По ту сторону

«Странные ощущения, похоже на сон… Откуда всё это – трава, цветы, горы? Из зимы да в лето, не понимаю, что происходит. А может, я действительно сплю? Чушь какая-то, полная чушь! Нет, если я бы спал, то не смог бы этого понять, во сне человек не осознаёт, что спит, а принимает всё за реальность, а я помню себя… А что же собственно я ещё помню? Да всё я помню, всё… как пришёл домой, как разговаривал с дочерью… И что же потом? А потом – хоть убей, какой-то провал!.. Где же я?!» – недоумевало моё сознание.

Я ещё раз огляделся по сторонам и прислушался. Тишина стояла невообразимая, просто оглушающая звенящая тишина. За всё это время я не услышал ни одного знакомого мне звука. Но уже вскоре я понял, как глубоко ошибался. Здесь звучало буквально всё: воздух, травы, цветы и видневшиеся вдалеке горы, но эти звуки умиротворяли своей естественной гармонией, разливаясь по округе изумительной по красоте мелодией. А ароматы, исходившие от всей этой необыкновенной жизни, просто переполняли меня пьянящей радостью. На какое-то время я забыл даже о своих сомнениях и тревогах. Чтобы случайно не вспугнуть, не нарушить тончайшую гармонию природы я замер, сейчас мне хотелось лишь наслаждаться, как можно дольше наслаждаться этим желанным ощущением. Но позже любопытство всё же напомнило о себе, я встряхнулся от блаженного забытья и направился в сторону гор. Нет, я не шёл, а скользил по траве, ощущая её невесомую шелковистость. Здесь всё было иначе, и даже свет, истекавший неведомо откуда золотистым сиянием не мешал зрению, а рассыпался дружелюбной улыбкой. Вскоре до меня наконец-то дошло, что я лишился физического тела и в тоже время я прекрасно понимал, что существую и не только существую, но продолжаю мыслить и чувствовать. А ещё я понял, что моё новое тело не только однородно по свойствам, но и созвучно с этим живым природным океаном. Неожиданное открытие меня не просто обрадовало, а окрылило! И я действительно воспарил над поверхностью этого удивительного мира и полетел к видневшимся вершинам, как не раз бывало раньше в волшебных детских сновидениях. Через некоторое время я опустился у подножия великолепных гор. Изогнутыми зелёными гребешками они поднимались прямо к небесной лазури, просвечивающей сквозь тончайшую вуаль нежно-золотистой дымки. Там в вышине гордые вершины уже укрывались величественными белоснежными шапками. Я долго не мог оторвать взгляда от этой непередаваемой красотищи, не мог надышаться запахами её свежести и чистоты! Мне казалось, что я наконец-то обрёл своё, настоящее, о котором, несомненно, знал раньше и подсознательно помнил всегда. Поэтому, наверно, и стремился в земной жизни к лону природы, чтобы хоть как-то успокоить невыносимую тоску своей души по утраченному дому. Несмотря на радужное настроение, мысли о близких мне людях ноющей тревогой напомнили о себе:

«Что же там произошло?.. Что стало с земным миром, с дочкой, женой, где они, где все?.. Неужели я здесь совсем один? Не может быть! Должен же кто-то быть ещё! Кто-нибудь ответит мне?!»

– Узнаешь, – прозвучал спокойный и величественный голос.

– Кто это?.. Что вы сказали?! – непонимающе воскликнул я и стал оглядываться по сторонам.

«Странно, может, показалось? Галлюцинаций мне ещё не хватало до полной кучи. Нет, всё же слышал, точно слышал. Здесь кто-то есть, надо искать!» – вначале усомнилось, но затем встрепенулось моё сознание.

Не раздумывая, я легко оттолкнулся от поверхности земли и полетел вдоль горной гряды, стараясь обогнуть её с левой стороны. Меня несла какая-то неведомая сила, но создавалось впечатление, что управляю ею я сам. Чуть позже моему взору открылась необозримая водная гладь, переливающаяся в дымке света красками отражённых небес. По мере моего приближения всё отчётливей проявлялась береговая линия, которая раньше пряталась за горами и ускользала куда-то за горизонт. И вдруг к своей радости я увидел на золотистом берегу одинокий силуэт человека. Подлетев поближе, я разглядел, что это была молодая женщина или девушка, одетая в нежно розовое платье. Она задумчиво глядела вдаль и, видимо, любовалась красотой безмятежного моря. Чтобы случайно не испугать незнакомку, я приземлился заблаговременно в стороне от пляжа и оставшуюся часть пути проделал пешком (если, конечно, свободное скольжение можно было назвать ходьбой). Вступив на золотистый песок, я остановился, пытаясь собраться с мыслями. Но в этот момент девушка обернулась:

– Папа, ну где ты так долго? Я уже заждалась!

– Настюша? – не поверил своим глазам я.

Я не сразу узнал свою дочь, свою маленькую дочку, вернее, конечно – узнал, но не мог поверить, что такое возможно. Передо мной стояла не маленькая девочка, мой звонкий колокольчик, а красивая девушка.

– Это я, папа, не пугайся, – улыбнулась она и направилась ко мне.

– Настя… Настюша, я ничего не понимаю… Как это возможно?– пролепетал я в ожидании ответа.

– Не удивляйся, просто я всегда хотела стать взрослой… А ты разве не заметил, что и твои мечты сбылись? Погляди вокруг, ты ведь всегда стремился к этой красоте. Этот мир любит и ценит искренность желаний, – пролился звонким ручейком её голос.

– Да, ты права, дочка, мечтал… и почти догадался о связи своих мыслей с этим миром, – проговорил я, понимая, что мы общаемся на уровне мысли.

– Конечно, телепатически, здесь по-другому и не возможно… не удивляйся, здесь всё иначе, – подтвердила мою догадку Анастасия, подойдя вплотную ко мне.

Её аура заиграла тончайшими переливами красок, и нежные живые лучики света потянулись ко мне, проникая со всех сторон в мою душу, обнимая её теплом радости. Никогда я не чувствовал такой полноты счастья, такого безграничного блаженства и понимания. Я словно оказался в природном цветнике из прекрасных роз, благоухающих чудесными ароматами.

– Я люблю тебя, папа, – отозвался где-то внутри меня родной голос дочери.

– Я тоже люблю тебя, солнышко моё, – с нежностью ответил я, всё ещё находясь в неге блаженства.

– Ты, наверное, хочешь знать, что произошло? – вдруг спросила она.

– Конечно, хочу… мне вообще всё непонятно… Где Ольга, где все остальные люди? Ты знаешь?

– Знаю. Об этом много говорили, но мало кто верил. Произошло лишь то, что давно было обещано людям.

– Ты хочешь сказать, что Земли больше нет, она погибла?! – вырвалось из меня страшное предположение.

– Нет, Земля осталась, только звучать стала по-другому…

– Это как же?

– Звучание её ауры стало выше, на целую октаву, если так можно выразиться, а будет ещё выше.

– Ты имеешь в виду частоту излучений или вибраций? – наконец сообразил я.

– Ну да, это я и хотела сказать… произошла как бы перезарядка магнитного поля Земли.

– Чёрт возьми!.. Да это же катаклизмы, массовое сумасшествие, психический падёж! – выхлестнули из меня эмоции.

– Папа! – укоризненно взглянула на меня Настя. – Не надо так говорить и не всё так плохо, как ты думаешь, мы просто вступили в новую эпоху, и шанс будет дан каждому, для этого мы здесь и находимся.

– Ты знаешь что-то ещё? – уже более спокойно спросил я.

– Не спеши, нам обо всём скоро расскажут.

– Ну хорошо, хорошо… А почему именно мы с тобой здесь, почему без мамы?– не унималось моё встревоженное любопытство.

– Я знала про этот мир и раньше, я пыталась тебе об этом сказать. Ты ведь помнишь?

– Ну да помню, но тогда я не совсем тебе поверил…

– Но хоть чуточку же поверил! – рассмеялась она и уже вполне серьёзно пояснила:

– Когда это случилось, ты уже был в пограничном состоянии, тебе лишь немного помогли… а мама была ещё не готова. Ты не беспокойся, с ней всё будет в порядке. А теперь, папа – Игорь, нам пора, нас ждут.

Едва дочка произнесла последние слова, как пространство вдруг преломилось, и видимая картинка окружающего мира моментально растаяла на наших глазах, исчезнув в ослепительно белом сиянии. В тот быстротечный миг меня вдруг осенила безумная догадка, мне показалось, будто все окружавшие нас декорации вместе с нами – было лишь мыслью внутри какого-то глобального непостижимого сознания. И вот теперь оно оставило прежнюю мысль и переключилось на другую, как бы пролистнув страницу пространственной книги, предлагая нам ознакомиться с другими главами загадочной повести. Если честно, то я даже не успел испугаться, всё произошло так неожиданно, но в то же время необыкновенно, немыслимо волшебно, что я просто решил промолчать, не желая назойливо вторгаться в сие неисповедимое таинство. Теперь мы уже находились внутри безграничной и необыкновенно живой сферы, излучавшей насыщенный золотистый свет, равномерно разливавшийся по всему внутреннему пространству вместе со звуками неземной мелодии. Эту песню сферы трудно было с чем-либо сравнить: в ней виделась бесконечная звёздная даль, чудесный миг расцветающей красоты, слышался неизречённый шёпот любви, и нежный трепет пробуждающейся жизни… Здесь мы оказались не одни, вокруг нас были люди, точно в таких же тонких «одеяниях». На лицах всех этих людей лежала печать светлой торжественности в ожидании чего-то особенного и значительного. Со всех сторон в наш адрес раздавались добрые слова приветствий и понимания, а мы, естественно, отвечали тем же. Между тем приглашённые всё прибывали, и постепенно их собралось (по моим скромным подсчётам) до нескольких тысяч, а может, и того больше.

– Ждать осталось недолго, скоро он появится, – заговорщически шепнула мне Настя.

– Кого ждём то? – не совсем понял я.

– Одного из Учителей, – пояснила дочка.

Дальнейшие наши разговоры прервала ослепительная вспышка, и пространство прямо над нами разверзлось, раскрывая своё огненное чрево, из которого медленно выплыл огромный светящийся шар. А потом наступила тишина, безграничная тишина… В безмолвии пролетавших мгновений меня охватил необъяснимый трепет, который совершенно нельзя было назвать страхом… нет, это было нечто иное, невыразимое, но настолько величественное и священное, о чём невозможно поведать словами. Казалось, шар дышал самой жизнью, жизнью созвучной музыке небесной дали и укрывал притихшую округу светом своей сияющей ауры. Мне даже почудилось, что внутри шара проявился прекрасный величественный лик человека. От сверкающей сферы исходила просто непостижимая сила, словно рентгеном просвечивающая каждого из нас, и невозможно было что-либо утаить от этого всепроникающего взгляда. Могучий разум шара не подавлял, не унижал нас своим превосходством, а призывал приобщиться, причём совершенно искренне к немыслимой силе своей любви. Наконец прозвучал его голос. Он не показался мне громогласным, он был очень проникновенным и одновременно завораживающим. Создавалось впечатление, что он звучал для всех и в то же время для каждого в отдельности.

– Я приветствую вас, входящие в поток! Вы находитесь в сфере Прообразов. До недавних столетий этот незримый план был доступен лишь избранным. Почему именно вы? Ответ прост – вы заслужили это почётное право, заслужили своей верой и преданностью. Сознательность в человеке подобна цветку лотоса скрытого внутри семени, и чтобы пробиться прекрасному дитя из тьмы и раскрыться во всей своей красоте – нужно время. Ваше время пришло, сей час настал. Да будет так! Земля, как и все мы, несёт нелёгкое бремя, но это тягота прекрасна в преддверии сиятельного будущего. Сбылись былые пророчества, Дракон мудрости уже дохнул свой пламень на Землю, объявший её огненным вихрем, чтобы освободить от скверны и наделить новым звучанием. Новое уже грядёт! Пространственный огонь призван расчистить для него место. Но настройкой тональности звучания планетарной ауры предстоит заняться всем нам. Не для отдыха мы призвали вас, а для большой работы! В переходное время произойдут перестройки в полевых структурах Земли, сила гравитационных полей изменится, и вместе с этим плотность земных тел, со временем у людей появятся совершенно иные возможности…

Его слова были простыми и понятными, они находили отклик в каждом из нас даже несмотря на различие собравшихся людей по национальности, вероисповеданию и земным профессиям. В эти минуты нас объединяло нечто другое, наверное, общность душ. Но, несмотря на такое воодушевление, мысли о судьбе своих родных всё же напоминали о себе.

