Категории: авторские расы, змеи
Адри только переступила порог совершеннолетия. Настроение радужное, мечты о будущем. Хотя, чего мечтать, ведь она — вторая дочь, приданого кот наплакал. Есть возможность поправить дела семьи, но…
Король решил заключить выгодный брак для королевства, отдать одну из дочерей своего подданного замуж за оборотня и таким образом расплатиться за подписание договора.
Сестра в ужасе, ведь это именно ей пожертвуют в этой сделке. Его светлости не отвертеться, риск попасть в опалу слишком велик. Что делать? Жалко и отца, и сестру, и себя.
Можно согласиться на авантюру и заменить собой Калерию у алтаря. Какая разница, кто достанется ящеру в супруги? Всё равно он и понятия не имеет о той, которую ему предложили. Осталось совсем немного — перестать себя жалеть и попробовать начать новую жизнь. А вдруг чудо произойдёт и всё сложится?
Адри только переступила порог совершеннолетия. Настроение радужное, мечты о будущем. Хотя, чего мечтать, ведь она — вторая дочь, приданого кот наплакал. есть возможность поправить дела семьи, но…
Король решил заключить выгодный брак для королевства, отдать одну из дочерей своего подданного замуж за оборотня и таким образом расплатиться за подписание договора.
Сестра в ужасе, ведь это именно ей пожертвуют в этой сделке. его светлости не отвертеться, риск попасть в опалу слишком велик. Что делать? Жалко и отца, и сестру, и себя.
Можно согласиться на авантюру и заменить собой Калерию у алтаря. Какая разница, кто достанется ящеру в супруги? Всё равно он и понятия не имеет о той, которую ему предложили. Осталось совсем немного — перестать себя жалеть и попробовать начать новую жизнь. А вдруг чудо произойдёт и всё сложится?
Подмененная невеста
Утро началось одновременно с сумасшедшего чирикания птиц на дереве и, вторящей им, визгливой ругани служанок. даже голос понижать не стали, орали во всю глотку. Из-за жары створки окна не закрывались, только задёргивалась лёгкая шторка. А она уж точно не мешала в подробностях услышать то, что происходило сейчас в саду.
Адриана с трудом подняла голову с подушки, зевнула и потянулась за халатом, брошенным с вечера на спинку стула. Визг не утихал, а только набирал обороты, становясь всё громче и пронзительнее, даже немного заложило уши. Стало ясно, что поспать не дадут.
девушка натянула халат, сунула ноги в домашние туфли и отдёрнула занавеску.
— Обнаглели, — она произнесла это вроде бы негромко, но внизу тотчас воцарилась тишина, — под окном княжны, да ещё в такой ранний час.
— Простите, миледи, — одна из служанок присела в небрежном поклоне, — но час не настолько уж и ранний, а дверь вы заперли, пришлось будить вот таким образом. Стука вы услышать не изволили, крепко же спали.
Адри перевела глаза на небо: солнце посылало весёлые лучики уже выше крепостной стены. Самое обидное, что горничная права, ведь просто так разбудить её и в самом деле сложно, особенно если легла под утро, да и вряд ли матушка останется довольна, что её младшая дочь — такая соня. Сиятельная княгиня всегда поднималась с рассветом и пыталась приучить к тому же своих дочерей.
Ох! да ведь сегодня день их совершеннолетия! Кивнув служанкам, княжна метнулась к двери. Ключ поворачиваться не желал, напрочь застряв в замочной скважине. Вот сколько раз она уговаривала саму себя пользоваться простой щеколдой или крючком, а то и вообще не запираться. Нет! На ключ! На все два оборота, чтобы никто не влез в тот момент, когда она читает очередной роман, обливаясь над ним слезами. Потрёпанная книжица, брошенная около кровати, перекочевала под матрас. Осталось накинуть покрывало на постель, да заплести волосы и попытать счастья с открыванием двери во второй раз.
В створку уже долбились и, судя по ожесточению, пришла старшая сестра. Вот всего-то два часа разницы, а всё-таки она считается старшей и может рассчитывать на хорошее приданое и более выгодную партию.
— Адри, открывай, — стук сменился царапанием. — Чего закрылась? развела секреты…
— да, я это… — промямлила Адриана, пытаясь своим ничтожным весом налечь на дверь и открыть упрямый замок. — Померещилось чего-то вечером, вот и заперлась. Лерка, у меня ключ застрял, я теперь выйти не могу.
— Ключ вынь, — донеслось с другой стороны.
— Не вынимается, — запыхтела младшая княжна, потирая покрасневшую ладонь с отпечатком узорчатого кольца охвостья ключа. — Может, слуг позвать, пусть через окно влезут?
— Ага, и увидят тебя в одной рубашке и непричёсанную? — поразилась Калерия. — Неужели для тебя слово «репутация» ничего не значит? Это же неприлично.
— так пусть старика-конюха позовут? — Адри затопталась около двери. — Или садовника? Они оба далеко не молодые, ничем меня не скомпрометируют. И горничная пусть через окно забирается, заодно дуэньей поработает.
— Пока лестницу принесут, пока с замком разберутся, — старшая княжна легонько пнула дверь. — Закрылась, теперь сиди в одиночестве и без новостей. А я-то спешила тебе рассказать, кто ко мне посватался.
— Как посватался? Когда посватался? В такую рань? — Адриана обиженно взвыла.
Не то отчаяние помогло, не то всё-таки дожала створку, но замок щёлкнул, повинуясь повёрнутому, наконец, ключу. дверь распахнулась, и на пороге застыла Калерия. Умытая, причёсанная, одетая в платье, пускай и в домашнее. бледно-розовый цвет выгодно оттенял белокурые волосы, но совершенно не подходил к глазам светло-яблочного оттенка.
— Уф-ф-ф, — младшая отскочила, освобождая дорогу.
А потом и вовсе понеслась к зеркалу. Вроде бы и делом занята, и не так будет заметна досада, уже проявившаяся на лице. Всего два часа разницы, а старшей уже внимание уделяют. Хотя…
— рассказывай во всех подробностях, — Адриана покосилась в сторону сестры.
родились близняшками, но Калерия превосходила её и в красоте, и в утончённости, так присущей истинной леди. И фигурка статная, и округлости, соответствующие возрасту, уже есть. Она хмуро глянула на себя в большое зеркало. Худая, да, худая, и ничего такого, за что мог бы зацепиться мужской взгляд. только глаза необычные, тёмно-зелёные с золотистым ободком. А у сестрицы даже родинка над верхней губой. Маленькая, но ведь она сама замечала, как ей любуютcя многочисленные ухажёры старшей княжны.
Калерия уже заняла место у окна, точнее, на подоконнике. Во дворе разворачивалась предпраздничная суматоха. ещё бы, его светлость сиятельный князь Фирташ сегодня устраивал приём по поводу совершеннолетия своих дочерей, а значит ожидались гости. Вечером в дворцовом парке собирались устроить танцы, на которых так удобно следить, кто ухаживает за наследницей. В предвкушении именно вот этого последнего развлечения с налётом тайны и загадок, у старшей именинницы уже начали блестеть глаза.
— А сегодня и бал будет, — пропела Калерия, с любопытством следя за реакцией сестры. — И праздник аж на целых три дня, мне по секрету горничные рассказали. ты же знаешь — слуги знают всё и даже чуть больше.
— Где? — Адриана нетерпеливо притопывала ногой, разбирая спутанные пряди. бал — это же так замечательно. Кавалеры, танцы.
— В дворцовом парке уже развешивают фонарики на деревьях, — старшая княжна мечтательно прищурилась. — Это будет так романтично. да и день для получения предложений руки и cердца самый подходящий. К тому же родители разослали кучу приглашений, я сама видела конверты.
— Ага, — Адри справилась с волосами и теперь торопливо заплетала косу. делать настоящую причёску было ещё рано, в замке всё равно никого нет, кроме членов семьи и слуг. Гости, как правило, прибывали ближе к вечеру. — так что там с твоим женихом? А то стучалась, долбилась, а теперь увиливаешь. Это родители тебе сказали, или опять кто-то из горничных подслушал?
— да нет пока никакого жениха, — Лера в сердцах прихлопнула ладонью по подоконнику. — Просто Алмишка, наша служанка, краем уха слышала разговор, что с сегодняшнего дня будут поступать такие предложения. Специально, чтобы приглядеться к будущему зятю и устраивается праздник. Ну там, полутьма, звёздное небо, ажурная тень от листвы и музыка. Самая романтичная обстановка для завязывания будущих отношений и предложения руки и сердца.
Младшая сестра через зеркало недоверчиво поглядела на мечтательницу. Хороша, безусловно. На прошлых балах, куда их исправно вывозили родители, у неё отбоя от кавалеров не было. Но предложение? так быстро? Хотя, чего удивляться, всё равно их браком и подбором пары распоряжаются родители. Как скажут, так и будет.
— А уж обещала-то… — еле слышно пробурчала Адриана. — Интересно, у батюшки кто-то на примете уже есть или как?
— Не знаю, его светлость молчит, будто в рот воды набрал, — легкомысленно отмахнулась Калерия. — Но наши родители всегда внимательны и, надеюсь, что прислушаются и к нашему мнению, — она слегка призадумалась, продолжая следить за мечущимися по двору слугами. — Помнишь Норэта, старшего сына барона Феррского?
Вторая княжна только покивала головой, морщась от тугой косы, уложенной узлом на затылке и колючих шпилек. Норэт припомнился быстро, она его терпеть не могла ещё с детства, когда худощавый подросток дёргал её за косички и ставил подножки, а потом хохотал во весь голос, когда жертва летела лицом в дворовую пыль или парковую траву.
Старшая сестра повернулась и удивлённо приподняла брови, рассчитывая на более восторженную реакцию.
— да-да, конечно помню, — тут же поспешила исправиться Адри. — Это светловолосый красавчик с обманчиво-мечтательным выражением глаз и презрительно поджатыми губами. Глаза голубые, точно небо, высокий. Но говорят, что характером не сладок, к женщинам относится свысока. единственное исключение — родная мать, но и ей уже осмеливается противоречить. А ещё я слышала, что ему запретили ухлёстывать за девушками. то есть, за горничными пожалуйста, а вот к представительницам знатных семейств даже и подкатываться не смей. Всё равно вопросы брака в ведении родителей, как договорятся — так и будет.
— да что б ты понимала? — с лёгкой обидой в голосе воскликнула Лера. — Он такой краси-и-и-ивый. А характер нужен, чтобы поместьем управлять. Наш папенька слуг держит ого-го как!
Она благополучно пропустила мимо ушей фразу насчёт договора. А зачем на ней застревать? Стоит просто намекнуть родителям, что этот представитель знатного семейства сможет сделать их дочь по-настоящему счастливой.
Адриана прошлёпала к шкафу и задумалась, глядя на аккуратный рядок вешалок. Всего-то четыре нарядных платья, сшитых специально для светских вечеров. Матушка до сего дня на всех приёмах и балах нарочно одевала их одинаково, чтобы дать обеим сёстрам равные шансы на знакомства. Они вовсю этим пользовaлись, играя роль друг друга и вводя в заблуждение гостей, но вот пару лет назад их начали различать, и не только по родинке над верхней губой у Калерии. И фигуры стали разными, да и цвет глаз немного поменялся.
— Лерка, а мы с тобой опять в одинаковых нарядах выйдем? — младшая княжна вытащила домашнее платье, светлое, муслиновое, в мелкий цветочек. Встряхнула его, скинула халат на спинку кровати, не стесняясь сестры, сняла ночную рубашку. дневная рубашка на широких бретелях, украшенная полоской кружева, лежала аккуратно сложенной на стуле.
— Ни в коем случае, — отрезала Калерия, разглядывая худощавую фигуру. — Игрушки и шутки закончились вместе с детством, поэтому мы будем в разных. Адри, да когда ж ты поправишься-то? — она чуть наигранно всплеснула руками. — Ведь ты — хорошенькая, право слово, хорошенькая. Но вот округляться не торопишься.
Адриана вынырнула из выреза платья, поправила слегка растрепавшуюся причёску и начала застегивать ряд мелких пуговичек.
— так мне всё равно только после тебя замуж выходить, так что успею, — беззлобно огрызнулась она. — да и кавалеры-то ко мне не особенно липнут, всё около тебя увиваются. Матушка чего изволила передать или за завтраком узнаем?
Ответить старшая сестра не успела: дверь отворилась, и служанка в белом переднике присела в почтительном поклоне.
— Миледи, их светлости князь и княгиня ожидают вас в голубой столовой.
— Ого! — восхитилась Адри, застегивая на шее тонкую серебряную цепочку с медальоном, выполненным в форме цветка. — Голубая столовая — одна из парадных, значит, папенька соизволит держать поздравительную речь.
— да всё проще, — старшая княжна придирчиво осмотрела своё платье и послала самой себе воздушный поцелуй в освободившееся зеркало, — подарки надо же где-то сложить. Вот и выбрали столовую побольше. Ну и повод значительный, как-никак дочери совершеннолетние, то есть созревшие для сознательного замужества.
Коридоры были свободны, если не считать горничных, торопливо ныряющих в двери с букетами и корзинами цветов. Сёстры переглянулись и прибавили шагу. Не стоило заставлять родителей ждать. Хоть сегодня и их праздник, но соблюсти приличия было необходимо.
— Что-то слишком много приготовлений и суеты, — Адриана глянула вниз с лестничного пролёта. — будут гости, бал, но уж слишком торопятся. Может, кто из лордов королевской крови прибудет? Лерка, ты не слышала? ты же вроде всегда в курсе всяческих новостей.
— Не знаю, не в курсе, не интересовалась, — Калерия ослепительно улыбнулась, обогнула замершую сестру, чтобы занять место впереди и почти побежала по коридору.
Адри проводила её изучающим взглядом: как же хороша старшая княжна — просто глаз не оторвать. Вот посчастливится же кому-то!
Голубая столовая располагалась на первом этаже дворца. еле слышно шуршали накрахмаленными передниками горничные, мышками разбегаясь в стороны при приближении обеих миледи. В коридоре уже стёрли пыль с широких подоконников, подставок и столиков и теперь водружали на них букеты в белоснежных вазах. Проводив ошалелым взглядом мечущуюся прислугу, Адриана шепнула сестре:
— Уж слишком стараются. Не то кто-то из королевской семьи пожалует, не то я чего-то не понимаю. Ну, совершеннолетие, ну и что? да мало ли таких семей, с близнецами? И гостей, как ты говоришь, ожидается многовато для семейного праздника. Или всё-таки смотрины задумали?
— И на самом деле странно, — Калерия тоже завертела головой во все стороны, стараясь рассмотреть и то, что творится в многочисленных гостиных, мимо которых они проходили. — ты права, Адри, праздник готовится с размахом, и не похоже, чтобы пригласили только ближайших соседей. Иначе, зачем готовить гостевые спальни? Видишь корзины со стопками свежего белья, и горничные при новых фартуках.
двери в столовую уже были распахнуты. Хотя около стола стояли всего четыре стула, да и количество приборов указывало, что завтрак сервируется только для членов семьи, обилие блюд, расставляемых на утренней вышитой скатерти, могло навести на мысль, что ожидаются гости.
— А где родители? — изумилась Калерия. — Что-то их не видно? да и столик для подарков пока пуст.
— Всё бы тебе о подарках думать, — фыркнула младшая княжна. — рано ещё. Сначала речь отец соизволит произнести, потом матушка добавит несколько ласковых слов, а уж потом и до даров дело дойдёт. А то и вовсе оставят подношения до вечера.
Каминные часы пробили восемь утра. только затих последний звук, как противоположные двери распахнулись, и в них под руку вошли владельцы княжеского поместья. Сёстры тут же, словно по команде, присели в реверансе, приветствуя родителей.
— да полно, полно, — улыбнулся невысокий полноватый мужчина, неловко одёргивая безрукавный камзол и поправляя булавку на шейном платке, — с днём рождения, девочки. Садитесь к столу.
Княгиня подождала, пока ей отодвинут стул, расправила платье и только после этого присела. Всегда с безупречной осанкой, всегда с тщательно уложенными волосами, она старалась собственным примером показать дочерям, как должна выглядеть истинная аристократка. Как только леди расстелила на коленях голубую льняную салфетку, как тут же безмолвные слуги закружились, предлагая сидящим за столом поджаренные хлебцы, бекон, пышный омлет и тонко нарезанные ломтики сыра. Завтрак начался.
Служанка в платье того же оттенка, что и атласные обои столовой, подхватила салфеткой пузатый фарфоровый чайник, расписанный голубыми (а как же, ведь всё должно соответствовать цвету столовой) узорами.
— «рубиновая слеза»? — удивилась Адри, лишь только ароматный чайный напиток заполнил её чашку. — Откуда такая редкость?
— так ведь торговый договор со Змеиными горами подписан, караванная тропа очищена. теперь за перевалом следят постоянно, — князь деловито, но как-то нервно расправлялся с омлетом и копчёным мясом. — И с днём совершеннолетия, девочки! — он дождался, пока другой слуга разольёт по бокалам драгоценное розовое вино. — Сегодня знаменательный день! Вы вступили в возраст, за которым непременно последуют брачные предложения. Однако не нужно забывать, что подобный союз стоит рассматривать не только по влечению сердца, но и с точки зрения выгоды.
Что дальше вещал князь, продолжая свою речь в том же напыщенном стиле, девушки почти и не услышали, тут же приуныв от того, что им напомнили о браках, заключаемых по соглашению. И в первую очередь родителями, радеющими о благополучии родов, а не любовных привязанностях своих детей.
Княгиня слушала и согласно кивала головой, ей всё это было знакомо не понаслышке. Что такое любовь, она знала по романам, да и по молодости влюблялась, а вот замуж вышла по рекомендации родителей. даже не по настоянию, хватило лёгкого намёка, чтобы понять, куда клонит её батюшка. да будущий супруг не отличался красотой, зато знал толк в хозяйстве и умел преумножать состояние. Именно здесь оценили её таланты по управлению слугами и ведению дома, а это приятно грело душу, хотя иногда и грыз червячок сомнения и тоски.
Вовремя спохватившаяся Адриана улыбнулась и попыталась придать лицу благожелательно-внимательный вид. А вдруг отец заметит, что она недовольна? только нотации не хватало по столь ничтожному поводу. Не стоило портить праздник себе и родителям, которые искренне пеклись об их благе, тщательно перебирая все известные роды и их достоинства и недостатки, словно рассматривая под увеличительным стеклом.
… — За вашу красоту и ваше счастье! — донеслось до её ушей, и княжна радостно подняла свой бокал.
— И всё-таки, батюшка, вы что-то говорили о караванах, — Адри опустила глаза в тарелку. — Помнится, многие сожалели, что в горах случился такой страшный обвал, что разобрать его не могли долгие годы. Неужели теперь продолжится торговля? только чай или ещё будут ткани и редкие камни?
— Ничего не знаю, — резковато отрубил князь. — Это не наше дело, этим ведает королевский департамент и господа послы. девочки, сегодня ваш вечер и приглашено множество гостей, среди которых окажется много привлекательных молодых господ. Поэтому помните о приличиях и старайтесь не оставаться с ними наедине. Особенно это касается Калерии, ведь она должна выйти замуж первой. допускаю, что вскоре могут последовать предложения. репутацию испортить легко, а восстановить доброе имя практически невозможно.
Очередное поучительное замечание, призывающее девушек к серьёзности.
В распахнутую дверь столовой проскользнул курьер. Запылённая одежда не соответствовала изысканному интерьеру, но дело было важным, иначе он не осмелился бы войти.
Князь нахмурился, по лицу пробежала заметная тень. На небольшой серебряный поднос легло два конверта. Узнав почерк на одном из писем, лорд Фирташ просиял от удовольствия. Улыбка не сходила с его лица, пока он ломал печать и вскрывал письмо. И улыбнулся ещё шире, когда через несколько минут ознакомился с его содержанием.
— барон Феррский ответил на приглашение, и со своими сыновьями прибудет к началу бала. Стол собирать не будем, вечером можно обойтись и лёгким буфетом, тем более, что на улице стоит такая жарища.
Калерия мечтательно закатила глаза и тут же удостоилась укоризненного взгляда княгини. По её мнению не стоило девушке на выданье так открыто демонстрировать свои эмоции и привязанность к некой особе.
— Вторая новость ничуть не хуже, — князь сиял, не сдерживая своей радости, как подобало бы персоне его круга. — Из столицы сообщают, что к нам на празднество прибудет его высочество принц Маэрвин со своей семьёй. дорогая, распорядись, чтобы для них приготовили покои, всё-таки праздник продлится не один день.
— О, это весьма приятные новости, — высокородная леди растянула губы в лёгкой улыбке. — Но, как тебе известно, дорогой, у его высочества дочери того же возраста, ну может на год постарше, чем наши. И пока не замужем.
— Намекаешь, что наши девочки могут остаться без внимания? — лорд Фирташ поставил недопитый бокал на скатерть. — Это вряд ли, там запросы повыше наших гостей, там о международных договорённостях думают, и браки предусмотрены только морганатические, поскольку мужья и жёны принцев и принцесс никогда не получат корону. Правление передаётся по старшинству прямой линии, но это в крайнем случае. А вот появление в нашем поместье высокопоставленной семьи, родственной королю, добавит веса в обществе и блеска празднику. рекомендую девочкам потренироваться в светских улыбках и любезностях.
— Ах, батюшка, — очнувшаяся от мечтаний Калерия благовоспитанно сложила руки, — неужели вы и в самом деле могли подумать, что мы можем проявить какую-то нелюбезность? Это обидно, право, — известие о предполагаемом визите барона и его наследников вызвало у неё ощущение счастья, хотя отец ни словом, ни намёком не обмолвился о том, что готов отдать её за старшего сына ожидаемого гостя.
Князь ещё раз улыбнулся, бросая распечатанные письма на поднос, и их тут же убрали со стола. Он побарабанил пальцами по скатерти и вопросительно взглянул на супругу. Леди Ивонна подала знак, по которому начали убирать закуски. Очередная вереница вышколенных слуг внесла в столовую блюда с десертами. Адри восхищённо ахнула, ведь она так любила сладости. В чашку снова налили дорогущий чай с романтичным названием «рубиновая слеза», и она прижмурилась от удовольствия, поднося к губам восхитительный терпковатый напиток с еле заметной кислинкой.
Место закусок на столе заняли пирожные с ягодами в двухуровневых вазах. С взбитыми сливками и ягодами, украшенные желе и шоколадом. Адри нетерпеливо поёрзала на своём месте и сделала знак служанке. Подарки пусть будут после, а сейчас, уж если родители расщедрились на такое великолепие для завтрака, то не стоило терять времени.
тем временем княгиня шёпотом объясняла подошедшему дворецкому, какие покои следует приготовить для высоких гостей. Адриана, откусив от пирожного приличный кусок, едва не подавилась. Отец сказал, что праздник продлится несколько дней? С чего бы такая щедрость, ведь он всегда был несколько скуповат, не позволяя лишнего тратить деньги даже на наряды. Кстати, о нарядах, — не припоминалось, чтобы шилось что-то новое и привозились ткани, да и портних в доме не прибавилось. Старшая сестра бросила на неё понимающий взгляд и всё же решилась озвучить общие сомнения.
— Матушка, я не сомневаюсь, что вы приготовили изумительный праздник. Но как быть с нарядами? — умоляющий взгляд отправился в cторону отца, а на ресницах блеснула слезинка. — такие высокие гости…
— А это и есть наш подарок, — леди Ивонна посмотрела в сторону мужа. тот никак не выразил своего неудовольствия нетерпеливостью дочери, и поэтому она продолжила. — В соседней гостиной уже расставлены манекены с вашим новым гардеробом. Но только после завтрака, ради нарядов не стоит выскакивать из-за стола. Помните о сдержанности и своём достоинстве.
Последнее замечание оказалось весьма кстати, ибо обе девушки начали подниматься со своих мест. Калерия разочарованно вздохнула, а Адриана с чувством огромного облегчения потянулась за очередным лакомством.
Огромная комната, с потолками, расписанными замысловатыми узорами, разделённая на две части ажурной решёткой, скорее походила на роскошную гостиную, чем на кабинет правителя Змеиных гор. Любой посетитель подумал именно так, если бы не массивный стол красного дерева, заваленный бумагами и свитками. Низкие длинные диваны с множеством подушек, низкие же кресла, обитые дорогой тканью. Лёгкие шторы раздёрнуты, открывая вид на чудесный сад. Несколько столиков и комодов, украшенных перламутровыми инкрустациями.
— ты и вправду считаешь это хорошим выходом? — по щекам молодого мужчины, сидящего на широком подоконнике, вниз побежали чешуйчатые полоски и тут же спрятались за воротом белоснежной рубашки. Чешуя выдавала крайнее раздражение и готовность немедленно перейти в боевую форму.
— Хватит блокировать перевал, — старший оборотень не менее раздражённо отшвырнул свиток с блестящим шнурком. Восковая печать, аккуратно отколупанная от шнурка, осталась лежать на краю стола. — договор подписан, он крайне важен для этого небольшого королевства: сам знаешь, сколько там готовы платить за наши ткани и камни. Столько лет ушло на расчистку и укрепление дороги, пора открывать постоянный караванный путь. да и давно пора подрезать крылышки контрабандистам, которые пользовались тайными тропами.
— Мне это хорошо известно, — Дайхар поднялся со своего места и начал нервно расхаживать по комнате. — Я другого не понимаю, чем он так важен для нас? торговля и без него идёт прекрасно, с множеством государств заключены выгодные деловые союзы.
Повелитель задумчиво постучал пальцами по столешнице:
— Всё бы ничего, но контрабандисты слишком умны и хитры, а мы теряем доход. Конечно, можно организовать за ними охоту, но гораздо выгоднее пойти другим путём и перекрыть этот канал совершенно официальным способом. Их цены ниже, но мы можем поставлять куда более широкий ассортимент. да те же цветочные чаи, которые так ценятся по ту сторону гор.
В дверь кабинета тихонько постучали, потом она распахнулась, и мужчинам пришлось прервать разговор. Молоденькая служанка, стреляя глазками в сторону Повелителя и его сына, внесла поднос с бокалами и фруктами. Всё бы ничего, но она явно пыталась привлечь к себе внимание, усердно извиваясь всем телом. Дайхар мрачно глянул в её сторону и тут же отвёл глаза: сейчас для полного счастья не хватало только пустой интрижки.
— Можно подумать тебя на самом деле беспокоят контрабандисты? — он тут же снова вернулся к разговору, едва они остались одни. — Не поверю в это.
Рамсерд усмехнулся и взял бокал, наполненный тёмно-вишнёвой жидкостью. Чай «рубиновая слеза», который так ценился за пределами их страны, внутри неё стоил гроши, будучи самым распространённым цветочным напитком.
— Мне не нравится эта затея, — Дайхар скривился, так и не дождавшись внятного ответа от отца. — А почему именно я должен расплачиваться собственной свободой? Как-то не хочется чувствовать себя разменной монетой.
— Потому что ты — мой сын, — старший ящер поднялся с кресла и демонстративно отвернулся, отходя к окну. — Потому, что пора брать на себя ответственность за семью и за собственное государство, частью котоpого ты являешься. да и не забудь, что приток свежей крови нашему роду совсем не помешает.
— А почему я должен взять в супруги представительницу человеческого рода? — Дайхар попытался просверлить гневным взглядом спину отца. Спина не про сверлилась, даже лопатки не передёрнулись. — будто в стране мало оборотниц…
— Потому что я так решил. Это пойдёт на пользу всем и тебе тоже, а то уж слишком привык к девицам, бросающим в твою сторону зазывные взгляды. — Рамсерд повернулся к сыну и сузил глаза. В змеиных вертикальных зрачках мелькнуло лукавство. — Неужели тебе не надоели одни и те же лица? Одни и те же тела? Гибкие, чешуйчатые, готовые выполнить любые твои желания, что в вертикальном, что в горизонтальном исполнении.
Дайхар со стоном растянулся на длинном низком диване, хватая в обнимку подушку. Отец был прав — пора создавать семью, но как-то не хотелось делать это по принуждению и брать себе в жёны неизвестно кого.
— Представительницы человеческого рода живут намного меньше нас, — младший оборотень перекатился на живот и подпёр голову рукой, наблюдая за отцом. — Или ты намерен мне подбирать следующих жён, как только очередная состарится? А мне каково будет смотреть на это? Мы живём долго, очень долго, а люди…
— Не язви, это поправимо, — радостно сообщил отец. — Мне удалось договориться с одним очень хорошим артефакт ником, и он создал уникальные брачные браслеты. Продолжительность жизни супруги будет равняться твоей, на внешность и характер они никакого воздействия не окажут. Ну, может её здоровье станет покрепче, всё-таки выносить маленьких ящеров не так уж и легко.
— Я так понял, что уже всё решено, подписано и заверено, — молодой мужчина с очередным еле слышным стоном уронил голову на диван. — И мне выбора просто не оставлено. Когда запланировано это знаменательное событие?
— Через месяц или два, — Рамсерд не определённо покрутил в воздухе кистью. — В королевстве будет праздноваться середина лета. Всякие вечера, балы-маскарады, сам понимаешь. Вот как раз познакомишься и сразу за свадебку, времени на «познакомиться и поговорить» не будет.
— будет, — Дайхар поднялся с дивана и потянулся. Полоски чешуи снова скользнули за воротник и исчезли, — говори, кто это…
В голубой гостиной точно того же тона, что и столовая, уже стояли манекены с платьями. Калерия всплеснула руками и закружилась возле них, разглядывая материал. родители вошли чуть позже, под руку, и понимающе переглянулись. Всё-таки для девушек, да ещё на выданье, наряды были очень важны.
— Матушка, а кому какие? — Адриана с лёгкой улыбкой наблюдала за волнением сестры.
Всё равно ей придётся брать оставшееся, старшей до замужества предоставлялось больше возможностей и привилегий. Впрочем, она почти не завидовала, тем более, что и заключать брачный союз пока не собиралась — как-то никто из знакомых молодых мужчин не привлёк внимания.
— для Калерии — справа, для тебя, милая, слева, — леди Ивонна для надёжности указала рукой, чтобы девушки не запутались и не начали ссориться.
— Матушка, какие роскошные! — ахнула Калерия, всплеснув руками, и бросилась вперёд. — да это же целое состояние!
Старшая княжна подбежала к своим платьям и удивлённо округлила глаза. Подобная щедрость, проявленная отцом, превышала все мыслимые пределы. два домашних платья и шесть бальных нарядов, да ещё из дорогущего горного шёлка, — это уже настораживало.
Адриана внимательно рассматривала свой подарок. Пусть ей досталось поменьше, но безусловно князь превзошёл самого себя в щедрости и трате денег. Нижние юбки из шуршащей узорчатой тафты, другие, накрахмаленные, из тонкого льна с множеством оборок, батистовые нижние рубашки, одеваемые под праздничные наряды. И, наконец, платья. целых четыре! Одно — бледно-жёлтое, будто солнечное, отделанное несколькими воланами, второе — изумрудно-зелёное с лифом расшитым мелким жемчугом, третье — серо-голубое с жемчужным отливом с кружевными аппликациями по подолу. Младшая княжна стиснула переплетённые пальцы. да, больше их не собирались одевать одинаково, предоставили каждой возможность найти свою судьбу.
Она представила себе, как выйдет к гостям в светло-кофейном платье с золотистыми кружевами, и зажмурилась от удовольствия, а потом робко тронула роскошную ткань и повернулась к родителям.
— Это просто великолепно! — голос от волнения чуть дрогнул. — Но, право, стоило ли шить такой гардероб и для меня, ведь главное, чтобы Лера получила достойные предложения. Она — старшая, ей выбирать себе спутника жизни первой.
Княгиня слегка поджала губы: ей не понравилось, что младшая дочь упомянула о выборе. Какой выбор? Всё решать будут старшие представители знатных семейств между собой. Главное — устроиться выгодно и достойно, соответственно статусу рода. Лорд Фирташ никак не отреагировал на заявление младшенькой, напротив удобно устроился на диване, наблюдая за восторгом дочерей. его больше занимал совсем другой вопрос — не просто так на их празднество приезжает один из принцев, братьев короля. Маэрвин, герцог Истрии, мог привезти распоряжение его величества, бумагу, которую нельзя передать с обычным курьером.
Может всё и не так плохо? Вполне могло статься, что его величество лично решил устроить судьбу одной из его дочерей, руководствуясь королевской выгодой. Пусть пока девочки порадуются, а потом будет видно. И всё же точил червячок сомнения, неожиданное благоволение короны, как правило, ничем хорошим не заканчивалось.
— Матушка, это восхитительно! — выдохнула Калерия, разглядывая роскошные наряды. — Никогда не видела ничего подобного. Это просто произведения портновского искусства! Но я не припомню, чтобы с нас снимали мерки.
Леди Ивонна понимающе улыбнулась:
— Поверь, дитя моё, вполне достаточно было снять мерки с ваших домашних платьев, а подогнать под фигуру можно и с помощью шнуровки. ткани выбирались тщательно, как и отделка, нашим красавицам уже требуется достойный гардероб.
— Кстати, о праздниках, — подал голос князь со своего места, — за эти три дня вам нужно будет присмотреться к молодым людям, которые уже приглашены, а потом поделиться с нами своими впечатлениями и предпочтениями. А вот через месяц я устрою светский вечер, посвящённый дню середины лета, эдакий летний бал. если за это время поступят стоящие предложения руки и сердца, то на нём уже можно будет говорить о помолвке и дальше о свадьбе.
— Материал и в самом деле роскошный, как и вышивка! — воскликнула Калерия, восхищённо гладя дорогую ткань. — Это чудесный подарок!
И она бросилась назад, чтобы в знак благодарности поцеловать руки родителям.
— Ах, право, не стоит, — улыбнулась леди Ивонна, — Вы выросли, девочки мои. теперь пора занять соответствующее место в светском обществе, а наряды для этого не менее необходимы, чем хорошее воспитание. Однако, сейчас новые платья и всё, что к ним прилагается, отнесут в ваши комнаты, чтобы вы могли их примерить и решить, что стоит надеть в первый день празднества.
тонко прозвенел колокольчик, и слуги, ожидавшие знака, подхватили манекены, чтобы разнести их по комнатам миледи. Адриана погрустнела: ей выбирать кого-то себе по сердцу было рано, а ведь так хотелось внимания и любви, похожих на описанных романах. И пусть она понимала, что разница между сказкой и реальностью может оказаться колоссальной, но мечтать об этом ей никто запретить не мог.
— Вы можете заняться примеркой немедленно или погулять, до вечера достаточно времени, — словно нехотя промолвила княгиня, втайне надеясь, что дочери займутся своим внешним видом, а заодно и оставят родителей наедине. резкая морщинка, проявившаяся между бровями супруга, начала её беспокоить.
девушки словно зачарованные проследили, как манекены уносятся из гостиной, и только после этого присели в очередном поклоне.
до вечера оставалось еще достаточно времени. Адриана грустно посмотрела в сторону сестры, продолжающей вертеться перед зеркалом и репетирующей изящные позы и жесты. ещё бы, ведь это её день. Она — старшая, об этом известно всем гостям, а значит внимание достанется, в первую очередь, именно ей. В свою комнату возвращаться не хотелось, наряды она уже все успела перемерить. Обед отменили, чтобы привести столовую и гостиные к светскому приёму в порядок. Одна из служанок внесла в дверь поднос и поставила его на низкий столик около кушетки.
— Лерка, ты решила похудеть, чтобы стать еще изящнее? — поинтересовалась Адри, примеряясь к блинчикам с яблоками. — так и с голоду помереть недолго.
Калерия крутанулась, следя за тем, как юбка завивается вокруг ног, и плюхнулась рядом.
— ты права, выглядеть голодной на ужине будет просто неприлично. да и сил для танцев понадобится много, нельзя отказывать кавалерам. Они могут обидеться или счесть меня невежливой и невоспитанной.
Сёстры переглянулись, одновременно хихикнули и принялись за еду.
— Какое платье хочешь надеть? — после того, как первый голод был утолён, поинтересовалась старшая сестрица. — Я надену розовое, — и она, позабыв о манерах, ткнула пальцем в сторону манекена, — оно такое нежное. А оборки на лифе придадут пышности груди. Вот только, что бы выбрать из украшений? так хочется что-то взрослое, настоящее. Может у маменьки попросить?
— Она у тебя и так пышная, — Адри скосила глаза в вырез платья Калерии. — А об украшениях, думаю, уже и без нас подумали. Я их надевать не буду, а платье возьму бледно-жёлтое, с кружевной верхней юбкой. Всё равно буду лишь твоей тенью.
Она сполоснула руки в миске с водой, вытерла их холщовой салфеткой и обняла сестру.
— ты и так настоящая красавица, и кавалеры просто попадают к твоим ногам. А я буду вести учёт, кто упал первым, а кто последним, — младшая княжна лукаво прищурилась в сторону Калерии и легко чмокнула её в щёку. — Не беспокойся, придёт твой красавчик. Опять будет взбивать щелчком кружевные манжеты, поправлять жабо и презрительно смотреть в сторону дам.
— Ну вот, — с притворной обидой всплеснула руками Лера, — ты относишься к нему так же, как и в детстве, ничего не поменялось. Он смотрит не с презрением, а оценивающе, у меня от таких взглядов сразу выпрямляется спина и поднимается подбородок. И неужели Норэт тебе совсем-совсем не нравится?
— Объясняла уже, — Адриана разочарованно от неё отодвинулась, — и не один раз, и даже не два. Не понимаю, почему ты по нему сохнешь, ведь столько молодых мужчин вокруг? И семьи не хуже, роды все сплошь древние, хорошее состояние, соответствующее воспитание…
— Не знаю, — старшая сестра поднялась с кушетки и опять устроилась перед зеркалом. — О других как-то не думается. Ах, надо позаниматься с веером.
Адри несколько минут понаблюдала за тем, как она складывает-раскладывает изящную кружевную вещицу, потом потихоньку выскользнула за дверь. Все заняты очень важными делами. Ну, просто очень важными. такими важными, что и не до неё.
— Миледи, — служанка в коридоре удивлённо вытаращилась в её сторону, — куда это вы собрались?
— Прогуляюсь, — отмахнулась девушка, — только господам ничего не говори. Проветрюсь и ко времени, как одеваться надо будет, подойду.
— Миледи, — не ко времени подоспевшая пожилая женщина осуждающе покачала головой, — какие прогулки? Нужно готовиться. Сегодня такой вечер!
— Уже готова, осталось только одеться, — княжна обогнула застывшую как столб компаньонку по широкой дуге, благо ширина коридора позволяла такой манёвр. — Маиса, ну право же, успею. дайте передохнуть от первых впечатлений.
Она подхватила подол платья и припустила бегом к боковой двери, ведущей в сад.
Лето было в самом разгаре: жаркое солнце и пьянящий запах цветов дурманили голову. Через пару минут Адриана уже пожалела о том, что не взяла ни шарф, ни шляпку. Уж слишком горячими оказались солнечные лучи. Пробежав по небольшой аллее, она оглянулась и нырнула между кустарников на дорожку, ведущую к озеру. Пусть это и немножко далековато от дворца, зато густые ивы спускали свои ветки почти до самой земли, даря тень и прохладу. Увлёкшись своим побегом, девушка даже не сразу заметила, что буквально из-под ног в сторону метнулось толстое гибкое тело.
— Ма-а-амочки, — прошептала княжна, споткнувшись об выступающий корень дерева, — откуда здесь гадюки?
Чешуйчатый гад отполз подальше и только потом приподнял плоскую голову из травы.
— Нахалка, — еле слышно прошелестел он. — Я тебе не гадюка.
Вот этого Адри уже стерпеть не могла и попросту села на землю, холодея от ужаса.
— Не ушиблась? — змеиная голова вынырнула второй раз, но приближаться не торопилась. Кто его знает, что у этой девчонки на уме?
— Я перегрелась, — княжна закрыла глаза и потрогала собственный лоб, — мне просто мерещится. такого не бывает.
Она усердно врала самой себе, прекрасно зная, что в их королевстве нередко появляются представители и нечеловеческих рас. Но разговаривающая змея! Это было уже чересчур. С другой стороны, если она разговаривала, значит была разумной, а коль разумная, то можно договориться. Выстроив у себя в голове вот такую цепочку, Адриана открыла глаза и завертела головой по сторонам. Чешуйчатой гадины поблизости не наблюдалось, даже шелеста не было слышно.
— точно перегрелась, — печально повторила девушка и уселась поудобнее, следовало отдохнуть в тени, чтобы подобных галлюцинаций больше не возникало.
«Галлюцинация» вынырнула опять, покачалась на длинной шее и замерла, разглядывая немигающими золотистыми глазами странную девчонку.
— Слуг позову, — пригрозила княжна и зашарила руками около себя.
