Gekas Край История Тальгарда Ковчег Фабиана

Глава 1 «Пивная Борода»

Удар мечом получился не точным. Сальват надеялся провести скрытую атаку, но бородач успел подставить клинок. И вот уже контр выпад гнома не заставил себя долго ждать.

Деревянный меч со свистом рассек воздух, прямиком в том самом месте, где мгновение назад находился молодой парень. Клинок проделал бесполезный путь, и вернулся в исходное положение.

Сальват вновь приступил к атаке. Быстро, раскатисто, грамотно сокращая расстояние, юноша наседал, словно хищная кошка. Удары сыпались с разных сторон. Позволить гному в очередной раз победить он просто не мог.

Никакой пощады и жалости.

Хагрим был уже не молод, но опыт и закалка с лихвой перекрывали возрастной недостаток. Он прекрасно понял, на какое слабое место пытается надавить его ученик. Проигрывать совсем не входило в его намерения. И пока гном твердо стоял на ногах, шансов победить у юноши, в этом поединке не было.

Сальват атаковал, с удвоенной силой, заставляя гнома парировать каждое его молниеносное движение. Всякий раз, отбивая деревянное лезвие, Хагрим терял толику своей силы, но не имел права уступить. Ученик должен понимать — настоящий противник не станет так просто сдаваться. А, потому схватку нужно довести до конца.

Время шло.

Сальвату пришлось умерить пыл. От столкновений деревянных мечей, кисть уже неприятно болела. Но это — не самое плохое. Хуже было то, что силы вот-вот намеревались покинуть молодого парня. Да и гном казался отчасти изнуренным. Тренировочный меч в его мускулистых руках хоть и представлял собою грозное оружие, но уже не выглядел таким легким, как вначале схватки.

Конечно, Хагрим являлся отменным бойцом, но надежда всегда умирала последней. Даже в этот вполне обычный для тренировки день.

Ошибаются все.

Чем бородатые представители расы лучше обычных людей? Все в этом мире возможно. А вдруг?

— Ну что, парень? Устал? — Издевки Хагрима только подзадорили.

— Не больше, чем ты. — Ответил юноша и бросился на соперника.

Гном парировал все, что смог. Он радостно понимал — Сальват значительно выбился из сил. С трудом держась на ногах, юноша едва мог восстановить дыхание. А мгновением спустя, легкие заработали на грани своих возможностей.

Деревянный меч весил уже как мешок угля. И с каждым новым ударом, то и дело, намеревался выскользнуть из непослушных рук.

— Сдавайся! — крикнул Хагрим, ускользая от очередного выпада.

Но мальчишка, его не слушал.

Издевательства не так сильно выбивали из равновесия, как проклятая усталость. Тело превратилось в обузу, словно стало принадлежать кому-то другому. Молодой парень еще пытался нанести пару-тройку ударов, но лишь до того момента, когда подкосилась его нога и он обессиленный рухнул наземь.

Сил подняться хватило лишь на одно колено.

Сальват задыхался, тяжело опирался на клинок, но не отводил взгляда от своего неутомимого соперника.

«Всегда будь наготове»! — В ушах звенели слова наставника.

Замученного парня уже покинули последние силы. А потому, гном предпринял последнюю попытку.

Сейчас или никогда!

Другого шанса не будет.

Хагрим молниеносно бросился на соперника.

Первый удар парень не совсем удачно парировал. Вся отдача пришлась на запястье. Его обожгло невыносимой болью, и только чудом юноша не выпустил оружия из своих рук.

Не давая передышки, гном снова раз атаковал.

Теперь Сальват не стал парировать удар, а просто нырнул под меч соперника, и провел свой выпад. Ничего дельного придумать не хватало ни времени, ни сил.

Гном без труда отразил слабую атаку, и в ответ создал свою. Опыт обязан был побеждать.

Мальчишка поздно увидел приближающийся меч, а потому уклоняться, уже не было времени. Он с трудом подставил оружие под удар. Клинки глухо соприкоснулись, и запястье от боли разжалось, предательски выпуская рукоять меча.

Следующая атака могла стать смертельной, если бы на месте Хагрима оказался настоящий враг.

— Ну, вот и все. — С облегчением промолвил гном, по голосу казавшийся не сильно измотанным. — В старые добрые времена, после своего поражения, ты бы лишился не только головы, но также семьи, и своего жилища. Древние законы гномов были непомерно суровы. Потому владение мечом, топором или молотом ценилось не ниже, чем умение работать на золотых рудниках.

Сальват восстановил дыхание:

— Я просто оступился. В следующий раз я смогу тебя победить.

— Ты многому научился, Сальват. Освоил технику, скорость, базовые приемы. Конечно, ты без труда победишь среднего соперника. Но если попадется опытный боец, даже при условии глубокой старости — он тебя просто задавит мастерством. Измотает, как загнанного зверя, а потом проведет пару завершающих атак и выиграет схватку. Тебе нужно научиться распределять силы по дистанции. Некоторые бои бывают очень долгими. Ты даже не представляешь, насколько.

Юноша протянул гному руку, которую тот незамедлительно пожал.

— Спасибо, Хагрим. Я учту свои ошибки, и в следующий раз не дам тебе ни малейшего шанса.

— С радостью тебе проиграю, если ты будешь этого достоин.

И оба весело рассмеялись.

Но внезапно диалог собеседников был прерван. Перед ними возник другой бородатый гном, и сообщил, что повозки готовы. Пора отправляться в путь.

Сие действие происходило на заднем дворе трактира. Том, что находился на Приграничной территории меж двух земель — людей и гномов. Хотя, фактически территория все же в большей степени принадлежала гномам Нефритовых гор.

«Пивная Борода» — расписная табличка возвышалась у ворот заведения, имеющего не малую площадь. Трактирный двор вмещал дюжину столов. А в холодное время — можно было обосноваться внутри трактира. Помещение было поменьше, но быстрая текучка клиентов, давала возможность всем посетителям насладиться едой и питьем.

Много времени прошло с тех пор, как восемь гномов из клана «Золотого Молота», возвели трактир на Приграничной территории. Питейное заведение пользовалось огромной популярностью. И хоть люди и гномы с опаской относились друг к другу, да только в этом чудесном месте их объединяло одно — эль.

После нескольких выпитых кружек даже воинственно настроенные соседи забывали про вражду. Конечно, бывали и потасовки. Не далее, как в прошлом году, когда в трактир пожаловали бродячие разбойники. Но в целом место считалось мирным. Никто не хотел связываться с крепкими хозяевами. А уж попасть в немилость гномов «Золотого Молота», за что позже лишиться права переступать порог заведения, никому из посетителей и в голову не могло прийти.

Итак, трактиром управлял Тули — старейшина клана.

Здоровенный гном. Мускулистый, с длинной курчавой бородой. Поговаривали, что он лично ходил на поклон к отцу нынешнего короля Регеля в столичный город Китежар. Задабривал того подарками из драгоценных камней и самоцветов. В этом месте территория только называлась Приграничной. Но за ее охрану все же отвечали войска королевской стражи. Гномы Нефритовых гор не претендовали на эти земли. И пока короля все устраивало. А потому разрешение на строительство нужно было получить от его личной бесподобной персоны.

Никто так и не узнал, каким чудом удалось убедить отца короля Регеля, тем не менее, результат на лицо. Трактир стоял уже больше четверти века, давая пищу, выпивку и постель для жаждущих путников.

Правая рука старейшины — гном Хагрим. Бородач отвечает за ведение расходов и доходов, принимает плату за выпивку и ночлег. А так же руководит остальными своими сородичами, которых насчитывалось ровно шесть. Они выполняют подсобную работу по подготовке, приготовлению и уборке питейного заведения.

За многие годы существования гномы сработались до совершенства. Беспрекословно понимали свой вклад в формирование, содержание и благосостояние «Пивной Бороды». Трактир процветал и все затраты окупались с лихвой.

Другой вопрос — что в этой компании делает Сальват?

Мальчишка является чистокровным человеком. И живет в окружении гномов, сколько себя помнит. Что же произошло в этом мире, если судьба оградила его от людей?

Бородачи не говорят с ним на эту тему. И объяснений следует, что, не смотря на различия, он все же принадлежит к их клану, живет по законам гномов Нефритовых гор, и является их названным сородичем. И блюсти эти законы должны все без исключения. Сам юноша поклялся чтить их и уважать. Все тайны откроются ему только после наступления совершеннолетия. У гномов — эта граница в двадцать лет. Благо осталось ждать чуть меньше двух месяцев.

Сальват тоже не отлынивает от работы. Хотя гномы и не дают ему особых поручений, (опять же все связанно с совершеннолетием), но свою лепту во вклад процветания трактира он вносит не жалея сил. Ну и параллельно проходит обучение мастерству владения мечом у Хагрима. И, по словам наставника вполне успешно.

И так, гномы узаконили, сформировали и неплохо продвинули свой заработок за счет «Пивной Бороды». Оставалась последняя забота. В конце каждого месяца, а в Тальгарде их всего четыре (месяц Воды, Огня, Земли и Воздуха), гномы собирают несколько повозок. Запрягают их мулами, а на закате отправляются в столицу, чтобы к утру поспеть в Китежар. Дань, теперь уже королю Регелю, должна прийти вовремя. Иначе о дальнейшем процветании можно забыть.

Регель оценивает дары и принимает решение о продлении или приостановке существования «Пивной Бороды». Комплектовать повозки Сальвату никогда не доверяли, в связи с этим содержимого он не видел. Хагрим всегда уводил его на задний двор и проводил тренировку.

Вот и сегодня наступил конец месяца Воды. Повозки во главе с Тули отправятся в Китежар. Чтобы на следующий день вернуться до открытия заведения.

Гномы покинут заведения. Лишь Гимрин и Роти останутся с юношей для ночной охраны трактира.

Юноша знал — первый, скорее всего, употребит кружку-другую эля (который сам и варит) и завалится спать. А другой до полуночи будет травить байки про то, как они с другом, в старые добрые времена, ходили на пещерных троллей. Все эти рассказы парень и так знал наизусть. Да только новых историй придумать Роти не хватало, увы, фантазии.

Сальват и два его «сородича», получили наставления от старейшины, попрощались, крепко обнявшись, и проводили друзей до ворот.

Тули в последний раз по-отцовски обнял Сальвата, Гимрина и Роти и произнес:

— Да поможет нам Великий Молот! Пусть наши дары порадуют короля Регеля!

Сальват долго смотрел им вслед, пока путники окончательно не скрылись из виду.

Далее все происходило по обычному сценарию. Гимрин опрокинул не одну кружку эля и, поднявшись на второй ярус трактира, завалился спать.

Роти, в свою очередь, устроился за одним из столов на улице. Поставив сразу несколько кружек на стол, чтобы не бегать за добавкой, подозвал к себе парня, рассказать самую захватывающую историю.

Его байки Сальват знал все. Некоторые из них слышал по нескольку раз.

— Так вот, значит… — гном сделал внушительный глоток свежего эля. — Забрели мы как-то в пещеру на Расколотом острове. А там этих троллей — пруд пруди! Проход узенький такой, максимум две твари поместится. Достал я, значит, свой топор из белого золота, и давай крушить направо-налево. Штук двести голов отрубил. Потом уморился и передал право своему другу. Так мы по очереди до рассвета всех троллей и перебили.

Роти опрокинул еще одну кружку. Смачно рыгнул и вытер со своей шикарной бороды остатки напитка прямо рукавом туники.

— А потом нас срубила дикая усталость. Мы просто рухнули на пол пещеры и проспали до самого заката следующего дня.

Сальват сдержанно молчал. Не хотел показывать вида, что эту историю он уже знает. Гном, если разойдется, то может говорить целую ночь напролет, и никакие Высшие силы не смогут заставить его остановиться.

Но сегодняшний поздний вечер не сулил ему долгих увеселительных бесед. Рядом внезапно залаял Батхи — бывший некогда бездомным псом, пока Роти не приручил его.

«Неужели гномы повернули мулов назад?».

Если это так, то им понадобилась бы веская причина. Никогда за все существования «Пивной Бороды», Тули не возвращал отряд. Дань должна подоспеть вовремя.

Но сомнительные мысли насчет старейшины быстро развеялись, когда хозяева услышали глухой стук дверного молотка в створку входных ворот.

Лай пса слегка усилился.

Сальват и Роти быстро смекнули — за воротами стоял ночной посетитель.

«Да, давненько в такое позднее время никто не захаживал в их трактир».

Проснувшийся Гимрин тоже поспешил во двор, посмотреть, кто же посмел потревожить сон охранника Батхи.

Все трое осторожно двинулись к воротам, по пути огибая пустующие столы и стулья. Юноша заметил золотой кинжал за поясом у Гимрина. Как говорится: «На Богов надейся, но лучше защити себя сам».

У самых ворот, гномы остановились.

— Трактир закрыт! — в голосе Роти звучали нотки напряжения.

Далеко не часто путники оказывались на Приграничной территории так близко от Вальтальского леса и в такое позднее время. Ночные посетители не появлялись здесь с давних времен. И по виду, гномы явно не хотели пускать заплутавших путников. В такую пору по лесу могли шастать только разбойники.

— Помниться раньше, «Пивная Борода» не отказывала в пище и ночлеге одиноким странникам. Или благородный Тули из клана «Золотого Молота» забыл своих друзей? — незнакомец явно прибыл по назначению.

— Тули отправился в столицу. — Заявил Роти, отодвигая массивный дверной засов, и распахивая створку ворот для ночного гостя. — Но друзей он не забывает. Если, конечно, у них есть имена.

Батхи попытался броситься к воротам, но Гимрин вовремя остановил неистового пса. Заставил того угомониться и отправиться в конуру, досматривать прерванный сон.

Створка входных ворот медленно распахнулась, и во двор осторожно вошел незваный гость.

Незнакомец был одет в черную мантию, свисающую практически до земли. Соблюдая нормы приличия, капюшон был спущен на плечи и открывал взору длинную шевелюру серых, словно пепел, волос.

Путник выглядел сильно уставшим. Можно сказать, изнеможенным. По первому виду юноша определил — сделай незнакомец еще один неуверенный шаг в их сторону, силы тут же его покинут, и он рухнет под ноги хозяевам трактира.

«Маг!» — в унисон подумали Гимрин и Роти. Таких людей гномы редко, но встречали на своем пути. Ошибиться было невозможно.

«Боевой маг!» — предположил Сальват. На левом боку незнакомца покоился дорогой меч (скорее магический). Рукоять была усеяна разнородными самоцветами.

В одной руке «друг» Тули держал поводья великолепного скакуна. И животное выглядело еще более уставшим, чем его хозяин.

— Долгих лет жизни, достопочтенные хранители «Пивной Бороды». Мое имя — Карабар. Наверняка, вы никогда не слышали обо мне, но ваш благородный Тули знает меня очень хорошо. Жаль, что его нет сегодня с нами.

— Старейшина отправился в Китежар пополнять припасы. — Повторил гном. — Но по нашим законам: друзья Тули — наши друзья. Меня зовут Гимрин, а это Роти и Сальват. Не соизволит ли уважаемый Карабар присесть за тот столик и отдохнуть с дороги?

— Благодарю, добрый хозяин. Не беспокойся, надолго я вас не задержу…

Карабар очень тяжело, как показалось юноше, проследовал к указанному столику. Ненадолго задержал взгляд на Сальвате, и удобно устроился на резном деревянном стуле. Видно и вправду, этот боевой маг сильно устал с дороги.

— Как я уже говорил, моя персона надолго не задержит благородных хранителей «Пивной Бороды». — Слова Карабар выговаривал с великим трудом и это сильно настораживало. — Единственное, что мне бы сейчас хотелось — это полакомиться свежим мясом Вальтальского оленя и запить все знаменитым элем достопочтенного Гимрина.

Гном тут же расплылся в улыбке за искреннюю похвалу местного продукта брожения, и поскорее принялся выполнять просьбу посетителя.

Роти, в свою очередь, отправился в подвал наскоро соорудить мясную вырезку из лесного оленя и зажарить ее на огне.

Ночной гость вынул две круглые монеты, заблаговременно расплачиваясь, и положил на деревянный стол.

Сальват пристально смотрел на незнакомца, намереваясь тоже выполнить какой-нибудь заказ. Все что угодно, только бы не снова слушать военные байки хвастуна Роти.

Но Карабар неожиданно сказал:

— Присядь, молодой хозяин.

Сальват удивленно пожал плечами, преданно выполняя бессмысленную просьбу незваного гостя.

Во дворе запахло жареным мясом. И в следующее мгновение появился Гимрин, неся в руках несколько больших кружек эля. Он поставил их на столик рядом с ночным посетителем.

То, что произошло далее, никто из присутствующих толком не мог объяснить. По крайней мере, в первые мгновения.

Незнакомец закатил глаза и медленно стал заваливаться на бок, теряя сознание. Ему еще хватило мужества вялой рукой ухватиться за край стола. Но хватка была настолько слаба, что, если бы не Гимрин, ночной гость рухнул бы с деревянного стула.

— Великий Молот! — гном быстро подхватил обмякшее тело.

Сальват тут же пришел на помощь испуганному бородачу, и вместе они уложили его на соседний столик.

— У него кровь! — Гимрин показал парню свою правую руку.

Под тусклым светом угасающего пламени факелов, рука в крови принимала зловещий вид. — Роти!

Гном не ответил. Даже когда его позвали во второй раз.

Сальват застыл на месте, понятия не имея, что делать дальше. Никогда в его жизни с посетителями не происходило ничего подобного. Тем более в этот момент, когда большая часть его друзей покинула обитель, отчалив в стольный Китежар.

— Присмотри за ним. — Попросил явно нервничающий Гимрин, когда уже оставил все попытки криком дозваться своего сородича.

— Что значит, присмотри?! — Недоумевал молодой парень.

Но гном не ответил. Он молниеносно рванул внутрь заведения, оставляя молодого парня с раненым незнакомцем один на один.

Вот сейчас стало по-настоящему страшно.

Не то, чтобы юноша боялся ночного гостя. Но увидеть, как умирает никому не известный человек, на территории их трактира — не пожелаешь даже врагу.

Тем не менее, Карабар не удостоил его радости познать такую участь. Сразу же после ухода гнома, он пришел в себя. Этот безнадежный стон, с которым молодой маг возвращался в сознание, будет сниться Сальвату не одну ночь.

Вздох облегчения вырвался у молодого парня: «Ну, слава Великим Богам, он еще жив»!

«Надолго ли?».

— Помоги… мне подняться…

Сальват не стал заставлять полумертвого мага повторять дважды. Он аккуратно, реагируя на каждую недовольную гримасу Карабара, усадил того снова на деревянный стул.

И в этот момент в нос ударил неприятный запах гари, словно Роти забыл о своей оленине на трактирной плите.

— Что-то горит?!

Юноша сказал с такой интонацией, что определить было невозможно: вопрос это или утверждение.

— Это магия… — Карабар по-доброму улыбнулся. — Я удивлен, что в этом… трактире живет человек…, который ощущает… магию.

Слова ему давались с огромным трудом. Не то, что в первый раз при встрече.

А то, о чем пытался сказать незнакомец, Сальват и так знал. Вернее, догадывался, что он не такой, как все его «сородичи» «Пивной Бороды». Отсюда у него и дар немедленно распознавать ложь. О нем он вообще никому не рассказывал.

— Послушай, Сальват. У меня… не так много времени… Я хочу тебе дать… одно поручение. Надеюсь, ты… выполнишь последнюю просьбу… умирающего мага?

— Даже не думай об этом! — Молодой парень изо всех сил успокаивал ночного гостя. — Сейчас вернется Гимрин или Роти и перевяжет тебе рану. Ты будешь жить еще много лет.

— Глупец! — Карабару с огромным усилием удалось повысить голос. — Это магическая… рана. Такая… не затягивается, а просто… медленно вынимает жизнь… из тела. И твои гномы… не придут. Я… об этом… позаботился. Разве ты… не видишь?

И действительно. Мгновения неумолимо тянулись, а его друзья так и не появлялись на глаза. Видно, магия, созданная боевым магом, каким-то образом не давала бородачам выйти из заведения.

Что-то в этом роде.

Карабар крепко схватил парня за руку и пристально посмотрел в его испуганные глаза:

— Возьми это. — Он указал рукой на предмет, завернутый в зеленую ткань.

«Откуда он появился на столе? Может это очередная порция магии»?

— Что это? — Сальват задавал правильный вопрос.

Но Карабар его проигнорировал:

— Закопай его … в подвале. Там… не станут… искать. Взамен… ты получишь…это…

Карабар дрожащей рукой вытащил мешочек со звонкими монетами и кинул их на стол.

— Это… тальгардское… золото.

Глаза Сальвата едва не выпали из орбит. Такого добра он никогда в руках не держал.

«Сколько здесь? Монет пятьдесят? Семьдесят? В „Пивной Бороде“ обычно расплачивались серебром или медью. Но золотом — никогда».

— Не слишком ли много за такую услугу? — не покидало чувство, что здесь прячется какой-то подвох.

— Как видишь…, мне они… больше… не нужны.

Незнакомец пристально смотрел в глаза парню, пытаясь понять — согласится тот или откажет.

— Я так понял, что это еще не все? — догадался Сальват.

— Разумеется… хранить… этот предмет нужно… до того момента, пока… за ним не придет… мой человек. Не заглядывай… вовнутрь. Это может… привести к невообразимым… последствиям.

Карабар замолчал.

«Всего-то! За такую простенькую работенку? Ее и работенкой-то назвать смешно! Почему бы не рискнуть. Меньше, чем через два месяца ему исполнится двадцать лет. Неплохой подарок на совершеннолетие!».

Единственной проблемой была ложь в словах незнакомца. Юноша умел ее распознавать. Непонятно пока в каком именно слове, но неправда явно и намеренно присутствовала.

«С другой стороны, тальгардское золото! И зеленый сверток. Всего лишь нужно получше спрятать. Кстати, а почему в подвале?».

— А почему, собственно в подвале? — Озвучил свои мысли Сальват. — У меня есть потайное место за двором трактира…

— Ни в коем… случае! Ты спрячешь его… только в том месте…, где я сказал. Там… ее никто искать… не будет.

— А что, есть, кому искать?

— Слишком много… вопросов.

— Потому, что слишком высока цена? — Парировал Сальват. — Я просто хочу понять.

Незнакомец устало вздохнул, показывая, что такие ненужные вопросы сильно его утомляют.

— Не беспокойся, в подвале… искать ее никто… не будет. Я об этом… позабочусь. — Снова слова ночного гостя стали намного тише, видимо, жизнь быстро покидала его бренное тело.

— У меня последний вопрос.

— Задавай… — согласие тяжело далось магу, и Сальват это увидел.

— Надеюсь, хранение этого предмета не принесет вреда хозяевам трактира?

Перед ответом Карабар выждал небольшую паузу:

— Об этом… можешь… не беспокоиться. Мой человек… скоро заберет… у тебя… эту вещь. Клянусь… именем Деуса. Так ты согласен… или нет?

Незнакомец протянул дрожащую ладонь.

«Ложь! Ложь! И еще раз ложь!» — Говорили его глаза.

Но, не смотря на это, юноша пожал руку магу, что привело к совершению сделки. Хотя еще оставалось много вопросов и недопонимания.

«Но, все-таки тальгардское золото! — Пожив с гномами, юноша превратился в такого же авантюриста, окутанного жаждой наживы. — Пятьдесят или семьдесят монет! А может и того больше! Сколько всего можно позволить на эту сумму?! Уму непостижимо. Скоро совершеннолетие. Гулять, так гулять!».

— А теперь… помоги мне… взобраться… на коня.

Юноша просто опешил:

— Чего? Ты же не собираешься…

— Собираюсь! — быстро перебил его Карабар. — Причем… немедленно…

Молодой маг использовал последние силы, чтобы подняться из-за стола.

Боль эхом отозвалась во всем теле, от чего он едва снова не потерял сознание. Сальват вовремя подскочил, подставил крепкое плечо и помог раненому незнакомцу принять устойчивое положение. Они медленно пересекли двор трактира и наконец, оказались у нетерпеливо ожидающего скакуна.

Карабар знал — смерть неумолимой поступь следует за ним, и только ожидает мгновения, чтобы насладиться его душой. То этой мысли, обоим собеседникам становилось нехорошо. Но и остаться в заведении ночной гость не мог. По его следу вскоре пойдет Святая Земля. Тело Грогана рано или поздно обнаружат, и тогда ищейки со всего Тальгарда тут же возьмут кровавый след. А подставлять под удар хранителей «Пивной Бороды», совсем не входило в его планы. Пусть даже благородный Тули на самом деле и не являлся его другом.

Сальват помог ночному гостю взобраться на коня, и перед тем, как закрыть ворота, молодой маг последний раз обернулся:

— Эта вещь… очень важна… для моего… друга. Обещай мне… Сальват, что ты… ее сохранишь.

А вот это была чистая правда.

— Обещаю.

И пока Карабар не покинул Приграничную территорию, юноша успел задать последний вопрос:

— А если бы я не согласился выполнить твою просьбу?

Молодой маг пожал плечами и спокойно сказал:

— Тогда бы… я тебя убил.

Глаза Сальвата округлились.

«Ага! В таком-то состоянии!». Но он уже не успел поинтересоваться у незнакомца, правда это или нет. Карабар из последних сил пришпорил скакуна. Резвый жеребец бросился прочь от этого заведения, оставляя пыльный след на протоптанной дороге.

Юноша дождался, пока незнакомец не скроется в кромешной мгле, закрыл ворота на засов и быстрым шагом направился к столику. На столе лежали золотые монеты. Его лично заработанные золотые монеты. Сальват не хотел, чтобы бедокур Батхи растащил нажитое «непосильным трудом» имущество.

«Да что там Батхи! Гномы могли вернуться во двор. И потом пытливых расспросов не избежать. Кто знает, сколько будет действовать магия Карабара»?

От мысли, что Роти или Гимрин могут обнаружить на столе монеты и неизвестный предмет, Сальвату стало не по себе. Он ускорил и до того быстрый шаг.

Добравшись до столика во дворе, где несколько мгновений назад сидел ночной гость, юноша молниеносно сгреб содержимое в карманы штанов. После этого он сразу же направился в подвал, где и зарыл неизвестный предмет, обернутый в зеленую ткань между третьей и четвертой бочкой.

Третья бочка в прошлом месяце прохудилась. Хагрим посоветовал ее опустошить, потому лучшего места для клада трудно было себе представить. Сальват знал, что между деревянными емкостями никто не будет ходить. Да и Карабар пообещал, что искать этот предмет никто не станет.

Покончив с «захоронением», юноша поспешил в трактир. Важнейшим делом для него сейчас будет пересчет золотых монет. Не каждый день тальгардское золото появляется в «Пивной Бороде».

Осторожно открыв входную дверь, Сальват прислушался.

Ничего.

Кроме мужественного храпа гномов.

Юноша поднялся на верхний этаж, быстро проследовал в свою комнату и высыпал монеты на кровать, предварительно заперев за собой дверь.

«Семьдесят две монеты. Вот это удача!».

Парень еще раз пересчитал.

Высыпал их на кровать и только потом ощутил беспокойство, когда опять появилось то чувство, будто в горле запершило, и снова на печи горел кусок Вальтальской оленины.

Запах гари был совсем слабым. Намного слабее, чем в тот раз, когда Карабар магией заставил гномов возвратиться в свои покои. Что-то здесь было не так!

Юноша быстро убрал монеты в мешочек и завязал тесемку. Странно! Магия исчезла. Будто и не появлялась вовсе.

Сальват снова рассыпал все монеты по кровати.

«О чудо! Магия пропитала воздух. Видно то, до чего дотрагивается маг — несет в себе его энергию. Здорово!».

Парень в последний раз решил пересчитать свой первый настоящий доход и на этом покончить с магической игрой. Направление чародейства было пока ему незнакомо, так что увлекаться ею он не стал. На сегодня волшебства предостаточно.

Перебирая каждую монету, юноша сразу решил бросать в мешочек, не теряя попусту времени.

Один…Два…Три…Четыре… Стоп! Дойдя в счете до шестнадцати, Сальват не ощутил ничего необычного. Но вот семнадцатая монета была не такой, как все. С виду, конечно, не определить, но внутреннее чутье подсказывало — она была не совсем обычной.

Молодой парень поднес золотой кругляшек к зажженной свече, и обнаружил маленькое пятнышко. Слишком малюсенькое, чтобы увидеть с первого раза невооруженным глазом.

В следующее мгновение, объяснить, что же произошло, Сальват не смог.

Попытавшись протереть пятно грязи на монете, парень ощутил безумный прилив магии. На полном ходу, она ворвалась в его тело, и отбросила на кровать. Несколько золотых кругляшей подпрыгнули на мягком белье и, приземляясь по очереди на деревянный пол, предательски громко застучали драгоценным металлом.

Казалось, такой грохот разбудит саму смерть.

Юноша задрожал от страха, прислушиваясь. Если гномы услышат посторонний шум, то ему точно несдобровать. Он понятия не имел, как все это им объяснить.

Но, к счастью, магия незнакомца была бесподобна. Роти и Гимрин спали беспробудным сном. Наверное, даже сам Великий Молот не смог бы их сейчас разбудить.

Сальват поднялся с кровати, постепенно отходя от такого магического удара. Он осторожно собрал монеты, положил их в мешочек, и спрятал в потайном ящичке своей прикроватной тумбочки.

Он сразу понял, что за пятнышко было на золотом кругляшке. Человек, который хотя бы немного обладал магическими способностями, при соприкосновении с кровью мага возымел тот же самый эффект. И увидел бы то же самое, что пришлось лицезреть молодому парню.

А именно смертельную рану Карабара. Могущественный маг нанес смертельный удар в честном бою. Сила чародейства проникла, словно ядовитая медуза в тело Карабара. Раскинула свои щупальца и крепкой хваткой вцепилась, не желая покидать человеческое тело.

Видение также быстро исчезло, как и появилось. Больше Сальват ничего не смог разглядеть. Магия незнакомца понемногу утихла. Запах гари медленно покинул комнату, следуя примеру своего создателя. Оставалось еще много вопросов: куда направился маг со смертельной раной в боку.

Может, куда более могущественный колдун сумел бы это узнать, но уж никак не молодой парень, навыки магии которого были собственно, на нуле.

Единственное, что юноша узнал наверняка — Карабар направился подальше от этого места, чтобы спокойно умереть. Замести следы, потому как свою задачу он полностью выполнил.

Кровь незнакомца не предоставила парню возможности увидеть содержимое зеленого свертка. Отчего его ценность становилась еще более высокой. После всего, хорошо бы задуматься, а не продешевил ли парень, получив за сделку всего семьдесят две монеты.

Пусть и золотые.

Пусть и тальгардские.

«Ну, что ж. Посмотрим, кто придет за „кладом“. Еще один Боевой маг? Или кто-то по серьезнее? Попутно узнаем настоящую ценность предмета. Если конечно, повезет. Наверняка, он намного дороже. Точно, продешевил. Клянусь Великим Молотом!».

Сальват дунул на свечу, и комната погрузилась во мрак, намекая хозяину, что пора закрывать глаза и отдать свое сознание Богине сна.

Что парень с удовольствием и сделал.

Глава 2 Незваные гости

Небесное светило уже довольно высоко поднялось в небо, оглашая начало полудня, когда раздался стук в дверь.

Назойливый.

Игнорировать его было невозможно:

— Вставай, соня! Повозки прибыли из столицы. Нужно помочь разгрузить товар.

Сальват с трудом разлепил глаза.

Сколько времени он проспал? Казалось, незнакомец совсем недавно покинул их заведение, оставляя после себя заклятие сновидения. Молодой парень не думал, что оно возымеет такой потрясающий эффект.

А может, все это сон?

Юноша поспешил заглянуть в потайной ящичек, который сам и смастерил в прикроватной тумбочке. Он нащупал небольшой мешочек с деньгами и упокоился.

«Слава Богам!»

То, что произошло вчера, ни при каких обстоятельствах не могло быть сном. Тальгардское золото было более чем реальным.

Стук в дверь вновь повторился. Теперь уже намного громче, чем в предыдущий раз.

— Иду я уже! Иду!

Сальват вышел из комнаты, предварительно захватив с собой две золотые монеты.

Во дворе трактира кипела жизнь.

Прямо посередине стояли доверху набитые повозки. Они проделали огромный путь до Китежара и обратно, и по виду, никак не оскудели. Тули просто отдал подношение королю, а в столице закупил необходимый товар для торговли.

Гномы приветствовали друг друга, словно не виделись несколько месяцев. Хлопали сородичей по широким плечам и громко смеялись. Даже веселый Батхи лаял на прибывших хозяев, и подпрыгивал, пытаясь слюнявым языком лизнуть чье-нибудь загорелое лицо.

Сальват отыскал глазами Хагрима и бросился ему в объятия.

— Осторожно, задушишь. — Гном едва не потерял равновесие.

После этого, юноша подошел к Тули и обнял его:

— Удачного возвращения, старейшина.

— И тебе удачного дня, Сальват. Спасибо, что присмотрел за трактиром.

— Ну, если на чистоту, — слегка возмутился Гимрин. — Все же это нам с Роти пришлось присматривать за трактиром и в особенности за Сальватом.

Все гномы весело рассмеялись, прекрасно зная, кто первый завалился на свое ночное ложе.

— Кстати, — внезапно вспомнил Роти. — Ночью у нас был постоялец. Правда, не долго.

«Ну как сказать, не долго! Вы же спали, как мертвые сурки, понятия не имея, что происходило во дворе трактира». — В душе рассмеялся юноша.

— Молодцы! — похвалил своих сородичей Тули. — Даже в отсутствие нас, вам удалось немного подзаработать.

Роти и Гимрин быстро переглянулись, вспоминая, кто же взял плату за жареного оленя и эль.

К их счастью, ситуацию быстро поправил Сальват, вынимая из кармана штанов две золотые монеты:

— Он назвался твоим другом и расплатился вот этим.

В ладонь старейшине упали два желтых кругляшка.

Гномы просто опешили.

Даже Роти с Гимрином удивлено открыли рты, видя впервые такое вознаграждение.

«Интересно, — подумал юноша — как бы сильно они удивились, если бы увидели спрятанный мешочек в прикроватной тумбочке?».

И в душе он искренне рассмеялся во второй раз.

— Тальгардское золото. — Задумчиво произнес Тули. — Как, ты говоришь, его имя?

— Карабар.

Старейшина подумал немного и пожал удивленно плечами:

— Не припоминаю такого.

— Ну как же? — Сальват широко раскрыл глаза. — Он сказал, что давний твой друг.

— Вполне возможно. А может он просто прикинулся моим другом. Ведь трактир был уже закрыт. А незнакомцу нужна была пища и выпивка. В любом случае, правды мы не узнаем. Верно Роти?

— Ага! Главное, он щедро заплатил. Спрячь золото, Сальват.

И юноше возвратили его заработанные монеты.

«Как же так? Гимрин ни слова не упомянул о том, как Карабар потерял сознание у него на глазах? Магия незнакомца была поистине сильна. Никогда в жизни, юноша не слышал, чтобы заклинатель с легкостью мог вырезать у гнома частичку памяти. Если он, конечно, не один из Великих Богов».

Сальвату стало не по себе.

«Кем на самом деле был этот маг?».

Но вслух, он не стал ничего говорить.

Старейшина еще несколько мгновений задумчиво постоял, потом пришел в себя и скомандовал:

— Ну, чего застыли? Заканчиваем разгружать товар, и готовимся к приему гостей. Скоро здесь будет не протолкнуться.

Гномы быстро приступили к работе.

Скоро с ближайших уголков Тальгарда подтянутся люди, гномы, а может быть и представители других рас. Полакомиться куском жареной вальтальской оленины, свежим элем и Боги ведают еще чем, не прочь будет и лесная королевская стража. А уж работники с ближайшего рудника были завсегдатаями питейного заведения.

Первые посетители не заставили долго себя ждать. Два стражника, постоянные клиенты — Гарим и Валикас. Они закончили смену, и теперь, удобно расположившись за деревянным столиком, употребляли исключительно эль местного брожения.

Далее подтянулась троица гномов из ближайшего рудника, имена которых Сальват не знал. Зато их очень хорошо знал Роти. Они усаживались за дальний столик, чтобы своими громкими разговорами не мешать другим посетителям.

Все шло по уже накатанной дорожке.

Немногим позже прибудут четыре охотника с Вальтальского леса, работники близлежащего рудника и жители соседней деревни — примерно человек десять-двенадцать.

Как обычно в «Пивной Бороде» соберется немалое количество посетителей. Они щедро заплатят за выпивку. Будут гулять, петь песни и к позднему вечеру гномы могут предвкушать неплохой доход. Возможно, сегодня прибыль составит больше обычного.

Но Сальват ждал от сегодняшнего вечера совсем другого. Он ждал человека.

Карабар обещал, что прибудет его друг и заберет свое имущество. Ночной гость щедро заплатил, и все что теперь нужно делать — это ждать. А ждать Сальват — ох, как не любил!

Вечер быстро заканчивался. Трактир опоясывала глубокая тьма. И если бы не свет факелов, расставленных по периметру заведения, дворовая территория утонула бы в беспросветной мгле.

«Пивная Борода» готовилась к закрытию, народ потихоньку стал покидать заведение. Темная ночь вынуждала людей торопиться по домам, чтобы избежать встречи с лесными тварями, что выползали из своих нор, дабы полакомиться человечиной.

Но друг Карабара так и не появился.

Сальват присел за один из свободных столиков и тяжело вздохнул. Видимо, сегодня передать «клад» по назначению не удастся. Сколько еще вечеров предстояло провести в томительном ожидании?

Слишком глубоко погрузившись в свои мысли, юноша и не заметил, как через входные ворота вошел высокий старик в темно-зеленой мантии в сопровождении восьми вооруженных людей. Седая борода и длинные прямые волосы развевались на легком ветерке. Опирался старец на деревянный посох, такой же древний, как и он сам.

Один из гномов приметил поздних посетителей и направился к ним навстречу:

— Долгих лет жизни, уважаемые. К сожалению, трактир готовится к закрытию, но мы все равно рады приветствовать вас в нашем заведении. Если вы…

— Мы не отнимем у тебя много времени, гном. — Высокомерным голосом перебил его старец. — У нас к тебе будет только один вопрос.

Один из воинов приблизился к старику, грамотно оттеснив близко подошедшего бородача.

Одет он был в белоснежную кирасу. На боку мирно примостился короткий меч, а за поясом торчала рукоять дорогого кинжала. Голова была покрыта капюшоном, а нижнюю часть лица скрывал высокий воротник. Таким образом, из видимой части лица оставались лишь глаза. Безразличные глаза и в то же время, устрашающие.

Остальные семь воинов выглядели точь в точь похожими на него. Единственным различием было вооружение. Все носили короткие мечи, а у двух из них за плечами покоился длинный боевой лук.

В нагрянувшей темноте, компания выделялась на фоне ночного леса, куда не мог достать свет от зажжённых факелов. Гном давно не видел такого вооруженного отряда, разгуливающего по приграничной территории да еще в такое позднее время. Королевская стража, что патрулировала Вальтальский лес, имела голубые цвета Китежара. А этих бойцов бородатый представитель «Золотого Молота», лицезрел впервые в жизни.

Сальват заметил горстку воинов. Поднялся со стула и быстро направился вслед за гномом, поприветствовать посетителей. Эта компания вызывала нездоровый интерес. А вдруг, человек Карабара — тот самый седой старик с посохом в руке?

— Долгих лет жизни, достопочтенные воины. Прошу за соседний столик. — Юноша остановился в нескольких шагах. Ближе подходить к этой воинственной компании он пока не желал.

Ни один боец не пошевелился. Даже, когда Сальват рукой указал на то место, где находился свободный столик.

Чего нельзя сказать о седом старике.

Он сделал шаг вперед и долго смотрел в лицо молодому парню. Прошло несколько мгновений, после чего указательный палец неприятно ткнулся в грудь Сальвату.

Юноша сделал шаг назад. Седой старик вызывал ужасное отвращение, и от него разило смертельной опасностью.

— Ты… — сухой отвратительный голос наполнил воздух вокруг, и от него стало не по себе. Первоначально сложилось впечатление, что с юношей разговаривает сама смерть. — Ты разговаривал вчера с молодым магом.

Это было, скорее утверждение, чем вопрос.

Сальват ощутил на себе удивленные взгляды присутствующих.

Хотя нет.

Это было не удивление.

Скорее, хищный оскал разъяренного животного. И оно готовилось в любой момент атаковать жертву.

Мир вокруг немного потускнел, и в воздухе в прямом смысле слова «запахло жареным». В Тальгард явилась самая настоящая магия. Но не та, что применял Карабар. Это была волшбы разъяренного чародея, готового любой ценой достигнуть желаемого.

Пройдет не так много времени с момента этой встречи, когда юноша научится распознавать заклинание иллюзии. Сможет самостоятельно его применять и пробиваться через границы разума, намереваясь прочесть тайные мысли.

— Он что-то тебе передал? — Не отставал могильный голос старика.

Запах гари исчез, и сознание вновь прояснилось. Видимо, старик добился намеченного результата. А потому, врать не имело смысла.

— Ты пришел за зеленым свертком? — парень должен был спросить, нутром чуя, что нервы у всех на пределе.

— Да. — Улыбка седого старика вышла больше угрожающей, чем милой. Хотя кто знает, что ею хотел показать гость?

— Тогда ты должен знать его имя. Того, кто приходил сюда прошлой ночью.

Зачем Сальват это спросил?

Удивлению старца не было предела. Такого презрительного недоверия он еще не испытывал:

— Ты что, не веришь мне, глупый мальчишка! Зачем я, по-твоему, приперся в такую глушь?

Бойцы в белых одеждах не на шутку встревожились.

— Давайте все успокоимся. — Вмешался гном, разряжая обстановку. — Парень просто пытается уточнить, тот ли ты человек. Верно, Сальват?

Последний вопрос был адресован юноше. Но вместо него в разговор снова вступил нетерпеливый мертвецкий голос.

— Сальват… — Задумчиво произнес старик, словно пытался вспомнить, не встречался ли ему этот парень ранее. — Естественно, я знаю его имя! Что за глупые вопросы!? Моего друга зовут Карабар. Тебя устроил мой ответ?! — незнакомец понизил голос, но интонация получилась еще более угрожающей.

У Сальвата пересохло в горле, то ли от магической атаки, что держала его в напряжении несколько мгновений назад, то ли от появившегося страха перед вооруженными людьми.

От этой компании действительно веяло смертью. Потому юноша в ответ просто кивнул.

— Так иди и принеси мне, этот чертов ключ! — Старик перешел на крик, заставляя всех присутствующих вздрогнуть. Даже непоколебимые бойцы отшатнулись, словно боясь попасть под горячую руку.

Парень немедленно развернулся и больше не желая оставаться в одной компании с этим человеком, побежал поскорее выполнять свою часть сделки.

Но с одной поправкой.

Он направился не в подвал, где тайно покоился «клад». А прямиком в трактир. Словно неведомая сила приняла за него это решение.

Скрывшись за массивной дверью, юноша успокоился. Сделал два глубоких вдоха, после чего бегом помчался на верхний этаж, где по дороге едва не сбил спускающегося Хагрима.

— Сальват, ты в своем уме?! Если хочешь побегать — отправляйся на задний двор!

— Мне нужно поговорить с тобой.

— Вообще-то я занят. Если ты не заметил — у нас еще остались посетители. А тебе советую не бегать без толку по трактиру, а убрать пустующие столы.

— Это срочно! — юноша грубо схватил гнома за локоть.

В тот самый момент из соседней комнаты вышел Тули, держа в руках счетную книгу.

— Что случилось? — старейшина увидел, как Сальват крепко вцепился в Хагрима.

— Нужно поговорить прямо здесь и сейчас! — решительности парня можно было позавидовать.

И она подействовала.

Хотя гномы впервые видели наглость мальчишки. Словно у него напрочь пропало уважение к старейшине клана, и законы «Золотого Молота» теперь для парня ничего не значили.

— Говори быстро. Времени у тебя мало.

— Еще бы. — Ответил Сальват. — Вернее сказать, что его нет совсем.

— Ближе к делу.

— Хорошо. — Юноша собрался с духом. Как бы ему не хотелось рассказывать правду, но сейчас это было просто необходимо. — Помните, Гимрин с Роти сообщили вам о том, что ночью нас посетил твой друг?

— Конечно, помню. Он представился Карабаром.

— Все верно. Гимрин готовил ему эль, а Роти — кусок вальтальской оленины. Я понятия не имею, что могло такого произойти, но результатом явилось то, что они напрочь забыли об этом случае. Словно Карабар вырезал у них из памяти фрагмент жизни.

— Что за ерунда? — раздражение Тули передалось и Хагриму.

Сальват нахмурился.

«Как рассказать гномам то, чего не сможет подтвердить Гимрин? И при этом не выглядеть лжецом»?

— Как вам объяснить? — юноша замялся. — Представьте себе такую магию, после которой Гимрин просто не может вспомнить часть прошлой ночи. А именно то, что же произошло потом.

— Магию!? — Хагрим удивленно посмотрел на Тули.

— А что там произошло? — старейшина не стал разбираться в тонкостях волшебства.

— Карабар потерял сознание у нас на глазах. В его правом боку была кровоточащая рана.

Тули нахмурил свои пышные брови, пытаясь представить сие действие.

— И они ничего этого не помнят? — удивился гном.

— Об этом я и говорю! Роти готовил кусок оленины, а Гимрин бросился к нему за помощью. И что самое интересное — не вернулся.

— Как это, не вернулся? — Хагрим решил, что мальчишка все придумывает на ходу.

Но Сальват не останавливался. Седой старик с деревянным посохом в руке не станет ждать вечно.

— Вот так! Не вернулся и все тут! Уже позднее я обнаружил, что они мирно легли спать. Можете в это поверить?

— Спать!? — гномы вновь недоуменно переглянулись.

Одно из двух: либо парень лишился рассудка, либо здесь и вправду вмешались Высшие силы. Версия, что юноша над ними издевается, была слишком глупа, чтобы в нее поверить.

— Я вам говорю! Уснули крепким здоровым сном! Но не это самое главное. Карабар передал мне некий предмет, и попросил сохранить до прибытия своего человека, чтобы передать лично в руки. Естественно, предварительно, заплатив.

Старейшина задумался:

— Так вот откуда эти две золотые монеты.

— Две монеты он заплатил за эль и мясо. А за сделку, которую мы с ним заключили — он отдал все свое золото.

Гномы ахнули.

— Ну и сколько ты заработал? — поинтересовался еще один подошедший гном.

Слушателей становилось все больше, особенно когда речь заходила о прибыли. Такова уж натура гномов! Выходцев из клана «Золотого Молота» не изменить.

Сальват не стал ничего скрывать:

— Семьдесят две монеты чистого тальгардского золота.

Следом прибыли Гимрин и Роти. Они не слышали начало разговора, но отчетливо разобрали последние слова Сальвата.

— И ты молчал? — Роти сильно разозлился.

— Естественно, я бы все вам рассказал. Просто не было подходящего момента.

— Значит, этот предмет у тебя?

— Он спрятан в надежном месте.

— Ты не перестаешь меня удивлять, Сальват. — Тули искренне поразился. — Есть что-то еще, что нам следует знать?

Юноша указал в сторону выхода и виновато посмотрел на старейшину:

— Во дворе, у входных ворот стоит седой старик в сопровождении вооруженных людей. И намекает на то, что он человек Карабара…

Парень еще не успел договорить, как Тули быстро подскочил к окну. Старейшина побледнел на глазах:

— Посмотри, Хагрим, кто нас сегодня почтил своим вниманием.

Хагрим вмиг оказался рядом со старейшиной и тоже изменился в лице;

— Великий Молот! Неужто сам Таррон почтил нас своим присутствием. Сколько лет прошло с тех пор, как он был здесь в последний раз? Послушай, Сальват. Я искренне советую тебе выполнить свою часть сделки. И как можно скорее, иначе у нас будут большие неприятности.

— У нас уже большие неприятности. — Поведал мальчишка.

Гномы разом уставились на молодого парня:

— В каком смысле?

— В том смысле, что это не человек Карабара. Не знаю, кто он, и как он узнал о ключе, но…

— Как ты сказал? — в унисон перебили юношу Тули и Хагрим.

— Я сказал, что он лжет…

— Нет-нет. Ты что-то упомянул о «ключе»?

— Об этом мне сказал Таррон. Заорал, как умалишенный: «Быстро тащи сюда, этот чертов ключ»! Ну, что-то в этом роде…

— Ты с ним разговаривал? — поинтересовался Хагрим.

— Конечно. Откуда бы я узнал, что ему нужно?

Тули не дал договорить парню. Быстро развернувшись к гномам, он промолвил:

— Если это то, о чем я думаю, то у нас не просто большие неприятности — у нас огромная беда! Карабар где-то раздобыл ключ от ковчега и принес прямо сюда. Теперь я понимаю, почему он назвался моим другом. Этот человек воспользовался моим именем.

— Значит, спустя столько лет, кому-то все же удалось найти ключ? Это невероятно! — Хагрим и гномы знали намного больше, чем могло показаться на первый взгляд. — Куда ты, говоришь, положил его?

— Я закопал его в подвале.

— Он знал! Он точно знал, где находится ковчег! — старейшина никак не мог успокоиться. — Только попадись он мне на пути…

— Ты можешь не беспокоиться насчет Карабара. — Просто сказал молодой парень. — Когда он покидал трактир, у него была огромная рана в боку. Он выглядел уже мертвецом. Думаю, молодой маг скоропостижно покинул Тальгард.

— Бедняга. — Пожалел его Тули. — Но это совсем не меняет дела. Долгое время у нас был ковчег. А теперь появился и ключ. Великий Молот! Сколько же прошло лет?! Восемнадцать? Девятнадцать?

— Почти двадцать лет. — Поправил старейшину Хагрим. — Теперь это уже не важно. Учитывая рану в боку, мы с точностью можем предположить, что Карабар не нашел ключ от ковчега, а силой забрал у одного из магов Святой Земли.

— Может и так. — Безмятежно сказал Тули. — Но теперь этот человек, скорее всего, прохлаждается в Царстве мертвых, завершив свое дело. А у нас во дворе стоит сильнейший маг с острова Святой Земли. И он хочет вернуть отобранную вещь. И я прекрасно понимаю, Роти, что ты хочешь сказать…

— Мы не дадим ему завладеть и тем и другим одновременно! — гном впервые в жизни перебил старейшину. — Иначе, погибший Джарет никогда нам этого не простит!

Сальват понятия не имел, о чем и о ком говорили его друзья. Но серьезность их разговора, он явственно ощущал. А еще нутром чувствовал, что в следующие мгновения, в его судьбе что-то должно перевернуться. Либо, выйти далеко за рамки обычного.

Словно в подтверждение его домыслов, Тули повернулся к сородичам, давая, может быть, последнее поручение в своей жизни:

— Гномы «Золотого Молота»! Во дворе нашего трактира стоит сам Таррон в окружении самых опасных в Тальгарде бойцов, именуемых Воинами Света. Они не просто сопровождают опытного мага, вышедшего на прогулку. Его воины пришли к нам, чтобы забрать то, что им по праву не принадлежит. И в память о нашем дорогом друге, мы будем защищать ковчег с ключом любой ценой. Даже ценою собственных жизней. Такова была воля Джарета, и мы ее исполним. Хагрим, раздай оружие. Сегодня мы вступим в бой.

Коридор опустел.

Сальват так и остался стоять на месте, не смея пошевелиться. Впервые в жизни он наблюдал, как его друзья готовились к битве. Как наспех облачались в кожаный доспех. Только в легендах юноша слышал, что настоящие боевые дворфы носили мифриловые доспехи. На деле же все обстояло не так.

Старейшина первым вышел из комнаты. У него в руках ярко сверкал если не Великий, то не менее знаменитый двуручный молот. Такое оружие с легкостью крошило вражеские черепа.

Следом за ним появился и Хагрим, вооруженный стальным мечом. В левой руке гном держал деревянный щит, такой древний, что, казалось, он выглядел намного старше самого Таррона.

А вот и несравненный хвастун-Роти. В руке (О, Великие Боги! Неужели все байки гнома — чистая правда?!) боевой топор из белого золота. Сколько троллей он перебил в той пещере? По рассказам гнома — их было не перечесть. На голову Роти нацепил железный шлем, смешно сидевший на его огромном черепе.

За ними присоединились два брата: Рабур и Бофур. На них зияли идентичные доспехи. Одну руку украшал железный овальный щит, а другую — большая булава, изготовленная, по-видимому, из того же металла.

Гимрин и Дварин оделись намного скромнее своих сородичей. Скорее всего, кирас на всех не хватило, а в руках просматривались обычные походные мечи, может быть, ни разу не побывавшие в настоящем бою.

— Где Дэрин? — спохватился Тули.

— Во дворе трактира. По крайней мере, до моего ухода он был еще там. — Сальват вспомнил последнее местонахождение гнома.

Старейшина выглянул в окно.

Дэрин стоял на том же самом месте. Он вел дискуссию с недовольными посетителями и видимо, пытался их убедить, что молодой парень выполнит просьбу мага Святой Земли. Во что бы то ни стало.

— Это плохо. — Сделал заключение Тули. — Нужно спуститься во двор. А ты, Сальват, выберешься через окно и тихо уйдешь, прикрываясь занавесом Вальтальскго леса…

— Еще чего! — возмутился юноша. — Вы моя семья, и я до последнего вздоха буду сражаться с вами бок о бок.

Хагрима охватила неподдельная гордость за своего воспитанника. Но несовершеннолетнего юношу, совесть не позволяла отправить в бой. Тем более на верную гибель.

— Это не шутки, Сальват. Во дворе трактира стоят хорошо обученные бойцы, не знающие жалости. И они с удовольствием проткнут тебе брюхо, чтобы посмотреть какого цвета у тебя кишки.

— Мне плевать! Я буду с вами до конца, с вашим благословением или без него.

— Я приказываю тебе! — прокричал Тули. — Вспомни законы гномов. Несовершеннолетие вне игры! А то, что я говорит старейшина — ты выполняешь!

Сальват обиженно проговорил:

— Несовершеннолетние бойцы остаются охранять женщин, стариков и детей. Не так ли, старейшина?! И сегодня я их не вижу в наших рядах! А потому, прошу благословения Великого Молота, чтобы присоединиться к твоему отряду. Я один из защитников «Пивной Бороды». Нравится тебе это или нет!

— Лучше уходи, Сальват. Это не твоя война.

— Дайте мне меч! — настаивал юноша. — Мне некуда идти. Вы — моя семья. И я останусь с вами!

Спорить было бессмысленно. Тули быстро повернулся к Хагриму и скомандовал:

— Дай ему меч. Когда выйдем во двор, пусть держится за нашими спинами и не высовывается.

После этих слов, старейшина перехватил удобнее тяжелый молот и двинулся к выходу. Он отворил массивную деревянную дверь, вышел из заведения на улицу. Остальные члены клана «Золотого Молота» немедленно последовали за ним.

Последний мирный посетитель уже покинул заведение. Непроглядная тьма нависла над одиноким трактиром. И только масляные факелы, грамотно расставленные по углам периметра, ярко освещали двор.

Старый маг и восемь опытных бойцов стояли все на том же месте, где расстался с ними Сальват. Их терпению можно было позавидовать. Ночные гости до конца верили в то, что молодой парень принесет зеленый сверток.

Но их ожидания не подтвердились.

Вместо этого, они увидели воинственно настроенных гномов.

Воины света напряглись.

Удивления они не скрывали. Даже наоборот! Какой опытный вояка откажется от хорошей драки?

Гномы выстроились у входных дверей трактира, создавая что-то похожее на боевой строй. Сальват расположился за их широкими спинами, крепко сжимая в руке железный меч. Не тот тренировочный, которым он сражался с Хагримом на заднем дворе, а самый что ни на есть настоящий.

Только один Дэрин, все еще стоял рядом с воинственным отрядом под предводительством старика с деревянным посохом, и с удивлением смотрел на своих сородичей.

«Зачем они вырядились в эти древние, Богами забытые доспехи?».

— Не стану кривить душой и искать оправдания. — Заявил Тули. — Скажу лишь одно: ту вещь, которую Карабар принес в трактир — я передам ему лично в руки.

Злость на лице Таррона проступила красными пятнами, и сдерживать эмоции он больше не хотел:

— Карабар сдох, как собака в Вальтальском лесу! Поэтому, сделать это тебе не удастся. Если хочешь еще раз послужить Тальгарду — отдай сверток мне, и никто не пострадает.

Маг Святой земли в последний раз пытался образумить гномов.

Тули посмотрел на его бойцов, вооруженных самым современным оружием, потом на свой маленький отряд. Он прекрасно понимал, что за свои слова понесет наказание не только он, но и вся его свита, вкупе с несовершеннолетним мальчуганом:

— Если Карабар мертв — ковчег вместе с ключом останется здесь.

Таррон вопросительно посмотрел на своего собеседника:

— Так вот зачем мальчишка притащил его сюда! У вас действительно есть ковчег целителя?

Старейшина промолчал.

— Отдай его мне, Тули. Пока не случилось непоправимое. Ты понятия не имеешь, какая сила заключена в нем.

Гном и слушать его не хотел:

— Нет! Это мое последнее слово! Убирайтесь из моего трактира, пока действительно не случилось непоправимое!

Последовала небольшая, но ужасно неприятная пауза. И только после этого старый маг произнес:

— Тогда вы все умрете!

Он повернулся к своим бойцам и громко скомандовал уже совсем не сиплым голосом:

— Убейте их всех до одного!

Снова Сальват почувствовал запах гари в позднем вечернем воздухе. Заметно потемнело в глазах. Видимо, Таррон призвал неизвестную магию. Хотя в открытую не применял никакого заклинания.

Ах, если бы юноша мог воспользоваться и своим даром, о котором упомянул покойный Карабар. Тогда бы шансы уравнялись.

А пока придется держать ответ при помощи стали.

Первый удар на себя принял Дэрин. Он находился слишком близко к воинам Святой земли.

После команды старого мага, длинный меч одного из Воинов Света, вонзился в широкую спину гнома, пробивая тело насквозь, и делая отряд обороняющихся на одного бойца меньше.

То, что произошло в следующее мгновение, Сальват не сразу осознал.

Компания наемников слаженно раскололась на три части, демонстрируя окружающим свою безупречную подготовку.

Первая группа из трех человек бросилась по левой части двора во фланг гномьева построения, опрокидывая на своем пути деревянные стулья и столы. Соответственно, вторая тройка — немедленно атаковала справа.

Все произошло молниеносно.

И пока гномы временно отвлеклись на нападавших, два лучника оставшиеся у входных ворот, вскинули длинные луки, пока к заветной цели добирались их соратники.

— Стрелы! — командным голосом закричал Тули, одновременно пытаясь укрыться за близлежащим столом.

Лучники били на поражение.

Их мастерство было отточено до совершенства. Воины Света демонстрировали заученные движения, грамотно целясь, и не давая ошеломленному противнику времени на раздумье.

Первым получил свою порцию смерти верный Батхи. Он пытался броситься в ноги одному из наемников, защищая хозяев заведения.

Стальные наконечники рассекали ночное небо, мчась навстречу своим жертвам. И никакая сила не могла их уже остановить.

Гимрин схватился за простреленное горло и тяжело рухнул наземь, навсегда отправляясь в Царство мертвых.

Одна из стрел пришлась в левое плечо Бофура. Он злобно захрипел от боли, не имея возможности удерживать щит поврежденной рукой. Но вовремя сообразил, какой смертоносной пришлась атака с воздуха, и укрылся за пищевыми ящиками, не позволяя усугубить и так нанесенный ущерб.

Остальные стрелы с характерным звоном вонзились в каркас деревянного заведения, точно в том месте, где мгновение назад находилась голова Сальвата. Парень успел среагировать на команду старейшины и нырнул под стол.

Ну, что ж! Веселье началось!

Теперь это далеко не тренировка.

Настоящая кровь, смерть и увечье!

Страх пробрался в сердца оборонявшихся. Страх за свою жизнь и жизнь своих давних товарищей. Справиться с ним предстояло прямо сейчас! Иначе битва могла быть слишком короткой.

Обе группы бойцов в одно мгновение достигли горстки гномов и врезались в стан противника по обе стороны флангов. Сальват услышал звон железа, раздавшийся при соприкосновении закаленной стали мечей о железные щиты и оружие гномов.

Лучники Таррона, увидев, что их соратники достигли места назначения, прекратили стрельбу.

Гномы приняли бой, как и говорил старейшина.

По левую руку от Сальвата своим могучим молотом работал Тули, уже уложив одного из противников наземь. Рядом с ним Бофур и Рабур отражали атаку сразу двух обученных наемников. И, несмотря на то, что один из близнецов был ранен в левую руку, гномы неплохо справлялись с нападавшими, время от времени успевая контратаковать.

Справа грозный ветеран Хагрим умело действовал стальным мечом, заставляя противника больше уклоняться, чем нападать. Боевую подготовку своего наставника Сальват уже видел. И не раз. Несладко придется его сопернику — это парень знал наверняка.

Рядом с ним плечом к плечу сражались Роти и Дварин, разобрав Воинов Света по одному на каждого.

Лишь несчастный Гимрин неподвижно лежал на утоптанной земле, держась обеими руками за вражескую стрелу. Он, как будто, все еще пытался вынуть ее из своего горла. И только закрытые глаза намекали на то, что жизнь давно покинула бренное тело, как и тело бедного Дэрина, подло убитого острым клинком в незащищенную спину.

Схватка продолжалась, а юноша просто наблюдал.

Нападавшие смешались в одну кучу с гномами. Два лучника прекратили стрельбу, отбросили в стороны орудие дальнего боя, и обнажили короткие мечи.

— Атака по центру! — Сальват не знал, что нужно кричать в этом случае, поэтому слова вырвались интуитивно.

Парень надеялся, что в пылу боя гномы его услышат.

И они услышали.

Тули бросил своего противника, которого они добивали с раненым Бофуром, и кинулся в сторону, массой своего тела сбивая с ног одного из «бывших» лучников.

Второй наемник, не обратил внимания на безумного гнома, и продолжил движение.

И только теперь юноша осознал, что момент настал.

Его долго к этому готовил Хагрим. Пора показать, что уроки наставника не прошли даром.

Отсиживаться за спинами своих товарищей он больше не мог, а потому страх должен отступить на второе место. В первую очередь нужно было выжить. Выстоять против грозного противника.

Сальват, обхватил рукоять меча и запрыгнул на рядом стоящий стол. Приближающего воина он атаковал сверху в прыжке. Дикий крик раздался над черным небом приграничной территории. Великие Боги вздрогнули в Небесной колыбели, когда молодой парень впервые заявил о себе.

Удар получился просто великолепным.

Наемник предвидел такую ситуацию и грамотно подставил под атаку стальной меч.

Но размах был такой силы, что он не удержался на ногах и повалился на землю.

Такой шанс нельзя было упустить.

Наемник лежал на земле, недоумевая, как глупый мальчишка одним ударом свалил натренированного бойца.

Без сомнения, это было подло. Но с другой стороны — защищаться приходилось в меньшинстве, потому юноша без промедления набросился на лежащего противника.

Наемник показал феноменальную реакцию, откатился в сторону, и в ответ лежа ударил парня мечом.

Чудом Сальват увернулся, отпрыгивая назад. Впопыхах он столкнулся с Хагримом, помешав тому нанести завершающий удар.

Мгновения замешательства хватило, чтобы второй лучник уже твердо стоял на ногах и с удвоенной яростью надавил на юношу.

Такой скорости Сальват прежде не видывал.

Даже ветеран Хагрим не так быстро орудовал мечом. Парень провел всего лишь несколько сомнительных выпадов, все остальное время упорно защищаясь. Оружие противника мелькало перед глазами, сталкиваясь с лезвием стального меча. От ударов сильная боль захлестнула запястье руки, и юноша понял — в таком темпе, силы его покинут, и наемник легко добьет своего противника.

Нужно было срочно что-то предпринимать.

И как можно скорее.

Большинство атак, Сальват уже не парировал, а просто уклонялся, заставляя противника рубить в пустоту, расходуя драгоценные силы.

Но и про ответные выпады ни в коем случае нельзя забывать! Иначе Воин Света быстро поймет, кто здесь главный.

Наемник дышал тяжелее. Реже наносил удары и пытался сэкономить оставшиеся силы, чтобы не позволить мальчишке завладеть преимуществом.

Вся дворовая территории трактира превратилась в настоящее побоище.

Восемь крепких гномов, двое из которых безжизненно валялись под ногами, отдав за сородичей душу то ли Всевышним Богам, то ли бесконечной Тьме, и молодой несовершеннолетний парень, самоотверженно защищались от небольшого отряда хорошо обученных наемников с острова Святой Земли.

Силы были далеко не равными.

Даже наемники, оставшиеся без двух своих бойцов, искусно вели схватку по всем правилам полностью «переигрывая» своего не совсем опытного противника. Гномам определенно не хватало мастерства. Размахивая древним оружием, иногда удачно атакуя, в большей степени благодаря своей интуиции, или остаткам опыта прошлых лет, они все же осознавали, что проигрыш не за горами.

Тули, сильно выбившийся из сил, уже не так активно размахивал двуручным молотом, сотрясая больше ночной воздух, чем назойливые головы своих соперников.

Хагрим пока еще орудовал мечом, вынуждая противника уходить в защиту. Но явно бросалось в глаза, что сил у него осталось немного.

Рядом неутомимый Бофур бился с глубокой раной в левой руке. Кровь стекала с ладони, разбрасывая красные капли по дворовой территории трактира. А рядом маячил несравненный хвастун Роти уже без смешного шлема на голове.

Оставшиеся гномы устало отбивали мощные атаки, молясь Великому Молоту, чтобы он, наконец, закончил эти мучения.

Дело было дрянь.

Бой постепенно переходил в фазу завершения. Воинам Света понадобилось бы еще какое-то время, чтобы разобраться с противником. Но седой старик не хотел долго ждать.

В воздухе появился знакомый запах гари. Настолько отчетливый, что мир перед парнем поблек, и возродился совсем в других красках.

Не желая больше тянуть время, Таррон вступил в дело.

Магия наполнила двор трактира, заставляя факельные столбы вспыхнуть с удвоенной силой. Никто, кроме Сальвата так и не осознал, что неточные безобразные удары вкупе с ошеломительной усталостью — это происки седого старика с посохом в руках.

Вмешательство мага никак не входило в планы молодого мальчишки. Сила истинной волшбы не поддавалась воображению.

На мгновение, юноша представил, как гномы перестают воевать и мирно, всей гурьбой отправляются в свои покои для безмятежного сна, как это было после встречи с Карабаром. Сальват остается в гордом одиночестве против грозного соперника и в считанные мгновения отправляется в Царство мертвых.

От этой мысли стало не по себе.

Молодой парень каким-то внутренним чутьем ощутил движение сзади, и отскочил в сторону. Убирая натренированное тело из зоны удара меча, он в очередной раз продемонстрировал неплохую реакцию. Закаленное оружие соперника с большим сожалением рассекло воздух, и снова вернулось в исходную позицию, приготовившись дать бой.

Наемник в белоснежной кирасе, освободился от своего визави и направил свою мощь на несовершеннолетнего парня.

Силы таяли на глазах и движения юноши уже были не такими быстрыми. Он с трудом отражал удары меча, парировал хитрые замахи и уклонялся от неминуемых атак.

Даже отскоки стали не такими ловкими. И Сальват прекрасно знал, кто во всем этом виноват. Достаточно было одного взгляда, чтобы оценить обстановку, и понять, насколько серьезно Таррон вступил в игру.

Седовласый маг поднял над головой деревянный посох и уже во всю мощь читал заклинание.

Магия старика ощутимо наполнила двор трактира, заметно мешая обороняться и без того проигрывающим хозяевам. В носу и горле невыносимо зажгло, создавая дискомфорт и вызывая страшную панику. Нестерпимо хотелось пить.

Но думать об этом было некогда.

В следующее мгновение Сальвата вновь атаковали. И теперь соперников было двое.

Снова продемонстрировав отменную реакцию, юноша успешно покинул зону поражения, и краем глаза успел выхватить совсем печальную картину.

Старейшина сражался уже с двумя бойцами, с трудом отмахиваясь тяжеленым молотом. Об атаке и речи быть не могло.

У его ног безжизненно распластался Бофур, с огромной рваной раной в груди.

Рядом безнадежно пытался подняться его брат Рабур, зажимая рукой правый бок, с торчащей в нем дорогой рукоятью кинжала. По ней стекала ярко красная жидкость, превращаясь в огромную лужу.

Снова атаковали наемники.

Их удары Сальват не без труда парировал. Умело передвинулся далеко в сторону и приготовился к защите.

Быстро накатила усталость, ограничивая движения. Юноша понял, что один не в состоянии будет справиться со своими оппонентами, и потому подвинулся ближе к своему наставнику. Силы покидали молодого парня.

Неутомимый Хагрим, уже «наевшись» тяжеленой битвой, едва стоял на ногах. Сопротивляться здоровенному бойцу в белоснежной кирасе было уже невыносимо.

Справа его подстраховывал Роти, успевая отражать атаку противника. И не забывая о том, что поблизости лежит поверженный Дварин, из мертвого тела которого, третий наемник вынимает меч, готовясь помочь своим товарищам.

Заклинание старого мага сработало на ура!

Отряд обученных бойцов стал сильнее, хитрее и проворнее.

Действуя грамотно и слажено, они быстро выключали из боя одного за другим бородатых гномов, плавно и размеренно заканчивая начатое представление. Тех, кто остался, они давили количеством.

И вновь наемники набросились на молодого парня.

Теперь уже одновременно, забирая у Сальвата последние силы. Жестко подставленное оружие соприкоснулось сразу с двумя стальными клинками, и плохо закаленный металл не выдержал такой нагрузки. Лезвие предательски раскрошилось, а в руках осталась только рукоять.

Не давая ни мгновения передышки, Воин Света ударил молодого юношу ногой в живот. Сальват потерял равновесие и распластался на земле.

Острая, жгучая боль скрутила парня в три погибели, не позволив подняться. В глазах потемнело и перехватило дыхание. А при попытке сделать глоток воздуха, стало еще больнее. Словно ему в легкие метнули ежа.

«Все! Это конец!».

Весь Тальгард потух перед взором мальчишки, и на мгновение почудилось Царство мертвых во всей своей красе.

Сальват действительно приготовился умереть.

Это бы и произошло, если бы его не заметил находившийся поблизости Хагрим. Гном собрал остатки своей силы, плечом оттолкнул верзилу в белых кожаных доспехах, и бросился между наемниками и лежащим на земле молодым парнем, прекрасно понимая, чем все это может закончиться.

Удар мечом получился слабым, но точным.

Острое лезвие аккуратно вонзилось в живот бородатого гнома, заслонившего своим телом Сальвата. Мощными руками, раненый гном, вцепился в горло каждому из нападающих и, издав дикий крик, повалил обоих на деревянный стол. Под тяжестью трех громадных тел, стол перевернулся, опрокидывая незадачливых соперников.

— Хагрим! — что есть мочи закричал Сальват.

На его глазах погибал, может быть, самый близкий ему друг, вместо него пожертвовавший своей жизнью. Такой расклад дел даже самому заклятому врагу нельзя было пожелать.

Мгновения замешательства хватило, чтобы юноша поднялся на ноги и сжал свои мощные кулаки. Его оружие вышло из строя, раскрошившись на мелкие кусочки.

Защищаться было нечем.

Но молодой парень не желал сдаваться.

Он мог бы броситься на убийц с голыми руками, восхваляя месть, но последнего шанса атаковать наемников ему уже не представилось. Сумасшедшей силы магическая волна ударила в его незащищенный мозг, отчего юноша схватился за голову с неистовым криком.

Таррон читал заклинание уже в полную силу.

У парня помутнело в глазах, и от запаха гари стало невозможно дышать. Будто кто-то сдавил его горло, перекрывая доступ свежего воздуха.

