Всего лишь какие-то 400 лет назад территорию, где раскинулись сейчас Соединенные Штаты Америки, занимали дикие леса и горы, прерии и пустыни, населенные разрозненными племенами аборигенов-индейцев, внушающих ужас первооткрывателям. Как же страна в кратчайший по историческим меркам срок сумела добиться такого впечатляющего прогресса? Кто представлял эти – сколь таинственные, столь и реальные – силы, задумавшие новый мировой порядок: создание федеративного государства, в состав которого войдут все континенты, – Соединенные Штаты Мира?
Автор делает попытку понять тайный подтекст истории США и взглянуть на эту страну совершенно по-иному.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
v 1.0 – создание файла – shum29
© Хаггер Н. (Hagger N.)
© Перевод с английского: Цфасман Р. А.
© ООО «Издательство Родина», 2021
Соединенные Штаты Америки гордятся тем, что они создали цивилизацию, равной которой мир не знал. Действительно, в техническом отношении с этой страной трудно соперничать. Американцы высадились на Луне, их космические корабли достигли самых отдаленных уголков Солнечной системы. Американские спутники ретранслируют телепрограммы на все страны. Через Интернет могут общаться люди, живущие на разных континентах. Точечные бомбовые удары, которые наносит авиация США, изменили характер войн: уничтожаются лишь базы террористов, а потери мирного населения сведены к минимуму. Небоскребы, гражданские самолеты, автомобили, застройки жилых кварталов, уровень здравоохранения – во всем этом и многом другом Америка не знает себе равных. И в то же время она открывает двери для тех, кто хочет избавиться от голода и нищеты, обрести крышу над головой и – самое главное – вдохнуть глоток свободы. США дают приют беженцам со всех концов света. Свобода и демократия – духовные и политические идеалы Америки. И для всего мира она остается маяком Свободы, хотя лидеры некоторых стран и опасаются, что США стремятся к мировому господству.
Бурное развитие науки и техники, впечатляющий прогресс в политической и социальной сферах – все это было достигнуто в необычайно короткие – по историческим меркам – сроки. Ведь еще 400 лет назад территорию, где раскинулись сейчас Соединенные Штаты, занимали дикие леса и горы, прерии и пустыни, населенные лини, разрозненными племенами коренных жителей континента индейцев. Но эти живописные ландшафты, внушали ужас.
И вот, пока отважные мореплаватели продолжали бороздить океаны в поисках края света, на эти дикие земли прибыли первые европейцы: англичане, испанцы и французы. Они еще многого не знали. Большинство людей думали, что Земля – неподвижный центр Вселенной и другие планеты вращаются вокруг нее. Но появились уже новые «ереси», утверждавшие, что Земля, во-первых, вертится, а во-вторых, вращается вокруг Солнца. А то, что Земля имеет форму шара, и, следовательно, если плыть на запад, можно добраться до восточных окраин Индии, – это было всего лишь теорией. Люди еще верили слухам, согласно которым где-то за морским горизонтом их ждет гигантский водопад, и они в нем исчезнут вместе со своим кораблем.
Однако надо отдать должное отваге наивных и суеверных европейцев. На утлых парусниках, протекающих, как старое корыто, они пускались в далекие путешествия в неизведанные края, зная, что вернутся домой лишь через год-два – если вообще вернутся. Так что же влекло их? Некоторые, как, например, Васко да Гама, стремились обрести новые знания, совершить новые открытия. Были среди этих путешественников и авантюристы, джентльмены удачи. Они надеялись сколотить состояние – привезти домой золото и бриллианты или хотя бы ценную древесину, а потом продать добычу. Некоторые мечтали стать в новых краях вольными землевладельцами, поскольку в феодальной Европе бедному че получить земельный надел тогда было почти невозможно. Попадались среди путешественников и те, кто спасался от преследований на религиозной почве и хотел обрести свободу вероисповедания.
Те, для кого Атлантика не стала могилой, добрались все же до восточного побережья Северной Америки и основали там свои поселения. Рубили огромные деревья, строили из бревен дома и изгороди. Их жизнь была, конечно, нелегкой. В целом не жизнь, а существование на примитивном уровне. Но прибывали из Европы все новые и новые колонисты, и восточное побережье становилось более обжитым. На севере континента возникли английские колонии, просуществовавшие более 150 лет. Затем они сбросили колониальное иго, обрели независимость, а их лидеры написали Конституцию, которая позволила Соединенным Штатам стать со временем мировой супердержавой.
В этой книге рассказывается о рождении Соединенных Штатов начиная от основания первых поселений и до 1787 г., когда была принята Конституция США. Первые поселенцы, представлявшие различные ветви христианства, были людьми глубоко религиозными. Но есть свидетельства того, что вместе с ними отправились обживать североамериканский континент и масоны. В частности, масоны-деисты. У них была своя концепция Бога, отличная от христианских канонов. Конечно, они ее не афишировали, выдавая себя за обычных протестантов. Но, действуя втайне, они добились многого. По сути дела, Соединенные Штаты возникли как масонское государство. Мы увидим далее, насколько важную роль играли масоны в Гражданской войне в США, да и сегодня они представляют собой значительную, хотя и скрытую, силу. Их цель – установить новый мировой порядок, создать Соединенные Штаты Мира – федеративное государство, в состав которого войдут все континенты.
Не все в Америке происходило так, как мы привыкли считать. Каждый школьник знает, что в 1620 г. группа англичан приплыла к берегам североамериканского континента на корабле «Мейфлауэр» и основала поселение Новый Плимут. Однако еще раньше – в 1607 г. – их соотечественники, высадившиеся южнее, основали Джеймстаун. Вот почему США решили отпраздновать в 2007 г. свое 400-летие. Но, оказывается, и эта дата условна. Америка родилась еще раньше.
Я впервые заинтересовался ранней историей США, когда изучал зарождение, развитие, подъем и упадок 25 мировых цивилизаций. Итоги моих трудов вошли в книгу Огонь
Целый год я собирал по крупицам материалы о Бартоломью Госнолде. В итоге написал иллюстрированный путеводитель по Отли-Холлу и сценарий документального фильма о жизни Госнолда. В октябре 1998 г. я побывал в Джеймстауне. Съездил также в Ричмонд, столицу штата Виргиния, где прочел лекцию о Госнолде. Корреспондент местной газеты назвал мое выступление «Евангелием от Хаггера». Народу собралось около двухсот человек. Я сказал американцам: «Вы сделали ошибку: воздвигли статую Джона Смита, а на самом деле нужно увековечить память Бартоломью Госнолда. Подлинным основа гелем вашего города является он, а не Смит». Аудитория была потрясена. Я пояснил свою точку зрения. Рождение первой английской колонии в Северной Америке – Виргинии – следствие политики английских монархов – Елизаветы I и Якова I, а не результат деятельности Джона Смита, человека с сомнительной репутацией. После лекции некоторые весьма уважаемые жители штата сказали мне: «Теперь мы считаем себя наследниками Госнолда, а не Смита».
На лекции присутствовал доктор Уильям Келсо, заместитель главного археолога Джеймстауна. В 1994 г. он обнаружил здесь руины старого форта, доказав тем самым реальность этого сооружения. В свое время Генрих Шлиман, раскопав Трою, точно так же доказал, что она не миф. В период с апреля по декабрь 1994 г. археологи Джеймстауна нашли 30 тысяч артефактов, датированных началом XVII столетия. Примерно половина из них относится к первым годам жизни этого города. А доктор Келсо обнаружил с тех пор в стенах форта около 350 тысяч артефактов.
Я познакомился с ним в Джеймстауне, еще до моей лекции, а на следующий день после нее он позвонил и сказал, что хочет снова встретиться. Я опять поехал в Джеймстаун Уильям Келсо представительный седоволосый джентльмен. Держится просто, но с большим достоинством. Я зову его американским Шлиманом. Мы сидели на деревянной скамье на берегу реки Джеймс, а позади нас высилась статуя Джона Смита.
Билл сказал мне:
– Я рисую в своем воображении картину: сюда в 1607 г. причалили три английских корабля. За ними потянулись другие. У них на борту был скарб, который мы нашли во время раскопок. Кто это все организовал?
– Конечно, Бартоломью Госнолд, – ответил я без колебаний и изложил основные тезисы своей лекции. Как я и полагал, Госнолд умер в августе 1607 г. и был похоронен в форте. – Может, вам следует продолжить раскопки, чтобы найти его останки? – спросил я Билла.
– Грунт затвердел, – ответил он. – Чистый бетон. И подземные радары бессильны. Предполагаемая площадь – треугольник. Его стороны – сто сорок ярдов. Искать останки Госнолда – все равно что иголку в стоге сена. На это уйдут десятилетия.
– Его похоронили в центре этого треугольника, – сказал я. – По углам стояли пушки. Из них был произведен траурный салют. Если бы покойника похоронили в углу, он «не слышал бы» всех залпов. И за пределами форта его не могли похоронить. Вокруг крепости стояли индейцы, вооруженные луками. Они были настроены враждебно, а кому хотелось получить стрелу в сердце?
– Согласен с вами, – ответил Билл. – Только как найти эти углы? Один я, кажется, знаю. Он где-то внизу по течению реки. Надо отыскать два других, и тогда можно вычислить центр треугольника.
Раза три или четыре Билл приезжал ко мне в Отли-Холл. Мы ездили с ним по окрестным деревням, выясняя, кого же Госнолд набирал в свою команду. Интересовались, кто стал матросом, а кто – пассажиром. Оказалось, 40 из 108 пассажиров жили неподалеку от Отли-Холла.
Как-то в воскресенье Билл позвонил мне и сказал, что находится в городке Лэвенхем, по соседству с моим домом. Вместе с ним – Патрисия Корнуэлл, писательница из Виргинии, автор популярных детективных романов, и еще несколько американцев. Билл спросил, могут ли они ко мне приехать. Я, конечно, обрадовался, устроил им ланч. Вся компания просидела у меня до позднего вечера. Потом Билл навестил меня, когда приезжал в Ипсвич, административный центр графства Суффолк, сопровождая Роксану Гилмор, супругу губернатора Виргинии. На торжественном приеме в Ипсвиче миссис Гилмор, сославшись на мою лекцию в Ричмонде, подчеркнула заслуги Госнолда в освоении Северной Америки и заявила, что по логике вещей Ипсвич и Джеймстаун должны стать городами-побратимами. Этот вопрос обсуждался и ранее, когда губернатор Виргинии направил в Ипсвич делегацию, которая оговаривала детали предстоящего визита его жены. Я присутствовал на встрече американцев с мэром Ипсвича и председателем городского совета. Откровенно говоря, меня удивило равнодушие моих соотечественников к идее побратимства двух городов. Председатель городского совета, в частности, сказал, что жители Ипсвича могут обвинить градоначальников в неоправданных расходах казенных денег на увеселительные поездки в Штаты. В своей речи я пытался сгладить неловкость ситуации, но американцы все же были разочарованы. Роксана Гилмор вернулась к этой теме, и, хотя она говорила о возможном побратимстве двух городов в сдержанных тонах, ее выступление получило общественный резонанс. Телевидение записало также речь мэра Ипсвича и мое выступление. С тех пор прошло пять лет, и сейчас, когда я пишу эту книгу, городской совет Ипсвича, кажется, решил все же установить побратимские отношения с Джеймстауном.
Кстати, в день визита Роксаны Гилмор я давал у себя в Отли-Холле большое интервью известному американскому историческому телеканалу. Роксана сказала мне позже, что этот сюжет транслировался на многие школы США и других стран.
В один из приездов Билла мы обошли все окрестные дома, так или иначе связанные с бурной деятельностью Госнолда, и узнали немало интересного. Когда мы перезваниваемся, я всегда спрашиваю Билла: «Ну что, нашли останки Госнолда?» «Пока нет, но надеюсь на это», – отвечает он. Как-то он сообщил мне, что ему удалось найти один из углов форта. Через год он установил, где был второй угол.
Наконец в январе 2003 г. на мой традиционный вопрос Билл ответил: «Думаю, да». Он обнаружил хорошо сохранившийся скелет мужчины, которому было за тридцать. Рядом со скелетом в гробу лежал жезл-символ власти. На то, что покойник был предводителем колонистов, указывал и другой, более декоративный, капитанский жезл, прикрепленный к крышке гроба (в те времена в гробах хоронили людей только высокого ранга). «Я уверен, что это именно Бартоломью, – сказал Билл. – Кстати, его скелет лежал всего в пятидесяти футах[1] от той скамейки, на которой мы с вами сидели».
Билл провел у себя в Виргинии пресс-конференцию, на которой объявил о находке. А я целый день давал по телефону интервью корреспондентам американских газет. В США находка Билла вызвала большой интерес. Скелет даже экспонировался какое-то время в Смитсоновском музее.
Но останки еще надо было научно идентифицировать. Билл хотел разыскать кого-нибудь из родственников или потомков Госнолда по женской линии, чтобы сделать анализ ДНК. Порывшись в архивах, он узнал, что у Бартоломью была в Англии сестра – Элизабет Госнолд Тилни, умершая в 1646 г. и похороненная в церкви Всех Святых в Шелли, графство Суффолк. Была у него и племянница – Кэтрин Блэкерби. По всей вероятности, она похоронена на территории того же графства, в церкви Святого Петра и Святой Марии в Стоумаркете. Во всяком случае, там есть надгробие, на котором начертано имя ее мужа. Билл обратился к церковным властям за разрешением вскрыть могилу в Шелли. Его поддержал известный британский археолог Эдвард Мартин (он, кстати, по моей просьбе вел раскопки в Отли-Холле), и впервые за все время своего существования английская церковь разрешила провести в стенах храма эксгумацию в чисто научных целях.
Я присутствовал на вскрытии могилы Элизабет. Процедура состоялась 13 июня 2005 г. Церковь находилась в сельской местности, и машины парковались на близлежащем поле. Приехали около двадцати газетных и телевизионных репортеров. Билл, прилетевший из США, заметно волновался. Проект финансировал американский журнал
В конце марта 2006 г. британское телевидение обнародовало неутешительные результаты анализа. Клетки костной ткани двух скелетов оказались совершенно различными. По мнению многих, женщина, захороненная в Шелли, не могла быть сестрой Госнолда и по другим причинам. Элизабет умерла в возрасте около семидесяти лет, a этой женщине было немногим за пятьдесят. Впрочем, Эдвард Мартин почему-то уверен, что это скелет сестры Госнолда.
Так или иначе, Билл в своих поисках дальше не продвинулся. По его просьбе я выслал ему свои слайды – репродукции портретов двух родственников Бартоломью – Роберта Госнолда III и Роберта Госнолда V. В определенные дни Отли-Холл открыт для посетителей, и у меня уже побывали тридцать человек, которые заявили, что они потомки Госнолдов. Я в таких случаях ставил «претендента» между этих двух портретов, висящих на стене, и проводил своего рода тест – сравнивал носы. У Госнолдов, изображенных на портретах, нос – ястребиный, крючковатый. Думаю, «претенденты» были просто аферистами. Выслав Биллу слайды, я надеялся, что он, сравнив портреты с черепом, подтвердит свои догадки.
Сейчас Билл продолжает свои поиски. Он проводит анализ ДНК, используя зубы нашего таинственного незнакомца. Ткань зуба содержит довольно большой объем информации. В детстве, когда зубы человека начинают формироваться, в их ткани откладываются минералы, содержащиеся в питьевой воде. Поэтому сравнительный химический анализ ткани зуба и местной питьевой воды иногда позволяет узнать, где вырос тот или иной человек. Между прочим, анализ костной ткани джеймстаунского скелета показал, что этот человек вырос, скорее всего, не в Америке. В его рационе преобладала пшеница, а американцы предпочитают кукурузу.
Таково положение дел на сегодняшний день. Билл убежден, что он все же нашел останки Бартоломью Госнолда, однако потребуется немало времени, чтобы это доказать. Возможно, ключ к разгадке дадут останки племянницы Бартоломью, но их еще предстоит найти.
Я расстался с Отли-Холлом. За семь лет моего пребывания там замок осмотрели примерно 40 тысяч экскурсантов. И хотя мне помогали шесть гидов и другие сотрудники, быть владельцем и хранителем музея – занятие утомительное. В итоге я решил сосредоточиться на литературной работе.
И все же семь лет не прошли даром. Личность Госнолда пробудила во мне интерес к ранней истории США. Параллельно с созданием новых книг я возобновил поиски и вскоре понял, что надо расширить их спектр. Бартоломью Госнолд был лишь одним из многих британцев, осваивавших Новый Свет. Поэтому его роль в этом историческом процессе надо рассматривать объективно, не преуменьшая, но и не преувеличивая его заслуги. И вот какая картина открылась передо мной. Об этом – ниже.
Итак, кто же основал Америку? Общепринятая версия известна каждому образованному человеку. Группа пуритан, спасаясь от религиозных преследований, отплыла на корабле «Мейфлауэр» из английского порта Плимут к берегам Нового Света и основала там в 1620 г. первую британскую колонию в Новой Англии, на территории нынешнего штата Массачусетс. Свое поселение пуритане, недолго думая, назвали тоже Плимутом. Первых колонистов иногда называют отцами-основателями, хотя чаще всего так говорят о лидерах борьбы американских колоний за независимость в XVIII в. и основателях Соединенных Штатов. В этой главе речь пойдет о первой колонии в Новой Англии.
Реформация, которую возглавили Лютер и Кальвин, стремилась оздоровить продажную и погрязшую в грехах Римско-католическую церковь. Английский король Генрих VIII провозгласил независимость англиканской церкви от Рима, а его дочь Елизавета I успешно отразила нашествие испанской «Непобедимой армады», миссией которой было завоевание и объединение Европы под властью папы римского и короля Испании. Однако епископальная структура англиканской церкви осталась нетронутой. Епископы, в митрах и с посохами, слишком напоминали католических прелатов. Все это вызывало недовольство пуритан. Не желая мириться с половинчатой политикой английской монархии, пуритане стали объединяться. Возникло независимое религиозное течение, приверженцы которого называли себя сепаратистами. Власти прибегли к суровым мерам. В 1593 г. трех вождей пуритан-сепаратистов: Джона Гринвуда, Генри Барроу и Джона Пенри – повесили. Других видных лидеров бросили в тюрьмы, но рядовых пуритан репрессии не запугали: число сепаратистов росло. Намереваясь жить по своим законам, они создавали конгрегации, независимые от англиканской церкви.
В 1593 г. группа сепаратистов из конгрегации в Скруби, графство Ноттингемшир, покинув Англию, отправилась в Нидерланды, Амстердам. Одному из беженцев, Уильяму Брэдфорду, было тогда всего семнадцать. Пуритане, отрицавшие продажную официальную церковь, считали себя пилигримами, шествующими по грязи жизни на небеса.
В 1603 г. король Шотландии Яков VI стал королем Англии Яковом I. Это событие вселило в души пуритан некоторые надежды: новый монарх был кальвинистом и, когда правил Шотландией, относился к пуританам вполне либерально. Как только он прибыл в Лондон, сепаратисты вручили ему петицию, под которой стояла тысяча подписей. В этом прошении пуритане рассказали о своих горестях. Однако их надежды не оправдались. В 1604 г. Яков I одобрил епископальную структуру англиканской церкви, а позже, в том же году, поощрил создание документа Конституции и каноны, направленного против религиозных нонконформистов. Таким образом, принятый в свое время закон о главенстве английского короля над церковью мог быть использован отныне против всех британских христиан, которые не были приверженцами англиканской или католической церкви. Иными словами, всех нонконформистов вынудили скрывать свои религиозные убеждения.
В 1607 г. Англию покинула еще одна группа пуритан. Пилигримы переплыли Ла-Манш и высадились в Нидерландах, где встретились со своими единоверцами – «эмигрантами первой волны», 1593 г. Нидерланды долгое время были частью католической Испании, но в конце концов восстали против владычества Габсбургов и в сражениях с войсками Филиппа II обрели независимость. Еще в начале эпохи Реформации многие голландцы стали кальвинистами, и теперь, сбросив испанское иго, они не без гордости сравнивали себя с евреями, совершившими исход из Египта. И Бог, давший свободу израильтянам, точно так же проявил милосердие к голландцам. Вполне естественно, что Нидерланды казались английским пуританам землей обетованной.
В те времена голландцы торговали, можно сказать, со всеми странами. Например, они экспортировали тюльпаны в Турцию, где эти цветы пользовались массовым спросом. Нидерланды стали крупнейшей морской державой. Их торговая империя к 1650-м гг. включала нынешнюю Индонезию, Юг Африки, а также отдельные поселения в Северной и Южной Америке – соответственно Новый Амстердам и Голландскую Бразилию. Поэтому найти работу в Нидерландах не составляло особого труда. В голландские банки непрерывным потоком текли солидные капиталы. Казалось, сам Бог вознаградил жителей этой небольшой страны материальным благополучием.
Вот как характеризует Амстердам один голландец:
Примечательно и то, что Амстердам был эталоном терпимости по отношению ко всем мировым религиям. Пуритане почувствовали себя здесь евреями, входящими в Иерусалим. Однако их ждало разочарование: город успел сильно измениться – и, во всяком случае с точки зрения ханжеской морали, не в лучшую сторону. В период между 1567 и 1600 г. население Амстердама увеличилось с 30 до 100 тысяч. Гавань была до отказа заполнена судами, прибывшими сюда со всех концов света. Вокруг порта как грибы росли таверны и притоны, и таких увеселительных заведений насчитывалось около пятисот. Разумеется, там махровым цветом цвела проституция. Пуритан это, конечно, повергло в ужас. Вместо города Моисея они увидели погрязший во грехе Иерусалим, проклятый Амосом и Осией. Как ни странно, Нидерланды, при всей их религиозной толерантности, в меньшей мере укрепляли веру пуритан в истинности их пути, чем Англия, где они подвергались гонениям. Вскоре они почувствовали, что невольно становятся частью насквозь порочного общества и что происходит их «амстердамизация».
Через год часть пуритан переехала из Амстердама в Лейден, текстильный центр Голландии. Англичане прожили там с 1609 по 1620 г. работая с рассвета до заката и не помышляя о больших деньгах. Уильям Брюстер преподавал английский язык в Лейденском университете и опубликовал несколько своих книг. Эдвард Уинслоу приобрел типографию. Роберт Кашмен стал чесальщиком шерсти. Сэмюэль Пуллер занялся производством шелка, а Уильям Брэдфорд – хлопчатобумажной ткани. Некоторые пошли в подмастерья. Более десяти лет пуритане жили спокойно, по своим законам. Никто не мешал им исповедовать свою веру, но все же держались они настороже: слишком греховным было общество, которое их окружало. Конечно, с годами община постарела. Некоторые не могли уже трудиться в полную силу. Теперь тяготы нелегкой жизни на чужбине легли на плечи молодого поколения.
Но вот появилась неожиданная угроза их размеренной жизни – в лице профессора Лейденского университета Якоба Арминия и его многочисленных последователей. Арминий и его ученики отрицали, что путь к спасению найдет лишь один народ, избранный Богом, или только приверженцы какой-либо одной веры. Эти еретики утверждали: Бог спасет всех людей на свете и даже нехристиан. Пастор пилигримов, Джон Робинсон, вступил в теологический диспут с профессором Арминием. Пуритане, уподобляя себя английским иудеям, свято верили, что Господь спасет именно их. Только они – народ, избранный Богом. Пилигримы не сомневались, что им удастся сохранить чистоту своей веры, но жить в обществе нечестивцев, зараженных чудовищными идеями профессора Арминия, им было невыносимо. Поэтому они решили покинуть Лейден. Надо уезжать, но куда? Ведь во всей Европе нет такой толерантной страны, как Нидерланды. Может быть, в Новый Свет? Правда, этот путь чреват многими опасностями. Их ждут суровый Атлантический океан, свирепые дикари-индейцы, невиданные дикие звери, непроходимые лесные дебри. И все же они – пилигримы, исполняющие волю Бога, и, если Бог хочет, чтобы они немедленно покинули Нидерланды, где распространяется учение Арминия, они должны верить: Всевышний поможет им пройти через все муки.
Среди голландских купцов нашлись толстосумы, которые согласились финансировать рискованное предприятие пуритан. Голландцы надеялись, что поселения, основанные англичанами, станут новыми центрами международной торговли и их инвестиции щедро окупятся. В свое время голландцы использовали в тех же целях английского мореплавателя Генри Хадсона, открывшего на восточном побережье Северной Америки реку, названную его именем[2]. По этой реке шла граница между владениями Англии и Франции, и голландцы хотели, чтобы пилигримы водрузили флаг Нидерландов на Манхэттене – острове в устье Гудзона.
На пилигримах решили нажиться и британские торговцы во главе с Томасом Вестоном, подписавшие с ними соглашение. Экспедицию возглавил Джон Карвер, лидер конгрегации сепаратистов в Лейдене. В Совет предприятия вошел и Уильям Брэдфорд, покинувший Англию еще юношей. Сейчас ему было уже за сорок. Решили, что колонисты назовут свои владения Новой Англией и вдобавок получат часть территории в Виргинии.
К лейденским пилигримам, которых называли «святыми», должна была присоединиться группа «чужаков» из Англии. Они вовсе не были сепаратистами, но обладали деловой хваткой. В частности, бойко торговали билетами на корабль «Мейфлауэр» (выручка шла Вестону), намеревались осесть на новых землях и там разбогатеть. Кстати, слово «пилигрим» восходит к латинскому peregrinus, что означает «чужеземец» или «странник».
Вестон предложил такой вариант: через семь лет все нажитое имущество колонии должно быть поделено поровну между колонистами и инвесторами. Руководствуясь интересами британских торговцев (и, конечно же, своими), он настаивал включить в список нажитых богатств дома и сады колонистов. Свое требование он мотивировал следующим образом: поселенцы, в первую очередь, будут трудиться на себя, отстраивая свои жилища, и английская держава никакой выгоды в результате не получит. Пуритан такой подход к делу возмутил. Ведь их мораль ставит общественное выше личного, а тут вдруг кто-то сомневается в их порядочности. Они потребовали убрать из списка дележа свои дома, но в итоге вынуждены были согласиться на условия Вестона. Впоследствии они пожалели, что оказались так доверчивы.
Для плавания к берегам Нового Света Вестон предоставил пилигримам судно «Мейфлауэр». Его капитаном и совладельцем был Кристофер Джонс. Корабль ждал пуритан в Англии, в порту Саутгемптон. На свои сбережения путешественники купили в Нидерландах еще одно судно – «Спидуэлл», на котором собирались отправиться в Англию. Затем кораблю предстояло участвовать в плавании через Атлантику, а потом остаться в Америке. Колонисты хотели использовать его как рыболовецкое судно.
На борт «Спидуэлла» поднялось большинство членов Лейденской общины. Отплывающих в Новый Свет ждали неведомые опасности, а тех, кто остался на берегу, – полунищенское существование. В последний раз братья по вере собрались в земной жизни все вместе. В следующий раз они встретятся на небесах. Пуритане преклонили колени, и пастор всех благословил. Затем наступил момент прощания. Было пролито много слез. Оставшиеся на причале долго смотрели вслед «Спидуэллу».
Бесцельно расхаживая по палубе корабля, Уильям Брэдфорд вспомнил отрывок из Послания Святого Апостола Павла к евреям (11: 13–16):
Брэдфорд написал в своем дневнике, что они «покинули благословенный город, служивший им приютом целых двенадцать лет. Но они пилигримы, и их не интересуют земные блага. Их взор устремлен на небеса: там их земля обетованная. И вера в это вносит покой в их души».
Примерно 5 или 15 августа 1620 г. оба судна отплыли из Саутгемптона. «Мейфлауэром» командовал, как и ожидалось, капитан Кристофер Джонс.
Вскоре «Спидуэлл» дал течь. Судам пришлось зайти в порт Дартмут. «Спидуэлл» был не пригоден к плаванию в открытом море, и пилигримы собрали деньги на его ремонт. Корабли повторили попытку взять курс на океан, но «Спидуэлл» опять дал течь. Суда зашли в Плимут. Пилигримы снова собрали деньги на ремонт корабля. Наконец они поняли, что голландцы, продавшие им «Спидуэлл», просто обманули их.
Чтобы оплатить ремонт судна, пилигримам пришлось продать часть провианта, взятого на борт. В результате на первую зимовку продовольствия почти не осталось. Опасаясь, что им будет грозить голод, пуритане через капитана Джонса обратились к Вестону с просьбой выделить им деньги. Как пишет Брэдфорд, тот им отказал. Позволю себе процитировать отрывок из отчета Уильяма:
Поглощенные мирскими заботами и хлопотами, пилигримы подбадривали друг друга: будем полагаться на волю Божью и выдержим все испытания. Весь груз, взятый на борт «Спидуэлла», пришлось перенести на «Мейфлауэр», который и так был переполнен. Однако отважные пилигримы не унывали: если корабль потонет во время шторма, Бог спасет их, как Он спас Иону, призвав ему на помощь кита. И все же многие из них вынуждены были признать, что они слишком стары или слабы здоровьем для столь трудного путешествия. Брэдфорд решил не брать с собой своего единственного ребенка. Пастор Джон Робинсон тоже остался на берегу. Еще несколько человек под различными предлогами вышли из игры.
Все те, кто решил не ехать в Америку, поднялись на борт «Мейфлауэра» накануне его отплытия, чтобы члены Лейденской общины, прибывшие в Англию, навсегда попрощались друг с другом.
Пилигримов ждала неизвестность.
«Мейфлауэр» отплыл из Плимута б сентября 1620 г. по юлианскому календарю (16 сентября по нашему, григорианскому), через месяц после первой попытки выйти в открытое море. Из 102 пассажиров только около сорока человек были «святыми», то есть членами Лейденской общины. Остальных, так называемых чужаков, набрали в основном в Англии. Хотя «святые» и «чужаки» призваны были служить общему делу, пилигримы, оказавшиеся в меньшинстве, чувствовали себя не в своей тарелке.
Плавание через океан оказалось неимоверно трудным. Не везло с погодой: постоянно штормило. В минуты опасности пилигримы, собравшись на палубе, молились, а матросы тем временем ругались последними словами. Вот что пишет Брэдфорд:
Пассажиры кое-как закрепили злополучный бимс – с помощью железной скобы, предусмотрительно захваченной из Голландии. Иногда штормило так сильно и долго, что приходилось несколько дней дрейфовать с убранными парусами.
Пилигримы увидели землю 9 ноября (по юлианскому календарю, то есть 19 ноября по григорианскому). «Наконец-то после долгих мытарств в океане они узрели землю, которая называлась Кейп-Код». Радости путешественников не было предела. Однако плавание еще не закончилось: нужно было «миновать опасные мели и справиться с океанским прибоем». И все же 11 ноября 1620 г. по юлианскому календарю (21 ноября по григорианскому) «Мейфлауэр» вошел в тихую гавань на оконечности Кейп-Кода, в том месте, где сейчас находится городок Провинстаун.
Корабль стал на якорь. Решили высаживаться там, а не искать устье реки Гудзон, где им обещали отвести хороший участок земли. Правда, пилигримы опасались, что «чужакам» такой вариант не понравится.
Еще не сходя на берег, колонисты составили документ, известный в истории как Мейфлауэрский договор. Под ним стояли подписи 41 мужчины. Это соглашение предусматривало создание в колонии временного правительства. Был там и свод местных законов, «справедливых и равных для всех». (В Конституции Соединенных Штатов, написанной 170 годами позже, тоже говорится о справедливых законах, перед которыми все равны.) Договор базировался на религиозных и моральных постулатах сепаратистов и стал, в свою очередь, основой, на которой формировалась деятельность правительства колонии. «Чужаки», связанные этим соглашением, не могли уже отколоться и основать свое отдельное поселение. После того как договор был подписан, пилигримы избрали своим первым губернатором Джона Карвера.
Теперь надо было выбираться на сушу. На борту «Мейфлауэра» имелась легкая лодка, пригодная к плаванию по мелководью. Но во время путешествия она была серьезно повреждена. Поэтому пришлось использовать тяжелую корабельную шлюпку. В нее сели 16 гребцов. Командовал экспедицией капитан Майлс Стэндиш. Причалив к берегу, разведчики прошли примерно милю и увидели «пять или шесть человек. С ними была собака. Эти люди пошли навстречу англичанам. Оказалось, что это дикари-туземцы». Потом дикари убежали в лес, и англичане прошли по их следам несколько миль, проверяя, нет ли засады. Наступила ночь. Англичане заночевали в лесу, по очереди сменяя друг друга на посту часового». Наутро они снова пошли по следам туземцев, но отпечатки их ног затерялись в чащобе. Англичане вышли к реке Памет и увидели неподалеку пруд с пресной водой и кукурузное жнивье. Значит, коренные американцы уже завершили уборку урожая. Англичане обнаружили также остатки жилища, котел и зарытые в песок корзины с кукурузными зернами. Они отсыпали себе немного кукурузы, зарыли корзины обратно в песок и вернулись на корабль. Путешественники решили, что они тоже посеют кукурузу и в следующем году соберут свой первый урожай.
Тем временем пассажиры починили легкую плоскодонку, и 30 пилигримов во главе с тем же капитаном отправились во вторую экспедицию. Промерзшая земля была запорошена снегом. Англичане обнаружили два жилища туземцев, нашли кукурузные зерна и бобы.
До конца ноября погода была ужасная. 6 декабря 1620 г. (по юлианскому календарю) 10 мужчин поплыли на плоскодонке исследовать залив Кейп-Код. Был такой холод, что водяные брызги замерзали на одежде. Англичане, заметив около десятка туземцев, высадились в нескольких милях от них и спешно соорудили импровизированную крепость из стволов поваленных деревьев. Они видели дым костра, который разожгли дикари. На следующее утро они отправились искать подходящее место для строительства домов. Наткнувшись на покинутую стоянку туземцев, они обнаружили объедки огромной рыбы, внешне напоминающей дельфина. Не найдя подходящего места для поселения, разведчики подали сигнал оставшимся в лодке, чтобы те шли к протекающему рядом ручью, а сами стали возводить из стволов и веток сосен еще одну баррикаду. В центре этого нехитрого сооружения они развели костер и устроились на ночлег. Англичане слышали какие-то странные завывания, похожие на волчьи, и несколько раз пальнули из мушкетов, чтобы отпугнуть хищников. Разведчики проснулись в пять часов утра, помолились и отправились к лодке. По дороге они снова услышали странные ночные вопли. Послали дозорного – выяснить, что это значит. Тот вернулся, крича на бету: «Индейцы! Индейцы!» И вскоре над головами англичан засвистели стрелы.
Несколько колонистов, в нагрудных латах и вооруженных абордажными саблями, бросились к лодке, чтобы взять побольше огнестрельного оружия. В это время индеец, притаившийся за деревом, выпустил в них три стрелы. Прицелился снова, но, когда мушкетная пуля вонзилась над его головой в дерево, он с криком убежал в лес.
Отразив нападение коренных жителей Америки, колонисты поблагодарили Бога за эту небольшую победу и собрали стрелы. Со временем они отослали их в Англию.
Затем пилигримы продолжили плавание вдоль побережья залива. Через несколько часов пошел дождь со снегом, на море началось волнение. К тому же сломался руль лодки, и пришлось управлять ею с помощью весел. Заметив тихую гавань, пилигримы поплыли в ее сторону, но усилившийся шторм сломал мачту лодки. Парус упал за борт. Пилигримы из последних сил стали грести к небольшому острову, решив там заночевать. Некоторые из них, опасаясь индейцев, предпочли остаться в лодке. Более смелые высадились на остров и разожгли костер. Свое временное убежище колонисты назвали Плимут-Рок, то есть Скала Плимут.
Наутро, в воскресенье, шторм сменился прекрасной солнечной погодой. Исследовав остров, пилигримы не обнаружили там ни индейцев, ни их стоянок. Возблагодарив Бога, они принялись сушить на солнце свою промокшую одежду.
На следующий день колонисты с помощью отвеса измерили глубину гавани. Оказалось, «Мейфлауэр» вполне может сюда причалить. Затем пилигримы отправились в глубь острова и обнаружили там поляны дикорастущей кукурузы и ручьи чистейшей водой. Можно сказать, идеальное место для нового поселения.
Случайная высадка пилигримов на этот остров 11 декабря по юлианскому календарю (21 декабря по григорианскому) обрела в последствии масштаб исторического события, а о высадке в Провинстауне, на месяц раньше, почему-то забыли.
Найдя место для поселения, пилигримы построили склад и несколько домов. Свою колонию они назвали Новый Плимут. Зима выдалась суровая, пилигримы страдали цингой. За январь и февраль половина из 102 прибывших на остров умерли (из Англии отправились в путь тоже 102 человека. Двое умерли во время плавания, но появились на свет двое новорожденных). Слава Богу, их миновала загадочная эпидемия, свирепствовавшая в этих краях с 1615 по 1617 г. и унесшая жизни 95 тысяч индейцев, которых осталось после нее на побережье Кейп-Кода всего 5 тысяч.
Брэдфорд писал в своем отчете:
В январе жена Брэдфорда, Дороти, упала за борт «Мейфлауэра» и утонула. Случай этот загадочен, и Брэдфорд в своих записках упоминает о гибели жены вскользь. Вода была спокойной, корабль не качало. Может быть, Дороти охватил по какой-то причине минутный приступ отчаяния и она решилась на самоубийство?
16 марта 1621 г. в Новый Плимут явился полуголый индеец, назвавшийся Самосетом из племени пемакидов, жителем острова Монхеган, около которого иногда вели промысел рыбы английские суда (сейчас этот остров находится на территории штата Мэн). Он обратился к пилигримам на ломаном английском (уроки он, очевидно, брал у матросов рыболовецких шхун): «Добро пожаловать, англичане! Добро пожаловать!»
Индеец представил колонистам своего друга по имени Массасоит, вождя вампаноагов, а также других краснокожих, среди которых оказался некто Тисквантум, человек с нелегкой судьбой. В свое время его продали в рабство в Испанию, а позднее он жил в доме англичанина. Затем его хозяином стал капитан британского судна Хант, и наконец он вернулся в родные края, в Новый Свет, – уже как переводчик при капитане Дермере. Пилигримы, упростив его труднопроизносимое имя, стали называть его Скванто, а он научил их выращивать кукурузу и объяснил, что она дает хороший урожай, если вместе с зернами в землю закапывать куски рыбы, которая водится в здешних ручьях.
Скванто помог пилигримам провести мирные переговоры с вождем Массасоитом. Как выяснилось, он прибыл в Новый Плимут с официальным визитом. Затем Эдвард Уинслоу и Стефен Хоскинс нанесли вождю ответный визит. В сопровождении Скванто они отправились в Соувамс (сейчас – Уоррен, штат Род-Айленд) и подарили Массасоиту комплект европейской одежды, а главное – подписали с ним мирный договор.
15 апреля «Мейфлауэр» снялся с якоря и поплыл обратно в Англию. Половина его бывших пассажиров так и осталась лежать на скромном, но ухоженном кладбище Нового Плимута. В апреле же скончался губернатор колонии Джон Карвер. На его пост избрали Уильяма Брэдфорда. В мае в Новом Плимуте отпраздновали первую свадьбу: Эдвард Уинслоу женился на Сюзанне Уайт. Оба вступали во второй брак. Уинслоу овдовел в марте, а муж Сюзанны умер в феврале.
Помня, что зерна кукурузы они позаимствовали у коренных жителей Америки, пилигримы в июле пригласили индейцев торжественно отметить вместе с ними свой первый урожай. С тех пор в Штатах ежегодно празднуется День благодарения.
10 ноября 1621 г. в Новый Плимут пришел английский корабль «Форчун», и население колонии увеличилось на 35 человек. Переезд организовал Вестон, который, набирая пассажиров, руководствовался отнюдь не религиозными критериями. На Рождество вновь прибывшие заявили, что в этот день работать не полагается, так как это противоречит их религиозным убеждениям. Губернатор Брэдфорд освободил их от работы, а пуритане, как всегда, трудились. Когда старожилы вернулись с работы, они удивились: новоселы затеяли на улице игру в мяч. Брэдфорд сделал им выговор. «В нашей колонии, – сказал он, – не может быть такого, чтобы одни трудились не покладая рук, а другие веселились. Если ваши религиозные убеждения не позволяют вам в этот день работать, сидите тихо по домам, но не устраивайте игрищ».
Население Нового Плимута постепенно росло. В августе 1623 г. на двух судах – «Энни» и «Литтл Джеймс» – прибыла новая партия эмигрантов. Заселялись и окрестные края. В июне 1629 г. колонисты, приплывшие на шести судах, высадились в Наумкеаге. Их поселение стало называться Салем. А 1 июня 1630 г. еще одна партия обосновалась в Матапане и назвала свое поселение Дорчестером – по имени английского города.
В 1620-х гг. английская корона бесплатно предоставила переселенцам обширные участки земли на северо-восточном побережье Америки, и там возникли рыбацкие поселки и небольшие торговые порты. В 1629 г. их объединили в регион, названный Нью-Гемпширом – по ассоциации с Гемпширом, графством в Англии. Это образование занимало территорию между двух рек – Мерримака и Пискатаквы – и включало довольно крупные поселения: Дувр, Портсмут, Экзетер и Хэмптон.
Северо-восточное побережье Америки интересовало не только Англию. В 1624 г. голландский капитан Корнелиус Мэй привел сюда корабль «Новые Нидерланды». На борту судна находились 30 семей валлонов. В устье Великой Северной реки им встретился французский корабль, капитан которого не прочь был поднять оружие во имя короля Франции. Но обошлось без кровопролития. Французы ретировались, а валлоны поднялись вверх по реке до форта Оранж (сейчас – это город Олбани, столица штата Нью-Йорк). Корабль вернулся в Голландию с ценным грузом: 1 500 бобровых шкур и 500 шкур выдры.
К 1626 г. голландская Вест-Индская компания основала на острове Манхэттен (центр нынешнего Нью-Йорка) колонию Новые Нидерланды. В том же году голландский корабль привез в Амстердам из Америки огромное количество пушнины – шкурки бобра, выдры, норки и рыси, а также древесину дуба и североамериканского орешника. Главный торговый агент Вест-Индской компании, Исаак де Разьерес, стал одновременно и управляющим провинцией Новые Нидерланды. Чтобы укрепить позиции голландцев на Манхэттене, он уговорил переехать сюда многих своих соотечественников, обосновавшихся в форте Оранж. Этот переезд удручил индейцев-могикан. Голландцы принимали их сторону в войнах с племенем могавков, а теперь им пришлось отступать.
Де Разьерес справедливо рассматривал Новый Плимут как выгодный рынок сбыта американской пушнины и товаров из Голландии. 9 марта 1627 г. он написал письмо пуританам. В своем ответном письме Брэдфорд попросил Разьереса не торговать с индейцами, живущими в окрестностях Нового Плимута, а взамен пообещал не создавать торговую конкуренцию Новым Нидерландам. Он писал, в частности: «В этом году мы полностью обеспечены всеми необходимыми товарами, но в дальнейшем готовы торговать с Вами, если, разумеется, Ваши цены будут приемлемыми».
В октябре 1627 г. де Разьерес, посетив Новый Плимут, привез с собой запасы сахара, полотна и одежды, сшитой в Голландии. На берег он сошел под звуки фанфар. Жители Нового Плимута в течение нескольких дней поднимались на борт голландского судна и охотно покупали привезенные товары. Во время своего визита де Разьерес рассказывал пуританам об индейцах, живущих в Новых Нидерландах, и об их более чем свободных нравах. Говорил, например, что индианки готовы уступить европейцу за кусочек лосося. Слушая байки о «похотливых детях природы», пуритане от стыда и возмущения заливались краской. А де Разьереса в свою очередь шокировали строгие, чуть ли не монастырские нравы Нового Плимута. Причем пуритане умудрились привить свой моральный кодекс и индейцам. Брэдфорд решительно осудил де Разьереса за потворство распутникам и блудницам.
А вот как описывает де Разьерес свои впечатления от Нового Плимута:
В начале и в конце улицы находились деревянные ворота. В центре поселка находился дом губернатора – большое квадратное здание. На его плоской крыше – шесть пушек. На нижнем этаже – церковь, в которую созывал пилигримов бой барабанов. Нравы здесь были установлены строгие, и это касалось не только англичан, но и индейцев.
Вслед за первыми колонистами в Америку потянулись пуритане. Здесь необходимо небольшое пояснение. Пуритане – течение неоднородное. Если пуритане-сепаратисты, осевшие в Новом Плимуте, желали порвать с официальной Церковью и не хотели иметь с ней ничего общего, то радикально настроенное крыло пуританства стремилось к тому, чтобы их вера стала государственной, «истинной» религией. На формирование Соединенных Штатов эти религиозно-политические мотивы оказали большое влияние. Даже сегодня они прослеживаются в духовных ценностях, провозглашаемых христианскими лидерами правого толка.
В старой доброй Англии над пуританами часто подшучивали. Если вы вспомните шекспировскую «Двенадцатую ночь», то их можно в чем-то сравнить с Мальволио – объектом постоянных насмешек. Люди смеялись над черными одеяниями пуритан, над тем, что они как огня боялись любых празднеств и ставили себя выше других («Я святее тебя»). Усмешку вызывали даже странные имена, которые пуритане давали своим детям. Например, второй ребенок Сюзанны Уайт, колонистки из Нового Плимута (она вскользь упоминалась выше), получил имя Резольвед, что означает «решительный, твердый».
С 1628 по 1640 г. воинствующие пуритане, прихватив с собой свои Библии и мушкеты, обосновались на берегах Массачусетского залива и создали там общину, жившую, как они считали, в полном согласии с Богом и целиком полагавшуюся на Его волю.
Как вы помните, на корабле «Мейфлауэр» плыли не только «святые», то есть сепаратисты, там было и немало тех, кого религия не интересовала. Безземельные крестьяне, разорившиеся мелкие ремесленники и торговцы, жертвы классовой системы, установленной династиями Тюдоров и Стюартов, – весь этот люд ехал в Новый Свет, чтобы получить землю и надежду на лучшее будущее. «Чужаки» поначалу были связаны с сепаратистами одним общим делом – основать в Америке английскую колонию. Но, освоившись в Новом Свете, они решили, что ханжеская пуританская мораль – не для них, и стали подумывать о собственных поселениях, где можно жить «по-человечески».
В 1620-е гг. заселение побережья Массачусетского залива шло невысокими темпами. В 1623–1624 гг. английская торговая компания «Дорчестер» основала поселение Кейп-Энн, а когда примерно в 1627 г. эта фирма обанкротилась, ее место заняла компания «Новая Англия». Она получила в свои владения территорию между реками Чарльз и Мерримак и трехмильные зоны вдоль противоположных берегов этих рек. Некто Джон Эндикотт привел 6 сентября 1628 г. группу пуритан в Салем и с первого же дня стал губернатором новой колонии.
Вскоре «Новую Англию» сменил другой хозяин здешних мест – компания «Массачусетский залив». Ее позиции были более прочными. И вот почему. Дальновидным пуританам свидетельства на право владения землей было мало, и они добились того, что 4 марта 1629 г. указом короля Карла I земля была им дарована. Согласно этому указу, за компанией «Массачусетский залив» закреплялось право колонизировать территорию между реками Чарльз и Мерримак и вести там торговлю. В документе не говорилось, что компания обязана проводить деловые встречи и собрания ее членов в Англии. Не указывалось также, где будет размещаться ее штаб-квартира. Возможно, составители королевского указа эти пункты упустили, но, скорее всего, такие пробелы были оставлены намеренно. 29 августа акционеры компании, решившие перебраться в Америку, выработали соглашение (оно получило название «Кембриджский договор»), позволившее им выкупить акции тех, кто решил остаться в Англии. Таким образом, акционеры-пуритане, осевшие в Америке, получили полную свободу действий и контроль над бизнесом. На Англию им не нужно было оглядываться. Более того, в Новой Англии можно было установить теократическую систему власти, при которой Церковь являлась бы государством.
В апреле 1629 г. из Англии отплыли 400 новых переселенцев. Бóльшую их часть составляли радикальные пуритане. У них были свои причины покинуть родину. Карл I весной 1629 г. распустил парламент, и Уильям Лауд, лондонский епископ, потребовал от пуритан соблюдения обрядов англиканской церкви. Нонконформистам пришлось туго, и они решили как можно скорее спастись бегством.
Обсуждая проблемы своей религиозной жизни в далекой Америке, колонисты взяли за образец решение Джона Коттона, священника из Бостона, в английском графстве Линкольншир. Мастер компромиссов, он нашел нечто среднее между сепаратизмом и пресвитерианской ветвью англиканской церкви. Утверждая «истинность» официальной Церкви, несмотря на ее подмоченную репутацию, Коттон, тем не менее, говорил, что церковные власти не должны вмешиваться в общение прихожан с Христом. Церковь может сохранить свою чистоту только в том случае, если «она будет принимать в свое лоно всех, кто творит Добро».
Пуританский священнослужитель Джон Уинтроп, отплывший в Новый Свет в марте 1630 г., возложил заботу о благосостоянии и соблюдении прав колонистов именно на Церковь. Хотя, по его мнению, Церковь не должна была подменять органы власти, в ее задачи входило «вырабатывать политику местной администрации и выбирать лидеров колонии». Первейшая обязанность как Церкви, так и государства – неуклонно соблюдать библейские законы.
Пока Уинтроп пересекал Атлантику на «Арбелле» – флагмане небольшой флотилии, перевозившей 700 новых колонистов, он сочинил проповедь «Образец христианского милосердия», где нарисовал идиллическую картину: колонисты живут в полном согласии с Богом и друг с другом, им дано приказание свыше обустроить свою жизнь в Новой Англии, община будет «чудесным городом на высоком холме, и взоры всех людей будут прикованы к нам». Некоторые пассажиры восприняли слова Уинтропа в буквальном смысле, подумав, что вся колония будет состоять из одного города, расположенного на какой-то возвышенности, но многие уловили переносный смысл: их, казалось бы, обычная община фермеров будет для всех остальных образцом высокой духовности. И здесь Уинтропа вдохновили строки из Евангелия от Матфея (5: 14–16):
Аналогия понятна: все лучшее сразу бросается в глаза – так же, как и город, стоящий на холме.
Образы, запечатленные в Евангелии от Матфея, часто звучали в церковных проповедях на родине Уинтропа, в Восточной Англии. Есть там такой город – Колчестер, расположенный к северо-востоку от Лондона. Его описывали как «город, где истово проповедуют евангельские заветы, и посему он напоминает город на холме или свечу, стоящую в подсвечнике».
Можно найти и другие примеры из церковной практики. Ричард Роджерс, священнослужитель из Эссекса, писал, что «есть церкви, которые озарены Божественным светом». Уильям Эймс говорил об Уильяме Перкинсе[3], что тот «излучает дивное сияние, которое можно видеть во всех уголках земли». Николас Боунд отзывался о сэре Роберте Джермине, члене городского магистрата из Суффолка (с ним, кстати, был знаком Уинтроп), как о человеке, чей «внутренний огонь способен зажечь свечи в руках стоящих рядом с ним». Безалил Картер характеризовал еще одного члена городского магистрата из Суффолка, сэра Эдварда Льюкенора, как человека, который «подобен огню, сияющему в толпе простых смертных». Да и о священнике Джоне Коттоне, о котором уже шла речь выше, говорили примерно то же самое: «Всевышний Светоч поселил Божественный огонь в этом волшебном подсвечнике».
Так или иначе, духовный облик колонии определили сакраментальные слова: «Город на холме». Ей предстояло стать священной общиной, созданной по воле Божьей. Следовательно, нужно было укрепить и без того строгую нравственность колонистов, их серьезное отношение к браку, обязать их регулярно посещать церковь. Обучение детей сводилось к преподаванию Закона Божьего. Благочестивые, богоугодные люди должны дружно трудиться, исполняя тем самым волю Божью. Все, каждый в отдельности и община в целом, обязаны вести достойную, образцовую жизнь и доказывать ежедневно и ежечасно свою верность истинной религии. И тогда «Город на холме» станет Новым Иерусалимом, вознесенным над мирской суетой будней.
Перед тем как будущие колонисты высадились на побережье Нового Света, Джон Уинтроп произнес на палубе «Арбеллы» проповедь. Он, в частности, сказал:
Уинтроп напомнил пастве: «Евангелие учит нас делать различие между христианами и приверженцами других религий».
По свидетельству одного из крупных инвесторов компании «Массачусетский залив» капитана Уэймута, «главной целью нашего предприятия было нести свет Евангелия в темные дебри Америки». Коттон Мэтер в своей статье, написанной в начале XVIII столетия, утверждал: «Сейчас я хочу заявить во всеуслышание, что распространение христианства было не просто главной, а единственной целью английских коммерсантов». В общем, можно смело утверждать: Массачусетс был «избран Самим Богом для того, чтобы здесь поселились истинные христиане, страстные проповедники идей, завещанных Евангелием».
12 июня 1630 г. «Арбелла» привела караван судов с 700 пассажирами на борту в гавань Салема. Уинтроп сошел на берег, держа в руке королевский указ. Имея такой козырь, он сразу же сместил Эндикотта на посту губернатора колонии.
Отныне и администрация колонии, и штаб-квартира компании располагались в Америке, причем в одном и том же поселении. Сначала – в Чарльзтауне, первой столице колонии Массачусетский залив. Но, поскольку здешняя пресная вода оказалась непригодной для питья, все боссы перебрались за реку Чарльз – в Бостон. Даже человеку непосвященному было ясно, что колония пуритан полностью автономна и живет своей жизнью, не руководствуясь указаниями английских властей. Так формировались ростки независимой Америки. В июле 1630 г. новые колонисты торжественно отметили свой первый День благодарения.
Королевский указ давал право Генеральному суду Массачусетской колонии избирать судебных приставов и даже издавать законы. Первое заседание суда состоялось в октябре 1630 г. На нем присутствовало всего восемь полноправных граждан (все они были пуританами). Они проголосовали за создание Совета помощников губернатора, который мог бы сосредоточить в своих руках законодательную, исполнительную и судебную власть, устанавливать границы поселений, вводить налоги и избирать судебных приставов. Чтобы предотвратить беспорядки, особенно среди «чужаков», то есть не пуритан, число полноправных членов суда расширили до 117 человек. Но в Совет они не вошли.
В 1634 г. группа колонистов во главе с Томасом Дадли пожелала взглянуть на королевский указ, и оказалось, что членами Генерального суда должны быть все полноправные граждане колонии. Смутьяны потребовали немедленно исполнить волю английского монарха, однако Уинтропу удалось найти компромиссное решение: каждое поселение будет представлено в суде двумя делегатами, избранными на местах. Членами суда станут также губернатор и его помощники. Суд будет вводить налоги и устанавливать их размер. Решения суда обязательны для всех.
Пойдя на компромисс, Уинтроп не учел, что губернатор – должность выборная. И поскольку его авторитет несколько пошатнулся, колонисты со временем избрали нового губернатора. Им стал тот самый правдоискатель Томас Дадли[4]. Событие, конечно, не мирового масштаба, но оно ознаменовало собой рождение американской представительной демократии. А в 1641 г. Совет помощников губернатора издал первый в Америке свод законов. Автором этого кодекса был Натаниэль Уорд.
Зимой 1631 г. умерло более 200 колонистов. Когда прибыли новые корабли, многие пожелали вернуться в Англию, хотя преследования пуритан и других нонконформистов в королевстве не прекращались. И все-таки желающих переехать из Англии в Новый Свет было больше. К концу 1631 г. на берегах Массачусетского залива проживало более двух тысяч переселенцев. Среди них были и известные священники, не угодившие англиканской церкви – такие как Джон Коттон, Роджер Уильямс и Томас Хукер.
В период с 1633 по 1635 г. из состава разросшейся Массачусетской колонии выделилась Коннектикутская. На берегах реки Коннектикут возникли торговые поселения, основанные голландцами из Нового Амстердама и колонистами из Нового Плимута. Английская корона предоставила графу Уорвику, президенту Совета по делам Новой Англии, право основать поселения к западу от Наррагансетского залива. В марте 1632 г. граф уступил это право пятнадцати английским лордам-пуританам, которые, не надеясь, что их вера одолеет англиканскую церковь, планировали отъезд в Америку. Среди этих видных аристократов были первый виконт Сэй и Сэль Уильям Финнес, лорд Брук и полковник Джордж Фенвик. В 1635 г. они назначили губернатором так называемой Речной колонии Джона Уинтропа-младшего, сына губернатора Массачусетской колонии.
Прибыв в октябре 1635 г. в Бостон, Уинтроп-младший узнал, что в устье реки Коннектикут намерены поселиться голландцы. Чтобы опередить их, он выслал туда партию беженцев из Англии. Они переправились на каноэ на западный берег реки и прибили к дереву щит, гласящий, что это владения Британии. Затем установили артиллерийскую батарею и стали строить небольшой форт. Тут появился голландский корабль, но его капитан, поняв, что опоздал, повернул обратно. Уинтроп-младший назвал будущее поселение Пойнт-Сэйбрук – в честь виконта Сэй и лорда Брука.
В 1636 г. на берегах реки Коннектикут появились первые переселенцы из Массачусетской колонии. Они надеялись, что здесь, в далекой глуши, у них будет больше свободы и больше возможностей разбогатеть. Священник Томас Хукер привел сюда из городка Ньютауна (сейчас – Кембридж) 100 человек и большое стадо коров (150 голов).
Уинтропа-старшего огорчал переезд жителей его колонии на берега Коннектикута. Недоволен он был и тем, что граждане настаивали на выборах в Собрание представителей, которое частично взяло бы на себя управление Массачусетской колонией. Кроме того, он обнаружил оппозицию. Диссидентами оказались глубоко религиозные люди, с точки зрения которых губернатор был не истинным пуританином, а вероотступником. Например, некоторые церкви были воздвигнуты в честь святых, которых пуритане вовсе не чтили.
В 1636 г. Бостонскую церковь возглавила ярая фанатичка Энн Хатчинсон. Она хотела превратить колонию в религиозный центр, чуть ли не в монастырь. Уинтроп посчитал это богохульством: пуритане обретают спасение в первую очередь благодаря своей неустанной работе. Он изгнал Хатчинсон из общины, а когда она попыталась вернуться, он добился того, чтобы она предстала перед Генеральным судом, который утвердил решение губернатора. Хатчинсон сначала уехала на Род-Айленд, а затем перебралась на Лонг-Айленд. У нее родился мертвый ребенок, а впоследствии ее убили индейцы. Уинтроп узрел в этом Божью кару. Еретичка заслуживала именно такой участи.
Немало неприятностей доставила Уинтропу и другая женщина – Мэри Дайер. Она примкнула к квакерам, и за это ее изгнали из колонии. Она самовольно вернулась. И так повторялось несколько раз, пока наконец ее не повесили.
Серьезные разногласия возникли у губернатора со священником Роджером Уильямсом. Тот стал интересоваться, считает ли Уинтроп, что Церковь и государство должны представлять собой единое целое. Сам Уильямс полагал, что должны, поскольку ни одно сообщество не может состоять только из верующих. Губернатор от ответа ушел. А ранее Уильямс горячо доказывал, что решение английской короны предоставить колонистам земли в Америке недействительно. Землю нужно было выкупать у индейцев. Позже он утверждал: государственные чиновники и судьи не имеют права вмешиваться в дела Церкви. Его также возмущало, как может иной чиновник, будучи атеистом, присягать на Библии. В итоге в 1636 г. Уильямс вынужден был перебраться на Род-Айленд, где он основал новую колонию.
В 1637 г. в Коннектикуте городки Хартфорд, Уэтерсфилд и Виндзор объединились для войны с индейцами-пеквотами. Пуританские священники постоянно твердили, что краснокожие из племени пеквотов убивают бледнолицых торговцев и колонистов, а значит, их следует припугнуть. Вдохновленные этими призывами, выходцы из Британии под командованием капитана Джона Мейсона отправились в поход. На их стороне воевали индейцы-могикане и наррагансеты. Колонисты сожгли дотла главную крепость пеквотов в Мистике, убили 500 или 600 человек и фактически стерли с лица земли это племя. Годом позже в тех краях было основано поселение Нью-Хейвен.
Как и пуритане Массачусетской колонии, пуритане Коннектикута были полны решимости создать в Америке «Христианскую республику», в которой Церковь и государство стали бы единым целым. Летом 1638 г. пуритане Хартфорда, Виндзора и Уэтерсфилда (а эти города объединились под властью одного общего правительства) разработали проект Конституции, где подтвердили свою веру в Бога и намерение создать христианское государство. Этот документ назывался «Основные законы Коннектикута». Делегаты от трех городов собрались на свой съезд, и Роджер Ладлоу из Виндзора, изучавший юриспруденцию в Англии, в Оксфордском университете, написал 11 законов (см. Приложение I). Из них следовало, что власть в этих трех городах будет основываться на авторитете Церкви и фактически служить религии. Приведу цитату из этого документа:
Цели правительства были явно продиктованы интересами Церкви. Например, власти должны «хранить чистоту Евангелия, рассказывающего о деяниях Иисуса, строго соблюдать предписания Церкви, которая доносит до нас библейскую истину».
«Основные законы» были приняты Советом Коннектикута 14 января 1639 г. Их можно считать гражданским договором, установившим, как будет осуществляться управление тремя городами. В них говорилось также о ежегодном созыве законодательного собрания и о выборах губернатора. Пуритане провозгласили свою веру официальной религией Коннектикута, который начиная с 1639 г. стал христианским мини-государством, существующим на налоги с населения и защищенным законами. Богохульников ждала суровая кара – вплоть до смертной казни. Свобода совести отсутствовала полностью. Церковь и государство объединились в борьбе за чистоту пуританской веры.
В «Основных законах» содержатся некоторые положения, использованные впоследствии авторами Конституции Соединенных Штатов. В особенности это касается следующих, очень важных, принципов: в основе системы правления страной лежат права личности, и все полноправные граждане мужского пола принимают участие в выборах должностных лиц путем тайного голосования с помощью избирательных бюллетеней. Эти принципы были выработаны в соответствии с «волей Божьей». И хотя пуритане были скорее отцами-первопоселенцами, чем отцами-основателями, как авторы Конституции США, они, тем не менее, внесли значительный вклад в создание этого великого документа.
К 1640 г. Уинтроп окончательно убедился в том, что Бог благоволит к Бостону, столице Массачусетса. Пуританским Ватиканом в Новом Свете стала колония Массачусетский залив. В 1640 г. она подчинила себе колонию в Плимуте (Брэдфорд безоговорочно сдался на милость победителя), а в 1641 г. поглотила территорию Нью-Гемпшира. В 1643 г. колония Массачусетский залив присоединилась к колониям Плимут, Коннектикут и Нью-Хейвен, и они образовали конфедерацию под названием Новая Англия. Уинтроп умер в 1649 г. Надо отдать ему должное: он многое сделал для своей колонии.
В 1650-х гг. конфедерация Новая Англия распалась, после чего Массачусетский залив входил в другие объединения. В 1664 г. англичане захватили Новые Нидерланды и переименовали их в Нью-Йорк – в честь Якова, герцога Йоркского, брата короля Карла II и будущего английского монарха Якова II. Хотя Нью-Йорк был объявлен владениями герцога, он там ни разу не созывал Собрание представителей. В 1686 г. Яков, уже будучи королем Англии, объединил Массачусетский залив с другими колониями северо-восточного побережья Америки в доминион Новая Англия. В 1688 г. в него были включены территории Нью-Йорка, а также Восточного и Западного Джерси. В 1691–1692 гг. Массачусетский залив был объединен с одной из колоний Плимута – Виноградником Марты, а также с Нантакетом (часть нынешнего штата Мэн) и нынешней Новой Шотландией. За этой провинцией сохранилось название Массачусетский залив.
Подводя итоги, можно сказать, что пуританская колония Массачусетский залив развивалась весьма успешно и быстро. Если в 1630 г. ее население составляло всего 506 человек, то в 1680 г. – уже 39 752. А все население американских колоний (белые и темнокожие) на тот момент составляло 151 507. В 1680-х гг. некоторые города Новой Англии по уровню развития почти ни в чем не уступали многим городам Британии.
Еще одна беда обрушилась на пуритан: возникла новая и весьма популярная ветвь христианства – секта квакеров во главе с Джорджем Фоксом, который в 1647 г. пережил духовный кризис и «озарился внутренним светом». Квакеров в Англии так же преследовали, как и пуритан.
Уильям Пенн, сын британского адмирала, учился в средней школе в Чигуэлле (Эссекс), и «ему впервые явился Всевышний… Это случилось в 1656 г., когда мальчику было одиннадцать лет». Школу основал архиепископ англиканской церкви Харснет, но в окрестностях жили в основном пуритане, и их влияние на умы учеников было довольно сильным. Вот как описывает тот случай биограф Пенна, Джон Обри:
Этот школьный учитель, Эдвард Коттон, преподавал латынь. Возможно, когда юный Пенн с восторгом рассказывал ему о своем видении, его мысли были заняты другим. Учитель был человеком глубоко несчастным: за двадцать один год, что он преподавал в Чигуэлле, умерли две его жены и шестеро детей.
Отца Уильяма в то время заключили в темницу лондонского Тауэра – правда, ненадолго. Адмирала наказали за поражение в морском сражении с голландцами в Вест-Индии. Мальчик уехал из Чигуэлла в Ирландию, где квакер Томас До, странствующий проповедник, истово молился о здравии его родителей. Это, конечно, укрепило религиозные убеждения Уильяма.
После реставрации монархии отец Уильяма был удостоен рыцарского титула и назначен членом Королевской комиссии по делам военного флота. Пенн-младший уехал учиться в Оксфорд, но, поскольку он отказался присутствовать на службах в часовне, его сначала оштрафовали, а потом вообще выгнали из университета. Возмущенный таким поведением сына отец отправил Уильяма во Францию. Там он читал курс теологии. Затем отец вернул его в Англию, и Уильям читал лекции в Лондоне. Потом снова уехал в Ирландию, где слушал проповеди уже знакомого ему Томаса Ло, и вскоре примкнул к квакерам. Теперь Уильям Пенн сам читал проповеди, но, поскольку читал их и по воскресным утрам, его заключили в тюрьму. Всего же Пенна как фрондера-вероотступника четыре раза бросали в тюрьму. Он написал 42 книги, в том числе памфлет Без креста нет венца (1669), где рассказал о своих тюремных злоключениях.
Чтобы не провоцировать власти на дальнейшее преследование квакеров, Фокс решил унять пыл Пенна и заставил его держаться не столь вызывающе. Уильям продолжал писать книги и, на удивление многим, стал членом парламента от партии вигов. Он завел знакомство с Карлом II и его братом, герцогом Йоркским, будущим королем Яковом II, которые хорошо знали его отца. Когда позиции вигов ослабли и политика Пенну надоела, он обратил свой взор к Америке. Это произошло в 1674 г., когда ему пришлось разрешить тяжбу двух квакеров, которые никак не могли поделить свои владения в западной части Нью-Джерси. Пенн считал, что жизнь общества немыслима без религиозной толерантности, и мечтал об утопической стране, где все течения и секты христианской религии будут равны. Такое государство, говорил он, было бы «Святой землей».
