- Аврора будет ходить за мной по пятам сегодня. Аврора Мессина из сицилийского отеля.

Марианна подумала, что это имя ни о чем не говорит ее начальнику, но как же она была не права! Аврора Мессина, двадцати четырех лет, на шесть лет моложе его; с бархатными карими глазами и густыми темными волосами. Аврора, чья оливковая кожа розовела на солнце.

- Не помнишь меня, Нико?

Знакомый хрипловатый голос с вечной насмешкой заполнил помещение. Наверное, ее белое вязаное платье сушилось на улице - оно не просто впитало жар сицилийского солнца, но и принесло с собой запах океанского бриза и жасмина из сада ее родителей.

- Это грубо с твоей стороны, принимая во внимание, как часто ты спал в моей кровати.

Неприкрытый намек явно шокировал Марианну, но Нико быстро нашелся с ответом.

- Всегда в одиночестве.

- Это правда, - Аврора улыбнулась.

Она научилась не краснеть рядом с Нико, но сейчас ей это давалось с трудом. Было достаточно одного его присутствия, чтобы полностью потерять самообладание, - даже роскошный вид на Рим за его спиной не мог отвлечь. Густые черные волосы были коротко подстрижены, а сильная челюсть с небольшой ямочкой казалась настолько гладко выбритой, что во время легких поцелуев в щеку можно не почувствовать щетины. Аврора обошла стол, чтобы поздороваться по всем правилам - в конце концов, они так давно знакомы, что было бы странно этого не сделать. Но ей пришлось отступить - Нико поднял руку, остерегая от дальнейших шагов. Ей словно отвесили пощечину.

Аврора знала о своей напористости и прямолинейности, но разве не стоило поприветствовать его как старого друга? Она потратила много часов, пока не решила, что так будет лучше всего, но Нико оказался не согласен. Оставалось только собрать остатки гордости и не показать, как ее это ранило.

- Садись, - махнул он рукой и повернулся к своему личному ассистенту: - Марианна, давайте начнем, у нас много дел.

- Ну, во-первых. - Аврора не послушалась указаний, сняла с плеча огромную кожаную сумку и, вытащив оттуда томатный соус, поставила его на безукоризненно отполированный стол из орехового дерева. - Домашняя пассата от моей мамы. И немного лимончелло от отца.

Нико бросил взгляд на Марианну - та не слишком успешно пыталась скрыть ужас от трансформации стола в прилавок.

- Мне это не нужно. - Он снова посмотрел на Аврору и брезгливо отдернул руку. - Можешь забрать с собой.

- Ну уж нет!

Нико отказался от приветствия, а теперь еще и эти выходки! Нико ведет себя неподобающе. Он должен был сказать, что скучал по вкусу домашнего соуса, и пригласить ее присоединиться к трапезе, достойной этого угощения. Он не следовал ни одному из правил культурных традиций. Впрочем, разве когда-когда-нибудь было иначе? Следуй Нико им хоть изредка - и Аврора была бы его женой.

Аврора Элоиза Карузо. Подростком она писала это в дневниках, проговаривала вслух. Сейчас же она пыталась не выдать свою злость, и от этого ее щеки слегка покраснели.

- Ты прекрасно знаешь, что семья никогда не отпустила бы меня к тебе без подарков.

- Ты меня не навещаешь, это рабочий визит. Пять дней обучения перед открытием отеля. А теперь убери все с моего стола.

Нико знал, что он слишком резок, но надо было контролировать ситуацию - и не только по отношению к Авроре. За восемнадцать часов пребывания Нико в Риме жители Силибри уже успели его утомить. Франческа - будущий региональный менеджер - привезла салями и оставила на ресепшен. Она правда думает, что Нико не нашел бы салями в Риме? А Пино, который должен был занять позицию главного консьержа, каким-то образом выяснил его личный номер телефона. Узнал от Авроры?

Вчера по прибытии Пино позвонил и спросил Нико, куда они пойдут ужинать и во сколько ему к ним присоединиться. Пришлось отказаться. Жители Силибри не просто приехали из деревни в Рим - они явно захватили с собой немного деревни для Нико. Вот только он пытался оттуда сбежать с тех пор, как ему исполнилось шестнадцать, хоть и не слишком успешно. Что его тянуло назад все это время? Чувство вины? Долга? Он не мог ответить на этот вопрос.

- Убери еду с моего стола, Аврора, - это уже было предупреждение.

- Но мне это не нужно. Я планирую купить туфли, для которых мне потребуется место в чемодане. - Она с подозрением посмотрела на него. - Я же могу ходить по магазинам в свободное от работы время?

От ноток сарказма в ее голосе захотелось улыбнуться, но нет. Сначала улыбка, потом поцелуй - рядом с Авророй стоило держаться настороже, если хочешь избежать проблем. И Нико посмотрел ей прямо в глаза, надеясь, что она прочитает скрытый в его словах намек.

- Меня не волнует, что ты делаешь в нерабочее время.

- Хорошо.

- А сейчас… - Нико жестом показал на стол. - Можем мы избавиться от этого и начать работу? Мы уже опаздываем.

- Я уберу, - тихо произнесла Марианна. Аврора умела смущать людей - Нико редко видел Марианну в таком смятении. - И принесу образцы для совещания…

- Образцы?

- Сегодня нужно принять решение по униформе «Силибри».

- Какое решение? - Нико глубоко вздохнул, пытаясь унять раздражение. Серьезно? С каких пор его касается заказ униформы?

- Им не нравится зеленый цвет.

- Но это цвет всех моих отелей. Я хочу, чтобы все было в едином стиле… - Нико вдруг замолчал, решив оставить все до собрания. Он кивнул Марианне, которая привела стол в порядок и унесла из кабинета бутылки. Но вместо того чтобы пойти следом, Аврора опустилась на стул.

- Я думал, ты будешь следовать за Марианной по пятам?

- Хотела улучить секунду, чтобы извиниться за нескромность. Моя шутка по поводу твоего пребывания в нашем доме была неуместной.

Шутка? Она поморщилась - для шутки это слишком жестоко. Нико сбегал от домашних побоев ночевать в парк, но отец Авроры каждый раз настаивал, чтобы парнишка спал у них дома. Девушка перебиралась в спальню к родителям, а Нико отдавали ее комнату.

- Договорились, принято. - Нико вернулся к своим записям.

Аврора знала, что он все еще злится. Как и она - вопреки всем обещаниям сохранять спокойствие, ей это не удавалось.

- В любом случае мы действительно никогда не были в постели вместе. Ты лишил меня девственности на диване!

Она хотела игриво пнуть его коленом под столом, но Нико перехватил ее ногу и зажал так крепко, что у нее перехватило дыхание.

- Я не лишал тебя невинности, Аврора. Ты с готовностью отдалась мне. - Он разжал пальцы и повернулся к экрану компьютера. - Точнее, ты умоляла меня. А теперь забудем об этом.

Забыть? Если бы это было возможно. Для Нико секс был насущной необходимостью - частый, лишенный эмоций, полностью подконтрольный ему. Всегда в номере отеля, никогда дома. Но в нем не было ничего общего с тем жарким, пульсирующим опытом слияния, какой он получил с Авророй. С этим чувством ничто не могло сравниться. Никогда.

- Забудем?

- Это произошло один раз и очень давно.

- Четыре года, Нико.

Да, с той ночи прошло четыре года, и с тех пор не было ни дня, чтобы Нико не думал об Авроре. Он оступился один раз, но эта ошибка стоила ему миллионов. Десятков миллионов. Впрочем, лучше один новый отель, чем еще одна ночь под крышей семейства Мессина.

Нико пытался не смотреть на Аврору, которая встала и подошла к окну. Это какой-то ад. Нико знал, что ужасно обращается с ней. Им вообще не надо было тогда заниматься любовью.

Все знали, что они должны пожениться. Конечно, они об этом не говорили вслух, но этот факт воспринимался как данность - Нико и Аврора вместе взрослели. Бабушка оставила свой дом ее отцу, Бруно, и предполагалось, что они будут жить в нем после свадьбы. Застрять в этой чертовой деревне, жить напротив свекрови и весь день работать на винограднике? Более ужасной перспективы Нико не мог представить.

Аврора, которой тогда было шестнадцать лет, спокойно восприняла новость о том, что они не поженятся. Рассмеялась и сказала что-то в духе «спасибо, Господи». А что ее глаза подозрительно засверкали, так это просто солнце их слепило. Тогда она была еще миниатюрным подростком, но когда они встретились через несколько лет…

Нико не выдержал и посмотрел на нее. Мало кто мог сравниться по красоте с сицилийской женщиной. Темные глаза и волосы, чувственные формы, не знакомые с тренажерным залом, скальпелем или силиконом. Пышная грудь, талия перехвачена кожаным поясом. Он не мог представить ни одной женщины, которая бы выглядела сексуально в этом платье, но ей это удавалось. Он хотел развязать пояс… оголить грудь, посадить девушку себе на колени. Поцеловать в губы и по-настоящему поприветствовать - более страстно, чем могли бы приветствовать друг друга старые знакомые.

Он заскользил взглядом вверх - от оливковой кожи загорелых икр все выше, пока не дошел до того места, где под тканью прятался треугольник темных шелковистых волос. Их не было видно, но он помнил. Как помнил, и с какой силой она умеет сжимать бедра. Аврора

- настоящий огонь, и он должен сделать все, чтобы не дать этому огню себя обжечь. Потому что если Нико и хотел чего-то в своей жизни, так это гармонии и спокойствия…

От его взгляда в животе у Авроры начинало сладко ныть, а между ногами рождалось жаркое ощущение. Конечно, с той ночи она не раз его видела, но впервые они остались наедине. Она так часто представляла себе этот момент - даже репетировала перед зеркалом, обещая сдержаться. Но что вышло в итоге? Одни намеки, провокации и попытки добиться реакции от этого, унизившего ее холодного непоколебимого человека.

Аврора попыталась вывести разговор на более спокойные темы.

- Мне нравится Рим…

- Хорошо.

- Но особенно он прекрасен ранним утром. Сегодня я выбралась на прогулку…

Нико снова вернулся к экрану компьютера.

- Казалось, весь город принадлежит мне. Ну, не совсем…

Аврора вспомнила дворников, открывающиеся кафе и магазины… во время этой прогулки она пообещала себе, что на встрече с Нико будет спокойной и выдержанной. Утонченной. Как те стройные красотки, с которыми он встречался и о которых она с тяжелым сердцем читала в журналах.

- Сегодня мы едем на автобусную экскурсию. - Нет, это тоже лишнее. Звучит так, как будто она приехала сюда поглазеть, а не работать. Нужно выбрать более безопасную тему. - Ты рад открытию «Силибри»?

- Буду рад, когда все закончится. - Тогда он сможет переложить это дело на плечи управляющих и менеджеров, чтобы процесс продолжился без его участия. Сейчас же во всем офисе царило напряжение.

Наконец вернулась Марианна, и они начали обсуждать расписание Нико. Аврора молча наблюдала за происходящим. У них было пятнадцать минут до встречи с командой отеля «Силибри», за которой следовала череда совещаний с бухгалтерами, финансистами и юристами. Затем он планировал поехать домой.

- У вас встреча за завтраком в семь утра, на девять забронирован вертолет! - Марианна нахмурилась. - Обычно вы остаетесь в отеле, если предстоит утренний полет.

- Не в этот раз. А теперь мы можем проверить расписание моей поездки в Силибри? Я хочу встретиться с врачами отца.

- Ты едешь домой? - Аврора нахмурилась. - Но почему, если мы все здесь?

- Еще раз, - вздохнул Нико. - Ты здесь для того, чтобы пройти обучение.

К его радости, вмешалась Марианна:

- Мы с синьором Карузо каждое утро обсуждаем его расписание. Это не совещание, поэтому дискуссий не предполагается. Мы просто уточняем, что все в порядке и у нас одинаковая информация.

- Конечно. - Аврора замолкла, но в ее глазах читался миллион вопросов о том, почему же он покидает Рим, когда они все приехали в город.

Нико не ответил ни на один из заданных вопросов. Вместо этого они с Марианной до конца проверили график невероятно занятой недели и вместе направились к выходу из офиса.

- После вас. - Он придержал дверь для обеих женщин, но тут же пожалел о своих хороших манерах. Бесполезно отрицать химию между ним и Авророй - даже намека на ее аромат было достаточно, чтобы желание снова пробудилось. И хотя вежливость была у него в крови, в комнату совещаний - где его уже ждали жители Силибри - он все-таки вошел первым.

Их приветствие было теплым. Даже слишком теплым.

- Привет, Нико!

На столе его ждало еще больше подарков, среди прочих - домашние бискотти от Франчески, которая даже умудрилась организовать кофе. Бедняга Винченцо - менеджер по маркетингу - явно растерялся от непривычно праздничной атмосферы. Он бросил на Нико затравленный взгляд, и тому даже захотелось его успокоить. Он что, не знает, как относятся к делам в Сицилии? Не знает, что диалоги и юмор - это форма искусства там, и особенно в Силибри? Конечно нет. Винченцо вырос во флорентийской части.

- Начнем.

Нико рассчитывал, что совещание пройдет быстро. Аврора должна была стать ассистентом менеджера по маркетингу. Она не училась этому, но хорошо знала местность и любила делать фотографии. И к тому же у нее есть идеи. Много. Она бы устроилась на эту работу и без протекции Нико. Ну, почти без нее - потому что отель все же принадлежал ему.

Винченцо рассказал о заинтересованности на местном уровне, а также о договоренности по поводу нескольких интервью национального масштаба.

- Я справлюсь с этим.

- Можешь разделить эти обязанности с Авророй.

- Но я знаю, как обращаться с прессой. Аврора может быть… напористой, а нам важно проявлять мягкость.

- Винченцо, это не предложение. Ты разделишь свои обязанности с Авророй.

И снова это не было протекцией. Винченцо отлично справлялся с работой, считался тщеславным и эгоистичным. Аврора, с ее страстностью, низким смехом и искренней любовью к Силибри, привлечет больше потенциальных гостей.

- Дальше. - Нико кивнул Франческе.

- Примерки униформы отложены.

- Тогда ускорьте процесс. - Если бы все решалось так просто.

- Я пробовала, но у штата проблемы с цветом.

- И ткань… - Аврора впервые заговорила. - Шерсть слишком тяжелая, а в зеленом мы выглядим как… - она щелкнула пальцами, - веселые английские человечки.

