Умный сад как явление, определяется просто: это место, где а) хорошо вам и б) хорошо растениям.

Дурной, умный – только для вас. И это главное. Всякий раз, когда кто-то пытается оценивать чужой сад, помните об этом. На всякое «Это плохой… или хороший сад», всегда спрашивайте: для кого?.. Отсюда и пляшем.

С саженцев?.. Нет, ещё раньше!

Сады бывают непохожи до противоположности. А уж отношение хозяев к своим садам непредсказуемо по определению.

Чего далеко кивать, возьмём меня. Свои 35 соток тяжёлой глины я превратил в полудикий пермакультурный садово-парковый объект. Точнее сказать – поместье. Не родовое, не станичное – своё жилое. Станичники долго крутили пальцем у виска. Коллекция деревьев, куча цветников, огородик и виноград – под кровлей, масса перепривитых дичков и сортовые деревья.

Красиво и достаточно – ДЛЯ НАС. Это главное. Но вот в чём штука: сад устраивался почти двадцать лет назад. Сейчас он так же хорош, но сил и здоровья осталось реально на восемь соток. Даже на шесть. Вот и думаю, как в этом любимом саду дальше жить.

А чего только не насмотрелся, работая садовым мастером!

Видел сады-леса, где десятиметровые гиганты сидят через три метра, почти не помышляя о плодах. Предлагаю снизить их вдвое и заплодушить, а хозяин говорит: «не-е, не надо. Я люблю большие деревья, как в лесу. А яблоки мне не нужны». И он имеет на это право. И я полдня усугубляю лесистость его деревьев, убирая старые нижние ветки, как раз плодоносящие.

Однажды позвали в сад – старющие, переплетённые, непролазные джунгли с отгнивающими нижними ветками. Его срочно надо было осветлять и омолаживать, иначе он просто умирал. Но стоило мне укоротить первую ветку, как хозяйка впала в предынфарктное состояние – умоляла не трогать, «не делать им больно»! Разъяснения не помогли. Я увидел: ей хорошо в этом саду. И будет жутко в обрезанном. И просто попрощался.

Бывало и наоборот: сад нормальный, а хозяин говорит: «Режьте так, чтобы плодов было как можно меньше. Надоело закапывать!» Объясняю: могу сделать меньше, но они будут крупнее, а через год-два – снова будет много. Предлагаю убрать яблони и заменить их туями. Благодарят за подсказку!

Тут нет рецептов, но есть общие принципы.

Первое. Самое глупое – судить о своей даче по чужим меркам, пусть даже по авторитетным и агрономическим. Сад, в котором вам хорошо, есть растительное выражение вашей личности. Сад – способ выразить и порадовать себя. Он ведь ВАШ. Вы этого достойны!

Второе. Чтобы хорошо было вам, хорошо должно быть и растениям. А им будет хорошо только в потребных им условиях. То есть в подходящем климате или микроклимате. Южнее Черноземья таких проблем немного. А вот Сибирь и Нечерноземье – тут сады можно сажать далеко не везде, а лучше искать благоприятные микрозоны: южные уклоны, защищённые от ветров. Даже и не думайте сажать сад на северном склоне или в низине – толку не будет.

Даже подвои годятся далеко не все! Мои полудикие сливы оказались устойчивыми к вирусу шарки – и, соответственно, его носителями. Культурные сорта на них напрочь отказались плодоносить. Чтобы понять это, ушло пять лет. Пришлось заново всё перепривить местными полукультурками!

К этому нужно прибавить нормальные, не критические почвенные условия. Например, на заболоченном, подтопляемом участке косточковые не вырастишь даже на юге: корни выпревают. А на севере их нужно обязательно сажать в холмы: в посадочных ямах выпревает корневая шейка. Или: при посадке, особенно на сухом юге, обязателен перегной в ямку и толстая мульча, иначе деревце может отстать, зачахнуть от недостатка влаги. На меловых и известняковых почвах нужны специальные подвои. И т. д.

Третье. Не поверите, но половина северных саженцев на Кубани или дохнет от жары и засух, или почти не плодоносит от болезней. А в Сибири гибнут почти все саженцы именно потому, что привезены с юга! Из Польши, например, – красивые такие и дешёвые. Если акклиматизация растений – не ваше хобби, ваш сад должен состоять в основном из местных форм и сортов растений. Они, конечно, не так заманчивы новизной, зато устойчивы и долговечны.

И четвёртое: чтобы вам было хорошо, сад должен быть УДОБЕН. Сибиряки не знают нашей южной беды: десятиметровых черешен, восьмиметровых яблонь по сотке в ширину… Урожай на верхушке, верёвки, лестницы, а грохнешься – спасибо, что живой. Наш выход – низкие и безлидерные, раскрытые формировки[1] крон, что требует регулярной работы. Или же карликовые подвои. Но хороший карлик – проблема, и на рынке их просто так не купишь: хозяину питомника куда дешевле прививать на то, что есть.

В Сибири наоборот: даже сильные деревья растут довольно слабо, и чем меньше их трогаешь, тем они устойчивее к морозам. Но и там надёжнее кустовые кроны: в критическую зиму под снегом сохраняются основания сортовых веток.

Очень важная часть удобства – отгороженные постоянные грядки и цветники, умные бордюры, опоры и шпалеры, умное расположение садовых зон, дорожек и самих деревьев. Обо всём этом позже и в других книгах.

Итак, берём устойчивые, надёжные растения, удобные конструкции и формировки, грамотную посадку – и всё растёт. Но самое трудное – всё это умно расположить заранее. Изобразить сад до того, как саженцы уже привезли. Чтоб и красиво, и целесообразно, да ещё личность вашу выразило. Тут тоже есть рабочие принципы.

Первый из них – место, где сад в принципе способен жить.

Есть разные места. В одних сажать сад нужно, в других – можно, а в третьих однозначно бесполезно и поэтому нельзя. Угодив в такое гиблое место, храбро осознайте: намного проще и умнее переехать отсюда прямо сейчас. Это проще, чем мучиться несколько лет, а потом всё равно переехать.

Будучи южным садовником, я и не думал писать эту главку. У нас с этим особых проблем нет: «Воткни оглоблю – и растёт!» – твердят приезжие. «Ага, растёт, но дико жирует, страшно болеет и почти не плодоносит, зараза!» – уточнял я, потирая трудовые мозоли. Чего там говорить – морозы небольшие, тепло. И почвы плодородные. Одно у нас надо знать твёрдо: не сажай косточковые там, где по весне стоит вода. Не сажай их в низинах, где растёт камыш, тростник и осока! Корни задыхаются, заморозки сюда стекают – сад мучается и медленно гибнет. Ну, ещё скверно, если место открыто продувным суховеям. Они у нас и зимой, и летом влагу выдувают. А так – сажай где угодно.

А вот в Сибири хорошее место для сада – наука, искусство и цель не для хилых мозгов. Могу сказать лишь главное, обобщив мнения нескольких успешных сибиряков.

Мест, где вообще имеет смысл сажать сад, в Сибири совсем немного. Это микрозоны с особо тёплым и умеренным климатом. Прежде всего, солнечные берега больших незамерзающих подплотинных рек и водохранилищ. Вода накапливает массу тепла и смягчает скачки погоды. Затем – южные и юго-восточные склоны, долины между сопками, защищённые от ветров. Тут улавливается и сохраняется солнечное тепло. Думаю, подходят и все степные места, обогреваемые солнцем и огороженные от ветра лесом, холмами и прочими возвышенностями.

Однозначно не годятся для сада сырые низины, северные и западные ложбины ущелий и урочищ, заболоченные и подтапливаемые места, а также продувные, выдуваемые ветрами степные районы и возвышенности. Конечно, особо упёртый энтузиаст может и тут изобрести какие-то способы: ограды, накопители тепла, укрывка на зиму, лежачие стланцевые кроны, морозостойкие сорта и подвои, постоянный отбор на зимостойкость… но это – трудовой подвиг, доступный лишь прирождённому энтузиасту.

Самое хлопотное и трудное с садом – исправлять собственные ошибки. Пересаживать воткнутое не туда. Корчевать ненужное. Заменять деревья, потому что «на рынке надурили». Тщетно защищать болючие и вымерзающие растения. Копать, чтобы постоянно тяпать и поливать, чтобы снова копать. Пытаться снижать всё, что тянется и прёт, потому что насажено через два метра, чтобы тянуться и переть… Резать уже зарезанные деревья, чтобы снова их зарезать…

Так что, пожалуйста, выделите пару часов времени. И вдумчиво читайте эту главу: скромный автор писал её через много лет после того, как сам засадил сад как попало! А исправлять уже неохота и трудно!

Возьмите бумагу и разные ручки-карандаши. Задача этого шага – УВИДЕТЬ ЦЕЛЬ. Просто представить себе свой сад в самых общих чертах. Детали – по ходу главы. Пройдите практикум, как в институте, и увидите: дело начнёт двигаться именно в направлении задуманного.

Далее – психология. Общая цель уже есть, но она пока только ваша. И если она мешает целям ваших близких, ваш проект накрыт медным тазом уже в зародыше. Обрушьте на родных все свое обаяние и постарайтесь склонить их к участию в обсуждении проекта. Жёсткое правило: решающий голос за тем, чей участок. Добьётесь согласия – избежите споров и сможете заручиться поддержкой, и устройство сада станет вполне реальной затеей. Не получится – спокойно ищите запасные варианты. Например, другой проект. Или другой участок поблизости…

Вы приготовились составить список желаемых растений. Пожалуйста, составьте его. А теперь внимание: вакцина против сажальной болезни.

1. Определите ДОЛИ участка: под огород и клубнику, под газон с цветниками, под сооружения и прочие компоненты, под сад. Палисадник, цветочки, барбекю, бассейн – это вокруг дома. Сад – в большинстве случаев, задняя часть и края участка. Огород – где-то в центре.

2. Итак, сколько соток мы отводим под сад?

Даю прикидки. Для Юга и Черноземья: сотка сада вмещает максимум 6–7 свободнорослых[2] деревьев среднего роста (не выше 4–5 м). Формованных деревьев, сделанных низко (до 2,5 м) или плоско, на сотке располагается до 12, и остается место кустарникам. Столько же можно сажать и деревьев на карликовых подвоях. Но пока это в основном яблони: другие карлики ещё очень редки.

3. Какую формировку, какие подвои вы выбираете?

Нет ни смысла, ни возможности делать маленькими абрикосы и черешни. Их нормальная высота на юге – до 6–7 м, посему сажать их надо по северной или западной границе, через 8 м друг от друга. Или прикрывать ими постройки от солнца. Яблони, груши и сливы, а тем паче алыча удерживаются обрезкой в пределах 4–5 м высоты и сидят минимум через 6 м.

Кусты на чернозёмах сидят 1,5 на 1,5 м, малина – 1 на 1,5 м, ежевика и виноград – 3 на 4 м, не меньше. Вы ведь радоваться сажаете, а не издеваться.

Есть карликовые подвои и их комбинации, позволяющее выращивать на сотке три десятка деревьев с нормальным плодоношением. Такие подвои есть для яблонь и груш, для вишен и черешен, но в продаже я их пока не видел. Есть «плодовые стены» на карликах – промышленные колонные формировки, но работать с ними может только мастер.

Есть колонновидные[3] сорта яблонь, но они требуют своих подвоев и агротехники. Есть колонновидные груши, вишни и алыча, но достать их пока почти невозможно, а урожаи не настолько хороши, чтобы этим заморачиваться.

Для Сибири и Севера: наши карликовые подвои там вымерзают почти все. Но и проблемы нет: деревья и на дичках растут умеренно. На сотке можно сажать до 12 штук: вместе и опыление лучше, и ветра поменьше – зиму легче переносить.

4. Расстояния между деревьями. На юге оно должно быть заметно больше (в идеале – вдвое) их ВЗРОСЛОЙ высоты. Сначала саженцы не видны, и сад кажется пустым. Не покупайтесь на это! Занимайте его клубникой, цветами или кустарниками – чем угодно, только не новыми саженцами. Исключение – упомянутые карлики, если вы их сумели достать.

Клиническое проявление сажальной болезни – «лишние» деревья. Они видны уже на третий-четвёртый год: тянутся вверх всеми вершками. После шести лет для такого «древостоя» эффективно только жёсткое операбельное лечение, вплоть до полной ампутации под корень. Отсюда южное правило: лучше недосажать, чем пересажать.

Нечерноземье: рост умеренный, но солнца мало. Расстояние также должно быть больше высоты, в крайнем случае равно ей.

Сибирь: очень много солнца, но лето короткое – и рост умеренный. Видимо, даже лучше, если кроны немного смыкаются. Во как всё по-разному!

5. Рядом с постройками и взрослыми деревьями, особенно с северной стороны, деревья сажать не стоит: пока не перерастут помеху, их будет интересовать только метраж побегов.

Ветреные суровые области – продувные степи, для яблонь – сибирские, а для персиков – даже ростовские. Тут деревья, наоборот, надо прятать от ветра под заборами и домами. Особенно теплолюбивые. Но, разумеется, не с северной стороны. Вот и вертись, садовод.

6. Итого: жадность в кулак! Оставьте в списке только самое необходимое. Честно ответьте себе: без чего вы можете обойтись? – и вычеркните это из списка. Жалко? Погодите, мы еще не учли перспективность культур.

Вторая пилюля от сажальной болезни… как мне казалось. На самом деле получился краткий атлас всего, что теоретически можно выращивать в садах, собирая ради любопытства по всей нашей великой и необъятной стране. И тем не менее!

…Думаете, человек – хозяин природы, и деревья будут послушано благодарить вас за вашу агротехнику? наивное невежество. Поверьте, они будут расти так, как сами захотят. И так, как смогут.

Самое умное: разыщите хотя бы троих опытных садоводов, давно работающих в вашем районе с разными культурами. Попросите их рассказать о разных видах и сортах касаемо: а) их реальной ценности, б) надёжности и в) хлопотности возделывания. Иными словами, определите самое подходящее для вашего района.

Здесь я могу привести такую оценку только для Кубани – как пример анализа. Особых пристрастий у меня нет, подход вполне прагматический. Что касается увлечений, то я их очень уважаю. Но если вы засадили пять соток йоштой или аронией не потому, что любите и знаете эту культуру, а просто поверив кому-то на слово или запав на идею-фикс – это явная разновидность сажальной болезни, и последствия будут самыми плачевными.

Умышленно начну с второстепенных и третьестепенных культур.

ФУНДУК, чтобы давать хороший урожай, должен быть сортовым и обязательно адаптированным к вашему климату. Взрослый куст занимает почти то же место, что и старая яблоня, – ему подавай чуть не четверть сотки. Выращивать лучше в 3–5 стволов, регулярно удаляя всю поросль. Из трёх моих кустов два практически не плодят: видимо, какие-то северяне – просыпаются и цветут в феврале, а в марте обмерзают. Если плоды не выдающиеся, урожаи редки, а земли мало, смысла держать фундук не вижу.

ОБЛЕПИХА, дав первый сверхцелебный урожай… быстро отбивает к себе интерес. Даже вера в её чудодейственность не в силах противостоять силе роста, высоте, колючкам и неудобству снимать ягодки. А нужно ее – литра два, не больше. Проще купить. А если прибавить экспансию корневой поросли? Да нужду сажать и мужские, и женские растения? Да ещё страдания от трутовиков[4]? нет, купить у бабушки – святое дело. Исключение можно сделать для сортовой «початковой» облепихи, взятой и укорененной собственноручно (но не с рынка!). Срезал «початки», заморозил в морозилке и облупил. Всё равно с сахаром молоть. Иное дело – сибирские бесшипые крупноплодные сорта, которые можно есть без сахара, не морщась. Чудо! но на югах им жарковато. Да и достать их нелегко.

АРОНИЯ черноплодная («черноплодная рябина») – высокий кустарник. В тени сажать нельзя: плодов будет мало. Культура тянет на плодовую только на севере – там облита ягодами, сочна и хороша для варенья. Там же – неплохой карликовый подвой для северных сортов груш. На юге страдает от жары, сажают в основном для разнообразия и ради целебности: давление снижать. Но тут палка о двух концах. Будешь есть её стаканами – давление, наоборот, может начать дико скакать: она кровь сгущает. Вообще, на своём опыте убедился: целебнее не доесть килограмм шашлыков, чем заесть его килограммом аронии, равно как и любой другой целебности, включая женьшень. Посему обхожусь без аронии легко.

АКТИНИДИЯ (коломикта и аргута) и ЛИМОННИК китайский на Кубани страдают от жары, но если хорошо мульчировать почву листьями, всё же растут и даже плодят. Актинидия к тому же весьма красива, а у лимонника не только ягоды, но и побеги дают ароматнейший настой – изумительная добавка в чай. За это я их уважаю, тем более что они хорошо переносят полутень. В Сибири ими запросто драпируют стены, как у нас девичьим виноградом. Минусы – нужда в «девочке и мальчике» (двудомны) и совсем маленький урожай.

ШИПОВНИК (роза собачья) – признанное лекарство. Есть и плодовые сорта. Во ВНИИСЕ есть сорт Юбилейный с ягодами до 16 г – почти с теннисный шарик! Выведен на основе дальневосточного вида – розы морщинистой. Я сфотографировал похожий сорт в Бийске. Вполне годится на витаминное варенье. Но а) жутко колючий и б) взять негде. Посему обходимся диким – сушим и мелем для «узвара».

ЯБЛОНИ и ГРУШИ, а на юге также и АЙВА, то бишь семечковые – одни из надежнейших и постоянных «плодородителей». Местные формы чувствуют себя нормально почти везде. Лучше всего сажать по два дерева ранних, средних и поздних сортов. В идеале – привитых своими руками.

ГРУША давно и счастливо утеряла свою теплолюбивость, и северные сорта практически не уступают южным по вкусу. На северах можно прививать грушу на иргу, аронию и черноплодный кизильник. Эти подвои дают карликовые деревца, точнее – ветки, живущие обычно 6–8 лет, зато легко гнутся и укладываются под снег. На Южном Урале, на Алтае и в Хакасии неплохо себя чувствуют морозостойкие сорта груш, привитые на дикую уссурийскую грушу. Лидеры северной селекции – Лада и Чижевская. Прекрасны уральские сорта Л. А. Котова. На юге, как ни странно, самые вкусные – самые поздние сорта типа нарт и Александрин Дульяр. Они раскрывают вкус к декабрю, но сохранить их мешает та же плодожорка.

ЯБЛОНИ растут практически везде. Это самые надёжные фрукты в любой зоне. Сортов – немерено. Для нечерноземья тут особенно продуктивны Мичуринский ВНИИ садоводства (ВНИИС) и Орловский ВНИИ селекции плодовых культур (ВНИИСПК). В южной зоне отлично идут европейские и американские рыночные сорта, иммунные к болезням.

Сибирские сорта, в основном последних советских лет, уверенно выдерживают до –37–40 °C. Селекция яблони для Сибири – эпопея, начатая ещё Мичуриным, – достойна отдельной большой главы. В новых книгах я обязательно о ней расскажу.

Здесь же не могу не напомнить о мелкоплодных яблонях – КИТАЙКАХ (райских яблочках, «райках» Поволжья) и РАНЕТКАХ (мелкоплодных яблонях Сибири и Урала). На самом деле это не «недоделанные яблоки»! Это совершенно особая, полноценная плодовая культура. По сравнению со своими дикими предками, яблоней сливолистной (китайской) и сибирской ягодной яблоней, они ужасно крупноплодные и вкусные! Исключительная надёжность и выносливость в любых условиях, вплоть до Кемерова и Новосибирска, огромный урожай и масса разновидностей – форма и цвет, вкусы и ароматы, которых не найдёшь у крупноплодных яблок – вот что такое ранетки и райки. Именно облитые плодами ветки раек и ранеток вызывают у меня настоящий восторг. Именно они являют мне безграничную щедрость, как самую суть природы. Сеянцы ранеток дают ранетки же, только самого разного вида. Их мощные и долговечные сеянцы – лучшие кандидаты в «родовые деревья». К тому же только яблони из Сибири и северных зон хорошо живут как там, так и на юге.

Особого восхищённого слова достойны потомки ранеток – ПОЛУКУЛЬТУРКИ сибирской, алтайской и уральской селекции. Тут есть настоящие шедевры вкуса и аромата. Пример – желтоватое Уральское наливное. Уверен, до сих пор нет ничего лучше для производства соков и яблочного вина – сидра. Рядом с ними наши южные яблоки – «сладкая вата». Я привил себе алтайское Жебровское – и не нарадуюсь. Особый вкус, аромат – всё не южное, но удивительно родное!

Братцы мои, разводите райки и ранетки – они забыты нами просто по глупости и из-за жадности!

Теперь о косточковых.

СЛИВЫ ДОМАШНИЕ, т. е. крупноплодные, на юге требуют детального ухода: регулярной снижающей формировки (иначе «улетают» вверх), эффективных мер против тли (на сливах ее обычно больше всего) и против плодожорок. Как и все косточковые, склонны поражаться трутовой гнилью древесины, очень «любят» и плодовую гниль – она проникает через плодожорочьи дырочки. От жары большинство десертных сортов у нас теряет вкус.

Учтите: больше половины сортов домашних слив самобесплодны – без подходящих опылителей почти не вяжут плодов. Исключение составляет, пожалуй, только легендарный древний Ренклод зелёный, за обильность и сладость называемый у нас «медовкой», да сорта Крымской ПОСС. Сорта домашней сливы, устойчивые и к весенним заморозкам, и к майской жаре, и сохраняющие десертный вкус в любой год, есть в Артёмовской опытной станции возле Донецка. Их создала старейший селекционер, заслуженный агроном Украины Л. И. Тараненко.

Всех этих слабостей лишены СЛИВЫ-ПОЛУКУЛЬТУРКИ – народные сорта, обитающие в любой области. Самая здоровая, вкусная и беспроблемная на Кубани – наша терновка. Плодит регулярно, почти не требуя формировки. Так же надёжны, самоплодны, к тому же невкусны для плодожорки и устойчивы к вирусу шарки наши народные «горькушки» и «метёлки», за что я охотно прощаю им мелковатость и лёгкую горчинку в кожуре. Более того, испытав свои на диких подвоях культурные сорта, я от них отказался – к шарке не устойчивы. Возвращаюсь к отборным полукультуркам. Такая вот правда жизни!

В Поволжье столь же плодовиты разные «тырносливы» – местные гибриды с тёрном. И варенье из них так же самое вкусное.

В Сибири и на Дальнем Востоке рекордно надёжны отборные формы сливы уссурийской, или «китайки» – с круглыми плодами, напоминающими алычу. Мороз в –40 °C ей нипочём, от урожая ветки просто ломаются. Именно от сливы уссурийской взяла почти весь внешний вид русская слива – «культурная алыча», о коей ниже.

Столь же надёжны в Сибири и гибриды сливы канадской, или чёрной. Их морозостойкость до –38 °C, они вкусны, а самобесплодность убирается посадкой нескольких разных сортов. Некоторые сорта сливы канадской плодоносят даже в Новосибирске. В благоприятных микрозонах знатоки выращивают и некоторые европейские десертные сорта.

АЛЫЧА – кажется, исконно кавказская порода – сейчас вошла в лексикон и в средней полосе. Усилиями академика Г. В. Ерёмина (Крымская ПОСС[5]) создана совершенно новая культура – русская слива. В её основе – слива уссурийская и алыча. По виду – уссурийка, но богатейшие вкус и аромат – от алычи. Поэтому мы, кубанцы, называем русскую сливу «крупноплодной алычой». Сорта её исключительно щедры, вкусны, ароматны и весьма морозостойки. Плоды величиной с теннисный шарик бывают с ароматом персика, абрикоса и даже дыни.

Самый известный сорт – пожалуй, Кубанская комета. Но на Кубани её не особенно едят. Почему? Видите ли, «кожица кислая». Но есть сорта и со сладкой кожицей! И вообще, такого разнообразия вкуса, цвета и величины плодов достигают редкие культуры. Два дерева русской сливы – и компотами обеспечена вся родня с Урала!

В горах Алтая, в Чемале, М. Н. Матюнин уже почти полвека выводит косточковые, устойчивые к ветреным морозам до –40 °C. Его коллекция разных сортов и межвидовых гибридов, среди которых полторы сотни ценных отборных форм – национальное достояние. Сейчас они испытываются по всей России, продвигаясь в более суровые области. Например, некоторые сливо-алычи Матюнина выживают даже в Новосибирске. Молю Бога, чтобы труд Михаила Николаевича не был забыт, и его опытная станция процветала бы, несмотря на постоянные попытки отобрать земли под строительство.

ВИШНЯ – исконно русская порода. Но хорошая вишня сейчас – редкость. Особенно на юге. Такую, как в Поволжье – обильную и сладкую, – у нас всего пару раз видел. Самые надёжные – местные «склянки»: плакучие вишни со светлыми ягодами (амарели). Сок прозрачный, аромата почти нет – зато самоплодны: каждый год ломятся от ягод. Из гриотов (тёмный сок) надёжны Подбельская и Анадольская, если сидят вместе, опыляя друг дружку.

Говорят, что русские вишнёвые сады «вырождаются» от болезней. Правда тут в другом. Вишня – в основном самобесплодная культура: для урожая нужны сорта-опылители. До появления новых, смертоносных рас болезней почти вся европейская Россия была засажена Любской – единственным самоплодным сортом. Но как раз она – самая болючая. Есть сорта, весьма устойчивые к болезням. Но, представьте себе, они долго районировались без учёта опылителей. И вот сажают массив одного сорта – а он не плодит. И его под корень! Часто и на дачах вишни раздражают нас единичными плодами, особенно древовидные крупноплодные «шпанки», то бишь «испанки» – гибриды вишни и черешни, по-научному – дюки.

В Сибири вишня – редкость. Плодоносят там в основном местные отборные формы кустовидной вишни степной и потомки северных клонов Владимирской. Зато там отлично прижились микровишни!

МИКРОВИШНИ – группа кустарниковых вишен. Тут два реально ценных вида, и оба, увы, не жильцы на нашем юге. Их место – Сибирь и Дальний Восток.

ВИШНЯ ВОЙЛОЧНАЯ у нас на Кубани болеет монилиозом, почти как абрикосы, и хотя плодоносит, но ягод даёт мало. Выносливый, не требовательный к почвам, морозостойкий кустарник. Ягоды прекрасные: алые с белым соком, кисло-сладкие, нежного вкуса, с тонким ароматом. В Сибири покрыта ягодами сплошь. Во ВНИИССЕ[6] велась и селекция, есть и ценные сорта, но сейчас они уже мало кого интересуют. Таков грустный эффект глобализации: с появлением импортных фруктов даже неутомимые сибиряки теряют интерес к садоводству.

ВИШНЯ ПЕСЧАНАЯ, бессея – американский вид. Я в неё влюблён. Красивый куст с сизыми кожистыми листьями, цветёт похоже на черёмуху – свечками.

Ягоды – вкуснейшие! Почти чёрные, сладкие, чуть терпковатые, душистые, напоминают полудикую черешню. Урожайность огромная. Выносливость, морозостойкость и засухоустойчивость рекордные.

В селекционном саду И. Л. Байкалова я пробовал ягоды жёлтого цвета – ещё слаще чёрных. Приехав из Сибири в 2010-м, выписал косточки из ВНИИССА, посеял. Уже четыре года она буйно цветёт, но тут же выбаливает монилией – все веточки сгорают, и ни одной ягоды. И даже хорус, спасающий от монилии абрикосы, не помогает совершено. Хоть в Сибирь переезжай!

Ну, теперь о ягодниках: малине, смородине и крыжовнике.

За редким исключением, все они беспроблемны севернее Ростова, а ещё благодатнее в Нечерноземье: не любят жары, а любят дождики и прохладу. Как картошка. В Сибири им просто курорт! У нас же они радуют урожаем только при огромном количестве перегноя (ежегодно – тачку под куст в виде мульчи), притенении от лишнего пекла, обильнейшем поливе, кропотливой защите от вредителей и своевременной вырезке старых веток. Большинство сортов смородины и крыжовника поражаются мучнистой росой, а это напряжно. Смородина просто съедается стеклянницей. Так что если уж браться, то всерьёз: хорошая почва, устойчивые и отобранные по месту сорта, хорошая система полива, притеняющая сетка. Несомненный плюс: все кустарники, включая ежевику, очень легко размножаются черенками и отводками.

ЧЁРНАЯ СМОРОДИНА в описании не нуждается. Я был просто огорошен, узнав, что коренные кубанцы её не любят («Тю, она ж вонюча!..»). Но потом увидел причину. Смородина у нас может буквально выгорать летом, особенно на суглинках. Тут её надо сажать в большие удобренные ямы, регулярно поливать, мульчировать перегноем и частично притенять. Как и малину. И всё равно стеклянница[7] не даёт веткам жить больше трёх лет. Урожаи вообще не радуют. Зато на севере смородина – у себя дома! Вёдрами собирают, ягодой с вишню никого не удивишь. И сорта там есть замечательные.

Построив для смородины сетчатую тепличку, отсекающую 40 % солнца, и проведя систему полива, был поражён внезапной мощью роста: кусты будто прорвало! И урожай вырос в несколько раз. И стеклянница туда не залетает! Одна беда: под сеткой свирепствует паутинный клещ, и надо смотреть в оба, а лучше в четыре глаза вдвоём!

КРАСНАЯ СМОРОДИНА, БЕЛАЯ СМОРОДИНА и КРЫЖОВНИК более устойчивы к южному лету и при хорошем поливе и навозной мульче плодят нормально. Но без ухода также чахнут. Под Москвой и в Сибири им вдвойне комфортнее. Огромная коллекция этих культур собрана в Мичуринском ВНИИСЕ.

Из КРЫЖОВНИКОВ я отобрал сорта, более устойчивые к мучнистой росе, но не выдающиеся по плодам. Укрыл их молочной плёнкой от дождей, и они растут совершенно здоровыми. Опять же, органика под кусты в купе с системой полива «Голден спрей» удвоила их рост и развитие. И клещ на них пока не замечен.

МАЛИНА везде вполне плодородна – дай только перегной да воды побольше-побольше. Влаголюбива рекордно! на юге без системы полива мучается даже на рыхлых чернозёмах. Если на даче нет воды, не стоит и связываться.

Особенно удобна и плодовита современная малина ускоренного развития, или «ремонтантная» – сорта В. В. Кичины и В. И. Казакова. Они плодоносят с августа до заморозков на летних побегах. Лучше всего собирать один урожай – осенний. Собрал, срезал по щиколотку и нет проблем ни с морозом, ни со стеблевой галлицей[8]. Урожай и на летних, и на прошлогодних побегах – только если каждый год машина полупрелого навоза на мульчу, еженедельный обильный полив, подвязка и тщательная вырезка лишних отпрысков. Но, думаю, даже это будет издевательством над кустами – и там и тут потеряете. Лучше уж посадить и ремонтантную, и обычную.

Если посадки загущены или в сорняках стебли снизу надёжно поражаются дидимеллой – пурпуровой пятнистостью, и к августу, как раз с ягодами, отмирают. Защита обычным топазом эффективна, но должна быть регулярной и вовремя, с мая.

Напоследок: встретив на рынке «малиновое дерево», не верьте – такого нет в природе. Это обычные побеги, прищипнутые 3–4 раза за сезон и потому разветвлённые.

О ЗЕМЛЯНИКЕ тут сказать нечего, кроме того, что она требует такого же ухода, как томаты, – если, конечно, вы хотите от неё полной отдачи. Сейчас сердца дачников стремительно завоёвывают ремонтантные сорта, плодоносящие всё лето до морозов, типа Дианы и Сельвы. Опыт знакомых фермеров чётко говорит: открытая осадкам, земляника не имеет никакого смысла – урожай гниёт от дождей. Прозрачная кровля, капельный полив и соломенная мульча – вот тут земляника раскрывает весь свой потенциал.

Что касается «клубники», то это привычное слово уже не отражает реальности. Клубника – другой вид, с мелкими ягодами на прямостоячих цветоносах. В Европе есть удачные сорта и гибриды клубники, но они широко не распространены: малоурожайны и не столь вкусны. С земляникой клубника конкурировать не может в принципе.

Кубань, обычная ситуация.

«Уважаемый Николай Иванович! Я купил 80 яблонь и 70 груш на среднерослом подвое. Земля у меня хорошая. По совету продавца саженцев посадил по схеме два на три – через два метра в ряду и три метра между рядами. Принялись хорошо и дали сильный прирост за лето. Посоветуйте, пожалуйста, что с ними делать дальше?..»

«Дорогой мой человек! Как хорошо, что вовремя написали! СРОЧНО удаляйте каждый второй ряд, а потом удаляйте каждое второе дерево в оставшихся рядах. При Вашей схеме они должны быть НЕ ВЫШЕ 1,5–2 м. Но у вас же среднерослые подвои, а не карлики. Да ещё земля хорошая, да ещё Кубань! В сумме имеем фактически сильнорослые деревья. Никак не получится ограничить их рост ниже 4–5 метров.

Поэтому 4 на 6 м – как раз нормально для них, и то при условии сниженной формировки. Иначе за два года всё превратится в непроходимый ЛЕС, где почти весь урожай – дрова для костра. Обрезкой при такой теснотище ничего не исправишь! Слава Богу, деревья росли всего год, и их можно пересадить без ущерба. Пожалуйста, спасайте свой сад! Искренне, Николай».

Вот такая наша южная беда. У торговца саженцами конфликт интересов с природой! намного чаще мне приходилось исправлять то, что вымахало из таких посадок лет через семь, а то и десять. УЖАС. То есть работаешь не садовником – лесорубом! Приходится выпиливать полсада под корень, чтобы остальное смогло стать нормальным – вырастить более широкие и низкие кроны. Это я к тому, что упаси вас господи экономить землю на юге. Сажая, надо видеть не тростинки саженцев, а ВЗРОСЛЫЕ ДЕРЕВЬЯ, которые вырастут за шесть-восемь лет. Пожадничаете – получите лес. И чем лучше саженцы и качественнее посадка, тем дремучее и бесплоднее будет чаща! Хотите такую?..

Как уже сказано, на севере и в Сибири ситуация во многом противоположная: рост слабый, а мороз его сдерживает ещё больше, и даже сад прореживает. Если бы упомянутое письмо писал сибиряк, можно было бы только посоветовать укоротить саженцы – сформировать «кусты», да удачи пожелать. Первая суровая зима оставит от зарослей половину – и проредит, и отбор на морозостойкость проведёт.

Но всё равно сажать деревья можно не везде.

Определённо, деревья нельзя сажать в тень от дома. В тени растение бросит все силы на свою главную цель: выйти в зону прямого и постоянного солнечного освещения. Оно будет тянуться, не закладывая плодовых почек, пока не перерастет помеху. На наших южных дачах треть, а то и половина растений почти не плодоносит только потому, что посажены не там, где нужно: под кронами старых деревьев, вплотную к стенам. Даже виноград умудряются приткнуть с северной, абсолютно теневой стороны! Часто их сажают, чтобы только не дать засохнуть. Но ткнуть растение куда попало – не подарок для него! Если оно вынуждено бороться за жизнь, за свет, отнимаемый другими, оно так и не окажется дома – как дикий зверь в клетке. И позже вы от него избавитесь. А ведь сами сделали его бесплодным.

Поэтому сперва нарисуем запретные теневые зоны.

А) нанесём на план ваши большие деревья, ограды и ворота, дома и постройки (пусть это ещё в будущем!), обязательно – провода. Цифрами укажем высоту всего, что даёт тень. И укажем, откуда в обед светит солнышко. Это юг.

Б) Теперь нарисуем ваши тени. Тенью считается место, где солнца нет полдня или больше, то есть северная сторона. Западные и восточные стороны дают непостоянную тень, на схеме она уменьшается к югу.

Итак, именно светлая зона – собственно сад. Мало? но и это не всё. Учтём: деревья реагируют не только на тень, а вообще на частичное перекрытие «небесного купола». Если даже рядом что-то высокое, дерево будет «шарахаться» к светлой части неба. Отталкиваются деревья даже от южных стен – ведь они затеняют их собой. Плодить такие деревья будут, но потребуют доформировки с учётом преграды.

Север, и особенно Сибирь, диктуют иные требования. Тут главная беда – морозные ветра. Деревья, страдающие от мороза, тут надо формировать кустом и сажать под защиту стен и заборов. Планировка участка становится задачей с двумя иксами: и от ветра спрятать, и солнце дать! но ветер страшнее. Даже в Ростове вымерзают именно те верхушки персиков, что торчат над забором. Спрятанные в затишок, остаются целыми и дают хороший урожай на освещённой части кроны.

Вы, видимо, уже махнули рукой на свой список культур: не поместится! Думаю, не так все страшно.

Северные сады растут умеренно, 3–4 м – их обычная высота. Тут вообще лучше никак не формировать и не резать: меньше ран – выше устойчивость к морозу. Вырезал центр в первые два года, сформировал куст – и всё. Можно сажать такие «кусты» через 4–5 м: гуще сад – лучше опыление и меньше ветра.

Юг – всё наоборот: морозов нет, а рост просто дикий, особенно, пардон за каламбур, на дичках[9]. Да и карлики у нас не особо низкие – на чернозёме метра четыре. Отсюда куча своих конструкторских нюансов.

А) Деревья могут быть в виде плоской стены высотой в 2,5–3 м, в виде шара или чаши той же высоты. А могут быть средней высоты – до 4 м, и шириной в 5–6 м.

Из них самыми вольными будут черешни и абрикосы. Даже 5–6 м для них – нормально. И те и другие плодят по всей длине 2–4-летних ветвей; у черешен урожай слишком хорош и вкусен – нет смысла делать их особо маленькими; абрикос почти не плодит, но вдруг? – и опять нет смысла. Есть смысл просто формировать широкую шаровидную крону, периодически выпиливая центр: с ней удобно работать.

Остальные деревья нормально отзываются на регулярное прикарливание обрезкой и гнутьём, и урожай от этого только крупнеет. Как формовать деревья, я детально показываю в книге «Деликатная обрезка».

Б) Чтобы дерево могло образовывать боковые ветви и охотно плодоносить, расстояние до соседнего дерева должно быть не меньше его удвоенной высоты. Двухметровые «шарики» сидят на 4 м от ствола до ствола. «Стенки» можно сдвинуть до 3 м между рядами, сохраняя в ряду 4 м. Они очень удобны, но их не создать без нужного подвоя, каркаса или шпалеры. Да и труд, скажу я вам, ну совершенно не ленивый.

Про «плодовые стены» даже говорить не хочу. Возведите всё вышесказанное в квадрат – будет самое то.

В) Все низкие формы, «шарики», «чаши» и кустарники, умнее располагать не в углах квадрата, а в углах треугольника – в шахматном порядке. Это экономит четверть места и улучшает освещение крон.

Г) Как «стенки», так и ряды «шариков» и кустов лучше протягивать на север-юг, чтобы они давали меньше тени и междурядья можно было бы использовать. Идеально, если этот север-юг окажется перпендикулярным главному злому ветру. Иначе придётся отгораживаться от него отдельной изгородью из высоких деревьев. А лучше небольшой плотной лесополосой.

Как видим, места у нас не так уж и мало! Последняя вводная: кусты смородины, крыжовника, и ряды малины следует располагать на 1,5 м друг от друга. Ежевике, киви и винограду нужна шпалера высотой не меньше двух метров и междурядья не меньше трёх.

Вообще, попробуйте создавать сад так же, как обустраиваете дом. Не просто «вот тут будет десяток деревьев», а буквально так: «Вот здесь будет обрамлять вот так, тут накрывать сюда, здесь тянуться туда и свисать вот отсюда. А вот тут будет висеть яблоко, которое я буду срывать, проснувшись в свой день рождения и лениво потягиваясь из окна!»

Примерно так же конструируется и огород. Упомянем самое главное:

1) Умные дорожки – не уже 60 см и расположены так, чтобы ходить, таскать и возить было как можно короче. Самое неудобное – прямые углы. Сколько еще мы будем за них цепляться? Смело устраивайте косые, треугольные, радиальные и скруглённые грядки, если того требует удобство.

2) Умные грядки приподняты над почвой, надёжно обордюрены, заполнены органической почвой и укрыты такой же мульчой. Высота коробов – от 10 до 30 см, овощных контейнеров – до метра. Ширина – чтобы всем было хорошо: для капусты, корнеплодов и кустовых бобовых – около метра; для огурцов, высоких томатов, дынь и плетистой фасоли – не шире 60 см, и по центру – шпалера для овощной «стены». Низ такой грядки используется под раннюю морковку, свёклу, горох, салаты и зелень. Шпалеры можно соединить общей «крышей» и устроить перекрытые огуречные, тыквенные, фасолевые аллейки.

Палимые солнцем южане сэкономят влагу, если, наоборот, заглубятся в почву – превратят грядки в траншеи с органикой, укрытые мульчой. Но капельный полив уверенно снимает эту нужду.

3) Такие же грядки делаются вдоль восточных и южных стен. Под южной стеной все растет заметно быстрее, чем на воле. Да и стена декорируется. Надо только принять меры, чтобы мокрая почва стену не портила.

4) Для тех, кому огород почти не нужен, самое лучшее – круглые грядки. Разбросайте по газону обордюренные островки разной высоты и формы. Оптимальная ширина – 1–1,5 м.

Плетистые овощи отлично плодоносят на пирамидах: в основании – округлая грядка, по центру – опора. Полтора десятка растений лезут по веревочкам и оплетают конструкцию. Разумно, если наверху для них устроен «зонтик». Такие грядки можно устроить и вокруг стволов усохших деревьев.

5) наконец, приствольные круги всех нестарых, достаточно осветленных деревьев также можно огородить, заполнить перегноем и превратить в отличные грядки для зелени, многолетних сортов лука, а если дерево достаточно низкое и прореженное, то и для фасоли с огурцами. Или просто в цветнички. Урожай не велик, но глаз радует. С другой стороны, органическое мульчирование приствольных зон и дереву на пользу.

к) ВСЯ ЗЕМЛЯ, кроме огороженных гряд и цветников, никогда не трогается железом. Это – газон косимый, то есть дернина. Самый нетрудоемкий, красивый и экологически грамотный способ содержания земли в саду. Фон для остальных растений, поверхность для хождения и валяния. С его создания и начинается сад-сожитель!

Всё про успешный и ненапряжный огород я рассказываю и показываю в книге «Экодача: безопасный урожай».

Теперь посчитайте, какая площадь земли будет обрабатываться. Если в общей сложности сотка – нормально. В нашем случае больше и не должно быть. Если эта сотка – умный огород, овощей можно вырастить достаточно. Обрабатывать же сотку легче, чем пять.

Сад – тут копка только вредит, тут нужен дёрн. Огород: реально под растениями треть, максимум половина участка. Только эту часть – то есть сами грядки – и нужно обрабатывать. И чем меньше, тем лучше! Потому что обработка почвы – это а) потеря структуры[10], б) иссушение и в) эффективное разведение сорняков. Именно с этими проблемами мы так усердно и боремся, усердно их создавая!

Ну что, последние штрихи внесены? Теперь повесьте план на стенку. И добавьте какую-нибудь изюминку, чтобы в нем была какая-то заманчивость. Прудик, фонтанчик, альпинарий, арку какую-нибудь. Неудобство одно: это же сколько строить надо! но эта проблема кажущаяся. Вспомните: именно потому, что мы ничего не устраиваем, мы и мучаемся, и часто без толку. Устроив сад один раз, мы не будем мучиться долгие годы.

Из всего перечисленного то, что вам подходит. И главное – не спешите. Не рассчитывайте сделать всё за год! Реально, 6–8 соток можно довести до ума за 4–5 лет. Начать нужно с главного: научиться каждый месяц всё косить. Потом – план, постепенная посадка деревьев, кустов и винограда. И одновременно, понемногу – огород, грядки и дорожки. Внимание: чем более ваш план будет рисоваться в натуре, тем больше новых задумок будет в голове. Не заболейте!

В практике есть только два варианта: вырастить самому (укоренить черенки или привить) или купить. Рассмотрим сей вопрос с должной скрупулезностью и правдивостью.

Наша реальность, не изменившаяся за полсотни лет: больше половины купленных саженцев оказываются не тем, что покупали. Почему? Вот единственная правда: именно и только потому, что покупатель не имеет понятия, что он покупает. Пишу эту главу, как пилюлю против наивной покупательской безответственности.

Чёр-те что вместо нужного деревца получается в трёх случаях.

СЛУЧАЙ 1: просто обман. Вам продают совсем не то, что вы покупаете. Обнаруживается только на 3–5-й год по плодам. «Купил шесть сортов, а начали плодить – и все одинаково!» О, всё-таки заплодоносили?.. Так это ещё не самое худшее!

Какие выходы?

Выход а) профессиональный: стать знатоком саженцев, видов и сортов и ЛУЧШЕ ПРОДАВЦА ЗНАТЬ, ЧТО ТЫ ПОКУПАЕШЬ. И где. НИКОГДА НЕ БРАТЬ на рынках у частников, держащих саженцы с открытыми корнями или с зелёными листьями! Это высшая безответственность для плодовода. НИКОГДА НЕ ПОКУПАТЬ С МАШИН, наполненных связками саженцев под вывеской типа «Совхоз Плодовод» – девять из десяти это просто перекупщики. Они вообще вряд ли знают, какие сорта продают: этикетки и красивые фотографии плодов у них готовы заранее.

Это единственный надёжный путь, хоть и самый эзотерический.

Выход б) мудрый: сознательное приложение коммуникабельности, обаяния, интеллекта, внешних данных, связей и всего хорошего в себе для установления приятельских отношений с местным садоводом-мастером, хорошим производителем саженцев или его знакомыми. Весьма эффективно, хотя и не абсолютно надёжно: симпатии профессионалов неисповедимы…

Выход в) разувши глаза: суметь разглядеть, если вам пытаются толкнуть дичку или задохлика. Практически все сортовые саженцы привиты (по-кубански – «калярованы»). На их корневой шейке есть характерный изгиб, а на изгибе – пенёк или круглая ранка от срезанного подвоя. Если же перед вами прямой стволик и мощный стержневой корень, то почти на сто процентов это сеянец. Чаще всего это дички из леса – где что растёт. У нас особенно любят копать лесной кизил, но видел и лесную грушу, и яблоню-кислицу. Но некоторые копают всё, что торчит и хоть как-то напоминает саженец.

Саженец, растущий из куска толстого горизонтального корня, – это корневой отпрыск. Думаете, он взят от корнесобственного дерева (а только в этом случае он повторит его свойства)? Более чем не факт!

Сортов, размножаемых корневыми отпрысками, сейчас очень мало. Их даёт в основном полукультурный подвой – сеянцы вишен и слив. Вот уж этого добра навалом! Почему бы не оттащить на рынок?..

Выход г) философский. Что-то вроде фатализма или романтического нигилизма: «Что ж, видно, судьба такая…», «Пусть растёт, что Бог послал», или: «Все хорошие сорта ищут, а я вот специально не буду!»

Выход д) сострадательный: «Сыночек, ну возьми, не пожалеешь, будешь меня потом вспоминать, честное слово!» Истинная правда: вспоминать придется в любом случае. Добрый совет: убейте двух зайцев – и деньги бабушке дайте, и от саженца избавьтесь. Можно взять в подарок вредному соседу. Или из чистого любопытства. Главное, суметь сдержать надежду!

СЛУЧАЙ 2: саженцы уже в питомнике подхватили трутовую гниль древесины. Беда всех косточковых (вишня, черешня, слива, алыча, персик, абрикос, нектарин). Явление массовое. Первая прививка погибла – привьём второй раз, не выбрасывать же подвой. Лишние ранки, лишний год – вот и гниль. Да и подвой никто не срезает филигранно, и секаторы не идеально наточены – остаются пеньки. РЕШЕНИЕ: а) выбирать самые здоровые саженцы и б) обеспечить дереву достаточно сильный рост. Об этом – ниже.

Тихо напомню: делая свои саженцы или прививки, вы вообще не имеете упомянутых проблем. Правда, и посетовать не на что, и поворчать потом не на кого – огромный минус! И всё же… может, и без этого как-то жить можно?..

СЛУЧАЙ 3: живой, сильный саженец не имеет нормально сформированной корневой системы. Массовое явление везде, где платят не за качество, потому что понятия о нём не имеют! ВЫХОД – умение выбирать хорошую корневую систему.

О ней чуть подробнее.

Представьте картину: все дачники, закладывая новый сад, приучены и научены заранее готовить места для деревьев – сажать и сеять лучшие местные подвои. Южане – сажать свои карлики, сеять антипку, айву или алычу; северяне и сибиряки – сеять лесные яблони, груши и вишни, китайскую сливу и манчжурский абрикос, иргу и кизильники для груш. По несколько семечек в лунку, чтобы потом оставить пару самых сильных. К концу июля вырастают крепенькие сеянцы. Дачники звонят и приглашают мастеров – сделать окулировку (прививку почкой – глазком). Или весной – сделать копулировку (привить черенком встык). Те могут приехать со своими сортовыми черенками, а могут привить и те, что срезал и сохранил хозяин. Прививка дешевле саженца, а приживаются они почти все. Ещё год – и сад топорщится сильными сортовыми деревцами. Ни риска, ни мучений с приживаемостью, ни проколов!

Можно оставить в одной лунке два подвоя и оба привить. Через год их легко срастить друг с другом аблактировкой (сращивание вприкладку – прижатием, удалив полоски коры), а кроны направить в разные стороны. Можно и не сращивать – получится «двойное» дерево с двумя разными сортами. Например, опыляемый и опылитель. Можно оставить одно. Главное, это деревце будет расти так надёжно, как покупным саженцам и не снилось: здоровье, как у дичка. Ведь главный стресс – пересадка, а с ним и главные беды – гибель и подмена в процессе продажи – исключны! Это неоценимо и на сухом юге, и на холодном севере.

Стержневой корень – главный естественный корень сеянца. Именно он сообщает деревцу удивительную силу и выносливость. Издревле так закладывали свои столетние сады умные северные монахи. Способ так и называется: «по-монастырски». Кавказские черкесы, а за ними и казаки прививали лесные дички прямо на месте, на лесных полянах, просто вычищая будущий сад от прочих деревьев. Такие сады, привитые около ста лет назад, до сих пор живы – я видел их вокруг Мезмая и в Ходжохе[11]. Так же делали жители сухих степей: здесь «стержень» – единственное спасение.

Так же поступают и умные сибиряки: вьют рано весной в корневую шейку сеянца копулировкой (то есть в прикладку черенком, совмещая косые срезы). Саженцы абрикосов и слив за лето вырастают разветвлёнными, в рост человека и выше. А если привить на подвой-двухлеток – гонят по три метра, с двумя десятками веток и плодушками! И заметьте, это не жирование, а сила развития. Такие саженцы я видел у В. К. Железова в Саяногорске.

Южанам-дачникам вить на сеянцы не предлагаю: нам гиганты категорически противопоказаны. Но и карликовый подвой, укоренённый черенком на месте, – совсем не то, что дважды пересаженный!

Это не утопия – это, братцы, НОРМАЛЬНАЯ ЗАКЛАДКА САДА. В природе никто не выкапывает сеянцы или отпрыски с момента их появления. Есть единственная причина вынимать саженцы из земли: они – товар. Их нужно перевезти и продать. Так вот: предлагаю отменить эти перевозки. Пусть они остаются практикой самых высших профессионалов, пусть будут только вынужденной мерой для любителей – но не всеобщей садовой «религией»! Давайте договоримся об этом и будем сами обмениваться черенками лучших сортов. А если и платить, то только за гарантию здорового сортового дерева – за прививку.

«Но разве нет способов продавать надёжные, жизнеспособные саженцы!?» – возмутитесь вы. Конечно, есть – теоретически. Но на деле их осваивают единицы, вроде А. И. Кузнецова в селе Алтайском. Его саженцы, выращенные на органическом опилочном грунте, при выемке сохраняют ВСЮ корневую систему. Для этого Александру Ивановичу пришлось создать собственную агрономию. И его результат говорит сам за себя: за саженцами едут со всей Сибири. Если есть в вашем районе такой мастер, ищите его!

Факт вот в чём: российский Юг, Север и Сибирь – совершенно разные страны. Везде свои, часто противоположные способы вырастить надёжный саженец, как и дерево. А садовые журналы и книги пишут одно и то же!

В зонах уверенного садоводства, то бишь в Европе, Черноземье и на русском юге, все питомники уже полтора века решают проблему пересадки, формируя у саженцев мочковатую корневую систему. Вся она располагается у поверхности, в объеме ведёрка, и саженец становится транспортабельным. Это обязательный приём агротехники для всех питомников.

Всё следующее лето саженец растёт: сортовой побег набирает мощь, а дичок постепенно урезают. Осенью, перед продажей, снова обрезают длинные корешки. Итог – густая борода корешков, среди которых главный уже не выделяется. Выкопав такой саженец, мы получаем в придачу почти всю его корневую систему. Если всё делалось аккуратно и грамотно, шансы прижиться намного выше. Для сравнения: выкопаешь не пикированный сеянец – отрубишь лопатой 90 % корней. Почти все они уже в подпочве.

Судя по нашим саженцам, их, за редким исключением, вообще не пикируют ни разу: некогда, рук нет, работа тяжкая, платить надо. И растут их корни два года в основном вглубь. Саженец вырастает сильный – загляденье! Оставить бы на месте, сто лет бы жил. Но не проживёт, возможно, и трёх. Осенью главный корень – чик! – и на рынок. Вместо корней – что-то типа обрубленной тощей «морковки» или какая-то рогулька, жуткие пни от подвоя, зато крона огромная. И это вам, покупатель, почему-то нравится! И вы эту крону не обрезали – ткнули, как есть. Пришла весна, почки на выход – а корней-то нету! Пока деревце их отрастит, оно будет мучиться год, а то и два-три, не давая прироста и в панике выбрасывая плодушки – успеть родить семена прежде, чем помереть. Саженец мгновенно стареет, не успев вырасти.

Вы видели такие деревца? И даже радовались яблочку, рожденному в первый год? Увы, оно родилось не от хорошей жизни. Такой путь «ускорения плодоношения» – лучший способ угробить сад. «…Такие деревья никуда не годны, так как лишены корневых мочек; потеря саженцев при пересадке так велика, что выжившие деревья обходятся слишком дорого, да и эти долго не могут оправиться» – писал о таких саженцах мэтр российского садоводства Р. И. Шредер. А на юге, да на суглинках, их ещё и летняя засуха добивает!

И вот ещё один симптом сажальной болезни: мы настолько привыкли к таким саженцам, что считаем их «перебаливание» и частую гибель чуть ли не нормой.

Да Боже упаси! Саженец с развитыми корневыми мочками, а ещё лучше – выращенный в контейнере, трогается в рост так же легко, как куст нарцисса, как пырей. Или почти как нетронутый сеянец. Минимум метр прироста в первый год. Часто вы видите эту норму?..

Южанам пора разводить у себя карлики. Увлечённые садоводы так и делают.

Карликовые подвои сейчас созданы почти для всех культур, зон и почв, разводятся в любом НИИ и на любой опытной станции. Все они размножаются вегетативно – без проблем черенкуются, как смородина. Посадил черенок на место, укоренил, через год привил – и деревце растёт. А деревца на них – игрушки: маленькие, компактные, все в плодах. Одна с ними проблема: их надо знать. Так в чём дело? наука их создала. Взять их у неё – ваша задача!

В Сибири и суровом Нечерноземье надёжные и морозостойкие сады получаются на сеянцах местных морозостойких видов и полукультурок. От корней зависит почти всё, и в идеале надо прививать на месте. Если уж пересаживать, то только первогодки, с крупным и цельным земляным комом, в коробках и контейнерах. Увидев рыночные саженцы с открытыми обрубленными корнями, обходите их за квартал, произнося оберегающую молитву!

Саженцы у нас почему-то продают… точнее, мы сами покупаем, как колбасу: чем больше и толще, тем дороже платим. Даже если корней почти нет. Почему?.. Непонятно! Ведь, кажется, и ёжику очевидно: при дефиците корней лучше примется маленький саженец. Меньше листьев – меньше и нужда в воде. Маленький саженец с хорошими корнями – вообще удача: вырастет низкое, удобное деревце. Но нет, покупаем на вес и на метраж!

Да ещё ранней осенью с зелёными листьями! Корни-обрубки наружи, двухметровый хлыст – весь в листьях. Ведь ясно: листья испаряют, высасывают воду, и через три дня весь саженец будет сухим. Но нет, покупаем именно с листьями. Братцы, я уже тридцать лет в шоке от таких запросов!

Еще любопытно наблюдать, как продавец, заключив сделку, вдохновенно отхватывает секатором концы веточек и верхушку. Вряд ли он понимает, зачем это делает, но ритуал – великая сила, и мы чувствуем надежность приобретения.

На самом деле, саженец с открытыми корнями (если он ещё живой!) нужно укоротить минимум наполовину. Хоть как-то уравновесите дефицит корней! Весной распустившаяся крона не высосет из саженца все соки. Новые побеги начнут расти, сообразуясь с ростом корней, и деревце начнёт развитие медленно, но без шока. К тому же после ритуальной обрезки остаются ранки и пеньки, весьма ускоряющие вселение всякой заразы. Так что в любом случае лучше срезать саженец «по колено». Главное, чтобы прямо под срезом были живые и целые почки.

Как уже упоминалось, ХОРОШИЕ саженцы – выкопанные и проданные с большим комом. Так, в коробках, они и продаются. Можно и без кома, но с цельной корневой системой. Вынутые из опилочного грунта, они тут же укутываются в агротекс, и корни доезжают до сада такими же сырыми. Саженцы не прекращают расти и во время пересадки – вот в чём наша задача. Это и есть гарантия их быстрого укоренения.

Но даже контейнерные саженцы обрезаются почти наполовину. Главный корень за лето пророс в почву – его всё равно приходится обрезать, а это треть корневой силы. Настолько же укорачивается и крона. Заодно формируется основа кустового дерева, которое сохранит сортовые ветви под снегом.

Чтобы удобно высаживать весенние саженцы в мешки или пакеты, где они дорастут до осени, крымский садовод Геннадий Герасимов придумал металлическую форму. Умность: внизу она чуть шире, чем вверху. Вставил пакет, набил влажным грунтом, утрамбовал вокруг корней – и теперь легко снять форму, потянув кверху. Снизу мешки дырявые, стоят на песке вплотную, поливай – и саженцы отлично растут.

Что грозит хорошему саженцу при посадке?

На сухих суглинках южных степей и предгорий, вообще на тяжёлых и бедных почвах (глина, щебень, бедные супеси) будет ошибкой не готовить хороших посадочных ям. Ткнёте под лопату – скорее всего, засохнет уже в июле, не успев пробить корнями «бетонную» глину.

Север и Сибирь, особенно сырые места, наоборот, ям не любят. Здесь самая большая беда – выпревание корневой шейки[12]. Не выносит кора застоя воды, долгого обледенения – задыхается. Не переносит весеннего промораживания и оттаивания в воде – гибнет. Тут один правильный способ: сажать в холмы.

Страшная, летальная ошибка в любой зоне – посадить в ямы косточковые на затопляемом, сыром месте. И корневые шейки преют, и корни задыхаются – ранняя гибель сада обеспечена. Если сажать больше негде, спасут только высокие холмы. Но гораздо разумнее в таких местах вообще ничего не сажать: толку не будет.

Подвой вносит свои корректуры. Если северному сеянцу-дичку органика и удобрения только повредят – изнежат, украдут морозостойкость и выносливость, то южному карлику на сухом тяжёлом суглинке как раз не выжить без перегноя и хорошей мульчи.

УМНОЕ МЕСТО – это две составляющих: ёмкость или холм с хорошим грунтом и мульча. А на тесной даче полезны ещё и бордюры вокруг деревьев – сажать под кроной цветы и зелень.

Начнём с самых бедных почв и самого сухого климата.

ЁМКОСТЬ тут – яма, огромный «горшок для цветка». В ней должно быть всё, что нужно саженцу на первые два-три года. Чаще всего достаточно ямки полуметровой глубины и ширины. Копая ямку, верхнюю половину почвы – более плодородный слой – сбрасываем в одну сторону, а нижний в другую. Теперь кидаем на дно охапку гнилушек, стебли бурьяна, несколько ржавых железок, пригоршню гидрогеля – теравета или полиакриламида.

В гнилушки втыкаем трубу для полива саженца на первую пару лет – чтобы не поливать воздух и чтобы корни стремились вглубь. Сбрасываем в яму верхний дерновый слой. На него сыплем влажную смесь из перегноя и земли, слегка увлажняя и трамбуя ногой. Наполняем яму доверху. В середине насыпаем небольшой конус земли, в центре вбиваем кол. По конусу распределяем корни саженца и привязываем его к колу. Засыпаем корни с боков сырой землёй, каждые несколько лопат опять увлажняем и трамбуем ногой.

Это – на бедных, очень плотных глинах, на щебнях или бедных песках.

А если почва вполне себе хорошая? Тогда нам попросту не нужна яма. Достаточно смешать с перегноем «тарелку» 10–15 см глубиной и посадить деревце в плоский холмик, набрасывая почву с боков.

А если у вас плодородный чернозём? Тогда никакая яма не нужна. Просто взрыхлите почву, поставьте саженец с колом и накидайте с боков холмик. Укройте толстенько мульчой. И шмякните пару крупных камней или бетонных плиток, придавив корни. Камни дадут плотный контакт с почвой, будут собирать росу и запасать тепло. Именно так, под валуны, почти не делая ям, сажает деревья Зепп Хольцер, и они всегда отлично принимаются.

По поводу бордюров: в сухом климате они вполне уместны, но в сыром – лучше не надо. Смысл высокой посадки – убрать всю воду от основания штамба. Во всяком случае, учитывайте, что холм будет оседать, – делайте его намного выше бордюра и не делайте стенки сплошными: вода должна уходить свободно.

САЖАЕМ В ХОЛМЫ!

Способов прививки – десятки, и решают они массу разных проблем, от замены гибнущей коры до создания формы или коллекции сортов на одном дереве. В учебниках и руководствах они описываются во всем блеске своего разнообразия. Видимо, именно по этой причине большинство дачников даже и не думают попробовать что-нибудь привить: они уверены в непостижимости сего «тонкого искусства».

Братцы, и я – не ахти какой прививщик. В академии нас учили только окулировать – вживлять почку (глазок – «око») под кору сеянца. Правда, нас научили правильно точить нож и натаскали, как его держать: порезался – незачёт! но это было давно, а прививать хотелось сейчас. Я стал пробовать и наблюдать. Потом попытался выделить главный смысл этого действа применительно к нашим дачам. А главное, к дачникам, знающим только кухонный ножик. И вот к чему пришел: нам нужен способ, позволяющий человеку без знаний и мастерства легко превратить одно дерево в другое, и чтобы это другое быстро, года за два-три, начинало бы плодоносить.

Мой опыт показывает: для зон уверенного садоводства такой способ – черенком за кору. Чуть труднее – черенком в расщеп. Эти способы и опишу со всеми подробностями. Попробуйте этой же весной и убедитесь: прививка – весьма простое дело.

Но сначала – немного общей теории. Без неё непонятно, почему надо делать именно это и именно так.

Прежде всего: прививать нужно годичные побеги (прирост прошлого года) на сравнительно молодое и достаточно сильное дерево (или ветку) такого же вида, лучше всего – на древесину 3–4 лет.

Побеги привоя[13] лучше резать с южной или восточной стороны кроны и с веток среднего яруса: приросты средней силы приживаются лучше всего. Лучшие черенки – немного тоньше карандаша. Лучшее время заготовки черенков – ноябрь-декабрь, после первых небольших морозцев. В это время черенки «от кормлены на зиму» и ещё живы и даже здоровы. А то мало ли – вдруг мороз завернёт за сорок, или соседская коза к вам в сад нагрянет. Ну, южане могут их резать хоть в конце февраля, лишь бы почки ещё спали.

Хранить срезанные черенки лучше всего в песке, толсто завалив влажноватыми опилками на сухом безветренном месте. Снег – отлично, а если его почти нет, навалите кучу опилок побольше и накройте плёнкой и какой-нибудь дерюгой. Можно и в холодильнике, но с градусником. Лучшая температура для спячки черенков семечковых – ноль, а для косточковых – градус-полтора мороза.

Другой пример: маэстро прививки ВНИИ виноградарства и виноделия А. Ф. Хисамутдинов запросто втыкает зелёный виноградный черенок с листьями в такой же побег подвоя – и всё растёт! но нам, простым смертным, с этого начинать не стоит.

Лучший подвой – молодое здоровое дерево, корневой отпрыск или сеянец, а если саженец, то уже хорошо растущий, с толщиной ствола 3–7 см. На больной или ослабленный подвой прививать нет смысла: толку не будет. Здоровые, сильные ветки указанной толщины тоже годятся.

Сильное взрослое дерево, скелет которого слишком толст, лучше перепрививать «заменой кроны». Сначала спилить «по локоть» лидера и южную половину веток, оставив метровые основания ветвей. Если ветки достаточно тонкие, прививать за кору можно сразу. Если толще вашей руки – привить через год-два в отросшие заместители. Через год можно так же обкорнать и северную часть веток и так же перепривить. Половину всех веток при этом лучше выпилить совсем, иначе привитых ветвей будет слишком много.

Самая простая из прививок – за кору. Она удаётся почти всем, кто умеет резать сыр и колбасу. Техника, которую я пытаюсь тут описать, гораздо проще, чем эта инструкция. Вот она: спил ветки – два реза ножом – втык под кору – замотка – замазка – и всё растёт. Инструкцию же пишу, как обычно, для разъяснения механизма и физиологии явления. Для общего развития, то есть.

1. Черенки привоя – вызревший прирост – можно заготавливать с ноября и прикапывать. А можно резать в конце февраля, хранить в пакете в овощном отсеке холодильника и прививать в апреле. Только смотрите, чтобы черенки не были помороженными. Бурое кольцо под корой – не годятся.

2. В феврале готовим: ленту для обмотки, мягкий садовый вар, табуретку и прививочный нож. Понадобится ещё банка на пол-литра, кисточка, газеты и главное – надёжные этикетки. Обо всём этом надо сказать особо.

Обмоточная лента – дело вкуса и практики. Годится обычная виниловая изолента, но первый слой надо мотать клеем наружу. Годятся полоски п/э плёнки, но брать надо толстую. Мне же очень нравится лента «Черенок» питерской фирмы «Шар». Задумана она как светоразрушаемая. Но мотаю я не в один слой, а в три, так что в конце июня всё равно приходится самому срезать обмотку. Но удобнее всего в работе «пищевая самоклейка» – нежная, чуть липнущая сама к себе, в которую продукты в магазинах упаковывают. Покупаешь рулон, отрезаешь «колечко» шириной 1,5 см – готово. Замотал побольше и потуже, прижал – и завязывать не надо.

Обычный садовый вар бывает хорошим нечасто. Я облюбовал продукт той же фирмы «Шар» – «Универсал Бугоркова». Основа – «варёный» полиэтилен. Идеально пластичен, не застывает, корки не образует. Рекомендую его во всех книгах.

Хороший и остро отточенный нож, в отличие от плохого и тупого, просто поразительно, бессовестно облегчает работу. И приживаемость – совсем другое дело! Вспомните школьный опыт, где тщательно отшлифованные плоскости металла «прилипают» друг к дружке. Так и тут. К тому же каллюс, сращивающий такни, – продукт разрезания самих клеток. А тупой нож ткань не режет – грубо раздвигает.

Если нет прививочного ножа, годится любой маленький нож из хорошей инструментальной стали. То бишь не кухонный, а перочинный, очень старый или европейского производства. Обязательное условие одно: он должен брить.

Кроме черенков, придётся ещё срезать лишнюю кору и заглаживать срезы, и, чтобы не тупить понапрасну прививочный нож, можно приготовить ещё один – кривой, садовый.

Этикетки – надёжнейшее средство перепутать и перезабывать всё, что привито… если их неправильно приготовить! Правильные этикетки а) не мокнут, б) не теряют надписей даже через пять лет и в) не привязываются шпагатом, который гниёт или рвётся, и не прикручиваются тонкой проволокой, которая потом рвётся или врастает. Идеальный вариант – полоски полужёсткой фольги, лужёной жести или тонкой листовой меди. Названия сорта выдавливаются шариково ручкой или выбиваются отвёрткой, полоски просто закручиваются вокруг ветки. Или вешаются большим кольцом надёжной проволоки.

Банка или ведёрко – временное место для готовых черенков привоя. В неё наливается вода, в которой растворён напёрсток мёда. Сделал косой срез – поставил черенок в банку, чтобы камбий не обсох, пока возишься с подвоем. Удобство в том, что можно приготовить сразу несколько черенков, не меняя инструмента.

Если же вы прививаете по одному или по паре черенков, то срезанный привой просто кладите в рот, на язык срезом (только рот прополощите). В слюне есть стимуляторы клеточного деления. Практика показала – таким способом приживается реально больше прививок.

Прививать за кору лучше всего во время распускания почек подвоя, когда его кора стала хорошо отделяться от древесины. Можно и на неделю-две позже, даже после цветения. Но тут может упасть жара, и прививки придётся обернуть газетными трубками.

Черенки привоя с февраля должны лежать в холодильнике. В момент прививки они должны еще спать. Это один из секретов успеха. Черенки должны проснуться не раньше, чем образуется каллюс и произойдет начальное срастание. Иначе вышедшие листики потребуют воды, обезводят черенок, и получится – «не прижилась!».

1. Берем все подготовленные причиндалы, прихватываем пилку и секатор и отправляемся в сад. Я ещё беру стул или туристскую пенку – сидя работать удобнее.

2. ПОДВОЙ. Безжалостно спиливаем нужную ветку (или деревце на нужной высоте) и готовим к бракосочетанию.

а) Садовым ножом заглаживаем спил, и особенно ровненько – кольцо коры.

б) Намечаем места для черенков. В пенёк толщиной в запястье легко вставить 3–4 черенка, тогда и раны скорее затянутся. Если ветка наклонена, вставлять будем на её верхней стороне: снизу привитая веточка очень легко отламывается.

в) Для каждого черенка прорезаем кору до древесины вдоль, на 4–5 см вниз. Мочим всё это водой из банки – для этого и кисточка. Подвой готов.

3. ПРИВОЙ. Задача – сделать ровный длинно-косой рез. Хотите делать это шутя? Тогда освойте сию операцию ещё зимой. Нарезал любых прутьев – сиди, тренируйся до посинения. В левой – черенок, в правой – «скальпель». Лезвие ножа повёрнуто внутрь, к плечу. В эту же сторону – комель черенка, сюда же и режем. Большой палец правой руки подпирает черенок снизу.

Срез делается одним движением, но если не получилось, можно его и подправить. Его длина – 4–5 диаметров черенка. Освоил этот срез – считай, освоил и второй наилучший способ прививки: копулировку, или в приклад. Если мешает оставшийся кончик коры – просто отрезаем его.

Опускаем срез в водичку (или кладём на язык).

4. ЖЕНИТЬБА. Немного отделяем лезвием кору от древесины подвоя, чуть раздвигая сделанный недавно прорез. Берём из банки черенок и вталкиваем в щель прореза сверху, «живое к живому» – срезом к древесине.

Аккуратно срезаем торчащие края коры подвоя. Моё ноу-хау. Если их не срезать, очень трудно ровно заматывать.

Теперь укорачиваем черенок, оставив ДВЕ почки. Три – уже много: запутаетесь с ветками. Всё, первая операция прошла успешно.

5. Не теряя времени, втыкаем под кору остальные черенки. Нюанс: заранее прикиньте, с какого боку начать вставлять черенки, чтобы вставленные торчки не мешали вставлять остальные.

6. Плотненько обматываем лентой подвой со всеми черенками. Хорошо, если обмотка на полмиллиметра выше края подвоя: срез замазывать удобнее. Теперь весь срез и верхушки черенков обмазываем варом. Лично я использую очень мягкий вар, посему обмазываю и сами черенки.

Чтобы черенки не сохли, надеваем на ветку трубку из трёх слоёв газеты, выпустив край на 10–15 см над черенками. Закрепляем её изолентой чуть ниже обмотки, загибаем верх. Теперь – только ждать. Закапал дождь – проткнём газеты над спилом подвоя, чтобы вода свободно вытекала. Упала жара – скрепим газеты прищепкой, чтобы внутри было влажнее. Через две-три недели вылезла зелень на черенках – газеты убираем.

Южане могут перепривить молодое деревце, срезав его на пенёк. Возможно, плодоношение оттянется года на два-три, зато влияние подвоя будет меньше. Можно прививать прямо в скелетные ветви – заплодоносит пораньше, но дерево подвоя сильнее повлияет на качества плодов.

Надёжный вариант для пенька: надеваем на него ведро без дна и засыпаем прививки влажными опилками почти по макушки черенков (рис. 1). Способ успешно испытал мой земляк, природник из Варениковской С. М. Кладовиков. За два года на подвое не осталось никаких ран!

Рис. 1. Срастание замечательное

Самое дальновидное – прививать на сильное, но тонкое деревце: на подходящий волчок или сеянец. Подвой здесь тонкий: такой же, как черенок, или вдвое потолще – за кору не воткнёшь. Но довольно просто воткнуть в расщеп. Я слегка приспособил этот способ к своим условиям, и он стал даже ещё проще.

ПРИВОЙ. Разница в том, что на черенке делается классический клин – двухсторонний. Важно: он должен быть почти таким же длинным, как для вставки за кору. Иначе никакого прижатия не получится: подвой – жёсткий, почти не гнётся и короткий клин «скопировать» не сможет.

Настолько же важна ровность срезов. Особенно в толстой части, в начале реза – тут часто получается выемка. Как её ни прижимай, образуется полость, и срастание нарушается. Идеально, если привой и подвой равной толщины. Тогда они срастутся с обеих сторон. Когда подвой существенно толще, срастание идёт одной стороной, но и это неплохо.

ПОДВОЙ. В книгах рисуют: мол, надо просто разрезать ножом пенёк подвоя вдоль пополам. Для подвоя и привоя толщиной с карандаш это проходит: половинки подвоя гнутся и охватывают клин качественно. Однако и тут легко напортачить. Вы пробовали расщеплять прутик ножом? Он почти всегда начинает раскалываться. Края расщепа получаются не резаными, а рваными. Поэтому резать надо правильно.

При вставке клина правило одно: кора привоя и кора подвоя должны совпадать. Именно камбиями они и срастаются.

А если подвой вдвое-втрое толще? Тогда можно вставить два черенка, с обеих сторон.

А теперь моя доработка. Толстый подвой расщепляется прямолинейно, не гнётся и клин привоя не охватывает. Эту проблему я решаю просто: использую многожды описанный для гнутья поперечный «подпил», но в формате «микро». Примерно там, где будет кончик клина привоя, я вырезаю на подвое острый поперечный клин на треть толщины. При вдвигании черенка подпиленная половинка подвоя отклоняется.

Замазывание, обмотка и уход – те же, что и с прививкой под кору. Через год стыки срастаются, а ещё через год исчезают и выступы.

Но привить – это ещё не всё! Ведь сама прививка не выживет – ей подвой не даст!

Привить – только полдела. Главное – сохранить привитое. Селекционеры знают: если нет защитной лесополосы, ветер до половины прививок может поломать! А у нас – и ветер, и любимые собаки, и соседские скотины, а то и собственные внуки… но главное – подвой, насмерть разозлённый удалением кроны. Все его корни целы и жаждут мести, а спящие почки под прививками выскакивают, как пираты на абордаж. Не удержишь, не приструнишь – взорвутся побегами и напрочь задушат прививки в первое же лето!

Посему:

а) Через пару недель после прививки обязательно осмотрите черенки. Возможно, они уже пошли в рост – тогда снимайте бумажные трубки. И тут же аккуратно обмотайте, свяжите черенки вместе так, чтобы они не отломились наружу: мало ли кто по саду порхает! Вокруг привитых сеянцев и пеньков обязательно соорудите защитную ограду. По опыту – без неё половину прививок можно потерять.

б) КАЖДЫЕ 3–4 НЕДЕЛИ обязательно, кровь из носа, душа вон – кишки на телефон, но ополовинивайте все побеги-заместители подвоя, лезущие вокруг привитых черенков и под ними, а ближайшую к привоям половину сих «пиратов» выламывайте совсем.

в) Когда побеги привоя выросли уже на 40–50 см, острым ножом аккуратно разрежьте обмотку и снимите её. Совсем хорошо тут же обмазать место срастания полужидкой смесью глины и коровяка. Всё это позволит тканям скорее утолщаться.

г) Ещё через месяц удаляем тонкие побеги привоя, растущие вовнутрь. На каждом черенке лучше оставить максимум два сильных побега – будущие ветки.

д) Тут же при необходимости нужно обновить привязки и прочую защиту от отламывания. Не жалейте на это времени! Поверьте, в первое лето черенки отламываются от самого легкого прикосновения, чем порождают в утончённой душе садовода самые болезненные чувства, а в его устах – самые витиеватые выражения.

е) Весь следующий год держим молодые побеги связанными друг с дружкой. Не снимая эту обвязку, в середине лета можно уже начать аккуратно гнуть их, формируя разлатую крону. При этом левые гнём вправо, а правые влево, перекрещивая их. Отрастут – уже не отломятся под тяжестью урожая. Неплохо на второй год срастить их друг с другом аблактировкой – дерево будет прочнее.

ж) Если в живых остался всего один черенок, следует удалить угловую часть пенька, которая очень долго будет мешать коре наплывать на рану. Тогда за два года срез закроется.

Окулировку, описанную в других моих книгах, здесь опустим: она сложнее. Но хочу вам сообщить, что и её возможно упростить до одного движения. Много лет назад гениальный плодовод и изобретатель, псковский профессор Борис Николаевич Агеев, в числе прочих своих наработок создал машинку для окулировки. Хитрый механизм напоминает простую авторучку. Два быстрых движения – и почка идеально отрезана и вставлена под кору, остаётся только обмотку наложить. Удивительно, но до сих пор никого в стране эта машинка не заинтересовала.

Этой коллизии уже сто лет. Вся садовая литература пишет: «нельзя заглублять корневую шейку» – и тут же рекомендует сажать, заглубляя в ямы! Долго не придавал этому значения: на Кубани с февраля снега нет, и выпревшие шейки я видел только раз за двадцать лет, после неимоверно снежной зимы. Или в откровенных «лужах», в мочаках, где и корни задыхаются. Но, поездив по стране, убедился: в Нечерноземье, на Урале и в Сибири выпревание – главная беда после мороза. Оказывается, чуть не каждое второе дерево там именно выпревает! И именно от неправильной посадки в классические ямы. Особенно часто преют косточковые.

Каким образом гибнет кора? Она просто задыхается в талой воде, скопившейся у ствола в просевшей яме. И тут же её, пропитавшуюся водой, разрывает ночной мороз. Самые выпревающие – абрикосы, вишни и черешни. Весьма устойчива алыча и некоторые сливы, та же уссурийская (китайская).

Сухие южные возвышенности, кажется, вообще не знают этой беды. Супесь, тёплый климат – тут корневые шейки не выпревают. Но и тут их не нужно заглублять. По крайней мере, в трёх случаях.

1) Ваше деревце на карликовом подвое. Попав глубоко в почву, привой даст свои корни, и карликовость потеряется – дерево «попрёт» и почти забудет про урожай.

2) на корневой шейке видна не заросшая гнилая ранка. Не нужно усиливать гниль – нужно сушить и лечить ранку.

3) Близко грунтовая вода. Тут любое заглубление чревато: корням нужен воздух. Особенно на плотных сырых суглинках. Тут всегда лучше приподнять, чем заглубить.

Спросите: а где корневая шейка у черенка, у отводка? Или у лежачего «деревца-корневища», закопанного почти целиком? Правильный вопрос! Дело, видимо, именно в положении на границе почвы и воздуха. Граница двух сред всегда экстремальна. Тогда корневая шейка – не орган дерева, а проблемное место выпревания. Только поэтому о ней и говорят.

Теперь идём на север и в Сибирь. И тут всё то же! Чем снежистее зимы, крепче морозы и позже заморозки, тем мельче должны быть наши ямы и тем холмистее посадка.

Правильная северная ямка на бедной почве – скорее, «сковорода». Выкапываем углубление на штык лопаты и диаметром до метра. Сюда – те же гнилушки, бурьян, землю с перегноем, но всего этого немного. В центре «сковородки» делаем холмик из почвы. Вбиваем хороший кол с подветренной стороны. По центру, на холмик, ставим саженец, закрепляем. Засыпаем корни и насыпаем сверху землю, подкидывая с краёв и трамбуя. И вот деревце сидит на вершинке пологого холмика. И никаких «блюдец» и «воронок» для полива! наоборот, сделано всё, чтобы никакая вода не застаивалась. В половодье деревце оказывается на островке – и остаётся живым.

Сверху лучше всего рассадить побегоносную полевицу[14] – её пышный коврик создаёт естественный слой мульчи. Летом она спасает корни от сухости, а зимой от мороза. Нет полевицы – годится листва, солома или сено, как в подмосковном саду А. Н. Воробьёва – мастера плоских крон.

Но есть способ ещё проще и технологичнее.

Если почва достаточно проницаемая, а саженцы выращены в контейнерах либо имеют хорошие корни, рекомендую сажать сады по методу известного смоленского учёного и садовода Ю. М. Чугуева (www.chuguev.ru).

Яма вообще не нужна, достаточно убрать сорняки. Разрезаем и снимаем пакет – обнажаем земляной ком, ставим саженец на взрыхленную почву, вбиваем кол от ветра и от усадки, привязываем саженец. И просто набрасываем почву с боков, добавляя воды и немного трамбуя (рис. 2). Такая холмовая посадка снимает сразу все главные проблемы северного садоводства. А я вам скажу – и южного тоже! Проблем таких три: нехватка воздуха корням весной, выпревание корневых шеек, и самая главная беда – весеннее отставание корней от кроны из-за долгого почвенного холода. И посадочные ямы эту беду только усиливают!

Даже на Кубани иногда бывает: поздний снег в тени задержался, почва ещё стылая, корни спят – а сверху уже жара, и крона за три дня проснулась! Вот тут дереву и кирдык: почки вытягивают воду из коры, и та гибнет целыми полосами. А если и не гибнет, то голодные почки чахнут, толком не цветут – и от урожая пшик. Чем севернее, тем это явление чаще. Собственно, это и есть главная беда садов Нечерноземья.

Рис. 2. Так заваливаем весь ком саженца с верхом

И Юрий Михайлович избавил нас от этой беды – изобрёл высокогрядный метод посадки деревьев и винограда. Высокая гряда, большим скатом открытая к югу, прогревается так рано и быстро, что никакого отставания корней нет. Виноград в таком режиме даёт рекордные урожаи и выращивается промышленно – в Смоленске! Косточковые, и даже черешни, плодят как на Кубани – в пять-семь раз больше, чем в среднем по области.

Скажете: а как же корни в холмах не промерзают? Они же оказываются почти открытыми! Оказывается, основания корней, открытые свету и воздуху, могут закаляться и здорово повышать свою морозостойкость. Это было исследовано и доказано ещё полвека назад.

А как же они в холмах не пересыхают? – спросите. А вот так. В холмах они развиваются чуть ли не вдвое быстрее и осваивают самый комфортный слой почвы. То есть тот, где оптимально соотношение «тепло/влага». А толстый слой мульчи на холмиках снимает обе эти проблемы.

Подумайте: разве в природе нет мульчи? Или кто-то закапывает семечки и косточки в ямы? И разве деревья живут везде, где ни попадя?.. Нет, братцы, они селятся только в самых подходящих местах. Те же дикие маньчжурские абрикосы никогда не растут в низинах – только на скалистых склонах, где как раз никогда не растёт влаголюбивая слива уссурийская. Причём их выбор касается и климата, и рельефа, и почвы, и подпочвы – всего.

Знаете, мне вообще начинает казаться, что копать ямы нам диктует какой-то древний подсознательный инстинкт, с растениями не связанный. Что-то типа потребности «сохранить ценное», что ли. Это затмение ума и не даёт нам видеть очевидные, природные потребности деревьев.

Здесь – мастер-класс посадки в исполнении дружной кубанской семьи Журбиных. Их сад успешно растёт возле посёлка Ильского, на продувных и палимых солнцем полянах, на вершинах наших сопок. Кажется – какие тут холмы, всё высохнет! Однако на деле всё наоборот. Высохло всё как раз в ямах, у соседей. А в холмах всё прижилось, деревца отлично растут и уже плодоносят. В конце первого сезона по периметру холмов обнаружились корни толщиной в мизинец! Как сажались деревья? на супеси и на суглинке – немного по-разному. Ребята любезно отсняли это во всех деталях.

Первый участок – с рыхлой супесчаной почвой. Здесь используется классическая посадка по Чугуеву. Разница лишь в том, что саженцы не контейнерные, а с открытыми корнями.

На бывшей грядке разравнивается площадка. Вбивается кол, и к нему на нужной высоте привязывается саженец, корни которого смачиваются водой. Не мешкая, в две лопаты, вокруг саженца насыпают холм. Периодически его увлажняют, притаптывают ногами, потом насыпают новый слой. Корни по ходу дела расправляют.

Завершающий штрих – мульча: 10–15 см травы и сена. Они аккуратно и плотно укладываются по всему холму, закрывая и окружную канавку. Возле штамбика саженца мульча разгребается: юной коре нужен не только воздух, но и свет. Чтобы мульчу не сдуло, она хорошо прижимается жердями, дощечками, а снизу – камнями. Главное тут – неразрушенный капиллярный слой снизу и мульча сверху. Два источника влаги, да ещё в тепле!

На целине, на плотном суглинке, Журбины строят холмы иначе. Сначала делается «тарелка» радиусом в три штыка лопаты, и дёрн из неё вынимается. Вбивается кол. Два-три следующих круга лопаты – новые куски дёрна переворачиваются и укладываются в центре, слегка притаптываются. На эту поверхность будут опираться корни привязанного саженца – и он привязывается к колу. Теперь дёрн, вынутый раньше, кладётся вокруг корней кольцом, образуя «чашу».

В эту чашу высыпается смесь дерновой земли с перегноем, компостом, лесной подстилкой – что найдётся, с добавкой золы, ЭМ-препарата – если нашлось. А ничего не нашлось – просто кладётся побольше прелой травы. Корни расправляются по этой кучке, и с боков на них накладывается конус из плашек дёрна. В процессе всё увлажняется и утаптывается.

Заключительная работа – выкопать ещё пару кругов дёрна и сформировать более пологий и широкий холм. Для Сибири с морозами за сорок он крутоват и узковат, и окружную канавку там надо обязательно засыпать. Последний штрих – укладка мульчи, точь-в-точь как на супесчаном участке.

Хломовую посадку знало и широко использовало наше садоводство ещё в 18–19 веках. Эти рекомендации с рисунками есть и в руководстве Николая Гоше, и в наших «Энциклопедиях сельскаго хозяйства» тех лет. И наши деды мелочёвкой не занимались – холмы делали серьёзные! Именно так и надо сажать на сырых участках. Но тут одних холмов уже мало.

Если ваш участок иногда подтапливается, то есть весною под ногами чвакает, а в ливни и течёт, то у деревьев шансов почт нет. Тут самое разумное – поменять участок. Сэкономите тьму сил и денег.

Но легко сказать!.. Что же делать? Семечковые ещё можно посадить в холмы: выживут. А косточковые так и будут мучить вам душу, мучаясь на ваших глазах. Можно, конечно, от них отказаться, но… вы ведь всё равно не сможете.

Посадка, в общем, та же, и холмы похожи, только размер настоящий: высота – минимум полметра после усадки (то есть при посадке – 65–70 см), диаметр – метра четыре. Каждый холм – минимум полмашины земли. Зачем так много? Чтобы не просто корневую шейку сохранить, но и корни от вымокания уберечь! Вот и думайте. Может, всё-таки проще переехать?..

Не жалей перегноя, сажая дерево – да будет земля ему пухом! Вы – дачник, не чуждый сажальности?.. Посадив саженец на холмик, сразу превратите его зону в грядку или клумбу: огородите холмик бордюром высотой в 20–30 см. Например, из кирпичей или брёвнышек. Лучше, если это будет сразу красиво. Удобрите грядочку органикой. Сверху – слой соломы, листвы, травы. Прямо сквозь мульчу можно сажать рассаду: кабачки и тыквы, пахучие травы, цветы, покровные растения. Только следите, чтобы стволик был открыт воздуху, как и прежде. Вообще, такие бордюры – дело вкуса. Их смысл – отгородить грядки (органика) от дёрна (подкос). Так удобнее.

В сухих зонах главное – укрыть приствольную почву деревца толстым «одеялом». Нет перегноя – кладите просто солому, листву. Или сажайте ту же полевицу. Смысл не в питании, а в том, что в любую засуху под мульчой влажно, и деревце сможет хорошо приняться. В самом крайнем случае укройте приствольный круг саженца старыми половиками, тряпьём, даже чёрной плёнкой – всё лучше, чем голая земля. Полил от души – хватит надолго. А зимой корни меньше промёрзнут.

Не вредны в сухом климате и камни в приствольном круге. Я свои деревца именно так откачивал: две тачки перегноя под крону, сверху плёнка, на плёнку – слой камней. До сих пор так и растут. Приствольные рокарии много лет покрыты очитками, ирисами, гейхерами и всем, чему тут хорошо. Это куда лучше копаной почвы!

Двести лет весь мир сажает деревья вертикально. Почему бы не изменить эту традицию? Южане могут позволить себе любые эксперименты. А сибирякам сам Бог велел деревья под снег прятать.

Наконец, под наклоном можно посадить вместе три саженца. Но только карликовых! Если регулярно отклонять их наружу, получится трёхкрылый «куст» – только середину вовремя вырезай. А если сплести стволики внутрь, получится «штамбовая пирамида Танкевича» – самая ветроустойчивая форма посадки для карликов без опоры. Пирамидные сады отлично растут без всяких опор в самых ветреных степях. Условие то же: постоянное, дважды за лето, удаление вертикальных волчков из середины.

Укоренить и перепривить самыми простыми способами!

Итак, если мы сделали всё верно, то теперь у нас есть СИЛЬНО РАСТУЩИЙ САЖЕНЕЦ, который с третьего года уже можно формировать. Намекаю: других вариантов и не должно быть.

Но реалии, увы, «идеалам благородным соответствуют не шибко и нормам высочайшим отвечают не вполне». Видя, как в первое лето саженец мучается, вы ведь его не выкинете. Да чего там – я и после второго лета не выкидываю! Реанимация слабого деревца – святое дело. Надо хотя бы попытаться.

Вот саженец, так и не сумевший тронуться в рост за два сезона. Смотрите: на сильный прирост сил не хватает, новые веточки – всего по 10–20 см, и по всему штамбику вылезают кургузые плодушки. В свои три года это – старушка, уже поставившая крест на дальнейшей жизни и спешащая оставить потомство.

Если крона не растёт – о какой формировке можно говорить? Это то же, что женить покойника. Сначала оживите дерево – добейтесь хорошего роста!

Затем, прямо с марта, нужно избавить деревце от 90 % плодушек и заплодушенных веточек. Со штамба срезайте все коротенькие плодушки и мелкие прутики «под корень». На веточках – тоже. Несколько плодушек можно оставить на центральных лидерах с самым сильным приростом. Но если он меньше 30 см, удаляйте все до одной! При этом все слабые боковые веточки убирайте совсем, а те, что остались, укорачивайте на 30–40 %.

В следующем году лучше оборвать с дерева все цветки. Только после того, как оно выдаст 70–100 см прироста за лето, можно оставить несколько плодов – по два-три на каждую сильную ветку.

Одновременно надо оживить кору. Очистите кору штамба от коросты и лишайника, обмажьте штамб глиной с навозом 5:1 и забинтуйте на весь май. Это усилит ткани коры.

И последнее. Когда развернутся листья, каждые три недели кормите по листу комплексом типа акварина-супер или кристалона. И следите, чтобы все листья были целы, – защищайте деревце от тли, клеща, казарок с букарками и прочих гадов!

В южном Черноземье, на ростовских и кубанских чернозёмах беда иная: со второго года деревца прут с какой-то невообразимой силой. Скажу так: если не применять правильных способов формировки, а просто резать как попало, из таких «троллей» получаются дрова, не озабоченные плодами лет до семи. А в семь лет эти плоды уже не нужны: с третьего этажа падать слишком больно.

В Подмосковье я почти не видел откровенных «бройлеров», а вот на Кубани их – тьма: почвы питательные, солнца – море, а их ещё поливают и кормят. Вот и прут. У жирняков прирост не бывает меньше полутора метров, а ствол в пять лет – ладонями не обхватишь.

Особенно жутко смотреть на такие яблоньки, привитые на сеянцы: строевой лес с редкими плодушками, слегка портящими идеальную гладкость ветвей. Благо сейчас их всё меньше: в моду окончательно вошли карлики. Но это только у яблонь. А черешни, сливы, абрикосы, вишни-шпанки (дюки) и половина груш всё так же радуют нас приростами в полтора метра. Абрикосы и черешни, если дать им волю, за шесть лет перерастают трёхэтажку!

Начинается всё вот с такого деревца, выгоняющего по два метра за лето.

Что с такой жутью делать? Это парадокс, но все делают именно то, чего ни в коем случае нельзя: стригут верхушки покороче, оставляя торчки в 4–5 почек.

Дело в следующем. Насколько бы вы не укоротили сильный побег, из трёх верхних почек всегда вылезут точно такие же побеги – вертикальные и столь же сильные. И чем сильнее вы укоротили, тем сильнее они будут. А если обчекрыжили до 3–4 почек? Тогда не получите ничего, кроме этих хлыстов. Из каждого обрезка – по 3–4 хлыста, и всё. Мало того: вся сила корней теперь достанется только им, и ещё года три им будет противна любая мысль о плодушках!

А что с ним надо делать?

На Севере и в Сибири, в снежных зонах – выращивать кустовые деревья, как предлагает В. К. Железов. Посадив саженец, убедитесь, что почки в основании живые, и срезайте его сразу на высоте 15–20 см, чтобы он сильно разветвился в первый же год – стал «кустом». Основания ветвей будут надёжно зимовать под снегом. Если критический мороз убьёт крону, из них быстро отрастут новые сортовые ветки. Нетрудно сделать такой куст совсем низким, распластав над почвой.

На юге жирующие деревца надо обязательно формировать: либо обрезкой + летней прищипкой, либо гнутьём + доформировкой. Как именно это делать, я показываю в следующей главе.

Засушить слабый саженец – беда. Перекормить сильный саженец – катастрофа! Удобрять деревья на ростовских чернозёмах – глупость. Не удобрять на бедных супесях и подзолах – жестокость…

Рассмотрим вопросы удобрения сада со всей скрупулёзностью.

У нас, южан, вообще нет проблемы с питанием деревьев – почвы и так питательны. Тут есть отказ корней на заливаемых участках. Есть засуха на паханой и копаной земле. Но дефицита питания нет – наоборот, есть проблема ожирения деревьев. На Кубани кормить деревья – деньги на ветер и лишняя обрезка. Удобрять на чернозёмах Ростовской области – просто кошмарный сон. Куда там кормить, если карлики на М-9 растут по полтора метра, как дички, только ещё вдвое толще!

В одном кубанском совхозе пятнадцать лет не могли добиться урожая от лучших районированных сортов: вносили и вносили удобрения – погашали фонды. Вырастили лес дров. Так и пришлось выкорчевать! Значит, есть проблема непонимания смысла питания. Поделюсь тем, к чему пришел, наблюдая реальную картину наших дач.

Лет тридцать назад американская дрессировщица Карен Прайор сформулировала основы разумной дрессуры. И стала авторитетом не только среди дрессировщиков, но и среди психологов. И не мудрено: её принципы позволяли без проблем научить даже краба в нужный момент звонить в колокольчик! Оказалось, она нашла универсальный закон – способ добиться желаемого поведения от любого живого существа, не прибегая к насилию. Сейчас этот закон подтверждён наукой: он заложен в нейрогормональной системе всех живых существ.

Именно так миллионы лет награждаются все достижения любого существа в природе. Сюда и направлен естественный отбор.

В дрессуре такой процесс дает фантастически быстрые результаты. Вот животное и вот внимательно следящий за ним человек. Животное поворачивается в нужную сторону и мгновенно получает маленькую награду. На тридцатом кусочке даже самое тупое членистоногое соображает, как получить еще один кусочек. Но! Стоит один раз доставить животному неприятность или боль – и всё, вся работа насмарку! То, что ухудшает жизнь, никто живой делать не станет – станет избегать!

Обмен наградой – разумность в чистом виде. В природе именно так возникают симбиозы[15].

Ну, а при чем же тут деревья? Так они тоже живые существа. Конечно, речь не о дрессуре, но стимул, награда, обмен – всё это есть, тем более что другой партнёр – определенно не дерево! Вспомним гениального Овсинского.

«Хозяин должен применить определённые меры, чтобы заставить растения цвести и давать плоды. Без этого и самый лучший уход и удобрения будут ни к чему… наоборот же, растения, возделываемые не ради плодов и семян, садовнику следует воспитывать в условиях, по возможности самых благоприятных».

Особенно больны этим нечерноземье и Сибирь. Понимаю: урожаи не каждый год и слишком желанны. И вот деревья просто трещат от обвального урожая, а сибиряки даже слова такого не знают – «перегруз». Даже не хотят думать в эту сторону! А зря: перегруженное дерево теряет морозостойкость.

Для начала учтём географию.

Чем севернее, тем короче лето и беднее почвы. Рост слабее, а плодоношение требует больших затрат. И что, сыпать минералку? Я бы не стал. Минералка – почти всегда перекорм азотом. Навоз – тот же перекорм. А перекорм – гарантированное рыхлость тканей и падение морозостойкости. Самое лучшее, чем тут можно наградить, – хороший слой старого перегноя и мульчи на почве с осени да полведра золы на всю «проекцию кроны на земной шар» с весны. Дерево будет питаться естественно, с помощью микробов-симбионтов, и зимостойкость его возрастёт.

Сибирь – это в основном весьма плодородные почвы и масса солнца при коротком лете и крайне суровой зиме. Пожалуй, тут ещё опаснее кормить азотом: затянется вегетация – шансов на перезимовку почти нет. Тут наилучшее кормление – та же естественная мульча и зола. Копать нельзя: корни почти на поверхности! Самое красивое и умное – сажать под деревцами густой газон, особенно побегоносную полевицу, входящую в состав травяных смесей для тени. Густая слоистая дернина служит и естественным органическим питанием, и хорошим укрытием почвы.

А вот вопрос для зон уверенного садоводства: как кормить фермерский сад, где в нужном количестве доступна только минералка? Природных земледельцев прошу не отмахиваться. Ответ столь интересен и важен для всех, что достоин и вашего внимания.

Оказывается, и минералкой можно распорядиться умно. И тогда не будет тех бесплодных монстров, о коих я упоминал. Наоборот, деревья будут расти гармонично, быстро наращивать урожай, минимально болеть и хорошо зимовать. Правду об этом вскрыл заслуженный деятель науки, почётный член тьмы зарубежных академий, профессор Мичуринского ВнИИ садоводства Александр Константинович Кондаков. Полвека исследуя разные способы удобрения, он сделал открытие, которым пользуется теперь вся мировая наука. За два года до своей кончины он прислал мне свои книги и благословил на дальнейший труд. Разумею это благословением свыше. С радостью излагаю вам суть его открытия.

Достаточно десятка ямок на взрослое дерево. Выкопал ямку, внёс полстакана комплексного удобрения, добавил перегноя-компоста, перемешал, закопал. В промышленных садах это делается с помощью корнепитателя: машина выпахивает борозду в междурядье под краями крон, вносит удобрение и закрывает почвой. Питающие корни при этом немного обновляются, что только на пользу.

Почему ямки и борозды? Потому что у дерева должна быть свобода регуляции питания, свобода всасывать соли или нет; именно точечные «склады» дают такую возможность.

А самое худшее, что можно сделать для сада, – разбросать удобрения по поверхности. И особенно удобрения с нитратным[16] азотом. Это стандартный приём: разбросать селитру после запашки фосфора. Эффект всегда один: быстро проникая с влагой на глубину обитания корней, нитраты блокируют усвоение фосфора. Буквально килограмм селитры блокирует килограмм фосфатов.

Давно выяснено: и для развития корней, и для плодоношения фосфор необходим больше, чем азот. А тут – ни того, ни другого! Разброс нитратов после фосфатов – способ задержать, затормозить рост. И единственное, для чего он может быть применён, – для торможения ожиревшего южного сада, да ещё при засолении фосфором – чтобы уменьшить его поглощение. Но это уже называется «беситься с жиру».

Другая глупость – сыпать на поверхность фосфорные удобрения. Тут наоборот: фосфор быстро связывается почвой и до корней просто не доходит – деньги на ветер.

Третья глупость – кормить азотом и без того жирные молодые деревья. Эффект – ожирение пятой степени и долгое наплевательство на плодоношение.

Вот откуда такой мизерный эффект минералки для урожайности садов, если он вообще есть. Знаете, сколько бывает насыпано в промышленном саду? В 10–30 раз больше, чем деревья в принципе могут израсходовать! А знаете, насколько усваивается такое «кормление»? Всего на 1–3 %! И урожай от этого не растёт, а только печётся, болеет и гниёт в хранилищах.

Как же удобрять деревья правильно?

Тема умных корней неисчерпаема: как выясняется, мы почти ничего о них не знаем! И вот ещё доказательство: открытие башкирских учёных В. К. Трапезникова и его коллег. Они открыли механизм выборочно-точечного усвоения питания корнями растений.

Иначе – естественное локальное питание. Эту тему давно и активно продвигает мой добрый знакомый по Интернету, садовод с сорокалетним стажем Геннадий Фёдорович Распопов. В новгородской области, где недавно вымерзли многие сады, ему удалось вырастить немыслимое – большой сад колонновидных и карликовых яблонь, который не просто не вымерз, а плодоносил после прошедших критических зим.

Макро– и микроэлементы – в отдельных сгустках или кусках минералов. