“Сегодня 17 сентября. Родители, наконец, перевезли остатки вещей, которые ещё оставались в нашем старом доме. Новый дом и новый город мне нравились куда больше, чем прошлые. С первых же дней это небольшое городишко у моря сразу поселилось в моём сердце. Сейчас пойду искать друзей. Надеюсь, люди здесь хорошие”.

Как мы уже поняли, Ваня радостно воспринял переезд в небольшой город, расположенный у самого моря. Город этот был очень маленький, но людей в нём проживало прилично. Однако большую часть зданий занимали не отели и гостиницы, а обычные семейные дома и коттеджи. Очень мало людей вообще знало, что этот город существует, хотя на карте он значился. Поэтому люди, проживавшие здесь, так или иначе, не очень-то любили жизнь в больших городах.

Ване на этот момент было 10 лет. Он был среднего роста, с каштановыми зачёсанными на бок волосами. Учился в школе хорошо. Рос в семье, где мама, Ольга Андреевна, работала кондитером, а папа, Станислав Сергеевич, был директором по маркетингу в какой-то достаточно крупной фирме, как раз имевшей филиал в новом городе. У Вани было счастливое детство – он с удовольствием обучался в школе, после возвращался домой, где его ждала мама, чтобы узнать у сына, как прошёл его очередной школьный день, а потом, когда папа возвращался с работы, они вместе отправлялись гулять в парк, сквер и осматривать достопримечательности города. Казалось, он был счастлив.

И вот, 17 сентября, Ваня направился на улицу, чтобы познакомиться с ребятами помимо одноклассников. Семья Вани жила в большом двухэтажном кирпичном доме песочного цвета с коричневой крышей. Дом был последним на улице – поэтому, когда Ваня выходил из дома, по правую руку от него было широкое поле, вдали которого виднелись высокие сосны, а по левую руку улица, с двух сторон застроенная жилыми домами с детскими площадками практически перед каждым.

День выдался ни на редкость солнечным, что только добавляло радости Ване. Он вышел на улицу, взглянул на поле – сосны вдалеке немного раскачивались лёгким ветерком, а слегка засохшая трава колыхалась. Через поле к соснам тянулась тропа, которая вела к морю – по ней Ваня давно хотел пройтись, чтобы, наконец, увидеть море, возле которого он проживает, но родители строго запретили ему туда ходить одному. Поэтому Ваня направился в сторону соседних домов.

Он прошёл пару домов, возле которых было пусто, и подошёл к детской площадке, на которой играли двое мальчиков и три девочки.

– Привет, – поздоровался Ваня.

– Здравствуй, – практически одновременно ответили ребята.

– А кто ты такой? Мы тебя уже несколько раз видели, как ты в школу, видимо, шёл. И в школе тоже видели, – сказал один из мальчиков.

– Меня зовут Ваня. Мы переехали жить сюда несколько недель назад.

– Понятно. Ну что, давай знакомиться – меня зовут Игорь, это Костя, – сказал мальчик, указав на друга рядом. Они обменялись рукопожатиями.

– Ну а эти скромные девчонки Маша, Лена и Юля, – познакомил Ваню с девочками Костя. Девочки поочерёдно ещё раз поздоровались с новым другом.

– А где вы живёте? – спросил Ваня.

– Я живу напротив тебя, получается, – сказал Игорь, – Костя живёт на соседней улице, а девочки рядом друг с другом дальше по этой улице, где-то домов через семь, да, девочки? Где вы вообще живёте? Откуда я знать должен? Стоите, молчите, как партизанки.

Ребята рассмеялись.

– Да что мы?! Да, через семь домов, – с усмешкой сказала Лена.

Игорь – высокий мальчик 10 лет, учился в параллельном классе с Ваней. Был очень инициативным, озорным, задорным ребёнком. Однажды, из-за своего любопытства, он взял спички и поджёг стог сена, стоявший в поле, и опалил себе волосы на голове. После этого он носил только короткую причёску – мало ли что.

Костя был мальчиком слегка стеснительным, но очень интересным – любил читать книжки, чего не скажешь про Ваню, любил гулять с друзьями и рассказывать им разные истории, занимался плаванием. Был одноклассником Игоря.

Маше было 11 лет, она не училась в одной параллели с мальчиками, но ей очень нравилось общаться с Игорем, ей нравилась его манера общения, его внешность, его характер, да и вообще… просто нравился. Сама она имела длинные немного кудрявые золотистые волосы, высокий, стройный стан и красивые голубые глаза. Была очень общительная и старалась заводить дружбу со всеми, кто встречался ей в жизни. Такой же была и Лена, одноклассница Маши. Всё, что их отличало, это цвет волос и глаз – у Лены были русые волосы средней длины, заплетённые в идеальную косу, и яркие, любознательные карие глаза. Эта коса и жизнерадостные глаза сразу же произвели впечатление на Ваню.

Чего не скажешь о Юле, которая была достаточно замкнутой девочкой. Училась она в одном классе с Игорем, была отличницей, с интересом слушала учителей, но с опасением сторонилась незнакомых ребят. Но, находясь в кругу своих давних друзей, она с лёгкой нерешительностью всё же общалась с Ваней. Юля была брюнеткой с короткими волосами, а так же носила очки, которые, надо сказать, очень ей шли.

Вот в таком кругу Ваня играл на площадке в новом городе до самого вечера. И даже, когда папа вернулся с работы, Ваня не торопился к нему, чтобы пойти с ним гулять, так как нашёл себе новых друзей и красивую понравившуюся ему девочку, чему были очень рады его родители.

Вечерело. Солнце закатывалось за горизонт. Друзья начали прощаться и расходиться по своим домам. Девочки ушли первыми, а мальчики ещё остались на площадке. Ваню не покидала мысль проследить за Леной и узнать, где она живёт точно, но он всё же остался с мальчишками. Тогда он слегка неуверенно спросил:

– Ребят, скажите, а вы Лену давно знаете?

– Ленку то? – начал Игорь, – конечно! Она вечно вместе с Машкой тусуется, когда та хочет со мной пообщаться.

– Ты клонишь к тому, что ты нравишься Маше? – спросил Ваня.

– Да, конечно, нравлюсь, я знаю. Но она мне не особо нравится, поэтому – не судьба, как говорится.

– Но ты же, получается, знаешь, что ты ей нравишься, и просто не обращаешь на это внимание?

– Ну да, а что я должен делать, если она мне не нравится?

– Вань, – встрял в разговор Костя, – я уже пробовал убедить его – это бесполезно.

– Да что вы заладили?! Если я ей нравлюсь, а она мне нет! Мне такая жена не нужна!

– Мы тебе не говорим о том, чтобы ты её полюбил. Просто ты мог бы просто поговорить с ней, объяснить, что не можешь ответить ей взаимностью – я уверен, она бы поняла и просто перестала надеяться на будущее. Ты понимаешь – она же верит, что, возможно, когда-нибудь в будущем она тебе тоже понравится, наверняка, а ты так вот просто не ценишь её чувства, – закончил Ваня.

– Ладно вам, парни, я сам разберусь с Машкой. Но обещаю, что подумаю над вашими словами. Вообще, Ванёк, ты же начал про Ленку узнавать что-то – понравилась что ли?

Ваня засмущался и начал немного елозить на месте.

– Ну да, немного. Я и хотел у вас поподробнее о ней узнать.

– Хотел узнать поподробнее, спросил бы её саму, более честно тебе никто не расскажет о ней, чем она сама, – ответил Ване Костя.

– Это, конечно, но всё же, ребят, что скажете?

– Ну, – начал Игорь, – девчонка она классная: красивая, весёлая, забавная, умная, побегать с ней можно – она бегает хорошо.

– Полезная информация, – перебил Костя.

– Какая есть, – ответил Игорь.

– А ей нравится кто-нибудь, не знаете?

– Это знаем, никто ей не нравится, – сказал Игорь, – она со всеми общается мальчишками, но чтобы понравился кто-либо – нет – мне Машка говорила.

– Ну ладно, спасибо, буду думать.

– Хах, ну думай, – усмехнулся Игорь.

– Да ладно тебе, она правда классная девчонка, подружись с ней поближе – вот и всё, – успокоил Ваню Костя, – давайте тогда переключимся на другую тему.

– Только за. Ваня, а кто твои родители? – спросил Игорь.

– Мама – кондитер, а папа – директор по какому-то маркетингу в крупной фирме.

– Ого! Это здорово! У меня мама повар, а папа архитектор, он выстроил большую часть домов в этом городе, – ответил Игорь.

– А у меня мама воспитательница в садике, а папа работает начальником на автозаправке, которая здесь на трассе неподалёку, – сказал Костя.

– У вас, наверное, отцы часто дома бывают, – сказал Ваня.

– Да, мой по будням после пяти вечера уже дома, а по выходным всегда, – ответил Игорь.

