам различных видов Некотян. Они смотрели на нас пустыми глазами, в которых не было ни капли узнавания соплеменников. Скрипнув зубами, я взмахом руки приказал охнувшим и дернувшимся девушкам оставаться на месте. Время еще не пришло.

Император сидел, склонив голову, будто о чем-то задумавшись, пока крик герольда о прибытии его первой дочери не вывел его из этого состояния.

Вскинувшись, он подхватился было, собираясь громогласно отдать приказ. Телохранительницы, стоявшие по бокам его трона, две прекрасные, но смертельно опасные суккубки, тут же выдвинулись вперед. Но, разглядев, кто стоит рядом с его дочкой, он бессильно упал обратно на трон.

— Подойди, дочь моя! — раздался его глухой надтреснутый голос. — Я вижу, мой генерал солгал мне. Ты не только не предавала меня, но и с блеском выполнила свою миссию. Стража! В кандалы Фальгариона, и в шахту! Срок назначу позднее. Пусть поработает на благо империи!

Несколько демонов тут же подхватились и унеслись в коридор. Думаю, напрасно, наверняка генерал уже позаботился о запасном плане, если не совсем отбитый дурень.

— Его нет, ваше превосходительство! — выдохнул один из вернувшихся, через несколько секунд. — Покои пусты, все вещи исчезли!

— Сбежал? — Удивленно приподнял брови монарх. — И куда? К кошкам? Или может к презренным хумансам? Впрочем, его дело. Повесить на воротах, как только появится. А теперь займемся делом. Ты! — вперив в меня свою взгляд, надменно произнес царек. — Подойди! Я желаю лицезреть тебя вблизи.

Наступив на горло собственной гордости, я подошел ближе, и слегка склонив голову, приветствуя монарха.

— Значит, ты и есть тот самый Избранный, о котором трубят во всех уголках континента? — задумчиво сказал Амарант. — Что же, если слухи не врут, ты сможешь решить нашу проблему. Дочь моя! Твои права и регалии полностью восстановлены! Кроме того, назначаю тебя хранительницей Кровавого глаза! Отведи наших гостей к моей супружнице и проследи за тем, чтобы все прошло благополучно!

Судя по зажегшимся на мгновение глазам демоницы, повышение означало что-то очень приятное для ее статуса. Повернувшись к нам, она собралась было показывать дорогу, как вдруг я выступил вперед, игнорируя ее жесты.

— Владетельный монарх! — громко сказал я, привлекая к себе всеобщее внимание. Император тут же вперил в меня свой взор, но молчал, ожидая продолжения. Отметив его напрягшихся телохранительниц, и на миг задержав взгляд на безвольных тушках рабынь, я продолжил. — Великий Амарант! Для меня честь быть принятым в вашем дворце! Я непременно излечу вашу жену, но взамен попрошу освободить всех рабов, которые находятся в вашем подчинении!

Девушки, лежащие на ледяных ступенях трона, вздрогнули, не веря своим ушам, по-новому взглянув на меня. В их глазах зажглась дикая надежда. Но с трона над ними раздался раскатистый хохот. Отсмеявшись, император взглянул на меня по-новому, с ноткой интереса:

— А ты наглец, Избранный. Ричард? Верно? Впервые слышу такое от представителя жалкого племени хумансов. Обычно, они бегут в ужасе, стоит им только завидеть нас. Но я рад, что и среди них есть смелые души. Что же, я принимаю твое предложение. Давай обсудим условия сразу, как только ты вылечишь мою супругу? Согласен?

— Согласен, великий Амарант! — немедленно ответил я, чувствуя какой-то подвох. Красный туман заклубился сильнее в уголках моего зрения, а король, слегка приподнявшись, снова бессильно рухнул в кресло. Стоп, а с чего я взял, что он силен? Судя по всему, он просто больной старик! В случае чего справиться с ним будет гораздо проще. Хотя, нельзя забывать про стражу и телохранительниц…

— Удачи, Избранный! — прошептал седой старик, некогда бывший самым сильным демоном в округе. — Она вам понадобится! Непременно понадобится! — и он тяжело вздохнул, провожая взглядом спины уходящих в темноту «гостей».

Махнув рукой, я с напарницами последовал за стройной фигуркой демоницы, краем глаза отметив странную пошатывающуюся походку моих девушек. Я и сам себя чувствовал немного странно, будто напился или заболел. От трона отделилась одна из телохранительниц, высокая девушка с пофигистичным лицом, которая на расстоянии последовала за нами.

— «Рассеивание!» — скомандовал я мысленно. В тот же миг меня на долю секунды окутало серебристое сияние, пропавшее до того как следовавшая за нами охранница что-либо заподозрила. Мне стало гораздо лучше, я даже смог вдохнуть полной грудью, отметив, что красноватый туман тут же исчез. Колдовство! Но какой стихии? И что это вообще за магия? Догнав напарниц, я незаметно дотронулся до каждой, активируя заклинание и прерывая восторженные возгласы. Незаметными жестами я подтвердил максимальную боеготовность, кивнув в сторону преследовавшей нас телохранительницы. Повернулся… и уперся носом в сиськи не вовремя обернувшейся Герды.

— Г-господин? — вопросительным тоном сказала девушка, ошарашено смотря на меня. — Не то, что бы я была против, просто хотела предупредить, что сейчас будет спуск.

— Спуск? Вы что, держите ее в подвале? — удивился я, отлипая от мягких яблочек демоницы.

— Таково было ее желание, когда ее захватила болезнь, — грустно подтвердила Герда. — Мне дальше нельзя сопровождать вас, но моя подруга детства и капитан личной охраны, Дайри, из ветви теневых кланов Рода Пуфыстых рыбок послужит вам проводником.

Вперед вышла та самая вооруженная до зубов девушка. Теперь, вблизи при неверном свете факелов я смог как следует ее рассмотреть. Демоница была немного выше меня, превышая подругу почти на голову. Из одежды на ней, как и почти на всех остальных встреченных нами суккубках почти ничего не было: несколько ремней, что-то вроде гульфиков, перевязи для невероятного количества метательных ножей, шипастый кнут и стандартный короткий меч на боку. Длинные коричнево-бордовые волосы до пояса, презрительно-отчужденный взгляд кроваво-красных глаз, весьма маленькая грудь, к тому же туго перетянутая ремнями, зато прелестные грациозные ножки, которыми она могла поспорить даже с Эффой. Короткие красные рожки и длинный хвост, хлещущий по ее ногам. Но целых две пары крыльев! Первые более широкие и мощные за спиной и другие поменьше на бедрах. Какой цели они служили, я мог только догадываться, так как летающих демонов мы еще не встречали.

Обнявшись с Гердой, она молча отошла в сторону, открывая полутемный проход в подземелье, откуда пахнуло странным гнилостным ароматом.

— Вам туда, — показала дочь императора. — Не заблудитесь, там только одна комната. Желаю удачи.

Дайри пошла впереди, ничем не выдавая своих чувств. Только хвост яростно бился по ее ногам, но что бы это значило: гнев, боль, ярость, равнодушие, — я мог только догадываться. Спуск по винтовой лестнице не занял много времени. По ощущениям мы продвинулись этажа на три ниже уровня пола дворца. Вскоре мы стояли перед плотно закрытыми дверями большой комнаты, больше похожей на склеп. На них висел толстенное бревно со странной окантовкой, напоминавшей серебро. Смутные воспоминания забрезжили в моей памяти, — где то я уже видел подобные. Но развить мысль мне не дала Дайри, которая легко выдернула засов из пазов, и обернулась ко мне.

— Вам сюда! — показала рукой демонесса. — К сожалению, мне запрещено идти далее. — Внезапно она приблизилась ко мне и прошептала на ухо. — Будьте максимально осторожны! Не все является тем, чем кажется!

— Что-что? — удивленно повернулся я к ней, но она уже пребывала в своей пофигистичной форме, молча показывая рукой на двери. Пожав плечами, я схватился за ручки, дергая их на себя. Те отворились с неожиданной легкостью, выпуская наружу уже не скрывающиеся клубы красноватого тумана. Демоница, брезгливо посмотрев на них, отошла подальше. Отлично, значит, вижу их не только я. Девушки тоже недоуменно глядели на туман, который стелился между нами.

— Отряд! Заходим! — восстанавливая боевой дух, скомандовал я. Воспрянув, девушки забежали в комнату, занимая удобные позиции. Как только я двинулся внутрь, спину мне прилетел шепоток Дайри:

— Удачи, Избранный!

И двери захлопнулись за моей спиной.

Как только дверки сомкнулись, снаружи послышался странный шорох, похожий на то, что кто-то положил засов на запоры и щелкнул замком.

— «Заперли? Но зачем?!»

Словно услышав мои мысли, на стенах один за другим сами собой вспыхнули факелы, мгновенно осветив огромную усыпальницу, больше похожую на склеп. Она была совершенно пустой с голыми каменными стенами, только в самом ее центре стояла огромная, занавешенная со всех сторон кроваво-красным балдахином, кровать. Катарина, приготовив оружие, медленно приближалась к ней слева, Гвинера, также с субатомным мечом наперевес — справа. Эффа держалась немного позади нее, приготовившись метать реки огня в случае внезапного нападения. Я уже не особо тешил себя надеждой увидеть больную женщину на кровати, поэтому, приготовил молот, и медленно двинулся в сторону вероятной пациентки. Зайка была первой из нас, кто подошел к кровати. Она осторожно приподняла полог мечом и тут же схватилась за него свободной рукой, отдергивая его в сторону. От ее резких движений балдахин сполз на пол, открывая нам, совершенно пустую и нетронутую кровать. Удивленные девушки посмотрели друг на друга и на меня, и в тот же момент все факелы потухли, словно погашенные щелчком пальцев. Буквально через минуту они загорелись снова, но за этот короткий промежуток времени произошла целая череда невероятных и трагичных событий.

Сначала диким голосом закричала Катарина. Через секунду ее крик прервался, сменившись полузадушенным всхлипом, будто ей заткнули рот. Сразу же раздались странные булькающие звуки, будто кто-то сосал сок через трубочку в картонной коробочке. Через пару мгновений что-то шмякнулось в стену со стороны зайки, а по полу раздался звук шлепающих босых ног, которые быстро стали приближаться… ко мне!

— Ричард! — заорала Эффа! — Берегись! Оно идет к тебе! Я не вижу, но запах! Так воняют трупы!

Я уже сам чувствовал противный сладковатый запах разложения, который шибал в нос не хуже перегара от алкаша, который залез в переполненный трамвай. Заорав больше от страха, чем от ярости, я вовремя вспомнил про свое слабо изученное заклинание:

— Да будет свет!

Яркий шар рванулся к потолку комнаты, мгновенно осветив ее. Я успел заметить некую тень, отпрыгнувшую от меня в самую затемненную часть помещения, когда Эффа, издав боевой клич, швырнула в нее несколько небольших фаерболов. Тварь, ловко изгибаясь, успешно избежала попаданий, и огненные шары разбились о стены.

И тут ровным светом снова загорелись факелы. Я увидел сжавшуюся в комочек Гвинеру, спрятавшуюся за спиной разъяренной Эффы, неподвижно лежавшую Катарину у противоположной стены, и фигуру в красном, спрятавшуюся за кроватью напротив нас. Поняв, что обнаружена, она неторопливо поднялась и повернулась к нам лицом.

Это оказалась странная, но прекрасная женщина человеческой наружности в платье, облегавшем ее огромные выпуклости и распускавшимся широким подолом до пола. Ее упругая бледная грудь чуть ли не выскакивала из тесной тюрьмы блузки, а длинный воротник скрывал тонкую аристократичную шею.

Она была дьявольски красива: стройная фигура, длинные ноги, выступавшие из-под платья, рожки средней длины, прораставшие через распущенные черные волосы, достававшие до пояса. Практически ничем не сдерживаемая грудь с выступавшими ярко-красными ареолами сосков. Ярко-красные губы и такого же цвета глаза на бледном аристократическом лице. Она бы легко сошла за суккубку, только без крылышек и хвоста. Впечатление портили только острые клыки, выступающие из-под верхней губы, почти как у Шиваны, да полузасохшая струйка крови, которую незнакомка быстро слизнула длинным змеиным языком.

Окинув нас взглядом, она задержала на мне свой взор и промолвила чарующим сексуальным баритоном:

— Ты все же откликнулся на мой Зов, Избранный. Вот уж не думала, что все будет настолько легко! Повелитель будет доволен! Не виноватая я, сам пришел.

— Больная ложитесь, вам нужна помощь, — только и смог выдавить я, прикидывая возможные варианты. Ни один не подходил. Кинуться на нее с молотом, равно как и использовать свою магию без риска задеть окружающих я не мог, учитывая ее ловкость, с которой она легко уворачивалась от фаерболов. Женщина расхохоталась, запрокинув голову, но, ни на мгновение не теряя контроль над ситуацией.

— Демоны такие идиоты! — отсмеявшись, сказала она, наклонив голову. Все это время она держала меня под прицелом своих красных глаз. Эффа терпеливо ждала моего сигнала атаковать, но я чувствовал, что странный противник сметет ее как тростинку, и терпеливо ждал подходящего для атаки случая. — Стоило мне заявиться сюда и немного подпустить чар, как они единогласно решили, будто я всегда жила тут. Королева демонов! Ха-ха-ха! Это многократно облегчило мою задачу.

— Но кто же ты… вы? — спросил я незнакомку.

— О! Простите мне мои манеры! — та медленно сдвинулась с места, обходя кровать со стороны лежащей Катарины. С тревогой кинув взгляд на зайку, я отметил, что она немного сдвинулась, изменив прежнюю позу. К сожалению, женщина перехватила мой взгляд, внимательно посмотрев на лежащую крольчиху.

— Ты еще жива? — удивилась она. — Мне показалось в тебе больше не осталось ни капли. Наверное, я так изголодалась, что не закончила с тобой. Но не переживай, позже я обязательно закончу начатое, глупенькая.

Она не торопясь двинулась дальше, продолжая речь:

— Леди Шивер, баронесса Кентервилля, — сказала она, изобразив нечто вроде реверанса, — в далеком прошлом. Теперь я — высшие существо, присягнувшее… Впрочем, вам необязательно об этом знать, тем более, ни один из вас не покинет по собственной воле этот склеп. Ах, мне было так приятно пить этого безмозглого королька, но все когда-то кончается. Время пришло… — с этими словами он вдруг исчезла и появилась прямо передо мной. В нос ударил гнилостный аромат, смешанный с женскими притираниями и духами, — время предначертанного!

Одним ловким движением она провела идеальную подсечку, роняя меня на пол, и навалилась сверху, отшвыривая в сторону собственное платье, под которым ровным счетом ничего не оказалось. Сзади с воплем кинулась дракошка, а Гвинера, умная девочка, бросилась к раненой зайке. Я попытался сбросить с себя наглую стерву и с удивлением обнаружил себя полностью обессиленным, будто из меня в один присест высосали всю силу. А ведь она даже практически не касалась меня! Более того, в углах глаз снова появились клубы красноватого тумана.

— «Понятно. Рассеивание!» — Сияние вновь окутало меня и силы вновь вернулись ко мне! Как раз в этот момент, Эффа попыталась схватить Шивер за голову, но та небрежно отмахнулась одной левой, будто отгоняла комара, а правой все пыталась стащить с меня штаны. Невероятный удар отшвырнул дракошу к стене, впечатывая ее с такой силой, что вибрация пошла по всему склепу.

— Да что за дрянь на тебе надета?! — озадаченно пробормотала обнаженная вампирша, сжимая меня ногами, как заправский ковбой, объезжающий непокорного мустанга. Зарычав от злости, она вцепилась в меня вмиг отросшими когтями и рванула ткань в стороны, разрывая спецкостюм на части! Универсальную ткань, выдерживающую попадание раскаленной плазмы, температуры вулкана, и удары различной степени тяжести, эта сука разодрала надвое, словно паутинку!

— Наконец! — воскликнула она радостно, но тут я, напрягаясь и кастуя на себя усиления, нашел в себе силы отшвырнуть ее, и вскочить на ноги.

— Как ты сумел?! — восхищенно, без тени испуга, воскликнула эта тварь. — Восхитительно! Я так давно не встречала достойного соперника! Повелитель был прав! Впрочем, ты зря надеешься, вы проиграли сразу, как только вступили на мою территорию!

Отступив немного назад, она пробормотала какое-то заклинание, и вокруг нее немедленно заклубился красный туман, мгновенно заполнивший комнату. Как только он коснулся меня, я тут же без сил упал на пол, слыша, как в другом конце комнаты на пол шмякнулась Гвинера. Рассеивание не помогло, так как туман мгновенно нейтрализовал очищение. Дальнейшее воспринималось мной с трудом, словно отрывками. Выплывая из забытья, я видел как вампиресса приближается и направляет в меня другое заклинание, вызвавшее сильную эрекцию… Вот она уже елозит на мне бедрами, принимая в себя до упора мое орудие воспроизводства… Страстно стонет, раздирая когтями мою грудь и плечи. Мое тело действовало само по себе, независимо от вялого сознания. Я даже не мог скастовать никакое заклинание, ощущая себя в странном полусне. Наконец, сладостная пытка закончилась. Мое тело извергло из себя огромный запас жидкости, заполнив до краев вампирку. Она сладострастно изогнулась, и вновь склонилась надо мной, прошептав:

— Ты был великолепен, дорогой! Я так давно не испытывала подобного удовольствия. Жаль, что нельзя взять тебя с собой, но приказ господина не подлежит обсуждению. Обещаю, что наш ребенок, — похлопав себя по плоскому животику, добавила она, — станет лучшим преемником Темного властелина. Ты ничего не почувствуешь.

И она широко открыла рот, из которого ударила сильная вонь разложения, явив моему взгляду острейшие иглы-клыки, медленно приближавшиеся к моему лицу.

Внезапно, что-то хлопнуло и вампирку снесло с меня, как из пушки. Скосив взгляд в сторону, я увидел покачивавшуюся как пьяную зайку, опустившую голову. Ее ушки бессильно свисали с головы, а руки свободно мотылялись из стороны в сторону в такт качавшемуся туловищу.

— Нет! — заорала леди Шивер, вскакивая и исчезая, чтобы вновь появиться перед зайкой. — Он мой! Только мой! Не позволю!

С каждым словом, она стремительно наносила десяток ударов по Катарине. Ее руки мелькали с такой скоростью, что превращались в размытые тени. Тем не менее, ни один из них не достиг своей цели. Как умудрялась зайка избегать их, не поднимая головы, оставалось тайной, но буквально через секунду, она изогнулась назад, почти падая на спину, и со страшной силой пнула ногой вампирку, попав точно в живот.

Та со скоростью пушечного ядра с воплем влетела в противоположную стену, снеся по пути кровать. Что за сила?! Откуда у Катарины такая невероятная мощь? Экзоскелет костюма лишь немного усиливает характеристики владельца. А это нечто запредельное! Зайка тут же приняла расслабленную позу, продолжая странно покачиваться на месте.

— Ты… недоделанный гнолл. — прокашляла вампиресса, отклеиваясь от стены. — Твоя сила ничто передо мной! Я — истинный высший вампир! Я — аристократка Рода…

Зайка внезапно исчезла и появилась прямо перед ней. Не теряя и доли секунды, она схватила ее за ногу и принялась молотить ею об стены и пол, подобно тому, как малыш машет плюшевым медвежонком, не обращая внимания на ее вопли. Любой другой бы давно превратился в томатное желе от таких ударов, но вампирка была сделана из другого материала. Тем не менее, когда я уже сбился со счету сделанных ударов, а стены и пол превратились в крошево, зайка внезапно отпустила ее, швырнув в дальнюю стену, и приняла прежнюю позу. Тут я понял, что снова контролирую свое тело, быстро скастовал на себя рассеивание и вскочил на ноги, ища молот. Костюм постепенно затягивал повреждения, принимая первоначальную форму. Мое оружие валялось неподалеку, а схватив его, я ощутил, как жизненная энергия вновь наполняет мое обессиленное тело.

Тем временем, Шивер упорно пыталась встать на ноги, что у нее практически не получалось. Еще бы! Сомневаюсь, что в ее теле оставалась хоть одна целая косточка. Судя по всему, дама обладала неплохой регенерацией, и все же подняться у нее так и не вышло. Так, полусидя на коленях, она подняла голову, оставаясь в скособоченной позе.

— Смертные! — прошипела она, — Как вы можете… Как вы смеете поднять руку на меня? Правую руку самого Властелина?!

Не слушая ее пафосную речь, я шагнул к ней, воздев сияющий молот.

— Что это?! — Взвизгнула вампирка, прикрываясь ладонью. — Как больно! Убери этот свет! Я приказываю! — Вскричав диким голосом от страха и боли, она вскочила на ноги, едва не падая от дикого перенапряжения, и скороговоркой произнесла другое заклинание. Тут же ее фигуру окутал красный туман, который принялся уходить в маленькое вентиляционное отверстие в потолке. Не желая упускать шанс, я подскочил и с размаху ударил молотом прямо в середину тумана. Но поздно — я лишь разогнал остатки пыли, взметнувшейся к потолку.

— Мы еще встретимся, Избранный! — донесся сверху затухающий голос. — Но в следующий раз я буду готова! Предначертанное должно осуществиться!

И все стихло. Я кинулся к лежащим без сознания Гвинере с Эффой. Глянув за зайку, я увидел, что она так и стоит, слегка покачиваясь, там, где измочалила вампирку. Ну, раз стоит, то может и подождать. Коснувшись лисички и дракошки руками, я сразу же активировал максимальное лечение. С удовольствием отметив засветившиеся тела, я повернулся к Катарине, с которой явно произошло что-то неладное.

Зайка так и стояла, свесив ушки и лапки, но стоило только мне сделать шаг в ее направлении, как она упала на колени и дико закричала, воздев руки к потолку. Я успел заметить, что ее цвет ее глаз изменился. Из прежних голубых, они стали полностью черными! Замолчав, она протянула ко мне руки, будто прося прощения, и рухнула наземь.

Кинувшись к ней, я дотронулся до ее тела. Зайка была холодна как лед! Схватившись за нее обеими руками, я закричал:

— Максимальное исцеление! Рассеивание! Исцеление! Снятие проклятия!

Но ничего не происходило. Тело Катарины так и оставалось холодным на моих руках. Не желая верить в произошедшее, я повторял и повторял заклинания.

— Как же так?! — не веря своим глазам, спрашивал я, — ведь ты только что была жива?! Исцеление! Лечение! Ну же! Живи, живи! Живи Катарина!!!

Начиная понимать, что моих сил не хватает или, что происходит что-то за гранью моего понимания, я поднялся, держа зайку на руках, краем глаза увидев, как с ужасом смотрят на меня и на нее Эффа и Гвинера. Я едва не взрывался от переполнявшей меня бессильной ярости, понимая, что не в силах вернуть зайку. Но и отпускать ее просто так был не намерен. Внезапно время вокруг меня остановилось. И навстречу мне … вместо Судьи из сверкающего облака вышла Селемине.

— Все пошло наперекосяк, — вместо приветствия сказала она мне, озабоченно взглянув на тело зайки на моих руках. — Слишком много внезапно оказалось поставлено на карту. К слову, твоя подруга не мертва окончательно, но чтобы вновь вернуть ее к жизни, тебе потребуется нечто большее, чем простое владение магией Света.

Вместо ответа я упал на колени перед богиней, протягивая к ней руки с телом зайки.

— Что? Нет, нет, — замахала руками Селемине. — Пусть я и богиня ночи, но вмешиваться в ход событий мне строго-настрого запрещено! Я могу лишь дать подсказку, направить тебя. Но все остальное зависит только от тебя.

— Я согласен на все, только помоги мне вернуть ее! — прошептал я, ощущая горечь слез на щеках.

Богиня ночи подошла ближе и присела передо мной.

— Помнишь ли ты, что мы заблокировали частицу Хаоса в тебе, Ричард? Катарина испытала на себе укус истинного вампира. Слишком рано вы столкнулись с подлинным злом. Слишком рано. — Вздохнула Селемине. — Но шанс еще есть. Заклинаниями Света тут не поможешь, так как дева заражена хаосом, подобно тому, как был заражен ты. Тогда ты справился самостоятельно, а мы запечатали его в тебе во избежание дальнейшего распространения. Но теперь, думаю, ты готов. Я сорву печать, а ты должен будешь принять Его. Запомни мои наставления. Когда ты встретишься с ним, выбор будет только за тобой. Но если ты победишь частицу истинного Зла, она может исчезнуть совсем. В таком случае ты потеряешь подругу навсегда, но зато приобретешь полный иммунитет от влияния Хаоса. Также ты можешь поддаться его лживым обещаниям и перейти на темную сторону, даже не заметив этого. В таком случае, мне придется уничтожить тебя на месте. Таким образом, у тебя только один вариант: принять его, но сохранить себя как личность. Ты готов?

Я кивнул, и руки богини коснулись моего лба. Все завертелось и я рухнул в спасительную темноту…

… Белый потолок, сквозняк, шум голосов, странный, до боли знакомый запах. Куда это меня занесло? Где я вообще?

— Этого куда прете? Не видите? Мест нет! Мне в коридор его ставить? У меня и без ваших двое в коме лежат в одноместной! — Раздался визгливый бабий голос откуда-то сбоку.

Пораженный страшной догадкой, я медленно повернул голову, захватывая взглядом все больше и больше невероятных подробностей. Небольшая комната с грязно-белыми стенами с облупленной штукатуркой, куча непонятной медицинской аппаратуры, спиной ко мне стоит толстая медсестра в небрежно накинутом на свитер медицинском халате. Она загораживала собой выход из комнаты, куда два дюжих санитара пытались закатить койку с неподвижным пациентом.

— В какой они коме? Вон у тебя один шевелится! — прогундосил один из них, показывая на меня желтым от сигарет пальцем. Бабища тут же обернулась, всмотрелась в меня подслеповатым взглядом и заголосила:

— Игорь Олегович, Игорь Олегович! Больной с шестнадцатой из комы вышел! — отодвинув мощным телом санитаров вместе с каталкой, медсестра выбежала из палаты, отчаянно призывая кого-то, очевидно, лечащего врача. Буквально через минуту в палату, матерясь на санитаров, влетел растрепанный врач средних лет довольно неопределенной внешности. Быстрым шагом подойдя ко мне он вытащил из кармана маленький фонарик и посветил мне в глаза, проверяя реакцию.

— Вы меня слышите? Видите? — спросил он. — Не напрягайтесь, просто моргните.

— С-с-сш-ш-ш, — попытался я что-то сказать. Это было затруднительно, особенно с проглоченным шлангом.

— Сестра! Больного развязать, обмыть, приготовить к тестам! — скомандовал врач. — Я пока соберу консилиум. Однако! Никто уже и не надеялся! Поздравляю вас, Андрей Викторович, буквально второй раз родились!..

Далее, были бесконечные тесты, анализы, осмотры врачей, разговоры и вопросы о самочувствии. Как оказалось, меня нашли на свалке около года назад, избитого с переломанными костями. Благодаря документам, найденным в рубашке, не приняли за бомжа или наркомана. Мне дико повезло попасть на добросовестных врачей, занявшихся моей бессознательной тушкой. Они буквально собирали меня по кусочкам, продержав в гипсе семь месяцев. С самого начала и по сей день я не приходил в сознание. Как ни странно, но жена сразу отказалась от содержания, оформив задним числом развод через знакомых юристов. Все расходы по лечению, оплачивал изредка меня навещавший отец. К слову наши с ним дороги разошлись после того, как мать скоропостижно скончалась около десяти лет назад. Отец тогда не одобрил мою женитьбу, и не пришел на свадьбу. Мы не ругались, но связь поддерживали мало. И вот, теперь я узнаю, что самый близкий человек меня бросил, но помог другой, с которым мы почти не разговаривали все десять лет. По откровениям лечащего врача, меня давно хотели перевезти в другую, более престижную клинику по просьбе отца, но кантовать мое тело было строго-настрого запрещено. Интересно, откуда у него, скромного менеджера, такие средства? Не в мафиози ли он подался?

Разумеется, вопросы про другой мир я никому задавать не стал. Понятно, что все оказалось коматозным сном. Я даже попробовал скастовать на себе самолечение, когда в палате никого не было. Конечно же, ничего не вышло. Я постепенно приходил в себя, а сон, длившийся почти полгода, таял, подобно снегу под весенними лучами солнца. Только иногда, просыпаясь ночью, я шептал полузнакомые имена и чувствовал, как по щекам текут горячие соленые слезы.

Еще через две недели мне разрешили вставать и ходить, опираясь на костыли. Тогда мне впервые и позвонил отец. Разговора, как такового у нас не получилось, но отношения, несомненно, улучшились.

Так прошел месяц и наступил день выписки. Я, все еще опираясь на костыль, вышел из надоевшей до чертиков больницы, вдохнув свежего морозного воздуха. Да, здесь уже конец зимы, а там, где я носился с молотом наперевес, почти всегда было лето…

— Андрей Викторович? — раздался сзади меня нежный голос.

Обернувшись, я едва не упал с костыля. Передо мной стояла… Катарина! Или как две капли похожая на нее девушка, только без ушей и хвоста. Она стояла, запахнувшись в дорогую шубку, вопросительно уставившись на меня.

— Я это… Да, это я, — справившись с удивлением, ответил ей. — А кто вы?

— Меня зовут Екатерина. Я помощница вашего отца по вопросам социальной помощи населению. Он прислал меня за вами.

Я припомнил, что отец работал в какой-то строительно-промышленной компании на Дальнем востоке. Но что за компания, чем конкретно он занимался, я и понятия не имел, а он не распространялся, отделываясь полунамеками.

— Вам помочь? — спросила девушка, незаметно перехватывая меня под руку, точь-в-точь как это делала Катарина. — Нам сюда! — поддерживая меня, она показала на гигантский черный джип, стоящий прямо у лестницы.

Ничего себе! Что за должность у отца, если за мной приезжает его помощница на шикарной машине, которая в месяц жрет больше, чем я зарабатываю. Зарабатывал. Наверняка меня уже с работы уволили.

Интересно, а квартира осталась? Прописаны-то мы с женой оба на ней были? Словно прочитав мои мысли, девушка, распахнув передо мной огромную дверь блестящего металлического гроба, добавила:

— Мне приказано отвезти вас прямо в наш временный офис. Вам все равно некуда возвращаться. Стараниями вашей бывшей супружницы, вы были выписаны из квартиры, как недееспособный. Недвижимость продана. Ребенка она отсудила себе. С прежней жизнью вас более ничего не связывает.

Откинувшись на мягкое сиденье, я задумался, пока Катя уверенно правила джипом. Значит, идти мне некуда? В голове поселилось странное чувство, будто меня старательно ведут по единственно возможному пути, стараясь не спугнуть раньше времени. Но кому я нужен и зачем? Практически инвалид, без прописки и денег. Отцу? Зачем я вообще ему? Взыграли семейные чувства? Бред какой-то.

Машина тем временем выехала за город.

— Офис находится в дачном пригородном районе, — рассказывала девушка, поглядывая на меня в зеркало заднего вида. — Не беспокойтесь, кроме рабочих зданий, там есть и вполне приличные дома для проживания. За вами будет надлежащий, — тут она показала мне язык в зеркало и подмигнула, — и особенный уход!

Размышляя над ее словами и странным подмигиванием, я и не заметил, как вы подъехали к шлагбауму, за которым высились огромные коттеджи.

Да это же «Территория Скруджей», как их метко окрестили газетчики! Огромный дачный массив, застроенный на широкую руку сливками общества и богатыми дядьками! Вертя головой, чтобы успеть охватить взглядом чудеса строительства, я пропустил момент, когда мы проехали весь городок насквозь, и притормозили у огромного металлического забора с очередным шлагбаумом. Тут уже дежурили молчаливые охранники в черном, а не седой дедок, как на въезде. Получив по голосовой связи разрешение, один из них кивнул, и мы тут же проехали внутрь. Впереди возвышалось огромное пятиэтажное здание, больше похожее на дворец, нежели на дачный домик. Стоило джипу только притормозить у входа, как к нему тут же метнулись две девушки, которые выдернули меня из машины, даже не дав мне забрать костыль.

— Это ваши личные помощницы, исполняющие функции охраны, нянек, секретарш и многие другие, — загадочно улыбнулась Екатерина. — Приходите в себя, устраивайтесь, не стесняйтесь спрашивать у них что угодно. Ваш отец прибудет только завтра. До этого времени, вы полностью распоряжаетесь всем, — она обвела рукой территорию, — что находится здесь.

Далее девушка принялась объяснять и рассказывать все местные достопримечательности, пока у меня голова не пошла кругом. Несколько бассейнов, три бара, джакузи, горячие источники, дискотека, фитнесс-клуб, солярий, бильярдная, мини-трасса для гоночных картов, и прочие «средства отдыха для успешных бизнесменов», как она добавила, поднимаясь по лестнице главного входа во дворец. Поддерживаемый с обеих сторон нежными, но необычайно сильными руками девушек, лиц которых я так и не рассмотрел, я не мог оторвать взгляда от покачивающихся бедер Екатерины. Странная мысль грызла меня, будто я где-то их уже видел, и не только видел, но даже могу сказать, какие они на ощупь. Кинув взгляд на девушек, я на мгновение остолбенел. Слева меня держала железной хваткой Томоки, а справа Асаги!

— Меня зовут Тамара, господин! — пропищала та, что шла слева.

— Анастасия к вашим услугам, господин! — вторила ей другая.

— Девчата, проведите Андрея Викторовича в его номер, и устройте… как полагается, — повелительным тоном приказала Катя. — Я буду у себя. Андрей. Если пожелаете видеть меня — передайте через девушек. Всего наилучшего, отдыхайте!

И она, помахав на прощанье, растворилась в глубине коттеджа. Я же ошеломленно вертел головой, пытаясь оценить внутреннее убранство и понять, кем же работает мой отец, если может позволить себе такое. Внутренне давление стало сильнее, что-то определенно не складывалось. Но развить эти мысли мне не дали гиперактивные девушки, которые буквально внесли меня на второй этаж и запихнули в королевский номер!

— Девчата, вы комнатой не ошиблись? — спросил я, изумленно рассматривая огромную комнату с кроватью невероятных размеров. Кроме нее в номере было еще много всего: куча плазменных мониторов на стенках, два массажных кресла, мини-бар во всю стенку. Противоположная от кровати стена была стеклянной, а дверь открыта нараспашку. Судя по всему, она вела к одному из огромных закрытых бассейнов с подогревом, так как оттуда доносилась негромкая музыка, веселый женский смех и плеск воды.

— Нет, Андрей Викторович! — весело сказала Тамара. — Именно этот номер закреплен за вами господином Виктором Пантелеевичем. Пройдите сюда пожалуйста, — и девушка показала на незамеченную мной ранее дверь, ведущую, скорее всего в ванную. Вторая девушка уже была там, наполнявшая водой огромную пластиковую ванну, в которой бы поместился десяток Андреев.

— Раздевайтесь, Андрей! — раздался за спиной, пыхтящий голос Тамары, будто девушка была занята чем-то трудным.

— А может вы оставите меня… — пробормотал я, расстегивая рубашку и поворачиваясь к ней, но фразу не закончил, так как трудно говорить, когда челюсть болтается на уровне груди. Тамара уже стояла совершенно обнаженная, ехидно улыбаясь. Тут я почувствовал, как маленькие ручки Анастасии в долю секунды освобождают меня от ремня и штанов. Я даже не успел заметить, как стоял в костюме Адама перед стремительно наполнявшейся ванной.

— Ваш отец предоставил нам особые полномочия! — хихикнула Настя, в мгновение ока, избавляясь от одежды. Легонько качнув бедрами, она стряхнула узенькую полоску трусиков и пошла на меня, протягивая руки и целясь острыми сосками.

— Наша задача — позаботиться о вас и привести в форму! — подхватила Тамара, запрыгивая в ванну и бережно принимая меня с рук Насти. — Вы не поверите, на что способна современная медицина. Но начнем мы с других процедур, — улыбнулась, подмигивая, девушка.

Усадив меня на удобный бортик в джакузи, Тамара, не теряя времени, принялась поливать меня с душа и намыливать голову, как бы случайно поводя грудью перед самым моим носом, пока Анастасия проделывала ту же процедуру с моим торсом, выступающим из воды. Немного осмелившись, я положил руки на талию крутящейся передо мной Тамары, но та тут же легко со смехом выскользнула, добавив:

— Нет, нет! Смотреть можно, трогать запрещено! Пока! Впереди еще несколько процедур!

Некоторое время девушки, ни грамма не жалея мое тело, только-только выпущенное из больницы, терли и мяли изо всех сил, смывая больничный запах и вливая новые силы. Особенно, энергия приливала к моей промежности. Взглянув на член, я вдруг понял, что привык видеть его совсем другого размера. Но когда и где? Странные видения вновь наполнили мою голову, а давление усилилось снова до противного писка в ушах, но тут же стихло. Девушки выдернули меня с ванны, обтерли и провели в номер на кровать лицом вниз, где принялись натирать ароматическим маслами, какими-то мазями и препаратами.

Через несколько минут, я услышал удовлетворенный разговор двух голых медицинских экспертов, восседавших на моей спине:

— Готово! Пациент пришел в норму! — сказала Анастасия.

— Согласна! — подхватила Тамара. — Время приступить к оздоровительному массажу!

Девушки засмеялись и ловко перевернули меня на спину. Без лишних слов, Тамара обхватила меня, присасываясь к моему рту, а Анастасия, словно пиявка, проделала те же действия с моим меньшим. Девушки действовали весьма профессионально, не то, что их… Стоп, кто? Кто?! О ком я сейчас думаю?! Потом, все потом. Волна удовольствия прошла по мне снизу вверх и опустилась обратно, затопив меня и выплескиваясь в ротик Анастасии. Та ловко проглотив содержимое, вытерлась и продолжила облизывать ослабевшего солдата. Как только тот начал восставать повторно, меня оседлала Тамара, принявшаяся без устали проверять меня на прочность…

Девушки непрерывно сменяли друг друга, не давая мне даже минуты отдыха, словно дорвались до самца после годичного перерыва или, что вернее, исполняли чей-то приказ. Но у меня совершенно не было возможности все нормально взвесить и обдумать. В какой-то момент, я обнаружил себя одного в кровати совершенно выжатым и использованным. Поняв, что остался совершенно один в огромном номере, я провалился в глубокий сон без сновидений.

Когда я проснулся, то ощутил дикий голод. За окном уже была глубокая ночь, и я принялся искать на ощупь пульт, которым по инструкции можно было делать все, что пожелается, вплоть до сброса ядерной бомбы.

В номере вдруг загорелся свет, дверь распахнулась и, толкая перед собой тележку, заставленную яствами, внутрь зашла… Екатерина, одетая в нечто полупрозрачное и серебристое. Шедевр портного, сверкая на искусственном свету хрустальной люстры, то становился полностью прозрачным, показывая, что девушка полностью отказалась от нижнего белья, то становился полностью непроницаемым для глаз серебристым высококачественным изделием. Катя, быстро переставила кушанья на прикроватный столик и села со мной рядом, принявшись кормить буквально с ложечки. А стоило мне разок попробовать отказаться, как ее мордочка приняла обиженное выражение кота из Шрека. Пришлось пойти навстречу и проглотить большинство из предложенного ужина, приготовленного с особым старанием. Как только она поняла, что я наелся, то вытерла меня салфеткой и… свет погас. А я ощутил на своих губах терпкий привкус ее помады.

Платье, мягко прошелестев, опустилось на пол, и зайка прижалась ко мне своим горячим телом. — «Какая, к черту, зайка?! О чем я думаю?!» — Губы Кати опустились ниже и мои дальнейшие мои мысли утонули в тумане страсти…

На следующий день приехал отец, который в непродолжительном разговоре признался, что последние годы совсем забыл про семью из-за переломного момента в жизни и карьерного роста. Оказывается, он дважды спас жизнь начальнику промышленного концерна, в котором работал простым менеджером. Первый раз он уберег его от падающего бревна на сплаве леса, когда начальник спьяну решил поплавать в запрещенном месте. Второй раз случился, когда жена владельца кампании решила подстроить несчастный случай и подпилила тормоза, стремясь избавиться от дряхлого старика, держащего бразды правления огромной корпорации. В случае его смерти, она бы получила безраздельную власть, деньги и уважение. Она учла все, но в дело вмешался Его величество случай. Когда водитель джипа, везущий директора, уже отчаянно давил педаль тормоза, пытаясь остановить почти неуправляемый джип, катящийся с огромной скоростью с вершины холма, мой отец как раз проезжал мимо. Единственное, что удалось несчастному шоферу директора — немного снизить скорость, притеревшись к заграждению, но это же и послужило вылету машины на обочину. Когда кувыркающийся железный ящик, наконец, остановился, внутри оставался в живых только пассажир, намертво придавленный подушками безопасности. Стоило только отцу вытащить его оттуда, и отнести на себе на безопасное расстояние, как автомобиль взорвался.

Владелец концерна приблизил к себе спасителя и сделал полноправным партнером. Естественно, его жена совершенно случайно утонула в реке. А еще через пару лет, дряхлый директор все же отдал концы, подавившись омаром в ресторане при свидетелях, когда отец занимался делами в Китае. Приняв на себя управление, он полностью ушел в возвышение компании и значительно увеличил ее рост. Как оказалось, у него был талант управлять и контролировать развитие промышленности. Благодаря нему, концерн развился сильнее, чем когда-либо при прежнем владельце, подвинув конкурентов во многих странах. Можно сказать, он стал единоличным правителем промышленности в некоторых странах.

В целом, отец просил прощения за то, что оставил нас, за то, что даже не приехал на похороны мамы, и обещал заботиться обо мне, не жалея на это ни средств ни времени.

— Здесь, в этом небольшом частном домике, все в твоем распоряжении, — сказал отец. — На твой счет уже зачислены средства. Вот карта, — добавил он, пододвигая ко мне кусочек серебряного пластика. Рекомендую тебе оставаться здесь, пока я не вернусь, так как мои конкуренты постоянно ищут способы воздействия на меня, а ты уже попал под их внимание. Если же тебе приспичит выехать в город, не отказывайся от охраны.

Вскоре после этого, он уехал, сославшись на неотложные дела, оставив в моем распоряжении огромный дворец с прилегающими зонами отдыха. Хотя, как выяснилось позже, непосредственным управлением мне заниматься было совсем не нужно. Так, чередуя отдых с тренировками и шикарными девушками, я постепенно пришел в себя, полностью вылечившись. Через неделю прилетел отец, и моя жизнь вошла в совершенно новое русло…

… Спустя много лет дряхлый старик Андрей Викторович Танков лежал в кровати, окруженный многочисленной родней, готовясь оставить этот мир. Закрыв глаза, он вспоминал дивный сон, который видел, когда лежал в коме после нападения хулиганов. От видения остались бессвязные отрывки, но во снах все чаще приходили лица разных, когда-то близких ему девушек со звериными частями тела. Они плакали, умоляли его о чем-то, ругали и грозили, но он все забывал, стоило ему проснуться. Решив в последний раз попробовать вспомнить их, он крепко зажмурился и напряг память изо всех сил. Но, вместо череды ожидаемых лиц, полетел в черноту…

Конец третьей книги.

Шутка!

— … Ты почти мой! Ты практически сдался! Еще немного, и ты полностью перейдешь под мой контроль! Хи-хи-хи…

— А-а-а! — закричал я, вынырнув из сновидения, в котором я прожил целую жизнь, и помирал от старости на богатой кровати. Чье-то мерзкое хихиканье до сих пор звучало у меня в ушах. Оглянувшись, я увидел, что Екатерина давно ушла. В номер заглянула Тамара.

— Вы проснулись, господин Андрей? — спросила она, придерживаясь официального тона, что было немного странно, так как совсем недавно она как только не называла меня, изгибаясь в постели. — Завтрак на столике справа, одежда в гардеробе вот здесь, — показав рукой, добавила она. — Как будете готовы, выходите на улицу. Ваш отец недавно прибыл, и встретит вас в саду.

Вот это новости! Спрыгнув с кровати, я подошел к столику и вдруг понял, что передвигаюсь, не ощущая той ноющей боли в конечностях, которая постоянно преследовала меня последний месяц!

— Действительно, медицина шагнула далеко вперед! — пробормотал я, стремительно поглощая завтрак. Закончив с ним, я подошел к стенному гардеробу, выбирая костюм. Остановившись на джинсах и футболке, я вышел из номера. Конечно, наверняка традиции требовали от меня строгого официального дресс-кода, но я на них наплевал. Я сюда не напрашивался, если на то пошло. В ушах опять раздался противный писк, но, после того, как я помотал головой, быстро исчез.

На улице меня ожидал небольшой электромобиль, который обожают любители игры в гольф. За рулем ожидаемо сидела Екатерина. Махнув взглядом по моему прикиду, она вздохнула и похлопала по сиденью рядом:

— Ваш отец ожидает вас, господин Танков! Не будем заставлять Его ждать.

Машинка весело рванула прямо по газону, наплевав на условности, и буквально через пару минут выехала на небольшую поляну, окруженную со всех сторон дубами-великанами.

— Будьте любезны, ожидайте здесь, — сказала девушка и умотала, прежде чем я успел вымолвить хотя бы слово.

— Ну, здравствуй, Сын мой, — донесся до меня сильный густой голос. Обернувшись, я увидел перед собой… Судью?! Писк в ушах усилился до невозможного, казалось голова сейчас взорвется!

— Что с тобой, сынок?! — донесся до меня встревоженный голос отца.

И я все понял. Его голос. Он не изменился. Он остался таким, как я его запомнил десять лет назад. Подняв голову, я окончательно убедился в своих сомнениях. Передо мной на другом конце поляны стоял мой отец. Он выглядел таким, каким я его видел в последний раз: все еще моложавый мужчина с едва убеленными сединой висками. Его крепкое мужественное лицо не было тронуто сеточкой морщин, а ведь ему уже далеко за шестьдесят. И шрамов нет, а ведь он признавался мне по телефону, как взрывом газовых баллонов ему осколками посекло скулы. Конечно, можно было все списать на чудеса хирургии, но стоило мне только подумать про шрамы, морщины и старость, как фигура отца неуловимым образом изменилась. Он стал гораздо старше, лицо окрасилось новыми шрамами, появившимися прямо на моих глазах, а в уголках глаз и на лбу появились стариковские морщины.

— Догадался?! — надтреснутым голосом пенсионера произнес он. — Да, времени было недостаточно! Ведь я был заперт в самом отдаленном уголке твоего подсознания! Один в полной темноте! А когда меня выпустили, да еще отдали тебя под полный и абсолютный контроль, пришлось на ходу вгрызаться в воспоминания! Еще бы чуть-чуть и ты бы не подкопался! Как жаль. Жаль, жаль, жаль.

Старик медленно прошелся по поляне. Он все более молодел, словно скидывая с себя десяток лет с каждым шагом.

— Смотри! — поводя рукой вокруг, сказал он. — Все это будет твоим! Женщины, удовольствия, вино, деньги, власть! Тебе надо лишь впустить меня! Открыть дверь в свое сознание! Обещаю, как только ты это сделаешь, все награды мира станут твоими! Ты будешь богом! Что тебе стоит! Впусти меня!

А я вспоминал. Словно темная пелена упала с моей памяти. Воспоминания проносились передо мной: некотянки, русалки, гарпии, Измененные, исцеления, магия, противостояние с вампиршей, Катарина… Зайка! Вскинув голову, я упер в неизвестного свой взгляд.

— Я тебе не верю! — выкрикнул я ему в ответ на все обещания. — Ты всего лишь частичка Зла, которую мне предстоит покорить. У тебя нет власти надо мной, ибо я служу Свету! Покорись или будешь уничтожен!

Подняв руки над головой и сконцентрировавшись, я призвал всю свою былую мощь, пытаясь пробиться через фальшивый мир, навязанный мне Хаосом. Пасмурное небо вдруг осветилось яркими лучами… и стало покрываться сеткой трещин. Их становилось все больше и больше. И вдруг темные небеса рассыпались на мелкие осколки, накрывая нас волной живительного Света!

Мой противник отчаянно закричал, но его вопль потонул в хоре неизвестных мне голосов:

— Ричард, мы поможем тебе! — послышался голос, как будто состоящий из гула перекатывавшихся камней.

— Он всего-лишь такая же сущность стихий, как и мы! — прошелестел другой, будто сотканный из шума листьев на ветру.

— Я сожгу дотла его сопротивление и ты возьмешь его голыми руками! — вспыхнув яростным пламенем прямо передо мной, добавил третий.

— Не уничтожай его полностью, Рич. Тебе нужно принять его и слиться, не забывай. Подчинив его ты обретешь гармонию! — прожурчал словно ручеек четвертый.

Их было еще много, советовавших, убеждающих и соглашающихся друг другом.

— Но кто же все вы? — спросил я летающих вокруг меня невидимок.

— Мы — подвластные тебе стихии! — пропели они в унисон, но раздался последний перекрывший их звучный голос, будто сами небеса решили поговорить со мной:

— Ричард, ты воистину достойнейший, кто владеет нами. В истории Вселенной было всего несколько Избранных, которые могли использовать нас также, как ты. Владей же мной на максимально возможном уровне! Мы даруем тебе силу Истинного Света! А теперь, докажи нам свою мощь! Слейся с Врагом и подчини его! Да пребудет с тобой наша Сила!

Одновременно с ним утихли все остальные голоса. На залитой ярким солнечным светом поляне остались только мы с Хаосом. Теперь он был просто безликой черной фигурой, олицетворявшей свою стихию. Но стоило мне только сделать шаг в его сторону, как он завизжал от страха, кидаясь в меня волнами серого тумана:

— Нет! Не приближайся! Я не хочу исчезать! Оставь меня в покое! Ты….

— Достаточно! — сказал я, уверенно кладя руку ему на плечо. — Отныне ты принадлежишь мне!

Сердце мое было совершенно спокойно, и я чувствовал, что все делаю правильно. Фигура Хаоса вдруг потеряла дар речи и только беззвучно открывала черный проем рта, глядя на собственное тело, перетекавшее и сливавшееся с моим. Буквально через секунду все кончилось, и я открыл глаза…

Первое, что я увидел, было встревоженное лицо склонившейся надо мной Селемине. Моя голова покоилась на ее коленях. Скажу еще раз, чтобы вы прочувствовали. Голова смертного лежит на коленях бессмертной богини, которая на землю-то спускается в исключительных случаях!

— Я это… — попытался я приподняться.

— Лежать! — властно сказала Селемине, и я сразу же оставил все попытки соскользнуть с ее мягких ножек. Когда тебе приказывает богиня, хочешь, не хочешь, а послушаешься. Воля парализуется мгновенно. — Я частично видела, что происходило в твоем разуме. Это… Это было ужасно! Одно время я даже думала, что мы полностью потеряли тебя! Хаос пытался воздействовать на тебя, погрузив в сон во сне. Никак не пойму, как ты умудрился из него выйти! Хорошо, что ты вовремя осознал, что он пытается тебя обмануть. А вот признание Сущностей стихий…, - тут богиня надолго замолчала. — Это многого стоит. Помнишь мой поцелуй? Если ты еще не понял, он даровал тебе неуязвимость к ментальному воздействию. Но даже мои подарки пасуют перед признанием стихий! Владение Истинным Светом… это…, - Селемине с трудом подбирала слова, — это можно сравнить с рангами. Если до этой поры ты был учеником, используя только то, что Свет сам давал тебе, то теперь ты стал не просто полноценным магом, но Паладином Света! Ты как бы перепрыгнул сразу через несколько ступеней! Теперь ты… — вдруг богиня замолчала, вскинув голову.

Возле нее вдруг засияло еще два облака. Одно было настолько ярким, что я поневоле зажмурился, а когда открыл глаза, передо мной стояли двое: Судья и незнакомая женщина, настолько прекрасная, что Селемине рядом с ней казалась простой крестьянкой. Незнакомая? Где-то я уже ее видел! Но где? Я изо всех сил напрягал память, пытаясь вспомнить, но добился только резкой головной боли.

— Встань, мой Паладин! — звонким и ясным голосом произнесла незнакомка. — Легат! — добавила она, слегка повернувшись к Судье. — Приказываю тебе снять печать с его воспоминаний! Он достоин и, думаю, сможет выдержать их груз.

— Я давно уже не Легат! — проворчал тот, приблизившись ко мне. — Как я счастлив, видеть тебя полноценным Паладином, Сын мой! Позволь, я сниму печать. Помнишь, как ты вошел в логово Хаоса в подводной пещере?

— Слабо, — ответил я, поморщившись при этом воспоминании. — Каждый раз, как я пытаюсь вспомнить, что там произошло, меня трясет от боли!

— Это защита от нежелательных стрессов и лишнего психологического стресса, — тут же ответил он. — Тогда ты был еще не готов. Но теперь, выбрав верный путь и став полноценным Паладином, ты должен выдержать это испытание. Добится признания Стихий, надо же! — потрясенно покачивая головой, сказал он. — Прими же свою память! — с этими словами он резко прижал руку к моему лбу.

Вспышка! Сильная боль, исчезнувшая через секунду! И закружившиеся бессвязные картинки перед глазами, которые вертелись все быстрее и быстрее, пока не слились в один блестящий водоворот. Как только это произошло, еще одна блестящая вспышка ослепила меня… и я оказался в полной темноте. Впрочем, пространство недалеко впереди тут же осветилось странным зеленоватым светом, из которого выступил… Судья?

— Избранный, ты превысил свой предел и скоро будешь уничтожен!.. — произнес он. Я дернулся было в сторону, как вдруг осознал, что являюсь обыкновенным наблюдателем в собственном теле. Дальнейшее мне было знакомо — появляющиеся различные образы из моего прошлого. И вдруг, темноту залил ярчайший свет, и передо мной появилась Она, незнакомка, которая пришла поздравить меня с получением звания Паладина.

— Избранный! Приди в себя! Еще несколько мгновений, и ты пропадешь навсегда. — Незнакомка, подошла ближе, и задумчиво взяла меня за подбородок. — Очнись, Ричард! Пропадешь же. Эх, придется тебе помочь. По головке меня за такое не погладят, это точно. С другой стороны, терять перспективного Избранного с Даром так рано не просто глупо, а верх идиотизма!

Прошлый Я тупо стоял, опустив руки, словно зомби, очевидно, совершенно не воспринимая информацию. А нынешний никак не мог повлиять на ситуацию. Мне оставалось только наблюдать. Лицо богини приблизилось, и я понял, что она целует меня, да еще и взасос! Вот дьявол! А я ничего не чувствую, но, наверное, это невероятно! Внезапно, сильная вспышка света и боли пронзила мое тело так, что даже я почувствовал ее! Перед глазами пронесся ворох свежих воспоминаний: русалки, их Император, бой, щупальце, утащившее Нами во тьму!

— Ты не выдержишь! — с болью и тоской в голосе произнесла богиня, глядя как корежит мое тело. — Придется поставить блок. Но частица Истинного Света, которую я передала тебе, поможет выжить здесь, в сердце Хаоса.

Окружающий меня мир на мгновение померк, и снова взорвался вспышкой ярчайшего Света! Прошлый Я встряхнулся и зашагал как дальше, словно зомби.

— Иди и неси Свет! — напутствовала меня богиня.

— А-а-а-а-а-а-а! — закричал я из прошлого, падая на колени…

… - Твою мать! Голова просто раскалывается! — простонал я, приходя в очередной раз на чьих-то мягких коленях. — Селемине, нельзя ли… — спросил я открывая глаза и встречаясь взглядом с … Судьей.

— ***! ***! Гребанный извращенец! — заорал я, вскакивая как ужаленный с его ног. — Почему тут ты, а не…, - тут я заткнулся, пораженный реакцией обеих богинь. Они смеялись, как обычные молодые девушки над смешной шуткой.

— А он неплох, сестра! — толкая локтем Селемине, сказала незнакомка. — Совсем как ты и говорила, — за словом в карман не лезет. Пожалуй, стоит почаще за ним приглядывать.

— Ведь, правда? Он такой милый, когда смущается? — усмехнулась Селемине. — Да, кстати! Вы ведь так и не познакомились! Ричард, позволь представить тебе нашу наставницу — наш руководитель и учитель, — леди Минета, богиня Истинного Света!

— Мощно звучит! — пробормотал я, пытаясь скрыть рвущийся наружу дикий ржач.

— А слышал ли ты, Избранный, легенды о том, как боги нисходили к смертным и успешно прятались за личинами людей, чтобы заниматься своими играми? — спросила меня Минета, наклоняясь ко мне. И когда она только успела? Вот только что была в отдалении и уже стоит вплотную. Богиня. — Я немного умею читать мысли, тем более такого простодушного новоявленного паладина, как ты.

— В нашем мире очень популярны древнегреческие легенды. Там часто упоминается, как боги спускались с небес, чтобы отдохнуть среди людей. Впоследствии у земных женщин рождались полубоги, герои, способный менять ход истории своими подвигами. — Вспоминал я, пытаясь отойти в сторону от нависшей надо мной богини.

— В общем, все так и есть! — звонко подтвердила Минета. — Поэтому, совет на будущее, молодой человек. Почаще оглядывайтесь, когда будете знакомиться с новыми девушками.

Улыбнувшись, она снова исчезла, чтобы появиться возле Селемине.

— Сын мой! — раздался над ухом голос Судьи.

— Мать твою! Да что ты так пугаешь?! — заорал я, отскакивая. Тот смущенно улыбнулся.

— Прости, Сын мой, но времени крайне мало. Мне надо срочно ввести тебя в курс происходящего. Видишь ли, теперь у тебя есть доступ ко всем своим воспоминаниям. Более, того, ты стал Паладином. Это означает новые возможности, но и новые обязанности. Полагаю, ты уже понял, что противостоять тебе будут не только последствия наших ошибок, но и кое-кто более определенный. Для тебя он пока неизвестен, назовем его Темный Властелин. Местонахождение его нам известно лишь примерно, и он точно не на этом материке. Мы не совсем понимаем, как его прислужница вообще смогла преодолеть такое расстояние. Будь она хоть трижды высшим вампиром, перелететь океан непросто, а на корабле пиратов или торговцев, ее бы быстро обнаружили и уничтожили, поверь.

Он вздохнул и, оглянувшись на спутниц, продолжил:

— Тем не менее, не стоит сильно напрягаться и постоянно оглядываться. Мы усилим контроль и наблюдение за исчадиями Хаоса. А ты осваивайся с новыми силами.

— А мои чакры? — спросил я. — когда они уже до конца откроются?

— Чакры? — удивился Судья. — А, ты про точки контроля. Ну, ка, посмотрим. Странно, у тебя полный доступ. Скорее всего, Истинный Свет разблокировал их. Тем более, как можно скорее займись собой. Освой новые виды магии, не бойся экспериментировать!

Он отошел от меня и приблизился к неподвижно лежащей Катарине. Зайка! Я совсем забыл про нее! Рванувшись к ней, я тут же был остановлен властным движением Селемине.

— Ричард! Не торопись. Пока что опасности ее жизни и здоровью нет. Не забывай, что мы контролируем время. Но и расслабляться не стоит, и мчаться сломя голову ее лечить. — Богиня замялась. — Честно говоря, у нас немного опыта по исцелению укушенных Высшими вампирами и не прошедших вызревание. Твоя подруга в полубессознательном состоянии смогла преодолеть порог смерти и помочь тебе.

— Довольно слов! — прервал я Селемине. — Что нужно от меня и как мне ей помочь?!

Пока богиня Ночи собиралась с мыслями, ее опередила Минета.

— Вампиры — малоизученный нами материал. — рассказала она, окидывая озабоченным взглядом неподвижное тело зайки. — Мы точно знаем, что для превращения жертв в себе подобных, вампиры используют свою собственную кровь или слюну. При попадании в кровь магический вирус очень быстро превращает любого в слепо подчиняющегося вампиру слугу. А есть еще условности рода, сословия, аристократического состояния кровососа. Мы подозреваем, что Леди Шивер вообще не хотела превращать Катарину в низшего упыря, это произошло случайно! Скорее всего, она голодала долгое время. Одурманенные демоны стали что-то подозревать, и ей пришлось скрыться на долгое время в склепе.

— Возможно, — пробормотал я, вспоминая странное поведение Императора и Дайри. — Скорее всего, у некоторых был иммунитет к этой дряни.

— Вот видишь! — обрадовалась богиня. — Из-за сильного голода Шивер не уследила за оттоком слюны, и она случайно попала в кровь твоей подруги. Если бы этого не произошло, у тебя были бы все шансы вылечить ее магией Света. При условии твоего выживания, естественно. А ведь мы еще не знаем, зачем ей понадобилось твое семя!

— Неужели оно настолько ценно? — простодушно осведомился я.

— А то! — наставительным тоном указала богиня. — Ты забыл, что являешься перерожденным? В твое тело было влито немало ресурсов! Разумеется, и твое семя тоже очень необычно! Во-первых, оно содержит частицы Истинного света, которые помогают нейтрализовать проклятие. Во-вторых, мы делали упор на то, чтобы твое потомство имело исключительные способности во имя светлого будущего…

— И новых Игр, — тихонько добавил я. Богиня, обладавшая исключительным слухом, погрозила мне пальцем, но промолчала.

— Таким образом, нам остается лишь догадываться о том, что уготовило нам наше будущее, — пояснила Минета. Кинув взгляд на Катарину, она добавила. — Что касается исцеления. Только силой Света, ты не поможешь. Но теперь, когда ты совладал с Хаосом внутри себя, ты сможешь уничтожить вампирский вирус внутри нее. Конечно, частично он уже изменил ее тело, и она уже никогда не будет такой, как прежде. С другой стороны, нельзя исключать фактор любви.

— Какой фактор? — не выдержал я. — Любви?

— Именно! — подняла Минета указательный палец. — Истинный свет рожден из Любви и всепрощения. Нельзя недооценивать ее мощь! В конце концов, именно благодаря ей, твоя зайка смогла воспротивиться вирусу, не так ли? Легат… тьфу, Судья! Я думаю, мы тут закончили. Оставим же нашего паладина наедине с его мыслями. Селемине! Оставайся и присматривай за исцелением. В случае, если что-то пойдет не так… Ты знаешь что делать.

Богиня Света отступила, скрываясь в сверкающем облаке, Судья последовал за ней, ободряюще махнув мне на прощание рукой.

Я подошел к зайке и положил руки на ее ледяное тельце. Селемине сделала странные пассы руками, и время снова возобновило свой бег.

— Будь осторожен! — предупредила она. — Даже я не могу предсказать, как она себя поведет. И, тем более, что будет с ее новыми возможностями!

А я, даже не задумываясь о том, как исцелять с помощью Хаоса, скомандовал:

— Максимальное исцеление!

Честно говоря, я рассчитывал на то, что подсознание само решит, какие стихии использовать и в каком порядке. Так и произошло. Сначала, тело Катарины объял серый вихрь, со сверкающими внутри кристалликами. Она выгнулась, царапая острыми когтями землю, но глаза не открывала. Сразу же после этого, серый туман сменился на уже знакомый слепящий свет. Я уже думал, что все кончено, когда что-то пошло не так.

Крольчиху слегка приподняло над землей в коконе света, когда изнутри донесся яростный вопль, и она выпрыгнула из него, словно чертик из табакерки! Ее глаза отливали чернотой. Оскалившись, она прыгнула на меня, сшибая с ног и целясь острыми зубами в горло. Краем глаза я заметил, как в мою сторону дернулась Селемине, с разгорающимися синим пламенем руками, и заорал со всей мочи:

— Нет, подожди! Еще не все потеряно!

И, уставившись прямо в бездонные, отливающие чернотой глаза зайки, заговорил, из последних сил сдерживая ее руки с острыми когтями:

— Катарина, милая! Это я, Ричард! Вспомни меня! Ты можешь, я знаю! Вспомни! Ты должна вспомнить!

Мне показалось или хватка слегка ослабла? Стремясь закрепить позиции, я продолжил:

— Ката, ты нужна нам всем! Ты нужна мне! Очнись!!!

Зайка, нависшая надо мной, недоуменно замерла, а чернота из глаз принялась постепенно уходить, сменяя оттенок на более светлый.

— Ры-ы-ыч-ч-ар-рд, — донесся до меня ее шепот. — Ры-ыч, пом-моги!

И я рванулся к ее лицу, игнорируя ее острейшие когти, моментально вспоровшие мне плечи. Обняв ее за голову, я прижался своими губами к ее холодному рту, с радостью ощущая, как ее тело буквально на глазах начинает теплеть.

— «Максимальное исцеление!» — скомандовал я еще раз мысленно, и нас охватил и закружил Истинный свет.

Открыв глаза, я осознал, что лежу на холодной земле, крепко сжимая руку Катарины. Вскочив, я с дикой надеждой тут же взглянул на нее. Она лежала с закрытыми глазами, но руки ее были теплыми, и грудь неторопливо приподнималась в такт ее дыханию.

— А ты молодец! — услышал я голос Селемине. — Я уж было хотела уничтожить ее, чтобы не допустить зарождение еще одного вампира и твою бесславную кончину. Но ты справился! Что же, на этом моя миссия закончена, а твоя только начинается, мой Паладин! Иди и неси Свет!

Закончив речь, богиня исчезла в облаке, как и ее наставница, а я оглядел комнату. Эффа и Гвинера тут же подбежали ко мне, засыпая вопросами и восклицаниями, но я устало прервал их, откладывая рассказ на потом.

— Рич, один вопрос, всего один?! — прошептала Гвинера. — С Катой все будет в порядке?

— Теперь — да! — счастливо улыбнулся я. — Но нам стоит за ней приглядывать какое-то время. Я позже расскажу почему, а пока просто не спускайте с нее глаз. Договорились?

Девушки одновременно кивнули, и тут зайка глубоко вздохнула и открыла глаза. Они отливали красным. К сожалению, прежний голубой оттенок исчез навсегда.

— Девчата? — обвела она нас удивленным взглядом, — Рич? В чем дело? Ах, мне снился такой кошмар, будто из меня высосали всю кровь, и я исполняла приказы, звучащие в моей голове. А потом мне приснилось, как та стерва насилует тебя, Рич. Ну, я и вскипела. Кстати, а где она? — кроля попыталась встать, но покачнулась от усталости. Обведя взглядом разрушенную комнату и нас, она широко открыла глаза, — значит, это не было сном? Все это? Она действительно укусила меня?! Я стану нежитью?!! Не-е-ет! Не-е-е-ет!!!

— Спокойно, спокойно, милая! — обняв зайку, сказал я. — Ты останешься прежней. Наоборот, у тебя будут новые возможности. Правда, мы пока не знаем, какие именно. Но ты сразу рассказывай, что увидишь и почувствуешь необычное, особенно… — я запнулся. — Особенно, если ты вдруг захочешь чего-то нового.

— На что это ты намекаешь? — грозно сдвинув брови, шутливо спросила зайка. — Что я вас перекусаю и обращу в своих рабов? У-у-у! Да ни в жизни! Единственное, что я сейчас хочу, так это принять горячую ванну и съесть большую-большую жареную свиную рульку!

— За этим дело не станет! — облегченно рассмеялся я, поднимаясь и протягивая ей руку. — Мы освободили демонов от колдовского рабства, и они нам обязаны. Пусть только попробуют возразить, я их в порошок сотру!

Снаружи комнаты, вдруг послышался подозрительный шум, напомнивший бряцанье доспехов. С двери убрали засов, и мы повскакали, вставая в боевой круг, готовые к любым неожиданностям. Двери распахнулись и …

Внутрь, с обнаженным оружием наперевес ворвалась бригада краснокожих урок. Впрочем, не будем расистами, — это были демоны, возглавляемые странно знакомым огромным рогатым самцом. Выстроившись в некое подобие строя, они уставились на нас, в то время как мы молчали, смотря на них. Вдруг, вождь потрясенно вздохнул, разглядев за нашими спинами обломки кровати и вмятины в стенах. Шагнув вперед, он, угрожающе ощерившись, встал перед нами. Демоническая орда за его спиной зашелестела оружием. Главный демон обернулся, подал знак своим … и упал на колени перед нами, опершись руками в пол.

— Спасибо! — прозвучал в полной тишине его голос. — Спасибо, Избранный! Честно, я не верил, что ты справишься с ведьмой. Но, как только я понял, что мои силы вернулись ко мне, и я кликнул верную дружину, чтобы помочь тебе или пасть в неравном бою!

— Амарант?! — ошеломленно вскрикнул я, не веря глазам. Передо мной на коленях стоял огромный мощный демон, буквально излучавший жизненную энергию и пышущий силой и здоровьем. Куда подевался седой старик, не способный подняться с трона?

— Она появилась из ниоткуда полгода назад и изменила нас всех, всю нашу расу за одну ночь! — говорил император, пока из его глаз текли тяжелые слезы, которые падали на пол, собираясь в небольшую лужицу. — Она высосала мою супругу, а остальных заставила поверить, что она и есть моя жена. Ее туман превратил нас в жестоких созданий, а ведь мы только-только начинали торговать и налаживать дипломатические связи с вашим народом! Население превратилось в жестоких дикарей, понимающих только язык силы. Я сам творил страшные вещи с…

— Император! Хватит! — прервал я поток раскаяния словоохотливого демона. — К сожалению, нам не удалось уничтожить тварь, зато мы изгнали ее, надеюсь надолго. Правда, с некоторым трудом… — начал было пояснять я ситуацию, когда император в приступе благодарного экстаза начал стучать рогами об пол.

— Избранный, да буден славен твой путь! Наша благодарность не знает границ! Ты спас всю нашу расу! — подданные за его спиной как по команде опустились на одно колено, склонив головы. — Проси чего хочешь!

— Отец! — в комнату вбежала Герда вместе с Дайри. — Я все вспомнила! Все до последнего! Дайри пыталась нас предупредить, но мы были одурманены!

— Да, дочь моя, — сказал, поднимаясь с колен Амарант. — Мы должны благодарить Избранного за наше избавление!

— Хватит уже! — рявкнул я, делая знак своим и шагая мимо остолбеневших демонов к выходу. — Как будто у нас был выбор?! Заколдовали, попросили зайти, засунули в склеп к вампирше, а потом прибежали благодарить! Да мне насрать! Мы сейчас же уходим! Да! — добавил я остановившись. — Если через час я не увижу всех освобожденных рабов у главных ворот, клянусь, я разнесу здесь все в щепки, несмотря на всю вашу заколдованность!

Демоны, загораживавшие выход, посерели от стыда и гнева, но не сделали ни единого движения, чтобы попытаться задержать нас.

— А-а-а… — только и сказала Герда, протягивая руку в мою сторону, но я прошел мимо, не обратив на нее ни малейшего внимания. Если подумать, то все ее совершенные ранее действия диктовались под влиянием злого колдовства. Даже самоотверженный прыжок в пропасть наверняка был надиктован Шивер. Спасут — хорошо, лишний шанс завлечь Избранного в ловушку. Не спасут, — так и не нужна больше. Отработала, спасибо.

Уже поднимаясь по винтовой лестнице, мы услышали цокот тонких ножек — нас догоняли суккубки.

— Расслабьтесь, — устало сказал я напрягшимся напарницам. — Уверен, они будут проситься в отряд, или искать повод отработать вину. В принципе, это одно и то же. Кстати, Ката, у тебя глаза в темноте светятся. Ты себя хорошо чувствуешь?

— Не уверена, — задумчиво ответила та. — Во-первых, я вижу гораздо четче, чем раньше. Во-вторых,… нет, пока не буду ничего говорить. Надо будет на досуге проверить.

— Повелитель! Мастер! Подождите! — нас догоняли запыхавшиеся демоницы. Я игнорировал их, до тех пор, пока одна из них не схватила меня за плечо. Не оборачиваясь, я «сдул» ее в стену свободной рукой заклинанием воздушного кулака. Вторая метнулась вперед и упала передо мной на колени, делая попытки схватить меня за ноги. Волей-неволей мне пришлось остановиться, но это меня так взбесило, что я направил руку и на нее, собираясь и ее отбросить с дороги, но зайка перехватила мою руку:

— Подожди, Рич! Давай послушаем, что она скажет. Не зря же она так сильно торопилась за нами? Вообще, что с тобой? Тебя словно подменили! Ты стал таким жестким…

Я неохотно убрал руку. Странно, но я чувствовал сожаление, что не использовал заклинание. Вообще, так просто эти демоны не отделаются! Они ответят за мучения рабов и причиненные ими зверства! Как бы не воздействовала на них Шивер, но она не могла контролировать всех одновременно. Демоны просто использовали свою натуру, чтобы издеваться над слабыми! Сжав кулаки, я посмотрел на склоненную демоницу.

— Господин! — сложив руки в молитвенном жесте, сказала Герда. — Вы должны понять, что все время, когда я умоляла вас вылечить мать, я находилась под воздействием колдовства! Я не отвечала за свои поступки!

— Я уже и сам догадался, — процедил я. — От меня-то тебе чего надо? Иди себе и играй дальше в свои игры с отцом.

— Вы не могли бы… освободить меня от клятвы, данной с затуманенным рассудков? — попросила суккуба, невинно хлопая глазками. — Ведь вы не собираетесь больше к нам возвращаться. А неисполнение обещания, даже данного под воздействием злых сил, ведет к мучительной смерти. А взамен…

— Так, стоп! Хватит! — прервал я ее. — На улицу выйдем, там и поговорим. У меня тоже есть пара вопросов к вашему духу!

Дальнейший путь мы проделали в суровом молчании. Подругу Герда выломала из стены, и теперь она ковыляла на ее плече, баюкая сломанную руку. Я специально ее не вылечивал, несмотря на просительный шепот моих подруг. Не стоит хватать меня, когда я в отвратительном настроении. Все же слияние с хаосом не прошло даром.

Но стоило нам только выйти в тронный зал, как я снова вскипел, теперь уже имея на это все основания. Обнаженные пленницы все также были прикованы, несмотря на обещание данное императором!

— Ричард! Что с тобой? — испуганно спросила меня Зельда, — у тебя лицо страшное!

Вместо ответа я выстрелил в ворота огромным плазменном шаром, чтобы хоть немного успокоиться. Глядя, как разлетаются в каменные крошки статуи и крошатся в щепки ворота, я вздохнул, и почувствовал себя гораздо лучше. Во дворе уже раздавались крики, но меня это не заботило, тем более скоро должен был подняться из подвала император со своей свитой. Я подошел к ближайшей прикованной зверокошечке, которой на вид было лет четырнадцать от силы. Все ее тело было в пятнах плохо заживших ожогов, свежими шрамами и укусами. Маленькая, только-только начавшая развиваться грудь, была покрыта засохшим семенем и слюной. Я присел возле нее и потянулся к ней рукой. В ее пустых глазах сразу появился дикий страх, и она резко отшатнулась, принимая меня за одного из своих мучителей. Другие девушки, услышав резкий скрип ржавых цепей, тут же сбились в кучу, пытаясь оттянуть начало издевательств.

— Я не причиню вам вреда! — громко сказал я, привлекая их внимание. — Клянусь, никто больше не причинит вам зла! Не бойтесь, я здесь чтобы освободить вас и вернуть домой! Эффа, Гвинера, Катарина! Помогите мне!

Девушки послушно подошли к пленницам, ласково успокаивая их и приводя в чувство. Но стоило только демоницам, стоявшим сзади, сделать шаг в их сторону, как я выбросил руку в угрожающем жесте:

— А вы замрите! И ни шагу ближе! Они и так на грани! — На моей ладони заплясал предупреждающий огонь фаербола. — Лучше бы пошли и занялись рабами. Или вы забыли мое предупреждение?

Суккубки тут же сорвались с места. Герда потащила раненую Дайри на плече, но меня это уже не заботило. Как только они вышли на улицу, то принялись раздавать приказы по поиску и освобождению всех пленных. Но меня это уже не интересовало.

Девушка с порванными серыми ушками робко протягивала мне ручонку, а я боялся дышать, чтобы не спугнуть ее. Наконец, она осторожно коснулась моих протянутых ладонями вверх рук и несильно сжала их, как бы проверяя мою реакцию. Пустота в ее глазах постепенно исчезала, сменяясь на безумную надежду и невероятное облегчение. Вдруг, она кинулась мне на грудь, плача навзрыд. Рабыни, почти успокоившиеся благодаря напарницам, снова вздрогнули от звуков дернувшихся цепей, но, посмотрев на нас, впервые за все время расслабились. Исследовав ее ошейник, я увидел грубую скважину. Где находились ключи, ведал, наверное, только Амарант. Девушка, почти девочка, до сих пор никак не могла прийти в себя, стискивая меня так сильно, будто я был ее мамочкой. Хотя, кто знает, где сейчас была ее родня.

Я успокаивал девушку, как мог, пытаясь понемногу залечить ее раны, но мне мешала ярость, которая бурлила и клокотала внутри меня, как пробуждающийся вулкан. Умом я понимал, что демоны большей частью не виноваты, как те же кентавры, но сердцем не желал этого принимать. Кто знает, что произошло бы дальше, но тут позади меня раздались шаги приближающегося императора со свитой. Я неловко дернулся, отпуская контроль над исцелением, и оно сработало на полную, захватывая девушку в кокон Истинного Света. Вышедшие в зал демоны остолбенело уставились на неторопливо вращавшийся в воздухе светящийся кокон с прикованной девушкой. Когда он опустился на землю и исчез, они перевели взгляд на меня.

Не обращая на них внимания, я шагнул к остальным пленницам, бросив на ходу:

— Где ключи от ошейников?

— На троне, под подушками! — тут же ответствовал Амарант.

— Осталось примерно сорок минут до полной аннигиляции вашей расы, — я впервые за все время взглянул ему в глаза. — Вы еще здесь?

Император первым рванул к выходу, забив на этикет и собственную важность. Что-что, а мозги у него имелись, этого не отнять. За ним поспешили и остальные. Я же шагнул к трону, с первой попытки отыскав связку толстых грубо сделанных ключей. Повернувшись к пленницам, я обрадовано улыбнулся, но судя по их реакции, они этого не оценили. Видок у меня, наверное, был тот еще. Тогда я снова вернулся к девочке, которая уже постепенно приходила в себя после исцеления.

— Как тебя зовут, дитя? — спросил я у нее, недоуменно оглядывающую собственное тело. Шрамы и ожоги, естественно, исчезли. Я бы и память подтер, но если такая магия и существовала, то ее стоило сначала освоить, а не экспериментировать на детях.

— М-мари, — пропищала она тонким голосом. — А… а?

Я прикрыл ей рот ладонью.

— Не волнуйся, я подлечил тебя. Сейчас мы вытащим вас отсюда и вернемся домой. Ката!

Зайка уже с треском разрывала мечом занавески за неимением другой ткани. Когда я осторожно снял с Мари ошейник, стараясь не зацепить нежную кожу, крольчиха принялась заматывать девочку в тонкую ткань, стараясь придать более-менее пристойный вид. Я же направился к остальным пленницам. Девушки уже немного пришли в себя, но подходили с опаской, прикрывая интимные места руками. Скидывая с них ошейники, я сразу же активировал исцеление, избавляя их хотя бы от ран и шрамов.

Когда по залу прокатился последний звон от упавшей цепи, и последняя вылеченная девушка пришла в себя, бывшие рабыни едва не задушили меня в объятиях, пытаясь по максимуму выказать свою благодарность.

Когда натиск немного утих, я ощутил, как меня кто-то дергает за рукав. Это оказалась Мари, уже почти полностью пришедшая в себя.

— Г-господин, — робко сказала она, показывая лапкой в сторону трона. — Там есть скрытая комната, куда нас забирал этот страшный монстр! — На короткий миг в глубине ее прекрасных глаз вновь полыхнули воспоминания перенесенного ужаса, но девочка на удивление быстро справилась с ними. — Там лежит одна из новеньких. Ее поймали буквально за несколько часов до вашего прихода. Она яростно сопротивлялась, но что она могла поделать, связанная и беззащитная против огромных чудовищ?! Умоляю вас, помогите ей также, как и нам!

Я взглянул на ее заплаканное личико и кивнул зайке. Та мигом прошмыгнула за трон, перекинув ткань Зельде и Гвинере. Пока они с пленницами занимались обновками, Катарина успела все обследовать и вернуться с докладом:

— Да, лорд, — объявила она, пафосно преклонив колено. — За троном есть фальшивая панель, а внутри спальня, очевидно «для особо посвященных», — презрительно фыркнув, добавила она. — Там и сейчас находится одна из рабынь, по-моему, без сознания. Уж очень сильно над ней «поработали».

Я тут же вскочил, подхватывая валявшиеся ключи. Думал, они уже не понадобятся. Как же. Зайка проскочила внутрь первой в небольшую, богато уставленную комнатку. Очевидно, это была тайная спальня императора для «особых утех». Огромное украшенное ложе, залитое засохшими выделениями, различные сексуальные игрушки на тумбочках, цепи, кандалы, огарки свечей. Полный набор садо-мазо, одним словом. Сомневаюсь, что все здесь расположенное появилось после того, как пришла Шивер. Возможно, раньше Император развлекался тут с соплеменницами, а потом, после появления вампирши, и рабынь добавил в список.

На огромной кровати была привязана веревками и прикована туго натянутыми цепями в весьма нескромной позе девушка интересного вида, еще ни разу мне не попадавшегося. Она стояла на коленях с раздвинутыми ногами спиной к нам, при этом ее руки были туго привязаны к специальным крюкам в стенах комнаты. Как будто этого было мало, демоны приковали ее ноги цепями к другим крюкам. Голова девушки свисала на грудь, а распущенные волосы закрывали почти все тело до живота, не давая рассмотреть остальное.

Выше пояса она была вполне себе обыкновенной симпатичной брюнеткой с неплохой мускулатурой и развитой фигурой, но дальше у нее отрастала серенькая шерстка, а ступни переходили в почти козлиные или лошадиные копыта, как у Миносов. Но на голове явно виднелись леопардовые ушки, расположенные немного ниже, чем у ее соплеменниц, а также рожки. Странно. Сочетание ушек и рожек одновременно? Чуть пониже спины рос длинный кошачий хвост с кисточкой на конце, также привязанный к одной из веревок.

— Ничего себе! — восхитилась зайка, окинув профессиональным взглядом пленницу. — Настоящая Минеко! Давно я их не видела. Да, практически с самой Войны!

— Вам мало ублюдки? — вдруг прохрипела несчастная. — Пришли глумиться над доблестной воительницей? Развяжите меня, слабаки, и я покажу вам всю свою мощь!

— Спокойно, спокойно, — обходя девушку сбоку, сказал я, благоразумно сохраняя дистанцию. Несмотря на прочные цепи и веревки, рисковать не хотелось. Кто знает, каким способам убийства обучали эту амазонку. — Я не с демонами, Я здесь вообще случайно…

— И решил присоединиться к халяве и помять беззащитную женщину, урод? — злобно окрысилась та, вскидывая голову. Ух, каким яростным пламенем горели ее бешеные глаза! Не сломалась девушка под демонами! Впрочем, не зря они ее растянули как курицу на вертеле. Наверняка сопротивлялась до последнего, не то, что эти канарейки у трона. Хотя, откуда мне знать, как их ломали. Судя по загаженным простыням и синякам на теле амазонки, ей пришлось ой как несладко. Да и Мари заикнулась о том, что император тут был не один.

— Как тебя зовут, воин? — спросил я яростно дергавшуюся девушку. Напрасно. Цепи и веревки не давали ни шанса на свободу.

— Трайда! Трайда танцующая с волками из рода Скрытых в листве! Что дальше?! — зарычала девушка, пытаясь дотянуться зубами до веревок.

— Я — Избранный, если тебе это о чем-то говорит. — Сказал я, глядя ей прямо в глаза. — Ричард Светоносный, тот, кто спас и вылечил множество твоих собратьев…

Стоило мне представиться, как девушка замерла, напряженно обдумывая услышанное.

— Развяжите меня, — буркнула она через пару секунд.

— Кусаться, царапаться, и драться не будешь? — на всякий случай уточнил я, запрыгивая на кровать. До крюков я не дотянулся бы при всем желании, оставалось попробовать развязать узлы на руках.

— Если ты действительно тот, за кого себя выдаешь, то не буду, — вздохнула она, опуская голову. — Эй! Ты что себе позволяешь?! Убери руки!

— А как, по-твоему, я должен развязывать эти веревки?! — заорал я в ответ, пытаясь не прикасаться к ее роскошному голому заду. Как назло, узлы находились как раз под ее животом.

— Как хочешь, но не вздумай меня там трогать! — заскрипела зубами от злости Трайда.

Застонав от разочарования, я уселся на кровать. Узлы были затянуты с нечеловеческой силой, а ключи не подходили ни к одному замку. Должно быть, для этих цепей у Амаранта были особые отмычки. И тут мой взгляд упал на обыскивающую комнату зайку, точнее на ее оружие.

— Ката! — воскликнул я, бросаясь к ней. — Как я мог забыть?! Дай мне меч!

Зайка, все еще недоумевая, вытащила клинок, и протянула его мне рукоятью вперед. Субатомный меч! Оружие, созданное чужой цивилизацией, обогнавшей эту на сотни тысяч лет. Я еще не видел материала, который бы эти мечи не смогли разрезать. Камни, гранит, металл — он кромсал с такой же легкостью, словно это была бумага.

— Я сейчас обрежу веревки, приготовься, — сказал я воительнице. — Ката, поддержи ее. — Но зайка уже сама подскочила с другой стороны кровати, подсовывая лапки под измученную девушку. Я провел клинком по туго натянутым канатам, толщиной с мой локоть, и они с легким звоном лопнули, едва не задев зайку. Трайда тут же со стоном повалилась на кровать. Предусмотрительная Катарина тут же подхватила ее, не дав уткнуться лицом в грядушку.

Я уже обрубал цепи, которые с грохотом падали на пол.

— Ошейник и кандалы снимем позже, когда найдем ключи или другой способ, — сказал я обессиленной девушке, — а пока походи так. Зайка, организуй ей одежду. Трайда, ты не против, если я подлечу тебя?

— Даже если бы я была против, мое мнение бы сейчас ничего не изменило! — простонала девушка. — У меня совершенно нет сил и все тело затекло! Я потеряла счет времени с того момента, когда эти скоты принялись издеваться надо мной, и до вашего прихода. Надеюсь, ты не будешь прижигать раны или вливать в меня горькие настойки? Терпеть их не могу. Эй, ты чего удумал?

Я подсел ближе и приподнял ее обвисшее тело. Девушка отчаянно пыталась воспротивиться, но затекшие конечности ей не повиновались. Я взглянул в ее лицо. Теперь, вплотную я смог все нормально разглядеть. Огромные изумрудные глаза, плотно сжатые губы, несколько старых шрамов и свежих синяков. Леопардовые ушки с рожками прекрасно дополняли картинку. Несмотря на все перенесенные мучения, девушка оставалась очень красивой и женственной.

Не обращая внимания на ее гневные вопли, я крепко стиснул ее, прижимая к себе, и скомандовал:

— «Максимальное исцеление»…

… Трайда, танцующая с волками, подобралась слишком близко к границам территории демонов, выполняя задание по поиску похищенных из лесу девушек. Пожилой староста попросил ее сохранять максимальную осторожность, так как около полугода назад демоны прервали все дипломатические контакты, запершись в крепости. Измененных поблизости всех уничтожили, а опасных монстров не водилось. Орки ушли куда-то, на подозрении оставались только демоны. Трайда не зря провела годы за сложнейшими тренировками, подобравшись к самым воротам. Но, когда она уже собиралась проникнуть внутрь, те неожиданно распахнулись, выпуская целую процессию с огромным демоном во главе!

Пока растерявшаяся воительница судорожно искала пути отступления, главарь метко метнул свою палицу, оглушив шпионку и сбив ее с ног. Навалившиеся стражники тут же обезоружили ее и связали, а потом, по приказу генерала, доставили во дворец, где она увидела похищенных девушек. Вот только помочь она им ничем не могла, а оказав недюжинное сопротивление, умудрившись сломать шею ногами одному из похотливых самцов, заслужила прогулку в «ВИП» комнату самого императора.

Под надзором бессильного старика, ее растянули и насиловали, постоянно сменяясь, несколько здоровенных прислужников. Никто не обращал внимания на ее мольбы и угрозы. Спасительная темнота обморока пришла к ней далеко не сразу, а очнувшись, она поняла, что так и висит на цепях в той самой комнате. Демоны ушли, но в комнате был кто-то еще. Тело зверски болело, но боевой дух Трайды был не сломлен. С вызовом обратившись к новым мучителям, она вдруг услышала в ответ то, что меньше всего ожидала: слова надежды на избавление. Но жизненный опыт одиночки научил ее не верить в сладкие обещания, и она продолжила огрызаться. Ровно до тех пор, пока самец хумансов, стоявший перед ней, не представился как Избранный! Трайда впервые за все время почувствовала робкую надежду и слабую уверенность.

Об Избранном она была наслышана. О да! Множество исцеленных, вернувшиеся к мирному образу кентавры! Разраставшаяся в город центральная деревня! Все это было его заслугой. Многочисленные Некотяне, встреченные Трайдой во время странствий, со слезами на глазах пересказывали чудесное исцеление, показывали вылеченные места и возвращенные конечности. И вдруг, если это на самом деле он, Избранный оказывается не просто абы где, но в самом сердце территории демонов! В адском вертепе, откуда нет выхода! Более того, он хочет помочь ей.

Как только веревки лопнули, Трайда повалилась навзничь, подхваченная его напарницей, а парень отрубил странным мечом стальные цепи, словно тростинки! Пока зайчиха со странно красными, горящими в полутьме глазами, металась по комнате, подыскивая ей подходящую одежду, парень внезапно подсел ближе и легко поднял ее обессиленное тело. Воительница даже не успела опомниться, как он сильно обнял ее, и сознание покинуло ее второй раз за этот ужасный день…

… Честно говоря, я с опаской ждал пробуждения Трайды. Мало ли что могло прийти в голову этой роковой красотке, выдержавшей нелегкие испытания? Сейчас она лежала, укутанная в более-менее чистые простыни, так как никакой одежды в комнатке мы не нашли. Веки ее, наконец, дрогнули и приоткрылись.

— Что произошло? — все еще слабым, но постепенно крепнущим голосом произнесла девушка, приподнимаясь на локтях. Недоуменно посмотрев на руки и тело, она повернулась в мою сторону… и рухнула с кровати.

— Все… в порядке! — тут же донеслось с пола, и амазонка бодро вскочила. Простыни, не выдержавшие такого похабного обращения, тут же сползли с ее тела.

С пару секунд мы с зайкой на пару разглядывали ее во всей красе. Конечно, мы уже вдоволь насмотрелись на нее, пока она пребывала в распятом положении, но смотреть на исцеленное тело было вдвойне приятнее.

До амазонки не сразу дошла причина нашего молчания. Но, поняв в чем дело, она тут же подхватила скомканные простыни и подошла ко мне, прошелестев на ухо:

— Обычно, я сразу убиваю похотливых самцов, которые посмели осквернить мое обнаженное тело своим грязным взглядом. Но для тебя сделаю исключение, Избранный. На самом деле, нам много нужно обсудить, но сейчас не место и не время, согласен?

— Согласен! — ответил я, поворачиваясь к выходу. — Я понимаю твои чувства, но тебе придется повременить с местью. Катарина введет тебя в курс происходящего.

В тронном зале нас все еще дожидались бывшие рабыни и Гвинера с Эффой, которые уже начинали беспокоиться. Увидев меня, девушки радостно вскочили. Всем не терпелось поскорее покинуть это место, напоминавшее им об издевательствах. Время, отпущенное демонам для высвобождения пленников, почти истекло, и я дал разрешение оставить дворец, соблюдая разумные меры предосторожности. Трайда, вооружившись мечом, который ей с радостью отдала лисичка, заняла место рядом с ней в конце отряда. Остальные рабыни сгрудились в центре. Так мы и вышли через пролом в воротах крепости наружу.

А там царил форменный бедлам! Туда-сюда носились демоны и суккубки различных форм, расцветок и роста. На первый взгляд казалось, что они просто так бегают из стороны в сторону, но присмотревшись, мы увидели, что у каждого из них имеется свой особенный маршрут. Так, например, мимо нас промчался с десяток особо огромных демонов, тащивших на себе бережно завернутых рабов. Мимо нас промелькнули их лица, наполненные страхом и недоумением. Действительно, их можно было понять. В их серую жизнь, наполненную страданиями, вдруг врываются огромные чудовища, которые хватают их, и несут неизвестно куда.

— За мной! — скомандовал я отряду, вспоминая обратный путь. Но с топографией у меня было не очень, поэтому мы быстро выцепили местного, который и проводил нас почти до самого выхода.

— Ни*** себе! — только и мог я сказать, когда увидел огромную толпу разномастных рабов, сбившуюся в кучу возле открытых ворот. Кого здесь только не было! Всевозможные некотяне, гарпии со связанными крыльями, парочка ламий, орки, даже сейчас закованные в кандалы! Отдельно стояли три кентавра, очевидно, случайно попавшие в лапы демонов. Навскидку здесь было примерно двести-триста существ. Слабые, больные, израненные и запуганные, они жались друг к другу, с ужасом ожидая развития событий.

Ко мне осторожно приблизилась Герда.

— Прошу прощения, Избранный, — поклонилась она, остановившись в нескольких шагах от меня. — Если позволишь, я бы хотела продолжить наш разговор…

— Не стоит, — прервав ее нетерпеливым взмахом руки, ответил я. — Духи демонов! Ответьте!

В небольшом отдалении от нас тут же вспыхнул шар огня, преобразовавшийся в уже знакомого духа. Выглядел он достаточно жалко, словно за секунду до вызова искупался в озере. Он молча уставился на меня, почти потухший со слабыми проблесками огня.

— Будем в гляделки играть или косяки исправлять? — спросил я его, когда молчание затянулось.

— Хорошо тебе, Избранный, — уныло протянул дух, — пришел, все разнес, пленных забрал и ушел. А мне знаешь сколько теперь отчетов катать?

— Твои проблемы, — хмыкнул я, — давай уже расколдовывай свою «хорошую девочку». Мог бы и предупредить!

— Так не мог же, а то ты сам не знаешь! — огрызнулся тот, подлетая к замершей суккубе и кладя конечность ей на голову. — Запрещено нам вмешиваться в ход Игры! Все, готово! Нет больше печати. Ты свободна, дочь моя, — обратился он к Герде. — Иди и не греши больше.

— Благодарю, Отец мой! — склонилась перед ним суккуба. Дух фыркнул и исчез. Я уже было повернулся к рабам, когда Герда еще раз окликнула меня:

— Избранный! Ричард! Могу ли я попросить тебя о последней услуге?

— Ну, что еще? — отозвался я, предчувствуя душещипательные разговоры о долге и прочей ерунде. — Ты мне больше ничего не должна, отдавать мне ничего не надо…

— Нет, нет, — поспешно сказала суккуба. — Дело в Дайри. Не мог бы ты…

— А! Мать твою, совсем забыл про нее! — досадуя на собственную память, я поспешно шагнул к распростертой на лавке демонице, провожавшей нас в склеп. Помнится, она еще пыталась нас предупредить, рисковала ведь жизнью, не меньше. Кстати, почему она не попала под контроль ведьмы? Тоже интересный факт.

Выглядела девушка совсем плохо. Дышала с трудом, на губах пузырилась кровавая пена. Сломанная рука и нога. Продавленная грудная клетка. Удивительно, как она еще смогла протянуть столько времени на ногах, да еще и до ворот доковылять? Ну, да, воздушный кулак — штука серьезная. Увидев меня, она попыталась приподняться, но со стоном рухнула обратно, выплевывая сгустки крови.

— Лежи уже, — проворчал я, кладя руку на ее горячий живот. — Сейчас все будет в порядке. Максимальное исцеление!

Истинный Свет не делал различий в расах, полностью охватив демоницу. Девушка слегка взлетела над лавкой, но почти сразу опустилась обратно. Едва открыв глаза, она слетела с лавки, бросившись на колени передо мной.

— Прошу, лорд Ричард! Прошу, выслушайте меня!

— Если ты хочешь принести клятву верности, то я сразу откажусь! — резко ответил я. — Не желаю иметь ничего общего с вашим племенем!

— Нет, прошу, выслушайте! — закричала девушка, буквально хватая меня за ноги. — Тайна моей крови связана с ведьмой, которая поработила нас! Я знаю способ, как противостоять ей, а также путь, которым она перебралась с материка хумансов на наш!

— А вот это уже интересно, — медленно проговорил я, по-новому оглядывая демоницу. — Дайри? Верно? И чего ты хочешь?

— Возьмите меня с собой! — горячо попросила девушка. — Я принесу вам любые клятвы верности! Буду ночевать, где покажете и заниматься самой грязной работой, только прошу, заберите меня отсюда! Я не смогу вынести больше ни единого дня здесь! Умоляю!!

— Но почему? — удивился я. — Ты же демон! Вокруг твои соплеменники! Да, они немного сдвинулись, когда вампирша их заколдовала, но в целом, они остались собой. Так в чем же дело?

— Я скажу вам настоящую причину только в том случае, если вы заберете меня с собой! — твердо высказалась девушка.

— Ладно, — пожав плечами, решил я. — Не думаю, что от тебя будет какой-либо вред. Но как же твоя подруга?

— Мы уже все решили и заранее попрощались, — склонила голову Дайри. — Видите ли, мы не особо надеялись на излечение, а жить мне оставалось в таком случае недолго.

— Дело твое, — сказал я, ухмыльнувшись. — Приноси клятву, но предупреждаю сразу, — не думай, что я буду относиться к тебе лучше только потому, что ты отказалась от своих.

— Я поняла! — твердо ответила та. Дальше последовал короткий ритуал верности, появившийся дух быстро пробормотал подтверждение и нырнул обратно к себе, стараясь не встречаться со мной взглядом. Чувствую, согласившись на эту дамочку, я добавил себе еще больше проблем. Но деваться уже было некуда.

— Держись сзади и не отсвечивай, а еще лучше замотайся в какие-нибудь тряпки. Мы сейчас освободим кучу народа и не факт, что они не разорвут тебя в клочья, если узнают в тебе демона. Девочки, помогите ей. Она теперь одна из нас.

Герда и Дайри быстро обнялись и попрощались. Последняя примкнула к нам, благодарно приняв от девушек остатки тканей, в которые быстро и умело замаскировалась. Я заметил, что рабыни почти не опасаются контактировать с ней, позволив затесаться к ним в группу. Скорее всего, Дайри не проявляла к ним злобы, в отличие от остальных, а может и помогала по мере своих сил. Это уже плюсик в ее карму.

Подойдя к воротам, мы, наконец, встретили самого Амаранта и его свиту. Запыхавшиеся и уставшие, они стояли возле огромной толпы рабов, контролируя и принимая донесения от подчиненных.

— Избранный! — оживился император при нашем приближении. — Все рабы собраны здесь, как ты и просил! Мы и сами бы освободили их, так как после снятого колдовства собственными глазами увидели причиненные нами зверства. Мне больно признавать…

— Достаточно! — прервал я его. — Как бы сильно не было колдовство вампирши, я все равно остаюсь в недоумении, как целая раса демонов смогла поддаться ее влиянию?! Целая раса, Карл! Самая простая причина кроется в том, что вас просто надо было слегка подтолкнуть! Все ваши издевательства так и рвались наружу. А стоило только ей освободить ваши инстинкты, как вы и рады были использовать их на полную катушку! Думаете, я и мой отряд не попали под ее влияние? Нет! Но у нас нашлись силы противостоять ей! И я видел твою тайную комнату, Амарант! — обличающим жестом я вытянул руку в его сторону. Император вздрогнул и опустил голову. — Теперь у вас будет достаточно времени, чтобы подумать над своими поступками. Я, конечно, расскажу обо всем рабам, но дальнейшее налаживание связей будет зависеть только от вас!

Отойдя от него, я повернулся снова:

— И примите антимагические меры, чтобы снова не попасть под влияние подобных чар!

— Будет сделано, Избранный! — проревели в один голос остальные демоны. Император так и стоял, понурившись, там, где я его и оставил. А я с отрядом, наконец, приблизился к толпе рабов. Демоны равномерно распределили их по площади. Забежав на пригорок, чтобы меня было лучше видно, я обратился ко всем ним с небольшой речью. Долго рассусоливать ситуацию я не стал, сделав упор на том, что демоны подчинились воле Избранного и отпустили всех с миром. Также я добавил, что нуждающиеся в лечении должны подождать меня снаружи.

Надо было видеть их лица, наполненные тоской и слабой надеждой, разгоравшиеся после каждого моего слова. Когда я закончил, толпа, радостно взревев, кинулась на выход, но демоны не зря разделили их на отдельные группы. Давки не получилось. Наиболее сильные контролировали слабых, наиболее медленные шли позади. Так, мало-помалу, все вышли за пределы крепостной ограды. Внизу, на приличном отдалении от крепости, нас ждали остальные девушки с мальчиком-оборотнем. Бросив последний взгляд на закрывающиеся ворота, я решительно зашагал к бывшим рабам, готовясь отдавать все силы на их исцеление.

За оградой толпа бывших пленников снова сбилась в кучу. Они все еще не верили, что получили свободу, несмотря на сомкнувшиеся с грохотом за ними ворота. Пришлось еще раз убеждать их в этом, заодно пролечив и исцелив практически каждого из них. Мне помогло то, что почти никто из них не был серьезно ранен. Многие голодали, подвергались изнасилованиям, унижениям и издевательствам, но никто из демонов не доводил рабов до беспомощного состояния, заботясь о том, чтобы живой ресурс был в товарном состоянии. Большинство мужчин работало в шахтах практически наравне со свободными демонами. Конечно, в этой огромной массе зверолюдей нашлись и тяжелые больные с запущенными болезнями. Тем не менее, я сравнительно быстро с ними закончил, причем почти не выдохся, как обычно.

— Сила Истинного света просто невероятна! — сказал я, вытирая пот со лба, вылечивая последнего из освобожденных.

— Избранный, мы знаем, что ты не принимаешь дары в благодарность! — проревел кто-то сзади. — Но знай! Ты всегда будешь желанным гостем в наших землях!

Обернувшись, я увидел небольшую группу орков, которые склонились передо мной.

— Свободный народ присоединяется к пожеланию! — донеслось слева. Это были некотяне какого-то волчьего вида.

— Сыны Кентролла будут рады приветствовать в своих землях Избранного! — кентавры, преклонившие передние копыта, также внесли свою лепту.

Подобные крики раздавались со всех сторон. Что ж. Это было действительно приятно. И заслуженно. Вскоре, все разошлись в разные стороны, и мы остались одни. Милые кошечки с ближайшей деревни, правда, пытались затащить меня к себе под видом благодарности. — «Так нельзя! Предки будут разгневаны, а духи разозлятся, если вы не окажете честь переспать… то есть передохнуть у нас!» — и все в то же духе. Сославшись на нехватку времени, я еле-еле выпутался из ласковых и нежных рук не без помощи зайки, пообещав, что обязательно навещу их, как только будет такая возможность. Я не верил собственным ушам, когда говорил эти слова, глядя на полуобнаженных красоток, жаждущих отблагодарить меня, но красноречивый взгляд зайки и остальных напарниц весьма ясно показывал мне, что согласившись, я долго не проживу. Пришлось вежливо отказаться. Также дело происходило и с остальным. Даже гарпии пытались «познакомиться поближе», настаивая на «кратком перелете в родовое гнездо»…

Распрощавшись со всеми, я собрал свой увеличившийся отряд и провел небольшой брифинг.

— Итак, первую часть задания мы выполнили с блеском! — сказал я, оглядев свое войско. — Мы разрушили все обелиски на этом континенте, разрушили власть Хаоса над кентаврами и орками. Мимоходом помогли демонам и освободили рабов. О том, что произошло с нами, во владениях демонов, вам позже расскажут Катарина, Гвинера, Эффа и Трайда. Кстати, давайте познакомимся заново. Я — Избранный, сильный маг и вроде неплохой воин. — Зайка негромко фыркнула. Покосившись на нее, я продолжил. — Зовут меня Ричард Светоносный. Для друзей просто Рич. Я — командир этого отряда. Мое слово тут — закон. Если у новоприбывших есть возражения — я никого не задерживаю. Вопросы есть? Вопросов нет. Бойцы моего отряда: Катарина, Эффа, Гвинера, Зельда, Софития, Китана. — Представлял я каждую девушку своего отряда новичкам.

Пройдясь до самого конца строя, я продолжил:

— Если вы все еще желаете к нам присоединиться, то должен вас предупредить, что мы занимаемся довольно опасными вещами. Слава духам, пока нам удавалось выходить живыми и здоровыми из всех передряг. Но я не могу гарантировать вам сохранность ваших жизней, если вы останетесь с нами.

Я помолчал немного, но никаких вопросов и предложений так и не поступило.

— Отлично, это был ваш выбор, — сказал я, остановившись напротив трех новичков. — Теперь я уточню у каждого. Дайри, ты все еще не готова назвать причину, по которой оставила родное племя, ради того, чтобы примкнуть к нам?

— С вашего позволения, я сделаю это немного позже, — ответила демоница, опуская глаза с пушистыми ресницами. Черт, какая она все-таки секси! Хотя с ножками Эффы пока не сравнится никто. — Но вы можете быть уверены в моей преданности!

— Хорошо, Трайда! Ты-то вообще, зачем пошла за нами? У тебя нет никаких обязательств передо мной. Я не только тебя освободил, но и кучу других пленников. Они же не идут за нами?

— Ричард, — улыбнулась зеленоглазая красавица, замотанная в простыни, переступая с одного копытца на другое, — неужели ты серьезно думал, что танцующая с волками просто так отстанет от мужчины, который видел ее обнаженной? Как минимум, ты должен принять на себя ответственность! — И, глядя на мое ошарашенное лицо, рассмеялась. — Извини, ты был такой серьезный, что я не удержалась. Чуть позже, я поведаю тебе свои причины, а пока скажу, что думаю, с вами будет веселее, чем странствовать одной. Да и готовить я ненавижу. — И вдруг, ее насмешливая улыбка превратилась в грозный оскал. — Но не вздумай сомневаться в том, что я сбегу или предам вас! Трайда не из тех, кто бежит от опасности, оставляя друзей за спиной! Мне бы вот только раздобыть нормальную одежду и оружие.

— Можешь оставить мой меч, — пискнула лисичка. — Я все равно ненавижу драться. А одежду мы тебе дадим, не переживай! У нас ее в рюкзаках много.

Естественно, у них оставались личные вещи, ведь напарницы щеголяли в универсальных костюмах, под видом повседневной брони. Надо будет еще уговорить лисичку отдать костюм Трайде, зачем он ей вообще, если она не будет воевать?

— Следующий! — сказал я, кивнув Трайде. — Ты. Не лучше бы тебе было бы примкнуть к кому-то из спасенных? — обратился я к мальчику, жавшемуся к Зельде. — Или ты совсем никого не увидел из знакомых?

— Он совсем плохо говорит, лорд! — ответила за него кошка. — Но отлично понимает. Его поймали одним из первых и держали в черном теле, практически без еды. Всю родню убили на его глазах, так как сдаваться в плен они отказались и сопротивлялись до последнего. Идти ему некуда и он согласен на все, лишь бы остаться с нами.

— В таком случае, ты за него и отвечаешь, — согласился я. — Мы не звери, чтобы выгонять ребенка. А зовут-то его как?

— Эм… к-к-кхх поржилайт, л-лор-р-рд! — прохрипел мальчик, взрыкивающим голосом.

— Предполагаю, что он просит дать ему имя, соглашаясь на любое? — задумалась Гвинера. Мальчик отчаянно закивал.

— Как угодно, говоришь? — улыбнулся я, глядя на уставившегося, на меня с отчаянной надеждой мальчика. — Что ж, да будет так! Отныне ты носишь имя — Эняон! (Anyone — в пер. с англ. — кто угодно, любой)

Пацан принялся на все лады выговаривать свое новое имя и, наконец, улыбнулся мне и кивнул.

— И еще кое-что, — добавил я. — Я желаю, чтобы между вами обоими больше не было вражды и неприязни. — И я показал руками на мальчика и Дайри. — Отныне, мы — единый и сплоченный отряд! Может статься, вы будете прикрывать друг друга.

Мальчик, встряхнувшись, за неуловимые доли секунды превратился в белого волчонка и тут же подошел к отпрянувшей от удивления демонице. Ну да, вероятно, она еще не видела оборотня. Думаю, паренек скрывал свой дар, будучи рабом. Девушка медленно протянула руку и попробовала погладить его по голове. Щенок довольно заурчал, требуя продолжения ласки, тыкаясь лобастой головой в ее ноги. Дайри рассмеялась и присела на корточки, с удовольствием запуская пальцы в его короткую шерсть.

— Вот и славно! — согласился я. — А теперь, давайте устроим где-нибудь короткий привал, приведем себя в порядок и обсудим дальнейшие действия. Но сначала все же уберемся отсюда.

Все же пришлось подождать, пока девчонки приведут Трайду в более — менее приличный вид. Как только они закончили, мы сразу отправились дальше.

Отойдя подальше от крепости демонов, мы пересекли небольшой пустырь и остановились у леса, разделяющего территорию Некотян, полупустыню орков и крепость демонов. Зайка умчалась на разведку и вернулась буквально через пару минут с приятной новостью. Буквально сразу за плотной стеной деревьев начинались какие-то руины. Опасности она не почувствовала, но это не означало, что можно расслабиться. Действительно, стоило нам только слегка углубиться в рощу, как мы наткнулись на странные развалины. Припасов практически не осталось, и Катарина с Сестрами битвы и Эффой ушла на охоту и собирательство. От меня толку там было немного, и мы решили расположиться в полуразвалившейся каменной башне. Зельда пошла прогуляться с Эняоном, Трайда закопалась в оставленных рюкзаках, выбирая себе шмотки, а я решил осмотреться, и осторожно поднялся по древней винтовой лестнице на самый верх башни. Несмотря на прошедшее время, кладка лежала прочно, и обвала можно было не бояться. Походив по кругу и оглядев окрестности, я был вынужден признать, что затея изначально была бессмысленной. Сзади расстилалась пустыня, на горизонте которой можно было увидеть крепостную стену демонов, а со всех других сторон нас окружал зеленый лес. Я уже собрался спускаться обратно, как вдруг услышал легкий цокот копыт, и вскоре ко мне на площадку поднялась… Дайри.

— Андрей, у меня к тебе серьезный разговор! — с ходу начала девушка, оглянувшись и проверив, что за ней никто не увязался. Я пожал плечами, и взмахнул руками, показывая, что ничем не занят, как вдруг до меня дошло:

— Что?! Как ты меня назвала?! Откуда ты…?!

— Все вопросы позже! — перебила меня девушка. — Слишком многое поставлено на карту. Сообщу главное, — не всем, окружающим тебя, можно доверять! Игра ведется на таком уровне, что мы просто песчинки, муравьи в террариуме со змеями! Стоит замешкаться и тебя сожрут!

— Погоди! — попытался я остановить сей бурный поток слов. — Давай по порядку? И с чего ты взяла, что у нас мало времени? Мы особо никуда не торопимся.

— Действие моего артефакта вот-вот закончится, — продолжила демонесса, практически не обратив внимания на мои слова, показав мне ладонь с переливающимся на солнце камнем. — Я — перерожденная, как и ты, Андрей. Я уже пять лет нахожусь в облике суккубы.

Меня как громом ударило. Нет, я, конечно, задумывался, один ли я такой попаданец, но чтобы вот так в лицо, да с такими подробностями!

Как выяснилось, Алена, как звали девушку в старом мире, погибла в автокатастрофе на скользкой дороге, подъезжая к Москве на своем «Ситроене». Она работала врачом-педиатром в частной клинике, и вела тихую неприметную жизнь. Умерев в возрасте двадцати четырех лет в одном мире, она в следующие секунды осознала себя в теле странного краснокожего существа. Немногим позже с ней, как и со мной, связались огненные духи, вкратце объяснившие случившиеся Особым Предназначением и … оставили ее в покое. Алена — Дайри, немного освоившись, принялась изучать историю происхождения демонов, окружающий мир, естественные науки и магию, боевые искусства. Ее тело во многом инстинктивно помогло ей. Дайри легко овладевала разнообразным оружием, но освоить магию так и не вышло.

Через год, когда Алена начала грызть стены от скуки, Амарант решил организовать дипломатическую миссию на юг, к жившим там племенам Миносов и назначил ее помощницей начальника охраны. Надо сказать, что император был довольно неплохим правителем. Не особо увлекаясь властью, он, тем не менее, карал за преступления и награждал отличившихся. В изоляции от остального мира демоны, в основном, вели себя довольно сонно, не стремясь к изучению окружающего их мира.

Обрадованная девушка кинулась в свою комнату, где к ней явился дух, который строго-настрого запретил ей покидать крепость. Амарант неожиданно заменил ее на другую демоницу, и девушке пришлось и дальше жить в четырех стенах, без возможности выйти за крепостную стену.

Так пролетели еще три с половиной года, когда в один из обычных вечером в тронном зале из ниоткуда появилась странная бледная женщина, от которой во все стороны пополз кровавый туман. Стража, кинувшаяся было в атаку, вдруг напрочь забыла о нарушительнице, да и все остальные стали вести себя очень странно. Вампирша также молча, проследовала в одну из комнат короля, не обращая ни на кого внимания. Все вели себя так, словно посетительница являлась их старым другом и Дайри тоже решила не подавать виду. По какой-то причине колдовство ведьмы на нее не подействовало.

С этого дня все пошло наперекосяк. Соплеменники стали угрюмее, злее, на улицах все чаще стали вспыхивать драки и мелкие преступления. Во дворце было не лучше. Стражники совершенно перестали выполнять свои обязанности по охране порядка, сосредоточившись на охране императора, а тот резко стал сдавать, за месяц, превратившись из гиганта, пышущего силой и здоровьем в седого старика. Как будто этого было мало, демоны принялись совершать рейды на торговые караваны и поселения, захватывая в плен мирное население и безжалостно расправляясь со всеми, кто оказывал сопротивление. Что они творили с пленниками, особенно с молодыми девушками, Дайри предпочитала не узнавать, подолгу запираясь в своей комнате и молясь всем богам в надежде поскорее закончить с этой напастью. Наконец, в одно утро этого хаоса, к ней явился дух, вкратце обрисовавший ситуацию с избранным, и приказавший ей, во что бы то ни стало навязаться к нему в отряд.

Но Алена уперлась. Она отказалась идти на контакт до тех пор, пока ей не будет разъяснена суть происходящего. Пожав плечами, дух незамедлительно дал ответы на многие мучившие ее вопросы, подробно рассказав обо мне, моей роли в недалеком будущем, и немного о самой Алене.

— А теперь, Андрей, мы переходим к самому важному, — сказала девушка, переводя дыхание, с тревогой покосившись на свой артефакт.

— Зови меня Ричард и забудь про старое имя, — попросил я ее. — Не будем вводить в заблуждение окружающих, да и я сам уже отвык от него.

— Заметано! — улыбнулась суккуба. — Тогда и ты зови меня Дайри. С той Аленой давно покончено. Итак, самый волнующий вопрос — как сюда прибыла Шивер? Ответ очень прост и лежит на поверхности. Она воспользовалась особой, забытой магией крови, активировав древний портал. Он соединяет не только наши континенты, но и многие другие места. Как ей удалось его настроить, дух умолчал, сказав лишь, что моя кровь — единственное на этом материке, что способно вновь его пробудить. Сама вампирша уже давно вернулась к своему господину. Также дух обмолвился о том, что моя кровь — способ остановить Шивер, и вообще всех вампиров, но, сколько я его не упрашивала, он больше не сказал ни слова. Вообще, у меня сложилось впечатление, что он сказал больше, чем следовало.

— Ну-ну, пробормотал я саркастично, — а как же, жди. Они ничего не говорят просто так. Ладно, ясно, что ничего не ясно. Как говорил великий кот Леопольд — «неприятность эту мы переживем!»

— Так, ты точно «оттуда»! — Дайри по-новому взглянула на меня. — Честно говоря, я до последнего сомневалась в этом.

— Честно — честно оттуда, — подтвердил я. — И что дальше? Духи дали тебе хоть какое-то указание, что нам делать дальше? Напутствие? Может быть благословение? Артефакты? Запретное знание? Ну, хоть карту? Что? Совсем ничего?

Девушка со стыдом опустила голову.

— Я была так рада избавлению от этого ужаса, что совершенно потеряла голову от радости. А потом, я боялась, что так и умру от потери крови на той скамейке.

— Да, извини за то, что вдарил тебя заклинанием на той лестнице, — сказал я с запоздалым раскаянием. — Я был очень зол.

— Я понимаю, — улыбнулась Дайри. — Я ведь жила в том ужасе. Как хорошо, что мы туда больше не вернемся.

— Эй, наверху! — донесся снизу голос воительницы, — хватит дурью маяться! Спускайтесь и помогите мне!

Как оказалось, Трайда закопалась в чужих вещах, совершенно не имея представления, как выглядит со стороны. Вскоре вернулись с добычей охотницы и собирательницы. Зайка ловко освежевала и разделала небольшого зайца, как бы это странно не выглядело со стороны, а Эффа принесла немало полезных и вкусных ягод и фруктов. У нас еще оставались припасенные пайки с корабля, но мы решили оставить их на черный день. Девушки любезно предоставили мне вакансию кашевара, и я занялся любимым делом.

Наскоро пообедав, мы стали строить дальнейшие планы.

— Благодаря суккубке, у нас, вероятно, есть способ проникнуть на материк Эльвов и хумансов, — сказал я, собрав отряд. — Дайри, тебе известно хотя бы примерное место, где расположен этот портал?

— Только примерно, — ответила она. — Дух рассказал, что вампирша пришла к нам со стороны пещер Рахнер.

— Значит, собираемся и дуем к ближайшему поселению. Вариантов больше нету. Вопросы, предложения будут?

— Да, — сказала вдруг Софития. — Мы с сестрой думаем, что есть более легкий способ добраться до дальних территорий.

— Опять порталы? — обреченно спросил я уже зная ответ. Сестры одновременно кивнули. — И где же находится ближайший? — Сестры одновременно пожали плечами.

— Я могу настроить станцию, ты, Ричард, можешь запитать ее манной, но найти ее должен кто-то другой, — пояснила Китана. Малышка, это мне и самому прекрасно известно.

— Кто-нибудь знает местность? Или может быть знает, где находится ближайший портал? — спросил я и, спохватившись, уточнил. — Портал — это огромное каменное кольцо.

Эняон находясь в человеческом облике, вскочил и принялся размахивать руками, пытаясь что-то произнести. — «Интересно, а если скастовать на него исцеление, улучшится ли у него дикция? — подумал я, — «С Рико же немного получилось».

— Он говорит, что видел недалеко отсюда похожее кольцо, — перевела Зельда, — и может нас к нему отвести.

— Замечательно! Немного отдыхаем, готовимся и выступаем! — завершил я разговор.

Но пообедав, или скорее поужинав, так как солнце уже потихоньку клонилось к закату, мы решили отложить поиски портала. День выдался на редкость насыщенным и нам был жизненно необходим отдых. Первой вызвались дежурить зайка с Трайдой. Первая практически не устала, а амазонке было не привыкать не спать по полночи. Наскоро расстелив небольшие пледики и мешки, мы попадали на них, почти мгновенно проваливаясь в сон. По крайней мере, я так думал перед тем, как заснуть.

Ночи последнее время были довольно прохладные. Мое попаданство пришлось на восьмой месяц здешнего лета. Напомню, что в этом мире почти на всем материке лето было длинным, около восьми-девяти месяцев в году, затем наступал сезон дождей, длившийся примерно две-три недели и наступали заморозки. Как мне когда-то рассказывала Томоки, зима была короткой, не слишком холодной и достаточно мягкой. Их материк располагался наиболее близко к экватору. Материк Скайлидов находился еще южнее, а материк Эльвов и хумансов, соответственно — севернее. Поэтому, континент Некотян постоянно подвергался захватническим набегам со стороны людей. — «Им всегда было всего мало!» — как высказалась тогда разведчица. Понимаю. Если вспомнить историю родного мира, то средневековье было отмечено волной захватнических «победоносных войн во имя Господа», безжалостной инквизицией и прочими «веселыми» событиями. Если люди на том материке сейчас на похожей стадии развития, им очень нужны новые территории и ресурсы «во имя Господа!» Интересно, как они уживаются с эльфами и гномами? Есть ли там другие расы? Нельзя забывать и про диких оборотней, с которыми столкнулась Луна, и чьи трупы я лицезрел. Размышляя над этим, я и не заметил, как девушки вокруг подкатились ближе, пытаясь найти источник тепла. Только когда меня практически со всех сторон зажали горячие женские тела, согревая собой, я понял, что теряю контроль над ситуацией. Но, учитывая весьма насыщенный день, я махнул на все рукой, и расслабился, позволяя Морфею увлечь меня в мир сновидений. Но спать мне суждено было не долго…

Проснулся я от прохладного сквознячка, ласкающего мое обнаженное тело. — «Когда я успел раздеться?» — сквозь сон подумал я. Открыв глаза, я совсем ничего не увидел, так как вокруг была кромешная тьма. Костер мы так и не развели, опасаясь пожара и задымления в башне. Зельда с Эняоном ранее принесли несколько прочных веток из лесу и огромные пальмовые листья, из которых мы соорудили некое подобие двери. Защита от нее была нулевая, но хотя бы не давала холодному ветру продувать насквозь башню. Всем телом я ощущал навалившихся девушек, согревающих меня и себя одновременно. А по моим голым коленям медленно заползало что-то мягкое и горячее. Откинув край пледа, я уже хотел в ужасе заорать и вскочить, как вдруг понял, кому принадлежат красные светящиеся глаза. Несколько секунд мы играли в гляделки с зайкой, пока я не открыл рот:

— Ката…

— Чш-ш-ш-ш! — зашипела она из-под одеяла. — Разбудишь остальных! Лежи тихо!

— Легко тебе говорить «лежи тихо», — прошептал я, пытаясь высвободить руки, придавленные другими девушками, — а на страже кто?

— Фесфы фитфы, — пробормотала крольчиха, занятая каким-то странным делом.

— Что-что? — переспросил я шепотом, пытаясь разобрать ее слова, но тут мне резко стало не до остальных. Хитропопая зайка вошла в прямой ручной контакт с орудием сельскохозяйственного производства и осваивала непосредственное управление, помогая себе речевым аппаратом. Мне пришлось крайне тяжело. Нет, получалось у нее крайне здорово, ведь нельзя забывать про ее опыт, полученный на различных агрегатах других марок, но мне, как ее непосредственному работодателю было крайне непросто сдерживать одобрение, видя и ощущая ее деловую хватку. Тем более, вокруг нас крайне близко лежали остальные и для нас обоих было бы крайне нежелательно их будить.

Вскоре, как и ожидалось, мой комплекс был полностью разогрет и готов был вот-вот взорваться от переполняющего его давления. Умная зайка за секунду до сброса заглотнула выводящий шланг, избегая разбрызгивания ценной жидкости.

— М-м-м, как вкусно! Как потрясающе вкусно! — прошипела она, вытирая рот. — Рич-ч-ч, что ты с собой сотворил, если твое семя вдруг стало таким потрясающим на вкус? Я как будто испила медового нектара!

— Если бы я только знал, — пробормотал я, со страхом оглядываясь на храпящих вокруг девушек. Что было, если бы они проснулись в самый неподходящий момент?…

— Эй-эй-эй-эй-эй-эй! Ты что это задумала? — с ужасом зашептал я, глядя, как зайка одним махом скидывает плед и запрыгивает на меня, попутно снимая костюм.

— А на что это, по-твоему, похоже, Рич? — слегка наклонившись, насмешливо ответила Катарина. — Я насилую своего лорда, который, похоже, совсем забыл, что его окружают голодные, жаждущие ласки, девушки! Раз он сам не удовлетворяет их, приходится все делать самой! К тому же, похоже, твой младший совсем не возражает? — добавила она, шаловливо лаская пальцами вновь восставшего солдата.

— Ты что?! — запищал я, распластанный, как угорь на разделочной доске. — А если кто-нибудь проснется?!

— Ну, — зайка сделала вид, будто задумалась, — будет одно из двух. Или они присоединятся к нам, и это будет славная оргия до самого утра. Или они сделают вид, что ничего не видят и не слышат, и попробуют заснуть снова. Или попытаются сделать вид, что спят! — фыркнула она, смотря почему — то в дальний угол, где мирно посапывала Эффа.

Мне показалось, или драконица после ее тихих слов засопела сильнее? В любом случае, мне быстро стало не до нее, так как зайка, полностью перехватив управление на себя, перевела мой пилотируемый спутник на низкую орбиту, стремясь, поскорее навести его по заданным координатам цели. Как только данные полностью совпали, она открыла камерный шлюз, пристыковываясь к спутнику и намертво блокируя его мягкими, но мощными гравизахватами. Как только прошла состыковка, зайка запустила программу очистки спутника от накопившейся пыли. Мягко, но уверенно и четко двигаясь вверх-вниз, она отлично справлялась со своей задачей. Момент, когда мой спутник выпустил огромную дозу шампуня, пытаясь помочь очистке, произошел так внезапно, что я даже не заметил. Сказались напряженные события сегодняшнего дня.

Зайка, тихо охнув, мягко соскользнула, тихонько урча от удовольствия, на мою грудь и помогла, наконец, освободить мои затекшие руки из-под развалившихся рядом девушек. Я тут же стиснул ее в объятиях.

— Тише, медведь! — мявкнула зайчиха. — Раздавишь же! Нет, не разжимай рук! Чувствовать себя такой беззащитной в твоих стальных объятиях просто божественно.

Вот и пойми женщин.

— Так кто на страже? — шепнул я на длинное ушко зайчишке.

— Китана с Софкой, — незамедлительно ответила та. — Мы с Трайдой сменились час назад. Надо сказать, воина ты себе подобрал доброго. Она любого из нас может скрутить в баранку одной левой и сказать, что так и было! Даже морозные сестрички особо ей не помеха. У нее какой-то врожденный иммунитет к магии любого вида! Потому и не подействовала на нее магия Шивер. Помнишь тех рабынь? Они валялись как зомби на полу, несмотря на то, что их практически насиловали там же! А все почему? Вампирша их усыпляла своим колдовством, каким пыталась и нас поработить. А на Трайду оно не подействовало, потому демону и распяли ее на веревках. Боялись, что сбежит и отомстит.

— Кстати, — попросил я зайку, гладя ее ушки, отчего, та, просто дрожала от удовольствия, — расскажи мне побольше о ней. Помнится, ты назвала ее «минеко», как только мы ее увидели. Что это значит?

Катарина слегка приподнялась, упершись острыми локотками мне в грудь, и начала свой рассказ.

По ее словам выходило, что раньше, еще до Войны, существовал некий запрет, согласно которому Некотяне должны были воздерживаться от межрасовых половых отношений. Когда и кем был издан этот запрет, никто не знал, да и всем было на него наплевать, так как в своем племени всегда можно было найти пару. Тем не менее, иногда происходило так, что самец одного конкретного вида влюблялся в самочку совершенного другого. Так, например, случилось с родителями Трайды.

Пока зайка с воительницей стояли на страже, амазонка поделилась своим прошлым, в котором не видела ничего страшного. Да, ее родители были из разных видов, и их связь случилась задолго до Войны. Мама была Миносской, отец — обычным некотяном. Мама приехала с торговым караваном в одно из мирных поселений, где и случилась их встреча, повлекшая за собой неожиданно сильную любовь. Само собой, что дочка унаследовала как черты отца, так и матери. Магия ей почти не давалась, и Трайда с детства занималась боевыми искусствами и охотой, желая пойти по стопам воина-отца. Случившееся противостояние Хаосу смешало все планы, она потеряла родных и отдалась мести, выискивая и уничтожая Измененных везде, где только могла. Заодно она брала небольшие задания в деревнях, в которых останавливалась на ночлег. Во время очередного квеста ее и схватили демоны.

— Воистину, ее благодарность не знает границ! — горячо сказала зайка, целуя меня в шею. — Погоди! Ведь ты ведь еще не знаешь, кого спас от злой участи? Поздравляю тебя, лорд! — зайка оторвалась от моей шеи и уставилась на меня сверкавшими в темноте красными глазами. — Ты стал хозяином последнего в своем роде воспитанника ордена Серых Рыцарей.

— Погоди! — перебил я крольчиху. — Давай с самого начала. Что еще за орден и почему она последняя?

— Мне мало что известно, кроме легенд о них, — задумчиво произнесла Катарина. — В стародавние времена существовало братство зверолюдей, способных в минуты смертельной опасности входить в режим берсерка, активируя дремлющие резервы организма. Как думаешь, как смогла девушка со связанными руками сломать шею здоровенному демону и раскидать остальных?

— Я тоже задумывался над этим, — сказал я, сопоставляя некоторые факты и собственные домыслы. — Значит, она владеет этим искусством? Это напомнило мне об одном начатом деле, которым я пытался когда-то овладеть.

Действительно, все выше сказанное живо напомнило мне ночь, точнее утро с Йоруичи, когда я подумывал об превышении предела воинов. Если Трайда сможет мне с этим помочь, то можно будет наладить массовый выпуск собственной армии. Ух, держитесь тогда Измененные!

— Да, — согласилась зайка, — именно поэтому демоны и растянули ее на веревках и цепях и насиловали, пока она не потеряла сознание, стремясь сломать. И тут появляешься ты — Избранный, представитель хумансов. Ты весьма удачно попал под исключение из правил ордена. В любом другом случае, ей не оставалось бы ничего кроме самоубийства, дабы унести запретное искусство с собой в могилу! Не сомневаюсь, рано или поздно, она попытается тебе рассказать истинные причины, по которым она тебя сопровождает, — ухмыльнулась крольчиха.

— Ладно, а теперь оденься и попробуй уснуть и дай выспаться другим, — сказал я, протягивая руку за костюмом, но зайка, не теряя времени, ловко перевернулась, хватая руками моего отдохнувшего бойца.

— Даже не думай! — насмешливо прошептала она, поддразнивая язычком солдатика. — Так просто ты от меня не отделаешься! — Вдруг она напряглась, причем ее свесившиеся ушки встали торчком, а сама зайка вновь взглянула в угол, где спала драконица. Но, очевидно тревога оказалась ложной, и зайка вновь расслабилась, опускаясь на меня всем телом. Причем ее лоно оказалось в миллиметрах от моего лица.

— Смотри! — пробормотал я, примериваясь. — Ты сама напросилась!

Вместо ответа Катарина обхватила мою телескопическую антенну с такой страстью, погружаясь почти до самого конца, что я даже испугался за сохранность ее горла. Чтобы не проиграть ей, мне пришлось буквально высверлить языком предложенную моему вниманию ракушку, чтобы добраться до жемчужины…

… Эффа давно не спала. Прошло уже почти полтора часа, как сменился караул и ушастая подруга Избранного, предварительно скинув с себя шмотки, преспокойно нырнула под его плед, совершенно не опасаясь вплотную спящих девушек. Одним глазом она косилась на их игры, не заметив, как ее собственные руки при этом скользнули между ног, приподнимая чешуйчатую природную сумочку, под которой хранился предмет зависти остальных самцов-драконидов. Пару раз она, все-таки, выдала себя чересчур шумным дыханием, но потом зайка решила не обращать внимания на невольную свидетельницу их ночной игры и полностью отдалась ласкам Ричарда.

— «Что ты делаешь?! Он же совсем другого вида! Он исцелил тебя и твою дочь, а также многих соплеменников!» — убеждала себя запутавшаяся драконидка, но тело ее кричало обратное. Оно хотело ощутить себя под сильным горячим торсом молодого парня хумансов, желало быть сжатым, как та зайчиха сейчас, его мощными объятиями, вожделело его поцелуев, его страстного языка, который сейчас…

Ох-х-х, один взгляд на то, что он проделывал «ЭТО» с его помощью, заставлял молодую дракониду так сильно истекать соком, словно зрелый плод, лопнувший от переизбытка влаги. Эффа невольно простонала в момент искусственного оргазма, но заигравшиеся участники не обратили на нее внимания, лишь ушки Катарины невольно вздернулись кверху, но вновь опустились. Драконида с недоумением посмотрела на свои пальцы, смоченными собственными выделениями. Она была достаточно зрелой особью и уже не раз откладывала яйца. Но никогда раньше она не чувствовала такого прилива желания…

Собственно, у драконидов не было такого понятия, как семья. Скорее, равноценная община, где каждый мог заниматься любовью с той, кто ему нравился, конечно, при получении согласия особи. Все без исключения яйца собирались в одном месте под присмотром пожилых матрон, но, по истечению определенного срока, любая мать могла забрать своего ребенка и заботиться о нем самостоятельно, если считала это нужным. Вопрос о единокровии даже не поднимался. Дитя и мать всегда могли найти друг друга, даже по прошествии многих лун.

Проклятие коснулось и Драконид, поэтому появление мальчиков стало чем-то особенным, и матерям решено было отказывать в их праве. К сожалению Эффы, после войны она не смогла осчастливить племя рождением сына. Забрав одну из дочерей, она отправилась в Белую бухту, где, по слухам обосновался Избранный, способный исцелить травму ребенка.

Теперь она удивлялась своим порывам и думала, как жить дальше. А если он спросит, почему она краснеет при взгляде на него? А род Драконид был славен и тем, что его представители редко, почти никогда не лгали. Особенно тем, кто так много для них совершил…

Так, проворочавшись, она и уснула. А Зайка с хумансом копошились почти до самого утра, пока не разбудили остальных финальными стонами. Они еле-еле успели притвориться спящими. Недоуменные девушки пожали плечами и вырубились снова, дав шанс Избранному и его верной подруге одеться…

Девушки повскакали, едва рассвело, пока я, измученный ночными скачками, спал без задних ног. Надо отдать должное зайке — она тоже вскочила вместе с остальными. Мне же удалось поспать еще пару часов, пока все приводили себя в порядок.

Позавтракав остатками вчерашнего ужина и несколькими саморазогревающимися брикетами, мы продолжили путь. Эняон, пребывая в образе волчонка, уверенно вел нас вглубь леса. А я на ходу экспериментировал с подарком детей Леса. В теории это казалось усилителем чувств, а на практике все было гораздо сложнее. Так, я мог, например, разделить свое сознание или по крайней мере слушать и воспринимать все одновременно в двух местах сразу. Эняон косился на меня, вероятно, он что-то чувствовал, но Зельда, практически заменившая ему мать, строго-настрого запретила ему отвлекать лорда.

Вдруг, я что-то почувствовал. Это был даже не голос, а скорее мысленная мольба, еле слышимый возглас, будто просящий находился глубоко под землей или просил помочь на последнем выбросе эмоций. И этот мысленный призыв принадлежал несомненно разумному существу.

— Отряд стой! — заорал я во все горло! — Кто-нибудь слышит это? — Но ответом мне было только недоуменное молчание. Только оборотень встревоженно вертел мордой и скулил. Ему явно не нравилось, в каком месте мы остановились. Поняв, что рассчитывать можно только на свой слух, я махнул рукой девушкам и метнулся в чащу. Никто даже не подумал оспорить приказ, — взглянув назад, я увидел, как вся команда несется за мной в едином порыве. Но лучше бы я смотрел вперед. Споткнувшись, я ударился лбом и кувырком покатился в овраг, сопровождаемый встревоженными воплями. Скорость я набрал приличную, и все попытки за что-нибудь схватиться оставались безуспешными. Так, я докатился до самого низа оврага, но, вместо ожидаемой остановки, провалился в темноту, и еще в полете так стукнулся лбом о выступ, что аж заорал от боли.

Упав, я сразу же активировал самоисцеление, чувствуя как с хрустом встает на место кость правой руки. Я все-таки умудрился ее сломать. Сверху тут же раздались странно глухие крики. Взглянув наверх, я поразился даже не тому, что пролетел не меньше трех метров и остался жив, а странному куполу синего цвета, закрывающего отверстие. Судя по теням метавшимся вверху, девушки пытались мне помочь, но по какой-то причине спускаться не торопились.

И тут я вновь услышал этот призыв. Судя по всему, его обладатель находился совсем рядом со мной. Взглянув еще раз наверх и пожав плечами, я двинулся вглубь помещения, куда меня угораздило влететь. Хаосом и злом тут не пахло, насколько я мог доверять своим ощущениям, скорее было что-то…Странное, непонятное…

Света от отверстия, пробитого мной, не хватало, и я активировал свой солнечный шарик, который, подлетев к потолку пещеры, ярко осветил все вокруг. Я ахнул. Обстановка вокруг была знакомой и странной одновременно. Словно я ребенком залез на бабушкин чердак, где стоят непонятные вещи, отдающие древностью. У стен геометрически правильного помещения стояли незнакомые, никогда не виденные мной приборы, несомненно созданные руками человека. На некоторых иногда даже пробегали проблески таящейся внутри энергии. Руками трогать я их не стал, правильно опасаясь удара током или еще какой дряни… Мало ли на чем они работали и для чего предназначались. Так, идя по коридору мимо покрывшихся мхом артефактных машин, я вышел в огромный круглый зал.

Посреди был великолепный огромный бассейн. Вероятно, когда-то он служил не только источником воды, но и просто радовал глаз. Посредине стояла полуразвалившаяся колонна с остатками чьих-то ног. Но тут зов усилился и исходил он прямо из фонтана, что немного напрягло меня. Спрашивается, что тут мог забыть разумный, и как он мог сюда попасть с поверхности?

Приготовившись отражать возможную атаку, я медленно подошел к краю бассейна, и аккуратно заглянул внутрь. На первый взгляд я ничего не заметил, если не считать небольшой лужи. Присмотревшись, я заметил странное колебание в остатках воды.

— «Что бы это могло быть?» — задумался я, спрыгивая в давно высохший бассейн. — И как ты сюда попала? — обратился я к луже. Вдруг, как будто услышав меня, поверхность воды пошла мелкой рябью и в мою сторону прямо из воды потянулись небольшие щупальца!

— Твою мать! ***! ***рот! С*ка! — заорал я, в испуге падая на задницу. — Что ты за хрень?!

Тентакли, мелко задрожав, втянулись обратно, словно испугались моего вопля, а в голове явственно раздалось жалобное:

— П-по-мо-ги-и-и…

Тихий крик в моей голове повторился, тихий и почти неслышный, несмотря на то, что я был в полуметре от странной лужи.

— Ладно, — сказал я, приподнимаясь, — хотела бы съесть, думаю, уже бы закусывала мной. Попробуем разобраться.

Все еще соблюдая осторожность, держа молот в одной руке и приготовившись испарить все в радиусе километра, я приблизился к жидкости, скопившейся в небольшой ямке бассейна. По ее поверхности пробежала легкая рябь, но никакие щупальца более не выскакивали. Так, мало-помалу, я подошел вплотную к воде и дотронулся до нее пальцем. Оттуда несмело высунулся небольшой сгусток в форме язычка или ложноножки, который аккуратно дотронулся до моего пальца и быстро отдернулся обратно.

— Да ты боишься меня куда больше, чем я тебя! — внезапно дошло до меня. — Спокойно! Я — Избранный! Я друг детей Леса, друг Некотян. Не бойся. — И я протянул открытую ладонь навстречу ложноножке. Та осторожно приблизилась и стала, щекоча, исследовать ее. Она полностью прошлась по ладони и перешла на кисть, прошлась до локтя и вдруг, мелко задрожав, буквально вцепилась в рукав моей куртки.

И тут до меня дошло. Моя куртка была мокрой от росы, в которой я намок, пока катился со склона. Костюм, конечно, мог все сам высушить, но сохранял влагу в целях все той же маскировки. Мне это не причиняло дискомфорта, и он оставался мокрым. А когда нечто из лужи добралось до влаги, то тут же принялось с силой тянуть ее в себя.

— Ты просто очень хочешь пить! — улыбнувшись, сказал я, и, как обычно, не думая о последствиях, вытащил фляжку с водой, которую носил на поясе. Вытащив пробку, я вылил все прямо в лужу. Надо сказать, туда вмещалось литра полтора, несмотря на небольшие размеры.

Сначала ничего не происходило, но буквально через пару секунд, поверхность воды дико забурлила в том месте и из воды высунулась целая стая ложноножек, изгибающихся в восторге. Одновременно с этим мою голову наполнили эмоции радости, восторга, благодарности… и умиротворения. Впрочем, уже через пару секунд, они сменились на просительно-скулящие.

— Не хватило? — спросил я лужу. В ответ в моем разуме раздался тихий голосок:

— Друг. Вода. Помоги. Еще. Пожалуйста.

— Понятно, — усмехнулся я. — Значит мало. И как же мне тебе помочь? — Задумавшись, я хлопнул себя по лбу и вытянул руку вверх точно над лужей.

— Водяной шар!

Над поверхностью лужи тотчас из ниоткуда образовалась небольшая сфера. Я лишь однажды пробовал это заклинание, когда хотел подшутить над зайкой. В итоге затопил половину двора. Зато сейчас шар получился именно таких размеров, каким я его представил. Значило ли это, что мой контроль над магией улучшился? Решено! Как только выберусь, сразу устрою магическую тренировку. Давно следует проверить, что во мне изменилось.

Тем временем, сфера, состоявшая из воды, тяжело и неторопливо опустилась на поверхность странной полуразумной жидкости. На несколько секунд, мысли установившего со мной телепатическую связь существа напрочь исчезли из моей головы. Оно питалось. Зрелище было удивительное — вода как бы растворялась в консистенции остальной жидкости. С водяным шаром было покончено в один миг, и я ощутил нечто похожее на довольную отрыжку.

— Ну что же, бывай. Я думаю, дальше ты справишься сам, — сказал я, поднимаясь на ноги и поворачиваясь к полуразрушенной стене бассейна, но тут же ощутил ужас, вселенскую тоску и страх снова потеряться. Обернувшись, я увидел, как лужа отчаянно забурлила, стараясь принять некую форму.

Сначала она собралась в достаточно большой шар, потом принялась отращивать что-то вроде опорных щупалец. Все это время я ощущал, как существо ненавязчиво копается в моих ощущениях и зрительных воспоминаниях, подыскивая желаемый образ. Оно как бы спрашивало, в каком виде ему предстать передо мной. Натолкнувшись на воспоминания связанные с отрядом, оно немедленно начало формировать женский образ. Это напоминало тот день, когда лесной дух женского пола пыталась создать себе тело. Тягучая масса воды неторопливо принимала различные формы, утягиваясь и утолщаясь сверху и снизу. Чувствовалось, что этот процесс был не слишком привычен для этого существа. Через полминуты, бесформенная масса, видимо определившись с выбором фигуры, превратилась в невысокую полупрозрачную девушку. Скажем так, весьма откровенного и эротичного облика. Огромная вздернутая грудь с торчащими сосками, длинные волосы, большие зеленые глаза, грациозная фигура, большие приятные глазу бедра и длинные стройные ножки.

Девушка, которую теперь трудно было назвать неопределенным существом, втянула в себя последние капли жидкости, оставшиеся на полу, и распрямилась, улыбнувшись мне. Она неуверенно шагнула мне навстречу, осваиваясь с непонятными конечностями и, оступившись, замахала руками пытаясь сохранить равновесие. Я, конечно, как настоящий мужчина, кинулся помочь ей и поймал ее прямо в свои объятия. Надо сказать, она оказалась гораздо тяжелее, чем я предполагал. Стукнувшись, как следует затылком о каменный парапет бассейна, я резко передумал ее держать и попробовал отстраниться. Не тут-то было! Девушка висела на мне как приклеенная, нисколько не стесняясь своей наготы, и весело улыбалась, не обращая внимания на мой мат, с которым я пытался с себя ее стащить. Когда я немного выдохся и присел отдохнуть, она сама отцепилась и удобно устроилась на моих коленях, вопросительно заглядывая мне в лицо.

— Ты говорить то можешь? Кто ты такая? — спросил я у нее. В ответ в моей голове сразу затолкались, сбивая друг друга с ног различные мысли-эмоции. — Нет, нет! — поморщившись, ответил я. — Телепатия, это неплохо, конечно, но способна ли ты на обычную речь в такой форме?

Девушка открыла рот, пытаясь что-то произнести. Видимо, такое общение было для нее в новинку.

— Меня зовут Ричард? — помогая ей, произнес я, широко открывая рот и растягивая гласные. — Ри-и-ича-а-ард! А тебя?

— Лии-тяльд! — вдруг чистым хорошо поставленным голосом ответила девушка. — Литялд! Литялд! Литялд!

— Да, я вижу, тебе понравилось, — усмехнулся я. — А ты? Как зовут тебя? — мягко нажимая ей на грудь немного выше выпуклых холмов, спросил я. Странное дело, но мои руки не могли продавить ее «кожу». Несмотря на ее прозрачное тело, внутри я не видел никаких внутренних органов. Только ближе к центру жидкость становилась гуще, образуя темное пятно. Очевидно, это было ее ядро или что-то в этом духе. В любом случае, то, что она обладала уникальными способностями, было ясно с самого начала. Интересно, знают ли что — нибудь о ней мои напарницы?

— Лу-у-у, — протянула вдруг девушка, — Лу-у, Лу-у, — показывая сна себя одной рукой. Другой она продолжала цепко держать меня.

— Лулу? — переспросил я. — Это твое имя? — Девушка радостно заулыбалась, демонстрируя белоснежные зубы и синий язычок. Удивительно, когда она успела в таких чертах подсмотреть строение тела? Или же она и раньше сталкивалась с людьми? Внезапно, девушка перестала улыбаться, а ее мордочка приняла серьезно-сосредоточенное выражение. Странно взглянув на меня, она вдруг резко встала на колени, и обхватила меня крепкими руками.

— Что… что ты делаешь? Лулу? — удивился я, но девушка вдруг сильно прижалась, отчаянно целуя меня. Я и моргнуть не успел, как ощутил вкус сладких губ, а ее язык проник в мой рот. Я несколько изумленно посмотрел в ее широко раскрытые зеленоватые глаза без зрачков, когда вдруг ощутил ее несильную эмоцию, робко постучавшуюся в мой разум. Судя по всему, девушка отчаянно устала от одиночества, проведя много времени в пересыхающем бассейне совсем одна, а когда вода, питавшая ее, совсем высохла, она, очевидно, решила, что больше к ней никто не придет. Можно представить с какой силой вспыхнула ее надежда, когда она смогла дотянуться до меня телепатией! А теперь, она была готова на все, лишь бы доказать мне свою преданность и охватившие ее чувства. Впрочем, если я правильно понял ее мысли, заниматься подобным было для нее не в новинку, и она сама хотела этого.

Слегка отстранившись, она облизнулась, впитывая в себя капельки моей слюны, и потянулась к краям моего костюма, вопросительно при этом, поглядывая на меня, — не возражает ли ее спаситель против такого внезапного изнасилования?

Спаситель не возражал, более того, он предвкушал будущее соитие с девушкой-слаймом. Вспоминая свою прежнюю жизнь, я перелистывал все потаенные сокровенные уголки памяти, пытаясь нарыть все, что касалось слаймов. Впрочем, кое-какой опыт в этой части у меня имелся, — достаточно вспомнить Нериду. Интересно будет сравнить ее и Лулу.

Тем временем, девушка безуспешно пыталась стащить с меня броню. Несмотря на все старания, ее ручки соскальзывали с пуговиц и застежек.

— Погоди! Это делается по-другому, — остановил я ее неудачные попытки. Проведя рукой по боку, я одним движением освободился от костюма, сбрасывая его с себя на пол.

— Ух, блин! — только и сказал я, коснувшись ледяного бетонного пола пятой точкой. Совсем забыл, что хожу в наноброне в чем мать родила, благо она компенсирует все неудобства. — Погоди, погоди секунду! — выставив ладонь навстречу рванувшейся ко мне девушке, выкрикнул я, лихорадочно роясь в небольшом рюкзаке, который всегда носил с собой. Выудив из него походный плед, я быстро расстелил его, повернулся… и в мгновение ока оказался прижат к полу навалившейся Лулу. Девушка, очевидно, сильно изголодалась по противоположному полу, так как я ощутил, как она буквально присосалась ко мне всем телом, массируя и вылизывая языком и волосяными щупальцами каждый сантиметр моего тела. Да, ее волосы шевелились как живые, самостоятельно лаская и поглаживая меня. Очевидно, каких-то особенных чувствительных мест на девушке не было, если она равномерно распределила себя по всему телу? Или было? Я попробовал перейти в наступление и помять ее груди с выступающими острыми полупрозрачными сосками. Стоило мне только слегка их сжать, как Лулу вскинулась и застонала, а из ее промежности на меня хлынул целый неконтролируемый водопад.

— Ого, какая чувствительность! — только и смог я изумленно произнести. — Надеюсь, это не только из-за твоего воздержания?

Слайм, тем временем, оправившись от первоначального экстаза, стекла по мне, устроившись на коленях и без лишних прелюдий, напала ртом на моего бойца. Ее искусный водяной осьминог тут же оплел мою подводную субмарину, нежно массируя бока и выступающую носовую часть. В отличие от напористой Нериды, она делала это нежно и мягко. Казалось, будто мой младший подвергается водяному массажу. Тысячи ложноножек внутри ее рта массировали его подобно щеткам на автомойке. Это было так приятно и неожиданно возбуждающе, что я сам не понял, когда вспыхнул, крепко сжимая ее голову и накачивая Лулу новой порцией сладкого.

Одновременно в моей голове взорвались ее эмоции. Изумление, наслаждение, радость пронеслись через мой мозг, а девушка, тщательно высосав все до последней капли, выпрямилась, глядя на меня с нескрываемым удивлением. Мое семя настолько быстро растворилось в ней, что я практически не успел ничего заметить.

Через последующую мыслесвязь и ее короткие слова я понял, что ничего подобного девушка раньше не пробовала. То есть, подобный опыт у нее был, но выделения самцов, бывших с ней раньше отличались от моих как небо и земля.

Это был уже второй раз, когда девушка пробовала на вкус мой йогурт. Правда, что зайка, что Лулу были слегка необычными. Не будем торопиться с выводами, но может и в самом деле Истинный Свет каким-то образом изменил меня?

Тем временем, слайм слезла с меня и легла рядом, смотря на меня изумрудными глазами и взмахивая пушистыми водяными ресницами. Я не стал заставлять девушку ждать и аккуратно лег на нее сверху. Вы когда-нибудь плавали на надувном матрасе? Так вот, это было совсем не похоже на матрас. Я как будто погрузился в желе, при этом, не продавливая ее поверхностный слой, и не доставляя Лулу никаких неудобств. Напротив, она томно вздохнула, стоило мне опуститься на нее, и обвила меня руками. Ее волосы, тут же накрыли меня синим водопадом, поглаживая голову и шею. Это было странно, но очень приятно. Лулу, чувственно и нежно целовала меня, стараясь максимально выделиться в этом незамысловатом процессе. Надо отметить, получалось у нее это на редкость замечательно.

Почувствовав, что ее руки соскользнули со спины вниз, пытаясь проверить мою боеготовность, я слегка приподнялся, давая оценить девушке мощь главного калибра подводных сил военно-морского флота. Лулу послушно раздвинула морские границы, дав великолепную возможность субмарине торпедировать ее тайную морскую базу, чем я незамедлительно и воспользовался.

Девушка выгнулась назад, застонав от волны затопившего ее наслаждения, когда был произведен первый проверочный залп в ее узкий туннель. Ощущения внутри нее чертовски напоминали те, что были во время минета. Казалось, мой ствол оказался в плотном захвате ложноножек, принявшихся массировать его, несмотря на энергичные движения. Такого я еще не испытывал! Это не напоминало ничего из прежде опробованного мной! Но теперь я контролировал процесс, стараясь держать себя в узде.

— «Интересно, может ли слайм устать?» — некстати подумалось мне. Насчет траты сил не знаю, но в весе девушка явно убавила. Скорее всего, это можно объяснялось выходом энергии.

То есть организм Лулу перерабатывал собственные ресурсы, иначе говоря, потребляя воду, слайм откладывал ее излишки в «жировые» прослойки, которые позднее тратились на совершение тех или иных действий. В то время как все живые организмы питались мясом или дарами природы, слаймы проделывали то же самое с водой.

— Я не иссушу тебя полностью? — заботливо спросил я у Лулу, замирая на секунду. В ответ та торопливо помотала головой, давая ясно понять, что опасаться нечего, и нетерпеливо поерзала нижней частью, понуждая меня скорее вернуться к активным действиям. Впрочем, она довольно быстро вздрогнула и напряглась, вновь заливая меня своим водопадом. Я немного отодвинулся, глядя на тяжело дышавшую девушку, и перевернул ее на живот. Понятливая Лулу тут же вскочила на колени, шаловливо толкая меня своей упругой попкой. Слегка разведя в стороны ее ягодицы, я примерился к ее служебному выходу, войти в который наверняка позволялось далеко не всем специалистам своего дела. Ничего не подозревавшая девушка успела только содрогнуться от нахлынувших чувств, когда я протаранил ее узкий коридор черного входа. На мгновение мне показалось, что в моей голове разорвалась бомба ее вспыхнувших эмоций, — настолько неожиданным оказался для нее мой поступок. Но она не оказала даже намека на сопротивление, полностью покорившись и отдавшись мне. Уже через несколько секунд она стонала едва ли не громче, чем когда лежала на спине, а еще через несколько минут кончила практически одновременно со мной. Наблюдая, как нереально быстро мой йогурт растворяется в ней, я заметил, как девушка похудела еще немного и вроде бы уменьшилась в росте.

— Пить хочешь? — спросил я распластавшуюся, как камбалу, Лулу. Та в ответ нерешительно помотала головой, но ее мысли, не слушая хозяйку, выдали ее с головой. — Глупышка! — усмехнулся я, потрепав ее похудевший животик, — мне это ничего не стоит. Не стесняйся просить всякий раз, как проглодаешься.

— Воды. Дай Литяльд. Пожалуйста. Милый! — еле слышно произнесла слайм, пряча взгляд.

— Сколько пожелаешь, дорогая! — ответил я, создавая пару водяных сфер с обеих рук. Коснувшись ее тела, те немедленно растворились, хоть и не так быстро, как в первые секунды нашего знакомства.

— Как давно ты здесь, Лулу? — спросил я девушку, натягивая костюм.

— Давно. Очень! — тут же ответила та, наблюдая за мной с испугом. — Литяльд. Прошу. Возьми меня. Вместе.

Слова у нее все еще получались плохо, как и интонация, но девушка очень старалась, вкладывая в них всю свою душу. Видно было, что больше всего на свете она боится вновь остаться одна в этом огромном бассейне, из которого никогда не сможет выбраться.

— Не волнуйся, я не оставлю тебя Лулу! — сказал я, улыбнувшись и протянув руку девушке. Ответно улыбнувшись, да схватилась за нее… и я снова упал на ее надувные арбузики. Совсем забыл про ее вес.

Собравшись, мы подошли к полуразрушенному краю. Я, воспользовавшись усилением тела и экзоскелета костюма, легко вкарабкался наверх. В голове тут же раздался тихий скулеж, похожий на вой брошенного щенка. Оглянувшись, я увидел, как Лулу безуспешно пытается повторить мои движения, каждый раз соскальзывая обратно на дно бассейна. Усевшись на пол, она уставилась на меня с молчаливым вопросом в изумрудных глазах, из которых медленно потекли огромные прозрачные слезы.

— Не плачь, я что-нибудь придумаю! — крикнул я ей и огляделся вокруг. Никакой лестницы не было и в помине, но мне пришлось изрядно потрудиться, собирая всякий хлам и здоровые камни по округе. Когда я набросал на дно бассейна целую кучу различного мусора и валунов, лулу рискнула забраться по ним и попробовала вылезти. Но когда она ступила с радостной улыбкой на край, куча под ней зашаталась и рухнула, увлекая ее за собой обратно. Я кинулся вслед за ней, хватая ее за руку, и активируя все усиления, чтобы не свалиться туда же. После пары секунд борьбы с гравитацией, мы все же перевалились через край и рухнули в обнимку на пол, пока внизу раздавался грохот раскатившихся камней.

— Пойдем, Лулу, — сказал я, поднимая ее с пола, — я покажу тебе целый мир. Да! И познакомлю с новыми друзьями. Они, наверное, уже с ума сходят от волнения.

— Пошли, Литяльд! — улыбнулась девушка, беря меня под локоток.

Проплутав по бесчисленным коридорам заброшенной неисчислимое количество лет назад военной базы, мы с Лулу, наконец, подошли к огромным металлическим дверям с надписями на непонятном языке. В том, что место, куда я попал и совершенно случайно нашел слаймодевушку, являлось режимным объектом спецназначения, я убедился, натыкаясь на знакомую обстановку в различных комнатах, заваленных различных хламом. Для каких целей служила эта база, оставалось неизвестным, да мне это было и ненужно. Попадавшиеся на пути приборы, изъеденные временем и ржавчиной, или не функционировали совсем, или доживали свой век, о чем ясно свидетельствовали изредка пробегавшие по панелям цветные огоньки.

Подойдя ближе и потрогав их, постучав, кулаком, ногой и даже молотом, я убедился, что, несмотря на тонну пройденного времени, ворота до сих пор качественно выполняют свою функцию — никого не впускать и никого не выпускать за пределы базы.

— Что будем делать? — спросил я, оборачиваясь, у Лулу. — Похоже, отпускать нас не собираются.

Вместо ответа девушка подошла к дверям и принялась водить ладошкой между створками. Вдруг она обернулась и улыбнулась мне:

— Литяльд! Жди. Скоро!

И всосалась в еле заметный зазор между воротами. Вот только что стояла — хоп! И нету. Только плед упал на пол, которым я заботливо обернул ее полупрозрачное тельце. Собственно, слайму было пофиг на окружающую температуру, за исключением особенно низкой или чересчур жаркой. Несмотря на неестественное строение и способности, ее тело сохраняло физические характеристики, присущие обыкновенной воде. То есть, замерзала при нуле, и испарялась при кипячении.

— Литя! — глухо донеслось с той стороны. — Палка. Большая. Металл. Тянуть?

— Да, тяни ее вниз! — крикнул я, догадываясь, что за палку она там нашла. Вот только хватит ли у нее сил провернуть проржавленный рычаг? Не успел я даже додумать, как с той стороны раздался скрип, закончившийся легким звоном и вскриком: — «Ой!». Сломала, значит рычаг. Вслед за этим по полу прошла легкая вибрация и с диким скрежетом ворота стали открываться. Механизм все еще действовал! Но, слегка разъехавшись, створки остановились. Пол еще немножко дрогнул и механизм умер. Наверное, насовсем. Оценив расстояние между стальными плитами, я прикинул, что втянув живот, можно попробовать пролезть. По идее. Впрочем, выбора все равно не оставалось. Конечно, можно вернуться и дальше плутать по коридорам, но сначала стоит рискнуть и попытаться пробраться внутрь.

Зашвырнув внутрь рюкзак, молот, и все, что только мог снять с себя, я вдохнул и вполз боком между огромными створками. Они были невероятной толщины, будто скрывали национальное достояние невероятной ценности. Но что там творилось, я разглядеть не мог, так как и с той и с этой стороны стояла кромешная темнота, а шарик света я сотворить забыл.

Внезапно послышался скрежет, и по воротам прошла вибрация.

— Да ладно?! — проскрипел я. — Лулу! — в проеме тут же проявилась ее поблескивающая фигура. — Хватай и тяни меня! — заорал я, протягивая ей руку. — Двери вот-вот захлопнутся!

Дважды просить не пришлось. Слайм выдернула меня из проема, как пробку из шампанского, и ворота тут же с грохотом захлопнулись. Приземлившись на мягкое, я живо представил, что со мной могло быть, задержись я там еще на секунду и мне резко поплохело. Пришлось полежать еще немного на мягких подушках Лулу, хотя девушка не возражала. Более того, она игриво прикусила мне ухо и шаловливо приласкала пониже спины, намекая на возможное продолжение.

Но, как бы нам обоим не хотелось повторения изучения подводной флоры и фауны, но время и место совсем к этому не располагали, о чем я и предупредил девушку. Та с сожалением вздохнула, но тут же вскочила, даже не подумав возразить.

— «Хорошая девочка!» — удовлетворенно подумал я, делая шаг в сторону, когда вдруг…

… Вспыхнул ослепительный свет, и одновременно с ним в уши ударил противный звук сирены…

… Со всех сторон послышались странные жужжащие звуки, будто совсем рядом со мной пробудилась гигантская пчела…

… Пока я как слепой щенок тыкался во все стороны, чтобы понять, что к чему, сбоку послышался глухой удар, и дико завизжала Лулу. Тут же ее голос прервался, сменившись на звуки…пылесоса?

— Какого ***?! — заорал я, пытаясь разглядеть хоть что-то слезящимися глазами. — Выключите свет или я сейчас тут все разнесу!

Словно послушавшись меня, яркость света немедленно снизилась до приемлемой и первое, что я увидел, что нахожусь в огромном помещении, напоминавшем самолетный ангар. Отовсюду на меня смотрели раструбы мощных орудий — с потолка, стен и даже из вылезших из пола круглых полусфер. Замерев, я бросил взгляд влево, где должна была находиться Лулу. Там стоял прозрачный саркофаг, внутри которого плавала серебристая жидкость. Периодически из нее вытягивалось щупальце, и саркофаг тут же освещался короткой вспышкой. Эмоции слайма тут же били по мне короткими импульсами боли, и щупальца утягивались обратно. Не составило особого труда понять, что эта банка являлась специальной тюрьмой для слаймов.

— Неизвестный Аркнайт на капитанском мостике! — прозвучал вдруг на весь ангар низкий басовитый мужской голос. — Командованию базы немедленно явиться на мостик! Автоматическая блокировка кают и служебных коридоров!

Пол под ногами задрожал, но вибрация сразу пропала.

— Нехватка энергии! — голос истончился до писка и пропал. — …вога! Тревога! Охране первой когорты…ыть к месту про. я отработки… Подключе…тельных резервов!

Свет угас почти до минимума, нацеленные на меня жерла опустились стволами в пол. Сирена смолкла. Медленно покрутив головой, я рискнул сделать шажок… и остался жив!

— Внимание! Неизвестный Аркнайт на палубе! Нехватка энергии! Подключаю аварийный резерв! — вновь заорал тот же голос. Свет стал немного ярче, но люки с роботизированными пушками даже не подумали открываться.

— Неизвестный Аркнайт на палубе! — продолжал надрываться автоответчик. Махнув на него рукой, я подошел к саркофагу и поднял молот, собираясь разнести к чертям эту банку, когда сирена вновь предупреждающе взвыла на короткий миг и тут же утихла, а вместо мужского баса я вдруг услышал высокое, хорошо поставленное, оперное сопрано женского голоса:

— Внимание! Неопознанный Аркнайт! Просьба не портить казенное имущество! Вы имеете право сохранять спокойствие! Охрана уже предупреждена! Просьба лечь на землю и заложить руки за голову!..

— Да?! А шнурки завязать можно? — обнаглел я. А действительно, чего бояться? Судя по всему, энергии на базе практически не осталось. Весь запас, который еще оставался в загашнике, был израсходован при срабатывании сигнализации. Даже при подключении таинственных «резервов» ничего особенного, кроме изменения тембра голоса, не произошло.

— Внимание!.. Шнурки? — вдруг сбился голос. — Что такое «шнурки»? Слово неопознанное. Внимание, неопознанный Аркнайт!..

— Да, да… — устало проговорил я, вновь вскидывая молот. — Скажи что-нибудь новое, железяка.

Размахнувшись и уже не слушая трындящий голос, безуспешно вызывающий охрану, я вдарил по саркофагу. Тот разлетелся на тучу стеклянных брызг и осколки металлолома. Лулу в мгновение ока собралась в целое и бросилась ко мне, наполняя меня эмоциями благодарности, пережитого волнения и страха.

— Спокойно, спокойно. Все позади, — уговаривал я девушку, пытаясь расцепить ее железную хватку. — Пошли искать выход.

— Смотри, Литяльд! — показала слайм на узкую полоску света, пробивавшуюся из стены в наиболее затемненной части ангара. Перешагивая через осколки саркофага мы направились в ту сторону, огибая различные роботизированные агрегаты, застывшие в разнообразных позах. Очевидно, главный компьютер базы до последнего экономил энергию, постепенно отключая все, что только было можно.

— Неопознанный Аркнайт! Прошу… оста…ся на мес…те, — донесся затухающий голос. — Прошу… не остав…те меня тут совсем. дну.

Круто развернувшись, я выкрикнул в пустоту ангара:

— Кто ты? Почему зовешь меня Аркнайтом? Ты разумен?

— ….шу, батар. я…. Вручную.

Голос зашипел, сменившись на помехи и пропал, но я уже мчался. Перепрыгивая через мусор, обвалившиеся куски лепнины и колонн к невысокой платформе, стоявшей ровно посредине зала. Над ней все еще светили тусклые лампы, и я надеялся, что это и есть источник странного голоса.

Вскочив на мостик, я не увидел ничего особенного: все те же приборы неизвестного назначения, странные цилиндры в ящиках в углу. Все было покрыто вековой пылью, но кое-где еще пробегали исчезающие огоньки непонятной энергии.

— Включение последнего резерва, — вдруг ясно и звонко произнес женский тенор. — Примерное время до отключения — двадцать тэхов. Неопознанный Аркнайт! Приказыв… кхм…, — сбился голос, — прошу помощи. Последняя жизненная активность на палубе была замечена более четырехсот граггов назад. Прошу для вашей идентификации и анализа жизнедеятельности сдать генетический код. Это поможет нам в дальнейшем общении.

— Анализы сдать? — догадался я. — В смысле пописать в баночку? Сперму, кал и мочу? Или вам просто дать мои трусы?

— Очень смешно, — резюмировал голос, — засуньте руку в отверстие на панели слева от вас. Больно не будет. Наверное.

Действительно, на одном из приборов, открылся маленький лючок, проглатывая скопившуюся на нем пыль.

— Ну хорошо, — сказал я закатывая рукав, и осторожно просовывая конечность в темное отверстие, — Но если ты мне руку отрежешь, я разнесу тут… Ай! Б***! С**ка!

— Больно? — участливо переспросил голос. — Я все лишь взяла пробы кожи и вашей биологической жидкости. Странно, раньше Аркнайты были сильнее.

— Бога ради душу мать! — процедил я, аккуратно вытаскивая руку. Такое ощущение, что мне как минимум отрубили половину пальцев и ржавой пилой стесали верхний слой кожи. Хотя зрительно я ничего не обнаружил. Даже лечение мигнуло и тут же исчезло.

— Анализ произведен, генетический код переписан, произведена структуризация. Проводится загрузка данных, подождите.

— Ага, подождем, — сказал я, подзывая Лулу. Та кружила поблизости, не решаясь подойти. Видно, знакомство с пылесосящим саркофагом не прошло для нее даром.

— Загрузка завершена. Привожу данные! Хуманид разумный! Ошибка данных! Структуризация не подтверждена! Генетический код. Ошибка! Обнаружены несовпадающие стихии! Рассчитываю запас нулевого элемента. Ошибка!..

— Эй, эй! — встревожился я не на шутку. — Что у тебя за ошибки выскакивают? Я что? Не человек?

— Вот это я и пытаюсь понять, — ворчливо отозвался тот же голос. — По всем моим параметрам такое существо как ты просто не может существовать! С виду ты обыкновенный хуманс, но при этом обладаешь всеми возможными стихиями, которые, по идее должны конфликтовать друг с другом. Тебя просто должно разрывать на части, как в метаморфном, так и в физическом плане! Тем не менее, по тебе незаметно, что ты испытываешь какие-либо затруднения. Далее, запас твоего нулевого элемента просто не поддается никаким измерениям! Может, ты связан напрямую с Варпом? Или ты — проекция Высших сил?