Краем глаза Сальват успел увидеть, как героически сражается Тули один против двух сильных соперников. Неутомимый Рабур с дорогим кинжалом в боку уже оставил все попытки подняться на ноги и помочь своим сородичам. И великолепный Хагрим с раной в животе, несовместимой для жизни, лежит на земле, удерживая крепкой хваткой двух воинов.

Лишь Роти, все еще сражался бок о бок со своим сородичем, хоть как-то обозначал ход битвы.

Гномов осталось всего двое.

Они из последних сил защищали неизвестный ковчег и ключ, который принес Карабар в «Пивную Бороду».

И долго это продолжаться не могло.

Двое бойцов старого мага уже освободились от железных объятий Хагрима и поспешили на помощь своим соратникам.

Пятеро подготовленных воинов в белых одеждах против двух гномов, сильно уставших, и едва сдерживающих невероятное наступление.

Поражение было обеспечено.

Скоро хозяева «Пивной Бороды» гордо падут от рук непобедимых бойцов, и жизнь в старом трактире навсегда закончит свое существование.

Но магу Святой Земли и этого оказалось мало!

Таррон, видимо, не хотевший больше рисковать жизнью своих людей, поднял древний посох над головой, и в его костлявых руках деревянный артефакт засветился ярким синим пламенем. Двор трактира озарил яркий свет, словно на улице был снова ясный день.

Заклинание явилось в Тальгард мощным ударом.

От сильной боли в голове, у Сальвата подкосились ноги.

Он беспомощно упал, словно его сразило оружие наемника.

И последнее, что парень успел увидеть сквозь пелену затуманенного взгляда — это отряд королевской стражи.

Солдаты Регеля быстро заполняли двор трактира. Юноша не успел заметить, чью сторону примут воины в голубых доспехах. Его сознание проваливалось в небытие и больше не подчинялось.

Необъятная Тьма окутала разум молодого парня, и он ей с легкостью поддался.

На сегодня магии было предостаточно.

Глава 3 Секрет Фабиана

… Вспышка. Вторая. Потом еще одна.

Сальват зажмурился, пряча глаза от нестерпимо яркого света. Казалось, сами Перворожденные Боги спускаются на землю, жестоко наказывая его за нелегальную сделку с молодым магом. Карабар выполнил свое предназначение, и теперь преспокойно покинул Тальгард, хоть и не по своей воле, оставляя главную заботу своему «последователю».

Четвертая вспышка была куда сильнее предыдущих трех.

Солдаты королевской стражи закрыли лицо руками, чтобы избавиться от безудержного света. Всю территорию трактира осветила неизвестная магия. Прокралась в самые потаенные уголки «Пивной Бороды».

И когда, сопровождая вспышку, появился шум в голове, стало нестерпимо больно.

Кто-то из стражников повалился на землю, больше не в силах терпеть такие издевательства. Большинство из них зажимали уши руками, не так сильно реагируя на яркий свет, как на гудение в голове.

Сальват ощущал и то и другое.

И в неизмеримо больших размерах.

Неизвестная сила проникла в его сознание, словно пыталась полностью взять над ним контроль. Парень ничего не слышал и не видел. Только этот неугомонный гул в голове и белое свечение перед глазами. Остальной мир для него перестал существовать. Находясь в пустом пространстве, юноша больше не ощущал твердую землю под ногами. Если это заклинание сработало по воле старого мага, то ему просто не было равных. Либо его поддерживают Боги Небесной Колыбели, либо он и есть сам Бог.

В следующее мгновение мир вокруг «Пивной Бороды» немедленно опроверг эту информацию. Яркая вспышка довольно прилично ослабила хватку, предоставляя Сальвату возможность, хоть и через туманную пелену, но кое-что разглядеть в этой суматохе.

Из этого состояния его вывел знакомый голос Таррона. Маг пытался остановить это безумие. Его слова медленно наслоились на царящий вокруг шум, больше напоминая стон отчаяния:

— Нет!

Похоже, один Таррон понимал, что сейчас происходит.

Его древний деревянный посох стремглав поднялся над головой, тоже изображая что-то наподобие белого света. Настолько слабого в отношении мира вокруг, что в его объятиях тот напоминал маленькую игрушку.

Сальват с трудом вглядывался в силуэт Таррона, боясь потерять из виду что-то очень важное. Сильно болели глаза. Слезы переполняли веки. А нестерпимый шум в голове стал уже просто невыносимым.

Таррон монотонно шевели сухими губами, читая свое заклинание. Оно направлялось теперь не на горстку гномов, а на неведомую силу, что сковала Тальгард в белом безумии.

На какое-то время юноша поверил в то, что маг с острова Святой Земли, сможет все это остановить, пока не произошло очередное непредсказуемое событие.

Сила, прорывавшаяся в наш мир, почувствовав сопротивление, обнаружила его источник и сразу же атаковала.

Теперь белая вспышка била прицельно.

В один момент маг оторвался от земли, принимая на себя ее удар, отлетел на несколько шагов назад, и приземлился на спину около поверженного Хагрима. Его открытый рот жадно хватал ночной воздух, не позволяя себе так глупо умереть.

Магическая рана появилась в груди Таррона. Она доставляла тому ужасные страдания, но не была смертельной. По крайней мере, он попытался подняться, чтобы дать новый бой неведомой силе.

Волею судьбы, оказавшись на земле возле умирающего гнома, он не сразу заметил, как бородач, истекая кровью, зло посмотрел на упавшего врага. Гном изобразил что-то наподобие зловещей ухмылки. За все время битвы, Таррон впервые оказался так близко.

И этот шанс нужно было использовать!

Превозмогая боль, Хагрим потянулся, издавая тяжелейший стон. Он больше похож был на рык раненого зверя. Рука потянулась к магу и схватила того за горло, еще больше перекрывая доступ свежего воздуха.

Таррон попытался вырваться из крепких объятий, но сделать ему это не удалось.

Приложив максимальное усилие, Хагрим сдавил трахею, заставляя врага обеими руками ухватиться за его запястье. Такой прием должен был на мгновение отвлечь руки противника. И незащищенный живот оказался во власти умирающего гнома.

Наставник Сальвата вынул кинжал из ножен своего же врага и воткнул его точно в грудь по самую рукоятку.

— Умри, старый колдун! — предсмертные слова бородача гордо прозвучали в ночном воздухе Приграничья.

И в этот самый миг, призрак Принцессы мертвых мелькнул над их головами. Душа умершего мага медленно отделились от тела. Взмыла в ночное небо и перешла во владения новой хозяйки.

А яркое свечение, почувствовав, что сопротивления больше нет, тотчас потухло, возвращая миру те краски, в которых он существовал все это время. Как будто бы ничего и не произошло…

— Живой?! — голос доносился откуда-то издалека.

Такой тихий, что Сальват не сразу сообразил, что обращен он был именно к нему. Складывалось ощущение, что с ним разговаривали сами Создатели.

«Великие Боги решили удостоить его вниманием?».

И тут же нашелся ответ: «Неужели это конец, и он на краю Царства мертвых»?

Нет!

Этого просто не может быть!

Нужно срочно выбираться отсюда!

Сальват хотел объяснить, что он еще в сознании. И умирать ни в коем случае не собирается. Но губы предательски отказывались подчиняться. Битва в трактире полностью лишила его сил, не давая возможности заговорить.

Юноша попытался разумом соединиться с собеседниками, зная, что Создатели должны были его услышать, на то они и Боги.

Но ничего не вышло.

А спустя какие-то мгновения, вместо очередного вопроса, он ощутил дуновение ветерка. Настолько реальное, что сознание вихрем возвратило его в тот мир, из которого он время выпал.

Теперь голоса звучали отчетливо. Голоса его друзей — Тули и Роти. И были они совсем рядом, так близко — только протяни руку.

«Ну, слава Богам!».

Он находился пока еще в Тальгарде.

Глаза его были закрыты, но реальный мир все же существовал. Ни где-нибудь далеко, а в этом самом месте.

С первой попытки веки не поддались. Слишком тяжелыми они были. Да еще боль в голове до сих пор не прекращалась, хотя по прошлым страданиям — намного уменьшилась. И, наконец, позволила трезво соображать.

Собрав в кулак все свое мужество, парню удалось немного приоткрыть глаза и оценить обстановку.

Он лежал на одной из широких кроватей. На двух остальных сидели Тули и Роти, о чем-то тихо переговариваясь. Сальват узнал стены трактира. А, если не подводила память — он находился сейчас в комнате, где раньше жили Рабур, Бофур и Гимрин.

«Бедные гномы! Никогда не загладить перед ними свою вину!». Ведь это он принял зеленый сверток у Карабара, после чего началась кровопролитная резня.

Сальват не мог припомнить, что было, после того, как он упал от воздействия магических сил.

Как он оказался в комнате? Последнее, что он помнил — это белое свечение и защитная магия Таррона.

Еще были солдаты короля.

«Что это? Видение? Или же ночной кошмар?».

Ответ на вопрос предстояло узнать немедленно!

Сальват приподнялся на кровати, привлекая внимание окружающих. Силы его подвели, и вместо этого получилось воспроизвести только стон отчаяния. Тяжелая голова вновь обессиленно опустилась на подушку.

Гномы увидели, как юноша пришел в сознание.

— Слава Великому Молоту! Ты живой!

Тули помог парню подняться.

Голова все еще гудела, но после принятия вертикальной позы, стало намного лучше. Веки полностью раскрылись, увеличивая обзор.

Перед ним сидели два знакомых здоровяка. К сожалению, всего лишь два. Остальные шестеро давно отправились в Царство мертвых. И никогда больше не удостоят его своим присутствием.

Рабур, Бофур, Гимрин, Дварин, Дэрин оказались на пути Воинов Света. И, конечно, отважный Хагрим, отдавший свою жизнь за бесшабашного мальчишку, который всего лишь хотел заработать немного тальгардского золота.

От этой грустной мысли на глаза накатились слезы. И сразу расхотелось жить.

Гномы заметили, как парень закрутил головой, в надежде увидеть еще кого-нибудь из клана «Золотого Молота».

— Что же я наделал? — слеза предательски скользнула по бледной щеке.

— Не думай об этом. Самое главное — ты жив! — Роти прижал к себе молодого парнишку.

— Они все погибли из-за меня. Хагрим… Гимрин…

— Не надо, не начинай. — Роти остановил юношу, нежно погладил по голове.

— Не ты в этом виноват. — Старейшина взял слово.

— Что?! — Сальват оттолкнул Роти, вскакивая на ноги, отчего едва не рухнул на пол — силы еще не полностью восстановились. — Может, ты виноват? Может, ты взял это чертово золото?!

— Тише, тише. — Гном хотел схватить юношу за руку, но тот с ловкостью увернулся.

Злость придавала ему сил, быстро восстанавливая потерянную энергию:

— Шестеро из восьми моих друзей мертвы! Если бы я знал, что придется заплатить такую цену — не взял бы и золотой монеты! И ты говоришь, что не я виноват?

Роти посмотрел на старейшину, не зная, как возразить мальчишке.

Но юноша неугомонно продолжил:

— Это не Воины Света убили моих друзей. — По щекам парня катились слезы. — Это сделал я! Вот этими самыми руками …

— Молчать! — Тули вскочил с кровати и быстро приблизился к Сальвату, напоминая, кто здесь старейшина. — Успокойся и сядь на кровать, пока я тебе не врезал.

Взгляд гнома выглядел угрожающим, чтобы проверять правдивость его слов. И крепко сжатые кулаки весомо подтверждали это. А потому юноша не стал испытывать их гнев на себе.

— Тише там! Иначе я вас расселю по отдельным комнатам! — раздался незнакомый голос по ту сторону двери.

Сюрпризы только начинались.

Сальват посмотрел на гномов, ожидая объяснений. Хотя догадаться было не сложно.

— Королевская стража. — Поведал Роти. — Взяли нас под арест, словно отпетых преступников.

Тули схватил графин с прикроватной тумбочки и, наполнив стакан водой, протянул молодому парню.

Сальват снова присел на кровать, залпом выпил и почувствовал, что стало намного легче. Хотя он сейчас бы не отказался от кружки эля.

— Я потерял шестерых своих «сородичей», — прервал паузу старейшина. — Скорее всего, потеряю трактир и оставшихся в живых друзей. О себе вообще промолчу. Так как держать ответ за все это придется мне. Поэтому не позволю наводить панику в такой сложный для нас момент. Ты меня понял?

Сальват кивнул.

— Это хорошо. Теперь уясни — если Роти говорит, что это не твоя вина, то значит, так оно и есть.

— Ты просто хочешь меня утешить…

— Не перебивай, глупый мальчишка! Всей правды ты не знаешь, поэтому винишь только себя. То, что вчера произошло — должно было произойти, рано или поздно.

Тули выдержал паузу, которой и воспользовался Сальват:

— Но, к сожалению, вы не сможете посвятить меня в эту самую правду, потому что я не достиг совершеннолетия. Верно?

Гномы переглянулись, и Тули преподнес еще один сюрприз:

— Верно! Таковы законы «Золотого Молота»! Но в данной ситуации я думаю, мы можем сделать исключение.

— Исключение? — юноша удивленно вскинул брови.

Такого подарка он не ожидал.

И от кого!

От самого старейшины!

— Обстоятельства заставляют нас обойти древний закон. Я бы сказал, слишком тяжелые обстоятельства.

Тули на мгновение замолчал.

Молодой парень не стал использовать паузу для своего красноречия. В данный момент, он предпочитал внимательно выслушать.

— Не буду ничего от тебя утаивать. Скажу лишь одно. Нас с Роти, скорее всего, ждет смерть. А вот на твой счет — пока ничего не ясно. Человека не смогут казнить, по крайней мере, не нарушая закон.

— Казнить? За что? Они же сами на нас напали.

— За то, что клан «Золотого Молота» почти двадцать долгих лет утаивал от Святой Земли злополучный ковчег.

— А причем здесь Таррон и его отряд убийц? — негодовал юноша.

— О-о! Таррон имеет к этой истории самое непосредственное отношение. А что касается Воинов Света — так это обычные наемники. Они тренируются на острове Святой Земли в крепости Брахат. Личная свита магов, так сказать.

Тули замолчал, предоставляя мальчишке право задать вопрос.

— Значит все это из-за ковчега и ключа?

— Из-за него. Таррон шел по следу Карабара. Ты говоришь, он был ранен?

— Не то слово. Он просто истекал кровью.

— Вот тебе и ответ. Я думаю, ваш ночной гость добыл ключ в бою. Убил Хранителя и трофей забрал с собой.

— А этот противник, скорее всего, был одним из приближенных Таррона. — Закончил за него молодой парень.

— Совершенно верно! Именно из-за этого ключа мы потеряли лучших друзей на поле боя. Больше скажу, солдаты короля не дали нам даже похоронить их с честью на погребальном костре. Они просто бросили тела в выгребную яму.

Старейшина сжал кулаки, демонстрируя всю свою ненависть.

— Но какой смысл теперь устраивать казнь? Ведь Таррон может просто забрать ковчег с ключом и уйти.

Тули с усмешкой посмотрел на Сальвата:

— Не может.

— Это еще почему? В обмен на ваши жизни я смогу показать, где спрятан ключ Карабара.

— Ковчег уже открыт. — Просто сказал Роти.

— Как открыт? Кто это сделал?

— Этого мы уже не узнаем. Все, что мы видели, пока ты находился без сознания — яркое белое свечение, выпорхнувшее из подвала. Таррон попытался вступить с ним в схватку и проиграл.

«Значит, это был далеко не сон! Может быть какое-то странное видение, подсознательно повлиявшее на разум. Но никак не сон. Это уж точно»!

Юноша сразу вспомнил, как его наставник из последних сил убивает старого мага.

— Значит, Таррон мертв?!

Гномы переглянулись.

— Не дождешься! Его магическая особа спокойно пребывает во дворе трактира с солдатами короля. Они ожидают гонца от его Величества. Так же, как и мы все. С одной только разницей — его не взяли под стражу.

Еще один сюрприз!

Парень не переставал удивляться. Как же сильно изменился Тальгард с момента их прошлого боя, если головорезов перестали сажать под стражу. Фактически, гномы — пострадавшая сторона.

Теперь Сальвату нестерпимо захотелось знать, что же здесь все-таки произошло. И что это за ковчег, которым так желал обладать Таррон? Почему из-за ключа, принесенного Карабаром в «Пивную Бороду», были хладнокровно убиты шесть его друзей? И кто начал эту войну?

— Расскажи мне про этот ковчег. — Попросил Сальват. — Прошлой ночью я сражался с вами бок о бок. Думаю, я достоин это знать.

«Ну что ж. — согласился старейшина. — Парень имеет на это полное право».

Тем более, все, что произошло этой ночью, непрерывно связано с его появлением в трактире. А потому, Тули ближе подвинулся к молодому мальчишке и доверчиво посмотрел в глаза:

— Много лет назад я познакомился с одним человеком. Его звали Джарет. Единственный, кто тогда поддержал меня в создании трактира на Приграничной территории. Не считая, конечно, моих сородичей. Он был моим ближайшим другом из расы людей.

Покидая клан «Золотого Молота», мы с Хагримом и Роти первыми обосновались на этом месте. Уже позднее к нам присоединились — Рабур и Бофур, а следом — Дварин, Дэрин, и Гимрин.

Мы затеяли интересное дело, открывая здесь «Пивную Бороду» и Джарет нам всячески в этом помогал. Люди, которые видели среди нас человека, уже не с такой опаской поглядывали в сторону новоявленного заведения. Конечно, с первых дней существования трактира, доверие к нам было настолько слабым, что мы с трудом сводили концы с концами.

В первые несколько недель нашими посетителями были только гномы. Они работали на руднике в Нефритовых горах. А уже позднее, нам удалось заманить сюда двух стражников, сделав им ошеломительную скидку.

Но оно того стоило.

По всей округе разнеслась весть о питейном заведении. Тем лучше, что рядом проходила дорога, ведущая прямиком в Китежар. Это теперь, когда в Вальтальском лесу появились ночные чудовища, весомо прекратился поток путников в столицу. А до того, лет двадцать назад все было по-другому.

В конце каждого месяца у нас было до шести-семи постояльцев, кто коротал ночь в наших комнатах отдыха. И одним из таких постояльцев был орк. Имени, мне, к сожалению, уже не вспомнить.

— Орк? — удивлению Сальвата не было предела.

— Совершенно верно! Самый, что ни на есть орк. Кстати говоря, он являлся нашим постоянным гостем, и имел в этом заведении солидную скидку.

Так вот, мой друг Джарет пользовался непререкаемым уважением у гномов. Это он замолвил за нас словечко перед отцом короля Регеля. С ним мы договорились о размерах дани. Собранные продукты, шкуры оленей и волков, эль, серебряные и медные монеты доставлялись в Китежар точно в срок. Наше заведение тогда могло спокойно существовать.

Король никогда не вмешивался в наши дела, потому что мы до сих пор ему исправно платили.

Наш новый друг проживал в близлежащей деревне под названием Сухая Тропа. Там он работал местным целителем. Собирал травы и приготавливал из них снадобья и всевозможные отвары. Они пользовались огромным спросом среди населения. Что ни говори, а маг из него был толковый.

Так вот. В один из прекрасных вечеров, Джарет прибыл в наше заведение очень поздно. Заведение давно закрылись. Тем не менее, мы с Хагримом гостеприимно приняли его в «Пивной Бороде».…

…— Ты чем-то встревожен, Джарет? — Тули вопросительно взглянул на ночного гостя.

Взгляд целителя немного побегал из стороны в сторону, как будто решаясь сказать что-то очень важное.

— Не знаю с чего начать. — Неуверенно произнес маг.

Гномы переглянулись, и в их сердцах появилась тревога.

— Что случилось? — Хагрим не любил долгих пауз, тем более в такой напряженной обстановке.

— Кеби носит под сердцем моего ребенка.

Напряжение тут же спало.

Улыбка у Тули выросла почти до ушей, а Хагрим весело хлопнул друга по плечу.

— Ну, ты даешь, Джарет! Стоило нас так пугать. Это же здорово!

— Это еще не все. — Перебил собеседников маг. — Самое ужасное, что он об этом знает.

Гномы резко перестали ликовать, но улыбка все еще не покидала их радостные лица.

— Кто «он»?

Гость с трудом подбирал слова:

— Прошлой ночью ко мне в дом постучал человек. Вернее, он пытался выдать себя за человека. От него тянуло магией за несколько верст. И выглядел он вполне обычно. А в остальном… Короче, не могу объяснить.

Улыбка уже полностью сползла с лиц его друзей.

— А зачем он приходил? — осторожно поинтересовался Хагрим.

— Он передал мне это.

Джарет осторожно вынул из наплечной сумки клочок свернутой белой ткани, которую опоясывала черная тесьма. Все это было скреплено гербовой печатью. И этот герб они видели впервые.

— Знаете, что это такое?

Гномы пригляделись, но ничего подобного не могли припомнить.

— Это рекула. — Пояснил целитель.

Ничего не изменилось.

Тули и Хагрим все также с удивлением разглядывали неизвестную вещь. А название им ни о чем не говорило.

— А почему ты ее не развернул? Наверняка там что-то написано.

— Ты с ума сошел, Хагрим! Ты не знаешь, что такое рекула?

Гномы пожали плечами:

— Представь себе, нет!

Джарет с досадой покачал головой. Он был явно огорчен происходящим.

— Тогда вы вряд ли, сможете меня понять. — Голос их закадычного друга казался совсем расстроенным.

На мгновение Тули подумал, что целитель может просто уйти, оставив их наедине со своими догадками. И скорее всего это бы и произошло, если бы Хагрим не разрядил обстановку:

— Да брось, Джарет. Мы никогда не учились в академиях, и уж тем более не занимались колдовством. Поэтому слово «рекула» нам ни о чем не говорит. Мы надеемся, что ты, в силу нашей довольно продолжительной дружбы, поведаешь, что значит сие название.

Ночной гость с удивлением окинул взглядом присутствующих и с осторожным недоверием, уточнил:

— Вы действительно не знаете, что это такое?

— Великий Молот! — Тули уже с трудом сдерживался, не давая эмоциям захватить власть. — Мы понятия не имеем, о чем ты говоришь!

Теперь Джарет немного успокоился.

По крайней мере, гномы оценили его состояние именно так. Но все же их друг все еще с опаской поглядывал по сторонам. Может, сомневался, стоит ли им все рассказать, или, лучше не втягивать их вообще в эту историю.

Трактир был пуст, а значит, любопытные уши не помешают их разговору. И внутренний голос настойчиво повторял: «Зачем ты сюда пришел, если не доверяешь своим лучшим друзьям?».

Целитель Сухой Тропы не сомневался, что гномы поддержат любое его разумное решение. Но совесть задавала один единственный вопрос: «Правильно ли он поступит, приняв на себя ответственность, втянуть друзей в опасную авантюру?».

Гномы же с нетерпением ждали ответа на вопрос. И, несомненно, видели, как трудно он давался их другу.

Джарет не стал более затягивать и так беспокойную паузу:

— Я прочитал одну древнюю книгу, и она поведала мне, как утративший веру паломник, положил на алтарь своего Бога пергамент с рукописью. В нем была просьба о помощи. Чадо этого человека очень сильно болело, то и дело, намереваясь в удачный момент ускользнуть из этого мира, оставив все мучения в этой бесполезной жизни.

Дочь могла надеяться теперь только на чудо, потому что самые искусные маги не могли помочь невыносимому горю отца.

И вот, в один прекрасный день, лекари заметили, что девочка пошла на поправку. Настроение отца значительно улучшилось. Но только до того момента, пока к ним в дом не постучал посланник и напомнил о выполнении просьбы, взамен попросив свою.

Далее книга умалчивает о том, чем закончилась эта история. Но в сердцах людей до сих пор остается надежда на то, что даже безвыходную ситуацию вполне возможно решить. Если точно знать где, как и кого попросить об этом.

— Значит, кто-то пытается нам помочь? — удивленно произнес Хагрим.

— Совсем наоборот. Кто-то просит нас о помощи. Кто-то очень могущественный передает нам послание. С давних времен, когда произошла эта история, безнадежную просьбу древние люди называли — рекула. Своего рода, угасшая надежда. И она, скорее всего, останется без ответа. Человек или представитель другой расы, безнадежно надеется только на нее. Последняя попытка, что кто-то услышит и останется не безучастным к его мольбе.

— А почему этот незнакомец сам не предпринял такой попытки, а обратился именно к тебе? Ты же не какой-нибудь Бог.

— Вот именно! Я считаю, что именно они и просят нас помочь.

— Для чего им это? — Хагрим не мог поверить в такую ерунду. — Боги могут все, и даже больше. На то они и Боги. Верно?

— А если, не все? — не унимался Джарет. — Если то, о чем они просят, им могут помочь только смертные? Такие, как мы? Я же объяснил, рекула — это последняя для них надежда. Своего рода жест отчаяния. Кто знает, какая беда постигла Небесную Колыбель?

На миг гномы задумались.

А вдруг целитель был прав?

Ведь течение жизни Тальгарда непосредственно связано с его Создателями. Стало быть, выбор отказаться или помочь — напрямую мог зависеть от существования их самих.

— Да откуда мы вообще, знаем, кто он такой? — Хагрим настойчиво спорил, нутром понимая, что к правде ближе его друг, чем он.

— В его присутствие я почувствовал не просто добротную магия, а Великую силу. Она бурно била ключом из его сознания. А еще, перед тем, как уйти, он объявил, что у меня будет сын. Кто мог об этом знать, кроме меня и Кеби?

— Мы знаем. — Напомнил ему Тули.

— Да потому, что я вам об этом сказал! А кто сказал ему?!

Действительно.

Если до какого-то времени Джарет держал это в тайне, откуда к незнакомому человеку, или кто это там был на самом деле, просочилась такая информация.

— Так что же все-таки произошло? — вопрос Хагрима не имел права оставаться без ответа.

— Ничего. Он просто отдал мне рекулу. Объявил, что у меня будет сын и ушел.

— Вот так просто ушел? И все? Даже не назвал своего имени? — в этот раз Тули не сдержал прилива удивления.

— Его зовут Фабиан. По крайней мере, он так представился. И пока я внимательно разглядывал незнакомый герб — его и след простыл. Видите эту тесьму, что опоясывает белый материал? Она черного цвета. Что означает — смерть. А в нашем случае — незнакомец просит помощи, от которой зависит чья-то жизнь.

Гномы притихли.

Нужно было тщательно все обдумать. Но мысли Джарета оказались быстрее:

— Вот поэтому я и пришел посоветоваться с вами. Не хочу принимать такое решение сам.

— А Кеби знает о том, что произошло?

— Ни в коем случае? Хочешь, чтобы она родила раньше положенного срока?

Гномы улыбнулись, видимо, представив, как такое может произойти.

— Но прежде, чем мы примем решение, — продолжал целитель, — я должен вас предупредить. Если мы сломаем печать, то пути назад уже не будет.

— А что? У нас есть возможность отказаться? — поинтересовался Хагрим.

И они вместе посмотрели на старейшину.

— Нет! — молниеносно принял решение Тули. — Такой возможности у нас больше не будет. Если Боги просят о помощи, то мы поможем. Тем более, насколько я понял из твоего рассказа, тот, кто просит, обязательно должен отдать долг. Верно, Джарет?

— Если книга не врет.

— Значит решено. Ломаем печать. Всю последующую ответственность я беру на себя.

Джарет шагал впереди, неся в руке зажженный факел. Следом за ним, стараясь огибать сухие ветки, что издавали неприятный хруст, двигались Тули и Хагрим. Тропа, по которой тайно шли путники, едва прослеживалась среди густонаселенных деревьев. Но целитель прекрасно понимал — место должно быть уединенным. Ни одна живая душа, ни при каких обстоятельствах не должна знать, что в Вальтальском лесу делают два гнома и человек.

Выйдя на небольшую опушку, Джарет остановился. В нескольких шагах от него рос одинокий трухлявый пень.

Положив не него рекулу, целитель еще раз обернулся к гномам.

— Ломай печать. — Уверенным голосом сказал Тули, давая понять, что менять свое решение он не намерен.

Гномы встали вокруг старого пня, а Джарет рядом воткнул факел, освещая тайное место.

Целитель взял в руки свернутую белую ткань и еще раз осмотрел гербовую печать.

Она представляла собой уменьшенную копию Тальгарда, над которым кружило крылатое существо с огненным мечом наперевес. Такого странного герба никто из присутствующих никогда не видел. Портить вещь неизвестного происхождения было плохой идеей, но другого выхода не оставалось. Они просто обязаны были узнать, что внутри.

Джарет разломил печать на две части, ожидая чего-то сверхъестественного, но все осталось как прежде. Мир вокруг них даже не изменился.

Целитель сорвал черную тесьму, а магическую белоснежную ткань положил на сухой старый пень, предварительно развернув.

Ничего не произошло.

Присутствующие на мгновение подумали, что это чья-то злая шутка. Внутри рекула оставалась такой же белой, как и снаружи. Никакого тебе послания, просьбы или мольбы.

— И это все? — удивлению Тули не было предела. — С таким же успехом ее можно было вскрыть и в трактире…

— Смотрите! — внезапно перебил его Хагрим.

Действительно, рекула начинала меняться.

Сначала на белой ткани едва заметно проявились какие-то надписи. Их смысла никто не понимал. А потом по краям возникли магические руны, напоминая зрителям, что это далеко не шутка.

— Язык Древних. — Пояснил своим друзьям Джарет.

— Ты сможешь его прочесть? — с надеждой в голосе спросил Тули.

Джарет не ответил.

Он погрузился полностью в незнакомые руны.

И чем пристальнее целитель вглядывался в слова, тем ярче становились надписи на ткани. Рукопись рекулы появлялась не спеша. Уже можно было видеть ясные очертания. Красивые завитки рун и древних символов загадочно переливались.

Все ярче и ярче становилось в лесу. Джарету приходилось уже жмуриться, от нестерпимого красного света болели глаза. Гномы отвели взгляд, все равно ничего не понимая в Древнем языке.

Ткань уже раскалилась докрасна, озарив своим светом одинокую опушку в глубине леса. А потом и вовсе вспыхнула красным пламенем, заставляя всю троицу отпрянуть в сторону.

— Туши ее! — закричал Хагрим.

— Бесполезно. — Успокоил целитель гномов. — Это магический огонь. Руками вы его не погасите.

Рекула полыхала еще какое-то время и потухла сама, не оставив после себя ничего, кроме воспоминаний. Даже на старом пне никто не заметил присутствия каких-либо следов возгорания. Древний текст канул в небытие.

— Ты успел прочитать? — гномы одновременно задали вопрос.

— Это очень Древний язык. Думаете легко перевести такой текст?

— Ну, хоть что-то удалось понять из этого набора непонятных символов? — не унимался Тули.

Джарет с сожалением посмотрел на своих друзей. Он прекрасно понимал, что ответ их расстроит.

— Из этого послания я понял только два слова.

— Всего лишь два слова? И это все?! — Тули разозлился.

— На этом языке уже никто не говорит. Он давно потерян для нашего мира. Думаю, сам Таррон из ордена Сорис не смог бы понять больше.

— Еще чего! — Хагрим был против. — Не хватало нам еще этих мерзавцев со Святой Земли у себя в трактире!

В любом случае, даже если кто-то еще мог перевести этот текст, то все рано было уже поздно. Рекула сгорела без остатка.

— Тем не менее, у нас есть два слова. Верно?

— Это лучше, чем ничего.

— Это и есть — ничего. — Поправил собеседника расстроенный Хагрим.

— Не слушай его, Джарет. Лучше выкладывай, что ты видел. — Перебил Тули своего сородича.

Целитель глубоко вздохнул, понимая, что гном прав. Но уж если они взялись за это дело, нужно доводить его до конца.

— Рукопись была написана на Древнем языке. Мне очень сложно его читать, но я все же выделил для себя два слова: «ковчег» и «Сухая Тропа».

— Не так много, на самом деле. — Хагрим ухмыльнулся.

— Но и не мало. — Ободрил приятеля Тули. — Мы знаем, что такое Сухая Тропа — это раз. И знаем, что такое ковчег — это два.

— Не знаем, но можем предположить, что это какая-та вещь, в которой что-то спрятано. Верно?

— Получается так! Теперь, что мы имеем? Сухая Тропа — это близлежащая деревня, в которой ты, Джарет, проживаешь со своей семьей. Значит, осталось найти ковчег.

— Все верно. — Целитель согласился со старейшиной. — Это не так мало, как может показаться нашему другу Хагриму.

— Да, действительно. — Тули согласился с Джаретом. — Единственным здравым объяснением для нас будет следующее: твой ночной гость, как его там зовут?

— Фабиан.

— Точно! Фабиан ищет некий ковчег. И он находится в Сухой Тропе.

— Ну как же. — Возразил Хагрим. — А вы не заметили ничего странного?

— А что тут странного?

— А то! Если Фабиан знает, где его ковчег, почему сам не поищет? Тем более он уже был в Сухой Тропе. Я думаю, здесь не все так просто.

— Никто и не говорит, что все будет просто! — напомнил ему Джарет. — С другой стороны, Фабиан может просить и не за себя. А может, присутствие его в Тальгарде ограничено какими-нибудь своими рамками? Да мало ли, каким правилам он вынужден подчиняться! Может, ему вообще запрещено вскрывать рекулу?

Вопросов было уйма. А ответов на них — ни одного.

Да и Хагрим с постоянной своей подозрительностью был прав.

Слишком все просто.

На основе двух известных фраз, они сами додумали текст послания.

А что, если это не так? Может деревня, в которой живет их друг и есть тот самый ковчег? Тогда какой смысл был в рекуле?

— Разгадывать загадку можно до бесконечности. — Объявил Тули. — Поэтому для начала возьмем первый напрашивающийся вариант. И будем от него отталкиваться.

— Согласен. — Хагрим кивнул бородатой головой. — Мы должны что-то предпринять, раз уж согласились на эту авантюру.

— А поэтому, — продолжил старейшина. — Условно будем считать, что ковчег Фабиана находится в твоей деревне. И его нужно найти. Гномам туда вход воспрещен, а потому искать тебе придется самому.

— Я даже не знаю, что искать. — Отчаялся Джарет. — Если бы я видел, как он выглядит?

— Самое главное, как он будет это делать? — снова вмешался в разговор Хагрим. — Перекопает лопатой всю Сухую Тропу?

— А кто сказал, что ковчег зарыт в земле? Мы этого не знаем наверняка.

— Это самое удобное место, иначе его бы уже давно нашли.

— Не забывайте, друзья, что в Сухой Тропе все население — сплошь одни фермеры. И земля уже перекопана вдоль и поперек.

— Тоже верно! — согласились собеседники.

После чего повисла долгая пауза.

Каждый пытался докопаться до истины и разгадать загадку Фабиана.

И тут вдруг у Джарета мелькнула очередная мысль:

— А может его до нас кто-то уже нашел? Просто не знает, что это такое. Хранит у себя дома, как неизвестный артефакт.

— Разумно. Но почему тогда незнакомец пришел именно к тебе? Вот в чем вопрос.

Ответа никто не знал.

— Тем не менее, нужно с чего-то начать. — Тули принял решение. — Поищи сначала в своем доме. Потом аккуратно поспрашивай у фермеров. Может, кто чего и знает. Я думаю, ты его найдешь. Он точно должен быть в Сухой Тропе.

— А что потом? После того, как мы найдем ковчег? — Джарет хотел знать все наперед.

— Потом будем ждать. Фабиан явится за ним, и мы выполним свою часть сделки. Других вариантов у меня нет.

Слишком просто! Собеседники прекрасно понимали, что о таком пустяковом поручении не попросит Величайшей силы маг. Что-то здесь было не так.

Далеко не так!

Ну, ничего. Первостепенным делом было найти ковчег. А потом они спросят у этого Фабиана, насколько он важен для него. И от степени важности будет зависеть их желание. А оно, по тексту древней книги Джарета, Великий маг должен для них исполнить, во что бы то ни стало…

… Старейшина медленно подошел к прикроватной тумбочке и налил из кувшина воды. Потом выплеснул содержимое себе в рот.

Сальват сидел, как вкопанный, не смея прерывать собеседника. История гнома была увлекательной. И каким-то внутренним чутьем, юноша догадывался, что этот рассказ тесно связан с его пребыванием в «Пивной Бороде». Но пока гном и словом не обмолвился о молодом несовершеннолетнем парне.

И эту долгую паузу пора было прекращать:

— Я так понимаю, это еще не все?

— Далеко не все! — Тули снова присел на кровать, которая раньше принадлежала Рабуру. — Через несколько дней, Джарет принес ковчег. И как ты думаешь, где он его нашел?

— В Сухой Тропе. — Нетрудно было догадаться.

— Во дворе своего дома! Под старой телегой. — Сказал Тули. — Вместе с ковчегом была записка на Древнем языке. И в этот раз нашему другу удалось перевести текст целиком, так как он не был ограничен во времени.

Из записки мы узнали, что к этой странной вещи прилагается особый ключ.

— Значит, чтобы исполнить волю рекулы, вам нужно было просто открыть ковчег?

— Мы тоже так подумали. К сожалению, никаких записей о месте нахождения ключа Джарет не нашел. Единственной ниточкой, за которую можно было потянуть — это краткое упоминание о какой-то рукописи, что хранится где-то в Серебряных горах. Причем точное ее местоположение неизвестно.

— И вы отправились на поиски? — нетерпеливо вмешался Сальват.

Тули вздохнул, подумав о чем-то грустном.

— У нас было слишком мало информации. Поэтому мы приняли решение еще подождать. Фабиан просто обязан был снова появиться в Сухой Тропе, видя наше бездействие. И мы надеялись, что он сможет многое объяснить.

— Но вы ошиблись. Верно?

— К сожалению, да. Дни неумолимо тянулись, а Великий маг так и не удостоил нас своим присутствием. Все это время Джарет хранил ковчег и терпеливо ждал.

Потом, спустя несколько месяцев, у нашего друга родился сын. И назвал он его Сальват.

Парень вздрогнул.

— Да, да. Сыном Джарета оказался ты. — Подтвердил свои слова старейшина.

— Значит, у меня все-таки была семья…

— Ну конечно! Не гномы же тебя произвели на свет.

Сальват улыбнулся.

— Погоди, а как же так случилось, что я оказался с вами?

Тули замолчал.

Произносить вслух то, о чем просил его парень, не хватало храбрости. Бередить старые раны было довольно больно, даже для такого крепкого гнома, как он.

Как не крути, а юноша имеет полное право услышать рассказ до конца.

— Мы были хорошими друзьями с твоей семьей. Вместе отмечали праздники и Джарет с Кеби навещали нас в обычные дни. Кто бы мог подумать, что человек может так прочно сблизиться с гномами.

Когда Кеби с Джаретом привозили тебя в трактир, гномы просто сияли от счастья. Таких довольных рож, я не видел в обычные дни. Для них ты был просто лучиком света в тяжелой жизни Тальгарда. Казалось, само заведение радовалось твоему появлению.

— Это правда. — Подтвердил его слова Роти. — Гномы в тебе души не чаяли.

— Дни безмятежно тянулись. А Фабиан никак не хотел снова появляться ни в Сухой Тропе, ни в нашем трактире. Хотя, я думаю, маг прекрасно знал, что «Пивная Борода» являлась для твоего отца вторым домом.

Прочитав рекулу, оставаться безучастным к ней мы больше не могли. Ломая незнакомую гербовую печать, все прекрасно осознавали, какое обязательство брали на себя гномы вместе с человеком. А потому, пора было уже действовать.

— И вы решили направиться в Серебряные горы?

Старейшина пристально посмотрел на Сальвата. В этот самый миг он напоминал своего отца. Такого же смелого, дерзкого и охваченного духом приключений.

— Джарет решил все за нас. Мы не то, чтобы отговаривали его, просто просили подождать пару-тройку дней. В конце месяца нам предстоял поход в столицу, к отцу короля Регеля. Но после возвращения, мы с радостью последовали бы за ним хоть на край Тальгарда. Но, твой отец только и твердил, что ждать он больше не в силах.

В один прекрасный день, он принес к нам ковчег, и мы спрятали его в подвале. Джарет наложил на него какое-то охранное заклинание. В магии я не силен, так что подробностей от меня не жди. Одно могу сказать, даже сам Таррон, посетив нашу обитель, не заметил такого ценного артефакта у себя под носом.

— Старый маг был у вас тогда?

— Естественно! Только обо всем по порядку.

Джарет все-таки отправился в горы, не дождавшись нашего приезда. Кеби была вне себя от ярости. Бросить жену с маленьким ребенком? Никогда в своей жизни она бы не подумала, что такая мысль придет в голову ее мужу. Да и что должно двигать человеком, чтобы решиться на такое?

— Вы не сказали моей матери правду?

Сальват недоумевал.

— Это было решение твоего отца. Он не хотел посвящать Кеби в эту историю.

— Но все-таки втянул. Иначе я был бы сейчас с ней. Верно?

Старейшина опустил глаза. Как сказать молодому несовершеннолетнему парню такое? Даже язык отказывался подчиниться.

— Твой отец отсутствовал очень долго. Наверное, пару месяцев. Кеби уже перестала ждать. Холодными ночами оплакивала своего мужа. Поверь, мы, как могли, успокаивали ее раненую душу. Объясняя, что это всего лишь вопрос времени. Хотя сами уже потеряли ему счет.

Но он все же вернулся. Один из наших постоянных клиентов, проживающий в Сухой Тропе, принес нам эту радостную весть. На следующий день я решил отправиться к нему в деревню, и выяснить, что же произошло.

Да только не успел.

Воины Света нас опередили.

— Наемники? — голос молодого юноши откровенно дрогнул.

— Они самые! Таррон каким-то образом вмешался в эту историю. Причем играл на противоположной от нас стороне. Только потом вспомнились слова твоего отца, когда мы прятали ковчег в подвале: «Ни в коем случае не доверяйте магам Святой Земли».

Они шли по следу Джарета до самой Сухой Тропы. И выследили его в родной обители. Никто не знает, между ними произошло. Да только Воины Света, по словам очевидцев, хладнокровно убили всю семью целителя, а бесполезные трупы покойных Джарета и Кеби утащили с собой.

Тули с трудом выговорил последние слова, увидев, как на глазах Сальвата заблестели слезы. Скажи он ему эту информацию ранее, молодой парень без сомнения сражался бы со старым магом до последней капли крови. И естественно, гордо проиграл.

— Зачем… им… мертвые тела?

Юноша едва выговорил эту фразу. Слова комом застряли в его горле. Ненависть душила его изнутри.

— Не знаю. Святая Земля обитель настоящих магов. Может, таким образом, они хотели выведать интересующую их информацию. Память крови — так вроде это называется.

— А что стало со мной? — парень старался держать себя в руках.

— Очевидцы поговаривали, что маленькому мальчику удалось скрыться в Вальтальском лесу. Наемникам, ты был не интересен. Дикие звери должны были сделать свое грязное дело, прекращая родословную.

Но они ошиблись.

После того, как мы узнали об этом, всем скопом бросились в лес и нашли тебя на той опушке, где твой отец впервые развернул рекулу. Каким чудом тебе удалось выжить, никто не знает. В лесу ты пробыл целую ночь. Видно. Великие Боги тебя лично хранили.

— Значит, у моих родителей даже нет Холма Упокоения? — Сальват не мог сдержать слез.

Гномы переглянулись, вспоминая, как этой ночью солдаты короля бросали их сородичей в выгребную яму. И никакими уговорами их было не заставить соорудить погребальный костер. Шестерых благородных гномов «похоронили», как бесчестных воров.

— И вы не стали мстить?!

Упрек молодого парня, словно острый меч, вонзился в сердце каждого из гномов. На этот вопрос трудно было дать вразумительный ответ. Но, Тули попробовал:

— У нас был выбор, Сальват. Преследовать отряд наемных убийц, или бросить все силы на поиски двухлетнего малыша, чудом укрывшегося в лесу, кишащего голодными тварями. Что бы ты сделал на нашем месте?

Юноша не ответил.

Соленые слезы беспощадно жгли уголки глаз, образуя мокрую пелену. Весь мир вмиг перевернулся. Само существование Тальгарда подверглось сомнению. И на душе стало совсем неуютно, от того, что парень все это время жил своей ненастоящей жизнью.

— Мы вырастили тебя, Сальват. — Теперь звучал голос Роти. — Ты был нам, как сын. Все эти восемнадцать лет наш клан «Золотого Молота» заботился о тебе. Вопреки всем законам, мы приняли в семью человека, обязуясь защищать и оберегать маленького юнца. И думаю, полностью выполнили свое обещание.

— А как же Таррон? — слезы все еще катились по щекам несовершеннолетнего мальчишки.

— Ах, да! Таррон! Этот старый прохиндей появился в нашем трактире через несколько дней. Проще говоря, мы ждали его прибытия.

Ему нужны были ответы. Да только их у нас не было. Все в округе знали, что мы большие друзья с Джаретом и его семьей, но не более того. В свои тайны он нас не посвящал. Вот, что гномы «Пивной Бороды» хором говорили.

Присутствие в наших рядах маленького мальчика, его особо не волновало. Больше всего его интересовал ковчег, который он почему-то не мог почувствовать в трактире. Твой отец был великолепным магом. И охранное заклинание после его смерти обрело небывалую силу. Мы сами, на несколько лет забыли о его существовании.

— Пока не появился Карабар. — Напомнил Роти.

— Вот именно! Пока в «Пивной Бороде» не оказался ключ. До сих пор ума не приложу, кто открыл ковчег?

— Теперь это уже не важно. — Сальват взял себя в руки. — Вопрос в другом. Мы выполнили свою часть сделки — открыли ковчег. Что дальше? Должен появиться Фабиан и исполнить любое наше желание? Или просто сказать спасибо?

Гномы молчали.

Никто и понятия не имел, что будет потом. Каким образом должна продолжиться эта история? И какую роль сыграет для них Фабиан?

Но пока, вопросы уходили на второй план. Сейчас у друзей были более серьезные неприятности.

К утру должен прибыть гонец из Китежара. Он привезет послание от короля. А это не сулило ничего хорошего. Гномы находились на земле людей, и значит, попадали под власть и законы Регеля. Жить им или умереть, решал только он. Жаль было только молодого парня. Он совсем еще юнец и не ведал взрослой жизни. Его смерть ничего не решит.

Тули мысленно впервые обращался не к Великому Молоту, а к Богам Небесной Колыбели:

«Великий Фабиан! Или кто ты там есть на самом деле? Услышь старейшину клана „Золотого Молота“! И если хочешь, покарай неугодных гномов! Но сохрани жизнь человеку. Ибо не один сын не должен отвечать за поступки своего отца!».

Но вслух Тули сказал другое:

— Ночь уже подходит к концу. Поэтому предлагаю отдохнуть, хоть у нас и не так много времени. Завтрашний день будет тяжелый. Это я вам говорю. За ночную бойню кому-то придется ответить. Надеюсь, это будем не мы.

«Ложь»! — Сальват сразу это почувствовал.

Он прекрасно знал, кто и за что будет отвечать перед королем.

Но с мыслью старейшины согласился. Сон даст возможность хотя бы отдохнуть. Сегодня парень многое узнал о своей семье. Мысли нужно было привести в порядок. Успокоиться и адекватно оценить ситуацию. А ситуация была не в их пользу. Юноша сражался на стороне гномов, а потому их участь он разделит, без сомнения. И вряд ли король Регель его пощадит.

Глава 4 Герцог Батаб

Остаток ночи юноша провел без сна. А потому, первым услышал, как дверь в их комнату неожиданно приоткрылась. На пороге появился один из стражников короля и оглядел комнату:

— Прибыл гонец из Китежара. Готовьтесь спуститься во двор.

«Ну, вот и дождались»!

Гномы вальяжно поднялись с кроватей, словно намеревались, как можно дольше растянуть пребывание в своих покоях. Встреча с человеком короля, не сулила им ничего хорошего. Каждый из них мог с полной уверенностью предположить, что произойдет дальше.

Гонец доставит послание. Точнее, приказ. И от него будет зависеть дальнейшая судьба «Пивной Бороды». В худшем случае, их закуют в железные цепи и отправят в Китежар. Регель не должен забыть их щедрые подношения. И потому, можно надеяться, что король будет благосклонен к их смертным душам. Ну, а в лучшем — они постараются объяснить случившуюся ситуацию, и правитель их услышит. Покарает Святую Землю и отпустит гномов на все четыре стороны.

Это была безумная идея! Но, придется хватать за хвост любую, даже безнадежную надежду.

Спускаясь во двор, Тули сразу почувствовал неладное. Какое-то неприятное напряжение висело в утреннем воздухе, накаляя и без того нервозную атмосферу.

И что самое паршивое было в этой ситуации — подозрения его подтвердились. На территории «Пивной Бороды» он увидел солдат в красных доспехах.

Не голубых!

Голубые доспехи носили стражники Вальтальского леса. И Тули их не страшился.

Но, красные!

Это был цвет крови. И он точно знал, кому принадлежали такие цвета.

Роти тоже это заметил. Некогда веселый и задорный гном, с разочарованием посмотрел на старейшину. Такого клан «Золотого Молота» даже в страшном сне не мог себе представить.

За большим деревянным столом, развалившись на удобном сколоченном стуле, сидел Таррон. Маг, всем своим существом демонстрировал глубочайшее презрение. По одному его виду можно было понять, что он здесь не пленник. И даже не гость. Он хозяин сложившейся ситуации.

Но не это напугало бородатых здоровяков.

А тот человек, что гордо восседал рядом со старым магом. Уж его представители клана «Золотого Молота» никак не ожидали увидеть.

Герцог Батаб.

И появление здесь его персоны, не сулило ничего хорошего.

Люди в Тальгарде делились на три типа. Первые, неплохо относились к представителям горных рас. Среди них можно отметить покойного Джарета, Кеби и еще единицы доброжелателей. С натяжкой, но в эту компанию стоило бы записать и клиентов трактира.

Второму типу, было абсолютно наплевать, существуют гномы в этом мире или нет. Пока Нефритовые горы не трогают мирных жителей Тальгарда и боевым строем не пересекают черту Приграничной территории, их все устраивает.

Но был и третий тип людей. Они, порой ненавидели сами себя. Чего уж говорить о представителях других рас. Такой человек мог просто напасть на одинокого гнома, тролля или гоблина. Потому, что просто захотел.

Вот к этому третьему типу и относился герцог.

Батаб был ярым защитником королевства. Его войска славились отменным боевым духом. Прежде всего, за счет жестокого предводителя.

Ни одну расу, кроме людской, не он признавал. Ненависть, которую все эти годы питал герцог к «Пивной Бороде», с годами лишь зрела день ото дня. Единственным человеком, кто удерживал брата от того, чтобы не сжечь трактир, был король Регель. У их покойного отца был договор с «Пивной Бородой». Получая взамен неплохую прибыль, Китежар не вмешивается в дела Тули. И до поры до времени, договор беспрекословно соблюдался.

Чего нельзя сказать о его брате.

Во владениях Батаба находился Вальтальский замок. Недалеко, здесь в одноименном лесу. Том самом лесу, где много лет назад Тули, Хагрим и Джарет сломали гербовую печать рекулы. И где в последствие прятался маленький мальчик из Сухой Тропы, когда его семью вероломно убивали Воины Света.

Герцог ненавидел гномов «Пивной Бороды». Этих надменных и зажиточных бородачей. Они хоть и построили трактир на Приграничной территории, но все же это была земля герцога. Всю территорию, что окружал Вальтальский лес, Батаб считал своей.

И вот теперь, брат короля сидит бок о бок с самым опасным человеком во всем Тальгарде, и злостно насмехается над тремя беспомощными пленниками.

«Откуда он взялся на наши головы?» — разочарованию Тули не было предела.

Как повернется судьба молодого парня, никто не мог даже предположить. Но для Тули и Роти это был конец. Если Батаб в одной связке с магом Святой Земли, то гномам непременно грозило суровое наказание.

Батаб наверняка признает их виновными в преступлении. И судя по всему, они не отделаются ударами кнута на Дворцовой площади Китежара.

Наказание будет безжалостным.

Пленники медленно приблизились к столику, где сидел герцог со старым магом. А рядом, образовав плотный полукруг, выстроились солдаты короля вперемешку с бойцами в кроваво-красных плащах.

Наемников в белоснежных одеждах среди толпы Тули не видел. Только красные и голубые доспехи опоясывали двор трактира.

А еще, отчетливо тянуло несправедливостью.

Уже потому, что вероломно напавший на них седой старик, теперь преспокойно сидел в компании герцога. И, старейшина не на шутку испугался, что Таррон может повлиять на исход решения. Хотя, в принципе, этот исход, скорее всего, предрешен. Радостное выражение лица герцога говорило об этом.

Батаб был крепкого телосложения с черной курчавой шевелюрой. Лет тридцати-тридцати пяти.

Стальные, до блеска начищенные доспехи, выдавали в нем опасного бойца. Коварного и жестокого. Никогда Тули не видел герцога Батаба в живую, но рассказы точно соответствовали описанию.

Широкий короткий меч расположился на поясе.

Золотистый, украшенный самоцветами шлем покоился на столе, рядом с хозяином. А за его спиной красовался ярко-красный плащ, спереди завязанный на плечах богато украшенными тесемками.

За пределами трактира высился герцогский стяг такого же цвета, судя по всему прикрепленный к какой-то лошади или карете. На нем был изображен фамильный герб, представляющий собой присевшего на задние лапы пса неизвестной породы. Животное необычно прогнуло спину, припало к земле, и готовилось атаковать жертву.

По-видимому, тот же рисунок украшал ярко-красный плащ самого хозяина Вальтальского замка. Но этого гном не мог разглядеть — Батаб располагался к нему лицом.

Как только пленники приблизились, «боевые псы» герцога взяли их в плотное кольцо.

Беседа началась.

И первым голос подал герцог:

— Никогда бы не подумал, что придется посетить такое чудное заведение. Дорога в Китежар лежит рядом с вашим трактиром, а я никак не могу себе позволить здесь побывать. У меня просто не хватает времени.

— И тебе долгих лет жизни, многоуважаемый герцог. — Сказал Тули, прекрасно зная, как Батаб относится к горным сородичам. — «Пивная Борода» приглашает любого путника отведать местной оленины и свежего эля. Жаль только наш пивовар Гимрин погиб этой ночью от стрелы наемника.

Батаб медленно посмотрел на Таррона и усмехнулся.

— А мой друг Таррон утверждает, что вы все заслуживаете смерти за свой поступок, причем немедленно.

Тули увидел, как Сальвата передернуло. Бедный мальчишка. Умереть вот так в расцвете сил не каждому пожелаешь.

Но Батабу старейшина ответил спокойно и беззаботно:

— Великий маг ошибается. Мы просто защищали свою территорию от его вооруженных людей.

Герцог снова посмотрел на седого старика, но как-то уж по-дружески. Его взгляд не рассматривал мага, как отпетого негодяя. Если брат короля действительно играл на стороне Святой Земли, то дело могло принять совсем плохой оборот.

— Ну, что ж, Таррон. Объясни, зачем ты атаковал скромное жилище гномов? А вы можете не беспокоиться, я выслушаю обе стороны, и от каждого вашего слова будет зависеть мое решение. Прибыв в Китежар, я лично доложу его королю.

«Вранье!».

Тули не нужно было обладать навыками Сальвата, чтобы увидеть ложь в словах герцога. Один лишь его голос надменно говорил, что совершенного не изменить, и приговор уже давным-давно вынесен.

Таррон даже встал из-за стола:

— Несколько дней назад молодой маг по имени Карабар, убил моего доверенного человека. Ты его очень хорошо знаешь, Великий герцог. Его звали Гроган.

— Гроган мертв? — Батаб не сдержал удивления.

— Это не самое страшное. Мой маг перевозил из столицы на Святую Землю некий ключ, который открывал таинственный ковчег. Попади такой артефакт не в те руки, точно быть беде. Тем не менее, это случилось. Карабар подло убил моего человека, забрал ключ и доставил в трактир.

— Прямо сюда? — перебил его Батаб.

— Да, мой герцог. Именно сюда. Мы нашли его мертвое тело в лесу. Видимо, в схватке с Гроганом, тот получил смертельную рану. И да простит нас Богиня Сорис, мы воспользовались памятью крови. И обратный след вывел нас к этому заведению.

— Но зачем Карабару вести ключ в эту глушь?

— Я думаю, что благородный Тули был с ним заодно…

— Что ты несешь?! — выкрикнул Роти, не желая слушать это вранье.

— Молчать! — Батаб кулаком стукнул по столу, перебивая возгласы неугомонного гнома. — Рассказывай, что было дальше.

— Карабар передал ключ вот этому парню, пообещав, что за ним придет его человек. Естественно, хорошо заплатив.

Герцог кинул недобрый взгляд на юношу, отчего того бросило в пот.

— Но я думаю, он здесь не при чем. Парень не знал тайны гномов. Они хранили ее, как зеницу ока. — успокоил его Таррон.

Теперь Батаб перевел взгляд на старого мага Святой Земли:

— Какой еще тайны?

— Самой настоящей! У них хранился ковчег.

Беспокойство уже охватило всю свиту герцога, вкупе с его несравненной персоной.

Но, старый маг неустанно продолжал:

— Мы совершили непростительную ошибку, позволив этим двум предметам оказаться в одном месте. Я говорю — мы, потому что все, что произойдет дальше в Тальгарде — будет нашей совместной бедой.

Ты, многоуважаемый Тули, даже не представляешь, какую силу выпустил в этот мир. И нет тебе прощения за такой поступок! Уму непостижимо, двадцать лет хранить такую страшную тайну!

— Двадцать лет!? — нереальные цифры мелькнули перед глазами герцога. — Все это время ты хранил такой страшный артефакт?

— Я дал слово своему другу! — гордо произнес Тули. — И он предупреждал меня, что верить магам Святой Земли — последнее дело.

— Какому другу? — Брат короля услышал, как в разговоре упомянули неизвестную для него фигуру.

— Это он о том целителе из Сухой Тропы. — Объяснил герцогу Таррон.

— Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю! — старейшина сделал грозный вид. — Это тот, чью семью твои Воины Света жестоко убили на глазах у сотни жителей. Все, кто каким-то боком касается ковчега или ключа — умирают от твоих рук. Это ты несешь зло в Тальгард!

— Закрой свой поганый рот! — герцог не позволил гному, так презренно относиться к Таррону. — Кто этот целитель?

Маг приготовился уже все объяснить. Но в самый неподходящий момент, его опередил Сальват:

— Его звали Джарет. Он был моим отцом.

Гномы разочарованно переглянулись. Ни при каких обстоятельствах нельзя было такое говорить магам Святой Земли. Теперь юношу уже ничто не спасет.

Таррон внимательно посмотрел в лицо молодому парню и прищурился:

— Вот так удача! А я все думал, кого же ты мне напоминаешь?

— Кто такой, этот Джарет? — вмешался герцог.

— Джарет заключил договор со Слугами Тьмы. — Непонятно, оправдывался или упрекал поступок целителя старый маг.

— Ты врешь! Я вижу это по твоим глазам!

Удар стражника был неожиданным.

В левом боку зажгло, отчего Сальват согнулся в три погибели, но устоял на ногах.

Гномы, от негодования дернулись, но лезвия мечей быстро уткнулись им в грудь, пресекая глупый поступок. Воины в красных плащах были настороже.

— Много лет назад целитель принес в трактир злополучный ковчег. — Объяснил Таррон. — Они прекрасно понимали, что этот предмет не из нашего мира. Вместо того чтобы обратиться к Святой Земле за ответами, гномы утаили его. Да только они не ведали, что ничего в Тальгарде не может ускользнуть от нашего взора. Мы вышли на след Джарета. Нашли его в Сухой Тропе. Но целитель вероломно напал на моих бойцов. Тьма ослепила его разум. И моим воинам ничего не оставалось, как убить безумного мага.

Перед тем, как мы нашли Джарета, ковчег пропал из поля нашего зрения. И только прошлой ночью, мы вышли на его едва ощутимый след. Видимо в будущем, гномы приняли решение воспользоваться услугами этой силы. Для какой цели — мне неизвестно. Да, целитель был искусным магом. Так грамотно наложить охранное заклинание, не каждому дано. Вот почему почти двадцать лет никто не мог почувствовать древнюю магию в «Пивной Бороде», пока не появился ключ.

— И спустя столько лет, его все же открыли? — сделал вывод герцог.

Старый маг расстроено кивнул:

— Мы даже не представляем, какую силу выпустил на свободу Тули. Гроган предупреждал Карабара, но тот не послушал. Внутри ковчега была заключена настоящая Тьма. А теперь, когда Хранитель ключа мертв, она вырвалась на свободу.

Тем не менее, у нас оставался последний шанс.

Когда мы прибыли этой ночью в трактир, у старейшины была последняя возможность отдать оба предмета, чего он намеренно не стал делать. Это могло стать нашим спасением. А теперь, Тальгард в страшной опасности. И никто не знает, как ему помочь.

Все, будто окаменели.

Слова Таррона разнеслись по трактиру, словно Древнее предсказание. Они напоминали отголоски утерянного пророчества, и не верить в них — значило отвергать само существование мира.

Если все, что он сказал, хоть наполовину являлось правдой, то Тальгард ждала суровая участь. Неизмеримым ужасом для всего населения повернется эта беда. И в этот мир принесли ее корыстные гномы.

Старый маг с острова Святой Земли, намеренно обвинил клан «Золотого Молота» в предательстве и сговоре с бесконечной Тьмой. Тули не понимал его истинных намерений. А Таррон их не озвучивал. В чем роль Святой Земли? Для чего маги так настойчиво преследовали Джарета?

Старейшина не мог понять их замыслов. Рекула попала в руки целителю из Сухой Тропы. Каким местом здесь появился Таррон со своей свитой? Как Святая Земля прознала о существовании ковчега.

Герцог Батаб верил в каждое слово старого мага. Его бойцы, кто находился в первом ряду кольца, злобно посматривали на хозяев «Пивной Бороды». Тех, кто намеревался уничтожить Тальгард во имя своей неизвестной выгоды. И единственными слушателями, кто не верил в подобную чушь, были Сальват, Тули и Роти.

— Признайся, Тули. Ты тоже продал свою душу Слугам Тьмы? Что они тебе пообещали? Вечную жизнь? — ответ на вопрос герцога Батаба ничего бы не изменил. Брат короля сделал свой вывод из всего вышеизложенного.

— Мне нечего добавить. — Просто ответил старейшина.

Таррон, весь разговор, державший себя в руках, вскочил со своего места, и, брызгая слюной, завопил мерзким голосом:

— Тебе нечего добавить?! Ты поставил под угрозу само существование Тальгарда! И самое страшное для нас, что ты это сделал намеренно. Знаешь, как это называется? Предательство! За твое преступление тебя следовало казнить прямо сейчас!

Тули спокойным голосом продолжал:

— Почти двадцать лет назад мы с моим другом Джаретом согласились помочь одному влиятельному человеку, приняв из его рук рекулу. Ты ведь знаешь, что это такое, Таррон? Верно?

Старый маг на глазах побледнел. Зрачки его прищуренных глаз еще больше открылись, а дыхание участилось в разы, заставляя древнее сердце работать на пределе возможностей.

— Ты сказал «рекулу»?

— Ты прекрасно слышал, что я сказал! Великие Боги просили о помощи обычных смертных. Магам они не доверяли. И мы не позволили себе остаться в стороне!

— Да, что ты знаешь о Богах?! Ты лично видел их? Это были Слуги Тьмы! Они вас просто одурачили. Вот из-за таких простаков, как вы — гореть Тальгарду в бесконечном огне.

Голос Таррона дрожал от возмущения.

Сначала Тули спокойно отнесся, к его словам. Старый маг далеко не на их стороне, поэтому буйству его не было предела. Но потом, вспомнил слова своего друга.

Джарет, отправляясь в свое последнее путешествие к Серебряным горам, наказал бородатому старейшине, чтобы тот ни в коем случае не доверял магам Святой Земли. И это было неспроста. Отец Сальвата знал куда больше, чем гномы могли предположить.

И вот теперь, когда Тули заговорил о рекуле, Таррон просто взбесился.

На лице его было не удивление.

Что угодно, но только не удивление.

Возможно, это был страх. Страх перед присутствующими, что кто-то узнает настоящую правду. А старый маг, несомненно, настоящую правду знал. Старейшина мог поклясться своей жизнью.

Фабиан тоже, в своем роде, был магом. Но почему он не обратился к Святой Земле? Приспешники Таррона в два счета обнаружили бы его ковчег и без труда открыли.

Ответ напрашивался один — Фабиан им не доверял.

Его выбор пал на целителя Сухой Травы. Того, кто не состоял в гильдии Богини Сорис.

Эта сомнительная компания явно играли за противоположную сторону. Возможно, это они служили Тьме (ну, или что-то в этом роде), и пытались направить герцога по ложному следу.

И еще один нюанс.

Только сейчас старейшина обратил на него внимание.

Яркое белое свечение вырвалось тогда из открытого ковчега. Но не стало уничтожать Тальгард, а просто-напросто пыталось спастись. Пока Таррон сам не атаковал его. И лишь после того, как оно утихомирило воинственно настроенного мага, скрылось в неизвестном направлении, оставив всех наблюдателей в живых.

Разве так должна вести себя бесконечная Тьма?

Занавес был обрушен. И теперь гном ясно осознавал, кто в этом мире друг, а кто враг.

— Во имя Богини Сорис, создательницы несравненного Тальгарда. Прошу тебя, Великий герцог, покарать предателей. Они не заслуживают права ступать по нашей земле… — Погрузившись в свои мысли, Тули прослушал часть разговора.

И естественно, ничего не потерял.

Отношение Батаба к ним не поменялось. Они оставались для этого мира обычными предателями, посвятившими свою жизнь служению Тьме.

— А что такое рекула? — герцог до конца хотел понять смысл услышанного.

И старый маг соврал в очередной раз:

— Для гномов — это послание Тьмы. А для нас — погибель.

Слова Таррона прозвучали устрашающе.

Каждый воин, кто принадлежал к их окружению, желал теперь мучительной смерти хозяевам Приграничного трактира. Как же бесстыдно и халатно распорядились они жизнями жителей Тальгарда.

Теперь прощения не бывать.

Все, что сейчас поведал старый маг, несомненно, достигнет ушей Регеля. И король будет беспощаден.

— Об одном лишь жалею. — Последнее слово старейшина хотел оставить за собой. — Что спустя столько лет у меня не хватило духа собрать войско из боевых дворфов, и атаковать Святую Землю. Всю оставшуюся жизнь мне бы не пришлось жить с болью в сердце. Если бы это случилось, то сегодняшней ночи могло для тебя не быть. Так что, гореть тебе вечно в красном магическом пламене, «Великий» Таррон. И ни одному твоему последователю не желаю его потушить!

— Молчать! — Герцог Батаб был не просто взбешен.

Он был вне себя от ярости. На его памяти был только один случай, когда представитель иной расы в присутствие короля позволил себе угрожать человеку, за что был немедленно убит.

Брат короля скривил лицо от презрения. Ему хотелось немедленно отдать приказ своим верным людям, и они в считанные мгновения покромсали бы на куски дерзкого пленника. Бросили части тел за территорию трактира, чтобы лесные твари обглодали их до костей.

Но вопреки своим желаниям, Батаб протянул руку в сторону, подзывая юного мальчишку, одетого в цвета королевского отряда.

Гонец быстро приблизился и передал брату короля небольшой сверток. Он был опоясан голубой тесьмой, скрепленной королевской печатью. Батаб сломал печать и дернул за тесьму.

— Великий герцог! — Таррон изобразил что-то похожее на слабый поклон. — Пока ты не зачитал приказ короля, прошу тебя, отдай мне мальчишку. В нем течет кровь предателя. С помощью нее мы узнаем планы Тьмы и вместе с Богиней Сорис постараемся ее остановить. Умоляю тебя — не лишай Тальгард шанса на спасение. Его Величество Регель не знает о существовании молодого парня, тем самым ты не нарушишь его приказ.

Гномы приободрились.

Юноша останется в живых, на какое-то время.

Конечно, маги Святой Земли пустят ему кровь, но сразу убивать не станут. Слабое утешение. Но все же это походило наподобие надежды.

Батаб ничего не ответил. Он развернул послание.

— Данной мне властью, я зачитаю приказ нашего короля Регеля.

Восстановилась полная тишина.

Если хорошенько прислушаться, то можно было услышать биение сердец. Ни один боец не посмел пошевелиться в такой ответственный момент.

— Хозяин трактира «Пивная Борода» гном Тули и его подопечный гном Роти в сопровождении герцога Батаба и главы ордена магов Таррона немедленно направляются в Китежар для детального разбирательства в присутствие королевских судей. — Потом брат короля повернул голову в сторону старого мага и добавил. — Молодой парень по имени Сальват, направляется в сопровождении капитана Эвеля в Вальтальский Замок для последующей передачи его на Святую Землю. Королевский приказ принять в исполнение немедленно.

Слава Богам, что не казнили на месте!

Естественно, в столице гномов ждала смерть, а вот о дальнейшей судьбе молодого парня, пока ничего не известно.

Старейшина мысленно обратился к Фабиану: «Кто бы ты ни был, Фабиан, услышь старейшину клана „Золотого Молота“. Гномы исполнили твою просьбу — открыли ковчег. Теперь дело за тобой. Верни долг! Не дай погубить мальчишку. Он потерял свою семью во второй раз, так не дай же ему потерять еще и жизнь».

Тули просил искренне, и не за себя или Роти, а за несовершеннолетнего парнишку. За семью которого, не стали тогда мстить, когда была верная возможность. И за дружеское плечо, что он подставил в битве с наемниками, не бросив их на произвол судьбы.

Он просил за Сальвата.

Мальчишку, что остался один в этом мерзком мире, наполненным предательством и коварством, злобой и ненавистью. В том месте, где даже Боги не в силах помочь сами себе, отправляя обычному смертному рекулу.

«Услышь несчастного гнома, Фабиан! И до конца исполни его волю. Потому что свою часть сделки он выполнил. Пришло время отдать долг»!

Но, Фабиан не мог его слышать.

Не наблюдал за тем, что сейчас происходит в Тальгарде. Не внимал каждую его мысль, когда он молился Великому Молоту. И не следил за исходом судьбы рекулы. За неизбежным поражением, что понесли гномы «Пивной Бороды», когда открылся заветный ковчег.

И лишь только по одной простой причине.

Фабиан был мертв.

И уже очень давно.

Глава 5 Безумная троица

Пленников вывели за ворота трактира.

Исполнение приказа никто не собирался откладывать. Король уже и так проявил великое милосердие, не казнив на месте «опасных» преступников.

За массивными воротами уже стояли запряженные повозки.

На каждой из них развевался кроваво-красный флаг герцога Батаба — прильнувший к земле боевой пес с голодными глазами. Повозки представляли собой высокий помост со стальными клетками. В таком исполнении, видимо, перевозили заключенных. Никогда бы в своей жизни Сальват не подумал, что прославится в этом мире, как отпетый преступник.

Долго еще детвора будет голосить на просторах Тальгарда:

«Кто такой Сальват?

Ах, да! Это же Приспешник Тьмы. Это он открыл проклятый ковчег и выпустил на волю первородное зло».

«Позорная Клетка» — так называли в народе повозку.

Въезжая на Дворцовую площадь Китежара, люди сыпали проклятиями в сторону пленников. Некоторые жители брали на себя смелость метнуть камень-другой, дабы подчеркнуть свое глубочайшее презрение. И стражники короля никогда не вмешивались. Запретить простому люду выплеснуть свой гнев, означало бы встать на сторону преступников. Конечно, до преднамеренного убийства дело не доходило, но покалечить осужденного, вполне себе было обычной забавой.

«Позорные клетки» приняли к себе «постояльцев».

Одна повозка повезет гномов в столицу, а другая, в сопровождении капитана Эвеля, отправит мальчишку в неизвестный до того Вальтальский замок. Где он останется до возвращения Таррона. По приказу короля Регеля, старый маг непосредственно примет участие в громком процессе против клана «Золотого Молота». Единственным главным свидетелем станет седой старик с древним посохом в руке. И никому не будет дела, что его воины сами вероломно напали на хозяев «Пивной Бороды».

Гномам не позавидуешь.

Да и свою судьбу, Сальват мог с большой вероятностью предположить.

Из Вальтальского, в сопровождении Таррона, его перевезут на Святую Землю, чтобы применить страшное и самое главное, запрещенное заклинание — память крови. В окружении опытных магов, Сальват умрет, жалея, что не захотел покинуть трактир, когда представилась такая возможность. Что не скрылся в ночной глуши, трусливо покидая заведение, вместо этого вступив в бой с Воинами Света.

И еще не известно, чья участь будет страшнее.

Бородачи непременно умрут на виду у разъяренной толпы. Но сына Джарета ждет поистине мучительная смерть. Остров Земли применит к нему все свое мастерство. Пустит кровь молодого парня на жертвенный алтарь, чтобы докопаться до правды.

И никакие Великие Боги не смогут их остановить.

Отряд королевской стражи раскололся на две части.

Первая — под руководством высокого воина в железных доспехах продолжила патрулирование приграничной территории, а вторая, под командованием капитана Эвель, приготовилась сопроводить несовершеннолетнего парня в Вальтальский замок.

Герцог и старый маг, в сопровождении вооруженного отряда в ярко-красных доспехах, готовились доставить гномов в столицу, как и гласил королевский приказ.

Впервые в жизни сын Джарета расставался со своими названными сородичами и покидал «Пивную Бороду», понимая, что никогда в жизни не вернется в это чудесное место.

Мало того, он больше не увидит Тули и Роти живыми.

О своей участи, он старался не думать.

— Я горжусь, что был другом твоего отца и воспитал такого чудесного парня! — «Позорные Клетки» все еще стояли вплотную друг к другу.

И слова Тули юноша слышал отчетливо.

А Роти добавил:

— А я горжусь, что был твоим другом, Сальват. Что ты терпел все мои ночные байки, которыми я травил тебя по нескольку раз на дню.

Слеза предательски просочилась сквозь сомкнутые веки.

Скоро клан «Золотого Молота» прекратит свое существование. Гномов признают посланниками Тьмы, и Нефритовые горы объявят вне закона. Какая участь ждет остальных гномов Тальгарда, трудно себе представить.

Как бы благосклонно король Регель не относился к хозяевам «Пивной Бороды», пособничеству Великой Тьме он никогда не простит. Никакие прошлые заслуги не перекроют того, что произошло этой ночью. Того, что Таррон сегодня поведал его брату.

И самое страшное, что в слова старого мага герцог Батаб действительно поверил. Он принял выдуманную историю за чистую монету. И как бы убедительно старейшина не успокаивал молодого юнца, отчасти это была и его вина.

Кто бы, что сейчас ни говорил, но он лично принял из рук Карабара ключ от ковчега, взяв в придачу большую горсть золотых монет. И можно долго спорить о том, что юноша делал все, как учили его поступать меркантильные гномы, но это будет слабым утешением.

Да, их жизнь непосредственно была связана с золотом.

И что в итоге?

Теперь они не владели ни тем, ни другим.

— Спасибо вам за все! — глаза Сальвата заблестели, когда повозки двинулись в противоположные стороны. — Я тоже был безумно рад жить рядом с вами. И никогда не забуду все, что для меня сделал клан «Золотого Молота». Простите меня и прощайте! Надеюсь, в следующей жизни, мы будем такими же верными друзьями!

Последние слова, юноша кричал, заглушая стук катящихся по дороге колес повозки.

Оба отряда довольно далеко отдалились друг от друга, но расстояние еще давало возможность видеть силуэты гномов сквозь плотный строй войска.

Кто кричал ему вслед, юноша не разобрал.

Разобрал только смысл, донесшихся до него слов:

— Не торопись умирать, Сальват! Тебе еще рано. Я это знаю!

«Позорная Клетка» скрылась за поворотом, уводя гномов прямиком в Китежар.

А потом и трактир исчез из поля зрения.

«Позорная Клетка», запряженная парой лошадей, неторопливо двигалась по проторенной тропе, в самое сердце Вальтальского леса. И выбраться из нее было невозможно.

Сальват внимательно оглядел замок.

Потом железные решетчатые прутья, составляющие каркас его временной обители.

Мастер кузнец постарался на совесть. Но, не это его смущало.

Даже если предположить, что каким-то чудом удастся выбраться наружу — что потом?

Одному против восемнадцати обученных королевских бойцов ему ни за что не выстоять. Люди Регеля вооружены до зубов, а у Сальвата в руках не было даже захудалого ножа.

Вместе с гномами, он не выстоял против восьмерых наемников. Можно, конечно, долго оправдываться, что большую роль в этом маленьком сражении сыграл Таррон, но это будет нелепой отговоркой. Воины Света были лучше подготовлены. И победа над кучкой неопытных гномов рано или поздно должна была закончиться разгромным поражением.

«Золотой Молот» при равной численности, не смог совладать со своим соперником. А уж безумного головореза, рискнувшего бросить вызов восемнадцати королевским всадникам, в помине не сыскать во всем Тальгарде.

Сальват разочарованно откинулся на спину, прильнув к деревянному полу повозки.

Глаза медленно закрылись, не хотелось.

Усталый взгляд отказывался верить в происходящее.

Он вдруг вспомнил Хагрима, с кем проводил тренировки на заднем дворе; Роти, от кого пришлось выслушивать выдуманные истории про пещерных троллей; Гимрина, чей эль ценился в каждом уголке Тальгарда. И всех остальных: Рабура и Бофура, Дварина и Дэрина и, конечно же, Тули.

Старейшину было жальче всего.

Кому еще предстоит ответить перед королем за их безрассудный поступок, произошедший почти двадцать лет назад.

Повозка уже преодолела порядочное расстояние. Это Сальват определил по дневному светилу, что спряталось за пышной листвой деревьев. Вальтальский лес становился все гуще, но тропа, по которой катила «Позорная Клетка» была все еще видна. Много лет ее натаптывали лошади герцога. Ведь это была единственная короткая дорога, соединяющая Вальтальский замок с «Пивной Бородой».

Где-то здесь, на потаенной опушке, Джарет сломал древнюю печать рекулы. Теперь, почти двадцать лет спустя, ковчег наконец-то открыт. Опасный ковчег, как все это время твердил маг с острова Святой Земли.

Сальват хорошо помнил слова Таррона. И все больше убеждался в его неизмеримой лжи.

Старый маг окончательно верил, что сражается за какую-то свою, никому непонятную правду. И в произнесенных словах присутствовало безукоризненное убеждение.

Откуда он знает о ковчеге, для юноши оставалось загадкой.

Фабиана никто никогда не видел. Один Джарет знал о всесильном маге. И Таррон каким-то образом вмешался в историю Тальгарда, подчиняя всех своей магии убеждения.

Почему этот старый хрыч знает о том, что для обычных людей является секретом?

Фабиан не хотел вверять ковчег магам Святой Земли. Хотя обратное было бы логичнее.

Тогда каким непонятным образом Таррон узнал о нем? Кто изначально рассказал ему об этой затее?

Напрашивался самый безумный ответ, что только приходил в голову — Святая Земля точно играла за противоположную сторону. Может, не вся. Но верхушка этого магического центра — действительно могла поклоняться Слугам Тьмы, как называл их сам Великий маг. А убедить в этом прямых союзников — было проще простого.

Герцог Батаб ни мгновения не сомневался в словах Таррона. Его разум подчинился. И пусть немаловажную роль сыграла магия убеждения.

Кстати, о магии!

Сальват ощутил знакомый горелый запах. И с каждым движением повозки, он становился все отчетливее и отчетливее. Словно незнакомая волшба манила королевский отряд в свои сети.

Юноша просунул голову между стальными прутьями клетки.

Впереди в чаще леса не прослеживалось даже и намека на появление обители герцога. Только едва заметный силуэт кого-то или чего-то, находился прямо на их пути. И убираться с дороги, явно не горел желанием.

Зверь или человек?

Горелый запах так же внезапно исчез, как и появился.

Может это все ему только почудилось?

Чем дальше продвигалась повозка, сопровождаемая восемнадцатью всадниками, тем четче становилась фигура.

Она точно располагалась на лесной тропе. И уже через полверсты, можно было с уверенностью наблюдать человека в черном балахоне. Он твердо стоял посреди дороги, преграждая путь процессии капитана Эвеля.

Королевский отряд явно замедлил шаг. Тяжеловооруженные воины закрутили головами, ожидая дальнейшего приказа от своего капитана.

Человек в темной мантии, с надетым на голову капюшоном, даже и не думал пошевелиться. Отчего «Позорная Клетка» вынужденно остановилась. Лесная тропа была узка, и повозка не могла объехать одинокого путника, нагло преграждающего путь стражникам в голубых доспехах.

Незнакомец и не подумал отойти в сторону.

Капитан Эвель, следующий во главе своего войска, быстро кивнул в сторону ближайшего всадника.

Слова были не нужны.

Солдат королевской стражи двинул коня в направлении человека в черном балахоне.

«Вылитый Слуга Тьмы!» — почудилось Сальвату.

— Я не стану разговаривать с мелкой сошкой. Мне нужен капитан Эвель. — Человек в черном одеянии не стал дожидаться вопроса.

Всадник будто бы его не услышал.

— Уйди с дороги и дай проехать стражам Великого короля!

Незнакомец выждал паузу и повторил свою просьбу:

— Я буду говорить только с капитаном. Так, что не трать попусту слова. И мое драгоценное время.

Видимо, бойцу в голубых доспехах не понравился приказной тон, поэтому он решил объяснить более доходчиво:

— Повторяю! Освободи дорогу, или мне придется взять тебя под арест!

Человек в черной мантии усмехнулся, покачав головой.

— Разговаривать с пешим путником, находясь в седле — верх неуважения. — Произнес незнакомец.

Сальват ощутил, как лес снова наполнился неизвестной магией.

Пронзительной и неприятной.

От нее тотчас закружилась голова, и сознание укутал не запах гари, а скорее — удушливый дым.

Лошадь стражника во весь голос заржала, встала на дыбы, и сбросила седока на посмешище всем присутствующим.

Королевский солдат, быстро вскочил на ноги, и обнажил меч, показывая серьезность своих намерений. Ему быстрее хотелось проткнуть своего обидчика.

Но, капитан Эвель вмешался в происходящее.

— Стоять! — его крик подействовал на разъяренного бойца.

Он тут же пришел в себя, сунув личное оружие в ножны.

Капитан спустился с лошади. Не хватало еще, чтобы его скакун устроил подобное «представление» на глазах королевского отряда.

Стыда не миновать.

— Мое имя — капитан Эвель! Командарм Вальтальской стражи. С кем имею честь говорить?

«Даже не попросил снять капюшон. Неуважение или страх»?

Человек в черном одеянии скинул свой капор.

Стойкий пепельный цвет длинных волос бросился в глаза Сальвату. Незнакомец был немного старше юноши. Почему его волосы настойчиво убеждали в обратном.

Взгляд выдавал опытного Боевого мага, кто с легкостью проделывал такие трюки каждый Божий день. Похоже, немало соперников в ошеломительном испуге падали ниц, завидев грозного персонажа.

А еще, он чем-то напоминал Карабара.

Одеяние, манеры, жесты — сходство было поразительным.

— Меня зовут Золтар. — Собеседник в упор посмотрел на капитана королевской стражи. — И я хочу сделать тебе взаимовыгодное предложение.

Отряд, сопровождающий Сальвата в Вальтальский Замок, застыл в ожидании, вслушиваясь в его слова, где на фоне звуков знакомого леса они звучали более чем убедительно.

А может это снова магия иллюзии?

— Сейчас не подходящее время. — Эвель постарался избавиться от человека, преграждавшего им путь. — Освободи дорогу. Я ничего не собираюсь покупать, если ты об этом.

Человек в черной мантии пристально посмотрел в глаза капитану и сказал:

— А я ничего и не продаю! Мое предложение будет выгодным для нас обоих. Можешь не сомневаться.

Золтар сказал, как можно громче, чтобы каждый из всадников слышал его слова.

— У меня нет на это времени. Если что-то хочешь предложить — приходи к Вальтальскому Замку, мы с тобой это обсудим.

— Ты не понял меня, капитан. — Настаивал незнакомец. — В этой повозке, находится молодой парень. Ты видел его много раз в трактире. Как думаешь, достоин ли он «Позорной Клетки»? Какая участь ждет его дальше?

«Ага! Вот в чем дело!»

Золтар решил поиграть с его совестью.

Сальват увидел, как неловкие чувства прокрались в душу капитана. Командарм королевской стражи не раз бывал в «Пивной Бороде» и видел парнишку. И поверить в то, что этот безобидный юнец Слуга Тьмы было последним делом. С другой стороны — приказ есть приказ:

— Я не решаю такие вопросы. Надеюсь, герцог Батаб разберется, кто чего достоин.

— Да брось, Эвель. Мы прекрасно знаем, как разберется герцог Батаб. Поэтому делаю тебе щедрое предложение.

Даже так! До этого было взаимовыгодное. Похоже, ставки растут, отчего душа Сальвата с надеждой затрепетала.

Восемнадцать против одного. На что рассчитывает Золтар?

Черный маг продолжал:

— Я заберу мальчишку, а взамен дам тебе и твоим людям самое ценное в Тальгарде, что только могу предложить.

Капитан королевской стражи удивленно смотрел на безумца. Как вообще в этом лесу появился одинокий путник.

— И что же это такое? — Эвель, пока не совершал никакой сделки, а просто проникся нездоровым интересом.

Но то, что предложил Золтар, повергло всех в шок:

— Я сохраню вам жизнь.

Пока королевский отряд показательно смеялся, капитан пристально смотрел на незнакомца. По-видимому, человек в черном одеянии лишился рассудка. И ничего в этом мире не могло убедить его в обратном.

Эвель видел таких людей на своем пути. Они, не ведая страха, могли броситься в безнадежную схватку со всей армией короля. Показательно погибнуть, ничем не изменив этот мир. И их, по настоящему, было немного жаль.

На что рассчитывал сейчас этот человек?

Восемнадцать обученных всадников с неподдельным рвением готовы были вступить в бой по малейшему его приказу. Что могло их напугать?

— Уйди с дороги и дай нам проехать. Или я тебя сейчас же закую в кандалы, и ты составишь компанию этому мальчишке. — Эвелю надоел весь этот цирк.

Один, даже настолько хороший маг не может справиться с отрядом королевской стражи. Да и кто вообще посмеет угрожать солдатам его Величества?

Приказ — есть приказ. Любой вояка скажет вам об этом, когда действия и слова будут противоречить друг другу. И не вина капитана Эвеля, что он потупил на службу к королю и теперь выполняет безумное поручение.

Командарм королевской стражи все сделал правильно, за исключением одной детали.

Он отказал Золтару.

Черный маг, понимая, что сделка не состоится, показательно поднял руку и резко опустил ее вниз.

Знакомый жест, не правда ли?

Военачальники Тальгарда использовали его, когда информировали определенные группы бойцов о том, что пора начинать атаку.

Сальват увидел, как из чащи леса выпорхнула звонкая стрела и вонзилась в шею одному из всадников, повалив того на холодную землю.

Потом еще.

И еще.

Три человека замертво упали под копыта своих лошадей, пока королевская стража соображал, откуда идет смертельная угроза.

Конница развернулась в сторону предполагаемого противника, готовясь принять бой.

И в этот момент в действие вступил Золтар:

— Аррахх! — магия осветила Вальтальский лес.

Лошади в один миг, словно по команде, встали на дыбы и повалились наземь, превращая конный отряд в пеший.

Большинство воинов успели среагировать. Они соскочили с падающих животных и обнажили клинки. Самые же нерасторопные, после падения, оказались придавлены тяжелой конской тушей. Барахтаясь, будто беспомощные зверьки, они безуспешно старались избавиться от непосильной тяжести.

Справа от дороги появился эльф.

Самый настоящий.

Высокий, с белоснежными волосами. Сзади они спадали на плечи, а по бокам были связаны в длинные косички. Миндалевидные глаза суровым взглядом обжигали королевских бойцов, а острые уши торчали из волос, словно маленькие рожки.

Цвет его кожи напоминал плоды сливового дерева, только светлее. Проще говоря, его лицо было нежно фиолетовым.

Носил эльф легкие кожаные доспехи. Они помогали ему в бою быстро маневрировать и бесшумно появляться за спиной нерасторопного противника.

Как и сейчас.

Эльф тенью скользнул на дорогу, оставшись ни для кого не замеченным, кроме Сальвата.

В его руке мелькнул короткий меч.

Выйдя на открытое пространство, эльф приготовился к атаке. Но быстро понял, что атаковать его никто не собирается. Бойцы в голубых доспехах были заняты важным делом — вытаскивали из-под упавших лошадей своих товарищей. Даже неуклюжий Эвель попался на уловку Золтара. Боевой конь, стоявший рядом, грохнулся на капитана всей своей массой, и теперь трое стражников пытались сбросить животное с его знатной персоны.

Эльф воткнул меч в землю, достал из-за спины длинный лук и продолжил свое убийственное дело.

В тот самый момент, с противоположной стороны леса, вынырнул притаившийся зверь.

Сальват видел впервые такое чудовище.

Тело, похожее на человеческое, наделено было грудой мышц. Оно могло вогнать в трепет любого противника. Голова была очень большого размера, не под стать человеческой. Длинные нижние клыки торчали поверх отвратительных губ. А темные волосы росли лишь в средней части головы и завязаны были в коротенький неумелый узел.

Его тело было темно зеленого цвета.

Такого зверя Сальват видел только на детских картинках. Вечерами Хагрим открывал ему маленькие книжки, и детские рассказы оживали в темном помещении. Страшные чудовища, словно наполняли комнату. И вот теперь, один из них воочию предстал перед ним.

И Сальват его узнал.

Это был орк.

Зеленый громила в каждой руке держал по стальному мечу. Другого оружия при нем не было. Из одежды юноша видел кожаные штаны и тунику. А поверх них располагалась железная броня. Но лишь частично. Грудная пластина, поножи и наручи.

С громким воинственным рыком, орк достиг двух замешкавшихся стражников, и мечи, с необыкновенной легкостью сразили противников.

Такой молниеносной скорости Сальват никогда не видел. Даже обученные наемники с острова Святой Земли не могли похвастаться ловкостью, что демонстрировал громила. Орк буквально сметал со своего пути застывших стражников, с каждым новым ударом быстро уменьшая численность отряда капитана Эвеля.

В одно мгновение количество стражников, снизилось с восемнадцати до десяти. Вокруг запахло смертью. И боевой дух воинов короля Регеля упал ниже критической отметки.

— Чего встали?! В атаку! — голос капитана Эвеля привел в себя обескураженную стражу. Бойцы короля собрали последние остатки своей смелости и в их руках заблестели коварные лезвия.

Капитан вынул из ножен свое оружие и при поддержке двух воинов, бросился на человека в черном одеянии, собираясь покончить с этой битвой прямо сейчас, обезглавив нападавших.

Золтар вовремя почувствовал угрозу. Он наскоро слепил еще одно заклинание. В воздухе вновь появился запах гари, удушливый и беспощадный. Волшба подняла клубы черного дыма вокруг его особы, и видимость быстро приблизилась к нулю.

Бойцы Эвеля ударили в пустоту.

В том месте, где находился соперник, теперь никого не было. Маг попросту исчез. Но горький дым и не думал рассеиваться. Он лез в глаза, горло, в саму душу.

Закружилось в голове. Королевские воины потеряли ориентацию в пространстве.

И в этот момент, противник атаковал.

Аккуратно, словно заботливая мать, укладывает своих детей. Бойцы Эвеля быстро оказались на земле Вальтальского леса, со смертельными ранами в животах. Золтар орудовал своим мечом не хуже орка.

Восемь против троих.

Веселье было в самом разгаре.

Эльф уже вступил в ближний бой. Своим коротким мечом, зажатым в одной руке, молниеносно раздавал крупицы смерти каждому из желающих, в свою очередь, не выпуская из другой — боевой лук.

Каждый раз, когда противник заходил слева, в ход тут же пускалось оружие дальнего боя. Им он отражал удары мечей и наносил резаные ранения. Острые наконечниками на плечах лука наносили серьезные раны не хуже любого холодного оружия.

Довольно легко светло фиолетовый друг сломил сопротивление появившихся перед ним двух стражников. А третий — даже не успел приблизиться. Сальват видел, как эльф вновь воткнул лезвие меча в землю, и свободной рукой вынул из заплечного колчана пернатую стрелу.

Выстрел был произведен, не целясь.

«Вот это точность»!

Умирающий солдат королевской стражи, не сразу сообразил, что произошло. Глаза удивленно расширились и обе руки инстинктивно обхватили стрелу, застрявшую глубоко в шее.

С противоположной стороны, опытный орк уже закончил схватку. Сразу трое нападавших воинов, застыли на месте, и разом повалились под ноги зеленому громиле. С обоих мечей стекала кровь. Все, что находилось вокруг, было окрашено в красные цвета. И свидетелем этому был молодой парень, только что покинувший родной дом.

Последний всадник в доспехах королевских цветов, не без труда выбрался из-под коня. Он с ужасом наблюдал, как его боевые товарищи гибли один за другим. Как ручьем лилась кровь по мягкой земле Вальтальского леса. Численность войска человека в черных одеяниях, теперь превосходила отряд короля. И потому боец просто-напросто выронил меч на землю, и сломя голову бросился в гущу леса, пытаясь спасти свою никчемную жизнь.

— Убей его, Ларвилас! — грубый голос орка прозвучал над вершинами деревьев Вальтальского леса.

Эльф тут же натянул тетиву, и стрела со свистом устремилась вслед за солдатом.

Боец в голубых доспехах успел уйти уже далеко. С такого расстояния, наверное, никто из тех, кого знал Сальват, не сумел бы попасть точно в цель. Более того, юноша с легкостью мог предположить, что таких умельцев и вовсе не существует.

Ровно до сегодняшнего момента.

Стрела без труда настигла убегающего воина и подло воткнулась в спину, заставляя того рухнуть в кучерявые заросли.

Дело было сделано.

Королевский отряд, в количестве восемнадцати душ, неожиданно и позорно проиграл трем представителям разных рас. Причем, понеся максимальный ущерб. Семнадцать из восемнадцати всадников навсегда остались лежать в Вальтальском лесу.

И только один Эвель все еще вел схватку с человеком в черном одеянии. Отражал удары его меча, но не находил ни одного слабого места в его защите. Малейших навыков владения мечом, Сальвату хватило, чтобы понять — капитан обречен. Его соперник настолько искусно орудовал клинком, что двух мнений не может и быть на этот счет.

Эльф вынул стрелу и повернулся в сторону все еще сражающихся противников.

Но, зеленокожий громила его остановил:

— Не надо.

И действительно. Проведя пару отвлекающих атак, Золтар быстро нашел брешь в обороне противника, куда и ударил. Черный меч насквозь пронзил тело королевского капитана. Эвель выронил свой клинок и свободной рукой обхватил шею своего убийцы.

— Зачем… тебе… этот мальчишка…?

— Теперь ты узнаешь об этом только там. — Просто ответил Золтар.

— Где… там?.. — изо рта выступила кровь.

— Там, где сейчас окажешься. И пусть тебя оправдают Великие Боги!

Боевой маг рывком вынул свое оружие, заканчивая мучения последнего члена королевского отряда.

Эвель издал тихий короткий стон, закатил глаза, и тотчас канул в небытие, скорее получить ответ на поставленный вопрос.

Битва закончилась.

Сквозь железную решетку Сальват наблюдал, как на землю Вальтальского леса поочередно укладывались тела поверженных воинов в голубых доспехах. Теперь человек в черном одеянии не выглядел безумцем. Действительно, его маленький отряд на голову превосходил соперника. Наверное, в последние мгновения жизни, командарм королевской стражи искренне пожалел, что не принял условие незнакомца.

Восемнадцать опытных бойцов командарма Эвеля против трех представителей разных рас.

Какая сила! Какая мощь! Какое превосходство!

И с какой скоростью орк, эльф и человек разобрались с его охраной. По сравнению с ними, Воины Света были просто младенцами. Будь их сила и ловкость тогда в «Пивной Бороде», даже Таррон не ушел бы от правосудия.

Незнакомцы приблизились к «Позорной клетке».

Пристальный взгляд обжег юного мальчишку. Человек в черном одеянии смотрел на него интригующе. И его глаза казались Сальвату вполне нормальными. Сверлили насквозь, проникая в само нутро души, но оставались вполне себе благоразумными.

Чего нельзя сказать о взгляде его друзей.

Устрашающие зрачки фиолетового эльфа и зеленокожего орка с не меньшим интересом уставились на молодого парня. И от них тянуло непринужденной враждебностью. В первые мгновения, Сальват не понимал, как к нему относятся потенциальные спасители. Тот ли он человек, ради которого они уничтожили отряд капитана Эвеля.

— Меня зовут Золтар. — Представился человек в черном одеянии. — А это мои друзья: Ларвилас, лучший стрелок Тальгарда за последние несколько веков, и Азакар, единственный в своем роде, кто умеет так искусно орудовать двумя мечами одновременно. Ну, в общем, ты сам все видел. Теперь назови свое имя.

Сальват представился.

Орк умелым ударом меча, сломал железный засов клетки.

Решетчатая дверца со скрипом распахнулась, и Сальват с нетерпением покинул свою временную обитель, жадно вдыхая воздух свободы.

Видно, и вправду сказал гном Тули, что умирать ему еще рано. Хотя с уверенностью утверждать это пока не стоит. Кто знает, какую цель преследовали его освободители. Если безумная троица выступила против королевского отряда, не боясь ответной кары Регеля, значит, он им сильно понадобился.

Вопрос только — зачем?

— Если вы пришли сюда за мной, значит вам что-то от меня нужно? — слова прозвучали хоть и неожиданно, но точно в тему. Не спросить об этом юноша просто не мог.

Незнакомцы переглянулись.

В их удивленном взгляде, парень уловил нотку сомнения. Для этого не нужно было быть пророком или магом Высшей иерархии.

— А ты смышленый парень! Послушай, Сальват. — Золтар был, видимо, главой этой странной компании. — Через какое-то время, герцог Батаб поймет, что сопровождавшие тебя воины, не достигли Вальтальского замка. В связи с этим, начнется выяснение, что же произошло на лесной дороге. Сам понимаешь, что любой мало-мальски обученный маг без труда воспользуется заклятием поиска, и выяснит это в считанные мгновения. Потому, дальнейшее пребывание здесь, может принести нам, мягко говоря, массу хлопот. Предлагаю убыть в более безопасное место, где я честно отвечу на все твои вопросы. Ну, как? Согласен?

— Нет! — без раздумий выпалил молодой парень. — Я не сдвинусь и с места, пока не узнаю, что же здесь, действительно, происходит.

Повисла пауза.

Человек в черном одеянии, удостоверившись, что собеседник не изменит своего решения, продолжил.

— Хорошо. Я вкратце объясню ситуацию. Только, пообещай мне, что после этого, мы покинем Вальтальский лес, как можно скорее.

Парень согласно кивнул.

— Итак. — Начал незнакомец. — Прошлой ночью ваш трактир посетил мой друг Карабар. Помнишь его?

— Ах, вот в чем дело! Ты — тот самый человек, которого я должен был ожидать?

— Именно так. Он передал тебе кое-что, за приличное вознаграждение. И эту вещь ты спрятал в трактире. Я ничего не путаю?

— В подвале трактира, если быть точным. Из-за вашего свертка у нас возникли большие неприятности с Тарроном и его свитой.

— Согласен. И об этом я сильно сожалею. — Убедительно сказал Золтар. — Это был ключ от ковчега, что находился на территории вашего заведения.

— Да уж спасибо за информацию! Об этом мы уже сами догадались, когда старый маг прибыл по месту его хранения.

Золтар переглянулся с друзьями снова и обратился к несовершеннолетнему парнишке:

— Понимаешь, мы до конца не знали, где находится ковчег. Но наш друг, вероятно, его нашел, незадолго до своей смерти.

— Значит, вполне возможно, что Карабар выбрал наш трактир не случайно?

— Похоже, на то. Он мне отправил весточку о своем последнем маршруте. И как видишь, мы не успели. Белое сияние возвысилось над трактиром и только после этого, мы поняли, что произошло. Наверное, по магическому следу ключа двигался Таррон и первым ступил на территорию «Пивной Бороды».

Юноша посмотрел в глаза Золтару и спросил:

— А ты знал, что гномы почти двадцать лет хранили ковчег, но ничего мне не сказали? Они несли тяжесть тайны через года, и никто не ведал, что странный артефакт все время находился на Приграничной территории.

— Мы предполагали это, когда узнали, что Джарет был с ними в продолжительной дружбе. Но никак не думали, что они спрячут его прямо на территории трактира, где всегда полно разных посетителей.

Сальват глубоко вздохнул при упоминании имени своего отца. Было больно слышать, что о нем знали все, с кем он встретился за последние два дня. И единственным человеком, который первым заслуживал правды, был он сам. Но весь мир решил по другому.

— И теперь ковчег открыт.

— Совершенно верно! — согласился Золтар.

— А, правда, что мы выпустили на волю какую-то зверскую Темную силу, способную уничтожить весь мир?

Слова парня повергли в шок всех присутствующих.

— Кто тебе об этом сказал?

— Таррон.

Вся троица громко рассмеялась.

— Этот прохвост и не такое может наплести. Особенно, если подкрепить все магией убеждения. Слышал о такой?

— Было дело. — Юноша вспомнил, как их друг Карабар убедил Гимрина отправляться спать, забыв о его ранении. — Значит, Тальгарду не грозит уничтожение? И Таррон просто-напросто нагло врет?

— Сейчас не об этом. Если захочешь, а ты непременно захочешь это знать, я отвечу тебе на заданный вопрос. Только немного позже. Ты мне вот, что скажи. Больше тебе Карабар ничего не передавал?

Парень нахмурился, пытаясь до мелочей вспомнить тот поздний вечер. Только зеленый сверток и золотые тальгардские монеты — вот, что тогда он принял из рук раненого гостя.

— Подумай хорошенько. — Вступил в разговор Ларвилас. — Может он передал тебе некий предмет, похожий на книгу? Знаешь, что такое книга?

Естественно, Сальват знал.

За кого, вообще, принимала его эта троица.

— Я помню весь вечер, проведенный с Карабаром. Помню, как он отправил гномов в свои покои. — Мимоходом поведал им молодой парень. — Но никакой книги я не помню. И уж тем более, он мне ее не передавал.

Незнакомцы замолчали.

Огорченные лица выдавали сожаление.

А может и печаль.

Ужасно скорбную печаль.

— Зря мы за ним потащились в лес. — Наконец, подал голос орк. — Он все равно ничего не знает.

— А что за книга? — Сальвату стало интересно.

— Теперь уже неважно. — Золтар отвернулся, может даже хотел уходить со своими боевыми товарищами, но парень настоял:

— Ну а все-таки? Ты обещал мне ответы на все вопросы.

Человек в черном одеянии снова повернулся к молодому парню:

— Эта книга довольно весомо пролила бы свет на нашу ситуацию. Но, к сожалению, о ней знал только Карабар. И как ты, наверное, уже догадался, мой друг теперь мертв и одни Боги ведают, где он сейчас находится.

— И что? Связаться с Карабаром уже нельзя? Ты же маг!

Золтар посмотрел ему в глаза:

— Я, конечно, мог бы на некоторое время оживить его бедное тело. Это вполне мне по силам. Но где его искать? Все следы замела Святая Земля.

— Великие Боги! — изумлению Сальвата не было предела. — Ты некромант?

— Тише, тише. Об этом не кричат на каждом углу. Хотя я многое могу, только какой сейчас от этого прок?

И сразу вспомнились слова старого мага в зеленом одеянии.

— Таррон сказал, что он сдох, как собака в Вальтальском лесу.

— Что?!

— Это его слова. Я просто их пересказал.

Троица быстро переглянулась.

— Ты свободен Сальват. Можешь идти. А у нас добавилось еще одно дельце.

— Что вы задумали?

Никто ему не ответил.

Некромант подошел к мертвой лошади, которую убил своим же заклинанием, и внимательно ее осмотрел.

И тут до парня дошло.

— Вы думаете, Таррон забрал его тело?

— Не думаем, а точно знаем! — ответил Азакар. — Старый пройдоха проведет ритуал над его трупом и выяснит, где книга. Мы не можем этого допустить!

В голову молодого парня пришла выдающаяся мысль.

— А что насчет другого способа?

— Какого способа? — поинтересовался Золтар, продолжая все также усердно осматривать мертвое животное.

— Я слышал, что маги, особенно такие, как ты, могут воспользоваться памятью крови. Верно?

— Верно. И это совсем неплохая мысль, да только, где ты возьмешь кровь Карабара? Один Таррон ведает, на какой лесной поляне настигла нашего друга Принцесса мертвых. Пока мы будем ее искать, воины герцога уже хватятся королевского отряда.

— А потом затравят нас собаками. — Подхватил Ларвилас.

Парень искренне улыбнулся.

Троица недоуменно посмотрела ему в глаза. Так пристально, что юноша ощутил слабое жжение.

«А может это происки очередной магии»?

— Я хочу заключить с вами сделку. Вы готовы меня выслушать?

Незнакомцы снова переглянулись.

Какое-то время ответа не последовало. Но по глазам некроманта было видно, что он готов ухватиться за любую возможность:

— Говори.

Сальват обрадовался.

Таких сильных союзников нужно было еще поискать.

— Я дам вам кровь Карабара, а вы поможете вырвать моих друзей из лап герцога Батаба. Устроит такой вариант?

В глазах некроманта затеплилась надежда.

— А где ты возьмешь его кровь? — с недоверием отнесся к словам Золтар.

— Это уже моя забота. Для начала я хочу, чтобы вы приняли сделку!

Мгновение Золтар и его боевые товарищи раздумывали, но не найдя ничего в противовес, вынуждены были признать неизбежное:

— Дорогой Сальват, свита герцога Батаба, скорее всего уже въезжает в ворота столицы. А потому, твоя просьба невыполнима. Ты прекрасно понимаешь, что твоих друзей казнят, если того пожелает король. А он пожелает, поверь мне! Особенно, если Таррон расскажет ему о неизмеримой Тьме, что хранилась в ковчеге.

А потому у меня встречное предложение. Ты отдашь нам кровь Карабара, а мы поможем тебе незамеченным проникнуть в Китежар. На этом все.

Сальват расстроился.

Он прекрасно понимал, что, завидев в столице орка или эльфа, те сразу вызовут подозрение. Не во все города и замки Тальгарда пускают представителей иных рас. В Китежаре не особо жаловали эльфов или орков, если они, конечно, не занимаются законной торговлей. Но особо и не гонят представителей этих рас. А по последней известной ситуации, отношение к ним перейдет на второй план. Гномы нефритовых гор примут на себя удар короля Регеля. Предвестники Тьмы в лице Тули и Роти теперь будут олицетворять всех представителей Нефритового королевства.

— Я заплачу тальгардским золотом. — Не оставлял юноша попыток привлечь на свою сторону таких бесценных бойцов.

— Золото здесь не имеет значения. У нас более серьезная миссия, чем ты можешь себе представить. Поэтому пускаться в заведомо проигрышную авантюру мы не станем.

— Семьдесят две золотые монеты. — Не унимался Сальват.

— Единственное, что мы для тебя сможем сделать, — будто не слышал его слова Золтар, — Это дать хороший меч, тайком провести в столицу и предоставить возможность героически умереть на глазах потешной публики в неравном бою. Только все это сделать без нашего участия. Устроит такой вариант?

— А лучше всего — пойдем с нами. Так хотя бы ты останешься жив. — Азакар пытался оградить молодого парня от опрометчивого поступка.

Юноша понимал, освободить своих друзей будет весьма сложно.

Чего уж тут юлить!

Невозможно!

Но Сальват никак не хотел в это поверить. Они до последнего вздоха были его семьей. И пусть гномы не стали мстить за его отца, позволив закаленному сердцу дать слабину, он не останется у них в долгу.

За проведенное детство и щедрую юность в родных стенах «Пивной Бороды», он будет благодарен гномам всю свою оставшуюся жизнь.

«Ну, что ж, некромант. И на том спасибо».

— С вами я не пойду. — Сальват протянул крепкую руку для рукопожатия. — Но вы получите то, что я вам обещал в обмен на хороший меч и тайный путь в столицу.

— Идет.

Троица облегченно вздохнула.

— Ну, теперь-то мы можем покинуть лес? — поторопил сотоварищей Азакар.

— Можем. — Молодой парень ответил за всех. — Только мы направимся не туда, куда вы изначально планировали. Наш путь будет лежать в трактир «Пивная Борода».

— Это еще зачем?

— У нас нет другого выбора, если вы еще конечно хотите заполучить кровь своего друга.

— Тогда нам лучше поторопиться.

Некромант состряпал какое-то заклинание, и оно подняло на ноги четырех скакунов.

— Золтар. Ты ума лишился? Я не поскачу на мертвой лошади. — Возмущению Азакара не было предела.

— Не беспокойся, мой зеленый друг. Разве он похож на человека, способного убить беззащитное животное. — Съязвил Ларвилас и, выбрав скакуна, забрался в седло.

— Ну, вообще-то, похож!

— Не волнуйся. — Сказал Золтар. — Чтобы поднять мертвое животное, нужно провести длинный ритуал. За это время, королевский отряд выследит нас и убьет за жестокое преступление. А я всего лишь воспроизвел заклятие сна. Просто оно действует на животное мгновенно. Прыгай в седло и не беспокойся. Он теперь будет самым покладистым жеребцом в Тальгарде.

Орк с ловкостью забрался в седло, оглядев напоследок лежащих вокруг лошадей:

— А что будет с ними?

— До рассвета придут в себя.

— Чудеса! Никогда не видывал, чтобы кони спали лежа.

Чего кривить душой, Сальват тоже видел это впервые. И в течение этих двух ночей, много чего у него было впервые. Но больше всего на свете его интересовал некромант.

Человек с легкостью усыпил группу животных, а через некоторое время — поднял. Вот бы и ему научиться использовать такие возможности. Притвориться, что гномы «Пивной Бороды» просто уснули. Потом весело произнести бессвязную речь и всех оживить. Вот была бы потеха!

Вместе они освободили бы Тули и Роти, и снова зажили спокойной трактирной жизнью.

Но, к сожалению, это было невозможно. Как бы молодой парень не утверждал обратное.

После того, как они вскрыли ковчег, сам мир изменился, заставляя играть исключительно по своим правилам.

Глава 6 Древняя рукопись

Четверо всадников неслись по дороге к трактиру.

Копыта выносливых животных оставляли облачка пыли на той самой тропе, где королевский отряд, сопровождающий молодого парня, двигался совсем в другом направлении. По воле Богов, юноша покинул «Позорную Клетку» и вдохнул воздух желанной свободы.

Но только спасли его совсем не Боги.

Человек, эльф и орк вмешались в судьбу юноши. И Сальват остался жить.

А это главное.

Покинув пределы Вальтальского леса, Золтар немедленно остановил свой маленький конный отряд.

— Всем спуститься с лошадей! — голос его был настолько командным, что никто даже и не подумал ему перечить.

Всадники быстро покинули седла животных и уставились на некроманта, ожидая внятного объяснения.

— Я чувствую присутствие посторонней магии. Отойдите от своих скакунов как можно дальше. Иначе можете пострадать.

Только теперь юноша ощутил неприятную горечь во рту. Тут же запершило в горле, и заслезились глаза. Неизвестное заклинание тотчас пронзило воздух, то и дело, сбивая ровное дыхание.

Лошади засуетились.

Их глаза из темно-карего оттенка превратились в буро-красный. Скакуны громко заржали и поднялись на дыбы, будто исполняя сложный цирковой трюк. Еще мгновение они стучали копытами о землю, после чего, словно по команде рухнули наземь, превращаясь в обычных мертвых особей своего вида.

— Дальше пойдем пешком. — Не стал ничего объяснять Золтар.

— А что случилось?

— Чья-то магия ловко нас притормозила. Я попробую наложить заклятие. Оно должно сбить их со следа, а потом мы двинемся дальше. Дайте мне немного времени.

Некромант вытащил из-за пояса черный кинжал странной изогнутой формы и начертил в воздухе перед собой незнакомую руну. Она засветилась слабым желтым пламенем.

Убрав ритуальное оружие, Золтар стал воспроизводить какие-то жесты, громко читая заклинание на неизвестном языке.

Мир вокруг Сальвата наполнился магией. Запах тлеющего костра окружил молодого парня, и при первом же вдохе заполнил открытые легкие. Голова закружилась, чудом парень не дал себе упасть под ноги боевым товарищам мага, ощущая мимолетную слабость.

Дальше по мере того, как некромант понижал голос, и слова произносились все медленнее и медленнее, руна меняла цвет, превращаясь сначала в оранжевую, а потом и в красную закорючку.

На мгновение, юноша подумал, что с ней может произойти то же, что и с рекулой. Тогда отец развернул белесую ткань и старался прочитать символы на языке Древних.

Поэтому Сальват всего лишь на шаг отступил в сторону, приготовившись к тому, что это, неизвестно откуда появившееся сияние, обернется магическим пламенем, сжигая заживо само себя.

Но, юноша ошибся.

Руна снова изменила цвет. На этот раз она превратилась в коричневую. И когда стала смертельно-черной, внезапно рассыпалась в воздухе, не оставив после себя и следа. Только бедные лошади, как показалось Сальвату, дернулись в резкой конвульсии, да так и остались лежать на холодной земле пограничной территории леса.

— Уходим! — скомандовал некромант. — До трактира несколько верст. Нам нужно поторопиться, пока небесное светило полностью не погасло. Воевать с ночными тварями у меня нет никакого желания.

Теперь путники двинулись пешком, оставляя своих скакунов на забаву лесному зверью.

— Я впервые вижу некроманта. — Первым завел разговор молодой парень. — Гномы много рассказывали о таких людях, но я все время считал, что это выдумка. Как же ты умело уложил на землю королевских лошадей!

— Это было обычное заклинание. Его может сляпать любой маг. Необязательно владеть некромантией. И не забывай — я не умерщвлял животных, а просто погрузил в сон.

— Но все же твоя магия отличается от обычной?

Золтар посмотрел на юношу и усмехнулся:

— Естественно. Любой некромант может поднять мертвеца и заставить сражаться на своей стороне.

Юноша поразился.

Если это была правда, то их троица была просто непобедима.

— Тогда зачем вы сами бились с солдатами короля? Не легче ли было убить парочку-другую и воскресить, чтобы они пришли к вам на помощь.

Золтар рассмеялся:

— Понимаешь, Сальват. С Темной магией нужно уметь бережно обращаться. Для того чтобы провести обряд воскрешения, понадобится определенный настрой, большое количество времени и много чего еще. А потому, каждому уважающему себя магу, нужно уметь работать не только заклинаниями, но и обычным мечом.

— Согласен. Ты полностью подтверждаешь слова моего наставника. Любого мага можно с легкостью уничтожить, если вовремя схватиться с ним в ближнем бою.

Золтар кивнул в ответ:

— Да что там я! Ты бы видел в деле Карабара, да простит ему принцесса Мертвых все грехи! Он был Великим магом. И не припомню на своем пути более искусного некроманта. Я овладел Темной магией не без его помощи.

— Сожалею о его смерти. — Вымолвил парень. — Я видел его последним. И у него была смертельная рана в правом боку. Думаю, твой друг не дожил и до утра.

Неподъемным грузом повисло молчание.

И только стук обуви о твердую землю Приграничной территории, да лязг личного оружия нарушали полнейшую тишину.

Никто не хотел вспоминать мертвых в таком месте и в такое позднее время.

— Послушай, Сальват. А как вы открыли ковчег?

— Понятия не имею. Никто, кроме меня, не знал, местонахождения ключа. А я даже не приближался к подвалу.

— Странно. Получается, ковчег открылся сам?

— Вполне возможно. — Согласился молодой парень. — Иначе, зачем Карабар просил спрятать зеленый сверток именно в подвале.

— Значит, он все-таки нашел его. — Вмешался Ларвилас.

— Карабар был умен. — Поведал некромант. — Умнее нас всех вместе взятых. Без него нам будет тяжело, не спорю. Но мы все же попытаемся. Его кровь поможет найти книгу, и восстановить историю Тальгарда.

— Мне непонятно только одно. — Сказал молодой парень. — Каким боком здесь приплелась книга? Гномы не рассказывали о ней.

Некромант пристально посмотрел на Сальвата.

Возможно прикидывая, стоит ли ему доверять.

— Ты знаешь, где находится Башня Мертвеца?

— Никогда о такой не слышал. — Признался юноша.

— Она расположена в центре Серебряных гор. Когда-то очень давно в том месте проживал отшельник по имени Цефиус. Он был великолепным магом. Точнее сказать, некромантом высшей иерархии. Представляешь, он научился темные заклинания обычной нежити использовать против своих же соперников. Объединяя два, а то и три похожих колдовства, можно было слепить такую волшбу, которая даст поразительный эффект.

Золтар рассказывал это с неподдельной гордостью.

— Ты знал его? — поинтересовался Сальват.

— Я был его первым учеником. И как оказалось в результате, последним. — Горечь разочарования появилась в голосе некроманта.

— Он погиб? — осторожно поинтересовался юноша.

Собеседник выдал тяжелейшую паузу.

Может, пытался подобрать правильные слова.

— Да. — Честно признался Золтар. — Его убил Карабар.

Слова ударили молодого парня по голове, словно Великий Молот.

— Как же так? Вы же…

— Все верно! — Перебил его некромант. — Это потом мы с ним стали лучшими друзьями. Но вначале — он был моим кровным врагом. Карабар обучался в Академии магов на острове Святой Земли. Никакой некромантии — можешь себе поверить?

— С трудом.

— Тем не менее. Он был воспитанником самого Грогана. Слышал такое имя?

Парень кивнул, вспомнив рассказ Таррона во дворе трактира.

— Так вот, — продолжил некромант. — В конце обучения, наставник дает задание своему подмастерье. Это своего рода испытание. Вступить в гильдию Святой Земли можно, лишь сдать экзамен. Его экзаменом было забрать книгу у Цефиуса, прекрасно понимая, что хозяин Башни Мертвеца не намерен отдавать эту вещь по доброй воле.

— Книга была все время у отшельника?

— Без сомнения! Он никогда о ней не говорил, но то, что у него была от меня тайна, я в этом уверен. И скорее всего, не одна. Он обучал меня навыкам владения некромантией. Но в основном — изучал историю Тальгарда. Уже позже Цефиус поведал мне, что ныне существующий мир не таков на самом деле. Какой-то потаенный секрет скрыт в недрах нашей обители, что заставляет сомневаться в навязанном мнении магами Святой Земли.

— То есть Таррон и вся его Академия на острове навязывают нам свое обоснование мира?

— Получается так. После своих наблюдений, Цефиус поставил под сомнение все их бестолковое учение. Мы пытались объяснить это Карабару, когда он прибыл в Башню.

— Но он вас не послушал. — С полной уверенностью сказал юноша.

— Еще бы! Его вера в орден Святой Земли была непоколебима. А сила его магии — просто безгранична. Карабар был поистине талантливым учеником. Он с легкостью убил отшельника, нашел, и забрал Древнюю книгу. Представляешь силу его магии? Я не смог почувствовать древний артефакт, находясь совсем рядом. А Карабар прибыл на место и тут же обнаружил то, что искал. Поразительно!

Мои магические и физические умения не помогли тогда остановить молодого, рвущегося к знаниям мага. Слава Всевышним Богам, что он пожелал оставить меня в живых.

— А что же Азакар и Ларвилас?

— С ними я познакомился позже. Они были обычными наемниками. Правда удивительно, когда видишь эльфа и орка в одной компании. А ведь они — лучшие друзья. У обоих из них есть нераскрытые тайны. Может, они стали приятелями по несчастью?

— Действительно, интересно!

— Вот потому, я обратил на них свой взор. Вместе мы исследовали потайные уголки Башни Мертвеца. Изучали рукописи и заметки отшельника. Накинулись всеми силами, чтобы докопаться до правды. Единственной вещи, что нам тогда не хватало — была книга Цефиуса.

— И многого вы добились? — интерес к этой истории просыпался с каждым сказанным словом.

— Мы даже обдумывали план по внедрению в орден Святой Земли. Книга отшельника нужна была нам, словно глоток свежего воздуха. Пока на горизонте не замаячила снова фигура Карабара. В один из прекрасных дней мы встретили его у подножия Башни, и поверь, убили бы на месте, если бы не увидели в руках эту самую книгу. Он возвратился, чтобы вернуть ее нам. И вместе с ней кое-какие записи из Академии с острова Святой Земли.

Это была просто находка!

Мой кровный враг покаялся в своем преступлении, обвиняя во всем своего наставника Грогана. И пообещал помочь разобраться в том, что было не под силу отшельнику. Нас очень сильно интересовал вопрос — зачем Святой Земле понадобилась рукопись.

Башня Мертвеца стала для нас тайным убежищем. Здесь мы чаще встречались, изучая рукописи Цефиуса, и скоро узнали о существовании ковчега, что появился много лет назад.

Золтар снова замолчал, пользуясь паузой, чтобы глотнуть воды из курдюка.

— Книга все же не попала в руки Святой Земли?

— Естественно! Карабар объявил своему наставнику о провале задания, за что и был выдворен из Академии. Потом появился ключ. Вернее, Карабар каким-то образом узнал тайну Грогана. Во что бы то ни стало, мы решили действовать. Святая Земля хранила страшный секрет, и мы не могли остаться в стороне.

Шаг за шагом, пробираясь по этому тернистому пути, мы прознали о рекуле, Джарете и гномах «Пивной Бороды». Но единственную вещь, которую мы так и не могли найти — это ковчег.

И наш друг внезапно предложил, что, если имея на руках ключ, ковчег сам даст о себе знать?

Безумная, но все же идея!

И судя по тому, что сейчас произошло, она воплотилась в жизнь.

Золтар остановился. Гордый силуэт трактира просматривался ужеотчетливо, и огни все еще освещали пустующее заведение, пытаясь показать его давним постояльцам, что «Пивная Борода» совсем не умерла.

«Пустующее ли заведение?».

Ответ на этот вопрос сам собой возник у всех четырех путников, когда на фоне огненного света мелькнула незнакомая тень.

Герцог Батаб все же оставил небольшую группу солдат охранять трактир. И чем ближе маленький отряд подбирался к питейному заведению, тем яснее представлялась картина происходящего.

Солдаты королевской стражи наслаждались безропотным удовольствием, употребляя остатки эля, и заедая все это не совсем уже свежей олениной. Что наводило на мысль о распоясавшейся маленькой армии. Они уже не так ответственно охраняли трактир, как пьянствовали за счет заведения.

— Я все сделаю быстро. — Успокоил Сальват попутчиков. — Здесь есть тайный ход с противоположной стороны ворот. С помощью него, я легко проберусь в трактир и принесу тальгардское золото. Одна из монет испачкана в крови Карабара.

— Хитро! — изумился Золтар. — Надеюсь, тебя не поймают.

— За меня не беспокойся. Я не раз проворачивал этот трюк, так что даже сами хозяева трактира не могли ничего заподозрить. Ждите меня здесь.

Парень скользнул в зловещую темноту. Она тут же скрыла его фигуру, оставляя спасшую его троицу наедине друг с другом, и давая тему для размышления, не сделает ли юноша ноги, оставив их всех в дураках.

С другой стороны, ему некуда бежать. Оставаться в безопасности, Сальват мог только в этой компании.

Не прошло и нескольких мгновений, как в том же самом месте, где они последний раз видели спасенного мальчишку, как ни в чем не бывало, появился парень, неся в руках маленький мешочек. Его содержимое едва слышно звенело на фоне тихой ночи, намекая присутствующим, что там внутри.

Хотя, они и без того это знали.

— Вот. Как и договаривались. — Сальват протянул Золтару свое оставшееся имущество. Ровно семьдесят две монеты.

Некромант осторожно высыпал часть содержимого себе на ладонь и без труда отыскал нужный кусочек золота. Он сильно сжал его в кулаке и закрыл глаза.

Ответной атаки, что тогда испытал на себе молодой парень, не последовало. Вполне понятно. Некромант был опытен в деле чародейства и обладал большей силой воли к защитным заклинаниям. Он даже не дернулся.

Всего лишь зажмурился, пропуская через себя магические потоки.

Воссоединение с кровью происходило дольше, чем в тот раз у Сальвата. Хотя, тогда, в своей комнате, соединением это вряд ли можно было назвать. Парня просто ударила неизвестная сила и на этом все закончилось. Юноша чудом успел ухватить обрывки памяти молодого мага, его бой с Гроганом и смертельно неизлечимую рану. После чего убрал монету в мешочек от греха подальше.

Золтар видел намного больше и мог прочитать достаточно, чтобы картина полностью собралась в его голове из маленьких обрывков воспоминаний.

Он стоял, боясь пошевелиться. Яблоки глаз под опущенными веками непрерывно двигались, и ни одна живая душа не могла даже представить, что происходит сейчас в его голове. Какую важную информацию несет в данный момент кровь мертвого друга?

А через несколько мгновений, некромант снова открыл глаза и сообщил:

— В Лиакас мы не пойдем. Только не сейчас! Нам нужно срочно забрать книгу, пока Святая Земля не добралась до нее первой.

— И ты знаешь, где она находится? — спросил Ларвилас.

— В столице.

— Ты в этом уверен? — Азакару не очень то и хотелось посещать обитель короля Регеля.

— Уверен! Кровь Карабара ясно мне это дала понять. Мы обещали проводить Сальвата в Китежар. Сегодня — нам по пути.

Юноша был рад этому несказанно.

А высокий эльф напомнил:

— Тогда нужно срочно пересмотреть наш план. У нас совсем мало времени. Воины герцога скоро узнают, какая участь постигла королевский отряд, и непременно сообщат Батабу. А брат короля сейчас находится в Китежаре…

— Ты прав. — Перебил его Золтар. — Поэтому поступим следующим образом: как только достигнем Китежара, Азакар проводит Сальвата до Дворцовой площади. Если, конечно, наш юный друг не отказался от этой безумной затеи.

Юноша не отказался.

Тогда некромант продолжил:

— Я заберу книгу. А ты, Ларвилас, направишься в порт, отыщешь капитана Валиона. Пусть подготовит для нас корабль. Мы уйдем в Лиакас по реке. Так безопаснее.

Сальвату было абсолютно плевать на дальнейшие их действия. Главной и первостепенной задачей для него было освобождение друзей. А орк с эльфом на миг задумались, прежде чем кивнуть в ответ. План был неплох, но отнимал много времени. Книга, безусловно, важна. Но появляться на Дворцовой площади не было никакого смысла. Каждый из присутствующих осознавал, что спасти гномов от суда, было почти невыполнимым заданием.

Почти!

Но, все же надежда витала в ночном воздухе.

Оставался последний вопрос.

«Каким образом они намерены достичь столицы»?

Вокруг сгустилась кромешная тьма, и ненасытные лесные твари уже вот-вот выползут из своих нор.

Золтар, словно прочитал мысли друзей:

— Мы возьмем лошадей в трактире. Ты случаем не заметил, сколько там солдат?

Вопрос был обращен к Сальвату.

— Трое в помещении и человек пятнадцать на улице. Все пьяны в стельку, так что особых проблем не будет.

— Отлично! Никого убивать на этот раз мы не станем, просто заберем лошадей.

Некромант первым двинулся в сторону трактира, давая понять всем присутствующим, что пора бы поторопиться. Остальные последовали его примеру.

То ли по незнанию, то ли по какому-то внутреннему наитию, солдаты оставили животных за воротами трактира. А это ошеломительно облегчало задачу.

Стражники потеряли бдительность. Пили, гуляли, пели песни, прекрасно понимая, что хозяева трактира больше никогда не вернутся в свою обитель. Бояться им было некого. А лесные дикие звери, даже самые смелые, не испытывали желания близко подбираться к «Пивной Бороде», зная какой прием обеспечивали им бывшие хозяева.

Этим и нужно было воспользоваться.

К лошадям подходили очень осторожно. Не особо от них скрываясь, но и резко не появляясь на глаза. Скакуны не должны поднять тревогу. Дополнительные неприятности с королевским отрядом точно были им не нужны.

Сальват обошел табун и подступил к белоснежной лошади, нежно погладив ее по удивленной морде. Животное почуяло заботу нового хозяина.

Юноша умел обращаться с мулами еще в «Пивной Бороде». Хагрим его научил.

— Э-э, вы кто такие? — королевский стражник появился из темноты. И сквозь пелену наступающей ночи, его не сразу удалось заметить.

Троица, спасшая Сальвата, уже гордо восседала на своих скакунах, готовясь сорваться с места. И один только молодой парень твердо стоял на земле, с нежностью поглаживая животное. Он был ближе всех к королевскому солдату. Чувствовал его пьяное дыхание.

Юноша представил, как стражник громко кричит, призывая на помощь. Пьяная орда вываливается из трактира и всем скопом бросается на них.

Снова реки крови, стоны раненых, кровавое месиво из поверженных людей. Ночную схватку замечает патрульный отряд, под командованием другого капитана. И, их четверке становится совсем худо.

Принимать решение нужно немедленно!

Сальват выхватил меч, и бросился на противника.

Ни какого страха, никакой пощады! Пьяница должен был умереть на месте, пока его громкий возглас не услышали остальные выпивохи.

Королевский солдат, едва стоял на ногах, но довольно быстро достал меч. И в силу того, что мозг был затуманен одурманенным напитком, он просто не успел подготовиться к атаке.

Стальной меч парня рубанул справа налево в неумело подставленное для защиты оружие.

Противнику крепче бы сжать рукоять, но предательский хмель не позволил этого сделать. И как результат, после звонкого соприкосновения клинков, свой же меч его сурово наказал. Подчиняясь сильной отдаче, лезвие грубо рассекло подбородок, отчего раненый громко взвыл.

Боль заставила протрезветь, а кровь хлынула ему на воротник, пачкая одежду красной жидкостью.

Но меча он не выронил.

Юноша вновь атаковал.

Сталь ударила о сталь, но уже с явно молниеносной прытью. Стражник выронил меч из непослушной руки, и удивленно застыл на месте.

Быстро приблизившись, молодой парень нанес завершающий удар. Меч юноши, мягко вошел в грудь. Изо рта хлынула кровь, а взгляд побежденного солдата, поздно моля о пощаде, уставился в глаза своему сопернику.

Сальват поймал себя на мысли, что это первый убитый им человек. Пусть и пьяный, пусть и не особо сопротивлявшийся. Он всегда будет помнить этот умоляющий взгляд королевского солдата: «За что ты меня наказал? Что я тебе такого сделал»?

В первый момент парня охватило неприятное ощущение, что он сделал что-то нехорошее. Совесть схватила за горло мертвой хваткой, мешая дышать. Но перед взором внезапно возник Хагрим. За его спиной из кровавой дымки по очереди появлялись Гимрин с коварной стрелой в шее, Рабур с кинжалом в боку и Дэрин с клинком в широкой спине.

Жалость мигом сменилась на злость.

Глаза налились кровью, и он глубже вонзил меч в тело поверженного солдата.

Стражник закатил глаза, запрокинул голову и безмятежно стал заваливаться в сторону.

Сальват уперся ногой в его мертвое тело, рывком выдергивая стальной клинок. А потом его охватила неподдельная радость. Юноша злорадно ухмылялся, наблюдая, как падает сраженный им королевский солдат. Месть была сладка.

Наверное, он бы так и стоял, наслаждаясь своим поступком, если бы его не прервал голос некроманта:

— Ну чего застыл? Быстро в седло!

Юноша опомнился.

Поскорее вытер меч о мертвое тело и оседлал белоснежного скакуна.

Да! Сегодня он был на коне! В прямом и переносном смысле. Неизвестно, как повлияет его поступок на дальнейшую судьбу, но ясно было одно — сегодня он переборол страх.

Он впервые убил человека.

Воина королевской гвардии.

И пусть это не Воин Святой Земли, но все же. Бойцы Регеля везли его в Вальтальский замок на верную гибель. А капитан Эвель не последовал отголоскам своей совести. Так пусть же этот пьяный солдат почувствует на себе ярость несовершеннолетнего мальчишки.

Теперь Сальват ничего не боялся.

Единственное, что тяготило его — это судьба Тули и Роти. Двух преданных гномов. Они до конца оставались одной семьей. А теперь, если не поторопиться, их, скорее всего, казнят на Дворцовой площади. И о семье можно забыть.

От этой грустной мысли на душе стало совсем худо.

Сальват пришпорил коня, задавая тон другим всадникам. Он заставлял удары копыт стучать в ритм его разогнавшемуся сердцу.

А в Тальгарде тем временем совсем стемнело.

И лошади по какому-то своему наитию выбирали путь до столицы, поднимая из памяти фрагменты знакомой дороги, ведущей в самое сердце короля Регеля.

Молодой парень и трое его спасителей без труда проникли в столицу.

Если знать где пройти и кому заплатить (особенно тальгардским золотом), можно решить любую непосильную задачу.

Вот и сегодня, когда небесное только готовилось показаться на горизонте, Золтар уже шагал в гордом одиночестве по неприметной Китежарской улице к каменному дому неизвестного ему человека. Как выглядит этот человек, он не имел ни малейшего представления. Память крови поведала ему лишь место назначения. Видимо, остальную информацию Карабар умело спрятал от нежелательных очевидцев.

Ларвилас по просьбе некроманта направился в речной порт, а Азакар и Сальват — в самый центр города на Дворцовую площадь. Там должен состояться суд над Тули и Роти. И освободить гномов «Золотого Молота» предстояло сегодня. Другого шанса больше не предвидится. Если король вынесет приговор — его немедленно приведут в исполнение.

Никаких отсрочек и никакой пощады!

Но на самом деле, некромант с трудом верил, что возможно провернуть такое под носом у Регеля, Батаба и Таррона.

Все это безумная идея.

А, что еще хуже, невыполнимая.

Сальват ему нравился, но при всем этом, наказ зеленому другу был прост. Даже при намеке на внезапно появившуюся опасность — немедленно ретироваться, оставляя бедного парня на «съедение» озлобленному герцогу и магу Святой Земли.

Отговорить юношу от смертельной затеи, им уже не удастся. Горячая кровь молодого парня бурлила в жаждущем смерти теле. И ненависти ее не было конца.

Золтар, оставшись в одиночестве, выполнял свою непосредственную задачу, ради которой они все и прибыли в самое сердце столицы.

Кровь Карабара показала путь по тихой китежарской улочке, где не раз проходил его друг. И каменный неприметный дом предстал особенной целью. Здесь обитал неизвестный человек, волею судьбы хранящий так нужную для них книгу.

Некромант прибыл точно по месту назначения.

Высокая постройка, выполненная из добротного камня, была точь-в-точь, как в видении. Массивная дверь обрывками памяти мелькала у него перед доверчивым сознанием. А резная рукоять, в форме морды неизвестного зверя, устрашающе поглядывала на его персону.

Золтар осторожно подошел к двери и ударил металлическим молоточком в стальную пяту. Она должна была оповестить хозяев о прибытии незнакомца.

В первые мгновения никто не ответил, и некромант уже подумывал постучать во второй раз. Ужасные теребящие мысли, о том, что здесь может никого и не быть, его разум никак не хотел принимать. Слишком долгий и кровавый путь прошел он со своими товарищами, чтобы все так печально закончилось.

Но страшные опасения не подтвердились.

За большой массивной дверью раздался знакомый щелчок поворачиваемого механизма, после чего она медленно приоткрылась.

«Странно, даже не спросили — „кто там?“».

На пороге появилась миловидная девушка лет семнадцати с распущенными каштановыми волосами в обычном домашнем платье. Она поднесла к его лицу шандал с зажженной свечой, и поглядела на незнакомца.

На улице заметно посветлело, так что свеча не сильно ей помогла. Чего нельзя было сказать о ее жилище. Некромант увидел, что в доме царила непроглядная тьма. Такая плотная, что за спиной девушки ничего нельзя было разглядеть.

— Кто ты? — голос казался слишком молодым.

Наверное, моложе, чем его новый знакомый — Сальват.

Некромант не знал, как завязать разговор:

— Меня зовут Золтар. Я прибыл по поручению Карабара.

Имя его друга не сыграло своей ключевой роли. По крайней мере, незваный гость не заметил перемены в лице молодого чада. Либо девушка понятия не имела, о ком идет речь, либо умела сохранять полное спокойствие, ничем не позволяя себя выдать.

— Я сообщу госпоже о твоем прибытии. — Только и вымолвила она.

После этого массивная деревянная дверь закрылась перед носом незваного утреннего гостя.

«Даже не пригласила в дом!».

Золтар был ошеломлен столичным гостеприимством.

На улице становилось все светлее и светлее.

Золтару совсем не хотелось попадаться на глаза случайным прохожим, вызывая лишнее подозрение. Проще говоря, столица была не для всех. Да, здесь проживали представители и других рас. Закоренелые, долгим трудом заслужившие неприкасаемое доверие в лице короля, они могли беспрепятственно перемещаться по городу в любое время. А доверенные купцы: гномы, орки и эльфы — обладали здесь особой привилегией.

Тем не менее, незнакомцев не жаловали.

И вот по такой простой причине путники вошли не через главные ворота. Присутствие в Китежаре никому не известного человека, не обойдет вниманием короля. А далее начнется череда ненужных вопросов.

Но вопреки его переживаниям, ожидание продлилось недолго.

Внутри дома вновь послышались знакомые шаги, и массивная деревянная дверь приоткрылась во второй раз. Теперь уже заметно шире.

— Госпожа примет тебя. — Сообщил знакомый женский голос. — Следуй за мной.

Золтар с опаской шагнул за порог.

Темнота сгустилась вокруг гостя. Наверняка, в этом странном жилище кто-то довольно искусно прятался. Крутая лестница узкими ступенями вела на второй этаж, где непроглядная тьма сгущалась все сильнее. Лишь тусклый свет одинокой свечи в руках совсем юного создания, направлял некроманта навстречу с неизвестной госпожой.

Он мог, конечно, применить что-нибудь из арсенала своей магии, дабы осветить непроглядную дорогу. Но решил пока не пользоваться такими навыками. Напугать постояльцев — совсем не входило в его планы.

Через несколько ступеней появилась еще одна дверь, размерами поменьше. Но все такая же массивная. И ее молодая девушка без особого труда отворила.

В следующем помещении света было гораздо больше. Настолько больше, что юное создание затушило свечу, поставила шандал на небольшой старинный комод, и отошла в сторону.

Кроме них в комнате никого не оказалось. И хотя помещение было освещено лишь наполовину, присутствие еще одного человека, некромант все же почувствовал. Кто-то может называть это интуицией, но Золтар не любил такое выражение.

Верная формулировка — чутье.

А потому наедине с девушкой он находился недолго.

Через мгновение в комнате появилось присутствие магии. Настолько слабое, что создавалось впечатление — кто-то очень настойчиво пытался утаить это от незнакомца.

Утаить — это ваше право.

Но только не от него!

Золтар сам был не последним человеком в чародействе, потому спрятать наличие заклинания таким образом, чтобы он ничего не заметил, никому до сих пор не удавалось.

В комнате возникли четыре тени. Абсолютно одинаковые, в темных капюшонах.

— Кто ты такой? — голос звучал, словно из пустоты.

— Меня зовут Золтар. — Сразу же ответил нежданный гость.

В данной ситуации, следовало говорить только правду, а играть в кошки-мышки в таком месте было себе дороже.

— Зачем ты пришел? — некроманту почудилось, что все четыре сущности задают вопрос одновременно.

— У вас находится книга, которую оставил для меня Карабар. — Правда, и ничего, кроме правды! В противном случае, выбраться живым из этого места ему не удастся.

После его слов, три из четырех сущности растворились на глазах. Но тот силуэт, что располагался справа от Золтара, внезапно ожил, заставляя незнакомца поверить в его существование.

Оставшаяся тень приблизилась:

— Откуда ты знаешь Карабара?

«А вот это, уже вопрос, по существу!».

По крайней мере, можно с уверенностью утверждать, что он прибыл по назначению:

— Карабар был моим другом и останется им навсегда. Даже пребывая в Царстве мертвых!

Черная тень с уверенностью сбросила капюшон, обнажив коричневую мохнатую морду.

Куркум — догадался Золтар.

Вернее, куркумка.

Коричневую расцветку носили самки этого пустынного племени. Самцы же были серого цвета.

Никто не знал, как появились эти особи в Тальгарде, но в древних писаниях много говорилось об их эволюции. Они были похожи на зверей, нежели на людей. Мощные задние лапы, на которых они передвигались, заканчивались мохнатыми копытами. А все их тело, было покрыто густой шерстью.

Передние конечности больше напоминали человеческие руки, правда всего с тремя пальцами, впрочем, это не мешало им ловко пользоваться мечом и луком.

И только продолговатая морда походила на вид дикого животного, схватка с которым не предвещала ничего хорошего. При желании, куркум мог разорвать своего противника острыми клыками, ловко вцепившись тому в живую плоть.

Основным средством передвижения, если не изменяла некроманту память, для них являлись горбатые твари, живущие в Сахарной пустыне. Они умело передвигались по рыхлому песку и в скорости не уступали самым резвым скакунам Тальгарда.

Но это только на словах, а на деле же — представителя их племени, Золтар наблюдал впервые.

Самка приблизилась вплотную к некроманту и спросила:

— Знаешь, кто я?

Некромант замотал головой, предлагая хозяйке дома самой ответить на поставленный вопрос.

— Меня зовут Маджида. Я единственный представитель своего племени в этом городе, поэтому о моем существовании знают немногие. Если ты хочешь быть в числе этих людей, то должен отвечать только правду. Лжи я не потерплю. И если почувствую, что ты пытаешься меня обмануть, то живым тебе из этого дома не выбраться. Надеюсь, мы поняли друг друга?

Золтар застыл, как вкопанный, боясь пошевелиться.

О боевых и магических навыках куркумов ходили легенды. И неважно, кто был перед тобой — самец или самка.

— Я пришел сюда по воле своего друга, — снова сообщил хозяйке некромант, пытаясь не подавать вида, что страх на время завладел его телом и душой. — А по сему, не имею желания лгать.

Куркумка пристально взглянула ему в глаза и задала очередной вопрос:

— Ты, действительно, друг Карабара?

— Да! Мы были объединены с ним одной целью. Если он оставил книгу тебе, предположу, что ты неплохо посвящена в его дела.

— Да, действительно. — Маджида ничего не стала скрывать. — Карабар был и моим другом тоже. Вот почему он оставил мне на хранение ценную вещь.

— Эта книга поможет нам разобраться, что происходит в Тальгарде. — Сообщил некромант, но по ее взгляду понял, что госпожа это и так знала.

— Конечно. И наш общий друг верил в это безоговорочно. Признаюсь, я не поддерживала эту затею. По мне — живой Карабар лучше всякой неизвестной книги. И вот, посмотри, что случилось! Не нужно быть магом высшей иерархии, чтобы понять — плохи шутки со Святой Землей. Тем не менее, я уже посвящена в то, что вы открыли ковчег, даже не подозревая, что в нем находится.

— Такова воля Богов. — Беспристрастно ответил некромант.

Маджида сомнительно мотнула головой:

— Ну, во-первых, они просили не вас с Карабаром, а совсем другого человека. И во-вторых: вы затеяли опасную игру с действующими персонажами в лице, сам знаешь кого. И живут они не в Небесной Колыбели. А прямо здесь, в Тальгарде.

Последовала небольшая пауза.

— Ты отдашь мне книгу?

Маджида усмехнулась, насколько это можно было сделать представителю ее расы:

— Я обещала Карабару помочь, и я это сделаю. Но для начала хочу предупредить. Ваша прыть приведет к необратимым последствиям. Я понимаю, когда ковчег открыт, мои бессмысленные уговоры теперь ничего не изменят. Тальгард начал меняться. В плохую или в хорошую сторону — пока не понять. До определенного момента, вы вольны были сами выбирать судьбу, и вы это делали. Но теперь все повернуть вспять вам не удастся. Карабар слишком поздно осознал сие предупреждение.

— Ты можешь объяснить, что произошло после того, как открылся ковчег? — мимо ушей пропустил ее слова некромант.

— На этот вопрос тебе никто не ответит. Ни я, ни даже сам Таррон.

— А книга сможет помочь? — с надеждой спросил Золтар.

Куркумка рассмеялась:

— Она написана на Древнем языке. Вам ее не прочесть.

— Но ведь куркумы из Древнего рода. Не для того ли Карабар оставил ее тебе?

Маджида снова усмехнулась.

— Конечно, нет. Этот язык давно утерян. Даже Цефиус, настолько знакомый с Древним языком Богов, не смог бы поведать вам больше. Более того, скажу правду, как бы горька она для вас не была. Во всем Тальгарде вы не сможете найти ныне живущего мага, кто бы сумел расшифровать руны истинных Богов.

— Следовательно, на этом все и закончится? Жертва Карабара была напрасной?

Золтар решил сыграть на жалости.

— Не совсем так. — Куркумка смягчилась, как только снова вспомнила имя своего покойного друга. — Ты знаешь, где находится Сахарная пустыня?

— Где-то на западе. — Золтар слышал упоминание об этом месте, но направление сказал наугад.

— Точнее, на юго-западе. В центре пустыни находится один город. Вернее, назвать его городом не совсем правильно, скорее это маленькое поселение. Так вот, там обитают куркумы, совсем не такие, как я. Полностью подвластны своей магии, традициям и пустынной жизни. Среди них, ты найдешь однопалого Хамона. Немногие слышали о нем. Когда Карабар показал мне вашу книгу, я сразу вспомнила о его существовании и поведала это твоему другу.

— Он сможет нам помочь? — некромант должен был знать наверняка. Иначе все остальное не имело смысла.

— Не знаю. Твой друг намеревался взять у меня книгу и встретиться с тобой в Лиакасе в каком-то тайном месте. После того, как я узнала, что молодой маг погиб, больше не надеялась увидеть кого-то из его последователей.

Конечно, я отдам вам книгу, но вынуждена еще раз предупредить — силы, с которыми вам суждено столкнуться, превысят все ваши ожидания. Может, это будет не то, чего вы поистине ждали. Помочь Древним Богам, конечно великая честь, чего вы не должны забывать. И их милость, выражающаяся в исполнении одного желания, не покроет тех расходов, что вы уже понесли при выполнении данного обязательства. Целитель Сухой Тропы был прав — рекула, это всего лишь маленькая часть. Так сказать, капля в море того безумства, на что вы бездумно согласились.

— Я уверен, мы поступаем правильно. — Успокоил ее некромант.

— Об этом мы все узнаем позже, как только вы переведете текст книги. — То ли с огорчением, то ли с облегчением сообщила ему Маджида.

И в подтверждении своих слов, куркумка повернулась к юной служанке, что все это время неподвижно стояла у деревянного комода:

— Ясмина, принеси гостю красную книгу.

«Красную?».

Насколько помнил некромант, книга имела совсем другой цвет. Может, черный или коричневый, но уж никак не красный.

Юная девушка нырнула в темный проем комнаты, что примыкал к помещению. А через мгновение вернулась назад. Она несла в руках серебряный поднос. На нем величественно покоилась Древняя рукопись.

Золтар присмотрелся.

Действительно!

Книга была точь-в-точь похожа на ту, которую Карабар умыкнул из Башни Мертвеца. Тот же кожаный переплет, или из чего она там была изготовлена. Большая печать, представляла собой карту Тальгарда, с нависшим над ним крылатым существом. Все абсолютно то же самое, что он видел несколько дней назад с одним только — но!

Некромант мог поклясться, что книга имела другой цвет.

Какой угодно темный оттенок, но только не красный.

И словно в подтверждение его мыслей, Маджида внесла ясность в ситуацию:

— Ты тоже заметил?

— Еще бы! Каким образом она изменила цвет. — В том, что это тот же самый предмет, Золтар не сомневался.

— Думаю, после открытия ковчега что-то произошло. Ведь эта книга, как утверждал Карабар, непосредственно связана с давними событиями.

— Или своим цветом, книга хочет нам что-то сказать. — Закончил за нее мысль некромант.

— В любом случае, вам нужен Хамон. Надеюсь, он сможет ответить на все интересующие вас вопросы.

Некромант взял с подноса красную книгу и перелистнул несколько страниц.

Язык Древних не поддался его чарам, а скорее оттолкнул.

Тут же изменилась пара-тройка и так незнакомых букв. Золтар слышал о защитном заклинании изменения, но не был силен в этой части магии. Его сила была в другом. Пытаясь прочесть с помощью Темной магии, книга будто сопротивлялась. Руны переходили из одного состояния в другое. А, следовательно, тот, кто не владел языком Древних — ничего с этим не мог поделать.

— Да, кстати. — Маджида, словно в последний момент вспомнила что-то очень важное. — Ты же в курсе, что без молодого парня ваша затея не стоит и ломаной медяшки?

Некромант оторвал свой взгляд от старинных страниц и перевел его на куркумку:

— Без какого парня?

Теперь удивляться пришла очередь госпожи Маджиды:

— То есть как это, без какого?

Глаза Золтара сделались еще шире, подтверждая неподдельное изумление. Он понятия не имел, о ком идет речь, поэтому просто промолчал.

Хозяйка дома, убедившись, что некромант не имеет ни малейшего представления, о чем разговор, быстро поправила положение:

— Вот это да! Вы действительно хотели все провернуть без этого мальчишки?

— Без какого мальчишки!? — от непонимания некромант начинал злиться. Вопросы, на которые он не находил ответа, быстро выводили его из себя.

— Без того, с кем вы вошли в столицу.

— Ты имеешь в виду Сальвата?

— А кого же еще?! — вопросом на вопрос ответила госпожа.

Золтар призадумался:

— А он-то здесь при чем?

— Но, вы же спасли мальчишку! От лап герцога!

— Мы думали, что Карабар отдал ему книгу вместе с ключом от ковчега. Теперь ковчег открыт, а книга у меня. Чем еще сможет нам помочь Сальват?

После произнесенных слов узкие звериные глазки Маджиды расширились до необъятных размеров:

— О-о! Так вы не в курсе! Карабар не успел поведать тебе эту историю?

— Может госпожа сама соизволит рассказать мне ее? — терпению некроманта подходил конец.

— Ну что ж. Тебе повезло, что я вообще задала этот вопрос. Иначе ты ушел бы отсюда с книгой, но обрек на погибель свой безумный план.

Золтар в ответ промолчал.

— Вы с покойным Карабаром долго изучали историю ковчега. Об этом я знаю из его рассказов. Но упустили одну очень важную деталь.

— И какую же?

— Вы упустили из вида мальчишку. Помнишь историю, где целителю Сухой Тропы внезапно в руки попала рекула?

— Об этом я знаю не хуже тебя. Его звали Джарет. — Похвастался знаниями Золтар.

— Совершенно верно! Он нашел в своем дворе ковчег Фабиана.

— Ну и что из этого? Мы с Карабаром прочитали это в рукописях отшельника.

— И опять ты прав! Карабар мне рассказал, что вы нашли ключ, которым владел его наставник Гроган, да пребудет его душа в Царстве мертвых.

— Я это тоже знаю. Ничего нового ты мне не поведала.

— А ты не торопись и дослушай до конца. Где теперь Джарет? Можешь мне ответить на этот вопрос?

— Понятное дело! Его убили наемники Таррона и утащили труп на Святую Землю, если ты об этом.

— Все верно! Джарет мертв! Целитель из Сухой Тропы лишился власти над рекулой. И кто теперь должен пойти по его стопам?

— Карабар тоже мертв. И теперь я продолжу его дело. Ковчег открыт. Воля богов исполнена. Теперь книга должна нам помочь. Я думаю, через нее можно связаться с Богами и получить достойное вознаграждение.

— Не торопись, Золтар. Вы с Карабаром никаким боком не имеете к этому отношения. Не вас выбрал Фабиан. Не Цефиуса и не Карабара. Хранителем ковчега много лет был Тули, а ключа — Гроган из Святой Земли. Ковчег Фабиана открыт, и теперь он нас больше не интересует…

— И что же нас должно интересовать? — Золтар перебил госпожу.

— Рекула.

— А что не так с рекулой? — спросил Золтар. — Мы выполнили волю Богов.

— Но не получили достойного вознаграждения? Верно?

Золтар задумался. Но ответ пришел в голову почти мгновенно.

— Хамон укажет нам путь к Богам. Не об этом ли ты говорила?

— Я сказала, может быть. Не путай мои слова. Но даже, если и так, вы не достойны этого. К рекуле вы не имеете никакого отношения. Боги просили не вас, а Джарета.

— Джарет мертв! Сколько можно о нем говорить?

Маджида рассмеялась.

Громко и со вкусом:

— И это, истинная, правда! Но, что случается после этого с рекулой, вы наверняка не знаете! А я вам отвечу, глупые людишки! Рекула переходит по наследству!

Некромант изумился:

— Что?!

— А то. — Перебила его Маджида. — Джарет сломал печать, и рекула повисла над ним, словно неподъемная ноша. Сколько сил он потратил, идя по ее следу. Сколько долгих ночей его жена проводила без мужа. И чем все это закончилось?

— Воины Света ворвались в его жилище в Сухой Тропе и убили всю семью. — С разочарованием вымолвил Золтар.

— А ты уверен, что всю?

Слова прозвучали эхом в тихой сумеречной комнате.

Некромант глубоко задумался, вспоминая былую историю. Они вместе с Карабаром изучали ее подробности ночи напролет в Башне Мертвеца. Что они могли упустить в древних свитках?

— Я слышал, что у них был маленький сын, и ему удалось бежать в Вальтальский лес, где его растерзали дикие звери.

— А вот это уже неправда. Как ты думаешь, кто проживал все это время на территории трактира вместе с гномами?

Вопрос был риторическим, потому Золтар не стал на него отвечать, а только и смог произнести:

— Великие Боги!..

— Вот именно! Они-то и помогли парню выжить в лесу, пока его не нашли гномы. И знаешь, почему?

— Он наследник рекулы! — последние слова некромант выдавил из себя с пребольшой болью.

«Как же он раньше этого не понял?!».

— Абсолютно верно! — Маджида хитро улыбнулась. — Поэтому, я и спросила тебя, знаешь ли ты про мальчишку? Где он сейчас?

Некромант остолбенел:

— Он на Дворцовой площади. Его безумной идеи выручить тех двух гномов, мы не смогли помешать. Никакие уговоры не изменили его решения. Его единственной мыслью была месть. Азакар проводит его до обозначенного места и оставит умирать. Таков был уговор.

— Карабар вас не простит! — глаза Маджиды загорелись ярким пламенем. — Ты не представляешь, сколько стражников там соберется. И это не принимая в расчет герцога и старого мага. У него нет ни единого шанса выжить. Ты обрек на смерть наследника рекулы.

— Я не смог его переубедить! — оправдывался Золтар.

— Ну что ж. Дело ваше. Только предупреждаю — если вы все еще хотите и дальше реализовать свою затею с рекулой, то вам просто необходим этот парнишка. Без него — у вас ничего не выйдет.

Некромант сунул книгу в наплечную сумку и, что есть силы, рванул вниз по лестнице, магией освещая путь до входной двери. Ступеньки мелькали перед глазами. Золтар осознавал, что сделай он неуверенное движение, свернуть шею после падения было простым пустяком. Но времени на эту мелочь у него не было.

Шансы на спасение Сальвата были ничтожными. Если Азакар уже оставил парня, то все — пиши, пропало. Молодой неопытный юнец, ослепленный жаждой мести, просто красиво умрет на Дворцовой площади. А пресловутая рекула так и останется навсегда несбыточной мечтой.

А может, даже и легендой.

Глава 7 Столица смерти

Дворцовая площадь Китежара просто кишела зеваками со всех уголков столицы. Простой люд видел, как возле Дворца самого короля Регеля возвели деревянный помост, и народ двинулся на площадь. Не каждый день предстояло увидеть кровавое зрелище, названию которого было «Справедливый суд».

Интересное представление обычно заканчивалось казнью провинившегося преступника. Регель не принимал ни какие отговорки, оправдания или извинения. Никогда, за время существования Китежара. приговоренный узник не спускался с помоста в целости и сохранности.

Конечно, неприятное зрелище не всегда заканчивалось смертной казнью. Иногда, осуждая какого-нибудь воришку, палач отрубал обвиняемому кисть или даже целую руку. А потом, произнося долгие нравоучительные речи, судья объяснял, что в Тальгарде кара настигнет любого жителя, независимо от пола, возраста или звания. Интересным было то, что пока речь не окончена, обвиняемый не имел права покинуть помост, и обратиться к лекарю. И следующее действие зависело от причуды короля, как быстро он разрешит вмешаться целителю. Наказание было больше показательным, чем справедливым — об этом ведали все жители столицы.

Но сегодняшний день для них был чем-то особенным.

С самого утра народ галдел, что должно произойти что-то из ряда вон выходящее. Что мучениками на этом деревянном помосте будут два гнома, ранее руководящие каким-то трактиром на Приграничной территории.

И что самое забавное в этой ситуации — на площади собрались исключительно люди. Никаких представителей других рас Сальват не заметил. Все те, кто не принадлежал к расе людей, предпочли остаться дома, в своей, так сказать, крепости. И с особой осторожностью к этому отнеслись гномы. Навлекать на себя гнев простого люда никто не желал. В столице не особо жаловали бородатых карликов, но кое-кто из них все же проживал в Китежаре. И об этом знали все, от стара до млада.

Азакар не стал испытывать судьбу. Преспокойно себе находился за углом близлежащего дома, подальше от толпы и как можно незаметней для окружающих. Укутанный в черный кожаный плащ с глубоким капюшоном, он скрывал свою истинную расу. Хотя габариты орка неприятно привлекали внимания. Единственным оправданием было то, что люди не станут особо зацикливаться на незнакомце больших габаритов. Основное их внимание сосредоточится на Дворцовой площади.

Сальват, стоял в самом центре толпы, особо не беспокоясь насчет своей персоны. Выглядел он, как вполне себе обычный человек, больше похожий на прилежного гостя, кто решил посетить столицу и случайно попал на интересное мероприятие.

Длинный коричневый балахон скрывал его меч, висевший на боку. А замызганный капюшон, отводил посторонние взгляды. В этом обличие Таррон и герцог Батаб не должны его опознать. Под покровом толпы юноша оставался незамеченным. До поры, до времени.

Стража находилась далеко. Заметить подозрительного мальчишку они могли. Да и кто из них, знал его в лицо? Основной задачей «голубых львов» оставалось слежка за порядком на Дворцовой площади. Пока все вели себя прилично, стражники были непоколебимы.

Итак, представление начиналось.

На большой деревянный помост вывели его друзей: Тули и Роти, отчего сердце молодого парня сжалось до немыслимых размеров.

Толпа начала тихо перешептываться, то и дело, перебивая друг друга. Как ни старался Сальват, не мог разобрать смысл их слов. Все сливалось в единое шипение, потому складывалось ощущение, что находишься в самом центре змеиного гнезда.

Следом на площади появился герцог Батаб в праздничном красном одеянии. Голова его была покрыта смешным головным убором, больше похожим на ночной колпак, который одевал перед сном покойный Гимрин.

Несколько мгновений прошло, как к помосту неторопливым шагом подошел Таррон, держа в руках свой древний посох. С такого расстояния разглядеть молодого юношу он не мог, но парень от греха подальше немного шагнул в сторону, прячась за широкую спину впереди стоящего зеваки.

И вот, наконец, появился сам Регель.

Одетый в яркие голубые одежды, он гордо прошествовал к небольшому золотому трону, который, специально для него вынесли два огромных слуги.

Трон украсили двумя длинными флагами голубой расцветки с местным гербом, на котором была запечатлена морда свирепого льва — зверя, по поверьям хранившего весь Тальгард.

Король объявил, что «Справедливый суд» можно начинать.

Молодой парень не мог разобрать слова новоиспеченного глашатая, потому что толпа между ним и помостом нервно переговаривалась, предъявляя свои неизвестные версии. Но слышать обвинения Батаба ему было не обязательно. Сальват и так знал, о чем ведает народу персона в красном расшитом одеянии.

Некоторые фразы герцога все же пробивались сквозь пчелиное гудение плотной толпы: «смертельная опасность», «конец существования Тальгарда», «предательство гномов» и тому подобное. Можно было расписать все, что угодно, ведь его версию жители столицы принимали за чистую монету, нисколечко не подвергая сомнению.

Далее предоставили слово Таррону.

Хрипловатый голос мага Святой Земли и вовсе померк на фоне гудения толпы. Даже отдельные фразы не могли донестись до Сальвата. Как бы он не напрягал слух, толпа на Дворцовой площади гудела намного громче, чем седой старец.

Злость в душе парня уже застилала глаза.

Руки тянулись к холодной рукояти стального клинка. Но сердце все еще сопротивлялось тому, что он намеревался сделать.

— Ты уже ничем не сможешь им помочь. — Незнакомец положил руку на плечо Сальвату и злость приостановилась. Вместо нее появился слабый запах горечи во рту.

И это была не магия.

Это было отвращение к самому Тальгарду, который так просто позволил Тули и Роти взойти на помост смерти.

— Золтар? — юноша не надеялся больше увидеть одного из своих освободителей.

Некромант странным взглядом посмотрел на Сальвата, и осторожно, стараясь не задеть несовершеннолетнюю психику, сказал:

— Ты же понимаешь, что сейчас произойдет на том деревянном помосте?

Естественно, он понимал!

Если немедленно что-нибудь не предпринять, то он больше никогда не увидит своих друзей живыми.

— Хорошо, что ты здесь. — Неподдельная радость взяла верх над ненавистью. Юноша посмотрел на орка, стоящего в конце толпы, и быстро заговорил. — Втроем шансы у нас куда больше, чем у одного. Посмотри Золтар, если молниеносно убить справа стоящих стражников, то можно…

— Сальват! — Золтар даже не дал ему договорить. — Мальчик мой, ты прекрасно все знаешь. Нам это не под силу.

— Погоди, ты не даешь мне сказать. — Перебил юноша. — Если потом нам удастся отвлечь Таррона, то…

— Сальват, Сын Джарета! — некромант повысил голос, обхватив двумя руками плечи безумного мальчишки. — Мы не будем их спасать. Ты слышишь меня?

Только теперь юноша осознал, что тонким обманом, некромант вывел его из толпы.

— То есть как это — не будем спасать?

Такого поворота событий юноша в страшном сне не мог себе представить. Ведь с этой целью он и прибыл в Китежар.

Но объяснить, почему было принято такое решение, Золтар не успел. Толпа загудела сильнее обычного, намекая на то, что на помосте начинает происходить какие-то действия.

— Что там происходит? — Сальват попытался вернуться в океан толпы, чтобы понять, на что так резко среагировал столичный народ.

Но в этот момент, некромант сильнее схватил его за руки и несильно оттолкнул в противоположную сторону.

— Нам нужно уходить, Сальват. И как можно скорее. Своим друзьям ты не поможешь. Так что, забудь об этом.

Юноша просто опешил от такой наглости:

— Освободи дорогу. Я выполнил свою часть сделки, отдал вам кровь Карабара. А теперь, если не хотите мне помогать, проваливайте! Я сделаю все сам!

Сальват во второй раз попробовал проскочить мимо своего освободителя и, наконец, увидеть, что там происходит. Но, как и в прошлый раз, Золтар преградил ему путь:

— Прошу, не делай этого!

Сын Джарета, словно не услышал его.

Он с ловкостью оттолкнул чуть замешкавшегося некроманта, отчего последний приземлился на спину, теряя равновесие.

— Азакар! — позвал орка на помощь шокированный такой выходкой некромант.

Сальват вспомнил, что за его спиной находится громадный орк. Зеленый громила с тыла может принести массу неприятностей.

И юноша среагировал.

Он, не раздумывая, выхватил стальной меч и наотмашь ударил рванувшего к нему противника.

Азакар тотчас отпрянул в сторону, уходя от неожиданной атаки, и остро заточенное лезвие ударило в угол расположенного вблизи дома, издав характерный звон. Если бы толпа в этот момент не загудела вновь, то близстоящие люди, смогли бы услышать позади себя звуки борьбы.

Юноша повернулся к Азакару, приготовившись вступить в неравную схватку. В руках орка уже поблескивали одноручные мечи. Его морда в презрительной ухмылке, смотрела на молодого парня.

Мгновенного замешательства хватило, чтобы Золтару подняться на ноги. Некромант бросился на спину молодому парню.

Крепкие мужские руки обхватили молодые запястья, сильно ограничив движения стального оружия. А в это время, Азакар подскочил к стесненному в движениях противнику и выбив из руки Сальвата меч, схватил того за горло:

— Угомонись!

Сальват стоял в нелепой позе. С одной стороны его руки крепко сковал некромант, а с другой — зеленый громила вцепился в горло, не позволяя дышать в полную силу.

Стальной меч выпал из рук, оставляя парнишку совсем без защиты.

Золтар прекрасно понимали — стоит парню закричать, и оголтелая толпа сразу же обратит свой взор на них. А дальше, одним Богам известно, что может произойти.

И кто знает, сколько Золтар и Азакар могли удерживать Сальвата в таком положении, пока на помосте не раздался оглушительный рев. Такой безумный, будто невиданное животное сорвалось с цепи и, достигнув деревянного помоста, попыталось напугать присутствующих.

Троица испуганно дернулась.

А существо, что издало такой крик, по голосу узнал только молодой парень.

«Тули!».

Несомненно, это был его крик.

Вернее, неистовый вопль, от которого кожа покрылась мурашками.

«Что там происходит?».

Золтар и Азакар от неожиданности ослабили хватку. Они, безусловно, догадались, что сейчас происходит на Дворцовой площади.

Воспользовавшись моментом, Сальват дернул головой, освобождая свое горло от цепких лап Азакара, и ударом ноги в живот, повалил орка на землю, одновременно вырываясь из железных объятий некроманта.

В следующий миг, понимая, что к толпе они его не подпустят, молодой парень рванул к ближайшей пустой бочке, что одиноко стояла у каменной стены полуразрушенного дома. С нее можно было легко переместиться на крышу, и воспользоваться преимуществом высоты, чтобы хорошо рассмотреть деревянный помост.

Нескольких мгновений должно хватить, пока орк и некромант приходят в себя.

Сальват мигом вскочил на деревянную возвышенность, обеими руками вцепился в крышу каменного дома и рывком подтянулся.

Наличие высоты не слишком дало преимущество, но все-таки поверх людских голов можно было рассмотреть намного больше, чем с земли.

Самого старейшину молодой парень видел плохо, потому что тот лежал на деревянном настиле. А вот стоящего перед ним грозного палача, юноша отчетливо лицезрел.

Человек, что приводил приговор в исполнение даже не надел маску. Скрывать свое лицо он преднамеренно не хотел. Ему это было не нужно. Герцог Батаб, собственной персоной исполнял приказ короля, рубя на части ненавистного всем предателя. И это ему доставляло неимоверное удовольствие.

В следующее мгновение палач вновь поднял здоровенный топор, с которого уже стекала кровь гнома Тули, и в очередной раз опустил, продолжая свое грязное дело.

Вновь раздался дикий вопль отчаяния.

Громче, чем в предыдущий раз.

Сальвата передернуло от этого насилия. На мгновение он сам испытал ту боль, что нестерпимой волной накатила на бедного гнома. То, что происходило сейчас на Дворцовой площади, нельзя было назвать казнью. Старейшину рубили на куски, словно заклятого головореза, и столичная толпа была этому только рада.

Громкие возгласы народа понемногу стихали, и юноша уловил крики знакомого Роти. В отличие от Тули, гнома было хорошо видно. Он стоял, привязанный к деревянному столбу и пытался изо всех сил образумить толпу:

— Что же вы делаете, изверги? Великий Молот покарает вас за ваше преступление!

Слова Роти были отчетливо слышны.

Все без исключения понимали, что это уже не казнь. Это было настоящее убийство на глазах честного народа. Да вот только сие действие уже не остановить.

Нравоучения Роти временами перекрикивали толпу, мешая утреннему представлению, потому герцог Батаб быстро отбросил в сторону окровавленный топор и, выхватив фамильный кинжал, подошел ко второму осужденному.

Мгновение замешательства, и богато украшенное лезвие хладнокровно воткнулось гному в грудь, заставляя того замолчать навсегда. А брат короля Регеля до последнего вздоха поверженного противника смотрел тому в глаза, испытывая настоящее превосходство.

Толпа на площади радостно закричала, когда один из предателей гордо испустил дух. Больше он их не побеспокоит.

Злость накатила безудержно и внезапно. Юноша сжал зубы, отчего они неприятно заскрипели. Ему захотелось быстро оказаться на Дворцовой площади и рвануть на деревянный помост, чтобы немедленно прекратить этот «справедливый суд».

Но его мечтам не суждено было сбыться.

Тяжелая туша Азакара сбросила Сальвата со старой крыши разрушенного дома, и повалила на землю.

Молодой парень просто ревел от ненависти. Она застилала его глаза, травмировала не до конца развитый мозг, не позволяя ни о чем больше думать, кроме как о немедленной мести. Смерть была бы сегодня для него единственным утешением.

— Отпусти меня! Я убью… убью их всех до единого! — сын Джарета старался вырваться из цепких объятий здоровенного орка.

Снова этот неистовый вопль умирающего старейшины.

Он болезненно резал слух, вихрем проносясь по Дворцовой площади. И в который раз беспощадная толпа подхватывала его при каждом соприкосновении топора с живой плотью осужденного.

Золтар и Азакар едва могли справиться с безумием молодого мальчишки. Все, что происходило сейчас на деревянном помосте, будто придавало Сальвату дополнительных сил. Оно и понятно — в руках королевского палача и законченного мерзавца Батаба, гибли сейчас его последние друзья из клана «Золотого Молота». Не каждый мог себе позволить спокойно наблюдать за этим «представлением», которое казнью назвать не поворачивался язык.

Глаза парня заметно покраснели, и некромант понял, что сейчас наружу вырвется неудержимая магическая энергия. Если это произойдет, то можно биться об заклад, Таррон непременно его почувствует. А это уже совсем другая история и другая схватка. Не с юным мальчишкой, а с опытным Боевым магом.

Азакар тоже это понял, когда гул толпы стал медленно снижаться, а дикий вопль Сальвата нарастать. Безумие потихоньку брало верх над его сознанием.

Орк своим тяжеленым кулаком нанес удар в живот неудержимому юнцу, заставляя хоть на некоторое время замолчать неистовую прыть.

Перестав кричать, парень захрипел.

Дыхание сбилось, и рот стал жадно хватать маленькие порции воздуха, пополняя легкие жизненным кислородом.

Долго так продолжаться не может. Отдышавшись, юноша снова придет в себя и продолжит ломать комедию, которую рано или поздно кто-нибудь заметит.

Единственным желанием парня — была месть.

Немедленная и беспощадная.

Некромант вынул черный ритуальный кинжал и рукоятью ударил мальчишку по голове, после чего последний потерял сознание.

— Ты в своем уме! — возмутился Азакар. — Хочешь его убить?

— Ничего страшного. Жить будет. — Золтар огляделся по сторонам, оценивая обстановку.

К счастью, никто из столичного люда до сих пор не заметил их присутствия. Теперь предстояло убраться из злополучного города. Если их заметит столичная толпа, то ответ придется держать перед стражей короля. А это не входило в планы некроманта.

Орк быстро взвалил обмякшее тело себе на плечи, и они быстро покинули территорию Дворцовой площади заброшенными закоулками, благо на их пути не попалось ни одной живой души.

Почти все жители Китежара, насколько могли понимать путники, находились у деревянного помоста, предпочитая не прогуливаться бесполезно по улицам, а посмотреть «справедливую» казнь предателей, коими по воле судьбы оказались Тули и Роти — последние гномы из клана «Золотого Молота».

Золтар и Азакар покинули Китежар тем же самым путем, что и вошли. Дорога к порту заняла не так много времени, несмотря на то, что на плечах орка громоздился несовершеннолетний парень. Огромные усилия прилагали путники, чтобы обойти патрульные посты. Королевским стражникам непросто было бы объяснить, что за парнишку волокли на себе орк и некромант. Сколько вопросов сыпалось бы на их головы! И в теперешних условиях, когда в каждом подозрительном человеке стражники видели посланника Тьмы, отвечать на них никому не хотелось.

Но, слава великим Богам, никто не попался им по пути, до самого пирса.

Большинство жителей в это чудесное утро, старались не показывать носа их дому. Весть о неминуемой гибели Тальгарда разнеслась на весь Китежар и за его пределы. Кто знает, может и близлежащие территории уже были охвачены этим ужасом. Слова Таррона, вкупе с магией убеждения могли заставить поверить во что угодно. И подкреплены они были смертью двух бородатых предателей.

Страшный суд свершился сегодня на Дворцовой площади. И молодой парень никогда его не забудет.

Друзья первыми на пирс.

И первым, кто увидел их скромную компанию, оказался их старый приятель — капитан Валион.

— Я рад приветствовать моего давнего друга Золтара!

— И тебе долгих лет жизни, Валион. Ты переправишь нас в Лиакас? — Вопрос был риторическим.

— Ларвилас мне все рассказал. Точнее, попросил, чтобы я не задавал вопросов.

— Правда?

— Ну конечно! Я никогда не лезу в дела моих друзей, если они исправно и щедро платят за мою работу.

— Щедро, Валион. В нашей щедрости ты можешь быть уверен. — Поиздевался над ним Золтар.

— Вот только, Ларвилас не сказал, что вас будет четверо. Ты знаешь мои правила: еще один человек — еще одна золотая монета. — И капитан пальцем указал на молодого парнишку, свисающего с плеч Азакара.

Орк с легкостью перебросил парня с одного плеча на другое, ожидая дальнейших указаний от некроманта.

— Он не принесет тебе никаких хлопот. И естественно, мы за него заплатим. Если тебе станет от этого легче, знай — мальчишка не пленник. Он наш друг.

— С каких это пор друзей носят на плечах? Он болен? — рассмеялся в ответ Валион.

— Он абсолютно здоров. — Объяснил Золтар. — Но в данной ситуации, ему лучше находиться в таком состоянии. Ближе к Лиакасу он очнется. Не бери в голову.

— Ладно, забирайтесь на борт. Там вас ждет теплая каюта, вкусный ужин и ваш друг Ларвилас.

— Да увеличится твое состояние в тысячу раз, Великий капитан. — Громогласно произнес Азакар и первым ступил на трап корабля.

Путь в Лиакас лежал по реке Шенна. И добраться туда предстояло как можно быстрее, пока королевские ищейки не начали на них охоту. Золтар нутром чуял, что кровавая битва в Вальтальском лесу уже давно не является тайной. Маги Святой Земли в сопровождении «псов» герцога уже прочесывают Приграничную территорию. И оставаться в этом месте было опасно. Батаб закончит суд на Дворцовой площади и ринется на поиски Сальвата.

Юный сорванец, освобожденный тремя неизвестными бойцами, будет сниться ему в ночных кошмарах. И кошмар этот закончится только после того, как молодого парнишку постигнет участь гномов «Пивной Бороды».

Корабль благополучно отчалил от пристани.

Только после этого, некромант расслабляюще выдохнул. В Лиакасе они найдут проводника, о котором упоминал Карабар. И тот доставит их в Сахарную пустыню. Но, кто этот человек — Золтар не имел никакого понятия. Ему было известно только имя.

Конечно, у него все еще имелась монета с кровью покойного друга, из которой при желании можно было выжать еще малость информации, но особо надеяться на этот трюк не стоит — он может оказаться пустышкой. Да и магию Святая Земля тут же почует. С уверенностью возьмет след, и никакие Всевышние Боги не остановят приспешников Таррона. А потому не стоит забывать, земли Лиакаса тоже принадлежат герцогу. Боевых «псов» в красных доспехах в том месте не меньше, чем в Вальтальском замке.

Их затея не стоила бы и ломаной медяшки, если бы не одно но!

Кровь Джарета!

Она наверняка могла многое рассказать. Больше, чем они знали с Карабаром вместе взятые. И Слава Богам, Золтар знал, как ее достать!

В соседней каюте без сознания лежал молодой мальчишка, являющийся прямым кровным потомком целителя из Сухой Тропы.

Глава 8 Тит

Неприятный шум в голове понемногу утихал.

И та боль, что тяжелым грузом затуманивала сознание, с облегчением отступала. Разум снова принимал этот мир во всей его красе. И ничего приятнее не было, чем снова броситься в его объятия.

Тяжелые веки с трудом приподнялись, да еще не с первого раза. Осмотреть неизвестную территорию было приоритетным делом. Все остальное немедленно отодвинулось на второстепенный план.

Первоначально в глаза бросился неприятный сумрак. Такой мрачный, что создалось впечатление, будто парень прямиком нырнул не в Тальгард, а в Царство принцессы мертвых, следуя за своими горными товарищами. Но потом, здравый смысл возымел верх над искусственным воображением. Он медленно, но с поразительной точностью достроил необходимую картинку.

Каюта корабля.

Ну, или что-то, сильно похожее на это место.

Сальвата постоянно покачивало из стороны в сторону, и за пределами этого замкнутого пространства время от времени слышался плеск воды.

Юноша лежал в удобном гамаке. Рядом располагался небольшого размера стол с лежащими на поверхности незнакомыми записями, чертежами и набросками. Это определенно подходило под описание каюты капитана или его помощника. Другого объяснения он просто не мог подобрать.

«Море или река?» — мысль материализовалась внезапно.

Единственной возможностью узнать, где же он, собственно говоря, находится — была близлежащая дверь. Плотно закрытая, она, словно умоляла ею воспользоваться.

Как только зрение восстановилось, вынуждая детали мрачной каюты преобразиться в знакомые образы, Сальват заставил себя встать с удобной кровати и медленно двинулся к выходу. Ожидать от этого мира теперь можно чего угодно. Так менялся Тальгард. Боевые соратники теперь подло нападают сзади и лишают сознания. Да еще в численном большинстве.

Немного прищурившись, юноша направился в сторону спасительного выхода, готовясь к неизбежным последствиям.

Мальчишечьи руки торопливо отворили долгожданную дверь, а ноги ступили за порог помещения, в очередной раз, покоряя неизвестность.

И все-таки солнечный свет стал для него неожиданным.

Ослепительные лучи обожгли глаза. Влажный речной воздух молниеносно ударил в лицо, проникая в ноздри и обогащая мозг внушительной порцией кислорода.

Парень пошатнулся на качающейся палубе и, не удержавшись, распластался на ней, словно беспомощный зверек.

Золтар тут же подскочил к упавшему юноше, и усадил того на деревянную бочку:

— Все в порядке?

— Ты хотел меня убить! — Сальват узнал некроманта.

И прекрасно помнил, как тот ударил его чем-то тяжелым по голове.

На затылке распласталась огромная шишка, и слегка отдавала ноющей болью.

Некромант дружелюбно улыбнулся:

— Я хотел тебя спасти. Если бы люди Батаба нас заметили — ты был бы уже мертв.

Сальват взглянул в глаза Золтару, пытаясь распознать в его взгляде ложь. И как бы он не старался, обмануть себя не получилось. Сказанное, действительно походило на правду. Ту, что была известна им обоим.

— Что произошло на площади? — молодой парень имел право знать.

Его «сородичи» из клана «Золотого Молота» предстали пред «справедливым судом». Если можно так выразиться.

— Понимаешь, Сальват, — некромант сделал все возможное, чтобы его голос не дрожал. — По указке Таррона герцог нарек их предателями. Судя, по всему, вы выпустили страшнейшее зло, что способно погубить Тальгард. И король поверил ему.

— Мерзавец!

— Не то слово! Никто в Тальгарде не знает до конца всей правды, а уже витает слух, что гномье отродье покорилось самой Тьме. Вот, о чем я предупреждал тебя все это время. Их было уже не спасти.

— Разве они заслуживали такой презрительной смерти? — Сальват взглянул в глаза своему спасителю.

Золтар покачал головой:

— Я впервые вижу такое на Дворцовой площади. Герцог Батаб устроил там что-то невообразимое. Мы все конечно понимаем, что он недружелюбно относится к другим расам, но преподнести такое — ни одному здравому человеку и в голову бы не пришло. То, что произошло этим утром на площади, казнью назвать просто язык не поворачивается. Я даже слово подобрать не могу для этого бесчеловечного поступка…

— Это было убийство! — подошедший Ларвилас присоединился к разговору. — После смерти твоих друзей, большинство гномов покинули Китежар и отбыли в направлении Нефритовых гор. Они попытаются найти убежище у своих сородичей. Люди просто обезумели. Ходит слух, что «Пивная Борода» было своего рода пристанищем Тьмы. Гномов люди назвали предателями, перешедшими на сторону Темного Владыки, и готовы уничтожить любого, кто покажется им на глаза.

— А как же король? — возмутился Сальват. — Он просто поверил герцогу? Без всяких доказательств?

— Регель мягкотел. Он поверит во все россказни брата. Особенно, если его слова подкрепить мнением главы ордена Святой Земли. Ты ведь знаешь, они вдвоем могут наплести про гибель Тальгарда столько вранья, что даже самому искусному лжецу станет не по себе.

— И, ты понимаешь, что вместе мы пытаемся помочь тебе и разобраться в произошедшем? — Золтар всеми силами старался перетащить юношу на свою сторону.

Парень снова пристально посмотрел в глаза некроманту.

Неуверенность во взгляде мага, напрочь отсутствовала. Либо он говорил чистую правду, либо свято верил в то, что сейчас говорит.

— Из-за меня погибли друзья. Но мало того, гномы оказались изгнаны из своих жилищ и теперь вынуждены скитаться по миру, никогда больше не возвращаясь к прежней жизни. Боюсь даже подумать о том, кто для них больше враги: я или герцог.

— Теперь это не так важно. У нас есть дела посерьезнее. В любом случае, независимо от исхода, славу или проклятие мы разделим в равных долях. Чует мое сердце, что мы выполняем важную для нашего мира задачу. И твой отец в это верил, иначе Тули никогда бы не стал ему помогать.

Золтар замолчал.

Упоминание Джарета должно было благоприятно подействовать на понимание истины, которую до конца так никто и не знал.

— Ты сказал «у нас есть дела»? — опомнился Сальват.

— Совершенно верно! — без колебаний ответил некромант. — Ты нам нужен не меньше, чем вот эта книга.

Золтар вынул из наплечной сумки красную книгу, ради которой они и прибыли в столицу, и передал парню лично в руки.

На обложке странной рукописи покоился незнакомый герб в виде уменьшенной копии Тальгарда. Над миром зависало крылатое существо с огненным мечом наперевес. И одним Богам было известно, что эта бестия намеревалась сделать: защитить или погубить мир.

Определенные черты этого рисунка были знакомы Сальвату. Возможно, он был похож на гербовую печать, которую сломал его отец, разворачивая рекулы.

— Эта книга когда-то была у Джарета. Я понятия не имею, где он ее взял, но видимо, перед смертью целитель успел отдать ее Цефиусу на хранение. Вот она — тайна отшельника с Башни Мертвеца. Теперь после смерти Джарета, ты становишься владельцем книги. Мало того, обязательства данные твоим отцом тогда в Вальтальском лесу, полностью ложатся на твои плечи. Но самое важное — ты теперь наследник рекулы. Тебе нести груз ее существования. Мы лишь попытаемся тебе в этом помочь.

Юноша перелистнул несколько страниц, вглядываясь в содержимое текста, и беспристрастно сказал:

— Если вы ожидали, что я смогу перевести эти символы, то ошиблись. Такой текст мне разобрать не под силу.

— Это язык Древних. — Сообщил ему некромант. — Мы, конечно, предполагали, что ты его не знаешь, но все же надеялись на память крови.

— Спешу вас разочаровать. Скорее всего, помочь вам в этом деле мог либо мой отец, либо твой отшельник. Все, кто имел честь работать с этим текстом — мертвы. Как бы прискорбно это не звучало.

— Не совсем так. — Успокоил парня Золтар. — Капитан Валион ведет свой корабль в Лиакас. Там мы найдем проводника, и он поведет нас в Сахарную пустыню…

— В Сахарную пустыню? — Сальват переменился в лице.

— Ага. — Подтвердил свои слова некромант. — В пустыне нас будет ждать представитель древней расы. Он понимает этот язык, и, несомненно, нам поможет.

Юноша хорошо помнил рассказы покойного Роти. Если не изменяет память, то там обитает какое-то звериное племя, в гости к кому лучше не соваться.

«Так вот, — сразу вспомнился один из рассказов гнома. — Передвигаются эти звери по пустыне на горбатых тварях. А если им суждено вступить в ближний бой, то за счет своей невиданной силы они получают огромное превосходство. Порой им даже не нужен меч. Звери просто бросаются на противника и разрывают его на куски острыми клыками».

От этой мысли Сальвата бросило в пот.

Сахарная пустыня не лучшее место для их странствий. Одно дело биться с наемниками Таррона, а другое — умереть от когтей и клыков мерзких чудовищ.

Помочь Великим Богам, заняв место своего отца — вполне достойная задача. Но только не такой ценой.

Золтар увидел колебания парня. Страх застилал его глаза. И некромант поспешил успокоить юношу:

— Я понимаю твои опасения насчет той злополучной пустыни. Я так же, как и ты слышал разные страшные сказки тех искателей приключений, которым посчастливилось побывать в том месте…

— Роти рассказывал мне о них. Говорят, что при виде одного из этих тварей — можно запросто умереть от страха.

Некромант не смог сдержать улыбки:

— Не верь его сказкам. Этим утром, пока вы с Азакаром ходили на Дворцовую площадь, я посетил дом на окраине города. В нем-то меня радушно и встретила такая, как ты ее называешь, тварь.

— Неужели! — Сальват попытался уловить в его взгляде ложь. Но кроме правды, ничего не увидел.

— Серьезно! Это племя именует себя куркумами. Я встречался с очень сильной магичкой. Ее зовут Маджида. И как видишь, жив и здоров. У нее-то я и достал книгу.

Юноша искренне удивился.

В Китежаре проживает одна из таких тварей, а он ни сном, ни духом об этом не знает!

— Они действительно такие страшные, как рассказывал гном?

— Думаю, он сильно преувеличил. Они точно похожи на какое-то животное, имеют гладкую шерсть, когти и клыки, но полностью владеют нашим языком и вполне себе дружелюбны.

Сальват завороженно смотрел на некроманта, по-доброму завидуя его встрече с невиданным существом и прекрасно понимая, что ему предстоит то же самое. Душа потянулась к незабываемым приключениям. Скоро он, как и покойный Роти, ощутит все тягости длительных походов, и может быть, будет рассказывать об этом своим потомкам за кружкой великолепного эля. Вот только закончить жизнь, как веселый гном ему не очень хотелось.

— И мы действительно переведем текст книги в Сахарной пустыне?

— Мне так поведала Маджида. Но прежде, чем туда соваться, нам нужно найти проводника. Его зовут Тит. Он отирается где-то поблизости портового трактира.

— Таков наш план?

Слово «наш» некроманту очень понравилось.

А это, означало, что парень готов присоединиться к их компании.

— Да. — Ответил Золтар. — Потом мы отправимся в пустыню и встретимся с Хамоном. Однопалый Хамон — это вождь куркумов. Он владеет языком Древних. Если нам повезет, мы узнаем ответы на все вопросы. Не просто же так книга появилась в нашем мире?

— Совсем не просто. — Согласился Сальват. — На обложке изображен такой же рисунок, о котором мне рассказывал Тули, когда они с Хагримом и моим отцом вскрывали рекулу. Гербовая печать выглядела таким же образом — Тальгард, с нависшим над ним крылатым существом с огненным мечом наперевес. Что это может значить?

— Эти вопросы мы оставим Хамону. Для начала нужно разыскать проводника. — С нетерпеливым ожиданием произнес некромант.

И словно в подтверждение его слов, к ним подошел Валион и предупредил, что торговый корабль вошел в портовую заводь. Пора собирать вещи, и готовиться ступить на земли «боевых псов» герцога.

Свою часть сделки Валион выполнил и напомнил присутствующим, что еще несколько дней будет находиться в порту, пока идет продажа товара, если вдруг его друзьям понадобится снова его помощь. Капитан судна обожал звонкие монеты, особенно, если они были похожи на тальгардское золото.

Некромант щедро отблагодарил Валиона за оказанную честь и поспешил вместе с друзьями на твердую землю. В этом неизвестном для юноши городе, у них была четкая цель.

Лиакас встретил путников уже почти погасшим небесным светилом. Сумрак гордо вступил во владения, что позднее уступит место непроглядной тьме. А потому, стоило поторопиться.

Они спустились с корабля и двинулись к выходу из порта.

Ни один взгляд, как показалось Сальвату, не удостоил их внимания. Видимо, появление в городе орка и эльфа особо не вызывало подозрений. И это парень понял спустя несколько мгновений, когда навстречу им медленно прошествовали еще несколько представителей этих рас.

— Нужно снять комнату. — Сказал Золтар, и внимательно оглядев свой маленький отряд, добавил: — А лучше две.

Азакар, Ларвилас и Сальват двинулись за некромантом, давая тому полную свободу действий.

Минуя портовый склад, Золтар свернул в переулок к большому трактиру, по размеру, намного превышающему «Пивную Бороду». Наверное, комнаты в этом месте были похожи на королевские покои.

Путники подошли к питейному заведению, и парень прочитал вывеску, украшенную дорогими самоцветными камнями: «Песчаная Буря».

Так себе название.

Но то, кто этим трактиром управлял, Сальвата поразило еще больше. Самый, что ни на есть настоящий гном по имени Барин. Похоже, в Тальгарде все питейные заведения содержались под руководством представителей горной расы. А может, они и были лучшими в своем деле по части торговли.

— Добро пожаловать в «Песчаную Бурю». — Бородатый хозяин расцвел на месте, как будто они были его постоянными посетителями.

— Мы хотим снять две комнаты. — Оставив в стороне любезности, сразу перешел к делу Золтар.

— Нет ничего проще. — Барин еще шире улыбнулся, отчего на мгновение показалось, что он сейчас порвет рот, и добавил: — Чем будете платить?

Некромант положил на стойку золотую тальгардскую монету.

Гном быстро ее прикарманил, словно боясь, что посетители передумают и произнес:

— Комнаты находятся на верхнем этаже по правую сторону.

— Спасибо, великодушный хозяин. — Поблагодарил его некромант и перед тем как покинуть его доброжелательную улыбку, поинтересовался: — Послушай, любезный. Мы ищем своего друга, который вскоре должен к нам присоединиться. Зовут его Тит. Не слыхал о нем?

— Не слыхал. — Честно, а самое главное быстро ответил Барин. — Именами своих постояльцев я не интересуюсь.

Золтар напоследок кивнул хозяину заведения и направился в сторону деревянной лестницы, ведущей на верхний этаж. Остальные последовали за ним.

«Эх, если бы видел Тули такую красоту!».

«Пивная Борода» ни в какое сравнение не шла с этим замечательным местом. Даже на нижнем этаже для посетителей пространства было больше, чем занимал весь двор его бывшего трактира. Столы и стулья были выполнены уже не из дерева, а из грубого металла, что при пьяной драке не разлетался в щепки. С другой стороны, таким предметом запросто можно было пришибить.

Верхний этаж — просто загляденье.

По первому взгляду здесь находилось комнат двадцать, не меньше. А покои, куда они вошли, были невообразимы. Две кровати, прикроватные тумбочки, кувшины с водой, тазы для умывания и прочие принадлежности.

В таком месте, прибыль лилась рекой.

Азакар и Ларвилас, пожелав доброй ночи, разместились в одной комнат, а Золтар с Сальватом заняли другую.

Молодой парень упал на мягкую кровать, наслаждаясь приятным удобством, но в душе его занимало другое.

— Думаю, гном врет! Я видел, как изменился его взгляд, когда ты упомянул Тита. — Юноша поспешил рассказать некроманту о своем наблюдении.

— Я догадался, что Барин хорошо с ним знаком, и прекрасно понимает, о ком мы говорим. Думаю, он хочет заработать немного золота за услугу. Скупердяй, одним словом.

— И почему ты не заплатил?

— Обойдется! Сначала мы дождемся Тита. Если он не появится к утру, то волей-неволей нам придется обратиться к Барину. Либо, этот хитрый лис сам сообщит ему о нас, либо мы заставим это сделать.

— Как? Припугнем его?

— Тоже вариант. И нам не придется впустую тратить твои сбережения.

— Ты говоришь, как гном. — Сказал юноша.

Некромант посмотрел на молодого парнишку и перевел разговор в другое русло:

— Ложись лучше спать, Сальват. Этот день был тяжелым. Мы все перенесли потрясение там в Китежаре. А теперь должны успокоить свое сознание.

Сын Джарета полностью согласился с его словами.

Он с удовольствием закрыл глаза и через считанные мгновения провалился в глубокий сон.

Теперь по воле Богов, Сальват стал членом другой компании, в состав которой входил человек, орк и эльф. Состав теперешней семьи насчитывал четыре человека. Меньше, чем недавняя когорта гномов, но особого выбора не было. Друзья ему были нужны как никогда. Особенно в такое неспокойное время, когда он стал нелюбимым для всех людей, ненавистным для гномов и презираемым для герцога Батаба и Таррона.

Сна на этот раз Сальват не видел.

Единственное, что он помнил в ходе Лиакской ночи, проведенной в шикарном трактире — это небытие. Хотя, можно ли помнить небытие? Скорее всего, это был вырезанный кусочек из его памяти. Сознание просто отдыхало, выключившись из этого сумасшедшего мира.

Когда его глаза вновь открылись, юноша заметил, что в комнате трактира он находился один.

Куда в такое позднее время мог направиться некромант?

Сальват поднялся с кровати и вышел из комнаты. Соседняя дверь, где обитали Азакар с Ларвиласом, была немного приоткрыта, и, проникнув в помещение, юноша обнаружил их отсутствие.

Куда все могли подеваться?

Он вернулся в комнату и прицепил на пояс стальной меч.

Осталось принять сложное решение.

Вернее, он его уже принял.

Следовало только воплотить его в жизнь. А именно — спуститься по лестнице, где могла ждать засада. О том, что друзей нет в живых, Сальват боялся даже подумать.

Сын Джарета медленно перебирал ногами деревянные ступени, каждое мгновение ожидая подвоха, до того момента, пока его взору не предстал нижний этаж.

В заведении было практически пусто.

За одним столом он увидел своих освободителей: орка и эльфа. А рядом расположились незнакомые ему воины в легких доспехах в количестве четырех человек. Спокойно попивали золотистый эль и вели себя вполне дружелюбно.

За третьим столом примостился Золтар с подозрительным типом. Они о чем-то усердно переговаривались, пока не заметили спускающегося парня:

— Сальват! Присоединяйся к нам.

Юноша не торопясь подошел к столику.

— Познакомься, это Сальват. — Золтар обратился к собеседнику, сидевшему напротив него.

Незнакомец привстал и протянул юноше свою крепкую руку:

— Рад встречи. Меня зовут Тит.

В воздухе появился очень слабый запах гари, но парень сразу же успокоился, когда краем глаза заметил, как хозяин трактира что-то жарил на большущей сковороде.

Сальват Титу незнакомцу руку.

— Я выслушаю вас, можете не сомневаться. — Первым заговорил Тит. — И будьте уверены, никто нас не побеспокоит. Двое моих людей находятся по ту сторону двери. Ни одна живая душа не проникнет в заведение, пока не закончится разговор.

Тит был высокого роста с длинными темными волосами. Его потрепанное жизнью обветренное лицо выдавало в человеке опытного воина, видимо не раз вступавшего в схватку с врагами Тальгарда.

Одет он был в обычную незапоминающуюся одежду, выполненную в серых тонах, дабы не привлекать к себе внимания. Чего нельзя сказать о сопровождавших его воинах.

Четверка хорошо вооруженных бойцов удобно устроилась поблизости за обеденным столиком. На них были легкие доспехи коричневого цвета, приправленные длинными ярко-красными плащами. Что-то в этом цвете вызывало подозрительность. Хотя, с другой стороны, весь мир для него был подозрительным. А уж это незнакомое место под названием Лиакас — тем более.

— Нам нужно попасть в пустыню. — Золтар поведал свой план высокому Титу. — Маджида сказала, что ты сможешь нам помочь.

Сальват прямо посмотрел на Тита, но во взгляде ничего не смог прочитать. Видимо, на этот раз интуиция или личный магический навык, никак не испытывал интереса к собеседнику.

— Конечно, смогу. — Быстро и без промедления ответил напротив сидящий высокий человек. — Куда именно вы направляетесь? Пустыня большая.

Тит не знал, куда двигались путники. И это было странно. Неужели Карабар не посвятил в свои планы проводника?

— В Сангражару. — Ответил некромант.

Проводник удивился:

— Ты смелый человек, Золтар. Куркумы не особо жалуют гостей, тем более непрошенных.

— У нас есть для них рукопись. И однопалый Хамон поможет нам ее перевести.

— Ах, вот оно что! — было видно, что Тит заметно приободрился. — Она написана на языке Древних?

— Ага.

— Когда-то очень давно, я брал уроки этого языка у одного мага.

— Серьезно? — теперь настало время удивляться Золтару.

— Серьезнее не бывает! Если вы мне покажете книгу, думаю — смогу вам помочь. И самое главное, вам не придется тащиться в пустыню.

Вот так удача!

Золтар и Сальват обменялись взглядами.

Если этот человек и впрямь сможет им помочь прямо сейчас, то дело могло принять другой поворот. По крайней мере, друзья могли бы сэкономить массу времени. Ведь, честно говоря, идти в логово диких куркумов не было желания.

— Послушай, Сальват. — Некромант обратился к молодому парню. — Принеси мне мою наплечную сумку. Если тебе не сложно. Она спрятана за прикроватной тумбочкой.

Юноша с радостью поднялся со стула и быстрым шагом направился по лестнице на верхний этаж.

Это очень большая удача!

Если Титу удастся сделать то, для чего они следуют в поселение куркумов, то никому не придется встречаться с этими зловещими тварями. Мало ли, как себя могут повести эти существа. Нрав Маджиды, что прожила в столице столько времени, был подобен людям. Но дикое племя, живущее посреди пустыни, может отреагировать по-другому. Сколько подобных случаев ему рассказывал Роти об опасных тварях! И насколько бы ты не был им близким другом, в душе навсегда останешься незнакомцем. Если, конечно, у них была душа.

Сальват попытался прогнать нехорошие мысли из головы.

И это ему удалось лишь тогда, когда он переступил порог их временного пристанища.

Итак, прикроватная тумбочка Золтара.

Ага! А вот и наплечная серая сумка.

А это что такое?

На кровати Золтара лежал кусок белой ткани. Странно, когда Сальват уходил из комнаты, то не заметил ничего подобного. Значит, после его ухода здесь определенно кто-то был.

Натренированное тело сработало мгновенно.

Парень молниеносно перекинул сумку через плечо и свободной рукой схватился за рукоять меча.

Обернувшись, он несколько раз окинул взглядом пустующую комнату, пока искренне не убедился, что она пуста.

Через окно никто не мог проникнуть. Слишком мало оно казалось на первый взгляд. Единственное внятное объяснение — это дверь, что постоянно находилась открытой.

Оставался последний вариант, после которого мелькнула в голове бесшабашная мысль, не успевшая до конца сформироваться.

Сальват с мечом наголо ворвался в соседнюю комнату, где не так давно спали его друзья.

Но и там никого не оказалось.

Ну, дела!

Молодой парень обошел все комнаты на этаже, благо двери были не заперты, но никого не увидел.

Магия незнакомца была неведомой для его сознания. Иначе бы Сальват непременно ее почувствовал.

Юноша вернулся в первую комнату и поднял с кровати Золтара кусок белой ткани. На ней черным угольком начеркали несколько слов. Слава Богам, на известном ему языке.

Тот, кто оставил записку, несомненно, желал, чтобы ее как можно скорее прочитали.

Сальват поторопился это сделать:

«Многоуважаемый незнакомец! Прошу, веди себя как можно увереннее и не подавай виду, что ты прочитал мою записку. Просто не привлекая внимания, выйди из заведения. Я тебя встречу. Это вопрос жизни и смерти. Твои друзья в большой опасности.

Можешь мне доверять».

Дальше стояла подпись — «друг». Большими ровными буквами.

Сердце застучало с такой силой, что казалось, его биение могли услышать на нижнем этаже. Нужно было немедленно успокоиться. Взять себя в руки и распланировать дальнейший порядок действий.

Самое тяжелое в этой ситуации было определить, что здесь, правда, а что ложь. И проклятая интуиция вкупе с магией наотрез не желала помогать. Принимать решение приходилось быстро и самое главное — самому.

Пора Сальват взрослеть.

Никто, кроме тебя в этой ситуации не разберется лучше.

Итак, незнакомец не стал брать книгу, видимо не обыскивал помещение.

Неважно.

В любом случае, он хотел показать, что в обеденном зале трактира вместе с его друзьями сидят самые настоящие враги, выдающие себя за Тита и его компанию. Вполне возможно, так как этого человека никто никогда не видел в лицо.

Кроме Карабара.

Непонятно, каким образом молодой парень должен во все это поверить? Что такого важного здесь написано, чтобы он мог принять взвешенное решение в пользу написавшего?

И что произойдет, если юноша вообще не поверит в этот бред?

Вопросов было много, а ответов — ни одного.

Время неумолимо шло. А его друзья с нетерпением ожидали книгу.

Нужно было немедленно что-то предпринимать.

Сальват еще раз перечитал послание, но ничего необычного не обнаружил.

А так хотелось поверить написавшему!

Когда речь идет о гибели его друзей, поверить можно во что угодно. Может этим и воспользовался незнакомец?

И тут неожиданно, включилась личная, до того знакомая магия, которую по ошибке юноша всегда называл интуицией.

«Ложь! — с неприкрытым убеждением вторила она. — Ложь!».

Сальват прекрасно разбирался в своих способностях. И правильно определил, что под словом «ложь» подразумевалась ситуация, происходившая на нижнем этаже в обеденном зале.

А здесь, в этой самой комнате, была только «правда», и ничего, кроме нее!

«Спасибо, Великие Боги, что вы одарили меня такой уникальной способностью!».

А может она досталась от отца?

Сын Джарета сунул записку в карман штанов, меч — в ножны и сделал три глубоких вдоха, обогащая сознание свежим воздухом.

Частота биения сердца немного понизилась, и все равно, его стук заметно нервировал. Особых трудов стоило Сальвату успокоиться и заставить перестать дрожать свои крепкие руки.

Первый этап был выполнен.

Теперь оставалось, самое сложное.

С серой наплечной сумкой на плечах, юноша спустился в обеденный зал к своим товарищам.

Там все оставалось, как прежде.

Четверо крепких воинов попивали янтарный эль, закусывая чудесным мясом Барина. Его запах распространился по заведению, маня и соблазняя пустые желудки.

Нестерпимо захотелось покушать.

Но в данной ситуации поддаваться соблазну нельзя.

Его друзья — Ларвилас и Азакар все еще сидели неподалеку за столиком, а Золтар с Титом уже томились ожиданием. Их взгляды нервно искали молодого парня. Перевод древних страниц мог состояться уже сегодня. А Сахарная пустыня навсегда остаться в далеких упоминаниях и легендах.

Да только Сальват был другого мнения на этот счет.

Он прекрасно знал — никакого перевода не будет. Как только юноша положит книгу на стол, у него будет совсем немного времени, чтобы выйти из заведения (если его, конечно, выпустят), и пока незнакомец, сидящий напротив, будет убеждаться в подлинности данной рукописи, они все будут живы. До определенного момента.

Другой вариант — затеять бой прямо сейчас. Без подготовки.

Скорее всего, гиблое дело. Незнакомец, сидящий напротив некроманта, пояснил, что на улице еще пара его бойцов. А может и целый отряд.

Ворвавшись в трактир, они просто задавят числом, что приведет к неминуемой гибели.

В любом случае, шанс на спасение оставался один.

Призрачный шанс. И им все же придется воспользоваться.

— Сальват, не томи. Давай уже книгу! — нетерпеливо произнес некромант.

Парень подошел к столику и скорчился в недовольной гримасе:

— Мне нужно выйти на улицу.

— Что случилось? — собеседники повернулись к юноше, на мгновение, забыв о книге.

— Не знаю. Может эль не совсем свежий. — Тихо проговорил молодой парень, чтобы его не услышал хозяин заведения.

Сын Джарета неуклюже бросил сумку на край стола, отчего она, не удержавшись на поверхности, рухнула под ноги. Потом держась за живот, быстрым шагом направился к входной двери.

Намеренная затяжка времени.

Пока Золтар поднимет сумку с пола, пока ее откроет и вынет книгу — пройдут драгоценные мгновения, что по расчетам юноши должны спасти всем жизни. И пока незнакомец пролистает ее, пытаясь безуспешно прочесть — Сальват будет уже на улице.

Дальше дело за его «другом», что подписался под неизвестной запиской.

Юноша вышел на улицу и притворил за собой массивную дверь. Он внимательно прислушался. В помещении все было, как прежде. Звуков борьбы пока не слышалось.

Ну, вот и чудненько! Пока все идет по плану.

За стенами заведения стояла уже непроглядная ночь. Только тусклые факелы еле-еле освещали едва заметную дорогу, что вела от заведения к пристани.

Сальват сделал несколько шагов прочь от трактира и с неожиданностью осознал. Тех двух бойцов, которых упоминал собеседник Золтара в разговоре, на улице не оказалось. Мало того, рядом с «Песчаной Бурей» вообще никого не было, лишь одинокий пьяница, бормоча себе под нос нечленораздельные звуки, медленно двигался в сторону питейного заведения.

Ничего не происходило.

Абсолютно ничего! И это насторожило.

«Ловушка» — сразу всплыло в памяти неприятное слово.

Этой запиской бойцы решили выманить парня за пределы заведения, чтобы лишить его друзей преимущества в одного человека. Теперь их трое против пятерых, а может и шестерых (парень в последний момент вспомнил про гнома).

«Какой же я дурак! Нужно немедленно возвращаться назад. Если, конечно, входная дверь еще не заперта на засов».

От этой ужасающей мысли перехватило дыхание.

Сальват попытался рвануть снова в «Песчаную Бурю», но его внезапно остановил пьяный голос прохожего:

— Не будет ли монетки у достопочтенного странника для бедной заблудшей души?

— Не до тебя, уважаемый. Ох, не до тебя сейчас!

Юноша не обратил внимания на пьяные бредни, неизвестно откуда появившегося человека, пока тот не задал очередной вопрос:

— Ты не получил мою записку?

Голос прохожего внезапно протрезвел. Он теперь крепко стоял на ногах, больше не качаясь из стороны в сторону.

Юноша посмотрел ему в глаза, когда тот оказался совсем рядом.

Седой старик, довольно преклонных лет с большими усталыми глазами. Играя роль сильно подвыпившего человека, он оделся в потрепанный темно-желтый балахон. Обычный пьяница, шныряющий от безделья по улице. Похоже, такие люди в Лиакасе не привлекали к себе пристального внимания.

Вокруг не было ни души.

Даже тех бойцов, которых упоминал собеседник Золтара.

Только этот седой старик, скорее всего безоружный. Каким образом он хотел помочь, Сальват не понимал.

Старик протянул крепкую мужскую руку и представился:

— Приятно познакомиться. Меня зовут Тит.

Юноша застыл на месте.

Он, конечно же, пожал руку незнакомцу и в ответ назвал свое имя. Но больше его интересовал другой вопрос:

— А кто же тогда беседует в трактире с моим другом?

Старик улыбнулся и похлопал юношу по плечу:

— Не беспокойся, Сальват. Сейчас мы это выясним. Возвращайся к своим друзьям.

Тит плотнее укутался в свой потрепанный балахон и накинул капюшон на седую голову.

Сразу же запахло магией. Легкой и безупречной.

А потом, великовозрастный старик на глазах у изумленного юноши, просто исчез, оставляя после себя дымку прозрачного облака.

Глава 9 Сахарная пустыня

Сальват вернулся в трактир.

Откровенно, ни от кого не скрываясь, и стараясь не привлекать к себе внимания. Лишь только входная дверь осталась приоткрытой. Собеседники были настолько увлечены разговором, что не заметили такой маленькой, но важной детали.

Красной книги в руках лжеТита не было.

И юноша не мог знать, перевел Древний текст собеседник Золтара, или же не сумел. Большой ошибкой было бы со стороны некроманта, отдать Древнюю рукопись. Они через столько прошли, чтобы заполучить книгу. И теперь расставаться со старинными страницами Сальват не хотел.

Только не таким образом!

Мгновением позже, юноша все же увидел рукопись.

Она безмятежно покоилась на столике рядом с его другом. ЛжеТит даже не пытался присваивать это сокровище. Он что-то заинтересовано обсуждал с Золтаром. Но, по глазам некроманта, отчетливо читались нотки огорчения. Видимо, никому его собеседнику не удалось проникнуть в Древний текст. Надежда на то, что не придется тащиться в Сахарную пустыню, умерла на месте, оставив после себя боль разочарования.

Юноша медленно двигался к их столику. И за ним пристально наблюдали четверо солдат в красных плащах.

«Цвета крови!» — как выразился один из гномов в «Пивной Бороде». И Сальват знал, кому принадлежали такие цвета. Не хватало только кроваво-красного стяга с изображением боевого пса над трактиром.

Хитроумная ловушка!

Непонятно только, каким образом люди герцога вышли на них так скоро?

Бойцы ЛжеТита продолжали сверлить юношу пристальным взглядом. Молодой парень старался выглядеть спокойным и собранным. Но в такой напряженной обстановке, держать себя в руках после того, что произошло на улице, было невыносимо.

Азакар и Ларвилас не выказывали беспокойства и не догадывались ни о чем. Разговор Золтара с «Титом» был для них обычным делом.

«Знали бы они, что на самом деле происходит!».

Никто, в том числе и молодой парень, не заметил, как следом за ним в помещение юркнула бесформенное прозрачное облако. Аккуратно притворилась входная дверь, и опустился тяжелый засов. Настоящий Тит позаботился, чтобы никто не проник к ним извне, нарушая идиллию разоблачения.

И вместе с ним появился знакомый запах гари.

Тонкий, едва слышимый, словно хотел остаться незамеченным для посторонних.

Чужая магия наполнила заведение.

Разоблачение вот-вот должно было состояться.

Юноша подошел к столу, и увидел, как некромант поднял голову и насторожился. Он тоже ощутил присутствие чего-то незнакомого.

Запах гари усиливался.

Стало неприятно першить во рту, отчего в горле пересохло и захотелось нестерпимо пить. И объяснением этому, не могло быть жареное мясо на огромной сковороде Барина. Магию истощал седой старик, несколько мгновений назад притворявшийся в стельку пьяным.

Золтар заметил ее.

«Как же иначе? Он исконный маг».

Но заметил ее и Барин.

Гном почувствовал чью-то неизвестную силу, и взгляд его стал просто ужасающим. Он смотрел в пустоту, точно в то место, где полы плащу укутывали настоящего Тита.

Лицо приняло больше испуганный, чем зловещий вид, а глаза попытались выпрыгнуть на пыльный пол трактира. Он не отводил взгляда от столика, где сидел некромант вместе с неизвестным человеком, что представился их проводником.

«Неужели Барин почувствовал настоящего Тита?».

Стало по-настоящему страшно.

Маскировка могла рухнуть в любое мгновение.

«Нужно немедленно отвлечь посетителей от наплывшего морока!».

Но сделать Сальват этого не успел.

Неуклюжий гном, отвлекшийся на неведомую магическую силу, быстро потерял контроль над собой. Большая железная сковорода выскользнула у него из рук и с грохотом упала под ноги.

Послышалась брань на одном из гномьих диалектов. Прежде юноша не раз слыхал что-то подобное в «Пивной Бороде». Друзья гномы из клана «Золотого Молота» никогда не переводили юноше смысл донесшихся до него слов.

На мгновение все повернулись в сторону хозяина заведения, не зная сочувствовать или смеяться над его нелепым поступком. Основной угрозы до сих пор не видел никто. А ведь в заведении кроме них, находился еще один человек.

Добротная магия так же быстро исчезла, как и появилась. Запах нестерпимой гари молниеносно растворился в воздухе. Голова снова посветлела, и заставила мозг заработать в полную силу.

Бесспорно, что-то произошло. Но пока сын Джарета этого не видел.

— Прикажи своим «псам» оставаться на месте! — командный старческий голос воспользовался замешательством, чтобы гордо объявить о своем присутствии.

Сальват сразу же его узнал.

Седой старик сбросил капюшон потрепанного темно-желтого балахона, освободив магию от своих прямых обязанностей. Удобно расположился за спиной ЛжеТита, поднеся большой кинжал к его незащищенному горлу. Смертельное оружие, больше похожее на миниатюрный меч, врезалось в грубую кожу, на которой выступили капельки алой крови.

Намерения нападавшего явно были серьезными.

Солдаты в красных плащах выхватили оружие.

Друзья Сальвата сделали то же самое, нисколечко не понимая, что же на самом деле происходит. Каждый готов был броситься в драку. И лишь большой кинжал у горла ЛжеТита, удерживал всех от безумного поступка.

— Все в порядке, Золтар. — Попытался успокоить их Сальват. — Это друг!

Друзья уставились на молодого парня. Наверное, ожидали объяснений, зачем он привел такого друга, который подло напал со спины. Но старик заговорил первым:

— Видишь, как получается. В этом безумном мире не так-то просто разобраться, кто друг, а кто враг. Иногда, люди слепо доверяют всем подряд, и не видят очевидной истины. Я прав? — последний вопрос старик, адресовал своему пленнику.

Атмосфера в трактире накалялась.

Собеседник некроманта, с приставленным к горлу лезвием кинжала, покладисто молчал. А Золтар, осторожно взял древнюю книгу со стола и сунул ее в наплечную сумку. Меч он не выпускал из рук.

— Кто ты такой? — вопрос адресовался внезапно появившемуся старцу.

— Рад наконец-то познакомиться, Золтар. Меня зовут Тит.

Друзья переглянулись.

Если старик говорил правду, то сие действие можно назвать хитроумной ловушкой. И от нее друзей спас не кто иной, как сын Джарета.

— А кто же он, по-твоему? — Золтар указал кивком на сидящего напротив собеседника.

— Человек герцога Батаба. Причем очень преданный. А за тем столиком — его верные «псы».

Некромант оглянулся.

Вполне возможно, что это была ловушка. Самое страшное, что она могла быть с обеих сторон. Незнакомец прав — доверять в Тальгарде никому нельзя. Друг может оказаться врагом, и наоборот.

— И я должен тебе поверить? — Золтар сомневался, как поступить. Разговор должен был привести к правильному решению.

— Я ему верю! — слова Сальвата опередили незнакомца, заставив всех считаться и с его персоной.

— Молодец, мой мальчик! — настоящий Тит сильно обрадовался тому, что юноша встал на его сторону. — Ваша главная задача — мне поверить. Другого выхода у вас просто нет.

— Вот как? — съязвил некромант. Старик настойчиво всех убеждал, что он является настоящим Титом. — А что скажешь ты?

Очередной вопрос адресовался сидящему напротив человеку герцога. Или кто там он был на самом деле?

Настоящий Тит ослабил хватку, давая возможность ответить и «пленнику». Естественно, воин соврет, но другого выхода не было. Его действия и так выглядели, как принуждение.

— Ну, давай же, Платий. Скажи гостям правду. Поведай о том, что сюда идет отряд во главе с капитаном Шаризом и его «псами». — Седой старец знал то, чего не должен был знать.

К удивлению, человек герцога не стал юлить, спасаю свою драгоценную жизнь, а четко и с гордостью произнес:

— Вы все умрете! Единственным спасением для вас, будет сложить оружие и сдаться Великому герцогу!

Сальвата обуздала неподдельная ненависть:

«Это же надо! Стайка „псов“, как точно охарактеризовал их Тит, затявкала, пытаясь качать права на не выгодных для них условиях. Да этих, так называемых солдат, орк и эльф разорвут на части сию же минуту, только дай команду!».

Юноша знал своих друзей.

Для них отобрать еще парочку-другую жизней совсем ничего не стоило. Бойцы Великого герцога Батаба понятия не имели, с кем связались.

— Как вы нас нашли? — словно игнорируя прямые угрозы, задал вполне логичный вопрос юноша.

— О-о! Это великолепная история! — вместо Платия ответил Тит. — Святая Земля прошла по вашему следу в Китежаре. Дом Маджиды разрушен, хотя куркумке и удалось бежать. Бедная девочка пострадала.

— Ясмина? — некромант вспомнил миловидную помощницу Маджиды.

— Она самая. Маги влезли в ее голову и с легкостью узнали, куда отправится юный мальчишка в сопровождении трех представителей разных рас. Все дороги в Лиакас перекрыли. Никто и не мог предположить, что вы проникнете в город по реке. Когда об этом узнали, оставалось дождаться, пока вы появитесь в одном из заведений. И вот тут вас продал с потрохами хозяин «Пустынной Бури». Верно, я говорю, Барин?

Гном стоял неподвижно, боясь пошевелиться. Такого поворота событий он точно не ожидал.

— Это правда? — Золтар бросил совсем недобрый взгляд в сторону провинившегося гнома.

— Еще какая! — Тит отвечал сегодня за всех. — После того, как гномов казнили, начались гонения горных народов со всех городов королевства. Барин заключил сделку с людьми герцога. Он им сдает сомнительных незнакомцев, которые ищут меня, а они в свою очередь, не трогают его трактир. Я все правильно излагаю, гном? Или они тебе еще доплатили?

Все, что он говорил, было ужасно похоже на правду, да и этот Платий, не особо перечил его словам.

— А как здесь появился ты? — спросил некромант.

— У меня свои информаторы. Я в курсе всего, что происходит в Лиакасе.

Тем не менее, драгоценные мгновения шли, а отряд Батаба приближался к трактиру все ближе и ближе.

— Сложите оружие. — Пытался выиграть время для капитана Шариза боец герцога с огромным кинжалом у горла. (А может, все-таки это был меч?). — Герцог Батаб знает, кто уничтожил отряд в Вальтальском лесу и освободил мальчишку. Вы нарушили закон. Если сдадитесь сейчас, то даю слово, вас предадут справедливому суду.

— Что??? — Сальват взревел от ярости. — Не тому ли это справедливому суду, который состоялся вчера над гномами в Китежаре?

От уверенного юношеского голоса вздрогнул даже некромант.

Но парню этого было мало:

— Не тот ли это справедливый суд, где одного моего друга четвертуют, а другого на глазах у нашумевшей публики хладнокровно убивает ваш «Великий» герцог? Такой суд ты мне пророчишь? — юноша осторожно вынул из ножен стальной меч и немного приблизился. Обстановка накалилась до предела. — Послушай меня, «пес» «Великого господина». Передай Батабу, что при следующей встрече со мной, я лично выну его поганое сердце из груди.

На глазах у пораженных друзей и врагов, мальчишка становился мужчиной. Все сказанное было четко, грубо и прямо. А в подтверждение его слов, стальной меч смертоносно блестел в руке на фоне факелов трактира.

То ли его напористые слова привели всех посетителей трактира в замешательство, то ли обнаженное оружие, но повисла неловкая пауза.

А острый язык было уже не остановить:

— Вы все считаете гномов предателями. Но я вижу здесь только одного предателя. — Юноша указал острием своего меча в сторону застывшего Барина. — За то, что ты сделал, я не стану тебя четвертовать, а разрублю на миллион маленьких кусочков и скормлю этим «псам», чтобы они подавились твоим гнилым мясом.

Гном задрожал всем телом.

Чувствуя, что дело принимает совсем иной оборот, Платий обратился к некроманту:

— Успокой мальчишку, Золтар. Иначе это может плохо для всех кончиться.

Но некромант и бровью не повел.

Мало того, в данный момент он сильно гордился этим юнцом. Такой храбростью не многие могли похвастаться.

Вместо него снова заговорил молодой парень, теперь уже более спокойным голосом:

— Я передумал, Платий. Ты не станешь передавать мое сообщение герцогу.

— Это еще почему? — оружие, приставленное к горлу, мешало говорить в полную силу.

— Ты не сможешь этого сделать. Потому что я — Сальват, сын Джарета, друг Тули, Роти, Хагрима и остальных гномов «Золотого Молота», на этом самом месте, здесь и сейчас, клянусь! Никто из вас не выйдет из заведения живым! Сегодня закон — это я! И для вас я — Справедливый суд! Никаких обвинений и оправданий не будет! Я приговариваю вас к смерти!

Слова произвели необычайный эффект. А для некоторых собеседников, они стали руководством к действию.

Седой старик усилил нажим и схватил Платия за черную шевелюру. Потом потянул на себя, и огромным кинжалом хладнокровно полоснул по горлу бойца герцога, оставляя глубокий шрам от уха до уха.

Зажимая смертельную рану, преданный «пес» повалился на обеденный стол, оставляя своих воинов в меньшинстве.

Справедливый суд начался, как и предрекал Сальват. И никакие Высшие силы не могут теперь остановить вырвавшуюся ярость под предводительством молодого мальчишки.

Закаленные «псы» мгновенно пришли в себя, давая понять противнику, что просто так отдавать свои жизни они не намерены.

«Если хотите, забирайте силой!».

Бойцы герцога Батаба быстро сориентировались, грамотно выбирая противников, и одновременно атаковали.

Сальват успел отскочить назад, прежде чем один из воинов в красном плаще бросился на него, усиливая эффект неожиданности. Большой разукрашенный меч со свистом разрезал пустоту в том месте, где мгновение назад находилась голова молодого парня.

Юноша почти сразу провел ответную атаку, намереваясь покончить со своим соперником на месте, но преданный «пес» Великого герцога был настороже.

Сталь зазвенела в замкнутом пространстве помещения.

Звон болью пронизывал уши, заставляя жмуриться от каждого удара меча. Столы и стулья мешали грамотно передвигаться. С каждым шагом соперники натыкались ногами, спиной на интерьер трактира. С грохотом переворачивалась мебель и разлеталась в стороны. Посетители устроили настоящий погром в питейном заведении.

Молодой парень грамотно защищался. Даже успел провести череду атак. Он уже нащупывал слабое место, но довести до победного конца поединок не успел. Словно из ниоткуда, выросла знакомая фигура Ларвиласа. Эльф не обращая внимания на честь и доблесть, хладнокровно воткнул меч в спину противника, которого атаковал Сальват.

Жизнь сына Джарета была сейчас дороже какой-то там чести. Все участники понимали, времени у них не так много. Отряд солдат, одетых в красные плащи, и символизирующие цвета герцога Батаба, в любое момент появятся на пороге заведения.

Битву нужно скорее прекращать.

В мгновение ока, противников уменьшилось в половину. Первый завязался в кровавом побоище с орком, а второй — все еще сопротивлялся некроманту, с трудом отражая магическое оружие.

— Помоги Золтару! — приказал Сальват Ларвиласу.

Пора уходить, как можно скорее, и как можно дальше.

Сам он бросился на помощь к Азакару. Идея Сальвата, насколько бы она не была подлой, эльфу очень понравилась.

Двое против одного.

Не время для чести.

Время убираться, как можно подальше от этого места.

Эльф безукоризненно выполнил команду юноши. Ему даже не пришлось приближаться к некроманту. Он просто вытащил из-за пояса кинжал и метнул в сторону солдата. Лезвие воткнулось между лопаток, аккурат в середину красного плаща, давая некроманту большое преимущество.

Золтар видел, как воин выронил оружие, и долго не раздумывал.

Черный меч с силой вошел в умирающее тело и быстро вышел, оставляя глубокую рану в сердце, и разочарование в глазах.

Сальват бросился на помощь к орку.

Громила и сам справился бы с этой посильной задачей, да только рисковать своими друзьями сын Джарета не имел права. Как тогда, во дворе «Пивной Бороды», Таррон, что есть силы, магией помогал Воинам Света, прекрасно осознавая, что они справились бы с гномами своими силами.

Тем не менее, Азакару стоило помочь.

Причем немедленно.

Их пара кружилась, словно в каком-то танце. Его друг с темно-зеленой кожей ловко орудовал обоими мечами, отражая и нанося удары одновременно. Солдат был неплохим бойцом, если еще удерживался против такого громилы. В его руках был только один клинок. И он им умело пользовался.

Юноша приблизился.

Выждал мгновение, когда противники сцепились мечами, и замедлили шаг.

Глаза Сальвата побагровели от злости. На месте солдата, он представил герцога. Настоящего убийцу, кто так хладнокровно и подло расправился с Роти на Дворцовой площади.

— Умри! — сын Джарета с силой вогнал меч в шею последнему, стоявшему на ногах, верному «псу» Батаба.

Все!

Усталость грубо накатила, расслабляя напряженные мышцы. Руки задрожали от очередного убийства. А разум переваривал происходящее.

«Без этого в Тальгарде не обойтись! Привыкнешь!» — мысли рвались наружу.

Кровавая бойня прекратилась.

Сальват окинул взглядом друзей.

Азакар, Ларвилас, Золтар.

Все находились в полном здравии, но пялились на него странным образом. В их взгляде читался то ли страх, то ли неописуемое удивление, и было от чего. Сын Джарета приговорил всех пятерых «псов» к смерти, и немедленно привел приговор в исполнение. Молодой, пока еще несовершеннолетний парень превращался в мужчину.

На этом самом месте.

Но, неловкая пауза длилась недолго. Ларвилас вынул из тела убитого солдата эльфийский кинжал и удивленно спросил:

— Где Тит?

Друзья осмотрелись и с ужасом обнаружили, что седого старика среди них не было.

Вопрос остался без ответа.

Но в этот момент раздался стук в дверь. Ту самую, что Тит запер на засов, не позволяя чужим глазам увидеть происходящее.

— Именем герцога, откройте трактир! — голос был грубым и настойчивым. Не подчиниться ему означало немедленную смерть.

«А вот и подкрепление!».

По ту сторону двери солдат Батаба намного больше, чем тех, кто противостоял им сегодня.

Неизвестно, сколько им понадобится времени, чтобы понять — входную дверь никто не откроет. И после того, как бойцы силой ворвутся в заведение, бой будет сложнее и смертоноснее. И со спины добивать врагов будут уже не друзья Сальвата, а друзья лежащих на полу тел.

— Откройте дверь! — голос стал громче. Намного громче, чем в прошлый раз.

Друзья бегло переглянулись, пытаясь сообразить, что же делать далее. И пока юноша решал, каким образом выстроить оборону, чтобы остаться в живых, черная дверь в подсобку приоткрылась.

На удивление всем присутствующим, в проеме появилась голова Тита:

— Ну чего встали? Такой отряд вам не одолеть. Давайте за мной. Здесь есть запасной выход, через который Барину удалось уйти.

Сальват первым последовал за седым стариком, показывая пример друзьям.

«Уж лучше довериться Титу, чем дать возможность верным „псам“ герцога победить в неравном бою».

Коридор был душным и узким. Юноше на мгновение показалось, что широкоплечий орк не сможет протиснуться в такой проем. Слишком малым было расстояние между стенами.

— Барин скрылся в том направлении. — Старик указал пальцем куда-то далеко вглубь каменного коридора. — Мы должны выйти с другой стороны улицы. Если здесь вообще существует выход.

— То есть, мы двигаемся, не зная куда? — Золтару не понравился план их нового знакомого.

— По крайней мере, это лучше, чем попасться на глаза отряду солдат.

«Хотелось верить! Очень хотелось верить, что в конце этого неизвестного тоннеля их не поджидает еще один отряд „псов“, верных своему господину».

Преодолев небольшое расстояние, беглецы обнаружили, что тоннель стал намного шире, бежать можно было в полную силу. Плечи уже не толкали впопыхах каменные стены. Даже Азакар мог, без особого труда, протискиваться в свободный поход.

Бежали они не долго, как показалось Сальвату. Темный коридор, который Тит освещал факелом, также внезапно закончился, как и появился. В конце тоннеля мелькнул тусклый свет. За ним располагался выход наружу.

Плотный колючий кустарник неизвестного растения загораживал спрятанный вход в то место, откуда появились беглецы. Тит быстро выхватил свой то ли кинжал, то ли меч, и перерубил распустившиеся ветви, освобождая проход. Дальше, цели прятать запасной вход в трактир не было смысла. Если Барин захочет, пусть занимается маскировкой самолично.

Черный ход привел их в небольшую лесополосу по другую сторону «Песчаной Бури». Гнома нигде не было. Видимо, предатель, выскочил на свежий воздух, сверкая пятками, и бросился спасать свою никчемную шкуру.

«И то правильно»!

Попадись он сейчас на глаза нашим беглецам — не миновать еще одной смерти.

Пятерка беглецов, выскочив наружу, остановились, переводя дыхание. На улице было довольно темно. И лишь появился первый просвет в темном небе, напоминая, что тьма не безгранична, а если вскоре не спрятаться, то их еще пока незаметные силуэты явятся миру во всей своей красе.

Сальват прислушался.

Топота бегущих ног по каменному коридору тоннеля пока не удавалось расслышать. Может солдаты еще не нашли проход в подсобку, а может все еще стоят у входной двери, бесполезно прося ее открыть.

Эта мысль навеяла веселую улыбку, как только он представил, что «псы» герцога обращаются к пустому помещению.

— Что дальше? — некромант прервал паузу.

— Туда!

В какую сторону показал старик, никто не видел. Все бросились вслед за ним по улице. Больше доверять было некому. В этом продажном городе их другом был только Тит.

Еще какое-то время они бежали по ночному Лиакасу, пока за поворотом внезапно не появилась закрытая повозка, запряженная лошадьми. Она больше походила на карету, защищенную со всех сторон непроницаемой тканью. Рядом с ней мялись двое молодых людей.

— Быстро внутрь! — скомандовал Тит, не давая возможности рассмотреть незнакомцев.

Увидев пятерых бегущих, один из подручных откинул часть навешенной ткани и открыл довольно широкую дверь. Беглецы поочередно заняли места на просторных скамейках. После чего повозка пришла в движение.

Внутри было уютно.

Две вместительные скамейки позволяли удобно расположиться друг напротив друга и перевести дыхание.

Вся повозка была укутана качественным материалом, не позволяя проникнуть внутрь солнечному свету или городской пыли. Лишь маленькое окошечко пропускало едва заметный свет в замкнутое пространство.

Средство передвижения было предназначено для путешествия по пустыне, где сахарный песок не имел права нарушать покой пассажиров. И словно, в подтверждение этому, заговорил Тит:

— Не волнуйтесь, я знаю, кто вы и зачем вы здесь. Маджида сказала, что вы заплатите золотом. Она не обманула меня?

Некромант пропустил мимо ушей его вопрос, и спросил:

— Для проводника ты слишком ловкий. Без тени сомнения убить солдата герцога — не каждый решится. Кто ты на самом деле?

Тит недоверчиво посмотрел на Золтара, пытаясь все же определить, заплатит тот или нет, и позже ответил:

— Моя задача — доставить вас к Хамону. И не задавать лишних вопросов. Но я все-таки попрошу вас ответить: кто вы такие, из-за которых столица стоит на ушах, в Вальтальском замке строят дополнительные укрепления, а солдаты короля и герцога подняли всех ищеек Тальгарда, чтобы найти неуловимую четверку.

Пауза была невыносимо неприличной. Такой известности не ожидал никто.

— Отвези нас к Хамону. — Просто попросил Сальват. — Даю тебе слово, мы хорошо заплатим. Отвечать на твои вопросы пока нет никакого желания. Мы все устали. Если Богам будет угодно — ты обо всем узнаешь.

— Ну что ж. — Разочарованно произнес Тит. — Сегодня ты порадовал меня своей смелостью. Не часто встретишь молодого юнца, кто готов вступить в схватку с «боевыми псами» Лиакаса. И я просто поверю тебе на слово. В Сахарную пустыню мы доберемся до конца дня. Так что путь предстоит долгий. Отдыхайте.

И действительно, они остановились только раз, чтобы поменять лошадей на других животных — горбатых тварей — как называл их когда-то Роти.

Животные носили темно-желтый окрас, маскируясь под пустынный песок, и были крупнее лошадей. Как поговаривал Тит, куркумы использовали их еще в качестве конницы, гордо восседая меж двух горбов на спине скакуна.

Повозка двигалась не очень быстро, перекатывая железными колесами по зыбучему песку. Что творилось за пределами их транспортного средства — с трудом можно было разглядеть через маленькое окошечко в плотной ткани.

Вокруг лежал только песок и ничего более. А когда поднялся небольшой ветерок, песчаные крупинки взметались в воздух, кружа вокруг повозки.

Позже Тит объяснил, что это явление называют «песчаной бурей». Отсюда, видимо и название трактира, которым заведовал Барин. Никак не могло уложиться в голове Сальвата, что представитель расы Тули, Хагрима и Роти являлся на самом деле обычным предателем.

После того, как началась буря, повозка значительно уменьшила скорость. Погони они явно не боялись. Не каждый здравомыслящий путник отправится в пустыню нагонять беглецов, объявленных вне закона. Не зная четкого пути, никогда из этого зыбучего песка не выбраться на плодородную землю.

У Тита для этой цели существовала специально оборудованная «карета» и запас горбатых тварей. Несомненно, он не раз покорял пустыню. Успешно добирался до того места, где сейчас находится поселение куркумов. Название, к глубочайшему сожалению, Сальват не помнил.

Вокруг не было четко проложенной дороги, но юноша определил, что повозка время от времени поворачивала из стороны в сторону. В Сахарных песках нетрудно потеряться. Но, видимо, горбатые твари по своему чуткому наитию, безошибочно определяли короткий путь домой. Неподготовленному путнику, не знающему дороги, грозила страшная гибель от обезвоживания.

По мере того, как разгорался ясный день, становилось все жарче и жарче. Ужасно хотелось пить, но их новый знакомый предусмотрел и этот вариант. Под деревянными скамейками мирно лежали курдюки с пресной водой. К ним-то друзья периодически и прикладывались.

К полудню образовалось невозможное пекло, хоть и темная непроницаемая ткань преграждала палящему небесному светилу проникнуть внутрь повозки. Молодой парень сделал вывод, что выйди он на свежий воздух, скорее всего, непременно сгорит под огненными лучами.

Ближе к вечеру песчаная буря успокоилась. Песок осел на желтые барханы и теперь представилась возможность оглядеться. Кое-где уже прослеживались живые островки засохших растений. А это означало, что в почве под песком все же существовала вода. Как-то же куркумы должны были существовать в этом Богами забытом месте.

Нестерпимая жара понемногу стала отпускать, и Тит без страха приоткрыл краешек ткани, объясняя всем, что нужно «хлебнуть» свежего воздуха. Недостаток его может проявиться при выходе из повозки. Резко глотнув большую порцию, возможно потеря сознания. Никто не был против, даже после того, как внутрь повозки проникла увесистая порция Сахарного песка грязно-белого цвета.

Может отсюда и название? Крупинки своим видом были похожи на сахар, выпачканный в дорожной пыли.

«А может быть по вкусу, они напоминали сладкий продукт?».

Молодой парень не стал этого выяснять. Кушать пустынный песок он не мог себе позволить. Друзья его бы не поняли.

Беглецы внимательно разглядывали островки, растущие насаждения, и возникающие оазисы. Они то и дело становились по объему все больше и массивнее. Маленькие озерца появлялись в некоторых местах, что с уверенностью говорило — поселение куркумов не за горами.

На улице стало темнеть. Небесное светило пряталось за горизонт и ужасная жара, наконец, отпустила. Друзья вдохнули полной грудью. Скоро движение повозки прекратится, и они ступят на твердую землю. Поселение куркумов явится им во всей красе.

«Сангражара» — Сальват вспомнил название.

Вдалеке парню даже показался всадник, держащий в крепких лапах оружие, больше похожее на лук Ларвиласа, только гораздо длиннее.

Вскоре повозка остановилась. А за ее пределами послышались незнакомые голоса.

— Оставайтесь внутри. — Скомандовал Тит и покинул «карету».

Отсутствовал их новый знакомый дольше, чем Сальват мог изначально себе представить. По крайней мере, за пределами повозки не слышалось звуков борьбы.

И это радовало.

Совсем не хотелось видеть ловушку во всех сомнительных местах. Своим поведением, Тит доказал, что является их преданным другом и ярым ненавистником герцога Батаба. И если бы седой старик хотел с ними покончить, то не стал бы ломать комедию в трактире, а хладнокровно предоставил возможность «псам» Батаба исполнить задуманное.

«С другой стороны, кто знает, на какие ухищрения может пойти человек, желающий завладеть книгой Карабара?».

Дальнейшие размышления парня резко прервались, потому что дверца их повозки открылась, и Тит попросил всех выбраться наружу.

За пределами «кареты» уже начал сгущаться сумрак. Но Сальвату еще удавалось рассмотреть необычное место, куда его привезли подопечные седого старика.

Первое, что бросилось в глаза — это песок. Сахарный песок был практически везде. Юношеские ноги, обутые в плотную кожаную обувь, осторожно ступили на мягкое покрытие пустыни, плавно проваливаясь, отчего создавалось ощущение, будто утопаешь в болотной трясине.

В отличие от друзей, куркумы чувствовали себя на песчаной поверхности уверенно. Оно и понятно — представители иной расы были полными хозяевами пустынной территории. Звери, как называл их когда-то Роти.

Эти самые звери выглядели по-особенному. Конечно, никакого страха Сальват не испытывал, глядя на них. Может только легкую неуверенность, потому что куркумы выглядели мощнее и выше, чем обычный человек или даже эльф.

По крепкому телосложению, они больше походили на Азакара. Вот и все сходство. Густая серая шерсть покрывала звериное тело, включая вытянутую морду. Если можно было сравнить представителей этого племени с каким-то тальгардским животным, то волосатой мордой они чем-то очень отдаленно напоминали черного волка, местного обитателя Вальтальского леса.

Парень на мгновение задумался, как в таком жарком месте живут данные особи, полностью покрытые густой шерстью. Только позже пришел на ум рассказ покойного Роти о странной погоде в пустыне, где днем беспощадно палило дневное светило, а ночью — немного примораживала непроглядная тьма. И словно в подтверждение его слов, юноша почувствовал, как дунул неприятный ветерок, напоминая путникам, что лучше поторопиться в уютное теплое местечко до начала наступления ночи.

Вооружены куркумы были в основном длинными луками и короткими мечами. Никаких щитов молодой парень не наблюдал. Только уже потом Сальват заметил у двух особей длинные копья. Этим оружием, видимо, облачались стражи границ куркумского поселения.

Одежды на них почти не было. Только легкая тканевая прикрытость того места, по виду которого можно было отличить мужскую особь от женской. И по рассказам Золтара еще одним отличием была разница в окрасе шерсти. Мужской пол носил серый окрас, а женский — коричневый. Но представителей прекрасной половины, Сальват не наблюдал. По крайней мере, здесь у входа в поселение.

— Это сын Джарета. — Тит указал пальцем на молодого парня, обратившись к высокому куркуму.

Тот пристально поглядел на Сальвата, наверное, ища необходимые сходства с отцом и грубым голосом сказал:

— Следуйте за мной.

Куркумское поселение располагалось на озелененном участке пустыни. Видимо, в этом месте все же присутствовала вода. Низкие деревья, хоть и редко, но возвышались на песчаной территории, да и сахарного песка тут лежало не так много. А по мере приближения к низким постройкам, песок и вовсе отсутствовал. Вероятно, пустыня здесь заканчивала свое существование. За поселением куркумов Сальват разглядел участок высоких гор. А за ними, логичнее было предположить, находится уже Западный Океан.

Сангражара представляла собой большую деревню с интересными треугольными жилищами. Выполнены они были из деревянного каркаса и покрыты плотной шкурой неизвестного животного. И действительно, откуда в этом спрятанным от неугодных глаз месте был камень или глина. А железное и стальное оружие, видимо доставлял им не кто иной, как Тит. Хотя куркумы были вооружены преимущественно луками. Так сказать, традиционным местным оружием.

«А вот и особи женского пола!».

Сальват увидел двух куркумок, искоса поглядывающих на незваных гостей. По их взгляду можно с уверенностью сказать, что появление незнакомцев в Сангражаре — редкий случай.

Женщины были пониже, чем мужчины и оружия при себе не имели. Основной задачей для них был семейный быт, или как там у них это называется.

Уже прилично стемнело и похолодело, когда отряд Кафира, высокого куркума, с кем постоянно беседовал Тит, привел друзей к большому жилищу, сшитому из разных пород шкур. В этом доме проживал сам вождь племени. Или как его величали в Сангражаре — однопалый Хамон.

Друзья остановились.

Откинулся подол треугольного дома и показался очередной куркум. Шерсть на нем была белоснежного цвета, в отличие от представителей его племени.

«Белый окрас? Это что-то новенькое!».

— Не пугайтесь. — Успокоил их вождь. — Один на миллион рождается с таким цветом шерсти. А в остальном, я такой же, как и они. Рад с вами познакомиться, меня зовут Хамон.

Он не стал протягивать свою мощную лапу, как это делали люди, или представители других рас. По одной простой причине: лапа была у него одна. Ею он придерживал деревянный резной посох.

— Меня зовут Золтар, а это мои друзья: Азакар, Ларвилас и… — начал некромант.

— Сальват, сын Джарета. — Хамон грубо его перебил.

— Совершенно верно. Но, откуда тебе известно его имя?

Вождь приблизился к молодому парню и взглянул ему в глаза:

— Ты похож на своего отца.

— Ты его знал? — Сальват опешил.

В таком странном и отдаленном месте, неизвестная ему раса была в курсе, кто он на самом деле.

— Еще бы! — Хамон усмехнулся. — Он был здесь до вашего появления, очень много лет назад.

— Как?? — в один голос с юношей вопросил Золтар.

— Как и вы. Пришел через пустыню. К сожалению, он тогда не знал Тита и его удобную карету, потому рванул в Сангражару пешком. Если бы не мои куркумы — он бы погиб под палящим светилом.

Друзья переглянулись.

Такого поворота событий не ожидал никто. Они строго двигались к цели по следам Джарета. Возможно, это был единственный и правильный путь.

— А что он здесь делал? — Сальват взял бразды переговоров в свои руки.

— Он искал ответы. — С сожалением вымолвил Вождь. — Погостил у нас некоторое время и направился в Торжу.

— В Торжу? Но, зачем?

— Кто теперь знает? Его вели какие-то видения. Он нес с собой тяжесть великой тайны, которую не захотел доверить никому из нас. Куркумы видели, как ему тяжело. И пытались выведать, что же у него на душе. Да только без толку. Гордый и самоуверенный Джарет ушел отсюда один, никому не доверяя. Но, я так понимаю, вы прибыли сюда не для того, чтобы говорить о целителе Сухой Тропы. — Предположил Хамон. — Вижу, вы мне что-то принесли?

Золтар вынул из наплечной сумки красную книгу и передал вождю племени.

— Нам нужен перевод текста. Прошу, Великий Хамон, помоги!

Куркум в белоснежной шкуре не стал брать книгу единственной лапой, иначе ему пришлось бы бросить посох под ноги. Вместо него это сделал другой зверь, который тут же скрылся с рукописью в треугольном жилище.

— Не беспокойтесь за нее. — Успокоил друзей Великий вождь. — Я вижу вы устали. Да и ночь стремительно приближается. Вы ведь знаете, какие здесь ночи? Холодные, словно ветра Нефритовых гор. Отдохните с дороги. А я тем временем, изучу вашу книгу, а завтра утром приглашу вас к себе, и мы обязательно поболтаем.

— Это язык Древних! — напомнил Золтар своему собеседнику.

— Я знаю. Нет еще такого Древнего языка, который бы я не прочел. Так что хвастать буду завтра. А сейчас, Кафир проводит вас. На улице становится холодно.

Хамон развернулся и тяжело зашагал внутрь треугольного дома, опираясь на деревянный посох.

Куркум проводил пятерых друзей в другое треугольное строение, где прямо на полу лежало пять шкур, ровно по числу незваных гостей.

Сознание провалилось в небытие.

И сновидение накатило огромной беспощадной волной.

В эту сангражарскую ночь Сальвату снился отец, которого он никогда не видел. Во сне они прибывали в куркумское поселение и собирали войско для атаки на столицу. Парень сам командовал огромным отрядом зверей. Они, следуя приказу, бросались на врага и с легкостью разбивали плотные ряды королевской стражи.

Потом отец читал красную книгу, а сын слушал его успокаивающий голос. И вместе они громко и весело смеялись.

В эту ночь Джарет и Сальват впервые во сне были настоящей семьей.

Глава 10 Язык Древних

Этой ночью Сальват, наконец, смог выспаться. Никто не нарушил его покой до самого утра. Сразу вспомнилось то счастливое время, когда беззаботная жизнь тихо и мирно протекала в «Пивной Бороде». Веселые гномы делили с ним очаг и пищу; опытный Хагрим, не жалея сил, обучал владению мечом; и неугомонный Роти в тысячный раз радовал надоевшими байками, до этого дня казавшиеся вымышленными историями.

Никто ни о чем не переживал. Никто не ожидал подвоха или предательства от магов Святой земли. И никогда в своей жизни Сальват не мог и представить, что сон для него станет сущим кошмаром. Навеянным не так давно произошедшими событиями.

«Где теперь эти благословенные дни?».

После того, как был открыт ковчег, все тут же переменилось. Теперь те, кого он называл своей семьей, канули в небытие. Жители Тальгарда, незнакомые для него существа, превратились в друзей. А правители королевства — в кровных врагов.

Дальнейшие рассуждения прервал грубый голос, сильно смахивающий на рык дикого зверя.

«Хотя, чего он ожидал?».

Сангражара просто кишела дикими зверьми. Неважно, что на вид они выглядели миролюбивыми. Животное — есть животное. Каким бы белым и пушистым оно не казалось.

Рык проголосил на человеческом наречии:

— Хамон ожидает вас у себя в гараме.

Гарамом назывались треугольные строения, что служили жилищами представителей пустынной Сангражары.

Друзья поднялись с лежаков.

Небесное светило еще не успело взметнуться над Сахарной пустыней, и воздух не прогрелся до изнеможения. Идти к жилищу однопалого Хамона, не ощущая удушливой жары, сегодня было непривычно. Все, без исключения понимали важность предстоящего разговора. От того юноша сразу ощутил, с какой скоростью друзья бросились к гараму вождя куркумов.

«Может, Боги все еще нуждаются в их помощи?».

Ответ на этот вопрос Сальват намеревался отыскать в красной книге. А единственным куркумом, кто мог дать ему этот ответ, был Великий вождь. И в это хотелось безумно поверить.

Здоровенный куркум поднял плотную ткань завеса и пригласил друзей внутрь.

В середине гарама тлел небольшой костерок, а вокруг него удобно расположились Кафир и Великий вождь.

Хамон восседал на большущей шкуре давно убитого зверя и перелистывал страницы красной книги. Он жестом пригласил посетителей присоединиться к их маленькой компании. Гости присели на аккуратно подложенные шкуры рядом с хозяевами, тем самым замыкая круг вокруг уже почти догоревшего костра.

Чужие традиции стоило уважать — даже маленький ребенок знал эту нетленную истину.

Великий вождь прекратил чтение и, закрыв книгу, положил перед собой. Сальват отметил, что Хамон ловко орудовал единственной лапой:

— Удивительную вещь вы принесли в пустыню.

За многие годы, а может быть и века (кто знает, сколько живут куркумы на этом свете?) Хамон сделал удивленное лицо.

— Ты перевел текст? — Золтар хотел, как можно скорее перейти к главной части этого действия.

— Еще бы! Я же тебе говорил — нет такого Древнего языка, который мне не под силу.

— Ну и что там? — теперь Сальват торопил события.

Хамон пристально посмотрел на юношу и сказал:

— Не торопись, мой мальчик, всему свое время. Но прежде, чем ответить на ваши вопросы, я просто обязан задать свой.

Повисла невозможно долгая пауза.

Сальват услышал свое сердцебиение, что громким эхом раздавалось внутри гарама.

— Во-первых, я хочу знать, где вы взяли этот ценный предмет, явно не из нашего мира? И во-вторых: я хочу слышать предысторию, что толкнула вас на поход в Сахарную пустыню.

Золтар взглянул на Сальвата и тот без промедления пояснил:

— Об этом рассказали мне гномы. Мой отец получил от какого-то могущественного существа рекулу…

— Рекулу? — глаза Хамона блеснули на фоне тусклого света от костра, который никак не хотел угасать.

— Ее самую. Ты ведь знаешь, что это такое? — вопрос был риторическим.

— А как же! На своем веку, я однажды слыхал о ней в далекой деревне. Но это было так давно, что рассказы затерялись в мимолетном течение времени. А уж, сколько было их версий!

— Так вот, из рекулы отец узнал о существовании некоего ковчега, что появился в Тальгарде. И, насколько мне известно, позже определил его местоположение.

— Джарет владел языком Древних?

— Немного. Но его знаний оказалось достаточно, чтобы выяснить, что и где нужно искать.

— И он нашел его?

— Нашел. Вместе с гномами они пытались его открыть, чтобы увидеть содержимое. Но безуспешно.

— У них не было ключа. — Подытожил Хамон.

— Верно! Отец бросил на его поиски все силы. В результате чего, только спустя пару лет, ему все же удалось узнать, что ключ действительно существует. И не где-нибудь, а в самом Тальгарде. Но найти его он не успел. Таррон и Воины Света нашли моего отца раньше. Целитель Сухой Тропы вместе со своей женой были зверски убиты, а их трупы отправились на остров Святой Земли. После этого, нить истории потерялась на много-много лет.

Однопалый Хамон задумался:

— Так вот почему Джарет не рассказал об этой истории магам Святой Земли!

— Он им не доверял. Фабиан доставил рекулу именно моему отцу, а не Таррону. Ведь логичнее было бы сделать обратное. У Святой Земли намного больше возможностей исполнить предназначение рекулы.

— Думаешь, он подозревал, что старый маг находится не на той стороне?

— Не подозревал, а был точно в этом уверен! После недавних событий, произошедших в трактире, я тоже поддержал мнение отца. Вот почему он спрятал ковчег в «Пивной Бороде» и наложил охранное заклинание. Да так, что сами гномы на много лет забыли о его существовании.

Великий Вождь взглянул на юношу.

Если все, что говорил сейчас молодой парень, было правдой, то дело принимало плохой оборот. Святая Земля, некогда поклявшаяся всеми силами защищать Тальгард, скорее всего, медленно и верно подталкивает его на неминуемую гибель. Но, зачем?

— В трактире ковчег был умело спрятан от посторонних глаз. — Продолжал Сальват. — И гномы были его невольными хранителями. Но главный завет Джарет объяснил старейшине «Золотого Молота». Ни при каких обстоятельствах не доверять магам Святой Земли. Так он и покоился в подвале заведения, пока, спустя много лет, не появился ключ.

— Его принес мой друг Карабар. — Далее бразды правления повествованием принял на себя Золтар. — Он убил Грогана, Хранителя ключа, и в ответ получил смертельную рану. До сей поры неизвестно, случайность это, или преднамеренные событие, но Карабар доставил ключ точно по назначению. Больше о нем мы ничего не слышали. Сальват последний, кто видел его в живых.

Хамон внимательно выслушал и задал вопрос:

— А что с книгой? Как она у вас появилась?

— Книгу принес в Башню Мертвеца сам Джарет, и передал на хранение моему наставнику Цефиусу.

— Я слышал раньше это имя.

— Карабар убил его прямо на моих глазах. Еще до того, как стал моим лучшим другом. Но это длинная история. И думаю, подробности не заинтересуют Великого вождя.

— Твой друг приходил за книгой, верно? — спросил Хамон.

— Это было его испытанием. Экзамен Святой Земли гласил следующим образом — книга Цефиуса должна попасть в академию магов Тальгарда. Иначе и быть не может.

— Я так понимаю, Святая Земля осталась ни с чем?

— Правильно понимаешь. Карабар оказался благоразумней, чем мы ожидали. Он просто утаил ценный артефакт от Святой Земли.

— Умно.

— Не то слово! Две ночи назад мы должны были с ним встретиться в назначенном месте. Но, когда узнали о его гибели — все планы полетели к черту! Кровь Карабара была для нас спасением.

— Так вы узнали о Маджиде? — сделал вывод однопалый Хамон.

— Совершенно верно. Парень отдал монету с кровью нашего друга. По его следу я нашел дом куркумки. После чего, мы отправились в Лиакас для встречи с Титом. И вот теперь мы здесь. С нетерпением ожидаем перевод книги, какой бы Бог его не начертал.

Великий Вождь на мгновение замолчал.

Может, размышляя с какого места приступить к рассказу.

— Прежде, чем я начну, — подал голос Хамон. — Я хочу быть уверен, что вы пойдете до конца. Из того, что я прочел этой ночью, я понял одну истину — в руки к твоему отцу попала не совсем обычная рекула. Это не просто мольба о помощи. В ее тексте таится нечто другое.

— Другое? — Сальват не понял его слов.

— Не могу объяснить. Мне кажется, что здесь кроется не только помощь Великим Богам, а что-то более Высокое. Я бы даже выразился — Могущественное.

Что может быть могущественнее, чем помощь самим Богам.

— В любом случае, — продолжал Хамон. — Я доведу смысл языка Древних до ваших ушей, и может быть, вы поймете то, чего я объяснить не смогу.

Великий вождь своей единственной лапой перелистнул несколько страниц, лежащей перед ним красной книги, и завороженно вгляделся в рукописный текст:

— Как я уже сказал, эта вещь не из нашего мира. Но она непосредственно связана с ним. Посмотрите на обложку книги. — Хамон снова ее закрыл. — По-видимому, здесь изображен Тальгард. Глядите, это река Шенна, по которой вы прибыли в Лиакас из столицы. Это — Вальтальский лес. В центре его расположена обитель герцога Батаба. А с этой стороны находится остров Святой Земли, где до определенного момента хранился ключ от ковчега.

— Значит, это своего рода, карта нашего мира, но в уменьшенном размере? — поинтересовался Сальват.

— Вполне, возможно…

— А что за крылатое существо с мечом, парящее высоко над Тальгардом? — перебил вождя юноша.

— Насколько я понял из текста книги, это Падший Ангел. Существо, что являлось Хранителем нашего мира. Когда Боги создают что-то живое и населяют его различными разумными расами, то в первую очередь на страже ставят Ангела. Иначе возникшая Тьма, пока слаба оболочка нашего мироздания, обратит его во тьму. Другими словами, с легкостью завоюет его для себя.

Слушатели внимательно впитывали информацию, боясь упустить что-то очень важное. Любое слово, сказанное сейчас однопалым Хамоном, имело для них необыкновенную ценность.

— А почему «падший»? — поинтересовался Золтар.

— Потому что, Хранитель сейчас заточен в Заброшенной Цитадели на Расколотом острове. Мягко выражаясь, наш мир в данный момент находится в большой опасности, потому что полностью остается без охраны.

— Проклятый ковчег! — Сальвата разрывало беспокойство.

— Ковчег здесь ни при чем. Падший уже давно заточен в том месте. За долго до появления рекулы. И имя ему — Филиус.

Хамон замолчал, переводя дух и смачивая пересохшее горло питьевой водой из личного курдюка.

— Так вот о какой помощи просили Боги! Они просили не за себя! Мы больше заинтересованы в этой рекуле, чем они.

— Не совсем так. — Перебил вождь. — Освобождение Ангела лишь косвенно относится к вашей книге. Она просто объясняет, каким образом его найти и вырвать из заточения.

— Просто «объясняет» и все? — Золтар не верил своим ушам.

По его мнению, после перевода теста, загадок остаться не должно. — А что насчет ковчега, который открыл Сальват?

— Это вам разъяснит Филиус.

— Филиуса нужно освободить! — подал голос Азакар. — Вы даже понятия не имеете, кто населяет Расколотый остров.

Все без исключения, уставились на орка.

— Жаккары. — С презрением сказал Азакар. — Мерзкие зеленые тролли, что обитают в темных пещерах. Расколотый остров просто кишит этими тварями. Нам нужна армия, чтобы победить их. Поверьте моему опыту, без боя на свою территорию они нас не пустят.

Молодой парень вспомнил рассказы покойного Роти, как они с другом истребляли пещерных троллей в былые давние времена.

— Но и это еще не все! — сюрпризам не было конца. — После того, как вы прорветесь через ряды пещерных троллей, в Заброшенной Цитадели вас будет ждать страж, что стережет нашего Ангела. Это Темный призрак, с кем вам придется сразиться. Сразу скажу — победить его удастся только при одном условии.

Хамон тянул время, наслаждаясь последними мгновениями перед ответом.

— При каком? — первым не выдержал напряжения некромант.

— Только, если вы знаете его настоящее имя!

Вот теперь пауза затянулась.

Намного дольше, чем в прошлые разы.

Собеседники нервно переглядывались, видимо, не решаясь подавать голос.

— Я так понимаю, никто из нас не знает имени призрака? — нарушил затянувшееся молчание сын Джарета.

Снова пауза.

Как же она действовала на нервы.

Сальват каждому присутствующему глянул в глаза, и без слов нашел ответ на свой заданный вопрос.

Ужасное слово тут же пришло на ум — «беспомощность».

Хуже быть просто не могло.

Все началось много лет назад, но могло закончиться именно в это мгновение, если бы обстановку не разрядил Хамон:

— Не торопитесь впадать в отчаяние. У меня для вас хорошая новость, если ее можно так назвать. Книга, которую вы мне принесли, многое объясняет, и облегчает вам непосильную задачу. Впервые вижу, что кто-то, так рьяно пытается помочь обычным смертным.

Надежда мелькнула в бездонных глазах Сальвата. Все-таки не зря они пересекли Сахарную пустыню:

— Не томи, Великий вождь. У нас очень мало времени.

Хамон не стал томить долгим ожиданием:

— Есть один человек, кому известно имя Темного призрака. Точнее, это не совсем человек.

— Неважно! — снова Сальват позволил себе перебить Великого вождя. В давние времена за такой проступок любой куркум мог тут же лишить головы незнакомца. Но сегодня перед ним сидел не просто смертный. Перед ними сидел наследник рекулы. И сейчас на кону стояла жизнь дорогого Тальгарда, а все суеверия и обиды оставались на заднем плане. — Скажи, кто он и мы его найдем. Верно, Золтар?

Некромант в подтверждение его слов, кивнул.

— Ну, если еще точнее, то это не «он», а «она»! Ведьма, живущая в Нарванском лесу.

— Уж не Марилика ли? — Ларвилас был осведомлен больше остальных.

Каждый из присутствующих обладал толикой ценной информации, сложив которую воедино, вырисовывалась полная картина.

Эльф знал имя ведьмы, но в его устах оно прозвучало больше с сожалением, чем с радостью.

И Сальват это увидел в глазах верного друга.

— Имен я не знаю. — Сообщил Хамон. — Я лишь перевожу Древний текст книги.

Все с нетерпением уставились на Ларвиласа, ожидая от него хоть какой-то помощи в дальнейшем расследовании запутанной истории.

— Не смотрите на меня так… — это уже было не разочарование, а скорее — беспомощность. — У меня для вас плохая новость. В этот лес нельзя входить.

Слова обрушились на присутствующих неподъемным грузом. Ларвилас у всех на глазах беспощадно убивал надежду.

— Это еще почему? — Сальват, единственный в гараме, не имел ни малейшего представления о Нарванском лесе.

— Ты еще слишком молод, мой мальчик и многого не знаешь. Некоторые зловещие места в нашем мире не подчиняются обычным законам. В Нарванский лес есть вход, но нет выхода. Сколько бы людей или иных рас не входили в этот лес, никто не покинул его пределы. Все остались там, и лишь одним Богам известно — живы они или мертвы.

— То есть, у нас создалась безвыходная ситуация? — слово «безвыходность», Сальвату не понравилось еще больше, чем «беспомощность». Но надежда на чудо все же существовала. — Мы остановимся здесь и сейчас?

И снова эта убийственная пауза.

Она сражала без оружия сразу и наповал.

— Ну почему же безвыходная? — Великий вождь снова приоткрыл страницы Древней книги. — Здесь написано, что попасть к ведьме можно, пройдя через Ядовитые болота. И помочь вам в этом помогут два карлика, охраняющие вход. Единственное, что нужно для них сделать — это преподнести презент. Я думаю, не все так сложно. Выбраться можно тем же путем.

— Да уж! Проще простого. — Съязвил Золтар. — И какой же презент мы должны преподнести?

— Мед Хилланской пчелы. — Просто закончил Хамон.

Опять на лицах путников появилось изумление, пока старик Тит не взял право голоса:

— Я смогу помочь. У меня есть верный человек в Даллонеде, он сможет достать для меня все, что угодно. И мед, скорее всего не является для него чем-то необыкновенным.

— Безумная идея! — воскликнул некромант. — Книга описывает нам вход в Нарванский лес, но ни слова не говорит о выходе.

— Выход мы должны найти сами. Я все правильно говорю, Великий вождь? — сын Джарета глаголал истину.

— Безусловно, мой мальчик. Не знаю, какой бессмертный Бог написал эти страницы, но уверен, что ему сильно нужна ваша помощь, если он так подробно описывает, как освободить Падшего Ангела. Не удивлюсь, что тем самым вы поможете Тальгарду.

— Так что же насчет ковчега? Неужели о нем ни слова в этой красной книге?

— Думаю, об этом вы узнаете на Расколотом острове, а точнее в Заброшенной Цитадели. Что-то мне подсказывает, что все интересующие вас ответы лежат именно там.

Сальват задумался.

Идея отправиться на остров была слишком рискованной, а посетить Нарванский лес, и вовсе чистым самоубийством. Даже при условии, что Тит достанет этот мед какой-то там редкой пчелы.

Там предстоит встреча с ведьмой и, если на мгновение представить, что все пройдет благополучно (что маловероятно!), все равно, битвы с троллями не избежать. А уж о Темном призраке и говорить нечего. Без его имени, шансы на успех равны нулю.

Нелегкий выбор.

Но молодой парень его уже давно сделал.

— Я пойду в лес. — Слова прозвучали, словно среди ясного неба.

— Ты в своем уме! Мы найдем другое решение. — Некромант был в негодовании.

— Другого решения нет, и ты это знаешь! — не унимался Сальват. — Вы еще не до конца осознали, для чего я вам нужен. Может быть, это одно из важных испытаний, что мне предстоит пройти!

— Не волнуйся, Золтар. — Пытался успокоить его Хамон. — Если парень так хочет, мы подготовим его. Я знаю традиции этого леса, что можно делать, а чего нельзя…

— Я перестану волноваться, только если пойду вместе с ним! — нагло перебил его некромант.

— Ты мне будешь мешать! — тон голоса юноши немного повысился, возвращая некроманта в жестокую реальность. — Я вернусь, Золтар. Даю тебе слово!

— Я тебе не верю! — Золтар практически кричал.

— У нас нет другого выхода. — Теперь друга успокаивал Ларвилас. — Кто-то должен пойти в лес. Думаю, молодого парня ведьма не тронет и у него будет шанс с нею договориться.

— Вот именно! Я научу его, как себя с нею вести. Поверь моему опыту. — Великий вождь поддержал эльфа.

— Тогда пойду я! — Золтар был непреклонен.

— Ни в коем случае! — Хамон даже и слышать об этом не хотел. — Опытного Боевого мага, на ком погубленных душ больше, чем песчинок в горсти песка, Марилика почует сразу, и ты, несомненно, умрешь, даже не достигнув ее обители. Сын Джарета — это ваш шанс! Я не вправе советовать, можешь поступать, как тебе заблагорассудится, но, если ты сделаешь по-своему — ваша история закончиться. И значит твой друг Карабар погиб напрасно.

— Сальват — вот чья смерть будет напрасной! — некромант уже успел привязаться к парнишке и никак не хотел уступать. — Ты же сам говорил — из Нарванского леса никто не сумел выйти. Это безумие — посылать несовершеннолетнего парня на верную гибель.

— Полностью с тобой согласен! — орк положил свою могучую лапу на плечо друга. — Сальват нам необходим, как воздух. Потому, что без него мы не сможет двигаться дальше. И следующим нашим шагом является этот проклятый лес. Я верю, что у парня получится. Любой из нас вызовет подозрение у Нарванской ведьмы и, скорее всего, умрет мучительной смертью. Но юного мальчишку она может послушать, может даже помочь. Нам нужно только придумать, как ее убедить.

— Для начала, нам нужно подумать, как ему выжить и вернуться назад. Плевать мне на ведьму. — Некромант был все еще зол.

— Не переживай, Золтар. Азакар верит, что у меня получится. И я тоже верю. Безобидного мальчишку Марилика должна принять. Даже в виде любопытства. Я смогу убедить ее нам помочь. Если она попытается меня обмануть, я сразу это увижу. Ты же знаешь! Тем более, меня оберегают сами Боги, потому что я наследник рекулы…

— Возможно, оберегают! Мы не знаем этого наверняка.

Слабое утешение.

Некромант понимал, что дальнейшее их предприятие невозможно без похода в Нарванский лес. С другой стороны, если Сальват не узнает имя призрака, или не дай Боги — погибнет, тогда все! Им придется штурмовать Заброшенную Цитадель, в надежде на то, что кто-то на том острове знает имя Темного стража.

В лесу — был верный шанс, если Хамон правильно перевел Древний текст. И в этом некромант не сомневался. Но отправить Сальвата на верную погибель — это было выше его сил. Как бы хорошо они его не подготовили.

— Ну ладно, уговорили. Но ты должен подготовиться очень серьезно к своей задаче.

— Об этом можешь не волноваться, Золтар. — Сказал Хамон. — Я покажу парню все тонкости общения с ведьмой. Таким образом, я когда-то готовил своего друга.

— Вот как? И где он теперь?

Хамон понял, что сболтнул лишнего, но назад пути уже не было:

— Он не вышел из леса.

— Вот об этом я и говорю! Наше предприятие невыполнимо. Я иду на это вместе с вами, лишь потому, что от нас может зависеть судьба Тальгарда. И другого пути нет.

— Всегда есть другой путь. — Вмешался Сальват. — Но, к сожалению, мы его не знаем. А потому, будем идти по проторенной дороге.

Молчание — знак согласия.

Никто не посмел противоречить.

Юноша все решил, и они должны уважать его выбор.

— Итак, что мы имеем? — прервал неловкую паузу молодой парень. — Во-первых, нам нужен мед какой-то там пчелы…

— Хилланской. — Поправил его Тит. — Мне нужно на это несколько дней.

— Отлично! За это время вы подготовите меня к походу в лес. Я хочу знать о ведьмах и этом лесе все, что вам известно. Только тогда у нас будет действительно неплохой шанс.

— Можешь на меня положиться. — Хамон поддержал юношу. — Я расскажу тебе все, что знаю. Поверь мне. Судьба Тальгарда будет в твоих руках, а значит и наша судьба тоже. Только вместе мы освободим Падшего Ангела. Филиус будет благодарен нам.

Некромант посмотрел на Сальвата то ли со злостью, то ли с сожалением:

— Ох, не нравится мне эта затея…

Ларвилас подвинулся к своему другу и обнял за плечи:

— Он наследник рекулы, Золтар. И Боги об этом знают. Это может сыграть нам на руку. Выйти живым из леса у парня больше шансов, чем у любого из нас. Ты должен это понимать.

Некромант тяжело вздохнул:

— Надеюсь.

— И мы пойдем по следам моего отца. Верно, Великий вождь? — Сальват взглянул на карту Тальгарда.

— Верно, мальчик! Путь к Расколотому острову лежит через Торжу, город, куда направлялся твой отец. Скорее всего, ты найдешь его следы там.

— Значит, Джарет знал, по какому пути двигаться дальше? — осенило Золтара.

— Я бы сказал — догадывался. Его вели туда какие-то видения. Но у него не было с собой этой книги. А узнав, что победить призрака невозможно, целитель вернулся в Сухую Тропу ни с чем.

— А в Нарванский лес он не входил?

— Не думаю, — неуверенно ответил Хамон. — Иначе мы бы знали об этом.

Авантюристов, попытавшихся войти в лес, было великое множество. Каждый обладал своей индивидуальной магией. У каждого в наличие имелось зачарованное оружие. Но у них не было одного — красной книги.

В отличие от них, Сальват обладал огромным преимуществом. И оно просто обязано было ему помочь.

Великие Боги помогут или нет!

Одно из двух!

В любом случае, Сальват узнает это там, в Нарванском лесу. Ему необходимо повидать Марилику, про кого ходили недобрые слухи. Вопрос в том, откуда они взялись?

По рассказам самого Хамона, никто не смог выйти из леса а, следовательно — и поведать о старой ведьме. Древние рассказы быстро коверкались и превращались в легенду. А это означало, что узнать правду можно только одним способом — увидеть все собственными глазами.

Другого пути не существовало.

Пресловутая рекула вела в Нарванский лес.

И этого не изменить.

Только после полудня, Тит со своей свитой, отправился в Даллонед. Мед Хилланской пчелы, по его словам, мог достать только верный друг, имени которого старый пройдоха не называл. Иными словами, отпетый авантюрист за хорошее вознаграждение, готовый взяться за самую черную работу, не гнушаясь убийством или грабежом.

Молодой парень не хотел знать, каким образом мед попадет в поселение куркумов, потому что перед ним стояла другая задача. Великий вождь должен был предоставить ему всю имеющуюся информацию, что поможет проникнуть в лес и остаться в живых. Как покинуть это злополучное место — было уже второстепенной задачей. Самое главное — разузнать имя призрака, без чего дальнейшее путешествие к Заброшенной Цитадели полностью теряло смысл.

Если не победить стража, Падший Ангел навсегда останется в подземельях на Расколотом острове. И в добавок к этому не стоит забывать о жаккарах. Зеленые тролли просто так не пустят на территорию острова, за нее нужно будет заплатить.

Может даже и кровью.

Сальват все прекрасно понимал. Потому те несколько дней, что дал ему Тит, предстояло провести с максимальной пользой.

Параллельно занятий с Хамоном, сын Джарета познавал уроки ведения боя различным оружием.

Азакар давал ему навык владения мечом, тренируя, как некогда опытный Хагрим по утрам после ночного сна. Сразу после полудня гордый Ларвилас помогал освоить стрельбу из лука, а ближе к вечеру, пока небесное светило не скрылось за высокими горами, неутомимый Золтар обучал боевой магии, задатки которой у парня действительно были.

Уроки покойного Хагрима не прошли даром.

Зеленокожий орк только подивился тому, как умело Сальват управляется со стальным клинком. Естественно, навык владения мечом еще нужно было оттачивать и оттачивать. Но основные задатки старый гном действительно привил. Юноша мог без труда победить опытного вояку один на один, при условии, что полностью сконцентрируется на схватке.

Стрельбе из оружия дальнего боя юноша никогда не учился. В «Пивной Бороде» не было никаких луков, потому что гномы предпочитали ему арбалеты. В двенадцатилетнем возрасте сын Джарета впервые взял это оружие, выкованное из стали и тут же отказался от него в пользу меча. Слишком тяжелой и неудобной показалась ему эта вещь. Да и сил, чтобы натянуть упругую тетиву и вложить в паз не совсем легкий арбалетный болт, на тот возраст не хватало. А повзрослев, интерес к этому оружию просто иссяк.

И вот теперь пожинать плоды приходилось на сангражарском песке под жгучим дневным светилом, что в месяц Огня было как никогда беспощадным.

Ларвилас был требовательным учителем.

Что ни говори — настоящий эльф.

Никогда не позволял небрежно держать лук и добивался только безупречных результатов. Для него выстрел из оружия дальнего боя — был своего рода традицией. Традицией начинать любую схватку, а если повезет, то тут же ее и заканчивать.

В опыте эльфа можно не сомневаться. Сальват сам это видел в Вальтальском лесу. При ловком обращении с длинным луком, соперник погибал, даже не успев достать оружие.

С магией совсем была беда.

Он никогда не использовал ее в полную силу, потому что не знал о своих способностях до встречи с Карабаром.

У него и в раннем возрасте болела голова, ощущая запах невыносимой гари, но при условии того, что он вырос и постоянно проживал в трактире — это было нормальным, как бы парадоксально это не звучало.

В первые дни волшба давалось ему с превеликим трудом. Но во что бы то ни стало, сын Джарета намеревался до конца постичь некромантию. Базовые приемы боевому разрушению он уделял меньше времени, но ни в коем образе не отодвигал обучение такому искусству на второй план. И Золтар всячески старался ему помочь.

Некромант сильно привязался к мальчишке и прекрасно понимал, парень не изменит своего решения отправиться в Нарванский лес. Поэтому хотел в короткие сроки научить подопечного всему, что знал сам.

И юноша был податливым учеником.

Это радовало некроманта.

Очень радовало.

За несколько дней пребывания в Сахарной пустыне, Сальват поднял свой боевой навык до «небесного» уровня. Даже опытный однорукий Хамон дивился тому, за такой малый срок, мальчишка добился ошеломляющих успехов. Складывалось ощущение, что его наставляли сами Боги.

Мечом он бился практически на равных с любым из соперников, будь то орк или мощный куркум. Один на один парня нельзя было уже победить. И даже вдвоем не всегда опытные бойцы могли разоружить соперника.

Стрелять из лука юноша умел не хуже самого Ларвиласа, или того же Кафира. И это при условии того, что несколько дней назад, Сальват впервые взял в руки дальнобойное оружие.

Но самое удивительное — магия, что юноша только начал познавать, внезапно раскрыла для него свои объятия.

Некромант объяснял Сальвату разновидность заклинаний, базовые приемы выполнения колдовства и прочие примочки и хитрости, с помощью которых возможно было победить в магическом поединке. К слову говоря, парню не нужен был и посох. Боги наделили его странной непонятной силой, что почти двадцать лет прозябала в глубинах молодой души.

Конечно, не исключено, она передалась по наследству от Джарета, но в это как-то с трудом верилось. Юноша учился боевой магии быстро и качественно, познавая все тонкости темного колдовства.

Еще через несколько дней, ему удалось умертвить и оживить некоторых мелких животных на расстоянии сотни шагов. Кафир так сильно обрадовался этому навыку, что иногда брал Сальвата с собой на охоту. И с каждым последующим днем, трофеи становились по размерам все больше и больше. А Золтар не переставал удивляться внезапно открывшемуся таланту.

И в один прекрасный день, некромант все же понял, учить парня больше нечему. Сын Джарета сам мог воссоздать любое заклинание без посторонней помощи и, в последствие, пройдя обучение в Академии магов, смог бы стать Великим Темным колдуном.

Не чета, Таррону.

Но этому, не суждено было сбыться по вполне понятным причинам: Академия располагалась на острове Святой Земли, и заведовал ею не кто иной, как старик Таррон. Враг, что слыл самым опасным из всех существующих врагов.

И это было неоспоримо.

Дни неслись, словно песок над Сангражарой.

Месяц Огня плавно уступил место месяцу Земли, после чего невыносимая жара в поселении заметно спала. Темные ночи стали холоднее.

Дневные тренировки для Сальвата все еще продолжались, а когда небесное светило уступало место непроглядной тьме, юноша отправлялся к гарам к Великому вождю и внимательно слушал истории встреч путников с ведьмами.

Из этих рассказов сын Джарета намеревался понять, каким образом не попасть в ловушку к этим бестиям, и как вообще вести себя с ними на их территории, чтобы получить от них помощь, а не мгновенную смерть.

Как выяснилось, ведьмы далеко не постоянны. Одним путешественникам они помогали, а других заманивали в ловушку и лакомились их сердцами, что являлось для них своего рода деликатесом.

Ведьмы проживали в нескольких местах этого незабвенного мира.

Везде в Тальгарде можно было найти их следы.

И хотя Святая Земля настойчиво их преследовала, часть из них умудрялась скрываться. И вполне себе не безуспешно.

Единственным проклятым местом был Нарванский лес, получивший свое название от Великой ведьмы по имени Нарва. Туда не совались даже успешные маги Святой Земли. Войти в лес — означало просто и глупо умереть.

Нарва давно покинула этот мир, а хозяйкой леса выступала теперь Марилика — младшая сестра Нарвы.

Никто из ныне живых никогда ее не видел. А если и видел, то не мог об этом поведать, понятно по каким причинам. Никому не удалось покинуть этот лес.

И это была непреодолимая задача Сальвата. Вход в Нарванский лес, возможно, было найти, но выход — кто знает?

В глубоких раздумьях в этот холодный вечер пребывали молодой мальчишка и однорукий Хамон, все еще решая непосильную задачу. Слово «невыполнимую» — никто не мог себе даже позволить произнести. Да что там произнести — подумать боялись. И когда Сальват уже собирался возвращаться в гарам, неожиданно вошел Кафир, оповестив собеседников о возвращении Тита.

— Он достал мед? — это был главный вопрос, без которого поход в Нарванский лес был невозможен.

— Достал. — С радостью сообщил куркум.

Тит вошел в гарам быстро, и без предупреждения:

— Еще как достал! И не только мед.

Собеседники с нетерпеливым ожиданием уставились на седого старика:

— Я нашел человека, побывавшего в Нарванском лесу!

— Но, ведь оттуда никто не возвратился.

— Я тоже так думал. До вчерашнего утра. Его зовут Урфул. И он будет завтра к вечеру ждать нас у Черного дерева при входе в лес.

Хамон и Сальват заметно приободрились.

Такого удачного поворота событий не ожидал никто. Боги, действительно помогали наследнику рекулы.

— Отлично! Если верить Урфулу, я смогу получить ценную информацию, которая мне поможет…

— Не совсем так. — Перебил его Тит. — Он сказал, что в Нарванский лес войдет вместе с тобой.

— Даже так!? — изумлению молодого парня не было предела. — Это лучше, чем можно было представить.

— Для нас это удача! — Великий вождь знал, что говорил. — Если твой человек не врет, и действительно был в лесу, то сможет помочь. После чего покинуть ведьму у нас будут очень большие шансы. Если Урфул один раз умудрился выйти из леса, то он сможет сделать это снова.

— Несомненно!

— Но перед этим, тебе, Сальват, стоит хорошо выспаться. Завтра на рассвете начнем собираться в путь.

Когда парень покинул жилище Хамона, куркум остановил вслед уходящего Тита и серьезно спросил:

— Ты уверен в этом Урфуле?

— По крайней мере, он вызывает доверие. А дальше — дело Сальвата. Это он у нас способен распознавать ложь.

— Будем надеяться, что твой человек говорит правду. Другого выбора Боги нам просто не оставили.

Тит быстро покинул гарам Великого вождя и направился к своим новоиспеченным друзьям. Они должны были знать, как выглядит старик Урфул, чтобы в очередной раз не попасть в западню, как это было в Лиакасе.

Глава 11 Нарванский лес

Следующая ночь для Сальвата тянулась бесконечно.

После того, как он сообщил радостную новость друзьям, уснуть уже не удалось. Лишь колдовские чары Золтара, ненадолго помогли окунуться в небытие, и успокоили эмоции молодого парня.

Ни о каком сладком сне и речи быть не могло.

Юноша просто ждал, когда дневное светило снова займет место на голубом сангражарском небе, чтобы осветить путникам скрытую дорогу к обители старой ведьмы.

И оно непременно засияло.

Гордо и непреклонно, рассеивая непроглядную тьму своими ярко-жгучими лучами, и напоминая, что пришло время отправляться в путь.

Друзья все же решили сопроводить Сальвата под охраной орка и эльфа. Западню с Урфулом нельзя сбрасывать со счетов. Доверять незнакомцам можно, но в это неспокойное время все должно быть благоразумно и в пределах допустимого.

Дорогу покажет Кафир.

Проведет их незаметными тропами, чтобы ищейки герцога и патрульные посты не попались на глаза друзьям. Осторожность была сейчас как никогда важна.

— Мы с Титом будем вас ждать в Торже. — Известил Сальвата некромант. — Великий вождь выделит нам пятьдесят лучших воинов для вылазки на Расколотый остров. Пополнение мы наберем в том же прибрежном городе. Остальное за тобой.

Некромант обнял молодого мальчишку так крепко, насколько смог.

— Не беспокойся за меня, Золтар. Я вернусь сразу, как только узнаю имя Темного призрака.

— Я верю в тебя. — Душу некроманта иглами пронзило сомнение, но он не хотел показывать это парню.

Юноша не только мог распознать ложь, но и хорошо видел метание души, перед тем, как кто-то захочет сказать неправду.

А может и того глубже.

— Пока Тит будет собирать людей, — пояснил некромант, — я отправлюсь в Лиакас. Нужно повидать Валиона. Его торговое судно понадобится нам. Другим путем на Расколотый остров мы не попадем. Таков мой план. Простой и незамысловатый. Главное — будет зависеть уже от тебя.

Юноша доверчиво посмотрел Золтару в глаза, но ответить не смог. Мокрая пелена затянула его зрачки, сужая круг обзора. Расставаться парень ужасно не хотел. Единственным утешительным оправданием являлась все та же рекула, и выбор отца помочь беспомощным Богам, имена которых они даже не знали.

Да что там имена!

Они не знали цель, которую все это время преследовали эти самые Боги.

Вопросов было больше, чем ответов.

— Не волнуйся, Золтар. — Неловкую тишину прервал звонкий голос эльфа. — Мы с Азакаром обещаем, что вернемся к тебе только с мальчишкой. Либо не вернемся вообще. Верно, мой зеленый друг?

— Даю слово орка!

Выбора у него не было, если они по каким-то причинам не смогут узнать у Марилики имя призрака, или не дай Боги — погибнут, некромант намеревался продолжить атаковать Расколотый остров без них.

Таково было условие.

Сальват оседлал горбатую тварь и незамедлительно двинулся в путь.

Дорогу показывал Кафир. А Азакар с Ларвиласом сопровождали молодого парня.

Им снова предстояло пересечь пустыню, пусть и по укороченному маршруту, который знал только представитель местного племени. Незаметно пройти землями барона Поль-Штебена, под чьим руководством существовала Торжа. И к вечеру достигнуть Черного дерева, где их будет ждать незнакомец по имени Урфул.

Западня это или нет — предстояло выяснить уже на месте. Если этот старик не лжет, о чем молодой парень непременно узнает, они примут его помощь. Такая удача может подвернуться, скорее всего, раз в жизни. И этим нужно воспользоваться.

Черное дерево появилось ближе к вечеру.

Седой старик, по возрасту походивший на старого Тита, терпеливо ожидал в том месте, где и договаривались.

Он был невысокого роста в обычной серой одежде без видимых признаков наличия какого-нибудь оружия. Даже старческого посоха или на худой конец палки в руках у него не наблюдалось.

Телосложение его было таким худощавым, что юноше показалось, будто он не кушал несколько дней. Впалые щеки и глубоко ввалившиеся глаза выдавали в нем уставшего от жизни и от постоянной дороги путника. Еще мгновение, и старец рухнет на землю у их ног от истощения.

Тем не менее, незнакомец твердо стоял на ногах, своим гордым видом показывая прибывшим, что хоть и выглядит старше любого из них, но ни при каких обстоятельствах не намерен давать себя в обиду.

Единственное, что сразу бросилось в глаза Сальвату — это большой металлический короб на колесиках, стоявший рядом со стариком. А когда друзья подъехали поближе — юноша ощутил мягкое, почти незначительное присутствие магии. Такое незаметное, что определить ее на первых порах не удалось. Легкий запах гари, как в былые времена ощущал его совсем неопытный мальчишка, не понимая, что же на самом деле происходит.

«А это уже интересно! Незнакомец не так прост. И, по-видимому, имеет свои тайны. Пока никому доселе неизвестные».

— Доброго пути, многоуважаемые путники. — Старик заговорил первым.

— И тебе того же. — Сальват спустился с горбатой твари и подошел к незнакомцу. — Я вижу, ты собрался войти в лес?

— Абсолютно верно! Только я собираюсь войти туда не один. Как я понимаю, меня должен сопроводить молодой юноша, очень похожий на тебя.

— Меня зовут Сальват. — Парень протянул ему крепкую руку.

— Урфул. — Представился незнакомец, и они обменялись рукопожатиями.

— А это мои друзья: Азакар, Ларвилас и Кафир. Пока мы будем находиться в лесу, они подождут меня у Черного дерева.

Урфул оглядел присутствующих, своим каким-то уставшим взглядом и по-отцовски напомнил:

— Ты ведь знаешь, что никому не удалось выбраться из леса?

Парень пристально уставился на незнакомца:

— Знаю. И, насколько мне известно, единственный человек, кто вышел оттуда, стоит прямо передо мной.

Пауза.

Юноша пытался определить, верно ли его предположение.

Урфул по-доброму улыбнулся:

— Можешь не волноваться. Я помогу тебе войти и выйти из леса. И даже не попрошу золота.

Старик говорил правду.

Даже слабого свечения блокирующей магии не наблюдалось. Воздух был абсолютно чист. И ничто не пыталось убедить парня в обратном.

— Что же ты хочешь взамен?

Урфул доверчиво посмотрел ему в глаза, и взгляд, как показалось юноше, был наполнен печалью скорби:

— Тит поведал мне вашу историю. Честно признаться, я не особо хочу связываться с Богами, но для вас готов сделать исключение. Когда-то очень давно твой отец сильно меня выручил.

— Мой отец?

— Конечно. Его ведь звали Джарет?

— Ну, да…

Человек упоминал его отца добрым словом. Целитель из Сухой Тропы пользовался огромным уважением в Тальгарде и рад был помочь не только Богам, но и обычным смертным.

— Так вот, — сообщил собеседнику старый Урфул. — Не буду вдаваться в подробности, но Джарет спас тогда мою шкуру. И спустя много лет, в Даллонеде, я повстречал человека, который интересовался медом Хилланской пчелы. Естественно, я сразу же догадался, какую цель преследует твой друг. Я завязал с ним разговор, и он мне поведал вашу сногсшибательную историю. Признаться, я не сразу ему поверил. Сколько баек на своем веку я выслушал и сколько раз попадал в подставленную ловушку! Но, в этот раз что-то встрепенулось в моем сердце. Я искренне доверился Титу! И сразу же узнал тебя, Сальват. Ты сильно похож на своего отца.

На глаза парню накатили слезы.

Чтобы не разрыдаться при воспоминании об отце, юноша сделал два глубоких вздоха, заставляя горечь утраты немного утихомириться.

— Ну, да ладно. — Видя, что грустные воспоминания сильно ударяют по хрупкому сердцу, Урфул сменил тему. — Прежде, чем войти в Нарванский лес, ты должен усвоить несколько правил. Вход располагается здесь, около Черного дерева и открывается, когда небесное светило полностью исчезнет из вида, обнажив беспросветную тьму. Что произойдет через несколько мгновений. Это первое.

Второе: все оружие, вплоть до крохотного потайного кинжала, ты оставишь своим друзьям по эту сторону леса…

— Что!? — Азакар взорвался от бешенства. — Зайти в такое мрачное место без меча? Это же верная смерть!

— Таково условие! — Урфул был непреклонен. — Если карлики почуют воинственно настроенных незнакомцев, то убьют на месте. Многие искатели пытались войти в лес. И большинство из них — авантюристы, вооруженные с ног до головы. Они не прошли и нескольких шагов по тропе.

— А может, мы просто дадим бой? Все-таки нас пятеро! — простота эльфа поражала.

— Даже думать об этом не смей! — уверенность старого Урфула была на высоте. — Ты понятия не имеешь, на что способны эти стражи. Но самое главное — без их помощи, мы не найдем дорогу. Только они, получив в дар мед Хилланской пчелы, укажут верный путь. Без него, плутать тебе в этом лесу до скончания веков.

Ларвилас замолчал.

— Может, оставишь парню хотя бы меч? — Кафир старался переубедить собеседника.

Но старик не успел ответить.

Сальват его опередил:

— Без оружия, так без оружия! Нам нужна не битва, а всего лишь имя призрака. Верно?

— Абсолютно! Мы войдем в лес, отдадим мед карликам. Они укажут нам путь. Проще и быть не может.

— Ну да! — усмехнулся все тот же Ларвилас. — Наверное, точно так же рассуждали те авантюристы, вооруженные до зубов.

— Я тоже об этом подумал. — Заявил орк, поддерживая своего друга.

— Вы все невозможно правы! — не стал спорить Урфул. — Но у них не было самого главного преимущества.

— И какого же?

— У них не было меня!

Весомое доказательство.

Не верить словам незнакомца не было причин. И юноша это прекрасно понимал. Его задачей было — распознать ложь. И пока в словах Урфула не замечалось обмана.

— А это что за штука? — Сальват указал на деревянный короб, мирно стоявший у ног старика.

Только сейчас собеседники заметили привязанную к нему длинную веревку.

Видимо, этот предмет нужно было тащить.

— Небесное светило погасло. — Старик ушел от ответа. — Теперь мы сможем беспрепятственно войти в лес. И уже там я все тебе расскажу.

Друзья и не заметили, как вокруг них быстро сгустилась тьма, отчего Черное дерево приобрело более зловещий вид.

Да и сам Нарванский лес выглядел теперь устрашающе, принимая в расчет истории, что ходили относительно этого злополучного места.

Юноша отстегнул пояс с оружием, что достался от однопалого Хамона, и передал его Ларвиласу. Взвалил наплечную сумку, где находился небольшой бочонок с медом Хилланской пчелы.

— Безумие какое-то. — Азакар не смог сдержать возмущения.

Направиться в лес несовершеннолетнего парня, полностью без оружия, было для него просто самоубийством.

Сальват обнял друзей, словно прощаясь с ними навсегда:

— Ждите меня здесь. Если я не вернусь через три дня, отправляйтесь в Торжу и закончите то, что мы вместе начали.

— Еще чего! — Азакар был в неистовстве. — Без тебя мы не двинемся с места. Ты ведь прекрасно это знаешь.

— Мой зеленокожий друг прав. — Подал голос эльф. — Если у нас не будет имени призрака, на том острове нам нечего делать. Потому Золтар наказал нам пуститься вслед за тобой, если ты не вернешься через три дня. Дальнейшие действия обсуждению не подлежат!

Некромант выдал ценные указания.

С другой стороны, его боевые друзья были правы.

Не вернись юноша в указанный срок, возникнет неприятная ситуация. Победить призрака будет невозможно, а это значит — Падший Ангел так и останется в Заброшенной Цитадели.

Такой поворот дела не устраивал ни кого.

Единственным решением, хоть и не самым правильным, было отправиться вслед за Сальватом, где, скорее всего, и умереть.

Молодой парень должен сделать все, чтобы этого не случилось. Кроме него, выполнить задание не под силу ни одному человеку.

— Я вернусь. — Только и смог промолвить Сальват.

— А я покажу ему, как это сделать. — Обнадежил всех Урфул.

Старик повернулся в сторону зловещего леса и вскинул вверх обе руки.

Магия не заставила себя долго ждать.

Опять в воздухе появился знакомый запах гари, закружилась голова, и Тальгард приобрел серые краски, сообщая незнакомцам, что материя мира готова разорваться на части, открывая проход в иную невообразимую реальность.

Это заклинание юноша знал.

Сейчас Урфул проговорит определенный порядок слов и проход откроется.

И действительно, их новый знакомый произнес заклинание очень умело, как будто не в первый раз это делал. Воздух вокруг наполнился еще большим горелым запахом, давая возможность предстать неистовой магии во всей своей красе.

Могучие ветви темных деревьев раздвинулись, обнажая едва заметный проход, в который старик, молодой юноша и деревянный короб на колесиках тут же проследовали.

После этого, Нарванский лес еще немного поманил оставшихся на этой стороне путников, но, так и не дождавшись ответа, с сожалением закрылся.

Перемещение произошло молниеносно.

В том месте, куда они попали, было довольно темно. Никакого тебе неба над головой. Верх Нарванского леса состоял из ветвей верхушек деревьев, что плотно смыкались между собой. От этого странного природного явления и стояла непроглядная тьма.

Пока юноша старался что-нибудь разглядеть в кромешной темноте, Урфул высек из камней искру и создал что-то наподобие факела.

В круговороте яркого света незаметная тропа приобрела еле различимые очертания. Теперь по ней можно было идти, не боясь скользнуть в Ядовитые болота.

— Хватай рагаж и следуй за мной. — Быстро сказал старик, поднимая факел над головой.

«Рагаж?! Ничего себе!».

Теперь Сальват узнал это приспособление.

Безо всякого возмущения, он схватил длинную веревку и зашагал вслед за Урфулом, таща деревянный короб за собой.

Старик шел не спеша, постоянно освещая тропу самодельным факелом. Время от времени останавливаясь у незнакомых для юноши растений, он внимательно их осматривал и снова двигался дальше.

По обе стороны тропы располагались болота. Они источали едва заметные шипения. Яд — как объяснил ему Урфул. В болотах кишели ядовитые змеи, укус которых мог стоить жизни любому обитателю здешних мест. Но еще более устрашающе выглядел белесый дымок, вырывавшийся из недр бездонного дна.

— Двигайся точно по моим следам. — Старик то и дело подсказывал молодому парню, как и почему нужно действовать в той или иной ситуации.

И Сальват его слушал.

Единственным неудобством был тот самый рагаж, что на длинной веревке тянул за собой несовершеннолетний мальчишка.

Легко сказать — «двигайся по моим следам!».

Деревянный короб катился по узкой тропе, то и дело, пытаясь скользнуть в бездонное дно.

Дорога казалась бесконечной, пока в поле видимости не появился бледный огонек.

А уже через несколько шагов, Сальват осознал, что они медленно приближались к небольшому лагерю, где сидели два невысоких карлика и о чем-то негромко спорили.

Рядом с ними горел костер, и в непроглядной тьме его сияние заметно радовало душу.

Урфул уверенно подошел к карликам, словно делал это много-много раз:

— Доброй ночи, несравненные, Ивар и Ёрмунд.

Старик знал их имена.

— И вам доброй дороги, путники. — Карлики не очень удивились присутствию незнакомцев в Нарванском лесу. Как будто, данная «достопримечательность» пользовалась спросом у местных жителей. Но одно — точно застало их врасплох: незнакомец знал их имена.

Ивар и Ёрмунд поднялись с земли, показывая, что дальше дороги нет. И единственная возможность продолжить свой путь, это либо каким-то образом пройти сквозь них, либо проплыть через Ядовитые болота, что само по себе было невыполнимым.

Одеты они были в легкую тканевую одежду, покрытую стальным кольчужным материалом.

В бою такая кираса могла защитить от внушительного удара мечом или топором, при чем, не создавая дискомфорт и не ограничивая движения.

На боку у каждого карлика висел внушительных размеров меч, с дорогой, украшенной какими-то разноцветными камнями, рукояткой.

Короче говоря, маленькие стражи были укомплектованы по полной программе и скорее всего, являлись грозным противником.

— Ну что ж, раз уж вы знаете наши имена, мы не станем представляться. Теперь уж, будьте любезны — назовите свои.

Старик не сразу кинулся выполнять их просьбу, а вместо этого, снял с плеча Сальвата небольшую сумку и протянул карлику, которого звали Ивар:

— У нас для вас небольшой подарок.

Стражи недоуменно переглянулись:

— Что это?

— Как, «что»? Ваше любимое лакомство. Или у вас теперь другие предпочтения?

Ёрмунд усмехнулся:

— Видали мы одного разбойника, несколько лет назад. Тоже принес нам наше любимое лакомство. Только вместо него, в мешке оказалась ядовитая змея из болота. Правда, Ивар?

— Еще какая! Мы заставили этого шутника самого съесть эту мерзость. Хочешь узнать, что с ним после этого произошло?

— Боги Всевышние! — запротестовал Урфул. — Я, знаете ли, не люблю на ночь страшных историй.

— А чего тут страшиться. Змеиный яд разъел его прямо в том самом месте, где вы сейчас стоите.

Сальват посмотрел под ноги, но естественно, ничего не увидел.

За несколько лет земля успела впитать ядовитую слизь и на вид казалась вполне безопасной. Тем не менее, юноша предпочел сделать шаг в сторону, чтобы не испытывать судьбу.

А Ивар, несмотря на сомнительное содержимое наплечной сумки, все же принял ее в дар, потому как упустить возможность вкусить любимое лакомство, он не хотел.

— Ух ты! Точно мед! — карлик был вне себя от радости.

Вынув небольшой бочонок, стражи просто засияли от счастья.

— Попробуйте. — Старик назойливо предлагал свой подарок. — Вам должно понравиться. Это очень вкусно!

Что вкусно, а что нет — стражи и без него отлично знали.

Ёрмунд первым открыл крышку небольшого бочонка, и прямо волосатой лапой достал его содержимое:

— Действительно, вкусно! — карлик был на вершине блаженства. А запах меда Хилланской пчелы наполнил, казалось, своим ароматом весь лес.

Ивар тоже не смог устоять от такого соблазна, и, как и его приятель, после употребления внушительной порции, источал невероятную радость, больше похожую на эйфорию.

— Спасибо вам, добрые путники. Давно уже никто не входил в наш лес. Тем более с таким дорогим подарком…

— Кстати, — напомнил Ёрмунд. — вы так и сказали свои имена.

Карлики были правы, но Урфул не торопился выполнять их просьбу, видимо, по своим, никому не известным причинам.

— Они вам точно нужны?

— Нам-то на них плевать. — Объяснил Ивар. — Но по закону леса мы не имеем права показывать дорогу незнакомцам. Сначала мы должны узнать ваши имена. Вам ведь нужна дорога к ведьме? За этим вы сюда прибыли?

— Вполне возможно. — Старик почему-то все еще тянул время и юноше это совсем не нравилось. Стражи могут и разозлиться, не обращая внимания на такой ценный подарок.

— Ну, так что? Мы все-таки узнаем, как вас зовут, щедрые путники?

Дальше юлить смысла не было.

Даже неопытный сын Джарета прекрасно знал о том, что говорить в этом злополучном месте следовало только правду и ничего, кроме нее. Иначе, это могло стоить жизни. Так учил его однопалый Хамон.

— Вот этого молодого парня зовут Сальват. А меня… — худощавый старикан сделал небольшую паузу. — …Урфул.

— Что!? — Ивар едва не подавился медом.

— Как ты себя назвал?! — следом за ним возмутился Ёрмунд.

Теперь Сальват внимательнее прислушался к разговору, пока не совсем понимая, чем так были встревожены карлики.

— Разве ты не слышал? Он сказал — Урфул! — больше негодовал, чем обрадовался один из карликов.

Стражи Нарванского леса на мгновение застыли, как вкопанные, не зная, что делать дальше.

— Забирай свой мед! — тот, что держал в руках «подарок», быстро опомнился и, закрыв крышкой маленький бочонок, протянул его Сальвату.

«А вот это уже совсем плохо!».

Такой поворот событий совершенно не устраивал молодого парня.

Сие может означать, что стражи не станут им помогать. И, как видно из разговора, отношения между ними и Урфулом совсем не были дружелюбными.

— Э-э нет, уважаемый Ивар! — старик четко знал, что делает. — Ты взял наш мед. Мало того — ты его попробовал. Вернее, «вы» его попробовали. И теперь обязаны выполнить два наших желания.

«Ничего себе! Старик Урфул был просто находкой. Кто знал, что за Хилланский мед стражи выполняют желания. Да еще так удачно сложилось, что — два!».

Карлики как-то уж совсем печально переглянулись.

— Опять ему удалось нас обмануть! — Ивар схватился руками за голову, выказывая верх наивысшего разочарования.

«Опять? — Сальват не переставал удивляться своему новому знакомому. — И где только Тит раскопал такую ценную для него находку?».

Слово — «опять» означало, что старик не раз входил в этот лес.

— Ну, хорошо. — Стражи, наконец, сдались. — Мы покажем тебе дорогу к старой ведьме. Только ты должен понимать — не знаю насчет твоего парня, но тебя она точно не пощадит. Можешь мне поверить.

— Да и нам влетит от нее за такую помощь! — добавил другой.

— Не влетит. — Успокоил их Урфул. — Потому что к старой ведьме мы не пойдем.

— Как это не пойдем? — Сальват долго находился в стороне, но сейчас было самое время вмешаться.

— Как это не пойдете?! — эхом отозвались слова Ёрмунда. — Разве не за этим вы сюда прибыли?

Старик с улыбкой посмотрел на юношу, словно намекая, что все идет по его плану и не о чем так волноваться.

— Мы прибыли сюда за именем Темного призрака, обитающего в Заброшенной Цитадели на далеком острове. Понимаешь, о чем я?

— Естественно! За время нашего здесь существования, до тебя было таких любопытных человек десять. И никто, конечно, не вернулся от старой ведьмы. За исключением тебя.

— Совершенно верно! И, ты ведь в курсе, что Марилика не знает, и никогда не знала имени этого призрака. Я прав?

Карлик замолчал.

Молодой парень удивился:

— Что, значит, не знает имени?!

Негодованию не было предела.

Но Урфул, словно не услышал его слов и повторил свой навязчивый вопрос:

— Так я прав или нет, мой дорогой Ёрмунд?

Вот теперь в глазах обоих карликов появилось что-то наподобие страха. Они определенно чего-то испугались.

Но чего?!

— Мы не сможем выполнить твое желание! — только и пробормотал Ивар.

Стражи, наконец, поняли, чего хотел от них седой худощавый старик.

Чего нельзя сказать о молодом юноше.

— Я понимаю. — Четко произнес Урфул. — Поэтому вы выполните желание этого парня.

Взгляд быстро метнулся в сторону Сальвата.

— И чего же ты желаешь? — нотки облегчения внезапно появились в голосе все того же Ивара.

Да только ненадолго.

И прежде, чем юноша успел, что-либо ответить, Урфул сделал это за него:

— Сальват, сын Джарета желает, чтобы вы показали дорогу к озеру Нимер.

Слова ударили в ночную мглу раскатистым громом.

Юноша заметил на лицах стражей недовольную гримасу. И это, скорее всего, означало, что выполнить эту просьбу было для них еще труднее, чем указать путь к Марилике. Старик вел свою сомнительную игру, скрывая что-то очень важное от парня.

И это было совсем не уместно.

— Я же сказал тебе, Урфул. Мы не можем выполнить это желание. Или ты не слышишь нас?

— Тогда отдавайте наш мед, и мы уйдем.

За эти слова, Сальвату хотелось на месте убить старика.

Если карлики вернут их подарок, то на этом все будет закончено.

Но потом, через какие-то мгновения, до юноши, наконец, дошел смысл сказанных слов.

Один из стражей протянул наплечную сумку с находящимся внутри маленьким бочонком.

— Я сказал — весь мед! Даже тот, который у вас в животах. Или вы не слышите нас? — повторил просьбу, гордый от такой дерзости, Урфул.

Душа молодого парня искренне смеялась во весь голос.

«Ну и наглец, этот старик. Сначала накормил стражей своим подарком, а потом попросил выполнить невыполнимое желание».

— Каким образом мы это сделаем, по-твоему? — Ивар недоумевал.

— А я подскажу. — Не унимался Урфул. — Вы вспорите друг другу животы, а мы ложками выскребем наш мед. Устроит такой вариант?

— Ты в своем уме, старик?

— Конечно, в своем! Так что не валяйте дурака, и показывайте дорогу. Это закон леса! Или вы его забыли?

Слова гордо прозвучали во тьме Нарванского леса.

Сальват был горд за незнакомца.

Этот старик не раз и даже не два входил в Нарванский лес. Похоже, что он здесь непрошенный, но вполне себе постоянный гость.

«Великие Боги точно на его стороне!».

— Ладно, мы покажем.

Делать было нечего.

Ивар опустился на одно колено и положил свою массивную лапу на землю.

Далее вскинул бородатое лицо, обратив свой взор к небу, вернее к ветвям деревьев, которые создавали некий потолок леса и что-то пробурчал.

Неизвестная магия сразу же наполнила Нарванскую обитель, отчего здесь заметно посветлело.

Даже Урфул потушил свой факел, всем своим видом давая понять, что ночь, скорее всего, для них закончилась. Вспомнились слова старого однопалого Хамона, кто предупреждал, что в лесу нет ночи или дня. Само Нарванское место может выбирать — осветить путь для странника или создать вокруг непроглядную тьму.

Магия стража была необычной в этом странном месте.

Запаха гари практически не ощущалось, зато белесая дымка заполонила область вокруг них, мерзко перехватывая дыхание. Проще говоря, все погрузилось в туман, а потому даже знакомой тропы, по которой они с Урфулом добрались до этого места, не стало. Единственным верным решением в данный момент было — оставаться на месте, иначе ненароком можно было скользнуть в Ядовитые болота и навсегда оставить свою жизнь в змеином логове.

В голове зазвучали отрывистые слоги каких-то незнакомых для Сальвата слов.

Карлик сосредоточенно лепил заклинание на неизвестном наречии и одновременно с этим в лесном спертом воздухе чертил странные руны, принадлежность которых ни старик, ни юноша не понимали.

Как только Ивар закончил свое колдовство, он просто дунул на свое творение, застывшее перед их взорами.

Четкие руны неизвестного заклинания рассеялись, забирая с собой отголоски белесого тумана.

Теперь территория вокруг Сальвата превратилась в прежнюю местность, и путники уже отчетливо различали деревья и кустарники Нарванского леса.

Единственное изменение, которое претерпело таинственное место — была появившаяся из ниоткуда тропа, тянущаяся вдоль болота куда-то вглубь непроходимых зарослей. Юноша мог поклясться, чем угодно, что до колдовства Ивара, этой дороги и в помине не было.

Магия стража точно и качественно выполнила свое предназначение. А темнота леса пропала без следа.

Не сказать, конечно, что полностью, но хотя бы сейчас осталась возможность без факела Урфула разглядеть тропу к озеру Нимер.

— А теперь, Сальват, ты должен выслушать меня предельно внимательно.

Парень напрягся.

В только что сказанных словах седого старика чувствовалось неимоверное напряжение.

— Я помог тебе проникнуть в Нарванский лес, и видят Боги, несомненно, помогу из него выбраться. Но в обмен на это попрошу выполнить одно поручение. Оно не совсем обычное, но очень важно для меня. Только с этим условием я соглашусь тебе помочь.

Худощавый старикан точно так же, как и стражам, не оставил выбора. Сальват «съел его подарок» и отказаться просто не мог.

Юноша слушал его, не отрывая взгляда.

Вся информация, которой поделился с ним старик, произвела неизгладимое впечатление. Теперь стало ясно, для чего Урфулу понадобился молодой парень. Но с другой стороны — ему все же несказанно повезло. Урфулу посчастливилось встретить Тита из Лиакаса, кто искал мед Хилланской пчелы. И совсем не трудно догадаться для каких целей. Даллонед — маленький городок. И его стены тоже обладали ушами.

Люди, вполне серьезно намеревающиеся посетить Нарванский лес — не останутся незамеченными в этом тихом месте. И Урфул этим прекрасно воспользовался.

Об этой истории не знал никто, кроме конечно седого худощавого старика. Он рассказал Сальвату личную тайну. Ту, что хранил уже очень много лет.

И юноша согласился помочь.

В его ситуации, самым важным аспектом было выбраться из этого злополучного леса с именем Темного призрака на устах. И может быть, единственный человек, что способен в этом ему помочь — стоял сейчас, напротив и пристально смотрел ему в лицо.

И это бесспорно радовало.

Шанс уйти отсюда живым был более чем реальным.

— Если я это сделаю, — уточнил Сальват. — Ты поможешь мне выйти из леса?

— Даю слово! Тем более, это больше в твоих интересах. Тот, кто живет на озере — знает имя призрака. К Марилике тебе незачем идти. Просто поверь мне.

— Я помогу тебе. Но в таком случае, рагаж мне не понадобится.

— Если ты уверен в этом — поступай, как знаешь. — Урфул подвинулся ближе к сыну Джарета и посмотрел прямо ему в глаза. — Об одном лишь молю — сделай это. Я знаю — это тебе по силам. За это я отблагодарю тебя. Моя щедрость не будет знать границ.

Сальват пообещал.

Только после этого, он повернулся спиной к своему провожатому, и направился по тропе к озеру Нимер.

Рагаж так и остался лежать там, где молодой парнишка его оставил. Всем своим нутром он чувствовал — его нужно бросить здесь, иначе на благоприятный исход этой авантюры можно не рассчитывать.

Глава 12 Несущая Смерть

Тропа к озеру Нимер была еще уже, нежели та, по которой пробирался Сальват с Урфулом.

Рагаж бы здесь не проехал.

Густота леса была настолько плотной, что впереди на несколько шагом не удавалось ничего рассмотреть. Большие кустарники приходилось раздвигать руками за неимением в руках меча или захудалого кинжала. В связи с этим, скорость передвижения упала настолько, что юноша потерял счет времени.

Тропа была заросшей, словно по ней никто не ходил несколько сот лет. И тем опаснее по ней передвигаться. Поверхность болот также покрывала густая растительность. При неумелом шаге можно было провалиться в зыбучую трясину и остаться здесь навсегда.

Ступая по заросшей тропе, Сальват на мгновение представил, что все это могло быть простейшей ловушкой. Кознями, которые соорудил для него Таррон или его маги.

Эта мысль не давала покоя. И отбросить ее в сторону Сальвату стоило неимоверных усилий. Поверить в то, что герцог Батаб выставил здесь засаду, юноша не мог. Уж очень убедительно Урфул поведал ему о своей истории. А ложь в его голосе и словах — он точно бы распознал. Даже сам Таррон не смог обмануть мальчишку тогда в «Пивной Бороде», когда представился другом Карабара. Поведись он на эту детскую уловку — кто знает, чем бы закончилось вся эта история.

Преодолев еще какое-то расстояние, юноша заметил перемены вокруг себя. Ничего необычного на первый взгляд не бросалось в глаза, но уже довольно долгое время не покидало чувство обеспокоенности.

«Что-то не так!» — кричали мысли, лихорадочно заплясав в туманной голове.

Сальват не сразу ощутил постороннюю магию, что преследовала его уже добрую сотню шагов.

Запах гари появился незаметно.

И быстро усиливался, по мере того, как он продвигался по этой незнакомой тропе. Вот и теперь, стоило ему остановиться — магия исчезла. Кто-то явственно следовал за ним по пятам, пытаясь всеми силами скрыть свое присутствие.

— Кто здесь? — обратился юноша не знамо к кому.

В лесу довольно прилично посветлело, о чем парень догадался только сейчас. Разглядеть незнакомца теперь будет проще.

Никто ему не ответил, и уж тем более, не предстал перед его взором.

— Я знаю, что ты здесь! — Сальват повысил голос. — Можешь выходить!

Снова в ответ ему было молчание.

Времени на игры не оставалось. И понимая, что нужно спешить, юноша снова продолжил свой путь.

Только он сдвинулся с места, незнакомая магия возвратилась.

Сын Джарета вновь остановился. И она исчезла.

«Что за дурацкая игра?».

Сальват снова сделал пару шагов и сразу же остановился.

Тот же самый эффект.

— У меня нет времени на твои игры. — Сообщил юноша неизвестной сущности. — Либо ты появляешься передо мной, либо я буду считать тебя трусом.

Сальват не думал, что эти слова подействуют на незнакомца, но другого способа заставить преследователя себя обнаружить, он не нашел.

— «Ты идешь к озеру?».

Юноша схватился за голову, едва не опрокинувшись на спину от такого эффекта. Сложилось ощущение, что отзвуки голоса каким-то образом проникли в его сознание.

— Да. — Интуитивно ответил он.

— «Зачем?» — вторая мозговая атака далась легче.

Не сказать, чтобы Сальвату было больно, но ощущения возникали не из приятных. Кто-то упорно копался у него в голове. И каждый раз, когда этот кто-то или что-то пытался с ним заговорить, безжалостным эхом отзывались неприятные ощущения в затылочной части, заставляя временно поврежденный мозг просить о пощаде.

Голос возымел над ним верх.

Это было уже не его сознание.

Затуманенный рассудок отказывался подчиняться. И через мгновение молодой парень, наконец, понял, что единственным способом облегчить этот разговор — не сопротивляться и впустить «это» в свой внутренний храм. Как бы парадоксально сие не звучало.

— Назови себя. — Как можно вежливее попросил юноша.

Разговаривать с неизвестно кем, было верх неприличия.

Сущность не ответила.

Молодой парень подождал еще какое-то время и снова двинулся в путь. На этот раз магия появилась спустя добрых два десятка шагов. И так же внезапно исчезла, как и в прошлый раз.

— Послушай. — Сальват остановился. — Давай сделаем так. Я назову свое имя, а ты скажешь — как тебя зовут? Идет?

Сущность ответила сразу:

— «Я знаю, кто ты. Тебя зовут Сальват». — Отзвуки в голове стали намного слабее. И это радовало.

Но теперь огорчало другое. Это «нечто» знало, как его зовут. А значит, узнать его имя не представится возможным по одной простой причине — юноше нечего предложить взамен.

— Все верно. Я иду к озеру. — Попытался продолжить разговор молодой парень. — Если тебе по пути, то мы можем следовать вместе. Но для начала нужно познакомиться. Ты не против?

— «Мое имя давно забыто». — Сущность не разменивалась на долгие предложения, а отвечала коротко и ясно.

Ну, хоть на этом спасибо.

Сальват приноровился к ее словам, поставив незаметный магический блок, чтобы разговор не так сильно давил на сознание.

— А как тебя называют сейчас? — не унимался парень

— «Никак. Я ни с кем давно не разговаривал».

«Не разговаривал» — подумал юноша. «Ну что ж, теперь хотя бы ясно, что сущность — мужского рода».

— А зачем разговариваешь со мной?

— «Скучно стало. Давно здесь никого не было. Вот я и решил развлечься».

— Вот как?!

— «Меня поразило, что ты пришел один!».

Сущность все больше раскрывалась в разговоре. И Сальвату хотелось этим воспользоваться. Мало ли какую ценную информацию можно из нее извлечь?

— А что тут странного?

— «Ну не знаю… Обычно, люди вроде тебя, идут толпами к озеру за сокровищами. Но, ты ведь не за этим сюда прибыл?».

— Не за этим. — Усмехнулся юноша. — Меня не интересуют сокровища. Я прибыл в лес с другой целью.

— «Расскажешь мне?».

— Не думаю, что тебе это будет интересно… — начал Сальват.

— «Конечно, интересно! — сущность его перебила. — Я столько лет ни с кем не разговаривал!».

Нотки бездонной грусти проскочили в словах этого существа. Точнее в мыслях.

— Ну, хорошо. — Согласился сын Джарета. — Но только при одном условии.

— «Правда? И каком же?».

— Я хочу тебя увидеть.

Вот теперь воцарилось полное молчание. Неизвестный голос находился все еще подле молодого парня, но почему-то ни в какую не хотел показать себя.

— Это так сложно? — первым не выдержал Сальват.

— «Это невозможно. — Тут же ответила сущность. — Королева Нарва отняла у меня эту способность. Я лишь могу проникать в сознание человека и так с ним говорить».

— Я так понимаю, там ты и узнал мое имя?

— «Конечно. Я могу прочитать лишь те мысли, которые от меня не прячут. Так, значит, ты не поведаешь мне свою историю?».

— Ну почему же. Ответ прост: я пришел сюда, чтобы узнать имя призрака, что обитает у Заброшенной Цитадели на Расколотом острове. — Не скрывал правды юноша.

— «Не тот ли это остров, что лежит на юге Тальгарда?».

— Тот! Ты что-то о нем знаешь?

— «Не так много. — Ответил голос. — Я лишь знаю, что там заточили кого-то очень могущественного».

— Там обитает Хранитель Тальгарда — Филиус. А его стережет Темный призрак. Так что без его имени нам не освободить Падшего Ангела.

— «Точно! Филиус! — сущность как будто что-то вспомнила. — А я все гадаю — куда делся страж?».

— Ты его видел?

— «Естественно! Много веков назад он был Хранителем нашего мира. Как же теперь Тальгард обходится без него?».

Юноша не ответил.

— «Послушай, Сальват. На самом деле, ты занимаешься важным для нас делом. Я сразу понял, что ты не один из этих головорезов, кому нужны только сокровища. Недаром мой взор обратился на смелого одиночку».

— Ну, вообще-то, я прибыл в лес не один. — Сообщил ему юноша.

— «С тобой был кто-то еще? Ай-ай-ай! Злобные карлики убили его?!».

— Надеюсь, что он еще жив. — Обнадежил себя сын Джарета.

— «В любом случае, это ненадолго».

— Что ты имеешь ввиду?

— «Хозяйка озера, все равно, вас убьет. Рано или поздно».

— Ну, это мы еще посмотрим.

— «Конечно, посмотрим. А если не она, то уж Марилика точно это сделает».

— Ты умеешь видеть будущее? — Сальвату стало не по себе.

Вдруг этот голос и правда может окунуться в омут судьбы.

— «Я много чего могу. Но видеть дальше Богов, увы, не в моей власти».

«Слава этим самым Богам» — подумал юноша, забыв о том, что голос мог слышать все его мысли.

— «Ну, ладно! — снова сказала сущность. — Что-то я разболтался с тобой, мне нужно отдохнуть. Ты меня утомил».

— Ничего себе! Это ты меня утомил, если уж говорить честно. Подло завладел моим сознанием и не можешь успокоиться.

— «Ох, какие мы нежные! Да если хочешь знать, то я могу все!».

— Даже замолчать? — поиздевался над ним Сальват.

— «Вот как значит! — голос явно обиделся. — Ну, и ступай туда один! Хозяйка озера полакомится твоим черствым сердцем!».

— Значит, такова моя судьба.

— «А тело разрубит на куски!».

Юноша ничего не ответил.

— «И твои кости будут валяться под ее ногами».

Незнакомый голос не хотел униматься.

А заставить его замолчать парень не мог. Только он подумает об этом, начиналось все снова.

— «Ну и молчи! Я тоже не скажу ни слова. Наступит момент, и ты ко мне обратишься, а я не отвечу».

«Не наступит» — снова подумал сын Джарета и снова об этом пожалел.

Но на этот раз голос не проявил себя.

В голове явно посветлело. Разум очистился от этого мусора, что на протяжении долгого времени засорял сознание, мешая сосредоточиться.

И Сальват вновь двинулся в сторону озера в гордом одиночестве.

Он прошел уже довольно большое расстояние по тропе, перешагивая через валяющиеся коряги, и стараясь не сбиться с пути в этом опасном лесу. Ноги послушно выполняли его команды, то и дело, петляя по указанной тропе, которая извилистой змейкой тянулась до самого озера.

И, наконец, вынырнув из кроны пышного дерева, название которого парень не знал, он остановился. Длинная тропа, внезапно закончилась. Теперь Сальват стоял на вершине невысокого холма и наблюдал великолепие расположившегося внизу озера Нимер.

Зрелище завораживало.

Небольшой участок воды, опоясанный зеленым лесом, выглядел привлекательно. Можно подумать, что опасная Нарванская обитель действительно не представляет большой угрозы, если не знать ее истинное лицо.

Да, в этом месте могли существовать несметные сокровища, потому что само по себе место и являлось, по мнению парня, этим самым сокровищем. Именно сюда по разговорам неизвестного голоса, двигались толпы головорезов, чьи кости едва виднелись у подножия холма. Видимо, никто из них так и не вернулся домой, хвастаясь найденным добром в Нарванском лесу.

Сальват осторожно спустился и уверенным шагом направился к озеру.

На его берегу была деревянная постройка, наскоро возведенная из неподалеку растущих деревьев. Она четко указывала на то, что у озера Нимер явно был хозяин. А разбросанное вокруг его жилища бесхозное оружие, дополняло картину валяющихся человеческих костей, и напоминало, что этот хозяин не любил не прошеных гостей.

Со слов Урфула, юноша это прекрасно помнил.

Еще несколько шагов удалось пройти, когда из-за густых зарослей, послышалось едва различимое движение.

Сын Джарета остановился.

Нехорошее чувство приобрело реальность и снова навалилось присутствие чужой незнакомой магии. Словно местные жители Нарванского леса одновременно зажгли несколько костров по периметру и бросили туда вяленое мясо Вальтальского оленя.

В следующий момент из зарослей показалась голова черной пантеры с крупными кошачьими глазами и уставилась на непрощенного гостя.

Сальват не знал: просто разглядывает его лесное животное или готовится к прыжку? Поэтому первым заговорил с ним:

— Меня зовут Сальват. Я пришел с миром и хочу поговорить с молодой ведьмой. Оружия при мне нет.

Прошло еще какое-то время, пока пантера, видимо обдумывая его предложение, вышла из зарослей. Подойдя к незнакомцу, присела, как вполне настоящее животное, и уставилась устрашающим взглядом.

Сальват замер от ожидания.

Он никогда не видел воочию лесного зверя, тем более так близко. Ее внушительные размеры поражали. И если вдруг животному заблагорассудится напасть, то уже ничто не спасет его от неминуемой гибели. Меча при нем не было, а атаковать магией он попросту не успеет. Остается надеяться только на благоразумие лесного животного. Если оно, конечно, у него присутствовало.

— Зачем ты пришел? — молодая ведьма не появилась, но тихий неприятный шепот напомнил юноше, что дикий зверь может говорить на человеческом наречии.

«Видел бы его сейчас Золтар!».

Уму непостижимо — сын Джарета разговаривал с обычным животным на родном языке. Его друзья никогда в такое не поверят.

Сальват протянул вперед обе руки ладонями вверх, как учил его Урфул и сказал:

— Я прибыл к озеру, чтобы взять в жены дочь Марилики, самую прекрасную молодую ведьму в этом лесу.

Молодой парень понятия не имел, насколько красиво это создание, и есть ли еще дети у старой карги. Но как бы то ни было, он выполнял волю своего нового друга, который помог войти в лес, и будем надеяться, поможет отсюда поскорее убраться.

После сказанных слов, юноша заметил, как опасно насторожилось дикое животное, слегка обнажив белые клыки, и изобразило еще более грозный вид.

— Мужа для молодой ведьмы имеет право выбирать только ее настоящий отец. — Теперь шипение пантеры стало просто угрожающим.

Сальвату показалось, что животное немного присело, готовясь к прыжку, поэтому нужно было немедленно сказать то, что остановило бы его прямо сейчас. Иначе он не успеет поведать сокрушительную правду.

— Я это знаю. — Ответил молодой парень. — Он мне об этом и поведал?

В следующее мгновение, черная пантера быстро повернулась вокруг своей оси и, создавая темную дымку, произвела невероятное превращение.

Пелена черного занавеса рассеялась, Сальват увидел молодую девушку с длинными прямыми волосами цвета непроглядной тьмы.

Черты ее лица с трудом проглядывались, то и дело, при движении головы смазывая картинку, видимо потому, что темная сущность, крепко засевшая в молодом теле, всякий раз старалась повторить движения хозяйки, немного запаздывая.

Отчего создавался восхитительный эффект.

Но не стоит забывать, что это создание было всего лишь наполовину человеком. Другая — противоположная ее часть — за время существования в этом лесу полностью подчинилась беспроглядной Тьме.

Одета молодая ведьма была в черную длинную мантию.

Золтар носил такую же.

То, что произошло в следующий момент, Сальват не сразу сообразил.

Ведьма ловко выхватила меч из ножен, и приставила его острием к самому горлу не прошеного гостя:

— Ты лжешь! Мой отец умер много лет назад!

Страх крепкими путами окутал сознание юноши и забрался в самые потайные уголки, сковывая движения и речь.

На этом все могло и закончиться, но по какой-то неизвестной причине, а может быть просто из-за здорового любопытства, ведьма еще не забрала его никчемную жизнь.

Сын Джарета мельком опустил глаза на зеленую траву, усеянную белыми человеческими костями. Может быть, точно в такой нелепой позе, что сейчас находился он, погибли искатели приключений при встрече с черной пантерой, превратившейся впоследствии в очаровательную девушку.

Времени на пустые ненужные мысли у него не осталось. Надо было спасать свою жизнь, а тем более существование всего Тальгарда. Поэтому Сальват предпринял все попытки преодолеть страх.

Сознание вновь вернулось в исходную точку, и голос подчинился своему хозяину:

— У меня нет оружия. — Напомнил молодой парень, надеясь на то, что дочь Марилики не станет убивать безоружного человека. — И если ты меня убьешь, то никогда не узнаешь правды. Тебе придется с этим жить дальше. Но если уберешь меч и назовешь свое имя — я расскажу тебе то, что все эти годы скрывала от тебя мать.

Меч ведьмы неприятно упирался в беззащитное горло и мешал говорить. Точно так же себя чувствовал Платий в «Песчаной Буре», когда Тит приставил к нему огромный кинжал.

«Надеюсь, меня не постигнет участь верного „пса“ герцога?».

Пауза была недолгой:

— Меня зовут Лея. Я единственная дочь Марилики.

Сальват это знал.

Но, по законам леса девушка должна обязательно представиться сама.

И она это сделала. Хотя и не убрала своего меча от горла молодого несовершеннолетнего парня.

— Моя мать дала мне прозвище Несущая Смерть. А знаешь почему?

— Понятия не имею. — Честно признался парень.

— Потому, что я это делаю лучше всех в округе. Взгляни на кости под твоими ногами. Внимательно посмотри и скажи мне правду — кто ты?

Страх — не подходящее слово, прокравшееся в сердце юноши. Скорее всего, оно было похоже на ужас.

— Меня зовут Сальват. — напомнил ей юноша. — Сын Джарета. Я пришел, что взять тебя в жены. Твой отец посылает нам свое благословение…

— Назови его имя! — ведьма была непреклонна.

И можно понять, почему.

— Урфул.

Сальват заметил, как задрожала рука Леи, что удерживала стальное оружие. Несущая Смерть знала имя своего отца, хотя ни разу его воочию не видела. Естественно, Марилика упоминала о нем, хоть и не отказалась от случая поведать о его смерти.

Вот только зачем?

Что между ними произошло такого, чтобы использовать такую хладнокровную ложь?

Острие стального меча плавно вернулось в ножны, отчего стало немного спокойнее. Ведьма пристально посмотрела на незнакомого юношу. Ее взгляд уже не источал ужас. Это было нечто другое. Видимо, сама себе ведьма призналась, что этот молодой смелый парень ей понравился.

Но, несмотря на это, основные тайны еще были покрыты мраком, которого вдоволь хватало в этом смертельном лесу.

— Мой отец жив? Это правда? — Несущая Смерть заискрилась надеждами.

— Конечно! И мало того, он находится в этом лесу, ожидая нас в лагере Ивара и Ёрмунда.

Глаза Леи заблестели от радости.

Она никогда не видела своего отца, ошибочно предполагая, что тот умер. А может мать, по каким-то своим причинам, пыталась ввести ее в заблуждение?

Она не могла припомнить, кто из ныне живущих в этом лесу ведьм, покидали свою обитель. Единственным условием для этого был муж, которого должен привести настоящий отец и только после этого, она сможет покинуть лес, вырвавшись можно сказать, из зеленого плена в прекрасный Тальгард.

Это была ее несбыточная мечта.

И вот теперь надежду принес обычный парень. Симпатичный парень — призналась себе ведьма. Сколько долгих ночей она грезила настоящим миром. Сколько раз представляла себе бегство с избранником в далекий Тальгард. По ту сторону Нарванского леса.

Вот теперь она находилась в шаге от исполнения желания.

— Ты думала, что Урфул мертв? — удивился Сальват.

— Об этом мне сказала мать.

«Так вот в чем дело! Эта ложь была во благо. И благо принадлежало только Марилике».

— Мне нужно кое-что тебе рассказать. Прямо сейчас. — Юноша вновь обратился к молодой ведьме.

— Я хочу сейчас же видеть своего отца — Лея дольше не могла быть в неведении.

Радость неистовой силой ворвалась в сердце молодой ведьмы, отчего ей хотелось наброситься на Сальвата и крепко обнять. Она хотела схватить его крепкую руку и никогда больше не отпускать. Ей надоело быть одной. Проводить вечера в компании шумных деревьев и глади озера. Она навсегда хотела покинуть это место.

— Лея. — Вывел ее из эйфории сын Джарета. — Я должен тебе это сказать!

— Что сказать?

— Почему Марилика сказала тебе неправду.

— Это уже неважно. — Радости на лице Несущей Смерти не было предела. — Мы отправимся к ней на Холм Черепов и попросим благословения. Мы станем мужем и женой! Тальгард ждет нас!

— Нет, Лея! — Сальват буквально крикнул на нее, успокаивая неистовую прыть. — Это невозможно!

— Почему? — молодая ведьма удивленно уставилась на юношу.

Сын Джарета не знал, как объяснить.

Как можно в такое поверить?

Но больше всего он боялся ее расстроить. Лея прожила здесь долгую жизнь, и наверняка общалась со своей матерью. А теперь, узнав такое, как поведет себя Несущая Смерть?

— Понимаешь, в этом лесу все устроено немного по-другому. Ты слышала хоть одну историю о том, когда молодая ведьма, вроде тебя, покидала свою обитель вместе с мужем?

Несущая Смерть задумалась:

— Ну, вообще-то нет. Но ты не беспокойся, Марилика очень сильно меня любит и выполнит любое мое желание.

— Только не это. — Сальват ее разочаровал.

— Это еще почему?

— Давай пройдем в дом, и я поведаю одну интересную историю? Расскажу о твоем отце. Потом мы вместе отправимся к нему.

Ведьма согласилась.

Деревянная постройка выглядела вполне обычно. Разделенная на две небольшие комнаты, она представляла собой кухню, если можно было так назвать и жилую комнату.

В кухне находились два стула и массивный стол, на котором покоились какие-то зелья и травы. Предназначений их Сальват не знал. И вообще, юноша не был силен в алхимии и не обладал магией, что использовалась с помощью трав и ингредиентов. Он больше рассчитывал на темную материю этого мира и магию рун, что использовали гномы.

В жилой комнате стояла большая кровать и здоровенный сундук, содержимое которого было скрыто от посторонних глаз.

Вот и все расположение мебели.

Сын Джарета присел на один из стульев, и Несущая смерть поднесла ему кружку с каким-то зельем.

«Отрава!» — почудилось Сальвату, но все-таки он пригубил.

Конечно же, ничего не случилась.

Тот, кто неистово желает покинуть лес, не станет губить последнюю надежду.

Жидкость из небольшой кружки парень выпил залпом, наслаждаясь сладковатым привкусом. Приятно зажгло в груди, понемногу расслабляя и заполняя пустой желудок неизвестным напитком. Ничего вкуснее юноша доселе не пробовал.

Это было восхитительно!

Лея присела на свободный стул и пристально посмотрела на своего гостя:

— Откуда ты так уверен, что Марилика не согласится?

— Перед тем, как мы выйдем отсюда, я расскажу тебе историю. Твой отец меня попросил. И я дал слово! Все в моем рассказе — чистейшая правда! Тебе лишь остается поверить. Ты выслушаешь меня и только после этого примешь решение. Свое чистосердечное решение. Если ответ будет положительным, и у нас все получится, то можешь мне поверить — ты будешь единственной ведьмой в Тальгарде, которой удалось вырваться из лесной обители в открытый мир.

Глава 13 С оружием в лес нельзя!

Настоящие ведьмы поселились в Тальгарде за долго до других рас. Никто не знает, с какой Темной сущностью скрестили обычный вид человека, чтобы добиться поразительного результата.

Несмотря на то, что ведьмы были наполовину людьми, они обладали уникальными способностями. Магия была у них в крови.

Да, еще какая магия!

Человек был зачислен в академию магии лишь по одной причине — особенность, которую он демонстрировал людям, производила неизгладимое впечатление. Через долгое и кропотливое обучение, он мог подчинить приобретенные навыки и выйти в Тальгард искусным волшебником.

Ведьмы — другое дело.

Они всего добивались сами.

Темная магия была с ними в постоянной дружбе. И с легкостью делилась этими знаниями, ничего не требуя взамен.

Чтобы провести особо сложное заклинание, обычному человеку было необходимо предпринять максимум усилий, и действовать небольшой группой волшебников, складывая силу магии в единое целое. Причем, чтобы добиться максимального эффекта, нужно впустить Темную энергию в свое сознание, принимая острую боль. Погасить эффект отдачи, предстояло лишь одним путем — наскоро слепить контр заклинание. Даже сильные маги не выдерживали серьезного напряжения и погибали. В редких случаях, особо подготовленные чародеи просто теряли рассудок.

Ведьмы, что жили почти в самом сердце нашего мира, колдовать могли в любом месте, в полную силу и непосредственно в одиночку. Темная энергия и так была частью их неопознанного сознания. И при воспроизведении заклятия, больше помогала, нежели мешала ворожеи. Одна такая особь могла навлечь столько горя на неугодную деревню, что сила от ее последствий затихала только через несколько лет, отзываясь отголосками беды в близлежащих территориях.

Невозможно представить масштабы последствий, если вдруг представители этого рода предпримут попытку произвести на свет групповое заклинание.

Его силы были просто безграничны.

Интересным фактом семейной жизни лесных ведьм было то, что они выбирали взрослого мужчину для продолжения потомства. После встречи с ним, у них рождались исключительно девочки. Никогда в жизни Тальгарда ни у одной ворожеи так и не появился мальчик, как бы они не старались.

Далее неизвестно, как, и с помощью, каких темных сил они догадались, что рождение дочерей не было случайностью.

Высшие силы, коим поклонялись ведьмы Нарванского леса, определили для них бесконечную жизнь, давая возможность этому виду непрерывно вести свое ремесло, не подчиняясь карающему потоку времени. Ведь единственным условием для этого было рождение дочерей.

Когда приходила старость (а ведьмы жили очень долго по меркам самих людей), они имели возможность перенести свою душу в молодое тело своего чада, подло забирая у них единственную жизнь. Несовершеннолетний ребенок тяжело умирал, а мать снова проживала свой век, всякий раз оставляя возможность продлить его существование.

Но по каким-то своим законам Тальгарда, каждая последующая жизнь становилась короче предыдущей. Видимо, такую цену платили представители этой расы за не совсем гуманный поступок.

Первым и в своем роде значимым потомком лесных ведьм была королева Нарва. Она отказалась от этой пакости, в пользу своей любимой и единственной дочери. Позже ведьма умерла в тяжелых муках в назидание остальным за неприятие общих традиций. И на месте ее проживания появился дремучий лес с одноименным названием, где сейчас у великолепного озера в деревянном жилище вели беседу двое: молодой несовершеннолетний парень и прекрасная ведьма — далекий потомок гордой королевы.

Марилика была далекой родственницей Нарвы.

А после встречи с Урфулом, родила от него дочь.

Лея была успешно обучена темной магии, способности разрушения и неутомимой жажды убийства и уничтожения. Отчего и нарекла ее мать — Несущая Смерть, за умение убивать заблудшего искателя приключений тихо, внезапно и наверняка. Никто из тех авантюристов не смог добраться до озера Нимер живыми. О чем свидетельствовали белые разлагающие кости на лесной поляне.

Но это еще не вся история.

Перед смертью Нарва подготовила и утвердила предание.

Намереваясь хоть как-то развить и удержать потомство ведьм.

Оно гласило, что истинный отец девочки может привести ей мужа из мира за пределами леса, и, дав свое благословение — помочь выбраться в открытый мир. Но непременным и обязательным условием было объявление его в присутствие другого родителя в пределах Нарванского леса.

Эта затея после смерти королевы не воплотилась в жизнь.

Ведьмы не нарушали предание королевы, но и не торопились его исполнять.

Лишать себя удовольствия продолжить существование после глубокой старости, они не могли. Потому в их коварных сердцах зрел один единственный план — убить мужчину. Реже представителей мужского пола они отпускали из леса, в надежде на то, что вход для них будет навсегда закрыт. Для усиления охраны, ворожеи выставили стражей в лице двух карликов, способных только за приличное вознаграждение пускать в обитель ведьм посторонних путников.

Но чем бы ни тешился хитрый Тальгард, люди нашли способ пробраться в лес и угодить воинствующим карликам. Основным подарком для стражей леса являлся мед Хилланской пчелы — любимое лакомство карликов.

Достать его можно только в старом разрушенном городе Хиллан, превратившийся в обитель диких больших пчел.

В связи с этим, головорезов, посещавших Нарванский лес, становилось все меньше и меньше.

Следующее поколение ведьм уже либо не отпускало их из своей обители, либо, узнав об их следующем вторжении, убивали на месте, делая предание королевы Нарвы и вовсе невыполнимым.

И вот ведьмы добились того, в лесу осталась только старая Марилика и ее дочь Лея. А последним посетителем за столько лет, был только Урфул. Старый пройдоха умудрился проникнуть в страшную обитель несколько раз. Оставался целым и невредимым и благополучно покидал пределы леса. Пока это позволяла гордая Марилика.

Седой старик не мог спокойно смотреть на мучения дочери.

Долгое время он искал мужа для своего прекраснейшего чада. И вот теперь, найдя достойного человека, Урфул хотел вызволить ее из вечного плена лесной обители. А для этого сын Джарета, что преследовал в этой истории совсем другую цель, был ему просто необходим.

Своей будущей жене Сальват рассказал все, что поведал ему худощавый старик. Но настоящая цель, по которой юноша проник в лес, оставалась для нее тайной.

До поры, до времени.

— Это правда? — Лея не могла поверить в происходящее.

— Так мне сказал твой отец.

— Да-да, отец, которого я никогда не видела. Кто теперь подтвердит мне, что настоящий Урфул жив? Ты доверяешь этому человеку?

— Конечно! Ивар и Ёрмунд узнали его. Ты можешь сама спросить у них. — Сальват пристально посмотрел на девушку.

Она была хороша.

— А если он и стражей сумел обмануть? Так же, как и тебя? — ведьма не унималась.

— Я понял — Сообразил сын Джарета. — Ты просто не веришь в мою историю. Откуда, по-твоему, я мог это узнать?

— Об этом знают многие. Ты меня не удивил.

— А чем тебя удивить? Тем, во что ты не сможешь поверить? Что старая ведьма растит тебя здесь только для продления своего существования?

Лея замолчала.

Сальват не стал упускать возможности договорить:

— Открою тебе один секрет, который знают не многие. С детства я обладал непонятными навыками магии, и обнаружил в себе только сейчас.

— И какими же?

— Умение распознавать ложь в человеческом поведении и разговоре. Так вот, неправды в рассказе твоего отца я не заметил. Ему я, несомненно, верю. Вместе с друзьями, кто ожидает меня по ту сторону леса, мы обещали помочь твоему отцу и сдержим свое слово. Как видишь, я пришел сюда один и стою перед гордой черной пантерой без всякого оружия. Я не жду милости. Я не боюсь умереть за правое дело, потому что верю — что помогаю людям. И буду верить, чтобы не случилось.

Ведьма перевела на него ясный взгляд.

«До чего же он был хорош!».

Молодой красивый и гордый парень пришел в Нарванскую обитель.

Но только ли ради нее?

— И еще кое-что. — Сальват должен был об этом сказать. — Урфул взял с собой в лес рагаж. Ты знаешь, что это такое?

— Нет.

— Это приспособление для ловли дикого животного. Например, черной пантеры. Проще говоря, это примитивная ловушка, хоть и с магическим замком…

— Что!? — глаза Леи почернели от негодования.

Сальват грешным делом подумал, что девушка вновь превратится в дикое животное. А потом бросится на свою жертву.

— А то! Как только я узнал, что мне предстоит сделать, тут же отказался взять рагаж с собой, понимаешь? Я хотел сделать все честно. Хотел понравиться тебе! Хотел, чтобы ты мне понравилась. И уж поверь, тебе это удалось…

Юноша опустил глаза.

Он впервые с незнакомой девушкой разговаривал так откровенно.

Злости в глазах Несущей Смерть явно поубавилось:

— Значит, отец хотел посадить меня в клетку?

— Урфул хороший человек. — Не согласился юноша. — Он хотел любым способом вытащить тебя из лап старой ведьмы.

— Она моя мать. — Напомнила Лея.

Взгляд снова стал осознанным и укоряющим.

— Все верно! Твоя мать, которая скоро вселится в это прекрасное тело, а твоя душа тут же отправится в Царство мертвых. Это происходит с давних времен. Никто из существовавших в прошлом ведьм, не смог покинуть Нарванскую обитель. Ни для кого их них не делал ничего подобного родной отец. Сегодня у тебя есть единственный шанс спастись. Я твердо верил, что смогу уговорить дочь Марилики, поэтому не взял с собой рагаж. Теперь докажи, что я был прав, хотя твой отец твердил мне обратное.

Молодая ведьма застыла на месте, переваривая услышанное. Впервые за все время, ей не пришлось убивать человека, посетившего озеро, а совсем наоборот. Слова Сальвата выглядели вполне убедительно, да и сам парень ей нравился. Высокий, черноволосый. Уверенно держался при встрече с ней. Поверил незнакомому человеку, чтобы взять в жены дочь старой ведьмы. Кто еще способен рискнуть и противопоставить себя черной пантере?

— А почему отец не пришел с тобой?

— Это было мое желание. Стражи выполнили то, что я пожелал. Может быть, твой отец припас свое желание, для другой цели?

Лея была в восторге от отца.

Отчего ей поскорее захотелось его увидеть.

— Тогда нам лучше поспешить. Я хочу увидеть его воочию. Если ты не лжешь, я стану твоей названной женой, и мы покинем лес, даже если мать будет против. Но если ты обманул меня — тут же узнаешь, почему меня кличут Несущей Смерть.

— Вот и отлично! — обрадовался Сальват.

Они вместе вышли из деревянного жилища, понимая, что времени у них уже нет, и направились мимо прекрасного озера по обратному пути.

Тропа все еще оставалась на том самом месте, где ее покинул Сальват. И двигаться по ней теперь стало намного проще. Память воспроизвела обратную дорогу, не позволив юноше и девушке сбиться с пути. Тем более, Несущая Смерть наверняка знала тропу лучше, чем сам сын Джарета.

Поднявшись на холм, молодой парень вновь обратился к своей будущей жене:

— Надеюсь, нам не придется опять встретиться с этим надоедливым голосом?

— Каким еще голосом? — дочь Марилики поразилась.

— Ну как же? По дороге сюда ко мне прицепился бестелесный призрак и болтал без умолку, до самого холма.

Лея напрягла острую память:

— Насколько я помню, здесь нет никаких призраков. Иначе бы я об этом знала.

— Как нет? — теперь пришло время удивляться Сальвату. — Он все твердил, что ты меня непременно убьешь. И разговор этот длился до невозможности долго. Он мне до смерти надоел.

— Я вообще не понимаю, о ком ты говоришь!

— Странно! Я думал, ты знаешь о его существовании. Его слова, вернее это трудно было назвать словами, скорее всего мы обменивались мыслями…

— Что ты сказал? — Несущая Смерть перебила своего возлюбленного.

— Я сказал — «мыслями». Ты не знаешь, что такое «мысль»?

— Глупости! Конечно же, я знаю, что значит это слово. Просто расскажи мне подробнее. Мне кажется, понимаю, о ком ты говоришь.

Сальват пожал плечами:

— Во время разговора, он будто проникал в мое сознание, при чем, сильно шумело в голове. Ему не нужны были мои слова. Все, о чем бы я ни подумал, — он слышал. Словно бестелесый Бог.

Ведьма схватила парня за руку, и остановились.

— Ты говоришь, он проникал в твое сознание?

— Ну, по крайней мере, в тот момент мне так казалось. Не уверен, конечно…

— И ты не поставил магический блок? — не отставала Лея.

— Это его не остановило. Своими действиями, я лишь немного приглушил боль. И все.

Несущая Смерть задрожала от радости:

— Великая Нарва! Если это тот, о ком я сейчас подумала, то тебе несказанно повезло!

Юноша с еще большим удивлением посмотрел на свою будущую жену:

— Лея, у нас нет на это времени. Мне нужно тебе еще кое-что рассказать.

— Об этом потом. Ты даже не представляешь себе, кто с тобой говорил. Это был сам Дух озера Нимер. Он не подавал голоса уже очень много лет.

— Да, действительно. Он поведал мне, что давно ни с кем не беседовал…

— Где ты в последний рас слышал его голос?

— Лея, зачем он нам нужен? Больше я не вынесу, слушать эту пустую болтовню.

Дочь Марилики «взорвалась»:

— Пустую болтовню!? Многие в этом лесу хотели бы оказаться на твоем месте! Послушай, Сальват. Этот дух редко выбирает собеседника. Больше скажу — никогда ни с кем не разговаривает. Скорее показывай, где ты с ним расстался?

Юноша сделал несколько шагов в направлении озера и остановился:

— Вот здесь. Только это бесполезное занятие.

— Это еще почему?

— Скажем так, мы с ним расстались не на дружеской ноте. Я попросил его замолчать, и он видимо, сильно обиделся. Так что у нас вряд ли что получится.

— Ерунда! — дочь Марилики до конца стояла на своем. — Он просто набивает себе цену. Смело его зови. Он попросит тебя рассказать какую-нибудь интересную историю, а взамен подарит ценную вещь. Не упусти эту возможность, Сальват! У него редкие артефакты.

— Лея, уверяю тебя, нам сейчас не до подарков. Мне еще нужно поговорить с тобой…

— Не спорь, Сальват! Скорее зови Духа озера. Такой возможности у нас больше не будет. Поверь мне — ты не пожалеешь!

— Ну, хорошо. — Сдался парень.

Спорить со своей будущей женой, совсем не входило в его планы.

Сын Джарета встал на том месте, где последний раз слышал надоедливый голос.

«Интересно, ответит Дух озера на его призыв или сдержит слово — никогда с ним не заговорит?».

— «Ага! Я знал, что еще тебе понадоблюсь!». — Волна нестерпимой боли ударила в сознание парня, отчего тот едва не потерял сознание.

Лея увидела его реакцию и положила руки на его плечи, приглушая появившуюся боль.

Сальват пришел в себя.

Положительная энергия его будущей жены слилась с энергией его тела, и сознание снова вернулось в реальность.

— Я рассказал тебе свою историю. Теперь хочу от тебя подарок.

Лея слышала только слова парня. Но умело спрятанные мысли Духа озера не могла прочитать.

— «Ну, не знаю? Ты вообще не хотел со мной разговаривать».

Дух озера точно набивал себе цену.

Сальват с улыбкой покачал головой.

— Ну, если не хочешь, тогда я ухожу…

— «Стой, стой! — Дух озера не мог себе позволить просто так отпустить собеседника. — Ну, зачем же так сразу? Давай сделаем так — ты убьешь черную пантеру, а я тебе за это подарю кое-что интересненькое».

Теперь юноша сильно обрадовался, что Лея не услышала его слов. Иначе, девушка первая ткнула бы мечом своего возлюбленного.

— Ну, ты и шутник! Смею предположить, что прошлые твои собеседники поубивали друг друга у тебя на глазах.

— «Точно! Это было незабываемое зрелище. Ты даже не представляешь, на что способен человек, если ему пообещать горы сокровищ».

— Только я не стану этого делать. Ты же прекрасно понимаешь.

— «К моему глубокому сожалению. Ты не такой, как все. Ты пришел освободить черную пантеру».

— Вот именно! Поэтому, не валяй дурака, и отдавай свой подарок.

— А что значит, «не валяй дурака»?

Сальват на мгновение задумался.

Как точно объяснить Древнему Духу, кто такой «дурак»?

— Это значит — хватит попусту тратить время.

— «А-а! Понятно. Расскажи, ты уже убедил пантеру пойти с тобой?».

Из этих слов (вернее, мыслей) юноша понял, что Дух озера видит не только него, но и дочь Марилики.

— Конечно! И как видишь, она не убила меня при первой встрече. И не разрубила на куски. — Не упустил возможность похвастаться Сальват. — Может, я смогу помочь и тебе? Есть у тебя заветное желание?

Пауза.

Дух не верил своим ушам (или что там у него было вместо них?), что кто-то предлагает свою помощь.

— «Забудь! Ты не сможешь мне помочь».

Дух озера «клюнул на приманку».

Все-таки, Лея оказалась права. Очень хорошо, что они снова связались с невидимым призраком. И теперь за оказанную помощь, Сальват мог получить один из самых ценных подарков:

— Это еще почему? Скажи, в чем твоя беда и, если мне по силам, я постараюсь помочь. Такой возможности у тебя больше не будет.

Голос это знал, но почему-то настойчиво молчал.

На мгновение Сальвату показалось, что он больше не появится. Но это ощущение оказалось обманчивым.

— «Я хочу на озеро. — Воспроизведенные мысли прозвучали грустнее, чем обычно. — Только мне туда нельзя».

— Эта легко решаемо.

— «Правда»?

— Конечно! Я заберу с собой черную пантеру, и ты сможешь быть единоличным хозяином озера.

— «Ха-ха». — Дух рассмеялся, видимо не веря в правдивость его слов.

— Ничего смешного! Помнишь, я говорил тебе, что прибыл в Нарванский лес не один?

— «Конечно! Память у меня хорошая».

— Но только я тебе не сказал, что этот человек — настоящий отец черной пантеры.

Голос снова изобразил небольшую паузу, а потом до него дошло:

— «И ты намереваешься взять ее в жены»?

— Ты тоже знаком с преданием королевы Нарвы?

— «Естественно! Кто же с ним не знаком»!

— Тогда ты должен понимать, если хозяйка озера покинет лес, кому-то придется занять ее место.

Голос замолчал.

Идея оказалась слишком хороша и, в принципе, вполне себе выполнимой.

— «Звучит красиво. — Заговорил Дух. — Да только таким образом проблему не разрешить».

— Есть что-то еще, о чем я должен знать?

Снова пауза.

Как же она уже начинала злить.

— «Ты мне нравишься, Сальват. — Внезапно признался Дух озера Нимер. — И, я уверен, моя свобода не стоит твоей жертвы».

— Да брось! — запротестовал Сальват. — Я взял на себя обязанность спасти Тальгард. Неужели мне не удастся помочь одному Духу озера?

Гордость — вот что обуяло Древнего Духа.

Гордость за свое существование, за существование Тальгарда и таких преданных людей, как этот несовершеннолетний мальчишка, что пришел сюда помогать, а не завладеть сокровищем.

— «Ну, хорошо! — скрепя сердце (если оно, конечно, у него было) уступил голос. — Я расскажу тебе свою историю. Когда-то очень давно, я действительно был хозяином озера Нимер. Но самое главное, я был человеком, как и ты. Жил в этом месте в полном одиночестве, пока не появились ведьмы. Они расположились недалеко от моего пристанища на Холме Черепов и, в общем-то, не особо мне досаждали. С ними мы заключили полную договоренность: старые бестии не обращают свое черное колдовство против меня, а взамен я снабжаю их чистой питьевой водой.

Раз в три дня, я запрягал рабочую лошадь и привозил в их поселение бочки, наполненные прохладительной жидкостью из кристально чистого озера.

Они верили мне, но взгляд лесных бестий не всегда казался дружелюбным.

Сам понимаешь, жизнь рядом с ними была, сравни с хождением по острию ножа. Сколько еще пройдет времени, чтобы ведьмы поняли одну простую истину — я им, в принципе, и не нужен. Что мешает уничтожить бедного отшельника и переселиться к прекраснейшему водоему, до которого — рукой подать.

В ожидании этой коварной неизбежности проходили месяцы, не давая мне спокойно спать по ночам. А их постоянные празднества и шабаши, доносившиеся до моего жилища, еще больше навевали страх. Кто знал, какие каверзные планы рождались тогда в их головах.

Вот тогда-то и появились охотники на ведьм.

Чтобы навсегда искоренить старых фурий и поскорее забыть об их существовании, я заключил сделку.

Самым страшным соперником для охотников оказалась королева Нарва. Вернее, ее магическое оружие. Я должен был выкрасть у ведьмы древний меч, чтобы, лишив колдовской силы, навсегда избавить озеро от присутствия здесь всех представителей ее рода.

И как видишь, сделать мне это не удалось.

Нарва поймала меня и убила. А потом, вынула из тела бессмертную душу и в наказание заставила быть Хранителем меча, больше никогда в жизни не позволяя вернуться на озеро.

И я делаю это даже после смерти королевы. Пока у меча не появится полноправный хозяин, я буду вечно его стеречь и скрывать от любопытных глаз».

Сальват внимательно его выслушал.

— Но ведь если хозяйки нет в живых — значит, ты свободен от ее проклятия?

— «Не все так просто. Перед смертью она произвела Темный ритуал. И он не позволяет мне покинуть место захоронения меча».

— То есть, по твоим словам, если кто-то станет полноправным его хозяином, ты сможешь вернуться на свое озеро?

— «Совершенно верно»!

— Нет ничего проще! Показывай дорогу и просто не мешай мне его забрать.

— «В этом оружии Великая сила. Никто не знает, что произойдет, когда он попадет в руки смертного».

— Ты не представляешь, сколько раз мне приходилось сталкиваться с Великой силой. Мой отец имел с нею дело всю свою жизнь. Так что, показывай дорогу. Мы и так потеряли много времени.

— «Я не хочу подвергать тебя опасности. Если ты погибнешь, то никогда не спасешь Падшего Ангела, и только Боги ведают, что произойдет с Тальгардом».

— Ерунда! — воскликнул Сальват. — Я уже много раз подвергался опасности. Так, что если хочешь вернуться на свое озеро, доверься мне. Я не оставлю в беде бестелесного Духа. Королева Нарва и так многого тебя лишила. Не дай же ей после смерти распоряжаться твоей свободой. Это, как минимум, неправильно.

Юноша замолчал, давая право озерному Духу обдумать его предложение. Такой возможности больше никогда у него не появится. Да и сам сын Джарета прекрасно понимал, что упускать шанс завладеть одним из древнейших оружий самой королевы ведьм ни в коем случае нельзя. Спасибо Лее, за то, что она заставила его вернуться и снова заговорить с невидимым голосом Нарванского леса.

— «Повернись направо и следуй до кривого дерева. — Быстро произнес лесной Дух. — Как только дойдешь до этого места, направься в сторону озера и пройди десять шагов. Можешь положиться на меня, я помогу тебе не сбиться с дороги. В этом месте ты и найдешь Древнее оружие.

Я — Дух озера Нимер, в связи со смертью настоящей владелицы, передаю тебе, Сальват, сын Джарета, право на владение этим мечом, безоговорочно и навечно. Пока смерть не разлучит тебя и этот Древний артефакт».

Голос замолчал.

Сознание юноши снова вернулось в реальный мир, и он посмотрел на Лею.

— Ну, рассказывай! — молодая Ведьма была вся в нетерпении. — Тебе удалось получить от него хоть что-то?

— Меч королевы Нарвы достаточно ценный подарок?

Несущая Смерть побледнела:

— Ты шутишь? Его никто не мог отыскать уже,… не знаю, сколько лет!

— Значит, мы его найдем первыми.

Лея пристально посмотрела в глаза своему будущему мужу, и только после того, как убедилась, что все это правда, закачала головой. Отчего очертания человеческого лица смазались, и темная дымка вновь попыталась его восстановить, показательно не успевая.

До чего же Сальвату нравился такой интересный временный эффект размытого очертания лица возлюбленной.

— Не знаю, радоваться мне или грустить. — Сказала Несущая Смерть.

— Не понимаю тебя. Ты же сама убеждала меня поговорить с Духом?

— Да-да. Я это знаю. Только… — Лея понятия не имела, как все это объяснить.

— Что!? — юноша не понимал, что повлекло за собой изменение настроения девушки. — Думаешь, этот меч станет для нас слишком ценным подарком? И мы не сможем нести эту ношу?

— Что-то вроде того. Послушай, Сальват. Давай бросим эту затею и вернемся к карликам.

— Ну, уж нет! — сын Джарета не хотел отступать. — Я обещал этому голосу, что освобожу его от бремени охранять оружие Нарвы. И я сделаю это.

— В этом мече таится Великая Сила. Не забывай, что он был правой рукой самой королевы. Ты должен понимать, что он может, как защитить, так и погубить своего хозяина.

Сальват положил свои руки на плечи возлюбленной и улыбнулся:

— Проведи меня к кривому дереву.

— Он показал тебе дорогу?

— Естественно! И еще он обещал помочь.

Несущая Смерть на мгновение задумалась:

— Странно! Вокруг того места только ядовитые болота.

— Хочешь сказать, что туда не ведет ни одна тропа?

Лея закатила глаза, вспоминая древнюю дорогу.

— Одна тропа конечно осталась. Только тебе придется следовать за мной строго след в след.

— Договорились.

Несущая Смерть развернулась в ту сторону, куда направлял их Дух озера. Молодой парень двигался точь-в-точь по ее свежим следам.

Невидимая тропа, о которой по счастливой случайности знала его будущая жена, петляла среди болотистой местности. То и дело поблизости лопались пузыри, из которых выделялась дымка белесого пара, а временами и показывались небольшие змеиные головы, любопытно разглядывая незваных гостей.

Самостоятельно парень ни в жизнь не добрался бы к тому месту. Если бы не помощь Леи, гнить бы ему в этих Ядовитых болотах до скончания веков Тальгарда.

Немало времени прошло, когда Несущая Смерть, наконец, остановилась, и Сальват разглядел большое дерево, растущее из болота. Оно наклонилось ветвями так низко, что кроной опускалось в зеленую жижу.

— В этом месте многие побывали. — Пояснила его будущая жена. — Можешь мне поверить, здесь ничего нет.

— Я знаю. Теперь покажи мне, в какой стороне озеро.

Ведьма аккуратно повернулась и указала рукой в другом направлении.

— Там.

— Вот и отлично! Нужно проследовать десять шагов в ту сторону и меч наш.

Лея с усмешкой посмотрела на Сальвата:

— Это невозможно! Стоит тебе сделать хотя бы один шаг, и ты провалишься в болото.

Юноша и без нее это прекрасно видел.

— Значит, в этом направлении никто никогда не ходил?

— Скажем так, на тропе до кривого дерева уже давно никого не видели! А лишенного рассудка человека, который бы отважился пройти по болоту — тем более!

— Значит, я буду первым.

— Что!? — ведьме на мгновение почудилось, что ее избранник шутит.

И тут в сознание ворвался знакомый до боли голос. Так же внезапно и стремительно, после чего Сальват неприятно скривил лицо от чужого присутствия в своей голове:

— «Иди»!!!

Юноша посмотрел на молодую ведьму и спросил:

— Как думаешь, Дух озера может обмануть?

— Никто не знает. С ним мало кто общался.

— А интересно, если бы я тебя убил, он точно дал бы мне за это что-нибудь ценное?

— Он об этом попросил? — Лея негодовала.

— Не беспокойся, я ему отказал. Что я, рассудка, что ли лишился?

— Вот, негодяй!!!

— Я думаю, это была своего рода проверка. Он прекрасно знал, что я этого не сделаю.

— Пусть даже так! Но каков подлец!

Голос вновь дал о себе знать:

— «Ты будешь идти или нет»?!

Юноша взглянул на Лею, потом снова на Ядовитые болота, и ведьма поняла, какой замысел он планирует осуществить.

— Сальват, нет! Ты же не собираешься этого делать?

— Я уже это сделал…

Молодой парень оторвал от твердой земли левую ногу и ступил в зеленую жижу, перенося на нее вес. Можно было услышать, как вскрикнула его будущая жена, негодуя по такому поводу.

Но, к счастью, ничего не произошло.

Сын Джарета не упал в омерзительные болота и не погиб в ядовитой жидкости на глазах у молодой ведьмы на радость зеленым змеям. Его левая ступня только чуть-чуть продавила водянистую пленку и обнаружила под собой твердую поверхность трясины, что смогла удерживать вес взрослого человека.

Это было немыслимо!

«Магия» — подумал парень.

В носу, в который раз, защекотало, а в горле запершило от постороннего невидимого колдовства.

Дух озера впервые за свое существование, не охранял Великий меч Нарвы, а помогал обычному человеку завладеть этим сокровищем.

— Думаю, тебе не следует идти за мной. — Предупредил Сальват свою спутницу.

И Лея впервые с ним согласилась.

Следующий шаг юноше дался легко.

Теперь уже правая стопа нашла твердую поверхность, что соорудил для него из болотной трясины Хранитель меча. Это было просто удивительно — стоять посреди Ядовитого болота, удерживаясь на ее зеленом ковре.

«Видел бы его сейчас некромант! Подавился бы от зависти!».