Нико уже давно привык к тому, что рядом с Авророй его постоянно ждали сюрпризы и никакого спокойствия. Он на мгновение задумался, восстанавливая в памяти униформу темно-зеленого цвета. Она элегантно смотрелась на фоне древних римских и утонченных флорентийских строений, хорошо прижилась в Англии и Франции. Наконец до него дошло.

- Ты имеешь в виду Робин Гуда?

- Кого-кого? - Аврора нахмурилась, но быстрой улыбкой дала понять, что просто поддразнивает его и, конечно же, знает, о ком речь. Они хорошо считывали друг друга, и сейчас она видела, как трудно Нико удержаться от смеха. Она все еще смотрела на его подрагивающие губы, когда Винченцо прочистил горло и заговорил:

- Мы думаем, что «Силибри» должен выглядеть более буднично.

- Это пятизвездочный отель. - Нико покачал головой. - Я не хочу, чтобы мой штат выглядел буднично.

- Конечно нет. Но есть прекрасный голубой французский лен, и вместе с белоснежными рубашками…

- …Мы будем выглядеть как матросы, - не дала закончить Аврора.

Нико потер переносицу. О чем он вообще думал? Что заставило его вложиться в предприятие в Силибри?

Стоило продать землю и забыть об этом… но как забыть о теплом «нет» Авроры, прозвучавшем, когда он озвучил ей этот вариант той ночью? Черт возьми, он снова забрел мыслями в тот период! Нико заставил себя вернуться к происходящему: почему он вообще тратит свое время на обсуждение ткани? Этот отель, который строился последние четыре года, принадлежит ему. Проблема в том, что жители Силибри вовлеклись в это дело так, словно он принадлежал и им тоже. И все вопросы воспринимали как очень личные.

- А что, если это будет такой же зеленый, как и в других отелях, но только лен?

Аврора покачала головой в ответ на предложение Франчески:

- Мы вернемся к веселым человечкам.

- А что предлагаешь ты, Аврора? - Нико отшвырнул ручку.

- Персидский оранжевый.

Девушка явно подготовилась: из бездонной сумки она достала несколько образцов ткани из немнущегося льна и раздала сидящим вокруг. С одного взгляда Нико увидел ее правоту.

- В этот цвет окрашиваются руины храма и монастыря перед закатом. А ты знаешь, как красиво выглядит Силибри в это время. Мать-природа мудро выбирает цвета.

- Это очень насыщенный цвет, - возразил Винченцо. - Возможно, даже слишком.

- Не думаю, что он слишком насыщенный. Скорее наоборот, простоват. - Аврора покачала головой и пристально посмотрела на Винценцо. - Неужели ты боишься, что он затмит твою рыжую шевелюру?

- Конечно нет… - Винченцо разрумянился и пригладил волосы.

- Потому что… отталкиваясь от персидского оранжевого как основного, мы можем подобрать несколько индивидуальных оттенков.

- Индивидуальных оттенков?

Нико молча наблюдал за тем, как менеджер по маркетингу радуется идее нового ассистента, а Аврора прячет удовлетворенную улыбку. Винченцо придется с ней несладко - ею нельзя управлять, и сдержать ее тоже не получится. Это настоящая сицилийка, взрывная, как вулкан. К ней не подольститься и не очаровать. Она восприимчива, усердна и… И он отказывался играть по ее правилам.

- Я подумаю.

- Подумаешь? Но о чем тут думать, если это идеальный вариант?

- Есть над чем подумать. Следующий вопрос.

Собрание должно было занять тридцать минут, но продлилось больше часа - и на этом не закончилось. Марианна испарилась на небольшой перерыв, Нико попытался уйти, но Аврора его поймала.

- Мы можем поговорить? У меня есть идея.

- Все было сказано на совещании.

- Не по поводу униформы. У меня другая идея для отеля «Силибри».

- Тогда поговори с Винченцо, твоим менеджером.

- С чего бы мне делиться своей идеей с ним?

- Потому что я не решаю вопросы с ассистентами.

- На улице весна и солнце, Нико, но рядом с тобой я дрожу от холода. - Она не собиралась делать вид, что не заметила пренебрежения в его тоне.

- Тогда надень пальто! Аврора, я скажу прямо - и можешь передать мои слова своим коллегам. Вы приехали на недельный тренинг. Ваша задача - научиться работать со мной так, чтобы я оставался доволен вашими результатами. И узнать, как я вижу работу своего отеля. Вы здесь не для разговоров, предложений, сборищ и напитков. Я построил отель в Силибри не для того, чтобы моя жизнь стала более насыщенной.

Нико хотел, чтобы этот разговор закончился.

- Ты собиралась сегодня следовать по пятам за Марианной?

-Да.

- Тогда почему ты сейчас ходишь за мной?

Проклятье! Еще более открыто сказать о том, что он не хочет видеть ее рядом, было невозможно. Как и вести себя еще отвратительней. Ну почему нельзя просто перестать испытывать к нему чувства? Измельчить их на мелкие кусочки, забыть о них, втоптать в асфальт. Она устала от них, от этой безответной любви.

- Аврора. - К ней подошла Марианна. - Нам нужно поговорить. Точнее, ты должна выслушать меня.

- Я знаю, что вы хотите мне сказать.

И тем не менее ей пришлось выслушать нравоучения на тему того, что, если она не проявит сдержанности, ей придется все оставшееся время ходить по пятам за судомойкой. Аврора пыталась все осознать, но как же сложно все делать исключительно по правилам! Она всегда вела себя так, как хотела, и с Нико в том числе.

- Привет, муж. - Это стало обычным приветствием еще с тех пор, как она была совсем юной. Нико только качал головой в ответ на ее попытки добиться внимания.

- Твой отец попросил нарубить дров.

Ему не удавалось отделаться от нее - Аврора сидела и смотрела, как он работает топором. И как же больно ей было видеть новые синяки и ссадины на спине, когда он снимал рубашку. Как мог Гео так поступать с ним? Как мог вообще кто-либо так вести себя с Нико?

Иногда он даже смотрел на нее с улыбкой вместо обычной хмурой гримасы - и этого было достаточно, чтобы считать день удавшимся.

Когда Нико впервые покинул Силибри, его отъезд не разбил ей сердце - в конце концов, тогда ей было всего десять. Хотя некоторое время Аврора засыпала в рыданиях. Все случилось позже - когда спустя шесть лет он вернулся домой. Как же она радовалась его возвращению! Нико уединился с ее отцом за закрытыми дверями - наверняка чтобы распить граппу, припасенную для этого особенного дня. И когда Нико вышел и спросил, не хочет ли она с ним прогуляться, Аврора быстро привела себя в порядок и даже почистила ногти и зубы - ей хотелось, чтобы руки выглядели достаточно красиво для кольца, а в первом поцелуе чувствовалась свежесть.

Они спустились с холма и обошли старый монастырь, но вместо того, чтобы направиться к любимым Авророй руинам, Нико предложил спуститься еще ниже, к пляжу.

- Наши отцы достаточно старомодны… - Они приближались к полосе песка.

- Да! - Аврора просияла, предвкушая продолжение.

- Они пытаются принять решения за нас.

Первый звоночек, что разговор может принять неожиданный поворот.

- Да…

- Аврора, я уже давно запретил отцу приказывать мне что-либо.

- Я знаю, он непростой человек. И знаю, что ты его ненавидишь. Но…

- Аврора. Я не представляю, что когда-нибудь захочу жениться. Я не хочу семью. Я хочу свободу…

Это был худший момент ее жизни.

- Аврора!

Голос Марианны отвлек ее от болезненных воспоминаний.

- Ты вообще слушаешь, что я тебе говорю?

- Конечно. - Ложь, но о содержании речи Марианны можно было легко догадаться. Аврора медленно кивнула и с глубоким вздохом поклялась - не только личному ассистенту Нико, но и себе: - Не беспокойтесь, я не выставлю себя на посмешище снова.

Хватит уже гоняться за Нико Карузо. Восемь лет она тайно любила его. Треть своей жизни! Достаточно, пора сбросить со своих плеч этот груз. При всех их дальнейших встречах - если такие будут - она будет сохранять спокойствие, отстраненность и профессионализм.

- Я не хотела, чтобы это прозвучало таким образом. - Марианна впервые по-доброму улыбнулась. - Нико замечательный босс, но он не друг никому из нас. Просто помни об этом, когда будете работать вместе.

- Хорошо.

- А теперь пойдем, водитель уже ждет.

- Водитель?

- Мне нужно собрать вещи для поездки синьора Карузо. О, и мне нужно договориться с его водителем насчет утра, раз Нико не планирует оставаться в отеле…

Аврора мечтала о том, чтобы этот день закончился и она бы смогла вернуться в отель, рухнуть на кровать и выплакаться… чтобы затем встать обновленной и сильной, сделать шаг в свободное от него будущее. А вместо этого ей пришлось сделать шаг в его невероятно красивый дом.

Нико жил в районе Париоли, и его элегантная и со вкусом оформленная резиденция находилась очень близко от отеля. Марианна поставила лимончелло и пассату в один из пустующих шкафов на сияющей кухне и вернулась в главный коридор с высокими потолками и огромной лестницей. Аврора с трудом передвигала ноги, поднимаясь по ступеням: спальни - не лучшее место, если хочешь о ком-то забыть.

Из французских окон открывался вид на парк виллы Боргезе, и в любой другой ситуации Аврора не утерпела бы и вышла на балкон полюбоваться. Но сейчас она смотрела на широкую кровать с темными подушками и представляла Нико под хрустящим льняным бельем.

Это огромное пространство ошеломляло и подавляло ее. Однако Марианна явно была здесь не в первый раз: уверенными движениями она вытащила чемодан и начала отбирать рубашки и костюмы.

- Аврора, не могла бы ты сложить нижнее белье?

Новое испытание, настоящая агония. Однажды - очень давно - она запустила свою руку в его черные боксеры и ощутила шелковистость его кожи… Боже, какое мучение вспоминать о той ночи здесь, в его спальне. Аврора попыталась вернуться к своей клятве и сконцентрироваться на работе.

- Мне уложить это? - Аврора показала Марианне длинные черные пижамные брюки.

К ее удивлению, та рассмеялась:

- Нет, я купила это на случай, если ему придется лечь в больницу или что-то в таком духе.

- О…

- Личный ассистент должен предусмотреть любую мелочь.

Но зачем это Авроре?

- Марианна, почему я провожу сегодня день с вами? Нет, мне нравится, но я думала, что буду с командой рекламщиков.

Та помедлила, прежде чем ответить.

- Я не всегда путешествую с синьором Карузо. Поскольку он наверняка будет проводить значительное время в Силибри, мне показалось правильным научить кого-то выполнять роль его личного ассистента, пока он там. У меня есть представители в каждом его отеле. Я поговорила с Франческой, и она предложила тебя.

- Я буду личным ассистентом Нико?

- Нет, но я хочу иметь доверенное лицо в отеле «Силибри».

- А Нико об этом знает?

- Нет, это обсуждали только мы с Франческой. Я бы не стала обременять синьора Карузо такими подробностями, если бы только не посчитала это важным. - По ее сдержанной улыбке было понятно, что она уже сомневается в уместности кандидатуры Авроры.

Не то чтобы близость с Нико поможет ей освободиться от прошлых чувств - скорее добавит новых переживаний. И Аврора сделала самый отважный шаг из тех, на какие была способна.

- Очень мило с вашей стороны рассматривать мою кандидатуру, но нет. Не думаю, что эта роль для меня.

Сегодня Аврора вернется в отель. Никакой автобусной поездки - тем более что она немного устала от своих старших друзей, с которыми и так виделась каждый день. Нет, сегодня она проведет наедине с собой и стыдом по поводу своего поведения, будет рыдать в подушку. А потом… Ну, пора двигаться дальше и начать ходить на свидания. Флиртовать. Ей всего двадцать четыре года, она одинока и находится в Риме. Она может даже скачать и установить приложение, о котором ей говорили Чи-Чи и Антониетта! Пусть Нико катится ко всем чертям, потому что ей нужен мужчина, который хочет быть с ней.

Наконец настала пора перестать его преследовать. А скоро она перестанет следовать и за Марианной.

Никто из них не сможет забыть эту ночь…

- Можешь сказать Нико, что я не покину свой дом.

От одного упоминания его имени сердце Авроры разбивалось на кусочки и одновременно начинало сильнее биться. А в этом доме оно звучало часто.

- С каких пор у меня есть прямой контакт с вашим сыном, Гео? - Аврора пыталась сохранять невозмутимость.

- Он послал вертолет, чтобы забрать меня в Рим.

На мгновение она замерла и перестала взбивать подушки за его спиной. К старости Гео начал периодически путать события и преувеличивать, но даже если поделить его фантазии на два, звучало неправдоподобно.

- Кто вам это сказал?

- Доктор.

- О? Тот доктор, по словам которого вас убьет алкоголь?

Гео усмехнулся.

- И который считает, что вы не справитесь самостоятельно и за вами нужен уход? Мне казалось, вы не очень-то ему доверяли.

- Возможно, на этот раз он говорит правду. Нико пришлет вертолет, чтобы меня забрать.

Южное побережье Сицилии страдало от пожаров, которые постепенно приближались к их деревушке. Им сказали покинуть ее - и конечно, это нужно было сделать, - но и Гео, и Бруно отказались. Аврора не сомневалась, что Нико захочет уберечь отца, но частный вертолет - роскошь для мальчишки из Силибри. Даже для добившегося успеха мальчишки!

К тому же Гео все больше и больше путал реальность с выдумкой. Несколько недель назад он сказал принесшей продукты Авроре, что, приди она чуть раньше, - застала бы Марию. Жена Гео и мать Нико умерла больше чем за год до рождения Авроры. А на прошлой неделе он придумал, что Нико владеет тремя отелями в разных странах Европы. Когда она усомнилась, Гео поправился: не тремя, а четырьмя!

- Он вор. Он меня обокрал.

- Это сказки, Гео. - Аврора старалась сохранять мягкий тон.

- Он может подавиться своим домом престарелых в Риме. Ненавижу его. С чего бы мне хотелось жить ближе к нему?

Аврора знала, что отец и сын не ладили. Но хотя ей не нравилось обращение Гео с Нико, пройти мимо дома старика и не зайти к нему не представлялось возможным. Если она могла хоть немного облегчить жизнь Нико заботой о его отце, это того стоило.

