"У каждой случайности есть своя цель, у каждого случая есть свой смысл".

"Не существует безвыходных ситуаций, лишних людей, случайных встреч и потерянного времени".

Валерио Альбисетти

“Нам так жалко свободы

Мы с тобою одной и той же породы

Да мы слишком похожи

Значит, выберут нас на роли

Совершенно случайных прохожих“

Brainstorm

Как выяснилось, самоуверенность — плохой спутник, особенно в ситуации с несколькими неизвестными. Конечно, Лис прекрасно мог сориентироваться по солнцу, но оно, как назло, исчезло. Лес снова погрузился в таинственный полумрак, припыленный утренней дымкой марева. Он старался периодически останавливаться в поисках тропы или другого признака жизни, но, к сожалению, Леший умело запутал следы. Зацепившись за ложную надежду, парень окончательно сбился с пути. Ему дважды казалось, что впереди маячит серый горизонт " бетонки", но оба раза — промах. Через пару часов его энтузиазм значительно поугас. Попробовал вернуться в исходную точку, но в голове крутились лишь мысли о воде. Он осознал что окончательно и бесповоротно заблудился, однако в силу характера старался сохранять невозмутимость.

" Вот выберусь из этого леса и засяду на дно, а там видно будет, бабло есть, значит можно пока не дергаться. У Женьки же была дача… " — рассуждал про себя.

Однако с каждым новым шагом ноги все больше тяжелели, хотелось снять влажные кроссовки и передохнуть.

"Ни речки, ни лужи нет", — всматриваясь в зелень листвы, мысленно констатировал и завязал черную ветровку на бедрах тугим узлом. Решено было двигаться дальше, "может повезет выйти на дорогу до наступления ночи".

К обеду солнце соизволило показать жёлтую щеку, из — под низких облаков. Моментально испаряясь, влага сделала воздух тяжелым и пряным, пропитанным запахом мхов и лесных душистых трав. Лишившись всяческих сил, Лис буквально рухнул на землю. Раскинув длинные руки, с отчётливым рельефом крепких мышц, он отрешенно улыбнулся, глядя в высокие макушки изумрудных берез.

" Вот, блин, обидно, нахрена я бабло столько лет копил? Сдохну здесь и ведь никто не узнает, что у меня на счету несколько десятков миллионов " отдыхают". Если только Чахлый подсуетится и то. не факт. Женьке я ничего не говорил… Живёшь и не думаешь, что завтра накроет так, что ни карта, ни телефон, ни вода- все это будет недоступно" — серые глаза, с темно — синими вкраплениями, стали тусклыми, как два безжизненных камня.

Лис смотрел не нее сверху вниз, с досадой в уголках глаз, с немым укором стиснутых губ. И можно было бы потерпеть, но все меняла одна лишь важная деталь — "эта девка нафиг не нужна".

Присел на корточки, и нехотя протянул руку вперед. Смуглая длинная шея, ключицы выпирают неестественно отчетливо. Коснулся пальцами запястья, отодвинул вверх тонкий переливающийся браслет, нащупал пульс. Медленный и слабый, можно сказать флегматичный. Кожа в этом месте прохладная, с отчетливой сеточкой темно — синих вен. Задумчиво почесал нос и брезгливо отбросил женскую руку в сторону. Она безвольно повисла, касаясь пальцами погнутых ветвей рябины.

"Без десяти минут трупешник" — подумал, окинув трево- оценивающим взглядом девушку с ног до головы. Платье задралось почти до края бедер, обнажая стройные ноги, украшенные багровыми царапинами разной величины. Волосы, спутанные неопрятными сосульками закрывали лицо. Небрежно откинул одну из них и посмотрел на впалую скулу. Солнечный лучик моментально пробежался по бледной коже и наполнил ее живым мерцанием, подсветил россыпь мелких родинок над губой, сделал волосы яркими, с каштановым отливом. Лис обхватил круглый подбородок пальцами и потряс из стороны в сторону. Ноль реакции.

По плечам пробежал холодок, на секунду промелькнула картинка ее мертвенно — белого тела, по которому спустя несколько дней будут ползать муравьи. Поморщился. Висок прострелил жесткий привет из детства: везде следаки, ходят по квартире, заглядывая в ящики, открывая дверцы шкафов. Мать лежит посреди комнаты. Косой свет падает на кончики длинных волос, выглядывающих из — под полиэтилена. Медные. Почти такие же… Не заметил, как коснулся темной пряди, пропуская ее между пальцев. По желудку прокатилась неприятная волна отвращения.

Прищурился, словно пытаясь взглядом просканировать девчонку на наличие жизненной энергии.

"Жизнь. Что она стоит? Как можно вообще строить планы на будущее? Вот еще вчера девчонка кутила в клубе, нарядилась в это в платье, каталась на шикарной тачке, а сейчас лежит вся покоцанная и не может даже рукой пошевелить. Эта шмотка, быть может дорогая, превратилась в кусок грязной тряпки, а сама она — в живой полутруп. Могла ли она это предположить вчера, садясь в тачку? Да хрен там. Мы же все бессмертные и писец какие фартовые". Посмотрел на собственные руки, также исцарапанные ветками. Что — то человеческое зашевелилось внутри.

Время закончилось подозрительно быстро. Яся сидела под деревом и молча давила мысками балеток ненавистные ягоды. Они незаметно исчезали, впечатываясь в косматый мох. В животе протяжно заурчало. Девушка положила ладонь в район желудка и скривилась от тянущей боли: нестерпимо хотелось есть. Карие глаза непроизвольно блуждали в поисках пищи, но ничего подходящего не было видно на горизонте. Тронула клочок мха пальцами, отщипнув, бросила, презрительно скривив губы. И вот, всего в нескольких сантиметрах от соседнего дерева, зазывно торчал пучок сочной высокой травы. Яся сорвала стебелёк и поднесла к губам. Открыла рот и застыла, покосившись на молчаливого спутника. Он отрешенно смотрел в темный экран телефона, словно пытаясь его загипнотизировать силой мысли.

Ярослава тайком откусила кончик, и замерла, ожидая, что парень снова подлетит и засунет это растение ей в нос. Ничего. Похоже, его совершенно перестала интересовать ее никчёмная, местами сильно потрёпанная персона. Травинка, кстати, оказалась весьма сладкой, поэтому девушка оторвала еще одну, а потом и еще. Если бы кто сказал, что она будет пытаться утолить жажду и голод таким способом — рассмеялась в лицо. В итоге засунула сразу семь стебельков в рот и попыталась высосать из них сок, словно из коктейльной трубочки. Однако, увы, желудок отказался воспринимать это в качестве пищи и окончательно взбунтовался.

— Я не знал, что коровы живут в лесу, — поднялся с земли и вытянулся во весь рост.

" Девка эта — хоть стой, хоть падай! " — ирония во взгляде.

Яся с трудом сделала вид, что пучок травы случайным образом оказался во рту. Глупо вышло.

— Вставай, пора двигаться, иначе мы сдохнем здесь от обезвоживания раньше, чем наступит ночь и волки выйдут на охоту..- произнес на полном серьёзе.

В глазах девушки загорелся огонек испуга. Она недоверчиво потерла кулачком глаз и прищурилась, ещё больше размазав темные круги.

— Да ладно, какие волки..

— Хочешь проверить? — кровожадно произнес, не глядя на девушку. Откровенно говоря, лишний раз вообще не хотелось смотреть на это чучело лесное, поэтому сунув руку в карман, он выдвинулся в сторону знакомых меток.

Яся шла медленно, но упорно. Дважды хотелось воткнуть в спину незнакомца сосновую палку, но он все время держался на вполне приличном расстоянии, словно чувствовал "дружелюбный" настрой уставшей спутницы. Вскоре Ясе показалось, что парень снова запутался. Она начала ныть: сначала тихонько словно подмурлыкивая себе под нос, а потом все громче и громче. Терпение, словно натянутая леска, прозвенело и разорвалось с глухим треском.

— Неужели нельзя было нормально заметить, куда идти? — отбросила в сторону ветку, зацепившуюся в волосах. Дернула с такой силой, что клок русых волос так и остался меж березовых листьев. — Тоже мне… даже вывести из леса не можешь, я умру сейчас без воды, мне пло- о- хо! — протянула, в конце понизив тон до шепота.

Лис неожиданно остановился, напрягшись каждой мышцей собственного тела, на лице заиграла улыбка. Обернулся, сосредоточенно впившись взглядом в спутницу.

— Что? — она почти врезалась в парня. По всему внешнему виду выдавала крайнюю степень расконцентрированности.

— Умыться тебе надо, а то кикиморы по углам щемятся. — протянул руку вперед и замер на секунду, заметив, что девушка взволнованно захлопала ореховыми глазюками.

" Всего- то хотел вытащить эту веточку" — вернул кисть в исходную позицию, так и не дотронувшись до ее головы.

— У тебя есть еще силы на шутки? — с трудом выдохнула. — Где я тебе воду найду?

Молча перехватил женский взгляд и проводил его в сторону небольшой полянки. Проследив глазами за незнакомцем, девушка приоткрыла рот от недоумения. Эта мифическая лужа представлялась ей куда больше, глубже и… чище. Остановилась в шаге от темно — жёлтой глади, окруженной округлыми шапками низкой травы. Склонилась на одно колено и пронзительно посмотрела в темную поверхность. Надежда на светлое будущее буквально рухнула на голову.

— Разве она не должна быть белой? — скривилась от удушливой досады. Задергался краешек правого глаза. Он всегда так делал, если хозяйка испытывала сильный стресс.

— Это лужа, а не горный ручей, — смело сел рядом и опустил ладони в прохладную поверхность.

В какой-то момент он действительно подумал, что потерял след, так как две палки, воткнутые в мох, оказались удивительно неустойчивыми. Однако сейчас душу Лиса переполнила неподдельная радость, ведь где — то рядом он слышал звук поезда.

Ярослава повернула голову в сторону парня и все с тем же выражением лица продолжила наблюдать за его нехитрыми манипуляциями. Лис умылся и напился вдоволь, совершенно не обращая внимания на недоуменный взгляд спутницы. Яся же никак не могла перебороть себя и утолить жажду. Чудилось, что в воде плавают насекомые, а на дне — червяки. Она тронула лужу кончиками пальцев, поднесла один из них к носу, брезгливо поморщилась. " Запах соответствует внешнему виду".

— Так и будешь сидеть? — хмуро прозвучало за спиной. Лис навис над девушкой, словно плотная летняя туча, готовая обрушиться ливнем.

— Она ужасно тошнотворная. я не могу, — почти потеряла равновесие, балансируя между диким желанием пить и выворачивающим наизнанку отвращением.

— А ты опусти голову, посмотри на себя, для начала, — хмыкнул и улыбнулся, вскользь посылая стрелу мягкой иронии. Яся, конечно, предполагала, что она выглядит не слишком хорошо, но когда встала чуть левее, заметив собственное отражение, открыла рот. Из воды на нее глядела ведьма, с темными кругами под глазами, всклокоченными волосами, торчащими нимбом по всему периметру. Просто удар под дых.

— Эээ… - ничего не смогла произнести, кроме этого тупого гортанного звука.

— Так и я об этом.. — Лис снова присел на колени и опустил ладонь в воду.

— Господи, это же кошмар, — прошептала и резким движением отпустила две ладони с краешку лужи. Желтая жижа перестала казаться столь отвратительной по сравнению с собственным отражением. Спутник вполоборота покосился на замарашку. Она неистово терла лицо руками, раз десять опуская руки в воду. Потом остановилась и посмотрела на парня.

— Ну, оттерла тушь?

Ему показалось, что девушка стала еще смешнее, чем прежде.

— Не- а, — равнодушно констатировал и отвёл взгляд.

— Чертова водостойкая тушь! — истошно прошипела и ударила кулачком по траве.

— Пей и пошли дальше, — спокойно произнес, словно не было на этой планете никакой катастрофы.

— Я никуда не пойду, пока не отмою это, — снова начала плескать воду на лицо. Запах застоявшейся воды теперь, казалось, пропитал кожу… и волосы. Она давила на скулы с такой силой, что оставляла едва заметные царапины. Со стороны Лис заметил, что у девчонки начинается форменная истерика. Это совершенно не входило в его планы, поэтому он поднялся с колена и отошел на несколько метров в сторону. Едва Яся могла понять, отмылась ли тушь, теперь хотелось оттереть этот противный запах. До одури.

Без предупреждения он подошёл сзади, одной рукой схватив девушку за затылок, а другой прижимая к лицу комок мха. Яся всплеснула руками и попыталась отбиться, ведь она не понимала, что всего несколько грубых энергичных движений избавят ее лицо от остатков туши. Очевидно, Лис не хотел церемониться с этой девчонкой. Напротив, в глубине души ему очень хотелось сбить спесь с этой недоделанной принцессы.

— Ты дурак? — сплюнула мох, снимая пальцами остатки со щек.

Отбросив в сторону импровизированную мочалку, парень въедливо посмотрел на девушку, силой повернув подбородок свою сторону.

— Сойдёт, — отметил, что без остатков косметики, с покрасневшей кожей, она выглядит совершенно по — другому. Нельзя было сказать, что сильно лучше, но этот факт оказался неожиданным открытием.

— Это было… очень грубо! Я могла сама! — выругалась, бросив в сторону обидчика гневный взгляд.

— Зато эффективно! Ждать тебя полгода я не собираюсь. Пей или я тебе помогу, — отрезал, уставившись в сторону лужи.

— Я не могу это пить! — на полном серьезе произнесла, смахнув с ресниц остатки жидкости. — Я лучше потерплю, может найдется что получше. Ну не одна же здесь лужа.

— Слушай, я смотрю ты вся такая. на пафосе. Типа лучше голодать, чем жрать с помойки… - легонько толкнул ее плечом своим.

— Да, — высокомерно- утвердительно кивнула, вспомнив, как мама часто употребляла это выражение. В детстве Яся получала все по щелчку, не вникая особо, каким трудом достаются матери новые джинсы или хорошие фрукты посреди зимы.

Лис чувствовал девчонку кожей, кончиками нервных окончаний, нутром понимая, что она всего лишь одна из очередных выскочек- пустышек, которыми наводило город в последнее время. Именно эта многочисленная категория особенно раздражала.

" Эти девочки, без принципов, без цели, зато с огромным чувством собственного достоинства и напускным форменным содержанием. И надо же свезло, встретить такую именно сейчас, да еще и нянчиться с ней". - прочеканила мысль. Лис разозлил самого себя.

— Так вот, не прокатит вся эта романтическая хрень в условиях реального выживания. Пей! — взгляд серых глаз превратился в холодный бетон.

— Я не знаю, но через себя не переступлю, меня вырвет этой водой, понимаешь? — также хлестко посмотрела на парня, но в конце голос стал скорее умоляющим.

— Напомню, если у тебя провалы в памяти. Ты уже пила эту воду, — недовольно сцепил скулы.

— Я не видела, откуда она.

— Аргумент, б*я.

Промолчала.

— Хорошо, не пей, но тогда через несколько часов тебе снова станет хреново: во рту не останется слюны, сердце будет стучать сначало очень сильно, а потом медленно и ты упадешь на землю, по тебе будут ползать букашки, в надежде, что ты скоро склеишь ласты… - бросал слова в лицо, словно отрезвляющие пощечины.

То ли Лис обладал даром убеждения, то ли Яся до ужаса боялась насекомых, но она отчетливо представила себе дальнейшее развитие событий и склонилась над лужей, задержав дыхание.

Лис потерял терпение и встал, словно подгоняя спутницу. Вытащил капюшон и плавно опустил его на поверхность воды. Яся решительно зачерпнула две горсти и приникла губами. Глоток вышел неловким, поспешным. Естественно, ведь она не старалась растягивать удовольствие, даже зажмурилась.

— Не могу больше, — разжала пальцы, пролив содержимое ладони на траву. Сердце стучало, как у спортсмена после финиша.

— Не можешь, не пей — это твоя жизнь и мне пофиг, я ведь предупредил, что больше не буду тебя ждать. — засунул телефон в карман, под молнию. — Ветер поднимается, если солнце исчезнет, я снова не смогу идти! — прозвучало за спиной.

Яся подняла голову и кивнула. Меньше всего хотелось разозлить спутника накануне сумерек

Впереди мелькал совершенно другой лес, словно кто- то сжалился над путниками и рассыпал по мягкому, ярко — зелёному мху редкие, причудливые деревья. Преобладали коренастые, чешуйчатые сосны, что плавно изгибались в южную сторону удивительными зигзагами. Яся никогда не видела такой красоты, да и вообще — не было надобности специально обращать на это внимание. И воздух показался другим — опьяняющее пряным: парило от земли, от сочных листьев, разогретых солнцем. И будто по волшебству среди деревьев начали попадаться грибы- поганки, да краснощекие мухоморы. Предусмотрительно обернувшись, Лис строго посмотрел на спутницу и объяснил, что без его ведома она не должна есть ничего. Яся нехотя согласилась, и отметила про себя, что парень не такой уж зверь, если его попросту не раздражать. И вообще, каждый раз, когда он оборачивался, она замирала. Это выходило не случайно, на каком — то биохимическом уровне. Теперь он казался единственным маяком, надеждой на спасение и его высокий силуэт вызывал стойкое желание следовать за ним по пятам.

К слову сказать, Лис также ощутил прилив сил после вынужденного привала, несмотря на голод, он понимал, что ничего катастрофически непоправимого не произошло, главное — шкура цела. После некоторой монотонной ходьбы по пригоркам, ему стало откровенно скучно.

— Может ты пойдешь впереди, а то мне как- то стремно, — обратился к Ясе.

— Что меня съедят волки? — самонадеянно предположила девушка, также оборачиваясь назад. За спиной шелестели кусты, их гнул сильный ветер.

— Нет, тебя. Ты дышишь в затылок, как зомбак, да и видон у тебя далеко не сказочный. Иди лучше спереди.

— Очень крутой подкол, я смотрю ты мастер… - смутилась Яся.

Лис улыбнулся обаятельно, словно противореча собственным словам. Остановился, пропуская девушку вперёд. Зачем это сделал? Возможно, стало слишком скучно наблюдать монотонные пейзажи, куда интереснее смотреть на то, как эта " недоделанная " семенит и с аппетитом заглядывается на каждую встречную поганку. Вообще, в свете последних часов она стала казаться очень забавным объектом. " И нифига она не экскортница, слишком простенькая, да и золотишко явно не дареное.." — бегло оценил внешний вид Ярославы. Вспомнил, как в далёком детстве ему нравилась девчонка с параллельного класса. По классике- ничего особенного, напротив, она была долговязая, с жидкими косичками и картофельным носом, "но как она умела гениально выбивать фишки и находить нычки параллельного класса, за школьным двором… " — задумался, притормозив.

— Эй, куда дальше? — обернулась, нехотя прищурившись, словно обиделась.

— Я же говорю, солнце в правое плечо, — задумчиво выдал, не глядя на спутницу.

Идти было не так сложно, как по валежнику, пробираясь сквозь заросли молодой поросли. Лис шел аккуратно, стараясь не расплескать малые запасы воды. Яся, в свою очередь, старалась не спотыкаться и не давать повода для усмешки. Последние десять минут она периодически поглядывала на темнеющее небо.

— Мне кажется будет дождь, — с тревогой посмотрела на яркий просвет посреди темных кучевых облаков.

— Да ты просто Капитан Очевидность, я смотрю, — недовольно процедил, остановившись. Откуда ни возьмись снова закрутил, заиграл ветер. Он грубо трепал макушки колючих деревьев, разворошил косматые кочки у подножья узловатых корней. — Сейчас ливанет так, что промокнем до трусов. Сжал мешочек с водой и угрюмо констатировал, вытащив из кармана зажигалку.

— И что же нам делать? — придержала подол задравшегося платья, которое высоко приподнял хулиганистый ветер. Все вокруг резко потемнело, листва зашелестела с такой силой, что стало жутковато. Словно по лесу прокатилась ледяная волна дрожи. По женским плечам рассыпались мурашки. Ясе показалось, что сейчас небо опустится ещё ниже и буквально придавит своей чернотой к земле.

— Искать укрытие, — щелкнул зажигалкой, проверяя ее на дееспособность. Мужской профиль стал воинственно суровым.

— Да где же мы его найдем? Нет ни дома, ни закутка, ни крыши, — обеспокоенно посмотрела на ярко- оранжевый язычок пламени, который вспыхнул и тут же потух. Волосы развивались, налипая на щеки темными слипшимися кольцами.

Лис удовлетворенно моргнул, убирая большой палец с кнопки и сунул зажигалку в карман. Глаза прищурились, обыскивая местность на предмет безопасного местечка. И вот, наконец, взгляд уцепился за возвышенность, где росла самая массивная сосна.

— Можешь постоять и просто подержать это? — строго посмотрел на спутницу, протягивая капюшон с водой. Девушка с готовностью кивнула, протягивая руку вперед.

— Видишь, сосна стоит, мне кажется там овраг, может с другой стороны расщелина будет какая, или под корнями спрячемся, пойду посмотрю.

— Я с тобой, — с тревогой посмотрела назад, заметив, как гнутся и скрипят деревья.

— Я пойду быстро, а ты иди следом, не расплескай воду, — скомандовал, передавая драгоценный предмет.

— Если будет ливень, мы наберём новый запас, — сообразила, бережно принимая из мужской руки лёгкий кулечек. Застряла взглядом на внутренней стороне запястья. Черно — белая, графически ровно выведенная морда собаки, украшала мужскую руку.

— Пять баллов — мисс Очевидность, а если покрутит и не будет дождя? — скептически бросил через плечо и побежал в сторону указанного направления.

Яся не знала, то ли радоваться столь сомнительному комплименту, то ли отвесить ему в спину удар водяной бомбочкой. В любом случае- не успела, парень побежал со скоростью спринтера. Оставалось медленно, спокойно пройти несколько метров следом и не расплескать эту мутную, никчёмную жидкость. Да, сказать — легко, а вот как это было сделать, если под ногами торчат ото всюду гигантские корни, а за спиной бушует темнеющий лес. Несколько корней обошла, а вот на последнем — споткнулась. Благо Лис не видел, как Яся полетела, словно ласточка над землёй, раскрыв рот от ужаса. Когда встала, естественно мешочек был пуст. Побрела вперед с повинной головой, но Лис на нее по началу даже не обратил внимания. Он увлечённо таскал большие ветки в одну общую кучу. Рядом с сосной зиял песчаный, очень живописный овраг. На крутом песчаном склоне, величиной с метр девушка заметила прекрасный вариант для укрытия.

— Какое подходящее место, — указала рукой.

— Ой, а я даже не замечал… - саркастически ответил. — Чего стоишь, помогай, ломай вон то дерево. Чем больше ветка, тем лучше, — обронил коротко, с треском ломая об колено толстую палку.

Кивнула и с нерешительной маской на лице протянула вперед пустой капюшон.

— Пролила? — процедил недовольно, взглянув исподлобья.

— Нет, выпила, ты же говорил, что надо пить, — выпалила, не решившись сказать правду.

С немым укором просверлил дыру в бесстыжем лбу девчонки и бросил очередную ветку в большую кучу.

Яся с готовностью пионера направилась к пушистому дереву. Мельком наблюдая за действиями парня, она попыталась повторить всю эту нехитрую последовательность. Нагибала ветку, навалившись на нее всем своим весом, но вместо того, чтобы услышать победный хруст, девушка несколько секунд раскачивалась на ней, словно панда. Балансировала ловко, но, так и не удержавшись, рухнула на землю. Не ойкнула, сцепив зубы. А между тем, лопатка горела огнем ссадины.

Лис выразительно посмотрел на занятные телодвижения шатенки, и резко отстранил ее от этого бесполезного занятия.

— Иди лучше устанавливай ветки, сообразишь как?

Как оказалось, это куда проще. И пусть Яся никогда не отличалась спортивной подготовкой, она с лёгкостью поднимала объемные ветки и ставила их вертикально, примыкая друг к другу плотными рядами. Получилось наподобие вигвама, приставленного к песчаному склону.

Первая крупная капля упала на нос Ясе в тот самый момент, когда она поднимала развалившийся передний ряд. Вовремя подоспевший, Лис накинул несколько веток сверху и принялся укреплять конструкцию. С гулким шумом дождь плотной стеной обрушился на землю. Все стало туманно — серым, размытыми контурами темнели ветки деревьев. Не долго думая, девушка прошмыгнула внутрь. Несмотря на отчаянную нелюбовь к подробной погоде, Лис остался укреплять хлипкую конструкцию из длинных веток. Волосы моментально намокли и сделались черными, с короткой челки каплями стекали холодные струйки воды. Закинул вовремя куртку в шалаш и оценил изнутри его на прочность. Яся прижалась спиной к выступу и максимально сгруппировалась, подтянув согнутые ноги к груди. Хлопнув несколько раз по конструкции ладонью сверху, Лис вопросительно крикнул.

— Ну как? Не течет?

Яся не поняла, как это возможно оценить на фоне темно- зеленых веток.

— Вроде нет! — крикнула, подставив ладони в нескольких местах. Кожу холодили листья, а ноздри щекотал сочный, яркий аромат свежесорванных веток. Внутри было темно: сквозь плотный ковер почти не проникал дневной свет, а учитывая погоду — и подавно.

Парень бросил одобрительный взгляд на шалаш и поднял с земли сырой капюшон, расправил складки, укладывая его на земле в форме кувшина. Вся спина промокла и теперь ткань футболки прилипала к лопаткам.

— Ты идешь? — послышался встревоженный женский голос.

Молча раскрыв ветки руками, парень зашел внутрь. Снаружи конструкция казалась ему куда большей по размеру, а в реальности — пара метров вширь, а в высоту и того меньше.

— Двигайся в край, — недовольно произнес и согнулся в три погибели. Дышал часто и глубоко, явно находясь в состоянии сильного истощения. Пока шел, казалось, сил хватит еще на пару дней, но этот квест с укрытием послужил нехорошую службу, Лис потратил последние силы на то, чтобы наломать довольно много крепких и массивных веток.

— Ты весь мокрый, — тихо произнесла девушка, ощущая плечом прикосновение мокрой ткани.

— Да ты что, реально? — подогнул с раздражением правую ногу, пытаясь устроится поудобнее. — Как я мог промокнуть в такую ох*енную погодку! — поднял вверх большую, крепкую ладонь и прикоснулся к мокрым волосам, промакивая их от избыточной влаги.

— Я думаю тебе нужно раздеться! — сообразила девушка и выпалила первое, что пришло в голову.

— Че, на тебя так действует темнота? — произнес ровным, слегка издевательским тоном.

— Не поняла, — повернула лицо в сторону парня, отодвигаясь максимально в край, чтобы не ощущать холод его плеча.

— Ну рефлексы и все такое, — хмыкнул, проведя ладонью по абсолютно мокрому животу.

— Ты что, неадекватный? — сообразила, задохнувшись от негодования, — я имею в виду, что нужно все мокрое снять с себя, чтобы не простудиться, здесь еще спиной от песка сидеть очень холодно.

— Ой, прости, я так плохо о тебе подумал, — с напускной вежливостью произнес, заметив в темноте проясняющиеся очертания женского профиля.

— Знал бы ты, что я о тебе думаю, — выпустила короткие и очень мягкие колючки. Лис улыбнулся, про себя отметив, что девчонка никогда не лезет за словом а карман.

— И что же ты думаешь? — без явного интереса спросил, пытаясь стащить прилипшую ткань.

— Думаешь я такая дура, нам еще вместе нужно выбраться из леса, — пробурчала, отодвигаясь на несколько сантиметров от прохладного песка.

— Ответ правильный! Лучше вообще закрой рот и молись, чтобы дождь поскорее кончился, иначе придется встречать ночь в мокром лесу. — раздувая ноздри, стянул один рукав.

— Я не знаю молитв, — на полном серьезе ответила, — встревоженно вскинув брови.

— Я почему — то не удивлен, помоги снять футболку, обхвати сзади за край! — обратился к девушке, как только понял, что в этой тесноте сложно выполнить эту манипуляцию самостоятельно.

— Не буду я тебя трогать! Здесь темно, я ничего не вижу, — выпалила Яся, еще больше отодвигаясь.

— Снимай давай, хватит строить из себя целку пугливую, — с раздражением бросил, с трудом развернувшись спиной к девушке.

— А что ты имеешь против девственниц? — раскраснелась вмиг, не опасаясь быть замечённой в этой темноте.

— Я — то. ничего, просто бесит когда девка выделывается, прикидываясь той, кем не является. Какая цель?

— Почему это прикидывается? Может я стесняюсь трогать чужого мужчину, — молниеносно ответила, вглядываясь в темные очертания спутника.

— Не смеши, сколько у тебя было мужиков? Дай угадаю… не считала? — широко улыбнулся, подавившись абсурдностью Ясиных высказываний.

— Плохо ты в людях разбираешься, — съязвила Яся, подтягивая колени повыше, словно ограждая себя от мужской спины.

— Хватит, вы*бываться, снимай футболку, или я завтра слягу и ты в лесу останешься, усекла? — резко оборвал Лис.

— Не надо так со мной разговаривать, — процедила Яся, нерешительно замирая. Губы вытянулись в упрямую линию. Она прекрасно поняла, что парень разозлился и это очень нежелательный поворот в данных обстоятельствах.

— Ну простите, принцесса! Не затруднит ли Вас протянуть свои кривые рученьки и просто поднять вверх край мокрой ткани.

Яся молча повернулась корпусом, и придвинулась ближе к парню. Вытянула ладонь вперед, коснувшись холодной ткани. Ужаснулась про себя, насколько она была сырая. Поджала нижнюю губу и затаила дыхание, проведя пальцами вниз, по позвоночнику парня.

Лис ощутил, как на контрасте с прилипшей холодной футболкой обжигающим теплом двигаются женские ладони. Одна проскользила вниз, а вторая возникла из ниоткуда и прикоснулась к голой коже в районе поясницы. Стоит сказать, что парень всегда отличался повышенным сексуальным темпераментом и данные телодвижения давно бы привели его к полной боевой готовности… Но сейчас, он дико устал и начал замерзать, хотелось просто скорее избавиться от этого ненавистного куска мокрой ткани.

— Ты чего в первый раз с мужика футболку стаскиваешь? — выпалил помогая ей спереди, сложив руки крестом.

— Здесь темно… - прерывисто ответила Яся и потянула обе руки вверх.

— А мне кажется ты кайфуешь, у твоего мажора ведь явно фигура похуже, — произнес, наконец ощущая ворот, выскользнувший из головы.

— Ты дурак, — отшатнулась девушка, — ты попросил, я сделала. Скомкала предмет одежды и бросила под ноги.

— А штаны поможешь? — улыбнулся мягко, после чего лицо приобрело чертовски обаятельные нотки.

— Штаны тоже мокрые?! — удивленно воскликнула.

— Колени..

— Ну колени… можно и потерпеть, высохнут сами, — произнесла сбивчиво.

— Ну да, ты права, в самом важном месте — то сухо, — парировал саркастично скривив губы на бок.

— Мне кажется он надолго… - сменила тему, поерзав. Плечо защипало от прилипшего песка.

— Да какая теперь хрен разница, ты мою куртку видела? Я ее кинул внутрь?

— Да, я на ней немного… сижу, — виновато ответила девушка и привстала, чтобы подцепить край ветровки.

— Ну зашибись, принцесса, — с осуждением обернулся и протянул руку вниз, пытаясь нащупать искомый предмет. Однако, вместо этого наткнулся на горячую кожу женской ноги. Бегло провел по ней пальцами, явно исследуя, на что получил неожиданно резкий удар в предплечье.

— Я сама отдам, не надо меня лапать! — прошипела.

— Ты ненормальная, а если бы в глаз! — повысил голос, убирая руку.

— А ты нормальный лезть ко мне под платье? — резким рывком выдернула куртку из под себя.

— А чего ты без трусов? — парировал.

— Конечно в трусах! — смутилась еще больше.

— Ну тогда чего тебе бояться? Перехватил куртку и пожал плечами.

Действительно, чего… Яся ощутила, как без ветровки стало намного прохладнее от земли. Она решила сменить позицию и приподнялась с земли, присаживаясь теперь на колени. Душила обида. "Настоящий мужчина никогда бы себе не позволил отнять куртку у девушки".

— Чего ты ерзаешь, успокойся, сядь, как сидела, — накинул на плечи ветровку и ощутил, как тепло, словно тонкой пленкой окутало плечи.

— Земля холодная, а мне еще рожать, но тебе- то тебе какое дело! — обиженно пробурчала.

— Действительно, мне пофиг, как ты там будешь рожать, в этом ты права… — ровным тоном произнес и осекся, округлив глаза на секунду. — Или ты чего… беременная?

— Нет, ты что, сдурел? — откликнулась Яся, словно по серьезке примерив на себя его слова.

— Ну значит все ок, подстели листочков и наслаждайся погодой.

— Хам! — выплюнула.

— Еще какой, ты не представляешь..- протянул Лис и прикрыл глаза. Хотелось спать.

Буря разразилась нешуточная: деревья беспомощно нагибались под шквалом безжалостного ветра и дождь не прекращался несколько часов, словно небо кто- то проткнул гвоздем и все, что должно было монотонно распределиться в течение месяца, вылилось разом.

Периодически Лис разведывал обстановку, высовываясь из шалаша, но каждый раз его постигало полнейшее разочарование. Крупные капли моментально покрывали лицо прохладным глянцем. Вокруг лишь сумерки, укутавшие туманной шалью деревья и серая, безнадёжно — плотная стена из дождя..

— Ну как, кончился? — с надеждой вглядываясь в светлую полосочку света, тихо поинтересовалась девушка.

— Нет, — скупо бросил и вновь задвинул на место влажные ветки. Планы на вечерний путь окончательно рухнули и это поддевало душу острым когтем.