– И мой так же, примерно, – подтвердил Костя.

– Ну вот, а мой папа всё время на работе, каждый день, возвращается домой только после семи, порой восьми, вечера и идёт со мной гулять.

– Ну вот, видишь, он с тобой гулять ходит, значит, хочет с тобой проводить время, но больше не может – работа, – высказался Игорь.

– Да я понимаю, конечно, у него важная работа, но я хочу проводить с ним больше времени, хочу съездить с ним на рыбалку, как раньше, сходить в кино, покататься на аттракционах, которых здесь нет.

– Да ладно тебе, не думай об этом слишком серьёзно, – начал говорить Костя, – это жизнь. Родители должны работать, чтобы обеспечивать семью всем необходимым. Нужно просто принимать это и радоваться тому, что есть – у кого-то и этого нет.

– Вот, знаешь, я не люблю, когда говорят, мол, “вот у тебя это есть, а у кого-то нет” – это звучит, как упрёк какой-то.

– Это не упрёк – это констатация факта. Если один человек смог выжить на необитаемом острове при определённых условиях, то почему тогда другой не сможет этого сделать, при желании, конечно? – подчеркнул Костя.

Ваня задумался над его словами.

– Да ладно вам парни, – Игорь приподнялся со скамьи, – давайте будем просто жить и радоваться тому, что у нас есть.

– Хах, как всё просто, – ответил Ваня.

– Конечно, всё просто – так всегда было, сами всё усложняем. Так что давайте, парни, я пошёл домой. До встречи!

Игорь пожал руки Косте и Ване и отправился домой.

– Я тоже пойду, – сказал Костя, – давай, Ваня, до завтра, наверное. Не забивай голову себе этим, переключись, думай о прекрасном – думай про море.

– Причём тут море? – спросил Ваня.

– Море всегда подходящий пример для любых раздумий – его величие и, в то же время, простота лично меня всегда поражает. Ладно, Вань, пока.

– Пока.

Спустя несколько мгновений Костя скрылся из виду. Ваня один сидел на скамейке и думал над словами Кости. Подумав минут 10, он встал и направился домой, где его ждали горячий ужин и любящие родители.

На следующий день, вернувшись из школы, Ваня отправился на ту же детскую площадку, где уже были Костя с Игорем.

– О, привет, Ваня, – приветствовали Костя и Игорь одновременно.

– Привет, ребята. Что, как вы?

– Да нормально, всё, – ответил Игорь, и Костя так же кивнул головой, – чем займёмся парни сегодня?

– Не знаю даже, я не местный вообще-то, так что ведите куда-нибудь, – с усмешкой сказал Ваня.

– Слушай, Вань, а тебе тут у нас вообще, нравится? – спросил Игорь.

– Да, очень. У вас красивый город, не шумный, и море рядом, правда, я к нему ещё не ходил – родители не пускают одного, а им идти со мной некогда.

– О, дак это мы мигом исправим, – воскликнул Игорь, – ты вот скажи, если ты пойдёшь с нами, это же не будет считаться, как, если бы ты пошёл один, верно ведь?

– Ну, чисто теоретически, да.

– Ну, вот и прекрасно! Давай, пошли!

И ребята направились к тропе, ведущей к соснам.

– Слушай, Вань, а ты чем-нибудь занимаешься помимо школы? – спросил Игорь.

– На данный момент, нет – не успели ещё здесь ничего найти, а раньше я пробовал играть в волейбол, но ростом не потянул, и в шахматы. Вот на шахматы я ходил заниматься, пока не переехали сюда. А ещё играл в футбол, но не занимался, а так, во дворе с ребятами.

– Ух ты, неплохо, футбол я уважаю, прям вообще, – воскликнул Игорь.

– А я больше по плаванию, – добавил Костя. Ребята рассмеялись.

В такой непринуждённой и весёлой атмосфере они прошли по тропе до самого леса. Ваня обернулся и увидел вдалеке свой дом настолько маленьким, что поднял руку, вытянул вверх мизинец – дом был размером чуть меньше ногтя мизинца.

– Ну что стоишь, боишься что ли, давай, пошли, – крикнул Игорь, и Ваня развернулся и пошёл следом за ребятами дальше по тропе, в лес.

Сосны были очень и очень высокими и росли весьма густо, так, что, проходя по тропе среди них, небо было едва видно, но солнечный свет всё-таки пробивался сквозь плотный слой сосновой хвои. Вся тропа была усыпана шишками разных размеров – от маленькой с бутылочную крышку до большой с кулак взрослого человека. А какой там был запах… Ваня шёл по тропе и наслаждался каждым вдохом этого приятного лесного воздуха. С каждым шагом всё больше стали слышны крики чаек. Так они шли несколько минут, и вдруг сосны по обеим сторонам перестали появляться, и перед Ваней возник небольшой пустующий берег, засыпанный разным мусором, за которым негромко шумело синее море. Тогда Ваня впервые увидел море.

– Вот это красота, – воскликнул он.

– Да, красотища, – подтвердил Игорь, – здесь купаться вообще-то здорово, конечно, но никто не купается – запретили – говорят, что дно плохое, каменистое, да и волны порой сильные. Несколько людей тут даже затонуло. Поэтому никто здесь не купается.

– А море, поди, хочет, чтобы в нём купались, – сказал Костя, – может быть это смысл его существования.

– Ой, да какой смысл у моря, я тебя умоляю, – ответил ему Игорь.

– Не скажи, у всего есть смысл, просто мы его или не всегда видим, или не хотим увидеть.

– Да, ребята, какая же это красота, – перебил их Ваня, – я никогда такого не видел. Мне кажется, я запомню эту картину на всю жизнь.

– Почему бы и нет, – добавил Игорь.

А море было спокойно, оно слышало и слушало разговоры мальчиков. Оно радовалось – наконец хоть кто-то пришёл к нему не половить рыбу, не побросать мусор на дно или камни вдаль, а просто полюбоваться на него, понять, какое оно красивое, какое насыщенное не только красками, но и смыслом. Не теми красками, которые переливаются от белого к зелёному и далее к чёрному, нет. Даже в одном синем цвете можно найти столько разных красок, сколько нет на палитре, вопрос в том, как смотреть. Море было радо, что ребята смотрели на него и восхищались им.

Ребята простояли у моря, рассуждая, насколько оно глубокое, насколько широкое, насколько уходит вдаль. Море казалось бездонным и бескрайним – море казалось целым миром.

– Игорь, а что там будет, если идти в левую сторону по берегу? – спросил Ваня.

– Проходишь где-то метров четыреста и из-за деревьев появиться наш город, правда, оттуда тропы в город не ведут – там овраг, сразу же за лесом. Когда-то строить что-то там хотели, потом забросили, а крутой овраг остался.

– Зато представь, какой вид у живущих за оврагом – открываешь с утра шторы, распахиваешь окно и смотришь, как за оврагом волнуется бесконечное море, – добавил Костя.

– Да, представляю… Красота. Я бы так стоял вечно, – воображал Ваня.

– Ну, это ты загнул, – ответил Игорь.

– Нисколько. Вечность – это не так уж и много.

– Эх, возможно.

– Ну, что, может пойдём обратно? А то если родители Вани увидят, что его нет поблизости, начнут волноваться, – беспокоился Костя.

– Это вряд ли, – ответил Ваня, – папа на работе, а мама или тоже на работе, или по магазинам ходит. Так что до шести вечера могу точно гулять, где хочу. Игорь, ты лучше скажи, а если вправо идти, там что?

– О, а туда лучше не ходить! – резко воскликнул Игорь.

– Почему это?

– Хах, поверь на слово, там нечего делать.

– Игорь, что ты его пугаешь тут, – прервал Костя, – ничего такого сверхъестественного там нет. Просто там избушка небольшая стоит, в которой живёт какой-то больной старик.

– Так, если он больной, почему вы, наоборот, к нему не ходите? – удивлённо спросил Ваня.

– Так потому и не ходим, – ответил Игорь, – он больной какой-то: живёт один, правда с собакой, в старом доме ещё времён динозавров, наверное, ни с кем не общается, никого в дом не пускает к себе – очень странный тип, вот родители и говорят всем своим детям, чтобы никто к нему не совался.

– И правда странный какой-то старик. А сколько ему лет примерно знаете? – поинтересовался Ваня.

– Да кто ж его знает, – ответил Костя, – его видят-то только изредка в магазинах, в которых он, как я уже сказал, не общается абсолютно ни с кем. Так, скажет продавщице “спасибо” и весь разговор. Одним словом – чудной.

– Да, верно говоришь, – согласился Игорь, – поэтому ходить туда не советую, лучше с нами по городу носится – это гораздо веселее.

– Это конечно! – согласился Ваня.

