— Скарлетт, ты серьезно? Нет, я знаю, что несерьёзно, потому что если это так, значит, ты сошла с ума, — сказала Лиза.

— У меня нет выбора. Ты же слышала Картера. Только в этом году он собирается сократить двадцать фрилансеров. — Скарлетт повесила свою огромную сумку на плечо, а затем потянулась к стопке цветных папок. — Я не могу потерять эту работу.

— Прекрасно, я понимаю, но это самоубийство.

Скарлетт закатила глаза.

— Ты слишком драматизируешь.

Она направилась к офисному лифту, ее подруга следовала за ней по пятам. Следующее интервью Скарлетт могло оказаться необычным и теоретически немного опасным, но отчаянные времена требовали отчаянных мер. Она работала в этой компании всего восемь месяцев, официально все еще на испытательном сроке, так что босс уволит ее одной из первых. Скарлетт чертовски хороша в своем деле. В один прекрасный день она надеялась достичь уровня настоящего репортера, но прямо сейчас ей приходится отдавать истории, которые она всегда находила, кому-то другому. Правда заключалась в том, что ее босс брал истории, которые она изучала, и отдавал их другим девушкам. Несмотря на это, она полна решимости доказать свою полезность и показать, насколько ценной она может быть как репортер.

Добиться личной встречи с Алексеем Семеновым оказалось непросто. Он являлся большим криминальным авторитетом, не самым крупным, но это все равно стало бы главной новостью. Ее босс, Уилсон Картер, должен оценить ее работу в качестве репортера, после завершения интервью с таким человеком как Семенов. Скарлетт уже порядком надоело считать каждую монету и бороться только за то, чтобы сохранить статус-кво. Она хотела сделать что-то в своей карьере, не говоря уже о том, что у нее нет достаточно денег на аренду в следующем месяце.

— Ты возьмешь с собой съемочную группу? — спросила Лиза, придерживая бедром дверь лифта.

— Да, планирую. Слушай, со мной все будет в порядке. Обещаю. Семенов хочет создать благоприятный имидж для СМИ, поэтому будет вести себя наилучшим образом.

Лиза вздохнула.

— Ты невозможна. Тогда увидимся завтра? Я принесу кофе.

— Спасибо.

Двери начали закрываться, и Скарлетт увидела, как ее подруга исчезла из виду. Она не хотела признаваться, что ее сердце колотилось, как товарный поезд, а руки вспотели. Если бы она не оказалась в таком ужасном положении, то ни за что не отправилась бы на встречу с одним из самых ненавистных мужчин в городе. Этот человек был русским бандитом, а у нее нет ни помощника, ни съемочной группы… ничего.

Сорок минут спустя она остановила свой «Киа Рио» перед массивными железными воротами. Дважды проверила адрес, который нацарапала на клочке бумаги, но это определенно то самое место. Ворота начали открываться, распахиваясь внутрь, так что она продолжала ехать по длинной дорожке. Скарлетт восхитилась ухоженной территорией, фонтанами и старинной архитектурой особняка, открывавшейся перед ней.

Припарковав машину, она глубоко вздохнула. «Ты можешь это сделать, Скарлетт».

Небо начало окрашиваться в смесь оранжевого и розового, сигнализируя о том, что закат быстро приближается. Она не любила встречаться по вечерам, но не могла уйти с работы пораньше, да и мистер Семенов настоял, чтобы они встретились ровно в восемь.

Скарлетт вытащила все свои припасы с пассажирского сиденья. Она взяла с собой видеокамеру старой модели со штативом, диктофон, документы и ноутбук. Это была значимая встреча, поэтому она надела свой лучший костюм, приберегаемый только для самых важных случаев. Винного цвета юбка и жакет отлично скрывали ее нескромные изгибы. Лишний вес — еще одна причина, по которой она должна сделать эту работу. Уилсон Картер предпочитал молодых худеньких девушек в качестве репортеров, и то же самое относилось к выпускам новостей и погоды его кабельной сети.

Когда она поднималась по каменной лестнице к входным дверям дома, к ней выдвинулась охрана Алексея Семенова. Она затаила дыхание, когда они приблизились к ней.

— У меня назначена встреча на восемь часов, — сказала она, прежде чем ее спросили. После этих слов Скарлетт с трудом сглотнула. Трое мужчин не улыбнулись, их лица оставались серьезными, когда они злобно смотрели на нее, видимо, желая заставить Скарлетт усомниться в своем решении прийти. Один из мужчин выхватил у нее сумки и начал рыться в них, в то время как другой обыскивал ее, как обычного преступника.

— Мистер Семенов примет вас в гостиной, — объявил он, открывая дверь и жестом приглашая войти. Холл оказался больше, чем вся ее квартира, имел сводчатые потолки и блестящие белые мраморные полы. Здесь было достаточно произведений искусства и каменных скульптур, чтобы заполнить небольшой музей. Она шла вперед, охваченная благоговейным страхом. Ни один репортер не проходил через эти двери, так что она стала одной из немногих привилегированных, кто видел особняк Семенова изнутри. Возможно, помогло то, что она не числилась репортером, и ни в одной из статей, в которых она участвовала, о ней не упоминалось, даже как о исследователе. Она была никем и боролась за то, чтобы стать кем-то.

— Садитесь сюда, — сказал другой мужчина, указывая на один из диванов. — Он скоро будет.

Она кивнула и села, поставив сумки у ног. Через несколько минут Скарлетт осталась одна в гостиной. Здесь было тише, чем в мавзолее. Она постукивала ногой, сильно нервничая. Двери в кабинет были приоткрыты, и свет настольной лампы привлек ее внимание. Может, ей стоит сделать несколько снимков? Но она не хотела делать ничего, что могло бы навлечь на нее неприятности, поэтому не стала рисковать. Вместо этого Скарлетт начала прикреплять штатив к неуклюжей старой видеокамере, готовясь к интервью. После сегодняшнего дня, возможно, ей доверят новое оборудование.

Без нескольких минут восемь по коридору промчались двое мужчин в костюмах, размахивая пистолетами. Она ахнула и замерла. За дверью послышался шум, а затем выстрел разбил большую глиняную вазу, и осколки посыпались на мрамор. Скарлетт упала на колени и поползла к краю дивана, чтобы спрятаться. «О боже, почему я не послушала Лизу?»

Двери кабинета распахнулись, и на пороге появился огромный мужчина в темно-синем костюме с автоматическим оружием в обеих руках. Он походил на проклятого Терминатора. Она слышала, как разные мужчины кричали по-русски, но не могла разобрать ни слова. Здоровяк не успел сделать и шага, как рухнул на пол после очередного выстрела, эхом отозвавшегося в огромной гостиной. Потом она увидела его, Алексея Семенова, выходящего из-за большого дубового стола в кабинете. Скарлетт сразу же узнала его. Его суровое морщинистое лицо часто мелькало в новостях.

Что, черт возьми, происходит?

Алексей говорил холодным, но надменным тоном, на своем родном языке. С кем он разговаривает? Затем в кабинет вошел другой мужчина, одетый во все черное. Он появился из ниоткуда, как призрак. Скарлетт заметила, что рука, в которой он держал пистолет, вся покрыта татуировками. На самом деле, татуировки виднелись даже из-за под воротника, поднимаясь вверх по шее. Он являл собой силу, казался олицетворение смерти. Мужчины обменялись короткими спокойными фразами, а потом она увидела, как татуированный всадил Алексею пулю между глаз. Все происходило как в замедленной съемке: выстрел, брызги крови, безжизненное тело, рухнувшее на пол.

Скарлетт вскрикнула, но быстро прикрыла рот обеими руками. Но было уже слишком поздно. Убийца повернул голову и посмотрел прямо на нее, скорчившуюся у края дивана.

Убийца выругался, убирая оружие в кобуру, и подошел к ней. Скарлетт снова закричала, упав на задницу.

— Заткнись, — сказал он, рывком поднимая ее на ноги.

— Я невиновна. Пожалуйста, не делайте мне больно…

Он заметил видеокамеру на диване, и это вывело его из себя. Мощным толчком он разбил ее о каменный пол и швырнул подальше.

— Ты одна из его шлюх?

Она пыталась ответить, но язык ее не слушался, и совершенно не понимая, что происходит, покачала головой. Он зарычал, оглядывая потолок комнаты, прежде чем схватить ее за жакет и потянуть за собой. Они оказались в маленькой комнате без окон, где от стены до стены стояло оборудование для наблюдения. Вероятно, каждая комната в доме просматривалась на маленьких телевизорах, не упуская ни один угол собственности. Он достал что-то из кармана куртки и бросил на стол. Сгорбился, но она не могла ничего разглядеть из-за его массивной фигуры. Когда он выпрямился, она увидела взрывное устройство с таймером, прикрепленным к столу. Сорок пять секунд и отсчет пошел.

Она смотрела на него, разинув рот. Может быть, она спит? Нет, это определенно кошмар, от которого она хотела бы проснуться. С такими женщинами, как она, ничего подобного не случается. Скарлетт представила себе заголовки газет: «тридцатишестилетняя одинокая, незамужняя женщина умирает ужасной смертью, не оставив после себя никого и ничего». Боже, звучит так жалко. Она чуть не заплакала, думая о том, что потратила свою жизнь впустую. По крайней мере, кто-то в ее офисе напишет статью про этот кошмар, но это точно будет не она.

Прежде чем она успела среагировать, он потащил ее через коридор, стреляя в каждого мужчину, который появлялся в поле зрения с пистолетом в свободной руке. Когда они оказались на парковке, бомба в комнате наблюдения взорвалась, земля задрожала под ногами. Скарлетт замахала руками, но убийца железной хваткой схватил ее. Когда она увидела свою чертову машину, подумала, может, она сможет освободиться и успеет добежать до нее. Потом вспомнила, что ключи остались в сумочке, в гостиной.

— Пожалуйста, позвольте мне…

— Ни хрена не говори, — предупредил он глубоким и властным голосом. Открыл багажник черного «БМВ» и втолкнул ее внутрь. Она кричала и брыкалась, но он только захлопнул крышку, окутав Скарлетт темнотой.

Черт! Черт!

Первый официальный контракт Бейна с «Королевскими киллерами», и он собирался доказать, что он профессионал. Он знал правила: никаких свидетелей и чистая работа, ничего необычного, все как раньше. Бейн хотел отправить женщину в своем багажнике прямиком в ад, но она не выглядела так, как будто принадлежала дому Семенова. Копам наплевать на мертвых преступников, но невинная жертва приведет к расследованиям и репортажам в новостях. Если до Босса дойдет, что Бейн наследил, он будет выглядеть как гребаный дилетант.

Значит, его свидетель исчезнет без следа, и ничто не будет связано ни с ним, ни с убийством Семенова. Бейн все еще не уверен, что, черт возьми, он собирается делать с ней, но выяснит это позже. Убивать он умел лучше всего и справлялся с худшими осложнениями. Бейн проехал несколько миль по дороге, затем вышел, чтобы снять фальшивые магнитные пластины. Открыл багажник, чтобы бросить их внутрь, не обращая внимания на свой человеческий груз. Она ахнула, когда увидела его, хотя без уличных фонарей на этом участке дороги он казался бы темной тенью. Не то чтобы это имело значение, видела ли она его ясно или нет, потому что он не собирался оставлять ее в живых.

— Я сделаю все, что угодно. Пожалуйста, отпусти меня. Обещаю, что ничего не скажу.

Она определенно не одна из девок Семенова. Бейн всю прошлую неделю изучал обстановку и его распорядок дня, и старый ублюдок предпочитал, чтобы его сучки были стройными и ухоженными. У его свидетеля были пышные формы и ни капли косметики — определенно не в духе Семенова. Бейн не уверен в том, что она могла там делать — может быть, приходит мыть туалеты или еще какое-нибудь домашнее дерьмо. Потом он вспомнил о камере.

— Почему ты находилась в доме Алексея Семенова?

— Я просто была на работе, то есть брала интервью… ну, я собиралась взять интервью, — запинаясь, проговорила она. — Я репортер. Ну, я исследователь, пытающийся стать репортером. Клянусь, я не знаю ни его, ни вас, ни вообще ничего о том, что произошло.

Твою мать, вот это проклятое везение. Репортер, исследователь, что бы это ни значило.

— Кто знает, что ты там была?

— Никто.

Он не поверил ни единому ее слову. Знал только, что завтра в прессе начнется настоящий ажиотаж. Ему придется оставить ее в живых, пока все не успокоится. Как только убедится, что ее исчезновение не станет проблемой, он сможет прикончить ее и сжечь останки на свалке в паре округов отсюда.

— Тебе следовало остаться дома. — Он снова запер ее в багажнике.

У Бейна был дом в сельской местности за городом. Он не любил шума, людей и отвлекающих факторов. Он ценил свое уединение.

После того как его контракт с Бернардом Сазерлендом рассыпался в прах, Босс появился в его доме без приглашения. Бейн не мог точно сказать, как, черт возьми, Босс раздобыл его адрес. Много лет назад, когда Вайпер подписал контракт, Бейн отказался работать на «Королевских киллеров», потому что не чувствовал себя комфортно, находясь под чьим — либо контролем. Но Босс не собирался сдаваться, предлагая ему такие деньги, от которых Бейн не смог отказаться.

Больше никто не заглядывал к нему в гости. Залетные продавцы дурацких товаров встречались с дробовиком, и вскоре никто не осмеливался ступить на его территорию. Его дом не был роскошным. Просто столетний дерьмовый фермерский дом, который был заброшен и продан с большой скидкой. Бейну нравилось, что дом стоял в отдалении от других, в окружении акров земли и имел открытую планировку. Он ни за что не смог бы жить в тесной квартире или таунхаусе. Замкнутость городской жизни его не устраивала.

Он отпер входную дверь и отключил систему безопасности. Она стоила больше, чем проклятый дом. Бейн бросил свою спортивную сумку на кухонный стол и расстегнул молнию. Он только сегодня воспользовался своими пистолетами, так что ему не потребуется много времени, чтобы почистить их. Все его оружие находилось в хорошем состоянии, чистое, смазанное и проверенное на точность. Этот заказ оказался проще, чем он ожидал. Легкие деньги — это всегда хорошо. Но потом он вспомнил о женщине в своем багажнике, и его настроение испортилось.

Бейн стукнул кулаком по столу, оружие в сумке звякнуло. Одна только мысль о ней выводила его из себя. Он ненавидел осложнения.

Он сбросил куртку, схватил из шкафа черный мешок для мусора и вернулся к машине. На небе было мало звезд, темнота рассеивалась только тогда, когда в багажнике зажигался свет. Бейн пристально посмотрел на женщину. От пота ее волосы прилипли к щекам, и даже слабое освещение заставляло ее щуриться. Она держала руки перед лицом в защитной позе.

Бейн надел ей на голову мешок и вытащил из багажника.

— Пошла. Если сделаешь какую-нибудь глупость, я убью тебя.

Она молчала, пока он вел ее в свой дом. Впервые женщина переступала порог его дома. Трахаться он предпочитал в любом другом месте, делая это крайне редко. Он вырос в настоящем аду, его заставляли соблазнять и трахать богатых старух, чтобы его похитители могли подкупить их или приблизиться к деньгам их мужей. С тех пор он ненавидел секс, считал его чем-то вроде наказания. Бейн предпочитал быть жестоко избитым, чем в очередной раз проводить ночь в чужой постели, зная, что ему наверняка придется убивать женщин, которых он был вынужден обманывать.

Оказавшись внутри, он запер дверь и повел пленницу в подвал. Бейн никогда не спускался туда, но не собирался держать эту суку наверху, так что подвал станет ее дом, пока он не решит иначе. Бейн подумал о том, как сильно он ненавидит женщин, но это было неправдой — он ненавидел всех. Весь мир был против него, и даже Бог покинул его давным-давно.

Деревянная лестница, ведущая в подвал, была шаткой, каждая ступенька отдавала стоном или скрипом. С потолка свисала только одна лампочка, едва освещая сырое помещение. Как только они оказались на бетонном полу, он стащил с головы женщины мешок для мусора и отбросил его в сторону. Она хватала ртом воздух, отбрасывая волосы с лица. Глаза казались дикими от паники, взгляд, который он видел слишком много раз, чтобы сосчитать.

— Где мы? — прошептала она.

— Твой конечный пункт назначения. Без обид, но, черт возьми, ты оказалась не в том месте и не в то время.

Она обхватила себя руками.

— Что вы собираетесь со мной сделать?

— Расслабься. Насиловать не буду, — сказал он оскорбленно. Бейн мог получить любую девку, какую хотел. Ему не нужно похищать женщин только для того, чтобы потрахаться.

— Пожалуйста, отпустите меня.

— Этого не случится. — Он вытащил из темноты старый деревянный стул и поставил его у стены. — Веди себя здесь тихо. Если ты меня разозлишь, оставлю без еды.

— Но…

— Не думаю, что ты понимаешь, как это работает. Все очень просто. Делай, как я говорю, или тебе будет плохо. Будь паинькой, и ты получишь еду и возможность сходить в туалет.

Он хотел поскорее убраться наверх, сырость уже расползалась по его коже. От этой женщины ему требовалось узнать несколько фактов: ее имя, семейную историю, общее данные. Это поможет ему следить за новостями и копать глубже, если понадобится.

Бейн взял прядь волос, выбившуюся из ее распущенного пучка, и пропустил между пальцев. Затем он приподнял ее подбородок и внимательно посмотрел на нее — каштановые волосы и зеленые глаза.

— Как тебя зовут?

— Скарлетт.

— Скарлетт, а дальше?

— Скарлетт Майерс.

— Замужем? Дети?

Она отрицательно покачала головой.

— Твои родители работают на правительство?

Скарлетт прищурилась.

— Нет, какое это имеет значение? Я — никто. Я не представляю угрозы ни для вас, ни для кого другого.

Он приложил палец к губам.

— На кого они работают?

— Я не знаю.

Бейн схватил ее за жакет и резко дернул.

— Эй, я задал тебе гребаный вопрос.

Ее глаза наполнились слезами.

— Я не знаю! Мой отец ушел, когда мне было шесть, и я не разговаривала с мамой много лет.

Хорошо. Чем меньше людей будут ее искать, тем лучше. Он надавил ей на плечо, чтобы усадить на стул, затем присел на корточки и похлопал по ее бедрам, нащупывая карманы.

— У тебя есть какое-нибудь оружие?

— Нет.

Зазвонил его сотовый телефон, поэтому он встал и отошел от нее.

— Ты выполнил работу? — спросил Босс.

— Я всегда выполняю свою работу.

— Именно это я и хочу слышать. У меня есть для тебя еще один контракт. Интересно?

Убийство — это все, что он умел. От стадии планирования, наблюдения до нажатия на спусковой крючок — все это выполнялось стремительно. Что-то темное жило в нем, сколько он себя помнил, и казалось, что его работа наемником — это единственная вещь, которая насыщала его темную часть натуры.

— Конечно, почему нет?

— Отлично. Теперь, когда Вайпер ушел на пенсию, мне не хватает толкового человека. Ты далеко пойдешь с «Королевскими киллерами», Бейн.

Бейн не беспокоился о следующей зарплате или поддержании роскошного образа жизни. В его жизни нет места излишествам. А еще у него уже столько гребаных денег, что он уже давно мог бы все бросить. Но он выполняет свою работу, потому что должен.

— Помогите мне!

Он резко обернулся. У этой маленькой сучки хватило наглости. Бейн уставился на нее, его челюсть подергивалась от нарастающего гнева.

— Кто это был? — спросил Босс.

— Не беспокойся о ней. Ты не единственный, на кого я работаю, — ответил он пренебрежительно. — Напиши мне подробности. Какое-то время я буду занят. — Он положил телефон в карман и скрестил руки на груди. Он мог сотворить со Скарлетт столько зла, чтобы заставить ее заплатить за непослушание. В свое время он применял все виды пыток, большинство из которых почерпнул из личного опыта. Прямо сейчас, все, что его заботило, — это чтобы она молчала, пока он будет отсутствовать на своем следующем задании. С его везением, кто-нибудь вполне может подойти к его входной двери и услышать, как она кричит.

— Ты была плохой девочкой, Скарлетт.

Она уставилась на него, большие зеленые глаза блуждали по его телу. Бейн посмотрел на себя сверху вниз. За эти годы он набил столько гребаных татуировок, что почти не осталось нетронутой кожи. Татуировки — это необходимость, его способ скрыть прошлое, попытка перекроить себя во что-то новое. Но и они не работали, шрамы и воспоминания продолжали преследовать Бейна.

— Как думаешь, что я должен сделать с тобой за эту маленькую выходку?

Она открыла и закрыла рот.

— Я не хотела.

— Конечно, хотела. Ты пытаешься спасти себя, но не понимаешь, что спасения нет. Никто не знает, где ты, и, судя по всему, всем на это наплевать.

— Вы никогда меня не отпустите?

— Ну вот, теперь ты все поняла. Но пока я не могу доверять тебе, уверен, что ты понимаешь, почему я должен использовать это. — Он вытащил из заднего кармана черный кляп, помахал им перед ней и жестом пригласил подняться по лестнице. Он ни за что не станет спускаться в этот дерьмовый подвал, чтобы проверять ее каждые несколько часов. Сырое место оказалось еще хуже, чем он помнил, так что пока он будет держать ее поблизости.

Когда они добрались до верха лестницы, она попыталась вырваться.

Скарлетт попыталась убежать, но он схватил ее за руку и притянул к себе. Она боролась изо всех сил. Бороться с ним бесполезно, но она не могла остановиться. Ей нужно убежать от этого монстра, чтобы выжить. Ее жизнь была жалкой, но она не хотела умирать. Она так многого еще не достигла, и так много всего, ради чего стоит жить.

Даже ее унылая личная жизнь стоила того, чтобы за нее бороться, не так ли?

— Да перестань ты, твою мать!

— Оставь меня в покое.

— Я же попросил тебя молчать, черт тебя побери, а ты не послушала, так что теперь будешь молчать.

К тому времени, как ей заткнули рот кляпом, она оказалась прижата спиной к убийце, и во время их маленькой потасовки он каким-то образом ухватил ее за грудь, чтобы удержать. Скарлетт не знала точно, что произойдет дальше, и просто замерла на месте.

Он остановился позади нее, и она слышала лишь звуки их дыхания.

— Хорошо, — проговорил он. — Так-то лучше. Сейчас ты молчишь, и именно такой ты мне нравишься. — Он отпустил ее грудь и бросил Скарлетт на стул. Любой шанс сбежать был потерян, так как ее привязали к стулу, крепко обмотав веревкой вокруг талии.

Как только она оказалась привязана к стулу, убийца довольно хлопнул в ладоши, подошел к холодильнику и начал готовить себе еду.

— После убийство я жутко хочу есть. Что насчет тебя?

Она уставилась на него, не в силах ответить.

— Просто чтобы ты знала, меня зовут Бейн, — проговорил он и схватил два ломтика хлеба, намазывая один кусок арахисовым маслом, а другой каким-то сливочным сыром. Какое отвратительное сочетание.

Слезы наполнили ее глаза, когда он поднял один пистолет и проделал с ним какую-то странную штуку, дернув взад и вперед. Он, видимо, проверял свое оружие и скоро убьет ее.

Соединив два ломтя хлеба, Бейн обогнул стойку и встал перед Скарлетт. Она не хотела этого, но в конце концов уставилась на его промежность. Почему она уставилась на член этого мужчины? Это полное безумие, и она не нуждалась в этом прямо сейчас. История, которую она собиралась рассказать, уже превратилась в дым. Ее жизнь разрушена, и никто уж точно не наймет ее на работу. Она достигла своего предела.

Бейн взял ее за подбородок и откинул ее голову назад.

— Почему ты плачешь?

Скарлетт помотала головой. И не собиралась бороться с проклятой лентой, закрывающей ей рот, чтобы сказать этому животному, что именно с ней не так. Как только он узнает, что она солгала, и кто-то точно знает, где она, Лиза умрет. Черт возьми. Все, чего Скарлетт хотела, — это сохранить свою работу и показать, что она не просто исследователь, а настоящий репортер. Она уже потеряла счет тому, сколько раз ее идеи отдавались другими женщинами.

Каждый раз, когда видела свою историю в новостях, она знала, что ее отдали кому-то другому только потому, что она сама недостаточно молода или недостаточно красива, или недостаточно стройна. Средства массовой информации — место специфическое, и вы либо вписываетесь в определенный образ, либо работаете вне поля зрения за дерьмовым столом. Она боролась уже долгое время.

Скарлетт знала, каково зарабатывать на жизнь, и знала, как делать свою чертову работу.

Бейн вытащил кляп из ее рта.

— Я с тобой разговариваю.

— Почему я должна отвечать на твои вопросы? Ты всего лишь убийца.

Она напряглась, ожидая, что Бейн ударит ее, но он только склонил голову набок, а затем присел, поедая свой сэндвич.

— Ты не похожа на человека, которого я мог бы представить в роли репортера.

Скарлетт ничего не ответила, стараясь справиться с оскорблением, которое он ей приготовил.

— Ты красивая, — сказал он, и это заставило Скарлетт посмотреть на него. Никто еще не называл ее красивой. В свои тридцать шесть лет она уже не была красавицей, и иногда бойфренд говорил ей, что она хорошенькая или что с ней все в порядке. Да, все ее комплименты сводились к тому, что она в порядке. Впрочем, она могла бы с этим жить. Смотреть на этого человека, этого убийцу, когда он говорил ей, что она красива, казалось таким абсурдным.

— Что ты делала в доме Алексея Семенова?

— Я уже говорила. Я исследователь, то есть… репортер.

Бейн уставился на нее, откусывая очередной кусок бутерброда и наблюдая за ней.

— Но почему он?

Она облизнула губы и посмотрела через его плечо. Слезы, которые она так долго сдерживала, наконец пролились и покатились по ее щекам.

— Они сокращают штат на работе. Я не становлюсь моложе, и мы знаем, что Алексей Семенов — преступник. Я хотела взять у него интервью. Никто не пытался договориться с ним о беседе. Мало того, что я попыталась, так еще и мне это удалось, я встретилась с ним. У меня появился один шанс из тысячи.

— Ты же понимаешь, он никогда не позволил бы сказать о себе ни одного плохого слова.

— Зачем тебе понадобилось убивать его? — спросила она.

— Все просто. Его заказали, а я, как ты поняла, выполняю заказы.

— Фухх, ты должен убить меня сейчас. Я ни за что не смогу найти другую работу.

— Ты забавная, — усмехнулся он.

— Отлично. А теперь я развлекаю психопата. Этот день не мог стать хуже.

— Что забавно, так это то, что ты думаешь, что сможешь сбежать. У меня есть для тебя новости, принцесса. Ты не уйдешь отсюда живой, так что либо ты найдешь вескую причину, чтобы я оставил тебя в живых, либо ты очень скоро умрешь.

Она была в ужасе. То, как спокойно он вынес ей смертный приговор — никто не должен этого делать, и все же он казался таким спокойным, таким смертельно опасным, и все это казалось так неправильно.

— Ты действительно собираешься убить меня?

— Да, наверное. Все зависит от того, кого еще мне придется убить. У меня такое чувство, что ты умная женщина, Скарлетт. Что-то подсказывает мне, что ты не настолько глупа, чтобы пойти в дом известного преступника, не сказав никому ни слова.

Она держала свои мысли при себе, молясь, чтобы Лиза просто забыла о ней. Скарлетт думала, что поступает умно, и только теперь поняла, как ошибалась. Теперь она сожалела обо всем.

Бейн доел сандвич и встал.

— Ты любишь арахисовое масло?

— Что?

— Арахисовое масло? Тебе оно нравится? Это все, что ты получишь.

— Я думала, мне нельзя есть, — удивилась она.

Он пристально посмотрел на нее.

— Ты хочешь поесть, мать твою, или нет?

— Да, я люблю арахисовое масло. — К ее стыду, в животе у нее заурчало, и Бейн ухмыльнулся.

— Я слишком хорошо помню это чувство, — сказал он.

— Какое чувство? — Она не могла удержаться, чтобы не выпалить вопрос. После всего, что ей пришлось пережить сегодня, она изо всех сил старалась поспевать за происходящим.

Ее жизнь двигалась от паники к страху, к возможной смерти.

Она с большим удовольствием переживала бы о сохранении работы, чем о том, как остаться в живых к завтрашнему дню.

— Голод. Это чувство мне очень хорошо знакомо.

— Ты голодал? — спросила она. Мужчина совершенно не выглядел истощенным.

— Голод являлся частью дисциплины. Мне не разрешалось есть, пока я не заслужу это право. — Он положил бутерброды на бумажные полотенца. Она ахнула, когда он вытащил нож и перерезал веревку, удерживающую ее руки вместе. — Ешь. — Он положил нож в карман и сел напротив нее. Скарлетт, все еще привязанная к стулу, не имела возможности вырваться. Он просто смотрел на нее, пока она ела, и ей было интересно, о чем он думает.

Она взяла сандвич и откусила кусочек.

— Ты голодал? Во время службы в армии?

Он усмехнулся.

— Нет. Я не служил ни в какой армии. Когда был ребенком, меня обучала кучка ублюдков-садистов. Все приходилось заслуживать, и как бы сильно мы ни нуждались в пище или воде, нам приходилось учиться обходиться без них. Это была тяжелая жизнь.

Скарлетт уставилась на него, не в силах поверить, что такое могло случиться.

— Зачем ты мне это рассказываешь?

— Давай будем честными, Скарлетт, ты умрешь. Я просто жду, объявится ли кто-то еще, кого я должен убрать. Сейчас мы можем сделать твои последние часы приятными или нет. Это полностью зависит от тебя.

Она проглотила комок в горле. Теперь, когда имела возможность подумать об этом, она поняла, что жила ужасной жизнью. Бойфренды были черствыми, откровенно обижали и оскорбляли. Кроме того, родители Скарлетт не особенно любили, а на работе все идеи воровали и ее совершенно не ценили. Да, она видела, что конец близок, и это казалось странно, но она действительно с нетерпением ждала его.

Нет!

Она не хотела умирать. Она хотела жить.

Все, через что ей пришлось пройти за последние тридцать шесть лет, начинало давить на нее, и она не могла этого вынести.