Стоит ли говорить, какой дискомфорт испытывали оба вынужденных пленника внутри тесного укрытия. Однако, Яся изо всех сил пыталась соблюдать дистанцию и периодически отодвигалась от парня," разбрасывающего всюду свои длинные конечности". Лис считал это глупым занятием, поскольку прекрасно понимал, что впереди холодная, темная ночь и нужно аккумулировать тепло любыми возможными способами. Да! По части выживания — ему не было равных, ведь в стольких передрягах поучаствовал за свою недолгую жизнь: дважды убегал из детского дома, трижды попадал в полицию по малолетке, один раз его топили в речке, и пару раз ловил огнестрельное. Плечо до сих пор иногда ноет на погоду..

— Ты можешь убрать руку с моей ноги? — тихонько прозвенело сквозь завывание ветра и шорох листвы за тонкой стеной. Ощутив прикосновение теплого запястья на контрасте собственной кожей, Яся вздрогнула. Не хотелось бы, чтобы парень подумал, что с ней можно так себя вести.

— Это была твоя нога? Че такая ледяная… - ровным тоном ответил Лис, меняя положение тела. Плечо затекло и покалывало миллионом маленьких иголочек. Искренне не собирался лапать эту неряшливую девчонку, просто руки некуда девать в этой удушливой тесноте, вот и положил, куда пришлось.

— Я очень замёрзла, — словно осознав это отчётливо, Яся застучала зубами. Казалось, холод сквозил отовсюду: сзади, от песчаного склона, спереди — от влажной листвы. Она подтянула колени к животу и обхватила их руками, пытаясь согреться. Карие глаза наполнились всепоглощающим отчаянием. Возможно, если бы Лис увидел эту душераздирающую картину — сжалился бы и отдал куртку, но, к сожалению, вокруг было достаточно темно.

— Дождь закончится- разведем костер, сейчас бессмысленно, — скупо процедил, словно не собираясь распинаться перед назойливой девчонкой. В ответ Яся со всей силы зажмурила глаза и уткнулась носом в холодные колени. Одиночество, страх и беспомощность накинулись с трех сторон и скрутили тугими узлами все внутренности. Очередной вздох получился надсадным, клокочущим в области горла. Сама не заметила, как дыхание сбилось, а громкие всхлипы заглушили стук сердца. Лис перестал крутить зажигалку в пальцах, заметив нездоровую атмосферу.

— Ты че плачешь? — сдвинул брови к переносице. Его голос не был наполнен состраданием, скорее твердым, каменным укором.

— Нет, — прозвучало отдалённо. Яся ущипнула себя за икры, чтобы взять под контроль эмоции.

Лис недоверчиво прищурился и щелкнул зажигалкой. Причудливые тени раскрасили все пространство рваными темными пятнами. Лица не было видно, а вместо него лишь дрожащая темная макушка. Тронул женское плечо, еще ближе поднеся огонь.

— Лицо покажи!

— Ну чего тебе? — подняла голову и шмыгнула носом. В этом неестественном освещении особенно ярко выступали острые скулы на осунувшемся лице.

— Прекрати сопли распускать, возьми себя в руки! — произнес сквозь зубы и убрал зажигалку. Не хотелось тратить газ попусту, да и зрелище малоприятное — "плачущая баба". Его никогда не трогали женские слезы, потому что по большей части они никогда не имели под собой особого основания. Телки обычно ревели, требуя объяснений при расставании, манипулируя своими меркантильными интересами в целях личной выгоды, а здесь — реальная объективная причина, и в этом состояла загвоздка. Лис не знал, что с этим делать, как ее привести в чувства, не тратя собственной лишней энергии.

— Ну что ты, как малая? — прозвучало чуть мягче, но тем не менее этой интонацией можно было без труда расколоть орех.

— Я домой хочу, я к маме хочу, — дрогнул голос и мимика исказилась до состояния обиженного ребенка. Лис так и знал," начнёшь проявлять участие, у девчонки случится истерика, ведь она несколько раз уже демонстрировала нестабильность психики". В темноте он не увидел, как беспомощно опустились уголки женских губ, каким жалостливым домиком сложились брови. Ярослава вновь уткнулась носом в коленки и замолчала. Никогда в жизни она еще не ощущала столь остро состояние одиночества. Будто все исчезло: города, люди, смех, беззаботность… Осталось только ощущение тяжёлой безнадежности.

"Лучше бы ты плакала", подумал парень и вновь щелкнул зажигалкой. Молчание настораживало похлеще раздражающих всхлипываний. Яся, кажется, начала засыпать.

— Успокойся, все будет… Сейчас дождь закончится и я разведу костер, утром мы обязательно выберемся! — поднялся еще на одну ступеньку вверх в сторону сопереживания. Это было неимоверно сложно выполнить, буквально язык прилип к небу, отказываясь успокаивать Ясю. Плечи ее еще сильнее задрожали и Лис осознал, в чем реальная причина.

Сквозь волны поверхностной дрёмы, Яся услышала звук расстегивающейся молнии и ощутила невесомое прикосновение к плечам. Через несколько секунд они покрылись мурашками. В недоумении девушка подняла голову, вглядываясь в темноту.

— Спасибо за куртку… - прошептала, просовывая тонкие руки в рукава. Таким объемом можно было завернуться почти до самых бедер

.

Это, конечно, не теплые слова поддержки, но согревало не менее эффективно. Яся прекрасно понимала, что парень остался с голым торсом. ради нее..

Эта мысль невидимой тонкой иглой прошла насквозь и ранила сердце. Стало дико неудобно. — А как же ты? — робко поинтересовалась.

— Я согрелся, сейчас бы поесть чего — нибудь..- совершенно искренне ответил Лис и сглотнул слюну.

— Мне бы тоже… скоро ужин, наверное… Обычно мама… - моментально согласилась девушка, отчетливо представив себе мамины котлеты с пюре. Показалось даже ощутила ноздрями сладкий аромат мясной корочки. В желудке заныло, закрутило.

— Ты с мамой живёшь? — удивился Лис, на секунду отвлекшись от яркой гастрономической фантазии.

— Да, а что такого? — натянула куртку на голову, высунув наружу лишь маленький, округлый кончик носа.

— Забавно, мамина дочка в глухом лесу, без воды и еды, чем тебе не реалити? — хмыкнул парень и повернул голову в сторону, где сидела девушка. В ответ услышал протяжный выдох.

— Если бы так, я бы сейчас сдалась за тарелку теплого супа… - немного повеселев, ответила девушка. В животе потеплело, словно она на самом деле почувствовала губами ароматный бульон.

Лис прекрасно ощутил позитивную вибрацию на которую перешла девушка.

— Отдалась? — словно не расслышав, удивился Лис.

Округлила сонные глаза, стряхивая поволоку с ресниц.

— Сдалась, дурак, в смысле вышла из этого шоу… - словно черепашка, откинула панцирь из куртки и громко закашляла, поперхнувшись.

— А… я уж подумал, что ты прикалываешься..

— Такими вещами не прикладываются, — обиженно выдала и вновь спряталась в теплый купол. Это его идиотское предположение вывело из состояния сонного транса.

" Тоже мне… отдалась за тарелку супа"

— Ну почему же, вот я думаю нам надо согреться естественным путем. Как думаешь, какая у тебя температура тела? — скрестил руки на груди и плотно прижал к телу.

— Не знаю, может тридцать пять… - ответила Яся и приоткрыла одно ухо, чтобы лучше слышать спутника.

— Ну и у меня тридцать шесть точно есть, а если объединиться, то станет еще теплее, — щелкнул зажигалкой, озарив собственное лицо оранжевым светом. Серо- синие глаза сделались игривыми.

— В смысле… обняться? — покраснела густо, и приоткрыла край куртки, подглядывая сквозь щель любопытным взглядом.

— Ну можно и так, внутрь же ты меня все равно не пустишь… - ответил парень и улыбнулся краешками губ.

— Ты совсем с ума сошел мне такие вещи предлагать! — вспыхнула, словно спичка. — Следи за языком.

— Я про куртку, а ты о чем..- не прекращая еле заметно улыбаться, парировал.

— И..я..про кур- р — тку, — начала заикаться, спрятавшись под куртку. Укусила себя за язык до боли. " Озабоченная идиотка".

Прошло ещё пару часов и Лис начал подмерзать, несмотря на прекрасную физическую форму. Никогда себя не причислял к хладнокровным, но видимо сказывалось отсутствие пищи. Он встал с колена и отодвинул рукой ветки. К счастью, на улице стало тихо, словно по чьей-то команде разом утих ветер и прекратился дождь. Вытянувшись во весь рост, он зябко ссутулил спину и сунул левую руку подмышку. Трава возвышалась мокрым ковром, пропитывая влагой низ штанов.

— Я бы за сигарету сейчас тебе точно отдался, — иронично пробурчал себе под нос и начал разбирать шалаш с одного края, ведь только там оставались сухие ветви, способные беспроблемно гореть. Не заметил, как работа закипела, ведь когда появлялась цель — Лис не видел препятствий для ее преодоления.

Тем временем, Яся почувствовала себя крайне виноватой. "Отобрала куртку у парня, да ещё и не согласилась поделиться. Какая же я эгоистка, мама права". Снаружи слышался шорох веток и треск. Откинув куртку на плечи, она с удивлением заметила, что сквозь большие коричневые опоры уже виднеется ярко — синее небо. Лис разобрал за три минуты почти весь шалаш.

"Похоже, прояснило".

На фоне темных деревьев мелькал высокий силуэт парня.

— А ночь где проведем, раз ты все разобрал? — опасливо озираясь по сторонам, спросила Яся. Все же в жизни все относительно: после ненавистного темного шалаша открытое, не менее темное пространство, казалось теперь менее комфортным.

— Здесь, у костра, — ответил, расставляя крупные ветки в форме вигвама.

— А, ну ладно, — пожала плечами и встала позади, наблюдая за манипуляциями спутника.

Спустя минуту все пространство озарил оранжевый свет большого костра. Яся с радостью прищурилась от яркого света и всплеснула руками.

— Как в пионерском лагере, круто! — на впалых щеках заиграл румянец. Жар припекал плечи и грудь, раскаляя ткань куртки все больше. Девушка суетливо отошла на метр подальше, продолжая неустанно наблюдать за парнем. Теперь уже совершенно согревшись, он выглядел бодрым и энергичным. На широкой спине играли рельефные мышцы — это зрелище было откровенно завораживающим. Крепким захватом руки он стиснул большую палку и прижал ногой, наступая. Раздался сильный треск.

Яся не решалась предложить помощь, да и не сильна была во всех подобных манипуляциях.

— Короче, пока костер очень яркий, нужно обойти периметр и искать все, что движется, — обернулся, впервые за несколько минут взглянув на девушку.

Яся была по — прежнему малопривлекательна: сонная, с расцарапанным лицом, растрепанная и в грязном платье.

— Зачем это? Я боюсь туда идти, — отрицательно покачала головой.

— А жрать хочешь? — цокнул пренебрежительно.

— Хочу! — кивнула, понимая теперь цель ночного поиска. Шоколадные глаза с тревогой посмотрели сквозь ночную мглу.

— Вот и иди, а я пока за огнем присмотрю, — твердо ответил, сооружая из палки рогатину.

— Но..

— Никаких но, а то пойдешь сейчас в другую сторону одна, поняла? — сталь в голосе прозвенела на всю округу.

— Но я не смогу есть зайца или кого — то ещё! — обернулась, пытаясь донести до парня свою позицию.

— Пф, — выдохнул, с раздражением разломив очередную ветку, — Ты ещё его найди, а главное поймай. Принеси хотя бы что — нибудь, жуков, червяков..

— Ты с ума сошел? — округлила глаза от ужаса и встала в позу, пристально глядя на парня.

— Слушай, ты, принцесса недоделанная… - привстал, отбросив испорченную палку в сторону. В жилах вскипела горячая кровь, а глаза наполнились гневом. Сделал три шага в сторону Яси и навис над ее головой черной тучей. — Рот закрой и шевелись, я тут тебя поить, согревать и кормить не намерен. Здесь не детский сад. Усекла?

— Да, — побледневшими губами произнесла и опустила глаза вниз. Поджилки затряслись и кончики пальцев запульсировали от прилива крови. Спорить бесполезно, а тем более нарываться на грубость.

— На, используешь как факел, — протянул две сухих толстых ветки, — сгорит одна палка, подожжёшь от нее новую, а ту затушишь, — не смотрел теперь на эту раздражающую девицу.

Яся поднесла длинную палку к костру и не глядя на парня, обиженно — исподлобья продемонстрировала все свое отношение к данной ситуации.

Лис подошёл сзади и бесцеремонно подтолкнул ее в спину.

— Ты долго будешь медитировать? Сухих веток не так много, а нам нужно протянуть до утра.

— Иду, руки убери, — раздраженно дернула плечом и резко развернувшись, протянула вперед зажженную палку. Лис успел отскочить, благо с детства обладал хорошей реакцией.

А потом, на протяжении нескольких секунд он смотрел вслед девчонке, задумчиво потирая щетинистый подбородок.

Погружаясь во влажный мох, балетки вмиг сделались сырыми и тяжёлыми. Яся нехотя отходила от костра на некоторое расстояние, периодически оборачиваясь. Она очень боялась заблудиться. Тени, которые факел отбрасывал под ноги, казались настолько необычными, что девушка дважды принимала их за живые существа. Нагибалась, настороженно вглядываясь в кочки и коряги. Ничего, только огромная палка в форме змеи. И чем дальше от костра- тем становилось темнее вокруг, и ночная прохлада неприветливо проникала за шиворот куртки. Уже готова была сдаться и вернуться обратно с повинной головой, но тут, в свете догорающего факела промелькнул двигающийся силуэт. Сердце Яси радостно и учащенно забилось. Она подсветила палкой то самое место у подножья дерева и внутри, между корней, заметила тёмную мордочку. Воткнула горящий факел в землю и собралась с силами. Словно получив команду изнутри, прыгнула вперёд и без труда поймала колючего ежа. Впервые, ликующе прижимая к себе добычу, поймала себя на ужасающей мысли.

" Чему здесь можно радоваться? Тому, что этот вандал его пожарит на огне? Или тому, что я выполнила его задание, словно собака? "

Встала, как вкопанная, прижимая к груди пыхтящий и раздувающийся шар. Теперь сердце отбивало вовсе не радостный ритм, оно виновато постукивало о ребра. Подняла находку вверх, не опасаясь уколоться. Словно ощутив невесомость, ежик высунул сначала одну лапку, затем разом три и в последнюю очередь на Ясю уставилась маленькая треугольная морда с мокрым носом посередине. Он вытянул шею, словно пытаясь ощутить опору. Взгляд карих глаз встретился с маленькими темными бусинами и сердце сжалось, словно его кто- то со всей дури сдавил кулаком. Глаза моментально увлажнились, девушка обернулась. Совсем недалеко, сквозь ветки кустов ярким пламенем горел высокий костер. Секунду. две… происходила открытая борьба. Борьба, которая незаметно каждый день происходит внутри нас. Выбор. Между актуальной потребностью и моралью. Это хорошо, если они не пересекаются, позволяя нам оставаться белыми и пушистыми, а что, если это не так..

Укусив себя за нижнюю губу, Яся решительно выдохнула в мордочку ёжика всю свою силу воли. Аккуратно, пытаясь не испугать, она опустила колючего в то место, откуда поймала и прошептала:

— Беги!

Словно в благодарность, ёжик повел носом по траве и шурша влажными спицами неспеша удалился в ночь. Отпустило. Ведь когда решение принимаешь, еще не знаешь наверняка, как лучше, и что будет правильнее в данную минуту.

Но послевкусие никогда не обманывает.

Свет всегда остаётся светом, а мрак — мраком. И как не пытайся перемешать эти два цвета, создавая видимость баланса, ничего не выйдет — серый, это не тот цвет, который символизирует чистоту. И Яся это ощутила буквально каждой своей клеточкой.

Она глубоко вздохнула, вытащила палку и направилась в сторону света. Душа была наполнена тяжестью, ведь ей предстояло выслушать немало " приятных" слов. Под ногами чавкала влага, засасывая ноги буквально по щиколотку. Остановившись, девушка не поверила своим глазам. Вокруг большой и мохнатой елки, словно рассыпанными гроздьями, росли яркие грибы. Сердце подпрыгнуло к самому горлу и девушка подсветила находку тлеющим концом палки.

— Лисички! — радостно прошептала, присаживаясь на корточки. Никогда в жизни бы не подумала, что будет радоваться этим неказистым, крохотным рыжим шляпкам. Мама часто привозила их из деревни целыми ведрами и когда просила перебирать грибы, Яся выбирала исключительно лисички, потому что они редко бывали червивыми и возни с ними — куда меньше. Пальцы тряслись так, будто Яся собирала не грибы, а рассыпавшиеся бриллианты. С яркой фанатичностью девушка выковыривала из мха даже самые крохотные, наполняя куртку новой порцией провианта. Спустя три минуты она с неподдельной радостью подняла вверх целый мешочек с добычей и направилась к огню. Теперь шаги были бодрыми и уверенными. В голове она рисовала победное восхищение и аплодисменты от скептически настроенного спутника.

— Я думал тебя уже съели, — не оборачиваясь, сидел вблизи огня.

— Не выдавай желаемое за действительное… - тут же победная улыбка сползла с губ. — Я грибов нашла. Много..- подняла вверх мешочек и посмотрела на парня.

— Ты чего такая неуемная… Я же говорил, не трогай грибы и ягоды, — сверкнул недовольным взглядом.

— Это лисички, вот… - положила куртку возле парня и развернула рукава.

Синие глаза удивлённо уставились на богатый улов. Тронул пальцами гриб, поднес к носу, моментально уловил тонкий аромат мха и свежести.

— Ну че, молодец, — теперь уже улыбнулся. — А придурялась, что ничего не знаешь, — поднял взгляд вверх и пытливо впился в лицо Яси.

— Эти грибы я знаю, — скрестила руки на груди и ощутила озноб. — Можно ведь пожарить?

— Можно, конечно, но сначала мою добычу снять надо, — перевел взгляд на импровизированный вертел из тонкой ошкуренной палки.

Яся не сразу поняла, что именно жарится на огне. Прищурилась, подошла поближе. Маленькая, сморщенная тушка выглядела вполне обугленной. Девушка скривилась и с отвращением посмотрела на парня, потирающего ладони.

— Кто это?

— Мамонт, — Лис не выглядел довольным, скорее напротив. В его душе разгорался огонь соперничества, "как это так девчонка принесла больше еды, чем я?" Укол уязвленного самолюбия стер следы язвительной ухмылки, с которой он встретил девушку. "Правильно втирает Чахлый, противника нельзя недооценивать".

— А серьезно? — присела на корточки, рядом, пытаясь согреться.

— Жаба, что не видишь? — со всей силы встряхнул куртку и повесил рядом с футболкой, на самодельную сушилку.

— Фу- у, — протянула Яся и брезгливо поморщила нос. — Зачем ты ее..

— Потому что мне нужен животный белок, и твоя ботва не даст столько энергии.

На самом деле он лукавил, ведь грибы являлись прекрасной альтернативой, просто он никак не ожидал, что Яся найдет их в таким достаточном количестве.

— Я это есть не буду, уже говорила, — решительно ответила, с сожалением глядя на растопыренные, довольно жирные жабьи лапы.

— Себе подобных, конечно… это же кощунство, — согласно кивнул, делая вид, что вовсе не подкладывает Ярославу. Помешал увесистой палкой огонь и вверх полетела череда пепельных искр. Затрещали с новой силой влажные ветки. Они словно отчаянно сопротивлялись огню, скручивая сочные, свежие листья.

Яся протянула ладони вперед, согревая их и впервые за несколько часов обнаружила бедственное положение кожи. Грязная, местами исколотая, местами расцарапанная до запекшейся крови, она выглядела безобразно.

— Будешь так со мной обращаться, я тебе не дам грибы, — нашлась, моментально ударив аргументом по мужской щеке.

Параллельно словесной дуэли девушка принялась совершать вечерние ритуалы: выдрала клок влажной травы и стала оттирать кожу на коленях.

Удалось. Задела. Лис повернулся на девушку и медленно отложил палку в сторону. Нависла угрожающая тишина. Ему не нравилось это победоносное выражение лица, ведь куда проще было управлять девушкой в подавленном состоянии.

— Я и не собирался, — выплюнул слова с равнодушием, похожим на те самые первые минуты знакомства.

— Ну и хорошо, — заупрямилась Яся, отложив пучок травы в сторону. Ее взгляд упал на грибы. Понятно, что их нужно как — то подготовить перед употреблением. Взяла в руки самый большой, покрутила и решительно оторвала ножку. Потом подумала, что с такой неэкономностью есть будет нечего и принялась отряхивать землю только с кончиков.

Лис параллельно начал жадно хрустеть добычей, словно это не жаба вовсе, а как минимум, лягушачьи лапки из французского ресторана. Яся даже не хотела на это смотреть, противно.

— Я не жадный, будешь? — словно издеваясь, протянул с барского плеча обугленную ножку.

Яся прицельно выхватила его глаза и прищурилась. Выразила молча все, что хотела высказать, но не решалась. Обжигающие капли неприязни, показалось, долетели до адресата, он отвернулся в противоположную сторону и замолчал.

— Можно теперь я? — нерешительно тронула зачищенную теплую палочку пальцами.

— Бери, — не оборачиваясь, Лис продолжал свою нехитрую трапезу.

Яся без труда насадила целый ряд грибов, похожих на мини- шашлычок и отправила на угасающий огонь. Прошло полчаса, а вид грибов нисколько не изменился. Яся поглядывала на спутника, не решаясь спросить совета. Покрутила шампур пальцами, потрогала грибы, они были терпимо обжигающими. Лис тем временем снова облачился в футболку, но куртку почему — то оставил на ветке. Ясе хотелось думать, что для нее, но она боялась разочароваться в очередной раз, поэтому не стала спрашивать.

— Сейчас бы сковородку, — мечтательно протянула девушка и вновь поставила грибы на огонь.

— Ну да, и холодильник, полный жратвы и кровать нормальную.

— Почему ты такой? — Яся посмотрела на его холодный профиль и вздохнула.

— Какой? — в очередной раз разворошил костер и молча снял грибы с рогатины, поставив их на несколько уровней ниже. Они сразу радостно зашкворчали, запахло жареным.

— Злой, неприветливый..

— А что, разве есть повод радоваться? — отряхнул ладони и опустился на корточки совсем рядом с Ярославой.

Девушка ощутила плечом, как сильная мужская энергетика искрила в воздухе. Она окинула взглядом его грязные кроссовки и невольно согласилась.

— Ну это не повод… ведь до этого у тебя была другая жизнь.

— А ты знаешь, какая? — выдал эту фразу так пронзительно, словно одной интонацией смог передать всю ее неоднозначность.

— Я не знаю, какая… Да я же даже имени твоего не знаю. Кроме того, что ты водитель.

Лис чуть не поперхнулся, удивившись этому предположению, а потом вспомнил недавний диалог и промолчал, не желая переубеждать девчонку.

— Ну так может поближе познакомимся, раз еще как минимум сутки… нам с тобой тусоваться? — робко предложила Яся, отодвигаясь в сторону. Сделала вид, что хочет повернуть грибы, а на самом деле ей просто было некомфортно находиться в такой опасной близости.

— А что ты хочешь узнать? — вполне дружелюбно произнес, вновь оказавшись за спиной Яси. Перехватил пальцами палочку и убрал с огня. Она не успела среагировать, только услышала прилив крови к ушам, когда их пальцы соприкоснулись.

— Да что хочешь, где живешь? Где родился? Есть ли семья, жена… - пожала плечами и уставилась в одну точку, гипнотизируя лисички.

Ничего не ответив, Лис принялся растирать между пальцев кору дерева, затем ловко скрутил из листа подобие сигареты и поджег. Яся смотрела на это с нескрываемым удивлением. Затянувшись, он закашлялся и бросил в мокрую траву эту сомнительную самокрутку. Девушка расхохоталась так звонко, что чуть не уронила все грибы в открытый огонь.

Скрывая взаимную улыбку, Лис отвернулся в сторону бывшего укрытия и прикинул количество сухих дров. Их было не так много, как казалось изначально и это его моментально обеспокоило. Сразу вспомнилось, как под утро, после дождя, бывает влажный густой туман. Живо представил себе его липкие, прохладные лапы, пробирающиеся под футболку. Передёрнуло. Остаться без костра совершенно не хотелось, ведь нужно было выспаться и набраться сил. " Еще и эта… будет ныть и стучать зубами всю дорогу".. - вполоборота посмотрел на Ярославу. Она не вызывала в нем особого сочувствия, скорее воспринималась как репейник в волосах, который сейчас не было никакой возможности скинуть.

"Надо искать березу" — прострелила мысль и парень стал припоминать, где поблизости растет это дерево. На несколько минут ушел в себя, но Яся этому ничуть не удивилась: с самого начала было понятно, что он отчаянный социофоб, но при этом — прекрасный манипулятор. Такой типаж людей был ей совершенно не понятен и местами даже неприятен. Одно дело, молчаливый, стеснительный Витька с соседнего дома, который явно имел проблемы с общением или Юрка — виртуозный болтун и игрок на женских нервах — все прозрачно. Ребята, как ребята. С такими мутными она не имела ничего общего.

"В этом же… все так странно переплетается.." — бросила короткий взгляд на спутника.

Грибы зазывно зашипели. Яся втянула ноздрями знакомый аромат, а потом аккуратно вытащила пару горячих шляпок двумя пальцами. Сначала ей казалось, что она не особо голодна, но как только первая порция исчезла во рту, девушка осознала, насколько ей все это время нужна была пища. Словно шашлык, зубами сняла весь ряд грибов и бегло пережевывая, покосилась на спутника. Сажа с подкопченных шляпок осыпалась на подбородок. Это было божественно вкусно!

Лис разом подкинул приличную кучу веток в умирающий костер и явно что — то задумал, утирая грязные руки о темные штанины.

— Посиди здесь, я пойду наберу веток и коры, — решительно произнес, посмотрев на увлеченную поедательницу грибов. Яся моментально перестала жевать.

— Нет, я здесь одна не останусь, я боюсь, — проговорила наспех, все ещё с трудом дожевывая резиновые, недожаренные грибы. На зубах что- то скрипело: то ли песок, то ли зола. Она подняла взгляд на парня и немой мольбой постаралась растопить его каменное сердце.

Как бы… не так. Он явно принадлежал к другому подвиду, имеющему устойчивый иммунитет от всяческих женских уловок.

— Будешь следить за огнем, у нас почти не осталось сухих веток, по новой будет сложно его развести, — безапелляционно отрубил, приняв суровый вид. Кривляния чумазой мартышки не производили никакого впечатления. Сунул руку в карман, отыскал зажигалку.

— А ты долго? — спросила, с неприкрытой тревогой во взгляде, машинально утирая грязный подбородок тыльной стороной ладони.

— Я не знаю, как пойдет… - сухо ответил, снимая куртку с сушки. — Сиди тихо, внимание не привлекай! Резко зажужжала молния.

— Чье внимание? — еще тише спросила девушка, оглядывая настороженно сумрачный простор. Ветром повеяло, ночной прохладой, смешанной с запахом влажной хвои.

— Весь список перечислить? — намертво впился взглядом серо- синих глаз, со стальным отливом. На щеках, поросших темной щетиной, играли оранжевые блики от костра. Яся смотрела на него, как завороженная. Приятные черты лица сейчас диссонировали с агрессивной интонацией. Это притягивало на бессознательном уровне.

— Ну раз здесь опасно, не лучше ли мне пойти с тобой? — сложила губы пухлым бантиком, видимо по старой памяти. Это всегда действовало на маму умиляюще. Однако, не сработало. Парень молча развернулся, и тихими шагами направился вглубь леса.

— Ладно, иди, — бросила в спину удаляющемуся силуэту и стиснула губы. Поворошила пальцами остаток грибов и снова принялась нанизывать их на палочку. Стало обидно, что этот парень воспринимает ее за пустое место. Конечно, Яся никогда не имела статуса " особо умной", но и полной дурой себя не считала, "школу окончила без троек и вообще.." — с досады сжала губы до бела. " Что он о себе возомнил? "

Ветки потрескивали в огне, а на душе разгоралась жгучая обида. Как интересно в жизни выходит, на большой земле Яся могла ощутить себя королевой — всего лишь принарядившись и нацепив на лицо маску неприступности. Она еще с подросткового возраста осознала, что мужчины обращают на нее особое внимание, оставалось лишь научиться этим пользоваться… И ведь реально казалось, что она овладела этим искусством, "вон какой парень обратил внимание, все девчонки обзавидовались" — успокаивала себя девушка. Но только сейчас, в этом самом моменте ее "нутро" словно вывернули и выложили на стол, а потом ткнули носом — на смотри, какая ты на самом деле королева! Что ты можешь, чему научилась за это время? Что стоит твое лицо и тело без обертки..?

Взгляд сам по себе лишился колючей злости, сменившись оттенком внезапного стыда. Яся испугалась этих мыслей.

Лис медленно, стараясь не хрустеть ветками, шел вперед, подсвечивая ближайшие деревья самодельным факелом. Зажигалку прихватил собой. Даже не будучи особо пугливым, сейчас старался как можно скорее сделать дело и вернуться к костру. Мокрая трава буквально цеплялась за ноги, мешала идти. Наконец он увидел что — то похожее на березу. Поднес огонь ближе к стволу и внимательно присмотрелся. Так и было: глянцевая от влаги, серая поверхность дерева была испещрена темными продольными полосами. Пальцами потрогал ствол, он был шершавый, как у всех старых деревьев. Принялся рвать, отдирать и отламывать все, что мог унести с собой. Параллельно подумал о том, как хорошо бы сейчас было оказаться на море, где — нибудь под пальмой, потягивая коктейль через трубочку. "Вместе с Женькой". Огонь ревности ущипнул за сердце, Лис прекрасно понимал, что она вряд ли будет хранить верность, дожидаясь его несколько месяцев.

"Ноги свои сейчас закидывает на какого — нибудь мужика".

Пальцы резко дернули большой пласт коры, она тихо отслоилась от ствола и упала под ноги. Его бесил тот факт, что Женя никогда ему не принадлежала: независимая, предприимчивая, успешная. "Почему в тот вечер не вызывала ментов, да ещё и позволила подвезти до дома?" — улыбнулся глазами, вспоминая, как танцевала коралловая длинная юбка на ветру, "потому что безбашенная" — подумал и запихнул очередную порцию за шиворот. На сердце стало теплее: воспоминания, словно ветки, брошенные в костер — сделали свое дело. Подумал о том, что когда сможет зарядить телефон, первым делом свяжется с Женькой," она наверняка поможет, она надёжная".

Костер недавно догорел и от черных, вылизанных огнем головешек, исходили тонкие струйки сизого дыма. Яся, моргнув, смахнула крупные слезы с ресниц и посмотрела на светлые полоски неба.

— Все, хватит! — слегка сжал обеими руками ее предплечья, пресекая дальнейшие всхлипывания.

— Я понимаю, что я обуза и ты

(всхлип), тебе… но знаешь… - путалась, заикаясь. Наконец, подняла голову и встретилась с ним взглядом. — Я выберусь отсюда и первым делом скажу маме, как люблю ее, — шмыгнула носом и окончательно отстранилась от мужского плеча. Ясе нестерпимо хотелось это произнести, словно верила, что мысль, облаченная в слова, непременно доберется до Вселенной и она поможет осуществить задуманное. Поправила платье, одернув вниз, и двумя размашистыми движениями утерла щеки от слез. Кожа безумно щипала сотней мелких иголочек, все больше раздражаясь от соли.

- Скажешь, — выдержав паузу, ответил Лис и задумчиво посмотрел на девушку сверху вниз. Обвел сканирующим взглядом ее исцарапанный лоб, спустился вниз, к ресницам. Они мокрыми стрелами обрамляли глаза, делая их еще более выразительными.

Это выстрелило неожиданно метко и глубоко: так смотрит ребенок, который потерялся в шумном месте и не знает, что ему делать. В этот самый момент он вспомнил себя, там, у подъезда, когда отца навсегда увозили в милицейском " бобике". Вокруг ходили незнакомые люди, соседи, они что — то сюсюкали, протягивали носовые платки и прочую совершенно ненужную в тот момент хрень. Холодом промыло желудок и все кишки заодно. Ощутил забытый страх и растерянность, быть может также остро, как эта девчонка сейчас..

" А кто тебе реально помог в тот момент, хоть одна с*ка протянула руку? " — воскликнул внутренний голос и парень опустил тяжелый взгляд и отошел в сторону. Стиснул челюсти и крепче сжал шершавую, сосновую палку. Поворошил слегка мертвый костер. Внутренняя борьба разбалансировала всю его недавнюю решительность, Лис постучал несколько раз сверху, разбивая крупные угли и они, словно ожили, налившись янтарным блеском.

Еще некоторое время назад он был уверен, что дальше пойдет один, и все в душе наполнилось темной, мертвенной сажей, но как только девушка перестала скулить и посмотрела вот так: молча и решительно, из самого сердца, что — то дрогнуло внутри и разгорелось, потеплело.

Он без труда раздул тлеющий костер, подкинул несколько веток, а затем сходил на ту поляну, где Яся нашла грибы и принес еще целую кучу. Пожарил, параллельно поглядывая на девушку и в конце концов молча протянул большую порцию на огромном листе, похожим на лопух. Пережёвывая пищу, она настороженно смотрела на спутника, не понимая, что теперь от него ожидать.

" К чему такая щедрость?" — вытерла губы " недавней " тарелкой.

Солнце окончательно проснулось, подрумянивая зелёную листву особым свечением. Яся все это время была погружена в тревожные мысли, ведь каждый жест парня воспринимался, как знак к тому, что он вот- вот решит идти дальше. И вот, наконец, настал этот момент. Лис аккуратно завязал края капюшона, сохранив чистую дождевую воду, ведь ее набралось за ночь достаточное количество, нагнулся вниз, потуже перешнуровывая кроссовки. Яся не догадывалась, что от того, как она поступит сейчас- решится ее судьба. Искоса наблюдала за тем, как петляет широкая лента шнурка, дважды прикусывая язык. Как же сложно было удержаться от унижения, скулящим голосом не попросить сжалиться и взять с собой! Она медленно подтянула колени к подбородку, опустила голову вниз и набрала в грудь побольше воздуха, делая вид, что его сборы ее совершенно не интересуют. А между тем прекрасно слышала каждый шорох, каждый хруст веточки. "Значит он рядом". Однако постепенно эти звуки стали все тише. и дальше.