И будто предвосхищая эти вопросы голос Учителя произнёс:

– Знаю, вы озабочены состоянием планеты и судьбой своих близких, вас пугают возможные последствия. А вам не кажется, что сумасшествие уже давно стало нормой земного мира? Он стал прагматичным и неискренним, его покинула душа. Бездуховность, братоубийственные войны, ненависть, корысть, лицемерие, разврат… Можно долго перечислять язвы человеческой самости. Вы же сами не раз возмущались таким положением. Разве не так?

Трудно было что-либо возразить по этому поводу, но собравшиеся люди, несомненно, хотели верить только в лучшее, и ждали ещё чего-то важного…

– Хорошо, я всё покажу, – произнёс голос Учителя.

Не властно, а мягко и естественно могучий разум Учителя втянул наши податливые сознания в фокус своего видения, и мы смогли увидеть земной мир его глазами. Это зрелище не пощадило бы психику слабонервных, картина была не просто унылой, а зловещей! Мы с болью глядели на безжизненную цивилизацию, на заброшенные улицы городов с застывшими в беспорядке автомобилями, на зиявшие пустотой тёмные стёкла домов, ощущали на себе резкие порывы колючего ветра, разгонявшего по унылым улицам кучки брошенного мусора. А тем временем небо буквально разрывалось от ослепительных вспышек молний и чудовищных раскатов грома. Океаны же буйствовали невиданными доселе штормами, обрушивавшимися неистовой силой на прибрежную землю. И так было везде, на всех континентах. Какая-то часть населённых пунктов серьёзно пострадала от стихийных бедствий, но, видимо, разрушительные катаклизмы всё-таки пощадили нашу милую Землю.

«Но где же люди?» – думал в те минуты каждый из нас. Мы с надеждой пытались отыскать хоть какие-то следы жизни, но тщетно, их не было на островах, в городах и вокруг них, даже леса и те осиротели, лишившись своих обитателей.

– Не пугайтесь, люди вместе с животным миром пребывают в бессознательном сне в околоземных сферах. Но когда придёт срок, обратно вернутся далеко не все, а лишь те, кто готов очистить свои духовные зёрна от плевел. Остальным же суждено воплощаться в мирах низших, пока не заслужат право на возвращение. Такими мерами мы добились главного: тёмные хозяева Земли уже покидают планету, вскоре уйдут все оставшиеся и горизонт будущего очистится. Тёмные духи не выдержат пламени огня пространственного, тем более, что уже лишились человеческого лакомства, его энергии, питавшей их долгие тысячелетия. Здесь они обречены! А Землю мы уберегли, нам удалось локально разрядить назревшие нарывы подземного огня. Друзья мои, теперь положительный результат зависит только от наших совместных усилий. Вы готовы к сотворчеству?

Конечно же, мы были готовы, ещё как готовы! После увиденного каждый из нас не просто хотел, а нестерпимо желал внести хоть какую-то посильную лепту в преобразование земного мира. Тем паче такое доверие, о котором невозможно было даже и мечтать. У нас просили помощи сами – небожители! По нашим рядам прокатились дружные волны радости от осознания собственной значимости, но это чувство не ограничивалось одной лишь гордостью, а укреплялось верой в лучший исход для всех людей.

– Иного я и не ожидал, – проговорил Учитель, – тогда за дело, вы разобьётесь на небольшие группы и приступите к выполнению своей задачи. Руководители групп уже знают, что делать. Скажу лишь одно: эта работа коснётся моделирования нового мира, не удивляйтесь, именно так всё и будет. Созданный нами флюидальный образ мы вдохнём в тонкие земные планы, можно сказать – создадим аромат будущего, его прекрасный тон звучания. Удачи вам, входящие в поток!

После слов прощания светящаяся сфера моментально растворилась в пространстве. Какое-то время собравшиеся не расходились, всё ещё находясь под впечатлением от незабываемой встречи. Люди знакомились, поздравляли друг друга с долгожданными переменами, желая многострадальной Земле скорейшего обретения себя.

– Папа, я же говорила, что всё будет хорошо! – воскликнула Настя, не выпадая из потока всеобщего ликования.

– Да, ты оказалась права, Настюшка! Но что же дальше?

– А дальше, друг мой, мы начнём работать, – раздался внутри меня незнакомый голос.

Я оглянулся по сторонам и сразу остановил свой взгляд на высоком мужчине с проницательными и умными глазами.

