Поцеловать первого попавшегося парня? Легко! Только кто же знал, что им окажется Кит Сабакинских, самый невыносимый человек на Земле. Ни он, ни я не привыкли сдаваться, поэтому моя жизнь обещает стать веселой.
— Что-то ты не важно выглядишь, конфетка! — сестра смотрела на меня через всевидящее око Саурона фронтальной камеры, пока я раскладывала приборы на столе.
— Сессия у меня скоро! Забыла?
— А как же праздники?
— Думаю, оклемаюсь, когда гирлянды повешаю.
— Две недели до Нового года, а у тебя ещё гирлянды не висят?
— Не-а! — согласилась, отправляя в рот ложку божественного борща. — И Поттер не смотрен, и жопонька в пледик не заматывалась. Мы готовимся к универовской битве Дедов Морозов.
— Так сессия или битва?
— Битва в приоритете, потому что экзамены у нас после Нового года. Билетик взяла?
— Конечно! Настя тоже приезжает, отмечаем у неё! Ты же с нами?
— А Поттер?
— Подождет пару денечков. Потом обещаю "какавушку" с зефирками впридачу, — пообещала Нютка.
— Тогла ладно, я с вами! А теперь извини, у меня трапеза.
Показала свое обеденное меню, в котором кроме борща был ещё плов, кисель и две пышных булочки с ванилью, а так же энергетический батончик.
— А твоя жопонька на диван поместится?
— Не боись, Нют, диван раскладывается!
— Тогда я абсолютно спокойна, — рассмеялась сестра. — Сейсас ещё Веро люлей вставлю на счёт гирлянд.
— Давай-давай! Мотивация нам, как снег сейчас нужна, — с тоской посмотрела на почти голый асфальт. Декабрь, называется. А город так и не приоделся в белоснежную пелену.
- Все! Целую, конфетка! Пошла я гонять студентов!
Разница с Аней у нас была в целых четыре с половиной года. И если я только грызла гранит науки на третьем курсе, моя систр успешно проходила аспирантуру, правда, в другой стране. Свою специальность она менять не собиралась, от того и улетела от меня далеко. А мне что оставалось? Тяжело вздыхать и мечтать, когда же наступит тот самый день её приезда.
Но это все так, излишки негативного настроения из-за незадавшегося дня. И пока поток эндорфинов в кровь могла напустить только вкусная еда. А в нашей университетской столовой она была на редкость вкусной, словно мамочка приготовила. Ну, и цены, конечно, малость касались. Но это для обычных студентов. Я же была из числа мажоров. По крайней мере, так считали окружающие.
Если папа глава фирмы, которая снабжает область асфальтом, то, видимо, дома денег немерено. Ошибочное мнение. Хотя, отчасти это и было правдой. В социальной лестнице родители находились чуть выше среднего класса, но и до олигархов не дотягивали. Впахивали, как и все, просто у них получалось неплохо.
Мамуля моя, красавица, имела свой небольшой магазин одежды, где, в принципе, в свободное от учебы времени я и подрабатывала. Просто, в такие дни я просто получала больше карманных денег. Жили они в небольшом городке, в получасе езды. Я иногда до универа добиралась дольше. Жила я здесь в родительской квартире, пренебрегая прелестями обшажной жизни. И тихо радовалась, когда ребята делились своими впечатлениями и приключениями. У нас с Вероникой всегда было тихо, спокойно и уютно. Что ещё нужно для плодотворной учебы?
Ладно, возвращаюсь все же к сути. Когда моя личная жизнь начала меняться со стремительной скоростью.
Едва я прикончила плов, на телефон началась атака. Заработал факультетский чатик, где собрали всех активных, креативных и творческих. Как я попала в него, не обладая художественными талантами, не знаю. Хотя в подготовке я все же принимала косвенное участие со своим природным голоском, который даже без музыкального образования умел петь.
Ну, вот и договорились! Могу опоздать, а могу и не прийти. Дальше на беззвучный и пусть хоть удавятся своим энтузиазмом. Особенно Карпенко. Бесячая девица!
И следом сообщение от моей Веро: "Ты где? Сопля тут перекличку решил устроить. Злой".
Ну, так и знала, что не дадут насладиться. Булочку в рот и рысцой на третий. Быть в не милости у этого злобного орка с неприятным прозвищем так себе перспектива.
После плотного обеда вторая половина дня прошла уже в более приподнятом настроении. Пары, затем репетиция, как отдушина. Даже успела к завтрашнему зачёту подготовиться в перерыве между. Эх, все же хорошо, когда ты вовремя выполняешь задания и учишь тоже вовремя.
В четыреста одиннадцатую аудиторию я попала уже в самый разгар действий. Оказывается, все давно без меня обсудили, и все давно решили. Это хорошо! А у меня все ещё в голове "Last Christmas" играла. Я напевала себе под нос и даже пританцовывала.
— Довольная! Лешенька снова подкатывал свои Фаберже? — поинтересовалась Веро, когда я примостилась рядом. Оставшиеся разбирались с декорацией и моя лучшая подруга была в числе этих счастливчиков.
Парни корпели над тем, чтобы натянуть баннер на основу, девочки развешивали украшения по кабинету.
— Я тебя умоляю, он когда в хорошем настроении ко всем их подкатывает.
— А евнухом он не хочет стать? — хмыкнул Андрей, косясь на Веро.
Ну, то, что моя подружка была красивая, это не было секретом. И не просто милая, или симпатичная, нет. Именно красивая: глаза, носик, губки, фигура, темные волосы, отливающие синевой.
Наш худрук Алексей, обитающий в актовом зале, заметил её ещё во время прошлогоднего весеннего конкурса красоты среди студенток. И помог дойти до победы, занимаясь ею чуть ли не круглые сутки. Она честно призналась, что ничего не было. Хотя могло бы. Но моя Вероника девочка благоразумная, на женатика без перспективы развития кидаться не будет, хотя и обаятельного. А вот Андрюшка был ее поклонником ещё с первого курса. Карманный парень, который горы для тебя свернёт. Для такой девушки это было простительно.
— Не надо, сами с ним справимся, — улыбнулась Веро лучезарно.
— Он только на Веронику так реагирует, — с ехидством заявила Даша.
— Мне жаль, солнышко, что мужик кидающийся на все, что в юбке, тебя игнорит, — похлопал я ресничками. Бесячая девица. Оооочень! А, я уже говорила! Вот это была именно она. Дашенька Карпенко.
— Иди нафиг, Новикова! — скривилась Дашка.
— Извини, но это и правда напрашивалось, — хихикнула Ольга.
— Ладно! Новикова, правда или действие? — пошла в наступление Карпенко.
— О, начинается! — закатил глаза Пашка. — Парни, идёмте перекурим.
— Похоже, запахло жаренным.
Негласный закон: от игры не отвертеться. Не потому что принципы не позволяют, а потому что её нам передали по наследству выпускники. Типа, нам биологам таить друг от друга нечего. Девиз факультета, чтоб его!
А от Даши может последовать только что-то гаденькое. Никогда не слышала, чтобы из этого симпатичного ротика срывалось что-нибудь достойное.
— Действие, — пожала я плечами. Ну, а что? Понимаю, что и тут она отыграется, но так хоть выбалтывать ничего не придется. Она недовольно нахмурились.
— Хорошо! Поцелуешь первого вошедшего в аудиторию парня.
Девчонки заулюлюкали, поддерживая её. Не так-то страшно.
— В губы, по-настоящему! — добавила она.
— Может, ещё и тр***ть его при всех? — насупила идеальные бровки Веро.
— Ничего страшного! Сделаю! — согласилась я. Ну, а что? Парней я первой не целовала, но ведь нужно же когда-то пробовать. Ради принципа.
— Хорошо, ждём! — скрестила на плоской груди руки Даша. Ждать пришлось не долго.
Минут пять прошло, не больше. Шаги…Скрип…Все заинтригованно поворачиваются на звук.
— Е-мае, Даша, я долго тебя ждать должен? — в аудитории появляется высокая фигура Кита Сабакинских. Только не он, пожалуйста! Но, видя, как бледнеет Карпенко, переводя взгляд от своего нового парня на меня, и понимаю, что не отступлю.
— Оооо! — завопили девчонки, глядя на меня.
— Так, все отменяется, — зачастила Даша, понимая, что ее зарождающиеся отношения могут сейчас разрушить. Или нет…
— Прости, но ты сама когда-то говорила, что правила есть правила, — хихикнула довольная Веро.
Кит вертел головой, не понимая что к чему, пока не прилетело.
А прилетело ему в моем лице неслабо.
Резкий выпад вперёд, на носочки, обхватываю его щеки руками и наклоняю голову. Целую! Черт! Целую засранца, который мне портил жизнь в школе, когда у него было веселое настроение. А оно у него было всегда. Никитку, который сверкал пятой точкой, когда мы с Настей застукали его с одноклассницей на их диване… За двенадцать лет дружбы наших сестер столько всего произошло, что мое мнение о том, что он самый ужасный человек на Земле уже никто не изменит.
Но я его целовала. Он секунду заторможенно пытался понять, что происходит, а потом вдруг его губы поддались, ответили мягко, хотя несмело.
Стоп! А зачем мне смело? Мне и этого хватает. Вон как пошибло, аж сердце заколотилось. Видимо, от волнения. Дашка же смотрит. И этот идиот так спокоен и…Ох, чур тебя, чертяка!
— Хватит, Китеныш, — отстранилась я, отгораживаясь руками. — А то ещё понравится.
— Это что за херня? — он был, кажется, ошеломлён.
— Это благотворительная акция перед Новым годом!
Меня грубо отпихнули плечом, уничижительно окинули взглядом Кита и шлепнули дверью так, что стены задрожали. Ну, все! Пипец тебе, кролик! С этой фурией лучше не связываться. Интересно, а кто из нас будет огребать? В первую очередь, видимо, Кит. А мне уже перепадут остатки.
— Зря вы так девочки, — заявила наша будущая Снегурка с сочувствием поглядывая на дверь. — Оль, а если бы это твой парень зашёл?
Кит, видимо, все еще ждал ответов.
— Ты дебил, иди успокаивай свою благоверную. Я на смертную казнь не подписывалась, — возмутилась я, потому что этот баран молча "палил" наш спор.
— Если бы мой парень так же целовался с Яной, как Кит, то огреб бы по-полной.
— Вы что, опять играете? — наконец дошло до него. Вот же напасть. И как он дотянул до четвертого курса с такой сообразительностью? Хотя, хотелось верить, что это от меня он потерял дар речи.
— Да-да, Дашка сама задание придумала, — согласилась Веро, чтобы побыстрее его выпроводить.
— Е****нутые создания, — вздохнул он обречённо и вылетел из аудитории.
— Отчасти он прав, — сделала я вывод. — Впервые за двенадцать лет с ним соглашаюсь.
— А ты никогда не говорила, что вы давно дружите, — заинтересовалась Снегурка.
— Я тебя умоляю. Как можно дружить с человеком, который каждый день рождения дарил тебе духи с таким поганым ароматом, что даже в туалете брызгать стыдно.
— Может, у него вкус специфический, — не согласилась Оля с моими доводами.
— Наши старшие сестра дружат со школы. Когда его Настя предлагала ему помочь с подарком, он благополучно отказывался и шел покупать именно какую-нибудь дрянь, — поделилась я воспоминаниями.
— Это их первый физический контакт, который ПОКА не закончился дракой, — поддержала меня Веро.
— А мне, кажется, что он милый, — пожала плечиками Снегурка. — И имя такое заморское…Кит.
— Милый он только во сне. А Кит — это прозвище, — не согласилась я.
— Так он обычный русский Никитка. Но даже учителя его Китом называли, — поддакнула Вероника.
Она-то не по наслышке знала про этого говнюка. Мы с ней пять лет за одной партой просидели.
В универ тоже решили поступать один. Даже факультет один выбрали. И жила она со мной. Наша дружба держалась не только на взаимной любви друг к другу, но в этом поучаствовали разный вкус на парней и одинаковый на еду.
Вот и после долгого дня мы стремились попасть в супермаркет, потому что кому-то голодному, то есть мне, захотелось пельменей. Подружка полностью разделяла мое желание. После долгого спора, какие лучше взять Веро выдала совершенно гениальную идею:
— А, может, сами налепим?
— И ужинать мы будем…
— Часов в десять, как все нормальные люди, — весело заявила она.
Сказано, сделано!
Пока только были разморожены тесто и фарш, а мы залипали в Инстаграм, промывая косточки Даше, которая выложила печальную "сторис": "Когда тебя предали — это всё равно, что руки сломали. Простить можно, но вот обнять уже не получается."
— Не видать тебе обнимашек, Китяра, — почему-то меня это веселило.
— Не, а ты видала, как он к тебе сегодня присосался?
— Фу, Веро! Во-первых, это было противно; во-вторых, нет никакого желания это вспоминать. Это же КИТ, который прилепил мне жвачку в волосы, который мне ресницы в лагере обрезал, который растормошил осиный улей и я несколько дней была похожа на китайца.
— Но были же периоды, когда вы нормально общались.
— Зубоскалили, ты хочешь сказать. Он до сих пор считает, что я из-за него поступила в наш уривер, а теперь я это подтвердила при свидетелях. Короче, у меня предвещаются несколько весёлых недель.
— Не боись, женщина! Придушим, да прикопаем. К весне найдут, следов никаких и мы в шоколаде.
— А это план, — задумалась я.
— А пока пилим контент. Включаю прямой эфир, пообщаемся с моими восемью тысячами подписчиков и полепим пельмешки. Я же не просто Мисс универ, а ещё и хорошая хозяйка.
— Это мама у тебя хорошая хозяйка, а ты пользуешься ее трудами.
У меня тоже получались прекрасные булочки, пирожки и пироги. С тестом я возиться любила. Правда, в этот раз подфортило. Мама Вероники замесила нам несколько вариантов в своей чудо-хлебопекарне и передала для заморозки. Достал, в микроволновку на пару минут и все, у тебя свежее мучное изделие. Наедай бока сколько захочешь.
— Привет, Мишань! — разговаривала Марго с телефоном, орудуя руками, как профессиональный кулинар. Такими темпами нам и кустарное производство не долго организовать.
— Да, ты правильно понял, у нас "племяши" будут…Угощу, если поможешь….Янчик, Мишаня в гости напрашивается, — обратилась она ко мне.
Я оторвалась от занятия и помахала ему рукой.
Мишка, мой сосед по лестничной клетке был компанейским парнем. Виделись мы редко здесь, хотя дома тусили в одной компании.
Ииии…Мишаня вообще не отвечал своему имени. Мелкий, юркий, худощавый.
— Приезжай! — пригласила гостеприимная хозяйка. Почему бы и не пообщаться с хорошим человеком?
Через минуту завибрировал входящим вызовом мой айфон. Да, Мишка.
— Я не шучу между прочим, — раздался его басистый голос, не подходящий ему совсем. — Я неподалеку.
— А кто говорит про шутки?
— Только я не один.
— Ну, ладно! Будет веселее.
— Все, Янчик, замётано! В магаз заскочим и к вам.
— Нам ещё штук сто надо, чтобы Мишеньку покормить, — сделала вывод Веро.
— Садет сейчас и будет помогать.
Через минут двадцать затренькал домофон. А ещё через пару минут на пороге появились они Миша и…Кит.
— А этого какого черта притащил? — сразу же ощетинились я.
— И тебе не хворать, сладкая, — улыбнулся Сабакинских, скидывая куртку.
— О, как! — скорчила рожицу Веро.
— Теперь я это знаю не по наслышке, — опять эта самодовольная улыбочка, которую хотелось стереть с его лица. Вот же гад! Интересно, Мишаня в курсе?
— А как же утраченное доверие и сломанные руки? — заломила бровку, выпустила подбородок, намекая на Дашу…Эх, уже на подсознательном уровне готовлюсь к атаке. Но, у Сабакинских, видимо, не было настроение играть в словесный бадминтон.
— Зачет, Карамелька!
— С какого такого я стала Карамелькой?
Мне лишь загадочно улыбнулись и прошлепали мимо, шурша пакетами.
— Как с Богом пообщалась, — покачала я головой. — Ты сегодня на редкость молчалив.
Мишаня вымыл руки и сел на мое место, помогать Вероничке.
Мне же были выданы распоряжения заняться нарезкой и салатиком. Ну, ладно! Это проще, чем изображать из себя скульптора.
— А что это у вас огоньков волшебных нет? — поинтересовался он же.
— Есть, но их нужно вешать. А на одной гирлянде проводок порвался, а сделать некому, — пожаловалась я. — На днях родители приедут, папа все организует.
— Показывай свое добро, — вздохнул Кит, который просто стоял, прислонившись к столешнице.
— О! Идём! Чтобы просто так не тратил кислород.
— Язык бы тете оторвать, — цокнул он.
— Но сил не хватит, да?
— Боюсь ядом испачкаться.
— Вот, — указала я на коробку. — Эту на окно в спальне. А этот неработающий водопад нужно сюда, — указала на окно в гостиной.
Он оглядел масштаб работы, потом посмотрел на порванные проводки.
— Изолента есть?
— Была где-то, но там мало, — я кинулась к шкафу, откуда, порывшись, извлекла белый моток ленты. — Сколько надо?
— Ну, сантиметра три-четыре есть. Хватит.
— Это ты одну из своих девок цитируешь?
Кит закатил глаза, а Мишаня с Веро заржали в голос с кухни.
— Мои девки, как ты выражаешься, обычно не говорят.
— Я бы тоже с такими размерами молча лежала.
— Мне что, штаны снять?
— О, нет-нет! Ты и так видом своей голой задницы мне однажды психику детскую сломал, — отмахнулась я.
— Я вижу, что неадекватность из тебя так и прёт. Воспитал монстра на свою голову.
— Какие мы обиженные котики, — сделала я губы уточкой и потрепал Сабакинских по щеке. Не всегда же мне быть жертвой.
Пробивающаяся щетина немного колола, но ощущение было приятным. Сразу вспомнился наш сегодняшний поцелуй…по пальцам шарахнуло так, что я словно от горячей плиты одернула руку. Что за нафиг такой?
— Ладно, работай. Зови, если что. Будут косяки, будешь переделывать, — издеваться над ним сразу пропало желание. Нет, лучше держаться подальше от этого чертяки.
Кит Сабакинских
Замолчала! Надо же! Сидит за столом, лупает своими большими зелёными глазками и молча жуёт. Неужели слова закончились? Или яд накапливает? Хотелось выразить свои мысли вслух, но решил, что нам нужен тайм-аут. И так сегодня мозг выели.
Как это великолепно у девчонок получается, словно с детства их учат искусству аккуратно десертной ложечкой по капельке. И ещё талант у них обвинять во всем нас мужчин.
— Если бы ты не присосался к ней, как пиявка, я бы, может и промолчала. Но ты меня предал, — вспомнились слова Дашки. Овца! Сама же виновата! И вообще, как она это представляет? Я вообще-то из плоти и крови, и организм у меня нормально функционирует. А Янкин поцелуй, как можно проигнорить? Мне кажется, ей даже помидоры отвечали, когда она на них тренировалась. Эти пухлые губки…Мммм!
Что-то я разошелся. И при чем пялюсь на неё. А Веро пропалила. Заломила темную бровь, мол, какого такого, Кит? А вот такого! Сам не понимаю зачем и почему.
— Ты что завис? — мишка пощелкал пальцами у меня перед глазами.
— Думаю.
— Так вот откуда этот звук скрипучих шестерёнок. Вредно это для тебя, Китёныш, — расцвела в улыбке Янка. Зараза!
Хотя я не пожалел, что повелся на провокацию Мишани и поехал с ним. Его-то мотивы понятны, он залипал на Веро. Сам когда-то к ней не ровно дышал ещё в школе. Но это было давно, и сейчас я адекватно мог оценить ее красоту. Она бесспорно была прекрасна внешне, но не было в ней той чертинки, которая сидела в ее подружке стервочке с завышенной самооценкой, замашками принцесски и нахальным язычком. Иногда хотелось прополоскать ей рот отбеливателем. Но встречи с Янкой всегда были неким видом спорта. А меня, как нормального спортсмена захлёстывал азарт. Наверное из-за того, что она всегда была тепличной девочкой, окутанной заботой родителей, мне нравилось её задевать. И, похоже, это вошло в привычку.
— А тебе вредно говорить. Сразу все впечатление о себе портишь, — грубо, но, кажется, она этого даже не заметила. Гордо вздернула подбородок, надула свои миленькие щёчки, а в глазах плясали огоньки гирлянд. Хм…
Никогда ее не рассматривал с этой стороны. Да, блин, вообще ни с каких сторон. Фурия с внешностью куклы. На ее лице было все аккуратно и мило. Особенно блондинистые волосы, которые копной кучеряшек рассыпались по ее спине. Всегда шутил, что макаронная фабрика угодила в ураган. Главное, не напоминать. А то она злая сегодня какая-то.
В остальном вечер у нас прошёл вполне прилично. Ещё и полезно. Гирлянды работали!
Спать ложился с полной уверенностью, что не придется ворочаться с боку на бок. Только едва прикрывал глаза, как тут же возникал образ Янки. Словно наваждение какое-то, чтоб ее! Спи уже, Кит, завтра тренировка перед чемпионатом. И будет грустно если из-за этой маленькой ведьмочки пострадаешь именно ты.
Телефон на тумбочке завибрировал входящим сообщением. Спи! Не трогай! Нельзя, Кит…Нельзя..
Но рука самопроизвольно потянулась к гаджету. И не зря.
Захожу в контакты и редактирую номер, снося прошлые данные и вбиваю капслуком «КАРАМЕЛЬКА»! Хочет ответы? Хорошо! Я не хотел задевать ее этой темой, именно поэтому старался отмалчиваться, чтобы не ляпнуть ненароком.
Губы от чего-то поползли в улыбке. Молодец, девочка! Моя школа!
Вот теперь можно было спать. Допинга принял на душу, а значит, завтра будет хороший день.
Или я ошибаюсь? По крайней мере начался он не так радужно, как хотелось бы. Едва мой старенький БМВ припарковался на своем законном месте (уже два года его никто не смел занимать) у ФОКа, в меня ударила волна негатива.
— Сабактнских, ты сволочь! Дрянь! Ненавижу тебя!
И это самые лестные эпитеты. Не думал, что девушки могут так грязно ругаться. Стоял молча, пялясь на то, как Даша изливала из себя тонны грязи. Видимо, я виноват, раз на то пошло, вот только бы знать в чем.
— А теперь раз ты закончила хочу услышать нормальную человеческую речь и объяснение. Я извинился вчера. Что не так?
Понимаю, что все девочки, девушки, женщины мира скривятся сейчас и скажут, что это истинная сущность мужиков, что так делать нельзя. Льзя, товарищи девочки, девушки, женщины, разведенки, сочувствующие и кто бы там не был ещё. Но…
— Ты вчера был вечером у неё. Не у меня под окнами, а на ее кухне, — прилетело, наконец, объяснение.
А ещё говорят, что механизм женского мозга не понятен. Все же кое-что разобрать можно. Если ты косячишь, с тебя спустят три шкуры, прежде чем выясниться, что вина искуплена. Или не шкуры, все как в древности: только кровью ты сможешь грехи.
— Даша, милая моя, я могу ползать перед тобой на коленях, умолять, принести в зубах букет цветов и кучу подарков. Но у меня вполне логичный вопрос: для чего мне это делать? Стимул? Нет его!
Не верю я ни в любовь светлую и чистую, не верю так же в секс без обязательств, который мне предложили две недели назад. Он выплеснулся в итоге вот в это. Поэтому прав был отец, когда говорил, что всё беды на Земле от женщин.
Постоял ещё, чтобы дать обиженной девушке выговориться, а потом ушел, потому что опаздывал.
Так, стоп! А Дашка возле ФОКа что делает? Мы тут не сталкивались, между прочим, ни разу за этот год. Меня ждала?
Видимо, нет! Потому что к главному входу направлялись несколько человек из ее группы. Интересно!
В раздевалке натыкаюсь на этих самых парней, которые переодеваются в плавки.
— А вас каким ветром сюда занесло с утра? — интересуюсь у одного из них, прежде пожимая руку.
— Преподша куда-то на семинар слиняла, у нас пары перенесли. С утра и сразу в воду.
— Как интересно!
Это же чудо какое-то! Так фортить не должно! Ну, что ж, Карамелька, сейчас кто-то увидит твое дефиле в купальнике. И этим кем-то буду я!
Яна Новикова
— Там вода с утра, как в море Лаптевых, — ныла я, когда мы направлялись в ФОК. Бассейн в восемь — это настоящий "айс". Вода не успевает нагреться до нужной температуры. Однажды уже проверяли. Больше я такого опыта не хочу, но судьба в лице нашего деканата распорядилась иначе.
— Кит уже четвертый год по утрам занимается, и ничего, — привела последний довод Веро. Она-то как русалочка себя чувствует в хлорке, плюхается довольная.
— Потому он такой отмороженный на всю голову.