"Вот и все. Ушел. Молча. Даже ни одного, пусть самого злого словечка не бросил на прощание" — раздувались круглые ноздри в такт тяжёлому дыханию. Яся, конечно, полагала, что он уйдет, как и обещал, но не настолько же равнодушно. Подняла голову и прищурившись, посмотрела сквозь сочную зелень листвы.

Золотые лучи повисли на горизонте, осыпаясь на деревьях причудливыми обрывками заката. Показалось, что в пяти метрах вспорхнула крупная птица и Яся вздрогнула всем телом. Схватилась за область солнечного сплетения и со свистом выдохнула в воздух весь свой страх.

Тишина. Полушепотом она окликнула спутника.

— Эй, ты где?

Никто не ответил. Застыла в нерешительности, не понимая, что с ним произошло и куда парень мог подеваться за несколько секунд. " Неужели убежал?"

Заглянула за пышный куст боярышника, аккуратно раздвигая ветки. Пусто. Только назойливый гул комаров над ухом.

— Не смешно! — повторила, хлопнув насекомое на лбу. Поморщилась от боли, поскольку попала ровно в место ушиба.

Немного поодаль снова послышались громкие мужские голоса. Осознав сложность собственного положения, Ярослава озадаченно покачала головой и двинулась на запах дыма. Ноги стали ватными от нервного перенапряжения, каждый шаг давался с трудом. Она попыталась интуитивно привести себя в порядок, приглаживая волосы, но от этого ещё больше стушевалась, прекрасно понимая, как она на самом она выглядит со стороны. Противоречивые чувства вонзились в сознание.

" А что если он прав, вдруг эти люди преступники или те самые..? " — замедлила шаг. Хотела уже развернуться назад, но, зацепившись за корягу, по инерции полетела вперед носом.

Прозвучал металлический щелчок и в этот момент Яся выпала из- за кустов, словно привидение. Четыре крепких мужика, открыв рты, с испугом уставились на девушку. Один из них схватился за ружье и направил его в сторону Ярославы. Она стояла на четвереньках, как вкопанная, не успев даже вскрикнуть от неожиданности.

— Не х*ра себе кабанчик! — удивленно воскликнул самый старший из них, седовласый, крепко сложенный мужчина лет пятидесяти. Он поправил камуфляжную кепку и вытянул рот овальной кляксой. Другой, самый юный из всей компании, молча опустил ствол коллеги плавным движением пальцев. Лицо его также вытянулось от удивления. Через секунду все они дружно рассмеялись.

- Извините, я почувствовала дым и вышла на запах, — пластилиновыми губами произнесла девушка, с ужасом осознав, что могла несколько секунд назад получить без предупреждения свинцовую пулю в лоб.

Урывками сон пронёсся в перемешку с реальностью. Периодически вздрагивая от громких звуков, Яся туже заворачивалась в края спального мешка. Казалось, что в этом теплом коконе сохранились последние частички безопасности. По крыше застучали редкие капли дождя, а через некоторое время все стихло и девушка сомкнула горячие веки. Представилось, как она попадет в родную квартиру, как обнимет любимую маму. Этим вечером, как всегда, будет открыта настежь балконная дверь и сквозь нее с улицы будет доноситься привычный звук рельсов. А ещё запах шиповника, такой сладкий, пахнущий детством, школьными каникулами и целым летом впереди. Растянула губы в улыбке, представив, что голова погружается в мягкую домашнюю подушку, но внезапный треск молнии заставил вырваться из сонных грез и Яся открыла глаза. Темно было настолько, что видно лишь слабые очертания крохотного окошка сбоку, над головой. Края брезента трепал сильный ветер.

— Кто э..? — испуганно вскрикнула, но звук тут же застрял на полпути. Горячая ладонь легла на губы и со всей силы стиснула кожу. Его дыхание было наполнено запахом алкоголя. Не давая опомниться, чьи — то руки дернули молнию сбоку спальника и от ужаса глаза Яси стали безумными. Она со всей силы пнула коленом в тугую ткань, а рукой толкнула вперед и упёрлась в крепкое тело. Сжала пальцами спецовку, пытаясь отшвырнуть нападающего, но не смогла. Замычала, ощущая губами запах жареного мяса, исходящего от его ладони. Возник рвотный позыв. Произошло то, чего она боялась перед тем, как заснула. И это совершенно не было похоже на страшный сон, ведь челюсть ужасно болела от грубого захвата, а ноздри ощущали горьковатый запах мужского дыхания. Он навалился сверху, продолжая параллельно удерживать рот девушки рукой. В какой-то момент Ясе показалось, что хватка ослабла и она резким движением попыталась подняться на ноги.

- Мне много — то не надо, — на ухо прошептал пьяный мужской голос и в нем Яся узнала нотки голубоглазого добряка. Могла бы остановить словами, хотя бы попытаться, но он так и не убрал ладонь с лица. Вместо этого просунул свободную руку вниз и принялся стаскивать штаны с Ярославы. Спасительная веревка, крепким узлом завязанная спереди, помешала ему это сделать. Он разозлился и зарычал, почти как дикий зверь. Подключил вторую руку и принялся разрывать ткань. Оказалось это не так просто сделать, после выпитых четырех стопок водки.

- Аа- закричала Яся и дернулась, высвободив руки. Она с такой силы вцепилась парню в волосы, что он на секунду застыл. И вдруг, в темноте Яся ощутила резкий и оглушительный удар по лицу. Зазвенело в левом ухе. И его слова эхом пронеслись по палатке.

- Ноги раздвинь, — просопел над ухом. Сдернул разом штаны, разорвав верёвку пополам.

С отвратительным чувством безысходности девушка слегка развела ноги в стороны, опасаясь получить новый удар. Он провел жадной рукой по плоскому животу, остановился и сжал ткань трусиков, затем склонился на ухом и возбужденно задышал, задевая струны неведомого, животного страха. Через несколько секунд навалился сверху, заёрзал, пытаясь снять с себя штаны и в этот момент Яся нащупала пальцами острие ножа, упершегося в ягодицу. Молниеносно проскочила мысль о том, что им можно воспользоваться. "Нужно только попробовать занести руку". Яся увернулась от поцелуя в шею и ощутила щекой холод брезента Когда он задрал вверх ткань футболки, сдвигая лифчик грубым движением, Яся сжала лезвие рукой еще крепче.

— Будешь хорошей девочкой, завтра доставлю в лучшем виде, — хрюкнул с вожделением и стянул женские трусики вниз. В тот момент, когда его твердый орган коснулся внутренней стороны бедра, Яся сумела освободить плененную руку и ударила его по спине. В ушах зашумела кровь и она еще раз занесла нож. На этот раз ударила сильнее, вонзив рукоять в мужское тело. Услышав неестественный хрип над ухом, со всей силы оттолкнула насильника в сторону и попыталась выпутаться из спального мешка. Он хватал воздух губами и бессвязно ругался, удерживая девушку за ткань куртки. Чудом она успела в последний миг выскользнуть из крепкого захвата.

Ничего не соображая, буквально билась о закрытую часть палатки. Паника, охватившая все сознание, не позволяла найти выход. Каким- то чудом наконец вывалилась из узкой двери и очутилась в темноте ночного леса.

Бежать! Пульсировало в голове и она, обернувшись, рванула в непроглядную темень.

Секунда прошла или две, но не успела даже набрать скорость, как ощутила новый захват сзади. Хрипя раненым зверем, преследователь протянул руку и схватил Ярославу за куртку. Подумала сначала, что зацепилась за ветку, дернула плечом со всей силы, но в ту же секунду правая рука оказалась зафиксирована за спиной.

Успела только набрать в лёгкие побольше воздуха, чтобы сделать последний отчаянный крик, но яркий свет фонарика озарил лицо. Перед глазами возникла огромная палка, ее тень мелькнула мимо и упала прямо над головой охотника. Послышался глухой удар и тело преследователя рухнуло в траву. Свет фонарика резко поменял траекторию, осветив землю. Яся с ужасом увидела мужскую спину, под своими ногами. Онемела в тот миг, когда сзади кто — то снова заткнул рот.

- Не ори, это я, — разжал пальцы и освободил девушку. В темноте Ясе показалось, что у нее возникли галлюцинации. Она не смогла вымолвить ни звука, поскольку нервное потрясение достигло своего дна.

— Стой здесь, я сейчас, — бегло скомандовал и тихий хруст шагов направился к шатру.

Яся не смогла бы бежать, даже если ей выстрелили под ноги. Остолбенела от страха. В округе было удивительно тихо и только шумное дыхание несостоявшегося насильника выдавало реальность происходящего. Отшатнулась, спрятавшись за деревом с другой стороны. Сердце давно покинуло пределы грудной клетки и билось под ногами.

Тем временем Лис в ускоренном темпе обчищал все, что мог. Запихнул в рюкзак воду, хлеб, короткостволку, два фонаря. Времени было слишком мало, он не успел оценить состояние оглушенного мужика. Вернулся даже быстрее, чем планировал, тем временем Яся стояла на том же месте, припечатавшись спиной в дерево.

— Беги, — увлекаемая за руку, она с трудом переставляла ноги. Спущенные штаны мешали делать широкий шаг и она дважды упала.

— Б* лядь, ты специально это делаешь, — впервые осветил фонарем девушку, лежащую на траве и удивленно застыл, проскользив взглядом по ее голым ногам, наполовину прикрытым спущенными охотничьими штанами. Показалось, что в ее руках блестел нож. Направил фонарь на это место и удивленно вскинул брови. Так и есть! Мертвой хваткой Яся сжимала рукоятку левой рукой.

- Так, вставай, пока они кипишь не подняли, — скомандовал Лис, сбитый с толку и резко дёрнул девушку вверх. — Давай нож. Направил фонарик на ее ладонь. Она молчала, продолжая крепко сжимать оружие.

Лис понял, что девушка пребывает в глубоком шоке, поэтому сам решил разжать пальцы. "Словно восковая". Потерял терпение и больно надавил на чувствительное место между костяшками пальцев. Яся скривилась и разом выпустила нож из рук. Лис посветил ей в лицо фонарем, чтобы привести в чувства и заметил темные пятна на шее. "Грязь. Это кровь?"

— Ты ранена? — встревоженно спросил.

Молчание.

Бегло распахнул куртку и проследил за цепочкой липких пятен. Они никуда не вели, а замкнулись на вороте куртки. Поднес фонарь ближе и тронул пальцами. Запах соленого железа ударил в ноздри. Этот запах Лис ни с чем не мог спутать. Снова вернулся к лицу девушки и заметил тонкую струйку, стекающую из мочки уха. Эхом прошлого возник женский крик и эта самая кровь, повсюду… И руки отца, тоже в крови, он оттирал их о занавеску и тряс мать в попытках привести в чувства. Замутило. Сглотнул слюну и ощутил противный ком в кадыке. С тех самых пор он не мог видеть кровь на женщине. В драке, собственных ранах — пожалуйста, а вот на женском лице… Это зрелище выкручивало все внутренности, наматывая на кулак.

— Ты его била ножом? Это его кровь? — настойчивее спросил, засунув фонарик в зубы.

Яся ничего не могла ответить, будто все пережитое собралось в огромный, плотный ком и перекрыло диафрагму. Когда человек заикается, он не может произвести определенный звук, Яся же не смогла бы его даже промычать. Лис посветил вниз и с большим трудом подтянул штаны Ярославе. Его руки предательски задрожали. Через секунду они снова упали. Выругался и подвергнул их дважды в области талии. Ярослава стояла послушной куклой и не двигалась. Это крайне не понравилось парню и он потряс ее за плечи. Ноль реакции. Времени оставалось мало.

— Побежали, потом поговорим, давай руку, я знаю дорогу, — спасительно выдохнул где- то над ухом девушки и потянул вперёд, освещая тонкой нитью дорогу сквозь темноту.

На ходу включил второй фонарик и передал девушке, крепко сжимая ее пальцы.

— Строго прямо и за мной, поняла? — проговорил как можно доверительнее.

Яся ничего не понимала и Лис, возникший из темноты, показался просто ночным кошмаром. Словно в фильме ужасов, дрожание фонарика сопровождало неровное дыхание. Это продолжалось совершенно недолго и вот они уже очутились на широкой лесной дороге.

- Свети фонарем, здесь где- то их тачка рядом, я в ней был, — суетливо выдал Лис и направил поток света немного левее. Девушка послушно повторила его действие.

— Чего стоишь, пошли вдоль дороги, значит выскочили в другом месте, — дернул за рукав.

Его горячая ладонь спустя несколько минут показалась все более реальной, словно сбросив с себя остатки помутнения, Яся пришла в себя. Вся хронология событий, начиная со вчерашнего вечера пронеслась перед глазами страшной лентой, но самый яркий из них, врезавшийся сознание, сбил дыхание. Она остановилась, дернув замок из их рук на себя. Глаза вспыхнули злостью.

- Где же ты был? — закричала резко и сильно, но вместо этого услышала лишь надсадный хрип собственного голоса. В эти короткие слова она заключила все отчаяние, весь леденящий ужас, что пришлось испытать за эту ночь. Направила фонарь прямо ему в лицо. Он осветил впалые скулы, покрытые черной щетиной, прямой нос, глаза, прищуренные от яркого света.

— Говори! — произнесла тише, но также хрипло. Лис ощутил при этом мощный толчок в плечо и прижал девушку к себе.

— Я тебе чего, в НКВД? — размашисто выбил фонарик из женской руки.

— Да ты… жалкий трус! — в отчаянии выплюнула и снова ударила его кулаком в грудь.

"Нельзя позволять ей кричать" — прижал сильнее, обнимая ладонью за затылок. Яся уткнулась носом в его плечо и зажмурилась. Вцепилась пальцами в куртку, словно пытаясь удостовериться в его реальности. Запах — тот же самый, она втягивала его ноздрями жадно, словно кошка валериану и постепенно успокаивалась.

- Мы не можем ждать, идем, — сухо шепнул в ухо и тронул на уровне лопаток.

Яся кивнула и с трудом оторвалась от его плеча. Казалось, он опять исчезнет а темноте. Словно пьяная, пошатнулась и подняла свой фонарь с земли.

Спустя минуту они отыскали машину охотников. В свете фонаря она выглядела старым, потрёпанным джипом болотного цвета.

- Мы что, угоним ее? Нет же ключа? — воскликнула Яся, с недоверием глядя через мужское плечо.

— А я по твоему че здесь возился, грёбаная развалюха, "поршаки" и то легче вскрываются, — щелчком открыл дверь и прыгнул на водительское сиденье. — Ну ты со мной, или опять к этим, добрым людям?

Яся совершенно не была настроена шутить и прыгнула на заднее сиденье. Мотор заурчал и Лис сорвался с места так быстро, как мог. Пусть небольшой, но все же план, у него был. Вернее так ему казалось..

На ухабистой дороге трясло так, что Яся дважды подпрыгивала на сиденье. Закрались сомнения, относительно частоты ее использования. Ещё и ливнем размыло, оттого машина периодически буксовала, заставляя спутников изрядно понервничать.

Темнота постепенно начала рассеиваться, и лес приобрел привычные очертания. На переднем плане темнели низкорослые кусты, чуть позади, в дымке, мелькали белоствольные березы. Густой туман стелился по земле и казалось, что они медленно, покачиваясь, плывут по мутной речке. И даже несмотря на жутковатый пейзаж за окном, Яся ощущала себя вполне комфортно. Как так произошло, что абсолютно незнакомый парень, имени которого она не знала до сих пор, стал гарантом безопасности!? Мельком посмотрела на спутника и изящной дугой изогнула бровь. Рука легла на коленку, непривычно прикрытую, пальцы сжали плотную ткань камуфляжной расцветки. Яся нервничала, она не понимала, почему синеглазый не заводит разговор об охотнике.

— Очухалась?

Он видимо заметил повышенное внимание к собственной персоне и повернулся в сторону Ярославы. Девушка кивнула, только сердце переполняла горечь от содеянного. Она несколько раз хотела рассказать о том, что приключилось, но не решалась, слова все еще застряли в горле. В глубине души ей казалось, что половину из случившегося попросту

придумало ее воспаленное сознание. Но кровь..

- А ты знаешь, в какую сторону ехать? — с сомнением произнесла и скрестила руки на груди, стараясь прикрыть темные пятна.

Машина вновь издала жалобный звук, минуя огромную лужу.

- Нет, естественно, ты здесь видишь навигатор? — не глядя на девушку, ответил Лис, переключая передачу. Он про себя проклял туман, бездорожье и весь национальный колорит русской глубинки.

Яся вновь ушла в себя, вспомнив неравную битву в палатке. Посмотрела вниз, на грудь и ощутила запах крови, пропитавшей куртку. Откинула зеркало над головой. На нее смотрела совершенно чужая девушка, с огромными глазами, лицо которой было бледнее простыни. На одной стороне лица запекшейся струйкой темнела кровь. Прикоснулась пальцами и поняла, что порвалась мочка уха.

Боковым зрением Лис наблюдал за попытками девушки оттереть сухие пятна с лица рукавом куртки. Стало муторно и противно.

— Сейчас остановимся, я полью тебе на лицо.

— Есть вода? — воодушевленно спросила и повернула голову в сторону парня.

— Есть, у них вообще дохрена всего, только денег нет, видно с собой носят, — разочарованно добавил и агрессивно нажал на педаль газа.

— А как ты это понял? — удивленно уставилась на Лиса и склонила голову набок.

Машина заревела, и покачнулась. Яся от неожиданности полетела вперед руками. За окном беспомощно гудел двигатель, прокручивая колеса вхолостую. Лис попробовал выбраться из колеи, но еще больше увяз. Колеса угодили в огромную яму, которую невозможно было заметить при таком освещении.

— Сиди, я посмотрю, — помрачнел и вышел из салона.

Хлопнула дверь и Яся неотрывно наблюдала за каждым шагом парня: вот он обошел машину спереди, нагнулся и исчез в тумане. Сердце девушки заволновалось. Куда он подевался? Вышла следом и также утонула в туманной дымке.

Лис ругался, энергично чавкая кроссовками по грязи.

- Давай толкай, раз вышла, — неприветливо обратился и кивнул в сторону багажника.

— Хорошо, — согласилась девушка и подошла к багажнику. Лис скептически посмотрел на ее миниатюрные ладошки, уложенные чинно на железо и цокнул языком.

— Слушай, ну вот так можно сделать, ты же не в ж* пу целовать ее собралась, — подошел сзади и уверенными движениями расставил шире женские руки и ноги. Яся ощутила, как он буквально обнял ее сзади, прижимая плотнее к багажнику. Это было слишком интимно и волнительно. Сердце мощно толкнулось в груди и по конечностям разлилась электрическая волна.

- Поняла? Толкать будешь рывками. — ощутил, как ее волосы на макушке щекотят чувствительное место подбородком. Яся задумчиво смотрела куда — то сквозь машину. Лису показалось, что она совершенно не понимает смысла будущих действий. — Ну как в сексе, на ритме, дошло?

Она едва заметно покраснела и молча кивнула. Хорошо, что он не увидел ее лица в этот момент.

Спустя две минуты бесплодных попыток, Яся покрылась мелким слоем грязных брызг и потом, который стекал вниз по скулам. Она совершенно не представляла, что с этим возможно что — то поделать. Выбилась из сил. Лис вышел из машины и с видом " так я и знал" попросил девушку поменяться местами. Яся села за руль, и ощутила во всем теле болезненное напряжение. В ладонях не было силы, как при болезни, ведь никогда не приходилось раньше так напрягаться.

— Давай! — крикнул парень и в раскачку принялся толкать бесчувственную груду металла. Девушка нажимала на педаль так самозабвенно, что казалось слилась уже с этим автомобилем в единое целое. Толку нет. Лис также выбился из сил на десятой минуте и отпустил руки от бампера. Дал знак Ясе выйти из машины.

— Пи*дец я устал, — вытер грязный лоб. — Давай так, ломаем лапник и подкладываем под колеса.

Яся округлила глаза от испуга, ведь при слове лапник ей представилось, что придется ловить зайцев и отламывать им лапки.

— Чего стоишь, идем, — по — пацански ткнул в плечо, указав взглядом массивное темно — зеленое дерево, растущее по правую сторону от дороги.

Оказалось, что лапник — в общем-то живой, но все же неодушевлённый предмет. Колючки осыпались прямо в глаза, пока Яся держала одну из веток, оттягивая вниз. Лис подрезал ножом ее основание и без труда выкрутил, осыпав Ясю с ног до головы фонтаном из сухих иголочек. Она возмущалась и закрывала глаза, но терпела. Про себя он отметил, что взгляд все чаще стремится прикоснуться к ее лицу.

"Как ни крути, женственная девчонка, прикольная, не то, что когда была размалеванная". Заметив на себе его пристальное внимание, Яся засмущалась, ей показалось, что он смотрит на грязную щеку.

— Это ухо порвалось, вчера… - свободной рукой тронула запекшуюся кровь.

— Я понял, — отрезал, давая понять, что не собирается дальше развивать эту тему. Естественно, он понял, для чего мужик преследовал испуганную Ясю, схватив за куртку и почему у нее были спущены штаны. Не хотелось в это вникать, а в подробности насилия тем более, фантазия и так успела нарисовать пару стандартных эскизов, когда в свете фонаря заметил ее голые бедра. Было ли ему жалко Ясю? На тот момент скорее нет, ему просто не хотелось, чтобы этот мужик убил ее на месте, поэтому и решил внепланово воспользоваться палкой.

Она коснулась следующей зелёной лапы и ощутила, как иголки впиваются в ладонь. Напряжение повисло в воздухе, как перед грозой.

— Я боюсь, — страх вырвался на свободу и пролетел черной птицей между ними.

Лис делал вид, что увлеченно орудует ножом, старался не смотреть на спутницу, чтобы не провоцировать на дальнейшую откровенность. У него задергалась мышца на скуле и он изобразил мимическую улыбку, пытаясь сбросить напряжение.

— Что ты улыбаешься? Я быть может убила его. Я… я… - часто захлопала ресницами, не зная, как подобрать слова. — Ударила два раза ножом.

— Куда? — сжал губы в напряжении, сильнее замахиваясь тем самым оружием. Как не пытался, а разговора, похоже, не избежать.

— Я не знаю, было темно, и он был сверху, на мне… а потом стал, ну ты понимаешь, руки распускать, — выдала и обожглась собственными словами. Закружилась голова от воспоминаний и стало дурно. Отпустила ветку и она лихо отпружинила в воздух.

Лис с трудом увернулся от колючих иголок и перевел взгляд на Ясю. Капля за каплей, она этими словами добивала в нем последнее желание сохранить нейтралитет.

- А чего ты хотела, когда лежишь под мужиком, что он тебе стихи читать будет? — дерзко и безжалостно прозвучал его голос.

— Что? Я не хотела и не звала, он сам… - раскраснелась вмиг от этих жестоких слов.

— Ты осталась ночевать в палатке с мужиками, ау, девочка, на что ты рассчитывала, на групповуху? — сжимая нож, помахал рукой перед ее лицом.

— Я спала в отдельной палатке… - слезы брызнули из глаз. — И я тряслась всю ночь, боялась глаза закрыть. И это все потому, что ты меня оставил. Это ты виноват, что я все это пережила, — не видя очертаний из- за слез, нарушила границы парня, практически крича обвинения ему в лицо.

- Ты не ох* ела? — прижал девушку рукой к стволу ели. — Я тебе говорил, не ходи, давай подождем. А ты что сделала? Что ты сделала? Хорошо еще вчетвером не вы*бли тебя, они же гастролеры, у них весь багажник в ворованном барахле, там медали, золото в пакетах, — больно надавил кистью в плечо и закричал в самые губы. Яся испугалась и зажмурилась.

— Прости, — только и смогла прошептать, вспомнив его предостережение. Оно почему-то выпало из сознания, оставив место лишь для гнева и обвинений.

— Он ничего мне не сделал, потому что я в него нож всадила, — добавила и опустила взгляд.

Услышав эти слова Лис испытал странное, весьма неожиданное облегчение. Сердце напомнило о своем местоположении, а вот мозг параллельно подкидывал привычные умозаключения.

— Ну браво, хоть не зря зарезала мужика, — похлопал медленно в ладоши, демонстрируя сарказм. — Спасла свою честь! Теперь нас найдут и ты присядешь.

— Ты шутишь? — убрала рукой нож от лица. — Я же не в сердце. И вообще — это самооборона, он меня чуть не изнасиловал.

— А кто тебе поверит, свидетелей нет, эти все за него вступятся, — пожал плечами и отпустил девушку.

— В смысле нет? Ты же видел? — и без того выразительные глаза сделались огромными.

— Я не могу… у меня и так проблемы с ментами, мне нужно в город, а потом куда — нибудь подальше, чтобы все уладить, — опустил взгляд.

— Ээ, — Яся не могла ничего понять, пребывая в очередном шоке. — Постой, что за проблемы? ТЫ ПРЕСТУПНИК? — в изумлении приоткрыла рот. Душа опустилась в пятки.

— А ТЫ НЕТ?! — эхом пронеслось, создавая в воздухе особые вибрации. Лис вызвал ее на поединок взглядов и тут же выиграл, Яся сдалась без боя. Она отошла в сторону и села на корточки, обнимая себя руками за плечи.

— Ладно, хорош рыдать, может он живой, если был сверху, значит ты засадила ему в лопатку.

— Думаешь? — с надеждой подняла голову и посмотрела на парня снизу вверх мутным взглядом.

Кивнул, задумчиво глядя на лезвие ножа в своей руке. Возникла шальная идея в голове.

- Давай, иди ко мне, — скомандовал, расчищая ногой землю брошенных еловых веток.

— Зачем? — встала недоверчиво и все же подошла.

— Ложись, будем следственный эксперимент проводить, — указал взглядом на мох.

Яся подумала, что рассудок ее окончательно покинул. Медленно опустилась на землю и с недоумением посмотрела на Лиса.

- Ты так и лежала, с поднятой вверх головой, как страус? — плавно опустил ее плечо вниз.

— Что ты делаешь? — испуганно прошептала, когда поняла, что он собирается лечь сверху.

— Он выше меня? — молча вложил нож в женскую ладонь.

— Нет, намного ниже, он примерно как я, — взволнованно ответила, ощущая, как на вытянутых кулаках парень навис над ней в непозволительной близости.

— Вот так? — прошептал практически в губы, медленно опускаясь на один локоть. Яся тут же ощутила весь его вес на своих бедрах.

— Да, — взмахнула ресницами и впилась взглядом в темно — серую радужку.

— Ну..- хрипло произнес, отметив про себя, как расширились девичьи зрачки. Они стали размером с чернику.

— Что ну… - загипнотизированная, девушка не могла сделать вдох.

— Бей, как била, — опустил второй локоть и обхватил ее руками.

— Нож был в другой руке, — выдавила Ярослава с трудом и перестала, наконец, смотреть на его губы.

— Пф, — разочарованно выдохнул. — А чего раньше не сказала. Моментально поднялся, позволяя ей переложить нож. Ясю не слушались собственные пальцы, они дрожали от перенапряжения и еще… знакомых спазмов возбуждения внизу живота.

— Давай уже, — в нетерпении попросил, ощущая, как тело начинает реагировать при таком тесном контакте с женскими бедрами.

Яся замахнулась и ударила примерно так, как было этой ночью.

Лис ощутил неприятный укол.

— Э, куртку не порежь!

Яся опустила руку.

— Ну я же говорил, ты ему попала в лопатку, нифига не сдох, максимум кровью истечет и то не сильно, там же кость.

Встал резко и присел на траву.

— И?

— Что и? Если все так, как ты показала, то проблем нет, единственное, тачку мы у них нефартово подрезали. Они позвонят сейчас ментам и нас скрутят, как преступников. Надо ее здесь бросать, не факт, что мы движемся на трассу.

— Какой кошмар! — воскликнула Яся, не понимая, почему это она вдруг должна прятаться. Она никак не могла знать, почему именно Лис так опасается встретиться с блюстителями закона.

— Давай уже, двигаемся, поедем на попутках, но сначала надо быстро отмыться и переодеться, у них там шмотья куча.

— А откуда ты. Ах, да, — махнула рукой, переставая чему — либо удивляться.

Багажник поднялся вверх и Яся открыла рот от удивления. Сверху до низа он был заполнен сумками и пакетами. Лис вытащил один из них и кинул на землю.

- Выбирай шмотки, только побыстрее.

— Зачем, они же чужие? — молниеносно запротестовала, отрицательно помотав головой.

— А это чего, твое? — бесцеремонно оттянул охотничью куртку. — Или ты собралась в город выйти к людям в таком виде? — указал пальцами на темные пятна крови.

Яся опустила голову вниз и осознала, что парень абсолютно прав. Нерешительно тронула пальцами яркую ткань и вытянула из пакета нечто, похожее на платье.

— Че, сразу в табор, будем милостыню просить? — ядовито прозвучало над ухом.

Яся брезгливо откинула платье в багажник и принялась по новой копаться в вещах. Они были разные по оттенкам и фактуре ткани, но объединяло их все то, что они принадлежали женщинам преклонного возраста. Ни одних джинсов или молодежных футболок среди них не нашлось. А вот когда Лис вытащил из пакета куцую шубу из овчины, Яся не смогла сдержать смех.

- Давай быстрее, хватит бабских этих копании, а то сейчас в шубе пойдешь дальше, — с трудом принял серьезный вид и строго просмотрел на девушку. Девушка в ответ бросила не менее осуждающий взгляд и терпеливо сжала губы. Что — то похожее на классическую юбку и свободную тунику нашлось в последнем пакете.

- Ну, чего смотришь, скорее, раздевайся, — нетерпеливо выдал Лис и всучил Ярославе одежду.

- Отвернись, — она запротестовала и со злости сжала темную юбку чуть ниже колен.

— Нет времени на церемонии, поняла? — настойчиво коснулся женских плеч в попытке снять куртку. И тут же получил весьма внушительный удар по щеке. В ухе засвистело так, что Лис приложил ладонь к виску.

— Я тебе не в рабстве, понял? А будешь ко мне так относиться, я сама полицию дождусь и сдам тебя, мне скрывать нечего, я никого нарочно не хотела ранить! А вот, что у тебя так за дела, ещё вопрос. И почему ты имя свое скрываешь? — дерзко ответила отвернувшись. Ладонь горела огнем. Скинула куртку и суетливо начала отворачивать подвернутые штаны. Они быстро слетели, обнажая худые, весьма стройные ноги с узкими щиколотками. Лис не ожидал такой прыти от девушки, поэтому машинально обернулся, собираясь возразить.

- Ни фига себе он тебя покоцал! — выдал первое, что пришло на ум, заметив тёмно — багровые следы на тонких предплечьях. Представил на секунду, с какой силой надо сжимать руки, чтобы оставить такие ужасные отметины. Помотал едва заметно головой.

- Что? — обернулась также и заметила на своем теле его изумлённый взгляд. — Отвернись, совсем обнаглел, — со всей силы выбросила вверх тунику. Она попала прямо на голову Лиса, закрывая обзор. Это выглядело несколько комично.

— Не тормози, одевайся, — кинул в обратку ей тунику и отвернулся. В душе разгорелся привычный огонь сопротивления, такая Яся нравилась куда больше, чем запуганная кукла со стеклянным взглядом.

Чувствуя себя не в своей тарелке, девушка подошла к багажнику. Лис увлеченно высыпал из небольших пакетов все содержимое. Вот заблестели кольца и цепочки, Яся только хотела открыть рот, как мужские руки сгребли все в одну кучу и сунули в карман куртки. Девушка в изумлении воскликнула.

— Ты сошел с ума, это чужое!

— Это уже награбленное этими упырями. А ограбить упырей- дело святое, да и потом, бабла нет, на крайняк заложим золото и возьмем билеты до дома. Усекла? — по — хулигански подмигнул и бессовестно продолжил копаться в вещах.

— Эй, ты, как там тебя зовут? — волна гнева захлестнула с головой и Яся вцепилась в рукав тёмной куртки. — Положи где взял, они у стариков, быть может, воровали, судя по наградам и одежде. У тебя хоть что- то святое осталось? Или ты конченный?

Ощутив грубый захват за плечо, парень отбросил кожаный портфель вглубь багажника и обернулся. Взгляд синих глаз острой бритвой прошелся вдоль лица Ярославы и остановился на зрачках. Высосал, выпил буквально за секунду всю ее решимость.

- Послушай, девочка, будешь мне морали читать, подвезу тебя с ветерком обратно, поняла? Лечить меня будешь, когда сама святой станешь, а я всю жизнь выживаю, как могу и поэтому до сих пор не сдох.

- Это подло и низко, у тебя что, нет отца с матерью? Неужели ты хотел бы, чтобы их обручальные кольца вот так кто- то в карман положил? — попыталась воззвать к совести и пробить огромную стену безразличия. В момент стёрлись все его положительные проблески и образ стал темным и безнадёжным. Ясе было очень больно смотреть на все это беззаконие, в голове не укладывалось, как возможно взять чужое, тем более у беспомощных стариков.

- Их кольца в земле давно… - резко ответил, положив руку в карман и демонстративно позвенел ювелирными украшениями. — А это… всего лишь беспонтовые цацки, они ничто без человека, поняла? Ни одна грёбаная вещь ничто без человека, пусть и самая дорогая. Ясно?

- Ордена не трогай, — мрачно ответила девушка и перевела взгляд на раскрытый пакет.

— Я вор, а не с*ка, — процедил и громко захлопнул багажник.

— Ты вор? Какой кошмар! — воскликнула удивленно, повторив его слова. Нахмуренные брови выдавали крайнюю степень осуждения.

