- Есть обычай, что свидетель со свидетельницей, ради благополучия жениха и невесты, должны провести страстную ночь вместе. - Миша, не стесняясь, предлагает мне это.
- У меня вообще-то парень есть.
- Ты что не хочешь счастья для молодоженов? Это же не измена. Это всего лишь обычай.
Я ненавидел ее отца, владельца игорного бизнеса, и хотел ему отомстить. Она - та, у которой в руках был козырь для спасения всей семьи. Я видел ее насквозь и читал по жестам каждую мысль. В этой игре могли победить оба. Но она решила, что победитель должен был быть только один.
#запретные_отношения #страсть #несвободная_девушка #чтение_по_жестам
***
Я сижу в кафе и вспоминаю, как несколько дней назад напротив меня за этим столиком сидела девушка и рассказывала о том, что она выходит замуж. Открыто, не скрывая своего счастья, делилась со мной этим. В широко распахнутых глазах блестели нескрываемые слезы.
А я сидел и улыбался ей. Глядя на нее, нельзя по-другому. Она, одна из немногих, кто никогда не лез в душу и не пытался исправить меня. Мы, хоть и дружили близко, но никогда не переходили границы.
Да, пожалуй, я бы и сам поухаживал за ней, если бы не ее начальник. Их тянуло друг к другу с первой стычки на моих глазах. А я упражнялся и подсматривал за ними. Ловил каждый его жест и ее мимическое движение. Когда они врали друг другу или говорили правду. Как боролись со своими чувствами и снова учились прощать и любить.
Думал ли я, что у нас что-то может получиться? Возможно, да. Но в моей жизни было слишком много проблем, чтобы впутывать туда еще и ее. Она итак пережила слишком много, чтобы потом решать еще и мои проблемы. Ведь в ее сердце было слишком много места отдано тому, кто первым там поселился.
Еще раз вспоминаю наш разговор, прокручивая детали.
- Миш, мне нужна твоя помощь. - Фраза, на которую я обычно отвечаю “нет”. Обычно. Но ей сложно отказать.
Я не помогаю. Никому и никогда. Я могу поговорить. Выслушать. Обобщить. Проанализировать. Но, помогать - нет. Потому что помощь - такая странная вещь, что не всегда ты может предугадать, что человеку действительно нужно. Действительно ли он готов принять, если что-то пойдет не так, что виноват он, а не я? Действительно ли он думает, что я готов брать на себя ответственность за что-то? И действительно ли я буду искренен в этом?
- Мишань, это чистая формальность. Делать вообще ничего не надо. Улыбаться, поесть на халяву и сфоткаться.
- Так в чем помощь-то?
- Мне нужен свидетель на свадьбу.
- Я думал, жених должен себе свидетеля найти из своих друзей.
- Да он практически ни с кем не общается. Так, по работе, остальное время - со мной. Кто-то в Америку уехал, кто-то на Антарктиду улетел. Короче, мы не хотим посторонних людей. Он сказал, что он готов хоть завтра надеть мне кольцо и отдать паспорт на штамп. Но я хочу немного праздника.
- Я не очень люблю такие мероприятия, боюсь испортить вам праздник своим настроением, - честно ей отвечаю.
- Миш, ну мне некого больше просить. - Она смотрит самым жалостливым взглядом, на какой только способна, и почти плачет.
- Ладно, что от меня требуется?
- Ничего. Через пару дней из Китая возвращается моя подруга с парнем. Она будет свидетельницей. А парень, - она мнется и вздыхает, - в общем, он китаец и не знает русского языка. Свидетель из него никакой. - Я рассматриваю ее открытые ладони и расслабленное лицо. Она ничего не скрывает.
Привычка следить за всеми и искать подвох - всегда со мной. Даже с друзьями.
- Ты так на меня смотришь, будто думаешь, что я что-то замышляю.
- Только ради тебя и, надеюсь, мне не придется сильно напрягаться?
- Обожаю тебя, - она довольно улыбается и показывает мне свои милые зубки, которые знаю, что могут и укусить, если понадобиться.
- Она хоть симпатичная? - спрашиваю и, тут же вспоминая, что у нее парень, поправляю себя: - чтобы фотографии получились?
- Фотографии будут огонь.
- Думаю, будет нормально, если ты познакомишь нас перед самой свадьбой.
- Эээ, - мнется Алиса, - она попросила познакомить вас сразу, как вернется.
- Зачем?
Пока жду девушек, заказываю апельсиновый сок и мороженое. Слишком жарко для кофе и слишком душно для десерта. Параллельно просматриваю в телефоне последние тренды в цветах и оттенках.
Цепляюсь глазами за контекстную рекламу, которая всплывает в браузере. Казино “Plaza”. И это сразу переключает на то, что я мониторю уже несколько недель. Достаточно ли я готов, чтобы наведаться первый раз в казино Орлова и изучить там обстановку? Смогу ли распознать блеф и примут ли меня там, ничего не заподозрив? Для начала я хочу осмотреться и проникнуть как-то в его окружение.
Боковым зрением замечаю движение возле себя и тут же блокирую экран телефона, поднимая следом глаза. Первой встречаюсь взглядом с Алисой и, улыбнувшись, встаю и целую ее в щеку. Но мой взгляд уже цепляется за девушку рядом с ней.
- Миш, привет, - улыбается, а глаза горят так, как будто она съела килограмм эскимо палочками для роллов. - Это моя подруга из Китая. Она и будет свидетельницей.
Почему-то при слове “Китай” тогда у меня возник образ китаянки, а оказывается, что подруга-то русская.
- Валерия, - четко проговаривает каждый звук своего имени-находки для логопеда и протягивает ладонь для рукопожатия. На тонком запястье элегантная цепочка, подчеркивающая ее утонченность.
- Михаил, - сдержанно киваю и протягиваю навстречу свою. Ее рука хоть и женственно-нежная, но норовит оказаться поверх моей. Показать, кто тут доминирует. Я даю ей мгновение, чтобы почувствовать это, но потом переворачиваю руку ладонью вверх и целую запястье. Мне достаточно секундного взгляда, чтобы дать ей понять, что она мной руководить не будет.
Отпускаю руку и вижу перед собой саму сдержанность и невозмутимость. В глазах только копья, норовящие пробить мне череп за своевольность.
- А это мой жених, - темноволосая девушка делает ударение на последнем слове и указывает на парня рядом, - Ван Цзунь Хай, но я зову его просто Ваня, - это она говорит нам с Алисой.
Когда парень слышит хоть одно знакомое слово, пусть это и его имя, то кивает и здоровается на английском, протягивая руку. Его рукопожатие, в отличие от пожатия девушки, равнозначное. Нам нечего делить и соперничать.
Алиса обходит стол за мной и садится на соседний стул. А русско-китайская парочка занимает места напротив.
Пока девушка с обложки читает своему китайскому другу меню, я не скрывая интереса, рассматриваю ее. Как бы не была хороша собой будущая невеста, но ее подруга явно другого полета. Она умеет держаться и выглядеть соблазнительно.
Даже на простую встречу она сделала макияж и укладку. Все под естественное, но слишком идеальное. Глаза сами скользят вниз, заглядывая в разрез блузки. Там тоже все накрахмаленно-увеличено или тут она не прибегала к дополнительным средствам...
Сделав заказ, Лера бегло говорит своему Цуню, что они обсудят детали свадьбы, а он может пока поработать. На что тот, благодарно ей улыбается и достает ноутбук. Разгораживает себе место и начинает работать, не обращая внимания на нас.
Когда отрываю взгляд от кулона на золотой цепочке в ее декольте и скольжу вверх по тонкой шее, персиковым губам в ухмылке, понимаю, что спалился. Но не останавливаюсь и поднимаюсь до уровня глаз.
Девушка приподнимает правую бровь, уточняя, закончил ли я. Я облизываю в ответ губы и, медленно кивнув, утвердительно прикрываю и поднимаю веки.
- Лерок, а ты с ним на английском общаешься или на китайском? - интересуется Алиса.
- С китайским все сложно, - Все свое внимание эта китайская гейша отдает подруге. - Я изучаю, но пока проще на английском. Так. - Она лезет в сумку и достает записную книжку в кожаном переплете и чернильную ручку, которая приковывает мое внимание. Элегантная оправа матового темно-синего цвета очень сексуально лежит в ее руке. - Свадьба через три недели. Что вы уже сделали?
- Я нашла свидетелей, - смеется Алиса. - И договорилась, что Марк все оплатит.
- Хм, - закатывает глаза девушка напротив и читает первую запись из своего блокнота. - Место празднования нашли?
- Пока нет, - пожимает плечами Алиса.
- Ладно, давай я поговорю с папой, у него при казино есть небольшой ресторанчик. Если гостей будет немного, то мы там поместимся. Или можем поискать что-то за городом?
- О, за городом интересно, как тебе, Миш?
- В такую жару, однозначно, за городом лучше, - киваю в ответ. И, пока Лера предлагает еще сделать выездную регистрацию, обдумываю, что она вскользь сказала до этого.
Не так много в Москве казино такого уровня, чтобы там был ресторанчик. От предвкушения пересыхает во рту и я делаю глоток апельсинового сока, чтобы сдержать эмоции. Это был бы слишком крутой подарок, поэтому я не хочу ничего загадывать. Чтобы ни один жест или взгляд не выдали меня.
Меня спасает официант, который приносит их заказ. Перед Валерией опускается вазочка с мороженым. Только у меня - мятное с шоколадным сиропом, а у нее - пломбир с шоколадной крошкой.
Перевожу взгляд на китайца, чтобы посмотреть, что заказал он. Только кофе. Бедняга. Ужей, мышей и насекомых сегодня в меню нет. Он, уткнувшись в ноутбук, занимается чем-то своим. Даже внимания на нас не обращает. Не видит, как я облизываю взглядом его девушку. Он вообще понимает, что значит в России свидетель и свидетельница?
Что они должны быть всю свадьбу рядом с женихом и невестой? Что у них могут быть провокационным и пошлые конкурсы? Что их могут даже заставить поцеловаться? И пусть он - ее жених, но сидеть он будет за общим столом, а не рядом с ней.
- А он хоть раз видел свадьбу в России, представляет, что это такое? - спрашиваю у девушек, но киваю на нерусского.
- Через полторы недели он возвращается в Китай, - ставит нас в известность Валерия, - Поэтому его на свадьбе не будет. Я тоже уеду где-то через недельку после твоей свадьбы. У меня теперь там жизнь. - Она улыбается, но в голосе слышна какая-то грусть. - Я приехала с родителями увидеться и с тобой. - Она смотрит на Алису, как на сестру, и натягивает улыбку. Ей не так легко дается этот переезд, как она хочет показать нам. - Михаил, дадите свой номер телефон, если будут какие-то вопросы, то я вам позвоню.
- Я думал, что я понадоблюсь только на свадьбе, для декорации в виде свидетеля, - Поворачиваю голову к Алисе и смотрю на нее с укором. - Я что, чего-то не знаю? - Она моргает своими глазищами, как будто не понимает, к чему ведет ее подруга.
- Ну ты же не откажешь ей, если надо будет с чем-то помочь? - Кивает в сторону своей подруги, но я все еще держу ее взгляд. Крылышки ее носа начинают порхать и, если она сейчас заплачет, то ее жених мне потом всю плешь проест.
Женщины... Великие манипуляторы...
- Да ладно, что там, - вклинивается свидетельница. - Это организационные моменты, время обсудить или цвет чего-то. Не напрягайся.
Я лезу в бумажник и достаю оттуда визитку. Еще с прежней работы. Ну и какая разница, номер телефона-то у меня не поменялся. И передаю девушке.
Она не та, кто будет читать потом, оставшись одна. Русская гейша сразу изучает, кто я, и даже не скрывает, что надпись “менеджер по продажам”, вызывает у нее разочарование. Видимо в моей должности должно значиться “миллионер”. Да и какая, по большому счету, разница, где и кем я работаю теперь.
Следом она лезет в сумочку и достает из кошелька свою визитку. Матовая бумага с серебряным тиснением. У нас такие только у директора.
Я возвращаю ей ее же жест и тоже изучаю, что же она там о себе указывает.
Но все размывается вокруг, когда я фокусируюсь на ее фамилии и отчестве.
Орлова Валерия Олеговна.
Не может быть таких совпадений.
Я пропускаю между пальцев матовый бархат бумаги и читаю еще раз.
Орлова… Олеговна… У папы казино…
Она заглядывает в меня, читая возможный следующий вопрос.
Я точно понимаю, что еще не готов к этой игре. Но теперь у меня есть козырь, который ее отец не сможет перебить.
Поэтому стягиваю все воспоминания и горечь внутри, чтобы голос звучал твердо и уверенно.
- Обращайтесь, если что, Валерия Олеговна. Алиса, счастливо, мне пора. Марку привет. Я оплачу наш заказ.
Пока Ваня принимает душ, я рассматриваю обычную картонную визитку и кручу ее в пальцах. Шилов Михаил Егорович. Менеджер по продажам. Компания “Автолайт”. Куда уж скучнее и беднее может быть профессия. Хотя выглядел он не бедно. Может, менеджеры теперь получше зарабатывают?
Я подношу к носу визитку и втягиваю аромат. Удивительно, как бумага умеет хранить аромат хозяина. Кажется, это что-то из Paco Rabanne. Не такой уже и дешевый, но и не мегакрутой парфюм.
Я прикрываю глаза, вспоминая образ мужчины. Он не особо заморачивался с внешним видом. Белая футболка, поверх легкий пиджак с рукавами в три четверти, застегнутый на одну пуговицу. Прямоугольный запоминающийся подбородок и легкая небритость до скул. Светло-зелеными глазами умело цеплял взгляд. А главное, нагло клеил меня при моем мужчине.
Почему он так рассматривал мою визитку? Сдвигал к переносице широкие брови, скорее всего, перечитывая несколько раз. Будто моя фамилия ему знакома.
И этот жест с рукопожатием. Что хотел показать? Вернее я знаю, что он хотел показать, транслируя целую встречу, что им руководить не получится. Меня интересовало, делал он это неосознанно или все было продумано и он выводил меня из равновесия намеренно?
Я слышу как открывается дверь из ванной и быстро убираю визитку в книгу, которую начала читать, пока не наткнулась на героя, которого зовут Михаэль. Ассоциативный ряд сложился сам собой, напоминая одновременно, какой скрытый и интересный типаж мне достался в свидетели.
Ваня же был открыт как книга. Он ничего не скрывал. Смотрел открыто. За все наше знакомство, кажется, даже ни разу мне не соврал. Если он обедал с подругой, значит, я знала об этом. Если он задерживался на работе, значит, я тоже об этом знала. У нас было полное доверие. И мне не хватало немного какой-то интриги, даже хотелось ревновать его, как доказательство моего выбора.
А этот Шилов словно специально колол туда, где ныло и требовало хоть какой-то динамики.
- Valieliya, - слышу в дверях голос Вани и прикусываю губу. На его плечах еще кое-где видны капли воды, а волосы беспорядочно торчат после того, как он вытирал их полотенцем. А сейчас это белое полотенце, обмотанное вокруг его бедер, подчеркивало пресс и стройную фигуру.
Я подзываю его кончиком указательного пальца и прикусываю губу, невинно опуская глазки. Иногда, чтобы упрощать языковой барьер мы играем в эти молчанки. Которые довольно легко расшифровать и без слов. А в постели - и подавно не нужны.
***
Спустя двадцать минут мы пьем кофе и собираемся на ужин к мои родителям. Мама знает Ваню по скайпу, где я их и познакомила. А папа сам прилетал в Китай, развивая свой игорный бизнес в Поднебесной.
Я давно поняла, что все мои прежние отношения строились исключительно на страсти, возникшей внезапно и так же внезапно спадающей. Да, мне нравились разные мужчины. Да, я не знаю, сколько партнеров у меня было, зато я точно знала теперь, что я хочу.
С Ваней не было необузданной страсти, как с остальными. С ним все, наоборот, начиналось с дружбы. Мы случайно встретились по работе. Потом несколько раз пообедали, а потом выяснилось, что его отец - тоже владелец казино. Все закрутилось как-то само. Быстро перетекло в знакомство наших отцов и пророчество долгого и крепкого союза.
Через пару недель я отдавала замуж подругу, а еще через несколько месяцев выходила замуж сама. За того человека, в котором была уверена. И за того, который устраивал папу.
Как бы сложилась моя жизнь теперь и где бы я была, если бы в свои девятнадцать приняла другое решение? Простили ли бы меня родители и приняли бы обратно?
Я все равно, так или иначе, возвращалась к этому. Все было бы по-другому сейчас? Или это просто были его угрозы, которые отец никогда бы не исполнил, потому что, как ни крути, но я, все равно, его единственная дочь и наследница.
В любом случае, сейчас меня все устраивало. Это был лучший вариант, чем если бы мне пришлось выйти замуж за какого-нибудь старичка или мужчину в возрасте. И пусть насильно меня бы никто не выдал, но выбирать из определенных кандидатов я все же должна была бы.
На вчерашнем ужине у родителей, папа предложил нам отличное место для празднования за городом. Даже договорился на ту дату, которая нам была нужна.
Поэтому, необходимо было только съездить туда и посмотреть. Папа сразу втянул Ваню в свою работу, исключив его из потенциальных помощников. Алисе я очень хотела сделать сюрприз, поэтому оставался только один человек, который имел отношение к подготовке свадьбы.
Достаю записную книжку и ищу в ней визитку Михаила. Ну что же, посмотрим, кто в итоге будет руководить.
- Да, - отвечает спустя два гудка.
- Михаил? - переспрашиваю, как всегда делаю, когда набираю знакомый номер.
- Да.
- Здравствуйте, это Валерия. - Делаю паузу, чтобы дать ему время меня вспомнить.
- Да, я узнал, - говорит быстро, словно спешит куда-то. - По голосу.
- Может, вы составите мне компанию и мы съездим в один ресторан, посмотрим там все?
- Без меня никак? У вас же, - подчеркивает то, что я не перехожу на дружеское “ты”, - есть Иван?
- Ваня занят и не может сейчас.
Конечно, я могла бы сделать это одна, но мне нужна компания, и он, все-таки, свидетель. Я считаю, что он тоже должен принять участие в подготовке. Иначе, зачем было соглашаться?
- Я тоже занят сейчас, я на работе.
Что это за работа такая, с которой нельзя отпроситься. Я же по делу его дергаю, а не просто так.
- Он улетает на следующей неделе и у него мало времени, а вы можете тут работать, сколько угодно.
Я прикрываю Ваню перед Михаилом, потому что на самом деле он мог бы, но я не хочу спорить с папой и отрывать их от дел.
- Железная логика, - отвечает и молчит, а я не понимаю, что это означает. Согласен или все-таки нет.
- Так что, съездишь? - первой приходиться переспросить и опуститься до его уровня.
- Там пообедать можно будет?
- Можно, это же ресторан.
- Через полчаса у меня начнется обед, могу тогда приехать ненадолго, если я точно нужен. Может, Алиса хотела бы взглянуть?
- Не хочу ей показывать что-то недостойное, поэтому мне нужно мнение со стороны.
- Ммм, - удивленно тянет, - мнение какого-то менеджера важно? - Наблюдательный гаденыш, прочитал по лицу все, что я думала о нем.
- Не было бы важно, я бы не звонила.
- Ладно, скидывай адрес на этот номер.
Я сама оказываюсь там только через сорок минут. Наверное, на свою свадьбу я бы выбрала что-то более пафосное и дорогое, но Алиса просила попроще, хотя за все мучения Никифорова над ней, я бы раскрутила его на более крупную сумму.
Просторная площадка перед рестораном, на которой можно устроить выездную регистрацию. Расставить стулья и создать антураж. Достаю блокнот и помечаю найти фирму, которая займется украшением. Побольше цветов. Фотозона.
Надо еще позвонить Васильеву, чтобы он освободил в своем плотном графике место для фотосессии. И видеооператора не забыть.
- Да, - отвечаю на входящий от Михаила и оборачиваюсь в сторону стоянки, разыскивая в тени деревьев Михаила.
- Я на месте, где ты?
- Я сейчас подойду к стоянке и встречу.
Специально выхожу на улицу, чтобы посмотреть на его автомобиль. BMW. Неплохо. Я, конечно, как Алиса, в годах выпуска не разбираюсь, но, значит, зарплату менеджерам подняли, раз он гоняет на черном бумере, по крайней мере, по внешнему виду не убитом.