Адмирал Пенн одолжил Карлу II 10 тысяч фунтов. Уильям понимал, что король деньги никогда не вернет, но взамен погашения долга может оказать услугу. И он попросил монарха выделить ему землю в Америке, на берегах реки Делавэр. В 1681 г. Карл подписал соответствующий указ, и Пенн стал мини-королем новой колонии.
Пенн мечтал основать за океаном «Христианскую республику» – наподобие существовавшей в Массачусетсе. Но если Уинтроп рассматривал свободу религии как свободу исключительно для пуритан и не признавал никакие другие течения, в том числе и квакеров, то Пенн хотел, чтобы в его колонии восторжествовал религиозный плюрализм. И хотя в законодательном собрании должна составлять большинство, конечно, «партия квакеров», тем не менее представители всех ветвей христианства будут жить в этом утопическом государстве в мире и согласии. Разумеется, сектантов не будут вешать. Они избегут печальной участи Мэри Дайер.
Пенн, в отличие от Уинтропа, для которого путеводной звездой было Священное Писание, черпал вдохновение во «внутреннем свете». Его колония, с ее либеральными порядками, призвана была посрамить закостенелую Англию, погрязшую в религиозной нетерпимости и средневековых суевериях. «Америку основал Сам Бог, и она еще скажет свое слово», – писал Пенн квакеру Джеймсу Харрисону, которого он назначил верховным судьей новой колонии. Процитирую отрывок из его послания:
Набрасывая схему управления колонией, Пенн писал, что губернаторы должны быть «посланниками Бога». И далее:
В 1682 г. Пенн отправился в Новый Свет. Он обосновался на нынешней территории штата Пенсильвания. В Англии у него остались беременная жена и трое детей, младшему из которых был год. Пенн сомневался в том, что когда-нибудь их снова увидит, но все же хотел обеспечить их будущее и надеялся сколотить состояние, чтобы с лихвой возместить 10 тысяч фунтов, подаренных королю.
Но на финансовой стезе Пенн не преуспел. Доходов он не получал, а расходы были большие. Он вложил немалые деньги в строительство Филадельфии, «Города братской любви». Так называлась столица колонии, возведенная на берегах рек Делавэр и Шуйлкилл. В туземном поселке Шакмаксон Пенн встретился с индейцами из племени делаваров. Они уселись под старым вязом и заключили договор о передаче участков земли бледнолицым братьям. Договор был устным: Пенн считал, что закреплять в письменной форме сделки с землей, которая принадлежит только Боту, – это кощунство. Как удачно выразился Вольтер, это был единственный договор колонистов с индейцами, «который не скреплялся торжественными клятвами и который никогда не нарушался». А тот старый вяз в XIX столетии зачем-то срубили.
В 1684 г. Пенн вернулся в Англию, чтобы уладить территориальный спор с администрацией Мэриленда: к королевскому указу, дарующему Пенну землю, была приложена неточная карта, и в результате Пенсильвания могла оказаться отрезанной от моря. Времена на родине Пенна менялись. В следующем году на престол взошел Яков II, а в 1689 г. Вильгельм III совершил дворцовый переворот. Американские квакеры не хотели отстаивать независимость своей колонии с оружием в руках, и с 1692 по 1694 г. Пенсильвания находилась под властью английской короны.
Второй раз Пенн был в Америке с 1699 по 1701 г. Многое здесь его разочаровало. Квакеры смирились с произволом чиновников. При обсуждении кандидатур судей они всерьез разошлись с теми, кто придерживался другой веры. Никакой религиозной терпимости в «Городе братской любви» не наблюдалось. Кроме того, у Пенна были неприятности личного характера: его слуга выманил у него несколько тысяч фунтов, а непутевый сын ни за что не хотел пойти по стопам отца, так как образ жизни квакеров его не устраивал.
Тем не менее Пенн не опускал руки. В 1701 г. в новой редакции своего труда Формы правления он писал: «Только Всевышний может распоряжаться совестью жителей колонии, и никто не может быть лишен гражданских свобод из-за своего вероисповедания и совершения религиозных обрядов». И далее:
«Все, кто верит в Иисуса Христа, нашего Спасителя, могут – независимо от своего вероисповедания – по мере своих сил и способностей служить правительству колонии».
В другом своем труде – Основы конституционного устройства Пенсильвании – Пенн писал, что «почитая Господа, Отца Света и Духа, каждый может молиться в соответствии со своими убеждениями и с Божьего благословения».
Несмотря на все эти высокие идеалы, мечтам Пенна не суждено было сбыться. Британское правительство решило лишить его земель в Пенсильвании. В 1702 г. он начал переговоры об их продаже. Ситуацию осложнила война с Францией, развязанная королевой Анной и длившаяся с 1702 по 1713 г. Правительство Англии обязало американских квакеров финансировать расходы Британии на военные нужды. Королева Анна, кстати, ненавидела в равной мере и католиков, и религиозных диссидентов, в том числе и квакеров.
Через десять лет, когда все детали сделки о продаже земли были обговорены, у Пенна случился удар, от которого он уже не оправился. Пенн умер в 1718 г. Поскольку при жизни он был неплатежеспособен, провинцию Пенсильвания отдали под опекунство. А номинальной владелицей земли стала вторая жена Пенна. Их брак был заключен в 1696 г., через два года после смерти его первой жены.
Как мы видим, к 1640 г., то есть за 20 лет, прожитых в Америке, пуритане установили свои порядки и наладили жизнь в Новом Плимуте, Массачусетсе и Коннектикуте. Во всех трех провинциях Церковь и светская власть выступали как единое целое. Можно даже сказать, что Церковь и была государством. Ее интересы ставились превыше всего. Отступление от ее канонов каралось. Пуританство было объявлено единственной «истинной религией». Новый Свет стал для пуритан утопическим Новым Иерусалимом, раем, обретенным в диких дебрях. А вот квакерам обустроиться в Америке на свой манер не удалось. Такова, во всяком случае, общепринятая версия освоения северо-восточного побережья Северной Америки.
Хотя теократическая система правления пуритан не оказала непосредственного влияния на создание Конституции Соединенных Штатов, все же их богатый опыт, приобретенный в Новой Англии, подготовил почву для ростков новых тенденций и явлений.
Как уже говорилось, освоение Америки англичанами началось раньше, чем сепаратисты приплыли к ее берегам на «Мейфлауэре». В 1607 г. была организована экспедиция в Виргинию, причем, в отличие от экспедиций сепаратистов и пуритан, она была санкционирована сверху. Иными словами, власти вмешивались в начинания путешественников-энтузиастов. Хотя первых колонистов на переезд в Америку подвигли религиозные идеалы, по прибытии в Новый Свет выяснилось, что в их рядах оказались люди, не привыкшие к дисциплине и не отличающиеся высокой нравственностью.
В XV столетии европейские мореплаватели совершили великие географические открытия. Первенство здесь принадлежит португальцам. В 1418 г. они открыли остров Порту-Санту у побережья Западной Африки и в этом же столетии добрались до южной оконечности африканского континента. Португальцы основали торговые порты в Аргуине, Сьерра-Леоне и Эль-Мине. В 1497 г. Васко да Гама, обогнув мыс Доброй Надежды, поплыл на север вдоль восточного побережья Африки, проложив таким образом морской торговый путь в Индию.
Португалия расположена на западной оконечности Европы, и всем хотелось узнать, какие же земли лежат там, за морями, на далеком западе. Португальцы открыли острова Мадейра в Северной Атлантике, и Паоло Тосканелли, итальянский космограф из Флоренции, предположил, что, плывя все время на запад, можно добраться до Индии. Еще ранее к такому же выводу пришел кардинал Пьер д’Элли. В своей книге Образ мира он утверждал, что Земля – круглая и, плывя на запад, можно достичь восточного побережья Индии. Однако католическая церковь объявила труд кардинала еретическим сочинением.
В 1483 г. эту книгу прочитал в Лиссабоне мореплаватель Христофор Колумб. Он был генуэзец, но, женившись на португалке, поселился на Порту-Санту, одном из островов архипелага Мадейра. Колумб читал также путевые записи венецианца Марко Поло, который в 1271 г. отправился в плавание в далекие восточные страны и в 1292 г. вернулся из Китая. Колумб окончательно решил, что Земля круглая, как утверждал еще пророк Исайя (11: 10–12). То же самое сказано в апокрифической Второй книге Ездры (3: 17–19).
Добившись в 1486 г. аудиенции у испанской королевской четы – Фердинанда и Изабеллы, Колумб с их согласия решил добраться до Индии через запад. Переплыв Атлантику за 33 дня, он в октябре 1492 высадился на острове Гуанахами, недалеко от Флоридского пролива. Колумб решил, что он оказался на Дальнем Востоке. Затем он побывал на Кубе и на Гаити, после чего в марте 1493 г. вернулся в Испанию. Его встретили как триумфатора, хотя никто, конечно, не подозревал, что он открыл Новый Свет. Колумб совершил еще два плавания – в Вест-Индию (так стали называть новые земли в Центральной Америке) и в Южную Америку. Умер он, всеми забытый, в 1506 г.
Возможно, Колумб не был первооткрывателем Нового Света. Но испанских монархов, отправлявших его в плавания, такая версия вполне устраивала: они могли официально претендовать на земли, расположенные по другую сторону Атлантического океана. Ходили слухи, что Колумб познакомился с португальцами, которые рассказали о своем путешествии на Карибы. А моряки из английского порта Бристоля поведали ему, что плавали в Америку в 1480 г., повторив маршрут викингов.
Но, как бы то ни было, одиссея Колумба повлекла за собой новые экспедиции к другим берегам Атлантики. В 1500 г. португальский исследователь Педро Альварес Кабрал, следуя, как он считал, в Индию, высадился в Бразилии. В 1507 г. флорентиец Америго Веспуччи, состоявший на службе у испанской короны, тоже приплыл в Бразилию и догадался, что находится на территории неизвестного ранее материка. Он назвал этот континент своим именем. Впрочем, есть и другая версия: Америка получила свое название в честь Рикарда Америка из Бристоля, который финансировал путешествие Джона Кэбота. А вскоре Фердинанд Магеллан, португальский мореход, служивший испанской монархии, совершил первое в истории человечества кругосветное плавание. Он был убит в стычке с туземцами на Филиппинах, но один его корабль вернулся в 1522 г. в Англию, и экипаж в красках рассказал об этой эпопее. Некоторые путешественники, добравшиеся до Венесуэлы и бассейна Амазонки, тоже поняли, что находятся не в Азии. Затем наступила эпоха испанских конкистадоров. Они завоевали Новую Испанию и Перу. Французы облюбовали Ньюфаундленд, а в 1534 г. заселили побережье залива Святого Лаврентия. Они также попытались основать колонии во Флориде и Бразилии, но в обоих случаях потерпели неудачу.
Особый интерес вызывала Северная Америка у англичан. Они полагали, что там, на северо-западе, можно найти морской путь в восточные страны. В 1497 г. Джон Кэбот, итальянец, состоявший на службе у британской короны, открыл остров Кейп-Бретон, недалеко от Новой Шотландии. Затем в Северную Америку устремились английские торговцы. Опередила всех торговая компания «Маскови», основанная в 1554 г. сэром Энтони Джаддом. Заинтересовался путешествиями на северо-запад и алхимик Джон Ди, который, по мнению некоторых историков, послужил прообразом Просперо – персонажа шекспировской пьесы «Буря». Он, кстати, положил начало британскому империализму. Джон Ди заявлял, что легендарный король Артур, завоевав в свое время Гренландию, Исландию, Фрисландию и северные острова неподалеку от России, обеспечил Елизавете I законное право владеть этими землями. Он также утверждал, что само Провидение избрало Британию правительницей Нового Света.
Английские мореплаватели поспешили поддержать престиж британской короны. В 1576–1578 гг. Мартин Фробишер предпринял три экспедиции, пытаясь найти северо-западный морской путь в Азию. Он также намеревался основать поселение на острове Баффин, но ему это не удалось. В 1577 г. сэр Фрэнсис Дрейк, совершив кругосветное плавание, разграбил западное побережье Южной Америки. Пираты, подобные Дрейку или сэру Джону Хоукинсу, открыли немало морских путей и добирались до самых отдаленных уголков земного шара, но официально их заслуги признавали только в тех случаях, если они делились своей богатой добычей с монархами.
Пытался основать колонии на материковой территории Северной Америки и на острове Ньюфаундленд сэр Хамфри Гилберт, известный английский мореплаватель, правда особого успеха не добился. В 1583 г. он утонул вблизи Азорских островов.
Сводный брат Гилберта, сэр Уолтер Рэли, решил, что, пересекая Атлантику, надо держаться ближе к югу. Весной 1584 г. он отправил в разведку экспедицию под командованием капитана Филиппа Амадаса и капитана Артура Барлоу. Моряки высадились на остров Роанок у побережья Виргини (сейчас это территория штата Северная Каролина) и осенью того же года вернулись в Англию. В следующем году Рэли послал на этот остров вооруженный отряд во главе с сэром Ричардом Гренвилем, который построил там форт и задержался на острове до весны 1586 г.
В 1587 г. Рэли отправил 116 мужчин, женщин и детей на берега Чесапикского залива и вместе с ними снарядил в путь их будущего губернатора Джона Уайта, поручив ему по пути зайти на Роанок. Однако по каким-то причинам переселенцы так и остались на Роаноке. У них закончились припасы, и Уайт поплыл за продовольствием в Англию, но вернуться в Америку ему помешала испанская армада. На Роанок он смог прибыть лишь в 1590 г.
Когда Уайт наконец вернулся на Роанок, он не обнаружил там ни одного колониста. Осталась от них лишь надпись, вырезанная на дереве: «Кро», говорящая о том, что вся колония переехала в соседнее поселение – Кроатоан. Но и там никого найти не удалось. Лишь через несколько лет выяснилось, что всех колонистов убили индейцы, а власти английского графства Эссекс откровенно саботировали поставку продовольствия для колонистов Роанока с тем, чтобы политически дискредитировать Рэли. Подобные закулисные игры в те времена в Англии велись нередко.
Трагедия на Роаноке заставила британцев серьезно задуматься. Стало ясно, что от случайных экспедиций толку мало. Нужна планомерная и интенсивная колонизация земель в Новом Свете, тем более там уже появились злейшие враги Англии – испанцы. Несмотря на гибель их «Непобедимой армады» в 1588 г., они все еще претендовали на мировое господство. В общем, англичане устремились в Новый Свет. Кто плыл туда по религиозным мотивам, а кто из чисто практических соображений – получить землю и выбиться в люди.
Первым попытался основать в Америке постоянную колонию Бартоломью Госнолд. Это произошло в 1602 г. План его действий был изложен в книге Трактат, принадлежавшей перу капитана Эдварда Хэйеса. Эти и другие подробности сообщил сэру Хамфри Гилберту Ричард Хэклюит, придворный географ и картограф, который одновременно был приходским священником в Ветерингсетте, деревне, расположенной в восьми милях от городка Отли, в графстве Суффолк.
Не совсем ясно, почему руководить экспедицией доверили Госнолду, человеку, в общем-то, рядовому и мало кому известному. Может быть, за его спиной стоял сэр Уолтер Рэли, который надеялся, что Госнолд разыщет пропавших колонистов, а заодно составит конкуренцию испанцам, нацелившимся на новые земли. Госнолд, выпускник Кембриджского университета, был адвокатом. Кроме того, он участвовал в экспедиции на Азорские острова, которой командовал граф Эссекс. Собираясь в Америку, Госнолд надеялся немного разбогатеть, чтобы вызволить из долговой тюрьмы своего отца.
Судя по всему, вербовал он будущих колонистов в своем родовом поместье Отли-Холл. Владельцем фамильного особняка был его дядя, Роберт Госнолд III, секретарь графа Эссекса. За участие в эссекском восстании 1601 г. его оштрафовали на 40 фунтов. Дядя находился в дружеских отношениях с Ричардом Хэклюитом.
Финансировал экспедицию граф Саутгемптон, покровитель Шекспира. Как писал в 1611–1612 гг. Уильям Стрэчи,
Помимо того, что Госнолд был знаком с графом Саутгемптоном, он находился в дальнем родстве со знаменитым философом Фрэнсисом Бэконом и с семнадцатым графом Оксфордским, который, по мнению его земляков, скрывался под псевдонимом Шекспир[5].
Итак, Госнолд отправился в плавание в марте 1602 г. На борту «Конкорда» было 32 пассажира, из них 20 намеревались поселиться в будущей колонии. Судно направлялось к берегам Виргинии. Тогда это название относилось ко всей территории от Флориды до Канады. Госнолд должен был основать постоянную колонию и торговую факторию. В первом абзаце Трактата Хэйеса сказано: «Цель нашего путешествия – заселить христианами территорию Северной Америки и нести в эти страны свет христианской религии». Стоит подчеркнуть, что поселенцы в первую очередь рассматривались как миссионеры.
Об этом плавании известно многое, поскольку два приятеля Госнолда по Кембриджу – Джон Бреретон и Габриэль Арчер добросовестно вели судовой журнал. Плавание продолжалось 49 дней. Госнолд обогнул мыс в заливе Провиденс и назвал его Кейп-Код. Затем высадился на острове, расположенном несколько южнее. Он дал ему название Виноградник Марты – в память своей дочери Марты, умершей в 1598 г. Она прожила всего лишь год. Потом Госнолд поплыл дальше и основал поселение на острове Елизаветы. Просуществовало оно недолго: у колонистов закончилось продовольствие, а индейцы, поначалу настроенные дружелюбно, стали проявлять агрессию. Госнолду пришлось погрузиться на корабль и отплыть обратно в Англию. На борт он взял кедровые бревна, партию пушнины и несколько мешков сассафраса – американского лавра, который заменял чай, а заодно использовался как лекарство от сифилиса.
После смерти своего сводного брата сэра Хамфри Гилберта сэр Уолтер Рэли приобрел лицензию на монопольное право экспортировать из Америки все товары и поэтому приказал конфисковать груз, привезенный Госнолдом. Джон Бреретон составил для Рэли отчет о плавании, который скорее напоминает записки натуралиста. Он пестрит наблюдениями за флорой и фауной, а деловая его часть скомкана. Просьбы снять эмбарго с груза там фактически нет. Думается, судно «Конкорд» принадлежало Рэли, и, наверное, он частично профинансировал экспедицию. Поэтому он был вправе претендовать на груз из Америки.
Как я полагаю, Хэклюит сказал Рэли, что капитан Хэйес, сопровождавший сэра Хамфри Гилберта в его последнем плавании и видевший, как затонул его корабль, мог передать Госнолду свою лицензию на экспорт американских товаров, которая была выписана в свое время на два лица – Хэйеса и покойного Гилберта. В итоге стороны пришли к компромиссу: товары, привезенные Госнолдом, следует продать в других странах, чтобы не затоваривать британский рынок, а Рэли получит свою долю прибыли.
Похоже, Рэли согласился отправить Госнолда в новую экспедицию. Однако следующее плавание к берегам Америки прошло под командованием Мартина Принга. 10 апреля 1603 г. он отплыл из Милфорд-Хейвена на двух судах – «Дискаверер» и «Спидуэлл», который тогда еще был прочнее, чем в 1620 г. Добравшись до побережья Виргинии (возможно, в районе Плимут-Харбора), путешественники погрузили на корабли мешки с сассафрасом и отбыли обратно в Англию. «Спидуэлл» в пути отстал и пришел последним – 1 октября.
Экспедиция 1602 г. не принесла Бартоломью Госнолду больших доходов. Его отца выкупил из долговой тюрьмы Роберт Госнолд III, его брат и, соответственно, дядя Бартоломью.
Фрэнсис Бэкон, с 1597 г. бывший членом парламента от Ипсвича, города, находящегося всего в нескольких милях от Отли, возможно, использовал рассказы Госнолда о своих странствиях, когда создавал Новую Атлантиду – утопию, действие которой происходит в Новом Свете. Книга вышла в 1627 г., уже после смерти автора. По всей вероятности, и в шекспировской Буре звучат отголоски путешествия Госнолда. На это, в частности, указывает Эверетт Хейл, заметивший стилистическое сходство между отрывками из пьесы великого драматурга и записями в судовом журнале, которые вели Бреретон и Арчер.
Госнолд твердо решил совершить второе плавание к берегам Нового Света. Кузен его жены, сэр Томас Смайт, организовал в 1590-х гг. экспедицию в Ост-Индию, а в 1600 г. стал первым губернатором Ост-Индской торговой компании. Он тоже участвовал в эссекском мятеже и вместе с графом Саутгемптоном был посажен в лондонский Тауэр. Позже их обоих освободили. Смайт к тому же получил в наследство компанию «Маскови», основанную его дедом, сэром Энтони Джаддом, а когда в 1604 г. его назначили послом в России, он смог напрямую вести дела этой фирмы с русскими. Он тут же принялся скупать российские меха и быстро сколотил огромное состояние, став богатейшим купцом Англии.
В 1604–1605 гг. Госнолд, очевидно, попросил Смайта помочь ему с деньгами, чтобы снарядить новую экспедицию в Северную Америку. Тот предоставил в его распоряжение три корабля. Однако в 1605 г. дело застопорилось из-за заговора Гая Фокса: верховный судья Лондона вынужден был разбираться с заговорщиками, которые намеревались взорвать здание английского парламента, и у него не было времени на подготовку соответствующих королевских указов. В 1606 г. указы о создании в Виргинии двух торговых компаний были все же готовы – благодаря связям Смайта, который стал казначеем Первой виргинской компании. 10 апреля король Яков I подписал указ о создании этой фирмы, причем в высочайшем документе было сказано, что монопольное право на торговлю товарами из Америки переходит от сэра Уолтера Рэли к сэру Томасу Смайту.
В ноябре 1606 г. Яков I во всеуслышание заявил, что Виргинская компания призвана нести свет христианства в далекую страну, коренное население которой пребывает во мраке, нищете и невежестве и не поклоняется Всевышнему. Монарх приказал президенту компании и членам ее Совета все сделать для того, чтобы обратить туземцев в христианскую веру и чтобы жизнь в колониях соответствовала канонам англиканской церкви. Руководители компании с готовностью согласились с королем, пообещав осветить дикие земли высокими идеалами «истинной» веры, хотя, наверное, уже заранее подсчитывали прибыль. И все же религиозную подоплеку их миссии скидывать со счетов нельзя. А вообще, поскольку предстоящая экспедиция была организована приверженцами официальной Церкви и с ее благословения, она не наделала столько шума, как плавание пуритан-сепаратистов на «Мейфлауэре».
С подготовкой экспедиции не все обстояло гладко. Возникли противоречия и трения между ее руководителями. Такого духовного и морального единства, как у пуритан, не наблюдалось. И вполне возможно, что среди отъезжающих в Америку сложилась тайная масонская группировка. Во всяком случае, Яков I, переехав в 1603 г. в Лондон из Шотландии, привез с собой некоторые идеи тамплиеров. И вот эти скрытые противоречия между представителями официальной религии и масонами могли внести смуту в ряды переселенцев.
Руководил подготовкой экспедиции сэр Томас Смайт. Он возглавлял Совет директоров Виргинской компании, базировавшейся в Лондоне, с 20 ноября 1606 г. и оставался на этом посту до 1619 г.
Госнолд уговорил стать одним из акционеров компании своего кузена, Эдварда-Марию Уингфилда, жившего в Летерингхеме – в четырех милях от Отли. Затем он побеседовал со 104 мужчинами и юношами – кандидатами в колонисты. Опросил также 55 человек, из которых предстояло набрать судовые экипажи. Как писал в 1608 г. Джордж Перси, предполагалось, что общее число колонистов составит 108 человек, из них 40 – жители окрестных деревень. Среди будущих поселенцев был капитан Джон Смит, сын фермера из Норфолка. Это воинское звание ему присвоили за храбрость, когда он в качестве наемного «солдата удачи» сражался в Венгрии. Обещал ли Госнолд предоставить всем колонистам земельные наделы за океаном – неизвестно.
Джон Смит описывал Госнолда как главного вдохновителя опасного путешествия:
«Капитан Бартоломью Госнолд, один из главных инициаторов создания колонии в Виргинии, на протяжении многих лет пытался подвигнуть на это своих знакомых. И вот наконец его усилия принесли свои плоды. Он обрел соратников в лице капитана Джона Смита, Эдварда-Марии Уингфилда, Роберта Ханта и других достойных джентльменов, которые целый год трудились вместе с ним, чтобы осуществить его начинание».
Итак, Госнолд через своего родственника Смайта нашел средства для снаряжения экспедиции и лично отбирал ее участников. Смайт и компания «Маскови» зафрахтовали суда. К сожалению, архивы этой компании сгорели в 1666 г., во время Великого лондонского пожара. Незадолго до отплытия Смайт стал руководителем уже двух компаний – Ост-Индской и Виргинской.
В 1604 г. Джон Стоу[6] писал в Анналах истории Англии о роли Госнолда в организации его второй экспедиции в Америку:
Еще у участников его первой экспедиции к берегам Нового Света в 1602 г. Госнолд пользовался непререкаемым авторитетом. Правда, на том путешествии он почти ничего не заработал. Поэтому вторая экспедиция была снаряжена на деньги Смайта.
Несмотря на свой авторитет, Госнолд в силу политической ситуации, сложившейся тогда в Англии, никак не мог быть назначен командующим второй экспедицией. Якова I призвал на английский престол сэр Роберт Сесил, первый секретарь. После этого ведущую роль в государственной политике стала играть его фракция – так называемые сесилиты. А сопротивление противоборствующего клана – «эссекситов» было сломлено. Самому графу Эссексу в 1601 г. отрубили голову. Пострадали и сторонники Рэли. Сэра Уолтера заключили в темницу в 1603 г., обвинив его в чрезмерной агрессивности при разделе колоний с испанцами. В общем, руководить новой экспедицией должен был, по всем статьям, человек из стана сесилитов, а не Госнолд, чей семейный клан был связан с мятежниками из рода Эссексов.
В последний момент, в середине декабря 1606 г., руководство Первой виргинской компании, где ведущую роль играл сам Роберт Сесил (он же был и главным инициатором ее создания), назначило адмиралом флотилии, направлявшейся в Новый Свет, Кристофера Ньюпорта – креатуру Сесила. Ньюпорт, кстати, написал 29 июля 1607 г. своему патрону, удостоенному двумя годами ранее титула графа Солсбери, письмо, где в льстивых тонах предложил продемонстрировать монарху образчик золота, добытого в Новом Свете. Этот «благородный металл» оказался дешевой подделкой. «Сесилиты» из руководства компании предложили должность губернатора будущего поселения родственнику Госнолда-Уингфилду, который вложил деньги в акции фирмы. А Госнолду они сообщили, что руководить экспедицией он не будет, но останется в ней вторым лицом. Думается, Госнолд был глубоко огорчен таким известием. Ведь люди, которых он вербовал, считали его своим фактическим лидером и понимали, что Ньюпорта им навязали сверху.
Ниже мы увидим, что в известной мере за английскими планами колонизации Америки стояли интересы кузена Госнолда – Фрэнсиса Бэкона и его группировки. Впрочем, Бэкон не афишировал свои связи с Виргинской компанией. Лишь в 1609 г. в очередном королевском указе среди ее акционеров промелькнуло и его имя.
20 декабря 1606 г. корабли экспедиции отчалили от пристани в Блэкуолле на реке Темзе, близ Лондона. Флотилия состояла из трех судов: парусником «Сюзан Констант» командовал адмирал Ньюпорт, на капитанском мостике «Годспида» стоял Госнолд, а «Дискавери» вел капитан Ратклифф. На борту первого корабля находился 71 человек, второго – 52 и третьего – 21 человек. В толпе Провожающих стоял известный поэт Майкл Дрейтон, который продекламировал свои стихи, посвященные знаменательному событию. Там была высокопарная строчка: «Виргиния – это единственный райский уголок на земле!» Наверное, поэта отправил на торжественные проводы экспедиции Яков I. Это означало, что сам король благословил путешественников. А поскольку монарх был главой англиканской церкви, то участники экспедиции были под ее защитой. Кстати, на борту одного из судов плыл викарий Роберт Хант.
Однако путешествие с самого начала сложилось неудачно. В устье Темзы разыгрались затянувшиеся снежные бури. Колонистам пришлось пережидать их целых шесть недель. Спали вповалку, на открытых палубах. Как они остались живы – непонятно. В дальнейшем, во время плавания, вспыхнуло открытое недовольство Ньюпортом, переросшее в небольшой бунт. Трех зачинщиков заковали в кандалы. В том числе и капитана Джона Смита. Он должен был благодарить Бога, что его не повесили, когда флотилия сделала остановку на острове Невис (Малые Антильские острова). Там уже соорудили пару виселиц, и несколько человек дали показания против Смита, но смертный приговор так и не был вынесен.
26 апреля 1607 г. флотилия достигла устья реки Джеймс, и путешественники стали присматривать подходящее место для нового поселения. Открыли документы, где содержались инструкции со стороны Совета директоров компании. Большинство подписавших их были людьми Сесила. Выяснилось, что президентом Совета в Виргинии назначен Уингфилд. Госнолд и его старый друг Арчер предложили высадиться в местечке Колледж-Крик. Там протекал чистый и достаточно полноводный ручей. Уингфилд и Ньюпорт этому воспротивились. Руководствуясь не здравым смыслом и чисто практическими соображениями, а какими-то подковерными интригами, они предпочли Джеймстаун. Здесь можно было соорудить причал для трех кораблей, что само по себе, конечно, не плохо. Но вокруг простирались болота, над которыми висели тучи москитов, а местные индейские племена были настроены далеко не дружелюбно. Для защиты от их вылазок поселенцы в страшной спешке и в дикую жару построили треугольный в плане форт, окружив его частоколом из заостренных бревен. Возможно, Ньюпорт и Уингфилд были членами тайного масонского братства или разделяли его идеи. Отсюда – их постоянные расхождения с Госнолдом и Арчером. Многие колонисты не одобряли решений, принятых Уингфилдом, тем более что они часто не укладывались в рамки элементарной логики.
Совет был приведен к присяге преподобным Робертом Хантом, а Уингфилд заранее заготовил речь, в которой торжественно объявил название поселения – Джеймстаун (город Его Величества Джеймса) – в честь здравствующего английского монарха[7]. Присяга проходила в импровизированной «церкви», возведенной на скорую руку. Вместо скамей – бревна, вместо кафедры – доска, прибитая к стволам двух деревьев. А церковным сводом служил подвешенный к ветвям парус. Тем не менее преподобный Роберт Хант провел службу по всем канонам англиканской церкви.
В отличие от ситуации в Плимуте, в Джеймстауне не ощущалось влияния пуританской религии. Здесь преобладали роялисты и приверженцы англиканской церкви. О присутствии франкмасонов можно только догадываться, поскольку конкретными подтверждениями этого факта мы не располагаем.
Отстаивая в Новом Свете идеалы англиканской церкви, Госнолд заодно ввел там уклад сельской жизни, характерный для Старой Англии Елизаветинской эпохи. Земельные участки он отводил колонистам в нетронутых лесах. Но если в Англии лучшие земли испокон веков принадлежали аристократии, то здесь, в Виргинии, земля всех уравнивала. Кто-то работал больше и лучше, кто-то – меньше и хуже. Сменилось несколько поколений. Потомки одних колонистов стали богатыми землевладельцами, потомки других – наемными рабочими на чужих фермах. Но это произошло намного позже. А в те времена, когда Англия уже стояла на пороге Промышленной революции, в Виргинии царили устаревшие порядки. Но с существенной разницей: американская земельная аристократия в корне отличалась от британской. В Америке не существовало аристократов по происхождению. Право считаться такими люди должны были заслужить только своим трудом. Таким образом, елизаветинская Англия, «переехав» в Виргинию, дружно принялась облагораживать дикие земли и заслужила впоследствии самые лестные отзывы со стороны творцов американской Конституции.
Однажды Ньюпорт, взяв с собой 22 мужчин, в том числе и временно освобожденного из-под стражи Джона Смита, отправился на разведку вверх по течению реки. Уловив момент, когда ряды защитников форта временно поредели, 400 индейских воинов пошли на штурм. Положение спас Госнолд. Взобравшись на борт «Годспида», он выстрелил по нападавшим из тяжелого орудия. 20 индейцев полегло на месте.
Попытка краснокожих расправиться с бледнолицыми оказалась неудачной, и колонии удалось выжить. Однако поселенцы страдали от болотной лихорадки. Иммунитет их был ослаблен: сказывалась нехватка продовольствия. Многие болели одновременно и болотной лихорадкой, и дизентерией. Среди историков существовало мнение, что в колонии сформировались две противоборствующие группировки и одна травила другую, подсыпая ей в питьевую воду повышенную дозу мышьяка. (В малых дозах он употреблялся для обеззараживания воды.) Но это всего лишь предположение – достоверных фактов нет. В августе 1607 г. умерли 13 колонистов, в том числе и Бартоломью Госнолд. Его похоронили с воинскими почестями, отдав салют из всего огнестрельного оружия, хранившегося в форте. Как уже говорилось, весьма вероятно, что в 2003 г. удалось найти останки этого незаурядного человека. По свидетельству Джона Смита, к декабрю 1607 г. умерли уже 67 колонистов.
Вдова Госнолда и его пятеро осиротевших детей тяжело переживали утрату. Его младший брат и кузен (обоих звали Энтони) в Англию так и не вернулись. Я видел портрет его дяди, Роберта Госнолда III, написанный в 1610 г. На картине изображен мрачноватый мужчина в черном одеянии и с молитвенником в руке. На большом пальце – кольцо, которое могло быть подарком графа Эссекса или ранее принадлежать Бартоломью.
Поселение Джеймстаун стало первой англоязычной колонией, которой удалось выжить в суровых условиях Северной Америки. В мае 2007 г. ее 400-летний юбилей отмечался как славная годовщина основания США. Мы не можем с точностью охарактеризовать первых колонистов, но они, безусловно, заслуживают большого уважения. И хочется выделить среди них Бартоломью Госнолда. Ведь не случайно Джон Смит сказал, что Госнолд был «одним из главных инициаторов основания этого поселения».
Бартоломью Госнолд, конечно, опирался на финансовую помощь со стороны сэра Томаса Смайта, руководившего торговлей с Индией и Америкой, не выходя из своего кабинета в Лондоне, но это не умаляет его достоинств. Его смело можно причислить к тем, кто заложил основы североамериканской цивилизации – благодатной почвы, на которой выросли Соединенные Штаты Америки. Какие мотивы двигали Госнолдом? Была ли в нем предпринимательская жилка? Или он хотел освоить Новый Свет во славу английского короля и ради этого опередить испанцев? А может, Госнолд был все же масоном и ставил перед собой какие-то неизвестные нам сверхзадачи глобального масштаба?
В 1606 г. Виргинская компания в Плимуте получила, согласно указу Якова I, право колонизировать побережье Виргинии на территории, расположенной между 38° и 45° северной широты. Эти земли находились севернее владений Виргинской компании, штаб-квартира которой была в Лондоне.
В конце мая 1607 г. к берегам Новой Англии отплыли два судна. Одно из них – «Дар Божий» – вел капитан Джордж Пофэм. Другим – «Мэри и Джон» – командовал капитан Рэли Гилберт, вместе с которым совершил плавание в 1602 г. Госнолд.
29 июня суда разошлись. Корабль «Мэри и Джон» добрался до Сэйбл-Айленда, неподалеку от Новой Шотландии. Тринадцать человек высадились на берег, но вскоре вернулись. Капитан решил плыть дальше. 6 августа судно достигло островов архипелага Сент-Джордж. На следующий день оно встретилось с «Даром Божьим». Гилберт и еще 13 человек, высадившись на берег, открыли реку Пемаквид. 16 августа оба корабля причалили к Кеннебеку, и место для будущей колонии наконец-то было выбрано. Август и сентябрь ушли на строительство форта.
Зима выдалась суровой. Многие колонисты, включая капитана Пофэма, умерли. Летом 1608 г. другой капитан – Гилберт узнал о смерти своего брата, сэра Джона Гилберта, и о том, что он стал обладателем хорошего наследства. Он тут же заявил колонистам, что должен вернуться домой, и все поселенцы последовали его примеру. Таким образом, плимутский филиал Виргинской компании развалился, и в Лондоне решили сделать ставку на Джеймстаун, расположенный южнее.
Но и в Джеймстауне дела шли неважно. Джордж Перси писал в своих Наблюдениях:
После успешного отражения атаки 400 индейцев Джон Смит был окончательно освобожден из-под стражи и даже снова стал членом Совета колонии. Возобновились его давние ссоры с Уингфилдом. Когда был жив Госнолд, распрей было меньше. Ему вместе с преподобным Робертом Хантом удавалось улаживать конфликты. Почему Уингфилд и Смит терпеть не могли друг друга – не очень понятно. Арестовали Смита за участие в мятеже явно по доносу Уингфилда. Возможно, они принадлежали к противоборствующим религиозным группировкам и одна из них была каким-то образом связана с масонами.
Кстати, Смит, составляя отчеты о деятельности колонистов, описывал жизнь в Джеймстауне очень образно и живо, что вызывает симпатию. А жизнь в колонии между тем постепенно налаживалась – несмотря на мелкие неудачи и недочеты.
Смит руководил несколькими короткими экспедициями колонистов. Им нужно было исследовать окрестности, а самое главное – раздобыть у индейцев продовольствие. Смит плавал вверх и вниз по реке, чтобы на какие-нибудь товары выменять у них кукурузное зерно. Из первого похода он вернулся с десятью бушелями зерна. Второй поход был более удачным. Как пишет Смит, «я погрузил столько зерна, сколько могла выдержать наша баржа. Но при желании я мог бы набить зерном корабельные трюмы».
В сентябре 1607 г. конфликт между Уингфилдом и Смитом достиг высшей точки. Кончилось тем, что Смит, Мартин и Ратклифф подписали распоряжение, лишившее Уингфилда поста президента Совета. Его место занял Ратклифф. Почему именно он – непонятно. В своих записках Смит характеризует Ратклиффа не самым лучшим образом, но ведь Смит был тщеславен. Вот что он пишет:
Начало президентства Ратклиффа было омрачено происками группировки Уингфилда. Одного из его сторонников, капитана Джорджа Кендалла заключали под стражу, и он отбывал наказание на борту «Дискавери» в ожидании суда. Его обвиняли в разжигании вражды между президентом Совета и его членами. Позднее арестовали и Уингфилда, обвинив его во множестве грехов – начиная от присвоения запасов общественного вина и кончая мелкими смехотворными кражами.
Кендалла вскоре освободили, но он снова попал в неприятную историю. А случилось следующее. Джон Ратклифф собирался за что-то избить (или действительно ударил) кузнеца Джеймса Рида. Но кузнец дал ему сдачи, и Ратклифф приказал его повесить. Когда Рид уже стоял на лесенке под перекладиной виселицы с петлей на шее, он неожиданно выторговал себе жизнь, пообещав рассказать о заговоре против Ратклиффа. Кузнец поведал, что главным заговорщиком был Кендалл. Он, мол, хотел захватить «Дискавери», сбежать в Англию и рассказать там о темных делах администрации колонии. Вот эта история в изложении Смита:
Приговор был приведен в исполнение 1 декабря 1607 г.
Позднее распространились слухи о том, что Кендалл был испанским шпионом. Об этом рассказывал один из матросов, обосновавшихся в Джеймстауне, – Фрэнсис Магнел. По вероисповеданию он был католик, как и Кендалл. По словам Магнела, Кендалла казнили не за какой-то мифический заговор против Ратклиффа, а так как руководители колонии знали, что он вражеский лазутчик и при случае известит испанского монарха о секретных планах англичан. Но я в этом не уверен. Возможно, просто одна группировка хотела запятнать репутацию другой. Или Уингфилд, Кендалл и Рид были франкмасонами?
Вообще, версий здесь может быть сколько угодно. Например: Кендалл шпионил в пользу лорда Солсбери, то есть сэра Роберта Сесила. Не исключено и то, что он вообще не был шпионом, и его доброе имя незаслуженно очернили. И если уж на то пошло, Джон Ратклифф не имел права утверждать смертный приговор, поскольку он на самом деле был не Джоном Ратклиффом, а Джоном Сайклмором и после смерти Кендалла вернул себе настоящее имя. Так почему же он жил под вымышленным именем? От кого-то скрывался? Шпионил в пользу лорда Солсбери и сесилитов? Или взять чужое имя ему велели тайные масонские интриги?
Однако оставим интриги в стороне. На первых порах виргинским колонистам, да и всем новоселам североамериканского континента, нужно было прежде всего наладить нормальные отношения с индейцами. В начале или в середине декабря Совет колонии пришел к выводу, что Джону Смиту следует добраться до истоков реки Чикахомини, впадающей в реку Джеймс. Взяв с собой девять человек, шесть из которых сели на весла, Смит проплыл на лодке 27 миль вверх по течению Чикахомини, пока реку не перегородили упавшие деревья. Тогда Смит нанял у местных индейцев легкое каноэ и с двумя соотечественниками – обедневшим мелкопоместным дворянином Джоном Робинсоном и деревенским плотником Томасом Эмери – отправился дальше к истокам реки. Англичан сопровождали два краснокожих проводника. Проплыли еще 20 миль и решили пристать к берегу, чтобы поесть. Затем Смит вместе с одним из индейцев отправился на рекогносцировку местности. Другой индеец и Робинсон с Эмери остались ждать его на берегу. У обоих англичан были мушкеты.
Очень скоро выяснилось, что местные индейцы настроены враждебно. Смит попал в засаду – если, конечно, его записки соответствуют действительности. Как он утверждает, поначалу он услышал «боевой клич краснокожих». Потом «правое бедро пронзила стрела». Заметив нескольких аборигенов, Смит пальнул в них из мушкета. Но силы были неравны. Его окружили 200 воинов (так, во всяком случае, он пишет). Смит, пытаясь вырваться из кольца врагов, угодил в болото и был схвачен. Место, где произошла эта битва, называлось Болото Белого Дуба. Затем Смита притащили на берег реки – туда, где причалило его каноэ, и он увидел лежащего на земле мертвого Робинсона. Из тела несчастного торчало двадцать-тридцать стрел. Что случилось с Эмери, так и осталось тайной.
Как ни странно, Смита до отвала накормили. Он съел «четверть туши оленя и десять фунтов хлеба». Потом его провели в жилище Поухатана, могущественного индейского вождя, известного своей жестокостью. Обитал он на берегу реки Памункей, в доме длиной 100 футов, крытом древесной корой. Здесь Смит начинает путаться в деталях. Согласно одной его версии, Поухатан возлежал на ложе. В головах у него сидела женщина, в ногах – еще одна. Рядом горел костер. У огня расположились приближенные вождя. Их было двадцать, а за ними стояло столько же молодых женщин. Вождь обещал Смиту освободить его через четыре дня. Ходили слухи, что именно Поухатан приказал в свое время казнить колонистов острова Роанок. А сейчас он потребовал от Смита, чтобы новые бледнолицые пришельцы убрались из его владений как можно скорее. Смит его перехитрил. Сказал, что англичане оказались в Виргинии случайно: укрылись в бухте от испанских патрульных кораблей и при первой же возможности возьмут курс к родным берегам.
В своем труде Новое правдивое повествование (1608) Смит почему-то ничего не пишет о Покахонтас, дочери вождя, которой в то время было одиннадцать-двенадцать лет. Впервые он упоминает ее имя в своем письме датской королеве Анне – супруге Якова I. Письмо это написано в 1616 г., когда «принцесса Покахонтас» приезжала в Англию по приглашению королевского двора. Вот отрывок из него:
Однако в книге Общая история, изданной в 1624 г., Смит излагает другую версию. Происходит нечто невероятное: дочь вождя спасает ему жизнь:
В 1609 г. Ричард Хэклюит в очередных своих записках рассказал о случае, произошедшем в 1528 г. во Флориде. Восемнадцатилетний испанец Хуан Ортис попал в плен к индейцам, которые хотели живьем зажарить его на решетке, но прекрасная Улала, дочь вождя, упросила отца отдать ей пленника в рабство. Возможно, Смит воспользовался этим сюжетом, чтобы расцветить свое сочинение.
Когда Смит, живой и невредимый, вернулся в Джеймстаун и рассказал о своих злоключениях на болотах близ реки Чикахомини, колонисты возмутились. По их мнению, он не должен был оставлять Робинсона и Эмери. А неуемное хвастовство Смита всем претило. На другой день после его возвращения в колонии разыгрался скандал, в котором лично я усматриваю элементы масонских интриг. Габриэль Арчер, член Совета и главный уголовный судья Джеймстауна, обвинив Смита в гибели Робинсона и Эмери, потребовал исключить его из Совета, быстро провел заседание суда и приговорил его к повешению.
Смита должны были повесить 2 января 1608 г. На его счастье, именно в тот день вернулся из Англии Ньюпорт на корабле «Джон и Фрэнсис». Он привез с собой 60 или 70 новых поселенцев (в том числе двух женщин), запасы продовольствия и прочий ценный груз. На радостях казнь отменили. Но через несколько дней на Джеймстаун обрушилось новое несчастье – и очень серьезное: сгорел форт. Комендантом форта был Ратклифф (он же – Сайклмор). Поскольку в его биографии есть темные пятна, можно предположить, что это был не просто пожар, а поджог. Значит, в колонии шла тайная борьба за власть, в которой, возможно, участвовали масоны.
Обратимся к документальным свидетельствам. Вот что пишет Смит:
Пожар начался там, где хранился новый груз, и быстро распространился по городу. Он уничтожил библиотеку преподобного Ханта и деревянную церковь, строительство которой завершилось ранней осенью 1607 г. Смит описывает церковь Джеймстауна как «уютное незатейливое строение, напоминающее амбар. Поверх потолочных балок мы положили связки камыша, а сверху насыпали слой земли».
После пожара над колонистами нависла реальная угроза голода. Оставалась одна надежда – на продовольствие, полученное от индейцев. Смит и Ньюпорт решили идти на поклон к Поухатану. Как писал Смит в своих мемуарах в 1624 г., он хорошо запомнил, чем мог закончиться его первый визит к вождю. Поэтому на сей раз он решил подстраховаться. Убедив Ньюпорта, что ему пока лучше остаться в Джеймстауне, Смит взял с собой 20 вооруженных колонистов. Англичане обменялись с Поухатаном подарками и вернулись домой с 50 большими деревянными подносами хлеба.
На следующее утро к Смиту присоединился Ньюпорт. Поухатан дал ему 20 индеек и взамен попросил 20 сабель. Ньюпорт выполнил просьбу вождя, хотя пошел на риск: оружия в Джеймстауне было не так уж много.
Однако дружбы с индейцами не получилось. Поухатан, прислав Смиту 20 индеек, попросил еще 20 сабель. Смит, по вполне понятным причинам, на такой обмен не согласился. Тогда Поухатан приказал своим воинам взяться за оружие. Смит поймал семерых индейцев, высек их и упрятал в форт как заложников. В ответ краснокожие из племени паспахегов схватили двух англичан. В результате обе стороны вернулись на тропу войны.
Поухатан послал в форт свою дочь Покахонтас, чтобы через нее выразить свою озабоченность сложившейся ситуацией, и в период между 20 апреля и 2 июня заложников отпустили.
Надо заметить, что Ньюпорт дал оружие индейцам вопреки пожеланиям Смита. Возможно, этим он хотел ослабить позиции Ратклиффа. А сам он 2 июня 1608 г. на «Фениксе» снова отплыл в Англию. Смит и еще 14 колонистов отчалили одновременно с кораблем на барже и поплыли на север вдоль восточного побережья континента исследовать реку Потомак. По пути они хотели установить контакт с еще незнакомыми им индейскими племенами. Смит исследовал побережье Чесапикского залива (по его утверждению, он проплыл три тысячи миль) и составил карту Виргинии. Когда Смит возвращался в Джеймстаун, он, перед тем как причалить, устроил небольшой маскарад – украсил мачты баржи красно-желтыми испанскими вымпелами. Думал, что судно сойдет за вражеский фрегат, и хотел таким образом проверить боевую готовность защитников джеймстаунского форта.
Но форт будто вымер. Высадившись на берег, Смит увидел, что почти все жители Джеймстауна больны. Некоторые лежали в бреду. Моральный дух колонистов был сломлен. Все, по словам Смита, только и делали, что жаловались ему на «заносчивого, непомерно жестокого и глупого президента», то есть Ратклиффа. Волевым решением Смит сместил его и занял его пост.
При новом президенте жизнь в колонии изменилась к лучшему. Так, во всяком случае, пишет Смит:
Если Смит не преувеличивает свои заслуги, то его успехи налицо. Территория форта расширилась. Регулярно проводились военные учения. Было построено 20 новых домов. Колонисты засеяли поля под будущий урожай. Ратклиффа арестовали, обвинив его в организации заговора против Совета колонии.
Джеймстаун очень изменился. В городке появились улицы, застроенные двухэтажными домами. В некоторых домах были еще и чердаки. Построили новую церковь – неказистую, но все же храм. Вот только странно, что в отчетах Смита за 1608 и 1612 гг. ничего об этой церкви не говорится. Впервые он рассказал о ней в 1631 г. – в последний год своей жизни.
Через три недели после того, как Смит стал президентом Совета, в Джеймстаун вернулся Ньюпорт (он, кстати, хотел, чтобы Смит сменил Ратклиффа). Вместе с ним на корабле «Джон и Фрэнсис» прибыли 70 новоселов, и еще 40 человек доставил «Феникс». Пополнение существенное, ведь на тот момент население Джеймстауна составляло всего 120 или 130 человек. Эту статистику приводил позже, в 1624 г., Смит.
Аппетиты Лондонской Виргинской компании росли. Теперь она заинтересовалась золотом Америки. Лондонские магнаты, при поддержке которых началась колонизация Виргинии, вряд ли удовлетворились бы кедром и сассафрасом.
Среди новоселов, прибывших с Ньюпортом, были люди разных профессий, но все – квалифицированные специалисты. Например, мыловары и мастера по производству оконного стекла, которого в Лондоне в те времена не хватало. Северная оконечность дамбы, связывающей остров Джеймстаун с сушей, получила с тех пор название Стеклянный дом.
Смит отправил в Лондон письмо, адресованное Совету директоров Виргинской компании, где, в частности, писал:
Я процитировал отрывок из этого письма Смита не случайно. Как видим, Джеймстаун нуждался в мастерах, которые помогли бы колонистам обустроить свою жизнь. А Лондон больше думал о том, какие товары, привезенные из Америки, принесут ему больше выгоды. Короче говоря, между Рэли и Смитом наметились серьезные расхождения. Испытывал ли Виргинский совет Лондона какое-либо влияние франкмасонов, чьи идеи распространились в Англии с приходом на престол Якова I в 1603 г.? Мог ли быть Смит лидером другой масонской группировки, враждующей с тамплиерами? Ниже мы попытаемся ответить на эти вопросы.
В Лондоне, безусловно, ознакомились с отчетом Ньюпорта, где он сообщил о том, как Поухатан получил 20 сабель и, попросив еще столько же, получил отказ. Руководители Виргинской компании, разумно посчитав, что колонистам ни в коем случае не надо ссориться с индейцами, решили подсластить пилюлю и устроить пышную коронацию Поухатана. Ньюпорт на корабле «Джон и Фрэнсис» привез из Лондона подарки для индейского вождя, в том числе и кровать. Затем Ньюпорт послал к Поухатану Смита, с тем чтобы он объяснил вождю, что отныне он будет носить европейскую одежду и называться английским принцем. Поухатан потребовал присутствия Ньюпорта на его «коронации».
На следующее утро состоялась торжественная церемония. Ньюпорт и несколько колонистов на глазах Поухатана и многочисленных индейцев распаковали и собрали кровать. Затем достали одежду для «принца». Вождь с большой неохотой надел алую мантию. Колонисты устроили праздничный салют. Выстрелы из мушкетов повергли индейцев в панику.
После коронации Ньюпорт вернулся в форт и, взяв с собой 120 человек, включая профессионального золотоискателя Уильяма Колликата, отправился на поиски золота и кукурузного зерна. Смита он оставил в Джеймстауне.
Смит, сомневаясь, что Ньюпорт вернется с добычей, сам отправился к индейцам, живущим на берегах реки Чикахомини, и раздобыл у них немало зерна.
Ньюпорт вернулся в Джеймстаун ни с чем. Его люди устали, изголодались и пребывали в унынии. А между 27 ноября и 3 декабря Ньюпорт отплыл в Англию.
Смит понимал, что зерна у колонистов все еще мало, и решил взять его у Поухатана силой. Он набрал отряд из 38 добровольцев. Среди этих смельчаков были Джордж Перси, брат графа Нортумберлендского, и Фрэнсис Уэст, брат лорда де ла Уорра. В поход отправились на двух судах. Целый месяц они плыли вверх по замерзшей реке. Баржа с трудом вспарывала лед. Рождественскую неделю англичане, укрываясь от снежных бурь, провели в гостях у индейцев. 12 января 1609 г. они добрались до Веровокомоко. Поухатан послал им хлеб, индюшатину и оленину. Вообще-то, он задумал убить Смита и его людей во время ужина, но колонистов спасла дочь вождя Покахонтас. Она тайно пробралась к ним и предупредила о злодейских планах отца. Так, во всяком случае, рассказывает Смит в своих Текущих делах и Общей истории.
Смит не отказался от попытки реквизировать зерно у индейцев и явился в поселок, где жил сводный брат Поухатана-Опечанканаф. Там никого не было, но индейцы устроили засаду. Семьсот воинов затаились в окрестных полях. Смит пишет в Текущих делах, что, когда ситуация стала безвыходной, он схватил Опечанканафа за косичку и приставил к его груди пистолет. Колонисты остались живы, но им пришлось бесславно ретироваться.
Тем временем Поухатан решил, воспользовавшись отсутствием Смита, напасть на Джеймстаун. Он послал туда своих воинов, дав им в придачу двух голландских авантюристов. Индейцы разграбили форт, унеся с собой 100 топоров, 50 сабель и 8 мушкетов.
Несчастья следовали одно за другим. Как-то раз 11 колонистов решили переправиться на лодке на другой берег реки Джеймс, чтобы поохотиться там на диких кабанов. Однако лодка оказалась перегруженной и затонула. Шансов спастись в ледяной воде ни у кого не было. Через несколько дней трупы прибило к берегу. Среди погибших были капитан Ричард Уолдо, оставленный Смитом за старшего, Мэтью Скривенер и Энтони Госнолд, брат Бартоломью Госнолда.
Когда Смит возвращался в Джеймстаун, по дороге он потерял несколько человек: их схватили воины Поухатана. Добрая фея Покахонтас помогла одному из них, Ричарду Уиффину, бежать. Он чудом нашел в лесах отряд Смита. Из похода колонисты вернулись с 279 бушелями кукурузы. Впрочем, Смит в своей Общей истории увеличил эту цифру до 479.
Слухи о неудачах Смита быстро распространились среди индейцев. Вауинчопанк, вождь паспахегов, окончательно осмелев, устроил засаду рядом с фортом, у Стеклянного дома. Произошла стычка, во время которой Смит сошелся один на один с вождем. В результате оба упали в реку, но Смит все же изловчился, скрутил вождя и приволок его в форт.
Смит занялся постройкой двух срубов, где содержалось стадо свиней в 60 голов. Один свинарник был в форте, а второй – на другом берегу реки. Когда работы там продолжались, Смит узнал, что крысы уничтожили добрую половину запасов кукурузного зерна. Вернувшись в форт, он отрядил 20 человек на рыбалку, надеясь поправить положение с продовольствием, но к этому времени многие колонисты пали духом и мечтали только о том, чтобы дождаться судна, которое доставит их обратно в Англию.
В июле в Джеймстаун прибыл корабль «Мэри и Джон». Его капитан, Сэмюэль Аргалл, был кузеном сэра Томаса Смайта и находился в родстве с де ла Уорром. Он привез известие: согласно новому королевскому указу, Виргинская компания Лондона получила право сменить руководство колонии. Новым губернатором должен был стать сэр Томас Гейтс. Ожидалось, что он привезет с собой 600 новых поселенцев. А де ла Уорр станет генерал-губернатором.
Лондонская виргинская компания издала брошюру, где расхваливался трансатлантический «лайнер» того времени – «Новая Британия», и собрала в Плимуте мощную флотилию. В нее входили такие корабли, как «Морское приключение» под командованием сэра Джорджа Сомерса (на борту этого судна должен был отплыть в Америку новый губернатор Виргинии Гейтс), «Бриллиант», которым командовал смещенный президент Виргинского совета Джон Ратклифф, «Сокол» (капитан Джон Мартин), «Благословение» под командованием Габриэля Арчера, который в свое время приговорил Смита к повешению, а также «Единство», «Лев», «Ласточка» и еще четыре небольших судна включая «Виргинию». Среди новых колонистов были «персоны нон грата», а именно католики, положение которых в Англии усугубил заговор Гая Фокса. Смит к тому же без особой радости ждал встречи со своими недоброжелателями: Ратклиффом, Мартином и Арчером.
Плавание не обошлось без осложнений. 24 июля разыгрался страшный шторм, и «Морское приключение» выбросило на рифы у Бермудских островов. Корабль в результате застрял между скал. Сто пятьдесят пассажиров и членов экипажа сошли на берег. Уильям Стрэчи, плывший на этом судне, так описывает кораблекрушение в своем отчете:
Вполне возможно, что отчет Стрэчи попался на глаза Шекспиру, и он использовал некоторые его детали в своей Буре. Выбравшись на сушу, путешественники ухитрились построить из обломков погибшего корабля два небольших суденышка – «Спасение» и «Терпение». А останки «Морского приключения» обнаружили совсем недавно – в 1958 г.
11 августа в устье реки Джеймс появились четыре корабля. Еще три прибыли через несколько дней. Многие пассажиры во время плавания скончались. С палуб «Бриллианта» и «Ласточки» сбросили в воду 32 трупа.
Теперь в Джеймстауне было уже 400 жителей. Сто сорок из них немедленно отправили под началом Фрэнсиса Уэста строить новый форт на границе владений Поухатана и территории, где обитало племя монаканов. Об этом событии поведал Джордж Перси. Уэст построил форт у водопадов, хорошо укрепив его. Но он взял с собой мало пороха. Поэтому с трудом отбил атаку всего лишь десятка индейских воинов. Пришлось вызывать на помощь Смита, который прибыл с подкреплением и отругал Уэста за то, что он выбрал неудачное место для нового форта. Снова Смит вошел в конфронтацию со ставленниками Лондона. Кстати, Виргинская компания поддерживала и новоиспеченного «принца» – Поухатана.
По возвращении в Джеймстаун со Смитом произошел несчастный случай, который впоследствии истолковали как попытку преднамеренного убийства. Вот что он пишет в своей Общей истории: «Он мирно спал на корабле, когда кто-то выстрелил в его пороховницу, лежавшую рядом с ним. Взрывом ему вырвало куски мяса. Боль была чудовищная». На Смите загорелась одежда, и, чтобы не вспыхнуть как факел, он бросился в воду.
Смит с самого начала понял: его пытались убить. В своих Текущих делах он обвинил в этом Ратклиффа, Мартина и Арчера:
Было ли это действительно покушением или нет, остается только гадать. Но так или иначе Смит снова оказался в центре очередного скандала.
Смит вернулся в Англию вместе с отбывшей из Джеймстауна флотилией. Ратклифф, которого он сместил, писал государственному секретарю лорду Солсбери, что Смита отправили в Британию, чтобы он там ответил за свои прегрешения, а именно за неэффективное управление колонией. По мнению Генри Спелмана, Смит, находясь в новом форте у водопада, вступил в сговор с индейцем из окружения Поухатана с целью убить Фрэнсиса Уэста, брата лорда де ла Уорра, но, очевидно, это были клеветнические измышления. Просто кто-то хотел очернить доброе имя Смита, чтобы тот не смог вернуться в Джеймстаун.
Он и не вернулся. Отныне его вклад в освоение Америки ограничился литературными трудами. Смит завершил работу над картой Виргинии, опубликовав ее в 1612 г., и продолжал писать ее историю. В 1614 г. он наладил связи с руководителями Виргинской компании в Плимуте, которые все еще пытались колонизировать северное побережье Атлантики. При поддержке сэра Фердинанде Горгеса из Плимута Смит начал работу над картой территории от залива Пенобскот до Кейп-Кода и назвал эти земли Новой Англией.
Смит предпринял еще две попытки пересечь Атлантику. Первая закончилась тем, что его захватили в плен французские пираты, и он томился у них три месяца, пока ему не удалось бежать. О своих приключениях он рассказал в Описании Новой Англии, опубликованном в 1625 г. Второе путешествие пришлось прервать: помешала плохая погода, державшаяся целых три месяца.
Когда Виргинская компания доживала последние дни, а ее казначеем был граф Саутгемптон, Смит 12 апреля 1621 г. явился на заседание и раскритиковал администрацию колонии. Заодно он сообщил, что готов написать всеобъемлющую и объективную историю заморского поселения. В результате из-под его пера вышла Общая история Северной Виргинии, Новой Англии и Солнечных, островов, увидевшая свет в 1624 г. – в тот год, когда королевский указ о создании колонии в Виргинии был отозван. А Смит написал еще одну книгу – Записки о путешествиях и приключениях капитана Джона Смита в Европе, Азии, Африке и Америке. Ее опубликовали за год до его смерти. Смит скончался в 1631 г.
После того как Смит в 1609 г. вернулся в Англию, Виргинская колония фактически осталась без руководителей. Началось брожение, иной раз дело доходило чуть ли не до мятежей. Временным руководителем колонии назначили Джорджа Перси, но правил он номинально. Фактически же здесь вершили дела давние противники Смита – Ратклифф, Мартин и Арчер.
Политика Смита, направленная на создание поселений-спутников, продолжала осуществляться. Одним из таких поселений стал форт у водопада. Здесь правил Уэст. Другое было основано Мартином на острове, где жили индейцы из племени нансемондов. Потом Перси послал Ратклиффа построить в Пойнт-Комфорте форт Элджернон, названный так в честь титулованного брата Перси. А Мартин оставил свой форт на попечение Майкла Сайклмора (он же Ратклифф), и в его отсутствие 17 колонистов подняли там мятеж. Сайклмор жестоко расправился с бунтарями. Их нашли мертвыми, и «рот каждого был забит хлебом».
Перси решил не возиться больше с фортами Уэста и Мартина. Вместо этого он отправил Ратклиффа к Поухатану в качестве своего эмиссара. Ратклифф договорился с индейцами о покупке зерна, но сделка не состоялась. По свидетельству Генри Спелмана, сначала индейцы хотели обмануть бледнолицых и насыпали зерно в плетеные корзины мельче обычных. Те обмана не заметили. Но краснокожим этого показалось мало. Когда англичане, взяв зерно, направились к своей лодке, индейцы перебили их одного за другим. Самого же Ратклиффа раздели донага, привязали к дереву и разожгли под ним костер. Индианки острыми раковинами мидий срезали с его костей куски мяса и бросали в огонь. Так принял «мученическую смерть» бывший президент колонии, смещенный Смитом.
Отношения между англичанами и Поухатаном обострились до крайности. Воины вождя отлавливали колонистов поодиночке. В результате запуганные поселенцы оказались запертыми в Джеймстауне, и там начался голод. Индейцы перерезали свиней, оставшихся без присмотра в хлеву на небольшом островке. Колонисты съели всех цыплят, овец, коз, собак, кошек, крыс, мышей и лошадей. Некоторые, не отличавшиеся брезгливостью, откапывали трупы убитых индейцев и поедали останки врагов. Как сообщал Перси, один колонист убил и съел свою жену, хотя в его доме хранились запасы овса, бобов и прочей провизии. За это преступление его сожгли живьем.
В форте Элджернон голод поначалу был не такой свирепый. Но и там ситуация изменилась к худшему. В один прекрасный день на горизонте появились два корабля. Приняв их за суда испанцев, комендант крепости открыл по ним огонь из пушек и поставил под ружье 40 человек. Вскоре выяснилось, что это прибыли «Спасение» и «Терпение» с Гейтсом, Сомерсом, их людьми и уцелевшими после кораблекрушения пассажирами «Морского приключения». Разумеется, все обрадовались, но тут же приуныли: новоселы не захватили с собой провианта, то есть в форте появилось 148 лишних ртов.
23 мая 1610 г. оба судна прибыли в Джеймстаун. Новоселам казалось, будто они очутились в городе мертвых. Форт частично был защищен не толстыми бревнами, а легкими досками, и индейцы проникали на его территорию без особого труда. Обитатели Джеймстауна съели все, что только можно было съесть. Арчер, судя по всему, умер тогда от голода, а когда прибудет де ла Уорр, никто не знал.
Церковь, лежавшая в руинах, символизировала крах колонии. Новый губернатор Гейтс немедленно отдал приказ восстановить храм. Работы длились два года. Новая церковь была 60 футов в длину и 24 фута в ширину. Алтарь и скамьи сделали из кедра, чтобы, как писал Перси, храм «светился изнутри». По четвергам читалась проповедь, а по воскресеньям – две. Ежедневно, в 10 утра и в 4 пополудни, колокол созывал прихожан на молитву. Гейтс призывал всех молиться, чтобы противостоять болезням, голоду, нищете, набегам индейцев и разладу среди самих колонистов. Он считал Церковь важнейшим инструментом государственной власти.
Но голод по-прежнему свирепствовал, и со временем Гейтс принял решение об эвакуации на четырех кораблях: «Спасении», «Терпении», «Дискавери» и «Виргинии». Тяжелое орудие и прочие пушки закопали. 8 июня, не успела флотилия тронуться в путь, как колонисты увидели судно, идущее вверх по реке. Оказалось, это плывет генерал-губернатор де ла Уорр и везет с собой столько провианта, что можно целый год кормить 400 человек.
Все, конечно, узрели в этом руку Божью. Александер Уитейкер писал: «Только Всевышний мог сотворить подобное чудо». А вот что писал в Лондоне Уильям Крэшоу: «Если когда-либо рука Господня и проявлялась в людских деяниях, то это как раз тот случай. Когда человек забывает о своем священном долге, Сам Всевышний берется за дело».
Де ла Уорр первым делом решил укрепить моральный дух колонистов и настоял, чтобы Совет Джеймстауна издал ряд законов, регулирующих религиозные обряды, на строгое соблюдение которых указывал еще в ноябре 1606 г. Яков I. Надо сказать, жителей Джеймстауна вопросы религии не слишком волновали. У них хватало других, более насущных забот. Де ла Уорр собирался напомнить им об их религиозной миссии. В преамбуле к новым местным законам говорилось об «истинной» вере:
«Его Величество заботится о том, чтобы повсюду в его владениях царствовала истинная религия и почитался наш Господь. Его Величество строго наказал всем генералам и губернаторам… следовать Его примеру во славу Божью».
Итак, было объявлено, что «служить Богу следует денно и нощно». Колонистам запретили толковать на свой лад суть Святой Троицы. Их заставили дважды в день посещать церковь и без устали штудировать Библию. Молодежь должна была зубрить десять заповедей и религиозные тексты. Де ла Уорр в чем-то уподобился Елизавете I, которую называли «нянькой Церкви».