Откусив еще кусочек от своего бутерброда, она отказалась сдаваться и смиряться. Она намного сильнее этого и будет бороться с этим чувством, которое поглощало ее.

— Посмотрите-ка на это, — ухмыльнулся Бейн. — Все-таки, в тебе живет боец. Я уже начал гадать, куда подевался твой хребет.

— Отвали. — Она впилась в него взглядом, готовая дать отпор.

— Я никуда не уйду, детка, и прямо сейчас ты меня чертовски заводишь.

Она не ожидала этого, особенно когда он схватился за свой член, который натянул его штаны спереди.

Это безумие. Она не хотела замечать его возбуждение. Дело в том, что Бейн даже не прикоснулся к ней. Он отпустил свой член, а затем продолжил есть бутерброд, как будто ничего не происходило. Она наблюдала за ним с некоторым удивлением.

— Если ты думаешь, что я собираюсь тебя изнасиловать, то ошибаешься. Я тебя не трону.

— Ты собираешься просто убить меня?

— Вот именно, в этом нет ничего плохого. Я честен с тобой. — Он пожал плечами. — Если ты будешь развлекать меня, я могу немного повременить с твоей смертью.

У нее кровь застыла в жилах. Остается лишь надеяться, что она справится с этим.

Возможно, если она сможет выбраться отсюда живой, он бы стал лучшей историей, чем Алексей Семенов.

Бейн сильно облажался. Он знал это, но Босс пока не в курсе, и Бейн не понимал, почему его это так волнует. На самом деле, черт возьми, он прекрасно понимал, в чем дело. Вайпер порекомендовал его Боссу. Бейн зарабатывал на жизнь убийствами и всегда выполнял заказы чисто, чем и прославился, а Вайпер всегда прикрывал его спину. Они оба выбрались из той дыры, которую в детстве называли домом. Бейн даже не знал, как по-другому описать это место.

Глядя на сексуальную маленькую репортершу, он знал, что в ее мозгу кипит работа. Если она не заполучила интервью с Алексеем Семеновым, то почему бы не рассказать историю про киллера? Его история могла бы заинтересовать людей, а он уже давно привык к этому дерьму.

Прямо сейчас он не хотел ее убивать. Не только потому что не мог быть уверен, что нет никого, кто знает о ней, но и потому что ему нравилось смотреть на нее. Чудовище внутри него, казалось, успокоилось. Он видел тревогу в ее глазах, когда схватил свой член, и даже при том, что он был твердым, не собирался насиловать ее. Бейн обладал огромным самоконтролем. Ничто не заставляло его делать то, чего он не хотел. Его член принадлежал ему полностью с тех пор, как он убил людей, которые заставляли его делать дерьмо, которое он не хотел делать.

Она покончила с бутербродом, и он пошел делать еще один. Убийство всегда пробуждало в нем аппетит, и он не доверял никому готовить себе еду, так что бутерброды стали единственным выходом. Кухня была полностью обставлена, со всем современным оборудованием, но у него не нашлось времени, чтобы научиться готовить. Он мог разогреть лапшу, и это все, на что он был готов пойти. По большей части он питался фруктами, шоколадом, конфетами и бутербродами.

— Ты всегда убивал людей, чтобы заработать себе на жизнь?

Его маленькая репортерша взялась за дело. Он улыбнулся и кивнул головой.

— Да. Это то, чему меня учили с юных лет.

Ее лицо побледнело.

— Насколько юных?

— Достаточно юных, чтобы забыть родителей, которые, возможно, любили меня, а может и нет. Я не знаю. Меня схватили на улице, где я жил. Вообще-то у меня смутные воспоминания. Мне было лет десять, точно не помню. Я даже понятия не имею, сколько мне сейчас. — Он пожал плечами. — Меня это вполне устраивает. Я просто придумал свой возраст и живу с этим.

Ее длинные каштановые волосы выбились из пучка. Бейн смотрел, как она пробежала пальцами по длинной пряди. От блеска они казались гладкими, как шелк. Она ни на секунду не отрывала свои зеленые глаза от него. Бейн протянул ей еще один бутерброд. Разговаривать с ней оказалось довольно забавно, хотя и совершенно не в его характере. Бейн знал наверняка, что Босс уже обшаривает каждый дюйм дома Алексея Семенова, чтобы понять, кто кричал «Помогите мне». Жизнь Бейна скоро сильно осложнится, но сейчас он просто наслаждался разговором с ней.

Бейн был хладнокровным, жестоким убийцей, который за эти годы убил бесчисленное множество мужчин и женщин, а до этого — детей. Но он оборвал эти воспоминания, потому что не мог смотреть назад так далеко. Его жизнь началась в тот момент, когда он освободился и когда убил всех тех людей, которые поймали его в ловушку.

— Вижу, что у тебя много вопросов, и по какой-то странной и причудливой причине я действительно хочу поговорить с тобой. Знаю, это тебя шокирует, но я собираюсь сохранить тебе жизнь достаточно долго, чтобы успеть рассказать свою историю. Тебе лучше надеяться, что к тому времени, когда закончу, ты мне достаточно понравишься.

Она вгрызалась в свой сэндвич, ее взгляд не дрогнул, и тут зазвонил его сотовый телефон. Бейн продолжал есть, наблюдая за ней.

— Могу я поторговаться с тобой? — спросила она.

— Зависит от того, чем ты собираешься торговаться. — Он взглянул на ее изгибы и, без сомнения, понял, что она идеально подойдет ему. Проблема заключалась в том, что он никогда не брал женское тело в качестве разменной монеты. Он был вынужден поступать так в прошлом, слушать женские крики, когда он делал это только, чтобы выжить самому.

За последние двадцать с лишним лет, прошедших после его побега, он часто бродил по ночам по улицам в поисках какого-нибудь занятия. Много раз он проходил мимо случайных переулков и слышал, как женщина умоляет парня остановиться. Бейн заставлял их остановиться. Некоторых он убивал на месте, особенно если они напоминали ему кого-то из его прошлого.

— Я хочу услышать твою историю. И вижу, что ты действительно хочешь мне ее рассказать. Но мне нечего тебе предложить взамен.

— Ты не слишком-то веришь в себя. У тебя имеется тело, которое является чистым раем, но знаешь что, давай лучше о разговоре. Мне нравится эта идея. Думаю, я готов хоть кому-то рассказать свою историю, и ты просто тот самый человек.

Она облизнула губы, и он понял, что нервирует ее. Хорошо. Он не хотел, чтобы она хоть на секунду подумала, что это будет легко. Это не так. История его жизни ужасна, и никто не хотел ее слушать.

Странно, конечно, но ему интересно узнать и о ее жизни.

— Уверена, что у тебя нет мужа? — спросил он.

— Совершенно уверена. Я не вступала в серьезные отношения долгое время.

— Как так вышло? — спросил он.

— Вау, какой ты любопытный.

Он пожал плечами.

— Мы здесь коротаем время, детка. Ты рассказываешь мне о своем дерьме, а я о своем.

Она откусила еще кусочек от своего бутерброда.

— Мой последний бойфренд решил, что место женщины — это кухня и уборка в его доме, и если что-то было не так, он заставлял меня учиться, используя свои кулаки.

Бейну не понравилось услышанное, и он смотрел, как она смотрит мимо его плеча, не глядя на него.

— Это было трудное время, и, наконец, кое-что случилось, и это стало последней каплей.

— Что случилось?

— Я недостаточно хорошо тебя знаю, чтобы рассказать тебе всю историю своей жизни.

Его сотовый снова зазвонил, и Бейн взглянул на него.

— Думаю, тебе стоит ответить. Это может быть важно.

Бейн протянул руку и взял трубку.

— Она работает на СМИ? Ты чем, мать твою, думал? Ты что, не читал долбаных отчетов охраны?

Бейн почти прокричал в трубку.

— Я следил за его задницей две недели подряд, и все было в порядке!

— Да мне плевать, хоть последние шесть лет! В «Королевских киллерах» мы всегда готовы к любым неожиданностям, а эта Скарлетт — черт возьми, гребаный лишний свидетель.

— Не волнуйся, с ней проблем не будет.

— Я уже знаю, что она у тебя, Бейн. Я думал, ты профессионал.

— Пошел ты, ублюдок! Ты пришел ко мне, помни об этом.

— Я пришел к тебе, потому что ты, мать твою, всегда чисто работал, и Вайпер замолвил за тебя словечко. «Королевские киллеры» не оставляют после себя следов. Избавься от своей проблемы и покончим с этим.

Звонок прервался, и Бейн уставился на телефон.

Это была одна из причин, почему он терпеть не мог на кого-то работать.

— Все в порядке? — спросила Скарлетт.

Он кивнул и повернулся к ней.

— Просто проблема на работе.

Усевшись напротив, он пристально посмотрел на нее.

Она прикончила сандвич и положила руки на бедра. Веревка была туго обернута вокруг ее талии, удерживая ее на стуле.

Бейн не мог доверять ей, а еще он устал. Наклонившись к ней, он обнял ее за талию и начал распутывать веревку.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— Хочу принять душ, и я не собираюсь оставлять тебя здесь. — Он отпустил ее путы, а затем помог ей встать, стряхивая крошки с ее тела.

Взяв ее за руку, он начал подниматься на следующий этаж в свою спальню, где находилась ванная комната. Схватил деревянный стул, усадил ее на него и снова связал.

— Серьезно? Ты собираешься мыться, пока я здесь?

Он отступил на шаг и снял рубашку. Ее взгляд скользнул вниз по его груди, впитывая каждый кусочек татуировок, которыми он украсил свое тело.

— Тебе нравится то, что ты видишь? — спросил он.

Татуировками он покрыл каждый шрам, полученный в детстве. Только Вайпер понимал, через что ему пришлось пройти. Странная была у него связь с этим человеком. Вместе они вышли из своего кошмара, и все же он никогда по-настоящему не покидал их. Еще случались дни, когда Бейн просыпался, уверенный, что вот-вот проснется от удара палкой по спине.

Стряхнув с себя это ощущение, снял брюки и боксеры, пока не оказался полностью голым. Его член был длинным, твердым, и на кончике уже выступил предэякулят, но, как и много раз прежде, он не обратил на это внимание.

Взглянув на Скарлетт, он увидел, что та отвела взгляд. Налив себе ванну, Бейн убедился, что там достаточно расслабляющих пузырьков. Он становился старше, и с возрастом у него появились некоторые болячки, требующие его внимания и заботы.

Хорошая долгая ванна с пеной — та роскошь в жизни, которую он себе позволял, и прямо сейчас ему нужно расслабиться. Он уже чувствовал начало мигрени и через час будет ни на что негоден, так как боль возьмет верх.

Довольно забавно, по крайней мере, для него. Закоренелый убийца, которого частенько ставила на колени головная боль.

— Хочешь принять ванну? — спросил он Скарлетт. Теперь она пристально смотрела на него. — Я не возражаю, если ты используешь воду после меня, но буду здесь, пока ты моешься. Я увижу тебя голой.

Он смотрел, как она сглотнула, потирая руками бедра.

— Я бы хотела принять ванну, пожалуйста, — сказала она.

Видите, он не полный монстр.

За всю свою жизнь Скарлетт занималась сексом только с двумя мужчинами, и оба оказались придурками, но ни один из них не был похож на Бейна. Его тело напоминало скульптуру, высеченную из мрамора, твердую и ограненную. Его член вызвал бы зависть у любого мужчины. Она старалась не пялиться на него, но он вел себя так нагло и уверенно, что на него было очень приятно смотреть. Ее стул стоял прямо за открытой дверью ванной, так что она могла видеть все, начиная от его упругой задницы и заканчивая дорожкой волос, ведущей к этому чудовищному члену. Тело Бейна выглядело как живой холст с татуировками по всему телу и рукам. Скарлетт полагала, что могла бы отвести взгляд, но не хотела.

Скарлетт удивилась, когда он начал добавлять ароматическую пену в ванну — поведение, никак не вписывающееся в образ хладнокровного убийцы. В ванной комнате Бейна стояла оригинальная ванна на когтистых лапах. Скарлетт всегда предпочитала антиквариат современному декору. Войдя в воду, Бейн застонал и погрузился в нее. Он был так велик, что едва помещался в тесном пространстве.

Этот дом напомнил Скарлетт старый дом ее бабушки с декоративными лепными украшениями в виде корон и радиаторами горячей воды. Она проводила много времени в доме своей бабушки, пока та не умерла. Одни из ее лучших детских воспоминаний. И это было очень давно.

— Как хорошо, Скарлетт.

Странно, что этот убийца казался таким привлекательным. Должно быть, он социопат. Он коротко переговорил с Алексеем по-русски, прежде чем небрежно нажать на курок — без предупреждения, без эмоций. Она надеялась, что он не сделает то же самое с ней без предупреждения. Может, в следующий раз, когда он накормит ее, она умрет с бутербродом во рту и пулей в голове.

— Вы отлично говорите по-английски, — сказала она.

— Почему нет? Это мой родной язык.

— Но русский. Он звучал без акцента.

Бейн усмехнулся, растирая пену по своей сильной руке до самого плеча.

— Я говорю на многих языках. По крайней мере, шести, которые я могу вспомнить навскидку. Необходимо в моей работе, этому нас учили.

— Те же самые люди, что морили вас голодом?

— Вот именно, так что можешь себе представить, как быстро я освоил диалекты.

Она знала только английский. Изучение новых вещей требовало времени и денег — и того, и другого у нее не имелось в избытке. Теперь у нее никогда не будет шанса сделать что-либо из того, что значится в ее списке. Скарлетт заерзала на стуле, чтобы проверить путы, но они казались надежными, крепко впиваясь в ее талию. Сложившаяся ситуация могла бы стать идеальным временем для побега, но скоро у нее появится реальная возможность. Когда он предложил ей принять ванну после себя, она согласилась только потому, что это означало, что ему придется развязать ее.

— Вы живете здесь один? — спросила она.

— Только я. Именно так мне нравится.

Она скопировала его предыдущие вопросы.

— Нет жены? Детей?

Вода плескалась, когда он менял положение, но она все еще могла видеть только его плечи и затылок.

— Черт возьми, нет. Семья стала бы осложнением. Ненавижу осложнения.

Как можно не мечтать о семье, стабильности, всеамериканской мечте? Разве не все хотят белый штакетник? Даже после того, через что ей пришлось пройти в отношениях, она все еще мечтала о том неуловимом «долго и счастливо». Иногда эта надежда, пусть и нереальная, была единственным, что поддерживало ее.

Бейн, должно быть, одинок. Он уже немолод. Он был зрелым и закаленным — настоящий мужчина. Ее мысли начали дрейфовать на неудобную территорию. Его плечи были широкими и мускулистыми, а замысловатые татуировки пытались раскрыть его секреты. Какие истории они могут рассказать?

«Да что со мной такое?»

Он ее враг, человек, который, вероятно, убьет ее, а не рыцарь в сияющих доспехах. У нее всегда был самый плохой вкус на мужчин. Теперь, когда стала достаточно взрослой, чтобы мыслить объективно, Скарлетт во многом винила своего отца-бездельника за то, что он отказался от нее, когда она была еще ребенком. Отчаянно нуждаясь в принятии, часть ее вечно пыталась добиться одобрения в глазах мужчины. Это единственная причина, по которой ее тянуло к Бейну, она наслаждалась его комплиментами и жаждала его любви. Она знала, что это неправильно и извращенно, но ничего не могла с собой поделать. Может, он увидит в ней что-то особенное, непохожее на других своих жертв, непохожее на Алексея Семенова.

— Значит, вы всегда один? Звучит одиноко. — Скарлетт пыталась убедить себя, что она просто успокаивает зверя, пытается подружиться со своим похитителем, чтобы он сжалился над ней. Но это ложь. Бейн заинтересовал ее: репортера, жертву… женщину.

— Ты не замужем, — заметил он.

— Не по своей воле. Мои прошлые отношения развивались не совсем по плану.

— Если ты так переживаешь из-за одиночества, то почему оставалась в них?

Скарлетт больше не хотела разговаривать. Она почувствовала, как ее тело напряглось, закрываясь изнутри. Было легко отгородиться от прошлого, но оно всегда присутствовало там, разъедая ее изнутри. Скоро там ничего не останется.

Бейн обернулся и посмотрел на нее.

— Я думал, ты хочешь поговорить.

— Уже нет. — Она отказывалась смотреть ему в глаза.

— Неприятная тема?

— Неважно, — сказала она.

— Да, именно поэтому я люблю быть один. Люди всегда разочаровывают. Единственный человек, которому доверяю, — это я сам. — Он расправил плечи и откинулся на спинку ванны. — А теперь расскажи мне, почему у тебя ничего не вышло.

Она прищурилась, хотя он и не мог ее видеть.

— Я же сказала, что с меня хватит разговоров.

— На самом деле это не так. У нас с тобой было соглашение. Ты знаешь, что произойдет, если ты меня разозлишь.

Слезы обожгли Скарлетт глаза. Он не мог заставить ее говорить о себе. С другой стороны, если она хочет жить, то должна ему потакать. Она могла солгать, рассказать хорошую историю, чтобы успокоить его, но она никогда не обманывала. Именно поэтому она и стала репортером. Она начала с того, что помогала семьям, которыми пользовались неэтичные домовладельцы, и женщинам, пытающимся вернуть алименты от отсутствующих отцов. Она хотела сделать мир лучше.

— Я же сказала, почему у меня ничего не вышло. Мой последний бойфренд оказался тираном. Я не смогла бы так жить, — сказала она.

— Но ты осталась одинока.

Она покачала головой.

— Есть вещи и похуже одиночества.

Он провел руками по коротко остриженным волосам на голове, почесав затылок.

— Именно об этом я и говорю.

Он имел в виду мужчин, которые издевались над ним?

— Вы сказали, что хотите рассказать свою историю. По какой причине вы живете здесь один?

— Если ты говоришь про женщину, то это невозможно для меня. — Бейн поднялся на ноги, вода стекала по его твердому мускулистому телу, когда он встал. На этот раз он стоял к ней спиной, каждый мускул был твердым и четким. Он потянулся за полотенцем, сначала вытер лицо, а затем надежно обернул махровую ткань вокруг своей нижней половины. Скарлетт изучала рисунки на его торсе, пока он двигался. — Я был одним из самых старших мальчиков в лагере, и из-за моей внешности меня учили соблазнять женщин. Теперь все как в тумане: и секс, и убийство. Я действительно не хочу вспоминать те дни.

— Я не понимаю, — проговорила она.

— Ты спросила, почему я один. — Он прошел в свою спальню. Бейн развернул ее стул, на котором она все еще сидела, и вышел из ванной. — Вот почему. Я был вынужден заниматься сексом с таким количеством разных женщин столько гребаных лет, что потерял всякий интерес. Эмоции, любовь, все — все ушло. К чему мне женщина сейчас? Мне просто нужно, чтобы меня оставили в покое.

— Люди могут измениться, оправиться от невыразимых ужасов. Я это уже видела. Знаю, такое возможно.

Он надел черные боксеры, которые обтягивали его твердую задницу и сильные ноги. Скарлетт смотрела, как он ходит по комнате от шкафа к комоду. Наконец он натянул темно-синие спортивные штаны, но футболку не надел. Скарлетт старалась не слишком показывать свой интерес, когда украдкой поглядывала на него. Будет ли он таким же твердым, как выглядит? Бейн присел на краешек своей огромной кровати и уставился на нее так пристально, что слова застряли у нее в горле.

— Ты даже не представляешь, какие ужасы я пережил, милая. Уверяю тебя, что все, через что ты прошла, — это увеселительная прогулка по сравнению с моей дерьмовой жизнью.

— В каждом есть что-то хорошее, — прошептала она. Скарлетт не позволит ему утащить ее вниз. Она боролась с депрессией слишком много проклятых лет. От нее осталась лишь оболочка женщины, хрупкая и пустая. Она хотела мыслить позитивно, совершенствоваться и двигаться вперед — и твердо верила, что Бейн может сделать то же самое.

Он улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз.

— Эти ублюдки говорили, что я красив и неотразим для женщин. Вот почему они использовали меня. — Бейн встал и подошел к ней, схватил край ее стула и потащил его обратно к своей кровати. Снова сел на матрас, теперь между ними было только дыхание. — Теперь все изменилось, — проговорил он.

— Что вы имеете в виду?

Бейн взял ее за запястье и положил ее ладонь себе на грудь. Его кожа была такой упругой и теплой, ее лоно запульсировало от одного этого прикосновения.

— Почувствуй меня. По-настоящему Почувствуй меня.

Она не была уверена, что он имеет в виду, пока не начала гладить кончиками пальцев его грудь, плечи, а затем лицо. С нежной лаской она проследила все линии старых шрамов, которые до сих пор не замечала. Он оказался весь в них. Сказать, что это ее шокировала, было бы преуменьшением.

— Уже не такой красивый, а? Я пытаюсь скрыть это дерьмо татуировками, но больше всего меня беспокоят не физические шрамы. Они так испортили мне мозги, что убийство — единственное, что помогает мне оставаться в здравом уме.

Она с трудом сглотнула.

— По-моему, ты само совершенство. — Слова сорвались с ее губ прежде, чем она успела подумать. Это не было ложью. Бейн — самый грубый, самый страшный мужчина, которого она когда-либо видела, но в тоже время неотразимый и притягательный в том смысле, что ее тело загорелось впервые в жизни.

Ее рука все еще лежала на его щеке, грубая щетина щекотала ее пальцы. Она заметила толстые шрамы под его глазом, и ей невыносимо захотелось поцеловать его.

То, что она думала, что они разделили — мгновение, порыв — исчезло, когда он вскочил на ноги, как будто ее прикосновение обожгло его.

Бейн ходил взад и вперед, его грудь вздымалась, как будто он только что пробежал милю за две минуты. Что она сказала такого, что расстроило его? Неужели она ошиблась в нем? Был ли он готов убивать? Может, он собирался еще раз доказать ей, что она не права, как это сделали Джерри и Майкл. Она не хотела в это верить, но, наверное, некоторые люди уже не могут быть спасены.

Он облажался. Бейн понимал, что ему не следовало приводить свидетеля домой. Ему стоило просто убить ее на месте и выбросить тело. Неважно, пусть бы она исчезла, главное, чтобы это не привело к нему. Все его усилия направлены на благо «Королевских киллеров» — он отказывался выглядеть непрофессионалом. Бейн не понимал, почему мнение Босса так для него важно. Так не должно быть.

А теперь эта девушка давила на него, испытывала, заставляла чувствовать то, что он не должен чувствовать. Босс ясно дал понять, что она должна умереть. Он ожидал, что Бейн последует приказу и избавит их от потенциальной бури дерьма, которая может развиться из-за захвата заложника. Но Бейн не готов выполнить этот приказ. На самом деле он вообще не любил приказов. Это главная причина, по которой он работал на себя все эти годы, отрабатывая разовые контракты, но никогда не беря на себя никаких долгосрочных обязательств. Он не мог вынести, когда его душили, когда над ним властвовал какой-нибудь человек.

— Твоя очередь, — сказал он. Бейну нужно занять себя чем-то новым. Он отчаянно нуждался в отвлечении от своих предательских мыслей. А его гребаная мигрень все усиливалась, принося хаос в сознание.

— Для чего?

— Ванна, — напомнил он. — Ты ведь хотела помыться после меня? Чем дольше ты ждешь, тем холоднее становится вода.

Она нахмурилась:

— Хорошо.

Бейн присел на корточки рядом с ее стулом и начал развязывать тугие узлы. Она положила руку ему на плечо, но он отмахнулся. Больше никаких прикосновений.

— Ладно, у тебя есть десять минут. — Он бросил веревки на пол.

Когда внизу, на кухне, зазвонил телефон, он проигнорировал его. Бейн знал, что это информация о его следующем заказе, хотя он и попросил прислать ее сообщением, но пока Боссу придется подождать.

— Можете сходить за ним, — сказала Скарлетт, вставая. — Я все равно предпочла бы раздеться в одиночестве.

— Конечно, но этого не случится. Я не вчера родился. — Он сел на ее стул, широко расставив ноги и положив локти на колени. — Раздевайся. Я уже говорил, что увижу тебя голой.

— Ну, я стесняюсь.

Бейн не собирался лгать, он был разочарован. Он с нетерпением ждал возможности полюбоваться пышными формами Скарлетт. Его член уже затвердел, просто от мыслей о них. Но Бейн не собирался заставлять ее раздеваться, если она откажется.

— Тогда обойдешься без купания, — проговорил он.

С испорченным настроением, он приказал ей выйти из комнаты и спуститься по лестнице, а сам последовал за ней. Оказавшись на кухне, Бейн указал ей на стул и схватил со стола мобильник.

— Вы все еще хотите, чтобы я взяла у вас интервью? — спросила она.

— Время рассказов закончилось. — Он вел себя как дурак, развлекая Скарлетт. Она станет его гребаной погибелью, если он продолжит играть в ее игры.

Он перезвонил Боссу.

— Хочешь поделиться информацией?

— Ты разобрался с своей проблемой?

Бейн издал рык, мало похожий на слова, стиснув зубы.

— Это значит «да»? — уточнил Босс.

— Я не повторяю два раза. Я уже сказал, что все будет улажено.

Последовало короткое молчание.

— Я пришлю тебе адрес и все подробности. Этот Марк должен прыгнуть с одного из балконов завтра в обеденный перерыв. Нам нужна улица, полная свидетелей его самоубийства. Ты справишься с этим?

— Переводи деньги, — ответил Бейн. — Я позвоню тебе, когда все будет готово.

Он выключил телефон прежде, чем Босс успел добавить какой-нибудь едкий комментарий о том, чтобы Бейну стоит сделать все правильно и не облажаться снова. Лекция — последнее, что он хотел услышать прямо сейчас. Бейн глубоко вздохнул и положил телефон обратно.

Стул был пуст.

Ты что, черт подери, издеваешься надо мной? Маленькая репортерша действовала быстро. Жаль, что ее попытка сбежать напрасна. Его дом защищен лучше, чем Форт-Нокс, так что без веденного кода безопасности из него не выбраться. Бейн осмотрел весь первый этаж, но не нашел ее. Дом был невелик, так что мест, где она могла бы спрятаться, не так уж много. Уже чертовски поздно, и ему необходимо немного поспать, чтобы подготовиться к завтрашней работе. Придется встать пораньше и продумать свою стратегию, поскольку у него осталось меньше двадцати четырех часов на подготовку.

Он побежал обратно наверх, перепрыгивая через две ступеньки. В его спальне все еще стоял аромат воды из ванны. Скарлетт нигде не было видно, а значит, она могла спрятаться только в одном месте — в подвале. Он ненавидел спускаться туда.

Дойдя до двери, ведущей на нижний уровень, он включил одинокую лампочку. Она почти не давала света, создавая жуткие тени на стенах. Бейн медленно и осторожно спускался по ступенькам. Скарлетт вела себя дерзко, поэтому он не доверял ей, маленькой репортерше ничего не стоит попытаться оглушить его трубой или ломом. Когда купил дом, в подвале хранилось много старого дерьма, но Бейн не смог заставить себя убрать его.

— Я знаю, что ты здесь, милая. Я действительно не в настроении, так что не усложняй свое положение и прекрати играть в игры.

Никакого ответа.

— Если мне придется подниматься по этой лестнице без тебя, я запру эту чертову дверь и дам тебе умереть с голоду. Это окажется не быстро и не очень приятно. Это то, чего ты хочешь?

Звук опрокидывающейся пустой банки привлек его внимание. Скарлетт пряталась за печью. Бейн хрустнул костяшками пальцев, подходя ближе. Когда он приблизился, она выскочила с другой стороны и побежала к лестнице. Когда Скарлетт попыталась взобраться, он схватил ее за талию, потянул вниз и придавил к стене своим телом. Бейн прижал ее запястья к бокам.

— Отпусти меня! — закричала она. Он отдавал ей должное за то, что она боролась, как дикарка. Потребовалось некоторое усилие, чтобы удержать ее сопротивляющееся тело.

— Может быть, если бы ты не надела юбку, то смогла бы подняться по лестнице, но не больше.

— Слезь с меня!

— Успокойся, — рявкнул он. — Если не остановишься, я привяжу тебя к стулу и оставлю здесь. — В голове у него чертовски стучало. Он отпустил ее запястье, чтобы потереть затылок, и она воспользовалась этой возможностью, чтобы ударить его маленьким кулачком в голую грудь.

— И это все?

Они снова начали бороться, и на этот раз ей удалось подняться по лестнице. Почему он вообще потешается над ней? Он остановился, чтобы взять один из своих «Глоков» из кухни, а затем поймал ее в коридоре, крепко схватив за руку.

— Ударь меня! Мне все равно, — крикнула она, и глаза ее наполнились слезами.

— А может лучше всадить тебе пулю в голову, как я должен был сделать, когда нашел тебя?

Ее борьба внезапно прекратилась, когда он направил пистолет ей в висок, сила в ее руках ослабла, как будто ее огонь потух.

— Сделай это, — прошептала она. — Может быть, ты окажешь мне услугу.

Скарлетт уставилась на него такими большими зелеными, по-детски невинными глазами, хотя выглядела как взрослая женщина. Она заинтриговала его. Именно тем, как она произнесла свои последние слова. Ее тон изменился, как будто она потеряла саму свою душу.

— Ты хочешь умереть прямо сейчас?

— Я уже побывала в аду и вернулась. Я прекрасно знаю, что есть вещи и похуже смерти.

Он перевел дыхание. У нее имелись свои секреты, но пока он позволил ей хранить их. Когда перестанет чувствовать себя так паршиво, Бейн заставит ее признаться во всем.

— Ну, сегодня твой счастливый день, потому что я пока не могу тебя убить. — Он указал на лестницу, ведущую наверх, и на этот раз Скарлетт последовала его приказу. — Мне нужно убедиться, что никто не знал, что ты приходила к Семенову. Я не могу больше рисковать. Поскольку завтра у меня заказ, я возьму тебя с собой. Ты показала, что тебе нельзя доверять.

— О каком доверии может идти речь, ты меня похитил.

Он закрыл за ними дверь спальни.

— Ложись на кровать, — сказал он.

— Что?