Парень поправляет солнечные очки и вертит головой, осматриваясь по сторонам. Как будто оценивает это место больше на безопасность, чем на удачное расположение и тишину.
- Что скажешь? - окликаю его. Тут без посторонних и наедине язык наотрез сопротивляется выкать ему и давать понять, что я ставлю его выше себя и, тем самым, руководить.
- Нормально, наверное, от меня что надо? - Правой рукой берется за дужку очков и снимает их.
- Пойдем, - киваю в сторону ресторана и параллельно делюсь своими мыслями. - Тут надо устроить регистрацию. Тут расставить цветы. Можно розы, пионы, засыпать лепестками дорожку до ресторана. Побольше. Вон там хорошие фотографии выйдут.
- Как считаешь нужным. Это ведь не главное.
- Главное, чтобы они ни о чем не волновались и не переживали. Мы должны все сделать идеальным.
- Мы? - Он произносит это слово так, как будто никак не хочет нас объединять. - Алиса сказала, что я должен только постоять на месте свидетеля.
- А я, по-твоему, должна все делать одна?
- У тебя есть парень, можете делать вместе. Не знаю, как в Китае, а в России совместный труд сближает.
- Слышь, Матроскин, Ваня у меня и так работает и очень занят.
- А я по-твоему отдыхаю и деньги мне сами сыпятся? Или моя работа не такая важная, как твоего Шаолиня?
- Да какая у тебя там работа, - бросаю в ответ на его шуточки и в следующую секунду жалею об этом. Светло-зелёная радужка превращается в тонкий ободок вокруг расширенного зрачка. Если он сейчас примет решение уйти, то мне и вправду грозит делать все дальше одной. - Извини. - Иду на опережение. Я нечасто извиняюсь, но сейчас надо. Если он уйдет, вернуть его будет сложно или даже невозможно, а одна я не справлюсь. - Ты свидетель, они твои друзья. Ты же хочешь, чтобы они были счастливы и запомнили этот день, как самый лучший? - Я смягчаю тон и скромно улыбаюсь.
- Я хочу есть.
На первый раз повезло. Через десять минут мы занимаем столик на террасе в тени и ждем заказанный им обед.
- Думаешь, ей действительно понравится вся эта розовая мишура, о которой ты говорила? - После нескольких минут раздумий делает заключение Миша. Я вижу, что у него есть какие-то идеи, но мне они уже кажутся провальными. Менеджер по продажам будет учить меня, как сделать вечер стильным?!
- Она же девочка.
- Пффф, - смеется в ответ. - Ты плохо знаешь свою подругу. - В диалоге он постоянно смотрит в глаза. Иногда мне даже хочется спрятаться от этого взгляда, так и норовящего залезть поглубже.
- А ты, можно подумать, хорошо ее знаешь?
- Думаю, она изменилась за эти полгода, возобновив отношения с Марком.
Я внимательно наблюдаю за тем, как он ест. Он не наклоняется низко, держит спину ровно. В нем, определенно, есть какие-то манеры.
Он водит неплохую машину. При этом работает менеджером. Поев, промакивает рот салфеткой и убирает в сторону.
Я пью только кофе без сахара и молока. Ване нравятся стройные девушки, а мне нужна истинная мотивация, чтобы держать себя в форме.
- Ты не ешь?
- Нет, я не голодна. - Открываю телефон, утыкаясь в инстаграмм, чтобы снова не попасть в этот зомби-взгляд.
Он усмехается так, словно читает мои мысли о сочности этой котлеты и свежести салата.
- Я так и подумал, худеешь?
Надо было раньше залезть в телефон.
- Нет, я поела недавно.
- Врешь? - Усмехается и произносит это так, что не утверждает, а задает вопрос. То есть, я еще должна честно ответить, вру ли я.
- С чего мне врать? - Я смотрю ему в глаза, не пряча взгляд. Знаю, что это первый признак правдивости.
- Ты и сама знаешь.
- Ну и что, что я посмотрела на твою еду? Я хотела определить, вкусно ли тут кормят. - Я неосознанно провожу кончиком пальца под веком, убирая возможную пыль. Надо было заказать хотя бы салат, чтобы не так бросалось в глаза.
- Опять врешь? - Да что такое? Он что, ясновидящий и читает мои мысли? - Можешь не отвечать. - Я и не собираюсь отвечать, потому что мне надо разобраться, блеф это или он, действительно, так хорошо разбирается в людях. - А сейчас ты волнуешься, что я читаю тебя и ты никак не можешь закрыться от меня.
- Прекрати это делать.
- Хорошо, - поднимает руки ладонями ко мне, в проигрывающем жесте. Но я прекрасно понимаю, что сейчас он издевается надо мной. - Дочка владельца казино не знает, как управлять своими жестами и мимикой? - Он откладывает вилку и смотрит на меня. - У тебя должно быть это в крови или ты не умеешь блефовать?
Кожа покрывается мелкой дрожью и меня передергивает. Так вот в чем дело.
- Думаешь, почитал какую-то брошюру и все про всех знаешь?
- Видимо, этого достаточно, чтобы читать тебя.
Я знаю это ощущение предвкушения. Когда тебе надо обмануть, а ты видишь за столом достойного соперника. Когда в крови пузырьки адреналина взрываются и шипят. Когда хочется поставить многое, чтобы сорвать куш.
- Обед заканчивается. - Он смотрит на часы и кивает мне, - что ты еще хотела обсудить?
- Мы с тобой так и не обсудили дизайн. Ты, кажется, хотел что-то предложить?
- Хорошо, я сброшу тебе свои идеи вечером. Пришлешь адрес электронной почты?
- А сейчас что, нельзя высказать?
- Нет, сейчас у меня заканчивается время и пора на работу.
- Так ты поможешь мне?
- Нет, - он пожимает плечами и машет головой. - Я никому не помогаю. Я могу показать, как сделал бы я. Как вижу это я. Но сделаешь ты всё сама. - Он допивает воду и зовет официанта, собираясь уходить.
- Нет, так не пойдёт. - Я резко поднимаюсь и упираюсь ладонями в стол. - Мы свидетели оба и это ответственность двоих.
- А ты, оказывается, умеешь не врать. - Дает надежду на конструктивный разговор, но тут же ее забирает. - Но я ничего не знаю. Алиса просила только поприсутствовать на свадьбе. Ничего организовывать и, тем более, помогать я не должен. Попроси Цуня своего, заодно познакомится с местными обычаями.
- Цзунь, - специально поправляю его, выговариваю по звукам имя, чтобы нахал запомнил.
- Без разницы.
- Да что не так? Что я должна сделать?
- Сделать для чего? - Он оставляет деньги, рассчитываясь за обед и поднимается, чтобы наши глаза были на одном уровне.
- Чтобы мы вместе этим занимались, а не я одна.
Он смотрит на меня взглядом “Я уже все сказал”, но потом уголки губ приподнимаются, а разрез глаз уменьшается. И это настораживает. Вряд ли у него там благородные мысли обитают.
- Сможешь меня обмануть, хоть раз, тогда помогу.
- Ха, - вылетает из меня само, - легко.
Миша усмехается и, закатив глаза, качает головой, думая о чем-то своем.
- Дерзай, - прощается и оставляет меня одну.
- Лисенок, ты кого мне подсунула? - Я протягиваю за шторку руку и подаю будущей невесте вешалку с еще одним платьем. - Сговорчивей свидетеля не нашлось? Он же совсем не хочет мне помогать. Мне не сложно сделать все это для тебя. Мне очень приятно. Ты же знаешь, я люблю такие штуки, но не люблю людей, которые отлынивают. Причем он открыто говорит, что помогать не будет.
- Я предлагала нанять фирму, которая сделает все под ключ.
- Я знаю, но мне так приятно сделать это для тебя, кроме того, мне все равно нечем тут заниматься этот месяц. Ваня почти целый день с папой.
- Лерок, ну вот он такой. Ты же знаешь, идеальных людей нет. Миша не то, что не помогает, он не хочет вмешиваться в чью-то жизнь и давать советы, помогать, чтобы потом ситуация менялась. А ему ставили в упрек, что он что-то сказал не так. Он мне не рассказывал, почему так, поэтому я не могу тебе подсказать, что делать.
- То есть, он не будет мне помогать? - я заглядываю к подруге, рассматривая свою красавицу.
- Если он будет видеть, что это действительно надо и без него никак, он не откажет. А если еще скажешь, что ради меня, думаю, он точно согласится.
- Никифоров-то не боится, что такой парень вокруг тебя слишком много крутится?
- Не боится. Миша - пройденный этап.
- Ого-го, что-то я пропустила, когда ты с таким красавчиком зависала. - Дурацкое слово “не воробей” вылетает из меня, и его уже не поймать и не запихнуть назад в горло.
- Так, он уже красавчик? А Ваня? - тут же ловит меня на слове Алиса и усмехается.
- Ваня - не единственный красивый мужчина на Земле, так что у вас было? - перевожу разговор на нее, чтобы забыла. И если она когда-то ему об этом ляпнет, то он будет до конца свадьбы ходить павлином.
- Нет, у нас ничего не было, хотя могло быть. Сейчас мы просто дружим.
- Знаю я про это дружим.
- Звучит так, будто ты его ревнуешь. Люблю я Никифорова, а дружба с Мишей - это компенсация косяков Марка. Давай уже платье выбирать.
- Давай, но то, что сейчас на тебе, сразу нет.
Спустя два часа я смотрю на свою девочку и хочу плакать. Она очень красивая и такая нежная в выбранном платье. Это то, что нам надо. Однозначно.
- Алис, подождешь меня, я тоже хочу примерить одно.
Я захожу в примерочную и долго рассматриваю одно-единственное платье, которое увидела и честно скрыла от Алисы. Там и так их слишком много. А я, может, такого больше и не встречу.
У меня даже в горле чешется от того, как хочется его трогать. Я не спешу с этим. Тщательно расправляю и, пока раздеваюсь, с лица не сходит глупая улыбка. За шторкой слышу голос Алисы и расслабляюсь. Она с кем-то разговаривает. Значит, занята, значит, я могу не спешить.
- Лерок, ну что ты, надела? - Слышу за стенкой.
- Да, секунду, я выйду.
С силой дергаю занавеску, чтобы сразу произвести фурор, как в фильмах, и столбенею. Фурор производит он, когда без приглашения приезжает сюда и сейчас в своей бесцеремонной манере рассматривает меня, облизывая губы.
- Да ты - невеста… Может, Ване предложить сыграть две свадьбы сразу? - Алиса улыбается мне, пока я прячу взгляд от него. Миша, как всегда, нескромно скользит, оставляя зеленые отметины своих глаз на лице, шее, расходится на ключицах и снова собирается в ложбинке корсета. Платье классное, но, похоже, что слишком уж притягивающее лишнее мужское внимание.
- Что он тут делает? - не отводя взгляда от Алисы, киваю на Мишу.
- Был рядом и заехал оценить наряд невесты, - отвечает сам, заставляя посмотреть на него. - Ты что, тоже себе выбираешь?
- Нет, просто примерила. Думаю, надо что-то поскромнее, да, Михаил?
Он распахивает глаза шире, словно только проснулся.
- Тебе бы подошло другое.
- Какое?
Меня не интересует его мнение, просто любопытно, что выбрал бы он.
- Я не даю советов и не помогаю. Ты же знаешь. Просто другое. - Усмехается мне и разворачивается к Алисе.
- Кажется, Михаил, вы собирались скинуть мне проект оформления зала? - Я смотрю на русскую гейшу и вижу ее ухмылку.
Она специально говорит это при Алисе, чтобы о нашем разговоре знали больше двух человек.
- Миш, да? - загорается Алиса и теперь уже у меня, точно, не будет варианта соскочить. И я с укором смотрю на Леру.
- Вообще-то, это должен был быть сюрприз.
- Да, прости-те, но может, он мне не понравится? И это уже не будет вашим сюрпризом.
- Все, что делает Миша, всегда красиво и качественно, Лер.
Она сужает глаза и стреляет своими голубыми искрами в меня. Отталкивается и возвращается к Алисе.
- Он же менеджер, - кривит губы Лера и получает премию “Фиаско года”.
- Ты менеджер? - удивляется теперь и Алиса.
- Визитка просто была старая, - пожимаю плечами.
- Шутник чертов, - смеется Алиса и разворачивается к подруге. - Миша - дизайнер автовыставок и интерьеров в автосалонах. Марку все салоны переделал.
Люблю эффект wow.
Особенно от того, кто думает, что ты лузер по жизни. Мне кажется, Лера даже смотреть на меня стала по-другому. С интересом. И от этого становится противно. Для нее, вернее, для таких как она, богатых, это имеет огромное значение. Тебя - то не замечают, то думают, а где ты можешь мне пригодиться тоже.
В просвете между девушками, который образовали их головы, я замечаю Ван Гога собственной персоной. Его тоже пригласили обсудить дизайн? Я поднимаю руку и машу ему, потому что этим двум сейчас не до китайца.
Лера тут же оборачивается и, улыбнувшись, поднимается. Я следом, чтобы пожать ему руку. Рукопожатие по-прежнему равноправное. Он не чувствует с моей стороны соперничества и даже становится неудобно, что я так флиртую с его девушкой.
Алиса уступает ему свое место, усаживаясь рядом со мной. А я имею сегодня возможность рассмотреть китайца ближе. Косая модная челка, узкие глаза - типичный представитель этой нации. Запонки дорогие. Она следит за его внешним видом тщательно.
Лера спрашивает, как у него дела и обнимает за руку, упираясь щекой в плечо. Это так ванильно-сладко, что я не верю ей. Она обманывает меня очередной раз, деликатно проводя пальцем над верхней губой. Словно у нее там что-то чешется. Но ведь, на самом деле, там ничего нет, а она просто хочет скрыться от обмана и подозрения во лжи.
Я ловлю ее взгляд и едва заметно качаю головой и одними губами говорю, что не верю.
Она тут же выпрямляется и вспоминает, что хотела показать монаху своему Воробьевы горы.
- Миш, - Алиса дожидается, когда они уйдут и не будут нас слышать, - знаю, что просила только поприсутствовать на свадьбе, но оказалось, что Лера сама хочет всем заниматься. Пожалуйста, немного поддержи ее.
- У нее Вано есть, поможет если что. - Я упираюсь локтями в стол и расслабляюсь.
- Ну ты видел его, выхлопная труба толще, чем он. Какой с него помощник. Разве он может понять русскую душу?
- Она сама выбрала китайскую половинку.
- Я уже у нее спрашивала, почему китаец, что мало наших, что ли?
- И что?
- Сказала, что он хороший парень.
- Слушай, мы же оба понимаем, что это значит. Например, о Марке, уверен, ты бы не ограничилась одним словосочетанием “хороший парень”. Ведь так? - Утвердительно кивает мне в ответ. - Брак по расчету? - высказываю свое предположение и тут же жалею. Алиса напрягается и шумно сглатывает. Знаю, что бью по ее больным воспоминаниям, но остановиться уже не могу. - Ты ей расскажи, чем потом эти браки заканчиваются и сколько времени приходится восстанавливать отношения.
- Ты как всегда прав. - Она скрещивает пальцы и рассматривает их. Закрывается от меня и расстраивается. - Ты не будешь ей помогать.
- Помогу, - усмехаюсь и рассматриваю, как она поджимает губы, сдерживая улыбку. - Только… У нас с ней небольшое пари, поэтому, как только она выполнит свою часть, я немного помогу ей, если это не будет нарушать личных границ. Которые она норовит постоянно сдвинуть.
- Спасибо.
Рыжая манипуляторша.
Звонок от Михаила в шесть вечера выглядит, как минимум, странным. И хотя я особо ничем не занималась, но звонить не свободной девушке после пяти считаю моветоном.
- Что делаешь? - Здороваться, что ли, его не учили?
- Мы с Ваней дома.
- Я не спрашиваю, где Ваня, я спрашиваю, что ты делаешь?
- Что ты хочешь?
- Встретиться.
Я почему-то сразу смотрю на Ваню, будто он уличил меня в измене уже по телефону, но он работает за компьютером и не обращает внимания.
- Уже поздно.
- Еще шесть часов.
- Зачем нам встречаться? - Я, по крайней мере, должна знать вескую причину, чтобы вообще продолжать этот разговор.
- Ты сама хотела вариант дизайна от меня.
Черт. Он сам позвонил, предлагая помощь, а я с Ваней, и как мне его оставить?
- До завтра это не может подождать?
- Нет, не может. Завтра у меня другие дела. Потому что в будни мне теперь приходится подрабатывать организатором свадеб.
- Можно подумать, ты перетрудился.
- Если мои идеи не нужны, то я займусь работой. Беспочвенные умозаключения отнимают мое время.
- Подожди.
Я кладу телефон на стол и подхожу к Ване. Наклоняюсь к нему низко и целую за ухом.
- Чем занят?
- Отец твой напоследок дал просчитать кое-какие варианты инвестиций. Я постараюсь побыстрее.
- Вань, если ты занят, может я отъеду ненадолго по поводу свадьбы Алисы?
- Да, конечно, без проблем. - Кажется, он даже рад, что я сейчас дам ему поработать и скорее закончить. Я возвращаюсь к телефону и проверяю, ждет ли Миша еще меня. Ждет.
- Хорошо, я смогу сейчас.
Он сам называет кафе и адрес, куда я должна приехать.
***
Я выбираю джинсы и легкую худи. Хоть и лето, но вечером может быть прохладно. К тому же, хочу по максимуму закрыть свое тело.
Не сразу замечаю Мишу в майке поло и со свободным беспорядком на голове, который, как ни странно, ему идет. Перед ним ноутбук, на котором он что-то делает.
Кто бы мог подумать, что он - дизайнер интерьеров автосалонов и автовыставок.
Я направляюсь к нему и первой окликаю, отрывая от экрана ноутбука. Он перестает шевелить и щелкать мышкой.
Сворачивает быстро экран, как будто чекал там девчонок голых.
- Привет, присаживайся. - Убирает рюкзак от ноутбука на другое сиденье и освобождает место рядом. - Будешь что-нибудь? - Сегодня, когда он в повседневной одежде, даже как-то проще с ним. Или - он просто хочет быстро разобраться со мной и выполнить обязательства перед Алисой.
- Я сама себе закажу. - Опускаю глаза, чтобы посмотреть, что взял он. Снова мороженое. - Любишь мороженое?
- А кто его не любит? - усмехается в ответ.
- Действительно. Можно мне мороженое. Шоколадное с шоколадными каплями.
- Добавьте пару листиков мяты. - Миша дополняет мой заказ и кивает официанту.
- Зачем?
- Разбавить твое масло масляное, - ухмыляется в ответ.
- В смысле? - переспрашиваю, потому что не понимаю к чему его реплика.
- Шоколадное мороженое с шоколадом.
- Ну раз такое есть, значит, кто-то, кроме меня, это заказывает.
- Двигайся ближе. - Мне приходится перетянуть стул вплотную к его, чтобы лучше рассмотреть то, что он открывает на экране ноутбука.
Пока запускается программа, я втягиваю его аромат. Он приятно щекочет нос и отдает свежестью. Рука, удерживающая мышку, уверенная и крепкая. Такая как прижмет…
- Смотри, модные цвета Пантон в этом году показаны в этой таблице. Я бы выбрал вот этот мятный. Он освежающий и бодрящий. Учитывая, что мы будем на природе, то это прекрасно может сочетаться с общим антуражем. В противовес добавим белой классики. Предвижу твой вопрос, почему эти цвета? Они выдвинуты Институтом цвета Пантон как трендовые. Значит, будут активно использоваться в модных коллекциях одежды, аксессуарах, в текстиле, декоре и дизайне. Проблем с подбором общей цветовой гаммы не будет.
- А вот это сочетание желто-серого? - обращаю внимание на соседнюю картинку.
- В принципе, оно тоже ничего, но серый на свадьбе, мне кажется, так себе.
- Ну хорошо, я не против. Уговорил.
Передо мной опускается мое мороженое с листочками мяты. И я специально пробую их, чтобы прочувствовать, как интересно они будут дополнять.
- Это же можно мятой и букеты разбавить с цветами, и на столах какой-то декор.
- Конечно. Мне кажется, Марк с Алисой достаточно консервативны и оценят классический дизайн без всех этих наворотов. Но с акцентами.