На том и порешили. Ребята вернулись в город, погуляли ещё несколько часов и разошлись по домам. Уже поздним вечером, уместившись на своей кровати, Ваня думал, почему тот старик такой:

– Странно это: живёт один, да ещё и на отшибе каком-то, ни с кем не общается, никого к себе не подпускает… да… очень интересно, почему? Эх, сходить бы к нему туда… Ахахах, ну нет, Игорь же сказал “никого не подпускает к себе”, да ещё и собака у него – мало ли что… Нет, не пойду никуда – пусть живёт себе и живёт. Это не моё дело, у меня своя жизнь, да! Всё, можно спать. Вопрос решён.

– Так, ну что, поспали, поели, можно и гулять идти – выходной! – с этими словами Ваня вырвался на улицу, где царила прекрасная солнечная погода, и направился на площадку, но, прибыв туда, он не увидел там никого – площадка пустовала. Тогда он направился к дому Игоря. Дойдя до него, он позвонил в дверной замок – никто не открывал, ещё звонок – ноль реакции, ещё один, ещё…

– Никого нет дома, – понял Ваня, – что ж, пойдём к Косте.

Кости тоже дома не оказалось.

– Да куда же они укатили все?! А, точно, Игорь же говорил, их же пригласил на день рождения друг из класса. Значит, сегодня их не будет – печально. Что ж, тогда один погуляю, – решил Ваня.

Он обошёл парк, сквер, все улицы нового города, по которым можно было только пройти, зашёл в гости к своему другу из класса – с ним они вместе поиграли в войнушку где-то часа два, после чего друг уехал с родителями в соседний город, к бабушке. Тогда Ваня направился на всё ещё пустующую площадку, сел на скамейку и стал думать о жизни.

– Никого рядом нет: ни папы, ни мамы, ни друзей, все заняты, у всех дела, приходиться вот одному сидеть. Наверное, так и должно быть – друзья не хотят общаться каждый день, каждое мгновение, родители тоже рядом быть не смогут всегда хотя бы из-за разницы в годах. Ну, ничего, займёмся чем-нибудь.

Ваня покопался в песочнице, в которой оставил игрушки какой-то ребёнок, повисел на турниках, покачался на качелях, и вдруг он увидел Лену, идущую в направлении своего дома. Он хотел было догнать её, чтобы поздороваться, а там бы и разговор завязался, но что-то не дало ему это сделать:

– Может догоню – пообщаемся, познакомимся поближе. Нет! Потом, попозже, ещё увидимся.

Тогда он с грустью вновь присел на скамейку – ему стало скучно. Ветер слегка усилился, солнце начало изредка прятаться за облака, и тут Ваню осенило – а может сходить к этому старику?

– Ну, а что ещё делать? Надо же чем-то заняться! – думал он, – Правда у него ведь собака есть, да и Игорь ведь предупреждали с Костей, что не стоит туда ходить… Ну и ладно, все бояться, а я пойду. Рано или поздно всё равно какой-нибудь бы ребёнок отправился туда, так почему бы этим ребёнком не стать мне? В конце концов, если что случится, ну значит, так тому суждено быть. Примем это, как очередную волну создаёт море – создаёт и спокойно принимает.

Ваня развернулся и направился по тропе в сторону соснового бора. Добравшись до берега, он ещё раз прокрутил в голове слова друзей. “туда лучше не ходить!”, “он больной какой-то: живёт один… С СОБАКОЙ”, но переборов страх, он всё-таки направился в правую сторону от тропы, в сторону одинокой избушки. Ваня проходил между синим немного бушующим морем и густым сосновым бором, погода ухудшилась, солнце скрылось за облаками, небо затянуло – всё это сильно нагнетало обстановку, но Ваня продолжал идти вдоль берега.

И вот, впереди показался небольшой домик, расположенный от моря буквально в тридцати метрах. Дом был действительно весьма древним: построен был ещё в начале прошлого века, из дерева, с домашней печью, к тому же был очень маленьким, одноэтажным. Такие избы строились ещё в царской России, и лишь немногие, расположенные вдалеке от цивилизации, сохранились до сих пор. В таком доме и проживал неизвестный старик. Ваня подошёл к самому крыльцу. Дом был ухожен – окна чистые, крыльцо было вымытым, правда загромождённым разной утварью по обе стороны от входной двери, разбавляло эту громаду лишь плетёное кресло, стоявшее с левой стороны от входа, у окна, возле которого стоял небольшой круглый деревянный столик, на котором стояла ваза с букетом полевых цветов. Ваня набрался силы и поднялся на крыльцо. Оно издало несколько скрипучих звуков – всё же время делает своё дело. Он подошёл к окну и посмотрел внутрь – у дальней стены стояла небольшая печь, перед которой лежала охапка дров и кочерга; то, что было слева от печи, Ваня не видел, так как стена разделяла комнату с окном и комнату с печью, зато справа он увидел небольшой холодильник, деревянный стол с двумя стульями возле него и пару шкафов с кухонной утварью. Внутри дома царил мрак. Ваня осмотрел всё, что смог. Тогда он почему-то почувствовал, что кто-то стоит у него за спиной и резко обернулся. За спиной было только море, больше никого. Тут Ваня ощутил, какой прекрасный вид открывается человеку, живущему в этом доме.

– Это ведь он каждое утро может просыпаться, выходить на это крыльцо и любоваться таким прекрасным видом – любоваться морем, – представлял Ваня.

Внезапно раздался крик:

– Эй, мальчик, что ты там делаешь? А ну иди отсюда, быстро!

Ваня повернул голову в правую сторону и увидел приближающегося старика с ухоженной седой бородой и с собакой, бегущей рядом.

– Ты что, оглох совсем? Пулей отсюда! Я что сказал?! Бегом к маме домой! – слегка разгневанно выкрикнул седой старик.

– Не кричите вы так, – ответно кричал Ваня, – я просто мимо шёл, решил зайти, посмотреть, кто здесь живёт.

– Увидел? Я живу. Теперь иди отсюда, а то я спущу собаку! Бегом домой, я сказал!

Старик почти дошёл до крыльца. Тогда страх в мальчике взял верх, Ваня сбежал с крыльца и со всех ног рванул к тропе, ведущей домой, а старик кричал вдогонку:

– Давай, беги-беги, и чтобы больше я тебя здесь не видел!

Ваня бежал, не оборачиваясь – он безумно боялся собак, с самого рождения, а старик всё кричал:

– Чтобы духу твоего здесь не было!

Ваня бежал изо всех сил, да так старался убежать от злого старика, что не заметил, как пробежал тропу. Он бежал и бежал, и уже добрался до оврага, как вдруг левая нога соскользнула и подкосилась. Ваня упал в овраг и покатился на самое его дно, где стукнулся головой о камень и потерял сознание. Последнее, о чём он подумал – “Домой, домой, от старика! Это была плохая идея!”. Вечерело.

Птицы всё так же безудержно кричали, летая над морем. Костя и Игорь уже вернулись домой и пошли на площадку, где ожидали найти Ваню, но там его не оказалось – он был в избушке у моря.

Ваня очнулся лежа на небольшой одноместной кровати. Его голова раскалывалась, ноги были укрыты серой шерстяной шалью, а голова была перевязана. Тут он вспомнил всё, что произошло несколько часов назад, и увидел чуть дальше своих ног знакомую печь, стол и стулья. Он понял, что находиться в избе у того старика.

– Какой ужас! Как я здесь оказался? Ох… – травма головы давала о себе знать, – Так, нужно как-то отсюда выбираться.

И Ваня попытался встать, но только он приподнялся, как в голову резко стрельнула острая боль, и он лёг обратно.

– Нет, так я далеко не уйду.

Тогда Ваня осмотрел всё вокруг него. По левую руку была стена с заколоченным окном возле кровати, позади головы стояла небольшая тумба, на которой был маленький подсвечник. По правую руку, на расстоянии в 2 – 2,5 метра, была стена, на которой висела картина с изображением морской глади в вечернее время, а на полу, возле стены, лежал коврик, возле которого стояло две миски: одна с водой, вторая пустая. За тумбой была открытая дверь, которая вела в комнату, где стояли какие-то тазы и вёдра с водой, а за ногами Вани располагались уже известные ему печь, холодильник, стол, стулья и шкафы. Царивший ранее полумрак разбавлял свет от пары свечей, стоявших на столе в подсвечниках. Ваней овладел страх. И вдруг он услышал, как заскрипело крыльцо, а через мгновение открылась дверь. Спустя пару секунд он увидел, как к столу подбежала собака, покружилась возле стульев и села возле печи.

– Сейчас, Друг, будем кушать, подожди немного. Как там наш гость хоть? – раздался чей-то умиротворённый голос.

Мгновенно собака поднялась и подбежала к притворяющемуся спящим Ване, обнюхала его всего с ног до головы и негромко гавкнула.