Так же, как и Елизавета, только в масштабах крошечной колонии, Гейтс и де ла Уорр навязывали людям духовное единение в жестких канонах англиканской церкви. По их мнению, религиозный плюрализм и терпимость к католикам и сектантам внесет раздор среди колонистов. Свобода совести, по их мнению, подрывала устои государственной власти. Виргиния была и будет «христианской колонией». Так писал в 1612 г. в своем предисловии к местным Законам Уильям Стрэчи.
Отныне в Совет колонии входили Гейтс (генерал-лейтенант), Сомерс, Перси, сэр Фердинандо Вайнман, Ньюпорт и Стрэчи. Сомерс решил отплыть с Сэмюэлем Аргаллом на двух судах на Бермуды, с тем чтобы вернуться с уловом рыбы и привезти заодно стадо свиней. Но им помешал надолго установившийся встречный ветер, и экспедицию в южные моря пришлось отложить. Вместо этого 16 июля они отправились к берегам Новой Англии, где тоже в изобилии водилась рыба.
Сомерс вместе со своим кораблем «Терпение» куда-то исчез. В начале ноября он появился на Бермудах, но толком не объяснил причину своего долгого отсутствия. Где он пропадал, так и осталось тайной. 9 ноября Сомерс умер, объевшись свинины. Его племянник проигнорировал приказ вернуться в Джеймстаун и поплыл в Англию хоронить дядю. В итоге экспедиция Сомерса никак не решила продовольственную проблему Джеймстауна.
Де ла Уорр сразу же после прибытия в Джеймстаун стал часто болеть и жил на одном из кораблей. Несмотря на недуги, он проводил достаточно жесткую политику по отношению к индейцам. Он отправил Поухатану послание, в котором напомнил вождю о его коронации и о том, что он теперь в долгу перед Англией, а потому обязан вернуть сабли и утихомирить своих воинов. Поухатан выставил ответное требование: англичане не должны больше подниматься вверх по их рекам. Пусть, мол, не покидают пределов Джеймстауна или пусть возвращаются в Англию.
После трагического инцидента в форте Элджернон, когда краснокожие взяли в плен одного колониста и принесли его в жертву своим богам, Гейтс получил разрешение атаковать индейцев из племени кекафтанов, живших к северу от Джеймстауна. 9 июля колонисты крупными силами высадились на побережье, захватили индейский поселок вместе с кукурузными полями и убили по меньшей мере пятерых краснокожих. Гейтс вернулся в Джеймстаун как триумфатор, а 20 июля он отплыл в Англию. В Лондоне он собирался надавить на руководителей Виргинской компании, чтобы они не жалели денег на содержание колонии. С собой он захватил подробный отчет, составленный Стрэчи, зная, что в Лондоне будут считать каждое пенни.
Война с коренными жителями Америки продолжалась и после отплытия Гейтса. Перси было приказано напасть на паспахегов и на племена, жившие в бассейне реки Чикахомини. Он сжег несколько поселков, убил 15 или 16 индейцев и взял в плен жену вождя паспахегов, Вауинчопанка, и его детей. Один из людей Перси побросал детей в реку и прострелил им головы. «Мозги разлетелись, как водяные брызги». Перси отругал садиста, хотя и сам не отличался гуманностью. На обратном пути его отряд сжег еще ряд поселков, убил нескольких индейцев, разрушил святилище «заблудших язычников» и уничтожил урожай кукурузы.
По приказу де ла Уорра жену вождя отвели в лес и там убили. По некоторым данным, ее должны были сжечь живьем. Вауинчопанк, одолеваемый жаждой мести, напал на колонистов, но капитан Пауэлл насквозь пронзил его саблей. Вождь, по свидетельству Стрэчи, умер на месте.
Теперь де ла Уорр сосредоточился на поисках золота: надо было компенсировать финансовые затраты Виргинской компании. Аргалл, вернувшийся в Джеймстаун после неудачной попытки совершить плавание к Бермудам, напал на племя уорраскойяков, а де ла Уорр послал вооруженный отряд в покинутый форт у водопада, построенный Уэстом. Тем временем запасы зерна в Джеймстауне таяли, и Аргалл, не найдя золота, заключил сделку с индейцами из племени патавомеков. Они снабдили его кукурузой.
28 марта 1611 г. де ла Уорр, измученный постоянными болезнями, отплыл с 50 колонистами на Карибы, но ветер пригнал его корабль к Азорским островам. Оттуда де ла Уорр направился в Англию. Через семь лет он решил вернуться в Джеймстаун, но умер в пути.
В Джеймстаун прибыл сэр Томас Дейл. Он сменил Гейтса, который пока оставался в Англии в качестве действующего губернатора Виргинии. Дейл привел три корабля, привез новых поселенцев, скот, различные материалы и инструменты. Он сразу же увидел, что городок, в котором распоряжался Перси, находится в плачевном состоянии. Колонисты с трудом отбивались от индейцев-паспахегов, которые во что бы то ни стало хотели отомстить бледнолицым за кровь своего вождя и его семьи.
Дейл продолжил политику твердой руки, начатую де ла Уорром, и, надо сказать, при нем дисциплина в колонии заметно улучшилась. Он постоянно носил с собой рукопись Божественных законов, составленных Стрэчи под руководством Гейтса и де ла Уорра, и требовал неукоснительно их соблюдать. Каждому мужчине в колонии было присвоено то или иное воинское звание. У каждого был определенный круг обязанностей, и уклонение от них сурово наказывалось. Провинившемуся в первый раз стягивали пятки к шее и в таком положении оставляли на целую ночь. За вторичное нарушение дисциплины били кнутом, а провинившегося в третий раз приговаривали к году каторжных работ. Кодекс Дейла – так вскоре назвали свод местных законов – был, конечно, суров, но в Джеймстауне наладилась дисциплина, жизненно необходимая для выживания колонии.
Вскоре Дейл, которому порядком надоели набеги индейцев, приказал колонистам безжалостно уничтожать поселки краснокожих. В окрестностях Джеймстауна запылали вигвамы. Их обитатели оставались без жилья, печально глядя на груду головешек.
2 августа 1611 г. вернулся из Лондона губернатор Гейтс. По свидетельству Перси, он привел 9 тяжело нагруженных судов. С ним отправились в Джеймстаун его жена и дочери. В пути супруга Гейтса умерла. Дочери прожили в колонии недолго. Дождавшись следующего «рейса», они вернулись в Англию.
Гейтс и Дейл решили основать на Фарерских островах, в 59 милях от Джеймстауна, город и назвать его Генрико – в честь Генри, принца Уэльского. Сто пятьдесят поселенцев в сентябре отправились его строить. По замыслу лидеров колонии, новый город должен был превосходить Джеймстаун по площади в 13 раз. В нем хотели соорудить сторожевые башни и долговечные склады. Хотя индейцы и беспокоили колонистов своими набегами, за четыре месяца главные общественные здания и жилые дома были построены. Затем Дейл захватил исконно индейские земли на берегах реки Аппоматток и затеял там строительство города Бермуды. Вскоре в бассейнах рек Джеймс и Аппоматток возникла своего рода «Маленькая Англия».
В свое время Виргинская компания поручила де ла Уорру взять на воспитание нескольких детей из индейских семей, обучить их английскому языку и привить им европейские манеры. Об этом еще говорил король Яков I в ноябре 1606 г. во время церемонии по случаю учреждения Виргинской компании. Монарх тогда подчеркивал, что первейшая задача компании – распространение христианства среди дикарей, которые влачат жалкое существование, не зная ничего о Боге и о вере.
Сэмюэль Аргалл, вернувшийся в Джеймстаун в июне 1612 г. и работавший под началом Гейтса, узнал в апреле 1613 г., что Покахонтас кочует сейчас с племенем патавомекесов, представляя интересы отца – главного поставщика кукурузы. Колонисты относились к молодой индианке с благоговением: они наслышались, как она уговорила своего отца пощадить Смита. И вообще, ее считали сторонницей англичан. Руководство Компании решило использовать Покахонтас в своей игре – оно хотело получить назад сабли, которые Ньюпорт легкомысленно отдал ее отцу. Аргалл пообещал Япазау, другу Смита, что, если вождь патавомекесов выкрадет Покахонтас, ему будет гарантирована защита британской короны в его вечных войнах с Поухатаном, а между англичанами и индейцами наступит долгожданное перемирие. Кроме того, Аргалл подарил Япазау чайник и детские игрушки.
Япазау и его жена пригласили Покахонтас на обед к Аргаллу, устроенный на борту английского корабля. Аргалл запер девушку и послал к Поухатану гонца с известием о том, что его любимая дочь находится в плену у англичан. Чтобы увидеть ее живой и невредимой, он должен освободить взятых в заложники колонистов, вернуть англичанам сабли и другое оружие, а также снабдить их кукурузным зерном. Гонец вернулся от Поухатана и сообщил: вождь согласен на условия бледнолицых (по некоторым данным, он блефовал. Притворившись миротворцем, он на самом деле хотел взять корабль на абордаж). Вернувшись в Джеймстаун, Аргалл отдал Покахонтас на попечение Гейтса. Поухатан отпустил семерых пленников, прислал в форт боевой топор, лучковую пилу и семь старых мушкетов. Еще пообещал Гейтсу доставить 500 бушелей кукурузного зерна, но только после того, как тот отпустит Покахонтас. О саблях вождь дипломатично умолчал.
Следующие девять месяцев прошли относительно спокойно. Стороны выжидали. Однако, поскольку в марте 1614 г. Дейл должен был вернуться в Англию, он решил форсировать события и поплыл к Поухатану, который в то время находился в Матчоте, в 15 милях к северу от Ричмонда. Покахонтас поплыла вместе с Дейлом и его командой. Дейл надеялся, что ему удастся договориться с вождем о заключении прочного мира, но как только его лодка приблизилась к берегу, на нее посыпался град стрел.
Дейл все же послал к Поухатану двух парламентеров – Спаркса и Джона Рольфа, который в 1612 г. стал выращивать в Джеймстауне табак. Он даже вывел гибридный сорт, смешав южноамериканский табак с карибским. Поухатан отказался принять англичан. Как объяснил им один из индейцев, вождь сейчас занят: нужно сеять кукурузу, а переговоры могут подождать.
И вот здесь события приняли неожиданный оборот. Один из парламентеров заявил, что хочет жениться на заложнице. Ральф Хамор пишет:
В своем письме Рольф утверждал, что его брак с Покахонтас пойдет на пользу его табачной плантации и что он женится «во славу Англии, во славу Господа». К тому же он обратит свою невесту в христианскую веру. Это его первейший долг.
Как ни странно, Поухатан дал согласие на брак своей дочери с бледнолицым. Свадьбу отпраздновали, наверное, в середине апреля 1614 г. Поухатана среди гостей не было: он прислал вместо себя престарелого дядю своей дочери. Свадьба проходила в форте Джеймстауна. Преподобный Александер Уитейкер и преподобный Ричард Бак обвенчали новобрачных и отслужили торжественную службу. Как и надеялся Дейл, этот брак положил конец войне Поухатана с англичанами. Индейцы согласились с тем, что отныне их верховным правителем будет английский монарх Яков I. Колонисты договорились с местными племенами, что каждый год восемь старейшин будут облачаться в красные мантии.
Прошло какое-то время, и Дейл послал к Поухатану Хамора и Сэвиджа. Они объявили вождю, что сэр Томас просит руки другой его дочери. В это трудно поверить, поскольку Дейл был женат, а двоеженство никак не согласуется с суровым обликом этого строгого блюстителя морали и дисциплины. Поухатан ему отказал. Думается, к лучшему.
О том, как складывались после свадьбы отношения Рольфа с молодой индианкой, мы не знаем. Известно только, что Дейл в апреле 1616 г. взял их обоих с собой в Англию, чтобы все увидели: коренная жительница Америки легко приобщается к британской культуре, ведь в Лондоне тогда проходила очередная презентация Виргинской компании. Дейл специально поселил Покахонтас и Джона в лондонской гостинице «Прекрасная дикарка». Джон Смит написал письмо королеве Анне с просьбой ввести его спасительницу Покахонтас в высший лондонский свет. Однако индианка была очень застенчива. Находясь в аристократическом обществе, все время прятала лицо и ни с кем не разговаривала. В Англии они с Джоном прожили семь месяцев, а на обратном пути она простудилась и умерла в тот день, когда их ожидали в Виргинии. Таков печальный конец этой романтической истории. Наверное, здоровье «прекрасной дикарки» подорвал английский климат. Впрочем, по некоторым сведениям, она умерла от оспы. У индейцев не было, как известно, иммунитета к «европейским» болезням.
Гейтс в конце 1616 г. окончательно покинул Джеймстаун, вернувшись в Англию. Его заменил на посту губернатора Йирдли. Приехав в Виргинию, он увидел полуразрушенный, запущенный поселок, населенный в основном индейцами. Все клочки свободной земли были отведены под табачные плантации.
Вот отрывок из отчета Аргалла:
В том же году, в честь десятилетия основания колонии, поселенцы построили бревенчатую церковь. Ее соорудили за пределами форта – там, где находится сейчас мемориальная часовня. В той церкви шли службы до 1639 г., когда ее снесли и построили более фундаментальный храм. Но к тому времени религиозный идеализм, свойственный первым колонистам, заметно ослабел. Да и Виргиния не очень-то интересовала переселенцев из Европы.
Главной задачей Йирдли стало привлечь в Джеймстаун новых колонистов. Чтобы заинтересовать людей, после 1618 г. были введены определенные стимулы. Те, кто соглашался оплатить переезд, сразу же получали в собственность 50 акров[8] земли. Те, у кого денег на переезд не было, получали по 50 акров после семи лет работы в колонии. В июле 1619 г. Йирдли настаивал на проведении выборов в палату представителей городского самоуправления, но ввиду финансовых затруднений избирательную кампанию провести не удалось. Позже, в 1620 г., был создан Совет по делам Новой Англии. Его возглавил граф Саутгемптон, покровитель Шекспира. Так что реформы, задуманные Йирдли, осуществить до конца не удалось. В результате реорганизации Виргинской компании возникло поселение в Новом Плимуте, о котором говорилось в предыдущей главе. Поскольку Совет по делам Новой Англии поглотил Виргинскую компанию Плимута, он стал раздавать поселенцам земли вокруг Нового Плимута. Туда, вслед за отцами-пилигримами, пассажирами «Мейфлауэра», потянулись лондонские авантюристы.
Джеймстаун пришел в упадок. Начались эпидемии, а в 1622 г. индейцы устроили в городке массовую резню, убив половину колонистов. Они врывались в дома англичан и никого не щадили. В отчете местной администрации говорилось о 347 убитых. Кроме того, люди позабыли о строгих законах Гейтса-де ла Уорра, о кодексе Дейла. В Джеймстауне царили внутренние распри. В Лондоне решили, что Виргинская компания прогорает, и в 1624 г. ее лицензию отозвали. Колония отныне подчинялась непосредственно королю Англии. Виргиния оказалась финансовым и моральным банкротом.
Что же все-таки произошло с Виргинской компанией? В чем причина ее краха? В ноябре 1606 г. на торжествах по случаю ее учреждения подчеркивалась важность ее религиозной миссии. Но о целях, стоящих перед колонистами, говорилось расплывчато. Преобладали общие высокие слова. Кроме того, и в Англии, и в Америке происходила борьба между группировками влиятельных людей, чьи интересы совпадали далеко не всегда. Помимо прочего, не была выработана система взаимоотношений с индейскими племенами. И хотя индейцы – народ независимый и воинственный, нередко сами колонисты провоцировали вооруженные конфликты. Немало было сделано стратегических ошибок – начиная с того, что Уингфилд и Ньюпорт выбрали неудачное место для строительства форта Джеймстаун. Возможно, подобные ошибки – результат тайного сговора масонских лож. Ну и конечно, возникли финансовые осложнения. Траты на компанию были большие, а отдача несущественная: золота колонисты не нашли. Так что до табачного бума и начала работорговли наблюдались лишь одни убытки. Представители компании пытались перенять опыт богатых плантаторов-рабовладельцев американского Юга, но в полной мере им это не удалось.
В конце 1620-х гг., когда население Виргинии составляло 2 500 человек, большинство колонистов выращивали на экспорт табак. Плантаторы покупали вывезенных из Африки чернокожих рабов, которые безропотно на них трудились. Причем эти рабы были больше привязаны к земле, чем крепостные крестьяне средневековых европейских феодалов.
К 1660-м гг. число рабов стало расти, и к 1670 г. население Виргинии составляло уже 35 309 человек. Казалось бы, нелепость: христианское общество, где узаконено рабство. Но тем не менее так оно и было. Хотя, конечно, рабство не имеет ничего общего с христианской религией.
Однако жителей Виргинии больше волновало материальное благополучие, чем вопросы духовной жизни. Поэтому многие благие начинания, предпринятые в религиозных целях, не оправдали надежд энтузиастов. Развалилась «христианская колония» на берегу Чесапикского залива, которую так восхвалял в 1612 г. Стрэчи. Та же судьба постигла поселения «истинных» пуритан в Массачусетсе. Наконец, рухнула Виргинская компания. Возможно, убежденным христианам отчасти навредили франкмасоны, но их роль в жизни американского общества была в то время невелика. Они укрепили свои позиции позже, когда в стране началась урбанизация, когда заметно вырос общий культурный уровень населения и появилась целая плеяда выдающихся мыслителей.
А теперь попытаемся понять, какие истинные мотивы побудили англичан взяться за такое масштабное начинание, как колонизация Северной Америки. Им нужно было вывозить оттуда ценные товары? Или они не хотели пускать туда испанцев? А может, это была экспансия англиканской церкви? Ведь Яков I заявлял в ноябре 1606 г., что Виргинская компания призвана нести в Новый Свет идеалы, каноны и постулаты официальной религии Англии.
Как мы уже видели, компания с этой задачей не справилась. А что, если британский монарх, восхваляя англиканскую церковь, в глубине души разделял идеи шотландских тамплиеров и мечту создать в Новом Свете Новую Атлантиду?
Когда поднял паруса «Мейфлауэр», везущий в Америку пуритан, Джеймстауну, основанному представителями англиканской церкви, было уже 13 лет. Но еще задолго до англичан Северную Америку стали обживать испанские католики. Правда, их поселения находились гораздо южнее британских.
Испанские католики опередили колонистов Джеймстауна. Можно даже сказать, что они были первыми европейцами, которые решились на освоение Северной Америки. И создание колонии в Виргинии было стратегическим ходом английской монархии, которая стремилась умерить аппетиты испанцев и французов.
Впервые испанцы появились во Флориде во время второго плавания Колумба – в 1493 г. 12 октября 1492 г. Колумб пересел со своей каравеллы «Санта-Мария» в лодку и причалил в сопровождении капитанов двух других судов – «Пинта» и «Нинья» – к берегу острова Сан-Сальвадор. Обнаженные индейцы с удивлением разглядывали загадочных пришельцев. Колумб воткнул в песок флаг испанской короны, объявив, что отныне территории Нового Света принадлежат Их Величествам Фердинанду и Изабелле. Он думал, что находится у ворот, ведущих в сказочно богатый и таинственный Восток. Впоследствии он говорил о северном побережье Кубы как о самом драгоценном бриллианте в испанской короне.
Когда в 1493 г. Колумб добрался до берегов Флориды, его сопровождал Хуан Понсе де Леон, который в 1510 г. стал губернатором Пуэрто-Рико. А когда де Леона сместили с этого поста, он в 1513 г. снарядил на собственные деньги экспедицию и направился с ней дальше на север. Испанцам надо было спешить.
В те времена борьба за территории Нового Света шла упорная. В 1497 и 1498 гг. Джон Кэбот объявил Северную Америку владениями Англии. В ответ Америго Веспуччи, открывший в 1499 г. Южную Америку, объявил ее владениями Испании.
Индейцы рассказывали Понсе де Леону о волшебном острове Бимини, расположенном где-то в северном направлении. Ходили легенды, что на этом острове есть Фонтан молодости. Даже дряхлые старики и старухи, попив из него, вновь становятся юношами и девушками. Говорили, будто де Леон, поверив простодушным туземцам, отправился на поиски чудодейственного фонтана, а заодно и золота. Но на самом деле его главной целью было установить испанское господство в Новом Свете.
3 апреля 1513 г. он увидел на горизонте землю. Это произошло в один из пасхальных дней. Испанцы называют Пасху Праздником Цветов
Очевидно, Понсе де Леон высадился рядом с нынешним Археологическим парком, который, кстати, называется «Фонтан молодости». Он заночевал в расположенном неподалеку индейском городе Селой. Там проживало племя тимукуанов. Ученые утверждают, что коренные жители Америки плавали к побережью Флориды еще 4 тысячи лет назад. Причем нередко их путешествия начинались на севере континента. Испанцы, наверное, об этом догадались и решили, что они вполне могут претендовать на все территории от Флориды до Лабрадора.
Не найдя подходящей гавани для больших судов, Понсе де Леон повернул обратно и поплыл вдоль побережья полуострова на юг, а потом тем же путем вернулся на Пуэрто-Рико, так и не отыскав таинственный остров Бимини.
В 1521 г., взяв с собой отряд из 200 человек, он снова приплыл во Флориду, чтобы выяснить, остров это или полуостров. Заодно он хотел основать там колонию и попытать счастья в поисках «Фонтана молодости». Но вместо него де Леон нашел свою смерть. Индейцы не позволили испанцам высадиться на сушу и отогнали их. В ходе завязавшегося боя Хуана серьезно ранило стрелой. Многие его солдаты были убиты. Де Леон вернулся на Кубу, где в 1522 г. умер от той самой, так и не зажившей раны.
Следующую серьезную попытку высадиться во Флориде испанцы предприняли в 1528 г. Командовал операцией Панфило де Нарваэс, старый одноглазый капитан, честно прослуживший испанской короне на Кубе и в Мексике. Отплыв из Испании в 1527 г., он собирался исследовать территорию между Мексикой и Флоридой. Штормовой ветер пригнал его корабль к берегам Флориды, где он и высадился 11 апреля 1528 г. Через два дня судно Нарваэса бросило якорь в заливе Тампа, поблизости от западного берега. Солдаты Нарваэса захватили четырех индейцев, которые провели их к месту, где на днях штормом выбросило на скалы какой-то корабль (чей он, туземцы, конечно, не знали). На берегу среди обломков судна валялись корабельные сундуки, и в каждом лежало по мертвому испанцу. Трупы были завернуты в оленьи шкуры. Нетрудно догадаться, что это оказался экипаж парусника, доставившего экспедицию во Флориду.
Отряд Нарваэса пробыл в Новом Свете 25 дней. Ночлег испанцы находили очень просто: врывались в жилища индейцев, хозяев выгоняли и съедали их запасы продовольствия. Когда индейцам это надоело, они напали на непрошеных гостей. Тем пришлось ретироваться. Испанцы добрались до залива Тампа, но положение их было безвыходное. Многие заболели. Корабль разбился. Но они не растерялись и за 15 дней построили пять больших лодок, каждая длиной 30 футов. Сооружали лодки из подручных материалов. В ход шли стволы деревьев, оленьи шкуры, сосновая смола. Паруса сшили из своих рубах. Каждая лодка вмещала до 50 человек.
На таких вот самодельных суденышках «флотилия» Нарваэса добралась до устья реки Миссисипи. «Адмиральский корабль» перевернулся. Нарваэсу удалось спастись, но ему пришлось провести всю ночь в другой лодке – вместе со своим слугой, который к тому же заболел. Их лодку спасти не удалось. Якорем ей служил камень. Ветер потащил ее прочь, и вскоре она исчезла из виду.
Помощник Нарваэса, Кабеса де Вака, отстал в пути: его лодка потерпела крушение во время шторма у побережья Техаса. Примерно в тех же краях индейцы перебили весь экипаж другой лодки. Встречались и, казалось бы, миролюбивые индейцы. Они согласились взять к себе на поправку в общей сложности около 80 испанцев. Почти все пациенты умерли – в живых осталось лишь 11 человек. Индейцы морили пленников голодом и превратили их в рабов. Например, де Ваку (он после кораблекрушения уцелел) заставляли выдирать с корнем какие-то водоросли. В результате кожа на его пальцах стала такой тонкой, что они постоянно кровоточили. Де Ваке удалось бежать. Шесть лет он скитался по стойбищам индейских племен, торгуя раковинами, пока наконец случайно не встретил испанцев. В 1537 г. он вернулся на родину, воздавая хвалу порту в заливе Тампа – «лучшему порту во всем мире».
Уже к 1530 г. огромная торговая империя Испании простиралась от Мексики до Панамы, Колумбии, Венесуэлы и Вест-Индии, включая Кубу. У нее также были обширные владения на западном побережье Южной Америки (Эквадор и Перу, а вскоре и Чили). Но испанская корона, обуреваемая непомерной алчностью, постоянно требовала все больше и больше серебра и золота. Она надеялась, что во Флориде драгоценные металлы валяются под ногами. Кроме того, Флорида была важным стратегическим пунктом. Обосновавшись в ней, испанцы могли бы надежно защищать от пиратов и вражеских судов свои корабли, везущие в Испанию золото и серебро. Укрепление позиций Испании в Европе во многом зависело от увеличения притока драгоценных металлов из Нового Света.
Несмотря на свои опасные приключения во Флориде, де Вака горел желанием туда вернуться. Однако командовать следующей экспедицией поручили 38-летнему Эрнандо де Сото, одному из завоевателей Перу. Он так обогатился в этой стране, что деньги у него занимал даже сам испанский монарх Карл V. Де Сото хотел включить де Ваку в состав своей экспедиции, но тот отказался: де Вака желал быть только на первых ролях. Но о заливе Тампа он рассказал де Сото.
Де Сото был, безусловно, личностью незаурядной. Решительный, несгибаемый, храбрый. Скупой на слова, он охотно выслушивал мнения других, моментально анализировал ситуацию и принимал единственно верное решение. Немудрено, что все подчинялись его железной воле. В апреле 1538 г. де Сото, отплыв из Испании, взял курс на Гавану (в свое время он был губернатором Кубы). 18 апреля 1539 г. он покинул Гавану и 25 мая достиг залива Тампа. Испуганные индейцы, увидев мощную флотилию испанцев, зажгли костры, чтобы подать пришельцам дымовые сигналы, означавшие «В наших деревнях никого нет. Все ушли».
Люди де Сото высадились на берег и, несмотря на полученные сигналы, попытались все же найти проводников. На следующий день три кавалерийских эскадрона заняли опустевшую деревню, вполне пригодную, чтобы остановиться на постой. Дома – деревянные, крытые пальмовыми листьями. На всякий случай испанцы порубили и расчистили лес, окружавший деревню плотным кольцом – чтобы индейцы не могли незаметно подкрасться к ним. Вскоре пехотинцы привели к де Сото четырех схваченных в чаще индейцев. Кавалеристы тоже доставили пленников. Один из них, совершенно обнаженный, вдруг закричал на чистом испанском: «Не убивайте меня, кабальеро! Я – христианин. И этих людей не трогайте: они подарили мне жизнь!»
Оказалось, этот человек – испанец по имени Хуан Ортис. Он давно знал Нарваэса и участвовал в его экспедиции во Флориду. Однажды на песчаном берегу залива Тампа он заметил расщепленную палку, в которой была зажата какая-то бумага. Он подумал, что это письмо, решил подобрать палку, но его схватили индейцы. Притащили на эшафот, привязали руки и ноги к четырем столбам. Он приготовился к смерти, но тут, словно в сказке, его спасла дочь вождя. Она сказала: «Конечно, от одного христианина пользы нам мало, но и вреда от него никакого. Мы даже будем гордиться таким знатным пленником». Мы уже упоминали этот эпизод и говорили о том, что Джон Смит, рассказавший, как Покахонтас спасла ему жизнь, был, возможно, плагиатором.
Де Сото часто посылал Ортиса в разведку, поскольку тот прекрасно знал местность. Но надо было двигаться дальше. Де Сото отправил несколько судов на Кубу – за новыми партиями провианта. Для охраны оставшихся кораблей выделил 100 человек, обеспечив их продовольствием в расчете на два года, а сам повел свой отряд в глубь материка. Вскоре Флорида осталась позади. Де Сото проложил маршрут по территории нынешних штатов: Джорджии, Северной и Южной Каролины, Теннесси, Алабамы, Миссисипи, Арканзаса, Техаса, Оклахомы и Луизианы.
Первую длительную остановку де Сото сделал в Кейле. Там были обширные кукурузные поля, и испанцы срезали все созревшие початки. Индейцы пытались им помешать, и будущие колонисты убили трех и взяли в плен 28 мирных местных жителей. 11 августа 1539 г. де Сото покинул Кейл и двинулся дальше. Дойдя до Каликвена, он переправился через реку Сувонни. Здесь испанцев встретили приветливые индейцы, играющие на флейтах. Концерт означал миролюбивый настрой краснокожих, но Ортис, поговорив с одним из них, узнал, что флейты – всего лишь маскарад. На самом деле индейцы намеревались перебить бледнолицых.
Вскоре появились 400 воинов, вооруженных луками и стрелами. Де Сото был к этому готов. Он подошел к вождю племени, пожал ему руку, а затем по его приказу горнист протрубил сигнал к атаке, и колонисты бросились вперед. Они убили 30 или 40 индейцев. Остальные воины убежали с поля битвы и спрятались в ледяной воде двух озер. Замерзнув до полусмерти, они сдались на милость победителя и были взяты в плен. Однако индейцы не хотели покоряться чужеземцам, и вскоре произошло новое сражение. Естественно, испанцы снова победили. На сей раз пленников казнили, использовав их же оружие. Привязали к столбу в центре городка и расстреляли из луков. Один из индейцев перед казнью обмолвился, что есть где-то в здешних краях город Юпаха. Правит в нем женщина, и все ее подданные регулярно приносят ей в подарок золото. У испанцев, конечно, глаза разгорелись.
Весть о зверской казни быстро распространилась по окрестным поселениям. Опасаясь массового восстания, де Сото решил снова устрашить индейцев и приказал своим кавалеристам и пехотинцам привести новых пленников. Те привели еще 100 человек. Их заковали в цепи. Обращались с ними как с рабами. Пленники мололи кукурузные зерна и носили грузы. Испанцы торопились. 26 октября они добрались до Апалаче, где никого не оказалось. Здесь они остановились на зимние квартиры и в первый раз отпраздновали в Северной Америке Рождество.
3 марта 1540 г. де Сото, взяв с собой 600 человек, отправился на поиски таинственного города Юпаха – кладовой золота. Полуголые и голодные пленники не перенесли суровую зиму. По дороге они все умерли, и испанцам пришлось тащить на себе тяжелые грузы, в том числе запасы кукурузной муки и зерна. Впереди колонны двигалось стадо свиней в 300 голов (живой провиант).
Наконец испанцы пришли в Тоалли – поселок, где стояли глинобитные домишки. Схватив первого попавшегося индейца, они приказали ему привести вождя. Де Сото представился вождю как «Сын Солнца», затем воткнул в землю большой крест и объяснил напуганному индейцу, что Христос был «одновременно и Богом, и человеком».
Вождь проводил пришельцев до Окуте, объяснив дорогу в Юпаху, до которой было недалеко. В Окуте испанцы обнаружили склад сушеной кукурузы и кукурузной муки. Теперь они находились на нынешней территории штата Южная Каролина – в краях, где правила тогда легендарная женщина-вождь, о сказочных богатствах которой они столько слышали. Вскоре прибыла ее сестра и произнесла приветственную речь.
А затем приплыла на каноэ и сама правительница. Она возлежала под навесом на многочисленных подушках. Вождь одарила де Сото жемчужным ожерельем, шалями и мехами. Она сказала, что в мелкой речной гальке можно найти немало жемчуга. Испанцы тут же ринулись к воде. Общая добыча была весомая – 350 фунтов прекрасного речного жемчуга. При этом будущие колонисты успели изнасиловать нескольких индианок.
Однако никакого золота в Юпахе де Сото не нашел. Тогда он решил перебраться в соседнюю провинцию, которая называлась Чьяха, и попросил дать ему проводников. Но правительница сказала «нет», объяснив, что у индейцев не принято насиловать женщин. Тогда де Сото, недолго думая, взял в качестве проводника ее. Испанцы прошли через всю Южную Каролину, держась на северо-запад. То, что вместе с ними – верховный вождь, вызывало восторг местных жителей. Каждый вечер испанцам устраивали торжественные приемы, заваливали их подарками. Например, в одном городке им подарили 700 индеек. Добравшись до Чьяхи, отряд де Сото отдыхал там целый месяц. Измученные испанцы смогли поправить здоровье и восстановить силы. Да и лошадям нужно было дать отдых и как следует подкормить их. Поправив здоровье, солдаты снова взялись за свое – стали грубо приставать к индианкам. Де Сото попросил вождей Чьяхи дать ему в дорогу 30 женщин. На следующий день испанцы с удивлением обнаружили, что все местное население словно сквозь землю провалилось.
Разъяренный де Сото объявил охоту на индейцев и уничтожил кукурузные поля местных вождей. Через случайно встреченного индейца он сообщил им, что понял свою ошибку и разговор о 30 женщинах нужно забыть. Невероятно, но факт: вожди прислали нескольких индианок, но только для него лично.
Затем де Сото, с помощью индейца-проводника, добрался до Косы. Тамошний вождь принял его, «восседая на носилках, которые несли на плечах его приближенные… На вожде была мантия, сшитая из куньего меха. Его голову украшала диадема из птичьих перьев. Вокруг толпился народ. Многие играли на флейтах и распевали песни».
Поначалу индейцы были настроены дружелюбно, но потом стали сторониться испанцев. Де Сото пробыл в Косе 25 дней. Ему дали нового проводника, и этот молодой индеец заявил, что хочет быть христианином. Растроганные испанцы сняли с него цепи.
Двинувшись дальше, де Сото пришел со своим отрядом в Таскалусу. Первым делом он разыскал местного вождя. Дело у него было срочное: пропал испанец, отправившийся на поиски одной из «жен» де Сото, которой удалось сбежать. Де Сото арестовал вождя, предупредив его, что он будет освобожден не раньше, чем найдется испанец. Вождь тут же сообщил соплеменникам из соседнего города Мавила, чтобы они готовились к нападению на бледнолицых.
Де Сото говорили о враждебности обитателей Мавилы по отношению к чужеземцам, но его это не остановило. Он явился в город в сопровождении священника, монаха и служек, которые везли на лошадях алтарь, церковную утварь и облачения. Тем временем вождь из Таскалусы проскользнул в один из домов, где спрятались вооруженные индейцы, и по его сигналу из всех укрытий выскочили воины. На де Сото и на всю небольшую процессию обрушился ливень стрел. Все испанцы получили ранения и едва успели ускакать из города. По дороге они убили нескольких человек.
Вскоре де Сото вернулся и взял город штурмом. Осада Мавилы длилась довольно долго. «Многие христиане, мучимые жаждой, пили из соседнего пруда воду, смешанную с кровью убитых, и потом снова шли в бой». Испанцы подожгли все дома, а когда их обитатели выбегали на улицу, убивали их. Некоторых, чтобы не тратить пороха, приканчивали абордажными саблями. Обезумевшие от страха люди возвращались в горящие дома и погибали в огне. В Мавиле нашли смерть 2 500 индейцев. Потери испанцев были во много раз меньше: всего 18 погибших и 150 раненых.
Через Ортиса индейцы сообщили де Сото, что его ждет в Очузе, до которого шесть дней пути от Мавилы, капитан пехоты Франсиско Мальдонадо, выполнявший его специальное задание. Де Сото срочно стал перепрятывать жемчуг, но в итоге он был потерян.
В середине ноября отряд де Сото вступил на территорию племени чикасоу, а 17 декабря вошел в город Чикаса, оказавшийся покинутым. Де Сото решил остаться здесь на зимние квартиры. Произошел такой случай. Четверо солдат отправились в соседнюю деревню, забрали у ее жителей шкуры и шали, а самих индейцев выгнали из домов. Поведение мародеров возмутило де Сото, и он приговорил двоих из них к казни. Приказал отрубить им головы. Незадолго до экзекуции к де Сото пришли потерпевшие с формальной жалобой на неправомерные действия его солдат, но кто-то из испанцев уговорил Ортиса исказить при переводе ее смысл, с тем чтобы реабилитировать мародеров. В итоге солдаты оказались невиновными, и де Сото приказал их освободить.
В марте, когда де Сото уже собирался уходить из Чикасы, индейцы атаковали город, окружив его со всех сторон. С оглушительным боевым кличем, под грохот барабанов, они поджигали дома. Де Сото, вскочив на коня, спасся бегством. Остальные испанцы последовали его примеру. Но 11 бойцов погибли от стрел индейцев, а в конюшнях сгорели 50 лошадей. Де Сото в отместку устроил резню в соседнем городе, да такую, что все поля вокруг него были усеяны трупами.
У отряда де Сото кончился провиант, и испанцы двинулись в Алимаму, но этот поселок оказался крошечным, соответственно, и кукурузных полей вокруг него было слишком мало. Тогда де Сото послал трех капитанов с солдатами, чтобы они поискали в округе крупные индейские поселения, где действительно можно добыть продовольствие. Один из капитанов, Хуан де Аньяско, наткнулся по дороге на хорошо укрепленный форт, где засели вооруженные индейцы в боевой раскраске и в головных уборах из орлиных перьев. Де Аньяско отступил и отправил гонца к де Сото: что, мол, делать? Командир дал приказ атаковать. Штурм крепости дорого обошелся испанцам: они понесли ощутимые потери.
8 мая де Сото пришел в Квиз-Квиз. Индейцы встретили его с оружием в руках. Чтобы избежать лишних стычек, испанцы построили баржи и поплыли по Миссисипи. По дороге они убили 10 индейцев и 15 захватили в плен.
Когда испанцы остановились в Каскви, к де Сото пришел местный вождь. Он привел
Де Сото поспешил в Пакаху, где обнаружил большие запасы сушеной кукурузы, и пробыл там 40 дней. Затем он перебрался в Квигуате. В этом поселке испанцы взяли в заложники вождя племени и 140 его сородичей и долго их допрашивали, пытаясь выяснить, где можно найти залежи золота и серебра. Индейцы посоветовали им направиться в горный массив Колигоа. Испанцы так и сделали. В Колигоа им пришлось питаться только рыбой. Потом они переместились в Туллу, убили там 15 индейцев, а остальных выгнали из жилищ. Ночью индейцы напали на испанцев, но те легко отбились, нанеся атакующим большой урон. Де Сото приказал отрубить шести пленникам носы и правую руку и послал окровавленные обрубки вождю племени с требованием принести извинения. Вождь привел с собой 80 человек. Все они плакали. Это означало, что они глубоко раскаиваются в содеянном. Индейцы принесли в подарок испанцам коровьи шкуры, которые заменили им одеяла.
Перевалив через Бостонские горы, отряд де Сото пришел в Аутиамкве, где, по рассказам индейцев, были обширные посевы кукурузы и «большая вода». Испанцы подумали, что, возможно, речь идет о море. Но вместо моря они увидели реку Арканзас. Поселок оказался покинутым, тем не менее запасов кукурузы, бобов, орехов и хурмы было предостаточно. К тому же испанцы наловчились ставить силки на кроликов и зайцев, которые здесь водились в изобилии.
В Аутиамкве умер Ортис. Испанцы остались без переводчика. Решили, что Ортиса заменит молодой индеец, который хотел стать христианином. Его крестили, дав ему новое имя – Педро. Душу его таким образом спасли, но толмач из Педро получился никудышный.
К тому времени отряд де Сото сильно поредел. Людские потери составили 250 человек (кто погиб, кто умер от болезней), погибло или пало 150 лошадей. 6 марта 1542 г. де Сото решил, что настала пора искать выход к морю. На побережье он предполагал построить две бригантины. Одна, под его командованием, отправится на Кубу, а другая – в Мексику. Де Сото хотел, сделав передышку на Кубе, поплыть потом на запад, где, по слухам, лежали земли, богатые золотом.
Однако все произошло по-другому. Де Сото очутился на берегах Миссисипи. По пути его солдаты истребляли индейцев. В одном только городе Нилко они убили 100 человек. А потом пошли сплошные болота, и испанцы начали страдать от лихорадки. Де Сото тоже заболел (судя по некоторым данным, у него была не лихорадка, а тиф). Он лежал на соломенном тюфяке, укрытый бизоньими шкурами, и в какой-то момент потребовал привести к нему пленных индейцев. Де Сото в полубреду говорил им, что они должны выбрать губернатора. На следующий день он умер.
Испанцы не хотели, чтобы индейцы узнали о смерти их предводителя, и решили вырыть его могилу где-нибудь в укромном месте. Но туземцы сразу же удивились таинственному исчезновению «Сына Солнца». Испанцы поняли, что очень скоро индейцы найдут могилу де Сото и долго будут глумиться над его телом, поэтому поступили иначе: положили труп в каноэ, нагруженное песком, и де Сото обрел вечный покой на дне Миссисипи.
Так завершилась безуспешная попытка де Сото основать испанские поселения во Флориде и в других южных регионах североамериканского континента. Маршрут его экспедиции пролегал по территории нынешних штатов американского Юга. Де Сото насаждал христианскую веру среди индейцев с жестокостью, характерной для Испании в эпоху инквизиции.
В то время как де Сото совершал свое путешествие, обреченное на трагический и бесславный конец, другой испанский конкистадор, Франсиско Васкес де Коронадо, отправился на юго-запад нынешних США и прошел по маршруту: Нью-Мексико – Техас – Канзас. Он пустился в авантюру, наслушавшись рассказов о семи мифических золотых городах. Но попадались ему по пути лишь бедные индейские стойбища. Де Коронадо, так же как и де Сото, никакого золота не нашел.
Прежде чем испанцы начали осваивать Флориду, попытку основать поселение в Северной Америке предприняли французские протестанты.
16 февраля 1562 г. из Дьеппа отплыли пять французских кораблей. Экспедиция, которой командовал лютеранин Жан Рибо, должна была направиться в Канаду, но так сложилось, что флотилия прибыла во Флориду – примерно туда, где находится сейчас город Сент-Огастин. 1 мая французы добрались до реки Сент-Джонс, которую Рибо назвал Майской. Их приветливо встретили дружелюбно настроенные индейцы. Рибо установил каменную колонну, означавшую, что здешние края – заморская территория Франции.
Проплыв еще 60 лье на север, Рибо нашел удобную гавань и назвал ее Порт-Руаяль. На берегу он разложил товары. Любопытные индейцы высыпали из леса, и началась бойкая торговля. 26 французов выразили желание остаться здесь. Рибо построил для них укрепленное поселение. Он назвал его форт Шарль – в честь французского короля Карла IX, которому было тогда 12 лет.
11 июня Рибо отплыл во Францию, оставив колонию под началом капитана Альбера. Вскоре у поселенцев кончились припасы. Как это часто бывает, возникли распри. За какие-то провинности повесили барабанщика. Некоего Лашера сослали на близлежащий необитаемый остров. Солдат, которого побили палками, озлобился и насквозь пронзил саблей капитана Альбера. Командовать колонистами стал капитан Барр.
Прошло шесть месяцев. От Рибо известий не было. Терпение у колонистов лопнуло, и они кое-как построили плохонькое суденышко. Паруса сшили из рубашек. Один из французов, Гийом Рюфан, решил остаться в Америке, а все остальные погрузились на корабль и поплыли в прекрасную Францию. Провиант скоро закончился. Люди грызли кожаные башмаки и куртки, пили морскую воду и собственную мочу. Совершенно отчаявшись, убили и съели прощеного изгнанника Лашера. Но в итоге французам повезло: их подобрал случайно встретившийся английский корабль.
Тем временем с Кубы был отправлен испанский фрегат. Его капитан получил приказ разрушить форт Шарль и убрать каменную колонну, поставленную Рибо. Когда фрегат прибыл в Порт-Руаяль, индеец рассказал испанцам о Рюфане, единственном из французов, кто пожелал остаться в Новом Свете. Вскоре на корабль явился и сам Рюфан, облаченный в оленью шкуру. Он проводил испанцев в свою бревенчатую хижину, которую они незамедлительно сожгли. Затем он показал им колонну, воздвигнутую Рибо. Испанцы погрузили ее на свой корабль и вместе с Рюфаном отчалили.
Затем во Флориду вернулись три французских корабля: «Изабелла», «Маленький бретонец» и «Сокол». Рибо там не было. Он в это время находился в Лондоне с дипломатической миссией: французские протестанты, которые вели религиозные войны со своими соотечественниками-католиками, хотели заручиться поддержкой Англии, где протестантизм был государственной религией. Французская флотилия отплыла в Америку из Гавра 22 апреля 1564 г. Ею командовал Рене де Лодоньер, участвовавший в предыдущей экспедиции Рибо. Через месяц корабли достигли берегов Флориды, бросив якоря неподалеку от нынешнего города Сент-Огастин. Де Лодоньер отправился по реке Сент-Джонс к тому месту, где Рибо установил колонну в знак того, что эти земли принадлежат Франции. Индейцы встретили французов, как всегда, радушно.
Де Лодоньер заявил, что, хотя Порт-Руаяль – удобная гавань, в данный момент французам «гораздо важнее найти для поселений места, где можно обеспечить колонистов продовольствием». Решили построить форт на высоком утесе на реке Сент-Джонс. В итоге построили крепость в форме треугольника – примерно такую же, как появившаяся через 43 года в Джеймстауне.
Де Лодоньер также приказал прорыть тайный ход, ведущий из арсенала к реке. Крепость назвали форт Каролина – в честь малолетнего французского короля. 28 июля «Изабелла» отплыла в Европу. Среди прочего груза она везла письма, адресованные консулу Франции, и подарки королеве-матери – золото, серебро и жемчуг. Драгоценности добыли в ручьях индейцы.
Неожиданно гарнизон форта взбунтовался. 20 сентября 13 человек сели в лодку, куда заранее сложили продукты, и направились в открытое море – на поиски сокровищ и приключений. Им удалось захватить испанский корабль, который вез золото и серебро, но потом испанцы поймали их. Часть доморощенных пиратов отправили в Испанию, остальных – в Гавану.
В ноябре вспыхнул новый мятеж. Шестьдесят шесть французов захватили две лодки и взяли в заложники де Лодоньера. 8 декабря бунтовщики покинули форт. Экипаж одной лодки взял на абордаж бригантину, которая стала флагманским кораблем корсаров. Потом французы захватили и каравеллу, но их атаковали сразу три испанских военных корабля. Пришлось им сдаться. Французов, находящихся на борту каравеллы, объявили пиратами и повесили. Те, кто остался на бригантине, вернулись на реку Сент-Джонс. Здесь разыгралось сражение. Солдат, сохранивших верность присяге, в гарнизоне форта Каролина оказалось больше, чем бунтовщиков, и те были разбиты. Четырех зачинщиков расстреляли, а их трупы вздернули на виселицы.
Конечно, подобные эпизоды сослужили колонии плохую службу. Индейцы стали относиться к французам враждебно. Колонисты взяли в плен Утину – их вождя и потребовали за его освобождение выкуп – кукурузным зерном. Когда французы, получив выкуп, возвращались в форт, они попали в засаду. Индейцы убили двух и 22 ранили.
В июле де Лодоньер, уже собравшийся возвращаться во Францию, вдруг увидел на реке четыре корабля. Оказалось, это английская флотилия под командованием Джона Хоукинса. Англичане, отчалившие от родных берегов в Плимуте, зашли на африканское побережье, в Гвинею, и вывезли оттуда большую партию чернокожих рабов. Они продали их в Вест-Индии, получив за них золото, серебро и жемчуг.
Хоукинс снабдил французский гарнизон 20 баррелями[9] различного провианта и 4 бочками бобов, получив взамен артиллерийский порох и долговое обязательство. 28 июля он взял курс на Ньюфаундленд, став, такими образом, первым английским мореплавателем, рискнувшим поплыть вдоль побережья американского континента на север. 23 августа, когда англичане ловили треску, им встретились два французских рыболовецких судна «с богатейшим уловом». Они купили рыбу, расплатившись золотом и серебром (этот факт зафиксировал в своем дневнике Джон Спарк-младший. Его записки опубликовал Хэклюит).
Эти события дают нам наглядное представление о законах морского братства и о том, какие опасности подстерегали моряков, если они попадались в руки испанцев.
Де Лодоньер уже готов был отбыть во Францию, как вдруг в устье реки Сент-Джонс появились суда французской экспедиции, возглавляемой Рибо. На борту семи кораблей прибыли 100 солдат и колонисты, с женами и детьми. Три судна вошли в реку. Одно из них поднялось вверх по течению до форта. Остальные четыре корабля остановились на рейде.
Рибо привез с собой приказ, согласно которому де Лодоньер должен был немедленно отправиться во Францию и предстать перед судом. Ему инкриминировалось ненадлежащее исполнение служебных обязанностей, а также обращение к консулу Франции напрямую, в то время как по субординации он должен был решать свои проблемы с верховным адмиралом. Однако де Лодоньер настолько горячо и убедительно отстаивал свои позиции, что Рибо предложил ему остаться в колонии и руководить ею совместно. Де Лодоньер отверг предложение: идея двоевластия ему не понравилась, при этом с Рибо у него сохранились вполне дружеские отношения.
4 сентября 1565 г. к форту подошли пять испанских кораблей. Прозвучали фанфары, возвещая о начале переговоров, и командующий флотилией представился как Педро Менендес де Авилес. Он заявил:
«Это армада испанской короны. Тот, кто послал меня в эти края, повелел мне сжечь все здешние постройки и повесить всех лютеран-французов. Завтра утром я захвачу ваши суда. Если среди вас есть католики, им нечего бояться. С ними обойдутся по-христиански».
Лютеране иронически посмеивались, но Авилес не шутил и отдал приказ идти на штурм. Тогда французы обрубили якорные цепи, и их корабли проскользнули мимо испанской армады. Три судна ушли на юг, остальные – на север. Авилес попытался преследовать беглецов, но безуспешно. Тогда он вернулся на свою сухопутную базу на берегу реки Дельфинов и превратил крупное индейское поселение в хорошо укрепленный форт с глубоким рвом.
8 сентября Авилес устроил празднество. Гремел артиллерийский салют, звучали фанфары. Священник, держа в руках крест, пел католические гимны. Все преклонили колена, и под взглядом удивленных индейцев Авилес торжественно объявил, что отныне земли Нового Света являются владениями испанского короля Филиппа II. Затем он приказал разгрузить два своих галеона: «Сан-Пелайо» и «Сан-Сальвадор».
Теперь ему надо было разделаться с французами. От индейцев Авилес слышал, как лучше подобраться к форту Каролина с суши. Узнав, что Рибо там, он ночью 20 сентября пошел на штурм французской крепости. Атака велась с трех сторон. Испанцы победили. Сто тридцать защитников форта полегли на поле брани. Пятьдесят женщин и детей были взяты в плен. Де Лодоньер, разбуженный стрельбой, выскочил на улицу в одной рубашке и, умело действуя саблей и щитом, успешно отбивался от испанцев. В конце концов ему удалось скрыться. Испанцы не потеряли ни одного солдата. Овладев французской колонией, Авилес перебил почти всех мужчин. К трупам, развешанным на деревьях, испанцы прикрепили таблички с надписью: «Это тебе не за то, что ты француз, а за то, что ты еретик». Вот таким образом в Новом Свете католическая вера победила лютеранскую.
Авилес, оставив в форте Каролина гарнизон, теперь уже испанский, возвратился в Сент-Огастин. 28 сентября индейцы рассказали ему, что неподалеку, на другом берегу реки, на узкой косе, ютятся французы, спасшиеся после кораблекрушения. Авилес тут же направился на мыс, расположенный напротив косы, и увидел там около сотни вооруженных французов. Один из них бросился в воду, доплыл до мыса и попросил Авилеса переправить его отряд в форт Каролина.
Прежде чем рассказать о дальнейших событиях, я хотел бы привести отрывок из письма Авилеса испанскому королю Филиппу II:
Мне кажется, эта цитата красноречиво говорит о религиозном фанатизме и жестокости Авилеса.
На следующий день пятеро французов переправились на лодке в Сент-Огастин и сказали Авилесу, что готовы сдаться, но при одном условии: если им будет гарантирована жизнь. Авилес ничего им не пообещал. Вот еще один отрывок из его письма королю: «Я ответил, что они могут сдать оружие и полагаться на мое милосердие, а я поступлю так, как мне прикажет наш Господь». На другой день французы сдались.
Двадцать испанцев переправили французов через реку группами по 10 человек. Затем они выстроили всех на песке в одну линию, и Авилес сказал: «Господа! Как видите, я взял с собой всего двадцать солдат. Вас гораздо больше, и при желании вы можете легко справиться с нами и отомстить нам за смерть ваших соотечественников, которых мы убили в форте. Поэтому сейчас, когда мы пойдем в мой лагерь – до него отсюда четыре лье, у вас руки будут связаны за спиной».
О дальнейших своих действиях Авилес сообщил следующее: «Я велел связать им руки за спиной, а потом мы всех их закололи кинжалами. Пощадили лишь десятерых». С тех пор местность, где казнили пленных французов, называется Матанзас (Matanzas, что значит «бойня»].
Через две недели Авилес узнал от индейцев, что на той же самой косе появились еще 350 французов. Корабль Рибо «Святая Троица» потерпел крушение. Те, кому удалось спастись, направлялись в форт Каролина, но застряли на этой косе, питаясь травой и корешками растений. Авилес выслал туда пехоту, а сам поплыл морем на лодке.
Умирающие от голода французы построились в боевой порядок. Рибо приказал горнисту протрубить сигнал «Высылаем парламентеров» и направил одного из матросов вплавь через реку. Испанцы отправили его обратно на каноэ с тем, чтобы к ним прибыл офицер, который имеет полномочия говорить от имени французов. Рибо назначил парламентером старшего сержанта. Тот попросил у испанцев лодки, на которых французы смогли бы переправиться в форт Каролина. Авилес сказал сержанту, что он занял форт, перебил всех его жителей, а также тех французов, которые уцелели после кораблекрушения. При этом Авилес дал честное слово, что Рибо и еще пять или шесть человек из его ближайшего окружения могут прийти к нему на переговоры, не опасаясь за свою жизнь.
Рибо явился к Авилесу в сопровождении восьми человек и сказал ему: «То, что случилось со мной, может в один прекрасный день произойти и с вами. Поскольку наши короли – братья и друзья, выступите в роли моего друга и дайте мне корабли, чтобы вернуться во Францию». В ответ Авилес сказал, что они могут сдать оружие и полагаться на его милосердие. Рибо возвратился в лагерь фактически ни с чем. Стали решать, что делать. В итоге 150 человек захотели сдаться испанцам, а 200 французов, проявив мужество и твердость духа, не думали складывать оружие.
На следующее утро Рибо переправился на лодке вместе с шестью французскими офицерами и сдал свое оружие и губернаторскую печать. Сто пятьдесят французов, решивших сложить оружие, переправили группами по 10 человек, и снова Авилес сказал пленникам, что их руки будут связаны. Они безропотно согласились. Тогда Авилес спросил их: «Вы католики или лютеране? И есть ли среди вас те, кто желает исповедаться?» В этот момент Рибо, поняв, что его судьба решена, процитировал отрывок из Книги Бытия (3: 19): «Ибо прах ты, и в прах возвратишься».
Родственник Авилеса, Солис де Мерас и капитан Сан-Винсенте подвели Рибо к остальным французам, стоявшим в ряд на песке. Сан-Винсенте попросил у Рибо его фетровую шляпу, дав понять, что она ему больше не понадобится, и произнес: «Капитан, как вы знаете, обязан выполнять приказ своего генерала». С этими словами он ударил Рибо кинжалом в живот. Мерас проткнул француза пикой, а затем они отрезали несчастному голову.
Об этой бойне Авилес рассказывает в своем письме испанскому монарху достаточно подробно:
Изгнав из Флориды французов, Авилес превратил полуостров в заморскую провинцию Испании. В Ла-Флориде, которую он переименовал в Сент-Огастин, он основал первое постоянное поселение европейцев в Северной Америке. Кроме того, он основал во Флориде форт Сан-Матео (сейчас Сент-Мэтью), а в Южной Каролине – форт Сан-Фелипе (Сент-Филип). Капеллан, сопровождавший отряд Авилеса – Франсиско Лопес Мендоса Грахалес, – стал первым приходским католическим священником на североамериканском континенте.
В 1602 г. в том месте, где высадился в свое время Авилес, была основана миссия Имя Господне, призванная обращать индейцев в католическую веру. Авилес, кстати, послал в Виргинию нескольких иезуитов, но индейцы их убили. Были созданы постоянные миссии и в Калифорнии, а впоследствии они появились повсюду – от восточного побережья Северной Америки до западного.
После того как Авилес разделался с лютеранами, его корабль потерпел крушение близ мыса Кеннеди. Ему удалось спастись, и он вернулся в Сент-Огастин. Этот городок стал столицей Флориды и одновременно командным центром вооруженных сил Испании в Северной Америке. Два раза он подвергался нападениям пиратов. Поэтому губернатор Флориды Мануэль де Сендойя построил для защиты города крепость Сан-Маркос. В 1586 г. в эти края приплыл сэр Фрэнсис Дрейк. Сначала он подавил огнем форт Сент-Джонс, который сгорел дотла, а затем разграбил Сент-Огастин.
Сент-Огастин оставался самым северным форпостом Испанской колониальной империи на протяжении 256 лет, за исключением периода с 1763 по 1783 г., когда он принадлежал Англии. После 1783 г. Флорида снова отошла к Испании, а в 1821 г. вошла в состав США.
Таким образом, первыми американскими колонистами могут считаться испанские католики, на 42 года опередившие основателей Джеймстауна, высадившихся в Виргинии в 1607 г.
1620, 1607, 1565 гг… Говоря о первых поселенцах Америки, мы уходим все дальше в глубь истории. И прежде чем снова заглянуть в XVII столетие и разобраться в дальнейших событиях, надо заметить, что открытие Америки – именно открытие, а не начало колонизации – произошло, возможно, не в 1492 г., а ранее – в 1418 г. Китайский адвокат Лиу Гань купил у шанхайского букиниста старинную карту, датированную 1418 г. На ней с удивительной точностью представлены два полушария Земли. Очертания всех континентов, в том числе американских, воспроизведены совершенно правильно. Если эта карта не подделка, то нас должна заинтересовать фигура китайского адмирала Чжэн Хэ, который, по мнению некоторых современных исследователей, совершил свое первое дальнее плавание в период между 1415 и 1418 г. Мог ли он открыть Америку и составить ее подробную карту за 71 год до первого плавания Колумба? Почему бы и нет?
Гевин Мензис в своей книге
Однако свидетельств уничтожения этих документов не существует. А китайские историки вообще не разделяют точку зрения Мензиса, поскольку карты, которые помещены в его книге или на которые он ссылается, не имеют никакого отношения к Чжэн Хэ. Тем не менее на карте, датируемой 1418 г., есть даже Австралия. Это позволяет предположить, что китайцы совершили кругосветное плавание за столетие до Магеллана, за 70 лет до первой экспедиции Колумба и за 350 лет до плавания капитана Кука.
Существует также мнение, что Америка была открыта в 1396 г. Связано это предполагаемое событие в первую очередь с именем Генри Сен-Клера, графа Оркнейского, масона. Сен-Клеры вели род от священников, служивших в Храме Иерусалима. В 1364 г. Генри познакомился с венецианским полководцем Карло Зено, а в 1396 г., как считают некоторые специалисты, поплыл вместе с двумя его братьями к северо-восточному побережью Северной Америки. Генри Сен-Клер и братья исследовали берега нынешней Канады, общались с индейцами. Рассказы об этом путешествии передаются во многих семьях из поколения в поколение. Говорят, по обе стороны Атлантики где-то есть огромные камни, на которых выгравированы надписи, свидетельствующие о том, что эта экспедиция не плод человеческой фантазии. Если это правда, то можно даже предположить, что Генри Сен-Клер основал в Канаде небольшое поселение. А поскольку он был масоном, можно считать (с большой натяжкой, конечно), что масонство пустило корни в Северной Америке еще за два столетия до основания Джеймстауна. Но это все же домыслы. Возможно, плавание Генри Сен-Клера, так же как и одиссея китайского адмирала, – всего лишь легенда.
Строго говоря, Америку открыли индейцы. Скорее всего, они пришли из Центральной Азии. Сначала двигались на север, а потом пересекли Берингов пролив и очутились на Аляске. Случилось это великое переселение народов 20 или даже 30 тысяч лет назад – в эпоху, когда, например, Британию покрывал ледник и там, естественно, никто не жил. А по мнению некоторых ученых, еще до появления индейцев в Америке обосновались австралийские аборигены.
Хоупвеллская (500 до н. э. – 500 н. э.) и миссисипская (800 – 1500) индейские культуры, так же как и культура ацтеков в Мексике (XV–XVI вв.), были весьма высокоразвитыми и в определенной мере оказали влияние на дальнейшее развитие культуры Северной Америки.
Но вернемся к поселенцам, прибывшим из Европы. Как мы уже выяснили, первыми колонистами стали испанцы. Правда, католицизм в стране не прижился: его вытеснили англиканская церковь и пуританская вера. Приверженцы этих религий обосновались в северных регионах, которые развивались более бурно, чем южные. А по большому счету можно сказать, что в борьбе за Новый Свет, а точнее – за территорию нынешних США, победили англичане. Испанцы и французы остались в итоге в проигрыше.
Зато французы внесли весомый вклад в освоение Канады. В 1534, 1535 и 1541 гг. французский моряк Жак Картье совершил по приказу своего короля Франциска I три экспедиции в Канаду. Монарх поручил ему найти месторождения золота, а заодно и пролив, через который можно попасть в Тихий океан и доплыть до Азии. Картье побывал в заливе Святого Лаврентия, затем добрался до нынешних Квебека и Монреаля. Другой французский моряк Самюэль де Шамплен в 1603 г. прошел большой путь вверх по течению реки Святого Лаврентия, а в 1608 г. командовал экспедицией, участники которой основали Квебек. Франция приложила немало усилий, чтобы господствовать в Северной Америке, но ей это не удалось.
Поскольку в ходе колонизации территорий, занимаемых сегодня США, англичане вытеснили и французов, и испанцев, католицизм повлиял на мировоззрение отцов-основателей Соединенных Штатов значительно в меньшей степени, чем идеология тайного масонского братства, обретшая популярность среди протестантов северо-восточных колоний. Несмотря на все усилия католиков, пуритан и приверженцев англиканской церкви, ведущую роль в основании Америки сыграли масоны.
Теперь от создания первых колониальных поселений мы переходим к основанию Соединенных Штатов Америки. В этой главе мы постараемся проследить, как зарождалось в Америке масонство. Тогда будет легче понять, какую роль играли масоны в создании Конституции США и в политике этого молодого государства.
С самого начала колонизации Америки англичанами франкмасонство распространялось в Новом Свете, словно новый вирус, против которого нет иммунитета. Оно позволило людям объединяться. Как известно, любое общественно-политическое движение возникает тогда, когда в нем появляется потребность. Попробуем разобраться, что привлекало в масонстве колонистов.
Английские религиозные сепаратисты и диссиденты ехали в Америку, чтобы навсегда забыть о закоснелой иерархии британского классового общества, получить землю, недоступную в Англии с ее феодальной системой землевладения, и обрести свободу вероисповедания. Однако в то далекое время социальная структура американского общества еще не сформировалась. Люди были разобщены. И масонство восполнило этот пробел. Законы масонских лож позволяли каждому, независимо от его социального статуса и уровня доходов, подняться по иерархической лестнице тайного общества. Каждый находил здесь свое место и дело. Каждый участвовал в интригующих ритуалах, основанных на культуре древнейших цивилизаций. Простолюдин был на равных с влиятельным человеком. За закрытыми дверьми ложи можно было высказывать самые крамольные мысли. Например, критиковать порядки, установленные в британской колонии, не боясь, что кто-то донесет на тебя.
Вот почему масонство обрело такую популярность, когда колониальная Америка делала свои первые шаги.
Существует мнение, что франкмасонство зародилось в глубокой древности. Некоторые специалисты усматривают его корни в Египте XV в. до н. э., во времена правления Тутмоса III. Другие считают, что прародителем масонов был мудрый правитель Израиля царь Соломон (X в. до н. э.). Третьи, не рискуя забираться в дебри истории, полагают, что масонство зародилось сравнительно недавно – в средневековой Европе, в гильдиях вольных каменщиков и среди строителей кафедральных соборов в Йорке (926 г.) и Кельне (XII в.).
Не берусь сказать, кто здесь прав, но основателем английского франкмасонства, по мнению многих специалистов, является Фрэнсис Бэкон, который в 1579 г., когда ему было всего восемнадцать лет, испытал непреодолимое желание постигать тайные знания в кругу избранных – «вместе с собратьями по оружию, давшими клятву верности друг другу».
Конечно, трудно поверить, что восемнадцатилетний Бэкон пришел к идее создания масонских лож самостоятельно, по наитию. Он, безусловно, был знаком с деятельностью его предшественников в других странах. Например, Мэнли Холл утверждал, что он (Холл) был членом тайного общества во Франции, в Наварре. Брат Мэнли, Энтони, шпионил там по поручению графа Эссекса и был в дружеских отношениях с королем Наваррским (кстати, протестантом). Даже занимал у него деньги. Впоследствии этот провинциальный монарх принял католичество и стал королем Франции Генрихом IV.
С 1576 по 1579 г. юный Фрэнсис Бэкон жил в Париже у сэра Эмиаса Паулета, английского посланника во Франции, и постигал дипломатические уловки, этикет и нравы французского королевского двора. А королевский двор любил тогда путешествовать по стране. Гостил он и в Наварре, королевстве на севере Испании, лежавшем по обе стороны Пиренеев. Одна часть его территории принадлежала Франции, другая – Испании. С 711 по 798 г. эта провинция находилась под властью вторгшихся сюда мусульман, а до 1234 г. здесь правили испанцы. В 1512 г. Наварра была разделена. Испанскую территорию аннексировала кастильская корона. На французской территории на протяжении XVI столетия господствовал протестантизм, более толерантный, чем католицизм. Поэтому при Генрихе Наваррском в королевстве проживало много мусульман и евреев. Ощущалось здесь сильное влияние Франции и Испании одновременно.
Вот что писал Холл:
Холл предполагает, что тайное общество, в которое был принят Бэкон, вырабатывало политику, направленную против Испании, и заодно занималось шпионажем, собирая секретные данные, касающиеся планов испанской монархии. Наварра была протестантской страной и граничила с католической Испанией – злейшим врагом Англии, следовательно, шпионская деятельность этого тайного общества была Британии только на руку. Однако вряд ли юный Бэкон мечтал стать рыцарем плаща и кинжала. Он был в том возрасте, когда душа человека подвластна внешним впечатлениям, и, наверное, его увлекла сложная символика, характерная для масонских лож. Во всяком случае, в раннем английском масонстве внешние элементы (ритуалы и прочее) играют очень важную роль.
Возможно, Бэкон был принят в Пиренейскую ложу катаров, которые переехали в Наварру из Монсегюра (юго-запад Франции), после того как в 1244 г. там начались гонения на них, но более вероятно, что это была ложа беглых тамплиеров, покинувших Францию в 1312 г. Когда в 1314 г. Великий Мастер тамплиеров Жак де Моле был сожжен на костре, его сподвижники решили продолжить его дело за рубежами Франции, создавая тайные общества в других странах.