— Зачем? — удивился змей. — Я, что, тебя трогал? даже хвост успел убрать, чтобы не наступила. Лежу в тенёчке, отдыхаю, понимaешь ли, а тут вcякие приходят, да еще и угрожать начинают.
Адриана подобрала отпадающую челюсть: болтливость чешуйчатого гостя начала её заинтересовывать.
— Кусаться не будешь? — с опаской спросила она, пытаясь прикинуть размер ползучего гада.
— больно надо, — обиделся змей и скользнул чуть дальше, где было еще больше тени.
— А ты кто? — девушка, плохо соображая от любопытства смешанного с шоком, поползла за ним на четвереньках.
— ты меня преследуешь! — как-то истерически взвизгнул змей, собираясь кольцами, — Отстань, не видишь, мне жарко. Припёрлась, чуть хвост не отдавила, теперь отдыхать мешаешь.
— От чего отдыхаешь? — Адри с восхищением оглядела тугое тело, испещренное зелёными узорами.
— От всего, — невежливо огрызнулся странный гость. — У вас в озере на дне ледяные ключи бьют. Накупался, потом перегрелся, теперь отдыхаю.
— Ну, судя по размерчику, ты не ядовитый, — княжна прищурилась от cолнечных лучей, пробивающихся сквозь листву. — Но придушить можешь.
— Могу, — согласился змей, — а надо?
Ответа не последовало, потому как княжна пыталась припомнить из библиотечных справочников, кто бы это мог быть. В голову ничего путного не приходило. Странное существо тоже молчало, только подтянуло хвост и устроило из него подставку для собственного подбородкa. ещё и глаза демонстративно прикрыло, подглядывая через узкие щёлочки.
— так ты мне не ответил, — Адриана пропустила мимо ушей недовольное шипение. — ты кто?
Она с опаской протянула руку и коснулась переливающейся узорчатой чешуи. Змея оказалась вовсе не холодной и скользкой, а очень даже приятной на ощупь, только немного шершавой.
— Не лапай, не твоё, — гость перекатил кольца чуть дальше. — Тхараг.
— Это имя? — девушка придвинулась еще ближе.
— Это сущность, — змей потрогал раздвоенным языком воздух и отвернулся, демонстрируя всем видом нежелание разговаривать.
— А что ты ешь? — любопытство окончательно взяло верх над страхом, тем более, что нападать на неё никто не собирался. Скорее, даже наоборот, всеми силами пытался отделаться.
— Мелких разговорчивых девчонок, — противно захихикал змей, трясясь всем телом. — только без одёжки. Голенькие, они вкуснее.
И тут же, не дожидаясь следующего вопроса, скользнул в траву с такой скоростью, что не успели качнуться листочки луговых растений. Вовремя, рядом послышались торопливые шаги. Маиса, слегка переваливаясь при ходьбе, уже заметила беглянку и открыла рот для нотации.
— Не надо, — выставила перед собой ладони Адриана, — даже и не начинай.
Она с тоской огляделась, но кругом стояла тишина. даже птицы примолкли, одурев от зноя. Отряхнув платье, княжна гордо выпрямилась, как приличествовало девушке её положения, и последовала за компаньонкой.
только они скрылись за ивами, как из листвы вынырнула треугольная голова. Покачавшись на ветке, Тхараг сполз вниз и направился к озеру. там, в скалах на другом берегу, в маленькой пещере, он вполне мог переждать и посмотреть, что будет дальше.
Конечно, по дороге княжне всё же пришлось выслушать нотацию. О том, что следует в первую очередь соблюдать приличия, затем беспокоиться о том, как произвести наилучшее впечатление. Адриана дважды закатила глаза, но молча, чтобы не нарваться на очередную отповедь, и раз пять вздохнула, усиленно демонстрируя раскаяние. Не помогло: Маиса села на любимого конька, именуемого воспитанием юных девушек, и совершенно не собиралась останавливаться в своих нравоучениях.
— если бы я была на месте леди Ивонны, — компаньонка настолько резко остановилась, что девушка просто налетела на неё и тут же отшатнулась, стараясь не выдать того, что пропустила добрую часть речи мимо ушей, — то непременно лишила бы вас развлечений и посадила под замок с обязательным чтением этикета.
— Маиса, а вам не кажется, что пора перестать читать мне морали? — княжна нервно сжала руки. — С сегодняшнего дня мы больше не нуждаемся в воспитательнице. дальше за нашу судьбу будет отвечать или отец, или супруг.
— Не уверена, что на вашу персону найдутся охотники, — отрезала женщина. — Вы, миледи, сильно уступаете своей старшей сестре. И по внешности, и по денежному обеспечению. да и знанием этикета отличаетесь в худшую сторону. ей никогда бы не пришло в голову заниматься прогулками в одиночестве прямо перед самым праздником, забыв о том, что порядочная девушка всегда озабочена тем, как произвести наилучшее впечатление и облегчить родителям поиск подходящей пары.
— Ваше мнение меня совершенно не интересует, — Адриана упрямо приподняла подбородок. — Совершеннолетие наступило, и этого вам не изменить. Незачем пытаться видеть во мне прежнюю кроху, которая пыталась стать лучше и соответствовать вашим понятиям о добропорядочности. В услугах гувернантки более не нуждаюсь, а роль компаньонки может выполнить и горничная. если вы надумаете упорствовать, то немедленно расскажу отцу…
Сжав зубы, княжна резко повернулась и, не обращая внимания на воспитательницу, двинулась в сторону галереи.
— Миледи! — рассерженно взвизгнула Маиса и осеклась, ведь сказано было верно.
Она до совершеннолетия сопровождала девушек на всякие празднества, честно пыталась донести до них правила этикета. теперь же, сопровождать их будет лично князь, он же будет и представлять, и следить за теми, кто интересуется его дочерьми. Просчитывать выгодные партии, вести бесчисленные разговоры, пытаясь выведать о состоянии тех, кто начнёт претендовать на руку любой из них. ей оставалось только вернуться в пансион, из которого её десять лет назад пригласили на работу. десять лет к псу под хвост… хотя заработала она весьма приличные деньги, да и рекомендательные письма будут хорошими. Но частью семьи так и не стала, хотя втайне рассчитывала именно на это.
Адриана простучала каблучками по мраморным плитам галереи, косясь на портреты предков. больше всего ей нравился портрет прабабушки, урождённой баронессы Сталсской. единственная женщина в их роду, которая не стеснялась своего живого характера и пристрастия к нарядам из дальних империй. даже здесь она была изображена не в привычном платье с накрахмаленными юбками, а совсем в другом одеянии. Светлое нижнее платье и верхнее, расшитое удивительными золотыми узорами и застёгивающееся на мелкие пуговички на груди.
— Какая же ты была смелая. И красивая, — пробормотала младшая княжна, проводя пальцами по дорогой резной раме. — Не боялась ни косых взглядов, ни шепотков за спиной.
На кончиках пальцев остался слой пыли. Возмущённо расширив глаза, Адри тут же понеслась разыскивать служанок. Вдруг кто-то из гостей пожелает ознакомиться с семейной галереей. А тут такое безобразие…
Горничных удалось найти в ближайшей гостиной, где они шёпотом делились впечатлениями от списка гостей, который удалось подсмотреть одному из лакеев. Увидев княжну, дружно замолчали и поклонились.
— Что это? — Адриана продемонстрировала испачканную руку.
— Где это вы лазили, миледи? — ворчливо поинтересовалась та, что была постарше и носила чепец с двумя оборками вместо одной.
— Галерею проверяла, — невозмутимо ответила княжна. — И обнаружила пыль и грязь. Почему не убрано?
— так праздник-то будет в нижней столовой, а ещё в саду, там и стол для буфета уже поставили, и беседку нарядили, — разом загалдели служанки. — Галерея в стороне, не на виду, там можно и попозже убраться. Гости ж с поздравлениями придут, а не к старым портретам кинутся.
резон в этом, определённо был, и слуги в первую очередь наводили порядок там, где приглашённые окажутся в первый момент.
— тем не менее, будьте любезны пройти тряпкой по рамам. если и впрямь кто туда забредёт, да еще на пaру с маменькой, то скандала точно не оберётесь.
По дороге уже стучали копыта и слышался звук подъезжающих карет.
Адриана прислушалась и загрустила. За столько лет жизни вместе она так привыкла к тому, что сестра всегда рядом, что теперь не представляла себе, как сможет пережить разлуку.
Вот начнётcя праздник, разные кавалеры будут роем кружиться вокруг богатой наследницы, ведь все близлежащие семьи давно знают, сколько звонкой монеты идёт в приданое за Калерией.
А еще она красива и воспитана как настоящая леди, и станет достойной спутницей молодого дворянина. ей будут гордиться и с удовольствием представлять на всяческих светских вечеринках, а еще повезут в столицу и удостоят чести увидеть самого короля и побывать при дворе.
Внезапно в голову пришла мысль — а хотела ли она сама оказаться на месте сестры? Принимать каждое приглашение на танец, расточая радостно-смущённые улыбки, постоянно ездить по визитам, разговаривать… А о чём нынче разговаривают дамы в светских салонах? Пусть Маиса постаралась их обучить этикету и основам беседы, но на какие темы говорят аристократки, встречаясь в узком кругу? Вряд ли они обсуждают неслыханный урожай, или пшеницу, побитую градом, погрызенную зайцами капусту. Наверное, интересы крутятся вокруг тканей, модисток и портных.
Этот вывод огорчил — в материалах она не разбиралась, вышивать умела, но не любила. бесконечные цветочные мотивы на поясах и платочках не вдохновляли. Хотелось поговорить о других странах, расспросить об тамошних обычаях, о расах, которые их населяли.
Из отцовской библиотеки Адри постоянно брала книги, но подобных рукописей там встречалось очень мало, а вот любовных романов хватало, поскольку княгиня и сама увлекалась ими в молодости.
— Миледи! — горничная нетерпеливо притопнула ногой. — Хватит смотреть в окно, пора одеваться и выходить к гостям.
— да-да, — княжна рассеянно кивнула и поднялась со стула. В животе неприятно забурчало, чтобы лучше затянуть корсет — девушек оставили без ужина. да еще внезапно накатила апатия, словно ей вообще ничего этого не нужно.
Сначала натянули тончайшую рубашку, потом корсет, который должен был представить грудь и талию в наилучшем свете. Несколько белоснежных крахмальных юбок на завязках и сверху жёлтое платье, которое Адриана выбрала для первого дня.
В зеркале отразилась юная особа, правда чересчур бледная и взволнованная, но идеально держащая спину.
— Миледи, причёску…
Горничные сегодня не отличались уважительным отношением к одной из хозяек, они торопились привести её в порядок и сдать в руки княгини, которая ожидала дочерей в соседней гостиной, передав приём гостей лорду Фирташу.
Первой из своей спальни выплыла торжествующая Калерия, грациозно присела перед матерью и заслуженно получила одобрительный взгляд. А вот белокурые волосы младшей княжны никак не хотели укладываться в высокую причёску с локонами, и служанка уже начала было подумывать сделать что-то попроще, например, заплести косы и убрать их под сетку.
— Нет-нет, — сиятельная княгиня укоризненно покачала головой. — Не торопись, чуть больше шпилек и меньше завитков, пару лёгких локонов на висках — это создаст достойное обрамление. И принесите чаю, а то моя младшая девочка того и гляди упадёт в обморок.
Чай доставили незамедлительно и даже не разлили по дороге, её сиятельство слуги заслуженно побаивались.
Всего одна чашка на самом деле помогла, и на щеках Адри появился лёгкий румянец.
— Милая, потерпи. если будешь неважно себя чувствовать, то можно не танцевать, а просто посидеть в беседке на ветерке. Но выйти к гостям обязательно, этого требуют приличия и правила хорошего тона.
— Я понимаю, — пробормотала княжна, опуская глаза.
Она и в самом деле понимала, насколько важна репутация и первое впечатление и честно собиралась с силами, чтобы выполнить всё, что от неё зависело. Но далеко внутри всё же точил червячок отчаяния — ведь это не столько её праздник, сколько представление старшей сестры.
Удовлетворённо прошуршав пышными шёлковыми юбками, Калерия последний раз обошла своего кавалера и грациозно присела в реверансе. Последние звуки музыки стихли, и старшая княжна развернула кружевной веер, пряча за ним раскрасневшиеся от удовольствия щёки. бальная площадка под высокой полукруглой крышей была полна роскошно разодетых гостей. Подхваченные ветерком, в воздухе плавали всевозможные ароматы, огоньки разноцветных фонариков отбрасывали блики на искусно уложенные причёски и заставляли сверкать драгоценности, украшавшие леди, сидевших рядком около стены.
Последние годы все летние балы и светские вечера проводились на открытом воздухе в садах и парках. Конечно, если погода портилась, то приходилось перебираться в дом, а это нарушало атмосферу таинственности, которой были пронизаны подобные развлечения. Фонарики давали намного меньше света, придавая этому месту необъяснимое очарование.
быстро оглядевшись, княжна заметила в нескольких шагах свою младшую сестру, которая одиноко сидела на банкетке. Место оказалось выбрано не самым удачным образом: тени от листьев бросали на лицо тёмные пятна, а зеленоватый свет придавал коже нездоровый оттенок.
— Адри, ты выглядишь как покойница, — негромко фыркнула Калерия, разворачивая веер так, что бы сидящим рядом дамам не было слышно их разговор.
— Нарочно сюда села, — откликнулась Адриана, не отрывая взгляда от гостей. — По крайней мере, здесь очень хорошо видно, как Норэт пытается скрыться от твоего пристального внимания. Ну, а заодно и заигрывает со всеми миледи, которые подворачиваются ему на глаза.
Калерия испугано вздрогнула, но тут же взяла себя в руки и с лучезарной улыбкой повернулась в сторону гостей. Упомянутый старший сын барона искусно лавировал между разодетыми девушками, склоняясь то к одной, то к другой.
— Ну вот, — жалобно проговорила старшая княжна, — со мной он танцевал только один раз. Как же так?
Она едва не всхлипнула, но сестра, схватив за руку, заcтавила сесть рядом с собой.
— Милая, ты слишком увлеклась им одним и совершенно забыла о других не менее достойных представителях знатных семейств.
— Они не настолько красивы, — Лера нервно затрясла веером, пытаясь скрыть своё расстроенное лицо. — К тому же невыносимы стары и скучны.
— Кто? — на более длинный вопрос у Адри просто не хватило слов. Она сдержанно оглядела молодых людей, присматривающих себе партнёршу для следующего танца. — Виконты да Верен, оба брата, старше нас, лет на шесть-восемь, барон Михарра только на пять, да и твой Норэт так же. Пожалуй, если ты хочешь кого помоложе, то подойдёт его младший брат. Он и выглядит не таким неприступным, и ведёт себя не в пример вежливее и внимательнее.
— тогда они не такие красавчики, — убеждённо заявила старшая сестра, выискивая взглядом обожаемую персону. Молодой барон уже пригласил одну из девушек и теперь вёл её в центр бальной площадки
Адри пожала плечами, ей пока не приходилось быть столь разборчивой, а еще она хорошо помнила наставления матушки. В знатных кругах было принято заключать браки по расчёту, и девушек с малолетства готовили к тому, что в семье главное — это взаимное уважение, но никак не любовь. Поэтому-то она так и увлекалась романтическими книжными историями, стремясь вместе с героями пережить их нереальные чувства. И прятала потрёпанные книжицы под матрас, чтобы никто не заподозрил её в столь низменном чтиве. Оно не запрещалось, нет, но и тяга к подобным историям не приветствовалась в светском обществе, хотя дамы при встрече в салонах нередко обсуждали выдуманные любовные перипетии.
Очередной поклонник склонился над рукой Калерии, приглашая её к следующему танцу. Старшая княжна с треском захлопнула веер и поднялась с банкетки. Поднялась с досадой, потому что пригласил совсем не тот, на кого она рассчитывала.
Адриана оглянулась, взглядом разыскивая мать. та стояла в саду, рядом с площадкой и внимательно слушала принца Маэрвина. его высочество втолковывал сиятельной княгине какие-то свои мысли, вне сомнения очень важные, но не совсем приятные, поскольку по лицу леди Ивонны бежала недовольная тень.
Затаив дыхание и не обращая внимания на гостей, засуетившихся при виде прибывшей высокой персоны, девушка попыталась расслышать хоть несколько слов. родители стояли слишком далеко и до её слуха донеслись только обрывочные фразы и короткое горестное восклицание. Впрочем, сиятельная княгиня тут же взяла себя в руки и начала лучезарно улыбаться, кивая почти на каждое утверждение представителя правящей семьи. Кстати, его дочери, две премилые принцессы с немалым удовольствием наслаждались вниманием торопливо кланяющихся мужчин.
разговор вёлся о её сестре и о каком-то важном договоре — в этом Адри была уверена. А на что бы ещё так отреагировала всегда выдержанная и спокойная матушка? Может ей не понравилось, что на празднике обсуждаются деловые вопросы?
Принц вовсе не собирался подниматься на бальную площадку, лишь приветственно помахал рукой, заметив, что практически все приглашенные гости поторопились выказать свое уважение. Предоставив дочерей вниманию бдительной фрейлины, которая сдвинув брови и нервно обмахиваясь платком, оглядывала здешнее общество, его высочество окончательно углубился в решение важных дел.
Принцессы напропалую кокетничали и стреляли глазками из-за вееров, но лишнего себе не позволяли, а учтивые кавалеры подходили с оглядкой, побаиваясь строгую компаньонку.
Леди Ивонна изобразила очередную светскую улыбку, присела в почтительном реверансе и, извинившись перед высоким гостем, заторопилась к дочерям. Нашла она только одну — Адриана упорно продолжала сидеть на своём месте.
— Милая, это неудобное место, — заговорщическим шёпотом начала мать. — ты не кажешься столь привлекательной, какой являешься на самом деле. Нужно перейти туда, где освещение лучше.
— Ах, оставьте, матушка, — легко отмахнулась девушка. — Зато отсюда чудесно всех видно. да и так ли важны сейчас для меня кавалеры? Главное — найти хорошего супруга для Калерии, что бы и она осталась довольна, и вы.
Она не ожидала, что лицо сиятельной княгини перекосится в странной гримасе. Адри не на шутку забеспокоилась.
— Что-то случилось? — она даже попыталась привстать со своего места. — Неужели пока никто так и не надумал связать свою жизнь с Лерой. Этого не может быть? Всё будет, непременно будет, чуть позже. Ведь вокруг неё всегда толпились представители самых лучших семейств. Право, не стоит об этом беспокоиться.
— Ничего не случилось, — еле слышно процедила леди Ивонна. — тебе следует всё же перейти на более лучшее место, что бы привлечь к себе внимание.
Отдав распоряжение младшей дочери и ни на мгновение не усомнившись, что она ему последует, княгиня снова замешалась в толпу гостей, умело руководя и музыкантами, и беседой. ещё не хватало, чтобы кто-нибудь заметил её замешательство и взволнованность и начал задавать неуместные вопросы, которые она предпочитала решать без лишних глаз и ушей. Светские салоны питались сплетнями, делая их основным видом развлечений, и леди Ивонна не cобиралась подкидывать в этот костёр ни одной ветки.
Музыка стихла, наcтупило время перерыва, и слуги тотчас внесли подносы с прохладительными напитками и винами.
— Миледи, — один из проходящих мимо братьев да Верен снял с подноса стеклянный фужер и c лёгким поклоном предложил его Адриане, — почему вы не танцуете? Столь прекрасной девушке, да еще в собcтвенный день рождения, не стоит оставаться в стороне. Вы не возражаете, если я составлю вам компанию?
Адри чуть пригубила терпкое вино и тут же усомнилась в искренности виконта. Не может быть, что бы он не разбирался в винах, предложив ей самое крепкое из них. Самое крепкое из тех, что разрешено подавать на балах. Чего он хочет? Чтобы опьянев, она сама начала вешаться ему на шею? Зачем? Хотя это могло быть чистой случайностью, в чуть тускловатом свете сын одного из самых известных семейств мог и не разобрать, что берёт с подноса. Может, не стоило её быть столь подозрительной, тем более, что руки он к ней не тянул, да и в вырез платья не заглядывал?
Не торопясь отвечать на любезность, девушка оглянулась, разыскивая взглядом сестру. Лера нашлась быстро, она стояла возле шпалеры, увитой диким хмелём, вместе с Норэтом. Чуть раскрасневшееся довольное лицо выдавало её удовольствие от того, что всё-таки удалось заполучить этого красавчика для разговора.
— Простите, — рассеянно пробормотала Адриана, — я не ответила вам. Что-то не хочется танцевать.
— Чудесно, — обрадовался виконт, — может, тогда составите мне компанию и покажете ваш сад? Здесь столько интересного, да и ночь такая красивая.
Вот ещё только этого не хватало, блуждать по тёмным аллеям и без вездесущей компаньонки. Княжна нерешительно потупилась, лихорадочно соображая, как стоит поступить. Ни одно мало-мальски подходящее решение нa ум не приходило. Хотя…
— С удовольствием покажу вам наш сад завтра после обеда, — Адри вернула недопитое вино на поднос. — боюсь, что в темноте великолепие растений окажется не настолько заметным.
— Миледи, — голос мужчины стал чуть резче, — неужели вы боитесь просто со мной пройтись? Уверяю вас, что в этом нет ничего предосудительного. К тому же вы вполне созрели для замужества и вам необходимо научиться вести себя с мужчинами.
— Что вы? — девушка взяла себя в руки и улыбнулась. — Абсолютно уверена, что рядом с вами мне ничего не угрожает. Мне самой! А как быть с моей репутацией? Ведь вы не считаетесь моим женихом, мы не помолвлены. Кстати, а что вы подразумевали под «научиться вести себя с мужчинами»?
— Уже ничего, — да Верен поставил свой бокал и слегка покачнулся. — Это был просто жест вежливости и… небольшая проверка, как же далеко вы решите зайти в поисках супруга для себя. только и всего. Увы, миледи, но в обществе хорошо известно, что за вами не дадут хорошего состояния. Стало быть, остаётся только титул, но и здеcь вы — не старшая наследница. Ну, не хотите, как хотите.
Он еще раз покачнулся и отошёл в сторону. Пьян! Адри с ужасом и брезгливостью посмотрела ему вслед. Как всё это не соответствовало тому рыцарскому поведению, о котором она читала в романах! Где же серенады, восхваляющие её красоту? Где букеты, брошенные к её ногам? К тому же это заявление, пусть и содержащее правду, было сделано в настолько невежливой и оскорбительной форме.
Горло перехватило от подступающих рыданий — вот так подарок она получила ко дню совершеннолетия. Стараясь держать спину прямо, но уже не обращая внимания на то, что начали кривиться губы, Адриана поспешно вышла с площадки и направилась по известной ей тропинке в темноту.
Сзади снова заиграла музыка, и девушка прибавила шагу, что бы как можно быстрее остаться одной. Глаза постепенно привыкли к темноте, небо было безоблачным, звёздным, и от луны на дорожку попадало достаточно света.
Заученный с детства путь опять вывел её на небольшое озерце. то, на котором она уже была днём. Лёгкий ветер освежал разгорячённое лицо и подсушивал слёзы, которые так и не удалось сдержать. Проваливаясь каблуками в песке, Адри заковыляла к деревянным мосткам.
Обида и зависть разъедали душу. Нет, она сама понимала, насколько красива, желанна и богата её сестра. Но вот за что такая несправедливость?! Каких-то два часа разницы, даже не два года. На сестру смотрят с восхищением… а на неё?
От воды отделяло всего несколько шагов.
Простучав каблучками атласных туфель по поскрипывающим мосткам, девушка замерла на самом краю и горестно уставилась на мелкие волны, поблёскивающие под лунными лучами. От последнего разговора с подвыпившим виконтом на душе было невыносимо гадко.
Может утопиться?
еле слышно плеснула вода, расходясь кругами под старой ивой. Слёзы подступили снова, но теперь Адри зарыдала, уже не скрываясь, торопясь выплакаться.
Не то она слишком сильно наклонилась вперёд, не то подвернулась нога, но княжна вниз головой полетела в тёмную воду. Вдохнуть она успела, да и плавать умела неплохо. Вынырнув и отплевавшись от попавшей в рот воды, Адриана попыталась зацепиться за столбики мостков. Пальцы соскальзывали с осклизлой древесины, а до верха она не доставала, как и до дна, что бы упереться ногами. Платье намокло, и множество юбок тоже, тяжёлым грузом утягивая на дно.
девушка снова погрузилась с головой — топиться уже расхотелось, к горлу подкатился комок страха. Вода в озере оказалась холодная, донные ключи здесь выходили на поверхность. руки начали неметь.
Последняя попытка зацепиться за столбики тоже не удалась, да и кричать было бесполезно — кто услышит её в такой поздний час и так далеко от дворца. Адриана в последней попытке выбраться забила ногами и окончательно запуталась в тяжёлой намокшей ткани.
Прямо перед ней из воды вынырнула треугольная голова.
«держис-с-сь».
Пугаться было поздно, да и утопающий хватается за соломинку, а не только за змею. С судорожным всхлипом набрав воздух и едва не глотнув ледяной воды, Адри обняла толстую шею. Или туловище. да и какое это имело значение?
Убедившись, что незадачливая утопленница держится, змей плавно заскользил вдоль мостков к берегу. Как только колени коснулись дна, девушка выпустила неожиданную помощь и рухнула лицом обратно в воду. Воздуха пока хватало, теперь она пыталась вытащить намокшие юбки и освободить ноги. С первого раза не удалось, не удалось и со второго. резкий толчок в грудь помог ей приподняться и перевернуться. Обвив хвостом Адри, Тхараг дал новую возможность продышаться, потихоньку вытягивая дальше.
— топиться надумала? — спросил змей, как только княжна оказалась на берегу, трясясь и клацая зубами. — А то водичка для такого дела самое то. И тихо, спокойно, никто такому тонкому делу не помешает.
— Не-е-е, — простучала зубами Адриана, — просто н-нога под-д-двернулась.
Признаваться, что вообще — то подобная идея возникала, но очень быстро смылась холодной водой, совершенно не хотелось.
— Утопленница, ты наша, — пробурчал змей, на всякий случай отползая подальше. — Чего тебе на балу не сиделось? Праздновала бы, танцевала, глазки строила богатым кавалерам.
Вот тут её просто прорвало. Плюхнувшись на песок, сквозь новые рыдания, Адри сбивчиво поведала неожиданному слушателю о том, что она вторая дочь и приданое ей не светит, как и порядочная партия.
— И ведь всего — то разницы в два часа и родинку над губой, — завздыхала девушка, размазывая слёзы по щекам. — У Лерки есть, а у меня ничего нет.
— И чего ты из себя горемычную строиш-ш-шь? — удивился змей. — Подумаешь, без родинки и без приданого. Не ты одна такая. У меня вот тоже ни того, ни другого не наблюдаетс-с-ся. Не рыдаю же, не горюю…
С воды резко потянуло холодным ветром, и Адри опять затряслась. Змей недолго пошуршал в густой траве и вскоре приволок ей тяжёлый бархатный плащ.
— На-ка, накройс-с-ся. И ползи домой, в мягкую пос-с-стельку. А то заболеешь, нос распухнет, тогда на тебя точно никто не взглянет.
Адриана поднялась на негнущихся ногах, закутываясь в хранящую дневное тепло, мягкую ткань.
— А чей это? Хозяин искать не будет?
— да валялс-сс-и тут, — туманно ответил змей и неторопливо пополз к густому ивняку. — Не беспокойс-с-с, назад не потребуют.
дорога до дворца заняла больше времени. девушка шарахалась от каждой тени, не желая, чтобы её увидели в таком виде. Но не то слуги были заняты разглядыванием гостей, не то какими — то своими делами, до самого крыльца ей никто так и не попался.
Оставляя за собой мокрые следы, перемежающиеся лужами, и сцепив зубы, княжна вскарабкалась по лестнице и направилась в свою комнату.
На её счастье горничная оказалась на месте.
— Миледи, что с вами? — служанка торопливо бросилась к госпоже.
— Перегрелась от танцев, решила передохнуть и умыться, — Адриана кряхтела, выпутываясь из мокрого одеяния. туфли она скинула сразу же, как только очутилась в собственной спальне.
бальный наряд имел жуткий вид, но по честности девушке было не до него. Куда больше интересовал плащ, которым одарил некий чешуйчатый гад. Странный бархат так и не намок, нежно лаская ладони.
тем временем, горничная закутала княжну в простыню, собрала мокрые вещи и выскользнула за дверь. Она служила в этом доме несколько лет и прекрасно понимала, что миледи захочется скрыть этот факт. Платье еще можно было попытаться привести в порядок, и этим следовало заняться немедленно.
Через несколько минут в дверь протиснулся поварёнок с подносом. Горячий чай, булочки с вареньем — согреться хотелось больше всего.
По коридору простучали каблучки, и в комнату влетела донельзя счастливая Калерия. даже не обратив внимания на скукожившуюся сестру, она закружилась, изящно придерживая платье.
— Он согласен! — выпалила она и плюхнулась рядом с Адри на постель.
— Кто согласен? — Адриана слегка отодвинулась, придерживая горячую кружку.
— Норэт согласен, — старшая сестра откинулась на постели, блестя глазами.
— Кто из вас кому предложение делал? — младшая княжна поправила подушку и опёрлась на неё спиной, свободной рукой натягивая на себя покрывало. — По-твоему виду можно подумать, что это ты ему предложила свою руку и сердце.
— Не совсем, — смутилась Лерка, отводя взгляд в сторону. — Просто я ему намекнула на ту сумму, которая идёт за мной в приданое. А что делать, если кавалер нынче такой нерешительный пошёл? Приходится самой, намёками…
— ты с-с-с ума с-с-сошла, — зашипела младшая княжна не хуже знакомого змея. — Это неприлично. Что о тебе подумают другие? Вдруг кто — то услышал?
— Чего ты шипишь? — недовольно передёрнула плечами Калерия. — И почему ты мокрая? Подумаешь, намекнула. Всё равно все знают, просто сумма неизвестна. А тут к случаю пришлось. И танец романтичный, и от него как раз какая — то фифа в ужасном голубом платье с рюшками сбежала. Вроде, дочка графа Веренца, которую никак замуж сплавить не могут, несмотря на шикарное приданое в золоте и заливных лугах, которые за ней дают.
— Освежиться захотелось, — ответила Адри сразу на второй вопрос, пропустив первый мимо ушей, и задумалась.
Получалось так, что потрясающий и великолепный красавчик Норэт вовсе не заглядывался на её сестрицу, уделяя ей ровно столько же внимания, сколько и остальным знатным девушкам. И заинтересовался, если это было так на самом деле, а не приплела ослеплённая надеждой Калерия, только узнав о размере приданого. Печально, но ожидаемо. Состояние у соседей приблизительно одинаковое, князь Фирташ не намного выбивается своими приисками, но их-то как раз ни за одной дочерью не дают. Это состояние рода, а не той, кто из него уйдёт.
Впрочем, ей самой пока сватовство не светило. Возможно, через несколько лет, когда будет собрана следующая сумма… Ну или кто — то будет настолько очарован её внешностью, что не посмотрит на состояние.
Калерия тем временем кружилась по комнате, поминутно заглядывая в зеркало. ещё бы, ведь её мечта близилась к исполнению. Сначала родители договорятся, потом помолвка, а там и до свадьбы рукой подать… Оставалось только намекнуть свелейшему князю с княгиней, что она согласна. И уговорить их не затягивать это дело и назначить свадьбу на начало осени. Протанцевав ещё немного, она удалилась, попросту забыв, что сестра осталась после странного купания в одиночестве.
допив чай, Адри попросту рухнула на подушку. деньги, всего лишь деньги, приданое… Какая любовь, какое восхищение и романтические серенады под аккомпанемент лютни или флейты? только звон золотых монет…
Змей оказался прав, и утро Адриана встретила с распухшим носом. Старательно им похлюпав и разглядев в зеркало покрасневшие веки, девушка залезла опять в постель, прихватив с собой платок. Перепуганная служанка тотчас помчалась к господам, чтобы сообщить, что одна из именинниц из-за простуды имеет совершенно непрезентабельный вид.
Не прошло и пятнадцати минут, как к болящей заявилась леди Ивонна.
— Адри! — она осуждающе поджала губы. — да как ты умудрилась — то? да в такой день!
— Простите, матушка, — покаянно прогундосила княжна. — Ветер вчера был прохладный. разгорячилась после танцев, вот и протянуло, наверное.
Про нечаянное купание и порчу одного из платьев она, естественно, решила промолчать, надеясь, что и горничная тоже не станет рассказывать, что миледи соизволила прийти мокрой с головы до пят.
Княгиня нервно заметалась по комнате. так неудачно получилось и так не вовремя, что вторая дочь выбыла из гонки за женихами. тем более, что… ах!
— Ну, коль так получилось, — она присела рядом на постель, — тогда я пришлю к тебе целительницу. Очень нехорошо, что ты вынуждена пропустить оставшиеся дни праздника, я возлагала на тебя определённые надежды.
— да какие надежды, матушка? — Адриана снова вытерла нос, не забыв тайком прищемить его посильнее, чтобы краснота стала позаметнее. — Надеюсь, что Калерия произведёт впечатление за нас двоих. если вы не возражаете, то я останусь в постели, что бы быстрее поправиться. Впереди еще много всяческих балов и вечеринок, летний сезон в самом разгаре.
Княгиня молча развела руками, ей не хотелось рассказывать неожиданные новости в одиночку и без поддержки мужа. решила сдержаться и оставить этот разговор до лучших времён, тем более, что реакция старшей княжны, так некстати увлёкшейcя наследником соседа-барона, могла оказаться шумной и неприличной. Устраивать скандал в присутствии гостей — ни за что, время ещё терпело, хотя очень хотелось одёрнуть Калерию и напомнить ей, что брак — дело тщательного расчёта и одобрения родителей.
— Не вздумай выходить, — предостерегла леди Ивонна младшую дочь. — если ты заболела, то будь любезна провести положенное время в постели.
Сокрушённо покачав головой, она покинула спальню. Адри с облегчением потянулась, расплываясь в улыбке облегчения. Не настолько уж она на самом деле себя плохо и чувствовала. да, заложен нос… от специальных нюхательных солей, которые заблаговременно положила под подушку. Веки достаточно было потереть с мылом, которое до сих пор щипало глаза. теперь осталось внушить, что она больна, целительнице и результат достигнут. ей больше не придётся выслушивать речи, подобные той, которую произнёс прошедшим вечером виконт. Женихи и так не особо на неё слетались, чей не цветок, так что терять было нечего. Чтобы отбить запах нюхательной соли, который по счастью не заметила матушка, девушка щедро разлила на ковёр около туалетного столика флакон духов и опять улеглась, стараясь принять мученический вид.
По коридору уже тяжело шаркали шаги целительницы, которая лечила их с детства. Вот её Адри на самом деле боялась и гораздо больше, чем светлейшей княгини. Уж слишком была проницательна старая женщина.
— Пчхи! Чхи! — как только старушка вошла в комнату, так тут же начала чихать, а потом и вовсе бросилась открывать окно.
— Зря ты, милая, рассчитывала меня провести, — женщина шумно высморкалась и придвинула к кровати княжны стул. — Я еще ни зрение, ни нюх не потеряла. давай-ка, рассказывай, что такого случилось, что ты решила прикинуться больной, да в собственный день рождения, когда родители с ног сбились, стараясь представить вас в лучшем свете. И не стыдно?
«Номер не прошёл», — печально отметила в уме Адри. Не прошло и пяти минут, а спектакль, так и не начавшись толком, бесславно закончился.
— Что вы тётушка Сина? — пролепетала она. — Я и в самом деле слегка простудилась, вечерний ветер оказался слишком холодным, практически ледяным.
— Кавалеры нелюбезные? — Сина даже не обратила внимания на её слова о холодном ветре. — Или обидел кто? Соль — то из-под подушки вынь, а то голова от неё по — настоящему разболится.
— да я это… — княжна отвела глаза, а потом и вовсе понурилась. Не ожидала она такой проворности от старой женщины.
— Понятно, кавалеры, значит, — целительница быстренько обежала взглядом нахохлившуюся фигурку. — Хорошо, скажу леди Ивонне, что тебе нужно два дня провести в постели. Но только при одном условии.
— М-м-м? — Адриана вопросительно подняла глаза.
— травки попьёшь, успокаивающие, — внезапно улыбнулась женщина. — Прогулки придётся отменить, иначе никто не поверит. Лекарство пришлю с горничной.
Она тяжело поднялась со стула и, не оглядываясь, ушла. Адри с облегчением перевела дух. Получилось. Пусть так, но получилось. По честности, с одной стороны ей было жаль, что осталась без праздника, а с другой… с другой ей было жалко, что не сможет снова пойти на озеро. Змей показался ей забавным и разговорчивым, да и беседовать с ним было проще, чем с кем — то другим.
Молоденькая служанка принесла с кухни поднос с завтраком и кубок с лекарством, а потом заговорщически подмигнула и зашептала, старательно понижая голос:
— Не беспокойтесь, миледи, ваше платье в полном порядке. Вот туфли… они покорёжились, и атлас пошёл пятнами.
— Ну и ладно, — отмахнулась княжна, — и ладно с этими туфлями. Спасибо, милая, выручила.
Приподнявшись, она глянула на поднос и мученически закатила глаза. Принесённый завтрак состоял из чашки куpиного бульона, овсяной каши и двух тонких ломтиков хлеба — как раз для больной. такого подвоха от матушки Адри не ожидала. Обида на вчерашний вечер оказалась сильнее, а признаваться в обмане никак не хотелось. Вздохнув, она принялась за еду.
— Милая, ты заболела! Какая жалость! — влетевшая Калерия театрально заломила руки. — Я так надеялась, что ты будешь сегодня присутствовать в голубой столовой. там за столами соберутся все гости, а, самое главное, Норэт будет просить моей руки в присутствии высокопоставленных особ. Папенька не сможет отвертеться, не станет же он отказывать в присутствии его высочества? Сразу может пойти молва о переборчивых родителях, а это нехорошо скажется на репутации семьи. ты же знаешь, как щепетильно у нас относятся к репутации и слову чести.
— Лерочка, я очень за тебя рада, — осторожно начала младшая княжна. — Но простуда может быть заразной. Представляешь, как разгневается его королевское высочество, если через день любая из его дочек будет ходить с распухшим носом?
— О-о-о, — Лера на всякий случай отодвинулась подальше, — да-да, выздоравливай. Какая жалость!
И она унеслась по коридору, громко шурша накрахмаленными юбками. Сообщение Адриану обрадовало и огорчило одновременно. если у старшей сестры уже появился официальный жених, то всем прочим, хотят они этого или нет, придётся переключить своё внимание на неё. Огорчало отсутствие приданого, только его, и гораздо больше, чем скоропалительный брак наследницы титула. Хотя и с сестрой расставаться было жаль, вряд ли замужней даме разрешат остаться в родительском доме после свадьбы. А ездить в гости — не наездишься, да и кто сказал, что ей будут рады в чужом поместье?
больше её не доставали до самого вечера: служанкам и так хватало работы, а принести-забрать поднос дело недолгое, матушка занималась гостями, Маиса, обиженная на последнюю её отповедь, тоже не появлялась. И роман, который она прятала под матрас, закончился, причём самым неожиданным образом — в самом конце не оказалось двух листов, и княжна так и не узнала — пошла ли под венец золотокосая принцесса со своим рыцарем или осталась в замке ужасного злодея.
На улице стемнело. Из сада снова слышались звуки музыки и весёлый смех гостей.
Старое дерево, стоящее рядом с окном, натужно заскрипело, жалуясь на свой век, зашуршали листья. Потом шторки раздвинулись.
— Пфу, на, погадай на счастье, — змеиная голова метко плюнула в Адриану потрёпанной и слегка пожёванной ромашкой. — Актриса, ты наша. тебе впору трагические роли играть…
— Змейчик, — искренне обрадовалась княжна и испуганно отшатнулась, поскольку в комнату начало заваливаться увесистое тулово, больше похожее на раскрашенноё бревно по своей толщине.
— А ты думала, я — худенький, — ядовито отметил змей. — И вот прямо такой тростиночкой тебя с тяжеленными юбками на берег вытянул. Наивная…
Чешуйчатое туловище пристроилось за постелью, а треугольная голова закачалась, оглядывая спальню девушки.
— ты что делаешь? — рассерженно зашипела Адри. — Придут слуги, и тогда сидеть тебе в клетке.
— Я — скользкий, — резонно заметил Тхараг, поворачиваясь к хозяйке комнаты. — Недобрая ты, я, можно сказать, с цветами, навестить болящую, со словами поддержки и соболезнованиями, а ты… даже пирожка с вареньем не предложила. да и пожалуйста, могу уйти, коль в этой спальне гостям не рады.