– Ах, значит всё хорошо, говоришь? Сейчас посмотрим, – тут старик осторожно присел на край кровати.

Ваня мгновенно открыл глаза, резко поджал ноги к себе, обхватил их руками и испуганно крикнул:

– Что вам от меня нужно?! Как я здесь вообще оказался?! Я буду кричать!

Рядом с Ваней сидел голубоглазый старик, лицо которого было слегка морщинистым, с длинной ухоженной седой бородой, в длинных чёрных рыбацких штанах и не по размеру носимой светло-коричневой куртке. Пёс, спокойно отреагировав на крики Вани, лёг на пол, рядом с кроватью.

– Да что тут кричать – поблизости здесь никого нет, кроме нас. Успокойся ты, парень, вспоминай: ты пришёл к моему дому, я тебя прогнал, а ты побежал к оврагу и свалился в него. Я за тобой гнаться даже не думал. Тебе повезло – пёс меня потащил к оврагу, чувствовал, что что-то случилось. Я пришёл, тебя увидел, достал тебя из оврага, ну и к себе принёс – рана-то пустяковая. Голова, конечно, поболит несколько дней, но ничего – в следующий раз бегать не будешь туда, куда не просят. На вот лучше, попей, – и он протянул Ване термос, – чай, горячий, с малиной; сам собирал.

Ваня взял его, сделал несколько осторожных глотков, и в его сердце, наконец, пришёл покой: он перестал дрожать, сердце перестало бешено колотиться, резкая боль в голове сменилась размеренной.

– Спасибо вам, – сказал Ваня.

– Да ладно, это я ж виноват – перепугал тебя всего. Я же не думал, что так произойдёт. Но что случилось, то случилось. Сейчас попьёшь чай, и я отведу тебя домой, а то уже поздно – родители волнуются, наверное.

– Да, будут переживать.

– Ну вот.

Ваня осторожно делал глотки горячего чая, который очень ему понравился.

– А скажите, что это у вас за собака? – поинтересовался Ваня.

– Это мой самый близкий друг. Порода “золотистый ретривер” или “голден-ретривер” – очень и очень добрый ласковый пёс, всё чувствует, понимает – лучше, чем какой-либо человек.

Тут пёс поднялся с пола и положил голову на кровать так, чтобы хозяин погладил его по голове, что тот и сделал.

– Ты не бойся, он кусается только, если мне грозит опасность. Погладь его.

И Ваня впервые в жизни погладил собаку, на что она в ответ завиляла хвостом.

– Ну вот, видишь, ты ему понравился.

– И правда, – с улыбкой подтвердил Ваня, – А как его зовут?

– Разве я ещё не проговорил? Его зовут Друг.

– Друг? Как странно. А почему вы его так назвали – необычно?

Тут старик слегка прокашлялся, достал из внутреннего кармана своей куртки бутылёк с таблетками и принял одну, запив водой, находившейся в зелёной фляжке за пазухой.

– Как тебе сказать…

– Мама всегда говорит – если не знаешь, как сказать – скажи прямо!

– Твоя мама права. Что ж, я скажу, возможно, ты не поймёшь всё до конца сейчас, но поймёшь потом, – старик говорил медленно и спокойно, – Я с самого раннего детства был очень общительным, всегда легко заводил себе новых друзей. Но, видишь ли, как оказалось, не все те друзья, кого мы называем своими друзьями, считают так же про нас. Бывает, человек для тебя – целый мир, ты готов утонуть в нём, захлебнуться, а он, уже захлёбываясь, старается осушить себя и вылезти на сушу. Поэтому со временем я понял, что настоящих друзей у меня никогда не было – это были иллюзии друзей – так, приятели, знакомые, но не друзья. А пёс – друг, настоящий, он всегда рядом: в радостные моменты и в тяжёлые времена – это ли не является дружбой? Он больше, чем друг для меня – он мой мир, я живу только потому, что он живёт. Вот так вот.

Ваня задумался. Хоть и не так глубоко, но он понял ту суть, которую хотел донести до него седой старик.

– Да, наверное, вы правы. Интересно, почему я раньше собак так не любил?

На лице старика расплылась улыбка.

– Скажите, пожалуйста, вы вроде бы такой хороший, почему вы ни с кем не общаетесь? – задал очередной вопрос Ваня. Ему хотелось поподробнее узнать, почему старик был таким – странным.

Старик нахмурился, молча привстал с кровати, чтобы насыпать псу корма.

– Понимаешь, – начал он, – я больше так не могу – мне просто надоело жить с этими людьми, которые только и ждали, что я помогу им во всём, когда сами порой не спрашивали, как у меня дела. И знаешь, иногда я просто брал и переставал им помогать – всем – отвечать на их просьбы, просто стал игнорировать. Так знаешь, что тогда произошло? Они поняли свою ошибку? Нет, абсолютно нет! Они решили, что я – самовлюблённый тип, который был их другом, а внутри оказался “очень нехорошим человеком”. Вот так вот. А ты говоришь, люди… Они давно уже не люди. Хотя, нет, они – люди, но по отдельности человеком я никого не назову.

– Даже меня?

– Ты ещё очень мал. Человеком нужно стать. Со временем и ты им станешь, если, конечно, не вырастешь таким, какие составляют большую часть нашего общества.

– Нет, я не стану таким – я сделаю всё, чтобы не быть таким.

– Я очень рад, если это будет так, – с улыбкой произнёс старик, – Ну что ж, тебе пора домой.

Ваня отдал термос старику, тот поставил его на стол и помог Ване встать с кровати. Держа Ваню под руку, они вместе вышли на крыльцо. Пёс вышел следом.

– Я хочу вам сказать, что у вас прекрасный вид отсюда.

– Да, это точно. Он просто прекрасный. Ради такого вида я бы отдал всё. Хотя так и вышло. Давай, осторожно…

Они аккуратно спустились по ступенькам и направились к тропе. Море было абсолютно спокойным, небо было чистым, солнце наполовину закатывалось за горизонт – за море. Они шли и молчали, оба смотрели в сторону моря, оба смотрели на закат и понимали – на это можно смотреть вечно. И только пёс не смотрел на него, а быстро-быстро то обгонял спутников, то возвращался и кружил вокруг них, издавая нередкое “гав!”.

– Скажите, – прервал тишину Ваня, – это у меня последствия удара, или ваш пёс на самом деле улыбается?

– Тебе не кажется, это так. Это зря все думают, что животные, в частности собаки, не могут улыбаться – могут и улыбаются. Просто никто не пробовал это развидеть. А вы просто раз накормите его и выйдите погулять и тогда посмотрите на его морду – на эту радостную и улыбающуюся морду. Эта улыбка означает одно – ваш друг счастлив!

Так они дошли до тропы.

– Ну что, дальше я не пойду; ступай, а Друг с тобой пойдёт, проводит тебя до самого дома.

– Нет, я боюсь один идти! – возразил Ваня.

– А ты не один пойдёшь, я же говорю – с Другом, чем тебе не компания?

Пёс издал радостный лай и улыбнулся. Ваня увидел это и рассмеялся:

– И правда! Прости меня, Друг, дай лапу! – и протянул руку псу, а тот мигом протянул правую переднюю лапу в ответ.

– Ну, вот и славно, давайте, идите, поздно уже, – сказал с ноткой грусти старик.

– Да, вы правы. До свидания!

И Ваня с Другом направились по тропе мимо высоких сосен к дому. Вдруг из-за спины раздался мягкий крик:

– Ты, если что, заходи ещё.

Ваня обернулся:

– Хорошо, спасибо вам! – и махнул рукой. Старик махнул в ответ, и Ваня продолжил идти, как вдруг его осенило, он обернулся и громко крикнул:

– Дедушка, а как вас зовут?

Старика уже не было видно, но сквозь крик птиц и лесную тишь Ваня услышал:

– Алексей.

Добравшись до дома, Ваня распрощался с псом, который лизнул его по щеке и, виляя хвостом, убежал по тропе обратно, и вошёл в дом, где его уже ждали родители, чтобы отругать за столь долгие прогулки неизвестно где. Но только ему стоило войти, как Ольга Андреевна мигом обратила внимание на повязку у сына на голове.

– Боже мой, Ванька! Тебя где носило?! – вскрикнула мама.

– Мы с матерью тут уже перепугались все, ходили, искали по городу, хотели уже обзвонить всех, а тебя нигде нет, – добавил отец, – И что это, красавец, у тебя на голове лучше объясни?

Ольга Андреевна бросилась обнимать сына, а отец стоял, опираясь на стену, скрестив руки на груди.

– Да ничего страшного, – отвечал Ваня, – просто упал, ударился немного, зашёл к другу, там его мама перебинтовала. Всё хорошо!

– Ну, хорошо, если так, – строго сказал отец.