В свое время в исторической провинции Лангедок нашли убежище еврейские каббалисты, обладатели тайных знаний Ближнего Востока, где переплетены мистические мировоззрения иудеев и мусульман. Каббалисты многое могли поведать европейцам о тайнах Храма Соломона в Иерусалиме. Бэкон вполне мог услышать от одного из них подобные рассказы. Следует также помнить, что Септимания, столицей которой был Нарбонн, оставалась последним оплотом испанских вестготов в Галлии. С 720 по 759 г. она находилась под властью мусульман, а с 768 по 812 г. под властью иудеев. Поэтому Лангедок был своего рода магнитом для всей еврейской диаспоры. Именно здесь зародился золотой век в жизни французских и испанских евреев, длившийся с IX по XIII столетие. (Легенду о Граале мир впервые услышал в соседнем с Лангедоком испанском городе Толедо в XII в.) В Лангедоке существовало много каббалистических школ, на базе которых, как утверждают авторы книги
Пребывание Бэкона в Наварре настроило его против политики испанской короны. По утверждениям Холла, позднее он приложил немало усилий, чтобы предотвратить господство Испании в Новом Свете. Если это так, то можно предположить, что именно Бэкон был инициатором основания английской колонии в Виргинии. Испания и Англия были в те времена злейшими врагами. Когда в 1588 г. испанская «Непобедимая армада» двинулась к берегам Альбиона, она везла 90 инквизиторов, намеревавшихся установить в протестантской Англии свои порядки. В свою очередь, в Англии, с тех пор как в 1550-х гг. королева Мария Тюдор (Мария Кровавая), восстановив в стране католицизм, сжигала на кострах протестантов, ненависть к Испании приобрела характер национальной паранойи. Нечто подобное испытывал Запад по отношению к большевистской России, когда в ней полыхала Гражданская война.
Существует мнение, что Бэкон учредил в Англии закрытые для посторонних масонские ложи ради того, чтобы испанские шпионы не выведали секреты британской внешней разведки.
Франкмасоны никогда не были в стороне от текущих событий политической жизни. Бэкон не исключение. Однако его интересовала не только политика. Его, безусловно, привлекала оккультная суть масонства.
«Франкмасон» в переводе с французского означает «вольный каменщик», и если в средневековой Европе членами масонских лож были почти исключительно строители, то со временем масонское братство пополнилось представителями самых разных профессий. Главными критериями при приеме в ложу стали безупречный моральный облик человека и его высокие духовные идеалы. Посвященные в масоны поэтапно получали определенный набор тайных знаний, обязательный для всех членов братства. Например, о том, что человечество – единое и неделимое братство. Масоны, в частности, искренне верили, что Америка станет Новой Атлантидой, где не будет религиозной и национальной розни, где возродится ушедшая под воду Атлантида золотого века, о которой писал Платон. Это будет подлинный рай. Люди станут жить по законам, продиктованным человеческим разумом. Они достигнут совершенства, превратятся в богов и будут трудиться на благо Единой мировой республики, а республика эта сформируется по образцу утопической страны, созданной в Америке. Тайные знания будут передаваться из поколения в поколение в Храме франкмасонов, который станет точной копией Храма Соломона – мудрейшего из всех правителей в истории человечества.
В 1586 г. Бэкон, возможно, опубликовал труд Уитни
Впрочем, как я уже указывал, Бэкон не начинал «с чистого листа». Весьма вероятно, что он не создал новый орден, а реорганизовал тот, который существовал задолго до него.
Первым делом Бэкон решил принять в члены ордена видных ученых, среди которых у него было немало друзей. Они охотно откликнулись на его предложение, поскольку Бэкон обладал каким-то особым магнетизмом. Кроме того, этим талантливым вольнодумцам нравилось работать вместе. Заметим мимоходом, что все они пользовались благосклонностью и покровительством королевы Елизаветы. К 1586 г. при ордене было создано Общество розенкрейцеров.
Общество розенкрейцеров появилось тоже в результате пребывания Бэкона во Франции в 1576–1579 гг., когда он работал в английском посольстве. Оно было создано на базе старого ордена рыцарей-тамплиеров (есть основания считать, что Бэкон познакомился с тамплиерами в Наварре). Ему присвоили девятую степень в масонской иерархии. Одновременно была образована новая «Континентальная коллегия розенкрейцеров» – элитная организация внутри масонского братства, в которую принимались лишь Мастера.
К тому времени, когда Бэкон во второй раз поехал во Францию, то есть в период между 1580 и 1582 г., франкмасонство в Англии прочно пустило корни. Аналогичные ложи могли быть созданы также во Франции и Германии. Бэкон написал несколько трудов о масонах и розенкрейцерах, где уделил особое внимание их филантропической деятельности, высоким нравственным принципам и братской любви. По мнению некоторых исследователей, он привез в континентальную Европу первый манифест розенкрейцеров, который впоследствии был опубликован в Германии как анонимное издание. Потом он написал еще несколько манифестов, объединив их под общим названием
14 февраля 1613 г. семнадцатилетний пфальцграф Рейнский Фридрих V, лидер немецких протестантов, женился на своей ровеснице Елизавете Стюарт, дочери английского короля Якова I. Венчание состоялось в лондонской Королевской часовне, на Уайтхолле. На свадьбе, возможно, присутствовал граф Саутгемптон, покровитель Шекспира, а праздничную церемонию украсили дня спектакля по пьесам великого драматурга –
В июне Елизавета Стюарт поехала в Гейдельберг – крохотное пфальцграфство, соседствующее с испанскими Нидерландами, Лотарингией, Вюртембергом и еще несколькими немецкими княжествами. Ее, вероятно, сопровождал граф Саутгемптон. В своем крыле Гейдельбергского замка Елизавета построила точную копию театра «Глобус». Отныне двор Гейдельберга стал культурным центром розенкрейцеров.
В 1614 г. вышли в свет две книги, посвященные движению розенкрейцеров, –
Английское масонство живо интересовалось различными философскими течениями и оккультными науками. Члены ордена были призваны хранить тайные знания древних цивилизаций. Братство привлекало в свои ряды интеллектуальную элиту, мыслителей, придерживающихся либеральных взглядов, проповедников гражданских и религиозных свобод.
Англичане начали колонизацию Северной Америки в какой-то степени по инициативе Бэкона и его сподвижников. Бэкон, в свою очередь, опирался на идеи Джона Ди – известного мага эпохи Ренессанса, который ратовал за экспедиции в Америку. Он искренне верил, что в Новом Свете можно будет основать утопическое государство всеобщего благоденствия. Мы не знаем, по инициативе ли Бэкона были организованы экспедиция сэра Хамфри Гилберта в 1583 г., плавания Рэли на остров Роанок в 1584, 1585 и 1587 гг., путешествие его (Бэкона) кузена Бартоломью Госнолда в 1602 г. и, наконец, экспедиция 1607 г., завершившаяся основанием Джеймстауна. Однако в королевском указе 1609 г. Бэкон числится как акционер Виргинской компании в Лондоне и один из 52 членов Совета ее директоров. Кроме того, Бэкон в 1609 и 1612 гг. готовил вместе с сэром Генри Хобартом на подпись королю указы, регламентирующие деятельность этой торговой компании.
О том, что Бэкон активно работал над проблемами колонизации Северной Америки, свидетельствует Уильям Стрэчи, посвятивший ему в 1618 г. рукописную копию своей книги
Интересны в этом смысле и строки из
Примерно в 1600 г. двадцатилетний Джон Смит отправился в Венгрию сражаться с турками. Мог ли он по пути в Восточную Европу познакомиться в Германии с масонами – сподвижниками Бэкона? Попробуем разобраться. Во время очередного сражения он был взят в плен, но ему удалось бежать в Россию, где тогда открылась торговая компания Смайта
В литературных трудах Смита есть нечто странное и противоречивое. Вырос он в Норфолке, на отцовской ферме. Когда он был подростком, его отдали к богатому торговцу – «в мальчики на побегушках». Систематического образования он не получил, но его книги, в особенности
Джордж Тадхоуп в своей книге
Тадхоуп ссылается, в частности, на то, что еще до начала масштабной колонизации Америки, то есть примерно с 1575 по 1640 г., во многих официальных печатях, имевших хождение в Англии, можно усмотреть в закодированных рисунках секретные знаки тайного общества.
Анализируя множество фактов, в том числе связанных с Фрэнсисом Бэконом, Тадхоуп обращает особое внимание на печать, где изображены две одинаковые стоящие рядом буквы – «АА»: одна – светлая, другая – темная. Буквы украшены завитками. Впервые эту печать использовали в Англии в 1576 г., и до 1640 г. она была распространена в королевстве. Светлая буква «А» в масонском толковании означает «Утерянное слово», а именно – «Свет». В эту букву целятся два лучника, внешне напоминающие Пана – бога-покровителя охотников. Следовательно, главная цель «Братства Пана» – охота на Свет. Вернее – поиски Света. Значительно позднее, при создании первой масонской ложи в Америке в 1723 г., Братство заявило, что его главная цель именно такова – обрести Божественный Свет.
Тадхоуп приводит и другие, не менее любопытные факты. Например, расшифровывает слова Бэкона, выгравированные на некоторых английских печатях. Толкует – в масонском понимании – тайное значение тех или иных букв латинского алфавита. Обращает внимание читателя на специфический орнамент, выполненный на портретах Бэкона и Андреа, означающий, что эти выдающиеся личности были не просто членами, но основателями тайного общества.
Сохранился, например, портрет Бэкона, где он изображен на фоне черно-белого орнамента, и там еще начертаны слова: «Во славу Творца и ради просветления наших душ!» Под словом «Творец» здесь надо подразумевать Бэкона – творца, или, иначе говоря, основателя тайного общества. А на странице 41 его книги
В многочисленных знаках и эмблемах, так или иначе связанных с Бэконом, часто встречается латинская буква «С». Это, как известно, одновременно и римская цифра «100» – число, имеющее большое значение в нумерологии. А сочетание двух букв «А» – темной и светлой – означает богиню Афину и рыцарей Шлема, призванных вывести мир из Мрака к Свету.
Буква «Т» указывает на королевскую династию Тюдоров, эмблемой которой была роза, а розенкрейцеры были почитателями Розы и Креста.
Аналогичные закодированные тексты и рисунки встречаются не только в трудах Бэкона, поэтому можно предположить, что великий философ и его тайное общество воздействовали на умы современников. Авторизованный перевод на английский Библии, сделанный королем Яковом и изданный в 1611 г., оформлен черно-белым орнаментом с использованием буквы «А». Вполне возможно, что Бэкон редактировал творение монарха. В таком же духе выполнены заставки в первом томе собрания сочинений Шекспира, вышедшем в свет в 1623 г. Светлые и темные буквы «А», языческие Паны, буквы «С» – стандартный набор масонской символики. Кстати, и на памятнике Шекспиру, стоящем в Вестминстерском аббатстве, тоже можно увидеть орнамент, где Тьма контрастирует со Светом.
По утверждению Тадхоупа, тайное общество Бэкона выступало в роли коллективного мецената Шекспира. После смерти великого драматурга оно объявило его провозвестником Нового Света, где есть место только для смелых и сильных духом. Таким образом, масоны морально оправдывали издержки колонизации Америки, противоречившей элементарным принципам гуманизма.
Печати и рисунки в масонском духе можно увидеть на географических картах, сделанных участниками некоторых экспедиций в Америку. Рисунки попадаются довольно сложные, даже сюжетные. Есть, например, сцена коронации сэра Фрэнсиса Дрейка индейцами на берегах залива Сан-Франциско в 1579 г. Причем одна нога знаменитого королевского пирата светлая, а другая – темная: чисто масонская символика.
Черно-белый орнамент есть на карте 1590 г., где обозначен маршрут кругосветного плавания Дрейка, совершенного в 1577–1580 гг. На карте Виргинии, начерченной в 1585 г. сэром Уолтером Рэли, есть семь серо-белых орнаментальных печатей. Изображены также масонские компас и лекало. Выходит, тайное общество помогало Рэли в его попытке начать колонизацию Америки. На фронтисписе книги Рэли
Бэкон навещал Рэли, когда тот томился в лондонском Тауэре. Король Яков I обещал испанскому графу казнить Рэли за его антииспанские настроения и пиратство в Новом Свете, хотя, по слухам, он относился к узнику вполне миролюбиво и даже был соавтором
Капитан Джон Смит тоже поддерживал связи с Бэконом. Виргинскую колонию он называл «Поросята моей свиноматки». Видимо, этот образ навеян случаем, когда Бэкон предложил изобразить себя в виде свиньи с хвостиком крючком. Рисунок был опубликован в 1577 г. Кристофером Плантеном. Свинья была изображена на фоне двух букв «А» и двух масонских колонн. Рисунок снабжен подписью на латыни «Plus Ultra», что означает «Есть куда двигаться дальше». Лежащая на боку латинская буква «В» символизирует мост в будущее. Свинка, символизирующая Бэкона, роет пятачком землю, выискивая семена и корни истины.
Если Смит сознательно подражал Бэкону (а это еще требуется доказать), тогда, возможно, он намекал, что этот выдающийся философ и государственный деятель является главой тайного общества, взявшего на себя ответственность за благополучный результат колонизации Америки. А сам Смит только выполняет волю своего духовного вождя. Кстати, Смит крайне негативно относился к колонии пуритан-сепаратистов в Новом Плимуте, называя ее «Раем дураков».
В 1618 г. он попросил Бэкона поддержать в верхах составленный им крупномасштабный план дальнейшей колонизации североамериканского континента, и тот на просьбу откликнулся. Вероятно, в 1625 г. Смит выслал Бэкону свое
Если мы обратимся к иллюстрациям, опубликованным в книге Смита
А вот еще одна иллюстрация из той же книги. Она разбита на несколько частей. Внизу по центру – три печати с черно-белыми завитками. Вверху по центру сидит «их идол», то есть идол индейцев, изображенный как молящийся Мастер-масон в фартуке. Слева и справа от него – две фигуры, поднятые и согнутые в локтях руки которых образуют два угольника. У одной из них в руке масонский молоток. Ниже – капитан Смит, положивший руку на руку: одна – светлая, другая, естественно, – темная. Он сидит в окружении семерых индейцев. Четыре их фигуры светлые, а три темные. У пяти туземцев в руках масонские молотки. У всех изображенных на остальных частях этой многосюжетной иллюстрации – одна нога светлая, другая темная. Даже у капитана Смита, привязанного к дереву. Есть сюжеты, где капитан Смит берет в плен двух индейских вождей, на которых почему-то масонские фартуки.
В 1626 г. Смит выпустил в свет
Надо сказать, Смит бросил вызов Римско-католической церкви и пошел на известный риск. В 1623 г. Яков I объявил о намерении женить своего сына Чарльза на дочери испанского короля Филиппа III. Англия могла снова стать католической страной, и вольнодумцы-еретики могли поплатиться за свои независимые суждения. Сожгли ведь в 1600 г. Джордано Бруно за то, что он разделял идеи Коперника и предположил, что материя состоит из атомов. В 1632 г. серьезным преследованиям подвергся Галилей, утверждавший, что Земля не только круглая, но и вертится вокруг своей оси. Короче говоря, карты, составленные Смитом, могли сыграть роковую роль в его судьбе. Почему же он не боялся? Возможно, потому, что знал: за его спиной стоит могущественное тайное общество.
Смит рассматривал мир как единое целое – об этом красноречиво говорит карта, изданная им в 1626 г. Такой взгляд вполне соответствовал учению масонов. Стоит вспомнить и о его взаимоотношениях с коренными жителями Нового Света, к которым он относился с должным уважением. Не случайно ведь он приветствовал брак Покахонтас с англичанином Рольфом.
Итак, попробуем сделать некоторые выводы. Смит проявил себя как чрезвычайно одаренный литератор, хотя и преувеличивал свои заслуги. Кроме того, он оказался прекрасным картографом. Человек, не получивший специальных знаний, не мог бы составить такие карты. Но Смит, сын простого фермера, нигде не учился. Тогда, может быть, его книги написаны образованными членами тайного масонского Братства? Возможно, масоны хотели, чтобы именно «их человек», а не Бартоломью Госнолд, прославился как основатель колонии в Виргинии?
Роль Госнолда в основании Джеймстауна явно принижена, с тем чтобы на первый план выдвинулся Смит. Было ли это сделано по политическим мотивам, поскольку Госнолд принадлежал к лагерю графа Эссекса? Или Смита вытолкнула на авансцену невидимая рука масонов? Примерно тот же вопрос можно задать в связи с изданием пьес Шекспира. Могли ли масоны использовать творческое наследие великого драматурга для распространения своих философских идей? Интересно бы также знать, как масоны относились к пуританам. Смит, как я уже говорил, называл колонию в Новом Плимуте «Раем дураков». Это его сугубо личное мнение или корпоративное мнение тайного Братства? Шекспиру, кстати, Новый Плимут тоже бы не понравился: ведь в своей пьесе
Если именно Бэкон подготовил для короля в 1609 г. указ о создании Виргинской компании и если именно Бэкон и его предполагаемое тайное общество инициировали колонизацию Америки, то, думаю, мы должны быть им благодарны. Ведь масоны ставили своей целью распространение знаний и тайными способами боролись с мракобесием католической церкви. В Америке, ставшей свободной страной, где господствует человеческий разум, они добились своей цели. Одна из их важных заслуг – это то, что они привили американцам прекрасный английский язык. Не случайно в Декларации независимости и в Конституции Соединенных Штатов видны отблески высокой прозы Бэкона, достигшей совершенства в его
В 1618 г. Бэкон был назначен лорд-канцлером и занимал этот пост вплоть до 1621 г., когда его обвинили во взяточничестве. Отойдя от государственных дел, он в последние пять лет своей жизни необычайно много писал. По мнению некоторых исследователей,
В
Далее. В стране, выдуманной Бэконом, людей лечат бесплатно. Среди персонажей есть какой-то чиновник в белом тюрбане. На тюрбане – небольшой красный крест, а ведь это эмблема розенкрейцеров. И розенкрейцеры никогда денег с больных не брали.
Создавая
Общество розенкрейцеров могло появиться в Америке в 1635 г., после того как в Джеймстаун привезли труды Бэкона, ранее колонистам незнакомые. Среди этих произведений могло оказаться продолжение
Считается, что труды Бэкона привез в Америку один из его потомков – Генри Блаунт. Прибыв в Новый Свет, он тут же стал Натаниэлем Бэконом: громкая фамилия его знаменитого родственника гарантировала ему более спокойную жизнь. Говорят, все эти книги были спрятаны в подвале первой кирпичной церкви, построенной в Братоне. Последним, кто читал их, был Томас Джефферсон. А поскольку здание церкви перенесли на другое место, о ее бывшем подвале все забыли.
Боюсь повториться, но хочу подчеркнуть: характер печатей, имевших хождение в Англии в период с 1575 по 1640 г., явно указывает на то, что в Британии активно, хотя и тайно, действовало закрытое общество, которое отличалось антииспанскими настроениями, противопоставляло себя католицизму и ратовало за распространение научных знаний и скорейшее освоение новых земель в Америке. Мало кто догадывался о существовании этого общества, но его члены, «братья-каменщики», изо дня в день строили Храм истины. Масоны узнавали друг друга по приметам, известным лишь членам Братства: по зашифрованному языку, по жестам, по знакам. Вполне понятно, что масонская символика, существовавшая в Англии, перекочевала в Америку.
Хотелось бы сказать еще несколько слов о розенкрейцерах. Их мини-государство, созданное при дворе пфальцграфа Фридриха V, прекратило свое существование в 1620 г. Дело в том, что Фридрих в 1619 г. стал королем Богемии. Однако прежний монарх этого карликового государства, Фердинанд II, в союзе с испанскими Габсбургами, пошел на него войной. В ноябре 1620 г. Фридрих и его супруга, Елизавета Стюарт, бежали в Нидерланды, в Гаагу. Розенкрейцеры поехали вместе с ними. Они прибыли в Нидерланды вскоре после того, как из Лейдена отплыли в Америку на «Мейфлауэре» английские пуритане. Вероятно, розенкрейцеры могли переехать в Новый Свет, присоединившись к следующей партии пуритан.
Вообще говоря, пуритане, особенно голландские, были тесно связаны с розенкрейцерами. Например, Джон Уилкинс, личный капеллан Фридриха V, поддерживал постоянные контакты с розенкрейцерами, обосновавшимися в Гейдельберге. Когда Фридрих и Елизавета отправили своего сына учиться в Англию, Уилкинс поехал вместе с ним и стал его наставником. Уилкинс был, между прочим, одним из основателей Королевского общества, а одновременно основал так называемый Невидимый колледж. Члены этого тайного общества регулярно собирались на свои заседания в доме Уилкинса в Оксфорде с 1648 по 1659 г. Примерно в то время Уилкинс и нашел общий язык с видными пуританами.
В 1630-х гг. главной фигурой в тайном лагере английских реформаторов был Сэмюэль Хартлиб, который познакомил своего друга Андреэ с Оливером Кромвелем. С 1641 г., а может даже и раньше, с 1628 г., Хартлиб пользовался особой благосклонностью Кромвеля, стал его доверенным лицом. Кромвель часто посещал ложу розенкрейцеров-масонов, которая, по иронии судьбы, называлась «Корона». Если бы сам Кромвель не был членом этого Братства, его никто бы на заседания ложи не пустил.
Пуританство возникло в 1590-х гг. Это не отдельное религиозное течение. Пуритане – те же протестанты, но у них свои моральные устои, свои требования к членам общины. Главный смысл морального кодекса пуритан – отрицание эгоизма во всех его проявлениях. Пуритане утверждали: человек должен довольствоваться малым, не позволять себе никаких излишеств, стремиться к простоте. Простота и скромность характерны были и для религиозных обрядов пуритан. Общество Невидимых розенкрейцеров, созданное Хартлибом, разделяло многие идеи пуританства. К концу 1630-х гг. лидеры пуритан пришли к выводу: перестраивать жизнь английского общества нужно революционными методами. Если отбросить в сторону вопросы веры, то у пуритан, можно сказать, было много общего с розенкрейцерами, которые в начале 1620-х гг. предпочли затаиться, а Колледж розенкрейцеров по инициативе Бэкона вошел в состав масонского Братства. Можно даже утверждать, что философия пуритан была, по сути дела, философией розенкрейцеров. Поэтому весьма вероятно, что население Нового Плимута пополнялось не только за счет пуритан, но и за счет розенкрейцеров. С течением времени там вполне могла возникнуть масонская ложа.
Американское масонство организационно оформилось в 1720-х гг. Во всяком случае, мы не располагаем письменными источниками, которые говорили бы о более ранних ложах. Известны, впрочем, другие любопытные факты. Например, в 1682 г. Джон Скин, масон Абердинской ложи (шотландской, заметьте, а не английской), эмигрировал в Нью-Джерси и вскоре стал там вице-губернатором. В 1704 г. американец Джонатан Белчер был принят в члены Братства во время своей поездки в Англию. А в 1719 г. вдоль восточного побережья Америки курсировало торговое судно, носившее имя «Франкмасон».
Знаменательной вехой в истории американских масонов и их союзников, розенкрейцеров, стал 1733 г., когда в Бостоне была создана ложа Св. Иоанна. С тех пор Бостон стал неофициальной масонской столицей британских колоний в Северной Америке. К 1737 г. появились ложи в Массачусетсе, Нью-Йорке, Пенсильвании и Южной Каролине. Все они преследовали общую цель – воплотить в реальность утопию
Теперь мы можем проследить, какую роль сыграли франкмасоны и розенкрейцеры в создании Соединенных Штатов. Сразу скажу, что проводниками их идей стали знаменитые отцы-основатели – выдающиеся политические деятели XVIII столетия.
В 1724 г. сэр Уильям Кейт, губернатор Королевской (бывшей Пенсильванской) колонии, решил привлечь к серьезному делу Бенджамина Франклина, юношу из Бостона, перебравшегося в Филадельфию, столицу этой колонии. Франклину поручили устанавливать деловые контакты с производителями канцтоваров и книготорговцами. Чтобы он освоился в бизнесе, его отправили на два года в Англию. В 1726 г. Франклин вернулся в Филадельфию. Некоторое время он проработал мелким клерком в магазине, потом на паях с партнером купил типографию и основал филадельфийскую компанию «Библиотека». По сути дела, это была первая публичная библиотека в США. В 1729 г. Франклин написал трактат
В феврале 1731 г. Франклин стал масоном, а в 1734 г. получил степень Великого мастера Пенсильвании. Он многое сделал для того, чтобы воплотить в жизнь тайный лозунг масонов: «Мир – единое государство. Человечество – единая семья».
В 1744 г. представители администрации Мэриленда, Виргинии и Пенсильвании провели переговоры с вождями индейских племен, объединившихся в Союз ирокезов. Американцы хотели заручиться поддержкой индейцев в борьбе с Францией за господство в Новом Свете. Канассатего, глава индейской делегации, высказал такую мысль: а почему бы британским колониям не объединиться, как это сделали ирокезы? Франклин, участвовавший в переговорах, готов был подписаться под словами мудрого вождя краснокожих. В 1751 г. он написал целый ряд работ, где доказывал необходимость объединения колоний.
В 1754 г., после того как французы в очередной раз вторглись на территории, принадлежавшие англичанам, в городе Олбани, по просьбе Британского министерства торговли, состоялся Конгресс представителей колоний. Он утвердил Англо-ирокезский союзнический договор и План объединения, написанный Бенджамином Франклином (см. Приложение III). Как считал Франклин, возглавлять объединившиеся колонии должны были Генеральный президент и Большой совет из 48 депутатов (кстати, аналогичный Совет был у ирокезов). При этом каждый штат сохранял бы суверенитет. Британия отвергла этот проект. К нему обратились позднее, когда был принят Закон о гербовом сборе. Идеи Франклина были также использованы при выработке Договора об образовании Конфедерации (1781).
В 1753 г. Франклин стал заместителем генерального почтмейстера колоний и таким образом получил доступ ко всем письмам и прочей корреспонденции, а следовательно – к секретной информации, которая могла пригодиться Братству. Он, помимо прочего, был крупным ученым-естествоиспытателем. Именно Франклин доказал, что молния – электрический разряд огромной мощности. За это открытие его в 1756 г. приняли в Королевское научное общество, где, кстати, задавали тон розенкрейцеры. В 1757 г. он отправился в Лондон защищать интересы Пенсильвании в судебной тяжбе по поводу раздела земель между отдельными колониями и до 1762 г. жил в Англии и Франции. В Лондоне его приняли в Общество британских розенкрейцеров. С 1764 по 1775 г. Франклин снова жил в Англии. Тогда он и узнал о секретной доктрине английских масонов, сподвижников Бэкона, – осуществить в Америке утопию, описанную в
В 1775 г. Томас Пейн, которого Франклин отправил из Англии в Филадельфию с поручением основать журнал
Объединить 13 колоний, преобразовав их в штаты, позволил принцип федерализма, на котором, кстати, строилась система территориального управления в масонском Братстве, изложенная в
Подводя итоги, хочу процитировать отрывок из книги Бейджента и Ли
Вероятно, Джон Смит, действуя по поручению тайного общества Бэкона, распространял среди первых колонистов учение английских масонов. В дальнейшем, в первой половине XVIII столетия, бэконовский идеализм перекочевал в масонские ложи Америки.
На первом этапе колонизации Америки роль масонов в духовной жизни общества, можно сказать, сводилась к нулю. Выходцы из Англии были либо пуританами, либо приверженцами официальной, то есть англиканской, церкви. Испанские колонисты, естественно, были католиками. Британская корона в борьбе с испанской за господство в Новом Свете полагалась, конечно, не на диссидентов-пуритан, а на «сознательную» паству, к которой принадлежал и Джон Смит. Поэтому он или другие ученики Бэкона могли распространять идеи масонства без опаски.
Британские власти, между прочим, вели пропаганду успехов англичан в борьбе за мировое господство. Среди этих достижений британцев следует отметить: кругосветное плавание Дрейка, бросившее вызов тогдашней владычице морей – Испании; выход в свет Библии в авторизованном переводе короля Якова I (это способствовало широкому распространению протестантизма); издание
Теперь необходимо рассказать еще об одной ветви британского франкмасонства. Речь пойдет о тамплиерах – духовных наследниках Бедных рыцарей Христа и Храма Соломона, которые сказочно обогатились, сопровождая паломников в Святую землю. Рыцари-тамплиеры, как полагают исследователи, нашли в Иерусалиме несметные сокровища. Впоследствии этот военно-религиозный орден стал крупнейшим банкиром Европы. Он обслуживал даже коронованных особ. Однако 13 октября 1307 г. французский монарх уничтожил орден. В 1314 г. сожгли на костре последнего Великого магистра ордена Жака де Моле. Некоторые тамплиеры, уцелевшие после массовой резни, отплыли из Ла-Рошели в Шотландию, где их радушно встретил Роберт I Брюс. В начале XIV столетия французские рыцари сражались в битве при Баннокберне на стороне шотландцев, которые разбили войско английского короля Эдуарда II, после чего Шотландия вновь обрела независимость, а Роберт Брюс взошел на ее престол. Потомки французских тамплиеров сохранили духовные идеалы отцов и стали шотландскими франкмасонами. В их обряды входило театрализованное ритуальное убийство Хирама Абифа, символизирующее мученическую смерть Жака де Моле.
Штаб-квартира тамплиеров находилась в их общине в Росслине. Они основали здесь масонский орден рыцарей Храма, членами которого стали Стюарты – представители королевской династии Шотландии. Стюарты поддерживали храмовников, а те воевали на их стороне и помогли Роберту Брюсу взойти на престол.
Шотландский король Яков VI тоже был масоном. Став в 1603 г. королем Англии Яковом I и переехав в Лондон, он не изменил своему Братству. Поэтому шотландских масонов называют иногда якобитами – в честь британского монарха.
Занять английский трон предложил Якову сэр Роберт Сесил, впоследствии ставший лордом Солсбери. Он, по-видимому, тоже вступил в орден тамплиеров, надеясь, что сможет в какой-то мере навязывать королю свою волю. Когда-то его отец, лорд Бёрли, фактически управлял страной, полностью подчинив себе королеву Елизавету I. Яков не афишировал принадлежность к масонству и был в глазах подданных обычным пуританином. Тем не менее иногда в его словах проскальзывала масонская лексика и символика. Например, он утверждал, что Господь сделал его «королем Израиля», то есть страны, где стоял в незапамятные времена Храм Соломона. А когда Яков ехал в Лондон на коронацию, то, по его словам, чувствовал, будто сейчас вступит на Землю обетованную.
Тамплиеры не враждовали с английскими масонами-розенкрейцерами. Яков I даже предложил Бэкону написать маску по случаю свадьбы своей дочери Елизаветы Стюарт. Да и сама эта свадьба говорила о многом: дочь монарха-тамплиера выходила замуж за сына немецкого монарха-розенкрейцера Фридриха V. Получался символический союз двух ветвей европейского масонства. Однако среди ближайшего окружения Якова розенкрейцеров не было. При его дворе служили в основном тамплиеры.
Когда в 1606 г. вышел королевский указ о создании в Лондоне Виргинской компании, ожидалось, что ключевые позиции в ней займут если не сами тамплиеры, то их сторонники. Мы не знаем, в какой степени были связаны с тамплиерами сэр Томас Смайт или адмирал Ньюпорт, но если бы они по крайней мере не симпатизировали им, то вряд ли бы удержались на своих постах.
Кузен Бартоломью Госнолда, Джон Госнолд IV, был придворным. При Елизавете и при Якове он служил церемониймейстером королевского двора, а при Карле I стал камер-лакеем. По ночам он ложился на пороге королевской спальни, чтобы в случае чего защитить монарха своим телом. К тому же он был дальним родственником сэра Томаса Смайта. До того как в 1606 г. был подписан указ о создании Виргинской компании и три корабля отплыли в Америку, Джон Госнолд оказывал протекцию и помогал своему племяннику Бартоломью. Мог ли он, служа при дворе и занимая там довольно ответственную должность, не быть тамплиером? И не вовлек ли он в ряды тамплиеров своего племянника Бартоломью, отправившегося в Виргинию? Трудно сказать. Ведь Бартоломью находился в родстве и с Фрэнсисом Бэконом. Поэтому, учитывая непререкаемый авторитет этого выдающегося мыслителя, Бартоломью скорее должен был примкнуть к его тайному обществу. А был ли тамплиером Уингфилд? Ведь именно его поставили во главе Совета в Джеймстауне.
Тамплиеры превратили философские идеи масонства в идеи политические, даже в средства борьбы за власть. В отличие от розенкрейцеров-бэконианцев, они больше интересовались политикой, нежели философией и оккультизмом. Они стремились – да и сейчас стремятся – установить единый мировой порядок, объединить все государства под властью одного правительства. Иными словами – создать на нашей планете универсальную мировую республику, прообразом которой является Новая Атлантида. Я бы даже сравнил орден тамплиеров с секретной разведывательной службой, имеющей разветвленную обширную сеть. В этом смысле тамплиеры резко отличаются от других масонов, деятельность которых происходит в основном в закрытых ложах, где совершаются странные – с точки зрения людей непосвященных – ритуалы.
После смерти Якова I в 1625 г. тамплиеры продолжали набирать силу при Карле I, а затем, после революционной смуты, устроенной Кромвелем, при Карле II и Якове II, сторонники которого и приверженцы идей тамплиеров стали называться якобитами. После смерти Якова II в 1701 г. (до этого, в 1688 г., он был низложен) Франция захотела восстановить на британском троне Стюартов-тамплиеров, низложив Вильгельма III и правившую совместно с ним Марию, которые симпатизировали розенкрейцерам. Французский король Людовик XIV во всеуслышание нарек сына Якова II, Фрэнсиса Эдварда Стюарта, Яковом, королем Англии. Однако принятый в 1701 г. Закон о престолонаследии перекрыл дорогу к трону католикам-Стюартам. В 1708 г. претендент на британский престол, сын Якова II, прибыв на французских боевых кораблях, пытался вторгнуться в Шотландию, но, прежде чем успел высадиться, был обращен в позорное бегство. После того как в 1714 г. умерла английская королева Анна, он повторил попытку занять британский трон. В декабре 1715 г. Фрэнсис высадился в Шотландии, но через семь недель затеянный им мятеж был подавлен. Он вернулся во Францию, а остаток жизни провел в Риме и его пригородах.
4 января 1717 г. шотландских Стюартов навсегда выслали во Францию. Вместе с ними покинули Англию видные якобиты. В 1725 г. сторонники Стюартов основали с помощью Чарльза Радклиффа первую во Франции ложу храмовников. Они использовали ее с тем, чтобы дело якобитов жило, и делали ставку на сына бывшего претендента на британский престол – Чарльза Эдварда Стюарта.
В июле 1745 г. Чарльз Эдвард Стюарт высадился с отрядом в десять солдат на западе Шотландии. 17 сентября он вошел в Эдинбург. Тогда к нему примкнули уже две тысячи сторонников. Он разбил войско сэра Джона Коупа, пересек в ноябре границу с Англией и дошел до Дерби, но там его встретила 30-тысячная правительственная армия. Чарльз отступил в Шотландию, а в битве при Каллодене потерпел поражение от герцога Камберлендского. Около 80 мятежников были казнены. Чарльз Эдвард Стюарт в течение пяти месяцев скрывался, пока наконец ему не удалось сесть на корабль и отплыть во Францию, где он так и оставался «королем, сидящим над морем».
В 1746 г. многие ирландские и шотландские тамплиеры-якобиты уехали в Америку, познакомив Новый Свет с франко-шотландскими ритуалами, срежиссированными Чарльзом Эдвардом Стюартом. В 1756 г. якобиты обосновались в Бостоне. Их американской штаб-квартирой стала ложа Сент-Эндрю. Американские масоны заняли в иерархии Общества более высокую степень, чем их английские собратья. В 1769 г. они учредили новую степень – рыцарей-тамплиеров. Вскоре после этого в Виргинии появились ложи, основанные лидерами другого направления тамплиеризма – Великой ложи Йорка. Йоркская ложа учредила 13 степеней, исходя из того, что Жак де Моле был сожжен 13-го числа, в пятницу. С тех пор число 13 считается несчастливым.
В Америке пути масонов разошлись. Отцы-основатели и другие революционеры были тамплиерами. Их ложи стали тайными обществами, где рождались планы великих перемен. А высшие чины колониальной администрации сохранили верность английским розенкрейцерам. Их ложи были, конечно, тоже закрытыми, и в них обсуждалось, как справиться с нарождающимся революционным движением.
Как видим, в Новом Свете на смену английскому империализму Елизаветинской эпохи пришел интернационализм масонов. У идеологии английских розенкрейцеров были сразу три национальные почвы: Англия, Германия и Америка. У идеологии тамплиеров – тоже три: Шотландия, Франция и Америка.
Эта трансформация особенно ярко проявилась в 1773 г., во время так называемого Бостонского чаепития. После того как в 1763 г. закончилась война между французами и индейцами, правительство Георга III решило расширить в Новом Свете границы Британской империи. Для этого нужны были дополнительные денежные средства. Тогда Англия взвинтила налоги и таможенные пошлины. Например, на сахар (в 1764 г.) и на чай (в 1767 г.). Кроме того, в 1765 г. был принят Закон о гербовом сборе. Масоны, члены ложи Сент-Эндрю в Бостоне, в 1761 г. вступили в серьезный конфликт с масонами-розенкрейцерами ложи св. Иоанна, основанной в том же городе. Затем верхушка бостонских тамплиеров (включая Джона Хэнкока и Пола Ревера) заручилась поддержкой Виргинского братства в лице Патрика Генри и Ричарда Генри Ли, которые в 1769 г. настояли на том, чтобы Законодательное собрание Виргинии осудило налоговую политику британского правительства. В бостонской бойне 1770 г. ложа Сент-Эндрю встала на сторону мятежников, а розенкрейцеры одобряли действия английских солдат. На следующий день после подавления мятежа граждане Бостона собрались на митинг и потребовали, чтобы британские войска оставили город.
Поначалу освободительное движение в колониях сводилось к разрозненным стихийным выступлениям. Переломным стал 1773 г., когда метрополия приняла Закон о чае. Дело в том, что Британская Ост-Индская компания оказалась на грани банкротства. На ее лондонских складах скопилось 17 млн фунтов чая. Согласно принятому закону, компания могла получить в качестве поощрения один шиллинг за каждый фунт чая, проданный в Америке. Ей также разрешили отвезти в Нью-Йорк, Филадельфию и Бостон 600 ящиков этого товара. Коммерсанты, разумеется, подняли цены.
27 ноября в Бостонскую гавань вошли три британских торговых корабля. На берегу, в здании городского собрания и вокруг него, собралось пять тысяч граждан. На следующий день – тоже. После трех недель митингов бостонцы решили, что не допустят разгрузки судов, которые привезли чай. Но закон запрещал отправлять товар обратно в Англию, а в случае неуплаты пошлин в течение 20 дней губернатор Массачусетса имел право конфисковать груз. Наконец, перед 7 тысячами человек патриот-радикал Сэмюэль Адамс заявил: «Джентльмены! Этот митинг бесполезен. Он не поможет нам спасти страну. Нужны другие меры!»
17 декабря 1773 г., с наступлением темноты, по меньшей мере 120, а возможно и около 200, масонов ложи Сент-Эндрю, переодевшись индейцами-могауками и даже загримировавшись под них, встретились в здании, где размещалась эта ложа. Участвовали в этой встрече и представители других групп: клуба «Длинная комната» во главе с Джозефом Уорреном, Комитета корреспондентов (их возглавлял Пол Ревер) и общества «Сыны Свободы», которых привел Сэмюэль Адамс. Все они двинулись в гавань, взобрались, с боевым кличем могауков, на борт одного из судов, открыли трюмы, вытащили на палубу ящики с чаем, расколотили их и выбросили груз в море. Итог этой вылазки получился впечатляющим: масоны уничтожили 60 тонн листового чая. Сбрасывая ценный товар в воду, некоторые «диверсанты» радостно выкрикивали: «Приглашаем вас на чаепитие в Бостонской гавани!»
Джон Адамс записал в своем дневнике:
«Бостонское чаепитие» ускорило революционное движение в колониях, их борьбу за независимость, но метрополия приняла контрмеры. Через шесть месяцев британский корабль привез вести из Англии: хартия 1691 г., определявшая государственно-правовой статут Массачусетской колонии, отныне отозвана. Колония станет Королевской. Ее губернатором будет профессиональный военный – генерал Гейдж. Бостонский порт будет закрыт до тех пор, пока горожане не заплатят за выброшенный в море чай. Британские солдаты будут расквартированы по домам бостонцев без согласия хозяев. Любой судебный процесс с участием представителей колониальной администрации может рассматриваться только в Англии.
Американцы высказали свое возмущение британской политикой на Первом Континентальном конгрессе, прошедшем 5 сентября 1774 г. в Филадельфии. Председательствовал на нем франкмасон Пейтон Рэндольф. В число делегатов от Бостона вошли один из лидеров «Сынов Свобода» Сэмюэль Адамс и видный масон Пол Ревер.
В феврале 1775 г. делегаты Массачусетского Провинциального конгресса заявили о своих планах начать вооруженную борьбу за независимость. Британский парламент в ответ объявил массачусетских колонистов мятежниками. Зато их поддержали виргинцы. На заседании Виргинского законодательного собрания в церкви Св. Иоанна, в Ричмонде, Патрик Генри выдвинул лозунг: «Дайте мне свободу или даруйте мне смерть!»
18 апреля 700 британских солдат направились в Конкорд, пригород Бостона, чтобы захватить на всякий случай находившийся там оружейный арсенал. Узнав об их намерениях, Ревер распространил эту новость среди бостонцев. Тревожные слова «Красные мундиры идут!» быстро облетели город. Семьдесят семь вооруженных колонистов решили преградить дорогу британскому отряду. В результате восемь из них погибли. Однако число повстанцев стремительно увеличивалось. Не успели англичане добраться до Бостона, как их уже атаковал отряд в четыре тысячи бойцов. В этом бою англичане потеряли убитыми и ранеными 273 человека, в то время как потери колонистов составили всего 90 человек – в три раза меньше.
Как уже говорилось, тамплиеры были сторонниками республиканского строя. О привлекательности их политической философии свидетельствует трансформация духовных идеалов Бенджамина Франклина. Уже будучи масоном, он в 1770-х гг. примкнул к тамплиерам. Во время своих отлучек в Англию Франклин подружился там со своим коллегой сэром Фрэнсисом Дэшвудом, заместителем генерального почтмейстера Британии, который был тамплиером-якобитом и сторонником Чарльза Эдварда Стюарта. Франклин жил в доме Дэшвуда в летние месяцы 1772, 1773 и 1774 гг… С помощью своих друзей в почтовом ведомстве он получил назначение во Францию – стал посланником английских колоний североамериканского континента. Во Франции Франклин и вступил в орден тамплиеров. У него оказались собратья в английском парламенте, которые собирали деньги для финансирования антибританского движения в Америке. Они отправляли собранные средства в Париж Франклину, а тот пересылал их по почте в Северную Америку или закупал на них оружие во Франции.
В марте 1775 г. Франклин вернулся в Америку в ожидании революции. 10 мая он в качестве делегата присутствовал на Втором Континентальном конгрессе, собравшемся в Филадельфии. На нем, как и на Первом, превалировали тамплиеры. И председатель был тот же самый – Пейтон Рэндольф. Впоследствии, когда он умер, его пост занял Джон Хэнкок, член бостонской ложи тамплиеров Сент-Эндрю.
Начиная с 1770-х гг. масоны заняли доминирующие позиции в политической жизни Америки. Таким образом, сначала розенкрейцеры-бэконианцы, а затем шотландско-французские тамплиеры разработали внутри своих тайных лож ход революционного процесса в колониях. На их идеологии воспитывались отцы-основатели молодого независимого государства.
Из 56 человек, подписавших Декларацию независимости, 9 (по одним источникам) или 53 (по другим) были франкмасонами. Первый президент Соединенных Штатов, Джордж Вашингтон, в 1752 г. был посвящен в ложу масонов-розенкрейцеров во Фредериксбурге (Виргиния), а к 1768 г. стал масоном-тамплиером. К тому времени, когда его избрали на пост главы государства, он уже достиг степени Великого мастера ложи № 22 в городе Александрия, Виргиния. А Джон Адамс стал тогда вице-президентом.
«Бостонское чаепитие», принятие Декларации независимости, Война за независимость, американская Конституция, принятая в 1787 г., и планировка города Вашингтона – все это звенья одной цепи. Они говорят о том, насколько велика была роль масонов в основании Соединенных Штатов. Франкмасонство отвергло католицизм, а также каноны англиканской церкви и пуританской веры, которых придерживались первые американские поселенцы. Идеология тамплиеров, как и розенкрейцеров, стала эффективным оружием революционной борьбы, а сеть тайных обществ подорвала изнутри колониальную систему. Отцы-основатели верили в Бога, но у них было свое, особое религиозное мышление. Поскольку они были деистами.
Возможно, некоторые из отцов-первопоселенцев, то есть лидеров первых колонистов, принадлежали к тайным обществам и действовали от их имени. Но в глазах окружающих они были обычными христианами. Точно так же держали втайне свои истинные убеждения отцы-основатели Соединенных Штатов, считавшиеся (и считающиеся) образцовыми христианами. Но из написанных ими государственных программных документов можно сделать вывод, что в основе их религиозных убеждений лежал деизм.
Деизм – продукт эпохи Просвещения, начавшейся в XVII столетии, когда в умах и верованиях передовых людей своего времени произошел серьезный перелом, вызванный возросшим интересом к древнегреческой философии и научной революцией. Западноевропейские мыслители познакомились с наследием древнегреческих философов в эпоху Ренессанса, после падения Византии, завоеванной в 1453 г. Оттоманской Турцией, когда в Европу попали античные тексты, спасенные из разгромленных библиотек Константинополя и других византийских городов. Особой популярностью пользовалась философия Сократа. Постепенно на смену слепой вере приходило рациональное мышление. Первые христиане с негодованием воспринимали сочинения греков-язычников, однако впоследствии христианское учение вобрало в себя часть духовного наследия античного мира. Например, Фома Аквинский использовал в своей доктрине некоторые идеи Аристотеля. Но в эпоху Ренессанса христианство породило религиозные междоусобицы в Италии. Усугубил положение Лютер, устроивший религиозную революцию в Германии. В общем, слепая вера, иррациональное видение мира принесли много зла. Эразм Роттердамский был возмущен всем этим.
Осознавая справедливость нареканий в адрес церковников, Бэкон и Декарт сфокусировали свое внимание на проблемах рационального мышления, на возможностях человеческого разума. В своем труде
Научные открытия неизбежно вели к тому, что передовые умы по-новому взглянули на религию. Бог как Творец стал рассматриваться в качестве самостоятельной категории, не связанной с доктриной христианства и личностью Христа. Бог, Природа, человеческий разум и сам Человек – взаимосвязь этих явлений стала центром внимания крупнейших европейских мыслителей. Как утверждали некоторые философы, у каждого человека есть в душе религиозные чувства, независимо от того, к какой конфессии он принадлежит. А следовательно, существует некая общая для всего человечества религия. Эта религия способна направить просвещенный человеческий разум на улучшение жизни на Земле. Если раньше считалось, что история развивается циклично (например, расцвет Римской империи сменился ее упадком), то в эпоху Просвещения все чаще стали утверждать, что история развивается поступательно. Человечество идет по пути прогресса, и разум восторжествует. Но для начала надо покончить с религиозными войнами.
Вот на основе примерно таких постулатов и сформировался деизм. Это религиозно-философское течение определяется по-разному. Например, «Вера в существование Бога, но неверие в Божественное Откровение»
Элементы деизма впервые встречаются у Эдварда Герберта (он же лорд Чербери) – в его философском труде
Как утверждал Эдвард Герберт, Бог одарил человечество пятью главными религиозными идеями. Первая – вера в Высшее Существо, вторая – вера в то, что это существо нужно боготворить, третья – вера в добродетель как лучшее проявление любви к Высшему Существу, четвертая – вера в непреходящую ценность покаяния, пятая – вера в то, что в мире ином тебя ждет или возмездие, или вознаграждение. Христос в этих пяти заповедях даже не упоминается. По мнению лорда Герберта, все противоречащее пяти требованиям Бога противоречит и разуму и, следовательно, является ложью. Герберт тоже не верил в Откровение.
Бог деистов – это Первопричина всего, что существует на свете. Он создал наш мир, но не вмешивается в его жизнь, в дела человеческие. Библейское Откровение не поможет людям познать Бога.
Итак, отцом английского деизма традиционно считается лорд Герберт. Но он перенял некоторые идеи Фрэнсиса Бэкона, с которым был дружен. Эдвард Герберт был старшим братом поэта Джорджа Герберта, автором одной из 32 элегий, написанных по-латыни на смерть Бэкона. Джордж Герберт работал у Бэкона – возможно, как переписчик текстов. Под началом Бэкона трудились ученые, юристы, университетские преподаватели. Привлекал он к работе и поэтов, которые были секретарями, переводчиками, переписчиками и даже шифровальщиками.
Бэкон исправно посещал церковь и всегда ссылался прилюдно на волю Всевышнего. Вместе с тем, учитывая его чисто масонский интерес к Храму Соломона, он должен был высоко ценить поэму Джорджа Герберта
Масонство родилось намного раньше деизма. Поэтому неудивительно, что деисты унаследовали некоторые идеи Братства. Точно так же Бэкон был предшественником и в какой-то степени учителем своего друга, лорда Герберта. Масонство требует от членов Братства веры в Высшее Существо, но, отличаясь толерантностью, оно принимает в свои ряды представителей всех конфессий: христиан, мусульман, иудаистов, буддистов. Не исключением стали и деисты. Французские масоны посвящали в ложи даже атеистов и агностиков, подтверждая таким образом верность лозунгу Великой французской революции «Свобода, равенство, братство».
Взаимодействие между масонством и деизмом развивалось двусторонне. Франкмасонство через труды Бэкона породило деизм как мировоззрение, а деисты, в свою очередь, влившись в ряды британских и американских масонов, возглавили Братство и придали его деятельности более четкую политическую направленность. Об этом взаимодействии писали, в частности, Спиноза и Гёте.
Масоны не делятся своими секретами с широкой общественностью. Не рассказывают подробно об иерархической структуре Братства и о прочих деталях. Поэтому в опубликованных трудах масонов нет прямых указаний на зарождение деизма в недрах этого тайного общества. Но есть немало косвенных доказательств, подтверждающих, что это именно так.
Взаимосвязь между масонством и деизмом станет более понятной, если вспомнить, почему в 1312 г. французский король расправился с орденом тамплиеров. Рыцари-тамплиеры были членами закрытого ордена, их язык и обряды понимали только посвященные. Они не признавали Христа в его традиционной христианской трактовке, не чтили крест. Они перекроили на свой лад католическую мессу, осквернили христианство восточными поверьями, поклонялись какому-то Бафомету, который, предположительно, символизировал дьявола, якобы занимались мужеложеством. В рамках ордена было создано собственное правительство, и рядовые тамплиеры подчинялись только Великим магистрам. Думается, такой набор «жутких преступлений» рано или поздно должен был возмутить того или иного европейского монарха.
Масоны унаследовали от рыцарей-тамплиеров их религиозное диссидентство. Диссидентами были и деисты, ведь они тоже не признавали Христа, поэтому легко нашли общий язык с тамплиерами. Франкмасоны по своим религиозным воззрениям были, в сущности, деистами. Они утверждали, что религиозный плюрализм – полная бессмыслица, поскольку в мире есть одно-единственное Высшее Существо. Таким образом, британские и американские деисты чувствовали себя в масонских ложах как дома.
Английские деисты нашли общий язык и с розенкрейцерами. Конгресс масонов, проходивший в 1663 г., решил, что мировоззрение розенкрейцеров должно стать составной частью идеологии английского масонства. И хотя учение розенкрейцеров во многом было связано с алхимией, каббалой и оккультными науками, они относились к христианству более благосклонно, чем масоны старой школы. У розенкрейцеров были обширные связи на Востоке. Поэтому на жизнь Братства частично повлияли и пифагорейцы, и почитатели Осириса, и знатоки каббалы, и прочие оккультисты. Деисты не осуждали розенкрейцеров за их склонность к мистике. Они не исключали, что разгадка Высшего Существа кроется в эзотерических знаниях.
Деизм получил свое дальнейшее развитие в философских трудах Томаса Гоббса, Чарльза Блаунта, Энтони Коллинза, Томаса Вулстона, Мэтью Тиндала, Томаса Моргана, Томаса Чабба и виконта Болингброка Генри Сент-Джона.
Авторы этих работ обрушились с критикой как на протестантов, так и на католиков, обвиняя их в религиозном фанатизме. Нужна свобода совести, утверждали они, поскольку суть всех религий одна: мир создан по воле Высшего Существа. Поэтому людям не нужны храмы, соборы, церкви, мечети и синагоги. Бог деистов, сотворивший мир, любит все человечество (явная аналогия с учением масонов, где говорится о Великом Архитекторе). Деисты высмеивали библейские истины и считали христианство насилием над той подлинной верой, которая заложена в душе каждого человека. Они недоумевали, как с точки зрения здравого смысла можно объяснить суть Божественного Откровения.
Во время Славной революции 1688–1689 гг. деизм несколько угас, но снова возродился с приходом на престол Вильгельма III, который симпатизировал розенкрейцерам. Более того, деизм обрел популярность во Франции, разочаровавшейся в политике короля Людовика XIV. Убежденным деистом был Вольтер. В своих
Жан-Жак Руссо уделил немало внимания деизму в своей книге
В Германии деизм распространился после того, как на немецкий язык были переведены труды Шефтсбери. Это учение с энтузиазмом воспринял Лейбниц. Убежденными деистами были Герман Реймарус, Готхольд Лессинг и Иммануил Кант, а в Голландии – Барух Спиноза.
Христианская церковь боролась с деизмом и устным словом, и печатным. Пока оппоненты обвиняли друг друга во всех смертных грехах, на сцену вышел их общий враг – материализм. Случилось это в 1660-х гг. в результате научных открытий Ньютона. Возрос одновременно интерес к античной философии. Во Франции стали издавать Лукреция, а Пьер Гассенди высказал предположение, что разгадка внутренней гармонии Эпикура кроется в особой игре атомов его души и тела. Набирали силу и философы-скептики. Джон Локк написал в 1690 г.
Деизм возродился с новой силой в Шотландии, в жизни которой, как мы уже знаем, важную роль играли масоны. В этой стране эпоха Просвещения была логическим продолжением эпохи Реформации. Шотландские просветители взяли на вооружение кальвинистский тезис Джона Нокса о Божественном предопределении судьбы каждого человека. Мыслители XVIII столетия Томас Рейд и Дугалд Стюарт развили идеи ученых XVI столетия – Гектора Боса, Джона Мейра и Джорджа Бьюкенена, что «народ имеет право обсуждать и соответствующим образом оценивать деятельность своих правителей».
В 1603 г. шотландский король Яков VI стал королем Англии Яковом I. Шотландцы, таким образом, оказались без монарха, а в 1707 г. исчез и их парламент, поскольку союз, заключенный между Англией и Шотландией, предусматривал, что проблемы северных соседей будут решать в Вестминстере. Шотландцы были, конечно, недовольны ив 1715 и 1745 гг. поднимали восстания против Лондона, но их выступления были подавлены. Неудивительно, что свободолюбивых и гордых шотландцев привлекали труды таких передовых ученых, как Дэвид Хьюм и Адам Смит (в 1776 г. вышло
Эпоха Просвещения началась в Шотландии в 1725 г., когда в Глазго вышли две книги Фрэнсиса Хатчесона:
Когда Континентальный конгресс решил составлять перечень книг, закупаемых в Европе, он сформировал в этих целях специальную комиссию, которую возглавил Джеймс Мэдисон. Список литературы, утвержденный в 1783 г., включал труды крупных шотландских ученых: Хьюма (он считал, что «только сильная республика может гарантировать свободу ее гражданам»), Смита, Фергюсона и Миллера. У Мэдисона, Джефферсона и Уитерспуна были, конечно, эти книги.
Шотландец Дэвид Хьюм, выдающийся философ эпохи Просвещения, доказал: человек может обрести высокие духовные идеалы, даже не будучи приверженцем той или иной религии. Его идеи оказали влияние на Джефферсона и Мэдисона. Джефферсон, в частности, считал, что путь к истинной вере лежит через разум, а не через Откровение. Он дискутировал с церковниками и, отрицая идею первородного греха, утверждал: «Сознание – такая же неотъемлемая часть человеческого организма, как рука или нога».
Шотландские историки и социологи пришли к следующему выводу: в результате промышленной революции и появления новых коммерческих структур, аграрные страны уходят в прошлое. К коммерции не надо относиться с подозрением, говорили они. Хатчесон доказывал, что повышение уровня жизни благотворно сказывается на поведении людей, их нравах и психологии. Как считали шотландские ученые, успешный частный бизнес ведет не только к личному обогащению, но и к обогащению страны в целом. В итоге личные интересы совпадают с общественными. Философская школа, сложившаяся в Шотландии в эпоху Просвещения, иногда называется «Школой здравого смысла».
По мнению шотландских философов, общество имеет право выступать против действий своих правителей, если те не руководствуются здравым смыслом. Примерно такую же идею вкладывал в понятие «революция» Томас Джефферсон, когда писал Декларацию независимости. Он неоднократно признавался, что воспитывался на идеях шотландских и английских мыслителей.
Итак, американские деисты были в какой-то степени учениками шотландских деистов эпохи Просвещения. А лозунгом той эпохи был прогресс человечества, его движение к лучшему будущему. К
Деистами стали многие образованные американцы. Одновременно в колониях ширились ряды масонского братства. Масонские
С 1720 по 1740 г. в Америке наблюдался религиозный подъем, из-за чего этот короткий исторический период получил название «Великое пробуждение». Искусственно подогревая чувства верующих, клерикальная верхушка пыталась нейтрализовать рационализм эпохи Просвещения и процесс секуляризации в американских колониях, инициаторами которого стали деисты и франкмасоны. Между прочим, и Западную Европу тогда трясло от «религиозной лихорадки». В Англии, например, резко возросла популярность евангелистов-методистов, возглавляемых Джоном Уэсли. Американские церковники ставили своей главной задачей восстановить единение Бога с избранным Им народом – единение, которое вдохновляло первых поселенцев-протестантов. Клерикалы стремились покончить в Новой Англии с деистами, пресвитерианами, баптистами и протестантами – выходцами из Голландии, у которых было свое, нетрадиционное богослужение.
На первых порах ключевой фигурой «Великого пробуждения» был Джордж Уайтфилд, священник англиканской церкви. Он находился под влиянием Уэсли и тяготел к кальвинистам. Уайтфилд хотел, чтобы американцы вновь обрели веру пуритан – отцов-первопоселенцев. В 1739–1740 гг. он изъездил всю Америку, читая проповеди и собирая при этом огромные толпы. В некоторые приходы он являлся без спроса, но своей эмоциональной речью сразу же покорял аудиторию.
Затем контрнаступление церковников возглавил пастор из Коннектикута Джонатан Эдвардс. В своих проповедях он утверждал, что путь к спасению лежит через веру, а не через разум. Обрушиваясь на деистов, Эдвардс говорил о них так:
«Эти вероотступники полностью отвергают христианскую религию… Они даже не считают ее религией.
«Великое пробуждение» разделило американских христиан на два лагеря. Одни приветствовали религиозный бум, другие восприняли его с опаской. «Пробуждение», конечно, способствовало распространению христианства на североамериканском континенте. Особенно среди индейцев. Повсюду возникали миссии. Правда, новообращенные протестанты больше доверяли тотемам, чем крестам. К 1750 г. религиозная волна пошла на спад. Деизм с честью выдержал трудные испытания. XVIII столетие оказалось скорее веком разума, нежели веком веры. Отцы-основатели Соединенных Штатов обратили свои взоры к великим просветителям – таким как Бэкон, Ньютон и Локк, чьи портреты и сейчас можно увидеть в гостиной дома Джефферсона в Монтичелло. Джефферсон считал этих мыслителей величайшими из всех людей, когда-либо живших на свете. По его мнению, именно они заложили фундамент здания, построенного впоследствии из достижений человеческой мысли.
Самой значительной личностью среди американских деистов был, пожалуй, Бенджамин Франклин, крупнейший мыслитель как колониальной Америки, так и молодой республики, созданной на ее развалинах. Франклин сыграл важную роль в событиях, развернувшихся в ходе «Великого пробуждения». Будучи крупным издателем книг и газет, он, исходя из деловых соображений, регулярно публиковал проповеди и статьи Джорджа Уайтфилда, который, бывая в Филадельфии, даже останавливался в его доме. Но своих убеждений Франклин не изменил. Он так и оставался вольнодумцем – франкмасоном и деистом, шедшим своим путем. Однажды Уайтфилд поблагодарил Франклина за богоугодное дело, поскольку его издательство прославляет Христа. Франклин вежливо поправил его: «Поймите меня правильно: я всего лишь оказываю вам услугу».
В 1790 г., когда ему было уже 84 года, Франклин, встревоженный кровопролитием в революционной Франции, писал Эзре Стайлзу, президенту Йельского университета (Стайлз какое-то время был деистом, но потом снова стал кальвинистом):
Стайлз, кстати, остро переживал смену своих религиозных убеждений. Его отец, усвоивший «старую логику», философию и метафизику пуритан, придерживался консервативных взглядов. А сам Стайлз уже знал «новую логику». Он читал труды Ньютона. (Книги великого ученого были в библиотеке Йельского университета еще тогда, когда в нем учился отец Стайлза, но студентам их не выдавали.) Тем не менее Стайлз, человек передовых взглядов, порвал с деизмом и был даже обеспокоен его популярностью. «В век разрешенной свободы деизм слишком высоко вознесся», – писал он.
А Франклин порвал с традиционной религией еще в юные годы. Пресвитерианская церковь, считал он, вместо того чтобы заботиться о нравственности паствы, наделяет священнослужителей непомерной властью. Поэтому он и «перестал посещать собрания прихожан». Как говорил Франклин, «маяки гораздо полезнее храмов». Он по-своему занимался нравственным самоусовершенствованием и даже выработал 13 заповедей, соблюдая которые простой смертный может стать Человеком с большой буквы.
Отрицательное отношение Франклина к христианской религии станет более понятным, если вспомнить, какими методами боролась в колониях пробританская англиканская церковь с инакомыслящими. В 1651 г. в Бостоне арестовали баптистов, а одного из них публично избили кнутом. Через десять лет изгнали из города двух квакеров – Робинсона и Стивенсона. Они отказались уезжать, и тогда их повесили. Мы уже говорили о том, что повесили Мэри Дайер, которая «после чтения вынесенного ей приговора в своем последнем слове не высказала никакого раскаяния». В Виргинии колонисты должны были платить Церкви налог, а малейшее сомнение по поводу написанного в Библии каралось как уголовное преступление. В Джорджии, Южной и Северной Каролине, Нью-Джерси и Нью-Гемпшире колонистов насильно заставляли совершать обряды, предусмотренные протестантской церковью. Шла настоящая охота на ведьм: обвинить могли любую женщину, не предъявляя серьезных доказательств. Несчастную ждали муки и смерть.
Либерально мыслящие американцы, в том числе и отцы-основатели, предпочли дистанцироваться от официальной церкви, проводившей в жизнь колониальную политику Англии. Их убежищем стало масонское братство, внутри которого зрели планы построения независимой Америки. Многие масоны были к тому же деистами – приверженцами «естественной» веры, свойственной каждому человеку. И Библия деистов оставалась вне критики – как сама Природа.
Деистами были три первых президента Соединенных Штатов: Джордж Вашингтон, Джон Адамс и Томас Джефферсон. Об этом свидетельствуют их письма. Джефферсон считал, что Иисус, как и Сократ, не оставил после себя каких-либо письменных трудов, а ученики и последователи Христа в рассказах о Его деяниях многое напутали, исказили и присочинили. Джефферсон высоко ценил Иисуса именно как человека, отмечая, в частности, Его бескорыстную любовь к ближнему, и решительно отвергал все сверхъестественные чудеса, о которых говорится в Библии. Они, по его мнению, противоречили законам природы. А если даже поверить в библейские сказания, тогда получается, что христианский Бог – весьма суровый, даже злой, в то время как рационально мыслящее Высшее Существо творит лишь добро. Став президентом Соединенных Штатов, Джефферсон в 1819 или 1820 г. отредактировал (вернее, переписал) текст Библии, поставив во главу угла гуманистическое начало в учении Христа. Свою книгу он назвал
Для Джефферсона достойное поведение человека значило гораздо больше, чем его религиозные убеждения. Он учил Питера Карра, своего племянника, оценивать факты или суждения с точки зрения разума, а не искать объяснений в Библии или в проповедях священнослужителей. «Если факты, изложенные в Библии, противоречат законам природы, их надо рассматривать с особой тщательностью». Племянник, судя по всему, усвоил уроки дяди.
Суждения Джефферсона отличаются прямотой. Вот характерный пример:
Еще пример:
Во время президентской предвыборной кампании 1800 г. священник Голландской реформаторской церкви Уильям Линн говорил:
«Я против выдвижения кандидатуры Джефферсона на пост президента, и вот почему. Он не верит Священному Писанию, а следовательно – отрицает христианскую религию, пытаясь заменить ее деизмом. Это единственный мой контраргумент. Если бы не его деизм, Джефферсон, при его талантах и свершениях, был бы достойным кандидатом на пост президента. За него проголосовали бы многие христиане нашей страны».
Один избиратель, сторонник федералистов, заявил: «У нас два выбора: Бог и религиозный президент или Джефферсон, но Бога нет. – И добавил: – Джефферсон не верит в то, о чем сказано в Священном Писании, и отвергает христианскую религию». Дэвид Даггетт, адвокат и федералист из Нью-Хейвена, писал в 1800 г.: «За все годы, проведенные в Нью-Йорке и Филадельфии, мистер Джефферсон ни разу не присутствовал на церковных службах». Осуждали Джефферсона и баптисты – за то, что он хотел открыть храмы «для евреев, магометан, деистов и вероотступников».
Джон Адамс, когда учился в школе, рассорился на религиозной почве с учителем латинского языка Джозефом Клеверли, который слепо верил в догмы пуританизма и рьяно отстаивал его чистоту. Один более или менее прогрессивный пастор, споривший с Клеверли, сказал ему: «Клеверли! Если бы вы не верили в Бога, вы были бы лучшим человеком на свете!»
Томаса Пейна многие считали атеистом, но на самом деле он был деистом. В памфлете
Другими словами, Томас Пейн верил только в собственный разум, как это свойственно деистам. К Божественному Откровению он относился скептически:
Позволю еще раз процитировать Пейна, чтобы подчеркнуть его приверженность деизму:
Джордж Вашингтон был умеренным деистом, хотя все его считали образцовым христианином, убежденным приверженцем англиканской церкви. Его даже избрали членом приходского управления. Никто не догадывался, что Вашингтон на самом деле верил в Великого Творца – Строителя мироздания.