— Да, бля*ь — вор и у меня нет ни х*ра по этому поводу внутренних противоречий, если ты не заметила, у нас вся страна ворует друг у друга, а ты чё, святая? — обернулся, сделав шаг в сторону Яси. Их лица находились в миллиметре друг от друга. — Кто ты есть? Зажравшаяся девочка из положительной семьи, без цели в жизни, которая всю ночь тусила с мужиком, нажралась до потери пульса, а потом прицепилась к другому мужику, лишь бы выйти отсюда. Где твои принципы, ты же такая пизд*ц хорошая, что своровала нож у этих барыг, а потом воткнула его в спину!

— Прекрати! — закрыла уши руками, не желая слушать это нелицеприятное резюме.

— Лицемерка. Кошмар ей. Иди, чинушам нашим это скажи, заяву напиши реальную на тех, кто у тебя ворует ресурсы страны, а не так… - бросил пренебрежительный взгляд.

— Каждый пусть за свое отвечает, — парировала.

— Даю тебе зуб, что не пройдет и нескольких дней, как ты сбросишь свои крылышки, принцесса! — прошептал губами в губы, практически касаясь кожи. Но в этом не было эротизма, только ненависть и желание содрать ее фальшивую кожу. Выбесила до ужаса, ударив по больному. Все голоса из детства вдруг ожили и хором закричали в уши — ВОР!!

А началось все как… Погрузился в воспоминания, доставая пачку найденных в салоне сигарет. Щёлкнул зажигалкой, затянулся и посмотрел в темно — коричневую петлю лесной дороги.

" Когда отца забрали под стражу, некоторое время я жил с тёткой, имени которой уже не помню. Она была толстая и противная, как Фрекен Бок, которая прессовала малыша. Я все чаще начал пропадать на улице, пока однажды не загулялся допоздна. Пришел домой, а она дверь не открыла, падла. Пришлось ночевать у Игоряхи Горчакова, а на следующее утро мы с ним пошли на рынок и спи*дили у бабки одной пакет пончиков. Голодные были. Вони потом на всю округу, потому что нас поймал дядя Витя, местный стукач. В итоге моя Фрекен Бок попала с инфарктом в больницу, но все же успела прилепить мне во дворе погоняло — вор. Так и пошло — поехало. Вор и вор, надо же соответствовать, не зря же тетки у подъезда шептались и девок своих прятали. А потом детдом.."

— Мы идём или будем медитировать? — Яся размахивала руками перед лицом.

— Че слепая, я курю, — рявкнул.

— У тебя уже пальцы дымятся, — возразила, указывая взглядом на короткий дымящийся окурок.

Лис молча закопал его в дорожную грязь и дал знак следовать за ним.

Из — за кустов снова послышалось утреннее журчание крохотной птички. Она нежно будила солнце своей ласковой трелью. Туман все больше рассеивался, обнажая реальные очертания происходящего.

Бросили машину, заметив первый дорожный указатель. Затем еще долго шли по поросшей бурьяном проселочной дороге. Складывалось ощущение, что впереди тупик. Солнце давно проснулось и теперь ласково припекало плечи. Только Яся хотела в очередной раз упрекнуть спутника, как высокий лес резко кончился, уступив место молодому подлеску, вперемешку с высокими травами.

- Ну че, съела, зануда? — дернул девушку за юбку.

Не обернувшись, Яся высунула язык и скривилась от неприязни.

- Ивановская, блин, мы не туда попали, — разочарованно протянула Яся, заметив указатель.

- Почему не туда, из этой деревни дойдем до следующей, а там на автостанцию!? — Лис поправил рюкзак, наполненный сворованной едой.

— Потому что она тупиковая, понял? Мне дед сказал, что она одна на всю округу. — Хлопнула себя по лбу и развернулась на сто восемьдесят градусов. — Пошли обратно, может успеем засветло.

— Ты совсем поехала головой, мы столько прошли, у меня плечи отваливаются. Давай затусуем у местных, переночуем.

— Ага, так тебя и ждут в деревне, там сейчас самый час — пик, все дворы переполнены.

— Че- то не похоже, — скептически возразил парень, окидывая взглядом поле, поросшее полынью и бурьяном.

— Ну хорошо, я пойду одна, — скрестила руки на груди и уперлась рогом. — А ты иди в деревню, тусуйся там, можешь заодно всех обчистить.

— Ну давай, давай, прямо к ментам, по прямой дорожке и в ворованных тряпках. Ты же умная! А чувак- то тот явно не доковыляет сам и повезут его в больничку ровно по той же дороге, а там — хоп и ты такая идёшь. Я тебе и нож могу с собой положить, ну чтобы наверняка. — Подмигнул и обогнал на узкой тропинке.

Лис заметно оживился, заметив на двери внушительный замок, и в глубине синих глаз загорелся нехороший огонек. Взял его в ладонь, посмотрел задумчиво. В уголках упрямых губ заиграла азартная улыбка.

- Пошли к тому дому, видишь закрыто! — в нетерпеливом ожидании попросила Ярослава, перебирая пальцами синтетическую ткань темной юбки. Посмотрела вниз, с крыльца, на тропинку. " Не вернется ли хозяин? " — нервно нижнюю закусила губу.

- Ты всегда так рано сдаешься? — не оборачиваясь, произнес тихим голосом и выпустил тяжелый замок из руки.

— В смысле сдаешься? Закрыто! Дома нет никого, ау?! Это незаконно, — настойчиво постучала пальцами по мужскому плечу.

Ничего не ответив, Лис резко присел на корточки и стал шарить руками по дощатому полу, покрытому приличным слоем умерших мух. Яся смотрела на него, как на ненормального, скептически прищурившись. Однако, спустя несколько секунд активного поиска, он торжествующе сжал крепкий кулак. Ключ нашелся прямо за наличником.

— Как ты это делаешь? — удивлённо открыла рот и недоуменно покачала головой. Со стороны он напомнил ловкого фокусника.

— Нюхом чую, где нычки, — без особой бравады произнёс и вставил ключ в замок одним резким движением. Толкнул дверь от себя и она с протяжным скрипом открылась. Мысленный щелчок по носу этой занудной девчонки прозвучал особенно приятно. Лис заинтересованно заглянул в темный чулан.

- Я не пойду, — отрицательно помотала головой и протестующе скрестила руки на груди. Наблюдать со стороны- это одно, а участвовать в этой авантюре — совершенно другое.

— Ну удачи, тогда вали и не отсвечивай! — медленно просочился внутрь. Азарт исследователя, такой же острый, как в детстве, проснулся в нем со страшной силой. Обрывки впечатлений от сталкерских похождений с друзьями вскружили голову. Не было уже дела до того, куда подевается спутница.

Яся так и осталась стоять посреди крыльца, с ощущением полного сюрреализма на плечах. Прождала его несколько секунд, но он так и не вышел обратно. Предательское ощущение дежавю ударило с спину порывом ветра. Развела руки в немом укоре.

"В который раз он так легко прогоняет меня. Что теперь делать? Одной идти к тому дому? Попросить у них телефон, маме позвонить? А если испугаются моего… внешнего вида, вызовут полицию?" — обиженно ступала по скрипучим ступеням, пытаясь унять внутренний гнев. И как ни пыталась настроить себя на одиночное плавание, ничего не получалось. Встала на тропинке, задумчиво посмотрев назад. Ветви яблони шелестели взволнованно под резкими порывами ветра. В воздухе снова запахло приближающимся дождем. Яся нахмурила брови и заломила пальцы на левой руке. Невозможно было решить, какой путь выбрать, и какой из них приведет к дому с наименьшими потерями. Но внутреннее чутье подсказывало, что нужно держаться за парня, поскольку он производил впечатление "откровенно непотопляемого прохиндея".

Раскачивая ветку, над головой протрещала сорока, словно клацая деревянными палочками по паркету. Ярослава подбоченилась и скривила губы в сомнении. Взгляд карих глаз упал на покосившуюся постройку летнего душа. Моментально в голове возник образ воды, льющейся теплой струйкой по голове, стекающей по плечам, запах мыльной пены и ощущение свежести ударили в ноздри. Яся сделала несколько шагов в сторону душа, несмело приоткрыла скрипучую дверь, заглянула внутрь. Узкая полоска света озарила противоположную стену, обитую зеленой клеенкой. Раскрыла дверь пошире, осмотрелась. Действительно, здесь было и мыло и даже бюджетный шампунь. Соблазн оказался настолько велик, что Яся зажмурилась, пытаясь отогнать наваждение. Закрыла дверь и в упорной борьбе сжала скулы. Сделала несколько шагов в сторону калитки, а потом остановилась.

" Ну что будет, если я помоюсь за три минуты и возьму каплю чужого шампуня? " — сомнение грызло изнутри.

Исследуя помещение, Лис осторожно прошелся по небольшим комнатам. Здесь жили старики, в этом не было никаких сомнений. Словно время кто- то отмотал вспять и сердце защемило от воспоминаний. "Такой же нелепый квадратный телек с выпуклым кинескопом стоял у нас на лакированной тумбочке. Отец смотрел КВН и иногда сажал меня на коленки, чтобы обсудить любимые команды. В животе закрутил узел холодного сожаления. Показалось даже увидел себя вот здесь, на табуретке, крохотным пацаном, что так восторженно пытается подражать родительскому смеху.

Посмотрел на миниатюрные кресла, подранные кошками и прикрытые куцыми накидками. Подошёл к окну. На подоконнике стоял горшок с кактусом, он выглядел вполне себе живым, хотя его явно не поливали. Лис обратил внимание на лист бумаги, сложенный вдвое и большие очки в роговой оправе. Трогать не стал," мало ли запалят где — нибудь… " Вместо этого прошёл в кухню и заглянул в холодильник. Он был отключен. На верхней полке стояла полная банка варенья, литрушка с прозрачной жидкостью и несколько банок тушенки. Это не могло не порадовать, "значит в доме действительно никто не живет и можно без особых приключений перекантоваться до утра".

Схватил с жадностью сразу обе баночки консервов и сглотнул жидкую слюну. Толком не ел последние сутки и это сказывалось на организме не лучшим образом. Посмотрел в небольшое кухонное окно, занавешенное до середины хлопковой белой занавеской: небо потемнело и сделалось дымчато- дождливым.

" Куда она слиняла, реально что ли ушла? Еще накосячит, сто пудов накосячит" — открыл банку тупым ножом и осмотрелся, в поисках стакана.

Тем временем Яся заскочила в узкую деревянную постройку и резким движением закрыла дверь на тонкий железный крючок. Скинула обувь, встала босыми ногами на прорезиненный коврик. Прохладный, слегка скользкий пол показался противным. Взгляд упал на крючок, с которого свисало небольшое коричневое полотенце с в синий цветочек. Трясущимися пальцами расстегнула молнию на юбке, она упала к ногам. Без лишних церемоний практически содрала тунику с груди и расстегнула лифчик. Сердце пульсировало взволнованно в грудной клетке. Никогда в жизни бы не подумала, что может мыться в таких спартанских условиях. Вода показалась жутко холодной, словно прожигающей до костей, но сейчас это уже не имело значения, "главное, все сделать быстро".

Волосы, спутанные плотными клоками никак не хотели разделяться. Нервничая, Яся раздирала темные пряди пальцами, при этом поджимая ногу от холода. Все тело покрылось мурашками и девушка тихо застучала зубами. Раны щипали, особенно свежая, на лбу. Она старалась намыливать лицо как можно нежнее, но все равно ощущала боль.

"Вода слишком громко шумит"- взволнованно подумала Яся и закрутила потуже хлипкий кран. Как только кожа привыкла к такому температурному шоку, вода принесла неимоверное удовольствие. Подставляя лицо под тонкие струйки, девушка услышала внезапный шум снаружи. Кто — то ломился в дверь, сотрясая ее, словно лист картона. Ярослава замерла, не решаясь произнести ни звука, сердце ухнуло в пятки. Сквозь щели в двери никого не было видно.

- Кто здесь? — наконец прошептала ледяными губами. В ответ тишина.

Словно притягивая своим страхом неприятности, Яся услышала на улице шорохи, а потом и стук калитки. Интуитивно подошла к краю и нырнула вниз, услышав совсем рядом тяжелые шаги. Приземлилась на четвереньки, не рассчитав глубину подпола. Лис ошарашенно посмотрел под ноги и округлил глаза.

В глотке Яси клокотало сердце, каким- то чудом нащупав внутреннее кольцо дверцы, она рванула его на себя и захлопнула крышку. Во время. В этот самый момент отдаленно хлопнула дверь, загремела цепь. Яся застыла: ни жива, ни мертва. Со стороны кухни послышались шаги такой силы и тяжести, словно жилище посетил слон. Нащупав Лиса в полной темноте, девушка прошептала.

- Тише!

Ничего не успев сообразить, он так и застыл, с трехлитровой банкой в руках. Вдруг шаги стихли, заскрипела половица, послышались странные хрипы. Темнота, казалось, засосала своим холодом и безграничностью. Яся чувствовала лишь теплоту дыхания на своем плече. Страх шумел приливом крови в ушах и то ли причудилось, но шаги больше не возвращались, а вместо этого Яся ощутила, как Лис со всей силы отдернул ее руку.

- Ты совсем сошла с ума? — произнес осуждающим шепотом, перехватив свободной рукой банку под дно.

— Там кто- то был! Я слышала шаги, — возразила девушка и дернула парня за футболку. — Тише, умоляю, нас найдут.

Ничего не понимающий, Лис для приличия просидел в полной темноте несколько долгих минут, ощущая спиной холод от завалинки, потом его терпение лопнуло и он вспомнил про зажигалку. В момент все озарилось тусклым оранжевым огоньком и Яся увидела очертания многочисленных банок, отбрасывающих косые тени на целую гору картошки, с торчащими вверх белыми "штуками".

— Фу, это что, червяки? — теснее прижалась плечом к парню, брезгливо глядя на сморщенную картошку.

— Где? — недоуменно вскинул темные брови, в красках представив себе это зрелище.

— Ну вон, — медленно перевела указательный палец на картошку и прищурила левый глаз, словно прицеливаясь.

Перехватив этот выстрел женским взглядом, Лис в ужасе осознал, что Яся видит те же самые ростки, что и он. Привстал и подошел ближе к куче, согнувшись в три погибели. Взял в руки картошку, демонстративно покрутил, тронул отросток пальцем и выжидающе посмотрел на Ясю.

- Ты серьезно? — мелкими шагами подполз обратно и буквально ткнул картошкой в нос девушке. Она брезгливо отшатнулась и отвернула лицо подальше от этого ужасного зрелища.

— Что ты мне тычешь? Меня сейчас вырвет! — сдавленно ответила и ощутила в ноздрях щекотливо- затхлый запах прелой картошки.

— Это ростки, а не червяки, она просто проросла, — бросил картошку вниз и отпустил кнопку зажигалки. — Хватит параноить, нет здесь никого.

— Давай посидим еще, — умоляюще попросила, прислушиваясь к звукам снаружи.

— Хочешь, можешь здесь переночевать, а я пошел, — нетерпеливо ответил и нащупал крышку люка. Толкнул ее со злости от себя и поднял лицо вверх, прищурившись от света. Подтянулся на руках, заглянул в комнату- никого.

— Так и знал, шиза по тебе плачет, — опустился вновь вниз и начал выставлять наверх банки одну за другой. Вскоре вдоль половика выстроились в ряд пузатые банки различных солений: огурцы, помидоры, перец и даже бутылка мутного самогона. Также Лис набрал немного картошки и с чувством выполненного долга окончательно вылез наружу.

Яся подошла ближе к свету, понимая, что ничего существенного не произошло со спутником и нерешительно окликнула.

— Эй, а я?

— А у тебя же привидения, сиди здесь, — подошёл к краю и заглянул в темный прямоугольник. Изнутри на него смотрело женское лицо, с белой кожей и высокой линией скул.

- Помоги, а? — ласково, типично по — женски попросила, демонстрируя слабые физические навыки, пытаясь подпрыгнуть.

Это выглядело максимально жалко.

Ни секунды не колеблясь, парень протянул руку в ответ и обхватил горячими пальцами ее хрупкую ладошку. Обменялись взглядами и в сумраке что — то заискрило. Лис потянул на себя одним плавным рывком и словно легкая пружинка, девушка выскочила наружу, скривившись от неприятного яркого света.

— Закрой, а то обратно полетишь, — разжал кисть, в которую так намертво вцепилась Ярослава. Пришлось встряхнуть ладонью, давая понять, что пора бы и отпустить… Девушка засмущалась и разжала пальцы.

— Спасибо. Ты думаешь это можно есть? — скептически посмотрела на банки, стараясь снять напряжение от внезапно возникшего притяжения.

— Откроем, станет понятно, уж картошку — то точно можно, — покрутил пальцами банку с огурцами, задержавшись взглядом на листе хрена.

— Чертовщина какая- то происходит, я же здесь слышала шаги, — убрала волосы в тугой жгут и виновато посмотрела на парня.

- Я думаю, ты просто пересмотрела ужастиков, — попутно бросил, уходя в кухню. Вскоре вернулся с небольшой кастрюлей, в которую набрал картошку с пола. Пока он деловито колдовал на кухне, девушка сидела на стуле и смотрела в одну точку.

— Эй, принцесса, иди картошку хотя бы почисть, — крикнул с небольшого чулана.

Яся встрепенулась и перевела взгляд с ярко — алой полоски заката. Она не то, чтобы ленилась, просто вставать и перемещаться лишний раз в этом доме не хотелось. Никогда в жизни не брала чужого, а за последние сутки восполнила этот пробел в пятикратном размере. Никак не могла это переварить и принять.

— А ножа получше нет? — скептически отложила в сторону небольшой ножик с коротким лезвием.

— А что, не получается чистить? — стоя спиной, Лис вскрывал одну банку за другой и саркастически улыбался. Конечно, он так и знал, "что эта неженка ничего не умеет делать", но позволить ей свесить ноги просто не мог.

— А ты попробуй почисть, он абсолютно тупой, — возмутилась девушка и взяла ножик в ладонь. Подошла к Лису со спины и помахала им перед лицом. Ничего не ответив, он резко обернулся и притянул руку девушки к себе, обхватил ее ладонь сверху. Не понятно, каким образом, отказался теперь за ее спиной. Подтолкнул бедрами вперёд, почти прижимая к старому деревянному столику. У Яси аж дух перехватило от неожиданности.

- Ну, давай покажу, как надо чистить картошку, — навис подбородком над плечом и произнес это таким тоном, слово девушка задолжала ему крупную сумму.

Лёгким, но настойчивым касанием он надавил на костяшки женских пальцев, заставив их обхватить картошку правильно. Затем накрыл большим пальцем ее указательный. Ярослава забыла, что нужно сделать вдох, и вместо этого сделала очередной короткий выдох. Голова закружилась, картинка поплыла перед глазами. От его тела исходила слишком неприкрытая агрессивно — мужская энергия и она не знала, как с этим справиться. Медленно махнула рукой и попыталась сбросить его руку.

- Хватит, я умею, дай сама, — сжала губы и сделала глубокий вдох, раздувая круглые ноздри.

— Я сомневаюсь, — еще крепче сжал ладонь, не отпуская женских пальцев.

Девушка поняла, что сопротивление бесполезно и расслабила руку, позволив ему продемонстрировать то, что он запланировал. Действительно, Лис деловито дочистил с ее помощью картошку и отбросил нож в сторону, слово не было в этой демонстрации никакого сексуально — подавляющего подтекста. Яся застыла и не могла повернуться, чтобы увидеть его реакцию.

— Остальное сама, и больше не говори, что нож тупой, — хмуро произнес и понюхал банку с огурцами. Кисловатый запах и пузырьки на поверхности ничего хорошего не сулили. Настороженно вытащил пальцами один огурец, понюхал и бросил обратно в банку.

Яся молча чистила картошку, как могла, ведь никто же не собирался слушать, что она вовсе не белоручка и вообще — то чистит ее раз в месяц, но специальной овощечисткой.

Лис вскрыл остальные банки, к счастью, помидоры оказались более съедобными. Спустя сорок минут он уже жарил квадратные дольки картошки на небольшой электроплитке с двумя конфорками.

Яся почувствовала внезапную усталость, по плечам прокатился ледяной озноб, ведь кофта действительно не успела толком высохнуть. Мельком бросив взгляд на девушку, Лис поставил к

сковородку прямо на стол.

- Ты че такая прибитая, все еще привидения ждешь? — решил немного развеселить спутницу.

- Нет, мне кажется я заболела, — нахмурилась, ощутив внутри глаз характерную ломящую боль.

Лис скептически поджал нижнюю губу и подошел ближе. Бросил внимательный взгляд на влажные волосы и мокрые пятна на плечах.

— Иди, переодевайся, иначе реально заболеешь.

— Во что? — подняла голову вверх и встретилась с его сосредоточенным лицом.

- Там в шкафу дохрена барахла, — указал взглядом на коричневую дверь.

— Неет, я вещи эти не надену, уж лучше буду мерзнуть, — резко запротестовала, помотав головой из стороны в сторону.

— Ну ты совсем что ли? — нетерпеливо нагнулся и схватил за края туники, поднимая вверх. Яся не поняла, как оказалась в одном лифчике, а на коленках лежала футболка спутника.

- Спасибо, я согреюсь и отдам, — прижала футболку к груди и не решалась посмотреть ему в глаза. Это было нечто больше, чем просто кусок хлопковой ткани, касающейся кожи. Как только Яся засунула руки в рукава, она ощутила, словно вся его сила и уверенность теплым покрывалом укутала плечи. Посмотрела на дымящуюся картошку и улыбнулась.

- Тебе надо выпить, прогреться, — налил мутной воды в гранёный стакан и придвинул на край стола.

- Я не уверена, — усмехнулась.

— Проспишься, встанешь, как новая, — безапелляционно ответил и сел на стул, сверкая безупречно подтянутым торсом.

Яся посмотрела на стакан и махнула рукой.

Горячим, обжигающим комом с трудом протолкнула глоток самогонки. Ярослава совершенно не думала, что это настолько крепкий алкоголь, поэтому замахала кистями рук, пытаясь погасить пламя во рту. Лис на все это смотрел, как на бесплатный цирк и только успевал накалывать картофельные дольки на алюминиевую вилку. Девушка выдохнула громко и перевела дух, с немым укором посмотрев на провокатора. Во рту горел килограмм острого перца, поэтому Яся не могла вымолвить ни слова. Пробило на слезу.

- Закусывать надо, — одним размашистым движением положил вилку перед ее ладонью. Она с лязгом стукнула по столу.

- Угу, — скорее наколола самый крупный ломтик картошки и отправила его в рот, но вместо облегчения, ощутила новый прилив обжигающего тепла. Прикоснулась пальцами ко рту и еще более выразительно посмотрела на парня.

- Ты просто ходячий прикол, Ася, — прицельно посмотрел на девушку, наливая себе такую же порцию самогона.

- Яся, — с трудом прожевала горячую картошку и смутилась. Стало крайне неприятно, что за все это время он так и не смог запомнить этот факт.

— А, ну да, сори, — опрокинул в рот одним движением полстакана мутной жидкости и скривил плотно сжатые губы. Плеснул ещё в стакан Ярославы и посмотрел на ее румяные щеки.

- Ну давай, за то, что шкуры целы, — поднял свой стакан вверх и дерзко улыбнулся.

— Ну давай, как там тебя… - выстрелила пренебрежительно взглядом, глядя сквозь парня, прямо на ржавую кнопку, удерживающую кусок обоев." Пока он не спросил про имя, все же было хорошо", и даже его футболка показалась уютной и удивительно согревающей.

Лис несколько секунд удивлённо смотрел на спутницу, резко сменившую тон, а потом залпом выпил и стукнул дном стакана об стол.

- Илья, — произнес четко и поднес ко рту вилку картошки.

Удивившись этому имени, Ярослава подняла одну бровь. В ее понимании его должен был носить благородный, добрый мужчина, косая сажень в плечах. "А у этого. кроме косой сажени от имени ничего и нет.." — опустила глаза на сковородку и принялась ковырять вилкой в картошке.

— Че, имя не понравилось? — спросил парень, ощущая тонкий, но весьма въедливый укол по самолюбию.

— Да нет, хорошее имя, — пожала равнодушно плечами. — Просто тебе не очень подходит, — наколола, наконец, большую порцию поджарок и медленно поднесла к губам.

И тут Илья смутился еще больше. Да, он не представлялся никому по имени уже около семи лет, и вообще тихо ненавидел все, что с ним связано, но " какого черта она решает, походит оно мне или нет? И почему не подходит?" — молча сверлил переносицу Яси своими темно — синими глазами: глубокими и задумчивыми.

— Че это не подходит — то? — не выдержал и внутренний вопрос вырвался наружу. Поджал нижнюю губу сурово, по — мужски и взгляд его стал холодным.

Яся задумчиво склонила голову на бок, обвела взглядом парня с ног до головы, задержалась на упрямых ямочках в уголках губ.

- Имя богатырское, а ты не тянешь на благородного, уж извини, — широко и победно улыбнулась.

Только сейчас поняла, что он особенно уязвим в этот момент: разомлевший от спиртного, уставший, ощутивший себя героем, накормившим никчемную спутницу.

- Пф, где ты этих героев видела? — налил себе еще в стакан и скрестил длинные ноги под столом. Он уловил ее нелепые попытки задеть, поиграть на самолюбии и принял условия игры. Не для того столько лет закалял кожу, чтобы какая- то девчонка могла так легко ее подцепить.

— Ну… если я их пока не встречала, это не значит, что их нет, — дерзко ответила и осушила залпом свой стакан. Даже занюхивать не стала, кровь быстрее побежала по жилам, адреналин выбросился мощным фейерверком.

- Много тебе придется таких вот мажоров перебрать, писька устанет искать, — откинулся на стул, ощущая, как напряжение с плеч уходит и спину приятно холодит деревянная перекладина. Развалился вальяжно, как воин после удачной охоты. Это очень сильно разозлило Ясю, а может это алкоголь так взбудоражил кровь..

— Эй, не суди всех по себе, — моментально оскорбилась и придвинулась ближе, сцепив руки в замок.

— Да я уже понял, что ты белая и пушистая, матом не ругаешься, майонез не жрешь, — нацепил свою фирменную непробиваемую ухмылочку и медленно подлил Ярославе еще немного самогонки.

За окном резко потемнело и в избе все очертания стали сумрачными.

Она словно приняла этот вызов, карие глаза наполнились горячим кофе.

- Ну я хотя бы от людей не прячусь и имени своего не стесняюсь и с законом у меня проблем нет, — бросила ядовито, продолжая свое путешествие под кожу. — Или ты просто так мне не говорил, как тебя зовут?

Лис внутренне вскипел, хотелось перекинуться через стол и схватить эту наглую девку за скулы, сжать пальцами так, чтобы эти пухлые губехи в трубочку сложились и замолчали. Раздражала неимоверно, но и притягивала в тот же момент. Было в ней что- то такое, чего он никогда не имел. Внутренняя самодостаточность что ли, может базовая уверенность в том, что она офигенски хороший человек. А у него что было?

- А ты не думаешь своим куриным мозгом, что у каждого проведения есть предпосылки, — сам не заметил, как по телу прокатилась приятная теплота и усталость. Ноги отяжелели и сделались немыми. Из души поперло что — то такое, о чем всегда хотелось молчать.

- Я просто не представляю, что должно случиться такого, чтобы человек стал грабить, вот так бессовестно вскрывать чужие дома, бросать девушек одних в лесу на произвол судьбы… Расскажи, а я послушаю и сделаю выводы… - подперла щеку кулаком, явно собираясь докопаться до истины. Не предполагала Яся, какой тёмный ящик собирается открыть.

Лис покопался в кармане, достал оттуда пачку ворованных сигарет и выложил на стол. Медленно провел языком по внутренней стороне щеки, словно по детской привычке пересчитывая зубы. Никто за все эти годы не задавал этот вопрос. Все разгребали лишь следствие, один за другим навешивая сверху ярлыки, штампуя новые клички и кидая свои предположения относительно его судьбы. Никому не было интересно узнать, как он дошел до этой жизни…

- Дох*ра причин, я даже не знаю, с какой начать, — достал сигарету, постучал фильтром об стол легонько, словно решаясь на откровенность. Балансировал на грани, между тем, чтобы вывалить на стол все, что накопилось и тем, чтобы закрыть рот и не распинаться перед этой бестолковой.

- У меня детство тоже не сахарное, — исподлобья взглянула на парня и решила вставить свои пять копеек. Засунула в рот небольшой соленый помидор и поморщилась.

— Че настолько не сахарное, что твой батя мамку как свинью зарезал в собственной квартире? Потом присел на х*р* ву тучу лет и помер от тубика, не выходя на волю? — поднес сигарету ко рту и щелкнул зажигалкой. Все таки сорвало стоп — кран и этот мрачный поезд из детства, с отвратительным скрежетом и лязгом возник перед глазами.

Не хотел, не собирался ворошить прошлое, даже где — то в глубине своей души, а тем более озвучивать это малознакомой девке. А с другой стороны — может именно потому что она проходная, малознакомая так неотвратимо хотелось облегчить душу.

- А почему? — стараясь не показывать ужаса на лице, спросила Яся.

— Да мужика она в дом притащила, пока он в командировке был, а люди добрые донесли. Мужик со второго этажа сбежал, а она не успела, батя справедливый, но горячий был, вот и сказочке конец. — закурил и перевел тяжёлый взгляд на Ясю.

Выстрелил глазами, полными подавленной агрессии и боли. Только осевший порох в серой окантовке показывал, насколько все давно было пережито, утрамбовано.

- А дальше что? — не зная откуда взялась такая смелость, спросила Яся, переставая жевать шкурку от помидора.

— А дальше я из школы пришел. Дома следаки, она на полу, прикрытая, я даже лица ее больше не видел, на похороны не взяли, отца увезли и больше я его тоже не видел. Тетка меня взяла под опеку, мразота старая. Запомнилось, как первую ночь спал без них, пока она с Ростова ехала. Соседка заглянула пару раз за вечер. Постель сам расстелил, кое — как, полночи смотрел в окно, ждал, что отец вернется, я же ничего еще не понимал, пока те же добрые люди не донесли, не разжевали… В детдоме и то лучше было, чем с теткой.

Яся сменилась в лице, не смогла больше сдерживать тех эмоции, что накрыли после этой короткой, но пронзительной исповеди. Старое, почти забытое, родом из детства всколыхнулось в груди, защемило, наполнило пальцы колючими иголками.

- А дальше?

— Че, хочешь пожалеть меня? Иди к Малахову тогда, там и похуже есть истории, — налил полный стакан, самогонка полилась через край, потекла струйкой по клеенке, а дальше вниз, на колени. Лис отпрянул, расставив ноги широко и отодвинулся на стуле. Яся молниеносно отреагировала, поднимая край клеенки.

- А мой отец всю молодость бил маму, — сжала губы и подставила ладонь, собирая жидкость обратно, — У тебя все случилось внезапно, а я с детства помню, как он напьется и трясет ручку двери, пытаясь войти в комнату. Она строила баррикады, как на войне, столом подпирала, а он все равно прорывался. Сильный был, в органах работал, — отпустила клеенку, когда мужские пальцы ее перехватили.

- И тебя? — мрачно поинтересовался, наконец, встретившись с ней взглядом.

— Меня нет, — встала, в поисках тряпки. — Я совсем маленькая была, совесть, наверное, не всю пропил. Хотя несколько раз мне по касательной доставалось, когда маму защищала. Помню напьётся в пятницу и приносит мне конфет. Я с детства ненавижу запах сосалок, особенно "барбариски".

- Резонно, — затянулся, свободной рукой удерживая клеенку в прямом положении. Вскоре подоспела Яся и аккуратно промокнула жидкость старой тряпкой.

— А дальше чего? — внезапно проснулся интерес и Лис не мог его не удовлетворить. Выпустил дым в темноту и попытался отыскать глазами силуэт Ярославы.

— Она потом подала на развод и уехала к бабушке, а он умер, непонятно отчего, говорили вроде цирроз, я не вдавалась, — вздохнула тяжело и посмотрела на тлеющий кончик сигареты.

- Да, у нас определенно есть повод выпить, — заплетающимся языком произнес, затушив сигарету о край сковородки.

— Ну ты и свинья, — ударила по руке, вскочив с места.

- Да, хреновый я попутчик, я тебе честно скажу, — снова откинулся на спинку стула и ощутил, как алкоголь вскружил голову, покачивая тёплыми волнами.

- Давай спать, завтра рано в путь, — произнесла Ярослава строго, по — матерински и убрала сковородку подальше от парня. — Слышишь, Илья?!

— Пфф, — выдохнул брезгливо. — Зови лучше Лис. Это мое погоняло, среди своих.

— Оно тебе больше подходит, — улыбнулась Яся, пошатнувшись, с трудом удерживая тяжёлую чугунную сковородку.

В полной темноте, лежа в разных углах, Яся и Лис были куда ближе друг к другу, чем вчера, сидя спиной к спине в тесном шалаше. Закрывая глаза, она снова и снова вспоминала его слова, пропуская каждое через сито своей души. Вот только ничего на поверхности не осталось, все ушло и впиталось, словно вода, наполняя душу невообразимой горечью и сожалением. Представила, будто наяву, каково ему было, мальчишкой в полной безызвестности. А потом детский дом! Что она знала о нем? Да, пожалуй, ничего существенного, только короткие зарисовки из книг и фильмов. Наверное, там было несладко. Вспомнила момент, когда столкнулась с ним нос к носу, каким он был каменным, как грубо крутил ее по земле, обыскивая. Никогда не встречала таких безжалостных людей. Да и людей с такой судьбой тоже не встречала..

- А из детского дома тебя никто не усыновил? — в темноте прозвучал вкрадчивый женский голос.

— Нет. Всем нужны были маленькие, миленькие детишки, а я был мелкой неуправляемой сволочью. Некондиция. Да и хилый, думали, больной.

— Самокритично, — протянула Яся и положила ладонь под щеку. — Получается, до конца там был?

— Да, спи, — оборвал нить диалога, не собираясь более ворошить все это болезненное нутро, оно и так за последний час разодрано в мясо.