В раздевалке с ходу наткнулась на зареванную Дашу. У кого-то, видимо, продолжались душевные терзания и сердечные муки. Как хорошо-то оказывается быть одной. Мне кажется, я с класса восьмого никогда не оставалась без парня. Как летом последнего благополучно проводила на сугубо мужской половой орган, так и завязала с этой фигнёй. И ни разу не пожалела о своем решении.
— Ну, как счастлива? — я даже поздороваться не успела, а в меня уже прилетел комок негатива.
— Да, вроде, пока жаловаться не на что, — пожала я плечами, хотя прекрасно знала о чем Даша говорит. Инстаграм мы забили вчерашними фоточками с пельменного вечера. По-моему, Веро даже снимала, как Кит вешал гирлянды. Понимаю, мне бы тоже до ус***чки было обидно.
Мне казалось, что на меня сейчас кинутся, расцарапают лицо коготками, но Даша лишь развернулась и ушла.
— Может, топиться пошла, — выдвинула вариант Андреева, наша староста.
— Вы что там устроили вчера? — поинтересовалась Фрай.
Ну, под дружный рассказ и обсуждение прошло переодевание из нормальной одежды в купальники и ужасные шапочки. Благодаря такой штуке, я могла увидеть себя лысой, и понимала всю ценность своих волос. Ни за что не дам их портить химией.
Купальник, конечно, максимально закрытый. А то умудрились у нас как-то девочки прийти в бикини на первое занятие. Как их позорил тренер, мне даже самой стыдно тогда стало. И это стало первым и последним разом. В купальнике, как оказалось, тоже можно выглядеть прилично.
Конечно, не очень комфортно, когда тебе прилетают липкие взгляды одногруппников, особенно настораживает, когда в бассейне занимается ещё кто-то. К своим-то ты уже как бы привыкла.
Мне было нечего стыдиться. У меня была хорошая, почти модельная фигура. Единственное, ростом не дотягивала малость. Хотя подростковая угловатость никак не хотела полностью смягчаться. Но мастер-классы от мамы с сестрой не прошли даром. Я научилась подчеркивпть свои достоинства. Вот только в бассейне это было сделать трудно. Тут акцент стоило делать исключительно на длинные ноги, чем я и пользовалась.
— Девочки, а спите вы тоже вместе? — услышала я за спиной. Вот черт!
— Я же тебя всего лишь несколько часов назад видела. Какого черта ты здесь делаешь?
— У меня тренировка. Так что?
— Ты решил третьим стать?
— Не отказался бы, — заржал в голос Кит, являя себя миру в одних плавках. В руках тоже ужасная шапочка, в остальном — Бог! Нет, правда!
В последний раз раздетым я вилела его года два-три назад, когда мы вместе ездили купаться на водохранилище. Был он просто худощавым пареньком восемнадцати лет. Сейчас… "Ауч!" — вот что сейчас!
И разворот плеч прям впечатлял, и в нужных местах все было подкачено, и даже на животе заметила пару кубиков пресса. Эм, стоп! Какого черта я стою и так откровенно разглядываю его? Не в упор, но точно оценивающе. И при этом понимаю, что Кит заметил мой интерес. Вон, как в глазах заплясали чертята. И взгляд такой с прищуром, и полуулыбка блуждает на лице. ЗагадоШный прям, куда бы деться. Поэтому у него отбоя в девицах нет? Или там другое виновато?
— Тогда ждём! Так хочется убить твою самооценку, — вступаю в разговор я.
— Будем спорить?
— Иди куда шел, Кит! — хотела было отмахнуться Веро, но мне, кажется, вызов бросили.
— Суть спора, огласите пожалуйста, — отодвинула я подругу на задний план.
— Десять минут и ты с раскрасневшимися щеками выгонишь меня из спальни.
— Десять минут — это прелюдия.
Черт, Новикова, куда тебя несет-то?
— Начнем с нее.
— Когда?
— Не знаю, после чемпионата.
— То есть послезавтра.
— Ты даже знаешь, когда у меня соревнования? — такого самодовольства на лице Сабакинских я ещё не видела.
— Даже приду посмотреть, как ты обос**ся! А потом ещё и профукаешь спор.
— А мы уже поспорили? На что? — продолжал скалится Кит.
— Так, господа идиоты, может, пора остановиться? — вклинилась Вероника. Нет, по сути она была права, но я ведь уже завелась, а назад не воротишь сказанного.
— Послушай подругу, Карамелька.
— Иди к черту, Китёныш! Как придумаешь на что спор, пиши!
И удалилась с гордо поднятой головой. Бестолковой, пустой головой. Опять повелась на его провокации. Это мое абсолютно нормальное состояние. Кит выдает, а я как дура бегу ща брошенной костью и в итоге оказываюсь сама в попе мира.
Об этом мне не побрезговали напомнить Веро. А что я? С меня спрос маленький. Шапочку уродскую натянула и в воду. А там, на самой вершине в десяти метрах от Земли Кит. Стоит весь такой из себя Аполлон Апполоном. Руки сначала в стороны, затем вверх, прыжок и вот он отрывается от трамплина и летит вниз, совершая двойной кувырок в воздухе и входит в воду, успев сгруппироваться.
Черт! Это зрелище завораживает. Ни я одна не побоялась наглотался хлорки, замерев с раскрытым ртом.
— Ноги, Кит. Пальцы прижимай, тяни стопу сильнее, — прилетает ему от тренера, едва его голова появляется над поверхностью воды.
— Опять судорога, — скривился он.
— Потому что вчера нифига не отдыхал. Режим, Кит. Тем более после твоей травмы.
Помню такое. В начале прошлого учебного года. Неудачное приземление на воду копчиком и все. Этот грёбаный недоросток хвоста лишил человека нормального движения на месяц, а потом ещё полугодовым восстановлением. В тот период Сабакинских был ещё более невыносим. Теперь оказывается, последствия и сейчас дают о себе знать. Хотя прошло уже больше года.
Я даже в каком-то смысле его понимала. Не иметь возможности заниматься тем, что любишь, это, конечно, самое страшное зло на Земле.
Моя постоянная проблема — это лорингит, тогда ты просто сидишь неделю без голоса, а потом месяц на восстановление связок, прежде, чем снова начнёшь петь. Ладно, это у меня увлечение, а для Кита прыжки были образом жизни.
Я ещё наблюдала несколько поразительных прыжков, но не слишком чистых, потому что на воде оставались брызги. И не знаю, сколько его там муштровал тренер, потому что последний полноценный день занятий на этой неделе подходил к концу, а это означало, что завтра у нас уже концерт. А концерт — это ещё много-много несвободного времени. Со сценарием они там сами разберутся. У нас Дед Мороз из числа КВН-щиков, сказал, что будет импровизировать, если что-то пойдет не по плану. Ну, и Снегурке в рот палец не клади.
У меня репетиция на сцене и помощь в оформлении декораций.
"Мамулик, нужен бомбическмй наряд на выступление", — отправила родительнице. Она-то все равно приедет. Мои концерты она ни разу ещё не пропустила.
А дальше несколько вариантов с фотографиями. Я знала, что мама спасет. К черту мешковатую одежду, хочу завтра ощущать себя звездой!
Сообщение от Кита: "
Оригинал хренов!
Ну, вот, наказание выбрано. Кажется, в любом случае проигрываю я, потому что мне придется идти куда-то вдвоем с этим придурком.
Кит Сабакинских
— Ничерта не понял в чем предмет вашего спора, — утренняя тренировка на следующий день началась с распроса моих сокомандником. Да, прыжки это не командный вид спорта, и все же представляли мы одно учебное заведение.
Слухи о нашем с Яной споре расползались как чума. Теперь о нем знали все, но никто не понимал для чего он был нужен.
— Суть в том, что Яна хочет потешить свою силу воли и опустить мою самооценку, — объяснил я.
— Типа подразнить и не дать, — дошло до Кулагина.
— Типа того, — согласился я.
— Вот на счёт самооценки не знаю, но с авторитетом потом будет сложнее, — заметил Игнатенко.
— Это да! Янчик бомба просто. Я раньше её не замечал за яркой подругой. Но в прошлом году она дефилировала в купальнике в бассейне, и я понял, что зря, — поддержал его Рашитов.
— Вот именно. И не знаешь кто лучше. И белый, и темный шоколад я люблю! — опять Кулагин.
А я стоял и не понимал почему начинаю злиться. Да, парни были правы на счёт Яны. Я и сам до недавнего времени не рассматривал её как девушку. А тут продрал ясны очи. А там Карамелька во всей своей необычной девичьей красе.
Затягивало. Примером тому был и вчерашний вечер. Точнее ночь. Когда после футбольного матча, который мы смотрели с парнями, я снова не мог уснуть. Залез полистать инсту, а там в рекомендациях предлагают Янку. Залез на ее страницу. Закрыто. А сто сорок две публикации так и манили посмотреться. Нажал на синюю кнопочку и через минуту меня уже добавили в подписчики. Как она быстро реагирует. И не спит ведь ещё.
Карамелька: Надеюсь, ты добавился не для того, чтобы заниматься рукоблудством, смотря на мои фото.
Я: И откуда такие мысли в твоей голове?
Карамелька: Какой нормальный человек подписывается на другого в два часа ночи? Или ты соскучился?
Я: Конечно! Думаю о тебе каждую минуту.
Карамелька: Знаю!
Видимо, дальше в общение со мной не было смысла. Хотя я ждал от нее более развернутой ответной реплики. Но, нет. Она посчитала, что дальше писать что-то бессмысленно, а, может, просто уснула.
А вот я не спал, рассматривая каждую её публикацию. Мало селфи, в основном очень интересные фото. И любительские видео-портреты, сделанные на коленке. Моя подработка подразумевала подобное направление, поэтому можно было раскритиковать. И все же, все выглядело эстетично.
— Так вы мутите? — поинтересовался Кулагин в своем своеобразном стиле.
— Нет! — хмыкнул я, понимая, что мне не приятно это осознавать. Было было бы куда интереснее, если бы Янка испытывала те же эмоции. Но эта снежная королева была неприступна, как крепость. Поэтому я с уверенностью мог сказать, что в споре у меня шансы пятьдесят на пятьдесят.
— Ну, значит, можно попытать шанс, — заметил Игнатенко.
— Попробуй! Она тебя сожрёт и не подавится.
— Ты ведь пока что цел, — заметил Рашитов.
— Это потому, что я не переступал черту её личной границы. А там, если во время не сдал назад, пиши трындец, — поделился я информацией.
-Кто сегодня идёт на мероприятие? — Рашитов жал штангу, ещё и задавать тупые вопросы умудрялся.
— А суть? У нас разве что нормальное могут сделать? — в планах у меня была работа, поэтому, естественно не собирался. Съёмка со свадьбы недельной давности сама себя не соберёт.
— Хотябы Новикову послушать. Голосок у нее очень даже. И перед ректором фигни показывать точно не будут.
О! А я почему не знал? Черт! Я знал, но упустил. А это идея. Почему бы и не послушать Карамельку. Ещё один повод помозолить глаза. Все! Решено!
Как ни странно, универ гудел. Перед сессиями обычно было тихо, но в этот вечер атмосфера наступающего праздника просто сбивала с ног. В буквальном смысле этого слова. Пока дошел до актового зала, в меня врезался снеговик и чуть не затоптал. К вечеру на улице повалил снег, которого все так ждали, чтобы ощутить полноценную зиму. Никто ж не задумывается, что из-за коллапса на дорогах можно опоздать. Это хорошо, что выехал я раньше.
Не думал, что мероприятие соберёт столько людей, но свободное место я отыскал с трудом. Все было забито под завязку. Там и тут девчонки и первокурсники делали селфи на память. Играла новогодняя музыка, призывая всех проникнуться духом нового года. Мне зашло, кстати. Затем фанфары, как и положено, ведущие с неплохими голосами и сам, собственно, конкурс. В перерыве между выступили девчонки трио. По-моему, с иняза. Все как на подбор: брюнетки, высокие, стройные с широкими улыбками. Неплохо! Затем подрыгались начинающие хип-хоперы. Ещё один конкурс и она…Признаться честно, я ждал именно этот номер. Нет, конечно, «дед морозы» отыгрывали на все сто, и многое было смешным, но звезда для меня была сегодня только она.
То ли шорты с блузой, то ли комбинезон такой, но ее ноги на каблуках выглядели ещё длиннее, волосы уложенные в объёмную косу, открывали аккуратное ушко. И даже вечерний макияж ей шел невероятно просто.
«Last Christmas I gave you my heart
But the very next day you gave it away
This year, to save me from tears,
I'll give it to someone special» — запел её звонкий, очень приятный голос. Да! Это был рай для ушей. А может, это я был так настроен. Но мне очень понравилось.
В какой-то момент наши взгляды встретились. Она нашла меня… Это я понял, когда ее голос чуточку дрогнул, но Карамелька гордо отвернула голову и продолжила выступление, отдавая себя зрителям. Очень благодарным зрителям, должен заметить. На следующее её выступление точно припрусь с цветами. Завершала концерт тоже она уже с другой песней. Мало! Категорически мало! Может, квартирник имени её устроить? А что, тоже неплохая идея.
Мои однокурсники собирались завалиться в клуб, чтобы отметить второе место. Пока отбивался, потому что была ещё куча работы, Карамелька упорхнула фотографироваться у елки в холе.
— Кит, и ты здесь, — ко мне подплыла копия Карамельки, только постарше. Хотя нет, по-моему, Яна как раз таки была больше похожа на отца. Но фигуру, походку, блондинистость и глаза она унаследовала от матери.
— Добрый вечер, Татьяна Андреевна! — поприветствовал я женщину. — Дочь у Вас просто соловей!
— Хорошо, что не в меня пошла. Я петь не умею. У тебя как дела? Давно не видела.
— Все отлично! Учеба, работа, спорт. Ритм бешеный.
— Уважаю таких людей. Это прекрасно, когда человек не просто прожигает жизнь, а стремиться к чему-то. Мама вас троих замечательно воспитала.
— Спасибо за добрые слова.
Да, мало кто знал о том, что мама меня и двух моих старших сестер воспитывала одна, работая на двух работах. Когда ушел отец, мне было лет шесть, Настя и Ира, естественно, старше. Но я тогда осознавал, насколько маме трудно и в моральном, и в физическом плане. Зато теперь она живёт для себя. Денег у нас ни под каким предлогом не берет, работает исключительно в свое удовольствие и всегда ждёт нас дома.
— А Вы за Яной?
— Нет! Думаю, она прилёта Ани будет ждать, да и экзамен послезавтра. А у меня работа тоже. Завтра домой.
— Раз завтра, приходите поддержать меня. У нас чемпионат страны среди студентов по прыжкам в воду. Готовимся к универсиаде.
— Здорово! Я обязательно прийду. Надеюсь, муж не будет ревновать, что задержусь, чтобы посмотреть на полуголых парней.
— А, давайте, мы ему не скажем, — подмигнул я. Женщина расплылась в улыбке.
— Он к тебе пристает? — появившееся третье лицо в нашем диалоге, помешало продолжить его.
— Ничего подобного! Кит, снимешь меня сою моей доченькой?
— Это бы и Вероника могла сделать.
— Вероника будет тоже с нами фотографироваться, — возразила прекрасная будущая теща. О, как! Чуде и на это позарился!
— Без проблем, — согласился я.
Точно! Вблизи Карамелька выглядела ещё сногсшибательнее. Да что уж там греха таить? СОБЛАЗНИТЕЛЬНЕЕ!
Кажется, я снова попал под самосвал, именующийся «девушки». Как бы там ни было, а этот интерес к Новиковой мне совсем не нравился. Никаким боком в мою жизнь он сейчас не вписывался. Но по-другому у меня уже не получалось. Три дня прошло, Кит. Три, грёбаных дня, а ты умудрился залипнуть в очередной раз на девице. И не на какой-нибудь, а на Янке.
Яна Новикова
Снова он…Такое ощущение, что куда бы я не пошла, везде наткнусь на Кита. Вчера маячил в зале. Смотрел так, что пробирало до костей.
И сегодня мама потащила меня в бассейн смотреть соревнования. Я хоть и говорила ему, что приду, но это было писано вилами по воде. А если быть точной, у меня завтра экзамен, а в час ночи прилетает Нюта. Поэтому мне нужен был крепкий здоровый сон, а не это вот все.
Должна заметить, поболеть пришло много зрителей. Все скандировали за своих любимцев. А как у нас? Если мы учимся вместе, то буду «топить» за тебя. Каждый раз, как кто-то летел в воду, не важно мальчик или девочка, мама охала. А потом комментировала фразой: «Красиво летели, красиво».
Через час она и вовсе стала экспертом в этом виде спорта. Словно всю жизнь только тем и занималась. Итогом было ее: «Надо тоже попробовать».
— Конечно! Ты сразу десять метров бери, части тела-то лишние.
— Ой, ну не полезу я на такую высоту. Сначала с малого начну. А что? Мне нравится. Кит уроки не даёт?
— Тебе больше трамплин интересен или Кит?
— Я присматриваю, конфетка, тебе достойного молодого человека.
Надо мне было в этот момент сделать глоток из своего стакана с колой. Я поперхнулась и она пошла назад через нос. Совсем сумасшедшая женщина, ляпнуть такое. Ох, мама, мама!
И я даже немного гордилась, что Кит стоял на пьедестале выше всех. Он заслужил эту победу. Я знаю, сколько он работал, чтобы добиться такого результатами. И искренне радовалась за него…До того самого момента, пока на его шее не повисла какая-то девица.
Какого вообще черта? И как он на неё пристально смотрит, улыбается, кивает.
Не, а чего это я недовольна? Вообще-то Кит у нас теперь парень свободный. К тому же он никогда не славился полигамностью. И теперь какие претензии к нему?
— И стоило это того, чтобы подымать любимую дочь в такую рань?
До полуночи мы с факультетом пели в караоке, а пока добралась домой, было и того позже. Поэтому с утра я была невыспавшаяся, а теперь ещё и недовольная.
— Стоило, конечно! Так, пойду поздравляю Кита, и буду выдвигаться.
Не стала я плестись за ней. У Сабакинских и так поздравителей была целая куча. И я там явно была лишняя.
Поэтому вышла на улицу, предупредив родительницу, что подожду её у входа.
Снег валил крупными хлопьями, так что я теперь могла утонуть по щиколотку. И все же, я как в детстве смотрела завороженно на падающие снежинки. Красота!
Мама появилась только через минут пятнадцать, когда я уже начала подмерзать, несмотря на достаточно теплую погоду. За ней выплыл Кит, которого снова обступили знакомые и незнакомые люди, поздравляя с победой. И та девица хвостиком, чуть ли не в лицо заглядывала восхищённым горящим взглядом.
Внутренности обожгло словно кипятком в тот момент, когда наши взгляды встретились. Сначала эта лёгкая полуулыбка, а потом мне…подмигнули. Самодовольно так, будто я одна из его поклонниц, которой сегодня выказали снисхождение. Чтобы не выдать свое волнение с головой, достала из кармана руку и продемонстрировала, какой у меня красивый маникюр на среднем пальце. Этот гад только рассмеялся, обошёл стороной толпу и направился к нам.
— Тебя подвезти? — это единственное, что я расслышала от мамы. Она говорила много и быстро, а у меня мысли плавали как рыбки в аквариуме.
— Такой крюк будете делать. Не беспокойтесь, я доведу Вашу дочь в целости и сохранности.
Ну, ё-мое! Сама галантность, аж блевать хочется. Но…у нас ведь было незаконченное дело, которое мне хотелось отложить. А Сабакинских, похоже, избавлялся от ненужного зрителя. При маме это будет выглядеть не так эстетично.
— Ну, тогда поеду! Послезавтра за вами вернусь. Веро тоже на праздники домой?
— Да! Поэтому нас будет много!
— Возьму папину машину, — улыбнулась мама, обняла меня. — Пока, конфетка. Как доеду, напишу.
— Даже не обсуждается.
Моя сумасшедшая женщина скрылась на парковке, а мы стояли с Китом молча, снова борясь взглядами.
— Кит, подвещешь? — это была та самая девица. По-моему второкурсница с его факультета.
— Прости, — он замялся, видимо, вспоминая имя. Но девушка ему так и не помогла, поэтому Сабакинских продолжил. — У меня ещё незаконченное дело. Готова? — это уже мне.
Нет. Не была я ни к чему готова, особенно к тому, чтобы остаться с ним наедине. Но я ведь сама в это ввязалась.
Едва мы оказались рядом в салоне его автомобиля, меня затрясло. То ли от волнения, то ли от холода. Но явно какая-то реакция внутри происходила, и не хотелось, чтобы она была вызвана близостью Кита.
Чтобы меньше говорит и успокоиться, достала телефон. Там было явно интереснее, чем находиться в его обществе. Дороги после обеда были немного разгружены, несмотря на снегопад, поэтому добирались с максимально приемлемой скоростью.
Краем глаза зацепилась за его руки, управляющие машиной. Черт! Это было очень красиво. Никогда не думала, что руки могут так сексуально выглядеть. Руль выворачивал внутренней стороной ладони, при чем делал это мастерски, словно ему это не стоило никаких усилий. Нет! Так дело не пойдет! Потому что я сразу же представила, что эти руки с красивыми пальцами могут делать с моим телом. Волна возбуждения тут же резанула словно ножом. Инстинктивно сжала ноги, и попыталась переключить мозг на что-то другое. Это парням сложнее скрыть физиологию.
— О нас и так половина универа болтает, а я ещё села в твою машину.
— Честно, вообще не парит. Пусть болтают. Через недельку найдут другую тему. Или ты другого мнения?
— Нет, ты прав.
Взгрустнулось. Значит, через недельку все? Не знаю почему меня это задело. Попыталась разобраться в ощущениях. Никак! Наличие рядом Сабакинских очень мешало. Он был как глушитель здравого смысла. Через него поток не проходил!
— Вот и расслабься. Есть хочешь?
— Хочу, — честно призналась я. — Как на счёт запеченных рёбрышек и борща?
— Положительно! — улыбнулся он. — Хотя я тебя собирался в кафе пригласить.
— Дома вкуснее. Мама постаралась вчера, пока мы с Веро в караоке пели.
— Кстати, у тебя просто потрясающий голос.
— Спасибо! А ты говорил, что я гораздо интереснее, когда молчу! — не поленились поддеть.
— Оказалось, твое пение гораздо приятнее слушать.
— Тогда буду гадости тебе все пропевать.
Опять эта опьяняющая широкая улыбка. Не думала, что он может быть таким милым. Странно это все, странно.
Вероники дома не оказалось, хотя она так и не смогла подняться с утра.
Находиться с Китом наедине в квартире было не менее волнительно.
Обед был разогрет, поэтому сразу же накрыли на стол и приступили к трапезе.
Неловкость, видимо, чувствовала не я одна. Казалось, Кит тоже растерял всю свою самоуверенность. Да, блин, мы знаем друг друга чёртову кучу лет (как раз тринадцатый пошел), о каком соблазнения может идти речь?
Пока мыла посуду, почувствовала его дыхание рядом. Тело обдало горячей волной, в которой было смешано и волнение и возбуждение одновременно. Видимо, он уже начал выполнять условия спора, а я к этому ещё не была готова.
От него пахло потрясающе. Едва-едва уловимый запах сигарет, немного парфюма и его собственный запах, который заставил мое сердце биться чаще. Я почувствовала, как его горячие пальцы прочерчивают дорожку вдоль позвоночника и затрепетала вместе с толпой мурашей.
Успокойся, Яна! Это спор! Это всего лишь спор и он сейчас делает всё не по настоящему.
— Попытка не засчитана, — голос немного осип от бури эмоций, творящихся внутри.
— Жаль, — томно произнес он, не останавливаясь. Я развернулась, схватила полотенце, чтобы вытереть руки. Кит стоял непозволительно близко. В памяти сразу всплыл наш единственный поцелуй, который оставил свое послевкусие, вспомнились его губы, на которые я тут же перевела взгляд. Он расценил это как согласие, поэтому отобрал у меня полотенце, вернув назад, а сам прижал меня к столешнице, продолжая свою игру в касания.
Дыхание его участилось, когда мои пальцы проворно начали прокладывать путь под футболку. Ну, а что, ему только можно? Я тоже не из робкого десятка. Он втянул в себя воздух, уткнувшись в мои волосы за ухом. Я не знаю чего я хотела больше: чтобы он остановился или продолжал. Эти игры до хорошего довести точно не могли.
И когда его губы коснулись моей шеи, меня словно током долбануло…Я не согласна так!
— Нет, — выскользнула из его объятий и встала на безопасное расстояние. Грудь тяжело вздымалась, а конечности стали ватными.
— Мы всё-таки идём на ужастики? — кажется, Кит держался куда лучше. Хотя я понимала, что он был на грани, как и я. Ему ведь сейчас ничего не мешает продолжить. Прояви он чуть больший напор и я бы сдалась, не задумываясь о последствиях.
— Да! А теперь уходи.