— Кровать. Ложись на нее. Уже, нахрен, полночь, а мне рано вставать.

Скарлетт попятилась, не сводя с него глаз. Если бы он захотел, то мог бы избить ее до полусмерти, изнасиловать и убить дюжиной разных способов. Тот факт, что в ее глазах все еще читался страх, начинал выводить его из себя.

От света у него болела голова, поэтому, как только Скарлетт села на кровать, он выключил все лампы. Только слабый свет луны просачивался в окно. В комнатах второго этажа не было занавесок. Бейн даже не мог сосчитать, сколько ночей он пролежит без сна в своей постели, глядя на луну, ничего не чувствуя и одновременно ощущая все. Он был сломлен, и нет никакого способа исправить ущерб. Его жизнь не стоила ничего. Когда он умрет, то не оставит после себя ничего, даже наследства или наследника… только смерть.

Он сбросил свои кроссовки и скользнул под одеяло.

Скарлетт выглядела напряженной и смущенной.

— Ты собираешься спать в своем модном костюмчике?

— Мне так нравится, — сказала она.

— Как хочешь.

Он перекатился на спину, прикрыл глаза рукой и тихо застонал. Так просто принять пару таблеток, чтобы облегчить боль, но он не доверял никакому болеутоляющему. После того, как его одурманивали наркотиками, избивали и заставляли голодать, когда он был молод, совершенно не хотел, чтобы что-то снова влияло на его разум.

В комнате стояла такая тишина, что можно услышать, как пролетит муха.

Он слушал дыхание Скарлетт рядом с ним, ее вес слегка смещался, когда она двигалась.

— Ты в порядке? — спросила она.

— В смысле?

— Тебе очень больно. Я же вижу. Что случилось?

Он покачал головой, отмахиваясь от нее.

— Просто голова болит. Это часто бывает.

— Неужели? — Она села на кровати, придвинулась ближе, пока не оказалась на коленях. Когда ее рука коснулась его лица, он вздрогнул. — Ш-ш-ш, — проворковала она, ритмично массируя ему виски.

Он не остановил ее.

— Моя бабушка делала так, когда у меня болела голова. — Ее руки творили какую-то магию, успокаивая боль и заставляя его снова чувствовать себя человеком. — Наверное, это старая семейная тайна, которая перешла ко мне. Я никогда раньше не пробовал на ком-то другом.

— Почему ты делаешь это для меня? — Бейн схватил ее за руку и приподнялся в сидячем положении.

Она не ответила ему. Они посмотрели друг на друга, и то же самое гребаное чувство, которое он испытывал раньше, вернулось. На этот раз он оказался не так силен. Бейн обхватил ладонями ее затылок и притянул к себе. На мгновение задержался, а затем крепко поцеловал ее в губы. Чего он никак не ожидал, так это того, как она ответила ему без всякого сопротивления.

Этот поцелуй — самое безумное, что она когда-либо делала в своей жизни. Скарлетт знала, что выхода для нее нет. Даже если пойдет к полицейским и попросит защиты, они не смогут ей помочь. И никто не сможет. За те несколько часов, что провела рядом с Бейном, она поняла, что с ним не стоит связываться. Он всегда находил свою цель.

Ощущение его губ на ее губах было таким пьянящим, что она закрыла глаза, просто наслаждаясь его прикосновением. Он обхватил ладонями ее затылок и языком прошелся по ее губам, прежде чем нырнуть внутрь.

Она всхлипнула, когда он прижал ее к себе. Впервые в жизни Скарлетт почувствовала себя маленькой, хрупкой, и ее тело ожило, желая большего. Положив руку на грудь Бейна, она ощутила, как сильно бьется его сердце, и вдруг отстранилась, пристально на него глядя.

Этот мужчина не мог быть простым человеком. Он казался таким холодным, таким черствым. Умел ли он вообще чувствовать? И все же его сердце колотилось, и она видела боль в его глазах.

— Почему мне не сделать это для тебя? — спросила она. — Тебе было больно, а я не жестокий человек. Ты не заслуживаешь страданий. — Скарлетт опустила руку на кровать и облизнула внезапно занывшие губы. Прошло много времени с тех пор, как ее так целовали.

Бейн не отпускал ее голову, и она больше не могла смотреть ему в глаза. Слишком тяжело испытывать проносящиеся через нее чувства. Никакие из них не имели большого смысла.

— Я никогда не была хороша в этом, — проговорила она.

— О чем ты?

— Секс. Принятие. Понимание. Ты все равно не поймешь. Мне никогда не удавалось наладить контакт, а мужчины, с которыми я встречалась, не были хорошими парнями. — Он отпустил ее голову, и она провела рукой по лицу и сморщила нос. От нее ужасно воняло. — Мой последний бойфренд… это было ужасно, и я, наконец, оставила его больше года назад. А еще знаешь, с детства я всегда хотела работать репортером. Но постоянно то одно, то другое мешало мне стать тем, кем я хотела быть. Затем эта возможность появилась, но опять же, если ты не выглядишь как модель, твое место только за кадром.

Мне уже не двадцать. Я не стройная, никогда такой не была, и не красавица. Я толстая, неряшливая и уродливая, пытаюсь пробиться в этом глянцевом мире. Это интервью должно было дать толчок, — она улыбнулась ему. — Знаю, что ты не хочешь, чтобы я брала у тебя интервью. Ты просто ждешь, когда проговорюсь о том, знал ли кто-то, куда я пошла. — Она сделала глубокий вдох. Всю свою жизнь она боролась с этим чувством непричастности. Только бабушка могла заставить ее почувствовать себя желанной, любимой. Смерть будет облегчением. — Я кое-кому говорила. Но не хочу, чтобы ты причинил ей боль.

— Я уже знаю, что ты кому-то рассказала, Скарлетт.

— Ты — наемный убийца. Контракт и все такое прочее. Убей меня, оставь в моей квартире. Ты можешь сделать так, чтобы это выглядело как несчастный случай или что-то в этом роде. У меня в прошлом была депрессия. — Она заметила, что он нахмурился. — Пожалуйста, не трогай ее.

Она увидела, как он стиснул зубы.

— Умоляешь меня убить тебя?

— Да. Убей, Бейн. Никто не должен умирать из-за меня.

— Ты страдала депрессией в прошлом?

— Да. Видишь? У меня есть идеальный выход, и тебе даже не придется сильно напрягаться. Я не буду драться с тобой. — Он внезапно отстранился и начал ходить рядом с кроватью, пристально глядя на Скарлетт. — Ты же знаешь, что это единственный выход. — Скарлетт не могла поверить, что умоляет кого-то убить ее. Слезы наполнили глаза, и она встала с кровати. — Пожалуйста.

— Я не собираюсь тебя убивать.

— Почему нет?

— Я хочу рассказать свою историю. Я не лгал тебе об этом и не готов убить тебя. — Он взял ее руку и перевернул ее. — У тебя не осталось шрамов.

— У меня была депрессия, а не желание убить себя. Я никогда раньше не пыталась покончить с собой. Никогда не думала, что у меня хватит смелости сделать это. — Она пожала плечами и нахмурилась. — Так странные ощущения. Я никогда так себя не чувствовала. — Она прижала руку к губам и пристально посмотрела на него. Ей не нравилась печаль в его глазах, когда он смотрел на нее.

— Я не собираюсь убивать тебя, Скарлетт. А теперь не хочешь искупаться? Полная ванна горячей воды. — Он снова натянул кроссовки и включил лампу.

Она скрестила руки на груди. Хочет ли она помыться? Да, определенно. От нее пахло и не очень приятно.

— Я никуда не убегу.

— Знаю, что ты этого не сделаешь. У тебя просто не получится. Это место тщательно охраняется. Я не причиню тебе вреда. — Он прошел мимо нее, направляясь прямо в ванную.

Хотя этот мужчина держал ее жизнь в своих руках, она не могла не восхищаться его задницей. Та была такой крепкой. При ходьбе спортивные штаны прилипали к его заду, а затем свободно спускались вокруг бедер.

Он остановился и повернулся к ней.

— Ты идешь?

— Ты не убьешь меня?

— Я же сказал, что нет. С тобой легко разговаривать, — он покачал головой. — Ты, черт побери, сбиваешь меня с толку. Просто тащи свою задницу в ванную.

Скарлетт оглядела спальню и задумалась, что же, черт возьми, происходит. Только что ему хотелось лечь спать, а теперь он желал, чтобы она помылась. Все происходящее не имело никакого смысла, и сегодняшний вечер был совершенно нелогичным.

Войдя в ванную комнату, она увидела, как он склонился над ванной, добавляя жидкость из нескольких ароматных пузырьков.

Скарлетт улыбнулась.

— Я и представить себе не могла, что у тебя в ванне будет пена.

— Она помогает расслабиться, а для моих усталых мышц, это крайне необходимо. Я не становлюсь моложе. — Он выпрямился во весь рост, и она услышала щелчок в его спине, от которого вздрогнула. — Я больше не юноша.

— Мне слишком хорошо это знакомо.

— Буду у двери. Дам тебе достаточно уединения, чтобы ты залезла в ванну, так что я ничего не увижу.

Скарлетт смотрела, как он повернулся к ней спиной, а затем сняла грязную белую блузку и юбку. Как только разделась и забралась в ванну, она дала ему знать. Он сел и откинулся назад, скрестив руки на груди.

— Как твоя голова?

— Прекрасно. Что бы ты ни сделала, это ослабило давление, и теперь я могу думать.

— Рада, что смогла помочь. Хуже всего бывает мигрень. — Она провела руками по пузырькам пены. Все казалось ей каким-то нереальным. — У тебя есть семья? — спросила она.

— Нет. Никого. Я бы сказал, что во всем мире у меня есть только один друг, и я думаю, что слово «друг» не совсем описывает, кем мы приходимся друг другу. Мы коллеги. — Он провел рукой по голове. — Мы попали в плен, и он оказался одним из самых суровых людей, которых я когда-либо знал. Некоторые из детей, которых те люди похищали с улицы, были ягнятами, идущими на бойню. Они не продержались и пары дней, не говоря уже о неделях. Его зовут Вайпер.

Она кивнула.

— И он был вроде ребенка-солдата? Как и ты?

— Можно и так сказать. Нам давали работу даже в юном возрасте, чтобы мы доказывали свою лояльность. В тот момент, когда они схватили нас, про детство можно было совершенно забыть. Времени ни на игры, ни на развлечения у нас не осталось. Не было ни рождественских, ни именинных вечеринок. Только работа, тренировки, практика. Снова и снова. Все остальное исчезло.

Он открылся ей, и она нашла его голос успокаивающим. Тот был твердым, грубым и гипнотическим одновременно. Облизнув пересохшие губы, Скарлетт повернулась к нему лицом. Пузырьки пены сохраняли некоторое подобие скромности.

— А что случилось с детьми, которые не смогли с этим справиться? — спросила она.

Боль в его глазах вместе с отвращением ранили ее до глубины души.

— Мертвых тел становилось все больше, пока они их не сожгли. Если не можешь делать то, что они хотят, ты недостаточно хорош, чтобы оставаться рядом, а если ты недостаточно хорош, чтобы оставаться рядом, то полезен только для одного — для обучения.

Она прикрыла рот рукой, наблюдая, как одинокая слеза скатилась из уголка его глаза, и он быстро смахнул ее, как будто ее никогда не существовало. Сжав губы, она закрыла глаза и не хотела даже представлять рассказанное им.

— Как в фильме ужасов, — проговорила она.

— Для многих людей, вероятно, так оно и есть. Это не походило на пикник. Моя история не имеет счастливого конца, Скарлетт, но для многих детей она закончилась болью, страданием и смертью. Этим придуркам было наплевать на всех и вся.

— Убийство стало делом всей твоей жизни.

— Это все, что я знаю, и это всегда будет так. — Он указал на свои татуировки. — Думаешь, я не хотел их защитить? Не принимал побои каждый божий день, чтобы попытаться спасти? Никто из наших похитителей не хотел слушать. Некоторым детям было не больше пяти лет, и это не то место, где им следовало находиться.

— А как насчет их семей? — спросила она. — Разве пропавших не должны искать. Люди не позволяют просто так забирать детей.

— Не позволяют похищать детей из хороших семей, Скарлетт. Мир не полон хороших людей. Дети приходят и уходят, и никому нет до них дела, кроме их родителей.

Мысль об этих детях, одиноких и умерших, разбила ей сердце.

— Сколько тебе было лет?

Он долго смотрел на нее, и с каждой секундой молчания ее сердце разрывалось.

— Лет десять. Я был одним из первых, кого они похитили. На сегодня разговор окончен. Заканчивай мыться. — Он встал, всего в нескольких шагах. Скарлетт смотрела на пустой стул, и ее сердце обливалось кровью о мальчика, которым он когда-то был. Самый старший ребенок, и все же его выкрали в таком юном возрасте.

— Бейн? — Она позвала его по имени, нуждаясь в ответе на свой вопрос. Он появился в дверях, держа в руках боксеры и очень длинную рубашку. — А что случилось с теми, кто забрал тебя?

— Они мертвы. Вайпер и я, вместе мы позаботились, чтобы их смерть не стала легкой.

— Хорошо. — И в глубине души, она полностью одобрила их убийство. Скарлетт обрадовалась, что эти злобные ублюдки мертвы.

Она помыла тело и волосы душистым мылом. Когда закончила, Бейн протянул ей полотенце. Скарлетт встала и взяла его.

— Мне помнится, ты говорила, что стесняешься.

— Я соврала.

На следующий день Бейн стоял в центре квартиры, держась на безопасном расстоянии от окон. Время обеда быстро приближалось, а Бейн уже попал внутрь. Не первый раз, когда ему нужно сбросить кого-то с балкона, и не последний. Мебель в квартире была современной: черная кожа и абстрактное искусство. Не в его стиле.

Посасывая леденец, он проверил время, чтобы убедиться, что у него еще есть пять минут до того, как его цель войдет в парадную дверь.

Свидетелей смерти будет предостаточно, а именно этого и добивался Босс. Однако мысли Бейна были не о легком заказе. Он думал о женщине, которую положил в багажник своей машины после того, как дал ей снотворное. Он мог бы оставить ее дома, но не захотел рисковать, боясь, что она станет причиной проблем. Он любил свой дом и не выносил беспорядка. Скарлетт вполне способна разгромить все его жилище.

Боссу он тоже не доверял.

Бейн не был идиотом и полагал, что Босс найдет способ проникнуть в его дом и сам разберется со Скарлетт. Люди считали Бейна холодным и безжалостным ублюдком, и все же они понятия не имели, кто такой Босс. Этот человек — настоящий отморозок. Он с лёгкостью вгонит нож в сердце, смеясь над одной из твоих шуток. Даже Бейн был осторожен с владельцем «Королевских киллеров».

В тот момент, когда он подумал о Скарлетт, образ ее обнаженного тела с пузырьками пены, заполнил его разум. Она чертовски сексуальна. Ее изгибы созданы для мужской любви. У нее широкие бедра и пухлая попка. Он не знал, что ему больше всего нравится, пышная грудь с большими коралловыми сосками или ее бедра, которые он мог представить себе закинутыми вокруг его талии, когда он жестко трахал бы ее.

Она оказалась первой женщиной, которая произвела на него такое впечатление. Его обучили всем видам обольщения, он мог соблазнить любую. Когда он был моложе, ему показали, как доставить удовольствие женщине во всех отношениях. Бейн был вынужден практиковаться на стольких разных женщинах. Их лица сливались воедино, пока он не перестал получать от этого удовольствие. Единственное, что их еще отличало: либо туго, либо свободно.

С тех пор как стал мужчиной, он имел много женщин, но всегда на своих собственных условиях. Скарлетт — другая. Ее губы прошлой ночью каким-то образом разбудили его, и какая-то часть Бейна начала сходить с ума.

Один поцелуй, и его ночь наполнилась мыслями, которые должны мучить обычного подростка, а не его самого.

Он уже давно прошел через «влажные» сны и все такое дерьмо. Когда он проснулся этим утром, Скарлетт лежала в его объятия, и его член оказался чертовски твердым, конец его увлажнился от предварительной спермы. Бейн не мог удержаться, чтобы не провести руками вверх и вниз по ее великолепному телу, и все же этого ему показалось недостаточно. Где же его несокрушимый контроль? Он понятия не имел, что с ним происходит.

Теперь он должен сосредоточиться на задаче и оставить эти воспоминания в покое. Снотворное, которое он дал Скарлетт перед отъездом, уже действует. Он рассчитал время так, чтобы вернуться домой к тому времени, когда она начнет кричать. Вззз — вззз.

Его сотовый зазвонил, и Бейн выругался. Оставалось всего несколько минут, и он не хотел терять элемент неожиданности. Ответив на звонок, он увидел, что это Босс.

— Какого хера ты звонишь прямо сейчас? Я на работе, и ты думаешь, что сейчас самое подходящее время для звонка?

— Я соскучился.

Он закатил глаза.

— Что мать твою ты хочешь?

— Я хочу знать, покончил ли ты со своей проблемой. Пора бы уже. Если ее объявят пропавшей без вести, она станет большим гребаным неудобством.

Бейн потер глаза.

— Я этим займусь.

— Тебе нужно поскорее с ней разобраться. Копы начнут искать, особенно если ее подруга даст им знать, куда именно она ходила прошлой ночью, а там полно трупов. Когда ее там не обнаружат, они захотят узнать, где она, черт возьми. Время идет.

Он услышал, как в замке повернулся ключ.

— Я разберусь с этим, — он повесил трубку, прежде чем Босс успел сказать что-нибудь еще. Дверь открылась, и цель его визита прошествовал внутрь в одиночестве, разговаривая по мобильному телефону.

Все шло по плану. Парень закончил разговор, бросил свой чемодан и направился к балкону, где Бейн и нанес удар. Жертва перелетела через край, и Бейн не стал смотреть, как воцаряется хаос. Выйдя из комнаты, он продолжал сосать леденец, направляясь к гаражу. Бейн убедился, что вокруг никого нет, и открыл багажник своей машины. Вот она, целая и невредимая, все еще одетая в его одежду. Скарлетт будет очень зла, но ему нравилось, как она дерется.

Бейну не понравилось, что она сдалась прошлой ночью и умоляла его убить ее. В этом сексуальном теле так много огня, и он полон решимости справиться с ним.

Сев за руль, он выехал со стоянки и направился домой.

Его сотовый зазвонил, и он вздохнул.

— Ты столкнул его с балкона? — спросил Босс. — Тебя могли увидеть.

— Я чертов призрак. Как того требовал заказ. Дело сделано.

— Именно поэтому я тебя и нанял, — проговорил Босс.

Бейн повесил трубку и поехал домой.

К тому времени, как он въехал в гараж, Скарлетт уже колотила по крыше багажника и кричала.

Одного воспоминания о том, как вздымается ее грудь, когда она кричит и борется с ним, оказалось достаточно, чтобы он возбудился. Его злость на Босса утихла, когда он открыл багажник.

— Ты гребаный мудак. Какого хрена ты мне всунул? — возмущенно проговорила Скарлетт. Она так злилась, что даже ругалась на него. Просто от одного только слова «всунул» из ее уст, его член стал тверже.

— Всего лишь небольшая доза снотворного. Ты крепко уснула. Мне нужно было сделать эту работу, и я знал, что если возьму тебя, ты попытаешься помочь бедному ублюдку, который должен был умереть сегодня.

— Ты убил кого-то еще? — спросила она.

— Да.

— Что если он был хорошим человеком?

— Он специализировался на вытаскивании педофилов из тюрем. Он был монстром, защищающим монстров. Сегодня я сделал доброе дело.

Она закрыла глаза и вздохнула.

— Я не могу справиться с этим прямо сейчас. У меня так пересохло во рту. — Бейн взял ее за руку, но она оттолкнула его. — Я действительно не хочу, чтобы ты прикасался ко мне прямо сейчас. Не могу поверить, что ты накачал меня снотворным.

— Ради благого дела.

— Это то, что ты делаешь? Убиваешь плохих людей?

Он помолчал.

— Ты не хочешь, чтобы я отвечал на этот вопрос. Ещё нет.

— Ты совершенно прав. Я действительно не хочу больше ничего знать прямо сейчас. Чувствую, что меня сейчас вырвет.

Он обнял ее за спину и прижал к себе, наслаждаясь тем, как она, казалось, рухнула на него. Ей нужно поесть, и когда он вошел в свой дом и подвел ее к стойке, то открыл холодильник.

— Опять сэндвич? — спросила она.

— Не хочешь сэндвич? Можно заказать китайской еды, знаю, где готовят самые удивительные вонтоны. Я их обожаю. — Он показал ей бумажное меню, которое держал в ящике стола.

— Я в замешательстве. Сначала не разрешают есть, теперь у меня есть выбор? Почему ты так добр ко мне? — спросила она.

— Почему нет, я уже закончил работу и чувствую себя хорошо. — Затем он решил проверить ее реакцию на новость, которую сообщил ему Босс. — Просто чтобы ты знала, кто-то пошел в полицию и сказал, что ты не пришла на работу.

Он наблюдал, как Скарлетт застыла, ее взгляд был полон паники, когда она посмотрела на него.

— Хочешь приличной еды? — Бейн не собирался ее убивать. Но Босс не позволит ему оставить все как есть. Скарлетт никогда не перестанет быть мишенью. Босс убьет ее, чтобы убедиться, что ничто не приведет к нему как к лидеру «Королевских киллеров».

— Я бы с удовольствием поела.

Он видел, как она принимает сложившуюся ситуацию. Скарлетт волновалась, ее мозг работал с огромной скоростью.

Она заправила прядь волос за ухо.

— Я съем все, что угодно. Я довольно непривередливый человек. Я люблю острую пищу, кисло-сладкую и тому подобное.

Бейн коснулся ее руки, и она отстранилась.

— Тебе нечего бояться.

— Я не идиотка, Бейн. Понимаю, что это значит. Только не убивай мою подругу, ладно? Если я исчезну, она может просто сохранить свою работу.

Бейн стиснул зубы.

— Ты мне доверяешь?

Она склонила голову набок и пожала плечами.

— Я тебя совсем не знаю.

Он постучал пальцами по краю стойки. Так неправильно. Он не хотел видеть ее такой. Он должен показать ей свои чувства единственным известным ему способом. Схватив нож из набора на дальней стене, он разрезал свою ладонь, затем взял ее руку и тоже сделал маленький надрез. Много лет назад они с Вайпером поступили также. Для него это была самая священная клятва, которую он когда-либо давал.

— Какого черта ты делаешь? — она попыталась вырвать руку. Бейн подождал, пока она успокоится, затем осторожно соединил их порезы, наблюдая за ее реакцией.

— Мы теперь связанны кровью, Скарлетт. Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Пока ты со мной, ты будешь в безопасности, понимаешь?

— Понимаю, что ты сумасшедший.

— Я ни с кем не делился своим дерьмом. Ты первая женщина, которой я доверяю, и это не то, к чему я отношусь легкомысленно. Ты должна слушать то, что я тебе говорю, Скарлетт. — Он крепко сжал ее руку. — Когда у тебя нет ни семьи, ни близких, а все, что есть — только кровь, это имеет значение. Я сделал это только один раз и больше никогда не сделаю снова. Ты меня понимаешь?

Она кивнула, и слезы снова заблестели в ее глазах.

Хоть раз можно обойтись без слез. Разве он много просит?

Скарлетт должна бы испугаться. Почти незнакомец смешал их кровь, что в обычной ситуации породило бы в ней страх из-за всех этих инфекционных заболеваний. Она даже подготовила репортаж о заражении крови, и некоторые результаты казались ужасающими.

Но вместо того, чтобы испытать испуг или даже расстроиться, она почувствовала себя особенной. Всю свою жизнь она хотела кому-то принадлежать, чувствовать себя любимой и желанной. Каким бы безумным это ни казалось, Бейн предложил ей часть себя и странное обещание — не убивать ее. Она бы приняла это сейчас, но в глубине души надеялась на гораздо большее. Все, что она знала о добре и зле улетучилось, как только пули начали лететь в Семенова. Ее мир перевернулся с тех пор, как Бейн вошел в ее жизнь. Обратного пути не было.

— Знаешь, я не хочу видеть тебя в таком состоянии. Больше никаких слез. Пошли, — сказал Бейн.

Скарлетт прищурилась, когда он повел ее к входной двери, не зная, чего ожидать. Она смотрела, как он вводит код: два-четыре-девять-два-шесть — для сигнализации на выходе.

— Куда ты меня ведешь? — Она последовала за ним к тому же черному «БМВ» в гараже. Маленькая часть ее была напугана тем, что он освободил ее и вернул в реальность. Ладно, может быть, большая часть. Этот огромный мужчина сломлен внутри, но его внушительный вид захватывал дух. Тот факт, что он считал ее красивой, уже ставил его выше ее экс-бойфренда. Бейн не причинил ей вреда. Он был убийцей, жестоким, безжалостным. Скарлетт ожидала от него удара, пощечину или оскорбления, но этого не произошло. Она начала ему доверять и после их поцелуя прошлой ночью, который затмил все предыдущие, ее влекло к нему.

— Тебе нужна приличная одежда, и нам необходима еда, — заявил он, открывая пассажирскую дверь для нее. — Так что нужно быстренько съездить в город.

Она нахмурилась.

— Никакого багажника? — До этого оказываясь в машине Бейна, она передвигалась только там, в темном и тесном пространстве. Сидеть с ним рядом в машине для Скарлетт казалось непривычным.

— Не соблазняй меня.

Кожаные сидения под ней были теплыми и мягкими. Она пристегнула ремень безопасности и наблюдала, как Бейн заводит машину. Он привел себя в порядок, хотя остался в той же одежде, в которой выполнял заказ на убийство педофила. Когда он потянулся к рулю, его накаченные бицепсы вздулись. Она не знала, кто хуже: Бейн — за убийство этого человека или она — за то, что рада, что это случилось. Скарлетт поняла, что в качестве корреспондента она бы с треском провалилась. Она никак не могла оставаться беспристрастной, когда кто-то становился жертвой. Ее навыки заключались в исследованиях и разведке. Она почти завидовала образу жизни Бейна. Он был судьей и присяжными, не боялся вершить правосудие над плохими парнями. С другой стороны, возможно, он убил бы любого, если бы ему заплатили достаточно.

— Ты сказал, что не будешь меня убивать, — начала она.

— Да.

— Но не можешь отпустить?

Гул мотора становился все громче, когда Бейн прибавил газу, за окном проносился пейзаж. Скарлетт вцепилась в край сиденья, и ее сердце бешено колотилось. Ее жизнь никогда еще не была такой увлекательной, как сейчас.

— Это для твоей безопасности. Без меня ты не проживёшь и дня.

— О чем ты? Кто захочет меня убивать? Все люди Семенова мертвы, и ты уничтожил все записи.

— Мой босс не любит провалов. А ты — провал.

Она хранила молчание. Бейн хотел защитить её, и это вернуло ее к мысли, какого это быть значимой для другого человека — даже для такого чудовища как Бейн. Даже родители отвергли ее, она для них не существовала.

Он припарковал машину на оживленной улице. Сейчас почти обед, и она проголодалась.

— Я не могу выйти в таком виде. — На ней все ещё надеты рубашка и боксеры Бейна. Не лучший наряд для центра города.

Смотря перед собой, он сжал руль.

— Легче накачать тебя снотворным и заснуть в багажник.

— Серьезно? Я не выйду из машины. По твоим словам для меня это опасно, помнишь?

— Как только у тебя появится возможность, ты сбежишь. Я не могу тебя оставить.

Она указала на магазин за ними:

— Просто возьми мне что-нибудь, что можно надеть — большого размера. Мне нравится синий и фиолетовый, если это имеет значение. Ты сможешь видеть меня прямо через витрину.

Глубоко вздыхая, он осматривал толпу, люди проходили мимо и пересекали дорогу.

— Я включу сигнализацию, так что не трогай дверную ручку. Если ты попытаешься уйти, я вернусь меньше чем через минуту и расстроюсь, если мне придется преследовать тебя.

— Успокойся. Я просто хочу поесть и нормальную одежду.

Он поправил пистолет в кобуре под пиджаком и вышел из машины. При включении сигнализация три раза пропищала. Скарлетт наблюдала за Бейном. Он возвышался над толпой, и его присутствие было настолько угрожающим, что люди разбегались с его пути. Перед тем как войти в магазин, он повернулся и посмотрел прямо на нее. Боже, он творил с ее телом дикие вещи. Его мускусный запах все еще витал в машине, проникая в нее. Откуда у этого мужчины столько выдержки?

Скарлетт осталась одна. Она могла привлечь внимание людей. Вчера ей бы понравилась эта возможность. Сегодня все изменилось. В ее тяжелом прошлом, наполненным душевной болью и насилием, имелся один секрет, которого Бейн не знал. Этот секрет жил своей жизнью, преследуя ее, втягивая в хищную яму депрессии, когда она не сопротивлялась. Отпустить прошлое и двигаться дальше — легче сказать, чем сделать. Она понимала Бейна больше, чем он думал. У него полно своих демонов, но и у нее они тоже были.

Бейн вернулся за рекордное время, спасая ее от темных мыслей. Она бы и дальше могла изводить себя, но Бейн сел в машину и бросил ей два пакета на колени.

— Переодевайся.

— Тут?

— Окна тонированные. Поторопись.

Она начала перебирать содержание пакетов, найдя капри и фиолетовую рубашку с короткими рукавами. Скарлетт улыбнулась, натягивая капри, и начала ерзать на сидении. Бейн видел ее голой, но снаружи было много людей.

— Что дальше? — спросила она, стараясь поменять рубашки незаметно.

— Для начала поедим. И думаю, тебе пойдёт на пользу смена обстановки.

— Ты выводишь меня на улицу? Все эти изменения из-за той кровной штуки?

— Стараюсь быть милым, и это не то, что я обычно делаю. Хочешь, чтобы я прекратил?

Она покачала головой и начала собирать волосы. Бейн наклонился и накрыл ее руку.

— Оставь так, — попросил он. — Мне нравится, когда они распущенные.

У нее сердце сжалось в груди. Неужели она влюбилась в киллера.