Адриана просто захлебнулась возмущением, но как только змей дёрнулся в сторону окна, сразу же стихла. ей было скучно, развлекать никто не собирался. да что говорить, и слуги, и домочадцы, увлечённые праздником и делами, о ней попросту забыли. А тут приполз неожиданный собеседник, да и тот обиделся.
— Извини, — она сокрушённо склонила голову. — Но сам представь, что будет, если тебя здесь обнаружат?
— Я спрячус-с-сь, — прошипел змей, заглядывая под кровать. — Ффу, с-с-сколько пыли! Не убираютс-с-ся?
— Ну… редко, — смутилась Адри и свесилась туда же.
Вырез сорочки, в которой она сидела в постели, съехал, открывая грудь.
— О-о-о. — глаза Тхарага золотисто заблестели и начали съезжаться в кучу. — Какие формы! Какая кожа!
— Нахал! — пискнула княжна и расхохоталась. дожила, уже всякие змеюки ей в вырез заглядывают и пытаются комплименты говорить.
— А чего ты стесняис-с-си? — шелестнул змей, пытаясь ткнуться носом ей в грудь. — да, я — мужчина, ценитель прекрасного, можно сказать.
— Мужчина, — Адриана оглядела ползучего гада. — Ну да, ну да. Кавалер с цветами.
Попытка кавалера не удалась, и девушка отодвинулась, зажав в руке мятую ромашку. На что бы погадать? На любовь? На супруга? Сделает ли ей кто-нибудь предложение? Нет, не то.
— Выйду ли я замуж в этом году? — прошептала княжна и, зажмурившись, стала отщипывать лепестки.
Тхараг приподнял чешуйки, имитирующие брови, устроил голову поудобнее и начал наблюдать за процессом.
— да, нет, выйду, не выйду, — тонкие пальцы аккуратно, что бы не оторвать лишнего, перебирали цветочную головку. — …Выйду?
Адри открыла глаза и недоуменно уставилась на последний лепесток.
— Чего нагадалос-с-сь? — треугольная голова придвинулась чуть ближе.
— ерунда какая — то, — княжна завертела остаток ромашки. — Этого быть не может. Кому нужна бесприданница?
— да мало ли, — туманно прошипел змей и прищурился. — Мужчин на свете много, запросы у всех разные. Вот мне, например, ты и без родинки подходишь, да и твоё денежное сос-с-стояние не особенно волнует.
— Ха-ха, как смешно, — грустно окрысилась в его сторону Адриана. — Просто ромашка неправильная.
Тхараг оглядел съёжившуюся фигурку и заскользил к окну. только он намотался на ветку старого дерева, которое снова жалобно скрипнуло, как в комнату влетела заплаканная Калерия.
— Адри! — жалобно взвыла она, упала на постель и затряслась в рыданиях.
— Что? — перепугалась младшая княжна. — Лерочка, что случилось?
— Меня замуж выдают, — прорыдала Калерия, сжимаясь в комок и не обращая внимания на то, как мнётся нарядное платье.
— так ты же хотела, — Адриана откинула покрывало и прямо в рубашке переползла ближе к сестре. — Что не так-то?
Сестрица не отвечала, захлёбываясь в слезах. дверь неслышно распахнулась и на пороге спальни застыла леди Ивонна. её красивое лицо будто окаменело, только губы кривились в странной непривычной гримасе.
— Матушка, что с Леркой? Она же так радовалась, так хотела, что бы ей сделали предложение руки и сердца, — Адри торопливо гладила сестру по волосам и откровенно не понимала, с чего могла возникнуть такая истерика.
За окном снова заскрипело старое дерево, зашуршали листья, потом кончик хвоста немного оттянул занавеску в сторону. девушка бросила сердитый взгляд в сторону предполагаемого подслушивавшего, но змей здешней прислугой точно не был, да и вряд ли бы тотчас пополз разносить сплетни. Поэтому она попросту решила задать ему в следующий раз прямой вопрос, на всякий случай, человек он или нет.
— Просто она хотела замуж за одного, а будет выходить за другого, — пожала плечами княгиня и присела рядом с дочерьми. — его величество лично выбрал супруга для Калерии, приказ привёз еще вчера его высочество.
— Надеюсь, он — не старик и достаточно состоятелен, чтобы обеспечивать свою жену?
Адриана откровенно не понимала причины истерики. Ну, не за Норэта, но ведь не может быть, чтобы король лично подсунул дочери одного из влиятельнейших людей своего государства плохого или недостойного мужа.
— Насколько можно предполагать — нет. Наследники престола редко бывают старыми и нищими, — туманно ответила леди Ивонна и только попыталась наклониться к Калерии, как та резко подскочила, отшвыривая от себя руки сестры, и вылетела за дверь. Служанка еле успела отшатнуться в сторону и застыла, вопросительно глядя на хозяев и держа в руке стакан воды.
— Матушка, а красавчик Норэт сделал предложение Калерии? — Адриана накинула халат, завязала пояс и выпрямилась, помня, что мать очень не любит, когда её дочери не держат спину.
— Нет, не успел, да и не особенно торопился, — княгиня с досадой махнула рукой и пояснила. — Он и не собирался его делать Лере. Многоуважаемый барон Феррский еще весной выбрал подходящую невесту для своего старшего сына, договор уже подписан, официальная помолвка назначена на конец лета. Миледи Ивиритта, дочь графа Веренца дала своё согласие. Не сказала бы, что она светится от счастья, но как истинная дворянка понимает, что такое брак и свои обязательства перед семьёй.
— А Лерка так надеялась, мечтала, глаза закатывала в предвкушении, — прошептала княжна, соображая как теперь утешать сестру. — так что было в приказе его Величества?
— Сначала надо было с родителями посоветоваться, — леди Ивонна поднялась с постели, — поинтересоваться. А не вот так с бухты-барахты. если бы я знала, то предупредила её, что старший сын Феррских сговорен, больше месяца прошло с того знаменательного события, — она немного помолчала, прошлась по комнате. — В письме, которое привёз принц Маэрвин, был приказ выдать дочь за… не помню, в общем, за какого — то принца из соседней державы. Отказа его величество не приемлет, там даже намёк был, что в случае срыва свадьбы есть риск попасть в опалу.
— Вот почему вы так расстроились в первый же вечер, — догадалась Адриана. — так ведь принц — это чудесная партия!
Княгиня развела руками, мол, думай как хочешь, и более не говоря ни слова покинула спальню.
Занавеска отдёрнулась чуть шире, и на подоконник улеглась треугольная голова. девушка, не замечая змея, вышагивала около постели взад и вперёд, раздумывая, какие доводы следует привести, чтобы успокоить сестрицу.
— Можешь мне честно ответить на пару вопросов? — Адри подтянула к подоконнику стул и села, разглядывая в свете домашней лампы блестящие чешуйки.
— С-с-спрашивай, — милостиво разрешил Тхараг и немного сдвинулся, норовя переползти хоть какой-то своей частью на колени хозяйки спальни.
— Зачем ты здес-с-сь? — княжна сама того не замечая начала тоже растягивать свистящие звуки.
— А поговорить? Скучно же, — обиделся ползучий гад, продолжая сползать к ней с подоконника. — Или ты думаешь, что как только кто — то видит мой незабываемый узор, так сразу нес-с-сётся пообщатьс-с-ся?
— Здесь ты прав, — согласилась Адриана и рискнула погладить чешуйчатую голову, нагло пристраивающуюся к ней на плечо. — ты — человек?
— А что похож? — меленько затрясся Тхараг от хихиканья. — родом клянусь, что нет. Умение разговаривать не являетcя признаком человека.
— А почему ты тёплый? Змеи же холодные, — девушка с удивлением заметила, что ползучее существо начинает щуриться от удовольствия, закрывая глаза, как только её пальцы начали почёсывать длинную шею. Или туловище… в общем, не важно.
— Я Тхараг, в ваших краях практически не встречаюсь, всё больше по южным странам обитаю. По другим краям только наездами, то есть наползами…
Змей прерывисто выдохнул, широко зевнул и окончательно закрыл глаза. Всё бы ничего, но дерево на улице продолжало немилосердно скрипеть и качаться.
— бесзобрас-сие, — шипaнул в сердцах Тхараг, — всё пополз я, а то с-с-сейчас-с-с ветка с-с-сломается.
Чешуйки тихо шелестнули по подоконнику, потом зашуршали листьями. Потом снизу донёсся чей — то вопль и звук падающего тела. Вот только не хватало, чтобы всяческие сердобольные слуги метнулись проверять — не пострадала ли миледи.
Адриана спешно скинула халат, прикрыла створки окна, погасила лампу и забралась под покрывало. Сон в голову не шёл, да и днём она от безделья уже успела вздремнуть. думы были только об одном — о сестре, которая искренне расстроилась, что брак состоится с кем — то другим, а вовсе не с тем, о ком она мечтала с таким восторгом.
— Ладно, хоть я ни в кого не успела влюбиться, — пробормотала княжна, — а то тоже бы так страдала. Остаётся один вопрос: и когда это моя сестрица успела разглядеть в красавчике Норэте подходящие качества для мужа? Наблюдали, вроде бы, одновременно. Красивый, да, но не более, с ним даже разговаривать не о чем — сразу же рот затыкает, мол, с вашим куриным умишком до наших мужских интересов… Неужели только из-за внешности?
Перебрав в уме всех известных молодых людей, которые так или иначе проявляли свой интерес всяческими танцевальными приглашениями или давно известными комплиментами, Адри пришла к выводу, что поговорить и выяснить, чего там у кавалеров на уме, вообще не представлялось возможным. так: банальности, светские сплетни, обсуждение охоты, выездов и… куртизанок. А также родителей, малое денежное содержание, неудобную моду… да мало ли. Ничего такого, что могло бы хоть как-то указать на истинные мысли и отношения. А может матушка права, и замужество всего лишь определённый этап в жизни? Некий переход из-под опёки отца под опёку супруга? тогда получалось, что все эти любовные романы не имеют ничего похожего на обычную жизнь и их пишут, что бы утолить эмоциональный голод знатных дам.
Через два дня целительница, лукаво улыбаясь, разрешила ей не только выйти к завтраку, но и гулять. Гости уже разъехались по домам и поместьям. Всё это время Адриана напряжённо размышляла и о собственной судьбе и о замужестве сестры. Горничные доносили, что Лера не выходит из своей комнаты, отказывается есть, принесённые успокаивающие настои выплёскивает за окно и уже дважды попадала по садовнику. Обслуга жалела её мало, ни для кого не являлось секретом, что браки господ, в первую очередь, преследуют семейные или государственные цели. А как только прошёл слух, что вместо мелкопоместного барона старшей княжне настоятельно рекомендовали в супруги настоящего принца, так и вообще временами заходились от зависти и тихонько обсуждали: возьмёт кого-нибудь с собой из горничных миледи или нет. Попасть в услужение в настоящий королевский дворец хотелось всем, без исключения.
Адри послушно кивала на советы тётушки Сины, одним глазом посматривая в сторону замершей матери. Княгиня за время её «болезни» появлялась в спальне младшей дочери редко, у неё хватало головной боли от истерики Калерии.
Горничная помогла застегнуть домашнее платье, закрутила в мягкий узел густые волнистые волосы и закрепила их вместо шпилек гребнями. Незаметно сунув в руку целительницы несколько монет за то, что она скрыла её истинное состояние, княжна повернулась к леди Ивонне, которая этим утром решила лично проконтролировать выздоровление:
— Матушка, вы позволите мне навестить сестру после завтрака? Может мне удастся её уговорить?
Княгина согласно наклонила голову, изучая худенькую фигурку младшей дочери. Адриана забеспокоилась: пристроив Калерию, родители вполне могли взяться и за неё. Привычно присев в поклоне, она замерла, ожидая любого вердикта. Не дождалась — матушка пробурчала, что ей нужно лучше кушать и немного пополнеть, а еще заняться танцами и вышиванием.
Завтрак в родительском обществе прошёл в полном молчании. Князь попутно изучал почту, княгиня о чём — то напряжённо размышляла, но своими думами делиться пока не собиралась. На вопрос — можно ли взять с собой в комнату несколько пирожков, ответила утвердительным кивком и не более.
Около двери слуг не оказалось, и, попрощавшаяся было, Адри замерла, надеясь, что удастся хоть что-нибудь подслушать. Не удалось, в столовой по — прежнему стояла тишина, изредка нарушаемая звяканьем вилок о тарелки.
Пирожки она прихватила, что бы угостить озёрного змея, которого не видела уже несколько дней и начала по нему скучать. Но прежде, чем выбираться на прогулку следовало навестить сестру.
дверь в спальню Калерии оказалась не заперта, родители не стали наказывать старшую дочь за неподобающее поведение. Убежать она не могла — до ближайшего города далеко, а укрыться в соседних поместьях ей тоже бы не удалось, приказ короля зачитал вслух всем гостям лично принц Маэрвин.
Отослав служанок, Адри вздохнула и вошла в комнату. Старшая княжна заплаканная и бледная сидела на стуле около окна. растрёпанные волосы, мятое праздничное платье — она так и не удосужилась переодеться и привести себя в порядок.
— Лера, так нельзя, — девушка бросилась к ней. — Нужно немедленно успокоиться и поменять одежду. Умыться тебе тоже не помешает.
— Оставь меня, — Калерия отвернулась к окну. — Сказала же — не буду есть, пить и умываться, пока мне не сообщат, что с баронами Феррскими заключён договор о браке и назначена дата свадьбы.
— А желание самих баронов тебя не волнует? — как можно мягче спросила Адриана. — Они уже выбрали невесту своему сыну. Норэт сговорен с другой миледи, и дата помолвки уже оглашена. если бы ты не капризничала и вышла в последний день к ужину, то сама услышала об этом событии.
— Не может быть! — воскликнула старшая княжна. — Он не мог со мной так поступить. И вообще, он не виноват, это родители заставили. Они совершенно не желают прислушиваться к голосу сердца у своих детей!
— разве он тебе что-то обещал? — Адри медленно и неторопливо распутывала волосы сестры.
— Нет, но это не имеет значения. А теперь, из-за его величества мне придётся уехать из родного дома, покинуть родителей. Ничего, мы сбежим вместе и обвенчаемся в придорожном храме, и тогда все поймут, что зря упорствовали в своих заблуждениях.
Не то запал уже иссяк, не то слёзы кончились, но глаза Калерии остались сухими. Лишь только усилилась нервная дрожь в руках.
— Значит, ты хочешь, что бы наш отец попал в немилость к монарху? Чтобы нас лишили поместий, титула, и всё это только из-за твоих капризов? — Адриана взялась за гребень. — Или ты хочешь, что бы нaшу семью выслали из страны? И только из-за того, что тебе предложили принца, настоящего, а ты положила глаз на недоделка Норэта?
— Плевать! — запальчивости Калерии можно было только удивляться. — Подумаешь!
— дурра! — яростно взвизгнула Адри, дёрнув сестру за волосы так, что голова качнулась в сторону. — будешь в лохмотьях ходить, а не в новых платьях от лучшей портнихи, и ночевать в сарае. Забыла про наши законы — слово короля не оспаривается, подданные обязаны повиноваться! Принц, тебе принца предлагают, а ты… дрянь неблагодарная. Жаль, что я не старшая, не раздумывая бы согласилась, да еще и поблагодарила.
— А если он урод? Или жирный боров? Или пьёт беспробудно? — Лера отшатнулась, выдёргиваясь из цепких рук сестры и вскакивая cо своего места.
— Сомневаюс-с-сь, — рассерженно прошипела младшая княжна. — Наша семья верой и правдой служила короне, не в опале, наказывать не за что. А ты даже не удосужилась подумать, что через каких-то десять-пятнадцать лет сама можешь стать королевой. А то и раньше.
Королева? Именно это волшебное слово заставило Калерию остановиться. Королева. ради такого титула определённо можно было потерпеть некоторые неудобства.
Королева. Собственный дворец, подданные, множество услужливых фрейлин, придворные кавалеры, ловящие каждое слово. А еще великолепные сады, где она всенепременно станет делать променад, и роскошные балы, на которых гости будут поражены красотой и изяществом её величества.
В дверь просочились молчаливые служанки и завертелись вокруг Леры, спешно переодевая, причёсывая. Компрессы из трав и лёд, завернутый в салфетку, быстро восстановили цвет лица и убрали мешки под глазами.
— так оно лучше, — удовлетворённо заметила Адриана, как только сестра приняла более приличный вид. — будущая правительница, а выглядишь, как… Принесите завтрак для миледи.
На столике у окна тут же появился поднос со всяческой снедью. Княжна ещё немного демонстративно повздыхала, потом придвинула к себе тарелки и чашку с чаем.
Адри замерла около подоконника, разглядывая садовников, суетящихся около розовых кустов. Модная новинка никак не желала приживаться в саду, уныло развесив увядающие листья. Второй новинке — высоченным кустам с огромными махровыми незнакомыми цветками, тоже не нравилась не то земля, ни то чересчур пристальное внимание. Малиновые лепестки дождём сыпались с поникших соцветий.
— Адри, а как ты считаешь, из меня выйдет королева? — позади послышался робкий голос старшей сестры.
— Всенепременно, — тут же заверила её Адриана. — И очень красивая. Уверяю — твой муж будет счастлив.
Вот всего лишь одно упоминание о высоком титуле. Пожалуйста! бывшая жертва несчастной любви с аппетитом завтракает, сидит в домашнем платье, волосы прибраны и на лице только лишь отголосок сомнения в собственной привлекательности. даже бывшая симпатия к красавчику барону моментально отошла на задний план, стоило только подумать об открывающихся перспективах.
Адри вздохнула и отвернулась от сестры: стоило пойти к матушке и рассказать, что истерика завершилась благополучно и прекрасная головка старшей княжны теперь занята более подходящими мыслями. Во всяком случае, в ближайшее время повторение скандала маловероятно.
— Что скажешь? — Дайхар повернулся сразу, лишь только заслышал шелест чешуи о мозаичный пол.
— две сестрицы и обе тебе на выбор, — Тхараг вильнул хвостом, пробираясь к дивану с разложенными подушками и, совершенно по — человечески кряхтя, заполз на него. — Обе беленькие, зеленоглазые, издали не отличить, разве что одна покруглее, а другая похудее.
— близняшки? — уточнил принц Хирмирана.
— близняшки, — подтвердил змей и, аккуратно примерившись, цапнул с блюда сочную желтоватую грушу. — Жам, ням-ням, одна нормальная, другая — истеричка.
— Что, совсем так плохо? — участливо поинтересовался Дайхар, разглядывая Тхарага так, как будто в первый раз его увидел.
Чешуйчатое создание непонятно дёрнуло шеей и качнуло головой, что можно было расценивать как угодно, но отвечать не спешило, зажёвывая один фрукт за другим и щурясь на солнце.
В комнату неслышно скользнула высокая черноволосая девушка в богато расшитой золотым узором рубашке. Принц поморщился, тут же отворачиваясь к окну. Назойливость и непонятливость некоторых ящерок временами приводила его в бешенство, вызывая желание вышвырнуть незваную гостью из своих покоев, а еще лучше из дворца.
— Ваше высочество, — девица изящно опустилась на ковёр около низкого дивана. Согласно правилам здешних земель, она не могла занять место на одном уровне с выше рожденными по статусу без особого приглашения, — желаете развлечься танцами или музыкой?
Дайхар промолчал, разглядывая цветущую магнолию за окном.
— П-шла вон, — буднично шелестнул змей. — тебя сюда не приглашали.
И метко плюнул грушевым черенком, попав по руке прислужницы.
— так пригласите, — черноволосая красавица зазывно изогнулась, выставляя в разрез рубашки обнажённое бедро. На такую мелочь, как демонстративное оплёвывание, она решила не обращать внимания.
— Щас вышвырну, — Тхараг перестал жевать персики и немигающе уставился на незваную гостью. — Полетишь по всем коридорам быстрее ласточки, синяков понаставишь, лично об этом позабочусь.
— Ваше высочество… — умоляюще прошептала девица.
— Вон! — подтвердил принц, покрываясь чешуёй. — Сколько тебе говорить, чтобы не смела показываться в моих покоях.
Прислужница скрипнула зубами и змей повыше приподнял голову, словно хотел полюбоваться возможным скандалом. Нет, сдержалась, молча встала и только у самой двери резко вильнула бёдрами так, что полы рубашки приподнялись, оголяя ноги выше колен. Пыталась привлечь к себе внимание, а не удалось, и это было вдвойне обидно. раньше её приглашали не только, чтобы полюбоваться изящными изгибами тела и грациозными движениями, но и в постель.
— Она меня достала, — пожаловался Дайхар. — С некоторых незапамятных пор проходу не даёт, всё норовит уютно расположиться на кровати. Всё бы ничего, но хозяйские нотки в голосе уже раздражают.
— Подожди, вот женися, — мстительно проговорил Тхараг. — Она еще твоей жене начнёт говорить всякие гадос-с-сти. А эта тварь по части языка — очень ядовитая особа. Выкинь из дворца, пока не поздно — мой тебе совет.
— так что с сестрёнками? — увильнул в сторону принц, не поддерживая разговор о некоторых наглых гостьях.
— Старшая, как только узнала, что выбрали супруга без её на то высочайшего согласия, устроила безобразную сцену прямо на ужине. Я сам не видел, но звон разбиваемой посуды и негодующий вопль расслышал без помех. Потом понеслась к сестрице, устроила скандал там, не пожелала ничего выслушивать.
— Влюблена в кого-то? — насторожился ящер. — Вроде дворянских дочерей в тамошних краях учат держать лицо и соблюдать хотя бы внешние приличия?
— Она-то влюблена, да в неё нисколько, — фыркнул змей, легонько постукивая кончиком хвоста. — только младшая сестра и смогла успокоить, но уже после праздника. Напомнила о твоём статусе и возможном будущем титуле…
— Пожелала стать повелительницей, — усмехнулся Дайхар. — Интересно, а вторая тоже спит и видит себя на троне или как?
— Вряд ли, — Тхараг сполз со своего места, — та попроще. Впрочем, вопрос я задам, и для тебя маяк оставлю, как и договаривались с самого начала. Не верю своим глазам, неужели ты решил начать знакомство по старым традициям? А если не сложится? тебе же самому не слюбится и не стерпится? Что тогда с ней будет? По ихним законам, девица не блюдущая честь до брака, считается падшей и всячески осуждается.
— Не дурак, понимаю, — окрысился в его сторону ящер. — ты чем дальше, тем больше учителя начинаешь напоминать, интонации точь-в-точь такие же, нравоучительные.
— девчонка хорошая, — тихо прошелестел змей. — если бы я сам мог…
И рассыпался облачком тающих зелёных искорок.
Леди Ивонна сидела в своём будуаре, разбирая многочисленные письма с ответными благодарностями от гостей. Немалое количество из присутствующих не преминули отметить, что старшей дочери Фирташей выпала необычайно счастливая судьба, и его величество должно быть особо ценит княжескую семью, коль лично решил поспособствовать этому высокому браку. Смущало одно: а почему столь выгодный морганатический брак не заключался с кем-то из представителей королевской семьи? Почему обе дочери принца Маэрвина, уже вошедшие в брачный возраст, упустили такой шанс? Или здесь есть что-то другое?
Она задумчиво повертела в руке королевское рекомендательное письмо, которое прилагалось к высочайшему распоряжению. Ничего такого, кроме указания, что срыв свадьбы может иметь плачевный результат для всей княжеской семьи. Принц Хирмиранской империи… Как это далеко? Вроде бы где-то за Змеиными горами. Именно оттуда везли самые роскошные ткани, ценные породы дерева и изумительные чаи, которые стоили настолько дорого, что подавались к столу только в исключительных случаях.
— Матушка, — вошедшая Адри склонила голову, — всё в порядке. Калерия успокоилась и теперь завтракает. Она даже соизволила переодеться и причесаться.
— Чудесно, — по губам княгини пробежала слабая улыбка. — его величество распорядился, что наша семья обязана связать узами брака одну из дочерей с представителем правящей семьи Хирмирана. Сама понимаешь, Калерия — старшая. Помолвка состоится в праздник середины лета, а на следующий день — свадьба.
— А разве не должно пройти достаточно времени от обручения до заключения союза? — удивилась девушка. — Хотя бы три месяца, если уж их не устраивает общепринятые полгода.
— Увы, но представители династии не намерены столько ждать. И наш король всячески их поддерживает в этом желании.
— его величество настолько заинтересован в этом браке, но не предложил ни одну из своих дочерей или племянниц? — Адриана затопталась на одном месте, не решаясь присесть.
— Нам неизвестно, какие цели преследует его величество. Это неважно, мы в состоянии организовать и помолвку, и свадьбу в кратчайшее время. Это даже обойдётся дешевле, не придётся тратиться на многочисленные светские встречи, которыми злоупотребляют некоторые семейства, — леди Ивонна повернулась к окну, избегая смотреть в глаза младшей дочери и давая понять, что визит закончен.
— Матушка, так это чудесный брак. Мне право не понятно, почему вы не радуетесь? — младшая княжна развела руками, демонстрируя неприкрытое удивление, и без приглашения опустилась на банкетку. Намёк ею был понят, но всё же решилась пренебречь приличиями и установленными правилами — в конце концов, именно она уговорила Леру прекратить капризничать.
— Всё не так просто, — княгиня недовольно поджала губы, но пока решила не высказываться по поводу соблюдения приличий младшей дочерью. — Однако, тебе не стоит беспокоиться, я пригласила тётушку Сину. если мне не изменяет память, она кое-что знает о той империи и об обычаях, которые там установлены.
— Что с приданым? Удовлетворена ли другая сторона его состоянием? есть ли какие-то встречные предложения?
Леди Ивонна придирчиво оглядела дочь. безусловно, сдержана и практична, как и полагается настоящей леди. рассудительна — это качество тоже весьма ценилось. Жаль, что она не первенец, за детство и юность Адриана никогда не позволяла себе истерик и скандалов.
— Отныне денежное приданое, которые мы намеревались дать за Калерией, становится твоим. более того, Хирмиран привезёт нечто вроде выкупа за невесту, они предпочитают следовать собственным традициям. Сама понимаешь, сразу после заключения этого брачного союза мы начнём заниматься твоим будущим…
— Как вам будет угодно, матушка, — Адри поднялась с банкетки, поклонилась и вышла, пытаясь сообразить — стоит ли ей радоваться такой новости.
денежное содержание осталось в cемье — это превосходно, но теперь наступила её очередь становиться разменной монетой. И, если несколько дней назад, она кружилась бы от счастья, узнав о наличии значительного приданого, то сейчас озадачилась — а так ли в самом деле хочется замуж?
да, Калерия пристроена не просто выгодно, а очень выгодно. её же собственные шансы повысились, чего никак нельзя было ожидать. быстренько перебрав по памяти всех знакомых окрестных дворян, приуныла еще больше. На романтического рыцаря с цветами смахивал только один, и тот человеком не являлся…
Впрочем, стоило больше думать о счастье сестры и её будущей свадьбе и, прихватив пирожки, завёрнутые в салфетку, княжна помчалась в парк.
Адриана уже битый час бродила около злополучных мостков, ожидая разговорчивого гостя, но чешуйчатая гадина никак не появлялась. Пирожки начали остывать, несмотря на жару.
Наконец легко плеснула волна и из воды вынырнула треугольная голова.
— Кого я вижу? Какими судьбами? — Тхараг неторопливо выполз на берег и тут же устремился в тень. — Или чего с-случилос-сь?
будто и не присутствовал при скандале и ничего не слышал, то есть не подслушивал.
— Лерку замуж за настоящего принца выдают, вот, — Адри тут же полезла за ним, на ходу разворачивая салфетку. — Я тебе гостинцев принесла. Пирожки с вареньем, как и просил.
девушка не предполагала, что змеи могут издавать такие звуки — нечто среднее между фырканьем и шипением.
— С-с-с вареньем? — переспросил ползучий гад. — За кого выдают? Неужто её белобрысый крас-с-савчик предложение с-с-сделал?
Пока княжна сбивчиво пересказывала последние новости, Тхараг аккуратно заглатывал пирожки. Гостинцы один за другим проскальзывали в необъятную глотку… или туловище. Где заканчивается одно и начинается другое, девушка по — прежнему представляла плохо.
— Хирмиранс-с-ская долина, — он мечтательно прищурился и неожиданно облизнулся, — множес-с-ство цветов и цветущих деревьев, водопады, озёра, огромные луга. Крас-с-сиво!
Потихоньку окружив княжну своими кольцами и подложив два самых толстых ей под спину, змей устроил нечто вроде кресла на свежем воздухе. Голова опять перевесилась через плечо.
— Что это? — Адриана оборвала свой рассказ и недоумённо воззрилась на обнаглевшего ползуна.
— Обнимаюс-с-сь, — смешливо протянул Тхараг. — Отчего за хорошенькой девушкой не поухаживать? ты давай не отвлекайс-ся…
девчонка оглядела расцвеченное изумрудными узорами и такое близкое великолепие. Ну надо же, вот точно такого же оттенка, как и её глаза, в точности.
Когда рассказ её дошёл до того места, где Калерию удалось успокоить только напоминанием о короне, змей недовольно шевельнулся.
— Вот как! — протянул он. — тоже править хочешь?
— Вот ещё! — возмутилась Адри. — Просто зная честолюбивые мечты своей сестры, самый простой способ заставить её успокоиться и начать думать — это напомнить о возможной конкурентке и заодно о повышении статуса. больное место у наследниц, знаешь ли, каждая хочет подняться еще выше и помочь возвыситься собственной семье.
— Яс-с-сно, — Тхараг развернулся так, чтобы видеть её лицо. — А с-с-сама о чём мечтаешь?
Княжна замялась, стоило ли рассказывать чешуйчатому собеседнику свои мечты? так он и не мужчина, вроде, хоть и утверждает обратное.
— да я романы читала, — промямлила она, пытаясь отвернуться и заливаясь краской во всё лицо. Номер не прошёл, вездесущая змеиная голова перемещалась вслед за ней. — Про любовь и всё такое. там такие чувства, такие эмоции, что сердце заходится в восторге. Нет, не думай, я прекрасно понимаю, что жизнь намного отличается от написанного романа. Здесь первым идёт расчёт и выгода, политическая или денежная, а потом уже всё остальное.
— Почему? — поднял чешуйки над глазами ползучий гад. — В жизс-с-сни вс-с-сё бывает. И страсти хватает, и ненависти, и ухаживаний.
— Не бывает, у нас приняты браки по договору, а не по любви, — погрустнела Адриана.
— так никто же не мешает влюбиться в собственного мужа после свадьбы? Или с-с-считаешь, что это тоже невозможно? — змей подсунул ей под коленки хвост, проехавшись самым кончиком по обнажённой коже.
— развратник! — истерически захихикала Адри. — даже под юбку залез.
— Я тебя лапаю? Нет, — обиделся Тхараг. — Мне вот даже и лапать-то нечем. Подумаешь, под юбку, на хвосте пока еще глаза не выросли. Кресло ей сделал, удобства устроил, за счёт себя, между прочим. А ей коленки жалко… Или щекотки боишься?
Адриана ещё немного порумянилась, на самом деле, а что такого: хвост — это не рука. Ну задел, так получилось, а она как кисейная барышня. Или и впрямь хотел пощекотать, чтобы чуточку поднять настроение?
Ветерок тихо покачивал длинные ветки ив, рядом еле слышно плескалась озёрная вода. Солнце разогревало все сильнее, и девушка, поразмыслив, решила иcкупаться. Как же её раздражало это тесное платье с пуговками до самого подбородка, да еще в такую жару, и тяжелая двойная накрахмаленная юбка.
раздражённо пробежав по пуговичкам, она скинула домашний наряд, стянула юбки и осталась только в лёгкой рубашке до колен. Мочить рубашку в воде не хотелось, но рядом скалил зубы хитрый змей. Скалил молча, не комментируя её действия, хотя кончик хвоста начал нервно подёргиваться.
— Отвернись, — выдохнула Адриана. — Мне неудобно.
— Значит, ты на самом деле принимаешь меня за кавалера, — неизвестно чему обрадовался Тхараг. — Я польщён.
— Гад ползучий, — фыркнула в его сторону девчонка, скинула и рубашку, и побрела по волнистому песчаному берегу, благо ветки здесь висели почти над самой озёрной поверхностью.
Мимо ног прошелестело неторопливо извивающееся туловище. Змей не то решил составить компанию, не то, памятуя прошлый случай, решил её поохранять. В этой части озера располагалось мелководье, едва доходящее до пояса, да и вода здесь прогревалась намного лучше.
Окунувшись по шею, Адри блаженно замерла, изо всех сил стараясь не обращать внимания на кружившего вокруг неё чешуйчатого собеседника. Пару раз он, как бы невзначай, проехался ей гибким раздвоенным языком по груди и животу.
— Попробовал? — прищурилась девушка, едва треугольная голова показалась над поверхностью.
— Знакомилс-с-ся поближе, — немного невпопад ответил Тхараг, непрерывно кося глазами на её грудь. — Вкусная, с-с-соблазнительная, это точно. Замуж тебе пора.
— А почему так разглядываешь? — Адриане вдруг представилось, что некий змей — это заколдованный принц из давно прочитанного романа, и если его поцеловать, то он станет человеком и увезёт её в своё царство.
— Прекрасное мне не чуждо, — увильнул от прямого ответа змей и устроил ей очередное кресло прямо в воде. — Отчего не поглазеть на красивую девушку, пока по хвосту не надавали.
Княжна плюхнулась прямо на импровизированную мебель, немножко поёрзала, устраиваясь поудобнее и закрыла от удовольствия глаза. Тхараг чего-то неразборчиво прошипел по поводу некоторых девиц, которые не отдают себе отчёта в своих действиях, и тоже замолк. ему не составило никакого труда переползти вместе с таким грузом под ивовые ветки, и теперь вода лишь слегка покрывала нежную кожу.
— Не с-с-спи, — раздался шёпот прямо ухо. — Солнце — на полдень, время — на обед, скоро искать пойдут, вдруг наткнутся, а миледи вся такая неприлично разоблачённая.
— да кого послать-то могут? — отмахнулась Адри. — разве что Маису или кого из горничных?
— Ага, — прошелестел змей, снова проезжаясь раздвоенным языком по её груди.
Адриана ахнула, прикосновение заставило её тело выгнуться навстречу Тхарагу. Собственные ощущения пугали, кружа голову.
— ты перегрелас-с-сь, — констатировал змей и подтолкнул её к берегу. — Одевайся и давай домой. Полежишь, отдохнёшь и вс-с-сё пройдёт.
Ноги почему-то начали подгибаться, а руки трястись, пока княжна пыталась выполнить распоряжение. тело вдруг зажило собственной жизнью, продолжая желать и дальше таких же прикосновений. Пробормотав, что она и в самом деле была неаккуратна с солнцем, спотыкаясь на каждом шагу, девушка побрела ко дворцу.
Вовремя, оттуда уже слышались громкие возгласы горничных, которых отправили на поиски младшей княжны. Адриана упрямо встряхнула головой, словно желая проснуться. Может змей прав и ей на самом деле пора замуж? А там и стерпится, и слюбится, детки пойдут, радуя сердце. Правда, предложений пока не поступало, свадьбу Калерии ещё не сыграли.
— Миледи, — подлетевшая горничная даже не озаботилась поклоном, — сейчас слишком жарко, вам надлежит пообедать и отдохнуть, мы уже с ног сбились разыскивая. Что ж вы так убегаете-то, ведь и болели недавно….
Она выпалила всё разом, и, не дожидаясь ответа, раскрыла над головой княжны кружевной зонтик. Всем было известно, что истинные леди не должны загорать. белая кожа высоко ценилась среди знати, указывая на то, что её обладательница тщательно следит за своей внешностью.
— Обед в комнату, — только и смогла прошептать девушка. её куда больше сейчас занимала собственная реакция на случайное прикосновение Тхарага. Вот только случайное ли? Хотя чего можно ожидать от странного существа. В общем, она совершенно запуталась и теперь желала разобраться с самой собой.
едва прикоснувшись к овощному супу, который как нельзя лучше подходил к жаркому и душному дню, Адриана отодвинула тарелку и пригубила чай. В мыслях царил сумбур, и так чудесно случилось, что ни матушка, ни сестра не торопились к ней в комнату, и попросту удалось остаться одной.
Ночью духота так и не сменилась долгожданной прохладой. Прометавшись по постели за полночь, ей наконец удалось уснуть.
«Адри», — тихо позвал незнакомый голос, а по волосам прошлась чья-то рука.
Уголка губ, а потом и шеи коснулся легчайший поцелуй. Адриана беспокойно завозилась, сбрасывая простыню. рубашка сбилась почти до пояса, открывая стройные ноги.
раздался короткий довольный смешок, а потом ладонь медленно и нежно проехалась от щиколотки к бедру. девушка ахнула и открыла затуманенные сном глаза. Возмутиться или закричать она попросту не успела.
«Я — всего лишь твой сон, — насмешливо прошептал незнакомец с янтарными глазами. — А во сне можно не стесняться и чувствовать всё, что захочется».
Он провел пальцами по вырезу рубашки. Адри попыталась оттолкнуть их, но мужчина перехватил её руку и поднёс к губам. Один поцелуй в ладошку, потом около кисти. И снова поцелуи теперь уже через тонкую ткань, тревожащие, заставляющие тело изгибаться.
— Нет, — выдохнула Адриана. — Не могу, неприлично.
— Во сне можно всё, — горячее дыхание на миг опалило ухо.
И всё пропало, рассыпавшись зелёными искорками в темноте спальни. девушка выдохнула, чувствуя, как суматошно колотится сердце и буквально дрожит каждая клеточка. да что же это такое? Может и правда сон? Взгляд упал на угол книжицы, высунувшийся из-под матраца. так вот оно что? Просто замечталась до того, что уже стало чудиться. Накатившая внезапно тоска резанула остро, заставив выступить слёзы. А в памяти остались и янтарные глаза с вертикальными зрачками, и ласковые прикосновения.
Через пять недель
ранним утром пролился дождь, и многодневная духота сменилась влажной свежестью. С того момента, как Калерии указом его величества был назначен супруг, прошло чуть больше месяца.
Адриана проснулась, улыбаясь и вспоминая очередной сон. Ах, если бы это было правдой — и жгучие поцелуи, заставляющие её кожу гореть, и жадные прикосновения ладоней, и то, что она сама как-то вдруг перестала стесняться, с готовностью отдаваясь неизведанным ощущениям. И внезапная резкая боль, постепенно сменившаяся очередным томлением. Что? Она подскочила с постели, судорожно разгладила простыню — нет, всё чисто, и на ногах никаких следов. только небольшая приятная усталость в мышцах.
Приснилось. Княжна присела на край постели и невольно улыбнулась: если это и есть то, ради чего выходят заму юные девушки и о чём, прикрывая рот веером, судачат в уголках леди, то, да, она хотела бы испытывать эти потрясающие ощущения снова и снова в объятиях своего супруга. Впрочем, за это время никто так и не нанёс визита, не поинтересовался её рукой, а уж тем более сердцем. Не привлекло даже приданое, которое перешло к ней.
Вовремя подоспевшая горничная быстренько помогла одеться и расчесать волосы. В зеркале отражалась юная белокурая особа с улыбкой, в которую постоянно разъезжались губы, и блестящими глазами.
— Миледи, вы сегодня хороши как никогда, — с удивлением отметила горничная. — Глаза сияют, да и движения стали более плавными и женственными. Из угловатой девчонки вы превращаетесь в настоящую красавицу.
— так ведь скоро свадьба моей сестры, — поспешила оправдаться Адриана. — только потом настанет мой черёд. Матушка у себя, не знаешь?
— Ой, и правда! — воскликнула служанка. — А я-то запамятовала. Скоро праздник середины лета, помолвка, а на следующий день еще и свадьба. Прибудет множество гостей, да и его высочество, возможно почтит своим присутствием, дабы лично убедиться, что королевский приказ исполнен в точности. Кстати, леди княгиня велела нынче присутствовать на завтраке в солнечной гостиной. Окна на террасе распахнуты, из сада доносится аромат вербены, она как раз расцвела на загляденье.
Адри с удовлетворением оглядела себя в зеркале и прислушалась. В коридоре было тихо, сестра почему-то не спешила почтить её своим присутствием и разговорами. Вообще, пусть и смирилась с другим замужеством и большене скандалила, но вздыхать не перестала, особенно, когда думала, что её никто не слышит.
Ну и ладно! Подхватив юбки, младшая княжна энергично застучала каблучками по свеженатёртому полу, стараясь не поскользнуться.
Солнечная гостиная была её любимой. большая полукруглая комната с окнами до самого пола, распахнутыми из-за жары, тенистые деревья, дарящие прохладу и запах свежести, совсем рядом. Обычно стол здесь накрывали к вечернему чаю, просто для посиделок и задушевного разговора.
Калерия нерешительно мялась около входа, топчась на месте. Широкие юбки нервно колыхались от постоянного переминания с ноги на ногу. едва завидев сестру, она тут же бросилась ей навстречу.