— Эй, железка, помедленнее, — попросил я, чувствуя, как распухает мой череп от обилия информации. — Элемент, очевидно, мана, с этим вопросов нет. У меня практически ее бесконечный запас. Так-то я почти обычный человек, но что такое вообще ты?! Может, представишься уже?

— Кхм, да, прошу прощения, — откашлялся голос. — Меня зовут Валенсия Моргулис Слаанеш ибн Кхорн. Я когда-то управляла данной субмариной. После последней героической битвы, мое тело получило повреждения несовместимое для продолжения жизнедеятельности, и мою личность соединили с инком суперкомпьютера, управляющего базисом. Наш корабль, получив серьезные повреждения, разбился на этой планете. К сожалению, террористическая атака квакеров погрузила меня в стазисный сон, из которого я вышла только сейчас. Как оказалось, энергия почти на нуле. А по запросам не отвечает никто. — голос Валенсии становился все тише и тише. — Совсем никто не отвечает. Ни один из полмиллиона запросов не достиг адресата. Страшно подумать… что могло произойти за это время…

— Эм-м-м, а кто такие Аркнайты? И почему ты напала на Лулу? — перевел я тему.

— Аркнайты — универсальные боевые единицы хуманоидного вида, способные в одиночку решить исход боя! — незамедлительно отозвался суперкомпьютер. — К сожалению, их оставалось мало, когда нам так нужна была их помощь. Вот почему, я пыталась до последнего решить дело миром, когда обнаружила еще одну неопознанную единицу прямо на капитанском мостике. А твоя так называемая «Лулу», квазиживой организм, источник невероятной энергии, неконтролируемый практически никем, кроме Аркнайтов. Двое таких как-то уничтожили целую независимую базу Кварков, — предалась воспоминаниям Валенсия.

Внезапно коротко взвыла сирена.

— Время, — печально поведал голос. — Мне осталось совсем недолго существовать.

— Мы… можем тебе как — то помочь? — кляня себя за доброту и длинный язык, спросил я. Вот оно мне надо — связываться с чужеродной формой жизни? Судя по всему, эта Валенсия была той еще стервой.

Валенсия долго молчала. Когда я уже было начал думать, что она отключилась навсегда, динамики, наконец, ожили:

— Есть один способ, — сказала она. — Если вы сможете мне помочь, у вас не будет более верного союзника, клянусь Варпом! Как тебя зовут, Аркнайт?

— Ричард. Ричард Светоносный, — ответил я, ощущая, что влезаю в очередную задницу, да еще и прошу себя притопить в ней.

— Ричард… — Валенсия снова ушла в раздумья. — Мне осталось существовать не так уж много времени. Я выкачала энергию со всей субмарины, отключив все более-менее не столь необходимые системы. Сейчас «Знайка Один», громадный варполет, некогда наводивший ужас на ближайшие метасистемы, погребен под толщей земной коры этой планеты. Таким он и останется на веки вечные. Но у меня все еще есть шанс продлить свое существование, пусть и в низшей форме. Справа от вас в ящиках контейнеры с концентратом нулевого элемента. Я прошу вас вставить их в приемники. Это даст мне еще немного времени и возможность переродиться.

— Прежде чем я сделаю это, — сказал я, окинув взглядом ящики. Их было не так уж и мало, а на вид они были тяжеленькими. — Какие ты даешь гарантии на то, что не причинишь вреда ни нам, ни нашим товарищам? Будешь ли ты подчиняться моему слову? Будешь ли соблюдать три закона робототехники?

— Это что за законы? — немедленно заинтересовалась Валенсия.

— А, забей! — отмахнулся я. — Просто веди себя адекватно, и не лезь куда не надо. Ну что? Согласна?

— Я согласна на все, только помогите мне! — с легким надрывом произнес голос. — Согласно нашему договору, я введу себе программу самоуничтожения в случае неисполнения вашего приказа.

— Идет, — подтвердил я. — Так. Куда мне надо вставить эти баллоны?

В течение следующих десяти минут я бегал по залу, перетаскивая ящики и вставляя в пазы и лючки в стенах странные батареи, больше всего напоминающие гигантские баллоны со светящимся газом внутри. Если бы не усиление тела вкупе с костюмом, а также помощь Лулу, я бы никогда не справился.

— Спасибо, гроссмастер, — произнесла Валенсия, как только за последним баллоном захлопнулась крышка. — Эти крохи энергии помогут мне исполнить задуманное. Молюсь только, чтобы хватило энергии. Ожидайте…

И голос стих. Пожав плечами, я подошел к пролому в стене. К сожалению, проход был недостаточно широк для меня. А другого выхода из ангара не было. Лулу легко бы пролезла наружу, но она даже не подумала оставить меня ни на секунду, преданно смотря мне в глаза, как верный пес. Стило мне только сравнить ее с питомцем, как ее образ немедленно преобразился. И вот передо мной сидела великолепная полупрозрачная овчарка, яростно колотившая хвостом по полу. Открыв пасть, полную белых, совсем не водяных клыков, она оглушительно гавкнула на весь ангар.

— Ты все больше и больше поражаешь меня, Лулу, — ошеломленно сказал я, пытаясь вытрясти эхо из ушей. — А что ты еще умеешь?

Но с противоположной стороны раздался шум открывающейся стены, похожий на тот, когда меня атаковали охранные боты, и я резко развернулся, готовый отражать вероятное нападение. Но из темноты проемы лишь выехала самодвижущаяся тележка, на которой лежал саркофаг, как две капли воды похожий на тот, что я размолотил молотом. Подъехав к нам, тележка остановилась, и в тот же момент умерли все лампы. Светилась только прозрачная крышка, скрывавшая от нас содержимое гроба. Приблизившись, я взглянул на саркофаг сверху. Лулу, вновь принявшая человеческий привычный облик, также высунула любопытную мордашку из-за моего плеча. К сожалению, клубившийся внутри туман полностью скрывал находившееся внутри.

Щелкнуло и с легким шипением стекло пошло в сторону, выпуская клубы белого пара. Когда он иссяк, я вновь склонился над открытым саркофагом, когда изнутри что-то буквально вылетело, сбивая меня с ног.

— Хвала Кхорну, как же это приятно, вновь чувствовать себя живой! — протянул до боли знакомый голос.

Лежа на спине, я посмотрел вверх. Опираясь на мою грудь, на меня смотрела…

Девочка. Обыкновенный ребенок примерно десяти лет. Голая, но ничего возбуждающе-эротичного в ней не было. Обыкновенная девчонка с белыми коротко стрижеными волосами, острыми коленками и полным отсутствием каких-либо признаков груди.

— Ну? Как я тебе мой герой? — слегка насмешливо спросила она, сдвигаясь в сторону и протягивая руку. На автомате схватившись за ее ладошку, я, было, подумал, что сейчас она свалится на меня. Не тут-то было! Она дернула с такой пугающей силой, что едва не оторвала мне руку! Взвизгнув от боли, я вскочил сам и заорал:

— С ума сошла? Силу-то рассчитывай!

— Странно, — бормотала Валенсия, оглядывая свое детское тело. — Этого не должно было случиться! Как же так? Почему я получилась такой…

— Девочка! — засмеялась Лулу. — Девочка. Милая! Кава-ай! — ничтоже сумняшеся, протянула руки к «ребенку». Валенсия, даже не глядя на слайма, вытянула руку в ее сторону.

— Уймись слизняк, — спокойно, даже равнодушно сказала она. Из ее ладони при этом вылетел тонкий узкий луч, аккуратно распиливая Лулу две половинки. При соприкосновении с ней неведомая энергия зашипела, испаряя поверхность жидкости. Две идеально ровные половинки упали на пол, расплылись и медленно стали собираться в одну. По моему мозгу ударила волна боли, недоумения, обиды и ужаса.

— В следующий раз протянешь ко мне свои скользкие конечности, оставлю от тебя мокрое место, — все тем же равнодушным тоном добавила мерзкая девчонка и обратила внимание на меня, застывшего от неожиданности. — Мы так и будем стоять или…

Шагнув к ней, я залепил девчонку неплохую оплеуху. Ощущение было аццкое — будто я ударил гранитную скалу! Девочка медленно подняла руку, прикасаясь к покрасневшей щеке и потирая ее, посмотрев на меня удивленным взглядом. В ее детских глазах разгоралось новый неведомый мне огонь.

— Боль! — прошелестела она странным тоном. — Я совсем забыла, какое это сладкое чувство. Мастер? Вы сделали этого из-за слизи? — Она перевела недоуменный взор на бурлящую лужу, из которой Лулу пыталась заново слепить свое тело. — Но ведь это просто слуга! Она даже разумом не обладает!..

Бац! Бац! Бац!

Не удержался, не скрою. Уж очень мне захотелось проучить твердолобую во всех смыслах девчонку, вообразившую себя центром Вселенной. Да из чего она сделана?! Я чуть руки не сломал!

— М-мастер…, чуть ли не пропела, тяжело дыша, Валенсия, потирая слегка порозовевшие щеки. — Нет! Хозяин! Да, Хозяин, прошу, накажите меня еще! Я отвратительно себя вела! Ах, это такое сладостное чувство! Навевает такие воспоминания. — Она плюхнулась на колени, и продолжила, закатывая глаза. — Однажды, зачищая базу квакеров, мы наткнулись на пленного мутанта-слаанешита. Ух, как он тогда нас благодарил, засовывая свои шипастые тентакли нам в…

— А ну заткнись, тварь! — заорал я. Чаша терпения давно была переполнена. Девица мгновенно захлопнула рот, глядя на меня с таким немым обожанием, что я даже забыл, о чем хотел сказать.

— Значит, так, ты, слуга! Отныне любое оскорбление моих друзей и приближенных будет приближать тебя к самоуничтожению… — Глянув на пигалицу, я заткнулся. Она смотрела на меня, слегка улыбаясь, вздрагивая всем телом после каждого резкого слова, но никакого страха или ненависти в ее глазах не было и подавно. Только слепая страсть и вожделение. И струйка слюны, стекающая с уголка рта.

— Только девчонки-мазохистки мне в наборе не хватало, — пробормотал я, потирая лоб. — Нет, обычные уговоры тут не подействуют. А что если?…

Заложив руки за спину, и выпрямившись перед пацанкой, я выгнул грудь колесом и заорал на нее:

— Враги человечества не устоят перед нами! Восславим Избранного и уничтожим его врагов! В открытом разуме нет места сомнениям! Я не дам умереть никому из товарищей и друзей, если буду в силах помочь!

— А-а-а! — закричала Валенсия, падая на землю и сжимаясь в комочек, — нет, нет, нет! Не надо! Не произносите такие ужасные фразы!

— Избранный защитит нас всех! — добил я ее и продолжил уже нормальным тоном. — Каждый раз, когда ты будешь выказывать мне непослушание, вместо наказания будешь получать лекцию от меня и обнимашки от Лулу.

— Не-е-е-е-ет! — зарыдала та, хватая меня за ноги. — Хозяин! Мастер! Все, что угодно, только не позволяйте слизи меня трогать! Все, что прикажете!

— Отлично! — выпрямившись, удовлетворенно сказал я. — Цель достигнута. Отныне знай свое место. Кстати, ты почему вообще мелкая такая? Я представлял тебя иначе.

— Хозяин, — жалобно протянула та, приподнимаясь с пола. — Я и сама предполагала, что мое тело будет выглядеть немного иначе. К сожалению, никто не озаботился запасами биогена, и мне пришлось выскребать энергию буквально отовсюду. Переселяя сознание из матрицы в это тело, я загрузила точные данные в автоматику. Очевидно, на активный рост этого тела просто не хватило энергии.

— Погоди, — задумался я, — но ведь ты необычный ребенок? Из чего ты состоишь?

Валенсия горделиво выпрямилась, что смотрелось комично.

— Это венец исследования биотехнологий! — пафосно ответила она. Наши ученые создали невозможное — теперь мы можем… точнее могли клонировать любое существо. На это требовалась просто прорва энергии, но, при желании, мы могли вырастить из клетки кого угодно, хоть Протосса! Разумеется, я не ограничилась обычным телом из плоти и крови. В него встроены биоусилители и имплантаты. Даже при повреждениях тела более пятидесяти процентов есть шанс на выживание! Я могу поднять вес четверо превышающий собственный, а моя выносливость и боевые навыки выше всяких похвал!

Она говорила еще и еще, но я давно уже ее не слушал, вместе с Лулу исследуя пролом в стене.

— Эй, вы меня слушаете или как?! — возмущенно крикнула она нам, когда обратила внимание, что слушатели давно забили болт на нее, — Я тут как бы полезную информацию вам рассказываю. Я ведь теперь ваш союзник?!

— Есть ли отсюда другой выход? — отмахнувшись, спросил я.

— Есть! — тут же ответила она, но, очевидно, вспомнив про закончившуюся энергию, смущенно добавила, — то есть был. Раньше, ну когда…

— Я понял! Лулу, отойди в сторону, а лучше спрячься за меня. И ты тоже.

— А зачем? — спросила неугомонная Валенсия, высовываясь из-за моего плеча. Не слушая ее, я выставил руку в сторону пролома и мысленно скомандовал… Нет, даже не скомандовал, а представил…

… Валенсия Моргулис Слаанеш ибн Кхорн стояла, вцепившись в плечи своего Хозяина, дрожа от переполнявших ее чувств. Подумать только: неопознанный Аркнайт, выглядевший как обыкновенный хуманс, оказался далеко не прост! Мало того, что он мгновенно нашел ее слабость и подобрал ключи к ней, бывшей властительнице половины подпространства Варпа! Более того, его кровь, генетический код и анализы стихий и запасы элемента совершенно не подавались какой-либо идентификации, показывая абсолютно невообразимые параметры! А стоило ему ощутить боль от Его руки и услышать гнев в Его голосе, как она поняла, что бесповоротно и окончательно втрескалась в Него, словно мокрощелка-новобранец на смотре Героев.

Но все предыдущие впечатления померкли после того, как из руки Хозяина, словно как из аннигиляторной пушки крейсера, ударил луч раскаленной энергии, за несколько секунд проделавший огромную дыру в стене. Уронившая челюсть на пол Валенсия не могла поверить своим глазам, даже когда Он повелительным жестом махнул ей, приказывая следовать за собой, и двинулся первым. Почувствовав, липкую влагу, стекающую по ее полудетским бедрам, она провела рукой и с недоумением взглянула на собственные пальцы, испачканные в давно забытом любовном соке. Несмотря на то, что перерождение не было завершено, тело функционировало в ускоренном режиме, реагируя на все нервные возбудители, согласно ответам нервной системы хозяйки. А та пребывала в полном экстазе, что стала слугой далеко не самого простого Аркнайта…

— Значит, — развивал я тему, предложенную мне Валенсией, — чтобы твое тело развилось до заданных параметров, тебе нужна энергия?

— Именно! — подпрыгивая и шипя сквозь зубы, подтвердила девчонка. Мы шли по оплавленному коридору, который я проделал заклинанием.

С некоторых пор я заметил, что мне не надо придавать форму словам, достаточно лишь представить желаемое и подсознание само займется подстановкой стихий. А после получения паладинства все вообще стало получаться само собой.

Лулу я нес на руках. Собственно, я предложил и девчонке то же самое, но она отказалась. Чокнутая мазохистка! Она даже радовалась ожогам, чертовски быстро заживавшим на ее детских ножках.

— И какого рода энергия тебе нужна? — продолжал я допытываться.

— Любая, которую я смогу поглотить, — тут же ответила Валенсия. — ЗА исключением энергии Хаоса, электричества или содержащейся в плазме крови живого существа. Все другие виды полностью подойдут.

Впереди показался свет. Мы приближались к выходу. Еще через пару сотен метров мы, наконец, вышли под теплые лучи солнца.

— Свет! — пораженно произнесла пацанка. — Как давно я не видела и не ощущала этого! Что за удивительное чувство!

Смеясь, она запрыгала по небольшой полянке, как ребенок, радуясь всему, что чувствовала, спеша дотронуться до каждого листочка. Лулу не отставала от нее, благоразумно сохраняя дистанцию. Она тоже восторженно бегала от дерева к дереву, исследуя все, до чего дотрагивалась.

Я задумался. Была у меня одна идея, как помочь вырасти этой малолетке с душой древней старухи, но к чему это могло привести, только духи ведали. Кстати, надо будет с ними потом проконсультироваться. Но, была не была, а действовать надо.

— Валя! Подойди! — приказал я девчонке. Та, едва заслышав меня, за долю секунды преодолела разделявшее нас расстояние и замерла, пожирая меня глазами. — Как ты смотришь на то, чтобы поглотить мою энергию и завершить трансформацию?

— Поглотить? Трансформацию?! — не веря своим ушам, переспросила она. — Это, конечно, возможно. Теоретически, Аркнайты подходят по всем параметрам. Более того, при исследовании биотехнологий клонирования использовались их останки. Попробовать можно, но для этого может потребоваться невероятное количество энергии! Я не думаю, что процесс можно будет прервать… И вообще, не повредит ли она вам. Хозяин.

— Тогда приступаем немедленно! — приказал я. — Лулу, присматривай за нами. Валенсия, что мне необходимо сделать?

— Теоретически мне необходимо войти с вам в прямой контакт, — задумалась девчонка. — Пожалуйста, опуститесь на колени, вот так, расслабьтесь и закройте глаза. Когда почувствуете отток энергии, постарайтесь не мешать мне и не препятствовать. Я сама перекрою приток, если почувствую угрозу вашей жизни и здоровью.

Я послушно закрыл глаза, и наглая девчонка тут же прижалась ко мне и вонзилась острым язычком в мои губы. Чувствуя себя педофилом, я послушно приоткрыл рот… И ощутил, как поток Силы без моего приказа тотчас рванул из меня! Приоткрыв глаза, я с удивлением уставился на меняющееся лицо Валенсии. Из детского, оно становилось все более округлым и женственным. Ее губы полнели на глазах, а в области груди я вдруг почувствовал мягкое давление сродни наполняющимся воздушным подушкам. Оторвавшись от моих губ, она запрокинула голову, бормоча:

— Сколько энергии! Я… Я могу все! Я переверну Вселенную, я уничтожу любого, кто посмеет противостоять мне! Я…

И она вдруг раскинула руки и дико закричала от ярости, боли, гнева и восторга. Неосязаемый, но слепящий луч Силы ударил от нее вверх до самых облаков, забирая излишки у зарвавшейся девицы. С усилием я перекрыл подачу живительного кислорода в ее переполненный скафандр. Луч тут же потух, а Валенсия, потеряв сознание, повисла на моих руках. Лулу приблизилась к нам, с ужасом поглядывая на резко повзрослевшую девчонку. В голове тут же забились ее эмоции недоверия и страха.

— Не волнуйся, — прохрипел я. — она больше неопасна. Немного подросла, а лишнюю энергию я у нее забрал.

Из кустов донесся подозрительный шум, и на полянку выскочил белый волчонок. Коротко тявкнув, он подскочил ко мне, кидаясь на грудь и стараясь лизнуть в лицо. Тут же из кустов посыпалась остальные, которые, увидев меня, обнимающегося с голой Валенсией и боязливой Лулу, спрятавшейся сзади, ошеломленно замерли.

Вперед вышла зайка, которая, дико вращая красными глазами, выставила руку в обличающем жесте и произнесла:

— Вот ты *** Ричард! Мы тут все джунгли обыскали, все глаза выплакали! А он, смотрите! Откуда-то еще двух женщин нарыл! Когда ты только успеваешь, кобелина ***?! А это еще кто?! — заметила она полупрозрачную фигуру слайма.

Разглядев, как следует, Лулу, она невольно попятилась:

— Водяница! Быть того не может! Вас же всех перебили в Войну?! Ну, Ричард, — пораженно, сказала она, оглядывая ее и меня, — если завтра ты добавишь в гарем каменную горгулью, я даже не удивлюсь. Только скажу, что так оно и должно было случиться.

Остальные девушки принялись несмело приближаться, глядя на Лулу если не со страхом, то с уважением. А мне уже чертовски все надоело.

— Так, познакомимся позже, — сказал я, подымаясь и перекидывая безвольное тело Валенсии на руки Катарине. — Оденьте эту и прекратите шарахаться от слайма! Эту прозрачную водяницу зовут Лулу. Она плохо говорит, но все понимает. Совсем как Эняон.

Оборотень, заслышав свое имя, коротко тявкнул, и подбежал к отшатнувшейся водяной, ткнувшись носом в ее бедро. Лулу робко дотронулась до его головы и он тут же облизал ей руку. Слайм, весело засмеявшись, присела и обняла резко застеснявшегося Эняона.

— «Надо будет попросить ее как — то себе одежду приготовить», — подумал я, я усмешкой глядя, как оборотень пытается отвернуться от огромных полушарий, которыми Лулу оперлась на него. Словно услышав меня, а прочем, наверняка почувствовав, та обернулась и склонила голову на бок, слегка удивленно прислушиваясь к моим мысленным образам. Отпустив щенка, она выпрямилась и буквально за несколько секунд преобразовала себе одежду, подобно той, что была на зайке. Тут же ее окружили остальные девушки, знакомясь и расспрашивая. Барьер был сломан и все, что мне оставалось, подготовиться к пробуждению Валенсии.

Вскоре, наш отряд был готов отправляться дальше. Спящая красавица проснулась, была крепко-накрепко заинструктирована и переодета. Впрочем, ей было чем заняться и без моих наставлений. Мельком я успел поймать настороженные взгляды, которые на нее кинули сестры битвы. Разборки я оставил на потом. Что касается Лулу, то ей ничего не требовалось, кроме как находиться неподалеку от меня. Несмотря на огромное количество влаги в джунглях, она все равно иногда выпрашивала у меня водяные сферы под предлогом — «У Литяльда вкуснее!» Я не возражал, напротив, мне, как и всем остальным, нравилось смотреть, за процессом растворения в ней жидкости.

Мы некоторое время не торопясь продвигались сквозь чащу, когда Эняон не подал сигнал о завершении похода. Согласно его указаниям, которые нам переводила совершенно сроднившаяся с ним Зельда, портал находился совсем рядом.

Как только мы преодолели последний зеленый заслон, отделявший нас от цели, и вышли на огромную поляну, девушки ахнули. Перед нами предстали огромные, нетронутые временем каменные арки. Конечно, они только казались сделанными из камня. На самом деле, неизвестный металл не смогло разрушить ни время, ни войны. Оставалось только гадать, что ушла на их изготовление.

— Святой трон Императора! — вскричала вдруг Софития, — Это не просто портал! Это нулевая варп-станция!

— Быть того не может, сестра! — подбежала к ней Китана. — Ведь они были отключены самим Кхорном!

— Лживые дряни! Кхорн никогда не имел дела с Варпом! — вдруг очнулась Валенсия. — Это происки кварков! Ваш гнилой Император сдох, как собака, в веках, а Хаос жив!

Сестры медленно обернулись к ней. В их руках загорелось белое пламя.

— Как смеешь ты, отродье Хаоса, оскорблять Императора?! — прогудела старшая.

— Еретичка подлежит немедленной детерминации во имя Империи! — вторила ей младшая.

— Идите сюда, подсоски червивого трупа, лежащего в позолоченном ящике! — огрызнулась Валенсия, поднимая руки. — Пусть у меня не так много энергии, но я так просто не сгину после моего перерождения…

— А ну всем стоя-а-а-ать! — заорал я, бросаясь между ними, чтобы словить оба шара от сестер в грудь и ярко-красный сгусток не-пойми-чего в спину от бывшей девчонки. Свет померк, и я благополучно вырубился…

… — Т-твою мать! Как же больно! — поморщился я, аккуратно трогая шишку на голове. Я сидел возле арки портала, скромно дожидаясь своей роли в проходящих работах. Остальные занимались своими делами или просто отдыхали. Передо мной на расстоянии нескольких метров стояли всхлипывающие сестры битвы. За ними стояла грозная зайка с веревкой, стегавшая их по задницам каждый раз, когда они позволяли себе скабрезность в сторону стоявшей чуть поодаль в такой же позе Валенсии. Та не оставалась в долгу и Лулу, стоявшая за ней, ласково гладила ее по голове своими влажными руками. Для бывшей мисс Вселенной это было хуже ножа.

Процесс перевоспитания шел успешно.

Как оказалось, я провалялся достаточно долго, попав под перекрестный огонь разъяренных противниц, вспомнивших застарелую вражду. Когда моя бездыханная полусожженная с одной стороны и промороженная с другой упала на землю, воительницы с обеих сторон немного опешили, что дало остальным прекрасную возможность скрутить их. Смех смехом, а попытки привести меня в чувство и подлечить заканчивались неудачей. Черт его знает, как бы все закончилось, когда внезапно помощь пришла оттуда, откуда ее вообще не ждали.

Как мне поведала зайка, когда стали поступать предложения принести духам в жертву виновниц происшедшего, дабы умилостивить их и вернуть Избранного, из леса совершенно бесшумно вышла девушка, почти девочка, одетая в зеленую одежду.

— У нее глаза были зеленые без зрачков! — вспоминала Катарина, стискивая меня так, что я чуть вторично не отдал концы. — Игнорируя нас, она прошла к тебе и возложила на тебя руки, совсем как ты, когда исцеляешь. Только не было такого Света, который появляется от твоего лечения. Было какое-то зеленоватое сияние, а потом она повернулась и сказала, что ты будешь жить, но магией временно пользоваться не сможешь. И ушла обратно в лес, также ни на что не реагируя.

Дети леса. Только они могли провернуть такое. Вряд ли бы Духи вмешались в мою жизнь. Размышляя об этом, я смотрел пустым взором на виновниц своего состояния и, наконец, пришел к единственному возможному выводу.

Я незаметно подал зайке знак и поднялся. Медленно ступая, я подошел к провинившимся.

— Ваши клятвы более недействительны, — глухим голосом сказал я. — Вы можете идти куда угодно.

Сестры и Валенсия ошалело вылупились на меня. Бывшая начальница военной базы, не вставая с колен, подползла ближе.

— Но ведь…ведь, — забормотала Софития, подыскивая оправдание, в то время как ее более впечатлительная сестра сразу же всхлипнула.

— Что «ведь»? — переспросил я старшую. — Как было договорено? Соблюдать правила, не распускать руки, следовать приказу? А что я вижу? Поддалась провокации, нарушила все, что обещала и в чем клялась, да еще и подчиненную потащила за собой! А ты?! — повернулся я к подползавшей мазохистке. — Не успела переродиться, как захотелось самоуничтожения? Или для тебя давно исчезнувшие в веках идеалы важнее жизни?

— Честь Императора, законы… — пыталась оправдываться Софития, в то время как Китана уже рыдала в голос.

— Да как вы могли? — накинулась на всех троих Катарина с поддержкой остальных. — Ричард рисковал всем, чтобы помочь вам! Вы так бы и оставались глупыми курицами и летали бы до скончания времен! — шипела зайка на сестер. — А ты, глупая девчонка, доживала свой век, будучи запертой в пещере! — добавила она поникшей Валенсии.

— Хозяин, прошу, простите меня! — заревела та белугой, вцепляясь в мои колени. — Прошу, проявите сочувствие! Я поддалась инстинктам, когда услышала и увидела перед собой древнего врага! Не развоплощайте меня! Клянусь, я приму любую вашу кару! Я готова обниматься с Лулу! Я буду целовать ваши ноги! Я буду …

Она была согласна на все, более того, ее дыхание участилось, а лицо значительно покраснело. Кивнув слайму, я отошел к сестрам, не обращая внимания, на раздающийся за спиной визг, — Лулу знала, что ей делать. По идее, миссия с Валенсией была завершена. Оставалось дело немного потруднее: добиться того же от сестер.

Подмигнув зайке, не ослаблявшей психологическую атаку, я наклонился к сестрам.

— Вы уже решили куда податься? — с сарказмом спросил я, вызывая новый взрыв слез и соплей от младшей. Старшая все еще держалась, бормоча про древний долг и прочую херню. — Предупреждаю сразу, что на этом материке вам точно нигде рады не будут, придется вам самостоятельно искать способ перебираться на другие. Подумать только — мало того, что пошли против клятвы, так еще и пытались убить Избранного! Меня, то есть. Не ожидал, Софа, не ожидал.

Та вскинула голову, и я с легким удовлетворением увидел как ее глаза предательски вспухли. — «Еще немного. И ты у меня запоешь иначе!» — злорадно подумал я, а вслух сказал совершенно другое:

— Придется вам, как и раньше, надеяться только на себя. Я понимаю, что такие бравые воительницы как вы, обойдутся без компании друзей, готовых прикрыть спину, согреть в непогоду и поделиться новостями.

После каждой моей фразы, Китана рыдала все сильнее. А зайка, чутко подловив момент, громко сказала в почти полной тишине:

— Вот дуры!

И Софития сломалась! Всхлипнув, запруду ее слез наконец-то прорвало, и она присоединилась к сестре.

Удовлетворенно выпрямившись, я дал отмашку Лулу, обнимавшую полузадушенную Валенсию и остальным девчонкам. Спектакль был окончен. Разумеется, отпускать этих идиоток никто не собирался! Это все равно, что добровольно обречь материк на полномасштабную войну. Поэтому, заранее пошушукавшись, мы устроили небольшое представление, целью которого являлось довести виновниц до полного самоуничижения с последующим согласием на все мои условия.

— Или… — добавил я уже другим, более серьезный тоном, отмечая всплеск эмоций виновниц, — я могу дать вам последний шанс, разумеется, только на моих условиях…

Тут бывшие убийцы буквально сшибли меня с ног, готовые согласиться на что угодно. Следующие полчаса ушли на тщательное соглашение, в результате которого, они стали, чуть ли не рабынями. Валенсия, впрочем, не шибко возражала. Но первым условием договора было взаимное примирение.

Если Валенсия достаточно легко пошла на сближение, то с сестрами пришлось повозиться. Наконец, усилиями одного охрипшего Избранного, нескольких измученных девушек из его отряда и растерянного слайма, бывшие враги пожали друг другу и обнялись.

Солнце стояло уже высоко. Когда разногласия были улажены, сестры занялись делом, из — за которого мы и проделали весь этот путь, — настройкой портала. Остальные готовили обед, патрулировали местность или просто отдыхали. Я же, закончив наставлять провинившихся, отошел, покряхтывая в сторону. Тело все еще побаливало. Чертовски неудобно было осознавать себя быть лишенным магии. Интересно, а как долго мне гулять вот так? Хорошо хоть рядом пробегала небольшая речка, и можно было не беспокоиться насчет Лулу.

Внезапно кто-то дернул меня за рукав. Обернувшись, я увидел довольную Катарину.

— Ловко мы развели, Рич?! — заговорщицким тоном произнесла она, предусмотрительно проверив, что нас никто не подслушивает. — Я ведь была на высоте?

— Разумеется, моя дорогая! — улыбнулся я. — Что бы я без тебя делал?!

— Значит, я заслужила небольшую награду, — спросила та, увлекая меня за собой в лес. — Когда я собирала грибы, то увидела поблизости кое-что интересное! Пойдем, покажу!

Пожав плечами, я двинулся вслед за спешащей зайкой. Все равно ближайшие несколько часов нам нечем было заняться. Софития, едва взглянув на приборы портала, заявила, что придется повозиться. Разведка показала, что диких племен орков и прочих враждебных рас можно было не опасаться. А монстры водились гораздо дальше. Конечно, расслабились не все. Валенсия, оказавшись не у дел, взяла на себя обязанности добровольного часового вместе с Эффой, с которой неожиданно нашла общий язык.

— Смотри, милый! — вскрикнула зайка. — Смотри, какое чудесное место!

Действительно, мы вышли к небольшому озерцу выше по течению той самой речки, возле которой раскинулись временным лагерем. Кроме того в озерцо впадал небольшой водопадик. Зайка со смехом побежала к воде, скидывая на ходу обувь и костюм.

— Рич! Ну же! — заходя уже обнаженной в прозрачную воду, сказала она. — Я жду! — и маняще провела языком по губам.

— Уже иду! — ответил я, поспешно сканируя окрестности даром, доставшимся мне от детей Леса. В общем, все было спокойно, не считая непонятного полумагического сгущения в глубине озера. Но злом или Хаосом тут не пахло, а большего добиться от глупых рыб я не мог. Что-то определенно было в глубине на самом дне, но к добру это или к худу, точно сказать было нельзя. В любом случае, следовало соблюдать осторожность.

Раздевшись, я последовал за зайкой, осторожно вступая в ледяную воду. Катарина уже вдоволь наплавалась и приближалась ко мне, выставив над водой хитрую мордашку.

— Эй, ты что задумала?! — забеспокоился я, когда увидел ее ярко-красные глаза, в которых блестело легкое безумие. В ответ она со смехом выпрыгнула из воды, накрывая меня холоднющей волной, и тут же прижалась своим восхитительным телом, сливаясь со мной в поцелуе.

— Кто бы что ни говорил, Рич, но я тебя никому не отдам! — произнесла она с жаром. — Нет, конечно, я не претендую на твою свободу, но рано или поздно, ты будешь только мой, вот увидишь! И вообще! Я соскучилась! Зайка хочет пих-пих!

Я молча обнимал ее, глядя в ее ярко-красные, горящие огнем страсти, глаза, и думал, как оно все могло сложиться, если бы выбор богов пал бы не на меня, а на другого счастливчика. Так бы и влачил унылую серую жизнь в том мире?

Отмахнувшись, от тяжелых воспоминаний, я покрепче сжал в своих объятиях охнувшую зайку, чувствуя, как мой пистолет буравит ее живот и уже планировал переходить к основному блюду, как вдруг почувствовал странное шевеление в эмоциональном плане подводных обитателей.

— В чем дело? — спросила Катарина, отрываясь от меня, когда вода вокруг нас забурлила. В тот же момент я оказался на берегу, выброшенный нечеловечески сильными руками зайки, а сама она уже летела вслед за мной в невероятном прыжке. Схватив молот, я встал рядом с уже вооружившейся крольчихой.

Середина озера бурлила так, будто кто-то вставил гигантский кипятильник прямо в ее середину. Вдруг пузырьки принялись неторопливо приближаться к берегу в нашу сторону, словно из глубин к нам подплывал гигантский аллигатор. Зайка поудобнее перехватила метательные ножи, а я приготовился к бою, когда из воды показались… тонкие бледные женские руки, сложенные в молитвенном жесте. Вслед за ними из воды показалась голова женщины, и вслед за ней и все остальное. Девушка была одета в полный рыцарский доспех, отливающий серебром. Только перчатки отливали неестественным золотым светом.

Не говоря ни слова, она вышла из воды и направилась к нам, не обращая внимания на крики предупреждающей ее зайки. Катарина уже действовала сама по себе, швыряя в нее ножи и выхватывая субатомный клинок. Как я и ожидал, ножи отскочили от брони, даже не поцарапав, а когда крольчиха с невероятной скоростью подскочила к незнакомке, та просто подняла руку, перехватывая клинок в полете!

Я не мог поверить своим глазам! Девушка с легкостью сдерживала напор Катарины, обхватив пальцами в перчатках субатомный клинок, которым можно было разрезать почти что угодно!

— Остынь дева! — раздался звучный голос из прорезей шлема. — Ибо не зло я несу, но часть доспеха Думгая, величайшего из величайших воинов, когда-либо существовавших в этом мире. Только ты, Избранный, достоин владеть его перчатками. Будь уверен, они не раз спасут тебя в сражениях, которые тебе еще предстоят! Бери и владей во имя Света!

Отпустив клинок, она, уже не обращая внимания на отскочившую зайку, поочередно стянула с рук золотые варежки, оставшись в своих серебряных, и протянула мне бесценный подарок.

— А кто ты? — спросил я запоздало, принимая перчатки.

— Всего лишь одна из Хранительниц, — ответила та, поворачиваясь и заходя обратно в озеро. — Ты еще встретишь подобных мне, паладин, если будешь идти по верному пути. Да хранит тебя Свет!

С этими словами она скрылась под водой. Катарина внимательно проверив озеро, и ничего не обнаружив, подошла ко мне и пораженно уставилась на перчатки.

— Доспех Думгая! — восторженно выдохнула она. — Значит, легенды не врали и он в самом деле существовал! Надо же!

— Потом расскажешь! — сказал я, аккуратно положив их на брошенный костюм. — Так. На чем мы остановились, когда нас прервали? — спросил я зайку, обнимая ее и падая с ней на горячий песок…

В лагерь мы вернулись лишь спустя полтора часа. Катарина тут же собрала всех, рассказывая о посещении Хранительнице и бесценном подарке. Все шумно восторгались, но я заметил угрюмый взгляд Софитии, вскользь брошенный на них и на меня. Подозвав ее, я осведомился о причине такого настроения.

— Видишь ли, лорд, — все так же хмуро поведала она, — я нисколько не отрицаю силу этого доспеха. В наши времена существовали артефакты и покруче. Дело в том, что за каждый такой подарочек, который тебе сбагрили Хранители, Духи и прочие, тебе придется нести ответственность. Как ни крути, но их обладателю рано или поздно придется столкнуться с теми, кому этот доспех не по нутру.

— Делов — то! — улыбнулся я. — Я верю в вас, и это главное! С кем бы мы не схватились в драке, я всегда могу положиться на любого бойца в отряде, как на самого себя. Не так ли, Софа?

Девушка улыбнулась в ответ, поднимая сверкнувшие огнем глаза:

— Истинно так, мой лорд! Мы за вас отдадим жизнь, если потребуется!

— Вот жизнь не надо, — добавил я, — вы мне еще пригодитесь. Ну? Как идет подготовка к работе портала?

— Почти все готово! — тут же ответила та, — согласно карте Зельды, мы выставили координаты ближайшей станции, каковая будет в пределах нужной нам зоны. Единственное, что требуется от вас…

— Я понимаю, — со вздохом ответил я, — запитать портал манной.

— Именно! — подтвердила сияющая Софития. — Отдадите приказ общего сбора?

— Отдаю. Иди, собирай всех. Выступаем по готовности.

В принципе, к нашему с зайкой возвращению все уже собрались. Выстроив группу на площадке перехода, сестры битвы последний раз перепроверили данные и махнули мне руками. Я с тревогой подходил к знакомому отверстию для активации подпитки портала, но лишь зря волновался. Стоило мне только положить ладонь на обозначенный выступ, как я почувствовал вибрацию камня. Арки портала засветились, крутнулись раз, другой, и пространство между ними засветилось и замерцало, представив нам совершенно другую местность. За зеркалом перехода виднелись угрюмые скалы с какими-то развалинами.

— Владения гарпий! — пораженно произнесла Эффа. — Я была там несколько раз в молодости. Это точно они! Я даже вижу ориентиры их охотничьих территорий. Но… почему так спокойно?

— Всем соблюдать максимум осторожности! — прокричал я. — Идите, я сразу же за вами!

Группа быстро шагнула в портал. Я наблюдал, как они, оказавшись по ту сторону, быстро занимают позиции и рассредоточиваются на местности. Софития, идущая последней, повелительно махнула мне рукой, и я отняв руку от камня, быстро бросился вслед за ней.

Нас ждали. Стоило только нам всем собраться вместе, как они напали буквально со всех сторон, прижимая нас к каким-то древним развалинам. На вид, эти существа выглядели как орки, но двигались более неуклюже, напоминая Измененных Некотян.

Откуда враги узнали о нашем переходе, как смогли так быстро организовать засаду и почему именно в этом месте, оставалось неизвестным. Несмотря на отчаянное сопротивление, нас зажали в развалинах полуразрушенного храма. Впрочем, враги тоже отступили, теряя убитых и раненных, на ближайшую гору, откуда беспрестанно поливали нас камнями, стрелами и даже фаерболами. Очевидно, маги у них тоже имелись.

— Все целы? — Заорал я, пригибаясь от свистнувшей над головой стрелы. Мы выдерживали бой уже полчаса. Было бы чудом, если бы все были здоровы. Но увы.

— Зельду здорово зацепило! — закричала мне из дальнего угла Дайри. — Кровь остановили, но ей нужна лекарская помощь! Катарина ранена стрелой в плечо. Эняон оглушен. Не смертельно, но толку от него пока нет. У остальных легкие раны, порезы, в общем ничего серьезного.

— Они идут! — закричала Трайда, спрыгивая с окна второго этажа. — Всем приготовиться! Всем, кто может держать оружие!

Темно-зеленая волна Измененных орков покатилась на нас с холма, стреляя на ходу и угрожающе рыча…

Дело принимало серьезный оборот. Если до этого мы как-то держались, то теперь нестройная толпа Измененных грозила задавить нас количеством. Внезапно, сквозь непрекращающийся грохот взрывающихся фаерболов и рев врагов, в мой разум пробился чей-то странно знакомый мысленный зов:

— «Держись Избранный! Подкрепление уже в пути!»

Дети леса! Но как они смогли найти меня в этой скалистой местности? Поблизости ни одного деревца! Но размышлять было некогда, — враги подкатились почти вплотную. Девушки держали оборону, как могли, пока я… стоял с молотом наготове, ожидая близкого контакта. А что я еще мог?! Проклятая магия так и не заработала, толку от меня пока было ноль. Единственное, что оставалось — выиграть время при ближнем бое. Эффа отчаянно метала фаерболы, не давая врагам приблизиться. Сестры битвы и Валенсия не отставали от нее, промораживая и воспламеняя практически все в радиусе полкилометра. К сожалению, их магия по каким-то причинам не имела достаточного эффекта. Да, некоторые орки падали, не успевая приблизиться, но остальные бежали по их головам, потрясая топорами и дико рыча.

— Последние ножи! — дико крикнула Зайка, подхватывая здоровой рукой очередную связку метательного оружия. Она была как никогда прекрасна в моменты боя, но восторгаться ей сейчас было совсем не время.

Первые враги уже побегали вплотную к нашему полуразвалившемуся бастиону, запрыгивая на него. Я кинулся вперед, вздымая молот и молясь, чтоб хотя бы он не утратил своей чудодейственной силы, когда…

… Когда огромные скалы слева откатились, являя нам огромного шагающего голема. Не обращая на нас никакого внимания, он с ходу выстрелил очередью камней в набегавших врагов, отбрасывая их далеко в сторону. Камни, вылетающие из трубообразных рук искусственного существа, буквально разрывали Измененных на части. С грохотом прошагав мимо нас, он перелез через земляной вал и двинулся на гору, где виднелись оставшиеся засадные силы врага.

— «Это все что мы можем, Избранный!» — пискнул в моем сознании угасающий голос. — «Голем долго не продержится, используй его, пока еще есть время!»

— За мно-о-ой! — дико заорал я, выпрыгивая из убежища и мчась навстречу оставшимся врагам. Все, кто мог держать оружие, помчались вслед за мной, даже Гвинера, сжимавшая в лапках меч Зельды. Голем, не снижая хода, поливал склон горы очередями камней.

Но предвкушать победу было еще слишком рано. С вершины горы раздался ответный боевой клич врагов и все противники, которые оставались в засаде, рванули к нам навстречу с нарастающей скоростью, стремясь поскорее войти в ближний бой.

Волна адреналина затопила меня с головой. Я чувствовал только дикую злобу, похожую на ту, что когда-то заставила меня разнести дворец подводного Императора и дворец демонов. Только в этот раз я не ощущал Силу. Но это нисколько не мешало мне бежать с поднятым молотом, навстречу оскаленным мордам орков. Я не ощущал и следов страха, так как знал, что за мной бегут девушки моего отряда, а в стенах башни лежал раненные, которые надеются на победу.

Дальнейшее события произошли так быстро, что я даже не успел ничего предпринять. Мы сшиблись стенка на стенку. На меня напало сразу трое огромных чудовищ! Краем глаза я заметил, как орк слева огромным топором отбросил жалобно взвизгнувшую Китану. Катарина, прижимавшая раненую руку к телу, здоровой субатомным мечом рассекла одного, второго Измененного, и отпрыгнула назад. Лулу просто разбили в брызги ударом огромного молота. Ей-то в отличие от остальных ничего особого не угрожало, но на то, чтобы собраться воедино, слайму требовалось много времени, поэтому можно было вычеркивать ее из состава бойцов. Практически сразу пала Эффа, схватившись с монстром, превосходившим ее размерами втрое. Трайда полагалась не только на ловкость, но и на силу, рубя и протыкая противников перед собой, пока очередной орк, невзирая на упавшего собрата, прыгнул на нее сверху, пробежавшись прямо по его трупу. Как только он упал на нее, его сшибла очередь ледяных осколков Софитии, но и ее достала чужая огненная магия злобно хохочущего шамана.

Я пока держался, обороняясь сразу от нескольких зеленых монстров. ю Молот не самое удобное оружие в ближнем бою, но дьявольски мощное. От каждого моего удара в строю Измененных образовывалась прореха, которая, впрочем, тут же заполнялась очередным созданием Хаоса.

В центре побоища отжигал Голем. Если бы не он, мы бы полегли все сразу. Крутясь на месте как волчок, он расшвыривал врагом, не забывая поливать их смертоносными очередями. Одного подобравшегося слишком близко орка он схватил левой конечностью, словно строительный кран, ломая ему кости и расплющивая об землю.

Я отшвырнул от себя очередного монстра и повернулся к следующему, но пропустил удар металлическим кулаком в голову, от которого моментально «поплыл». Если бы не костюм, тут же вколовший мне порцию обезболивающего и адреналина, я бы отправился на вторичное перерождение. Если оно, конечно, существовало. Уклонившись от добивающего натиска, я ударил противника кулаком в золотой перчатке, отчего он пошатнулся, и закрепил победу, вышвырнув его далеко за пределы поля боя круговым ударом молота.

В следующую секунду я окинул взглядом сражение и заметил, как к голему несется более мелкий, проворный гоблин со странной сумкой. Добежав до него, он запрыгнул на него сзади, запихнув ее глубоко в щель между руками и телом, и сразу же отскочил, стараясь отбежать подальше.

Страшная догадка озарила меня!

— Все наза-а…! — заорал я, пытаясь прорваться к своим, когда яркая вспышка залила все вокруг и раздался просто невероятный грохот, будто рядом взорвался килограммовый заряд динамита…

… Очнувшись, я попробовал приподняться. Дикая боль тут же разлилась во всем теле. Казалось, все мои косточки были переломаны. Посмотрев на поле боя, я ужаснулся: весь моя отряд был раскидан в самом ужасном состоянии по всему склону. И самое страшное — никто даже не шевелился.

Диким взглядом обведя гору, я заметил зеленоватое свечение на самом верху горы. Точно! Вот что охраняли Измененные! Куб Хаоса! Вот почему их тут было так много. Значит, нас никто не ждал и мы просто попали под раздачу, оказавшись не в том месте и не в то время. Все эти мысли стрелой пронеслись у меня в голове, пока костюм пытался справиться с повреждениями тела, используя все оставшиеся ресурсы.

— Потерпите милые мои! — прошептал я сухими губами, пробуя приподняться на израненных руках. — Я всех вас вылечу, клянусь Светом. Клянусь жизнью, я не оставлю никого из вас! Дайте мне только еще пару минут.

Поднявшись с воплем боли, чувствуя, как под костюмом по спине и ногам заструилась кровь из открывшихся ран, Я из последних сил рванул к вершине горы. Сзади раздались разочарованные вопли ярости, — некоторые из Измененных были еще живы, но я значительно опережал их. К несчастью, в живых оставался и шаман орков, и уже через пару секунд, я ощутил, как его фаерболы, прожигают остатки наноброни между лопаток.

Когда куб лежал практически в двух шагах от меня, огромный огненный шар шамана сбил меня с ног. Со стоном я упал лицом вниз, отчетливо понимая, что сил подняться у меня не осталось совершенно. Куб издевательски светился зеленоватым свечением прямо перед моим носом, а у меня не было возможности даже немного приподнять молот. Сзади с шумом осыпалась земля — на гору поднимались выжившие орки, которые стремились, во что бы то ни стало добить меня и защитить тем самым куб. Перед глазами встали лица моих друзей, лица всех тех, кто надеялся на меня, кто остался на поле боя…

Превозмогая себя, наплевав на собственные раны и недостаток сил, забив на сломанные кости, я встал на колени и что было сил, размахнулся молотом, прошептав разбитыми в кровь губами:

— Во имя Света, ублюдки!

И опустил молот на брызнувший зелеными осколками куб…

Лишь красное солнце освещало страшное побоище, безжизненные тела и несколько замерших фигур Измененных орков. А на самой вершине горы раскинув руки, лежал Избранный, устремив открытый взор в чистое небо. Из облаков к нему торопились неясные тени…

…Тем временем, где-то на чужом материке в глубине подземного бункера:

— Изменница! Как ты посмела вернуться?! Мало того, что ты ослушалась моего приказа, так еще и провалила миссию!

Фигура в темном плаще вскочила с мягкого кресла и быстро подошла к склоненной перед ним в рабской позе женщине. Было заметно, что говоривший в ярости, — его даже трясло от гнева. Не стесняясь, он размахнулся и так сильно ударил острым носком сапога ей по ребрам, что ее отбросило к противоположной стене.

— Тварь, паскуда, чертова ***! — бушевал мужчина. — Я дал тебе Силу, власть и вечную жизнь и чем ты меня отблагодарила? Своего повелителя? Такой шанс выпадает раз в столетие и ты умудрилась все провалить! Что теперь делать? Ты представляешь чего мне стоило выпросить у Покровителей предсказание?!

— Хозяин, — слегка приподнялась женщина, харкая на дорогие ковры кровью, — позвольте мне…

— Позволить. Позволить?! — заорал тот, торопливо подбегая к ней и очередным ударом отшвыривая ее в другую сторону. — Позволить продолжать ошибаться? и позволить нам сдать этот мир в лапы святош?! Этот нежный и мягкий мир должен быть моим! Только моим! — сопровождая каждую фразу меткими ударами ног по телу женщины, продолжал вопить мужчина.

— Хозяин, — прокашляла та, — я ношу в себе его семя. Семя Избранного.

Мучитель внезапно остановился и присел перед ней на корточки. Его гнев ушел также стремительно, как и его настроение. Он протянул руку, поднимая свою жертву за окровавленный подбородок, и притягивая к себе.

— Что же ты молчала об этом, моя замечательная леди Шивер? — ласково спросил он глядя прямо в глаза женщине. Вампирша сжалась, пытаясь сконцентрировать остатки силы. Она помнила, чем оканчивались такие перепады настроения у Хозяина. И она не ошиблась.

— С этого надо было начинать моя дорогая, — все также спокойно добавил тот. — А теперь — навести наших лекарей. А как восстановишься, и дашь все необходимое для исследований, возвращайся ко мне для… наказания.

Темный Властелин встал все также спокойно и без видимых усилий держа Шивер на вытянутой руке, и слегка отвел кисть в сторону, отбрасывая вампиршу как нашкодившую собачонку в сторону. Пролетев небольшое расстояние в сторону дверей, та выбила их своим телом, расшвыряв големов, стоявших на страже и влетев в толпу подслушивающих девушек. С визгами, криками и матом те разлетелись в стороны, как если бы в них влетело пушечное ядро. Лорд Хаоса, не обращая внимания на разрушения и крики доносившиеся с коридора, вернулся в кресло и задумался. Несмотря на череду неудач, у него все еще было время и шансы выиграть это затянувшееся сражение…

…Где-то в Астрале…

— Легат, — сказала Селемине, входя в скромную обитель бога, — я надеюсь ты внимательно следишь за своим подопечным? Ты в курсе последних событий?

— Смею вам напомнить, дражайший куратор, — огрызнулся тот, вырисовывая ему одному понятные графики на доске, — что с некоторых пор, он такой мой подопытный, как и ваш. Тем не менее, я тоже слежу за его путем. Ведь совсем недавно он вывел Игру на новый уровень.

— О! — богиня ночи прошла в центр зала, — значит ты в курсе последних событий?

— Представьте себе, моя дражайшая напарница, — устало ответил тот. — К чему вы ведете этот нескромный разговор?

— Да знаешь ли ты что твой паладин сейчас на волоске от смерти?! — вскипела богиня. — Он и вся его команда?!

— Да, моя дорогая, — вздохнул Контроллер, аккуратно складывая грифельную доску. — Я знаю, что он сейчас находится в крайне сложно и неприятном положении…

— И это ты называешь «тяжелым положением»? — заорала богиня, в сердцах, вышибая порывом ветра доску со всеми причиндалами из рук Легата. — Да он же вот-вот грабли откинет!

— Не откинет, — все также спокойно, почти равнодушно ответил Легат. — Я верю в него. В конце концов я сам выбирал его из миллионов других. Даже сам Свет признал его, а это говорит о многом. Как ты помнишь, стихии неподвластны даже многим из нас. Тебе, например, подвластны совсем немногие. А в Ричарде не только Свет, но и Любовь, а это говорит весьма о многом. Нам строго-настрого запретили вмешиваться в ход событий, иначе может произойти очередной прорыв Хаоса. Ткань Мироздания истончилась настолько, что любая наша помощь может привести к непоправимому. Вот если бы Его сторонники сделали свой внеочередной ход, тогда у нас был бы шанс. Но пока все, что мы можем, — только наблюдать. И подсказывать.

Вместо ответа Селемине отошла к стене и присела на грубую лавку.

— Как у тебя здесь все…убого, — сказала она, оглядевшись.

— Аскетично, — поправил ее Легат. — Мне не нужен комфорт.

— Трудно быть богом, — задумчиво пробормотала богиня. — Ты же понимаешь, что я пожертвую всем, даже собой, если ему понадобится наша помощь?

— Также как и я, — улыбнулся тот, садясь рядом и кладя руку на плечо девушке, — также как и я, дорогая. Но давай будем надеяться на лучшее. Тем более, лесные братья уже здорово помогли ему. Да и я уже нашептал кое-кому о нашем паладине…

Крики раненных подруг, рев Измененных, звон мечей и взрыв Голема…

— А-а-а! — закричал я, выныривая из тяжелого удушливого кошмара, и хватаясь за грудь, перевязанными руками, — б**, как больно!

Все тело болело так сильно, словно я искупался в кислоте. Но несмотря на все, я был жив, перевязан и находился вроде бы в дружественном месте.

— Лежите, лежите вам нельзя двигаться! — услышал я тонкий вскрик, и надо мной склонилась симпатичная курносая мордашка. — У вас живого места нет! Хвала Небесным разведчикам, что вовремя заметили ваш бой!

— Литяльд! — кинулась мне на грудь водяная девушка. — Литяльд! Литяльд! Жив! Жив!

— Да отойди ты от него безмозглое существо, — заорала яростно девушка, безуспешно пытаясь стащить с меня Лулу.

— Мой отряд, — проскрипел я, безуспешно пытаясь скастовать на себя исцеление. Долбаная магия до сих пор не работала. — Что с ними?!

— Все живы, Избранный, — донесся справа густой мужской голос, и в обзоре появилось лицо изможденного временем старика. — Живы, но в тяжелом состоянии. Лучше бы вы побеспокоились о себе. Почти все наши средства и магические артефакты ушли на то, чтобы вытащить вас буквально с того света. Пришлось переливать вам нашу кровь, а ведь вы совсем на нашей расы. Кто знает, как это отразится на вас в будущем…

— Плевать! — проскрипел я, пытаясь приподняться невзирая на предупреждающие вскрики медсестры. — Я…должен…немедленно…увидеть их!

— Я не знаю, почему ваша магия не работает, Избранный, — покачал головой старик, — но вы сейчас ничем не сможете им помочь. Молитесь духам, чтобы они даровали вам ваши способности хотя бы к концу недели. Ибо потом наши ресурсы закончатся, и ваши друзья погибнут от тяжелых ран. Наша магия и медицина бессильна перед такими ранениями. Да и мы сами переживаем далеко не лучшие времена. А теперь отдохните.

Старик вышел из помещения, оставив меня с хорошенькой медсестричкой и Лулу. Последняя радовалась как ребенок, не обращая ни малейшего внимания на суетящуюся девушку. Я обратил на нее внимание только тогда, когда она поправила мне подушку, слегка приподняв мне голову мягкими как пух крылышками. Гарпия! Значит, мы все-таки, достигли пункта назначения, несмотря на горячий прием.

После того, как девушка еще раз споткнулась о слайма, мне пришлось сделать Лулу внушение, после которого она, слегка уменьшившись в объеме, устроилась рядом в форме шара. Ее прохладные щупальца здорово облегчили работу симпатичной птички, метавшейся по помещению. Когда я спросил ее о состоянии других, ее мысленные эмоции приобрели грустный и печальный оттенок. Лулу не хотела рассказывать мне о них, но я и сам прекрасно понимал, что мне нужно шевелиться. Попросив ее и медсестру не беспокоить меня, я закрыл глаза и попробовал самостоятельно войти в подсознание. Мне срочно требовалась консультация опытного специалиста, каковым являлся…

— Приветствую тебя, Сын мой. — несколько печально поздоровался со мной Контроллер. — Что привело тебя ко мне?

— И тебе не хворать, — автоматически ответил я. — А то ты не в курсе? Весь мой отряд при смерти, а я не могу даже светлячок зажечь! Конечно, я безмерно благодарен детям Леса за помощь, но нельзя ли побыстрее мне вернуть свои силы?

— Способ есть, Ричард. — улыбнулся старик. — Но не думаю, что он тебе понравится. Точнее, я уверен, что он тебе совсем не понравится…

Очнувшись, я долго лежал и смотрел в потолок пустыми глазами. Да-а-а, уготовили мне боги участь. Хуже не придумаешь. И ведь я просто не могу отказаться! По уверению Контроллера, мои чакры были сильно повреждены двойным магическим ударом разнонаправленных стихий, и на их восстановление при обычном раскладе уйдет не меньше месяца! А предложенный способ был настолько отвратителен, что меня выворачивало только при одной мысли о нем.

Но выбирать было некогда и нечего. Дорога была каждая минута. Никогда не прощу себе, если из моих собственных фобий помрет хоть кто-то из моей команды!

Приподнявшись, я позвал медсестричку. Очаровательная гарпия тут же подошла ко мне, не успел я и рта раскрыть:

— Чего изволите, господин? Воды, покушать, или вам надо по нужде? — слегка покраснев, спросила меня девушка, приседая на мощных лапах. Ее белые волосы были аккуратно завязаны платочком, грациозная фигура была обернута интересным халатом, каковой можно было легко одеть самостоятельно, даже имея столь необычные руки. Как и их соплеменница в Белой бухте, эта девушка имела огромные серые крылья с вполне человеческими кистями рук. А вместо ног из под одежды виднелись сильные, увитые мускулами птичьи лапы.

— Сколько времени мы здесь? Что вообще произошло, и как вы нас нашли? Можешь рассказать? — спросил я гарпию. — Не приходили ли к вам другие отряды некотян?

— Мне немногое известно, господин, — потупилась та. — Действительно, до вас в нашу деревеньку приходил отряд девушек-бойцов Некотян. Они были весьма вымотаны, но, немного отдохнув, тут же двинулись дальше, к Скалистым горам. Там и сейчас идут ожесточенные бои! Измененные словно взбесились! Никогда раньше они не нападали на нас в таком количестве, а последнее время мы едва держимся. Вас принесли к нам три дня назад. Вас и ваших подчиненных. Вами занялся лично главный знахарь нашего селения, Грамблдор. Ну, его вы видели. А всех остальных подключили к единственному оставшемуся у нас с древних времен артефакту. До сих пор он обеспечивал безопасность нашей деревне, укрывая ее щитом невидимости. Но по указанию Грамблдора, теперь его энергия перенаправлена на поддержание жизни ваших товарищей.

— «Еще одна причина поторопиться с самоисцелением», — подумал я, а вслух спросил:

— Где моя одежда?

— У вас ее почти не было, как и на многих ваших спутницах, — тут же ответила девушка. — Только куски лохмотьев. которые мы срезали с обожженной кожи. Конечно, все выкинули, но не переживайте, мы выдадим вам новую. Единственное, что уцелело — перчатки и молот. Они в кабинете Грамблдора.

— «Хана костюму», — грустно подумал я, — «впрочем, неудивительно, что он истратил весь свой ресурс в той битве. Без него меня бы измолотили в кашу». Попытавшись приподняться, я прохрипел:

— Мне срочно нужно идти, дайте мне одежду!

Но был тут же пригвожден обратно к кровати мягкими, но сильными крылышками медсестрички, принявшейся увещевать меня:

— Милорд! Вы только что очнулись! Вам не то что ходить, но даже вставать строжайше запрещено! К тому же побочное действие некоторых лекарств еще не прошло…

— Каких еще лекарств? — не оставляя слабых и безуспешных попыток перебороть гарпию, спросил я.

Медсестра тут же убрала одну руку-крыло, без особых усилий удерживая меня другой, и повела свободной, указывая на полку, заставленную различными банками.

— Как вы видите, у нас есть множество экспериментальных препаратов, благодаря которым мы сразу же остановили внешние и внутренние кровотечения вам и вашим спутникам! Правда, — споткнулась она, — некоторые из них еще не до конца обработаны и не опробованы на хумансах, поэтому, нам пришлось экспериментировать на вас. Но! — тут же взбодрилась она — результат налицо! Всего три дня, а вы уже рветесь вставать! Конечно, побочные эффекты никто не отменял…

— Какие еще эффекты? — с подозрением спросил я.

Вместо ответа девушка легким движением руки сдернула покрывало, скрывающее мой голый торс.

— Например, вот такие, — мягко оглаживая перышками мою восставшую Эйфелеву башню, сказала, хищно облизываясь, гарпия. — Налицо перепроизводство гормонов, отвечающих за прилив крови. Оставлять такое нельзя или у вас может произойти обморок с последующим повышением давления. Не волнуйтесь на этот счет, у меня было время и возможность потренироваться, пока вы были без сознания.

Придерживая меня одним крылом, она наклонилась ниже, покосившись на Лулу. Та протестующе пискнула, но мешать не стала. Напротив, вырастила глаза на стебельках, стараясь не пропустить действие, которое наверняка уже не раз наблюдала. Прежде, чем я успел сказать хотя бы слово, птичка жадно заглотнула верхушку с такой жадностью, будто стремилась высосать из меня все соки.

Не знаю, какое строение глотки было у гарпий, но девушка, нисколько не опасаясь, пропустила мой стояк прямо в горло, до самого конца, упершись в мой пах губками. На такое не осмеливалась даже Катарина. Медсестра же похоже не испытывала никаких неудобств, облизывая доступную часть язычком и сжимая остальную горлом. Ощущения были просто сказочные! Я и охнуть не успел, как сдал анализы, которые с диким напором устремились в ее базу данных.

Девушка, причмокивая, медленно вытащила мое нисколько не ослабевшее орудие из своего рта, с интересом поглядывая на меня и устремленный к потолку ствол.

— Как странно, — задумчиво произнесла она, переступая с лапки на лапку. — Обычно побочные эффекты незамедлительно пропадали, стоило только мне провести лечебный сеанс. Впрочем, есть еще один медицинский эксперимент, который я давно хотела провести. Как хорошо, что мне попался такой отзывчивый… пациент.

Произнеся, сей спич, она взмахнула крылышками, создав небольшой сквозняк в комнате, и перепорхнула прямо на меня, крепко вцепившись острыми когтями на птичьих лапах в деревянные бортики на кровати, предназначенные для безопасности больного. Отработанным движением она скинула халатик, под которым, разумеется, ничего не было надето, и требовательно взглянула на Лулу. Слайм тут же перетекла в свою обычную женскую форму, тяжело вздохнула и вышла за дверь, очевидно встав на страже покоя.

— Я смотрю, вы с ней нашли общий язык, — усмехнулся я, поглаживая мягкие как пух крылышки.

— Надо же было как-то делить вас, милорд! — в тон мне ответила гарпия. — Кстати, я ведь так и не представилась! Меня зовут Лесси. Лесси из рода Оперенных хвостовиков. Честно, я даже представить не могла, что мне доведется не только лицезреть Избранного, но даже…

— Хватит болтать! — заткнул я словесный фонтан гарпии. — Ты меня лечить будешь?

— Непременно! — усмехнулась девушка, напрягая лапы и медленно опускаясь горячей клоакой на мой шест, словно курица на насест. Охнув с непривычки, она попыталась было изменить позу, так как немного не угадала с размерами, но я уже крепко держал ее за перья, не давая и шевельнуться. Волей-неволей гарпии пришлось смириться с ее безвыходным положением и покориться мне, грузно опустившись и приняв в себя мою жердочку.

— А-а-ах! — вздохнула Лесси, стискивая меня крылышками, а мой насест собственным животиком, полностью приняв его. — Какой огромный! У наших совсем не такие! Интересно, сколько я смогу выдержать?

— Вы все такие болтливые? — спросил я девушку, пытаясь помогать ей настолько, насколько это было возможно. Заметив это, девушка опустилась на меня, прижавшись горячим стройным телом, не переставая покачивать нижней частью.

— Лежите, больной, вам нельзя вставать! — прошептала девушка, целуя меня и исследуя жадным ищущим ртом мое лицо и шею. — Святые духи! Как можно сохранять молчание, занимаясь любовью с таким хумансом?!! Это невероятно! — Лесси снова приподнялась и, помогая себе крыльями, начала пробовать позу наездницы, буквально взлетая почти до самого конца «насеста» и опускаясь на него снова до самого упора с такой силой, словно у нее там отсутствовали внутренние органы. И при этом девушка не затыкалась ни на секунду. — А-а-ах! Я никогда не испытывала ничего подобного! Пожалуй, лечение стоит затянуть. Нельзя упускать такого пациента!

Гарпия вдруг увеличила темп, сжимая мышцы клоаки до предельно возможного, — очевидно, девушка была уже на пределе. Даже ее речь превратилась в бессвязное бормотание, перемежаемое стонами. Пожалуй, и мне стоило расслабиться. Поймав ритм, я уловил момент, когда девушка должна была вот-вот кончить, и постарался отправить ей анализы семени на долю секунды раньше.

Девушка, глухо каркнув, приникла ко мне, обнимая меня крылышками. Я чувствовал, как все ее тело содрогается в пароксизме страсти. Слегка приподняв нижнюю часть, она выпустила мой шест из немного плена и вновь улеглась на меня, поглаживая перышками мой обнаженный торс.

— Вот, значит, как оно бывает с хумансами, — задумчиво сказала она. — Как же я завидую вашим спутницам, Избранный! Для любой девушки честь делить с таким как вы все тяготы походной жизни! Эх, хотелось бы и мне вырваться их своего гнезда.

— А что тебе мешает, Лесси?

Птичка легко спорхнула с меня, на ходу накидывая халат. Все еще пребывая в легкой задумчивости, она прошла по помещению, легко касаясь крылом медицинского оборудования.

— В этом небольшом гнезде прошла вся моя жизнь! — наконец, выдала она. Мы, гарпии, живем почти столько же времени, сколько отведено хумансам. Единственное, что отличает нашу расу от них, — моментальное старение. Если нелетающие стареют постепенно, то мы буквально за одну ночь. Когда это происходит, наши старики уходят в долину Долгого Перелета, где оканчивают свои дни. Но до этого момента мы остаемся веселы и полны энергии, словно детеныши, едва вылупившиеся из яйца. Как думаешь, Избранный, сколько мне сезонов? — задав этот вопрос, девушка напряженно уставилась на меня, ожидая ответа.

— Э-э-э, тридцать? — подумав, наугад ответил я.

— Шестьдесят! — невесело усмехнулась та. — Еще десяток-другой и я присоединюсь к своим предкам. А ведь так хочется увидеть, что скрывается за скалами, отгораживающими наше гнездо от остального мира! С другой стороны, жизни моих соплеменников завичят от нас с Грамблдором. В нашей деревне больше нет врачевателей, а старый знахарь сам вот-вот отправится в долину.

— Лесси! — горячо начал я, — помоги мне! Я говорил с Духами, и они дали мне совет как можно скорее найти Лилит, Говорящую с Темными.

Реакция Лесси превзошла все ожидания. Издав что-то среднее между шипением и кудахтаньем, она отлетела к противоположной стене, уронив резкими взмахами крыльев банки с полочек. Некоторые даже разбились, но девушка не обратила на это, ни малейшего внимания, уставившись на меня с белым от ужаса лицом.

— Зачем тебе понадобилась эта…пескуале?! — буквально выплюнула последнее слово девушка.

— П-песку… кто? — не понял я. Переводчик, что ли забарахлил?

— Отверженная! Изгой! Изменница! — яростно затрещала девчонка. — Эта ведьма исцеляет тех, кому мы уже не можем помочь, но не стесняется брать последнее с тех, кто приходит умолять ее о помощи!

— Меня не волнует, кто она и что натворила, — сказал я, приподнимаясь и садясь на кровати. Черт! Как же все болит! Особенно, после этих скачек! Но нельзя терять времени…

— Милорд! Вам еще рано так напрягаться! — тревожно воскликнула гарпия, бросаясь ко мне. — Неужели вам так нужна эта изменница?! Мои соплеменники приютили чуждую нам расу только из — за ее лекарских навыков, но мы даже не предполагали, что…

— Стой, что ты сейчас сказала? — перебил я медсестричку. — Чужая раса?! Она не гарпия?!

— Что вы, милорд?! — изумленно захлопала ресницами Лесси. — Конечно, нет! Лилит принадлежит к виду Инсектоидов!

— Инсекты — это насекомые? — спросил я, вспоминая эротичную пчелку-контрабандистку из Белой бухты. — Тогда ничего страшного. Помоги мне встать и одеться.

— Вы… уверены в своем выборе? — пытливо заглядывая мне в глаза и явно ища там признаки безумия, спросила птичка. — Уверяю вас, Лилит — совсем не прелестная некотянка, с которой можно приятно провести время. Конечно, наверняка у вас есть свои причины…

— Именно, моя дорогая, — ответил я покрасневшей Лесси. — У меня есть свои причины. И вкратце рассказал ей произошедшее со мной, мою неспособность использовать магию, и совет духа, в котором он настоятельно рекомендовал мне навестить некую Лилит, проживающую в деревне Гарпий. По его словам, животворящее молоко Лилит должно будет мгновенно привести меня в норму.

— Вот, только так, как он сказал, я могу быстро исцелиться, — закончил я свой рассказ.

К концу моего повествования лицо девушки все больше и больше вытягивалось, а когда я дошел до способа лечения, Лесси с ужасом схватилась за голову.

— Духи испытывают вас, милорд! — горячо воскликнула она. — Да, молоко Лилит воистину творит чудеса, но просто так она его не раздает. Более того, его целебные свойства пропадают, если стоит в посуде более часа. Будем надеяться на лучшее, но будьте готовы ко всему!

— Как будто у меня есть выход, покачал я головой. Пошли!

Одевшись в предложенный медицинский халат, я поковылял на выход из здания, заботливо придерживаемый Лулу с одной стороны и Лесси с другой. Когда я вышел на улицу, то не смог сдержать удивленный возглас. Селение находилось высоко в горах! Вокруг витали облака, стелился туман, и было достаточно прохладно.

— Нам туда! — показала крылом Лесси. Действительно, в стороне от симпатичных уютных домиков, сложенных шалашом, но выглядевших весьма крепко, зиял вход в небольшую пещеру. Но стоило нам подойти к ней, как изнутри вышла интересная процессия. Впереди шагал старик, уже виденный мной в больнице. За ним шли другие члены деревеньки, заботливо придерживавшие молоденькую гарпию, растерянно ковылявшую по земле. В ее глазах застыл такой дикий ужас, будто она увидела самого дьявола.

— Стойте! — приказал Грамблдор, преграждая нам путь. — Лилит только что отдала порцию молока и вряд ли примет сейчас кого бы то ни было!

— Пропус-с-стите Из-с-с-сбранного! — внезапно донесся из глубины чей-то шелестящий голос. — Ибо вс-с-стреча с-с-с ним была предс-с-сказана мне с-с-свыш-ш-ше!

Старик молча отошел в сторону, хватая Лесси за плечо.

— Ты пойдешь со мной, — добавил он тоном, не терпящим возражений. — Твоя психологическая помощь по восстановлению Маришки будет неоценима. — Кивнув на перепуганную гарпию, сказал он. Лесси виновато кивнула нам и отпустила меня, перехватывая сжавшуюся в комок гарпию и успокаивающе шепча ей что-то на ухо.

— Держись Избранный, и да вернется к тебе твоя сила! — напутствовал меня напоследок старик, прежде чем мы вошли в темноту пещеры.

Идти пришлось недолго. Почти сразу после того как мы зашли глубже, на стенах стали появляться горящие факелы, благодаря которым можно было идти спокойно, не боясь удариться в темноте о камень.

— Литяльд! Смотри! — показывая на стену, вдруг затараторила Лулу. Подойдя ближе, мы с удивлением увидели длинные борозды, как будто оставленные лапой громадного хищника. И тут я с запозданием вспомнил, что так и не поинтересовался, к какому именно виду насекомых принадлежит Лилит.

— Не бойс-с-ся, Избранный, проходи с-с-смелее, — донесся уже явственнее все тот же шелестящий голос.

— «Не ламия ли она часом?» — подумал я, вспоминая речь Кассандры. — Хотя нет, она — насекомое! Но какие насекомые ползают по стене, оставляя подобные следы, пугают своим видом и шипят как змеи?»

После очередного поворота мы вышли во вполне домашнюю и уютную комнату. В центре помещения горел костер, дым от которого уходил в искусно сделанную вентиляцию в потолке пещеры. Из комнаты уходили еще несколько туннелей. Но смотрели мы не на то, что стояло вокруг нас. У противоположной стены на диване сидела вполне миловидная девушка, читавшая какую-то книгу. Внешне она ничем не отличалась от человека. Верхней частью. Но увидев нас, она внимательно посмотрела на нас и отложила книгу. Слегка привстав, она приподнялась и плед, скрывавший ее нижнюю часть, легко соскользнул на пол, открывая…

В следующее мгновение я едва успел немного отбежать за предыдущий поворот, чтобы выблевать на пол содержимое своего желудка. Хорошо, что с самого пробуждения я практически ничего не ел, не считая сухарей с бульоном. Теперь, придерживаясь за стену, я судорожно кашлял, пытаясь избавиться от мерзкого привкуса во рту. Перед глазами все еще стояла жуткая и отвратительная форма нижней части привлекательной девушки.

Сколопендра! Гигантская ужасная сколопендра! Длинное мохнатое тело с острыми ножками, покрытое чем-то вроде чешуи или панциря! Теперь мне стал понятен ужас в глаза Лесси, и той ковыляющей гарпии, которую вывели из пещеры. И у нее я должен просить молока?!! И каким же образом?!! Меня воротит только при мысли, что я вновь увижу эту инсектоиду!

Лулу стояла рядом, озабоченно придерживая меня за локоть. Ей моя реакция была решительно непонятна, так как она не увидела ничего неестественного в облике Лилит.

— Прош-шу прощ-щения, Из-збранный! Я вижу, мой облик с-с-тал слишком шокирующим для вас-с-с? — донесся сзади шелестящий голос. Вслед за этим мы услышали странные звуки: будто кто-то легонько стучал палочками по дереву и дробный перестук множества ножек по камню. Самое интересное было в том, что звуки приближались. Нетрудно было догадаться, что хозяйка решила проверить мое самочувствие лично.

— Я… я в порядке! — выпрямился я, поспешно выкрикнув назад успокаивающую фразу. — Мне просто нужно немного привыкнуть. Действительно, я совсем не ожидал увидеть такую расу.

Перестук множества ножек отдалился вглубь помещения, и я, переступая на ватных дрожащих ногах, заставил себя зайти в комнату снова. Лилит, слегка улыбаясь, сидела на прежнем месте, скрывая пледом свою отвратительную часть.

— Итак, что привело вас-с-с ко мне, Избранный? — шипя как змея, спросила меня девушка. Если бы не знание того, что ниже пояса она превращается в отвратительно мохнатую сколопендру, она была бы даже вполне симпатичной. Длинные серые волосы, торчащие из головы усики-антенны, длинные эльфийские уши, упругая вздернутая грудь, едва прикрытая халатиком и стройное тело. До пояса.

— Я думаю, вы уже осведомлены о моей проблеме, уважаемая Лилит, — поклонился я, стараясь сохранять хладнокровие. Да, я до ужаса боялся мелких и противных насекомых. Черт его знает, с чем была связана подобная фобия, но я практически не мог выносить пауков, червяков и прочих подобных насекомых. А стоило мне увидеть огромный шевелящийся хвост, как я потерял всяческое самообладание.

— Духи нашептали мне, что цель ваших поисков находится в моей пещере, но говорили они загадками, как и положено незримым сущнос-с-стям, — прошелестела хозяйка. — Не могли бы вы просто рассказать мне в чем дело?

Я коротко поведал ей о своих злоключениях, умолчав о разговоре с Контроллером, добавив лишь его совет для посещения.

Стоило Лилит услышать окончание рассказа, как она сильно удивилась, но тут же глубоко задумалась, бросая на меня странные взгляды. Наконец, она решилась:

— Да, юнош-ш-ша, я догадывалась о целебных свойствах моего молока. Значит, по словам духов, оно содержит частицы исцеляющей магии Света? Стало быть, вам оно нужно для восстановления Силы?

Хозяйка отложила книгу и подперла локтями голову.

— Еще моя мама что-то говорила про его целебные свойства. Если бы только у меня было время тогда разобраться… — Она горестно вздохнула и вскинула голову, уставившись на меня огромными черными глазами. — Но есть несколько условий, о которых ты должен знать, юнош-ша.

— Меня зовут Ричард, — ответил я.

— Ричард. Во-первых, хочу тебя предупредить, что никому не оказываю помощь безвозмездно. Будь ты хоть трижды Избранным, но придется заплатить свою цену.

— За этим дело не станет! — сразу же ответил я, вспоминая оставленные денежные запасы в котомках.

— Во — вторых, Ричард, проблема в том, что я слишком молода, и еще не откладывала яиц. По некоторым причинам мне пришлось покинуть родные пещеры, хотя я только-только входила в пору созревания. Я веду этот разговор к тому, — улыбнулась девушка, глядя на мое недоуменное лицо, — что я — не кормящая мать, и молоко, которое я добываю искусственным путем, чтобы добавить его в зелья, я только что потратила на молодую птичку. Вы ее видели, когда пришли ко мне. Бедняжка подверглась нападению ядовитых пчел, и ей была необходима немедленная медицинская помощь. Хвала духам, мои зелья быстро привели ее в норму, но все мои запасы были исчерпаны.

Хозяйка, стараясь не уронить плед, откинулась на спинку кровати и уставилась на меня немигающим взором.

— Но есть и другой способ, которым может заставить мое тело реагировать соответствующим образом. К тому же, как я поняла, вам нужен концентрат, самое свежее молоко, только-только сцеженное из моей груди. Не думаю, что Духи ошибались, отсылая тебя ко мне. Становится понятно, почему они не сообщили об этом ни мне, ни тебе…

— Только не говори мне, что…, — страшная догадка пронзила мой мозг.

— Именно так, Ричард! — ехидно подтвердила девушка, приподнимаясь над кроватью. — Тебе нужно оплодотворить меня, чтобы твое благословленное семя усилило структуру моего молока. Постарайся принять меня, ибо у тебя нет другого выбора!

Отшвырнув плед в сторону, девушка начала приподниматься на хвосте. Этот процесс сопровождался неумолчным перестуком древесной черепицы ее костяных чешуек на хвосте и бесчисленных ножек-жвал по обеим сторонам нижней части. Теперь я мог полностью оценить увиденное. Длина ее хвоста была сравнима с величиной хвостовой части Нами, первой встреченной мною русалки. Помнится, тогда я запыхался, перетаскивая ее по частям в воду. Действительно, нижняя часть ее тела хоть и наводила ужас и отвращение, но была необычайно сильной и длинной.

Покачавшись, как кобра, из стороны в сторону, Лилит медленно сняла халатик, открыв моему взгляду большую упругую грудь и плоский живот. Возвышаясь надо мной, она реально походила на огромную змею, готовую кинуться и проглотить меня всего без остатка.

Невольно попятившись от нахлынувшего на меня ужаса, я ощутил приникшую ко мне Лулу, и услышал ее голос:

— Литяльд! Не бойся! Я помогу!

И ее спокойные и уверенные мысли затопили мой разум, снимая напряжение и удаляя накопившиеся детские страхи. Я внезапно осознал, что на хвосте сколопендры находится очень симпатичная и одинокая девушка, изгнанная и родного селения. Наверняка, ей тоже не по нутру жить среди чужих, и оказывать странные услуги. А тут еще и наказ Духов осчастливить Избранного. Удивляясь сам себе, я смело шагнул вперед, протягивая руки навстречу Лилит…

— Лили! Лили! Куда снова подевалась эта несносная девчонка?! — заламывая руки, Йордан, дочь Скруудла, мать недозрелой Лилит переворачивала вверх дном землянку. Ее несносное чадо легко могло забиться в любую щель, предпочитая скромное уединение играм со сверстниками.

— Лили! Если ты сейчас же не покажешься, — Йордан зашла с тяжелой артиллерии, — я не отпущу тебя вечером на посиделки с Тисони!

— Нет, только не это! — ее дочка вывинтилась из тщательно замаскированного люка на потолке. Зацепившись жвалами хвоста за скобы, она повисла перед матерью, складывая руки в молитвенном жесте. — Все, что угодно, только не это, мамочка!

— Ах, вот ты где, негодница! — Йордан ловко сдернула дочь с потолка, запоминая очередной скрытник, и поставила перед собой виновницу переполоха. — А ну быстро ползи на улицу! Все только тебя и дожидаются! Забыла какой сегодня день?

— Э-э-э, какой? — не на шутку задумалась Лилит. — Вроде бы обыкновенная суббота… Стоп! Первая суббота солнцестояния после зимы! Ритуал зрелости! О, святые духи!..

— Именно! — подтвердила мать. — Хоть ты еще два года будешь дожидаться своей очереди, но ты обязана присутствовать на ритуале! Живо!

Злить Йордан было крайне опасно, и дочь в мгновение ока выпорхнула за раздвинутые створки входного люка. Помогая себе руками, она вылетела на улицу как раз тогда, когда старшина последний раз зычно оглашал площадь, называя ее имя.

— Тут я! — пискнула она, на полном ходу влетая в стройные ряды собравшихся ровесников. Теплокровных и нежных существ Наземья ее острейшие жвалы и зубья разрезали бы на куски, но на хвостовых панцирях ровесников не оставили и царапинки. А прятать под броню хвоста тонкокожие верхние части ее соплеменники учились с раннего детства, впитывая сей навык с молоком матерей. Тем не менее, ей досталось как от знакомых, так и от старшины, строго отчитавшего ее за опоздание.

Сам ритуал промелькнул быстро. Старшина лишь отметил зрелых и увел за собой в Храмовую пещеру Совершенных. Остальные тут же расползлись по своим делам.

Лилит было скучно. Знакомых не было, а домой возвращаться не хотелось совершенно. Мать наверняка заставит убираться в комнате. Размышляя подобным образом, она и не заметила, как шустрые ножки тащили ее тело к дальней ограде селения, за которой таилась Запретная гряда. Почему ее так назвали — уже давно никто не помнил. Предки наказали не влезать туда под страхом смерти несколько сотен лет тому назад, да так и оставили. Но любопытную молодежь не так-то просто было успокоить. Правда в заброшенных штольнях не было ничего кроме древних, давно сдохших машин и груд мусора. Но среди ее ровесников и особей постарше вползти туда и принести что-то с собой, считалось если не за подвиг, то за весьма геройский поступок.

Про Гряду ходило много нехороших слухов. Но, ни один из них не был подтвержден. Тем не менее, прямо нарушать запрет никто не собирался. Как правило, только слегка приняв браги зрелые или созревающие сколопендрасы отваживались на выползку. А притащив оттуда горстку странных тускло светящихся камней или металлические поблескивающие продолговатые цилиндрики, хвастались ими перед женскими малолетними особями. Самые напористые из самцов могли даже рассчитывать на приватный танец в землянке родителей. Естественно, когда те будут на сборке урожая.