— Хорошо! По-моему, нам обоим следует разобраться в том, что происходит.
— Ничего не происходит, Кит. Тебе просто показалось.
— Конечно! — согласился он в очередной раз. Не искренне, но и то хорошо. А подумать все же стоило.
Экзамен был сдан, Нюта моя приехала, и я, наконец, дома смотрела Гарри с ней в обнимку. Весь праздничный антураж мерцал огнями в гостиной, мама возилась на кухне в подготовке к завтрашнему дню, а я, закинув телефон наслаждалась моментом. Когда ещё удастся?
Едва голова коснулась подушки, когда на часах было глубоко за полночь, я бы даже сказала, что время можно назвать было утренним, в руки попал телефон. Вечер без оного мне дался легко. А там снова куча непрочитанных. Фотки с мероприятия — это хорошо! Потом посмотрю. Веро делилась тем, что кромсала салаты дома. И Кит, который не объявлялся целых два дня, наконец, дал о себе знать. Почему, наконец? А фиг его знает. У меня было острое желание забыть обо всем, что между нами произошло. Особенно его запах, то, как он нежно касается…Аааа! Черт! НИЗЯ! Не можно! Особенно в ночное время, особенно в кровати.
Вроде короткая переписка, а у меня снова в мыслях засел этот гад. Настя говорила, что он Новый год встречает не дома, поэтому у меня был шанс не столкнуться с ним завтра. И это очень успокаивало. Очередного наплыва эмоций мой организм не выдержит. Я,может, и не сдамся, но почувствовать себя гадко смогу снова. А потом ещё и угрызения совести подключатся. А оно мне надо? Вот именно, нет! Лучше жить спокойно.
Предпразничную суету я любила. Особенно, когда дома готовилось что-то вкусненькое, мы вытаскивали наш чисто белый фарфор, который родителям ещё на свадьбу дарили, и занимались подготовкой к встрече гостей. Плюс мама как-то нас умудрилась записать на укладку ещё две недели назад, поэтому пришлось ещё полтора часа провести в кресле стилиста, которая превратила мои природные кудряшки в роскошную шевелюру с упругими пружинками. Хотя я уже давно мечтала о кератиновом выпрямлении. Но ведь оно перестанет делать меня особенной. Сразу же вспомнилась сцена на кухне, когда Кит пытался меня соблазнить…Он с таким удовольствием накручивал на палец мой локон. И это жутко будоражило воображение, пробирая до костей электрическими разрядами. Уф! Снова… И это называется: меньше думать о Ките Сабакинских?
Приглашенные родственники и близкие друзья семьи собирались к ужину, тогда как мы с Нютой были выжаты от сервировки стола и обслуживания оных.
— Мам, если бы я знала, что тетя Люба притащит своего сыночка-переростка, я бы сбежала из дома раньше, — шепнула Нюта родительнице, а я рассмеялась. У моей сестры обнаружился новый поклонник. Мамина приятельница спала и видела, что их дети поженятся. Видимо, Сашеньку притащили на смотрины в этот вечер.
— Прекрасный мальчик с перспективой карьерного роста, — заметила мама, хотя не без издёвки в голосе.
— А Егору я что скажу? Прости, но у меня теперь банковский клерк в женихах.
— А твой Егор бы надел в гости подштанники? Нет! А Сашенька заботиться о будущем потомстве, — продолжала веселиться я. Мама рассмеялась в ответ. Конечно, для своих девочек она всегда хотела лучшего, но никогда бы не полезла со своим мнением в нашу личную жизнь. Поэтому мы прекрасно знали, что мы никогда не услышим от нее: «Я же тебе говорила». Нас утешат если что, помогут советом, если попросим и снова отпустят совершать свои собственные ошибки, на которых мы должны, по мнению родителей, учиться. И, наверное, за это я была безумно им благодарна. Выбрала бы Нюта Сашу, мама бы даже слова не сказала, только порадовалась. Но у Нюты был свой молодой человек, с которым она встречалась четыре года. И приехал он с опозданием, давая время Сашеньке полюбоваться моей сестрицей. И, да! Без подштанников. С огромным букетом и несколькими подарочными пакетами. Отношения на расстоянии, конечно, дело гиблое. Но они как-то выгребали эти несколько месяцев.
Комплименты маме, крепкое рукопожатие папе и приветствия остальным гостям.
— Карамелька, ты выглядишь прекрасно! — могла бы я конечно обойтись фразой, что меня тоже тепло поприветствовали, но… КАРАМЕЛЬКА?!! Я запыхтела, начиная закипать. Это с каких пор я Карамелька для парня своей сестры? Этот же вопрос я задала ему.
— Мишаня тебя так назвал, я тоже не сразу понял. Потом он рассказал, что тебя Кит так называет, и как-то само прицепились к языку.
— Постой, а почему тебя Кит так называет? — повисшая на шее Егора сестра одарила меня вопросительным взглядом.
— Долгая история, — заломила я пальчики, нервно их перебирая. Не признаваться же при всех вот так вот в том, что я накосячила с ним.
— Не сдавать вас? — подмигнул Егор. Интересно, на сколько глубоко он осведомлен. Вот трепло, Сабакинских. Это же надо! Все его друзья и знакомые уже в курсе.
— Вы вместе что ли? — воскликнула или задала вопрос Аня. Не понятно в общем было по интонации.
— Нет! Мы не встречаемся, — пояснила я, поспешив оправдаться. Нехватало, чтобы моя семья начала сватать меня с ним. — Была пара инцидентов, но все снова встало на свои места.
Как бы не так…не так! Абсолютно на так. Он по прежнему меня раздражал, но я испытывала неконтролируемый трепет, когда думала о нем. Даже обращение Егора меня заставило разволноваться.
И пока он не успел отреагировать, номер его в блок, в Инстаграме в бан… Ой, кажется, кто-то это уже озвучивал, только в песне. Ах, да! Там было «Девочка танцуй, все пройдет так скоро. Разгоняй тоску, он того не стоит»… Вот я и последую совету. И найду себе ещё кого-нибудь, чтобы эта ночь была более интересной. И пусть он там мучается вопросами. А у меня праздник. Тем более …О, нет!
За час до боя курантов Егор подталкивая Нюту ближе к ёлке, вручает ей свой подарок, который оставил там, когда вошёл. Маленькая бархатная коробочка, а там… Я, конечно, была рада за сестру, но мне на тот момент казалось, что хуже нового года у меня ещё не было. Все! У меня украли Нютку.
— Я просто маленькая ревнивая девочка, — промокая наворачивающиеся слезы, и все же старалась не испортить такой момент сестре. Родители пребывали в шоке, даже пропустили бой курантов, осознавая тот факт, что старшая дочь выходит замуж. Этим, по идее, и должны заканчиваться такие красивые отношения. Вернее, не заканчиваться, а продолжаться. Они взрослые, состоявшиеся люди, почему бы и не узаконить перед государством факт, что спать они хотят вместе и жить в одной квартире? И жаль мне было только то, что мы уже не маленькие девочки, и все уже не будет как раньше.
Эта история выбила у меня из головы тот факт, что я разозлилась на Кита, не дав никаких объяснений. Ровно до того момента, пока у нас в период бурных поздравлений будущих молодоженов не раздался звонок в дверь.
— Ой, кто там ещё к нам пожаловал? — мама все ещё собиралась после ошеломляющей новости.
— Я открою, — мне надо было подышать, поэтому сорвалась с места.
На пороге стоял Сабакинских. От его вида шандарахнуло где-то под ребрами. В волосах поблескивали капельки от расстаевших снежинок, а лицо не выражало ничего хорошего.
— Ты как здесь?
— Приехал, чтобы ты мне объяснила, что я такого сделал, что меня обозвали треплом и пригрозили расправой.
— О, Кит! — следом высунула лицо мама, которая направлялась на кухню за очередной бутылкой вина. — Ты заходи.
— Нет, мам, потом если что, — тон у меня получился суровый, и «нет» слишком резкое, что родительница подняла руки в знак капитуляции и скрылась из виду. Я же взяла из шкафа первую попавшуюся куртку и вышла в подъезд, не желая, чтобы у нашего разговора были свидетели.
В подъезде от шума празднования было шумно, поэтому место было идеальным.
— Почему все вокруг знают о том, что между нами произошло? — выдавила я.
— А между нами что-то произошло? — вскинул он бровь.
— Нет. Но Егор мне многозначительно на что-то намекал.
— Карамелька, вообще-то поцелуй и спор у нас случились на публике, если что. Обо всем остальном я никому и ничего не говорил. Но я живу в квартире ещё с двумя друзьями, и они прекрасно видят, что мы с тобой общаемся. Там выводы сами собой напрашиваются.
— То есть ты хочешь сказать, что это я сама себе накручиваю? — мое раздражение никак не унималось. Видимо, потому что признавать себя в этой ситуации не правой не хотелось.
— Извини, если причинил какие-то неудобства. Больше не буду, — процедил Сабакинских, развернулся и ринулся вниз по лестнице. Какие мы гордые. Вообще-то это я должна была быть обиженной, но в итоге у него вышло все как-то слишком ловко, словно уже не раз практиковался.
— Ну, и иди к черту! — выкрикнула впопыхах, не заботясь о том, что меня услышит кто-нибудь любопытный.
— Сам разберусь куда мне идти, — выпалил он совсем по-мальчишечьи, останавливаясь. Поднялся на пару ступенек, швыряя в меня взглядом молнии.
— Вот и иди, несносный, самоуверенный козел, — а я, кажется спускалась, чтобы поскорее выпроводить его. Или донести смысл своего негодования.
Внутри все бушевало и готово было взорваться. Я его ненавидела в этот момент. Да, я была не права, но и он отреагировал не самым лучшим образом. Хотя, чего я хотела?
Наверное, чтобы он вернулся, преодолев пролет за считанные секунды…Черт! Это было словно в замедленной съёмке, когда он с лёгкостью атлета влетел назад, обхватил мой затылок и поцеловал. Резко, напористо. Наверное, я не сразу сообразила, что произошло, потому что хлопала растерянно ресницами, которые после туши стали слишком длинные.
Внутри все обдало жаром, а дыхание…Я просто забыла как дышать, инстинктивно обнимая его шею и отвечая на поцелуй. Ступеньки ушли из под ног, а опорой для меня был только он, терзающий мои губы. Аааа!
Пока не заскрипела дверь нашей квартиры. Я буквально оипрыгнула от Сабакинских, все ещё прерывисто дыша, тогда как мои щеки пылали праведным огнем.
— Конфетка, может, пригласишь все же гостя? — опять появилась мама.
— Извините, но мне пора. Я с работы сбежал ненадолго. Спасибо большое за приглашение! И с Новым годом Вас! — кажется, он тоже был немного растерян. Кит улыбнулся натянуто маме, меня одарил холодом, только потом сбежал.
— Черт! — я сильно-сильно зажмурилась, чтобы прогнать остатки эмоций, которые остались после недолгого поцелуя. Он не был похож на тот наш первый. Он был сумасшедший, неправильный и опасный. И я осознавала, потирая озябшие плечи, потому что куртка с них в порыве свалилась, что теперь всё стало гораздо сложнее.
Через полчаса мы уже были у Насти. Вообще наша небольшая вечеринка была рассчитана на человек двенадцать, но иногда все может пойти не по плану. Например, если на нее заваливаются названные гости. Но об этом по порядку.
Во-первых, мне с одноклассниками сестры было всегда общаться интереснее, поэтому у нас дружеские связи складывались одинаковые. Мне казалось, я даже больше с ними общалась, чем она. Во-вторых, смена года отошла на второй план, когда Аня продемонстрировала свое изящное колечко. Начали с того, что отметили помолвку. В-третьих, мне было весело. Вот правда, события последних двух часов как-то улетучились. Я стала адекватнее принимать новость о свадьбе и выкинула из головы Кита. Он все равно до сих пор был в черном списке и вытаскивать оттуда я его пока не собиралась. Хотя поговорить было необходимо. Но не сейчас. Сейчас я пила шампанское и танцевала с Веро. Смеялась с шуток Вадика Павличенко, пела под караоке. В общем, все вроде получилось отлично. Даже салюты запускали.
Дом у Сабакинских был хоть и не таким просторным, как хотелось бы, но мы там с лёгкостью все разместились. К тому же с соседями тоже было все оговорено, да мы с ними вместе на улице пили после салюта. Не скажу, что я была пьяная, но шампанское немного бахнуло в голову до состояния «под шофе». И это вполне меня устраивало. Редко это не грех, и тем более, я совершеннолетняя. Хотя к алкоголю всегда относилась отрицательно.
Так к чему я веду? А! К нежданным гостям. Нагрянули они ближе к двум, в самый разгар веселья, когда Веро исполняла танец дикой львицы, а свободные мальчишки пускали слюнки. Правда, мною вдруг заинтересовался тот самый Вадим, пытался ухаживать и даже танцевал со мной медленный танец. Это хорошо, когда в компании три парочки, а из остальных шести только две девочки. Тут ты не останешься обделенная вниманием.
— Привет, систр! — в дом ввалились Кит и Мишаня. Ну, вот, приплыли. От взгляда на Сабакинских внутри все затрепетало в волнении. Дыхание сразу сбилось вместе с сердечным ритмом. Пора было уже привыкнуть к подобной реакции, но я все не могла. А меня даже не удостоили короткого взгляда, словно Аня здесь не было. Отличнр!
Кит устало потирал глаза, а Мишки как раз таки нам и не хватало. Но Настя сообщила, что они сегодня снимали мероприятие, а после сразу должны были вернуться к себе. Но, видимо, что-то пошло не так.
— Ты же назад собирался ехать.
— Машина мозг треплет. Граната сильнее захрустела. Не хочется встать посреди дороги ночью. Неделю нет времени до мастерской доехать, — объяснил он.
Я демонстративно отвернулась, пытаясь продолжить разговор с Вадимом, но чувствовала спиной, что меня прожигают взглядом.
— Голодный?
— Нет! Накормили. Пойду отдыхать.
Мишаня быстро влился в праздник, тогда как хозяин скрылся где-то в глубине дома. Ну, вот и хорошо! Пусть не выходит.
И все же его наличие не давало покоя. Я поглядывала на часы в ожидании чего-то.
Двадцать минут, тридцать, сорок…
Он и правда не собирался присоединяться к нам. Мне бы радоваться. Но я уже упоминала, что была под допингом, а он придавал смелости. Поэтому выдохнув, я направилась в сторону его комнаты и постучала в дверь.
Кит Сабакинских
Совсем тихий стук дверь, а затем она скрипнула сразу же. Вот тебе здрасьте! Кому там без меня скучно стало? Лежу себе спокойно, почти сплю. К шуму я привык, поэтому он мне нисколько не мешал созерцать что-то абстрактное в подсознании, хотя до этого меня мучили совершенно иные мысли.
Да, я снова думал о Новиковой. Только вот какого черта, спрашивается. Во-первых, она меня сегодня выбесила своим недоверием, а потом ещё и грубить начала. Поэтому я не нашел ничего лучше, как заткнуть ей рот поцелуем. Или это я себя убедил, что всё было в благих целях, а не грешным деянием. Но вот так, спонтанно, было очень-очень горячо. Прям огонь, который пожирал голодными языками все внутренности…
— Спишь? — поинтересовалась Яна, стоя в дверях. Тут волей-не волей проснешься.
— Заходи, раз пришла, — пригласил, а сам растянулся на кровати. Пять часов работы на ногах, потому что у Мишани фотограф спрыгнул с темы, и вот я вымотан, как использованная катушка ниток. А ещё она стояла с Павличенко и мило улыбалась, заглядывая тому в глаза, как преданная кошка. Свою злость я расценил как атаку ревности, и чтобы не испортить сестре праздник, просто удалился. Не имел я никакого права диктовать свои условия. Можно было стукнуть кулаком по столу, показать, что я настоящий мужик. А смысл? Так девушек не завоёвывают, если я, конечно собрался это делать. А я собрался? Под эгидой «Нахрен мне это нужно», понял, что можно предпринять попытку, как бы дико это не звучало. И вот она сама стоит на пороге, а потом садиться на мою кровать, почти на самый край, видимо, чтобы быстро сбежать если что. Профиль напряжённый, вижу это в полумраке, подсвеченом уличными гирляндами. Хоть за камерой тянись. Кадр бы вышел потрясающий.
— Я поговорить хотела, — начала она.
— О чем? — подтолкнул я, понимая, что мы так можем долго ходить вокруг, да около.
— Я понимаю, что я первая это все начала, но ты ведь понимаешь, что это была всего лишь дурацкая игра, а ты… — она запнулась, подбирая слова. Или ждала, что я помогу но в этот раз я промолчал. — Ты снова полез целоваться. Зачем все так усложнять?
— Я просто хотел, чтобы ты замолчала. Но похоже, эта функция у тебя не работает.
— То есть, это не из-за того, что я тебе нравлюсь? — осторожно поинтересовалась она, словно боялась ступить на минное поле.
— А это было бы проблемой?
— Это было бы странно.
— Почему? — не унимался я.
— Потому что мы терпеть друг друга не можем, — её ответ меня не удивил.
— А я вот заметил, что мы впервые говорим спокойно.
— Но ведь это не отменяет того факта… — не унималась Карамелька. А я смотрел на нее и понимал, что этот спонтанный порыв был вызван совсем другими мотивами. Мне хотелось ее поцеловать. Тогда…сейчас… Определённо она не была самой идеальной девушкой на Земле, но она оказалась самым несносным и милым созданием. И как я этого раньше не замечал?
— Какого именно? — поднялся я, оказавшись сразу в паре сантиметрах от нее. Девчонку передёрнуло. И я понадеялся, что не от отвращения.
— Что у нас с тобой… — она запнулась, потому что тело мое стало самовольничать. Пальцы потянулись к кудряшке, которая выбилась из прически, задели при этом мочку уха, а нос просто жаждал ощутить её чумовой запах. — Кит, я серьезно!
Так и есть, она тут же встала и отскочила на безопасное расстояние. Тон ее голоса повысился. Я бы даже сказал, что она взвизгнула. Нет, если бы я был ей противен, она бы разозлилась. А так, всего лишь разволновалась.
— Я тоже!
— Сначала были издевательства, теперь ты перешёл на новый уровень — распускаешь руки и пристаешь.
— Даже в мыслях не было. У меня возникает такое чувство, что ты меня боишься.
— Ой, я тебя умоляю. Оделся бы сначала для приличия.
Яна смущённо бегала глазами по моему оголеному торсу, который до этого был скрыт под пледом. Отводила взгляд и снова возвращалась.
— Ты меня только что в домогательстве обвинила, а теперь просишь стать приличным? — усмехнулся я.
— Ты просто невыносимый человек, — зарычал, и было собралась уходить.
— Я же говорю, боишься!
А мне не хотелось оставаться в одиночестве. Компания Карамельки мне очень даже подходила. А самым интересным в этом во всем было то, что с ее нарядом до оголеных частей тела было тоже просто добраться. И мысли в голове закрутились исключительно пошлые, но от этого не менее приятные.
Ура! Карамелька всегда отвечала на вызовы с особым рвением, велась на провокации, и даже сейчас это сработало.
— И сейчас ты обязательно потребуешь доказательств, — догадалась она, когда я уже начал медленно двигаться в ее сторону. Пространство комнаты было небольшим, и сократить расстояние не составило бы труда. Но «охотиться» на неё мне нравилось больше.
— Конечно!
Карамелька отступила, привалившись спиной к двери, словно загнанная дичь.
— Тогда мне легче признаться, что я тебя боюсь. Но ведь это станет медом для твоего самолюбия.
— А ты так боишься, что оно повысится хотябы на один процент?
— Кит, меня напрягает игра, которую ты затеял.
Я уже был совсем близко, чувствовал её запах, жар её тела…
С той стороны кто-то толкнул дверь, и Яна тут же от нее отпрянула. Выключатель щёлкнул, заставив меня зажмуриться от яркого света, и заинтересованный взгляд сестры пробежался по нашим лицам.
— Что вы тут в темноте делаете?
— Я перепутала дверь туалета, — заявила Карамелька.
— Ага, с тем учётом, что он у нас в другой части дома, — усмехнулся я. — Систр, если бы это было что-то непотребное, то ты застала бы нас голыми в кровати. А так все в рамках приличия.
Щеки Карамельки залились ярким румянцем. Ой, какая милота!
— Ты и так не шибко одет, — хмыкнула Настя. — Хватит прятаться по углам. Там караоке простаивает, и еду доставили.
Отдохнул, называется. Ладно, придется идти отбивать Карамельку от нового ухажёра. В руки Вадика я ее точно не отдам. Да и вообще, ни в какие другие, кроме своих. Смотреть можно, трогать нет! Похоже, этот закон распространяется и на меня.
Яна Новикова
— А теперь, конфетка, рассказывай! Или мне тебя Карамелькой звать?! — не успела я открыть глаза, как Аня уже приземлилась на мою кровать.
Утро первого января наступило только во второй половине дня. После ночной тусовки с друзьями вставать раньше было бы безумством.
— Не поверишь, я уже привыкла, — потёрла я глаза, с которых благополучно ещё перед сном смыла косметику.
— Меня называли женщиной, козой, жопонькой, заразой, но вот так сладко и мило никогда.
— И все же ты согласилась выйти замуж.
— Эй, ты давай с темы не спрыгивай! — пригрозила Нюта, закидывая на меня свои прелестные ножки.
— А о чем мы говорили?
— Мы говорили о Китёныше.
— Наглый, самовлюблённый, раздражающий, — перечислила я эпитеты. Но, врать сестре я не могла. — И все же, он милый бывает. Редко, но это имеет факт быть. И целуется хорошо.
— О, Боже, — спрятала она лицо в подушке. — Как до этого дошло? Я боялась, что вы когда-нибудь друг друга поубиваете к черту.
— Я еле сдерживаюсь, между прочим. Ещё этому стервецу, я торчу свидание.
— Он поэтому смотрит на тебя так, будто хочет съесть, как серый волк Красную шапочку? Только не говори, что не заметила.
— Я не смотрела, — а тут обманула. Я ни раз ловила его взгляд на себе. Он будто и не скрывал, а меня это смущало.
— И не слышала, что он Вадику угрожал?
— Угрожал? — тут не хитрила.
— Цитирую: «Если вздумаешь распускать руки, я тебе их в задницу засуну. Ты меня знаешь». Услышала я совершенно случайно. И то не полностью.
— А я-то и думаю, Вадим слишком быстро накачался алкоголем и стал невменяшкой. Вот сволочь!
— А ты знаешь, — сделала вывод Нюта, — а я как-то спокойно к этому отношусь. Я почему-то ему доверяю.
— Ох, мне бы твою уверенность. И пожалуйста, не трепись. Пусть пока это будет между мной, тобой и Веро.
Ну, да! Вчера его обвиняла, а сегодня выложила все как на духу. Но блин, я же без подробностей. Хотя всю суть изложила. Ох, но не держать же это в себе, я взорвусь скоро. Только не понимаю, почему сестра так всецело ему доверяет свою кровиночку, и Веро, между прочим, тоже.
Буквально через час, когда мое лицо перестало быть похоже на урюк, а килограммовые мешки под глазами разгружены, в квартире раздался звонок домофона.
-Конфетка, открой, — попросила мама, накручивая локоны у зеркала. Нютка с папой чаевничали, а значит, козлом отпущения стала я.
— Кого нелёгкая принесла? — просипела я в трубку.
— Открывай, Карамелька! — послышался голос Кита. И какого черта он припёрся? Запустить и выяснить, или пусть померзнет?
Сжалилась! Все же не май месяц.
— Привет! — видеть его на пороге было непривычно. Он одарил меня милой улыбкой, а у меня все внутри начало кипеть.
— Кто там? — подала голос мама.
— Надо проводить фумигацию, паразиты так и лезут в дом, — возвестила я о его прибытии.
— Прости, Карамелька, но я пока не к тебе. Ань, тебе Настя уже три раза звонила.
Сестра с набитым ртом выскочила из кухни.
— Че, серьезно? Вот черт! Он на беззвучном. Я сейчас, пару минут, только худи натяну.
— А ты куда? — уперла я руки в бока.
— У нас двойное свидание, — заявила она.
Поэтому пока Нюта одевалась, мы снова остались вдвоем на целую минуту.
— Через два часа я заеду за тобой.
— Ты опять? — закатила я глаза.
— Будь готова, в общем.
— Ни за что!
— Ты не представляешь, каким я могу быть настойчивым.
Папа появился следом, чтобы поздороваться с гостем. А потом мама, которая так и не докрутила прическу.
— Придумаешь тоже, паразит. Ты что на пороге гостя держишь?
— Обслуживай сама, — начала я раздражаться. Они все заодно что ли? — А ты с Китом на свидание идёшь? — пошла я к сестре, которая наносила уже блеск для губ.
— Если ревнуешь, то зря. Он меня всего лишь доставит до Насти. А оттуда нас заберут парни.
— Не ревную я. Просто ты меня бросаешь дома одну.
— Пошли с нами.