– Ой, ну ладно, вернулся и хорошо. Давай, иди руки мой и за стол, горе ты моё, – поцеловав сына, произнесла Ольга Андреевна.

– И правда, давай, да за стол, а то я есть хочу уже, а ты носишься всё где-то, а когда я голодный – ух… Бегите! – с усмешкой проговорил Станислав Сергеевич. Все рассмеялись.

Ужин прошёл в стандартной, но, по особенному, весёлой атмосфере. После него Ваня сыграл с отцом несколько партий в шашки и отправился спать. Спал он хорошо. Ему снилось море, снился домик у моря, снилась золотистая собака, которая бегала вдоль берега и улыбалась, и снился старик, который сидел в плетёном кресле на крыльце своей избушки и любовался морем.

На следующий день Ваня, позавтракав, проводив маму в магазин, пошёл гулять, но не площадку, на которой были Костя и Игорь, а направился по тропе – к морю. Он шёл к тому старику Алексею, который спас его.

Небо затянуло облаками – солнце не могло пробиться сквозь них. Ветра не было совсем, но воздух был прохладным. Не обращая ни на какие природные условия внимания, Ваня в своей лёгкой серой ветровке и синих джинсах уже подходил к избушке старика Алексея. И вот, он добрался до неё, взошёл на крыльцо и постучал в дверь. Через секунду он услышал лай, а ещё через две дверь открылась, и Ваня увидел седого старика и своего пса-спасителя.

– Здравствуйте, – застенчиво поприветствовал старика Ваня.

– Привет-привет, я знал, что ты придёшь, – с улыбкой ответил старик, – проходи.

И Ваня вошёл в дом, который уже был ему знаком. Только сейчас он рассмотрел, что же находилось за стеной, которая была по правую руку от него, когда он вчера лежал на кровати – у стены, разделявшей дом и внешний мир, у окна, стояли два старинных кресла, справа от них стоял небольшой шкаф, а у стены, разделявшей дом, стоял маленький комод, над которым висела картина с изображением какой-то девушки. Это всё, что наполняло эту часть избы. По сути, в доме было очень мало каких-либо предметов интерьера и домашнего обихода, но при этом в нём было очень и очень уютно. Это была такая маленькая уютная дача, на которую с удовольствием едут дети на лето. Но для старика Алексея эта изба была домом.

– Проходи, садись, – предложил старик, указав на одно из кресел у окна. Ваня опустился в кресло.

– Будешь чай? – предложил Ване Алексей.

– Да, с удовольствием!

Тогда старик мигом направился на так называемую кухню, а пёс, в это время, играл с изрядно потрёпанным теннисным мячом возле стола. Пока старик возился с чаем, Ваня рассмотрел шкаф и комод. Комод был маленьким, двустворчатым. На нём лежали два синих блокнота и две шариковые ручки. Ручки комода были будто вылиты из золота, однако золотыми они не были. В шкафу стояло огромное количество книг – только книги и больше ничего. Они были самые разные: толстые и тонкие, красные и синие, зелёные и чёрные. Но одна книга приглянулась Ване больше всех. Во-первых, таких книг в шкафу стояло три, а во-вторых, все они не были запыленными, в отличие от других. Ване стало очень интересно, что это за книги, но взять их он не посмел.

Тут пришёл Алексей:

– Вот, чай, держи, – и протянул Ване кружку горячего чая с клубничным запахом.

– Спасибо, – сказал Ваня и сделал пару осторожных глотков в то время, пока старик аккуратно присаживался в соседнее кресло.

– Ну, что, какой лучше – с малиной или с клубникой?

– С малиной, – сиюминутно ответил Ваня.

Старик расплылся в улыбке, которую заметил мальчик. Ваня обратил внимание на лицо старца в этот момент – оно хранило в себе какую-то загадку, оно было очень загруженным, а сейчас стало счастливым – глаза расплылись в улыбке, и всё лицо мгновенно изменилось.

– Скажите, как вам живётся в таком маленьком домике? – спросил скромно Ваня.

– Дак как – хорошо живётся, – замялся старик, – Для меня этот дом давно стал родным. Может быть, он, конечно, и мал, но не для меня. Да и вообще, сейчас мне всё кажется больше, чем есть на самом деле: эта избушка кажется большим домом, эта печь, – старик указал на маленькую печь в своей избе, – прекрасным камином, это море, – старик обратил взгляд за окно, – целым океаном.

– Это здорово, – задумчиво добавил мальчик.

– Кстати, скажи хоть, как тебя зовут? – спросил старик.

– Ой, да, точно, – улыбнулся Ваня, – меня зовут Ваня.

– Ну а я Алексей, – сказал старик, и оба они скромно посмеялись, – Ваня, расскажи о себе.

– Да что рассказать… Мне 10 лет, учусь в школе, недавно переехали сюда жить.

– Друзей то успел завести себе?

– Да, успел – много: в классе, да и на улице, гуляя, познакомился много с кем.

– Это здорово – радуйся этому!

– Я, безусловно, рад!

Старик сделал несколько глотков чая из своей кружки, которую он взял со стола и переставил на комод.

– А вы расскажите лучше о себе! Я-то не знаю, что рассказать, а вы уже столько живёте на этом свете – вам точно есть, что рассказать.

– Да что мне рассказывать – я даже не знаю, – замялся старик Алексей.

– Ну, расскажите о своих родителях.

– Родители умерли, уже давно, сначала мама, потом отец. Они были молоды, и оба умерли от инфаркта – однажды они сильно поругались, и маму хватил удар. Она умерла по дороге в больницу, а отец умер на следующее утро.

– Простите, я не знал, что они так грустно умерли.

– Да ничего, – старик ни сколько не изменился в лице, – это я пережил. Мне было тогда 18 лет.

Ваня резко поменялся в лице.

– Что? Они так рано ушли? – удивлённо спросил он.

– Да. Видишь ли, они очень часто ругались – очень, ты даже не представляешь себе, как часто. Каждый день я слышал их крики – они всё время что-то делили, спорили, не могли решить что-либо. Поэтому со временем я отстранился от них. Они стали мне чужими.

– Но как такое возможно? Родители – самые близкие люди для любого человека!

– Да, ты, несомненно, прав. Но в моём случае так, к сожалению, не было. Ты бы знал, как я хотел иметь нормальную семью, в которой каждый её член любит и заботится о другом. Но моих мечтаний для Вселенной было недостаточно – я продолжал жить так, как жил, – на лице старика показалась грусть, и глаза стали заплаканными, – Понимаешь, – трясущимся голосом продолжал он, – у меня до сих пор перед глазами стоит картина: я вхожу в дом, вижу маму, папу… и вот вижу их, а родителей… в них… не вижу… Это ужасно. Я не хочу говорить, что жил без родителей – нет, конечно, нет, но они были в моём фильме лишь до пятнадцатого сезона.

Из левого глаза старика потекла слеза, которую он тут же смахнул рукой.

– Это очень печально, – отозвался Ваня.

– Да, это так. Но ничего, жизнь продолжается, и вот – я живу дальше, – с наигранной усмешкой высказал старик, – А как дела у тебя в семье?

– У меня всё хорошо – папа, мама работают каждый день, а по вечерам мы с папой прогуливаемся по городу. Правда, знаете, – глаза Вани опустились, – я чувствую, что мне их не хватает. Я хочу проводить с ними больше времени: и с папой, и с мамой, но у них постоянно одно – работа. Мне кажется, порой, что я им надоедаю.

Старик задумался и сказал:

– Я понимаю тебя, твою ситуацию. Да, это непросто. Но послушай меня: как ты считаешь, твои родители любят тебя?

– Да, – ответил Ваня без раздумий, – да, очень.

– А почему ты в этом так уверен?

– Ну, – задумался Ваня, – потому что я чувствую это.

– А если ты чувствуешь это, почему тогда сомневаешься в их любви? Любовь – безграничное чувство, и если оно есть, то оно есть всегда. Оно не зависит от настроения или погоды, от количества солнечных лучей или объёма зарплаты. Если любовь есть – она будет и не иссякнет никогда, тем более родительская.

Ваня задумался и ответил:

– А знаете, ведь вы правы, наверное. Я подумаю над вашими словами.

– Подумай, но не затягивай с этим. Помни, жизнь – скоротечна. Нужно наслаждаться ей, делать счастливым себя и окружающих здесь и сейчас.

– И что, нужно всех окружающих сделать счастливыми?

– Да, всех до одного.

– Даже своих врагов?

– Даже своих врагов, но в какой-то степени. Если твой враг хочет, чтобы ты упал в яму, и выкопал её для этого – возьми лестницу и осторожно в неё спустись.

– Я запомню это. А как сделать счастливыми друзей?