Пресвитерианский священник Артур Брэдфорд писал, что его помощник, тоже пресвитерианский священник, Эшбел Грин, лично знавший Джорджа Вашингтона, говорил ему с печалью, что хотя первый президент Соединенных Штатов и «чтил англиканскую церковь и ее обряды, как, собственно, многие основатели нашей республики, но он был не христианином, а деистом».
Будучи деистом, Вашингтон верил в могущество Провидения. После поражения американцев в битве при Германтауне в 1777 г. он писал: «Мы должны приложить все силы, чтобы заслужить благосклонность Провидения, и я убежден, оно улыбнется нам». Однако Вашингтон скрывал свои истинные религиозные верования. Джефферсон писал по этому поводу:
В результате появился такой вердикт:
Преподобный Берд Вильсон, священник епископальной церкви в Олбани (штат Нью-Йорк), сказал в своей проповеди, прочитанной в октябре 1831 г.:
Джефферсон тоже предполагал, что Вашингтон в глубине души далек от христианства:
Вашингтон старался обходить молчанием религиозные темы.
В отличие от Томаса Джефферсона и Томаса Пейна, Вашингтон никогда и нигде не писал, что считает Христа великим Учителем нравственности. Его скрытность весьма примечательна. В своей личной переписке Вашингтон часто намекал на помощь Провидения. Но имя Христа не встречается ни в одном его письме.
Снова на ту же тему:
Еще одно мнение:
Вашингтон никогда не причащался:
Первый епископ Пенсильвании и епископ церкви Христа в Филадельфии, которую Вашингтон посещал в течение 25 лет, утверждает:
Примерно то же самое говорит еще один очевидец:
Даже на смертном одре «Вашингтон не читал молитву и не хотел видеть священника». Преподобный Берд Вильсон под конец своей жизни решился заявить, что Вашингтон был деистом:
Через год Вильсон добавил к сказанному им ранее:
В качестве итога приведу слова Шварца:
Откровенно говоря, тонкости теологии волнуют лишь узкий круг людей. В глазах простых американцев Вашингтон был национальным героем, по-христиански благочестивым. Правда, его образ идеализирован. Потомкам он представляется римским императором. Достаточно взглянуть на картину «Апофеоз Вашингтона», написанную в 1800 г. Дэвидом Эдвином: Вашингтон, как Бог, восседает на облаках, а херувим возлагает на его голову лавровый венок.
Закономерен вопрос: почему отцы-основатели не выступали открыто в защиту деизма и скрывались – с большим или меньшим успехом – под личиной обычных христиан? Не хотели неприятностей? Частично – да. Но главное – они не хотели рвать с христианством, поскольку считали, что эта религия может объединить новую нацию, рождающуюся на североамериканском континенте. Католики, пуритане, приверженцы англиканской церкви – представители всех ветвей христианской веры, даже сектанты, сольются в дружную семью. Отцы-основатели рассматривали религию в первую очередь как политический инструмент, а не как сферу духовной жизни. Шварц говорит по этому поводу:
«Вожди Американской революции были далеки от религии, но именно в ней они видели надежное средство для создания гражданского общества. Руководствуясь чисто мирскими целями, они считали, что только религия может сплотить народные массы и привить им уважение к закону».
Позволю себе еще одну цитату, где эта мысль высказана более развернуто:
Вот почему отцы-основатели исправно посещали церковные службы, слушая проповеди так же прилежно, как и отцы-первопоселенцы. Но в душе они иронизировали по поводу Священного Писания: ведь они были сыновья века Просвещения – века новых знаний и нового учения.
Новым религиозно-философским учением эпохи Просвещения стал деизм. Жан-Жак Бурламаки в своей книге
Джеймс Отис, Джон Хэнкок, Джозеф Уоррен, Джон и Сэмюэль Адамсы – все они изучали в Гарварде политическую теорию Бурламаки. Декларация независимости, единогласно принятая представителями 13 штатов, была написана Джефферсоном. Любопытный и красноречивый факт: в ней не упоминаются ни Иисус Христос, ни Новый Завет. Нет и слова «христианство». Зато есть такие выражения, как «Бог Природы», «Законы природы», «Божественное Провидение».
Франклин, изучая молнию, применил на практике плоды научной революции, совершенной Ньютоном. Старые учения трактовали молнию как нечто сверхъестественное. Новое учение позволило дать этому явлению научное объяснение. Франклин сконструировал воздушного змея, приделал к нему тонкий металлический прут и запустил в грозовое небо. Вскоре прут, охваченный «электрическим огнем», стал первым громоотводом, созданным человечеством. Франклин написал о своем открытии следующее:
Джон Адамс, воспитанный на старом учении, не одобрил научный эксперимент Франклина, посчитав, что тот вмешивается во взаимоотношения Бога и Природы. «Установка железных прутьев, – писал Адамс, – это неуклюжая попытка отнять у Всевышнего гром, который принадлежит только Ему». Однако впоследствии он познакомился с Ньютоном и Локком и уверовал в торжество научного прогресса. Как говорил теперь Адамс, новое учение «осветило нашу жизнь, наполнив ее новым содержанием».
Новое учение позволило и Джефферсону поверить в силу человеческого разума, возможности которого, как он считал, «трудно представить».
Некоторые апологеты христианства отрицают, что отцы-основатели исповедовали деизм. Они, мол, декларировали отдельные элементы этого учения, выхватывая их из общего контекста. Такая точка зрения прослеживается, например, в книге Г. Уэйна Хауса
Следует также напомнить, что деизм критиковали и поэты эпохи Романтизма, ставившие дар воображения выше рационального мышления. В 1788 г. Уильям Блейк, родоначальник английского романтизма, написал небольшую книгу, озаглавленную
Позднее, в 1820 г., он напишет:
Если деисты постигали истину Высшего Существа с помощью рационального мышления, то романтики видели в «Мудрости и Духовности Мира» (так говорил поэт «Озерной школы» Уильям Вордсворт) плод чудного озарения. Природу невозможно понять разумом, утверждали они, это под силу только воображению. Блейк категорически отвергал роль разума, ценя превыше всего «Свет» – источник вдохновения.
К концу XVIII столетия эпоха Просвещения изжила себя. Романтизм победил религиозный рационализм. Вожди Французской революции, отправившие на гильотину целое сословие, продемонстрировали миру, что толерантное общество нельзя построить на рационалистических началах. В 1790-х гг. в Новой Англии наблюдалась заметная активизация религиозной жизни. Наступило Второе Великое пробуждение. И хотя такого всплеска эмоций, как во время Первого пробуждения, не было, идеи просветителей окончательно утеряли популярность. А в скором времени, после Наполеоновских войн, человечество утратило веру в торжество прогресса.
Отцы-основатели, вдохновленные идеями просветителей и деистов, подвергли сомнению многие постулаты ортодоксального христианства. Франклин, Адамс, Джефферсон, Пейн, Мэдисон, Вашингтон и Гамильтон не руководствовались библейскими истинами. Они ратовали за свободу совести и считали, что постичь истину можно лишь с помощью разума, а не слепой веры.
Поскольку разум и эмпирический опыт выше церковных доктрин, творцы Конституции новой республики решили, что Церковь должна быть отделена от государства. Более того, государство должно проявлять толерантность ко всем религиям и сектам и защищать право граждан на свободу совести.
Джеймс Мэдисон, отец Конституции, заявлял: «Когда церковь и правительство существуют сами по себе, не вмешиваясь в дела друг друга, их деятельность более эффективна».
А Пейн писал, что «союз церкви с государством носит характер адюльтера».
Когда в 1787 г. отцы-основатели приступили к написанию Конституции, они намеревались создать нехристианское государство, готовое принять всех поселенцев независимо от их национальности и вероисповедания. Правительство новой республики не должно было поддерживать ни католиков, ни пуритан, ни приверженцев англиканской церкви. Все граждане были абсолютно свободны в выборе той или иной религии и даже секты.
Хотя среди отцов-основателей преобладали деисты, не надо думать, что они враждебно относились к христианской религии, принесенной на североамериканский континент отцами-первопоселенцами. Наоборот, они рассматривали ее как средство управления широкими массами. Иными словами, использовали христианство в своих целях, точно так же как и масонские ложи для тайной подготовки американской революции. Достаточно вспомнить «Бостонское чаепитие», о котором рассказывалось выше. Благородное стремление отцов-основателей к свободе и к отделению Церкви от государства проявилось в полной мере в разгар века Просвещения. Их политические взгляды уходят корнями в идеологию шотландских просветителей и деистов, а также шотландских масонов. Вместе с тем отцы-основатели испытали на себе влияние еще одной ветви масонства, возникшей в Германии. Об этом – в следующей главе.
Тайное общество баварских иллюминатов возникло в 1776 г. Его основал Адам Вейсгаупт. Но каким образом мировоззрение иллюминатов могло воздействовать на умы отцов-основателей Соединенных Штатов? Тем не менее связь здесь прослеживается, и история эта небезынтересна.
Адам Вейсгаупт был сыном еврейского раввина. Перейдя в католическую веру, он стал священником-иезуитом, но впоследствии, начитавшись книг в богатой библиотеке своего крестного отца, понял, что стал атеистом. Когда Вейсгаупт учился во Франции, он познакомился там с Робеспьером – будущим вождем Французской революции. В 1768 г. он окончил Баварский университет в городе Ингольштадт, где изучал право. И потом четыре года преподавал там же юриспруденцию. Тогда-то он и познакомился с Карлом Лотарингским.
Знатные аристократы Карл Лотарингский и его старший брат Франсуа были потомками королей из древнего рода Меровингов. Франсуа Лотарингский в 1735 г. женился на австрийской императрице Марии Терезии фон Габсбург. Ее далекие предки тоже были Меровинги. Меровинги, первая королевская династия Франкского государства, правила с 476 по 751 г. В жилах этих монархов текла кровь и легендарного «Короля Иерусалима», потомки которого правили священным городом с 1099 по 1187 г., после чего их свергли, и они из поколения в поколение жили в изгнании.
В 1755 г. Карл женился на сестре Марии Терезии – Марии Антуанетте – и стал главнокомандующим австрийской армией. В 1746 г., после смерти Чарльза Радклиффа, Франсуа назначил своего младшего брата Великим магистром Сионского монастыря. Первоначально это тайное общество называлось Сионский орден. Располагалось оно в стенах одного из монастырей Иерусалима еще с 1090-х годов. Затем, в 1113–1115 гг., в его недрах возник орден тамплиеров, призванный защищать от врагов Иерусалимское королевство. Во главе этой тайной религиозно-военной организации стоял Великий магистр. На протяжении многих веков орден ставил своей главной целью возродить Иерусалимское королевство. Когда Великим магистром стал Карл Лотарингский, императорский двор в Вене превратился в столицу этого тайного общества и масонов.
У Карла был заклятый враг – король Пруссии Фридрих II (Великий), масон 32-й степени, пользовавшийся в Братстве огромным авторитетом. В декабре 1757 г. прусское войско под командованием Фридриха Великого в сражении под Лейтеном наголову разбило превосходящие силы австрийской армии, которой командовал Карл. После этого позорного поражения Мария Терезия сняла его с поста, и Карл удалился в свой брюссельский дворец, пять помещений которого сегодня открыты для посетителей.
Несмотря на поражение под Лейтеном, могущество Австрии за несколько лет резко возросло. Чтобы стать крупнейшей военной державой Европы, ей оставалось только завоевать Францию. Или как-то подчинить ее. Или вступить с ней в прочный союз. Например, с помощью брака между королевскими особами. Именно такой путь избрали Франсуа и Мария-Терезия. В 1770 г. они выдали свою дочь Марию Антуанетту замуж за французского короля Людовика XVI, представителя династии Бурбонов. В 1774 г. Мария Антуанетта стала королевой Франции[10].
Род герцогов Лотарингских процветал. С помощью брачных уз он уже завладел троном Австрии и Священной Римской империи. Впереди был теперь и французский трон: ребенок Марии Антуанетты и Людовика стал бы наследником престола. Но планы этого семейства стать хозяевами Европы мог сорвать прусский король Фридрих Великий, почувствовавший, что тамплиерам вполне по силам организовать заговор во Франции и совершить там дворцовый переворот или даже упразднить монархию. В свое время храмовники возненавидели французского короля Филиппа IV, разогнавшего их орден в 1307–1312 гг., и теперь мечтали отомстить Бурбонам. У Фридриха была своя цель – разрушить французско-австрийский альянс. Для этого он пытался использовать другой альянс – тайные совместные действия французских тамплиеров и членов лож Шотландского ритуала. Прусский король был посвящен в Братство масонов в 1738 г. К 1746 г. он уже основал 14 лож, которые успешно использовал в интригах против Франции. Теперь он стал главой всех тамплиеров, поэтому момент для решительного наступления был удобный.
Карл Лотарингский, Великий магистр Приората Сиона, намеревался воспрепятствовать планам Фридриха. И хотя он породнился с австрийским императорским двором, у него были свои цели. Он не собирался ждать, пока французский трон достанется детям его племянницы – Марии Антуанетты, то есть на четверть австрийцам. До того как это произойдет, тамплиеры, вассалы Фридриха II, успеют завладеть французским престолом. Нужно было опередить их, и Карл решил, что трон Франции должен стать добычей ордена Сионского монастыря, розенкрейцеров, а заодно и Австрии. Ради этих целей Карл приготовился разжигать пламя революции во Франции.
Он познакомился с Адамом Вейсгауптом, наверное, в 1771 г. Именно тогда Вейсгаупт сблизился с купцом из Ютландии, неким Кольмером, который посвятил его в Общество египетских розенкрейцеров. Возможно, Кольмер на самом деле был Карлом Лотарингским, путешествовавшим под чужим именем. Впрочем, дата их знакомства не так уж важна. Главное заключается в том, что именно Вейсгаупту Карл Лотарингский доверил основать тайное общество, члены которого проникли бы в ряды тамплиеров и превратили бы их ложи в революционные ячейки. Союз Сионского ордена с тамплиерами был жизненно необходим Карлу, ведь он собирался свергнуть династию французских Бурбонов и сделать Францию демократической республикой. А затем, возглавив новый режим, он сумеет возвратить престол Меровингам. Только нужно действовать быстро, иначе его опередит Фридрих. Поэтому так важна была задача, возложенная на Вейсгаупта, – найти союзников среди тамплиеров, сбросить Бурбонов во Франции. А в дальнейшем удастся создать – но уже в Новом Свете – государство, похожее на Новую Атлантиду, о которой мечтал Фрэнсис Бэкон.
Вступив в масонское Братство в 1771 г., Вейсгаупт первые пять лет пребывал в нем, имея степень ученика. Одновременно он преподавал право в университете и, разумеется, штудировал премудрости, разбираться в которых обязан каждый масон. Изучал манихеизм и другие языческие верования, элевсинские мистерии, каббалу, учение Пифагора, «Большой ключ Соломона» и «Малый ключ Соломона» – в общем, все то, что научило его вызывать демонов и совершать оккультные обряды. Карьера Вейсгаупта складывалась на редкость удачно. В 1772 г. он стал профессором гражданского права, в 1773 г. – профессором основополагающего законодательства, а в 1775 г. – деканом юридического факультета.
В 1773 г. Вейсгаупт встретился с Майером Амшелем Ротшильдом, чтобы обсудить с ним проблемы мировой революции. Все Ротшильды были франкмасонами. Глава этого клана Майер Амшель начал свою карьеру с должности мелкого служащего в банке семейства Оппенгеймеров, но вскоре ушел оттуда, так как хотел продолжить дело своего отца, а именно продажу и покупку коллекционных монет. В 1769 г. он стал торговым агентом курфюрста Вильгельма IX, ландграфа Касселя, в земле Гессен. В 1785 г. этот мелкий удельный князек сколотил крупнейшее в Европе состояние: Великобритания выплатила ему 40 млн долл. за то, что он предоставил ей 16 800 наемников, сражавшихся против американских колонистов. Но это случилось позже, а в 1773 г. Майер Амшель думал о том, чтобы правитель небольшого немецкого княжества и его «солдаты удачи» остановили бы в случае необходимости Фридриха Великого.
В то время Ротшильды не были богатейшими банкирами в мире. Они стали таковыми лишь позже – после битвы при Ватерлоо. Ротшильды тогда распространили слухи о вымышленном поражении англичан и по бросовой цене скупили акции, а когда биржевой рынок оживился, продали их за неплохую сумму. Поэтому до Великой французской революции Майер Амшель готов был пуститься в финансовые авантюры, когда успех был возможен. Очевидно, он имел какие-то дела с Карлом Лотарингским, и есть документальные свидетельства, говорящие о том, что он с 1770 до 1776 г. снабжал деньгами Вейсгаупта.
В 1774 г. Вейсгаупт завязал контакты в масонской ложе Мюнхена, но был разочарован: ее члены не имели почти никакого представления о мистических культах язычников. Тогда он решил основать свое тайное общество. По организационной структуре оно напоминало орден иезуитов, но иерархическая лестница была масонской. В этой ложе практиковались древнеегипетские ритуалы, а члены общества поклонялись Ормусу.
Когда члена Общества посвящали в просвещенного минервала, он входил в комнату, где стояли трон и стол, на котором лежали корона, скипетр и меч. Ему предлагали взять эти предметы, но, если он дотрагивался до них, его тут же изгоняли из ордена. Затем кандидат входил в другую комнату, задрапированную черной тканью. За занавесом стоял алтарь, покрытый черной скатертью. На нем лежал красный фригийский колпак – наподобие тех, что надевали бродячие актеры, разыгрывавшие мистерии, посвященные Митре (Митра в религиях Древней Персии – бог света, чистоты и правды). Ему приказывали: «Надень колпак. Он значит больше, чем королевская корона». И вот тогда неофит еще раз решительно отказывался от короны и меча, заявляя: «Единственная моя корона – это Митра».
Вейсгаупт полагал, что люди могут очиститься от грехов, если будут верны традициям оккультных языческих верований, приверженцами которых были розенкрейцеры и масоны. У всех членов его ордена были имена античных героев. Сам Вейсгаупт носил имя Спартак. Все месяцы были переименованы, а календарный год начинался 21 марта. Штаб-квартира ордена называлась Великой ложей иллюминатов, то есть просвещенных минервалов. И сам орден со временем стал именоваться орденом иллюминатов. Его ложи возникли не только в Мюнхене, но и в Ингольштадте, Гейдельберге и Франкфурте.
Вейсгаупт был, конечно, утопистом. Он считал частную собственность обузой, которая привязывает людей к дому и не позволяет им испытывать райское блаженство. Более того, по его мнению, местный патриотизм и семейные узы мешают человечеству объединиться в дружное мировое сообщество. «Ни собственности, ни семьи, ни страны – только так мы обретем свободу и равенство», – считал Вейсгаупт. В назидание новопосвященным в свой орден он писал:
В учении Вейсгаупта и иллюминатов в целом явно просматриваются зачатки коммунистической идеологии. В программных заявлениях коммунистов тоже сквозил наивный идеализм. Но это теория, а на практике на волнах революций – во Франции, а позже в России – всплыло много грязной пены. Широкие массы идеализмом не отличались. В постреволюционных государствах к власти пришли люди, которые наладили деловые связи с «сочувствующими» и «бескорыстными» толстосумами типа Майера Амшеля Ротшильда, которые нажили на сотрудничестве с новыми правителями огромные состояния. (В скобках замечу: идеологическая программа, выработанная Вейсгауптом, через много лет легла в основу масонской трактовки деятельности советских коммунистов.)
Новопосвященные в орден иллюминатов полагали, что цель их старших собратьев – установить единое мировое правительство, чтобы на земле не было больше войн. Однако посвященные в минервалы, то есть в масоны второй степени, знали, что Вейсгаупт ставит перед собой революционные цели. Вот отрывки из его программы:
По мысли Вейсгаупта, все человечество должно жить в едином утопическом супергосударстве, в котором не будет отдельных наций, не будет ни социального расслоения, ни религиозных распрей (все религии отомрут сами собой), ни частной собственности. Люди забудут, что такое монархия, всесильная церковь и частное землевладение. Наступит эра всеобщего братства. Вероятно, выпад против монархий Вейсгаупт сделал по наущению Карла Лотарингского, который намеревался скинуть Бурбонов и занять их место на французском троне (сам Карл, как легко догадаться, отнюдь не был противником монархического режима). А что касается ликвидации назначаемых правительств, частной собственности и передачи имущества по наследству, то здесь сказались идеи Жан-Жака Руссо, который, как и Вейсгаупт, попал под влияние Карла Лотарингского. Возможно, Карл сначала обсуждал мировые проблемы с Руссо, а потом изложил основные доктрины французского мыслителя Вейсгаупту. Отрицание религий – это, безусловно, наследие франкмасонов-деистов. А вот неприятие патриотизма, института брака и ценностей семейной жизни – здесь прослеживаются утопические идеи Томаса Мора, Бэкона и Хартлиба.
Вейсгаупт постоянно учил членов своего ордена соблюдать максимальную конспирацию, даже в масонской среде. Они должны превратиться в невидимок. Он писал по этому поводу следующее:
Как ни странно, в орден иллюминатов посвящали и тех, кто особым умом не отличался. Еще раз процитирую Вейсгаупта:
При посвящении недалеких богачей в члены ордена старшие собратья намеренно вводили их в заблуждение: уверяли, что в учении иллюминатов воплощены высшие идеалы Церкви, что Сам Христос был иллюминатом, что Он хотел вернуть людям свободу и равенство, утерянные ими в райских кущах. Вейсгаупт делал новичкам прозрачные намеки, говоря, что Христос презирал богачей, призывал их делиться с бедняками и вообще был ярым противником частной собственности. В письме к Ксавьеру фон Зваку, своему помощнику, Вейсгаупт писал:
В самом названии ордена заключается уловка, сочиненная Вейсгауптом, чтобы сбить с толку благочестивых христиан, вступивших в его тайное общество. Латинское слово
Чтобы придать ордену респектабельность, Вейсгаупт принимал туда и женщин, которые, по сути дела, были куртизанками, обслуживающими богатых и знатных иллюминатов. Некоторых дам Вейсгаупт подсылал к вельможам и сановникам, которых хотел скомпрометировать, а затем шантажировал этих искателей приключений. Им не оставалось ничего иного, как сотрудничать с орденом. В противном случае на их карьере можно было ставить крест.
Всех посвященных в члены ордена принуждали стать «братьями, умеющими втираться в доверие». Иными словами – соглядатаями и шпионами.
Каждый иллюминат обязан был дважды в месяц представлять отчет о проделанной «работе», чтобы старшие собратья видели, кому можно доверить то или иное дело. Руководство ордена знало, что конечная цель иллюминатов – революция, которая сменится анархией. В результате многие плоды цивилизации будут отвергнуты, и человечество вновь обретет гармонию с Природой. А затем иллюминаты свергнут все правительства, уничтожат церковную и светскую власть и станут хозяевами мира.
Вейсгаупт изложил свою программу (естественно, с большими купюрами) 1 мая 1776 г. Именно тогда, как считается, он и основал свой орден. Сторонники Вейсгаупта решили праздновать эту дату ежегодно. Противники же посчитали рождение ордена иллюминатов настоящей катастрофой. Может быть, с тех пор «Mayday» в английском языке означает, в первую очередь, не праздник Первого мая, а международный сигнал бедствия, просьбу об экстренной помощи – типа SOS. Впрочем, есть мнение, что тревожный сигнал «Mayday» – производное от французского
Орден Вейсгаупта финансировали Ротшильды и еще четыре богатых еврейских клана. Иллюминаты унаследовали, с одной стороны, традиции ордена Сионского монастыря (поклонение королям Иерусалима – родоначальникам династии Меровингов, увлечение каббалистикой и теориями розенкрейцеров и одновременно рационализмом Декарта и Ньютона, а также утопическими рассуждениями Руссо о Новой Атлантиде). С другой – они впитали и традиции тамплиеров (республиканские политические убеждения, манихеизм и неистовое стремление отомстить Бурбонам за казнь Жака де Моле).
Вейсгаупт специально объединил в своем новом обществе основные традиции этих двух орденов – Сионского монастыря и тамплиеров. Получилось полновесное и многозначное сочетание двух ветвей масонства. Здесь и рационализм просветителей, и антирационализм Руссо, и древнее религиозное течение манихеизм, и многое другое. Лотарингский клан и тамплиеры-якобиты могли объединить свои силы для свержения французского короля – представителя династии Бурбонов. К этому стремились и герцоги Лотарингские, которые хотели, чтобы Францией правил Великий магистр Сионского ордена. К этому стремились и тамплиеры, жаждавшие отомстить за Жака де Моле.
4 июля 1776 г., в день, когда была принята Декларация независимости, Континентальный конгресс поручил Бенджамину Франклину, Томасу Джефферсону и Джону Адамсу разработать дизайн Большой печати Соединенных Штатов Америки. В помощь им направили художника-портретиста Пьера-Эжена дю Симитьера.
Печать должна была иметь лицевую и оборотную стороны, причем на лицевой надо было изобразить еще не существующий государственный герб новой республики. Отцы-основатели решили последовать примеру английского короля Эдуарда Исповедника, создавшего в годы своего правления (1042–1066) аналогичную государственную печать.
Какие же сюжеты выбрать для печати? Франклин предложил изобразить Моисея, египетского фараона и огненный столп; Джефферсон – израильтян, небо, закрытое тучами, и огненный столп; Адамс – Геракла. Дю Симитьер посоветовал нарисовать щит, разделенный на шесть частей, которые символизировали бы Англию, Шотландию, Ирландию, Голландию, Францию и Германию. Кроме того, надо было, по его мнению, изобразить богиню свободы. В январе 1777 г. Конгресс отверг все эти предложения.
Как мы уже знаем, Бенджамин Франклин, давно примкнувший к розенкрейцерам и одновременно к членам Сионского ордена, в декабре 1776 г. был отправлен в Париж в качестве посланника американских колоний, чтобы заручиться военной и финансовой поддержкой со стороны Франции. В Париже он познакомился с иллюминатами, возможно, даже с самим Вейсгауптом. Надо сказать, что в Европе Франклин пользовался широкой популярностью. Он воплощал в себе революционный дух Нового Света. Его портреты можно было видеть повсюду и на чем угодно – даже на табакерках. Поэтому вполне объяснимо, что Вейсгаупт или кто-нибудь из его приближенных захотели бы встретиться со столь выдающейся личностью, в деяниях которой к тому же воплощались в жизнь революционные идеи иллюминатов.
Познакомившись с иллюминатами, Франклин узнал об эзотерическом значении числа 13. Здесь действительно было много совпадений, которые трудно назвать случайными. Например, 13 октября 1307 г. начались жестокие гонения на тамплиеров. Именно для 13 американских колоний иллюминаты разработали план их превращения в демократическое государство Нового Света, где утопия
Эзотерическое значение пирамиды связано с легендой об Атлантиде. По преданию, университет Атлантиды, где родились все науки и все искусства, располагался в огромной пирамиде, на вершине которой находилась обсерватория. Розенкрейцеры считали этот университет прототипом своего Невидимого Колледжа. 13 рядов каменной кладки – это 13 американских колоний, которым предстояло стать Новой Атлантидой – под Всевидящим (или шпионским?) оком Сиона. 13 букв в латинском девизе
На лицевой стороне печати Вейсгаупта была изображена птица феникс, напоминающая орла. Согласно поверью, существует только один-единственный феникс. Живет он 500 лет и гнездится где-то на Аравийском полуострове. Свивает гнездо из ветвей благовонных деревьев, поджигает его и сгорает вместе с ним. Затем из пепла возрождается новый феникс. В данном случае легендарная птица – это масонский символ, смысл которого – Атлантида, возрожденная в Америке.
В одной лапе феникс сжимал пучок из 13 стрел, в другой – ветвь с 13 листьями. А над ним, в облаке – 13 звезд. В латинской надписи на ленте – 13 букв. Надпись гласила:
В печати иллюминатов присутствовали элементы символики двух орденов: Сионского (Всевидящее око) и тамплиеров (пирамида). И это отнюдь не случайная эклектика. Вейсгаупт хотел подчеркнуть: два тайных общества объединяют свои усилия, с тем чтобы возродить Атлантиду (феникса), и в первую очередь – ее легендарный университет.
Вейсгаупт поставил перед иллюминатами довольно сложную задачу – проникать в ложи тамплиеров и тайно вербовать среди них союзников. В 1777 г. он сам стал франкмасоном, вступив в Мюнхене в разношерстную по составу ложу Теодора Доброго Совета. В конце 1778 г. он заявил, что орден иллюминатов должен стать одной из ветвей масонского движения. К середине 1779 г. мюнхенская масонская ложа полностью перешла под контроль иллюминатов. Шестьдесят ее активных членов были людьми Вейсгаупта, к ним примкнуло еще около тысячи человек.
Вейсгаупт нашел союзника в лице герцога Орлеанского – кузена Людовика XVI. В 1773 г. герцог, один из лидеров французских тамплиеров, изменил их программу. Французское франкмасонство стало отныне называться Великим Востоком Франции. Это обновленное общество исповедовало идеи утопического социализма. Его девизом стали знаменитые слова: «Свобода, равенство, братство». В декабре 1781 г. между масонским орденом Великого Востока и орденом иллюминатов установилось взаимопонимание и было принято решение о слиянии двух организаций. Иерархическая лестница нового тайного общества состояла из трех основных этапов: подготовительный класс, новопосвященные и минервалы-иллюминаты. Поскольку степени, учрежденные в свое время в ордене Вейсгаупта, были включены в рамки первого этапа (подготовительного), каждый масон, прежде чем продвинуться дальше, невольно становился иллюминатом.
Под вывеской ордена Великого Востока иллюминаты перебрались во Франкфурт и вскоре стали играть заметную роль в общественной жизни Германии и Австрии. Постепенно они собирали силы для совершения революционных переворотов. К 1782 г. франкфуртская штаб-квартира нового ордена целиком финансировалась Ротшильдами.
В 1778 г. Франклин, уже будучи тамплиером, вступил в ложу французских иллюминатов «Девять сестер», названную так по аналогии с девятью древнегреческими музами. Он принимал участие в посвящении в члены этой ложи Вольтера, масона с 30-летним стажем. Вскоре Франклин стал ее Великим мастером, а в 1782 г. вступил и в тамплиерскую Королевскую ложу комендантов Западного Храма.
Тем временем на родине Франклина Континентальный конгресс так и не решил вопрос о Большой печати США. В 1780 г. специальная комиссия, созданная по этому поводу, обратилась за помощью к художнику Хопкинсону, автору американского флага. Любопытная деталь: в 1778 г. Хопкинсон, создав дизайн 50-долларовой колониальной банкноты, включил в него недостроенную пирамиду. В 1781 г. Франклин, судя по всему, отправил из Парижа в Америку текст трактата иллюминатов об основных принципах республиканского государственного строя, а также копию печати этого ордена, где, как мы уже знаем, была изображена такая пирамида. В том же году с Франклином в Париже встретился Томас Пейн, вступивший в орден Великого Востока и, следовательно, ставший иллюминатом. Вполне логично, что именно Пейн привез в Америку копию той самой печати, а потом предоставил ее на рассмотрение очередной специальной комиссии Конгресса, уже третьей по счету.
Эта комиссия, сформированная 4 мая 1782 г., поручила создать дизайн Большой печати Соединенных Штатов Чарльзу Томсону и Уильяму Бартону. При этом было оговорено, что недостроенная пирамида, увенчанная Всевидящим оком, – обязательный элемент композиции. Некоторые детали оборотной стороны печати, использованные Томсоном и Бартоном, можно увидеть на современных однодолларовых банкнотах США. Масонская символика иллюминатов, избранная Вейсгауптом в 1776 г., оказалась долговечной.
На оборотной стороне государственной печати США была также надпись на латинском:
Недостроенная пирамида тамплиеров, изображенная на оборотной стороне государственной печати, означала, что в Новом Свете должна быть создана Новая Атлантида и что предназначение Соединенных Штатов – завершить ее строительство. Пирамида символизирует единое мировое правительство, а камни, из которых она состоит, – это отдельные нации (об этом говорится в пункте 7 программы Вейсгаупта). Одновременно пирамиду можно истолковать и как новую Вавилонскую башню, где звучит речь на всех языках. Тамплиеры будут строить пирамиду под бдительным оком Сиона и закончат ее, когда уложат последний, замковый камень, освещенный лучами солнца. Камень этот символизирует короля из династии Меровингов – потомка Короля Иерусалима.
На лицевой стороне печати Томсон изобразил феникса, а над ним – 13 звезд. Как мы уже знаем, феникс – символ Атлантиды, возродившейся в Америке.
В марте 1785 г. иллюминатов начали преследовать. Кто-то из руководства ордена донес баварскому курфюрсту на своих братьев, обвинив их в заговоре. 10 июля курфюрсту сообщили, что недавно посвященный в иллюминаты Якоб Ланг, которого он отправил с важным поручением в Силезию, по дороге погиб от удара молнии. В его одежде был зашит список 2 тысяч иллюминатов в ложах семи стран: Франции, Бельгии, Дании, Швеции, Польши, Венгрии и Италии. Возможно, этот список специально зашили в костюм Ланга, когда он был уже мертв, – чтобы дать курфюрсту повод объявить иллюминатов вне закона.
Курфюрст так и поступил, издав соответствующие документы, которые позже, в 1798 г., вошли в книгу Робисона
Третий и последний конгресс иллюминатов прошел в 1786 г. во Франкфурте. Он утвердил новую программу, выработанную Вейсгауптом годом раньше. Вот отрывок из нее:
Конгресс иллюминатов заочно приговорил к смерти Людовика XVI и шведского короля Густава III. Приговор оказался пророческим: Людовик кончил жизнь на гильотине в 1793 г., а Густава смертельно ранил выстрелом из пистолета капитан Якоб Йохан Анкарстрём – в здании Стокгольмской оперы, в марте 1792 г. Масоны ордена Великого Востока учредили у себя степени масонства, принятые в ордене Вейсгаупта, и иллюминаты продолжали тайную деятельность в их ложах, причем не только Великого Востока, но и в ложах Шотландского ритуала.
В 1784 г. Джефферсон и Джон Адамс прибыли в Париж, чтобы вместе с Франклином выработать условия договора с Францией, который предполагалось заключить после окончания американской Войны за независимость. В 1785 г. Франклин вернулся в Америку, а его во Франции сменил Джефферсон. Он оставался в Париже до 1789 г. и был, судя по всему, посвящен там в члены ложи тамплиеров и познакомился с Вейсгауптом. Вероятно, это была ложа Великого Востока, где тайно действовали иллюминаты. Джефферсон назвал драматические события во Франции «прекрасной революцией».
Итак, идеи иллюминатов были подхвачены американцами после возвращения из Франции двух послов Соединенных Штатов: Бенджамина Франклина в 1785 г. и Томаса Джефферсона в 1789 г. Поэтому вполне закономерно, что знаменитая статуя Свободы была привезена в Америку именно из Франции в 1885–1886 гг. – как дар французского народа американскому в честь их общих революционных традиций.
К 1785 г. в 13 американских колониях существовало уже 15 лож иллюминатов. В Нью-Йорке, например, была основана Колумбийская ложа, членом которой был и Клинтон Рузвельт, один из предков Франклина Делано Рузвельта. А в члены ложи в Виргинии был посвящен Томас Джефферсон. Иллюминаты прочно обосновались в Америке. Главными проводниками их идей стали, конечно, Франклин, Джефферсон и Джон Адамс.
Почему же американцы с таким энтузиазмом пополняли ряды масонов? Какие выгоды или преимущества сулили им ложи? И почему масоны охотно принимали в братство людей всех социальных слоев? Может, лидеры масонства обладали редким даром убеждения? Были блестящими ораторами и пропагандистами? Или людей привлекало нехристианское толерантное мировоззрение? А может, некоторые искали личную выгоду, зная, что братья всегда придут на помощь?
Мы уже ставили эти вопросы, и ответ – прежний. В 1780-х гг. многие американцы мечтали вступить в какое-нибудь объединение, где, невзирая на низкий социальный статус и пустой карман, можно было бы должным образом проявить себя и достичь определенных высот; где тебе помогали бы богатые и влиятельные люди, для которых ты был бы членом их семьи. Вот главный ключ к разгадке популярности масонского братства. Некоторых новопосвященных, конечно, смущало антирелигиозное мировоззрение старших собратьев, но объектами их духовных поисков быстро становились культуры древних цивилизаций и эзотерические знания. Кроме того, людей привлекали атмосфера взаимного доверия и ореол тайны. В ложах можно было обсуждать любые политические и социальные проблемы, не боясь, что власти объявят тебя бунтовщиком, заговорщиком и врагом британской короны.
Как считает Дж. Р. Черч, несколько масонских лож в Новой Англии основал Джон Адамс, после чего рассорился с Джефферсоном. Адамс был недоволен тем, что Джефферсон наводнил эти ложи иллюминатами, которые, ведя в них подрывную деятельность, мешали нормальной размеренной работе. Три письма Адамса, написанные по этому поводу, хранятся в филадельфийской библиотеке Wittenburg Square. Некоторые исследователи полагают: иллюминаты искусно манипулировали Франклином, Джефферсоном и Адамсом, пока Адамс не разобрался в происходящем. Как мы уже знаем, Вейсгаупт скрывал от новопосвященных в иллюминаты истинные цели своего ордена. Вероятно, талантливые ученики Вейсгаупта точно так же ввели в заблуждение Франклина, Джефферсона, Джона Адамса и Томаса Пейна. Отцы-основатели приняли велеречивые рассуждения лидеров иллюминатов за чистую монету и долгое время не имели понятия об их разрушительной программе. (Кстати, интересный вопрос: знали ли они, что Вейсгаупт был в какой-то степени сатанистом?)
Джефферсону не все нравилось в идеологии иллюминатов, но Вейсгаупта он с редкой наивностью превозносил:
В том же отрывке Джефферсон пишет, что Робисон несправедливо обвинил отца иллюминатов в заговоре и что Вейсгаупт вынужден был соблюдать конспирацию во избежание преследований со стороны «деспотов и церковников».
В мировоззрении Джефферсона и Франклина было немало общего с философскими взглядами Вейсгаупта. Оба отца-основателя исповедовали рационализм и скептически относились к метафизике, поскольку ее «невозможно познать с помощью органов человеческих чувств».
Здесь важно отметить следующее. Хотя Франклин, Джефферсон, Джон Адамс и Томас Пейн были посвящены в иллюминаты, это произошло уже после американской революции. Следовательно, идеи Вейсгаупта никак не повлияли на ход революционных событий – начиная с «Бостонского чаепития» и кончая принятием Декларации независимости. Впрочем, нельзя утверждать это категорически, поскольку и Франклин, и Джефферсон, и Джон Адамс познакомились с идеологией иллюминатов задолго до вступления в их ряды. Более того, отцы-основатели пропагандировали в Америке учение Вейсгаупта. Причем настолько активно и убедительно, что идеалы иллюминатов живы и по сей день. Взглянем хотя бы на купюру в один доллар, о которой уже говорилось. Иллюминаты в немалой степени способствовали благоприятному интеллектуальному климату в постреволюционной Америке, позволивший создать Конституцию Соединенных Штатов. А в дальнейшем отцы-основатели, не без влияния идей иллюминатов, построили независимое государство, которое можно образно назвать Государством франкмасонов.
Подведем вкратце итоги второй части книги. Итак, различные течения английского масонства пустили корни в Виргинии, вероятно, при непосредственном участии Джона Смита. Масоны обосновались в Лондоне, благодаря тому что английский престол занял Яков I. Затем некоторые из них перекочевали в Новый Свет и основали там влиятельные, хорошо организованные ложи. Масоны активно участвовали в борьбе колонистов за независимость Америки. Достаточно вспомнить яркое событие 1773 г. – «Бостонское чаепитие». Мы узнали, что американские тамплиеры в итоге одержали победу над английскими масонами, которые сотрудничали с колониальными властями. Узнали также о том, что на американских масонов оказал значительное влияние деизм эпохи Просвещения. Приверженцами этого религиозно-философского течения были и отцы-основатели.
Затем мы выяснили вопрос о роли иллюминатов в политической и общественной жизни Америки. Орден, основанный Вейсгауптом, обрел в Соединенных Штатах широкую популярность, хотя немногие догадывались о его истинных целях. Даже первая Большая печать США была фактически копией печати Вейсгаупта. Воплощение идей иллюминатов определило в какой-то степени ход событий, произошедших в XX в. Да и сегодня в США и в Европе есть немало видных политиков и мультимиллиардеров, которые исподволь стремятся к тому, чтобы наш мир превратился в единое государство, сплотившее все нации.
Идея создания единого мирового правительства принадлежит не только иллюминатам, но и американским тамплиерам. Но их вариант более гибок и не столь категоричен. Далее мы узнаем, какое влияние оказали тамплиеры на историческое развитие США после американской революции и чем это обернулось сегодня.
Основатели Соединенных Штатов и творцы американской Конституции бросили вызов британской трактовке роли парламента в колониальную эпоху.
В 1760 г. окончилась война англичан с французами и их союзниками – индейцами. На этом завершились длившиеся с 1689 г. военные конфликты между Францией и Великобританией, оспаривавшими право на владение обширными территориями Нового Света. На континенте наступило затишье. Французские войска ушли из Северной Америки, а индейцы, оставшиеся без такого сильного союзника, особой опасности не представляли. Однако обострились отношения между американцами и британцами, которых в военное время объединяла борьба с общим врагом.
Если взглянуть на карту Америки 1760 г., можно увидеть полосу земли, принадлежащей Британии. Она тянется вдоль восточного побережья континента с севера на юг – от нынешнего штата Мэн до берегов Джорджии. Эта полоса не очень широкая: от океана до ее западных границ не более 200 миль. А далее на запад – еще не освоенные европейцами территории, где живут многочисленные индейские племена. Это буферная зона между английскими колониями и отдельными поселениями французов. На юге – Флорида, принадлежащая Испании.
Если в 1630 г. население британских колоний в Северной Америке составляло 4 646 человек, то к 1760 г. оно увеличилось до 1,6 млн. Здесь выросли отлично построенные города. Плодородные земли давали высокие урожаи. Экономика быстро залечивала раны, нанесенные бесконечными войнами.
В 1763 г., согласно Парижскому мирному договору, Британия получила Канаду, Флориду и все земли, расположенные к востоку от Миссисипи, только контролировать такие обширные территории нелегко. Формально господство Британии в Северной Америке было неоспоримым. Но жители колоний уже не видели в англичанах своих защитников от французов и индейцев и начали подумывать о независимости от метрополии.
В 1751 г. колониальные власти впервые применили на практике единые ордера на обыск, где не указывались конкретные лица. Для их получения не требовалось постановления судьи или прокурора. Судебные приставы могли ворваться в любой дом и все перевернуть там вверх дном. Британское правительство намеревалось таким образом ужесточить борьбу с контрабандной торговлей. Но для достижения этой благой цели использовались недопустимые средства.
В 1761 г. сподвижник Джона Адамса Джеймс Отис выступил от имени бостонских торговцев на заседании Совета провинции Массачусетс. Он убедительно и не без изящества доказал антиконституционность такого решения британских властей. Кроме того, Отис сказал, что прежде, чем ущемлять права колонистов, надо создать органы законодательной и исполнительной власти, которые будут представлять и защищать их интересы. Тем не менее Англия в 1762 г. подтвердила легитимность этих ордеров и, следовательно, произвола колониальной администрации. Колонисты были возмущены. А когда в 1767 г. законы Тауншенда окончательно утвердили ордера, все 13 колоний обратились в суд. Восемь из них дело проиграли.
Примечательны также злоключения англиканских священников в Виргинии. Поначалу с ними расплачивались не деньгами, а табаком, которым они могли при желании торговать. Однако, согласно законам, принятым в 1755 и 1758 гг., священников перевели на денежное довольствие. Условной, так сказать, денежной единицей оставался фунт табака, означавший для священников два пенса. Но табак продавался по цене шесть пенсов за фунт. В 1759 г. британская корона наложила вето на такое несправедливое решение. Ободренные священники подали в суд на колониальные власти. В 1763 г. масон Патрик Генри, чьи убеждения были, естественно, антиклерикальными защищал в суде руководство прихода в округе Ганновер против иска преподобного Джеймса Маури, требовавшего возмещения убытков. Генри осудил вмешательство британской короны и уменьшил сумму, которую требовал Маури. Впрочем, в 1769 г. в Англии приняли закон, согласно которому табак в Виргинии стал продаваться по цене два пенса за фунт, и священники были удовлетворены.
Согласно Парижскому договору 1763 г., положившему конец Семилетней войне, Британии на североамериканском континенте достались Канада, западная и восточная части Флориды, а также все земли к востоку от Миссисипи. Кроме того, «Владычица морей» заполучила острова в Карибском бассейне: Тобаго, Доминику и Сент-Винсент. Владения Британии в Америке существенно расширились, но возросли и расходы на их содержание. Если до Парижского договора они составляли 6,5 млн фунтов в год, то теперь эта сумма выросла до 14,5 млн. Даже рядовые британцы, не говоря уже о правительственных чиновниках, считали, что американские колонии обязаны возместить возросшие расходы империи. А расходы эти были направлены в основном на содержание войск, призванных охранять новые территории, особенно от индейцев, которые до 1765 г. продолжали вести партизанскую войну с бледнолицыми. Британцы считали дополнительные поборы с колонистов вполне оправданными, ведь английские солдаты охраняли в первую очередь поселенцев.
Главным предметом разногласий между метрополией и колониями были налоги. Закон о сахаре, принятый Англией в 1764 г., ударил по интересам нью-йоркских торговцев, которые закупали сахар в Вест-Индии. Семейство де Ланей, одно из богатейших в Америке, открыто выступило против вмешательства английского парламента в торговую политику колоний. Оно также отказалось выполнять требования другого закона, согласно которому американцы были обязаны содержать расквартированных в их домах британских солдат. В Пенсильвании Бенджамин Франклин и Джозеф Гэллоуэй попытались оспорить права Уильяма Пенна на владение обширными землями в этой колонии. В Северной и Южной Каролине американцы вступили в острый конфликт с британскими аристократами. В 1764 г. в Виргинии Мэриленде колонисты протестовали против принятия Закона о валюте.
1. В 1765 г. был принят Закон о гербовом сборе, в соответствии с которым облагались налогами печатные издания и юридические документы. Жители нескольких портов выступили против введения этих налогов. В Бостоне оппозицию возглавил франкмасон Сэмюэль Адамс, лидер движения «Сыны свободы», а в Виргинии – Патрик Генри. В итоге Закон о гербовом сборе был отменен, тем более что американцы объявили бойкот лондонским торговцам. В 1767 г., согласно законам Тауншенда, были введены налоги на свинец, стекло, масляную краску, бумагу и чай. Впоследствии их отменили, за исключением налога на чай. Как мы уже знаем, этот налог привел к Бостонской бойне 1770 г., в ходе которой британские солдаты застрелили пятерых манифестантов. С тех пор противостояние американцев и англичан резко обострилось.
Со временем экономический бум в Америке сменился спадом. Ост-Индская компания оказалась на грани банкротства, и английский парламент 10 мая 1773 г. принял Закон о чае, позволивший компании вести в Америке беспошлинную торговлю этим товаром. В результате английский чай, привезенный из Индии, мог вытеснить с американского рынка популярный среди колонистов чай, ввозимый из Голландии. Впрочем, эта история вам уже известна. Напомню лишь, что так называемое Бостонское чаепитие, организованное 17 декабря 1773 г. масонами, сплотило американцев в борьбе за независимость своей страны.
Через полгода после этой акции, в мае 1774 г., в Бостонскую гавань прибыл английский корабль. Среди прочей корреспонденции он доставил четыре указа короля Георга III, предусматривавших экономические санкции против непослушных колоний. Американцы в долгу не остались. 5 сентября 1774 г. Первый континентальный конгресс, созванный в Филадельфии, выработал план активных действий против Британии. Конгресс прошел под председательством Пейтона Рэндольфа, видного масона, Великого мастера провинции Виргиния. На заседаниях присутствовали Сэмюэль Адамс, лидер «Сынов свободы», и еще один известный масон, Пол Ревер.
В феврале 1775 г. прошел Конгресс провинции Массачусетс. Его делегаты открыто заявили о плане вооруженной борьбы против метрополии. В апреле того же года 4 тысячи колонистов атаковали британских солдат в Конкорде – пригороде Бостона, после чего, как и спланировал Конгресс, в Массачусетсе стали формироваться отряды народного ополчения, готовившиеся к более серьезным битвам.
Томас Джефферсон, Джон Адамс, Джеймс Вильсон и Александер Гамильтон написали политические трактаты, где подвергли сомнению право британского парламента диктовать свою волю американским колониям. Однако к борьбе за независимость они не призывали. Это сделал Томас Пейн, которого Франклин, будучи в Англии, отправил в ноябре 1774 г. в Филадельфию, чтобы он помогал ему выпускать журнал
В декабре 1775 г. Пейн написал памфлет
В последующие месяцы в колониях наметился раскол. Провинции Новой Англии и Виргиния (а у масонов там были наиболее прочные позиции) решили пойти на риск и бросить Британии открытый вызов. А вот южные колонии не решались рвать с метрополией: богатые землевладельцы опасались, что без поддержки английских войск им не справиться с возможными набегами индейцев и бунтами чернокожих рабов. Конгресс призвал лидеров освободительного движения в колониях к созданию собственных правительств, с тем чтобы провинции превратились в штаты. Наступил момент, когда окончательный разрыв с Великобританией стал неминуем. В июне 1776 г. был сформирован специальный комитет, который должен был выработать правовые основы такого решения. Членами этого комитета стали франкмасоны Франклин и Джефферсон, принимавшие участие в работе Второго континентального конгресса в мае 1775 г., а также другие видные политические фигуры: Джон Адамс, Роджер Шерман и Роберт Ливингстоун.
На Франклина и Адамса произвела большое впечатление яркая личность Джефферсона. Они сразу поняли, что этот сравнительно молодой человек (ему было тогда всего тридцать три года) талантлив во всем. Они доверили ему важнейшее дело: Джефферсон стал главным автором знаменитой Декларации независимости. Причем он написал этот программный документ всего за две недели, работая в гостиной дома, в котором квартировал. Дом принадлежал каменщику Якобу Граффу, перебравшемуся в Америку из Германии. Хотя Джефферсон писал официальный государственный документ, он постарался выразить в нем американский образ мышления и представить его «на суд человечества». Он провозгласил избавление 13 колоний от британского владычества и впервые официально заявил от имени общественно-политического объединения о его праве на самоуправление, на создание собственных органов власти. Отталкиваясь от политических теорий деистов-просветителей XVIII столетия, Джефферсон поставил во главу угла «естественные права» человека и концепцию «правления на контрактной основе», выработанную Локком и Руссо. Континентальный конгресс признал, что английский король Георг III нарушает условия «контракта» и поэтому колонии имеют полное право и даже просто обязаны совершить революцию. Джефферсон назвал самоочевидными истинами всеобщее равенство людей, их неотъемлемые права на свободу и достойную жизнь, а также право сменить власть, если она не выражает их интересы и становится деспотичной. В контексте той эпохи политическое мышление Джефферсона было в высшей степени новаторским.
Франклин и Адамс внесли в текст Декларации независимости некоторые изменения, но не существенные, а Конгресс убрал из него фразы, где Джефферсон осуждал рабство и работорговлю. Делегаты опасались, что представители южных штатов не разделят позицию северян и не поставят под Декларацией свои подписи.
2 июля 1776 г. Декларация была вручена Председателю Континентального конгресса Джону Хэнкоку, а 4 июля Конгресс ее принял (см. Приложение IV). Произошло это событие в зале Совета провинции Массачусетс, окна которого выходили на площадь, где в 1770 г. произошла «Бостонская бойня». С тех пор принятие Декларации отмечается ежегодно в США как национальный праздник – День независимости.
8 июля Декларацию зачитали жителям Филадельфии, собравшимся на площади перед зданием, где находилась администрация штата, и по этому случаю зазвонил колокол Свободы, отлитый в 1752 г. Через месяц состоялось подписание Декларации. Под ее текстом стояли подписи 56 человек.
В Декларации независимости есть такие слова, как «Бог Природы». Мы уже обсуждали их значение. Напомню: имеется в виду, что человек, постигая мир природы с помощью разума, невольно приходит к выводу о существовании Бога-Творца. Вообще же проблемы религии в Декларации не затрагивались. Например, ничего не говорилось об отделении Церкви от государства. Этот вопрос возник позже, причем, как мы узнаем из дальнейшего, продиктован он был не столько враждебным отношением американцев к официальной британской церкви, сколько стремлением масонов создать светское государство.
2 июля 1776 г., за два дня до принятия Декларации, Континентальный конгресс проголосовал за создание независимой республики. Война с Британией стала неизбежной. Любопытный факт: из 33 генералов, находившихся в подчинении у Вашингтона, почти все, за исключением двух, были масонами. В том числе Ричард Монтгомери, Дэвид Вустер, Хью Мерсер, Артур Сен-Клер, Горацио Гейтс, Израэль Патнэм, Джон Диксон, Джозеф Фрай, Уильям Максвелл и Илайес Дейтон.
Подробный рассказ о Войне за независимость (1775–1783) можно найти в другой моей книге. Здесь же я буду краток. Британская армия испытывала недостаток в живой силе. Поэтому 30-тысячное войско, стоявшее в американских колониях, на три пятых было укомплектовано немецкими наемниками из Гессенского ландграфства. В 1775 г. оно атаковало Массачусетс. В 1776 и 1777 гг. боевые действия велись и в Массачусетсе, и в других северных колониях. В 1777 г. американские повстанцы осадили занятый британцами Бостон, но были в итоге разбиты, в том же году они потерпели поражение в Нью-Йорке и Пенсильвании.
Среди высших чинов британской армии тоже были масоны. Например, сэр Уильям Хоу, бригадный генерал Огюстин Прево и 34 полковника. В октябре 1777 г. в битве при Саратоге американские командиры, масоны, захватили в плен генерала Бургойна, в результате чего Франция вступила в войну на стороне повстанцев.
Союз с Францией, заключенный американцами в 1778 г., переломил ход войны. Инициатива перешла к американцам. По просьбе Франклина Франция прислала в Америку экспедиционный корпус численностью 6 тысяч солдат. В 1779 г. к антибританской коалиции присоединилась Испания, а в 1780 г. – Нидерланды. Вашингтон сражался на суше, а с моря его поддерживал французский флот. В октябре 1781 г. в битве при Йорктауне Вашингтон и французский тамплиер маркиз де Лафайет, участвовавший в Войне за независимость, провели блестящую совместную операцию, в результате которой они захватили в плен командующего британской армией генерала Корнуоллиса и вынудили сдаться 8 тысяч его солдат и офицеров. В честь этой победы американский военный оркестр исполнил «Мир перевернулся вверх дном».
Лондон обвинил в своих неудачах масонов. Он заявил, что некоторые британские военачальники, в частности Корнуоллис, Клинтон и братья Хоу, будучи масонами, вошли в сговор со своими американскими собратьями и намеренно проигрывают им сражения. В 1781 г. генерала Хоу и его брата, адмирала Хоу, обвинили в измене родине. Лондон посчитал, что они поступились интересами своей страны в угоду Бенджамину Франклину.
После капитуляции Корнуоллиса было заключено соглашение о прекращении военных действий. По его условиям, западная граница Соединенных Штатов проходила по берегу реки Миссисипи. Канада осталась владениями Британии. Испания получила Флориду и все территории, лежащие к западу от Миссисипи. Франции, главному союзнику Соединенных Штатов, не досталось ничего.
Поражение Британии обернулось для империи серьезными последствиями. Английские военные корабли постоянно вступали в морские сражения с французскими, испанскими и голландскими флотилиями. После 1780 г. эскадры Испании и Нидерландов взяли под полный контроль воды, где раньше хозяйничали британцы.
В 1783 г. в Париже был подписан мирный договор, означавший окончание Войны за независимость.
Конституционное устройство бывших колоний, обретших независимость, продвигалось с трудом. В середине 1776 г. Конгресс одобрил резолюцию, предложенную Ричардом Генри Ли. В ней говорилось, в частности, что колонии отныне объединяются в союз свободных и независимых штатов. По предложению Ли началась работа над созданием Статей конфедерации – по сути дела, первой конституции нового государства.
В основу Статей конфедерации лег план Франклина, изложенный им в 1754 г. в Олбани. Там говорилось о союзе колоний (см. Приложение III). Как мы уже знаем, британское Министерство торговли созвало конгресс в Олбани в своих целях. Ему надо было привлечь на сторону Англии Союз ирокезов и настроить его против французов. План Франклина Лондон вовсе не интересовал и поэтому был отвергнут. Континентальный конгресс принял Статьи конфедерации (см. Приложение V) 15 ноября 1777 г., после победы американцев при Саратоге. Одобрив их, форум утвердил новую, федеративную систему государственного устройства.
Надо заметить, что в те годы союз штатов существовал больше юридически, чем фактически. Роль центрального правительства была незначительна. Государства как такового не существовало. Все 13 штатов соблюдали прежде всего свои интересы, а потом уже задумывались об интересах общенациональных. Впрочем, первоочередная забота штатов о суверенитете вполне объяснима: в менталитете американцев любой орган центральной власти неизбежно ассоциировался с колониальной администрацией и британской короной.
Конгресс занимался проблемами внешней политики, руководил военными действиями, назначал на различные посты военачальников, ведал государственной казной и почтовой службой, но заставить штаты выполнять постановления мог далеко не всегда. К тому же в Конгрессе процветала коррупция, а многие государственные мужи отличались некомпетентностью в порученном им деле.
Экономика Соединенных Штатов, разоренных войной, пришла в упадок. Государственный долг составлял 60 млн долл. Солдатам революционной армии платили меньше, чем следовало. Зимой 1781/82 увенчанный славой генерал Джордж Вашингтон приехал в Филадельфию. Он хотел, чтобы Континентальный конгресс выделил ему дополнительные средства на содержание армии. Примерно тогда он и получил любопытное письмо. Полковник Льюис Николя обратился к Вашингтону с неожиданным предложением – при поддержке армии (а она боготворила верховного главнокомандующего) объявить себя королем Америки. Вашингтон с возмущением отверг этот нелепый совет. Впрочем, не все так однозначно. Судя по некоторым данным, с одной стороны, Вашингтон считал, что в Америке целесообразно учредить монархию. Но, с другой стороны, он был тамплиером, а монархические идеи противоречили политическим убеждениям масонов – сторонников республиканского строя.
К концу 1786 г. окончательно выяснилось, что Конгресс управляет страной неэффективно, хотя какие-то плюсы в его работе имелись. Так, например, он позволил некоторым штатам расширить свои территории путем продвижения на запад и на север. А самое главное – конфедерация накапливала опыт государственного строительства, пыталась на практике реализовать принципы, изложенные на бумаге. И именно тогда были заложены основы той формы правления, которая существует в Соединенных Штатах сегодня.
Континентальный конгресс справлялся с работой в течение шести лет, вплоть до мая 1787 г., когда в Филадельфии состоялся Конституционный конвент, на котором присутствовали 55 делегатов. Целью этого форума было «перестроить правовые полномочия федерального правительства в соответствии с требованиями времени».
Сама концепция федерализма была заимствована у масонов: их Великая ложа являлась федеральным центром Братства. Эту систему изложил в 1723 г. в
Идея федерализма возникла в масонских кругах, после того как 24 июня 1717 г. в лондонской таверне «Яблоня» встретились представители четырех столичных лож масонов-розенкрейцеров. В ходе переговоров они приняли решение основать Великую ложу. Одним из семи участников встречи был известный вольнодумец доктор Джеймс Андерсон, лондонский пресвитерианский священник, родившийся в Абердине. Ему и поручили выработать устав Великой ложи и ее идеологические принципы. В основу лег принцип: полный отказ от христианского мировоззрения. В своем труде
Адам Вейсгаупт, выстраивая организационную структуру ордена иллюминатов, воспользовался схемой, принятой в ордене иезуитов. Доктор Андерсон, создавая
К 1787 г. принцип федерализма окончательно утвердился в 13 бывших колониях. Все штаты были независимы и сами решали большую часть своих внутренних проблем. Но в то же время они составляли федерацию и подчинялись федеральным, центральным властям. Система сама по себе разумная и гибкая. Однако в Статьях конфедерации не были четко сформулированы функции национального правительства и основные принципы юридической системы, не говорилось о твердой валюте. Поэтому патриотически настроенные американские масоны обратились к модели федерализма, сложившейся в Братстве, чтобы укрепить мощь молодой нации. Независимые ложи, объединенные вокруг единого центра, – этот принцип был перенесен в сферу государственного устройства, и он же лег в основу Конституции США.
Многие делегаты Конституционного конвента 1787 г. читали труды видных философов того времени, например Локка, который считал, что правительство должно работать на основе контракта, заключенного с обществом. Иными словами, управляемые нанимают правителей и, если те не оправдают их надежд, могут расторгнуть контракт. Кроме того, делегаты читали Хьюма, считавшего республиканские идеи «опасным новшеством», Адама Смита, рассматривавшего государство как огромную рыночную площадь, и Монтескье, который в своей работе
Генри Клаузен[12], проводя параллели между принципами федерализма, заложенными в американскую Конституцию и в сеть масонских лож, пишет, в частности: «Не будет преувеличением сказать, что в тексте Конституции США отражены многие аспекты масонской идеологии и практики». И еще одна цитата:
Среди 55 делегатов Конституционного конвента были франкмасоны Бенджамин Франклин, которому исполнился уже восемьдесят один год, и Джордж Вашингтон (см. Приложение VIII). Вашингтон, шедший во главе американской армии на битвы с войсками самой могущественной мировой державы, прибыл на Конвент за день до его открытия и был единогласно избран его председателем. В течение четырех месяцев работы форума он не мог участвовать в дискуссиях, но рупором идей прославленного генерала стал его адъютант, губернатор Виргинии Эдмунд Рэндольф. Он, в частности, высказал мнение, что создавать новую Конституцию надо с чистого листа, а не переделывать Статьи конфедерации. Таким образом, именно франкмасон Вашингтон предложил выбросить за ненадобностью устаревшую конституцию.
Большинство делегатов были ярыми националистами. Некоторые сторонники Вашингтона и Франклина хотели свести к минимуму полномочия федерального правительства. Были среди делегатов и монархисты – например, Гамильтон. Рекламировала себя фракция аристократов, возглавляемая губернатором Пенсильвании Моррисом и его коллегой из Южной Каролины Джоном Ратледжем. Это крыло Конвента настаивало на том, чтобы в национальное правительство вошли исключительно те, в чьих жилах текла голубая кровь. Еще одна фракция, лидерами которой были представитель Пенсильвании Джеймс Вильсон и делегат от Виргинии Джеймс Мэдисон, отличалась чрезмерным популизмом. Националисты, в том числе и Эдмунд Рэндольф, отстаивали республиканские формы правления.
За усиление федеральной власти выступали немногие. Тем не менее Конвент одобрил принципы централизованного государственного правления, включающего в себя законодательную, исполнительную и судебную ветви власти. Отцом Конституции считают Джеймса Мэдисона, который часто гостил у Джефферсона в Монтичелло, в Виргинии. Мэдисон не только тщательно протоколировал все заседания Конвента, но и определял круг вопросов, подлежащих обсуждению. 29 мая по предложению Эдмунда Рэндольфа (а в сущности, по инициативе Джорджа Вашингтона) Конвент принял 15 резолюций, отменивших действие Статей конфедерации и провозгласивших формирование федерального правительства, наделенного важными полномочиями.
План, предложенный Мэдисоном, предусматривал создание двухпалатного парламента, то есть Конгресса. Члены нижней палаты избирались рядовыми гражданами, а верхней – депутатами нижней, из числа кандидатов, названных законодательными органами штатов. В обеих палатах количество депутатов от отдельных штатов регламентировалось численностью их населения. Однако 14 июня представители небольших штатов поддержали план Уильяма Патерсона, предусматривавший равноправие субъектов федерации. Мнения разделились. Одни ратовали за равноправие, другие – за пропорциональное представительство. Выход нашел Роджер Шерман, делегат от Коннектикута. Согласно его компромиссному решению, в палате представителей количество депутатов от каждого штата зависело от численности местного населения, но в верхней палате – сенате – соблюдалось полное равноправие.
План Шермана предстояло обсудить специальной комиссии, в которую вошли по одному представителю от каждого штата. 5 июля комиссия утвердила этот план, но возникла другая проблема, связанная с рабовладельческим Югом. Южане хотели, чтобы при подсчете населения их штатов учитывались помимо белых и все чернокожие рабы. Северяне, прекрасно понимая, что негры не имеют права голоса, настояли на том, чтобы учитывались лишь три пятых чернокожих жителей.
16 июля Конвент утвердил резолюцию о равном представительстве в сенате и пропорциональном – в нижней палате. К 26 июля делегаты приняли также план конституционной реформы: объявили недействительными Статьи конфедерации, взамен которых была предложена схема «более эффективного союза», и заявили о формировании трех ветвей власти: законодательной, исполнительной и судебной. Вашингтон заметил, что разделение этих ветвей означает одновременно и их тесное взаимодействие.
Затем Конвент передал комплексный план на рассмотрение специальной комиссии, которая занялась его детальной проработкой. Возглавлял ее представитель Южной Каролины Джон Ратледж. Эдмунд Рэндольф, который, как мы уже знаем, озвучивал идеи Джорджа Вашингтона, передал в комиссию проект Конституции, изложив вкратце ее основные положения, чтобы соотнести ее с требованиями времени. Он заметил при этом, что текст Основного закона написан простым общедоступным языком и отличается точностью формулировок. Иными словами, в Конституции нашли отражение общие принципы государственного устройства и прав граждан, и излишними деталями она не была перегружена.
Комиссия рассмотрела 18 полномочий Конгресса, высшего законодательного органа Соединенных Штатов, в том числе и его обязанность «вырабатывать и принимать все законы». Она также ограничила права штатов. Им, например, было запрещено чеканить свои монеты. Через десять дней комиссия уточнила детали, связанные с формированием федерального правительства.
Затем проект Конституции возвратили в Конвент, и с 6 августа по 10 сентября делегаты детально обсуждали каждую статью. 20 августа впервые состоялись дебаты на религиозной почве. Делегат Пинкни высказал мысль о том, что религиозные убеждения федеральных чиновников никак не должны быть связаны с их деятельностью. Между тем некоторые делегаты считали, что свобода совести – компетенция отдельных штатов, а не послание из центра.
Конвент, утвердив проект Конституции, передал его на доработку в комиссию, призванную стилистически довести текст до совершенства. К делу были привлечены маститые литераторы: Уильям Сэмюэль Джонсон (председатель комиссии), Моррис, Мэдисон, Руфус Кинг и Александер Гамильтон. Наибольший вклад в редактирование текста Конституции внес губернатор Пенсильвании Моррис, близкий друг Вашингтона. Он, в частности, изменил преамбулу Основного закона. Вместо фразы «Мы, народ Нью-Гемпшира и других штатов, утверждаем нижеследующую Конституцию, которая определяет государственное устройство нашей страны» он написал:
Эта преамбула и была включена в текст Конституции. Как видите, Моррис подчеркивает, что власть принадлежит народу. Его слова – вполне в духе лозунгов Английской революции, совершенной под предводительством Кромвеля. Моррис также внес в текст Конституции некоторые поправки, смягчившие ее категоричность и сделавшие ее более гибкой. В свою очередь франкмасон Руфус Кинг включил в текст дополнительный абзац, где говорилось о том, что штаты не имеют права принимать законы, которые противоречат законам федеральным или аннулируют их.