Они вышли из машины. Скарлетт чувствовала себя неловко, идя рядом с Бейном. Он был намного выше нее. Не говоря уже о том, что он совершенно не в ее лиге. Она видела, как женщины смотрят на него, с желанием в глазах. Когда он не обратил внимание на их призывные взгляды, глубоко внутри ей это понравилось.

Была бы ты умна, Скарлетт, сбежала бы подальше. Ее первые серьезные отношения с Джерри закончились, потому что он изменял. Он разорвал ее уверенность в клочья и сделал ее более зависимой и навязчивой, чем она была в начале их отношений. Затем появился Майкл, несколько лет спустя. Скарлетт оказалась не готова к физическому и психологическому насилию. Его жестокость сначала проявлялась в мелочах, затем захватывала все большие стороны ее жизни, пока не стала нестерпимой и всеобъемлющей, так что страх и боль стали всем ее миром. Она чувствовала себя ничтожеством и перестала верить, что заслуживает лучшего. Слишком долго она находилась в этом порочном круге насилия. Скарлетт, вероятно, все еще оставалась бы заперта в этом темном мире, если бы с ней не произошло немыслимое — но это случилось.

И это изменило ее навсегда.

А сейчас Бейн. Наверняка очередная ошибка, мужчина, от которого ей следует держаться подальше. Ей нужно положить конец своим неудачным отношениям и найти хорошего мужчину, с нормальной работой, нормальной жизнью, нормальными надеждами и мечтами, и нормальным телом. Нормально — это ведь хорошо, правда? Тогда почему она не могла перестать представлять себя обнаженной в постели Бейна? Почему он захватил все ее мысли?

Он указал на патио впереди на тротуаре.

— Хочешь пообедаем здесь? — спросил он.

— Конечно.

Когда он уверенно положил свою руку на ее поясницу, Скарлетт задержала дыхание. Покалывание и жар вспыхнули там, где он коснулся ее, и спустились к низу живота. Она ожидала, что он будет стыдиться ее. Как и большинство мужчин. Скарлетт старалась приниматься себя такой, какая она есть, но не питала иллюзий в отношении поверхностного и крайне критичного мира, в котором жила. Работа в СМИ наглядно показала: горячие парни не довольствуются полными девочками.

Бейн ненавидел сборища народа. Он выбирался в город только по необходимости. Проходя сквозь толпы законопослушных граждан, он чувствовал себя чудовищем. Его удерживала красотка рядом с ним. Он сосредоточил свою энергию на том, чтобы обезопасить ее, не допуская попадания мудаков в ее личное пространство.

Они сели за небольшой столик в каком-то хиппи-кафе. Он хотел произвести впечатление на Скарлетт, стать ей нужным, хотя знал, что этого никогда не будет достаточно.

— Что если кто-то меня узнает? — спросила она.

Босс просветил его насчет Скарлетт, но ее подруга пока не сообщила о ее пропаже. Бейн все еще не знал, что, черт возьми, он собирается делать со всей этой ситуацией. Это первый раз, когда в нем проснулась совесть или появились какие-либо проблемы с завершением работы. Было бы так просто, если бы он мог покончить с ней, обвить руками ее горло, пока жизнь не оставила бы ее тело — но он не мог этого сделать. Он хотел ее спасти.

— Меня это не волнует.

Официантка двадцати с небольшим лет передала им меню. Она задержалась, и было совершенно очевидно, что она пыталась привлечь внимание Бейна. Он игнорировал ее, пока она не ушла. Единственное, что он знал о женщинах, — это то, как доставить им удовольствие, и, поскольку был вынужден делать это столько гребаных лет, теперь даже мысль о подобном вызывала у него омерзение. И его разозлило, что она предлагала себя и считала, что он способен на измену. Его суровый вид и татуировки по всему телу не делали его подонком.

— Определилась, что закажешь? — спросил он.

Она склонила голову, плечи поникли. Бейн знал, что она не стесняется, сама говорила это. Он не мог понять, почему такой женщине как Скарлетт не хватает уверенности в себе. Похоже, мудак-бывший конкретно поломал ей мозги.

— Думаю, да, — ответила она, положив меню обратно на стол.

— Ты совсем не замолкала, пока была у меня. Что с тобой?

Подняв на него глаза, она ответила:

— Ничего.

Он зарычал. Вот одна из миллиона причина, почему он не заводил отношений. Женщины приводили его в бешенство своими непонятными намеками.

— Это из-за официантки?

Когда она не ответила, Бейн понял, что на правильном пути.

— Она идиотка, если думает, что я предпочту ее своему трофею.

Скарлетт посмотрела на него, не отводя взгляд и не говоря ничего.

— Правильно, малышка. Я говорю о тебе. — Он наклонился и придвинул ее стул поближе, ножки громко царапали бетон. — А насчет цвета ты оказалась права. Фиолетовый тебе очень идет. — Он провел тыльной стороной пальца по ее подбородку. Отчаянная потребность поцеловать Скарлетт захватила Бейна, но он сдержался, отталкивая от себя желание.

— Спасибо, — прошептала она.

Он прищурился.

— Тебе не комфортно, когда делают комплименты?

— Я к ним не привыкла, они вызывают у меня сомнения.

Бейн усмехнулся.

— Хочу тебя заверить, что не стараюсь произвести впечатление. Если я сделал тебе комплимент, прими его.

Они сделали заказ, и его подали через двадцать минут. У Бейна был фирменный сэндвич.

— Думала, ты ненавидишь сэндвичи, — удивилась Скарлетт.

— Никогда такого не говорил, — ответил он, откусив. — Очень вкусно.

— Как-нибудь я приготовлю тебе нормальную еду, — пообещала она.

— Ты умеешь готовить?

Она кивнула и поднесла очередную ложку супа ко рту. Наблюдая, как Скарлетт обхватывает ложку пухлыми губами, он возбудился. После долгих лет жесткого контроля над своими чувствами и эмоциями, без любви, Скарлетт разбудила в нем сильное желание, которого он не чувствовал никогда раньше.

Ему хотелось притвориться, что это не он пару часов назад выполнил заказ на убийство, пойти со Скарлетт по магазинам и поиграть в семью. Но вся это гребаная иллюзия жизни не предназначена для него. Бейн — наемный убийца, не более того. Он понятия не имел, что значит жить нормальной жизнью, даже если бы вдруг решил попытаться. В детстве ему не прививали никаких ценностей, учили только убивать и соблазнять.

Они ели и болтали, пока не зажглись уличные фонари. Бейн не имел представления, как долго это длилось, за разговорами со Скарлетт вечер пролетел незаметно. Впервые за долгое время он чувствовал себя цельным, а не сломленным сукином сыном.

— Я хочу тебя поцеловать, — сказал он.

Она тяжело сглотнула, в ее больших зеленых глазах отражалась свеча.

— Хорошо…

— Скажи мне стоп, если захочешь остановиться.

Бейна не волновало, что происходит вокруг, никогда не заботило мнение других людей. Он притянул к себе Скарлетт, с ее такими желанными изгибами, и поцеловал в губы. От глубины и магии поцелуя он практически потерял себя. Так мягко, нежно и сладко. Гораздо больше, чем просто мгновение страсти. Он отстранился, но хотел продолжать, хотел провести губами вниз по мягкой шее. К черту все, он хотел ее голой на этом столе.

Но Бейн сдержался. Расплатился и взял Скарлетт за руку.

— Не хочешь немного пройтись? — спросил он. Ему нравилось проводить с ней время, забывая про проблемы. Но однажды им придётся столкнуться с реальностью и с теми неприятностями, которые Скарлетт принесла в его жизни. Босс только и ждет, когда Бейн устранит угрозу.

— Хорошо.

Они шли, взявшись за руки. Небо потемнело, но на улицах все еще полно покупателей, ночная жизнь уже начала набирать обороты. Бейн не пил и всегда ненавидел находиться среди толпы людей. Единственным исключением для посещения бара или клуба становилась работа. С наркотиками, алкоголем и музыкой, царящими в них, выполнение заказа всегда оказывалось самым легким.

— Бейн, что будет дальше?

— О чем ты?

— Ты меня смущаешь. Сначала хочешь убить, затем вот это свидание. Я запуталась.

Что он мог ей ответить. Правда была грязна и жестока, он должен найти и убить её подругу, затем Скарлетт и бросить ее тело в одном из клубов Семенова, чтобы ее смерть выглядела связанной с интервью с русским гангстером. И чем дольше она с ним, тем он больше сомневался, что доведет дело до конца. Он нарушил самое важное правило, вбитое в него еще в детстве: никогда ни с кем не сближаться. Никогда не влюбляться.

— Давай просто жить сегодняшним днем, — предложил он. Бейн не представлял точно, сколько ему лет, думал за сорок. Его удивило, что мужчину в его возрасте может волновать такая простая вещь как держать маленькую руку прекрасной женщины? Это казалось более интимно, чем весь его сексуальный опыт вместе взятый.

— Скарлетт? Это ты? — Мужчина, в брюках цвета хаки и в красной футболке, остановился перед ними, и Скарлетт крепче сжала руку Бейна.

— Мне нечего тебе сказать, — ответила Скарлетт, стараясь обойти его. Но парень преградил дорогу, и Бейн решил вмешаться.

— Кто это, черт возьми, такой? — спросил Бейн, чувствуя, как в нем просыпается ревность.

Поведение Скарлетт изменилось, она вся сжалась и замкнулась в себе.

— Брат моего бывшего парня.

— Понятно. — Бейн изучал стоящего перед ним мудака.

— Майкл старался с тобой связаться, но не смог. Где ты была?

— У меня судебный запрет, он не должен искать меня, — сказала она. — Просто держитесь от меня подальше.

Этот кусок дерьма нахмурился, глядя на Скарлетт.

— Ему это не понравится, он хочет работать над проблемами, а ты сошлась с другим мужчиной.

— Мы расстались год назад, — напомнила она. — Он не может и никогда не будет указывать, что мне делать.

Бейн ощущал ее волнение, от ее страха воздух стал тяжелым. Ему это не понравилось.

— Отвали, — грозно произнес Бейн. Он оглянулся, вокруг все еще ходили люди. Слишком много свидетелей для убийства этого засранца.

Оттолкнув плечом парня, он прошел, держа крепко за руку Скарлетт. Его огорчило, что тот никак не отреагировал, и у Бейна не оказалось повода хорошенько ему навалять.

Пройдя ещё один квартал, они увидели байкеров, вывалившихся из бара. Пора возвращать Скарлетт к нему домой. Это прогулка должна была сделать ее счастливой, а не создавать проблем.

— Отличные сиськи, детка! — прокричал один из байкеров.

Оттолкнув Скарлетт, Бейн бросился на ублюдка, ударив его в лицо, этого оказалось достаточно, чтобы тот упал, несколько байкеров бросились на Бейна. В нем проснулась ярость; поймав одного в захват и вырубив, он повернулся к двум другим нападавшим. Просто детская игра по сравнению с тем, с чем ему приходилось иметь дело постоянно. Бейн присел, доставая нож из ботинка. Поиграл им в руках так эффектно, что байкеры оцепенели.

— Кто-нибудь еще хочет что-то сказать МОЕЙ ЖЕНЩИНЕ?

Не услышав возражений, Бейн повернулся и повел Скарлетт обратно к машине.

— Ты не обязан был этого делать, — проговорила она, когда они отошли на безопасное расстояние.

— Нет, я должен был, — возразил он. — Какой мужчина не заступится, когда его женщину оскорбляют?

Она посмотрела на него удивленно:

— Я теперь твоя женщина?

Он покачал головой:

— Они этого не знали.

— Верно…

Он сомневался, расслышал ли в ее голосе разочарование. Нет никаких шансов, что Скарлетт захочет иметь с ним что-то общее. Она терпела его, потому что была его пленницей. Скарлетт пыталась сбежать каждый раз, стоило ему отвернуться, и ясно, что она не хочет быть его женщиной. Она хорошая девочка, а хорошие девочки выходят замуж за хороших мужчин, которые работают с девяти до пяти и платят налоги.

Он открыл ей дверь машины, помогая сесть. Когда Бейн сел в машину, тишина казалась оглушительной.

— Этот твой бывший, он тебя обижал?

Скарлетт кивнула:

— Я прячусь уже давно, он разрушил мою жизнь, но, похоже, этого ему недостаточно.

— Хочешь, я убью его?

Ее рот раскрылся.

— Ты не можешь убить кого-то, даже если очень хочешь, — проговорила она. — В реальной жизни это так не работает… Как бы нам этого ни хотелось.

— Я сделаю это ради тебя, — сказал он. — И тебе больше не придется оглядываться назад.

— Так ты меня отпускаешь?

Он не хотел ее отпускать, никогда. От одной мысли, что он опять окажется один, в тишине дома, ему стало не по себе. Одиночество было его опорой, но теперь он хотел слышать голос Скарлетт, ее дыхание рядом с ним ночью, хотел чувствовать ту страсть, которую она без особых усилий пробуждает в нем.

— Пока нет.

Он выехал на дорогу, оставляя позади город, двигаясь обратно в свое убежище… Или же в тюрьму. Он больше ни в чем не был уверен.

В ту ночь, снова войдя в дом Бейна, Скарлетт была сбита с толку, что неудивительно, если вспомнить, как сильно изменилась ее жизнь за сорок восемь часов. Совсем недавно Скарлетт считала ее действительно никчемной, и вот ее похищает мужчина, вызывающий у нее сексуальные фантазии. Теперь ей нравилось, что он считал ее своей женщиной. Ведь она сама хотела ею быть.

— Прости, — проговорил он, развернув ее к себе в холле. Много раз за сегодняшний вечер Скарлетт могла сбежать и все же этого не сделала. Ни разу она не захотела оставить его. Несмотря на то, что видела, как он убивает, она чувствовала себя в безопасности рядом с ним. Он защитит ее от всего.

— Почему ты извиняешься?

— Я хотел, чтобы ты повеселилась сегодня.

— А я и повеселилась. Было прекрасно находиться с тобой и не бояться. — Встреча с Нейлом, братом бывшего, оказалась неожиданной. У нее имелся судебный запрет, и с его помощью она смогла прожить спокойно весь год, и это не изменится. Странно, но то, что Бейн готов убить из-за нее Майкла, вызывала в ней приятные чувства. — Мне интересно, сколько ты берешь за работу? — спросила она.

— О чем ты?

— Ты предложил убить моего бывшего. И я хочу знать, сколько это будет стоить?

Его смех не утешал.

— Ты не сможешь себе это позволить меня, детка. Я предложил сделать это бесплатно.

— Какова цена убийства? — спросила она.

— Это для статьи?

— Нет, мне просто интересно узнать мир, который, думала, бывает только в фильмах.

— Это зависит от человека, от того, кем он является. Если это какая-то важная шишка и риск большой, то может стоить где-то десять миллионов. А такие парни как сегодня где-то между пятью и семью.

— Ты серьезно? — удивилась она.

— У тебя в доме припрятано несколько миллионов?

— Нет.

— Тогда я сделаю это бесплатно.

— Мне правда кажется, что ты не шутишь. Ты серьезно?

— Я не шучу о деньгах и убийстве. Никогда не шутил и никогда не буду.

Скарлетт удивилась.

— Кто-то правда заплатит тебе столько денег?

— Даже больше.

Скарлетт не знала, как на это ответить, и последовала за ним, они вошли в гостиную. Бейн сел на диван, и она устроилась рядом с ним.

— Почему ты это делаешь? — спросила она. Скарлетт хотелось задать столько вопросов.

— Как уже тебе говорил, я хорош в убийстве.

— Никогда не думал заняться чем-то, кроме убийства?

— Нет. Скорее всего я умру. Когда ты убийца, надо быть готовым к тому, что всегда найдётся тот, кто захочет занять твоё место.

Она прикусила губу и откинулась на спинку дивана.

— Спасибо, что защитил меня сегодня, хотя не обязан был этого делать.

— Ты была со мной. Я хотел тебя развеселить, но эти ублюдки все испортили. Этот парень может создать проблемы?

— Нейл? Нет, он не станет.

— Он говорил про парня по имени Майкл.

— Это мой бывший, из-за которого мне пришлось получать судебный запрет. Он мерзавец и стал последней каплей. Я больше не доверяю мужчинам. Не хочу иметь с ними ничего общего. — Она засмеялась. — Мне стоит уже выучить этот урок. Думала, становясь репортером, начинаю жить с чистого листа. — Она вздохнула. — Ты когда-нибудь чувствовал себя потерянным?

— Не так давно, но да, я чувствовал это. Иногда тяжело уйти от этого чувства. — Он положил руку ей на колено, она уставилась на нее. Рука казалась такой широкой. Жар его ладони что-то делал с ней, никогда прежде она не чувствовала такого сильного всплеска желания.

— Ты говорил, что знаешь, как соблазнить женщину. Это для тебя что-то значило? — спросила она. — Быть с таким количеством женщин.

— Я не помню лица ни одной из них, они все смешались, Скарлетт. Для меня они ничего не значили и были просто средством для достижения цели. — Он начал гладить ее колено.

Обхватив голову руками, она пыталась придумать, что сказать, чтобы отвлечься.

— Знаешь, всю свою жизнь я мечтала быть кем-то любимой, иметь человека, кто захочет быть со мной и ни за что не отпустит.

Его холодные глаза изучали ее. Она со слезами в глазах взглянула на свое колено, где покоилась его татуированная рука.

— Наверное, звучит безумно, что рядом с тобой я чувствую себя ближе, чем с кем-то в моей жизни? — Она взглянула на него и ахнула, когда почувствовала, как он скользит рукой вверх по бедру. Она не могла отвести от Бейна взгляда, да и не хотела.

Он посмотрел на ее губы, а потом вернулся обратно к глазам.

Он собирался ее поцеловать?

Она хотела почувствовать его губы на себе. Страсть вспыхнула ярким пламенем и охватила её тело.

— У тебя никогда не было мужчины, уделявшего достаточно внимания твоему удовольствию?

— Нет. Я всегда была для них средством получить то, что они хотят. Знаешь, будучи толстой всю свою жизнь, это все, на что я могла рассчитывать. Мне говорили, если похудею, они, возможно, доставят мне удовольствие.

Он продолжал поглаживать ее бедро, и она изо всех сил старалась связно мыслить. Он — убийца, машина, но это не имело для нее никакого значения. В Бейне что-то ее притягивало. Происходящее между ними пугало ее, но не взирая на последствия Скарлетт хотела большего. Она хотела, чтобы его губы и руки доставляли ей удовольствие.

— Ты не толстая. Я так не думаю.

Она улыбнулась:

— Ты такой милый.

— Я знаю, что мне нравится, и уверен, твои изгибы — это божий дар. — Он сжал ее бедро, и она не смогла сдержать вздох, сорвавший с ее губ. — Ты должна знать, что ты мне очень нравишься Скарлетт, а ведь мы едва знакомы.

Хотела ли она останавливать его? Хватка на ее бедре усилилась, и ее тело ожило. Он поцеловал ее шею, от этого прикосновения ее глазами сами закрылись и из груди вырвался стон. Ни один другой мужчина не мог одним лишь касанием вызвать у нее такую сильную реакцию. Она стала зависимой от прикосновений Бейна. Скарлетт отдала бы ему все, лишь бы он не остановился. Его объятия дарили ей удовольствие, от которого она не хотела отказываться и жаждала продолжения.

Бейн оторвался от ее шеи, и она дотронулась рукой до его лица. Какое-то мгновение они смотрели друг на друга, пока, наконец, Бейн не взял в плен губы Скарлетт и поцеловал ее. Она не боялась его коснуться, этот мужчина, казалось, знал, чего она хотела, что ей было нужно, без всяких вопросов. Он дразнил языком ее губы, продолжая изучать ее тело. Переместив свою руку с бедра к ее заднице, он смело сжал ее плоть, но она не испугалась новых ощущений. Скарлетт вцепилась в воротник его рубашки, боясь, что он отступит. Низ живота пульсировал от проснувшегося желания, а твердые пики сосков царапали купленную Бейном рубашку.

Скарлетт раскрыла губы, сдаваясь Бейну. Он скользнул языком ей в рот, углубляя поцелуй, она в ответ коснулась его языком, пробуя на вкус. Он подвинул их тела выше, и Скарлетт раздвинула для него ноги. Его член прижался к ее естеству, и она, не сдержавшись, вскрикнула, удивляясь, каким большим он ощущался.

Бейн прервал поцелуй, они оба задыхались.

— Ни один мужчина не имеет права прикасаться, если это не доставляет тебе удовольствие. Они все были придурками, Скарлетт. Ты достойна гораздо большего. — Он мягко поцеловал ее, и она захныкала. — Скажи мне остановиться. Ты должна сказать мне стоп.

Скарлетт не произнесла ни слова. Держа его за затылок, она потянула его вниз, нуждаясь в еще большем количестве его поцелуев. Всю свою жизнь она мечтала быть центром чьего-то мира. Какая ирония в том, что ее жизнь вращалась вокруг жизни убийцы, но все же она связана с Бейном.

— Я не хочу, чтобы ты останавливался. Совсем не хочу, чтобы ты останавливался.

Он зарычал, обхватив ее вокруг талии, и поднялся с дивана вместе с ней на руках. Скарлетт пискнула и вцепилась в Бейна, как будто от этого зависело ее жизнь, так оно и было.

— Что ты делаешь? — спросила она.

— Я не собираюсь трахать тебя на диване. Ты заслуживаешь кровать, и это то место, куда я направляюсь.

Она обхватила его талию ногами.

— Я не возражаю против дивана.

— Этого не случится.

Он отнес ее в свою спальню. Ее вес ничего не значил для него, он пинком распахнул дверь спальни и опустил ее на кровать. Скарлетт привстала, и он принялся возиться с ее одеждой.

Через несколько секунд она оказалась голой, и Бейн положил ее посередине кровати.

— Я хочу, чтобы ты разделся.

Он относился к ней, как к нежной принцессе, и ей это нравилось.

Бейн встал с постели и начал раздеваться, демонстрируя ей свое татуированное тело. Скарлетт скорбела о том маленьком мальчике, каким он был когда-то. Монстры, похитившие его, превратили Бейна в того мужчину, которого сейчас видела, но она знала, что за этой суровой внешностью скрывается гораздо больше, чем он показывал. Бейн не был таким холодным и бесчувственным, как она думала вначале. Внутри него скрывались реальные чувства и эмоции. И Скарлетт собиралась стать тем человеком, который поможет ему осознать это. Сегодня он доказал, что он больше, чем обычный убийца.

Его член был длинным и твердым, а кончик члена — влажным от предсемени. Бейн лег на кровать, но не между ее ног, а рядом с ней. Рука проскользнула под ее голову, так что она оказалась на его плече. Одну из ее рук Бейн поймал в ловушку и удерживал под ее головой, а другую ее руку прижал к себе, так что Скарлетт лежала открытая и беззащитная.

Она была полностью в его власти, свободную руку он положил на ее округлый живот. Жар его руки пронесся по ее телу, и от вспыхнувшего желания она сжала бедра. Бейн мог сделать с ней все, что ему захочется, и она не знала, что хуже: тот факт, что она не хотела, чтобы он прекратил, или то, что хотела быть использованной.

Тело Скарлетт — само воплощение красоты. Бейн переспал со многими женщинами, молодыми и старыми. У него были даже женщины, которые ради красоты делали пластическую операцию, но они казались искусственными, все они что-то хотели от него, и это не приносило ему удовольствия. Это являлась его обязанностью, и он просто должен был выполнить работу. А Скарлетт, она настоящая, естественная и она в его постели.

Ему не понравилось, что она попыталась втянуть живот. Ему нравилось ласкать ее округлый живот. Ее бедра были широкими и сочными, как грех, а грудь большая с красивыми розовыми сосками, которые он обожал. Раньше ему не приходилось выбирать какую-то часть женского тела, а в теле Скарлетт ему нравилось все: ее грудь, задница и бедра.

Что ему ещё больше в ней нравилось — это её ум. Он не мог её разгадать. Ни одна женщина не могла заставить его нарушить правила.

Убрав руку с живота, он начал ласкать её грудь, взял в плен её сосок и начал сосать — эта ласка вызвала у Скарлетт прекрасный стон. Бейн продолжил ласкать её тело, пробежался пальцами от груди к животу и ниже к бёдрам. Скарлетт перестала сжимать ноги, приподняла таз, приглашая его, прося прикоснуться к жаждущей плоти.

Она изнывала по прикосновениям. Бейн заметил это, его учили понимать женское тело и знать, что оно хочет больше всего. Наконец он скользнул рукой к её вульве. И почувствовал её жар и влажность и насколько она готова принять его.

— Бейн, — его имя слетело из её губ, как мольба. Он не обратил внимание на это. Скользнув пальцем по её щели, нашёл клитор и обвел пальцем вокруг подрагивающего бутона, а затем снова вернулся к влагалищу и резким движением ввел палец внутрь.

Мышцы Скарлетт сжались вокруг его пальца.

— Никто не заслуживает тебя, малышка. Они не знали, как поклоняться твоему телу. — Ослабив хватку на ее руке, он опустился вниз и устроился между её бёдер.

— Ты не должен этого делать, — проговорила она взволновано.

— Кто-нибудь уделял время этой маленькой красивой киске? — спросил он.

Она покачала головой.

— Нет. Нет. Мне это не нравится. Тебе не обязательно делать это.

Бейн улыбнулся.

— Значит, ее не вылизывали тщательно, раз тебе это не нравится, и поверь мне, когда я закончу, ты это полюбишь.

Скарлетт прикрылась рукой, нервничая.

Он шлепнул её по руке, и она вскрикнула.

— Доверься мне. Я же тебя не убил? Ты до сих пор живая и дышишь. Поверь мне. Я не собираюсь тебя обманывать.

Она посмотрела на него и плюхнулась на кровать.

«Давай, Бейн. Заставь её кричать во все горло».

Он раскрыл языком ее нежные складки — такая красивая картина. Щёлкнув языком по клитору, он услышал хныканье Скарлетт. Бейн засмеялся перед тем, как втянуть в рот бутон. Прикусил, добавляя немного боли, подразнил её щель и скользнул в неё языком. Скарлетт была такая сладкая на вкус, просто невероятно, а звуки, которые она издавала, сводили Бейна с ума. Но он хотел большего, хотел слышать ее стоны и вскрики, пока он будет трахать ее нежную плоть языком и пальцами.

Скарлетт выгнулась, ее тело поднялось, руки вытянулись и схватили простыню.

— Бейн! Пожалуйста, не останавливайся, — хныкнула она. — Это так хорошо!

Заменив пальцами язык, он уделил внимание ее клитору. Его член распух от сильнейшей потребности Бейна трахнуть Скарлетт, головка, влажная от смазки, намочила постель. Он хотел иметь ее так жестко, чтобы после она не могла стоять ровно. Но сдержался, он хотел довести ее до оргазма, хотел увидеть, как она теряется во время блаженства. Бейн тянул, не позволяя ей достичь желанного пика.

— Хочешь, чтобы я остановился? Тебе не нравится, когда мужчина вылизывает эту маленькую и красивую щелочку?

— Нет! Не останавливайся, пожалуйста, я так близко.

Проводя пальцами по ее холмику, он наклонился, снова попробовав ее на вкус. На этот раз Бейн не остановился. Он держал ее на грани, не позволяя ей погрузиться в блаженство. Каждую секунду, которую уделял ее сладкой плоти, дразня ее, он был полон решимости заставить Скарлетт настолько привязаться к нему, что она не смогла от него уйти.

Ей больше некуда идти.

Он хотел, чтобы она по собственному желанию осталась с ним. Впервые в жизни он захотел кого-то, хотел эту женщину. Она была драгоценным подарком, который он получил, и он намеревался дорожить этим даром. Всю свою жизнь Бейн ничего не хотел. Его никогда не волновало материальное дерьмо. Он делал то, в чем был хорош, жил этой жизнью и ждал смерти. Он не пошел бы на это добровольно, если бы ему дали свободу выбора, и впервые за свое долгое и жалкое существование ему захотелось чего-то большего, чего-то прекрасного в этом мире. Он хотел, чтобы Скарлетт принадлежала ему, заявляла свои права на него, хотела принадлежать ему, чтобы он мог владеть ею, а взамен она могла бы получить его.

— Бейн! Бейн! — она выкрикнула его имя, когда он подтолкнул ее к краю, посасывал ее клитор, не прекращая ласкать языком вперед и назад. В то же время его пальцы проникали в ее пульсирующую вагину. Спина Скарлетт выгнулась, соски затвердели, и красивый румянец покрыл ее грудь, когда она достигла оргазма.

Только когда оргазм утих, Бейн освободил ее. Он двинулся вверх по ее телу, слизывая остатки ее влаги со своего лица, зная, что ему очень понравится вылизывать ее лоно всю ночь напролет.

Скарлетт открыла глаза, и ему понравилось видеть шок в ее глазах.

— Ну? Тебе нравится, когда лижут твою киску?

Она застонала, прикрывая лицо руками от смущения.

Он убрал ее руки и посмотрел ей в лицо. Нежно поцеловав ее в губы, он начал слезать с нее.

— Что ты делаешь? — спросила она удивленно.

— Я хотел доставить тебе удовольствие.

Она покачала головой и указала на его твердый член.

— Я хочу тебя, Бейн. Дело было не только во мне. Я тебя хочу. Внизу, я хочу почувствовать тебя внутри меня. — Она села и двинулась к нему, ее рука обвила его член, пробегая вверх и вниз по его длине. Она коснулась его щеки и поцеловала его. — Я хочу, чтобы ты получил такое же удовольствие, как и я.

Когда она попыталась обхватить его член губами, он остановил ее и покачал головой.

— Я хочу быть внутри тебя. — Он убрал ее руку со своего лица и прижался к ее губам, прежде чем она успела что-то сказать. Подтолкнув ее обратно к кровати, он никак не мог поверить в реальность происходящего, Скарлетт лежала на его подушках. Ее волосы рассыпались веером на его кровати. Она была похожа на женщину из мечты, которую он так долго ждал и никогда не ожидал иметь.

Бейн достал презерватив из прикроватной тумбочки и разорвал пакет. На всякий случай он всегда держал при себе презервативы. Обернув латексом член, он двинулся между ее бедер. По сравнению с ним, она была намного меньше, узкой, а он не был маленьким. И знал, как использовать свой член, а она была насквозь мокрой, благодаря оргазму, и он сможет взять ее легко.

Прижавшись к ее входу, он начал входить в нее дюйм за дюймом. Бейн схватил ее за бедра и наблюдал, как его член исчезал в ее теле. Скарлетт была так красива, он хотел защитить ее, и к черту все! Он хотел любить ее!

Он был расчетливым, жестким убийцей, но для нее хотел стать правильным мужчиной.

Держась за ее бедра, он вошел до конца, и они оба вскрикнули от восхитительных ощущений. Ее влагалище сжалось вокруг его члена.

— Как приятно, — простонала Скарлетт. — Ты такой большой.

Он отпустил ее бедра, взял ее руки и прижал их к кровати. Прямо сейчас он практически потерял рассудок и, черт возьми, не понимал этого. Никогда еще он не был так поглощен кем-то, никогда ни в ком так не нуждался. Скарлетт вернула ему желание. Она заставляла его чувствовать, заставляла хотеть чего-то, в чем, как он думал, ему было отказано навсегда.

Прижавшись губами к ее губам, он овладел ее ртом и начал двигаться внутри нее. Сначала медленно, давая ей привыкнуть к его размерам. Затем он ускорился, входя в нее с большей силой, желая заявить на нее свои права, заклеймить ее, пометить как свою. Таким образом, каждый шаг, который она сделает, напомнит ей, кому она принадлежит.

Разрывая поцелуй, он двинулся к ее шее, где бился пульс. Покусывая и посасывая кожу, спустился к ее соскам.

— Пожалуйста, Бейн, — простонала она. Глядя ей в глаза, он начал жестко трахать ее, а потом остановился. Она не просто женщина. Скарлетт — женщина, которую он хотел, женщина, которую он будет защищать.

— Что такое? Что-то случилось?

— Все в порядке. — На самом деле он, наконец-то, почувствовал, что просыпается, как будто всю свою жизнь только и делал, что спал. — Скажи, что хочешь меня.

— Я хочу тебя, Бейн.

Это все, что ему нужно было услышать от нее. Он видел, что она говорит правду, даже если попросил ее произнести эти прекрасные слова.

Она сжала его руку и нахмурилась.

— Что происходит? — спросила она. — Бейн, ты плачешь!

Слезы катились из его глаз, и он даже не пытался это скрыть. Никогда не хотел скрывать от Скарлетт. Ей нужно увидеть настоящего мужчину, настоящего Бейна.

Замедляясь, Бейн делал со Скарлетт то, чего никогда не делал ни с одной женщиной. Он занимался с ней любовью и позволял ей видеть те части себя, которые никогда не позволял видеть другим.

Скарлетт пошевелилась среди простыней, ее тело приятно ныло. Она вспомнила прошлую ночь и не смогла сдержать счастливую улыбку. Никогда в жизни она не испытывала такой всепоглощающей страсти и наслаждения. Бейн доставил ей такое удовольствие, что она и представить себе не могла, что такое возможно.

Когда она открыла глаза, то поняла, что одна в постели. В животе все сжалось от волнения. Она так быстро села, что у нее закружилась голова от резкого движения.

— Бейн!

Его крупная фигура заполнила дверной проем ванной комнаты, на нем было лишь белое полотенце, обернутое вокруг талии, и зубная щетка во рту.

— Да, детка.

Скарлетт успокоились, как только его увидела. Чем сильнее она влюблялась в Бейна, тем больше беспокоилась, что его убьют из-за его работы. Она не могла потерять его.

— Ничего. — Она прикрыла грудь простыней. — Почему ты встал так рано?

— Новая работа. Заказ пришел рано утром, и у меня всего два дня на подготовку. — Он исчез в ванной. Скарлетт слышала, как вода стекает в раковину, а потом стук бритвы о фарфор.

Он так небрежно относился к убийствам, но она знала, что он убийца, и не взирая на последствия все еще хотела его, поэтому не могла жаловаться. Это просто казалось неправильным. Скарлетт гадала, кто же на этот раз окажется несчастной жертвой и заслуживает ли он ту участь, которую ему подготовили.

Бейн шагнул в комнату, и его твердое, как скала, тело нелегко было игнорировать. Она наблюдала за каждым движением его мускулов, пока он натягивал черные джинсы. Застегнувшись, сел на край кровати со свежей футболкой в руке.

— Сегодня мы должны кое-что сделать, — сказал он. — Мне нужен адрес твоей подруги, которая знала, что ты пошла к Семенову.

— Что? Нет!

Он успокаивающе сжал ее бедро.

— Я не говорил, что собираюсь ее убивать. Но с ней нужно разобраться.

— Что это значит, Бейн? Я же говорила, что лучше убить вместо нее меня, если кому-то нужно заплатить, почему бы не мне. Она не заслуживает того, чтобы с ней случилось что-то плохое.

— Слушай, мой босс не успокоится, пока я не уберу все это дерьмо. Я все еще не знаю, что с тобой делать, но черт возьми, уверен в том, что не могу позволить этой девчонке болтать без умолку, — сказал Бейн. Он натянул футболку через голову, хлопок прилип к его твердым мышцам. — Мы должны поехать к ней, чтобы ты убедила ее, что жива и здорова. Ее жизнь в твоих руках, так что постарайся рассказать убедительную историю. Мне нужно, чтобы она отказалась от своего заявления в полицию.

— Мне совсем не хочется ничего ей рассказывать. Я хочу быть здесь. С тобой. — Скарлетт провела кончиками пальцев по его шее, по узору татуировки. — Если Лиза мне поверит, с ней ничего не случится?

— Давай не все сразу, милая. У тебя пятнадцать минут. Я буду ждать тебя внизу. — Он снова казался деловым человеком, давно забывшим о своей уязвимости прошлой ночью. Она не хотела терять ту нежную его часть, в которую влюбилась.

Когда он взял в руки ее лицо и подарил мягкий поцелуй в лоб, этот поступок стер все ее опасения. Она вздохнула, стоило ему выйти из комнаты.

Скарлетт умылась и надела одежду, которую Бейн купил ей вчера вечером. Ей больше нечего было надеть. Интересно, сможет ли она вернуться домой и забрать свои вещи? С другой стороны, какое будущее ее ждет? Неужели Бейн ожидал, что она переедет к нему? Разве когда-нибудь она сможет вернуться к своей прежней жизни? Она не хотела притворяться, что ничего не произошло, забыть Бейна и все, что с ним связано. Он появился в ее жизни не просто так. Ей хотелось верить, что они сейчас вместе по воле судьбы.

Когда Скарлетт спустилась вниз, он уже собирал в большую черную спортивную сумку разное оружие, всех форм и размеров. Она застыла, реальность происходящего обрушилась на нее.

— Зачем тебе столько оружия, мы же только хотели поговорить с Лизой? Ты сказал, что не причинишь ей вред.

— Я всегда готов к неожиданностям. Нам нужно сделать много остановок, и никогда не знаешь, с кем столкнешься. — Бейн застегнул молнию и перекинул сумку через плечо.

Скарлетт последовала за ним.

— Что за остановки? — спросила она, когда они вышли из дома.

— Сначала самое главное. Этой цыпочке Лизе нужно держать рот на замке, — он бросил сумку в багажник машины. — И мне нужно подготовиться к следующему заданию, а так же нам нужно нанести визит твоему бывшему.

Он быстро сел за руль, в то время как она молча стояла около машины. Она ни за что не хотела видеть Майкла ни сегодня, ни в будущем. Но это не означало, что она желала его смерти, даже если он этого заслуживал.

Скарлетт скользнула на пассажирское сиденье, луч утреннего солнца отразился на часах «Ролекс» Бейна — это заставило ее задуматься о том, почему он до сих пор ведет такой опасный образ жизни, когда уже сколотил целое состояние.

— Я не хочу видеть своего бывшего. Давай просто забудем об этой главе моей жизни. Все кончено.

— Это еще не конец, если он продолжает искать тебя.

— Та встреча с его братом была чистой случайностью. Он не знает, где я. Черт, даже я сама не знаю, где нахожусь.

Он поерзал на сиденье, глядя прямо на нее.

— Ты боишься, — проговорил он спокойным и ровным голосом. — Никогда не позволяй своему страху управлять собой. Теперь у тебя есть я.

Скарлетт не могла говорить. Конечно, он прав. В глубине души она все еще боялась своего бывшего и тех ужасных вещей, что с ней происходили, когда она жила с ним. Тех событий в ее жизни, о которых Бейн ничего не знал.

— Ты и половины не знаешь. Я не хочу видеть Майкла. Я не выношу даже звук его имени.

— Ты и я, мы вместе. — Бейн свернул со своего участка, рассыпая гравий, и выехал на дорогу. Ранний утренний свет позволил ей увидеть великолепный пейзаж вокруг дома Бейна. Зеленые поля и леса вдалеке, ни одного дома вокруг. Она никогда не могла позволить себе жить на природе. Квартира, которую она снимала в городе, сильно опустошала ее бюджет.

Скарлетт не знала, что и думать. Ей не нравилась мысль, что Лиза может быть втянута в эту историю. Когда Бейн спросил ее адрес, она поняла, что он проверяет ее лояльность, потому что уже направлялся к дому Лизы. Скарлетт надеялась, что ей удастся быть достаточно убедительной. Как могла ожидать, что кто-то из ее близких друзей поверит, что она только что решила бросить работу и сбежать с незнакомцем, даже не намекнув заранее? В сочетании с массовым убийством у Семенова все это звучало слишком надуманно.

— Вот он, — сказал Бейн, припарковавшись перед домом Лизы.

— Ты можешь подождать здесь, — проговорила Скарлетт с мольбой в голосе. — Я с ней поговорю и сразу вернусь.

Бейн даже не потрудился ответить, вышел из машины и ждал ее на тротуаре, скрестив руки на груди. Она вздохнула. Он ни за что не упустит ее из виду. Формально она все еще его пленница, пока он не решит иначе.

Они подошли к главному входу в доме Лизы, Скарлетт нажала кнопку звонка. Услышав голос подруги, ее охватило странное чувство. С той ночи она совсем не думала о своей прежней жизни, как и о подруге. Хотя ненавидела свою работу, где постоянно боролась за сохранение места и с содроганием вспоминала о своей ужасной личной жизни, Лиза всегда была хорошим другом.

Лифт не работал, так что они поднялись по лестнице на третий этаж. Бейн держался на расстоянии позади нее, пока они шли по коридору. Она хотела постучать в дверь, но та открылась так быстро, что ее рука осталась в воздухе.

— О боже! Не могу поверить, что это ты, — воскликнула Лиза. — Я собралась сегодня позвонить в полицию. Я думала, ты мертва! — Она схватила Скарлетт за руку и затащила в квартиру. Бейн последовал за ними, закрыв за собой дверь.

Лиза уставилась на Бейна с опасением.

— Мне нужно с тобой поговорить, — сказала Скарлетт. — Произошло огромное недоразумение.

Они прошли подальше, в конец комнаты к окну, но Лиза все время поворачивала голову, чтобы посмотреть на Бейна. Как только они оказались вне пределов слышимости, Лиза прошептала:

— Кто это, черт возьми? Он один из людей Семенова? У тебя неприятности?

— Стоп, — сказала Скарлетт. — Не будь идиоткой.

— Тогда кто это? Я должна вызвать полицию?

— Лиза, успокойся. Он мой… парень. После того ужаса, что испытала, находясь у Семенова, я решила оставить все позади, начать все сначала. Ты же знаешь, что моя карьера в редакции быстро шла ко дну.

— Подожди, ты начинаешь все сначала. С ним?

— Да, с ним, — подтвердила Скарлетт.

— Посмотри на все эти татуировки. Он похож на страшного байкера. С каких это пор «страшный парень байкер» в твоем вкусе?

Скарлет начала волноваться. Если она не убедит Лизу, то Бейн наверняка пустит ей пулю в лоб. Она слегка встряхнула ее, чтобы привлечь внимание.

— Лиза, поверь, он в моем вкусе. Он в буквальном смысле секс-машина. Я счастлива, живу своей мечтой, просто хотела все рассказать и дать о себе знать, потому что знаю, что ты волнуешься.

— Секс-машина?

Скарлетт не шутила, когда назвала Бейна секс-машиной — он был ею в буквальном смысле. Его обучили доставлять удовольствие женщинам, и она могла поручиться за его мастерство после того, как провела с ним прошлую ночь. От одной мысли о нем Скарлетт становилось жарко.

— Мне с ним хорошо, Лиза.

Лиза, вероятно, поверила ее словам, увидев в глазах Скарлетт любовь к Бейну. Подруга обняла ее, выражая поддержку.

— Я так волновалась. Сначала, когда увидела новости и решила, что ты умерла. Потом, когда никто ничего не сказал, подумала, что ты опять что-то расследуешь, а потом испугалась и уверилась, что что-то случилось. Я просто рада, что с тобой все в порядке и что ты пришла ко мне. Я так переживала, что собиралась вызвать полицию.

— Можешь оказать мне услугу? — спросила Скарлетт. — Скажи Картеру, что я не вернусь. Я не хочу сталкиваться с ним. Ему придется смириться с тем, что в команде будет работать одним исследователем меньше.

— Конечно…

— Ты что-то говорила полиции?

— Собиралась сделать это сегодня. Я ничего о тебе не слышала, и ты не значилась в списке погибших. Ты видела кровавую бойню в новостях? Там обнаружили около дюжины тел.

— Мне повезло, что я не попала в перестрелку. — Скарлетт услышала, как Бейн прочистил горло, и поняла, что ее время истекает.

К счастью, Лиза, казалось, была слишком счастлива, что Скарлетт не умерла, что не стала выпытывать никаких подробностей. Скарлетт надеялась, что их разговор достаточно убедителен, чтобы удовлетворить Бейна.

Когда они вернулись в машину, она откинулась на спинку сиденья. Было тяжело говорить подруге полуправду и волноваться, поверит она ей или нет.

— Для тебя этого достаточно? — спросила она устало.

— Увидим.

Они выехали на дорогу, и ей захотелось вернуться домой. А где же дом? Ее маленькая квартира-тюрьма, где она проводила одинокие ночи, думая о своей неудачной жизни. Для нее дом — там, где Бейн. Он заставил ее почувствовать себя уверенной, красивой и живой. До встречи с ним Скарлетт лишь существовала. Чего она могла еще желать.

— Мы можем заехать ко мне, забрать кое какие вещи? — попросила она.

— Ни в коем случае. Твоя квартира определенно находится под наблюдением.

Она не узнала этот район города, но радовалась, что они не направлялись к дому Майкла. Дом, в котором они жили, был сгустком ее самых страшных кошмаров. Бейн свернул в переулок, потом в другой, прежде чем припарковать машину.

— В пригород? И что теперь? — спросила она, уже чувствуя эмоциональную усталость.

— Идем, — позвал он. Бейн подошел к багажнику, открыл его и расстегнул черную спортивную сумку. Он натянул куртку поверх футболки, а затем спрятал пистолет за пояс брюк. Каждое его движение выглядело быстрым и точным, как будто он занимался этим тысячу раз.

Он закрыл багажник и взял ее за руку. Простое прикосновение руки успокоило ее нервы и укрепило связь с Бейном. Она смотрела вокруг на разные дома, ряд за рядом — подстриженные газоны, клумбы, садовые гномы. Жильцы вряд ли знали, что среди них появился убийца.

— Куда мы идем? — спросила она.

Он остановился и уставился на дом напротив.

— Пора нанести визит Майклу.

Бейну пришлось сдерживать зверя внутри себя. Все, что он желал сделать, — это сломать шею этому придурку. Очевидно, Майкл заморочил голову Скарлетт, научил ее страху и неуверенности в себе, сделав работу Бейна по ее завоеванию более трудной. Ему будет нелегко убедить Скарлетт в ее достоинствах, но он проведет за этим всю оставшуюся жизнь.

Но это не единственная причина, по которой он ненавидел этого ублюдка. Майкл спал с женщиной Бейна и все еще верил, что у него есть с ней шанс. Бейну нужно заявить о свои правах и поставить точку.

Он крепко держал Скарлетт за руку, когда они переходили улицу. Ей, конечно, не стоило находиться здесь, но она нуждалась в завершении, так что он поможет поставить точку.

— Бейн, нет, я не могу…

— Тебе совсем не нужно бояться, малышка. Ни на одну гребаную секунду.

— Ты не понимаешь. — Слезы наполнили ее глаза. Она прижалась к нему, и его защитные инстинкты вспыхнули в нем. Впервые в жизни у него появилось что-то ценное, что-то драгоценное. — Он не просто причинил мне боль. Это еще не все.

— В чем дело?

— Он отобрал у меня… — она больше не могла говорить. Скарлетт покачала головой, слишком взволнованная, чтобы продолжать. Майкл действительно провел ее не раз через ад.

Крытая веранда была выкрашена в белый цвет, рядом с дверью стояло деревянное кресло-качалка. На ум пришла идеальная картина. Из всех людей, которых он убил за эти годы, худшие из них притворялись лучше всего. Они жили в лучших районах, имели хороших друзей и участвовали в общественных мероприятиях. Все это лишь фасад для зла, скрывающегося под ним. Он подозревал, что с Майклом, живущим в пригороде и играющим в семьянина, все было также.

— Постучи в дверь. Когда он ответит, скажи ему, что хочешь, чтобы он перестал тебя искать. Я буду рядом, так что не волнуйся. Ты можешь сделать это для меня?

Она с трудом сглотнула, но кивнула. Бейну не терпелось поскорее покончить с этим дерьмом, потому что он ненавидел видеть Скарлетт такой нервной. Он должен доказать ей, что способен держать себя в руках.

Он стоял дальше на крыльце, пока она делала то, что он просил. Дверь открылась, и наступила тишина. Она застыла, глядя прямо перед собой и не в силах говорить. Бейн уже собирался вмешаться, когда Майкл заговорил:

— Я слышал, что ты переехала, а теперь… ты здесь.

— Ты не должен продолжать искать меня, Майкл. Перестань пытаться вернуться в мою жизнь, потому что этого никогда не случится. Ты знаешь, ЧТО сделал, и это непростительно, — сказала Скарлетт.

— Ты проделала весь этот путь, чтобы сказать это? Очень сомнительно. Кстати, как ты нашла мой новый адрес?

— Мне больше нечего тебе сказать. Ты даже не представляешь, сколько боли ты мне причинил. Просто держись на расстоянии, потому что у меня есть судебный запрет.

— Думаешь, он что-нибудь значит? Он не стоит бумаги, на которой напечатан, — сказал он.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Включи воображение, куколка, — издевательски проговорил Майкл. — Ты уже забыла, что происходит, когда ты меня бесишь? Думаешь, я боюсь копов?

Скарлетт начала пятиться, но этот придурок схватил ее за руку и втащил в дом. Через несколько секунд Бейн уже стоял в дверях, пинком захлопнув за собой дверь.

— Кто это, черт возьми? Это тот парень, с которым ты была? — изумился Майкл.

— Заткнись! — Бейн толкнул его в грудь, заставив отшатнуться.

Скарлетт схватила его за куртку, чтобы удержать.

— Бейн, нет!

Он повернулся и сердито посмотрел на нее. Почему она пытается защитить этот кусок дерьма? Она его по-прежнему любит? Неужели у нее нет ни хрена самоуважения?

Бейн снова повернулся к Майклу. Тот выглядел жалко, на него не стоило тратить даже пули.

— Тебе нравится причинять боль женщинам?

— Ты не имеешь права находиться здесь. Это частная собственность.

Он невесело усмехнулся.

— Думаешь, я боюсь копов?

— Это касается только меня и ее, — сказал Майкл.

— Нет ни тебя, ни ее. Теперь Скарлетт моя. Только моя.

Майкл посмотрел на Скарлетт.

— Ты правда спала с этим парнем? — Его лицо покраснело, брови опустились. — Я знал, что ты шлюха, и это только доказывает твою распущенность.

С Бейна было достаточно. Он схватил его за воротник и прижал к стене.

— Извинись перед ней, — предупредил он.

Ему потребовалась вся его сила воли, чтобы не разрядить обойму в этого мудака. Он вырос в борьбе; это то, что он знал и что любил. Жизнь в обычном обществе всегда была проблемой, ведь он привык действовать импульсивно, не считаясь ни с законами, ни с этикой.

— Убирайся из моего дома, — прохрипел Майкл от недостатка воздуха. Когда он вытащил из кармана брюк перочинный нож, Скарлетт закричала.

Бейн одним быстрым движением выкрутил его руку за спину, нож со звоном упал на кафельный пол.

— Твою мать, извинись, кусок дерьма.

— Вы оба заплатите за это! — воскликнул Майкл.

Бейн наклонился и прошептал парню на ухо:

— Я трахал эту сладкую маленькую девочку всю ночь напролет, крутой парень. И я сделаю это снова сегодня вечером. Единственный член, который она теперь знает, — мой. Ты должен это помнить.

Бейн отступил назад, расправив плечи.

Майкл встал, пытаясь поправить рубашку-поло.

— Оставь ее себе. Теперь она испорченный товар. Не знаю, о чем я думал, связавшись с такой. У меня есть стандарты.

Бейн застонал, больше не в силах сдерживать гнев. Никто не может оскорблять Скарлетт. Их встреча задумывалась, чтобы поставить точку, а не для того, чтобы она снова почувствовала себя мусором. Когда он услышал ее рыдания, окончательно потерял самообладание, ударив ее бывшего в рот.

— Ты хотел бы иметь такую женщину, как она. — Еще один удар, чтобы убедиться, что он держит свой толстый рот на замке. — Но ты облажался, и теперь она моя.

Услышав, как хлопнули дверцы нескольких машин, он выглянул в окно.

Черт подери!

Босс и трое его людей поднимались по дорожке. Бейн должен защитить Скарлетт. Если бы ему пришлось, он прикончил бы всех четверых, но это гарантировало бы ему жизнь в бегах, с постоянным оглядыванием через плечо.

Киллиан распахнул дверь. Ирландский придурок был одним из последних приобретений Босса. Он был жестоким и бессердечным, совсем не тот человек, какого Бейн хотел бы видеть рядом со Скарлетт. Его садистская улыбка исчезла, когда он увидел ее, стоящую у стены в фойе. Ходили слухи, что Киллиан никогда не заключал контрактов на женщин.

— Так, так, так. Взгляните на это, — проговорил Босс, входя вместе с двумя другими наемными убийцами. — Я предупреждал тебя, чтобы ты убирал свое дерьмо, Бейн. Разве я тебя не предупреждал?

— У меня все под контролем. — Теперь, когда Лиза знала, что Скарлетт жива и здорова, не осталось никаких зацепок, ведущих к их агентству. Первая свидетельница не станет проблемой, потому что теперь она принадлежала Бейну.

— Очевидно, нет, если я потратил свое утро на уборку, когда собирался пойти в спортзал. Это не поднимает мне настроения, — сказал Босс.

Один из киллеров шагнул к Скарлетт, и Бейн инстинктивно выхватил пистолет из-за спины, целясь ему в лицо.

— Даже не вздумай дышать на нее, — предупредил он.

— Интересно, — сказал Босс. — Я помню, как Вайпер рассказывал мне, что ты возненавидел секс еще когда был подростком. А теперь взгляните на это. Готов убить бедного Карлоса за дырку какой-то девки. — Он пожал плечами и прошелся по комнате, размахивая пистолетом в своей руке.

— Что происходит? — влез Майкл.

После его слов все внимание переключилось на него.

— И кто, черт возьми, этот мелкий ублюдок? В моем списке нет ни одного парня, только две женщины. Ну, одна женщина, — сказал Босс, почесывая лоб дулом пистолета. — Ты нарочно пытаешься усложнить мне задачу, Бейн?

— Оставьте Лизу в покое! — закричала Скарлетт. Она была сильно напугана, но оставалась храброй, когда дело касалось помощи другим. Бейну это в ней нравилось.

— Так ее звали? Я уже забыл, — сказал Босс. — Ну, я разобрался с этой эпической катастрофой, раз ты не смог, и вот мы здесь.

— Вы убили ее? — спросила Скарлетт. Она начала безудержно плакать, но Бейн не мог оторвать глаз от Босса и его людей. Вдалеке лаяли собаки, гул газонокосилки заглушал рыдания Скарлет. Для соседей это было обычное утро.

Босс проигнорировал вопрос Скарлетт.

— Не хочешь закончить с этим, Бейн? Несмотря на твои грубые методы, я все еще вижу твою ценность. И пока не собираюсь тебя отпускать.

Бейн перевел вытянутую руку с пистолетом на Майкла. Совсем не трудное решение, учитывая, что он хотел, чтобы этот ублюдок умер, как только Бейн узнал о его существовании. Пока он жив, этот глубоко укоренившийся страх будет жить в Скарлетт. Эти воспоминания и секреты должны быть уничтожены навсегда. Когда он сбежал от своих похитителей в подростковом возрасте, убийство их всех не стерло кошмары, но это помогло.

Бейн нажал на курок.

Майкл свалился кучей на пол, забрызгав кровью стену. Теперь, когда он мертв, Скарлетт ничего не чувствовала к этому злобному ублюдку. Никто никогда не причинял ей столько боли и не отнимал там много, как он. Майкл — одна из причин, почему она с радостью нашла бы покой в собственной смерти.

Лиза была ее болью. Ее лучшая подруга умерла. Нет, она не могла умереть. Скарлетт не хотела верить в это, ведь Лиза была милой женщиной. Скарлетт уставилась на мужчину, который, казалось, был лидером, тот, кто говорил больше всех и не очень много слушал.

— А теперь поведай-ка, почему у тебя возникли проблемы с тем, чтобы сделать ней тоже самое прямо здесь? — закричал мужчина, указывая на Скарлетт.

— Босс, я велел тебе отступить, и я не шучу. — Бейн схватил ее за руку и направил пистолет на мужчин. Она держалась за Бейна и уже не в первый раз задавалась вопросом, почему чувствует себя с ним в безопасности. Он мог быть убийцей, но ее бывший намного хуже для нее.

«Майкл причинил мне такую боль, убив моего ребенка».

Он был монстром.

Она сдерживала рыдания, не позволяя болезненным воспоминаниям отвлекать Бейна. Он не знал. Никто не знал, как Майкл сбросил ее с лестницы и несколько раз пнул в живот и спину, из-за чего у нее случился выкидыш. Он долго не отвозил ее в больницу и когда все-таки это сделал, Скарлетт была вынуждена солгать о насилии. Она должна была увидеть болезненное свидетельство того, что потеряла.

Не свело ли это ее с ума? Она не знала.

Босс вздохнул и принялся расхаживать по комнате. Он сделал четыре шага в одну сторону и четыре в другую. Какая точность. Скарлетт чувствовала себя сумасшедшей, она как будто находилась под гипнозом, высчитывая шаги другого человека.

— У тебя есть еще одна работа, и ты должен сделать именно то, что я скажу.

— Да пошел ты, Босс. Я сделал то, что ты хотел.

— Нет. Ты оставил после себя кучу следов. Для того, кто знает, как работать, ты слишком небрежен. Совсем не профессионал. Ты совсем не такой, каким был гребаный Вайпер.

— Тогда найми его обратно. Это ты пришел ко мне, помнишь. Ты хотел заполучить меня, а не наоборот. Я делаю свою работу и довожу ее до конца.

— Тогда убей ее! — завопил Босс. — Убей ее. Докажи мне прямо сейчас, что ты можешь выполнять приказы. Хватай ее за чертову шею и всади в нее пулю. Она — проблема, Бейн. Делай то, что должен. Тебе это легко сделать.

Бейн крепче сжал ее руку. Не больно, но скоро будет.

— Я убиваю людей по заказу, но не собираюсь ее убивать.

Почему Бейн говорил так спокойно?

Босс раздраженно выдохнул.

— Знаешь, у меня были сомнения насчет тебя, и каждый твой шаг доказывает, что я оказался прав, сомневаясь в тебе. — Он щелкнул пальцами, и его спутники подняли пистолеты.

Скарлетт ахнула, когда Бейн отпустил ее и крепко сжал свой пистолет. Он не нацелил его ни на кого, кроме Босса.

— Ты действительно хочешь это сделать? — спросил Бейн.

— Я убираю беспорядок.

— Здесь нет никаких проблем, — проговорил Бейн. — Но я всажу пулю в твой гребаный череп, если ты не отступишь.

— У тебя, твою мать, не хва… — Босс не успел закончить, как Бейн выстрелил и попал ему в плечо. Босс застонал и выругался. Он сжал челюсти, пока прижимал руку к раненому плечу. Трое мужчин, которые целились в Бейна, никак не отреагировали. Лишь продолжили держать оружие наготове, но ничего не сделали.

Бейн только что выстрелил в их босса, так почему же они не стреляют? Скарлетт ожидала повторения перестрелки у Семенова. Ее сердце бешено колотилось, а все тело дрожало. Бейн передвинул ее так, чтобы она была защищена его телом. Она держалась за его талию, надеясь, что придаст ему сил, хотя ее силы быстро угасали.

— Ты выстрелил в меня?

— Ты собирался сказать, что у меня не хватит духу. Хватит, Босс. Мне плевать, будешь ты жить или умрешь. За всю свою жизнь у меня никогда не было ничего для себя. Я дал тебе все. Я давал всем, кто когда-либо чего-то хотел, все. Мне больше нечего дать. Ее ты не получишь. Я ее не отдам. Ни тебе. Ни «Королевским киллерам». Никому.

Эмоции в его голосе потрясли Скарлетт. Бейн находился на грани. Неужели никто другой этого не чувствует? Они все стояли лицом друг к другу, и Бейн сражался за нее. Никто никогда не сражался за нее. Никто не заботился о ней. Она всегда была лишь средством для достижения цели. Что-то, от чего нужно избавиться или заменить.

В воздухе повисло напряжение. Воцарилась гнетущая тишина, и Скарлетт была уверена, что услышит, как падает иголка. Время, казалось, остановилось, они ждали, когда один из них сделает первый шаг.

Послышался хлопок закрывающейся двери машины на улице, и Босс первым пробормотал:

— Этот ублюдок популярен?

Один из мужчин подошел и выглянул в окно.

— Вайпер здесь.

— Ты, должно быть, издеваешься надо мной, — проговорил Босс, направляясь к двери. — Это что, гребаное семейное воссоединение?

Дверь открылась, и в дом вошел еще один смертоносно выглядящий парень с грубым шрамом на одной половине лица.

— Вижу, я пришел вовремя.

— Вайпер, какого хрена ты здесь делаешь? — спросил Бейн.

— Может, я и вышел из бизнеса, но наемный убийца никогда по-настоящему не отходит от дел. У меня есть женщина, которую я должен защищать, и семейный бизнес, который требует внимания. — Вайпер нахмурился и указал на Майкла. — Ты знаешь этого парня?

— Нет. Я с ним не знаком, но он причинил боль моей женщине, и поэтому не дожил до завтрашнего дня. Он мучил ее и наверняка натворил много другого дерьма, о котором я даже понятия не имею.

— Значит, он был подонком, — подвел итог Вайпер, засунув руки в карманы.

Все это звучало и выглядело так нереально для Скарлетт, она стоит в доме Майкла с кучей наемных киллеров — смертоносное оружие, которое можно нанять за очень высокую цену.

Дерьмо.

Мужчина, которого она ненавидела больше всего на свете, теперь мертв, и соседи видели, как она входила в его дом. Разве они не решат, что она убила его? Черт, Скарлетт уже начинала чувствовать себя по-настоящему больной, и все, что происходило вокруг, ее до безумия пугало.

Дыши, Скарлетт, дыши.

— Я хочу знать, зачем ты здесь, Вайпер, — поинтересовался Босс.

— Ну, ты затеял вечеринку, и я решил присоединиться, я считаю Бейна настоящим братом…

— Считаешь? — спросил Бейн. Теперь Скарлетт услышала смущение в его голосе.

— Мы дали клятву, Бейн. Ты и я, мы разделили кровь и связали себя вместе. Я не убью тебя. Уже говорил тебе это много раз, и я не шучу.

Он имел в виду клятву на крови? Скарлетт смотрела на свою руку и гадала, со сколькими людьми Бейн делил кровь. Прежде чем сомнения затопили ее разум, она вспомнила, что он сказал, что до этого делал так только один раз. Этим другим человеком, видимо, был Вайпер, что означало, что их детство прошло в одном месте.

Ей действительно нужно прилечь. Она начала чувствовать легкое головокружение от этого потока новой информации. Не говоря уже о том, что они находились в доме Майкла, а его мертвое тело лежало всего в нескольких футах. Скарлетт потребовалось много времени, чтобы наконец обрести самоуважение и уйти от этого ужасного монстра.

— Ну и какого хрена ты здесь? — спросил Бейн. — Ты больше не занимаешься этим бизнесом. Ты не должен быть частью этого.

Она почувствовала, как дрожит его спина, и попыталась утешить его своим прикосновением.

— Мне захотелось убедиться, что ты поступаешь правильно. Ты не привык работать на кого-то другого. Это совсем не то, что идти в одиночку. — Вайпер посмотрел на нее. — Она стоит всего этого?

— Хватит на нее пялиться, мать твою. Я убрал свой гребаный беспорядок, а ты, как мне помнится, делал то, что, черт побери, хотел. Или уже забыл?

— «Королевские киллеры» должны поддерживать свою репутацию, Бейн. Ты должен работать по установленному кодексу. Она — свободная ниточка и представляет угрозу, — напомнил Вайпер.

— Она моя! — прорычал Бейн. Скарлетт крепко держала его сзади. Ей все равно, пусть даже это выглядело глупо, но ей необходимо, чтобы он знал, что она здесь, если она ему нужна. Между ними снова воцарилась тишина. — Ты не заберешь ее у меня. Пойду и посажу ее в машину, а ты останешься здесь. Я сейчас вернусь.

— Иди с ним, — распорядился Босс, указывая на одного из страшных парней.

Они убрали оружие, и Бейн неожиданно вывел ее из дома. Как только они миновали Босса, Бейн потянул ее вперед, так что она оказалась полностью прикрыта.

— Бейн, что происходит? — спросила она.

— Я собираюсь хорошенько поболтать с этими придурками, а потом мы вернемся домой, где проведу остаток дня, трахаясь. — Они подошли к его машине, и он наклонился вперед, открывая дверцу. — Я хочу, чтобы ты ехала быстро и подальше отсюда.

— Нет.

— Тебе нечего бояться. Я найду тебя, когда закончу.

— Я не побегу. Не собираюсь куда-то ехать, рискуя никогда больше тебя не увидеть. Если ты умрешь сегодня и не выйдешь из этого дома, я тоже не уйду и умру.

— Все, кто мог причинить тебе боль, ушли, — сказал Бейн. — Я хочу, чтобы ты была счастлива.

Он такой милый. Конечно, это самые странные мысли и чувства в мире, связанные с убийцей. Он не вел себя с ней как злодей. В Бейне сочеталось так много и хорошего, и плохого, но все равно она влюблялась в него. Про него можно сказать, что он тверд, но порой это было все же не так. Он вызывал в Скарлетт столько эмоций, и она не могла ни уйти, ни оставить его.

— Я все улажу. — Он протянул ей пистолет. — Что касается меня, то, если я не выйду из этого дома первым, хочу, чтобы ты жила. Ты должна сделать это для меня. Ты должна жить.

Слезы наполнили ее глаза и потекли по щекам.

— Нет. Я не хочу жить без тебя. Не заставляй меня это делать.

Он обхватил ладонями ее щеки и снова притянул к себе для поцелуя.

— Делай, как я говорю.

— Он убил Лизу, — прошептала Скарлетт.

— Я собираюсь разобраться с этим, детка. Поверь мне, хорошо.

С этими словами он повернулся и приказал своему спутнику следовать за ним. Скарлетт села в машину и смотрела, как он входит в дом. Глядя на пистолет в руке, казалось бы, так легко покончить с ее жалкой жизнью, но что если Бейн выйдет из этого дома? Сегодняшний день превратился из одного из лучших в ее жизни в один из худших. Она не могла жить без Бейна, ни сейчас, ни после того, как влюбилась. Она скорее умрет, чем останется без него.

Уставившись на пистолет, она приняла решение. Если Бейн не выйдет через эту дверь, она покончит с собой.

Бейн был зол и расстроен. Все пошло не так, как он планировал. Он хотел, чтобы Скарлетт нашла какое-то утешение или успокоение. По крайней мере, он желал, чтобы она встретилась лицом к лицу со своими демонами, как он сделал это много лет назад. Вместо этого ситуация только ухудшилась, и теперь он чувствовал себя просто отвратительно.

Взглянув на Вайпера, он увидел, что его друг чем-то обеспокоен. Бейн никогда толком не знал, какое место Вайпер занимает в его жизни. Когда они были моложе, Вайпер давал ему надежду, когда ему не хватало веры. После того, как вырвались, они стали партнерами, путешествуя по миру вместе. Много лет они пересекались друг с другом в случайных местах. В последний раз Вайпер нашел любовь всей своей жизни и покинул «Королевских киллеров». Бейн стал его заменой.

Как же он хотел убить Босса, но знал, что не сможет. Что-то внутри подсказывало ему, что тот, кто убьет Босса, станет мишенью номер один. Смерть станет лишь вопросом времени.

— Не хочешь сказать, какого хрена ты за мной следишь? — поинтересовался Бейн.

— Я уже говорил тебе. Подчищаю за тобой, и, Бейн, ты оставляешь слишком много гребаного беспорядка, — заметил Босс. Владелец «Королевских киллеров» посмотрел на Майкла сверху вниз. — Он не гребаный убийца. Почему он умер? Почему эта сука снаружи жива? Почему та другая женщина не умерла? Я думал, ты справишься. Ты не сделал ничего, о чем я тебя просил. «Королевские киллеры» — это надежная организация. Мы даем гарантии, вот почему люди платят чертовы деньги за право пользоваться нашими услугами, а не нанимают какой-то захолустный кусок дерьма.

Бейн свирепо посмотрел на собеседника.

— Все было улажено. Я убиваю только тех, кого нужно убить. Не более. Я оставил в живых ее подругу и убил бывшего ради Скарлетт. Она не твоя проблема. Она моя.

— Она — ниточка. Та, что тебе нужно научиться отрезать к чертовой матери.

Бейн не думал о том, что делать дальше, он просто реагировал. Схватив Босса за шею, он прижал его к ближайшей стене, приставив пистолет к виску.

— Ты не имеешь права говорить, что мне делать. Тебе ясно? Ты оставишь Скарлетт в покое. Она не твоя забота. И никогда не будет твоей заботой.

— Ты часть «Королевских киллеров», придурок. Все, что ты делаешь, — это моя забота. Дышишь ли ты, мочишься, трахаешься, срёшь — все это имеет отношение ко мне. Ты отдал все, чтобы попасть в мои списки, и так оно и останется. — Босс не испытывал страха. Он был спокоен и потрясающе уверенно держался. Бейн полагал, что у него хватит мускулов и навыков, чтобы выглядеть также, но сейчас ему было все равно.

— Бейн, отпусти его, — сказал Вайпер.

— Нет. Я должен убить его прямо сейчас. Покончить с этим.

— Если ты убьешь его, начнется война, которую ты никогда не выиграешь. Босс — номер один. Так было всегда, и так будет всегда.

— Только не говори, что сам не думала о том, чтобы покончить с ним. Убрать его, — сказал Бейн.

— Больше, чем могу сосчитать, но оно того не стоит. Он этого не стоит.

— Вы двое сейчас просто разбиваете мне сердце, — заметил Босс.

Бейн уставился на самого дьявола. Босс умел шутить и заставлять всех думать, что он практически лучший друг. Бейн видел правду. Босс был чудовищем. Вот почему он так долго оставался на вершине. Босс делал то, что никто другой не мог.

Убрав оружие, Бейн попятился, но далеко не ушел.

— Ты оставишь Скарлетт в покое.

— Почему она так для тебя важна? — спросил Босс.

— Потому что она моя женщина. Она принадлежит мне.

— В мире миллионы женщин, и дырки у всех одинаковые. Трахай их. Но не лезь в ту, что видела, как ты убивал в особняке Семенова.

— Она моя! — Бейн выкрикнул это слова, и Вайпер встал между ними.

— Убери их отсюда, — попросил Вайпер.

Босс приказал всем троим выйти, и Бейну ничего не оставалось, как остановить их.

— Выходите через заднюю дверь. Я сказал своей женщине, чтобы она убиралась, если увидит, что кто-то еще, кроме меня, выходит из дома.

— Черт возьми. Ты уже под каблуком этой сучки. Выходите через чертов задний ход, — приказал Босс.

Через несколько секунд они остались одни.

— Что ты здесь устраиваешь? — возмутился Босс. — У меня от тебя голова уже болит.

— Я хочу Скарлетт. Я не собираюсь вести переговоры.

— Хочешь сказать, что покидаешь нас?

— Нет. Я не могу перестать делать то, что делаю, — сказал Бейн. — Мне нужно убивать.

— И ты не собираешься ее бросать? — уточнил Босс.

— Я не могу.

— Она просто кусок плоти.

— Для всех остальных, но не для меня, — отрезал Бейн. — Она мне нужна. Она моя, и ты не сможешь отнять ее у меня.

— Вот почему я хотел, чтобы остальные ушли, — сказал Вайпер. — Ты знаешь, через что мы прошли, когда были детьми. Не притворяйся, что не знал. Ты, мать твою, все знал. У нас ничего не было. Каждый раз, когда мы пытались найти хоть какой-то клочок любви или чего-то еще, его вырывали у нас и заставляли либо уничтожать, либо смотреть, как он умирает. У нас никогда в жизни не было ничего, что мы могли бы назвать своим. Дома. Материальное дерьмо. Они ничего не значат. Они для нас ничто. Он хочет Скарлетт. Пусть он ее получит. Ты ничего не потеряешь.

Бейн молчал. Сейчас ему не хотелось договариваться по-хорошему. Каждый раз, когда Босс открывал рот, ему хотелось его убить.

Единственное, что удерживало его на расстоянии, — это женщина, ожидающая его снаружи, и будущее, которое он планировал для них обоих. Настоящая семья.

Босс застонал.

— Прекрасно. Знаешь что, забирай эту девку, но если твоя маленькая навязчивая идея исчезнет, ты разберешься с ней, понял?

— Да, — подтвердил Бейн.

— Ты все равно останешься в «Королевских киллерах». Я не позволю тебе уйти от меня. Но, ладно так и быть, у вас есть остаток месяца, закончить этот ваш медовый месяц.

— Ты не собираешься прикончить меня? — спросил Бейн.

— Нет. Не собираюсь. Для меня ты по-прежнему ценный сотрудник. Но ты сделаешь так, как я скажу, и за этот маленький подарок, который ты мне оставил, придется заплатить, — он коснулся кровоточащей раны на плече.

— А как же Лиза? Скарлетт поговорила с ней, и она все уладила. Все, что эта женщина знала, — это то, что у Скарлетт был парень и она провела со мной всю прошлую неделю.

— Она мертва, Бейн. Понятно. Я же говорил, что подчистил все хвосты, и она была одним из них.

— Она не должна была умереть.

Босс усмехнулся.

— Вот почему никто из вас никогда не сможет превзойти меня. Вы пасуете там, где нужно проявить твердость. Она была невиновна, пока не имела возможности указать на нас. Теперь она мертва. Бедняжка покончила с собой в ванной. — Он подошел ближе. — В следующий раз, когда скажу тебе замести за собой следы, ты сделаешь это, так как в противном случае я позабочусь, чтобы убрали уже тебя. Выметайся к чертовой матери, а я разберусь здесь.

Бейну захотелось ударить этого ублюдка по лицу. Вместо этого он вышел, а Вайпер последовал за ним. Бейн посмотрел в сторону машины и увидел облегчение на лице Скарлетт. Он улыбнулся и помахал ей рукой.

— Ты любишь ее? — спросил Вайпер.

— Да.

— Она стоит того, чтобы Босс разозлился на тебя?

— А Пеппер того стоила? — спросил Бейн, не отводя взгляда от Скарлетт. Она откинула голову назад и, казалось, улыбалась. Часть его ожидала, что она уже давно ушла. Она не бросила его, и это делало Бейна счастливым.

— Ты же знаешь, что да. Я собирался убить ее. Все изменилось, — сказал Вайпер.

— Скарлетт дарит мне покой, и когда я с ней, прошлое перестает существовать для меня. Я не могу ее отпустить и не отпущу. — Наконец он повернулся и посмотрел на своего друга. — Тебе не стоило приходить сегодня. Со мной все было бы в порядке.

Вайпер пожал плечами.

— У меня есть свои способы присматривать за тобой. Босс может быть большим мудаком, и я знал, что ты не заслуживаешь смерти.

— Тебе не нужно за мной присматривать. Я могу сам о себе позаботиться и уже давно этим занимаюсь.

— Наверное, мне трудно просто отпустить тебя после стольких лет, — признался Вайпер.

Общее детство связало их. Его определенно сложно назвать счастливым, и Бейну не очень-то нравилось об этом вспоминать.

— Я обещал Скарлетт, что буду охранять ее. Я дал ей клятву на крови, но, по-моему, это ее немного смутило. — Он улыбнулся.

— Для тебя это большой шаг.

— Но она расстроится, — сказал Бейн.

— Почему?

— Ее подруга Лиза мертва, а я обещал, что не буду ее трогать.

— Ты этого не делал. Босс убил ее. Маленький совет: когда он говорит, что собирается что-то сделать, он это делает. Никаких вопросов. Ты ему должен за то, что выстрелил в него, так что будь осторожен, — сказал он. — Мне пора домой. Пеппер не хотела, чтобы я приходил, но не мог позволить тебе столкнуться с этим в одиночку.

— Пока, Вайпер. — Бейн подошел к машине и сел за руль. Он не стал задерживаться и отъехал от тротуара, направляясь домой.

Они были живы, в безопасности и вместе.

— Я не ожидал, что так все выйдет, — проговорил Бейн.

— В какой части?

— Все это. Я думал, что Майкл увидит твою силу, твою красоту. Он был мудаком. Тебе больше никогда не придется беспокоиться о нем.

— А Лиза?

Он вздохнул. Он, как свою, ощущал боль Скарлетт. Это последнее, что он хотел, чтобы она пережила. Ее слезы значили для него больше, чем все остальное. В тот момент, когда она заплакала, ему показалось, что он не сумел сделать ее счастливой.

— Мне очень жаль.

— Этот человек — чудовище. Почему ты просто не убил его? — спросила она.

Он усмехнулся.

— Я собирался, но Босс — он босс боссов, потому что следит за тем, чтобы все остальные не нарушали существующий порядок. Как только я нажму на курок и Босс умрет, моя смерть станет лишь вопросом нескольких дней, если не часов, прежде чем я присоединюсь к нему. За мной будут охотиться и достанут даже на самом краю земли.

— Ты шутишь? Не поверю, чтобы такое произошло. Он был бы мертв.

Бейн взял ее руку и поцеловал костяшки пальцев.

— «Королевские киллеры» все равно будут жить. Вот почему он самый сильный и могущественный. Влияние и возможности Босса не знают границ.

Вот почему Бейну стоило держать Скарлетт подальше от Босса, просто на случай, если этот ублюдок передумает.

Когда Скарлетт увидела дом Бейна, сразу почувствовала облегчение. Если бы только весь мир мог исчезнуть, оставив их вдвоем в этой маленькой частице рая. Бейн, возможно, и привык к своему далеко необычному образу жизни, но она все еще была в шоке от пережитого. Как она могла чувствовать себя комфортно, когда вокруг постоянно смерть и опасность?

Они свернули на длинную гравийную дорожку, ведущую к старому фермерскому дому. Это было простое кирпичное двухэтажное здание с неухоженной, но уютной лужайкой. Когда Бейн выключил двигатель, воцарилась тишина. Скарлетт поняла, что ни один из них не произнес ни слова за всю дорогу домой. Ее мысли путались.

— Что будет с Майклом? — спросила Скарлетт.

— Босс разберется с этим. Это его работа.

Она кивнула. Было трудно выбросить из головы образ мертвого тела ее бывшего парня. Но все же она чувствовала спокойствие, зная, что его уже нет. Единственный способ остаться в здравом уме — это убедить себя, что Майкл заслужил свою судьбу — он убил невинного ребенка, растущего внутри нее.

— Ты стрелял в своего босса. Почему он не выстрелил в ответ? Их же было четверо.

— Я должен напомнить себе, что в этом ублюдке мало человеческого. Может быть, он не чувствует боли, — Бейн крепко сжал руль. — Мне не нравится, что он так легко меня отпустил.

— Наверное, он думает, что ты полезен ему живым, а не мертвым.

Бейн глубоко вздохнул и вышел из машины. Скарлетт последовала за ним в дом.

— Кто были все эти люди? Ты их знаешь? — спросила она. Скарлетт чувствовала, что Бейн не хочет говорить об этом, но не могла просто притвориться, что ничего не произошло. Разговоры помогали ей привыкнуть ко всему происходящему. У нее так много вопросов.

— Вайпер — тот, о ком я тебе рассказывал, я с ним вырос. Он единственный человек, о ком мне придется подумать дважды, прежде чем убить. Он хотел убедиться, что я не наделаю глупостей, потому что именно он замолвил за меня словечко в «Королевских киллерах». Может, не так уж и плохо, что он там появился. Когда дело доходит до тебя, кажется, я, прежде чем подумать, сразу хватаюсь за оружие.

— Он любит тебя, я видела это в его глазах.

— Я бы не стал заходить так далеко, — сказал он. — Но из всех пятерых он вряд ли меня убьет.

— А как насчёт остальных?

— Ну, Босс понятно, знаю Киллиана, его новую правую руку. Но не видел тех двух других раньше, я встречал только часть людей, работающих на «Королевских киллеров».

Он оперся руками о стойку на кухне, стоя к ней спиной. Скарлетт накрыла его руку своей.

— Все будет хорошо? — спросила она.

Его настроение, казалось, изменилось, как будто он понял, что отдалился от нее. Обернувшись, Бейн улыбнулся.

— Прости меня, детка. — Он прижал ее к себе, одной рукой держа ее голову. — Тебе должно быть страшно. Я все время забываю, что ты не привыкла к этому дерьму.

— Я просто хочу быть счастливой. Устала гоняться за счастьем, стараться что-то получить от жизни.

— Теперь все будет по-другому. Ты моя, и все это знают. Босс дал мне отпуск до конца месяца, так что я весь твой.

— Правда?

— Делай со мной все, что хочешь, — подмигнул он.

Боже, у него было такое грубовато красивое лицо. Она могла бы смотреть на него весь день. А его тело… одно лишь воспоминание о его крепком теле заставляло ее думать о запретных вещах.

— Ты сказал, мы проведем весь день… Ну ты знаешь.

Он без предупреждения подхватил ее на руки. Она не была легкой, но он понес ее наверх, как будто она весила как пушинка. Бейн отнес ее в ванную комнату в коридоре на втором этаже. В ней имелась душевая кабина. Он поставил ее и открыл воду.

— Выполнив работу, я люблю приходить сюда и принимать душ. Это очищение, ты просто представляешь, как вода смывает дерьмо в твоей голове. — Он стянул с нее рубашку, ее волосы веером рассыпались по спине. — Ты сделаешь то же самое, хорошо, Скарлетт? Забудь о том, что видела сегодня. Пусть все это уйдёт вместе с водой.

— Все в порядке, Бейн. Ты не должен защищать меня. — Она выскользнула из брюк, на ней остались только лифчик и трусики. — И я ни в чем тебя не виню. Я рада, что ты сделал для меня сегодня.

Взяв ее лицо в руки, он подарил ей нежный поцелуй.

— Я не могу смириться с мыслью, что ты станешь частью моего мира. Ты слишком хороша для этого, и я не хочу отравлять тебя этим.

— Я сломлена больше, чем ты думаешь, — ответила Скарлетт. — Может, две половинки составят одно целое?

Она видела эмоции в его глазах, они отражали ее собственные. Он совсем не был похож на человека, которого она впервые увидела у Семенова.

Бейн застонал и стянул рубашку.

— Сегодня вечером мы обо всем забудем. Больше ничего нет. Здесь только ты и я.

— Хорошо, — выдохнула она.

Как только они оба разделись, Бейн открыл большую стеклянную дверь, чтобы войти в душевую кабинку. Теплая вода стекала с насадок душа. Он прав. Было что-то целительное в воде, стекающей по ее волосам и лицу, старое смывалось, заменяясь надеждой и новыми начинаниями.

Крупная фигура Бейна возвышалась над ней. Он оперся одной рукой о стенку душа, а другую положил ей на поясницу. Притянул ее к себе так близко, что между ними осталось только дыхание.

— Ты прекрасна, Скарлетт. Больше, чем я заслуживаю.

— Не говори этого, — запротестовала она. — Ты хороший человек.

Он усмехнулся.

— После сегодняшнего вечера ты так не будешь думать. — Бейн поцеловал ее в губы, вода заструилась вокруг них. Желание Скарлетт, которое было отодвинуто на задний план, вернулось с удвоенной силой. Твердое, покрытое татуировками тело Бейна все приближалось, пока она не оказалась прижатой к кафельной стене. Скарлетт чувствовала его желание, его мужскую энергию, окружавшую ее. Она положила руки на бицепсы Бейна, наслаждаясь тем, как напрягаются его мышцы. И закрыла глаза, когда он поцеловал ее в шею, и языком рисовал узоры вдоль ее эрогенных зон.

— Так приятно, — простонала она.

— Я не могу насытиться тобой, — он вернулся к ее губам, пожирая, пробуя на вкус, требуя. Его жесткая щетина царапала щеки, но ей было все равно. Его сила возбуждала Скарлетт. Бейн мог сломать ее пополам или всадить пулю в голову, но он любил ее, хотел ее. Приручить такого зверя было волнительно.

В спешке они вытерлись и добрались до его спальни. В отличие от предыдущей ночи, солнце еще не зашло, и дневной свет освещал их нагие тела. В обычной ситуации Скарлетт было бы немного не по себе, но в душе она уже перешагнула эту точку невозврата. Все, чего она хотела, — это чувствовать, как Бейн наполняет ее, берет снова и снова. У нее были другие мужчины, и это только подтверждало, что его мастерство, он фантазия любой женщины, и он принадлежит ей.

Она хотела сделать для него больше, хотела взять в рот его большой член. Им обоим нужно освобождение, отказаться от полного контроля в обмен на новые, порочные удовольствия. Скарлетт наклонилась, целуя его твердый пресс на пути к его возбужденному члену. Ее рот наполнился слюной от желания попробовать его на вкус, почувствовать его между губ. Она обхватила рукой основание члена и лизнула гладкий кончик.

— Нет, Скарлетт, не надо. — Он отстранился и сел на кровать. — Позволь мне заняться с тобой любовью.

Неужели она сделала что-то неправильно? У него был такой красивый член, идеальный, как и все остальное в нем. Разве мужчинам не нравится, когда их женщина доставляет им удовольствие таким образом? Она отчаянно хотела сделать ему приятное, жаждала исследовать его тело.

Когда Скарлетт посмотрела на него, то поняла, что его грудь быстро поднимается и опускается, как будто он чего-то испугался или пробежал несколько кругов.

— Ты в порядке? Что с тобой?

Он покачал головой.

— Ничего. Иди ко мне, детка. Позволь доставить тебе удовольствие.

Что-то было не так. Она не хотела только брать и ничего не давать взамен. Это несправедливо. Скарлетт стояла между его раздвинутых ног, он обхватил ее попку ладонями, беря ее сосок в рот. Она застонала, между ног пульсировало в ответ на ласку. Бейн чертовски хорош в своем деле. Он почти заставил ее забыть обо всем.

— Нет. — Она отстранилась. — Почему ты не хочешь, чтобы я сделала тебе минет?

— Ты не хочешь этого делать, — ответил он.

— Неужели? Ты ошибаешься, Бейн. Хочу. Я сделала что-то не так? Ты можешь научить меня, как тебе нравится.

Он попытался схватить ее, но она увернулась.

— Скарлетт, я просто не могу с этим справиться. Это заставляет меня сильно волноваться. Даже секс, мне потребовалось много времени, прежде чем я смог получить от него хоть какое-то удовольствие. С тобой все по-другому. Но…

— Как это отличается от секса?

Бейн не смотрел ей в глаза. Он похлопал себя по коленям, и она охотно села, обняв его. Она не могла перестать целовать и прикасаться к нему.

— Будучи моложе, я был вынужден позволять женщинам использовать меня. Мои похитители причиняли мне боль, если делал что-то не так, и наказание не прекращалось, пока я не стал совершенным. Они сделали со мной много гадостей, Скарлетт. Мне не нравилось то, что я делал, я ненавидел это. С тех пор, как эта гребаная глава моей жизни закрылась, есть некоторые вещи, которые я действительно не могу вынести. Ты понимаешь, о чем я?

Его заставляли, так что это ничем не отличалось от изнасилования. Неудивительно, что у него проблемы в отношении секса. Ее любовь к нему росла, как и потребность исцелить его.

— Я другая Бейн. Я никогда не сделаю тебе больно.

Он поцеловал ее в плечо, и она прижала его голову к своей груди. Скарлетт могла только представить, через какой кошмар ему пришлось пройти. Она не могла видеть его таким сломленным, неспособным доверять или собрать части себя воедино. Это не сильно отличалось от ее жизни. Они были такими разными, но в то же время такими похожими.

— Это не так просто, — сказал он. — Не тогда, когда прошлое трахает твой мозг.

Если хочет, чтобы он доверял ей, она должна сделать то же самое.

— Помнишь, я рассказывала тебе о Майкле и о секретах, которые хранила? Ну, у меня должен был родиться ребенок. — Слезы наполнили ее глаза прежде, чем она смогла закончить. Боль еще свежа, как будто это случилось вчера, а не больше года назад. — Я потеряла его еще до того, как он родился. Из-за побоев Майкла.

Она почувствовала, как Бейн крепче прижал ее к себе.

— Это не секрет, Скарлетт. И не твоя вина.

— Мне стоило уйти от него, — воскликнула она, и слезы потекли рекой. Она покачала головой, все еще злясь на себя. — Если бы я могла обратиться к кому-нибудь, заслуживающему доверия, я бы уехала и сегодня была бы матерью. Но этого не случилось. Я ничто. У меня ничего нет. И я никогда не смогу себя простить. — Она чувствовала себя так глупо, сидя голой на его коленях и рыдая.

— Я знаю, что может сделать с человеком насилие. Ты становишься тенью самого себя, неспособным отличить реальность от того дерьма, в которое хотят, чтобы ты поверил. Это не твоя вина, дорогая. — Он повысил голос, чтобы выразить свою точку зрения, и ее удивило, что именно Бейн мог так понять ее страдания, хотя изначально планировал убить ее. Она никому не открывала свою постыдную тайну и не поверила бы ничьему сочувствию. Бейн был другим. Она знала, что только Бейн мог понять, насколько она запуталась, когда жила с Майклом. Он уничтожил ее уверенность в себе до такой степени, что она превратилась в оболочку женщины, он лишил ее всего.

— Как ты можешь жить дальше после всего, что с тобой случилось?

Он ухмыльнулся и посмотрел на нее.

— Так же как ты. Стискиваю зубы и продолжаю жить. Я убивал, чтобы успокоить демонов внутри себя. Только когда ты вошла в мою жизнь, понял, что в жизни может быть что-то большее, чем я имел до тебя.

Она улыбнулась, и из глаз снова потекли слезы, но не от жалости к себе, а от счастья.

— Я хочу быть счастливой с тобой, — сказала она.

Бейн знал все о выкидыше Скарлетт из больничных записей, но решил, что это не его дело. Он оставил за Скарлетт выбор, поделиться с ним этим или нет. Тот факт, что она открылась ему, высвободив всю эту сдерживаемую боль и напряжение, заставил его почувствовать себя ближе к ней.

— Ты нужна мне, — произнес он страстью в голосе.

Уязвимый момент сменился такой страстью, какой он никогда не испытывал. Он хотел владеть Скарлетт, заявить на нее права, оставить ее себе. Мысль о том, что какой-то мужчина встанет между ними, сводила его с ума.

Они упали на кровать, переплетаясь ногами и руками, не в силах насытиться друг другом. Его член был тяжелым и жестким. Он не мог дождаться, чтобы скользнуть глубоко в прелестное маленькое лоно Скарлетт, отмечая ее как свою снова и снова. Секс с ней оказался именно таким, каким и должен быть, в эти моменты Бейн благодарил за свое обучение.

— Господи, Бейн, я хочу тебя!

Он поцеловал ее в шею, перевернув на спину, чтобы поиграть с ее большими сиськами. Бейн потерся лицом о ложбинку между ее грудями, потом взял в рот сосок, дразня ее, пока она не выгнула спину.

Когда ее маленькая рука обхватила член, его глаза закатились.

— Я хочу попробовать тебя на вкус, Бейн. Пожалуйста…

Эти сволочи сделали все, чтобы отвратить его от секса, причинив ему нечеловеческую боль. Его похитители были одержимы созданием машины для убийства и секса. Бейн знал, что может доверять Скарлетт, она была милой и заботливой, но как преодолеть свою собственную чертову неуверенность. Бейн ненавидел слабости и не хотел, чтобы они вечно управляли его жизнью.

— Ты не должна этого делать, — произнес он с трудом.

— Я хочу. Я люблю тебя.

Эти слова казались нереальными, и его инстинкты ожидали подвоха. Обычно он убивал, когда чувствовал, что им хотят манипулировать, но ради Скарлетт он готов завоевать весь мир.

Она скользнула рукой вдоль его тела, ее ногти нежно прошлись по его торсу. Когда она добралась до его члена, Бейн съежился, но заставил себя перестать жить прошлым. Он провел рукой по ее шелковистым волосам, сосредоточившись на том, как сильно хотел эту женщину.

Ее рот был теплым и влажным, когда она накрыла головку члена. Она двигалась медленно, осторожно, ее рука крепко обхватила основание члена. Бейн закрыл глаза, наслаждаясь ощущением ее губ на себе, а ее язык с каждой лаской обводил чувствительную вену. Скарлетт не причинит ему вреда, и это был его выбор. С каждой минутой он начинал расслабляться и по-настоящему наслаждаться ее подарком.

Он смотрел, как ее голова подпрыгивает вверх и вниз над его членом, приближая его к тому, чтобы кончить ей в рот. Но он хотел быть внутри нее, трахать ее, пока она не выкрикнет его имя.

— Хватит, детка. Позволь мне немного насладиться тобой, — попросил он. Бейн сел, притянув Скарлетт к себе на колени, так что она оседлала его. — Возьми его. Засунь мой член в эту горячую маленькую киску.

Грудь Скарлетт вздымалась, пока она насаживалась на него. Как только он вошел в нее, она резко села, застонала и схватилась за его плечи, чтобы не упасть. Она была такой тугой, такой идеальной.

— О да, вот так, моя хорошая девочка. — Он смотрел, как ее грудь подпрыгивает, когда она начала трахать его, поднимаясь и опускаясь, снова и снова. А от звуков, которые она издавала, его яички сжались. — Заставь меня кончить. Я хочу почувствовать, как ты доишь мой член.

Едва она довела его до края, как тяжело опустилась на него, прерывисто дыша.

— Я не могу. Я слишком устала, — простонала она.

Он улыбнулся, зная, что способен трахать ее всю ночь, каждую ночь. Бейн схватил ее за бедра, сжимал, доминировал над нею, его член был глубоко внутри нее, но не двигался. Он поцеловал ее в губы, облизывая и покусывая, убрал влажные волосы с ее лица, смотря прямо ей в глаза и заявляя:

— Ты моя, Скарлетт. Я сделаю для тебя все, что угодно, трахну тебя в любое время, когда ты попросишь, убью любого, кто причинит тебе боль.

— Да, — пробормотала она, извиваясь под ним. — Сделай меня своей.

Ее согласие удовлетворило зверя внутри него. Он начал трахать ее, со всей силой, двигал бедрами, как машина, удостоверяясь, что полностью удовлетворяет свою женщину.

Когда ее влагалище начало судорожно сжиматься вокруг него, он понял, что она близка к кульминации.

— Кончи для меня. Отпусти себя, малышка.

Как только она вскрикнула, ее ногти впились в его спину, он расслабился достаточно, чтобы кончить, проливая в нее свое семя. Это был переломный момент. Первый день, когда он не лгал себе, не убеждал себя, что он никчемный ублюдок, не заслуживающий любви.

Утомленные, они лежали рядом друг с другом и переводили дыхание. И тут кто-то постучал в парадную дверь, глухой звук эхом разнесся по старому дому. Бейн вскочил с кровати.

— Оставайся здесь, — сказал он, все еще тяжело дыша.

— Кто это может быть?

— Не знаю. Сюда никто не приходит. — Он натянул спортивные штаны и схватил с прикроватной тумбочки «Глок». — Не выходи из этой комнаты.

Бейн бросился вниз по лестнице. Кто бы ни был у его двери, ему повезло, что они не прервали его несколькими минутами раньше, иначе он бы действительно разозлился. Его стены рухнули, и он открылся только для Скарлетт, но ему по-прежнему было наплевать на всех остальных.

Он распахнул дверь, готовый ко всему, даже к встрече с Боссом, но это оказался Киллиан. Бейн огляделся и увидел, что рядом с ним никого нет и только одна машина припаркована на подъездной дорожке.

— Какого черта ты здесь делаешь? И как ты достал мой адрес?

Может, Босс его послал, чтобы закончить начатое и убить его? Ну он мог бы попытаться.

— Считай это визитом вежливости. Дружеским предупреждением.

Этот ублюдок работал на Босса, был его правой рукой и телохранителем, и Бейн не мог доверять ни одному его слову. Все, кто работали на «Королевских киллеров», были преданными, включая Вайпера.

— Слушаю.

— Мне не нравится, когда невинные женщины путаются в нашем дерьме, но Босс, он другого мнения. — Киллиан провел рукой по темно-русым волосам. Бока головы были выбриты, верх длинный и отодвинутый назад. Из-за шрама над верхней губой всегда казалось, что Киллиан рычит. Чертовски симпатичный мальчик прямиком из ада.

— Если у тебя есть, что сказать, так, черт возьми, говори!

Киллиан ухмыльнулся:

— Думаешь, что тебе сойдет с рук то, что ты стрелял в Босса?

— Это был всего лишь выстрел в плечо. Он не выглядел расстроенным.

— Ты, черт возьми, стрелял в него, Бейн. Это не пройдет безнаказанно. Он собирается отыграться на девчонке.

Бейн нахмурился. Этот ублюдок сказал, что не убьет Скарлетт, он даже дал ему отпуск до конца месяца. Бейн знал, что вступление в «Королевские киллеры» стало ошибкой. У него никогда не существовало таких проблем, когда он брал заказы самостоятельно.

— Тогда он солгал мне.

— Он не собирается убивать ее. Ты знаешь эту игру. Око за око.

— Я тоже не позволю ему стрелять в нее. Черт возьми, я не подпущу его к ней. — Бейн видел, как Босс выстрелил в женщину Вайпера, в его холодных, мертвых глазах не отражалось ни намека на эмоции. Бейн не мог допустить, чтобы такое случилось со Скарлетт.

Киллиан вытащил пачку сигарет, постукивая по ней, пока не выскользнула сигарета. Он закурил и глубоко затянулся.

— Не могу сказать, что я в восторге от этого. Вот почему я здесь.

До Бейна доходили слухи об ирландском киллере Босса, который питал слабость к женщинам. До этого момента он считал это только слухами.

— Знаешь, этот визит на дом не очень-то поможет. Босс найдет нас где угодно. Если он хочет навредить Скарлетт, то не остановится, пока не добьется своего.

— Человек может изменить свое мнение. Посмотри на себя…

— А что насчет меня? — спросил Бейн.

— Босс уже много лет твердит, что ты — сам дьявол. Но посмотри на себя сейчас, влюбился в женщину, которую знаешь всего несколько дней. — Киллиан выдохнул облако дыма, на его губах играла злая улыбка.

— Спасибо за предупреждение, но теперь можешь валить. Если Босс отдаст приказ, скажи ему, что я убью его и не позволю приблизиться к своей женщине.

Киллиан пожал плечами.

— Спокойной ночи, приятель. — Он потушил сигарету, сел в машину и уехал, не сказав больше ни слова. Бейн следил за облаком пыли, пока машина не скрылась вдали на проселочной дороге. Ему действительно нужно потратиться на парадные ворота.

Бейн сплюнул, прежде чем закрыть дверь. Это означало, что судьба готовила ему новое препятствие, стоило ему найти то, ради чего стоит жить. Босс, Киллиан и весь мир думали, что он размяк из-за Скарлетт. Но они ошибаются.

Четыре дня спустя.

Лежа на кровати, удовлетворённая Скарлетт вытянула руки над головой и уставилась на вентилятор на потолке. Прошлой ночью ее мечты сбылись. Бейн доверился ей, пока она ласкала его ртом. Она не могла представить себе, каково ему было в детстве, что с ним творили, заставляя делать подобные вещи против его желания. Она даже думать об этом не хотела.

Предполагалось, что детей нужно защищать, радовать, любить, а не использовать, как пешек в игре. Это было то, что его вынуждали терпеть. Все они оказались пешками, игравшими в какую-то отвратительную игру. Сев, Скарлетт протянула руку, заранее зная, что найдет место Бейна пустым. Он редко спал допоздна и никогда не ложился рано. Каждую ночь она обещала себе, что заснет позже него, и каждую ночь засыпала первой. И все из-за Бейна, который мог часами гладить ее по волосам, и от этого Скарлетт всегда клонило в сон.

Каждое его прикосновение обещало ей безопасность и любовь. Она никогда не знала настоящей любви.

Откинув одеяло, Скарлетт выбралась из постели, схватила рубашку и отправилась на его поиски. Каждое утро она находила его в спортзале, в котором он всегда занимался. Она прислонилась к дверному косяку, скрестив руки на груди, наблюдая, как он атакует боксерскую грушу. На нем были спортивные штаны, и его тело блестело от пота.

После того неожиданного визита к ним в дом его что-то беспокоило, и она не знала, что именно. За последние четыре дня она видела, каким рассеянным он был, когда думал, что на него никто не смотрит. Чего Бейн не понимал, так это того, что она всегда смотрела на него и ее всегда интересовало, что происходит у него в голове. Майкла больше нет. Ее прошлая жизнь осталась позади, и с Бейном она видела их совместное будущее. Странно, учитывая, что он был наемным убийцей, но во многих отношениях бывали вещи и похуже.

— Ты такая красивая, — Бейн повернулся с улыбкой на лице. Он взял бутылку воды и поцеловал Скарлетт в губы, а затем отстранился, чтобы сделать большой глоток. Она не могла удержаться, чтобы не полюбоваться его шеей, когда он сглотнул, а потом почувствовала себя немного неловко, наблюдая за ним.

— Доброе утро, — проговорила она.

— Доброе утро.

Она положила руку ему на грудь. Его сердце стучало размеренно. Он еще даже не напрягался.

— Надеялась, что сегодня утром застану тебя в постели. — Она скользнула рукой вниз по его груди, остановившись на поясе брюк. На нем не было трусов.

Он накрыл ее руку своей.

— У меня имелись дела, требующие внимания. — Бейн не остановил ее, когда она скользнула рукой в его штаны и нашла член. В тот момент, когда Скарлетт прикоснулась к нему, член начал твердеть. Ей это нравилось. Сомнения, возникнувшие у нее в голове, улетучились из-за его реакции на ее прикосновение.

— А какие вещи важнее, чем это? — Подразнивая, она обвела пальцем головку, наблюдая за его реакцией, Бейн застонал, вены на шее вздулись. — Почему ты всегда приходишь сюда?

— Я должен тренироваться. Должен держать себя в форме. — Он прижал Скарлетт к стене. Обхватив рукой ее грудь, он начал расстегивать ее рубашку. Она выдохнула, когда Бейн сжал ее сосок. Бутылка с водой упала на пол, забытая, стоило ему только накрыть ее грудь губами, посасывая сосок.

Погрузив пальцы в его волосы, Скарлетт смотрела, как он ласкает твердый бутон. Бейн скользнул языком по ложбинке между ее грудями, вбирая в рот второй сосок. Он не оставил без внимания первый сосок, накрыл его рукой, поглаживая мягкую плоть.

Скарлетт сжала бедра вместе, желание охватило ее тело. Бейн держал ее постоянно возбужденной. Она жаждала его прикосновений больше, чем воздуха.

Никогда в свои тридцать шесть лет она не придавала особого значения сексу. Пока в ее жизни не появился Бейн и не сделал своей.

— Ты пытаешься отвлечь меня.

— А это работает? — спросил он.

— Ты не можешь вечно хранить секреты.

— Ну я могу попробовать.

Скарлетт всхлипнула, когда он опустился на колени перед ней. Взял ее ногу и положил себе на плечо. Его пальцы ласкали внутреннюю часть ее бедра. Она вскрикнула, когда он вошел в нее одним пальцем, а другим дразнил клитор.

— Ты хочешь почувствовать мой рот? — спросил он со страстью в голосе.

— Пожалуйста, Бейн.

— Люблю, когда ты умоляешь. Никто никогда не сможет дать тебе то, что могу дать я. Только я могу доставить тебе удовольствие.

— Пожалуйста. — Ей нужно почувствовать его рот, а потом и его член. Ей необходим хоть какой-то контакт, иначе она просто сойдет с ума от желания.

Бейн обвел языком клитор, и Скарлетт вскрикнула. Затем схватил ее за бедра, поддерживая ее. Она хотела его, только его, хотела, чтобы он наполнил ее.

— Бейн, пожалуйста…

— Я знаю, детка, дай мне позаботиться о тебе.

Она хотела его в постели. Скользнув рукой по коротко подстриженным волосам, Скарлетт начала толкаться к его рту. Он сделал ее такой развратной. Она никогда не думала о своём удовольствии. Бейн убрал руки с ее бедер и схватил за ягодицы, крепко сжал ее плоть, и она знала, что позже на коже появятся следы от его пальцев.

— Ты так хороша на вкус. — Он скользнул языком к ее щели. Когда она уже была близка к оргазму, он остановился и подвинулся к клитору, посасывая и покусывая твердый бутон.

— Пожалуйста, Бейн, — попросила она вновь.

— Что ты хочешь, детка? Скажи, и я дам тебе это.

— Я хочу тебя, ты нужен мне внутри.

В следующую секунду Бейн двинулся к тренажеру и сел, потом усадил ее сверху, он был напряжен и тверд.

— Возьми меня, Скарлетт.

Она так давно хотела оседлать его, но сдерживалась. Боялась расстроить его или вернуть неприятные воспоминания, которые он предпочёл бы забыть.

— Ты уверен?

— Абсолютно.

Обхватив пальцами член, она посмотрела вниз, головка была влажная от предсемени. Прижав к себе его плоть, она медленно ввела его в себя. Скарлетт не сводила взгляда с его глаз, пока вбирала дюйм за дюймом, его глаза потемнели от желания, зрачки расширились, а его плоть пульсировала внутри нее. Его реакция заводила Скарлетт, она наслаждалась своей властью над ним и не хотела отказываться от этого.

— Ты не представляешь, что со мной делаешь, — простонал он.

Он обхватил ладонями ее бедра, поглаживая, крепко сжимая их. Ей нравились его большие и грубые руки. Его прикосновения только сильнее возбуждали Скарлетт. Он толкнул ее вниз, погрузившись глубоко в нее.

Она вскрикнула. Бейн — крупный мужчина и, казалось, наполнил ее до предела, проник так глубоко, как никогда раньше.

— Вот где я всегда должен быть, — прорычал он.

Облизывая пересохшие губы, она положила руки на его грудь.

— Ты соврал мне, Бейн, — сказала она.

— Не говори об этом сейчас.

— Ты всегда используешь секс, чтобы отвлечь меня. И я уверена, что сейчас как раз подходящее время узнать, что тебя беспокоит. — Она простонала, когда он погладил и ущипнул за соски. Прикрыв глаза, Скарлетт наслаждалась смесью боли и удовольствия. Но все же она не собиралась сдаваться.

— Нам не нужно говорить об этом.

— Думаю, все же стоит. Нет, я уверена, что мы должны поговорить об этом. Ты не можешь и дальше скрывать это от меня. — Она покрутила бедрами и увидела, как он сжимает челюсть. — Кто тогда приходил?

— Подобным образом ты не выиграешь, Скарлетт, давай просто наслаждаться этим моментом.

— Бейн, мы знаем друг друга не так давно, но даже за это короткое время я научилась понимать, когда тебя что-то беспокоит. Ты усердно тренируешься, усерднее, чем когда-либо прежде. Мы редко выходим из дома, и повсюду оружие. Что происходит? Ты не можешь спрятаться от меня или от того, что тебя беспокоит. Я не хочу, чтобы ты жил в страхе.

Она двигалась на нем и не закрывала глаза, стараясь не отвлечься. Это казалось одновременно безумно и дико. Противостояние между ними продолжалось, когда она открыла рот, чтобы задать вопрос, но он сжал ее бедра сильнее, контролируя, заставляя ее скакать быстрее. Он двигал ее вверх и вниз, вынуждая вбирать его член еще глубже.

— Я не позволю им забрать тебя. Ты моя. Прикоснись к себе, Скарлетт. Дай мне увидеть и почувствовать твой оргазм.

Она хотела сопротивляться, хотела сказать «нет». Но вместо этого скользнула рукой вниз и погладила себя, пока он насаживал ее на себя. В этой позе она должна была быть главной, но он контролировал все. А против его силы и получаемого удовольствия она не могла устоять.

Понадобилось всего несколько раз провести по клитору, и она достигла оргазма, выкрикивая его имя, пока он все быстрее входил в нее. Бейн так крепко сжимал ее бедра, что на них обязательно останутся синяки. Он держал ее так, словно боялся потерять.

В следующую секунду Бейн присоединился к ней, наполняя ее своим семенем. Скарлетт упала на его грудь, отказываясь двигаться. Ее не волновало, что они испачкают тренажер. Она не сдвинулась даже на дюйм.

— Я сглупил, когда ранил Босса, и сейчас из-за моей ошибки он придет за тобой. Я тренируюсь, чтобы быть уверенным, что готов и могу тебя защитить. Поэтому мало сплю и разложил по всему дому оружие. Я готовлюсь к нападению. Он может появиться, когда я меньше всего этого ожидаю. Не могу позволить, чтобы с тобой что-то случилось. Я этого не допущу.

Ничего себе, Скарлетт этого не ожидала. Возможно, ее дни сочтены, и, взглянув на него, она увидела в глазах Бейна страх. Как странно заметить его у такого человека как Бейн.

Предупреждение Киллиана следовало принять всерьез. Босс не из тех, кто делает вещи наполовину, и Бейн, без сомнения, понимал, что Босс не отступит и постарается причинить ему боль. Единственный способ достать Бейна — это навредить Скарлетт. Ему не следовало стрелять в него, и он сожалел об этом сейчас больше, чем когда-либо прежде.

Скарлетт ничего не сказала с тех пор, как он ей признался. Она стояла на кухне, одетая в одно из многих платьев, которые он ей купил, ткань облегала каждый изгиб ее аппетитного тела, и это возбуждало его. Скарлетт молча готовила им ужин.

После утренних любовных ласк она приняла душ. Потом Бейн следовал за ней по всему дому, пока она прибиралась.

Почему она молчала? На нее это не похоже.

Черт, он не мог просто стоять и гадать, о чем она думает. Он не мог вынести ее молчание.

— Поговори со мной, Скарлетт.

Она взглянула на него.

— Что ты хочешь услышать? — спросила она. — Все слова кажутся каким-то неубедительными и глупыми. — Она усмехнулась. — Я просто готовлю ужин. — Она склонила голову набок, глядя в кастрюлю.

— Просто поговори со мной, не молчи. Скажи хоть что-то. Я не могу вынести твое молчание.

Она снова посмотрела на него.

— Я пытаюсь во всем разобраться. Твой босс, он собирается причинить мне боль, потому что ты стрелял в него? Почему он не выстрелил в ответ?

— Не знаю. Босс сделал вид, что ничего особенного не произошло. Он никогда так не делал. Он обязательно поквитается.

Она налила в кастрюлю две банки томатного соуса и отошла. Положив руку на бедро, она оперлась на стойку и уставилась на него.

— Что ты хочешь, чтобы я сделала, Бейн? Ты боишься Босса?

— Нет! Я его не боюсь.

— Тогда чего ты боишься?

Он впился в нее взглядом.

— Ты правда этого не понимаешь?

— Понимаю что?

— Я никогда не боялся Босса, потому что мне нечего было терять, разве ты не понимаешь? Он… он владелец «Королевских киллеров».

— И это делает его страшнее, чем любого из вас? — спросила она.

— За ним такое количество трупов, что никто даже представить себе не может. Убийство для него — вид искусства, Скарлетт. Лиза была для него просто очередной жертвой. Он должен выполнить свою работу, несмотря ни на что.

Слезы наполнили глаза Скарлетт, и он возненавидел себя за то, что напомнил ей о подруге.

— Мне никогда нечего было терять, и я не могу смириться с мыслью, что с тобой что-то случится, детка. Я не могу.

— Ты не можешь продолжать и дальше так жить Бейн. Ты убиваешь себя. Тебе нужно отдохнуть.

Он покачал головой.

— Нет. Как только перестану быть настороже, он придет за тобой, и я уже сказал тебе, что не могу позволить тебе уйти от меня. Я не буду… этого не случится.

Скарлетт снова повернулась к плите, и он смотрел, как она размешивает в сковороде приправу.

— Никогда не думала, что смогу быть такой счастливой, — призналась она.

— Скарлетт?

— Нет, позволь мне договорить. Я уже достаточно услышала. Из твоих слов можно сделать вывод, что Босс не убьет меня.

— Нет.

— Он может только сделать мне больно.

— Я не собираюсь позволить этому случится.

— А что, если позволить? Позволить ему сделать то, что он хочет.

Бейн скрипнул зубами. Затем обошел стойку. Взяв ее лицо в руки, он повернул ее к себе.

— Я не могу допустить, чтобы тебе причинили вред из-за меня.

Слезы блестели в ее глазах.

— Бейн, тебе ведь тоже больно? — Она накрыла его руки своими. — Я люблю тебя, Бейн. Знаю, это все усложняет, но все равно люблю тебя. Я хочу провести остаток жизни счастливой. Эти четыре дня стали лучшими в моей жизни, и говорить это лишь в тридцать шесть лет довольно печально. Ты делаешь меня счастливой. А ты счастлив со мной?

— Безумно, и ты знаешь это. — Он никогда не думал, что будет счастлив или найдет женщину, которой доверится так, как Скарлетт. Вот почему он волновался из-за Босса. Обычно Бейн просто избавлялся от проблем, но убить Босса — это не выход, и он не собирался создавать их больше. Он должен ждать. Даже во время тренировок Бейн пытался понять, как договориться с дьяволом. Что ему могло понадобиться вместо Скарлетт? Должно же быть то, что ему нужно?

Киллиан — странный парень. Он был прирожденным убийцей, но в отличие от всех, кого Бейн когда-либо знал, у него имелась мораль. На некоторые работы он не соглашался, в некоторые вмешивался. Киллиан не раз видел плохую сторону Босса.

— Тогда позволь мне сделать это для тебя. Если босс придет, а он придет. — Она встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.

Его мобильный зазвонил и разрушил момент. Звонил Вайпер.

— Я должен ответить.

— Иди. А я закончу готовить наш ужин.

Он не ушел далеко. Сел на стул при входе и наблюдал за Скарлетт, пока отвечал на звонок. Она любила готовить, а он никогда не ел так хорошо за всю свою жизнь.

— Зачем звонишь? Предупредить?

— Для парня, у которого за спиной жаждущий мести Босс, ты не очень-то приветлив.

— Как ты сказал, у меня за спиной жаждущий мести Босс, и я не в настроении вести приятную беседу.

— Ты же знаешь, что он придет, — ответил Вайпер. — Это только вопрос времени.

— Он не приблизится к ней, Вайпер, я убью его. Будь уверен в этом.

— Прекрати вести себя, как слабак, и позвони ему. Поговори с ним.

— И почему я должен это делать?

— Договорись с ним. Босс не только убийца, но и бизнесмен. Посмотри, сможешь ли предложить ему то, что он хочет.

Чувствуя усталость, Бейн закрыл глаза. Он не высыпался, спал мало, всего несколько часов, и начал терять вес.

— И это причина, по которой ты мне звонишь?

— Бейн, другие киллеры уже делают ставки, как долго ты проживешь. Они думают, что Босс собирается прикончить тебя. Не оправдай их ожидания, ладно? Я не хочу тебя терять.

— Со мной ничего не случится. Я буду в порядке. — Он выключил телефон, не желая больше слушать надоедливый голос Вайпера.

Его старый друг прав в одном. Он не поговорил с Боссом. Кому навредит, если он с ним поговорит.

Скарлетт все ещё готовила ужин. Перелистывая контакты в телефоне, он нажал на номер Босса и позвонил.

После нескольких гудков тот наконец ответил.

— А я все гадал, когда же ты позвонишь.

— Ага. А я все ждал тебя.

— Я смотрю в Киллиане снова проснулась мораль. Он заплатит за это.

Бейн сжал зубы.

— Чего ты хочешь?

— Учитывая тот факт, что звонишь ты, я бы сказал что-то нужно тебе. И могу поспорить за этот звонок я должен благодарить Вайпера. Я прав?

Вот почему Босс всегда на чертовой высоте. Он знал все про всех.

— Что ты хочешь за то, чтобы забыть о Скарлетт, — спросил он.

Босс засмеялся в трубке.

— Ох, Бейн, иногда спрашиваю себя, почему я хотел, чтобы ты оказался у меня в команде. Ты всегда так быстро все решаешь.

— Она здесь не при чем. Это со мной у тебя разногласия.

— В этом ты прав, но, видишь ли, годы научили меня, что лучший способ донести послание — это причинить боль близким.

Бейн закрыл глаза и вздохнул. Прошли годы с тех пор, как он просил о чем-то.

— Пожалуйста.

— О, что это я слышу? Теперь ты меня умоляешь? — Босс рассмеялся, на этот раз еще громче, чем раньше. — Я нахожу это чертовски забавным. Никогда не думал, что что-нибудь заставит нашего дорогого Бейна просить милости.

— Я сделаю что угодно, чего бы мне это ни стоило, только не трогай ее. Накажи меня, сделай больно, мне все равно.

— Бейн, я босс. И я решаю, что и когда произойдёт. И если я решил, меня ничто не остановит. На ней будет моя метка, и каждый раз при взгляде на нее, ты будешь знать, что я это сделал.

Босс повесил трубку, и Бейн закричал, швырнув свой сотовый через всю комнату, наблюдая, как тот разбивается на куски.

Он резко обернулся, когда Скарлетт положила руку ему на плечо.

— Все хорошо, — сказала она.

— Нет. Все плохо. — Он обхватил ее сзади за шею, прижал к себе и поцеловал в макушку, отчаянно думая, как помешать Боссу.

Черт! Черт! Дерьмо! Черт!

Скарлетт больше ничего не сказала. Они поужинали и помыли посуду, а после сели смотреть кино. Никто из них не говорил ни о Боссе, ни о его угрозах. Бейн подобрал сломанный телефон и выбросил его в мусорное ведро.

После просмотра фильма он повел ее наверх и занялся с ней любовью. И снова у них была битва за то, кто заснет последним. Победил он. Бейн всегда побеждал и смотрел, как она спит. Ее легкий храп был сладкой музыкой для его ушей. Положив руку ей на спину, он почувствовал, как ее спина поднимается и опускается с каждым вдохом.

— Я буду защищать тебя всю оставшуюся жизнь. Я не могу потерять тебя, Скарлетт. Ты — единственное, что есть хорошего в моей жизни. Единственное, что я хочу сохранить.

Он ненавидел себя за то, что облажался, и нет никакой возможности изменить все. После той жизни, которую прожил, он пообещал себе, что больше не будет чувствовать себя беспомощным, и все же здесь он чувствовал себя беспомощным, не мог сделать ничего, кроме как ждать, чтобы защитить женщину, которую любил.

Босс причинит ей боль, и если Бейн не сможет найти что-то, чтобы успокоить монстра в Боссе, его метка станет напоминанием об ошибке Бейна на всю оставшуюся жизнь. Он знал о шрамах. У него их больше, чем у любого мужчины, и не хотел этого для Скарлетт.

Всю следующую неделю их жизнь следовала заведённому порядку. Бейн мало спал, тренировался, ел, проводил время со Скарлетт, а потом все то же самое заново. Они ели, занимались любовью, и он смотрел, как она спит.

Наконец усталость взяла свое на восьмую ночь, и за долгое время он проиграл их битву со Скарлетт за сон и уснул. Засыпая, он пообещал себе, что это всего на несколько минут.

Когда он проснулся, ее не было, на подушке лежала записка.

Взяв листок, он почувствовал тошноту.

Скарлетт встала посреди ночи, чтобы сходить в туалет. Вместо ванной в спальне она воспользовалась той, что находилась в коридоре. Скарлетт старалась вести себя как можно тише, потому что Бейн больше всего нуждался во сне. Когда она вышла из ванной, огромный мужчина, одетый во все чёрное, схватил ее за талию и зажал рот ладонью. Сначала Скарлетт брыкалась и сопротивлялась, пока не поняла, что происходит.

Настал тот день, которого Бейн больше всего боялся.

А Скарлетт была другого мнения по этому поводу. Это ее шанс уладить все разногласия и дать своему мужчине покой и возможность убедиться, что они смогут прожить свою жизнь, не оглядываясь назад. Босс не собирался убивать ее, только причинить боль, а она не боялась боли. Скарлетт так много пережила с Майклом, что стала невосприимчива к физическому насилию, научилась терпеть.

Похититель заставил ее пройти через дом, все еще зажимая ей рот рукой, хотя она не собиралась кричать. Если Бейн проснется, он сделает все, чтобы защитить ее, даже убьет себя, а она не станет рисковать. Улица встретила их прохладным ночным воздухом, похититель отвел ее к машине, усадил на заднее сиденье и сел рядом, захлопнув дверцу.