Мне нравится ход его мыслей. И я кладу в рот ложку мороженого, кивком соглашаясь с Мишей. Сейчас он серьезный. Не пытается меня клеить или флиртовать. Скорее всего, он действительно понял, что у меня парень и это лишняя трата времени.
- Но этим ты уже сама занимайся. Я не полезу в выбор салфеток и бутоньерок. Кстати, сделай их зелеными. И еще автомобиль. Тут отойдем от классики. - Он сворачивает свои программы и разворачивается ко мне.
- Карету? - Он смотрит на меня взглядом ”серьезно?” и закатывая глаза, качает головой.
- Нет, вот я накидал несколько дизайнов, - Показывает мне нарисованные карандашом эскизы. Из этого можно сделать временную наклейку под аэрографию. Алисе это понравится. В принципе, ты можешь выбрать две концепции дизайна. В стиле Чип и Дейл или, как у Кэролла про Страну Чудес.
Я всегда считала, что у художников должны быть длинные элегантные пальцы. Они все такие воздушные. Миша бил этот стереотип под коленки и удивлял каждый день.
- Это мелочи, акценты, но я точно знаю, что они обратят на это внимание и запомнят.
- Аа, - у меня даже слов подходящих не находится сразу. - Спасибо, Миш. Ты итак создал мне общую картину того, что надо. Я учту это.
- Фотограф, оператор нужен?
- Нет, с этими я договорилась. Ведущего бы нормального.
- Я поспрашиваю у знакомых, кто сможет. И машиной тоже сам займусь.
- Пожалуйста, мне вот эта картинка нравится.
- Мне тоже, как ни странно.
- Миш, а можно посмотреть, что ты рисовал до этого?
Я чешу нос и сомневаюсь, что ей стоит это видеть. Новая работа, не хочется, чтобы украла идею.Но все же поворачиваю к ней ноутбук и разворачиваю окно. Знаю, что это добьет её.
- Это проект автовыставки для презентации новой модели Ягуара.
Верчу картинку помещения с разных камер.
Как же богатые девушки падки на названия марок дорогих машин. Не знаю, чем она больше восхищается, автомобилем или работой. Но на ее вытянутом лице явно прослеживается шок.
- Ты меня прям удивил, честно. - Наконец, насмотревшись, поднимает невинно-голубые глаза на меня. - Очень круто. Ты сам все это рисуешь?
- Сам, - киваю ей и собираюсь доесть подтаявшее мороженое.
- Позову тебя дизайнером на свою свадьбу, - довольно улыбается. А я отворачиваюсь. Не люблю, когда мне врут. А еще больше не люблю, когда врут себе.
- Мне пора, надо еще поработать.
- Сегодня же суббота.
- К понедельнику проект должен быть готов. И я показал тебе свое видение. - Я выкладываю ноутбук в рюкзак, подзывая официанта со счетом. - Мое условие все еще в силе. Попробуй обмануть меня.
Подмигиваю ей и, расплатившись за двоих, оставляю девушку одну.
Папа занял все внимание Вани в эти дни, оставляя мне его лишь на ночь. Мне даже пришла в голову мысль, что ему было бы проще усыновить его и вести все дела. В нем он видел того, кто продолжил бы его дело. Потому что, по словам папы, бизнес - это не женское дело.
Папа никогда особо не напрягал маму своими делами. Меня пару раз пытался втянуть, но ничего, кроме самой игры, я не признавала.
Меня часто увлекали в казино именно наблюдения за людьми. Как они втягиваются. Как пытаются обмануть. Блефовать. Как они держатся, когда им везет, и как начинают нервничать, когда что-то идет не так.
Держать свои эмоции и выдавать желаемое за действительное требовало очень больших навыков и концентрации. Потому что, если ты просто все изучишь и будешь думать, что в нужный момент вспомнишь и применишь, то это ошибка. Многие именно так и проигрывали свои миллионы.
Чтобы владеть этим, нужны навыки, доведенные до автоматизма. Потому что любое волнение - и тело сделает несколько микрожестов, которые выдадут игрока еще до того, как он подумал, что надо делать.
И в казино образцов для исследований было предостаточно.
Оказавшись связанным тоже с игорным бизнесом, Ваня сразу попал в топ папиных женихов для меня.
Я никогда не строила долгих отношений, потому что знала, что привязываться к кому-то нельзя. Будет больно. Больно разрывом. Больно разбитыми мечтами. Больно непредсказуемыми последствиями.
А мне уже один раз приходилось зашивать свое сердце и больше ран я не хотела.
С Ваней не было этой головокружительной страсти, которая обычно поглощала меня. Не было упреков и обид. Не было спонтанных встреч где-нибудь на крыше. Все было равномерно и по нарастающей. И в этот момент я и поняла, что, вероятно, это и есть любовь.
Ты живешь с кем-то, строишь планы, он нравится родителям, на него можно положиться. Он не навязчивый, но и всегда уделит внимание. Он всегда рядом, но и одновременно его немного. Да, он несколько консервативен в постели, но для этого у меня есть дополнительные игрушки.
Я смотрю на его косую челку, ожидая начало регистрации на его рейс, и думаю, буду ли я скучать. Последние четыре месяца мы были все время вместе, расставались лишь на пару дней, за которые я не успевала соскучиться. Сейчас я вернусь в Китай только через три недели. Наверное, это и будет проверка моих чувств. Буду ли я думать о нем, когда буду засыпать? А может, он будет мне сниться?
Приятный женский голос в динамиках объявляет о начале регистрации на рейс “Москва-Пекин”. И я первой встаю с кресла. Разворачиваюсь и смотрю на еще сидящего Ваню. Он берет меня за руку и тянет к себе на колени.
А я чувствую себя глупо. Вскочила, будто хотела поскорее его отправить. Я усаживаюсь к нему и, обняв за шею, касаюсь легонько щеки. Знаю, что он не очень любит показывать чувства при всех, но раз он так сделал сейчас, значит, это важно для него. Важно, чтобы я была рядом и показывала, как он мне нужен.
- Я буду ждать твоего возвращения и больше не отпущу так надолго, - шепчет мне на английском и целует за ухом. - Я уже скучаю.
Мне сложно искренне сейчас сказать, что я тоже буду скучать, что мне будет его не хватать.
- Я тоже, - все же отвечаю ему то, что он хочет услышать и успокоиться. - Позвони, как приедешь.
Я провожаю его. Мы стоим в очереди, не заменяя ее онлайн регистрацией, чтобы подольше побыть вместе. Я ловлю насмешливые взгляды посторонних, что нерусские увозят всех “наших” девушек. Но уже привыкла жить на две страны и не обращать на это внимание.
Обнимаю его напоследок и целую в губы. Я так и не поняла, все китайцы так целуются или только он. Ваня практически не шевелит губами. Он впивается и просто медленно массирует по кругу мои губы. Сразу это казалось странным, но потом я привыкла… Но иногда грустно, что больше не попробую русских поцелуев или французских.
Происходило что-то, что я никак не могла контролировать. Я должна была скучать по одному мужчине, а сама думала о другом. Искала предлог ему позвонить и о чем-то попросить. Узнать что-то новое и интересное о нем. И меня бесило, что он отказывался мне помогать, пока я не придумаю, как его обмануть.
У меня выстраивались в голове целые диалоги, где я доказывала, почему надо помогать другим людям. Спорила с ним. И тут же осекала себя, не понимая до конца, зачем мне это надо. Что в нем такого, что я должна его переделывать и что-то доказывать?
Но с ним это было действительно сложно и интересно одновременно. Не знаю, где он натренировался, но для него я не представляла сложности. Он просто смотрел и читал меня.
Обмануть. Обмануть. Обмануть.
В чем же ты хотел, чтобы я тебя обманула, Михаил? Соблазнить если только?
Это проще всего. Сыграть интерес, мое согласие и флирт. А потом, когда дело дойдет до постели, остановиться.
План есть. Как сыграть соблазнение, уж я придумаю. Оставалось выбрать место. Светить свою квартиру я не хотела. Оказаться на его территории тоже было опасно. Нужно было что-то нейтральное. Например, снова наведаться в тот ресторанчик и выбрать меню.
Тут же приходит ответ.
***
Соблазнить такого, как он, легко и сложно одновременно. Легко, потому что мужчины все равно ведутся на одно и то же. Сложно, потому что этот знает больше, чем остальные. С ним нужна максимальная естественность. И лучше представить, что он на самом деле мне нравится, тогда будет ещё проще. В принципе, он симпатичный, умный, интересный, потенциально он мог бы мне понравиться.
На мне надета закрытая блузка, но рукав в три четверти подчеркивает обнаженные запястья. А к ним он не равнодушен, это я уже заметила. Темные брюки с завышенной талией, подчеркивающие бедра, и шпильки.
- Ты для меня так сегодня нарядилась? - задает он вопрос в лоб, когда я подхожу к столику, за которым он ждет меня. Жаль, что нельзя по щелчку заставить не краснеть щеки.
- Нет, у меня еще одна встреча потом. - Отвечаю и присаживаюсь напротив него. Отвечаю и тут же делаю себе замечание. Я хотела его соблазнить, а этими словами откидываю нас друг от друга. Зачем ему увлекаться мной, если я потом все равно собираюсь на другую встречу. Хотя… интересно, он понял, что я соврала или нет.
Мне надо его соблазнить, а я, наоборот, нервничаю.
Я долго читаю меню и поджимаю губы. Часто дышу. Я реально сама себя довожу до такого состояния, когда очень волнуюсь. Когда произошло что-то очень страшное, и мне нужна помощь. Наконец, не выдерживаю его взгляда и склоняюсь над меню, прикрывая глаза. Шумно выдыхаю.
- Лера, - Я начинаю чаще дышать, будто сейчас разревусь. - Лер, что случилось? - По ходу, и соблазнение не понадобится. План меняется молниеносно на кардинально противоположный. Я буду его не соблазнять, а вызывать жалость. Но еще рано. Мне надо довести его тоже до нервного состояния. Я качаю головой из стороны в сторону, транслируя, что не могу ему ничего рассказать. - Ты пару часов назад звонила и все было зашибись, теперь-то что?
- Я не могу, - шепчу и поджимаю губы. Он тоже кремень: спрашивает, но не подходит. Я тяжело выдыхаю и, наконец, убираю руку от лица. Смотрю куда угодно, только не на него. Не в эти глаза. Я уже сама верю, что что-то произошло. - Сейчас, дай мне минуту. Я успокоюсь и мы позовем администратора.
- Посмотри на меня.
Я часто дышу, чтобы придать себе еще больше волнения, и боязливо поднимаю на него глаза, повторяя про себя, что произошло такое, о чем ему лучше не знать. Он медленно и долго сканирует меня. Но я не сдаюсь. Он должен поверить.
- Ты можешь рассказать мне.
- Ты все равно не будешь решать мои проблемы. Поэтому, это ни к чему.
Я снова поджимаю губы, будто я еще сдерживаю слезы и прячу глаза в ладонях. Вспоминаю своего пса Мамонта и его трагическую смерть под колесами автомобиля и начинаю плакать.
Стул рядом отодвигается и я попадаю в облако его аромата. Мысли перепутываются и я боюсь налажать. Тяжёлая ладонь опускается на плечо и мягко гладит. Я уже могу это остановить, но продолжаю пускать слезы. Мне приятно, когда он вот так рядом поддерживает.
Убирает руки от лица и, развернув к себе, вытирает большим пальцем влажные дорожки.
И мы замираем. Смотрим в этот момент друг на друга, останавливая хаотичное движение официантов и звон столовых приборов на заднем фоне.
- Что случилось? - негромко спрашивает, чтобы посторонние не вторглись в нашу интимную зону.
Я прикрываю глаза и выдыхаю. Мне стыдно, но он сам вынудил меня сделать это. Голова опускается вниз, а подбородок уходит немного в сторону. Если он не дурак, то сам догадается, что значит этот жест. Усмехаюсь и не поднимая головы, открываю глаза и ищу его взгляд.
Моя кожа на лице больше не чувствует тепло его пальцев. Зато я вижу, как он приоткрывает губы и кривит рот в улыбке, усмехаясь самому себе. Нам даже слов не надо,чтобы понять,что я выиграла сейчас.
- Не делай так больше, - просит он и возвращается на свое место.
- Ты сам вынудил меня, разве нет?
Я складываю руки на груди и расслабленно откидываюсь на спинку стула. В замешательстве рассматривает меня, но потом довольно улыбается. Когда принимает тот факт, что я сейчас сделала его.
Не разочаровала.
- По правде, до последнего сомневался, но когда заплакала, то поверил. А ты, оказывается, и так умеешь.
Я развожу перед ним руки ладонями вверх. Сейчас мне нечего скрывать. И он это знает.
Мы заказали несколько разных блюд, вкус которых решили оценить и составить меню. Она была чертовски убедительна и я действительно поверил в ее слёзы. Хотя до этого она явно врала. И своим видом соблазнительным сбила мою логику.
Она просит пару минут, чтобы ответить своему Ван Гогу, а меня не отпускает вопрос, действительно ли она его любит. Потому что то, что видел я, было искусственным.
- Если бы у тебя были два одинаковых мужчины. Вот полностью идентичны. Ты бы выбрала китайца или русского?
- Русского, конечно, если идентичны. - Она так аппетитно несет кусок салата на вилке себе в рот, что даже мне хочется быть одним зубцом этой вилки. Чтобы она вот так же обхватила меня губами и облизала.
- Хочешь сказать, что в России не нашлось ни одного, кто бы удовлетворял твоим требованиям?
- За всю Россию сказать не могу, но в моем окружении - нет.
- Вы вроде бы и пара, но в вас нет такой связи эмоциональной, как у Алисы и Марка даже. Вы вроде бы вместе, а вроде и нет.
- Миш, если мне понадобится консультация психолога, то я обращусь к тебе. Сейчас лезть и копаться у меня в голове не надо. Ты все равно ничего не поймешь.
Что стоило сказать, что я ошибаюсь и она его любит? Только то, что эти отношения блеф. Как я и предполагал.
- Понял. Чем будешь на выходных заниматься?
- Не знаю еще. Может в клуб какой-нибудь схожу. А что?
- Давай сходим в казино. - Это было неожиданно, поэтому реснички, кажется, даже дотронулись до век, так широко она распахнула глаза.
- С чего это мне идти с тобой в казино?
- Ну а что? Дома сидеть, что ли?
- У меня вообще-то парень есть. А это смахивает на свидание.
- Свидание - это заранее условленная встреча влюблённых. Я не влюблен в тебя, ты любишь другого. Где тут свидание? - Я развожу руки в стороны ладонями вверх. Подсознательно она все равно считает этот жест, как открытый. Я ничего не задумываю и у меня нет порочных мыслей на ее счет. - Никогда не был в казино и, ради интереса, познавательно посмотреть, как там все устроено.
- Правила игры в покер знаешь? - Я вижу ее пристальный взгляд, она включается в игру и следит за мной, чтобы понять, где я вру, а где говорю правду.
- Онлайн играл.
- Мне интересен только покер, остальное - это детский сад на удачу. Но, знаешь, я по опыту скажу, что лучше и не начинать. Это бывает похуже наркотиков и алкоголя.
- Знаю.
- Откуда?
- Слышал, - пожимаю плечами как можно естественней и стараюсь не делать движений руками. Не хочу, чтобы она начала расспрашивать дальше. Уж я не понаслышке знаю, чем это может завершиться. Но этого тебе действительно не стоит знать. Так что, покажи, как ты умеешь обманывать.
- Ладно, давай сходим разок. Но я давно не играла, потеряла сноровку.
- Думаю, что талант не пропьешь. Сегодня у тебя неплохо получилось блефовать.
- Миш, я схожу с тобой. Но ты расскажешь, зачем тебе это надо на самом деле. - Где-то, все-таки, спалился.
- Люблю изучать людей.
- Что именно?
- А ты еще не догадалась?
- О чем? - Она откладывает вилку и, облокотившись на стол, смотрит на меня, пытаясь разгадать.
- Интересно читать людей по жестам. А лучше всего это можно сделать там, где стараются обмануть друг друга.
- Так ты… - Она приоткрывает свои розовые губки и морщит лоб. Сейчас я услышу все, что она думает обо мне. Но в последний момент она усмехается и растягивает рот в улыбке.
- Ладно, давай сходим. Но один раз. Попытаюсь вспомнить свои навыки игры и попробуем кого-нибудь обмануть. В субботу будь готов к девяти вечера. Форма одежды - неприлично дорогая. Надеюсь, у тебя такая есть?
- Найду.
Мы заказали несколько разных блюд, вкус которых решили оценить и составить меню. Она была чертовски убедительна и я действительно поверил в ее слёзы. Хотя до этого она явно врала. И своим видом соблазнительным сбила мою логику.
Она просит пару минут, чтобы ответить своему Ван Гогу, а меня не отпускает вопрос, действительно ли она его любит. Потому что то, что видел я, было искусственным.
- Если бы у тебя были два одинаковых мужчины. Вот полностью идентичны. Ты бы выбрала китайца или русского?
- Русского, конечно, если идентичны. - Она так аппетитно несет кусок салата на вилке себе в рот, что даже мне хочется быть одним зубцом этой вилки. Чтобы она вот так же обхватила меня губами и облизала.
- Хочешь сказать, что в России не нашлось ни одного, кто бы удовлетворял твоим требованиям?
- За всю Россию сказать не могу, но в моем окружении - нет.
- Вы вроде бы и пара, но в вас нет такой связи эмоциональной, как у Алисы и Марка даже. Вы вроде бы вместе, а вроде и нет.
- Миш, если мне понадобится консультация психолога, то я обращусь к тебе. Сейчас лезть и копаться у меня в голове не надо. Ты все равно ничего не поймешь.
Что стоило сказать, что я ошибаюсь и она его любит? Только то, что эти отношения блеф. Как я и предполагал.
- Понял. Чем будешь на выходных заниматься?
- Не знаю еще. Может в клуб какой-нибудь схожу. А что?
- Давай сходим в казино. - Это было неожиданно, поэтому реснички, кажется, даже дотронулись до век, так широко она распахнула глаза.
- С чего это мне идти с тобой в казино?
- Ну а что? Дома сидеть, что ли?
- У меня вообще-то парень есть. А это смахивает на свидание.
- Свидание - это заранее условленная встреча влюблённых. Я не влюблен в тебя, ты любишь другого. Где тут свидание? - Я развожу руки в стороны ладонями вверх. Подсознательно она все равно считает этот жест, как открытый. Я ничего не задумываю и у меня нет порочных мыслей на ее счет. - Никогда не был в казино и, ради интереса, познавательно посмотреть, как там все устроено.
- Правила игры в покер знаешь? - Я вижу ее пристальный взгляд, она включается в игру и следит за мной, чтобы понять, где я вру, а где говорю правду.
- Онлайн играл.
- Мне интересен только покер, остальное - это детский сад на удачу. Но, знаешь, я по опыту скажу, что лучше и не начинать. Это бывает похуже наркотиков и алкоголя.
- Знаю.
- Откуда?
- Слышал, - пожимаю плечами как можно естественней и стараюсь не делать движений руками. Не хочу, чтобы она начала расспрашивать дальше. Уж я не понаслышке знаю, чем это может завершиться. Но этого тебе действительно не стоит знать. Так что, покажи, как ты умеешь обманывать.
- Ладно, давай сходим разок. Но я давно не играла, потеряла сноровку.
- Думаю, что талант не пропьешь. Сегодня у тебя неплохо получилось блефовать.
- Миш, я схожу с тобой. Но ты расскажешь, зачем тебе это надо на самом деле. - Где-то, все-таки, спалился.
- Люблю изучать людей.
- Что именно?
- А ты еще не догадалась?
- О чем? - Она откладывает вилку и, облокотившись на стол, смотрит на меня, пытаясь разгадать.
- Интересно читать людей по жестам. А лучше всего это можно сделать там, где стараются обмануть друг друга.
- Так ты… - Она приоткрывает свои розовые губки и морщит лоб. Сейчас я услышу все, что она думает обо мне. Но в последний момент она усмехается и растягивает рот в улыбке.
- Ладно, давай сходим. Но один раз. Попытаюсь вспомнить свои навыки игры и попробуем кого-нибудь обмануть. В субботу будь готов к девяти вечера. Форма одежды - неприлично дорогая. Надеюсь, у тебя такая есть?
- Найду.
Я стою недалеко от покерного стола и наблюдаю за игрой со стороны. На зеленый бархат стола ложатся одна за одной карты первого круга раздачи. Сейчас девушка не похожа на любую из тех Лер, что я видел до этого. Внешне она - девочка-одуванчик. Понимаю, что в жизни она не такая, поэтому сейчас это стерва в кубе, точно знающая, какую тактику она выберет.
Будто забытый навык и вправду сейчас просыпается. Она выпрямляется. Лицо принимает приятно милое выражение и уже теперь она аккуратно приподнимает на столе свои карты, смотрит и закрывает их обратно. И с таким же выражением лица поднимает немного ставку. Я сразу подмечаю тех, кто касается рта и глаз. Эти точно будут блефовать и врать. Но за столом есть и те, кого не прочитать.
На стол выкладываются три карты. Лера, посмотрев, начинает тереть губы и, выдохнув наконец , успокаивается. Даже я заметил, что она начинает нервничать. Она уравнивает ставку, кто-то пасует, кто-то тоже поддерживает.
На столе еще одна карта в раздаче. Лера прикусывает губу, просчитывая что-то у уме, и поднимает глаза вверх. Что она делает? Еще повышает ставку дрожащими руками. Мужчины напротив замечают это и без единой эмоции на лице уравнивают ставки.
Последняя раздача. Снова повышение ставок. Она шумно выдыхает. Сейчас проиграем чертову кучу денег. У нее что-то есть, но она сомневается. Но и спасовать передо мной не хочет. Мужчина повышает ставку. Она трет пальцы и я понимаю, что она нервничает. Значит, у нее что-то ненадежное. Ей надо выбрать - пасовать или уравнивать.
Все ждут только ее решения, и она еще повышает.
Мужчина напротив изучающе смотрит на нее... Пытается прочитать правильно. Слишком явно она показывала свое волнение. Что-то тут не так. Но мужчинам разгадать женскую логику очень сложно. Пожалуй,я действительно еще не готов этому.
Я не знаю ее карт, но судя по тому, что на столе вскрыта как минимум одна пара, а три других карты одной масти, у них обоих есть, чем ответить. Когда они, наконец, уравниваются, то по правилам первым вскрывается мужчин в темных очках. Удобно играть, когда ты в очках, не видно, что скрывают твои глаза.
Он вскрывает свою шестерку, десятку и из его карт складывается три карты одного ранга плюс пара.
Фулл-хаус.
Я вижу по ее губам, как она ругается матом и вздыхает. Плечи мужчины напротив приподнимаются и ухают вниз. “Ну с кем ты собралась водиться, девочка”, - говорит весь его вид и тут же это ощущение улетучивается, когда расстроенно бросает свою пару на стол.
- Стришфлеш. Пять последовательных карт одной масти. Дама выиграла.
Ей сгребают все фишки и мы, не оглядываясь, уходим оттуда и идем забирать свой выигрыш.
- Да ты красотка, во всех смыслах.
- Спасибо, второй раз так не прокатит, - наклоняется ко мне и шепчет на ухо.
- Я думал, у тебя там ерунда какая-то.
- У меня и была ерунда какая-то. Семерка и восьмерка. Но раздача хорошая. Плюс, ну ты сам видел. И они видели. Потому что я хотела, чтобы они видели мое волнение и неуверенность. Видел, как он ставки поднимал? Но так везет не всегда.
- Это было красиво. Ты так вздыхала и закатывала глаза, что они волновались за тебя больше, чем за себя.
- Хочешь сыграть?
- Нет. Я хотел только посмотреть. И я увидел то, что мне надо было. Я еще не готов играть так. Наблюдать за всеми со стороны интересно, но самому садиться за стол - надо больше уверенности.
- Лучше и не садиться. У половины из них зависимость и они не могут без этого. Ну что, пойдем отсюда? Отпразднуем нашу победу. - Она обменивает фишки на выигрыш и разворачивается ко мне.
- Это твоя победа.
- Тогда я угощаю. Это же ты вытянул меня сюда.
Мы заезжаем в ближайший супермаркет и ищем отдел алкоголя.
- Виски, коньяк, мартини, шампанское? - Я качу тележку с ее сумочкой, будто мы собрались скупить полмагазина, а не бутылочку бургундского.
- Ты не разошлась, наследница игорного бизнеса?
- Я скоро еще стану женой сына владельца китайского казино.
- Решила подмять под себя всю Евразию?
- Не исключено.
- Слушай, ты, конечно, благородных кровей и такое не пьешь, но я буду пиво. Мне еще поработать надо будет завтра, а если я выпью покрепче, то дело дрянь.
- Почему бы и нет, сто лет не пила пива. Слушай, пиво же надо на природе, как в студенчестве. Я в платье, ты в костюме, как идиоты будем. - Она еще и грамма не выпила, а уже смеется на весь магазин.
- Сейчас решим.
Мы берем несколько баночек пива и загружаем в тележку и идем в отдел с одеждой.
- И? Хочешь, чтобы я это надела?
- Иди в примерочную, раздевайся.
Она рассматривает меня с недоверием, поэтому приходится подпихнуть ее.
- Какой у тебя размер?
- Русский?
- Китайский блин. Мы же в России, русский, конечно.
- Сорок два, нога - тридцать восьмой.
Точно. Еще нужна обувь. Снимаю вешалку с первым попавшимся спортивным костюмом ее размера и подаю ей, протискивая руку в примерочную.
- На, надевай.
- Мишань, это как-то дико.
- Сейчас темно, никто тебя уже не узнает, поэтому сохранишь секрет, что ты одевалась не в бутике.
Пока она копошится в примерочной, я беру себе тоже костюм и кеды. На равных, так на равных.
Переодеваюсь в соседней кабинке и слушаю, как она кряхтит, когда надевает этот дешманский костюм.
- Давай-давай. Будешь сегодня косить под бедную.
- Ага, с парой тысяч долларов в кармане.
- Никому не говори, миллионерша. Для одноразовой акции самое то.
Срываю бирки и аккуратно складываю их в тележку. Не могу не доставить себе удовольствие и не заглянуть в просвет между шторкой и стенкой примерочной, подсматривая за русской гейшей. Брюки уже переодела и теперь на голое тело натягивает толстовку.
Лучше бы я этого не видел.
- Тебе идет.
- Не ври, - смеется и убирает отгораживающую нас друг от друга шторку. - Придется потом сходить к психотерапевту, чтобы скорее забыть этот позор.
Она натягивает свое платье на вешалку и мой костюм с рубашкой тоже. Я жду ее и наблюдаю украдкой, с какой аккуратностью она это делает, расправляя каждую складочку и воротники.
- Шик просто. Я как бомж. - Разводит руками в стороны и натягивает улыбку. Да, это большой удар по ее эго.
- Расслабься, тебя во что не надень, ты во всем будешь красивая. - Поддерживаю ее, повышая градус самооценки.
- Не верю я тебе, но ладно, это лучше, чем каблуки. Пошли отсюда скорее.
Миша стелит на каменную ступеньку какую-то штуку для меня, судя по всему, на ней не будет прохладно. А сам садится прямо на землю. Перед нами в темноте мелкими волнами перекатывается Москва-река. Я стою и не решаюсь сесть. Это как-то странно. Я обедаю в ресторанах, ношу брендовую одежду, а сейчас должна сесть на камни и пить пиво. В магазине все выглядело не так глупо.
- Первый раз, что ли?
- Ну когда-то в студенчестве баловались такими прогулками, но это было сто лет назад. Теперь все по клубам.
Он открываю мне бутылку пива и протягивает.
- Садись, Лер, я же не папарацци, который завтра продаст твои снимки и будет смеяться над тобой. Мне вообще плевать, что ты в этом костюме. Мне интересен человек, а не одежда на нем. Или ты думаешь, что когда сняла свое платье, то стала какая-то другая?
Я закрываю глаза и представляю, что просто это не я. Я настоящая осталась дома, а сюда пришла копия, которой стало скучно.
Сажусь аккуратно и делаю глоток. Может, так эта граница между нами сотрется.
- Лер, а как бы меня звали, если бы я жил в Китае? - спрашивает Миша.
Пожимаю плечами и делаю еще глоток.
- А черт его знает, я же не знаю китайский. Общаюсь на английском со всеми.
- А если кто-то не знает английский, тогда что?
- Ну, в тех кругах, где я, почти все знаю. В магазинах можно просто по карте рассчитаться. Ну как-то приноровилась. К тому же, Ваня знает. Если мы идем вдвоем, то он за переводчика. И вообще, есть онлайн-переводчики.
- Точно, - усмехается Миша и достает смартфон, включая его. - Как будет Миша по-китайски? - Спрашивает у переводчика.
- Михаиэр, - говорит девушка в гугле.
- Миксер, - передразниваю его и смеюсь.
- Да уж, лучше в русском варианте. А как будет Валерия?
- Валэйлия, - произносит та же девушка из гугла на китайском.
- Красиво. Ва-лэй-лия, - он смакует каждый слог в слове, когда произносит и запивает их.
- Если начинаешь вслушиваться в китайский язык, то он певучий и достаточно красивый. Просто непривычный для нас.
- Согласен.
Мы сидим так, я не знаю, насколько долго, и вспоминаем университетское время. В эти моменты мы очень похожи и нет каких-то рамок и социальных слоев, которые бы разделяли нас.
Когда в небе звучат раскаты салюта, я наклоняюсь к Мише, утыкаясь лбом в его плечо, и заглядываю в наручные часы.
- Ууу, уже полпервого ночи. Надо, наверное, расходиться по домам. Я уже спать хочу и в голове штормит от выпитого пива. А ты, вообще-то, собирался на работу завтра.
- Поехали ко мне, я недалеко живу.
- Эй. - Тут же отталкиваюсь от него. - Ты видел у меня помолвочное кольцо? Я без пяти минут жена.
- Ну и пошлые же у тебя мысли. У меня вообще-то, кроме кровати, еще и диван есть. Или ты в себе не уверена?
- Пфф, - усмехаюсь в ответ, - просто с твоей комплектацией я не справлюсь, если начнешь приставать.
- Не захочешь - не начну, - разворачивается ко мне и ухмыляется.
- Нет, Миш. - Прикрываю рот рукой, сдерживая зевок. - Давай каждый к себе лучше.
- Как хочешь.
Он допивает пиво и облизывает губы кончиком языка. Он, наверное, и целуется как нормальные люди. С губами и языком. Мозг, расслабленный алкоголем, пребывает в эйфории, от чего в нем рождаются до глубины идиотские мысли. Но я так хочу обычного русского поцелуя. Одного. И ведь не могу попросить первого встречного или знакомого какого-то. Они просто покрутят пальцем у виска.
- Мишань, можешь меня поцеловать? Только не вот эти нежности в щеку. А нормально. В губы.
- Э? Ты сама говоришь, что уже невеста и тут же просишь поцеловать?
- Тссс, - я прикладываю палец к губам, умоляя его не напоминать. - Это как девичник перед свадьбой. Последняя вольность, так сказать. - Прикрываю глаза и смеюсь. - Ничего личного. Просто хочу проверить, отличаются ли поцелуи у русских и у китайцев. Хочу убедиться, что делаю правильный выбор, когда соглашаюсь.
- Ты сама попросила. - Он пожимает плечами и разворачивается ко мне. Кладет ладонь мне на шею, упираясь кончиками пальцев в шейные позвонки и тянет на себя. Я не сопротивляюсь и наклоняюсь к нему.
Его мягкие, но плотные губы обнимают мою нижнюю губы и всасывает в себя… приотпускают… и снова уже влажными гладят… нижнюю… верхнюю… шершавым языком по моему… улетаю… отвечаю ему, запоминая вкус настоящего поцелуя… когда смешивается слюна… когда не боишься сделать что-то неправильно… когда в венах взрываются капли адреналина… когда не хочется отпускать эти губы… хочется,чтобы они спустились ниже… туда, где бьется пульс… туда, где стучит сердце… туда, где зарождается жизнь…
Я прихожу в себя, когда он отпускает губы и чертит влажно линию вдоль овала лица.
- Стой, - выдыхаю и, ловя последние лучи наслаждения, отстраняюсь. - Спасибо. Ты не подвел. Миш, ты же понимаешь, это просто услуга. И это ничего не значит. Хотя было очень чувственно. У тебя приятные губы...
- А у китайца что, не такие? - перебивает меня, усмехаясь, хотя и так догадывается об ответе. - Как можно прожить всю жизнь с человеком, который плохо целуется?
Он переводит взгляд на водную гладь и разрывает связь, что была между нами несколько секунд назад.
- Он просто не шевелит губами. И я пыталась его приучить, но ему так некомфортно. - Я зачем-то говорю это Мише. Допустимая доза алкоголя для дружеской беседы явно превышена, и перешла в фазу психологической помощи. И мне уже сложно остановиться, когда я нахожу свободные уши. - И в постели.. у нас только две позы… вот что он может сделать своим языком, если даже целуется без него.
- Пфф, мать, ты попала… Он не смеется и не пытается тут же уложить на лопатки и показать, как надо и как он умеет. - Ты же знаешь, я не даю советы и не помогаю. Может, тебе найти какого-нибудь другого китайца, если этот так плох?
- Нет, другого нельзя. Он хороший и его одобрил папа, а это уже многое. В крайнем случае, придется завести любовника, наверное, - я запрокидываю голову и смеюсь. - Если будешь в Китае звони, может вакансия будет открыта.
- А если бы папа не одобрил, не пошла бы против него? - Чувствую слева взгляд Миши на своем лице и щека горит от упрека.
- Нет.
В памяти воспоминания того дня. Я никогда никому не рассказывала об этом. Даже Алиса не знает. Мне было стыдно. Так мне не было стыдно никогда. Я зажмуриваюсь, но слезы все равно начинают литься. Каждый раз, когда я думаю об этом и вспоминаю, они сами начинают течь.
- Почему?
- Я не могу рассказать. Для тебя это будет смешно, но для меня это жизнь, я не могу от этого отказаться.
- Как хочешь, можешь не рассказывать. Чего тогда плачешь, если все у тебя под контролем?
- Под контролем… Только под чьим… У тебя осталось что-нибудь? - киваю на его бутылку.
- На, - подает мне, чувствуя, что мне надо успокоиться. И молчит. Дает мне столько времени, сколько надо, чтобы я пришла в себя. Я хочу этой тишины. Чтобы ничего не спрашивал. Не осуждал. Не советовал. Просто молчал.
Но то, что поднимается у меня изнутри, просто не дает успокоиться. И я начинаю говорить.
- Ваня принимает меня такой, какая есть, зная даже то, что я скорее всего не смогу иметь детей. Все хотят семью. Все мужчины хотят сыновей, а я не смогу. - Следом должен быть вопрос “почему?” Ведь я молодая, богатая и за деньги можно решить любую проблему.
- Что значит “скорее всего”? Значит, какой-то шанс все-таки есть?
- Ну какой-то может быть и есть. Тысячный или миллионный. Мы специально пробовали. Не один раз. Да я вообще не пользуюсь контрацептивами никакими. Ничего. Глухо.
- Может, дело в нем?
- Мы оба знаем, что нет.
Он молчит в ответ. Я помню, он не дает советов и не помогает. Тут на него и обижаться не за что, потому что тут ничего не поможет.
- А ему дети не нужны?
- Он согласен взять приемного или сделать ЭКО, или даже суррогатную мать найти. Мы не решили еще точно, но, по крайней мере, для него это не будет шоком.
- Знаешь. - Он берет мою ладонь и по-дружески сжимает. - Если бы я любил девушку и выяснилось бы такое, я бы, наверное, тоже ее не бросил. Всегда можно найти выход. У вас их уже три. - Он касается большим пальцем запястья и водит по нему.
- Дать тебе совет на будущее?
- Не надо. - Он усмехается в ответ.
- Я знала, что ты так скажешь, но я все равно дам. Если вдруг твоя девушка забеременеет, не отправляй ее делать аборт.
Я смотрю прямо, и волны реки сейчас сливаются в один водный поток со слезами. Мне очень больно это вспоминать. Мне безумно больно, что тогда я так поступила и лишила себя всего. Да, я была молода и мне не хотелось себя обременять, но сейчас я была бы мамой. Уже несколько лет я была бы мамой.
Он придвигается ближе и, положив руку мне плечо, прижимает к себе. По-дружески.
- Надо верить и представлять то, что ты хочешь, и оно обязательно сбудется. Возможно даже так, как ты себе и представить не можешь.
Я прикрываю глаза и понимаю теперь Алису, почему у нее такой друг.
У него куча своих заморочек и тараканов, но он не лезет решать твои проблемы или давать советы. Он просто слушает и просто рядом. С ним кажется, что все действительно когда-то может наладиться.
- Что-то мы с тобой превысили допустимые промиле, мне кажется. Я вызову такси и поедем ко мне. Не думаю, что ты хочешь оставаться сейчас одна, а я посплю и на диване.
- Поехали, - выдыхаю и прикрываю глаза.
Вот что значит долго не пить. Врачи сказали, что алкоголь плохо влияет на репродуктивную функцию и рекомендовали воздержаться. Чему я и следовала уже несколько месяцев. До вчерашнего дня. Вроде там было-то чуть-чуть, но организм уже отвык.
На тумбочке рычит телефон, но в голове у меня гудит сильнее. И я хочу это поскорее прекратить. Нащупываю мобильный, чтобы отключить, но на ходу передумываю и решаю ответить.
- Ай. - Кто-то молчит в ответ и я переспрашиваю - Аллоооо.
- А я уж первый раз подумала, что мне послышалось. - Слышу голос Алисы и не понимаю, о чем она говорит.
- Привет.
- Эээ, все нормально?
Если не учитывать то, что вчера я напилась и спала в квартире Миши, то все нормально. Но не думаю, что подруге стоит знать этот факт и придумывать себе то, чего не было.
- Да, отлично. А что?
- Ну, просто это как-то странно. Что я должна подумать?
- Блин, Алиса, я только проснулась, что ты мне загадки свои загадываешь?
- Ну ладно. Я вообще звоню Мише, но почему ты отвечаешь по его телефону и говоришь, что только что проснулась. А он где спал?
Я отнимаю телефон от уха и подношу к глазам. Твою… Это Мишин телефон. И он почему-то тут. И я почему-то тут. Заглядываю под одеяло и выдыхаю, что одета. Правда, в чужую футболку. Ощупываю грудь. Бюстгальтер тоже снял. Паршивец. Благо, хоть тут его сейчас нет.
- Не знаю, но в кровати я одна. И я не изменяла Ване. Просто я устала и поленилась ехать к себе домой. К нему было ближе. - Она откашливается в ответ. Ни черта мне не верит. - Давай только без морали. Правда, не было ничего.
- Ну хорошо. Так что, я могу услышать Мишу?
- А твой суженый не против, что ты так рано названиваешь чужому мужику?
- Да вообще-то уже одиннадцать. Я бы не сказала, что это уж очень рано.
Я тяжело вздыхаю и зеваю.
- Сейчас найду его.
Я выползаю из кровати и иду в сторону шума. И торможу, как перед внезапно включившимся красным, когда замечаю его возле плиты в спортивных домашних брюках, еле держащихся на бедрах. Даже резинка темных боксеров выступает с одного края. Ниже голые ступни. Майки или рубашки тоже нет. Он тянется рукой взять с верхней полки соль и на спине тут же вырисовывается идеальный рисунок мышц.
Он резко оборачивается, будто почувствовав на себе мой взгляд.
- Привет, - кивает, будто все в норме. - Завтракать будешь?
Я натягиваю на губы улыбку, оголяя зубы, и извиняюсь всем своим видом.
- Тебе Алиса звонит, а я случайно ответила. - Направляюсь к нему, чтобы отдать телефон. Его ничего не смущает и не удивляет. Но, когда он уже готов забрать телефон из моих рук, я непроизвольно подхожу ближе и тянусь к его уху. Мысли рассыпаются, когда вдыхаю гель для душа. Дерзкий и смелый, как он сам.
- Подтверди, что ничего не было, - шепчу на ухо, - а то она мне не верит.
Он кивает с усмешкой и отвечает ей.
- Да, моя рыжая фурия.
- Привет, китайский угодник.
- Подожди минуту. Можешь пока в душ сходить. - Киваю Лере, - твоя одежда возле кровати.
Она смотрит на меня большими глазами и выпускает из них ядовитые стрелы. Какого черта я говорю это ей при Алисе! Я довольно улыбаюсь, что смутил ее, и разворачиваюсь к плите.
- Ну привет, что ты хотела? - Возвращаюсь к Алисе, а за спиной слышу удаляющиеся шаги.