Конвент одобрил окончательный проект и 17 сентября зачитал и принял Конституцию (см. Приложение V). Вашингтон председательствовал на Конвенте, проходившем в Зале собраний штата Филадельфия (сейчас он называется Зал независимости, поскольку именно там была подписана знаменитая Декларация). На спинке стула, на котором сидел Вашингтон, была вырезана половина солнечного круга с изображением глаза и 13 лучей. Над этой резьбой – другая: усеченная пирамида. Вся эта композиция – масонская символика. Когда делегаты Конвента подписывали новую Конституцию, Бенджамин Франклин сказал, что солнце, изображенное на спинке стула Джорджа Вашингтона, не садится, а восходит. Восходит над новым государством. Конституцию подписали 39 из 42 делегатов, присутствовавших на заседании, после чего, как написал в своем дневнике Вашингтон, «все отправились в лучшую в городе таверну, устроили там праздничный обед и разошлись, весьма довольные друг другом».
К июлю 1788 г. Конституцию ратифицировали 9 штатов. Этого было достаточно для того, чтобы она, благодаря непререкаемому авторитету Вашингтона, вступила в силу. Фактически Вашингтон отменил старую конституцию и ратифицировал новую.
Федералисты, ратовавшие за независимость нового государства, приветствовали принятие Конституции. Однако им пришлось вступить в яростную полемику с антифедералистами, которых Конституция не устраивала, поскольку она, по их мнению, ущемляла права отдельных штатов. Особенно острые дебаты развернулись в Виргинии, где с резкой критикой Конституции выступили видные масоны Патрик Генри и Ричард Генри Ли. Они заявляли, что новый Основной закон – прямая угроза свободе личности, что многочисленная общенациональная армия может быть направлена против народа, что новые лидеры страны сосредоточили в своих руках слишком большую власть и что «великий и всемогущий президент» обожествляется как монарх. Мэдисон успешно опровергал эти измышления. Антифедералисты Виргинии требовали созвать Второй конституционный конвент, надеясь на отмену решений Первого. Кроме того, они требовали добавить к Конституции Билль о правах, который гарантировал бы неукоснительное соблюдение прав всех граждан.
После того как американские колонии избавились от владычества британской короны, федералисты намеревались в перспективе создать в Северной Америке единое государство наподобие Новой Атлантиды. Антифедералисты во главу угла ставили независимость отдельных штатов. Среди представителей обеих противоположных группировок было немало масонов, поэтому в Братстве произошел раскол. Следует заметить, что стремление защищать в первую очередь общегосударственные интересы в большей степени соответствует идеологии масонов, чем борьба за суверенитет своего штата. Не случайно большинство масонов были убежденными федералистами. Причем преобладали они в северных штатах, в то время как в южных штатах масоны придерживались противоположных взглядов. А главной причиной разногласий стал вопрос об отмене рабства. Богатые землевладельцы южных штатов добивались независимости от федерального центра просто для того, чтобы эксплуатировать на своих плантациях чернокожих рабов.
В XX в. среди историков развернулась оживленная дискуссия по поводу истинных мотивов, которыми руководствовались в своей деятельности отцы-основатели. После Войны за независимость и недолгого экономического бума в Америке наступила депрессия. Бизнес пришел в упадок, цены на товарную продукцию упали, доллар обесценился. Бизнесмены предпочитали вкладывать свои скудные доходы в недвижимость или в какие-либо товары, а не хранить деньги в банках. Многие фермеры влезли в долги. Число разорившихся достигло в 1786 г. рекордно высокой точки. Во время Войны за независимость по меньшей мере 80, а возможно и 200 тысяч американцев эмигрировали в Англию и Канаду. Это, конечно, подорвало экономику страны.
Чем же руководствовались творцы Конституции США? Хотели ли они изменить к лучшему жизнь в стране или просто стремились к власти и пытались обеспечить себе безбедное будущее?
Никаких свидетельств и доказательств того, что отцы-основатели преследовали свои личные цели, не существует. Наоборот, многое выглядит так, будто они хотели сформировать политическую систему, которая позволила бы центральной власти вывести страну из экономического кризиса и добиться всеобщего благосостояния. А поскольку отцы-основатели были масонами, они сочли наиболее эффективной модель управления, изложенную Андерсоном в
Уместно также спросить: не было ли у масонов тайного намерения захватить власть в стране и превратить Соединенные Штаты в свое государство? Если это так, то созыв Конституционного конвента можно считать заговором масонов, которые хотели покончить с чрезмерным суверенитетом отдельных штатов. Но тогда почему раскритиковали Конституцию такие видные масоны, как Патрик Генри и Ричард Генри Ли? Некоторые исследователи полагают все же, что созыв Конституционного конвента был началом государственного переворота, совершенного масонами в 13 бывших колониях. Дальше уже последовали принятие Конституции, формирование федеральных органов власти и учреждение поста президента США.
А вот еще вопрос: не масоны ли решили, кто станет первым Президентом Соединенных Штатов? Как раз в то время Джордж Вашингтон удалился от дел, уехал в Маунт-Вернон и предпочел домашний очаг большой политике. Между тем он был единственным государственным деятелем, достойным представлять США в глазах всего мира, и скромность только повышала его престиж. Вашингтона сравнивали с Люцием Цинциннатом, который в 458 г. до н. э. покинул свою ферму и, став диктатором Рима, за один день разбил неприятельское войско, после чего вернулся в деревню. Отцы-основатели свято чтили простой крестьянский труд, воспетый еще Вергилием в его
Можно с уверенностью сказать, что многие отцы-основатели, участвовавшие в Войне за независимость и впоследствии подписавшие Декларацию независимости, а затем Статьи конфедерации и позже Конституцию, были франкмасонами. Вот их список, составленный Рональдом Хитоном:
Арнольд, Бенедикт, генерал
Бедфорд, Ганнинг (подписал Конституцию)
Бейлис, Ходжа, офицер
Биддл, Эдвард (подписал Статьи Ассоциации)
Блэр, Джон (подписал Конституцию)
Брум, Якоб (подписал Конституцию)
Брэрли, Дэвид (подписал Конституцию)
Варнам, Джеймс Митчел, генерал
Вашингтон, Джордж, главнокомандующий войсками колонистов (подписал Статьи Ассоциации и Конституцию)
Вудфорд, Уильям, генерал
Вустер, Дэвид, генерал
Гилмэн, Николас (подписал Конституцию)
Гист, Мордехай, генерал
Гловер, Джон, генерал
Гритон, Джон, генерал
Дейтон, Джонатан (подписал Конституцию)
Дейтон, Илайес, генерал
Дикинсон, Джон (подписал Статьи Ассоциации, конфедерации и Конституцию)
Кинг, Руфус (подписал Конституцию)
Клинтон, Джеймс, генерал
Кэри, Ричард, офицер
Кэррол, Дэниел (подписал Статьи конфедерации и Конституцию)
Кэсуэлл, Ричард (подписал Статьи Ассоциации)
Лафайет, Мари-Жозеф де, генерал
Линкольн, Бенджамин, генерал
Лоренс, Генри (подписал Статьи конфедерации)
Макгенри, Джеймс, секретарь Вашингтона (подписал Конституцию)
Максвелл, Уильям, генерал
Маленберг, Джон Питер Габриел, генерал
Мерсер, Хью, генерал
Монтгомери, Ричард, генерал
Никсон, Джон, генерал
Нокс, Генри, генерал
Парсонс, Сэмюэль Холден, генерал
Патерсон, Джон, генерал
Патерсон, Уильям (подписал Конституцию)
Патнэм, Израэль, генерал
Патнэм, Руфус, генерал
Пейн, Роберт Трит (подписал Декларацию независимости и Статьи Ассоциации)
Пэлфри, Уильям, офицер
Робердо, Дэниел (подписал Статьи конфедерации)
Рэндольф, Пейтон, первый председатель Континентального конгресса (подписал Статьи Ассоциации)
Рэндольф, Эдмунд (адъютант Вашингтона)
Салливан, Джон, генерал (подписал Статьи Ассоциации)
Самнер, Джетро, генерал
Сент-Клер, Артур, генерал
Смит, Джонатан Байярд (подписал Статьи конфедерации)
Старк, Джон, генерал
Стоктон, Ричард (подписал Декларацию независимости)
Томпсон, Уильям, генерал
Уидон, Джордж, генерал
Уильямс, Отто Холланд, генерал
Уиппл, Уильям (подписал Декларацию независимости)
Уокер, Джон, офицер
Уолтон, Джордж (подписал Декларацию независимости) Фитцджеральд, Джон, офицер
Фрай, Джозеф, генерал
Франклин, Бенджамин, офицер (подписал Декларацию независимости и Конституцию)
Хамфрис, Дэвид, офицер
Хамфрис, Чарльз (подписал Статьи Ассоциации)
Харнетт, Корнелиус (подписал Статьи конфедерации)
Хоган, Джеймс, генерал
Хупер, Уильям (подписал Декларацию независимости и Статьи Ассоциации)
Хьюз, Джозеф (подписал Декларацию независимости и Статьи Ассоциации)
Хэнд, Эдвард, генерал
Хэнкок, Джон (подписал Декларацию независимости и Статьи конфедерации)
Штебен, барон, Фридрих Вильгельм фон, генерал
Эллери, Уильям (подписал Декларацию независимости и Статьи конфедерации)
Среди перечисленных здесь людей немало генералов, участвовавших в Войне за независимость. Есть также политики, подписавшие те или иные исторические документы. Как видите, здесь не упоминается Томас Джефферсон: когда работал Конституционный конвент, он находился в Париже. Нет здесь также Сэмюэля и Джона Адамсов, Патрика Генри, Ричарда Генри Ли, Пола Ревера и многих других известных политических деятелей, принимавших активное участие в борьбе Америки за независимость. Может быть, у составителя списка были свои соображения, своя специфическая информация. Сейчас, конечно, трудно выяснить все детали. Возможно, Джеймс Мэдисон и Александер Гамильтон вовсе не были масонами. Но они были рупорами идей Вашингтона, и это главная их заслуга.
И все же можно с уверенностью сказать, что после принятия Конституции Америка стала государством масонов. В 1789 г., когда по итогам выборов Джордж Вашингтон стал первым Президентом Соединенных Штатов, он являлся Великим Мастером ложи № 22 в Александрии, штат Виргиния. Масоном был и вице-президент США Джон Адамс. Президента к присяге приводил Роберт Ливингстон, Великий Мастер Великой ложи Нью-Йорка. Всей церемонией распоряжался генерал Якоб Мортон, тоже франкмасон. Другой генерал и масон Морган Льюис входил в состав почетного эскорта, сопровождавшего Вашингтона. Библия, на которой клялся Вашингтон, была публикацией нью-йоркского масонского издательства.
Трое из первых четырех членов кабинета, назначенных Вашингтоном, были масонами. Это Томас Джефферсон, возглавивший Министерство иностранных дел, Эдмунд Рэндольф, генеральный прокурор, и Генри Нокс, министр обороны. Министром финансов Вашингтон хотел назначить Роберта Морриса, но тот отказался, и президент предоставил этот пост своему бывшему адъютанту Александеру Гамильтону. Двадцать четыре генерал-майора и 30 из 33 бригадных генералов, служивших под командованием Вашингтона, были масонами. Поэтому можно с уверенностью сказать, что членом братства был и Гамильтон.
Как я уже говорил, из 56 подписавших Декларацию независимости 53, возможно, были масонами, причем в степени Мастера. Знаем мы также, что американская Конституция во многом копирует
Кстати, возможно, централизованное управление экономикой отдельных штатов, которого так добивались масоны, было связано с их стремлением сосредоточить значительные средства в казне братства.
В планировке Вашингтона – столицы Соединенных Штатов – заложены некоторые масонские символы. При строительстве было решено, что город займет территорию площадью около 10 квадратных миль. Столицу молодого государства пришлось возводить на севере страны, поскольку южные штаты постоянно заявляли о своем желании выйти из состава федерации. Место для будущего города выбрал в 1790 г. сам Президент США Джордж Вашингтон. Это был болотистый участок земли на границе штатов Виргиния и Мэриленд. В 1791 г. Вашингтон поручил заняться планировкой города масону Пьеру-Шарлю Ланфану – военному инженеру Континентальной армии. Территорию будущей столицы назвали «Округ Колумбия».
Ланфан, по совету Вашингтона, сделал визуальным центром города Капитолийский холм и решил, что из этой точки будут, словно спицы колеса, расходиться широкие авеню, а под прямым углом к ним пойдут улицы. В чертежах, представленных Ланфаном, кое-где угадывались катарские кресты – элементы символики масонов и тамплиеров. В 1792 г. Вашингтон отстранил Ланфана от работы, и его план частично переделали, но принцип «авеню и поперечные улицы» сохранился.
В 1795 г. отцы-основатели, среди которых, как мы уже знаем, было немало масонов, окончательно утвердили планировку улиц и главных зданий столицы. В результате, если всмотреться в панораму города с высоты птичьего полета, то можно рассмотреть масонские символы: циркуль, линейку, угольник, пентаграмму, пятиугольник и восьмиугольник. Впрочем, кое-что можно увидеть и бродя по городу. Эдвард Деккер советует взглянуть на Капитолий со стороны Молла[13]. Если представить, что его купол – головка циркуля, то Пенсильвания-авеню – левая ножка этого рабочего инструмента вольных каменщиков, и упирается она в Мемориал Джефферсона. А правая ножка – это Мэриленд-авеню. Пересечение Кэнэл-стрит и Луизиана-авеню – это имитация другого инструмента каменщиков – угольника. А за Капитолием есть круговая дорожка, от которой в разные стороны расходятся несколько коротких улочек. Это так называемая Козлиная голова. К северу от Белого дома можно увидеть (но только с вертолета) пересечение улиц, образующее перевернутую пятиконечную звезду, или пентаграмму. Такая звезда имеет тайный смысл в оккультных науках. Здесь ее луч, обращенный к югу, упирается в перекресток двух авеню – Коннектикут и Вермонт. Центр «пентаграммы» – это тот отрезок Шестнадцатой улицы, где в 13 кварталах к северу от Белого дома находится масонский храм.
Монумент Вашингтона, именуемый в просторечии «карандаш», расположен на одной оси с основанием масонского угольника, Капитолием и масонским храмом. Есть также версия, что некоторые важнейшие государственные учреждения – например, Министерство юстиции, Сенат США, Служба внутренних доходов и т. д. – соединены между собой воображаемыми линиями, образующими прямоугольный треугольник.
В общем, геометрический рисунок вашингтонской панорамы лишний раз подтверждает важную роль масонов в деле основания и становления нового государства.
Более того, масоны внесли свою лепту даже в официальный протокол. 18 сентября 1793 г., когда президент Джордж Вашингтон закладывал первый камень в фундамент Капитолия, он был одет как масон, явившийся на торжественный обряд. К тому же его окружали в основном члены Братства. Есть свидетельства, что он ловко орудовал угольником, уровнем и, разумеется, мастерком. Президент закладывал камень в полном соответствии с масонским ритуалом. Газета
Трудно сейчас сказать, насколько достоверна эта информация. Но если все было действительно так и Вашингтон открыто выступил как один из лидеров братства, то закладку углового камня в фундамент Капитолия можно смело считать самым значительным событием в истории американского масонства.
Вообще же при строительстве зданий федерального значения, включая и Белый дом, угловые камни всегда закладывались с соблюдением масонских ритуалов.
Когда Вашингтон умер, его похоронили в Маунт-Верноне (пригород столицы США) с масонскими почестями. Покров на гроб несли члены Александрийской ложи № 22. Сравнительно недавно, с 1923 по 1932 г., масоны создали от имени Братства Национальный мемориал Джорджа Вашингтона. Он построен в Александрии – городе, граничащем со столицей США. В нем хранятся реликвии, связанные с жизнью и деятельностью первого президента Соединенных Штатов и виднейшего масона. Это внушительная массивная трехъярусная башня с пирамидальным верхом, установленная на основании, украшенном колоннами. В Большом зале стоит статуя Вашингтона более 5 м высотой. Он предстает перед посетителями не как глава государства, а как Досточтимый Мастер. В Мемориале размещается и Музей Джорджа Вашингтона. Все это говорит о том, насколько высок был его авторитет в Братстве.
Что касается Джефферсона, то о связях с масонами свидетельствуют его архитектурные пристрастия. В 1794–1809 гг. он перестроил и значительно расширил дом в Монтичелло, штат Виргиния, где у него была плантация площадью 5 тысяч акров. В планировке и дизайне нового здания четко прослеживаются масонские традиции. В гостиной – восьмиугольные эркеры. Чайная комната примыкает к столовой, а спальня соседствует с кабинетом. Стена, обращенная на запад, увенчана куполом и напоминает фасад древнеримского храма в Ниме (Франция), построенного в I в. н. э. Кстати, в 1785 г. в Ричмонде в стиле этого же храма был возведен Капитолий штата Виргиния. В декоративном оформлении дома Джефферсона тоже прослеживаются традиции культуры Древнего Рима. В спальне повторяются детали фриза храма Фортуны. Интерьер гостиной вызывает ассоциации с храмом Юпитера-громовержца, а фриз с изображением Аполлона в северном внутреннем дворике почти скопирован с интерьера терм (бань) Диоклетиана. В той же гостиной в новом доме Джефферсона висели портреты знаменитых масонов-розенкрейцеров: Бэкона, Ньютона и Локка – по его мнению, «трех величайших людей, живших когда-либо на земле». Фриз в столовой лишний раз напоминал гостям о бренности жизни: игривые розетки чередовались со зловещими черепами. Смысл, который вложил Джефферсон в восьмиугольный купол и стоящее под ним скульптурное изображение храма, по официальной версии «неизвестен». Думаю, это миниатюрное здание олицетворяет обитель масонов, правда, некоторые его архитектурные детали выполнены, скорее, в стиле иллюминатов.
Итак, о причастности масонов к созданию независимой республики на североамериканском континенте было рассказано достаточно подробно. Подводя итоги, можно подчеркнуть, что в конце XVIII столетия республиканские идеалы передовых американцев были заимствованы ими из идеологического арсенала масонов, знаменем и символом которых стал Джордж Вашингтон. Его считали воплощением лучших человеческих качеств: чувства долга, доброты, мудрости, силы духа, умеренности во всем. В общем, Вашингтона идеализировали чрезвычайно.
Масоны заняли в Соединенных Штатах почти все руководящие посты. Их идея создать в Новом Свете демократическое государство воплотилась в жизнь. Считать ли это счастливым стечением обстоятельств, или же все шло по плану? Лично я полагаю, что Вашингтон, Франклин и другие отцы-основатели не только воспользовались франкмасонской моделью управления, изложенной в
Теперь рассмотрим вопрос, почему отцы-основатели не пошли по стопам отцов-первопоселенцев, не разделив их отношение к религии. Церковь, как полагали лидеры первых колонистов, должна быть одновременно и государством. А отцы-основатели были масонами, которые смотрели на религию совсем по-другому.
Джон Уинтроп в своей проповеди
Когда обсуждался проект Конституции, Уильям Уильямс, делегат от Коннектикута, упрекнул отцов-основателей в том, что они предают дело, начатое отцами-пуританами, так как не желают создать христианское государство, которое стало бы со временем «Городом на холме». Вот какую преамбулу предложил Уильямс:
«Мы, народ Соединенных Штатов, горячо верим в существование единого и истинного Бога, творца и повелителя нашего мира. Верим в Его провидение и во власть Его законов, которым мы должны неуклонно следовать. Мы отчитываемся перед Богом за свои действия, за свое поведение. Бог избирает тех, кто должен нами править…»
Однако отцы-основатели, в отличие от отцов-первопоселенцев, не собирались подчинять государство Церкви. Преамбула Уильямса была, естественно, отвергнута. Но почему все же на смену отцам-пуританам за сравнительно короткий исторический период пришли отцы-основатели – по сути, безбожники? Фрэнк Ламберт объясняет такую трансформацию следующим образом:
Отделив Церковь от государства, отцы-основатели на деле предоставили гражданам страны свободу вероисповедания. Таким образом, осуществилось равноправие представителей всех конфессий. Равноправными гражданами стали и атеисты. Как считал Джеймс Мэдисон, который вел протоколы заседаний Конституционного конвента и к чьему мнению прислушивались все делегаты, Конституция гарантировала гражданам свободу совести, исключив вмешательство правительства и властей всех уровней в религиозную жизнь страны. Вслед за Джоном Уитерспуном, делегатом Второго континентального конгресса (1775) и единственным священнослужителем, подписавшим Декларацию независимости, Мэдисон назвал Америку райской обителью религиозных свобод именно потому, что Церковь была отделена от государства. В свое время Уитерспун и Джефферсон десять лет боролись за разделение светских и церковных властей в Виргинии. Их дело не пропало даром. В 1785 г. в Виргинии была юридически закреплена свобода совести. Впрочем, их задачу облегчила особая ситуация, сложившаяся в этой колонии. На протяжении предыдущих сорока лет в Виргинию стекались тысячи религиозных диссидентов, не признававших англиканскую церковь. Причины такого вавилонского столпотворения толком не известны, но факт остается фактом.
После ратификации Конституции Церковь в Соединенных Штатах оказалась совсем не в таком положении, как в Англии. В бывшей метрополии еще Елизавета выпустила указ, согласно которому англиканская церковь контролировалась королем и парламентом. Получалось нечто вроде государственной (или национальной) Церкви. А отцы-основатели решили, что причастность граждан к религии – дело добровольное. Представители всех конфессий могут свободно совершать соответствующие религиозные обряды и даже вербовать новых прихожан. В Конституции не была отражена точка зрения Эзры Стайлза, считавшего Соединенные Штаты «Американским Израилем, избранным Богом», а Джона Уинтропа – «основателем общества, где царствует истинная вера».
Через два года после ратификации Конституции виргинские федералисты согласились с возросшими требованиями принять в дополнение к Основному закону Билль о правах. В сентябре 1789 г. Мэдисон предложил 12 поправок к Конституции. В декабре 1791 г. 10 из них были приняты. Эти поправки, частично урезавшие полномочия федеральных органов власти и гарантировавшие свободу личности, и составили Билль о правах. Например, Первая поправка касалась, в том числе, и религии. В ней говорилось: «Конгресс не должен издавать законов, устанавливающих какую-либо религию или запрещающих ее свободное вероисповедание». Это означало, что государство должно стоять в стороне от религиозной жизни страны. Все религии и секты могут свободно конкурировать друг с другом, борясь за души верующих. Здесь отцы-основатели были солидарны с Адамом Смитом, который в своем фундаментальном труде
Многие до сих пор недоумевают, почему в Конституции США ничего не говорится о добродетелях, о нравственности, ведь в Америке, как и в Англии, нравы в те времена были пуританскими. На этот счет существует мнение, что политическое устройство страны не имеет никакого отношения к вопросам морали, продиктованной естественным законом Природы, и, следовательно, Конституция не может быть сводом библейских заповедей. В
Итак, Соединенные Штаты стали светским государством – не воинственно атеистическим, но все же светским. Тем не менее большинство американцев оставались образцовыми христианами и исправно посещали воскресные службы. Есть свидетельства, что на деистов, даже на таких уважаемых людей, как Джефферсон и Мэдисон, поглядывали с опаской и осуждением. Да и все масоны по своему мировоззрению были очень далеки от простых американцев. И не только от простых. Во время президентской предвыборной кампании 1800 г. Уильям Линн, священнослужитель Голландской реформаторской церкви, в своих выступлениях воздавал хвалу Джефферсону как политику, но одновременно призывал избирателей не голосовать за него, поскольку он не чтил Христа. Линн говорил:
Несмотря на подобные филиппики, победил тогда на выборах именно Джефферсон, ставший третьим президентом США.
«Тамплиерам» эпохи Просвещения были глубоко чужды и мировоззрение пуритан, и елизаветинский феодализм, обосновавшийся в Новом Свете вместе с первыми колонистами, и испанский ярый католицизм. Отсюда – их отказ от идеологического наследия, оставленного отцами-первопоселенцами. Отцы-основатели были масонами и деистами. Поэтому созданные ими Соединенные Штаты стали масонским государством, где правил разум, а не слепая вера. Это государство толерантно относилось ко всем религиям, но ни одну из них не поддерживало. И, совершив в бывших колониях государственный переворот, отцы-основатели сделали так, что об отцах-первопоселенцах стали постепенно забывать.
Но пережитки феодальных отношений, унаследованные от Англии Елизаветинской эпохи, давали о себе знать вплоть до Гражданской войны, когда сторонники феодализма, в том числе и масоны, получили сокрушительный отпор. Сегодня американский Юг – это регион со своими специфическими чертами и аристократическими династиями, представители которых хотели бы снова получить плантации и рабов. Но прошлого не вернешь.
Южные штаты все еще олицетворяли елизаветинскую Англию с ее феодальной системой землевладения. Эти традиции перекочевали в Новый Свет в 1607 г. вместе с адмиралом Ньюпортом, Бартоломью Госнолдом и другими лидерами первых колонистов. Правда, американский феодализм отличался от английского. В Новом Свете земля принадлежала не потомственным аристократам, а тем, у кого вовремя нашлись деньги. Самые первые поселенцы могли рассчитывать на участок площадью до 50 акров. Так, во всяком случае, решила в 1618 г. Виргинская компания, руководствуясь Кодексом Дейла. Американскими аристократами стали чудом выбившиеся из нужды фермеры, наемные работники, мелкие землевладельцы и искатели приключений. Они громко заявили о себе примерно в 1700 г. Новое колониальное дворянство обосновалось в Виргинии. Табачные плантации приносили неплохой доход, тем более что труд чернокожих рабов, можно сказать, не оплачивался. В 1860-х гг., во время Гражданской войны в США, правительство конфедератов (то есть южан) на девять десятых состояло из сельских жителей, ставших плантаторами и убежденными сторонниками рабства, хотя во всем мире подобные убеждения считались неприемлемыми.
Таким образом, Юг Соединенных Штатов шел не таким путем, как Север. Традиции феодальной Англии оказались живучими. Как говорится в книге Роллина Остервейса
Европейский романтизм – это реакция интеллектуальной элиты на революционные бури, пронесшиеся в XVIII столетии над Старым и Новым Светом. Представители этого течения пытались сформировать новые духовные и эстетические ценности, наподобие тех, что можно найти в романах и поэмах сэра Вальтера Скотта (масона, между прочим). Романтиков вдохновляли рыцарские времена и сельская буколика. Примерно такие же чувства испытывали многие южане, даже далекие от литературы. В свое время им удалось обжить незнакомые земли, справиться с дикой природой и с коварными индейцами, а теперь они, достигнув благополучия и спокойствия, хотели уйти от скуки однообразной жизни на своих плантациях.
Их особняки казались им средневековыми замками, а добродушные землевладельцы на лошадях – храбрыми рыцарями. Цикл поэм Теннисона о короле Артуре
После 1787 г. большую помощь федеральным властям оказывали масонские ложи Шотландского ритуала. Их члены стремились воплотить в жизнь республиканские идеалы своих французских собратьев. В этих ложах, кстати, были установлены 32 степени отличия, в то время как у английских масонов существовали только три. Такая многоступенчатость способствовала популярности шотландских лож среди американцев. Даже простой человек мог довольно быстро подниматься вверх по иерархической лестнице и повышать таким образом свой общественный статус. В 1801 г. американские масоны ввели у себя и 33-ю степень, наивысшую. Это событие произошло в ложе Чарльстона – города в Южной Каролине.
Британцы между тем отправили в Нью-Йорк Джона Джеймса Джозефа Гургаса – с тем чтобы он основал в Америке закрытые (тайные) ложи Шотландского ритуала, которые в глазах Братства считались бы профранцузскими, но на самом деле вели бы подрывную деятельность в пользу Англии, в 1812–1814 гг. снова воевавшей с Соединенными Штатами. Маскировать свои истинные цели и оказывать тайные услуги сильным мира сего – вполне в духе масонства и в лучших традициях Адама Вейсгаупта.
К 1813 г. Гургас успел основать пять лож. Одна из них называлась Верховный совет Генеральных инспекторов 33-й степени. Летом 1813 г. Эмануэль де ла Мотта, член Высшего совета от Чарльстона, приехал в Нью-Йорк, ознакомился с деятельностью этих пяти лож и что-то заподозрил. Он решил посоветоваться с руководителями Чарльстонской ложи, которые сообщили ему, что, проясняя ситуацию, он должен действовать крайне осторожно. 5 августа 1813 г. де ла Мотта подписал с Гургасом договор о разделе территорий. Согласно договору, Север страны становился так называемой Северной (или английской) юрисдикцией масонов, соблюдавших Шотландские ритуалы. Их главная ложа находилась в Бостоне. А Чарльстон был объявлен центром Южной (или французской) юрисдикцией той же ветви масонства.
Хотя в войне 1812–1814 гг. Британия потерпела поражение и заключила с Соединенными Штатами Пакт о ненападении, она не оставила надежд вернуть себе бывшие заокеанские колонии. Через своих людей в масонских ложах США англичанам удалось в какой-то мере распоряжаться богатствами экономически развитых северо-восточных штатов. А вот американский Юг, где богатство измерялось по числу чернокожих рабов, был им пока неинтересен. Для того чтобы Британия установила экономический контроль над южными штатами, нужно было для начала отменить рабство. И у англичан созрел план: расколоть Америку на два лагеря – Север против Юга. Яблоком раздора станет, естественно, вопрос об отмене рабства. Север должен победить, и тогда экономика и финансы всех Соединенных Штатов будут находиться под незримым контролем Британии.
Ключевая роль в осуществлении этого плана была отведена семье Ротшильдов. Как нам уже известно, Майер Амшель Ротшильд финансировал в 1770-х гг. орден иллюминатов Вейсгаупта. К моменту смерти, в 1812 г., он считался самым богатым человеком в истории нашей цивилизации. У него осталось пятеро сыновей, которым принадлежало пять европейских банков: в Лондоне, Париже, Франкфурте, Вене и Неаполе. Семейство Ротшильдов во многом определяло политику Британии, Франции, Германии, Австрии и Италии.
Ротшильды намеревались учредить в Америке центральный банк. Второй Американский банк, основанный в 1816 г. Джеймсом Мэдисоном, в 1836 г. лопнул. Внук Майера Амшеля, Лайонел, вместе со своим сыном Джеймсом взялся финансировать в запланированном расколе и Север, и Юг США. Лайонелу Ротшильду, жившему в Лондоне, доверили вести дела на Севере Соединенных Штатов и в Канаде, которая тогда была британской колонией. (Любопытный факт: уже позже, в 1875 г., Лайонел, по просьбе премьер-министра Великобритании Дизраэли, перекупил за 4 млн фунтов у правителя Египта Исмаила-паши Суэцкий канал, продемонстрировав всему миру могущество своей династии.) Джеймс Ротшильд, живший в Париже, проворачивал финансовые операции на Юге США, где были свои интересы у французского императора Наполеона III.
Ротшильды вели дела на Севере через Огюста Бельмона. Его настоящее имя – Август Шонберг. Он был родственником франкфуртских банкиров Зелигманов. В 1837 г. его послали в Штаты, где он возглавил один из нью-йоркских банков и, чтобы придать себе вес в обществе, активно скупал государственные ценные бумаги. Позже Бельмон стал финансовым советником президента США. В 1857 г. в Лондоне прошел съезд масонов, созванный иллюминатами Мадзини (об этом человеке расскажем ниже). Его делегаты решили, что вооруженный конфликт между Севером и Югом США неизбежен, после чего Лайонел Ротшильд и сделал Бельмона своим эмиссаром. Он также привлек к сотрудничеству Джея Кука, братьев Зелигман и фирму «Шпейер и К0».
Джеймс, сын Лайонела, контролировал Юг. Его посредником стал давний агент Ротшильдов Джуда Бенджамин, один из владельцев юридической конторы «Слайделл, Бенджамин и Конрад», находившейся в штате Луизиана. Позднее, в 1862 г., он стал Государственным секретарем Конфедерации, а его деловой партнер Джон Слайделл (дядя жены Бельмона) был назначен послом Конфедерации[14] во Франции.
Дочь Слайделла была замужем за бароном Фредериком д’Эрланже, жившим во Франкфурте. Он, в свою очередь, был дальним родственником Ротшильдов и часто выполнял их поручения. Вполне естественно, что Слайделл, представляя интересы американского Юга, брал у барона деньги для финансирования Конфедерации.
В итоге Ротшильды сплели обширную сеть. Под их финансовым контролем оказались и северные, и южные штаты Америки. На Севере они действовали через Бельмона, впоследствии ставшего советником президента, а на Юге – через Бенджамина, госсекретаря Конфедерации, а также через связку «Слайделл – д’Эрланже».
В 1851 г. Джузеппе Мадзини, возглавлявший с 1834 г. орден иллюминатов и имевший связи с видным британским политиком лордом Пальмерстоном, начал разжигать в Америке пожар гражданской войны. На всей территории Соединенных Штатов стали создаваться повстанческие группировки, решительно выступавшие против отмены рабства. С этой целью Мадзини отправил в Америку своего ближайшего помощника Адриано Лемми и венгра Луиса Кошута. Они быстро основали в Штатах несколько масонских лож под общим названием «Молодая Америка» – по аналогии с «Молодой Италией», сетью лож, основанных Мадзини на Апеннинах. Штаб-квартирой «Молодой Америки» стала ложа № 133 в Цинциннати.
Лемми со временем вернулся в Лондон, но Кошут остался в Штатах. Он ездил по всей стране, заводя связи в многочисленных масонских ложах. Когда в 1852 г. демократы выдвинули на пост президента кандидатуру Франклина Пирса, Кошут пообещал ему всестороннюю поддержку «Молодой Америки». Но при этом поставил условие: в случае победы на выборах Пирс должен назначить на ключевые посты в кабинете министров определенных людей. Кандидатуры этих «выдвиженцев» подбирал Мадзини – причем с таким расчетом, чтобы столкнуть интересы будущих министров и спровоцировать правительственный кризис. Пирс не был масоном и не имел никакого понятия о тайных планах Кошута и «Молодой Америки». Мадзини записал в своем дневнике:
В 1853 г. Пирс стал президентом США и по подсказке иллюминатов, ничего не подозревая, сформировал кабинет министров из людей прямо противоположных убеждений. В одной команде оказались вместе с плантаторами с Юга предприниматели и промышленники с Севера. Пирс назначил Главным прокурором Калеба Кашинга. Тот был масоном и играл заметную роль в северной сфере полномочий Братства. Он и стал архитектором гражданской войны. Кашинг писал хлесткие памфлеты, обличающие рабовладельцев, и переводил аболиционистам (сторонникам отмены рабства) деньги, полученные им от своего собрата, британского банкира Джорджа Пибоди. А радикальное крыло аболиционистов открыто выступало за разрыв с Южными штатами и, более того, за ликвидацию федеративного союза. Следовательно, лондонские банкиры-масоны, финансируя северян-аболиционистов, на самом деле играли на руку южанам-рабовладельцам, которые добивались развала Федерации и уже готовили мятеж. Пибоди, видимо, понял двусмысленность ситуации и вскоре перепоручил распределение своих средств крупнейшему американскому банкиру Дж. П. Моргану.
А в Лондоне за финансовой деятельностью Пибоди присматривал Джордж Сандерс, сотрудник консульской службы США, устроившийся туда по протекции президента Пирса. Не будучи членом братства, Сандерс, тем не менее, разделял революционные идеи масонов. 21 февраля 1854 г. он собрал у себя дома гостей. Это были Мадзини, Гарибальди, Кошут, Арнольд Руге, редактировавший журнал революционного направления, связанный с масонской организацией «Молодая Германия», а также Карл Маркс, Александр Герцен, посвятивший в члены одной из лож <Молодой России», основанных Мадзини, Михаила Бакунина. Присутствовал также Джеймс Бьюкенен, ставший в 1857 г. 15-м президентом США. Пятеро из восьми собравшихся были втянуты в назревавшую гражданскую войну, во время которой Сандерс, воевавший на стороне конфедератов, не раз ходил в разведку через линию фронта.
Калеб Кашинг подготовил почву для того, чтобы британцы установили контроль над Южной юрисдикцией масонских лож Шотландского ритуала, устав которых они переняли у французских собратьев. С этой целью он привлек к сотрудничеству Альберта Пайка, бывшего директора школы в его родном городе Ньюберипорт, штат Массачусетс. Через две недели после назначения Кашинга на пост генерального прокурора, 20 марта 1853 г., он отправил Пайку, жившему тогда в Литл-Роке, штат Арканзас, письмо с приглашением приехать в Чарльстон, чтобы Альберт Галлатин Маккей посвятил его в масоны 32-й степени и снабдил важными инструкциями. Впоследствии Пайк удостоился и наивысшей степени, то есть 33-й, а в 1859 г. масоны Шотландского ритуала избрали его Верховным главнокомандующим Высшего совета Южной юрисдикции.
Необходимо подробнее остановиться на том, каким образом Кашинг и Пайк подтолкнули Америку к гражданской войне.
В Северной юрисдикции активно работали британские лазутчики, а ее политику определял опытный шпион, масон 33-й степени Дж. Дж. Гургас. По некоторым сведениям, в 1854 г. он помог Киллиану ван Ренселаеру основать в Цинциннати, штат Огайо, орден рыцарей Золотого круга. Впрочем, существует мнение, что этот орден организовал Джордж Бикли. Он создал его в том же, 1854 г. в рамках Южной юрисдикции. Но все исследователи сходятся в одном: именно масоны подняли на Юге страны мятеж против федерального правительства и его сторонников – северян. «Золотой круг» означал следующее. В планы сепаратистов входило создание так называемой Империи рабства. Ее географическим центром стала бы Гавана, а вокруг этого кубинского города в радиусе 1200 миль расположились бы рабовладельческие государства, включая Южные штаты США, Мексику, страны Центральной Америки, Вест-Индии и северных регионов южноамериканского континента. Эта империя стала бы главным в мире производителем хлопка, сахара и табака и могла бы затмить по своему могуществу и роскоши Древний Рим. К 1858 г. новый масонский орден разработал свою символику и ритуалы – в частности, обряд посвящения в рыцари. Поскольку многие южане зачитывались романами и поэмами Вальтера Скотта, орден быстро завоевал популярность.
Столь же быстро рыцари подчинили себе масонов «Молодой Америки» и стали полувоенной организацией, готовящейся к серьезному вооруженному конфликту. Ложи нового ордена уже действовали не только в Огайо, но и в Индиане, Иллинойсе, Мэриленде, Виргинии, на побережье Мексиканского залива. Масоны и тамплиеры ездили по разным городам, открывая новые «замки» (филиалы) и вербуя новых братьев. Один крупный филиал был открыт Джоном Квитменом в Джексоне, штат Миссисипи, другой – Альбертом Пайком в Новом Орлеане. (Кстати, именно через этот филиал в Соединенные Штаты уже после гражданской войны проникла итальянская мафия, созданная Мадзини внутри ордена иллюминатов.) Южанам, с их романтическим мировоззрением, пришлись по душе бедные странствующие рыцари, творящие добрые дела.
Калеб Кашинг столкнул интересы северян, противников рабства, и южан, его защитников. Генеральный прокурор убедил администрацию президента Пирса утвердить закон от 1854 г., согласно которому штат Небраска был разделен на два штата – собственно Небраску и Канзас, а их жителям предстояло решить, сохранить рабство или нет. Возникшая конфронтация привела к многочисленным убийствам, совершенным сторонниками рабовладельческого строя. В свою очередь, аболиционисты тоже не стеснялись в средствах и под руководством Джона Брауна чинили кровавые расправы над своими противниками. Браун с 1824 по 1830 г. был мастером-масоном ложи № 68 в Хадсоне, штат Огайо, а затем отрекся от членства в Братстве. Кашинг считал его самой подходящей фигурой для того, чтобы спровоцировать восстание и при этом не бросить тень на масонов: Браун порвал с Братством, следовательно, оно останется вне подозрений. В годы правления администрации Пирса Браун сблизился с активистами «Молодой Америки», а финансовую поддержку ему оказывал один из богатейших банкиров и промышленников Америки Джон Якоб Астор, тесно связанный с масонами Бостона и Нью-Йорка. Получив инструкции от Кашинга, Браун, непримиримый аболиционист, стал вплотную готовиться к гражданской войне.
В январе 1857 г. новым президентом США стал Джеймс Бьюкенен, тоже франкмасон. А новым Верховным главнокомандующим Южной юрисдикцией масонов Шотландского ритуала должен был стать, по всеобщему мнению, Джон Квитмен. Однако 17 июля 1858 г. он внезапно скончался. Судя по всему, его отравили. На этот пост выбрали Пайка, ставленника Кашинга, который и возглавил мятеж южан-сепаратистов.
Со временем Пайк стал самым влиятельным масоном в мире. Он одновременно обладал несколькими почетными титулами: Великий Мастер Центрального Директората в столице США, возглавлял Высший совет в Чарльстоне, Южная Каролина, был понтификом Всемирного масонского братства. Пайк являлся также Великим мастером ложи Люцифера, входившей в орден Палладия (название этого ордена связано не с Афиной Палладой, а со словом
Но эти лавры Пайк заслужил позже, а пока он готовил восстание Южных штатов против федеральных властей. Формально его деятельность не выходила за рамки компетенции масонских лож. Поэтому все держалось в секрете. Большинство политических и военных лидеров конфедератов тоже были масонами и безоговорочно подчинялись Пайку. Руководил он и рыцарями Золотого круга.
Южные штаты стремились стать абсолютно независимыми государствами, которые сами могли бы решить, сохранить или отменить рабство. Но федеральное законодательство ограничивало их права. Само слово «конфедерация» вызывало у южан ностальгию по тем временам, когда еще не было Конституции и жизнь в Америке текла по законам, содержащимся в статьях Конфедерации.
Новый президент Бьюкенен назначил на ключевые посты в правительстве тех, кто уже был готов поднять на Юге мятеж. Генеральным прокурором стал масон Эдвин Стэнтон. Министром финансов – тоже масон, Хоуэлл Кобб из Джорджии. В марте 1860 г. он удостоился 33-й степени в масонской иерархии и поставил Пайка во главе сепаратистов своего штата. Кобб также доверил Пайку председательствовать на конвенте, созванном в Монтгомери (Алабама), который официально объявил об образовании Конфедерации Южных штатов. Министром обороны Бьюкенен назначил масона Джона Флойда, члена ложи св. Иоанна № 36 в Ричмонде (Виргиния). В 1860 г. Флойд продал Уильяму Гифту, губернатору штата Южная Каролина, 10 тысяч армейских винтовок из федерального арсенала. Оружие, естественно, попало в руки сепаратистов. Во время Гражданской войны Флойд сражался на стороне конфедератов в звании бригадного генерала.
Вице-президентом при Бьюкенене стал тоже масон – Джон Брекинридж из Кентукки. В 1860 г. он был делегатом общенационального Съезда демократической партии, проходившего в Чарльстоне – городе, где размещалась штаб-квартира масонов Южной юрисдикции. А председательствовал на съезде Калеб Кашинг, один из лидеров Северной сферы полномочий. По его инициативе делегаты от пяти южных штатов: Алабамы, Техаса, Луизианы, Миссисипи и Флориды – покинули форум и вскоре созвали съезд демократов-сепаратистов. Кашинга выбрали председателем, а кандидатом на пост президента выдвинули Брекинриджа, которому 28 марта I860 г. Пайк присвоил 33-ю степень масонства.
18 мая I860 г. республиканцы на своем съезде утвердили на пост президента кандидатуру Авраама Линкольна, человека, совершенно далекого от масонства, который в ноябре и победил в этой гонке. Судя по всему, Пайк начал борьбу за независимость Южных штатов с момента избрания Линкольна.
20 декабря 1860 г. о своем выходе из Федерации первой заявила Южная Каролина. В тот же день к ней примкнул штат Миссисипи. Бьюкенен до инаугурации Линкольна все еще оставался действующим президентом, и его министр обороны Джон Флойд отправил в недостроенные форты Юга 124 тяжелых орудия, чем воодушевил повстанцев.
22 декабря из состава Федерации вышла Флорида, которой руководил сенатор Дэвид Леви Юл, член масонской ложи Хейворда № 7 в Гэйнсвилле (Флорида). Алабама отделилась 24 декабря, а 2 января 1861 г. за ней последовала Джорджия, где ведущие роли сыграли два масона – Хоуэлл Кобб, бывший при Бьюкенене министром финансов, и Роберт Тумбс, ставший первым Государственным секретарем Конфедерации (после Гражданской войны ему присвоили 33-ю степень масонства). Отделение Луизианы инициировали два масона – Джон Слайд ел и Пьер Суль, которым после войны также присвоили 33-ю степень. Тысячи хорошо вооруженных рыцарей Золотого круга вынудили губернатора Техаса Сэма Хьюстона, тоже масона, заявить в феврале 1861 г. о выходе этого штата из состава Федерации.
Инаугурация Линкольна состоялась 4 марта 1861 г. Когда он приехал на эту церемонию в Вашингтон, генерал Уинфилд Скотт предотвратил попытку Рыцарей убить нового президента. Линкольн, кстати, отличался излишней доверчивостью. Например, он совершил ошибку, назначив министром обороны масона Эдвина Стэнтона, который вскоре оказался замешанным во втором покушении на него.
12 апреля 1861 г. генерал Борегар, франкмасон, член ордена рыцарей Золотого круга и родственник Джона Слайдела, политического лидера штата Луизиана, получил приказ внезапно атаковать форт Самтер, гарнизон которого состоял из солдат и офицеров правительственных войск. Так началась Гражданская война.
К Конфедерации сепаратистов присоединились еще четыре штата: Арканзас, Северная Каролина, Теннесси и Виргиния. Столицей Конфедерации стал Ричмонд (Виргиния). Теперь из состава Федерации вышло уже 11 штатов.
На знамени конфедератов красовалось 13 звезд. Число 13 – элемент масонской символики. Оно напоминает Братству о печальной дате: в XIV в. именно 13-го числа, в пятницу, начались гонения на тамплиеров. И все, кто видел этот флаг, должны были знать, что мятеж против федералов подняли рыцари-храмовники, лидеры Южной юрисдикции.
Брекинриджа к тому времени избрали сенатором США от штата Кентукки. Но с началом Гражданской войны он поддержал южан, и из сената его, естественно, исключили. Президент Конфедерации, масон Джефферсон Дэвис назначил Брекинриджа своим военным министром.
Итак, началась Гражданская война. Британские масоны-банкиры, и в особенности Ротшильды, финансировавшие ранее сепаратистов, теперь предложили свои услуги Линкольну – правда, с тем условием, чтобы он разрешил им открыть в Америке Центральный банк. Линкольн не согласился: он понимал, что проценты по кредитам будут слишком высоки.
Однако война требовала от северян немало денег. По решению Линкольна государство заняло у населения 450 млн долл. – в обмен на ценные бумаги, которые были выпущены в феврале – марте 1862 г. и в марте 1863 г. Погашать эти бумаги начали только с 1865 г. Сумма, указанная на них, выплачивалась из расчета три доллара к одному серебряному доллару. В итоге северяне обошлись без Ротшильдов и других британских банкиров.
Британия и Франция, узнав от Ротшильдов, что Линкольн собирается выпустить государственные облигации, решили принять меры и стали угрожать США войной. В 1861 г. Британия направила в Канаду восьмитысячный экспедиционный корпус. А французские и испанские войска высадились на побережье Мексики около Веракруса – под вымышленным предлогом, будто бы Франция и Испания собирались заставить мексиканское правительство погасить внешние долги. 10 июня 1863 г. французский генерал Эли-Фредерик Форе вошел с 30-тысячной армией в Мехико. Затем он оккупировал большую часть территории страны, и Мексикой начал править ставленник Франции – Максимилиан, брат австрийского императора Йозефа I. Конфедераты попросили Наполеона III оказать им военную помощь, а в обмен на эту услугу обещали отдать Франции Луизиану и Техас.
Линкольн прекрасно понимал, что военная угроза означает одно: на него хотят надавить, чтобы он разрешил Ротшильдам основать в Соединенных Штатах Центральный банк. Тогда он обратился за помощью к России, и русский император Александр II оказал ему поддержку – отправил в Нью-Йорк и Сан-Франциско крупные флотилии, отдав их под командование американского президента. В 1861 г. в России было отменено крепостное право, и Линкольн, желая укрепить союз с Александром II, 1 января 1863 г. издал Манифест об освобождении рабов.
Но главной задачей Линкольна было не уничтожение рабства, а защита Севера и ослабленной Федерации от натиска южан. Вот что он сказал 22 августа 1862 г.:
Какими бы мотивами ни руководствовался Линкольн, но так или иначе союз с Россией очень помог ему. Британцы и французы не собирались воевать с русскими и вывели свои войска с североамериканского континента. Между тем европейские масоны-банкиры не теряли надежд основать в Штатах подотчетный им Центральный банк. Их агент разослал письма крупнейшим американским финансистам, среди которых было немало масонов. 3 своих посланиях он предупредил американских собратьев, что государственные облигации ударят и по их интересам, а некоторые банки разорятся.
Но Линкольн твердо проводил свою финансовую политику. В 1863 г. Конгресс принял Закон о национальном банке. Это финансовое учреждение подчинялось федеральному центру и получило право печатать денежные банкноты США. Централизованное управление финансами Соединенных Штатов, введенное Линкольном, не вызвало восторгу Ротшильдов. Закон о Национальном банке был подготовлен Салмоном Чейзом, министром финансов в правительстве Линкольна. В честь него назван «Чейз Манхэттен банк», основанный Дэвидом Рокфеллером.
Теперь европейские денежные воротилы переключились на поставки оружия южанам. Эти операции приносили огромные доходы, несмотря на то что флот северян блокировал морские порты. Томас Хаус, отец которого был агентом Ротшильдов в Англии, сколотил целое состояние, тайно перевозя оружие из Великобритании в Техас. В этом деле ему помогал сын, масон 33-й степени, присвоивший себе к тому же звание полковника, а впоследствии ставший советником американского президента Вудро Вильсона.
Итак, план Ротшильдов сорвался. А Гражданская война в Америке продолжалась. Шли крупные сражения, проливалась кровь. Вооруженные силы южан возглавлял харизматичный Роберт Ли. В глазах окружающих он был легендарным королем Артуром, а город Ричмонд, столица Конфедерации – его Камелотом[15]. Плечом к плечу с Ли сражался генерал Пайк, которого всегда охраняли рыцари Золотого круга. Однако инициатива переходила к северянам. Южане стали терпеть одно поражение за другим. В 1862 г. пал Новый Орлеан, в 1863 г. – Виксберг. В 1864 г. северяне разгромили конфедератов в штате Атланта, а в 1865 г. взяли Ричмонд.
Ротшильды, впрочем, добрались со временем до Америки: в начале XX века они организовали Федеральную резервную систему США.
В ходе Гражданской войны Линкольн одержал победу над масонами-сепаратистами. Но, как и Джордж Вашингтон, он был деистом и не придерживался никакого вероисповедания. Это могло обернуться для него серьезными проблемами. И хотя он посещал пресвитерианские церкви в Спрингфилде, позже в Вашингтоне многие догадывались о его истинных убеждениях. Однажды Линкольну пришлось объяснить, почему он не религиозен:
«Если я когда-либо увижу в какой-нибудь церкви надпись над алтарем, которая будет гласить, что единственная обязанность прихожанина – следовать заветам Спасителя и чтить Закон, я приму эту веру. И пусть там будет написано: «Возлюби Господа всем сердцем, всей душой и всем разумом и возлюби своего ближнего, как самого себя». И я возлюблю эту церковь всем сердцем и всей душой».
В общем, Линкольн не был ни христианином, ни масоном. Его позиция находилась, если можно так выразиться, на нейтральной полосе. Однако масоны его ненавидели: он помешал им захватить власть в Америке, отказался учредить Центральный банк и восстановил в Соединенных Штатах федеративное государственное устройство. Британские масоны заказали убийство Линкольна, а исполнителем стал рыцарь Золотого круга Джон Бут, масон 33-й степени и член тайной организации «Молодая Америка», созданной Мадзини.
Первые два покушения на жизнь президента не принесли результата, но 14 апреля 1865 г., через пять дней после капитуляции южан, Линкольн был смертельно ранен. Это трагическое событие произошло в театре Форда. Выстрелив в президента, Бут перелез через перила балкона и прямо из ложи Линкольна спрыгнул на сцену с торжествующим криком: «Так будет с каждым тираном! Юг отомщен!» Неудачно упав, он сломал левую ногу, но каким-то образом выскочил из театра и добежал до своей лошади.
Тем же вечером было совершено покушение на Государственного секретаря Уильяма Сьюарда, а в 1866 г. в России попытались убить Александра II, который поддерживал Линкольна в его борьбе с рабовладельческим Югом. Были ли все эти три эпизода звеньями одной цепи – местью южан?
Масону Эдвину Стэнтону, члену кабинета министров во время правления Линкольна, было поручено всеми силами и средствами доказывать непричастность Братства к убийству президента. По его распоряжению армейские части блокировали все дороги, ведущие из Вашингтона. Все, кроме одной, которой воспользовался Бут. Затем люди Стэнтона нашли человека, внешне похожего на Бута, убили его и сожгли труп. Обгоревшие останки выбросили на обочину той самой дороги. Их обнаружил – по невероятному совпадению – сам Стэнтон и «опознал». А Бут тем временем благополучно скрылся в неизвестном направлении.
Во время обыска в доме Бута в одном из сундуков нашли какие-то зашифрованные послания. Ключ к шифру был найден позже и совершенно случайно – среди бумаг Джуды Бенджамина, агента Ротшильда в США, который впоследствии уехал в Англию, где и умер. Расследование показало: в своих посланиях Бенджамин несколько раз напоминал Буту, что он должен убить Линкольна.
Может показаться невероятным, но есть сведения, что в заговоре участвовал даже Пальмерстон, премьер-министр Великобритании с 1859 по 1865 г. и масон 33-й степени. У него были связи с Мадзини. Именно Пальмерстон убедил британский парламент профинансировать восстание, поднятое этим революционером в Италии в 1848 г. Но важно другое. В июне 1865 г. в американском городе Индианаполисе проходил судебный процесс по делу Якоба Томпсона, бывшего министра внутренних дел в администрации президента Бьюкенена. Его обвиняли в том, что он взял из Монреальского банка 180 тысяч долларов на организацию покушения на Линкольна. По свидетельству репортеров, освещавших процесс, в ходе заседания суда не раз упоминался Пальмерстон, способствовавший этой финансовой операции (Канада была тогда британской колонией).
На этом и других судебных процессах 1865 г. стала очевидной неприглядная роль рыцарей Золотого круга – и в подготовке мятежа Южных штатов, и в заговоре против Линкольна. В итоге к 1867 г. орден распался, а Пайк и несколько бывших генералов Конфедерации создали тайное военизированное общество Ку-клукс-клан – организацию, в которую объединились ярые сторонники расовой сегрегации, отмененной в Южных штатах лишь в середине XX в. Считается, что «ку-клукс-клан» – это звукоподражание: примерно так щелкает затвор винтовки, когда его передергивают. Но существует и другое мнение.
Уже в наши дни, в 1974 г., историки, разбиравшие архивы Стэнтона, нашли 18 страниц из дневника Бута, где значились имена 70 человек, отобранных для участия в похищении Линкольна (этот план заговорщиков не осуществился). Бут и его подручные намеревались похитить не только Линкольна, но и вице-президента Эндрю Джонсона, а также государственного секретаря Сьюарда. Акцию запланировали масштабную. В похищении первых лиц государства должны были участвовать и фермеры Мэриленда, и лидеры южан. В частности, президент Конфедерации Джефферсон Дэвис, а также военный министр и госсекретарь Джуда Бенджамин. Кроме того, в списке Бута фигурировали несколько банкиров из северных штатов, в том числе Джей Кук, и радикально настроенных республиканцев, включая трех сенаторов. Выходит, в стане Линкольна оказались предатели. Возглавлял сеть заговора Бут. А решение физически устранить Линкольна и его ближайших соратников приняли, очевидно, рыцари Золотого круга, причем с молчаливого согласия Пайка. Бут был членом общества карбонариев, созданного Мадзини, и принадлежал к ордену иллюминатов.
После убийства Линкольна по всему американскому Югу прокатилась волна антиправительственных мятежей. Обязанности главы государства исполнял вице-президент Эндрю Джонсон, масон 3-й степени и Мастер-масон. Он полагал, что вскоре вспыхнет новая гражданская война. Не будучи масоном высокого ранга, Джонсон не мог знать о тайных планах верхушки Братства и о том, что именно оно спровоцировало эти волнения. Он понятия не имел, что легендарный грабитель банков Джесси Джеймс не полуграмотный разбойник с большой дороги, а масон 33-й степени и рыцарь Золотого круга. А грабил он банки северных штатов по приказу южан с целью добыть средства на новую войну с федералистами. Впрочем, существует версия, будто он спрятал 7 млрд долл. в золоте, и этот тайник так и не был обнаружен.
29 мая 1865 г. президент Джонсон, намереваясь возродить федеративный союз штатов, издал Указ об амнистии. Согласно этому документу, все законы, принятые сепаратистами, объявлялись недействительными, а рабство ликвидировалось. В Указе говорилось: южным штатам прощаются все их долги, сделанные в ходе войны. Ротшильды, щедро финансировавшие южан и надеявшиеся, что их затраты окупятся, понесли большие убытки.
В конце Гражданской войны Россия предъявила США счет на 7,2 млн долл. – таковы были расходы на содержание ее флота в американских водах. Джонсон заявил, что призвать на помощь русские корабли решил лично Линкольн, а Конгресс никакой резолюции по этому поводу не принимал. Следовательно, Америка России ничего не должна. Ситуация зашла в тупик. Выход нашел государственный секретарь Уильям Сьюард, не любивший масонов. Он предложил купить у русских Аляску, считавшуюся бесперспективной, и оценил ее стоимость в 7,2 млн долл., то есть в сумму долга, указанную Россией. Деньги были выплачены в апреле 1867 г. Американцы тогда недоумевали, зачем нужна эта ледяная пустыня.
Джонсон подозревал Стэнтона в причастности к убийству Линкольна и хотел объявить ему импичмент под тем предлогом, что военный министр саботирует решения Конгресса США, но Сенат инициативу президента не поддержал. Пайк тем временем был привлечен к суду, который признал его виновным в измене родине. Однако в масонском Братстве президент Джонсон был, по сравнению с ним, пешкой, и Пайк этим воспользовался. 1 июля 1865 г. Бенджамин Френч, масон 33-й степени и член директората Высшего совета Шотландского ритуала, написал Джонсону прошение о помиловании Пайка. Аналогичные послания отправили президенту и другие высшие чины Братства. Джонсон, не выдержав такого давления, помиловал самого главного поджигателя гражданской войны.
Часть конгрессменов пыталась объявить импичмент Джонсону, обвинив его в подозрительной снисходительности к изменникам родины, заслужившим недобрую славу. Масоны, опасаясь, что президент пойдет на поводу у Конгресса, сделали ответный ход. 20 июня 1867 г. Джонсон принял в своей спальне в Белом доме делегацию представителей Шотландского ритуала. Старшие собратья посвятили его сразу в 32-ю степень, отметив его неоценимые заслуги перед американским масонством. Вот такое вознаграждение получил президент США за помилование Пайка.
Поскольку Джонсон принадлежал одновременно и к Шотландской ветви, и к Английской (ее называют также Йоркской), он в своем лице объединил американское масонство. Теперь все собратья действовали сообща. Масонство обрело небывалую силу. Фактически оно правило в Соединенных Штатах, а не президент, не Конгресс и не министры. Духовные ценности Елизаветинской эпохи, перенесенные на североамериканский континент основателями Джеймстауна, канули в Лету. Церковь, отделенная от государства, уже не могла сплотить нацию.
В 1871 г. Пайк написал научный труд
Дуализм религиозного мировоззрения был свойствен и предшественникам масонов. Он характерен для некоторых древних восточных религий. Вейсгаупт тоже верил в Люцифера, считая его универсальным богом – даже богом богатств и революций. Но, как и в ордене иллюминатов, основанном Вейсгауптом, посвящались в сокровенные тайны лишь немногие. Масоны, чья степень была ниже 30-й, не догадывались, кого чтят их старшие собратья.
Итак, можно сказать, что Гражданскую войну в США выиграло масонство. Когда наступил мир, сплоченное федеративное государство масонов еще более окрепло, воспользовавшись плодами Промышленной революции в северных штатах.
Несмотря на то что Линкольн находился в оппозиции по отношению к масонству, он все же вошел в историю Америки как национальный герой. Ведь именно Линкольн подавил мятеж южан и спас Федерацию. Возможно, именно масоны героизировали фигуру Линкольна, а сами ушли в тень, чтобы американцы не знали, кому в Соединенных Штатах принадлежит реальная власть.
На заре своего существования Америка жила по законам, предписанным Церковью. В начале XVII столетия даже само государство было, по сути дела, филиалом Церкви. Известно также, что отцы-основатели, будучи франкмасонами и просветителями-деистами, посещали церковные службы лишь для отвода глаз, в результате чего Церковь утратила свои позиции, а после принятия Конституции 1787 г. вообще была отделена от государства. С тех пор между различными конфессиями началась свободная конкуренция в борьбе за души прихожан.
В Гражданской войне сепаратисты потерпели поражение, поэтому планы масонов-южан рухнули. А вот масоны-северяне, обеспечившие победу федералов, обрели еще большую силу и заняли ключевые посты в государственном аппарате США.
Отцы-основатели примкнули к масонству, поскольку оно объединяло интеллектуальную элиту общества. Но со временем высокие идеалы Братства обесценились, оно занялось политикой. Возможно, здесь сыграли негативную роль иллюминаты. Вейсгаупт, рассуждая о высоких материях, на самом деле хотел установить на Земле новый порядок – создать Всемирное масонское государство. Его последователи не расстаются с этой мечтой, и, если бы отцы-основатели смогли заглянуть в сегодняшний день, они, наверное, были бы возмущены политическими амбициями нынешних масонов.
При Джордже Вашингтоне масоны полностью доминировали в коридорах власти. Все было под их контролем: офисы президента и вице-президента (кстати, оба высших лица государства, принимая присягу, клялись на масонской Библии), офисы губернаторов штатов, сенаторов, конгрессменов, военачальников и служителей Фемиды. Та же самая ситуация наблюдалась и в XX в.
Многие американские президенты, начиная с Вашингтона, были масонами 33-й степени. Этот список довольно длинный: Джефферсон; Мэдисон; Монро (посвящен в члены ложи № 6 в Уильямсберге, Виргиния); Джексон (посвящен в члены ложи «Гармония» № 1, Теннесси); Полк (ложа «Коламбиа» № 31, Теннесси); Атчисон (был президентом всего один день. Ложа № 56 в Платте, Миссури); Бьюкенен (ложа№ 43, Пенсильвания); Эндрю Джонсон (посвящен в 1851 г. в члены ложи № 119 в Гринвилле, Теннесси. Масон 32-й степени и Великий мастер); Гарфилд (посвящен в 1864 г. в члены ложи № 20 в Коламбусе, Огайо); Маккинли (посвящен в 1865 г. в члены ложи «Хирам» № 21, Виргиния); Теодор Рузвельт (посвящен в 1901 г. в члены ложи «Матинкок» № 806, Залив устриц); Тафт (посвящен в 1909 г. члены ложи «Килвинниг» № 356, Огайо); Хардинг (посвящен в 1920 г. в члены ложи «Марион» № 70, Огайо, масон 33-й степени); Франклин Д. Рузвельт (стал масоном в 1911 г.); Трумен (посвящен в 1909 г. в члены ложи «Белтон» № 450, масон 33-й степени и Великий мастер); Линдон Джонсон (в 1937 г. был посвящен в ученики) и Форд (в 1951 г. посвящен в члены ложи «Коламбиа» № З).
И даже те президенты США, которые не были масонами, поддерживали связи с Братством. В 1860 г. Авраам Линкольн, вскоре после того как его кандидатуру выдвинули на пост президента, подал прошение о принятии в масонскую ложу в Спрингфилде, но потом забрал его, поскольку такой шаг мог быть расценен как политическая уловка с целью собрать побольше голосов. Линкольн уведомил руководство ложи, что по истечении срока своего президентства он снова подаст прошение. В связи со смертью Линкольна ложа сделала заявление, где говорилось, что решение покойного президента отложить на время свое вступление в братство характеризует его как человека чести. Линдон Джонсон был избран в Конгресс США в 1937 г., и в том же году он стал масоном, но, с головой уйдя в политику, не смог активно участвовать в деятельности ложи и дальше степени ученика не продвинулся.
Президент Эйзенхауэр не был членом Братства, но в его администрации работало немало масонов. Среди них – Шерман Адамс, начальник Генерального штаба, Христиан Гертер, Государственный секретарь, Дуглас Маккей, министр внутренних дел, и Роберт Андерсон, министр финансов. Что касается Джона Ф. Кеннеди, Ричарда Никсона и Джимми Картера, то никаких сведений об их связях с масонами нет. Рональд Рейган формально не принадлежал к Братству, но охотно занимался его делами, и 11 февраля 1988 г. его избрали Почетным членом Высшего совета Храма (такой орган власти существует в Шотландской ветви масонства). Наградил президента Великий мастер округа Колумбия, на территории которого находится столица США.
Теперь об отце и сыне – Джордже Буше-старшем и Джордже Буше-младшем. В строгом смысле слова масонами они не являются, но оба они члены общества «Череп и кости», существующего при Йельском университете. Эта тайная организация близка к масонству. Можно, пожалуй, сказать, что она спутник братства. Буш-старший вступил в нее в 1948 г., а Буш-младший – в 1968 г.
Общество «Череп и кости» иногда называют орденом. В Йельском университете он был создан в 1833 г., через три года после смерти Вейсгаупта, но существовал он и раньше – в Германии. Таким образом, в Америке возник филиал немецкого тайного общества, тесно связанного с орденом иллюминатов. В Йельский орден принимают каждый год до 15 студентов-старшекурсников, и при посвящении они фотографируются на фоне черепа и скрещенных костей. Это элемент символики, принятой у рыцарей-тамплиеров. Такую же эмблему они носят всю жизнь на груди. Сейчас в мире насчитывается примерно 500–600 выпускников Йельского университета, которые являются членами этого ордена. Возможно, его название – просто вывеска, а на самом деле это филиал ордена иллюминатов. И столь же возможно, что его тайная цель – установить новый мировой порядок. Во всяком случае, Джордж Буш-старший о таком порядке неоднократно говорил в 1990 г., накануне первой войны в Ираке. 11 сентября, выступая на совместном заседании обеих палат Конгресса США, он сказал: «Мы можем стать свидетелями нового мирового порядка. В этом мы согласились с президентом Горбачевым во время нашей встречи в Хельсинки». Похоже, в словах Буша-старшего прозвучали отголоски главной идеи масонства – создать на Земле единое мировое государство, мечта о котором запечатлена на однодолларовой купюре, выпущенной в 1933 или 1934 г. (речь идет о надписи на латинском: Novus Ordo Seclorum).
Аналогичные высказывания можно найти и в выступлениях Джорджа Буша-младшего. Однако самое красноречивое свидетельство того, что масоны не отказались от своих глобальных планов, – это так называемый Проект нового американского столетия, запущенный в 1997 г. Инициаторами этого начинания выступили Роберт Каган, советник Госдепартамента США, Уильям Кристол, главной редактор журнала US Magazine, и Ричард Перл, в то время старший советник Пентагона.
Билл Клинтон, сменивший Джорджа Буша-старшего на посту президента США, в юности вступил на правах ученика в орден де Моле – молодежную масонскую организацию, но, как он утверждает, полноправным собратом так и не стал – не далась, по его словам, масонская наука. Это несколько странно, ведь Клинтон зарекомендовал себя блестящим студентом, а в Джорджтаунском университете его научным руководителем был Кэррол Квигли, автор известной книги «Трагедия и надежда», выпущенной в 1966 г. издательством «Макмиллан». Билл серьезно изучал труды Сесила Родса, занимавшегося проблемами создания всемирного государства. В 1973 г. Клинтон окончил и Йельский университет. В то время поговаривали о его связях с английскими масонами.
Интересна история масонской Библии, хранящейся на алтаре нью-йоркской ложи св. Иоанна № 1 (эта ложа – одно из крупнейших в США объединений тамплиеров). Первым президентом, клявшимся на этой Библии, был Джордж Вашингтон. Затем она использовалась во время инаугурации Уоррена Гардинга, Дуайта Эйзенхауэра, Джимми Картера и обоих Бушей. Существует мнение, что этих пятерых преемников Вашингтона не стоит считать масонами: Библия, хранящаяся в нью-йоркской масонской ложе, – недостаточно весомый аргумент. Но важно другое. Почему политики, не связанные с Братством, присягали именно на этой Библии? Может быть, потому, что США стали масонским государством? В ней есть вступительная часть, где говорится: масонство – не братство христиан, оно приветствует все мировые религии. Значит, духовная жизнь и сама судьба Америки складывается так, как предрешили 200 лет назад члены Братства.
Сегодня многие губернаторы, сенаторы и конгрессмены США являются масонами. В каждом штате существует Великая ложа. Ньют Джингрич и Боб Доул – масоны 33-й степени. Такой же титул был у Барри Голдуотера. Джесси Джексон и Росс Перо тоже члены Братства.
Немало масонов было среди американских военачальников, прославившихся в XX в. Среди них – генерал Джордж Маршалл (помните знаменитый план Маршалла по оказанию экономической помощи послевоенной Европе?); генерал Омар Брэдли, член ложи № 877 в Уэст-Пойнте (штат Нью-Йорк); Марк Кларк (в 1929 г. вступил в ложу «Мистическая связь» № 398, в Индианаполисе); знаменитый боевой генерал Дуглас Макартур (в 1937 г. вступил в ложу № 1 в Маниле, на Филиппинах). Я упомянул героев Второй мировой войны, но можно привести совсем недавние примеры: сообщали, что Колин Пауэлл – масон 33-й степени. Маршалл и Макартур, а также президент США Тафт стали масонами, можно сказать, случайно. Как пишет Стилл, «они слабо представляли себе, чем занимаются их собратья».
Особенно много масонов среди юристов. С 1935 по 1945 г. президент США Франклин Делано Рузвельт, масон 32-й степени, назначал членами Верховного Суда в основном атеистов, масонов радикального толка и даже тех, кто симпатизировал коммунистам. А в 1987 г. сенатор от штата Вайоминг Симпсон говорил: «На сегодняшний день в нашей федеральной судебной системе работает 41 масон… Масонство в Америке – это фундамент, на котором держится все государство». Ему вторил сенатор от штата Южная Каролина Термонд: «Я полагаю, что примерно половина Юридического комитета нашего Сената – это члены масонского ордена».
Примерно такая же картина наблюдается и в Соединенном Королевстве. Великобританию тоже можно смело назвать масонским государством. Начиная с 1737 г. каждый английский король (именно король, а не королева) был франкмасоном и, как это ни парадоксально, главой англиканской церкви. Иными словами, масонское Братство управляло и короной, и церковью. Летом 1947 г. греческий принц Филипп попросил у короля Георга VI, убежденного масона, руки его дочери. Британский монарх сказал, что муж Елизаветы обязан покровительствовать масонам. Филипп пообещал немедленно вступить в Братство. Но вмешался дядя принца, граф Маунтбеттен, недолюбливавший масонов, и отговорил его от этого шага. Когда Георг скончался, Филипп, почувствовав угрызения совести по поводу невыполненного обещания, решил не слушать советов дяди. Его посвятили в члены ложи Военно-морского флота № 2612. Однако выше первого уровня он не продвинулся и потому стал относиться к масонству с долей иронии.
Принц Чарльз тоже прислушался к мнению Маунтбеттена и к тому же унаследовал от отца скептическое отношение к масонству. Не советовала ему связываться с Братством и королева-мать. Когда Чарльзу исполнился 21 год, он заявил, что не хочет быть масоном, поскольку ему не по душе любые тайные общества. Но, с другой стороны, рассуждая о своем будущем восшествии на британский трон, Чарльз заметил, что станет «защитником всех верований». Иными словами, будет стоять на страже свободы совести. Принц имел в виду все религии, включая христианство, ислам и иудаизм. Обратите внимание: Чарльз не сказал, что будет «защитником Веры», то есть англиканской церкви. Масоны, естественно, уловили этот нюанс и прониклись к Чарльзу большим уважением.
Примечателен и такой факт. Граф Маунтбеттен был одним из немногих членов королевской семьи, известных своими антимасонскими взглядами. Поэтому после его убийства в 1979 г. в прессе прозвучали малоприятные намеки в адрес принца Филиппа и принца Чарльза, а почти через 20 лет, после гибели принцессы Дианы, им пришлось снова столкнуться с измышлениями газетчиков. Что касается Елизаветы II, то она вскоре после своего восшествия на престол стала Великой Патронессой английского масонства.
В XX столетии от британского масонства отпочковалось несколько тайных обществ: «Круглый стол», созданный в 1909–1913 гг.; «Королевский институт международных дел» (возник в 1919 г.); «Совет по международным отношениям» (1921); «Бильдербергская группа» (1954); «Римский клуб» (1968) и «Трехсторонняя комиссия» (1972). Цель всех тайных ветвей масонства – создание всемирной супердержавы.
Членство в той или иной из этих организаций жизненно необходимо для британского, европейского или американского политика, мечтающего о блестящей карьере. Такая тенденция особенно ярко проявилась после Второй мировой войны, когда западные лидеры начали активно вступать в эти общества. Некоторые политики состояли сразу в нескольких организациях. Начиная с 1945 г. каждый кандидат на пост президента США задолго до предвыборной гонки вступал в Совет по международным отношениям (CFR). Президент Никсон назначил на различные посты в своей администрации более сотни членов этого общества. Билл Клинтон – член сразу трех тайных организаций: CFR, Бильдербергской группы (в 1991 г. он присутствовал на ее заседании, проходившем в немецком городе Баден-Бадене) и Трехсторонней комиссии. Сегодня большинство политических лидеров считают, что совмещать свою деятельность в масонских ложах с работой в новых тайных обществах невозможно из-за нехватки времени.
Вокруг этих закрытых организаций выросла обширная сеть мощных группировок, объединенных семейными или деловыми связями. В одной из моих предыдущих работ эта сеть названа «синдикатом». В США «синдикат», как и сами новые тайные общества, оказывает существенное влияния на жизнь страны, независимо от того, кто стоит у власти – республиканцы или демократы. В результате во всех важнейших государственных структурах доминируют масоны традиционного толка и их союзники – члены обществ, возникших уже в XX в. Многие политические лидеры современности в большей мере связаны с новыми тайными обществами, нежели с классическими масонскими ложами. И вполне возможно, что противостояние различных группировок на политическом Олимпе США напрямую связано с расколом американского масонства на два лагеря – традиционное Братство и его тайные ветви.
Масоны во многом определили ход Первой мировой войны. Конфликт вспыхнул после того, как Таврило Принцип, член ордена Великого Востока, убил эрцгерцога Фердинанда. Бойня, разразившаяся на полях Европы, перекроила карту «старого» континента. Рухнули сразу три империи: Романовых в России, Габсбургов в Австро-Венгрии и Оттоманская. Итоги войны вполне удовлетворили тамплиеров Великого Востока: во-первых, они всегда мечтали о свержении монархий, а во-вторых, их радовал ущерб, нанесенный католическим странам.
Войне предшествовали экономические трения между великими державами, политику которых во многом диктовали масоны. Например, Рокфеллеры через Федеральную резервную систему США профинансировали кайзера Вильгельма, чтобы он построил железную дорогу Берлин – Багдад. В таком случае они смогли бы качать нефть под защитой Оттоманской империи и лишить англичан немалой части ближневосточного черного золота. Позже, после кровопролитнейшего сражения между французской и германской армиями под Верденом в 1916 г., Черчилль отписал американцам британские нефтяные скважины в Месопотамии, с тем чтобы США вступили в войну на стороне Антанты.
Поражение кайзеровской Германии, послевоенная смена политических режимов в Европе, а также рост социалистических и националистических движений – все это означало, что, развязав Первую мировую войну, масоны ордена Великого Востока добились своих целей.
В русских революциях косвенно участвовали могущественные кланы американского «синдиката». Например, Ротшильды, потомки и продолжатели дел легендарного богача Майера Амшеля Ротшильда, финансировали Социалистический интернационал. Впрочем, они заботились и о своей выгоде. Примерно в 1900 г. компания Ротшильдов «Royal Dutch» боролась с фирмой Рокфеллеров «Standard Oil» за право осваивать нефтяные промыслы в Баку. В 1905 г. Рокфеллеры финансировали лидера Первой русской революции Троцкого, но государственного переворота тогда не произошло. Революция была подавлена.
Бакинская нефть и казна русского императора не давала покоя Ротшильдам, ив 1917 г. они ввели в игру лорда Милнера, масона 33-й степени, и сотрудников британского посольства в Петрограде, которые способствовали тому, что главой Временного правительства стал Александр Керенский.
Рокфеллеры сделали ставку на другую фигуру – на Льва Троцкого, жившего тогда в их владениях в городе Байонне, штат Нью-Джерси. Они отправили его и нескольких активистов ордена Великого Востока в Россию, чтобы они вместе с Лениным воплотили в жизнь идеи, завещанные Адамом Вейсгауптом, – о создании мирового правительства. Иными словами, большевики должны были совершить в России революцию, которая потом переросла бы в революцию мировую. После большевистского переворота, осуществленного на деньги семейства Варбургов (а сумму оно выделило немалую – 5 или 6 млн долл.), Ленин взял в свое правительство нескольких масонов. Сам Ленин тоже был масоном, причем членом ордена Великого Востока. Он распорядился убить отрекшегося от престола царя и всю его семью, а также начал гонения на Русскую православную церковь. Коммунистический однопартийный режим обернулся массовым террором. Здоровье Ленина было подорвано в результате покушения на его жизнь, и со временем он отдал бразды правления Сталину.
В 1922 г. Братство начало превращать Советскую Россию в масонское государство. С этой целью в Париже была создана специальная сеть лож Великого Востока, на базе которой образовали так называемый Временный комитет. Высший совет французского масонства одобрил это начинание, и вскоре Комитет был преобразован в Высший совет лож Шотландского ритуала на территории России. В конце 1922 г. на бескрайних просторах бывшей Российской империи возникло новое государство – Советский Союз, объединивший различные национальные республики. Его высшим законодательным органом стал Верховный Совет СССР. Существует мнение, что такое название он получил по аналогии с Высшими советами масонских Братств. Его работу полностью контролировали коммунистические лидеры страны.
В 1924 г. Ленин умер, и на вершину власти начал подниматься Сталин. В 1925 г. он совершил сделку с Рокфеллерами, предоставив им в концессию некоторые нефтепромыслы страны, включая бакинские. В обмен на это клан пообещал профинансировать знаменитые сталинские пятилетки. Таким образом, «синдикат» американских масонов стал реально управлять экономикой Советского Союза.
«Синдикат» поддерживал Сталина в надежде, что он когда-нибудь совершит мировую революцию, в результате которой на земле возникнет единая мегадержава. В 1930-х гг. у масонов появился еще один «избранник» – Гитлер, и они не жалели денег на германскую военную машину. Гитлер, по их мнению, тоже мог завоевать весь мир.
Только его новый порядок был бы нацистским, а не коммунистическим. Но масонов устраивал любой вариант. Несколько американских корпораций вели оживленную торговлю с Германией начиная с 1929 г. и поддерживали ее в экономическом плане. Причем эти деловые контакты не оборвались даже в годы Второй мировой войны. Рокфеллеровская «Standard Oil» поставляла нацистам нефть через испанские порты. Рейхсбанк выступал в качестве посредника между Гитлером и магнатами Уолл-стрит, ведя дела с такими солидными финансовыми учреждениями, как, например, нью-йоркский Шредер-банк.
Нацисты полагали, что столицей Третьего рейха, а впоследствии и единой мировой державы станет Нюрнберг, и в этом городе можно увидеть сооружения, вполне пригодные для такого развития событий. К примеру, Зал конгрессов, повторяющий по своей архитектуре римский Колизей, вмещает 50 тысяч делегатов, а стадион рассчитан на 350–450 тысяч зрителей.
Некоторые группировки, входившие в «синдикат», поощряли нападение Гитлера на Россию и приветствовали его вторжение в страну большевиков. Однако, когда стало ясно, что войну он проиграет, американские масоны переметнулись на сторону Сталина и оказывали ему всестороннюю поддержку. Впрочем, экономическую и финансовую помощь «красному диктатору» они не прекращали никогда.
Сталин был масоном мартинистского толка. Мартинизм как отдельное движение внутри братства организационно оформился в 1754 г. Его основатель – масон Мартинес де Паскуалли, испанский еврей. Говоря об итогах Второй мировой войны, надо заметить, что Сталин перехитрил масонов Запада. Но и они допустили ряд промахов. Например, американский генерал Маршалл отговорил британского фельдмаршала Монтгомери от его намерения ворваться в Берлин первым. В результате Сталин раздвинул границы советской империи до таких пределов, что действительно Запад стал опасаться возможного создания мировой коммунистической державы.
Здесь необходимо сделать несколько уточнений. Синдикат поддерживал коммунистические режимы только для того, чтобы в мире образовались два противоборствующих вооруженных блока. Эти два лагеря могут в конце концов пойти на мировую, что и произошло в 1989 г. То есть масоны мыслили вполне диалектически (подразумевается единство и борьба противоположностей).
Гонка вооружений и обоюдное наращивание ядерных потенциалов их не смущали. Мир не настолько безумен, чтобы покончить жизнь самоубийством. Разумеется, капиталисты США не хотели, чтобы в их стране установился коммунистический режим. Дружба с Кремлем у них была исключительно показной. Точно так же масоны-деисты выдавали себя за образцовых христиан.
После окончания Второй мировой войны клан Рокфеллеров, действуя совместно с Советом по международным отношениям и другими тайными обществами «синдиката», взялся за учреждение Организации Объединенных Наций. Джон Д. Рокфеллер III пожертвовал 8,5 млн долл. на покупку участка на Манхэттене площадью в 18 акров, где и было построено здание ООН. Муниципалитет Нью-Йорка добавил еще 4,25 млн. Нельсон Рокфеллер договорился со Сталиным о том, что ООН не будет вмешиваться во внутренние дела России.
«Холодная война» была, в сущности, противостоянием двух масонских государств – Соединенных Штатов Америки и Советского Союза. Причем обе стороны наращивали свои ядерные потенциалы на деньги американского «синдиката», целенаправленно финансировавшего губительную гонку вооружений.
В Советском Союзе все кардинальные решения принимало Политбюро ЦК КПСС. Незначительную, декоративную роль играл Совет старейшин, в состав которого входили убеленные сединами члены Верховного Совета СССР. Еженедельник Коминформ в выпуске от 11 февраля 1955 г. цитировал речь Хрущева, которая начиналась так: «Товарищи депутаты! По поручению Центрального комитета КПСС и Совета старейшин я хочу…». Судя по всему, Совет старейшин был масонской организацией, унаследовавшей традиции Высшего совета российских лож Шотландского ритуала, созданного еще в 1922 г.
Когда Сталин в 1925 г. заключил с «синдикатом» сделку «нефть в обмен на финансовую помощь», он преследовал чисто экономические цели: задуманные им пятилетки требовали огромных денежных вложений. «Синдикат» же воспользовался сделкой, чтобы оказывать давление на коммунистических лидеров СССР и даже диктовать им свои условия. Это обнаружилось осенью 1964 г., когда Хрущева сместили со своего поста и отправили на пенсию. Заговорщики из политбюро обвиняли его во многом. В частности, они были недовольны тем, что Хрущев рассорился с Мао и объем советско-китайской торговли резко сократился. Недоволен Хрущевым был и Дэвид Рокфеллер. Фактический разрыв советско-китайских экономических связей ударил по его карману, поскольку ему принадлежали права на всю нефть, экспортируемую из Китая. Можно только догадываться, что произошло, но некоторые факты известны. Осенью 1964 г. Хрущев звонил Дэвиду Рокфеллеру в Ленинград, где американский магнат проводил конференцию Бильдербергской группы, и умолял его срочно прибыть в Москву, чтобы обсудить в Кремле проблемы советско-китайской торговли. Тот согласился, но разговор с Хрущевым был нелегким. Это точно известно благодаря записям дочери Рокфеллера, присутствовавшей при встрече. В октябре Хрущев был смещен.
Многие комментаторы не раз отмечали: Дэвид Рокфеллер мог корректировать внутреннюю политику СССР – вплоть до того, что, отстаивая свои «нефтяные интересы» в Китае, решал, кто должен руководить страной. Как ему это удавалось? Может быть, с помощью Совета старейшин? Трудно сказать. Впрочем, думается, дело не только в нефти. Здесь речь идет о борьбе за геополитическое господство.
Группировки, входящие в «синдикат», действуют исходя из его глобальной стратегии и из своих корпоративных интересов. Обычно эти две цели совпадают, но если они противоречат друг другу, то предпочтение отдается корпоративным интересам, а глобальные цели уходят в тень. Это, мол, старомодный идеализм. Очевидно, «синдикат» был связан с постсталинским Кремлем настолько тесно, что Рокфеллер мог прилететь в Москву, потребовать снятия Хрущева и через два месяца убедиться в выполнении приказания.
Нефтяная империя Рокфеллеров сыграла важную роль в судьбе Северного Вьетнама. В конце Второй мировой войны Лоренс Рокфеллер, помощник генерала Макартура, продавал Хо Ши Мину оружие и боеприпасы, хранившиеся на складах американской военной базы на Окинаве. Начиная с 1950 г. специалисты «Standard Oil» искали нефтяные месторождения на морском шельфе у берегов Вьетнама и в 1960 г. обнаружили там богатые запасы черного золота. Рокфеллерам, чтобы беспрепятственно добывать нефть, нужен был стабильный режим в Северном Вьетнаме. Поэтому они возобновили дружественные контакты с Хо Ши Мином. В ноябре 1964 г. Советский Союз пообещал помочь Северному Вьетнаму, и примерно в то же время Рокфеллеры построили на территории России крупный завод по производству вооружений для Вьетконга. Действуя через Международную экономическую корпорацию и ее филиал-«Tower International Inc.», который возглавляли бывший секретарь Джона Рокфеллера I, Сайрус Итон, и его сын, «синдикат» стал в 1960-х гг. главной движущей силой вьетнамской экономики и, безусловно, должен был заслужить уважение со стороны Кремля. Возможно, между двумя масонскими государствами – США и СССР – осуществлялись коммерческие сделки, а милитаристские устремления обеих сторон были принесены в жертву финансовым интересам.
Тем не менее президент Линдон Джонсон развязал во Вьетнаме войну. Масонский синдикат такое развитие событий вполне устраивало. Он выжидал, когда вооруженный конфликт между Северным и Южным Вьетнамом завершится, надеясь, что в итоге они объединятся. Так и произошло после победы Вьетконга. Клан Рокфеллеров, поддерживавший Хо Ши Мина, остался доволен: теперь можно было спокойно качать нефть с шельфов у побережья страны. Поражение Соединенных Штатов, пытавшихся ценой серьезных потерь отстоять Южный Вьетнам, тоже не противоречило глобальным планам масонов. США, утратив свой международный престиж, вынуждены были искать поддержки у других стран Запада, а это, как надеялись масоны, могло бы ускорить формирование мирового правительства.
Когда мир расколот на два враждующих лагеря, его легче объединить. «Холодная война», обострившая противоречия между двумя блоками, привела к тому, что после падения Берлинской стены и краха коммунизма Соединенные Штаты и Советский Союз перестали быть врагами. Тем более что лидеры двух держав были связаны с масонами. В 1984 г. будущий президент СССР Михаил Горбачев приезжал в Париж, где был посвящен в члены ложи Великого Востока и стал, таким образом, французским масоном. О тесных связях с масонами американского президента Рональда Рейгана мы уже знаем. Примечательна и такая деталь. Хотя по своим религиозным убеждениям Рейган не был пуританином, он в последние месяцы «холодной войны» прибегал к пуританской лексике. Например, говорил об Америке как о «Городе на холме», наращивая тем временем гонку вооружений, которая в конце концов оказалась для СССР непосильной. Говоря о пуританской риторике, замечу, что в Америке есть тенденция олицетворять врагов США с мировым злом. Рейган называл Советский Союз «Империей зла». А Джордж Буш-младший называл «Осью зла» Иран, Ирак и Северную Корею – государства, чья внешняя политика равносильна международному терроризму.
Всем известна фраза Рейгана: «Мы выиграли «холодную войну»». Многие американцы подпишутся под его словами и будут неправы. Думается, покойный президент преувеличил и свои заслуги, и заслуги своих соотечественников и соратников. Пальму первенства надо отдать Михаилу Горбачеву, который с помощью перестройки и гласности круто изменил курс СССР. Наверное, в глубине души он понимал, что советская система не поддается никаким реформам, и в итоге отдал власть Ельцину, который открыл дорогу капитализму.
На месте бывшего СССР возникли независимые республики. Сегодня российская нефть неиссякаемыми реками льется на Запад, и можно предположить, что «холодная война» кончилась в результате сделки между масонскими группировками, каждая из которых преследовала свои финансовые интересы. Все шло не по плану Рейгана или Горбачева, а по плану «синдиката». Примечателен такой факт: в апреле-мае 1991 г., еще до развала Советского Союза, в США был создан фонд Горбачева с капиталом в 3 млн долл. Деньги выделили фонды Карнеги, Форда, Рокфеллеров, а также фонд Пью и Меллона. Это означает, что «синдикат» поддержал Горбачева в его намерениях ослабить связи между союзными республиками СССР. Масоны надеялись, что с развалом Советского Союза станет возможным сформировать единое государство – если не на мировом уровне, то хотя бы на региональном. В его состав, согласно планам масонства, могли бы войти бывшие республики СССР, государства Восточной Европы и даже те страны Запада, которые не хотели бы зависеть от США.
Этот замысел, как известно, не осуществился, но масоны стали активно действовать в другом направлении. Они планировали создать Соединенные Штаты Мира. В декабре 1994 г. была учреждена панамериканская зона свободной торговли, куда вошли 34 государства двух континентов, включая, разумеется, США. На ее основе предполагается образовать Американский Союз, который будет хозяином Западного полушария Земли. Масоны подумывают также о создании Соединенных Штатов Европы, куда неплохо бы включить Россию. Кроме того, в планах Братства – Соединенные Штаты Ближнего Востока и Соединенные Штаты Африки. Во всяком случае, Африканский Союз уже существует (с 2002 г.). Аналогичное международное объединение – Южноазиатская зона свободной торговли. Близится образование Азиатского экономического сообщества, в которое войдут Китай, Япония и Корея. Восток по численности населения значительно превосходит Запад и со временем, возможно, поглотит его без участия масонов. Но Братство все делает для того, чтобы естественный ход истории соответствовал их глобальным планам.
Сегодня представляется сомнительным осуществление широкомасштабных замыслов масонов. Но нельзя отрицать тот факт, что эта могущественная тайная организация во многом определяет развитие международных отношений.
Можно с уверенностью сказать, что христианская вера все же достаточно прочна. По данным недавнего опроса, 38 процентов американцев обязательно раз в неделю посещают церковь. Впрочем, и масоны-деисты не отрекаются от американского девиза, напечатанного на однодолларовой купюре по соседству с масонской символикой – «In God We Trust» («Мы верим в Бога»). Джордж Буш-младший был избран на второй срок именно благодаря голосам христиан. Правое крыло американских христиан единодушно одобряет поддержку, которую США оказывают Израилю. Буш-младший говорил, что, когда он во время своей инаугурации приносил присягу на Библии, хранящейся в нью-йоркской масонской ложе св. Иоанна, он чувствовал, будто заново родился христианином. А рассуждая об исламе и мусульманах-террористах, он делал упор на христианские ценности.
Западноевропейские и американские СМИ часто говорят, что приверженцы ислама объединяются для решительной борьбы с Западом. Это суждение поверхностно, так как мусульманский мир неоднороден. В исламских странах существует множество партий и общественно-политических движений. Здесь есть и сторонники социалистических преобразований, вдохновленные успехами Советского Союза в 1950-х гг., и воинственные моджахеды, и умеренные исламисты, выступающие против иностранной интервенции на Ближнем Востоке. Существуют, конечно, радикальные группировки и террористические организации. Об их преступлениях хорошо известно. Но нельзя всех мусульман стричь под одну гребенку.
Да, на Ближнем Востоке неспокойно. Взрывы гремят чуть ли не каждый день. Локальный конфликт между Востоком и Западом налицо. И в чем же его первопричина? Не хотелось бы все время бить в одну точку, но смею предположить: в тайных интригах «синдиката». Его не устраивают политические режимы тех стран, лидеры которых мешают ему получить свободный доступ к нефти. А нефть – это мощный энергетический ресурс будущего всемирного правительства. Впрочем, не обязательно всемирного – на первых порах достаточно регионального. Масонов вполне устроило бы образование Соединенных Штатов Ближнего Востока, куда вошли бы Палестина, Израиль, Ирак, Иран, Ливан и Сирия. Дело осложняется тем, что мусульмане-сунниты и мусульмане-шииты издавна были заклятыми врагами. Впрочем, сегодня мир неузнаваемо изменился. Ирак, где преобладают сунниты, поддерживает террористическую ливанскую группировку «Хэзболла» – организацию шиитов. А вот два государства шиитов – Сирия и Иран – постоянно конфликтуют между собой. Без устранения локальных конфликтов Соединенные Штаты Ближнего Востока не построишь. И дело не только в религиозных разногласиях – масонам необходимо умерить милитаристские амбиции ближневосточных государств, и со временем бывшие враги могут стать добрыми соседями. Не будем забывать, какая страшная война шла в 1939–1945 гг. на территории, где сегодня в едином строю отвечают на вызовы нашего времени страны, входящие в Европейский союз.
Действуя на Ближнем Востоке, масонство хотело в качестве эксперимента протестировать прообраз мирового правительства. У крупнейших кланов «синдиката» были более прагматические цели – завладеть богатейшими нефтяными месторождениями. Однако обе стороны быстро пришли к общему мнению: надо быть максимально осторожными. Причем лидеры Братства продолжили традицию масонов XVIII столетия, а именно – скрывать свое истинное лицо под маской обычного христианина, каких в Америке многие миллионы. Разумеется, они понимали, что правоверные мусульмане не слишком жалуют христиан, но это их не смущало.
Духовные наследники отцов-основателей предпочитают сохранять статус-кво. Пусть Новая Атлантида будет внешне выглядеть как христианское государство – важно, чтобы по сути своей она была бы государством масонским. И если деисты будут по воскресеньям посещать церковь, то, возможно, это к лучшему.
Рядовые собратья не могут понять, зачем нужно разыгрывать из себя набожного христианина. Секрет маскарада известен лишь масонам не ниже 30-й степени. Только избранные могут знать об истинных целях Братства.
Как утверждал Пайк в своей книге Мораль и догма, масоны, подобно гностикам и катарам, верят в существование двух богов. Верят в то, что верховный бог – непобедимый Люцифер, а другой бог, Иегова (или Адонай), – Творец нашего мира. Пайк, оказавшийся в начале Гражданской войны в США в стане конфедератов, писал: «Истинный носитель Света – Люцифер, сын Утра… Да не будет ни у кого сомнений в этом!» И еще одна цитата. В предписании, разосланном 14 июля 1889 г. в адрес 23 Высших советов мирового Братства, Пайк говорил: «Да, Люцифер есть бог. Но, на наше несчастье, Адонай – тоже бог… Люцифер, бог Света и Добра, сражается за род человеческий с Адонаем, богом Тьмы и Зла». И далее Пайк поучает Верховных Генеральных инспекторов: «Вы можете повторить мои слова братьям 32-й, 31-й и 30-й степеней». Выходит, верхушка масонства скрывает от простых братьев свою еретическую веру в Люцифера, притворяясь, что чтят Иегову.
Скрытое противостояние масонов и христиан стало очевидным в ходе подготовки к празднованию 400-летия со дня основания Америки. Торжества были намечены на 2007 г, но официальные лица и журналисты старались избегать громких слов вроде «празднование», чтобы не задеть чувства коренных жителей североамериканского континента. Дату торжеств определили еще в 1997 г., поскольку первым постоянным поселением англоязычных колонистов стал все же Джеймстаун, основанный в 1607 г. С таким решением не согласились испаноязычные жители города Сент-Огастин во Флориде, основанного раньше – в 1565 г. И вообще, по их мнению, пионерами Нового Света следует считать испанцев, а не англичан.
Однако вернемся в Джеймстаун. По всей вероятности, Бартоломью Госнолд и Джон Смит, сами того не ведая, обозначили своим прибытием в Новый Свет сложные переплетения в духовной жизни американского общества. Госнолд был убежденным приверженцем англиканской церкви и к тому же состоял в родстве со знатными семействами Лондона. Прошлое Смита, сына простого фермера, довольно туманно, но можно предположить, что он, еще до отплытия в Америку, связал свою судьбу с масонами-бэконианцами. Госнолд, как мы уже выяснили, организовал и профинансировал плавание к берегам Нового Света с помощью родственника жены – сэра Томаса Смайта – и нанял в свою команду Джона Смита, который с января по июнь 1607 г. просидел в кандалах. Тем не менее как раз его статуя, а не Госнолда, украшает сегодняшний Джеймстаун. Возможно, масоны таким образом намекают на то, что именно они, скрывшись под личиной христиан, основали в Северной Америке первое поселение выходцев из Англии.
После того как в октябре 1998 г. я прочитал лекции в Ричмонде (штат Виргиния), интерес к личности Госнолда значительно возрос. Его вклад в освоение Америки убедительно доказал, в частности, Уильям Келсо. Правда, в ходе юбилейных торжеств гораздо чаще упоминался Джон Смит. Упоминалась и индейская принцесса Покахонтас. При этом произносились слащавые речи о расовой гармонии.
Предпринимались попытки перенести кульминацию праздника из Джеймстауна в Уильямсберг, хотя этот город стал столицей колонии лишь в 1700 г. Если вам доведется побывать в Уильямсберге, вы увидите одноэтажную Америку XVII–XVIII вв. Реконструировал городок Джон Д. Рокфеллер-младший на свои деньги – 68 млн долл. Еще 40 млн добавили другие члены рокфеллеровского клана.
Поскольку организацией 400-летнего юбилея основания Америки руководили масоны, то главные почести достались бэконианцу Джону Смиту, а не Госнолду, перенесшему на американскую почву устои и порядки елизаветинской Англии. Эти устои и порядки отменил во время Гражданской войны в США Линкольн, и теперь они сохранились лишь в небольшом анклаве на американском Юге – на плантациях, владельцы которых – потомки искателей приключений, пересекавших Атлантику, чтобы водрузить на диких землях Нового Света гордый английский флаг.
И все же – какова подлинная история основания Америки? Первыми колонистами были обычные христиане, но основу конституционного строя молодого независимого государства создали деисты-франкмасоны. А что же происходит в сегодняшней Америке? Как понимать политику Джорджа Буша-младшего, объявившего войну террористам? Это новый крестовый поход рыцарей-христиан против мусульман во имя защиты США? Но можно ведь предположить, что Буш-младший стремится расширить в глобальном масштабе границы демократического масонского государства и создать контролируемое «синдикатом» всемирное правительство, в руках которого будут богатейшие нефтяные месторождения Ближнего Востока. Во время своей второй инаугурации Буш-младший полностью поддержал агрессивную позицию видного израильского политика, бывшего гражданина СССР Натана Щаранского, которого можно считать ставленником Ротшильдов. То есть Буш-младший, как и его отец, делает на нефти большие деньги, и поэтому у него тесные связи и с Израилем, и с «синдикатом».
Сегодня Америка – самая могущественная в мире держава. И закономерен вопрос: могут ли президенты США сами определять политику государства, или они вынуждены действовать по указке масонов? Если вы еще раз внимательно просмотрите эту книгу, то, вероятно, найдете ответ.
«Синдикат» в известной мере продолжает дело отцов-основателей. Его цель – создание Соединенных Штатов Мира, образованных из региональных блоков. Это утопическое государство будет построено на федеративных началах. Согласно этому плану, США перестанут быть супердержавой – они станут рядовым членом Американского Союза.
«Синдикат» категорически отрицает, что страны «третьего мира»: Индия, Китай, страны арабского Востока, Африки и Латинской Америки – вовсе не собираются вступать в региональные блоки и тем самым могут сорвать его геополитические планы. Судя по всему, «синдикат» переоценивает свое влияние на ход всемирной истории. И не верит, что его планы могут оказаться под угрозой. Как считают лидеры этой тайной сети, им не угрожают ни изменения мирового климата, ни пандемии, ни техногенные катастрофы.
Тем не менее идея создания всемирного правительства сама по себе не так уж плоха. Важно только, чтобы у его руля встали здравомыслящие и честные политики. Они могли бы покончить с войнами, болезнями и голодом. Заодно они могли бы сорвать нелепый план «синдиката» – уменьшить население Земли на треть. Кроме того, важно следующее. Мировое правительство должно признать нечто общее в основе всех религий, а именно Божественный свет Откровения. И хотя деисты сомневались в его чудодейственной силе, давайте с ними не согласимся. Пусть этот Свет принесет в наш мир демократию, свободу и всеобщее равенство. Пусть не будет голодных и неимущих.
Возможны два варианта нового мирового порядка. Первый – это естественный синтез всех религий и формирование мирового правительства, которое будет служить всему человечеству. Второй – это проект Вейсгаупта, где правят силы Зла и борются за власть отдельные группировки.
Надеюсь, что в конце концов тайные планы «синдиката» потерпят крах и восторжествуют идеалы отцов-основателей Соединенных Штатов, а мировое правительство (если, конечно, оно будет создано) воплотит в жизнь их заветы. Хочу, правда, сделать оговорку: я убежденный противник деизма. Но это не так уж важно.
В угоду всемогущему Господу и с помощью Божественного Провидения, мы, жители Виндзора, Хартфорда и Уэтерсфилда – городов, расположенных на берегах реки Коннектикут, понимаем, что слово Божье требует, чтобы люди жили в мире и согласии. Для этого нам нужно достойное правительство. Мы должны объединиться в конфедерацию, чтобы отстаивать нашу свободу и чистоту нашей веры. Руководствуясь евангельскими заповедями, мы принимаем нижеследующие законы:
1. Решено, что отныне каждый год будут проходить две Генеральные ассамблеи. Одна – во второй четверг апреля, другая – во второй четверг сентября. Делегаты первой ассамблеи будут выбирать губернатора, мировых судей и чиновников различного ранга. Срок полномочий губернатора и судей – один год. Их приведут к присяге, текст которой предстоит создать. В своей деятельности на благо общества они будут руководствоваться Законом Божьим, а также насущными интересами свободных граждан.
2. Решено, что голосование будет тайным. Каждый делегат ассамблеи получит листок со списком кандидатов на ту или иную должность. Победивший на выборах будет определяться простым большинством голосов. Это касается и губернатора, и мировых судей.
3. Решено, что в первую очередь в избирательные бюллетени будут вноситься фамилии тех, чьи кандидатуры рассматривались на предыдущих выборах. А когда этот лимит будет исчерпан, представители городов смогут назвать новых кандидатов на те или иные должности.
4. Решено, что губернатор не должен занимать свой пост два года подряд. Баллотироваться он сможет лишь через год. При этом он должен быть членом официально разрешенной церковной конгрегации и иметь опыт работы в суде. Мировые судьи и различные чиновники не могут выполнять свою работу, до тех пор пока их не приведут к присяге.
5. Решено, что в работе Апрельских ассамблей будут участвовать делегаты от нескольких городов. По окончании выборов некоторые из них смогут занять те или иные посты на государственной службе или в общественных организациях. Делегаты Сентябрьских ассамблей будут вырабатывать и принимать законы, выполнение которых пойдет на благо нашему Содружеству.
6. Решено, что губернатор – либо самолично, либо через секретаря – будет рассылать повестки констеблям всех городов, чтобы они явились на ассамблеи. Это следует делать не менее чем за месяц до начала сессий. Если губернатор и большинство членов магистрата сочтут необходимым созвать внеочередную ассамблею, то предупреждать констеблей нужно за две недели. Если же губернатор и большая часть магистрата по каким-то причинам откажутся созвать регулярную ассамблею, почетные граждане городов вправе потребовать от них изменить свое решение или могут сами созвать ассамблею.
7. Решено, что, узнав о предстоящей ассамблее, констебли всех городов должны известить об этом местных жителей, чтобы те успели собраться и избрать своих делегатов, а также рассказать им о своих проблемах. Делегатами могут быть лишь почетные граждане городов.
Выборы делегатов происходят примерно по той же схеме, что и выборы губернатора и мировых судей. Списки делегатов вручаются констеблям.
8. Решено, что от Виндзора, Хартфорда и Уэтерсфилда в работе ассамблей будут участвовать по четыре делегата. А если к союзу этих городов присоединятся другие поселения, то количество делегатов от каждого из них установит очередная ассамблея. При этом будет учитываться число почетных граждан того или иного города. У новичков будут, естественно, те же права и полномочия, что и у опытных законодателей.
9. Решено, что до начала работы ассамблей делегаты от каждого города вправе собраться в своем кругу и обсудить волнующие их проблемы. Они могут также проанализировать итоги их выборов, и если где-то вскроются поддельные бюллетени, подкуп избирателей или прочие махинации, ассамблея может оштрафовать виновников на крупную сумму.
10. Решено, что на каждой ассамблее, кроме тех, что созываются самими почетными гражданами, должны присутствовать губернатор и не менее четырех мировых судей, а также большая часть законно избранных делегатов от городов. Если губернатор и большая часть мировых судей откажутся участвовать в работе ассамблеи, то почетные граждане вправе сами провести ее, а свои пожелания и претензии к администрации Коннектикута могут передать через избранного ими посредника. Таким образом, высшим органом власти нашего Содружества остается Генеральная ассамблея. Именно она принимает или отменяет законы, распределяет земельные участки, вводит или отменяет налоги, осуществляет надзор за работой судей и чиновников. Все это делается на благо Содружества. Каждому делегату ассамблеи предоставляется полная свобода слова. Без согласия большинства делегатов работа ассамблеи не может быть прервана, а сама она не может быть распущена.
11. Решено, что, когда делегаты Генеральной ассамблеи при обсуждении насущных проблем Содружества решают выделить на те или иные общие цели необходимые средства, нужно избрать специальный комитет, который определит сумму вклада каждого города. Причем все города должны быть представлены в комитете одинаковым количеством голосов.
Все 11 вышеперечисленных законов приняты 14 января 1639 года.
Древние законы заморских Лож, предназначенные для зачтения при посвящении новых Братьев или по указанию Мастера.
I. О Боге и Религии
Вольный Каменщик обязан, в силу данного им обязательства, подчиняться нравственному закону; и если он верно понимает Царственное Искусство, он никогда не станет неразумным атеистом или неверующим вольнодумцем. Но если в древности Вольные Каменщики обязаны были в каждой стране принадлежать к религии именно той страны и того народа, среди которого находятся, какой бы она ни была, в настоящее время считается более разумным обязывать их принадлежать к той лишь религии, в которой согласны между собой все люди, оставив им самим точно определять свои религиозные убеждения; это означает [, что Вольные Каменщики должны быть] людьми добродетельными и верными, то есть людьми чести и людьми честными, вне зависимости от личных убеждений и конфессиональной принадлежности каждого из них, – в силу чего Франкмасонство становится Центром Единения и средством установления истинной дружбы между людьми, которые – не будь его, – были бы разделены непреодолимой пропастью.
II. О Светской Власти, Высшей и Назначенной
Вольный Каменщик является лояльным подданным светских властей, где бы он ни жил и ни работал; он никогда не должен участвовать в заговорах и тайных злоумышлениях против мира и благосостояния народа, равно как и не вести себя не должным образом в отношении назначенных представителей власти; ибо сколь Масонство ни страдало во все времена от войн, кровопролития и смятения, столь же расположены были древние Цари и Князья всегда оказывать мастеровым вспомоществование в силу миролюбия и верности последних, всегда давая достойный отпор их врагам и способствуя вящей славе Братства, процветавшего во времена мира. Таким образом, если Брат восстанет против государства, с ним не будут объединяться в этом его восстании, но будут сожалеть о нем, как о любом несчастном; однако если его осудят за это одно только преступление – хотя истинно лояльное, по своей сути, Братство может и должно заявить о своем неучастии в его бунтарском порыве, а также впредь не подавать поводов и не плодить зависть к существующим законным властям, – он не может быть исключен из Ложи, и его связи с ней останутся нерушимы.
III. О Ложах
Ложа есть место, где Вольные Каменщики собираются и работают; отсюда Ложей именуется и собрание, или должным образом организованное общество Вольных Каменщиков, и каждый брат должен принадлежать к какой-либо Ложе и подчиняться ее Внутреннему Регламенту, а также Генеральному Регламенту. Ложа носит местный или всеобщий характер, что лучше всего можно понять, посетив ее, а также ознакомившись с Регламентом Генеральной, или Великой, Ложи, приложенным к Конституции. В древности ни один Мастер или Брат не имел права не придти на Ложу, особенно в том случае, если был заранее о ней предупрежден, и без серьезной уважительной причины, по рассмотрении которой Мастер и Стражи не пришли бы к выводу о том, что суровая необходимость воспрепятствовала его присутствию. Люди, принимаемые в члены Ложи, должны быть добродетельными и честными, свободнорожденными, зрелого и разумного возраста; они не могут быть данниками и ленниками, женщинами, а также они должны быть людьми не безнравственными и ославленными в обществе, а только добрых нравов.
IV. О Мастерах, Стражах, Братьях и Учениках
Все преимущества и отличия среди Вольных Каменщиков основываются только и лишь на истинных достоинствах и личных заслугах; ибо только так возможно хорошо послужить Господу, не посрамить Братьев и не обесчестить Королевское Искусство. Поэтому ни один Мастер или Страж не может быть избран таковым в силу своего высокого положения, но только в силу своих личных заслуг. Невозможно отразить все подобное на письме, а потому каждый Брат должен посещать собрания и занимать в них долженствующее ему место, дабы все усваивать способами, отличающими наше Братство. Только да будет известно Кандидатам, что никакой Мастер не может брать себе Ученика, если он недостаточно ему знаком; если он не совершенный молодой человек, не имеющий увечий и уродств тела, могущих воспрепятствовать его обучению Царственному Искусству служения Господу его Мастера и быть посвященным в Братья, а затем – в Подмастерья, даже после того, как он проработал в первом звании тот срок, который определен обычаями его страны; если он происходит не от достойных родителей; и только если точно известно, что он отвечает всем этим требованиям, может он быть удостоен чести стать Стражем, затем – Мастером Ложи, затем – Великим Стражем и со временем – Великим Мастером всех Лож, в зависимости от его заслуг. Никто из Братьев не может стать Стражем, не проработав должный срок в степени Подмастерья; ни Мастером – не проработав Стражем; ни Великим Стражем – не проработав Мастером Ложи; ни Великим Мастером – не проработав до своего избрания в степени Подмастерья, одновременно будучи потомком высокородных родителей, или не будучи дворянином высшего света, или не будучи известным ученым, или архитектором, или иным художником, при этом будучи потомком высокородных родителей, заслужившим при этом своими достоинствами добрую славу и высокую оценку в своей Ложе. По древним заповедям и регламентам, эти правители и управители древних Лож, верховные и неоспоримые, должны встречать полное повиновение всех Братьев в подчиненных им объединениях со всеми должными смирением, любовью, почтением и рвением.
V. Об Управлении Работой Братства
Все Вольные Каменщики должны усердно трудиться в будние дни для того, чтобы жить в процветании в дни отдыха; и время труда, определенное законами их страны или подтвержденное обычаем, должно неукоснительно соблюдаться. Самый опытный из Подмастерьев назначается или избирается Мастером или Надзирателем над Господним Трудом. Работающие под его началом должны именовать его Мастером. Вольные Каменщики должны избегать любой ругани, не обзывать друг друга обидными словами – называть же друг друга только «Брат» или «Друг»; они должны учтиво вести себя как в Ложе, так и вне нее. Мастер, которому известно, что он способен на изворотливость ума, должен, тем не менее, насколько возможно разумно относится к Господнему Труду и справедливо распределять его плоды, словно они принадлежат ему самому; он не должен наделять никого из Учеников или Подмастерьев долей большей, нежели те заслуживают в действительности. И Мастер, и Каменщики, справедливо получающие заработную плату, останутся верны Господу и честно завершат свою работу, будь то труд или путешествие, а также не отнесут к области труда то, что обычно считается путешествием. Никто не должен проявлять зависти к благополучию Брата, вследствие этого мешая ему трудиться или отнимая у него работу для того, чтобы закончить ее самому, будучи на это способен; ибо никто не способен завершить во славу Господню чужую работу достойно, не будучи основательно знаком с чертежами и набросками того, кто эту работу начал. Когда Подмастерье избирается Стражем работ под начальством Мастера, он остается верен и Мастеру, и своим Братьям; он тщательно следит за исполнением работы во славу Господню в отсутствие Мастера; его же Братья должны во всем ему подчиняться. Все Вольные Каменщики, задействованные в исполнении работы, смиренно получают свою заработную плату, без ропота и возмущения, и не оставляют Мастера, пока работа не будет завершена. Молодого Брата следует наставлять в труде, дабы предотвратить порчу им материала, влекущую за собой судебное разбирательство, и дабы продолжать традицию братской любви. Все орудия труда, используемые в работе, осматриваются и одобряются Великой Ложей. Никакой подневольный работник не может заниматься истинно Вольным Каменщичеством, и никакой Вольный Каменщик не может работать вместе с несвободным каменщиком, кроме случаев чрезвычайной необходимости; также воспрещается обучать несвободных работников и не принятых Вольных Каменщиков тому, чему следует обучать Брата и Друга.
VI. О Поведении
1. В Ложе после учреждения и открытия.
Нельзя вести частные собрания и отдельные разговоры, не испросив на то разрешения у Мастера; нельзя вести разговоры о чем-либо непристойном или недостойном; нельзя перебивать Мастера, или Стража, или любого Брата, обращающегося к Мастеру. Нельзя вести себя чересчур вольно и шутовски, если Ложа занята священным или серьезным трудом; ни при каких условиях и ни под каким видом нельзя пользоваться недостойными выражениями; следует отдавать дань должного почтения Мастеру, Стражам и Братьям, воздавать им почести. При подаче какой-либо жалобы Брат, сочтенный виновным, подлежит рассмотрению его дела и вынесению определения Братьев Ложи, являющихся верными и компетентными судьями в такого рода противоречиях (кроме случаев апелляции к власти Великой Ложи), к которым и должен апеллировать виновный, корме тех случаев, когда общее собрание Братьев может привести к задержке исполнения работы во славу Господа, и в таковом случае возможно вынесение отдельного определения; однако к силе Закона не следует прибегать при рассмотрении любых масонских тяжб, кроме тех случаев, когда для всех Братьев Ложи очевидна необходимость такого обращения.
2. Поведение в Ложе после закрытия работ, пока Братья не разошлись.
Можно развлечься невинными беседами, увеселяя друг друга в силу способностей, однако избегая всяческой чрезмерности и не заставляя кого-либо из Братьев пить или есть больше, чем ему бы хотелось, или препятствовать ему уйти туда, куда его ведут его намерения или дела, или произносить оскорбления и грубости, мешающие приятному и свободному течению разговора, ибо это разрушит нашу Гармонию и подвергнет поруганию наши достойные восхищения цели. Поэтому никакие частные ссоры и споры не могут пересечь порог Ложи, а особенно ссоры и споры, касающиеся вопросов религии, наций, государственного устройства, ибо, принадлежа, как Вольные Каменщики, к единой религии, о которой говорилось выше, также принадлежим одновременно ко всем нациям, народам, семьям, родам и языкам, а также сторонимся всей и всяческой политики, которой, пока она не угрожает процветанию Ложи, намерены сторониться и впредь.
3. Поведение Братьев при встрече без непосвященных вне стен должным образом открытой Ложи.
Следует вежливо приветствовать друг друга так, как вы будете обучены, называя друг друга Братьями, свободно давать друг другу советы той степени подробности, которая будет сочтена подходящей и достаточной; при этом следует стремиться быть неувиденными и неуслышанными посторонними; не следует совершать нападки друг на друга, уклоняясь от следования той традиции уважения и почитания, которую следует поддерживать в отношении любого Брата, а также и не-масона. Ибо хотя все Вольные Каменщики являются Братьями, находящимися на одном уровне, Франкмасонство не отнимает достоинства и высокого положения в обществе у человека, принятого в Братство; скорее, оно добавляет ему достоинства, особенно если он заслужил почитание Братством, всегда отдающим почести достойным. Следует избегать дурных манер.
4. Поведение в присутствии не-масонов.
Следует соблюдать осторожность в словах и манерах, так, чтобы даже самый проницательный и любознательный из не-масонов не сумел раскрыть ничего из того, что ему раскрыть не следует; в некоторых случаях следует менять тему разговора и уводить его в сторону ради вящего блага нашего достопочтенного Братства.
5. Поведение дома и среди знакомых.
Следует поступать так, как подобает нравственному и мудрому человеку; особенно следует отметить, что ни вашей семье, ни друзьям, ни соседям не следует знать о заботах Ложи и пр.; в этих вопросах вы должны следовать велениям своей собственной чести и чести Древнего Братства в силу причин, о которых здесь не будет говориться. Также следует сообразовываться со своим здоровьем, не задерживаясь на собрании чересчур долго и вдали от дома после завершения собрания Ложи, а также избегать обжорства и пьянства, дабы ваши семьи не чувствовали себя униженными и обделенными вниманием и не пострадала ваша работа.
6. Поведение с незнакомым Братом.
Вы должны подвергнуть его осторожному дознанию теми средствами, какие подскажут вам рассудительность и опыт, дабы вашей доверчивостью не воспользовался невежественный самозванец, которого вам следует с презрением и решительностью отвергнуть, при этом постаравшись не дать ему ни намека на истинное Знание. Однако если вы выяснили, что перед вами истинный и верный Брат, вы должны воздать ему должные почести; и если он испытывает нужду, вы должны оказать ему всяческую возможную помощь или же иначе указать ему путь к вспоможению, например, вы можете дать ему работу на несколько дней или же рекомендовать другому работодателю. Однако вы не обязаны делать ничего превышающего ваши способности и возможности – только отдавать предпочтение бедному Брату, являющемуся при этом добродетельным и верным человеком, перед прочими бедными людьми в тех же обстоятельствах.
И наконец, все эти заповеди вы обязаны исполнять, равно как и другие законы, переданные вам тем же порядком; вы должны пестовать в сердцах братскую Любовь – основание и венец, связующий цемент и славу этого Древнего Братства. Избегая всех и всяческих свар и ссор, клеветы и наветов, не позволять прочим клеветать на достойного Брата, но отстаивать его честь и оказывать ему добрые услуги настолько, насколько позволяет ваша собственная честь и безопасность, – но не более. И если любой из Братьев причинит вам ущерб, вам следует, в соответствии с достойным древним обычаем, обратиться в свою или в его Ложу, а оттуда вы можете апеллировать к власти Великой Ложи на ежеквартальном ее собрании, а оттуда – к власти ежегодной Ассамблеи Великой Ложи. Однако к этому следует прибегать, только если дело нельзя решить никак иначе, терпеливо и внимательно выслушав совет Мастера и Братьев Ложи, которые могут помочь вам избежать обращения к Закону немасонскому, или же наоборот – будут способствовать быстрому решению всех ваших дел в суде с наибольшей возможной справедливостью и к вашей пользе, но при полном уважении к Братьям. Мастер и Братья сами должны предложить свои услуги в качестве посредников, а ведущие тяжбу братья должны с благодарностью принять такое предложение; а в тех случаях, когда такое посредничество не принесет большой пользы делу, им следует все же продолжать тяжбу или процесс, однако без гнева и злопамятности (по крайней мере, не в общепринятом смысле слова), не делая и не говоря ничего могущего угрожать братской Любви. Добрые отношения между Братьями следует восстанавливать и поддерживать, дабы всем было очевидно благоприятное влияние Франкмасонства на общество и людей. Так все Вольные Каменщики поступали с начала Мира и будут поступать до скончания веков. АМИНЬ, ДА БУДЕТ ТАК.
Предполагается, что нижеизложенное может быть представлено на рассмотрение парламента Великобритании. В дальнейшем на основании принятого им закона в Америке может быть сформировано центральное правительство, которому будут подчиняться все колонии. При этом любая из них вправе сохранить свою действующую конституцию, за исключением тех случаев, когда предполагаемый закон потребует внести в законодательство колоний те или иные изменения. Руководствуясь этими положениями, мы предлагаем осуществить нижеследующий план:
1. Централизованное управление колониями будет возложено на Генерального Президента, назначаемого британской короной, и на Большой Совет, члены которого избираются представителями отдельных колоний на их ассамблеях.
2. В течение нескольких месяцев после принятия вышеуказанного Закона Палата представителей должна избрать членов Большого Совета. Колонии будут представлены в следующих пропорциях:
3. Первое заседание Большого Совета пройдет в Филадельфии. Его дату определит после своего назначения Генеральный Президент.
4. Последующие выборы членов Большого Совета будут проходить раз в три года. В случае смерти или отставки того или иного члена Совета его место займет представитель соответствующей колонии, избранный на ее ассамблее.
5. После первых трех лет, когда станет известно, сколько средств поступает от каждой колонии в общесоюзную казну, число представителей некоторых колоний может быть изменено в ту или иную сторону – в зависимости от вклада каждой провинции в общий бюджет. При этом максимальное число представителей от любой колонии – 7, минимальное – 2.
6. Большой Совет будет собираться на свои сессии раз в год, но в случае необходимости – чаще. Время и место следующей сессии определяется на текущем заседании. Однако в экстренных случаях такие вопросы решает Генеральный Президент, причем с согласия семерых членов Совета, изложенного в письменной форме.
7. Большой Совет правомочен избирать своего спикера. Кроме того, без официального согласия с его стороны или без специального указа британской короны он не может быть распущен либо приостановить свою сессию, либо заседать непрерывно более шести недель.
8. Во время сессий Большого Совета его члены будут получать на расходы по десять шиллингов в день. В таком же размере будут оплачиваться им ежедневные расходы на дорогу – туда и обратно. При этом считается, что в среднем день дороги – это 20 миль.
9. Все законы, принятые Большим Советом, вступают в силу только после их одобрения со стороны Генерального Президента. В то же время его прямая обязанность – следить за тем, как эти законы выполняются.
10. Генеральный Президент, по рекомендации Большого Совета, заключает с вождями индейских племен соглашения, в которых затрагиваются общие интересы всех колоний. Он, в частности, заключает мирные договоры с отдельными племенами или – наоборот – объявляет им войну.
11. Большой Совет принимает законы, регулирующие торговлю с индейскими племенами.
12. Большой Совет заключает от имени британской короны торговые сделки и с теми индейскими племенами, чьи земли находятся за пределами границ тех или иных колоний.
13. На территориях, где ведется подобная торговля, Большой Совет должен создавать новые поселения, выделяя колонистам земельные участки от имени Короля. При этом налоги на землю будут поступать в общесоюзную казну.
14. Большой Совет должен издавать законы, временно регулирующие управление новыми поселениями – до тех пор, пока корона окончательно не определит их административный статус.
15. Большой Совет призван содержать армию и строить новые форты, чтобы обеспечить безопасность колоний. Он должен также оснащать военный флот, охраняющий морское побережье Америки и защищающий торговые суда, чьи маршруты пролегают через океан, озера и крупные реки. Однако все финансовые проблемы необходимо согласовывать с администрацией колоний.
16. Для повышения боеспособности армии и флота Большой Совет правомочен издавать соответствующие законы и вводить необходимые налоги. Но при этом он обязан учитывать реальное положение дел в отдельных колониях и уровень жизни местного населения. Налоговая политика должна строиться на разумных началах. Мы не одобряем показную роскошь, но нельзя обременять промышленников и торговцев излишними поборами.
17. Большой Совет вправе назначать главных казначеев колоний и их заместителей. Время от времени он может изымать из казны отдельных колоний суммы, необходимые для пополнения общесоюзного бюджета.
18. Выпуск новых денег возможен только по совместному решению Генерального Президента и Большого Совета.
19. Ежегодно необходимо составлять общесоюзные финансовые отчеты и предоставлять их на ассамблеях отдельных колоний.
20. Для полновесного сотрудничества с Генеральным Президентом на сессиях Большого Совета необходим кворум – не менее 25 членов. При этом большая часть колоний должна быть представлена хотя бы одним законодателем.
21. Законы, принятые Большим Советом, не могут противоречить английскому законодательству. После их прохождения их утверждает британский монарх. Если в течение трех лет британская корона не выражает несогласия с этими законами, они остаются в силе.
22. В случае смерти Генерального Президента его полномочия и обязанности временно возлагаются на спикера Большого Совета. Он занимает этот пост до тех пор, пока не станет известно имя нового Президента, назначенного Королем.
23. Армейских и флотских офицеров назначает на их должности Генеральный Президент, после чего его решения утверждает Большой Совет. Что касается чиновников, то их назначает Большой Совет, а Президент утверждает его решения.
24. В случае смерти либо отставки офицера или чиновника губернатор соответствующей провинции вправе найти ему замену, не дожидаясь решения Генерального Президента и Большого Совета.
25. В настоящее время в колониях уже сложились кадры опытных офицеров и чиновников, и мы вовсе не намерены разрушать эти структуры. Кроме того, если какая-либо колония вынуждена будет защищать свою территорию или столкнется со стихийным бедствием, она вправе обратиться за финансовой помощью к Генеральному Президенту и Большому Совету.
Когда ход событий приводит к тому, что один из народов вынужден расторгнуть политические узы, связывающие его с другим народом, и занять самостоятельное и равное место среди держав мира, на которое он имеет право по законам природы и ее Творца, уважительное отношение к мнению человечества требует от него разъяснения причин, побудивших его к такому отделению.
Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и наделены их Творцом определенными неотчуждаемыми правами, к числу которых относятся жизнь, свобода и стремление к счастью. Для обеспечения этих прав людьми учреждаются правительства, черпающие свои законные полномочия из согласия управляемых. В случае, если какая-либо форма правительства становится губительной для самих этих целей, народ имеет право изменить или упразднить ее и учредить новое правительство, основанное на таких принципах и формах организации власти, которые, как ему представляется, наилучшим образом обеспечат людям безопасность и счастье. Разумеется, благоразумие требует, чтобы правительства, установленные с давних пор, не менялись бы под влиянием несущественных и быстротечных обстоятельств; соответственно, весь опыт прошлого подтверждает, что люди склонны скорее сносить пороки до тех пор, пока их можно терпеть, нежели использовать свое право упразднять правительственные формы, ставшие для них привычными. Но когда длинный ряд злоупотреблений и насилий, неизменно подчиненных одной и той же цели, свидетельствует о коварном замысле вынудить народ смириться с неограниченным деспотизмом, свержение такого правительства и создание новых гарантий безопасности на будущее становится правом и обязанностью народа. Эти колонии длительное время проявляли терпение, и только необходимость вынуждает их изменить прежнюю систему своего правительства. История правления ныне царствующего короля Великобритании – это набор бесчисленных несправедливостей и насилий, непосредственной целью которых является установление неограниченного деспотизма.
Для подтверждения сказанного выше представляем на беспристрастный суд всего человечества следующие факты.
Он отказывался давать свое согласие на принятие законов, в высшей степени полезных и необходимых для общего блага.
Он запрещал своим губернаторам проводить неотложные и чрезвычайно важные законы, если только их действие не откладывалось до получения королевского согласия, но когда они таким способом приостанавливались, он демонстративно оставлял их без всякого внимания.
Он разрешил проводить другие законы, важные для жизни населения обширных округов, только при условии, что оно откажется от права на представительство в легислатуре, то есть от права, бесценного для него и опасного только для тиранов.
Он созывал законодательные органы в непривычных и в неудобных местах, находящихся на большом удалении от места хранения их официальных документов, с единственной целью измором заставить их согласиться с предлагаемой им политикой.
Он неоднократно распускал палаты представителей, мужественно и твердо противостоявшие его посягательствам на права народа.
Он в течение длительного срока после такого роспуска отказывал в выборах других депутатов, в результате чего законодательные полномочия, которые по своей сути неуничтожаемы, возвращались для их осуществления народу в целом; штат тем временем подвергался всем опасностям, проистекавшим как от внешнего вторжения, так и от внутренних беспорядков.
Он пытался помешать заселению этих штатов, игнорируя по этой причине законы о натурализации иностранцев, отказывая в принятии других законов, направленных на поощрение иммиграции, а также затрудняя выделение новых земельных участков.
Он создавал препятствия для осуществления правосудия, отказываясь давать согласие на принятие законов об организации судебной власти.
Он поставил судей в исключительную зависимость от своей золи путем определения сроков их пребывания в должности, а также размера и выплат им жалования.
Он создавал множество новых должностей и присылал к нам сонмища чиновников, чтобы притеснять народ и лишать его средств к существованию.
Он в мирное время содержал у нас постоянную армию без согласия наших легислатур.
Он стремился превратить военную власть в независимую и более высокую по отношению к гражданской власти.
Он объединялся с другими лицами, чтобы подчинить нас юрисдикции, чуждой нашей конституции и не признаваемой нашими законами, утверждал их акты, претендовавшие стать законодательством и служившие:
– для расквартирования у нас крупных соединений вооруженных сил;
– для освобождения посредством судебных процессов, являющихся таковыми только по видимости, от наказаний военных, совершивших убийства жителей этих штатов;
– для прекращения нашей торговли со всеми частями света;
– для обложения нас налогами без нашего согласия;
– для лишения нас по многим судебным делам возможности пользоваться преимуществами суда присяжных;
– для отправки жителей колоний за моря с целью предания их там суду за приписываемые им преступления;
– для отмены свободной системы английских законов в соседней провинции путем установления в ней деспотического правления и расширения ее границ таким образом, чтобы она служила одновременно примером и готовым инструментом для введения такого же абсолютистского правления в наших колониях;
– для отзыва предоставленных нам хартий, отмены наших наиболее полезных законов и коренного изменения форм нашего правительства;
– для приостановления деятельности наших легислатур и присвоения себе полномочий законодательствовать вместо нас в самых различных случаях.
Он отказался от управления колониями, объявив о лишении нас его защиты и начав против нас войну.
Он грабил нас на море, опустошал наши берега, сжигал наши города и лишал наших людей жизни.
Он в настоящий момент посылает к нам большую армию иностранных наемников с тем, чтобы окончательно посеять у нас смерть, разорение и установить тиранию, которые уже нашли свое выражение в фактах жестокости и вероломства, какие едва ли имели место даже в самые варварские времена, и абсолютно недостойны для главы цивилизованной нации.
Он принуждал наших сограждан, взятых в плен в открытом море, воевать против своей страны, убивать своих друзей и братьев либо самим погибать от их рук.
Он подстрекал нас к внутренним мятежам и пытался натравливать на жителей наших пограничных земель безжалостных дикарей-индейцев, чьи признанные правила ведения войны сводятся к уничтожению людей, независимо от возраста, пола и семейного положения.
В ответ на эти притеснения мы каждый раз подавали петиции, составленные в самом сдержанном тоне, с просьбой о восстановлении наших прав: в ответ на наши повторные петиции следовали лишь новые несправедливости. Государь, характеру которого присущи все черты, свойственные тирану, не может быть правителем свободного народа.
В равной степени не оставляли мы без внимания и наших британских братьев. Время от времени мы предостерегали их от попыток парламента незаконным образом подчинить нас своей юрисдикции. Мы напоминали им о причинах, в силу которых мы эмигрировали и поселились здесь. Мы взывали к их прирожденному чувству справедливости и великодушию и заклинали их, ради наших общих кровных уз, осудить эти притеснения, которые с неизбежностью должны были привести к разрыву наших связей и общения. Они также оставались глухими к голосу справедливости и общей крови. Поэтому мы вынуждены признать неотвратимость нашего разделения и рассматривать их, как мы рассматриваем и остальную часть человечества, в качестве врагов во время войны, друзей в мирное время.
Поэтому мы, представители Соединенных Штатов Америки, собравшись на общий Конгресс, призывая Всевышнего подтвердить честность наших намерений, от имени и по уполномочию доброго народа этих колоний, торжественно записываем и заявляем, что эти соединенные колонии являются и по праву должны быть свободными и независимыми штатами, что они освобождаются от всякой зависимости по отношению к британской короне и что все политические связи между ними и Британским государством должны быть полностью разорваны, что в качестве свободных и независимых штатов они полномочны объявлять войну, заключать мирные договоры, вступать в союзы, вести торговлю, совершать любые другие действия и все то, на что имеет право независимое государство. И с твердой уверенностью в покровительстве Божественного Провидения мы клянемся друг другу поддерживать настоящую Декларацию своей жизнью, своим состоянием и своей незапятнанной честью.
Подписано президентом Конгресса Джоном Хэнкоком
Декларацию также подписали:
От Нью-Гемпшира:
Джошуа Бартлет
Уильям Уиппл
Мэтью Торнтон
От Массачусетского залива:
Сэмюэль Адамс
Джон Адамс
Роберт Трит Пейн
Элбридж Герри
От Род-Айленда:
Стефен Хопкинс
Уильям Эллери
От Коннектикута:
Роджер Шерман
Сэмюэль Хантингтон
Уильям Уильямс
Оливер Уолкотт
От Нью-Йорка:
Уильям Флойд
Филипп Ливингстон
Фрэнсис Льюис
Льюис Моррис
От Нью-Джерси:
Ричард Стоктон
Джон Уитерспун
Фрэнсис Хопкинсон
Джон Харт
Авраам Кларк
От Пенсильвании:
Роберт Моррис
Бенджамин Раш
Бенджамин Франклин
Джон Мортон
Джордж Клаймер
Джаспер Смит
Джордж Тейлор
Джеймс Вильсон
Джордж Росс
От Делавэра:
Сезар Родни
Джордж Рид
Томас Маккин
От Мэриленда:
Сэмюэль Чейз
Уильям Пака
Томас Стоун
Чарльз Кэррол из Кэрролтона
От Виргинии:
Джордж Уайт
Ричард Генри Ли
Томас Джефферсон
Бенджамин Харрисон
Томас Нельсон-младший
Фрэнсис Лайтфут Ли
Картер Брэкстон
От Северной Каролины:
Уильям Хупер
Джозеф Хьюз
Джон Пенн
От Южной Каролины:
Эдвард Ратледж
Томас Хейворд-младший
Томас Линч-младший
Артур Миддлтон
От Джорджии:
Баттон Гвиннетт
Лаймен Холл
Джордж Уолтон
Фердинанд Джефферсон, хранитель архивов Государственного департамента США, так прокомментировал этот список:
«Имена и фамилии подписантов приводятся согласно их факсимиле на оригинале документа. Однако в других источниках транскрипция некоторых имен и фамилий – иная. Кроме того, в оригинале Декларации не указывались названия штатов, хотя подписанты и были сгруппированы по территориальному признаку. Исключение – Мэтью Торнтон, чья подпись по ошибке шла за подписью Оливера Уолкотта».
Revised Statutes of the United States, second edition, 1878, p. 6.
Статьи конфедерации и вечного союза между Штатами Нью-Гемпширом, Массачусетсом, Род-Айлендом и плантациями Провиденса, Коннектикутом, Нью-Йорком, Нью-Джерси, Пенсильванией, Делавэром, Мэрилендом, Виргинией, Северной Каролиной, Южной Каролиной и Джорджией.
Эта конфедерация должна носить название «Соединенных Штатов Америки».
Каждый штат сохраняет… свою свободу и независимость… как всю власть, всю юрисдикцию и все права, которые не предоставлены этой конфедерацией Соединенным Штатам, собравшимся на конгресс.
Каждый из перечисленных Штатов вступает в прочный дружеский союз с каждым из остальных Штатов для общей защиты, для обеспечения своих вольностей, для взаимной и общей пользы, обязываясь помогать один другому против всяких насилий или против всяких нападений, сделанных на один из них из-за религии, из-за верховных прав, из-за торговли или по какому-либо другому поводу.
Чтобы лучше упрочить и увековечить взаимную дружбу и взаимные сношения между населением различных Штатов этого Союза, свободные жители каждого из этих Штатов, за исключением нищих, бродяг и людей, спасшихся бегством от исполнения судебного приговора, должны пользоваться всеми привилегиями и льготами свободных граждан во всех штатах; жители каждого штата должны иметь право свободно въезжать в другие Штаты или выезжать из них, должны пользоваться там наравне с местными жителями промышленными и торговыми привилегиями и должны наравне с ними подчинятся уплате налогов и пошлин и другим ограничениям; но эти ограничения не должны доходить до запрещения обратно увозить в другой штат ту собственность, которая была оттуда привезена; они также не должны доходить до наложения одним из Штатов каких-либо податей или ограничений на собственность Соединенных Штатов или одного из них.
Если человек, обвиняемый в государственной измене, в подлоге или в каком-либо другом важном преступлении, будет искать спасения в бегстве и будет отыскан в одном из Соединенных Штатов, то он должен быть вызван по требованию губернатора или исполнительной власти того штата, из которого бежал, и должен быть представлен в тот штат, где должен происходить над ним суд.
В каждом из этих Штатов должно оказываться полное доверие к постановлениям и распоряжениям судов и должностных лиц каждого другого штата.
Для более удобного заведования общими интересами Соединенных Штатов ежегодно должны быть избираемы (по установленному законодательным собранием каждого штата способу) делегаты… на конгресс в первый понедельник ноября с предоставлением каждому штату права отзывать всех его делегатов или некоторых из них во всякое время в течение года и заменять их другими делегатами на остальную часть года.
Ни один из Штатов не должен иметь ни менее двух представителей в конгресс, ни более семи; никто не может быть делегатом более трех лет в течение одного шестилетия: кто состоит в звании делегата, тот не может занимать никакую должность в Соединенных Штатах, за которую он сам или кто-либо другой вместо него получает жалованье, вознаграждение или денежные выгоды какого бы то ни было рода.
Каждый штат должен иметь своих собственных делегатов на всяком собрании Штатов и во всяком комитете Штатов.
При разрешении вопросов в конгрессе Соединенных Штатов каждый штат должен иметь один голос.
Свобода слова и прений в конгрессе не должна встречать препятствий ни в судах, ни в каком-либо другом месте вне конгресса, а члена конгресса нельзя подвергать ни аресту, ни тюремному заключению ни в то время, как он отправляется в конгресс, ни в то время, как он возвращается из конгресса, иначе, как за государственную измену, за уголовное преступление или за нарушение внутреннего спокойствия.
Без согласия собравшихся на конгресс Соединенных Штатов ни один штат не должен отправлять послов к какому-нибудь королю, принцу или государству, не должен принимать от них послов и не должен вступать с ними в совещания, в соглашения, в союз или заключать договоры; никто из занимающих какую-либо прибыльную должность в Соединенных Штатах или получивший от них какое-либо поручение не должен принимать никаких подарков, вознаграждений, должностей или титулов от королей, принцев или от иностранных государств; ни собравшиеся на конгресс Соединенные Штаты, ни каждый отдельный штат не могут раздавать никаких дворянских титулов.
Два или более штата не могут заключать между собою трактаты или союзы без согласия собравшихся на конгресс Соединенных Штатов и не объяснив подробно, с какою целью составляются эти трактаты или союзы и как долго они должны оставаться в силе.
Ни один из Штатов не должен вводить такие налоги или пошлины, которые были бы нарушением каких-либо условий в договорах, заключенных собравшимися на конгресс Соединенными Штатами с каким-либо королем, принцем или государством, либо уже предложенных конгрессом правительствам французскому и испанскому.
Всякий штат имеет право содержать в мирное время военные корабли только в том числе, какое конгресс признает необходимым для его защиты или для его торговых интересов; всякий штат имеет право содержать в мирное время только такую армию, какая, по мнению конгресса, необходима для снабжения гарнизонами тех крепостей, которые служат охраной для внешней безопасности штата.
Ни один из Штатов не имеет права предпринимать войну без согласия собравшихся на конгресс Соединенных Штатов; исключение из этого правила допускается только в том случае, если штат подвергнется неприятельскому нашествию или если он узнает о намерении какого-нибудь индейского племени вторгнутся на его территорию, а ввиду неминуемой опасности нельзя будет терять времени в ожидании распоряжений от собравшихся на конгресс Соединенных Штатов; каждый штат имеет право снаряжать военные корабли и выдавать им каперские свидетельства только против тех королевств, государств или подданных, которым объявлена война и только в том случае, если штат подвергнется нападениям пиратов; тогда он может снаряжать для своей защиты военные корабли и содержать их, пока не минует опасность или пока не будет сделано какого-нибудь другого распоряжения собравшимися на конгресс Соединенными Штатами.
Когда каким-нибудь штатом организована сухопутная армия для общей обороны, то все офицеры не выше полковников должны быть назначаемы законодательным собранием того штата, который организовал эту армию, а все открывающиеся вакансии должны быть замещаемы тем же штатом, который сделал первоначальные назначения.
Все военные издержки и всякие другие расходы на общую оборону или для общей пользы, разрешенные собравшимися на Конгресс Соединенными Штатами, должны делаться из общей казны, которая должна пополняться штатами соразмерно с ценностью принадлежащей каждому штату земли, данной во владение и измеренной для кого бы то ни было, а оценка этих земель и находящихся на них построек и улучшений должна производиться тем способом, который будет указан от времени до времени собравшимися на конгресс Соединенными Штатами.
Соразмерно с этой оценкой законодательные собрания штатов должны налагать и взыскивать подати в такие сроки, какие будут установлены собравшимися на конгресс Соединенными Штатами.
Собравшимся на конгресс Соединенным Штатам принадлежит исключительное право разрешать вопросы мира и войны, за исключением тех случаев, которые упомянуты в шестой статье; им одним принадлежит право отправлять и принимать послов и заключать трактаты и союзы с тем условием, чтобы не заключались трактаты, которыми ограничивалось бы право отдельных Штатов облагать иноземцев такими же налогами и податями, какими обложены их собственные жители, или которыми запрещалось бы вывозить или ввозить какие-либо товары или продукты; кроме того, конгрессу исключительно принадлежат следующие права: устанавливать правила для определения в каждом данном случае, какая отнятая у неприятеля на суше или на море добыча законна и каким образом она должна быть распределена; выдавать каперские свидетельства в мирное время; назначать суды для разбирательства дел о разбоях, совершенных в открытом море; учреждать суды для принятия и окончательного разрешения апелляций по делам о захвате добычи с тем ограничением, что ни один из членов конгресса не может быть назначен членом таких судов.
Собравшиеся на конгресс Соединенные Штаты также должны служить высшей апелляционной инстанцией во всех спорах и недоразумениях, возникших или могущих возникнуть между двумя или более штатами…
Собравшимся на конгресс Соединенным Штатам также исключительно принадлежат следующие права: определять количество лигатуры и цену для той монеты, которая чеканится по их распоряжению или по распоряжению отдельных Штатов; устанавливать норму для весов и мер во всех Соединенных Штатах; регулировать торговлю и заведовать всеми делами с индейцами, не входящими в состав населения какого-либо штата; при этом не следует стеснять или нарушать законодательные права отдельных Штатов в пределах территории этих Штатов; учреждать и регулировать почтовые сообщения между различными штатами на всей территории Соединенных Штатов и облагать перевозимую переписку такой платой, какая окажется необходимой для покрытия расходов почтового ведомства; назначать всех должностных лиц сухопутной армии, находящейся на службе Соединенных Штатов; издавать правила для управления сухопутными и морскими военными силами и руководить военными действиями.
Собравшиеся на конгресс Соединенные Штаты имеют право учредить комитет, который должен заседать во время прекращения заседания конгресса; он должен носить название «комитета Штатов» и должен состоять из одного делегата от каждого штата; конгресс имеет право назначать другие комитеты и гражданских должностных лиц, какие окажутся необходимыми для ведения общих дел под руководством Соединенных Штатов; он имеет право назначать одного из своих членов председателем комитета лишь с тем условием, чтобы никто не занимал должности председателя более одного года в течение трех лет…
Собравшиеся на конгресс Соединенные Штаты не имеют права без одобрения со стороны девяти Штатов: предпринимать войну, выдавать в мирное время каперские свидетельства, заключать трактаты или союзы, чеканить монету или устанавливать ее ценность, определять размер расходов, необходимых для защиты или для общих интересов Соединенных Штатов, выпускать бумажные деньги, делать займы от имени Соединенных Штатов, делать ассигновки сумм на расходы, устанавливать, какое число военных кораблей должно быть построено или куплено или какое число солдат должно быть набрано для сухопутной армии или для флота, назначать главнокомандующего армии или флота; конгресс не имеет права разрешать какие-либо другие вопросы (кроме вопроса об отсрочках заседаний с одного дня на другой) иначе, как большинством голосов.
Конгресс Соединенных Штатов имеет право прекращать свои заседания на всякий срок и переносить их во всякое место внутри Соединенных Штатов, но так, чтобы период прекращения заседаний не превышал шести месяцев…
Комитет Штатов или девяти из них должен иметь право, во время прекращения заседаний конгресса, пользоваться теми правами конгресса, какие будут от времени до времени предоставлять ему собравшиеся на конгрессе Соединенные Штаты с одобрения девяти Штатов; но этому комитету нельзя предоставлять тех прав, для пользования которыми требуется, на основании Статей конфедерации, согласие девяти Штатов на конгрессе Соединенных Штатов.
Ввиду того, что Канада присоединяется к этой Конфедерации и принимает участие в мерах, предписываемых Соединенными Штатами, она должна быть принята в Конфедерацию и должна иметь право пользоваться всеми выгодами этого Союза; но никакая другая колония не должна быть принимаема в состав Союза иначе, как с одобрения девяти Штатов.
Все выпущенные кредитные билеты, все займы и долги, сделанные конгрессом до собрания Соединенных Штатов на основании теперешней Конфедерации, должны лежать на Соединенных Штатах, а за их уплату служат формальной порукой и Соединенные Штаты, и общественная совесть.
Каждый штат должен подчиняться решениям собравшихся на конгресс Соединенных Штатов по всем вопросам, разрешение которых предоставлено этим штатам на основании этой Конфедерации. А статьи этой Конфедерации должны быть ненарушимо соблюдаемы каждым штатом и союз должен быть вечен; никакая из этих статей не может быть впоследствии изменена иначе, как по желанию конгресса Соединенных Штатов и с одобрения законодательных собраний каждого штата.
Так как Всевышнему угодно было, чтобы законодательные собрания, от которых мы состоим представителями в конгрессе, согласились одобрить вышеизложенные Статьи конфедерации и вечного союза и уполномочили нас утвердить их, то мы, нижеподписавшиеся делегаты, заявляем, что в силу предоставленных нам для этой цели прав, мы от имени наших доверителей вполне одобряем и утверждаем каждую из вышеназванных Статей конфедерации и вечного союза, и все подробности, какие входят в содержание тех статей. Мы, кроме того, формально ручаемся за наших доверителей в том, что они будут подчиняться решениям собравшихся на конгресс Соединенных Штатов по всем вопросам, разрешение которых предоставлено этим штатам этой Конфедерацией; мы также ручаемся за то, что Статьи конфедерации будут ненарушимо соблюдаемы теми штатами, от которых мы состоим представителями, и что союз будет вечен. В удостоверение чего мы на конгрессе подписали этот документ. Утверждено в Филадельфии, в штате Пенсильвания, в 9 день июля 1778 года, и в третий год независимости Америки.
Мы, народ Соединенных Штатов, с целью образовать более совершенный Союз, установить правосудие, гарантировать внутреннее спокойствие, обеспечить совместную оборону, содействовать всеобщему благоденствию и закрепить блага свободы за нами и потомством нашим провозглашаем и устанавливаем настоящую Конституцию для Соединенных Штатов Америки.
Раздел 1
Все законодательные полномочия, настоящим установленные, принадлежат Конгрессу Соединенных Штатов, который состоит из Сената и Палаты представителей.
Раздел 2
1. Палата представителей состоит из членов, избираемых раз в два года народом отдельных штатов; и избиратели в каждом из штатов должны отвечать требованиям, предъявляемым к избирателям наиболее многочисленной палаты легислатуры штата.
2. Ни одно лицо не может стать представителем, если оно не достигло возраста двадцати пяти лет и не было в течение семи лет гражданином Соединенных Штатов, и не является во время проведения выборов жителем того штата, от которого оно избирается.
3. Места представителей и прямые налоги распределяются между отдельными штатами, которые могут быть включены в настоящий Союз, согласно численности их населения, [которая определяется посредством прибавления к общему числу свободных лиц – включая в это число тех, кто поступил в услужение на определенный срок, и исключая не облагаемых налогом индейцев – трех пятых всех прочих лиц]. Исчисление фактического населения штатов будет произведено в течение трех лет после первого заседания Конгресса Соединенных Штатов и в последующем каждые десять лет в том порядке, который будет определен законом. Число представителей устанавливается из расчета один представитель не более чем от каждых тридцати тысяч жителей при том условии, что каждый штат будет иметь по крайней мере одного представителя; и до тех пор, пока такое исчисление не будет произведено, штат Нью-Гемпшир имеет право избирать трех представителей, Массачусетс – восемь, Род-Айленд и плантации Провиденса – одного, Коннектикут – пять, Нью-Йорк – шесть, Нью-Джерси – четырех, Пенсильвания – восемь, Делавэр – одного, Мэриленд – шесть, Виргиния – десять, Северная Каролина – пять, Южная Каролина – пять и Джорджия – трех.
4. Если в представительстве от какого-либо штата откроются вакансии, исполнительная власть штата издает приказ о проведении выборов для заполнения этих вакансий.
5. Палата представителей избирает своего Спикера и других должностных лиц; и ей одной принадлежит право импичмента.
Раздел 3
1. Сенат Соединенных Штатов образуется из двух сенаторов от каждого штата, [избираемых их легислатурами] на шесть лет; и каждый сенатор имеет один голос.
2. Как только сенаторы соберутся после первых выборов, они должны быть разделены на три, по возможности численно равные, группы. Места сенаторов первой группы становятся вакантными по истечении второго года, второй группы – по истечении четвертого года и третьей группы – по истечении шестого года, так чтобы Сенат мог переизбираться на одну треть каждые два года; [и если вследствие отставки или по иной причине откроются вакансии во время перерыва в заседаниях легислатуры какого-либо штата, исполнительная власть этого штата может произвести временные назначения до следующего заседания легислатуры, которая заполнит эти вакансии].
3. Ни одно лицо не может стать сенатором, если оно не достигло возраста тридцати лет и не было в течение девяти лет гражданином Соединенных Штатов, и не является во время проведения выборов жителем того штата, от которого оно избирается.
Вице-президент Соединенных Штатов является Председателем Сената, но не имеет права участвовать в голосовании, если только голоса сенаторов не разделятся поровну.
4. Сенат избирает других должностных лиц, а также Председателя pro tempore на время отсутствия Вице-президента либо исполнения им обязанностей Президента Соединенных Штатов.
5. Сенату принадлежит исключительное право разбирательства дел по импичменту. Заседая с этой целью, сенаторы принимают присягу или делают заявление. Если перед судом предстает Президент Соединенных Штатов, председательствует Главный судья; и ни одно лицо не может быть осуждено без согласия двух третей присутствующих членов.
6. Осуждение в порядке импичмента не должно предусматривать иных наказаний, кроме отстранения от должности и лишения права занимать и исполнять какую-либо почетную, ответственную либо приносящую доход должность на службе Соединенных Штатов; после такого осуждения лицо тем не менее привлекается к ответственности, а обвинение, судебное разбирательство, приговор и наказание должны соответствовать закону.
Раздел 4
Сроки, место и порядок проведения выборов сенаторов и представителей устанавливаются легислатурой каждого штата; но Конгресс в любое время может посредством принятия закона установить либо изменить эти правила, за исключением тех, которые касаются места проведения выборов сенаторов.
[Конгресс собирается не реже одного раза в год, и каждое его заседание начинается в первый понедельник декабря, если не будет назначен иной день.]
Раздел 5
Каждая палата сама устанавливает правомерность проведения и результаты выборов и соответствие ее членов требованиям, предъявляемым к кандидатам, и большинство членов каждой из палат образует кворум, необходимый для ведения дел; но палата и в меньшем составе может переносить свои заседания с одного дня на другой и, если это будет разрешено палатой, обеспечивать принудительную явку отсутствующих членов в той форме и под угрозой тех наказаний, которые каждая палата может предусмотреть.
Каждая палата может устанавливать правила проведения своих заседаний, наказывать своих членов за поведение, нарушающее порядок, и с согласия двух третей палаты исключать члена палаты из своего состава.
Каждая из палат ведет журнал своих заседаний и в определенные сроки публикует его, за исключением тех разделов, которые могут, по ее суждению, требовать сохранения тайны; при голосовании по любому вопросу ответы в форме «да» или «нет» по желанию одной пятой присутствующих членов палаты заносятся в журнал.
Ни одна из палат во время сессии Конгресса не может без согласия другой переносить свои заседания более чем на три дня либо назначать их проведение в ином месте, чем то, где палаты должны заседать.
Раздел 6
Сенаторы и представители получают за свою службу вознаграждение, которое устанавливается законом и выплачивается казначейством Соединенных Штатов. Кроме случаев измены, тяжкого преступления и нарушения общественного порядка, члены палат в силу своего положения не могут быть арестованы во время нахождения на сессии, следования на сессию и возвращения с нее; и ни за какие выступления либо участие в дебатах в любой из палат их не могут подвергать допросу в каком-либо ином месте.
Ни сенатор, ни представитель в течение срока, на который они избраны, не могут быть назначены на какую-либо гражданскую должность, учрежденную Соединенными Штатами, если она создана либо содержание по ней увеличено в это же время; и ни одно лицо, состоящее в должности, учрежденной Соединенными Штатами, не может быть членом любой из палат, пока пребывает в этой должности.
Раздел 7
Все законопроекты о поступлении государственных доходов исходят от Палаты представителей; но Сенат может, как и по другим законопроектам, предлагать к ним поправки либо соглашаться на их внесение.
Каждый законопроект, принятый Палатой представителей, прежде чем станет законом, направляется Президенту Соединенных Штатов; если Президент одобряет законопроект, он подписывает его, если не одобряет, то возвращает со своими возражениями в ту из палат, от которой исходил законопроект, и эта палата заносит в свой журнал все возражения полностью и приступает к его пересмотру. Если после такого пересмотра две трети палаты одобрят законопроект, он направляется вместе с возражениями Президента в другую палату, в которой он будет рассмотрен повторно, и по принятии двумя третями палаты становится законом. Но во всех указанных случаях голосование в обеих палатах проводится поименно в форме ответа «да» либо «нет», и имена лиц, голосовавших за или против законопроекта, заносятся з журнал соответственно каждой палаты. Если какой-либо законопроект не возвращен Президентом в течение десяти дней (не считая воскресных дней) после того, как был ему представлен, законопроект становится законом так же, как если бы он был подписан Президентом, если только перенос заседаний Конгресса не препятствует возвращению законопроекта – в этом случае законом он не становится.
Все приказы, резолюции либо решения, по которым может с казаться необходимо согласие Сената и Палаты представителей кроме вопроса о переносе заседания), представляются Президенту Соединенных Штатов; и по одобрении им они вступают в силу или в случае неодобрения могут быть вновь приняты двумя третями голосов Сената и Палаты представителей в том же порядке и с теми же ограничениями, которые установлены в отношении законопроектов.
Раздел 8
Конгресс имеет право:
вводить и взимать налоги, пошлины, сборы и акцизы, для того чтобы выплачивать долги и обеспечивать совместную оборону и общее благоденствие Соединенных Штатов;
при этом все пошлины, сборы и акцизы должны быть единообразными на всей территории Соединенных Штатов;
занимать деньги под гарантию Соединенных Штатов;
регулировать торговлю с иностранными государствами, между отдельными штатами и с племенами индейцев;
устанавливать единообразные правила натурализации и единообразные законы о банкротстве на всей территории Соединенных Штатов;
чеканить монету, регулировать ценность ее и иностранной монеты и устанавливать единицы весов и мер;
предусматривать ответственность за подделку ценных бумаг и находящейся в обращении монеты Соединенных Штатов;
учреждать почтовые службы и почтовые дороги;
содействовать развитию науки и полезных ремесел, закрепляя на ограниченный срок за авторами и изобретателями исключительные права на принадлежащие им сочинения и открытия;
учреждать суды, нижестоящие по отношению к Верховному суду;
определять понятия и карать за совершение пиратства и преступлений, совершенных в открытом море, и преступлений против права наций;
объявлять войну, выдавать каперские свидетельства и разрешения на репрессалии и устанавливать правила захвата трофеев на суше и на воде;
формировать и содержать армии, но выделяемые на эти цели денежные средства не должны устанавливаться более чем на двухлетний срок;
создавать и обеспечивать флот;
издавать правила по управлению сухопутными и морскими силами и их организации;
предусматривать порядок призыва милиции для обеспечения исполнения законов Союза, подавления восстаний и отражения вторжений на его территорию;
предусматривать организацию, вооружение и правила дисциплины милиции и руководства той ее частью, которая может быть использована на службе Соединенных Штатов, сохраняя за соответствующими штатами право назначения офицеров и подготовки милиции на основе правил дисциплины, предписанных Конгрессом;
осуществлять исключительную законодательную власть по всем вопросам в отношении того округа (не превышающего по площади десяти квадратных миль), который вследствие уступки отдельными штатами и ее принятия Конгрессом станет местом пребывания правительства Соединенных Штатов, и осуществлять такую же власть на всех территориях, выкупленных с согласия легислатур тех штатов, где они расположены, для возведения фортов, постройки складов, арсеналов, верфей и других необходимых сооружений, и издавать все законы, которые необходимы и уместны для осуществления вышеперечисленных полномочий и всех других полномочий, предоставленных настоящей Конституцией правительству Соединенных Штатов, или какому-либо его департаменту, или должностному лицу.
Раздел 9
Переселение или ввоз тех лиц, которые любой из существующих ныне штатов сочтет возможным допустить, не должны запрещаться Конгрессом до одна тысяча восемьсот восьмого года, однако могут быть установлены на такой ввоз налог или пошлина, не превышающие десяти долларов за каждое лицо.
Действие привилегии судебного приказа habeas corpus не может быть приостановлено, если только того не потребует общественная безопасность в случае мятежа или вторжения.
Ни один билль об опале или закон, имеющий обратную силу, не должны приниматься.
Ни одна подушная подать или иной прямой налог не должны устанавливаться иначе как на основе переписи или исчисления населения, проведение которых предписано выше.
Ни один налог или пошлина не должны устанавливаться на предметы, вывозимые из какого-либо штата.
Не должны предоставляться преимущества по каким бы то ни было установлениям о торговле или налогах портам одного штата перед портами другого; и не должны суда, следующие из одного штата в другой либо обратно, принуждаться к заходу в порты другого штата, разгрузке либо уплате там пошлин.
Не могут выдаваться какие-либо денежные суммы из казначейства иначе как в соответствии с ассигнованиями, установленными законом; и представляемые регулярно сообщения и отчеты о поступлениях и расходовании государственных средств должны в определенные сроки публиковаться.
Не могут быть пожалованы Соединенными Штатами какие-либо дворянские титулы; и ни одно лицо, которое занимает приносящую доход или почетную должность, учрежденную Соединенными Штатами, не может без согласия Конгресса принять какой-либо подарок, содержание либо титул, какими бы они ни были, от какого-либо короля, князя или иностранного государства.
Раздел 10
Ни один из штатов не может заключать какие-либо договоры, вступать в союзы или конфедерации; выдавать свидетельства на каперство и разрешения на репрессалии; чеканить монету; выпускать кредитные билеты; предусматривать выплату долгов, кроме как золотой или серебряной монетой; принимать какие-либо билли об опале, законы, имеющие обратную силу, или законы, нарушающие обязательства по договорам, а также жаловать дворянские титулы.
Ни один из штатов не может без согласия Конгресса облагать какими-либо сборами или пошлинами ввоз, или вывоз товаров, за исключением тех из них, которые безусловно необходимы для исполнения инспекционных законов штата; и чистый доход от всех пошлин и сборов, введенных штатом на ввоз или вывоз товаров, поступает в распоряжение казначейства Соединенных Штатов; и все такого рода законы подлежат пересмотру и контролю со стороны Конгресса.
Ни один из штатов не может без согласия Конгресса устанавливать тоннажные сборы, содержать в мирное время войска или военные суда, заключать соглашения или иные договорные акты с другим штатом или с иностранной державой либо вступать в войну, если только фактически штат не подвергся вторжению либо ему не грозит такая неотвратимая опасность, когда промедление недопустимо.
Раздел 1
Исполнительная власть предоставляется Президенту Соединенных Штатов. Он занимает свою должность в течение четырехлетнего срока и вместе с Вице-президентом, выбираемым на тот же срок, избирается следующим образом.
Каждый штат назначает в порядке, установленном его легислатурой, выборщиков, число которых должно быть равно общему числу сенаторов и представителей, которых штат имеет право направить в Конгресс; но при этом ни один сенатор или представитель либо лицо, занимающее почетную либо приносящую доход должность, учрежденную Соединенными Штатами, не могут быть назначены выборщиками.
[Выборщики собираются в своих штатах и голосуют посредством бюллетеней за двух лиц, которые не должны быть жителями одного штата. И они составляют список всех лиц, за которых голосовали, с указанием количества голосов, поданных за каждого из них; этот список они подписывают, удостоверяют и опечатанным направляют в место пребывания правительства Соединенных Штатов на имя Председателя Сената. Председатель Сената в присутствии членов Сената и Палаты представителей вскрывает все удостоверенные списки, и после этого производится подсчет голосов. Лицо, получившее наибольшее число голосов, становится Президентом, если только это число составляет большинство голосов всех назначенных выборщиков; если же более чем одно лицо получило упомянутое большинство и равное число голосов, тогда незамедлительно Палата представителей, голосуя посредством бюллетеней, избирает одного из них Президентом; если ни одно лицо не получит большинства голосов, тогда указанная Палата в том же порядке избирает Президента из числа пяти лиц, получивших наибольшее число голосов среди всех кандидатов по списку. Но при выборах Президента голосование проводится по штатам, и представительство от каждого штата имеет один голос; в этом случае кворум составляют члены Палаты от двух третей штатов, при этом для избрания Президента необходимо большинство голосов всех штатов. В каждом случае после того, как Президент будет избран, лицо, получившее наибольшее число голосов выборщиков, становится Вице-президентом. Но если окажется так, что двое либо большее число лиц получат равное число голосов, тогда Сенат, голосуя посредством бюллетеней, избирает из них Вице-президента.]
Конгресс может установить сроки избрания выборщиков и день, когда они подают голоса; этот день должен быть единым на всей территории Соединенных Штатов.
Ни одно лицо, кроме гражданина по праву рождения либо гражданина Соединенных Штатов на момент принятия настоящей Конституции, не может быть избрано на должность Президента; равно как не может быть избрано на эту должность какое-либо лицо, не достигшее возраста тридцати пяти лет и не прожившее в течение четырнадцати лет в Соединенных Штатах.
В случае отстранения Президента от должности или его смерти, отставки либо неспособности осуществлять полномочия и обязанности по названной должности таковые переходят к Вице-президенту, и Конгресс посредством принятия закона может установить, какое должностное лицо в случае отстранения, смерти, отставки либо неспособности Президента и Вице-президента будет действовать как Президент, и такое должностное лицо должно действовать соответствующим образом, пока не будет устранена причина неспособности либо новый Президент не будет избран.
Президент в установленные сроки получает за свою службу вознаграждение, которое не может быть увеличено либо уменьшено в течение того срока, на который он избран; и в течение этого срока он не должен получать какое-либо иное содержание от Соединенных Штатов или от какого-либо штата.
Перед вступлением в должность Президент приносит присягу либо делает заявление в следующей форме: «Я торжественно клянусь (или заявляю), что буду добросовестно исполнять должность Президента Соединенных Штатов и по мере всех своих сил поддерживать, охранять и защищать Конституцию Соединенных Штатов».
Раздел 2
Президент является главнокомандующим армии и флота Соединенных Штатов и призванной на действительную службу Соединенных Штатов милиции отдельных штатов; он может затребовать в письменном виде от высших должностных лиц каждого из департаментов исполнительной власти мнение по любому вопросу, касающемуся их обязанностей по должности, и ему предоставлено право отсрочки исполнения приговоров и помилования за преступления против Соединенных Штатов, за исключением дел по импичменту.
Он имеет право по совету и с согласия Сената заключать договоры при условии одобрения их двумя третями присутствующих сенаторов; он назначает на должности и по совету и с согласия Сената вводит в должности послов, других официальных представителей и консулов, судей Верховного суда и всех других должностных лиц Соединенных Штатов, введение в должности которых в ином порядке не предусмотрено Конституцией и должности которых установлены законом; но Конгресс может посредством принятия закона предоставить право назначения таких нижестоящих должностных лиц, каких он сочтет возможными, Президенту единолично, судам либо главам департаментов.
Президент имеет право заполнить любые вакансии, которые могут открыться в период между сессиями Сената, выдавая удостоверения на должности, сроки действия которых истекают к концу следующей сессии.
Раздел 3
Президент дает по необходимости конгрессу информацию о положении дел в Союзе и рекомендует к рассмотрению Конгресса такие меры, которые, по его суждению, необходимы и целесообразны; он может при чрезвычайных обстоятельствах созвать обе палаты либо одну из них и в случае разногласий между ними по поводу срока переноса заседаний может отложить их на тот срок, какой сочтет возможным; он принимает послов и других официальных представителей; он заботится о том, чтобы законы добросовестно исполнялись, и удостоверяет в должности всех должностных лиц Соединенных Штатов.
Раздел 4
Президент, Вице-президент и все гражданские должностные лица Соединенных Штатов могут быть отстранены от должности по импичменту за государственную измену, взяточничество либо за другие серьезные преступления и правонарушения.
Раздел 1
Судебная власть Соединенных Штатов предоставляется одному Верховному суду и такому количеству нижестоящих судов, которое Конгресс может по необходимости установить и учредить. Судьи как Верховного, так и нижестоящих судов занимают свои должности, пока поведение их безупречно, и в установленное время получают за свою службу вознаграждение, которое не может быть уменьшено во время нахождения их в должности.
Раздел 2
Судебная власть распространяется на все дела, которые рассматриваются по общему праву и праву справедливости и возникают на основе настоящей Конституции, законов Соединенных Штатов и договоров, заключенных или заключаемых от их имени; на все дела, касающиеся послов, других официальных представителей и консулов; на все дела, касающиеся адмиралтейства и морской юрисдикции; на споры, стороной в которых являются Соединенные Штаты; на споры между двумя или более штатами; между каким-либо штатом и гражданами другого штата; между гражданами различных штатов; между гражданами одного штата, предъявляющими свои права на земли, уступленные другими штатами, и между штатом или его гражданами и иностранными государствами, гражданами либо подданными.
По всем делам, касающимся послов, других официальных представителей и консулов, а также по делам, в которых штат является стороной, Верховный суд обладает первоначальной юрисдикцией.
По всем другим упомянутым выше делам Верховный суд обладает апелляционной юрисдикцией по вопросам как права, так и факта с такими исключениями и в соответствии с теми правилами, которые установлены Конгрессом.
Разбирательство в судах всех преступлений, за исключением случаев импичмента, производится судом присяжных; и такое разбирательство должно производиться в том штате, где упомянутые преступления совершены; но если преступления совершены за пределами любого из штатов, разбирательство дел в суде производится в том месте или местах, какие Конгресс может посредством принятия закона определить.
Раздел 3
Государственной изменой Соединенным Штатам считается только ведение войны против них или присоединение к их врагам и оказание им помощи и содействия. Ни одно лицо не может быть осуждено за государственную измену иначе как на основании показаний двух свидетелей об одном и том же очевидном деянии либо собственного признания на открытом заседании суда.
Конгресс имеет право устанавливать наказание за государственную измену, но признание виновным в измене не влечет лишения всех прав и состояния либо конфискации имущества иначе как при жизни виновного лица.
Раздел 1
Полное доверие и уважение должны оказываться в каждом из штатов официальным актам, документам и судебным материалам любого другого штата; и Конгресс может посредством принятия законов общего применения предписывать тот способ, которым следует подтверждать указанные акты, документы, судебные материалы и их действие.
Раздел 2
Гражданам каждого из штатов предоставляются все привилегии и льготы граждан в других штатах.
Лицо, обвиненное в каком-либо штате в государственной измене, тяжком преступлении или ином преступлении и которое скрывается от правосудия и обнаружено в другом штате, по требованию исполнительной власти того штата, из которого оно скрылось, подлежит выдаче для отправки в тот штат, в юрисдикцию которого входит преследование за это преступление.
[Ни одно лицо, обязанное быть в услужении или на работах в одном штате согласно его законам и бежавшее в другой штат, в силу какого-либо закона либо постановления штата не подлежит освобождению от услужения или работ, а должно быть выдано по иску той из сторон, которой такое услужение или работы могут быть признаны принадлежащими по праву].
Раздел 3
Новые штаты могут приниматься Конгрессом в настоящий Союз; но ни один новый штат не может быть образован или создан в пределах юрисдикции какого-либо другого штата и никакой штат не может быть образован посредством слияния двух или более штатов либо частей штатов без согласия легислатур заинтересованных штатов, равно как и Конгресса.
Конгресс имеет право распоряжаться принадлежащей Соединенным Штатам территорией или иной собственностью и принимать все необходимые правила и установления в отношении их; и ни одно положение настоящей Конституции не должно толковаться в ущерб каким-либо притязаниям Соединенных Штатов или какого-либо отдельного штата.
Раздел 4
Соединенные Штаты гарантируют каждому штату в настоящем Союзе республиканскую форму правления и защищают каждый из них от вторжения и – по обращению легислатуры или исполнительной власти (когда легислатура не может быть созвана) – от беспорядков, сопровождающихся насилием.
Конгресс, если две трети членов обеих палат сочтут это необходимым, может предлагать поправки к настоящей Конституции либо – по обращению легислатур двух третей штатов – созывать конвент для предложения поправок, которые в обоих случаях приобретают законную силу во всех отношениях как часть настоящей Конституции после их ратификации легислатурами трех четвертей штатов либо конвентами трех четвертей штатов в зависимости от того, какой порядок ратификации может предложить Конгресс; при этом ни одна поправка, которая может быть принята до одна тысяча восемьсот восьмого года, не должна каким-либо образом затрагивать абзацы первый и четвертый раздела 9 статьи I; и ни один из штатов без его согласия не может быть лишен равного с другими штатами права голоса в Сенате.
Все долги и обязательства, существовавшие до принятия настоящей Конституции, сохраняют для Соединенных Штатов после принятия настоящей Конституции такую же законную силу, что и при Конфедерации.
Настоящая Конституция и законы Соединенных Штатов, принимаемые во исполнение ее, и все договоры, которые заключены или будут заключены властью Соединенных Штатов, становятся верховным правом страны; и судьи в каждом из штатов обязаны следовать этому праву, какими бы ни были положения Конституции или законов любого из штатов.
Сенаторы и представители, упомянутые выше, и члены легислатур отдельных штатов, и все должностные лица исполнительной и судебной власти как Соединенных Штатов, так и отдельных штатов обязуются, принося присягу или делая заявление, поддерживать настоящую Конституцию; не может быть затребовано какое-либо подтверждение религиозных убеждений в качестве условия для занятия какой-либо должности либо официального поста, учрежденных Соединенными Штатами.
Ратификация конвентами девяти штатов является достаточной для вступления в силу настоящей Конституции для тех штатов, которые таким образом ее ратифицируют.
Конституция принята единогласно всеми делегатами Конвента 17 сентября 1787 года, на двенадцатом году после провозглашения Независимости Соединенных Штатов Америки.
В подтверждение этого мы поставили здесь свои имена:
Джордж Вашингтон, Председатель Конвента и делегат от штата Виргиния; Уильям Джексон, секретарь Конвента; от штата Делавэр: Джордж Рид, Ганнинг Бедфорд-младший, Джон Дикинсон, Ричард Бассетт, Якоб Брум; от штата Мэриленд: Джеймс Макгенри, Дэниел Кэррол; от штата Виргиния: Джон Блэр, Джеймс Мэдисон-младший; от штата Северная Каролина: Уильям Блаунт, Ричард Доббс Спейт, Хьюго Уильямсон; от штата Южная Каролина: Дж. Ратледж, Чарльз Коутсворт Пинкни, Чарльз Пинкни, Пирс Батлер; от штата Джорджия: Уильям Фью, Абрахам Болдуин; от штата Нью-Гемпшир: Джон Лэнгдон, Николас Джилмен; от штата Массачусетс: Натаниэль Горэм, Руфус Кинг; от штата Коннектикут: Уильям Сэмюэль Джонсон, Роджер Шерман; от штата Нью-Йорк: Александер Гамильтон; от штата Нью-Джерси: Уильям Ливингстон, Дэвид Брерли, Уильям Патерсон, Джонатан Дейтон; от штата Пенсильвания: Бенджамин Франклин, Томас Миффлин, Роберт Моррис, Джордж Клаймер, Томас Фитцсаймонс, Джаред Ингерсолл, Джеймс Вильсон, Гувер Моррис.
Конгресс не должен издавать ни одного закона, относящегося к установлению религии либо запрещающего свободное ее исповедание, либо ограничивающего свободу слова или печати, или право народа мирно собираться и обращаться к правительству с петициями об удовлетворении жалоб.
Поскольку надлежащим образом организованная милиция необходима для безопасности свободного государства, право народа хранить и носить оружие не должно ограничиваться.
Ни один солдат не должен в мирное время размещаться на постой в каком-либо доме без согласия его владельца; в военное время это возможно, но лишь в порядке, установленном законом.
Право народа на гарантии неприкосновенности личности, жилища, бумаг и имущества, от необоснованных обысков и арестов не должно нарушаться, и никакие ордера не должны выдаваться иначе как при достаточных к тому основаниях, подтвержденных присягой либо заявлением, и с подробным описанием места, подлежащего обыску, и лиц или предметов, подлежащих аресту.
Ни одно лицо не должно привлекаться к ответственности за преступление, караемое смертью, либо за иное позорящее преступление иначе как по представлению или обвинительному заключению большого жюри, за исключением дел, возбуждаемых в сухопутных или морских частях либо в милиции, призванной на действительную службу во время войны или опасности, угрожающей обществу; ни одно лицо не должно за одно и то же правонарушение дважды подвергаться угрозе лишения жизни или телесного наказания, не должно принуждаться в каком-либо уголовном деле свидетельствовать против себя, не должно лишаться жизни, свободы либо собственности без должной правовой процедуры; частная собственность не должна изыматься для общественных нужд без справедливого вознаграждения.
При всех уголовных преследованиях обвиняемый имеет право на безотлагательное и публичное разбирательство дела беспристрастным судом присяжных того штата и округа, в котором преступление совершено; причем территория такого округа должна быть определена законом заранее; при этом обвиняемый имеет право на информирование о сущности и основаниях обвинения, на очную ставку со свидетелями, показывающими против него, на принудительный вызов свидетелей, показывающих в его пользу, и на помощь адвоката для своей защиты.
По всем искам, основанным на общем праве, в которых цена оспариваемого иска превышает двадцать долларов, сохраняется право на суд присяжных, и ни один факт, рассмотренный судом присяжных, не может быть пересмотрен каким-либо судом Соединенных Штатов иначе как в соответствии с нормами общего права.
Чрезмерные залоги не должны требоваться, чрезмерные штрафы не должны налагаться, и жестокие и необычные наказания не должны назначаться.
Перечисление в Конституции определенных прав не должно толковаться как отрицание или умаление других прав, сохраняемых за народом.
Полномочия, не делегированные Соединенным Штатам настоящей Конституцией и не запрещенные для отдельных штатов, сохраняются соответственно за штатами либо за народом.
Судебная власть Соединенных Штатов не должна распространяться на какое-либо исковое производство, основанное на общем праве или праве справедливости, которое возбуждено либо ведется против одного из штатов гражданами другого штата, либо гражданами или подданными какого-либо иностранного государства.
Выборщики собираются по своим штатам и голосуют по бюллетеням за Президента и Вице-президента, которые не должны быть жителями одного штата; выборщики в своих бюллетенях указывают лицо, за которое они голосуют как за Президента, и в отдельных бюллетенях лицо, за которое они голосуют как за Вице-президента, и они же составляют отдельные списки всех лиц, за которых голосовали как за Президента, и всех лиц, за которых голосовали как за Вице-президента, с указанием числа голосов, поданных за каждое из них; эти списки выборщики подписывают, удостоверяют и направляют в опечатанном виде в место пребывания правительства Соединенных Штатов на имя Председателя Сената; Председатель Сената в присутствии Сената и Палаты представителей вскрывает все удостоверенные списки, и после этого производится подсчет голосов; лицо, получившее наибольшее число голосов, поданных за него как за Президента, становится Президентом, если искомое число составляет большинство голосов всех назначенных выборщиков; если же ни одно лицо не получает такого большинства голосов, тогда из числа лиц по списку кандидатов в Президенты, получивших наибольшее число голосов, но не более чем из трех, Палата представителей незамедлительно избирает Президента, голосуя посредством бюллетеней. Но при выборах Президента голосование проводится по штатам и представительство от каждого штата имеет один голос; в этом случае кворум составляют члены Палаты представителей от двух третей штатов, и для избрания Президента необходимо большинство голосов всех штатов. [И если Палата представителей, когда право выбора переходит к ней, не изберет Президента до четвертого дня следующего марта, тогда Вице-президент будет исполнять обязанности Президента, как и в случае смерти или иной конституционной неспособности Президента] Лицо, получившее наибольшее число голосов, поданных за него как за Вице-президента, становится Вице-президентом, если искомое число составляет большинство голосов всех назначенных выборщиков, а если ни одно лицо не получит большинства голосов, тогда из двух кандидатов по списку, получивших наибольшее число голосов, Сенат избирает Вице-президента; в этом случае кворум составляют две трети всех сенаторов и для избрания Вице-президента необходимо большинство голосов всех сенаторов. Но ни одно лицо, не подлежащее согласно конституционным требованиям избранию на должность Президента, не должно быть избрано на должность Вице-президента Соединенных Штатов.
Раздел 1
Ни рабство, ни подневольная работа, если только они не являются наказанием за преступление, за которое лицо надлежащим образом было осуждено, не должны существовать в Соединенных Штатах или в каком-либо ином месте, подчиненном их юрисдикции.
Раздел 2
Конгресс имеет право обеспечивать исполнение настоящей статьи посредством принятия соответствующего законодательства.
Раздел 1
Все лица, родившиеся или натурализованные в Соединенных Штатах и подчиненные их юрисдикции, являются гражданами Соединенных Штатов и того штата, где они проживают. Ни один из штатов не должен издавать или применять законы, которые ограничивают привилегии и льготы граждан Соединенных Штатов; и не может какой-либо штат лишать какое-либо лицо жизни, свободы или собственности без надлежащей правовой процедуры; не может отказывать какому-либо лицу в пределах своей юрисдикции в равной защите на основе законов.
Раздел 2
Места представителей распределяются между отдельными штатами согласно численности их населения, в которую входят все жители каждого штата, исключая не облагаемых налогом индейцев. Но если при проведении выборов выборщиков Президента и Вице-президента Соединенных Штатов, представителей в Конгресс, должностных лиц исполнительной или судебной власти штата либо членов легислатуры штата в праве голоса будет отказано кому-либо из жителей мужского пола штата, достигших двадцати одного года и являющихся гражданами Соединенных Штатов, либо это право будет ограничено по каким-либо иным основаниям, за исключением участия в восстании или в ином преступлении, то норма представительства от этого штата должна быть уменьшена в той пропорции, в которой число таких граждан мужского пола соотносится с общим числом граждан мужского пола этого штата, достигших двадцати одного года.
Раздел 3
Ни одно лицо не может быть сенатором или представителем в Конгрессе, или выборщиком Президента и Вице-президента либо занимать какую-либо должность, гражданскую или военную, учрежденную Соединенными Штатами или каким-либо штатом, если оно в качестве члена Конгресса или должностного лица Соединенных Штатов либо члена легислатуры какого-либо штата, либо должностного лица исполнительной или судебной власти штата, ранее приняв присягу о том, что будет поддерживать Конституцию Соединенных Штатов, впоследствии участвовало в мятеже или восстании против Соединенных Штатов либо оказывало помощь или поддержку их врагам. Но Конгресс может двумя третями голосов каждой из палат устранить такое ограничение.
Раздел 4
Правомерность государственного долга Соединенных Штатов, признанного законом, включая долговые обязательства по выплате пенсий и выдаче наград за службу при подавлении мятежа или восстания, не ставится под сомнение. Но ни Соединенные Штаты, ни какой-либо штат не должны принимать на себя обязательства либо выплачивать какие-либо долги, принятые для оказания помощи мятежу или восстанию против Соединенных Штатов либо для удовлетворения каких-либо претензий по поводу потери или освобождения раба; все подобные долги, обязательства и претензии должны считаться незаконными и недействительными.
Раздел 5
Конгресс имеет право обеспечивать исполнение настоящей статьи посредством принятия соответствующего законодательства.
Раздел 1
Право голоса граждан Соединенных Штатов не должно оспариваться или ограничиваться Соединенными Штатами или каким-либо штатом по признаку расы, цвета кожи либо выполнения ранее подневольной работы.
Раздел 2
Конгресс имеет право обеспечивать исполнение настоящей статьи посредством принятия соответствующего законодательства.
Конгресс имеет право устанавливать и взимать налоги с доходов, каким бы ни был их источник, не распределяя эти налоги между отдельными штатами и без учета какой-либо переписи или исчисления населения.
В состав Сената входят по два сенатора от каждого штата, избираемых его народом на шесть лет; и каждый сенатор имеет один голос. Избиратели в каждом из штатов должны соответствовать требованиям, предъявляемым к избирателям наиболее многочисленной палаты легислатуры штата.
Когда в представительстве какого-либо штата в Сенате появятся вакансии, исполнительная власть такого штата издает приказ о проведении выборов для заполнения этих вакансий при том условии, что легислатура штата может уполномочить исполнительную власть произвести временные назначения до проведения выборов и избрания на вакантные места в том порядке, который может быть установлен легислатурой.
Настоящая Поправка не должна толковаться таким образом, что ее действие распространится на избрание или на срок полномочий сенатора, избранного до того, как Поправка вступит в силу как часть Конституции.
Раздел 1
Через год после ратификации настоящей статьи производство, продажа и перевозка алкогольных напитков, ввоз и вывоз их с целью потребления на территории Соединенных Штатов и на всех территориях, подпадающих под юрисдикцию Соединенных Штатов, запрещаются.
Раздел 2
Конгресс и отдельные штаты обладают совместной компетенцией по обеспечению действия настоящей статьи посредством принятия соответствующего законодательства.
Раздел 3
Настоящая статья не вступает в силу, пока она не будет ратифицирована в качестве Поправки к Конституции легислатурами отдельных штатов в соответствии с положениями Конституции в течение семи лет после того, как Конгресс представит ее штатам.
Право голоса граждан Соединенных Штатов не должно оспариваться или ограничиваться Соединенными Штатами или каким-либо штатом по признаку пола.
Конгресс имеет право обеспечивать исполнение положений настоящей статьи посредством принятия соответствующего законодательства.
Раздел 1
Сроки полномочий Президента и Вице-президента истекают в полдень 20-го дня января, а сроки полномочий сенаторов и представителей – в полдень 3-го дня января того года, когда указанные полномочия должны были бы закончиться, если бы настоящая статья не была ратифицирована; и с этого момента начинают исчисляться сроки полномочий их преемников.
Раздел 2
Конгресс собирается по крайней мере один раз в год, и такое заседание начинается в полдень 3-го дня января, если только Конгресс посредством принятия закона не назначит иной день.
Раздел 3
Если к тому дню, с которого начинается срок полномочий избранного Президента, наступит его смерть, Президентом становится избранный Вице-президент. Если Президент не был избран ко дню, с которого начинается срок его полномочий, или если избранный Президент не отвечает требованиям, предъявляемым к кандидату на эту должность, тогда избранный Вице-президент исполняет обязанности Президента до тех пор, пока Президент не сможет отвечать указанным требованиям; и Конгресс, если ни избранный Президент, ни избранный Вице-президент не отвечают требованиям, предъявляемым к кандидату на эту должность, может посредством принятия закона установить, кто именно будет исполнять обязанности Президента, либо определить порядок избрания лица, которому надлежит исполнять обязанности Президента, и такое лицо будет исполнять соответствующие обязанности, пока Президент либо Вице-президент не сможет отвечать требованиям, предъявляемым к кандидату на эту должность.
Раздел 4
Конгресс может посредством принятия закона предусмотреть меры на случай смерти кого-либо из лиц, из которых Палата представителей, когда право выбора переходит к ней, избирает Президента, и на случай смерти кого-либо из лиц, из которых Сенат, когда право выбора переходит к нему, избирает Вице-президента.
Раздел 5
Разделы 1 и 2 вступают в силу в 15-й день октября после ратификации настоящей статьи.
Раздел 6
Настоящая статья не вступает в силу, пока она не будет ратифицирована в качестве Поправки к Конституции легислатурами трех четвертей отдельных штатов в течение семи лет после ее представления.
Раздел 1
Восемнадцатая статья поправок к Конституции Соединенных Штатов настоящим отменяется.
Раздел 2
Перевозка или ввоз в какой-либо штат, на какую-либо территорию или в какое-либо владение Соединенных Штатов для доставки либо потребления алкогольных напитков в нарушение законов, действующих в них, настоящим запрещается.
Раздел 3
Настоящая статья не вступает в силу, пока она не будет ратифицирована в качестве Поправки к Конституции конвентами отдельных штатов в соответствии с положениями Конституции в течение семи лет после того, как Конгресс представит ее штатам.
Раздел 1
Ни одно лицо не может быть избрано на должность Президента более чем два раза, и ни одно лицо, если оно занимало должность Президента либо исполняло обязанности Президента в течение более двух лет, замещая лицо, избранное Президентом, не может быть избрано на должность Президента более одного раза. Но настоящая статья не применяется в отношении лица, которое занимает должность Президента на момент, когда настоящая статья предложена Конгрессом, и не препятствует в течение срока вступления в силу настоящей статьи какому-либо лицу, которое может занимать должность Президента либо исполнять обязанности Президента, занимать должность Президента либо исполнять обязанности Президента в течение оставшегося срока.
Раздел 2
Настоящая статья не вступает в силу, пока она не будет ратифицирована в качестве Поправки к Конституции легислатурами трех четвертей отдельных штатов в течение семи лет после того, как Конгресс представил ее штатам.
Раздел 1
Округ, являющийся местом пребывания правительства Соединенных Штатов, назначает в порядке, установленном Конгрессом, столько выборщиков Президента и Вице-президента, сколько сенаторов и представителей в Конгрессе округ мог бы избрать, если бы он был штатом, но ни в коем случае не в большем числе, чем от наименее населенного штата; выборщики назначаются в дополнение к тем, которые назначаются штатами, и рассматриваются при выборах Президента как выборщики, назначенные от штата; выборщики собираются в округе и выполняют те обязанности, которые установлены поправкой XII.
Раздел 2
Конгресс имеет право обеспечивать исполнение настоящей статьи посредством принятия соответствующего законодательства.
Раздел 1
Право граждан Соединенных Штатов участвовать в голосовании на любых первичных или иных выборах за Президента или Вице-президента, за выборщиков Президента или Вице-президента либо за сенаторов или представителей в Конгрессе не должно оспариваться или ограничиваться Соединенными Штатами, либо каким-либо штатом вследствие неуплаты какого-либо избирательного или иного налога.
Раздел 2
Конгресс имеет право обеспечивать исполнение настоящей статьи посредством принятия соответствующего законодательства.
Раздел 1
В случае отстранения Президента от должности либо его смерти или отставки Вице-президент становится Президентом.
Раздел 2
Когда должность Вице-президента становится вакантной, Президент назначает Вице-президента, который вступает в должность по утверждении большинством голосов обеих палат Конгресса.
Раздел 3
Когда Президент представит Председателю pro tempore Сената и Спикеру Палаты представителей свое письменное заявление о том, что он не в состоянии осуществлять полномочия и обязанности по своей должности, такие полномочия и обязанности осуществляются Вице-президентом как исполняющим обязанности Президента до тех пор, пока Президент не представит им письменного заявления об обратном.
Раздел 4
Когда Вице-президент и большинство либо высших должностных лиц департаментов исполнительной власти, либо такого другого органа, который Конгресс посредством принятия закона может учредить, представят Председателю pro tempore Сената и Спикеру Палаты представителей свое письменное заявление о том, что Президент не в состоянии осуществлять полномочия и обязанности по своей должности, Вице-президент незамедлительно принимает на себя полномочия и обязанности по должности как исполняющий обязанности Президента.
В дальнейшем, когда Президент представит Председателю pro tempore Сената и Спикеру Палаты представителей свое письменное заявление о том, что он в состоянии осуществлять полномочия и обязанности по своей должности, он возобновляет их осуществление, если только Вице-президент и большинство либо высших должностных лиц департаментов исполнительной власти, либо такого другого органа, который Конгресс посредством принятия закона может учредить, не представят в течение четырех дней Председателю pro tempore Сената и Спикеру Палаты представителей свое письменное заявление о том, что Президент не в состоянии осуществлять полномочия и обязанности по своей должности. В этом случае Конгресс решает данный вопрос, собравшись для этой цели в течение сорока восьми часов, если в это время не проводится его сессия. Если Конгресс в течение двадцати одного дня по получении указанного письменного заявления либо – если Конгресс не заседает на сессии – в течение двадцати одного дня после того, как он должен был бы собраться, решит большинством в две трети голосов обеих палат, что Президент не в состоянии осуществлять полномочия и обязанности по своей должности, то Вице-президент продолжает осуществлять их как исполняющий обязанности Президента; в противном случае Президент возобновляет осуществление полномочий и обязанностей по своей должности.
Раздел 1
Право граждан Соединенных Штатов в возрасте восемнадцати лет и старше участвовать в голосовании не должно оспариваться либо ограничиваться Соединенными Штатами или каким-либо штатом в зависимости от возраста.
Раздел 2
Конгресс имеет право обеспечивать исполнение настоящей статьи посредством принятия соответствующего законодательства.
4 ноября 1752 г. посвящен во Фредериксбурге, штат Виргиния, в члены ложи № 4. Период ученичества закончился 3 марта 1753 г.
4 августа 1753 г. удостоился степени Высшего мастера и оставался членом этой ложи вплоть до своей смерти в 1799 г.
Присутствовал на собрании этой ложи 1 сентября 1753 г. перед отъездом в Форт-ле-Беф, где он должен был передать командующему французской армией официальное письмо губернатора Динвидла.
Присутствовал на собрании ложи 4 января 1755 г. До этого времени он служил в чине подполковника, а затем и полковника в Виргинском полку. Вскоре после этого собрания он был назначен главнокомандующим войск Виргинии, которым предстояло защищать свои рубежи от вылазок индейцев и французов. С 6 мая 1777 по 30 октября 1778 г. регулярно проходили собрания масонов, намеревавшихся создать Великую ложу Виргинии. Сохранился документ, свидетельствующий о том, что на собрании, состоявшемся 23 июня 1777 г. масоны хотели избрать Великим мастером этой ложи генерала Джорджа Вашингтона. Однако неизвестно, обратились ли к нему с таким предложением или нет. А если обратились, то неизвестно, почему он от этого предложения отказался.
28 декабря 1778 г. Вашингтон встретился в Филадельфии, штат Пенсильвания, с местными масонами и затем принял участие в подготовке празднования Дня Святого Иоанна. Ложа Американского Союза отмечала День Святого Иоанна Крестителя 24 июня 1779 г. в Вест-Пойнте, штат Нью-Йорк. Вашингтон там был и участвовал в торжествах. После того как члены ложи Американского Союза разъехались по домам, некоторые жители Вест-Пойнта и окружающих городов решили основать свою масонскую ложу и назвали ее именем Джорджа Вашингтона. Он был очень тронут и не раз посещал ее.
15 декабря 1779 г. ложа Американского Союза провела в Морристауне, штат Нью-Джерси, собрание, в ходе которого Вашингтону предложили стать Генеральным Великим мастером этого масонского центра.
20 декабря 1779 г. прошло собрание Великой ложи Пенсильвании, и там Вашингтону предложили стать Генеральным Великим мастером Соединенных Штатов.
27 декабря 1779 г. ложа Американского Союза отмечала в Морристауне День Святого Иоанна Евангелиста. Вашингтон участвовал в торжественной церемонии.
13 января 1780 г. Великая ложа Пенсильвании снова обратилась к Вашингтону с предложением стать Генеральным Великим мастером Соединенных Штатов.
10 августа 1782 г. Вашингтон с благодарностью принял ценный подарок – искусно вышитый масонский фартук.
24 июня 1782 г. ложа Американского Союза праздновала День Святого Иоанна снова в Вест-Пойнте и снова с участием Вашингтона.
27 декабря 1782 г. прошло собрание ложи Соломона № 1 небольшого городка Паукипси в штате Нью-Йорк. В числе почетных гостей был и Джордж Вашингтон.
24 июня 1784 г. проходило собрание ложи № 39 города Александрия, штат Виргиния. Вашингтон присутствовал на нем в качестве гостя и был избран Почетным членом этой влиятельной ложи.
В 1784 г. маркиз Лафайет преподнес Вашингтону масонский фартук, сшитый его супругой.
12 февраля 1785 г. состоялись похороны Уильяма Рамсея, одного из старейших жителей Александрии и авторитетного масона. Они прошли соблюдением ритуалов Братства. В траурной церемонии участвовал и Джордж Вашингтон.
Александрийская ложа № 39 попросила Великую ложу Виргинии присвоить ей более почетный номер – 22. Согласие было получено. Александрийская ложа попросила также о том, чтобы Вашингтону присвоили степень Досточтимого мастера. На этот титул претендовали четыре кандидата. Опередил всех Вашингтон. Произошло это событие 28 апреля 1788 г.
20 декабря 1788 г. Александрийская ложа № 22 единогласно переизбрала Вашингтона Досточтимым мастером. 27 декабря он присутствовал на очередном собрании ложи.
30 апреля 1789 г. состоялась инаугурация первого президента Соединенных Штатов. Джордж Вашингтон произносил клятву, положив руку на Библию, хранившуюся в нью-йоркской ложе св. Иоанна № 1. Закончив клятву, он поцеловал Библию.
15 апреля 1791 г. Вашингтона радостно приветствовали масоны Нью-Берна, штат Северная Каролина. Президент поблагодарил их в письменной форме.
В мае 1791 г. Великий мастер из Южной Каролины Мордехай Гист пригласил Вашингтона в Чарльстон. Президент в ответ послал ему теплое письмо.
12 мая 1791 г. Великий мастер Джордж Хьюстон из Джорджии устроил Вашингтону торжественную встречу в Саванне, после чего получил от президента письмо с выражением благодарности.
27 декабря 1791 г. Великая ложа Пенсильвании направила президенту приветственный адрес, на который тот ответил.
В 1792 Великая ложа Массачусетса посвятила Вашингтону свои первые «Конституции». Он поблагодарил ее в письме, написанном в лучших масонских традициях.
18 сентября 1793 г. масоны Великой ложи Мэриленда провели закладку первого камня в фундамент будущего здания Капитолия. Вашингтон принимал участие в этой церемонии не только как президент Соединенных Штатов, но и как один из виднейших масонов Америки.
В 1794 Александрийской ложе был передан портрет Вашингтона, написанный филадельфийским художником Уильямом Уильямсом. Президент США изображен на нем в масонском облачении.
27 декабря 1796 г. Великая ложа Пенсильвании отправила Вашингтону письмо, где превозносились его заслуги. Президент собственноручно написал братьям ответ.
1 апреля 1797 г. Вашингтон присутствовал на собрании Александрийской ложи № 22, где было зачитано его письмо.
В архивах Великой ложи Массачусетса есть запись, где говорится, что 12 июня 1797 г. Вашингтону был направлен приветственный адрес, в котором масоны поздравляли его с успехами в его многообразной деятельности. Адрес подписал Великий мастер Пол Ревер. Вскоре братья получили ответ от президента.
18 декабря 1799 г. состоялись похороны Джорджа Вашингтона. Траурную церемонию проводила Александрийская ложа № 22. Ее бывший мастер был погребен в склепе в Маунт-Верноне.
Allen, Gary, with Abraham, Larry,
Baigent, Michael, Leigh, Richard, and Lincoln, Henry,
Baigent, Michael, and Leigh, Richard,
Ballance, David, The Buds of Virtue:
Barbour, Philip L.,
–, ed.,
Boller, Paul F.,Jr,
Bremer, Francis J.,
Bronner, Edwin, William Penn’s
Brown, Alexander,
Campbell, R. H., and Skinner, A. S., eds,
Cappon, Lester, ed.,
Capt, Raymond E.,
Carr, William Guy,
Cash, WJ.,
Chaitkin. Anton,
Chandler, J. A. C.,
Church, J. R.,
Clausen, Henry C
Clinton, Bill,
Cockburn, N. B
Cotter, John,
Daniel, John,
Dawkins, Peter,
Denslow, William R.,
Dexter, Lincoln A., comp, and ed.,
Dillon, George E.,
Doyle, John A.,
Edwards, Jonathan,
Eigen, L., and Siegel, J.,
El-Amin, Mustafa,
Epperson, Ralph A.,
Fisher, Paul A.,
Flexner, James Thomas,
Galvin, Robert W,
Gaustad, Edwin S.,
Gookin, Warner F,
Gregg II, Gary L.,
Hagger, Nicholas,
Haile, Edward Wright, ed.,
Hale, Edward Everett,
Hall, Manly P,
Hall, Marie Bauer,
Heaton, Ronald E.,
Hieronimus, Robert
House, H. Wayne,
Howard, Michael,
Hume, Ivor Noёl,
Hunt, William,
Josephson, Emanuel M
Kurland, Philip B., and Lerner, Ralph,
Lambert, Frank,
MacCulloch, Diarmaid,
Mann, Charles C.,
Matthews, Nieves,
McClure, N. E.,
McLoughlin, William G.,
Menzies, Gavin, 1421:
Miller, Edith Starr,
Miller, Lee,
Morgan, Edmund S
Morris, Richard B.,
Norman, Charles,
Nugent, Nell Marion,
Osterweis, Rollin G.,
Peterson, Merrill D., ed.,
Pike, Albert,
Price, David A.,
Quinn, Arthur,
Remsberg, John E.,
Rivera, David Allen
Roberts, Allen E.,
Robison, John,
Rowse, A. L.,
Rutman, Darrett,
Schwartz, Barry, George Washington: The Making of an American Symbol, The Free Press, 1987
Smith, Bradford,
Smith, John,
Srodes, James,
Stauffer, V.,
Steiner, Franklin,
Still, William T.,
Stopes, Charlotte,
Strachey, William,
Sutton, Antony C.,
Tudhope, George V,
Van Doren, Carl,
Voorhis, Harold V B.,
Wallace-Murphy, Tim, and Hopkins, Marilyn,
Walters, K.,
Webster, Nesta H.,
Wilgus, Neal,
Wingfield, Jocelyn,
Worthy, R. L.,
Yates, Frances A.,
1 фут равен 30,5 см.
В России, в силу сложившейся традиции, ее название читается как «Гудзон». – Здесь и далее примеч. пер.
Уильям Перкинс (1558–1602) – протестантский мыслитель, блистательный теолог практической направленности, политически умеренный пуританин.
Дадли Томас (1576–1652) – губернатор Массачусетса в 1634–1635, 1640–1641, 1645–1646 и 1650–1651 гг.
Существует версия, что Шекспиром был Фрэнсис Бэкон.
Стоу Джон (1525–1605) – английский историк и букинист, автор многих книг по истории.
По сложившейся традиции, британские короли по имени Джеймс именуются по-русски Яковами.
Акр – примерно 0,4 гектара.
Баррель – мера объема, равная примерно 164 л.
Мария Антуанетта – жена (с 1770 г.) дофина Франции (наследника престола), который в 1774 г. стал королем Людовиком XVI.
Игнатий де Лойола – католический святой, основатель Общества Иисуса (ордена иезуитов).
Клаузен, Генри С. – Державный Великий Командор Верховного Совета, член ложи «Инглсайд» № 630, Калифорния, и Великий Мастер Великой ложи в 1954–1955 гг.
Молл – характерная для американских городов аллея для прогулок, усаженная деревьями.
Конфедерацией называлось объединение рабовладельческих штатов в ходе Гражданской войны в США.
Камелот – мифический двор короля Артура.
Говоря о взаимоотношениях американских масонов с Советским Союзом, автор допускает исторические неточности.