– Меня зовут Милош, – с улыбкой представился он, – я тот самый руководитель нашей небольшой и, надеюсь, сплочённой группы.

– Очень рад, Игорь, – в том же тоне ответил я.

– Знаю, Игорь, мне тоже приятно наше знакомство. Я ещё раньше был наслышан о вас от Насти, не удивляйтесь, она была частой гостьей в этом мире.

– Да? Вот не знал, думал, что у нас с дочкой нет секретов, – прозвучали нотки обиды в моём голосе, – а оказывается…

– Папа, я хотела тебе рассказать, даже пыталась, – смущённо оправдывалась Настя, – но ты меня не понял тогда… время ещё не пришло.

– Игорь, Настенька права, всему своё время, не обижайтесь на неё, – вмешался в наш диалог Милош.

– Да какие обиды, я всё понимаю. А где же остальные братья и сестры?

Ваш юмор оценен, Игорь, а наши товарищи вот они, – дружелюбно произнёс мужчина, показывая на подошедших людей.

Очень кратко и лаконично Милош представил каждого из нас:

– Познакомьтесь: это Ситара, она ещё совсем недавно жила в Индии, по профессии она – философ-санскритолог, Дана родом из Польши, где и занималась живописью, Тим из Голландии, он известный на родине поэт и писатель, Игорь и Настя из России, Игорь по образованию юрист, а Настя ещё не успела обрести профессию. Ну и наконец, ваш покорный слуга, по национальности я серб, когда-то был ваятелем-скульптором, но уже больше полувека нахожусь здесь.

– Милош, вы действительно здесь пятьдесят лет?! – не поверил Тим.

– Что хорошо сохранился? – рассмеялся Милош. – Не удивляйтесь, в этом мире совершенно иное истечение времени.

– О-о, это радует! – непосредственно отреагировал на его слова Тим.

– Милош, я хотела спросить насчёт принципа подбора группы, – пролился бархатный голос Ситары, – мы все люди разных профессий, не совсем понимаю…

– Очень интересный вопрос, и о самой работе хотелось бы узнать, – успела вставить Дана.

– О работе я расскажу чуть позже. А принцип отбора прост: все мы в этой или прошлых жизнях были тесно связаны с искусствами и философией жизни, если вкратце, то наша работа как раз и будет касаться этих дисциплин.

– Даже мы с дочерью? – выразил сомнение я.

– В своё время вы были довольно известными людьми в этих сферах.

– Хм… никогда бы не подумал…

– Папа, а я помню, это было ещё в средние века! – засияла аура дочери.

– Верно, Настенька, именно в эпоху возрождения, – подтвердил Милош.

– Ого, гуманизм и возвращение к культурному наследию античности… Рафаэль, Караваджо, Франческо Петрарка, Джованни Боккаччо, – многозначительно изрёк Тим и тут же рассмеялся:

– Браво, браво, Настя, вы хранительница редчайших даров!

– Вы преувеличиваете, Тим, но всё равно спасибо, – смущённо ответила Анастасия.

– Милош, а вы и про остальных всё знаете? – поинтересовалась Дана. – Так интересно!.. Хоть бы глазком заглянуть в своё прошлое.

– Вы думаете, милая, что там ожидают только приятные воспоминания? – подогрел интригу Милош.

– Эка невидаль! Ничего, переживу как-нибудь, – смело заявила Дана. – Ну а всё-таки?

– В своё время вы всё узнаете, но не сейчас, – деликатно, но твёрдо отказал ей Милош.

Так мы и познакомились. А тем временем сфера пустела, поделившись на группы, люди расходились по местам предстоящей работы.

– Други мои, у меня есть предложение перебраться в одно прекрасное местечко, там и продолжим разговор, – произнёс Милош.

Возражать никто не стал, и мы таким же чудесным образом вернулись на побережье эфирного моря, где ещё совсем недавно я встретил Настю.

– Располагайтесь, будьте как дома – улыбнулся нам Милош, – я не стал ничего придумывать нового и решил воспользоваться воображением Игоря, думаю, здесь нам будет удобно. Эта картинка близка земному миру, а начинать работу лучше в знакомой обстановке. Когда обвыкнитесь, тогда, может, что-то и поменяем. Не против?

– Здесь просто волшебно и так спокойно! – прозвучал зачарованный голос Ситары.

– Полностью поддерживаю нашу небесную звёздочку, возражений нет! – вновь блеснул своим остроумием и познаниями Тим.