— Следи за тем, как с ней обращаешься. Если Бейн узнает, что ты навредил ей, тебе не поздоровится, — проговорил водитель.

Когда машина отъехала от старого фермерского дома, Скарлетт не переставала думать о Бейне, спящем в их постели. Она так сильно его любила. Хотя была рада, что, наконец-то, сможет покончить с этим кошмаром, она не могла не нервничать. Босса описывали как бездушного монстра, способного на все. Что, если он не только причинит ей боль, но и будет мучить? Она занервничала, представив все ужасные способы, которые видела в криминальных сериалах.

— Никаких криков? Приятно для разнообразия. Я как раз собирался достать шприц, чтобы вырубить тебя, — удивился ее похититель.

Они ехали в напряженной тишине. У Скарлетт имелось много вопросов, но она боялась заговорить. Она помнила Босса, но среди ее похитителей его не было. С ней ехали только исполнители, смертельно опасные, но они пока не делали ничего, что могло причинить ей боль.

— Ты не Босс, — произнесла она наконец.

— А ты ожидала увидеть его?

— На самом деле, да. Так что вы можете не волноваться, я не буду сопротивляется.

— Приятно слышать. — Мужчина взглянул на часы. — Ты встретишься с Боссом минут через восемнадцать.

Скарлетт откинулась на спинку сиденья и попыталась принять уверенный вид. Она ни за что не доставит этим придуркам удовольствия увидеть ее страх. Водитель больше не произнес ни слова, и парень рядом с ней начал играть со своим телефоном, игнорируя ее. Пока они ехали, она вглядывалась в затененные окрестности, пытаясь запомнить дорогу. Удивительно, но ей не завязали глаза и не заткнули рот кляпом. И у нее возникла мысль, не станет ли эта поездка путешествием в один конец.

Когда они приблизились к городской пристани, ее сердце бешено забилось. По какой-то причине ей казалось, что они поедут к дому Босса, в какой-то дорогой особняк в пригороде. Все оказалось гораздо хуже. Но Скарлетт напомнила себе, что Босс вряд ли собирается утопить ее, потому что речь шла о мести, а не об убийстве.

— Веди ее внутрь, — сказал водитель, въехав на пустынную пристань, окруженную рельсами и контейнерами. Местность казалось заброшенной. Скарлетт боялась, но должна выглядеть храброй. Эта встреча ничем не отличалась от той, когда она пошла брать интервью у Семенова. Она делала то, что должна, отодвинув на второй план собственную неуверенность.

Похититель открыл ей дверцу и жестом указал на выход. Ей ничего не осталось как подчиниться. А хуже всего, наверное, то, что на ней ее пижама с кошечками.

Они поднялись по металлической лестнице в одном из зданий на верхний этаж. Это было что-то вроде диспетчерской с окнами от стены до стены, выходящими на доки и погрузочные площадки. Все казалось заброшенным. Свет в комнате не горел, только свет от наружных прожекторов проникал внутрь. Услышав щелчок закрывающейся двери, Скарлетт обернулась и увидела, что похититель ушел.

— Приятно увидеть тебя снова.

Она повернулась, ища источник глубокого голоса. Потом свет включился, и она увидела лицо Босса, он сидел на стуле, в дальнем углу. Босс встал и лениво подошёл к ней. Во всем чёрном, рубашка частично расстегнута, можно разглядеть края татуировок. Сегодня его волосы были собраны в низкий хвост.

— Вы получили то, что хотели, — проговорила Скарлетт, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Он покачал головой.

— Я не монстр, Скарлетт. Представляю, что ты слышала обо мне, но я всего лишь бизнесмен и делаю свою работу.

Исследователь в ней хотел знать его историю. Выяснить, как ему удаётся управлять такой огромной нелегальной империей. Люди завораживали Скарлетт, хорошие и плохие. Его жизнь была такой же трагичной, как и у Бейна или еще хуже, или он просто законченный психопат?

— Бизнесмены не нарушают закон, — ответила Скарлетт.

Он усмехнулся.

— Я думал, ты умеешь видеть вещи в правильном свете. Вот скажи мне, где ты встречала честного бизнесмена? Они морочат систему, продают свою душу всего за доллар.

— А что насчет вас? Чем вы отличаетесь? — спросила она.

— Никогда не говорил обратное. — Он подмигнул и прошел к массивной панели управления.

Разум Скарлетт работал напряженно, пытаясь придумать, как убедить Босса ее отпустить.

— За взлом с проникновением очень суровое наказание, — сказала она, понимая, насколько неубедительна ее угроза, учитывая, что он был киллером всех киллеров.

Он усмехнулся.

— Пристань принадлежит мне, Скарлетт. У меня есть столько всего, что тебе будет сложно вообразить. Больше денег, собственности и женщин, чем может пожелать любой мужчина.

— И это делает вас счастливым?

Он улыбнулся и, прислонившись к стойке, уставился на нее.

— Ты умная. И как репортер ты сильна. Вот почему я велел Бейну всадить в тебя пулю. Я знал, что с тобой будут проблемы.

— Я люблю его и не сделаю ничего, что навлечет на него неприятности. Даже если он убийца.

— Интересно.

Он хрустнул костяшками пальцев, и по ее спине пробежала дрожь.

— Вы не должны причинить мне боль, — со страхом сказала она. — Бейн просто защищал меня, и он сожалеет об этом. Люди совершают ошибки, знаете ведь.

— Ах, выстрел. — Он расстегнул рубашку, снял ее и перекинул через плечо. Его тело одни сплошные мускулы, и огромный, заживающий шрам от выстрела Бейна выделялся ярким пятном. Она съежилась. — Еще один в моей коллекции.

Скарлетт тяжело сглотнула.

— Прекрасно, если это даст вам почувствовать себя мужчиной, выстрелите в ответ, за ошибку Бейна. Но я думала, такой мужчина как вы уже давно перестал кому-то что-то доказывать.

Скарлетт ожидала удара и, собравшись духом, была готова к этому.

Босс натянул рубашку и искренне громко рассмеялся. Какого черта тут происходит?

— Ты мне нравишься, Скарлетт. У тебя больше яиц, чем у некоторых моих людей. И еще я знаю Бейна. Он упертый, и если я причиню тебе боль, он не остановится, пока не убьет меня. Но у меня есть репутация, которую нужно поддерживать, а слабость — это как кровь для акул.

Она собиралась предложить ему что-то еще, чтобы он мог сохранить репутацию, но у нее ничего не было, ни денег, ни статуса, и она не собиралась предлагать ему свое тело.

— У меня ничего нет. Я через многое прошла, так что не тяните и делайте, что собирались.

— Ты пережила много дерьма? Что было хуже? Побои или выкидыш?

— Пошел ты!

— Злючка. — Он ухмыльнулся. — Я не считаю тебя подходящей партией для Бейна. Но с другой стороны, после всего, что он пережил, не думал, что он будет с кем-то больше, чем на одну ночь.

— Так вы про него все знаете?

— Сладкая, «Королевские киллеры» знают все, а я Королевский киллер.

— Тогда почему вы хотите, чтобы он страдал, он ведь столько пережил, жить такой жизнью, какой жил Бейн, нереально. Я понимаю, вы должны поддерживать свой имидж, но ради всего святого, разве у вас нет сердца?

Босс уставился на нее, в этот раз его взгляд не выражал никаких эмоций. Скарлетт думала, что он рассмеется, но ошиблась. Его настроение изменилось в мгновение ока.

— Ты храбрая, — заявил он.

— Я исследователь… Или была им. Есть определенные вещи, в которые я верю, и это значит, отстаиваю то, что считаю правильным. С тех пор как встретила Бейна, я поняла, что надо защищать того, кого любишь. Вы похитили меня, но в этом нет никакой необходимости, я пришла бы по собственной воле.

Он зааплодировал, медленно и методично. Скарлетт стояла загипнотизированная этой тревожной сценой.

— Мне нужна такая женщина как ты.

— И что это должно означать?

— Не то, что ты, черт возьми, думаешь, — ответил он. — Я говорю о работе на меня. Ты хороша в исследованиях, в разведке, в оценке характера. Удивлён, почему ты не продвинулась в работе. Слышал, ты попала под сокращение.

— Я знала это, — проговорила Скарлетт, в душе проклиная своего бывшего босса. — Я служила мозгом всех репортажей в новостях, но из-за моей внешности и возраста меня не ценили. Сплошное разочарование.

— Представляю, каково это. Но могу сказать, что в «Королевских киллерах» мы не придерживаемся таких стандартов. Черт, ты видела моих ребят, большинство из них далеко не красавцы, но для меня важна качественно выполненная работа, а не внешность.

Скарлетт была очень заинтригована. Ее никогда не ценили на работе, и она знала, что получить еще одну возможность в качестве репортера означало бы ту же драму, тот же дерьмовый образ, в который она не вписывалась. Осмелится ли она принять его предложение? Предлагал ли он ей что-нибудь?

Она услышала возню за дверью, которая привлекла внимание Босса. Он вытащил из-за пояса пистолет.

— Отойди от двери, — скомандовал он.

Скарлетт сделала, как велели, она не хотела оказаться в центре огня. Дверь распахнулась, и вбежали трое парней. Ее похититель, парень из дома Майкла и еще один здоровяк — все они были с пистолетами наготове.

— Что вы, три идиота, тут делаете? Разве я не говорил, что хочу побыть наедине с нашей чудесной гостьей?

— Босс у вас проблемы с Бейном, а не с девушкой.

— Киллиан, ты действительно становишься гребаной головной болью, — проговорил Босс. — Я уже начинаю сомневаться в твоей преданности. Почему бы тебе не подождать в машине, как я просил?

— Ты же знаешь, что я сделаю все для тебя, но иногда не могу молчать. Как сейчас.

Босс вытянул руки. В одной руке он держал пистолет.

— Я стараюсь быть гребаным джентльменом. Разве она выглядит раненой или в беде? Нет. Мы разговариваем как цивилизованные люди. А сейчас убирайтесь отсюда, пока я не разозлился.

Двое из мужчин выполнили приказ. Но Киллиан остался.

— Бейн скоро начнет ее искать.

— Ты так думаешь?

— И на этот раз он прикончит тебя, черт возьми, всадит пулю прямо в сердце или же выстрелит в голову, — предупредил Киллиан, прежде чем выйти из комнаты.

Скарлетт чувствовала себя посторонней. Она не хотела, чтобы Бейн сделал какую-нибудь глупость, из-за которой его могли убить. Наверняка с Боссом можно договориться. Но с другой стороны, он хладнокровно убил Лизу.

— Она, черт возьми, пропала, — прокричал Бейн.

— Бейн?

Было чуть больше пяти утра, и он решил, что Вайпер все еще спал. Его будильник зазвонил, и вместо того, чтобы найти Скарлетт в постели рядом с ним, он нашел записку. Босс схватил ее, и только бог знает, что этот ублюдок задумал.

— Босс забрал Скарлетт. И я не представляю, куда он ее увез.

— Ты знал, что это случится, — ответил Вайпер. — Он хочет сравнять счет. Ты не должен был стрелять в него.

— Я уже понял. Не нужно, черт возьми, мне напоминать об этом.

Бейн чувствовал себя тигром в клетке, расхаживающим по своей спальне, беспокойство возрастало с каждой секундой. Босс проник в его дом, прошел через систему безопасности и забрал его женщину прямо у него из-под носа. Бейн чувствовал себя неудачником, бессильным что-то изменить, но все же готовым причинить Боссу невыносимую боль.

— А от меня что ты хочешь? Я давно отошёл от этой жизни, и к тому же вряд ли Босс будет меня слушать.

— Мне только нужно знать, куда он мог ее увести, — сказал Бейн.

— Я бывал у него дома, но это в часе езды от тебя, и сомневаюсь, что он туда ее отвез. Имей это в виду, пока не наделал глупостей.

— Кто может знать, где они могут быть? — спросил Бейн.

— Киллиан был единственным в эти дни, кто прикрывал его спину, он должен знать.

— Хорошо, поговорим позже, у меня есть дерьмо, которое я должен разгрести…

— Для твоего же блага я не позволю тебе идти туда одному. Ты слишком импульсивен. Встретимся в старой церкви около Тобермори через час. Я тебя прикрою.

Бейн выключил запасной сотовый и бросил его на кровать. Его ум был сосредоточен на одной задаче. Бейн ждал нападения больше недели, и в ту секунду, когда он потерял бдительность, случилось невообразимое. После жизни, полной ужасов, у него, наконец-то, появилась та, ради кого стоило жить — только для того, чтобы так же быстро исчезнуть.

Бейн принял душ, оделся и начал собирать свой арсенал. К тому времени, как покинул свой дом, он был настолько взвинчен, что превратился в машину для убийства. Он встретил Вайпера в старой церкви. Солнце уже взошло, небо из темно-синего стало светло-голубым. Город вдали был огромен, в нем жили миллионы людей. Где же Скарлетт?

Они оба вышли из своих машин.

— Привет, как ты? — спросил Вайпер.

— Помнишь, как ты пришел в «Хеншоу Корпорейшн», чтобы убить Бернарда Сазерленда? Ты изменился. Ты был готов на все ради Пеппер, ради одной женщины, — проговорил Бейн. — Я думал, ты стал слабаком, забыл свою подготовку и потерял свой гребаный разум. — Он усмехнулся. — Теперь я тебя понимаю.

— Мы вернем ее, Бейн. Босс — сумасшедший, но не настолько глуп, чтобы убивать твою женщину. Он хочет, чтобы ты на него работал. Ты безрассуден, когда срываешься, но чертовски хорош в своем деле. И ему это известно.

— Если хоть один волосок упадет с ее головы…

— Мы вернем ее назад, — повторил Вайпер. Он вытащил телефон и позвонил. — Киллиан? — Вайпер передал телефон Бейну.

— Где Скарлетт? — крикнул он.

— Прямо сейчас? Жива. Надолго? Не знаю.

— Где она, черт возьми?

Киллиан выдохнул в трубку.

— Ты же знаешь, что я не могу этого сказать, но сделаю все, что в моих силах, чтобы Босс не причинил ей вреда. Это все, что я могу сделать.

— А тебе-то какое дело?

— Никакого, но она невиновна. Если кого и следует наказывать, так это тебя, а не ее. — На другом конце провода воцарилось молчание. — Вы находитесь меньше чем в десяти минутах езды? Не слишком умно. Ты должен держаться подальше, если хочешь, чтобы твоя девушка жила. Если ты появишься, Босс психанет, а ты знаешь, что это значит.

— Следишь за нами, маленький ублюдок? Лучше побереги себя. — Бейн бросил трубку.

— Ты должен вернуться к жене, Вайпер. Ты завязал с этим, и я не хочу втягивать тебя обратно.

— Ты единственный человек, о ком я забочусь, не считая Пеппер. Как уже говорил, я всегда с тобой.

— Все выходит из-под контроля. Ты уже, наверное, не совсем в форме, а это важно для меня, я не хочу волноваться и за тебя тоже.

Вайпер нахмурился и покачал головой.

— Это все равно, что кататься на гребаном велосипеде. Сложно забыть. — На дороге рядом с ними раздался скрип тормозов, и хлопнула дверь машины, нарушив утреннюю тишину. — Пригнись, — велел Вайпер.

Раздался выстрел, и первое за день тело с глухим стуком упало на землю. Бейн поднял взгляд на Вайпера, но его друг уже целился в следующего парня.

Вторая машина остановилась, киллеры спрятались на противоположной стороне. Бейн и Вайпер укрылись под аркой церкви.

— Как в старые добрые времена, — заметил Бейн.

— Я уже соскучился по такому. Только не говори Пеппер.

Они рассмеялись, но Бейн не мог сказать точно, насколько его смех близок к истерике. Если Босс послал этих придурков убить их, возможно, Скарлетт уже мертва.

— Вы хотите, чтобы я работала на вас? — удивилась Скарлетт.

Босс кивнул.

— Я собрал немало информации о твоей жизни. Тебя собирались уволить с работы, а этот маленький придурок действительно думал, что сможет обойтись без тебя. Знаешь, что в последние недели финансовые дела у компании пошатнулись?

— На самом деле?

— Да. Ты отсутствовала и не могла участвовать в правильной подготовке новостей, и скоро они поймут, что потеряли свой лучший актив.

— Но я даже не репортер. Почему вы хотите, чтобы я работала на вас? — В этом не было смысла.

— Репортеры как паразиты. В тот момент, когда чуют историю, они просто не могут ничего с собой поделать. Они подозревают что-то плохое еще до того, как это учует проклятая собака, и репортеров редко можно сбить с толку. Ты не репортер и никогда им не была. Ты — исследователь, настоящий мозг, стоящий за этими историями. Я ведь не ошибусь, если скажу, что в самом начале тебя заинтересовала история Бейна?

Она, облизнув губы, отвела взгляд.

— Не волнуйся, Скарлетт. Для нас не тайна, что ты была заинтригована Бейном и после влюбилась в него. Ты знаешь секреты, о которых даже я не в курсе.

— Вы сказали, что знаете все.

— Я говорю о личном дерьме. Знаю, через что прошел этот парень, начиная с детства и заканчивая сегодняшним днем. Я понимаю его и понимаю его боль, Скарлетт.

Босс прислонился к пульту, оставаясь совершенно неподвижным. Она никогда раньше не видела никого столь уравновешенного. Он излучал уверенность и силу.

— Видишь ли, дело в том, что репортеры всегда крутятся рядом. Независимо от любых попыток бороться с ними. Они могут пройти мимо охраны и часто с милой улыбкой уговаривают людей, добиваясь своего, или просто смешиваются с толпой. Я не хочу, чтобы ты возвращалась к своей репортерской жизни. Хочу, чтобы ты работала на меня и делала то, что умеешь лучше всего: получаешь информацию, которая мне нужна, и уходишь. Ты чертовски хороша в выяснении всяких дерьмовых подробностей и мелочей, а эта информация всегда ценна в моей работе.

Скарлетт ненавидела себя за то, что наслаждалась похвалой. Ее не ценили на работе, и чертовски приятно было слышать, что кто-то оценил ее заслуги по достоинству.

— Если я возьмусь за это…

— Око за око, не забывай, — перебил ее Босс. — Меня ранили, и как пострадавший я хочу компенсацию. Хочу тебя завербовать и взять под контроль. И это поможет мне справиться с слухами о том, что я ослаб. Я не хочу иметь ничего общего с этим дерьмом.

— Но у вас должна быть основная часть информации.

— Иногда мне нужны сотрудники, не привлекающие внимания, и как ты уже заметила, мои парни не подходят на эту роль. Ведь половина женщин хотят их трахнуть.

Ревность сильно ударила по ней. Мысль о том, что другая женщина прикоснется к Бейну, сильно разозлила Скарлетт. Если согласится на предложение Босса, она поможет и Бейну, и им. А еще ей нравилось, что ее труд оценят по достоинству, потому что работа репортера была ее детской мечтой.

— Я не буду убивать.

— Дорогая, у меня есть профессионалы для этой работы.

— Значит, я это сделаю, и никто больше не пострадает? Не будет обиды на Бейна?

— Ох, я хотел кое-что еще, но уже получил это, — усмехнулся Босс, взяв телефон. — Маленькое и прекрасное сообщение от Вайпера.

Он нажал кнопку, и в трубке раздался искаженный мужской голос.

— Черт побери, Босс, я же просил тебе оставить эту чертову женщину в покое. Это единственный шанс Бейна выжить. Если с ней что-нибудь случится, ты потеряешь его навсегда. И я его потеряю. Послушай, я вернусь, чтобы все исправить. Ладно? Я выполню несколько заказов…

Босс выключил телефон со словами:

— И для этого всего-то нужно было нажать на правильную кнопку, чтобы получить желаемое.

Эхо выстрелов заставило ее слегка отпрянуть. Скарлетт так увлеклась разговором, что забыла обо всем остальном. Ее затянуло в другой мир, и пройдет немало времени, прежде чем она привыкнет к этому хаосу.

— Они немного рановато. Похоже, тебя очень любят, Скарлетт. Раз такое дело, отправить Майкла в могилу было хорошим решением.

— Ты убил Лизу.

— «Королевские киллеры» — это моя жизнь. И я всегда сделаю то, что необходимо, — он вздохнул и оттолкнулся от пульта. — Я сожалею о твоем ребёнке, понимаю, перенести такое трудно.

Кто этот мужчина? В один момент ведет себя как чудовище и тут же выражает соболезнования по поводу ребенка, которого она так и не смогла сохранить, но все же любила.

— Бейн станет хорошим отцом, — сказал Босс. — Пожалуйста, не принимай на свой счет. — Он схватил пистолет и направил его ей в голову.

Их цивилизованное общение подошло к концу.

Дверь распахнулась, и на пороге появился ее мужчина. Бейн выглядел чертовски свирепо, но в тот момент, когда увидел пистолет у ее головы, остановился как вкопанный. Она увидела страх в его глазах.

Вайпер и парень, который был с ним раньше в доме Майкла, тоже пришли с ним.

— Знаешь, если бы ты подождал несколько часов, я бы вернул ее обратно, — заметил Босс.

— Хватит пороть чушь, Босс. Просто скажи мне, чего ты хочешь, и я дам тебе это. Хочешь более чистую работу? Я все сделаю. Только не трогай ее. — Скарлетт слышала боль в голосе Бейна и видела беспокойство в его глазах. Бейн действительно любил ее и с ужасом смотрел на пистолет у ее виска. Она сделает для него все, что угодно.

Босс вздохнул и убрал пистолет от ее головы.

— Теперь, когда мы все здесь, думаю, могу сообщить, что я получил то, что хотел. Вайпер согласился вернуться к работе, и у меня уже имеется несколько заказов для него. А еще Скарлетт согласилась помогать в сборе информации.

— Ты не будешь использовать мою женщину для своей долбаной работы. Она не убийца.

Скарлетт направилась к Бейну и, положив руку ему на грудь, с улыбкой проговорила:

— Я хочу помочь.

— Ты не убийца, — ответил он.

— Я и не буду убивать. — Она повернулась лицом к Боссу. — Я не буду помогать в убийствах невинных людей.

— Я не дурак, Скарлетт. Я только хочу, чтобы ты разбиралась с более… опасными людьми. И я уверен, что Бейн позаботится о том, чтобы ты не пострадала, — пояснил Босс.

— Ах ты, сукин сын. Просто поквитайся со мной прямо сейчас, но не вмешивай ее во все это. — Бейн вытянул руки, в каждой из которых было по пистолету.

Скарлетт положила руку на плечо Бейна, останавливая его от того, о чем он потом пожалеет. Он был достаточно безумен, чтобы пожертвовать собой ради нее, и она любила его за это еще больше.

— Дело сделано. Все решено. Я не собираюсь сидеть без дела, Бейн. Я буду делать то, что люблю. Пожалуйста, пойдем домой. Мы закончили здесь, — сказала она, оглядываясь на Босса. — Мы ведь закончили?

— На сегодня, да. И я хочу получить приглашение на вашу свадьбу. Кто-то же должен отвести тебя к алтарю.

Скарлетт видела, что в каком-то смысле Боссу не все равно, и он выражал свою заботу по-своему.

Бейн обнял ее и без лишних слов увел оттуда. Она оглянулась и увидела, что Босс наблюдает за ними. Что-то промелькнуло в его лице. Это длилось всего несколько секунд, но выглядело как зависть. Зависть? Нет, этого не может быть. Босс был злобным монстром, который заботился только о власти и деньгах. Он завербовал ее, и теперь она работала на «Королевских киллеров».

Несмотря на неодобрение Бейна, Скарлетт была действительно взволнована своей новой ролью. Сидеть целый день дома, пока Бейн уходит по своим делам, ей не нравилось. И ей не нравилась мысль о том, что женщины будут соблазнять его, как намекал Босс. Если она могла помочь, то это именно то, что она хотела сделать. Скарлетт воплотит в жизнь свою мечту, получит признание, которого так жаждет, и будет жить с мужчиной, который любит и уважает ее. Чего еще она могла желать?

Как только они подошли к машине Бейна, он бросил оружие на заднее сиденье и обхватил ее лицо.

— Ты хоть понимаешь, как я испугался? — спросил он. — С тобой ничего не может случится.

Слезы наполнили ее глаза, и она улыбнулась ему.

— Со мной ничего не случилось.

— Ты заключила сделку с этим чертовым дьяволом, Скарлетт. Ты хоть представляешь, что это значит?

— Это значит, что мы с тобой дальше будем работать вместе. Это значит, что ты ничего не потеряешь, и тебе не придется смотреть на меня, чувствуя, что ты потерпел неудачу. Я люблю тебя больше всего на свете, и если бы мне пришлось продать душу дьяволу, я бы сделала это ради тебя без колебаний. — Слезы потекли по ее щекам, и она крепко прижалась к нему, не желая отпускать.

— Я так сильно люблю тебя, Скарлетт. Никогда не знал, что такое любовь, пока не появилась ты. — Он обнял ее и поцеловал в шею. Скарлетт вздохнула с облегчением, когда он снова оказался в ее объятиях, живым и здоровым.

— Все будет хорошо. Я обещаю. — Она немного отстранилась и поцеловала его в губы. — Ты пришел за мной.

— Конечно, я, черт возьми, пришел за тобой. Я никогда не перестану приходить за тобой. — Бейн крепко прижал ее к себе и повернулся к Вайперу. — Спасибо. Я серьезно. Спасибо тебе за все.

Вайпер пожал плечами.

— Сидение в офисе весь день потеряло свою привлекательность. Не думаю, что Пеппер будет сильно возражать. Она намекнула, чтобы я связался с Боссом. Она явно понимает, что я не гожусь на роль стандартного мужа и отца.

— Она беременна? — спросил Бейн.

— Ага, беременна. Мы еще не знаем, кто у нас будет, но, черт возьми, я скоро стану отцом.

Скарлетт была счастлива за них.

Бейн посмотрел на нее сверху вниз и улыбнулся.

— Когда-нибудь у нас будут свои хорошие новости, чтобы поделиться. — Он поцеловал ее в макушку.

— Ты хочешь ребёнка?

— Я хочу того же, что и ты. Было время, когда не думал, что буду хорош для отцовства, но с тобой я знаю, что буду лучшим во всем, что намеревался сделать.

Три месяца спустя.

— Не смей сюда входить! — крикнула ему Скарлетт, когда он пошел открывать дверь ванной.

— Это и меня касается, женщина. Я должен быть там рядом с тобой, — сказал Бейн, положив руку на дверь. Он не хотел расставаться с ней. Скарлетт была его жизнью, его воздухом, его всем. Это был большой шаг для них обоих.

— Ты не будешь смотреть, как я писаю на палочку, Бейн.

— Думаешь, я хуже не видел? — спросил он.

— Фу, я не хочу сейчас об этом слышать. Я хочу, чтобы ты видел меня сексуальной, а это не сексуально. Это отвратительно.

Он улыбнулся и прислонился к стене. Постукивая пальцами по ноге, он вздохнул. Его детство было списано со счетов, и то, что у него появится собственный ребенок, настоящая семья, — больше, о чем он мог бы мечтать.

— Ты уже пописала?

— Заткнись, Бейн. Разве ты не должен быть чертовски незаметным и все такое? Потерпи.

— Мы только что вернулись с задания, детка. Я хочу обнять тебя и быть рядом.

Он опасался работы Скарлетт на Босса. «Королевские киллеры» — совсем неподходящее место для женщины, особенно для такой как Скарлетт. За последние три месяца она доказала, что он ошибается. Он обладал силой, был убийцей, а она умела находить информацию даже из ничего. Бейн уже сбился со счета, сколько раз они работали вместе, выполняя все поручения Босса, и Скарлетт всегда находила то, что требовалось.

Дверь открылась, и там стояла она. Скарлетт выглядела немного бледной. Джинсы и рубашка облегали ее великолепные изгибы, и этот вид вызывал у Бейна желание овладеть ею прямо здесь и сейчас. Она взяла его за руку, и оба уставились на тест.

Бейн покрутил обручальное кольцо на пальце и улыбнулся. Каким-то странным образом он был счастлив, что, наконец-то, принадлежит ей, чувствует ее любовь.

— И как же мы узнаем, хорошие это новости или плохие?

— Никаких плохих новостей, если будет отрицательный, тогда мы будем пробовать, пока не получится, — успокоила она.

Бейну нравились ее энтузиазм и позитивность. Скарлетт — просто глоток свежего воздуха в его жизни.

— Одна полоска — значит, мы попробуем еще раз. Две — мы сделали это. — Она сжала его руку, и он держал ее так же крепко. Это был их момент, и Бейн больше всего на свете надеялся, что дал ей то, чего она хотела.

Он хотел этого тоже.

Жизнь с ней, семья, ребенок. Его грудь сжалась от этой мысли, и на долю секунды он запаниковал, что с ним что-то не так. Что, если он не сможет дать ей то, что она хочет? Что, если он потерпит неудачу из-за всего, что с ним случилось?

— О боже! — Она закричала. — Две полоски. Мы беременны, Бейн. Мы беременны. У нас будет ребенок!

Она бросилась в его объятия и заплакала от счастья. Казалось, вся боль, которую Скарлетт пережила после выкидыша, была исцелена этим единственным моментом, этим новым началом.

Они собираются стать родителями. Он будет отцом.

Монстры в его жизни остались позади. Он собирался стать самым лучшим отцом и мужем во всем мире, черт возьми.

— Я люблю тебя, Скарлетт.

— Я тоже тебя люблю. Но это не значит, что мы не можем продолжать тренироваться. — Она подмигнула ему.

Бейн покачал головой, поднял ее и понес к своей кровати.

— Нет. Этого не будет. Этот член не работает, пока доктор не разрешит. В течение следующих нескольких месяцев будь готова к тому, что тебя будут баловать и заботиться.

Она хихикнула.

— Значит, я буду жить как обычно, разве ты не этим занимаешься все время?

Он усмехнулся.

— Я самый счастливый мужчина, ведь у меня есть ты.

— Нет, Бейн, это мне повезло, потому что ты самый лучший человек, которого я знаю.