- Вам нужно что-нибудь еще?

- Возьми немного денег и сходи в магазин.

- Виски я вам не принесу, Гео.

- Почему? Мы все равно умрем от пожара.

- Что ж, вы встретитесь со смертью трезвым. - Аврора улыбнулась.

- Возьми деньги и принеси мне виски.

- Не вздумай.

Этот глубокий голос, от которого все внутри переворачивалось, Аврора узнала бы где угодно.

- Нико… Ты здесь?

-Да.

Его брюки и белая рубашка сохранили свежесть, несмотря на перелет. Какой контраст с ней, которая весь день занималась уборкой листьев во дворе Гео в попытках хоть как-то позаботиться о его безопасности. Ну почему он не мог приехать через несколько часов? Она бы успела умыться и приодеться для праздника Антониетты. Впрочем, какое это имеет значение - Нико все равно не посмотрел бы в ее сторону.

- Как ты сюда попал? Дорога из аэропорта закрыта.

- На вертолете.

- Я же говорил. - Гео вмешался в разговор и обратился к сыну: - Я никуда не поеду. И тебя здесь не ждут. Убирайся!

Ну началось. Не прошло и двух минут, как Гео уже кричал и замахивался палкой.

- Убирайся!

- Па…

- Вон! Я хочу, чтобы ты ушел. Ты приносишь одни проблемы. Тебе здесь не рады. Ты вор и лжец, ты разрушил мою жизнь.

Аврора сгладила ситуацию.

- Я заберу Нико и покажу ему, что мы сделали, чтобы подготовиться к огню.

Они вышли из маленького домика, но легче не стало - вслед им неслись проклятия Гео, а перед ними расстилался смог.

- Отец не согласится на отъезд.

- Знаю.

По просьбе Нико Марианна уже все подготовила в Риме к приезду отца, но он знал, что это бессмысленная затея.

- Ты можешь увезти его без согласия.

- Мог бы. Но тогда он умрет на моем плече, просто чтобы досадить мне. А ты?

- Я?

- Да, почему здесь остаешься ты, Аврора?

- Потому что мы должны защитить деревню.

- И что ты можешь противопоставить пожару?

Глупый вопрос. В этом невысоком худеньком теле скрывался характер крепче стали. Последние четыре года с той прогулки они старались держаться на расстоянии друг от друга, но он наблюдал за ее расцветом. Отвергнутый им нахальный подросток, ловивший каждое его слово, превратился в прямолинейную и напористую девушку, которая заводила его моментально. Впрочем, он это старательно скрывал, потому что как минимум одно оставалось неизменным: Нико не хотел семью и не хотел нести ответственность за еще одно сердце.

- Аврора, ты не можешь остановить пламя.

- Я могу кормить пожарных. В любом случае па говорит, что деревня в безопасности.

- Аврора. - Нико старался не показывать виду, но при одной мысли, что она останется здесь, его горло сдавливал страх. Деревня не в безопасности. В конце концов, Нико только что видел землю с высоты и слышал беспокойные комментарии пилота - бывшего военного. Бруно, отец Авроры, наверняка жалел о своем глупом решении и просто пытался сохранить лицо.

- Уезжай.

- Нет.

- Полетели со мной.

- Я уже сказала: нет.

- Я могу настаивать…

Она фыркнула, и Нико пришел в ярость. Неужели Аврора не видит опасности?

- Я и тебя могу увезти силой - закинуть на плечо, как мне хотелось бы сделать и с отцом.

- И что потом, Нико? Что ты будешь делать со мной в Риме?

Он стиснул зубы.

- Отец не будет возражать. Наоборот, все деревенские жители выберутся из домов и будут восхищенно смотреть, как ты меня уносишь. - Аврора улыбнулась, хотя в глазах светился холод. - Но потом ты ведь вернешь меня, Нико. И вот этого они не одобрят.

Совсем не одобрят.

- Ты никогда не думала уехать?

- Но зачем? - Аврора пожала плечами. - Семья для меня все. Дай мне хорошую еду и семью, и этого достаточно. Чего еще я могу хотеть?

- Чтобы передразнить отца, нужно понизить голос.

- Но я не передразниваю его.

- Нет? Ты так часто слышала эти мысли от него, что стала думать так же, как и он.

- По какому праву ты критикуешь меня?

- Я не критикую.

- Критикуешь.

Нико замолчал. Аврора права. Он действительно критиковал и действительно не имел на это права. Особенно с учетом всего, что она делала для его отца. Кстати, об этом…

- Ты так и не прислала реквизиты, чтобы я мог заплатить тебе за время, проведенное с отцом.

- Я не считаю это за работу.

Она видела в этом свой долг, и Нико знал это. Он мог не жениться на ней, но девушка все равно взяла на себя заботу о его семье.

- Аврора…

- У меня нет времени, Нико, я хочу убрать дрова подальше от дома твоего отца. Это должен был сделать брат…

- Дай мне пару минут.

Нико отошел от дома и набрал номер телефона пилота, чтобы отправить его домой. Так будет безопаснее, и к тому же держать вертолет наготове, если вдруг Гео переменит мнение, будет бесполезной тратой денег. Оставить же отца в одиночестве Нико не мог, как и повернуться спиной к Авроре, которая сейчас таскала бревна и делала все, чтобы сохранить жизнь пожилого мужчины в безопасности.

- Хорошо. - Он подошел к ней. - Оставь это мне. Что еще нужно сделать?

- Ты не улетаешь?

- Нет.

- Нико!

Их разговор прервал появившийся Бруно - как всегда, с теплым приветствием. Нико не переставал этому удивляться. Почему его не оскорбил тот факт, что Нико отказал его дочери? Почему Бруно продолжает обращаться с ним как с будущим зятем?

- Ты останешься у нас.

- Нет, нет… - Нико не хотел оставаться под одной крышей с Авророй. Точнее, если и оставаться - то наедине. Затащить ее в душ, намылить груди, в ложбинку между которыми сейчас стекали струйки пота. Он попытался прогнать из головы интимные фантазии.

- Мы не дотягиваем до твоего уровня?

Снова и снова один и тот же сценарий. Отказаться от гостеприимства Бруно будет оскорблением, и, хотя в профессиональной жизни Нико об этом не задумывался, здесь он старался вести себя иначе. Нравится ему это или нет, но, пока его отец жив, эти люди ему нужны.

- Ты можешь лечь в кровати Авроры.

- Нет, на это я не могу согласиться!

- Она сегодня все равно не будет ночевать дома - собирается отмечать день рождения Антониетты.

- Аврора должна быть дома. Разве из-за пожарной угрозы не перекрыли все дороги?

- Основную - да, но между деревнями сообщение открыто. Опасность сохраняется уже несколько недель, и мы не можем поставить жизнь на паузу. К тому же отец Антониетты

- главный пожарный. Пожарные разбили лагерь на его земле, и сейчас это самое безопасное место.

Какое вообще это имеет отношение к огню?

- Я могу постоять на вахте.

- Сегодня очередь Пино, вчера была моя. Ты должен остаться у нас.

- Спасибо за предложение. Но я останусь, только если буду спать на диване.

- Как пожелаешь. - Бруно пожал плечами.

Позже ночью, которую они оба никогда не забудут…

Проснувшись, она впервые за долгое время не думала о пожарах. Сегодня ее первой мыслью стал Нико и то, что произошло между ними. Сожалений не было - скорее наоборот, воспоминания переполняли радостью с примесью страха. Потому что раньше ей казалось, что любить его больше, хотеть его больше невозможно. Как же она ошибалась.

Только в этот момент она расслышала легкий шорох по окну - звук дождя. Аврора выбралась из постели и посмотрела на улицу. Над охлаждающейся землей клубился пар, а с неба лились потоки воды, поднимая черный дым.

Аврора надела платье, босоножки и выскользнула из дома, бросив только один взгляд на спящего - на этот раз по-настоящему - Нико. Впрочем, мягко закрывшаяся дверь его разбудила, а спокойный и долгожданный шум дождя окончательно прогнал сон.

Обычно Нико предпочитал подавлять свои эмоции, но не в этот раз. И хотя прошедшая ночь стала лучшим эпизодом его жизни, его мучил стыд. Стыд, потому что, хотя между ними поменялось практически все, в его мыслях не изменилось ничего. Он все еще не хотел любви и уж точно не хотел брака.

Нико на несколько часов потерял контроль, а к этому он не привык. Он всегда использовал презервативы. Всегда. Но прошлой ночью он даже не вспомнил о них. Если бы домой вернулся ее брат или родители встали посреди ночи, они бы вместе уже направлялись к священнику, чтобы договориться о свадьбе. Но брат не появился, а родители не встали, поэтому сам Нико оделся и направился на улицу в поисках Авроры. Он знал, где ее найти. После долгой жары воздух не успел охладиться, стояла духота, вода испарялась еще до того, как могла что-то сделать с пожаром. Но дождь в любом случае должен помочь. Нико прошел через всю деревню и направился к скалам, с которых было видно океан. Аврора так задумалась, гуляя по руинам, что при звуках его голоса от неожиданности подскочила.

- Ты в порядке?

- Конечно.

Ее вид - мокрые волосы и платье - говорил об обратном, но с этим она ничего не могла поделать. Рубашка Нико тоже промокла, а черные волосы были влажными от дождя. Наверное, так он выглядел, когда выходил из душа. Аврора представила душ, который они не смогли принять ночью.

- Ты сожалеешь?

- О прошлой ночи? Нет.

В прошлом она бы ничего не изменила, даже если бы могла. Скорее поменяла бы настоящее и будущее: там не было Нико.

- А ты?

- Отчасти. Потому что это двусмысленное послание…

- Я все поняла, Нико. Я услышала достаточно громко и внятно: ты не хочешь жениться на мне и…

- Я не хочу жениться. Точка. Я вообще не хочу отношений.

В этом и есть разница между ними. Как он так легко разделяет секс и отношения? Она чувствовала себя словно в отношениях с Нико. Прямо сейчас, на этих руинах, она чувствовала такую близость с ним, как ни с кем.

- Аврора, ты не захочешь быть моей женой.

Она уже хотела. Но ради собственного достоинства ей нужно было сохранить спокойствие, и девушка заставила себя выдохнуть.

- Ты прав. Я не захочу быть женой человека, которого перекашивает при одной мысли о том, чтобы быть здесь. Я не захочу быть женой человека, который держит руку на моем плече, но глазами шарит по милой…

- О чем ты вообще говоришь?

Аврора пожала плечами и перевела тему.

- Когда ты уезжаешь?

- Зависит от пожаров. Возможно, сегодня.

Похоже, даже небеса против нее. Стоило ему сказать это, как дождь сменился тяжелым ливнем. Он действительно уедет сегодня.

- Аврора, ты думала, эта ночь что-то изменит?

Нет. Иллюзий, что после секса для Нико что-то изменится, у нее не было. Разве что слабая надежда… Но Нико разрушил и ее.

- Я никогда не женюсь, Аврора.

- Зато я должна выйти замуж. - Это прозвучало довольно резко.

Нико постарался скрыть боль от этих слов.

- У тебя своя жизнь, мне ты не должна ничего.

- Знаю.

- Потому если будешь продолжать ухаживать за моим отцом, то хотя бы сообщи мне данные своего счета.

- Я не хочу твоих грязных денег.

- Грязных?

- Нико, не держи меня за дурочку. С каких это пор парень бросает школу и в шестнадцать лет уезжает из Силибри, а потом становится владельцем собственных отелей и вертолета?

- А ты умеешь предполагать худшее во мне, да, Аврора?

- Что еще здесь можно предполагать? - Она остановилась и посмотрела на него. - Нико, будь осторожнее.

- В чем?

- В том, во что ты ввязался.

- Ты думаешь, я стал членом мафиозной банды? Или связался с наркотиками? - Она действительно могла так думать о нем? - Ничего похожего.

- Перестань, Нико. Не ври мне.

Аврора попыталась отойти, но он поймал ее за руку.

- Я не лгу. - Он злился. - Пожалуйста, не нужно думать обо мне как о гангстере.

- Я и не думаю. Пытаюсь не думать.

- Ты можешь спросить - и я отвечу. Но только тебе.

Аврора продолжала чувствовать себя так, словно они в отношениях. Стоило уйти прямо сейчас и не сближаться еще сильнее с человеком, который никогда ее не хотел.

- Как?

- Ты знаешь, что, уехав отсюда, я отправился к дедушке?

- По материнской линии?

- Да. Он и его семья - честные люди, которые никогда особо не любили моего отца. Они не одобряли мамин выбор, но та все равно сбежала и вышла за него замуж. Дедушка предложил мне полностью порвать с отцом, но я не мог. Я устроился на работу и половину зарплаты отправлял ему. Я знал, что он не слишком здоров и больше не может работать на виноградниках…

- Он мог. Просто выбрал бездействие.

- Может быть. В любом случае я принимал свои решения. Я работал в баре, затем взял кредит и выкупил его маленькую долю.

Стал брать больше рабочих часов.

- Но это не позволило бы тебе купить пятизвездочный отель в Риме и три других.

- У меня нет четырех отелей во владении, Аврора. У меня есть своя доля в каждом.

Она недоверчиво покачала головой. Нет, сицилийскую женщину не обмануть.

- Чем я действительно владею, так это землей.

Нико посмотрел на скрытые в тумане серые воды и проступающие сквозь дождь скалы.

- Ты никому не расскажешь?

- Конечно.

- Даже если выпьешь и будешь сидеть на холме с Антониеттой?

- Она и о прошлой ночи не услышит, Нико.

- Этот секрет может оказаться еще сложнее сохранить.

На самом деле ему хотелось поделиться важной информацией. Чтобы она поняла.

- Мой отец женился на маме не по любви.

- И?…

Нико направился с Авророй к старому монастырю.

- Мой дедушка владеет землей, на которой мы стоим - прямо по границе руин. Когда мать умерла, он сказал, что если что хорошее и можно с этой землей сделать, так это не отдать в руки отцу. И оставил ее мне. Вот почему отец говорит, что я его обокрал.

- Зачем она ему нужна?

Аврора не сомневалась в ее красоте - и вид отсюда открывался потрясающий, - но в остальном большой ценности в земле она не видела, как бы ни любила это место. О чем и сказала Нико.

- Дома пустуют годами. Отец постоянно говорит про здание, которое он держал для… - Она проглотила слово «нас», ведь их не существовало. - Он даже его не смог продать. Здесь просто остатки старого монастыря и лестница к пляжу.

- Это золото, Аврора. Отец продал бы ее застройщикам, и сегодня здесь уже выросли бы каменные джунгли, в которые потоком стекались туристы.

Аврора не могла этого представить, хотя и очень старалась.

- Но для деревни было бы здорово, если бы сюда приезжали люди…

- В каком-то смысле да, но не так, как хотел мой дедушка. И я с ним согласен.

Он думал, что можно восстановить монастырь, но для этого нужно подвозить камень из карьера. - Нико помолчал, вспомнив об ужасающей стоимости и логистике. - Поверь, я даже хотел просто продать ее.

- Нет! - В словах Авроры слышалось сочувствие. - Он ведь оставил ее тебе!

- Да, - кивнул Нико. - Но о том, что он ею владеет, я узнал незадолго до его смерти.

- Вы обсуждали его планы на нее?

- Я думал, это просто ностальгические воспоминания. И отец никогда не говорил мне об этом - хотя, когда я узнал, то лучше понял, почему он меня так сильно ненавидит. Он женился на моей матери, чтобы добраться до этой земли.

Аврора посмотрела на землю, которую так любила и знала. Но теперь она видела ее другими глазами. Это земля Нико.

- И что ты сделаешь с ней?

- Я могу ничего с ней не делать. Это хороший актив для строительства.

- Или продажи застройщикам?

- Нет. - От этого варианта Нико отказался очень давно и придерживался своего решения, даже когда соблазн передумать был велик. Затем он озвучил то, что уже давно сидело в его голове. - Я могу восстановить монастырь.

- И превратить его?…

- В эксклюзивный роскошный отель.

Аврора сглотнула.

- С небольшим количеством номеров.

- Но как он будет приносить доход?

- За счет стоимости проживания. И поверь, люди будут платить.

Аврора услышала стальную решимость в его голосе - раньше она с деловой частью личности Нико не сталкивалась.

- Это вернет людей в Силибри…

- Да. - Следующими словами Нико загасил последнюю искорку надежды, которая еще тлела в Авроре. - Но не я. Точно не навсегда.

- Я поняла, Нико.

И это была правда. Нико не вернется жить в Силибри. Он посмотрел на руины, на остатки каменного коттеджа и поклялся, что он все восстановит. Да, он будет приезжать, чтобы повидать отца, но у него больше не будет причин проводить ночи в доме Мессин.

Аврора не заслуживает такого. Наконец, после долгих лет колебаний по поводу земли, Нико принял решение. И так он позаботится о девушке, на которой он не может жениться.

Рим

Сегодня Аврора работала в элитном клубе, и ее предупредили, что нужно одеться как можно лучше. Так что девушка вернулась в отель, привела в порядок кудряшки и достала купленную уже здесь косметику. Немного румян, полюбившаяся ей подводка для глаз, тушь и чуть-чуть очень деликатного блеска. Нужно ли выбрать красное платье, пусть Нико никогда ее в нем не увидит? Аврора не могла решить. Но сперва она надела свой новый бюстгальтер и трусики невероятного кораллового цвета. С красным эти цвета конфликтуют, но кого это волнует? Все равно никто не узнает. И Аврора решилась пойти в обновке.

Клуб ее восхитил. Им подали завтрак, потом был перекус с выпечкой и даже шампанское для пары, которая недавно обручилась.

- Комплимент от заведения! - Аврора с улыбкой поставила напитки на столик.

Она была рада - даже в восторге - за молодых, которые не размыкали рук. Но себя ей было жалко. Они познали любовь, которой ей не дано.

Девушка выглянула в окно, из которого открывался панорамный вид на Рим. Почему все, о чем она может думать, - это Силибри? Руины храма, маленький домик, в котором жила ее бабушка. Интересно, кто-нибудь поливает жасмин? Нико сейчас там? Чувствует ли он себя там уверенно, зная, что не встретится с ней?

- Аврора!

Замечтавшись, она пропустила слова Марианны.

- Простите, я задумалась. - Так сильно, что буквально перенеслась в Силибри.

- Я спросила, не будешь ли ты против съездить к Нико. Там на балконе проводятся работы, это займет несколько часов. Мне бы не хотелось просить кого-то другого, потому что ты там уже была.

- Конечно. - Что еще ей оставалось, кроме как вежливо согласиться?

- Выглядишь мило.

- Я боялась, что для работы это слишком.

- Здесь нет. Тут каждый день словно свадьба! И чудесная прическа.

Все детство и юность Авроры мать выпрямляла ей волосы, а позже она стала делать это сама. Перед конфирмациями и торжествами она отправлялась к тете, которая, как ей казалось до вчерашнего дня, была парикмахером.

Но нет. Настоящим парикмахером был Луиджи. А еще терапевтом и лекарством для израненного эго, все в одном. Аврора вышла из салона отеля, чувствуя себя рок-звездой. Ее темные локоны казались шелковыми и выглядели так, словно каждую прядь отполировали вручную. Стоимость? Астрономическая. Почти недельная зарплата, потраченная на два роскошных часа. Вообще-то двухнедельная, если посчитать платье, но раз уж ты в Риме… Они быстро добрались до Нико, и водитель оставил ей свой номер, чтобы она вызвала его, когда работы закончатся. Вскоре она останется одна на прекрасной вилле… ну, не совсем, ее поджидали двое мужчин в комбинезонах.

- Добрый вечер. - Аврора тепло приветствовала их и впустила, отключив охранную систему. Вместе с ними она поднялась по большим ступеням. По пути рабочие рассказали, что это историческое здание и проверка балкона входит в рутинные работы. Но разве в жизни Нико могло быть хоть что-то рутинное? Нет. Его спальня пребывала в настолько же безукоризненном порядке - в отличие от Авроры, - как и когда она была здесь в первый раз. В Силибри девушка налила бы мужчинам кофе и пообщалась с ними, пока они работают, но здесь предпочла укрыться в спальне. Проверка балкона заняла буквально несколько минут.

- Сделано.

- Вы закончили?

-Да.

Похоже, и правда абсолютно рутинная проверка.

Аврора выпустила их, затем снова поднялась по лестнице и закрыла французские двери. Нужно было вызвать водителя, чтобы тот вернулся и забрал ее снова в отель, но вместо этого она продолжала стоять в спальне, понимая, что этот раз точно станет последним. Она смотрела на утонченную резьбу кессонного потолка, напоминавшего произведение искусства. Интересно, Нико когда-нибудь задумывался о том, как создавался такой потолок и кем? Или, лежа на кровати, он предпочитал смотреть на Рим и парк виллы Боргезе? Или он был слишком занят в своей постели? Из всех сожалений, какие у нее были, - а когда речь заходила о Нико, таких было много, - самым большим было сожаление о понедельнике.

Да, она обещала быть отчужденной и профессиональной. Да, она обещала себе переступить через него. Но это был момент их наибольшего сближения. Два человека за напитками и разговором. Он сказал ей, что любит своего отца, и это уже было откровением. А затем он был готов ее поцеловать и отправиться с ней в постель. Ее тело и сердце все еще хотели его, хотя глупая гордость и решимость забыть о нем говорили ей «нет». Пытаясь уговорить себя, что это не шпионаж, Аврора оглядывала потрясающую комнату.

Конечно нет. Она просто проверяет, что все в порядке перед возвращением Нико. Как сделал бы его личный ассистент.

Девушка прошла к прикроватному столику и изучила стоящие на маленькой полочке книги. К ее удивлению, все они касались продуктивности и концентрации.

- Нико, как с такими книгами можно расслабиться? - Почему-то вопрос вырвался вслух.

С улыбкой Аврора потянулась к сумке и вытащила любовный роман, который как раз читала. Если засунуть его в стопку книг, Нико будет обречен снова встретиться с ней хотя бы таким образом. Вот только она сама не успела дочитать, а осталось совсем немного. Да и Марианна не хватится ее еще несколько часов…

Она положила сумку на пол и присела на край кровати, честно планируя остаться в этом положении. Но, перелистывая страницы, она сама не заметила, как сняла каблуки. Ведь наверняка Нико предложил бы ей чувствовать себя как дома? Забравшись на кровать с ногами, она откинулась на подушки. Конечно, он бы так и сказал. Ну, если бы вел себя как полагается. В конце концов, сколько раз он ночевал в ее розовой спальне?

Это был самый спокойный час, проведенный ею в Риме. Здесь, в его постели. Временами она отрывалась от книги и смотрела на роскошный зеленый парк, а затем снова погружалась в содержание. Дочитав, она вздохнула. Следующим эту книгу прочтет Нико! Она поставила книгу между стоящими на полке и снова с улыбкой легла. Интересно, какое выражение лица у него будет, когда он ее найдет? Она представляла эту сцену, представляла его. Представляла их - это у нее всегда получалось хорошо…

- Аврора!

Неожиданно услышав его голос, Аврора открыла глаза. Кажется, она задремала.

- Ты вернулся!

- Очевидно.

Нико не удивился - Марианна упоминала, что Аврора в его доме, смотрит за рабочими. Впервые на своей памяти он появился дома в разгар рабочего дня, и что обнаружил? В его постели уснула Аврора - в кроваво-красном платье, со змеившимися по подушке кудрями и босыми ногами. Он возбудился еще до того, как произнес ее имя.

- Я не спала.

- Тогда что ты делала?

- Мечтала. - Так буднично, словно это все объясняло. Аврора не волновалась, не спешила сесть, не извинялась. Просто смотрела ему прямо в глаза.

- О чем? - Нико знал, что правильнее приказать ей встать или и вовсе уйти из его дома.

Потому что в ее взгляде отчетливо читалась решимость его соблазнить, и ему будет сложно удержаться от искушения.

- О своем будущем муже.

- Правда?

-Да.

- И как он выглядит?

- У него борода.

- Борода?

- Да. Чтобы меня порадовать, он внезапно приходит домой днем и смеется, обнаружив меня спящей, а дом - в беспорядке.

- И где же он работает? - Нико высокомерно полагал, что она говорит о нем и той жизни, какую они могли бы вести в деревне. - На винограднике?

- Нет. - Аврора покачала блестящими кудряшками. - Он пожарный.

- О, я помню, как ты бросила пожарного ради того, чтобы вернуться ко мне. - Нико не мог удержаться от нотки самодовольства.

- Это было ради секса, Нико. Я же говорю о своем муже.

- Который смеется, обнаружив тебя в постели?

- Не сразу. Сперва он притворяется сердитым.

Он пытался устоять перед провокацией, но у его плоти это не получалось. А Аврора смотрела прямо туда.

- Он шлепает меня. - Аврора снова посмотрела ему в глаза.

- И только на это способна твоя фантазия, Аврора? - Нико пытался придать голосу скучающие нотки. - Как какой-то бородатый мужчина вваливается домой и шлепает тебя?

- Почему нет, - пожала она плечами. - А как выглядит твое будущее?

- Я уже говорил тебе и повторю снова - я никогда не женюсь.

- Но если бы ты это сделал, Нико, как бы она выглядела? Давай же, это просто игра.

Нико не играл в игры и не собирался сейчас, но как устоять перед умоляющим взглядом Авроры?

- Расскажи мне о своей будущей жене.

- Она тихая. Не требовательная.

- Как мило.

- Даже если я вдруг прихожу домой днем, то не обнаруживаю ее спящей.

- Кажется, она несколько скучна.

- Скорее скромна.

- Нет. - Аврора покачала головой. - Она настолько скучна, что у тебя даже не появляется желание прийти домой днем ради секса с ней.

- Точно! - Он вошел в опасную зону откровенности. Одним словом он признался Авроре в том, как сильно хочет ее. - Я не возбуждаюсь, просто поговорив с ней по телефону. Она не устраивает сцен, не сводит меня с ума. А когда я работаю, она уважает это и оставляет меня одного.

- Какая молодец. - Аврора усмехнулась и подтянула колени к груди. Без провокаций - просто чтобы унять ноющую боль в животе.

Нико заметил коралловые шелковые трусики и быстро отвел глаза. Может быть, ему показалось? Не важно, теперь он не мог выкинуть их из головы. Не нужно участвовать в этой игре - нельзя даже задумываться о том, каким могло быть их будущее. Конечно, он и раньше его представлял, но делиться с Авророй? Рискованно. И все же он это делал. Нико посмотрел на нее и продолжил рассказывать об идеальной жене:

- Она не названивает по пятьдесят раз, чтобы спросить, где я. Никаких «Нико, мы не занимались любовью этим утром…» - Он неумело сымитировал хрипловатые интонации Авроры, тем самым зайдя еще дальше на опасную территорию. - А когда я прихожу домой, она даже не спрашивает, где я был. Потому что знает, что я работаю.

- Сколько понимания с ее стороны, - проворковала Аврора.

- Да. Много.

- И вы занимаетесь с ней медленным скучным сексом?

- Со мной в постели ничего скучного быть не может. Но медленным - однозначно.

Аврора напомнила себе, что важно продолжать дышать.

- Она имитирует оргазм и кончает с легким вздохом?

- Нет, она кричит мое имя.

- Не думаю, - покачала она головой, и ее кудряшки подскочили.

- И не только. Она закрывает шторы.

Нико прошел через комнату и задернул занавески, закрыв их с Авророй от всего мира, удивительного вида на Рим и даже от занятого рабочего дня, который планировал изначально. Он не совсем осознавал, что делает, но так легко было представить свою жизнь с Авророй. Хаос и переплетение рук и ног. Ссоры и примирения, поцелуи и слезы. Сцены, от которых он сбежал еще в юности, словно за ним гнались волки. В полумраке спальни он не мог полностью рассмотреть ее тело, поэтому Нико включил прикроватную лампу.

- Отправляйся в постель.

- Но ты забыл выключить телефон, милый. - Аврора пыталась вжиться в роль придуманной им жены.

- Она бы меня об этом не просила.

- Ты прав. - Идеальная жена Нико действительно вряд ли бы просила его о таких вещах. И все же Аврора нашла что ответить. - Но в любой игре есть свои правила.

И впервые - и только ради Авроры - он выключил свой телефон, втайне поклявшись отомстить. Он заставит ее кричать его имя. От одного его взгляда Аврору одновременно бросало в жар и озноб.

- Раздевайся и забирайся в постель, пока я не выключил свет.

- Не выключай. - Она хотела видеть его.

- Но я прихожу домой в темноте, дорогая жена.

Она сглотнула и напомнила себе о том, что они играют.

Раздеваться, сидя на кровати, было немного сложно, а Нико, вместо того чтобы помочь с молнией, молча наблюдал за ее страданиями. Наконец она справилась и спустила платье вниз. Лицо Авроры раскраснелось от усилий, но не от смущения. Сейчас ей казались смешными утренние сомнения по поводу сочетания цветов. За платьем последовал бюстгальтер, и Нико задышал чаще. Аврора посмотрела - он расстегивал пояс.

- Подожди, я тоже хочу видеть, как ты раздеваешься.

Во что они играют? Они не целовались, она еще даже не легла в постель - они вообще толком не начали, - но ее бедра уже напряглись, а горло сдавило. Она спустила вниз свои трусики, и горя от нетерпения, от желания почувствовать его ласки, откинулась на покрывало.

- Ferma те.

«Остановись. Задержись».

Одно слово - и так много смысла. Просьба не закрывать тело. Дать Нико на него насмотреться.

Потому что тогда, много лет назад, у него этой возможности не было. Сейчас же он хотел изучить сияющую оливковую кожу, восхитительную мягкость живота, темные коричневые соски и тень там, где бедра смыкались. Как же хотелось взять ее прямо сейчас. Расстегнуть ширинку, раздвинуть ее ноги и, не откладывая ни на мгновение, заняться с ней сексом.

Но он собрался с силами и принялся снимать пиджак, восхищаясь собственным контролем. Правда, неполным - дыхание контролировать ему не удавалось, он дышал все чаще.

Пусть за закрытыми шторами и продолжался день, здесь, в комнате, воцарилась ночь. Их единственная ночь в качестве мужа и жены. Он сбросил пиджак на пол, парой резких движений избавился от обуви и носков, стянул рубашку. Аврора изучала взглядом его кожу. О, Нико!

Как же она скучала по этой груди, по этим мускулистым рукам, которыми и правда можно работать на винограднике.

- Ты могла заполучить меня еще в понедельник.

- Знаю. - Голос был настолько глубоким и низким, что она едва не обернулась посмотреть - не лежит ли кто-то за ней. Нет.

- Но почему ты не воспользовалась этим? - Ему хотелось узнать эту часть Авроры.

- Тогда все было иначе.

Тогда она пыталась забыть о нем, пыталась отрицать то, как хочет его ее тело, как прочно он поселился в ее душе. Говорила себе, что не обязана подчиняться своим желаниям. Рассказать об этом Нико? Конечно нет. Да и о том, что ровно этим утром она швырнула монетку в фонтан Треви и загадала заняться с ним любовью в Риме, она рассказывать не собиралась. Аврора мысленно внесла коррективы в свою просьбу. Сейчас она хотела не любовных ласк, но мощного секса, как в ту ночь.

Аврора слишком боялась его любви и пробовала научиться жить без нее.

- Пожалуйста…

И снова в одном слове - столько смысла. «Пожалуйста, ложись в постель. Пожалуйста, дай мне снова почувствовать твой плоский живот и мускулистые бедра. Пожалуйста, возьми меня снова».

Он забрался в постель.

- Здравствуй, муж.

Впервые Нико не закатил глаза от этих слов - просто молча выключил свет и лег рядом.

- Ты не спишь?

- Не сплю.

Она повернулась к нему лицом, и в ее глазах читалось: «Возьми меня сейчас. Возьми меня прямо сейчас. Раздели со мной свою неутолимую страсть снова». Не ответив на просьбу, он заговорил:

- С моей женой жизнь течет мирно - спокойно и без ультиматумов.

Вот только его сердце билось о грудную клетку так, словно он проделал весь путь от отеля до дома бегом. Аврора продолжала молча умолять Нико об огне и неугасимой страсти, обещала дать то же самое. Но вместо этого он, пообещав себе, что это будет в первый и последний раз, решил познакомить ее с медленным сексом. Он поцелует ее так, как должен был в ту ночь, и вместо жаркого необузданного секса на диване у них будут глубокие медленные поцелуи в его постели. Но как бы он ни убеждал себя, что просто пытается вернуть ей заслуженный долг, Нико достаточно хорошо понимал, что и сам хочет того же.

- Тогда я должен был быть более нежным…

Спустя четыре года он ответил на вопрос, который она задала тем утром. Рассказал о своих сожалениях.

- Нет. Это было идеально.

Ей действительно было страшно узнать его нежность, от его медленного поцелуя дрожь разошлась по всему телу. Чистый мужской аромат возбуждал желание большего - больше его тела, губ. Авроре хотелось замереть и наслаждаться моментом и вместе с тем - принудить его к более страстному поцелую. Потому что от одной мысли, чем могла обернуться его медленная любовь, переполнял ужас. Как она справится с последствиями этой игры?

Нико отстранился, вызвав в ее теле сильнейший протест. Ей хотелось продлить эту дрожь, это удовольствие от прикосновений его ласкающих губ и языка. Позволить себе раствориться в этом.

- Я должен был тебя соблазнить.

- Ты это и сделал. - Аврора помнила, как желание - такое же сильное, как и сейчас, - зарождалось вопреки разделявшим их стенам. - И делаешь.

Он вернулся к поцелую, который теперь стал глубже. Аврора положила ладонь ему на голову, пальцами провела по волосам. Ей хотелось удержать его, чтобы никогда не расставаться с этим блаженством. Сколько же силы в его медленном поцелуе, он словно уносил ее за пределы этой комнаты. Даже за пределы воспоминаний о той ночи в Силибри.

Он перенес ее в место, предназначенное только и исключительно для них. В место, которое создавалось их поцелуем. Нико отстранился и, повернув Аврору на спину, принялся покрывать поцелуями ее шею. От легких касаний к чувствительной в этом месте коже она вскрикнула.

- Возьми меня, Нико.

Ей не хотелось дольше оставаться в этом блаженстве, продолжать узнавать нежную сторону Нико. Не знать - безопаснее. Не слушая, он принялся ласкать ее соски, и Аврора не сдержалась от стона, ее бедра автоматически приподнялись.

- Я так хочу тебя, Аврора.

- Так возьми меня.

- Я был слишком груб той ночью.

- Нет, нет… Не был.

- Я должен был быть мягче с тобой в твой первый раз.

Нико дошел до живота, который всегда казался Авроре слишком большим. Но когда его ласкал своими поцелуями этот человек, собственное тело начинало ее восхищать.

- Я должен был попробовать тебя… - Он опустился еще ниже. - Охладить тебя своим ртом.

- Охладить меня? - Это вообще было невозможно, а тем более, таким образом.

- Ох…

Нико возбуждали издаваемые ею звуки, но это все не было его именем. Он чувствовал, как в ней растет напряжение, как крепко она держится за его волосы. Нико удерживал спокойный темп, но не медлил ни секунды. Он был безжалостным.

- Я… я…

Он знал. Как он мог не знать, если чувствовал биение пульса под нежной кожей? Если ощущал, как высвобождается напряжение? Нико нависал над ней. Теперь он мог взять ее, и сделать это быстро. Теперь это мучение закончится.

Не нужно было загадывать это желание, потом ей будет очень больно. Но когда он обрушился на нее своим весом и она представила, как будет толкаться внутри его плоть… Аврора обхватила его ногами, чтобы присоединиться и вместе дойти до прекрасного конца. Но Нико снова отстранился и взял ее за руки.

- Медленная скучная любовь.

Аврора услышала скрип кровати.

- Тебе скучно, Аврора?

- Нет… - Она уже не понимала правил этой игры.

Он отпустил ее руки, и она вцепилась пальцами в его плечи. Ей хотелось впиться в них ногтями, но она удержалась. Вместо этого ее ладони, не послушавшись мозга, скользнули по бокам его торса. Ей достаточно было просто коснуться его, чтобы почувствовать блаженство. Она провела по его мягкой спине, чистой коже, мускулам. Наконец она опустила руки к его ягодицам. Аврора подняла голову и поцеловала Нико - на этот раз первая. Лучше это, чем проронить во всхлипе его имя. Лучше это, чем говорить, как сильно она его любит. Она не сдастся, и вскоре у Нико не останется шанса, кроме как сдаться самому. Он уже начал двигаться быстрее, теряя контроль над своей силой.

- Я хочу тебя. - Скорость еще возросла.

- Нико. Я не могу делать это снова и снова.

- Можешь.

- Я не могу делать вид, что не хочу тебя.

- Продолжай меня хотеть.

- Я боюсь продолжать это делать.

- Никогда не переставай хотеть меня.

И эти отрывисто вырывавшиеся из него слова прозвучали как разрешение просто отдаться происходящему. Она слилась со звездами, с темнотой, со скоростью, с фантазией о муже и жене, с силой оргазма, создаваемого им. Она не знала, что в ней живет такое напряжение, ее словно ударило током.

- Нико! - Она хотела прокричать его имя, но горло сжало так сильно, что из него вырвались какие-то лошадиные всхлипы. Ей не хватало воздуха, чтобы кричать. Наконец он довел ее до оргазма, и они слились в последнем поцелуе.

Нико скатился с нее, и теперь она поняла, что он имел в виду. Покрывало оказалось где-то в ногах, она лежала в темноте, и воздух охлаждал ее влажное обнаженное тело. Все, что она слышала - как выравниваются их дыхания. Нет, его медленная любовь не была скучной. Она была готова повторить это в любой момент. Прямо хоть сейчас. В его спальне.

Ночь за ночью. Жалеет ли он об этом? А она? В ее голове продолжали звучать его слова. «Продолжай меня хотеть».

«Продолжай меня хотеть». Это что, ее судьба? Продолжать его хотеть? Продолжать быть для него доступной? Чувство удовлетворения таяло, а когда Нико потянулся за телефоном, сомнения и безнадежность нахлынули с новой силой.

- Нико, почему ты так рано вернулся в Рим?

- Работа закончилась раньше, чем я думал, и к тому же мне наконец удалось тепло встретиться с отцом.

Он что, не мог сказать, что он приехал ради нее?

- Ты не можешь подарить мне даже маленькую победу, Нико?

Нет. Вместо этого он проверял свой чертов телефон, сидя к ней спиной.

Что предлагалось делать ей? Принять душ, одеться и отправиться обратно на работу? Сидеть в номере отеля, грызть ногти и гадать, пригласит ли ее Нико погулять в ее последнюю ночь в Риме? Если учитывать, что в их общем опыте - только один вечер в баре, она явно слишком легко соглашалась.

- Нико. Сегодня я бы хотела…

- Аврора, стоп.

Просто стоп. Он смотрел на бесчисленное количество пропущенных звонков и сумбурных сообщений и знал, что если бы мог выбирать, то предпочел бы сейчас быть один.

- Когда?

Аврора впервые услышала легкую дрожь в сильном голосе Нико. Которая сохранялась, когда он спрашивал, был ли кто-то с его отцом. Было ли ему больно. Она заплакала. Нико закончил разговор и молчал. Продолжая плакать, Аврора встала на колени, обняла его со спины и нежно поцеловала в шею.

- Твоя мама принесла ему обед. - Если бы он сам знал, как плакать. - Затем позвонила врачу, чтобы тот пришел как можно скорее. Он сказал, это была мирная смерть.

Она переместилась и села ему на колени, чтобы посмотреть в лицо. Попытаться понять, что он чувствует. Ощутить его боль. Но на лице отражалась пустота.

- Я не должна была уезжать на этой неделе. Я знала, что он слабеет…

Ее слезы были искренними - она одновременно любила и ненавидела старого ублюдка. Любила за его остроумие, юмор, гордость. Ненавидела за то, что его руки оставляли синяки на ее прекрасном Нико, терпеть не могла оскорбления, которые потоком вырывались из его рта.

- Мне нужно вернуться.

Нико попытался высвободиться, но Аврора не могла расцепить рук.

- Когда?

- Сейчас. - Нико наконец встал, и Аврора соскользнула с его коленей.

Она последовала за ним в ванную, но он закрыл дверь прямо перед ней, и теперь их разделяло прочное дерево. Гео мертв. Аврора почувствовала приступ паники. Она распахнула шторы, и спальня показалась ей другой, чем раньше. Смятые простыни, разбросанная одежда, запах секса в воздухе. До нее начало доходить, какой хаос она приносила в его жизнь. Что ждало его по возвращении?

Она оделась. Казалось неправильным натягивать красное платье, когда Гео мертв, но черное было в отеле. Там она сможет сменить одежду. Как помочь Нико? Что сделала бы Марианна на ее месте? Собрала вещи? Но Нико даже не успел их разобрать.

- Что ты делаешь? - Он вышел из ванной с полотенцем вокруг бедер и застал Аврору перебирающей его вещи.

- Ищу черный костюм…

- Я справлюсь.

- И черный галстук…

- Аврора, возвращайся к работе.

- К работе? - Она с отвращением посмотрела на него. - Какой же ты эгоист! Ты правда думаешь, мы сможем продолжать работу сейчас? Это и наша потеря тоже.

- Пощади, Аврора, я ничего не соображаю.

Его сводило с ума, что даже сейчас его тело ощущало легкое возбуждение. Куда пропала спокойная жена? Та, кто нальет ему выпить и оставит побыть в одиночестве в первые моменты жизни без отца? Где зрелая женщина, которая примет его молчание и отсутствие внешних проявлений горя? Он бы предпочел снова задернуть шторы, оказаться с Авророй в одной постели и разрыдаться.

- Нико…

Как же ему хотелось разделить ее слезы.

- Аврора, возвращайся в отель. Я сделаю несколько звонков и полечу обратно в Силибри…

- Я упакую вещи. - Аврора кивнула. Теперь звонил ее телефон, но она не ответила.

Это был Пино. - Они все узнают и будут думать, что делать. Мне ждать тебя в отеле?

- Прости? - Он правда не соображал. - Зачем?

- Нико, мы все отправимся с тобой в Силибри.

- Аврора, что будете делать вы - это ваше дело. Мне нужно уехать сейчас.

- То есть мы должны каким-то чудом найти билеты и трястись в дороге, пока ты будешь путешествовать в своем роскошном вертолете один?

Он вздохнул, признавая поражение:

- Конечно нет.

Водитель принес соболезнования, в холле отеля его встретила хмурая Марианна. Там же собрались одетые в черное жители Силибри.

- Никто не подготовлен к смерти лучше, чем сицилийцы, - прокомментировала Аврора.

Даже в скорби она могла вызвать у него улыбку.

- Королевские особы тоже всегда берут с собой черные наряды.

- Не всегда.

Нико усмехнулся. Аврора исчезла и вернулась через пятнадцать минут. Она успела принять душ и смыть макияж, а ее потрясающие локоны спрятались в тяжелый низкий пучок. Теперь она была вся в черном - платье, обувь, даже колготки. Да, сицилийцы подготовлены к смерти лучше, чем королева Англии. И никто из них ни разу не летал на вертолете, а значит, их ждало много криков и нервных смешков. Жители Силибри были в Риме, но теперь они возвращались. И возвращали домой Нико.

Один за другим они пожимали ему руку и целовали в щеку, принося соболезнования. Но все, чего хотел Нико, - это чтобы день наконец закончился и ему больше никогда не нужно было возвращаться в место, где он видел столько горя. Оставаясь последним представителем своей семьи, Нико стоял один. Ему требовалось просто прожить этот день до конца, исполнить свой последний долг. Почти последний - останутся только поминки в доме, и можно возвращаться в Рим.

- Мои искренние соболезнования. - К нему подошел Пино.

- Спасибо за все, что сделал для него.

Еще немного - подойдет очередь Авроры пожать его руку.

- Мои соболезнования. - Франческа. - Нико, теперь ему легко.

- Знаю. Спасибо тебе.

Но когда будет легко ему? В голове словно бушевала буря.

- Нико… - подошла Аврора.

С ней было легко. Словно на островке спокойствия в хаосе этого турбулентного дня.

Она пожала его руку, и он сжал ее пальцы в ответ, вынудив отвести взгляд и посмотреть вниз.

- Мои соболезнования.

- Спасибо. - Он не отпускал ее.

Аврора расцеловала его в холодные щеки.

- Он много думал о тебе.

«Я делала это все для тебя, Нико. Я знала, что сотворил Гео, и не уважала его за это. Но он твой отец… был им. И пусть временами это давалось сложно, я старалась это уважать. Я заботилась о Гео так, как делала бы это, будь ты моим мужем».

Конечно, она этого не сказала.

- Я тоже много о нем думала.

- Спасибо за твою помощь с организацией.

- Не за что.

Она не могла не помочь. Марианна думала, что знает все о жизни Нико, но она ничего не знала о том, как организуются такие вещи здесь. И это было не про обязанности личного ассистента.

Всю ночь, что в дом приходили жители деревни, Аврора бодрствовала. Она была с Нико, когда тот просил священника не распространяться о том, какой якобы крепкий брак был у Гео с Марией, или о любящем сыне.

- Но ты ведь действительно любил его, Нико.

И говорить об этом тоже не было заботой личного ассистента. Хотя кто она для него? Аврора не знала. Она ухаживала за Гео и временами занималась любовью с Нико, но кто она теперь? Его сотрудница? Впрочем, ей не нужен был ответ, чтобы неустанно трудиться над организацией похорон и поминок. Она позаботилась обо всем так, как это сделала бы жена. Продумала каждую мелочь, следила за тем, чтобы постоянно была еда, а люди могли выпить горячий кофе. Одергивала Чи-Чи, чтобы та не кокетничала, а как можно незаметнее подавала на стол. Как ручной сокол, она постоянно смотрела за всем, временами отлетала сделать замечание, а затем снова возвращалась к своему хозяину.

Вот и сейчас она окинула комнату взглядом в его поисках - Нико пытался поддерживать беседу с Пино и его женой Розой.

- Останься на ночь, поешь с нами.

- Да, Нико, - подхватила Роза. - Не возвращайся в Рим так быстро.

Оставив разговор с отцом, Аврора пришла на выручку.

- Мы как раз уговаривали Нико остаться с нами еще на ночь.

- Отец предложил то же самое. Но Нико нужно вернуться в Рим.

- Ты вернешься в Силибри?

- Увидим.

В желудке словно заворочался камень от этого неоднозначного ответа. А затем, один за одним, скорбящие ушли, остались только Нико и Аврора. Снова наедине. Неужели это их последний раз? Неужели их последующие встречи будут связаны только с работой?

Вся посуда была вымыта и убрана, на кухне не осталось ни крошки из приготовленной еды - Нико попросил гостей забрать остатки с собой.

- Ты можешь остановиться в отеле, если тебе не хочется ночевать здесь. - Аврора поправила подушки в пустующем кресле Гео. Ей уже не хватало его. - Я знаю, он еще не открыт, но номера уже готовы…

- Я предпочту уехать домой.

У нее перехватило дыхание - ведь дом был здесь. Разве он не видит?

- Когда ты думаешь вернуться? - Аврора не могла удержаться от вопроса. Вдруг он не ответил именно Пино, но с ней обойдется иначе?

- Не знаю.

У него есть куча людей, которые могут заняться бумажной работой, связанной с Гео. К тому же там не так много дел. Дом? Можно попросить кого-нибудь закрыть его и разобраться с ним потом. Сейчас Нико хотел только одного - вернуться к спокойному порядку своей жизни в Риме. Он попытался сосредоточиться на ответе.

- Я вернусь к открытию отеля.

- Но это через четыре месяца. - Аврору сковал ужас. Она начала по-настоящему осознавать, что Нико действительно оставляет Силибри - и ее - позади.

-Да.

- Ты продашь дом?

- Возможно. - Ему хотелось попросить ее перестать задавать вопросы, слишком сильно болела голова. - Да.

- Но разве не будет хорошо иметь дом здесь? Как в Риме?

- Это место никогда не было моим домом, Аврора.

- Я не имею в виду это конкретно. Но Силибри…

- Я тоже.

Теперь у него не осталось семьи здесь, не осталось чувства вины или долга, что возвращали его в деревню. Только работа - и ту скоро можно будет передать в другие руки. Он уже решил, что, когда отель раскрутится в полную силу, он его продаст и наконец покончит с Силибри. Надо сказать ей все как есть.

- Аврора, отель уже скоро будет открыт и начнет работать. Я прослежу за тем, чтобы управление им было в надежных руках, а затем…

Он ни с кем не делился деловыми решениями, но Аврора не попадала в категорию «никого», так что он изменил этому правилу.

- А затем я его продам.

Слишком больно было здесь находиться. Он постарался сделать для деревни все возможное, но теперь его отца не стало.

- У меня нет причин возвращаться в Силибри. У меня не осталось ни одного хорошего воспоминания об этом месте.

Аврора резко выдохнула. Ни одного? А что по поводу той ночи? Неужели ночь, когда он лишил ее девственности, не считается? Ей хотелось расцарапать ему лицо, заставить почувствовать хотя бы намек на ту боль, что он ей причинил.

Но она никогда не была жестокой и никогда не понимала, как Гео мог поднять руку на человека, которого любил. Тем более она не опустится до этого сама. Не сейчас.

- Ни одного хорошего воспоминания?

Нико закрыл глаза. Уж лучше бы она дала ему пощечину, это самый простой способ покончить со всем. Поднять руки и ощутить, что он имеет право уйти. Вместо этого она пыталась посмотреть ему в глаза.

- Сколько у тебя еще способов причинить мне боль, Нико?

- Аврора… - Он уже жалел о своих словах. Голос Авроры дрожал, лицо побледнело. - Я не должен был говорить…

- Нет, - перебила она его. - Не нужно извиняться, перефразировать или пытаться найти другой способ сказать то, что ты имеешь в виду на самом деле. Наконец я поняла то, что ты пытался до меня донести еще восемь лет назад. Ты. Не. Хочешь. Меня.

Если он это опровергнет, они снова окажутся в постели. Или займутся сексом прямо на полу, потому что мысль о сексе в кровати отца была невыносима. Ну или отправятся в один из пустующих номеров отеля, чтобы заняться любовью. Мысли сменяли друг друга, пока грустные слова Авроры продолжали звучать в ушах. Он промолчал, и этого оказалось достаточно.

Она жалела о многом, но сейчас был шанс создать момент, о котором впоследствии она не пожалеет. Что угодно - но не рыдать в его присутствии. И она собралась с силами.

- Будь счастлив, Нико. - Она поцеловала его в щеку. - Я желаю тебе только хорошего.

И наконец она вышла из этого дома и из жизни Нико.

Четыре месяца спустя

Когда ему показали заявление, Нико уже успел вернуться в Рим. Не будучи уверен, что правильно все понял, он взял трубку телефона.

Аврора хотела уволиться. Аврора Элоиза Мессина. Двадцать пять лет. Со страстью к отелям как ни к чему другому и жаждой успеха. Уходит. Бессмысленно.

Да, она злилась на него. Как и он - после устроенной ею неразберихи. Но его злость уже угасала - настолько, что когда он дочитал заявление, то почти начал улыбаться.

- Почему она решила уволиться?

- Ей предложили работу.

Винченцо явно был озадачен тем, что обычно не слишком включенный в такие процессы владелец компании перезвонил ему сразу по получении письма.

- Кто?

- Аврора не сказала. Похоже, она устала оттого, что ее идеи отвергают.

Их не отвергали. И если бы она появилась на ужине, то знала бы об этом. Нико позвонил ей.

- Что все это значит?

- Прости?

Аврора сидела в своей маленькой розовой спальне в ожидании такси на станцию. Родители не слишком хорошо приняли новость о беременности их дочери - особенно потому, что она отказалась назвать имя отца ребенка. Последовала жестокая ссора. Той ночью Нико был прав: родители действительно шпионили. Они залезли в ее телефон и обнаружили приложение для поиска пары, которое она загрузила в Риме.

А теперь еще и звонок Нико. Это уже слишком.

- Почему ты решила уволиться, не поговорив со мной?

- Нико, я уволилась и ушла. Я не обязана отвечать тебе теперь, когда ты не мой начальник.

- Хорошо. Тогда забудь, что когда-то я был твоим начальником и скажи просто мне. Почему ты увольняешься?

- Так с каких позиций мы говорим, Нико? Как друзья? - Если боль Авроре удавалось скрывать, то злость и ярость уже нет. - Потому что мы не друзья. Ты сам сказал, что мы не можем ими быть.

- Аврора…

- Или мы говорим как любовники? Но у тебя столько любовниц - ты же не можешь требовать от каждой отчета о карьерных изменениях?

- Аврора!

Она не давала ему вставить ни слова.

- Или мы в отношениях, Нико? Ну да, ты прав, нет. Потому что ты не хочешь их. Ты сказал мне…

- А ты сказала, что никогда не покинешь Силибри.

- Мне было шестнадцать лет, Нико. Скажи, это единственная причина, почему ты решил не жениться на мне?

Молчание. Как всегда, оно убивало. Аврора хотела свернуться на кровати и разрыдаться в трубку.

Сказать? Сказать ему о ребенке? Что она никогда не чувствовала себя такой одинокой и напуганной? Нет! И Аврора знала, почему она этого не сделает.

- Мне нужно идти, Нико. Скоро приедет такси.

И это была правда. Она спустилась вниз. Чемодан стоял у входной двери, а родители сидели за столом и просматривали фотографии бабушкиного дома, сделанные агентом по продаже недвижимости. Дома, предназначенного для них с Нико. В ожидании такси Аврора остановилась у окна.

- Чего я не понимаю, так это почему вы были бы счастливы, живи я там с мужем, который меня не любит и не хочет, но предпочтете продать его, чем дать кров для ребенка своей дочери.

Они просто хотели, чтобы проблема исчезла. Под поддержкой они понимали задачу уговорить Аврору отдать ребенка.

- Аврора думает только о карьере, - разносила мама сплетни по деревенскому магазинчику. - И она приносит больше денег Нико, чем он ей платит…

А несколько месяцев спустя Аврора вернется одна, оставив за пределами деревни постыдную семейную тайну. И начнет все заново. Она знала об этом плане, хотя родители и не озвучивали его прямо. Но и они знали Аврору - и то, что она не отдаст ребенка.

- Ты принесла позор в нашу семью. Как мы можем держать свою голову высоко, если даже не знаем отца?

Девушка слегка усмехнулась, потому что, хотя мама говорила со злости, в ее словах была частичка правды. Аврора действительно не знала Нико. Не на самом деле. Бывший? Для этого нужно было быть в отношениях. Друг семьи? В каком-то смысле. Начальник? Больше нет.

- Мы поверили тебе и отпустили в Рим. Мы верили в твое приличное поведение.

- Это не было школьной поездкой, мама.

- Придержи язык. - Бруно встал. - Пока ты под моей крышей…

- Но я больше не под твоей крышей. - Наконец-то подъехало такси. - Ты сказал, что я должна уехать, не забыл?

- Потому что ты даже не знаешь имени отца твоего ребенка. - Мама в отвращении поджала губы - как в тот момент, когда Аврора рассказала им, что ждет малыша.

Снова и снова приходили мысли рассказать, кто отец. Рассказать, что она любит Нико, отца ее ребенка, всем сердцем. Но нет. И каждый раз она приходила к одной и той же причине, почему не сделает этого. Она знала, как все будет: сперва шок, затем ярость. И в конце концов - радостные улыбки; Нико все-таки станет их зятем, потому что так правильно. И Нико выберет поступить правильно. Даже уезжая из Силибри, ты забираешь с собой кодекс чести деревни. Можно нарушать правила по мелочи, но базовые не под силу нарушить даже Нико. Он женится на ней ради благополучия ребенка, это Аврора знала и чувствовала наверняка. В голове появлялся образ свадьбы - но уже другой, чем она представляла себе раньше. На новой свадьбе она видела улыбки деревенских жителей, их поздравительные крики, огромный букет, которым на фотографиях она будет прикрывать свою беременность. Все будут знать о малыше - и радоваться ему. Тому, что Нико Карузо пустил в Силибри корни и вернулся в место, которому принадлежит. И они с Нико будут махать, улыбаться, целоваться на камеру, а ночью - заниматься сексом. В конце концов, это же их свадебная ночь. С каким сопротивлением он войдет в нее и отдаст Авроре Элоизе Карузо то, чего хотела Аврора Элоиза Мессина? Чего будет стоить ему эта жертва? Аврора не хотела этого знать. Поэтому - нет! Она никому не скажет правду.