– Ситара, а ваше имя действительно так переводится? – тут же осведомилась Дана.

– Да, звезда, – негромко ответила девушка.

– Красиво!

– И сама она… – невольно вырвалось из меня, но было уже поздно, я проговорился.

На моё счастье новые знакомые оказались людьми деликатными, понимающими, поэтому сделали вид, что не расслышали моих слов, или же восприняли их, как простой комплимент женской красоте. Одна лишь дочка ободряюще улыбнулась мне, а сама Ситара скромно опустила глаза. Если честно, то Ситара сразу же показалась мне женщиной необыкновенной, какой-то особенной, она была по-восточному грациозной и чувственной, и действительно походила на таинственную небесную звёздочку. Но притягивала Ситара не столько восточной утончённостью, а именно своей загадочной недосказанностью. Дана же, напротив, обладала импульсивным характером и отличалась открытостью, не всегда свойственной людям её профессии. Красота молодой женщины была иного плана, она непосредственно бросалась в глаза и требовала к себе внимания. В отношении Тима можно было смело сказать, что парень обладал широким кругозором и врождённым чувством юмора. Являясь весельчаком по своей натуре, он без сомнения мог стать душой любой компании. О Милоше невозможно было поведать в двух словах, на его челе лежала особая печать, скрывавшая знания внеземного мира. За покровом его нерушимого равновесия, безусловно, таилась многогранность чувств вместе с мудростью и глубокомыслием, как, впрочем, и простое человеческое понимание, даже в отношении наших необдуманных выходок. Полное представление о своих товарищах я получил уже позже, а первая встреча подарила мне лишь видимые впечатления. Со временем мы притёрлись, больше узнали друг о друге и даже подружились. А иначе и быть не могло, ведь мы делали одно важное дело. Несмотря на национальные различия мы абсолютно не испытывали трудности в общении, как такового языкового барьера просто не существовало, однако нас подстерегали проблемы другого характера. Прежде всего, они касались самого мышления. Дело было в том, что все наши мысли и чувства немедленно отражались на состоянии собственных аур, и очень легко читались окружающими. Здесь невозможно было что-либо скрыть, каждый из нас находился как на открытой ладони, абсолютно обнажённым для внешнего восприятия. Даже случайно залетевшая маломальская мысль, успевшая запечатлеть себя, с головой выдавала все наши намерения. Такое положение доставляло определённые неудобства, ведь на Земле мы не выставляли напоказ свой внутренний мир, а оберегали его как зеницу ока. Поначалу было трудно, но мы учились жить по-новому – с чистотой в помыслах и искренностью в первую очередь по отношению к самим себе. По этому поводу мы не раз шутили, но больше всё-таки сокрушались, вспоминая историю Земли с её политическими перипетиями. Если бы в те времена люди имели такие способности – разве смогли бы лицемеры и демагоги управлять целыми народами?! Сколько же можно было спасти человеческих судеб, исправить непоправимых ошибок!..

Этот необыкновенный мир не сразу стал для нас родным домом, нам понадобилось какое-то время, чтобы почувствовать его богатую и высокосознательную душу, настроиться на её тональность тончайшими нервами своих чувств. Окружающее пространство чем-то напоминало незримое зеркало, на котором моментально запечатлевались все субъективные мысли и чувства, а затем они практически сразу отражались непосредственно в наших же сознаниях, но уже с увеличенной в разы энергией. Неимоверно трудно было выдержать воздействие такой силы, она доставляла очень болезненные ощущения, и чтобы найти необходимое равновесие нам опять же приходилось пропускать через внутренний фильтр ещё не рождённые мысли. Но всё вернулось к нам сторицей, когда наконец-то контакт был установлен. В знак признания этот чудесный мир принял нас в своё лоно, окружил заботой и поделился неисчерпаемой энергией вместе с самыми сокровенными тайнами.

Сама же работа касалась непосредственно человеческой культуры, начиная с её древних пластов, сложившихся ещё со времён Лемурии и Атлантиды. Информацию мы извлекали прямо из незримых «архивов» Акаши, в которых словно на магнитных лентах отображалась вся история человеческого существования. Нас интересовало всё, что хоть как-то способствовало пониманию сути творческого начала, сокрытого под покровом невысказанной тайны. Мы научились погружать свои чувства в первичные тона звучания и ритмы, сопровождавшие создание великих произведений искусства и человеческой мысли. Проникая в святая святых, в тот самый источник вдохновения, что подвигал гениев прошлого на бессмертные творения, мы как бы сливались с их душами, становясь на время ими, чтобы ещё глубже ощутить трепет их чувств. Не будет преувеличением, если сказать, что мы собирали тот самый бесценный нектар Богов – Амриту, напиток бессмертных. «Ароматы» высоких ощущений, мы использовали для создания мыслеобразов, которые насыщались эмоциональными красками, а затем переправляли в специальные «информационные хранилища» для последующей доработки в незримых лабораториях Учителей. Вместе с нами бок о бок работало ещё множество групп, некоторые их них подбирались по аналогии с нашей, остальные же отрабатывали другие направления деятельности. В частности, ученые разрабатывали невиданные ещё доселе технологии, способные качественно изменить жизнь людей и состояние планеты, а прогрессивные государственные мужи вместе с социологами занимались моделированием нового общества, конечно, исходя из веяний времени. Несмотря на различный круг задач, все мы трудились для общего блага и, хотя вместе встречались не так часто, но всё же успевали обмениваться информацией и искренне радовались даже незначительным успехам своих товарищей. Так готовился мысле-чувственный фон для пробуждения нового человечества. Конечно же, обо всех премудростях такого общения с пространством нам поведал Милош, он посвятил нас в тайну видения далёких событий, научил разворачивать эти образы в голограммы и создавать собственные мыслеформы, чтобы потом запечатлевать их на невидимых скрижалях Акаши. И вообще, он на многое открыл нам глаза. Лично для меня стало откровением узнать о том, что тьма вовсе не является символом зла на изначальном плане Бытия, а становится таковым лишь при заглублении духа в материю, когда низшие миры одеваются в покровы иллюзорных форм. Напротив, в своём высшем понимании тьма олицетворяла колыбель непроявленной жизни или так называемый хаос – Отца и Матерь в одном лице, которые при пробуждении становились породителями Света, своего Сына – дракона мудрости. И ещё многое другое мы поняли, участвуя в этом необычном эксперименте, научившем нас видеть и слышать сокрытое от непосвящённых умов. Работе мы отдавали большую часть своего времени, которое в этом мире не межевалось на дни и ночи, а скорей – напоминало некую абстрактную продолжительность. Естественно, что относительным становилось также понятие об отдыхе, ведь смена мыследеятельности и углублённое созерцание божественной природы вполне заменяли нам его земное значение.

За это время кое-что изменилось и в наших с дочерью отношениях. Вспоминая своё далёкое прошлое, мы всё ж таки отыскали причину необъяснимой духовной близости между нами. Оказалось, что мы не раз воплощались в близких друг другу людей, а несколько столетий назад Настя даже была моей матерью. Вот так-то! В конце концов, я решил отказаться от земных условностей и разрешил дочери называть себя Игорем. На что она с радостью согласилась. Проникая всё глубже и глубже в своё прошлое, я с пониманием сознавал, как справедлив был закон Кармы, ввергавший наши души в круговорот многочисленных воплощений. Он будто нанизывал на духовную нить индивидуальности бусинки человеческих личностей, оставлявших всё новые и новые отпечатки в тончайших структурах души, чтобы когда-нибудь связать из них ожерелье полной сознательности.

Минуло уже несколько месяцев по земному исчислению после нашего появления в сфере Прообразов. И вот однажды Милош собрал всю группу на берегу моря уже ставшего каждому из нас очень близким. Здесь мы обычно и проводили подобные встречи, а так же недолгие минуты своего досуга. По его загадочному виду можно было предположить, что нас ожидает не совсем рядовое известие. Так и случилось.

– Други мои, мы проделали очень большую работу и многого достигли, – начал издалека он, – но эксперимент продолжается и нам предложено поучаствовать в его практической фазе.

– Так, так, уже интересней! – не преминул отметиться Тим.

По лицам остальных членов команды можно было прочитать ту же заинтересованность. Но наш наставник в исключительных случаях мог умело прятать свои мысли, видимо, сейчас именно такой случай и наступил.

– Ещё как интересно! – улыбнулся Милош.

Увидев на наших аурах знаки вопросительного ожидания, Милош начал объяснять суть предстоящего задания:

– Ладно, томить не буду, слушайте. Я не оговорился, экспедиция действительно подразумевает возвращение на Землю с целью получения опыта в ощущениях. На планете уже произошли заметные пертурбации, а насыщение земного контура энергиями будет ещё продолжаться до наступления контрольной точки. Поэтому все произошедшие изменения мы должны оценить и зафиксировать в своих тонких структурах, чтобы после поделиться этими ощущениями с нашими товарищами и Учителями. Кстати, за одним ошлифуем наши навыки.

– В роли подопытного кролика мне ещё не доводилось бывать, – с иронией заявила Дана.

– Это тебе так кажется! – тут же нашёлся Тим. – Над нами постоянно кто-то экспериментирует.

– Может, не экспериментируют, а учат? – поправил его Милош.

– А это разве меняет суть? – заметила Дана.

– Существенно!

– Не знаю, как остальные, но лично я готов вернуться, это же не просто интересно… Мы будем первыми, кто вступит на Землю после обновления! Почувствовали всю торжественность момента?! – напомнил о себе я.

– Игорь, я с тобой, ради этого стоит потерпеть неудобства! – поддержала меня дочь и обратилась ко всем:

– А вы как, ребята?

– Да никто же не против, Настенька, поедем, конечно. Милош, а ты билеты нам заказал уже? – продолжал куражиться Тим, украдкой поглядывая на мою дочь.

С недавних пор я стал замечать, что в отношениях между ними проскакивает искра назревших чувств.

– Заказал, заказал, места люкс, в один конец, – подыграл писателю Милош.

– Э-э, мы так не договаривались… А как же обратно!? – в шутку запротестовал Тим.

– А если серьёзно, Милош, как нас переправят туда и в каком виде? – поинтересовалась Ситара.

– Законный вопрос… способ уже есть, придуман, а форма будет соответствовать земному миру.

– Значит, опять рядиться в этот «бронежилет» с человеческий рост, – высказала сожаление Дана и вздохнула:

– Я уже отвыкла от тела, здесь такая свобода…

– Как раз это и суждено нам проверить, там и сравним ощущения, – проговорил Милош.

– Милош, ты упомянул о какой-то контрольной точке, – вдруг вспомнил я.

– Да, верно, но эта информация пока закрыта.

– Нам что не доверяют? – удивилась Настя.

– Дело не в том, последняя фаза как раз и зависит от наших данных. А в чём она будет заключаться, после коррективов узнаем на месте.

– Мы действительно там будем одни? – уже серьёзно осведомился Тим.

– Не совсем, планируется ещё несколько групп, но прямого взаимодействия между нами не будет, только телепатическое, – ответил Милош, обводя нас взглядом, после чего добавил:

– Экспедиции планируются на каждый континент.

– Милош, а теперь главный вопрос – когда? – спросила Настя.

– Скоро, очень скоро, немного учёбы и в путь.

Всё оставшееся время до возвращения мы и посвятили подготовке. С нами занимался не только Милош, но и один из Учителей, которого посвященные знали, как Дзэна-Роси. Вернее всего, это имя было лишь одним из многих его имён. Мы даже толком не знали, сам ли он присутствовал перед нами или же выделял свою эманацию, но появлялся Дзэн-Роси всегда в человеческом облике, если, конечно, оболочку из уплотнённого света можно было так назвать. В объятиях его сиятельной ауры мы чувствовали себя маленькими детьми, зачарованными необыкновенной волшебной сказкой. Казалось, что он сдерживал свою невиданную энергию, не отпускал её полностью, чтобы не навредить нам. Как оказалось позже, Учитель не просто беседовал с нами, а передавал через слова и молчание свою духовную силу, незаметно повышавшую восприимчивость наших сознаний. Накануне отбытия Дзэн-Роси наконец-то объяснил нам схему предстоящей телепортации. Ввиду необычности случая и отсутствия у нас соответствующей практики в этом вопросе, перемещение должно было произойти поэтапно. Такое действо чем-то напоминало погружение водолазов на большие глубины, когда приходилось нормировать скорость погружения, чтобы постепенно привыкать к возрастающему давлению. Вот и мы должны были последовательно окунуться в более низкие планетарные сферы, чтобы свыкнуться с тамошними вибрациями и набросить на себя «одеяния» уже соответствующие этим планам.

До волнительного возвращения на Землю оставались считанные земные дни.