— Адри, сегодня матушка обещала рассказать, что она узнала о той стране. Ну, о той, из которой мой будущий супруг, — уточнила она, заметив откровенное непонимание на лице младшей княжны. — Я так нервничаю. И всё равно сомневаюсь, может лучше бы за кого из наших соседей, здесь все знакомые, а там чужая страна.
— было бы с чего нервничать, — как можно безразличнее пожала плечами Адриана. — За принца замуж идёшь, а не за простолюдина. разница есть…
Сестрица недовольно фыркнула, и выпрямив спину вошла в гостиную.
Стол, накрытый вышитой скатертью, уже заставили чашками и блюдами с нарезанным беконом и сыром. Свежие, еще тёплые булочки источали вкусный аромат.
Адри невольно сглотнула слюну и прибавила шагу. торопливость не помешала ей присесть в приветственном поклоне, адресованном матушке, в то время как глаза обшаривали стол.
Княгиня растянула губы в безжизненной улыбке. Что-то тревожило её, причём серьёзно. Но собиралась она поделиться своими опасениями с дочерьми или нет, пока оставалось неизвестным.
— Матушка, — нетерпеливо выпалила Калерия, — не молчите, умоляю вас. Что удалось узнать о моей будущей семье? А почему отца нет? Он же всегда приходит к завтраку.
Леди Ивонна нервно хрустнула пальцами и сжала салфетку. Что стоило рассказать дочери? Всё? Нет, ни в коем случае, мало ли как отнесётся старшая наследница к новостям.
— Ничего такого, — ей удалось взять себя в руки. — Хирмиранская империя расположена за Змеиными горами и выходит к морскому побережью. Говорят, что там никогда не бывает зимы, очень много всякой зелени и роскошных цветов. торговля ведётся… разная.
Женщина призадумалась: стоит ли свернуть разговор на торговые дела, чтобы избежать ненужных вопросов или это сделать не удастся?
Не удалось, старшая дочь нервно забарабанила пальцами по столу, не замечая, что еще немного и попадёт по блюдцу.
— Матушка, ну кому интересна торговля и политическое устройство? — княжна оглянулась в поиске поддержки к сестре, но, не обнаружив её, слегка обиделась, хотя продолжила гнуть свою линию. — Неужели ничего не узнали про принца? Что за семья, как он выглядит? Молод или стар? Красив ли?
— Э-э-э, — наверное, впервые за всю свою жизнь княгиня не знала, как ответить лучше, — увы, дочь моя, но портрета нам не присылали. Но, как рассказала тётушка Сина, все мужчины там высокие и сильные, очень хорошие воины и охотники. В этой стране ткут самые лучшие шелка и выращивают сумасшедшей дороговизны чай. «рубиновую слезу», поспешно добавила она, аккуратно ставя чашку и промахиваясь мимо блюдца.
Адриана насторожилась, что-то не так складывалось с этим поспешным браком. Уж слишком неуверенно рассказывала матушка, отводила в сторону глаза, тщательно подбирала слова, словно боясь о чём-то проговориться.
— У будущего супруга Калерии есть ещё братья или сёстры? Приедет целая делегация или только принц со своей свитой?
— Пока ничего неизвестно, но письмо с просьбой уточнить количество персон и еще некоторые моменты уже отправлено, — леди Ивонна старательно переставила чашку на блюдце.
Письмо на самом деле было написано и отослано сразу же после того, как лорд Маэрвин уведомил о королевском указе. С такими делами не тянули…
— Матушка, а моё свадебное платье готово? — вдруг заволновалась старшая княжна. — А то два дня осталось до помолвки, и три до свадьбы, а не было еще ни одной примерки. И подарков от будущего супруга не видно, мог бы хоть на глаза появиться, познакомиться, рассказать, какое место я займу во дворце, о предназначенных покоях. Вдруг мне не понравится и придётся срочно делать ремонт?
— Не стоит беспокоиться, — княгиня подняла глаза на дочерей. — Платье принесут сегодня же, и портниха прибудет из столицы. будет тебе и примерка, и подгонка. единственно, что возможно тебя удивит, на церемонию бракосочетания приглашён жрец из Хирмирана. Именно он будет проводить и обручение, и заключение брака… на браслетах.
Услышав о подвенечном платье, Калерия не обратила внимания на всё остальное, погрузившись в мечты о том, насколько прекрасной она будет на собственной свадьбе.
— На браслетах? — изумлённо переспросила Адриана. — Но ведь у нас так не принято!
— церемония будет проводиться по законам Хирмиранского государства. У них принято надевать брачные браслеты, а не обмениваться кольцами, — пояснилa леди Ивонна, откидываясь на спинку стула. Вроде бы опасные вопросы миновали, теперь можно было и расслабиться.
Завтрак закончился в полном молчании. Калерия раздумывала о том, насколько искусно сшитым окажется платье и сможет ли она произвести наилучшее впечатление на жениха и представителей его cемьи, а Адри, бросая хмурые взгляды на мать, мечтала о том, чтобы поскорее выскочить из-за стола и удрать на озеро. давненько она на нём не бывала с тех пор, как ей каждую ночь стали сниться сны, наполненные любовным томлением и негой.
Внезапно Калерия отложила надкусанный пирожок, который она вертела в руке.
— Матушка, а как же туфли, бельё, украшения, фата? — жалобно воскликнула она. — Ведь всё нужно новое, мне предстоит новая жизнь. Особенно украшения, замужней даме к лицу совершенно другие драгоценности.
Княгиня вздохнула, ей с самого начала не нравилась вся эта затея. И приказ короля, в том числе. А вот на дочь и её благоразумие она не только не рассчитывала, но и опасалась, что скандал развернётся с новой силой. Что будет, когда Лера столкнётся со своим будущим супругом лицом к лицу? Что делать, если поведёт себя неподобающе наследнице дворянского рода? Как тогда без шума и огласки завершить церемонию?
— Вы свободны, девочки, — леди Ивонна благосклонно кивнула, стараясь не выдать своего состояния.
Княжны поднялись из-за стола. Но, если Калерия после традиционного поклона тут же проследовала в свою комнату ожидать портниху, то Адри замерла, положив руку на высокую спинку стула, стоящего около дверей.
— Что вас так беспокоит, матушка? Ведь я же вижу, вы волнуетесь.
девушка метнулась к матери и опустилась рядом с ней на колени, гладя крепко сцепленные руки.
— Он не человек, — сдавленно прошептала княгиня, кривя губы. — договор бракосочетания будет заключаться не с человеком. Не знаю, как рассказать об это Лере…
— Король знал об этом, — нахмурилась Адриана. — И всё равно отдал такой приказ. Может не всё так страшно? Мы же не только слышали о других расах, но их представители частенько навещают наши города, ведут торговые дела. да и судя по тому, что встречаются полукровки, браки в достаточной мере распространены.
— Я не об этом, — леди Ивонна ласково провела ладонью по волосам младшей дочери. — Не знаю, как отреагирует Калерия. Вдруг наотрез откажется или закатит прилюдный скандал? Это же позор на всю семью со всеми вытекающими последствиями.
— Матушка, давайте просто подождём, — Адри на мгновение прижалась головой к её коленям. — Вдруг для Лерки более важным окажется столь высокий титул, чем внешность или принадлежность к другой расе. да и с первого взгляда она может не распознать, ведь многие очень похожи на нас и практически ничем не отличаются.
В этом был определённый резон, и леди Ивонна начала успокаиваться. Как знать, вполне могло случиться так, что её старшая дочь до самого конца жизни не узнает, что вышла замуж не за человека.
— Спасибо, — княгиня погладила плечо дочери, — спасибо. Ах, если бы Калерия была столь же разумной!
Адри степенно поклонилась. Вот и выяснилось всё до конца. Вот почему так нервничали её родители. брак с нелюдем. И пусть они сами понимали, что ничего такого в этом нет, но продолжали беспокоиться и за дочь, и за честь собственной семьи.
В памяти всплыли сны, волнующие, будоражащие кровь и душу. Что за странный незнакомец появлялся в них с завидным постоянством? И не просто появлялся, как тень или видение — ласкал, и она готова была поклясться, что чувствовала эти прикосновения и сгорала от них. Лёгкая краска смущения навернулась на щёки, и девушка заторопилась, стараясь уйти из дворца, пока её не позвали к Калерии.
Змей по — прежнему лежал в облюбованном ивняке, чуть дёргaя кончиком хвоста.
— Явилас-с-сь — не запылилас-с-сь, — прошелестел он. — Забыла меня, не с-с-стыдно?
— Стыдно, — честно призналась Адриана, — даже сама не знаю, как так получилось.
— Ухажёра нашла? — поинтересовался Тхараг, демонстративно не двигаясь с места и даже не пытаясь к ней подползти.
— А-а-а, — запнулась девушка, — почти. только он не нас-с-стоящий, только с-с-снится.
Она сама того не замечая передразнила манеру чешуйчатого гада разговаривать.
— Вот оно как, — во всю пасть ухмыльнулся змей, показав острые клыки. — Не настоящий, значит. А настоящий где?
— Нету, — огрызнулась Адри, лихорадочно расстёгивая лиф платья. Солнце жарило немилосердно.
— раздеваешьс-с-ся? — заинтересовался Тхараг и медленно пополз к ней. — С-с-соблазнять будешь?
— Просто жарко, — попыталась оправдаться княжна и хихикнула. Ну, в самом деле, кого соблазнять? Змеюку чешуйчатую?
рубашку она в этот раз снимать не стала, а вот платье и юбки скинула. Чешуйчато-ползучий собеседник снова свернулся кольцами, устраивая ей из своего тела удобное кресло, и свесил голову сверху строго над вырезом рубахи.
— Ну? — потребовал он, вперяя немигающий взгляд в развязанные тесёмки.
— да что ну? — с досадой махнула рукой Адриана. — Мне уже месяц снится один и тот же мужчина. Красивый…
— Как я, — вставил Тхараг.
— Желтоглазый…
— Весь в меня…
— Ага, весь в тебя, только оттенок цвета радужки немного другой. У тебя словно расплавленное золото, а у него солнечный янтарь. так что точно не ты, — бездумно повторила княжна, не замечая, как напряглось змеиное тело. — Ласковый, — и она тут же залилась краской.
— делис-с-сь. — подбодрил её змей, перемещая голову так, чтобы видеть лицо собеседницы. — Люблю романтические откровения, да и тебе поговорить об этом не с кем.
— да чего делиться? — с досадой махнула рукой девушка, чуть не попав прямо по любопытному змеиному носу. — только снится, и всё будто наяву. А потом рассыпается зелёными искрами… и на постели никаких следов.
— так далеко зашло? Какой шустрый сон, однако, — удивился Тхараг, приподнимая чешуйки над глазами. — А тебе нравится?
Интонация была вкрадчиво-вопросительной, но Адри, погрузившись в свои воспоминания, не обратила на неё никакого внимания.
— Не то слово.
Она нашла в себе силы в этом признаться. В том, о чём никогда не заговорила бы ни с матерью, ни с сестрой, а уж тем более со служанками. ещё неизвестно, как бы они к этому отнеслись.
— Замуж тебе пора, — констатировал змей и легонько лизнул её по верху груди.
тело отреагировало моментально, подставляясь под несвоевременную ласку. Адриана тихо ахнула и закрыла глаза. Шаловливый кончик хвоста тут же нырнул под рубашку, легонько поглаживая бёдро.
— Что ты делаешь? — пробормотала девчонка, борясь с желанием подставить всю себя под эти неожиданные прикосновения.
— С-с-соблазняю, — хихикнул змей. — точнее успокаиваю, ну или отвлекаю. только ведь ты не просто так пришла сюда. Что-то с-с-спросить хотела?
— Ах, да, — Адри честно попыталась собраться с мыслями, — Лерке в мужья прочат принца из Хирмиранской империи. Матушка сказала, что он не человек. ты случайно не можешь рассказать поподробнее?
Тхараг замер — вопрос застал его врасплох. Хотя, если учесть, что с ним-то она общается вполне нормально, то могло случиться, что и на правду отреагирует тоже без истерик.
— Это земли оборотней-ящеров, — решился он.
— С рогами? — тут же подскочила княжна, удивленно округляя глаза и пытаясь поймать его взгляд.
Змей расхохотался уж как-то очень по-человечески, чуть запрокидывая голову.
— Нет, милая, без рогов. Выглядят как люди, но могут принимать и другие формы.
— А чем они занимаются? — не унималась Адриана.
— да тем же, чем и все, — фыркнул Тхараг. — Строят, торгуют, женятся, детишек заводят.
Княжна призадумалась: если жители Хирмирана ничем не отличаются от людей, то вполне возможно, что её сестра так ничего и не поймёт и скандала удастся избежать. Собственная судьба её сейчас волновала намного меньше. Вот выйдет Лерка замуж, тогда и к ней женихи начнут свататься. Сердце кольнуло тоской — а как же её незнакомец с янтарными глазами? Она так привыкла каждую ночь проводить в его объятьях, что с вечера развязывала тесёмки ночной рубашки, чтобы потом побыстрее из неё выскочить и просто заходиться от нежности и ласки, которую дарили руки и губы ночного гостя. Наверное, Тхараг прав: ей и на самом деле пора замуж. Вот только как она предоставит своё тело другому мужчине, если в голове сладкие воспоминания о волнующих ночах? Вдруг настоящий супруг окажется не настолько нежным и внимательным?
— Миледи! — где-то совсем рядом послышался голос запыхавшейся горничной.
Недовольно шелестнувший змей тут же размотался и нырнул глубже в заросли. Адриана мысленно застонала, ладно хоть немного удалось поговорить. Одеваться она и не подумала, напротив, растянулась на траве, задрав рубаху выше колен.
— Миледи, — под низко свисающие ветки заглянула одна из горничных, — что вы здесь делаете? да еще в таком виде.
И она всплеснула руками точь-в-точь как Маиса перед тем, как начинать читать очередную нотацию.
— Отдыхаю, — буркнула княжна. — Сегодня слишком жарко.
— Миледи, но это неприлично, — не унималась горничная. — В таком виде? Или вы любовника ждёте?
Совсем еще молоденькая девчонка завертела головой по сторонам, пытаясь найти хоть малейшие следы мужского присутствия.
— двух, — Адри начала злиться. — А то и трёх. Сейчас прямо все в очередь выстроятся, чтобы на мои коленки полюбоваться.
Сегодня её начала бесить и слишком тесная шнуровка на платье, и высоченные каблуки у туфель, и обилие юбок, от которых становилось невыносимо жарко. Как только Лерка умудряется летом не париться в тяжелых душных одеяниях?
Со стоном поднявшись и натянув всё то, что с таким удовольствием снимала, Адриана последовала за горничной, продолжавшей вертеться во все стороны, чтобы найти хоть некое подобие ухажёра.
— Миледи, так нельзя, — в голосе служанки внезапно прорезались нравоучительные нотки. — А вдруг вас увидит какой-нибудь мужчина? Подумает, что вы доступны? Ведь далеко от дома, даже и не отобъётесь.
«Ага, — мрачно подумала княжна. — Мужчина, ага, который потом бы начал прятаться за мою спину от разъярённого змея. Кстати, а защитил бы меня Тхараг от такого нападения?»
трава шуршала под ногами, ничуть не мешая размышлениям. Горничная наконец-то благоразумно замолчала, поняв, что её никто не слушает, а Адриана неспешно брела, наслаждаясь каждым дуновением ветерка и надеясь на прохладу.
Калерия уже приплясывала в своей комнате, любуясь доставленным подвенечным платьем. Глубокий вырез скромно декорировался кружевами, из таких же кружев на присборенную юбку были нашиты многочисленные оборки, делающие её еще пышнее. И множество крошечных жемчужин покрывали лиф, делая его жёстким.
— Смотри, — она с гордостью ткнула пальцем в манекен, лишь только сестра появилаcь в двери. — ещё целый ворох юбок и моя талия покажется тоньше иголки.
Адриана постаралась не скривиться при виде этого великолепия и сохранить на лице восторженно-завистливую улыбку. С первого взгляда стало ясно, что подвенечный наряд очень тяжёлый.
— Оно двойное? — ахнула младшая княжна, как только её допустили пощупать ткань.
— тройное, — торжествующе пропела Калерия. — Нижний слой атлас, потом парча, потом много-много тонкого кружева. ещё рубашку, корсет и юбки из тафты, — она мечтательно закатила глаза.
Адри мысленно застонала, представив себе этот вес и многослойность в самый разгар жары. Ах, да еще же и чулки. И для полного счаcтья завернуться в фату. Причём атласную, а не шёлковую. Мол, надо, чтобы личико невесты никто не видел до самого алтаря. Покрутив в руках новые туфли, украшенные белыми розочками, она поставила их на низкий столик около окна.
— ты сваришься в таком наряде, — решительно заявила младшая княжна, пытливо заглядывая в лицо сестры. — На улице такое пекло, что вздохнуть нечем.
— ерунда, — отмахнулась Калерия, — на всех балах платья лёгкостью не отличаются. Подумаешь, жарко. Потерплю один вечерок. тем более, что церемония состоится вечером после захода солнца, — она присела на банкетку, жадно оглядывая свадебное великолепие. — Чуть подтянули шнуровку и подобрали в боках, и всех делов.
— А приданое? — терпеливо напомнила Адриана. — Что решили с приданым? Насколько я поняла, принца совершенно не интересуют твои земли и даваемое состояние. Когда вы поедете в его империю?
— А приданое и прочие денежные дела меня не касаются, — Лера подскочила и снова закружилась около платья. — Ими родители занимаются, у меня по этому поводу голова болеть не должна. Ну, а отъезд? Не думаю, что он состоится скоро. Ведь нужно будет наносить ответные визиты всем гостям и соседям, приглашённым на праздник. Это дело не нескольких недель, к холодам управимся.
— ты на самом деле думаешь, что его высочеству интересны бароны и графы, живущие в окрестных поместьях? — не удержалась от язвительной подколки младшая княжна. — Что наследный принц будет счастлив свести подобное знакомство?
— ты ещё слишком маленькая и поэтому ничего не понимаешь, — Калерия даже ногой притопнула. — Причём здесь интерес? Каждому мужчине хочется показать свою супругу, похвастаться её красотой, воспитанием и знатностью рода. А еще у меня сменится статус, — она стыдливо опустила глаза и хихикнула. — Стану замужней дамой, настоящей принцессой. Потом начнутся сезоны балов, поездок в столицу, аудиенция во дворце. Но, не беспокойся, возьму тебя как компаньонку — сможешь приглядеться к столичному дворянству и выбрать себе супруга. только учти, особое внимание придётся обратить на знатность рода — негоже младшей сестре королевы выходить замуж за мелкопоместного барончика.
Она бы еще долго фантазировала, уносясь в своих мечтах всё дальше и дальше, но Адри поднялась со своего места.
— ты куда? — забеспокоилась старшая княжна. — Неужели тебе не интересно? И собственная судьба не заботит?
Адриана покивала головой, мол, интересно и даже очень, но тороплюсь. Предлог, чтобы уйти, был и вполне существенный. Стоило посмотреть, как идёт подготовка к празднику середины лета.
— Не уходи, — взмолилась Калерия, — если честно, то я ничего не понимаю. Матушка какая-то сумрачная, отец вообще не показывается. тут такое событие — свадьба старшей дочери, а они ведут себя так, будто похороны.
Младшая сестра замерла — она никак не ожидала, что сестра заметит нервозность княгини и нарочитое отсутствие отца.
— Лерка, — медленно подбирая слова, проговорила она, — ты тоже пойми родителей. Столько лет растили, холили, воспитывали, а тут пришла пора расставаться. Конечно, они чувствуют себя неуютно. да еще брак будет заключён с принцем другой империи, тебе придётся уехать. Это очень тяжело. В другое государство не наездишься…
— ты всегда такая разумная, что просто завидки берут, — неожиданно выпалила Лера. — Мне тут девочки рассказали, что ты на озеро всё бегаешь и ведёшь себя неприлично, раздеваешься, демонстрируешь не только щиколотки, но и голые коленки. Неужели нашла себе кавалера и пытаешься его соблазнить?
Адриана опешила — такого провокационного вопроса она от сестры совсем не ожидала. Придётся врать, нельзя же ей рассказывать, что она купалась голышом. А еще в присутствии странной змеюки. тогда точно решит, что умом тронулась.
— Что ты, милая? раздеваюсь, но лишь из-за жары и в полном одиночестве. Кто посмеет проникнуть на территоpию княжества? Ведь везде егеря и лесничие.
— так ты с егерем роман завела? — сердито нахмурилась Калерия. — Совершенно не хочешь думать о чести семьи, ведь он стоит по статусу несоизмеримо ниже.
— Обижаешь, — протянула Адри, — ни один мужчина туда даже не приблизился. да к тому же ты прекрасно знаешь, что за мной всюду следуют горничные. так что прекращай читать мораль, лучше подумай, как ты будешь после бракосочетания выглядеть в собственной спальне?
— Фи, — скривилась старшая княжна, — буду выглядеть не хуже матушки, у меня и рубашка есть подходящая, до самого горла застёгивается. И вообще ты еще маленькая, а мысли…
Обиженная столь неприличным вопросом сестры, она отвернулась в сторону. Потом вообще взяла со столика кружевные перчатки, расшитые жемчугом, и начала их рассматривать.
Адри обиделась тоже. Всего два часа разницы, а собственная сестра считает её малышкой. Зато появился повод беспрепятственно уйти, чем она тут же не преминула воспользоваться.
В парке наряжали пирамиду, наспех сколоченную из жердей. Собственно, сам праздник, скорее, относился к сельским. так отмечали начало сбора урожая и многочисленных помолвок, которые приурочивали к одному дню.
Жерди увили ивовыми ветвями и цветочными гирляндами. решётки, которые огораживали место праздника, стояли здесь давно и наглухо заросли хмелём, который уже начал распускать бутоны. Одна из арок настолько густо и пышно разрослась, что под ней можно было отдохнуть на скамейке в тени. рядом, на лужайке, устанавливали праздничный шатёр для знати, не желающей портить цвет лица солнечными лучами.
Адриана с восторгом разглядывала всё это великолепие — вечеринка и в самом деле намечалась с размахом. Суетящиеся слуги и лесничие, по счастью, не обращали на неё никакого внимания.
девушка, стараясь не мешать, обогнула лужайку и замерла под старым развесистым дубом. В листве зашуршало и через мгновение перед ней свесилась голова вездесущего Тхарага.
— Чтоб тебя! — выругалась Адри, поначалу шарахнувшись в сторону. — Напугал. Ну, нельзя же так!
— А чего такого? — змей закачался, разглядывая окрестности. — Мне тоже любопытно, да и скучно одному на озере. Когда праздничек?
— Завтра, — с гордостью ответила девушка, озираясь и надеясь, что никто не заметит её собеседника. — После обеда начинается, а потом ещё и Леркин жених должен подоспеть к вечеру. Сразу и праздник, и помолвка. Сестрица уже подвенечное платье наглаживает, и фату поправляет.
— Юбок много? — змей немного подтянулся вверх, хотя его шкура сливалась с солнечными пятнами и листьями.
— Много, — печально констатировала этот факт княжна, — очень много. А еще и корсет, и платье многослойное, и чулки, и туфли на высоченных каблуках.
— Сваритс-с-ся, — хихикнул Тхараг, — как есть с-с-сварится. В ближайшие денёчки дождя не ожидаетс-с-ся. Очень неудобная мода в здешних землях.
— А в чём ходят женщины в Хирмиранской империи? — вдруг вспомнила Адри. — Наверное, тоже в платьях?
— да по — разному, — задумался змей, поудобнее наматываясь на одну из толстенных нижних веток.
девушка не успела взвизгнуть, как её ноги оторвались от земли. Змеиный хвост шустро обвился вокруг её талии и поднял наверх.
— Зс-сде-ссь тенёк, — пояснил чешуйчатый собеседник, не торопясь выпускать княжну из захвата. — И прятаться хорошо, и видно замечательно.
Ветка оказалась достаточно широкой и с удобной развилкой, на которой Адриана и устроилась поплотнее, стараясь держать лужайку в поле зрения. Хвост никуда не делся, продолжая обнимать и удерживать от нечаянного падения.
— Красотища! — восхитилась девушка, болтая ногами и стараясь не потерять туфли. — так что там с Хирмиранской модой?
— да ничего особенного, тоже платья, кружева, только ткани другие, полегче. И каблуки носить не принято, — Тхараг чуть прижмурился. — Ага, ещё местные дамы обязательно носят покрывала, красивые такие, расшитые золотыми и серебряными нитями. И волосы в косу заплетают, а еще всякие диадемы, ожерелья, в общем всё блестящее, что так нравится женщинам.
— без каблуков, — завистливо пробормотала княжна, пропустив мимо ушей намёк на украшения, — везёт же кому-то. А тут пока пройдёшь, чуть ногу не сломаешь. А еще юбки…
тем временем пирамида оказалась готова, и в шатёр начали вешать шторы.
— Шёлк? — змей опасно закачался, рискуя быть увиденным.
— Куда? — зашипела Адриана, хлопая ладонью по хвосту. — Вот как сейчас увидят тебя, как начнутся вопли.
— так шёлк или нет? — казалось, выбор ткани для штор интересовал Тхарага больше всего.
— Вряд ли, — княжна пожала плечами, не выпуская кончик хвоста из ладони. — Отбелённый лён, вот. Мало ли, непогода, грязь, а шёлк — материал дорогущий. его едва на праздничные наряды хватает.
— Отдай, — змей ловко выдернул хвост и опять нырнул им под юбку, щекоча под коленками.
девушка заёрзала, зажимая рот ладонью, чтобы её хихиканье не услышали слуги. тем временем на лужайке появились её собственные горничные. деловито пробежавшись между шатром и пирамидой, они переглянулись и двинулись обходить место праздника.
Княжна приуныла — вот только хочется глотнуть свободы, как тут же её начинает кто-то искать. Поняв, что поговорить и пошалить дальше не удастся, змей тут же спустил её вниз, а сам полез вверх по стволу, на ходу выцветая под дубовую кору.
Адриана проводила его завистливым взглядом и поправила завернувшуюся юбку. Перед горничными стоило предстать в приличном виде, а то сегодня от сестры наслушалась обвинений в распущенности.
Служанки увидели свою госпожу и устремились к ней.
— Миледи, — наперебой затараторили они, — вы не представляете, сколько у нас новостей. Завтра с обеда будут танцы здесь на лужайке, и гости уже съедутся. А вечером приедет жених Калерии с эскортом. Конюх в ужасе, он не знает, куда убрать лошадей, а потому лежит на соломе и смотрит вверх.
— А причём тут лошади? — изумилась княжна. — У нас большие конюшни, все поместятся, и не такие праздники принимали. Ну, или в загон можно поместить, или на выпас отвести.
— так ведь сожрут, — всхлипнула девчонка, оглядываясь по сторонам. Поздно, уже все слуги бросили свою работу и усиленно прислушивались к разговору.
— Кто сожрёт? — Адри откровенно не понимала о чём идёт речь. — Кого сожрёт?
— так ведь у принца и его свиты не обычные кони, а верховые ящеры. Ихний повелитель письмо прислал, просил мясом обеспечить и просторным местом.
Сверху донеслось приглушённое фырканье и шелест, потом посыпалась древесная труха вперемежку с листьями.
— Это еще кто? — одна из горничных подняла голову, вглядываясь в тенистую крону.
— Кот-мурлыка, — сердито пробурчала Адри и в сердцах пнула толстенный ствол дуба.
— теперь княгиня усиленно нюхает соли, а лорд Фирташ мечется по кабинету, — охотно поделились подсмотренным и подслушанным служанки. — Нам всё известно.
Как известно — слуги знают всё, ну или почти всё, пользуясь тем, что на них не обращают особого внимания. Подумаешь, рядом лакей стоял во время важного разговора, или садовник кусты подстригал. Адриана задумчиво постучала пальцем по кончику носа, глянула на донельзя довольных горничных и решительно двинулась в сторону конюшен. так или иначе, а вопрос с размещением верховых ящеров, на которых должна была прибыть делегация из Хирмиранской долины, требовалось решать незамедлительно.
И верно, конюх валялся на груде свежей соломы, раскинув ноги и бездумно уставившись на стропила крыши. ещё двое подручных, тихо перешёптываясь, топтались около пустого денника. Подойти с вопросом они не смели, явно уже нарвались на ругань.
— тэк-с, — Адриана сузила глаза, — это что за безобразие?
— да ничего, — буркнул конюх и отвернулся.
— А ну встать! — рявкнула разъярённая княжна. — ты как разговариваешь с миледи?
Мужчина нехотя поднялся, понимая, что он не прав и хамить дочери хозяев не стоило.
— В чём дело? Почему не готовится место для приёма делегации из Хирмирана? — княжна нервно пробежалась вдоль конюшни, считая пустые денники.
— дык, это, — замялся конюх, — всю делегацию сюда поселять будут?
— Не дури, — покачала пальцем перед его носом Адриана. Пусть для этого ей и пришлось встать на цыпочки. — Сам понимаешь, что нужно разместить верховых ящеров, а не высоких лордов с сопровождением.
— А чего их размещать? — развёл руками мужчина. — Они здоровые, в юности пару раз доводилось видеть. Плечиком нажмут, и прощай конюшня. А лошадок попросту схарчат.
— Коль видел, так расскажи, — княжна перекатилаcь с носков туфель на каблуки и обратно, стараясь не обращать на смешки парней, которые при её приближении тут же шмыгнули за загородку.
Конюх неловко потоптался, поглядывая по сторонам. Миледи застыла как столб, уходить не собиралась и терпеливо ждала разъяснений.
— Здоровенные, — выдохнул он, — больше наших сельских тяжеловозов. Вдвое больше. Когти на лапах огромные и гребень на голове. Крылатые, вот. А уж какие зубы… Во!
И показал руками точь-в-точь тот размер, которым хвастались рыбаки, рассказывая о пойманной рыбе.
— Чудесно, — не обращая внимания на его растерянность, пропела Адри. — Коль крылатые, то привязь их не удержит, попросту снесут — крылышки-то разворачивать надо. Загон свободные есть?
— так это, — зачесался слуга, — выскочут они оттуда и поминай как звали.
— Выскочут, — передразнила его девушка. — Они, если захотят, то и отсюда выскочат. так, вместе с лошадками их ставить нельзя, значит только в загон. У нас, что, загонов с крышами не осталось?
— Отчего не осталось, — высунулся из-за перегородки паренёк, — Вон, за конюшней есть. только там жерди хлипкие, не удержат.
— Кузнеца, быстро, обнести цепью и на железные костыли, — решила Адриана. — ещё скотникам передайте, чтобы баранов готовили. если верховые ящеры предпочитают мясной рацион, значит, он у них будет. Не хватало, чтобы о нашей семье пошла дурная слава, что не можем делегацию из другого государства принять. Вот тогда позора точно не оберёшься.
— А лошадки? — хмуро переспросил конюх.
— А лошадки пусть стоят в конюшне, или в другом загоне, коль не поместятся, — рассудила Адри и развернулась на выход. — должно хватить, или отправите с пастухом на вольный выпас.
Горничные кокетливо дёрнули плечиками, стреляя глазами в сторону парней, и последовали за госпожой.
Как же всё это не нравилось княжне. И то, что слуги сразу побросали дела, обсуждая последние новости, и то, что занервничали родители. Остался всего день до праздника и помолвки — и вот, на тебе, опустили руки, схватились за соли, начали чесать языками вместо дела.
Горничные продолжали тихо шептаться о новостях. Адри прислушалась и похолодела, по всему выходило, что её старшая сестрица должна узнать на каких необычных животных прибудет её жених. А слуги уже начали судачить, открыто жалея старшую княжну.
дальше ко дворцу она почти бежала.
Влетев в кабинет, Адриана и не подумала кланяться, а сразу завертела головой по сторонам. да, так и есть — матушка усиленно изображала обморок, откинувшись в кресле и нарочно не реагируя на служанок, которые пытались привести в чувство вполне здоровую женщину. Отец пыжился и багровел, но по счастью не произносил ни слова. Калерия рыдала, некрасиво, с повизгиванием, будто скулящий щенок.
— Что здесь происходит? — Адри выпрямилась, стараясь держаться как настоящая леди. За нарочито оставленной открытой дверью старательно подслушивали вездесущие слуги.
— Вот, — лорд Фирташ перекинул ей письмо. — Ну и вот…
Он развёл руками и кивнул на жену и старшую дочь. Адриана пробежала глазами несколько строчек. В письме ничего такого не сообщалось, только просьба предоставить открытый загон для двенадцати верховых ящеров и мясо для их кормёжки.
— Не поняла, к чему такие вопли и обмороки? — девушка постаралась принять надменный вид, которым так грешила Маиса, когда читала им наставления. — Отчего такое расстройство вместо восторга? Калерия, как тебе не стыдно, твой будущий супруг настолько состоятелен, что может позволить содержать таких редкостных зверей! И настолько силён, что ставит их под седло и может ими управлять. да у кого в нашем королевстве есть подобное? Здесь даже нет настолько мастерских наездников, которые могли бы справиться с ящерами.
Князь вдохнул поглубже, надувая щёки, и медленно выдохнул. Как хорошо, что младшая дочь подоспела вовремя. Насколько сказанное ей является правдой, его не волновало. Главное — заткнуть рты слугам и успокоить женщин.
— Отец, — Адриана развернулась в его сторону и наконец-то удосужилась присесть в поклоне, — я уже распорядилась насчёт загона и конюх сейчас готовит место. Калерия, перестань выть, у тебя опухнут веки, а по щёкам поползут красные пятна. Некрасиво так себя вести, вместо того, чтобы радоваться состоянию и силе будущего мужа. тебе будут завидовать все, без исключения. даже в королевском дворце, поскольку там нет таких редкостей.
За дверью зашебуршались, потом донёсся звук торопливо удаляющихся шагов. так, теперь слуги должны разнести новую версию, и жалостливые взгляды в cторону её сестры сменятся на завистливые.
Лера всхлипнула ещё раз, отнимая от лица батистовый платок.
— Ис-с-стеричка, — мстительно прошептала в её сторону Адри, — причём безголовая. батюшка, — она снова повернулась к отцу, — если моя сестра так болезненно реагирует на своего жениха, может мне заменить её у алтаря? Или в письме его величества было указано именно её имя?
— Нет, — покачал головой лорд Фирташ, — имени указано не было. Просто распоряжение устроить брак с моей дочерью и всё.
Калерия отшвырнула платок и подскочила к сестре с такой скоростью, что Адриана опаcливо попятилась.
— Нет уж, принц мой. И корона моя! А ты даже и не надейся.
Старшая княжна гордо задрала подбородок и выплыла из кабинета. На самом деле, и чего так расстроилась? ещё ничего не видела, и принца, и странных «лошадок», а уже начала портить себе цвет лица. Потребовав от горничных, нетерпеливо переминающихся около дверей, ледяные компрессы, она величаво двинулась к себе в комнату.
Леди Ивонна тут же открыла глаза и выпрямилась. Лёгкий жест отправил суетящихся около неё служанок вон. дверь закрылась и тогда все трое открыто вздохнули с облегчением.
— Матушка, отец, — Адри всплеснула руками, — да что вы так беспокоитесь? Лерка спит и видит себя королевой, вот и тычьте этим при каждом удобном, а уж тем более неудобном случае.
— Во всяком случае, твоя версия выглядит очень правдоподобно, — княгиня нервно замахала веером. — даже не представляю, как бы мы успокоили Калерию? Завтра от его величества прибывает один из доверенных лордов, который проследит за тем, чтобы церемония заключения брака прошла успешно. если случится скандал…
Она не договорила, но младшая княжна и так поняла. если заключение брака не состоится, то рассчитывать на королевскую милость не придётся. Могут и титула лишить, и состояния. Личное обещание король ценил намного выше, чем согласие или мнение собственных подданных.
Князь побарабанил пальцами по столу: младшая дочь, сама того не понимая, только что подкинула ему идею, как избежать монаршего гнева. При наихудшем развитии событий, разумеется.
дверь снова приоткрылась, слуга принёс поднос с чаем и крошечными печеньицами. Собственно, его никто не просил об этом, но коль уж дверь закрыта, то вдруг удастся услышать что-то ещё.
— Поставьте, — леди Ивонна нетерпеливо указала веером на столик около окна, — и идите. Адриана, милая, — она живо развернулась в сторону дочери, — откушай с нами чаю. да и я хотела попросить, чтобы ты лично проследила за загоном с ящерами. Ведь ты их не боишься, так?
Вопрос был с подвохом, и Адри это почувствовала. С одной стороны, она увидит гостей одной из первых, с другой, в приличном платье к конюшням было идти не с руки, а значит придётся лишний раз переодеваться. да и на официальное представление жениха и невесты она могла опоздать.
— да, разумеется, — машинально пробормотала она, занимая место около столика. — Конечно, прослежу и проверю.
— И остальное проверь. Чтобы комнаты были приготовлены, повара не бездельничали. тебе практика не помешает, — добродушно добавил князь, но в уголках глаз затаилась тревога. Вот прямо сердцем чувствовал, что тихо и гладко свадьба не пройдёт. — Следующая свадьба будет твоя.
Калерия в пеньюаре лежала в своей комнате, а около неё суетились горничные, меняя компрессы и салфетки со льдом.
— Красавица писаная, — беззлобно спросила Адри, — успокоилась?
— Хорошо тебе, — старшая княжна раскинула руки по постели, стараясь не поворачивать голову, — это не ты замуж выходишь. А я, может, просто нервничаю… Ведь ни портрета не прислали, ни на словах не рассказали. Вдруг — он толстый, или страшный, или кривой…
— Или хромоногий, — передразнила её Адриана. — Помни только о том, что это принц, наследник престола, и ты получишь статус настоящей принцессы. Остальное не так уж и важно.
По честности, она завидовала, ох, как завидовала собственной сестре. И замуж, и удачно. Когда еще ей такое счастье привалит? Присев около распахнутого из-за жары окна, девушка начала в уме перебирать окрестных кавалеров и пытаться сообразить — может ли кто к ней посвататься.
— Я так хочу, чтобы он был красивый, — мечтательно протянула Калерия, — с золотыми волосами и синими глазами, а еще в камзоле, сплошь расшитым драгоценными камнями и жемчугом. Он — хорош, я, безусловно, хороша собой, мы станем самой красивой и богатой парой брачующихся в этом сезоне.
— Обязательно светловолосый? — пренебрежительно фыркнула младшая княжна. — А другой не подойдёт?
— Все принцы-наследники именно золотоволосые, — Лера вернула сестре её усмешку. — И всегда красивые.
— так чего же ты тогда скандал закатывала? — Адри мстительно прищурилась в сторону невесты. — если красивые?
— Страшно, — призналась старшая сестра. — Просто очень страшно. Одно дело мечтать, как рука об руку подходишь к алтарю, как самый прекрасный мужчина на свете поднимает край фаты, чтобы подарить первый в жизни поцелуй… И совсем другое, понимать — что этого мужчину видишь в первый раз, ничего толком о нём не знаешь и как сложится совместная жизнь — тоже. Это на самом деле очень страшно.
— Дайхар, — повелитель Хирмиранской долины придирчиво оглядел сына, — Сегодня вылетаем. ты готов?
— Не совсем, — хитро усмехнулся оборотень, потягиваясь всем телом. — Я пытаюсь соблюсти наш старый обычай, а это требует моего личного присутствия.
— Ээ-э-э… — Рамсерд сначала запнулся, пытаясь сообразить, о каком из обычаев говорит сын. А когда сообразил, то расхохотался, чуть откидывая голову и блестя острыми клыками. — Хорошо. Хотя, я удивлён, что ты о нём вспомнил.
— В старине есть особая прелесть, — Дайхар усмехнулся уголком рта. — Обычай подразумевает под собой постепенное знакомство, имеющее особое влияние на выбор спутницы жизни. А этапы… — он закатил глаза и облизнулся. — К тому же ты сам сватался к моей матери подобным образом, и дед, и все прочие родственники мужcкого пола. Почему я должен был от него отступить?
— Ну да, ну да, — глубокомысленно покивал головой Рамсерд. — Затащить девушку в постель, обучить её ласкам, пробудить чувственность, и только потом отвести к жрецу. Надёжно, не спорю. Но ведь в супружеской жизни есть не только постель.
— А это я понимаю, — принц поднялся с огромной шкуры, расстеленной на полу между двумя низкими диванами. — И уже учёл.
Старший ящер оглядел сына: пусть сначала был против брака, но теперь, похоже, его захватил сам процесс обольщения, приучения к себе будущей супруги. Высокий, гибкий, как и все мужчины их рода, сильный… настоящий хищник. В любом движении проскальзывает эта ленивая мощь оборотня.
— Хорошо, будем ждать тебя утром на перевале. Позже никак нельзя, мы должны появиться все вместе, — Рамсерд задумчиво заглянул сыну в глаза. — А c чего ты решил, что у тебя все получится? И именно избранная девушка станет твоей супругой?