- Мы договорились обсудить дизайн помещения, а тут выясняется, что моя подруга...
- Без пяти минут замужняя, - специально дополняю ее.
- Вот именно, ночует не у своего жениха. - Дверь в ванную с шумом хлопает, а за стеной начинает шуметь вода.
- И что?
- Ничего подозрительного, по-твоему?
- Кто-то вообще с женатым мужчиной спал, так что не надо меня лечить. - Тут же осекаю ее. Дружба дружбой, но в личное друг друга мы не лезем.
- Ты же знаешь, почему.
- Знаю, - усмехаюсь в ответ. - Да ладно, расслабься - не было ничего. Мы обсуждали твою свадьбу, выпили пива. За руль не сели, вызвали такси. Короче, заленился я ее везти к ней, потом себя к себе и мы просто поехали ко мне, так как это было ближе. Я спал один, между прочим, на диване. Теперь у меня еще и шея болит.
- Это ваше дело.
- Твоя свадьба - вот какое теперь мое дело. Нельзя было меня просто гостем позвать? Я бы подарок хороший подготовил. А так - теперь не расслабиться.
- Не бубни, я жду тебя и без подарка. Ты же знаешь, - смягчается ее голос. - Ну завтракайте ,что ли, звони потом, как освободишься.
- Давай, крошка. - Улыбаюсь в ответ. - После обеда позвоню.
Уменьшаю огонь на плите и думаю, что надо бы принести ей чистое полотенце. Фантазия тут же выдает занимательные картинки.
На то она и фантазия, чтобы представлять. Как вода сейчас огибает ее тело. Скользит вниз струйками. Делает кожу девственно чистой.
Я беру из шкафа полотенце и без приглашения захожу в свою ванную. За запотевшим стеклом душевой кабинки все равно не рассмотреть ее.
- Я принес тебе полотенце, - громко говорю и рассматриваю поворачивающийся силуэт. В горле начинает щекотать от желания заглянуть туда. Я никогда не гнался за стройными красотками. Наоборот. Округлости очень даже мне нравились. Но она была так хороша везде. По крайней мере, на ощупь точно. Это я понял сегодня ночью.
- Ты как-то бесцеремонно входишь, как будто имеешь на это право? Постучал бы, для приличия, - отвечает громче, чтобы перекрыть шум воды.
- Думаешь, смутила бы меня этим?
- Миш, тот поцелуй вчера, я же говорила, ничего не значит, просто как рукопожатие. Поэтому не фантазируй.
- А я уж подумал, что ты останешься и не уедешь в свой Китай, - иронизирую в ответ.
- Блин, сразу видно, что ты живешь без девушки. Хэд-энд-шолдерс. Это что за дичь рекламная?
- Шампунь, как шампунь. Я не готов платить шампуню дорого, если он собирается пробыть на моей голове тридцать секунд.
- Он же портит структуру волоса.
Я смотрю в зеркало на своего ежика в три сантиметра и не понимаю, что там можно испортить.
- Да я их стригу чаще, чем они успевают испортиться.
Шум воды стихает и она наклоняется, отжимая волосы.
- Кстати, ты что, вчера меня раздевал?
- Ну не в одежде же тебя спать укладывать. Каюсь, постельное тебе не поменял.
- Бюстгальтер зачем было снимать?
- Я подумал, кто косточки в чашечках будут натирать.
- Не будут. - Злится в ответ. - Скажи мне, что ты делал это с закрытыми глазами.
- Да ты сама переодевалась, я просто немного помог. И было темно.
Переодевалась… Это она сказала, что хорошо было бы переодеться и отключилась.
- Ты подсматривал?
- Как будто я первый мужчина, который видел твою грудь. - Дверь кабины приоткрывается и оттуда протискивается хрупкая рука с влажным запястьем и тонкими элегантными пальцами.
- Дай полотенце, пожалуйста.
Я встряхиваю его, расправляя, и наклоняю голову в сторону, чтобы глазами скользнуть по остальным участкам тела в приоткрытую щель. Вешаю ей на руку полотенце, специально касаясь и наблюдаю, как она его затягивает туда, и начинает вытирать голову.
- Ты выходить не собираешься? Мне еще одеться надо. При тебе я не буду.
- Жаль, а я думал, что вчера получил какие-то преференции. Жду на кухне тогда. - Кладу ладонь на ручку двери и нажимаю. - Попа у тебя тоже ничего. - Смеюсь в догонку и скрываюсь за дверью, не слушая ее ругательств в ответ.
После нашего завтрака в воскресенье она пропала. Я занимался работой, но мне стало чего-то не хватать. Какой-то сумасшедшей идеи, что еще должно было бы быть на свадьбе. Я сам создавал образ того, кто не горит желанием кому-то помогать. И я хотел придерживаться его и дальше. Давно решил для себя, что так лучше, но на самом деле получалось не так. С ней все получалось не так.
Я должен был ненавидеть ее также, как ненавидел ее отца, но она мне нравилась. Я давно перестал кому-то помогать и всех отгородил от себя, а с ней помощь - это было единственное, что нас связывало.
Я не мог сосредоточиться на работе, потому что постоянно ждал, что она вот-вот позвонит и попросит ей помочь. Мне придется срочно бросить все, перенести, отменить, отпроситься, чтобы увидеть ее. Подразнить. Побесить. Понаблюдать, как она врет. Или, как оказалось, намеренно врет.
Но она молчала. То ли со всем справлялась сама, то ли тот поцелуй выстроил между нами стену. Я мог позвонить сам, но не хотел показывать, что она мне так интересна, что я изменю принципам. Она четко дала понять, что у нее есть парень и с ним ее связывают серьезные обязательства. А я, со своим интересом и шампунем за триста рублей, ей не ровня.
Поэтому, когда она звонит в четыре ноль пять, не зная, что у меня вечерняя планерка, я готов написать заявление на увольнение. Но сдерживаю порыв и, сбросив вызов, незаметно набираю сообщение.
Ну как у меня с танцами. Для общего развития я год проходил на танцы и вроде бы двигаться под музыку научился.
Ей нельзя говорить в лоб “да” или “нет”. Лучше юлить, а потом подстраиваться под ситуацию.
Я облокачиваюсь локтем на стол и прикрываю рот рукой, чтобы довольно улыбнуться. Я ее увижу сегодня.
*
Знаю, что должен написан трижды “да”, но она раскусит сразу и будет потом вить из меня веревки. Поэтому приходится немного в своей тактике потянуть резину.
- Вы меня, конечно, простите. Я понимаю, что жених и невеста должны учить свадебный танец. Но зачем он нужен свидетелям?
- Свидетелям можно выучить любой другой танец, - отвечает хореограф.
- Затем, что я не хочу выглядеть дурой, когда мне скажут станцевать что-то с тобой, - язвит моя маленькая гейша.
- Думаешь, я не умею танцевать?
Она кривит лицо и ухмыляется.
- Включите любой трек, - киваю на старинный музыкальный центр времен нулевых.
Девушка усмехается и запускает свою шарманку. Если мужчина умеет танцевать, то женщине и придумывать ничего не надо. А танцевать и вести я умею.
Звучит мелодия, которую я когда-то слышал по радио, но название не запомнил. Кажется, что-то латинское. Начало не очень быстрое, поэтому пока я скидываю пиджак, Лера направляется в центр зала и ждет меня.
(Без музыки это читать не так кайфово, как с музыкой Shawn Mendes, Camila Cabello - Seсorita - прим. автора.)
Я иду к ней, останавливаясь очень близко. Беру за руку и делаю шаг в сторону, удерживая на расстоянии. Со следующим тактом музыки тяну на себя и закручиваю, обнимая в кольце своих рук. Делаю несколько движений бедрами из стороны в сторону в такт музыке, бесстыдно прижимая ее к себе. Она подыгрывает и даже присаживается, ритмично прикасаясь ко мне.
Снова раскручиваю ее. Между нами расстояние, и только перекрещенные пальцы вытянутых рук держат нас в танце.
Она вливается в правила моей игры и довольно улыбается, когда я снова тяну ее закрутиться в мои объятия, но на этот раз лицом к себе.
Крепче переплетаю наши пальцы. Второй рукой нагло прижимаю к себе за талию. Возможно, чуть сильнее, чем надо. Кожа тут же начинает пощипывать от ее частого дыхания мне в шею. Она волнуется. Нежно-голубые глаза становятся цвета неба перед грозой.
Первое правило танца. Смотреть в глаза. Я ловлю ее взгляд и уже не отпускаю. Делаю несколько шагов назад в такт музыке и веду в танце. Ей остается только расслабиться и следовать за мной. Притянув ближе к себе, делаю наклон вперед, чтобы она откинулась назад и доверилась мне. Вырез ее декольте чуть смещается, приоткрывая вид на черную кружевную чашечку лифа.
Доли секунды и мой взгляд возвращается к ее глазам, в которых уже бушует дикое недовольство, что посягнул на ее Тибетские возвышенности. Она хочет освободить свои пальцы, но я лишь сильнее прижимаю ее к себе, давая ей понять, что она очень заводит, когда танцует и злится одновременно. Я направляю ее руки себе за шею. Прикусываю губу и отпускаю ее руки. Я ее не держу, лишь придерживаю левой рукой за талию, чтобы чувствовала, куда я веду и двигалась за мной. Мы практически вплотную ниже пояса. А я не прилагаю никаких усилий, чтобы удержать ее.
- Я тебя волную? - шепчу ей, перемещаясь по залу. Наблюдаю, как венка на ее виске пульсирует.
- Нет, не волнуешь, - отвечает с насмешкой.
- Опять врешь, - делаю заключение, - И мы делаем несколько волн нашими телами, пока музыка не стихает.
- Вы неплохо танцуете, молодой человек, - забирает мое внимание девушка-хореограф, которая собиралась учить нас танцам.
- Спасибо, - отвечаю ей вежливо и отчетливо чувствую, как левая щека горит под взглядом Валерии. - Думаю, я больше не нужен, и доказывать, что умею танцевать, не надо?
- Нет, - пытается делать равнодушный вид, поглаживая руки. Наверное, все волоски встали дыбом после моих движений. Меня очень взбудоражил этот танец, и она не могла это не почувствовать.
- Всего хорошего, - пожимаю руку Марку и киваю Алисе. - Подвезти тебя? - набираюсь наглости и зову открыто Леру прокатиться со мной.
- Нет, спасибо, я на машине, - говорит Лера.
Я еще раз усмехаюсь ей уголком губ и оставляю.
Видимо, тот поцелуй и вправду ничего не поменял. Но я продолжал свою тактику американских горок - “зажечь и уйти”. Как в покере. Уравнивал ставки и повышал.
- Миш, спасай.
Вот как с Мишей на обед сходить, так она занята, а как ей надо, так: “Миша, спасай”.
- Что случилось? - Откидываюсь на спинку стула и, сняв очки, потираю переносицу.
- Торт сделали, но оказалось, что у них нет доставки. Вот я сижу теперь возле холодильника и не знаю, как его отвезти.
- Большой торт?
- Под метр.
- Ууу, а куда завезти надо?
- В тот ресторан, где мы с тобой были. - Я скидываю в облако проект и выключаю рабочий компьютер.
- Что бы ты делала, если бы не было Миши? - ворчу на нее, но уже привожу рабочее место в порядок и встаю.
- Ну ты же есть. - Я даже представляю, как она улыбается, надувая щеки.
- Где ты сейчас? - Я иду по коридору в сторону кабинета начальника.
- Я лучше пришлю тебе адрес. Спасибо, Миш, ты настоящий друг.
С ней совсем не хочется быть только другом, но если я не буду помогать, то это только отдалит от нее.
- Подожди, - говорю Лере и заглядываю к начальнику. - Я отъеду на объект на пару часов. - Тот утвердительно кивает головой, и я покидаю здание.
- Миш, извини, ты работаешь, да? Я тебя отвлекла.
- Ты меня с этой свадьбой постоянно отвлекаешь, - усмехаюсь в ответ. - Вечером доделаю. Я выезжаю, буду у тебя через пятнадцать минут.
***
Вот почему так всегда. Помогает, все бросает, упирается, откладывает дела - Миша, а все ее внимание этому Чингачгуку достается. Пока мы едем до ресторана, она что-то с ним обсуждает по телефону. А я даже вслушиваться не хочу, специально делаю музыку громче и увеличиваю скорость, чтобы скорее доехать. Выкинуть ее там с тортом, китайцем, - назад можно и на такси добраться.
Но, как только мы сворачиваем к ресторану, она с ним прощается и разворачивается ко мне. Конечно, ведь Мишина помощь снова нужна.
- Куда мы можем поставить торт к послезавтрашней свадьбе? - Она кого-то набирает и уточняет. Я хоть и заглушил двигатель, но выходить не спешу. Я вообще не горю желанием что-то делать. Но девушка-администратор выходит одна с тележкой. Вдвоем они его не перенесут, поэтому я покидаю автомобиль следом, молча открываю багажник и переставляю торт на тележку.
- Вы справитесь без меня? - спрашиваю у администратора.
- Да, там мы уже сами, спасибо.
- Отлично, я на работу, - я киваю Лере, которая только и успевает открыть рот.
- А я?
- Вызовешь такси.
Я разворачиваюсь и открываю водительскую дверь.
- Везите, я сейчас подойду. - Слышу за спиной, когда занимаю свое место. - Миш, подожди. - Я хочу закрыть дверь, но снова что-то останавливает. Снова даю ей гребаный шанс. - Миш. - Она склоняется у двери, заглядывая в салон. - Ну что за капризы? Что не так?
Капризы?! Еще бы сказала - истерики!
- Я на работу спешу.
- Я слышала, как ты сказал, что поедешь на объект и тебя не будет несколько часов.
- Значит, теперь планы поменялись и мне надо быть раньше.
- Это займет две минуты, подбросишь меня назад до моей машины и поедешь на работу.
- Подбросишь? - передразниваю ее. - Такси подбросит. Мне указы твоей задницы уже достало выполнять.
Она смотрит на меня, как будто не узнает. А я в это время завожу двигатель и немного ее отодвинув, берусь за ручку.
- Счастливо. - Хлопаю дверями и уезжаю.
Ну биться в закрытую дверь, ключ от которой у другого человека, мне тоже надоело. Чего я вдруг решил, что должен ее жалеть. Меня никто не жалел. Моему отцу никто не дал время все исправить. Какого я теперь должен унижаться перед этой принцессой. Вытанцовывать перед ней. Захотелось поцелуя - целуй ее. Потом ей нужен водитель. Повар. Слесарь. Хореограф. Дизайнер. Все роли, которые я могу исполнять. Только не быть самим собой.
Я разблокирую телефон и набираю человека Никифорова, который может помочь решить любую юридическую задачку.
- Да.
- Юрий, добрый день. Это Михаил от Никифорова.
- А да, Марк Алексеевич говорил, что вам нужна помощь.
- Да, есть один человек, владелец казино. Мне нужно найти причину, за что мы можем лишить его богатства и привлечь к ответственности.
- Уголовная или административная?
- Уголовная.
- С этим сложнее, но обычно, у людей этой сферы, уязвимое место - это налоги. Поэтому будем бить туда. Скиньте информацию по нему. Я изучу и потом скажу, что можно сделать и назову сумму.
- Хорошо.
Я отключаюсь и выдыхаю. Даже если все имущество будет арестовано, у нее все равно будет богатый муж, который ее обеспечивает. А все, что останется мне - это поиметь с нее дивиденды за оказанную ей помощь.
Мы усаживаемся за столом и берем себе по бокалу пива. Марк очень нервничает, поэтому сегодня я беру все заботы на себя и пью безалкогольное. Меня так и подмывает узнать, где проходит девичник а и чем они занимаются, но я не собираюсь писать первым. Гейша моя тоже видимо обиделась, потому что со вчерашнего обеда от нее не было ни слова и ни полслова.
Если она все может сама, так пусть и делает.
- Миш, как ей удалось тебя уговорить в свидетели?
- Состроила свои эти глазки умоляющие - и все. Кстати, дизайн ее сервиса почти готов. Хочешь тоже взглянуть?
- Она мне что-то показывала, поэтому я посмотрю уже окончательный вариант. Хотя, если ей нравится, то пусть так и будет.
- Ты знаешь, где они сидят?
- Знаю, надо бы узнать, как у них дела. - Он потирает глаза и вздыхает. Даже не представляю, что там у него внутри творится.
- Марк, давай ты домой, отдыхай, а я съезжу и проверю их, и заодно по домам развезу.
- Алису завтра из Одинцово забирать будем, так что туда и доставить надо.
- Давай, поезжай, отдыхай, я все организую. Все равно вам уже видеться нельзя сегодня.
Отправив Марка, сажусь в автомобиль и, заткнув гордость кляпом, делаю видеозвонок китайской распутнице.
- О, Алиса, Мишаня звонит.
Смотрю на их довольные, осоловевшие мордашки и не могу не усмехнуться.
- Как у вас дела?
- У нас огонь, - неестественно медленно выговаривает слова, перекрикивая музыку. - Смотри. - Она отводит руку максимально перед собой, чтобы за спиной в камеру попал полуголый мужик.
- Это кто там? - киваю на этого перца за ее плечом, на котором, согласно конструкции изделия, нет бретельки. Даже в китайце вижу меньше угрозы, чем в этом альфе.
Экран дергается, она куда-то идет и вскоре оказывается в темном помещении, где тише и можно поговорить.
- Надеюсь, ты не собираешься показывать эту Марку?
- Не собираюсь. Я сам сейчас туда приеду и разгоню вас. Устроили они себе стриптиз. У обеих мужики есть, какого черта вам еще надо?
- Можно подумать, у вас по-другому?
Я кручу камерой телефона вокруг себя, показывая, что я в машине и у меня тишина.
- Я Марка вообще-то уже домой отправил.
- Пффф. Слабаки.
Я завожу двигатель и трогаюсь.
- Я сейчас приеду и заберу вас обеих, пора заканчивать эту пьянку.
- Зануда, мы никуда не поедем. Мы еще не натанцевались.
- Тогда я пошлю это видео Марку. Хочешь, чтобы приехал он?
- Не надо. Лучше ты. - Недовольно вздыхает и надувает губы.
Сейчас она выпила, поэтому разговаривать с ней проще, ведь обидное она не поймет и не вспомнит потом.
Я отключаюсь и еду по ночному городу. Запрещаю сейчас себе думать о том, чтобы получить с нее свои дивиденды, потому что, когда Лера расслаблена алкоголем, то становится более уязвима.
Снова принимаю от нее звонок и вздыхаю. Чем же теперь нужен Миша?
- Миш, - взволнованно тараторит. - Тут к нам какие-то турки пристают. Что нам делать?
- Вы без приключений можете? - Включаю следующую передачу и ускоряюсь.
- Миш, ты скоро? - На этом веселье закончилось. Ну вот не хватило же пяти минут, чтобы спокойно, без приключений, доехать до дома.
- Три минуты.
- Миш, а если они нас изнасилуют?
- Значит, в копилку добавишь поцелуй с турком.
- Дурак, мне страшно.
- Я сейчас приеду. Пару минут осталось.
- Молодые люди, этот столик занят. Не могли бы вы пересесть. Иначе мы вынуждены будем удалить вас из зала.
Я решил действовать дипломатично и обратился к администратору и охране, которая лучше меня и спокойней справится с этой работой. Я тоже могу набить морду, устроить показательные выступления перед дамами, забить себе пару очков форы перед китайцем, но предпочитаю действовать цивилизованно. Пусть тот, кто должен следить за порядком, этим и занимается.
- А что, где-то подписано, чей он? - пьяным заплетающимся голосом отвечает наглый мужик.
- Да, этот столик был забронирован.
Пока администратор и охрана решают вопрос, я скольжу взглядом по оголенному плечу. Прямой осанке и коротких кожаных шортах. Какого черта?! Странно, что на них не обратили внимание еще раньше. Это же ходячий порноролик. А Алиса! Марк куда смотрел, отпуская ее в этом лоскутке.
Мужики недовольно покидают наш оазис.
- Так девочки, собираемся, - я киваю всем за столом, - больше спасать никого не приеду.
Алиса смотрит испуганно, будто я уже позвонил Марку и рассказал про ее приключения.
- Не говорил я ему ничего, успокойся. Поэтому ты сейчас собираешься и дуешь домой. Подругу твою сам доставлю. Надо мозги ее на место поставить.
Я вызываю Алисе такси, чтобы самому следить за ее передвижением, а подружку веду к своей машине. Это ж надо так напиться. Да уж.
Я подхватываю ее за поясницу и придерживаю. Сегодня она не стесняется и обнимает меня за шею рукой. От нее пахнет алкоголем и чем-то цитрусовым. Намешали коктейлей.
Пока я открываю дверь автомобиля, она обнимает меня за шею и утыкается носом во впадинку между ключицами.
- Миш, можно тебя еще раз поцеловать? Ты такой классный.
- Нельзя, садись. - Воспользоваться бы сейчас ею, да слишком я трезвый, чтобы так поступить. Помогаю ей сесть, еще и пристегивая. - Поедем ко мне. Я твою тушку развозить по центру Москвы не собираюсь.
- Как скажешь, мой герой.
Усмехаюсь. И трогаюсь.
В квартиру я ее уже заношу, потому что она преспокойно засыпает в машине. Но не доставить себе удовольствие на этот раз не могу. Несу в свою комнату и, откинув ногой одеяло, укладываю на простынь. В полутьме я расстегиваю пуговицу на ее шортах и тяну их вниз вместе с трусиками. Ляяяя. Подхватываю за низ топ и аккуратно тяну вверх. Сложнее всего что-то стягивать с расслабленных рук. Хорошо, что бретелька только одна. На ней бюстгальтер без лямочек и с застежкой спереди. Я выдыхаю, что хоть тут мне подфартило.
Я аккуратно беру в руки пластиковые защелки и расцепляю их.
Они разлетаясь в разные стороны, открывая вид на ее эвересты.
Один Бог знает, каких усилий мне сейчас стоит, чтобы не сделать с ней что-то. И ведь она будет только “за”. Но я же не подонок, в конце-концов. Не я герой ее романа. Не мне и обладать принцессой. Укрываю одеялом и выхожу. Я еще вернусь, детка.
Отслеживаю в приложении, когда Алиса доедет до дома в Одинцово. Как только такси подъезжает, я звоню ей и жду, когда она выйдет и доберется до квартиры. Когда она это подтверждает, я расслабляюсь и отправляю Марку сообщение, что все в порядке.
Выпиваю стакан прохладный воды, чтобы остыть и, приняв душ, направляюсь к себе в спальню. У меня есть дикое желание подшутить над ней следующим утром. Отомстить за этот торт и пренебрежительное отношение.
Я раздеваюсь полностью, хотя в последний момент оставляю на себе труселя и ложусь к ней в кровать, накрывшись одним одеялом. Пусть теперь утром вспоминает, что она творила и почему ее трусики висят на углу телевизора.
Я сладко потягиваюсь и зеваю. В голове моей как будто опилки. Винни-Пух ведь точно не просто медом баловался… Надо будет выпить пару таблеток аспирина.
Делаю носом глубокий вдох через подушку, в которую утыкаюсь, лежа на животе, и понимаю, что подушка пахнет мужской туалетной водой. И я знаю этот запах. И это не Ванин. Я замираю и тут же в дело включаются остальные органы чувств. Рядом с собой я слышу еще чье-то равномерное дыхание, а кожей осязаю, что вокруг меня мягкое хлопковое постельное белье и ничего из одежды.
Я, не шевелясь, как разведчик, приоткрываю глаза и вижу рядом спящего Мишу. Его грудь равномерно поднимается и опускается. Это все, что я вижу до края одеяла. А что у мужчин бывает с утра, я и так представляю.
Мысли, как в мясорубке, начинают откручиваться назад, поднимая ворох событий.
Он приехал разобраться с теми мужиками, забрал нас с Алисой, Алису на такси домой. Меня сам. Получается, мы поехали к нему? Почему не ко мне? Помню, как приставала к нему и просила поцеловать еще раз. Лять. А дальше ничего не помню. Видимо, он все-таки меня поцеловал, раз на мне сейчас нет одежды.
Неужели я бы не запомнила, если б что-то было? Или он даже меня не будил?! Пора завязывать с этими загрузочными днями. А сегодня еще свадьба.
Кажется, я даже тихо постанываю, потому что чувствую проминание матраса справа, и зажмуриваюсь, делая вид, что сплю. Я отправила Ваню, а сама уже два раза ночевала в постели с посторонним мужчиной. Изменить осознанно, когда ты понимаешь, зачем это, и хотя бы получаешь от этого кайф - это одно, но изменить просто так, что даже не знаешь, зачем тебе это надо, и не помнишь ничего из этого, - это ужасно. Я подтягиваю одеяло повыше к шее и смотрю украдкой на Мишу. Он хорош, зараза, но какого черта он так сделал. Воспользовался грязно ситуацией и почему-то я ничего не помню. Я прислушиваюсь к ощущениям в себе. О проведенной с кем-то ночи нет и следа. Или он так плох, или я была очень пьяна. Скорее, конечно, второе. Если он так целуется, то вряд ли в постели он лузер. И вряд ли его комбинации положения тел ограничиваются только двумя.
Это же надо было так лопухнуться. А что теперь с Ваней и папой делать. Врать? Соврать-то легко. Как жить с этим потом. Как в глаза ему смотреть. С Мишей проще - уехала и все. Вряд ли он будет искать меня в Китае, чтобы напомнить о совершенном грехе.
Бред какой-то. Я переворачиваюсь на спину и вздыхаю. И только сейчас замечаю свои трусики на углу телевизора, висящего на стене. Осматриваю дальше его комнату. Мои вещи тоже сложены аккуратно на комоде, как и его. Только трусиками я видно решила продемонстрировать стриптиз, а остальное раздевание происходило исключительно в спокойной обстановке. Если бы я снимала с него одежду, то у него точно не было бы времени сложить все так аккуратно.
Облегченно выдыхаю и понимаю, почему он так сделал. Хотел немного внести диссонанс в мой образ жизни и на эти пятнадцать минут, пока я сомневалась,колесо жизни крутанулась перед глазами несколько раз, пытаясь выстроить новые варианты.
Я переворачиваюсь на бок и решаю сделать свой ход, раз уж он начал эту игру. Он теперь неделю будет ходить и неваляшку свою пытаться уложить.
Придвигаясь к нему и закидываю ногу на бедро. Рукой скольжу по груди, но стараюсь не думать о его теле. В голове у меня сейчас только одна мысль - соблазнить и бросить. Один раз уже хотела это провернуть, теперь обману его еще раз. Приближаюсь вплотную, чтобы касаться грудью его бока.
Хоть он и не подает вида, что проснулся, но дыхание учащается. Я впиваюсь ногтями в его кожу и и веду вверх. Он не сможет не реагировать на это. Упираюсь в ткань боксёров, но на эту территорию я не полезу. И вокруг хватает места, чтобы свести его с ума. Пусть думает, что я думаю, что что-то было.
Я делаю так какое-то время. И следом повышаю ставки. Оказываюсь сверху на нем и прикусываю кожу на шее.
Он рычит мне в волосы и обхватывает руками. От неожиданности я теряю контроль на несколько мгновений и наслаждаюсь чувством, когда ты маленькая и хрупкая, а обнимает тебя кто-то сильный и уверенный. С Ваней нет такого, потому что он приблизительно такой же как и я, худой и невысокий.
Не успеваю завершить мысль, как он одним движением переворачивает меня и снова этот поцелуй в губы. Его рука без разрешения шарит на моем теле. Кажется, что-то начинает выходить из-под контроля, потому что я не хочу это останавливать.
Но неваляшка упирается мне в бедро и приводит в чувства, отчего я больно прикусываю ему губу и останавливаю.
- Ау, - сразу отстраняется и проводит пальцами по губе, стирая выступившую кровь.
- За дуру меня держишь? - Смотрю в зеленые глаза, которые наливаются до цвета ночи в лесу, и следом толкаю его, чтобы скинуть с себя. Но пока не могу. - Я знаю, что ничего не было.
- Сейчас может быть, - ухмыляется в ответ и ведет своим взглядом вниз от подбородка, по шее, к груди, продолжая прижимать меня к матрасу. А я даже не стесняюсь его. Мне нравится, как он рассматривает меня. - Ты ведь тоже хочешь. Спорим, твой Шаолинь не умеет так? - Он наклоняется к моему уху и перечисляет все, что он может сделать со мной. - И это только за утро.
- Найдешь кого-нибудь другого для демонстрации своих навыков.
Подталкиваю его в грудь, скидывая с себя и встаю. Теперь он отпускает. Знаю, что я без одежды. Знаю, он сейчас следит за мной. И знаю, что хочет. Пусть теперь целый день эта картинка стоит у него перед глазами. Как и неваляшка.
Разворачиваюсь к нему, когда уже полностью одета. Он лежит, откинувшись на подушке. Все это время, заложив одну руку за голову и наблюдая за мной.
- Благодарности за вчерашнее, я так понимаю, ждать не стоит - Кивает мне с ухмылкой.
Кривлю лицо от того, какой он мелочный.
- Ваня бы никогда так не спросил. Сделал бы как мужчина и не выставлял поступок геройским.
- Ваня может и не спросил бы, но что-то позвонила ты мне, а не ему. Пусть бы разрулил со своего Китая все и сидел бы там героем дальше один.
- Спа-си-бо, - проговариваю по слогам и кривляюсь лицом. Раз ему так хочется.
Он скидывает одеяло и поднимается с кровати, направляясь ко мне. Да ладно, у Вани тоже есть мышцы и этим меня не удивить. И тело у него более загорелое. И выпирает у него не меньше.
Миша берет меня за локоть и молча ведет куда-то. Оказавшись в коридоре, присаживается, поднимая мои босоножки, берет с комода сумочку и вкладывает это все мне в руки. Открывает дверь и подталкивает к выходу.
- Услуги эскорта для тебя с этого дня не оказываются.
- Не мои проблемы, всего хорошего. - Подталкивает за порог и следом закрывает дверь.
Я еще какое-то время стою и непонимающе смотрю. Что я такого сделала? Идиот. Не знаю, смотрит он в глазок или нет, но я разворачиваюсь и показываю средний палец в глазок.
Обуваю босоножки и вызываю лифт.
Я вызываю такси и, пока жду, набираю Алису, чтобы удостовериться, что с ней все в порядке. Посидели так, что я помню только, как мы сажали ее в такси. Даже не позвонила и не узнала, как она добралась. Если с ней что-то случится, то Марк меня на фарш перемелет.
- Привет, проснулась? - У нее голос бодрее, чем у меня.
- Проснулась, - вздыхаю, но рассказывать ей, что случилось, не собираюсь. - Прости, я не позвонила и не узнала, как ты вчера добралась?
- Да, нормально все. Миша звонил, проверял.
Опять ему балл за внимательность, а мне штраф.
- Что-то я вчера устала.
- Я тоже, но я уже приняла душ и выпила кофе. Сейчас придет визажист и парикмахер.
Везет... Я бы с удовольствием пожаловалась на Мишу и испорченное им с утра настроение, но не сегодня. Поэтому прощаюсь и еду к себе. Привести нервы в порядок.
Я отвлекаюсь на душ, парикмахера и визажиста. Бросаю периодически взгляд на телефон. Вдруг он решит позвонить и извиниться. Нам же с ним бок о бок целый вечер. И с такой кислой миной. Да еще и в натянутых отношениях. Больше всего я не хочу сейчас портить праздник Алисе. Поэтому, пусть он лучше вообще не приходит, чем поганит все.
Не могу я так. Пока мой парикмахер делает из волос идеальные голливудские локоны, я думаю о Мише. Надо бы найти компромисс. Чтобы, хотя бы один день, он меня не игнорировал и нормально общался.
Я набираю и жду, когда ответит. Заготавливаю небольшую речь.
- Все? Без Миши никак? - начинает, не здороваясь, разговор. Конструктивно не получится.
- Слушай, мне твои капризы не интересны. Сегодня праздник у моей подруги и мне плевать, что ты встал не с той ноги. Значит, засунешь свои претензии себе поглубже, натянешь улыбку и будешь вести себя номрально. Ты меня понял? Только покажи, как тебе противно быть рядом со мной и пусть только Алиса это заметит, я не знаю, что с тобой сделаю. Лучше вообще тогда не приходи. Я и без тебя справлюсь. - Слышу, как смеется в трубку и не понимаю, что это значит. Он собирается издеваться и дальше и плевать хотел на то, о чем я прошу. Или я все не так поняла с утра? - Мы договорились?
- Твои угрозы меня не пугают. Ты знаешь, что надо сделать, чтобы все было нормально.
- Посмотрите на него. Принц голубых кровей. Ему так сложно было подвезти девушку домой, так позорно, что теперь он не сможет дальше с этим жить, если не услышить хвальбу в свою честь, как правильно и хорошо он поступил.
- Я уже сказал. Я - не благотворительный фонд. Если ты любишь пользоваться и ничего не отдавать взамен, то это не ко мне.
- То есть, я должна была с тобой еще и рассчитаться? Видимо, телом?
- Ну, если ты других способов не знаешь, то можно и телом.
- Ты за кого меня принимаешь?
- Ты сама так себя ведешь. И скажи еще одно спасибо, что я не воспользовался вчера безлимитом.
- Я себя так веду?
- Что ты хочешь от меня?
- Чтобы ты вел себя как мужик, совершал поступки и не ждал благодарности. У вас это должно быть в крови, - защищать и беречь. А не быть нарциссом, поступок которого проигнорировали и теперь он готов засохнуть от этого.
- Ты точно не та, ради которой стоит совершать поступки. Ты ценишь только то, что имеет материальную ценность, остальное для тебя как бесплатное приложение и данность.
- Ты ничего обо мне не знаешь.
- Мне и не надо ничего о тебе знать, кроме того, как ты относишься к другим людям.
- И как я отношусь?
- Как к обслуживающему персоналу. И я занят, встретимся на свадьбе.
Он отключается, а я сжимаю зубы и глубоко дышу, чтобы не заплакать. Хорошо, что макияж не начинали делать.
- Извини, - оправдываюсь перед стилистом, - свидетель, немного бычит. Переволновался, видимо.
Свадьба - это так весело, я так к ней готовилась, асейчас он приедет с кислым лицом и все испортит. А если еще начнет поднимать все, о чем мы говорили и делали, то это вообще будет катастрофа.
Может позвонить Алисе и предупредить ее? Если она попросит, он же не испортит ничего. С другой стороны, ей сейчас нужна эта нервотрепка с успокоением взбунтовавшейся неваляшки? Он же хороший. Спас ее вчера. Позвонил. Такой сладкий, что в горле слипается.
Мне не сложно сказать “спасибо”. Но меня бесит, когда это выпрашивают. Если ты сделал хороший поступок, так промолчи, а не выпячий свою исключительность. Иначе, ты сделал это, чтобы потешить свою гордость. Это - как перевести бабулю через дорогу, заснять на видео и выложить в инсте. Посмотрите, какой я хороший на публике. А то, что искренне, оно ведь не требует благодарности и показухи. Оно где-то внутри.
Я буду вести себя с ним как обычно. Надеюсь, что он не такой придурок, чтобы на всеобщее обозрение выставлять наши с ним трения.
Спустя несколько часов, я силой мысли и успокоительными уравновесила свои колебания. И теперь уже ехала с личным водителем к Алисе.
Она, как и должна быть настоящая невеста, была превосходна. Мне хотелось предупредить ее, но я так и не решилась. Может, все же Миша успокоится или хотя бы сделает вид, что ничего не произошло.
Я могла бы написать сообщение и сказать еще раз “спасибо”, раз он так хочет. Но кому оно сейчас будет нужно?! Это ведь выпрошено. Хотя, на самом деле, я была ему благодарна, что он все это разрулил вчера. Я могла бы попросить кого-то из папиной охраны, но тогда папа точно узнал бы об этом и начались бы лекции. Может, он даже отменил бы мое участие в свадьбе. Поэтому я не знаю, кого бы еще могла попросить.
- Марк звонил и сказал, что они уже едут, - кричит Алиса из соседней комнаты.
- С Мишей?
- Ну конечно, а что такое? - она уточняет и выглядывает из коридора, исследуя мою реакцию.
- Ну мало ли, я не знаю, просто спросила.
Не знаю, поверила она мне или нет, но больше вопросов не задает и идет дальше собираться. Я выдыхаю и, взяв телефон, иду в туалет. Закрываюсь и сажусь на крышку унитаза.
Ну что я за человек такой? Почему так сложно признаться, что без него вчера была бы катастрофа. А он не устраивал разборки и мордобой, тихо и спокойно все разрешил и отвез к себе. Даже Марку ничего не сказал и не сдал нас со стриптизом. И, между прочим, не воспользовался вчера ситуацией, чтобы переспать со мной.
“Извини меня”
Шлю ему сообщение и жду, когда прочитает. Как только сообщение загорается двумя яркими галочками, я шлю еще одно:
“Спасибо”
Заставляю свою гордость и принципиальность засунуться сейчас подальше, чтобы не испортить им праздник. Какая бы я не была самостоятельная, но без Миши я не справлюсь. Слишком большая на мне ответственность. Он читает и второе, но ничего не отвечает. Так и оставляет меня в невесомом состоянии.
Я спускаюсь вниз и жду их возле подъезда. Первым замечаю белый мерседес, который подъезжает и паркуется. Наклейка на капоте Чипа во фраке и Гаечки с фатой вызывает улыбку. Миша здорово придумал.
Миша выходит первым. Тот неприлично дорогой костюм, который я уже видела на нем, был куплен специально для свадьбы, но сейчас это отходит на второй план. Кроме нас с ним.
Мы встречаемся взглядами и я вспоминаю его слова. Ему все равно, во что я одета, когда ему интересна я. Он сейчас даже не глянул на мой наряд. Он смотрит в глаза, пытаясь прочитать меня. Оценивает мою степень раскаяния или смотрит, вру ли я. Но сейчас я не могу ничего скрывать. Как книга, открытая на оглавлении. Выбирай сам, какую историю ты хочешь написать: комедию или трагедию.
Он расслабляется, усмехается одним уголком губ и подмигивает мне.
Я, наконец, выдыхаю и опускаю взгляд. Может, он и не забирает своих слов назад, но, по крайней мере, не будет портить праздник молодоженам.
Я подготовила им несколько конкурсов, чтобы поднять настроение и Миша активно участвует. Будто и не было ничего. Правда, есть вероятность, что он это делает временно. Но даже так меня устраивает.
Марк тоже очень красивый сегодня. Я еще тогда поняла, что они хорошо смотрелись и, если бы не глупили, уже давно были бы вместе. Они вообще идеальны друг для друга.
Марк что-то шепчет ей на ухо и она сначала смотрит на него большими глазами, а потом разворачивается и идет к окну. Мы переглядываемся с Мишей и замираем, ожидая ее реакцию. Гаечка и Чип на капоте машины в такой день - это просто апогей их отношений.
И, когда слышу удивленный крик, тоже улыбаюсь в ответ.
- Ааа, кто это придумал? - Она появляется в комнате, прикрыв ладошками рот, но глаза выдают ее удивление.
- Миша, - не приписываю себе ничего, ведь на самом деле этим вопросом занимался он.
- Марк, закрой глаза, - она обнимает своего свидетеля и целует его в щеку. Марк не закрывает глаза, но по нему видно, что он уже привык и не ревнует.
Мы едем в наш ресторан. Я с Алисой, а Марк с Мишей. Она всю дорогу счастливо улыбается, и я тоже радуюсь за нее.
Представляю себя на ее месте. Была бы я так счастлива? Она знает цену своего счастья. Она шла к этому почти три года. Когда все гладко и идеально, не ценишь это. Кажется,так будет всегда.
До того, как я познакомилась с Мишей, Ваня действительно был идеальным. Миша совсем не такой, и я не вижу его своим мужем. Даже парнем. Но каждый раз он бьет туда, где его слова будут подвергаться сомнению. В отношениях с Ваней, с семьей, с самой собой.
***
Я стою рядом с Алисой и дарю ей свою улыбку, чтобы она не нервничала. Пока регистратор говорит эти трогательные слова о любви, верности, семье. Мне тоже безумно этого хочется. Жаль, на китайской церемонии я ничего не пойму. Я чувствую на себя чей-то взгляд и поднимаю глаза.
Миша долго рассматривает меня, тоже о чем-то думая. Нет, все решено, и думать о том, что что-то неправильно, я не хочу. Если не Ваня, то я не остепенюсь никогда. Мне нужен надежный якорь, который наконец прибьет меня к какому-то кораблю.
Молодожены обмениваются кольцами, целуются, танцуют свой первый танец. Все то, что должно быть у них сегодня. В их день.
Ведущая организует место для поздравления, чтобы все вручили свои букеты и конверты и начали праздновать... Свадьба получилась не очень большая. Но мне грустно от того, что родителей Алисы уже нет, и ее папа так и не дождался, когда его девочка станет женой и мамой.
Родители Марка так и не приняли Алису. Так и не поняли выбор сына. Верю, что им надо время. Когда-нибудь, когда они увидят, как он с ней счастлив, они ее примут и полюбят. Это мое желание для нее. Чтобы она была счастлива.
Ну а от моего подарка они будут в шоке.
Я достаю планшет и набираю по видеосвязи старого знакомого.
- Готов?
- Готов, - кивает парень в обнимку с какой-то мулаткой на берегу океана.
Миша пропускает меня вперед и я благодарно киваю ему.
- Я немного волнуюсь. Марк, Алиса, вы такие классные сегодня. Я так рада за вас. Этот подарок я должна была, вернее, мы задолжали его уже давно. Но сейчас такой повод. Вы не откажетесь. В общем, я тут нашла нашего старого знакомого - Я разворачиваю к ним экран планшета. Руки дрожат и он соскальзывает.
- Я подержу, - подхватывает Миша и тоже смотрит, кто там на экране, он не знает этого человека, но Марк точно узнает.
- Марк, здорова. Страна чудес, приветствую, - Они улыбаются, когда узнают Сергея, благодаря которому все у них тогда и закрутилось. Он говорит им слова поздравления и как рад снова их увидеть.
- Да, мы тут с Сережей задолжали вам кое-что, - продолжаю я его речь. - Все-таки, тогда пари вы выиграли, - Бросаю взгляд на Мишу, который ничего не понимает. - Мы вручаем вам ваш выигрыш, как наш общий подарок. Морское путешествие, как вы и хотели.
Они оба замирают, уже решая мысленно тысячу вопросов, что делать с работой и фирмами. Мне хочется взорваться от радости, что все получилось так, как я задумала. Следом поздравляет Миша и все остальные.
- Ты своим подарком удивила всех и превзойти его теперь будет сложно, - улыбается Миша, помогая забирать у Алисы букеты цветов.
- Миш…
- Не надо сейчас, это не самое подходящее место. - Его лицо становится серьезным и это не ускользает от Алисы. Знаю, что если она что-то учует, то потом, как лиса, будет следить и возвращать всему баланс.
- Хорошо. - Я не спорю с ним и киваю. - Просто хочу, чтобы все было идеально.
- Так кто это такой был?
- Парень, - выдыхаю, - бывший.
Пасмурное небо в глазах темнеет. И, если бы это был Ваня, я бы подумала, что он ревнует. Но Миша вроде как и не должен.
Он просто вздыхает в ответ и помогает Марку, забирая еще несколько букетов. Дальше вся наша миссия сводится к позированию на фотографиях и контролю, чтобы Алиса на фотографиях была бомбой.
От волнения меня спасают только несколько бокалов шампанского. Хоть я и пообещала себе больше не пить, но Миша разрешил и сказал, что я такая бледная, что сейчас упаду в обморок.
Чтобы повеселить гостей, ведущая приглашает меня и Мишу поучаствовать в конкурсе. Если бы это было в начале торжества, то я бы, наверное, вела себя по-другому, но сейчас Миша не вызывает отторжения.
Меня укладывают на скамейку и предлагают кому-то из гостей разложить на мне конфетки m&m's, которые Мише надо собрать. Мне смешно уже от того, куда они, негодники, кладут эти конфетки. Им смешно. А мне сейчас краснеть придется.
Мише завязывают глаза и отправляют в кругосветное путешествие по моим землям. Кроме как вести по мне губами, что-то другое вряд ли получится, что он и делает довольно смело. Скользит губами щекотно по лодыжке, отчего я начинают хохотать так, что одна конфетка съезжают с меня. Он сразу реагирует на шум и находит ее на стуле.
- Так, Валерия, вы держитесь и не хохочите.
Он движется уже по бедру и носом специально задевает край платья, скользя вверх. Под подол.
- Михаил, вы немного ошиблись курсом. Там будете после торжества исследовать. - Пускает шутку ведущая, а он довольно прикусывает губу и направляется в область живота, где находит еще одну. Ведущая поднимает со стула еще одну конфетку, которую я случайно сбросила и кладет мне на губы. Я поднимаю на нее глаза и показываю руку с помолвночным кольцом, на что она пожимает плечами и подталкивает Мишу искать дальше. Гостям становится все веселее, когда Мише приходится исследовать область декольте и впадинку между ключиц.
- Да Михаил у нас прирожденный сыщик! Поднимемся выше, Миша? Еще две осталось. - Подсказывает она, когда парень ведет уже влажными губами по шее. На лице не так много мест, поэтому ему приходится проехаться и по губам. Исследовать все мое лицо, найти там конфетку и как ни в чем не бывало поцеловать. А мне приходится зажмуриться и вдыхать, как больной, его запах. Сумасшествие какое-то.
Я только отхожу от одного конкурса, как нас вызывают на следующий.
Я поднимаюсь и обхожу стол, а Миша перехватывает меня и, придерживая за талию, ведет в центр. Нас четыре пары и мне уже не внушает доверие название “Притяжение любви”.
Нас ставят друг напротив друга и дают зажать зубами полутораметровую нитку. Один конец у девушки, другой - у парня, и так каждой паре. По хлопку, мы зажевываем нитки, пока не встретимся и не поцелуемся. Я хоть и не спешу его целовать, но жажда победы взрывается пузырьками шампанского во мне, когда я перебираю зубами и языком, чтобы победить. Миша придумывают другую тактику, затягивая их как спагетти. Три… два… один… У нас поцелуй.
- Стоп, стоп, стоп, у нас есть пара победители. Я достаю нитку и улыбаюсь.
Ведущая подает пакет, чтобы выкинуть отходы шерстяной промышленности, и отпускает проигравшие пары.
Надеюсь, нам больше не придется участвовать в конкурсах.
- Горько, - слышу голос Никифорова и бросаю на него взгляд, Алиса подхватывает его идею и они уже вместе кричат нам: - “Горько“
- Ну горько так горько, - перехватывает инициативу ведущая, - молодым сегодня отказывать нельзя.
Миша в своей манере кладет руку мне на шею и притягивает к себе. Затягивает нижнюю губу.
- Раз, два...
Проходит по верхней и языком скользит у меня во рту.
- Три,четыре
Я кладу руки ему талию, чтобы удержать равновесие.
- Пять, шесть...
- Оеей, посмотрите, что они творят.
- Семь, восемь, - считает зал.
Пора прекращать этот оральный экстаз.
- Девять, десять...
Я упираюсь ему в грудь и показываю, что пора остановится. Он улавливает мое движение и отстраняется.
Облизывает губы и смотри на ведущую, не пытаясь смутить меня своим взглядом. Я тоже к ней разворачиваюсь без смущения, как будто это была только миссия.
- Вы неплохо смотритесь и целовались так, словно уже не первый раз, - шепчет Алиса, когда я возвращаюсь на свое место.
- Что это была за подстава?
- Я никому не расскажу ваш секрет, - наклоняется Алиса и шепчет мне на ухо.
Я недовольно откидываюсь на спинку кресла и невольно поворачиваю голову влево, чтобы посмотреть на его затылок.
Это всего лишь свадьба и всего лишь часть программы. Главное, чтобы он себе больше ничего не придумывал.
Я не упускаю возможности, когда все танцуют, пригласить ее на медленный танец. Со стороны-то это ерунда. Подумаешь, свидетель со свидетельницей вышли потанцевать. Но ведь на самом деле все не так.
Не может быть, чтобы она не чувствовала, как мне хочется больше ее тепла, больше ее нежных ладошек и больше поцелуев.
Алкоголь греет не только кровь, но и мои желания. Для себя я отмечаю, что своей девушке я никогда не разрешу быть свидетельницей на свадьбе. И я сочувствую этому китайскому Ване, потому что у меня уже была бы по-русски набита морда. Так бесцеремонно и нагло, я зажимал и целовал его девушку. Это были конкурсы. Всем было весело. И она не была особо против. Сразу еще стеснялась немного, что подумают про нее, но пару влитых в нее бокалов мартини, стерли все границы между нами на сегодня.
Празднование движется к завершению, а я совершенно не хочу останавливать это. Я даже злиться на нее толком не могу, потому что хочу ее больше, чем все обиды и претензии, взятые вместе.
Она довольно смеется, когда ловит букет невесты. Кто бы сомневался, что он достанется не ей.
Сейчас такая яркая и страстная, а когда ей плохо - грустная и нежная. Сколько еще девушек живет в ней, не знает, наверное, даже она сама. Лера откидывает волосы в сторону и довольно облизывает губы, бросая на меня быстрый взгляд.
Я подмигиваю ей, поздравляя с удачным приобретением тем, что поднимаю большой палец вверх. Она ведет подбородком, чтобы я готовился тоже.
Марк кидает подвязку, но ловит ее один из друзей Алисы с СТО.
- На свадьбу пригласишь?
- Конечно, если хочешь, - смеется Лера и нюхает букет, который она словила.
- Если твоему Ване кто-то скинет видео сегодняшнего вечера, то он не подпустит меня к тебе ни на шаг.
- А что мы такого делали? - Пожимает она плечами в ответ. - Это же просто конкурсы. Я не могла отказаться. Скажу, это русские обычаи.
- Гениально. Русские обычаи. Пошли, надо выпить за обычаи.
- Вызовешь мне такси? Я так устала. - Мы покидаем зал последними, когда уже все разошлись.
- Неа, пошли, есть идея получше.
- Да? Какая? - Она подозрительно смотрит на меня, но все равно берет за руку и послушно идет следом. Я не отвечаю, и тяну ее за руку на улицу.
На улице уже полумрак, и я, на всякий случай, беру ее под руку, чтобы никуда не упала, а потом перекладываю свою руку ей на поясницу.
- Миш, - млеет она и прижимается, - куда мы идем?
- Спасать твою попу от проблем. В таком состоянии тебя до дома не довезут. Где-нибудь изнасилуют.
Она не очень понимает, к чему я, потому что следом запинается и почти падает.
- Я не пьяная, я споткнулась. - Говорит уверенно пьяным голосом.
- Я так и подумал. Ты сколько выпила?
- Думаешь, я считала? Но когда я дошла до ее коллектива с СТО, то градус несколько повысился и дозы тоже. Они у нее прикольные. Особенно этот усатый.
Через пару минут мы поднимаемся в номер, который я снял накануне. Знал, что поленюсь куда-то ехать.
- Ууу, Мишаня, ты зачем меня сюда привел?
- Отдыхать.
- А ты?
- Я тоже тут, ты вроде не толстая, поместимся. Опыт есть.
- Опыт… Тогда я была сонная.
- Ты и сейчас сонная.
- А в чем я спать буду? Футболку бы хоть какую-нибудь.
- Прошлый раз ты спала без футболки и ничего.
- Прошлый раз я была сонная, теперь нет. Ты не отобьешься от меня. - Говорит так серьезно, что становится страшно интересно на это посмотреть.
- В душ пойдешь, соблазнительница?
- Пойду.
***
Это была очень плохая идея, потому что пока она была в душе, я нашел тысячу причин, почему не должен туда заходить. Но она же когда-то выйдет.
Я стягиваю галстук, расстегиваю рубашку и раздеваюсь. Носки туда же. Оставляю только брюки, чтобы хоть что-то меня сдерживало.
Вода за дверью стихает и я выдыхаю, проговаривая про себя, что мы уже это проходили. Я и сегодня справлюсь.
- Я нашла один халат, поэтому буду спать в нем.
- Окей, тогда я сплю на кровати, потому что я снял этот номер. Можешь ложиться рядом, если хочешь.
- Вообще-то девушкам обычно уступают. - Она подходить так близко, нарываясь на конфликт, что теряет бдительность.
- Любишь русские обычаи?
- По обстоятельствам.
- Есть обычай, что свидетель со свидетельницей, ради благополучия жениха и невесты, должны провести страстную ночь вместе.
- Чего? Что-то я такого не слышала? И у меня вообще-то парень есть.
- Когда ты сегодня меня целовала, не было похоже, что ты думала в тот момент о Шаолине своем. - Я захожу ей за спину и начинаю массировать плечи. - Ты что, не хочешь счастья для них? Ты мне все две недели об этом трезвонила. Это не измена. Это обычай.
Я сказал это как шутку. Но мне достаточно пары секунд, чтобы уловить её сомнения и воспользоваться этим.
Действую на удачу. Касаюсь пальцами нежной шеи. Веду вниз до основания. Она вся дрожит. И плечи часто поднимаются.
Я дую туда, где только что были мои пальцы. Ей стоит только засмеяться и влепить мне пощечину, и я остановлюсь. Но она молчит. Я обнимаю ее за талию, нащупывая узел пояса ее халата.
- Миш, я замуж выхожу, - шепчет в темноту, но не останавливает.
- Уверена, что он тот, кто тебе нужен? - Я веду губами по кромке ее ушка.
- Уверена,- выдыхает и прогибается в пояснице навстречу мне.
Я касаюсь губами шеи сзади, а руки запускаю под халат. Обнимаю такую хрупкую и нежную. Но чертовски соблазнительную. Откуда она такая на мою голову. Все мои планы вдребезги из-за нее. Ради нее сейчас готов даже отказаться от мести ее чертовому отцу.
- Как же ты уедешь и еще раз, напоследок, не попробуешь русский поцелуй?
Я знаю ее слабое место. И сейчас она не такая сонная, как вчера. Она позволяет любить ее тело. Заводит руки назад и зарывается мне в волосы. Выгибается. Веду по бедру, захватывая ягодицу и разворачиваю к себе. Как же хочется быть с ней всегда. Наполняться ею и дарить кайф.
Я снова начинаю целовать ее, как тогда. Мягко веду по нижней губе. Дышу ей в рот. Одним воздухом.
Да, я обожаю свадебные обычаи. Но на завтра мы точно оба пожалеем об этом.
- Стой, - шепчу ей в губы, - не хочу быть подонком, который воспользовался ситуацией. - И отстраняюсь от нее,
Она вздыхает и сама скидывает с плеч халат.
- Нельзя нарушать обычаи, - выговаривает и делает шаг навстречу.
Берет мои руки и возвращает на свое тело. Молча позволяет мне делать с ее изгибами то, что мне хочется. Назло всей Китайской Республике. Хочется сделать так, чтобы от удовольствия ее ногти провели острыми кончиками и оставили царапины на моем теле. Ее руки, как ничьи другие, умеют нежно гладить и страстно заводить. Я помню, как она говорила про примитивные манеры своего парня, поэтому две классические позиции я исключаю сразу.
Прислоняю ее к стеклу и расстегиваю ремень на брюках.
- Открой глаза и смотри вперед. Гляди на мое отражение в стекле. Хочу, чтобы ты видела мое лицо и глаза, чтобы запомнила все, что я с тобой сделаю. Потому что этот китаец никогда такое не повторит.
Я просыпаюсь от того, что у меня затекает рука. Немеют два пальца и хочется вытянуться. Все тело приятно ноет. Будто я давно собиралась в тренажерный зал, а вчера все-таки сходила. Каждая мышца сладко тянет от того наслаждения, что я вчера получила.
Бог мой, я так не кайфовала, наверное, год. Я отчетливо понимаю, что мы сделали прошлой ночью. И я помню, как мне было хорошо. И как сейчас все становится неправильно и плохо. Я изменила своему жениху, прикрываясь русским обычаем. И, если такой действительно существует, то у Марка и Алисы точно все будет классно в сексуальной жизни.
Я оборачиваюсь и рассматриваю его лицо. Спокойное и сонное. Прикрываю глаза и утыкаюсь носом в подушку. В голове давит болью. Насколько вчера я себя чувствовала особенной, настолько сегодня дрянью. Я изменила Ване. И мне не составит труда скрыть это от него, но разве это будет честно?
Я разворачиваюсь к Мише и смотрю внимательнее. Он очень красивый. И я впервые боюсь потерять так быстро нашу дружбу. Я думала, мы можем общаться и перезваниваться и после того, как я вернусь в Китай. Знаю, пусть он и злится и не любит советовать, но мне так нравится доставать его этим. Я уже скучаю по нему и жалею о том, что мы сделали. Хотя полностью понимаю, пусть я и была пьяна, но это он соблазнил меня. А я не сопротивлялась. Я знала, что это не будет так, как с Ваней. Это не будет дурацкая классика. Это будет то, что рождается между двумя, когда они с ума сходят друг от друга. Когда горят в этой страсти. Такая страсть у меня была и не один раз. И я прекрасно знала, что ничего серьезного после этого не будет, если закончить это быстро. После первой же ночи.
Я тихо выскальзываю из-под одеяла и, забрав свои вещи, сбегаю из номера. Такси и домой.
- Привет, - набираю теперь уже жену, а не невесту.
- Привет, что так рано? - говорит бодрым голосом, будто они спали всю ночь.
- Можем встретимся?
- Твой подарок это, конечно, что-то, - она не слушает меня и тараторит про мой подарок.
- Мы тогда с Серегой проиграли. Я его нашла и сказала, чтобы он раскошелился. Надо отправить вас в свадебное путешествие. - Должна ли я нагружать ее в такое утро своими проблемами? Если бы Миша не был проблемой, то я бы позвонила ему. Когда он успел так прочно занять свое место в моей голове, что при любой проблеме, мне хотелось звонить ему.
- Марк до сих пор в шоке и не знает, что делать со своими фирмами.
- Ты хотела сказать с твоими.
- Точно, не могу привыкнуть. Скоро выходят все нужные сроки и я верну их ему назад.
- Алис, я накосячила и не знаю, что теперь делать. Мне нужно с кем-то поговорить, - выдаю на одном дыхании и жду.
- Мне надо отпроситься, я теперь под присмотром и мне нельзя так просто отлучаться.
- Дай мне Никифорова, я сама с ним поговорю.
- Сама решу, подожди.
Я слышу, как они разговаривают.
- Алиса, почему они у тебя все такие? Не как у обычных людей?
- Кто они?
- Друзья твои. Поезжай, но не больше двух часов, я тоже хочу побыть с тобой.
- Он у меня самый лучший, правда? - говорит уже мне.
- Правда-правда, - отвечаю и всхлипываю, когда вижу входящий от Миши по второй линии.
- Лерок, что случилось? - сразу меняется ее голос.
- Приезжай в наше кафе, потом расскажу.
Я отключаюсь и плачу. Я не могу ему ответить. Потому что знаю, что он будет просить остаться, а я не смогу. Не хочу делать ему больно, а мне придется. Нам не надо встречаться и разговаривать.
Он сбрасывает вызов и снова перезванивает. Каждым гудком полосует по сердцу. Миш, не надо, пожалуйста. Не надо. Я утыкаюсь в ладони и они тут же становятся влажными. Больно дышать. Тяжело сдерживать слезы. Меня рвет на части от того, что я сделала. Я виновата. Перед Ваней. Перед Мишей. Перед всеми.
Мне надо сбежать от него. Я не хочу привязываться еще сильнее. Не хочу прокручивать в голове тысячный раз эту ночь. Я должна быть с тем, кто со мной будет дальше по жизни. Навсегда. Он богат. Успешен. Он готов к приемным детям. Он спокойный. Он уверенный в себе... Он охрененно целуется. Он такой нежный, что я забываю, как зовут меня. У него такое нежное имя. Как плюшевый ми… Ваня никогда не будет таким. Мысли переплетаются в тысячи узелков, которые я не знаю, как теперь распутать.
- Лер? - Алиса опускается в кресло напротив и ей хватает одного взгляда на меня, чтобы понять мое состояние. Она сбрасывает вещи и берет мои ладошки в свои. - Ну у тебя и вид? Что произошло?
Я должна сказать, что я переспала с ее другом. А потом, что мне придется врать своему жениху. И то, что я ему изменила, будет со мной, и как все это держать в себе и не сдохнуть...
- Я не хочу уезжать, - вру ей. Хотя, отчасти, это правда. Тут те, кто мне дорог и те, кого я люблю. Там мои амбиции и успех. - У вас так тут весело. У меня тут столько друзей. Тут жизнь, а там я в клетке. Для красоты.
- Оставайся, ты же знаешь, я буду только рада. - Мои ладони сейчас чувствуют, насколько сильно она этого хочет. - Уверена, не только я. - Я смотрю на нее и хочу прочесть, про кого еще она говорит.
- Ты же знаешь, я не могу. - Мне проще сейчас смотреть на ее руки, чем в глаза. - Я уже согласилась. Кольцо это приняла. Папа... у него дела с Ваней, он деньги вложил, а теперь я скажу, что не хочу.
- Ну какая разница. Нашел спонсоров и пусть делают бизнес. Обязательно при этом быть родственниками?
- Отец оставит меня без наследства и без денег, если я выберу какого-то не из нашего круга. Он категоричен в этих вопросах.
- Свобода или деньги?
- Да. Свобода и бедность, против денег и клетки. Как в наше время такое возможно?
- Весь этот разговор ведь не про деньги, свободу и папу. С этим ты давно определилась. - Я не могу поднять глаза и посмотреть на нее. Она и тогда меня пыталась наставлять на путь истинный, а сейчас она не поймет и, возможно, я даже потеряю подругу. - Миша? - Я прикрываю глаза и вздыхаю. - Вы ведь не… - Она не договаривает и замолкает, ожидая, чтобы я подтвердила. А я не хочу и не могу ей врать. - Снова вздыхаю и молча смотрю на нее. - Черт, Алиса. А Ваня? Я думала, ты наконец остепенилась, нашла постоянного парня. - Она тысячу раз права, но я не могу ничего изменить. Я хотела отмотать тот день назад. Я хотела вернуться в прошлое. Но не для того, чтобы не делать эту ошибку, а чтобы все повторить. - Лер, ну нельзя же так, со всеми подряд. Кто бы тебе ни подмигнул и ни поманил. Ты ведешь себя как...
- Знаю. Я все время их сравниваю. Все время ищу лучшего. Я с Ваней была четыре месяца. У нас все было идеально. - Слезы текут из глаз, а у меня нет сил даже вытереть их. - И вот я приезжаю в Россию и встречаю его. Противоположность. И он каждый раз, как специально все делает, сопротивляясь. Не уговорить. Но если соглашается, то делает даже больше, чем прошу. Алис, он знает про меня такое, что даже ты не знаешь. И он так классно целуется. Все китайцы, вместе взятые, так не умеют. Про остальное я вообще молчу.
- Ты влюбилась и запуталась.
- Нет, - я вытягиваю ладони из ее рук и вытираю слезы. - Это очередная страсть, которая скоро пройдет. Просто сейчас почему-то больнее, чем раньше.
- Лер, все признаки налицо.
- Нет, любовь - она не такая. Любовь - она спокойная и уверенная, как с Ваней.
- Почему тогда сейчас говоришь о другом?
- Потому, что я изменила. Понимаешь? Я никогда не изменяла. Расставалась и шла на свидание с другим, но с двумя одновременно - никогда. Я сама себя ненавижу и Ваня этого не заслуживает. И Миша этого не заслуживает. - Я вижу в отражении ее глаз разочарование во мне. Она бы, конечно, никогда не изменила. Она два года ждала Никифорова.
Алиса разблокирует телефон и смотрит на время.
- Он будет тут минут через десять. Искал тебя. Ты можешь остановиться и не бегать от него. Либо уйти сейчас и оставить все, как есть. Брак по расчету никогда не сделает тебя счастливой. Миша однажды очень поддержал меня и помог, и я не хочу, чтобы ты давала ему надежду, а потом разбивала и заставляла страдать. Кажется, тебе действительно лучше уехать. Потому что иначе, кроме сломанной своей жизни, ты сломаешь еще и ему.
- Где она? Я хотел ей кое-что передать.- Я сажусь напротив Алисы в кафе на еще теплый стул...
- Сбежала. - Пожимает плечами Алиса. Она вчера вышла замуж, а лицо у нее такое, будто она кого-то похоронила.
- Марк, что ли, опять накосячил? Чего такая грустная?
- Так что она забыла? Можешь передать мне. - Ее взгляд оценивает меня. А по ухмылке губ понимаю, что она знает. Может не все, но точно причину.
- Слова передать, - огрызаюсь в ответ. - Зачем ты ее предупредила?
- Затем, что она не хочет с тобой говорить. Что у вас произошло? Все же было хорошо вчера.
- Не важно, - если она все знает, то мне незачем пересказывать подробности. Если нет, тогда и подавно. - Где ее найти?
- Она просила не давать ее адрес.
- Хорошо, ваш выбор. Тебе ли не знать, чем заканчиваются браки по расчету. Если она не хочет слушать меня, расскажи ей ты. А лучше пусть твой муж расскажет ей. Дуре.
Отталкиваю стул и встаю.
- Миш, - она пытается меня остановить вдогонку, а мне пофиг на все. Я ухожу, не прощаясь.
Что стоит найти ее адрес? Да ничего, собственно. Да и плевать на нее. Пусть будет счастлива в своих иллюзиях. Только каждую ночь будет меня вспоминать, и на его месте меня представлять.
***
Мне надо подготовить презентацию, а ничего не идет в голову. Все время она стоит перед глазами. Я ввожу ее имя в браузере и рассматриваю как одержимый фотографии. Пару лет назад она выглядела более резко. Яркая помада, темные выпрямленные волосы. Сейчас же она была другая. То ли Китай, то ли фэн-шуй на нее так подействовали, но она стала нежнее, романтичнее.
Хочу ее видеть. До жжения в груди и зуда в руках. В мыслях прокручивается на репите та ночь. Она не играла, не притворялась и ничего не имитировала. Она была такой, какой хотела быть со мной. И стон этот ее, с придыханием, теперь постоянно в голове, как саундтрек к моей жизни.
Я должен найти в ней что-то отрицательное. Она ведь изменила ему. Даже не сопротивлялась особо. Хотел бы я, чтобы моя девушка так себя вела? Чтобы сомневалась во мне? Чтобы проверяла поцелуи с кем-то еще? Чтобы вот так проводила время с каким-то левым мужиком? Я бы свою девушку залюбил так, чтоб у нее даже мысли не было проверять и сравнивать меня с кем-то. Этот ее Ван - полный идиот. Хотя кто знает, что в голове у этих китайцев, если они едят больных летучих мышей?
****
Два дня как на американских горках. У меня в кармане лежал ее адрес, но я не смотрел на него. Знал, что сорвусь и поеду. Она молчала. Терпеть не мог, когда мне приходилось что-то кому доказывать, показывать чувства, менять планы. Ненавидеть и любить одновременно.
Она же все равно уедет. К нему. Так какого черта я мучаюсь сейчас, пока она тут, почему не кайфую неделю? Потом, когда она уедет, мне все равно будет плохо. Но может же быть хорошо сейчас. И я могу приложить все усилия, чтобы она передумала. Показать разницу между нами. Если уверен я, то поверит и она.
*Я не знаю, как называется чувство, которое во мне живёт по отношению к тебе... но это чувство требует только тебя*
Я набираю ей сообщение и отправляю. Считаю секунды, пока она его прочитает. Да! Прочитано. Я и не жду, что она ответит. Скорее, если не ответит, то сомневается и не уверена в себе. Это то, что мне надо. Ее колебания, которые гораздо лучше четкого решения.
Эта идея крутится в башне целый день. Двести раз уже заглянул на часы, чтобы оценить, сколько осталось до конца рабочего дня. Рвануть к ней. Помучить. Потом утолить ее голод, потому что уверен, что она сейчас изнывает.
Моя крошка соблазнительная. Цветы... Вино... Нет. Сегодня мне надо знать, что она трезвая. Изменяет ему со мной. Стонет для меня. Следы своих ноготков оставляет на моей спине. Целует меня. И, если он такой придурок, что не научился нормально целоваться, то я должен подарить ей этих поцелуев на всю оставшуюся жизнь.
Ее не удивишь сливками с клубникой, всякими маскарпоне и прочей дичью. Поэтому я беру самое примитивное. Мороженое. Ванильное. Полукилограммовое ведро. Будем сегодня делать из нее Снегурочку. Сначала в коридоре, потом в ванне, потом в спальне.
Давлю несколько раз на звонок, а энтузиазм и приподнятое настроение ползет вниз, стекая проступившим конденсатом со стенок прохладной банки с мороженым. Я так был окрылен идеей встретиться с ней сегодня, что не подумал, что ее может не быть дома.
Впервые за последние дни я набираю ее номер. Плана, что делать, если она ответит и она не дома - нет. Поэтому надеюсь на свою удачу, которая, как оказывается, на моей стороне. За дверью пусть и тихо, но слышна мелодия мобильного. Значит она там и, возможно, даже смотрит сейчас в глазок и ждет, когда я уйду.
Отхожу к противоположной стороне коридора и сажусь на пол. Вскрываю банку с мороженым и достаю из упаковки одноразовую ложку.
Набираю ей сообщение и вдыхаю аромат аромат натурального мороженого.
Провожу ложкой по верхнему слою, набирая в ложку полоску прохладной сладости.
И кладу в рот.
Приходит первое сообщение от нее за все время. Следом щелчок открытия двери.
Я готов рвануть, чтобы быстрее к ней попасть, но притормаживаю взрыв гормонов, не спеша поднимаясь. Иду к двери и уже без звонка дергаю ручку. Открыто.
Она стоит и упирается попой в коротких шортах о комод. Он мне нравится. Идеальная высота. Темная глянцевая поверхность и зеркало, в котором будет отражаться ее обнаженная спина.
Закрываю на ощупь дверь, не расцепляя наших взглядов. Она прикусывает губу изнутри и ждет. Если бы не хотела, не открыла бы. Я сам однажды сказал, что пока она не захочет, ничего не будет. И она знает. Ее маечка без нижнего белья натягивается и очерчивает ее лотосы. Я, не спеша, стягиваю обувь и иду к ней. Ставлю на комод банку с начатым мороженым, на которое она жадно смотрит и шумно сглатывает. До чертиков голодная. Рядом выкладываю из кармана телефон, ключи и бумажник.
Она молчит и внимательно следит за каждым моим жестом. Будто я могу причинить ей вред своим действием. Или, наоборот, она ждет, когда я сделаю что-то, что намекнет ей, чего от меня ожидать.
Все той же ложкой веду по поверхности, собирая кружок мороженого. Она даже дышать боится в моем присутствии. Она мариновала меня три дня. Теперь моя очередь доводить ее. Я несу ложку с мороженым к своему рту, но, прежде, чем съесть, улыбаюсь ей. Как же ей идет играть в недотрогу. Только кожа вся усыпана мелкой дрожью и выдает то, что у нее внутри.
- Ты почти меня обманула, что тебе все равно, - Несу перед ней ложку с мороженым и кладу себе в рот. А потом наклоняюсь к ней, чтобы поцеловать, и проталкиваю ей в рот кусочек, который еще не растаял.
Куда мне теперь от нее деться, когда впивается ногтями мне в поясницу и отвечает на поцелуй.
***
Она устает только, когда за окном уже глубокая ночь. Выдыхается после тщательной тактильной экскурсии по всей своей квартире. Я откидываюсь на подушку и успеваю только притянуть обнаженное тело к себе, уткнувшись в мягкие волосы. Надо будет поменять шампунь, чтобы мои волосы были такими же.
Ну я же только уснул, а до боли знакомая мелодия трезвонит где-то далеко и вырывает из этой сказки.
- Миш, - толкает меня в бок, - кажется, это твой телефон. После того, что было этой ночью, мне уже не стыдно пройтись перед ней без одежды и найти где-то в прихожей мой телефон.
- Михаил Егорович, это из отдела кадров. Вы сегодня не появились на работе. Что-то случилось?
- Да, - Опускаю глаза вниз, рассматривая себя, - чувствую себя не очень. Мне надо отлежаться денек. Можно написать заявление за свой счет на пару дней?
- Хорошо и пришлите по электронной почте.
- Обязательно. - Выключаю звук и кладу телефон на то же место. Не люблю, когда отвлекают.
- Не пойдешь на работу? - невинными глазами скользит по мне, рассматривая, не стесняясь, пока я иду к ней в постель.
- Сказал, что у меня сегодня постельный режим.
Пробираюсь под одеяло со стороны ступней и целую ее ножки вплоть до того места, откуда они растут.
- Китайцы, хоть это умеют делать? - смеюсь и прикусываю нежную кожу.
- Уверена, ты умеешь это делать лучше.
Мы не обсуждаем, что будет потом, и как мы будем строить жизнь дальше, зная, что произошло. Мы не обижаемся друг на друга. Мы не ставим в упрек пороки друг друга.
Просто живем этим днем. Она должна улететь в пятницу, значит у меня еще два дня, чтобы она увидела, что она теряет. Почувствовала то, от чего навсегда откажется.
Я вижу все. Как она быстро говорит с ним, перекидываясь дежурными фразами. Как неосознанно закусывает губу и тихо вздыхает перед тем, как ответить ему. Как умело она врет ему, и он верит. И я понимаю, что с такой девушкой, как она, я могу сам оказаться в таком же положении рогоносца. Но отказаться от нее я не могу, хоть под дулом пистолета, хоть на поводке.
Чем больше мы проводили вместе время, тем больше я убеждал себя, что она останется. А она смеялась и продолжала собираться. Она ничего не обещала, но подразумевала, что это все со мной только на три дня.
Я подыгрывал ей, помогал складывать вещи и шутил. Знал, что она не сможет улететь. Просто запуталась и думала, что сможет без меня. Ей нужно было время привыкнуть к этой мысли. Пусть представит, что собралась и вот-вот уедет. Что потеряет и никогда не вернет. Пусть даже сядет в самолет, а потом сойдет с него. Как в фильмах.
Мы никуда не выходили эти два дня. Целовались, смотрели фильмы и ели пиццу. Я уже считал ее своей девушкой. Странно как-то все это было, вела себя со мной, как со своим парнем, а потом была готова собраться на другой конец света, чтобы там выйти замуж за того, кого не любила.
Все это напоминало какую-то игру. Где она блефовала, а я верил. Посадила меня, независимого и отстраненного, на поводок и держала возле себя. Подсаживала на себя и кормила только эмоциями. Не идеальная, но особенная в этой противоречивости. Загадка, которая никак не поддавалась разгадке. Но я даже готов был сам накинуть на нее кольцо, чтобы только удержать.
Я опаздываю. Крепко сжимаю руль, ругаясь, что так поздно выехал. Срочно появиться на объекте надо было именно сегодня.
Я боюсь звонить и услышать, чтобы не приезжал, поэтому написал, что буду в аэропорту к ее вылету.
А теперь все как будто было против. Красная волна светофоров просто нескончаема. Это напоминает какое-то испытание, которое я должен выполнить, и получить подарок на финише. Ее в подарок.
Но внутри так дрожит сердце, будто подготавливает к чему-то, о чем я даже думать не хочу. Это ведь не правда. Она не улетит. Она просто… не знаю. Я должен ее остановить. И ключи к родителям просто так завезла вместе с тем цветком.
Регистрация уже началась, но у меня еще есть в запасе время, чтобы успеть. Тем более, что я уже за городом. Тут будет посвободней на дороге.
Набираю скорость, нарушая правила. Лучше заплачу штраф, но не опоздаю. Я не могу отпустить ее и дать улететь. Чтобы она там в своей голове не придумала себе. Я заставлю передумать. Напомню все, что было между нами.
Вбегаю в здание аэропорта и набираю Леру. Она не отвечает. Не верю, что может вот так со мной.
- Ты приехал? - оборачиваюсь и сразу к ней, чтобы обнять. За талию прижимаю к себе и запускаю руку под джинсовку.
- Ну ты шутница, - смеюсь в губы, - проверяла, отпущу ли я тебя? - Она молчит, а я сильнее прижимаю к себе, показываю, как хочу, чтобы рядом со мной была. Так сильно прижимаю к себе, что чувствую, как барабанит ее сердце в мое, ударами просто хочет убить сейчас.
- Миш, я улетаю. Я не останусь, - произносит и боится посмотреть на меня.
- Кто тебя отпустит, дуреха? - Путаюсь в ее волосах и прижимаю к себе.
- Миша, ты хороший, ты самый лучший, я…
- Вот не надо мне сейчас петь серенады, какой я хороший. Я совсем не такой и ты прекрасно знаешь...
- Я не могу остаться, прости. Я ничего тебе не обещала. Ты знал, что я улечу и сам пришел тогда.
Ловлю ее взгляд и не отпускаю.
- Не делай это. Не убивай меня. - Заправляю прядь волос за ушко, касаясь кончиками пальцев там, где она любит, когда целовал. - Я люблю тебя. Думаешь, смогу отпустить тебя к нему, зная, что ты там не будешь счастлива. Только со мной будешь.
Она покусывает кожу на указательном пальце и прикрывает глаза, когда слышит мое признание. Каждое слово честно и искренне - ей в сердце.
- Миш, мне нельзя.
Она трет щеки, и не хочет, чтобы я ее запомнил такой уязвимой.
- Не делай этого, ты пожалеешь. - Я не хочу ее пугать, но, если она уедет, ничего не будет меня останавливать.
- Мы все равно не сможем быть вместе. Против нас будет мой отец, а мы не сможем против него.
- Но мы будем на одной стороне. Просто поверь мне. Пожалуйста. Брось все это. Брось своего китайца, а я откажусь от всего ради тебя.
- Ты не слышишь меня. - Она несильно бьет мне в грудь, скорее от своей безысходности. - Папа... он не даст нам счастливо жить.
- Если ты будешь со мной, то это будет моя проблема и забота. Да я буду день и ночь работать, лишь бы у тебя было все, к чему ты привыкла. Только не уезжай. - Она прикусывает губу и жует ее. Вытирает слезы и смотрит на меня. Она сомневается.... Не знаю, что еще сказать, чтобы она осталась. - Девочка моя, ты пожалеешь, но будет поздно. Я никогда тебя не прощу. Назад пути не будет.
- Миш, тебе будет лучше без меня. Я же постоянно в поиске, легкодоступная. Я могу спокойно переспать с тем, кто мне понравился, пусть сама нахожусь почти замужем. Я... я - ужасный человек. Ты достоин кого-то получше. Прости. Даже Алиса сказала, что мне лучше улететь.
- Слушай ты ее больше! Меня слушай! Мне верь. Мы вдвоем создали это, и ты сможешь так легко все разрушить?
Она крепко сжимает мою руку и поднимает наши сплетенные ладони, целуя их.
Она не останется. Она знала, что уедет и все равно давала мне надежду.
Объявляют окончание регистрации на ее рейс, а значит, она сейчас уйдет. Навсегда уйдет.
Она бросается мне на шею и крепко прижимает к себе. Последний раз. На коже влажный след от ее слез.
- Миш, прости, прости меня, но я не могу. Я очень хочу быть с тобой, хочу любить тебя и… - Я не слушаю, а нахожу ее губы и цепляюсь за них. Целую как тогда. В наш первый раз на берегу реки. Она прощалась. Оставляла свой вкус, свой аромат, себя в моем сердце.
А я еще раз шепчу ей не делать этого. В сотый раз. В тысячный. В миллионный. Плачет и не отпускает. Умоляет простить и забыть.
Я беру ее руки и убираю от себя. Сам отхожу на несколько шагов назад, увеличивая расстояние между нами. У нее еще есть шанс. Пока я пячусь спиной к выходу. Глаза щиплет от той боли, что она собирается сделать нам.
***
Белокрасный самолет набирает скорость и взлетает.
Она сама захотела этой войны. Ради нее я собирался остановиться. Простить и жить как-то с этим. Думал, что любовь сможет залечить раны. Не хотел ничего этого. Только быть с ней.
Моя любовь в тот момент была сильнее мести и ненависти. Она была сильнее всего и придавала уверенность. Теперь же я ненавидел всю их семью. Всю их империю алчных и меркантильных людишек. Что ставят деньги выше чувств.
Она сама это выбрала. У нее был шанс жить так, как ни с кем бы она не жила.
- Юрий.
- Да, Михаил. Что вы решили?
- Мы начинаем.
- Какова конечная цель?
- Надо полностью его разорить. Не жалеем.
- С семьей что? - Тяжело вздыхает, но я хорошо ему плачу за то, чтобы он не задавал лишних вопросов.
- Его дочка в Китае. Там есть кому позаботиться о ней.
- А если она захочет вернуться?
- Тогда ей придется прийти за своим наследством ко мне.
- Хотите, сделаю так, что она придет?
- Хочу.
****