– Для начала, тебе нужно понять, есть ли у тебя настоящие друзья. Как-то я в очередной раз невзначай просматривал список своих друзей в социальных сетях, и осознал, что мне подсознательно становилось неловко и тесно, потому что я представлял, что они все здесь – находятся рядом со мной. И когда я это почувствовал, то оглянулся по сторонам и увидел вокруг себя лишь стены, окна, шкаф и диван – никого из списка друзей. Вот когда к человеку придёт это чувство, только тогда он поймёт, насколько он живёт в виртуальности. Сейчас такое время. Поэтому, если ты дружишь с кем-то, старайся общаться с ними на улице, гуляя, а не по телефону или компьютеру – я прошу тебя.

– Да я итак не зависаю в этих гаджетах. Мама говорит, что в них сидеть вредно для глаз. Так, иногда даёт, конечно, зайти в интернет.

– Это очень хорошо. Значит, ты ЖИВЁШЬ, – старик выделил последнее слово, – а не живёшь, как все остальные.

Ваня немного не понял жеста, сделанного стариком. Тогда он обратил внимание на блокноты, лежащие на комоде.

– А что в них записано? – спросил он, указав на блокноты.

– В них немного записей о том, как я испытывал свои переживания, вымещая их в музыке.

– Вы занимались музыкой?

– Да, я играл на фортепиано.

– Это здорово! Вы, наверное, были талантом!

Старик улыбнулся.

– Кто-то может быть талантом и рождается, но я талантом стал. Да, стал, благодаря учительнице, которая появилась в моей жизни, когда мы с семьёй переехали в другой город. Её звали Наталья Андреевна Серебрянникова. Как сейчас помню, как я пришёл к ней в класс ещё совсем маленький, ничего толком не умеющий. Перед тем, как учится у неё, я учился у другого преподавателя три года, Ларисы Александровны, но эти уроки ничего мне не давали. Я не знаю почему, не помню. Но, что когда я пришёл к Наталье Андреевне, и она сделала из скромного и ничего не умеющего Алексея большого профессионала своего дела – это я помню точно. Помню, что уроки порой приносили даже слёзы, представляешь?

Ваня удивился.

– Да, слёзы. Это очень тяжёлый кропотливый труд – как и любое дело, если браться за него усердно. Поэтому я благодарен этому преподавателю, как никому другому.

Ваня начал представлять, как он мог бы выступать на сцене:

– Это очень здорово! Я представляю: вот, я выхожу на сцену, сажусь за фортепиано и начинаю играть какую-нибудь очень красивую музыку. Там-там-там-тааам…

Старик Алексей захохотал:

– Да, я представляю это! Но, знаешь, если бы ты занимался этим – я бы пришёл к тебе на концерт.

– Спасибо-спасибо, у меня уже есть поклонники.

Оба расхохотались.

– Так если вы музыкой занимались, может быть ещё чем-то? Расскажите ещё что-нибудь!

– Знаешь, если ты хочешь побольше узнать обо мне…

– Да, конечно, хочу, – прервал Ваня.

– … тогда возьми вот эту книгу, – и старик встал, подошёл к шкафу и взял одну из не запыленных книг и протянул её Ване.

Ваня рассмотрел тонкую книгу в руках: обложка была чёрно-белая, на которой был изображён мальчик, смотрящий на небо, полное звёзд. Внизу обложки был написан автор “Алексей Вольный”.

– Скажите, а кто автор этой книги? Я никогда не слышал о таком. Кто написал про вас? – спросил Ваня.

– И не мог услышать, этот автор не распространял слишком своих книг, писал для себя. Потом расскажу о нём.

– Хорошо, тогда я побегу домой – читать. Спасибо вам за чай.

– Тебе спасибо, что зашёл.

Оба встали, Ваня пошёл к двери, которую распахнул старик.

– Как прочитаю – сразу же зайду к вам.

– Хорошо, мы с Другом будем тебя ждать.

– Хорошо, до свидания!

– До встречи!

И Ваня побежал вдоль берега, не оборачиваясь, к дому, чтобы поскорее начать читать книгу неизвестного автора, который написал что-то о жизни доброго старика Алексея.

Ваня на всех парах прибежал домой, мигом поднялся к себе в комнату, устроился в мягком кресле и открыл книгу. Книга называлась “Я прошу тебя, ЖИВИ”. Она состояла всего из 40 страниц – поэтому на её прочтение у Вани ушёл примерно час. В книге описывалась жизнь мальчика, который переехал в новый город, поступил в новый класс, где он без памяти полюбил девочку, и на протяжении всей своей жизни он не смог её разлюбить. Как доносил автор – главная ошибка Алексея была в том, что он не действовал – боялся, и из-за своего страха упустил девушку, упустил счастье, упустил жизнь.

После прочтения книги Ваня задумался о своей жизни. Он отложил книгу на стол, стоявший неподалёку, лёг на кровать и стал думать о своей жизни. Он думал о том, как поступал Алексей в книге, и как поступал он сам; какие родители были у Алексея, и какие были у него; как прожил жизнь Алексей, и как живёт эту жизнь он сам сейчас. У Вани из головы не выходило название книги “Я прошу тебя, ЖИВИ”. Почему автор так назвал книгу? Почему он просит нас “жить”, будто мы не живём? А потом его посетила мысль:

– А ведь я так же боюсь познакомиться с Леной, как Лёша не хотел сближаться с Верой! В итоге, он очень жалел. Что же мне делать?

Ваня думал, представлял, мечтал. Так он пролежал около часа. После вскочил с кровати, схватил книгу, вышел на улицу и побежал к дому старика, чтобы рассказать ему, какие эмоции у него остались после прочтения книги о нём. Старик ждал его на крыльце, сидя в кресле. Они вместе прошли в дом, уселись на те же кресла, на которых сидели несколько часов назад, и Лёша поделился всеми своими мыслями, которые возникали в его голове.

Позже Ваня спросил:

– Дедушка Алексей, а расскажите поподробнее про эту девушку.

Старик потеребил свою бороду, поправил шерстяной свитер, который был на нём, и сказал:

– Вот, почему так: встретишь красивую девушку, красивую как внешне, так и душой; она тебе в самую душу западёт, а для неё ты абсолютно безразличен, наравне с остальными парнями?

– Может быть, – начал Ваня, – они не знают, что они так красивы?

– Возможно. Но что они точно не знают и не особо желают узнавать так это то, на что мы, парни, готовы пойти, чтобы быть рядом с ними, – тут старик улыбнулся, – Да, давненько я себя парнем не называл, – и рассмеялся.

– И всё-таки, – продолжил Ваня, – расскажите про ту девушку.

– Ну, начало-то тебе понятно – после стольких смешных похождений и раздумий я пришёл к тому, что всё-таки мне нравилась Вера. Да, это было так. И далее я правда думал только о ней, и, со временем, мы стали с ней близкими друзьями. Однако она могла с лёгкостью разделить со мной и радость, и горе, когда я мог поделиться с ней только новостями о погоде – это единственная тема, которую она поддерживала. Я сходил с ума – я думал, конечно, не только о ней, так как я старался заняться всем, чем только можно было, но она всегда была в моей голове и не на мгновение не покидала её. По правде сказать, она до сих пор не покинула её. Видишь портрет на стене, – и старик указал на картину перед собой, висящую на стене, – это она, правда, в далёком прошлом – другой фотографии у меня не нашлось.

Ваня рассмотрел картину.

– Какая красивая…

– Была… – прервал старик, – Она умерла несколько лет назад. А картину я повесил для того, чтобы каждый день, усаживаясь в это кресло, смотреть на неё, вспоминать свои ошибки и не совершать новые. Так сказать – не жалей о том, чего не сделал – жалей о том, чего не делаешь. Вот я и стараюсь делать, правда, запоздал немного. Помню, когда мы переписывались в соц. сетях, я всегда ждал её сообщения или ответа на моё, но, практически постоянно, она отвечала на мои сообщения только в течение долгого времени, порой дня; хотя она видела мои сообщения. Вот такой я был близкий для неё друг. Я тогда считал, что она не отвечает мне потому, что занята. Но в один момент я понял – было бы желание, а время всегда найдётся. Но, даже осознав это, она не переставала жить в моей голове. Я болел ей, и эта болезнь была неизлечима. Часто мне становилось больно даже от её слов, – старик поднял глаза в потолок и опустил обратно, в пол, – Она произносила такие фразы, как “люблю тебя”, “обожаю тебя”, “ты мне нужен” и прочие в этом роде. Казалось бы, это значит, что она действительно считает меня частью своей жизни, но это было не так. Все эти фразы она произносила так, между делом – в шутку, понимаешь, в шутку! – глаза старика стали очень печальными, но голос был всё такой же спокойный и размеренный, – Вот ты скажи мне, это смешно? По-моему, нет. Но ничего – это я тоже пережил. И жизнь продолжала идти в своём темпе, – глаза приобрели прежний вид, – Я продолжал видеть её каждый день такой счастливой, красивой, весёлой, но не со мной. Вот это было больно.

Тут старик слегка наклонился вперёд и замер в таком положении на пару секунд, потом резко приложил левую руку к сердцу, а правой потянулся во внутренний карман, достал оттуда тот же бутылёк, что в день спасения Вани, отсыпал из него одну таблетку и проглотил её, запив водой всё из той же фляжки, находившейся всё там же, за пазухой.

– Скажите, а что это за таблетки вы принимаете? – поинтересовался Ваня, – Вы болеете?

Старик попытался улыбнуться, но у него плохо получилось.

– Да нет, это витамины – ничего такого.

Но Ваня слабо верил словам старика Алексея.

– Я не закончил тебе рассказывать. Так вот, шли дни. Я видел её счастливой каждый день, весёлой, но не со мной. Я неимоверно поддавался печали, но не мог ничего поделать с тем, что я в её душу никак не мог попасть. Как бы это не звучало странно и эгоистично, но я не хотел видеть её счастливой – я хотел видеть её несчастной и грустной, только тогда она нуждалась во мне; я чувствовал, что я ей нужен. Когда у неё было всё прекрасно, она не вспоминала обо мне, никогда. И просто однажды я сказал себе “Да пошла она к чёрту!”. И, знаешь, она ушла. Я был счастлив… – старик сильно закашлял, отпил воды из фляжки и продолжил, – А знаешь, ведь это неправда. Я понимаю, что это неправда и всё равно верю в это. Говорят, что обмануть самого себя невозможно – возможно, я обманывал себя всю свою жизнь. Я потерял часть себя, когда потерял её, хотя я понимал, что моей она никогда не была. И вот так, со временем, я потерял её, потом остатки “друзей”, а потом и всех, с кем близко общался. Так до конца жизни я не смог найти ни любимого человека, ни близких друзей. Вот так вот как-то от меня все ушли.

– Простите, конечно, а может это вы ушли от всех? – начал Ваня, – Вы ведь сами к себе никого не подпускаете, никому не доверяете, а потом сидите, грустите, злитесь на жизнь и думаете, почему же у вас нет настоящих друзей. Мне кажется, это ваша главная ошибка – вы отвернулись от общества. Вы боитесь, что вас предадут люди, не замечая, как предаёте себя сами.

– Знаешь, – отвечал ему старик Алексей, – ты прав. Да, я действительно никого к себе не подпускал и не подпускаю до сих пор. Но ты же понимаешь, почему. Меня слишком много раз предали до совершеннолетия, слишком много. Когда мы один раз залезем рукой в костёр и обожжёмся, мы же больше в него не полезем? Конечно, нет. Сейчас что-то менять я уже считаю бессмысленным – я слишком стар для этого. Вот я и живу здесь, с верным псом Другом, который никогда не предавал ни меня, ни мои чувства. Я совершил огромные ошибки, за которые расплачиваюсь до сих пор. Но так сложилась моя жизнь – я не изменю прошлое и не желаю менять будущее. Я решил сделать акцент на настоящем. Поэтому и живу здесь, у моря, с верным псом Другом. Вон он, носится сейчас где-то, радуется жизни, как и я же, наверное.

Настала тишина. Они оба сидели, молчали и слушали море. Слушали море и думали о своих жизнях и о жизнях друг друга. Здесь не нужно слов – все слова были уже сказаны. Тишину прервал старик Алексей.

– Скоро начнёт темнеть, тебе пора идти.

– Да, – отозвался Ваня, – вы правы.

Они встали, вышли на крыльцо, обратили взгляд на море и застыли в таком положении. Они продолжали смотреть и думать, думать и смотреть – слишком много информации для размышления появилось у Вани, и слишком много информации вспомнил старик Алексей. Небо очистилось от облаков, солнце приближалось к морю, дул лёгкий теплый ветер, птицы кружили над водой в поисках рыбы. Весь мир погрузился в спокойствие. Умиротворение. Но всё же вскоре Ваня сказал:

– Ладно, дедушка Алексей, мне пора идти. Скажите мне напоследок, а кто всё-таки автор этой книги?

Старик потёр руку об руку и сказал:

– Это я. Я написал эту книгу.

Ваня без малейшего удивления произнёс:

– Хочу вам сказать, я догадался, что это были вы. Спасибо вам за эту книгу, да и вообще – спасибо за всё. Теперь у меня столько всего, что нужно обдумать.

– Пожалуйста, Ваня. Я был бы очень рад, если тебе правда помогут мои наставления и рассказы из моей жизни. Давай, ступай домой, а то родители будут волноваться.

– Хорошо, до свидания, дедушка Алексей.

– Прощай, Ванька.

Ваня повернулся к тропе и направился к ней. Пройдя несколько десятков метров, он резко обернулся на крик старика:

– Ваня, я хотел тебе сказать кое-что.

– Что вы хотели сказать?

– У меня просто к тебе просьба, Ваня: будь берегом – принимай морскую волну. В скором времени она уйдёт, зато оставит тебе много красивых ракушек.

Вновь повисла тишина.

– К чему вы это, дедушка Алексей? – отозвался Ваня.

– Ни к чему. Просто, прошу тебя – помни об этом.

– Я обещаю вам. До свидания!

– Прощай, Ваня.

Ваня повернулся обратно и продолжил путь домой.

Школьный день закончился. Ваня пришёл домой, пообедал и пошёл гулять на площадку, где уже были Игорь и Костя.

– О, Ванёк, – радостно встретил друга Игорь, – ты где пропадаешь?

– Да я тут гулял неподалёку, – сказал Ваня, указав на тропу.

– Один к морю ходил что ли? – спросил Костя.

Ваня помялся и ответил:

– Да, вдоль берега ходил, любовался морем.

– Это дело хорошее, – сказал Игорь, – Ну, что, предлагаю пойти ко мне – у меня погоняем в приставку. Идём?

Мальчишки обрадовались и хором ответили “ДА!”. Через несколько минут они уже сидели у Игоря дома, играя в приставку. Конечно, такие игры завлекают любого мальчишку, но Ваня почему-то не переставал думать про вчерашний вечер. В его голове крутилась фраза Алексея “будь берегом – принимай морскую волну. В скором времени она уйдёт, зато оставит тебе много красивых ракушек”. Он с удовольствием вспоминал их посиделки в его небольшом, но таком уютном домике у моря. Ваня уже пропланировал: сейчас он пару часов поиграет с ребятами, потом скажет, что ему нужно помочь маме, а сам уйдёт к старику в избушку.

День был солнечный, облака не осмеливались появиться на небе и помешать солнцу делать этот день прекрасным. Мальчишки всё так же играли в приставку, как вдруг они услышали громкий лай собаки. Игорь подбежал к окну, выходящему на крыльцо, и увидел там собаку.

– Что там? – спросил Ваня.

– Да какая-то собака. Ничего, сейчас папа приедет – отгонит её.

– Погоди, а что за собака?

– Да обычная: лохматая, золотистого цвета.

Ваню, как осенило. Он подскочил, подбежал к окну и увидел на крыльце дома пса старика, Друга. Ваня тут же ринулся в коридор.

– Эй, ты куда побежал? – только успел крикнуть Игорь, но Вани уже след простыл.

Ваня выбежал на крыльцо, и пёс мгновенно подбежал к Ване, слегка прикусил его за толстовку и потащил с крыльца.

– Эй, Друг, куда ты меня тащишь? – Тут в голове у Вани всплыли слова старика про то, что пёс – никогда не бросал его, – Что-то случилось с Алексеем? – Тут пёс поднял голову к верху и громко гавкнул.

– Ну, так побежали, скорее!

И пёс бегом спустился с крыльца и направился по тропе к морю – Ваня направился за ним. Погода немного ухудшалась: на небе появлялись густые облака, ветер становился более холодным, но был всё таким же спокойным, и лишь солнце продолжало освещать своими лучами в полной мере. Ваня бежал за псом к морю, к домику – к старику. Им двигала только одна мысль – “Быстрее! Не останавливаться!”. И вот, он выбежал на берег и повернул к домику старика. Пробежав несколько метров, он увидел вдалеке домик Алексея, возле которого стояла полицейская машина. Наконец, добравшись до домика, Ваня увидел людей в форме, которые уже, было видно, собирались уезжать. Пёс сел рядом с Ваней, который встал возле крыльца. Тут один из полицейских, молодой сержант в форме, обратился к Ване:

– Мальчик, тебе чего тут нужно?

Ваня немного испугался:

– Скажите, что-то случилось? Скажите, пожалуйста! – умолял Ваня.

– Мальчик, тебя это вообще не касается, – отвечал сержант, – Давай, иди домой лучше.

Тут из домика старика вышел зрелый короткостриженый мужчина высокого роста одетый в бежевый пиджак и чёрные джинсы. Он подошёл к Ване и обратился к коллеге:

– Отставить, сержант! Иди, садись – мы здесь закончили.

И сержант покорно пошёл устраиваться в машину, а мужчина обратился к Ване:

– Мальчик, скажи честно – что ты здесь делаешь? Я знаю, что сюда не ходят ребята – им родители говорят об этом месте. Говори честно – ничего тебе не будет.

Ваня испуганным голосом отвечал:

– Я знаком со стариком, живущим в этом доме, и меня сюда привёл сейчас его пёс. Скажите, с ним всё в порядке?

Мужчина сразу поменялся в лице:

– Ты говоришь про Алексея Вольного, который здесь жил?

– Да, про него!

– Дак вот, парень, как тебя зовут?

– Ваня.

– Так вот, Ваня, в больницу примерно час назад прибежал этот пёс, – мужчина указал на Друга, – и начал громко лаять. Охранник пытался его отогнать, тогда пёс подошёл к медсестре и потащил её куда-то. Хорошо, что эта медсестра очень любила животных, и она пошла вместе с ним. Пёс привёл её в этот дом, где медсестра обнаружила лежащего на полу, как оказалось позже, Вольного Алексея Романовича. На момент, когда она зашла в дом, он был уже мёртв. Как оказалось, у него было больное сердце. Мне очень жаль, – мужчина посмотрел в глаза Ване, – Почему-то мне кажется, что ты знал его очень близко.

Ваня был в шоке. Из глаз начали течь слёзы – поэтому Ваня опустил голову и степенно ответил:

– Да, я его знал. В последнее время он близко со мной общался.

– Хорошо. Насколько я слышал, у него нет никаких родственников, и он ни с кем не общается, а с тобой он, значит, общался? – поинтересовался сотрудник полиции.

– Да, общался. Я вам скажу прямо – он просто нашёл того, кому можно было рассказать всю свою жизнь.

– Значит, ты – единственный человек, близкий ему.

С этими словами, мужчина достал из наружного кармана пиджака небольшой ключ и протянул его Ване:

– Тогда, мне кажется, что это стоит отдать тебе – держи.

Ваня взял ключ.

– К сожалению, люди не вечны, как и всё в этом мире. Жалко только то, что люди поздно это понимают, – сказал с грустью мужчина, – Я поеду. Удачи тебе, Ваня.

С этими словами мужчина сел в автомобиль и скрылся на нём из виду.

Ваня стоял возле домика у моря с ключом в руках и с собакой в ногах. Он стоял, плакал и никак не мог поверить в то, что произошло. Казалось, что весь мир, только что образовавшийся вокруг него – рухнул, и ничего не осталось, только пустота.

Спустя несколько минут, его ноги окрепли, он набрался силы и медленно вошёл в дом, пёс степенно шёл за ним. Ваня отворил дверь и вошёл в пустующую избушку. Всё, кажется, было, как раньше, но сдавленность в сердце позволяла думать иначе. Печь была открыта, кровать заправлена, а на столе стоял термос и две кружки. Ваня подошёл к столу, взял и открыл термос – в нём оказался горячий чай с малиной.

Небо было заполнено облаками – солнце едва пробивалось сквозь них. Ветер стих – стояла абсолютная тишина. И лишь море всё так же шумело. Оно жило и продолжало жить. Его жизнь никогда не закончится, в отличие от жизни людей, даже тех, которые нам дороги.

Была суббота. Стоял солнечный день. И хотя на небе виднелись стаи белоснежных облаков, это не мешало солнцу согревать своими лучами.

Несколько дней назад Ваня привёл домой собаку, сказав родителям, что её подарили ему, так как теперь уже бывшие хозяева не могут больше за ней ухаживать. Родители приняли этот жест доброй воли за что-то подозрительное, зная то, как их сын боится собак. Ваня предугадал их реакцию и пояснил в тот же день:

– Мам, пап, вы зря волнуетесь. Я не боюсь больше собак – я люблю их. Сильнее их я только вас люблю, – с этими словами он подошёл к маме, и она сильно обняла его, – Мам, пап, вы простите меня за то, что я обижался на вас, что вы всё время на работе. Мне правда вас не хватает, но теперь я буду смотреть на мир по-другому – теперь для меня всё будет казаться несколько большим, чем есть на самом деле. Мне кажется, это секрет счастливой жизни.

Родители улыбнулись и осознали, насколько хорошего сына они воспитали.

– Так, ну что ж, собаковод, будешь гулять с ней?

– Конечно, буду! Он ведь, в отличие от человека, так мало требует.

– О, это точно, – усмехнулся папа, и все они рассмеялись.

Вот так семья приняла Друга.

А сегодняшний день начинался так: Ваня не рано проснулся, позавтракал, выбежал на улицу и направился к площадке, где были Костя и Игорь, а рядом с ним бежал золотистый пёс.

– Ух ты, Ванёк, – вскрикнул Игорь, – откуда это у тебя собака? Ты же их как огня боишься!

Костя так же стоял в удивлении, дожидаясь ответа Вани.

– Да, вот, а теперь я их люблю. Это мой пёс, его зовут Друг.

Ребята рассмеялись.

– Чего? Как зовут? Друг? Почему такое имя? – выговаривал, прерывая смех, Игорь. Ваня же спокойно отвечал:

– Вы зря тут обхохатываетесь, ведь вы даже представить себе не можете, через что он прошёл, хоть он и пёс. Да, его зовут Друг, и я рад этому и горжусь, что он у меня есть, потому что только собаки могут дарить безграничную любовь. И собака, в отличие от человека, может сделать больно лишь однажды – когда её не станет. Вот в этом она очень схожа с человеком.

Мальчишки призадумались. Костя отвечал:

– Да, ты прав, Вань. Да ладно, хорошее имя, да, Друг? – обратился он уже к псу и протянул ему руку, на что тот в ответ протянул лапу и радостно гавкнул.

– Да, Вань, прости, – говорил Игорь, – Классное имя.

– Ты лучше, Игорь, расскажи про Машку, – прервал его Костя.

Ване стало интересно, что же произошло у них. Тогда Игорь рассказал:

– Да, в общем, думал я над вашими словами, думал, ну и решил, что вы всё-таки правы – я решил сказать ей прямо, что она мне не нравится. Но, представьте себе, когда я собирался с ней поговорить об этом, то у меня в голове сразу стали всплывать её положительные стороны! Она ведь и умная, и красивая, и вообще… – Игорь закатил глаза, – Так что, я не знаю, как это сказать, но, наверное, она мне теперь тоже нравится.

Ваня с Костей стояли и просто улыбались и радовались за друга. Он, наконец, разобрался в себе.

– Ну, вот и славно, – добавил Ваня, – Вот и славно.

И хоть на лице его была улыбка, внутри он думал про Лену. И тут, о боги, появилась она! Внутри Вани всё задрожало – Лена шла прямо на площадку вместе с Юлей. Девочки поздоровались с мальчиками – мальчики поприветствовали их в ответ. Так, вместе они прогуляли до самого вечера. Первыми домой ушли Юля и Костя, далее ушёл Игорь – на площадке остались Ваня, Лена и пёс.

– Вань, а можно погладить? Он не кусается? – с опаской спросила Лена.

– Конечно можно! Он не кусается, хотя нет – кусается, но только тогда, когда мне грозит опасность – смело отвечал Ваня.

И Лена погладила пса. Спустя несколько минут Ваня начал говорить с Леной: спрашивал – как у неё дела, чем она увлекается и задал ещё много вопросов, а также рассказал о себе. И разговор между ними как-то завязался и шёл так до тех пор, пока родители Лены не позвали её домой. В тот вечер Ваня был счастлив и с улыбкой на лице направился к морю, зазывая пса с собой.

Он вышел к берегу – море не было тихим, оно не шумело – оно было собой. Плеск волн, крики птиц и лёгкий вечерний бриз – всё это окружало Ваню, стоявшего возле домика старика. Спустя несколько минут он поднялся на крыльцо и опустился в плетёное кресло, а пёс лёг возле его ног. Ваня сидел и смотрел на море. Рядом с ним был его Друг, он, наконец, познакомился с нравившейся ему девочкой и понял родителей – Ваня был счастлив. Единственное, чего ему сильно не хватало, это седого старика Алексея. Сейчас бы он с удовольствием посидел с ним в креслах у окна и послушал его истории о жизни. Но хоть его больше нет на земле, он навсегда остался в памяти Вани. И так, вспоминая радостные моменты своей жизни, связанные со стариком Алексеем, Ваня сидел в плетёном кресле, в ногах у него лежал верный Друг, а перед ним ласково плескалось синее море. Теперь у Вани появилось любимое место – построенный ещё в прошлом веке, маленький, но такой уютный и родной сердцу домик у моря.