— Породу не cкрыть, — Дайхар демонстративно выдвинул клыки. — точнее, я не собираюсь её скрывать. Моей супруге придётся или смириться с тем, кем я являюсь на самом деле, или поменяться местами… с собственной сестрой. Второе намного вероятнее, поскольку Тхар подробно описал сестёр, их привычки и предпочтения. Не зря же он столько времени уделял именно младшей княжне?
Заботы заедали, и Адриана впервые прочувствовала на собственной шкуре, что такое быть хозяйкой собственного поместья. Глаз требовался за всем и сразу. И за всем, и за всеми. Матушка попросту не справлялась со слугами, судачащими в уголках и из-за этого выполняющие свои обязанности чересчур медленно. был бы просто праздник или светская вечеринка, а то помолвка и свадьба старшей дочери. да знати на такое событие понаедет столько, что едва хватит комнат для приёма. ещё бы, делегация из Хирмирана, с принцем и повелителем долины. даже княжны со следующей ночи должны были спать в одной комнате — их спальни на время праздника предоставлялись высокопоставленным гостям.
Адри бессильно скрипнула зубами, представив себе, как они с сестрой будут перетягивать покрывало. А как же сны? такие волнующие, будоражащие кровь… Упрямо встряхнув головой так, что чуть не вылетели шпильки из причёски, она заторопилась на кухню проверять, чем на самом деле занимаются и о чём разговаривают повара и кухонные работники.
К ночи она едва держалась на ногах от усталости. Приняв ванну и отослав служанку под предлогом, что той тоже требуется отдых, княжна повалилась на кровать и тут же заснула.
Шум во дворце затихал: встать поутру нужно было рано, чтобы снова приняться за дело.
Мельчайшие зелёные искорки рассыпались тающим облачком. Гибкое тело полураздетого мужчины скользнуло на постель.
«Адри, красавица моя! — незнакомец провёл пальцами по щеке, убирая прядь волос. — Это последняя ночь…».
Не то Адриана его услышала, не то почувствовала, но она сонно приоткрыла глаза. Поцелуи расцветали на коже, горя огнём. Медленно, ласково.
— ты пришёл… — пробормотала княжна, очередной раз пытаясь сообразить, сон это или явь.
— Неужели я могу тебя оставить? — и мужчина прильнул к её губам.
Внутри рождалось томление, заставляющее подаваться навстречу его ладоням, торопливо освобождающим девушку от рубашки. Кожа к коже, глаза в глаза, губы к губам — тела сплелись в страстном объятии. Пальцы медленно погладили ноги, живот и остановились на груди, обрисовывая её очертания. Адриана вцепилась ночному незнакомцу в плечи, мечтая только об одном, чтобы он не отрывался, не уходил. Колени чуть дрогнули, и она выгнулась, подчиняясь ласковому напору.
Сразу стало жарко. Чуть хрипловатый вздох, и его губы переместились ниже, касаясь груди. Смущение отошло далеко, растаяло в зарождающемся порыве страсти. Адри не хотела думать, что кто-то может войти, помешать, увидеть, что она не одна в своей постели. Всё окружающее исчезло, смытое фейерверком невиданных ощущений.
— Как ты хороша, желанная моя… — восторженный шёпот и снова поцелуй, еще и ещё, смелые руки шарили по её телу.
Княжна и сама не стеснялась, лаская плотную кожу своего мужчины, то приникая, то отстраняясь, чтобы чуть передохнуть. Поцелуи продолжались, становясь медленнее и нежнее. дыхание перехватило, бешено застучало сердце. тело, казалось, стало пламенем, в котором горело только одно желание — стать еще ближе…
томительно-сладкий танец любви, танец двух жаждущих тел, прижимающихся друг к другу. Невозможный взрыв удовольствия, кружащий голову, и хрипловатое дыхание обоих.
Мужские пальцы пробежались по бедру, чуть щекоча, и она тихо засмеялась, укладывая голову на плечо к «желтоглазому принцу», обнимая его, чтобы не исчез, не смел уходить.
Последнее, что она расслышала, был лёгкий щелчок, а потом попросту провалилась в сон.
— Миледи, — горничная тормошила разметавшуюся Адриану, — пора вставать. Вы и так заспались, княжна.
— М-м-м, — Адри с трудом разлепила веки и тут же судорожно зашарила руками возле себя. Пусто. разочарование нахлынуло тяжёлой волной: неужели ей опять всё приснилось…
— Миледи, что случилось? Вы расстроены, — служанка откровенно не понимала такой перемены настроения.
— Ничего.
Пальцы наткнулись на что-то жёсткое, и девушка подняла с простыни небольшой кружочек, золотисто-зелёный, играющий искрами. Чешуйка. Тхараг? Не может быть, ведь окно оставалось закрытым. Или…
— ты когда последний раз перетряхивала мою постель? Меняла бельё? — княжна отбросила за спину волосы и натянула халат, не выпуская чешуйки из сжатой ладони.
— Э-э-э, — глаза горничной забегали, и она опустила голову. — Простите, миледи, давно. Просто бельё еще чистое, я не думала… Всё равно же менять перед гостями.
Вот и объяснение — когда она болела, ну или притворялась больной, змей навещал её и приносил ромашку. тогда эта чешуйка и отвалилась, просто затерявшись в складках простыни.
На столике уже стоял поднос с завтраком, сегодня семья соберётся только вечером, поздно, когда приедут все гости. да и ужин состоится в шатрах, на лужайке, сразу после помолвки. Неожиданно стало горько — сестра выходит замуж, а что предстоит ей самой?
Пока княжна задумчиво вертела в руке пирожок, служанка прибрала волосы. Высокую причёску и локоны делать не стали, до праздника оставалось еще очень много времени.
Из головы никак не шла ночь, яркая, страстная. И прикосновения не похожие на те, которые видишь, но не ощущаешь во сне, и поцелуи, и ах!.. Щёки залил смущённый румянец.
— да вы никак, миледи, влюбились? — служанка, закончив возиться с волосами, налила госпоже ещё чашку чая. — думаете и краской заливаетесь.
— Вовсе нет, — Адриана как можно безразличнее пожала плечами, — просто представила себе первую брачную ночь своей сестры. Ведь осталось совсем немного и она сменит статус на леди. тревожусь за неё…
— И еще на принцессу, — хихикнула горничная, собирая пустую посуду на поднос. — Лорд Фирташ просил зайти, как подниметесь. его сиятельство желает с вами переговорить.
Адри охнула, взглянула в окно — солнце поднялось высоко, уже поздновато для рассвета. быстренько переодевшись в домашнее платье и сунув ноги в туфли без каблуков, она понеслась по коридору, памятуя, что отец очень не любил ждать.
Отец сидел в кабинете не один, княгиня заняла одно из кресел и нервно крутила в руках веер, около двери скромно пристроилась на банкетке тётушка Сина.
— Простите, что заставила вас ждать, — княжна торопливо присела в поклоне.
— ты даже юбки не надела, — с досадой хлопнула по ладони сложенным веером леди Ивонна. — Совсем не заботишься о своём внешнем виде.
— Матушка, сегодня так жарко, — взмолилась Адриана. — К тому же я не выхожу из дома, кто меня увидит? Гости приедут вечером, к тому времени буду при полном параде, как и положено высокородной девушке.
Князь медленным изучающим взглядом обвёл дочь: идея, пришедшая не так давно в голову, не давала покоя. Но любая идея требовала проверки, а он, пусть и доверял своей интуиции, но всё же предпочитал продумывать всяческие ходы и отступления заранее.
— У меня к тебе просьба, — лорд Фирташ постарался, чтобы голос звучал как можно мягче. — Нужно встретить всадников и их ящеров и лично убедиться, что их, хм, верховые звери определены в загон.
Княжна нахмурилась, в этой, в общем-то, невинной пpосьбе чувствовался подвох. рядом приглушённо охнула княгиня.
— Хорошо, — Адриана согласилась почти без раздумий, — только в праздничном платье туда идти не с руки, а пока буду переодеваться — могу опоздать на представление гостей.
— Не опоздаешь, — князь не смог сдержать вздох облегчения, — гостям тоже нужно будет привести себя в порядок. Но ты не испугалась, почему?
— Вряд ли кто-то из всадников допустит, чтобы мне был причинён какой-либо вред, — Адри склонила голову. — да и интересно первой увидеть этих необычных зверей.
Повинуясь лёгкому жесту, она покинула кабинет. дверь тут же закрылась наглухо, не оставляя возможности подслушать. Слуга, усиленно протиравший раму картины, затоптался на одном месте. По всему было видно, он не ожидал, что за княжной створки закроют особенно тщательно. Печально вздохнув, парень начал с усердием полировать угол картины, рассчитывая узнать хоть какие свежие новости.
Княжна медленно шла в комнату сестры — из её покоев, должно быть, уже сейчас переносят вещи, чтобы освободить их для высокого гостя. Вот он и наступил этот день — праздник середины лета, помолвка… только радости не ощущалось, напротив, в сердце застыла непонятная печаль.
— Отчего такое решение? — переспросила супруга леди Ивонна, лишь только в коридоре затихли шаги. — Зачем отправлять несчастную девочку к конюшням?
— Адриана разумна, не чета своей старшей сестре, — князь говорил тихо, понимая, что далеко не всё можно позволить услышать прислуге. — если она сможет спокойно встретить гостей, не испугается их, то…
— Что? — нетерпеливо повторила княгиня. — Что тогда?
— тогда, если Калерия заартачится и появится опасность срыва заключения брачного союза, я лично буду уговаривать младшую дочь поменяться с сеcтрой местами. Прости, Иви, но я не готов подставить свою семью под удар и немилость нашего монарха. Не так просто сюда едет принц Маэрвин. Помнится, лет эдак десять назад, он пытался перекупить у меня рудники и давал неплохую цену. Неплохую по тем временам, когда еще не закончилась полная разработка. Одного из мастеров пришлось уволить под предлогом воровства, он явно отправлял сведения по горному делу в королевский дворец.
— Но, что скажет принц Хирмиранской долины, что скажут послы? да и его величество вряд ли будет довольно таким решением, — леди Ивонна нервно отшвырнула веер, и он свалился за столик, скользнув по его поверхности.
— В письме короля нет указания, какая из наших дочерей должна сочетаться браком, и имя не указано. К тому же они — близнецы. тётушка Сина, — лорд Фирташ повернулся к целительнице, до сих пор безмолвно сидевшей около двери, — вы сможете незаметно проследить за Адрианой?
— Конечно, — старая женщина неожиданно легко поднялась со своего места, — не беспокойтесь, ваше сиятельство.
Калерия мурлыкала себе под нос песенку, перебирая платья в гардеробе и пытаясь себя отвлечь. Стоило выбрать на сегодняшний день целых три наряда. Один на день, чтобы встречать гостей в подобающем виде, второй на вечер — к приёму посольства из Хирмирана и последний для помолвки. Посольство — слово-то какое, важное. Ведь специально приезжают за ней, чтобы сопроводить будущую королеву в империю. Королева, ах. да, она станет настоящей королевой… единственная мысль, которая хоть немного грела душу, поскольку сердце не лежало ни к навязанному королём избраннику, ни к скорой свадьбе. Уж слишком быстро. По правилам сначала следовало знакомство, потом сватовство, когда обговаривалось приданое и прочие щекотливые моменты, потом помолвка, а уж через полгода свадьба по всем правилам. Но никак не на следующий день!
Вошедшая хмурая Адриана с минуту наблюдала за озадаченной сестрой, потом прошла мимо неё и села около окна. Матушка уже пришла в себя, и с утра слуги носились как оглашенные с тряпками, метёлками и кипами белья и салфеток. Из кухни начали доноситься вкусные запахи. Коль так, в её услугах больше необходимости не было. Ах да, встреча… Это несложно — просто встретить, поклониться и проводить к загону, ничего более.
— Адри, как ты думаешь, что лучше надеть из украшений? — Калерия перевернула шкатулку, высыпая из неё всё на постель.
— Невесте лучше жемчуг, — с неожиданно ядовитой ноткой в голосе посоветовала младшая сестра. — Говорят, что он получается из слёз русалок, разлучённых со своими возлюбленными.
— Завидуешь, — пропела Лера, вытаскивая из небольшой кучки драгоценностей жемчужную нитку. — Фи, она такая маленькая и скромная. даже незаметная, а ведь хочется, чтобы обратили внимание.
— На тебя или на украшения? — Адриана попыталась взять себя в руки и загнать собственную зависть куда подальше. Не получалось, она всё равно вылезала, заставляя язвить и хмуриться.
— Конечно, на меня, — Калерия покрутила жемчуг в руках и плюхнула обратно в кучку. — бриллианты хочу, с изумрудами и в светлом золоте. Ожерелье, или колье, всё равно шею сзади видно не будет, фата длинная.
— Фата душная, — буркнула младшая княжна, отчаянно злясь на саму себя. — На дворе уже солнышко разогревает, вечером духотища будет, задохнёшься, сестричка.
— А вот и нет, — Лерка крутанулась перед зеркалом, репетируя изящный поворот, которым она надеялась сразить принца Хирмирана наповал. — Маменька всегда говорила, что у меня выучка истинной придворной дамы. И в жару, и в холод, мы всегда умеем держаться с достоинством.
— А потом изящно падать в обморок прямо на руки к выбранной персоне, — не удержалась от шпильки Адри.
— Не без того, — хихикнула старшая сестра. — Маменька таким образом отца заарканила. Ну, какой настоящий лорд откажется помочь прекрасной даме?
Она перестала крутиться перед зеркалом и бросила косой взгляд на суетящихся горничных, продолжающих переносить и размещать вещи Адрианы в и без того небольшой комнате.
Адри нервно поцарапала ногтями стол, потом подоконник, покрутила кисти у шторки. Не помогало — нервозность не проходила, а уйти гулять, чтобы развеяться, не получалось. Вот был бы какой другой день, но только не помолвка.
С собственными платьями она уже решила. На открытие праздника после полудня она собиралась надеть любимое муслиновое в мелкий голубой цветочек. А на помолвку… да не её же эта помолвка, да и стоять придётся в толпе гостей. Какая, собственно, разница, что на ней будет надето? Хотя на церемонию можно надеть серо-голубое, то, которое подарили родители на совершеннолетие. И причёску попроще, чтобы не привлекать к себе внимания. Сомнительно, чтобы на церемонии бракосочетания её стал разглядывать хоть кто-то из потенциальных женихов.
В дверь постучали, потом мальчишка-курьер в запылённой одежде смущённо протиснулся между горничными.
— Посылка из Хирмиранской долины, — объявил он, окидывая взглядом спальню Калерии. — Наряд для невесты прислали.
На комод тут же легла большая коробка.
— Ах! — Лера восторженно закатила глаза. — Уже подарок!
И она, подмигнув сестре, cо всех ног бросилась к комоду. В спешке старшая княжна даже не заметила, как хищно усмехнулся посыльный, показав кончики клыков. А потом и вовсе отступил дальше от двери и рассыпался мелкими зелёными искрами.
Адриана сидела дальше и больше рассматривала курьера, чем принесённое им, именно поэтому от её взгляда не укрылась и зубастая ухмылка, и странное исчезновение. Зелёные искры, что-то знакомое… Что? Впрочем, додумать ей не дали, Калерия уже подхватила коробку и переставила её на кровать.
Откинулась расписанная тончайшим узором крышка, и любопытным взорам предстало нечто шёлковое, аккуратно сложенное.
— О-о-о, сейчас буду мерить, — радовалась Лерка, торопливо расстёгивая пуговки на платье.
Наряд состоял из четырёх частей — тонкая рубашка, белоснежная, точно лебединый пух, нижнее платье без рукавов жемчужно-серое, переливающееся перламутровым блеском, и верхнее — изумрудно-зелёное распашное с пуговичками, застегивающимися под грудью, скроенное целиком из драгоценного кружева с серебристой нитью. рукава верхнего платья доходили до запястий.
Калерия пыхтела, пытаясь натянуть присланный наряд на кучу нижних юбок. Не налезало, никак, совсем.
— Это не платье, — разочарованно хныкнула она. — Оно слишком узкое, юбки не проходят.
И княжна, стянув его, небрежно швырнула на постель. Адриана с восторгом погладила тонкую ткань. Лёгкая, будто воздушная, в такой не запаришься даже в вечерней духоте. В коробке осталось только белоснежное покрывало незнакомого кроя, полупрозрачное и будто невесомое.
— Они, что там, совсем моды не знают? — переодевшаяся заново Лерка присела рядом с сестрой.
— так у них, наверное, своя мода, — заметила Адри. — Государство — другое, и одежда может быть другой.
— Фи, — скривилась старшая княжна, — ничего, стану королевой и заведу свои порядки и свою моду. И мои платья будут по — настоящему роскошными, не то, что это… если хочешь, забирай, я это убожество не надену. Здесь талия получается как у коровы, а должна быть… Эх-х!
И она с досадой махнула рукой.
Адриана с восторгом подхватила и коробку, и наряд. Она понимала, что сестра не права, отказываясь от подарка жениха. ей самой это платье напомнило то, в котором на картине была изобpажена старая родственница, очень любившая заморские наряды.
В комнату заглянула княгиня и тотчас нахмурилась, увидев незнакомую упаковку.
— Матушка, — тотчас пожаловалась Калерия, — посыльный доставил для меня подарок от будущего супруга. Но это настолько немодно и убого, что я решила передарить его Адри. Надеюсь, что моей сестре этот наряд придётся к лицу.
Леди Ивонна осуждающе покачала головой, такое самоуправство старшей дочери ей не понравилось. Но, помня те слова, что сказал ей князь, решила промолчать. Вдруг на самом деле придётся менять дочерей местами, не стоило настраивать Адриану против, тем более, что она просто сияла, бережно укладывая в коробку новое приобретение.
большое плато в горах всегда служило площадкой для отдыха ящеров. От холодных ветров здесь защищал северный склон, нависая небольшим уступом над местом лагеря. Отсюда оставалось шесть часов полёта до дворца Фирташей и шесть в обратную сторону до перевала, с которого спускались уже не на крыльях. Огороженное жердями место для зверей и шатры для отдыха — только и всего. расседланные ящеры глухо ворчали, толкая друг друга около длинного корыта с нарубленным мясом.
Полог одного из шатров откинулся и в него вошёл высокий мужчина до самых глаз закутанный в покрывало.
— Явился, — заметил Рамсерд. — Чем порадуешь? Когда ждать внуков?
Дайхар замялся и отвёл глаза, торопливо разматывая плотную ткань.
— так что там с внуками? — повелитель чуть повысил голос, откидываясь на многочисленных подушках, сложенных на ковре.
— Пока не будет, — туманно пообещал младший оборотень и, поймав заинтересованный взгляд отца, нехотя пояснил. — Я всё убираю магией. К тому же она думает, что это просто такие чувственные сны под влиянием романтических сказок о рыцарях и принцессах. только сны…
— Но она хоть тебя запомнила? — развеселился Рамсерд.
Принц пожал плечами, не зная, что ответить на такой вопрос. Запомнила ли его Адриана? Всё может быть, а может и нет, непредсказуемо. если запомнила, и он действительно ей нравится, то она сама постарается занять место своей сестры, или не станет этому противиться. А если нет? другая сестра — капризна и непредсказуема, но это могло быть маской, за которой девица прятала свой страх перед будущим.
Снаружи негромко переговаривались воины из сопровождения, обсуждая достоинства того или иного верхового ящера. Не мешали, не отвлекали, это было не принято.
растянувшись рядом с отцом на мягком ковре, Дайхар задремал. Всё-таки ночь выдалась бессонной, да и уходить пришлось рано, следя, чтобы никто его не увидел. А ведь еще вечер, прибытие, тщательное запугивание окружающих своей внешностью. Здесь главное — не переборщить. Пусть принц Маэрвин знает кто они на самом деле и с посольством лично наведывался в Хирмиран, мнение остальных гостей не стоило игнорировать слишком сильно.
Пока принц предавался заслуженному отдыху после ночи, под полог нырнул невысокий паренёк и, не обращая внимания на лежащих мужчин, начал лихорадочно сдирать с себя одежду. Застёжки не поддавались, раздалось недовольное шипение, потом щелчок. Одёжка пыльной грудой осела на пол, а выскочившая из горловины вёрткая ящерица устремилась к шторе, повешенной в дальнем углу.
Несколько минут оттуда слышались только возня и недовольное пыхтение. Потом штора отдёрнулась и оттуда вышла невысокая худенькая девчонка-подросток. Гладкие чёрные волосы, не заплетённые в косы, лёгкие шаровары и длинная рубашка с разрезами по бокам. если бы не еле заметные выпуклости, её легко можно было принять за мальчишку.
— А вот и Гарлинка подоспела, — во весь клыкастый рот улыбнулся Рамсерд. — рассказывай, племяшка.
— да чего рассказывать, — отмахнулась ящерка, — подарок доставила. Надеюсь, что настоящая невеста оценит его по достоинству, — и тут же пожаловалась. — Вот до чего местная одёжка грубая и неудобная, думала кожу до пузырей сотру.
— Это ты-то сотрёшь? — удивился старший оборотень, протягивая племяннице чашу с ароматным горячим чаем. — да её ножом не пропилить. Никто ничего не заметил?
— Я из рода Карингов, — горделиво подбоченилась девчонка. — Нам скрываться не привыкать, да и порталы строить на известные места проблемы нет.
Однако чашу взяла и довольно прищурилась, прихлёбывая напиток с тонким цветочным ароматом.
— больше никаких порталов, — предостерёг её Повелитель. — Полетишь вместе с нами, — он задумчиво оглядел девичью фигурку, — в полном облачении, чтоб до глаз в покрывало замотана была и не зыркала ими по cторонам.
— И держать очи долу, и руки сложенными, и не заговаривать, а точнее молчать, молчать и молчать, как приличествует. так, что ли? — Гарлинка отставила пустую чашу и облокотилаcь на лежащего Дайхара. — А кто это у нас в государстве такой молчаливый будет? Ну, чтоб мне как пример взять?
— да ты и будешь, — отмахнулся Рамсерд. — есть у меня опасения, что сыну не ту невесту впихнуть могут, вот и будешь изображать из себя безгласную и послушную.
— Что значит не ту? — девчонка без вcякого смущения подцепила из стоящей высокой вазы маленькую медовую лепёшку. — Их что, несколько? Ну, в комнате было несколько девиц, но я особо не рассматривала.
Про безгласную и послушную она привычно пропустила мимо ушей.
— две сестры-близняшки, — терпеливо объяснил старший оборотень. — Но с одной из сестёр, — он замысловато перебрал в воздухе пальцами, — наш кронпринц как бы… заинтересовался ей, вот.
— Короче, затащил в постель, — закончила его мысль Гарлинка. — Вот только затаскивал-то он её, скорее всего, ночью, а как днём разбираться будет? Не перепутает?
Повелитель пожал плечами и подгрёб к себе еще пару подушек. Путь предстоял долгий, не мешало отдохнуть как следует. Пусть выносливости и им самим, и ящерам было не занимать, торопиться и расходовать силы понапрасну не стоило, это не военные действия или охота на горные кланы. Часть воинов оставалась на привале ожидать их обратного появления, вместе с ними летело только десять.
Закат полыхнул алой лентой, обещая хорошую погоду на всю ночь. Приехавшие гости вовсю веселились, наблюдая за танцами вокруг цветочной пирамиды. Середина лета — это модный праздник, на котором не возбранялось развлекаться рядом со слугами, зачастую переодеваясь в более простую одежду. В этот раз обошлось без переодеваний, приехали высокие гости. Пусть принц Маэрвин и появился без своих обожаемых дочерей, но всё же при персоне столь высокого ранга все присутствующие старались выглядеть соответственно своему статусу.
Княгиня заметно нервничала, сжимая в тонких пальцах неизменный веер. ещё немного и прибудет делегация из Хирмирана. Что скажет дочь, когда увидит свою новую семью и будущего супруга? Насколько они отличаются внешне от людей? Сможет ли их встретить Адриана? Поглощённая этими мыслями, она даже не замечала, как кривятся губы, а ответы на вежливые вопросы даются невпопад.
Адри в простом домашнем платье, но с праздничной причёской, маячила около конюшен. Подготовленные факелы лежали грудой, чтобы с наступлением темноты их поджечь. Кто его знает, вдруг высокие гости плохо видят в наступающих сумерках?
Воздух разрезал свист крыльев, и девушка попятилась, прижимаясь спиной к дощатым стенам. В тускловатом вечернем свете крылатые ящеры показались ей кошмарными чудовищами. Не торопясь, они плавно опускались на землю и складывали крылья.
рядом послышался какой-то писк, потом шорох и княжна подскочила на месте, судорожно оглядываясь по сторонам. Около стены в глубоком обмороке валялся один из пареньков, помощников конюшего. Выругавшись вполголоса, что совсем не соответствовало обрaзу светской леди и приличной девушки, Адриана присела и хлёстко треснула его по щеке.
едва парень открыл глаза, как тут же получил вторую пощёчину и воистину змеиное шипение:
— быстро встал, отряхнулся и вежливо поклонился. ты позоришь нашу семью.
— так там… это… — слуга нарочито медленно поднимался, стараясь спрятаться за худенькую фигурку.
Адри демонстративно закатила глаза и заученно всплеснула руками.
— Позор! И это будущий мужчина-защитник?
Впрочем, продолжать воспитательную беседу у неё времени не было — всадники уже спешивались. Все как один высокие, подтянутые, закутанные в тёмные плащи и покрывала, закрывающие лица. И все с янтарно-жёлтыми глазами с вертикальными зрачками. тот, что находился ближе всех, снял со спины огромного зверя худенькую маленькую фигурку.
— Прошу прощения, — Адриана присела в поклоне, показывая своё почтение и уважение к прилетевшей делегации. — Ваших коней, э-э-э… ящеров можно разместить вот в этом загоне.
— А она ничего, — мелкая худенькая фигурка первой откинула капюшон и сняла покрывало. — Я — Гарлинка, двоюродная сестра твоего жениха.
девчонка шагнула вперёд, лукаво поблёскивая такими же жёлтыми глазищами.
— П-п-простите, — запинаясь, пробормотала Адри, — вы ошиблись. Невеста вовсе не я. Прошу вас, — и она указала рукой на загон.
Помощник конюшего чего-то бурчал сзади, в частности о том, что сама княжна как раз и будет пущена на пропитание этим зверюгам.
— брысь отсюда, — развернулась к нему девушка. — быстро сообщи, чтобы немедленно доставили мясо.
Она вновь повернулась к делегации, повторила свой жест и, внутренне замирая от ужаса, проследовала вперёд, указывая дорогу. Лёгкое порыкивание заставляло её вздрагивать, но гордость и достоинство семьи важнее, да и просьбу отца нельзя было не исполнить. Всадники молча двинулись за ней. Молча, не произнеся ни единого слова.
Уха коснулось шумное сопение, и Адриана замерла на месте как вкопанная, боясь повернуться.
— Мгрням, — радостно рыкнул ящер, продолжая её обнюхивать.
— Что значит «мгрням»? — княжна нашла в себе силы медленно повернуться и еле устояла на ногах — прямо перед ней маячила донельзя довольная звериная морда.
— А это он знакомится, — пояснила Гарлинка, всё это время идущая рядом. — Они всегда сначала нюхают, когда знакомятся.
— А-а-а потом? — чуть заикнулась от волнения Адриана, возмущаясь в глубине души, что хозяин ящера не сделал ни одного движения, запрещающего своему верховому существу подобное знакомство.
— А потом лизаться начинают, — охотно добавила девчонка. — если понравишься.
И она, подпрыгнув, повисла на шее у ящера. тот чего-то заурчал, переступая лапами с внушительными когтями.
Язык и в самом деле появился из дышащей паром, или дымом, пасти. Княжна, продолжая торчать столбом посреди дороги, ошарашено глядела, как зверь склонил огромную голову и аккуратно прошёлся ей по руке.
— Ну вот, — Гарлинка отцепилась от шеи и снова повернулась к миледи, — уже лижется.
— А я думала, что он укусить хочет, — пробормотала девушка, поймав насмешливый взгляд хозяина. Сердце замерло, и в памяти всплыла сладкая ночь полная неги и ласки, и такие же, вот точно такие, янтарные глаза с вертикальными зрачками.
Но мужчина молчал, ни словом, ни жестом не выказывaя к ней своего интереса. тем временем всадники самостоятельно начали заводить ящеров в загон, что-то нашептывая им в уши. Снятые сёдла аккуратно сложили одно на другое в ближнем углу.
Адpиана проводила взглядом последнего ящера и его хозяина. Он или не он? Ночью точно никто не появится, потому что спать сегодня придётся в комнате у сестрицы. Снова дежурно присев, она жестом попросила гостей следовать за собой ко дворцу.
Ни один из мужчин так и не снял капюшона, кроме глаз ничего не удалось рассмотреть. Ящеры недовольно фыркали далеко позади, как Гарлинка тронула руку княжны и заговорщически прошептала:
— А ты на самом деле понравилась ящеру принца.
Адри в ответ только пожала плечами. Какая, собственно разница, чьему ящеру она пришлась по вкусу или по душе? Всё равно принц принадлежит не ей, а Калерии.
Гости продолжали молчать, не перебрасываясь репликами и не задавая вопросов, будто им было совершенно неинтересно, где поселят делегацию.
На лужайке вовсю шёл праздник. Стемнело, и слуги зажигали фонари рядом с цветочной пирамидой и подсвечники в шатре. Калерия, горделиво выпрямив спину, сидела рядом с княгиней, заранее предвкушая восторг в глазах собственного жениха и одобрение его семьи. то, что гости прибыли, уже сообщил мальчишка, трясущийся от страха и клацающий зубами. Сказал и словно растaял в тени шатра, чтобы не мозолить глаза знатным господам. Потом появилась запыхавшаяся тётушкa Сина и шёпотом доложилась леди Ивонне. Как не старалась княжна расслышать хоть что-то, ничего не получилось, уж слишком тихо и неразборчиво вёлся разговор.
Княгиня, поймав вопросительный взгляд лорда Фирташа, чуть улыбнулась. Одними уголками губ и кивнула в ответ на его поднятые брови. Мол, не стоит беспокоиться, младшая дочь оказалась на высоте.
Однако, кто-то из знати верно понял сообщение, принесённое мальчишкой, и тотчас по всей лужайке, сначала шёпотом, а потом всё громче разнеслась весть о прибытии Хирмиранской делегации. Калерия смущённо опустила глаза и порозовела. ещё бы, ведь теперь все взгляды устремлялись только в её сторону. Она незаметно поправила платье, и немного резко раскрыла веер, пряча за ним довольную улыбку.
Принц Маэрвин, изо всех сил соблюдая достоинство, закрутил головой по сторонам. Вот он, этот момент, когда всё должно решиться. Это была его идея, вовремя подкинутая его величеству. Ничего личного, всего лишь сиятельный брат короля положил глаз на два медных рудника, принадлежащих семье князя Фирташа. Перекупить возможности не было, вот он и придумал небольшую интригу. если брак будет заключён, то их королевство получало весьма выгодные возможности для торговли, если же княжна испугается, а сам он прекрасно помнил, как выглядят оборотни-ящеры, то пресветлое семейство попадёт в опалу, а рудники отойдут к короне. то есть, попросту, сами и без усилий приплывут к нему в руки. Он был совершенно уверен в успехе, потратив несколько вечеров на то, чтобы убедиться, что Калерия — самая обычная светская леди, мечтающая о хорошем состоятельном муже и не интересующаяся прочими расами и политикой. теперь оставалось только ждать первого появления принца и… о, да. Грандиозного и нелицеприятного скандала.
Адриана торопливо переодевалась, не стоило заставлять матушку и сестрицу нервничать из-за своего опоздания. Вовремя подскочившая горничная помогла завязать юбки и расправить платье. Мелкие пуговички скользили и никак не хотели попадать в петли, из-за чего княжна начала нетерпеливо притопывать ножкой, обутой в изящную туфельку. Впрочем, шагов по коридору не слышалось: Хирмиранская делегация не особенно торопилась демонстрировать своё почтение нынешней светcкой публике. Забыв вдеть в уши серьги, княжна выскочила за дверь, не обращая внимания на причитания горничной по поводу её незавершённого туалета.
Чуть пробежав по коридору, она остановилась. Прямо перед ней, неторопливо извиваясь и совершенно не скрываясь, полз Тхараг. её собственный Тхараг в расписанной изумрудно-золотистыми узорами шкуре.
— Куда? — негромко взвыла Адри. — С ума сошёл? Поймают и пристукнут.
Хранитель насмешливо подмигнул жёлтым глазом и продолжил извиваться по коридору. Княжна прибавила шаг, выжидая момент, чтобы нагнуться и схватить ползучего гада за хвост. Как она сможет удержать такую увесистую тушку, в голову мысль даже и не пришла.
делегация обнаружилась на выходе из дверей. Все как один по — прежнему закутанные и молчаливые. единственно, кто угадывался по росту, так это Гарлинка, вертящаяся из стороны в сторону в попытке всё разглядеть и потрогать.
Алриана слегка притормозила, прижавшись к стене и нервно поглядывая в сторону змея. тот аккуратно пристроился вслед идущим оборотням и абсолютно не собирался скрываться.
Князь издали разглядел приближающуюся делегацию и поднялся навстречу. Приличия требовали, чтобы он первым встретил и поприветствовал гостей. Знатные лорды и леди, сидящие в шатре и прогуливающиеся возле пирамиды, замолчали.
Вперёд выступили трое мужчин. Первым скинул плащ и убрал лицевое покрывало старый жрец, оставшись в темной рубахе без вышивки, достигавшей сапог, и кожаной длинной безрукавке. Кисти рук привлекали внимание замысловатой переливающейся росписью. Собственно именно на них и устремились взгляды, не в силах оторваться от скользящих по смуглой коже узоров.
Следующим откинул капюшон высокий жилистый мужчина. Чёрная одежда без особых изысков, так не похожая на нарядные камзолы местной знати, вызвала недоумение. Но на его шее висел медальон, как знак высокого происхождения и положения, и недовольные смешки тотчас стихли.
Калерия тут же поднялась со своего места, потихоньку приближаясь к отцу. Она опустила глаза, чтобы не выдать собственного любопытства, и не заметила, как губы стоящего рядом с ней принца Маэрвина изогнула нетерпеливая улыбка. Леди Ивонна тоже подошла, готовясь в случае непредвиденного поведения тут же вразумить дочь.
Сам же принц не торопился. Пусть плащ уже и был передан одному из воинов сопровождения, но вот покрывало по — прежнему скрывало большую часть лица.
— Лорд Рамсерд, — его высочество Маэрвин решил взять на себя знакомство, — желаю представить вам князя Фирташа, его супругу леди Ивонну и их красавицу-дочь, вашу будущую невестку, Калерию.
Рамсерд, переглянувшись со жрецом, одновременно кивнули, не утруждая себя особыми поклонами. По статусу все здешние гости находились много ниже, поэтому они не собирались расшаркиваться перед этой пёстрой толпой.
— Как прошёл перелёт? — княгиня немного выступила вперёд, закрывая собой старшую дочь. — Всем ли вы довольны?
— благодарю, леди, вс-сё чудес-с-сно, — свистящие звуки речи казались необычными. — Надеюсь, что вы представите нам будущую невесту.
Недовольный шёпот среди знати тут же смолк, стоило только Повелителю Хирмиранской долины бросить в их сторону недовольный взгляд. Многие отшатнулись, разглядев вертикальные зрачки и поняв, что перед ними не люди. Маэрвин чуть подался вперёд, жадно ловя каждый звук. Как же ему хотелось, чтобы сейчас, именно сейчас начался скандал! Чтобы невеста закричала, или упала в обморок.
Рамсерд ждал, не собираясь подчиняться общепринятым здесь правилам приличия. В его империи всегда, стоящего по положению ниже, представляли вышестоящему.
— О, простите, — пробормотала княгиня и сдвинулась в сторону. — Это моя дочь, Калерия.
Княжна присела, по — прежнему не поднимая глаз. Она начала рассматривать своего жениха с сапог, оценивая в первую очередь его наряд…
тем временем, Адри, не обращая внимания на гостей, пыталась схватить удирающего змея. Кончик хвоста игриво мотался из стороны в сторону, заставляя её метаться вслед за ним. Сбоку послышался всхлипывающий вздох, и одна излишне впечатлительная дама, а может и просто предприимчивая, скоренько свалилась в обморок прямо на руки своего кавалера. большая часть гостей попросту расступалась, так и не поняв, почему младшая дочь Фирташей идёт согнувшись до самой земли.
Калерия внимательно оглядела сапоги из дорогой кожи, потом чёрный бархатный кафтан, украшенный богатой серебристой вышивкой. до лица она дойти не успела, потому как её жениха толкнули в спину, и он пошатнулся, разворачиваясь в сторону невежи.
— Проcтите, — пробормотала Адриана, шаря глазами по траве и выискивая вездесущего Тхарага, — я нечаянно… тут потеряла.
Мужчина наклонился, подхватывая её под локоть и заставляя выпрямиться. Секунда, и она посмотрела в лицо тому, кого король назначил в женихи старшей сестре. В этот момент Калерия наконец-то добралась со своим рассматриванием до лица жениха и недовольно поджала губы, потому как тот стоял, повернувшись совсем к другой персоне.
Адри прижала руки к груди, узнав глаза, которые снились ей каждую ночь. И это лицо, и эти плечи — она растерянно обшаривала взглядом столь знакомую и ставшую родной фигуру.
— С вами всё в порядке, миледи?
И этот голос… Как же так? Отчего такая страшная несправедливость? её принц достанется Калерии? если бы не светская выучка, Адриана попросту бы разрыдалась от захлестнувшей сердце обиды. ей удалось опустить глаза, ничем не выдав своего состояния, и молча присесть в поклоне.
Старшая княжна чуть притопнула ножкой, пытаясь привлечь к себе внимание жениха. Это удалось, он повернулся к ней, насмешливо блеснув янтарными глазами. Верхняя губа приподнялась, показывая вылезающие длинные клыки, а по щекам побежали дорожки чешуи.
Столь необычной внешности вполне хватило, чтобы у Калерии подкосились ноги. Он судорожно всхлипнула и закатила глаза.
— Простите, милорд, — Адри увидела, что сестра готова рухнуть в самый настоящий обморок, обошла принца и заслонила её собой. — Княжна очень переволновалась. Она столь рада видеть вас…
— Что чуть не завизжала от счастья? — раздался рядом ехидный голос Маэрвина.
— Ни в коем случае, ваше высочество, вы неправильно поняли. Это просто волнение невесты долго ожидавшей этого знаменательного дня, — Адриана с трудом оторвала взгляд от лица «своего» принца и повернулась к брату короля. — Вы должны понимать, что…
— Я хотел бы увидеть помолвку, а за ней и заключение брачного союза, — прервал её извинения Маэрвин. — Немедленно.
Гости торопливо зашептались, отметив недовольные нотки в голосе его высочества. Принц явно торопился, хотя никуда не опаздывал. Какая разница как скоро жрец произнесёт необходимые слова — сейчас или через полчаса?
брат короля и впрямь нервничал, даже придворная выдержка подвела. ещё бы, первая встреча не получилась скандальной, теперь ему оставалось только уповать на то, что старшая дочь Фирташей выкинет какой-нибудь финт, и свадьба будет сорвана.
— Где вам удобнее провести помолвку? Что для этого нужно? — князь оторвался от беседы с Рамсердом и поспешил на помощь дочерям.
— Свободное место, — пожал плечами жрец, в свою очередь выдвигая клыки. — Ничего более.
— тогда начинайте, — растянула губы в подобие улыбки леди Ивонна, которую слегка потряхивало и от необычной внешности будущих родственников и от досады на несдержанность старшей дочери. — Прошу вас.
— Нет, — пробормотала Калерия, судорожно сжимая руку сестры. — Ни за что.
— Хватит, — зло прошипела ей в ухо Адриана. — не видишь, все так и ждут скандала. И высочайший брат короля, в первую очередь.
Гости расступились, выстраиваясь полукругом и освобождая место. Где-то коротко стрельнул горящей смолой факел и Лера снова затряслась. её колотило не на шутку, колени ходили ходуном и подгибались от ужаса, руки метались то к оборкам платья, то к плечам. Ко всему прочему еще и начали стучать зубы от ужаса. Лицо дёргалось, будто у сиятельной княжны случился нервный тик. Из-за всех этих подрагиваний она начала напоминать куклу-марионетку, которой управляет неумелый хозяин.
Адри встала чуть поодаль, чтобы лучше было видно пару, а сама она оставалась в тени. Сглатывая набегающие слёзы, девушка молча оплакивала свои несбывшиеся мечты, свой дивный сон, которому так и не суждено было воплотиться в реальность.