Темный зев ближайшей пещеры манил и притягивал своей неизвестностью. Лилит и моргнуть не успела, как оказалась внутри. Лишь пробежав около километра за полминуты, она остановилась как вкопанная посреди земляного лабиринта. Заблудиться она не боялась. У сколопендрасов, как и у всех остальных подземных видов, присутствовало врожденное чувство геолокации. Но ее страшила неизвестность, сокрытая в глубине коридоров. Собрав в кулак всю свою решимость, Лилит нырнула в один из них, желая найти доказательство своего подвига.

— «Когда я вернусь с артефактами, все обзавидуются!» — думала она, пробираясь между заваленными древними машинами. Внезапно ее внимание привлек странный блеск впереди. Рискуя вызвать обвал, она все-таки умудрилась протиснуться в щель и выпала в огромный зал. В отличие от остальных в нем почти не было мусора, только посредине стояло что-то воистину титаническое, накрытое ветхой тканью. Но стоило ей только дотронуться до нее, как ткань тут же рассыпалась пылью, являя ее пораженному взору огромного механоида! Практически не тронутый временем, механизм возвышался перед ней, как титан перед муравьем. На его броне не было и следа коррозии. Он молча стоял, как памятник ушедшей эпохе и, казалось, ждал. Ждал своего хозяина. Но стоило сколопендрочке пересечь невидимую линию, как взвыла сирена и ожили динамики:

— Запретная зона! Зафиксировано нарушение границ! Открыть огонь на поражение!

Тут же из стен появились странные механизмы, поползшие и зашагавшие в ее сторону. Благодаря инстинктам, Лилит успела свернуться в клубок и торопливо укатиться к спасительной щели, пока пули щелкали по ее костяной броне, не причиняя ей вреда. Когда же охранные механизмы перешли на более сокрушительное вооружение, юркая сколопендрочка уже ныряла в коридор, стремясь наружу. Ночное зрение обеспечивало ей достаточную видимость. Когда сзади раздался грохот обвала, она остановилась передохнуть, но часть механизмов все же успела выбраться. И они продолжали преследовать ее до самого селения…

… Это была жуткая ночь. Только к утру защитникам деревни страшной ценой удалось объединиться, дать отпор и загнать бездушные машины обратно в пещеры Запретной гряды, завалив выход. Выжить удалось далеко не всем. Когда же старшинам удалось найти виновницу, то общим решением было изгнать ее из родных пещер. Среди ее соплеменников не существовало смертной казни, но Лилит каждую ночь видела горящие руины и окровавленных родственников, которые пали по ее вине. Без отдыха он переползала с места на место, пока не нашла себе пристанище в горах Гарпий. Веселые и беззаботные птички приняли ее без раздумий. А вскоре началась Война.

Через полгода до Лилит добралась страшная весть — ей больше некуда было возвращаться. Родное селение, как и множество других, было стерто с лица земли наступающими войсками противника. Она так и осталась жить у гарпий, потеряв всякий смысл существования.

До тех пор, пока в ее скромную обитель не заявился один из Духов, поведавший ей о скором прибытии раненого Избранного. Узрев перед собой симпатичного молодого юношу, она вдруг поняла, что слишком долго оставалась взаперти.

Несмотря на то, что она еще ни разу не откладывала яйца, ее тело иногда само по себе начинало давать молоко. Добавив его по ошибке в одно из медицинских зелий, она случайно отдала готовое лекарство Гамблдору. Каково же было ее удивление, когда старик примчался через час в пещеру как молодой, и принялся упрашивать ее дать еще «того чудодейственного зелья, которое вмиг исцелило одну из гарпий, находящуюся на пороге смерти от яда». Уже позже, путем проб и ошибок, она осознала ценность своего молока, но, к сожалению, полученное искусственным путем, оно сохраняло свои качества очень недолго.

Сопоставив предсказание Духа и рассказ Избранного, она мгновенно все поняла. Раньше она и представить себе не могла, что сколопендры могут вступить в связь с хумансами, хотя ее мама рассказывала сказки с похожими сюжетами. А приглядевшись к Ричарду, поняла, что ее с неудержимой силой влечет к этому худощавому юноше, едва держащемуся на ногах. Единственным препятствием оставался его страх в его глазах, который появился там, стоило ему только рассмотреть ее хвост. Она даже немного пожалела, что родилась не двуногой, но ей на помощь пришла странная водяная спутница Избранного. Одной ей известным способом она смогла успокоить его и унять его страх перед ее происхождением. Более того, он сам шагнул к ней, протягивая руки. Не веря своим глазам, Лилит опустилась на его уровень, принимая его объятия, и впервые за много лет ощутила себя маленькой девочкой в сильных мужских руках…

…Лулу, оставив последний мысленный посыл в разуме Хозяина, отступила назад, глядя, как ее Спаситель и странная девушка-червяк сливаются воедино в порыве страсти. Все, что могла, она сделала. Решив не мешать Литяльду, она мягко и бесшумно отошла назад, перетекла в форму четвероногого друга, который так понравился ее Хозяину, и поскакала на выход.

Пусть она не была такой умной, как остальные спутницы Героя, но эмоционально превосходила всех на голову, плюс могла принимать любую форму. Также Лулу владела магией воздуха и воды, но пока не нашла подходящего случая показать это Хозяину. Она была уверена, что он обрадуется, но искала хороший случай.

— «Литяльд увидит мою силу! Литяльд будет рад!» — думала слайм, выкатываясь из пещеры. Заметившие ее стражи-гарпии молча пропустили ее. Они уже привыкли к метаморфу.

Отчего-то она была уверена, что Хозяин пробудет в пещере не менее часа, а то и больше, поэтому неторопливо прошествовала к храму, в котором в большом зале лежали в кельях подключенные к центральному артефакту бесчувственные тела воительниц. Эняон тоже был тут. Оборотень попал под магический обстрел и его раны оставались открытыми. Даже регенерация не справлялась с подобным увечьем. Обойдя всех, Лулу направила каждому яркий эмоциональный посыл, который был сродни лучу света в царстве снов. Она радовалась как ребенок, зная, что близится час всеобщего выздоровления…

…Тем временем, в черной-черной башне черного-черного замка, уходящего подвальными этажами глубоко под землю, темный лорд думу думал. Думу черную, да нерадостную. Сидел он на троне своем черном, широко раздвинув ноги, пока черноволосая темная эльфийка из подземного племени старательно играла на его кожаной флейте. Процесс уже настолько наскучил повелителю, что он и забыл про девушку, полностью отдавшись планам по захвату мира и унижению врагов.

— Господин! Господин! Враги! — в зал внезапно ворвался один из его военачальников, здоровенный черный орк по прозвищу Дьюк. Девица от неожиданности слегка прикусила предмет стараний так, что темный лорд аж взвизгнул.

— Вечером жду у себя в кабинете вместе с родителями! — строго сказал он девушке, легким движением руки отбрасывая ее далеко в сторону. Орк, не обращая никакого внимания на эльфийку, преклонил колено и доложил:

— Двое, мой лорд! Рыцарь чулка и монахиня ордена Пресвятого подвяза! Они уже разобрались с первым и вторым кругом защиты и направляются прямо к воротам замка!

Лорд лениво пошевелил пальцами и пробормотал заклинание. Перед ним тут же возникла небольшая сфера, заглянув в которую, он увидел приближающуюся парочку. Стоило ему только кинуть на них взгляд, как он тут же узнал их. В груди тревожно заныло давно забытое сердце. Еще бы! Эти двое были первыми, кто попался ему на глаза, как только он занялся выполнением плана по захвату мира вплотную. А как все хорошо начиналось…

До перерождения он с юности постигал боевые искусства, всевозможные духовные практики, карате, ушу, самбо, секреты йоги и прочие восточные тонкости контактного боя. Затем самостоятельно выбрал армию, попал в спецназ. Так уж вышло, что в то время среди новобранцев отбирали солдат для выполнения ОСОБЫХ заданий.

Секретный отряд, секретное назначение. Официально подобных отрядов не существует, но разве это волновало шишек из правительства?

Набор в отряд производился из солдат с определенным психотипом. Это были истинные отморозки, сволочи и ублюдки для которых не имело значение, кого убивать, лишь бы получать за это соответствующую награду.

Молодого солдата заметили, когда шла отработка боевых навыков в полевых условиях. Он до сих пор в мелочах помнил свое первое задание. Поразить цели.

Естественно бойцы СПЕЦНАЗа преодолели ряд препятствий, ворвались в здание-макет, «убили» макеты террористов, и «спасли» макеты граждан. Каждый тест-практика проводился индивидуально, по очереди. Будущий Чёрный Властелин был одним из последних.

Боец, ворвавшись в здание, выполнил задание с точностью, как приказали. Поразил цели. Все цели. Мирные. Боевики. Девушка-проститутка. Он «убил» всех. Убил, так как посчитал нужным досконально выполнить приказ. Когда на последних «целях» кончились патроны, он добивал их ножом.

Естественно тест был провален, но результат заинтересовал высокопоставленного агента из пришлых, внимательно наблюдавшего за проведением подготовки и оценивавшего действия бойца. Готовясь попрощаться со службой в СПЕЦНАЗе, бывший солдат обратил на себя внимание тех, кто стоит гораздо выше.

Так он попал в особый отряд, названия которого не существует. Это были бравые вояки, цель и задачи которых были дьявольски просты и одновременно с тем невероятны сложны — устроить переворот, устранить президента африканской державы, подложить бомбу в автомобиль крупного олигарха и тому подобные. Политики, бизнесмены, боевики, влиятельные шишки стран второго и третьего мира… Втирание в доверие, внезапное нападение, взлом компьютерных сетей и проникновение на секретные базы…

Тридцать лет будущий темный лорд безупречно служил своим хозяевам, довольствуясь ролью цепного пса. Но на очередном задании все же поддался чувствам. Он не смог застрелить маленькую девочку в семье одного из богатейших арабских шейхов. В тот момент в нем что-то сломалось, и он с удивлением осознал, что так и не стал до конца безжалостной машиной — убийцей, самоуверенно думая, что давно стал ею.

Впервые за годы жизни он спас кому-то жизнь. Зная, что за девочкой будет охота, он отдал её добросердечной женщине возле храма и растворился в толпе. Задание было выполнено. Только одного он не учёл — на задании он был не один. По возвращении на Родину его уже ждали. Почести, красивая машина и почётный караул. Солдат отправлялся на пенсию и провожали его достойно. Это было последнее задание. Что будет дальше Костяндр ещё не знал, но уже догадывался, что так просто ему не простят девочку.

Первые подозрения закрались, когда он прибыл сдавать снаряжение. Многолетнее напряжение научило его по мельчайшим деталям замечать изменение окружающей обстановки и на уровне интуиции замечать малейшие детали изменения обстановки. Капли пота на лицах наемников, сопровождавших его на обратном пути, пристегнутые ремни винтовок, Караульный с оружием в боевом положении и прочие неточности.

То, что произошло дальше, полностью перевернуло его жизнь. Ведомый нарастающим внутри напряжением, Костяндр попросил остановить автобус и высадить его в глухомани. Водитель принялся оправдываться и ссылаться на приказ начальства, а наемники одновременно напали на Волка со всех сторон. Как будто этого было мало, через десять минут автобус взлетел на воздух от ракеты, запущенной со стационарной установки. Шишки не жалели средств на избавление себя от ошибок прошлого не жалея ни средств ни людей. Темный окольными путями вернулся на базу, скрытно проник и уничтожил все документы, которые могли когда-либо пролить свет на его прошлое.

Благодаря огромным накопленным средставм он мог начать новую жизнь в любом уголке мира, но вместо этого купил обыкновенную скромную квартиру на окраине родного города, и попытался прожить оставшуюся жизнь как обычный пенсионер. Но мир не принял его.

Пристрастившись к дорогому алкоголю, он случайно подцепил молодую девчонку, радостно увязавшуюся за стареющим ловеласом. Конечно, он насквозь видел цели. Девушку интересовали только деньги и ради них она была готова на все, даже жить со стариком.

Как ни странно, но за пять лет совместной жизни он немного притерся к ней и даже стал думать, что и она тоже испытывает к нему влечение. Каково же было его удивление, когда вернувшись однажды, он застал свою женщину вместе с двумя мужиками, активно развлекающимися с его благоверной. Вместо сожаления или извинений в ее глазах он увидел лишь похоть и наслаждение.

В эту ночь на мусорку перекочевало три двухсотлитровых чёрных пакета. Разумеется, полиция не нашла ни малейших улик, и дело закрыли, списав на мафиозные разборки.

Старик продолжил пить и перестал совсем выходить из дома. В возрасте пятидесяти пяти лет всё закончилось. Тёмная подворотня, поздний вечер, мирный старик, спокойно возвращающийся домой и никого не трогающий… и шпана. Напав без предупреждения, подонки оглушили и сильно избили пенсионера. Тщательно обыскав, они вытащили все деньги и ушли. «Мораль сей басни такова — толпою гасят даже льва» — лозунг, вбитый в него командиром отряда сейчас сработал против него.

По пробуждении в больнице, через двое суток он обнаружил себя с перебитым позвоночником, прикованным к постели. На всю жизнь. Через пару месяцев, прикованный к коляске он вернулся домой. Но теперь будущий темный лорд уже знал, как желает закончить свою не самую лучшую жизнь. Переслав все накопленное детским фондам, и достав из тайников гранаты и боеприпасы, он разместил их на себе и в коляске. Той же ночью, инвалид выехал на ней в тот же двор, в котором совсем недавно подвергся нападению шпаны. Ему повезло, компания была на прежнем месте.

— Че, дед? — подошел к нему один из них, очевидно главарь банды, дыша перегаром ему в лицо. — Не хватило прошлого раза? Или ты решил нам отомстить?

Удар в лицо опрокинул его коляску. Остальные тут же окружили инвалида, принявшись пинать беспомощного пенсионера.

— Да! — ответил он, пока главарь переводил дыхание. — Отомстить!

И поднял руку с гранатой без чеки так высоко, как только мог…

И первое, что пришло — это ненависть.

Ненависть ко всему живому.

Ненависть к людям, которые грёбаных пятнадцать лет неизменно морщили носы и молча ненавидели старого наемника. За что? Он ведь их даже не трогал, он с ними не заговаривал, а если такое и случалось — всегда был вежлив. Ненависть к малолетним подонкам, ради мелочи просто избившим старика, превратив его в инвалида. Ненависть к уродам, которые не дали спокойно уйти на пенсию, решив убрать, как отработанный материал. Ненависть к тем же подонкам, которые воспользовались его женой. Ненависть к этой самой глупой девчонке, поставившей на кон свою жизнь ради денег. Ведь она знала с кем живет. За столько лет жизни в четырех стенах рано или поздно все вылезает наружу. Она знала, но продолжала изменять.

Предательство окружало его со всех сторон. Предательство от начальства, от окружающих людей, от женщин. Ненависть полностью захлестнула его рассудок.

— Ты выбран мной! — услышал он голос в пустоте. — Так иди и выполняй мою волю!..

Переродившись и ощутив себя в новом теле, будущий темный лорд сразу принялся осваиваться на новом месте жительства. Силы Хаоса закинули его почти в самый центр материка хумансов, в удел местного короля. Первым делом он освоил подвластную ему магию и оброс необходимыми связями. Опыт прошлой жизни позволил ему легко врасти в средневековый уклад. При желании он мог легко свергнуть нынешнего царька и завладеть троном, но его не прельщала унылая перспектива править жалкими урезанными землями. Ему как минимум была нужна власть над континентом, а впоследствии и остальным миром. Для этого он обладал и боевым опытом, и багажом знаний.

Первым делом, он решил построить зиккурат. Но слугам требовалось больше и больше золота, которого так не хватало лорду. Поэтому он решил действовать нестандартным способом.

Замаскировавшись, он проник в местную гильдию и взял самое сложное задание из доступных по очистке подземелья. Не обращая внимания на предупреждающие возгласы, он собрался уже было покинуть здание, когда был остановлен железной рукой мастера клана.

— Опасно одному идти, — сказал он, показывая рукой за спину. — Собери команду или присоединись на правах выбранной роли.

Чертыхнувшись, темный вернулся в зал, и принялся осматривать местных головорезов. Выбор был невелик. За исключением пропитых рож, угрюмого ветерана в порезанной броне и пары зеленых новичков, в зале никого стоящего и не было.

Разве что в дальнем углу его внимание привлекала компания из какого-то пацана трёх симпатичных девах:: синеволосой шлюхи, явно не носившей трусы; крепко сбитой блондинки в частичном рыцарском доспехе с символикой одного из местных богатеньких родов; и совсем мелкой девчонки, словно только что закончившей пятый класс в красном плаще волшебницы. При каждом наклоне синеволоски через стол, взгляду темного представали крепкие ничем не прикрытые ягодицы. Девицы частенько поглядывали на него и окружающих. Они явно собирались выйти на задание, но не могли добрать команду. К слову, Будущий темный лорд был заметной фигурой. Боги Хаоса не поскупились, заселив душу перерожденного в мощное тело, снабженное накачанной мускулатурой. При желании он мог пробежать двадцать километров и даже не запыхаться.

— Командиры наемников собираются вон в том углу! — выдернул его из размышлений мастер гильдии. — Если тебя интересует сплоченный боевой отряд, то не сомневайся, а смело иди к ним.

Кинув взгляд в означенную сторону, темный действительно заметил несколько человек. В отличие от остальных, эти вели себя скромно, присматриваясь к окружающим и взглядами буквально раздевая людей. Это были проверенные битвами матерые волки, прошедшие ад в прямом и переносном смысле. Но как раз именно такие солдаты были совсем не нужны темному. Вот если бы те девчонки с заморышем…

— А-а-а, простите? — кто-то тронул рукав его плаща. Резко обернувшись, он чуть не сбил с ног ту самую мелкую в красном одеянии мага. В руках она держала суковатую палку с блестящим камнем в навершии. Неужели артефактный маг? Это редкость! Стоит взять на заметку.

— Простите? — повторила девушка. Короткие черные волосы, полное отсутствие груди и детское личико. — Вы случайно не ищете группу для похода в данж? Мы заметили, что вы взяли опасное задание, но пришли совсем один! — затараторила волшебница, боясь, что темный вдруг повернется и уйдет. — Может, присоединитесь в нам? Или хотя бы побеседуете с нами? — она указала на свой столик, с которого на него смотрели остальные. Синеволоска откровенно строила глазки, пацан смотрел скучающим взором, а рыцарша… Ее руки были под столом, а по блуждающей на лице похотливой улыбке не оставалось сомнений, о чем думает блондинка.

Но стоило только ему согласиться на уговоры мелкой и двинуться к их столу, как на их лицах появился интерес, руки рыцарши оказались на столе, а шлюха с синими волосами стала серьезной, как чиновник.

— Добро пожаловать! — Синеволосая в откровенном платье привстала, приветствуя его. — Не желаете присоединиться к нашему отряду? Меня зовут Текилла их рода Алконавтов. Я главная в этом отряде. Я маг воды. Поддержка, благословление, исцеление, немного могу помочь в атаке.

— Ламантина фон Стрипнесс! — встала рыцарша, обладательница огромной груди и не менее крепких мускулов. — Мой род обеднел из-за растрат отца, и мне пришлось встать на путь наемника.

— Я — Казюля, — поднялся парень. — Единственная атакующая сила нашего отряда. Специализируюсь на коротких мечах и кинжалах.

Окинув его коротким взглядом, темный только вздохнул. Отряду можно было только посочувствовать. Впрочем, для его плана требовались именно такие доходяги.

— Мимокинь! — присела в реверансе перед ним девчонка в наряде мага. — Боевой маг огня. Специализируюсь на взрывах и разрушениях. А кто вы?

— Танк. — Темный присел рядом с Текиллой, как бы невзначай прикоснувшись бедром к ее ноге. Как и ожидалось, та не только не отодвинулась, но напротив, прижалась сильнее, состроив многообещающую улыбочку. Но темный не тешил себя иллюзиями, он прекрасно понимал, что, скорее всего средств у этих детей совсем не осталось и они готовы на все, лишь бы не быть выброшенными на улицу. — Танк и маг земли.

— Это же просто замечательно! — вскинулась Текилла. — Мы готовы принять вас. У вас есть какие — либо просьбы или условия?

Ее красноречивый взгляд говорил яснее ясного — «Останься о, незнакомец и ты не будешь разочарован!» Рыцарша, напротив, не оставалась в долгу и темный ощутил легкое давление в паху от носка ее кожаного сапога. Парень оставался безучастным, наверное, его до смерти достали эти озабоченные. Лишь Мимокинь взирала на него с огромным почтением.

— Нет, у меня лишь одна просьба и я вам ее озвучу, когда мы доберемся до подземелья, — сказал он, поднимаясь из — за стола. — Со мной ваш отряд укомплектован?

— Так точно! — выкрикнула синевласка. — Когда выступаем?

— Прямо сейчас, — вымолвил темный, направляясь к дверям. Обернувшись, он случайно встретился взглядом с мастером гильдии. Тот, показав одними глазами на Текиллу, незаметно изобразил в воздухе две полусферы и, ухмыльнувшись, выставил сжатый кулак с большим пальцем кверху в жесте одобрения. Темный хмыкнул. Видно, Текилла пользовалась популярностью у мужского населения Гильдии.

Через три часа они добрались до сокровенного данжа.

Темный обернулся к отряду.

— Сначала войду я один и проверю наличие ловушек и уровень монстров внутри! — сказал он не терпящим возражения голосом. — Вша задача — обустроить лагерь и готовиться к моему возвращению!

— Но как же… — пискнула Мимокинь. — Ведь там опасно?!

— Да брось, Мими! — ухватила ее более прошаренная синеволосая. — Господин уверен в своих силах. Не так ли… Кстати, мы так и не узнали вашего имени?

Темный задумался. Несмотря на прошедшие полгода в этом мире, он не озаботился именем, отделываясь лишь «господин», «лорд» и прочими. Но, если его далеко идущим планам суждено сбыться, то стоит завязать какое-то подобие дружбы с этими новичками. Пожалуй, стоит рискнуть.

— Зовите меня Костяндр! — ответил он и шагнул в темноту пещеры.

Немного забегая вперед, стоит рассказать о различиях континентов. Как мы уже знаем, в прошлом люди играли ведущую роль в управлении всей планетой, но в результате неведомого катаклизма утратили технологическое преимущество, откатившись в развитии, и уступив пальму первенства прочим расам. Что послужило причиной такой деградации, остается лишь гадать. Была ли на это воля богов или собственные дьявольские эксперименты сослужили плохую службу человечеству? А может чужая цивилизация напала на этот мир или произошел очередной прорыв Хаоса? Об этом мы если и узнаем, то еще нескоро.

Пока люди дрались за выживание, а прочие расы пытались найти свое место, на континентах появились неизвестные монстры и таинственные подземелья. Если на материке зверолюдей большинство из них было уничтожено в результате долгой кровопролитной войны и последующих зачисток, то на других материках они остались нетронутыми. Гномы защищали свои подземные территории, Эльфы укрепляли леса, а люди… Люди, как обычно, воевали друг с другом и со всеми остальными за кусок земли и право на жизнь.

Но не прошло и полвека, как хумансы, закрепившись на своих территориях, принялись активно налаживать торговые связи. Разумеется, они стали все чаще и чаще сталкиваться с невиданными ранее монстрами и странными пещерами. Первые же сталкеры, исследовавшие эти таинственные подземелья, принесли удивительные вести!

Оказывается, данжи, как позже назвали пещеры, имели по нескольку этажей. На каждом из них присутствовали различные монстры самых разных видов и параметров. Но вход на последующий уровень всегда охранялся стражами или боссом этажа. Зачем и кому это было нужно, никого не интересовало. Но сокровища, которые сумели добыть наиболее удачливые исследователи, подняли ажиотаж вокруг данжей на новый уровень. Конечно, далеко не все возвращались из пещер. Но поток искателей приключений не ослабевал.

Прошло время и люди стали замечать, что ветераны рейдов, прошедшие несколько этажей не один раз, побывавшие в различных переделках и победившие различных чудовищ, стали сильно отличаться от остальных. Нет, внешне они выглядели примерно также, но их сила, скорость и боевые умения порядком возросли. Сами герои данжей не распространялись об этом, но и не опровергали. Казалось, они были связаны общей клятвой о молчании.

Вскоре в различных городах и больших селениях появились мастера, выдававшие задания. Некоторые из них основали гильдии. В основном, это были те самые матерые воины, решившие отойти от дел, и скопившие на безбедную жизнь.

Также постепенно зародилась особая каста священнослужителей, способных определить уровень, перераспределить характеристики и помочь выучить новые умения всем желающим. Разумеется за звонкую монету.

Конечно, владение магией никто не отменял, и волшебники по прежнему являлись центральной силой в городах. Но постепенно зарождалась новая сила, способная противостоять им. Тем более, что шанс подняться был у каждого, будь то крестьянин без капли магической силы или сын барона, попробовавший себя в роли простого приключенца…

Темный довольно быстро зачистил первый этаж пещеры. Кроме мелких гоблинов, слизи и паучков там больше никого не было. Как и во всех стандартных подземельях, в конце каждого этажа находился свой босс. На этом уровне это был большой и толстый вождь гоблинов, не оказавший практически никакого сопротивления будущему повелителю Хаоса.

Костяндр довольно улыбнулся. Первая фаза его злодейского плана была успешно выполнена. Недаром он выбрал самое сложное подземелье, куда не рисковали лезть даже самые прокачанные отряды. В нем было сто этажей с боссом на каждом уровне. Разумеется, переходя на следующий приключенцы сталкивались со все более и более возрастающей мощью монстров, но и сокровища становились все более роскошными. Если сейчас с сундука гоблина он взял мешочек с десятком серебряных монет, да пару пустых кристаллов маны, за продажу которых можно было выручить еще пару серебряков, то убив последнего босса и забрав его ресурсы, можно было рассчитывать на покупку трона отдельной страны. Костяндр не сомневался в том, что у него хватит Силы пройти все подземелье в одиночку, но для его плана требовалось кое — что еще.

Поэтому, прежде чем идти и потрошить остальные этажи, он собрал весь мало-мальски ценный лут и вернулся к ожидавшим его временным напарникам. Игнорируя поток их вопросов, он прошествовал к расстеленному пледу, на котором валялись в его ожидании девчонки, и царским жестом вывалил на него собранные «сокровища». Но надо было видеть, каким дьявольским огнем жадности загорелись глаза Синеволосой и пацана.

— «Так, эти двое, считай, мои слуги», — усмехнулся мысленно темный.

Рыцарша немного презрительно взглянула на кучку серебра и прочего хлама и отошла в сторону.

— «А вот с этой придется повозиться», — размышлял Костяндр. — «Но, думаю, стоит ей увидеть добро хотя бы пятого босса, и она падет».

Девочка в наряде мага даже не посмотрела на собранный лут. Но ей был нужен не он. Она восторженно смотрела на самого темного, добровольно зашедшего в данж, и вышедшего оттуда целым и невредимым, да еще и с ценными ресурсами!

— «Что же с тобой будет, когда я испепелю десятого босса?» — усмехнулся сам себе темный. — «Все идет так, как я и задумал. Пришло время второй фазы!»

— Это все ваше! — пафосно сказал он, мгновенно взлетая на новую ступень обожания командой. — Я исследовал первый этаж и приглашаю вас со мной на зачистку всех остальных.

— Всех остальных? — недоуменно спросил Казюля. — Но ведь там точно более пятидесяти уровней. С нашим опытом и вооружением мы вряд ли и до пятого дойдем.

— Вам не о чем беспокоиться, пока я с вами! — произнес Костяндр. — Главное — постарайтесь не умереть от случайного копья или стрелы. Текилла, на тебе будет лечение и поддержка. Справишься?

— Разумеется! — не отрывая взгляда от серебра тут же ответила та. В ее голове уже вынашивались грозные планы не добытых сокровищ.

— Мимокинь! Какой у тебя запас маны?

— Совсем небольшой, — скромно потупилась девочка. — Я начинающий маг и вложилась в силу, а не в расширение чакр, поэтому меня хватит максимум на пару взрывов.

— «Как я и думал, — совершенно бесполезная!» — поставил галочку темный. — «Ни сисек, ни жопы, так еще и колдует еле-еле. Как они вообще додумались ее взять в отряд? Ладно, для моего плана сойдет, а там заменим на кого-то еще».

— Ламантина! Какой урон можешь выдержать?

— Любой! — немедленно ответила девушка, ухмыльнувшись при этом так, что темный подтвердил свои подозрения о ее извращенности.

— Соберите вещи и выступаем немедленно. Значит, слушаем сюда. Текилла. Я временно забираю у тебя лидера.

— Да, да, — отмахнулась та, завязывая в узелок плед.

— Мои приказы для вас закон! — продолжал тем временем темный. — Мне важно, чтобы вы все добрались до конца вместе со мной.

— «Ну, или хотя бы один из вас» — ядовито усмехнулся он своим мыслям.

— Я иду впереди, вы сзади! Всем постоянно быть настороже. Казюля — ты добиваешь тех, кого я не успею, Мимокинь — в резерве! Ламантина! Будешь прикрывать мою спину! Текилла — поддержка и лечение. Захватите припасы, возвращаться не будем еще долго…

Несмотря на огромное количество этажей, сами уровни были сравнительно небольшими, но удлинялись подобно пирамиде. То есть, каждый последующий этаж был немного больше предыдущего. Плюс местность не всегда располагала к комфортным боевым действиям.

Тем не менее, первые двадцать этажей пролетели мимо отряда, словно гоночный болид мимо велосипедиста. Если сначала команда не уставала поражаться боевой мощи их нового знакомого, то еще через десять этажей они уже еле тащились под непомерным грузом собранного лута, несмотря на увещевания темного.

В мгновение ока, снеся двух огромных каменных големов, Костяндр повернулся, оскалившись к напарникам. Те только — только зашли в зал, в котором находились поверженные гиганты. Как только они увидели их остатки, то просто одновременно хлопнулись на задницы, не в силах поверить своим глазам.

— Это же каменоиды, которые раздавили отряд Рыжего! Спасся только один наемник, который все видел своими глазами! — вскрикнула Мимокинь. — Как…как вы сумели их победить, господин Костяндр?! Вы вообще человек?

— Это только начало, — самодовольно улыбаясь, произнес тот. — Рекомендую вам оставить все собранное добро за теми дверями. Там стоит сундук с сокровищами, ключ в замке. Свалите все туда, закройте и заприте. Заберем на обратном пути. Если будут выжившие, — добавил он полушепотом. Но выдохшиеся приключенцы даже не обратили внимание на его бормотание…

Еще пять этажей вниз, десять, двадцать. Периодически устраивая привалы, Костяндр внимательно оглядывал группу, стараясь уловить эманации, исходящие от них. Впрочем, сильно можно было не напрягаться. Пацан брел, чуть ли не заглядывая в рот темному, слепо доверившись ему, как баран на заклание. Синеволоска разрывалась между сокровищами, мечтами по их тратам и животной тягой к великолепному самцу, который так удачно подвернулся, когда они находились буквально в заднице. Девушка-магичка находилась в постшоковом состоянии. Сначала она пыталась примерно оценить Силу темного, но уже после десятого этажа махнула рукой, не переставая поражаться мощи его заклинаний…

Сотый этаж оказался практически пустым. Все было так, как ему и рассказали духи, навестившие его этим утром. Не считая парочки случайных химер, больше никого не было. И вот отряд достиг огромных врат, размером превышающих все, прежде пройденные. Распахнув их, Костяндр смело, хозяйским шагом вошел внутрь, чтобы увидеть… совершенно пустое помещение, в центре которого был небольшой круглый алтарь в форме круга. Усмехнувшись, он повернулся к напарникам. Наступала третья фаза, в которой они должны были сыграть ключевую роль.

К его удивлению, до конца все добрались живыми, хоть и порядком вымотанными и поцарапанными. Синеволосая, несмотря на отсутствие трусов и мозгов, оказалась стоящим хилером! Рыцарша тоже показала себя крепким орешком. Оставив ее один на один с боссом девяностого этажа, темный, сославшись на сильное ранение, полчаса наслаждался ее стойкостью. В итоге для последней стадии плана ему пришлось выбирать между нытиком с кинжалами и довольно бесполезной магичкой. Но Мимокинь хотя бы довольно удачно потратила свою ману на предпоследнего босса, сделав это эффектно и достаточно эффективно. В то время как пацан только ныл и жаловался на дорогу.

— Мы сделали это! Мы дошли! — радостно обратился он к усталым товарищам. — Настала пора забрать сокровище сокровищ!

— Сокровище сокровищ! — хором повторили приключенцы, и в их глазах зажглась неутолимая алчность. Несмотря на длинный путь и огромные богатства, которые они складировали по пути, жадность все еще контролировала их разум. И это было как нельзя на руку темному.

— Да! — пафосно подтвердил он, протягивая руку к алтарю. — Только достойнейший из вас способен получить его! И лишь я один знаю способ. Пришло время открыть вам правду!

Четыре пары глаз в немом предвкушении уставились на темного.

— На самом деле, я тот, о ком сложено множество легенд! Я — Избранный! — провозгласил он. — Вы лицезрели Силу, данную мне богами! Они открыли мне способ, который откроет нам путь к сокровищу сокровищ! Казюля, подойди.

Парень нерешительно приблизился к темному. Тот, возвышаясь чуть ли не на голову над ним, продолжил вещать, подобно Кашпировскому:

— Знай же, Казюля, что ты являешься носителем крови древних героев! Только тебе суждено открыть Врата, ведущие в Чертоги богатств и знаний. Встань же на постамент славы и прими свою участь!

Показав ему на алтарь, темный встал недалеко от него. Свет, струившийся сверху, слегка угас, оставляя только единственный луч, захватывавший алтарь. Но приключенцы не обратили на это ни малейшего внимания. Как и на предупреждающие надписи на вратах зала, в который они зашли.

Пацан отбросив оружие, вскочил на освещенный постамент. Запрокинув голову, он радостно закричал:

— Я потомок древних героев! Боги! Даруйте же мне сокровище сокр…Угх…

Внезапно он заткнулся, с недоумением глядя на собственное сердце, которое, все еще пульсируя, лежало на окровавленной ладони Костяндра. Переведя недоумевающий взгляд на улыбавшегося во весь рот темного, он рухнул, напитывая алтарь своей кровью.

— Услышь меня, Отец и Повелитель мой! — закричал Костяндр условленную фразу. — Я выполнил обещанное. Дело за тобой!

Пораженные девушки, остолбенело стоявшие за его спиной, наконец пришли в себя и с воплями бросились в атаку. Костяндр, даже не повернувшись, отбросил всех трех в сторону и процедил:

— Если хотите жить — лежите смирно и ждите своей участи.

— Я здесь, мой воин! — донесся сверху рокочущий голос. — Вижу, ты преподнес мне дар. Сердце жадного безумца. Да, ты выполнил обязательства. Уверен, ты хорошо мне послужишь. Нарекаю тебя Сыном Хаоса и дарую тебе этот замок.

Вокруг раздался грохот, стены задрожали. Казалось, все рухнет, но темный уверенно стоял на ногах, не обращая внимания на визжащих девушек. Вдруг грохот прекратился, но из пола выехала небольшая прямоугольная плита, которая слегка приподнявшись над полом, замерла, словно ожидая приказаний.

В то же самое время в голову Костяндра словно запихнули все, что касалось подземелья. Теперь он знал, как управлять залами, защитой, приказывать монстрам и прочие тонкости. Поднявшись на плиту, и повернувшись к замершим девушкам, глядящим на него словно мыши на кота, он приказал:

— Идите ко мне, если жить охота.

Но они ожидаемо не двинулись с места. Поморщившись, властелин Хаоса добавил:

— Скоро в этом зале будет полно сильных монстров, которые вам точно не по зубам. Я не собираюсь вас убивать. Единственная жертва, которая мне требовалась, уже принесена.

Закончив речь, он отвернулся, тем не менее, полностью контролируя ситуацию. Через несколько секунд темный ощутил, что бывшие напарницы все же залезли на плиту. В тот же момент, своеобразный лифт рванулся, по открывшейся шахте вверх, до самой поверхности и еще выше. Лишь когда он достиг примерно десятого этажа от земли, Костяндр соизволил остановиться.

— Узрите! — сказал он притихшим девушкам. — Вы первые, кто смотрит на владения будущего темного Повелителя.

Они стояли на вершине огромного черного замка, а вокруг расстилалась дикая местность. Только вдалеке торчали шпили небольшого городка, где Костяндр и встретился со своими будущими подданными. А в том, что они ими станут, он даже не сомневался.

— Но… что будет с нами? — осмелилась спросить его Текилла.

— О! — вымолвил темный лорд, поворачиваясь к ним. — У вас есть выбор! Не думаете же вы, что я прикончу вас также, как и вашего бесполезного приятеля? Готов поспорить, вы только рады, что избавились от такого мусора. В общем, я предлагаю служить мне. В этом случае, у вас будет все, о чем раньше можно было только мечтать! Богатство, власть, Сила, красота, признание! Но вы можете и отказаться и уйти обратно в город, — добавил он скучающим голосом. — Я не буду вас задерживать. Идите и возвращайтесь в нищету и грязь, из которой я вас вытащил. Естественно, ничего кроме своих жалких жизней, вы не получите. Все, что мы собрали по пути, является только моей заслугой, не так ли?

Он замолчал, оглядывая притихших девушек, и уже зная их ответы и очередность. Но все же он ошибся. Опередив Текиллу, вперед выступила Мимокинь:

— Ради Силы я готова на все! — сказала она глухим голосом. — Я клянусь в верности вам, повелитель.

— Я пойду на все, что угодно, лишь бы вырваться из нищеты! — вскричала Текилла, отталкивая в сторону Ламантину. — Хватит с меня дешевого пойла, грязных мужиков на сеновале и пустого живота по утрам! Я хочу богатства!

— Честь рыцаря не позволяет мне принять ваше предложение, — угрюмо ответила рыцарша.

— «Ого! Неужели я ошибался в ней?!» — удивленно подумал темный.

— … Поэтому я приняла решение оставить орден и вступить под ваше командование, повелитель! — подняв глаза, горячо сказала девушка. Встав и сорвав с себя нашивки рода, она с вызовом уставилась на темного.

— Вы поступили верно! — с восторгом сказал Костяндр. — Каюсь, я бы все равно не отпустил вас на волю. Пришлось бы стереть вам память. Но так как вы добровольно решили служить, мне осталось только закрепить наш союз. Раздевайтесь!

Позади на плиту из стены с лязгом выехала огромная кровать. Даже не кровать а целый траходром, на котором легко разместился бы полк солдат.

— Что-что-что, вы собираетесь делать повелитель?! — вскрикнула Мимокинь, падая на колени и сжимая себя руками. — Ведь мы и так согласны повиноваться вам! Умоляю, не трогайте меня!

Позади нее раздался легкий шум. Обернувшись, и не веря своим глазам, волшебница с ужасом увидела, как Текилла и Ламантина спешно освобождаются от одежды. В их глазах сверкала животная плохо сдерживаемая похоть.

— Первым делом я поставлю на вас свои печати, — легко и просто ответил Костяндр, скидывая броню и плащ. — А сделать это возможно лишь при полном контакте. Я жду. Не заставляй меня повторять.

Мимокинь, верно оценив ситуацию, принялась торопливо расстегивать пряжки плаща и скидывать остальную одежду. Оставшись в чем мать родила, она, смущенно прикрываясь руками, взглянула снизу вверх на темного.

— Мда, — прищелкнул тот языком, — как и ожидалось, смотреть не на что. Ты вообще совершеннолетняя?

Девушка, покраснев от обиды, гордо ответила:

— Мне уже двадцать один! Пусть мое тело и выглядит как детское, но я давно не девственница!

— Что ж, — ответил Костяндр, подхватывая и бросая ее на кровать, — тем хуже для тебя. Я собирался быть нежнее.

Отбросив последнюю деталь одежды, он шагнул к ложу, давая девушкам оценить по достоинству свою фигуру.

Особого удовольствия от процесса он не получил, так как приходилось контролировать достаточно сложное заклинание печати, которое темный поочередно поставил на каждую из своих подопечных. Ее побочным эффектом было кратковременное оглушение жертвы. Как правило, заклейменный такой печатью, придя в сознание, испытывал бы рабскую преданность и слепое обожание к поставившему ее. Так и не удовлетворившись до конца, Костяндр разглядывал слегка светящиеся руны на плоских животиках своих будущих слуг и составлял планы по захвату ближайших территорий.

Но уже при осуществлении следующей идеи, он едва не распрощался с жизнью…

Следующая неделя пролетела как одна минута. Первые три дня теперь уже полноценный темный Повелитель занимался самой черной работой: устранял разрушения внутри этажей, строил защиту крепости, усмирял и подчинял разумных и полуразумных монстров, появившихся буквально из ниоткуда. Скорее всего, на каждом уровне была точка возрождения павших или создания новых чудовищ. Что с ними делать, Костяндр даже не задумывался, оставляя их на потом. Главное, новые монстры не появлялись, если были живы остальные.

Таким образом, через три дня замок пришел в более-менее качественное состояние. Новообретенные напарницы тоже не теряли даром время. Как выяснилось, печать практически не влияла на разум носителя. Единственное, каждая девушка была уверена, что ее Хозяин — единственный и неповторимый, за которого отдать жизнь — высшее благо. В остальном, они оставались сами собой.

После посвящения и до общего собрания через три дня девушки занимались любимым делом. Текилла бегала вслед за лордом по этажам, собирая и сортируя различные сокровища, в перерывах, услаждая лорда своим телом. Причем делала она это по собственному желанию, каковое у нее почти не пропадало. Стала понятна причина отсутствия трусов. Во-первых, как таковых трусиков здешняя мода еще не придумала, но женский пол пользовался различными подвязками, скрученными полотенчиками из нежной ткани и прочими. Текилла же была настолько озабоченной нимфоманкой, что попросту игнорировала их, чтобы не тратить время на развязывание.

Ламантина проводила все свободное время на плацы, тренируя наиболее способных монстров. Под ее началом формировалась неплохая боеспособная армия. Заглянув к ней пару раз, лорд был немедленно атакован страстной рыцаршей, желавшей немедленного удовлетворения не меньше Текиллы. Пришлось пойти навстречу, тем более, синеволоска уже более десяти часов не попадалась на глаза. В сравнении с ней, блондинка была более любвеобильной, нежели похотливая Текилла. Перед уходом, Костяндр дал ей особый дар усиления. Теперь Ламантина могла в прямом смысле свернуть горы, и была защищена даже от смертельных ранений. Подумав, Лорд решил позже провернуть ту же вещь с остальными.

Мимокинь напротив не проявляла никакого сексуального интереса к повелителю, тем не менее, восторгаясь им, как ребенок. Она штудировала гигантскую библиотеку данжа, изучая новые и новые заклинания. Сразу после инициации Костяндр на максимум расширил запас ее маны. Теперь девушка напоминала ходячий арсенал.

На четвертый день на собрании Повелитель объявил, что отправляется в поход по городам за новыми рабами, слугами, ресурсами и прочими делами. Оставив девушек за главных, он преспокойно телепортировался в ближайший город. Да, магию Костяндр освоил гораздо круче настоящего Избранного, о котором он, впрочем, пока даже не подозревал.

Времени у Повелителя Хаоса было с избытком, и он решил для начала прогуляться по центру города и узнать последние новости. Как и ожидалось, всем было наплевать на пропаду очередного отряда. В разговорах зевак мельком упоминали появление черного замка, но его достаточная удаленность ставила под сомнение его существование. Подслушивая прохожих, Костяндр ехидно улыбался — все шло точно по его плану. Внезапно он остановился, — его тонкий слух, усиленный магией, уловил очень интересные слова, доносившиеся из-за богато украшенного забора.

— …скучна и невыразительна, Жорж! Дуэли запрещены, балы приелись! Я даже не знаю, для чего существую! — услышал он окончание фразы, которую произносило бархатистое женское контральто.

— Но госпожа! Наши слуги каждый день с ног сбиваются, чтобы найти что-то новое. Но вы испробовали все удовольствия! — неизвестный, очевидно подчиненный, понизил голос. — Даже запрещенные.

— Не шепчите, Жорж, вас не слышно! — капризно ответила ему та. — Да, я знаю это и без вас! Ах, я бы отдала все свои богатства за новые ощущения, за новую жизнь! Вот только придется мне остаток своих дней проводить в этом поместье…

Костяндр вновь улыбнулся. Похоже, удача снова улыбалась ему. Не тратя время, он легко перемахнул через ограду и выпрямился перед шокированной парочкой. Насчет слуги он не ошибся, — перед ним стоял седой дворецкий в богатой ливрее, поддерживающий шлейф вычурного платья своей госпожи. А она… была прекрасна. Зрелая, уже начинающая увядать женщина за сорок, на лице которой стояла печать порока и вседозволенности. Тем не менее, в ней чувствовалась мощь и уверенность женщины, не привыкшей останавливаться на полпути. Не давая им прийти в себя, Костяндр поклонился и сказал:

— Приветствую вас, госпожа. Я скромный граф де Ла Шер счастлив лицезреть такую дивную красавицу…. - тут он сделал паузу, давая женщине оценить обстановку. Если бы она принялась звать стражу, ему пришлось бы позорно бежать, дабы не раскрывать свое инкогнито. Но дама, легким взглядом оценив его богатое платье и знаки сословного отличия, приятно улыбнулась в ответ и, не обращая внимания на опасения слуги, царственно наклонила голову и ответила:

— Миледи Димитреску фон Шивер к вашим услугам. Что привело вас в мою скромную обитель столь экстравагантным способом, граф Ла Шер?…

Через восемь часов довольный Костяндр направлялся к зданию клана, в котором подцепил свой отряд. Знакомство оказалось донельзя удачным. Леди Димитреску с ходу заинтересовалась необычным графом, а стоило ей только узнать, что новые возможности не такая уж сказка, как она вцепилась в него как клещ. Отослав слуг, они сблизились, познавая друг друга и делясь опытом. В итоге, леди Шивер получила печать, и стала непосредственным шпионом в городе, не подозревая что уготовил ей «граф». А тому как раз хотелось превратить человека в вампира…

Войдя в ту самую гильдию, где брал задание, он забрал положенную награду, уведомив мастера о смерти отряда. Подобные вещи случались регулярно, и никто не обратил внимания на ехидную ухмылку повелителя, тем более, никого судьба подростков особо не заботила. Единственную слезу обитатели гильдии проронили по синеволосой шлюхе, время от времени одаривавшей их своими ласками.

Тем временем, темный направился к местной церквушке, где хотел проверить свой уровень. Не то, чтобы ему это было интересно, но времени у него было с избытком. Но буквально на пороге святой обители он столкнулся с выходящим оттуда длинноволосым блондином в полном рыцарском облачении. Тот явно был в гневе и не смотрел по сторонам.

— Третий уровень! Не может того быть! После полного прохождения Темных пустошей, сражений с Злобоглазами и Ящурами! Всего третий уровень! Да как это возможно?! Куда прешь, простолюдин?! — рявкнул он, едва не сбив с ног темного. — О! Прошу прощения, равный. — Тут же извинился он, заметив знаки дворянского отличия на поясе и пряжках Костяндра. — Я не заметил ваших орденов. Тут такое дело… — замялся он. — Не желаете, ли выслушать и оценить мою печальную историю за бокалом сухого Анжуйского?

Костяндр согласился. Терять ему все равно было нечего, и времени был вагон. Собственно, он наперед знал, что расскажет ему рыцарь в потертой броне, — на подвешенном на левую руку щите нарисованный герб был перечеркнут грубо выбитым крестом. Это могло означать несколько вариантов — носящий данный щит, является вторым или третьим сыном, имеющим все дворянские права и почести, но обломавшийся с наследством; изгнанный или самовольно ушедший из дому сын, автоматически лишенный все того же наследства, но сохранивший права. И, наконец, дослужившийся до дворянства своим потом и кровью, простолюдин. Такое не было редкостью.

Так и случилось. За бутылкой дрянного дешевого вина рыцарь, назвавшийся Мохмадом, красочно описал ему свои сражения, из которых неоднократно выходил победителем.

— Отец отдал концы, и мой старший брат занял его место. Мне пришлось пойти в наемники. Я вызвался на самое тяжелое задание. А стоило мне вернуться и сдать награду, как ноги понесли меня в церковь. Уходил я драться с чудовищами будучи вознесенным на второй уровень, думал, как минимум шестой получу или седьмой. А эта церковная шлюха взяла плату, ручками поводила и говорит «Третий! Третий уровень!» А когда я разгневался, то она добавила, что в составе группы опыт делится на всех, вот и досталось мне все, что досталось, — говорил полупьяный рыцарь.

Поглядывая на него, Костяндр подумывал взять его с собой. Была у него мысль зомбировать его и подчинить Ламантине.

— Я понял вас, мой друг, — душевно протянул он, подзывая официантку. — Кажется, я знаю, как решить вашу проблему. Недалеко отсюда есть небольшой данж, в котором вы мигом прокачаете свой уровень без особого вреда для здоровья. Тем более, я, как маг поддержки, не оставлю вас в опасности.

Уговорить рыцаря не составило особого труда. Расплатившись, они вышли из трактира и направились к церкви. Костяндр не оставлял идеи проверить свой уровень. Внутри их встретила монахиня среднего возраста с седыми висками.

— Приветствую вас странники, — певуче сказала она, игнорируя сердитое лицо Мохмада. — Пришли ли вы вознести молитву Единому или по мирским потребностям?

— По мирским, сестра, — мягко ответил темный. — Я бы хотел проверить свой уровень.

— Плата за совершение обряда стандартная — пять золотых, — не меняя тона, ответила монахиня.

Костяндр присвистнул. Пять золотых — огромная сумма. Средства у него водились, а отступать было поздно. Заплатив мзду, он дал увести себя в отдельную келью, где монашка усадила его за стол, на котором был стеклянный шар.

Прочитав молитву, она возложила руки темного на шар и встала рядом. Положив одну руку поверх ладоней Костяндра, а вторую на его голову, она произнесла:

— Да будет свет!

Шар заклубился черной тьмой… и взорвался! Монашку унесло и впечатало в стену, ошеломленного Костяндра осыпало осколками. Рыцарь, притулившийся у стены, шокировано взирал на произошедшее. В комнату, привлеченная шумом, вбежала другая монашка, чьи соблазнительные гитарные изгибы тела не могла скрыть даже мешковатая монашеская одежда. Увидев лежащую напарницу и осколки шара, она вскрикнула и бросилась на помощь подруге.

— Тьма… Тьма преобладает в тебе странник! — С трудом произнесла та, открывая глаза. — Уровень твой не определить, да и не нуждаешься ты в нем. Светлена, — обратилась она к суетящейся монашке. — Ты должна сопроводить этих молодых людей в суровый край горных рудокопов, Челябинбург. Там передашь их в руки святого Капеллана. Приступай немедленно. Что касается вас, рыцари, — женщина подняла взор на темного с Мохмадом, — вы обязаны дойти до того города. Сбывается предсказание о приходе великого Зла на наш континент. Я надеюсь, еще не слишком поздно. Светлена проводит вас.

В келью забежали еще две девушки, принявшиеся заботиться о раненой. Следуя словам настоятельницы, девушка умчалась переодеваться, пока парни переосмысливали прерванный ритуал.

— «Зло уже здесь, старая!» — ехидно думал Костяндр. — «Ты опоздала! Но вот насчет монашки, это даже интереснее». Дождавшись, переодевшуюся в походный костюм девушку, они втроем вышли из города. Вести свой отряд вызвался Костяндр, назвавшись искусным проводником. Мохмад, соблазнившись очаровательной фигуркой Светлены, принялся грубовато ухлестывать за той, не переступая, однако, рамки приличия. Темный, тем временем, строил планы по порабощению обоих и привлечению в свое растущее войско.

Через несколько часов на горизонте показался пик черного замка и Костяндр понял, что больше тянуть нельзя. Но когда он опробовал свои заклинания на временных напарниках, то впервые за все время потерпел неудачу!

Ничего не понимая, он раз за разом кастовал сонное, остолбенеющее, замораживающее, парализующие заклятия в спину бывшим товарищам, до тех пор, пока те не обернулись. Только взглянув на них, Костяндр понял, что ему срочно стоит принимать экстренные меры. Лицо монашки озарялось каким-то внутренним светом, а на груди рыцаря сиял огненный крест.

— Настоятельница была права! — закричала Светлена, протягивая руку с зажатым в ней крестом. — Ты — исчадие Зла. Недаром ее амулеты и иконы спасли нас от твоих чар!

— А она права, дружище, — покачав головой, вздохнул Мохмад. — Как бы ни грешно мне это признавать, но придется мне обнажить свой меч против того, с кем я совсем недавно делил вино и хлеб.

В одно мгновение он вытащил узкий длинный клинок и встал в боевую стойку рядом с монашкой.

Костяндр все пытался безуспешно использовать все подходящие заклинания из своего арсенала. Решив не тянуть резину, он выбросил руку в направлении теперь уже врагов, и попытался скастовать волну яда. Но та разбилась о некий непроницаемый щит, окружавший монашку с рыцарем, и исчезла без следа.

— Адептус Механикус! — прокричала Светлена и белый луч ударил Костяндра прямо в грудь с такой силой, что тот пронесся по воздуху и ударился в дерево. Едва не потеряв сознание, он попытался позорно сбежать, но магия отказывалась ему повиноваться, а вместо заклинаний изо рта вылетал лишь хрип.

— «Так и сдохнуть недолго!» — с ужасом подумал Костяндр, и использовал последнее средство, что у него оставалось. Вложив все силы в разум, он мысленно позвал своих слуг. Теперь ему оставалось только выжить до их прихода…

В тот день ему дико повезло. Все девушки отдыхали на стене замка, когда получили мысленный призыв. В одну секунду, не сговариваясь, они вскочили на ездовых големов, и помчались, не разбирая дороги, в направлении телепатического сигнала. Они успели вовремя, как раз когда рыцарь собирался проткнуть грудь темного мечом. Несмотря на усиленные тела, они все еще во многом уступали послушнице Единого и тренированному рыцарю, потому не стали вступать в бой, а просто украли лорда, пользуясь переполохом. Позднее Костяндр не раз хвалил их за предусмотрительность. Кто знает, чем могла аукнуться в будущем схватка. Ошеломленные Мохмад со Светленой могли только смотреть в спины беглецов…

А теперь Костяндр наблюдал за тем, как сладкая парочка, шутя разносила его защиту, как нож, сквозь масло, проникая к самым стенам замка.

— Они доигрались! — сквозь зубы выговорил он. — Они дали мне слишком много времени! Все изменилось!

Телепортировавшись на дальнюю стену, он молча ждал, пока отчаянно махавший двуручником рыцарь, прикрывавший волшебницу с длинными белыми волосами, не прорубился прямо к замку. По знаку темного защитники отступили и укрылись за стенами. И тогда лорд лично выступил к нападавшим.

— Вот мы и снова встретились, исчадье Зла! — пафосно произнесла Светлена. — Теперь тебя не защитят твои слуги! Да свершится предначертанное!

Мохмуд выступил вперед, вытянув меч в сторону темного и держа его на весу без видимых усилий одной рукой:

— Жаль, что нас тогда прервали старый друг! — сказал он. — Потанцуем?

Вместо ответа, Костяндр поднял руки, и его врагов тут же парализовало на месте.

— Наивные, — с горечью сказал он. — Думаете, я сидел на месте, сложа руки? Уже сейчас у меня достаточно сил, чтобы стереть все живое на этом континенте. Время еще не пришло, да и планы у меня изменились. Вы как дети в песочнице, пришли победить плохого дядю с палочками. Мне противно даже убивать вас, настолько вы слабы и беспомощны.

Он отвернулся, прошелся мимо них и сказал:

— Я принял решение. Я вышвырну вас обоих с этих мест куда подальше. Если выберетесь, то может и пересечемся еще. Но я бы советовал вам забиться в нору поглубже, когда начнется время перемен.

Пробормотав заклинание, он вытянул руку в сторону замерших противников. В тот же миг они исчезли в сером вихре портала. Костяндр сгорбился и ушел обратно в замок. В тот момент, он ощутил, как потерял нечто очень важное, но просто махнул на все рукой.

— Восстанавливайте защиту — бросил он Дьюку. — Меня не тревожить!

В тронном зале его вновь навестили духи.

— Избранный скоро будет здесь! — прошелестели бесплотные тени, стоило ему только показаться в дверях. — Готов ли ты к встрече с ним, сын Хаоса?

— Готов, готов! — отмахнулся темный. — Что мне стоит размазать какого-то там человечка, пусть он хоть трижды Избранный? Никто не посмеет мне завладеть этим миром! Никто!

И он еще долго сидел на троне, предаваясь черным планам и не менее черным мечтам.

А мы, пожалуй, вернемся к Ричарду, которого так бессовестно забросили в пещере наедине с озабоченной сколопендрой.

Пока темный лорд строил злодейские планы, Избранный пытался справиться со своими потаенными страхами в объятиях страстной сколопендрочки. После сеанса Лулу он некоторое время пребывал в эйфории, обнимая и целуя Лилит, но постепенно фобии стали возвращаться в его незамутненное сознание. Но отступать было некуда…

Как оказалось, девушка никогда раньше не знала прикосновения мужских рук. Она с такой страстью сжимала в объятиях мое израненное тело, что я даже пару раз взвизгнул. Опомнившись, она поспешно ослабляла хватку, чтобы через несколько секунд снова ее усилить. Целовалась Лилит самозабвенно. Ее язык не уступал длине языков ламий, только не был раздвоенным на конце. Ее хвост бешено извивался и бил по полу, пока я держал ее на руках. Очевидно, девушка с трудом контролировала его, стараясь держать себя в руках.

— «Надеюсь, она не разрежет меня своими ножками», — грустно подумалось мне, но перед глазами тут же встали мои раненые бойцы. Отступать было некуда, да и мой младший давно был готов к безрассудной атаке на неизведанную целину бедной сколопендрочки. Отбросив последние сомнения и засунув страхи куда подальше, я повалил Лилит на кровать, стоявшую позади нее, и впился губами в ее жадный ротик. Сил на подготовку у моего истощенного тела было немного, поэтому, наплевав на прелюдии, я стянул с нее короткую юбочку. Под ней как раз на границе тонкой мягкой кожи животика и твердых чешуек, переходивших в высокопрочный панцирь, и находилась ее запретное лоно, на которое раньше никто никогда не глядел кроме хозяйки.

Лилит поджала хвост, вцепившись им в ножки кровати, страхуя меня от случайных порезов. Она и сама боялась меня им зацепить. Презрев все условности, забыв, что собирался узнать все вопросы совместимости хумансов и сколопендр перед соитием, я скинул халат, оставшись, в чем мать родила, и, раздвинув податливую раковину Лилит, вогнал в нее до упора свой жезл.

Девушка глухо вскрикнула, когда я, ощутив слабое сопротивление на своем пути, резко прорвался к самому ее центру. Кровать при этом ощутимо вздрогнула, но устояла. Не снижая темпа и боясь только преждевременного обморока от усталости, я принялся наращивать темп, пронзая вздрагивающую и стонущую сколопендрочку до самого конца.

В свою очередь Лилит, уже подходила к своему первому в жизни оргазму. Судорожно сжав меня руками, она глухо вскрикнула и обильно кончила, залив меня своими соками. Ее хвост при этом шумно извивался под кроватью. Стараясь не думать о том, что со мной будет, если он выскочит оттуда, я продолжил свою тяжкую работу по добыче драгоценного молочка.

Решив рискнуть, я вытащил доильный аппарат из чмокнувшей присоски ее инкубатора и попытался перевернуть девушку на живот. Но я бы не смог этого сделать и будучи здоровым — настолько вес сколопендры превосходил человеческий. Хорошо, что девушка сама поняла мои намерения, и по минимуму используя хвост, перевернулась на животик, слегка недоуменно поглядывая на меня изумрудными глазками.

Как и ожидалось, строение ее тела ниже живота напоминало русалочье. Если спереди находилось приятное отверстие, предназначенное природой для размножения, но сзади мягкие чешуйки прикрывали ее второе, которое предназначалось для другого. Но человек — птица хитрая и все переиначит по-своему. Вот и я прижал ее мягкую попку и с небольшими усилиями ввинтил болт в тугую резьбу ее задней гайки.

Надо отдать должное Лилит, — она не сопротивлялась и не пищала, хотя было видно, что сначала ей было не очень приятно. Но уже через несколько маховых движений моего доильного станка, она недоверчиво расслабилась и стала получать удовольствие. Прислушиваясь к позывам собственного тела, сколопендрочка сама не поняла, когда стала стонать в такт движениям и подмахивать попкой ритм. Приподняв ее довольно нелегкую попку. Я добился максимально удобной позы и почувствовал, что девушка кончила еще раз. Но мне все еще было мало, и я даже не подумал закончить приятный процесс дойки. Только доведя девушку до третьего оргазма, я ослабил контроль и залил ее инкубатор высококачественным ресурсом.

Лилит, тяжело дыша, повалилась на кровать, а у меня не было сил даже приподняться, поэтому я присел прямо на пол, опершись на ее хвост.

— Ты выполнил свое задание с блеском, — произнесла, отдышавшись, девушка. — Прими же свою заслуженную награду, Избранный. Я чувствую, как твое семя во мне соединяется с моим нутром. Моя грудь вот-вот начнет давать молоко. Выпей его без остатка!

Говоря это, девушка приблизилась ко мне своими наполненными бидонами. На ярко-красных сосках уже поблескивали капельки вожделенной жидкости. И хотя мне еще не приходилось пить молоко прямо из-под коровы, я вцепился в одну из них, словно новорожденный теленок, высасывая и глотая бесценную влагу. На вкус это было как йогурт. С каждым глотком, я ощущал, как в мое тело вливаются новые силы. Наконец, насытившись, я отпустил мягкую грудь моей коровки-гусеницы. Та тут же подставила под нее пустую баночку.

— Однако! — растерянно произнесла девушка минут через десять, глядя на ряд выстроившихся перед ней заполненных под завязку мензурок. — Такой урожай я еще ни разу не собирала. А как ты себя чувствуешь, Ричард?

Я уже несколько раз пытался скастовать на себя самоисцеление, но, очевидно, поврежденные чакры еще не вылечились.

— Пока также, — грустно сказал я. — Не думаю, что духи обманули нас. Скорее всего, потребуется какое-то время. Что же, спасибо тебе, Лилит, — добавил я, накидывая халат. — Ты оказала мне неоценимую услугу.

— Тебе спасибо, Избранный! — горячо ответила девушка. — Если бы не ты, я бы так никогда не изведала этого жаркого чувства!

Я скромно шаркнул ножкой, и уже было повернулся к выходу, когда сколопендра, подхватив меня хвостиком, подвесила перед собой.

— Избранный! — шаловливо касаясь меня длинным язычком, прошелестела она. — Надеюсь, ты не забыл про мое условие? Так вот, сейчас я его озвучивать не буду! Загляни ко мне, когда соберешься покинуть селение гарпий. Надеюсь на твою честность! — И она ловко перевернула меня, поставив на твердую землю.

Все же, выйдя из темной пещеры, я испытал огромное облегчение. С одной стороны Лилит оказалась хорошей девушкой, с другой — она была ужасной сколопендрой с острыми когтями, один неосторожный взмах которых, мог легко меня обезглавить.

Тем не менее, шел я уже почти самостоятельно. Живительное молоко Лилит действительно возымело оздоровительный эффект. Оставалось лишь дождаться полного открытия чакр. Расспросив ближайших воинов с ободранными крыльями, я убедился в том, что селение гарпий переживает далеко не лучшие времена. Проследовав по указанному пути, я вскоре дошел до древнего храма, на страже которого стояли двое молчаливых стражей в полумасках ястребов. Они, также, не задавая вопросов, разрешили мне пройти. Лишь когда я уже миновал их, ближайший ко мне шепнул:

— Крепись, Избранный!

Но когда я повернулся, он уже стоял неподвижно, как изваяние. Размышляя над его словами, я преодолел небольшой коридорчик и вышел в большой зал.

Первое, что привлекло мое внимание, — огромная, длиной почти до потолка, слабо светящаяся сфера. От нее в разные стороны исходили полупрозрачные, почти невидимые щупальца шланчиков, по которым пробегали искорки. Каждый шланчик уводил в отдельный вырезанный в стене проем В каждом из которых виднелись кровати с лежащими на них телами.

— Литяльд! Литяльд! — радостно кинулась ко мне слайм в образе собаки. На ходу изменив форму на человеческую, она обняла меня прохладными руками. — Литяльд! Я чую тебе лучше! Литяльд!

— Да Лулу, мне лучше, но колдовать я пока не могу, — ответил я девушке. — Покажи мне наш отряд.

Слайм посмурнела, но не стала возражать.

— Иди за мной Литяльд. Я покажу.

И я пошел вслед за ней, готовясь к самому страшному. Слайм вела меня от кельи к келье, где на простых, на скорую руку срубленных деревянных кроватках лежали перевязанные тела моих подопечных, бросившихся вслед за мной в неравный бой. Я ронял горькие мужские слезы, глядя на их окровавленные повязки и туго перетянутые культи, и исхудавшие лица.

— Они… слышат меня? — спросил я у Лулу, глядя в на бледное лицо Катарины с закрытыми глазами.

— Они спят, Избранный! — донесся до меня дребезжащий женский голос. Старая гарпия с ободранными крыльями, переваливаясь, прошествовала мимо меня к кровати, чтобы поменять влажную повязку на лбу зайки. — Наш святой артефакт дарует им счастливый сон, в котором они не чувствуют боли и тягот мирской жизни…

— Долго они не протянут, Избранный! — раздался над моим ухом мрачный старческий голос. Стремительно обернувшись, я увидел перед собой высохшего старика с седым пухом на белоснежных крыльях.

— Грамблдор к вашим услугам, юноша, — сухо сказал он, слегка разводя руки-крылья в церемониальном жесте. — Я смотрю, вы идете на поправку? Это радует. Недаром, моя непутевая ученица еле крыльями машет после… кхм, лечебного сеанса. Хотелось бы, чтобы вы поскорее вернули себе чудесное исцеление, ибо ваши спутники буквально на пороге смерти. Взгляните, — он махнул в сторону светящегося артефакта. — Этот чудесный механизм достался нам от далеких предков. Нам неизвестен принцип его действия, но его энергию можно направить на совершенно любые цели. Единственный его минус — ресурс, позволяющий ему действовать. Подойдите ближе, юноша. Взгляните на этот символ.

Старик дотронулся до полусферы и на стене артефакта моему взгляду предстал схематичный эскиз, наглядно показывающий состояние. Среди различных зеленых и голубых символов ярко выделялся один, светившийся красным. ОН представлял собой типичную иконку зарядки смартфона — колонку с полосками. На дне колонки угрожающим алым цветом виднелись две тоненькие полосочки.

— Вот видите, — вздохнул Грамблдор. — Только духам известно, что произойдет, как только энергия полностью истечет.

— Так на чем же он работает? — растерянно спросил я. — Если на простой мане, то я могу…

— Увы, нет, юноша, — печально улыбнулся старик. — Святой артефакт работает только на силе магии Света. До вас здесь проходил один отряд из ваших. Две волшебницы из их отряда немного наполнили артефакт своей Силой, но их мощь была невелика. Впрочем, если бы не они, ваши спутники не протянули бы так долго…

Стиснув зубы, я поскорее вышел на свежий воздух, не в силах выносить собственное бессилие. Выбора не оставалось. Приказав Лулу охранять мой покой, я сел на ближайшую лавку и сосредоточился, насильно вгоняя себя в состояние «грогги». Но Контроллер пришел первым.

— Не перенапрягайся, мой паладин, — раздался передо мной его голос. Открыв глаза, я увидел перед собой его усталый взгляд. Наверное, у себя ему тоже приходится нелегко. — Порой достаточно лишь позвать меня. Я вижу, ты выполнил задание по восстановлению чакр…

— Да, я все сделал, как ты сказал мне, хоть ты и умолчал, о той, у кого я добывал молоко и способе дойки! — ответил я, едва не сорвавшись на крик.

— Тебе не понравилась Лилит? — удивился тот. — Да, это был не единственный способ, но из подходящих это был самый лучший. Конечно, я мог бы сказать тебе, отправиться в пещеры Рахнер и найти там…

— Хватит! — закричал я. Мои фобии бурно вздыбились, стоило мне услышать про пауков. — Еще с арахнидами я сексом не занимался! — С трудом успокоившись, я вспомнил свою проблему. — Контроллер, почему я не могу исцелять? Ведь я выпил ее молока?

Старик стал отдаляться от скамейки, тая на глазах:

— Ты УЖЕ можешь все, сын мой! Ты должен лишь поверить в собственные силы…

Очнувшись, я минуту сидел, переосмысливая разговор. Поверить с собственные силы? Действительно, что может быть проще?

— Самоисцеление! — сказал я, пялясь на израненные руки. Но, как и ожидалось, ничего не произошло. Стоп! Как и ожидалось? С чего я так уверен в неудаче? Вот, значит, что имел в виду Контроллер!

Вскочив с лавки, я метнулся к храму, свистнув на ходу Лулу.

Кинувшись к первой же больной, которой оказалась Зельда, я схватил ее за бессильно свисавшую руку левой, а правую положил на сухой животик. Упав на колени, я уткнулся лбом в ее горячий бок и закрыл глаза, усиленно вгоняя себя в состояние «Грогги».

— Давай же! Давай! Перенапрягись, но ты должен! — шептал я самому себе. — Верь в себя, верь в друзей! Верь в Свет! Исцеление!!!

И мир, ослепляя меня сиянием истинного Света, завертелся, поднимая меня вместе в Зельдой в воздух. Сзади кто-то радостно вскрикнул, но я уже не мог разглядеть, окруженным непроницаемой сверкающей завесой. Через несколько секунд она рассеялась и я обнаружил себя лежащим на полу возле кровати Зельды. Вскочив, я быстро ощупал себя и посмотрел на больную. Я был полностью здоров и полон сил, а кошка медленно открывала глаза.

— Ричард? — удивленно прошелестела она. — Мне снился такой замечательный сон…

Но я уже со всех ног несся к следующей келье, не обращая внимания на удивленные возгласы Зельды. К ней уже спешила старушка-гарпия, призывая на помощь других, более молодых и подвижных сестер. Буквально за десять минут я поднял весь свой отряд. Пока они приходили в себя, я подошел к мерцавшему артефакту, на котором мигала последняя полосочка, и приложил руку в благодарственном жесте.

— Спасибо тебе за то, что не дал умереть моим товарищам, создание древних, — прошептал я. Словно услышав меня, жгутики, ранее качавшие живительную энергию в моих напарников, а теперь свисавшие по краям сферы, вздрогнули и собрались вместе. Странным образом, переплетаясь друг с другом, они образовали полупрозрачное кресло-кокон, которое выставили передо мной. Сочтя это за приглашение, я осторожно присел на край, готовый отпрянуть в случае опасности, но ничего не происходило. Как только я расслабился на мягком сидении, к голове приблизился шлем, также соединенный жгутиками со сферой. Пожав плечами, я слегка нагнул голову, давая невидимому оператору прочно посадить его мне на череп. Может быть, это и было слегка безрассудно, но мне было до жути интересно, что же будет дальше. Кинув последний взгляд на свой восставший из мертвых отряд, я увидел как они все еще сидят на своих кроватках, но уже весело и живы общаются с гарпиями.

Шлем полностью сел на мою голову и наступила темнота, через полсекунды сменившаяся голубоватым интерфейсом.

— Онн пойнет, рааз ванесс, рааз тронес. Кольюито? — приятный женский голос на незнакомом языке тут же принялся что-то методично объяснять, видимо давал краткую характеристику.

— Не понимаю. Есть ли тут возможность выбрать язык? — спросил я головой, разглядывая светящиеся непонятные символы перед глазами. Экран тут же мигнул и после небольшой заминки, тот же голос мягко повторил:

— Изменения подтверждены. Принят язык смешанного населения. Подтвердите свою личность. Подтвердите свою личность.

— Э-э-э, хуманс. Ну, типа человек разумный. Ричард, Избранный. — промычал я.

— Я и сама вижу, что человек, — ответила система. — Личность? Ранг? Карта доступа? Звание?

— Погоди, погоди! — заметался я. — Какой еще ранг? Какое звание? Ты, вообще, что такое?

— Вопросы здесь задаю я, — бесстрастно ответил женский голос. Но, как мне показалось с небольшой ехидцей. Только еще одного спятившего робота в коллекцию мне не хватало! — Пользователь, вы находитесь в кабине Инк-метаморфа, уникального и единственного в своем роде гостя с другой вселенной. История моего переселения в ваш мир мрачна и сложна. В вашем скудном языке нет слов, чтобы описать процесс и мое создание. Просто прими этот факт. По вашим летоисчислениям, я нахожусь здесь более семисот лет. Твои двуногие предшественники, которые пользовались моими услугами, взамен питая меня Светом, придумали сложную систему доступа. Правда более трехсот лет от них не поступало никаких вестей. Впрочем, это неудивительно, учитывая, что они натворили…

— И что же они сделали? — спросил я словоохотливую иномирянку, когда она замолчала.

— Ага, тебе все так и скажи! — огрызнулась она. — А права доступа у тебя есть?

— Нет, — улыбнулся я, принимая правила игры. — Зато я тут один в округе, кто может тебя накормить до отвала. Напитать Светом!

— Что же ты раньше молчал, дорогой?! — готов поклясться, в голосе появились радостные и жадные нотки. — скорее, выбирайся из кокона и займись делом!

— Могу ли я тогда рассчитывать на твой подробный рассказ о прошлом? — спросил я зарвавшийся артефакт.

— Все, что угодно, только умоляю, не дай мне загнуться от голода! — жалобно попросила меня странная сущность. В том, что передо мной живой организм, пусть и слегка странный с виду, я уже не сомневался. Сняв шлем, я встал из кресла. Передо мной из сферы вылезла панель, с углублением посредине. Кинув взгляд назад, я увидел, как все еще слабые девушки ковыляют ближе ко мне. Помахав им, я повернулся к артефакту и положил ладонь на панель, скомандовав:

— Во имя Света!

Панель тут же засветилась, и сияние распространилось на весь артефакт. Я почти ничего не чувствовал, кроме покалывания. Через пару минут панель отлепилась от моей руки и скрылась за сияющей сферой. Артефакт принялся с легким гудением вращаться на небольшой высоте над полом, ослепляя нас сиянием, а потом резко остановился, и снизился перед нами. На всякий случай я отошел подальше к своим замершим бойцам, но тут сияние артефакта померкло, а половина артефакта исчезла, являя нам в ярком слепящем свете очертания мужской фигуры. Парень обладал неплохой мускулатурой, длинными золотистыми волосами и полным отсутствием одежды.

Шагнув к нам, он произнес:

— С*ка! Бл**ть! Как же хо-ро-шо! Я себя ох*енно не чувствовал со времен Вечного Ведмедя!

И, не стесняясь своей наготы, спустился с постамента и подошел ко мне вплотную, не обращая внимания на отвисшие челюсти моих спутниц.

— Будем знакомы, Избранный! — Белозубо улыбнувшись, обратился ко мне блондин с выступающими через густую блондинистую шевелюру антеннами. — Меня зовут Л.Е.О.Н. зет гамма три тысячи Кеннеди. Но для тебя и твоих очаровательных подружек я просто Леон. Итак, куда направляется ваш отряд? Я с удовольствием составлю вам компанию!

Широкоплечий обнаженный блондин стоял и улыбался, глядя на наши ошарашенные лица. По его простодушной роже можно было читать эмоции, как по раскрытой книге, — типа, свой в доску чел, рубаха-парень! Именно от таких всегда стоит ждать подвоха, потому как чаще всего в спину бьют именно вот эти открытые и честные с виду ребята.

— Так, так, постой! — выставив вперед руки, ответил ему я. — Ты кто такой, откуда взялся и с чего вообще взял, что мы возьмем тебя с собой?

— Я — Л.Е.О.Н. зет гамма…, — принялся было повторять парень.

— Нет, — перебил я его. — Я спрашиваю, вообще, что ты такое, и с чего решил к нам присоединиться?

Тот вздохнул и почесал волосатую грудь.

— Я гость на этой планете, — наконец, ответил он, лучезарно улыбнувшись. — Не могу вам рассказать секреты моего пребывания здесь, да оно вам и не надо. Веками моя сущность пребывала в Инк-контейнере, который дарил местным жителям благо, но вскоре моя энергия стала таять. А к моменту вашего прибытия ее почти не осталось.

Он оглядел удивленных девушек.

— Тем не менее, я был готов отдать вам всего себя без остатка, ибо только я могу заслужить… Впрочем, эту историю я вам расскажу как-нибудь позже…

— И что же теперь Мессия Святого Артефакта? Ты покинешь нас, и наше селение будет обречено на вымирание? — прокаркала незаметно подошедшая седая гарпия, подавшая Леону халат.

— Почему? Зачем? — сбился с мысли блондин. Проследив за моим взглядом, он обернулся на сферу. — А-а-а, нет, конечно, что вы! Избранный насытил меня энергией досыта. То, что вы видите перед собой, лишь физическая проекция моей сущности! Основная часть меня находится внутри контейнера. Не волнуйтесь, ваш край будет под моей защитой еще долгие годы!

Будет ли мне дозволено просить вас выступить перед нашим народом, великий Мессия? — прошамкала старуха. — Мы веками желали отблагодарить вас!

— Иди, иди с ней, — подталкивая его к выходу, сказал я. — Мне как раз надо пообщаться со своими. Провести партсобрание, так-сказать.

Стоило только парню, увлекаемому старухой, скрыться за дверями храма, как меня тут же сбили с ног. Девушки по максимуму выражали эмоции. Когда страсти немного улеглись, то мы принялись делиться воспоминаниями.

— Рич, а что вообще произошло? — недоуменно спросила Катарина. — Я помню, как мы сражались, потом вспышка и все. Как отрезало. Только сны… Такие яркие и живые. Все было как по-настоящему. Я видела тебя рядом с обой в нашем будущем, — замечталась зайка.

— Да, я тоже видела похожий сон! — вмешалась Гвинера. Лисичка яростно махала хвостом. — У меня тоже было будущее с Ричем!

— И у меня! И я тоже видела! — зашумели остальные. Только Зельда и Дайри не спешили делиться впечатлениями, задумчиво поглядывая то на меня, то в сторону дверей храма. Я прекрасно понимал ход их мыслей. Если основная масса моих соратниц бесконечно предана мне и не мыслит другой жизни без меня, то у других могут быть и свои планы на будущую жизнь. И я их прекрасно понимаю и не собираюсь становиться на пути. И уж тем более задумываться об этом. Поживем — увидим.

— Скорее всего, ваши сны были надиктованы вам Леоном, чтобы сохранить ваши жизни.

— Наши жизни? — недоуменно подняла брови Китана. — О чем ты, Рич?

Мне пришлось, не скрывая мельчайших подробностей, рассказать им произошедшее на горной гряде и их чудесное исцеление. Умолчал я только про секс с Лесси и Лилит, упомянув про них в общем.

— Теперь, когда мы все в сборе, — сказал я, оглядывая свой отряд, — самое время собраться и выступить вдогонку за основной экспедицией. Что скажете насчет Леона? Берем?

В принципе, девушки не были против его вступления в группу, что не могло не радовать. Зайка, естественно, пообещала приглядывать за ним. Остальным было, похоже, все равно. Эняон радостно прыгал вокруг, гоняясь за Лулу.

— Значит, пару часов на сборы и встречаемся перед этим храмом! — решительно приказал я. — Осматривайтесь, закупайтесь, обновляйте броню и вооружение и выступаем.

Мне самому следовало подумать про защиту. Костюм истратил весь ресурс и самоуничтожился. Остались только золотые перчатки, да верный молот. Но сначала следовало навестить Лилит.

Когда девушки разбрелись в разные стороны, я обнаружил рядом с собой красноглазую зайку, Лулу и Эняона.

— Кто бы сомневался, — вздохнул я. — Ладно, пойдем все вместе. Кат, нам все равно вместе с тобой следует подумать о броне.

Костюм сохранился только у Зельды, так как она оставалась в укрытии, когда мы воевали.

Но, стоило нам немного отойти от храма, как меня с воздуха атаковала одна из гарпий. Вцепившись мощными острыми когтями в мои плечи, она с легкостью вздернула меня ввысь, не обращая внимания на мои крики и вопли зайки. В мгновение ока земля под ногами исчезла из виду, когда она пронесла меня над пропастью. Разглядеть похитительницу не предоставлялось возможность — солнечный свет совершенно ослепил меня. Впрочем, через пару секунд, она ослабила хватку и я, не успев испугаться, прокатился по твердой земле. Вскочив, я тут же приготовился швырнуть в злодейку фаербол, но вовремя разглядел ее довольную физиономию.

— Лесси?! — выкрикнул я. — Какого хера? Я ж мог тебя поджарить!

— Нам надо серьезно поговорить, Ричард, — не обращая внимания на мои угрозы, произнесла гарпия. — Видишь ли, по уверениям Леона, артефакт под завязку забит маной. Теперь меня с Гамблдором неожиданный отпуск. Ладно, старик. Он всегда найдет чем заняться. То ли дело я!

Птичка внезапно перепорхнула вплотную ко мне, схватив меня за плечи.

Ее мордочка с расширенными глазами оказалась прямо передо мной. При желании я мог дотронуться языком до ее алых губок, если бы выражение лица девушки не было настолько встревоженным и просящим одновременно.

— Ричард! Рич. Умоляю! Ты не можешь отказаться! Пожалуйста! — гарпия, не переставая засыпать меня бессвязными просьбами, наступала на меня, давя массой. Волей-неволей, мне пришлось отступать, пока я не уперся спиной в скалу.

— Лесси! Успокойся! Что тебе от меня надо? — ответил я настойчивой девушке, пытаясь оттеснить ее в противоположную сторону.

— Так тебе не сказали?! — изумилась та, отпархивая от меня. — Ой, я дура! Действительно, кто ж тебе скажет-то? В общем, Леон всем рассказал, что святой артефакт будет и дальше выполнять свою задачу по охране деревни! Следовательно, я оказалась не у дел! А значит, никто не помешает мне отправиться вместе с вами в исследование всего мира!

У меня отвисла челюсть. С одной стороны я уже путался в своем гареме. Мне стоило четко разграничить интересы, или в будущем это грозило беспорядками.

С другой стороны, я уже представлял себе, как Лесси выполняет разведывательные функции отряда, контролируя с высоты окружающее нас пространство. А если посадить на нее муравья, то возможно будет нести с ней непрерывную связь, используя дар Детей леса. Одностороннюю, правда. И тем не менее…

— В принципе, у меня нет возражений, — осторожно сказал я, отодвигаясь от птички, в глазах которой стали разгораться огоньки восторженного безумия. — Но надо уточнить мнение моих подчиненных. Даже если одна из них будет против, я тебя с собой не возьму.

Воодушевленность Лесси пропала, как будто ее и не было.

— Я поняла, — тихо ответила девушка, патетически прикрывая глаза. — Если ты откажешься, мне придется и дальше покрываться плесенью в унылой деревушке, без возможности покинуть ее. Ибо мир за этими горами слишком жесток, чтобы покидать его в одиночку…

— Вот только на жалость мне не дави, — ухмыльнулся я. — И не такое видели. Сказал же — все зависит от мнения отряда.

— А что мне остается делать?! — огрызнулась Лесси. — Я не хочу гнить здесь до моего конца… Слушай, Рич! А может, мы тут еще разок уединимся, как там? В больнице? — говоря это, птичка медленно принялась снимать свое медицинское одеяние, в котором до сих пор пребывала.

— Я был бы даже весьма и не против, — лихорадочно ответил я, пережимая воспрянувший стояк, — но если мы через минуту не вернемся обратно, Катарина вручную вскарабкается к нам на гору. В таком случае можешь стопроцентно распрощаться с местом в отряде.