Юноша продолжил считать шаги. Три… Четыре… Пять.

Вокруг него засуетились ядовитые змеи.

Что за наглец покусился на их собственную территорию, и безнаказанно шагает, оставляя грязные следы на водянистой поверхности?

Шесть… Семь… Восемь.

Сальват считал вслух, чтобы (не дай Великие Боги!) не ошибиться. Иначе лишний шаг Дух озера не позволит ему сделать, а парень просто-напросто упадет в зеленую пасть смертоносного болота и закончит свою судьбу (а также судьбу несравненного Тальгарда) прямо здесь и прямо сейчас.

Девять… Десять.

Сын Джарета остановился.

Никакого предмета, хотя бы отдаленно похожего на меч королевы Нарвы, перед собой он не видел.

Юноша стоял на середине Ядовитого болота и не представлял, что делать дальше. Расстояние до ближайшей ветки или старой коряги было шагов семь-восемь, которые еще было нужно пройти. А Дух озера определил местонахождение древнего оружия прямо под его ногами, если ему конечно, можно было верить. И спустя некоторое время, опасения Сальвата подтвердились.

— «Ныряй»! — голос появился из ниоткуда, вихрем ворвавшись в незащищенное сознание.

Юноша повернулся к молодой ведьме, которая с нетерпением стояла на берегу и доходчиво объяснил:

— Чтобы не произошло, не вздумай за мной идти. Просто поверь!

Слова звучали, словно последнее желание перед смертью. И это совсем не понравилось Лее. С того места, где сейчас находился ее возлюбленный, было всего два пути: по своим же следам назад к берегу, либо…

Молодая ведьма не успела закончить мысль, потому что это самое «либо» тут же случилось. Сальват прыгнул в раззявленную пасть змеиного болота, строго в то место, куда указал знакомый голос.

Магия сокрушительной волной пронзила Нарванский лес, перехватывая дыхание, и мгновением раньше сотворила свое перестроение реальности в лесу.

Зеленая жижа Ядовитого болота раздвинулась в обе стороны, и в том месте, куда нырнул молодой парень, оказалась прозрачно-чистая вода. Юноша задержал дыхание и открыл глаза, чтобы осмотреться под куполом, что накрыл его с головой.

Здравомыслящий мозг обнаружил, что болота, скорее всего не существует. В глубине перед ним была просто бесконечность чистой прозрачной воды, в которую быстро погружался несовершеннолетний парень.

Сальват с удвоенной силой заработал руками и ногам, размеренно уходя все глубже и глубже. Через мгновения, появилось что-то похожее на дно неизвестного водоема. Виднелись очертания чего-то до боли знакомого. Того, что он когда-то уже видел в своей жизни, но не мог вспомнить.

Дух озера не обманул его, и вместо этого показал единственный путь к древнему оружию старой ведьмы.

Уже у самого дна, юноша сообразил, что оно выглядит как-то странно и непривычно. По мере приближения, разум Сальвата отказывался воспринимать увиденное, дорисовывая картину своим воображением. Но как не пытался объяснить сам себе молодой парень несуществующую нереальность, искаженную глубиной, сделать до конца это ему не удалось.

В последний момент, сын Джарета понял, что озеро чистой воды, которое появилось, судя по всему с помощью магии Духа, не соприкасается с дном. Между ними было большое пространство. Что совсем не вязалось с законами природы.

Юноша словно выпал из водяного мешка, и провалился на дно неизвестной пещеры. При этом, падая, он зацепил несколько небольших камней, которые сорвавшись со стены, обрушились на холодный пол.

Это было невообразимо!

Сальват находился в небольшой пещере, невесть откуда появившейся в зеленом змеином болоте. А вверху вместо потолка, как и подобает в таком помещении, вполне спокойно расположилось озеро.

Необъяснимо, но факт.

Над его головой была вода, неизвестно какой магией удерживаемая в воздухе, не давая возможности затопить пещеру.

Молодой парень огляделся.

В самом центре на песчаном полу, лежал тот самый предмет, что он видел, медленно погружаясь на дно кристально чистого водоема.

Это был меч королевы Нарвы.

За ним следовали в лесную обитель ведьм настоящие головорезы Тальгарда, понятия не имея, где искать.

Ну что ж!

Осталось только принять подарок.

Нет ничего проще!

Юноша поднялся на ноги и в этот момент справа что-то прошипело. Оно было далеко, но разглядеть плоскую зубастую морду с раздвоенным языком, ему не составляло труда.

Огромная змея, охранявшая меч в этом Богами забытом месте, за долгие годы существования, действительно удивилась. Впервые, за то время, что он находился в лесу, Сальват пожалел, что не взял оружие с собой.

Единственным способом защиты был тот самый меч, что лежал в нескольких шагах от его дорогой персоны. Он хорошо помнил слова Урфула, что применять оружие здесь нельзя. Но сейчас, в этот самый момент, выбора у него не оставалось. Умирать в таком странном месте от ядовитых зубов огромного чудовища Сальват просто не хотел.

Одного мгновения хватило ему понять, что сейчас произойдет, если он не поторопится.

Сын Джарета рванул с места с такой силой, что гонцы со всего королевства могли ему позавидовать.

Песчаный пол пещеры предательски замедлял скорость, отнимая драгоценное время, а позади себя юноша слышал, как зашуршали камни, отскакивая в стороны, потому что за ним ринулось длинное змеиное тело. Голодное шипение наполнило храм каменного пространства, эхом отзываясь даже в дальних уголках, ложно убеждая, что нападающих здесь целая армия.

Сальват прибавил скорости.

Он слышал, как сердце беспощадно застучало в груди, то ли от невыносимой нагрузки, то ли от страха. И уже почти преодолев расстояние, в самый последний момент, юноша прыгнул, хватаясь за рукоять древнего оружия.

Мир вокруг него вспыхнул ярким белым пламенем, словно его сознание погасло, наотрез отказываясь воспринимать другую реальность.

Он словно проник в параллельное пространство, в тот самый момент, когда коснулся могущественного артефакта королевы Нарвы.

Ослепительно белое сияние рассеялось.

Сальват обнаружил, что твердо стоит на ногах в этой самой пещере, а в руке держит зеленый меч. Его лезвие, украшенное золотистыми магическими рунами, светилось с удвоенной яростью, а рукоять опоясывали молнии белесоватого цвета, легко пощипывая запястье.

Большой злобной змеи и след простыл, но на ее месте стояла незнакомая женщина, одетая в длинное зеленое платье. Волосы у нее были яркого зеленого цвета, что придавало ей воинственный вид, хотя никакого оружия в ее руках юноша не разглядел.

— Ну, здравствуй, Сальват, сын Джарета.

— И тебе долгих лет жизни, незнакомка. Хотя, подразумеваю, что ты давно уже мертва.

Женщина улыбнулась:

— Совершенно верно! Меня зовут Нарва. Я владычица этого леса. А точнее говоря: сам лес — это «я». А теперь ответь на мой вопрос: кто тебе дал право трогать мой меч!?

— Я дал ему такое право! — Сальват не успел ответить.

За его спиной появился незнакомец в белых одеждах и встал по правую руку юноши.

Повернувшись в сторону, парень увидел, что его лицо было скрыто такого же цвета повязкой. Но вот голос Сальват отчетливо слышал. Мало того — он его сразу же узнал. Рядом с ним стоял Дух озера Нимер, собственной персоной.

Живой и невредимый.

— Ты!? — удивлению ведьмы не было предела. — Ты должен охранять мое оружие до скончания веков Тальгарда. Но вместо этого привел сюда мальчишку, позволив завладеть Великой силой меча!

— Он тебе уже не понадобится. — Ответил собеседник. — После твоей смерти, меч перейдет в руки нового хозяина.

— А за одно, избавит тебя от такой ноши, вернув на озеро. Верно?

— Пусть даже так! Но, этот молодой парень делает для всего Тальгарда важное дело.

— И какое же?! — Нарва уставилась на Сальвата, не понимая, что же в нем есть такое, чего нет у других смертных.

— Он идет освободить Филиуса из лап Темного призрака. Помнишь Заброшенную Цитадель? Твой меч больше послужит ему, нежели тебе.

— Не говори ерунды! Хранитель Тальгарда давно мертв. И в том месте нет ничего, кроме древних руин и мерзких жаккаров.

— Спроси этого мальчишку. — Настоял Дух озера.

И ведьма перевела взор на смертного, который сжимал в руке ее единственное сокровище.

Юноша заговорил:

— Это правда! Много лет назад мой отец получил рекулу от Фабиана…

— От кого!? — ведьма перебила парня.

— Видимо, это кто-то из Сильных магов, кто непосредственно связан с Богами. — Пояснил Сальват.

— Не утруждай себя объяснениями. — Поддержал его Дух озера в человеческом обличье. — Мы прекрасно знаем, кто это, верно, королева?

— Еще бы! И это не какой-нибудь Великий маг. Он является Верховным магом Богов. Я сразу почувствовала неладное, когда из вида исчез наш дорогой Филиус.

— Все верно! — Сальват снова взял слово. — Вместе с рекулой Фабиан подсказал, где найти ковчег, который мы вскрыли со своими друзьями. И происхождение его я должен выяснить у Хранителя Тальгарда. Я единственный наследник рекулы.

— Наследник, говоришь? И откуда же ты узнал о Заброшенной Цитадели? — королева Нарва теперь не была безразлична к его словам.

— Фабиан успел оставить красную книгу. Из нее мы узнали о Падшем Ангеле. А здесь в лесу, нам нужно имя Темного призрака, что сторожит Филиуса. И одна из твоих ведьм владеет этой информацией.

Нарва и Дух озера Нимер переглянулись.

Если молодой парень действительно пытается спасти Тальгард, ему надлежало помочь. Их существование, пусть даже в виде бессмертных легенд, могло закончиться, вместе с их родным миром.

— И ты собрался взять в жены одну из ведьм? — спросила Нарва.

— Это было твое предание. Отец Леи лишь воспользовался им, чтобы спасти дочь.

Дух озера подошел к королеве:

— Вот видишь! Кто еще будет достойнее твоего меча? Думаешь, я сделал неверный выбор?

— Что же произошло такого в нашем мире, что сам Фабиан мог позволить себе отдать рекулу простому смертному? — ответила вопросом на вопрос Нарва.

— Мы не можем этого знать. Но, я верю, что стоящий перед тобою мальчишка, позже даст ответы на все интересующие нас вопросы. Он освободит молодую ведьму из плена Нарванского леса, и она назовет ему имя призрака. А после этого, Филиус будет свободен, чтобы поведать нам правду о происхождении ковчега. И мы, наконец, узнаем, какая страшная участь заставила Великих Богов обратиться к человеческому роду за помощью.

Королева Нарва замолчала.

Слова Духа Озера произвели на нее впечатление.

Она и без них понимала, что оказывает неизгладимую услугу всему Тальгарду, вверяя свой меч человеку, кто сможет найти ответы на поставленные вопросы. И как бы ей не хотелось расставаться со своим магическим оружием, другого выбора у нее просто не было.

Ведьма внезапно закрыла глаза и приставила руки к вискам, словно пытаясь прочитать чьи-то мысли:

— Марилика!

— Что!? — мужчина, олицетворяющий Дух озера, не совсем понял ее слова.

— Марилика! Она знает, что вы здесь! — вновь повторила королева. — Тебе нужно срочно возвращаться.

— Так ты отдашь мне меч? — уточнил парень.

Лесная ведьма, будто его не слышала.

Вместо ответа, она заговорила непривычным грубым голосом:

— Я — королева Нарва, правительница этого леса. Назначаю тебя, Сальват, сына Джарета, Хранителем Древнего оружия и пусть этот меч сослужит тебе Великую службу, или умрет вместе с тобой. Прощай, Сальват. И да хранят тебя Великие Боги!

Старая ведьма подняла руки вверх и прошептала заклинание.

Молодой парень не слышал ее слов, но почувствовал, как мир вокруг него снова превратился в яркое свечение и окутал с ног до головы.

Пленяющая неизвестность затмила разум и соорудила выброс внезапной энергии, что вытолкнула Сальвата из глубины Ядовитых болот в привычный Тальгард.

Глава 14 Марилика

— Сальват, очнись! — удары по щекам были болезненными.

Лея изо всех сил приводила в чувство своего возлюбленного.

Юноша пришел в сознание и приоткрыл глаза. Он лежал на узкой тропе. Щеки горели от ударов молодой ведьмы. Она предпринимала все попытки, чтобы привести его в сознание.

— Великая Нарва! Ты очнулся!

— Я видел ее… — выдавил из себя молодой парень.

— Кого? — не сразу поняла Лея.

— Нарву. — Юноша поднялся с земли, ощущая в правой руке тяжесть зеленого меча.

Он был вложен в разукрашенные ножны и скрепленные с поясным ремнем.

Лея узрела Древнее оружие:

— Тебе удалось добыть меч?

Сальват улыбнулся:

— Ты была права. Дух озера убедил королеву отдать мне меч. Теперь я его владелец.

Молодой парень пристегнул ремень к поясу, нарушая все писаные и неписаные законы. Каждый посетитель этого места твердо знал: с оружием в лес нельзя!

Но сейчас не до пророчеств.

Это был подарок самого леса.

— Ты говорил с ней!?

— Конечно! Но мы не успели закончить разговор. Нарва отправила меня обратно, и поведала, что Марилика знает о нашем прибытии. Потому нам стоит торопиться к лагерю карликов. Твой отец нас ждет!

Несущая Смерть помогла подняться молодому юноше, и пристально взглянула в глаза:

— Ты уверен, что видел именно ее?

— Я видел их обоих: Духа озера Нимер и королеву Нарву в человеческом обличье. Думаешь, откуда у меня ее меч? Смог бы я силой его забрать?

Лея с гордостью посмотрела на будущего мужа. Молодой парень с зеленым мечом в Нарванском лесу — немыслимое и исключительное явление.

— Нам нужно спешить в лагерь карликов. — Напомнил Сальват. — У тебя будет только один шанс увидеть отца. Вместе мы выберемся из леса.

Молодая ведьма и несовершеннолетний парень вернулись на широкую тропу. Они направились в том направлении, где исполнить предание королевы Нарвы было проще простого. Вернуться назад им могли помочь только карлики Нарванского леса. Стражи, что испокон веков, охраняли вход в ведьмину обитель.

По дороге обратно лес снова стал приобретать тусклый оттенок. У самого озера было невероятно светло, но по мере отдаления, заметно сгущались сумерки.

Старик Урфул объяснял, что лес живет своей непонятной ни для кого жизнью, о чем ранее предупреждал однопалый Хамон. Юноша догадывался, что нагнетающую тьму творит далеко не лес. И это ему предстояло узнать немного позже.

Обогнув два попутных дерева, путники заметили тусклый костерок чуть вдали. А достаточно приблизившись — и два размытых очертания, в которых юноша сразу же узнал стражей Нарванского леса. Они все также сидели у красно-желтого пламени, ожидая очередных посетителей с порцией меда Хилланской пчелы.

Лея и Сальват огляделись вокруг. Старика Урфула нигде не было, и это настораживало.

— Стражи леса приветствуют Несущую Смерть в своем лагере. — Ивар первым увидел молодую ведьму и поспешил раскланяться.

— Где Урфул? — молодой парень задал вопрос прямо в лоб.

— Вам нужно взяться за руки. — Ёрмунд проигнорировал его слова. — Просто доверьтесь мне и расслабьтесь.

Лея тут же отстранилась от Сальвата, чтобы ненароком тот не успел схватить ее за запястья. Карлики в мгновение ока могли воспользоваться ситуацией и выдворить их из леса.

И теперь вопрос звучал из ее уст:

— Где мой отец!?

Голос звучал угрожающе.

Карлики озабоченно переглянулись.

Несущая Смерть обладала здесь огромным влиянием, потому стражи не позволили себе пропустить мимо ушей слова молодой ведьмы.

— Марилика увидела вас в своем видении. И как только об этом узнал Урфул, сразу же направился на Холм Черепов.

— На Холм Черепов!? — Лея была вне себя от ярости. — Она же убьет его!

— Погодите-ка! — до Сальвата наконец-таки дошло. — Вы хотели отправить нас двоих за пределы леса?

— Конечно.

— Вы выполнили мое желание, и теперь…

Ивар перебил его:

— А ты смышленый парень! И прекрасно догадался, что произошло. Свой шанс ты уже использовал. Теперь мы выполняем желание Урфула.

— Значит, он останется здесь? — Лея смотрела в глаза Ермунду.

Карлик яростно готовился выполнить волю ее отца.

— А разве он не сказал юноше о своей затее?

— Конечно, нет! — закричал Сальват.

До юноши, наконец, дошло: Урфул гордо пожертвовал собой, чтобы спасти единственную дочь из плена Нарванского леса.

Марилика покарает его за это!

— Идем на Холм Черепов. — Быстро сообразил Сальват. — Нам нужно помочь твоему отцу.

— Не лучшая идея! — один из Карликов хотел их остановить, но было уже поздно.

Лея первой бросилась по тропе, что вела к жилищу старой ведьмы. Юноша с трудом поспевал за ней. Зеленый меч королевы замедлял движения, цепляясь за каждую упавшую ветку дерева.

Бежать пришлось долго.

Лея ловко перепрыгивала через лежащие коряги, и огибала невидимые берега Ядовитых Болот. Сальват старался не отставать. Древнее оружие нарушало равновесие, когда юноша менял направление. Дыхание сбилось, и ноги стали заплетаться от непрерывного бега. И вот когда уже силы оказались на исходе, они достигли Холма.

У самого его подножия стоял старик Урфул, а над ним в воздухе зависла старая ведьма в рваной одежде, с грязными развевающимися волосами.

В руках она удерживала кривую саблю.

— Мама, нет! — голос Несущей Смерти раздался над лесом с такой яростью, что юноша инстинктивно закрыл уши.

Марилика увидела их появление.

Она украдкой бросила взгляд на свою дочь, и лишь на мгновение замешкалась.

Этого мгновения хватило Сальвату, чтобы броситься к старику Урфулу, выхватывая из ножен меч королевы Нарвы.

Последним рывком обессилившее тело, преодолело заветное расстояние, защищая беспомощного старика.

Оружие застыло над головой отца Леи, отражая атаку сверху, и кривая сабля соприкоснулась с Древним зеленым лезвием.

От удара онемело правое запястье и загудело в голове.

Стальные узкие полотна высекли яркие искры. И в этот миг бирюзовые руны на мече Сальвата словно бы ожили, засветившись ярким сиянием.

Марилика отпрянула в сторону, удивленно уставившись на магический клинок.

«Кто посмел притащить в лес оружие, вопреки указаниям карликов?».

Но, потом узнала Древнее оружие в руках простого смертного юноши.

— Кто ты такой!? — ее голос звучал еще противнее, чем голос Таррона, посетившего некогда трактир «Пивная Борода».

Великая сила Нарвы плеснула поток жизненной энергии в теперешнего хозяина. Бурлящая кровь привнесла силу в человеческое тело. Зеленый меч, словно магия гномьих рун, вонзилась в руку молодого парня искрящимися нитями. И стала с ним единым целым, подчиняясь воле королевы Нарвы.

— Это муж твоей дочери! — что есть сил, крикнул Урфул. Но в глазах читался один единственный вопрос: «Зачем вы сюда пришли?». — Он заберет ее из леса. Таков закон королевы Нарвы!

— Я — здесь закон!

Марилика снова атаковала.

Кривая сабля, выполнив ложное движение, бросилась на молодого юношу.

Звон за звоном, зеленый меч отражал удары, неистово помогая своему хозяину сохранить жизнь. Сальвату показалось, что он трудится вопреки его желаниям. То ли от талантливого мастерства юноши, то ли от умелых движений меча, но Марилике не удавалось сразить молодого мальчишку. Единственной возможностью, которой она не побрезговала воспользоваться, была магия леса.

И Ведьма, естественно, владела ей не хуже сабли.

Лес замер в ожидании того, что в следующий момент попросит от нее старая карга. Какую часть его энергии подчинит Марилика?

И она попросила.

Большой светящийся шар замаячил у ее свободной руки.

Подчиняясь неумолимому желанию сделать все и сейчас, светящийся шар ринулся на Сальвата.

Урфул, поднявшись с земли, произвел свое колдовство, нарушая запрет. Никто не имел права пользоваться оружием в Нарванском лесу, а магией — тем более.

Огненная стрела коснулась руки старой ведьмы, и светящийся шар круто изменил траекторию, не меняя силы своего удара.

Сальват подставил лезвие зеленого меча, отражая магическую атаку. Удар был сумасшедшей силы. Золотистые руны замерцали разноцветным светом, поглощая частицы ведьминой атаки.

Марилика снова ринулась на не прошеных гостей, ни на мгновение, не сомневаясь в своей победе. Жалкие людишки почему-то решили вспомнить древний закон леса, не спрашивая ее разрешения.

Она выберет судьбу для своей единственной дочери сама.

Она, и никто больше!

Даже Урфул, по ее мнению, не имел на это права. Будь он проклят Великими Богами!

Нечленораздельные звуки прозвучали из уст Марилики и лес немедленно задрожал.

Теперь Сальват понял, откуда черпает энергию старая карга. Ветвистые кроны деревьев подчинялись ее желаниям, отдавая все самое драгоценное, лишь бы ведьма осталась довольной.

Трудно представить, что бы произошло в этот момент, если бы не вмешалась Несущая Смерть:

— Не смей этого делать!

Лея оказалась на пути заклинания, своим не меньше магическим даром останавливая колдовство матери. Две, неизвестно откуда появившиеся сущности столкнулись лицом к лицу, друг другом гася избыточную энергию.

Марилика, обезумела, обнаружив свою дочь, сражающуюся на противоположной стороне.

— Немедленно отойди! — снова этот мерзкий голос вещал над Нарванским лесом.

— Это моя судьба! — воскликнула Лея, загораживая собой отца и будущего мужа.

— Судьба!? — Марилика взмыла вверх, словно охотящийся коршун, готовый в любое мгновение броситься на свою жертву.

И тем страшнее он был, неся в руке кривую саблю, не меньше несущую смерть, нежели черная пантера.

— А ты знаешь его истинное пребывание здесь?! Спроси своего избранника! Если, конечно, ему хватит духу рассказать!

Вот тут Сальват искренне пожалел, что не поведал свою историю ранее.

Лея смотрела на него, ничего не понимая, а вот старая ведьма — наоборот.

Она знала многое.

Урфул ей рассказал.

— Ты права! — юноша воскликнул, что есть мочи. — Я пришел спасти Тальгард. И чтобы осуществилось задуманное, мне нужно знать имя призрака у Заброшенной Цитадели. Кроме того, я дал слово, что возьму в жены Лею, освободив ее от гнета Нарванского леса. И мы вместе спасем этот мир, частью которого ты тоже являешься!

Молодой парень доверчиво посмотрел в глаза своей возлюбленной и нашел в них понимание.

— И я клянусь! — продолжал сын Джарета. — Что бы ни случилось, я буду хорошим мужем, о котором можно только мечтать! Ты не пожалеешь!

Последняя фраза принадлежала Марилике.

Урфул с гордостью взглянул на несовершеннолетнего мальчишку и слезы проступили у него на глазах. Неужели, по истечении стольких лет, он, наконец, принял верное решение? О котором не станет сожалеть!

— Никогда этому не бывать! — голос старой ведьмы наполнил Нарванский лес, заставляя незваных гостей заслониться от порывистого ветра.

Марилика еще выше взметнула над Холмом Черепов и развела руки в стороны:

— Гул Амба Харраг!

Теперь лес не просто задрожал.

Он больно заплакал, всем своим существом прося пощады.

Ведьма атаковала с неистовой прытью.

Словно невидимый гигант ударил мощной лапой изнутри в земную поверхность, заставляя всех вокруг потерять равновесие.

Краем глаза Сальват увидел, как от удара вспорхнула над землей его возлюбленная, в воздухе превратившись в черную пантеру. И падая вновь обрела вид молодой девушки, беспощадно приземлившись на твердую землю в нескольких шагах от того места, где находилась ранее.

Урфула отбросило влево, ударив в близлежащее дерево.

А юношу болезненно крутануло над землей, повалив под ноги Великому противнику. Меч Нарвы неожиданно вырвался из его руки, оставляя своего хозяина беспомощным и безоружным.

Старая ведьма была здесь поистине сильна.

Уже напоследок сын Джарета успел соорудить защитный купол, как учил его Золтар, но взмахом кривой сабли, Марилика разрушила неумелое заклинание мальчишки.

Все!

Это конец.

Никакие Великие Боги не смогут теперь спасти его никчемную жизнь. Душа вспорхнет над зачарованным лесом, и принцесса Мертвых не упустит момента завладеть бесхозной душой.

Ведьма занесла свое оружие для заключительного удара, и с превеликим удовольствием рубанула сверху вниз, заканчивая надоевшее действие.

Сальват зажмурился.

Смерть должна наступить немедленно и желательно безболезненно. «От судьбы не уйдешь!» — чьи-то сказанные слова воспоминаниями мелькнули в голове.

И после этого раздался характерный звон, словно остро заточенное лезвие ударилось обо что-то металлическое. Вибрация металла зазвенела над головой парня, понемногу умолкая приятной музыкой.

Сын Джарета приоткрыл глаза.

Непоколебимый Ивар стоял перед ним на одном колене, прикрывая его беспомощное тело от удара сабли круглым щитом.

«И откуда он только взялся?».

— Не сметь!!! — ведьма была на грани безумия.

Никогда в истории леса, карлики не защищали незнакомца от хозяйки Нарванских просторов.

Это было просто немыслимо.

— У нас не исполненное желание! — Ивар возопил, над Холмом Черепов. — Мы завершим сделку, после этого делай с ним, что захочешь!

Только Марилику было уже не остановить.

Она знала, какие желания исполняли стражи. Их было всего два: показать путь в лес или выйти отсюда.

Старуха с горечью подумала, если этот сорванец вместе с дочерью юркнет из леса, то она навсегда потеряет дочь.

Магия ведьмы снова сработала, как и должно.

Карлика отбросило от Сальвата, словно травинку под действием слабого ветерка. Он кубарем покатился к подножию Холма, разбрасывая оружие по холодной земле.

Снова возникла пауза для атаки.

И вот уже Урфул бросился на Марилику.

Ведьма воспарила над землей, издала дикий рев, и своей магией пригвоздила старика в земле. Отец Леи издал беспомощное рычание. Но сломить сопротивление старой карги не смог.

Каждая живая душа пыталась спасти юного мальчишку. Словно его жизнь представляла для этого мира ценное сокровище.

Ведьма с горечью осознала, что сегодня сражалась одна против всех. Но грозное, воинственное существо, каким бы древним и трухлявым не казалось, отказывалось принимать волю королевы Нарвы.

Марилика была сильна.

Сильнее любого в этом лесу.

И, скорее всего, сильнее всех вместе взятых.

Оставляя Урфула лежать на земле, карга снова метнулась к молодому мальчишке, обвиняя его во всех навалившихся бедах.

Перед нею вырос еще один страж.

Ёрмунд прикрыл щитом юношу от стремительной молнии. Громкий разряд ударил в зачарованную сталь и рассыпался на миллионы мелких кусочков.

Ведьма просто взбесилась.

Своей когтистой рукой она вырвала щит из лап карлика и воткнула кривую саблю в его беззащитное тело.

Теперь Нарванский лес застонал от горя.

Один из стражей, поклявшийся защищать местную обитель, был на грани жизни и смерти. Древний клинок пронзил тучное тело насквозь, обагрив кровью неровное лезвие.

Ёрмунд зарычал, издавая предсмертный клич.

А справа уже атаковала черная пантера.

Она прыгнула, словно хищник на отмеченную жертву. Острые клыки метили в незащищенную шею. Но в последний момент Марилика подставила дряхлую руку.

Зубы животного сомкнулись на тонком запястье.

Ведьма освирепела, когда собственная дочь вступила с ней в схватку.

Поврежденной рукой, она отбросила Лею, пытаясь как можно скорее вынуть свое оружие из тела поверженного карлика, что все еще стоял на ногах.

— Уходите! — раздался знакомый голос Урфула за спиной Марилики.

Старик сотворил удерживающее заклинание, и направил его на хозяйку леса.

И вот тут ведьма поняла, что сейчас произойдет.

В спину ей ударил сильнейший заряд яркого пламени, мешая вынуть кривую саблю, застрявшую в брюхе Ёрмунда.

Карлик, тратя угасающую энергию, руками обхватил рукоять оружия, даря беглецам драгоценные мгновения.

Конечно, такие бесполезные манипуляции не могли остановить ведьму, но этого и не нужно было делать. Они позволили выиграть время, которым, вполне понимающий, что происходит Сальват, должен был воспользоваться.

Юноша схватил зеленый меч, и быстро, преодолев расстояние в несколько шагов, бросился к лежащей на земле черной пантере. Для перемещения ему было достаточно взять ее за руку, но парень обнял свою будущую жену и закрыл глаза.

«Будь, что будет!».

— Я, Урфул, сын Алагая, — послышалось в Нарванском лесу. — Находясь в здравом уме и трезвой памяти, исполняю предание королевы Нарвы. Тем самым отдаю свою дочь Лею в жены Сальвату, сыну Джарета. Даю свое полное благословение и да пребудет с ними сила Нарванского леса!

Голос старика звучал так громко, что содрогнулись даже рядом стоящие деревья. А когда эхо затихло, небольшой дымком средь высоких крон, выпорхнула размытая сущность, которая была сильно похожа на умершую давно королеву, и эхом отозвалась:

— Да будет так!

Марилика освободилась от магии Урфула, и наконец, вынув кривую саблю из неподатливого тела Ёрмунда, ветром метнулась к своей дочери.

Но, к сожалению, было уже поздно.

Раненый Ивар уже творил свое «грязное» дело.

Опустившись на одно колено, он сплел знакомое заклинание.

Холодный ветер мелькнул среди великанов-деревьев, выполняя единственное желание старика Урфула. Нарванский лес принял благословение настоящего отца молодой ведьмы, и предание королевы свершилось.

Старая ведьма метнулась к карлику и сверху вниз ударила остро заточенным оружием.

Клинок разрубил мощную голову стража и, продвигаясь ниже, разделил безжизненное тело на две части. Обе половинки с грохотом повалились в разные стороны, оставляя Нарванский лес совсем без защиты.

Оба стража были мертвы.

За мгновение до этого, зеленоватый туман укутал тела молодого парня и черной пантеры, а позже рассеялся, показав, что внутри него ничего нет.

Перемещение произошло, как бы того не хотела старая карга.

Марилика медленно подошла к последнему, оставшемуся в живых противнику, и, схватив его, подняла над землей:

— Ты всегда приносишь беду, Урфул. Зачем ты появился в этот раз?

— Я не… позволю тебе… переселиться… в тело… моей дочери… — крепкая когтистая рука сильно сжимала горло, мешая говорить.

— Ты же знаешь, я никогда бы этого не сделала. Слишком сильно я ее люблю! А ты умудрился ее отобрать.

— Можешь меня… теперь… убить… — как будто с облегчением предложил худощавый старикан.

— Ну, уж нет! Ты будешь жить! — сказала старая ведьма. — Но твое тело вместе с душой навеки будет принадлежать только мне.

Урфул в ответ ласково улыбнулся:

— Я мечтал… об этом… почти… двадцать лет.

Огромный разрыв появился в плотной листве Нарванского леса и Ларвилас первым заметил перемену в этой части Тальгарда. Сопровождая безудержную магию стража, звонкий возглас пронзил спертый воздух точно в том месте, где ожидали возвращения своего друга трое терпеливых путников.

Друзья от неожиданности вздрогнули.

Словно невиданная сила ворвалась в этот мир, напоминая о своем присутствии. И то, что произошло в следующее мгновение, не сразу поддалось восприятию тонкого разума.

Трое друзей с изумлением наблюдали, как темная дымка скользнула сквозь кромешную тьму леса и выбросила на Божий свет молодого парня и черную пантеру огромных размеров. Два живых существа появились мгновенно, разрывая материю мира, и тяжелой ношей грубо приземлились на землю по эту сторону леса.

Слабая надежда на то, что друзья вновь увидят юношу, вспыхнула с невероятной силой, заставляя поверить в обыденную реальность.

Сальват был жив. И это радовало.

Но вместе с ним в Тальгард проникло опасное животное.

Видимо, пантера преследовала молодого парня и во время перемещения, юркнуло за юношей из недр Нарванской обители.

Азакар выхватил меч, пытаясь атаковать страшное чудище, пока не услышал тихое бормотание Сальвата, пришедшего в себя после тяжелого перемещения:

— Не делай этого… Она… моя названная… жена…

Голос еле слышно звучал на фоне реального мира, но широкоплечий силач все же уловил отзвуки с трудом сказанных слов.

И, услышав его слова, зеленый орк на миг переглянулся с эльфом, убеждаясь, что все это ему не привиделось.

Он отступил назад, все еще сжимая в ладонях резную рукоять меча.

При малейшей опасности, холодное лезвие хладнокровно пустится в кровавую пляску по одному только знаку, поданному его несовершеннолетним другом.

Азакар прекрасно осознавал, что за это время Нарванский лес мог сотворить с парнем все, что угодно. Например, лишить разума, или того хуже — завладеть душой. А потому, оставалось поддержать свою интуитивную способность и просто поверить на слово.

До поры, до времени.

Сальват тяжело поднялся с земли, когда черная пантера приоткрыла ядовито-желтые глаза и молниеносно встала на все четыре лапы. Взгляд дикого животного уставился на единственного вооруженного противника, тогда, как остальные попросту застыли, не смея пошевелиться.

Пантера немного присела, перенося вес тела на задние конечности, и приготовилась к прыжку. Никто не знает, чем бы закончилось первое знакомство, если бы сын Джарета ее не остановил:

— Нет… Лея! Это мои… друзья.

Голос юноши прозвучал настолько тихо, что троица не поверили в то, что дикое животное его услышит. Да к тому же, поднявшийся коварный ветер, усложнял задачу, теребя плотную листву Нарванского леса, отчего создавался громкий эффект.

«Животное его не услышит!».

Тем не менее, звериный слух превзошел все их ожидания.

Черная пантера заметно расслабилась, успокаивая напряжение в своем животном теле. Ее завораживающие глаза отвели взор от потенциальной жертвы, и «чудище» молниеносно повернулось вокруг своей оси, обернувшись в красивую темноволосую девушку.

Друзья ахнули, поразившись такой неописуемой магии.

«Да! Нарванский лес умел удивлять своим великолепием!».

Дочь Марилики быстро перевела внимание от незнакомцев на лесную полосу и подняла обе руки вверх.

Сальват сразу догадался, чего она хотела:

— У тебя… ничего не получится! — голос его звучал уже увереннее, чем в прошлый раз. — Вернуться обратно… тебе не удастся.

Ведьма как будто не услышала его слов, продолжая лепить неизвестное заклинание, отчего тут же зажгло в носу и появилось легкое головокружение.

Стражи насильно вытолкнули их за пределы Нарванского леса.

Да, там на его просторах остался новоиспеченный отец. И что самое ужасное, в присутствие ее воинственной матери.

Молодой парень, пересилил усталость, поднялся на ноги и, подойдя к своей возлюбленной, осторожно положил руку ей на плечо:

— Остановись, Лея. — Она тут же повернула голову в его сторону, и в ее глазах юноша увидел неподдельную злость. — У тебя нет пути назад! Ты это знаешь! Тебе нужно было чем-то пожертвовать.

— Там мой отец… — ответила она и, сделав небольшую паузу, добавила: — и моя мать…

— Я знаю это. — Сальват пытался скрыть горечь в словах, но у него не очень-то и получилось. — Стражи мертвы. И больше туда никто не посмеет войти.

Участь Урфула молодой парень даже боялся предположить.

Но Лея все же сумела прочитать в его взгляде недосказанность, которая тяжелейшим грузом навалилась на плечи.

Молодая ведьма безнадежно опустила руки, прерывая и без того неудавшееся заклинание, и опустила голову, закрывая глаза. Такой беспомощной она не была с того момента, как родилась на Холме Черепов в деревянной хижине, оказавшись под надежным крылом Марилики.

Юноша обнял ее, привлекая к себе.

И потом спустя несколько мгновений почувствовал, как мокрые слезинки скользнули с ее глаз и посыпались на его коричневую рубаху, сползая словно капли утреннего дождя.

Молодая ведьма недолго находилась в объятиях парня.

Вытерев широким рукавом с лица остатки неизгладимой печали, она повернулась к троице его друзей, что преданно ожидала Сальвата по эту сторону леса.

— Меня зовут Лея. — Девушка с черными волосами сама представилась.

Азакар, Ларвилас и Кафир кивком головы поприветствовали юную особу, назвав свои имена.

Сальват объяснил, что по законам леса молодая ведьма стала его названной женой и теперь остаток своей жизни они проведут бок о бок в этом несравненном мире.

Худощавого старика Урфула, что изъявил желание провести его в лес, больше с ними не будет. Скорее всего, старая Марилика убила беднягу. Но, к счастью, он полностью оправдал доверие, показав вход в Нарванскую обитель и самое главное — выход.

Ценой своей жизни и жизни самих карликов, являвшихся бессменными стражами этого колдовского места.

Но еще более ценным подарком явилось то, что эта девушка действительно знала имя Темного призрака на Расколотом острове. И теперь она стала чуть ли не самым ценным членом их маленькой команды.

Друзья оседлали животных, готовясь к отправлению в прибрежную Торжу. Этот город должен стать следующей отправной точкой.

Неизвестный, до ныне остров, где безмятежно покоилась Заброшенная Цитадель под зоркой охраной Темного призрака, была следующим шагом. И маленький отряд Сальвата, во что бы то ни стало, обязан был достигнуть места назначения.

Там в Торже, если все пойдет по их с некромантом плану, они погрузятся на торговое судно Валиона, что доставит их к месту назначения. В любом случае, основное войско сына Джарета будет ждать на побережье Южного океана, а именно в городском порту.

В это самое место друзья и направились.

Теперь ведьму оберегали, словно зеницу ока.

Мохнатый Кафир тщательно выбирал безопасную дорогу, чтобы ненароком не встретиться с солдатами герцога.

Все королевство стояло на ушах.

По самым тайным уголкам разнеслась весть о побеге молодого парня, предвестника самой Тьмы, кого освободила странная компания в лице орка, эльфа и некроманта. Негодяи хладнокровно убили в «Песчаной Буре» лучших солдат капитана Шариза, за что удостоились звания отпетых головорезов.

По всей провинции Лиакаса рыскали патрули преданных «псов» герцога. И поимка опасных преступников была не за горами. Каждого жителя города и близлежащих деревень известили о присутствии смертоносного отряда, что с легкостью отнимал жизни у опытных закаленных бойцов. И в довесок, назначили щедрое вознаграждение за достоверную информацию о месте нахождения этих головорезов.

Маленький отряд Сальвата двигался предельно аккуратно, ступая тайными тропами, и не вызывая лишних подозрений. Осторожность занимала первое место в их уставе.

Всю дорогу до Торжи, скакуны передвигались быстрее грозящей молнии. И даже горбатые твари куркумов старались не уступать в скорости лошадей Леи и Сальвата. Но когда в поле зрения появилось размытое очертание входных огромных ворот, путники оставили животных и проследовали пешим ходом по направлению прибрежной Торжи.

Незнакомцы в седлах горбатых тварей вызовут больше подозрений, нежели мирно шагающие друзья, пусть и в сопровождении высокого куркума. Этот город с легкостью принимал представителей разных сословий и рас, коими собственно и кишел. Торговля в этом месте занимала высокое положение в процветании провинции.

Смешавшись с толпой, маленький отряд с легкостью достиг поселения и по единственной дороге, ведущей на местную пристань, направился к торговым кораблям.

В отличие от Лиакаса, располагающегося на реке Шенне, Торжа обосновалась на побережье Южного океана. Здесь, на бескрайних просторах береговой линии базировались войска барона Поль-Штебена, управляющего великолепной армией мечников, слывших лучшими бойцами несравненного королевства.

Его фиолетовые флаги, с изображенными пятнистых леопардов, располагались чуть ли не на крыше каждого жилого помещения.

Поль-Штебен держал в кулаке всю провинцию, принадлежащую Торже, и оберегал просторы Южного океана.

Другое дело торговые корабли, что время от времени пришвартовывались к местному причалу, доставляя неизгладимое удовольствие молодому барону отведать кусок прибыли от продаж на его непосредственной территории.

Купцов любили все.

Каждый торжец имел право воспользоваться или приобрести одну из экзотических вкусностей, что доставлялась сюда с далекого Даллонеда. Любой самоцвет, добытый в Нефритовых горах бородатыми гномами, пользовался авторитетом среди местных жителей. Люди в этом городе любили бессмысленно тратить жалование на всякие безделушки, а купцы в свою очередь, торговать этими самыми бесполезными вещами.

Так получилось и с Валионом, чье алчное сердце никогда не упустит заработать горсть золотых монет, пусть и полученных от законченных мерзавцев.

Золтар это знал, также хорошо, как и Сальват.

Морские бродяги Валиона готовы на многое, особенно за тальгардское золото.

Поэтому сюда по заранее продуманному плану и прибыли незваные гости для погрузки на торговое судно. Корабль Валиона готовился доставить их на Расколотый остров.

Никто не знал, насколько глубоко информация о его драгоценной персоне просочилась в провинцию Торжи. И где гарантии, что за близлежащим углом местного дома они не встретят патруль барона Поль-Штебена, действующего вкупе с солдатами герцога.

Но ужасным ожиданиям не суждено было сбыться.

Друзья без проблем достигли пристани, особо не выделяясь из толпы.

Золтар первым бросился в объятия Сальвата, не веря своим глазам. А когда узнал, что его подопечный умудрился привезти жену из проклятого леса, его удивлению просто не было предела.

Лея знала имя Темного призрака, в логово которого отправлялась вся его когорта воинов. И это непосильно облегчало задачу. Еще один человек мог сражаться за правое дело на стороне его немногочисленного отряда. И эта особа была чуть ли не самым ценнейшим представителем их маленькой горстки вооруженных бойцов.

Прибывшие путники погрузились на корабль Валиона.

Волны Южного океана довольно умело скрыли следы торгового судна, отправившегося в неизвестном направлении. На его борту находился опасный преступник со своим новоиспеченным отрядом, состоящий из устрашающих куркумов и отчаянных головорезов Тита.

Любой пассажир торгового судна по приказу молодого парня, немедленно вступит в бой, защищая его драгоценную персону. А уж его молодую жену — и подавно.

Их ждал Расколотый остров.

Он представлял собою две части.

Но безопасно высадиться, возможно, только на одной из них. Там, где территорию держали зеленые тролли, контролирующие горный хребет.

Конечно, существовал и другой путь.

Сразу пришвартоваться к той части острова, где, собственно говоря, и находилась Цитадель. Но тут возникала огромная неприятность под названием Пафиры. Эти морские существа с раздвоенными хвостами, считали за благо потопить пару-тройку торговых кораблей. И никогда не испытывали за это чувство вины.

Они жили в прибрежных водах, куда иногда все же заплывали купеческие корабли, невольно потерявшие курс.

Они-то и становились легкой добычей.

Из двух зол Сальвату пришлось выбрать меньшее.

Сражаться на твердой земле было для него привычнее, нежели вести подводную битву с кровожадными чудовищами.

Немногочисленное войско не успело даже опомниться, как судно достигло места назначения.

Во время швартовки к опасному берегу, что предстояло еще завоевать, путники увидели крохотное войско, похожее на зеленую переливающуюся волну, в которой опытный Азакар узнал неистовых жаккаров.

Тем не менее, высадившись на их прирожденную территорию, юноша поспешил направить соглядатая, чтобы разведать местные особенности рельефа и разузнать о враждебных пещерных троллях, что густо населяли отдаленный горный массив от Заброшенной Цитадели.

— Мы прошли долгий путь. — Золтар был горд своим пребыванием на этом острове. — Думаю, дальше нас не заходил даже твой отец.

— И в память о нем, мы закончим начатое им дело. В той части острова, нас ждет Падший Ангел. — Быстро заговорил юноша. — Наша помощь ему нужна больше всего на свете. На данный момент у нас есть имя Темного призрака, и я хочу его использовать. Все, что будет сделано у Заброшенной Цитадели — во благо Тальгарда! Так, что если вы сейчас меня слышите, Великие Боги, самое время помочь! Другого шанса может не представиться!

Сальват поднялся на высокий холм, где предстояло занять удобную позицию, чтобы осмотреться на местности и оценить реальные силы врага. Врага, который своей численностью превосходил даже непобедимую армию наемников с острова Святой Земли.

Глава 15 Расколотый остров

Соглядатай вернулся не скоро.

Сальват с Золтаром стояли на верху живописного холма, куда небольшой отряд из крепких воинов высадился с торгового судна капитана Валиона.

Пятьдесят лучших бойцов выделил однопалый Хамон под предводительством Юбы — коренного куркума, стародавнего жителя пустынной Сангражары.

Серая масса зверей выстроилась на холме, демонстрируя добротную силу. И любой зевака, увидев издалека куркумское построение, не рискнул бы и на версту приблизиться к подножию холма.

К войску Хамона добавился небольшой отряд торжских головорезов, под командованием старого Тита. Их цепь держалась позади серой массы куркумов и представляла собой не менее грозную силу. Каждый из воинов готов был броситься в бой лишь по мановению руки молодого мальчишки.

Итого, удалось скомплектовать отряд из восьмидесяти трех представителей разных сословий и рас.

Восьмидесяти трех отчаянных воинов, куда входили и друзья Сальвата. Да, что там говорить — сама молодая ведьма из Нарванского леса была с ним заодно.

«Несущая Смерть!» — вспомнил юноша.

Что сие означает, молодой парень пока не ведал.

И пусть звучит прозвище его названной жены над холмом Расколотого острова, раскатом голодного грома для негодующих жаккаров. Тех зеленых троллей, с кем некогда бился в пещере Роти со своим верным другом.

Теперь рассказы веселого гнома приобретали подлинные очертания. Близился тот миг, когда Сальват поведет свой отряд по стопам гнома «Пивной Бороды». Но самое важное, юноша сделает шаг вперед к тайне происхождения рекулы. Так далеко не продвинулся даже его отец.

Соглядатай поднялся на холм и сообщил:

— Жаккары видели, как корабль Валиона причалил к берегу. Войско троллей увеличилось в размерах, по сравнению с тем, что мы видели с океана.

— Все верно. Они подтягивают основные силы к пещерам, чтобы выстроить оборону у своего жилища. — Сделал вывод некромант.

— Я бы не сказал, что они просто готовятся к обороне пещер. — Опыт соглядатая подсказывал другую мысль. — Они намерены вступить в бой. При чем, немедленно и без лишних разговоров. Большинство их воинов нанесли боевую раскраску.

Сальват прекрасно знал, о чем говорит соглядатай.

Если боевая раскраска нанесена на тело воина, то без крепкой битвы отсюда им не уйти. Кто знает, сколько бойцов погибнет, пока их малочисленный отряд достигнет Заброшенной Цитадели. А достигнуть ее можно только одним путем — пройти подземными пещерами. Зеленые тролли точно не обрадуются. А потому, стоило готовиться к битве.

— Сколько жаккаров охраняют вход в пещеры? — спросил Сальват.

— Они его не охраняют. — Гордо заявил соглядатай. — Им просто незачем это делать. Дорога туда одна, и она соединяет их подземное жилище с этим холмом. Жаккары готовы атаковать нас прямо сейчас, обороняться нет смысла.

— Сколько их?

— Тысячи полторы. Не меньше. Зеленая армия уже двинулась в нашу сторону. Скоро подножие холма будет кишеть троллями.

Молодой парень задумался.

Если человек Тита говорил правду, то их поджидали большие неприятности. Как говаривал Азакар, «Несметному их полчищу нет конца!».

Каким образом они намерены победить зеленую армию?

— Поднимай воинов, боец. — Приказал Сальват. — Пути назад уже не будет. Мы проделали ужасно долгий путь, чтобы узнать имя призрака. И я не уйду отсюда, пока не освобожу Падшего Ангела. Так и передай! Ты все понял?

— Хорошо понял. — Соглядатай рванул к месту расположения их небольшого отряда, что по численности был заметно меньше жаккарского войска.

— Как думаешь, мы сможем победить? — после того, как боец удалился, Сальват задал вопрос Золтару.

— У нас есть цель. И мы будем к ней двигаться, не смотря ни на что. Если ты поверишь в победу, то так оно и произойдет. Тролли трусливы и берут числом, а если увидят перед собой горстку бесстрашных воинов, готовых рубиться до последнего вздоха, то могут и дрогнуть под таким натиском. В любом случае, командование отрядом я оставляю тебе. Ты — главная фигура в этом путешествие. Без тебя нам нечего здесь делать.

Сальват промолчал.

Лишь до того момента, пока к ним не приблизился зеленокожий орк:

— А ты, что скажешь?

Азакар не слышал разговор молодого парня с некромантом, но по лицам друзей понял, что они сомневаются в своей победе.

— Убьем их всех! — настроению зеленокожего друга можно было позавидовать.

Оно и понятно.

Орки слыли не менее кровожадными чудовищами.

Их неспокойная жизнь заключалась в бесконечной войне кланов. Поклоняясь единственному и ненасытному Ург-Гра-Кашу, зеленокожие здоровяки то и дело делили лесную территорию. Наскоро отстроенные поселения переходили из рук в руки по нескольку раз за месяц. Видимо, потому многие из них уходили в наемники.

Азакар не был исключением.

И прежде, чем познакомиться с Золтаром, он уже побывал на острове в первый свой поход. Жаккары вызывали у него отвращение. Он знал их силу единства и более-менее, представлял схватку против бесчисленного войска зеленых троллей.

— Может, сначала стоит поговорить с ними? — полчище врагов уже появилось в зоне видимости.

— Хотелось бы. — С сожалением сказал сын Джарета. — Но, боюсь, у нас нет на это времени.

Сальват уже хорошо различал силуэты коренных жителей Расколотого острова. Высокий прибрежный холм, где несколько мгновений назад мирно беседовали всего два человека, заполнился мохнатым зверьем Кафира. Следом за ними расположились головорезы Тита.

Воины готовились к битве, реально сопоставляя баланс сил.

Сальват мельком оглядел свой отряд.

Страха на лицах воинов он не увидел.

Может сильную озлобленность, но уж никак не трусость. Все шли за ним по зову своего сердца, и это, несомненно, радовало.

Единственный минус кружил над Расколотым островом — после такой беспощадной битвы, некоторых членов своего войска, сын Джарета не досчитается.

И это было бесспорно.

Внимательно осмотрев своих верных бойцов, юноша снова перевел взгляд на подступающую орду пещерных троллей. Расстояние между ними заметно сократилось, и уже явно просматривалась замыкающая линия вражеской волны.

«Ну, наконец-то! Теперь можно прикинуть их численность».

По меньшей мере, к ним двигалось около тысячи вооруженных жаккаров. Не так много, как вначале рассчитывал Сальват, но и по меркам его войска — не так мало. На каждого его отдельного бойца приходилось более десяти зеленых тварей.

Кто-то был одет в кожаных доспехах с хорошо выполненным стальным нагрудником, поножами и наручами. Возможно, детали своего обмундирования они могли приобрести в качестве трофея таких же незваных путников, как Сальват со своим малочисленным войском.

Оружием тролли снабжены были отнюдь плохо.

Мечи, копья, топоры.

Некоторые жаккары и вовсе носили только самодельные дубины, но это, к сожалению, мало что меняло. Любое палка в руках умелого врага — была смертельным оружием, что с легкостью отнимет драгоценную жизнь у любого замешкавшегося противника.

И с этим придется считаться.

Молодой парень с улыбкой посмотрел на Лею.

Ведьма бесшумно приблизилась к нему и положила свою легкую руку на плечо.

— Желаю легкой победы моему Сальвату.

Юноша еще раз улыбнулся.

«Несущая Смерть пожелала ему выжить!».

Из ее уст эти слова звучали как-то необычно.

— Это далеко не все твари. — Поспешил напомнить ему Азакар. — Большинство троллей трусливо прячется в пещерах. Они надеются, что этой армии им будет достаточно. Как же они глубоко ошибаются!

— Ты прав, мой друг. Чтобы ни произошло, цель у нас не изменится — нам нужно пройти сквозь пещеры. Другого выхода нет.

— Без боя, они нас туда не пустят.

— Я знаю. — Подтвердил его слова Сальват. — Это их территория. Их дом и укрытие. Остров теперь не принадлежит людям. Жаккары стали единоличными хозяевами в этом месте. И нам придется их переубедить.

— Убьем их всех! — Со злостью повторил орк.

— К сожалению, это неизбежно. Да помогут нам Великие Боги!

Сын Джарета много раз прокручивал сюжет в голове.

«Каким образом будет разворачиваться битва на острове?».

Все движения должны быть отточены до совершенства. Ни одна деталь не должна ускользнуть от цепкого взгляда юноши. У них был только один шанс. И никто, даже сам Таррон, не сможет теперь ему помешать.

Куркумы выстроились в цепочку на высоком холме.

Длинные луки мелькнули в их мощных лапах. В другом случае их воинственный вид заставил бы содрогнуться самую храбрую армию в Тальгарде.

Но только не сегодня.

Сегодня зеленые тролли защищали свою территорию.

Бесформенной массой они спешили к подножию холма встретиться с самой Принцессой Мертвых. А она, уже наблюдала с высоты птичьего полета, готовясь принять первую выпорхнувшую душу из поверженного тела.

И ей будет, чем сегодня полакомиться!

Жаккары приблизились на расстояние выстрела, и юноша поднял руку.

Куркумы приготовились к стрельбе.

Затрещали натянутые тетивы. Напряжение повисло в воздухе. Жители пустынной Сангражары затаили дыхание. А в воздухе запахло смертью.

Краем глаза, Сальват увидел, как рядом с серым строем примостился Ларвилас. Его эльфийский лук тоже не прочь был посодействовать собратьям по оружию.

Даже мало-мальски юнец знал, что произойдет в тот момент, когда юноша опустит руку.

Но вместо этого, он повернулся к Золтару и приказал:

— Зажигай!

Некромант вытянул крепкие ладони и совершил ими отточенные движения. Хаотичные взмахи рук выглядели, словно Золтар отгонял от себя тучу комаров.

Но только на первый взгляд.

Парень прекрасно знал, какое заклинание готовит для него некромант.

Руки его внезапно покрылись оранжевым пламенем, и Золтар произвел выброс возникшей энергии в сторону лучников, выкрикнув всего лишь два слова:

— Хура Умах!

Наконечники стрел пятидесяти одного воина обнялись с магическим пламенем, превращая грозное оружие в совершенное. Магическое пламя засияло теперь кроваво красными отблесками. Никогда в своей жизни, Сальват не видел чего-то подобного.

Зеленые твари заметили, что за подлость готовят для них незнакомцы. И краем глаза сыну Джарета показалось, будто войско троллей на мгновение замедлило шаг.

Но только лишь на одно мгновение.

Ровно до того момента, пока резкий голос не гаркнул на остановившихся, подгоняя сломленных духом бойцов.

Жаккары продолжили свое наступление. Расстояние между ними и отрядом Сальвата быстро сокращалось, заставляя тотчас принимать и так напрашивающееся решение.

Молодой парень выдохнул, и рука резко опустилась:

— Огонь!

Стрелы, толкаемые крепко сплетенными тетивами, вырвались на свободу, и стремглав помчались в сторону наступающего противника. Красивые яркие огоньки поблескивали на фоне небесного светила.

Юноша знал, магическое пламя не сможет погаснуть, даже когда достигнет тел жаккаров. Оно будет беспощадно жечь зеленых тварей, и ничем, никаким заклинанием, они не смогут успокоить такую прыть. Тела будут гореть, пока жизнь теплится в бренном теле.

Мгновение и горящие стрелы достигли своей цели. Огонь яростно ворвался в самые души противников, заставляя их невыносимо кричать от боли.

Кто-то из жаккаров сразу замертво упал на травянистую почву, не издав и звука. А большая часть, у кого еще сохранялись остатки жизни, каталась по земле, тщетно пытаясь погасить безудержное пламя.

Остальные особи, до кого не успел добраться огонь, продолжили свое наступление.

Теперь они уже перешли на бег. Перепрыгивая через поверженных соплеменников, жаккары и не думали останавливаться. Подлые завоеватели вторглись на их территорию, и их нужно было остановить.

Лучники вновь приготовились к стрельбе, обнажив зубы смертельных стрел. И снова Золтар наскоро слепил знакомое заклинание, заставляя беспощадное пламя облизать железные наконечники.

Этот выстрел может стать последним.

После него, жаккары приблизятся вплотную, и его войско вступит в ближний бой. А до этого, чтобы облегчить себе и так непосильную задачу, придется сократить численность противника до невозможно малых размеров.

Сальват снова скомандовал.

Смертоносные стрелы зазвенели, рассекая утренний воздух.

Снова истошно завопили жаккары, падая на травянистую землю уже у подножия высокого холма, где располагались их беспощадные враги. Зеленое войско уменьшалось в размерах, но, не так заметно, как хотелось бы молодому парнишке. Ни остановить, ни сломить их безудержную волю ему не удалось.

Третьего выстрела не будет.

Это мог понять даже неопытный воин.

Тролли подобрались уже достаточно близко, обнажая свое оружие и клыки. Считанные мгновения оставались до того момента, когда две неравные силы столкнуться у подножия холма.

Войско Сальвата ощетинилось, обнажая мечи, топоры, и Боги ведают какое еще оружие. Назад пути не было. Расколотый остров задрожал от напряжения, готовясь впитать настоящую кровь.

Юноша видел — большинство его соратников, не верит в победу, но никто, даже самый трусливый боец (если таковой, конечно находился на этом острове) не побежал к кораблю Валиона, спасаясь от неминуемой гибели. И сын Джарета был горд за своих подопечных. Безусловно, головорезы Тита ему доверяли, а он в свою очередь, ни при каких обстоятельствах не имеет права их подвести.

— Лея! — Сальват громко выкрикнул имя своей возлюбленной.

А потом произошло то, о чем каждый оставшийся в живых воин будет говорить в каждом углу несравненного Тальгарда, превознося бесконечную силу Нарванской ведьмы.

Ведьма выступила впереди войска и развела руки в стороны.

Жаккары видели ее, но остановиться уже не смогли. Твариная кровь заиграла в жилах все сильнее и сильнее, и уже никто, даже сам Деус, будь он жив, не сумел бы остановить воинственный клич обезумевших троллей.

Лея закрыла глаза и медленно сделала глубокий вдох.

Сальват, не понаслышке знакомый с Темной магией, явно почувствовал, что в Тальгарде стало чего-то не хватать. Несущая Смерть вбирала в себя саму жизнь этого прекрасного мира. Напряжение в воздухе достигло необозримых размеров, и в нос ударил не просто запах гари. На мгновение сперло дыхание, и заслезились глаза.

Тальгард застонал от невыносимой боли.

Его будто скрутило в три погибели. Реки и моря, горы и леса закричали от ненависти к Нарванской ведьме. Материя самого мира просила пощады за содеянные грехи.

Но юноша ее не слышал.

Для него сейчас ничего не существовало, кроме злополучной рекулы. Дело нужно довести до конца, даже такой ценой.

И вот когда тролли приблизились почти вплотную, уже поверив в неминуемое столкновение двух неравных сил; а сердца куркумов и людей бешено застучали в предвкушении хорошей схватки, ведьма атаковала.

Быстро, напористо и беспощадно.

Глаза ее внезапно открылись. Зрачки потемнели, впитав Темную магию запредельного мира, и она выдохнула в сторону зеленого войска.

Такой магии юноша раньше не видел.

Несущая Смерть впервые при нем показала себя во всей красе. Только позже это явление Сальват назовет — Дыхание Смерти. Ни один человек, или представитель другой расы, не способен на то, что в данный момент сотворила его названая жена.

Ее дыхание, превратившись в темную пелену, стремглав бросилось к войску троллей и укутало передний строй. Ничего подобного никто и никогда не видел. Черная дымка на мгновение притормозила атаку жаккаров. После чего ее существование в этом мире навсегда закончилось.

Воины переднего строя почернели и посыпались на землю, словно листья Черного дерева в момент наступления месяца Земли.

Очень много воинов — осознал Сальват.

Почти половина оставшегося войска троллей. И что самое интересное — они просто умерли и все! Никаких тебе истошных криков или воплей раненых. Всех, кого достигло Дыхание Смерти, покинула жизнь.

Прямо здесь. И прямо сейчас.

Магия Леи сработала, куда лучше, чем рассчитывал сам юноша. С такой силой можно с легкостью бороться с любой армией противника. Если «псы» герцога узнают о ней, весь Тальгард задрожит перед Великой Нарванской ведьмой.

Юноша видел взгляд своих воинов.

Они снова поверили в победу. Сомнение в их глазах растаяло, словно беспомощный снег с наступлением месяца Воды.

Парню внезапно стало так плохо, что подкосились ноги.

Наверное, каждый, кто был знаком с магией этом мире, почувствовал ее отголоски на себе. И он видел, как некромант согнулся в три погибели, не смея больше терпеть такую волшбу.

Лея тотчас сообразила, что к чему и схватила за руку своего мужа:

— Ты в порядке? — после ее прикосновения, стало намного лучше.

Сальват вдруг осознал, что армия троллей остановилась. Словно, невидимый барьер вырос прямо перед ними. Переполох, что произошел в их стане, понизил боевой дух зеленых троллей до нулевой отметки. И этим замешательством нужно было немедленно воспользоваться.

— В атаку! — командный голос юноши услышали все.

Даже сами жаккары.

Войско троллей заметно поредело.

Оставалось только добить зеленую армию, пока тролли не пришли в себя.

Коричнево-серая масса из куркумов и людей, плавным течением спустилась с холма и врезалась в зеленый хаотичный строй врага, принявшись крушить все на своем пути.

С первых мгновений троллей охватила паника. Не понимая, что же все-таки делать: бежать или все же принять бой, они нерасторопно пятились от обезумевшего противника.

Теряя драгоценных сородичей, тролли с ужасом наблюдали, как их войско уменьшается на глазах. Видимо, после Дыхания ведьмы, их предводитель покинул мир живых. И задавать темп битвы теперь стало некому.

Но позже, когда уже полегло немало их воинов, все же нашелся очередной смельчак, и принял командование на себя.

Жаккары опомнились.

Просто так отдавать ценные жизни никто из них и не думал.

Они все еще превосходили численностью, но войско Сальвата было уже не остановить.

Древний меч Нарвы впервые после стольких лет, заработал в полную силу. Под его натиском быстро гибли жители расколотого острова. Один за другим, жаккары падали под ноги своим противникам, после чего были перетоптаны в зеленую грязь.

В глазах рябило от зеленого цвета.

Их злобные рожи появлялись со всех сторон. Трофейные мечи, и самодельные палицы намеревались добиться однозначного эффекта. Чужеземцы должны были умереть. И никак иначе!

Тролли уже полностью пришли в себя, и грамотно распределились по периметру. Взяв неприятеля в кольцо, жаккары рассчитывали победить, загоняя противника в смертельный круг. Двое, а может быть и трое против одного — такую нехитрую тактику использовало зеленое войско. И этому боевому навыку никто их не обучал. Ведение битвы в численном превосходстве — по умолчанию подразумевало такой план.

Жаккары целенаправленно нападали небольшими кучками на каждого из бойцов Сальвата, окружая, и одерживали верх числом. Единственной возможностью сплотить малочисленный отряд, сомкнуть строй. Но, к сожалению, времени на такой маневр уже не осталось. Его войско бездарно рассыпалось у подножия холма, представляя для жаккаров легкую добычу. И собрать его воедино уже никому не удастся.

Теперь каждый был сам за себя.

Меч королевы Нарвы трудился так, словно сама ведьма держала в руках грозное оружие. Зеленые воины валились под ноги, отдавая душу Принцессе Мертвых. От запаха их внутренностей невыносимо жгло в носу. И при каждом ударе меча, как только кровь жаккара вырывалась на свободу, вонь усиливалась, отчего хотелось немедленно убраться подальше.

Армия троллей еще заметно поредела.

Но и юноша постепенно терял своих верных бойцов.

Он уже не ощущал под ногами твердую землю. Лишь мертвые тела, кровавым месивом расползающиеся по зеленой траве, ограничивали передвижения.

Сальват увидел, как справа мелькнула черное тело пантеры. Оно бросилось на очередную жертву, острыми клыками вгрызаясь в зеленое существо. А приземлившись, вновь обернулось в прекрасную девушку с мечом наперевес.

«Слава Богам! Его Лея все еще жива!».

Где-то вдалеке послышался воинственный рык Азакара, напоминая о своем присутствие, и творя бесчинства во вражеской армии.

Остальных друзей Сальват не мог разглядеть сквозь плотную завесу зеленого полчища. Лишь несколько куркумов орудовали короткими мечами в поле его зрения, получив от Кафира негласный приказ, оберегать наследника рекулы.

Сальват сразил очередного тролля. Переместился правее, уходя от замахнувшейся дубины. Тут же перед ним оказались еще двое, слаженно и одновременно атакуя. Убрать их не с дороги не составило большого труда. И вообще, тролли были далеко не бойцы. Хаотично размахивая оружием, они лишь могли использовать свое численное преимущество.

Юноша без особого труда уменьшал отряд жаккаров, постепенно теряя свой. Но неприятности только начинались.

Зеленого войска было еще достаточно много, а силы уже начали его покидать.

Меч королевы Нарвы успешно поддерживал энергию своего хозяина. Некоторые движения выполнял будто бы сам, направляя руку в сторону превосходящего противника. Он умело подставлял клинок под удар, парируя внезапную атаку. И с большим рвением рубил зеленые тела, «упиваясь» кровью поверженного соперника.

Ярость меча Нарвы прослеживалась в каждом взмахе. Жаль, что силы его нового хозяина были не безграничны. Сколько еще времени пройдет, когда измотанный юноша рухнет под ноги своим врагам. И не по той причине, что получит смертельную рану, а просто сил уже не останется.

Тут же вспомнился тренировочный бой с Хагримом на заднем дворе «Пивной Бороды».

«Ну, уж нет, мерзкие твари! Он закончит эту битву, во что бы то ни стало! И это случится раньше, чем силы его покинут».

Краем глаза молодой парень видел, как замертво падают куркумы и люди Тита.

«Сколько еще воинов остались сражаться на его стороне?».

«Сколько еще пройдет времени, когда молодой парень останется в гордом одиночестве?».

Вокруг него все плотнее сжималось зеленое кольцо. Жаккары жертвенно умирали, все ближе и ближе подбираясь к Сальвату.

Меч королевы Нарвы точно знал свое дело. Рубил налево и направо, оберегая нового хозяина. Казалось, бесчисленному войску Расколотого острова не было конца.

«Каким образом рассчитать силы, если их катастрофически не хватает?».

Сальват снова сразил двух троллей, не давая возможности третьему провести завершающий удар.

Жаккары всем скопом рвались к его драгоценной персоне.

Они давно разглядели в нем предводителя.

Теперь будет намного жарче. Каждая зеленая особь, будет пытаться его убить, чтобы обезглавить и так быстро уменьшающийся на глазах отряд.

— Защитить Сальвата! — голос Золтара вспорхнул над холмом.

Некромант понял замысел кровожадных жаккаров, и вовремя сориентировался в ситуации.

Вот уже в зоне видимости показалась мощная спина Азакара, что с боем пробивался к нему. А вслед за ним двинулись два куркумы, выполняя приказ.

«Где же Лея и Ларвилас?».

Немой вопрос остался без ответа.

Пытаясь оглянуться, парень попал под атаку сразу четырех жаккаров. Пещерные твари ловко его окружили, ограничивая передвижения, и намеревались закончить битву, пусть и ценой своих собственных жизней.

И впервые за время схватки, Сальват применил заклинание.

Зеленое, украшенное незнакомыми рунами, лезвие сработало как надо, сражая сразу трех противников. И одновременно с этим, свободная ладонь выплеснула магическое пламя точно в лицо четвертому троллю.

Беспощадный огонь с удовольствием облизал недовольную морду, заставляя соперника закричать от боли.

Юноша переместился левее, рубанув наотмашь очередного противника.

И снова атаковали два свирепых тролля, заставляя Сальвата отскочить назад и защититься от удара здоровой дубины.

Но что-то в их глазах показалось юноше странным.

Взгляд был не таким, как раньше.

«Точно, не таким!».

Укладывая на землю их бренные тела, сын Джарета, наконец, догадался. Лея поведала силу своей магии, умерщвляя Дыханием Смерти большинство тварей за один присест. И вот теперь Сальват показал, на что он способен. А если представить, что любой член войска владеет определенной стихией, в душу каждому пещерному выродку, прокрадется единственное ужасающее чувство.

— Страх! — юноша не сразу сообразил, что произнес это слово вслух, защищаясь от следующего противника.

И словно читая его мысли, в трех местах схватки вспыхнули яркие свечения разного цвета. Лея, Тит и Золтар плели свои заклинания, напоминая врагу, что он столкнулся не совсем с обычным противником.

Страх должен был смениться на ужас.

На иное Сальват и не рассчитывал.

Следующий враг напал уже со спины, и от этой твари уже ничего не спасло жизнь Сальвата, если бы не подскочивший Ларвилас.

Как же он был рад видеть своего друга живым!

Тролль рухнул, словно подкошенный, схватившись за шею, в которой торчал эльфийский кинжал.

— Они дрогнули! — что есть силы, закричал Азакар. — Добьем этих гадов!

И в тот же миг, то ли от рыка его голоса, то ли и вправду войско жаккаров каким-то образом почувствовало поражение, тролли позорно побежали к пещерам. Их еще оставалось достаточно, но умирать от неизвестной магии, которой бросаются чужеземцы, никто из них не хотел.

В ходе битвы произошел перелом.

Оставшиеся тролли быстро покидали поле боя, направляясь прямиком к пещерам. Кто-то из раззадоренных головорезов Тита попытался преследовать беглецов, но старик их вовремя остановил.

Сальват устало опустил меч и огляделся.

Все его друзья были целы. Конечно, тролли немного поцарапали Азакара и Золтара. Но такая мелкая неприятность, не помешает им продолжить движение к Заброшенной Цитадели.

Шестеро куркумов еще стояли на ногах, помогая тяжело раненному Кафиру подняться с земли. Еще трое головорезов, набранные в Торже и сам Тит. Юноша не увидел Юбы. Видимо, бедняга героически отдал свою жизнь в угоду Тальгарда.

«Ну что ж! Пятнадцать бойцов, способные все еще держать оружие в руках».

Лея осторожно подошла к своему возлюбленному и убрала от крови почерневший меч в ножны.

— Еще одной такой битвы мы не переживем. — Седовласый Тит, весь заляпанный жаккарской кровью, с трудом переводил дыхание.

Несмотря на возраст, он оставался опытным бойцом, но годы все же брали свое.

— Надеюсь, следующей битвы не будет. — Успокоил его молодой парнишка. — По крайней мере, с жаккарами. Все возможное для этого мы уже сделали.

Старик не понял его слов, пока Сальват не подошел к некроманту. Они прикидывали свои потери. Но в тот момент, Титу показалось, что собеседников больше интересовали убитые тролли, чем раненые люди и куркумы.

И оказался прав.

— Скольких мы сможем контролировать? — юноша задал вопрос, который был понятен только некроманту.

— Не знаю. Если будем работать слаженно, то думаю — бойцов двадцать максимум. Не больше.

Сальват сунул в ножны меч королевы Нарвы и направился к оставшейся горстке своих преданных воинов.

Подножие прибрежного холма было усеяно мертвыми телами. И хотя жаккаров было в разы больше, на зеленой травянистой земле отчетливо просматривалась серо-коричневая масса героически погибших в этом бою людей и куркумов. Сегодня на острове пали более шестидесяти его лучших воинов. Если их дальнейший план провалится — им просто не хватить численного состава бойцов, чтобы победить призрака у Заброшенной Цитадели.

И это сильно огорчало.

— Воины! — слова Сальвата разнеслись над холмом громко и уверенно. — Сегодня мы сделали невозможное. Я благодарен вам за вашу преданность. То, как вы сражались в этом бою — не останется без внимания. Много наших бойцов погибло от лап мерзких жаккаров. Я вижу еще больше раненых, неспособных подняться на ноги и продолжить со мной путь вглубь острова. Потому, не вправе вам приказывать, основную задачу вы для нас уже сделали. Но это еще не конец! Большинство троллей укрылось в темных пещерах, через которые мы собираемся пройти. Они напуганы и сбиты с толку. А то, что мы придумали с Золтаром — должно повергнуть их в ужас. Но сделать это нужно немедленно, пока зеленые твари не опомнились.

— Ты собираешься идти к пещерам? — кто-то из головорезов Тита осмелился подать голос.

Сальват его не осуждал.

— Я понимаю, все устали. Но другого выбора у нас нет. Я собираюсь оставить Тита, трех человек и Кафира в помощь раненым. Куркумы пойдут со мной…

— Забирай моих людей. — Перебил его Тит. — Тебе понадобится их помощь больше, чем мне.

— Верно! Мы пойдем за тобой! — в один голос откликнулись торжцы.

Сын Джарета был рад такой преданности.

— Хорошо! — согласился юноша. — Кафир поможет раненым бойцам, а Тит отправится к Валиону. Капитан выделит вам людей, они заберут раненых на корабль и отплывут в город, где им будет оказана помощь хорошего лекаря. Остальные останутся со мной. Но прежде всего, нам нужно закончить одно дело. Верно, Золтар?

— Верно.

После этих слов, молодой парень объяснил своим бойцам, что нужно сделать. А именно, выбрать двадцать более-менее целых трупов зеленых троллей и уложить в то место, куда укажет некромант.

Торжцы с куркумами сильно удивились, но противиться не стали, точно и правильно выполнив необычный приказ. Тела поверженных врагов уложили в одну шеренгу так, как указал некромант.

— Чтобы не случилось, ни в коем случае не доставайте оружие. Оставайтесь на месте и ничего не предпринимайте. Все понятно?

— Понятно! — остатки войска кивнули своими уставшими головами, абсолютно не понимая, что же задумали оба мага.

Только после этого, некромант с парнем подошли к выбранным телам жаккаров и взялись за руки.

Образуя что-то похожее на круг, друзья подняли сцепленные пальцами рук к небу и в унисон зашептали древнее заклинание. Холодное, словно вода в колодце, ожидавшая, когда усталые путники соизволят испить ее перед хорошей битвой.

Длилось это не долго.

Лишь до того момента, пока не задрожала земля под ногами чужеземцев. Не сказать, что сильно, скорее всего — неприятно. И это почувствовали все присутствующие на этом острове, может и сами жаккары.

Отряд Сальвата не на шутку разволновался. Если в земле откроется провал, а еще хуже — появится здоровенная голодная тварь, то лучше поскорее убраться из этого места. Стать ее лакомством не сильно и хотелось.

— Стоять на месте! — юноша и некромант были заняты темным колдовством, поэтому командование на себя принял один из головорезов Тита.

Его голос заметно вдохнул уверенности. Люди и куркумы успокоились, да и дрожь земли внезапно прекратилась.

Вместо этого, вокруг Сальвата и Золтара закружила бесформенная сущность, все больше напоминающая человеческую фигуру.

Размытая, временами то растянутая, то сильно скомканная, она двигалась точно по кругу, будто осматривая своих создателей. Пару раз останавливалась, и пристально вглядывалась в лица ее разбудивших ото сна магов. Возможно, она хотела соприкоснуться с ними взглядом, но сделать это не представлялось возможным. Глаза обоих друзей были плотно закрыты.

Только одна Лея понимала, что сейчас происходит.

Это была сама Моарти — принцесса Царства Мертвых.

Когда в Тальгарде кто-либо умирал, душа отделялась от тела и вот тут Моарти пленяла ее. Древние говорили, что в ее Царстве существовали многие подвиды людей и представителей других рас. Она использовала их в своих, никому не известных целях. А умершие души из этого мира, она уносила с собой, пополняя свою армию мертвых последователей. Понятное дело, вернуться в наш мир они уже не могли.

Но принцесса обладала и обратным эффектом.

Чем сейчас вдоволь пользовались молодой парень и некромант. Они пытались получить разрешения у Моарти, одолжить на время души умерших жаккаров. Попросту говоря, два опытных мага, наделенные навыком некромантии, вызывали ее в Тальгард, чтобы оживить двадцать поверженных тел. Для чего это было нужно — Лея пока не понимала. Если, после пробуждения, потерять над ними контроль, двадцать мертвецов накинуться на их скромную уставшую от битвы компанию и разорвут в клочья. При этом нужно иметь в виду — от обычной раны восставший труп не умрет, его непременно следует изрубить на куски.

Сущность закружилась все быстрее и быстрее. Теперь со стороны можно было наблюдать, как плотный черный туман окутал магов. Они временно пропали из виду, так как сквозь темную пелену с трудом можно было что-то разглядеть.

Но длилось это недолго.

Сущность замедлилась. Молодой парень и некромант теперь четко просматривались внутри круга ее движений. Они все также стояли с закрытыми глазами, крепко сцепив пальцы рук.

Сущность продолжила кружиться и (О! Великие Боги!) внезапно разделилась на несколько сущностей поменьше, точь-в-точь похожих на саму себя. Ровно по числу лежавших жаккаров, что и были отобраны для темной церемонии.

Двадцать размытых Моарти остановились. Золтар с Сальватом вскинули головы к небу и громко в унисон произнесли:

— Караба Ух Харум!

Сущности молниеносно взмыли вверх, нарушая идиллию безупречного круга, и изобразили строй, таким образом, как лежали отобранные тела жаккаров.

Теперь темные силуэты пристально смотрели только на лежащие тела, и двум друзьям позволено было открыть глаза. Некромант еще раз убедился, что Моарти смотрят строго на свои цели и дал молчаливую команду.

Маги разомкнули руки и ровно в тот самый миг двадцать сущностей ринулись к телам мертвых жаккаров, снабжая необходимой жизнью недавно умерших зеленых тварей.

Сначала ничего не происходило.

На мгновение Сальвату показалось, что они с Золтаром упустили какую-то важную деталь. Ведь, совместное заклинание друзья никогда в своей жизни не проводили. Шанс ошибиться был слишком высок. Но позже, когда зашевелился первый воскресший труп, радости на их лицах не было предела.

Тролли вставали во весь рост, издавая неприятный рык.

Все, кто наблюдал это зрелище, просто оцепенели.

Люди и куркумы много раз слышали о таких таинственных некромантах, но никогда в своей жизни не видели своими глазами. И вот сегодня, им выпал удивительный шанс.

Жаккары один за другим поднялись с земли и образовали длинную шеренгу. Удивлению в их взгляде не было предела. Морды были перекошены, а тела покрыты большими шрамами от недавней битвы. Лицо одного жаккара было наполовину смято, словно на него впопыхах наступили. Одна единственная мысль покоилась сейчас в их головах: «Каким чудом им удалось выжить?».

Тролли все еще стояли, не понимая, что же дальше делать.

— На колени! — голос молодого парня зазвучал резко и устрашающе.

Один из жаккаров издал едва слышимый рык, давая понять, что не намерен выполнять его команду. Золтар предупреждал, что нужно еще подождать, так как частицы мозга отмирают со временем, и воскресший труп в последствие более охотно подчиняется приказам. Но времени у них было не так много. Орда тварей, спрятавшаяся в пещере, могла быстро вернуться, или того хуже забаррикадироваться в своем логове, что никак не устраивало Сальвата.

Как только жаккар зарычал на юношу, один из головорезов Тита, сделал шаг вперед и попытался вынуть меч из ножен.

— Назад! — головорез вовремя спохватился. Не хватало еще вступить в бой с мертвецами.

Тролли быстро перевели взгляд на маленького человечка, за спиной молодого парня. И этот взор, как показалось некроманту, был более чем воинственным. Одна ошибка и эти восставшие из Царства Мертвых твари быстро уничтожат весь уцелевший отряд.

Торжец тут же опомнился и, оставив меч в ножнах, шагнул на свое место. Слава Великим Богам, что жаккары не набросились на него всем своим стадом!

Сальват быстро подошел к зарычавшему на него троллю, переводя их воинственный взгляд на себя.

«Близко! Слишком близко!» — сердце некроманта забилось в несколько раз быстрее обычного.

«Если мертвые твари почуют страх, то непременно атакуют. Нужно быть начеку!»

Сальват приблизился к зеленому троллю вплотную. Так, чтобы тот мог отчетливо его видеть.

«Ага! Вот мы и нашли, собственно, лидера кучки безмозглых тварей».

Золтар предупреждал юношу о том, что может произойти.

Теперь у Сальвата осталось только два выхода — подчинить жаккаров, или быть растерзанным на глазах у своих воинов. О втором исходе он и думать не хотел. Своих друзей он не имел права подвести. Ни при каких обстоятельствах!

— Я сказал — «На колени!». — От своего дерзкого голоса парню стало как-то не по себе.

Он не переставал смотреть на лидера-тролля, всем своим чутьем понимая, что лезет на верную смерть. С другой стороны — жаккарам нечего терять, они и так уже мертвы. И это было плохо. Не дай Боги, эти зеленые твари осознают это их бессмысленное положение.

Лидер огляделся по сторонам, неизвестно, ожидая поддержки от своих сородичей, или уходя от тяжелого взгляда наглого молодого мальчишки, но с неохотой подчинился.

Опустившись на одно колено, он показал пример остальным «мертвым» соплеменникам.

Малочисленный отряд Сальвата с гордостью наблюдал, как двадцать крепких воинов нечеловеческой расы, покорно опускались на землю перед несовершеннолетним мальчишкой.

Его авторитет подскочил до небес.

Теперь любой воин пойдет за ним куда угодно, в любые, даже самые темные пределы Тальгарда.

— А теперь послушайте меня, жаккары. За вашей спиной расположены пещеры Расколотого острова. В том направлении скрылись ваши сородичи. Они вас предали, бросив умирать у подножия этого холма. Многих моим воинам удалось уничтожить. Все вы это можете видеть своими глазами. — Сальват указал рукой на мертвые тела троллей, разбросанные вокруг них. — И теперь — Я — Сальват Благородный, дарую вам вашу никчемную жизнь. Но за это, вы должны поквитаться. Идите и убейте всех до единого, кого найдете в пещерах! Такова моя воля!

Тролли просто не поверили своему счастью.

Первые мгновения они все еще стояли на коленях, боясь даже пошевелиться. Но после того как их лидер поднялся на ноги, они последовали его примеру.

— Мы благодарим тебя, господин за наши жизни. И выполним твое желание.

Жаккары что-то пробормотали друг другу и бегом направились в то место, где прятались остальные их сородичи. Они смогут убить много своих соплеменников, прежде чем живые тролли одолеют мертвых.

— Сальват Благородный? — улыбнулся Золтар.

— Нужно же было себя как-то назвать. Если эти слова, достигнут ушей их пещерного короля, то нам не придется поднимать еще с десяток зеленых тварей.

В словах мальчишки был здравый смысл.

— Ну что ж. — Подытожил юноша, обращаясь ко всем присутствующим. — Пока мертвецы поднимают кровавый переполох в стане врага, мы отправимся вслед за ними. Приготовьте оружие. Мы выступаем немедленно, пока дневное светило нас не покинуло. Я прекрасно понимаю, что все устали. Но нам просто необходимо двигаться дальше. Мы обязаны запугать трусливых жаккаров. А они в свою очередь, должны понять, что мы готовы на все, чтобы пройти сквозь пещеры. Мы ведь готовы?

— Готовы! — куркумы и люди слажено повторили возглас своего молодого предводителя.

Сальват прекрасно знал, что отдохнуть его маленький отряд сможет только на подступах к Заброшенной Цитадели, и то после того, как они уничтожат Темного призрака. Потому необходимо собрать всю свою волю в кулак и двигаться дальше.

Падший Ангел ждет освобождения — это сын Джарета четко увидел в своем видении прошлой ночью, о котором так никому и не рассказал.

Глава 16 Магия Мертвого поля

Дорога к пещерам была не столь утомительной.

Небесное светило еще находилось в небе, и вовсю пекло своим необъятным жаром, когда маленький отряд из четырнадцати уцелевших бойцов достиг раскинувшегося поля. Оно было усеяно малюсенькими растениями яркого красного цвета. Большинство из них, были вытоптаны зелеными троллями.

Подойдя к логову жаккаров, юноша остановился.

Неприятно засуетились члены его отряда.

И было отчего.

Они прекрасно понимали, что в пещерах острова находилось основное войско оставшихся тварей, численность которых никто не знал. Если их разъяренное стадо вновь выскочит из своего убежища, никакие Великие Боги не смогут спасти горстку уцелевших после боя бойцов.

Сын Джарета внимательно пригляделся.

Его ночное видение выплыло из памяти, словно стая лебедей: входов в логово троллей было ровно пять. Но выход к Заброшенной Цитадели был всего лишь один. Какой, юноша намеревался узнать прямо сейчас.

Жесткой охраны Сальват не наблюдал.

Маленький отряд остановился у их скромной обители. После чего, несколько зеленых воинов осторожно высунулись наружу, взглядами встречая незнакомцев.

Их было шестеро.

С длинными самодельными копьями, которые по виду были наскоро выполнены из стволов одиноко растущих деревьев. Они принадлежали только тем членам войска, что охраняли вход в пещеры.

Отряд Сальвата услышал, что потасовка в логове врага, наконец, прекратилась. Поднятые Принцессой Моарти воины, закончили существование на этой земле. Их бессмертные души навсегда покинули холодные тела и отправились в то самое место, откуда их позаимствовали молодой парень и некромант.

Жаккары, выдернутые из мертвого царства Моарти, сделали свое грязное дело, как и рассчитывал парень. Теперь, страх должен был возобладать над простыми реалиями мира.

Немедленно и беспристрастно!

— Ну, вот и пришло время поговорить. — Спокойно сказал сын Джарета.

Юноша неторопливым шагом направился в сторону пещер.

Позади него, неукоснительно выполняя приказ, двигались ведьма и некромант. Жаккары должны были воочию видеть незнакомцев, кто обозначал Великую силу бесконечной магии на просторах Тальгарда.

Жаккары не на шутку засуетились, прекрасно понимая, кто двигается в их сторону. Некоторые твари своими глазами видели силу Великой ведьмы по прозвищу Несущая Смерть.

— Я желаю говорить с королем! — громко, чтобы все представители пещерной расы услышали его громогласный голос, крикнул Сальват.

Незваные гости остановились в нескольких шагах от входа в пещеры.

Ужасная троица — Несущая Смерть, некромант и их предводитель, ждали от пещерных троллей однозначного ответа.

И ждали уже довольно долго.

Сальват точно знал, жаккары понимают его язык. Но, по каким-то своим причинам, не хотели отвечать на поставленный вопрос.

И это сильно огорчало.

— Если я не увижу короля Враджока, Несущая Смерть поднимет остатки вашей расы. А воскресшие пять сотен ваших сородичей, добьют выживших жаккаров, навсегда вырезая память о вашем существовании!

Некромант знал, что юноша блефует.

Поднять пять сотен мертвых тел в один присест, Принцесса Моарти им точно не позволит. Может бойцов десять, не больше.

Тем не менее, слова Сальвата были услышаны.

Зеленые твари оказались не такими безмозглыми, как раньше охарактеризовал их Азакар.

Боясь за свою жизнь и существование всей расы зеленых троллей, толпа расступилась, и впереди строя жаккаров вышел невысокий дряхлый тролль, которому уже давно было приготовлено место на погребальном костре.

«И куда только смотрят Боги?».

— Я — Враджок. Король зеленых троллей. Откуда ты знаешь мое имя?

Тот же самый вопрос молча задавали ему Лея и Золтар. Юноша подготовился к походу на остров лучше остальных.

— Это не важно. — Резко ответил Сальват, давая понять собеседнику, что на этот вопрос он не намерен отвечать. — Меня зовут Сальват, и я прибыл на остров не за вами.

— Да-да, Сальват Благородный! Тот, кто уничтожил половину моего войска. Мои мертвые сородичи громко кричали твое имя, когда внезапно атаковали пещеры.

— Теперь ты видишь силу моей магии. А твои воины, что бежали с поля боя, наверное, рассказали тебе, на что способна идущая со мной ведьма?

Враджок закивал.

Если слова уцелевших жаккаров не были выдумкой, то перед ним стоял самый опасный противник, которого старый тролль видел на своем веку.

— Тебе ведь что-то нужно от нас. Верно?

— Верно! Иначе я не стал бы с тобой разговаривать.

Сальват замолчал, выдерживая небольшую паузу перед просьбой. То, что он хотел попросить у врагов, король не мог себе позволить. По крайней мере, не согласовав ответ со своими сородичами.

А потому, разговор нужно было построить правильно и корректно.

— Как ты уже понимаешь, мне не нужна смерть твоих сородичей. У прибрежного холма твои воины погибли по глупости. Никто из них не удосужился призвать меня к ответу. Им нужна была только наша смерть.

— Благородный Сальват должен знать, что на этот остров прибывают наемники со всего Тальгарда. Их основной целью являются жаккары, что мирно существуют на этом острове. Говорят — они хорошие рабы. Послушные, сильные работники, готовые выполнить любое задание…

— Король Враджок не знает всей правды. — Перебил его сын Джарета. — Наемники угоняют твоих сородичей не в рабство. Насколько мне известно, они содержатся в крепости Брахат.

— Не слышал о такой. Хотя для меня, нет разницы, где они содержатся. В крепости Брахат или где-то еще. В любом случае — они томятся в неволе. Теперь ты понимаешь, почему жаккары атакуют всех чужеземцев без предупреждения?

— Еще бы! Твою скорбь за потерянных сородичей я разделяю в полном объеме. Но хочу предупредить, что то место, о котором я тебе только что поведал, находится на острове Святой Земли. И крепость — это центр обучения наемников. Понимаешь, о чем я?

Враджок напрягся.

Самые худшие опасения подтвердятся через несколько мгновений, после того, как его собеседник закончит фразу.

И Сальват ее закончил:

— В крепости Брахат подготавливают элитных бойцов. Граф Одли называет их Воинами Света. Они служат магу Таррону, главе острова Святой Земли. Проще говоря, это беспощадные убийцы. Мои лучшие друзья пали от их смертоносного оружия.

Юноша замолчал.

Вспоминать былые события было выше его сил. Память, в который раз напоминала ему о Тули, Хагриме, Роти и остальных гномах «Пивной Бороды», заставляла каждый раз переживать неприятные события.

— Значит, они их просто убивают. — Вывод, который сделал король троллей, заставил старого жаккара прийти в бешенство.

Но только глубоко в душе.

Показывать это своему врагу, Враджок не хотел.

— Насколько я знаю, им дают тренировочное оружие. После чего наемники оттачивают на них свое мастерство. Так что, никакого рабства нет. Смерть — вот, что уготовано попавшим туда твоим сородичам.

Жаккар просто молчал.

Ни один мускул на его лице не шевельнулся, тем или иным способом давая понять, что король негодует. Хотя, слово негодует не совсем сюда подходило. Ярость — вот подходящее название его чувству.

— Они пленили многих моих друзей! — наконец, заговорил Враджок, взяв себя в руки. — Только после этого, мне удалось собрать в единый кулак, разбросанных по всему острову жаккаров. Теперь мы — единая сила, способная противостоять любому отряду незвано прибывших на наши земли чужеземцев. И как я сегодня убедился — не всем…

Король посмотрел в глаза Сальвату Благородному, и парень увидел осмысленное разочарование в его взгляде.

— Как я уже говорил, мне не нужна смерть твоих сородичей. За этими горами находится Заброшенная Цитадель, куда мы направляемся. Если твои бойцы проведут нас сквозь пещеры, то даю слово, мы никого не тронем.

Враджок посмотрел на него с удивлением:

— Так вот вы куда собрались! Это место мы называем проклятой землей. Зачем Благородному Сальвату идти к Цитадели на верную гибель?

— Просто проведи нас туда!

Король троллей пристально посмотрел на незнакомцев.

Безумных незнакомцев:

— Благородный Сальват, скорее всего, понимает, что путь туда лежит через пристанище жаккаров. За все время существования зеленых троллей, ни один из представителей этой расы, не пускал в свои покои чужеземца. Я поговорю со своими сородичами. Но не обещаю, что они согласятся на ваши условия.

— Согласятся, Враджок. Еще как согласятся! Передай своим подопечным, если они не примут наши условия — я убью всех до единого! Ты это знаешь. Ответ мне нужен немедленно. Ступай и заставляй меня ждать!

Король жаккаров напоследок кивнул, и, развернувшись в сторону горных пещер, направился в свою единственную обитель.

— Как думаешь, он их уговорит? — некромант не верил, что все пройдет гладко и безобидно.

Этим зеленым тварям нельзя доверять.

После того, как Враджок ушел, в любой момент можно было ожидать предательского нападения.

Но Сальват искренне верил.

Он с нетерпением ждал, когда король вернется к ним с хорошими вестями.

Проклятое место, как он назвал Цитадель, пылало нехорошей славой.

«Откуда он это знает?».

«Кто-то из его жаккаров уже побывал в том месте?».

«Или он сам не раз наведывался в опасную обитель?».

Дальнейшим раздумьям не суждено было продолжиться.

Юноша увидел, как от войска троллей «откололся» один из жаккаров и направился к их отряду.

Высокий, мощный и без какого-либо оружия, он осторожно подошел к молодому парню и сказал:

— Я проведу вас сквозь пещеры. Следуйте за мной.

Зеленый тролль повернулся к ним спиной и зашагал в сторону пещер.

Сальват, в сопровождении маленького отряда, последовал вслед за ним. Доверять безумным жакарам не было смысла. Но риск всегда оставался в пользу инициативы. Хотя, во многих случаях, она была наказуема.

У самого входа в пещеру, которая насквозь пронизывала местные горы, незнакомцев встретил немалочисленный отряд вооруженных воинов. Их было намного больше, чем представляли себе друзья Сальвата. Они с изумительной любознательностью разглядывали кучку бесстрашных бойцов, что смогли одолеть бесчисленную армию не плохо готовых к бою сородичей. И хоть незваных гостей оставалось всего ничего, былая победа над зелеными троллями внушала, по крайней мере, страх в сердца местных жителей горных пещер.

— Дай слово, Благородный Сальват, что ты не тронешь никого их моих воинов. — Внушительных размеров тролль взглянул юноше прямо в глаза.

— Если никто не тронет моих людей. — Уведомил его сын Джарета. — Ловушки я не потерплю.

Слова молодого парня звучали более чем убедительно.

Жаккар не ответил.

Он просто обычным жестом предложил Сальвату следовать за его скромной персоной.

Жилище троллей не отличалось какой-нибудь роскошью королевских комнат, украшенных драгоценными камнями, добытыми горными гномами из клана «Золотого Молота». Его бывшая семья смогла бы устроить это обжитое место в плане, как минимум герцогских утех. Но в этом, забытом Великими Богами месте, не было ничего, кроме выложенного потолка камнями неизвестного происхождения.

Маленькие комнаты, где проживали свою бесполезную жизнь зеленые твари, не отличались ничем примечательным. Особи женского пола держали у сердца своих отпрысков, прижимая так сильно, что, казалось, никакими высшими силами не удастся оторвать их от преданного женского тела. А рядом почти у каждой порядочной мамы, или как там называли представителей их расы, стояли воинственно настроенные особи мужского пола, с короткими мечами наперевес, готовые в любое мгновение броситься в ожесточенную схватку со своим соперником.

Дорога через пещеры была долгой и утомительной.

Двигался его отряд слишком медленно, потому что такой тон задавал им неспешный шаг впереди идущего жаккара. Только спустя некоторое время, юноша увидел, что впереди этого мощного тролля действительно следовал король Враджок. Судя по всему, это он вел маленькое войско незнакомцев, не торопясь, вышагивая по каменной поверхности пещеры.

Предводитель жаккаров то и дело перекидывался парой непонятных слов со своим сородичем, шагавшим позади, и Сальвату это не нравилось. Местный язык он не понимал, потому готовился к самому худшему. Он шепотом предупредил Лею, чтобы она была наготове. Если в следующий момент завяжется заварушка — не миновать беды. Конечно, они уничтожат большую часть представителей этого острова, но и сами принесут себя в жертву. Чего никак нельзя было допустить.

Сальват, по своей воле вошел в самое логово по-настоящему озлобленных тварей. Они не могли являться его друзьями, особенно после недавних событий. И что самое страшное, он повел на гибель людей и куркумов, которые ему безгранично доверяли.

Еще через пару сотню шагов, проход заметно сузился.

Теперь по нему можно было следовать только друг за другом. О том, чтобы вести в таком маленьком проеме схватку — и речи не было. Пространства вокруг него не хватало даже на то, чтобы вынуть меч из ножен. Если по какой-то причине (а они у жаккаров, несомненно, были) зеленые тролли вели их в заранее подготовленную ловушку, смерти не миновать. Сальват уже рассчитал варианты, как он быстро падает на пол пещеры, и его Лея Дыханием Смерти разрушает тут же чернеющие тела, ненадолго выигрывая для них драгоценные мгновения. Далее его отряд пускается в последнюю битву, после которой в этом самом месте о них останется только долговечная память. Они будут первыми путниками, кому удалось войти в пещеры троллей и героически погибнуть.

Легенды побегут впереди них.

И может быть, рассказы Роти отойдут на задний план, уступая место песням о гибели Сальвата Благородного.

Всю утомительную дорогу до выхода на противоположную сторону гор, Сальвата терзали смутные сомнения.

И как видно, напрасно.

Планы насчет их маленького отряда из четырнадцати бойцов у жаккаров были другие. Они честно, не подвергая сомнениям свои слова, вывели незнакомцев из горных пещер. Видимо, все-таки рассчитывая на то, что путникам не удастся победить Темного Призрака, и они погибнут смертью храбрых, у Заброшенной Цитадели.

Ну что ж!

Вполне себе предсказуемый исход!

— Уже сильно стемнело. — Заговорил Враджок, когда все вышли из лабиринта пещер. — Если Благородный Сальват позволит, я предложу ему остаться здесь до наступления утра. Идти в такое место ночью — огромная ошибка.

«Король троллей беспокоился о нем? Это что-то новенькое».

Может он рассчитывал на то, что его отряд уснет, и тогда жаккары с легкостью перебьют незваных гостей острова?

Но с другой стороны — он был прав.

Идти в такое место (не зависимо ночью или же днем) уже было ошибкой. К сожалению, другого выбора у них не было. Сальват понимал, члены его отряда сильно устали. Отдых для них был теперь дороже тальгардского золота.

— Я приму к сведению слова короля Враджока. — Ответил сын Джарета. — И благодарю за помощь. Можешь возвращаться к своей семье.

Старый тролль посмотрел на него с каким-то нескрываемым сожалением:

— Это гиблое место. Я думаю, Сальват Благородный понимает, что у Цитадели его отряд будет ждать сама смерть? Никто их моих жаккаров не вернулся оттуда.

— Я это знаю. Тем не менее, благодарен Великому королю троллей за заботу. Я направлялся именно туда, и не отступлю, когда до места назначения остались считанные шаги. И еще… Мне жаль твоих павших сородичей. Видят Великие Боги, я не хотел их смерти.

Враджок немного постоял и прежде чем повернуть назад к пещерам, напоследок сказал:

— Когда рассветет, вы увидите единственную тропу, что приведет вас к Цитадели.

Больше король зеленых троллей не сказал ни слова.

Он просто повернулся к ним спиной и жестом, позвав здоровенного жаккара, в сопровождении его так же не спеша вернулся в пещеры к своим сородичам.

— От чего такая забота? — поинтересовался некромант.

— Это не забота. — Искренне сказал Сальват. — Жаккары желают нам смерти. И их можно понять.

Они прошли еще немалое количество шагов, пока не достигли небольшого леса, сквозь который просматривался силуэт Заброшенной Цитадели.

Маленький отряд остановился.

Настало время подумать об их дальнейшем положении. Но самое главное — отдохнуть.

Так далеко не забирался даже сам Джарет, насколько можно было судить о беспорядочных видениях, что постоянно преследовали Сальвата.

В них, его отец приближался к Расколотому острову и просто стоял, не смея ступить на земли жаккаров.

Сальват продвинулся очень далеко.

Вытянул молодую ведьму из Нарванского леса, собрал отряд из куркумов и торжцев и атаковал жаккаров на их же территории.

Ему осталось победить Темного Призрака.

Единственным преимуществом, что владел сын Джарета — это его имя, которое знала лишь Несущая Смерть. Но каким образом его использовать — не ведал никто. Что должно произойти, после того, как настоящее имя всплывет наружу? И как потом бороться с Призраком?

Он сразу сгинет в Царстве Мертвых, навеки служа Принцессе Моарти?

Или же есть что-то еще?

Тайна, покрытая мраком.

И эта тайна принадлежит непосредственно Заброшенной Цитадели, куда по наступлению рассвета, они собираются направиться.

А пока ему и его воинам нужно отдохнуть.

Лея станет на страже их крепкого сна, потому что ведьме в принципе не нужен сон. По слухам, она может обходиться без него несколько ночей. Но, тем не менее, не стоит пренебрегать ее отдыхом. Названная жена Сальвата — наполовину человек.

И с этим нужно считаться!

Усталые глаза юноши тут же закрылись.

Сон обмотал его сознание, погружая в свое царство и позволяя вымотанному мозгу на время отключиться, чтобы с наступлением утра снова взять бразды правления в свои руки.

И вот тут пришло видение.

Ясное, четкое, не совсем понятное, но неизменно очень важное, что способно определить дальнейшую их судьбу. Ту судьбу, которую он принял от своего отца Джарета.

И имя ей было — Рекула.

Войско молодого парня, вернее то, что от него осталось, прилично отоспалось до самого рассвета, восстанавливая так необходимые для себя силы. Сальват не торопился поднимать остатки своего отряда, невзирая на то, что небесное светило уже показалось в поле видимости. Он знал — схватки с Темным Призраком сегодня не избежать. Пусть же его преданные воины встретят эту неизбежность выспавшимися, с непоколебимыми сердцами и полные сил.

Последняя цель на этом рубеже должна быть покорена, иначе и быть не могло. Падший Ангел по имени Филиус будет сегодня освобожден от гнета Темного Призрака. И наконец, объяснит происхождение странного ковчега и рекулы, что преследовали до самой смерти его дорогого отца.

Великая честь — оказать Великим Богам такую непосильную помощь. А слово, данное однажды Фабиану его отцом Джаретом, которого парень никогда не знал, будет сдержано сегодня или никогда.

Последний воин открыл глаза, возвещая о том, что отдых закончен.

Некромант построил маленькое войско перед своим предводителем, в которого не так давно превратился несовершеннолетний мальчишка.

Тринадцать верных бойцов разных сословий и рас, не считая его самого, с ожиданием уставились на Сальвата, готовые тотчас выполнить любой безумный приказ.

— За этими руинами, — обратился к ним молодой парень. — Вы видите очертания Заброшенной Цитадели, где спрятался наш враг. И теперь нашей конечной целью будет свергнуть этого владыку, освободив Хранителя Тальгарда! Неизвестно сколько времени он провел в заточении, но ясно одно — кому-то это было выгодно! Помните: мы вступим в схватку не только за свои жизни, но и за жизни наших потомков. За само существование Тальгарда, где живем и здравствуем мы с вами. И я, безусловно, верю, что наша сила способна одолеть эту нечисть! Ну что, мои верные друзья? Вы со мной?!

Последняя фраза больше звучала, как возглас или боевой клич, на который все его войско ответило:

— С тобой!

Сальват вынул из ножен зеленый меч, и, развернувшись, осторожно зашагал к Цитадели, пытаясь пересечь Мертвое поле, усеянное древними руинами, что отделяло его от Темного Призрака. Остальные члены его отряда двинулись вслед за ним, держа наготове оружие, даже не подозревая, что же их сейчас ждет.

Впервые сын Джарета ступил на земли Заброшенной Цитадели.

Небесное светило словно остановилось, не желая больше подниматься к бездонному небу. А может, эта часть острова жила по своим, каким-то неведомым законам? Проще говоря, здесь стоял полумрак. И если бы отряд Сальвата остановился, все-таки дожидаясь светлого дня, то смог бы прождать целую вечность. Другими словами — ничего бы не изменилось. И светлее не стало бы.

Магия Призрака охраняла это место от людских глаз, навевая постоянный ужас полумрака.

Шаги давались все тяжелее и тяжелее.

Громко стучало сердце, снова создавая предвкушение хорошей битвы. Зеленый меч крепко вцепился в руку, боясь покинуть своего хозяина в самый неподходящий момент. А остатки его верного войска ступали вслед за ним.

Сальват почувствовал, каким плотным стал воздух вокруг его маленького отряда, и снова пришло это до боли знакомое чувство. Резко запершило во рту и в носу защекотало запахом гари.

Юноша остановил друзей.

По обе стороны Мертвого поля в руинах он увидал два темных входа в древние развалины.

Тот, что находился справа — выглядел более широким.

Огромная, почти незаметная дыра, зияло пугающим мраком, наводя ужас на внезапно появившихся путников. Это был вход в усыпальницу, где покоились предки Высокого рода Высшего сословия.

Молодой парень уже где-то слышал о таком сооружении. Здесь хоронили владельцев Цитадели до того момента, пока она не стала заброшенной.

Усыпальница была совсем древней, полуразрушенной.

Наверное, прошло много времени, пока на этой земле не осталось ни одного человека, или кто там проживал в этом месте до заселения жаккарами. Да и те боялись посещать мрачную территорию.

В левых руинах дыра была значительно меньше.

По ее размерам можно было судить, что здесь хоронили обычный люд, что не имел никаких званий или титулов. Скорее всего, помещение было намного больше, чем в усыпальнице.

Обычные воины, защищавшие поле перед Цитаделью, отдавшие жизни за неизвестных противников, покоились со своим оружием в менее богатом месте.

И оно так же таило небывалую тайну.

Что-то в земле показалось Сальвату знакомым. Но что, он не совсем понимал.

Запах гари накинулся внезапно и беспощадно.

Стало тяжело дышать, словно кто-то перекрыл доступ воздуха в Тальгарде. Древняя волшба заполонила Мертвое поле. А неимоверная копоть жгла лицо, горло и нос молодого парня.

Магия нарастала с бешеной скоростью.

И все, кто хоть что-то смыслил в колдовстве, незамедлительно ее почувствовали.

— Сальват… — Некромант попытался привлечь внимание юноши, но тот его остановил.

— Я знаю!

Магия была Темной, хорошо подготовленной и великолепно исполненной.

Даже вдвоем с Золтаром они не смогли бы соорудить что-то, более-менее подобное. Это было выше их сил. Тот, кто колдовал в этом месте — намного превосходил их скромные ожидания.

— Приготовиться к бою! — скомандовал юноша.

Отряд немедленно напрягся, обнажив частокол острых мечей и топоров. Куркумы натянули тетивы своих луков, готовые дать первый залп по появившимся из прохода чудищам.

Самые страшные опасения подтвердились, когда в обоих черных проходах послышался характерный шум. Так могли стучать только человеческие кости по холодному каменному полу усыпальницы.

Скелеты появились из обоих проходов почти одновременно.

И первых из них не удалось разглядеть, потому что куркумы, разбившись на две группы, пустили свои стрелы в обе зияющие дыры, поражая противника.

Можно было слышать, как кости кого-то из мертвецов, забарабанили по каменному покрытию гробницы.

Скелеты хлынули из руин на Мертвое поле, словно вода из опрокинутой бочки. И ни мгновения не раздумывая, если они конечно умели это делать, ринулись в атаку.

Сангражарцы вновь дали залп, рассыпая мелкие кости скелетов по старинной земле Мертвого поля. А далее, обнажив короткие мечи, приготовились к битве.

Скелеты были вооружены разным оружием.

От простой деревянной дубины до фамильного меча — в зависимости от того, к какому сословию принадлежали. Некоторые из них и вовсе бросились на незваных гостей в рукопашную, выставляя костлявые руки вперед, в надежде на то, что в суматохе сумеют протиснуться сквозь плотный строй своих же собратьев и нанести смертельный удар по маленькому войску Сальвата.

Бескрайнее море мертвечины, без плоти и крови, ведомое неизвестной черной магией, быстро хлынуло на путников, подставляя свои разлагающие кости под хладнокровные удары мечей и топоров. Они представляли собой бесформенное хаотичное войско, размахивающее древней сталью. Большинство мечей, соприкасаясь с более крепким оружием — рассыпалось на глазах.

Единственное, что могли эти кости — задавить числом.

Воины Сальвата сильно устали еще после вчерашней битвы. Потому эффект был не совсем тот, чего хотел молодой юноша. И хотя черная магия слабо сплела костяные суставы, что разваливались на части даже при несильном соприкосновении, каждый взмах меча стоил больших усилий.

Хорошо, что сраженные скелеты не воскресали вновь, поднимаясь по чьей-то невидимой воле, продолжая схватку. Иначе атаку невозможно было отразить.

Боковым зрением, юноша увидел прыгающую черную пантеру, что своими мощными лапами перебивала позвоночник атакующему сопернику. Непобедимого орка, орудующего одновременно двумя мечами, не давая даже приблизиться к себе армии древних мертвецов. И гордого эльфа, искусно владеющего коротким мечом, рассыпая в мелкие щепки старые кости давно умершего противника.

И только некроманта нигде не было видно. Обычно Золтар всегда сражался с ним плечом к плечу. Но только не в этот раз.

Далеко справа закричал один из торжцев.

Сальват с ужасом осознал, что он снова начинает терять своих людей. Замешкавшийся головорез, слишком близко подпустил к себе армию скелетов, и они разом накинулись на беспомощное тело, разрывая его на куски.

Юноша без устали работал зеленым мечом, круша налево и направо бесчувственного противника. Под его ударами сыпались кости, ломались под натиском наступающих на них ног. Все Мертвое поле было уже усеяно сраженными скелетами, беспорядочно разбрасывающими части своих суставов и черепов. Кусочек этого острова полностью оправдывал свое название, неизвестно кем и неизвестно, когда получившим такое интересное название.

Сальват услышал крик очередного бойца.

Костлявый противник в очередной раз добрался до уставшего головореза, который не в силах больше был вести сражение. Очередной его боец пал на Мертвом поле, смятый ордой белых костей.

И это они еще не встретились с Темным Призраком!

Хотя все прекрасно понимали, чьих рук дело — поднятие из усыпальниц древних местных жителей.

Безумный Страж Цитадели не давал возможности приблизиться к твердыне. Единственный путь преграждал сейчас огромный отряд мертвецов.

Уже можно было различить замыкающую линию вражеского войска. Но задача не становилась легче. Отряд Благородного Сальвата понемногу уменьшался, да и силы были не бесконечны. Вновь и вновь вспоминался тренировочный бой с покойным Хагримом, где юноша падал от усталости, проигрывая схватку.

Его люди сопротивлялись из последних сил, как естественно и он сам. И в этот момент в гуще врага мелькнула странная фигура так близко, что юноша сразу ее подметил на фоне белых костей огромного полчища.

Магическая энергия насквозь пронзила кусок острова, отчего привычно запершило в горле.

Вот он!

Тот, кто управляет несметной армией мертвецов! Его мощная магия не могла остаться незамеченной. И грубейшей его ошибкой было то, что эту сущность слишком близко проскочила вблизи парня.

Натренированное тело лишь краем глаза уловило необычное движение, и рука с мечом королевы Нарвы метнулась в его сторону.

Сложилось ощущение, что лезвие оружия столкнулось с чем-то твердым, отчего золотистые руны на нем вспыхнули ярким пламенем.

Хозяин Темной магии внезапно попал под атаку.

И в следующее мгновение, армия живых мертвецов на глазах у разъяренной публики рассыпалась, больше не досаждая не прошеным гостям. Воины, лишившись своего противника, не сразу поверили в происходящее.

Произошло чудо!

Сражаться стало не с кем.

И магия неизвестной сущности тут же исчезла.

— Я достал его! — Сальват закричал что есть силы, и скудные остатки его войска немедленно ринулись к нему.

Три куркума, два торжца и четверо его друзей, включая Лею.

Не велика сила, если мерить ее количеством. Но те, кто сегодня дошел до последнего рубежа, достойны самой большой похвалы за оказанную помощь.

— Что ты сказал? — а вот и Золтар наперевес со своим черным мечом, испачканным светлой пылью.

— Думаю, я достал Призрака! Скелеты с усыпальниц — это его рук дела. Я рубанул его мечом и магия исчезла.

— Ты его уничтожил? — Азакар, перемазанный костной пылью, предположил невозможное.

Уставшая горстка воинов готова была поверить сейчас во что угодно.

— Это не так. — Запротестовала Лея. — Я все еще слышу его присутствие. Он здесь, среди нас.

Уцелевшие воины засуетились, оглядываясь по сторонам.

И в этот момент, в воздухе проскочила вспышка магии, заставляя всех, кто обладал этой способностью, зажмуриться от невыносимой боли. В глазах потемнело, скрыв от взгляда привычный Тальгард, и Сальват на мгновение подумал — «Вот неплохой шанс их атаковать, если кто вздумает этим воспользоваться».

Беспомощные, они тут же полегли бы вслед за скелетами с усыпальниц.

Но ничего подобного не произошло.

Незнакомая магия так же внезапно пропала, как и появилась. Даже далеких отголосков никто не мог обнаружить вокруг себя.

— Что это было? — Золтар задал вопрос, ответ на который не знал никто.

— Он все еще среди нас. — Несущая Смерть не меняла своего мнения. — Я не могу его обнаружить. Но чувствую — происходит что-то совсем нехорошее.

Все без исключения насторожились.

Все, что осталось от некогда называвшего себя войском, притихло, боясь нарушить мертвую тишину.

Друзья Сальвата приготовились к неизбежному исходу.

Глава 17 Хранитель Тальгарда

Друзья приготовились к неизбежному исходу.

И в следующее мгновение, этот самый «исход», не заставил себя долго ждать.

Один из куркумов. осторожно вынул из ножен короткий меч и неожиданно вогнал его в брюхо рядом стоящего сородича.

Зверь захрипел, испуская предсмертный рык, интуитивно хватаясь за лезвие и не понимая, что же происходит на самом деле.

— Убей его! — ведьма первой поняла замысел Темного Призрака и закричала что есть силы.

Представитель Сангражары, не успел среагировать.

Подло атакующий куркум, молниеносно развернулся и лапой ударил своего соседа по мохнатой морде. Острые когти глубоко ранили жертву, и кровь брызнула на лица торжцев.

Серый зверь потерял равновесие и упал под ноги нападавшему сородичу, поднимая облако пыли из костной муки.

Совершенно не сомневаясь в своих противоправных действиях, атакующий куркум, опустился перед ним на колени и хладнокровно вогнал лежащий кинжал в мощную шею «противника», добивая искалеченную жертву. Сангражарец успел лишь широко открыть глаза от удивления, булькая собственной кровью, хлынувшей из горла.

А после этого испустил дух.

Все произошло мгновенно.

И неизвестно, сколько еще жизней забрал бы обезумевший житель Сахарной пустыни, пока Ларвилас, не выстрелил из эльфийского лука.

Куркум все же успел подняться на обе задние лапы, приготовившись снова сеять смерть вокруг, но тут же упал возле своих погибших сородичей.

Стрела эльфа метко вонзилась в глаз мохнатого зверя, повредив мозг, и избавила остальных путников от ненужного боя.

— Это магия Призрака! — объяснила Лея. — Он вселяется в нас, чтобы мы дрались между собой!

Слова прозвучали над Мертвым полем громко и отчетливо.

Но и без ее объяснений, Сальват сумел догадаться.

Трое из его оставшихся бойцов, быстро отправились в безбрежное Царство мертвых, собственно не без помощи своего же собрата.

Снова яркая вспышка озарила местность вокруг Мертвого поля. И так же безудержная магия внезапно погасла, как и прошлый раз.

Призрак выбрал свою жертву, о ком в первые мгновения не знал никто.

Сын Джарета, наконец, понял, почему все боялись Темного стража.

Встретиться лицом к лицу с его необъяснимой сущностью не было возможности. Его скудная материя вселялась в одного из противников, и разрушало войско изнутри.

Каждый раз воинам предстояло сражаться со своим же собратом, медленно уменьшая численность отряда до полного истребления. Таким четким методом, можно было справиться с любым необъятным войском, вставшим на пути Призрака Заброшенной Цитадели.

И вот теперь, головорез Тита из портового города под названием Торжа, вынул меч и бросился на соплеменника.

— Игалас, очнись! — головорез хотел привести того в чувство, но поняв эту бесполезную затею, оставил все попытки.

Атакующий боец, который до того момента плечом к плечу сражался со своим же собратом, медленно двинулся в его сторону, понятное дело зачем.

— Лея! Сделай же что-нибудь! — Сальват не знал, как бороться с такой эксклюзивной магией и обратился за помощью к своей названной жене.

Несущая Смерть, разведя руки в стороны, воспарила над землей, и войско впервые за все время, услышало настоящее имя Призрака:

— Каргарон!

Воздух задрожал вокруг войска Благородного Сальвата.

А может, молодому парню это только почудилось.

В любом случае, подвергшийся сильному колдовству, уставший от боя торжец, не остановился. Он все так же напористо двигался в сторону своего соперника, обнажив стальной одноручным меч.

Его воля была подчинена Темным Призраком.

— Я знаю твое имя, Каргарон! — ведьма не унималась.

Послышался лязг холодного оружия.

Это два стальных клинка соприкоснулись, высекая искры.

Один торжец пытался убить другого, а второй всячески мешал ему это провернуть.

Если не удастся остановить кровавое побоище, то отряд молодого парня уменьшится до минимальных размеров. И следующим может быть кто-то из его друзей, кого придется хладнокровно убить.

— Это неважно! — наконец подал голос Призрак. — Вы все умрете! Прямо здесь и прямо сейчас.

Голос прозвучал над Мертвым полем, словно далекое эхо сухого отдаленного звука.

Головорез Тита заметно надавил, проводя одну атаку за другой, и опытный Азакар подставил свой меч, защищая испуганного бойца.

Орк всего лишь оттеснял нападавшего, прекрасно понимая, что убить его — будет себе дороже. Темный Призрак просто вселится в кого-то еще, и все начнется сначала.

— Каргарон!!! — Сальват уже кричал, что есть силы, абсолютно не понимая, каким образом это имя может помочь убить хозяина Цитадели.

Все попытки заканчивались ничем.

Неужели однопалый Хамон неверно перевел текст Древней книги?

Битва в стане его войска продолжалась.

Азакар вместе с человеком Тита сдерживали натиск противника, но долго это продолжаться не могло. Нетерпеливый эльф уже вынул пернатую стрелу, готовый в любой момент закончить надоевшее «представление».

— Ларвилас, нет! — Золтар избавил его от этой ошибки.

Убить обезумевшего торжца нельзя — он сам может стать следующим существом, подвластным «чудовищу».

— Я тоже знаю твое имя, Каргарон! Мы все знаем! — Сальват уже отчаялся.

На их слова, Призрак как будто бы не обращал внимания.

Они вместе с Леей кричали в пустоту. Но самое страшное было то, что и сражаться было не с кем. Они неугомонно бились сами с собой. И их поражение было всего лишь делом времени.

Лязг мечей продолжался.

Двое опытных бойцов бились за жизнь остальных воинов, не давая нападающему, плененному магией Темного Призрака, подобраться до остальных.

Уже вмешался некромант, отвлекая на себя неутомимого бойца.

Орк с головорезом Тита заметно выбились из сил, но не хотели легко сдаваться, а атакующий их собрат по оружию — словно открыл в себе второе дыхание.

И тут вдруг Сальвата осенило.

Хамон объяснил им, что для победы, нужно знать имя Призрака.

Это понятно!

Но, что, если оно предназначалось не для них? Может для того, чтобы сразить Темную сущность, они должны доставить это имя тому, кто сможет с ним справиться?

У кого имелись на это силы!

Это был шанс на спасение!

Неплохой шанс, если в него воистину поверить!

— Филиус! Ты слышишь меня? — юноша прокричал другое имя, отчего магия на Мертвом поле как-то непонятно поменялась. — Меня зовут Сальват! И я знаю имя твоего Стража. Его зовут Каргарон!

Атакующий воин из портового города Торжа на мгновение остановился.

Он больше не размахивал стальным мечом, пытаясь убить каждого находящегося с ним рядом человека, а просто рухнул на землю, словно Ларвилас и вправду сразил его стрелой из эльфийского лука.

Бессмысленный бой закончился.

И магия Призрака отступила.

— Узри меня, Филиус! И не дай погибнуть в бою твоим спасителям. Тебя держит в плену Призрак по имени Каргарон!

Каким-то неведомым чувством, Сальват понимал, что Падший Ангел его слышал. Магия Стража бросила управлять беднягой торжцем и переключилась на что-то другое. Видимо, это что-то было в разы важнее беспомощного человека Тита.

И первым это понял некромант.

Темная магия озлобленного Призрака снова вернулась, но уже в другом обличие, не том, что была мгновениями раньше.

— Он ставит блокирующее заклинание. — Золтар тут же схватил Лею и молодого парня за руки. — Мы должны его остановить. Немедленно!

Он быстро образовал круг, объединяя усилия, тем самым троекратно увеличивая силу колдовства.

Некромант поднял голову вверх, подавая пример остальным.

А потом, заученное заклинание вырвалось на свободу:

— Магар-Ури-Харай! Магар-Ури-Харай! — их голос сначала был еле слышен, но потом, периодически нарастая, зазвучал над Мертвым полем небывалой силой.

Даже те, кто к магии не имел ни малейшего отношения, ощущали ее воздействие.

Каргарон попытался блокировать крик Сальвата и его друзей.

Своими силами они не смогут одолеть Темного Призрака. Хамон перевел Древний текст книги Фабиана, из которого было ясно, что для победы над Стражем нужно было знать его имя. И они нашли того, кто это имя знает. Но каким способом воспользоваться этим преимуществом, никто не знал.

Вместо этого, каждый из присутствующих понимал, что своими силами одолеть грозного противника им ни в коем случае не удастся. Этот Призрак был слишком силен. Он обладал способностью порабощать слабую волю человека или представителя другой расы, и заставлял сражаться соперника друг с другом, всегда одерживая верх.

Таким способом, все, кто когда-то на его памяти добирались до Мертвого поля, были убиты своими же товарищами.

Легкая и веселая победа, что ни говори.

Но только не в этот раз.

— Магар-Ури-Харай! Магар-Ури-Харай!

Каргарон умело сдерживал заклинание, блокирующее Падшего Ангела от внешнего мира.

А Сальват, Золтар и Лея всеми силами старались ему помешать.

Темный Страж мог бесконечно удерживать заклинание, и троица опытных магов до конца своих дней могла простоять на этом самом месте, не добившись ничего.

Исход ситуации решил простой эльф, по имени Ларвилас:

— Поможем им! — быстро скомандовал он, и крикнул во всю свою мощь. — Филиус! Услышь нас! Мы — жители Тальгарда, призываем тебя! Пробудись! Твоего Стража зовут Каргарон!

Его голос едва слышался на фоне друзей, что пытались пробить блок Призрака. Но Ларвилас все же старался донести свой глас до Заброшенной Цитадели, где по Древнему тексту красной книги, Падший Ангел томился в подземелье твердыни острова.

Тройная магия его друзей надавила сильнее, почувствовав поддержку извне. Некромант искал слабое место в «щите» Каргарона, уже не надеясь его найти. Но после криков эльфа, внезапно в одном из тонких мест материи, умелый блок дал трещину.

Никто и никогда не узнает, что же произошло в данный момент. То ли Великие Боги помогли незнакомцам, а может, услышав громкие слова Ларвиласа, Призрак на мгновение отвлекся, ослабив хватку, но ясно было одно — в заклинании появилась брешь.

Да еще какая!

Именно туда некромант направил свою безудержную энергию.

А сын Джарета и молодая ведьма его поддержали.

Скорее всего, магическая троица и сама теперь справилась с Призраком, но орк, эльф и человек, чудом оставшиеся в живых, вовремя пришли на помощь.

— Его зовут Каргарон!

— Каргарон!

Вместе они кричали имя Темного Призрака, да так что не услышать его Филиус не мог.

Страж падшего Ангела, понимая, что проигрывает магическую схватку, тут же бросил свое заклинание.

Сопротивление исчезло, и магия некроманта, поддерживаемая Сальватом и Леей, без труда пробила треснутый «щит».

Блок развалился на части, оставляя после себя только воспоминания. Проход к сознанию Каргарона был в кое веков открыт.

Только вот Темный Призрак никак не хотел мириться с поражением.

Бросив свое бесполезное блокирование, Каргарон атаковал. Некромант и Лея в последний момент увидели темное заклинание, несущееся на них, и успели соорудить что-то похожее на купол, оберегая всех от неминуемой гибели. Но сил, часть которых они потратили на предыдущее колдовство, хватило не в полной мере.

Черная дымка ударила ровно в то место, где стояли остатки уцелевшего войска Сальвата. Купол рассыпался на глазах, принимая большую часть заклинания на себя, и от магического удара, земля ушла из-под ног, опрокидывая всех, кто твердо стоял на ее обители.

Выполнено все это было просто мастерски!

Приходя в сознание, Сальват пробовал подняться.

Голова гудела так, будто он получил удар деревянной дубиной. Приступ кашля сразу дал о себе знать, при каждом рывке, отдаваясь болью в левом боку. Одновременно с ним, изо рта вырывались клубы темного дыма, отчего неутомимо захотелось дышать в полную силу. Но еще больше захотелось жить.

«Предвкушение» смерти появилось в воздухе, и юноша огляделся покрасневшими глазами.

Кроме него, в сознание потихоньку приходили друзья.

Несущая Смерть оклемалась быстрее всех и уже помогала своему названному мужу подняться. Некромант на коленях стоял перед Ларвиласом, которого в три погибели согнул нестерпимый кашель, не давая отдышаться. А зеленокожий Орк, старался подняться, опираясь на один из своих мечей.

Больше никого не было в живых.

Последний головорез Тита мирно распластался на Мертвом поле, рядом со своим собратом по оружию, чье сознание немного ранее разрушил Каргарон.

Теперь их осталось всего пятеро.

Сальвату пришлось заглушить свой кашель, но что самое важное — удалось подняться.

Твердо на ногах стояли лишь он, лея и Золтар.

И то, слово «твердо» можно было произнести с натяжкой.

Просто стоять на ногах, удерживаясь без помощи окружающих.

Чего нельзя было сказать о Темном Призраке.

Каргарон предстал перед своим противником во всей своей красе. Если можно было так выразиться.

Черный размытый силуэт, чем-то напоминающий принцессу Моарти, воспарил над землей, медленно продвигался к горстке уцелевших магов.

Большой темный клинок красовался в правой руке.

Хотя, рукой эту часть тела (если у призраков вообще есть части тела) вряд ли можно было назвать. Увидев что-то непохожее на себя, мы с превеликим удовольствием сопоставляем это со знакомыми нам вещами. Вот и сейчас, зная, что у призраков нет рук, мы это говорим. На самом же деле — это то, что соединяет оружие с самой сущностью.

Очертание, которым предстал для них Каргарон, были похожи на человеческую фигуру. Кто знает, кем в прошлой жизни был этот субъект.

Призрак понемногу надвигался, устрашающе действуя на Сальвата и его друзей. И с каждым продвижением, вокруг них заметно сгущалась тьма, накрывая Мертвое поле своей полупрозрачной пеленой.

Каргарон готовил последнюю атаку.

Сальват боялся себе представить, что же будет, если он вселится в одного из его боевых товарищей?

Сын Джарета вынул меч королевы Нарвы, собираясь в последнюю безнадежную схватку. Золотистые руны светились таким ярким пламенем, что крича предупреждали хозяина, какой силы противник перед ним. И чтобы его одолеть, нужно применить все свое мастерство, и даже больше, чем любой из присутствующих может себе представить.

Лея и Золтар встали плечом к плечу, готовясь в ответственный момент снова объединить усилия. Сущность, что могла подчинить себе сознание другого человека, просто была непобедима. Кто знает, сработает ли против нее Дыхание Смерти, если она и есть сама смерть?

Древняя магия вновь окружила Мертвое поле.

Сильная, безудержная и бескрайняя.

От нее заслезились глаза, на миг перехватило дыхание и сперло в груди.

На мгновение Сальват подумал: «Неужели я стану тем самым сознанием, которое в очередной раз поработит Каргарон?»

Нужно было держаться изо всех сил.

Не дать этой твари завладеть своим телом, и тем более жизнью его друзей.

И он держался.

Магия давила все сильнее, нарушая само пространство.

Над Мертвым полем стало уже довольно темно, хотя силуэт Призрака все еще был отчетливо виден.

Каргарон остановился, приблизившись к ним.

Взмыв в воздух еще выше, он занес свой клинок, готовясь к битве. Сложилось ощущение, что он выжидает, чтобы отразить атаку.

«Но почему на такой парящей высоте?».

Ведь его соперники не могут летать.

Только если Несущая Смерть?

Сальват пару раз видел, как она поднималась чуть выше земли, и все!

И наконец, молодой парень понял: это не его магия!

И даже не магия его друзей.

Такой силой может обладать только…

— Смотрите! — Лея, прервав его размышления, указала пальцем наверх, немного выше Заброшенной Цитадели.

Поначалу ничего не происходило. Призрак явно оставил их в покое, ради чего-то наиболее опасного.

И не зря.

Из Древней твердыни выпорхнуло незнакомое существо.

«Хотя нет — знакомое! Очень знакомое!».

Оно было ярко красного цвета.

Большие размашистые крылья хлопали в воздухе, вселяя ужас в сердца друзей. В его руке (или лапе) красовался огненный меч, лезвие которого было объято магическим пламенем.

Сальват его узнал.

Падший Ангел.

Его изображение красовалось на обложке красной книги, и как поговаривали его покойные друзья-гномы — на печати самой рекулы.

— Каргарон! — Падший Ангел зарычал от злости.

Небеса от его голоса задрожали, принимая в этот мир своего защитника.

Хранитель Тальгарда все же услышал крики друзей Сальвата.

Но не это главное.

Он услышал имя своего Стража. Того, кто не давал возможности выбраться ему из заточения.

Вот, о чем гласила Древняя книга.

Филиус приблизился к своему противнику очень быстро. Сложив огромные крылья, спикировал на него, атакую без предупреждения.

Яркая, непонятного цвета вспышка озарила небо над Мертвым полем, как только два древних магических оружия соприкоснулись. Теперь Темный Призрак даже не думал о нападении. Ему бы спастись от неминуемой гибели. Но Падший Ангел не давал ему ни малейшего шанса.

Филиус вновь атаковал.

Мощным раскатом грома сопровождалось каждое соприкосновение огненного меча с темным клинком Призрака. И яркая вспышка то и дело озаряла небесный свод. От нее нестерпимо болели глаза.

Магия Падшего Ангела была на высоте в прямом и переносном смысле. И хотя от такой волшбы невозможно было дышать в полную силу, слезились глаза, и просто жгло в носу, молодой парень не отрывал взгляда от схватки двух существ у Заброшенной Цитадели.

Это было, по настоящему, зрелищно!

Они кружили, словно в прекрасном танце.

Временами Филиус свободной рукой извергал столб жгучего пламени. И пока Каргарон приходил в себя, огненный меч, быстро рассекал воздух, пытаясь довершить задуманное.

Огонь был его стихией.

Все небо над Мертвым полем окрасилось кроваво красными росчерками, принимая на себя удары Древнего меча.

Оружие Темного Призрака уже не так эффективно отражало атаку. Пробудившаяся сила, неизвестно, сколько времени запертая в глубинах Заброшенной Цитадели, наконец, вырвалась на свободу.

И Каргарон дрогнул.

Сальват чувствовал, как Древние заклинания один за другим проносятся над Мертвым полем, словно цепные псы. Они разрывали Призрака изнутри. И он ничего не мог с этим поделать. На мгновение юноша подумал, а смог бы Страж обуздать сознание Падшего Ангела, и подчинить того своей воле? Или это было выше его сил?

Но пока, из того, что видела компания друзей, напрашивался единственный вывод — Каргарон и думать об этом не имеет право. Его основной задачей было сейчас — достойно умереть.

Шансов на спасение, не осталось.

Атаки Филиуса стали намного эффектнее!

Хранитель Тальгарда с каждым новым ударом, возвращал себе небывалую силу, подпитываясь магией этого мира. А его противник дрожал от безысходности.

В этот раз Ангел применил мощное заклинание.

Столб безудержного пламени вырвался на свободу и ринулся к своей беспомощной жертве. Призрак издал что-то похожее на вопль отчаяния, как только магическое пламя, уже сине красного цвета, охватило его темную сущность. На глазах у оголтелой публики Каргарон в прямом смысле горел, пытаясь своими бесполезными заклинаниями спастись от вечного огня.

Юноша видел, как Призрак безуспешно метался, объятый пламенем. Как его Темная душа не хочет покидать этот мир. И как он цеплялся за Тальгард из последних сил, словно тот был его единственным домом.

В этот момент Ангел провел сокрушительную атаку.

Взмах огненного меча начертил Древние руны прямо в небе над головой Стража. Три незнакомых для Сальвата символа, вспыхнули, наливаясь ярким огнем. Так по рассказам покойного Тули и Хагрима, горела рекула, когда его отец пытался прочитать Древний текст.

Вот и сейчас, руны становились все ярче и ярче.

И когда достигли такого свечения, что смотреть на них стало уже невозможно, Падший Ангел произнес свое заклинание.

Никто из присутствующих не разобрал его слов.

Филиус говорил громко и отчетливо, видимо, обращался к кому-то более могущественному, чем он сам.

Земля под ногами молодого юноши задрожала, и он краем глаза увидел, как трое его друзей и названная жена зашатались в нелепых позах, удерживая равновесие. Сама материя мира дрогнула в тот момент, когда Ангел произносил заклинание.

Темный Призрак отбивался от магического огня, пока Ангел лепил волшбу. Лишь после того, как он замолчал, древние руны рассыпались на миллионы мелких искорок и исчезли в безоблачном небе.

Теперь, Каргарон завопил невыносимым голосом.

Пятерка друзей инстинктивно закрыла уши руками. И не нужно быть магом, чтобы понять, что же сейчас происходило с Призраком Расколотого острова.

Как только Филиус осознал, что Каргарон лишился своей последней защиты, тут же нанес завершающий удар.

Его меч горел уже сине оранжевым пламенем так ярко, что Сальват снова прищурился. Невыносимый свет наполнил небо над Заброшенной Цитаделью. Падший Ангел, в два взмаха приблизился к надоевшему противнику и рубанул сверху вниз своим карающим оружием.

Раскат грома ударил в небо над Мертвым полем и на мгновение озарил область вокруг него небывалой силы свечением.

Друзья Сальвата крепко зажмурили глаза, интуитивно отворачиваясь.

И уже никто из них не видел, как в момент приближения меча, магия огня на мгновение отпустила Темного Стража.

Но лишь для того, чтобы позволить нанести удар в опустошенную сущность.

Филиус разрубил Каргарона на две половины.

Обе черные дымки разорвались под действием незнакомой магии и, не имея возможности, существовать друг без друга, рассеялись в пустоте.

Темный Страж закончил свое «правление» в Заброшенной Цитадели и покинул мир живых, оставив после себя только обрывки воспоминаний.

Тишина укутала Тальгард.

Сальват осторожно приоткрыл глаза, боясь яркого света. К его великому счастью, Мертвое поле приобрело уже знакомые очертания. Магия, что постоянно присутствовала в ходе боя, утихла. Но ее отголоски не покинули Тальгард, косвенно напоминая, что кто-то могущественный все еще находится в этом мире.

Хранитель Тальгарда стоял напротив юноши, сложив крылья за спиной. От него веяло поистине сильной магией. Может быть, такое ощущение испытывал его отец при встрече с Фабианом.

Филиус находился совсем близко, и юноше удалось его разглядеть.

Падший Ангел был ярко красного цвета. Воистину Древний Хранитель Тальгарда. Лишь огненного меча в его руках не хватало. Оно и понятно: подобные сущности не носят оружие, они его призывают.

Хотя, кто знает?

Может Ангел своим видом хотел показать незнакомцам, что разговор будет мирным?

Филиус был мощного телосложения и высокого роста.

Вдвое больше, чем обычный человек и вдвое мощнее, чем тот же орк. Волос на голове у него не было. Растительность на теле существа, владевшего стихией огня, как-то уж не вязалась. За спиной располагались огромные крылья. Такого же огненного цвета.

Он был гол по пояс.

Его мышцам на груди, животе и руках позавидовал бы любой воин. Великие Боги хорошо слепили свое творение. Он лишь косвенно походил на человека. Но все же это был не человек. Перед взором друзей располагался сейчас настоящий Хранителем Тальгарда!

Ангел носил коричневого цвета штаны, местами опаленные яростным огнем. А вот обуви у него не было. Босыми ногами он ступал по земле Мертвого поля, выпячивая огромного размера ступни и пальцы.

Падший Ангел находился в нескольких шагах от Сальвата и его верных друзей. И с высоты своего роста гордо глядел:

— Кто ты!? — Филиус указал на юношу, и парню почудилось, что у него изо рта вырываются чуть заметные клубы дыма.

— Меня зовут Сальват. А это мои друзья. Мы прибыли на остров, чтобы освободить Хранителя Тальгарда.

— Как вы меня нашли?

Ангел не снизошел до благодарности, а сразу же задал следующий вопрос.

Парень вынул из наплечной сумки красную книгу:

— Мы узнали о тебе из этой рукописи. Она досталась нам от Фабиана.

— От Фабиана!? — Падший Ангел взорвался от злости. И Сальват вдруг понял, что клубы дыма из его рта — это не видения. — Этого мерзкого предателя!?

Его глас зарычал над Мертвым полем.

Сальвату на миг показалось, что усопшие вот-вот пробудятся.

Друзья переглянулись.

То, что сделал для них Фабиан, не может быть предательством.

Хотя никто из них до конца не знал всей правды. Собственно, они и прибыли за ней на этот остров к Заброшенной Цитадели.

— Даже имя его не произноси, в моем присутствие, глупый смертный! — Филиус был не просто зол.

Он впал почти в ярость, с силой захлопывая страницы непрочтенной книги.

— Мы не знаем всей правды, Филиус. — Попытался успокоить его молодой парень. — Но мы точно знаем одно — тот, чье имя ты не хочешь больше слышать — передал моему отцу рекулу.

— Рекулу? — Ангел удивился. — С чего бы этому предателю передавать вам рекулу? Чего он хочет от простых смертных?

— Я не знаю ответа на твой вопрос. — Ответил Сальват. — Я хотел бы спросить это у своего отца, но, к сожалению, это невозможно.

Филиус посмотрел на него с сожалением:

— Твой отец мертв?

— Совершенно верно.

— Значит, наследник рекулы теперь ты. Я только не понимаю, чего хочет от вас этот негодяй. Запомни, Сальват. Фабиан никакой не Бог. И хватит его превозносить, будто он Спаситель Тальгарда! Ты даже не представляешь, что он сделал!

Сын Джарета выдержал паузу, чтобы ненароком не поссориться с Ангелом и продолжил:

— За ответами мы пришли к тебе. Но прежде, чем ты расскажешь нам, как оказался в заточении, хочу еще кое о чем тебе поведать. — Филиус слушал внимательно своего собеседника. — Почти двадцать лет назад вместе с рекулой мой отец получил некий ковчег…

— Что ты сказал? Ковчег?!

— Совершенно верно! А месяц назад ко мне в руки попал ключ…

— Вам удалось открыть его!? — Хранитель Тальгарда оборвал своего собеседника на полуслове.

— Каким-то образом он сам открылся. Я лишь положил ключ в том месте, где мне указали.

— Естественно! — настроение Филиуса резко переменилось. — Так работает ключ. Ах, да, я совсем забыл. Вы же ничего не знаете? Я прав?

— Мы пришли за ответами к тебе! — повторился Сальват. — А заодно и помочь Великим Богам!

— Боги Небесной Колыбели теперь для нас никто! И вы понятия не имеете, от чьего имени я сейчас говорю. Ваш Бог — это создатель Тальгарда! И поверьте, зовут его не Фабиан! Я не знаю, какую игру затеял с вами этот мерзавец, и при чем здесь рекула. Но я докопаюсь до правды.

— Книга должна все объяснить, — поведал Сальват. — Куркумы перевели лишь малую ее часть. Из нее мы всего лишь узнали твое местоположение.

Филиус перевернул небольшое количество страниц. В его громадных ладонях, красная книга смотрелась, словно записная книжонка.

— Я не понимаю, — Хранитель Тальгарда вгляделся в рукопись. — Книга написана для меня. Вот почему смертные не смогли понять все ее символы. Как давно вы видели Фабиана?

Друзья переглянулись:

— Мы его не видели. Последний раз он приходил к моему отцу почти двадцать лет назад.

— Двадцать лет?! — удивлению Ангела не было предела. — Великий Создатель! Сколько же времени мы потеряли!

Сальват уловил нотки разочарования в громогласном голосе.

В этих Древних страницах он лицезрел то, чего даже однопалый Хамон не сумел понять.

— Вы, смертные, видимо пришли за наградой? Я прав? — Филиус окинул взглядом всех здесь присутствующих.

Никто не хотел отвечать.

А потому молчание все сказало за себя.

— Конечно, за наградой… — сам ответил на свой вопрос Хранитель. — Чего же еще можно ожидать от простых смертных. Но спешу вас уверить — от меня вы ее не получите. Может сам Создатель решит по-другому. А сейчас, я задам вопрос наследнику рекулы. Ты готов на него ответить?

— Сделаю все, что в моих силах! — гордо произнес сын Джарета.

Филиус захлопнул Древние страницы и в очередной раз взглянул свысока на компанию Сальвата:

— Сколько ковчегов вам удалось открыть?!

Словно гром среди ясного неба.

Молодой парень переглянулся с друзьями, и с огорчением увидел: они все лишь пожимали плечами. Никакой награды не будет. Они не выполнили все условия рекулы.

— Их несколько!? — Сальват уточнял вопрос.

— Вот тут ты прав! Вы не знаете и половину правды! Я бы осмелился утверждать, что вы не знаете ничего! Скажи мне наследник рекулы, что произошло, когда открылся первый ковчег.

— Белое яркое свечение выпорхнуло в ночное небо. — Осведомил его сын Джарета.

— Это была его душа! — Филиус поменялся в лице. — Если Тальгард принял его душу, значит не все потеряно для этого мира.

— Маги Святой Земли объяснили, что мы выпустили на волю неизмеримое зло — уведомил юноша.

Филиус с укором посмотрел на Сальвата:

— Святая Земля и есть само зло, если я правильно понял перевод книги. Не верьте россказням. Вы выпустили в этот мир чистый Свет. Это была душа Создателя. И если вы поможете мне, скоро этот свет засияет над Тальгардом с необыкновенной силой. Я искренне рад и благодарен вам за такую новость.

Падший Ангел впервые за время разговора, их похвалил.

— Сколько всего было ковчегов? — спросил молодой парень.

— Три! — Ангел знал наверняка больше своего собеседника. — Если ты действительно наследник рекулы, заверши дело, начатое твоим отцом! Найди остальные ключи и освободи создателя. Того, кого предал Фабиан! А теперь пытается искупить вину с помощью простых смертных.

Юноша пристально посмотрел в глаза Ангелу.

— Ты расскажешь мне, что произошло?

— Обязательно! Наследник рекулы должен знать правду! Какой бы горькой она не казалась. Но самое важное, наследник рекулы обязан помочь Тальгарду, какой бы тяжелой не была его ноша.

Я приглашаю в замок своих освободителей! Впервые за столько лет, вы услышите то, что ни одному смертному не удалось познать.

Вы услышите правду!

Ту, что произошла на самом деле! Какую бы нелепую историю не навязал вам ныне существующий Бог!

Забудьте то, что вы знали или слышали до сегодняшнего дня!

Это говорю вам я — Филиус!

Единственный Хранитель обманутого Тальгарда!