Жрец выпрямился, сразу став выше ростом, и достал из кармана пару серебряных браслетов. Увидев символы помолвки, Калерия попятилась, с отчаянием оглядываясь по сторонам и ища поддержки. Сзади её тут же подтолкнула княгиня, бывшая настороже.
дальше вся церемония оказалась очень простой. Жениху и невесте надели каждому на руку свой браслет, пока жрец шептал что-то непонятное на незнакомом языке, чуть протягивая свистящие звуки.
Не то браслеты оказались велики, не то, что-то пошло не так, но на руке княжны он скорее казался чуждым предметом, чем знаком будущего брачного союза. Просто скатывался вниз к запястью, словно стараясь сбежать от неё.
— А теперь, миледи, — прошипел Дайхар, наклонившись к уху старшей княжны, — марш в свою комнату и не смейте выходить и показываться мужчинам. да и платье ваше крайне неприлично, и лицо должно быть закрыто по законам Хирмирана.
Выступившая рядом маленькая фигурка Гарлинки, тут же подтвердила знаками и жалобными вздохами, что, мол мужчина всегда прав и необходимо всегда ему повиноваться. А главное — повиноваться немедленно и молча. Закутанная по самые глаза, в бесформенной одежде, она являла собой образец истинной покорности. Адриана с удивлением оглядела племянницу повелителя: вроде бы ещё совсем недавно та скидывала покрывало, вертелаcь, не стесняясь своего любопытства, и никто её не одёргивал. Не то принц Хирмиранской долины хитрит, не то…
В голову неожиданно пришла идея. да, онa прекрасно осознавала, что мечты пошли прахом и только из-за того, что Калерия — старшая. Но принца отдавать совсем не хотелось, пусть даже и собственной сестре. А если попробовать напугать несчастную невесту еще больше? Пусть она откажется, пусть не пойдёт на свадьбу. А чтобы никто и ничего не понял, просто переодеться в её платье — всё равно вечером их никто больно-то и не различит? Вот только как стянуть помолвочный браслет?
Калерия с огромным удовольствием воспользовалась предложением своего жениха. Подобрав юбки, она понеслась к дому с такой скоростью, что гости обомлели.
— Она очень послушная и воспитанная, — лицемерно заявила Адриана, надеясь, что у сестры хватит ума не запираться в своей комнате. — И станет великолепной супругой.
Косой взгляд в сторону принца Маэрвина подтвердил, что тот буквально упивается начинающимся скандалом. Конечно, родители могут пострадать именно из-за королевского брата, теперь Адри отчетливо это понимала, но не представляла себе, как заставить сестру прийти в себя.
— Мне кажется, что невеста недовольна тем выбором, что ей назначил король, — Маэрвин повернулся к гостям, усиленно изображая скорбь по этому поводу.
— Это только кажется, — как можно громче сказала младшая княжна. — Жара, нервы, ожидание. Моя сестра — истинная леди, она очень нежна и впечатлительна. Уверена, что завтрашний день пройдёт без всяческих заминок. тем более, что будущий супруг уже высказал пожелание и Лера поторопилась повиноваться без лишних вопросов и пререканий.
Склонившись в вежливом реверансе перед высоким гостем, она тут же развернулась и последовала за Калерией.
Рамсерд чуть нaклонился к сыну, наблюдающему за уходящей девушкой.
— Интересно, а что ты будешь делать, если завтра под фатой всё-таки окажется Калерия?
Оборотень еле заметно пожал плечами: эта история с близняшками ему совсем ненравилась, да и отказываться от Адри не хотелось.
Калерия запираться не стала, прекрасно понимая, что с новоявленного жениха вполне может статься выломать дверь, а родители не посмеют устроить открытое разбирательство по этому поводу. более того, поддержат будущего зятя, радея больше за честь семьи, чем за настроение и состояние дочери. Забравшись с ногами в кресло, она продолжала мелко дрожать, так и не сумев взять себя в руки.
— Лерка, — влетевшая в дверь Адриана замерла, борясь с жалостью и ненавистью к сестре одновременно.
— Уходи, — Калерия подняла на неё совершенно белое измученное лицо, — я хочу остаться одна.
если бы она не бросила украдкой взгляд в сторону комода, младшая сестра может и послушалась, и ушла, давая время успокоиться и подумать. Адри, оттолкнув тянущиеся к ней Леркины руки, подлетела и начала ожесточённо выворачивать ящики. В среднем, под стопкой рубашек, лежал тёмно-зелёный пузырёк.
— Это что? — Адри успела выдернуть его и перебежать прямо в туфлях по постели.
— Отдай, — взмолилась старшая княжна, тяжело опускаясь на колени. — Жить не хочу. За благополучие, да по королевскому приказу вы меня нелюдю продаёте.
Она говорила тихо, не кричала, не закатывала истерику, и ползла к сестре. Адриана похолодела: ладно хоть она не стала медлить и объясняться с его королевским высочеством дальше. А если бы опоздала? А если…
резкая пощёчина заставила Калерию вздрогнуть всем телом, но она даже и неподумала обидеться или возмутиться. целью было только одно — получить пузырёк обратно.
— ты с ума сошла, — Адри попыталась отцепить от себя руку сестры, как клещ ухватившуюся за платье. — Ну, подумаешь, нелюдь! Ну, оборотень, с зубами… так полукровок в городах полно, такие союзы не редкость.
Глаза старшей княжны загорелись мрачной решимостью. Как она умудрилась моментально подняться, не запутавшись в многочисленных юбках, и схватить сестру именно за ту руку, в которой был пузырёк, Адриана не поняла. ростом они были одинаковы, да и по силе тоже не отличались.
— Яд не отдам, — Адри перехватила пузырёк второй рукой и тут же отлетела от сильного толчка сестры и упала, стукнувшись головой об косяк.
— Не яд! — взвыла Лерка. — Сильное снотворное. Я бы просто заснула… накрепко.
— Насмерть бы ты заснула, — через силу прошептала младшая княжна, борясь с нахлынувшей дурнотой от боли в затылке.
Не в силах больше держать, она отшвырнула зелье в сторону окна. Не успела Калерия развернуться в ту сторону, как с подоконника соскочила изумрудная ящерка, подцепила пузырёк пастью и выскочила наружу.
Старшая княжна, не обращая внимания на распластавшуюся сестру, подскочила к окошку и выглянула в сад. Перед ней в темноте раскачивалось, жалобно скрипя, старое раскидистое дерево. И всё. Никого.
— Что ты наделала? — Лера тяжело выдохнула и замотала головой. — Всё равно что-нибудь придумаю, не удержите, не усмотрите. Не будет моё тело принадлежать зубастому нелюдью.
— дура, ты, — Адриана пыталась сесть, несмотря на то, что перед глазами расплывалась вся комната. — Всегда можно найти выход…
Горничные как ждали этого момента, тут же просочились в дверь, начиная хлопотать около девушек. Постель разобрали, платья и корсеты расшнуровали. Слабо упирающуюся Калерию настоятельно заставили умыться и улечься. Она не билась, не протестовала, о чём-то думала, сдвинув брови.
— Миледи, нельзя хмуриться. Иначе морщинки появятся, — в комнату вплыла Маиса с вязанием в руках. — Обе ложитесь, отдыхайте, день сегодня выдался нервным. Обязательно нужно выспаться, чтобы завтра предстать перед гостями в блеске свежести и юности.
Адри только покосилась в её сторону, но протестовать не стала. Не иначе как матушка прислала бывшую гувернантку как надсмотрщицу. разоблачившись, она со счастливым вздохом растянулась рядом с сестрой и только сейчас почувствовала как гудят ноги.
Горничные тоже никуда уходить не собирались, несмотря на возмущение Калерии, пытавшейся всех выпроводить. Загасив свечи, они устраивались прямо на полу: одна около двери, вторая возле окна, а третья рядом с кроватью.
«Предусмотрительная, однако, матушка, — сквозь наплывающий сон восхитилась Адриана. — По очереди спать будут, но укараулят».
— Успела, — радостно сообщила Гарлинка, перекинувшись в человеческую форму и покрутив перед носом оторопевшего жениха тёмно-зелёным пузырьком.
— Одного не понимаю, — пробурчал Дайхар. — Откуда такой страх к нашей расе у одной сестры и вполне приемлемое отношение у другой? Мирный договор подписан, мы сейчас держим горную тропу для караванов под своим контролем и не позволяем арганам нападать на торговцев. Зачем травиться-то?
Оборотень открыл пузырёк, принюхался, кончиком языка попробовал содержимое и поморщился. даже если выхлебать всё лекарство — умереть не получится, но разбудить невесту так, чтобы она твёрдо стояла на ногах и внятно отвечала на вопросы, тоже маловероятно. разве что дня через три…
Он откровенно тосковал, изредка бросая взгляд в сторону окна. так хотелось снова построить портал, почувствовать под своими ладонями как трепещет её тело, загораясь ответным желанием. Нельзя, первая часть старого обряда уже завершена, теперь он не может прикасаться к своей красавице некоторое время, показывая, что умеет сдерживать себя. третью часть — разговоры, позволяющие выяснить характер и предпочтения, выполнил хранитель, который, несмотря на свой змеиный облик, сохранил ум и лёгкую язвительность, не говоря уж о магических способностях до сих пор превышающие его собственные.
На подоконник легла плоская голова, осмотрела комнату, предложенную принцу Хирмирана, и заразительно зевнула, выставив клыки в полный размер.
— Паcть закрой, простудишься, — хмыкнул Дайхар.
— Что собираешься делать? — не обратив внимания на его хмыканье, прошелестел Тхараг, неторопливо сползая в комнату. — Мне сейчас к княжнам ходу нет, да и разговоры разговаривать не получится. Впрочем, ты можешь рассчитывать на некоторых мелких родственниц, — он торопливо поправился, видя, как по щекам оборотня поползли вверх полоски чешуи.
— Понятия не имею, — развёл руками принц. — Я надеюсь на Адри, и на благоразумие её родителей.
— О, а о родителях-то я позабыл, — золотистые глаза змея насмешливо блеснули в пламени свечей. — Надо наведаться, покалякать… с князем. Надеюсь, что он не кинется на меня с кинжалом или мечом. Вроде лорд Фирташ всегда отличался рассудительностью и готовностью выслушать собеседника.
Чешуйчатое туловище начало торопливо переваливаться в обратную сторону. Вскоре донёсся скрип дерева, потом вниз полетели листья и внизу донёсся чей-то вопль. Гарлинка с любопытством прислушалась — никак опять Тхараг соизволил кого-то напугать, забыв про то, что умеет менять расцветку шкуры, сливаясь с окружающими предметами.
Пожав плечами, ящерка стала устраиваться на ночь на небольшом диванчике, усердно показывая, что не собирается идти куда-то ещё.
— Гарли, а ничего, что ты собираешься ночевать в одной комнате с мужчиной? — вкрадчиво спросил Дайхар, наблюдая, как двоюродная сестра раскладывает себе поудобнее подушки.
— Это ты о себе? — нарочито длинно зевнула девчонка, расплетая косы. — ты не мужчина, а родственник. К тому же что-то я не припомню подобного возмущения, высказанного в шатре.
— там мы отдыхали в походных условиях, — удивился оборотень. — А сейчас находимся в приличном доме. В доме моей невесты, между прочим.
— Которой из них? — хихикнула Гарлинка, спешно раздеваясь и в одной рубашке ныряя под покрывало. — И вообще, по правилам, последняя ночь жениха должна пойти под присмотром близкой родственницы женского пола. Ну, чтоб ты никуда на сторону не намылился, и следующий день праздника не испортил. Вот я и буду за тобой присматривать, так что не рассчитывай, что выставишь меня за дверь.
— Спи уж, присматривал ка, — добродушно заметил Дайхар. — да и идти мне сегодня некуда, Адриана не одна.
В коридоре хлопнула дверь, раздался негодующий вопль, потом тихое невнятное шипение и всё стихло.
«Хранитель добрался до родителей, — с облегчением выдохнул принц. — Ну, Тхарагу в умении разговаривать отказать невозможно. ещё ни разу не случалось так, чтобы у него что-то не склеилось в беседе».
Утро началось с тряски кровати и злобного бурчания Калерии. Адриана неохотно разлепила глаза, и так полночи прислушивалась к сестре — здесь ли? Не сбежала? Не сотворила ли чего с собой?
— Чего ты скачешь? — княжна повернулась к старшей сестре.
— Не снимается, — запыхтела Лерка, пытаясь содрать с запястья помолвочный браслет.
Злосчастный серебряный обруч болтался на её руке, съезжая до кончиков пальцев, и тут же снова возвращался назад, будто удерживаемый невидимыми завязками.
— Уже час мучаюсь, — негромко взвыла старшая княжна, косясь на продолжавшую невозмутимо вязать Маису. Вот что значит выдержка старой дамы — всю ночь не спала и хоть бы хны! Горничные торопливо поднимались с пола и приводили себя в порядок: княгиня любила, когда прислуга выглядела безупречно.
дверь приоткрылась, и в неё проскользнула Гарлинка в полном женском одеянии, с покрывалом, закрывающем её лицо до самых глаз.
— доброго утра, миледи, — девчонка склонила голову, не отрывая глаза от пола.
Под чадрой незаметно было выражение её лица, но судя по морщинкам, собравшимся лучиками около глаз, она потихоньку подсмеивалась.
— Что тебе нужно? — яростно развернулась Калерия в её сторону.
— Не стоит так невежливо встречать будущую родственницу, — парировала её выпад ящерка. — Где же ваше хвалёное гостеприимство и светская выучка, миледи?
Адри нахмурилась, явно гостья пожаловала не просто так. Присматривается к невесте? Возможно. Но уж больно сдержанна, будто напоказ. Вечером, сразу после прилёта вела себя совсем по-другому. Внутри аж всё зачесалось от нетерпения и желания поговорить. Вот только где найти эту чешуйчатую гадину, которая исчезла сразу после помолвки? На озеро её не пустят, во дворце полно гостей.
— Лерочка, может, ты до обряда бракосочетания останешься в своей комнате? — умоляюще спросила Адриана, честно надеясь на благоразумие сестры.
— А ты куда собралась? — Калерия с подозрением сузила глаза, не забывая коситься на чересчур безмятежную Маису.
— Надо проведать ящеров… всё-таки такие необычные звери, — младшая княжна развела руками и сокрушённо покачала головой. Судя по тому спокойствию, которое излучала старая гувернантка, за неё не беспокоились.
— Я вас провожу, миледи, — Гарлинка, по — прежнему изображая тихую и покорную особу женского пола из Хирмиранской империи, продолжала говорить тихо и не поднимала глаз. — У вас много слуг мужского пола, это так плохо для репутации незамужней девушки…
— да-да, миледи, а потом, когда вернётесь, будем завтракать, — Маиса отложила вязание и потянулась. — Калерии и впрямь не стоит выходить из комнаты, мало ли, вдруг жениху это не понравится.
Из-под лицевого покрывала ящерки донеслось тихое фырканье. Младшая княжна шустро заплела косу, закрутила её в узел и закрепила шпильками. Платье с застёжкой до самого горла и только одна нижняя юбка, туфли прямо на босу ногу.
— Фу, — скривилась Лера, — ты даже оделась неподобающим образом. А вдруг твоя судьба ждёт тебя где-то за углом? Столько гостей, много знатных молодых людей, а ты выглядишь…
договорить она не успела, Адри неопределённо пожала плечами в ответ на эту тираду, и повернулась к двери. ещё не хватало с раннего утра влезать в корсет и навешивать на себя кучу лишней одежды.
до конюшен пришлось идти через чёрный ход, чтобы не сталкиваться с гостями. Как только дворец остался позади, а высокие решётки, увитые диким виноградом, скрыли их от любопытных глаз, Гарлинка откинула лицевое покрывало. Княжна ахнула, увидев насколько роскошные драгоценности были надеты на совсем ещё молоденькой девочке-подростке. Серьги, ожерелье с крупными рубинами и более мелкими в подвесках…
— так принято, — кратко пояснила ящерка. — У нашей расы женская красота в любом возрасте достойна роскошного обрамления.
Не удержавшись, она хихикнула и понеслась вперёд, размахивая руками.
Ящеры шумно и печально вздыхали, толкаясь около загородки. Крылья волоклись за ними, как старые пыльные плащи.
— Чего это они? — удивилась Адриана. — Морды тоскливые, может голодные?
— тесно им, — Гарлинка с размаху обняла рослого чёрного чешуйчатого «скакуна» за шею. — дома они на вольном выпасе, на лугах. там простора много, а за едой прилетают к кормушкам. В вольерах только тогда, когда их ставят под седло, или всадник неопытный.
— так чего же здесь не улетают? — княжна осмотрела ограду и пришла к выводу, что при желании ящеры вполне бы могли через неё перемахнуть и никакие цепи не стали помехой.
— Приказ хозяев, вот и тоскуют.
Адри, совершенно неожиданно для себя самой приподнялась на цыпочки и погладила шею того, что стоял к ней ближе всего. Ящер довольно заурчал и попытался достать языком до её руки.
— Лижется, — удивилась девушка. — Лижется, а не кусается.
— так сейчас не война, он не в бою, а так они не людоеды и всему предпочитают баранину. Адри, а почему ты не заявишь свои права на Дайхара? Или он тебе не нравится? — Гарлинка настолько резко развернулась к княжне, что та даже попятилась.
— Нравится, — пролепетала Адриана, прижимаясь спиной к брусу загона и не обращая внимания на фыркающего ей в ухо ящера. — только причём здесь я? Калерия — старшая, ей и замуж выходить.
— Ну ты сказала, — восхитилась ящерка. — Он к тебе в постель приходил? — она дождалась, пока щёки княжны зальёт краска смущения, и продолжила, — Он тебя ласкал, целовал? тебе это понравилось? Жалко, что не беременна, сразу бы все вопросы отпали…
— так всё это мне не снилось? — ахнула княжна и отвела глаза. — У нас не принято о таком говорить.
В её голове царил полный сумбур. если всё это было на самом деле, и принц её соблазнил, а теперь женится на другой… Какой позор! теперь замужества для неё не существует. Кто пожелает взять в супруги столь порочную особу, что отдалась мужчине без заключения брачного союза?
— Я вижу, что ты ничего не поняла, — с досадой произнесла Гарлинка. — Попробую объяснить. У нас принято свататься именно таким образом. Сначала идёт время соблазнения — мужчина завлекает понравившуюся ему девушку в постель, ласкает её… ну и всё такое. Он показывает, насколько является умелым любовником. дальше наступает время сдержанности. Оборотень не должен приближаться к своей избраннице, демонстрируя, что умеет держать cебя в руках и управлять своими желаниями. Здесь выбор за девушкой — если он ей нравится, то она подтверждает своё право на этого мужчину. далее идёт время щедрости, и будущий супруг показывает в подарках и знаках внимания своё состояние. И даже на последнем этапе избранная особа имеет право отказать. Скажи честно, неужели мой двоюродный брат показал себя плохим любовником? Неужели твоё тело не загорается от его ласк? Может он был недостаточно внимательным? Может тебе не нравится его запах? Что не так? Насколько я знаю, ваши отношения сейчас на втором этапе, а ты молчишь и никак не выказываешь ему своего расположения.
— Э-э-э…м-м-м, — Адриана шумно вздохнула, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами. — Нравится, очень нравится. Но он никак не показал здесь, при встрече наяву, что я его интересую. Вот я… и… да и браслет на руке моей сестры.
— Это замечательно, — обрадовалась ящерка. — Он и не мог показать, потому как выбор при сватовстве у нас делает женщина, именно она решает, подойдёт ли ей мужчина в качестве супруга и отца будущих детей. Жизнь долгая и следует отдавать себе отчёт, что муж должен вызывать уважение не только учтивым обращением, титулом или богатством, но и умением в любовных делах. если ты ему откажешь, то тогда Дайхар будет вправе пытаться соблазнить твою сестру.
Сестру? Что значит соблазнить? А как же она? Вот так попроводил ночки и в дверь?..
Адриана еле удержалась от колкости — эмоции внутри просто зашкаливали. Она еще раз продышалась, стараясь, чтобы голос начал звучать ровно.
— У неё на руке браслет… — горестно повторила княжна, сетуя на то, что сама не расспросила тётушку Сину о брачных обрядах Хирмирана. — Помолвочный браслет на руке моей сестры. да и как я могу подтвердить, что принц мне нравится? Стоит только открыть рот, как всё местное общество зайдётся в осуждении и сплетнях. Пятно на всю семью…
Схлынувший, было, румянец снова украсил лицо до самых волос.
— Подумаешь, браслет, — пренебрежительно фыркнула Гарлинка. — Он не защёлкнулся, катается от локтя до пальцев. даже жрец заметил, что на помолвке не истинная возлюбленная, иначе бы брачный артефакт лёг на запястье плотно. А подтвердить ты можешь элементарно — просто перетянуть его на свою руку. Вы с сестрой одной крови, ты уже была в постели с Дайхаром, значит, браслет послушается. Пойми, принц не имеет права к тебе подходить, он может лишь ждать твоего решения. Пусть не в присутствии многих свидетелей, только при мне, но следует сказать о своём согласии.
Адри задохнулась от внезапно нахлынувшей надежды и тут же снова запечалилась. да, Калерия не в восторге от жениха и с удовольствием бы от него отделалась. Но что скажут родители? Как посмотрят на то, если на заключительной церемонии она поменяется местами с сестрой и вместо неё предстанет перед жрецом?
— бесполезно, — тоскливо выдохнула она. — родители не позволят.
— Позволят-не позволят, какая разница, — хихикнула ящерка. — На заключительную церемонию пусть выйдет Калерия, но браслет не станет работать. Значит, брачный союз не заключится. Можно испачкать ей платье, увести под предлогом переодевания, и… поменять вас местами. А причёску я заранее сама тебе сделаю, чтобы правильно приколоть покрывало. Сделай приятное Рамсерду и Дайхару, надень наш традиционный наряд.
Княжна запнулась, растерянно перебирая пальцами оборку платья. Уж очень сомнительным выглядел такой вариант. да и что скажут родители — это гости могут запутаться в сёстрах, но уж никак не они. Князь и княгиня тотчас обнаружат подмену, даже если она приклеит себе мушку точь-в-точь как родинка у Калерии.
— решай, это только твоё право, — повторила Гарлинка и торопливо прикрыла лицо покрывалом, слыша приближающиеся шаги. — И чуть не забыла предупредить: если жених внезапно начнёт покрываться чешуёй, то это означает, что он нервничает. Ну или сильно раздражён.
— Миледи, — рядом послышался тихий прерывающийся шёпот горничной, — завтрак уже подали в комнату и вас все ждут.
— да-да, — рассеянно кивнула Адриана, пребывая больше в собственных мыслях, нежели в действительности. — Иду.
Она бросила косой взгляд на ящерку, замершую со склонённой головой и опущенными глазами. Понимание пришло сразу: всё это поведение младшей родственницы, демонстрирующей покорность и послушание — всего лишь маска, некий театр. А на самом деле всё обстоит совершенно по-другому, ведь выбор в Хирмиране делает именно женщина. Значит, у неё на самом деле куда больше прав, чем здесь стараются показать.
Постаравшись не упустить этот вывод, Адри присела в поклоне и заторопилась вслед за горничной.
— Ну? — из высокой травы около загона выскользнула плоская змеиная голова. — дошло до неё или как?
— Странные они здесь, — пробормотала Гарлинка, провожая взглядом уходящую княжну. — Как можно выбирать себе супруга, если даже не знаешь, подойдёт он тебе в постели или нет? Всё так мрачно и запущенно…
Тхараг прищурился, продолжая сливаться расцветкой с травой.
— Привыкнет, — спокойно прошипел он и задумчиво зевнул. — Никуда не денется. да и родители вряд ли будут против такой подмены, на мой взгляд они вполне нормальные и понимающие люди. Пара мгновений страха, а потом разговаривают здраво и способны рассуждать и делать выводы. Особенно князь — настоящий дипломат.
Адриана появилась вовремя: старшая княжна билась в руках трёх служанок, которые не давали ей свалиться в раскрытое окно.
— Зря ты это задумала, — спокойно заметила девушка, присаживаясь к накрытому для завтрака столику. — разбиться не получится, внизу густой колючий кустарник. А вот поцарапаться или слегка покалечиться — это вполне возможно.
— Пусть! — вскрикнула Калерия. — Зато свадьбу отменят.
— Ну отменят, лишат титулов, земель… коль тебе так наплевать на благополучие семьи. Вот только потом тебе вообще пару не найти, со шрамами-то на прелестном личике.
Старшая княжна на мгновение затихла, чем тут же воспользовались горничные, оттащив её к кровати.
— Плевать, — выпалила она, перестав сопротивляться. — Мне уже всё равно.
— Лера, поверь мне, в жизни мало что невозможно исправить. разве смерть или уродство лучшая альтернатива браку? — Адри деловито наливала себе чай, стараясь не выдать своих настоящих мыслей. — Просто поверь мне, поверь по — настоящему, иди спокойно к алтарю и делай всё, что тебе прикажут. Сложится так, как ты захочешь. Не хочешь этого замужества, значит его не будет. Не будет прямо перед жрецом. Просто поверь.
Калерия недоверчиво покачала головой, но сестра говорила с такой уверенностью, что хотелось прислушаться к её словам. А если что-то не так пойдёт, то она всегда успеет сбежать или покончить с собой, но сбежать всё же лучше. только для этого нужно усыпить бдительность стражей, а потом… Недаром под матрацем лежало еще две бутылочки с сильнейшим снотворным.
Вечер опускался, укутывая бархатным покрывалом окрестности дворцового парка. Адриана всё это время просидела вместе с сестрой, пыталась вышивать, взяв пример с Маисы, неизменно занятой рукоделием, потом читать. Ничего не получалось, всё валилось из рук, к тому же, как только начало темнеть, задрожали руки. Вот оно время, когда всё решится. Как решится, каким образом? Этого княжна не знала, и усиленно старалась скрыть собственную нервозность, но получалось только хуже.
— ты-то чего дёргаешься? — угрюмо обратила на неё внимание Калерия. — Не тебе с оборотнем бракосочетаться.
— думаю, как тебя от жениха избавить? — ляпнула Адри и осеклась, четыре пары глаз уставились на неё с неприкрытым любопытством.
Горничные и Маиса оставили праздничные платья сестёр и как по команде, одновременно, повернулись к младшей княжне.
— Миледи, — старая гувернантка сложила ладони и недовольно поджала губы, — вам следует помнить, что на первом месте у каждой знатной девушки должно стоять благополучие семьи. Симпатии и антипатии не играют никакой роли, как и желания, долг превыше всего. От женщины в браке ждут терпения и спокойствия, умения вести дом и ни при каких обстоятельствах не терять лица.
Адриана тихо застонала и закатила глаза, вот надо же было нарваться на нотацию, да еще в тот момент, когда нервы и так на пределе. Однако, время уже поджимало, и пора было начинать одеваться.
В дверь без стука проскользнула Гарлинка. Завидев фигурку, опять до самых глаз замотанную в покрывало, старшая княжна скривилась. Она просто не представляла cебе, что нужно будет всё время ходить закутанной и опускать глаза.
— Я пришла помочь, — без всякого смущения пояснила девчонка. — Пока вы будете одевать невесту, сделаю причёску миледи Адриане.
Адри закусила губу, начиная бледнеть. Вот оно, начинаетcя… да ведь она же ещё и принцу ничего не сказала, даже намёка никакого не дала, что согласна. А вдруг он смирился с тем, что предлагают другую? Нет уж, Дайхар принадлежит только ей и сегодня же это будет подтверждено!
Причёска оказалась совсем простой — одна коса, переплетённая мелкими косичками, и уложенная узлом на темени. Вколов последнюю шпильку, Гарлинка наклонилась к уху младшей княжны:
— Конечно, причёска не совсем соответствует вашей моде, но она идеальна для покрывала. Не трясись, всё скоро закончится.
тем времени служанки столпились около невесты, начиная облачать её в подвенечный наряд. Чулки, туфли на высоких изогнутых каблуках, рубашка, корсет… Калерия двигалась точно кукла, покорно подставляя руки. Потом на неё накинули тройной слой нижних жёстко накрахмаленных юбок с пышными оборками. дошёл черёд и до платья. Нижняя атласная часть легла мягко, обволакивая плечи, а самая верхняя из драгоценного ручного кружева элегантно оттенила глубокий вырез. Осталась только фата, и горничные торопливо подправляли причёску.
В дверь постучали, потом в неё неловко протиснулся князь Фирташ. Он посмотрел на дочерей, как-то тоскливо вздохнул, развёл руками.
— Лера, ты счастлива?
По честности, страннее вопроса придумать было бы сложно, зная о том, как относилась Калерия к представителям других рас.
— Умереть хочется, — взвилась старшая княжна. — За что вы так со мной? точно вещь по приказу продаёте.
— Миледи, вы забыли о королевском указе, — сурово напомнила Маиса, понимая в каком состоянии сейчас сам князь. Отдавать дочь, зная, что она всеми силами противится этому браку. Конечно, ему уже доложили, что были попытки покончить с собой.
— Хорошо, — старшая княжна устало опустилась на стул, — делайте, что хотите, но я всё равно не стану его женой по — настоящему, даже под угрозой смерти.
Из её глаз покатились слёзы, и Адриана бросилась к сестре.
— Милая, всё будет хорошо, я же тебе обещала, — повторяла она, аккуратно промокая лицо. — Не стоит плакать, веки покраснеют. Всё будет в порядке.
Она повторяла это снова и снова, пытаясь успокоить Калерию, хотя и сама плохо представляла себе, как всё это «в порядке» будет выглядеть.
Князь тяжело вздохнул и предложил руку: по обычаю именно он должен был сопровождать дочь к жениху. Лера буквально повторила его вздох, но выпрямилась, поднимаясь со стула.
В коридоре их уже ждали. Принц Маэрвин собственной персоной лично желал удостовериться, что невеста никуда не делась, рассчитывая, что старшая княжна оказалась более уверенной и независимой и уже находилась вдали от поместья. Нет, девушка вышла из комнаты с заплаканными покрасневшими глазами и прикушенной от напряжения губой. Жаль! Но так даже лучше, прилюдный скандал скорее приведёт к увеличению благосостояния.
Он даже не мог сдержаться, на миг искривив губы в торжествующей усмешке.
Как ни странно, здесь же оказался и Дайхар. Он маячил неподалёку, откровенно нервничая, отчего покрылся чешуёй до самых глаз. На счастье невесты она этого не заметила, ибо шла, опустив голову и глядя в пол.
Адриана заметила оборотня сразу и заколебалась — стоит ли подходить. Стоит! Лишь только процессия, состоявшая из князя Фирташа, княжны-невесты и гостей пожелавших лично увидеть выход брачующейся из комнаты миновала его, как девушка решительно подошла к принцу Хирмирана. Лёгкий поклон и она подняла лицо, встретившись взглядом с Дайхаром.
— да, — Адри смогла это прошептать, пересилив себя и кляня воспитание, которое не предполагало подобной инициативы.
Из глаз оборотня постепенно исчезала настороженность и напряжение последних дней, сменяясь доверием и нежностью. Княжна буквально задохнулась, растворяясь в янтарном взгляде. Мгновение… и ящер молча склонился над её рукой, касаясь поцелуем тонких пальцев.
— Чего стоим? — Гарлинка прервала безмолвный диалог. — Замерли голубки, а время-то идёт. там уже и жрец наготове, и «рубиновая слеза» тоже. только не пейте, я в чай чернил добавила, чтобы уж наверняка испортить наряд. дорогой, но что не сделаешь ради родственников.
Дайхар нехотя оторвался от Адрианы и каким-то змеиным движением скользнул к выходу. Вот и всё! теперь всё решено. Осталось всего несколько минут, и перед жрецом предстанет истинная возлюбленная.
Калерия, держась за руку отца, точнее, вцепившись в неё как клещ, на подгибающихся от страха ногах шествовала к месту бракосочетания. Идущий позади принц Маэрвин нервно кусал губы, надеясь на то, что Хирмиранский принц не сдержится и явит свою сущность перед невестой. его раздирали противоречивые чувства: с одной стороны, надежда на срыв свадьбы, с другой — лёгкий налёт безнадёжности, ведь он видел, что старшая княжна пусть и боится, но всё же идёт и не противоречит воле отца.
Адриана следовала позади всех. Жрец ждал, а теперь и её начинал мучить страх и чувство вины. Правильно ли она поступает? Правильно ли сделала, сказав наследнику Хирмирана о своём согласии? Вдруг Лера передумает и с удовольствием примет статус замужней дамы?
Гости встретили приближающуюся невесту аплодисментами и многозначительным переглядыванием. большинство из присутствующих прекрасно знали, что принц человеком не является, и теперь их раздирало банальное любопытство, как завершится брачный обряд. то тут, то там слышался шёпот и еле слышные смешки.
Гарлинка потянула Адри за руку, вынуждая встать немного поодаль в таком месте, где было очень хоpошо видно разворачивающееся действие. Пока леди Ивонна нервно мяла платок, а князь Фирташ покрывался багровыми пятнами, обе княжны побледнели от волнения, сравнившись цветом лица с подвенечным платьем.
Гости расступились, пропуская Калерию к жениху, который умудрился незаметно обогнать «ползущую невесту».
— Я не пойду, — прошептала Лера и зашаталась. — Отец, ты можешь лишить меня наследства, выгнать из дома, отправить в монастырь, но это выше моих сил.
Дайхар хищно усмехнулся, обнажая длинные клыки и покрываясь чешуёй до самых волос. Откинув фату, чтобы все присутствующие видели лицо невесты, он повернулся к жрецу и замер.
только увидев эту усмешку и эти зубы, а теперь еще и чешую… зеленовато-медную, старшая княжна подавила вопль и шагнула назад. Позади стоял Маэрвин, который тут же придержал девушку под локоток, не давая ей больше сделать ни шагу. Жрец осмотрел протянутые руки с помолвочными браслетами и недоумённо взглянул на Дайхара. Обручи не защёлкнулись, не обхватили кисти плотно, катаясь до самых пальцев. При этом условии завершить брачный союз не представлялось возможным, и старик медлил, надеясь на то, что повелитель Хирмирана или его сын предпримут хоть что-то, чтобы избежать неверного шага. для их расы выбор спутника жизни занимал чуть ли не самое важное место в жизни, и от него многое зависело.
— Я вижу, что невеста нервничает, — Гарлинка беззастенчиво вклинилась между братом короля и невестой, заодно заставляя отступить и Дайхара. — Несколько глотков «рубиновой слезы» придадут невесте сил, — и она с поклоном протянула Калерии серебряный кубок.
Ящерка хоть и была невысокой, но Маэрвин не смог увидеть, как она легко подтолкнула под локоть княжну, только что поднёсшую напиток к губам. Яркие капли разлетелись по белоснежной ткани, пятная её будто кровью.
— Какая незадача! — всплеснула руками Гарлинка. — Нужно срочно переодеть невесту. Это всё нервы, нервы.
— Э-э-э, — забормотал Маэрвин, — может сначала довести обряд до конца? Мы же ждём. Не стоит заставлять персон королевской крови ждать слишком долго.
— то есть нас, промолчавших, вы считaете за простолюдинов? — глаза Рамсерда предупреждающе сверкнули, и он по примеру своего сына прямо на глазах многочисленных гостей начал покрываться чешуёй. — Как следует понимать ваше заявление?
его королевское высочество чуть попятился — еще не хватало межрасового скандала, да по его вине, тогда условия торгового договора могли измениться не в лучшую сторону. Впрочем, принц Маэрвин вырос при дворе и царедворцем был умелым, с малых лет погружённым в интриги.
— Что вы ваше величество, — он позволил себе подобострастную улыбку. — Напротив, беспокоюсь о вас и пустом времяпрепровождении. Князь, увы, оказался не на высоте…
— Не стоит отзываться подобным образом о моём будущем родственнике, — холодно заметил повелитель Хирмирана.
тем временем, Гарлинка, вцепившись в локоть невесты, вытаскивала ту из толпы. Княжна не сразу поняла, что ей предоставили очередную отсрочку, а когда до неё дошло, то опрометью, теряя туфли, кинулась к себе.
Лорд Фирташ кивнул супруге и последовал за девушками, попутно подхватив под руку и Адриану.
Горничные не успели, и дверь в комнату сестёр захлопнулась буквально перед их носом. Меньше глаз — меньше свидетелей того, чем князь собирался сейчас заняться.
— Отец, не могу, — взвыла Калерия, цепляясь за столбик кровати. — Лучше убей меня, больше туда не пойду.
Φирташ смерил её трясущуюся фигуру задумчивым взглядом и повернулся к младшей дочери, опускаясь перед ней на колено.
— Адри, прошу тебя, нет, умоляю, спаси честь семьи. ты можешь отказаться, это твоё право, но я прошу… — и седой мужчина склонил голову перед хрупкой девушкой. — Замени сестру у алтаря.
Вот теперь руки затряслись и у Адрианы. Сил на ответ и согласие не хватило и она просто молча кивнула, пытаясь расшнуровать платье. Калерия отошла к постели и рухнула на неё, не веря, что только что избавилась от ненавистного замужества.
Суетящаяся ящерка раскладывала подвенечный наряд из коробки, который сама же и доставила как посыльный. Сообразив, что взрослой дочери негоже переодеваться перед мужчиной, пусть и отцом, Фирташ повернулся спиной. Чувство вины перед младшенькой оказалось сильнее, чем боязнь потерять всё состояние, и он не поворачиваясь произнёс:
— Адри, ты можешь отказаться, я пойму. Пусть лучше изгнание…
— Не стоит, отец, — Адриана уже натянула рубашку и нижнее платье, неожиданно млея от прикосновения тонкой ткани. — Всё в порядке, я с уважением отношуcь к нашим гостям, и надеюсь, что моя супружеская жизнь сложится куда лучшим образом, чем у сестры.
Пуговички верхнего платья помогала застёгивать ящерка. Отступив на пару шагов, она критически осмотрела избранницу своего двоюродного брата, кивнула и указала взглядом на браслет. девушка вздохнула и на мгновение сжала пальцы.
— Ну же, Адри, — нетерпеливо подбодрил князь, с удивлением отмечая, что этот наряд подходит младшей дочери намного больше, чем роскошные платья от дорогой портнихи.
— Мы сёстры, мы одной крови, — прошептала княжна и села на постель рядом с Лерой. — Милая, ты не передумала?
Калерия только сжала губы так, что они превратились в тонкую линию, и покачала головой. браслет продолжал болтаться на руке, самостоятельно гуляя вверх и вниз, точно искал места, куда мог приткнуться, и не мог найти.
Переплетя пальцы с пальцами сестры, Адриана еще раз вздохнула и попробовала попросту сдвинуть брачный браслет, чтобы он скатился на её запястье. Он не просто скатился — соскользнул, плотно охватывая руку, и засветился, переливаясь сложным бегущим узором.
Лорд Фирташ изумлённо хмыкнул и недоверчиво уставился в лицо младшей дочери. его несказанно удивило такое непредсказуемое поведение артефакта. И он бы всенепременно обсудил с ней этот интересный момент, но гости ждали, и не простые, а очень и очень высокопоставленные, поэтому объяснения откладывались.
Из раскрытой шкатулки, которую поставила на стол Гарлинка, на свет появились изумительной красоты изумрудная диадема с крошечными бриллиантовыми подвесками и пара серёг. Увидев такой дорогостоящий гарнитур, Адри попыталась было запротестовать, но никто её слушать не стал. Ящерка мастерски надевала на зубчики гребня диадемы петельки покрывала. ещё мгновение и украшение заняло своё место в причёске.
— туфли, — нетерпеливо напомнила оборотница и протянула девушке самые простые туфли без каблука.
Вот это была мечта — пройти, не спотыкаясь и без высоченных каблуков. Князь Фирташ молча предложил Адриане руку, а Калерии погрозил пальцем, мол, сиди и не высовывайся.
Маэрвин нервно покусывал губы, ожидая невесту после переодевания. Ведь вроде бы всё сложилось как нельзя лучше, и осталось потерпеть еще чуть-чуть, но именно это чуть-чуть и приводило его почти что в ярость. быстрее бы всё разрешилось…
Гости расступились и он остолбенел, под руку с хозяином дворца шла совершенно спокойная девушка. В другой одежде, да, но даже в неверном свете фонарей и свечей его королевское высочество совершенно ясно разглядел и белокурые волосы, и фигуру. Всё равно что-то настораживало его в этом облике, вынуждая вглядываться снова и снова.
Жрец удовлетворённо кивнул, уже издали разглядев, что браслет занял своё место. Гости заволновались, особенно светские дамы, поджавшие губы при виде чересчур скромного по их мнению наряда. Ни пышности юбок, ни многочисленности оборок не наблюдалось — просто строгий и простой покрой, пусть и из баснословно дорогой ткани, которая изредка попадала на прилавки магазинчиков и в руки портных. А еще украшения сумасшедшей ценности.
И тут до Маэрвина дошло — это вовсе не Калерия, это её сестра, значит, князь Фирташ провёл банальную подмену, заменив одну дочь на другую. да, около рта девушки не было родинки. только он поднял руку, чтобы задать вопрос и привлечь внимание гостей, как в рукав его камзола вцепились мощнейшие когти.
— Не стоит мешать обряду, — зло прошипел Рамсерд. — Мы и так долго ждали.
Попытка объяснить, что их обманывают, ни к чему не привела, когти сверкнули заточенной сталью уже перед глазами.
— Протяните руки, — жрец не поднимал глаза на брачующихся, ему это было и не надо, узор, играющий на браслете, указывал на то, что рядом с женихом стоит истинная возлюбленная.
— Соблюдал ли ты обряд? — жрец повернулся к Дайхару.
— Полностью, но вторая часть осталась незавершённой из-за спешки, — честно признался оборотень.
— тогда решение будешь принимать не ты, — покачал головой служитель богов. — Пусть ответит невеста, готова ли она принять этого мужчину в качестве своего супруга? довольна ли она им?
Адриана запнулась, заливаясь краской от неожиданного вопроса. Перед глазами пронеслись чарующие своей чувственностью и негой мгновения последней ночи.
— да, я довольна, — и пусть голос прозвучал неестественно ровно, чересчур ровно для такого момента, но она это сказала. Сказала свое «да».
— Силой данной мне объявляю этого мужчину и эту женщину мужем и женой.
Всё, ничего больше, ни длинного монолога с напоминаниями, что нужно почитать и любить друг друга, поддерживать и в болезни, и в радости. Вот так просто.
браслеты вспыхнули одновременно, превращаясь в сияющую татуировку, разрисовывая руки обоих от запястья до локтя. брак стал заключённым по всем правилам.
— Вас обманули, — Маэрвин всё же выкрикнул это, надеясь хоть в последнее мгновение опорочить честное имя семьи Фирташей. — Это не та девушка.
— В самом деле? — Дайхар одной рукой привлёк к себе Адриану, чувствуя, что еще немного и она упадёт в обморок от переживаний. — разве это не дочь князя? Или в договоре, подписанным обоими повелителями, было указано конкретное имя невесты? Лично проверял все бумаги.
Ответа он не ждал, зная, что ответить на эти слова брату короля нечем. Подхватил на руки обессилевшую от нервного напряжения супругу и широким шагом направился к загонам, где стояли ящеры.
— Вы уже улетаете? — ахнула княгиня. — А как же бал и праздничный ужин?
Никогда в жизни она не чувствовала себя настолько растерянной — только что, прямо здесь, её гостеприимством открыто пpенебрегли.
— Простите, леди, — Рамсерд позволил себе поклон в отношении женщины только что ставшей ему родственницей. — По нашим обычаям брачующиеся должны немедленно отбыть в дом супруга. Немедленно, ибо с момента заключения союза жена принадлежит только своему мужу. Вы можете праздновать в соответствии с вашими традициями.
Зашептавшие, было, гости расступились, пропуская делегацию. Последним шёл жрец, нахмуренный и строгий. брак был заключён по всем правилам с соблюдением старого обычая, хотя и не полностью. Но что скажет новоиспечённая супруга, когда узнает, что Дайхар не единственный ребёнок в семье повелителя Хирмирана? Что она скажет, когда столкнётся с его старшим братом-близнецом лицом к лицу? Со старшим или точнее с тем, что от него осталось…
Адриана машинально обняла Дайхара за шею, даже и не подумав о том, что нужно как-то возразить и попытаться уговорить его остаться на одну ночь, для приличия. теперь она могла разглядывать его наяву — вот так… близко. Мимо пронеслась легконогая Гарлинка, замотанная по самые глаза, потом легко прошелестели гравием дорожки сопровождающие воины.
дёрнувшуюся вслед леди Ивонну остановил князь, чуть покачав головой. Он помнил рассказы бабушки, баронессы Сталсской, во время дипломатической миссий следовавшей за мужем и повидавшей множество других королевств и империй. Настоящая светская дама, в то же время обладавшая не только живым и непосредственным характером, но и железными нервами и неуёмным любопытством. И они так были похожи — его старая родственница и младшая дочь! И о Хирмиране баронесса тоже рассказывала — весело, иногда таинственно, с явной любовью к тем местам. так что такой скоротечный отъезд для Адри даже лучше — быстрее привыкнет к новой жизни и новой семье.
Ящеры радостно затопали, выпуская струйки пара из ноздрей. Загородку отодвинули, и только здесь Дайхар опустил супругу на землю.
— Прости, но так будет лучше, — с этими словами он накинул на бывшую княжну, а теперь уже принцессу Хирмирана, бархатный плащ. тот самый, в котором она ушла от озера после нечаянного купания.
— Чушь, — фыркнула Гарлинка, — ты, что, её простудить хочешь? Ночной воздух холодный, да и лететь придётся высоко. Это человек, а не ящерица, не забывай.
Оборотень критически оглядел худенькую фигурку. да, шёлковый наряд слишком лёгкий, и плащ не спасёт от ветра.
— Чего это ты задумала, а, племяшка? — Рамсерд слегка нажал плечом на сына, вынуждая его отступить в сторону.
— так я её так перенести могу, пока вы будете верховых зверей выгуливать и на перевале отдыхать, — ящерка придвинулась ближе к Адриане. — Пока налетаетесь, она и отдохнуть нормально успеет и ко дворцу привыкнуть.
Мужчины не успели сказать ни слова, ни согласиться, ни возразить — на месте девушек рассыпался лёгкий рой зелёных искорок.
— Чтоб тебя! — уже не скpываясь, выругался Дайхар. — Вот своевольная-то…
Всадники торопливо седлали ящеров и вскоре около загона никого не осталось. В дальних кустах зашелестели листья, потом оттуда высунулась змеиная голова, ехидно захихикала и растaяла в таком же лёгком облачке.
Портал раскрылся в большом зале со стенами, разукрашенными замысловатой росписью. Со всех сторон, шурша шёлковыми платьями, сбегались девушки. Все, как одна, гибкие, темноволосые, смуглые, с полосками чешуи на щеках. Жёлтые глаза светились неприкрытым любопытством.
— Госпожа? Госпожа, госпожа… — они сложили руки и присели в поклоне, исподволь разглядывая неожиданную гостью.
Гарлинка сняла свой плащ и лицевое покрывало.
— Это супруга принца Дайхара. Приготовьте купальню и лёгкий ужин, и срочно займитесь комнатами для принцессы.
Часть девушек унеслась выполнять приказание, часть осталась, продолжая перешёптываться.
— Фу! Человеческая девчонка! — высокая черноволосая красавица растолкала служанок и вышла вперёд. — Чтобы принц женился на человеческом ничтожестве…
Она язвительно хохотнула, не забыв угрожающе показать клыки и внимательно наблюдая за реакцией гостьи.
Проговорила и тут же отпрянула. Ящерка стремительно покрывалась сверкающей чешуёй, а хвоcт точно хлыстом проехался по лицу той, что осмелилась невежливо отозваться об Адриане.
— ты ш-ш-што о себе возомнила? — яростно зашипела Гарлинка, в свою очередь выдвигая клыки. — Выкину из дворца и пикнуть не успееш-ш-шь. Пош-ш-шла вон, паршивка!
Рамила отпрянула, потирая щёку.
— Вы зря так невежливы со мной, миледи! Всем известно, что его высочество женится только на чистокровной ящере. Мой род достаточно древний и известный, чтобы рассчитывать на такой союз.
— Мой двоюродный брат заключил брак с той, кого выбрал повелитель Хирмирана. Кто-то смеет оспаривать его решение?
Гарлинка зло ощерившись, скинула с Адрианы плащ и подняла рукав её платья, показывая, как переливается яркими цветами брачная вязь.
— Простите, ранья, — загалдели служанки, мгновенно приседая в поклоне, — мы не предполагали, что у принца есть истинная возлюбленная. Мы слышали совсем другое.
Косые взгляды в сторону рассерженной Рамилы точно указали, откуда пришли эти слухи.
«Конечно! — теперь усмехнулась и Адри. — Слуги везде одинаковы — подслушивают, подглядывают, делают собственные выводы. А некоторые рассчитывают занять место супруги только по им известным выводам».
— ранья — это госпожа, — пояснила племянница повелителя Хирмирана. — ты теперь их госпожа.
— так много? — с удивлением пробормотала княжна. — девушек здесь не меньше двадцати.
— Здесь ещё не все, — пропела Гарлинка, меняя гнев на милость и снова становясь похожей на человека. — Идём сначала в купальню, тебя приведут в порядок, потом ужин, а потом познакомишься со своими покоями на женской половине дворца, в первую очередь со спальней.
— так значит, это правда, что вы заперты? — запинаясь, с грустью прошептала Адриана.
— Что вы, ранья, — служанки торопливо снимали с жены принца покрывало. — Просто на мужской половине ведутся дела, там раны занимаются политикой и договорами о торговле. Это скучно и нудно. На женской половине устраиваются семейные праздники, здесь же растут дети, работают дворцовые вышивальщицы, ткачи и ювелиры. Ну и… много ещё.
Гарлинка подхватила новоиспечённую родственницу под руку и повлекла куда-то вглубь бесчисленных залов и галерей. Несмотря на усталость, Адри с удовольствием рассматривала узоры, которыми были расписаны стены, ажурную резьбу дверей и мебели. Всё яркое и непривычное, пожалуй даже слишком яркое для её глаз.
На входе в купальню стояли следующие служанки. только завидев приближающихся раний, они, словно бабочки, закружились рядом, помогая разоблачаться, снимать украшения и расплетать волосы. Адриана честно краснела во всё лицо — она никак не ожидала, что придётся идти внутрь совершенно голой. да и глаз, оценивающих фигуру, на неё было устремлено предостаточно. Ящерка раздевалась, не испытывая ни малейшего смущения, а потом подтолкнула княжну вперёд.
— Сначала в парную, потом в мыльню, а потом… увидишь.
Парная представляла собой помещение с широкими деревянными скамьями, накрытыми тонкими простынями. Жар окутал тело Адрианы не обжигая, напротив, расслабляя и согревая, и она с наслаждением растянулась на животе на лежанке.
— Сначала здесь прогреемся, — охотно рассказывала оборотница. — Потом в мыльне нас вымоют душистой пеной, потом сполоснёмся под струями «дракона» и в цветочный бассейн.
— Угу, — лениво кивнула Адри, борясь со сном.
— Э, не спать, — ящерка безжалостно подняла её с места.
Во втором зале их ждали полуодетые банщицы в коротких штанах и с повязками на груди. Специальный мыльный раствор взбивался в простых глиняных мисках, потом зачерпывался мягкими мочалками-варежками. Адриана чуть не замурлыкала, когда служанки уложили её на очередную скамью и начали мыть. душистая пена разлеталась мелкими разноцветными пузырьками. Смущение отошло на второй план, когда княжна заметила, что оборотница, совершенно не стесняясь, протягивает для мытья то одну руку, то другую, подставляет ноги и живот. Волосами занимались отдельные девушки, терпеливо разбирая их на пряди и мягко массируя голову.
— И как часто вы так моетесь? — с изумлением спросила Адри.
— В парной раз в неделю, с мыльней по необходимости, а души-бассейны каждый день, — охотно объяснила ящерка, жмурясь от удовольствия. — У мужчин своя купальня, и банщики там совсем другие — ведь нужно и мышцы разминать массажем, наши мужчины все до единого — воины.
Мыльную пену смывали в следующем зале, стоя под струями тёплой воды, бьющих из пастей мраморных драконов. Последним оказался небольшой бассейн, в котором так удобно было лежать, опираясь на бортик. О таком княжна могла только мечтать — вода сплошь покрытая незнакомыми алыми лепестками.
— Это цветы лечебных растений, они помогают поддерживать кожу в идеальном состоянии, — Гарлинка подгребла к себе целую кучу лепестков. — Ну вот, сейчас нас вытрут, оденут и пойдём ужинать, а то из-за наших обычаев ты осталась голодной.
Служанки уже разворачивали большие мягкие простыни, чтобы вытереть тела раний и их волосы. И снова Адри краснела, смущаясь и хихикая, пока её вытирали и сушили. Принесли одежду, и тут княжна вспомнила, что ничего не взяла из своих вещей из дома — ни платьев, ни белья. Впрочем, дальше озаботиться гардеробом ей не дали, предложив легкие шаровары и тунику персикового цвета, расшитую золотыми нитями. Мягкие бежевые туфли без каблука довершили наряд.
Причёску делать не стали, просто тщательно расчеcали волосы и подобрали с боков пряди замысловато изогнутыми серебряными гребнями с мелкой россыпью светло-зелёных халцедонов.
— такая роскошь! — восхитилась Адриана, крутясь перед зеркалом.
— Это часть подарка от твоего супруга, — лукаво прищурилась ящерка. — Каждая женщина должна иметь собственные украшения, чтобы подчёркивать ими свою красоту. Кстати, драгоценности у нас носят даже служанки, только попроще и не золото. теперь идём ужинать. Сегодня ужинаем в твоих покоях, я здесь располагаюсь только в гостевых комнатах.
И снова анфилада залов, открытых и закрытых галерей с ажурной резьбой по камню. От немыслимой красоты чуть кружилась голова, и княжна забыла про усталость, разглядывая дворцовое великолепие.
Ужин накрыли на террасе, пододвинув низкий столик к таким же низким диванам с горой подушек. теперь, пришедшая в себя, Адри разглядела, что оборотни не пользовались ни свечами, ни факелами, только магическими светильниками, дававшими мягкий чуть розоватый свет. Весь пол был покрыт огромным пушистым ковром, и она, скинув туфли по примеру Гарлинки, шлёпала по нему босыми ногами.
— Это терраса рядом с твоей спальней и она выходит в сад. Завтра утром увидишь, насколько здесь красиво.
— Но это такая большая комната! — удивилась Адриана, заглядывая через приоткрытую дверь в спальню.
— Это только спальня, — рассеяно кивнула оборотница, изучая предложенные блюда. — Вот, попробуй — это рисовые блинчики с начинкой из рубленой курицы и зелени, это творожные пирожки с грушей. Ужин собирали наскоро, так что блюд здесь представлено мало. Из напитков — «рубиновая слеза» и абрикосовый отвар.
— «рубиновая слеза» — это же так дорого! — заметила Адри, придвигая к себе тонкую тарелку, расписанную цветочным узором, и накладывая на неё еду.
— да что ты! — открыто рассмеялась Гарлинка, потряхивая распущенными волосами. — У нас полей с этими цветами очень много, и внутри страны «драгоценный» чай от силы стоит пару медяков за мешок.
блинчики оказались непривычно нежными, а пирожки источали аромат ванили, который так любила княжна.
— Специи и пряные травы здесь тоже сажают везде, даже на обычных огородах, — на всякий случай пояснила ящерка, заметив, как принюхивается Адриана. — Поела? теперь ложись отдыхать, служанки тебя разоблачат. Встретимся утром за завтраком.
Она легко соскочила с дивана и ушла в сторону боковой галереи, соединённой с террасой.
— ранья, — одна из служанок присела в поклоне, — ваша спальня готова. Вы предпочитаете спать в рубашке или как есть?
— Что значит как есть? — переспросила княжна и тут же снова смутилась, сообразив, как это выглядит.
— А вот как есть, так и есть, — хихикнула служанка. — Ночью всегда тепло, мы даже окна не закрываем, чтобы с террас и балконов задувал свежий ветер.
Огромная кровать, застеленная белоснежными простынями, поражала своими размерами. И подушки, такие же белые, даже вышивка на наволочках белоснежная. Адриана даже потерялась на необъятной постели. Натянув лёгкое покрывало, она заснула сразу, лишь только опустила голову.
Княжна, а точнее уже принцесса, проснулась от того, что кто-то довольно невежливо тыкал её в бок. Лишь только ей удалось разлепить глаза, как кончик хвоста уполз на пол, а над постелью закачалась змеиная голова.
— Здрас-с-с-сте, — зевнул Тхараг во всю пасть. — Хорош дрыхнуть, время уже к обеду.
— ты-то как здесь? — удивилась Адри. — Прячься, вдруг поймают.
— А почему бы мне и не быть здесь? — змей отвернулся и пополз к длинному дивану, устраиваться на подушках. — Хочу — здесь буду, не хочу — не буду. Пусть рискнут поймать.
— ранья, — в комнату тут же вбежали служанки, — вы проснулись.
Они тут же засуетились, раскладывая одежду, впрочем, от глаз Адрианы не укрылось то, что они поклонились не только ей, но и ползучему гаду. Накинув на плечи принцессы халат, служанки сопроводили её в умывальню, потом усадили в кресло и начали колдовать над причёской. Часть волос собрали и закрутили в мягкий узел, а остальные оставили распущенными. И снова гребни, в этот раз с позолотой и с двумя цепочками, украшенными мелкими изумрудами.
бросив беглый взгляд в сторону чешуйчатого гада и обнаружив его с закрытыми глазами, Адри кивнула служанкам на одежду. Коль так случилось, что весь её гардероб остался дома, то капризничать, право, не стоило, тем более, что здешние наряды ей очень нравились.
тонкая рубашка без рукавов, потом нижнее платье ярко-жёлтое, будто сотканное из солнечных лучей и верхнее, тёмно-зелёное, переливающееся от сплошного золотого узора.
— А разве сегодня праздник? — поинтересовалась Адриана, поглаживая роскошную ткань.
— Что вы, ранья, у нас все ткани такие. А вам по статусу положено носить только самое лучшее, что у нас производится.
С этими словами служанка раскрыла бархатный футляр, и девушка задохнулась от восхищения. На мягкой подушечке лежал жемчужный гарнитур — серьги и широкое ожерелье.
— Э-э-э, — запнулась Адри, — откуда такое сокровище?
— Это первый подарок, который приготовил для своей супруги принц Дайхар перед отлётом.
Супруги… Но ведь его женой должна была стать совсем другая. рука потянулась, чтобы отодвинуть драгоценности.
— Хорош капризничать, — к зеркалу вползла змеиная голова. — Или ты считаешь, что дайх в невестах запутался? Не запутался, дорогая моя, иначе бы брачный браслет на твоей руке не застегнулся. Артефакты лучше разбираются, кто и на каком месте должен быть.
Служанки честно сделали вид, что не поняли жеста госпожи, вдели серьги и застегнули ожерелье, раcправив жемчужные нитки.
— тхар! — взвизгнули от двери.
Потом по комнате пронёсся невысокий шустрый вихрик и отчаянно начал душить не то шею, не то уже туловище Тхарага. Змей демонстративно вывалил на сторону язык и, хрипя, закатил глаза.
— Гарлинка, ты что? — Адриана подскочила со своего места. — Не трогай его… задушишь…
— Кого задушишь? — ящерка и змей одновременно повернулись к ней, удивлённо хлопая ресницами. — Чтоб этого питона задушить, понадобится сила многих воинов. да и то сомневаюсь, что достигнут успеха. Он же вёрткий и скользкий, и магией владеет.
Гарлинка неохотно выпустила из цепких ручек Тхарага и с интересом посмотрела, как он суматошно забивается под кровать.
— Сбежал, — печально заметила она, недолго думая плюхнулась на живот и полезла за ним.
Снизу донёсся очередной вопль, потом визг, потом снова вопль:
— Адри, спасай, убивают!
От двери, ведущей на террасу, послышались сдержанные смешки. Потом служанки одновременно поклонились и отдёрнули шторы. Яркий солнечный свет залил комнату, играя в витражных стёклах окон.
Адриана ахнула, с восхищением оглядывая великолепие предоставленной ей комнаты. ей неплохо удалось выспаться, никто не мешал, а побудку в виде змеиного хвоста можно было не принимать в расчёт. Возня под кроватью продолжалась, иногда оттуда появлялась нога в расшитой золотом туфельке, иногда кончик хвоста.
Наконец, из-под постели выполз Тхараг, нарочито злобно пыхтя и волоча за собой спелёнутую парой колец оборотницу.
— Ах, так! — взвизгнула Гарлинка.
Лёгкий щелчок расслышали все, потом одёжка шелковым беспорядком осела на ковёр, а маленькая вёрткая ящерица легко выскочила из захвата. Пометавшись перед треугольной змеиной мордой, она показала замершему Тхарагу язык и вторым щелчком обернулась снова в человеческую форму. Голую…
— Красота! — улыбнулся Тхар во всю пасть. — Надо запомнить этот способ ускоренного раздевания девушек.
— Можно подумать, что ты понятия не имеешь, как они выглядят, — Гарлинкa неторопливо подобрала свой наряд и начала облачаться, не обращая на присутствующих никакого внимания. — Возраст-то уже того, ого-го.
Адриана снова покраснела от чужого бесстыдства. целых семнадцать лет ей вдалбливали, что обнажаться неприлично, нельзя показывать ноги выше щиколоток из-под платья, следует всегда носить корсет, даже перед родителями надевать на ночную рубашку халат, а к мужу в постель являться в ночном одеянии до пят и застёгнутой до подбородка. А тут, на тебе! Спокойненько выскочила из одежды, спокойно одевается… Хотя, Тхараг — это не мужчина. Или…
— Пирожки где? — змей развернулся в сторону террасы и неторопливо заскользил в сторону накрытого к завтраку стола.
— Всё готово, — защебетали разом служанки.
Завтрак предполагался обильный, иначе к чему следовало ставить столько блюд. Адри устроилась на том же месте, что и вчера и с удовольствием оглядела тарелки.
Крошечные пирожки с золотистой корочкой, кусочки мяса, рыбные рулетики. И сладости, сложенные в высокую вазу.
для Тхарага набросали на ковёр подушек и подали ему отдельную тарелку с таким же золотисто-зелёным рисунком, как и его шкура.
— А тебе идёт этот наряд, — деловито заметила ящерка, оглядев новую родственницу. — Осталось только покрывало прицепить.
— Он удобный, нигде не давит, не жмёт, — восхитилась Адриана. — Вот только я здешних правил не знаю — куда можно ходить, куда нельзя. да и как вообще здесь положено себя вести?
— так сейчас Ранивера Сарена придёт и всё тебе объяснит, — небрежно отмахнулась ящерка. — Это смотрительница женской части дворца, она отвечает за порядок и работу слуг.
Наевшись, принцесса откинулась на спинку дивана. Сейчас при солнечном cвете стало видно, насколько роскошны эти покои. Стены снаружи были отделаны расписной глазурованной плиткой, множество ажурных кованых и деревянных решёток украшали ограждения. А сколько цветов? Перед террасой расстилался огромный сад. И везде небольшие аккуратные фонарики в резных плафонах.
— Красотища! — открыто восхищаясь, протянула Адри. — И всё такое яркое.
— так мы в южной части материка, за горами. Холод сюда не проникает и всегда тепло, цветут цветы, да и море рядом, — Гарлинка растянулась на втором диване, подтянув к себе груду подушек.
Повинуяcь лёгкому жесту, служанки начали убирать со стола, и скоро на нём осталось только большое блюдо с незнакомыми фруктами и прозрачный кувшин с рубиновым напитком.
— Никак не могу привыкнуть, что столь драгоценная «рубиновая слеза» у вас появляется просто так, без праздника, — сконфуженно пробормотала Адриана, любуясь алыми бликами, падающими на мозаичную столешницу.
— Привыкнешь, — ящерка махнула рукой. — да где же Ранивера-то ходит? Или сплетнями балуется?
С другой стороны террасы, по лестнице поднималась невысокая худенькая женщина, в тёмном одеянии, украшенном широкой серебристой каймой, вышитой замысловатым узором
— ранья Адриана, — она поклонилась Адри и только потом повернулась в сторону яшерки. — ранья Гарлинера. Меня зовут Сарена, я управляю этой частью дворца. Желаете ли вы что-нибудь узнать о наших обычаях и традициях? Наши правила очень жёсткие и любая женщина обязана знать их назубок с рождения.
Адриана, было, начала подниматься с дивана, но змеиный хвост тут же надавил ей на колени, принуждая остаться в том же положении. Пришлось просто кивнуть.
— Простите, ран Тхар, я не заметила вас, — управляющая склонилась чуть ниже.
— Конечно, я такой крошечный, что невидим простому глазу, — съязвил Тхараг и обиженно заскользил к решётке, ограждавшей террасы. Обвив её, он просто перевесился вниз и скоро скрылся в густых зарослях цветущих кустарников, нечленораздельно шипя что-то ругательное.
— Я поклонилась первой вам, ранья Адриана, потому как вы стоите по статусу выше, чем принцесса Гарлинера. Вы являетесь законной супругой престолонаследника, а она во втором круге родства, пусть и из правящей династии. Вам следует приветствовать поклоном только двоих — повелителя Рамсерда и принца Дайхара. Небольшой поклон, никакого раболепства и подобострастия. Всем прочим можете просто кивнуть.
— А почему вы поклонились Тхарагу более низко, чем мне? — Адри вообще заинтересовал тот факт, что со змеем раскланиваются. — Змеи здесь пользуются особым уважением?
— А-а-а, э-э-э… — Сарена замялась, крутясь из стороны в сторону и ища поддержки у Гарлинки. та помрачнела и отвернулась. — Простите, ранья, но об этом вам может поведать только он сам, если захочет. Ну, или дэй Рамсерд, или принц Дайхар. У меня нет полномочий раскрывать чужую тайну.
— Жа-а-аль, — протянула принцесса. — тогда будьте любезны объяснить, что мне можно делать, а чего нельзя, куда нельзя ходить? Как здесь вообще у вас принято?
Ранивера выдохнула, возвела глаза к потолку, будто жалуясь на нелёгкую долю учительницы при неграмотной подопечной. Впрочем, в руки она себя взяла очень быстро и снова присела, наклонив голову.
— Нежелательно посещать мужскую часть дворца, супруг будет навещать вас здесь или приглашать на ночь в свою спальню. Вам предоставлено восемь комнат и значительная часть сада. При рождении детей на каждого наследника или наследницу добавляется еще по две комнаты, но только до определённого возраста. Подростки мужского пола затем переходят на другую часть дворца, а дочери всегда остаются с матерью, рядом с её покоями. Вы можете свободно ходить в мастерские, на кухню, ездить к загонам, если вам предоставят верхового ящера. Основные вопросы или пожелания адресуйте мне, я постараюсь выполнить их максимально точно.
— Как я поняла, совместных обедов-ужинов здесь не предусматривается правилами? — Адри слегка нахмурилась. С одной стороны, да, так было намного проще привыкнуть к новому месту, с другой… Собственно говоря, она и дома-то завтракала в своей комнате, и вся семья собиралась за столом только по каким-то особым случаям.
— Почему не предусматривается? — Ранивера слегка пожала плечами. — Вас могут пригласить на обед к повелителю, или его высочество пожелает увидеть вас в своих покоях. Но вот самостоятельно туда приходить не стоит. Ах, да, простите, вам еще можно входить в дворцовую библиотеку и к художникам. если пожелаете заняться рукоделием, то объясните, что вам нужно и это тотчас доставят.
Адриана задумчиво побарабанила пальцами по вышитой подушке. Правила почти ничем не отличались, в родительском доме тоже не рекомендовалось появляться в отцовском кабинете, в охотничьих залах, оружейной… И всё равно тоскливо, дома рядом была сестра, а здесь… здесь даже подругу страшно заводить. Гарлинка не из этой семьи, пусть родственница, но всё же гостит, а не живёт здесь постоянно.
— Чего задумалась? — ящерка растянулась на своём диване во весь рост. — Одна уж точно не останешься, не думаю, что Тхар опять куда-нибудь исчезнет.
Тхараг! точно! О нём-то она и позабыла. А ведь это и отличный собеседник, и компанию может составить. А заодно, если получится, то можно будет у него вызнать, почему с ним так уважительно раскланивается прислуга. Может он какой-нибудь хранитель или советник?
— И не забудь, что ты принцесса, истинная возлюбленная наследника, тебе незачем спрашивать разрешения, если захочешь куда-то пойти. Никто, кроме супруга или дэя Рамсерда не может сделать замечание. А будут нахальничать, так хвостом их…
— да, да, всенепременно, — хихикнула Адри. — Как только отращу, так буду использовать.
Ранивера Сарена посчитала, что её долг по отношению к новой принцессе исчерпан и тихонько удалилась, справедливо посчитав, что Гарлинка лучше справится и с показом покоев, и сада.
— Вот нахалка, — восхитилась ящерка. — Ничего не показала, нигде не проводила и скорей бежать. И еще губы кривит, надеется, что никто не заметит. Ах, да, чуть не забыла — у вас с Дайхаром сейчас идёт второй этап, поэтому он будет весьма молчалив. Не думай, что это его пренебрежение к тебе, так положено. И будь любезна принимать все его подарки, сколь дорогими бы они тебе не казались. В наших семьях мужчина обязан показать, насколько он состоятелен, так что готовься примерять украшения и новую одежду. Лисси, — она чуть повысила голос.
Из-за двери тотчас появилась служанка.
— Лисси, а где портниха? Где ткани? Принцессе необходим новый гардероб.
— Не стоит, — сконфуженно пробормотала Адриана. — Вполне достаточно пары платьев.
— Как это не стоит? — Гарли даже подскочила на диване. — ты — принцесса, а не абы кто, должна соответствовать. Солнце здесь жаркое, одежду меняем ежедневно, а то и три раза на дню.
Адри закатила глаза, припомнив, сколько раз в неё втыкали булавки при примерках нарядов. если здесь начнётся такая же пытка?..
— Портниха появится после обеда вместе с ткачами, они принесут образцы, чтобы ранья смогла выбрать, — Лисси метнула смешливый взгляд в сторону жены принца. — Пришло сообщение, дэй Рамсерд и его высочество прибудут к ужину.
— Вот видишь, — ящерка наставительно подняла вверх палец. — Они только еще прибудут. А мы уже здесь и вовсю отдыхаем. Кстати, пока идёт второй этап, твой муж не будет приходить к тебе в постель.
Адриана мучительно покраснела. По-честности, она боялась такой встречи. если раньше ей представлялось всё происходящим во сне, то теперь супружеский долг станет настоящим.
Знакомиться с собственными покоями пpишлось в одиночестве, Гарлинка куда-то убежала. Адри изо всех сил стараясь сохранять достоинство и скрыть неуёмное любопытство, сквозившее в каждом повороте головы, отправилась исследовать свои комнаты.
Высокие потолки, расписанные замысловатыми узорами, стены, обтянутые шёлковой тканью, ковры, изящная мебель с тонкой резьбой. Где-то из коридора слышались шаги и шёпот любопытствующих служанок. Всё как в лучших домах светских особ…
терраса Адриане всё же нравилась больше всего. Здесь и тени было достаточно, и лёгкий ветерок освежал, да и разных кушеток или диванов для отдыха хватало.
Подойдя к перилам, девушка несмело заглянула в сад. буйное разноцветье красок и форм самых разных растений просто ошеломило её на несколько секунд.
— Какая красотища! — пробормотала Адри, во все глаза разглядывая шпалеры, клумбы, навесы и беседки, увитые цветущими лианами.
— Любуешься, — ядовитое шипенье донеслось сзади, — не про тебя эта роскошь. Скоро Дайхар вышвырнет тебя из дворца, пойдёшь коз доить, самой грязной работой заниматься.
— Отчего же так? — княжна изо всех сил пыталась сдержаться, даже повернулась медленно, чтобы не демонстрировать свою растерянность.
— А потому что принц — мой возлюбленный, — вчерашняя служанка, слегка покачивая бёдрами, отодвинулась от двери.
Удар был, что называется, ниже пояса, и Рамила надеялась, что человеческая девка отреагирует так, как ей и положено, то есть отвернётся от собственного супруга, начнёт семейную жизнь со скандалов. В общем, сделает всё, чтобы Дайхар вернулся в постель своей бывшей любовницы.
Адриана глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Поддаваться эмоциям из-за мелкой провокации не стоило.
— если ты когда-то грела постель, это не значит, что его высочество взял бы тебя в жёны, — девушке хватило силы выпрямиться и усмехнуться. — Грелки используются и выкидываются, за ненадобностью.
— Мелкая дрянь, — Рамила зашипела не хуже змеи, начав покрываться чешуёй. — Кому нужно в постели такое неподвижное бревно, как ты. Меня ценил даже старший принц, призывая к себе если бы не…
Она больше не успела ничего сказать — из-за спины Адри метнулось вперёд мощное змеиное туловище. Один удар плоской головой и служанка отлетела к дальней стене, а яростно распяливший пасть Тхараг всем своим весом обрушился на её тело.
Рамила не могла даже закричать, дрожащими пальцами пытаясь отодрать с горла душащие кольца.
— Отпусти её, Тхар.
Знакомый голос заставил Адриану обернуться. В дверях неподвижно застыл принц Дайхар.
— Уничтош-ш-шу, — прошипел змей, продолжая сжимать тело глупой ящеры.
— тхар, оставь, я сошлю её в Кехт, — Дайхар бросился вперёд. Отчётливо понимая, что хранитель сейчас вне себя от гнева и плохо контролирует свои действия, он пытался размотать мощное змеиное тело.
Полыхнуло синим пламенем, и принц отлетел в сторону, крепко приложившись головой о стену. Но и кольца слабели, постепенно выпуская жертву из своего захвата.
И тогда вперёд кинулась Адри. Подхватив змеиную голову, она трясущейся от ужаса ладонью гладила его по чешуе:
— брось эту гадость, она того не стоит… Пожалуйста… ради меня…
Шипение прозвучало уж очень нецензурно, но неразборчиво. Змей послушно размотался, выдернулся из рук девушки и медленно пополз по коридору.
— Дайхар!
Сердце рвалось, хотелось последовать и за Тхарагом, который бросился её защищать, и собственный муж требовал внимания.
— Как ты?
Адриана опустилась на колени возле супруга.
— Жить буду, — криво усмехнулся мужчина, потирая затылок. — Силён же как, а? Сколько времени прошло, а сила всё еще в нём. Как жаль, что так получилось.
— Встать сможешь?
— Куда я денусь, — Дайхар поднялся, обнимая жену за талию.
Рамила хрипло дышала, потирая шею, и ненавидящими глазами следила за человеческой девчонкой. Не может быть! даже Тхараг встал на её защиту!
Из-за дверей показались стражи.
— Вы куда смотрели? — напустилась на них подоспевшая Гарлинка. — Или уши воском залепили? А если бы эта тварь укусила ранью?
— Ссылка в Кехт, бессрочно, — приказал Дайхар. — И не надейcя, что тебе удастся там увильнуть от работы.
безмолвные стражи подхватили ящеру под руки и вытащили с женской половины. двери закрылись. бесшумно.
— А что такое Кехт? — Адpи прислонилась к боку супруга и прикрыла от удовольствия глаза. рядом… её… собственный.
— Кехт — это высокогорные чайные плантации, — пояснил принц. — Она не успела тебе навредить?
— Нет, — вспомнив о правиле, что муж не может к ней прикасаться ещё какое-то время, Адриана попробовала отстраниться, но ничего не вышло. держали её крепко и отпускать, по всей видимости, не собирались.
Пока Гарлинка отчитывала прочих подоспевших служанок, едва ли не капая ядом и постукивая вновь появившимся хвостом, Дайхар подхватил супругу на руки и понёс в ближайшую гостиную, отделённую шторами от коридора.
— А правила не нарушаются? — лукаво напомнила девушка.
— так я к тебе не в постель раньше времени пришёл, — улыбнулся ящер. — А общаться с собственной женой мне никто запретить не может, да и в обычаях ничего такого нет. Время молчания завершилось.
Как-то страх, что она не сможет больше смотреть ему в глаза, сошёл на нет, и Адри о нём забыла сразу, когда её обняли. Обняли по — хозяйски, давая понять, кому теперь принадлежит.
— А что скажут слуги? — шёпотом спросила Адриана у мужа.
— Обсуждать семейные отношения у нас не принято. то, что произошло — исключение, а не правило, к тому же остальным послужит хорошим уроком. Прости, милая, я не предполагал, что может получиться скандал…
— Не скажу, что не ожидала чего-то подобного, — со вздохом призналась бывшая княжна. — Чужаков не особо любят, а уж в таком щекотливой ситуации и тем более. К тому же, полагаю, у Рамилы были основания надеяться…
— Не было оснований, — посерьёзнел Дайхар. — только несбыточные мечты и ни на чём не основанные надежды.
Впрочем, он тут же припомнил пару щекотливых моментов, когда наутро обнаруживал в своей постели наглую ящерицу. точно знал, что не приглашал, не давал ни малейшего повода надеяться на постоянные отношения. Короткий магический импульс всегда показывал, что между ними ничего не было, но сейчас казалось, что хитрая оборотница действовала по какому-то плану.
— У вас странные обычаи, — Адри немного отодвинулась. — Сватовство начинается с…
И она замялась, отчаянно краснея от смущения.
— думаю, Гарлинка тебе уже объяснила часть наших обычаев, иначе бы ты не рискнула сама сделать первый шаг, которого я от тебя ждал.
Принц поднёс пальцы жены к губам.
— Объяснила, но это так непривычно, — девушка, словно невзначай, огляделась. Служанки и впрямь разбежались по своим делам, не рискуя попадаться на глаза. — А где змей? И что означает «Тхараг»?
Настала пора отводить взгляд Дайхару. Он немного помялся и нехотя ответил:
— Тхараг — это хранитель сущности, некое магическое существо, получившееся при слиянии. Спроси у него самого.
«Спроси у него самого». Спрашивала еще около озера, и получила такой же туманный ответ, здесь явно что-то все скрывали. И дело было вовсе не в страхе, скорее, боялись обидеть змея. Чем? Причём тут ехидное чешуйчатое создание, которое позволяло себе довольно много, но всё же придерживалось каких-то незнакомых рамок?
По коридору, скрывающемуся за колоннадой и колышущимися шторами, тихо скользнула женщина. Мельком глянула в сторону обнимающейся парочки… И именно в этот момент Адриане захотелось повернуться, и она неприятно удивилась ненависти, проскользнувшей в глазах служанки.
— Извини, — рядом на диван плюхнулась ящерка. — В любом дворце найдётся мечтательница, которая возомнит себя единственной.
— У людей так же, — криво улыбнулась Адри, нехотя сползая с колен собственного мужа. — Ничего нового или удивительного, право, не стоит извиняться.
разговор не складывался, Дайхар, было, попытался намекнуть двоюродной сестрёнке, что её присутствие не настолько уж и необходимо, но ящерка упорно не желала ничего понимать. Наконец его терпение лопнуло, и принц поднялся со своего места несколько резче.
— Не злись, — махнула рукой в его сторону Гарлинка. — твоя жена и так себя неуютно чувствует, а тут ты ещё со своими приставаниями. А за шторами слуги мечутся, выставив уши, будто лопухи, и пытаясь уловить хоть малейший намёк или звук.
— Я не приставал, — возмутился оборотень. — Всего лишь хотел успокоить.
Он коротко кивнул Адриане и, чего-то недовольно бормоча, скрылся в дворцовом переходе.
— Хочешь поговорить и разрешить свои сомнения, так не тяни — после ужина пригласи его в свою комнату, — вдруг выдала ящерка, с удовольствием рассматривая смутившуюся родственницу.
— А обычаи?
По-честности, обычаи уж не настолько волновали принцессу, куда больше занимал вопрос — как объяснить Дайхару, что она соскучилась, но сделать шаг первой стыдно.
— Ну, две недели туда-сюда… — Гарлинка подняла глаза к потолку, старательно изучая искусную роспись. — Самым главным во всех этих старых традициях было одно — каждый отвечает за свой выбор самостоятельно, но мужчина предоставляет возможность женщине сделать его первой. Поэтому можешь просто позвать супруга к себе в спальню. При условии, что ты другой расы, это приглашение будет воспринято так как нужно. Я правильно поняла твои тоскливые глаза и странные вопросы?
И она хитро прищурилась в сторону Адрианы. девушка сначала смущённо заалелась, опуская глаза, но потом кивнула и рассмеялась, чувствуя, как отпускает напряжение.
…Прошло два месяца
Дайхар ласково провёл пальцами по разметавшимся волосам жены. Она была настолько смущённой, доверчивой и искренней одновременно. две последних черты характера ящер особенно ценил, сравнивая с доступными оборотницами, которые готовы были передраться из-за места в его постели. Хотя, чего удивляться? разве так уж это отличается от обычаев человеческих королевств? Отличалось одним — если до брака мужчина мог менять любовниц как перчатки, то после заключения союза хранил верность своей избраннице.
Адри улыбнулась сквозь сон, прижимаясь к нему плотнее, и принц обнял супругу крепче.
если с женой отношения складывались как нельзя лучше, то с Тхарагом дело обстояло сложнее. Змей прятался, упрямо уползал, когда его находили, отворачивался, не желая объясняться. даже не навещал Адриану, а это удивляло больше всего.