— Жаль! — вздохнула девушка, разочарованно одевая обратно лямки халата. Ее шикарная грудь при этом успела помахать мне розовыми ареолами сосков. — Я уже рассчитывала на приятное повторение, но рисковать не будем.

Она слегка подпрыгнула и взмыла в воздух.

— Смотри! — показывая рукокрылом мне за спину, вскрикнула она. — Леон прилетел!

— Где? — повернувшись, спросил я. В тот же миг сильные когти схватили меня за плечи, а сверху донесся голос:

— Извини, Рич, но хватать лучше всего получается, когда жертва не подозревает об этом!

Через полминуты мы стояли на центральной лужайке деревни. Ошалевшая зайка тщательно исследовала мое тело, дабы «увидеть страшные раны от когтей этой летучей бестии!»

— Оставь, Кат, — попросил я. — Это Лесси, она помогла мне встать на ноги. Познакомитесь позже. А сейчас нам предстоит снова навестить Лилит.

Гарпия ожидаемо скривилась, Лулу с Эняоном проигнорировали, продолжая весело носиться по округе, а зайка недоуменно воззрилась на меня.

— Это еще кто? Очередная пассия твоего возрастающего гарема? — с подозрением спросила она меня, выпуская острые коготки в опасной близости от моего беззащитного горла.

— Да, то есть нет, — сбился я, чувствуя как ее зубы приближаются к моей шее. — Она помогла мне восстановить чакры. Собственно, благодаря ее помощи я и смог исцелить вас всех.

— Как будто ты не отблагодарил ее за это! — прошипела та, отпуская меня. — Зная тебя, я уверена, что ты эту курицу не просто так добавил в отряд!

«Курица» закашлялась сзади, а я быстро проговорил во избежание смертоубийства:

— Все не совсем так, как ты думаешь, Ката! Впрочем, как только ты ее увидишь, то твое восприятие резко поменяется!

Сзади донесся непонятный шум. Обернувшись, мы увидели как «курица» катается по земле, борясь с приступами хохота.

— Точно! Метко сказано, Рич! — произнесла она, отдышавшись и отряхнув халат. — Как только твоя напарница увидит Лилит, все вопросы отпадут сами собой.

— Она настолько старая? — тут же осведомилась зайка.

— Увидишь, — повторил я, направляясь в сторону пещеры.

Стоило нам вступить в плохо освещенный проем туннеля, в конце которого находилось убежище сколопендрочки, как мне послышался скрежет и шелест, отдалявшийся вглубь пещеры. Зайка тоже вопросительно приподняла ушки. Ее слух был на несколько порядков выше моего, но активных действий предпринимать не стала.

А я шел и думал обо всем происходящем. Вспоминая и перебирая в голове последние события, я внезапно осознал, что забыл, когда последний раз спал в кровати, нормально принимал душ и не вскакивал по крику часового. Все. Хватит с меня. Как только воссоединимся с основной группой, разберемся с Рахнерами и вернемся домой, буду месяц лежать и плевать в потолок. И пошли все духи в задницу вместе с Контроллером. Надоело. Я уже несколько месяцев в этом мире, и прыгаю как ужаленный пчелой туда-сюда. Нет, конечно, я и полезного сделал немало. Но, все-таки, надо подумать и о себе любимом.

— Ты вернулс-с-ся, Рич! — донеслось спереди. — Ты все же вернулс-с-ся. Бедная одинокая Лилит даже надеяться не могла на возвращение Избранного. Я благодарна.

Завернув за угол, мы втроем вошли в ее уютную комнатку. Сколопендрочка, мельком взглянув на зайку, отложила книгу и соскользнула с кровати, выпрямляясь на хвосте. Слева послышался грохот, — Катарина упала в обморок.

— Что это с-с ней? — озадаченно прошелестела Лилит.

— Не знаю, — задумчиво ответил я, поднимая бесчувственную зайку и перетаскивая ее на освободившуюся кровать. — Наверное, она тебя испугалась. Так, в чем твое последнее условие?

— Ты еще не понял, Ричард? — сколопендра приблизилась, смотря на меня сверху вниз. — Я хочу пойти с вами! Хочу пойти в вашем отряде!

Меня как громом ударило. Пару секунд я тупо стоял на месте, пялясь на улыбающуюся Лилит и понимая, что не смогу ей отказать. Более того, мне придется убедить всех, кто будет против. А глядя на зайку, я понимал, что несогласные будут. Еще как будут.

— Нет! Нет, нет, нет, нет! Не-е-е-ет!!! Только через мой остывающий труп! Святые духи, Рич! Клянусь своими ушами, как ты мог до такого додуматься!

— Но Ката…

— Нет и еще раз нет! Да ты посмотри на нее! От нас Измененные будут убегать, как только увидят ее в отряде! Хотя, это скорее плюс!

— Ш-ш-ш-шс-с-с-с!

— Лилит спокойно! Ката, одумайся! Она ведь…

— Да, я все понимаю! Ее колдовство помогло поставить нас на ноги. Так? Теперь ты ей обязан. А может, она согласится. Если ты ее… того? Ну, понимаешь Рич? Всего разок и мы в расчете!

— С-с-с…

— Видишь ли…

— О духи! Что? Неужели ты ее уже…?! Да ладно?! Не может быть?! Ведь это… Фу-у-у…

— Хшс-с-с-с-с!!

— Лилит! Лилит! Спокойно!

— Значит, у нас нет выбора? Ну, хорошо, хорошо, только при условии, если она будет держаться от меня подальше!

— Ой, я только буду рада находиться как можно дальше от такой похотливой шлюхи с заячьими ушами!

— Ах ты с*ка!

— Да ты оху**ла?!

— А-а-а!

Я сел на кровать, бессильно наблюдая за двумя сцепившимися в клубок девушками. Несмотря на ярость, Лилит не использовала свой хвост, чтобы избежать смертоубийств. В то время как озверевшая зайка, не стесняясь, использовала природное оружие — зубы и когти, совершенно позабыв про висящие на поясе кинжалы. Лулу, мельком глянув на свару, совершенно преспокойно проследовала к тазику с питьевой водой, уселась возле него, запустив в него щупальце, и принялась с хлюпаньем наслаждаться шоу.

Через пару минут визжащий клубок полностью разгромил всю комнату и тут я уже был вынужден вмешаться, так как Лилит перешла границу. Ее хвост с угрожающим клацаньем принялся отхватывать шерстинки у зайки. Она пока успешно уворачивалась, но рано или поздно, он мог легко разделить ее на двух одинаковых заек.

— Легкая заморозка! — рявкнул я, целясь в клубок. По пещере прошлась легкая волна холода. С запоздалым раскаянием взглянув на пискнувшую Лулу, я увидел, что она превратилась в ледяную статую.

— Извини, — добавил я, мановением руки согревая ее до положенной температуры. Конечно, слегка перестарался. Сейчас передо мной сидела уменьшенная копия слайма, с обидой и недоумением глядящая на хозяина.

— Да, да, прости! — в ответ на ее эмоциональный вопль, ответил я, отправляя в ее сторону несколько водяных сфер. Пока она кормилась, я обратил внимание на застывших девушек, яростно сверкавших глазами.

— Все выяснили? В отряде чтобы такого не было, — сказал я со вздохом, размораживая их. — Ката, иди на улицу и жди меня там. Лилит, собирай вещи. Часа хватит?

— Вп-п-олне, — пробормотала сколопендра, стуча зубами от холода. — Что бы ты знал, мы, Инсектоиды, хуже вас переносим холод. Не мог бы ты…?

— Легко, — ответил я, отправляя в ее сторону сухой и южный ветер. Согревшись, девушка принялась наводить порядок и собирать узлы.

— Жду тебя снаружи! — подав знак отъевшейся Лулу, сказал я. — Мы собираешься в центре через полтора часа. Не опоздай.

Выйдя, я увидел зайку, наматывающую круги перед пещерой.

— Согрелась? — спросил я недовольно сверкнувшую глазами Катарину. — Ну-ну, не злись. Вы еще подружитесь.

Пошли за покупками.

Следующий час мы потратили на обыск торговых павильонов, коих было не так уж и много в этом селении. Возле них и крутились остальные наши бойцы. С грехом пополам мы нашли комплекты брони для себя и других. Зайка плевалась на них, говоря, что они выдержат один, максимум два удара дубиной, но взяла, за неимением лучших.

Через два часа наш отряд собрался, как и было приказано на центральной лужайке. Девушки с восторгом смотрели на Леона; с недоумением на Лесси; и с ужасом и отвращением на особняком державшуюся Лилит, скрестившую руки на груди.

— Друзья! — начал я, оглядев всех. — Мы достаточно загостились в этой деревушке. Пришла пора выступать в Рахнерам! Надеюсь, вы поблагодарили тех, кто заботился о вас? Как вы заметили у нас пополнение! В следующей главе я обязательно вас всех с ними перезнакомлю!)))

— Итак, друзья! — начал я подготовительную речь. — Наши ряды растут! К Рахнерам придем не спасательной экспедицией, а целой армией! — по отряду прокатились смешки. Не обратив на них внимания, я продолжил. — Спешу представить вам вашу спасительницу, благодаря которой я могу снова пользоваться магией! Лилит! — взмахивая рукой в сторону сколопендрочки, добавил я. — Несмотря на ее внешний вид, она очень добрая и отзывчивая. Но может и постоять за себя. Я надеюсь, вы подружитесь с ней.

Девушки шушукались, поглядывая на новичка с опаской, но первыми на контакт не шли. Неловкость развеяла все та же Зельда. Захватив упирающуюся Дайри, с которой она успела сдружиться, и кивнув Эняону, прыгавшему вокруг нее в человеческой ипостаси, она смело двинулась к Лилит, таща за собой как якорь, демоницу. Подойдя, она завязала разговор, а постепенно, в него втянулись и остальные. Только зайка, сверкая фингалом, осталась на своем месте. Я предлагал залечить его, как и остальные мелкие порезы, но та гордо отказалась.

Подождав пару минут, пока все перезнакомятся, я продолжил:

— Несмотря на то, что вы ее уже хорошо узнали, я представлю вам еще раз — Лесси!

Гарпия выпорхнула из шумного отряда, повернулась и поклонилась всем, прокричав:

— Я не могу в это поверить! Как я рада сопровождать вас в этом походе! Клянусь, я отдам все силы и никогда не подведу вас!

Ее тут же окружили остальные смеющиеся девушки. Выждав еще пару минут, я поднял руку вверх, привлекая внимание, и потребовал тишины.

— И главная новость на сегодня. Тот, кто лечил вас, пока я был без сил и помог вам выжить. Леон. Подойди.

Раздвинув широкими плечами нестройные ряды моих красоток, вперед вышел улыбающийся блондин. На нем был желтый полукомбез, идеально гармонирующий с его золотистыми длинными волосами.

— Леон, — обратился я к нему, — наверняка у тебя есть, что сказать нашим бойцам, которых ты поддерживал в трудную минуту. Мы с удовольствием выслушаем тебя.

Парень кивнул и повернулся к девушкам. Я, отойдя в сторону, незаметно оглядел их лица. Если на физиономии Катарины, Трайды, Эффы, Софитии была лишь легкая заинтересованность пополам со скукой, то остальных, за исключением Лулу и Эняона Леон буквально притягивал своей энергичностью, жизнерадостностью и новизной. Мы могли бы помериться телосложением и привлекательностью, но Леон в отличие от меня не разменивался на церемонии. К своей зависти я заметил, что простые знаки внимания, которые он постоянно оказывал девушкам, комплименты и легкие прикосновения возымели гораздо больший успех, нежели вся моя дружба. Он не остался в стороне даже от Лилит, не делая между ней и остальными никакой разницы.

— «Может быть, оно и к лучшему?» — размышлял я, замечая голодные взгляды, направленные на второго парня в отряде. Эняон был совсем мальчиком, а рядом со мной постоянно находилась Катарина, поэтому остальным девушкам приходилось нелегко, чтобы урвать долю моего внимания. Особенно пристально на парня смотрела Валенсия. Чем-то ее зацепил улыбчивый блондин. Я облегченно вздохнул. — быть объектом внимания полуспятившей ходячей роботизированной очаровашки? Нет, спасибо.

— Я искренне рад, что ваш командир позволил мне присоединиться к вам, очаровашки! — белозубо улыбаясь, начал Леон. Увернувшись от весело прыгающего Эняона, он принялся руками разгонять поднятую пыль. — Поэтому, я хотел бы предложить ва-а-а…

Запнувшись на полуслове, он скорчил смешную физиономию и оглушительно чихнул. На несколько секунд его фигуру окутал золотистый туман. Когда он рассеялся, челюсти всех без исключения собравшихся пробили землю на метр в глубину — Леон исчез, а вместо него перед нами стояла симпатичная девушка в желтом комбинезоне с длинными золотистыми волосами.

Некоторое время незнакомка растерянно озиралась, глядя на наши ошеломленные лица, как вдруг испуганно пискнула и присела.

— А-а-а, п-простите! — вскрикнула она, закрывая лицо руками. — Я-я должна была сказать вам! Я хотела честно! Но он сильнее меня!

— Погоди! — первой в себя пришла, как ни странно, Эффа. — Ты вообще кто? Куда делся Леон гамма зет, как там его дальше…? Что происходит?!

— Ой, простите! — девушка выпрямилась и поклонилась. — Я не представилась. Меня зовут Леона Зет Дельта пять тысяч Кеннеди. Того, кого вы видели раньше, можно назвать моим двойником, близнецом или братом. — Блондинка вздохнула и повернулась ко мне. — Я общалась с вами в интерфейсе Инк-управления, Избранный. Но когда вы запитали мана-контроль кокона, он перехватил управление. Разумеется, он собирался скрыть все в тайне. Особенность нашей расы в том… — Девушку прервал гомерический хохот, донесшийся из-за спин отряда. Расступившись, они недоуменно посмотрели на катавшуюся в пыли зайку.

— Ой, не могу! Ой, держите меня! Умру со смеху! — выла Катарина, колотя ногами по земле. — Как вас эпично обломали! Рич! Ты только посмотри на них!

А посмотреть было на что. Лица ранее смотревших с вожделением на Леона, вытянулись при виде странной метаморфозы его в девушку. Понимаю. Когда объект твоих желаний вдруг меняет пол… должно быть не самое приятное впечатление.

— Так что особенного в вашей расе? Откуда вы вообще? — спросила Леону Китана.

— А обратно ты не можешь кувыркнуться? — добавила Лилит с неугасающей надеждой в голосе.

— Мы с братом прибыли к вам с далекой звезды Бетельгейзе, — принялась рассказывать девушка. — Нам пришлось оставить нам родной мир по причине, не зависящей от нас, много земных лет назад. В вашем языке нет слов, способных объяснить процесс нашего созревания. Могу лишь сказать, что при рождении два разума растут вместе, деля одно тело. Мы можем контролировать процесс трансформации, если находим общий язык с другой личностью. К сожалению, у меня никогда не получалось этого достичь с моим братом. Он постоянно преобладает и давит на меня, перехватывая контроль. Это привело к тому, что за время, проведенное в капсуле, баланс был нарушен. Теперь, как я поняла, процесс метаморфозы не поддается контролю никого из нас. Это происходит автоматически … при чихании. Вероятно, существуют и другие способы.

Девушки потрясенно молчали, пока я переваривал полученную информацию и напряженно размышлял, как нам быть дальше с таким невероятным членом отряда.

— Ты… Он… Вы такими и останетесь навсегда? — спросила ее Софития. — Как у вас происходит взросление, зрелость, размножение? Ведь не живете вы вдвоем всю жизнь?

— Да, — грустно подтвердила Леона. — В родном мире каждый из нас встречает рано или поздно встречает пару. Как только хотя бы один из близнецов понимает, что встретил свою истинную любовь и получает в ответ те же чувства, настает зрелость. Личности разделяются, получая собственное полноценное тело. Все остальное практически не отличается от жизни земных рас.

— Так, значит, обратно ты, все-таки, можешь кувыркнуться? — обрадовалась Лилит. — Надо всего заставить тебя чихнуть?…

— Постойте! — вскричала девушка, умоляюще выставив руки навстречу надвигающимся со страшными улыбками и блестящими глазами извращенкам. — Я так мало времени была в этой форме, в отличие от моего брата! Прошу! Дайте мне еще совсем чуть-чуть побыть на воле!

— Всем оставаться на местах! — пришел я на помощь инопланетянке. — За неподчинение лишу сладкого и заставлю нести двойной груз! Вы забыли, где находитесь?

Ворчащие девушки неохотно отступили, а я поймал на себе странный взгляд Леоны. Она неотрывно смотрела на меня, слегка приокрыв ротик.

— Эй, ты чего? — слегка отступая, спросил я ее. — Ты в порядке?

— Мне кажется, — пробормотала она, надвигаясь на меня. — Я только что нашла того самого!

Прежде чем до меня дошел смысл сказанного, из толпы окружавших меня девушек стрелой вылетело сразу три: Катарина, Эффа и Гвинера, которые вцепились в Леону, не давая ей сдвинуться с места.

— Даже не думай! — завопили они одновременно, — да с чего ты вообще взяла, что он тот самый?!!

Взглянув друг на друга, они поспешно отпустили инопланетянку. Если Эффа, густо покраснев, отступила на шаг, то Гвинера с Катариной закрыли меня своими спинами. Но если от зайки с лисой я ожидал чего-то такого, то выступление драконицы стало для меня открытием. Получается, она испытывает ко мне и другие чувства кроме благодарности? Взглянув на нее, я перехватил брошенный на меня ее взгляд. В нем явно читались и другие чувства, но какие именно разобраться мне не дали участницы разворачивающихся событий.

— Я думаю, вы понимаете меня! — горячо обратилась Леона к девушкам, вставшим стеной между ней и мной. — Я ощущаю как в моей груди горит огонь, а в теле такая легкость, словно я вот-вот взлечу. А стоит Ричарду только посмотреть на меня, как я готова на все, лишь бы заслужить его похвалу. А ведь в ваших снах я видела то же самое!

Катарина с Гвинерой опустили головы и расступились.

— Ты права, золотоволосая, — проворчала зайка, взмахом головы давая ей доступ к моей ВИП персоне. — Мы чувствуем то же самое, хоть и понимаем, что имеем на него прав не больше, чем любая из нас. Сам Рич думает аналогично. Бери его и владей, но не увлекайся слишком.

Я и возразить не успел, как взвизгнувшая от радости блондинка повисла у меня на шее, в долю секунды преодолев разделявшее нас расстояние.

— Ричард! Милый! Как долго я этого ждала! Сколько веков я искала тебя! Наконец-то, я а-а-а… Апчхи!

Чересчур усердно обняв меня, красавица надышалась пыли от моей новой кожаной брони и оглушительно чихнула. Когда золотистая пыль рассеялась, я с ужасом уставился в глаза Леона, повисшего на мой шее.

— Уи-и-и! Он вернулся! Лео-о-н! — заголосили обрадованные воительницы, пока я пытался отцепить от себя опешившего парня.

— Как? Что произошло? Почему я…? — вопрошал тот, пока я с усилием не отшвырнул его от себя. Упав задницей в пыль, он так и остался сидеть там, не обращая внимания на окруживших его амазонок. Но, через пару минут благодаря подсказкам окружающих до него все-таки дошел весь ужас его нынешнего положения.

— Значит, моя сестра все-таки нашла выход из клетки! — зарычал он, царапая ногтями комбинезон на груди. — Подумать только! Столько веков я контролировал ситуацию, и на тебе! Должно быть, в этом виновата чрезмерная подпитка генератора! Как же мне жить дальше?!

— Принимать таблетки от аллергии, — хмыкнул я. — Или носить противогаз. Любой чих тут же превратит тебя в сестренку. Сочувствую тебе Леон. Представляю, каково это очутиться в своем теле, если она неожиданно чихнет, когда будет заниматься сексом. Хотя, ей в таком случае тоже не позавидуешь…

— Твою с*** мать! ***! — смачно выругался блондин. — Ну и положеньице!

— Не переживай, Леончик! — наклонилась к нему Лилит, помогая подняться. — Мы будем заботиться о тебе несмотря на все преграды!

Увещевая и успокаивая беднягу, девушки окружили незадачливого парня. Когда мне надоело это кудахтанье, я рявкнул, призывая к порядку. Еще минут десять ушло на вторичное построение, проверку припасов и снаряжения. Наконец, мы попрощались с гостеприимными гарпиями и покинули селение, хотя многие из них продолжали провожать нас и в пешем порядке, и пролетая над головами. Так они довели нас до перевала.

— Как спуститесь, перед вами откроется сеть пещер Рахнер, — сказала на прощание одна из них, указывая крылом. — У нас с ними не самые дружественные отношения, да и не видели мы их очень давно, поэтому тут мы с вами разлетимся.

Действительно, через полчаса осторожного спуска мы оказались на небольшой лужайке. Прямо перед нами в горе вырастали огромные пещеры.

— Насколько мне известно, можно смело заходить в любую из них, покачав голой, сообщила Лесси. — Внутри они все соединяются в общую сеть. Любой встреченный рахнер тут же доведет нас до центрального гнездовища. Странно, что никто не охраняет входы. Раньше тут всегда были стражи.

Выбора у нас не оставалось, нас ждала экспедиция и рахнеры. Паукообразные. Меня бросало в дрожь одна мысль, что я увижу огромных пауков, но отступать было некуда. Лулу постоянно держалась рядом, успокаивая меня эмоциональными посылами. Без нее я бы давно с визгом сбежал из этих страшных пещер. Сотворив шарик света, мы сбились в кучу и готовые ко всему вступили в самый большой туннель. Лилит тут же с невероятной скоростью умчалась вперед. Она не нуждалась в зрении и осязании, чувствуя землю на километры вперед, как большинство подобных ей насекомых.

Но буквально через пару минут она вернулась, доложив, что почувствовала впереди что-то непонятное и зловещее. Усилив боеготовность, мы медленно продолжили продвигаться вперед. Но, несмотря на всю нашу предосторожность, мы все-таки пропустили начало внезапной атаки. Собственно, шансов у нас было немного: шарик давал немало света, но охватить всю пещеру не мог — настолько она была огромна. Лилит постоянно жаловалась на давящую атмосферу. Я уже не отпускал ее на разведку, опасаясь за ее сохранность. Остальные бойцы чувствовали себя не лучшим образом. Хуже всего приходилось Лесси, Эняону и Трайде. Они привыкли к просторам и свежему воздуху и им было очень тяжко продвигаться в полутемном туннеле.

Одновременно со всех сторон с тихим свистом и шипением к нам с огромной скоростью протянулись белесые сероватые нити, хватая закричавших воительниц, и также быстро утаскивая их в темноту! За пару секунд от нашего отряда остались только я, Лулу, Леон и Лилит. Крики товарищей мгновенно оборвались, словно им заткнули рот. Липкие веревки пролетели сквозь тело слайма, а остальным просто повезло. Леон со сколопендрой могли только растерянно озираться по сторонам — настолько быстро все произошло.

— Боевой круг! Спина к спине! — заорал я, посылая еще несколько световых шариков в разные уголки пещеры. Напарники тут же стукнулись спинами, выставляя обнаженное оружие.

К слову, Лилит оно не требовалось. Настолько остры были ее природные жвалы хвоста, а у Леона было необычное оружие, напоминавшее сюко — смертоносные перчатки с полуметровыми загнутыми когтями, крепившиеся на его кистях. Лулу же владела магией воды, причем гораздо лучше, чем любой из нас.

— Ничто не волнует меня больше, чем струя свежей крови, летящая по воздуху! — пробормотал блондин, размахивая когтями, — В сердце и душе я не вижу никакого смысла. Я верю только в красоту!

Только нарцисса и шизофреника мне не хватало в команде! Внезапно над нашими головами послышался шорох, и посыпалась каменная крошка.

— Сверху! — одновременно заорали мы с Лилит, бросаясь в сторону. Леон же промедлил и улетел вверх, плотно обмотанный липкой нитью.

— Лилит! Мчись дальше и найди экспедицию! — приказал я, отчаянно прислушиваясь к посторонним звукам.

— Но Ричард, как же…? — Начала было сколопендра.

— Никаких «но»! — отрезал я. — Вперед! Быстрее! Я справлюсь!

Девушка сорвалась с места, в одно мгновение, исчезнув в темноте пещеры. Засунув молот за перевязь, я вырастил длинные ледяные лезвия на обеих руках по примеру Леона, хотя и помнил, что они ему нисколько не помогли.

— Выходите твари! Ну же! Я здесь! — заорал я, подбадривая самого себя. Меньше всего мне сейчас хотелось встретиться с огромными Измененными рахнерами или подобными им тварями. Насчет Лулу можно было не беспокоиться, липкие нити свободно проходили сквозь нее. Какова она в бою я, правда, еще не видел, но надеялся на ее поддержку. Как позже выяснилось, совсем не зря.

Они напали также неожиданно, как и в первый раз. Единственным отличием стало их личное присутствие на поле боя. Сверху стремительно спустился целый отряд здоровенных пауков, слева и справа с цокотом приблизилось еще несколько. В размерах они напоминали встреченную мной тварь в походе за сокровищами. Измененные восьмилапы! С меня и пары штук бы хватило с лихвой, а тут их было около десятка! Пауки не дали мне времени на раздумья. Разделившись на два отряда, они погнались за Лулу и занялись мной. Первых двух я сжег еще на подходе фаерболами, но остальные, оценив мою дальнобойную тактику, ловко уворачиваясь от снарядов, подступили слишком близко. Полностью лишившись преимущества, мне пришлось уворачиваться от их хищно звякающих жвал и длинных острых когтей. Один из них просто срезал один из моих ледяных мечей, срикошетив о золотую перчатку. Улучив момент, я выхватил молот и швырнул его в одного монстра. С гудением тот пробил насквозь его тушу, и еще пару чудовищ, оказавшихся на его пути, описал круг и вернулся ко мне, мягко ткнувшись в руку. И… все кончилось. Лулу давно закончившая со своим отрядом, взирала на меня с груды Измененных, разрезанных на мелкие кусочки. Стоило признать, что в бою она неоценимая помощница.

— Некогда отдыхать, — бросил я ей. — надо поскорее найти друзей. Даже думать не хочу, что будет с ними, когда они ими займутся.

Лулу тут же приняла образ огромной собаки и послала мне образ поиска.

— Ты их найдешь? — переспросил я. — Тогда вперед!

Тогда я еще слабо представлял, с чем нам предстоит столкнуться. Стычка с измененными пауками-переростками сыграла с нами плохую шутку. Полагая, что страшнее пары десятков гигантских восьмилапов больше ничего нет, мы с Лулу стремительно мчались по свежему следу в темные глубины. Пауков, похожих на тех, что напали на нас, навстречу почти не попадалось, за исключением случайных. Они даже не успевали понять, в чем дело, когда молот размазывал их по стене. Окрыленные успехом, мы влетели в очередной зал. Лулу внезапно остановилась, заметавшись по кругу. Очевидно, здесь и заканчивался след.

— Да будет Свет! — выкрикнул я, посылая сразу несколько шариков в различные уголки зала, чтобы приготовиться заранее к возможному нападению. Увиденное заставило меня покрыться холодным потом, а слайм заскулила и сжалась в комок, подползая к моим ногам.

Пещера была искусственного происхождения. На это ясно указывали правильные квадратные очертания и остатки горных пород. У стен громоздились проржавевшие остатки смутно знакомых буровых машин и приборов непонятного назначения. Но не это вызвало у меня дикий ужас.

Коконы. Шевелящиеся дергающиеся коконы. И пауки. Самых разных размеров и расцветок. Они были везде. Живым шевелящимся ковром они выстилали потолок над нами и далеко впереди, бегали по белесой паутине от одного колыхающегося бутона к другому. Оболочек с заключенными внутри живыми существами, было огромное множество. Чем дальше в темноту уходили свисавшие коконы, тем меньше они шевелились, и тем меньше на них было пауков. И наоборот, чем ближе к нам находились шевелящие капсулы, тем активнее пытались освободиться существа, заключенные внутри. К сожалению, их попытки пропадали втуне. Обычная паутина не выдержала бы, но эта, очевидно, была усилена магией или специальными добавками Измененных. Мы замерли, пытаясь не привлекать к себе внимания, но было слишком поздно. Потолок над нами качнулся одним движением, а спереди донесся цокот приближающихся монстров. Я лихорадочно рылся в памяти, ища магию, способную противостоять чудовищам и не ранить пленников, когда враги внезапно замерли, будто по приказу.

— Кхе — кхе-кхе! — донеслось откуда-то сверху. — Кто пожаловал в наши угодья? Никак, сам Избранный?

Шевелящийся потолок пошел волнами, расступаясь и пропуская огромное уродливое тело. Из проема сверху к нам на толстой нити неторопливо спускалось огромное уродливое тело. Это была чудовищная помесь человека и паука, оживший кошмар моих фобий. Как только чудовище показалось на свету, я почувствовал, как содержимое моего желудка прыгнуло наверх, пытаясь выйти неестественным путем.

На огромной мохнатой туше, покрытой отвратительным шевелящимся серым мехом, на нас, улыбаясь, смотрел седой старец. Его человеческая часть врастала по пояс в тело паука, причем ровно посредине брюха. Таким образом, он выглядел как всадник, оседлавший огромного монстра. Но не оставалось сомнений в том, кто управляет восьмилапым чудовищем.

— Мы свиделись снова, слуга Порядка! — прошамкал старик, зависнув перед нами на почтительном расстоянии. — Теперь ты не уйдешь от меня также легко, как в прошлый раз.

Я не отвечал. От одного лишь вида этого монстра, как и от шевелящейся паучьей волны меня словно приклеило к земле. Я не мог и рта раскрыть от ужаса, как вдруг ощутил ласковые прикосновения эмоций Лулу. Ее спасительные эманации придали мне сил и ярости.

— Да что ты такое?! — заорал я, скорее почувствовав недоумение и испуг в одутловатом лице паукообразного старца. — Почему ты обращаешься ко мне так, словно мы уже виделись? Постой… — стало доходить до меня, — неужели ты — очередное воплощение Хаоса?

— А ты догадливый! — змеиная улыбка изогнула сухие губы моего противника. — То, что ты видишь перед собой, является продуктом слияния забытых технологий и темной магии. Впрочем, хватит лишних слов. Скоро ты присоединишься к моей бесчисленной армии, — чудовище, на котором восседал торс старика, повел лапой в сторону висящих коконов. — Твои товарищи уже в стадии подготовки обращения. А знаешь, что ускоряет превращение? — старец снова ядовито засмеялся и продолжил. — Боль. Всем живым существам в коконах уже введена сыворотка, но лишь дикая яростная боль, ломающая нутро, способствует ее активации. Узри же!

На этих словах тело огромного паука изогнулось и вонзило острый длинный шип, находящийся на брюхе в ближайший кокон. Даже сквозь туго спеленатую оболочку до нас донесся душераздирающий крик, продолжавшийся несколько мгновений. Вдруг он сменился на стон и хрип. Внезапно длинные серебряные жвалы изнутри разорвали паутину и к нашему ужасу на меня посмотрели глаза Софитии! Только теперь ее полуобнаженное тело находилось по пояс на большом и безобразном паучьем торсе белоснежно-серебряного цвета.

— Аг-ха-гха-гха! — засмеялся старец, перемежая смех с кашлем. — Смотри же, Избранный! Как странно соединилась древняя магия с моим искусством! Пожалуй, я переберусь в это новое молодое тело. Старик уже изжил себя. Но сначала, проверим его в битве.

По незримому сигналу остальные пауки откатились назад, освобождая приличных размером площадку, на один конец которой спустилась по нити Измененная Софития, уставившаяся на меня стеклянными глазами. По другую сторону стояли мы с Лулу.

— Бейся со своей бывшей спутницей или умри, Избранный! — прошелестело сверху. — Впрочем, ты все равно умрешь. Побегай немножко, пока я испытываю новое тело.

Софития, которая до сего момента безвольно висела на паучином торсе, вдруг выпрямилась, и уставилась на меня. Ее взгляд, лишенный эмоций, не предвещал мне ничего хорошего.

— Лулу, будь наготове, но в схватку не лезь! — скомандовал я, выступая навстречу Измененной. — Я сам разберусь.

Я прекрасно отдавал себе отчет в том, что вступая в импровизированный ринг, я каждую секунду нахожусь под угрозой быть растерзанным полчищами подчиненных этого полубезумного старика. Я не собирался строить из себя героя, так как отлично понимал, что в случае малейшей ошибки моментально погибну, несмотря на всю свою избранность и магию. У меня оставалась призрачная надежда, благодаря которой я и решился на поединок.

Взглянув последний раз на потолок и на всякий случай, отметив положение главного заводилы, я перенес основное внимание на Софитию. Та, в отличие от меня не строила никаких планов, а только слепо следовала приказу своего нового господина, то есть сразу пыталась просто и незатейливо перерезать меня в прыжке острейшими лапами. В течение следующих десяти минут я только уворачивался и отпрыгивал от нее, не в силах не то, чтобы контратаковать, но даже перевести дух. В очередной раз отбив кулаком в золотой перчатке ее смертоносный выпад, я отпрыгнул назад и впервые за весь бой попытался достучаться до ее сознания:

— Софи! Очнись! Это я, Рич! Я знаю, ты меня слышишь!

В следующую секунду сталь ее стальной коготь со свистом прорезал мой кожаный нагрудник, оставив на моей груди кровавую полосу. Меня сразу же повело в сторону — значит, опасаться стоило не только остроты ее лезвий, но и смертельного яда. Я тут же отпрыгнул назад, почти упираясь в стену шипящих зрителей, кастуя на себя антияд и самоисцеление.

— А ты живуч, Избранный, — донеслось сверху, — но представление затянулось. Перейдем к заключительной части.

Софития, передвигаясь странной изломанной походкой отпрыгнула назад в центр ринга, и присела на задние лапы, вытянув перед собой и руки, и передние жвалы в странном молебном жесте. В следующий миг в меня ударил двойной белый луч, проморозивший землю на своем пути. Если бы я не перекатился в сторону, то моментально превратился в ледяную статую, как те пауки за моей спиной, вовремя не убравшиеся с пути.

— Софития! — громовым голосом вскричал я, впервые за все время, собираясь метнуть молот. — Ты клялась мне в верности! Ты обещала мне! Приди в себя!

Огромная серебристая паучиха вздрогнула и пошатнулась. Не веря своим глазам я опустил молот, надеясь на невозможное. Зря. В следующий миг в стремительном скачке огромная туша сбила меня с ног и острейшие жвалы нацелились в мою незащищенную грудь.

Сжав зубы, я ожидал быстрой смерти, но паучиха вдруг склонилась надо мной так, что я увидел перед собой широко раскрытые, полные боли и ужаса, глаза Софитии.

— Убей меня, Ричард! — прошептала она. — Я не могу контролировать себя. Прошу, избавь меня от мучений.

— Софития! — вскрикнул я. — Как же? Но… я не могу!

— Я так и думала, мой лорд, — мягко улыбнулась она в ответ. — Прошу, позаботьтесь о моей сестре!

Одним скачком она отпрыгнула от меня к противоположной стене и выкрикнула:

— Во имя Императора! За Ричарда!

И выстрелила длинным ледяным лучом, полосуя им стены, умудряясь не задевать коконы, превращая в лед множество паукообразных монстров. К сожалению, ее попытка задеть главного урода провалилась, так как на его защиту, жертвуя собой, кинулись все остальные пауки. Очевидно, поняв, что ее время заканчивается, Софития вытянула обе руки перед собой и прошептала:

— Прости меня, Ричард. Я не выполнила свой долг…

И вонзила руки себе в грудь, выкрикнув последнее заклинание. В тот же миг она превратилась в ледяную статую.

Вокруг стояла гробовая тишина, нарушаемая только звоном разбивающихся об землю, падающих промороженных пауков. В центре площадки стояла сверкающая статуя серебристой паучихи с торсом ледяной Софитии. Сжав кулаки, я смотрел на нее, чувствуя прилив дикой, неконтролируемой ярости.

— Жаль, жаль, жаль, — донеслось сверху. Мохнатые волны, цокая расползались в стороны, обнажая главного Измененного. — Я возлагал большие надежды на это создание. Ну что же, у меня еще много материала для опытов…

Он говорил что-то еще, под неумолчный шелест и цоканье своей армии, но я уже почти ничего не понимал, залитый гневом, яростью и болью потери подчиненной. Вскидывая руки в заклинании, в которое я вложил все свои силы, злость и максимум магии, я успел только четко подумать:

— «Только бы не задеть коконы!»

И слепящий яркий огонь, сотканный из смеси первозданного Света и ревущего протопламени залил комнату, выжигая все на своем пути.

На несколько минут я полностью потерял ориентацию в пространстве, ослепленный и оглушенный разгулявшейся мощью собственных стихий. Постепенно рев пламени стал стихать, а нестерпимо яркий свет истончаться. Еще через минуту я уже мог нормально видеть.

Магическое пламя не пощадило ни одно восьмилапое существо в этой пещере. Воняло сладковатым запахом горелого мяса и плавящейся изоляции. С потолка беспрестанно сыпался пепел, вперемешку с песком и частичками оплавленных, но не до конца сгоревших проводков. Как и ожидалось, эксперименты Хаоса строились на роботизации и частичном вживлении имплантатов для контроля и усиления боевых качеств подопытных.

Запоздало вспомнив про слайма, я метнулся ко входу, и споткнулся о какой-то продолговатый черный камень. Едва не упав, я обернулся, и увидел множество похожих вытянутых обугленных предметов. Озаренный догадкой, я взглянул наверх и увидел полное отсутствие коконов. Очевидно, что мое пламя пощадило их, поглотив только державшие их нити. Пока я разглядывал лежащие коконы, в мое сознание пробился тонкий голосок.

— Лулу! — спохватился я, бросаясь на подмогу слайму. Следуя скорее инстинктам, чем разуму, та забилась в небольшую нишу, выставив всевозможные щиты против моего пламени и пожертвовав на это большую часть своих сил. Теперь передо мной сидела уменьшенная копия девушки, напоминавшая детскую куклу.

— Прости меня, Лулу, — запоздало извинился я, посылая ей сразу несколько водяных шаров. — Покормись, а я пока займусь остальными. Надеюсь, еще не слишком поздно.

Обернувшись, я рванул к ближайшему кокону, как вдруг огромная куча пепла посреди зала зашевелилась.

— Кха-кха! — донеслось изнутри. — Кхе-кхе!

Что-то невероятно огромное, полузасыпанное пеплом, песком и камнями, пыталось выбраться наружу. Подбежав с заранее приготовленным молотом, я увидел, что торопиться было излишне.

Огромная туша Измененного паукообразного предводителя лишилась почти всех суставчатых ног. Обгорев практически до неузнаваемости, он все еще пытался шевелиться, очевидно, подгоняемый волей Хаоса и силой все еще функционирующих имплантатов. Какова же была его мощь, если он выжил даже после такого огненного ада?

— Ты, кха-кха, не победишь, кха! — кашляя, произнес обугленный полутруп на спине монстра. — Ты лишь пешка в игре, кха, которую тебе не суждено понять. Пусть, ты выиграл сейчас, но на землях хумансов тебя уже ждут…

— Я готов! — ответил я ему, перехватывая молот обеими руками, размахиваясь и опуская кувалду ему на макушку. Глухо чавкнуло, и мое оружие, почти не встретив сопротивления, прорубилось почти до самой земли. Паук последний раз вздрогнул и грузно осел на землю. Спрыгнув с мертвой туши, я оглянулся. Полураздавленный монстр, словно прибитый тапком, лежал посреди кучи пепла и мусора. Незавидный конец. А недалеко за ним сияла серебром гротескная статуя Софитии, которую пламя не смогло даже слегка растопить. Вздохнув, я повернулся и бросился к коконам.

Мои попытки разорвать прочную паутину руками равнялись нулю, но на помощь пришла Лулу. Все еще невысокая девушка кинулась мне на помощь сразу, как только закончила с кормежкой. Сформировав острые лезвия из собственного водяного тела, она аккуратно разрезала несколько коконов. Внутри без сознания лежали некотяне различных форм и видов. В некоторых из них я сразу признал своих соратниц.

Не тратя время на приведение их в чувство, я кинулся исцелять их от яда и прочих повреждений. Помнится, главгад говорил о некоей сыворотке, введенной в тела всех жертв. Надеюсь, чудодейственный Свет способен ее уничтожить. В любом случае, это не главная из моих проблем. Лулу не прерываясь ни на секунду, продолжала распарывать новые и новые коконы, а я ходил вслед за ней, леча и исцеляя новых и новых жертв пауков. Конечно, не все пленники были мне знакомы. Очевидно, Измененные занимались отловом не только внутри пещер. Здесь были как кобольды, так и гарпии обоих полов. Самцов, разумеется, не в пример меньше, чем самок. Задержавшись у очередного кобольда-парня, я с удивлением воскликнул:

— Гарен! Быть того не может!

Да, это был тот самый воин, вступившийся за меня на первом моем заседании Совета, боец, по слухам уничтоживший Измененного Стража. Стоило потом заняться им вплотную. А пока меня ждали новые и новые жертвы.

Как оказалось, коконы висели не абы как, а в строго выдержанном порядке по спирали. Самые старые располагались в центре, самые новые находились по краям. Когда пламя сожгло нити, коконы так и упали на пол, сохранив спиральный порядок. Хорошо, что высота зала была сравнительно небольшой, да и оболочки смягчили падение.

Выяснили мы это уже на втором витке, когда вся моя команда была освобождена. По-видимому, мы были последней свежепойманной партией. Потом уже в ход пошли остальные случайные путники. Я надеялся только не встретить в лице пленников членов старой экспедиции. Но уже через пару витков, подойдя к очередному вскрытому кокону, я пораженно воскликнул:

— Томоки!

Да, это была бесконечно преданная мне разведчица с огромными ушами, едва помещавшимися в кокон. Как и остальные она была без сознания, но жива и почти без повреждений. Тем не менее, я скастовал на нее полное исцеление с антиядом и удовлетворенно увидел, как Свет приподнимает ее в воздух. Оставив ее, я пошел дальше, предвкушая встречу с остальными некотянками, но по неизвестными мне причинам, дальше попадались незнакомые мне существа, которых я вообще прежде не видывал. Странные крысоподобные девушки и сгорбленные низкорослые гоблинши. Общий облик и выражения лиц у них были самые отталкивающие, и я даже подумал о том, что не стоит торопиться и исцелять их, но Затем решил, что никто не заслужил участи стать Измененным. Да и плодить новых врагов было не с руки, и продолжил обход.

Еще через виток стало ясно, что живых мы больше не увидим. В коконах лежали высохшие мумии, послужившие обедом для полчищ пауков. Оставалось только надеяться, что мои друзья из старой экспедиции не попались в их лапы.

Но как тогда они умудрились пленить Томоки?!

Выжившие пленники постепенно приходили в себя. Некоторые уже вставали, недоуменно озираясь по сторонам.

— Я и не сомневалась, что наш лорд спасет нас! — закричала зайка, бросаясь мне на шею.

— Да, это у него уже вошло в привычку, — добавила Гвинера, обхватывая меня со спины.

— Наша признательность к вам не имеет границ, Ричард! — подхватила Зельда. — Впрочем, вы и так это знаете.

— Кто-нибудь видел мою сестру? Софития?! — позвала растерянно Китана. — Я нигде не могу найти ее.

Я не спешил показывать ей чудовищно мутировавшую Софитию, навечно застывшую в теле замороженного паука, но не заметить ее было сложно. Несмотря на огромные размеры зала, статуя стояла четко посредине, а все спасенные жались подальше от нее к стенам. Исполинская мощь и гротескная фигура пугали их даже больше, чем сгущавшаяся темнота, а ведь я убил далеко не всех созданий Хаоса.

— Кто бы мог подумать, что я увижу здесь самого Избранного! — кто-то ударил меня по спине с такой силой, что я, не удержавшись, полетел прямо в объятия стоящей напротив Эффы. Судя по ее в момент покрасневшему личику, она была совсем не против близкого контакта, особенно, если вспомнить, как она заступилась за меня перед Леоной.

— Гарен! Старина! — обрадовался я, поворачиваясь и пожимая руку исполосованному шрамами кобольду. — Как ты здесь оказался?

— Как я здесь оказался? — переспросил тот, вопросительно поднимая брови. — Нет, бро. Как ты здесь нарисовался? Мы, кобольды, легко и быстро передвигаемся по своим шахтам, не то, что вы, надземники. Конечно, опасностей у нас побольше, но и секретов не сосчитать. Так каким ветром тебя принесло?

Вкратце рассказывая ему нашу историю, я краем глаза наблюдал за Китаной, которая медленно подходила к поблескивающей статуе сестры.

— Катарина, — схватив зайку за плечо, сказал я. — расскажи остальное нашему другу. Мне срочно надо отойти.

И быстрым шагом пошел к единственной оставшейся в живых ледяной Сестре битвы. Та уже замерла, остановившись прямо перед лицом своей старшей, превращенной в чудовище, сестры.

— Как же это…, — прошептала она. — Софития? Нет, это невозможно! Я не верю! Нет!

Я подхватил ее как раз тогда, когда она собиралась грохнуться в обморок. Почувствовав поддержку, она обернулась и требовательно уставилась на меня:

— Ричард, молю, скажи! Ведь это не она?! Это не Софития, а лишь мутант, похожий на нее?!!

— Сожалею, — глухо ответил я, — я не уберег твою сестру. Хаос превратил ее в это.

Китана тихо зарыдала, спрятав лицо у меня на груди. Немногим позже, когда вокруг собралась остальная группа, я поведал всю историю. Лулу согласно кивала, не забывая подкармливаться водяными сферами, которые я периодически отсылал в ее сторону.

— Вот так все и было, — заканчивая тяжелый рассказ, вздохнул я. — Благодаря ее самоотверженному подвигу мне и удалось выиграть время и уничтожить Хаос, а заодно и спасти всех вас. Девчата, — обратившись к слушательницам, добавил я. — Позаботьтесь о ней, пока я доделаю начатые дела.

Но стоило мне отойти на пару шагов от отряда, как меня вновь сбили с ног и чей-то радостный голос прозвенел мне прямо в лицо:

— Ричард! Дорогой! Наконец-то я тебя нашла!

И разведчица принялась буквально вылизывать шершавым языком мое лицо, обхватив меня тонкими, но крепкими ручками.

— Томоки! — растроганно улыбнулся я. — Да, я тоже очень рад тебя видеть!

Когда восторг слегка угас, бравая разведчица рассказала, что остальные члены экспедиции с трудом, но добрались до территории Рахнер. Джанна выслала ее на разведку, пока все остальные занялись восстановлением обороноспособности союзников.

— Ты не представляешь, какими опасностями окружены владения Рахнер! — с жаром рассказывала девушка, приветствуя между делом остальной отряд и знакомясь с новичками. — Мало им Измененных, так еще и обычные восьмилапы активизировались, Стражи постоянно устраивают набеги. Кто-то обваливает проходы в коридорах. В общем, просто ужас.

— Как думаешь? — спросил я ее, задумавшись. — Они не будут против переселиться в центр долины? Или это для них принципиально жить в переполненной врагами пещере?

Томоки замерла с раскрытым ртом. Похоже такая мысль не приходила в ее голову.

— Ты не прекращаешь меня поражать, Рич! — мурлыкнула она, наконец. — Раньше бы я ответила на этот вопрос однозначным отрицанием, но теперь, в свете происходящих событий и централизованной власти, думаю, они будут только за! Конечно, это земля их предков, но даже самые старые из них терпят постоянные лишения и будут только рады найти новое более спокойное место жительства!

— Будь уверен в этом! — рявкнул незаметно подошедший Гарен. Пауки всегда выступали за неприкосновенность и спокойствие. Сейчас в шахтах идет непрекращающаяся война. Видел крысогоблинов, которых ты освободил? — скорчив презрительную гримасу, кобольд махнул когтем в сторону, где у одной стены жались сгорбленные существа. — Они в какой-то мере разумны, но крайне примитивны. Постоянно воюют друг с другом за территории, совершают набеги на всех остальных и практически не выходят наружу. Для нас они неопасны, но Рахнерам приходится частенько выдерживать их атаки.

Я подошел к крысюкам, раболепно склонившимся передо мной. Дело было не только в их спасении, а еще и в моей ауре, подаренной духами. Мелкие существа отлично чувствовали ее и прекрасно понимали, кто стоит перед ними. Не то, чтобы я хотел поговорить. Скорее, мне было интересно осмотреть их как вид. Но в целом там не было ничего интересного: карликовые создания с бегающими глазками, избегающие смотреть в лицо. Одеты в какие-то лохмотья. На руках и ногах — множество цепочек и веревочек с кучей крошечных когтей и черепов, очевидно, крысиных. Самки не сильно отличались от самцов, разве что вторичными половыми признаками. Полулюди-полукрысы, одним словом. И кому в прошлом пришла мысль создать подобную расу? К тому же от них страшно воняло. Так что я быстро закончил осмотр и отошел к своим. Минут через десять заметив оживление в их стороне, я заметил, что существа проворно исчезают в темноте. Вскоре там осталось лишь несколько из них. Одна самка покрупнее осмелилась, низко кланяясь, приблизиться к нам и вытянула на скрюченных лапках странный артефакт:

— Дар! — прошамкала она. — Вождь! Дар! Благо! Спас!

Сказав это, она положила предмет на землю и еще раз низко поклонившись, попятилась назад и улизнула в темноту за своими соплеменниками.

Гарен, глядя на все это, громко присвистнул:

— Надо же! — протянул он. — Впервые вижу, чтобы крысюки кого-то благодарили. Обычно они признают только силу.

Эффа аккуратно приблизилась к артефакту. Оглядев предмет со всех сторон, она подняла его и принялась разглядывать. Достав тряпочку и протерев блестяшку со всех сторон, она протянула ее мне.

— Чую странную магию, — сказала она недоуменно, — но не могу понять, что это и как действует.

Действительно, артефакт был весьма странный на вид. Слегка потертый, он представлял собой двойной полубраслет золотистого оттенка, причем обе половинки висели друг на друге без видимых креплений, словно на магнитном поле.

Но стоило мне дотронуться до него рукой в перчатке доспеха Думгая, как артефакт слегка сверкнул… и распался на две одинаковые половинки.

— Интересно, — сказал я, вертя в руках браслетики. — А что если?…

И, следуя сверкнувшей в голове догадке, я надел их поочередно на правое и левое запястья. Браслеты идеально подошли, а, стоило мне закрепить последний, как они щелкнули, сливаясь в одно целое с перчатками.

— Не может быть! — потрясенно ахнул Гарен. — Часть утерянного доспеха! И она все это время находилась в лапах грязных крысюков?

Не отвечая ему, я принялся поворачивать и нажимать пластинки на браслетах. Что-то не давало мне покоя. Не могли они быть обычными кольцами. Потирая левой рукой правый браслет, я провел рукой по направлению к плечу. Тонко звякнуло, и моя рука вплоть до груди моментально покрылась золотыми пластинами. Девушки ахнули, а кобольд приглушенно выругался. Проделав ту же операцию с левой рукой, я стал счастливым обладателем двух золотых рукавов с наплечниками частично закрывающих спину и грудь.

— Ни*** себе! — заорал Гарен. — Вот это ты везунчик! За одну перчатку можно смело требовать себе все сокровища гномьих шахт, а ты умудрился заграбастать себе сразу две полных пары! Это нужно отметить!

— Обязательно отметим, — ответил я, пытаясь утихомирить разошедшегося кобольда. — Кстати, как получилось, что такого прославленного воина, как ты, поймали Измененные?

Кобольд помрачнел.

— Предательство! — нехотя процедил он. — Одна из моих соратниц продала меня! Я и раньше подозревал ее, но не могу и помыслить в подобном. Она завела мой отряд в дикую шахту, где нас моментально повязали восьмилапые. Арчи, Трод, Юорг, Аза, Йори погибли сразу. Остальных выпили в хранилище. Не знаю, почему меня не пустили в расход вместе с остальными. Кстати, у вас не найдется перекусить? Наши припасы остались в той шахте.

Парня тут же окружили теплом и заботой, откармливая чуть ли не с рук, пока я пытался выяснить у разведчицы нормальный и безопасный путь до убежища Рахнер.

Наконец, та, вздохнув и уяснив, что больше обнимашек не обломится, стала серьезнее, и принялась чертить на земле одной ей известный маршрут, бормоча что-то под нос и ежесекундно сверяясь с засаленными картами подземелья. Через пару минут она облегченно выдохнула и подняла голову:

— Нам везет, Рич! Недалеко от этого зала проходит заброшенная штольня, которая выведет нас прямо к Рахнерам. Не сомневаюсь, что Измененные атаковали их проходя по ней же, так что расслабляться не стоит. Но это самый короткий путь.

В течение следующих нескольких мы собирали разбросанные припасы и готовились к переходу. Гарен вызвался проводить к выходу немногих уцелевших некотян и гарпий, обещая навестить нас у Паукообразных.

— Пусть попробуют напасть на меня в моей среде! — сказал он, сверкнув глазами, когда я выразил опасения по поводу его обратного пути. — Клянусь Йордлом, им не поздоровится. Эх, хотел бы я еще раз встретить Миргу, предавшую нас…

Прежде чем выдвигаться, я дал разрешение открывать огонь на любой подозрительный шорох. Если там будет враг — тем хуже для него, а если союзник — подлечим и извинимся. Услышав в отряде болтовню про сравнение меня с Леоном, Томоки лишь презрительно фыркнула. По ее мнению, со мной не мог сравниться никто на континенте, о чем она тут же и громогласно высказалась, пристыдив напарниц…

Вскоре, наш отряд выступил в заброшенную штольню, которая должна была вывести нас к Рахнерам. Несмотря на выжженное поголовье Измененных восьмилапов вкупе с главарем, в других коридорах могли остаться в живых и другие. А также прочие опасности никто не отменял. Поэтому мы продвигались не торопясь с оружием наготове, а я не стеснялся запускать новые и новые световые шарики во все закоулки. Благодаря этому мы заранее выцепили несколько спрятавшихся в засаде пауков. Они даже не успели понять, в чем дело, когда объединенная магия прошлась огнем по их укрытию.

— Мерзость какая! — плевалась Трайда, стряхивая зеленые капли с субатомного меча. — Надо же было так извратить обычных восьмилапов! Паучки, которые бежали от света и огня и боялись нападать на собак, теперь могут проглотить быка и не заметить! Как представлю себе, что могло произойти с нами, если бы не Рич! Бр-р-р! Ой, прости, сестренка! Я не хотела! — обняла она всхлипывающую Китану.

Если не считать мелких стычек, то наш отряд дошел до места назначения без происшествий. Томоки постоянно трясла меня, требуя рассказать ей все-все-все, начиная с момента нашего с ней расставания. Я честно попытался пересказать ей все наши приключения, а потом прислонился к стеночке и присел. Разумеется, меня тут же облепили встревоженные лица:

— Ричард! В чем дело?! Как ты себя чувствуешь?

— Милорд?! С вами все в порядке? Позвольте, я положу вам компресс?

— Куда ты лезешь, дура крылатая?! Ты же своими перьями ему все лицо расцарапаешь!

— Это яд?! Святые духи! Ричард отравлен! Скорее, несите сыворотку!

— Вы не ранены, лорд?!

— Спокойно, спокойно! — пытаясь перекричать гомон, выдохнул я. — Я просто…устал. Смотрите сами. Весь последний месяц мы только и делаем, что без перерывов бегаем по лесам и горам в поисках артефактов, уничтожения Хаоса, монолитов. Мирим кентавров, орков, спасаем гарпий и занимаемся наведением добра. Я уже забыл, когда спал в нормальной кровати, а не на голой земле. Я хочу принять нормальную ванну и забыть про тяжелую броню. А как меня достали комары, вообще лучше не думать! А еще комфорт! Туалет в кустиках. Вы думаете, что я разнылся? — почти выкрикнул я в ошарашенные мордочки. — Я желаю добра всем и каждому, но я и хочу, чтобы мне дали насладиться этим миром. А что происходит на самом деле?! Стоит мне только вернуться из одного приключения, как меня бросают в другое. В общем, — добавил я, вставая и опираясь, на заботливые лапки, — как только закончим здесь, я долго не вылезу из Ричардбурга, несмотря ни на что.

— Поддерживаю Ричард! — горячо поддакнула Катарина. — Я тоже ужасно соскучилась по горячей ванне и шелковым простыням!

— И я! И я! — загомонили остальные.

— А как я хочу вновь оказаться на своей любимой кухне! — вздохнула Зельда.

— Решено! — отрубил я. — Как только обезопасим Рахнер, выступаем обратно. Может быть, даже найдем работающий портал, кто знает.

Повеселев, наш отряд двинулся дальше. Вскоре мы вышли в слегка освещенные коридоры. Мягкий голубой свет струился от кристаллических образований на стенах. Обстановка стала мягче и приятнее, но мы не расслаблялись ни на мгновение, помня о внезапных паучьих атаках.

И вдруг коридор закончился. Мы уперлись в огромные, сорванные с петель, ворота, имевшие самый плачевный вид. В такие прошел бы и каменный голем-Страж, подобно тем, которых мы уничтожили в деревне с космолета.

— Вход на территорию Рахнер, — посерьезнев, сообщила Томоки. — Прошло всего несколько часов с тех пор, как я видела их в последний раз. Когда я уходила, они были как новые. И охраны не видно. Значит, они прорвались. Скорее!

Наплевав на скрытность и осторожность, мы рванули через разбитые врата. За ними нас ждало поистине потрясающее зрелище!

Нашим глазам открылся огромный, воистину безграничный зал, с вырезанными на стенах барельефами и колоннами. Свет свободно проникал сквозь трещины в потолке, и отражался от озер в глубине и от кристаллов, не ослепляя и давая отличную видимость. В глубине зала возвышались невероятные конструкции, напоминавшие пчелиные соты, которые, казалось, свободно висели в воздухе. Как оказалось позже, примерно так и было. Дома Рахнер крепились на канатах их собственного производства невероятной толщины и крепости.

А недалеко впереди от нас кипел бой. Очевидно, лишившись непосредственного хозяина в лице восьминогого старика, его подчиненные продолжали выполнение последнего отданного приказа. Или, быть может, Хаос продолжал транслировать свою волю через возвышавшегося на поле боя одинокого каменного Стража? Полчища Измененных восьмилапов и несколько паукообразных мутантов, наподобие раздавленного мной в том зале, только на порядок меньше. Скорее всего, это были остатки той армии, которую я уничтожил, или запасной отряд.

Войска Хаоса сильно теснили наших союзников. Кто именно противостоял им, я не мог сказать, так как враги закрывали их своими телами, но рубка была ожесточенная. В отличие от Измененных, защитники не стеснялись кричать от боли и ярости, в то время как нападающие перли молча, не обращая внимания на раны и смерть товарищей.

— Собрались! — скомандовал я хриплым голосом. — Это последняя битва! Сильно не рискуйте, и не лезьте в пекло! Воскрешать я пока не научился! Страж мой! В атаку!

Несмотря на полное отсутствие слаженности в нашем боевом отряде и огромные перевес в численности врага, сражения, как такового не вышло. Это было форменное избиение.

С ходу швырнув молот в стража-голема, я принялся сеять хаос в стане врага, поражая пауков беспорядочными фаерболами. Напарницы, вкупе с Леоном не отставали, с лихвой возвращая должок за ужасы плена. Самое интересное, как только голем развалился на составляющие от удара, остальные Измененные восьмилапы ожидаемо остановились и прекратили наступление. Только мутанты с торсами некотян, несмотря ни на что, продолжали атаковать.

Союзники тоже воспрянули духом, но сил у них оставалось только на то, чтобы перевести дух и вытащить раненых, пока мы отвлекали внимание функционирующих чудовищ на себя. Даже с магией и свежими силами нам пришлось повозиться, чтобы успокоить этих Измененных мутантов. Они были дьявольски быстры и скакали по полю боя, мастерски уворачиваясь от метательного оружия и запущенных фаерболов. Когда же от удара одного из них с жалобным воплем назад отлетела Трайда, повиснув на руках девушек, мое терпение лопнуло. Отметив, что защитники успешно укрылись за блоками и в канавах, я собрал последние силы:

— Все назад! — заорал я, довольно отмечая, как все, даже Леон, моментально отскочили за мою спину.

— Не*бически максимальная мощная стена огня! — выкрикнул я, захватывая взглядом изломанные фигуры мутантов и застывших восьмилапов.

Такую магию мне еще не приходилось видеть. Даже в зале с главным Измененным было что-то другое. Передо мной возник огненный вал, который медленно, но постепенно ускоряясь, с диким ревом и грохотом падающего дирижабля стал надвигаться прямо на шагающих ко мне чудовищ. Те, даже не дернулись в стороны для побега, следуя своим программам. Огонь накрыл их и пошел дальше до самого края сражения, оставляя за собой лишь горстки пепла. Я мог лишь надеяться, что защитники успели вытащить всех своих с поля боя. Одновременно с появлением стихийной магии я почувствовал странную усталость и опустошенность.

— Нихрена себе! — только и присвистнул Леон, выглядывая из-за моего плеча. — Подобный эктерминатус я видел лишь однажды при уничтожении Звезды Смерти!

— С Ричардом еще не такое увидишь! — похвасталась зайка, двинув меня кулаком в золоченый наплечник.

— Уймитесь! — прохрипел я. Даже с моим бездонным запасом, использовав подобное заклинание, я почувствовал себя так, словно танцевал в обнимку с носорогом. — Томоки! Действуй!

Но кошка без напоминаний умчалась навстречу защитникам. Из-за укрытий на суставчатых лапах поднимались тени созданий, похожих на тех, с которыми мы только что сражались.

— Рич! Трайде совсем плохо! — крикнула Зельда. Повернувшись, я пошатнулся, и едва не упал из-за нахлынувшей слабости. В чем дело? Снова откаты? Леон, заметив мое состояние, пулей умчался за раненой, и через секунду стоял передо мной с тяжело дышащей козой на руках. Трайда молча взирала на меня, не смея стонать, но я видел какую ужасную боль ей приходится терпеть. Жуткий поперечный разрез на ее теле наливался синевой и от него в разные стороны разбегались синеватые прожилки вен, темнеющие с каждый мгновением. Так быстро действовал яд Измененных восьмилапов.

— Максимальное исцеление! — скомандовал я, возложив на нее руки, … и рухнул в спасительную темноту….

… Я шагал сквозь дымящиеся развалины, ощущая себя как в полусне. Тело не повиновалось командам, оставляя мне роль зрителя. Рядом шел кто-то еще, но мой взор был устремлен вперед. Сияние, исходившее от моего доспеха, раздвинуло дым и туман, и передо мной вырос огромный черный замок.

— Ты действительно уверен в этом, Рич? — раздался рядом чей-то совершенно незнакомый мужской голос. — Ты рискуешь всем, что у тебя есть. Я больше не смогу помочь тебе.

— Я уверен! — сказал я чужим голом. В нем чувствовалась неведомая мне сталь и непоколебимая уверенность воина, прошедшего ад и неоднократно терявшего друзей. — Я готов действовать. Второго шанса не будет…

Туман снова сгустился, и Черный замок исчез вдали…

— Мы снова свиделись, Сын мой! — голос старика выдернул меня из череды бессвязных сновидений.

— Контроллер! — радостно воскликнул я. — Как вовремя! Я как раз хотел узнать, почему…

— … Ты вдруг потерял сознание? — продолжил тот, улыбаясь. — Я прибыл именно для того, чтобы предупредить тебя о возможных последствиях и рассказать, чем это грозит для тебя и всех остальных.

Старик немного помолчал, собираясь с мыслями.

— Видишь ли, мой Паладин, — не торопясь, начал Судья, — все в этом мире имеет свою цену. Около тысячелетия назад, когда я еще вершил суд в земном обличии, совсем как ты, по земле ступали крутые архимаги, способные взглядом стереть с лица земли целый город. Богам это не нравилось, и они ввели мораторий на использование магии. Это и ограниченный запас, и откаты, и использование определенных стихий и многие другие запреты. Таким образом, к моменту твоего появления в мире практически не осталось способных волшебников. Конечно, не все они вымерли. Кто-то умудрился передать свои знания и умения следующему поколению, кто-то погрузился в вечную спячку, надеясь на перемены к лучшему. В любом случае, на этом континенте ты — единственный, кто может почти безнаказанно вызывать громы и молнии и устраивать метеоритные дожди. Скажи спасибо Минете и мне, — довольно улыбнулся старик. — Нам пришлось пойти на многое, чтобы одарить тебя такими способностями. Но имей в виду, воин. Даже тебе нельзя безнаказанно тревожить ткань мироздания! А сегодня ты умудрился дважды поколебать тонкую оболочку!

— Ты говоришь о той магии, которой я уничтожил Измененных? — переспросил я.

— Именно! — подняв палец вверх, уточнил старик. — Каждый раз, когда ты трясешь основы Мироздания своей безумной магией, ты даешь Хаосу шанс проникнуть снова в этот мир. Поэтому, мы оставили это ограничение. Твоя магическая составляющая будет слабеть с каждым таким разом, а восстановить ее весьма сложно. Прошу тебя, мой Паладин, — воздержись в дальнейшем от похожих использований Силы. Заклинания порядка и Света ты можешь использовать как тебе заблагорассудится, но стихии, использующие огонь, взрыв или прочие, наносящие вред, тебе надо научиться кастовать с особой осторожностью.

Старик замолчал на минуту, будто прислушиваясь к чему-то, и, улыбнувшись, продолжил:

— На этом я завершаю этот урок, а тебя хочет видеть кое-кто другой! Дам совет — постарайся ни в чем им не противоречить!

Мягко толкнув меня грудь, он исчез, а мир вокруг завертелся…

… Я очнулся в небольшом бассейне. Насколько я мог судить, вокруг меня все еще был Астрал. Но несмотря на это, я чувствовал свое обессиленное тело, сидящее на удобной лавке в теплой пузырящейся воде. Края бассейна скрывал клубящийся туман. Собственно, казалось, что ничего кроме водоема вокруг меня больше не существовало.

— Наконец-то у меня нашлось время лично проверить качества своего подопечного! — раздался сзади меня невероятно сексуальный голос, и чьи-то нежные руки обвили мою шею.

— Не забывайся, Селемине! Он в первую очередь мой Паладин, и только потом твоя подопытная морская свинка! — донеслось до меня хрипловатое контральто из тумана напротив, а по воде побежали круги, будто кто-то погрузился в воду с противоположного края. Попытавшись повернуть голову, чтобы рассмотреть Селемине, я почувствовал железную хватку рук богини.

— Не напрягайся, смертный, — услышал я ее голос. — Просто лежи и наслаждайся тем, что сразу две Высших снизошли до тебя.

— На самом деле мы просто с ума сходим от скуки на постоянном контроле! — голос, принадлежащий Минете, неторопливо приближался, но фигура очаровательной богини все еще была не видна. Впрочем, другая тоже не торопилась показываться, хоть и заигрывающе прикусывала мочку уха. От Богини ночи доносился свежий душистый аромат хвои, одуряюще бивший в голову. — Подумать только, как давно я не уделяла время самой себе! Да, Селемине? У тебя хотя бы есть наблюдение, а мне так сложно выторговать время для собственных желаний!

— Что…Что вы хотите со мной сделать? — охрипшим голосом просипел я. — Чем вас привлек такой жалкий смертный, как я?

— О! Не прибедняйся, малыш! — рассмеялась Минета. Готов поклясться, она специально нагоняла тумана, чтобы потом появиться в самый эффектный момент. — Ты себе представить не можешь, как давно мы следим за тобой. Наше внимание привлекло твое появление на свет в том мире! Твоя аура отличалась от остальных подобно лучу света в темноте. Продолжая наблюдение, мы поняли что лучшего кандидата на должность Избранного паладина нам не найти. Конечно, мы провели строгий отбор по всем подходящим критериям среди многомиллиардного населения Земли. Не думай, что ты был единственным. Можно сказать, тебе повезло. Цени это и никогда не зазнавайся!

— Да я даже не думал! — горячо ответил я. — А ведь у меня до сих пор не было возможности отплатить вам за перерождение! Знайте, что я пойду на все…

— Чшшш! — перебила меня Селемине, прикрывая ладошкой мой рот. Лица ее я до сих пор не мог видеть. — Мы знаем, на что ты готов, Паладин. Не стоит сейчас о делах. Сначала мы должны привести твое тело в норму. Или полагал проснуться как обычно? Не-е-ет! Использование Силы такого объема, да еще дважды за короткий промежуток времени сильно ослабил тебя. Без нашей помощи ты бы еще недели питался с ложечки и ходил под себя.

— Не придуривайся Сели! — донесся из тумана слегка раздраженный голос Минеты. — Как будто тебя заботит состояние его тела. В первую очередь ты думаешь о…

— Да, я знаю, знаю! — сварливо перебила ее богиня ночи. — Но ведь грех не воспользоваться такой возможностью?!

— Вот и называй вещи своими именами, — ворчливо отозвалась из тумана Высшая. — Я и не скрывала, что меня привлекает этот юноша. В конце концов, он напомнил мне о временах, когда я сама была смертной.

— С чего начнем? — спросила грустно Селемине. Видно, ей тоже вспомнилось былое.

— Естественно с лечебных процедур! — незамедлительно ответила Минета. — Не думаю, что в своем нынешнем состоянии он выдержит нас обеих хотя бы десять минут.

Следующая картина буквально повергла меня в шок! Высшая богиня света, наконец, соизволила выйти из тумана! На ней было что-то вроде обтягивающей шелковой кисеи, прилипающей под воздействием воды и пара к коже. Ее фигура! Невероятно! Не хватит слов, чтобы описать всю прелесть и красоту ее тела. Грациозная фигура с подтянутым животиком и покачивающимися налитыми дыньками. Огромные бедра, словно созданные для ласок. Длинные золотистые волосы туго завязанные в тяжелую косу, обвивающую стан девушки. Минета шла по пояс в бассейне так же легко, словно плыла по воздуху, даже не замечая плотность воды.

— Ого! Вот это реакция! — раздался над ухом слегка завистливый голос Селемине. Смущенно скосив глаза вниз, я увидел, как мой боец стоит торчком, приподнимая полотенце, обмотанное вокруг моих бедер. — Интересно, смогу ли я составить конкуренцию моей начальнице?

Девушка, отпустив мою шею, легко скользнула в воду и выпрямилась, вставая рядом с Минетой. В отличие от нее, она была в полупрозрачном открытом купальнике, точнее в узенькой полоске лифчика, которые еле-еле сдерживал рвущиеся на свободу упругую грудь хозяйки, и такой же нескромный поясок с тонкой линией ткани, пересекающей ее запретное место. При желании можно было представить ее полностью обнаженной, так как назвать купальником данный образец можно было только с огромной натяжкой.

Я сидел на лавке, понимая, что любые сказанные слова будут бессильны описать развернувшееся передо мной великолепие. Впрочем, ведь это богини! Если обычные духи могли конструировать себе тела, то эти девушки наверняка провели не один день в тщательном построении оболочки!

— Нравится? — с легким сарказмом спросила Селемине. — Поверь, у тебя еще будет время насладиться. А теперь — время лечения!

Внезапно я обнаружил себя лежащим на животе на чем-то вроде массажного стола. Скосив глаза, я увидел одну пару очаровательных ножек, а за ними край бассейна. Попробовав повернуть голову в другую сторону, я был награжден чувствительным шлепком по голой заднице и игривым голоском Селемине.

— Пациент, не дергайтесь! Предоставьте все докторам. А то будет больно!

— Больно будет в любом случае! — прорычала Минета. — Невозможно восстановить сожженные внутренние резервы без постороннего вмешательства даже с помощью Высших! Приступим!

В тот же миг, огненный нож вонзился мне в спину! Я заорал от дикой боли, раздиравшей меня напополам, и вырубился.

— Левее… резерв…диняй. Ну же! Скорее! Он приходит в себя.

— Еще дозу! Жарь! — выплывая из беспамятства, я услышал слабые голоса. Не успев их осознать, я почувствовал, как мои внутренние органы заливает раскаленная лава и вторично потерял сознание…

… — Как новенький! — раздался перед моим лицом удовлетворенный голос.

Я лежал на спине на чем-то мягком. Тело было словно налито силой и энергией. Я не ощущал ни малейших следов раздиравшей меня ранее боли, напротив, мой торс полностью окутывали сладостная нега и наслаждение. Открыв глаза, я увидел перед собой довольных богинь. Они только что не облизывали меня взглядами, предвкушая развитие событий.

— Как ты себя чувствуешь? — спросили они хором. Я недоуменно повертел головой, размял плечи и присел на ложе, на котором меня только что препарировали.

— Просто великолепно! — ответил я, потягиваясь. — Никогда не чувствовал себя лучше! Кажется, могу мир перевернуть?

— А мы не перестарались? — девушки обменялись задумчивыми взглядами.

— Пожалуй, стоит перепроверить! — ехидно улыбнулась Минета. В тот же миг я ощутил себя вновь лежащим на животе на том самом столике. Напрягшись и ожидая огненного ножа, вонзающегося в мою многострадальную спину, я услышал на заднем фоне подозрительное шуршание. Скосив глаза, я увидел, как ножки обеих богинь… переступают через сброшенные одежды!

— Расслабься! — проворковала Селемине. — Основная часть процедур завершена. Сейчас мы слегка проверим твое состояние и закончим на этом работу.

— И тут же перейдем к отдыху! — незамедлительно отозвалась Минета. — Все же заставил ты нас попотеть, Ричард! Давно мне не приходилось заниматься восстановлением сожженных чакр.

Я ощутил прикосновение теплых ладошек, которые принялись мягко и ласково трогать различные точки на всем моем теле, словно набирали печатное сообщение. Раздавшийся вскоре облегченный вздох обеих богинь, был ответом на мои тревоги.

— Хвала Единому, все в порядке! — услышал я контральто Высшей. — Теперь можно и расслабиться.

В тот же миг я услышал странный тягучий плеск, будто кто-то опрокинул бутылку с маслом. Вывернув до хруста под невероятным углом шею, я умудрился подсмотреть, как с ног прекрасных богинь стекает странная полупрозрачная жидкость. Тут же я ощутил приятные прикосновения мягких ладошек к спине и ногам. А еще через пару секунд операционный стол превратился в удобное широкое ложе. Попробовав приподняться, я был повергнут обратно сдвоенными усилиями обеих девушек.

— Еще рано, Ричард, потерпи! — хихикнула Селемине.

И я ощутил приятную тяжесть влажного обнаженного тела одной из них к моей спине. Другая занялась нижней частью, прижимаясь к ней всеми выступающими мягкими, но упругими частями. Хорошо, что я успел поправить стояк, а то бы пришлось лечить разрыв сосудов в самой важной части тела.

Девушки сосредоточенно терли, мяли, кусали и тискали меня, не забывая поливать благоуханными маслами. Когда мне казалось, что я вот-вот взорвусь на кучу маленьких мыльнопузырящихся Ричардов, они внезапным рывком перевернули меня на спину.

Моему похотливому взору предстали две пары покачивающихся полушарий, с огромными розовато-красными ареолами. Торчащие соски были похожи на перезрелые виноградины, которые так и просились на язык. С усилием оторвав взгляд от притягивающих взор, словно магнитом дынек, я перевел взор на плоские животики и округлые бедра девушек.

— Ничего себе! — присвистнула Минета. — И вот это мы сами ему приделали?

— За половую систему отвечала практикантка, насколько я помню, — наморщив лобик, добавила Селемине.

— Если мне не понравится, я ей это припомню! — погрозила кулачком неизвестно кому Высшая. — А теперь время сладкого!

И две пары ярко-красных губ, дышащих ураганом страсти, потянулись ко мне….

И тут я проснулся!

В самом деле, какого черта я лежу смирно, когда две в прямом смысле слова Богини конкурируют за право первой овладеть телом смертного?! Благодаря божественному исцелению я чувствовал себя способным вдуть даже дракону, не говоря уже о бесподобных красотках.

Рывком поднявшись, я столкнулся Минетой, которая совсем не подготовилась к коварному нападению. Селемине, следуя негласной договоренности, тем временем целовалась взасос с моим бойцом, пытаясь взять над ним верх. Пока побеждал младший. Предоставив ему право самому разбираться с богиней ночи, я сжал в объятиях хрупкую Минету. Пожалуй, я переборщил с выводами. Тоненькая и слабая на вид богиня стиснула меня в ответ так, что я чуть не запищал. Некоторое время мы с ней соревновались в силе объятий и длине языка, исследуя друг друга. Выиграла, все-таки, Высшая. Но не только благодаря божественной силе. Селемине тоже не теряла времени даром, пытаясь максимально завладеть моим бойцом. В конце концов, ей удалось почти полностью показать ему внутренне содержание собственного горла. Ощущения при этом в корне отличались от полученных в реальном мире, поэтому неудивительно, что я вскоре с лихвой наградил ее старания. К достоинству Селемине надо сказать, что она умело и старательно проглотила весь предложенный йогурт, и, облизнувшись, перешла к более пассивным действиям, давая время собрату по оружию подготовиться ко второму раунду.

Минета, победив в небольшом междусобойчике, оглянулась во время кормления Селемине, удовлетворенно хмыкнула и продолжила изучать языком мое тело. Через минуту взаимных ласок, Высшая почувствовала, как ей в попку упирается восставший боец. Переглянувшись с подругой, она рывком пересела ниже, в то время как Селемине обошла ее с другой стороны, чтобы занять освободившееся место.

Богиня света не теряла времени понапрасну. Привстав, она нащупала солдата, готового к боевым действиям и немедленно произвела слияние его с божественными вратами, открыв ему прямой путь в рай.

Я уже говорил, что все мои чувства и ощущения кардинальным образом отличались от тех, что сваливались на меня в реальном мире? Забудьте! Оказавшись внутри Высшей богини, я на какое-то время совершенно выпал из реальности, чувствуя только бесконечное наслаждение и эйфорию. Связи с реальностью я не терял, но все остальное, проблемы и посторонние мысли отступили на второй план. Я забыл кто я, зачем здесь и что вообще происходит. Меня волновало только неторопливо покачивающаяся Минета, отвечающая на мои ласки.

Селемине, заметив мое слегка неадекватное состояние, решила воспользоваться ситуацией… и, приподнявшись, перебралась мне на шею, предоставив мне безграничное пользование ее киской. Вцепившись в ее упругую попку, я плотнее придвинул ее к себе, не давая ей освободиться, и принялся исследовать райские кущи ночной богини.

Минета, тем временем, почти дошла до кондиции. Охнув, и вздрогнув всем телом, она осела на мне, вцепившись руками в подругу, чтобы не свалиться. Вряд ли до Селемине что-то дошло, так как она целиком отдалась ощущениям, исходящих от будоражащего ее промежность языка. Она кончила уже два раза и почти не соображала от удовольствия, вцепившись в мои волосы. А я только-только разогрелся, и мне хотелось более активных действий.

Как только Селемине кончила в последний раз, я немедленно приподнялся, довольно невежливо роняя ее на подушки рядом с собой. Богиня ночи лежала, тяжело вздыхая, закатив глаза в экстазе. Ее можно было оставить в покое, в то время как Минета уже отдышалась. Она без слов поняла меня, стоило мне только приподнять ее попку. Перекатившись, она облокотилась на локти, выпятив свои очаровательные ягодицы, которые хотелось схватить и никогда-никогда не отпускать.

Я прислонился к ней сзади, лаская и массируя ее попку. Девушка глубоко и томно вздыхала в предвкушения удовольствия, и я не заставил ее долго ждать. Боец медленно приоткрыл уже знакомые створки божественные створки, стремясь побыстрее погрузиться в сладостную негу, но я медлил, пытаясь не повторить полную потерю контроля.

Безнадежно. Стоило только скользнуть в ее узкий коридор, дарующий наслаждение, как меня вновь охватила эйфория, в которой немедленно растворились все посторонние мысли. Розовый туман поглотил все заботы и тревоги. Остался только я и Минета, прижимавшая ко мне свою попку, и чувственно стонавшая в особенно приятные моменты. В какой-то момент, я понял, что не смогу более сдерживаться. Каким-то образом богиня тоже поняла это и, взглянув на меня, понимающе улыбнулась и кивнула. В тот же миг мои пальцы потонули в ее ягодицах, я дорвался до точки, и произошел взрыв Вселенной.

… Без понятия прошел ли час или всего несколько секунд. Внезапно, я понял, что лежу на спине, а на моей груди покоятся обнявшись обе довольные богини.

— Спасибо тебе, Рич! — вдруг чувственно произнесла Минета, заглядывая мне в глаза. — Честно, соглашаясь на эту аферу, я и подумать, не могла, что вновь почувствую себя настолько живой. Я искренне благодарна тебе за доставленное мне удовольствие.

— Вот видишь! — промурлыкала Селемине, царапая мне грудь острыми коготками. — Я же говорила, ты ничем не рискуешь! Рич, ты себе представить не можешь, каких трудов мне стоило уговорить эту скромняшку на подвиг! Цени это! И не вздумай зазнаваться!

— К слову, — добавила Минета, — все, что происходило между нами, не несет для тебя никаких последствий, равно как и приятных бонусов. Если помнишь, поцелуй Селемине даровал тебе защиту от магии разума. Но время, проведенное с нами, было просто удовольствием.

— Богиня вскинула голову, на миг к чему-то прислушавшись, и добавила. — Нам стоит поторопиться, если мы хотим как следует оторваться за проведенные столетия скуки, да сестрица?

— Истину говоришь! — оскалилась та, приподнимаясь на локтях. Ее острые соски угрожающе нацелились на мое лицо, в то время как Минета, не теряя времени, накинулась губами на моего младшего…

…Спустя несколько секунд или тысячелетий наслаждения….

— Это было великолепно! — оторвавшись от меня, выдохнула Минета, — Желаю повторить еще раз пять! А лучше шесть. Но, увы, времени совсем не осталось.

— Все же мы прекрасно отдохнули! — вяло произнесла Селемине, лежавшая рядом пластом, как выпотрошенная рыба. — Я так не развлекалась целую вечность. Эх, сейчас бы минут шестьсот вздремнуть.

— Успеем вздремнуть, — недовольно произнесла Высшая. — Ричард, — обращаясь ко мне, она не переставала ласкать моего младшего, как бы надолго с ним прощаясь, — еще раз предостерегу тебя от использования своей силы на максимум. Ты не архимаг. Хаос бы тебя побрал! Ты даже не ученик мага! Ты не знаешь основ. Спасибо Омникусу, что вбил в тебя азы, но разрешить тебе трясти мироздание, я не могу позволить.

Богиня выпрямилась, нисколько не смущаясь своей божественной наготы, и вытянула руку в мою сторону. Селемине шикнула, кивнув в ее сторону. Смысл был ясен — мне предстояло пройти некий ритуал. Привстав, я преклонил колено перед пафосной богиней. Та, дотронувшись до моего затылка, произнесла певучую фразу, смысл которой ускользал от меня, как ни пытался я его понять. Что-то легонько кольнуло мои виски, и я на долю секунды я ощутил чувство, будто потерял что-то очень важное. Но уже через мгновение это ощущение пропало.

— Встань, мой Паладин! — отеческим тоном произнесла Высшая, будто не кувыркалась минуту назад, мяукая не хуже мартовской кошки. — Встань и иди. Неси Свет!

Вздохнув, она откинула голову назад, встряхивая шикарной гривой золотистой волос.

— Ну, с формальностями закончено. — Улыбнулась она. — Теперь дело за тобой. Наведи порядок в подземельях Рахнер и возвращайся в деревню. Думаю, мы дадим тебе небольшой отпуск за все совершенные тобой благодеяния.

У тебя есть какие-нибудь просьбы к нам напоследок?

— Да! — вспоминая одну весьма неприятную вещь, сказал я. — Вы не могли бы что-нибудь сделать с моей арахнофобией?

Девушки переглянулись и одновременно заржали. Я скорчил обиженную физиономию и уселся на пол. Отсмеявшись, Минета взъерошила мне волосы и произнесла:

— Сию беду поправить проще простого, мой Паладин. Просто для нас явилось открытием, что такой здоровый и смелый воин, как ты, боится, а-ха-ха, паучков!

Богиня вторично возложила руку на голову и за мгновение что-то убрала из моего сознания.

— Готово! — возвестила она. — У тебя, как и любого другого нормального человека, останется страх на уровне подсознания перед чем-то необъяснимым, но пауков и прочих насекомых ты точно перестанешь бояться.

— Вот за это спасибо! — немедленно поблагодарил я Минету. — А что дальше? Я проснусь в реале?

— В реале? — недоуменно переспросила богиня. — Ой, нет, что ты! Все, что мы сейчас творили, было в реальности! Разве могли бы мы позволить себе прикасаться друг к другу в Астрале? Увы. Именно поэтому, у нас и поджимает время. Селе, ты готова?

Богиня ночи уже призвала сверкающее облако. Обернувшись, она помахала мне рукой, вздохнула и исчезла.

— Не забыть навести порядок, — бормотала тем временем Высшая, водя руками в воздухе. Ложе исчезло, я снова оказался в каменном бассейне. Минета на мгновение материализовалась перед моим лицом и легонько коснулась рукой моего лба:

— А теперь — поспи. Тебе нужен отдых, — произнесла заботливым тоном богиня, и все скрылось в тумане…

Я пришел в себя все в том же бассейне. Окружающее пространство сливалось в полутьме, вдобавок от воды исходили густые клубы пара. В глубине бассейна плескалась вода, а круги, достигавшие меня, были такой величины, будто искупаться решил небольшой слон. Круги стали приближаться, а я подобрался, приготовившись к возможному отражению атаки, несмотря на мирную обстановку. Хотя, не сошли же с ума богини, оставляя меня в неспокойном месте.

Туман раздвинулся и моему взору предстала … абсолютно обнаженная незнакомка. Навскидку ей было около тридцати пяти-сорока земных лет. Особых отличий от человека я в ней не обнаружил, исключая только слегка заостренные уши. До эльфийских они не дотягивали, но и для ушей хуманса были длинноваты. Все остальное полностью соответствовало гуманоидным признакам. Длинные белые волосы, изумрудные глаза, просто гигантская грудь, с огромными розоватыми ареолами красных сосков. Ничем не придерживаемая, она, тем не менее, была упругой и вздернутой, как у молодой девушки. Животик, в отличие от большинства встреченных мной девушек, был слегка полноват, но это даже добавляло ей шарм. Остальная часть скрывалась в воде, но я был уверен, что и остальное тоже соответствует хозяйке. Стоит проверить. Я сам не заметил, как облизнулся.

Немного приблизившись, девушка или скорее женщина поклонилась и заговорила на удивление мягким грудным материнским голосом:

— От имени всех подземных жителей я, Королева Рахнер, Эйприл, благодарю вас за спасение моего народа и присягаю на верность. Обязуюсь быть верной вам, Избранный, и требовать того же от каждого подчиненного мне соплеменника.

Я, слегка опешив, наблюдал за ритуалом, который видел уже одну сотню раз. Зрелище влажных сосков, коснувшихся воды, настолько увлекло меня, что я даже пропустил появление духа. Вернее духа-милфочки.

— Ого, ты и до пауков добрался? — удивилась полуобнаженная Нарида, облетая вокруг Эйприл, вторично склонившейся при появлении энергичной водяной. — Клятва подтверждена. Рич, я жду от тебя отчета по приключениям, а также у меня есть новости по русалочкам. Но, потом, потом, — заторопилась она вдруг, — Успеется. А сейчас — развлекайся. — И чмокнув меня в щеку, водяная рассыпалась в легких брызгах.

Я смущенно перевел взгляд на королеву, только сейчас увидев, как ее глаза растянулись на всю физиономию.

— У нас с ней особые отношения, — растерянно кашлянул я. — Впрочем, не обращайте внимания. И с чего вдруг вообще клятва и все прочее? Чем я такое заслужил?

— Простите мне мое поведение, — произнесла королева, подходя еще ближе. Я слегка напрягся, ожидая увидеть паучий торс, выступающий из воды. Но к моему величайшему удивлению, ниже пояса я обозревал шикарные бедра с золотистой порослью и полное отсутствие черного меха с острыми жвалами. Проследив за моим взглядом, королева улыбнулась и, опершись на край бассейна, и открыто продемонстрировала по очереди свои очаровательные ножки, приподнимая их одну за другой.

— Вы не ожидали увидеть королеву пауков в подобном облике, молодой господин? — слегка насмешливо спросила Эйприл. Я недоуменно кивнул. — Видите ли, у нашей расы есть одна способность, дарованная нам Создателями. Несколько раз за жизненный цикл мы можем принимать подобный облик. Возвращаясь к благодарности. Разве не вы со своим отрядом разгромили врага, когда мы были на грани тотального уничтожения?!

— А что с экспедицией, которая должна была прийти к вам раньше? — вскинулся я. — Они живы?

— Живы и здоровы, хвала духам! — всплеснула руками королева. — Если бы не они, нас бы убили еще раньше! Они отдали все силы до последнего, без устали сражаясь с врагами неделю подряд. Вчера ночью мы вынесли с поля боя последнюю из них. Бравая некотянка храбро сражалась, но полностью истощила запас маны. Сейчас они все отдыхают и набираются сил. Не волнуйтесь, никто из них не смертельно не ранен, а подлечить их вы сможете несколько позже.

Королева подплыла ближе, практически упираясь острыми сосками в мои колени, и снизу вверх посмотрела на меня загадочным взглядом.

— А теперь, с вашего позволения, — произнесла она томным голосом, — я бы хотела лично отблагодарить вас за наше спасение. Поверьте, у меня богатый опыт, и я немного расспросила ваших напарниц о вашем вкусе. Гарантирую, вы останетесь довольным…

… Пока Избранный развлекался с богинями, а потом знакомился с гостеприимством Королевы пауков, остальные члены его команды тоже не скучали. По крайней мере, точно не скучал один особо активный новичок. Вот и сейчас он осторожно пробирался между сладко дрыхнувших напарниц, боясь чихнуть как в буквальном, так и в переносном смысле.

До спасительной двери оставалось чуть меньше пары метров, когда завозившаяся прямо перед ним Зельда, охнула и, не просыпаясь, перевернулась во сне на спину. Покрывало слетело с нее, обнажая огромную прекрасную грудь с торчащими бордовыми сосками. Ночной странник сглотнул и протянул дрожащие руки соблазнительным холмам. Когда казалось, его пальцы вот-вот утонут в мягких дыньках, от двери донеслось еле слышное, но суровое шиканье.

— Далась тебе эта корова?! — яростно выговаривала полушепотом девушка, извиваясь в сильных объятиях того, кто чуть было не спалил всю контору. — Разве мои хуже? Вот, посмотри!

— Лучше в тысячу раз, дорогая! — задыхаясь от нахлынувшей страсти, бормотал герой-любовник. — Давай веди уже к той пустой комнате!

Парочка, шепча ласковые слова, шустро удалилась в пустующую келью, где как следует, занялись друг другом. Вскоре, их шепот перерос в негромкие стоны. Все было прекрасно, пока вместо очередных стонов явственно не донеслось:

— Только попробуй чихнуть! Я тебе нос вырву! А ну, продолжай! Я уже почти…!

…Тем временем, далеко-далеко от наших героев, эльвы сдавали позицию за позицией наступавших врагам. Молодой разведчик, минуя стражей, стрелой ворвался в святилище предков, в котором Вознесенная молилась ушедшим богам.

— О, Величайшая! — вскричал он, — Мы не можем сдержать их! Враг уже рубит Меллорны святой Рощи! Неужели, Боги допустят осквернения. Почему молчат духи?!

Вознесенная отмахнулась, повелевая выступившим гвардейцам игнорировать нарушение этикета и молча присела перед разведчиком, беря его молодое личико усталыми ладошками.

— Время пришло! — сказала она строгим голосом. — Если молчат Духи, мы примем решение за них. Стража! Вызвать Старейшин. Я даю право активировать запретное знание! Мы вызовем Вечного Медведя!

Я шел, едва переставляя ноги, по направлению к раздевалке. Как оказалось, после того как я потерял сознание на поле боя, меня перенесли в местную гостиницу, так как лечебница была просто забита тяжелоранеными Рахнерами. Да и не была она приспособлена для прямоходящих двуногих. Практически все постройки паукообразных находились на огромной высоте, закрепленные липкими нитями, которые просто невозможно было разорвать — настолько крепкими они были. С другой стороны они неплохо растягивались, поэтому шагая по пружинистой дорожке, мой взгляд волей-неволей убегал в бездонную пропасть, над которой висели ульи Рахнер.

Порядком нервировал еле слышимый цокот, или вдруг сами собой раскачивающиеся нити, словно по ту сторону дорожки меня ждал кто-то огромный и жутко голодный. Я как бы сам лез в пасть неведомому монстру. Понимая, что пространство вокруг забито дружественно настроенными к нам паучишками, я, тем не менее, слегка волновался. Как там сказала Высшая? — «Я избавлю тебя от арахнофобии, но страх перед неведомым все равно останется при тебе».

Довольная и вымотавшаяся Эйприл осталась лежать в взбаламученном бассейне, опустевшем не меньше, чем на добрую половину. Хитрая система труб, созданных из тех же нитей, не успевала восполнять выплеснувшиеся во время наших скачек запасы воды.

Кто бы мог подумать, что в этой с виду хрупкой даме, будет столько накопленной энергии?! Королева загоняла меня в хвост и в гриву, снова и снова пользуя бедного Избранного, словно соблюдала до этого десятилетний пост. И смех, и грех. Она высосала меня досуха и в буквальном, и в переносном смыслах, словно голодная паучиха, поймавшая жирную муху. Кстати, в огромном зале присутствовало высококачественное эхо, далеко разносившее ее стоны и вздохи. При божественной терапии я этого не заметил, должно быть, богини останавливали время. Если кто и не зналдо этого, где находилась их королева, то теперь все вокруг знали, чем и с кем она занималась.

Добравшись до небольшого сарайчика, в котором меня ждал теплый меховой халатик (даже думать не хочу, как его сплели), я переоделся и двинулся в указанном королевой направлении. Вскоре меня ждал небольшой сюрприз. От долгожданного отдыха в нормальной постели и горячей пищи меня отделяла бездонная пропасть, через которую был перекинут узенький висячий мостик.

И я пошел, опираясь на шелковистые поручни, с усилием передвигая ласты и мечтая о вот такой здоровенной хорошо прожаренной свиной рульке или горячем бульончике. Мою арахнофобию, может, и вылечили, но страх высоты, про который я как-то позабыл, никуда не делся. Теперь, боясь глянуть вниз, я медленно полз по бесконечным, угрожающе раскачивавшимся канатам. Зато узнал, из какого места адреналин выделяется, и какой у него при этом цвет.

До конца мостика я не дошел. Дополз. Реально. Когда у меня отказали ноги сейчас и не вспомнишь. В какой — то момент я обнаружил, что лежу, вцепившись ногтями в пружинящий пол. Так и пополз дальше, практически потеряв всякую соображалку, думая только о конечной точке моего путешествия. Очнулся от того, что кто-то тормошил меня, повторяя одно и тоже. Волей-неволей, пришлось прислушаться и приглядеться. Разглядев вцепившуюся в меня фигуру, я с непривычки и перепугу дернулся, выделяя еще больше адреналина, но вдруг понял, что не испытываю того запредельного ужаса, который сковывал мои конечности при виде огромных пауков. Да, Меня трясла миловидная девушка с длинными черными волосами в белом халатике, из которого едва не выпрыгивали ее арбузики. У всех Рахнер, что ли, они такие огромные? Зато ее торс плавно переходил в огромное паучье брюхо. Собственно, я и висел на ее хрупких с виду, но довольно сильных руках на высоте около метра над землей. Точнее, того материала, из которого был выткан пол.

— Избранный! Мастер! Господин! — пискливый голос совсем не вязался с брутальным видом мускулистой девушки. Присмотревшись, я заметил свежие шрамы и белые линии намотанных бинтов, как на паучьем торсе, так и на выглядывающем из-под халата белом тельце незнакомки. — Придите в себя! Ну же!

— Не-е тря-яси-и меня-я! — стуча зубами, промяукал я. Девушка, ойкнув, выпустила меня, но поймала практически у самого пола мохнатыми передними лапами, больше походившими на обернутые в мех зубья погрузчика. Подхватив и аккуратно поставив на ноги мою обессиленную тушку, она тут же подогнула ноги, и присела, став на один со мной уровень.

— Простите, господин Избранный! — поклонилась она, чуть ли не до самого пола. — Яиспугалась, заметив вас ползущего по путям. Как хорошо, что вы пришли в себя! Ох, простите! — Тушка паука нервно колыхнулась, а девушка принялась быстро кланяться. — Я же не представилась! Меня зовут Орианна! Зовите меня просто Ори. Я — управляющая гостиницы. Мы с самого утра ждем вас! Наш врач строго-настрого запретил трогать ваше тело, сказав просто оставить вас в источнике.

— «Наверняка тут не обошлось без вмешательства богинь», — подумал я, а Ори продолжила:

— Ваши друзья находятся под присмотром целителей. Те, что прибыли раньше уже приходят в себя. Тяжелораненых нет, но они потеряли много сил. А остальные отдыхают в главном зале. Наиболее активные неоднократно пытались пробиться к вам, но мы, Рахнеры, легко улавливаем малейшие вибрации сторожевых нитей и на корню пресекаем любые нарушения охранного режима. — Улыбнулась хозяйка. — Можете идти?

Я с сомнением посмотрел на свои дрожащие ноги. Скастовать что ли усиление? Впрочем, не поможет. У меня просто нечего усиливать, а на одной мане я далеко не ускачу.

Орианна по-своему поняла мои колебания. Не успел я глазом моргнуть, как за долю секунды подхваченный ее мощными лапами, я оказался прямо за ее спиной. Необычный ездовой транспорт тут же покачнулся, а я автоматически крепко схватился за первое, что попалось в руки. Естественно, это оказалась крепкая и упругая молодая грудь Ори. Утопая пальцами в ее мягких природных подушках, я нащупал небольшие, но мгновенно затвердевшие сосочки. Девушка, судорожно охнув, тут же упала на передние лапы, приподняв заднее брюшко. Я же при таком неожиданном маневре, естественно, прижался к спине Орианны, при этом еще глубже увязнув в ее роскошных сиськах.

— П-п-п-п… — заикалась девушка, вздрагивая, как осенний листик на ветру.

— Что-что? — переспросил я, невзначай гладя ее твердые маленькие соски. Ори покраснела так, что это было видно невооруженным взглядом даже через халатик. Клянусь, у меня и в мыслях не было соблазнять хозяйку гостиницы, тем более в ее истинном облике. Заняться сексом с Рахнерой в ее настоящем виде? Нет, спасибо, мне Лилит за глаза хватило! Просто на ее спинке было так удобно сидеть, а руки так и утопали на ее восхитительной груди.

— П-простите, госп-п-подин! — Наконец-то набралась решимости девушка. — Вы не могли бы отпустить мою г-г-г…грудь! — просипела она. Видимо, охрипла от волнения.

— А? Ой, прости, я и не заметил, — покаянным тоном ответил я ей, медленно опуская руки, прощаясь с острыми сосочками. Впрочем, ее плоский животик заслуживал отдельной похвалы.

— А не будете ли вы так любезны, вытащить руки из-под моего халата, Избранный? — слегка язвительно добавила хозяйка. Видимо, она слегка приободрилась после того, как я отпустил ее сокровенную часть.

— Конечно! — усмехнулся я, решив не мучить более очаровательную Ори. Не успел я сжать ее узенькую талию, как она прыгнула с места в карьер на висящие над нами нити. И на следующие, и еще. На стены и даже потолок. Не успел я понять, что к чему, как мы уже стояли на относительно твердом пружинящем полу. Хорошо, что с момента последнего принятия пищи прошел значительный срок. Но пару минут я все же старался выблевать из себя хоть что-то, пока моя сопровождающая пробивала головой деревянный настил, пытаясь извиниться за забывчивость. Немного придя в себя, я отмахнулся от ее извинений и шагнул к зданию, внешне ничем не отличавшихся от обычных земных построек. Изнутри слышались приглушенные голоса и звон посуды. Но главное, оттуда доносились просто умопомрачительные запахи готовящейся еды!

Зайдя внутрь, я оказался сразу же в большом освещенном зале. Окинув его взглядом, я увидел практически всю свою команду, которая еще меня заметила. В центре зала находился небольшой водоем, в котором вольготно расположились почти все девушки. Разумеется, там же была Лулу. Леон сидел в обнимку в огромной полуопустошённой бутылью, опираясь на хвост… Лилит. Та, в свою очередь, обвив его руками, поддерживала с ним оживленный разговор. Инопланетянин и сколопендра, кто бы мог подумать! Впрочем, я буду даже рад, если у них все сложится хорошо. Странно, но я нигде не видел разведчицу. И вот, стоило мне только вспомнить про нее, как она материализовалась передо мной словно из ниоткуда.

— Мой лорд! — произнесла кошечка, припав на одно колено и глядя на меня снизу вверх. — Докладываю, что во время вашего лечения происшествий не случилось. По данным разведки…

— Стоп-стоп-стоп! — перебил я ее, отмечая, как стих шум в зале. Ловя на себе любопытные взгляды (командир в банном халатике!), я присел перед Томоки, протянув руку, чтобы погладить ее по голове и прелестным ушкам:

— С чего такой официоз, моя милая разведчица? — спросил я у разомлевшей кошки.

— Не забывайте, лорд! — упрекнула меня Томоки, — что вы здесь не просто в гостях, а с дипломатической миссией! Тем более ваш статус обязывает вас…

— Трахнуть королеву Рахнер? — ядовито перебил ее я. — Или это входит в мои обязанности? Да не притворяйся, что стесняешься, не поверю! Все вокруг наверняка слышали ее вопли!

— Было дело! — мурлыкнула кошка, подставляя подбородок под мои руки. — Ее можно понять. По обычаям Рахнер королева должна сама выбрать себе суженого из соплеменников, но только того, кто победит ее в дуэли. На свою беду она рано потеряла родителей и с малых лет упорно тренировалась, посвящая этому все свободное время. Вот уже более шестидесяти лет никто не может не то, чтобы победить ее, но даже продержаться больше тридцати секунд в битве один на один! Но, — прищелкнув языком, подмигнула разведчица, — на каждое правило есть исключение. Я думаю, вы уже догадались, к чему я, лорд?

— Еще бы! — медленно произнес я. — Традиции касаются соплеменников, но там, наверняка, нет ни слова о других расах?

— Почти верно! — согласилась кошка, еще раз подмигивая. — там сказано «Любой, кто победит тебя, не считая богоизбранных героев, полубогов, и духов, сражаться с которыми значит обречь себя и свой род на вымирание…» Таким образом, вы, мой лорд, являетесь…

— Тем самым исключением, — уныло подтвердил я, — ага, я понял. И что, мне теперь, как настоящему мужчине надо на ней жениться?

— Что вы! — улыбнулась по-чеширски Томоки. — Никто не может вас к этому принудить, даже если захочет! Да и сама Эйприл далеко не дура, и строит планы далеко наперед. К слову, я обмолвилась ей насчет возможного переезда в Ричардбург. Вы бы видели ее реакцию! Она вцепилась в меня как клещ, требуя рассказать все до последнего! А когда мы остались одни, уже по-женски попросила предоставить ей «ту самую» услугу, — подмигнула кошка. — Кстати, что бы вы знали, обращение в хумансоподобную особь у Рахнер весьма трудный и манозатратный процесс. Некоторым, не сильно расположенным к магии паукообразным приходится годами копить ману именно для этого случая. Королева копила ее пять лет.

— Понимаю! — с чувством кивнул я, вспоминая безумные скачки в бассейне.

— Благодаря нашей и вашей помощи, лорд, а также укреплению связей, я могу предположить, что только от вашего решения будет зависеть дальнейшая судьба Рахнер, — загадочно улыбнулась Томоки. — В любом случае, королева будет на вашей стороне, а, следовательно, и весь ее народ, ибо правит она не только пряником, но и кнутом.

— Это, конечно, замечательно, — сказал я, оглядываясь по сторонам, — но *лять, дайте мне уже пожрать!

Все вокруг засмеялись, Томоки поспешно умотала в другую комнату, где зазвенела посуда, а ко мне с возгласами радости, получив негласное разрешение, выпрыгнули из бассейна Катарина, Эффа и прочие девушки, выражая радость и обнимая мою тушку. Буквально через минуту вернулась разведчица, перегруженная различными яствами, которые из небольшой двери ей передавали чьи-то мохнатые лапищи. Очевидно, гостиница была разделена на Рахнер и некотян, следуя какому-то неизвестному мне этикету. Утолив голод, и вдоволь наговорившись с девушками, в какой-то момент я обнаружил рядом с собой полупьяного Леона, упорно подливавшего мне какого-то местного сакэ.

— «Почему бы и нет?» — подумалось мне и я пригубил алкоголь. Напиток оказался довольно крепким, но мягким. Через пару стопочек, я окончательно расслабился, и тут до меня дошло, что Леон пытается мне нести какую-то дичь.

— Рикардо, — заплетающимся языком пытался произнести инопланетянин. — Думаешь, я видел только этот мир? Ч-чушь, я видел триллионы миров! Я трахал столько женщин различных рас и видов, что т-тебе и в страшном сне не приснится! И знаешь, что Рик? — Леон сделал огромную паузу, едва не выпустив почти опустошенную бутыль из рук. Судя по ее размерам, он должен был уже искать зеленых чертиков с Марса, хотя кто знает, сколько ему надо, что бы нажраться? — Ты мне н-нравишься! Вот! А уж как ты н-нравиш-шся моей сестре, ваще слов нет! Мы ж с ней один раз-зум! — Леон покачнулся снова и привалился ко мне, дохнув таким перегаром, что мог бы легко сжечь всю гостиницу, если бы вздумал закурить.

— Я тебя так ув-важ-жаю, Рик, — прогундосил он, подливая себе и мне еще по одной. — Настолько ув-жаю, что ты мне как брат! Нет, больше чем брат! Я хочу п-поделиться с тобой одним страшным секретом!

Он заговорщицки наклонился ко мне, пьяненько оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться в отсутствии подслушивающих. Но до нас уже давно никому не было дела. Девчонки нежились в горячем источнике бассейна, изредка кидая на нас приглашающие взгляды, Эняон давно дрых у камина, Томоки умотала проверить своих, обещая вернуться так быстро, как только сможет. Леон повернулся ко мне и принялся шептать:

— Сиськи, братан! Все дело в сиськах! Они имеют собственную гравитацию и притягивают не хуже самих планет! Поверь мне! Теперь п-нимаешь! И чем они больше, тем больше притягивают! Вот см-три! Видишь Л-лилит? У нее неплохие бидоны! И поф-фиг, что гусеница. Че я гусениц не трахал что ли? Ты эта, не ревнуешь?

Я отрицательно повертел головой. Говорить мне категорически не хотелось, равно как и шевелиться. Я удобно развалился в искусно сотканном подобии кресла, обожравшись и потягивая сакэ. Леон продолжил:

— Эт-та хорошо, что не ревнуешь! Вот ее сиськи притягивают гораздо больше, чем… чем у Эффы например!

Кинув взгляд на драконицу, болтавшую с Китаной, я вынужден был согласиться. Даже через шерстяные халаты было отчетливо видно, что ее размеры уступают сколопендрочке.

— Но эт-то еще не все! — замахал руками инопланетянин, снова чуть не выпустив бутыль. — Посмотри на ту уш-шастую! Как ее… Зельда! Вот у нее просто по планете на каждой стороне!

Действительно, поспорить с Зельдой размерами могла лишь Катарина, но она демонстративно фыркнув, отвернулась от нас, так как давно прислушивалась к нашему разговору, не желая участвовать в состязании. А слух зайки стократно превосходил любого из нас. Проводив ее сожалеющим взглядом, Леон причмокнул губами.

— Брат! — обратился он ко мне снова. — Ты же не будешь против, если я поух-хаживаю за этой красоткой? — спросил он, кивая головой на Зельду. Я снова отрицательно покачал головой. Если мама Седжуани сочтет его достойным, то это будет только ее личным делом. И она знает мое мнение по этому поводу. Я не раз погнднимал эту скользскую тему, не желая вставать между возможным увлечением и ее личным счастьем. Тут мне пришла в голову интересная мысль. Улыбнувшись, я тихонько спросил парня:

— А как тебе вон та? Ушастенькая с пушистым хвостиком? У нее размеры чуть меньше, чем у Зельды! Хочешь, познакомлю поближе? — и кивнул на Катарину. Реакция Леона превзошла все ожидания. Он в ужасе отодвинулся от меня, чуть не пролив сакэ.

— Нет, нет, нет! Что ты! — яростно зашептал он. — Я попытался было разок пошутить, так она рявкнула, что если я еще раз до нее дотронусь, она оторвет мне мое достоинство! Ну ее! Мне и так хватает внимания!

— А вон та симпатяжка? — подколол я его в очередной раз, показывая на слегка подвыпившую Валенсию. Та, словно услышав наш разговор, неловко повернулась, и несколько секунд балансировала на самом краю бассейна. Но алкоголь уже сделал свое грязное дело. Девушка, пытаясь одновременно удержать равновесие и поправить сползающий халатик, с диким воплем рухнула в бассейн, подняв тучу брызг и нецензурных воплей.

— Не пов-веришь! — Ухмыльнулся Леон, наблюдая, как мокрая и растрепанная Валенсия безуспешно пытается раз за разом подняться на ноги. — Но она сама з-затащила меня в кусты на привале перед пещерами! Сказ-зала, что нашла кое-что интер-ресное. А там и показала свои интересные прел-лести.

Подобную каверзу я ожидал от нее в свой адрес. Как хорошо, что вовремя подвернулся Леон!

Отвернувшись от него, я послал воздушный поцелуй в ответ на улыбку зайки, прекрасно слышавшее каждое наше слово. Она оставалась по-настоящему верна мне, даже, несмотря на возможность интрижки.

Я почувствовал, как глаза самопроизвольно закрываются. Кто-то бережно подхватил меня и куда-то понес, слегка покачивая на руках, но я уже улетел в страну грез…

Без понятия, сколько прошло времени, пока я спал. Проснувшись при тусклом свете магической лампы, я долго не мог сообразить, где нахожусь. Солнца в подземных чертогах не было нихрена. Но когда попробовал приподняться, то сбоку раздалось чье-то недовольное бурчание

— Господи, только бы не Леон! Я разве многого прошу? — пробормотал я пересохшими губами. — Только не Леон!

Голова просто раскалывалась, во рту словно кошки насрали. Самоисцеление нифига не помогало, только барабаны в голове слегка приутихли. Оглянувшись, я увидел вокруг себя беззаботно дрыхнувших в разных позах напарниц в обнимку друг с другом и бутылками. Черт. Что же вчера творилось после того, как я вырубился?

Тут мое внимание привлек графин полный воды, оставленный кем-то заботливым на тумбочке в конце комнаты. При одном только взгляде на него я ощутил ее вкус и прохладу. Даже голова стала легче. Аккуратно перешагивая через полуобнаженных напарниц, дорвавшихся до халявного алкоголя и совершенно забывших о правилах приличия, я был совсем близко от вожделенной емкости, когда по всем правилам подлянки, споткнулся об последнюю девушку.

При падении я автоматически выставил руки, которыми упал точно на грудь охнувшей, но не проснувшейся красотки. На мое счастье это оказалась Китана. Уже вчера я заметил, как девушка пытается залиться по максимуму, вероятно, чтобы забыть про сестру. Сейчас единственная оставшаяся в живых Сестра битвы, раскинув руки, храпела, совершенно не обращая внимания на командира, вольготно расположившегося сверху. Из одежды на ней была только набедренная повязка. Если верить моей памяти, перед тем как вырубиться, мы с Леоном устроили соревнование по размерам груди у девушек. И подвыпившие вертихвостки согласились! Пытаясь вспомнить, что было дальше, я только вызвал новый приступ головной боли. Но и упустить такой шанс было нельзя. Я лежал на восхитительно прекрасной в своей наготе девушке, пусть и пропустившей сотни лет в образе полуразумного авиатранспортника. Интересно, какой мощный колдун сумел их запечатать в таком облике? И есть ли еще сестры, подобные им? Сделав зарубку себе на будущее, я принялся наслаждаться ее горячим, но бессознательным телом, предварительно оглянувшись на предмет проверки внезапного пробуждения остальных пьянчужек. Но ни одна из них даже не почесалась. Леона, и некоторых других особей, включая Валенсию, и Лесси, среди них не было. Ухмыльнувшись, я одним движением распаковал своего солдата, уже принявшего боевую стойку и приступил к действиям.

Нет, конечно, я не собирался насиловать бесчувственную девушку, налакавшуюся местной сивухи, но и накопленное напряжение требовало выхода.

— Так уж вышло, что именно тебе выпала честь помочь мне выпустить пар. Ты уж извини, — прошептал я на ухо Китане. Она вздрогнула или мне показалось? Но ритм ее дыхания оставался прежним, и я успокоился.

Лаская и массируя ее небольшую, но крепкую и упругую грудь, я елозил хоботом по ее плоскому животику, борясь с искушением сорвать повязочку и засандалить солдата промеж ее крепких и стройных ножек. Но тогда бы она наверняка проснулась и завизжала. Представляю себе картину: в комнате, переполненной похмельными разбуженными девицами, происходит изнасилование. Сомневаюсь, правда, что буду побит. Скорее остальные более искушенные присоединятся к веселью, но это точно не входило в мои планы.

Несмотря на крепкий сон, девица все же что-то чувствовала, во сне прижимаясь ко мне телом. Даже ее небольшие сосочки с ареолами, покрывшимися пупырышками, затвердели от моих прикосновений. Пусть неосознанно, но Китана все же получала удовольствие. Осмелев, я приподнялся и перенес вес тела на колени, направив жирафика точно между ее небольших холмов. Немного помогая руками, я сдвинул их воедино, поставив тем самым своего солдата в не самое удобное положение. Он не мог двинуться, чтобы не дотронуться до полураскрытого рта Китаны.

Время поджимало, мешкать было нельзя, энергия требовала выхода и я, наплевав на вероятную опасность пробуждения подопытной, включил буровую установку, ввинчивая сверло в ее ротик и обратно, пытаясь скорее достигнуть извержения полезных ископаемых. На мое удивление, девушка не только не просыпалась, но даже немного помогла мне языком, словно ей снилась конфета! Ободренный этим, я дал солдату добро на штурм ее ротика, не забывая сжимать мягкую тюрьму ее груди и следить за растущим уровнем шумовой опасности в комнате.

Как только я понял, что промышленная установка готова вот-вот начать добычу нефти, то вонзил бурильный аппарат как можно глубже в недра подопытной и залил ее цистерну максимальным количеством драгоценной жидкости. Девушка слегка закашлялась во сне, но организм не дал ей захлебнуться, взяв на себя контроль по обеспечению жизнедеятельности. Короче говоря, она проглотила все, что я выжал из себя и даже не поперхнулась.

Пару секунд, я лежал на ее груди, успокаивая бухающее в груди сердце и удары молота в голове, когда ее губы слегка шевельнулись, и до меня донесся тихий шепот:

— Спас-сибо, мил-лый…

Отпрянув в испуге, я некоторое время вглядывался в ее умиротворенное личико, но она, как и ранее, не подавала никаких поводов для беспокойства. Успокоившись и списав все на игру воображения, я поднялся, и продолжил путь к графину.

— «Надо будет заняться ею плотнее как-нибудь», — думал я, протягивая руку к желанной воде. Та оказалась именно такой, какой я и хотел — прохладной и удивительно вкусной. Боль в голове сразу прошла, а тело налилось легкостью. Наверняка, в нее добавило местное средство для снятия похмельного синдрома.

— «Надо бы позаботиться о девчатах и раздобыть побольше такого лекарства!»

С этими мыслями я поставил полуопустошенный графин на тумбочку и вышел из комнаты, не замечая, как мою спину сверлит сразу несколько пар девичьих глаз…

… — «Почему там она, а не я?!» — вопила мысленно драконица, проснувшаяся в момент падения избранного. — «В конце-то концов, сколько можно?! Я ему уже и так и эдак намекаю! А повезло этой дурочке!»

Впрочем, это не помешало ей пошликать лапкой в сокровенном месте, пока Избранный, пусть и орально, но шпилил Китану. Эффа лежала в самом дальнем конце комнаты. Вчера она выпила совсем немного, а чутким сном отличалась с детства. Кончив практически одновременно с ним, она ловко притворилась мертвецки пьяной, но ее острый слух уловил шевеление в другом конце комнаты, а также бормотание, доносившееся из полураскрытого рта Китаны…

…Томоки никогда не могла напиться до поросячьего визга. Ее детство прошло в усиленных тренировках, благодаря которым она стала самой ловкой и скрытной ниндзя в деревне. Ее гибкое тело само вырабатывало антитела, нейтрализующие алкоголь. Стоило только Избранному поднять голову, как она сразу же проснулась, но решила не спешить с приветствиями. Она с тоской наблюдала за его осторожными шагами, вспоминая их первую и единственную ночь в день его прихода в этот мир, но отчаянно стеснялась вторично подойти к нему. Ей казалось, Ричард невообразимо отдалился от нее, как в личном плане, так и в служебном положении.

Но, когда тот упал в объятия скромной с виду принцессы из рассыпавшейся в пыль веков страны, Томоки обезумела от ревности. Она практически была готова вскакивать с криками обвинения и кидаться разнимать сладкую парочку, как вдруг ее ушки уловили вибрацию сразу с двух сторон. Призвав остатки разума, разведчица продолжила наблюдение, хотя кончик ее хвоста метался от ярости, невольно выдавая хозяйку…

… Катарина, напротив, с легкой улыбкой наблюдала за неловкими движениями Рича, яростным хвостом Томоки и шликаньем подруги-дракониды. Она была уверена, что Избранный ставит ее на порядок выше остальных, несмотря на его заверения в обратном.

— «Надеюсь, ты догадаешься, что нас тоже мучает похмелье, милый?» — прошептала она мысленно ему вслед, когда тот аккуратно закрыл за собой дверь. Зайка прикрыла глаза и вытянулась. Можно было еще немного отдохнуть…

…Никто из ныне живущих не знал, каким изменениям подвергалось тело наследной принцессы великой Укропины. Благодаря последним технологиям, захваченным в ходе бесконечных войн у ксеносов, Китане внедрили два сердца, укрепили кожу, встроили собственный источник энергии и биооружие последнего слова Императора. При желании она могла дезинтегрировать средний космический флот еретиков.

Что ей стоило сохранить внешнее спокойствие и видимость опьяненной девушки, когда Ричард неловко упал на ее полуобнаженное тело. Смерть названной сестры принцесса переносила крайне тяжело. Даже местная сивуха не смогла обмануть рецепторы ее полуискусственного тела. Она в любой момент могла «прийти в себя» и прервать попытки парня овладеть ею, но что-то помешало ей сделать это.

С самого начала, Китана держалась немного обособленно, отдавая контроль над ситуацией во властные руки Софитии. Теперь, когда ее не стало, волей-неволей ей пришлось заново знакомиться с отрядом, а также с командиром, снявшим с нее колдовскую печать и освободившим из магического тысячелетнего плена.

Девушка не была девственницей, но ее предыдущие кавалеры занимались любовью в перерывах между битвами, отдаваясь действию с пылом, но без затей. Теперь же она хотела ощутить именно то чувство, о котором подруги, успевшие почувствовать ласки Ричарда, рассказывали с особым придыханием в голосе.

Чувствуя прикосновения его рук, принцесса едва сдерживалась, чтобы не отдаться охватившей ее пламенной страсти. Когда же парень решился вставить ей в рот свой огромный детородный орган, Китана едва не опешила от подобной наглости, но отступать было слишком поздно. Тем более, ее тело само желало этого. Она с удивлением признала, что ей нравится столь необычный процесс. Внизу живота стало горячо и мокро, а когда командир кончил, заливая ее животворящей жидкостью, принцесса ощутила, как и по ее телу прокатывается волна наслаждения.

— Спас-сибо, милый! — не удержавшись, шепнула она напоследок. Избранный отпрянул, но принцесса успела накрыться щитом бесчувствия, успешно притворяясь мертвецки пьяной. Сущая ерунда для той, которая пережила двое суток в яме заваленной трупами сослуживцев.

Ричард вышел, захватив графин, а девушка мельком окинула взглядом комнату, отмечая проснувшихся, но не встающих девушек. От нее также не укрылось и шликанье драконицы.

— «Надо же, не только я желаю почувствовать в себе Рича», — усмехнулась грустно принцесса. — «Прости, сестренка. Прости, но я больше не хочу быть Сестрой Битвы. Я желаю быть обычной»…

…Я, не догадываясь о буре страстей, развернувшееся в то время, когда я сжимал грудь принцессы, шел на звон посуды и запахи готовящейся еды. Проходя мимо очередной полуоткрытой двери, я ошеломленно остановился. Звуки, доносившиеся изнутри, однозначно свидетельствовали о том, что кто-то кого-то усердно пыжит. Уже догадываясь о том, что мне предстоит увидеть, я аккуратно заглянул в щелку.

Собственно, ожидания меня не обманули. На полу в беспорядке между пустых бутылок и сваленных в кучу халатов, в различных позах валялись бесчувственные обнаженные тела девушек, которых я не застал в своей комнате. Они были покрыты собственными соками, выделениями и странной ярко-желтой слизью, происхождение которой мне стало понятно чуть позже. А у противоположной стены блондин профессионально жарил курочку.

Все его тело было покрыто потом, видимо он занимался кулинарией с того самого момента, как меня унесли в спальню. Лесси уже даже не стонала, а только повизгивала в особенно пикантные моменты. Охнув в очередной раз, парень вытащил ствол из гарпии и оросил перышки на спине и крыльях курочки ярко-желтой жидкостью. Надеюсь, это не станет появлением мутантов в будущем поколении. Надо будет прояснить этот момент у самого Леона позже.

Решив не мешать процессу, я последний раз окинул взглядом комнату, слегка задерживая взор на каждой удовлетворенной девушке, оценивая их состояние.

Валенсия, подвешенная к потолку на паучьих нитях, врезавшихся в ее тело, висела без сознания и признаков жизни, но, несомненно, живая и здоровая. Чертова мазохистка.

Трайда, раскинув копыта, залитые желтым семенем инопланетянина, лежала, обнявшись со здоровенной полупустой бутылью местной браги. За нее я бы вообще не стал беспокоиться, особенно, после того, как вытащил из спальни насильников-демонов.

Лилит, свернувшись в клубок, мерно посапывала в уголке комнаты. Вот за нее я был рад — девушка нашла того, кто может без опаски и отвращения спокойно заниматься с ней любовью. Что касается меня, я до сих пор с дрожью вспоминал ее острые жвалы, которыми она махала в оргазме перед моим носом.

Аккуратно прикрыв дверь, я двинулся дальше, улыбаясь собственным мыслям. В самом деле, я был только рад за девушек. Когда бы еще у меня нашлись на них время и силы? Надеюсь, Леон останется с нами подольше, ибо с мужиками везде напряг. Придумать бы еще что-то с его второй половинкой…

Словно угадав мои мысли, сзади раздался оглушительный чих, хлопок, секундная тишина и…сдвоенный оглушительный визг, прорезавший утреннюю тишину гостиницы. В ту же секунду из моей комнаты вылетела Томоки с кинжалами наперевес и еще несколько девчат вслед за ней. Заметив меня целого и невредимого, они несколько сбавили ход, недоуменно озираясь вокруг. Выставив руку, я, пытаясь не уронить графин, кивнул в сторону комнаты с незадачливым инопланетянином. Пришлось возглавить процессию и вломиться в трахательные покои.

Не успел я открыть дверь, как на моей шее повисла обнаженная Леона, плача и размазывая на мне сопли и слезы. Ну да, представляю себе ее пробуждение. Врагу не пожелаешь. Хорошо еще Лесси была спиной к ней, а не сверху, как в больнице на мне. На удивление, остальные девушки даже не пошевелились, очевидно, затраханные и налакавшиеся вусмерть.

— Он… я… проснулась… А тут такое! — всхлипывая, поделилась Леона впечатлениями. — Рич, дорогой! Помоги мне прекратить это! Пожалуйста!

— Да я бы только рад! — ответил я, пытаясь разжать стальные объятия инопланетянки. Безуспешно. По силе я многократно уступал таинственной расе. Может быть, с усилением тела что-то бы и получилось, но я не хотел начала боевых действий. — Да только как тебе помочь? Я не владею трансфузионной магией, и без понятия, как происходит ваше разделение…

— Мне нужно только твое согласие. Рич, милый! — произнесла девушка, глядя на меня снизу вверх. — Готов ли ты принять меня такой, какая я есть, оберегать меня от опасностей, и прийти на помощь в трудную минуту?

— И только? — опешил я. — А как же клятвы любви и верности? Обещания вечного замужества и соблюдения моногамного брака? Обмен кольцами?

— Наша раса далека от подобных традиций, — опустив глаза, тихо произнесла Леона. — Нам достаточно поверить партнеру на слово. Мы душой чувствуем взаимное притяжение. Так что, Рич? — посерьезнела девушка, внезапно разжимая руки, и плюхаясь на колени. — Я пойму, если ты откажешь, и обещаю никогда больше не приближаться….

— Глупышка! — рассмеялся я, чувствуя всеобщее оживление вокруг. — Я с самого начала принял тебя с Леоном в отряд на общих правах. Я клялся всем и каждой из нас, что, не задумываясь, отдам жизнь за любого члена отряда! Ты давно уже стала моим близким другом, наравне со всеми остальными! Конечно же, я буду оберегать тебя, и всегда помогу в трудную минуту!

— Спасибо! Спасибо Ричард! Я так ждала этого! Сотни лет во сне я ждала тебя! — просияла девушка. Привстав на носочки, она потянулась ко мне губками, прикрывая глаза. Выбора не оставалось. Покосившись вокруг, я видел только восторженные лица напарниц, ожидавших чуда. Приобняв Леону, я коснулся ее ждущих горячих губ.

Хлопок! Меня сильно толкнуло в грудь, и я, не удержавшись, полетел на стоявшую сзади, пискнувшую Томоки. Но девушка, как и все вокруг, даже не обратила на это внимания, пялясь во все глаза на разворачивающееся перед нами перерождение близнецов.

Леону окружил сияющий золотистый шар, полностью скрывший ее от наших глаз, и приподнявший достаточно высоко над полом. Через пару секунд сияние слегка померкло, давая нам рассмотреть слабые очертания фигуры, скорчившейся в позе эмбриона в сердцевине сферы. Инопланетянку корчило и корежило, но или шар не пропускал ни звука, или процесс происходил безболезненно, но перерождение происходило в полной тишине, нарушаемое лишь храпом спящих алкоголичек. Спустя минуту свет погас настолько, что мы смогли различить не одну, а две фигуры, лежавшие рядом в центре таинственного артефакта!

Сфера мигнула и исчезла, а на полу среди вольготно раскинувшихся алкашек, в позе Инь и Янь лежали две обнаженные фигуры, в которых мы без труда узнали незадачливых инопланетян. Катарина, приблизившись, брезгливо дотронулась носком сапога до голого бедра Леона и приложила лапку к шее Леоны. Повернувшись к нам, она произнесла:

— Вроде дышат…

Не успела она закончить фразу, как перерожденные пошевелились, открыли глаза и приподнялись, с недоумением глядя друг на друга и окружающих. До Леоны дошло первой. Она вскочила с диким визгом, будя заспанных жертв ночного секса и алкоголя, и бросилась, естественно, мне на шею, несмотря на полное отсутствие одежды. Но в этот раз я был к этому готов. Проведя двойной кувырок с подкатом, я мастерки избежал ее железных объятий, спрятавшись за спину Зельды, которая встала мощным щитом на защиту своего лорда. Впрочем, девушка не обиделась. Вряд ли ее в этот момент вообще могло что-либо задеть. Нет Рича, — сойдет кто угодно. И она крепко обняла девчонок, слегка задохнувшихся от ее ласковых объятий.

— Что… Где я? Почему я на полу? — до блондина ситуация доходила не в пример дольше. Впрочем, его тоже можно понять. Вот только что ты присовывал симпатичной гарпии, и в следующий момент валяешься на полу. — Почему вы все здесь? Я что? Снова чихнул? И кто эта девушка? Леона?!! Это ты?! Но как?!!

Его сестра, не обращая внимания на наготу их обоих, упала на колени перед братом и обняла его, заливаясь слезами радости.

Еще около десяти минут мы потратили на то, чтобы привести их обоих в чувство, снять и развязать угукающую Валенсию, рот которой был заткнут кляпом, а также окончательно растолкать остальных. Я вовремя вспомнил про антипохмелин и технично умотал из комнаты, оставив на девушек наведение порядка.

Вздыхая, я шел по слегка пружинящему деревянному полу гостиницы навстречу ароматам кухни. Слишком много что-то на меня свалилось за последнее время. Хотя, чего еще я ожидал? Кто говорил, что будет легко? Мало мне отряда, сейчас еще очнутся остальные кошки из первой экспедиции. Кстати, надо бы пойти их навестить, а заодно проверить раненых рахнер. Вряд ли кому-то требуется неотложная помощь, иначе меня бы выдернули еще вчера, но, наверняка, никто не откажется в лечении.

С этими мыслями я и сам не заметил, как дошел до огромной арки, ведущей в другую часть гостиницы. Очевидно, вторая часть здания была выстроена под нужды и размеры местных паукообразных.

Я увидел немаленькую кухню, больше напоминавшую ресторанную, с множеством печей, холодильных ящиков, столов для разделки мяса и нарезки овощей, несколько шкафов с различной посудой и прочие элементы, необходимые каждому уважающему себя повару. В какой-то момент я даже почувствовал ностальгию по старым временам. На горящих конфорках стояли кастрюльки различных фор и размеров, с булькающим содержимым, шипящие и плюющиеся сковородки и прочая утварь. Посреди всего этого великолепия от плиты к плите металась, напевая что-то под нос, Орианна, одетая в легкий, практически ничего не скрывавший, передник. Не замечая меня, она с легкостью успевала перепрыгивать из одного угла кухни в другой, благодаря мощному восьмилапому телу. Странно, но никакого чувства брезгливости или ужаса ее торс у меня не вызывал. Но и сексуальный интерес тоже не мог возникнуть даже при взгляде на красные соски большой груди, которая постоянно выпрыгивала из передника. Слишком силен был контраст и воспоминания бойни в пещере. Мне нужно было больше времени, чтобы привыкнуть к такому необычному зрелищу.

Конечно, можно было сравнить Рахнер с кентаврами. Общий смысл не особо менялся. Но одно дело лошадиный торс, к которому человек не испытывал отвращения, и совсем другое неестественно огромный паучий, пусть и с привлекательной женской верхней половиной.

Я по-хозяйски пошел к ближайшем кастрюле, поднял крышку и, зачерпнув содержимое поварешкой. Попробовал его на вкус. Ори суетилась рядом, раскладывая овощи.

— Неплохо! — одобрительно сказал я, хлопая по ее крупу. — Соли маловато, но…

Моя фраза потонула в оглушительном визге. С перепугу Орианна запрыгнула на потолок, автоматически переворачиваясь вниз головой и цепляясь лапами за крышу. Ее передник при этом естественным образом перекрутился, упав хозяйке на лицо, открывая две аппетитные дыньки с торчащими красными черенками.

— Недурный вид! — восхитился я, задрав голову. — Пожалуй, заберу тебя в личные кухарки. Будешь в таком наряде угощать меня завтраком. О зарплате договоримся. Ну как, Ори?

— Р-р-р-ричард! — выкрикнула красная как рак девушка, сползая по стене на пол и пытаясь раскрутить передник обратно. Ей это удавалось из рук вон плохо, и я с удовольствием наблюдал за процессом. — Разве можно так подкрадываться?! Я чуть яйца не отложила!

— Разве Рахнеры могут откладывать неоплодотворенные яйца? — удивился я. — Или я чего-то не знаю.

— А вот это уже вторжение в личную жизнь незамужней девушки, — разглаживая передник, подколола меня Ори. — Не можем, это устойчивое выражение нашего народа. Так что ты говорил по поводу моей готовки? Помнится, вчера Томоки не успевала метаться между кухней и твоим столиком, так быстро ты все сметал.

— Ты отличный повар! — прямо сказал я, глядя девушке прямо в глаза. — Я давно не пробовал настолько восхитительную готовку! Ты просто талант!

Засыпав Орианну комплиментами, я с удовольствием наблюдал, как она снова заливается краской. Пропищав что-то, она перепорхнула в дальний угол, принявшись снова греметь посудой.

— Кстати, Ори, — вспоминая про цель визита, сказал я. — Можно мне еще пару таких графинчиков с волшебной водичкой? Не поделишься рецептом?

Спустя десять минут я шагал обратно, нагруженный по самые уши антипохмелином. Пропустив комнату, в которой девушки наводили порядок, я добрался до своей спальни. Открыв ногой дверь, я удивлением уставился на трех полуголых девиц, которые, активно жестикулируя, обсуждали своего лорда. Мое появление не прошло незамеченным, и Эффа с Китаной, коротко взвизгнув, кинулись к своим халатикам. Что же касается Катарины, то она вальяжно наклонилась за своей одеждой, как бы ненароком демонстрируя мне свое идеальное тело.

— Зайка моя, заканчивай стриптиз, — улыбнулся я, выгружая многочисленные графины на стол. — Ты же знаешь, что великолепна.

— Ты не представляешь, Рич, как приятно любой девушке слышать подобное! — тут же откликнулась Катарина, подставляя щечку для поцелуя. Тут же скривившись от короткого приступа головной боли, она покосилась на принесенные мной емкости с водой.

— Правильно мыслишь, дорогая! — кивая на графины, сказал я. — Это чудесное средство избавит вас от похмелья. Налетайте!

Зайка тут же припала к антипохмелину. К ней нерешительно присоединились и, немного странно поглядывавшие на меня, драконица с принцессой. Надеясь, что утреннее происшествие осталось незамеченным, я принялся будить остальных участниц вчерашней попойки.

Растолкав и напоив всех, я подхватил оставшиеся графины и пошел в другую комнату, сопровождаемый наиболее пришедшими в себя девушками. Их страшно заинтересовал мой рассказ о перерождении близнецов. Мне и самому было интересно, как они восприняли сей факт.

Но стоило мне только войти в их комнату, как на мне повисли сразу оба инопланетянина. Пока я падал на пол, следовавшие за мной девушки успели перехватить графины с драгоценной жидкостью.

— Ричард, брат! Как я тебе благодарен! — безумным тоном кричал блондин, тряся воротник халата так, что скоро должен был оторвать мне голову.

— Лорд! Как я могу отблагодарить вас?! Только скажите! Прикажите мне! Пожалуйста! Я сделаю все! — умоляла Леона.

— Нет, сестра! Это я сделаю все! Клянусь, я никогда не оставлю вас! Любой приказ от моего брата будет законом! — орал Леон.

— Так, а ну заткнулись и отпустили меня оба! — стараясь перекричать их, заголосил я. — Я хочу жить!

Близнецы перестали голосить и смущенно отпустили меня. Если смотреть на Леону было приятно, то при одном взгляде на ее брата мне становилось стремновато.

— Оденьтесь! — бросил я, стараясь не смотреть на волнующую красоту Леоны. А посмотреть там было на что. Теперь, когда на ней не было ее желтого комбеза, обнаженные инопланетные прелести магнитом притягивали мой взгляд. Перехватив его, Леон ухмыльнулся, подмигивая мне. Если я правильно понял. Он будет всеми силами подбивать меня на сближение с ней, а саму сестренку подтолкнет на те же мысли. Хотя, смотря на нее, я видел в ее глазах только слепое обожание и щенячью преданность. Ее и подталкивать не придется, достаточно поманить пальцем.

— Приводите себя в порядок, одевайтесь и марш завтракать! — суровым командирским тоном скомандовал я. — Это касается всех! В графинах = средство от похмелья. Катарина, остаешься за главную, а я пройдусь.

— Могу ли я составить вам компанию, лорд? — передо мной неизвестно откуда материализовалась Томоки. Шустрая разведчица смотрела на меня верным взглядом, и только ее нервно метавшийся из стороны в сторону хвост выдавал ее напряжение. Почему бы и нет?

— Идем. — ответил я, протягивая руку девушке. Зайка, слегка обиженно надувшись, принялась раздавать указания, а мы тихонечко вышли из комнаты.

Некоторое время мы шли по пустому коридору. Неловкое молчание затягивалось, надо было срочно исправлять ситуацию, если я не хочу совсем отдалиться от верной подруги.

— Томоки!..

— Ричард!..

Рассмеявшись, мы посмотрели друг на друга.

— Давай, ты первая, — предложил я.

— Нет, мой лорд, Ричард. Давай ты… вы, — сбивчиво ответила девушка. Видимо ее тоже что-то тяготило.

— Ну, хорошо! Покажешь дорогу к нашим? — спросил я первое, что пришло в голову. Так-то дорогу я уже узнал у Орианны, но посчитал это хорошим началом разговора.

— Разумеется! — вскинулась кошка. — Вы не представляете, как все по тебе скучают! Как будет Джанна рада видеть вас! Как Сонна… — разведчица вдруг осеклась и замолчала.

— Сонна? В чем дело? Она жива? — переспросил я, напрягшись. Не хватало еще, чтобы с ней что-то случилось.

— Жива? — задумавшись о чем-то, пробормотала девушка. — О да, она жива. Но, как бы сказать. В одном из сражений ее сильно ударило камнем по голове. В общем, сам увидишь, Рич. Прошу, не расспрашивай меня.

Новости, однако. Мы вышли из гостиницы и по висячему мостику направились к другим строениям. Томоки крепко держала меня за руки, поддерживая морально и физически, когда мостки начинали слишком сильно раскачиваться. Как истинная некотянка она совершенно не ощущала страха высоты, в то время как я готов был лечь на пузо и ползти по мостику с закрытыми глазами, лишь бы не видеть бездонную пропасть под нами.

— Рич, можно открыть глаза! — ехидно пропищала кошка, как только мы оказались на более-менее твердом полу. Не отвечая ей, я лишь кивнул, ибо спорить с ней меня совершенно не было сил.

— Нам сюда! — прыгая впереди, махнула хвостом Томоки. Перед нами медленно вырастало здание местных. По-видимому его спешно переделывали под нужды некотянок, так как кое-где виднелись доски и небольшие окошки. Так-то дома местных представляли собой слепленные из странного соединения паутины и клея ульи с огромными дырами вместо входа. Несмотря на то, что по пути нам почти не попадались местные, на входе стояли стражи, облаченные в боевые доспехи. Было немного странно видеть, как серебристая пластинчатая броня плотно облегает их тела, практически не оставляя зазоров и открытой плоти. Почти шагающие танки. Странно, как они, обладая подобной мощью, проиграли Измененным, пренебрегавшим защитой?

Стоило Томоки подойти ближе, как они молчаливо расступились, склонившись при моем приближении. Кивнув в ответ, я собрался было пройти внутрь, но один из стражей внезапно преградил мне путь.

— Прошу меня простить Избранный! — прогудел мужской бас из-под металлического шлема. — Вы действительно можете исцелить любые раны, как твердят все вокруг?

— Да, это правда, — подтвердил я. — А что? У вас кто-то серьезно ранен?

Вместо ответа огромный Рахнер буквально рухнул передо мной, гремя железом, словно трактор, попавший в кювет.

— Прошу вас, лорд! — взревел он белугой. — Вылечите мою дочь! Неделю назад ее ранил неизвестный монстр в расселине, и она медленно умирает! Никто из наших докторов не может ей помочь!

Воспользовавшись его преклонной позой, я запрыгнул ему за спину, схватился покрепче за пластины брони и скомандовал:

— Вперед! Живее!

Дважды уговаривать не пришлось. Паучий рыцарь с места развил невероятную скорость, прыгая на стены строений. Это выглядело немного футуристично. Огромная туша, закованная в тонну железа, перемахивает со стены на стену, как гигантский механоид.

Как всегда, моя поспешность привела к ожидаемым последствиям. Через полминуты, когда потолок поменялся с полом последний раз, я хорошенько проблевался, отдав паутинному полу весь свой завтрак. Рахнер, снявший шлем, с сочувствием смотрел на меня, не зная как извиниться. Это был крупный мужчина, чье лицо было исполосовано шрамами. Но его большие голубые глаза выдавали простодушный и миролюбивый характер.

Стоило мне только выпрямиться, как он открыл было рот, собираясь принести извинения, но я отрицательно махнул рукой:

— Будешь должен мне завтрак после того, как я вылечу дочку. Веди.

Рахнер тут же скрылся в темном провале входа в свой улей, но тут же вернулся, виновато разводя руками. Двуногим вход в жилище местных был заказан из-за специфики строения тел. Недолго думая, он осторожно подхватил меня, и внес, держа на вытянутых руках перед собой, словно я мог разбиться при падении на мелкие кусочки.

Пространство внутри не поражало особой роскошью. Почти стандартные предметы быта, разве что находившиеся в неожиданных местах, различные непонятные мне агрегаты (один, например, оказался прялкой), и вытянутые круглые коридоры, уходящие в разные уголки улья. Повсюду были натыканы те самые светящиеся кристаллы, в изобилии росшие на стенах главной пещеры, поэтому освещения хватало с лихвой.

Отец семейства пронес меня в дальний коридор, и вскоре мы вышли в симпатичную спаленку, в которой кроме нас находилась еще одна миловидная Рахнера, заламывавшая в отчаянии руки, очевидно, мать или сестра больной. Стоило нам появиться, как в ее глазах вспыхнул огонек невероятной надежды. А в дальнем углу, царапая стены от приступов боли, лежала еще одна девушка, почти девочка с совсем небольшим паучиным торсом. Она была в сознании, но, по-видимому, уже была совсем без сил, так как даже не могла даже стонать. Судя по выступившей в уголках ее рта синей пене, я мог только предположить, что она была отравлена сильным ядом. Не дожидаясь, пока страж поставит меня, я вырвался из его рук, и подбежал к больной, игнорируя выступившую вперед родственницу.

— Максимальное исцеление! — закричал я, хватая девочку за руки и чувствуя ее затихающий нитевидный пульс. Еще бы чуть-чуть и было бы слишком поздно. Маленькую паучишку тут же охватил сияющий свет с проблесками фиолетовых и оранжевых молний. Сработало сразу несколько заклинаний одновременно: антияд, лечение и, скорее всего, подпитка жизненной энергии. Что-то вроде тоника или витаминного комплекса. Это было моей личной разработкой, что позволяло быстрее больному приходить в себя, не чувствуя слабость при исцелении.

Не слушая восторженные вздохи за спиной, я сел прямо на пол, глядя на крутящуюся в воздухе девочку, и улыбаясь явлению очередного маленького чуда. Каждый раз, я чувствовал, как меняю историю, даруя жизнь и вылечивая больных от тяжелых ран. Это чувство нельзя передать словами.

Шар света медленно угасал, и я повернулся к стражу. Тот смотрел не веря глазам, как его дочь приходит в себя и открывает глаза:

— Мама? Папа? — пискнула она. — А кто этот странный хуманс? И почему вы на меня так смотрите?

— Дочка! — взревели оба счастливых родителя, бросаясь к ней и стискивая в объятиях.

Когда восторги немного поутихли, последовали трогательные сцены благодарностей и клятв верности. Появившийся седой дух, с которым мы уже встречались в чаще, с одобрением поглядев на меня, подтвердил обещание и испарился. Меня долго не хотели отпускать, но в конце концов, нагрузили снедью, и Корвакс, как звали стража, с великой осторожностью вернул меня обратно к лечебнице.

Томоки уже не было видно, да и второй страж указал на дверь, добавив, что шустрая кошка давно внутри. Я вздохнул поглубже, и слыша, как Корвакс делится восторженными отзывами обо мне за спиной с напарником, шагнул внутрь полутемного помещения, готовый ко всему.

Почти ко всему.

— Ри-и-и-ичард!!!..

Следующие пятнадцать минут можно смело пропустить. Клубок кошачьих тел катал меня по комнате, вылизывая, всхлипывая, размазывая по насыпанному песку, тиская, царапая, кусая и прикусывая, тряся и тормоша. Я даже не пытался сопротивляться, по привычке понимая, что будет только хуже.

Уловив момент, когда девушки набрали воздуха для новых воплей, я оглядел комнату и спросил, глядя на сидевшую в гамаке девушку:

— Сонна? Ты не рада меня видеть?

— Мы разве знакомы, молодой хуманс? — с интересом переспросила та, наклоняя голову….

Меня как током ударило. Клубок как по команде распался, раскатившись на отдельные составляющие. Девушки опустили головы, сжимая кулачки.

— Рич, давай отойдем, есть разговор! — донесся до меня нежный голос Джанны. Зайка, недовольно цыкнув на Томоки и кинув на нее уничижительный взгляд, схватила меня за локоть и потащила в дальний угол. Сонна сопровождала нас слегка удивленным взглядом, пока остальные девушки не сгрудились возле нее, отвлекая ее внимание.

Помещение, в котором восстанавливались девушки, представляло собой круглый зал с неработающим фонтаном в центре и встроенными комнатушками по периметру. Затащив меня в одну из этих келий, Джанна, припечатав меня к стене и крепко обняв, впилась в меня жадным поцелуем. Я не остался в долгу, схватившись за ее упругую попку. С полминуты зайка высасывала меня, словно мы не виделись несколько лет, но, потом, ее ухо чутко дернулось, словно уловив посторонний звук, и она неохотно отклеилась от меня.

— Видишь ли, Рич, — сказала она виновато, опуская голову и повесив ушки, — не уследили мы за Сонночкой. В последней битве она получила сильный удар по голове. Ее физическое здоровье в норме, но она начисто забыла события последних двух-трех лет. То есть, все, что было связано с тобой, она тоже не помнит. Я прошу от тебя понимания и…Постой! Куда ты?!

Я, уже не слушая ее, выбежал из кельи, быстрыми шагами сокращая расстояние отделявшее меня от моей Сонны. Моей ласковой кошечке, первой вставшей на мою защиту в этом неласковом для попаданца мире. Как можно было забыть все наши разговоры, ласки, прикосновения? Нет, не может этого быть!

Девушки расступились при моем приближении, только Йоруичи попыталась предупредить меня:

— Мой лорд…, — начала она.

— В сторону! — почти прорычал я, и кошка торопливо отскочила в сторону. Сонна все также сидела на кровати, недоуменно глядя на меня. Прежде чем она вымолвила хоть слово. Я схватил ее за руки и скомандовал:

— Максимальное излечение! Ментальное исцеление! Вернуть память!

Девушку охватил свет, но почти сразу погас. Рванувшаяся к ней Седжуани, по-хозяйски ощупала ее голову и повернулась с просветлевшим лицом:

— Шишки больше нет! — И повернувшись к потерявшей память кошке, схватила ее за плечи:

— Ну же, Сонна, милая! Ты вспомнила хоть что-то?

Все с яростным ожиданием впились в ее лицо. Но Сонна, безмятежно пожал плечами, только вопросительно подняла на нее глаза:

— Седжуани, милочка, чего ты так всполошилась? Я все прекрасно помню. Кстати, когда мы заступаем в караул? И может уже кто-нибудь объяснит мне, чем мы тут занимаемся…

— Сонна, — закричал я, хватая ее за колени. — Это же я Ричард! Ты клялась мне, обещала!

Но кошка лишь испуганно отшатнулась:

— Сумасшедший хуманс! — зашипела она. — Да как ты смеешь прикасаться ко мне после всего, что твои соплеменники сотворили с моим народом! Отойди, или я за себя не отвечаю!

Я почувствовал на своих плечах железную хватку чьих-то когтей. Обернувшись, я увидел Йоруичи, которая со слезами на глазах пыталась оттащить меня от кровати больной. Я встал и, сгорбившись, вышел из ее комнатушки. В зале меня уже ждали Джанна, Томоки и Химари. Остальные девушки успокаивали Сонну.

— Я пыталась предупредить тебя Рич, — ломая руки, сообщила зайка. — Как видишь, события последних лет начисто выветрились из ее памяти. Более того, она уверена, что сейчас разгар набегов хумансов на наши территории. Так и было за пару лет до твоего прибытия. Не суди ее, ведь мы все жили, страдая от их нападений.

Я встал и, сгорбившись, пошел к выходу, натыкаясь на стены. Даже моя магия не помогла ей прийти в себя. Что же мне делать? Томоки подскочила ко мне и, словно услышав мои мысли, предложила:

— Знаешь, Рич, может быть Омникус поможет нам? Он ведь специалист по магии. Наверняка, у него есть навыки и в магии разума…

Магия разума! Ну, конечно! Я тут же воспрял духом. Про этот вид волшебства я слышал только мельком от Селемине, которая даровала мне защиту от нее. Если вспомнить, обелиски работали именно на ее подвиде, взламывая и выжигая чужие мозги. Стало быть, то, что сломано, можно и починить! Теперь у меня была какая-никакая, а надежда на исцеление Сонны.

— К делу! — сказал я, улыбаясь. — Томоки, построй-ка мне всех, кроме… Ну ты поняла.

Кошка, махнув хвостом, умчалась внутрь, а я вышел наружу. Стражи, увидев меня, замерли, бряцая оружием, боясь даже вздохнуть. Погруженный в раздумья, я встал на площадке перед лечебницей в ожидании остальных. Вскоре изнутри послышался легкий шум, двери отворились, и наружу высыпалась разномастная толпа. Девушки быстро построились в линеечку, взглянули на меня… И захихикали.

— Очень смешно! — проворчал я, запахиваясь в белоснежный халатик. — Я не успел переодеться!

Йоруичи пересчитала всех, повернулась и, четко печатая шаг, подошла ко мне, поклонилась и зарядила отчет:

— Мой лорд! Личный состав построен по вашему приказу! Боевых потерь, раненых…, — тут она слегка запнулась, но быстро справилась с собой и продолжила. — Раненых нет. Разрешите встать в строй?

— Разрешаю! — командным голосом отпустил девушку. Джанна пихнула меня в бок острым кулачком:

— Как же они тебя уважают! У меня ни в жизни бы не получилось так построить этих гордячек! Колись, как у тебя это получилось?

— Снятие печати, лечение, спасение жизни, всего-то, — размышляя, на автомате ответил я, оглядывая строй. — Погоди, Джанна. Что-то не складывается. Йоруичи! Выйти из строя!

Девушка тут же отозвалась.

— Слушаюсь, лорд! — и сделал пару шагов.

— Йоруичи, перечисли мне поименно весь личный состав, — приказал я. — Что-то вас неприлично много. Джанна, ты что половину деревни вытащила в экспедицию?!

Та послушно, не задавая вопросов, принялась тыкать рукой в каждую и называть должность и имя. При этом, называемая выходила на шаг из строя, отзывалась и делала шаг обратно.

— Разведчик и проводник Томоки! — маленькая разведчица тут же мне подмигнула, невзирая на грозного лидера.

— Специалист по рукопашному бою Химари! — невысокая, но крепкая девушка, улыбнувшись, стукнула друг об дружку мощными кастетами.

— Асаги! Солдат поддержки и мастер засад! — Высокая девушка-ниндзя, махнув гривой длинных волос, грациозно переступая затянутыми в кожу ножками, подобно фотомодели, выплыла мне навстречу, слегка склонившись в эротичном поклоне.

— Маг поддержки Седжуани! — из строя, вальяжно и не торопясь выкатилась блондиночка, наряженная в боевой костюм волшебника. Поклонившись мне, она чуть скосила глаза вниз, недвусмысленно намекая мне на свои прелестные выпирающие припухлости.

— Луна, воин, снайпер и маг поддержки! — та, не дожидаясь окончания вызова, выскользнула и поклонилась мне. Стройная, бесподобная, темнокожая эльфийка с длинными белыми волосами немедленно одарила меня дерзким взглядом, в котором явно читался вызов и немой вопрос: — «Где же ты, скотина, шлялся?!»

— Диана! — продолжала зачитывать список Йоруичи, не обращая внимания на вольности подчиненных. — Сенна, Киана! Унисолы экспедиции! Выйти из строя!

Из ряда девушек одновременно выступили три суровые воительницы, чьи лица отлично гармонировали с их разнообразным вооружением. Поймав мой недоуменный взгляд, они тут же улыбнулись.

— Так, минутку! — прервал я лидера. — Диана, ладно, понимаю. А эти как умудрились попасть в экспедицию?

— Мой лорд, вы имеете в виду этих отличных бойцов с задатками боевой и лечебной магии? Киану и Сенну? — усмехнулась Йоруичи. — Ваше право сомневаться, но это был личный приказ… кхм, Сонны.

— А, ну окей, продолжаем, — стушевался я, погрозив пальцем в ответ на их ехидные улыбочки.

— Джулия! Вольный наемник из ордена Виннибиров!

Моя челюсть пробила пол. Из строя сначала выскочила огромная грудь, которую не мог скрыть даже кожаный доспех, и лишь потом за ней выбежала, пружиня на паутинном полу, до боли знакомая медвежулька.

— Джулия?! — не веря своим глазам, переспросил я. — Тебя-то как сюда занесло?

— Не поверите, лорд! — простонала Джанна, хватаясь за голову. — Но от нее невозможно было избавиться, стоило только разнести слух о готовящейся экспедиции. В конце концов, я определила ее на переноску груза и вольные хлеба наемника.

— Приветствую вас, лорд! — тут же выпалила Джулия. При каждом эмоциональном слове ее грудь покачивалась, словно буйки в шторм. — Я так и думала, что мы пересечемся в этом путешествии! Я ведь так и не отплатила вам той же монетой! Я обязательно должна вас сопровождать, мало ли что может произойти?! И вот, наконец….

— Достаточно! — рявкнула Йоруичи. — Наемник! Встать в строй!

Медвежуть охнув, стремительно нырнула обратно.

— Та-ак, где я остановилась? — задумчиво произнесла командир. — А, точно! Лалатина, вызываю тебя!

Белочка с огромным пушистым хвостом, закованная в почти полный металлический доспех, ступила на прогнувшийся пол. Отдав честь, она поклонилась нам:

— Лалатина Дастинесс Бмв готова служить и защищать! — отрапортовала она, нервно прядая огромными ушами.

— Вольно боец! Вернись в строй! — ответила ей Йоруичи. Девушка с достоинством и грацией танка тут же вернулась обратно. Интересно. Все тело в броне, а великолепный пушистый хвост как специально выпущен наружу. Как она справляется с ним в бою?

— Хелль, боец передовой линии! — Плечистая фигура морозной волчицы буквально выпрыгнула вперед, излучая силу и энергию. От нее буквально исходили притоки Силы. Приложив руку к груди, она поклонилась:

— Я рада видеть вас в полном здравии, лор-р-рд! — рявкнула она, улыбаясь мне, обнажая белоснежные клыки.

— Взаимно Хелль, — поднимая руку в приветственном жесте, сказал я. — Не обижаешь малышей?

— Что вы? — удивилась та. — Мы сразу же подружились!

— Довольно! — проворчала Йоруичи, хотя было видно, что она симпатизирует волчице. — Следующая…

— Минутку, — перебил я ее, поворачиваясь к Джанне. — А где же Иллаой, Эль порко, Круэлла и пингвинки-пехотинцы?

— Я отослала их обратно в Белую бухту, наводить порядок, — немного удивленно ответила зайка. — Экспедиция, конечно, важна, но и оставлять мои бывшие владения без присмотра нельзя.

— Понятно, — пробормотал я, махая Йоруичи. Та сразу же продолжила:

— Следующ-ш-ш… — внезапно лидер стала заикаться, как заезженная пластинка. Проследив за ее взглядом, в конце шеренги я увидел… Сонну. Поняв, что мы говорим о ней, кошка вышла из строя, поклонилась и сказала:

— Прошу простить за мое поведение, Избранный. Я понимаю, что действительно потеряла память, а судя по тому, как вас обожают мои подчиненные и гвардия Джанны, поняла, что сделала большую ошибку. Прошу только дать мне время прийти в себя. Кто знает, может память еще вернется ко мне? В любом случае, я буду сражаться бок о бок с сестрами… и Вами, Избранный.

— «Вот так, пусть немного сухо и официально, но все же лучше, чем полное отторжение», — подумал я, а вслух ответил:

— Конечно, уважаемая Сонна! Мы рады видеть вас в наших рядах! А теперь, мои дорогие бойцы! Я бы хотел вкратце рассказать вам свои приключения. Хочу заметить, что вам предстоит познакомиться с новичками, которые помогали мне справляться с опасностями и невзгодами.

— Томоки уже рассказала, как ты вчера с ними справлялся! — фыркнула Джанна, но тут же посерьезнела. — Отряд, внимание! Наша цель достигнута! Благодаря вмешательству Избранного, Рахнеры вне опасности. Теперь мы можем собраться и вернуться в Ричардбург…

— Погоди, — остановил я раскомандовавшуюся зайку. — Сперва я проверю каждую из вас.

Взяв Джанну за руку, я активировал максимальное исцеление, с удовольствием глядя, как ее охватывает истинный Свет. Впрочем, почти сразу погасший. Значит, они все же не сильно пострадали в последнем бою. Обойдя каждую солдатку, я вернулся на место. Практически все девушки были здоровы, за исключением Джулии, которая светилась дольше остальных. Неудивительно. Наверняка девушка лезла в самую гущу драки, стремясь доказать свою полезность. Джанна продолжила:

— Час на сборы, встречаемся у гостиницы на той стороне моста. Я оповещу местных, чтобы они помогли вам. Разойтись!

Девушки тут же убежали в здание, а я взял зайку под руку.

— Милая Джанна, — сказал я. — Теперь, когда Рахнеры в безопасности, я хотел предложить интересную идею о переселении Рахнер поближе к Ричардбургу…

Выслушав меня, зайка с восторгом принялась обсасывать подробности предложенной новости. Обмусоливая детали, она и не заметила, как мы перебрались через висячий мостик на сторону гостиницы.

— Идеально! — выдохнула она, наконец. — Рич, собирай своих, а я найду королеву. Мне кажется, что она будет полностью на твоей стороне. Почему такая совершенная в своей простой гениальности мысль не пришла мне в голову? Ведь это так легко! Переселить пауков в Долину! Мы одновременно решим проблему безопасности и снабжения! ТЫ же видел их доспехи?

— Да! — ответил я с энтузиазмом. — Они великолепны! Но почему тогда они проиграли?

— Малая численность, — вздохнула зайка. — Несмотря на плодовитость, мало Рахнер доживает до среднего возраста. Они легко поддаются влиянию болезней, внешних опасностей и прочих неприятностей. Те стражи, как и некоторые другие остались защищать женщин и детей внутри Улья, пока их собратья гибли, отражая атаку Измененных. Как хорошо, что вы вовремя прибыли!

У гостиницы мы разошлись. Поцеловав на прощание зайку (и потискав ее за мягкие места), я двинулся к дверям. А зайка умотала в одном ей известном направлении, обещая вернуться в точно назначенный срок.

Шагнув в помещение, я увидел всю свою компашку, вольготно расположившуюся в центральном зале. Стоило мне только отворить дверь, как сразу раздались приветственные крики, а самые ближайшие тут же поднялись, спеша помочь мне переобуться и приглашая присоединиться к отдыху. Но я отрицательно покачал головой и поднял руку, призывая к молчанию. Шут тут же стих и все с любопытством уставились на меня.

— Я был в лагере наших друзей, — сказал я, когда убедился, что привлек достаточно внимания. — Через час все соберутся перед гостиницей. Прошу вас не отставать! Поехали!

Все тут же повскакали с мест и стали быстро, но без суеты разбегаться по комнатам. Вскоре в зале остались лишь мы с Лулу. Слайм с любопытством таращилась на меня из бассейна. Ну да, ей — то собираться, как остальным было не нужно.

— Вылезай Лулу, — произнес я, — мы идем домой. В долину.

В голове тут же возникло ощущение, будто кто-то ласково касался меня мягкими лапками, будто прося о чем-то.

— Конечно, я не оставлю тебя, моя милая! — улыбнулся я. Слайм радостно взвизгнула и выпрыгнула из бассейна, опрокидывая меня на пол.

— А вот с одеждой тебе надо будет что-то придумать, — озадаченно сказал я, глядя на ее огромные вторичные половые признаки. Пусть и водяные, но они чертовски привлекали взгляд. Лулу задумалась, но тут ее взгляд упал на валяющиеся халатики, которые второпях побросали девушки. Подняв один, она протекла в него, за секунды принимая человеческую форму.

— Другое дело! — удовлетворенно сказал я, глядя на слайма в халатике. Как она умудрялась держать его на себе, мне было неведомо, но сидел халатик на ней идеально.

Из кухни выглянула Орианна.

— Вы уже уходите лорд? — пискнула она. — Вам собрать припасов в дорогу?

— Будь так любезна Ори! — поблагодарил я паучиху. — Кстати, не подскажешь, где моя одежда?

— Золотые доспехи в комнате в тумбочке у кровати, — тут же ответствовала Рахнера, — что же касается вашей остальной одежды, то она была настолько грязной, что я ее сожгла. Точнее, сначала постирала, а потом сожгла. Но не переживайте. Пока вы спали, я сняла с вас мерку. С минуты на минуту прибудет ваш новый наряд.

Поблагодарив Ори, я поднялся наверх, уворачиваясь от мечущихся кошек, забрал перчатки и браслеты, которые тут же надел и превратил в часть великолепного доспеха. Неизвестно из чего он был сделан, но его не брали даже атомарные мечи!

Когда я спустился в зал, Орианна уже махала мне лапами с кухни, так как пролезть в узкий проем не могла.

— Прибыл курьер с вашей броней, лорд Ричард! — радостно сообщила она, передавая мне сверток. — Также вам просили передать, что на заднем дворе вас ожидают королева и Джанна!

Бронированный костюм оказался чудо как хорош. Стоило отдать должное восьмилапым ткачам — их творение превосходно подошло как по размеру, так и по удобству. Сшитый по принципу комбинезона, он практически не ощущался телом. Немного покрутившись перед зеркалом, я нацепил сверху золотые доспехи, повесил в перевязь любимый молот, и вышел на задний двор. Там меня встретила королева рахнер Эйприл в паучьем облике и Джанна.

— Интересный наряд! — прищелкнув языком, заметила зайка. Обойдя меня кругом, она, цокая языком, отошла в сторону и кивнула королеве. — Порядок!

— Что…? — только и успел сказать я, когда в мою грудь с невероятной скоростью прилетел острый полуметровый коготь. От удара я отлетел в сторону и пропахал затылком пол.

— Какого ***?! — заорал я, с трудом отклеиваясь от досок. — Что за шутки? Вы же могли меня убить!

— Ой, прости Рич, это просто проверка брони, которую мой личный ткач изготовил тебе в подарок, — поклонилась Эйприл. — Не мог бы ты повернуться спиной?

— Это еще зачем? — проворчал я, тем не менее, оборачиваясь назад. Наклонив голову, я внимательно осмотрел место удара. Безупречная работа! Даже царапинки не осталось! И тут меня пронзила догадка. Но поздно!

Бах! Точно между лопаток в спину со страшной силой прилетел еще один коготь! Пролетев пару метров, я с треском влип в паутинную перегородку. Из окошка рядом тут же высунулась любопытная мордочка Орианны:

— В чем дело? — поинтересовалась она, оглядывая дворик. — Мне послышалось… Ой, лорд Ричард! А что это вы там делаете?

— Шними меня, — прошепелявил я, не в силах пошевелить руками. Ори на миг исчезла из проема, зато в нем появились лапы ее паучьего тела, которые за полсекунды нежно и ловко отклеили меня от стены. Слегка встряхнув, они аккуратно поставили меня на пол.

— Иштеление! — пробормотал я. Теплая волна пробежалась по телу, вправляя косточки и вылечивая ушибы.

— Простите, я слегка перестаралась, — без тени раскаяния произнесла Эйприл, склоняясь передо мной в виноватом поклоне. Готов поклясться, что на ее лице при этом промелькнула ехидная улыбочка! — я приму любое заслуженное наказание от ваших сильных рук! — притворно вздохнула она.

— Ладно! Хватит уже издеваться! — проворчал я. — Костюм в самом деле хорош!

— Еще бы! — Эйприл тут же загарцевала как восьмилапый породистый скакун. — На его изготовление ушла половина запаса Неприкосновенной магической нити, доставшейся нам от предков! — Эйприл вдруг склонила лапы, приблизив свою человеческую часть вплотную ко мне. Я увидел ее ставшее очень серьезным личико. — Считайте это подарком за избавление нас от нападений Измененных. Разведка доложила, что вы уничтожили Зло, таящееся на подступах к поверхности. Мы давно не заглядывали в те туннели, но чувствовали Тьму, которой были заполнены коридоры. Рано или поздно, Хаос уничтожил бы наш народ. Нам некуда было отступать. Рахнеры в неоплатном долгу перед вами.

Я поклонился в ответ, ласково пожимая протянутые ладошки Эйприл.

— Не стоит, — ласково поглаживая ее руки, ответил я. — Любой бы на моем месте сделал бы то же самое. Разве не в этом состоит моя миссия. Но хватит об этом. Джанна уже поделилась с вами нашим предложением? Как вы на это смотрите?

Спустя полсекунды я был схвачен, и туго стиснут ее передними лапами и руками. Одновременно с этим, королева принялась расцеловывать мое озадаченное лицо. Спохватившись, она аккуратно поставила меня обратно.

— Вы даже не представляете, насколько для нас важно ваше предложение, лорд! — горячо вскричала Эйприл, пока я пытался нащупать целые ребра. — Практически с самой войны мы оказались загнаны в эти пещеры. Любые попытки связаться с внешним миром жестоко пресекались. До сих пор сил у врага на открытую атаку не хватало. Вы не только избавили нас от опасности, но и даете нам возможность воссоединиться с Некотянами на поверхности! Конечно же, мы с горячей благодарностью примем ваше предложение!

— Тогда ждем вас в Долине в самое ближайшее время! — включилась в разговор зайка. — А теперь, если позволите, я заберу Рича с собой, пока вы окончательно не превратили его в фарш.

Выхватив меня из-под носа ошарашенной королевы, явно собиравшейся «потискать Избранного еще самую малость», зайка добежала до площади, на которую потихоньку подтягивался наш отряд.

— Эйприл — хорошая девушка! — отдышавшись после короткого забега, произнесла Джанна, — но малость сдвинутая, как ты уже успел заметить. Не обращай внимания, она слишком много времени провела в пещере. Хотя я всерьез испугалась ее «проверки». Она сказала «это будет лишь легкой царапкой!» — процитировала ее слова зайка.

Я оглянулся. Девушки, раньше всех успевшие собраться, встречались на площади со своими старыми подругами. Зельда обнимала дочку, Эняон весело прыгал вокруг них в образе щенка. Когда Седжуани обратила на него внимание, он. Перекувыркнувшись, обратился в белобрысого пацана, вызвав ожидаемый вопль ужаса. Но Зельда тут же успокоила и дочь, и окружавших их девушек. Лулу паслась у тазика с водой. Через мостик переправлялся Леон с компанией своих пассий.

— Время почти истекло! — озабоченно пробормотала Джанна, наматывая круги по площади. Спустя еще несколько минут, она резко остановилась, вздохнула поглубже, и заорала во всю глотку:

— СТРО-О-О-ОЙСЯ!

Как по волшебству из ниоткуда мгновенно появились наши амазонки, образовав две шеренги слева и справа от нас. С левой вышла Йоруичи, а с правой (кто бы мог подумать?!) Катарина. Поклонившись, они одновременно прижали правую руку к груди (Интересно, кто их этому научил? Раньше они просто кланялись), и проговорили:

— Командир экспедиции Джанна! Лорд Ричард! Отряд построен и готов выступать!

Сверкнув глазами, они обменялись друг с другом ехидными взглядами и выпрямились.

— Браво! — сказала Джанна. — Вижу, муштра не прошла зря. Рич, мы готовы выступать. Рахнеры соберут вещи и отправятся позже. Командуй.

Я вышел вперед, поднимая руку и привлекая к себе внимание.

— Внимание всем! Я хочу вас всех поздравить с тем, что мы сегодня официально завершаем боевую экспедицию и возвращаемся домой! — Девушки радостно завопили, пока я в очередной раз не понял руку. — Тем не менее, давайте последний раз напряжемся. Путь домой будет не из легких, но мы должны расчистить его для Рахнер. Как вы заметили, к нам прибавились новички. Отнеситесь к каждому из них с душой и любовью. Йоруичи! Поручаю тебе слияние и построение общего отряда.

Кошка тут же активно принялась за дело, разгоняя и собирая вместе собравшихся, попутно выясняя слабые и сильные стороны тех, кого видела впервые. Через пару минут все было готово: сильные и крепкие бойцы ближнего боя спереди, стрелки и маги сзади.

— Джанна, — тихонько дернув зайку за ушко, спросил я. — Почему я нигде не вижу Балу? Я думал, его-то вы непременно возьмете с собой?…

— Если бы! — страдальчески простонала та. — Но по ряду причин мне пришлось отослать его обратно в бухту. Ты понимаешь, что означает присутствие такого видного парня, как Балу, в экспедиции, состоящей из одних женщин?

— Понимаю, — также тихонько ответил я. И повысил голос. — Мы готовы?

— Да, капитан! — тут же пропищала Томоки.

— Я не слышу вас!

— Мы готовы лорд Ричард! — проревели амазонки в унисон.

— Другое дело! — улыбнулся я. — Ну, поехали!

На деле все оказалось совсем не так, как мы планировали. Пришлось воспользоваться услугами местных, так как большинство мостиков, связывавших ульи с поверхностью земли, были разрушены. Но, в конце концов, с помощью королевы нам удалось переправить отряд на твердую землю пещеры. Мне выпала честь оседлать Орианну. Разумеется, я вновь воспользовался возможностью полапать ее огромные сиськи. Впрочем, как мне показалось, девушка была совсем не против. По крайней мере, она не закричала на всю пещеру, стоило мне взгромоздиться на ее паучий круп и обхватить ее горячее тело.

— Лорд, моя талия несколько ниже, — только и вздохнула она, когда мои руки утонули в ее мягких холмах. — Но так и быть, я вам позволяю эту вольность… если вы не заберете назад свое обещание…

— Это ты про предложение стать моей личной кухаркой? Серьезно? Оно тебе надо? — удивился я. — Да, пожалуйста. Только зачем оно тебе?

— Я слышала, у вас просто гигантская кухня! — восторженно выдохнула Ори, пока я беззастенчиво игрался с ее сосочками. — И еще я бы всем сердцем желала пройти Ритуал.

— О чем ты? Ритуал? Это еще что? — удивился я. Но прежде чем Орианна открыла рот, ее опередила Эйприл с Джанной на спине. Зайка, кстати, держалась за некое подобие упряжи, которая облегала торс паучихи.

— Ритуал Предков, — задумчиво произнесла королева, приземляясь возле нас одним бесшумным прыжком. — Теперь понятно, Ори, почему ты отказалась от ремней. Не спорю, прикосновения Рича заставляют сердечко биться быстрее.

Бедная рахнера была готова сквозь землю провалиться, судорожно пытаясь запахнуть полы халатика. Волей — неволей пришлось перехватиться за ее талию.

— Ритуал, — продолжала тем временем Эйприл, — дает возможность любому из рода Рахнер один раз в жизни и навсегда принять желаемый облик. Не знаю, зачем Предки даровали нам эту возможность. Наверное, предусмотрели возможные связи между нами и двуногими. А чтобы наш внешний облик не мешал, оставили лазейку. Скажи, Ори, ты действительно готова на это? Неужели ты реально хочешь оставить это могучее тело с невероятными возможностями? Тело, в котором ты была рождена, чтобы стать одной из обыкновенных двуногих?

— Да, я все решила! — вспыхнула девушка. — Я готова оставить своих соплеменников, ради… ради верхнего мира!

— Смотри, моя милая, — покачав головой, произнесла Эйприл. — Я не буду тебя отговаривать. Дело только твое. Но может быть, ты сначала просто попробуешь себя в мини-ритуале Единства Духа?

— Нет! — гордо тряхнув гривой длинных волос, ответила Ори. — Я не хочу тратить драгоценную ману на то, чтобы стать двуногой на короткий срок. Я желаю стать ей навсегда!

Королева вздохнула:

— Дело твое, глупышка. Рич, — и повернувшись ко мне, добавила, — позаботься об этом несмышленыше.

— Сделаю, что в моих силах, — ответил я. — А что за Ритуал Предков? Расскажите подробнее?

— Первое, что я могу сказать про Ритуал — это боль! — незамедлительно ответила Эйприл, глядя прямо в глаза Орианне. — Жестокая дикая боль, скручивающая кости и суставы! Боль настолько жестокая, что, кажется, будто твои внутренние органы лопаются один за другим, а тело горит в огне! Самое дикое в том, что Ритуал нельзя прервать и ни одно лекарство не может его облегчить! Это первое, что я могу сказать про Ритуал. Второе — он пожирает все запасы маны добровольца, восполнить которые довольно трудно. А если количества маны недостаточно, он требует их у тех, кто взял на себя проведение Ритуала. Если же и их запасов оказывается недостаточно, Ритуал забирает жизненную энергию. Сначала у жертвы, потом у шаманов. Ты все еще желаешь пройти его, сестра?

— Д-да! — с вызовом ответила ей Ори, — я готова на все!

Не надо было быть экстрасенсом, чтобы понять чувства девушки. Ее насквозь била дрожь, которую я ощущал всем телом. Но, несмотря на это, я не мог не позавидовать силе воли и духа Орианны. Зная, какие муки ее ожидают, она, тем не менее, упорно шла навстречу своей цели. Смог бы я сделать подобное? Сомневаюсь. Хотя… Черт его знает. Ради себя — вряд ли…

— Рич. Ричард! — из размышлений меня вырвал суровый и строгий голос Джанны. Оказывается, наши лошадки уже скакали по стенам, а я даже и не заметил. — Как смотришь на то, чтобы немного задержаться? Я бы хотел посмотреть на процесс Ритуала.

— Вы хотите провести его прямо сейчас?! — удивился я.

— Естественно! — подтвердила королева, слегка притормаживая и повисая на стене. Ее наездница была прочно запакована в упряжь, в то время как мне пришлось что было сил вцепиться в Ори, чтобы не соскользнуть с нее. — Дома и стены помогают!

Пришлось потратить еще полчаса, чтобы собрать всех вместе, поменять маршрут к святилищу, и перенести туда всех желающих. Разумеется, посмотреть захотели все без исключения.

— Это вам не концерт и не шоу Арбузовых качков-миносов! — надрывалась она, бегая вдоль скамеек и показывая места воительницам. — Любой, кто посмеет нарушить Ритуал, будет проклят Духами! Ваше дело — сидеть на заднице и молчать! Что бы ни происходило — это не вашего ума дело!

Наконец, она справилась с нелегкой задачей, и повела меня с Джанной на первый ряд, попутно, повторяя простые истины: сидеть тихо, не мешать, не прыгать, не пукать, не рыгать. Пропуская мимо ушей ее треп, я поглядывал на суету шаманов. Что-то мне казалось неправильным в их действиях, но я не мог понять, что именно. Все старцы действовали быстро, заученными движениями выполняя нехитрые действия. Один рисовал белым мелком странно знакомые руны на деревянном настиле возле самой клетки. Другой ходил по кругу, совершая таинственные пассы, что-то бормоча при этом. Третий вроде бы пытался поставить воздушный щит вокруг клетки, но почему-то никак не мог завершить действие. Узрев это, королева одним скачком оказалась возле него, кинувшись на старика с бранью и угрозами. Тот растерянно оправдывался, отчаянно жестикулируя руками и передними лапами. Выслушав его, королева на миг задумалась, но тут ее взгляд упал на меня. Просветлев, она скакнула ко мне и склонилась в поклоне:

— Прошу еще раз простить меня, лорд. Дело в том, что наш третий шаман накануне истратил почти всю ману на поддержку защитного купола. Не будете ли вы так любезны подпитать его? Насколько мне известно, у вас нет проблем с запасом маны?

— Без проблем! — ответил я, вставая с места. В тот же миг лапы Эйприл обхватили меня, прижимая к мощной женской груди, и через полсекунды поставили перед старцем.

— Простите меня, — виновато поклонившись, начал тот. — Не будете ли вы так любезны, молодой лорд…

— Будет, будет! Йоган, давайте ближе к делу! — почти прорычала Эйприл.

Тот покорно заткнулся и протянул мне переднюю правую лапу с острым когтем.

— Будет немного больно, лорд, — виновато пробухтел он, — будьте любезны, снимите доспех и протяните любую руку.

Пока я разоблачался, старец достал небольшую бутылочку, из которой накапал мне на открытую ладонь пару капель коричневой жидкости, больше похожей на масло. Острым когтем, он аккуратно начертал некий символ, который снова показался мне странно знакомым, но смысл его ускользал от меня, сколько ни напрягал я память. А в следующий момент он без замаха проткнул мне руку насквозь.

— Мать твою! — проскрежетал я, чувствуя дикое желание вытащить жало и воткнуть его старику в меховую задницу.

— Терпи Рич, это недолго, — ободряюще похлопала меня по плечу королева. — Как только щит будет поставлен, можешь быть свободен.

— Сколько маны, — ошеломленно бормотал старик, накачиваясь халявной магией, как надувной шарик. — Эх, мне бы такой запас. Но не будем отвлекаться.

Подпитавшись, он выдернул коготь и отшел на другую сторону площадки, а я быстро залечил ранку. И тут до меня дошло, почему некоторые символы, нарисованные другим стариком, кажутся мне столь знакомыми. Это были обыкновенные химические формулы, накарябанные вязью с добавлением ненужных линий и черточек, придающих им загадочный и красивый вид! Воспользовавшись тем, что художник перешел на другую сторону клетки, я делая вид, что заинтересовался рунами, быстро стер лишние линии и подобрав кусочек отколовшегося мела, дорисовал по памяти неверно изображенные символы.

— Надеюсь, ты знаешь что делаешь, Избранный! — прошелестел над ухом медовый голосок Эйприл. — Ведь на кону стоит жизнь моей подруги. Если она не выживет, я тебе голову оторву, несмотря на всю твою неприкосновенность!

Я поднялся с корточек, отряхиваясь и стараясь не выдать предательскую дрожь в коленях, и заговорил менторским тоном, пытаясь замаскировать звучавший в нем страх:

— Сколько лет вашим шаманам, королева? Как давно вы проверяли начертание? Возможно ли, что завещанные Предками руны претерпевали изменения и с каждым поколением рисовались с добавлением лишних линий?

Эйприл невольно отступала от каждого моего вопроса, а я и сам не заметил, как начал наступать на нее, с каждым словом повышая голос. Я опомнился, лишь, когда она споткнулась о бортик и плюхнулась на заднюю часть, как уставшая лошадь.

— Я… мы… Ритуал священен, — попыталась оправдаться королева. Но выходило у нее это из лап вон плохо. Видно было, что она и сама не помнит, сколько времени минуло с тех давних пор, когда Предки завещали формулу. — Рич, ты полагаешь, что Ритуал проводился неверно?!

— Хотелось бы мне верить, что я прав, — вздохнул я. — Мне кажется странным, что ваши Создатели доверили вам настолько болезненный способ стать похожими на людей. Но выбора у нас нет.

— Я буду молить духов, чтобы ты оказался прав, Рич, — проронила Эйприл. — Не поверишь, как много моих соплеменников втайне желает стать прямоходящими. Я и сама частенько ловлю себя на этой мысли. Но ужас Ритуала отпугивает всех. Далеко не каждый может похвастать силой воли, как у Орианны. Но, — подмигивая мне, — она знает, ради кого идет на такую жертву.

— Погоди, — выдавил я. — Ты хочешь сказать, что ее желание пройти Ритуал связано со мной?! Но ведь…

Эйприл открыла рот, чтобы возразить, но раздавшийся шум и гомон заглушил ее ответ. В амфитеатр улья вошла Ори. Она была прекрасна в полупрозрачной шали, накинутой на нее и охватывающей весь круп.

— Ты готова сестра? — произнес главный шаман, встречая ее у клетки. Остальные, тем временем, с усилием распахивали тяжелые створки.

— Я готова, о Великий! — ярко ответила ему Ори. На миг ее глаза встретились с моими, и в следующий момент сталь узилища захлопнулась за ней.

— Приступим же, братья! — проревел главный шаман, воздевая руки и четыре лапы из восьми, вставая в некую боевую стойку. Остальные тут же проделали то же самое, образовывая правильный треугольник. По прутьям клетки пошло золотистое свечение, а находившаяся внутри девушка сжалась в комочек, предчувствуя начало Ритуала. От шаманов к углам узилища потек равномерный свет, планомерно слившийся с тем, который объял саму клетку. Двое старцев затянули странный речитатив, а главный планомерно жестикулировал, выводя странный узор в воздухе.

— Ничего не понимаю! — вдруг послышалось сзади. Это оказалась Эйприл. — Во время последнего ритуала, на котором я присутствовала, жертвы уже кричали от боли на этом моменте!

Шаманы тоже чувствовали себя неуютно, оглядываясь на ничего не понимающую Ори, скукожившуюся в клетке, но не прерывали песнопений. Вдруг они закончили пение и расползлись подальше от алтаря. А в самый его центр, прямо из потолка пещеры вдруг ударил столб противоестественного черного света! Он легко пробил, словно не заметив, крышу клетки и ударил прямо в Ори!

Изнутри тут же раздался дикий вопль, полный ужаса и страдания! Туша паука принялась биться о прутья с такой силой, что клетка даже пошатнулась. Но старики, как ни в чем не бывало, продолжали водить лапами в воздухе. Видимо, им было не в первой участвовать в подобном ужасе. Зрительницы в ужасе закрывали глаза и уши, не в силах выносить крик агонии, доносившийся из клетки.

— Что-то не так! — выкрикнул я королеве, которая хмуро взирала на происходящее.

— Что? — переспросила она. Приходилось невольно повышать голос, чтобы разобрать слова собеседника. Настолько ужасным был крик и шум бьющегося о прутья клетки тела.

— Я говорю, что-то пошло не так! Я чувствую это! — попробовал я снова докричаться до нее, но, видя, что Эйприл мотает головой, плюнул и встал со скамейки с твердым намерением вмешаться в процесс.

Это давящее на меня чувство больше всего напоминало мыслепозыв Лулу, в момент нашего знакомства. Я не могу объяснить его словами, но казалось, сама стихия взывает о помощи извне, жалуясь на искореженный ритуал ее призыва. Словно что-то просило меня о помощи. В любом случае, оставаться равнодушным я более не мог.

Игнорируя вытянутые в последнем предостережении лапы Эйприл, я перемахнул через бортик и подобрался к клетке так близко, как только мог. Черный свет, падающий сверху, мешал не только визуально. При приближении к алтарю, он создавал нечто вроде поля, затруднявшего продвижение к клетке. Мне приходилось продавливаться сквозь него, словно сквозь мед. Ори, машущая смертоносными когтями в болевом припадке, вряд ли осознавала происходящее, но времени и выбора у меня не было.

— Орианна! — закричал я, не обращая внимания на стариков, пытавшихся осторожно приблизиться ко мне. — Ори! Приди в себя на секунду! Это я! Ричард! Я пришел помочь!

На мгновение на меня вновь глянули огромные голубые глаза девушки с плескавшимся в них огоньком безумия.

— Рич! — прошелестела она. — ТЫ пришел, пришел, пришел, Рич! Милый! Я выдержу. Ах-х-х, эта дикая боль! Я схожу с ума от нее…

— Орианна! — заорал я, чувствуя, как слабеет ее разум, — скорее, дай мне руку!

Огромная паучья туша врезалась в клетку с такой силой, что многотонная клетка вновь пошатнулась. Но устояла. Зато меня пробили насквозь сразу три когтя. Два в плечи и третий в бедро.

— Рич, милый! — безумно улыбаясь и корчась в приступах боли, прошипела полуспятившая Ори. — Ты пойдеш-ш-шь со мной!

Не решившись кастовать излечение, чтобы не помешать ритуалу, я вцепился в ее когти и сосредоточился, пытаясь поскорее войти в состояние «грогги». Зажмурившись и стараясь не замечать дикую боль, пронзавшую мое тело, я вдруг почувствовал…

… Словно время замерло. Но крики Ори продолжали терзать мои уши. В то время как мой разум кристально очистился от раздражителей.

— Помоги мне! — донесся голос, будто не принадлежащий никому, и всем вокруг одновременно. — Паладин, помоги!

— Но что?! — мысленно вскричал я, — Что я должен сделать?! Укажи мне путь!

— Очисть меня, паладин! — продолжал голос. — Направь свою Силу в меня!

Он то утихал, то внезапно повышал громкость, словно малыш, балующийся с кнопками громкости на магнитофоне, требуя, прося и умоляя помочь ему. Выхода не было и я попробовал сосредоточиться и передать ему желаемое.

— «Стихии, помогите мне!» — напряженно думал я, вспоминая их танец в момент подчинения частицы Хаоса внутри себя. — «Помогите очистить Ритуал! Истинный Свет! Я прошу помочь!»

Внутри меня и словно везде вдруг раздался чистый звон, исходящий словно бы ниоткуда.

— Ричард! Мой паладин! Ты идешь по верному пути! Я помогу тебе!

— Кто ты? — ошеломленно произнес-подумал я. — Легат?

— Я — Истинный свет, обретший самосознание в глубинах твоего подсознания! — незамедлительно пришел ответ. — Твое самопожертвование и бескорыстная помощь развили меня до этого состояния! Мы поговорим позже, а теперь очнись и направь меня!..

Открывая глаза, я уже знал, что делать. Тело лечило себя само, выталкивая из себя стержни острых когтей.

— Да будет Свет! — спокойно произнес я, направляя обе руки в беснующуюся Орианну.

В тот же миг из моих ладоней вырвался умиротворяющий поток слепящих лучей, охвативших вскрикнувшую как-то по-особому паучиху. Не останавливаясь, они соединились с черным потоком, поглотили его, и помчались вверх, к потолку пещеры, превращая темный столб в слепящую колонну. Как только они достигли потолка, черное пламя исчезло совершенно, а окружающее пространство залила ярчайшая вспышка света….

Я медленно открыл глаза, долго и тщетно пытаясь осознать себя в просторах бытия. Когда мне надоело это занятие, я попробовал приподняться с мягких колен Зельды.

— Вот так лежал бы и лежал на твоих очаровательных ножках! — девушка белозубо улыбнулась в ответ на мой комплимент, наклонившись достаточно низко, чтобы я смог оценить лбом мягкость ее груди.

— Что тут было, пока я, как обычно, лежал в отключке? — пытаясь раздвинуть мягкие полушария ее холмов, чтобы освободить поле обзора, спросил я. Невероятно трудная задача — руки просто засасывало, словно в зыбучие пески.

— Мой лорд! После странной вспышки прошло не более десяти минут. Я вынесли вас сразу, как только смогла видеть! — раздался сбоку голос верной Йоруичи.

Я, наконец, освободился от податливой Зельды и сел прямо, пытаясь разглядеть слезящимися глазами поле Ритуала. Скастовав на себя самоисцеление, я ничего не добился, — глаза все равно отказывались давать четкую картинку.

— Опиши ситуацию, пока я приведу себя в порядок.

— Как только свет погас, я сразу рванула к вам, лорд, — тут же приступила к рассказу кошка, — странная вспышка не только ослепила, но и отбросила от клетки всех, кто стоял слишком близко. Королеве и старцам уже помогают прийти в себя. Внутри клетки все еще стоит нестерпимое сияние, но оно постепенно угасает.

Встав на ноги, я все же попробовал снова взглянуть на алтарь. Глаза отчаянно слезились, но даже так я смог увидеть отчаянно бликующую клетку.

— Идем к ней, полная боеготовность! — отдав приказ, я не торопясь двинулся к центру, слыша, как засуетились за спиной мои напарницы. Йоруичи с Томоки мгновенно выпрыгнули вперед, готовые встать стеной навстречу любой опасности, но закрыть собой охраняемый объект. Меня, то есть.

Внезапно, я споткнулся о странный предмет, которого раньше здесь определенно не было. Напрягая зрение, я понял, что стою на выгнутой стальной дверце клетки. Петли были вырваны с мясом. Был ли странный взрыв виной этому или все же невероятная сила Орианны в момент Ритуала? Не успел я додумать эту мысль, как сияющая сфера внутри клетки странно зазвучала, поднимая звук с низкого гудения все выше и выше, почти до комариного писка.

— Все назад! — заорал я, хватая за хвосты своих охранниц и швыряя их по дуге через себя. Но сам отбежать не успел. Истончившись, звук пропал, а меня снова ослепило и отбросило…

— Твою м-мать! — выругался я, в очередной раз приходя в себя. Приложило меня неслабо: чертовски болело все, что только могло болеть, обожженные глаза упорно отказывались открываться, вызывая приступ дикой боли при малейшем напряжении. Кроме того, на меня давило чье-то тело. Вероятно, какая-то из охранниц все же успела закрыть меня собой. Не открывая глаз, берусь за мягкое, другой рукой хватаюсь за голову и кастую:

— Исцеление!

Стало лучше. Гораздо лучше. Хотя бы смог открыть гляделки. Первое, что предстало моему затуманенному взгляду — чьи-то огромные расширенные зрачки. Тут же я почувствовал горячее дыхание на лице. Лишь спустя пару невероятно долгих ударов сердца, растянувшихся в вечность, до меня дошло, что изумленная рожа напротив меня принадлежит Орианне. Молчание затягивалось, а девушка продолжала лежать, вцепившись в меня. И тут я осознал:

— Ори? Ты …человек?!

Девушка недоуменно покрутила башкой, и вдруг завизжав то ли от радости, то ли от испуга… и исчезла из моего поля зрения. Я успел заметить только что-то мелькнувшее за ее спиной, но что именно не смог разглядеть. Сославшись на глюки от пережитого, я встал на ноги и огляделся.

Да-а-а. Если первая вспышка отшвырнула всех, кто стоял близко, расхерачила клетку и перевернула пару скамеек, то эта прошлась немаленькой взрывной волной по всему амфитеатру. Неподготовленные зрители постепенно приходили в себя, вставали на ноги, и помогали подняться другим. Слава духам, никто серьезно не пострадал. Рахнеры лучше выдержали удар, сжавшись в комок и спрятав наиболее незащищенные места внутрь громоздкого тела. Королева чувствовала себя гораздо лучше остальных, так как ее торс был частично покрыт металлической броней. Защищена она была не полностью, как те стражи. Закрыта была только человеческая часть, но и этого оказалось вполне достаточно.

А напротив меня на приличном расстоянии стояла Ори. В паучьей форме.

— «Показалось?» — мелькнула первая мысль. — «Но я точно уверен, что она была человеком! Так в чем же дело?»

— Р-Рич? — неуверенно спросила меня подопытная. — Я…у меня странное чувство. Я думала, что стала хумансом, когда очнулась лежащей на тебе… Я так испугалась, и… вот. — Она горестно всхлипнула. — Не вышло!

Девушка зарыдала в полный голос, хватаясь руками за лицо. В следующий момент что-то произошло. Раздался коротких хлопок… и паучьи формы будто втянулись в тело девушки! Это произошло настолько быстро, что со стороны могло показаться, будто был Рахнер — и вдруг на его месте появилась девушка. С красивыми формами и в порванном весьма фривольном халатике.

— Ори! — позвал я жертву эксперимента, стараясь не повышать голос и вообще вести себя как можно мягче и спокойнее, дабы не спугнуть ее. — Ори! Посмотри на меня.

Девушка отняла руки и уставилась на меня заплаканными глазами.

— Во-от! — удовлетворенно произнес я. — А теперь спокойно и медленно взгляни на себя. Только ме-едле-енно.

Орианна оглядела свое тело. Но дошло до нее не сразу. Зато потом ее визг оглушил всех присутствующих не хуже третьей вспышки. Она снова непонятным образом телепортировалась ко мне, удивительным образом преодолев немалое расстояние. И вновь я успел уловить неясные тени, мелькнувшие за ее спиной в момент прыжка.

Но в следующую секунду счастливая превращенная, наплевав на все нормы поведения, этикета и морали, сшибла меня с ног, принявшись натуральным образом вылизывать лицо, шею бедному избранному, совершенно забыв о том, что одета в жалкие лохмотья, которые держатся буквально на честном слове.

Я не сильно сопротивлялся, стараясь получить максимум удовольствия. Не в первый раз меня в этом мире сбивают с ног и давят массой симпатичные барышни. Напротив, я, не стесняясь, дал волю рукам, открыто хватая девушку за выпуклую попку, выглянувшую из прорех халатика. Пользуясь тем, что Ори немного увлеклась, выражая благодарность всеми доступными способами, я попробовал расширить границы воздействия. Но, не успев насладиться пикантностью ситуации, нащупал странные бугорки на копчике. Они шли парой, немного выпирая там, где у человека впадины чуть выше ягодиц. Проведя рукой еще выше, я нашел еще шесть похожих пар на одинаковом расстоянии друг от друга. Несмотря на то, что поведение Ори весьма мешало стандартно мыслить, тем более, мой младший, почувствовав горячую и страстную плоть испытуемой даже через броню костюма, принялся готовиться к атаке, я смог додуматься до одной простой, но в то же время логичной идеи.

— Ори. Орианна. Приди в себя! — попробовав отбиться вручную, я потерпел сокрушительно поражение. — Ори! Избранный приказывает! Смирно! — пришлось рявкнуть, чтобы добиться вразумительной реакции. Девушка отстранилась, залилась краской и вдруг поняла, что только что тискала своего благодетеля, оставаясь в жалких лоскутках халатика. Пискнув, она присела, попытавшись руками придержать расползавшиеся лохмотья. Оглядевшись, я заметил недалеко сидящих Йоруичи и Томоки, с интересом смотревших на развитие ситуации.

— Вам только поп-корна не хватает! — проворчал я, не обращая внимания на удивленные жесты. — Лучше бы принесли нашей будущей горничной одежду срам прикрыть.

Кошки не растерялись и с места шустро сиганули в разные стороны, словно на лапах были пружинки. Буквально через полминуты примчалась Томоки со сменой одежды, а вслед за ней Йоруичи с графином теплого морса. Девушки принялись хлопотать над Ори, а я обкатывал свою идею. Когда я практически дошел до точки, с которой мог приступить к практическим исследованиям, мои размышления были прерваны:

— Ричард! — раздался оклик королевы. — Ты не мог бы подойти? У нас к тебе множество вопросов!

Так и есть, Эйприл проснулась. Оставив на время Орианну, я приблизился к паучихе.

— Рич, мы бы хотели понять, что произошло на алтаре? — поделилась переживаниями королева. Она выглядела донельзя озадаченной, и я ее прекрасно понимаю. — Мало того, что мы никогда раньше не видели подобных вспышек, так еще и Ори скачет как коза по всему святилищу. Я никогда не видела такого быстрого восстановления! Обычно, все превращенные отлеживались не менее недели!

Взмахом руки, я попросил королеву прикрыть словесный фонтан.

— Мне кажется, — медленно произнося слова, ответил я, — причина активности в самом Ритуале. Точнее его проведении. Процесс был искажен.

Эйприл ахнула.

— Не может быть! Заветы предков нерушимы! Никто из шаманов и помыслить не мог о неправильности действа. Это священно для всех нас!

— Я не спорю, — мне пришлось снова вяло отмахнуться. Что-то я себя странно чувствовал. Не то, чтобы слабость, но какая-то странная усталость все же присутствовала. — Но Ритуал мог быть изменен столетия назад. Было ли это происками врагов или случайность, боюсь, мы уже никогда не узнаем. То, что сейчас произошло, можно назвать случайностью, не больше. Есть у меня пара идей, но я попрошу меня некоторое время не беспокоить. Да, и к Орианне пока не приставайте с расспросами.

Закончив речь, я отошел в сторону, сел на чудом сохранившуюся скамейку и попытался сосредоточиться. Охранницы тут же встали на страже и можно было забить на все вокруг. В состояние «грогги» я вошел на удивление легко — будто «провалился в себя», стоило мне только прикрыть глаза. Темнота быстро сменилась сверкающим, но не слепящим светом, а прямо перед моим внутренним взором нарисовался чей-то полуразмытый образ.

— Приветствую тебя, Избранный! — раздался чужой, но удивительно теплый и странно знакомый голос в моем разуме. — Благодаря тебе, я обрел самосознание! Это так необычно! Мне хочется увидеть весь мир твоими глазами!

— Погоди, погоди, — ошарашенно пробормотал я. — Ты еще кто? Что ты делаешь во мне? Я сошел с ума?

— Что ты! Что ты! — заискрило нечто. — Ты полностью здоров, как физически, так и умственно! Уж что-что, а следить за твоим состоянием проще простого! Я — Стихия Истинного Света! Точнее, ее отпрыск. Ничтожно малая часть, обретшая самосознание. Память поколения подсказывает мне, что подобное удавалось только самым лучшим паладинам в далеком прошлом, которые могли, не думая о последствиях, отдать жизнь за жизнь друга! Впрочем, давай пока о более животрепещущих вопросах. Тебя интересует недавно проведенный варварский ритуал, не так ли?

— Именно!

— В таком случае, я наделю тебя знаниями…

Очнувшись, я уже знал, что делать. Не теряя времени понапрасну, благодаря переданным знаниям, мы изменили заклинания Ритуала, подправили руны, на поверку оказавшимися сложными химическими формулами. Как я и предполагал. Постичь всю глубины информации вычислений было слишком для меня, поэтому я просто запомнил верное их написание.

Во время ритуала наука соединялась с магией. Это удивительное смешение позволяло без труда выполнить практически что угодно! Неудивительно, что далекие предки смогли добиться таких потрясающих результатов! Другой вопрос, как они умудрились все прое… потерять?

Старцы ошеломленно и недоверчиво крутили головами, глядя, как я быстро перерисовываю символы, но предупрежденные заблаговременно королевой, под руку не лезли. Управившись минут за двадцать, я предоставил им время запомнить и перерисовать все, и обратился к королеве:

— Идеальным проведением ритуала является присутствие в команде Светлого мага. Но, учитывая из практически полное истребление, мне пришлось добавить в процесс начертания рун пару новых. Они будут отвечать за самопроизвольное выделение магии Света. Не спрашивай, откуда мне это известно, а то я собьюсь! Далее, болезненные процессы добровольца будут сведены к минимуму. И, наконец, кроме того, конечный результат будет превосходить все ранее вами виденное. Давайте разберем это на примере Орианны.

Недоумевающая Эйприл и шаманы проследовали за мной к жертве недавнего эксперимента. Подопытная уже полностью пришла в себя и никак не могла поверить в удачное превращение, постоянно ощупывая свое новое тело.

— Ори! — обратился я к ней, — расскажи все, что ты помнишь, после ритуала. Все мелочи до того момента, как тебя выкинуло из клетки?

— Ужасная боль! — содрогнулась девушка. — Я осознанно шла на риск, но даже не представляла, что боль может быть настолько сильной! Казалось, меня выворачивало наизнанку. А потом, кажется, появился ты. Я уже почти не контролировала себя и мало что припоминаю. И вдруг, боль полностью исчезла! Все залило светом…, и я потеряла сознание. А очнулась уже снаружи…, — прошептала девушка, не в силах уточнить, где именно она очутилась.

— А потом? — настаивал я. — Как ты смогла вернуться в форму Рахнера? Как ты смогла прыгать на огромные расстояния? Что ты испытала, когда очнулась?

— Я очень смутилась, — пробормотала девушка, заливаясь краской. — Я…я… Мне так стыдно! — вдруг выкрикнула она, порываясь убежать.

В этот момент уже все присутствующие увидели, как из спины девушки появилось восемь тонких, но мощных паучьих ног. Они вонзились в землю позади девушки, и та мгновенно отлетела от нас на приличное расстояние.

— Достаточно! — ухмыльнувшись, произнес я. — Эксперимент прошел удачно! Мы только что видели одну из ее форм, дарованную Ритуалом. Сдается мне, предки были гораздо умнее, чем вы считаете. Думаю, все последующие добровольцы будут наделены таким же Даром.

— Ори, а ну-ка живо иди сюда! — рявкнула Эйприл, протягивая к девушке все свободные конечности. Жалобно мявкнув, та, тем не менее, не посмела ослушаться и одним скачком преодолела разделявшее их расстояние, оставаясь в получеловеческой форме. Лапки, торчавшие из ее спины уже не исчезали.

— Как ты ими управляешь? — удивленно спросила королева, внимательно осматривая суставчатые щупалы. — На что это похоже?

— Сама не знаю, — пожала плечами Орианна. — Я чувствую их, как продолжение своего тела.

— Так же легко ты можешь перейти в свою привычную форму Рахнера, — поддержал я. — Попробуй. Представь, что тебе надо забраться повыше.

Девушка сосредоточилась. В следующий момент ее фигура слегка смазалась из-за хлынувших наружу огромной массы паучьего тела. Орианна довольно оглядела себя, улыбнулась… и грохнулась на землю.

— Что-то я так устала, — зевнула она во все горло. — Пожалуй, посплю немного.

И вырубилась прямо на полу. Один из шаманов подошел ближе и начертал лапой на ее торсе странный символ. Тот слабо засветился и тут же погас.

— Так я и думал, — повернувшись к нам, сообщил он. — У бедняжки кончилась вся мана. Очевидно, процессы метаморфозы сжирают ее в огромных количествах. Также замечу, что Ритуал даровал ей куда больший ее запас, чем был у нее раньше.

— Теперь я пройду Ритуал! — громогласно заявила во всеуслышание Эйприл, развернувшись в сторону алтаря. Но шаманы одновременно загородили ей путь.

— Не вздумайте, Старшая! — загомонили они. — Ритуал не проверен! У нас нет оснований не доверять Избранному, но мы не можем рисковать Вами! Пусть это будет кто-то из нас!

— Я пойду! — вышел вперед самый дряхлый из них. Тот, с кем я делился маной, Йоган, кажется. — Моя королева, я слишком стар. До моего развоплощения осталось совсем немного, но я бы хотел еще раз послужить моему народу и уйти с честью! Позвольте мне быть первым!

Опуская подробности, старца запихали в восстановленную клетку, хотя я был уверен, что она больше не понадобится. Оставшиеся шаманы затянули речитатив, а я следил за вспыхивавшими на полу символами, готовый прийти на помощь в случае непредвиденной ситуации. Но все прошло благополучно и гораздо быстрее, чем мы думали. Буквально через пару минут с рун, которые я добавил в начертание, в алтарь ударил ясный свет, заливший все окружающее пространство. Еще через минуту он погас и нашим взглядам предстал полуголый человеческий мужчина средних лет с черной бородой и рельефной фигурой. Он стоял в клетке, потрясенно разглядываю свое новое тело.

Шаманы отперли клетку и Йоган медленно, проверяя каждый шаг, вышел наружу.

— Не могу поверить, — бормотал он, рассматривая руки и ноги. — Этому телу хумансов не больше сорока! Если мне не изменяет память, хумансы живут около сотни лет! Значит, новый Ритуал не только дарует новое тело, но и омолаживает?! Невероятно!

— Йоган! — окликнула его Эйприл. — Как ты себя чувствуешь?

— Как нельзя лучше, моя королева! — тут же ответил шаман. — Секунду, я кое-что проверю.

Сосредоточившись, он вошел в форму Рахнера, затем снова в человеческую, активировал лапы-щупальца, попрыгал по амфитеатру, и снова предстал перед нами.

— Это прекрасно! — выкрикнул он, едва остановившись! — Ритуал дарует вторую жизнь! Я…я будто заново родился! Эта сила…она просто невероятна!

Его взгляд остановился на моей скромной персоне. Он немедленно скакнул ближе и преклонил колени, принося клятву.

— Избранный! — с чувством произнес он после ее подтверждения. — я бесконечно предан моей королеве, но и вы теперь можете полностью мной распоряжаться!

— Так! Все, я пошла! — рявкнула Эйприл, раздвигая шаманов…

В общем, через Ритуал на наших глазах успели пройти шаманы, королева, и несколько «транспортников», которые перетаскивали мой отряд. Потом, я наотрез отказался служить манаподпиткой для рун, сославшись, что не хочу проторчать в пещере до конца своих дней. Да и устал чертовски. Шаманы, толкая и подкалывая друг друга новыми омоложенными телами, быстро собрали свитки и прочие элементы начертаний рун, сообщив, что с легкостью выстроят новый алтарь там, где будет сосредоточие Силы.

Так и решили. Нас шустро перекинули на землю, где королева дала в сопровождение двух тяжело вооруженных стражей на случай непредвиденного нападения. Но мы никого не встретили до самого выхода на поверхность. То ли все Измененные погибли при штурме, то ли они попрятались, следуя заложенным программам, чтобы переждать опасность и подкопить силы. В любом случае, оба стража шумели как груженые бронетранспортеры, бряцая броней не хуже самосвалов. Те, кто мог нас услышать, наверняка предпочли не связываться.

Проводив нас наружу, стражи огромными скачками скрылись в темноте пещеры, предоставив нас самим себе. Разношерстная команда с вопросом уставилась на меня, ожидая дальнейших приказов. Забыл упомянуть, что Орианна присоединилась к нам, не спрашивая на то ни у кого позволения. Да и попробовал бы кто ей возразить! Королева на удивление легко отпустила подругу с нами, хотя мы ожидали как минимум скандала. После Ритуала Эйприл во много раз похорошела. Все же она была уже достаточно зрелой особью. Щеголяя в омоложенном виде, она практически не могла сосредоточиться на решении важных вопросов, постоянно отвлекаясь на свое тело.

— Кто — нибудь знает короткий путь домой? — первым делом спросил я отряд. — Томоки? Трайда? Нет? Может, кто видел рядом порталы? Тоже нет? Джанна, рули, я не разбираюсь в местности.

Зайка выйдя вперед, тут же принялась раздавать указания:

— Томоки! Проштудируй карты! Вряд ли мы пойдем обратно через гарпий, должен быть путь короче! Трайда, на тебе связи с местным населением. Постарайся вспомнить, кто живет поблизости, — ты наверняка все вокруг обшарила. Давайте, девчата, живее! Предлагайте идеи! Чем быстрее разберемся, тем быстрее вернемся домой! Ну?!

— Разрешите мне? — подняла руку Катарина. Судя по поведению ее дергавшихся ушек, девушка хотела помочь, но почему-то жутко нервничала. Стоило Джанне только наклонить голову, как боевая торговка выскочила из строя и ткнула пальцем в расстеленную на земле карту, вызвав тем самым недовольное шипение Томоки.

— Здесь, совсем недалеко отсюда, находится мое родное селение! — торопливо забормотала она, водя пальцем по пергаменту. — Нам надо пройти вот этот лес, небольшую равнину и мы окажемся под защитой моих родных.

Джанна с непонятной усмешкой наблюдала за ее действиями, но не мешала. Как только Катарина закончила, главнокомандующая, ухмыляясь почти в полный рот, спросила:

— На этом все? Ты больше ничего нам не хочешь сказать?

— Не-е-ет, — проблеяла Катарина, потея, как девственник перед опытной проституткой.

— Точно?

— Д-да-а…

— Не подскажешь, примерную численность населения? — задала несколько странный вопрос командир.

— Около двух сотен действующих бойцов, не считая увечных, старых и детей, — задумавшись, ответила та.

— А сколько активных самцов сейчас в твоей деревне? — взяла быка за яйца Джанна. Катарина сразу приуныла и осунулась:

— Около пятнадцати… Но это было полгода назад! — дернулась зайка. — Я давно не навещала родных! М-может быть, все изменилось?..

— Ты сама себе веришь? — фыркнула главная. — И тем не менее. Хочешь отвести нас туда?

— Ты сама сказала, что ждешь любые идеи! — надулась торговка. — А больше никто ничего не предложил!

— В этом ты права, — вздохнула та. — Ну, что скажешь, Рич? Идем обратно через гарпий трудным и долгим путем, или пойдем напрямик, заворачивая к родным этой пройдохи?

— Конечно, идем к ее родственникам! — тут же ответил я. — Давно хотел посмотреть, как живут боевые Банни!

Главнокомандующая еще раз тяжело вздохнула, и махнула Томоки. Та принялась расчерчивать маршрут. Катарина нырнула в толпу, стараясь не встречаться со мной взглядом, а из строя явственно послышалось:

— Ой, дура-а-ак!..

… Спустя час мы шли в полной боевой готовности сквозь джунгли, следуя маршруту, который Томоки сочла наиболее безопасным. Если не считать случайных стычек с мелким зверьем, которое считало себя главным в лесу, неприятностей больше не было. Через какое-то время лес стал редеть и разведчицы немного расслабились, так как любую опасность теперь можно было заметить раньше, чем кто-либо нападет. Воспользовавшись этим, я догнал Томоки, обнявшуюся с картами в авангарде отряда, слегка схватил вздрогнувшую кошечку за попку, и спросил, поглаживая ее ушки:

— Томи, милая, почему все посмотрели на меня как на идиота, когда я согласился на предложение Катарины?

Кошка остановилась так резко, что шедшая вслед за ней Асаги, тоскливо вздыхавшая по гостиничному комфорту, с размаху ткнулась носом в ее рюкзак. Та же, не обращая ни малейшего внимания на кошку, шипящую ругательства и потирающую поцарапанный нос, уставилась на меня, как на привидение.

— Не мо-о-ожет быть, Ричард! — протянула она. — Неужели я тебе этого не говорила при нашем знакомстве? Да разве ты сам ни о чем не догадался? Ты же видел в действии этих похотливых крольчих! — махнув рукой в сторону Джанны, воскликнула она.

Командир отряда, рассматривавшая свои артефакты, не поднимая головы, погрозила ей кулаком и негромко произнесла:

— Три наряда вне очереди на чистку топинамбура, боец.

Томоки лишь автоматически кивнула, до глубины души пораженная моей несостоятельностью. Схватив меня за плечи, она притянула меня к себе, как бы собираясь чмокнуть, но, вместо этого, зашипела прямо в лицо:

— Рич, ты можешь себе представить состояние озабоченных крольчих?! Что такое пятнадцать самцов на двести голодных Банни при их бешеном темпераменте?! Не смотри на Джанну с Катариной, ты достаточно часто их удовлетворяешь, тем более, одно твое присутствие заставляет их чувствовать себя желанными. В отличие от одной забытой кошечки, — вздохнула она, чувствительно заехав в бок острым локтем.

— Да, прости, — покаянно ответил я, — совсем забегался последнее время.

— Понимаю! — улыбнулась разведчица. — Не переживай! Мы все видим и знаем, что у тебя нет ни минуты покоя! Но дай мне закончить. Мы направляемся прямо в деревню полную озабоченных заек. На меня смотри, кобель! Нечего пускать слюнки и улыбаться! Ты не представляешь, во что ввязываешься!

— Но вы ведь не дадите меня в обиду? — спросил я, чувствуя, как рот сам собой разъезжается в предательской ухмылке. С ума сойти! Полная деревня шикарных заек, сходящих с ума от нехватки мужской руки! Пожалуй, я там задержусь… Ай!

— Размечтался! — фыркнула Томоки. Не понял, я сказал последнюю фразу вслух? Но тут нашу болтовню прервал окрик Джанны:

— Отряд стой! Лес пройден!

Перед нами расстилалась пустынная равнина. Джунгли внезапно кончились.

…

— …Мать твою! Крольчиха драная! Ты говорила пустыня маленькая!..

— Девочки, я ща кончусь от жары…

— Вода осталась? Рич! У нас закончилась вода!..

— Пустите меня! Я ей уши отгрызу!..

— Отряд! Молчать! А то я с ума сойду вместе с вами…

— Мама, я пить хочу!..

— Сейчас доча, привал будет и все попьем, потерпи. На ходу пить вредно…

— У-у-у, р-р, гав! У-у-у!..

— Да, Эня, и тебе дадим напиться…

— Рич! Пить! Вода! Сильно! Помоги!..

— Да, да, сейчас, Лулу. Джанни, может привал? Уже час премся по этой жарище…

— Опять?! Мы только что отдыхали! Нет, идем еще! Тем более ни одного кустика на горизонте! Ты собрался на раскаленном песке отдыхать?! Катарина! Томоки! Сюда идите, козы драные! Только посмейте мне сказать, что мы заблудились?!

— Мы заблудились…

— Ничего не понимаю. Все должно быть верно. Маршрут проложен точно по карте, а они не могут лгать! Я собственноручно ее перерисовывала…

Вот уже около трех часов мы тащились со скоростью бешеной черепахи, увязая в песке под непрерывно палящим солнцем. Несмотря на начало осеннего сезона, жара и не думала заканчиваться. Девушки давно разделись до самого минимума, оставив только повязки на груди и ниже пояса (напомню, что нижнего белья по какой-то странной причине в быту не существовало). Но у меня почти не возникало никаких пошлых мыслей. Не до того было. Почти. Просто, чтобы сохранить свой рассудок, я предпочитал не пялиться почем зря на толпу полуобнаженных фотомоделей за спиной.

Хуже всего приходилось Лулу и Эняону. Слайм периодически выпаривался, несмотря на неплохую устойчивость к перепаду температур. Приходилось ее частенько подпитывать. Не то, чтобы меня это напрягало, но весь отряд тут же вставал на водопой, используя меня как передвижную колонку, душ и даже подмывочную станцию. А вы попробуйте по жаре плестись несколько часов! У вас все мгновенно натрет в самых мягких местах. А девушкам приходится во много раз хуже! У меня возникла было идея создать дождевое облако над отрядом, но оказалось, что оно требовало постоянной сосредоточенности. У меня же никак не получалось заставить его следовать за собой. Но на привалах оно помогало как нельзя лучше. Интересно, сколько оно сможет просуществовать без моей подпитки? Представляю себе, как через год здесь будут ходить караваны, останавливаясь в точках наших привалов, где будет постоянно идти дождь…

И Эняон, который предпочитал человеческому облику собачий. На четырех лапах он лучше переносил жару, но все же хуже, чем остальные. Иногда его жалела Лилит, сажая на свой круп, но плитки ее панциря нагревались не хуже песка, тогда щенка брал на руки Леон.

Самое странное, что мы давно должны были перейти эту чертову равнину и небольшую пустыню, которая на карте была показана небольшим желтым пятнышком! Что-то было не так, но ни у кого не оставалось ни сил, ни желания разобраться в ситуации.

— Вода!!!

— Оазис!!!

— Скорее!!!

Действительно! Впереди виднелся небольшой зеленый участок с дрожащим маревом испарявшейся воды. Стопудово озеро или хотя бы небольшой котлованчик!

— Отряд стоять! — Перекрывая гомон, заорала Джанна. — Асаги! Томоки! Проверить! Остальным ждать!

Ассасинки, подхватив оружие, стрелой метнулись к оазису, грамотно прикрывая друг друга, качая маятник. Они неслись как две черные молнии, скачками стремительно сокращая расстояние до желанной прохлады. Спустя несколько томительных минут они нырнули в чащу, а еще через миг наружу выскочила Томоки, и уже не скрываясь, помчалась к нам, махая на ходу руками.

Добежав, она упала на колено, слегка отдышалась и заявила:

— Никого! Совсем никого! Озеро, пальмы! И ничего больше! Ни одного хищника!

Лицо Джанны просветлело. Скомандовав отряду выдвигаться, она и сама счастливо взвизгнула от радости. Возле оазиса нас встретила Асаги, лишний раз подтвердив результат разведки. Отправив девушек купаться, я не спешил залезать в воду, несмотря на воодушевляющие вопли девчонок. Что-то не давало мне покоя. Интуиция просто вопила о неведомой опасности, а молот на боку даже слегка нагрелся.

— Асаги! Кричи всем срочно вылезти из воды! — хмуро приказал я, внимательно осматривая окрестности. — Можете меня потом порвать, но лучше я лишний раз перестрахуюсь. Давай!

Девушка, тоскливо глянув на манящую прохладу воды, в которую так и не успела залезть, тоскливо вздохнула, но тут же заорала со всей силы:

— Всем бегом из воды! Бегом!!!

Надо отдать должное, — никто даже не подумал противиться ее воплю. Наученные горьким опытом ведения жизни рядом с джунглями, полных опасностей, девушки одна за другой повылетали из воды. Похватав припасы и оружие, они тут же окружили меня, ища глазами опасность. Почти все. Леон, Леона, Валенсия, и беззаботная Лесси все еще со смехом игрались в озере, не обратив внимания на крики Асаги. Пришлось повторно с применением силы хватать упиравшихся ротозеев и вручную вытаскивать их из воды.

И тут земля под нами задрожала. Прежде чем кто-либо осознал всю глубину происходящего, я уже на автомате вышвыривал всех из оазиса. В моей памяти возникла картина, виденная в фантастических фильмах.

— Вон! Бегом отсюда! Живее! — чуть ли не пинками сопровождал я приказы, выбрасывая за границу деревьев самых нерасторопных. Интуиция уже не просто орала. Она вопила сиреной. Но всех вытащить я не успел.

Мы были уже на границе деревьев и раскаленного песка, когда сзади раздался отчаянный визг!

— Мама! — надрывно закричала Седжуани, протягивая руки в отчаянном порыве. Рядом гавкнул Эняон, кидаясь к озеру. Я не понял сам, когда успел отшвырнуть их обратно, крича охране задержать их любым способом.

А возле озера происходило страшное! Замешкавшаяся Зельда, собиравшая разбросанные пожитки, была обвита странными зелеными лианами, постепенно утаскивавшими девушку в озеро. Как будто этого было мало, из воды выскакивали все новые и новые щупальца, земля вокруг уже не просто тряслась, а ходила ходуном, будто наружу выбирался кто-то невероятно огромный. Бить магией я не мог, опасаясь поранить саму Зельду, времени почти не оставалось, — ноги пленницы уже были в воде. Добежать я не успевал просто физически…

— Не подведи, дружище! — сказал я любимому молоту, с которым старался никогда не расставаться. — Не знаю, как, но очень прошу — помоги!

Словно услышав меня молот вспыхнул странным синим пламенем, меняя свой внешний вид. Через секунду в моих руках был… бумеранг. Немного необычного вида, тяжелый, с острыми концами и рифлеными рукоятками. Но времени разглядывать его не было, и я, что было сил, метнул его в сторону Зельды, которая уже наполовину скрылась под водой.

Казалось, оружие исчезло! Так быстро оно пролетело немалое расстояние! За долю секунды бумеранг достиг пленницы и в несколько взмахов разрезал все путы. Девушка, всхлипывая от боли и ужаса, тут же принялась выползать на сушу, волоча передавленные ноги. А бывший молот вернулся, вращаясь, ко мне, и точно перед рукой замедлил вращение, позволяя беспрепятственно схватить себя за безопасную рукоять. Схватив его, я помчался к Зельде так быстро, как только мне позволяла это трясущаяся земля.

— «Только бы успеть!» — билась одна и та же мысль в моей голове. Схватив девушку, я активировал усиление тела, перекинул ее на плечо и помчался подальше от озера, заботясь только о скорости. Раны можно было бы и потом вылечить.

Отряд находился уже на приличном отдалении от деревьев, когда я с Зельдой на плече выскочил из оазиса. Земля под ногами внезапно вздыбилась так, что мы покатились в обнимку практически до самой экспедиции. Сзади раздался оглушительный рев хищника, упустившего желанную добычу.

— Йог Шоггурат! Йог Шоггурат! — донеслись до меня голоса девушек, преисполненные такого вселенского ужаса, что у меня кровь застыла в жилах. Поднявшись и передав раненую на руки трясущимся в ужасе напарницам, я повернулся, выхватывая одной рукой бумеранг, а другую выставляя наперевес. Но увидев чудовище, вынырнувшее из глубин пустыни, я понял, как ничтожен человек перед подобным созданием. Меня охватил не просто страх. Это был дикий ужас пещерного человека, узревшего перед собой тираннозавра.

Одно дело смотреть ужасы на экране телевизора или монитора компа, чувствуя себя в полной безопасности. Но совсем другое стоять в паре метров от беснующегося монстра величиной с девятиэтажку. Да, это был типичный Червь! Точно такой же, как в незабвенной Дюне или в фильмах «Дрожь Земли». Безглазый, с пастью способной проглотить дом, он яростно ревел, обдавая нас зловонием гниющей плоти.

Отступать было некуда. За моей спиной сбились в кучу, воющие от страха девушки, которые поклялись мне в верности и преданности. Сжав последнюю волю, что оставалась в моем дрожащем разуме, в кулак, я сделал шаг навстречу чудовищу.

— Шоггурат ты, или просто червяк-переросток! — заорал я, не слыша собственного голоса. — Но я не позволю умереть здесь никому из моих друзей, если буду в силах помочь! Боги! Духи! Услышьте меня! Я готов отдать жизнь, если потребуется!

Небо над Червем потемнело. Загрохотал гром, и сверкнула первая молния. Вытянув вперед бумеранг, я увидел, что он вновь изменил вид. Теперь это был посох, увенчанный простым прозрачным шаром.

— «Не бойся, Ричард!» — раздался голос внутри меня. — «Ты мой паладин! Ступай смело! Срази же древнего Врага!»

Поддержка стихии Света придала мне сил. Или хотя бы немножко уверенности. Я перехватил обеими руками посох, направив его прямо в пасть Червя, собрался с духом, и выкрикнул:

— Во имя Света!

Я не представлял себе, что может произойти, но верил, что отдам всего себя, если потребуется. Пожертвую собой, если будет надо ради спасения остальных. Адреналин зашкаливал, я готов был кидаться на Червя и грызть его зубами, если бы это помогло!

На короткий миг облака просветлели, гром смолк, а молнии исчезли словно по волшебству. Но уже через секунду с небес раздался странный писк, и в Червя ударил огромный поток света!

Больше всего это напоминало удар со спутника высокоточным лазером или лучами смерти. Столб света, опоясанный ветвящимися молниями, бил точно в центр открытой пасти монстра. Чудовище ревело, мотало и билось всем телом, сотрясая землю. По чистой случайности оно ни разу не упало на мой холм, хотя и мне и всему отряду хватило бы одного удара его огромного тела. Нас бы просто раздавило. Но вскоре стало ясно, что Древнему Йог-Шоггурату пришел конец. Червь уже не бился в агонии, а лишь вздрагивал от разрядов молний. Завопив последний раз, он покачнулся и с диким грохотом упал в другую от нас сторону, подняв невероятное облако пыли и песка…

— Мы все еще живы! — победно заорал я, потрясая посохом. Обернувшись, я увидел прелестную картину: полузасыпанные песком полуголые зверодевушки пялятся на Избранного в благоговейном ужасе и восхищении. — Шоггурат, Шоггурат. Вот и спекся ваш древний!

Взглянув на свои руки, я увидел, как они буквально дымятся. От кожи отлетали мелкие кусочки пепла.

— А, все-таки, она вертится! — сказал я не к месту, и потерял сознание…

Я плыл посреди кромешной тьмы, не думая ни о чем, наслаждаясь тишиной. Все проблемы остались где-то далеко. Мне казалось, что я нахожусь тут вечность, но умиротворенное состояние абсолютного спокойствия растворяло остальные желания, оставляя лишь полное равнодушие. Где-то далеко-далеко раздавался чей-то комариный писк, но я совершенно не обращал на него внимания.

Вдруг, по окружающей меня темноте побежали тонкие змеистые сточки трещин. Их становилось все больше и больше, пока темнота не рассыпалась с диким скрежетом, а по моим глазам ударил ярчайший свет…

— Вот ты где! — раздался чей-то знакомый старческий голос. — Заставил же ты нас беспокоиться! Целый консилиум собрали из-за одного смертного!

Я открыл глаза. Неба, потолка и вообще чего-либо видно не было. Только яркий свет. Немного проморгавшись, я обнаружил, вокруг себя целую компанию странно знакомых людей. Окружающая обстановка не напоминала ничего из ранее виденного мной. Мы находились на ровной круглой площадке, которая в свою очередь была Нигде. В пустоте, вызывавшей у меня чувство дежа вю.

Меня вдруг схватили чьи-то сильные руки. Я с недоумением уставился на прелестную девушку в странно наряде. Сочетание брони и оголенного тела придавало ей особенный шарм, а от красивого личика, сейчас искаженного страданием, невозможно было оторвать взгляд.

— Легат! Что с ним?! — вскрикнула она. — У него взгляд как у идиота! Что ты с ним сотворил?!

— Если ты про то, что я потратил немерено сил и энергии, чтобы вытащить его из подпространства подсознания, — ворчливо отозвался старик, стоявший с другой стороны, — то я сочту это за комплимент. Уверен, ни у кого из присутствующих здесь не вышло бы с такой филигранной точностью выцепить его дух из этой задницы. То, что его память и восприятие немного пострадало, еще не повод бить тревогу. Хорошо еще, что он там окончательно не растворился. — Дедок кинул на меня взгляд, полный отеческой теплоты и нежности и перевел его на девушку. — Я смотрю, ты очень привязалась к нашему Паладину, Селемине. Кто бы мог подумать?!

— Он так напоминает мне Фалгариона, — задумчиво произнесла она. — Его неуемная ярость и желание пожертвовать собой ради других. Но Ричард — особенный. Я бы даже сказала — уникальный. За столь короткое время почти полностью очистить материк, совершить столько добра и исправить море наших ошибок!

— Поддерживаю! — добавила другая незнакомка, выглянувшая из-за спины полуобнаженной охотницы. — Занимаясь перерождением Избранного с другого мира, мы не могли и надеяться на подобные результаты! Даже думать не хочу, что могло произойти, если бы мы призвали не того!

Если первая девушка была воплощением воинственной женственности, то эта производила на меня впечатление божественного невообразимого совершенства! Ее черты были словно вырезаны из самого прекрасного материала, а минимум полупрозрачной одежды заставлял мое сердце заходиться в беспорядочном стуке.

— Смотри, Минета! — засмеялась амазонка, протягивая руку, — кажется, тебя он помнит.

Я скосил взгляд вниз. Мое тело было накрыто по шею простыней, сползавшей под неудержимым напором поднимающегося стояка.

— Мда, тот еще экземпляр! — проворчал старик, поджимая губы. Но в глазах его прыгали смешинки. — Не успел оклематься, как уже о бабах думает.

— Оставь его, легат! — попросила амазонка. — Скажи лучше, когда к нему вернется память? Мне… нам всем нужен прежний Ричард…

— Трудно сказать, — пожевал губами тот, кого называли Легатом. — Давайте поинтересуемся мнением нашего непревзойденного специалиста. Йоко! Он весь твой.

Компания подвинулась, освобождая место следующему участнику. Я с интересом взглянул на новое действующее лицо. Это оказался молодой парень в гавайской рубашке с высокомерным лицом и чертами аристократа. Подойдя широкими шагами к моему ложу, он бесцеремонно сдернул простыню и положил руку мне на грудь с таким видом, словно препарировал лягушку.

Если до этого момента я лежал смирно, предоставив все решать странным людям вокруг, то презрительное отношение холеного парня немного покоробило меня. Но, собравшись сказать колкость этому ботанику, я с удивлением обнаружил, что не могу вымолвить ни слова! Данное ощущение мне сразу сильно не понравилось. Что-то слепящее, обжигающе горячее стало подниматься откуда-то изнутри меня. Бесстрастная гримаса на лице Йоко сменилась удивлением, а потом переросла в страх.

— Назад! Все назад! В срединный Астрал! — заорал он, вскакивая с кровати. За его спиной тут же появилось бликующее облако. — Сейчас будет …

Дальнейших слов я не расслышал, так как потонул в бушующей ярости слепящего света. Он распирал меня словно газы в бутылке с колой, в которую кинули таблетку ментоса. Окружавшие меня люди с криками ужаса отскочили, растворяясь в точно таких же облаках, какое пришло на помощь Йоко.

А меня перло. Или распирало. Что-то рвалось изнутри, разрывая на части грудную клетку, словно эмбрион Чужих. Я ошеломленно смотрел на свою разбухавшую как воздушный шарик утробу, но совершенно не ощущал боли. Вообще ничего не ощущал. Абсолютно.

Моя грудная клетка, наконец, не выдержала и раскололась. Странное дело, я ожидал фонтана крови и ошметков внутренних органов, а на деле произошло следующее: проем осветился слепящим светом и изнутри вылетел сгусток чего-то сверкающего. Бесформенная, но ослепляющая хренотень повисла передо мной и раздался Голос. Он был подобен Гласу господню, хоть я никогда раньше и не слышал его.

— Ричард, паладин мой! Восстань!

Делать было нечего, и я восстал. Встал с кровати, отцепляя на ходу кучу проводов, прилепленных в моему искореженному телу. С развороченной грудной клеткой я, наверное, был похож на жидкого терминатора в момент попадания разрывного снаряда, но выбирать не приходилось.

— Да, досталось тебе, — пробормотал сгусток. Мне показалось, или в его Голосе появились чувства? — Погоди, поправлю тебя чуток. Надо бы в следующий раз найти другой выход.

— «Только не сзади!» — подумал я, невольно представив, как эта «вещь» будет вылетать у меня из задницы при каждом удобном случае.

— Фу, как некультурно, Рич! — рассмеялся Голос. — Нет, что ты, конечно, мы придумаем что-то еще. Так, надо бы найти себе форму. Насколько я успел тебя понять, стоит задуматься вот над этим…

Сфера немного опустилась, едва не касаясь пола и принялась за лепку самой себя. Больше всего это походило на забаву маленького ребенка с пластилином. Из комка энергии попеременно вытягивались различные конечности, казалось, состоявшие из жидкого светового потока, формировалось тело, потом все снова исчезало внутри.

— Это сложнее чем я думал. Или думала. Как интересно. Строение хуманса. Или взять за основу Некотяна? — бормотал Голос, не обращая на меня внимания. Мельком я успел заметить, как в отдалении возникли сверкающие облачка тех странных людей, но пока из них никто не выходил.

— А ладно, потом разберусь, — решил световой сгусток. — Пока ограничимся основным.

И прямо на глазах превратилась в световую женскую фигуру без особых видимых признаков. Только общая структура помогала отличить ее от мужской. Но ни пупка, ни сосков, ни всего остального видно не было. Она напоминала манекен с дырками вместо глаз, рта и ноздрей.

— Извини, я понимаю, что ты ждал большего, — покаянно призналась новоявленная незнакомка. — Но у меня возникли некоторые трудности со строением тела. Я оставлю это на потом. А пока тебя надо привести в норму.

Она подошла ко мне вплотную и положила руки на грудь. Та мгновенно срослась.

— А теперь дело чуть посерьезнее. — скорчила забавную гримаску неизвестная. — Наивные. Они думали, что подавленные воспоминания невозможно восстановить. Проще простого. Хотя, немного неприятно для носителя. Потерпи, родненький.

И она вонзила обе руки мне в глаза! Меня ослепила адская боль! Казалось, я сгораю заживо!

И вдруг я все вспомнил и осознал себя. Боль мгновенно прошла. Открыв глаза, я с недоумением уставился на светящуюся незнакомку.

— Стихия… истинного Света? — спросил я ее.

— Да, да. Она самая. Надо будет себе позывной придумать. Так, что — то еще. А, забыла. Как же это интересно стать хумансом!

— Никогда прежде не видывал ничего подобного! — донесся до меня восторженный стариковский шепот. — Воплощении стихии! Надо же!

Легат, Минета, Селемине несмело приблизились и поклонились молчаливо взиравшей на них Стихии.

— А, вы из этих, — догадалась та. — Надзиратели, типа высшая каста и все такое. Скучные. Сделать ничего не можете, только наблюдать. Даже вмешаться в ход событий без указания сверху не можете, — насмешливо покачав руками, показывая в потолок, добавила она.

Богини пристыженно склонили головы, а Контроллер только развел руками.

— Нам нечего возразить, но мы хотя бы можем быть благодарны, что нам продлили существование, пусть и в духовной форме. Век человеческий короток. Сколько не бились предки, но так и не вышло у них обрести бессмертие.

Стихия ласково улыбнулась и подошла к Минете.

— Первая жрица, — начала она, положив ей на голову светящуюся конечность. — Ты неплохо выполняешь свои обязанности. Так уж вышло, что сознание я обрела благодаря Избранному вами человеку. Я намерена и далее оставаться с ним в роли помощницы. От вас лишь прошу чуть больше благосклонности в его нелегкой судьбе.

— Да куда уж больше! — не вытерпела Селемине. — Да я все силы трачу на …

— Я знаю сестренка, — улыбнулась Стихия. — Я была с Ричем когда вы лечили его, хоть и не осознавала себя как личность.

Девушки одновременно покраснели и склонились еще больше.

— Ну, на этом мы откланяемся, нам еще тело его надо восстановить, — вздохнула Стихия. — Йоко, что там осталось?

Невозмутимый ботаник выступил вперед и несколькими пассами начертал перед нами прямоугольник. Спустя секунду он вспыхнул и показал сверху знакомую местность.

— Прямо как со спутника! — удивился я.

Йоко лишь презрительно ухмыльнулся.

— Знал бы ты, на удивление певучим и хорошо поставленным тенором, произнес он, — сколько труда, ресурсов и сил было вложена проект по твоему перерождению! Эти стервы, которые только что и умеют глотать и вертеть задницами, понятия не имеют, что значит вытащить душу из одного мира, затолкать ее в новое тело и совместить ее с другим миром.

— Йоко! — закипая, проскрежетала Селемине, — Я не посмотрю, что ты высококлассный специалист. Стрелами нашпигую по самые помидоры!

— Только попробуй! — самодовольно усмехнулся тот. — Меня спустили в ваш сарай для проверки и основной работы. Обижусь и уйду, и кто будет вам оборудование настраивать? Мало знать магию, надо еще уметь ее применять!

Богини отступили, на шаг, сжав кулачки. Даже отсюда я слышал скрип их зубов. Тогда я подошел к Йоко и … склонился перед ним.

— Прошу простить их неуважение к вам, уважаемый, — сказал я смиренно. А заодно хочу высказать огромную благодарность за то, что дали мне второй шанс жизни в этом мире. Я в полной мерю ценю ваш труд и всегда буду помнить кому обязан свои перерождением.

Йоко даже отшатнулся, ошеломленно глядя на меня.

— Э-э, спасибо, Избранный, — растягивая гласные, ответил он. — Вот уж не думал, что кто-то по достоинству сможет оценить мою работу. Эти бабы только и могут, что кричать: — «Йоко, телепорт не работает!», «Йоко, камера не показывает!» А знаешь, что, Рич, — расчувствовавшись, «ботаник» хлопнул меня по плечу с такой силой, что я чуть было не полетел вверх тормашками. — пожалуй, я кое-что тебе обновлю. Знаешь, тоже иногда поглядываю сверху на твои деяния. Интересно, все-таки, посмотреть на результаты. Да, точно! Поставлю тебе расширение одиннадцатой винды! Так, ложись обратно, надо провести полную диагностику.

Пихнув меня на кровать, он взглянул на Стихию. Странно, но он не испытывал к ней ни малейшего страха или благоговения. Впрочем, все программисты слегка не от мира всего.

— Ты так и будешь стоять там? — равнодушно спросил он. — Избранный тебе больше не нужен?

— Как это не нужен?! — возмутилась та. — а ну стой!

Подскочив ко мне, она опустилась сверху, сверкнула и исчезла.

— «Было весело!» — раздался в моей голове ее мысленный голос. — «Надо будет повторить!»

— Пожалуй, пора приступать! — тоном патологоанатома произнес Йоко, протягивая ко мне руку. И мир снова погрузился в темноту…

… — Вот и все! — удовлетворенно донеслось до меня. — Готово. ДА, можете не благодарить.

Открыв глаза, я увидел, как небесный программист уходит, не оборачиваясь в сверкающее облако. Только заходя в него, он добавил напоследок: —

— Спасибо за теплые слова, Избранный. Тебе понравится мой апгрейд!

И исчез.

— Нам тоже пора, — попрощался Легат. — Даже в Астрале время не бесконечно.

— Мы будем за тобой приглядывать, Рич! — добавила Селемине.

— Теперь, когда ты стал ближе к Свету, то перескочил сразу через несколько ступеней. Мы и подумать не могли о подобном! Я горжусь тобой Ричард! — провозгласила Минета.

— Как придешь в себя, постарайся не дергаться, — напутствовал меня Легат. — Твое тело было сильно повреждено после того, как ты использовал то заклинание на Йог-Шоггурате. Обычный человек рассыпался бы в пепел. Уверен, Стихия ускорит твое восстановление, но все же не рискуй. Успехов!

И все вокруг закрутилось…

… - Йоко, ну Йоко! Ты самый лучший! Непревзойденный! Мастер! Ну, скажи, что ты в него всадил?

— Йоки, обещаю, как только ты поделишься информацией, я тебе покажу то, что ты никогда не видел!

— Ну, чего ты молчишь? Цену набиваешь? Ах так! Тогда я… я… Хорошо! Твои условия?!

— Да расскажи ты им. Они ж не отвяжутся!

— Ладно, ладно! Достали! Так, с тебя энергии триста, а ты отсоси у программиста! И вечером жду у себя обеих.

— Ну ты и на-а-аглый! — покачал головой Легат.

— А ты думал?! — вскинулся Йоко. — Итак, я сделал такой апгрейд, какого больше нет ни у кого на всей планете…

… - Ты сделал что?!!

— Ты соображаешь вообще? Он же теперь почти подобен нам!!!

— И как на это посмотрят наверху? — угрюмо спросил Легат.

— Не прикидывайся, старик! — весело ответил Йоко. — Ты уже все понял, в отличие от этих дур. Это дополнение должно было стоять в нем еще в самом начале, но в последний момент мне пришел приказ отменить установку. Что-то там было связано с перевесом баланса в пользу Хаоса. Но, ввиду осложнившейся обстановки на материке хумансов, наверху решили его все-таки ввести в вашего паладина. Думаете, я просто так к вам прибыл? Камеры крутить, да системы налаживать? Вы же в курсе, что Хаос ввел своего перерожденного ферзя в Игру?

— Да, уже в курсе, — печально подтвердила Минета.

— Но вы не знаете главного! — поднял палец в восклицательном жесте программист небес. — Его выбор пал не на простого человека из того же мира, что и Ричард. Герой Хаоса — это профессиональный убийца! Воин, посвятивший всю свою жизнь служению военному делу. Почти бездумная машина, готовая разрушать и нести зло и беспорядок. Он наделил его почти теми же талантами, что и мы своего ферзя. Конечно, магией Света он не обладает, зато специализируется на стихии Хаоса. И поверьте, антигерой не сидит, сложа руки. А наш подчиненный? До сих пор не может воскрешать! Чья тут вина? Только ваша! Всех! Воскрешение — навык стихии Света! Кто должен был ему помочь?..

Йоко еще долго орал на всех троих. Когда ему надоело, он напомнил пристыженным богиням об обещании и удалился к себе…

— Ай, на кого ты нас поки-и-и-ину-ул?!!!

— А-а-а! Почему Рич?! Почему не эта ушастая ш**ха?! Почему Духи забрали его таким молодым?!!

— Ри-и-ича-а-ард! Как ты мог оставить всех нас так рано?!..

Я не открывал глаза и не подавал признаков жизни, наслаждаясь кошачьим концертом. Судя по всему — меня хоронили. Тело аццки болело, по ощущениям не хватало конечностей, и нигде не было живого места. Но, как заверила меня пока еще безымянная стихия, которую я прозвал Светочкой, она активно принялась самостоятельно регенерировать мою бренную тушку. Первым делом, перекрыла доступ нервным окончаниям, из-за чего я перестал вообще что-либо чувствовать, кроме легкой щекотки. Оставалось только «воскреснуть». И этого я боялся больше всего.

Но когда безутешная Катарина навалилась на мой туго перебинтованный торс, я понял, — или сейчас повторно кончусь от нехватки воздуха, или «воскресну». Пришлось выбирать.

— Слезь с меня! — прохрипел я, открывая глаза. — Ты корова или зайка?!

Все мгновенно заткнулись. Гробовая тишина…

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

И две трети личного состава лежит на песке без сознания. На ногах остались те, кто покрепче.

— Мой лорд! Вы живы! — Йоруичи в порыве чувств хватает меня за руку.

— Ричард! Ричард! Ричард! — как заведенная повторяет Катарина, вылизывая мне лицо.

— Рич! Пить! Очень! Пить! — ну, естественно, кому что, а Лулу воды.

— Кто бы сомневался, что ты жив! — вытирая блеснувшую слезинку, сказала Валенсия.

— Братан! Я знал, что ты в порядке!

— Еще бы он в порядке! Но как? Лорд! У вас же половина тела сгорела! Как вы? — Лесси, единственная, кто спросила о самочувствии.

Остальные лежат.

— Оставьте меня в покое! — слабым голосом попросил я. — Я самостоятельно восстанавливаюсь. Просто не мешайте, и я буду в порядке. Лучше им помогите.

— Рич! Пить!

— Да, да. Лови! — и я попробовал колдануть сферу воды в сторону Лулу. Мда. Что-то я переборщил. По воздуху медленно поплыла, покачиваясь, громадная водяная сфера размером с Камаз. Все ошеломленно заткнулись, наблюдая за ее неторопливым полетом. А Лулу обрадовано дотянулась щупальцем, и принялась торопливо накачиваться содержимым.

— Ты же лопнешь, деточка! — прохрипел я. Но Слайм даже не обернулась, увлеченная процессом. Впрочем, она быстро насытилась и отвалилась на песок, принимая форму амебы. А оставшаяся масса воды медленно поплыла дальше. В сторону бесчувственных девушек. Зависнув ровно над ними, она лопнула, пролившись ледяным водопадом…

Ладно, не будем о грустном. Холодная ванна в пустыне еще никого не убила. Напротив, большинство очнувшихся девушек были только рады освежиться. Но мне все же досталось крепко. Не физически, так как дотронуться до меня означало практически убить, но морально. Почти каждая девушка сочла своим долгом высказаться, как именно она настрадалась от преждевременной потери лорда.

Спасибо Джанне, она первой пришла в себя, разогнала страдалиц, и приказала обустроить лагерь в тени вздыбленной Шоггуратом земли. А пока девушки бегали туда-сюда, руководство, пользуясь моим беззащитным состоянием, решило прочитать мне лекцию о Монстре с большой буквы, которого мне чудом удалось завалить.

— Мы считали их вымершими. Уже более трехсот лет о них не было никакого упоминания. В скрижалях Предков, которые нам удалось сохранить, есть краткое описание этих чудовищ. Происхождение их неясно, — рассказывала зайка, пока я приходил в себя. — Одни утверждают, что они были занесены к нам из других миров, другие, что они дремали в тоще земли, и были разбужены тектоническими сдвигами, третьи, уверены, что Черви были созданы Первыми и заморожены особыми заклятьями, оставив их дожидаться возвращения хозяев. В любом случае, мы считали, что Предки перебили их всех.

— Как видишь не всех, — ухмыльнулся я. — И на нашу долю оставили.

— В прошлом их считали богами, поклонялись, и даже приносили кровавые жертвы. До тех пор, пока некий герой не отдал в жертву свою любимую и не убил первого Червя. Узнав, что их ужасные боги смертны, Предки объявили на них страшную охоту. Конечно, на одного умерщвленного монстра приходилось не менее сотни воинов, но каждый убитый Йог-Шоггурат был больше, чем трофеем…

Увлекшаяся историей зайка и не заметила, как я практически с нуля отрастил себе тело. Регенерация происходила не так быстро, как у больных, которых лечил я. Видимо, самоисцеление, да еще в таком истощенном состоянии, работает хуже. Тем не менее, за полчаса мне удалось прийти в себя. Только дико хотелось есть.

Несмотря на мое полное восстановление, кормили меня с ложечки. Не то, чтобы я был против, это даже мило, но порядка за столом не было.

После обеда ко мне подошла Томоки.

— Рич, нам надо серьезно поговорить! — заявила она с ходу. — Это касается места, в котором мы находимся. Джанна, следует собрать всю экспедицию.

Расстелив на пледе драгоценные карты, она принялась тыкать когтем в различные точки, попутно рассказывая свои умозаключения:

— Когда мы вышли из леса, то находились вот здесь, у подножья Кокосового хребта.

Джанна согласно кивнула.

— С другой стороны, никакой бесконечной пустыни с Йог — Шоггуратами, да еще и на нашем материке отродясь не было! — продолжала разведчица. — Из чего следует вывод, что мы попали в пространственную аномалию, влетели в телепорт, или подверглись воздействию мощных чар.

— Ты хочешь сказать, что мы сейчас вообще можем находиться не на своем континенте?! — потрясенно выдохнула Катарина.

— Очень вероятно, — кивнула Томоки. — А может быть, даже вообще не в своем мире! Помните, какие могущественные архимаги сражались в Последней Войне? Некоторые их ловушки так и не были активированы. Возможно, что мы влетели в одну из них. В любом случае, будем надеяться на лучшее.

Через час, когда все полностью отдохнули и набрались сил, мы снова двинулись в путь. Пейзаж не радовал разнообразием. Песок, редкие кустики зелени, солнце, облака, странный позеленевший кувшин, полузасыпанный песком. Стоп, что?!

Так как Лулу постоянно требовала подпитки, мне приходилось плестись в самом конце отряда. Слайм не отличалась быстрой походкой по раскаленному песку. Подойдя к кувшину, я с усилием поднял его и попробовал разглядеть поближе. Амфора на вид была невероятно древней, но, очевидно, состояла из необычной глины — я не заметил даже намека на трещинку. Внутри что-то перекатывалось и гремело, а горлышко было запечатано сургучом со странными выцветшими рунами.

— Интересно, а вдруг там джинн, который исполняет желания — хмыкнул я, пытаясь вытащить пробку. Как назло, та даже не поддавалась. Плюнув, я вытащил подаренный кентаврами кинжал и попытался продырявить в ней дырку.

— Давай же, твою мать! Вскрывайся… Ай!

Соскользнувший кинжал легко прошел сквозь пробку, по пути пропоров мне ладонь.

— Что ты сказал? — повернулась ко мне Китана. Она тоже плелась в арьергарде, стараясь первой успеть на раздачу воды. Морозной фее приходилось весьма несладко на жаре.

— Рич, скажи, что ты не пытался его открыть? — уставившись расширенными глазами на кувшин, сказала она тихим тоном.

— А если я скажу, что пытался? — облизывая кровоточащий палец, съязвил я.

Девушка побледнела еще больше.

— Ты еще и обдал его своей кровью?! — произнесла она трагичным тоном. Остальные полуголые амазонки тоже останавливались и удивленно смотрели на наш диалог.

— Ри-и-ич! Брось его! Брось немедленно! — заорала вдруг Катарина, выпрыгивая из толпы и бросаясь ко мне.

Но было поздно. Из амфоры струей пошел фиолетовый газ, мгновенно окруживший и погрузивший меня в беспамятство…

…Очнувшись, я обнаружил, что больше не нахожусь в пустыне. Скорее, окружающее пространство походило на пещеру или землянку. Меня окружала почти полная темнота, которую слабо освещали растущие вокруг кристаллы. Я лежал совершенно голый на чем-то шерстяном, вероятно, шкуре какого-то животного.

Внезапно, почти передо мной из мрака выступила странная фигура со светящимися желтым огнем глазами. Она была практически обнажена, не считая повязки на бедрах и полупрозрачной шали на огромных синих грудях. Да, ее кожа была темно-синего оттенка. Не такой, как у Луары, инопланетянки из другой вселенной, но густой, почти черной синевы. Кроме того, у нее росли небольшие изогнутые рога, длинные черные волосы спускались почти до пояса, а длиной остроконечных ушей она могла поспорить даже с Луной. Длинный хвост тоже был в наличии. Вообще, она производила весьма приятное впечатление, хотя и немного пугала ярким светом желтых глаз. Особенно когда моргала. Демонических крыльев я у нее не заметил, но девушка явно была нечеловеческого вида. Да и спутать ее с некотянами было тяжеловато. И тем не менее, к демонам она тоже не принадлежала по ряду некоторых отличительных признкаов. Например, у тех не светились глаза в темноте.

Она протянула ко мне руки, певуче что-то проговорив, и запрокинула голову, хрипло рассмеявшись. Я с удивлением обнаружил, что не в силах даже пошевелиться. Но мог говорить, чем я и воспользовался.

— Кто ты? Что происходит? Где мы?

Незнакомка, наклонив голову, прислушивалась к моим словам. Потом, странно рыкнув, словно голодный тигр, упала на колени таким образом, что ее рот оказался прямо напротив моего младшего.

— Язык Непокорившихся! — произнесла она гортанным голосом, не обратив внимания на мои вопросы. — Сколько же я провела в заточении? Нет, не время. Мне нужны силы! Времени совсем мало!

Она открыла рот, обнажив острые клыки и высунула длинный язык, который все растягивался и растягивался. Он оказался даже длиннее, чем у Кассандры, ламии из Таверны Белой бухты, только не был раздвоенным. Произнеся по-детски — «А-ам!» она накинулась на моего бойца, обернув язык вокруг него аж в три оборота.

— А может, сначала познакомимся? — спросил я, пытаясь освободиться. Бесполезно! Магия нападавшей была или сильнее моей, или строилась на совершенно других принципах. В любом случае, развеять ее чары у меня не получалось, как и усилить руки.

— Не спртывлайса! — прошепелявила та, заметив мои попытки сбежать. — Всо зконшитса бышстр. — ее язык усиленно массировал бойца и тот практически приготовился к очередному заданию. — Я зыберу твуу жысн, силу, и внов стну смой мохушесвенной в мре!

Вот оно что! Таинственная незнакомка вознамерилась меня высосать досуха, как паук муху! Но что она говорила про нехватку сил и времени? Надо попытаться что-то предпринять. На поддержку кошек рассчитывать не стоит, поэтому придется победить в этой схватке самостоятельно!

Противница, тем временем, не успокаивалась, одновременно пытая и даря невероятное наслаждение моему младшему, прикусывая его и обвивая языком. Наслаждаясь моей беспомощностью, она посмеивалась и взрыкивала, облизывая младшего, но не торопясь переходить в наступление. Впрочем, через минуту ей надоели оральные ласки, и она решила усилить натиск, попытавшись ввести его в свою ротовую полость. Что ей удалось далеко не сразу.

С удивлением взглянув на размер бойца, она усилили нажим и медленно, но, верно, втянула его в себя, словно огромную сосиску. Видно было, что процесс ей нравится не меньше, чем мне. Одной рукой она массировала низ живота, а другой вцепилась в мои ноги с такой силой, что оставляла длинными когтями кровавые царапины. Причмокивая и постанывая, она все больше и больше заглатывала солдата, пока он полностью не скрылся внутри ее чрева. Я даже стал беспокоиться за сохранность ее глотки, когда она внезапно отпустила его и посмотрела на меня странным взглядом, зарычав при этом.

— Почему? Почему ты не хочешь отдать мне свою силу? — гортанным голосом спросила она. — Разве я недостаточно хороша для такого червяка как ты?! Что же, придется мне кое-чему тебя научить!

Рыкнув, словно голодный кот, она снова бросилась ртом на бойца. На этот раз, она с ходу погрузила его до конца и принялась за дело гораздо активнее, невзирая на то, что он упирался в нежные ткани ее горла. Дело близилось к финалу, но мне совсем не хотелось терять собственную жизнь. — так сильно я привык к этому миру и не хотел завершать ее столь рано. Пусть и такой приятной смертью. Потому крепился как мог, представляя в уме сложные математические формулы и вспоминая тещу.

Разочарованно оторвавшись, девушка вскочила, и посмотрела на солдата, не желавшего идти на поводу у столь невероятного врага. Задумавшись на короткий миг, она ехидно улыбнулась, снова что-то пропела, и обрисовала в воздухе светящийся огненный знак. Не переставая петь, она приложила к моей груди другую руку. Я вскрикнул от короткой боли. Девушка отняла руку и я увидел как на коже образовалась странная отметина в виде двойного сердца, со странными линиями. Переведя взгляд на незнакомку, я обнаружил точно такой же знак в самом низу ее плоского животика.

В результате этой странной магии мой слегка увядший солдат вдруг сам собой вскочил, словно я наглотался афродизиаков.

— Что ты со мной сотворила? — удивился я. — Слушай, давай договоримся по-хорошему? Я так понимаю, ты джинн? Или что-то похожее? Ну, долгое заключение, воздержание. Но зачем так набрасываться? Можно и полюбовно…

Та, не обращая внимания на мой треп, хрипло расхохоталась и раскорячилась прямо над готовой к пуску ракетой. Без лишних прелюдий, она, отодвинув повязку, насадилась на крюк, словно рыбка и принялась, постанывая, активно двигаться. Но длительное воздержание все же давало о себе знать. Как бы она не желала, но продвинуться больше, чем на половину длины ракеты, у нее не выходило. Но девушка не сдавалась. Болезненно вскрикивая, она все же продвигалась все дальше и дальше. Наконец, у нее получилось, и она довольно оскалилась, глядя на меня и не прекращая телодвижений.

К слову, она была не только очень привлекательной, но и возбуждала не хуже других. Я почувствовал, что еще немного, и победа будет за ней. А жить все же хотелось. Солдат уже практически игнорировал мои приказы сохранять хладнокровие. Я понимал — еще немного, и Рича можно будет перерождать заново. Если, конечно, боги согласятся на это.

Тем временем, роковая красотка, видимо, придя к первому пику, вытянулась и улеглась на мне, расплющив свои огромные холмы о мою стальную грудь. А я и не заметил, полностью сосредоточившись на сохранении самоконтроля! Девушка, тяжело вздыхая, высунула свой длинный язык, и в порыве чувств облизала им мое лицо и шею, а потом проникла в рот, обвивая им мой язык, как удав жертву.

И тут я почувствовал что-то новое. Это напомнило мне звон колокольчика, который я впервые услышал в первый день моего попаданства. Что-то тренькнуло в голове, и я вдруг проник в голову моей противницы!

Странное, но интересное чувство! Я даже забыл, что занимаюсь сексом с неизвестной, на некоторое время совершенно выпав из реальности! Мое сознание оказалось в темноте, в которой вспыхивали различные образы и воспоминания. Я видел странные и страшные битвы, чьи-то голоса и лица, говорящие на незнакомых языках, невиданные машины и чудовищ. Пару раз мне даже показалось, что я узрел Легата и Селемине, но прежде чем я среагировал, они уже исчезли. Потом все образы исчезли, и в центре появилось суровое мужское лицо. Я сразу насторожился. Меня посетило чувство дежавю. Я точно уже где-то его видел. И тут меня озарило!

Это был усопший архимаг, наложивший проклятье на род Иллаой, бедной кошечки, чье поколение было вынуждено проживать половинную жизнь, в отличие от остальных. Проклятье — то я снял, а вот лицо мага забыл. Но теперь, он стоял, живой и здоровый в воспоминании Дины, и явно ей угрожал, крича и брызгая слюной прямо ей в лицо.

Да, девушка, которая захватила меня, была из рода магических существ, созданных в результате лабораторных экспериментов по скрещиванию магии и человеческого генома. Подробностей в голове Дины я не нашел, только ее имя. Вероятно, они были запрятаны гораздо глубже.

Лицо исчезло, в глаза ударила яркая вспышка, и все сменилось темнотой. Я отчетливо почувствовал страх, тоску и безмерную боль одиночества девушки, длившиеся сотнями лет. За секунду ее эмоции пронзили мой разум и я выпал обратно в свою голову.

Дина ничего не заметила, продолжая облизывать мой подбородок. Вероятно, мысленный контакт являлся односторонним или девушка не была эмоционально восприимчивой к подобному виду связи. Подняв голову, она с недоумением уставилась на мое лицо.

— Почему ты плачешь, смертный? — удивилась она. — Ты чувствуешь близость смерти? Не бойся! Ты умрешь в наслаждении. Многие желали бы оказаться на твоем месте…

— Дина! — ответил я, глядя в ее резко расширившиеся светящиеся глаза. — Освободи меня! Клянусь, я не причиню тебе боль и не убегу. Напротив, я попытаюсь помочь тебе!

Девушка с ужасом отпрянула, спрыгивая с моих бедер.

— Откуда ты знаешь мое истинное имя?! — вскрикнула она. — Вот уже четыреста лет никто не произносил его вслух! Неужели … ты менталист?!

— Я не знаю, Дина, — просто ответил я. — Я был избран теми, кого местные называют богами. Может быть, я и владею магией разума. Я случайно заглянул в твой разум и увидел там твою боль и грусть. Выпусти меня.

Девушка, подумав немного, решительно тряхнула головой и протянула руки в сторону моих прикованных невидимыми цепями конечностей. Пропев что-то на незнакомом языке, она опустила руки, а я понял, что снова владею своим телом.

Тут же вскочив, я подошел к ней, обратив внимание на ярко вспыхнувший символ на ее животике. Взглянув на собственную грудь, я отметил, что и второй знак также засветился. Что бы это могло означать? Отбросив лишние мысли, я обнял девушку:

— Я видел твою боль и твою тоску, Дина! — горячо сказал я. — Прошу, стань моим другом. Ты больше никогда не останешься в одиночестве!

Та подняла взгляд, и на короткий миг я увидел яростно вспыхнувшую надежду в ее желтых глазах. Но в следующий момент она оттолкнула меня обратно на шкуры со словами:

— Тебе придется доказать, что ты достоин называть себя моим господ… напарником!

— «Господином? О чем это она?» — успел подумать я, прежде чем Дина, оборотившись ко мне спиной, одним движением сдернула мешавшую одежду, и на удивление ловко опустилась, попадая моей стрелой точно в центр своей мишени.

Дальнейшие события слились в мешанину ярких вспышек, оргазмов и беспрестанную череду удовольствий. Я потерял счет времени, надеясь только на собственные силы, энергию, и запас манны, из которого я репал манну для усиления тела. Да, мне пришлось это сделать, так как джинния оказалась просто ненасытной! Она практически не давала мне отдохнуть, требуя новой и новой дозы свежей сметанки. При новом йогуртоизвержении я замечал, как вспыхивают оба знака. Но с каждым разом, символика загоралась все тусклее и тусклее, а Дина становилась все более и более расслабленной, уже не так рьяно кидаясь на меня.

Наконец, настал момент, когда она упала на живот и больше не встала.

— Ты победил! — недовольно пробурчала она. — Я признаю поражение.

Повернувшись, она уселась в позу лотоса, затянула странный речитатив и резко вытянула в мою сторону руку. Странные символы на моей груди и ее животики вспыхнули красным огнем, изменились, обрастая новыми линиями и исчезли, а джинния устало рухнула на пол.

— Теперь ты мой господин, смертный! — улыбнулась она. — Позаботься же о своей рабыне! Теперь мы связаны навек!

Я также молча сел рядом, не в силах вымолвить и слова. Если бы не магия усиления тела, Дина высосала меня досуха еще час назад.

— Мы обратно к моим друзьям вернуться можем? — спросил я ее переводя дыхание.

Вместо ответа, джинния тут же хлопнула в ладоши,… и я кубарем покатился по песку, сопровождаемый ехидным смехом. Когда в самом низу бархана я поднял глаза, то увидел на одной его стороне синюю Дину, а на другой оторопевших кошек. И тут я вспомнил, что совсем голый…

Спустя несколько секунд на вершинах барханов развернулась самая настоящая война. Пока я пытался прийти в себя, Китана, Седжуани и прочие девушки, обладавшие хоть какой-то магической мощью, пытались забросать Дину фаерболами, ледяными копьями и даже швыряли в нее метательное оружие. Джинния, даже не взглянув в их сторону, зевая воздвигла некое поле, успешно тормозившее всю враждебную магию и ножи.

— Рич! Убирайся оттуда немедленно! — заорала выглянувшая из-за спин других девушек Джанна. — Скорее, пока она не обратила на тебя внимания!

Не успел я открыть рот, как ко мне спрыгнула Катарина. В ее широко раскрытых красных глазах плескался страх. Точнее, дикий ужас. Быстро осмотрев меня, она пробормотала:

— Вроде цел… Как это возможно? Рич? Как ты себя чувствуешь? Нет, молчи! Нам надо убираться отсюда как можно скорее! Надо же было так вляпаться! — Завернув меня в простыню, она помогла мне подняться и буквально затащила за собой на холм.

— Атакуйте! Атакуйте без перерыва! — орала Джанна. — Не дайте и шанса ей прийти в себя! Скорее, у нас еще есть шанс! Она только что очнулась! У нее пока нет сил!

— Кто вам сказал подобную глупость?! — синяя красотка повернулась, заинтересованно взглянув на девушек. — С чего вы взяли, что я не успела набрать сил, пока находилась рядом с моим господином?

Она привстала и, легко оттолкнувшись от песка, поплыла к нам по воздуху, не прилагая ровно никаких усилий. Я заметил, что она вновь была одета в полупрозрачную шаль и повязку. Когда только успела? Атаковавшие ее девушки заорали от бессильной злобы и отчаяния, а та, не обратив на них ни малейшего внимания, подошла к Джанне и схватила ее за подбородок, слегка приподнимая ее над землей.

— Миленькая зайчишка! — усмехнулась она. — Ты хочешь узреть силу великой Ун Дины Ибн Хоттабычны? Я же тебя…

— Сидеть! — сказал я первое, что пришло мне в голову. Дина, отпустив зайку, тут же плюхнулась на попку, отчаянно махая хвостиком. На ее лице тут же отразилась сложная гамма чувств от недоумения и злости до всепоглощающего желания услужить хозяину.

— Лапу! — добавил я, подходя к ней. Джинния тут же подала мне правую руку. Ее ротик при этом слегка приоткрылся, выпуская длинный язык. В этот момент она больше всего была похожа на питомца, нежели на грозного врага. От удивления остальные так зависли, перестав ее атаковать.

— Вот видите! — торжествующе сказал я. — Дина неопасна! Перед вами прирученный домашний зверек, готовый беспрекословно слушаться своего хозяина.

— Как ты посмел?! Ты жалкий… — начала приподниматься фиолетовая от злости джинния.

— Лежать! — бросил я в ее сторону. Дина тут же упала на спину, игриво замахав лапками. — Вот видите! — добавил я, почесывая ей пузико, — она совершенно неопасна! Дина! Слушай мой приказ!

Девушка тут же посерьезнела и уселась на корточки, становясь передо мной на одном уровне. Положив ей одну руку на плечо, я повел другой в сторону окруживших нас девушек.

— Все присутствующие здесь — мои друзья! Я буду рад, если ты подружишься с ними. Пожалуйста, не причиняй вреда никому из них. Но в случае угрозы извне для защиты своей жизни и жизни остальных разрешаю применять любую магию!

— Я поняла, господин! — сверкнув желтыми глазами, ответила джинния. Она легко поднялась и подошла к Джанне.

— Прошу простить меня за мое поведение, — поклонилась она шокированной зайке. — Я буду рада стать вашей подругой.

На короткий миг я почувствовал надежду в ее словах. Короткую, но всепоглощающую надежду на лучшую жизнь и страх оказаться снова в заточении. Подойдя к девушке сзади, я слегка обнял ее за плечи:

— Обещаю, Дина, с нами ты обретешь новую семью. Постарайся завести себе друзей. — Подняв голову, я внимательно посмотрел на остальных. — Того же требую от вас! Попробуйте увидеть в лице Дины обычную девушку, проведшую сотни лет в маленькой тюрьме! Надеюсь на вас…

… Через полчаса мы выступили снова. Лед между Диной и моей группой постепенно таял. Началось все, естественно с Лулу и Эняона. Пока остальные настороженно и отчужденно сторонились джиннии, Эняон весело прыгал возле нее, требуя ласки и внимания. А когда ко мне вновь подползла слайм за порцией воды, я отослал ее к Дине. Обрадовавшись новому развлечению, та тут же устроила аквапарк с купанием всего отряда, призвав несколько грозовых туч…

… Спустя еще полчаса Дина уже не плелась одиноко в хвосте отряда. Вслед за Эняоном с ней познакомилась Зельда, Лесси, Леон с сестрой и прочие. Джанна, Китана и Катарина все еще держались настороженно, рассказывая мне историю древней вражды.

— … Создания, подобные ей, были созданы искусственно, — говорила Катарина. — Это нам точно известно. Вопрос в том, кто именно вывел их. Мы знаем, что Предки повсеместно пользовались их услугами, но в результате какого-то катаклизма уничтожили большую часть ее соплеменников, а остальных запечатали в подобных кувшинах. Позже, они попались на глаза фанатикам Хаоса. Освободив их и соблазнив обещаниями, те перетянули их на свою сторону. Благодаря их помощи, Хаос почти выиграл войну. Наделенные невероятной магической силой, они легко рассеивали все наши атаки и сеяли беспорядок в наших рядах. Но все же они были уничтожены Аватаром. Мы полагали, что больше никого не осталось.

— Мы ошибались! — глухо добавила Джанна. — Как ты умудрился найти кувшин с уцелевшей Диной, да еще и подчинить ее, Рич?!

— Не просто подчинить, а признать себя ее господином! — влезла Китана. — Мы сталкивались с ее родственниками, воюя за Империум. Та еще головная боль! Но, несмотря на ужасающую мощь, нам известны случаи, когда они легко меняли сторону, становясь подчиненными обычных людей. Очевидно, что-то подобное произошло и в твоем случае, Рич.

— А ты с ней не…? — осенила внезапная идея Джанну. Катарина и Китана с интересом уставились на меня.

— Ну да, — немного смущенно ответил я. — Ну, вы понимаете, мне пришлось пройти через серьезное испытание, ведь на кону была моя жизнь!

Девушки одновременно тяжело вздохнули, но стоило им только снова открыть рот, как к нам подошла виновница суеты.

— Господин! — обратилась она. — Может ли ваша рабыня поинтересоваться, почему мы ходим кругами в этой простой ловушке? Так и задумано?

— А ты можешь вытащить нас отсюда?!! — вскричала Катарина, хватая ее за руки. — О, прошу, умоляю, сделай это! Мы весь день ходим по этой жаре!

Я согласно кивнул в ответ на ее вопросительный взгляд. Дина тут же посерьезнела, очертила вокруг себя невидимый круг и затянула странные песнопения на незнакомом языке. Пока Джанна тормозила отряд и собирала всех рядом, джинния успешно закончила петь, и с интересом осматривала собиравшихся вокруг девушек. Поймав мой взгляд, она улыбнулась и хлопнула в ладоши. Что-то звонко прозвенело, и невыносимая жара тут же сменилась на прохладный ветерок, а солнце мгновенно исчезло.

Мы стояли на опушке небольшой рощи. Слева от нас высоко поднимались неприступные горы, а справа расстилалась степь. Воцарившуюся тишину тут же разрушил визг Катарины:

— Уи-и-и! Это же мой родной лес! Спасибо Дина! — и зайка кинулась на удивленную джиннию, обнимая ее со всей силы. Остальные девушки тоже поспешили выказать ей свою благодарность, — всем до чертиков надоело шляться по жаре. Когда восторги немного поутихли, Катарина повела нас по одной ей известным тропам к своему селению. Но как бы тихо мы себя не вели, вскоре нам повезло познакомиться с гостеприимством местных заек.

Стоило нам только выйти на очередную полянку, как ко мне подошла Дина.

— Господин, — начала она без обиняков. — Я чувствую внимание чужого взгляда…

Не успела она закончить речь, как в воздухе раздался пронзительный свист! Тут же неизвестно откуда мы были окружены вооруженными до зубов девушками-зайками с горящими ненавистью глазами. Потрясая оружием, они молча смотрели на нас, не предпринимая никаких попыток напасть.

— Не стрелять! Не нападать, — шептала Джанна. — Не дай великий дух, вы их спровоцируете! Ждем!

— Надо же! Сама Джанна решила навестить наше мирное селение! — раздался вдруг чистый и звонкий голос, и из-за спин нападавших вперед вышла статная девушка — зайка, неуловимо напоминавшая Катарину. — И чем же мы обязаны столь неожиданной радости?

— Я не понял, у вас с ними какие-то трения? — прошептал я.

— Молчи! — прошипела Джанна и выдвинулась вперед, фальшиво улыбаясь. — Я тоже рада видеть тебя, дорогая сестра!

— Да как ты смеешь?! — рявкнула та. Окружавшие нас зайки тут же угрожающе выдвинули копья. — Не ты ли отказала нам в поддержке, когда мы умоляли тебя послать нам хотя бы сотню воинов?! И после этого ты являешься сюда как ни в чем ни бывало в составе редких родов… Кстати, кого ты к нам привела? Я вижу кошек, сколопендру, гарпию, — перечисляла командир окруживших нас воинов, тыкая пальцем в мой отряд. — Даже хуманса притащила, и не одного! Надо же! Я не узнаю тебя, сестра! Ты забыла, как они грабили наши деревни после войны?!

— Вообще-то, дорогая сестренка, — рисуясь, произнесла Джанна, — один из этих хумансов — Избранный! Подойди, Ричард. — добавила она, театральным жестом подзывая меня.

Сказать, что этим она произвела настоящий фурор — означает ничего не сказать. Большинство окруживших нас заек просто выронило оружие, с вытаращенными глазами уставившись на нас. Те, что покрепче, наоборот стиснули его так, что их маленькие кулачки побелели. Сама предводительница не многим отличалась от подчиненных. С глазами-тарелками в пол-лица и открытым ртом, она смотрела, как Избранный вальяжно подходит к Джанне и берет ее под локоток.

— Джанна, ты мне ничего не говорила про свою сестру, — пользуясь моментом, пробормотал я тихонько. — Что тут за медвежий край, если они ничего про меня не слышали?

— Банни живут очень обособленно от остальных, предпочитая уединение, — шепотом ответила та. — Те, кто решает оставить родную деревню, считаются кем-то вроде изгоев. Так было и со мной.

Впрочем, надо отдать должное сестре Джанны, — она пришла в себя гораздо быстрее остальных.

— Я требую доказательств, что этот хуманс — Избранный! — вскинулась она, — Ты могла привести сюда любого и выдать его за Избранного!

— Да как ты смеешь, падаль ушастая! — взревела Дина, в момент, изменяя облик и вырастая в размерах. В секунду она накрыла собой весь отряд, нависая над зайками, которые в ужасе попадали на колени, визжа и закрывая головы руками. — Умоляй меня простить тебя и целуй ноги моему господину! Может быть, тогда я тебя помилую!

— Сидеть! — равнодушно бросил я в ее сторону. Дина моментально съежилась до обычной формы и упала на корточки, отчаянно завиляв хвостиком.

— Простите моего ручного джинна, — заявил я командирше, подходя ближе к ней. Теперь я мог лучше рассмотреть ее. Огромные голубые глаза, вытаращенные на пол-лица, после всего увиденного, длинные золотистые волосы, завязанные в конский хвост, скромная одежда, не скрывающая богатых данных хозяйки. Длинные заячие ушки, одно и которых горделиво торчало вверх, а другое было примотано повязкой к голове.

Брони, даже кожаной не было ни на ком из заек. Они предпочитали лишь простые повязки, шортики и прочие элементы одежды, которые не стесняли их в бою. Позже, случайно заметив их тренировки, я понял, что броня им только помешала бы. Двигались зайки с невероятной скоростью, да и тот факт. Что они напали на нас так, что их никто не заметил, уже многим объяснял отсутствие защиты. При желании они легко могли покрошить нас в салатик.

Воспользовавшись моментом, когда нападавшие зайки пытались прийти в себя от шока, я схватил их лидера за плечо.

— А?! Что…?! — встрепенулась, было та, но уже было поздно.

— Максимальное исцеление!

Зайку подхватил световой шар, закручивая ее по часовой стрелке. Висела она не меньше минуты, видно, подправлять пришлось очень многое. Когда же она, наконец, опустилась на землю, то окружил ее не только мой отряд, но и все остальные любопытные зайки.

— Что? Как? Почему я на земле? — спохватилась лидер, открывая глаза и обводя нас глазами.

— Лиза у тебя… у вас уши целые! — сбивчиво проговорила одна зайка из ее окружения.

Та, не веря услышанному, судорожно схватилась за второе торчащее ухо. Действительно, теперь оно также горделиво стояло рядом с другим, очевидно, повязка съехала во время исцеления. Всхлипнув, зайка, также быстро залезла под более чем скромный наряд, ощупывая одной ей известные шрамы, каковых, естественно, не оказалось на старом месте.

— Ты еще в зеркало себя не видела, сестра! — обнимая меня, добавила Джанна. — Гарантирую, ты будешь в шоке.

Кто-то из солдаток, не дожидаясь приказа, рванул к Лизе, на ходу доставая карманное зеркальце из наплечной сумки. Та, схватившись за него, как умирающий от жажды путник хватается за бутылку с водой, быстро поднесла его к лицу. Оглядывая себя, она потрясенно щупала собственное личико, не веря собственному отражению. Действительно, ее кожа значительно похорошела, исчезли возрастные морщины. Процесс исцеления значительно омолаживал девушек, и в ее случае произошло то же самое.

Вернув зеркало, зайка, уже не скрываясь, полила крокодиловы слезы, хватаясь за мои ноги…

Опуская подробности, скажу, что на месте омолодил остальных ее подчиненных и торжественно был препровожден в деревню. Как оказалось, мы были перехвачены одним из летучих отрядов, которые безуспешно разыскивали исчезнувших соплеменниц. Несколько дней тому назад группа молодых заек, выйдя на собирательство в ближайший лес, внезапно исчезла. Посланные на поиски зайки не нашли ничего, кроме слегка примятой травы и брошенных корзин. Такое ощущение, рассказывала преображенная Лиза, словно они сами бросили вещи, и ушли неизвестно куда.

Первое, что бросилось нам в глаза — огромные выделанные поля. Куда ни глянь, везде колосились различные злаковые культуры, томаты, картофель. Отдельно стояло охраняемое поле с морковкой. Впрочем, охрана была везде, да и сами землепашцы производили впечатление: крепенькие мускулистые девоньки готовы были в любой момент бросить грядки и прийти на помощь охранницам. Но сердце мое сжималось от боли. Много, слишком много я замечал раненых, инвалидов, исполосованных шрамами и лишенных ушей, хвостов и прочих физически неполноценных заек вокруг.

Проследив за моим взглядом, Лиза вовремя схватила меня за локоть, стоило мне только дернуться в сторону ближайшей миловидной девушки, опиравшейся на костыль. Не замечая своего уродства, она весело скакала даже на одной ноге от одного саженца к другому.

— Простите меня, Избранный! — осадив меня, склонилась Лиза, — Но мы потеряем кучу времени, если отпустим вас лечить всех подряд. Поверьте, мы давно привыкли жить в постоянной угрозе нападения, и битвах. Каждую неделю кто-то из нас погибает, а кто-то получает увечье. Сейчас мы устроим празднество в вашу честь, а завтра я соберу всех, кто нуждается в вашей помощи.

Проводив взглядом ничего не подозревавшую увечную девушку, я выдохнул, соглашаясь с разумными доводами.

Пройдя поля, мы приблизились к воротам самой деревни, у которых уже суетились предупрежденные местные.

Встречали нас весело и от души, несмотря на огромное количество ран и шрамов на телах заек. Или может я специально высматривал их на телах встречавших? В любом случае, наша процессия шла по центру деревни к большому дому, принадлежавшему Лизе. Как оказалось, гостиницы в данном поселении попросту не было, и нас собирались расселить по пустующим домикам или приютить в тех, где были пустые комнаты.

Но проходя мимо уютных двориков, я услышал в отдалении тонкий женский крик, полный боли и отчаяния. Перехватив отчаянный взгляд Лизы, я наплевал на все и бросился в том направлении. Излишним будет говорить, что мой отряд тут же умело блокировал все ходы-выходы, не теряя меня из виду.

Крик повторился. Теперь он был задыхавшийся и булькавший, словно жертву душили. Исходил он из дальнего покосившегося дома в виде казармы. На его дверях был намалеван странный знак в виде перечеркнутого красного креста. Игнорируя предупреждения местных, я распахнул двери и меня чуть не вывернуло наизнанку от ударившей в нос страшной вони гниения, притираний и смерти. Сдержав рвотный позыв, я вошел в длинную полутемную комнату, уже догадываясь о том, что увижу.

Так и было. Вдоль прохода по обеим сторонам лежали несчастные зайки с ранами различной степени тяжести. Уже по одному взгляду на них было ясно — до утра ни одна из них не доживет. У некоторых даже не было сил стонать, они только тяжело дышали. Угрюмые зайки, менявшие повязки, только злобно покосились на меня. Тут я ощутил, как кто-то легонько тронул меня за плечо. Повернувшись я увидел Лизу.

— И вы хотели утром собрать всех, кто здесь лежит?! — закричал я, привлекая к себе всеобщее внимание. — Да они же при смерти!

Оттолкнув ее, я кинулся к ближайшей девушке со страшными ранами на животе. Схватив ее за горячую руку, я тут же активировал исцеление.

— Помогайте им прийти в себя! — скомандовал я ближайшим медсестрам и кинулся к следующей…

Это был Ад! В прямом смысле. Такого ужаса, боли, отчаяния и запаха Смерти я еще не видел никогда. Забежавшие вслед за мной в казарму девушки моего отряда, второпях выбежали обратно, выблевывая на ходу содержимое желудков, и я их прекрасно понимаю. Исключение составили лишь Дина и Лулу, но они решили составить компанию девушкам, взвалив на меня все остальное. Меня самого так и подмывало выйти на свежий воздух и отдышаться.

Но я не мог. Вспоминая больных детей, переселенцев и всех, кого вылечил раньше, я понимал, что это как небо и земля. Девушки, лежавшие здесь, уже простились с жизнью, в то время как у тех была хоть какая-то надежда. Медсестры-зайки с тусклыми глазами и ничего не выражающими лицами, менявшие окровавленные повязки, и убирающие стекавшие экскременты, даже не пытались хоть как-то приободрить умирающих. Пустые глаза самих раненых девушек не отражали ничего, кроме легкого удивления, когда я склонялся над ними, кастуя самое мощное максимальное исцеление, на какое был способен.

И лишь слыша позади себя крики радости, плач, рвущийся из самой глубины души и безумные вопли, которые способна издать только душа, стоявшая на самом краю гибели и внезапно вернувшаяся обратно, я чувствовал, как слезы бегут из моих глаз, и шагал дальше. Но пройдя всего лишь половину дома, я понял, что тоже человек, а не робот. Меня буквально трясло от шока, вони и околосмертельного положения девушек. Пусть мана и бесконечная, но неподготовленный человек просто сломался бы от увиденного, а я подготовленным не был. Да, я лечил и ранее, и видел ужас смерти, но то, что происходило здесь, было Адом.

— Помогите! — прохрипел я, падая на колени возле очередной девушки. Свет от тех, кого я успел исцелить, заливал всю казарму, и остальные зайки не могли не заметить его. Так же, как не могли не заметить и тех, кто буквально вернулся с того света. С кровати, возле которой я рухнул, на мое плечо упала тонкая бледная лапка.

— Максимальное исцеление! — прошептал я пересохшими губами, но ничего не произошло. Не понимая в чем дело, я поднял голову. Глаза бедной зайки были устремлены на меня, но жизнь в них потухла. В них была запечатлена последняя надежда, дикое желание выжить.

Но я опоздал.

— Исцеление! Исцеление! — орал я, сжимая холодевшую лапку и чувствуя, как изнутри поднимается злая горячая волна злобы на самого себя. — Исцеление! Поднимайся, ну же! Исцеление!!!

И тут мне стало нечем дышать. Задохнувшись, я буквально взорвался волной адреналина. Вскочив, я легко поднял невесомое тело зайки, которая отошла в мир иной, практически на моих глазах и закричал, что было сил…

Тишина и спокойствие на О.Л.И.М.Пе — общелегальной Инфраструктуре Метасущностей Паранормы была нарушена резким сигналом сирены.

— В чем дело?! Что происходит?! — закричала разбуженная сигнализацией, полуодетая Минета, врываясь в уютные покои Проектировщика Йоко. За ее спиной маячили невыспавшиеся Легат с Селемине. Богам не требуется сон, но они могут себе это позволить, чтобы иногда вспоминать прежние жизни. Йоко, не позволявший себе такую расточительность, как дрему, повернулся к ним, не отрывая взгляда от экранов. На его лице блуждала счастливая улыбка:

— Наш паладин перешел на следующую ступень! Самостоятельно! Без подсказок!

Минета с Селемине одновременно рванулись к мерцавшим облачкам, заменявшим камеры, и стукнулись лбами, пытаясь разглядеть происходящее. Легат же улыбнулся и поднял глаза, прошептав:

— Сын мой. Я всегда верил в тебя!..

…Костяндр, Темный лорд, почти не спал этой ночью. Вот и сейчас, что-то не давало ему уснуть. Злой, он встал с роскошной постели, походя, пнув развалившуюся Мимокинь. Последнее время она как с цепи сорвалась, требуя все больше и больше внимания лорда, в отличие от закопавшейся в сокровища Текилы. Ламантина практически не показывалась на глаза, тренируя войско. Волшебница, впрочем, даже не проснулась, перекатившись на другой бок и оттопырив выпуклую попку.

Костяндр, не озаботившись одеждой, встал перед огромным зеркалом, любуясь своим новым перекачанным телом, когда в тишине раздался чистый звук, похожий на звон гитарной струны, прошедший по всему замку. Шикарное зеркало треснуло и рассыпалось мелкими осколками, а по декоративным окнам прошла глубокая трещина. Позади опешившего лорда тут же возник связной — мелкий злобный дух.

— Избранный сделал свой ход! — пропищал он. — Времени все меньше! Поторопись, скоро он прибудет к нам на материк!..

Нарида, приглядывающая за Морским народом, вдруг ощутила прилив настроения и радости. Такое случалось со всеми светлыми духами, если в мире происходило что-то по-настоящему хорошее. В тот день, когда Избранный вылечил добрую половину больных Некотян, Духи просто плясали от переполнявших их чувств.

— «Ричард! Я уверена, ты стал сильнее!» — подумала Нарида, улыбаясь. — «Надо будет тебя как-нибудь навестить. Еще бы мне это позволили…»

— ВОСКРЕШЕНИЕ!

Луч света ударил с небес, пронзая тонкую крышу казармы. Казалось, я услышал пение ангелов и легкие звуки арфы, но, вероятно, это было лишь мое воображение. Свет вырвал легкое тельце зайки из моих рук и закружил в невесомости почти под самым потолком. А еще через полминуты померк и опустил ее обратно в мои объятия.

Даже не осмеливаясь верить в происходящее, я сжал ее в руках, всматриваясь в безжизненное личико. Но девушка вдруг глубоко вздохнула и открыла глаза с недоумением глядя на меня. Ее мордашка розовела прямо на глазах. Излишне будет говорить о том, что жуткие раны исчезли.

— Кто вы? — удивилась зайка, вопросительно поднимая прекрасные ушки. — Что произошло? Я только что была в патруле… и… — Она вдруг схватилась за голову и пискнула от ужаса. Очевидно, нахлынули предсмертные воспоминания.

— Не бойся, малышка! — баюкая девушку, шептал я. — Тебе больше ничего не угрожает. А теперь, если ты не против, я помогу остальным.

Передав ее на руки медсестрам, в глазах которых теперь плескался если не страх, то восхищение и ужас явления божества, я шагнул к следующим пациенткам, в мольбе протягивавшим ко мне руки. Странное дело, но вонь и смрад смерти пропали сразу же после того, как я выцарапал эту зайку почти с того света. Теперь ничто не могло меня остановить.

Ничто, кроме вцепившейся в мои ноги, воскресшей зайки. С удивлением глянув на нее сверху вниз, я попробовал двинуться с места. Бесполезно.

— Эй, — попробовал я воззвать к ней. — Давай повременим с благодарностями? Ты не одна, знаешь ли.

Зайка оказалась на удивление понятливой. Тут же отцепившись, она вскочила и побежала рядом, готовая на все, лишь бы услужить. Впрочем, ее помощь была как нельзя кстати, так как медсестры находились в ступоре. Хватая очередную зайку за тощую лапку, я вкратце объяснил воскресшей, чем она может мне помочь. Обрадованная зайка рьяно кинулась поправлять исцеленных, а я смог вздохнуть свободнее.

Обойти всех пациенток я смог лишь часа за два. Столько времени я потратил не только из-за огромного количества раненых. Само волшебство тратило не только мою ману, но пожирало мои силы. Особенно хреново я себя чувствовал после заклинаний воскрешения, которые мне все же пришлось кастовать еще два раза, не считая самого первого.

Но все же это чувство не передать словами! Момент, когда ты чувствуешь, как сердце зайки, лежащей на твоих руках, снова начинает биться, а глаза открываются, — стоит жизни!

Ближе к завершению исцеления я уже почти не стоял на ногах, а почти висел на той самой зайке, которая неотступно следовала за мной по пятам. Пот заливал мне глаза, а дышал я как после четырехкилометрового марафона.

— Последняя! — шепнула мне на ухо зайка. — Постарайтесь, лорд! Потом все будет кончено!

— Исцеление! — пробормотал я, чуть ли не падая на искалеченную крольчиху, смотревшую на меня с невероятной надеждой в сверкавших глазах. Когда свет закрутил ее, вылечивая раны, я махнул девушке в сторону выхода. Кто-то подхватил меня с другой стороны, и под восторженные вопли меня буквально понесли на свежий воздух.

— Ты снова перенапрягся, Рич! — с укором выговаривала мне Джанна, пока Лулу поила меня собственной прохладной водицей. Кстати, она легко могла настраивать выдачу жидкости любого вида. Я пока не научил ее создавать колу, но витаминизированный коктейль она давала с легкостью. Вот и сейчас я быстро приходил в норму.

— Я хотя не в обмороке! — ответил я, переводя дыхание.

— О да! — съязвила та, — тебя хотя бы не вынесли в бессознательном состоянии! И как прошло? Оно того стоило?

Я видел, что зайка не издевается, а реально переживает за судьбу соплеменников, хоть и скрывает это за маской равнодушия.

— Да! — горячо ответил я, хватаясь за ее протянутую лапку, чтобы встать. — Стоило! Еще как стоило!

— А что это были за странные лучи света, бьющие с небес? — спросила подошедшая Луна. — Они напомнили мне божественную магию Селемине. Только они были яркими как солнце, а магия моей богини берет силу от Луны.

— Сами увидите! — усмехнулся я. — Хотя, спросите вот эту зайку, — я показал на замершую рядом «воскресшую».

Гомонящие девушки тут же окружили опешившую крольчиху. Сначала она стеснялась, но быстро расшевелилась, по двадцатому разу рассказывая «чудесную историю собственного воскрешения». Вскоре из казармы вышли и остальные исцеленные, тоже желавшие поделиться с остальными своим волшебным рассказом.

Особенно мне запомнился момент с детьми, которые бежали навстречу мамам, с которыми уже успели попрощаться навсегда. Так происходило в жизни. Тех, кто уже находился на грани жизни и смерти, отправляли в «дом смерти», в котором девушек ожидало развоплощение. Соответственно, те, кто приходил в сознание, успевали сказать родным последнее слово перед смертью.

Дальнейшее действие происходило так быстро, словно кто-то включил ускоренный просмотр. Вот только что мы сидели возле «Дома смерти», как на самом деле называлось это помещение, как уже всем составом отдыхаем в большом зале дома Лизы. Хозяйка бьется лбом об пол, принося извинения за то, что не хотела беспокоить важного гостя тем, кто все равно бы помер. У меня не было сил спорить с ней, и я лениво отмахивался. Еще кадр, все расползлись по предложенным домикам, и я остался практически один, за исключением Лулу, Джанны и Лизы. Слайму все равно было где спать, хоть в луже, Джанна ни в какую не хотела меня оставлять, мотивируя это одной ей понятыми страхами, а Лиза являлась хозяйкой дома.

— Рич, ты не хотел бы, сходить в баню перед сном? — наклонилась ко мне хозяйка, мотаясь между кухней и залом.

Я оживился. Последний раз я был в нормальной парной тысячу лет назад, если не считать бассейнов с горячими источниками. Лиза, заметив мою заинтересованность, принялась описывать достопримечательность заячьих бань:

— У нас самая большая парилка! Нигде больше ты не найдешь такую! На ее строительство мы потратили немало сил, времени и ресурсов! Дело в том, что далеко не у каждой из нас есть даже ванная в доме. Поэтому несколько лет назад мы собрались и выстроили замечательную баню!

— Ладно, ладно! Уговорила! — поднимая ладони, ответил я. — Сто лет уже не был в хорошей бане. Веди.

Зайка, отчаянно виляя крепкой попкой, которая притягивала мой взгляд, тут же потащила меня к выходу, невзирая на окрики сестры. Слайм уже дрыхла в кадушке. Пришлось идти вместе под ручки с очаровательными зайками, которые стискивали меня с двух сторон, пытаясь выиграть друг у друга сисястое соревнование.

Вскоре мы пришли к приземистому, но длинному бревенчатому зданию, из труб которого валил пар. Дом сильно напоминал «дом смерти», но выглядел не в пример красочнее и уютнее.

— Вот! — горделиво сказала Лиза, обводя рукой здание, — наша гордость! От лица всех Банни, я хочу предложить тебе, Ричард, наше гостеприимство. Насладись же нашей баней!

Оставив злую Джанну на улице под предлогом гигиены, зайка провела меня внутрь, акцентируя внимание на тех или иных устройствах для подачи пара, воды и повышения/понижения температуры. Внутри оказались достаточно просторный предбанник, комната отдыха, небольшой бассейн с прохладной водой, раздевалка и даже душевые. Но главное ждало меня впереди.

— Прежде чем я проведу тебя внутрь, наш спаситель, нам следует переодеться, — загадочно улыбаясь, произнесла зайка. От меня не укрылось, как она украдкой провела языком по пересохшей верхней губе. — Подожди минутку, я сбегаю за твоим халатиком.

Оставшись в одиночестве в раздевалке, я приложил ухо к двери, ведущей внутрь парной. Но никаких звуков кроме шума воды не доносилось. Хотя, судя по поведению Лизы, спокойно попариться у меня не выйдет.

Если бы я только мог предсказать степень своего заблуждения…

Лиза вернулась очень быстро — не прошло и двух минут. Вручив мне смену белья и показав корзинку для старой, она собралась было вежливо откланяться, но я не собирался так просто отпускать прелестную хозяюшку. Тем более, замечал, какие жадные взгляды она на меня постоянно бросает. Поймав за плечи, я было приблизился к ней, думая, не выглядит ли это излишней навязчивостью, как потерявшая последние остатки разума, зайка буквально впилась в меня губами, вжимаясь в меня всем телом и дрожа от переполняющей ее страсти. Около минуты, она яростно стискивала меня, почти прокусывая мои губы насквозь, как вдруг резко отстранилась. Тяжело дыша, она поклонилась, сжимая собственное платье, и выдала:

— Не будем торопиться, Ричард! Отдыхайте. Вам понадобятся силы!

И умчалась!

Я и младший удивленно посмотрели ей вслед, переглянулись и пошли париться. А стоило всего лишь немного задуматься над ее словами…

Наскоро сложив вещи, личное оружие и части золотого доспеха в корзинку, сполоснувшись, я открыл дверь парной, и, пройдя через нее, попал почти что в другой мир! Если предбанник удивлял своим уютом, то парная поражала своей чистотой и великолепием. Прежде всего, она была невероятно огромной, так как тянулась от самой двери и занимала еще половину дома. Немного дальше, сквозь стеклянную стену слабо виднелся еще один огромный каменный бассейн.

— Сколько же они угрохали сил в эту красоту? — пораженно спросил я. Мне никто не ответил. Баня была девственно пуста. Но температура просто зашкаливала. Недолго думая, я растянулся на ближайшей полке и расслабился, наслаждаясь тишиной и покоем.

Вдоволь отдохнув, я понял, что еще немного и превращусь в слайма, а потом буквально растекусь прямо на полке. Пришлось собраться и двинуться в бассейн, отделенный от меня полупрозрачной стеной, на ощупь напоминавшей не стекло, а некий минерал. Приоткрыв звякнувшую дверь, я был готов поклясться, что в окошке мелькнула чья-то тень, но дальнейшая ловля подглядывающих, ни к чему не привела. Пожав плечами, я погрузился в теплую воду и даже, кажется, слегка закемарил.

Очнулся я от позвякивания колокольчика на двери бассейна и дробного топота множества мягких лапок по гранитным плиткам. Сзади меня раздался легкий звенящий смех, и чьи-то ласковые лапки легли на мои плечи.

— Я же сказала, что мы обязательно позаботимся о том, чтобы вы как следует, отдохнули сегодня, господин Ричард! — раздался над ухом знакомый хрипловатый голосок, в котором кроме беззаботности звучало и плохо скрываемое напряжение, перемешанное со страстью.

Тут же кто-то соскользнул в воду справа и слева от меня. В клубах пара трудновато было разглядеть фигуры, но почти сразу я ощутил нежные прикосновения сразу нескольких пар лапок. Лиза не спешила переходить к делу, ожидая моего согласия. Также и остальные девушки, скрытые туманом ждали приказа. Судя по подрагивавшим ручкам хозяйки, она была готова даже к резкому отказу, но до последнего надеялась на благоприятный исход.

— Лизонька, — усмехнулся я, чувствуя, как успокаивается ее нервная дрожь, — не представишь меня остальным? Честно, я не ожидал, что буду настолько популярен.

— Вам нет нужды представляться нам, — засмеялась Лиза. — Каждая Банни в деревне уже знает героя, спасшего от смерти всех, кто ожидал своего часа в доме Смерти! А наши имена вам ничего не дадут, — погрустневшим тоном добавила зайка. — Все равно вы скоро уйдете отсюда.

Решив приободрить ее, я повернулся к ней, но не смог вымолвить, ни слова. Я ожидал увидеть ну двух-трех девушек, не считая тех, кто уже успел нырнуть в бассейн, но площадка была просто забита прелестными полностью обнаженными зайками! Одни девушки мило улыбались, приняв соблазнительные позы. Другие, стеснительно завернувшись в полотенчики, держались за спинами своих соплеменниц, но тоже старались показать себя. Третьи, практически не скрываясь, открыто демонстрировали свои прелести, держась практически за спиной Лизы. А сама полностью обнаженная хозяйка стояла на коленях на холодных плитках, ожидая моего ответа.

— Лиза! — еле выдавил я. — А вы не переборщили? Я же, все-таки, хуманс, а не минос.

— Ваши подруги рассказывали несколько иное о вашей выносливости, наш герой, — улыбнулась та, наклоняясь ко мне. — Не волнуйтесь. Большинство находящихся здесь девушек готовы выполнить любое ваше желание, ведь это их вы вытащили с того света!

Девушки согласно загомонили, окружая нас. Я действительно узнал нескольких исцеленных из них. В том числе и ту самую мою первую воскрешенную зайку. В глазах всех девушек горел фанатичный огонь преданности, смешанный с плотским желанием. О чем еще можно было мечтать?

Лиза, тем временем, сочтя мое молчание за молчаливое согласие, перешла в наступление. Наклонившись, она обвила меня руками и принялась жарко целовать, стараясь максимально насладиться первенством первооткрывателя жаркой ночи. В свою очередь, я подхватил ее горячее, жаждущее тело, и стащил в воду, прижимая к стенке бассейна. Уловив момент между поцелуями, я оторвался от ее страстных губ и спросил:

— А где Джанна? Я думал, она не упустит своего?

Лиза снова засмеялась.

— Она, все-таки, моя сестра! Я знаю ее много лет. Несмотря на то, что она покинула нас много лет назад, все ее привычки ни капли не изменились. Она все также пьет апельсиновый сок залпом. Пара капель сильнодействующего снотворного обеспечат ей крепкий и здоровый сон до завтрашнего полудня! Поэтому, нам никто не помешает!

— Надеюсь на это! — ответил я ей, стискивая ее податливое тело в своих объятиях. Остальные зайки тоже не теряли времени даром. Уж не знаю, как они поделили очередь, но некоторые из них ласкали меня со всех сторон, не переступая рамки негласного приличия, пока другие, недолго думая, пошли отдыхать в парной и принимать душ. Их тоже можно понять — у многих из них сегодня был обычный рабочий день.

Лиза занимала все мое внимание, с такой страстью обнимая, лаская и целуя меня, словно воздерживалась в женском монастыре несколько лет. С другой стороны, откуда мне было знать, какова на самом деле демографическая ситуация в деревне? Если в деревне некотян обстановка была более-менее, учитывая нечастое, но все же появление самцов — торговцев и наемников. Тех же миносов, например, то в этой уединенной деревушке, судя по всему, с мужчинами был полный швах.

Боже, какие же они красивые! Заек, кстати, в центральной деревне мне встречалось крайне мало. Катарина, Джанна, еще парочка из членов Совета, и случайные торговки. Все! Если кошкодевушки, собакодевушки, короводевушки и прочие притягивали взгляд своей эротичной привлекательностью, то глядя на заек, я видел огонь и страсть! В их грациозных движениях скользила именно животная похоть. Это не отталкивало, напротив, — заставляло мою кровь вскипать, а сердце учащенно биться. Впервые увидев Катарину, я был поражен ее невероятной сексуальностью, которую ей даже не надо было изображать! Настолько щедро природа наградила этот вид. Или, скорее, Предки выделили его, особенно потрудившись при их создании.

В любом случае, сейчас я наслаждался мягкостью ее огромной груди, и жадного рта, которым она, похоже, вознамерилась высосать меня досуха. Другие зайки, не теряясь, немного в стороне мылили и натирали друг друга шампунями. В их ухаживании друг за другом не было ни грамма похоти, — было похоже, что они просто помогают в помывке. А еще несколько ласкали меня, терпеливо ожидая своей очереди.

Лиза, полностью насладившись прелюдией, решила самостоятельно перейти к главному блюду. Сержант уже давно был в полной боеготовности, и хитрая зайка давно в этом убедилась, прижимаясь к нему плоским мускулистым животиком. Опираясь на мои плечи, она привстала и помогла одной рукой бойцу поскорее настроить целеуказатель. Одним метким броском копья тот поразил цель, вколачивая его по самую рукоятку в центр мишени.

— О духи-и-и, как хо-ро-о-ошо-о! — жарко выдохнула зайка, вздрагивая всем телом. Не торопясь переходить к активным действиям, она слегка покачивала попкой, наслаждаясь забытыми ощущениями. Зайки за спиной протяжно вздохнули, отчаянно завидуя первооткрывательнице, а я подумал одно:

— «Лишь бы не подкачать и не опозориться!»

Лиза наверняка желала растянуть этот сладкий миг, но ее тело само бросилось в атаку. Впившись когтями до кровавых царапин в мою спину, она принялась активно двигаться, постепенно ускоряя ритм. Вода в бассейне пошла такими волнами, что с некоторых пищащих заек преждевременно смыло всю мыльную пену. Зато, зрителей прибавилось. Сначала мне было слегка некомфортно, но в глазах окружавших нас красавиц не было, ни насмешек, ни каких-либо оценок. Только желание и страсть, сдерживаемые лишь собственными ограничениями и, наверное, очередью.

Не прошло и минуты, как Лизонька кончила, сотрясшись в своем первом оргазме. На моей исполосованной спине добавилось еще десять кровавых царапин, которые тут же затянулись, вызвав удивленные вздохи мокрых заек.

Да, с некоторых пор, договорившись с моей внутренней стихией, такое стало возможным. Мне больше не надо было отвлекаться на занозы, царапины и прочие мелкие повреждения. Свет, пребывавший внутри меня, добросовестно следил за тем, чтобы его носитель пребывал в добром здравии, и вылечивал их до того, как я даже успевал их заметить. Разумеется, это не касалось сильных ран, — в этом случаем требовалось мое личное вмешательство.

Не успела Лиза расслабиться, удобно устроившись на моих коленях, как я, не желая терять накал, встал, поддерживая руками удивленную зайку, и перевернул ее на животик, мягко укладывая на лежавшее у края бассейна полотенце. Выпрямившись и явив зрительницам свой биотический агрегат по поднятию рождаемости населения, вызвавший у них восхищенные вздохи, я навис над беззащитной попкой Лизы, недоуменно крутившей головой. От меня не укрылось, что хоть большинство заек смотрели на меня с неприкрытым желанием, но некоторые до сих пор стеснялись встречаться со мной взглядом. К ним относилась и та, которую я воскресил первой. Но над этим можно было поразмыслить позднее, а пока основную часть моих мыслей занимала огромная упругая попка Лизы с большим пушистым белым кроличьим хвостом чуть ниже спины.

У меня тут же возникла шальная идея, и я схватил хвостик, щекоча его основание. Крольчиха тут же выгнулась, отчаянно застонав, и требовательно прижалась ко мне попкой. Все шло так, как я и думал. Хвосты всех без исключений зверодевушек являлись эрогенной зоной. Я неоднократно это проверял и сейчас мои догадки превратились в твердую уверенность. Не заставляя больше девушку ждать, я вставил в ее инкубатор орудие производства новых зайчат.

Лиза стонала и кричала так, что я был уверен — больше в деревне никто не спит. А ведь действие только начиналось. Интересно, как они умудрились справиться со всеми моими напарницами? Не думаю, что девушки не догадывались, что будет с их лордом, но не могли же, они пропустить подобное?..

Парой часов ранее.

— Вы знаете, что делать! Не подведите! Мы не можем упустить этот шанс, подаренный нам Великими Духами! — отдав последние распоряжения, Лиза отпустила последних подчиненных, которые тут же кинулись подыскивать временные жилища для всех девушек Ричарда. Одна из ее офицеров подкатилась к Леону, увлекая его за собой, в то время как несколько других заек умело отсекли дамочек, увязавшимся за ним. Наблюдая за ними, Лиза довольно улыбнулась. Насчет симпатичного блондина у нее были далекоидущие планы.

Через час, в ее дом стали приходить донесения с различных домов деревни, где были расквартированы напарницы героя. Все без исключения были успешными. Прослушав последнее, Лиза улыбнулась и подошла к Избранному:

— Рич, ты не хотел бы сходить в баню перед сном?..

Почти в то же время, в усадьбе, расположенной почти на самой окраине деревни, Леон пыхтел, окучивая уже четвертую зайку. Набившиеся в дом девушки только диву давались, поражаясь его выносливости. Инопланетянин же, выпустив очередную удовлетворенную зайку, тут же подтянул к себе следующую. Не тратя время на прелюдии и поцелуи, он с ходу стащил с нее короткие шортики, и бросил на старый диван, заскрипевший так, словно на нем год насиловали слонов.

— Не могла что ли, кровать поменять? — прошипела одна из офицеров владелице дома.

— Кто же мог подумать, что произойдет подобное? — оправдывалась та. — Нет, но ты посмотри, посмотри на него! Вот это мужчина! Куда там нашим слабым изнеженным Кролам до него! Настоящий самец!

— Как бы нам не пришлось звать остальных, — пробормотала с опаской ее подруга.

— Цыц! — шикнула офицер. — Хаос бы тебя побрал за такие мысли! По второму кругу пойдем, если, конечно, он будет стоять на ногах.

— Конечно, конечно! — торопливо закивала та, — я обеими ушами за! Вот бы еще и с Избранным попробовать…

Офицер согласно кивнула, не замечая, как из уголка ее рта течет струйка слюны.

На свою беду или, наоборот, на счастье, она подошла слишком близко. Леон как раз закончил удовлетворять четвертую…

Презрительно цыкнув, Асаги бесшумно спрыгнула с подоконника второго этажа усадьбы. Наблюдать за Леоном было совсем неинтересно. Фантазии инопланетянина хватало лишь на механическое удовлетворение низменных потребностей. Он даже целоваться не умел. Или не хотел, полагая это бесполезным придатком.

— «Скорее бы вернуться в Ричардбург!» — подумала кошка. — «Скорее бы снова оказаться в Его объятиях!»

Вспомнив про лорда, она вернулась к первоначальной цели плана и шмыгнула в проулок, растворяясь в тенях. Подслушивая разговоры случайных прохожих, она постепенно продвигалась к цели — громадной бане, в которой находился ее хозяин.

— «А как все хорошо начиналось!» — разочарованно думала кошка, ловко прыгая на крышу очередного домика. — «Умело разделили нас по всей деревне, подсыпали убойное снотворное. И ради чего? Ради потрахушек?! Нет, не то, чтобы я совсем их не понимала, но это выглядит как-то по-детски. Можно подумать, мы бы возражали. Или же, все-таки, возражали?..»

Так, в раздумьях, девушка быстро добралась до одноэтажного вытянутого здания, из труб которого валил пар, а из полураспахнутых окон — женские стоны. Найдя подходящее дерево, Асаги с удобством устроилась на ветке. Прямо перед ней открывался замечательный вид на происходившее.

— «О, Ричард, как же я хочу тебя!» — невольно подумала девушка, глядя на мокрую спину Избранного. Ее рука сама собой скользнула между ног, проникая за обтягивающую униформу…

Лиза без сил растянулась на полотенце, в то время как я только разогрелся. Бедная девушка кончила без малого три раза, не стоило и дальше мучить бедную зайку, да и вокруг было полно желающих. Подняв голову, я встретился с прожигавшим меня насквозь взглядом следующей претендентки. Они была очень мила, но у меня были несколько другие планы.

— Девчата, надеюсь, никто из вас не будет возражать, если я немного нарушу очередность? — сказал я, протягивая руку и выдергивая из толпы ту самую зайку, на которой получил новый уровень. Та, растерянно и смущенно пискнув, попыталась закрыть лапками свои бесподобные данные, а остальные девушки, одновременно поклонившись, как по команде, ответили в унисон:

— Ваше желание — закон для нас, лорд!

— Вот и славно, — улыбнулся я, как следует, разглядывая кролю. Милое личико, большие глаза с длинными пушистыми ресницами, немаленькая грудь с отвердевшими сосками, упрямо вылезающими из-под пальцев стесняшки. Казалось бы — вполне зрелая прелестная самочка, а вот же — до сих пор ведет себя как девочка. Преодолевая ее слабое сопротивление, я уложил ее спиной на другое полотенце, заботливо расстеленное той самой зайкой, уступившей ей свою очередь. Зря я сомневался в порядочности девушек. Похоже, они были только рады за мой выбор.

— Лорд, прошу, будьте нежнее, — слабо пискнула пунцовая кроля, зажмуриваясь от стыда. — Это… Это мой первый раз!

— Не понял? — удивился я, даже отступая на шаг. — Сколько тебе лет, крошка.

— Двадцать четыре, лорд! — еще тише пропищала зайка. — Я из бедной семьи, поэтому до сих пор девственница.

Окружавшие нас зайки тяжело вздохнули, будто соглашаясь с ее доводами. Но как бы мне, ни было интересно, а эта тайна могла подождать. В данный момент, мне было чем заняться.

Склонившись над смущавшейся девушкой, я стал не торопясь целовать ее личико, шею, грудь и соски, постепенно спускаясь к запретному кусочку белого меха. Зайка кусала губы от нахлынувшего удовольствия, но слабого сопротивления не прекращала, пытаясь не допустить мой язык к священному алтарю. Пришлось прибегнуть к более грубому напору и силой развести ее скрещенные ноги в разные стороны, открывая золотистый бутон, прежде не виданный никем, кроме самой хозяйки и родных. Стоило мне коснуться ее святилища языком, как зрительницы ахнули одновременно с самой жертвой моих ласок. Видимо, раньше никто из них и не догадывался о подобном способе. Сама же зайка выгнулась в истоме, царапая гранитные плитки пола. Даже обессиленная Лиза с нескрываемым интересом следила за моими действиями. В ее глазах я прочел дикое желание повторить увиденное и легкую печаль от осознания длинной очереди.

Зайка, скрежеща коготками, кончила даже быстрее, чем я предполагал. Не теряя времени, я раздвинул ослабевшие ножки и одним быстрым и сильным движением забрал ее неприкосновенность. Девушка даже охнуть не успела, как стала полноценной женщиной, а я, не теряя времени, продолжил обучать ее прелестям любовной игры. Уже через минуту она забыла о том, что не могла поднять на меня глаз, выдавая стоны и крики такой мощности, что даже стекла в окнах дребезжали, а Асаги едва не свалилась с ветки. Неопытная зайка, получив свою дозу удовольствия и наполненный животик, так и осталась лежать на мокром полотенце, а я огляделся в поисках новой жертвы. Силы у меня, как ни странно, все еще были почти в том же объеме, что и в самом начале. Скорее всего, в этом тоже виновата стихия Света, но как она этого добивалась, тоже стоило разузнать позднее. Решив, что я достаточно искупался, я вылез из воды, и, сопровождаемый неудовлетворенными зайками, направился в комнату отдыха, предупредив об этом зрительниц. Стоило мне только выйти из парной в раздевалку, как меня моментально высушили, натерли кремами и чуть ли не понесли на расстеленный широкий диван, который заранее приготовили.

— Наконец-то! — жарко выдохнула та зайка, которая уступила свою очередь, накидываясь жадным ртом на мой восставший агрегат. У этой опыта было, несомненно, побольше, чем у предыдущей.

Я откинулся на подушки, стараясь не выпустить драгоценный йогурт раньше времени. Впереди была долгая-долгая ночь. Следовало экономить силы…

Когда я очнулся, было далеко за полдень. Я лежал на огромном диване, а возле меня посапывали удовлетворенные зайки со счастливыми мордашками. Кроме них, в комнате было еще как минимум пять-шесть девушек, приткнувшихся, где попало. Некоторые лежали прямо на скомканных полотенцах на полу. Из душевой доносился плеск воды и приглушенные разговоры. Очевидно, кто-то проснулся раньше меня.

Попытавшись вспомнить события бурной ночи, я понял, что отключился примерно часа через четыре практически непрерывного секса.

— «Надеюсь, я справился хотя бы с половиной?» — подумал я и попробовал встать. Лежащие возле меня зайки тут же проснулись и попытались вскочить. Но тут же рухнули обратно, — слишком много потратили сил ночью.

— Лорд! Простите! Мы проспали! Нам же надо было встать гораздо раньше! — вскрикнула левая, имени которой, я совершенно не помнил. Да и зачем оно ей с такими роскошными сиськами?

— У меня совершенно нет сил! — мрачно пробормотала другая, лежа на животе. Грудь у нее была поменьше, но вот упругая выпуклая попка была выше всяких похвал! Ее имя тоже вылетело у меня из головы. — А ведь морковка сама себя не польет!

— Лорд, вы позовите кого-нибудь! — воодушевилась первая. — Наверняка, для вас уже приготовили и завтрак, и смену белья…

Не успела она договорить, как дверь, отделявшая комнату отдыха от остальных помещений, отворилась, и внутрь зашла странно знакомая девушка, одетая в банный халатик. Она несла поднос, богато уставленный различными тарелками с дымящимся содержимым. Поднапрягшись, я вспомнил, что именно она стала моей первой воскрешенной. А, точно, она еще была девственницей по каким-то странным причинам.

Вслед за ней ввинтилась Лиза, которая тут же впилась в меня жадными глазами. Ну, уж нет! Хватит! Я точно помню, что оприходовал ее вчера, по меньшей мере, раза три вне очереди. Хитрая зайка пользовалась служебным положением, игнорируя претензии подчиненного состава. Оглядев валявшихся бессознательных заек, она остановила свой взгляд на двух проснувшихся. Те попытались провалиться сквозь диван, но почему-то у них это получалось плохо.

— Полдень. Все, значит, трудятся, а кто-то до сих пор валяется в постели Избранного? — с нехорошим блеском в глазах прищурилась командир боевых Банни. — Вероятно, кто-то хочет три наряда вне очереди на уборку туалетов?

Лежащие на полу зайки зашевелились и попытались выползти наружу. У одной это даже получилось, пока спохватившаяся Лиза не захлопнула дверь.

— Лизонька, — попросил я, вкладывая в голос как можно больше нежности, — прошу, будь снисходительнее к ним. Девушки очень устали.

Зайка растаяла прямо на глазах, превратившись из строгого лидера в домашнего питомца. Упрямо стоявшие ушки свесились по бокам, а на личике появилась глупая, но милая улыбка.

— Конечно, дорогой Ричард! — проворковала она, ластясь ко мне. — Конечно, я их пожалею. Так, девушки, приводите себя в порядок и можете отдыхать до вечера. Поблагодарите лорда за это!

— Спасибо-о лорд-спаситель! — протянули все зайки в унисон, и, смеясь, выскользнули за дверь. Мы остались втроем. Молчаливая, но красная как рак «воскрешенная», расставлявшая тарелки на столике, Лиза, хищно подбиравшаяся к добыче, и сам Избранный. Сил у меня не то, чтобы не было, но если бы я снова отдался похоти, то это затянулось бы до вечера. А там и еще одна ночь. Следовало как-то выкручиваться, и я вспомнил один интересующий меня вопрос:

— Лизонька! — произнес я, уворачиваясь от атаки ее пухлых губок. — Не успел вчера спросить. А как связана девственность этой девушки с имущественным положением в деревне?

— Айри, — еле слышно пробормотала девушка с подносом.

— Что? — повернулся я к ней.

— Айри, — еще тише пропищала та. — Айри из ветви Слышащих. Меня так зовут. Простите!

— Ричард! — автоматически ляпнул я, прежде чем понял всю глупость своего ответа.

Девушки одновременно рассмеялись. Лиза, оставив попытки овладеть мной, слегка разочарованно показала мне язык, устроилась поудобнее, и начала рассказ:

— Мы всегда жили обособленно от других поселений. Впрочем, почти все Банни не любят соваться в чужие дела. Мы не воюем, нет. Просто ведем свой, замкнутый образ жизни. Когда отгремела Война, мы вернулись было к прежнему образу жизни, но вскоре поняли, что жестоко ошиблись. Сначала это было не сильно заметно, но молодых самцов у нас почти не осталось, а те, что постарше в одночасье развоплотились от страшных болезней и ран. Немногие прожили дольше, но странная слабость подкосила и их. Жизни прочих забирали Измененные, непосильная нагрузка и несчастные случаи. Мы слишком поздно осознали ценность мужчин. Огромным и неприятным сюрпризом для нас стало открытие Проклятия. Собственно, о нем нам рассказала моя сестра, Джанна, покинувшая нас почти сразу после Войны. Мы просто надеялись, что мальчики снова рано или поздно начнут рождаться, не понимая причин и следствий.

Зайка перевела дух, и Айри тут же поднесла ей чашку ароматного чая. Благодарно кивнув, лидер снова продолжила:

— Прошло время, и вы стали выживать в буквальном смысле слова. Надеяться нам было не на кого. Подкрепления не приходили, несмотря на все наши отчаянные просьбы о помощи. Пришлось взять оружие в свои слабые руки и самим заняться охотой и собирательством. На сегодняшний день дееспособных самцов в деревне около десятка, и это далеко не те Банни, которых мы привыкли видеть до и во время Войны.

Айри тут же презрительно фыркнула, едва не пролив чай. Покраснев, она подала мне завтрак и встала рядом, ожидая дальнейших приказаний.

— Да, — вздохнула Лиза, — нынешние самцы — изнеженные ленивые зайцы, способные только на продолжение рода. Впрочем, мы сами виноваты, что оградили их от внешнего мира. Уж слишком боялись вымереть. До сих пор у нас почти не рождаются мальчики. Но перейдем к сути вопроса. Каждый из самцов владеет отдельной ветвью Рода…

— Простите, старшая! — влезла в разговор Айри, — но разве не наоборот?

Лиза опустила голову.

— Не хотелось мне этого говорить, — пристыжено ответила она, — но ты права, моя маленькая. Да, Рич. В реальности, не они владеют Ветвями, а Родоначальницы владеют самцами, подобно какой-либо собственностью. Каждая, кто желает вступить в интимную связь с ними, должна заплатить начальнице Рода или преподнести неплохой подарок. Традиции, хаос бы их побрал! — разозлилась Лиза. — В то время, как половина деревни буквально выживает, рискуя жизнями в лесу, подвергаясь атакам хищником и Измененных, другие, спрятавшись за крепкими стенами и нашими спинами, могут позволить себе чуть ли не каждую ночь встречи с Кролами! Я, моя команда, Айри, которую ты спас от развоплощения, и многие другие Банни, которых ты видел, не имеют достаточных средств на подобные мероприятия. Если только кому-то не повезет случайно встретить Крола на прогулке и понравиться ему. Но, сам понимаешь, шансы на это ничтожно малы.

Лиза подняла голову, и я поразился огню, сверкавшему в ее глазах.

— Я надеюсь, ты понимаешь, Рич, на что мы были готовы пойти, когда сама судьба привела тебя и твоих друзей в нашу деревню?!

Вместо ответа, я притянул ее к себе, нежно поглаживая ушки, и стараясь, чтобы утешающие объятия не переросли в более страстные. С такой чувственной зайкой это было весьма нелегко, но я старался держать себя в руках.

— Конечно, я понимаю, — мягко сказал я. — Есть у меня одна идея, но я пока придержу ее. Не будем лезть вперед Рича в пекло.

Отпустив недовольную Лизу, явно надеявшуюся на продолжение банкета, мы позавтракали, переоделись и вышли на улицу. Отовсюду постепенно подходили члены экспедиции, еле сдерживая зевоту. Я заметил Леона, которого кроме Лесси и Лилит сопровождала целая делегация заек. Ко мне подошла мрачная Джанна:

— Доброе, Рич, — буркнула она, глядя на прижавшуюся ко мне шикарной грудью Лизу. — Я смотрю, план моей озабоченной сестры удался на славу? Надо же было мне так глупо попасться?! Ты хоть немного поспал?

— Не беспокойся, моя наивная старшая сестренка! — ехидно улыбнулась та. — Мы всю ночь заботились о его здоровье! Он чувствует себя просто великолепно!

— Гр-р-р, Рич, — прорычала Джанна, безуспешно пытаясь оттащить Лизу. — Тем быстрее, мы покинем это место, полное озабоченных крольчих, тем будет лучше для всех! Мой истощенный организм не выдержит еще одной порции снотворного!

— Ты могла бы к нам присоединиться, — засмеялась Лиза. — Этой ночью лорд сумел доставить удовольствие всем нашим сестрам, которые желали его. А их было немало.

Джанна замерла, обдумывая услышанное. Когда в ее глазах зажегся тот же огонек безумия, который я наблюдал в глазах многочисленных заек этой ночью, я выскользнул из их лапок и выбежал на площадь.

— Друзья! — выкрикнул я зевающим девушкам. — Мы достаточно отдохнули и набрались сил. Собирайтесь, мы сегодня же должны покинуть гостеприимную деревню и двинуться дальше!

Одобряющий гул команды и недовольные стоны местных были мне ответом. Внезапно вперед выдвинулся Леон. Стряхнув с себя прилипших заек, он подошел ближе.

— Рич, я бы хотел сделать заявление! — бодрым голосом, словно всю ночь проспал, заявил инопланетянин. — Ты, брат, вытащил меня из многолетней спячки, взял в свою команду, полную красавиц! Даже разделил меня с сестрой, даровав каждому из нас полноценную жизнь! За это я обязан тебе всем, что имею. Верность, честь, свобода, даже жизнь! Ты можешь смело распоряжаться всем этим! Благодаря тебе наше с сестрой заточение в отдаленном уголке Вселенной сократилось… кхм.

Леон внезапно закашлялся, будто ляпнув лишнее. Я же поймал взгляд его сестры, устремленный на брата. В нем читалась грусть, сожаление и печаль. Но, когда она перевела взор на меня, я увидел отчаянную надежду и радость. Что же скрывают эти ребята?

— Не буду ходить вокруг да около, — продолжал инопланетянин. — Рич. Я бы хотел … остаться здесь. Видишь ли, — он с улыбкой оглянулся на взвизгнувших заек, — здесь непочатый край работы. Не буду скрывать, что этой ночью я весело провел время. Но жительницы этой деревни действительно нуждаются в моей защите. Дело не только в нехватке парней. Не забудь, что я могу создать поле непроницаемое для хищников и Измененных.

Я широко улыбнулся. С самого пробуждения и до этого момента я никак не мог признаться самому себе, что мы скоро оставим эту милую деревню, предоставив их самим себе. Теперь же все оборачивалось как нельзя лучше.

— Мы все рады, что ты принял такое решение! — ободряюще хлопнув парня по плечу, произнес я. — Не жалей ни о чем, оставайся с зайками. Я уверен, что они будут только рады!

Леон обернулся к местным, раскинув руки. Его тут же радостно вереща, облепила толпа заек, повалив на землю. Наблюдая за этим зрелищем, я почувствовал, как кто-то зовет меня и дергает за рукав. Обернувшись, я увидел перед собой незабвенную троицу, преследовавшую Леона в последнюю неделю: Лесси, гарпия с медицинскими навыками, Лилит, сколопендрочка с целебным молочком, и Валенсия, полуспятивший компьютерный мозг с элементами мазохизма в прелестной женской оболочке.

— Знаешь, Рич, — начала Лесси, нервно перепархивая с места на место.

— Мы тут подумали и решили, — добавила Лилит, сворачиваясь в клубок от стеснения.

— Короче, мы хотим остаться с Леоном, — выпалила Валенсия, обнимая подруг. — С ним просто и весело.

— Да! Он не видит никакого уродства в моей внешности! — присоединилась сколопендра.

— Ну, и в постели он ого-го! — добавила пустоголовая гарпия. Через минуту до нее дошел смысл сказанного, и она испуганно зажала себе рот.

Я облегченно рассмеялся.

— Я только рад за вас девчата! — был мой ответ. — Желаю вам счастья и деток побольше. Кстати, Леон! Давно хотел обсудить с тобой вопрос касаемо твоей биологической совместимости в девушками.

— Не парься, братан! — незамедлительно выкрикнул тот. — Я немного поиграл со своей генетикой и могу тебя заверить, что у нас будет здоровое и счастливое потомство!..

Через час я всматривался в свой слегка поредевший отряд. Несомненно, долгий и здоровый сон пошел всем только на пользу. За исключением Асаги, которая так и не смогла выспаться. Переговорив напоследок с Леоном, я повернулся к отряду и увидел идущих ко мне Джанну с Лизой.

— Рич! — воскликнула Лидер ополчения, как только подошла ближе. — Сестренка мне столько рассказала про Ричардбург! Вы сместили Совет?! Она теперь точно единственная управляющая целого растущего города?!

— Не только это, — улыбнулся я в ответ. — Джанни. Ты успела поведать ей о сокровищах?

— С-сок-кровищах?!! — начала заикаться зайка.

— Да, — с деланным равнодушием добавила ее сестра, — как-то совсем забыла, что Ричард — богатейший представитель хумансов на материке, а мы входим в состав его преданных соратников. Отсюда следует, что…

Лиза с места без предупреждения прыгнула мне на грудь, на глазах у всех обхватывая бедного Избранного всеми четырьмя лапками. Я еле устоял на месте.

— Рич! — завопила она, не обращая внимания на выпученные глаза Джанны и своих собственных подчиненных. — Только скажи. Я сделаю все! Пожалуйста! Пожалуйста!

— Так! — произнес я в пустоту, безуспешно пытаясь стащить с себя прилипшую крольчиху. — Может, хоть кто-то объяснит мне, что происходит?

Как оказалось, Джанна рассказала сестре почти про все, опуская некоторые детали, в том числе про массовое излечение и приток переселенцев, а также скорый переезд Рахнер. Нетрудно было предугадать реакцию Лизы и ее подчиненных, чья полунищая жизнь прошла в боях за выживание. Около сотни заек с семьями готовы были костьми лечь за возможность переехать в Ричардбург.

Выслушав их, я задумался. С одной стороны, поселение заек ничего не теряло. Защита Леона могла выдержать что угодно. Да и по уверениям Лизы не все охотницы с боевыми умениями были готовы бросить родину в поисках лучшей доли. С другой стороны, я давно не был в Ричардбурге. А хватит ли там места для заек? А ведь еще надо разместить Рахнер.

Но стоило мне только поделиться опасениями с Джанной, как та рассмеялась, разбивая в пыль мои страхи.

— Не волнуйся, Рич! — сказала она. — К нам постоянно идет отток самых разнообразных переселенцев со всего материка. Зато наладился приток караванов, везущих строительные ресурсы, продукты и бытовые предметы первой и второй необходимости! При желании мы можем разместить хоть всех заек континента! Ведь Ричардбург постоянно расширяется. Гарантирую, что за месяц, проведенный в экспедиции, ты не узнаешь деревню при возвращении!

На том и порешили. Радости заек, готовых оставить родное селение, не было пределов. Пришлось отложить отъезд еще на пару часов, пока они складывали на телеги, запряженные огромными животными, похожими на буйволов, свой нехитрый скарб.

Итак, настал час расставания. Местные прощались с теми, кто уезжал в Долину, на телегах гомонили маленькие зайчата, девушки моего отряда проверяли снаряжение, а оставшиеся на боевом посту Боевые Банни готовились к проводам. Вдруг, над головами что-то сверкнуло, и почти незаметное взгляду желтое поле осветило всю деревню.

— Он справился! — с удивлением воскликнула Леона, с недоверием глядя на желтое небо. — Невероятно! Во сколько же раз возросла наша сила?!

— Разве вы не держали точно такое же поле над поселком гарпий? — удивленно обратилась к ней Зельда.

— Да, но тогда наша сила была удвоена, ведь мы находились в одном теле. И почти вся наша энергия уходила на ее поддержание. Собственно, поэтому нам и пришлось закапсулироваться.

Судя по небрежно идущему Леону, на котором практически висело несколько заек, ему это удалось с легкостью. Сестра немедленно подбежала к нему, сдергивая гроздья крольчих как спелый виноград, и зашепталась о чем-то. А я обратил внимание на странные действия Банни, отобранных в сопровождение. Старшая отряда подходила к каждой из них, доставала из объемной сумочки огромную кожаную флягу, и наливала в подставленную деревянную мисочку несколько грамм странной фиолетовой тягучей жидкости. Затем, она произносила что-то очень похоже на заклинание, вытянув руку над миской и шла к следующей. А крольчихи с отвращением на лицах, немедленно проглатывали содержимое, кривясь и отплевываясь. Очевидно, данное лекарство имело весьма неприятный вкус.

— Что они делают? — спросил я у Лизы. Та, только взглянув на Банни, тут же ответила:

— Они пьют магическую настойку для усиления собственных тел. Рецепт по ее изготовлению передавался из поколения в поколение и сильно помог нам выжить. Видишь ли, среди нас почти нет магов. Мы крепкие и сильные бойцы, но совсем не дружим с магией. Только благодаря редким караванам нам удается зарядить старые артефакты или купить новые, которые ты видел в бане. Поэтому, те редкие зайки, что наделены волшебным даром, сильно ценятся нашим народом. Сама по себе настойка не обладает особыми свойствами, но при заряде маной, обретает исключительные свойства! Любая из нас на несколько часов может стать быстрее и сильнее в несколько раз! Но эффект быстро проходит, поэтому мы пьем ее заранее, чтобы активировать в самый подходящий момент.

— Прямо мишки гамми, — пробормотал я. В следующий миг старшая отряда подошла к девушке, стоявшей почти возле меня. Когда она наклонила флягу, собираясь вылить настойку в подставленную миску, меня осенило.

— Постой! — перехватывая горлышко фляги, сказал я. — Есть идея! Лиза, ты говоришь эта жидкость нужна для усиления тела?

— Да, Рич, а что ты хочешь провернуть? — заинтересовалась та.

— А вот мы сейчас и узнаем, — ответил я, забирая флягу из лапок озадаченной старшей. — Томоки! Дай баночку!

Ко мне стрелой метнулась разведчица, на ходу вытащившая редкую вещь — мензурку. Стеклопроизводство было не сильно распространено, хотя способ изготовления был известен, и достаточно несложен. Просто не хватало рук. Поэтому подобные вещи были в цене.

Аккуратно нацедив примерно грамм триста, я вернул флягу и посмотрел жидкость на свет. Больше всего она напоминала сироп из крыжовника.

— Лиза! — вспоминая гримасы заек, добавил я, — мне бы ягод повкуснее чуток.

Мне тут же сунули тарелочку. Аккуратно пересыпав ее в мензурку, я на всякий случай отошел подальше от остальных и, глядя на настойку, произнес:

— Усиление!

Не знаю, какие команды мое подсознание и стихия света посылали, фокусируя их на мензурке, но жидкость внутри вспыхнула ярко-голубым светом и тут же потухла. Вернувшись к отряду, я продемонстрировал всем баночку с полупрозрачной поблескивавшей жидкостью нежно-голубого цвета внутри. Ягоды, естественно, исчезли.

— Кто желает быть первым испытателем секретного ингредиента? — спросил я, чувствуя, что придется самому же ее и пить. Но мои ожидания не оправдались. Почти весь отряд колыхнулся вперед, но всех опередила …Йоруичи, опередив Хелль, буквально вылетев из строя с воплем:

— Чур я! Лорд! Вы мне обещали!

Действительно, если припомнить, что-то я ей говорил насчет усиления тела и возможности превзойти предел. Правда, не совсем это имел в виду, когда проводил эксперимент.

— Ты же понимаешь, Йору, я не знаю, что с тобой может произойти? — попытался предупредить кошку.

— Лорд! — ответила та сразу же, сверкая глазами. — Из ваших рук я бы вылакала и ведро яда!

Мне стало стыдно. Как я мог усомниться в преданности моих кошечек? Тем временем, она выхватила из моих рук мензурку.

— Эй, подожди! — притормозив кошку, я забрал обратно баночку. — Во-первых, начнем с малой дозы. Во-вторых, мне нужно еще провести дополнительные эксперименты. Вот, — накапав в любезно предложенную миску столько же, сколько давала старшая ополчения, — бери и пей!

Кошка залпом выпила предложенное, и вытерла губы.

— Ну что? Как ты себя чувствуешь? — загомонили все. — Как ощущения?

— А ну, тихо! — прикрикнул я. — Не мешайте эксперименту! Йору, говори.

— Вкусно! — улыбнулась та. — Клубничный морс, но я пока ничего особенного не ощ…

Вдруг заткнувшись, она с недоумением уставилась на собственные руки. Невооруженным взглядом было заметно, как по ее телу забегали электрические разряды, а волосы распушились, словно под воздействием сильного напряжения. Йоруичи внезапно задрала руки и голову к небу, дико рыча, словно обезумев. Окружающие отхлынули на безопасное расстояние. Даже я отступил, слегка ошарашенный эффектом.

Черные длинные волосы Йоруичи приобрели синий оттенок, а на их кончиках заплясали искры. И вдруг кошка исчезла! В следующий момент она появилась почти у ворот, с восторгом и удивлением глядя на нас. Снова исчезла, чтобы появиться прямо передо мной, схватила меня и резко дернула к себе. Все завертелось, и я вдруг обнаружил, что мы сидим на дереве, находящимся за пределами деревни. Как и когда мы туда забрались, я не мог даже представить. Улыбающаяся Йоруичи снова дернулась в мою сторону, и я опять увидел лица ошарашенных друзей.

— Это…Это просто великолепно! — орала кошка, с удивительной скоростью прыгая из стороны в сторону. — Я никогда не ощущала такой Силы! Кажется, я способна сейчас победить самого Стража!

— Йоруичи! Ко мне! — приказал я, но кошка возникла у моих ног еще до окончания фразы. Склонившись, она стояла передо мной коленях, а ее волосы таинственным образом сверкали и переливались электрическими огнями. Рискнув, я протянул руку и погладил ее ушки. Действительно, руку слегка покалывало, будто Йоруичи и в самом деле стала проводником неведомой энергии. И тут на меня снизошло вдохновение.

— Йору, видишь вон тот пенек? — показывая ей на отдаленный спил вдалеке, спросил я. — А попробуй в него кинуть магией.

— Но лорд, — растерянно ответила та. — Я не владею волшебством. У меня-то усиление тела получается из рук вон плохо.

— А ты попробуй, — настаивал я.

Пожав плечами, девушка поднялась, вытянула руку и произнесла:

— Бросок!

Из ее руки тут же вырвалась ветвистая молния, которая за долю секунды достигла цели, и расщепила пенек на составляющие, оставив от того лишь дымящееся основание. Пару секунд кошка и все остальные могли лишь молча взирать на происходившее, пока до Йоруичи не дошло…

— У-у-уи-и-и-и-и! — завизжала та во всю глотку, словно маленькая девочка. — Я могу колдовать! Я могу колдова-а-а-ать!!!

В следующий момент я был буквально атакован толпой бесновавшихся заек и собственным отрядом, которые пытались выдернуть заветную мензурку из моих рук. Видимо, вид и поведение Йоруичи совершенно выбили из них последние мозги.

— А ну все назад!! — заорала та, вклиниваясь между нами и раскидывая руки в стороны. В тот же момент меня и ее накрыло электрической сферой. До девушек дошло далеко не сразу. Лишь по третьему разу напоровшись на болючие разряды, они постепенно пришли в себя.

— Ричард! Ричард! — бесновалась снаружи Лиза. — Прошу, умоляю! Дай и нам попробовать! Если твоя настойка так повлияла на некотянку, может и нам придаст сил?

— Лорд! — пищали мои кошки. — Мы тоже хотим!

Дождавшись, пока они более-менее успокоятся, я спросил Лизу:

— Сколько у вас осталось настойки?

— Старой? — переспросила та. — Святые духи! Готовой полно! На складе стоит несколько бочек, а новую приготовить проще простого.

— В таком случае, катите сюда бочку, будем освящать и причащать всех! — победоносно заявил я. — Йору, ты не могла бы снять щит?..

Солнце клонилось к закату, а мы все веселились, пробуя новую настойку на различных девушках. Почти каждый раз эффект проявлял себя по-новому. Например, у некоторых кошек отрастал один, а то и несколько хвостов, появлялась невероятная скорость реакции, бега, новые способности.

Например, Томоки вдруг вспомнила давно забытые маршруты и особенности местности. Кроме того, ее слух и зрение улучшились в разы. Сосредоточившись, она могла разглядеть и услышать происходящее от нее на расстоянии километра, при условии отсутствии препятствий. Также увеличилась ее скорость, но она значительно уступала тем, кто специализировался на навыках выживания.

Все без исключения боевые Банни стали сильнее, ловчее и быстрее. Конечно, они уступали Йоруичи, но могли сломать дерево, поднять камень, превышающий их размерами втрое, прыгнуть на огромное расстояние или с ветки на ветку далекостоящих друг от друга деревьев. А когда Лиза решила проверить их в спарринге, то тренировочное оружие было в момент сломано, и зайки принялись дубасить друг друга кулаками.

О! Это надо было видеть! Звуки ударов разносились так далеко, что казалось, кто-то ломает деревья! При особо удачном попадании соперницу отбрасывало далеко в сторону, но она тут же прыгала обратно.

Надо отметить, эффект зелья был весьма долгосрочным, а побочных эффектов мы пока не выявили. Впрочем, ежу было понятно, что злоупотреблять не стоит. Наверняка, организм брал ресурсы на усиление тела из собственной жизненной энергии. Зелье лишь открывало доступ. По крайней мере, мы решили придерживаться этой теории.

В конце концов, мы все же выступили в долгий поход домой, несмотря на приближавшийся вечер. Многие были против, предлагая переночевать и выйти с утра, но большинство проголосовало за немедленное выступление. Уложив маленьких зайчат прямо в телегах и попрощавшись со всеми, мы покинули гостеприимное поселение.

Тем не менее, я с восторгом смотрел в будущее, ведь я так мало увидел в этом прекрасном новом мире. Кто мог предугадать, что ждет нас впереди?..

— Иди смело, сын мой! — глядя в облачко наблюдения, прошептал Легат. — Иди и ничего не бойся! Ведь ты — паладин! Перед тобой — целый мир. Он ждет тебя…