— Ага, исполнять роль балласта, который жаль сбросить? Я уж лучше киношку посмотрю.
Папа с мамой тоже уезжали в гости до завтра. По сути, в этот вечер я была предоставлена сама себе. Но был вариант, который добровольно я ни за что не приняла бы.
Честно? Я все это время нервно поглядывала на часы. Даже когда до обещанного визита было ещё много времени. И зная Сабакинских, я понимала, что он выберет изощрённый способ, чтобы вызволить меня из дому.
Ну, вот как можно с ним нормально общаться, если он такой гад? Начать собираться — проиграть. Или это только для меня игра? Не думаю, что Сабакинских воспринимает это все серьезно. Ладно! Черт с ним!
Когда он начал названивать, чтобы известить о прибытии, я уже была готова, но не упустила возможности набить себе цену. Поэтому демонстративно не отвечала целых десять минут, пока не услышала звонок в дверь. Трезвонил так, что голова разболелась. Словно специально действовал на нервы. У нас что, домофон опять сломался? Как он пробирается в подъезд второй раз. Скорее всего, зашёл за кем-то.
— Я так понимаю, ты не угомонишься? — открыла я дверь.
— Я же тебе обещал, — просиял он.
— Ладно, твоя взяла, — запрыгнула в уги, взяла пуховик из шкафа. — Куда ты меня собрался везти?
— Все по классике: кино, мороженое, прогулка, — хмыкнул Сабакинских. Черт! Он был сейчас нереально красив с этим прищуром, полуулыбкой. От его взгляда, мурашки лениво расползались по коже, заставив забыть, что я тупо стою и пялюсь на него.
— Что-то не так? — вывел он меня из оцепенения. Аааа! Как стыдно!
— Все не так, — выпалила я. — Я готова!
— Тепло оделась?
— Если что, ты как джентльмен отдашь свои вещи.
— Раздеваюсь я только в трёх случаях: вода, сон, секс.
— Хамло.
— Взаимно, сладкая!
На улице было чуть морозно, но тихо. Если вчера шел снег, то сегодня небо было абсолютно чистое. Весь город был увешан гирляндами, но праздник прошел, поэтому того волшебного ощущения предверия чуда не было. Хотя, я как тот маленький котенок, залипала на мигаюшие лампочки. И даже не сразу поняла, что Кит меня везёт куда-то подальше от центра, направляясь за город.
— Ты же сказал, все по классике, — не то, чтобы я волновалась, но было странное ощущение. Мы вдвоем непонятно где…
— Если ты очень хочешь, мы завтра сходим на классическое свидание. Сегодня немного отойдем от стандартов.
— Ни на какие свидания я с тобой ходить не собираюсь.
— Поздно, Карамелька, ты уже согласилась.
— Это не свидание.
— Ну, если тебе будет спокойнее, продолжай так думать, — хмыкнул он. Аааа!
Бесит! А больше всего бесит, что я каждый раз готова растечься лужицей на коврике, когда он вот так вот криво ухмыляется, улыбается, смотрит, прикасается, ведёт машину… Я так понимаю, я уже на второй стадии принятия неизбежного. И пожаловаться некому. Веро полдня не отвечает. Либо нашла себе кого-то, либо до сих пор не отошла от праздника.
— Я домой хочу, — надула губки, демонстративно отвернулась к окну, наблюдая за проплывающим мимо пейзажем в сумерках, которые сгущались с каждой минутой. Городские постройки сменились густым заснеженным лесом, который закончился буквально через минут десять и мы свернули на проселочную дорогу, которая была накатана, несмотря на снег, который валил предыдущие три дня. Ну, по идее, это место было у нас популярное. Сопки, лес и прекрасный вид на город. Чуть дальше даже смотровая площадка была, лыжная база. Но везли меня точно не туда. У подножия стояло не меньше пяти десятков машин, было несколько полицейских уазиков, и сюда продолжал стекаться народ.
— Это что? — удивилась я.
— Сейчас узнаешь!
Яна Новикова
— А почему я не знала, что у нас устраивают шоу дронов? — меня это удивляло, если честно. Я знала почти все, что происходило в городке, а тут ни сном, ни духом. И ведь никто не обмолвился. Хотя Кит решительно направился к окраине толпы, где я сразу же узнала Нюту и остальных её товарищей, как и своего тоже, не отвечавшего весь день на мои звонки. Сестра повисла на руке своего жениха, тогда как Веро что-то рассказывала всем остальным. Ах, вот оно что! Вот так сюрприз! А мне слабо было сказать?
— Объяснишь, почему для меня это стало сюрпризом?
— Я попросил тебе не говорить.
— И они так легко согласились?
— С Нютой было посложнее, но остальные все как один выявили желание отправить тебя со мной.
— Я не собираюсь стоять рядом с этими предателями. Уж лучше с тобой, — взяла его за руку и потянула совершенно в другую сторону. Вот прям нож в спину. Не просто нож, а огромный такой тесак.
— Успокоила так, что моя самооценка взорвалась.
— А что ты хотел?
— Карамелька, это глупо обижаться на них.
— Я думаю, без адвокатов разберемся.
Как только небо потемнело окончательно, вверх взмыли две сотни Дронов, которые на протяжении двадцати минут слажено выделывали фигуры. Смотрелось это эффективно. Я же говорила, что залипаю на огоньки, как кошка, а тут их сотни и они все двигаются. Сняла для сторис короткое видео, чтобы похвастаться перед подписчиками, все остальное время наслаждалась, как маленький ребенок, вцепившись на эмоциях в руку Кита. Его теплые пальцы переплелись с моими. Это было обжигающе приятное ощущение, разливающееся по венам горячим потоком. Я делала вид, что не замечаю, просто наслаждаясь моментом и близостью человека, который меня сегодня приятно удивил. Не без наглости, конечно, но в этом, как я поняла, был весь Кит. И кажется, наблюдал он совсем не за небом, а ловил мой восхищённый взгляд. А на окружающих, с которыми мы были знакомы, было о кровено плевать. Пусть это расценивают так, как им удобно.
После шоу здесь на сопках устроили вечеринку. Люди поздравляли друг друга с новым годом, тихонько выпивали, и даже танцевали под музыку, которая играла из мощных установок одного из автомобилей. Подойти к своим все же пришлось. Видимо, Кит оповестил их, что я не в настроении, потому что девчонки сразу же меня обняли.
— Ну, да! Мы сучки! Но мы-то знали, что ты попадешь сюда, — заявила Нюта.
— А если бы я не согласилась?
— Я знаю, что мой брат умеет добиваться своего, — отозвалась Настя.
— А я просто не хотела палиться, поэтому молчала, — объяснила Веро.
— И, между прочим, моя совесть чиста, я тебя звала с нами, — это опять Нюта.
— А ты заранее знала, что Кит меня сюда притащит?
— Нет, знала только я, — оповестила Веро.
— Егор с Риналем нам тоже сделали сюрприз, — добавила Настя.
— Ладно, простила, но не забыла.
— Раз все улажено, тогда может, в кафе поедем греться? — предложил парень Насти.
— Давайте к нам. Еды завались, только напитки взять нужно, — предложила Нюта. — Настольные игры, фильм, тепло и ёлка.
— Я пас! У меня свидание, — слилась Веро.
— С кем это? — поинтересовалась я.
— Все подробности завтра и тет-а-тет!
— Надеюсь, ты хоть не слетишь? — обратилась я к Киту. Почему-то очень хотелось, чтобы он провел этот вечер рядом. Начался он волшебно, продолжиться должен был так же.
— Ты меня приглашаешь? — удивился он.
— Заслужил! — хмыкнула я. Ну, а что? Можно же попробовать ещё раз начать все нормально.
Пока старшенькие затаривались в супермаркете, мы отвезли Веро домой, а потом сразу же направились к нам.
— Спасибо, — выдохнула я тихо. — Мне очень понравилось.
— А ты не хотела ехать. У меня кстати, есть подарок, для закрепления своего статуса «хорошего мальчика», — улыбнулся он.
— Кит, это лишнее.
Я всегда считала, что подарки обязывают. Если человек что-то дарит, ты ему должна ответить. Если же нет, то я всегда себя чувствовала должником.
— Расслабься. Он совсем небольшой, недорогой, если дело в этом. Просто когда увидел, почему-то подумал о тебе. В бардачке.
— Киииит, — состроила я обреченную моську, потому что таковой себя и чувствовала. Хотя было очень интересно, что он придумал.
Извлекла небольшой, но достаточно увесистый свёрток. Оберточная бумага с приятным шелестом развернулась, а там коробка «Merci» и…
— Джурабы? — меня удивило наличие разноцветных шерстяных гольфов, и даже порадовало. Действительно, мелочь, но какие эмоции! Черт! — Кааайф, — я приложила их к щеке проверяя на колючесть. Несмотря на то, что вид у них был грубоват, носочки не кололись, были мягенькими. — Они классные! Спасибо! А за конфеты отдельное мерси. Это моя слабость. Носки, кстати, тоже.
— Я заметил, что ты утепляешь постоянно ноги. Дай, думаю, внесу вклад в наших будущих детей.
— Наших детей? Это каким образом? — даже это замечание меня не напрягло, а позабавило.
— Здоровье матери — здоровье будущего поколения.
— Так, — прищурилась я, — и сколько их у нас будет?
— На первое время двое. Потом ещё можно для себя, когда старшие подрастут.
— Какой ты шустрый. О детях подумал, а о том, как их содержать будешь тоже?
— Да! С февраля у меня начинается стажировка в маркетинговой компании.
— Ты решил посвятить себя рекламе?
— По крайней мере, хочу попробовать. Мне нравится этим заниматься.
— А как ты на стажировку попал, если у тебя специальность менеджмент?
— В сентябре проходил конкурс видео-рекламы. Я оказался лучшим среди полутора сотни участников, — не было в его тоне хвастовства или показушничества. Но видно было, что он своими успехами гордился, и мне это очень нравилось.
Я снова переводила взгляд от его рук, наблюдая, как он залипательно ведёт машину, на его улыбку. Внутри начало коротить от его зашкаливающий милоты и сексуальности. Не думала, что этот коктейль наряду с разражающими качествами может существовать в одном человеке.
— А я даже не догадывалась о твоих талантах.
— Сразу обо всех и не рассказать. Но могу показать, если хочешь.
— Опять опошляешь? Что за человек? — состроила я недовольную гримасу.
— Карамелька, я конечно, не против продемонстрировать и это. Но…Пошлые мысли только у тебя. Я же говорил о своей работе.
— Да неужели! Мне поверить сейчас надо? — меня это его заявление повеселило.
— Конечно! Я не такой говнюк, как может показаться на первый взгляд.
— Китёныш, я тебя знаю фигову кучу лет, о каком первом взгляде может идти речь?
— О том, с которым на на пеня посмотрела сегодня.
— Не смотрела я на тебя.
— Не обманывай, Карамелька. Я знаю, что ты влюблена в меня, как кошка.
— Умерь свою самооценку, Сабакинских. Что-то ты раздухарился. О семье и детях заговорил. У тебя сколько длились самые долгие отношения?
— Беспрерывные?
— А что, ещё какая-то дура возвращалась назад?
— И не одна, — вот тут уже самодовольство заиграло на губах, заставив меня задохнуться.
— О, Господи! Куда катится этот мир.
— Два месяца, — ответил он на прошлый вопрос, вместо риторического. — В выпускном классе встречался с ней.
— Ну, вот я к тому же и веду.
— Но тогда я не знал, что я попробую тебя на вкус и у меня сорвет башню.
Внутри от такого признания резко полоснуло огнем. Грудная клетка начала слишком глубоко и быстро вздыматься, сердце сходило с ума, танцуя ламбаду, а воздуха вокруг становилось мало. Вот, зараза! Одна фраза и столько эмоций, которые отправляли разум, заставляя смотреть на него совсем другими глазами. Эти Кит Сабакинских…Знакомься, Яна!
Это хорошо, что мы приехали домой. А у нас ещё ведь совместный вечер впереди.
Кит Сабакинских
Дальше коридора в квартире Новиковых я ни разу не был. Хотя, по-моему, в детстве пару раз с Настей заглядывал. Но это было давно.
Не удивительно, что в таких хоромах получилось воспитать исключительно принцессу.
— И чего ты застыл? — поторопила Карамелька. — Раздевайся, жарко.
Жарко мне было не от температуры воздуха, а от созерцания ее длинных ног, которые подчеркивали спортивные шортики. Узкие бретельки по изящной линии ключиц и…сердце снова разгонялось, когда взгляд скользнул к маленькой груди, выпущенной из объятий бюстгальтера… Сука! Так нельзя! Это же преступление быть такой нереально женственной. Сердце разогналось, все спидометры внутри зашкаливали от эмоций. Теперь бы не перевозбудиться, как подростку. А я чувствовал, что на грани. Черт! Не было у меня ещё так, чтобы от одного взгляда…Зараза, Новикова! И ведь поняла же. Вон как дефилирует, бросает короткие взгляды, пытается задеть… физически. Сегодня полнолуние что ли? Что это нашло на неё?
Ужин у нас проходилв дружеском хохоте и спорах, потому что темы для обсуждения варьировались от игры любимой хоккейной команды, где у меня играет друг, до цен на бензин. Задевали тему свадьбы Ани и Егора, потом возвращались к предстоящим каникулам. А
Там планы помпезные, потому что Карамелька с семьёй собиралась ехать загорать в Тайланд, а меня ждала работа и тренировки. Но представив, что я не увижу её две недели, внутри все тоскливо сжалось. Видимо, полнолуние отразилось и на мне, хотя до него было далековато. Или, башню, действительно, сорвало без моего ведома. Сижу и пытаюсь рассмотреть в ней девчонку из детства. Нихрена не получается. От неё осталась только кукольная внешность, во всем остальном Карамелька словно незнакомка, спустившаяся откуда-то с луны. Ловит мой взгляд, прищуривается, дёргает бровками, мол, что случилось. Я улыбаюсь в ответ и чуть покачиваю головой, говоря, что всё в порядке. Но Карамелька не унимается, хватается за свой девайс и печатает сообщение, которое тут же приходит со звуком ко мне.
Вытягивает ножку, ложит её прямо мне на колено и лыбится, зараза. Все! Кранты! У меня внутри словно петарду взорвало, тут же обдало жаром, который сразу скопился в паху. И совсем не от того, что она нацепила мой подарок.
Чуть ли не рычу, теряя долбанный контроль
Она издевается, а мне совсем-совсем не до шуток. Чувствую, как ножка скользит вверх и замирает в нескольких сантиметрах. Новикова делает вид, что ничего не происходит, продолжая участвовать в разговоре. Это плохо, что мы из словесных издевательств друг над другом перешли на физические. Ладно, мы тоже не пальцем деланные. Стаскиваю с нее носок и пробегают пальцами по идеально гладкой коже. Янка вздрагивает и впивается в меня своими зелёными кошачьими глазами. Взгляд таранит, но это так круто, когда она такая растерянная. Продолжаю игру, почти не касаясь, от чего ее кожа покрывается мурашками, и…Черт! Она же без лифчика, поэтому взгляд сразу падает на ее напряжённую грудь где отчётливо видно, что я тоже кое-что могу. Хотя, наверное, это хуже для меня.
Видимо, мой похотливый взгляд немного остудил ее пыл, потому что Карамелька убрала ножку, обмахнула зардевшиеся щеки и со словами: «Душно, выйду на балкон», — бежала с позором.
Ай, Карамелька, ай, гадина! Такое провернуть на глазах у всех, так, чтобы никто и не заметил. Мой респектя! Хотя мне совсем не до этого, после такого захотелось покурить. А ведь уже три дня не брал сигарет в руки.
Эта дурная привычка осталась с момента травмы, когда без физической нагрузки, передвигаясь с тростью, я лез на стены. Пристрастился. А теперь не мог полностью избавиться. В такие напряжённые моменты никотин мог помочь расслабиться.
Обманывал я себя, расслабиться мне могла помочь только Карамелька.
— Яна, кофту одень, заболеешь, — выкрикнула Аня, но младшенькая, кажется, и не обратила внимания, потому что так и застыла статуей за занавеской.
— Я вынесу, — нашел я повод к бегству, потому что без нее стало как-то пусто. Мне на физическом уровне было необходимо ее присутствие.
На застекленном балконе стало прохладно из-за открытой форточки. Яна делала глубокие вдохи и старалась на меня не смотреть, когда я подошел сзади и опустил ей на плечи вязаный кардиган.
— Ты хочешь, чтобы я тебе фрукты и лекарства таскал? — пробежался по прохладной коже от локтя до плеча, почти не прикасаясь.
— А ты будешь?
— Ну, я же не бессердечное чудовище. Умирающему помогу.
— Романтик с тебя хреновый, — усмехнулась Карамелька, правда смешок вышел немного нервный.
— Знаю. Потому что рядом с тобой мысли у меня возникают исключительно пошлые, — признался честно, встал рядом, заглядывая ей в глаза.
— Не поверишь, — она набрала побольше воздуха в лёгкие, повернулась ко мне, прислонившись к стеклу. — У меня тоже.
Нифига себе признания! Меня снова заштормило от такого заявления. Капец! Значит, полнолуние тут совсем не виновато. И когда мы упустили этот момент? И сейчас не говорилось о светлых высоких чувствах. Это было физическое влечение, которое просто разрывало…сейчас…в этот самый момент…
— Мляяяя! Карамелька, зря ты это сейчас, — закрыл руками лицо, потёр, чтобы собрать мысли, но они разлетались на осколки.
— И не только сейчас, — вздохнула она тяжело, пытаясь, видимо, угомонить волнение. Не получалось, потому что воздух наэлектризовался до такой степени, что прошибало до самых нервных окончаний.
— А как ты предлагаешь с этим бороться?
— Может, не видеться?
— Ты и без меня знаешь, что это уже не сработает. Поздно.
На такие темы, конечно, было говорить тяжело. Во-первых, потому что я никогда не обсуждал с девушками отношения. Сразмаху заявлял о том, что меня интересует секс без обязательств. Но каждая пыталась перевоспитать, стать той самой, потому что у хороших девочек бэдбои в моде. Поэтому приходилось расставаться, словно находился в отношениях.
Во-вторых, зачем говорить, когда можно было делать. Я давно руководствовался принципом: бери от жизни все, пока молод.
А тут…С Карамелькой почему-то так не выходило. И даже не из-за того, что наши сестра дружили. За какую-то неделю она смогла все перевернуть в моей голове. Девочка, которая теперь не выходила из мыслей.
— Тогда пошли, — развернулась она резко.
— Куда? — удивился я.
— Ко мне в комнату, целоваться будем.
Стоило говорить, что от такого предложения я не мог отказаться?
Янина Новикова
Ах, ты ж, святые угодники и неугодники тоже! Что за фигня на меня напала? Вирус под названием «Кит Сабакинских»? А избавиться от него как?
Вот это был вопрос на миллион, потому что я решительно не понимала, как докатилась до такого. Чтобы я ПЕРВАЯ начала приставать к парню… Стыдно!
Прошло два дня, а у меня до сих пор болели губы. Или это самовнушение, хотя мне так не кажется. Мы полтора часа не могли друг от друга отлипнуть под предлогом того, что смотрим фильм, но о чем он был, вообще не помню. И, да! Просто целовались, доводя друг друга до иступленного желания пойти дальше. Вены болели от скорости крови, а сознание разъедалось этим мгновением, в котором я блаженно тонула, не пытаясь выплыть на поверхность. Мне там нравилось. Кожа до сих пор помнила его прикосновения: живот, спина, плечи, бедра…Он не пытался забраться дальше, оставляя право выбора за мной, хотя я чувствовала на сколько сильно он возбуждён. Желание бахнуло с такой силой, что я окончательно забыла как дышать. Может, поэтому мозг отключился, ему просто не хватало кислорода.
— Спишь? — вырвала меня из воспоминаний мама, уверенно ведя машину.
— Эконмлю зрение с утра, — отозвалась я. Барахтаться в реальности было неприятно. Там, в вечере первого января мне было намного лучше.
— Ты точно останешься?
— Да! Послезавтра ещё один экзамен, потом и приеду.
— И все?
— Да! Курсовые сдала, по двум оставшимся у меня автомат.
— И в кого ты такая умная?
— На комплимент напрашиваешься?
— Была бы умная не вышла бы в девятнадцать замуж и вас бы у меня не было. Так что все происходит к лучшему. Но конфетка моя что-то взгрустнула.
— Есть такое. Но не бери в голову, потому что это личное и никак не связано с вами.
— Знаю. Но мне кажется, он хороший мальчик, — проницательности моей маме было не занимать.
— Я ещё не знаю, надо ли мне это. И на ходу не разберёшься.
— Совет нужен? — сжала мама мою руку.
— Не откажусь.
— Тебе всего двадцать будет, конфетка. Используй этот возраст, пока есть такая возможность. Бери от жизни все, что она предлагает. Если тебе хорошо рядом с человеком, почему бы и не попробовать. Вспомни свои предыдущие отношения…
— Согласна, сейчас все страдания связанные с ними смешны, — улыбнулась я, чувствуя какой-то прилив сил и желания свернуть горы.
— Дай себе шанс.
— По крайней мере, перестань от него бегать, — отозвалась Веро с заднего, потирая сонные глаза. Сегодня они были без косметики.
— Бесплатный психолог проснулся, — хихикнула я.
— Теть Тань, можно я буду следовать вашему совету?
— Разрешаю, зайка!
В универе было непривычно тихо и пусто. Экзамены раскидали по времени и по дням, поэтому редкую птицу можно было встретить в коридоре. И не говорила я сейчас конкретно о Ките, машина которого стояла на парковке. Не знала я хочу ли его видеть сейчас.
Эти два дня я умело пряталась, если так можно было сказать. Сначала зацепилась с родственниками и пошла на ужин с родителями Егора. Это было знакомство будущих сватов в новом статусе. А затем у меня появилась ещё одна отговорка — подготовка к сессии. Прям дела вселенского масштаба, не позволяющие не то, чтобы увидеться, а даже не отвечать на звонки и на половину сообщений. Вчера они вообще перестали приходить. Вот как-то так всё было слишком печально и запутано. Мои тараканы устроили бойкот и никак не давали организовать личную жизнь. Зато я научилась быть тридцатилетней тёткой, которая ищет отмашки, чтобы остаться дома. Практика есть, можно спокойно стареть.
И несмотря на то, что я почти каждую минуту вспоминала горячие поцелуи Сабакинских, на экзамене мне удалось сосредоточиться. Поэтому вышла самая первая из аудитории.
— Без меня не уходи, — прошипела полушепотом Веро, кропя над двойным листочком. Я лишь кивнула в ответ, а потом устроилась на подоконнике напротив.
Чтобы не романтизировать мысли, врубила тяжёлый рок и открыла инсту. Пролистала сторисы, споткнувшись на Олеге Игнатенко. До сентября я его знать не знала, а оказалось, что он сокомандник Кита. И даже свои мужские причиндалы недавно подкатывал. Отворот получил, но в подписках друг у друга мы остались.
— Раз, два, три, — раздавался за кадром голос Сабакинских. Его бы я узнала из тысячи других, даже искаженным гаджетом. Олег грациозно сорвался с трамплина и за считанные секунды вошёл в воду. Или Игнатенко исполнил красиво или у Кита талант к съёмке, потому что показано все было очень даже вау!
— На полуголых парней любуешься? — тот же голос только в реальности. Сердце в грудной клетке затрепыхалось, как птичка. Ненавижу эту реакцию на него.
— Совмещаю приятное с неприятным. Веро там пытается сделать вид, что что-то учила, а я жду свершения чуда, — отчеканила, свесив ноги. Он стоял почти вровень со мной, не отрывая от меня взгляда.
Пауза…
— Привет, Карамелька, — голос такой, словно между нами есть какая-то порочная тайна. Черт! Не знаю на сколько порочная, но она была.
Моих холодных пальцев коснулись его. Сразу же возникло желание переплести их и не дать ему уйти.
-Привет, — перевела я взгляд на наши руки.
— Господи, такое ощущение будто я какой-то заразный, — закатил он глаза и чуть хихикнул. — Я перегнул палку, наседая на тебя? — на этот вопрос я молча кивнула. — Извини, я думал, что так правильно.
— Вообще-то ты прав. Каждая нормальная девочка ждёт звонка, внимания и настойчивости от парня.
— Но это не про тебя? — предположил Кит.
— Не сейчас так точно, — вздохнула я, все же переплетая наши пальцы.
— Предлагаю просто попробовать.
— Секс без обязательств?
— Ну, ты себя не опускай до всех остальных.
— Ого! А ты можешь делать комплименты, — хмыкнула я. — Тогда что: свидания, прогулки и прочая романтическая дребедень?
— Боюсь, что этого я не умею.
— Тебе кажется. Я заценила твои попытки, как видишь.
— Если такая реакция на потуги романтики, то что будет, когда предприму полноценные боевые действия? — сделал вид, что задумался.