Поезд подошел к перрону Термини - главному вокзалу Рима, - но, в отличие от прошлой поездки, Аврора не испытывала воодушевления. Тогда она была вместе с коллегами, предвкушала обучение в роскошном римском отеле. Думала о карьере и о Нико. А сейчас… Аврора даже не знала, о чем думать. Но все равно выбрала приехать в Рим. Зачем? В надежде увидеть его? Нет, их встречи Аврора боялась. С намерением сказать Нико, что он станет отцом?

Нет, точно не сейчас. Да и это будущее внушало страх. Скорее, рядом с Нико мир казался более безопасным.

Она остановилась в стандартном отеле, в котором планировала провести всего несколько ночей, пока будет искать работу. Но кажется, большинство ресторанов ни в ком не нуждалось. По крайней мере, ни в ком настолько явно беременном.

Каждый день по дороге на интервью Аврора проходила мимо огромного отеля Нико. И каждый день, получив очередную порцию отказов, она чувствовала все больший соблазн просто зайти в дверь и потребовать провести ее к нему. Протянуть ему проблему, чтобы он с ней разбирался. В конце концов, это его ребенок.

Но стоило представить его разочарование или сопротивление, с которым он будет выполнять свой долг, как желание испарялось. Нет, она найдет работу, жилье, обеспечит себе чуть большую стабильность, а затем расскажет правду. Чтобы не было снова так больно. Если любящие родители не смогли ее поддержать, то чего ждать от Нико?

Надежда вернулась в виде семьи с двумя маленькими детьми, замученной мамы и отца, который уехал на заработки. Они жили в районе Прати, рядом с резиденцией Нико на Париоли.

- Мне нужен человек, который исполнял бы обязанности няни и занимался легкой уборкой. Последняя няня ушла без предупреждения… - Молодую женщину звали Луанна.

- Я вас не подведу.

Семья жила в прекрасном старом доме, а у Авроры появился собственный - она заняла летний домик в саду. Добрая Луанна обещала обеспечить малыша Авроры всеми необходимыми вещами. И добавила:

- Тебе придется заботиться о троих…

Аврора была готова заботиться о десяти, если это означало дом и пропитание для ее ребенка. Впервые с осознания беременности ей стало казаться, что она снова что-то держит под контролем. Но с возвращением мужа Луанны все сильно изменилось.

- Беременная няня? Какого черта?

- Ш-ш-ш. - Луанна закрыла дверь кабинета. - Аврора чудесная девушка, и она очень помогает мне с Надей и Антонио.

Приближалось Рождество, Рим стал холодным и сырым - как и атмосфера в доме. Каждый раз, когда Аврора туда приходила, у нее начинало жечь в груди. Она думала, что это изжога, пока не увидела синяки на хрупких руках Луанны.

- Что случилось?

- Я врезалась в дверь.

- Дверь с пальцами? - Аврора оставалась прямолинейной. - Луанна, ты должна уйти от него.

- Куда я пойду? Куда ты пойдешь? Твой малыш родится через две недели.

- Не оставайся ради меня.

Но сердце заходилось от страха при мысли оказаться на улице так незадолго до родов.

- Он хороший человек, просто слишком переживает из-за работы.

Нико тоже переживал и при этом никогда бы так с ней не поступил. Ей не приходилось скрывать от него ни радость, ни раздражение. И снова пришли мысли позвонить ему. Но потом она увидела свое отражение, раздавшееся тело и огорченные глаза. Нет, такой она появляться перед ним не хотела.

К тому же гроза миновала - муж снова уехал по делам, и последние несколько дней беременности стали одними из лучших в ее жизни. В один из них они все вместе отправились в церковь на пьесу, в которой играла Надя. В другой добрая хозяйка накрыла для нее завтрак, ее окружали заботой и участием.

Той ночью Луанна приготовила ужин. Словно чувствуя усталость Авроры, дети вели себя смирно. Они снова и снова спрашивали о будущем малыше.

- Надеюсь, это девочка. - Надя наблюдала за Авророй. Та лежала на диване и с ноутбука Луанны смотрела имена детей.

- Нет, лучше мальчик, - вмешался Антонио.

- А кого хочешь ты? - спросила Луанна.

- Я просто хочу, чтобы ребенок появился на свет. Кто бы ни был - я готова к тому, чтобы он родился.

- Ты выбрала имя?

- Нет. Все еще не имею понятия. Может быть, Нико… - Это вырвалось случайно, но почему-то девушка почувствовала облегчение. - Николь, если девочка.

Но мне нравится Нико. Нико. Нико. Нико.

Она бы произносила его с каждым выдохом, если бы могла. Когда же закончатся эти чувства? Аврора пустыми глазами смотрела в ноутбук. Зато Нико явно прекрасно без нее обходился. В прошлом месяце он появился под руку с милой маленькой блондинкой, затем ее сменила очаровательная рыжая. Видимо, ей выпала честь проводить с ним Рождество.

Нико.

Луанна уложила детей в кровать и вернулась к Авроре, чтобы немного поговорить.

- Ты знаешь, кто отец?

Она уже спрашивала раньше, но Аврора была уклончива.

- Да. - Она слишком устала, чтобы лгать, но и говорить правду не хотела. - И уверена, что он бы поддержал меня и настоял на свадьбе. Но я предпочту жить одна, чем в несчастливом браке.

Луанна заплакала. Они поговорили еще, прежде чем Аврора ушла в свой летний домик. Не в силах заснуть, она не могла найти себе места и ворочалась, пока наконец не встала. До нее начало доходить, что боль в спине - не просто потому, что она глубоко беременна. Аврора дошла до главного дома и, налив себе воды, посмотрела на холодное розовеющее небо. Впервые она призналась себе, почему на самом деле не контактировала с Нико. Может, он женится на ней, но никогда не полюбит. Она окажется его женой в Силибри - горной женой, запертой в деревне на холмах. Он станет приезжать для проверки отелей и чтобы заняться сексом, а затем будет один возвращаться в Рим. Или Флоренцию. Или Англию или Францию.

Ей не хватает утонченности, чтобы держать его за руку и искренне улыбаться, пока он общается. Не достает спокойствия, чтобы смирно с улыбкой провожать его на работу по утрам. Она недостаточно сдержанная, чтобы закрывать глаза на его походы на сторону. А они будут.

У нее же не было никого, кроме Нико. Какими трюками его удержать, если у нее нет никаких? Только она сама. Да и то, что ее отверг человек, чей ребенок у нее уже девять месяцев под сердцем, уверенности не добавляло.

Аврора не смогла бы быть маленькой частью его жизни, жить на заднем плане. Она была чистой сицилийкой, по ее венам текла лава. Она сгорала от фантазий о Нико с кем-то еще - и нет, она не будет стоять в стороне и молчать. Даже при мысли об этом вырвался стон.

- Аврора? - В проеме кухонной двери стояла Луанна. - Ты в порядке?

- Нет.

Она была напугана и любила Нико так сильно, что от этого было больно. Очень больно.

Рим

Проснувшись и не обнаружив в спальне ни Нико, ни малыша, Аврора впала в панику, которой не помогала даже мысль о няне. Она стремительно спустилась и направилась на кухню, где нашла Нико с ее ребенком на руках. С их ребенком. И почему-то голым до пояса и небритым. Официальность, смешанная с соблазном.

- Я проспала. Я никогда не просыпаю.

- Еще только семь утра.

- Для меня это поздно. Обычно я встаю в шесть… иногда в пять. - Она сыпала несуразные слова, потому что замолчать было бы слишком. Такое зрелище в такую рань… она могла не сдержаться.

- Гэба нужно покормить. - Аврора протянула руки, чтобы забрать сына.

- Я только что его покормил, и он срыгнул на меня. Поэтому я без рубашки - жду, пока няня принесет другую.

-О. - Аврора не знала, что ответить, но снова протянула руки. - Тогда его нужно переодеть.

- Уже.

- Ты и это сделал?

- Нет, это я оставил няне.

Он так редко улыбался, что Аврора едва не полетела ему навстречу, словно на крыльях. И руки ее теперь были протянуты к нему. Она резко опустила их.

- Он очарователен. - Нико посмотрел на их сына.

-Да.

- Наверное, его отец тоже красив. - Нико вернулся к теме, которую они подняли прошлой ночью.

- Не то чтобы. - Аврора попыталась поддразнить его и сохранить серьезность, но не смогла удержаться от улыбки. И тут до нее дошло, как ужасно она выглядит. В мятой рубашке с чужого плеча, с синяком на щеке. Наверняка идеальная жена к этому времени уже привела бы себя в порядок и сияла после утренней йоги. Или просто оттого, что он снес ее по ступеням на спине. Эта мысль ей нравилась больше, пусть даже они никогда такого не проделывали…

- Мне пора.

- Куда?

- А как ты думаешь?

- Работа не может подождать, Нико? Нам столько всего нужно обсудить… - Она прервалась. Ведь она обещала хотя бы попробовать быть идеальной женой. - Во сколько ты?… - Идеальная жена не задавала бы такой вопрос. - Я приготовлю ужин.

- Этим займется горничная.

Он вспомнил, что та с сегодняшнего дня в отпуске вместе с мужем.

- Или пришлю поваров. А тебе нужно пройтись по магазинам.

- Зачем?

- Тебе нужна новая одежда. И прическа. - Он взял ее за руку. - И маникюр, моя дорогая элегантная жена.

Никогда в своей жизни она не делала маникюр.

- У меня нет времени на это. У меня есть сын, о котором нужно заботиться.

- И муж, которому нужно угодить? - Он не удержался от шутки, но тут же стал серьезным. - Ты одна заботилась о сыне последние два месяца, поэтому сегодня можешь посвятить день себе. Пройдись по бутикам в отеле, затем зайди в салон. Я предупрежу всех.

- Нико, я не могу…

- Тебе больше никогда не придется этого говорить, Аврора.

Но в этих словах не было нежной заботы, в которой она нуждалась. Он не держал ее в руках и не говорил, что ночной кошмар, каким был его мир без нее, закончился. Он просто ставил ее перед фактом, что финансовый вопрос улажен. Что довольно мило, конечно. Но это даже не вишенка на торте. Скорее тянучка, которая прилипает к зубам и застревает в горле.

Она не вынесет целого дня без него - не зная, что происходит в его голове и какова его реакция на страхи, которыми она поделилась с ним ночью.

- Могу я присоединиться к тебе в обеденный перерыв?

- Аврора, у меня не бывает обеденного перерыва.

- Он что, только для рабочего класса?

-Да.

- Ну, я могу привезти Гэба в твой офис…

- Нет. - Он покачал головой и посмотрел на часы. - Тебе нужно посвятить хотя бы один день себе. В любом случае сегодня я слишком занят. Мне правда пора…

Наконец он протянул ей Гэба и посмотрел прямо в глаза. На секунду ей показалось, что он готов ее поцеловать, но секунда прошла, а он отстранился.

- Тебе нужно побриться.

- Забавно, но внезапно на это у меня нет времени.

Наконец пришла няня с рубашкой, он поспешно оделся и ушел.

Что она натворила? Аврора посмотрела на бутылочку на столе, оставшиеся с вечера тарелки и бокалы и вспомнила о том, как выглядит. Какой хаос она принесла в его упорядоченную жизнь? Нико любил порядок и спокойствие. Что же, он его получит. Сегодня он вернется и увидит идеальную жену. Женщину, которую он так хочет.

Снова они оказались в одной постели, но на этот раз занавески были раздвинуты. Их сердца бились ровно и спокойно, и они молча прижимались друг к другу. У Авроры все еще оставалось много вопросов, и от одного она не могла удержаться.

- Нико, где ты был весь день? - Она нетерпеливо посмотрела на него. - Так допоздна.

Она просто должна узнать.

- А ты сама как думаешь?

- Ты не хочешь знать мои мысли. В них ты был слишком во многих местах.

- Хорошо. Как ты думаешь, куда отправляется мужчина, если к нему приходит любовь всей его жизни?

Она побледнела.

- Я был в Силибри, говорил с твоим отцом.

- Ты сказал им, что Гэб - твой сын?

- Конечно.

Нико на мгновение замолчал. Ему стоило усилий не наброситься на Бруно и его жену за то, как они обошлись с Авророй. Он не мог вынести мысли, через что они заставили пройти дочь, когда она нуждалась в них сильнее всего. Но он напомнил себе, что вскоре они станут одной семьей.

- Что он сказал?

- Сопел и ворчал.

- А мама?

- Она спросила, что с тобой было все это время, а затем начала плакать. Спросила, как выглядит Гэб.

- Ей было достаточно просто набрать мой номер телефона.

- Конечно. Но они упомянули приложение для свиданий…

Аврора не смеялась.

- Их это напугало, - мягко проговорил он. - А затем твой отец вытащил бутылку…

- Лимончелло.

- Никогда не мог понять, почему он не перестал со мной разговаривать после того, как я отказался жениться на его дочери.

- Как и я. Я думала, что твое имя станет запретным в нашем доме, но он продолжал настаивать на том, чтобы ты приходил к нам.

- Он сказал, что это стало бы оскорблением, женись я на другой. Вот тогда он отказал бы мне от дома. - Нико улыбнулся смеху Авроры. - Он знал. Знал, что, когда той ночью ты ушла на торжество, у меня внутри все переворачивалось.

- Я надеюсь, он не знает о произошедшем на диване.

- Конечно нет, иначе я уже был бы мертв. И в любом случае такая милая девочка, как ты, никогда бы… - Он посмотрел на нее и улыбнулся.

- Аврора, он вытащил граппу, которую сохранил для этого момента.

- Ты сказал ему, что женишься на мне?

- Нет. Я сказал, что больше всего на свете хочу жениться на его дочери. Но затем добавил, что нам предстоит сперва кое в чем разобраться.

- Нико, не совершай ошибку. Я сильная.

- Знаю.

- И если ты женишься на мне, то познаешь всю силу моей любви.

- Аврора. Ты познаешь всю силу моей.

- Все, чего я хочу, Нико, - это полную силу твоей любви.

И все, чего она когда-либо хотела. Ей казалось, что она это получила, но червячки сомнений не оставляли ее. Вдруг он делает это ради сына? Словно отвечая на ее мысли, Гэб где-то далеко в доме заплакал.

- Мне нужно сходить к нему.

- Знаю.

Пусть даже с малышом была няня, чье резюме он проверил и перепроверил несколько раз. Лучшая няня, которая могла полюбить и маму, и младенца, но не занималась уборкой. Ни в какой форме.

- Гэб. - Аврора зашла в комфортную гостиную, в которой ее сын сосал из уже наполовину пустой бутылочки. - Я дам ему вторую половину и затем уложу снова.

Казалось, что за проведенное здесь время он успел подрасти. Аврора смотрела в его глаза, из голубых ставшие почти черными.

- Твой отец - самый сложный человек из всех, кого я знаю.

Она не отрывала взгляда от сына, от его длинных пальцев, ямочки на подбородке и ресниц, которые уже успела посчитать, в отличие от отцовских.

- Я люблю его и думаю, что он любит меня… - Она перешла на шепот. - Не на сто процентов и не так страстно, как я люблю его. Но, мой дорогой сын, я правда верю, что он пытается полюбить нашу маленькую семью.

Она понимала, что восемь лет отвержения не исчезнут за одну ночь.

Когда Аврора вернулась в спальню, Нико заметил, что она плакала. Как он мог своей холодностью причинить ей столько боли?

- Мы построим дом в Силибри.

- И ты будешь возвращаться домой в Рим…

- Нет. Мы будем возвращаться в Рим, а жить в Силибри.

- Нет.

Ее эмпатичное «нет» удивило обоих. Оно было мгновенным, пусть она никогда и не думала по-настоящему об их будущем с Нико. Аврора очень любила Силибри, но, хотя с этим местом у нее было связано множество прекрасных воспоминаний, там осталось много болезненных воспоминаний Нико - а теперь и Авроры. Ведь родители повернулись к ней спиной, когда она так в них нуждалась.

- Мы будем жить здесь. Я хочу большую часть ночей спать в постели, в которой был зачат Гэб. И хочу видеть парк виллы Боргезе из своего окна.

- Ты уверена?

- Да. - Аврора подумала еще немного. - Мы будем часто возвращаться. И конечно, я все еще хочу организовывать свадьбы на руинах монастыря.

- А ты не сдаешься.

- Не когда знаю, что я права.

Она столько раз пыталась перестать надеяться на их любовь и отпустить Нико. Она вспомнила о своих слезах, о монетке в фонтане Треви. Как умоляла об их любви в Риме.

- Я хочу эту работу, Нико.

- Тогда ты должна ее получить.

- Но одолжения мне не нужны. Я просто действительно лучше всех подхожу на эту роль.

А еще она лучше всех подходила его сердцу.

- Послушай, Нико…

Из всех странных моментов в жизни Нико этот был самым странным: Пино давал ему советы в области брака. Похоже, ему не стать последним в своем роду - у него все еще много родных. Не по крови, но эти люди явно больше, чем просто друзья.

-Ты должен сохранять романтику. Я женат на Розе тридцать лет, так что слушай, когда я даю совет. Даже если у тебя был плохой день, ты должен найти способ насладиться ночью.

- Это мне по силам.

- И ты должен танцевать, - добавила Франческа. - Часто.

- Я не танцую. - Нико помотал головой.

До заката оставалось три часа, и, пока Аврора готовилась в оратории, он проводил время в кафе на холме с жителями деревни.

- Аврора умеет, и делает это хорошо. Ты не можешь ее разочаровать.

Кто знал, что Винченцо был чемпионом по бальным танцам или учителем танго или что-то вроде того десять лет назад? Правда, педагог из него вышел нетерпеливый и требовательный. Нико и предположить не мог, что свои последние часы перед свадьбой он проведет, танцуя с мужчиной в костюме цвета карамели.

- А еще будет тарантелла.

Нико нахмурился. Он всегда предпочитал избегать свадьбы… но эта стала исключением.

Для этого особого дня над ее прической трудился Луиджи, но вместо элегантного пучка или уложенных кудрей Аврора выбрала распущенные волосы. Макияж был сдержанным, Аврора только попросила его более активно использовать подводку для глаз.

- Еще рано. Для тебя есть сюрприз.

- Какой?

Дверь открылась, и вошла Антониетта.

- О!

- Не плачь. - Антониетта обняла Аврору.

Но как сдержаться? Сколько лет они провели в разлуке, лишь иногда обмениваясь сообщениями.

- Никогда не думала, что ты приедешь!

- Я сомневалась, но не могла остаться в стороне от твоей свадьбы.

- Ты видела кого-то из своей семьи?

- Не волнуйся об этом, сегодня твой день, и это самое важное. Я пойду к руинам, просто хотела сперва поцеловать тебя и пожелать счастья. И если я не останусь на праздник после, вот… - Она протянула Авроре маленький серебряный кругляшок. - Чтобы она была с тобой сегодня.

Это был французский талисман на удачу с надписью Bonheur.

- Это означает «счастье». И я желаю тебе его.

Аврора вспомнила ту ночь на холме, когда они наблюдали приближающийся пожар, и какой мудрый совет дала ей подруга, предложив отправиться домой. Она была благодарна ей за него.

- Я буду носить его с собой всегда. И очень хочу счастья для тебя.

Но плечи подруги были пугающе хрупкими, а в глазах пряталась грусть. Неужели это бесполезное пожелание? Нет, она никогда не согласится поставить крест на ее жизни.

- Вскоре мы хорошенько пообщаемся. - В глазах Авроры засверкали слезы. - Даже если мне придется приехать ради этого во Францию.

- Тебе действительно придется приехать во Францию, потому что здесь мне не рады. Но сейчас тебе нужно продолжать сборы к свадьбе - Нико ждет.

- Мое сердце ждет. И я скажу это только тебе. Я думаю, он практически любит меня. И я уверена, что он будет лучшим отцом на земле.

Она сдула непослушный локон, который вскоре Луиджи уберет в аккуратную прическу. Но сейчас - время для важных слов.

- Он сказал мне, что я сумасшедшая, если сомневаюсь в нем.

- Аврора…

Она была готова к откровенному разговору. Услышать, что, конечно же, она не сумасшедшая. Что это нормально - вступать в брак с определенной долей сомнений. Но на то Антониетта и была собой, чтобы не ждать от нее банальностей.

- Ты и правда сумасшедшая. Нико любит тебя. Почему ты не можешь этого принять?

Хороший вопрос. Было чудесно увидеть снова свою подругу, хотя Аврора была благодарна Луиджи, который не стал наносить подводку слишком рано.

-Ты готова.

И хотя у него действительно была волшебная палочка, сегодня в ней не было большой нужды - все вокруг лучилось счастьем.

- О, Аврора. - Ее отец просиял. - Это лучший день моей жизни. Я всегда знал, что Нико предназначен тебе.

Конечно, можно затаить обиду. Но родители души не чаяли в Гэбе и не оставляли Аврору поддержкой с тех пор, как узнали имя отца ребенка. Они словно полностью забыли, что вынудили беременную дочь покинуть дом.

- Это не стоит того, Аврора. - Нико взял ее за руки.

Его слова вызвали слезы, но он имел на них право. И ей было чему поучиться у человека, который смог забыть побои. Да, прощать сложно, но если ты вступаешь на эту дорожку и делаешь шаг за шагом, то в конце концов семена доброты дают всходы… И вместо того чтобы тыкать отца носом в причиненную ей боль, Аврора улыбнулась и ответила:

- Да, ты всегда это говорил, па.

Сегодня лучше было быть доброй. И легко - счастливой.

Прибежали возбужденные Надя и Антонио и вручили Авроре букет из только что сорванных цветов.

- Ты такая красивая, - сказала Надя.

- Как и ты. - Аврора перевела взгляд на Антонио. - А ты очарователен! Мама будет гордиться, когда увидит тебя.

Нико организовал их приезд, дети должны были сопровождать ее к руинам. Она оперлась на руку отца, и с каждым шагом сомнений становилось меньше. Не было ничего более спокойного и красивого, чем это место на закате…

Аврора оказалась абсолютно права по поводу униформы, потому что персидский оранжевый был цветом этой ночи. Как и корица, золото и тысяча неизвестных ему оттенков рыжей палитры, расцветивших небо. И сегодня у него от этого даже не болела голова.

Пино подтолкнул его, давая знать, что невеста приближается. Как будто он сам не видел! В белом платье, спадавшем пышными складками, Аврора выглядела как богиня. Кто-то позволил себе шепотки по поводу белого цвета - как она смела, мать-одиночка! - но Аврору это не волновало. Это ее свадьба. День, о котором она мечтала, и день, который превзошел самые смелые ее мечты.

В них она была в церкви, а Нико не улыбался своей невесте так, как сегодня. В них он был моложе и менее уверен в своем выборе. Сейчас же она на 99,9 процента могла сказать, что он считает ее своей избранницей. Шепот сомнения стал таким тихим по сравнению с надеждой на взаимность чувств.

- Аврора и Нико. Сегодня мы стоим на этих древних руинах, чтобы отпраздновать вашу бесконечную любовь.

И она была бесконечной. Без четкого начала, потому что никто из них не мог бы точно обозначить, когда их любовь появилась. Когда она впервые открыла дверь и поддразнила его приветствием «Привет, муж»? Или когда Нико сказал, что не женится на ней, и попытался убедить себя, что не видит слез в ее глазах? А когда они занимались сексом на диване ее отца, это была еще не любовь? Или она вернулась, когда был зачат Гэб? Или она никогда их не покидала?

Ответ дал Нико.

- Я всегда любил тебя. - С этими словами он надел ей на палец кольцо.

Сперва как сестру. Быть друзьями у них не получилось, но они стали друзьями сейчас. А еще они партнеры, возлюбленные и родители.

- И всегда буду. - Нико смотрел прямо в эти темные бархатные глаза. Он не знал ничего и никого более красивого, чем эта прекрасная сицилийская женщина.

Теперь наступила очередь Авроры.

- Я так пыталась не любить тебя. - Она обращалась к нему и к миру. - Теперь я могу перестать бороться с собой. Я люблю тебя, Нико Карузо.

- А я люблю тебя, Аврора Элоиза Карузо.

- Наконец! - Она улыбнулась, и жених поцеловал невесту.

Нико не был общительным человеком, и Аврора не ожидала шумной вечеринки. Но когда они вернулись в отель, шампанское полилось рекой, он принимал поздравления и танцевал со своей невестой. Нико выделывал с ней различные па и даже, к радости Авроры, опрокинул ее. Она рассмеялась.

- Где ты этому научился?

Нико успел ответить, прежде чем ее затопила ревность при мысли о другой женщине.

- У Винченцо.

- Нет!

-Да!

Жители Силибри увидели улыбки и застучали ложками по стаканам, требуя поцелуя. Это было божественно. Глубоко, медленно и с огромной любовью. И даже та сотая процента сомнений в глубине чувств Нико стала исчезать. Аврора никогда не смогла бы стать актрисой, эмоции брали верх и не давали притворяться. Но Нико… И все же этот поцелуй, такой нежный и мягкий, на свадебной церемонии ее мечты… он не лгал. Аврора первая захотела лечь спать, но в этот момент гости образовали огромный круг и вытолкнули молодых в центр.

- Тарантелла. - Аврора все еще была уверена, что ему не по себе на свадьбе.

- Я в курсе.

Они вертелись в круге, который со смехом двигался вокруг них. Музыка играла все быстрее, но Нико не пропускал ни такта, прижимая ее к себе. И даже здесь, внутри заполненного радостью и любовью круга, он чувствовал свой долг по отношению к гостям. Ни один стакан сегодня не останется пустым. Ни одна улыбка не останется без ответа. Еще немного - и они поднимутся наверх, и это он сделает из совсем других чувств. Как объяснить этой сложной женщине, что ни стыд, ни долг не могли бы заставить его отплясывать тарантеллу с таким ликованием?

Они держались за руки и прыгали в центре круга, подчиняясь неутомимому аккордеону. Таким она не видела мужа никогда. И ей хотелось заполучить его в постель как можно быстрее!

- Моя жена устала. - Нико решил увести Аврору. - А вы продолжайте праздновать.

Она поцеловала их маленького сына - ангела, с которым этой ночью будут обращаться как с принцем в ее родительском доме.

- Люблю тебя. И твоего отца. Очень сильно.

- Пойдем. - Нико взял ее за руку.

Сегодня торжества будут продолжаться всю ночь, и он знал это. Но прямо сейчас он хотел остаться наедине со своей женой. Он провел ее наверх по лестнице, но, когда она хотела направиться к монастырю, удержал.

- Сюда.

- Разве мы не остановимся в храмовом номере? - Они оба любили этот номер и открывавшийся оттуда вид, словно принадлежавший им.

- Не сегодня. Если ты забыла, это наш медовый месяц.

О! При всей ее дотошности и внимательности к деталям предназначенный для новобрачных номер оставался для нее слепым пятном.

Она была уверена, что ей никогда не представится возможность остановиться в нем. Или даже хуже - ей придется оказаться там с недовольным своей судьбой женихом. Но сейчас они вошли в номер в полном согласии, и Аврора восхищенно вскрикнула - она никогда не видела его в ночном свете. Это оказалось одним из лучших секретов Силибри.

- Нико!

Стеклянный потолок в форме купола открывал звезды и ночное сицилийское небо.

- А ты знаешь, что здесь есть лестница к частному пляжу?

- Я же сама писала брошюру, Нико.

Но на самом деле она была восхищена. Как мальчик из Силибри, пусть и унаследовавший землю, смог сотворить такое? Здание было наполнено магией.

- Стоило назвать его номером звездного сияния. И ты знаешь, что я права.

- Конечно. Поэтому у меня для тебя есть подарок.

Он подошел к подносу, на котором в ведерке со льдом стояло несколько бутылок шампанского, и взял оттуда маленький мешочек.

- Ключи? - Аврора нахмурилась. - От твоего дома в Риме? Но мне казалось, там электронный замок…

- Посмотри на них.

Старые ключи - большие и тяжелые, какими можно открыть ворота. Ворота в дом ее бабушки…

- Нико? Ты купил дом бабушки?

- Еще много месяцев назад - через третье лицо, чтобы твой отец не знал, что это я. Аврора, в Силибри меня тянула только мысль, что ночью я смогу вернуться домой к тебе…

Аврора посмотрела на тяжелые ключи в своей ладони и рассмеялась.

- Нико, единственное, что позволяло мне сохранить рассудок в Силибри, - это мысль, что однажды я выйду за тебя замуж.

- Я люблю тебя. - Аврора всегда была его сказочной женой.

-Ты правда купил коттедж?

В ее руке лежали ключи от их общего дома.

- Да. Тогда я не знал зачем, но теперь знаю. Чтобы моя мечта быть с тобой не умерла окончательно.