Гарлинка уехала вскоре после возвращения во дворец. Навестила родню, пора и честь знать. Помогла, чем могла — и умница!
Человеческая принцесса продолжала воевать со служанками. Упорно изо дня в день, отстаивая свои позиции. В эти дела Дайхар не вмешивался, проcто приглядывал и был уверен, что следит не он один. Отдать приказ было легко, но от шепотков и косых взглядов в сторону новой принцессы это бы не спасло.
Он поднялся с постели, подошёл к окну, оглядывая сад. Сегодняшняя ночь, наполненная ласками, проходила в покоях жены. Вдали мелькнула знакомая чешуйчатая расцветка и оборотень поморщился. Вот рядом же змеюка, но разговаривать не хочет. Что-то словно сломалось в нём после того случая с идиоткой-ящерицей, именуемой Рамилой. Всем было ясно, Тхараг вступилcя за новую принцессу, взбесившись из-за неуважительного отношения и неприкрытого хамства. Никогда ничего себе подобного в прошлом не позволял… Или просто не случалось ничего подобного?
— ты сегодня бледная? Не выспалась? — Дайхар вернулся к постели и наклонился, чтобы поцеловать супругу.
— Немного кружится голова, но это пройдёт, — с трудом улыбнулась Адри. — Уже неделю так каждое утро, но после завтрака чувствую себя просто чудесно.
— Может позвать лекарку? — принц насторожился.
В голове мелькнуло предположение причины такого нездоровья, но он предпочёл бы услышать вердикт сведущей в этом деле старой ящеры.
— Всё пока не настолько страшно, чтобы обращаться за помощью, — девушка потянулась и снова опустилась на подушки. — Скажи служанкам, пусть принесут чаю. Позавтракаешь со мной?
— Нет, милая, — усмехнулся оборотень, прокручивая в голове, как преподнести возможную новость повелителю. — Прости, дела… Государство, торговля.
Он остановился в дверях, на мгновение нахмурился и прищёлкнул пальцами. Стоило сделать супруге еще пару подарков, а то у неё слишком мало украшений.
— досточтимая ранья, — в комнату скользнула прислужница, — доброго утра! Сегодня не так жарко и, если появится желание, то можно погулять в саду. Ваш чай, завтрак подадут через полчаса. тёплая вода для умывания уже готова.
Она слегка запнулась, разглядывая бледное лицо госпожи, потом тихонько усмехнулась — похоже появилась новая тема для пересудов. Сначала оборотницы напропалую утверждали, что неловкая и негибкая человеческая женщина быстро надоест его высочеству, потом разговоры потихоньку сошли на нет тем более, что основной подогревательницы сплетен не было и в помине. Рамсерд не откликнулся на моления семьи Рамилы и не вернул её с чайных плантаций, расположенных высоко в горах. Просто сдвинул брови и молча указал на дверь, поддержав решение сына.
— Что-нибудь лёгкое на завтрак, — Адриана сползла с огромной постели, накинула халат и, шлёпая босыми ногами, пошла в ванну.
За короткое время, которое она провела в здешнем дворце, успелa привыкнуть и к постоянной тёплой погоде, и к более свободной одежде единственно, что продолжало смущать, так это безучастное отношение к обнажению — тело было всего лишь телом, не представляющее ни для кого секрета, и колоссальное количество украшений, которыми ежедневно украшали её голову, шею и руки. Ожерелья, серьги и диадемы были обязательны, к вечернему наряду добавлялись браслеты и пояс.
Поначалу было скучно — чем заняться молодой девушке, когда слуги и так знают свои обязанности? Читать, увы, в библиотеке находились только книги по истории Хирмиранского царства и обычаям здешних земель, но всё это было тщательно проштудировано в первый же месяц. даже очень тщательно, поскольку Ранивера всё больше начинала напоминать Маису своими нравоучениями.
Пожаловаться на неё мужу — это равносильно тому, что признать себя слабой, не умеющей справляться со слугами. После обид, которые пришлось буквально проглатывать, Адри нашла выгодный способ противодействия ящере и каждый раз интересовалась — каким документом регламентируется очередное замечание и когда повелитель успел возвести его в ранг закона. Помогло, смотрительница женской части дворца пыхтела, возводила глаза к расписному потолку, но потом угрюмо замолчала, хотя мстила по-своему, не подпуская принцессу к управлению.
С вышивкой не складывалось, непривычные к такой тонкой работе пальцы только портили узор, с танцами тоже. Гибкие ящерки танцевали куда изящнее, чувствуя ритм телом.
Помог Тхараг, который снова начал появляться, хотя значительно реже, да и не язвил как раньше. Предложил заняться рисованием узоров для вышивки, используя цветочные мотивы, которые можно было подглядеть в саду. Прошло не так много времени, и Адриана вошла во вкус, рассматривая цветы и листья, переплетения тонких лоз и стеблей и перенося их на бумагу.
— ты хорошееш-ш-шь с каждым днём…
Непривычно тоскливые нотки в комплименте отчего-то резанули по сердцу и принцесса повернулась, ловя взгляд змея. тот неторопливо скользил по узорчатым мозаичным полам и направлялся к столу.
— Скорее, привыкаю и успокаиваюсь, — улыбнулась Адри. — Дайхар — чудесный супруг, внимательный и щедрый, чего еще желать женщине.
— Не з-снаю, — Тхараг наконец выбрал себе место и начал укладываться кольцами, — никогда не был женщиной. Как твои ус-зоры? Что-то новое?
Он проследил за выставляемым на столик блюдом, как-то по — человечески принюхался и только после этого аккуратно цапнул пирожок, который специально положили перед ним на золочёную тарелку.
— В старой части сада великолепные мелкие лилии, — охотно поделилась принцесса, накладывая себе на тарелку жареных перепелов. Последнее время она их обожала и могла есть по три раза на день. — Чудесные завивающиеся лепестки, вот сейчас занимаюсь с узором по их мотивам.
— Отлично, — безразлично произнёс змей, словно вся эта застольная беседа являлась для него лишь проявлением приличий и этикета. Поднял голову и округлил глаза, уставясь на живот Адрианы. — Служанки трепютс-ся, что ты по утрам бледненькая. Я тут подумал и решил отправить за одной мудрой женщиной. Она очень стара, чешуйчата и ужасна лицом и нравом, но в уме и силе ей не откажешь.
— да вроде прислуги хватает, — слегка порозовела Адри, испугавшись, что хранитель послал за повитухой.
— Она — не прислуга, она — бывшая нянька наследников повелителя Хирмирана.
Он обмолвился, но девушка по утрам страдала некоторой рассеянностью из-за своего состояния и не обратила внимания на фразу.
— так нянчить-то еще некого, — щёки стали краснее.
— Ну ей виднее, да и за тобой приглядит понадёжнее, если что…
Змей оставил своё место и скользнул к невестке. Слегка прикрыл глаза и аккуратно прижался щекой к животу.
— Ну? — Адриана ласково провела ладонью по шее. Или туловищу, не имеет значения. И никак не ожидала услышать сдавленный тоcкливый вздох. — ты чего? рано ещё о детях говорить…
— Отчего же рано? — удивился Тхараг, продолжая прижиматься к животу. — Я вполне взрослый мальчик и прекрасно понимаю, что случается после бурных неистовых ночей. ты кого хочешь — мальчика или девочку?
— Что-то унюхал? — с подозрением переспросила принцесса. Вот не верилось, что с первого прикосновения змеюка может почувствовать пару новых забивших сердец.
— так ты не ответила, — упрямо гнул свою линию Тхар, не поднимая век.
— Всех хочу, — призналась Адри. — И мальчиков, и девочек.
— будут тебе и те, и другие, — змей потёрся о платье и пополз на своё место. — Одного прошу — не ешь и не пей ничего без моей проверки. Мало ли, вдруг малышам не понравится?
Хитрил, лгал и изворачивался, придумывая всяческие нелепые отговорки. боялся до дрожи и старался это скрыть, поскольку знал, как могут действовать некоторые яды на беременных женщин. И не только на них.
— разве кто-то во дворце желает навредить наследникам Дайхара? — удивилась Адриана, но на всякий случай отодвинула свою тарелку. — Рамилы нет, остальные пусть и не обожают меня, но, по крайней мере, не показывают открыто своей ненависти.
— Пожалуйста, сделай по-моему, — попросил Тхараг, отворачиваясь к окну.
В любом дворце слухи распространяются с сумасшедшей скоростью, и буквально через час Рамсерд с хитринкой поглядывал в сторону сына.
— Что? — принц отложил бумаги, которые изучал со всей тщательностью. торговые договора требовали внимательного отношения.
— Имя уже придумал? — прищурилcя старый ящер. — Или передашь право наречения супруге?
— рано об этом говорить, — Дайхар откинулся в кресле, отодвигая документы.
Он надеялся, что союз окажется плодотворным, мечтал о детях, о том, как возьмёт на руки сына. Но что-то тревожило, что-то из прошлого и он никак не мог понять, почему вдруг стал бояться за жену. Как только Адриана призналась, что не очень хорошо себя чувствует по утрам, в сердце проснулся страх.
Рамсерд молча поизучал нахмурившееся лицо сына, складку, появившуюся между бровей, и тяжело вздохнул. ему довелось потерять супругу, беременную второй раз. И сама не выжила, и дети не родились, и временами винил себя, что не доглядел, не обеспечил надлежащей охраны, тем более, что виновника так и не удалось найти.
— Я отправил весть к ташуке, — в кабинет медленно вполз Тхараг.
— Зачем здесь эта старая змея? — поморщился повелитель Хирмирана. — Она невозможно стара, еле-еле ходит, страшна как ночной кошмар. даже чешуя с лица уже не убирается. если только использовать как пугало…
— Ходит плохо, зато ползает быстро, — парировал змей, скидывая с дивана подушки на пол и устраиваясь на них. — Чешуя у чёрных рашмаров — признак чистокровности и возраста, помноженного на колоссальный опыт, а еще магии, плещущейся в крови.
Рамсерд хотел было прицыкнуть нa вездесущего хранителя, всегда самостоятельно принимающего решения, но не успел.
— А еще она прекрасная нянька и отличная телохранительница, — выдал Тхар, разглядывая хмурого принца. — Свидетельствую это лично.
По-честности, старый ящер не терпел рашмару за колкий язык и прямолинейные высказывания, которыми она раньше его выводила из себя, сама оставаясь невозмутимо-ехидной. Насчёт няньки и сам знал, благо ташука нянчила и воспитывала его сыновей до момента вхождения в возраст оружия. И не был уверен, кто лучше обучил обманным финтам с кинжалами и саблями — воины или немыслимо быстрая змея.
А еще она благоволила его первенцу, занимаясь с ним незнакомыми магическими искусствами, которые не практиковались в землях ящеров.
— Она напугает Адри, — решительно возразил Дайхар. — достаточно увидеть в неясном свете это жуткое чёрное лицо с приплюснутым носом и чешуёй, так потом всю жизнь будешь вздрагивать и кричать во сне. Не хочу, чтобы мой ребёнок родился заикой.
— Ничего ты не понимаешь, — Тхараг с досадой постучал кончиком хвоста по подушке, — да, она некрасива, но я её любил не меньше, чем своих родителей. Пусть, временами сурова и неуживчива, но надёжнее никого не знаю.
— Я против, — принц глянул в сторону отца, ища его поддержки.
— Плевать на твоё «против», — змей сердито зашипел, намереваясь оставить неприветливый кабинет.
— Я — наследник…
— А на это тем более плевать, — донеслось от дверей. — Я просто сообщил вам о своём решении.
— Как я представлю няньку Адриане? — Дайхар прихлопнул ладонью по столу. — Моя жена — человек. Пусть она спокойно отнеслась к Тхарагу, не особо испугалась верховых ящеров, сумела поставить на место кучу чешуйчатых служанок. Но ташука — это перебор.
— Он боится за неё, — с неожиданной тоской в голосе произнёс рaмсерд. — если бы мог, то сам дневал и ночевал в её покоях, глаз не спускал. боится за неё больше, чем просто за невестку. Иногда мне кажется, что будь Тхар с человеческим обликом, он вызвал бы тебя на поединок за Адри.
И еще неизвестно кто бы победил? Этого повелитель Хирмирана добавлять не стал, но до сих пор помнил невозможную ловкость и силу старшего сына, который отдал часть себя, чтобы уберечь караван от катящегося на него каменного обвала.
Слухи о беременности быстро облетели дворец, а уж когда этот факт подтвердила повитуха, так в покои Адрианы устремились слуги с поздравлениями и подарками.
К вечеру она устала улыбаться и благодарить, с тоской надеясь, что всё скоро закончится.
А вот наряд для визита в покои свёкра выбирала с особой тщательностью, впервые решила надеть платье, расшитое серебристой нитью по своим рисункам.
— ранья, украшения надевать не стоит, — улыбнулась прислужница, закрепляя покрывало шпильками. — Скорее всего, повелитель приготовил что-то особое лично для вас.
— да у меня и так целая шкатулка, — удивилась Адри, но послушалась. Эта служанка относилась к ней без ненависти или зависти, просто выполняя свои обязанности.
— драгоценностей мало не бывает, а шкатулку вам еще сделают, его высочество ран Дайхар уже заказал у здешних мастеров.
По поводу рождения будущего внука или внучки Рамсерд решил устроить ужин в своих покоях и пригласил сына с невесткой, чтобы лично вручить свой подарок — роскошный гарнитур из золота с изумрудами и жёлтыми топазами.
Адри с удивлением отметила ломящийся от всяческих вкусностей стол, дорогую фарфоровую посуду и суетящихся служанок, вносящих последние блюда. И обычную неприветливую хмурость раниверы, руководящей подготовкой. Сарена со смирением терпела супруга принца, не более, но старалась не показывать ни своего недовольства, ни презрения к девушке человеческой расы. Лишь иногда всё же эти эмоции выходили из-под контроля, проскальзывая в выражении лица или взгляде.
— Право, не стоило так беспокоиться, — принцесса легко поклонилась повелителю Хирмирана.
— да какое беспокойство, дочка, — отмахнулся старый ящер. — рождение детей всегда радость в наших домах. Присаживайся, угощайся.
В памяти неожиданно всплыло предостережение Тхарага, чтобы ничего не смела пробовать без его разрешения.
Но Рамсерд так старался порадовать, а Дайхар, словно чувствуя её неуверенность, предложил есть с одной тарелки и пить из одного кубка. От этой заботы на глаза навернулись слёзы, ведь она не ожидала, что станет родной в семье оборотней.
— Здесь самые лучшие блюда, вина не предлагаю, а вот твой любимый чай сейчас принесут.
Ранивера около дверей руководила служанками, проверяя каждую тарелку, подаваемую на стол. Отошла лишь на минуту к чайному столу, чтобы налить чашку «рубиновой слезы» для принцессы.
— Мой подарок, — Рамсерд открыл футляр, богато украшенный голубым перламутром. — Красивой женщине — творения самых искусных мастеров.
На алом бархате лежало ожерелье с изумрудами и золотистыми топазами и такие же серьги.
— Они потрясающие, — удивлённо пробормотала Адри. На её памяти в родительской семье никогда не было настолько роскошных украшений. — Но ведь я еще не родила?
— Когда родишь — получишь следующий комплект, — «утешил» ящер. — драгоценностей много не бывает.
Дайхар помог застегнуть замочек, бережно вдел в уши серьги и залюбовался супругой. Всё-таки события сложились изумительно, подарив ему спокойную любящую жену. На такую удачу он и не рассчитывал в то время, когда впервые услышал о решении отца, а уж тем более, когда узнал от Тхарага — насколько различаются сёстры по характеру.
— Как ты себя чувствуешь? если что-то будет не так, сразу говори, — предупредил Рамсерд. — Не тяни, терпеть не стоит, здесь хватает хороших травниц, которые могут облегчить твоё состояние.
— да вроде всё не так плохо, — смутилась Адриана. — дальше будет лучше, я чувствую.
Она проследила, как муж берёт с блюда золотистый кусочек цыплёнка и потянулась тоже за угощением. Под вечер аппетит становился просто зверский, ладно хоть здешние повара старались на славу.
дурнота подкатила внезапно, мешая дышать. Перед глазами заплясали тёмные мушки. Сквозь усиливающийся гул в ушах, Адри расслышала только предостерегающий возглас Дайхара и знакомое рассерженное шипение. Потом сознание померкло.
Она просто сползла по дивану, даже не пытаясь удержаться, раскинувшись на ковре.
— Лекаря! — громыхнул старый ящер, разворачиваясь к дверям, где испуганными птицами заметались служанки во главе с раниверой.
— Идиоты, — Тхараг ловко вклинился между столом и диваном, скручиваясь кольцом возле упавшей принцессы. — Ждите ташуку, пусть не смеют чинить ей никаких препятствий.
— Она не могла отравиться, мы ели с одной тарелки, — Дайхар попытался поднять супругу на руки и уложить поудобнее на диван, но не преуспел — змей охранял, не давая возможности приблизиться.
— Полные идиоты! — как-то по-человечески взвыл хранитель, тычась мордой по блюдам. — Вот! — он указал на то самое блюдо, на котором лежали кусочки жареной птицы. — для мужчин этот яд не страшен, он убивает лишь женщин, чьё тело ослаблено беременностью. Сначала мать, а потом и зародышей, у которых ещё есть несколько минут жизни.
— Не может быть, — Рамсерд чуть отступил назад, освобождая место, а потом и вовсе передвинул накрытый стол подальше.
— Может, — Тхараг прильнул мордой к животу Адрианы. — точно так же была убита Шариятта, наша мать. Но я был слишком мал, чтобы что-то этому противопоставить, а ты не поверил малышу и не принял меры, подумал, что померещилось с горя. Но теперь…
Он приподнялся, оглядывая вмиг опустевшую комнату, прислушался к сдавленным крикам и возне, доносящейся из коридора, и нехорошо усмехнулся, если только это выражение можно было применить к змеиной пасти.
Ярко вспыхнуло зелёное облачко, окутывая хранителя, и тут же рассыпалось тающими искрами. С ковра поднялся высокий мужчин, как две капли воды похожий на Дайхара, старший брат, бывший наследник Хирмиранского государства, принц Тхариан. Лёгкий шёлковый камзол своей расцветкой точь-в-точь совпадал с расцветкой исчезнувшей шкуры.
— тхар! — Дайхар не верил собственным глазам, кинулcя вперёд, стараясь обнять, и замер, остановленный повелительным жестом.
— Не время, — с гоpечью произнёс старший принц, опускаясь на колени рядом с невесткой. — Как же так, милая, как же так, я не успел… не уберёг…
Он на мгновение прикрыл глаза, словно cобираясь с силами.
Грохот в коридоре усилился, потом в комнату, постукивая клюкой, вошла чернокожая, высохшая до костей, старуха, волочащая за собой Раниверу.
— ташука? — вздрогнул ящер. — Что ты делаешь? ты же еле ходишь?
— Повелитель плохо изучал историю рас, — сердито прошипела Рашмара. — Ноги, может, и не очень хороши, зато яд — что надо. У тебя есть пара минут, чтобы задать верные вопросы. Эта дрянь сейчас не солжёт, в её крови сыворотка правды и моя личная отрава, от которой не найдёте противоядия. Наконец-то, полностью получит по заслугам.
— Сарена? Зачем это ей? — Рамсерд и в самом деле не понимал. Ранивера, которая служила во дворце давным-давно и зарекомендовала себя как служанка, верная правящему дому, и вдруг сыграла роль отравительницы?
— Как была отравлена Шариятта? — Тхар не поворачивался, гладя по лицу Адриану, медленно скользил ладонью по едва обозначившемуся животу, нащупывал биение сердец племянников.
— Я подлила ей хомру, — Ранивера плохо держалась на ногах, не то из-за того, что много сил ушло на сопротивление неожиданно крепкой старухе, не то уже начал действовать яд, которым наградила её рашмара. — Хомра убивает беременных.
— Зачем?
— Я из древнего рода, это я должна была занять место около правителя, стать его женой. А он вместо чистокровной ящеры предпочёл взять в свою постель змею-полукровку.
— ты пыталась убить наследников? — на длинные вопросы не было времени, поэтому старший принц пытался одновременно удержать невестку, не давая ей уйти за грань, и прояснить ситуацию. Один раз, но зато в присутствии отца, который когда-то не поверил маленькому сыну, счёл выдумкой, вызванной горем от потери матери.
— Пыталась, но не смогла. Сначала их охраняла эта старая тварь, — Сарена метнула ненавидящий взгляд в сторону старухи, чьё лицо было полностью покрыто чёрной чешуёй. — Кто ж знал, что она настолько сильна в магии? А потом не смогла справиться с тобой, потому что ты чувствовал любой яд, различая его еще до того, как пища или питьё попали на язык. И охранял своего брата.
— Почему решила повторить это сейчас?
— Рамила — моя племянница, я бы нашла способ её вернуть, это она должна стать принцессой…
Ранивера уже хрипела, хватаясь за горло, но не могла противостоять сыворотке, заставляющей её буквально выталкивать слова.
— Уберите, — прозвучало негромкое распоряжение Тхара. Он даже не стал проверять — исполнили его или нет. Неважно! Важно было только то, что сейчас едва теплилось под его ладонями. — Как жаль, что сила имеет предел…
— Это безвозвратно, — на его плечо легла сморщенная рука. — Я ничем не могу помочь.
— Сохрани её, сохрани моих племянников. Прошу тебя….
Он был самым сильным магом во всей истории государства ящеров и сейчас щедро расходовал то, что осталось у него после того ужасающего обвала и ритуала переноса. Не просто делился, отдавал то, что имел. Всю магию и оставшуюся часть жизни, чтобы восстановить Адриану, помочь ей справиться с ядом, защитить крохотных детей. Пусть не своих, и это тоже было невыносимо горько.
Сила щедро лилась из ладоней, впитываясь в грудь и живот. А Тхар слабел, словно выцветал, становясь всё более и более прозрачным. будто призрак, явившийся с того света.
— Просто живи, прошу тебя…
Голос сорвался, не договорив фразы. тело растаяло искрящейся зелёной пылью, вcпыхнувшей последний раз, точно такого оттенка, какими были пятна на змеиной шкуре.
И в этот момент Адри вздохнула и открыла глаза.
Через пару дней
— У меня не было детей, — ташука сидела, положив подбородок на клюку, и смотрела на цветущий сад за балконом. — Великая мать не даёт детей носителям таких знаний, которыми владела я. А тут приглашение во дворец… Шариятта пригласила, это она пожелала, чтобы воспитанием сыновей занималась приближенная к патриархам.
Дайхар зря опасался, что его жена испугается старой рашмары. Как ни странно, но она сразу же стала относиться к чешуйчатой женщине, как к родной, с удовольствием проводя время в её обществе.
— А повелитель?
— Рамсерд был не в восторге, — змея невесело хохотнула. — ему не нравилось то, что всегда говорю в лицо то, что думаю.
— Значит, мой муж тоже из близнецов, — Адриана отпила чай и отодвинула чашку в сторону.
— тхариан родился первым, разница между ними небольшая, но вот змеиное наследие получил только старший из сыновей. Это сыграло свою роль, когда я начала учить его магии змей. Эти способности немного отличаются, давая больше возможностей для применения силы, но и ответственность за них принимаешь полностью.
— А Дайхар? — принцесса поменяла позу, подложив под спину еще пару подушек.
— Он не владеет змеиной магией, но и особого вреда она ему нанести не сможет. Вот такой подарок получил от матери-полукровки.
— И всё же, как старший принц стал змеем, мне никто об этом здесь не рассказывал, да и он сам отговаривался фразой, что, мол, Тхараг — это просто хранитель сущности?
— А он не соврал. есть ритуал переноса собственной сущности в новое змеиное тело, ритуал тха-а-рег-га, имеющаяся магия переносится тоже, — рашмара горько улыбнулась, отчего чешуйки на лице встопорщились. — ритуал опасен, с непредсказуемыми последствиями, поэтому его всегда практикуют под присмотром. В моём роду так перерождаются, поскольку, чем больше сила, тем меньше возможность иметь потомство. У него не было выбора…
По узкой тропе, извивающейся между гор, шёл караван с богатыми и дорогими товарами. Погонщиками выступали женщины и подростки, чаще всего именно они доставляли ткани, чаи, редкие эфирные масла на границу к торговцам
Обвала не ожидал никто, даже Тхар, притаившийся на широком каменном козырьке, нависшем над тропой. Он частенько провожал караваны, отвечая за безопасность здешних дорог, вот и сейчас машинально отсчитывал оставшееся расстояние до поворота, куда не докатывались падающие камни.
Он не услышал, скорее, почувствовал надвигающуюся беду. Сразу же отправил весть о помощи, а сам поднял щит, накрыв всю тропу. держать столь тонкую и непрочную конструкцию было сложно, но снизу шли женщины и дети, поторапливающие низкорослых лошадок, нагруженных тюками.
За мелкими камнями вниз рванулись крупные валуны, заставляющие дрожать под своим весом не только щит, но и руки, его державшие. И, уже немеющие от чудовищного напряжения.
Он смог, дал достаточно времени каравану уйти на безопасное расстояние. А потом отказала концентрация, и вся масса, катящаяся по склону, рухнула прямо на него. Каким бы сильным не было тело, каким бы тренированным не был воин, но выжить при таком количестве ударов оказалось невозможно.
буквально искрой сознания, Тхар обнаружил молодого питона, боязливо выглядывавшего из укрытия. Слова переноса, затверженные наизусть, рассыпались тихим шёпотом, словно шелестящим песком, а потом на молодого оборотня рухнула тьма.
его нашли на следующий день, искорёженное тело, раздавленное грудой камней. Откопали и опустили головы, отдавая дань наследнику Хирмирана. И никто не ожидал услышать знакомые интонации от змея, скользящего неподалёку.
Рамсерд сначала не поверил своим глазам, но старая рашмара подтвердила перенос, хотя полностью ритуал не завершился и Тхариан навсегда застрял в извивающемся чешуйчатом теле без возможности перехода в человеческий облик.
так появился Тхараг — хранитель сущности, хранитель магических способностей, хотя возможности сильно поубавились.
тхар не особо расстраивался, что потерял статус наследника, в его нынешнем виде стать преемником повелителя Хирмиранской долины было невозможно. развлекался как мог, временами давал советы, чисто по-человечески обижался, если их не принимали всерьёз. Когда Дайхару пришло распоряжение о брачном союзе, с удовольствием вызвался поучаствовать в знакомстве, и не заметил, как привязался к белокурой княжне…
— А вы не можете определить — у меня будет мальчик или девочка? — смутилась Адриана, припоминая, как ехидный собеседник пообещал ей и тех, и других.
— И мальчик, и девочка, — невозмутимо подтвердила рашмара. — Ящер защищает свою сестрёнку, даже в таком крошечном виде старается закрыть её cобой. так что будет кому передать фамильные драгоценности…
Через пятнадцать лет
— едут, — рослый конюх приложил ладонь козырьком к глазам, стараясь различить быстро снижающихся крылатых ящеров.
— Летят, — поправила одна из служанок, бросая косой взгляд в сторону крыльца, на котором неподвижно застыли князь с княгиней.
Леди Ивонна заметно нервничала. ещё бы, в кои-то века младшая дочь решила навестить родительский дом, показать внуков, а не ограничиваться письмами как обычно. Княгиня отправила приглашение и Калерии, рассчитывая, что семья соберётся в полном составе.
единственно, что беспокоило, так это возможная реакция виконтессы на зятя, брака с которым так счастливо избежала. Вдруг снова не удержится и устроит истерику только из-за того, что сестра вышла замуж на нелюдя. А еще нервничала из-за дочери, которую так спешно подсунули Хирмиранскому принцу. Как она? Что с ней? Скупые строчки писем не успокаивали, напротив, навевая тревогу.
Последние часы перед встречей буквально извелась, сидя около окна, ведущего во двор.
ещё немного и стало видно всадников, сидящих на спинах двух огромных зверей. Женщина, закутанная в меховой плащ, чьё лицо невозможно было невозможно разглядеть из-за низко надвинутого капюшона, вместе с девочкой, и девушка с мальчиком поменьше, уверенно управляющие крылатыми ящерами.
И всё! Ни одного взрослого мужчины, ни стражи из охраны. Странно… неужели наследник Хирмирана настолько спокойно отпустил свою жену в другое государство? Хотя, чего удивляться — она уже успела родить ему не одного ребёнка и только троих взяла с собой.
Огромные крылья подняли клубы пыли.
— Хаша, тихо-тихо, мы ненадолго, всего на пару дней, — Адриана откинула капюшон, ласково потрепала жуткого зверя по шее и огляделась.
Ни один из лакеев не сдвинулся с места, торопясь помочь слезть бывшей княжне. только переминались с ноги на ногу, негромко переговариваясь и стоя около крыльца.
— да что же такое? — возмутился лорд Фирташ, но не успел сделать ни шага.
Ящеры подогнули лапы и плюхнулись на животы, давая возможность своим всадникам покинуть сёдла.
Мальчик лет двенадцати соскочил первым и тут же кинулся помогать младшей сестрёнке, для которой даже такая высота была великовата.
— Элима, матушка, давайте руки.
В отличие от княжны, оборотни щеголяли в куда более лёгких коротких плащах, не боясь холода и пронизывающего ветра.
— Сардаш, отведи зверей в загон сам, — Адри слегка прищурилась в сторону слуг, так и не двинувшихся с места. — Надеюсь, что тебе покажут, — и только после этого повернулась к крыльцу. — Отец, матушка, доброго здравия!
Отвыкла приседать с почтением, но всё же сотворила небольшой поклон, отдавая дань уважения родителям.
— дочка! — лорд Фирташ неловко заковылял по ступеням. Повредил на охоте ногу, а в таком возрасте раны заживали не особенно быстро и бесследно.
— Ах, не стоит беспокоиться, — Адриана повела плечами, небрежно сбрасывая плащ, который тут же подхватила одна из горничных. Поднялась по лестнице и только тогда повернулась к детям. — Представляю вам моих дочерей Армину и Элиму. Принц Сардаш сейчас подойдёт.
— И тебе здравия, дочка, — княгиня легко обняла её, косясь на невозмутимых внуков. — Вроде бы по письмам у тебя детей должно быть побольше…
— Старший, принц Тхариан дежурит на границе, две его сестры следят за порядком на женской половине дворца, самые младшие на попечении няни. Везти сюда всех не имело смысла, я надеялась, что вы сами навестите нас в Хирмиране.
В голосе прозвучала лёгкая, почти незаметная обида, ведь никто из родственников так и не соизволил показаться на протяжении пятнадцати лет.
— Ваши комнаты готовы, — леди Ивонна слегка стушевалась, заметив обиду дочери. если честно, она и сама побаивалась нелюдей, пусть не до истерики, которую позволила себе старшая дочь, но по позвоночнику бежал неприятный холодок.
Она иcподволь старалась рассмотреть дочь. Вроде бы чуть пополнела, округлилась, что неудивительно при таком количестве родов, но держится достойно, ровно и плавно ступая по мраморным плитам.
Адриана, в свою очередь, во все глаза разглядывала родовой замок. Когда-то она мечтала о таком доме, но обрела другой и сумела к нему привыкнуть.
Слегка истёршийся мрамор, кое-где поцарапанный паркет, спокойные тона штор и занавесей, так не похожие на буйное разноцветье южных шелков. Она повзрослела, а дом постарел, хоть и сохранил свою величавость.
Им отвели три гостевые комнаты, расположенные рядом, чтобы без помех переходить друг к другу.
— Матушка, будем одеваться, как принято у нас или по здешней моде? — Армина уже оценила скромную сдержанность нарядов и почти полное отсутствие украшений.
— Сейчас тепло и в шёлке не замёрзнем, но полупрозрачные рубашки надевать не стоит, боюсь здесь их поймут неправильно. С драгоценностями тоже постарайся быть аккуратной, иначе сочтут, что хвастаемся, — Адриана посмотрела на унылые комнаты, которые им приготовили. — Скажи слугам, пусть перетащат все матрацы в эту комнату. думаю, вчетвером мы прекрасно поместимся, всё равно завтра вечером вылетаем на перевал.
Калерия сидела в своей старой комнате. Приехав буквально на пару часов раньше, так и не нашла в себе силы выйти и встретить младшую сестру. И дочери разрешила только посмотреть на приезд с балкона, но ни в коем случае не спускаться вниз.
два матраца перетащили практически мгновенно, хотя за дверью тут же начались шепотки, что такому большому мальчику не стоит ночевать в одной комнате с женщинами.
— Сплетничают, — Армина еле заметно усмехнулась. Выбор наряда оказался намного сложнее, чем она могла себе предположить. — Пожалуй, надену белое с вышивкой вниз и зелёный кафтан. будем затыкать рты или не обратим внимания?
— Не обратим внимания, — Адри согласно кивнула на выбор одеяния. — Возьми ожерелье из жемчуга с изумрудами и такую же диадему, браслеты оставь — это уже перебор.
— Матушка, а мне? — восьмилетняя Элима завертелась перед зеркалом.
— А тебе подойдут мелкие гранаты в золоте и ажурный обруч. будет мило и по возрасту, а то боюсь, что ваша двоюродная сестра зайдётся от зависти и не удержится от обидных слов.
Принцесса ломала голову над своим собственным состоянием. Вот вроде приехала в родительский дом, и им рады. Ну почти рады, поскольку напряжение читалась и в глазах, и в поведении. Она очень хотела увидеть мать и отца, обнять обоих, рассказать о своих злоключениях и достижениях, но, увидев лёгкие морщинки и седину в волосах, решила, что не стоит упоминать о том, что пришлось пережить. Лучше просто немного поведать о долине, о дворце, который стал вторым домом, о дивных садах, в которых гуляла каждый день. Ну и о своём увлечении рисованием, об эскизах для вышивок. Специально велела расшить в подарок лёгкие шёлковые шарфы.
— Матушка, — Сарташ почтительно склонил голову, — ящеры в загоне, конюхи в ужасе. Пришлось самому набросать им в кормушки баранины. Они не смогли даже нормально разрубить, ладно хоть топором поделились.
Адриана не повела бровью — её дети с малолетства учились держать в руках любое оружие, с пяти лет могли нарубить веток для костра на перевале.
— рубашку и камзол выберешь себе сам. И постарайся не покрываться чешуёй в присутствии своей двоюродной сестрицы — еще неизвестно насколько у неё хорошие нервы.
Они вышли только к ужину, чинно следуя по коридорам. Не спеша вошли в столовую, по которой нетерпеливо прохаживалась Калерия. Глорианна сидела на небольшом диване, послушно сложив руки, как приличествовало девице её возраста. тринадцать лет — это немного, но в это время начинаются первые выезды на балы. её учили производить благоприятное впечатление, но любопытство всё же прорывалось наружу лукавым взглядом, брошенным исподтишка.
— Адри? — Калерия искренне удивилась. Она рассчитывала, что младшая сестра подурнеет и растолстеет от бесчисленных родов, а увидела статную даму в окружении детей.
— Лера, — Адриана только чуть склонила голову, нарочито подчёркивая свой статус, — прекрасно выглядишь, рада снова с тобой встретиться. Как супруг? Все ли здоровы?
— благодарю, все здоровы, — немного помолчав, ответила виконтесса, которая удостоила чести брачного союза старшего из братьев да Верен. — ты привезла не всех детей…
Она приветливо улыбнулась кивнувшим девочкам, прикусила губу, вспомнив о том, что гости имеют статус выше, удивлённо приподняла брови, разглядывая яркие украшения.
— У тебя чудесная дочь, — Адри вернула улыбку. — Вы решили остановиться на одном ребёнке? дети — это такое счастье.
— ты оставила младших с няней? — решила поучаствовать в разговоре леди Ивонна. — Уверена, что она с ними справится? Насколько я поняла из писем, няня совсем стара.
— О, она великолепна и на самом деле преклонного возраста, — решила пооткровенничать принцесса. — Невысокая, худая, с бесподобной чёрной чешуёй на лице, которая не прячется. Истинная змея, видела, поверьте.
Лёгкое передёргивание плечами, которое тут же последовало со стороны старшей сестры, заметили все и решили благоразумно умолкнуть, чтобы не последовало еще более интересных подробностей, о которых могла поведать Адриана.
Застольный разговор не клеился и продолжился лишь после чая, когда дети ушли знакомиться в гостиную, а княгиня с дочерьми вышла на балкон.
— девочкам не рано носить такие дорогие камни? — осторожно поинтересовалась леди Ивонна, устраиваясь в кресле.
— Как только они начинают ходить — у них появляются собственные драгоценности, — невинно заметила Адри. — дочерям — украшения, сыновьям — оружие, летать на ящерах обучают и тех, и других лет с шести, когда достаточно тверда рука, чтобы удержать поводья.
Она решила умолчать, что сначала смертельно боялась садиться на крылатых зверей, и лишь дети заставили её учиться. Но как только распробовала полёт, почувствовала ветер, бьющий в лицо, поверила, что не упадёт с сумасшедшей высоты, так Дайхар начал сердиться, что супруга всё свободное время проводит в вольерах.
Конечно, на дальние расстояния путешествовать одной не приходилось, и сегодняшний перелёт стал испытанием. Впрочем, младшая дочь отлично сидела в седле, а ящер понимал, какой драгоценный груз ему пришлось нести.
— Знаешь, когда мне представили жениха, и он решил показать себя во всей красе, вдруг стало всё равно. Понимание, что стала разменной монетой и желание отплатить той же ценой, словно затмили разум. Это я сейчас понимаю, — виконтесса дождалась, когда леди Ивонна вернулась в гостиную и решила поговорить начистоту. — А тогда было невыносимо обидно и жаль себя.
— О, да, себя ты то жалела, то нет. А как ещё можно было расценить попытки самоубийства? — Адриана на мгновение закрыла глаза, вспоминая давно прошедшие события.
Что стало бы, если Калерия справилась с собой и, как истинная леди, выполнила данное семье королевское распоряжение? Одна надежда — не застёгнутый браслет…
— Молодость иногда толкает на глупые поступки, — Лера пожала плечами. — И выпила бы, и бросилась, и точно покалечилась, а потом всю жизнь об этом жалела. Но до сих пор чувствую себя неудобно из-за того, что пришлось пожертвовать тобой ради меня и нашего рода. Мучилась из-за чувства вины, да еще не удалось поговорить сразу после заключения брачного союза. Хирмиранцы так торопились…
— А потом? — младшая сестра с досадой взглянула на чай. Совсем не тот, к которому она привыкла.
— А потом от тебя пошли письма. Пусть в них и не рассказывалось о супруге и ваших взаимоотношениях, что вполне понятно — вдруг о таком писать не разрешено. Зато ты с гордостью сообщала о рождении детей, а потом снова и снова. Не ожидала, что моя cестричка изменится настолько мало, лишь только чуть пополнеет.
— там на самом деле земли оборотней — ящеров и ящерок, а ещё встречаются змеи, — Адри улыбнулась, вспомнив как ташука начала воспитывать не только тех, кого ей доверили, но и молодую мать. — Ядовитые такие, особенно на язык.
— ты его любишь? Ведь тогда, на помолвке, я видела твои глаза, настолько несчастные, будто этот незнакомый принц составлял счастье твоей жизни, — не выдержала Калерия.
Это она вспомнила потом, когда делегация с молодожёнами спешно покинула дворец. Потом, когда нашла в себе силы умыться, выпить успокоительное от тётушки Сины и, непринуждённо улыбаясь, попрощаться с гостями.
— ты права, как только я его увидела впервые и услышала его голос, сразу поняла, что именно этот мужчина и составит моё счастье, как бы не было трудно на чужбине.
тогда, на помолвке, она тоже испытала и колоссальное чувство обиды и нечто похожее на ненавиcть к собственной сестpе.
И огромное облегчение, когда браслет признал в ней избранницу, а жрец произнёс необходимые слова. А еще растерянность, поскольку плохо понимала как это — строить собственную семью…
— Как твоя корона? ты уже королева? — в глазах Калерии блеснул любопытный огонёк. Она прекрасно помнила, что послужило основным аргументом, которым заткнули её первую истерику.
— О, нет! — Адри звонко рассмеялась. — Повелитель Хирмирана пробудет на троне еще лет сто-сто двадцать, оборотни живут куда дольше людей.
Не удержалась, тайком поглаживая брачную татуировку, которая подарила ей долгий век жизни, сравнимый с веком супруга.
Пройдёт много лет, прежде, чем она состарится, увидит собственных внуков, а то и правнуков. И никогда не забудет хитрого змея, чьим именем назвала старшего сына. того, кто отдал все годы жизни и всю магию ради неё…
Дайхар ждал супругу на перевале и, лишь только вечерний воздух разрезал шум могучих крыльев, не выдержал и вышел встречать. Снял с ящера довольную дочь, передал её в руки Тхариана и подхватил жену, тихонько целуя около глаза.
— Я уже соскучился, единственная моя…
Конец