— Я прям вижу, как у тебя в глазах забегали пошлые мысли. Не, Китёныш, побудешь во френдзоне, пока я не решу, чего хочу сама.
— Ты вот сейчас издеваешься? — удивился он. А я, кажется, нашла решение. С приторным романтиком будет скучно. Но если Сабакинских сможет стать мне ещё и «корешем», а ещё показать, что ему это все действительно нужно, тогда дело другое. Без зазрений совести отдам всю себя. Озвучив эти мысли я лишь получила: «Ты правда ненормальная, Карамелька».
— Это значит, что ты не согласен?
— Это значит: «Боже, дай мне сил, чтобы вынести её». Кстати, и на сколько это у нас может затянуться?
— А как я могу определить сроки в таком щепетильном вопросе?
— Я? ДРУГ? ДЛЯ ТЕБЯ? Е***нуться! Кто бы сказал неделю назад, утопил в бассейне.
— Я не поняла, а где сладкие речи и трепетное касания? — похлопал я ресницами, поражённая такими метаморфозами. Вот это был настоящий Кит, которого я знала офигеть сколько времени.
— Ты сама просила кореша. Получай! — развел он руками, заставив меня рассмеяться. — Слушай, а секс по дружбе у нас не предусмотрен?
— Я тебя породила, я тебя же и убью, — вцепилась я ему в горло. Увернуться он не успел, поэтому мы с хохотом врезались в стену.
Дверь аудитории открылась и оттуда вышло недовольное создание по имени Дарья.
— Не могли бы потише устраивать свои игрища? Экзамены вообще-то идут.
— Могли бы, но не хочется, — ответил Кит.
Нас одарили уничижительным взглядом. Но блин, в этот момент мне было абсолютно плевать.
— Ты уже её тр***л? — и опять так пренебрежительно, словно я половая тряпка какая-то.
— Конечно! Во всех имеющихся позах, — опередила я с ответом Кита.
— Не скалься, Новикова. Скоро Никитка другую игрушку себе найдет я посмотрю на тебя.
Никитка…Черт! Я так свыклась с его прозвищем, забыв, что в паспорте он прописан как нормальный человек с истинно русским именем. Вот тут шлейф романтизма мог бы спать. Но посмотрев на Сабакинских, я решила, что паспорт врёт. Вот и все!
— Блин, я и забыла, что у тебя стрёмное имя, — скривилась я, не обращая внимания на Дашу, которая решила больше не смотреть на наши довольные роди и удалилась.
— Ничего оно не стремное, — вроде как обиделся Кит.
— Не, его-то принять можно, но дети у нас будут как старики Никитич, Никитична…Фу!
— Дадим им отчество по матери…Хотя тоже не айс! — смеялся Кит.
И как я раньше не замечал, что в его придурковатости есть такое обаяние? Похоже, не долго ему куковать во френдзоне. И в этом я убедилась уже на следующий день.
Кит Сабакинских
Я чуть телефон не выронил от смеха. По-моему, в этом возрасте мы и познакомились. С экрана на меня смотрело разъяренное создание, в котором угадывались ее черты. Было это самое создание в пене.
— Вы достали, — прохрипел Мишаня, который до этого мирно храпел. Главное, мой ноут ему не мешал, а смех не зашёл.
— Мы уже на вы?
— Ага! Как будто я не знаю, что вы с Янкой переписываетесь. У тебя такая довольная рожа только с ней бывает.
— Чувак, по ходу это любовь! — конечно, я говорил не серьезно. Хотя, чем черт не шутит? Я ещё ни одной девчонкой так не был одержим. Про сны, кстати, я не шутил.
— Если нужен будет оператор на свадьбу, контакт у тебя есть. А теперь дай поспать.
А на этом фото моя криминальная рожа. Тут мне, наверное, лет семь. По-моему, такое фото было только у мамы.
Быть её другом сегодня оказалось гораздо приятнее, чем снова оказаться в полнейшем игноре.
Естественно, я не говорю о том, что эта роль меня устрамвала. Хотя я и сам пока не понимал, на что претендую. И всё же этого мне было недостаточно. Оторвать от сладкого, когда ты его распробовал? Жестоко. Бессердечно, я бы даже сказал. Но спугнуть её снова я не собирался.
Не думать о ней не помогал даже любимый русский рок и работа в фотошопе, где я занимался ретушированием последней фотосессии корпоратива. Завтра сдам. Кто бы ещё к экзаменам подготовил? Ладно, выгребу. Не раз получалось. Я забыл когда последний раз спал больше пяти часов в сутки. Может, поэтому я не заводил серьёзных отношений, когда мне просто всегда было никогда?
Фух, раз она лезет в мысли, для того, чтобы ее образ не улетучился из головы, пока я созерцал незнакомых людей на экране, пролистал её Инстаграм и снова принялся за дело.
Наутро меня ждала двухчасовая тренировка и экзамен, на котором меня сильно не гоняли. Хорошо медали, висящие в комнате дома, являющиеся маминой гордостью, этому способствовали. Затем снова с Мишей подрядился на заказ. Какая-то девица заказала видеопортрет и небольшую фотосессию в зимнем парке. Сама она модельной внешностью не отличалась, но видимо, считала себя красавицей неписанной. Самооценку ей портит не стал, сразу заявив на предложение выпить кофе, что у меня есть девушка.
— И с какого момента ты у нас занятой! Я что-то упустил? Раньше ты не отказывался от таких предложений. Неужели Янка кастрировала?
— Что-то я подвис на ней, — честно признался.
— Я почему-то не удивлен. А почему ты ещё не у неё?
— Стараюсь не наседать. Завтра у неё экзамен, готовится.
— Это все отговорки, дружище. Янка заучка, ей готовиться не нужно. Поэтому сегодня напрашиваемся в гости.
— Я не против.
Сказано, сделано! Мишка знал ходы, действуя через Веро. Хотя как ходы? Ставил перед фактом, когда уже не отвертишься.
— Вы, мальчики, как и в прошлый раз, к ужину, — открыла дверь Веро. Без обычного лоска на неё было непривычно смотреть. Видел я ее такую, может, раза три-четыре. Со старших классов она всегда вызывала вау-эффект, тогда как сейчас была обыкновенной домашней девчонкой. И выдающегося в ней вроде ничего не было. Она была по-своему красива, но теперь этот самый вау-эффект вызывала другая девушка. Как раз таки она в ту самую секунду, пока я раздевался, выскочила из ванной комнаты с тюрбаном на голове и полотенцем на голое тело, как я полагаю. Я так и застыла, не в силах отвести от нее глаз. Организм подводил. Видимо, это было сильнее, чем я мог предположить.
— О! Снова нахлебники приехали, — огласила Карамелька, бегая глазами, пытаясь спрятать смущение.
И опять эта её голая ключица впечатывалась в разум. Я вспомнил какая она на вкус…Желание шандарахнуло так, что вызвало болезненные ощущения из-за джинс. Так, полегче парень.
— Мы не с пустыми руками, — возразил мой друг.
— По воле случая, у нас сегодня вареники, — развела руками Веро, зашуршали пакеты и нас оставили одних пялиться друг на друга.
— Карамелька, лучше оденься от греха подальше, — выдохнул я слишком нервно. Меня снова штормило, кровь бурлила вместе с тестостероном. И я едва сдерживал желание повепнуть ситуацию в свою пользу.
— Идем по дружески мне плечики намажешь лосьоном.
Вот зараза! Я и не подозревал, что она будет играть на больном. Нет, уж, это было слишком. Издеватьсяеадо мной не стоит, и это нужно ей объяснить. Или это был всего лишь предлог? Сгреб ее в охапку, затащил в свободную от глаз комнату и припечатал к стене, не давая ей возможности опомниться. Пахло от нее просто бомбически… Уткнулся носом в ее тонкую шею, чтобы хоть как-то удовлетворить свои потребности. Не удержался, оставил там поцелуй.
Крышу снесло окончательно, когда она вцепилась мне в затылок и тихонько застонала. Б***ть! Б***ть! Б***ть! Это же невыносимо! Тумблер щёлкнул, вырывая меня из реальности. Её руки скользнули под мою футболку, дыхание сбилось, словно она пробежала марафон. Мы впились в друг друга губами, словно не могли насытиться этим поцелуем. Так и было. Я нырнул под полотенце, касаясь горячей распаренное кожи ягодиц…
— Вы есть будете или вам не мешать? — раздался с кухни голос Веро.
Карамелька застыла, очнувшись от наваждения, которое отпустило и меня немного.
— Идем, — ответили мы в один голос.
Она уткнулась в мое плечо и тихо заскулила.
— Ты продолжишь утверждать, что мы можем быть просто друзьями? — справившись с дыханием спросил я. А рука так и продолжала покоиться на ее полупопии.
— Это невозможно. Меня хватило на сутки, — она поправила чуть съехавшее полотенце на груди, избавилась от моих ладоней и гордо вскинула голову, словно я один виноват в случившемся.
— Пробуем себя в другом статусе?
— Говорить об этом, когда на тебе нет даже трусиков как-то не айс.
— Ты сейчас снова меня дразнишь? — закатил я глаза.
— Конечно! — меня одарили поцелуем в губы, а затем скрылись за дверью спальни. Невыносимая девица. Даже не подозревал, что она может быть такой. Держись, Кит! Жизнь не обещает быть лёгкой!
— Привет, конфетка! Ты уже в универе?
Слышать мамин голос с утра было как-то не очень привычно. Так рано она обычно не звонила, зная, что я занята, либо сплю.
— Привет! Только вещи сдала в гардероб.
— Значит, пока не отвлекаю. Я к тебе по делу и предупредить, что мы сегодня заночуем у тебя.
— Ну, ради бога. Веро уезжает сразу после экзамена.
Нет, не ради бога…У меня на сегодняшний вечер были большие планы. Даже не на вечер, а на ночь. Вчера у их дочери как-никак появился парень, с которым она планировала сегодня провести время. Вероника собиралась в романтическую поездку за город со своим новым хахалем. Парнем у меня не поворачивался язык его назвать. Во-первых, ему уже было почти тридцать, во-вторых, он уже был разведен. Опыт за плечами большой, а эта дурочка втюхалась по уши. Нет, я не осуждала, просто переживала, как бы потом опять не стать жилеткой. Хотя Веро предпочитала бросать своих мужчин сама. Ладно, девочке двадцать, голова на плечах есть, разберётся. А романтической дребедени теперь хочется даже мне.
— Ты тоже домой собиралась?
— Не сегодня, если честно. У меня планы были.
— Вот тут как раз просьба вырисовывается. Нас пригласили на ужин в "Версаль". Там сегодня рождественский бал, а папин потенциальный клиент чтит семейные ценности.
— Мамуль, может, без меня справитесь? Возьмёте с собой Нюту.
— Нюта уехала с Егором в деревню к его бабушке.
— Ну, конечно, за все должна отдуваться я, — настроение сразу упало ниже некуда. Вот так всегда, только соберёшься налаживать личную жизнь, тебя тут же срочно требуют семейные дела.
-Не ворчи, конфетка. Хотябы пару часов, потом можешь ехать по своим делам.
— Выбора у меня нет?
— К сожалению.
— В следующий раз предупреждайте о таких вещах заранее, пожалуйста, — открыто злиться я не могла, но постыдить родительницу можно.
— Мы получили приглашение только вчера вечером. Звонить поздно тебе не стала, чтобы не отвлекать.
Ну, вот! Сегодня этот дурацкий ужин, завтра Кит работает с обеда на свадьбе, а послезавтра у нас есть только поход в кино и ночью я улетаю.
Ни разу за десять лет наш традиционный зимний отдых на море мне не казался таким ненужным. Это был наш подарок от папы на Новый год. Две недели на солнышке и без Китёныша, который тоже после двенадцатого улетает на сборы в Краков, потом у него чемпионат. И когда я вернусь, его ещё не будет. Поэтому вся максимальная программа была возложена на сегодня.
Ответ смогла прочитать только через два часа, когда закончился экзамен.
Сборы на такие мероприятие заняли оставшуюся половину светового дня. Во-первых макияж и прическа должны были соответствовать. Во-вторых, пришлось ехать в торговый центр, чтобы найти платье. Тоже соответствующее рождественскому балу. Это было утомительно, несмотря на то, что я любила шоппинг, как любая нормальная девочка. А сегодня пришлось делать все из-под палки. Хотя платье нежного изумрудного цвета мне понравилось. Главное, что не длинное, но пышное.
Я: Абсолютно серьезно. Расшнуровать платье, конечно, не получится. Но я могу без нижнего белья пойти.
Ответа не получаю, зато сразу же его имя высвечивается на дисплее входящим вызовом.
— Берем? — уточняет мама.
— Берем, — соглашаюсь я, свайпая зеленую иконку. — Уже соскучился? — интересуюсь вполголоса, чтобы перед родительницей не палиться. Она сейчас занята расплатой на кассе.
— Янина Сергеевна, Вы понимаете, что у меня очень живое воображение?
— Да? Хорошо, что предупредил, — делаю я невинный тон.
— Конфетка, мы опаздываем, а ты по телефону решила потрепаться, — возмущается слабо мама.
— Это одногруппница. Советуется на счёт курсовой. Не сдала ещё, двоечница, — заявляю я, в ответ в трубке слышится смешок. А я следую за мамой
— Я ещё не сдал зачёт, чтобы меня оценивать, — хихикает Кит.
— Придираться сильно будут.
— Мама рядом? — понял он. — Блин, Янка, мне через десять минут в бассейн, а я раздеться не могу, — рычит Кит.
— Я бы приехала помогла, но пока не могу. Поэтому все в твоих руках, — мама на меня косится, хмыкает, но, видимо, верит, что я и правда с одногруппницей, потому что прилетает: "Мать Тереза в чистом виде".
— С такими успехами у меня мозоли будут. И вообще, я предпочитаю живое стонущее тело…Б***я, я сам себя загоняю.
— Вот именно. Ты, давай, успокаивайся, а вечером покажешь и мы вместе разберемся.
— А ты только теорией владеешь или практикующий специалист? — на что он намекал я поняла. Прощупывал почву. Девственницей быть в наше время уже даже стыдно.
— Я всего два раза сдавала. Ну, и этому она поставила неуд.
— Понятно, значит, я не должен ударить лицом в грязь. Все, Карамелька, мне пора.
— Давай, рыбка! Увидимся!
— Пока, Карамелька моя!
— Препод злой? — поинтересовалась мама.
— Просто зверюга, — пожаловалась я. Эх, мамуля, знала бы о чем твоя дочь и с кем.
Ресторан "Версаль" считался самым дорогим в городе. Если честно, я ни разу здесь не была, тогда как родители бывало устраивали здесь себе романтики. Качество обслуживания тоже было на высоком уровне.
Огромный зал был уже заполнен, главная инсталяция, создающая атмосферу праздника — ёлка. Эта была шикарна. С ней могла сравниться разве что красавица на центральной площади. Уровень грандиозности зашкаливал. Я ощутила себя словно в волшебной сказке, правда, принц мой сейчас прыгал полуголый в бассейне. С утра у него была тренировка на матах и физические нагрузки, сейчас — вода. Блин, я с таким успехом всё его расписание выучу.
Нас с мамой представили полному дяденьке, который в отличае от своих собратьев-толстосумов не выглядел неприятно. Дядька располагал к себе и мягким голосом, и простым лицом. Не знаю, было что-то в нем такое.
— Ох, Сергей, окружил себя красавицами, — прилетел комплимент папе. — А это моя семья. Супруга Лилия, младший сын — Олег. Он с Яной учится в одном ВУЗе, кстати.
Мг! Знаем-знаем такого. Недавно, конечно, познакомились поближе, когда он прямо был отшит, а оказывается он из числа мажориков. Вот потеха! Интересно, я была одна из многих, кто не повелся.
— Да, мы знакомы даже! — расплылся в улыбке Игнатенко, словно довольный сытый кот.
— Кстати, мы недавно были на соревнованиях. Ты очень достойно выступил. Я была в восторге от этого вида спорта, — заявила мама, приложив ладонь к груди.
Эх, лиса! Снова льстит. Китёныш все равно лучший в одиночке был! В парном — завоевал второе место. Игнатенко даже на пьедестал не попал. И слово "достойно" было подходящим, потому что лучший был один. Эх, как заговорила, как заговорила во мне гордость за того, кого я ещё две недели назад терпеть не могла. Странно складывается жизнь, однако.
Но ладно, об этом можно потом пофилософствовать, потому что сейчас праздник был в разгаре. Я старалась участвовать в светской беседе, отвечать на вопросы, пока тема не коснулась моей личной жизни.
— А у Вас, Яночка, какие планы на жизнь? Сестра замуж собралась, Вы, наверное, тоже последуете ее примеру?
В отличие от мужа, Лилия оказалась пренеприятнейшей женщиной в том плане, что била в лоб и говорила все о чем думала.
— А почему я должна следовать чьему-то примеру? У меня своя жизнь и своя голова на плечах, — пожала я невозмутимо этими самыми плечами.
— Мамуль, пока ты совсем девушку не загрузила, мы лучше потанцуем, — спас меня Олег. Танцевать я не собиралась, но пришлось согласиться, дабы не нарываться на ещё бо́льшее количество неудобных вопросов. Мне протянули руку, которую я приняла с благодарностью во взгляде.
На фоне играл вальс, так как это был бал, но, к великому сожалению, мой партнёр вальсировать говено, поэтому выходило коряво.
— Прости, у меня с музыкальным слухом проблема, по ходу, — после минутных потуг мы просто стали танцевать медляк.
— Ты хоть попытался. Но попытка спасения засчитана. Плюс стопятьсот к твоей карме.
— Это, значит, я могу надеяться на ещё одну встречу? — опять этот хитрый прищур. О, этот своего не упустит. Вон как его папочка с лицом большого добряка обрабатывает моего, хотя, по сути, должно быть наоборот. Олегу, видимо, это передалось генетически.
— Вряд ли.
— Почему?
— Ну, разве ответ девушки должен нуждаться в объяснении?
Игнатенко был высок, хорошо сложен, и да, он был симпатичен. Блин, может, Веро с ним познакомить, а? Парень при деньгах, воспитан, самоуверен. И думаю, не такой уж и бабник, так как слава Казановы у нас была закреплена за отдельными личностями. Если сравнивать по количеству похождений, то Кит снова был на пьедестале, хоть и не на самом высоком.
— Просто хотел поинтересоваться, чем же я так не хорош для тебя.
— Производишь ты впечатление вполне приличного молодого человека, но у меня уже произошли некоторые изменения в личной жизни, — ответила я совершенно честно.
— И кто этот счастливец?
— Давай, без имён.
— Хорошо! Но если что, имей меня в виду.
— Все бросишь, если я вдруг соглашусь?
Ох, девушки! Я бы, конечно и не заводила этот разговор, но Олег мне даже немного понравился. Наверное, если бы я не была сейчас влюблена, то приняла его предложение. Но Кит опередил Игнатенко. Снова. Поэтому имен не называла. Соперничество у парней в крови. Того гляди у одного из них башню сорвет, а там и меня приплетут. Проходили, правда, ещё в школе. Но мальчишки всегда остаются мальчишками, даже если им уже полтинник.
— Лукавить не буду. Не знаю, но перевес будет в твою сторону.
— Мне нравится твоя честность. Она от мамы? — комплимент был сомнительный, но улыбку на лице Игнатенко он вызвал.
— Все самое лучшее я унаследовал от своих родителей.
— Скромность, видимо, тоже!
— Это как посмотреть.
— Прямо, Олеженька! Ну, мне, наверное, пора! — музыка сменилась следующей, а я виновато похлопал глазками.
— А что, уже полночь?
— Нет, но у меня волшебство развеется раньше. Фея была "под мухой" и все перепутала. С балом, кстати, тоже.
— Не бросай меня на съедение нашим родителям.
— Предлагаю найти объект для веселого времяпрепровождения. Зал полон красоток.
— Но они не ты.
— Знаю, некоторые из них лучше. Все! Пойду извиняться.
Меня проводили к столику. И на фразу от Лилии: "Вы так красиво смотритесь вместе", мне пришлось помахать ручкой.
— Подруге помогать? — спросил папа.
— Конечно! Я обещала. Это дело чести.
— Ночевать придёшь? — поинтересовалась мама тихо, улыбаясь и косясь на мой смартфон, который отсвечивал сообщением от Кита: "Жду, Карамелька".
— А вам с папой не хочется романтик устроить вне стен дома? — прищурилась я. — У нас шампанское есть в холодильнике, шоколад, гирлянды и фрукты.
— Почувствуй себя студентом? — хихикнула она.
— Ну, а почему бы и нет? А я дома переночую.
— Одна?
— Постараюсь не наделать глупостей, — пообещала честно.
— И то хорошо! — клюнула меня в щеку, чтобы не оставить помады. — Отпишись, как доберешься.
— Обязательно!
Уф! Как хорошо, когда у тебя родители без пуританских взглядов. Папе, конечно о таком знать не обязательно. А мама как-то всё воспринимала как само собой разумеющееся. Не хвалила, но и не ругала, типа, у тебя своя голова на плечах.
Нет, мамочка! Она была потеряна! Особенно, когда меня заключили в объятия и закружили.
— Я сам себе завидую, Карамелька! Ты восхитительна!
— Подлиза! Я к тебе с предложением, — сразу начала я, одаривая его поцелуем.
— Излагай! Только в машине. Холодно, а у тебя ноги полуголые.
— Сначала предложение. Поехали ко мне кино смотреть. Домой. Квартира сегодня родителям оставлена.
— От такого разве можно отказаться?
Ночь, дорога…Они вдвоем…На фоне играют русские рок-баллады, которым они тихонько подпевают…Он берет ее за руку…Играет с пальцами…Тепло…Горячо… Ещё одна романтическая мечта? Нет! Реальность!
И пока наши руки танцевали танец, Кит уверенно вел автомобиль, я смотрела на его профиль. Мне нравилось, когда он был такой сосредоточенный, серьезный и немного отстранённый. В душе что-то щекотало от нежности, разливающейся теплым медом. Тягучим, сладким…
— Ты что так смотришь? — смутился Сабакинских.
— Пытаюсь понять, как меня так угораздило.
— Все благодаря тебе. До того поцелуя я видел в тебе только жутко раздражающую стервочку с завышенными амбициями, — честно поделился он.
— Я догадывалась. А теперь?
— А теперь меня просто кроет от одной мысли о тебе. Оказалось, ты другая. Хотя в чем-то я не ошибался.
— Гадкий мальчишка, — растянула я губы в улыбке.
— Мг! Уже много эпитетов слышал в свой адрес от тебя.
— Ну, знаешь ли, это ведь тоже в каком-то роде правда. А ещё у тебя обалденные ресницы, и глаза, и губы, — потянулась я, получив в ответ лёгкий поцелуй. МММ! Как же приятно!
— Вообще-то это я должен тебе комплименты говорить.
— Должен. Не забудь воздать оду моему кривому клыку.
— Я этого не замечаю.
— Между прочим, из-за тебя не поставила в детстве.
Кит разразился смехом.
— Я такой сволочью был?
— Железным человеком и челюстью я становиться побоялась. Прикинь, даже когда поступила решила не рисковать.
— Да, скорее всего, я бы издевался.
— Скорее всего? Серьезно? Я в этом уверена на сто процентов, Китёныш.
— Ну, теперь-то можно?
— Можно! Но я тоже предвижу твою реакцию: а ночью ты меня не загрызешь?
— Я не думал, что ты меня так хорошо знаешь, — от смеха он, по-моему, даже прихрюкивал.
— О своих врагах я знаю многое. Вплоть до того, где они обычно тусуются, чтобы не столкнуться.
— А я попал именно в твою аудиторию, где вы играли в дурацкую игру.
— Если бы не желание побесить Дашу, я бы тебя не поцеловала. А потом ты ещё вдруг припёрся с Мишаней в гости. Я тебя тихо ненавидела за это.
— Прости, я не знал, что для тебя это все было на столько серьезно, — покачал он головой.
— Будем надеяться, что это останется плохими воспоминаниями. Хотя были веселые моменты.
— Например?
— Мороженое на твоей голове за тупую шутку, тарелка супа на твоей форме в школьной столовой за розыгрыш.
— Соль в чае, синяк от того, что я подслушивал, а ты специально открыла дверь…Блин, я ведь физически страдал.
— Шрамы украшают мужчину.
— Но как позорно получить их от девчонки.
— А мы никому не скажем.
— Ага, несмотря на то, что вокруг было много свидетелей.
— Самый главный аттракцион школы, к тому же весёлый, зрелищный и бесплатный, — продолжила я.
В воспоминаниях прошла дорога. Полчаса трассы и минут пятнадцать город. Вроде сочельник, а все куда-то едут. Ну, нам же понадобилось тоже, почему бы и другим не поехать.
Дома было непривычно тихо. Хотя сердце стучало так, что казалось, может перебить митингующую толпу. Волнительный момент, если быть до конца откровенной. МЫ НАЕДИНЕ В ПУСТОЙ КВАРТИРЕ…
— Я так понимаю, мы без компании? — догадался Кит.