— А родственников неужели больше не осталось? — не унималось горячее девичье сердечко.

— Дед с бабкой по отцу жили за Уралом, я их видел раза три в жизни, не знаю, живы или нет. А по матери только бабка, я ее терпеть не мог с детства, она рано умерла.

— А их найти не хотел? Почему они не забрали тебя?

— Да х** знает, опеку спроси, может и предлагали, я не помню ни хрена. По факту никто больше не стал впрягаться, можешь это принять как факт? Или тебе сочинить сказку на ночь, с хэппи эндом, чтобы ты могла сладко уснуть?!

— Спокойной ночи, я все поняла, — смиренно хлопнула ресницами и замолчала.

— Угу, — с трудом устроился на полу, касаясь голой спиной старого атласного покрывала.

Лис не смог уснуть. Странное возбуждение от душевного освобождения ощутил, будто скинул половину груза с души. Только вот куда? Кому?

" Девчонке, которая сама как пришибленный кузнечик, чего- то дёргается, а цели нет, видно мать всю ее затюкала. В мужиках еще не разбирается, за меня уцепилась, будто я смогу ей чем — то помочь. А чем? Ну выведу я ее, что само по себе, под вопросом, а дальше? Найдут ли ее бычары эти или не станут связываться. Хрен знает, как карта ляжет.." — откинул руку в сторону и ударился пальцами о край шкафа. Прервал несвойственную рефлексию.

Яся вздрогнула, перевернулась на бок, кровать заскрипела. Он, кажется, встал и прошел мимо, также скрипя половицами.

- Ты чего не спишь? — прошептала ему в спину и приподняла голову с пледа. Напротив ярким пятном светлела печка.

- Курить пойду, — бросил коротко и прошел мимо.

Рассвет здесь был особенным. Это не просто полоска молочно- розового всплеска, нависшего над многоэтажками и высокими трубами. А так, едва уловимо: нежным шепотом листвы, покрытой крохотными капельками солнца, волнами мохнатых трав, утопающих в утренней росе, особенной, кристальной тишиной. Лис нехотя распахнул глаза и прищурился, сейчас он был похож на шкодливого мальчишку с взъерошенными волосами и помятой щекой. На линии темных ресниц легли мягкие тени. Он поморщился от явного дискомфорта, в лопатку врезалось что — то острое. Наклонился вперед и потер спину. Спал, облокотившись на деревянную стойку за что и поплатился.

" Сколько времени?" — потер пальцами колючую щеку и бегло посмотрел под ноги. Псина явно не собиралась уходить, вальяжно расположившись на ступенях. Илья аккуратно отодвинул темную морду в сторону, собираясь встать. Тот вздохнул, но так и не проснулся.

— Сторожевой ты пацан… че — саркастически хмыкнул и осторожно переступил через темную морду. Дверь жалобно скрипнула и Лис оказался в доме. Едва пробравшись сквозь занавески, утренний свет лег косой полоской на пол. Осветил старые, местами заштопанные половики. Тихими шагами подошёл к углу, в котором стояла старая железная кровать. Яся спала, расслабленно раскинув на подушку правую руку. Взгляд синих глаз утонул в русых волосах, чистыми волнами обрамляющими женский профиль. А он у нее был потрясающе гармоничным: аккуратный лоб, прямой нос с округлым кончиком, нежная линия скул. Уже протянул руку для того, чтобы потрясти ее за плечо, но остановился. От лица исходило особенное свечение безмятежности. Как его разрушить, ведь Яся так отважно перенесла все тяготы лесного путешествия.

"Реально, при всех равных раскладах она все таки девочка, пусть ещё немного наберётся сил, неизвестно как до дома добираться придется". — смягчился и медленно убрал руку.

Словно в благодарность девушка улыбнулась во сне и и на щеке нарисовалась выпуклая ямочка. Это было слишком трогательно и Илье не понравилась волна предательской теплоты, возникшая из ниоткуда в грудной клетке. "Все эти карамельные картиночки, где девчонка спит, а пацан гладит ее волосы на подушке… Бээ… Кто это вообще придумал? "

Нахмурился, обхватив пальцами собственные скулы. Щетина непривычно царапала кончики пальцев. Смотрел на Ярославу и не видел длинных ног, обнажившихся из под пледа, не собирался заглядывать в ложбинку, между двумя краями атласной ткани, взгляду открылся только бесконечно нежный, почти облачный силуэт.

" Когда спит и рот не открывает, можно подумать, что вполне себе нормальная" — мысленно подбирал алиби для неожиданно возникшего интереса.

Дрогнули тонкие пальцы и девушка приоткрыла губы.

— Как же… как же — невнятно произнесла.

Лис отшатнулся в сторону, опасаясь, что проснувшись, она попросту испугается. Выглядело это так, словно молодой лось испуганно попытался избежать столкновения с человеком. Нелепо. Для него совершенно нехарактерно.

- Доброе утро! — произнесла сонно и потерла глаз кулаком. — Уже пора вставать? А ты чего здесь стоишь?

— Я попить, точнее покурить..

Слово пытаясь запутать собственные мысли, поймал самого себя за хвост, прикусил кончик и разозлился.

— Так рано?! — воскликнула, посмотрев на часы с кукушкой.

— Да, чего дрыхнуть, надо прошерстить по дворам, пока все спят, может мопед какой стоит, подрежем, — сменился в лице, на глаза накинув поволоку равнодушия.

— Неет, это без меня, — поднялась на локте и медленно поморгала глазами, словно сова, которую вытащили из дупла ясным днём.

— Значит без тебя, — не долго думая выпалил и скрестил руки на груди. Яся бросила взгляд на отчётливый рельеф мужского торса и обожглась потоком совершенно ненужных мыслей. Отвернулась, пытаясь выкинуть их из головы, но они с весёлым треском возвращались обратно. " Дура озабоченная" — едва заметно укусила кончик языка.

Солнце лениво перекатилось за огромное пушистое облако и все вокруг наполнилось яркими красками. Лис открыл створку окна, впустив в дом порцию свежего, по- вечернему плотного и влажного воздуха. Втянув ноздрями запах дыма, Яся озабоченно посмотрела во двор.

— Нехорошо получилось с платком этим и вообще, с домом, я же говорила, — взяла предмет с подоконника и расправила в раскрытой ладони, провела указательным пальцем по выпуклой букве, и с сожалением поджала нижнюю губу. Свет проникал сквозь невесомую ткань и платок от этого казался волшебным. Сразу вспомнилась история старика и перед глазами возник образ этой женщины.

"Какой она была? Быть может, эти салфетки на столе вышивала сама, а что было дальше? Как они прожили жизнь, здесь, в этом доме? " — с особым вниманием смотрела на весьма несвежие обои, старые часики с кукушкой, "красный" угол с иконами, обрамлёнными белым кружевом.

— Хорош залипать, давай уже к деду пойдем, видишь он баню затопил, — подошел со спины и сверху покосился на платок.

Яся затылком ощутила суетливую волну нетерпения. На самом деле, Илью действительно сильно раздражали чужие семейные ценности: традиции, все эти "напускные" совместные ужины, фамильные брошки, платки и прочая атрибутика. Ему всё это казалось дико искусственным, как будто эти ритуалы помогали насильно скрепить членов семьи.

— Ну правда, неужели тебе не стыдно от всего этого? — обернулась неожиданно и встретилась с ним глазами. По лихорадочному блеску Лис почитал максимальную степень осуждения. Терпеть этого не мог, особенно в такой форме, когда закатывают глаза и по — учительски поджимают губы. Выхватил платок из рук Ярославы, пристально впился в него взглядом, а потом поднял вверх и неожиданно прикоснулся им к губам Яси.

— Вещи надо использовать по назначению, а у тебя рот в картошке, — убрал руку от лица и пренебрежительно швырнул платок обратно на подоконник.

— Офигел?! — задыхалась от негодования и хватала воздух ртом, словно рыбка, пальцы при этом лихорадочно встряхивали предмет в воздухе, стараясь очистить от возможных загрязнений.

— Ты слишком заморочена на вещах, надо быть проще и жить станет легче, — демонстративно расставил ноги в стороны и скрестил руки на груди. Достал сигарету.

— Это их семейная память! — также сложила руки на груди, отзеркалив позу Лиса и сделала шаг навстречу. Не смотря на разницу в росте, Ярославе казалось, что сейчас она на две головы выше, ведь за ней стоит несокрушимая правда. Казалось. Может несколько секунд. А потом его мощная энергетика оттеснила всю решимость назад.

— И что? — членораздельно выдохнул в лоб и скривил губы в противной лисьей ухмылочке. Как только он оказался совсем рядом, вся бравада лопнула, словно шарик под его острым, отрезвляющим взглядом.

— А то, что мой дед говорил: " дерево без корней долго не стоит", понял? — произнесла менее патетично и сделала шаг назад.

— А, может, мне нахрен не нужны эти корни, они тянут к одному месту, а я хочу быть свободным от всех этих условностей, — прищурился и вальяжно покрутил сигарету в зубах.

— Ну как возможно в этом мире одному? Вот что — то случится у тебя, кто поддержит, кто вытащит из беды, денег займет, наконец, я не знаю? Если не семья, то друзья хотя бы..

— И где были все эти люди, когда ты мох жрала и стонала, что сейчас сдохнешь?

— Очень снисходительно, — поджала губы и отвела взгляд. — Если бы кто из них мог, поверь, пришли бы на помощь.

— Угу, — кивнул и поднес зажигалку ко рту. — А ты знаешь, что за все надо платить, а мне вот не нравится, когда меня обязывают. Почти все родаки сначала тебя кормят, поят, за универ платят, а потом с ох**нными претензиями выставляют счет, по которому ты должен "то "и "это"?

Серый дым вился змеями вокруг, словно проникая в мозг, искушая. Яся невольно вспомнила, как мама частенько упрекала дочь за те или иные поступки. Распахнула глаза и в них отразился предательский блеск солидарности.

— Че, вспомнила, как маман тебя на работу прогоняет?

— Жалко тебя, Илья! — отогнала рукой марево дыма и пронзила взглядом, обжигающим, неравнодушным. Чем больше они начинали сближаться, тем сильнее Яся ощущала его эмоциональную травмированность, поняла, насколько " пустотел" его фундамент.

— Себя пожалей, вернёшься к маман, она тебе такой пи**ы даст, что все твои корни затрясутся. Ещё и слиняешь досрочно, под крыло какого — нибудь нового мажора. Тебе, наверное, не привыкать ночами кататься, — затянулся и посмотрел сквозь Ясю.

— Ты жестокий, но я могу тебя понять, — смягчилась, словно прокручивая вчерашний вечерний разговор и вспоминая некоторые детали его прошлого.

Лис сменился во взгляде, ухмылка исчезла с губ и на лице заиграло напряжение. Брови опустились и веки сделались тяжёлыми.

— А меня не надо понимать! Я не нуждаюсь. Жил без этого всего и еще много лет проживу, а вот ты с таким отношением к жизни опять встрянешь.

— У каждого свое мнение, давай не будем спорить. Это бессмысленно, — нашла в себе силы не вступать в полемику.

— Пфф, — выдохнул в воздух ироничную улыбку и кивнул, затушив сигарету о подоконник, буквально в сантиметре от платка.

Вскоре вышел.

В доме пахло гостеприимством и Илья сразу это ощутил. Даже по плечам морозец пробежал, до того забытое что — то из детства всколыхнулось. Когда — то родители были вместе, собирались за столом, пили чай вечерами и в квартире пахло семьёй. Пропустил Ясю вперёд, а сам застыл на пороге, словно боялся пропитаться этим всем..

Лис остался позади, но из вида ее не упустил. Взял след, сам того не желая, будто он не человек вовсе, а просто лохматый кобель, подчиняющийся инстинктам размножения. На ходу начал придумывать оправдания самому себе, делая гигантский крюк в ненужном направлении, и в принципе, нашел: " В конце — концов она ещё может быть мне полезной, у нее есть бабло.." — заглядывая по верхушкам голов, отыскал ту самую — бедовую, неподдающуюся пониманию и здравому смыслу.

" Точно она. Нифига себе скорость, реально решила убежать" — прибавил шаг, маневрируя между тележками и чужими ногами.

Между тем, подойдя к длинному подземному переходу, Яся заметила все того же разбитного дядьку позади. Он что — то невнятно бормотал и только эхом его прокуренный голос отзывался в холодном пространстве. Прибавила шаг, быстро перебирая ногами по ступеням. А их, как на зло, было целое море. Ещё и нога левая заболела. Кроссовки, подаренные Марией, оказались малы на целый размер. Заволновалась. Вокруг давящая темнота, низкий потолок и только жёлтая гирлянда из фонарей над головой. Яся бегло обернулась, продолжая быстро идти вперёд. К счастью, мнимый преследователь развернулся в обратном направлении, заметив что- то похожее на недопитую бутылку пива, приставленную к стене. Он радостно всплеснул руками и снова запел частушку.

Мысленно выдохнула, продолжая двигаться по широкому коридору.

" Сейчас же не полночь, ну и что, что темно. Нечего бояться". - словно мантру повторяла.

Мимо проплыла большая стайка людей, и ощущая себя в безопасности, Яся остановилась у стены, чтобы осмотреть натёртую ногу. Идти дальше было просто невыносимо больно. Совсем рядом, метрах в двух поодаль, сидела девушка, играя на скрипке грустную мелодию. Ее нежные переливы, отражаясь от стен, объемным потоком закружили в медленном танце. Яся невольно заслушалась и засмотрелась. Стало совершенно ясно, что это светловолосое создание выпорхнуло из сказки и сейчас просто дико неестественно смотрится на фоне этих серых, исписанных стен. Облокотившись на холодную плитку, Яся вытащила ногу из обуви и осмотрела. Так и есть, огромный пульсирующий волдырь. "Так романтично на фоне классической мелодии".

Создавая видимость очень увлеченной трапезы, Яся неотрывно смотрела на длинную царапину на поверхности стола. Сто тысяч раз пожалела, что так резко обошлась с Ильей, " затупила и не купила поесть, а ведь он так долго шел по лесу, наверное голодный, как волк, а я и перед отъездом поела и сейчас сижу, наворачиваю" — посмотрела с укором на блин, будто бы это он виноват в сложившейся ситуации. Блинчик в свою очередь печально смотрел с тарелки своими дырявыми глазами и определённо сочувствовал.

- Ты мне не веришь? Это точно он, я же не маразматичка, такого симпатягу сразу запомнила.

Яся пересеклась с девушкой взглядом и сомнением взмахнула ресницами. Слова Арины застряли поперёк горла: никак не верилось, что Илья действительно ее не бросил, а таким странным образом поучаствовал в этой сложной ситуации.

" Почему тогда не остался, вдруг они бы надумали вернуться и после не признался? Ещё и простебал меня сейчас" — процарапала ногтем по столу и посмотрела вперёд, туда, где вереницей разноцветных ларьков улица разделилась на две части.

- Извини, что спрашиваю, но ты выглядишь так, будто у тебя три злых кота дома, — аккуратно разрезав блинчик ножом, девушка положила кусок в рот и внимательно посмотрела синими глазами на Ясю.

— Уж лучше бы это были кошки, поверь, — заговорчески ответила и понизила голос. — Я попала в жуткую передрягу, познакомилась с парнем в клубе, напилась, потом очнулась в машине за городом, вот только смогла в город вернуться.

С аппетитом прожевала горячее тесто и ощутила на языке сладость обжаренного мясного фарша. К слову сказать, Ясе сразу понравилась прямолинейность новоиспеченной знакомой, поэтому она даже не собиралась сочинять небылицы и скрывать то, что с ней приключилось.

— Весело живёшь, не то, что я, — сказала Арина. — Туда не ходи, сюда не ходи, вечно мне Миша тычет какие — то криминальные сводки в лицо, когда я кофе пью. Бесит. Даже парня нет, потому как все, кто знает семью не хотят связываться, а в другие места я не могу попасть, вот сейчас прогуляла занятие, если бы скрипку отобрали, меня бы дома прибили, ты меня просто спасла!

— Понимаю, но видимо профессия брата обязывает, — с сочувствием улыбнулась Яся. — Зато ты под контролем, а вот мой брат дома годами не появляется, он дальнобойщик. Мы по большей части с мамой и кстати, парня у меня тоже нет.

— Странный этот Илья. Мне кажется он на тебя точно глаз положил, не зря же второй раз подошел, видно посмотрел, какая ты смелая и решил познакомиться, — мечтательно сложила ладошки.

— Мы уже знакомы, но это история очень долгая, может обменяемся номерами, и я все тебе расскажу? — предложила Яся и осеклась. — Только я же телефон посеяла.

— Конечно, тогда записываю твой, диктуй, — ответила Арина и приготовилась вбить номер новой знакомой.

— Наверное придется восстанавливать номер или менять, напиши ещё на всякий случай свой, на салфетке. Есть чем?

— Обижаешь, я же на занятия шла, -

Опустилась вниз и достала плоскую черную папку. Быстренько начеркала размашисто свой номер и поставила внизу смешное сердце.

— Рада познакомиться, мне последние дни даже не с кем было поделиться. Столько всего произошло! — округлила глаза и обернулась, в надежде встретить Лиса у салона сотовой связи.

— Круть! Это так интересно. — услышала звонок и скинула. — Но ты прости, мне пора бежать, я должна к девяти быть как штык, иначе Мишка все патрули задействует.

— Да уж, ехать домой с мигалками удовольствие так себе! — шутливо подмигнула и доела блинчик- Вкуснее и правда не ела. Спасибо.

— На здоровье! Будем на связи! Ещё раз и тебе огромное спасибо за то, что помогла. — быстренько встала из — за столика и придвинула бумажку в сторону Яси.

— Взаимно, — кивнула и подняла вверх раскрытую ладонь. Бумажку свернула и положила в карман джинсов, чтобы не потерять. Потом отодвинулась из — за столика и, согнувшись, пробовала пошевелить ногой в тесном кроссовке. С беспокойством осознала, что стало ещё хуже и лучше бы она его не снимала вовсе, поморщилась от пульсирующей боли и попыталась вставить ногу обратно.

"Что делать? Ждать его или ехать?" Глупый вопрос — ответило сердце, и с трепетом прислушалось к голосам позади.

Ждала целых полчаса, пока окончательно не стемнело, но он так и не появился. Оглядываясь назад, Яся с сожалением осознала, что повела себя, как полная дура. С чего взяла, что он вернулся специально, что держал ее на прицеле своего взгляда и не собирался прощаться? Выкинула ногу вперёд и сделала вид, что шнурует кроссовок. Три раза подряд распускала и затягивала вновь. Ради того, чтобы просто увидеть ещё раз этот насмешливый взгляд, мысленно прикоснуться к его плечам, подышать тем же воздухом, что вдыхает он. От всех этих мыслей пришла в ужас, ощущая себя марионеткой, изнутри которой натянуты верёвочки и все они сейчас в его руках.

Перешла дорогу, а нога болела и просила остановиться. Смотрела вперёд, а мысленно все время оборачивалась. В конце — концов дошла до площади, где длинной вереницей вдоль обочины припаркованы такси. Ехать из центра достаточно далеко, потому Яся особо внимательно прошла вдоль претендентов: не хотелось дважды попасть в одну и ту же ситуацию. В итоге остановилась возле фонарного столба и уже собиралась открыть дверь машины, как кто — то дернул за задний карман джинсов.

- Не, не советую, — знакомый голос пробил электрическим током до каждой косточки позвоночника. Обернулась и брызнула счастьем из глаз. Теплым, лучистым, совсем искренним и неприкрытым, как у ребенка.

— Почему это? — развернулась и встала напротив, нарушив любую дозволительную дистанцию. Словно магнитик притянулась взглядом. Лис посмотрел свысока, с видом знатока и взял под руку. Слегка потянул на себя, вытащив девушку обратно на тротуар.

— Ну смотри, этот, которого ты выбрала, вообще не вариант. Какой нормальный мужик волосы за уши заправляет и на зеркале у него висит какая — то хрень! Лобовуха, вон, битая. Такие гоняют, как звери. Если доедешь, то очень повезет.

Яся, прищурившись, посмотрела на кожаную жилетку и с сомнением кивнула. Сделала шаг вперёд и указала пальцем на следующую. Лис перехватил ее взгляд и скептически поднял бровь.

— Второй вообще мутный, как с бодуна, видишь глаза трёт и рожа синяя. Владимирский централ тебе включит и будешь луком дышать через раз.

— Фуу, а этот? — прошла несколько метров вперёд и указала взглядом на новенькую на "шкоду".

— А это Витька Картавый. Дурак такой, что лучше к нему не садиться, будет на каждой заправке останавливаться и цены сравнивать, к рассвету доберешься.

— Прикол, и что же делать? — с надеждой в голосе спросила и поджала больную ногу.

— Купи сигарет, скажу, — пошутил и сунул руку в пустой карман.

— Какой же ты, Илья! — укоризненно посмотрела на парня и ухватилась за его предплечье, потеряв равновесие.

— Ты уже заправилась что ли? — скептически окинул взглядом внимательных глаз.

— Нет, ногу натерла, стоять не могу! — выставила вперёд кроссовок. Нагнулась, просунула палец между пяткой и тканью.

— Без комментариев, — покачал головой и придержал за талию, пока Ярослава манипулировала с обувью.

— А ты голодный? — выпрямилась и посмотрела так открыто и тепло, что Лис совершенно позабыл о том, что стырил у овощной палатки несколько персиков.

- Ты сама как думаешь? Я шишками питаюсь? — якобы оскорбился.

— Прости, я не хотела быть такой, просто разозлилась на тебя из — за того, что не помог с этими отморозками, — виновато сложила губы бантиком.

— Отморозками? Где ты там отморозков видела? Мамкины щенки в коротких штанишках, они же своей тени боятся — пренебрежительно выплюнул и нащупал в кармане телефон.

— Ну так они же при всех отобрали деньги, скрипку, не боялись, что кто — то вмешается, надает им по шее, — в замешательстве ответила Яся.

— А знаешь почему? — его лицо стало жёстким, линия губ выпрямилась.

— Мм?

— Потому что всем на все пофиг, люди либо ленивые, либо забитые. Одни пройдут, потому что это же надо вникать, тратить время, а другие тупо ссыкуны, которые за свою жопу только трясутся.

— А ты кто? — с вызовом пронзила ореховым взглядом.

— Я эгоист, — хмыкнул и уголок губ нарисовал ленивую улыбку.

— Ясно, твою бы девушку так обидели, я бы посмотрела какой ты эгоист, — въедливо вгрызлась взглядом в его ухмылочку. Хотелось услышать, что за нее он бы всех разорвал, загрыз или что — то в этом духе, и представить себя на ее месте, хоть на секундочку.

— Моя девушка сама кому хочешь навешает, тем более таким задротам, — ответил ровным тоном, не выдавая Ясе ни малейшего оттенка волнения.

Разочарованно взмахнула ресницами и глаза стали большими чашками остывшего кофе.

— Понятно, вы нашли друг друга, — опустила взгляд в асфальт и поджала нижнюю губу. По груди разлетелись ледяные бабочки: они взмахивали хрупкими тонкими крыльями и те осыпались, впиваясь в сердце льдинками. Жёлтый фонарь красиво подсвечивал его лицо. Впалые мужественные скулы, прямой ровный нос, милые ямочки в уголках губ.

— А мне слабачка не нужна, — добавил и почему — то слишком неотрывно посмотрел Ясе в глаза. Словно все там решил перевернуть, пошарить своими ловкими руками и снова обокрасть. На этот раз не позволила, отвела взгляд первой.

- Хочешь есть, пойдем купим, мне не жалко, — отвернулась даже, чтобы не видел, как блестят глаза от волнения.

- Так бы сразу, — обнял, положив руку на плечо, почти по — братски. Лучше бы вообще не трогал, чем так. Прикосновение без души, без трепета. Улыбнулась сковано и плавным движением скинула с себя тяжёлую руку. Как жаль, что невозможно было также легко освободить свою душу.

"Когда даешь себя приручить, потом случается и плакать"

Антуан Де Сент Экзюпери

Резко стало темно.

— Зачем ты выключил свет? — воскликнула, поднимая голову вверх.

— А ты хочешь незваных гостей на ночь принять? — зашуршал возле стены куртками.

— Не хочу, не знаю, это какой — то кошмар! — все спуталось в голове.

Время застыло и раскололось звоном падающего стекла. В ушах, словно в далёком тоннеле, шумел голос Ильи, а на щеках горели лёгкие пощёчины. Вкус прохлады растаял на губах тонкими струйками воды и Яся медленно взмахнула ресницами. Никак не могла прийти в себя.

- Прости, я чашку там разбил, темно, ни хрена не видно, — ещё раз брызнул на лицо девушке. Она все также смотрела в одну точку и молчала. В полной темноте это выглядело особенно тревожно.

- Давай уже, соберись! — вглядываясь сквозь полумрак в ее лицо, он размашисто стер ладонью со щеки остатки холодной воды. Яся не ощущала его прикосновений, будто кожу заморозили и она стала абсолютно бесчувственной. Лис опустился на корточки, напротив, и пристально посмотрел на Ясю. Вздохнул, по — мужски сурово сдвинув брови и сцепив челюсти, выдохнул через нос. Провел несколько раз ладонью перед ее лицом и только после этого она, кажется, очнулась.

— Что делать — то теперь, а? — произнесла с обреченностью в тихом шепоте, с лихорадочным блеском светло — карих глаз. Смотрела сквозь него, будто не собираясь услышать ответ.

— Для начала приди в себя! Это всего лишь бумажка, — скомкал в руке листик.

— Мне капец, он меня нашел и был здесь! Ты это понимаешь? Он знает, где я живу, у него мой паспорт, все, это конец, мне не жить! Я в ловушке, — продолжила монотонно причитать, даже не пытаясь услышать то, что говорит Лис.

Потерял терпение, вскочил и пошел на кухню. Принес миску с водой и опрокинул ее прямо у Ярославы над головой. Брызги жидкости фонтаном покрыли лицо, плечи, пропитали футболку. Яся испуганно взвизгнула и инстинктивно вскочила с пуфика, размахивая руками в разные стороны. В темноте это возымело потрясающий эффект.

— Ты садист? Зачем?! — стукнула по миске ногой и она отлетела в плинтус, словно шар для боулинга. С глухим звоном ударилась о стену и вращаясь, замолчала.

— Ну наконец — то, — утвердительно кивнул, ускользая от огромной лужи, расползающейся по полу.

— Я в шоке, неужели не понятно? Нельзя было просто обнять, просто успокоить? — оттянула на животе мокрую футболку, пытаясь избавиться от ощущения липкого холода.

— Нельзя, на тебя это не действует, — твердо произнес и пошел в кухню в поисках тряпки. Яся открыла рот, буквально не зная, что на это можно ответить. "И с каких это пор он знает, что действует, а что нет?" — подвернула футболку, обнажив плоский, впалый живот.

Сам не понял, каким образом снова впрягся в эту историю по имени Ярослава. Переодел, два раза налил горячего чая, молча выслушал поток бессвязных причитаний, пытался хоть как — то быть рядом, но все бестолку, она выглядела слишком испуганной.

— Успокойся, может он приехал в угаре, в тот же день понаписал, а потом забил, как все мажоры и уже в клубе с новой телкой отжигает, а ты здесь истерику исполняешь, — подошёл к окну и максимально незаметно отодвинул края шторы.

- Не бросай меня, — стукнула чашка о край стола и Яся поймала его затылок сквозь густой полумрак. — Я не смогу одна сейчас в этой темной квартире. Мне очень страшно, я не знаю, что мне делать..- добавила и посмотрела в окно. Его профиль отчётливо выделялся на фоне янтарного света, просачивающегося сквозь тонкие занавески. Мужские губы дрогнули и напряглись.

Лис боялся этого больше всего. Этой просьбы — прямой и мощной, как выстрел в упор, от которого невозможно увернуться. Словно этими словами она разом схватила за все кончики нитей, связывающих его с прошлым и потянула на себя, намотав на кулак. Вывернула опять наизнанку. Эхо прошлого зазвучало так ярко, так сильно, что табуретка словно провалилась под ним, и он упал вниз на несколько этажей, в ту самую квартиру, где было дико страшно, где неизвестность прошла насквозь горячими змеями и выпила всю надежду. Маленький мальчишка, которому в свое время никто по — настоящему не протянул руку.

— Если они придут, а если сделали дубликаты? Я не могу сейчас позвонить маме, как я все объясню… - продолжала говорить, но Илья не слышал ее, он в этот момент находился где — то очень далеко. Там, где сквозь тюль просачивался лунный свет, там, где белая постель пахла крахмалом, но ни разу ни теплотой и заботой материнских рук.

— Илья, я понимаю, что тебе не до меня, и ты вообще не должен, ты столько всего для меня сделал, я тебе обязана тем, что не умерла в лесу, что меня не прибили эти мужики, ты не такой плохой, как я говорила, я правда так не думаю, прости..- тронула пальцами его руки, скрещенные в замок.

Словно бросая под ноги остатки скорлупы, она таки добралась до пульсирующей сердцевины. Туда, где все горело огнем: горячим, сильным, способным сжечь все на своем пути. Илья понял, что просто обязан сделать это, иначе не сможет ей ничем помочь, а просто окажется одним из тех, кто не смог вовремя протянуть руку.

- Я обязан тебе только тем, что с тобой произошло и больше ничем, — хрипло, тихо, но настолько ёмко прозвучало, что Яся уловила главный посыл. Прозвучало признание.

— В смысле? — не совсем уловила нить повествования.

— В коромысле, — прозвучало резко и он обернулся. — Неужели ты до сих пор не догнала, что я никакой не случайный водитель и совсем не знаю этого твоего мажора. Это я угнал в ту ночь его тачку, но не заметил в ней тебя. В этом, бл*дь, моя главная проблема. Я наплевал на все инструкции и пошел отлить в то время, когда вы вышли из клуба, я не догнал, что этот задрот может бросить малознакомую девку одну в машине.

— Что? — сдвинула брови ниже и с гримасой отвращения посмотрела на Илью.

— Да, вот так, встретились три дебила в одной точке и произошло то, что произошло, прими как факт. А теперь главный вопрос, ты все ещё хочешь, чтобы я помог тебе?

— Боже, ты же. ведь правда, — прокрутила все назад и вспомнила несколько диалогов, его странного отношения к полиции и излишней конспирации. Рука сама легла на пересохшие губы.

- Да, я не скрывал, что я вор, если ты помнишь, — скрестил руки на груди в защитном жесте.

— Ты не скрывал, но ты наврал, это же из — за тебя я оказалась в этой ситуации, это ты меня угнал вместе с тачкой, а теперь подставил, поэтому ты все время хотел, чтобы я заблудилась, ты хотел… — испугалась собственных мыслей и округлила глаза.

— Если бы я хотел сделать то, о чем ты подумала, то мне было бы не сложно это организовать. Ты была на грани, если помнишь, — оправдался, непонятно, для кого больше: для нее или самого себя.

— Я же благодарила тебя, я благодарила тебя искренне, а ты смотрел на меня и ухмылялся. Да ты гребанный циник, ты просто ужасный, мерзкий человек! — вскочила со стула и кинулась на Лиса с кулаками. Схватила его за футболку и потянула на себя, с треском растягивая ворот. Он ничего не предпринял в ответ, даже не пытаясь увернуться от ее ослабших кулаков, ведь словами она била куда эффективнее.

— Все?

— Я сейчас позвоню ему и сдам тебя, пусть они знают из — за кого все это случилось! Я не виновата, я ничего не делала, это все ты, уголовник, ты! — пальцем ткнула в грудь и он не выдержал, налёту поймал ее ладонь и с силой железных тисков прижал к своей груди.

- Звони. — хрипло выплюнул и растянулся в чеширской улыбке.

— Я к соседке пойду и от нее позвоню! — вспомнила, что нет телефона.

— Иди, давай, — резко отпихнул девушку от себя.

Яся по инерции отлетела на середину кухни. Побежала в коридор, пошарила руками по полу, тумбе, судорожно пыталась вспомнить, куда дела листок. И тут озарение.

- Ты… ты..

Из коридора послышалось гортанное женское отчаяние.

Прошла неделя.

Туман серым облаком застелил поля и томная прохлада, наконец, остудила распаренную землю. Все дни природа изнывала от жары и молила небеса о дожде. Ночью он, наконец, пролился, да с такой силой, что пузырями покрылись лужи до самого утра. Яся закрыла глаза и уткнулась в мужскую подмышку. Не спалось. Не было ни единого желания прервать этот сон на яву, а он был потрясающе интересным:

Вернувшись в квартиру, Лис занял наблюдательный пост, выяснилось, что обе машины почти сразу уехали со двора.

— Видно у этого Олега сдали нервы, — хмыкнул Илья и радостно забарабанил пальцами по поверхности.

— Не знаю, но я здесь не останусь пока не придумаем, как выпутаться.

— Я тебе сказал единственный дельный вариант, — обернулся и строго посмотрел на девушку.

— Можно свет включу? — подошла со спины и с трудом удержалась от того, чтобы не обнять его крепко — крепко, разделить с ним радость облегчения. Сдержалась. Хотя он словно магнитом притягивал к себе: эти широкие плечи, до которых дотронешься и они сразу напрягутся, окаменеют, поскольку никто не обнимал их просто так, без сексуального подтекста.

— Нет, пока подожди, — не обернувшись поднял вверх раскрытую ладонь. — Мало ли, кто — то ещё остался тебя пасти.

— Боже, когда это все закончится! Когда уже можно будет поесть спокойно, набрать ванну. Почему они так за мной охотятся? Машина у них, я ничего не угоняла, вещи не брала. Мне не понятно, я же не особо важная преступница.

— Не за тобой, я думаю они ищут подельника твоего. Меня на нескольких камерах засекли, лицо может и не сосканили, но запалили точно.

— И что? Ну, допустим так, похулиганили мы, например, как это сейчас бывает у отморозков разных, когда угоняют машины для прикола. Но ничего же не случилось.

Лис медленно повел бровью.

— Извини! — произнесла смущённо.

— Потому что так сложились обстоятельства. Не повезло тебе, шанс один на миллион, но отец твоего мажора пережил нечто похожее в молодости.

— Угоняли машину?

— Если бы… Я не думаю, что у него так бы поехала кукуха. Эта история слишком нетривиальная.

— Какая? — переспросила Яся.

— Необычная, сложная.

— Ты слова такие знаешь, откуда?

— Я вообще — то школу закончил, и очень неплохо закончил, в отличие от тебя, видимо.

В темноте высунула язык.

— Я пока тачки выпасаю люблю сканворды погонять, голову держит в тонусе и руки тоже. А ты, похоже, только пудреницу и помаду юзаешь.

— Хватит, рассказывай уже.

— А чё говорить. У этого вот папаши мажорского когда — то давно угнали тачку, да не просто угнали, а вместе с женой, на его глазах. Потом бабу грохнули, а тачку под окна бросили, с какой целью не совсем понятно, может чтобы показать, что целью угона не была машина.

— Офигеть, — скривилась от ужаса и открыла рот. — Ты давно знал и молчал?

— Сам сегодня узнал. Вот поэтому, наверное, этот дядька ищет возмездия, не знаю, переклинило у него на этой теме, как ты понимаешь. Но то, что они ментов не жалуют, это значит, что сами в пуху.

— Ещё хуже, чем я думала. Я представляю, что он пережил и как с этим потом справлялся, такая трагедия.

— Иди, поддержи, — съязвил.

— Тебе его не жалко?

— Нет, а чего мне его должно быть жалко, он мне кто? Может он сам людей пачками глушил и по багажникам распихивал.

— Все, прекратии, я не могу это представить, — закрыла уши ладонями.

— Добро пожаловать в реальность, детка, — сел на табуретку, широко расставив ноги. Практически не видя ничего в сумраке, размашисто начеркал на листе свой номер и попросил не вбивать в новый телефон. — Если будет совсем пиз**ц — звони, попробую помочь, но если в полицию обратишься, меня могут запалить, имей это в виду, никаких личных разговоров, только при встрече. Встал, положил записку перед Ясей. В темноте она выглядела неестественно белой. Как на яву увидела, словно этот мужик и вправду пытается запихнуть ее длинные ноги в багажник, а они то и дело вываливаются обратно.

— Тормоз ты, Ярослава, все, я погнал.

— Нет уж, Илья, я одна не останусь, я же сказала, — резко вскочила и перегородила ему путь через кухню. Маленькая, но очень стойкая, практически железобетонная стена из худеньких плечиков и выпирающих ребер.

— Ты в своем уме? Куда я тебя возьму? С собой на дно, как ты выражаешься? — аккуратно обхватил под ребра и поднял. Яся ощутила, как ноги отрываются от пола. Вцепилась в его плечи кулаками сжимая ткань. Стиснул скулы, раздражаясь от ее неоправданного упрямства. Оттеснил торсом в угол, практически вжимая в холодильник.

— Мне страшно, а если он меня сначала в багажник запихнет, а потом уже разбираться будет. Ты же всегда выходишь сухим из воды, возьми меня с собой! — упёрлась руками в мужскую грудь.

— Ты совсем головой тронулась? Я все это заварил — я угонщик, я плохой мальчик, ау! Со мной точно небезопасно! — помахал ладонью в темноте. Яся увидела лишь мелькание светлого пятна.

— Я знаю, какой ты, а вот ты себя совсем не знаешь, — упрямо выдохнула и ощутила рядом запах мужской кожи. Поймала пальцами его скулы, провела носом по щетине, жадно вдохнула, почти беззастенчиво касаясь губами впадины под нижней губой.

— Это запрещённый прием, — понизил голос, поскольку возбуждение разлилось бархатом по всему горлу, спускаясь ниже.

— Я прошу… возьми меня с собой, а там что — нибудь придумаем, мама вернётся, я не буду одна. Обещаю, я отстану от тебя, как только все прояснится.

— Ты совсем отбитая, ведь пропадешь… - произнес искренне, касаясь пальцами теплой кожи на ее подбородке. Устоять было невозможно.

— Не пропаду, ты ведь не дашь, — отрицательно помотала головой и затаила дыхание. Секунда до поцелуя показалась ужасно долгой и изнуряюще невыносимой. Когда их губы, наконец, встретились, Яся ощутила вожделенный вкус страсти, который каждый раз дразнил, заставляя вновь и вновь приоткрывать губы ему навстречу. Обеими кулаками схватила за футболку на его груди, сжала и притянула к себе так сильно, словно больше не будет такой минуты.

- Спи, хватит ворочаться, все бока мне отбила, — проворчал, не отрывая носа от подушки. Серый туман за окном укутывал темным пледом, предлагая снова закрыть глаза.

— Я не могу, мне так хорошо, — вальяжно протянула и закинула ногу сверху, прижимая одеяло к паху Ильи.

— Слушай, а ты точно без опыта или че ушивала? — откинул рукой ее сексуальную конечность и трудом сдержался, чтобы снова не закинуть ее ноги себе на плечи.

— Очень смешно! Хватит дрыхнуть, здесь так красиво! Пойдем погуляем, дождь утих.

— Ну я же, сказал, мы отсиживаемся, а не выгуливаемся. И с какого хрена ты так полюбила лес? Ты вообще звонила этой своей музыкантше?

— Нет ещё. попозже, вечером, — нехотя перевернулась на бок и подложила ладонь под щеку. — Здесь так тихо и спокойно, просто волшебно, этот прудик с мостиком, а какие там горки рядом с дорогой! Все хотела спросить, где ты нашел это место, этот дом, он твой?

— Нет, подогнал один чувак на время.

— Который Лисом тебя называл? — обернулась и склонила голову над парнем. Лицом к лицу. Он приоткрыл один глаз и с трудом сфокусировался на ее пытливых кофейных радужках.

— Опять уши грела? — высунул руку из — под одеяла и ткнул пальцем под ребро.

— Ну прости. Так почему именно Лис?

— Потому что кликуху такую дали давно, я по малолетке первую тачку угнал у мужика с птицефабрики. Прямо с ангара. На слабо.

— Прикол, — подперла подбородок кулаком и устроилась поудобнее на его груди, чтобы слушать.

— Думаешь я тебе все рассказывать буду? А ты меня потом сольешь по всем эпизодам, как по нотам, да? — недовольно оборвал беседу.

— Прекрати. Ты мне не доверяешь? — возмутилась, приподнявшись. Я никогда не скажу никому.

— Никогда не говори никогда, а то судьба любит проверять нас на верность своему слову. Я это уже проходил и не раз.

— Хорошо, и это он тебя сюда пустил? Шикарный же дом, и полный холодильник еды. Он кто?

— А ты думала в моём мире все крысы? — снова открыл оба глаза, в мягкой синеве которых блестела капля серой стали.

— Нет, ну как — то странно, ты же мне говорил, что нет друзей у тебя, что ты сам по себе.

— Это не друзья — это другое. Взаимовыручка, братство.

— И что это сильнее дружбы, типа никогда не передавать друг друга и так далее?

— Нет, где ты эту муть берешь? И у нас предают, и крысы бывают, но обычно принято говорить напрямую, можешь помочь или нет. Некоторые даже предупреждают, что могут слить инфу, если их прижмут. Вот сейчас могут помочь, а завтра неизвестно, поэтому я никогда ничего не загадываю.

— Интересно, я это все не так себе представляла. Ты же сказал, что давно живешь на дне..

— А ты думаешь дно- это физически обшарпанная квартира и шприцы на полу? По финансам мы живём получше некоторых, сама понимаешь, какое бабло здесь крутится. Просто внутри более жёсткие правила и пидоров нет, они сразу сливаются. Мне проще жить среди явных волков, чем среди переодетых гиен в овечьей шкуре.

— А тебя ловили хоть раз? — блеск карих глаз усилился.

— Я на допросе что ли?

— Ну нет, интересно, — пытаясь скрыть за улыбкой свое смущение.

— Это мне интересно, когда ты дашь мне поспать.

— Илья, ну смотри, какой дождь сильный прошел, сейчас на улице, наверное, так ароматно все, на веранду пойдем, а? Может мангал разжечь?

Перестал бороться со сном, уловив восторженные нотки в голосе Ярославы. Радовался в тайне, что девчонка значительно отошла за неделю на воздухе. Ушли синяки под глазами, появились щёчки и округлилась фигурка.

"Ещё бы, зря что ли с блинами возились".

Улыбнулся, вспомнив, как девушка училась печь, с трудом усваивая элементарные вещи. Три блина уронила на тапки, один на столешницу, после этого Лис разрешил ей не подкидывать, а просто переворачивать лопаткой. Оскорбилась и сделала, со злости, но так качественно, что ему пришлось склонить голову и поаплодировать стоя. Ещё два дня она на радостях утром пекла блины, а ему сложно было признаться, что они уже поперек горла стоят. Втихую выкидывал за окно. Благо там постоянно голодные бездомыши.

" Яська. Как она вообще влезла ко мне за шиворот? Так близко подобралась, под дурочку, а сама уже грудную клетку вскрыла и сердце держит в руках". - снова погружаясь в сон, подумал вполубреду.

Девушка сдалась. Она тихо выскользнула из — под одеяла и на цыпочках подошла к окну. Оно было огромным, панорамным, с начисто отполированными стеклами. В некоторых местах на нем все ещё висели крохотные бисеринки воды, не успевшие встретиться с ветром. Выглянула вниз. Там, на витиеватых дорожках, вымощенных серым камнем, виднелись глянцевые лужи. Как же здесь было душевно и тихо — рядом с Ильёй. Так случилось, что вот уже семь дней они не расставались и за это время стали ещё ближе друг другу. Яся узнала, как Лис попал в этот грязный бизнес. Оказывается, он с юности интересовался машинами, неплохо в них разбирался на любительском уровне. Потом бывший выпускник детского дома позвал работать его в сервис к одному мужику. Вместе с опытом Лис получил и другое, более заманчивое предложение. Так и пошло — поехало. Ясное дело, в какой — то момент " параллельно" работать стало очень опасно и, конечно, он выбрал второй путь, с которым по чистой случайности пересеклась Яся.

Но сейчас она ни о чем не жалела, со своим юношеским максимализмом, взглядом, открытым миру, она смотрела на Лиса совершенно другими глазами, так, как он давно не мог на себя посмотреть: с надеждой и верой в перемены. И пусть он цинично пресекал все ее попытки доказать обратное и совершенно не собирался меняться, ей казалось, что нужно только время и немного любви.

"В каждом из нас есть свет и тьма, но без борьбы сдаваться нельзя". Задумчиво провела по стеклу пальцем, словно пытаясь поймать проворную капельку. Вспомнилась одна притча, которую часто рассказывала бабушка.

Когда-то давно старик открыл своему внуку одну жизненную истину:

— В каждом человеке идёт борьба, очень похожая на борьбу двух волков. Один волк представляет зло: зависть, ревность, сожаление, эгоизм, амбиции, ложь.

Другой волк представляет добро: мир, любовь, надежду, истину, доброту и верность.

Внук, тронутый до глубины души словами деда, задумался, а потом спросил:

— А какой волк в конце побеждает?

Старик улыбнулся и ответил:

— Всегда побеждает тот волк, которого ты кормишь.

Укутавшись в тонкий плед, Яся сидела под небольшим навесом и слушала тишину. Капли моросящего дождя медленно стекали по желобкам рельефной крыши и падали на желтую плитку. Воздух пропитался влажной сыростью, туманной прохладой, но внутри было необычайно тепло, ведь Илья небрежно набросил плед на ее колени. Пусть так, без нежности и откровенной демонстрации заботы, но Яся растаяла, растеклась, как карамель на горячей поверхности, эротично закусила нижнюю губу и приняла такое выражение лица, что стало очевидно- мечтает. Выхватил взглядом эту липкую патоку на ее губах и едва заметно прищурился. Не планировал ее искушать и выглядеть джентльменом, просто посчитал, что достаточно прохладно. И все. Но она, очевидно, снова все додумала, накрутила и восхитилась. Вздохнул и медленно отошёл подальше, дабы не провоцировать на лишние сантименты.

Мясо зазывно шкварчало на решетке и стальные глаза застыли в задумчивой паузе. Сложно было жить с ней вот так — рядом, но значительном расстоянии. Даже когда на вторую ночь испугалась и пришла к нему на первый этаж, легла как кошка сбоку, сиротливо свернувшись калачиком, сдержался. Откинул молча одеяло и просто принял к себе, без всякого желания воспользоваться моментом. Потом она стала приходить каждую ночь, как назло. Придумывала все новые причины для того, чтобы не подниматься наверх и вроде даже не намекала ни на что, но только не знала, чего стоило Илье сдерживать свою мужскую энергию, переливавшуюся через край. Конечно, он не мог уступить своей похоти — слишком дорогая цена, ведь девчонка и так проникла под кожу, а позволить ей повсюду расставить крючки и дергать за них — нет уж!

С трудом отогнал наваждение сегодняшнего утра, когда Ярослава беззастенчиво закинула ногу поверх одеяла. Он, конечно, кремень, но не евнух и не монах, а обычный мужик, со своими потребностями. Пришлось отвлекать ее, как ребенка, попросив принести стакан воды.

" Интересно, она меня спецом провоцирует или от неопытности ходит по краю? Неужели не понимает, что мне ее от***хать ничего не стоит, тем более она сама дистанцию не соблюдает, только кто потом ее слюни вытирать будет? Я? Нафиг у меня и так проблем по горло" — почесал пальцами висок и посмотрел на девушку. За пеленой густого дыма послышался ее нежный голос.

- Знаешь, я так любила дождь в детстве, особенно когда болела.

Яся забралась с ногами на длинную скамью, обняла колени обеими руками и подтянула к груди.

— Почему это? — окончательно

переключился с эротических мыслей на более приземлённые.

— Ну как почему? Не так обидно, я не гуляю и никто не гуляет в такую погоду, — оттянула вниз рукав на ладонь и посмотрела на Илью лукаво. — Это же дико обидно, когда солнце, открыто окно, слышны визги радостные, все твои друзья бегают, а ты не можешь.

— Пфф, ну ты конченная эгоистка, нет бы порадоваться за других! — иронично — обличительно указал в ее сторону щипцами для гриля.

— Какая есть! И вообще, это же было в далеком детстве, — сменила тон и принялась мягко уворачиваться от его колючего укора. Уже пожалела, что высказала это рассуждение, ведь он каждый раз цеплялся за эти нити откровения, наматывал на пальцы и принимался этим манипулировать.

— Ага, рассказывай, давай. Я же говорил — люди не меняются! — произнес заносчиво.

— Ты так действительно думаешь или придумал себе отмазку, чтобы оправдать себя и свой образ жизни? — сдвинула брови и пристально посмотрела на парня.

— Ну ясное дело, опыт, развитие какое — то есть, но по своей сути уже в детстве видно, кто есть кто. Особенно там, где детей много и ими никто не занимается, никто не засирает мозг установками, как надо. Все в чистом виде, происходит по наитию, понимаешь? Если чувак подлый, он и в пять лет сожрёт последнюю конфету или в карман спрячет, а если трус, то дай ему палку или пистолет и против выйдет десятилетний пацан, он все равно бросит оружие и убежит. А если эгоист, то будет радоваться дождю, чтобы никто не гулял, пока он болеет..

Яся превратилась в ту самую маленькую девочку и посмотрела на Лиса исподлобья. Стало очень неприятно, как будто ты хотел поделиться чем — то сокровенным, открыл на ладошке, а все это обесценили и посмеялись.

— Ты просто гуру, вообще — то в детстве каждый эгоист.

— Отмаза! У нас в детдоме жили два брата, один старше, другой младше, уже не помню, как звали, но старший всегда малому носил ништяки, сам не ел. Я тебе рассказывал вроде.

— Это единицы. У них нужда была, обстоятельства.

— Конечно, ты же сидела под маминым крылом и конфеты трескала. Куда тебе было до других?

— Я в этом виновата? Что у меня было сытое детство, что мама всегда для меня старалась?

— Нет.

— А знаешь, когда человека видно, как на ладони?

— Когда?

— Если конкурирующие интересы пересекутся в одной точке.

— Типа самый сильный будет добиваться цели, а слабый отойдет?

— Слабые тоже разные бывают. Есть тихие хлюпики, есть подлые шкуры, есть просто инфантилы.

- Не согласна я, а как же, когда люди через преодоление своих комплексов растут? Жадные пытаются заниматься благотворительностью, хлюпики потом вырастают и занимаются борьбой, становятся крутыми мужиками?

— И чего эти хлюпики в борьбу идут? Чего в них изменилось? Снаружи мышцы, а внутри все те же комплексы, просто жопу свою прикрывают бойцовскими собаками и тачками, до которых с пола хрен допрыгнешь. А жадные — это отдельная тема. Я не в курсе, что не так с ними, но походу там такая дыра внутри, что они ее никак заткнуть не могут, туда пытаются пихать все, что плохо лежит, а им все мало. И бабло редко кто отдает, а если и делает, то когда совсем до ручки дойдет или озарение жахнет.

— В твоей классификации хоть есть хорошие люди? — возмутилась и заправила прядь за ухо.

— Конечно, и хороших даже больше, чем ты думаешь, тока они ни хрена не заметные, мне кажется они и сами порой не понимают, какие они.

— Ты это про себя? — пронзила взглядом в лоб, обожгла пушистыми ресницами.

— Ну конечно про себя, я же ведь пиз*ец положительный чел, помогаю людям избавиться от ненужного хлама.

Раздул угли пластиковой лопаткой и саркастично скривился. Они вспыхнули оранжевым и злостно зашипели. Лис возмутился в душе, потому что совершенно не к этому подводил разговор, а Яся снова все не так поняла.

— Не смешно, — напрягла щеки и попыталась сдержать лучики улыбки.

— Я смотрю тебе все не смешно, но при этом ты вообще хоть понимаешь, куда влезла? — не сдержался.

— Мне не смешно все это, просто что делать, если ты сам стебешься?

— Слушай, ну мне нечего терять, я уже привык, а ты не боишься?

— Боюсь очень, поэтому и поехала за тобой. Мне кажется ты все сможешь решить..

— Нифига себе степень доверия, — хмыкнул и подцепил мясо. — А тебе в голову не приходило, что мне это не нужно, наши с тобой интересы пересекаются только в одной точке, как бы спрятать свои ж*пы.

— Ну мне этого достаточно, — невозмутимо вскинула брови и втянула носом запах жареного мяса.

— Я понял давно, ты косишь под дуру, а сама тихо проворачиваешь свои дела, — взял белое блюдо со стола и поднес к мангалу.

- Как и все женщины, — подмигнула и сняла пальцами капельки воды с деревянной перголы.

— Тактика зачётная, кстати, большинство мужиков любит чувствовать себя умными рядом с такими… хитрюгами, далеко пойдешь.

— А ты прям не любишь? — компрометирующе спросила и опустила ноги вниз.

— Не, я люблю, когда все прозрачно, все эти подмены не интересны. В жизни и так хватает подставы вокруг, чтобы ещё баб разгадывать каждый день. Стишок знаешь?

— Какой? — с интересом посмотрела и надела кроссовки на ноги.

- Есть тёти как тёти,

Есть дяди как дяди,

Есть люди как люди,

Есть б*яди как б*яди.

Но в жизни бывает порой по-другому:

Есть дяди как тёти,

Есть тёти как дяди,

Есть б*яди как люди

И люди как б*яди!

— Писец, это что за пошлятина?

— Это Маяковский! — положил первый стейк на тарелку.

- Врешь. Он такого не мог написать! — с подозрительным прищуром посмотрела на спину парня и встала с лавки.

— Ну видишь, как ты плохо знаешь русскую классику. У меня такое ощущение, что ты вообще в школу не ходила.

— Я приеду, погуглю, — произнесла с сомнением на губах. — А ты не умничай!

— Че гуглить, я этот стих ещё в десять под одеялом учил. И у Есенина есть куча таких.

— Ой, не надо только ! И вообще это странно, что ты наизусть знаешь какие — то там стихи, — выставила вперёд ладонь в предупредительном жесте.

Лис подошёл к столу, держа на ладони полную тарелку горячего мяса.

— А я что по — твоему должен был с детва читать? Криминальные сводки и учить разные виды "погонял"?

— Ну нет, просто не вяжется как- то, — склонила голову на бок и недоверчиво просканировала Илью пытливым взглядом. — Обычно люди твоего круга они… ну как тебе сказать, малообразованные что ли.

— Слушай, можешь помолчать!

— Ну я вообще — то девочка, молчать не умею, — кокетливо сложила губы бантиком.

— Ага, видел я, — хмыкнул и стукнул керамической тарелкой о поверхность стола.

Моментально получил слева взгляд, пронзающий насквозь, а наконечник острый, горячий, как раскалённая стрела.

Ели молча. Яся расположилась на той же девочке, облокотившись спиной о перголу, а Лис придвинул массивную деревянную табуретку. Ему стало забавно, что она обиделась на такую невинную реплику. Нахохлилась, распушилась, плечи расправила, при этом оставалась совершенно невозмутимой. Лис переводил взгляд то на ее руки, то на дрожащий изгиб ресниц, то на губы, перепачканные сажей.

- Хватит обижаться, вкусное мясо? — положил локти на стол и скрестил ладони в замок.

Яся медленно отвела взгляд в противоположную сторону, чтобы не дай Бог не зацепиться за эту ухмылочку и даже поджала пальцы на ногах, сдерживая порыв ответить все, что она думает о нем.

И только в этот момент Илья понял, что был неправ. Слишком резко, слишком агрессивно выдал все, что думал о ней, забывая, что она не прожженная пацанская шкура, а домашняя обычная девчонка.

- Мне один чел в свое время говорил, что на правду не обижаются, — добавил, передавая кетчуп в сторону Яси. — Я вообще не хотел тебя засаживать, и учить. Девушка все также сохраняла молчание, однако медленно протянула руку в сторону бутылочки. Попыталась капнуть кетчуп на край тарелки, но вместо этого услышала пустой плюх. Перевернула. Потрясла. — Просто мне кажется, что ты в своем мире живёшь и не хочешь видеть реальность, — продолжил.

- Что ты прицепился ко мне? — со всей злости надавила большими пальцами на ёмкость и потрясла бутылку.

В тот момент, когда Лис собрался открыть рот, произошел взрыв кетчупа в пространстве. Липкая красная жидкость брызнула в разные стороны: вся грудь Ярославы и даже стол были покрыты мелкими каплями. Илья тут же изобразил на лице гримасу застывшего удивления.

— Все из — за тебя, не мог что ли предупредить? Хватит ржать! — вспыхнула девушка и бросила бутылку. В поисках салфетки бегло осмотрела пространство стола.

— Я не могу, ты просто лучшая, Яся, премия твоя, — поднял вверх большой палец.

— А ты типа чистенький и идеальный, да? — схватила кетчуп и в гневе посмотрела на его самодовольное лицо. Он кивнул и указал взглядом на свою безупречно чистую толстовку. Яся не смогла этого вынести, именно сейчас, когда он так долго втирал ей теорию ее эгоизма — решила соответствовать. Схватила бутылку и буквально одним всплеском выдавила все ее содержание на грудь парню. Он не успел среагировать, а только с изменением отодвинулся от стола.

- Ты чего, больная на голову? — крикнул раздражённо смахивая ладонью жирную кляксу.

— Я эгоистка, ты же сказал, я испачкалась, ты тоже должен, понял? А то слишком твоя теория будет призрачна. — встряхнула грязные пальцы и размашисто стёрла со щеки солёные капли томата. Сердце отбивало чечётку.

Лис встал в полный рост. Эта язвительная и наглая девчонка задела его за живое, не смог это проглотить. Перекинулся через стол и поймал ее за шиворот. Крепко сжал и потянул на себя, с лёгкостью стащив с лавки. Она не поняла, как оказалась по другую сторону стола. Сидя на его табуретке, оказалась прижата замком его крепких ног.

- Снимай, — процедил, грозно впившись взглядом в ее испуганные зрачки.

— Что? — промямлила, прикусила язык с испуга. Казалось ещё секунда и он сотрёт ее с лица земли.

— Кофту с меня, — опустил лицо ниже, нависая над ее макушкой. — Плохо слышишь?

— Не буду, — зажмурилась, и ощутила, как он расстёгивает молнию. В тот момент, пока глаза были закрыты, представила себе, как он сейчас разложит ее прямо на этом столе, и будет крутить во всех позах, вымещая злость. На секунду показалось, что он может это сделать, что перейдет эту черту и вернёт ей все унижение в таком виде, но вместо этого она ощутила только липкую сладость на лице. Он швырнул ей в лицо свою кофту.

— Вставай и иди стирай, поняла? — неожиданно послышалось из — под темно — синей ткани. Яся не могла поверить ушам. Вскинул руки и поднял ее рывком с табурета. Кофта сделала с головы и Яся снова стала видеть его лицо. Уж лучше бы не видела, правда. Забыла, каким он бывает, когда злится. Сильно, настолько, что кажется его вены на шее сейчас лопнут и зальют все вокруг горячей кровью.

— Сейчас, — тихо шепнула и подняла испачканную одежду с пола.

Лис смотрел несколько секунд на то, как она шагает на деревянных ногах с подиума беседки и удаляется в сумерки.

- Куда пошла? Думаешь так легко, в машинку зашвырнуть? — окликнул.

Обернулась, уже пугаясь только от одних вибраций его голоса.

— Иди сюда, будешь стирать в тазу, — поджал губы и ногой подвинул чистую миску, которую приготовил для мяса.

Яся вернулась и как только вышла под свет фонаря, Лис понял, что немного перегнул с устрашением. Лицо ее было таким бледным, что она была больше похожа на девушку из фильмов ужасов. Она медленно подошла ближе и встала, не проронив ни слова. Лис понял, что несмотря на возникшую жалость, отступать нельзя. Плеснул из пятилитровой бутылки холодной воды и вернулся обратно на лавку. Яся прекрасно поняла, что он предлагает сделать. Это было унизительно. Слишком. Присела на корточки и сжала губы до бела, пальцы погрузила в холодную воду. Никогда не стирала руками, ни разу в своей жизни не могла подумать, что это так сложно. Терла сначала вяло и демонстративно, но как только поняла, что он не отстанет, начала плотнее сжимать ткань и сильнее тереть кулаки друг о друга. Он сидел и думал о чем — то своем, Яся и не предполагала о чем, ей казалось, что он форменно издевается, но на самом деле он вспоминал, как тетка заставляла его стирать все свои вещи руками, потому что была жутко экономная и вредная. Может поэтому он вырос аккуратным, наверное, понимал, что проще не пачкаться.

- Так пойдет? — сквозь зубы произнесла и посмотрела на бледные пятна.

— Стирай, чтобы стала, как была, — хладнокровно произнес, закуривая сигарету.

— Нет порошка, — смиренно ответила, вытащив ладони из помутневшей розовой воды.

- Тогда иди и принеси, — равнодушно парировал и затянулся.

Яся обернулась и сквозь расстояние влепила ему воображаемую пощечину.

— Че, эгоистка, отвечаешь за свои действия или нет?

— Отвечаю, а ты бы мог купить его, я не нашла вчера.

Лис молча встал с лавки и затушил сигарету о край пустой тарелки. Не прошло минуты, как он растворился между высокими туями.

Яся отчаянно всплеснула рукой в воде и поняла, что все испортила.

" Недавно совсем он был намного мягче, отвечал на вопросы, мог что — то спокойно рассказать о своей жизни, а сейчас — стрелки часов повернулись вспять. Что же мне неймётся? "

Машинально потерла ещё несколько секунд руками в воде и услышала, как хлопнула калитка. Ушел. Где — то в глубине души поняла, зачем он все это сделал, но не хотелось признаваться, что давным — давно пора выключить режим принцессы.

Прошло около десяти минут и Яся услышала, как за забором заурчал двигатель. На освещенной дорожке, обрамленной низкими круглыми фонарями, появилась фигура. Гораздо ниже и крепче, чем у Ильи. Когда она заметила приближение незнакомца, то буквально застыла в немом ужасе.

— Здравствуйте, а где Лис? — прозвучал гортанный, но спокойно- монотонный голос.

— Я не знаю, он уехал, а вы, извините. кто? — застыла с грязными тарелками в руках.

— Не важно, кто я, главное кто ты? — медленными шагами подошёл к беседке и внимательно осмотрел незнакомку с ног до головы.

— Ярослава. Я вместе с Лисом здесь, ну Вы наверное знаете ситуацию нашу? — с трудом выдавила изнутри слова.

— Я же сказал, чтобы один. Ты та самая? — прищурился и сунул руку в карман. На мужском лице отразилось напряжение, вперемешку со вспыхнувшей злостью.

Яся поняла, что перед ней стоит хозяин дома и он явно предупреждал Лиса о том, что ему можно быть здесь исключительно в одиночестве. Не знала, куда деть себя от стыда и волнения, поставила тарелки обратно на стол. Мужчина выглядел вполне себе обычным, лет сорока пяти, приземистым, с тяжёлой линией нависших бровей.

- Давай, вещи собирай и уезжай, пока проблем мне на голову не добавила, — присел за стол и сказал спокойно, словно не выгонял, а собирался отужинать вместе.

— Но я не могу одна, давайте подожду его и тогда мы вместе уйдем, — замешкалась, пряча в замок руки, прикрывая тем самым грязную одежду.

— Слушай меня, девочка, — сделал указательным пальцем манящий жест. — Ты зачем к нему на хвост присела? Мало тебе своих проблем или ты решила с ним поделиться?

— Я ничего не решала, мы просто вместе… - не договорила, осознавая, что мужчина не собирается ее слушать.

— Вот вы просто играете в Ромео и Джульетту, а проблемы будут у меня в доме, так что извиняй, собирайся, пока я здесь и подальше отсюда.

— Хорошо, — кивнула и развернулась на ватных ногах." Только бы приехал поскорее" — стучала мысль в висках.

— Десять минут! — прозвучало в спину.

Наспех покидала вещи, все время глядя на часы и через несколько минут быстрым шагом вышла из дома, прошла мимо беседки, сразу к воротам.

- Извините, я не знала всей ситуации, — не осмеливаясь смотреть ему в лицо, тихо произнесла.

— Бывает всякое в жизни. Я тоже не зверь, но меня пойми, дети и жена на море, вернутся скоро.

— Я все понимаю, — кивнула.

— И мой тебе совет, не тяни его с собой, парень столько в жизни хлебнул, сейчас более менее ровно пошел и тут такое..

— Я поняла, — снова повторила и шмыгнула в приоткрытую железную дверь. Она захлопнулась и Яся осталась один на один со своими мыслями. Напротив коттеджного поселка чистое поле, за ним — темный лес. Посмотрела вправо и влево, вспоминая, откуда приехала и приподняла вверх небольшую дорожную сумку.

Сумка плавно покачивалась в такт шагам и Яся все больше удалялась от высоких кирпичных стен. Оказалось, что этот поселок настолько большой, будто отдельный город, со своими многочисленными улочками, магазином и фитнес — центром. Дважды останавливалась, чтобы обернуться, но ее никто ни разу не окликнул, потому что Илья до сих не вернулся. Вокруг было нехарактерно тихо и безлюдно, несмотря на вполне себе "приличное" время. На разрисованной дождем дороге блестели перламутровые лужицы, они тихо хлюпали под ногами, напоминая о том, что совсем недавно лило, как из ведра. Пытаясь сообразить, каким образом вызвать такси, Яся замедлила шаг. В этом сумбуре забыла попросить незнакомца сделать одолжение, а возвращаться было совершенно стыдно.

"Да и вряд ли он откроет дверь, а там ещё и Илья вернётся. Как ему в глаза смотреть, что он скажет и как вообще это будет выглядеть со стороны? А может правда вернуться, тогда будет шанс, что он уедет со мной? Да кого я обманываю, не пойдет он за мной, он же все сказал, что я нафантазировала себе, будет ещё больнее, потому что одно дело думать, а другое — знать это, слышать" — обошла глубокую лужу посередине дороги. Отметила про себя, что асфальт здесь был такой ровный, какого никогда не было возле родного дома. В голову, наконец, пришла мысль "дойти до охраны и там попросить". Успокаивала себя тем, что вся эта ситуация не смертельна и можно всегда найти выход, в конце- концов Арина поможет, она предлагала свою помощь. Яся шла, периодически посматривая на высокие заборы по левую руку.

"До чего же шикарная жизнь там, за этими высокими стенами, дорогим кирпичом и элитным мрамором. Но вот кто знает, какой ценой достается эта роскошь, на какой крови и чьих костях построены эти дворцы? Вряд ли их владельцы рядовые врачи и учителя начальных классов. Да какие учителя, им работать полжизни на один такой забор и то где — нибудь километров за двести отсюда. А я мечтала всегда о таком доме. мне казалось, что здесь постоянно живёт счастье. " — по плечам пробежал морозец, Яся представила, что здесь весь поселок такой… особенный и его владельцы сплошь такие же, как этот мужчина.

Ускорилась, озираясь на некогда приветливый лес через дорогу. В принципе, она понимала, что здесь охраняемый элитный поселок, но внутри все равно поселилось беспокойство. Время близилось к ночи.

Ауди медленно ехала по дороге, Илья поворачивал голову то влево, то направо. Конечно, логично было бы идти по направлению к шлагбауму, но от Яси можно было ожидать чего угодно.

" Она может и на сосну залезть, если приспичит". Он прекрасно понимал, что девушка осталась без связи: сколько дней собирался купить и все оттягивал, почему, сам не понимал, будто без телефона она будет полностью изолирована от мира, не сможет лишний раз накосячить. А теперь ощутил себя крайне виноватым. Вообще не понял, " как дядя Миша мог выгнать ее на улицу сейчас? Понятно, что не оставил бы, но хотя бы до утра дождался. У самого же дочери около двадцати, или это на других не распространяется? Свою пасет, людей всюду расставляет, меня триста раз предупредил, чтобы я яйца к ней не подкатывал, а тут просто выкинул девчонку в ночь.." — притормозил, заметив черную тень около крайнего дома в поселке. Сердце замерло на секунду и он затаил дыхание. Притормозил, приоткрыл окно. Услышал громкий собачий лай.