— Да! — я скинула верхнюю одежду и прошла сразу на кухню. — Если честно, я жутко голодная.
— Вас на таких вечерах не кормят?
— Кого «нас»?
— Элитную элиту в самых элитных заведениях, — хмыкнул Кит, усаживаясь на высокий барный стул.
— Не, Китёныш, тут твоя фантазия на тему богатой девочки и плохого мальчика с улицы не прокатит, — ответила, нарезая буженину. Холодной она мне нравилась больше, если с кусочком хлеба, а наверх ещё и пластинку плавленого сыра. И горяченький чай. Да, я не эстет! Просто люблю поесть. Именно поэтому чайник уже шипел, освещая комнату синим. Из холодильника был извлечен овощной салат, а из навесного шкафа вазочка со сладостями, которую мама от себя же и прятала. А вот я сладким заедала волнение.
— Об этом, кстати, я не фантазировал.
— А о чем тогда?
Он спокойно поднялся со стула, а я так и застыла с поднесенным ко рту бутербродом. Ё-мое! Я теперь понимаю, как себя чувствует жертва перед хищником. Отвести взгляд от него крадущегося было невозможно. Бутерброд у меня благополучно отобрали, вернув на тарелку.
— У меня все банально, Карамелька, — с этими словами его губы нашли мои и я…ПРОПАЛА!
Голод, сосущий внутри, перерастал в совершенно другого рода желание, нетерпимое, странное, разящее прямо в живность, которая от тока зашевелилась внутри, забилась крыльями, заставив задохнуться. Пришлось даже схватиться за его джемпер, чтобы не свалиться от этих бомбических ощущений.
Голова предательски кружилась, унося меня в некую неизвестность, пальцы слушались плохо, и даже дрожали, пробираясь под его одежду в нетерпении ощутить под собой горячую кожу. Хотелось его гладить, целовать, чувствовать всеми нервными окончаниями, расположенными на коже…и ещё много чего хотелось.
— Надо избавиться от этого чертова платья, — рык, граничащий с каким-то отчаянием. Ну, да! Я имела более высокий уровень доступа к его голому телу, нежели он.
— Идем! Будем осуществлять твои фантазии, — потянула я его в комнату.
Руки Кита начали медленно разбираться со шнуровкой, тогда как губы продолжали блуждать от уха к плечу, оставляя горячие будоражащие поцелуи. Я постанывала от ощущений и вздрагивала от каждого его тяжёлого вздоха.
— Это преступление быть такой охренительной, Карамелька, — где-то над ухом надрывным шепотом.
Платье с шелестом скользнуло к ногам, и я уже в одном тонком кружеве перед жадным взглядом Кита. Нет смущения, которое я ждала, нет даже волнения, хотя не думала, что от возбуждения смешанного с последним может подташнивать.
Он впивается своими карими в мою грудь, спрятанную под откровенно сексуальным бельем.
— Это лишнее, — шепчут мне, справляясь с лёгкостью с застёжкой всего одной рукой, тогда как вторая накрывает идеальную под его ладонь полусферу.
Меня снова целуют, но уже с напором, по хозяйски, словно он имеет на это все права. Имеет…и не только на это.
Мои бабочки снова начинают сходить с ума, когда я опускаюсь на холодную постель, а сильное мужское тело с перекатывающимися на спине мышцами, за которую я хватаюсь как за спасительный круг, придавливает сверху. Не убежать…Я и не хочу! Хочу большего, хочу кричать от этих эмоций, ощущений и ещё чего-то яркого, восторженного невероятного.
Поцелуи спускаются ниже, на смену ладоней приходят губы и язык, которым он касается кончиков сосков, заставляя меня выгнуться на встречу и требовать больше… Руки начинают другой танец, нырнув под резинку трусиков. И все! Я уже не соображаю, метаясь на постели в сладкой истоме. А он играет, как с загнанной мышкой, не спешит дать то, чего я так сильно хочу.
Я ещё никогда не находилась на такой тонкой грани, когда его пальцы были внутри. Совсем новые ощущения, которые сводили с ума. Они не давали сделать нормальный вдох. Они отключили меня от реальности.
Я не знаю сколько понадобилось времени, чтобы мое тело сотряс первый в жизни оргазм. Вот так вот от одних прикосновений, без применения тяжёлой артиллерии до пляшущих звёздочек перед глазами.
— Прости, не удержался. Хотел на тебя посмотреть в этом состоянии, — расцвел в улыбке Кит, тяжело дыша..
— Это было не честно, — выдавила я сбивающимся голосом.
— Кто сказал?
— Ты меня даже не удосужился раздеть до конца. А ещё я чувствую себя должницей.
— Долг можешь отдать прямо сейчас.
С меня стянули остатки белья. И когда он оказался внутри…
Я не представляла, что в мире существует такое наслаждение. Слышала, но вот так, чтобы до искринок в глазах и с ощущением, что ты тонешь, но выбираться не хочется…Мое тело было способно так чувствовать, кричать, умолять и отдавать.
— Кажется, зачёт сдан на отлично, — разомлев, развалилась я на подушке.
— А я о чем говорил. Все? Бобик сдох? — Кит поцеловал меня в висок.
— Бобик голоден, как волк.
— Голодная женщина — недовольная женщина. Дойдешь до кухни или донести?
— Думаю, дойду!
Ну, да, дрожь в ногах от пережитого присутствовала. Но на них я стояла твердо. Окинула взглядом довольное тело, которые лежало до этого рядом со мной, восхитившись в который раз его красотой. Хотелось вернуться обратно, но оставленный перекус на столе сейчас занял мысли. Перед тем, чтобы воплотить в жизнь мои фантазии, мне нужно пополнить энергию.
Накинула на голое тело майку, которая едва прикрывала попу, сгребла в пучок растрепавшиеся волосы…Блин, ещё макияж надо смыть, а то видок у размазывающейся туши так себе.
— Подымайся, у нас перерыв на трапезу. Потом тебе предстоит ещё пару зачётов сдать.
— Кажется, я раскрыл ящик Пандоры.
— Еще какой! Я от сладкого просто так не откажусь!
Кит Сабакинских
Во сне она такая милая. Никогда не думал, что спящий человек может так выглядеть. Ресницы чуть подрагивают, щека уместилась на ладони, а собранные в пучок кудряшки растрепались.
Едва касаюсь, провожу кончиками пальцев по ее курносому носику и темным бровям. Карамелька пытается отмахнуться от раздражителя, глаза приоткрываются…
— Думала, мне приснилось.
— Тебе на столько реалистичные сны снятся?
— С тобой, кстати, ни разу, — улыбается она.
— Вот, значит, как. Обидно, знаешь ли.
— Ну, это кому как! Мне хватало тебя в реальности. А во сне я мечтала о крутом мужике с накаченным руками и кубиками на прессе.
— Ты в курсе, что во мне сейчас проснулся комплекс неполноценности?
— Не думала, что ты такой мнительный. Хотя, может, это ты был? Смотри, какие руки сильные, — своим наманикюренным пальчиком пробегается по предплечью от локтя к ключице. — И тут все в порядке, — ноготок скользнул по груди, которая тут же покрывается мурашками от такого дразнящего прикосновения. — И кубики где-то видела, — к животу, подымая во мне снова бурю желаний. С этой девчонкой никакого самоконтроля не хватит. Как та дикая кошка, впивается во внутренности, а тебя уже кроет от одной мысли о ее потрясающем теле. Ну, все! Я собирался смыться, а теперь придется остаться…Или?
Хлопнула входная дверь, заставив меня подорваться с места. Конечно, ничего противозаконного я не сделал, но встречаться с отцом Яны в таком виде было чревато последствиями. Она лишь села на кровати, прикрыв свою идеальную грудь.
— Родственники, кто дома? — голос похож на голос ее мамы, но нет, это не она точно. Аня, видимо, вернулась.
— Я! Ты только не входи пока, — хихикнула Карамелька, оглядывая меня с нескрываемым интересом.
— Ой, чего я там не… — Аня вырастает на пороге, распахнув дверь и замирает, — …видела.
— Такое точно впервые, — вздыхает театрально младшенькая.
— Надеюсь, моя кровать осталась нетронутой, — старшенькая Новикова развернулась и скрылась снова за дверью.
— Похоже, мне пора? — разворачиваюсь к смеющейся Карамельке.
— Я так и знала, что сбежишь.
— У меня ещё тренировка и работа.
— Сегодня же выходной.
— А ты это Дмитричу объясни. Мы в Польше не должны ударить лицом в грязь. А то что перед этим будем пахать две недели безвылазно, это нормально.
— Ну, и ладно. Спасибо за приятный досуг. Пока! — машет она пальчиками.
— Стервочка! Маленькая злая стервочка, — ныряю обратно к ней, не в силах утолить желание затискать ее до смерти. Один черт, снова я проиграл.
А потом меня заставили позавтракать. Отпираться и говорить о том, что я могу опоздать было совершенно бесполезно. У этих девиц хватка просто адская. Смотришь и боишься перечить, несмотря на всю хрупкость внешности. Думал меня будет ждать допрос с пристрастием, но Аня лишь вздохнула со словами: «Разберётесь сами». Вот и я о том же! Не лезь, да невиновен будешь.
На тренировку чуть не опоздал. Погода совсем испортилась. На дороге коллапс, гололед и полный трэш. Такое ощущение, что какие-то непонятные силы меня просто не хотели пускать туда. И потом не верь во всякую мистику. Нет, ничего страшного не произошло. К тому же, это был не первый раз, и, думаю, не последний, когда время оставалось только переодеться и в бой.
Вприпрыжку перескакивал через ступеньки, чтобы попасть в раздевалку…
— Она бомбическая! Не зря её Кит Карамелькой называет. И, кажется, у меня появился шанс. Не знаю, какой у нее мудак там появился… — Олег прервал свой пламенный монолог. — О, здоров! Опаздываем? Очередную шмару юзал?
Мне ведь не показалось, что этот е***лан говорил о Карамельке?
— Нет, был дома, — не стал вдаваться в подробности.
— Слушай, а ты не в курсе, что там у Новиковой на личном? Вы с ней вроде как общаетесь, — полез Игнатенко совсем не в ту степь. Ох, совсем не в ту.
— А что за нездоровый интерес?
— Столкнулись вчера. И знаешь, я бы её тр***л. У меня прям встал, когда мы танцевали. Я типа благородный рыцарь, спасал её от моей матери, которая полезла со своими неуместными вопросами.
Не знаю как проснулся этот зверь. Хотелось бы, чтобы в такие моменты объявлялся хомяк. Но нет! Эта сволочь била без разбора. Щадила только женщин и детей. А вот самодовольные рожи товарищей по команде нисколько. Кулак прилетел ровно в челюсть. Игнатенко не растерялся. Он был и выше почти на голову, и в плечах шире, и занимался в юношестве карате. Поэтому когда моя переносица встретилась с его кулаком, я ударил ниже, в живот.
Кажется, первым спохватился Саня, который с кличем: «Вы что творите, долб***бы?»- кинулся нас разнимать.
— Какого хера Кит? Ты е***ся? — это уже кто-то четвертый влез в нашу драку.
А у меня было желание раздавить этого клопа. Мы не были большими друзьями, но четыре года занятий в одной команде обычно сближают, даже несмотря на то, что соревновались мы как раз друг с другом. А сейчас я хотел задушить его голыми руками.
— Все! Все! Успокоился, — завопил Олег, подняв руки, давая понять, что не намерен больше драться. Меня не отпустило, но я тоже сделал ответный жест.
— Кит, какого хрена? — вопрошал Игнатенко, вытирая разбитую губу. А у меня, кажется, нос потек. Чувствовал, как теплая липкая струйка стекает вниз.
— Про Новикову забудь, — прохрипел я, откидывая голову назад.
— Это ты с ней мутишь? — догадался этот слабоумный. — Б***ь, сказать нельзя? Сразу морду бить? Ты реально двинутый!
— Что тут происходит? — это подоспел Дмитрич. Вернее как подоспел? К заварушке он опоздал как раз таки. А вот наши разбитые рожи увидел.
— Кит оступился и на меня налетел, — оправдался Олег.
Я понимал в этот момент, что повел себя как конченный псих, но не смог контролировать приступ агрессии.
— Конечно! Как всегда, виноваты кривые лестницы или ваши кривые ноги. Наказаны, оба.
Дело дрянь! Начал первым я, а Игнатенко пострадал. Наказание всегда выходило каким-нибудь позорным. Типа час-два общественных работ. И теперь нас ждала уборка в раздевалке. Охренительно! Это с тем учётом, что я сегодня планировал работать. И слова тренера: «У вас вся ночь впереди» меня совсем не воодушевили.
На сколько нормально то, что парень, с которым ты переспала вдруг замолчал? Видимо внутренняя девочка во мне требовала внимания. Типа, теперь он даже отходить от меня не должен, а лучше жениться. Не знаю, откуда эта вредность, но телефон упорно не хотел до меня доводить его сообщения или звонки, если они и были. Даже восторженный рассказ Веро о ее бурных выходных мне было не так интересно слушать, как в обычное время. Зато чемодан потихоньку пополнялся очень летними вещами и купальниками, которые скрывали не много от глаз людских. Завтра в это время я уже буду греть косточки на жарком субэкваториальном солнышке. И пусть весь мир подождёт! А про Сабакинских даже не вспомню.
Лететь в лето, когда за окном был апокалипсис было всегда не то, чтобы волнительно, но на таком контрасте мое тело приходило в дикий восторг. Забывались все проблемы и ты окуналась в эстетический рай. Для обогащения культурой у нас существовали недельные вылазки в течении года, а зимой отдых был ленивый. Когда ты все его время проводишь на пляже или в море.
Вечером проштудировав все соцсети, где у меня в друзьях появился Кит, я обнаружила, что и в них у него сегодня активность была нулевая. Визиты датировались вчерашним числом. Такое ощущение, что человек выпал из мира. А, может, что-то случилось? Нет, на такое у меня всегда была развита чуйка, когда внутри тебя колошматит. А там был штиль, разве только бесило, что он продолжает упорно молчать.
«Напиши ему сама», — совершенно гениальную мысль выдавал внутренний голос. Ага! А как же эта чертова гордость, которая не позволяла мне предпринимать первой шаги. Тупо, конечно, но там выработанный годами иммунитет, не дающий быть обычной среднестатистической девчонкой без загонов.
В Инстаграм наткнулась в порядке очереди на интереснейшие сторисы Игнатенко. На первом была запечатлена раздевалка, до боли знакомая спина, которая драила дверцы шкафчиков и смех Олега на заднем плане: «Солнце село, а рабы трудятся». А затем его «прекрасное» лицо с фингалом, расплывающимся от глаза к скуле, где он был особенно заметен.
Да, твою ж мать!
Я там про гордость что-то говорила? О ней даже не вспомнила, когда набирала номер Сабакинских, а этот гадёныш взял трубку только с третьего раза.
— Ты звонишь отчитать меня? — поговорил уставший голос. Я, конечно, понимаю, что ночью он почти не спал, потом дорога, тренировка, работа и сейчас он явно не дома, но думала, что если люди стали встречаться, тон можно было бы и повежливее.
— Хотелось бы, но я к тебе в няньки не нанималась. И кто первый начал?
— Вот, а сама включаешь злую воспитательницу. Помню, у меня в садике была такая. Что бы не случилось, всегда я был у неё виноват.
— Как же ты красиво съезжаешь с темы.
— Я! Начал все я, защищая твою честь.
— Знаешь ли, я ее поруганной не считаю, даже несмотря на то, что ты сегодня не соизволил и словом обмолвиться за весь день.
— Был занят.
— Яна, это я о тебе заговорил нелестно. В морду получил несправедливо, но по делу, — отозвался где-то на заднем фоне Олег.
— Нечего его прикрывать, — снова включила мамочку.
— Вот так всегда, стоит девушке дать чуточку власти и все — , контроль по всем фронтам. А ты превращается в каблука, — это снова Олег.
— А ты думаешь, почему я так долго держался? — храбрился второй непутёвый.
— Яйца с такой позиции не жмут, мальчики? — поинтересовалась я, хотя, если честно, совсем не обиделась. Мне нравилось, что Сабакинских я не потеряла как скверного невыносимого братца подруги моей сестры. Это было лучше, чем наматывать розовые сопли на кулак.
— Главное, что они на месте, — заявил Кит.
— Надеюсь, перед моим отъездом ты их мне продемонстрируешь.
— А рожа моя с эффектом бабочки под глазами?
— А мы свет выключим.
— Так как я их тебе покажу, Карамелька?
— А я на них смотреть как-то тоже не особо хочу. Самое важное в этом деле, Китёныш — процесс.
— Ты мне в морду снова дашь, — подал голос Игнатенко, — но я слушаю и понимаю, что ты просто баловень судьбы. Это же не девушка, а мечта!
— Учись, Кит, как комплименты надо делать. И звонить ещё хотябы раз в день, — хихикнула я.
Ну, реально же Олег снова нарывается. Сабакинских малость отмороженный, я по детству помню. Там синяки не успевали рассасываться. Это когда он в спорт пошел, стал меньше цепляться к окружающим. Главным заводилой на районе был как раз таки он.
— Замотивировали, так замотивировали. Понял! Исправлюсь!
— Ну, вот прям милаха. И злиться на тебя не хочется уже. Но ты мне все равно селфи сбрось. Сохраню, детям буду показывать, в качестве доказательства, что батя пал героем в бою.
— Мне стыдно. У мамы, кстати, с десяток такого рода компромата наберётся.
— Еще и к ней обращусь. А ты не стыдись. Сделал дело, так будь добр, отвечай по всем направлениям.
— Я думал, что после того, как у нас появятся отношения, ты станешь более мягкой.
— Прости, Китёныш, но духами пукать не начала.
— М-да, когда ты стонешь, мне нравится больше.
— Все в твоих руках, милый! Могу при этом исполнять арию Кармен, потому что, кажется, тебе и пение мое нравилось.
— Ну, все! Меня это возбудило.
— Я рада! Если хочешь пообщаться на эту тему, пиши. А уши Олеженьке греть я больше не дам.
— Он вышел, решил нам не мешать. Но и правда, мне надо отбывать свое наказания потому, что как сука хочу спать.
— Не смею задерживать.
— Напишу чуть позже, Карамелька.
Не написал. Вернее, оповестил, что добрался до дома, но на этом все. Хотя я тоже уже была в полудрёме. Ветер за окном выл нешуточный, поэтому я ворочалась с бока на бок. На завтра обещало распогодиться, поэтому заночевать планировалось в квартире всем семейством, чтобы поздно ночью не опоздать в аэропорт. Это у них ночёвка планировалась, а я уже заранее знала, что спать буду в самолёте. У меня планы были другие и имя им было — Никита Сабакинских. Бррр! Как непривычно его так называть. Хотя это был ещё один повод малость его позлить. Приручил значит, а потом включает игнор. Нет, родненький, так дела на делаются.
Позвонил он ближе к обеду, когда я затаскивал чемодан на наш четвертый. Сам бодренький, довольный, тогда как я не могла отдышаться от такой кардионагрузки.
— Билет на фильм взял. Но перед этим предлагаю покататься на коньках.
— Я сто лет на них не стояла.
— Вспомнишь навыки. Если что у пеня будет повод тебя полапать. Но ты не против, если свидание будет двойным?
— Свидание? Кажется, мы поход в кино рассматривали как долг.
— А коньки?
— Фиг с тобой! Пусть будет свиданием. А что за люди? Я их знаю?
— Не думаю. Но это будет повод познакомиться с моими друзьями.
— Они геи?
— Нет! — хмыкнул Кит. — Друг один, вернее друг с девушкой.
— Ну, как скажешь.
А мне казалось, я всех его друзей знаю. Ладно, познакомимся, я не против.
— Это Карамелька, — совершенно ошалел от удовольствия видеть ее рядом на столько, что, кажется, забыл назвать имя. И такое бывает? Странное, конечно, ощущение. Вернее, даже не так — непривычное.
— Ну, привет, Карамелька, — растянул лицо в довольной улыбке Назар. Нет, не лицо, рожу. Обезьяна! Ещё поясничает.
— У меня есть имя, так-то. Янина, можно просто Яна.
— Так, ты Нина или Яна? — то ли специально издевалась, то ли тупила новая пассия друга.
— Имя есть такое ЯНИНА, — снисходительно улыбнулась моя малышка, словно Рита была детсадовской соплей.
— Красиво, — отозвался Назар. — На коньках стоишь?
— Ну, разве что только стою. Если с места сдвинусь, будет прогресс.
— Сдвинешься, — пообещал я, опускаясь на колено, чтобы помочь ей зашнуроваться.
— Если бы кто сказал, что сам Кит Сабакинских препадёт передо мной, я бы в того камень кинула.
— Я сам в шоке, — хмыкнул, понимая, что сделал бы то же самое.
— В слаломе этот парень даже меня уделывает, — продолжил поддерживать беседу Назар.
— А не должен? — выгнула Карамелька темную бровку.
— Так я в среднем в день по шесть часов на коньках стою, — обиделась знаменитость.
— Подожди…Я-то и думаю, что моська у тебя знакомая. И имя странное, редкое, я бы даже сказала. Назар Вершинин.
— Да, это он, — гордо вскинула подбородок Рита, прилипнув к Скале, как именовали Вершинина в команде.
— Мать моя родная! У меня сестра двоюродная фанатела. Как узнала, что ты с китайцами контракт подписал, так чуть не вскрыла вены. Во время уехала, да замуж вышла. А ты как к этому балбесу в друзья попал?
— Ты такие комплименты мне делаешь, закачаешься.
— Подожди, Кит, я со взрослым дяденькой разговариваю, — отмахнулась Карамелька. Блин, обидно.
— Не, ты не смотри, что я обросший. Мне двадцать четыре всего, — похоже, Вершинин тоже шутку не оценил.
— А я говорила, что борода тебя старит, — вставила пять копеек Рита.
— Ты тоже цыц!
От этого «цыц» даже мне хотелось заткнуться, не то что Ритуале, которая захлопала нарощеными ресницами.
— Может, он сам расскажет? — впечатлился, видимо, хоккеист.
— Живем мы на одной лестничной клетке уже три года, — отозвался я.
— Так, ты как хочешь, но тебе придется отлепить от себя девушку и запилить со мной селфи, — обращение было снова к Назару. — Станешь звездой НХЛ, продам америкосам наше фото.
— А ничего, что у тебя даже со мной фото нет? — и снова немного обидно.
— Сладкий, я для нашего будущего стараюсь, — чмокнула она меня в щеку. — И вообще, если бы ты руки не распускал, защищая якобы мою честь, я бы прямо сейчас официально объявила всей моей тысячной аудитории, что ты мой парень. А теперь жди моего возвращения.
— А потом ты моего.
— И того, у вас испытательный срок в три недели, — подвёл итог Назар.
— Я бы лучше и не сказал, — растянул лицо в улыбке, притягивая к себе Карамельку.
МММ! Вкуснятина! От нее снова пахло конфетами и какао.
Два часа на льду пролетели незаметно. Яна зря наговаривала, держалась она молодцом, правда тормозить иногда забывала. Во всем остальном, пархала как бабочка. Хотя я ее предупреждал, чтобы не лихачила, потому что завтра от нагрузки будет болеть все. Но попробуй переубедить танк, когда он прёт напролом. Вот и я думаю, что идея бесполезная. Эмансипация, понимаешь ли!
Рука в руке, её улыбка, взгляд…и снова до мурашек. Хотя нет, все эти мураши — это прерогатива девушек. У нас все по-другому: сносит крышу, рвет стопы и тормоза, бьёт током до паралича. Вот как раз это все со мной и происходило. Маленькая зараза, которой я не мог надышаться, и на которую не мог насмотрелся. Три недели…Сука! Это же настоящая пытка. И сорваться с ней не могу, потому что есть обязательства перед командой.
— А девушки тоже с вами едут? — вопрошала Карамелька по пути к кинотеатру.
— Едут, — а что отпираться?
— Надеюсь, вы по разным номерам?
— Даже по разным корпусам. Встречаемся на обеде и на тренировках.
— А в свободное время?
— Обычно в свободное время я предпочитаю экскурсии по новым местам или высыпаться, потому что режим жёсткий. Ну, а теперь ещё и на телефоне сидеть буду.
— Мне нравится твой настрой.
— Ты ревнуешь что ли?
— Оберегаю от глупостей. Знаешь ли, не верю я в отношения на расстоянии. Хотя Егор с Аней живут так уже больше десяти месяцев. Но я не понимаю и не принимаю.
— Это всего три недели.
— Знаю. Выживу. Тем более мы ещё с тобой друг к другу не на столько сильно привязаны. Но я все равно буду скучать.
Мне бы ее после этих слов утащить куда-нибудь и не выпускать из объятий до полуночи, потому что нам отвели именно это время. Но Карамелька отлипает от меня и с довольным лицом заявляет:
— Помнишь, что это не свидание? Поэтому даже не смей ко мне приставать.
— Приехали! — закатываю глаза.
Я помню, что Яна с детства ненавидит ужастики. Ей легче воспринимать мир розовым, добрым и светлым, поэтому и кинематограф она предпочитает такой, и несмотря на то, что подпевала року, музыкальный вкус у неё основывался на попсе. Моя светлая девочка!
Пересела она ко мне уже после десяти минут фильма. Рука впивалась в мою в напряжённые моменты, иногда даже глаза закрывала и отворачивалась, чтобы спросить потом: «Все? «. Хотя ужастик был так себе. Ни одного по-настоящему жуткого момента. А у неё эмоции. Черт! Кажется, это не просто симпатия… После кино у нас остались какие-то пятнадцать минут, в которые мы бы даже на заднее сидение не успели перебраться. И все! Прощание…Ненавижу их! А она прилипла и чуть шмыгала носом, уткнувшись мне в шею.
— Двадцать один день, — гладил я ее по волосам.
— Двадцать два, — не соглашалась она.
— Есть интернет.
— Да! Есть…Блин, что-то я расклеилась. Соберись, Яна! Это же Сабакинских, а ты тут сырость разводишь, — отлипла и выдохнула.
— Что-то я не понял. Что ты против меня имеешь?
— Даже несмотря на то, что ты мой парень, ты не перестал быть Китом Сабакинских. Только в аэропорт не смей ехать. А то я точно разревусь.
— Как скажешь, — пришлось согласиться.
Кто бы сказал две недели назад, что мне по пути домой захочется написать ей сообщение со словами «Я тебя люблю», наверное, дал бы в морду.
Янина Новикова
От отдыха остались впечатления, загар и сотни фото. Возвращаться в холодную зиму после тропического рая совсем не хотелось. Я расслабилась, вкусила все прелести тайской земли и научилась у местного йога отпускать все дурные мысли, сохранять баланс и стабильность внутри.
Практики помогали только на словах. Едва у меня пиликал входящим телефон, все шло к чертям собачьим. Я видела лицо Кита на дисплее и мой мир сужался до размеров моего номера.
Хотелось пробежаться пальчиками по его скулам, зарыться ими в отросшие волосы, которые теперь превратились в прическу а-ля молодой ДиКаприо. Не знаю, почему у меня ассоциации были именно с ним, хотя Китёныш по типажу был совсем в других параметрах. И я сделала ещё одно открытие за это время — он замечательный собеседник. Не просто тупо пялились друг на друга и рассыпались в нытье, что соскучились. Нет! Мы говорили на самые разные темы. Книги, учеба, фильмы, архитектура. Был ещё спорт, пение, даже в биологию полезли. А ещё я узнала, что тренировки у него проходят не только в воде. Он продемонстрировал мне зал с батутами и бассейном с паралоновыми кубиками. К тому же я не знала, что он на руках может вытворять трюки не хуже гимнаста.
Была даже попытка заняться сексом по телефону, но она потерпела крах. Видимо, в этом плане я была ещё не очень раскрепощённая. Все превратилось в жуткий хохот.
— Тогда я начну больше тренироваться, чтобы не думать о том, что хочу с тобой сделать, — пообещал тогда он. И все! Сердечко предательски запрыгало, живность внизу живота тоже зашевелилась, трепыхаясь до состояния тошноты. Это был показатель, что перевозбуждение достигло пика, и лечить это можно только половым путем.
Но дома все стало ещё хуже, потому что программы "максимум", которая спасала в моменты особой тоски, уже не было. Приходилось тормошить Веро, но моя девочка устроилась на работу консультантом в магазин косметики, отсюда и проблема. Я лезла на стенку, окружив себя кучей книг и фильмов, которые тоже не спасали. Из чего я сделала вывод, что ждать — это совсем не мое. И если будучи на острове, мне хватало времени нашего общения с Китом, то теперь его стало катастрофически мало, хотя по сути ничего не изменилось. Ещё и у Нюты каникулы закончились. Собрала чемоданы, забрала с собой Егора и умотала.
Чтобы хоть как-то себя занять, записалась на уроки вокала, для прокачки милизмов. За четыре занятия у меня произошел прогресс, наверное, потому что ничего не отвлекало. Ну, и потихоньку начала готовиться к началу нового семестра.
— Через три дня начнется снова война, — Веро подписывала новые тетради, так как дисциплины снова менялись.
— А завтра Кит прилетает, — мечтательно произнесла я.
— Кто о чем, а лысый о расчёске, — закатила она глаза. — Ты с нами в клуб сегодня?
С утра в чате группы царил ажиотаж, все потихоньку начали съезжаться, поэтому кто-то выдвинул идею завалиться перед началом семестра в клуб и оторваться, как могут это делать только студенты. Не знала я, конечно, чем обычная пьянка отличалась от студенческой, разве что количеством закуски, потому что карманы у вторых обычно были пусты, в остальном все, как и всегда.
— Еще не решила.
— А может, не отпросилась?
— Мы не дошли ещё до стадии, когда нужно это делать.
— А вот я бы на твоём месте засветила свой загар. Пирогова с ума сойдёт от зависти.
— Она и так бедняга мой инстаграм самая первая просматривала, а ты решила добить?
— Если есть чем похвалиться. Все! Решительно собираю деньги на отдых среди зимы.
— А как же состоятельные мужики, которые должны исполнять обязанности спонсоров?
— Пока завязала. Знаешь ли, не удобно, когда ты расслабленная лежишь с мужчиной в джакузи, а над вами возникает фигура его якобы бывшей жены. А потом: "Прости, я забыл тебе сказать, что мы снова сошлись".
Этот случай мы уже обсмаковали от и до, но все равно до сих пор было смешно. А я ведь предупреждала. Но кто будет слушать подругу, когда в мыслях ты уже идёшь с этим красавцем под венец?
— Надо тогда не с прицепом искать, а молодого мажора.
— Ну, давай, предлагай!
— Олега Игнатенко знаешь? — поинтересовалась я. Желание пристроить Олеженьку в хорошие руки было слишком велико. Ни одной гадости о нем не слышала за это время. Бабник, конечно, без этого никуда, когда ты молод, хорош собой и популярен. Но ведь и это можно исправить. С такими мальчиками, у которых в будущем обязательно будет место в компании отца, квартира и кругленькая сумма на счету, рядом должны быть именно такие эффектные девочки, как Вероника.
— Это, который к тебе клеился?
— Он самый. Надо брать, пока мальчика не прибрала к рукам какая-нибудь Дашенька.
— А это мысль. Если что-то пойдет не так, я хоть буду знать кого обвинять. И ты мне не будешь карать со своим "Я тебе говорила".
— Не вопрос. Скинуть ему твой номер?
— Скинь!
Эх, моя красивая легкомысленная подруга! Можно было бы, конечно, назвать Веро алчной, но я ее понимала. Она просто хотела отдать свою внешность в достойные руки. Это реалии современного мира, с которыми мы живём давно. От этого она не переставала быть хорошим человеком, интересным собеседником и вообще, просто потрясающей подругой. Воспитанная в среднестатистической семье, она была хозяйственной, экономной и с умением приспосабливаться к любой ситуации. А такому бриллианту нужна была достойная огранка.
Звонок в дверь раздался совершенно неожиданно. Кого это там к вечеру к нам занесло?
Первое, что я увидела, это был огромный букет из мелких кустовых роз, а уже потом того, кто их принес…
Пофиг на цветы! С радостным визгом я повисла на шее у Кита, который, смеясь, подхватил меня и крепко прижал к себе.
Не думала, что смогу по нему так скучать и буду на столько рада его видеть.
— Как? Ты же должен был только завтра приехать? — не понимала я.
Мне всучили в руки цветы и достаточно увесистый пакет, в котором я после обнаружила много шоколада, а потом уже объяснили:
— Команда только завтра приедет. Остановились в столице после перелета. Завтра на поезде выдвигаются. А я решил времени не терять. С одного самолёта, сразу на другой.
— Ууу! Похоже ты точно в клуб не идёшь. А мне надо начинать собираться и сваливать, — вышла на мои визги Веро.
Так и прилипла. Ещё с Ритки смеялась, которая чуть ли не висела на Назаре в день нашего знакомства. А мне было хорошоооо! Млела от его запаха, от его украдких поцелуев, пока Веро наводила марафет на себе, от того какой он был теплый и уютный и обалденный с этой новой прической. Млела от того, как он накручивал на палец локон моих волос, от того, как он на меня смотрел. Я такого взгляда даже в кино не видела. Внимательный, изучающий, словно запоминал каждую черту моего лица, облизывал им каждый волосок, каждую ресничку…
А едва за подругой хлопнула дверь, я потонула в нем. Задыхаясь, не в силах выбраться и сделать осознанный вдох. Нежность, смешанная со страстью переливалась как свежий мед, тягуче, сладко и невообразимо вкусно. Это было томительно и одновременно взрывоопасно. Потому что внутри миллиардами огоньков взрывались петарды, искрилось сознание, а потом вырубалось вовсе. Его ласки, поцелуи, движения превратились в какой-то смешанный поток, в котором пропало мое Я. Рядом с ним оно мне было не нужно. Вся жизненная сила в тот момент заключалась в этом первобытном танце двоих.
— Я люблю тебя, моя Карамелька, — услышала я где-то на грани, проваливаясь в пропасть.
— Люблю, — отозвалась тихо, потому что теряла связь с реальностью в тот момент.
А ведь это правда…Люблю! Не думала, что это так прекрасно.
Кит Сабакинских
Февраль ознаменовался началом семестра, который для меня должен был стать последним. Занятий как таковой теперь не было, была практика, которая у меня вылилась в стажировку и консультации по дипломке.
Была ещё Карамелька…Уф! Когда ты находишься в свободном плавании и не привязан к одной девчонке, выгребать весь бардак, который случается в начале нового, легче. А для меня новый режим был какой-то адский. Если пары я мог прогулять, чтобы доспать, то с работой такие штуки не прокатывали. Теперь как штык: четыре часа тренировок в день, шесть часов работы, к тому же я не отказывался от помощи Мишане, и ещё отношения. В первую неделю в режиме нон-стоп свалили меня до состояния «двенадцати часовой сон». А потом…Потом я оказался крайним. В чем? А все вопросы к Карамельке. Это она раздувала проблемы из ничего. Хотя, да! Косяк за мной имелся. С днём рождения свою принцессу поздравил одним из последних. Девочке двадцать, а я запарился на столько, что не было времени даже позвонить. Не то, чтобы написать. Подарок купил заранее, накануне обзавелся букетом, и все пошло крахом, потому что заявился к ней на порог не в полночь как полагается самому лучшему парню на свете, а за час до окончания даты, когда весь праздник был вразгаре. И извинения мои приняты были, и вроде обрадовалась. Вот только ещё через три дня мне это аукнулось.
— Карамелька, прости, я еле до дома дополз. Завтра обязательно приеду.
Увалился на кровать, впервые взяв телефон в руки за день. А он был на столько насыщенный, мама не горюй. Она, наверное, и не горевала.
Мама всегда принимала мои увлечения как: «Это твоя жизнь, но я бы посоветовала…». Обычно эти советы выливались во что-то стоящее, это я уже после понимал, когда случался очередной головняк. Но как только уехал из дома, с этими советами мама не лезла, потому что если в нашем маленьком городке она знала многие семьи, тем более в нашем районе, то в городе с трехмиллионным населением вряд ли.
Правда, на счёт Карамельки она меня спалила. Я как бы и не прятался, но особо и не афишировал.
— Я этого и опасалась, — она даже присела на диван, схватившись за сердце.
— Ты так говоришь, будто я с кланом Сопрано связался.
— Я ничего не имею против девочек, они замечательные. Но ты пойми, что Сергей их растил как принцесс. А мы кто?
— Если мы не ворочаем миллионами, это не значит, что мы плохие люди, — не согласился я. Да, мы никогда не жили роскошно, и вопрос средств после ухода отца стоял перед мамой остро. Но ведь все наладилось. Девчонки устроили свои жизни, я ещё пока был где-то на перепутье, но всеми силами старался не ударить в грязь лицом. Машину, например, покупал на свои кровные…
— Не пара она тебе все равно. Это сейчас у вас романтика, а потом потянуть такую девочку ты не сможешь. Будешь загибаться, чтобы соответствовать её запросам и просто возненавидишь.
— Мам, я жениться не собираюсь ещё лет пять-десять, а там уже посмотрим.
— Ох, не знаю, — без какой-либо причины не одобрили мой выбор. Но это был всего лишь совет, к которому я, как нормальный влюбленный парень, прислушиваться не собирался.
Так, к чему я вел? К тому, что на том конце раздался вполне себе бодрый голос:
— Я уже начинаю привыкать, что в твоём рейтинге предпочтений скатилась на нижнюю строчку.
Меня аж в прот холодный бросило. Приплыли! Я и забыл, что отношения предусматривают такие понятия, как внимание к девушке и ссоры. С первым, как мне казалось, у меня было все в порядке. Но судя, что мне прямо говорят о моей безалаберности, это было совсем не так, от чего назревала первая ссора. И не хотелось бы, чтобы она была по телефону.
— Я сейчас приеду, — распознал первый тревожный сигнал.
— Все нормально, не стоит.
— Смею предположить, что не очень, раз ты завела этот разговор.
— Кит, час ночи.
— Одевайся.
Через полчаса я уже стоял во дворе её дома. Я не знаю, как бы я поступил, если на ее месте был бы кто-то другой, но конфликта я решил избежать. При чем это был осознанный побег, впервые в жизни.
— Мне стыдно, что тебе пришлось приехать, — Карамелька постаралась сделать оговариваемую эмоцию на лице, но выходило плохо. Похоже она готова была визжать от восторга, что я прилетел по первому её требованию. Не стал переубеждать, сделал вид, что поверил.
— Да, я здесь, а это значит, что ты можешь высказать все, что тебя не устраивает.
— Меня все устраивает.
— Ну, а к чему тогда было начало того разговора? Яна, я здесь. Я готов тебя выслушать, я готов объясниться.
— Я просто поймала бзик. Мне показалось, что я отошла у тебя на задний план. Мне просто не хватает внимания. Такое ощущение, словно тебе надоело. Ты добился чего хотел, теперь можно Яну помариновать.
— Слушай, да, я виноват. Но я просто не вошёл в тот ритм, в котором сейчас живу. Твои претензии полностью оправданы, мне надо было изначально это обговорить с тобой, поискать поддержки. Дай мне немного времени и все снова наладится.
— Кит, для чего себя так убивать?
— А я тебе скажу. Я работаю с четырнадцати лет. Чтобы хоть как-то осознанно облегчить маме жизнь Я постоянно искал подработки. Потом это вошло в привычку. Был ещё спорт, но тогда он не приносил желаемых результатов. После первой универсиады, где я занял третье место, мне выплатили премию, благодаря которой я осуществил свою мечту — купил машину. Теперь мне нужна квартира, чтобы я мог тебя когда-нибудь туда привести.
— Зачем? У меня же есть. Мы можем и там жить, — захлопала она своими кукольными глазками.
— Нет, Карамелька. Она принадлежит твоему отцу. Знаешь, о чем он говорил с Егором, когда тот сделал предложение твоей сестре? Он спросил: «Ты можешь дать моей дочери нормальную жилплощадь?».
— Он не мог, — не поверила Яна.
— Не знаю, спроси. Не думаю, что Егору было выгодно врать мне. Мне надо жить на что-то. Я хочу иметь возможность тебя отвести в любое место. Я хочу однажды отвезти тебя на курорт сам. А для этого, солнце, надо работать.
— Я не прошу от тебя всего этого.
— Знаю, но чем плохо то, что я хочу тебе это дать? Чем плохо то, что ты стала моим мотиватором? У меня нет богатого папеньки, который бы обеспечил мне безбедное будущее.
— Получается, ты меня сейчас упрекнул, — обиделась Карамелька. Ну, ё-мое!
— Ты не права. Пойми, я сейчас наплевав на себя и свой отдых, примчался к тебе, чтобы поговорит, а ты продолжаешь обижаться и цепляться. Дай мне неделю-две, чтобы я осел на рабочем месте, чтобы влился в свой график, потом обещаю, что буду тебе уделять столько внимания, сколько потребуется.
— Это типа, мы берём перерыв, не успев начать.
— Мы не берём перерыв, — зарычал я. — Яна, я просто попросил немного времени без головняков. Потом можешь начинать пилить, если тебя будет что-то не устраивать.
— Не надо кричать, Кит. Я пока не оглохла, — расценила она повышение тона на пару децибелов, как крик.
— Давай так, ты сейчас это переваришь, а мы поговорим ещё раз завтра. Я освобожусь пораньше, сходим куда-нибудь и всё обсудим, — уже более спокойным тоном.
— Да, мне надо это переварить и понять, что мы не зря затеяли эти отношения.
— Не зря, — заверил я. И был уверен в этом на все сто. Но, похоже уверенность Яны пошатнулась. Потому что ни завтра, ни послезавтра нам не удалось поговорить. Лишь её сообщение: «Даю тебе время разобраться». А в чем и как, попробуй пойми этих девушек. Либо это был жест доброй воли, либо очередная уловка. Я знаю, что должен был брать крепость нахрапом, но возможности не представилось. Карамелька уехала в наш родной город на практику, а я остался в своей каше. Она обиделась, это было понятно, и я мог ее потерять. Это тоже было ясно, как белый день. И с этим надо было что-то делать.
Янина Новикова
Я виновата. Жаль, что осознаешь свои ошибки поздно. Я не говорю, что всё было потеряно, но в итоге после трёх дней попыток наладить отношения и снова поговорить, Кит замолчал. Он звонил, писал, но я нос воротила, как дура, а ещё о чувствах говорила. Грош цена такой любви. Это я про себя, конечно. И чего не сиделось спокойно? Спереть все на воспитание? Нет, скорее всего, на вседозволенность и скверный характер. Жить так, словно тебе все вокруг должны. Но постепенно осознаёшь, что ты не пуп Земли, и она не вертится вокруг тебя. И да, это нормально, что Кит сдался. Нафига ему головомойка с такими отношениями? Если девушка с прибабахом, это не есть проблема двоих, хотя обычно страдает тот кто рядом. Можно сказать, что стреляло по мне, а зацепило его. Было приятно, что он так парится, ждала чего-то такого необычного от него, чтобы сказать: «Ладно, прощаю». А когда проанализировала без эмоций, поняла, что в этот самый момент я должна была его просто поддержать. Кит он особенный. Я не встречала ещё таких парней, которые бы хотели и делали столько для своего будущего. И мое «я понимаю, я с тобой в любых твоих начинаниях» — стало бы для него самой большой мотивацией и поддержкой. Но ты что? Принцессе подавай корону. Вот так всегда, наворочу дел, а потом занимаюсь самоанализом, а следом и самобичеванием.
И хуже всего, что у нас началась практика, я проходила её в родной школе, хотя учителем становиться и не собиралась. Но нас заставили попробовать себя в этой роли. Нет, детей нам доверять не собирались. Ходили за прикрепленным к тебе классом, делали заметки по методике преподавания, заполняли дневники практики. Красота!
Чем хуже? А тем, что когда я это осознала, лететь к нему извиняться было пока невозможно. По телефону это было не то, потому что доказывать надо было через поступки, хоть я и девочка.
На следующий день, оттрубив положенные шесть часов в школе, я с плохо скрываемым энтузиазмом решила взять билет на автобус и вперед!
— Могу отвезти и назад забрать, — предложила мама, когда я уже была по пути на вокзал.
— Не стоит. Завтра утром приеду и сразу в школу. Ты работай спокойно.
— Надо тебе в автошколу пойти.
— Вот как загорюсь, обязательно! Пока меня и так устраивает.
На ближайший билетов не оказалось. И я ещё полтора часа торчала в зале ожидания, прежде, чем отправиться в путь. А потом добираться до ФОКа на такси. В общем, прибыла я туда ровно в тот момент, когда у Кита должна была начаться тренировка. То есть вечером. Темнело уже позже, так что в половине седьмого рассмотреть его фигуру, направляющуюся ко входу было не трудно.
Аааа! Как я обожала его новый выверенный жест, когда он пятерней зачесывал волосы назад. Было в этом что-то невероятно сексуальное.
— Молодой человек, можно с Вами познакомиться? — окликнула его, но повернулись ещё несколько парней из его команды. Сердце пропустило удар. Если пошлет, то это будет унизительно. И он будет прав.
— Идите, я сейчас, — дал команду остальным, а сам спустился назад по ступенькам. Я чувствовала себя неуютно под его пристальным взглядом, которым он смотрел из-под темных дуг бровей. Похудел? Или мне просто показалось? Но скулы явно стали просматриваться чётче.
— Можно! — согласно кивнул.
— Меня Яна зовут, — протянула ему руку. — Я теперь стала Вашей самой большой фанаткой.
— Давно?
— Как выяснилось вчера, очень давно. И мне просто капец как стыдно за свое дурацкое поведение, — говорила искренне, боясь, что он не поверит.
— Если подождёшь меня, то мы можем продолжить знакомство, — заявил со всей серьёзностью.
— Конечно! Могу даже здесь.
— Нет, здесь не надо. Не хватало мне ещё тебе фрукты в больничку таскать, когда ты сляжешь с воспалением лёгких. Идём! — меня взяли уверенно за руку и потащили вовнутрь здания. А там отправили на трибуны.
Наблюдать два часа, как он выполняет упражнения, прыгает в воду, было, конечно, приятно. Но не то, как он мило беседует с сокомандницами. Девочки тренировались вместе с парнями. Это не самое полезное знание, потому что теперь у меня в мозгу будет всегда прокручиваться картина, как полуголый Кит улыбается такой же полуголой брюнетке. А потом ещё показывает ей какой-то элемент, касаясь её. Вот этого-то как раз я не заслужила. Но сбегать обиженным ребёнком не собиралась. Если это испытание, я выдержу. Если он решил этим меня задеть, то я тоже потерплю. Обидно, если это не показушничество.
От дороги и сидения на одном месте ровно, кажется, разболелась голова. Ещё, несмотря на то, что в помещении было тепло, я чуть-чуть озябла. Посчитав это очередным наказанием, я тоже с лёгкостью приняла свою судьбу. Подождала, пока вся команда не скроется в раздевалках. Загомонили голоса, зашумела вода. А вот мне как-то лучше не становилось. Пришлось дойти до медпункта, чтобы попросить таблетку. Имелся у нас в ФОКе такой, но улыбчивый пухлой тётеньки в белом халате не оказалось на месте. Правильно, рабочий день закончен, студентов нет. Зато в соседнем кабинете сидел командный врач, который что-то царапал у себя в бумагах. Дяденька поднял на меня удивленный взгляд:
— Весь во внимании.
— Есть что-нибудь от головы?
— Топор?
— Мне не так радикально. Все же жалко такую красоту портить.
— Что-то эта красота так себе выглядит. Употребляла?
— Нет, не по этим делам.
Он встал, ещё раз посмотрел на меня внимательно. Потом достал из железного футлярчика градусник и протянул мне.
— Вы всем незнакомым девушкам предлагаете самое дорогое, что у Вас есть?
— Мне же надо понять характер твоей головной боли, — я послушно отправила его в подмышечную впадину. — И кто тебя с собой такую красивую привел?
— Китёныш. Сабакинских, который.
— Контактировали?
— Нет, почти четверо суток.
— Это хорошо.
— Не сказала бы, — не согласилась я.
Завибрировал телефон в кармане. Я было дернулась, но потом вспомнила, что под свитером инородное тело находится. Плавно извлекла девайс.
— Да, Кит.
— Ты где? — кажется волнуется. Наверное, подумал, что я сбежала.
— Меня тут скрутили медработники, эксперименты хотят ставить.
— Иду спасать.
А через пару минут его рожица уже появилась в кабинете. Я как раз отдавала господину доктору термометр.
— О, голубушка! Ты мне пришла команду заражать? — затянул тот.
— И не думала.
— Что там, Василий Игнатьевич? — поинтересовался Кит.
— Там все тридцать девять. Горло? Кашель? Насморк?
— Нету, — покачала я отрицательно головой.
— Вирус где-то подхватила твоя зазноба.
Зазноба! Как же звучало непривычно для современного мира, но, должна заметить, очень интересно.
— Вот так оставь тебя без присмотра, — вздохнул Кит.
— А Вы уверены? — поинтересовалась я у доктора. Так вот с разгону и диагноз выдвигать, не имея анализов.
— Мг! Не первый год замужем. Вызови скорую, если не доверяешь. Но поверь, тебе скажут то же самое. Сейчас черкану, что купить в аптеке.
Вот и приплыли. Киту было рекомендовано оставить меня помирать дома, а самому рвать когти от заразы. Но попробуй переубедить, когда он что-то втемяшил себе в голову.
Уже в тепле машины я почувствовала, как меня колошматит. Доктор хоть и дал жаропонижающее, но, видимо, оно не начало ещё действовать. Холод, казалось, пробирал до костей. Приехала, называется, извиняться, а сама доставила Киту ещё больше проблем. Например, заехать по пути в аптеку и в магазин, чтобы затариться витамином С.
— Тебе идёт эта прическа, я говорила? — я свернулась на сидении, на сколько это было возможно и снова наблюдала за тем, как он ведет машину. Даже в таком состоянии глаз от этого зрелища я не могла оторвать.
— Говорила, — отозвался он.
— Ты похудел?
— Немного.
— Прости, что устроила истерику, что игнорировала тебя столько дней.
— Может, ещё завещание напишешь? — хмыкнул он.
— И исповедовать меня бы не мешало. Там ещё держалась на чистом энтузиазме, а сейчас чувствую, что подохну.
— Я не дам тебе, даже ради принципа.
— И понаблюдаешь, как я мучаюсь.
— Не без этого, конечно, — он притормозил во дворе моего дома. — Пошли отпаивать тебя будем.
— Я тебя заразить могу, — сопротивлялась, конечно слабо, но для приличия нужно было. Мне было страшно, что в таком состоянии я останусь одна.
— Возможно, уже заразила. Так что деваться мне уже некуда.
Подымалась на третий этаж сама. Медленно, тяжело, но от помощи отказалась. Мне бы, конечно, завалиться к не у на руки, но не могла я себе этого позволить. Температура, видимо, спадала, потому что у двери я ощутила, что меня прекратил бить озноб и бросило в жар. Вот только легче стало не на много. Я была словно разбитая ваза, у которой склеили черепки.
Меня отправили сразу в кровать, пока готовили дозировку лекарств и варили куриный бульон. Вот так вот! В очередной раз я убеждалась в том, какая я идиотка. Собственными руками чуть не упустила идеальнейшего парня на планете.
Я предприняла ещё две попытки поговорить, но в первый раз Кит перевел разговор, а во второй заткнул мне рот бульоном. Было вкусно, было очень хорошо, несмотря на состояние.
— А теперь поспи, — посоветовал он.
— Ты уедешь?
— Нет. Похоже, мне тоже нужно выспаться.
Кит шмыгнул под плед рядом, приобнял меня за плечи и прикрыл глаза. А я следом за ним провалилась в сон. Мне не нравились последствия нашей ссоры. Вернее не так, мне не нравилось, кого я получила после своей истерики вместо своего Кита. Надеюсь, мне удастся его отыскать под этой маской.
Янина Новикова
Проснулась от того, что всё тело ломило, а по голове будто били кувалдой. Кажется болели не только кости, но и кожа. Для приличия даже похныкала, потому что пережить сегодняшний день для меня уже было пыткой. Ну, да! А вы мне покажите того, кто любит болеть.
Как ни странно, кроме этих симптомов, больше побочкой ничего не вышло. Обычно слабым местом у меня было горло, которое тут же схватывал лорингит и хана голосовым связкам. А сейчас я бы даже смогла спеть, если бы не слабость.
В доме шумела вода. Видимо, Кит принимал утренний туалет, так как на месте его не оказалось. Постель была смятая и все ещё хранила его тепло.
Подняться на ноги было ещё большей проблемой. Но по стеночке-по стеночке и вот уже в коридоре, ломлюсь к нему в ванную комнату. Мешать не стала, постучалась, чуть приоткрыла дверь.
— Там в шкафчике под раковиной должны быть пара запечатанных зубных щеток.
— Спасибо, Карамелька, — отозвался он. Явно плескается в душе. Соблазн присоединиться был слишком велик, но больше него было желание снова вернуться на кровать, зарыться под одеяло и вообще оттуда не вылазить несколько дней.
Вместо этого захотелось снова показать свои хозяйствкнные навыки. Это у меня аппетита никакого, а мужчина должен есть.
— Ты совсем ненормальная? — он появился, когда я колдовала над бутербродами, прежде, чуть не оттяпав себе палец.
— Есть немного, — честно призналась.
— Ты какого черта встала вообще? Если говорят, что нужен постельный режим, значит надо лечь и лежать, — коснулся губами виска, от чего по телу прошлась приятная дрожь. — Ты опять горишь, ты в курсе?
— Чувствую.
У меня мягко отобрали нож, усадили на стул и всучили в руки кружку с чаем, где плавал кусочек лимона.
— Чай, пилюли и на боковую. От тренировок меня освободили на два дня, как бы карантин, чтобы не заразить остальных. Но на работу наведаться придется.
— Меня родители могут забрать, — спрятала глаза, рассматривая как лимон плавает на поверхности, попыталась его утопить. Всплыл. Знаю, что сморозила глупость, он ведь намекал на то, что собирается, практически, дежурить у моей кровати.
— Как посчитаешь нужным. Только не забудь меня предупредить, если вдруг домой соберёшься, — его тон не выражал ровным счётом никаких эмоций. Ну, а что я хотела? Чтобы он меня упрашивал?
— Я просто не хочу отнимать твое время.
— Давай так договоримся, — выдохнул тяжело Кит. — Мы с тобой оба были неправы, погорячились. Поэтому ты прекратишь вести себя, как будто вокруг расставлены мины. Ты не виновата, что я поставил перед собой какие-то цели. Если из-за этого я потеряю тебя, то все будет бессмысленно.
Вот оно как! И волна жара по телу, несмотря на то, что меня так круто морозило. Ещё вдобавок колошматить начало И…надо было что-то ответить. Но язык просто прирос к небу. Смотрю на него, хлопаю глазами, переваривая. А что переваривать? Я об этом как бы догадывалась. Хотя нет, не так. Я об этом мечтала. По ночам в основном. Тогда, когда смои мысли стыдно озвучивать. Тогда, когда хочется чего-то невероятного, чтобы на всю жизнь. Тогда, когда тебе на ум приходят самые извращённые мечты. И вот они обрели форму. И форма была эта прекрасна. Стоящая напротив, опершаяся на столешницу одной рукой, а в другой деловито держащая кружку, из которой так же деловито отпивавшая по глотку. Хотелось просто залезть в его объятья, ухватиться за его широкие плечи, почувствовать его запах, который каждый раз дурманил не хуже любого опиата.
Он открылся для меня с новой стороны. Я никогда не видела Кита в роли заботливого молодого человека. Всегда был балагуром и придурком. А тут все как-то в раз изменилось.
— Я боюсь, если встану, чтобы повиснуть у тебя на шее, я просто грохнусь в обморок от слабости, — честно признаюсь я понимая, что резких движений делать точно не стоит.
— Ничего страшного. Я сам подойду, — улыбнулся Кит, отставляя свое занятие, чтобы освободить руки.
Присел на корточки, глядя на меня снизу вверх, не просто в глаза, прямо в душу, выворачивая её наизнанку невероятной нежностью, что поселилась там в этот самый момент. Обнял колени, положил на них подбородок, и снова в глаза.
— Я люблю тебя, — признаюсь честно. — Знаю, что моя любовь не подходит под всеобщие стандарты, но если вдруг я снова начну загонять, то знай это, пожалуйста.
— Хорошо, — соглашается Кит.
Вот и поговорили, вот и договорились. И если для этого мне стоило слечь с температурой, так тому и быть.
На поправку я пошла достаточно быстро. Через три дня меня начало отпускать. Стало значительно легче передвигаться, и я даже выходила на улицу, чтобы совершить вечерний променад, так как днём меня держали взаперти. Пересмотрела столько фильмов, что могла стать настоящим кинокритиком. Когда надоедали мелькающие на экране кадры, бралась за книгу. И все же глаза уставали, и даже болели когда я ими пыталась водить из стороны в сторону. А самое главное, что Кит был рядом. Возвращался вечером ко мне, заезжал на обед. В некоем роде это была мини-репетиция возможной семейной жизни. Но на выходных возвращалась Веро, поэтому завезенные потихоньку вещи, так же потихоньку перекочевывали в их холостяцкую берлогу.
— Завтра ты не занята? — поинтересовался он за ужином в пятницу.
— Не планировала никаких дел.
— Мне помощь твоя нужна будет.
— Даже так? Великий и могучий Кит Сабакинских с чем-то не справляется?
— Ага! И это что-то зовут Лиля.
— Лариса тебе племяшку доверила? — округлила я глаза.
— Раз в месяц мне приходится предоставлять себя для издевательств. А у нас в программе на этот раз горка на центральной площади, поход в батутный парк и, возможно, кинотеатр.
— Целоваться будем?
— Карамелька, там же дети, — закатил он глаза. — Конечно, будем! Осилишь программу.
— Я на счёт горки не уверена. Я лучше поснимаю вас. Переохлаждаться не хочу. А в остальном я «за»!
Скоро нужно закругляться. Планирова в воскресение. Но конфликта у карамелек не получается😱 Этот единственный. А может, ну его? Красиво посмакуем и закончим, как у Васи с Матвеем))) ("Васькина френдзона") 😂😂😂
Смотрю на неё и понимаю, что всё случайности совершенно неслучайны. К чему это я?
А к тому, что не могло быть того поцелуя, который я изначально называл злосчастным, не зная как подступиться к Принцессе Карамельке. Уф! Готовая кличка для мультяшной поняшки, которых так любит Лиля. Надо ей намекнуть!
— Кит, мама говорила ты себе невесту нашел, — смотрит на меня симпатичное личико, щурясь от яркого февральского солнца.
— Ну, есть такое. А что ещё мама говорит?
— Что она ненормальная, раз связалась с тобой. Но, думаю, она не права. Ты ведь хороший, — утвердительно! Хорошо, что не сомневается во мне. Из всей семьи моя племяшка с самого рождения была моей главной поклонницей. И если честно, мне было приятно возиться с ней. Вымотаешься за день, поймёшь, почему ты ещё долго не заведешь детей и можно возвращать родителям.
Хотя сейчас с ней стало намного интереснее. Так рассуждает в восемь неполных лет. М-да! Атомные детки нынче!
Карамелька ожидает в машине, развалившись на опущенном до упора сидении. Кажется, даже задремала.
— Яна, ты с нами? — обрадовалась Лиля, забираясь на заднее. — Подожди, ты с ней встречаешься? — вопросительный взгляд на меня.
— Ты против? — уточняю с широченной улыбкой. Сама еле дотягивает до полутора метров, а говорит как взрослый гномик.
— Конечно, нет! — заверяют меня.
— Хьюстон добро дал! — лыбится Карамелька. В душе разливается тепло…Я влюбленный идиот, который, похоже, влип по полной. А говорил, что вся эта романтическая фигня не про меня. Ага! Как говориться, не зарекайся!
На площади многолюдно. Играет музыка, скачут вырвавшиеся на улицу дети, у которых раскраснелись щеки и глаза горящие. Родители вроде контролируют процесс спуска с горки, но мелких туда не допускают. Слишком крута она в этом году. А вот Лильке там будто медом помазано, но так как за нее я отвечаю головой перед старшей сестрой, то и отпускать её одну не намерен.
Карамелька достала телефон, пытаясь запечатлеть кадры на видео. Из них может получиться неплохой ролик. Давно не катался, поэтому даже немного почувствовал себя подростком. Весело, однако.
Потом у нас по расписанию время обеда. Заваливается в ближайшее кафе, чтобы племянница смогла съесть свою порцию пиццы. Кстати, да, она здесь вкусная. У Карамельки тоже аппетит проснулся. Ну, вот! Значит, моя девочка совсем выздоровела.
Всё идёт по расписанию ровно до того момента, как мы отказываемся у кинотеатра после зала с батутами. Ровно до того момента, как в поле зрения появляется Даша.
Карамелька до этого веселящаяся с Лилей, напрягается. Даша не одна. С ней девочка, которая так же как и я занимается в нашем бассейне. Юля…Юля, которая…Если вдруг Яна узнает, то не простит…
За все это время я изъездил много городов и посетил несколько европейских стран. Но впервые был в Польше. Сюда мы приехали не просто на сборы, но и на соревнования с краковскими студентами. Так-то.
Разместились в маленьком городе Олецке, где был просто шикарнейший спортивный центр с площадками и бассейном. Рядом с центром гостиница, где нас и поселили. Ритм, конечно, жёсткий. Если в день у нас обычно четыре-пять часов тренировок, то перед соревнованиями они увеличиваются до восьми часов с перерывами, в которых у нас якобы должно быть свободное время. Но обычно оно нужно, чтобы просто отлежаться. Дмитрич — зверь и знаем мы это не по наслышке. Он стал моим тренером, когда мне было четырнадцать. И мне в итоге ничего не оставалось, как поступать в университет, в команду которого я вошел сразу же. Это ладно, это все оговорки. Мне сейчас нужно, наверное, рассказать, что произошло и почему об этом не стоит знать Яне. И это не значит, что я виноват, нет! Моя совесть абсолютно чиста. Но я знаю её, а это значит, что нафантазировать она может столько, что потом в жизнь не расхлебаешься.
Юля Леонова была второкурсницей, но при этом, как и я, давно занималась у Дмитрича. Так мы и познакомились, и общались. И дело в том, что с девчонками из команды я ни разу не спал, как бы не хотелось.
Юлька была маленькой бомбочкой, зажигалкой, там энергии было столько, что невольно сравнивал её с гиперактивным ребенком.
И так, поселили на на разных этажах. Яну я, конечно, успокоил, что с девочками мы не пересекаемся. Но на тренировках приходилось. И вечером до отбоя, когда устраивали небольшие вылазки с разрешения тренера. На одну из таких вот прогулок я решил не идти. Мы говорили с Карамелькой долго по видеосвязи, а затем я просто вырубился.
Проснулся от того, что кто-то мне массирует плечи. Офигеть! Кайф! Такой кайф, что аж мурашки по спине побежали. Мочки уха касаются губы и…Я просыпаюсь окончательно. Нет, это не сон и не сексуальная фантазия. Просто на мне, оказывается, сидит девушка. И эта девушка Леонова.
— Ты что так испугался? — усмехается в полумраке, когда я переворачиваюсь, прежде скидывая ее с себя.
— А какого черта ты лезешь? — все ещё не могу вкурить, где нахожусь и что вообще происходит.
— Кит, ты в монахи заделался?
— Юль, не в обиду сказано, но с девочками из команды я не сплю.
— Киииит, ну всегда же можно изменить своим принципам, — она хватает за шнурки моих спортивок и тянет на себя. Тут любой бы не устоял.
Но…дело в том, что к разряду «любых» я никогда не относился. Конечно, тело реагировало всегда нормально на красивых девиц, но был один очень весский аргумент сейчас, почему я отказывался от оказываемого мне доверия.
— Юль, иди спать.
— Или тебе мешает то, что у тебя появилась девушка? — словно не слышит она меня. Или делает вид.
— ЮЛЯ. ИДИ. СПАТЬ. — выделяя каждое слово.
— Или будут последствия? Я согласна!
Игнорирует. Поэтому хватаю ее грубо за руку и выталкиваю за дверь номера.
— Ты придурок! — слышу приглашенное в коридоре. — Маньяк хренов!
Она ещё меня маньяком называет.
Юля больше не совалась ко мне, и этот эпизод не вспоминала. Единственный раз заикнулась после награждения, когда мы отмечали победу в одном из баров города. Пригласила потанцевать, я, конечно, отказался:
— Надо сказать твоей девушке, что ты верный.
— Сунешься, утоплю, — мило улыбнулся. Но взглядом я всегда мог пригвоздить любого к месту. Вроде на Леонову он подействовал. Но черт его знает, как она может себя повести.
И вот в настоящее время она стояла возле кассы билетов вместе с Дашей. Они подруги? Тогда поведение Юли могло быть оправданным.
— Кит! Привет! Ты чего на тренировках не появляешься? Я соскучиться успела! — Леонова спохватывается с места, будто мы с ней закадычные друзья и даже больше. Обнимает и целует в щеку. Да, на такую как она сложно было не обращать внимание. Если по внешности наши девчонки неказистые, то Юленька отличалась и симпатичной мордашкой и отличной фигурой для этого вида спорта. И пахала как лошадь ломовая.
— Эм, я даже не знал, что ты на это обращаешь внимание, — не растерялся. Но ляпнуть лишнего не хотел.
— А это что за телка? — подбоченилась Лиля. Карамелька…Карамелька тоже немного приофигела. И все же глаза ее горели праведным гневом. Так, только не психуй, девочка.
— Видимо, из рода Маклаудов, — совершенно спокойно ответила моей племяшке.
— А они кто такие? — уточнила та.
— Бессмертные.
— На вас посмотреть, прям идеальное семейство, — скривилась подошедшая на подмогу Даша.
— От зависти сейчас капилляры в глазах лопнут, — отозвалась Яна.
— Карамелька, идём, — попытался я увести свою фурию.
— Кит, ты билетики пока купи, а то опоздаем.
Оставлять их одних? Ну, нет! Или да? У Яны, оказывается, тоже «затыкающий» взгляд есть. Страшный такой. После сцены с Юлей мне лучше подчиниться, а то проблем потом точно огребу. Я не трус, но я боюсь. Так кажется?
Лиля осталась с Яной, взяв ту за руку. Тоже мне воительница. Опасался только того, что тут могут устроить шоу в виде драки. Девушки народ непредсказуемый. И куда, спрашивается, вся Карамелькина слабость испарилась?
Как кошки смотрят друг на друга, разве что только не шипят. И в очередной раз понимая что не променял бы Карамельку даже на сотню таких вот Юль.
Наверное, только пистолетов в кабуре не хватает, а так чисто дикий запад. Хотя Даша меня уже раза два взглядом застрелила. А я мысленно распяла девицу, что прилипала к Киту. Ревность? Думаю, да! Откуда я знаю, что происходило в те три дня, что я игнорила его? Вот так, отпусти мужика, а его уже расхватывают на запчасти.
— И чего Кит нашел в тебе? — с неприкрытой неприязнью спрашивает вторая (не Даша).
— Я бы у твоей подруги тоже поинтересовалась. Смотрю, из нас троих, ты в проигрыше, — вырывается. А что, я молчать должна, когда меня оскорбляют? Не для этого я разговаривать училась.
— Это потому что он не спит с сокомандницами.
— Дашуль, это оскорбление и в твой адрес тоже, — хмыкнула я.
— Это в твой адрес, пуделёк. В противном случае, он бы вернулся из Польши с совсем другой девушкой.
Ага! А это уже интереснее. Объяснит мне кто-нибудь? Например, Кит. Потому что у этой выяснять я точно не буду.
— Хорошая отговорка, чтобы не спать с тобой, — ещё раз улыбаюсь, в этот раз уже наигранно. И, конечно же, проплываю мимо. Кит уже купил билеты, поэтому беру его за руку и втроем направляемся в кинозал.
Кино, конечно интересное…могло бы быть, если бы не пляшущие в голове мысли. Нет, я полностью ему доверяла, но ведь мозг девушки устроен так, что хочешь-не хочешь, а накручивать себе мы умеем. И делаем это с филигранным мастерством, что не подкопаешься. Кит переплетает наши пальцы и все становится неважным. И все равно, когда мы едем домой, червячок потихоньку точит.
Лиля, получившая за день целую кучу эмоций, щебечет, как воробушек.
— Так, молодежь, вас я ещё не отпускаю. Ужинать идём, — командует Лариса. Она на целых десять лет старше Кита, поэтому кажется очень-очень серьезной тетенькой. Хотя я ее помню ещё незамужней девушкой. По-моему, за это время она не изменилась. И все же, немного страшно. Первое официальное знакомство с родственниками, как-никак.
Квартира у них просторная, двухкомнатная. На кухне уже накрыт стол, и пахнет чем-то очень-очень вкусным. Ну, да! Так и есть! Запечённая курица. Словно мои предпочтения угадала.
Не знаю почему, но немного волнительно. Вроде и знаю Ларису много лет, и супруга ее немного помню, и с Лилькой возилась у Кита дома, когда мы с Нютой там бывали, а все же немного страшно.
Лариса расспрашивает о том, как провели день. Лиля с Китом, перебивая друг друга, делятся впечатлениями. Он чуть косится на меня, видимо, улавливая напряжение. Снова чувствую его руку, от чего становится значительно легче.
Затем разговор переключается на меня. Это больше наши детские забавные воспоминания. Она-то была старше, поэтому воспроизводит все на ура. Я подключаюсь, делясь своим видением ситуации и окончательно расслабляюсь.
Когда Кит с зятем выходят на балкон, чтобы покурить, разговор начинается «между нами, девочками».
— Честно тебе скажу, я даже удивилась, когда узнала. Непривычно вас видеть в таком статусе.
— Это плохо? — интересуюсь, чтобы окончательно расставить точки над «i».
— Мама переживает. Боится, что всё может плохо закончится, потому что ты у нас девочка не простая. А как по мне, так просто накрутила себе чего-то в голове. Он тоже у нас не подарок. Мне нравится, каким Кит стал рядом с тобой. Серьезный, собранный, и целей столько. Поэтому, это хорошо! Настя, кстати, вообще в восторге.
— Ага, как и моя сестра. Они надеются на родство, — развела я руками.
Вроде все прошло хорошо. И все же мне нужно было ещё кое-что выяснить, для того, чтобы окончательно закрыть тему. Наверное, ещё на прошлой неделе я бы не стала спрашивать, а просто обиделась и заблокировала его. За эти три дня поняла, что не хочу так. Отношения требуют отдачи. И в них надо говорить, чтобы потом не оставалось недомолвок. Начала я его в машине.
— Ты принципиально не спишь с девушками из команды?
— Я вообще кроме тебя ни с кем не сплю, Карамелька, — настроение уловил. Ага!
— А если бы меня не было рядом?
— Давай, прямо, чтобы не тратить время.
— Ты мне изменял?
— Нет.
— Ты мне хотел изменить?
— Нет.
— Что было с той девкой, которая шаталась вместе с Дашей по кинотеатру?
— Ничего. Она пришла ко мне в комнату, начала приставать, но я её выгнал.
— Почему?
— Она бесспорно эффектная, но ее я не хочу.
— Не любишь прилипал?
— Хорошо, давай ещё честнее. Если бы не ты, то я бы воспользовался ситуацией. Но я не из тех, кто будет тебе изменять.
— А ситуация с Дашей…
— Мы не были в отношениях. Мы сразу оговорили, что это будет только секс. Но она, видимо, решила, что это была отмашка на что-то большее. Я не животное, чтобы поступать так
Наверное, это было то, что я хотела услышать. Не знаю почему, но я ему верила. Отношения ведь должны строиться именно на доверии. Так? Так!
Кит притормозил у парка, который в это время, несмотря на летящий снег, был многолюден.
— Выходим.
— Эм, зачем? — удивилась я.
— Я же должен загладить этот косяк.
— А как ты собрался… — на фоне занимались аккорды медленной песни.
— Хочу пригласить тебя на танец, — улыбнулся он. Вылез, открыл мою дверь, протянув мне руку. Сделал музыку громче, когда я ее приняла.
«Cause I wanna touch you baby
And I wanna feel you too
I wanna see the sunrise
On your sins just me and you..»
Да, это была моя любимая песня «Dusk till Dawn», которая у меня даже на звонке стояла.
Кит прижал меня к себе и мы начали кружиться под музыку под падающим снегом. Он не был похож на декабрьские крупные хлопья. Но это было невероятно круто, потому что…Это была моя странная романтическая мечта, которая вдруг осуществилась. Прохожие улыбались двум сумасшедшим, держащим друг друга в объятьях.
Кит взял меня за руку, отошёл, давая возможность попробовать несколько движений в объемной куртке на скользком снегу. Я закрутилась, снова оказываясь в его объятиях. А они все продолжали: «I'll be with you from dusk till dawn…» (Я буду с тобой от заката до рассвета)
— Вальсировать умеешь? — улыбнулся он.
— Умею, — улыбнулась в ответ. И меня повели снова в танце. Ритм не быстрый, потому что он помнил, что я все ещё не до конца оправилась от болезни. А когда дыхание немного сбилось, меня подняли под ягодицы и закружили….
Ощущение полного счастья! Я даже не замечала, что кто-то из прохожих включил камеры. Кто-то из зевак наблюдал, остановившись. И были даже те, кто присоединился: молодая пара с малюткой доченькой.
— Спасибо тебе, Кит Сабакинских, — целую его на последних аккордах. — Это было восхитительно! Теперь у меня появилось желание повторить это в декабре перед новым годом.
— Обязательно повторим, Карамелька. А если захочешь, ещё и традицией сделаем.
— Хочу! Я знаю, что ты у меня парень очень эффектный и вокруг всегда будет много девушек. Поэтому хочу, хочу, чтобы ты знал, что кастрирую. Вот как есть…
— М-да, Карамелька, можешь ты в такой романтичный момент, — снова широкая улыбка, и снова меня прижимают, не давая возможности сделать нормального вдоха.
— Поехали, — хриплю где-то в районе его шеи.
— Куда?
— Продолжать романтик. Завтра Веро возвращается, надо воспользоваться её отсутствием и моим выздоровлением.
— Мне досталась просто идеальная девушка! — слышу в ответ. Конечно, согласиться трудно, но я обязательно стану близка к идеалу, потому что хочу!
Конец