" Нет. Это всего лишь какой- то мужик гуляет с собакой".

— Извините, — спросил. — Вы девушку не видели недавно, с сумкой должна была проходить?

— Нет, я вышел три минуты назад, — отозвался незнакомец и придержал немецкую овчарку за ошейник. Собака рвалась в сторону и нетерпеливо хрипела.

Илья в ответ разочарованно кивнул и понял, что лёгкие распухли от ожидания выдоха. Казалось, найти ее можно за пару минут, но проехал почти весь поселок и ничего. Заныло в грудине, засквозило холодным ветром, каждое ребро откликнулось болью. Прекрасно знал, что впереди, если миновать поселок, известная проститутская точка, а рядом ночлежка, с совершенно понятным контенгентом. Такое вот интересное соседство: самой верхушки и глубокого дна. Хотя, Лис давно знал , что все в жизни бывает вверх дном.

Мимоходом вспомнил знакомую проститутку, которая часто грелась на заправке возле дома. Один раз пришлось с ней пообщаться по поводу ментов, так она за час всю свою жизнь рассказала. Бывшая студентка педвуза, красивая, с большими славянскими глазами цвета мартовского неба. Видно было, что попала случайно, а потом засосало. Прошла такую же точку невозврата с мысленным клеймом — шорами, которые не позволили ей увидеть совсем рядом открытую дверь выхода.

"Как ни крути, а по факту шлюха. И как туда попала, вряд ли кто спросит". Потом ещё несколько раз видел ее издалека, она кормила сосисками из хот дога местных дворняг. Это последнее, что заставило сердце ощутить себя живым, почувствовать реальную жалость к человеку, а потом случилась Яся.

" С её удачливостью можно и туда загреметь.." — подумал бегло и застрял взглядом в причудливых ветках кустарника, растущего вдоль забора. Показалось на секунду, что больше никогда ее не увидит. Что кто- то может ею воспользоваться, окончательно все переломить, растереть в пыль: эту нежную кожу на висках, тонкие запястья в голубых венках, сухую трещинку на нижней губе. Все то, что природа создала с искусной тонкостью, выведенной нежностью, легко смять в кулаке и безвозвратно деформировать.

Все, наверное, в детстве зачем — то срывали бутоны полевых цветов и растирали их между пальцев… Глупое, беспочвенное, но очень сильное чувство. Крепче стиснул руль рукой и решительно свернул на обочину. Осталось спросить у охраны.

- Здравствуйте, вы не видели, здесь девушка не проходила с сумкой? — с ходу спросил, как только охранник выглянул в окно.

— Такая низкая, темные волосы? — произнес мужчина пенсионного возраста, с узкими очками, надвинутыми на нос.

— Да, она! — радостно кивнул и ощутил, как изнутри поднимается горячая волна беспокойства.

— Была, такси вызвала от меня и вот только минут пять как уехала.

— Понятно, спасибо, — кивнул в ответ и бесцеремонно повернулся спиной к собеседнику. Времени было мало.

Таксист попался отчаянно молчаливый. Яся даже не услышала его голоса, он дважды кивнул, подтверждая адрес и потом замолчал. Может и к лучшему, ехать долго, не хотелось тратить энергию на столь обременительные беседы. Несколько раз застегнула и расстегнула молнию, проверяя наличие вещей. Нервничала. Хотелось побыстрее уже добраться до дома.

"И уже черт с ним, с этой опасностью, устала мыкаться, трястись, как мышь"- смотрела в темное окно. Мысли клубами крутились вокруг Ильи, " что он подумал, что сказал этому хозяину, как отреагировал? Хоть чуть — чуть ему стало меня жалко или нет? Может вообще продолжил жарить вторую партию мяса и ухом не повел".

Эта мысль совершенно не понравилась Ясе, она даже оскорбилась, представляя, как Лис равнодушно болтает с этим мужиком. И сердце разозлилось. Вспыхнуло пульсацией в груди и разогрело кровь.

- Иди ты… я ничего не нарушаю, — просигналил таксист и Яся, наконец, услышала его осипший больной голос.

Очнулась от красных вспышек гнева перед глазами и посмотрела в лобовое стекло. Притираясь в левый бок, автомобиль оттеснял такси на обочину. На секунду подумала, что это преследователи ее нашли и успела попрощаться жизнью. Странно, но посетили всего две мысли: " причем тут бедный таксист и почему я перед смертью в таком страшном костюме".

- Это не ваши знакомые, случайно? — заметно нервничая, спросил таксист.

— Наверное… - пригляделась внимательнее и сквозь свет фар увидела знакомый автомобиль.

— Тогда я торможу, иначе он меня в кювет снесет, — предупредил.

Яся вцепилась двумя руками в изголовье сиденья и закрыла глаза. Кое как автомобили разъехались, в последний момент избегая соприкосновения. Ударилась лбом о мягкую спинку и распахнула глаза. Вот и Лис выходит из машины и уже стучит по капоту рукой.

- Ты совсем олень, я же просил притормози, — закричал на водителя.

— Я откуда знаю, чего тебе надо? Может ты автоподстава? — в ответ поднял вверх правую руку и недовольно нахмурился.

— Выходи давай, — заглянул в окно с водительской стороны.

— Зачем? — непонимающе выглянула из — за сиденья, как перепуганная кошка.

— Говорю выходи! — произнес безапелляционно.

— Извините, — лихорадочно стала копаться в сумке в поисках денег. Вскоре сунула водителю купюры и схватила сумку.

— Вот дурдом, третий вызов подряд, одни психи! — цокнул языком водитель и резко нажал на педаль газа.

В темноте довольно урчал двигатель и Лис стоял в метре от Яси. Не верилось, что сумел догнать и она не выскользнула из рук в последний момент. Вот она — совсем рядом: мелкая, с сумкой в руках, растрепанными волосами, выбившимися из низкого хвостика, все теми же едва зажившими царапинами на лбу и влажными круглыми глазами. Почти родная. Не по количеству прожитых лет и схожих кровяных телец, а по духу. И это было намного дороже, чем все собранные вместе условия.

— Испугалась? — протянул руку вперёд, чтобы перехватить сумку.

— Нет, меня же каждый день высаживают из такси на полной скорости, — произнесла вяло, все ещё пребывая в состоянии ступора.

— Шутишь? Значит все хорошо! — кивнул, выдергивая сумку из ее руки. Яся вдруг опомнилась, посмотрела в сторону леса и испытала чудовищный флешбек. Почти такая же обочина и темная кромка мохнатых деревьев, оттеняющая крутой овраг.

— Не поеду я, зачем все это, мне все доступно объяснили, — уперлась, удерживая сумку на весу.

— Кто, дядя Миша? — перехватил ее запястье чуть выше. Впился глазами в овал знакомого лица, проскользил теплым взглядом по скулам, тонким прядям, играющим на ветру.

— Да, он мне все доступно разъяснил, не надо было ехать за мной, я спокойно доехала бы на такси, — на полном серьезе ответила, похоже не собираясь кокетничать.

— Давай я сам решу, за кем мне ехать, а за кем нет, — все таки вырвал сумку. Ясе в ту же секунду стало очень легко: и физически и духовно.

— Но у тебя же будут проблемы, он сказал.

— А я тебе говорил, что ни за кого не держусь, не может оставить, так не может. Пох*р. Сами справимся. У меня есть кому позвонить, — развернулся и пошел к машине. Не услышал ни малейшего движения за спиной поэтому вскоре обернулся. Яся стояла на месте и это его очень разозлило. Тут все бросаешь, нервничаешь так, что лопнул сосуд в глазу, а она раздумывает, словно королева.

— Можешь через лес, а я пожалуй, с комфортом, — задел за живое.

— Издеваешься? Сумку верни! — скрестила руки на груди. Ни шагу вперёд.

— Хватит вые**ваться, садись, ехать отсюда три часа.

— Ты доста-ал! — заныла в голос, поднимая руки вверх, но при этом выглядела неподдельно счастливой.

Илья хлопнул багажником и покачал головой — " хрен этих баб поймёшь".

Бывает так, приедешь в небольшой городок, в котором нет метро и прочих благ цивилизации и не понимаешь, где оказался, потому что они все одинаковые, словно недолюбленные близнецы, разбросанные по стране. С разбитыми дорогами, серыми однотипными домами, через раз мигающими фонарями, но обязательно встречающие путников красивыми баннерами с яркой рекламой и торговыми центрами.

— Такое ощущение, что это мой город, только улицы по — другому расположены. Такая же разруха, такие же "панельки", скажи же, вот закрой глаза и не поймёшь где ты.

— Конечно, зачем чинушкам вкладывать бабло в дороги и строить нормальное жилье для обычных людей, проще понастроить торговых центров, а потом доить с аренды годами.

— Да они и в городе — то не живут и по дорогам нашим не ездят. Наш мер, например, далеко за городом, мне соседка рассказывала, потому что ее дочка поваром к нему устраивалась работать.

— Потому что время му*аков и аренды. Земля, как временный клок земли, квартиры и телки под съем, машина и та в каршере, — ухмыльнулся Лис и посмотрел в экран телефона. Навигатор рисовал десять минут.

— У старшего поколения не так, — отчаянно захотелось возразить.

— Да, не так, они как раз цепляются за " хрущевки", традиции, свои разбитые тачки холят на копеечную пенсию, страну любят по инерции и землю уважают. Но сколько их ещё осталось? Надолго ли их хватит?

— Не знаю, но звучит пессимистично. Как так вышло?

— Потому что земля уже хочет, чтобы человечество самовыпилилось и подкидывает варианты для ускорения.

— Не хочу так думать, — поникшим голосом произнесла девушка и сомкнула губы.

— А ты не думай, бери ипотеку из разноцветных говноблоков, которые сейчас активно пиарят, пей больше пробиотиков из пластиковых бутылок и вообще живи, как жила, все равно мы все умрем. Забей. Это лозунг нашего времени, — произносил речитативом, с излишним позитивом на лице.

— А потом что будет?

— А не пофиг? Мы же арендосъемщики, поживем, попользуем эти шлакодома, добъем дороги, довыпилим деревья, а дальше трава не расти. Пусть следующие разгребают, а нас уже не будет.

— Наши дети? — сложила брови домиком.

— Эй, полегче, — пошутил, повернувшись в сторону Яси.

— Я имею в виду по отдельности..

— Ну да, они может ещё более менее подергаются, а вот следующим совсем хе*овато придётся.

— Фу, молчи, я не могу думать так. Мне их уже жалко.

— Жалко? А чего ты сделала, чтобы было по — другому? Учишься может по нормальной системе или только по указке галочки в нужных местах ставишь? Может ты помогаешь больным или на пикеты ходишь по защите деревьев от вырубки под очередной ТЦ?

— Ничего из этого, — опустила глаза.

— И я ничего. Вот и поговорили. Так что сиди и не гунди, что город убитый. Чё в голове нашей, то и вокруг. Я тебе говорю, всем на все пофиг, надо думать, как оплатить ипотеку и накопить за год на Турцию, чтобы пожрать там поплотнее за все эти месяцы голодовки.

— Жестоко.

— Зато правда.

Яся несколько минут молча переваривала этот разговор. Но сколь было всеобщим удивление, когда навигатор привел их в приличный район, с небольшим количеством высотных домов, цепочкой однотипных магазинов и прудиком посередине.

— Снимает, наверное, или я перепутал адрес, — стал набирать номер Степы.

Однако, все совпало. Вскоре они поднялись на десятый этаж, где им открыл дверь вполне приличного вида молодой парень. Высокий, русоволосый, с выгоревшими бровями и светлыми ресницами, голубоглазый.

Яся тут же отметила про себя шоковое состояние Лиса, когда он увидел рядом со Степкой молодую приятную девушку с сопящим грудным ребенком на руках. Остолбенел.

- Ну здорова, брат! — хлопнул по ладони горячо и гостеприимно. Обнял.

— Привет, сто лет не виделись, — прижал к груди бывшего " коллегу" и поймал себя на мысли, что его так родная мать тепло не встречала.

- Это Марианна, моя жена, а это дочка Милана, — указал взглядом на хрупкую женщину с каштановыми волосами, собранными в конский хвост на боку.

— Приятно. А это Ярослава, вы простите, что мы так поздно, просто обстоятельства вынудили, — Илья подтолкнул под спину стесняющуюся Ясю. Девушка была сбита с толку. "Вроде говорил, что парень никчёмный, чуть ли не наркоман".

— Ничего, мы сами с детьми путешествуем по стране и останавливаемся, где придется. Не переживайте! — успокоила женщина и удалилась в детскую, чтобы переложить в кроватку спящую дочь.

— Проходите, вы голодные? — с порога спросил Степка и бросил пару тапок под ноги гостям.

— Нет! — в один голос произнесли, переглянувшись.

— Давайте хотя бы чая, я только заварила с липой, — спустя несколько минут произнесла женщина.

Запах корицы тонким шлейфом проник в ноздри, когда Илья открыл глаза. Не смог оторвать лицо от подушки и продолжил лёжа на животе создавать имитацию сна. Тем временем на постели, где — то в ногах, происходили пугающие манипуляции, шумела погремушка и Яся сюсюкала ужасно — приторным голосом. Наконец Илья не выдержал и приподнялся на локте. Так и было! Совершенно несносная картина: мелкий пупс вытягивал ноги вверх, а Яся их типа пыталась поймать. Десять из десяти непопаданий в привычную картину идеального утра.

- Че это? — хриплым голосом произнес и покосился на белую чашку.

- Милашка, правда? — Яся откровенно растаяла перед обаянием крохотной девчушки.

Лис успел отметить, что она совершенно на него не обратила никакого внимания.

— А зачем он здесь? — недовольно пробурчал и опять откинулся на подушку.

— Ну она здесь живет вообще — то, — ответила Яся и строго посмотрела на Илью. — Я тебе кофе с корицей принесла, попробуй, может встанешь, наконец, а то стыдно уже, одиннадцать почти.

— Спасибо, — не очень — то любезно ответил и отвернулся головой к окну. Раздражали эти звуки чужого ребенка, кряхтение, гудение и главное, громкий звук погремушки. Будто она била прямо по мозгам, минуя черепную коробку.

— Они отошли на часик, попросили приглядеть, — улыбнулась, энергично потирая маленькие пятки в хлопковых носочках.

— Восьмидесятый уровень доверия, а главное адекватный, — съязвил, все таки приподнявшись в кровати.

— Что ты хочешь сказать? Что мне нельзя ребенка доверить? — почти оскорбилась и сделала недовольное лицо. Сама при этом, смешная: без косметики, с каким — то странным хвостиком на голове, похожим на упавшую пальму.

— Да, прикинь, нельзя! Или ты не та девочка, что уснула в чужой тачке, накачавшись до отключки и потеряла разом документы и телефон? А ещё забыл добавить, сейчас скрываешься не пойми от кого из за своей ма-аленькой оплошности.

— Помолчи, — прошипела угрожающе и перевела взгляд на малышку. Та, в свою очередь, сначала хлопала в ладошки, потом пухлыми пальцами пыталась поковыряться у себя во рту.

— Ну ладно, забей, ты просто прирожденная нянька года. Наверное и кашу сейчас сваришь? — с издёвкой выстрелил взглядом.

— Она, наверное, не ест ещё кашу, — с сомнением посмотрела на кряхтящую малышку. — Но кажется ты прав, есть хочет..

— Да ладно, ест она все! — без особого интереса пригляделся к движущемуся комку.

— А как понять, они ничего не сказали мне. Бутылку даже не оставили? — запаниковала за секунду.

— Мне кажется если зубы выросли, то должна есть, — равнодушным тоном произнес и посмотрел в окно. Солнце било в глаза через тонкие жалюзи.

- Открой — ка ротик, — легонько отодвинула нижнюю губу крохи. В ответ она распахнула глаза, удивлённо поморгала и через секунду изменилась до неузнаваемости. Заорала так, что задрожали стены и ненавистное панно из сухоцветов чуть не свалилось прямо на голову Илье. Он очнулся от собственных мыслей и перевел взгляд на Ясю. Та в панике схватила малышку, и горизонтально прижала к груди. Она плакала взахлёб, буквально на глазах синея и закатываясь. Это длилось почти минуту. Долгую, мучительную, бьющую по барабанным перепонкам и мозгам.

— Пиз**ц ты достала! — вскочил и нетерпеливо протянул руки вперёд.

В распахнутых карих глазах расплескалось бескрайнее темное море беспомощности. Яся сама чуть не плакала, при этом выглядела как одеревеневшая кукла. Илья медленно перехватил ребенка и инстинктивно поставил столбиком. Совершенно не умел с ним обращаться, также, как и его предшественница. Однако произошло чудо: малышка ещё несколько секунд поорала по инерции, а потом все тише и тише. Уставилась глазенками на тонкую полоску яркого света между жалюзи и окончательно замолчала.

— Спасибо, я чуть не померла от ее крика, — подошла сзади и легонько погладила девочку по щечке.

Милана снова сунула руку в рот и начала стучать ногами. Лис ощутил, как надвигается новая волна крика. Похлопал ее по спине и слегка покачиваясь, подошёл к окну.

— Че стоишь, ищи бутылку, или кашу вари.

— Они, наверное, не пользуются смесями. Чего там у них по теории ГМО, пальмовое масло, — перечисляя, встревоженно посмотрела на Илью и скривилась в панике.

— Мне пофиг, че они там думают, я сейчас ей из пакета молоко волью.

— Ты охренел! — предупреждающе зашипела.

— Иди кашу ищи, у меня сейчас ухо оглохнет, — попытался перекричать детский голос.

— Позвони ему, спроси! — побежала в кухню.

Лис встал у окна и начал набирать Степку, параллельно укачивая девочку. Она плакала сильно, периодически ударяясь подбородком о мужское плечо. Теперь и он ощутил полную беспомощность и злость, одновременно. К сожалению, горе- папаша не брал трубку, ни через минуту, ни через пять. Лис не выдержал и отправился на кухню, пытаясь хоть чем — то отвлечь истеричную даму на своем плече.

— Не нашла я бутылок, вот кашу варю, но у них молоко тоже кокосовое, — оправдываясь, указала взглядом на ковшик с манной крупой.

— Пофиг, ничего ей не будет, лишь бы не орала, — отстранил ребенка от себя и на вытянутых руках поднял. Хотел посмотреть на малышку терпеливым взглядом, но этот крик выводил из себя. — Скоро уже?

— Да все уже, остужу и дадим, — суетилась Яся, ощущая на плечах неподъемный груз ответственности.

Спустя десять минут все вокруг стихло. Малышка с удивлением чмокала кашу с ложки, периодически выплевывая назад содержимое щек.

— Че ты ей пихаешь? Она же наелась, — возник со спины и с сомнением оценил увиденную картину. Как только младенец перестал орать сразу стал необычайно смешным.

- Да она ничего не съела, все выплюнула, — озабоченно произнесла девушка и указала взглядом на светлые пятна.

— Ну значит и не хочет! — резонно ответил, сверху вниз глядя на Ярославу. Непривычно было видеть ее такой серьезной и сконцентрированной. Даже успел испытать приятные, необъяснимые чувства при виде того, как она пытается уговорить ребенка открыть рот.

Спасительный момент настал, когда в замке провернулись ключи. Абсолютно расслабленные родители ввалились в кухню, держа старшего сына за руку.

— Ой, а что это вы делаете? — с изумлением воскликнула Марианна.

— Кормим ВАШЕГО орущего ребенка, — бесцеремонно ответил Лис и просверлил Степана взглядом.

— Так она же полностью на ГВ! — всплеснула руками мать и моментально подскочила к Ярославе. Девушка в ответ стушевалась и опустила вниз чайную ложку.

— Так раз на ГВ, чего вы его не оставили? — резонно возмутился.

— Это грудью кормление, — прошептала на ухо Яся и сдержано улыбнулась, стесняясь дремучести Ильи.

— Зашибись аббревиатуры.

Степка нервно покашлял.

— Короче, пойдем перетрем, а то у меня от криков голова кругом, — позвал хозяина дома в другую комнату.

Яся испытала невероятное облегчение, когда передала девочку в руки матери, но при этом тяготило чувство вины за то, что приняла решение накормить малышку без разрешения. Марианна долго разъясняла о пользе грудного вскармливания, постоянно вступая в спор с невидимыми оппонентами. И ничего, что девочке, оказывается почти девять месяцев, а она ни разу ничего не пробовала кроме груди. Яся смотрела на нее, как на умалишенную и мысленно согласилась с высказываниями Лиса перед сном. Все хорошо в меру, когда твой образ жизни становится навязчивой идеей, это не менее трагично и непонятно, чем полный пофигизм современности.

- Ты чего со своими вегетарианскими замашками все мозги на морковку поменял?

— В смысле? — с ходу удивился, запихивая старшего в ванную комнату.

— Кому ребенка доверил? Ты кто теперь буддист или пох**ст?

— Мы на сорок минут до МФЦ, надо дооформить документы, а тут вы, чего такого? Твоя девушка сама утром попросила Милану поразвлекать.

— Ладно, слушай, а у тебя какие — то контакты остались, ну прошлые? — намекнул, понизив голос.

— Да сколько лет я этим не занимаюсь, ты чего! А зачем тебе?

— Все я понял, проехали, ты теперь на светлой стороне! — по — дружески стукнул по плечу.

— Не обижайся, но я даже думать забыл о том, как раньше зарабатывал и Марианна не знает, — склонился ближе и тихим голосом произнес.

— Все равно спасибо, что пустили.

— Да какие проблемы, людям нужно помогать, — улыбнулся открыто и Лис понял, что не было в Степке никакого подвоха. Вот он и правда человек — вода. Сначала был водой грязной луже, а потом его поместили в приятную такую чашечку с цветочками и он там благополучно принял форму и при этом все такой же обтекаемо — пресный. Перестал раздражаться, после того, как понял эту философию.

— Пойдем покурим на балкон, — предложил Степан и достал " вейп" с заднего кармана.

— Мля, Степка, не позорься, — скривился Илья и посмотрел на модный сублиматор.

— Зато руки не воняют и жена не пилит, — спустился парень и открыл балкон.

— Да вот действительно, это же главное. А пиво тоже нулевка? — подколол, раскрывая новую пачку сигарет.

— Какое пиво, я пробки лет пять не нюхал, табу, — прошептал парень и затянулся.

— У, брат, мы часа через три выезжаем, есть место сзади, — пошутил Лис и откровенно удивился тому, "как хрупкая с виду баба может держать мужика одновременно за яйца и кадык?".

— Не смешно, меня все устраивает, — улыбнулся во все тридцать два зуба, но при этом глаза выражали обратное.

— Каждый дро**т, как хочет, — выпустил изо рта клубы молочного дыма и понял, что Степка — это хороший рекламный проект своей жены.

— Я так понимаю, у тебя все по — прежнему, — наконец ответил Степан, ощущая, как над ним откровенно усмехается.

— Ну типа того, — Лис отвернулся спиной от солнца. На скулах заиграл солнечный зайчик.

— А девушка твоя не против всего этого? Или тоже не знает? — обернулся назад, глядя в комнату через стекло двери.

— Слушай, давай лучше расскажи, как ты вышел?

— Тоже хочешь? — насторожился парень и с интересом посмотрел на Илью.

— Башлял или чего? — добавил Лис.

— Ну конечно, меня и так последние полгода держали в запасе. Я и понял, что этим не заработаю, еле сводил концы с концами. Помнишь как ты мне сказал, что от меня постоянно воняет Дошираком? Потом случился косяк и я нашел предлог.

— Поэтому переехал?

— Да, сразу.

— Понятно, — повернулся к окну и высунулся в окно. К чему завел этот разговор и сам не понимал, вообще не собирался бросать этот прибыльный заработок, но возможно… Просто хотелось знать, что выход без особых проблем возможен. Чисто. Гипотетически.

— Ты не против, если мы через пару часов выедем, мне надо перетереть кое что вне квартиры, — стряхнул перепел и задумчиво смотрел, как он плавно летит вниз.

— Оставайтесь до завтра, какие проблемы, я же вижу, что тебе это нужно.

— Спасибо, я тогда оставлю Ясю здесь, но имейте в виду, что ребенка ей лучше не доверять.

— В смысле? — напрягся Стёпа.

— В смысле, опыта нет! — ответил Лис и дотянул последний белый участок сигареты.

— Какие проблемы, заодно и наберётся, — интонационно подтрунивал, подтолкнув плечом.

Лис промолчал.

Знаете, как бывает сложно вернуться в лютую стужу, после того, как окончательно отогрелся, разомлел от домашнего тепла, почувствовал, что кровь стала теплой и за шиворотом больше не сквозит ледяной ветер. Хорошее видно всегда на контрасте. Именно поэтому даже крохотную полоску света отчётливо заметно в темной комнате. Только в жизни так ли это очевидно? Сколько в ней всего намешано: условностей, нюансов, хитросплетений. Можно ли себя назвать исключительно светлым человеком или совсем пропащим? Кто даст реальную оценку, когда все мы видим ситуации через призму собственных ощущений и домыслов? Сколько пороков имеет двойное дно…

Ведь, получается, воровать хлеб с прилавка, когда мертвецки голоден — условно — допустимо, а деньги из кармана соседа — нет, убить за Родину — геройство, а за себя — тяжкий грех, увести чужую тачку — сразу уголовка, а мужа — просто общественное "ай- яй", да и то, смотря как преподнести.

А разве жизнь человеческая — не самое ценное? И что страшнее? Угнать железо или отца у родных детей?

В общем, все в нашей жизни условно: одни придумывают правила игры, а другие следуют. Навряд ли двадцатилетний парень в обычной жизни может позволить себе безнаказанно избивать и таскать людей за шкирку, но как только надевает каску — можно, он при исполнении. И не прикопаешься, потому что правила игры давно прописаны.

Вот так и ходят по земле куча условно- порядочных исполнителей: это и вездесущие социальные работники и соседи по дому, они всегда знают, как надо поступать.

Можно было сейчас ставить камеру напротив стола и снимать остросюжетный психологический триллер, без дублей, по живому. Все четверо выглядели слишком трагикомично: Яся ссутулилась и виновато смотрела на остатки былого пиршества, Лис развязно дожевывал перо зелёного лука, демонстративно развалившись на мини — диванчике, Степка седьмой раз переставлял стаканы с места на место, а Марианна просто, не закрывая рта, отчитывала мужа. Кухню сотрясали яркие вспышки:

- Я не думала, что ты такой, что ты способен так поступить с нашими отношениями, с моим доверием, да ещё и публично меня опозорил! Я очень извиняюсь, что вам пришлось все это видеть! — крутила многочисленные кольца на пальцах и буравила ненавидящим взглядом профиль Степана.

— Вы извините, конечно, но вроде утром говорили, что мясо дает энергию агрессии, а морковка — благодать и релакс, не перепутали ничего? А то я хотел записать, что — то нервы шалят в последнее время, — вмешался Лис и дружелюбно протянул женщине ломтик огурца. В уголках губ притаилась неприкрытая ирония.

— Все так, — сдержанно процедила и одним укусом отполовинила свежий огурец. Он нервно захрустел под белоснежными зубами и растворился.

Яся с трудом сдержала нервный смешок, услышав этот меткий укол со стороны Ильи. Все же в чувстве юмора ему было не занимать. В ответ уголки губ предательски дрогнули и Яся медленно перевела взгляд в другую сторону, чтобы окончательно стереть с лица предательски весёлый вид.

— Зачем ты приплел чужих людей, боишься остаться наедине и ответить за свои действия? — с каждым словом все громче произносила обличающие фразы.

— Извините, я вмешаюсь, но вам не кажется, что это странно, здоровому взрослому мужику бояться в своем доме расслабиться так, как он хочет, съесть то, что хочет, — выпад был прямолинейным и острым.

— Он и так расслабляется, я все сама по дому делаю и кушает он только полезные продукты, так некоторые люди не питаются, знаете ли, я свою семью всегда ставила на первое место, — парировала такж хлестко.

— Степ, у тебя совесть есть, чего молчишь? Ты, оказывается, доволен жизнью и о корейской морковке начинаешь мечтать с вечера? — Илья не выдержал этого фарса.

— Да вот… - начал, но был тут же перебит неугомонной речью жены.

— Подождите, дайте ему сказать, — оборвал Лис и с укором посмотрел на приятеля.

- Ну давай, Стёпа, говори..- скрестила руки на груди и безапелляционно задрала подбородок вверх. — А то ребята подумают, что я тебе слова не даю вставить.

Яся и Лис переглянулись и их взгляды были красноречивее слов.

— Сложно говорить, когда ты меня все равно не слышишь, — начал тихо и с трудом поднял взгляд на жену. — Понимаешь, я действительно рад, что ты так заботишься обо мне, но иногда мне хочется и мяса съесть, для разнообразия. Спаржа надоела.

Глаза Марианны округлились, искренне и недоуменно. Но она нашла в себе силы смолчать.

— …В прошлую субботу друг позвал пива попить, я даже и не собирался его пить, но ты же все нервы истрепала и я отказался.

— А что, разве встречаться надо в баре? Неужели нельзя на нейтральной территории, ты же все равно не пьешь.

— А если бы и выпил, то что? — взгляд его изменился, с виноватого на обвинительно- обиженный.

— Ну… мы же это обсуждали, ты же знаешь, как алкоголь влияет на психику, на биополе в конце — концов, — тут же приняла вид всемирной " знайки".

— Вы извините, но на биополе мужика влияет, когда у него кое- чего женщина отбирает, — достал сигарету и настойчиво посмотрел на Марианну. Догадается или нет, уже и не уверен был, но грубить так откровенно не стал.

— А я ничего не отбираю, я не знала, что он хочет выпить, он же молчит постоянно, а я как пойму?

— Ага, выпить, да ты потом скажешь, что мне месяц нельзя на тебя дышать, — горько усмехнулся и выхватил сигарету из пачки Лиса.

Марианну чуть не хватил сердечный приступ. Она , задыхаясь, словно огромная камбала, хватала ртом воздух.

— Задолбал меня этот дымок, хочу покурить нормально, как раньше! Или ты опять начнёшь нотацию?

— Я? Боже мой, что с тобой случилось? — изумлённо всплеснула руками и посмотрела на Илью. — Я так понимаю, ты насмотрелся на молодую парочку без заморочек?

— Ничего не насмотрелся, — скупо процедил Лис и закрыл пачку сигарет.

— Я понимаю, что они не обременённые браком и решили помочь другу зажить свободно, типа он весь такой несчастный, но понимаете ли вы, ребята, что брак — это другое, это вам не вечные тусовки. Люди в браке и вне — это разные вещи.

Лису даже нечего было возразить. Ему показалось, что все "мимо кассы".

— И вообще, легко осуждать других, а вот вам родит Яся, я посмотрю, как вы друг друга будете отпускать по барам и как свободы личной будете добиваться. Сказки сразу кончатся, уж поверьте, — не унималась Марианна, доказывая правоту.

Ярослава и без того безмолвная, совсем ушла в себя и застеснялась. Мельком посмотрела на Илью и заметила в серо — синих глазах небольшую тень смущения. Он действительно живо себе представил, как Яся ему родит и в квартире будет такой же ор и нервяки. Медленно перевел взгляд на девушку и скривил губы в напряжённую линию протеста.

" Ещё бы! Добровольно такую же петлю на шею, ищите дураков!" — покрутил энергично сигарету между пальцев.

— Причем тут брак и уважение друг к другу? — парировал Стёпа.

— Потому что оно должно быть взаимным. Я тебя просила резину с балкона в гараж перевезти. Ты сделал?

— Я работал.

— Жена — изверг покурить не даёт, а про астму ты забыл? Или память отшибло, — плотно скрестила руки на груди.

— Все, брейк, а то на ужин будут опять стейки с кровью, — неудачно пошутил Илья и встал из — за стола. Все эти сравнения ему не очень понравились, словно кто — то попытался заглянуть за шиворот и больно ущипнуть. Ещё и Ясю приплели, зачем — то. Не то, чтобы он был против Яси, но почему — то это гипотетическое бредовое предположение Марианны задело за живое. Ещё не понял, чем именно, но обещал себе вспомнить об этом попозже.

Разошлись. Супруги по комнатам, а Яся с Ильей вышли на вечернюю прогулку. Точнее Яся захотела выйти, а Лис почему — то ее не отпустил одну. И не то, чтобы не отпустил, а просто нашел благовидный предлог для того, чтобы последовать за ней. Как обычно. И сам особо не понимал этот странный механизм, но обычно он так усердно " выпасал " лишь заказные тачки. К личным вещам, эмоциональным привязанностям относился ровно, в этом заключалась основная странность создавшейся ситуации.

- А тебе разве не в том направлении надо за сигаретами, я здесь посижу на лавочке, подожду, — указала пальцем в сторону дороги и села, вся такая воздушная, в узких джинсах с голыми щиколотками и коротким топом, едва прикрывающем пупок.

" Вырядилась. Совершенно не к месту" — подумал и застыл, так и не решаясь ее оставить в точке " А".

— Пойдем со мной! — сунул руку в карман и с лёгким прищуром пробежался взглядом вдоль аллеи.

— Зачем? Я здесь посижу. Смотри какая красота, прудик!

— Там, где ты сидишь обычно потом проблемы, — не хотел обидеть, просто констатировал очевидный факт.

— Ты о чем? Боишься нас… - понизила голос и втянула шею в плечи. Поиграла взглядом, намекая на преследование.

— Вообще, в целом… - нащупал телефон в кармане и каменным взглядом проводил компанию молодых людей и девчонок.

— Прекрати, время детское, я в самом центре, вон бабуля сидит с собакой, присмотрит за мной! — укоризненно посмотрела через дорогу.

— Ща я ее попрошу, — улыбнулся, обернувшись в сторону крохотной бабулечки. — Короче, сиди тогда на месте, поняла? — строго скомандовал и скинул телефонный звонок.

— А ты мне купи " Сникерс", пожалуйста, — сунула ладошки между ног и подняла голову вверх. В глазах мягкая мольба, вперемешку с пушистым обаянием. Как тут откажешь? Посмотрел на Ясю с молчаливым укором, но при этом глаза выражали абсолютную беззлобность.

Каждый раз, когда задерживался на ее лице хоть на секунду дольше, Яся начинала испытывать прилив волнения вперемешку со стойким желанием впитать в себя все, что он способен дать. Это как детские секретки раскапываешь, ищешь сначала стекло, а под стеклом на самом дне таится истинная драгоценность — его чувства. Для Яси он не был человеком с поверхности, это не про него. Да и что она понимала в этой жизни? Шла на ощупь.

- С арахисом или фундуком? — обернулся, неожиданно вспомнив, что существуют варианты.

— С арахисом, — сделала вид, что вовсе не пялилась ему в след, а просто рассматривала стенд с листовками.

— Ок, — ускорил шаг и по — пацански размашисто исчез под светом фонарей.

Догнала. Опередила и по- девичьи капризно развернулась перед самым лицом, руки скрестила в тугой замок, мешая пройти.

— Ты от меня не убежишь, давай договорим, пожалуйста, — безапелляционно взмахнула ресницами.

Лис вынужденно замедлил шаг и встал. Лицом к лицу. Так, что было заметно каждый лучик янтаря в карих глазах, каждую песчинку надежды, осевшую на черных ресницах. Она была прекрасна, в этой своей бархатистой юности, в разрезе распахнутых глаз, в дерзкой линии бровей, взлетевших вверх. Он улыбнулся в ответ, не обнажая зубов. Только на впалых скулах заиграли едва уловимые тени. Одним лишь взглядом выразил все свое отношение и сунул руки в карманы, чтобы не касаться, не искушать судьбу. Оттеснил, медленно надвигаясь вперёд, будто безжалостный ледокол. Голову опустил, чтобы не смотреть в глаза. Ярослава сделала вынужденный шаг назад, но не ушла с пути.

Упертая. Дерзкая. Девочка — маяк. От нее исходил такой яркий свет, что Лис прищурился.

— Разве это выход? — процедила исподлобья и сомкнула губы в прямую линию.

От кадыка до самых пяток окатило, словно кипятком, ведь чем теплее она относилась к нему, тем жарче разгорался в душе огонь самобичевания. Непривычное чувство совести: острое, обжигающее, пронзающее насквозь, как раскалённый прут. Илья опустил взгляд вниз, слишком испепеляющим был этот огонь.

- Говорить не о чем, надо разбегаться завтра.

— Почему? — снова сделала шаг навстречу и задрала подбородок вверх. Ей казалось, что если она вот так прямо на него посмотрит, то вся его решимость растворится, улетучится.

— Меня не отпускают, возникли непредвиденные проблемы, поэтому мне надо завтра ехать обратно, — произнес хмуро, нехотя, словно сажу размазал пальцами по поверхности.

— Ты что собака, чтобы тебя не отпускать или у вас контракт какой — то? — возмутилась, снова вспыхнула, как спичка: ярко и горячо. Ореховые скорлупки глаз стали кофейно — темными.

— Ну ты и гонишь… - протянул руку к ее лицу и заправил выбившуюся прядь за ухо. На этот раз она не дрогнула, инстинктивно не зажмурилась, а продолжала сверлить его настойчивым взглядом.

" Это хорошо " — подумал и плавно опустил кисть вниз.

— Ты можешь ответить, как есть? — перехватила его запястье и, пробежавшись вдоль вен, нашла кончики пальцев. Сжала.

— Я не хочу, чтобы ты в это вникала, товарищ следователь, — смягчил выражение лица, в глазах заблестело беспокойство. Он не убрал руку, словно согреваясь под настойчивым прикосновением длинных пальцев.

— А почему ты решаешь за меня? Я все хочу знать, что конкретно тебе сказали? И понять тебя тоже хочу..

— Чего ты прилипла! Ты мне вообще кто?

— Я? Попутчица твоя, — нашлась немедленно, и нос пуговкой подставила ветру.

— А с каких пор попутчики друг другу отчитываются?

— С таких!

— Какой зрелый ответ, — усмехнулся и скрестил руки, через секунду шутливо развернул девушку от себя. — Поехали лучше гулять.

— Сейчас? — изумлённо распахнула глаза.

— Да, а что такого? — повернул голову в сторону Яси и прищурился, глядя в длинный шлейф мигающих огоньков.

— Не знаю, мы вроде в гости приехали, нас будут ждать… - произнесла неуверенно.

— Да нифига нас никто не ждёт, они друг друга там сейчас без соуса доедают, неужели ты не понимаешь? — возмутился.

— Ну да, им сейчас не до нас, наверное, ты прав, — согласилась и едва заметно покачала головой.

- Ну что, погнали? — протянул руку ладонью вверх.

Яся задержала взгляд на этом четком рельефе мужских пальцев, на плавном изгибе линии жизни, уходящей к самому запястью. Коснулась кончиками пальцев, пробежалась по коже и провела вдоль этой линии.

— А ты долго жить будешь, — улыбнулась, остановившись на крайней точке этой линии.

Лис не расслышал сначала и не понял, о чем она говорит. Посмотрел на свою руку с недоверием и нахмурился.

- А, ты веришь в эту хрень? — наконец произнес хрипло, отрывисто, с некоторой ноткой брезгливости в голосе.

— Да, у меня у подружки бабушка цыганка, она нас с первого класса учила читать по рукам, — утвердительно кивнула, нисколько не стесняясь своих " познаний".

— И что же ты ещё видишь? — с издёвкой произнес, развернувшись всем корпусом в сторону Яси.

— Это надо внимательно смотреть, ты думаешь читать, как плюнуть? — деловито поднесла ладонь ближе к лицу, прищурила веки.

— Я думаю, что ты просто больная, — сжал руку в кулак, прекращая попытки девушки что — либо проинтерпретировать.

— И зря, можно много чего увидеть, — осеклась и нахмурила брови домиком. Мысленно порадовалась, зацепившись взглядом за линию любви.

— А я не хочу знать, в этом прикол всей жизни, — двинулся вперёд по узкой дорожке, уходящей в сторону дома.

— Ну иногда же хочется подсмотреть в будущее, хоть одним глазом, неужели нет? — недоверчиво прищурилась, произнесла вдогонку удаляющейся фигуры.

— Мне нет. Я же знаю, что там ничего прикольного не будет.

— Ты странный, почему так думаешь? — подняла обе брови темными запятыми и ускорила шаг.

— Потому что нам с тобой не по пути, попутчица! — с иронией в голосе бросил и обернулся. По — лисьему хитро прищурился, пронзая до костей серьезностью чернично- серых глаз.

— Ну сейчас идем по одной дороге, — шутливо подхватила девушка и вновь поравнялась с Ильей.

— Не поспоришь, садись в машину, а я пойду за вещами сгоняю, — открыл перед ней дверь.

— А куда мы поедем? В кафе? — не спешила садиться, вместо этого развернулась к нему лицом.

— Нет.

— Только не говори, что гулять при луне по крышам? — лукаво брызнула восхищением из карих глаз. В животе, под ребрами, зашевелился теплый шарик предвкушения.

— Какая банальность, — скривил губы в ухмылке и посмотрел на нее таким спокойно — уверенным взглядом, как будто в этих серых радужках блестела вековая твердь огромных валунов на морском берегу.

— Ну так а куда же? — нетерпеливо закусила нижнюю губу.

— Ничего особенного, но ты же хочешь узнать меня поближе? — с улыбкой посмотрел вперёд и поймал взглядом столб молочного дыма над горизонтом.

— Конечно, — радостно кивнула и села, наконец, в салон автомобиля. Лис молча растворился в сумерках, звеня брелком в кармане.

Яся сразу почуяла неладное, как только машина понеслась в обратном направлении от города. В темном окне периодически мелькали таблички, которые они проезжали совсем недавно, только теперь невозможно было разобрать, сколько осталось ехать до конечного пункта. Вскоре они въехали на хорошо освещённую дорогу с монументальным серым памятником.

- А зачем сюда? — удивилась, отмечая взглядом мелькание попутных машин.

— Затем, — ответил коротко и свернул направо, под мост.

— Очень зрелый ответ, — подколола взглядом искоса. — Это что, вокзал? Ты собрался меня сейчас отправить? Ты меня обманул? — возмутилась, вцепившись взглядом в профиль парня. За секунду все доверие, что с трудом выстраивалось по кирпичику, рухнуло.

— Я тебя не обманывал никогда, — невозмутимо ответил и перестроился в другой ряд. Справа Яся увидела знакомую череду блестящих полос, отливающих сталью.

— Хорошо, но я ничего не понимаю, — нахмурилась и нахохлилась, словно снегирь, припудренный инеем.

— Расслабься уже, а! — положил ладонь правой руки на женскую коленку. Девушка вздрогнула и перевела взгляд на Илью. Пальцы его были горячими и сильными. Странно, но ему удалось успокоить Ясю одним одним жестом.

— Хорошо, извини, — кивнула, но в душе с трудом погасила огонь лютого беспокойства.

На вокзале, как и полагается, даже в столь поздний час пульсировала жизнь: по обочинам бегали поджарые дворняги, уборщики сновали туда — сюда с мусорными пакетами, звенели рамки металлоискателей, стучали эхом каблуки. Яся шла за Лисом и не понимала, какого черта он ее привез гулять именно сюда. Но молчала, как партизан, ведь обещала не задавать лишних вопросов. Вскоре он остановился возле сетевой палатки с кофе и взял два стаканчика.

- Пойдем внутрь, — кивнул, указывая на массивную стеклянную дверь.

— Я никуда не поеду, — ощутила, как сердце испуганно прыгнуло к горлу.

— Ты же хотела узнать обо мне побольше? Или передумала? — с упрёком посмотрел на Ясю и остановился перед дверью.

Молча подняла бровь, недоверчиво прищурилась, но все же поплелась позади.

Теплый аромат кофейной пенки навевал воспоминания о домашнем уюте. Они расположились внутри здания, на деревянной лавочке посреди всеобщей суеты. Слева стояла палатка со свежей прессой, справа банкомат. Лис протянул Ярославе кофе и задумчиво посмотрел на табло.

— Я так и знала, что ты меня отправишь, вон и сумку мою взял, — по — детски поджала губы и свела плечи вперёд. Все ее тело напряглось, словно пружина.

— Как будто это так легко, — многозначительно выдал и отпил небольшой глоток. Шоколадный привкус растаял на языке. — Ты же прилипала.

— Почему тогда здесь? Что здесь такого я должна узнать?

— Да ничего, просто это часть моей жизни и здесь мне всегда хорошо.

— Почему тебе здесь хорошо? — удивлённо протянула, настороженно оглядываясь по сторонам. Совершенно не понимала, что приятного может быть в этих мельтешащих людях, шуме, суете, запахах фастфуда.

— Ну, блин, не могу объяснить, здесь атмосфера стабильности и нестабильности одновременно, как и в нашей жизни. Вообще я много провел времени на вокзалах.

— В смысле? — улыбнулась заинтересованно и, наконец, притронулась губами к тёплому стаканчику.

— Ну поезда и электрички приходят по расписанию, а люди нихрена: кто — то вечно опаздывает, кто — то путает платформы, кто — то теряет попутчика, кто — то долго не может расстаться… Все как в жизни.

— Не думала об этом, я не люблю суету всю эту.

— Ну так прикол в том, что тебе никуда не надо, ты можешь посидеть, подумать, понаблюдать. Полезно за людьми наблюдать, иногда.

— Это твой профессиональный навык… - иронично толкнула локтем в бок и хитро выстрелила взглядом.

— Типа того, — хмыкнул, едва не расплескав кофе на колени.

— Я не знаю, конечно, но мне здесь некомфортно, мне кажется здесь место вроде как для встреч и расставаний, но при этом оно казённое какое- то, холодное, ничейное. Промежуточный пункт.

— Да, блин, вся наша жизнь — это промежуточный пункт между роддомом и кладбищем. Причем до хрена народа едет с нами по пути, одни долго, а другие сливаются на следующей остановке. И прикол ещё в том, что когда твое путешествие закончится неизвестно.

— Да, это так, но ведь можно выбрать попутчика? — задумчиво кивнула девушка и уставилась на сведённые колени.

— Можно… некоторые даже по десять имеют за жизнь, а некоторые параллельно бегают из одного купе в другое, — улыбнулся и поиграл бровями.

— Скажешь тоже, — придвинулась поближе.

— Вон видишь баба стоит, типа милостыню просит?

— Да, — заметила взглядом женщину средних лет с пластиковым стаканчиком в руке.

— Вот она психолог без диплома, но покруче любых раскрученных. Она не будет клянчить, просто смотри, как работает.

Яся заметила, как женщина заискивающе смотрит на прохожих, поправляя поношенный темный платок на плечах. Периодически она встряхивает стаканчик, невольно привлекая внимание людей.

— А ты заметил, что не на всех она так смотрит, — шепнула, продвинувшись ещё ближе.

— Естественно, она же по походке сечет, кто даст, а кто мимо проскочит.

— Где — то этому учатся, я не пойму?

— Жизнь учит… - задумчиво произнес Лис и покрутил заметно опустевший стаканчик.

— Не хотела бы я таких уроков по жизни, — скривила губы и окинула взглядом незнакомку.

— Да никто не хочет, или ты думаешь люди сами выбирают себе такой путь?

— Нет, не думаю, хотя мне кажется выбор есть всегда, кто ее заставляет клянчить, может она могла бы работать вон как та уборщица, — резонно отметила.

— Ты права. Только этот мир построен так, что в нем всегда были нищие, преступники, шлюхи.

— Зачем интересно..?

— А фиг знает, может, чтобы глядя на них обычный человек себя чувствовал хорошим.

— Типа на внешнем контрасте? — допила кофе.

— Ну такая точка крайняя по шкале морали.

— Интересно, а кто тогда наверху, святые?

- Чего завтра будешь делать? — неожиданно спросил Лис и посмотрел на девушку вполоборота. Ей показалось на миг что это было похоже на предложение о встрече. Солнечные зайчики заплясали в ореховых глазах и изнутри, в районе сердца разлилась горячая волна беспокойства.

— Я не знаю, а что? Ты же меня довезешь до дома? — перекинула волосы на одну сторону и постаралась сделать лицо как можно более невозмутимым.

— Нет, — отрезал.

— Ну ты джентльмен, — резко потухли огоньки, и в животе с треском застыла волна разочарования.

— Со мной небезопасно, — процедил и скрестил ладони в замок, положив их на колено.

— Я это уже слышала, — бесцветно прошелестела губами.

— Тогда должна все понимать, — занервничал. Посмотрел на Ясю мельком, будто боялся застрять взглядом в ее зрачках, опасался, что омут снова затянет без шансов на здравый смысл.

- Я же просто попутчица, что ты печешься обо мне? — смяла пустой стаканчик в ладони. Бежевый логотип сморщился и стал похож на полумесяц.

— Хватит этой комедии, а? Ты знаешь, что это не так.

Простые, казалось, бы, будничные слова из его уст звучали совершенно иначе: они были сверхценными. Здесь, сейчас, в этом абсолютном хаосе из мелькающих людей, шума и суеты.

— А как? — впилась взглядом, не побоялась выглядеть слабой, навязчивой, ничего не боялась, потому что хотела услышать правду.

— Так, что не могу встать и сделать, что хотел. Я не могу просто сесть в машину и разгрести х**ву тучу своих проблем, которых у меня по горло, — процедил беспомощным рыком, почти беззвучным, лишенным упрека и злости. — Потому что я думаю о тебе, о том, что будет с тобой дальше… Люди такие непростые там, я не могу ничего спрогнозировать и это меня сводит с ума.

Сжал губы, скулы стали рельефными, очертив профиль четкими линиями.

— А я о тебе… - опустила ресницы, на которых повисла вселенская тяжесть. Вот услышала, что хотела, а легче ничуть не стало. Будто он в кулаке долго держал секрет, который хотела узнать, а разжав его пальцы, увидела лишь битое стекло и кучу глубоких колотых ран. Хотелось прикоснуться к его душе, обнять. Но не могла, лишь на миллиметр прислонилась плечом, как бы невзначай.

- Ты прости, что я пристала к тебе, ты прав, тебе самому надо разбираться, а тут я.

- Если бы я хотел, ты бы уже давно осталась за поворотом, — произнес ровным тоном, словно не переживал, не испытывал, как душа рвется на части с треском, как каждый шов, который их соединял, теперь распарывается и тянет кожу.

— Ты хочешь, чтобы я была рядом? — робко произнесла, теперь уже сама опасаясь его взгляда.

— Нет смысла обсуждать, что я хочу, — встал с лавочки и достал сигарету. — Я выйду на улицу, ладно?

— Иди, — выдохнув, ответила Ярослава и откинула со лба выпавшую прядь волос. Ей было больно даже сделать микровдох, не то, чтобы встать с лавочки или посмотреть ему вслед. Как будто кто — то дал мощный подзатыльник, сила которого поставила мозги на место.

" Ты прав, Лис, черт, ты прав! Зачем я тяну тебя за край, чего я добьюсь? Ты не сможешь вернуться обратно, а я не смогу впустить тебя в свою спокойную жизнь. Мы из разных миров, мы вообще не должны были пересекаться. Зачем мне все это? " — глаза наполнились горячими слезами и Яся нащупала пальцами ручку сумки.

Дым тянулся тонким веером в сторону железной дороги, и мысли улетали куда — то вслед за этими молочными кольцами. Лис хотел бы сейчас содрать с себя всю эту нерешительность, скомкать и бросить под ноги. Никогда не видел себя таким, не понимал этих новых чувств, что вихрем растрепали внутренний распорядок. Не было никакой возможности увидеть себя четко в новой системе координат. Выдохнул струю дыма вниз и опустил голову.

Вдруг вспомнил слова Ярославы, о том, что она беспокоится и хочет быть рядом, он, конечно, поверил в эту пронзительную искренность, ведь никто не заботился о нем со времен глубокого детства.

" Только какой ценой? Я ещё понимаю, если бы имела какой — то опыт и тупо хотела адреналина, либо просекла, что у меня есть бабло, а здесь просто чувства: голые, открытые, без защиты. С ней сейчас можно сделать, что угодно, она даже не поймет.." — докурил и затушил сигарету о край мусорки. Несмотря на все предложенные обстоятельства его тянуло на свет этого маяка. Так тянуло, что он поспешил вернуться внутрь.

По пути купил стаканчик со сладкими орешками и влажные салфетки. Показалось, что нашел нить здравого смысла, что сможет донести до Яси то, как лучше поступить в этой ситуации, сохранив возможность видеться дальше..

"Пусть не сейчас, пусть все утрясается, но я знаю, где она живёт.."

Даже шаг прибавил. Решительно.

Однако вместо русоволосого затылка заметил на скамейке двух женщин с короткими стрижками. Застыл, разочарованно обвел взглядом весь периметр зала и с каждой секундой в сердце начал пробираться страх. Глубокий, детский, как в тот день, когда потерял мать и отца.

- Извините, вы здесь девушку не видели? — обратился к женщинам.

— Не знаем, — переглянулись подруги. — А какая она?

— Какая? — словно в никуда повторил и посмотрел сквозь пестрые спины пассажиров.

Этот простой вопрос взорвал мозг на сотни брызг, отражающих подавленные эмоции. Хотелось сказать, что у нее очень открытые, доверчивые глаза, что на лбу царапина, но она ей очень даже идёт, а на скуле родинка, похожая на сердечко. И если она улыбается, то иногда смешно морщит нос, будто собирается чихнуть. Но вместо этого все слова застыли в горле. Осознание произошедшего острым ножом прошлось прямо по жилам. Будто кровь залила гортань и что — то липкое, обжигающее потекло вниз, к желудку.

- Молодой человек, а вы присядьте, она может подойдёт обратно, если вы разминулись, — произнесла другая и потеснилась.

— Нет, не придет… - сказал самому себе и посмотрел вниз, туда, где раньше стояла сумка.

Женщины молча переглянулись.

— Ой, это вокзал, здесь часто такое происходит, догоняйте обязательно… - махнула рукой та, что держала в руках небольшую клетчатую сумку.

- Спасибо… - кивнул.

Добился всего, что так отчаянно хотел, но только от этого стало невыносимо пусто. Не помнил как вышел, как бросил наотмашь стаканчик и наступил на орехи, рассыпавшиеся под ногами. Дышал и не мог надышаться, все изнутри разрывалось, каждая частичка души пыталась пробиться сквозь ребра и улететь вслед за ней.

Я сижу и смотрю в чужое небо из чужого окна

И не вижу ни одной знакомой звезды.

Я ходил по всем дорогам и туда, и сюда,

Обернулся — и не смог разглядеть следы.

В. Цой.

Лис мрачно смотрел в лобовое стекло и крепко сжимал руль. Ещё несколько часов назад казалось, что самое важное сейчас это разговор с дядей Мишей, но теперь все изменилось. Будто прожектор света, что всегда освещал лишь путь под ногами резко сменил угол. Он убегал далеко далеко, туда, где по железным рельсам стучали колеса. Через этот лес, через все ухабы и разбитые дороги он тянулся тонкой нитью, пробивая себе путь. Там была она. Где — то сидела и смотрела в темное окно. Может плакала, а может дремала, прислонившись плечом к стеклу.

Муравьев вспомнил и улыбнулся, потом перед глазами появилась Яся, примерившая чужие шмотки, дед, его старый мопед, собака, положившая голову на колени. все смешалось, оставляя на сердце теплые кляксы.

Встречная машина ослепила дальним светом и Лис очнулся от воспоминаний, длинный гудок отрезвил и заставил смотреть на дорогу. На этот чертов бессмысленный путь. Выругался. Громко. В никуда.

Подъезжала к знакомому забору, расписанному разноцветными надписями.

" Главное, чтобы это того стоило " — прочитала на бетоне и закрыла глаза.

По пути анализировала свою жизнь, вспоминала все события. Осознала, что все это произошло неспроста, "а для чего — нибудь", как любит говорить Лис. Никогда ещё не встречала столько проблем и препятствий разом, никогда не чувствовала себя более живой и настоящей, способной принимать решения, ведь пока сидела в своем уютном гнезде, оберегаемом крыльями матери, ничего не видела с высоты его стен. Вся жизнь, которая кипела внизу, была скрыта, спрятана.

"А она, оказывается, может быть такой… как у него". - с сожалением сжала пальцами ручку сумки.

Двери синхронно хлопнули и Лис ощутил, как в нос ударил знакомый запах влажной листвы. В лопатки упирался массивный ствол и он прекрасно понимал, что шагает по этой земле свои последние минуты. Позади слышался хруст веток и чьи- то отдаленные разговоры звучали слишком обыденно. Показалось, что кто- то усмехнулся. Постепенно повязка ослабла и внизу яркой полоской лился дневной свет. Внезапно его шаги прервал грубый пинок под колени. Пошатнувшись, Илья остановился.

— Снимай, — прозвучало сбоку и одновременно кто — то содрал скотч со рта и развязал руки. Спустя несколько секунд повязка упала к ногам, в пушистый мох.

Лис прищурился от солнечного света, разлившегося над головой янтарным веером.

Одновременно с ним упала ещё одна повязка..

Яся округлила глаза, когда пришла в сознание. Ее подняли под руки и поставили вертикально, прямо напротив Лиса.

Он несколько секунд не мог узнать в этом белом лице знакомые черты. Но как только это произошло, зажмурился от такой боли, что несколько сосудов лопнуло у самого века. Все звуки, все запахи, все, что знал и понимал в этом мире слилось в одну точку. Эта точка сейчас находилась в зрачке Ярославы. Она смотрела так обречённо, что хотелось удавиться, лишь бы этого не видеть.

- Простите, Ваше следственное дело досрочно закрыто, приступим к исполнению приговора, — сказал отец мажора, сверкнув торжествующим взглядом.

- Она не при чем, это я угнал тачку, — сплюнул сгусток крови под ноги и посмотрел на похитителя. В серых глазах, отливающих синевой, блестел лихорадочный страх.

— Это я уже слышал, не интересно, — равнодушно ответил седовласый мужчина и посмотрел на часы. — Жизнь — справедливая штука, ребятки, как живёте, так и помираете, надо чистить нашу Россию — матушку от нечисти.

— Я не виновата, правда, — слезы заливали глаза и Яся с мольбой посмотрела на Лиса.

— Она говорит правду, она просто случайно попала в машину, а потом вынуждена была выбираться со мной из леса, — обрывисто, эмоционально произнес Илья и пронзил амбала стальным взглядом. Яся ощутила, как тот слегка ослабил захват.

— Не сходится, ох не сходится, я же ей давал шанс, принял, как гостью, просил рассказать, как было, а она тебя покрывала. Значит есть резон, значит вы оба понесете наказание.

— Но..

— Ещё одно слово и просто так не сдохнете, понял? — угрожающе прорычал и хрустнул веткой под ногами.

Услышав эти слова Лис сжал губы и ощутил, как из разбитой губы снова сочится кровь.

— Хватит базарить, вот вам инструменты, вперед к светлому будущему, — хмыкнул мужчина. В эту же секунду под ноги бросили две лопаты. Яся дернулась, чтобы убежать, но получила сильный удар под ребра. Так, что искры полетели из глаз. Лис исказился гримасой боли, почувствовав ее состояние каждой клеткой своего тела.

— Не трогайте ее, я сам все сделаю, — взял инструмент в руки и бегло оценил обстановку. Даже если он вырубил бы сейчас пару человек, то Яся в надёжном кольце из людей. Нагнулся и посмотрел на свои руки. Они были в темных пятнах крови, которую дважды вытирал с подбородка. Пальцы дрожали, как у дряхлого старика, но он не хотел, чтобы Яся мучилась от боли, поэтому стиснул ладонь и обхватил железную рукоятку.

- Нет, девка пусть тоже поработает, а то привыкли жить налегке, — прозвучало за спиной. Ясю подпихнули под спину и она упала в мох. Коленками ощутила привычную мягкость, ноздри уловили пряный запах леса. Закружилась голова. Взгляд зафиксировался на холодном блеске отливающем сталью. Протянула пальцы и подняла голову. Лис уже воткнул свой инструмент в землю. Прозвучали характерные звуки падающих комков влажной земли. Она с трудом поднялась и тоже стала копать.

— Прости, я хотел бы сдохнуть дважды, чтобы только тебя здесь не было, — повернул голову в ее сторону.

— Но ты не можешь, — бесцветно ответила, откинув крупную кучу бурой земли наверх.

— Зачем ты это сделала? — с горечью в глазах спросил и со всей силы воткнул лопату во влажную почву.

— А ты не понял? Я полюбила..- наступила ногой на железное ребро лопаты.

— И все? — остановился на секунду, услышав звук приближающихся шагов.

— Да, — пожала плечами и ускорила темп, заметив нависшую фигуру за спиной.

— Какого хрена так? Почему мы должны сдохнуть вместе, ведь я виноват, а она нет? — обернулся Лис и поймал взглядом мужской силуэт. В серо- синих глазах, почти мертвых, вспыхнул огонь отчаяния.

— Хорошо играешь, любишь ее, да? — прозвучало из уст незаконного судьи. Он перестал курить и заинтересовано посмотрел на Илью.

— Да, люблю, — ответил Лис и отвёл взгляд в сторону. Эхом его голос пронесся над пушистыми ветками, сквозь них попал прямо в сердце кареглазой девчонки. Она застыла. Волнами дрожи тряслись плечи. Внезапно от этих слов появилась такая мощная сила, что ее хватило бы на то, чтобы согнуть этот проклятый черенок пополам.

- А вы любили? Хоть когда — нибудь так, что жизнь готовы были отдать? — обернулась, отбросив лопату на землю. Встретилась взглядом с удивлённым мужчиной. Вокруг щёлкнули затворы. Он сделал ладонью предупреждающий знак и сменился в лице.

— Да, я любил. Так что в день, когда умерла моя жена, я закопал себя вместе с ней, я обрёк себя на одиночество, — прозвучало хрипло, искренне. — А знаете как она умерла? Вот из — за таких шкур, как вы! — указал пальцем на Илью и обвел его презрительным взглядом.

- Мне очень жаль, но Илья попал в этот мир также случайно. Его отец сел в тюрьму, убив мать, а он мальчишкой попал в детский дом. Его никто никогда не любил, вы понимаете, что такое жить в одиночестве с детства? Ему нужно было выживать и он это делал, как мог, да, он преступник, но не меньше, чем вы! И где эта ваша справедливость? — пронзительно закричала Яся, пытаясь достучаться до сердца похитителя.

— Ты правда из детдома? — прищурился, обратившись к Илье.

— Да, — разлепив засохшие губы, ответил парень и посмотрел на Ясю глазами, полными восхищения.

— Какой номер? — сурово насупился.

— Восемь. Не здесь.

— Говори адрес, мои люди проверят, если она врет, наш разговор дальше не имеет смысла.

Лис кивнул и выдал, все, что мог. Замолчал и затаил дыхание, ожидая реакции. Яся хотела добавить все, что знала, но ей тут же закрыли рот грубым движением.

Судьба иногда повисает на волоске, и одно слово или действие может коренным образом изменить ситуацию. Лис это понимал сейчас, как никогда, глядя на дрожащие пальцы Ярославы.

- Я вам скажу, ребята, что законы не всегда справедливы, а справедливость не всегда законна, — спустя десять минут донёсся мужской баритон. — Запомните это, когда в очередной раз пройдете по краю..

Лис крепко сжал рукоятку лопаты и перестал копать. Ребра, грудь словно хрустнули от обрушившейся свободы.

- А память наша такое дело, что лучше вам ее потерять, поняли? — прозвучало двусмысленно- угрожающе.

— Поняли, — хрипло ответил Лис и бросил лопату в пустую яму.

— Олег, а ещё говорят, что наша молодежь не умеет любить, — снисходительно кивнул в сторону самого высокого мужчины и ухмыльнулся.

— Угу, — моргнул верзила, совершенно не понимая, ЧТО здесь сейчас только что произошло.

— Давайте, ребятки, собираемся, у меня в семь ужин с очень нужными людьми, — хлопнул в ладони и развернулся, брезгливо очищая ботинки от мха.

Пока черные фигуры постепенно удалялись сквозь густую зелень, Лис и Яся не решались сделать и шага. Стояли, словно вкопанные и только взглядами касались друг друга. Постепенно хруст становился все тише и Илья бросился навстречу к своему маяку. Яся обнимала его так сильно, будто собиралась сломать ему кости, а он, наоборот, старался не касаться спины, едва положив пальцы поверх ткани.

— Ты сумасшедшая, поняла? — обхватил ладонями скулы и впился в ямочку бархатных губ.

— Не меньше, чем ты, — оторвалась, ощущая на языке соленый привкус крови.

— Я не понимаю, как ты это сделала? Он же отбитый? — всплеснул раскрытыми ладонями в воздухе.

— Он отбитый, но все же человек, да и потом, у него тоже есть свои причины..

— Пошли отсюда нафиг, кто знает, может он передумает, — протянул ладонь вверх.

Яся задержалась взглядом на его грязной руке и, нисколько не мешкаясь, протянула свою. Пальцы туго переплелись.

— Я же говорила, что у тебя длинная линия жизни, — переступая через корявые ветки, выдохнула устало.

— А я смотрю, ты и копать, оказывается, умеешь, когда надо.

— Очень смешно, — укоризненно посмотрела на парня и покачала головой. — Я не разогнусь теперь, все болит, — расцепила пальцы и приложила ладонь к больному месту.

— Ребра целые хоть? — остановился, вспомнив, как сильно один из охранников ударил Ясю.

— А не знаю, лучше не смотреть, — махнула рукой и отодвинула ладонью колючую ветку ёлки.

— Выберемся, решим! — успокоил Лис, опережая девушку.

— А мы выберемся? — насторожилась Ярослава, уткнувшись взглядом в густую чащу.

— Кто бы сомневался, — вскочил на поваленное дерево и огляделся. Частая поросль, словно густой забор, мешала разглядеть горизонт. — Телефон разбили, уроды, опять без связи.

— Как символично, — пробурчала девушка и скрестила руки на груди. — Я второй раз этого не переживу.

— Я думал тебе со мной везде хорошо, — пошутил Лис и ущипнул девушку за ягодицу.

— Не льсти себе, — хлопнула его по ладони и скривила свою фирменную улыбочку. Затем присела на ствол дерева и расставила широко руки, прикоснувшись ладонями к теплой коре.

— Че, со мной пойдешь или как? — обернулся, заметив серый просвет впереди.

- А ты возьмёшь? — лукаво улыбнулась, хотя лицо ее выражало крайнюю степень усталости.

— А ты пойдешь? — провокационно посмотрел своим уверенным взглядом, полным ожидания.

— Лучше ты со мной, — кивнула и посмотрела так пронзительно, что разом вспомнились все разговоры на эту тему.

— Резонно. Я подумаю, — кивнул и деловито сунул руки в карманы.

— Подумаю?! — воскликнула, округлив глаза. Схватила первое, что попалось под руку и кинула в спину. Шишка отскочила от плеча и приземлилась прямо под ноги Илье. Он заговорчески прищурился и склонился к траве. Яся сразу поняла, что он не останется в долгу и ринулась назад. Мощный березовый ствол спрятал от массивной атаки. Кажется, в ее сторону летели как минимум десять шишек.

— Так нечестно! Выброси шишки! — крикнула жалобно и подняла вверх ладонь в примирительном жесте.

— Ага, я выброшу, а ты корягой кинешь!

— Нет, обещаю!

Лис стоял перед ней, раскинув руки в стороны: безоружный, открытый, как никогда. Яся подошла медленно, притягиваясь его взглядом, словно магнитом, протянула руку и дернула за собой.

— Ты же дороги не знаешь, — прошептал на ухо, притянув ее за руку.

— Какая теперь разница, мы же вместе, — выдохнула в колючую щеку.

И это было действительно так..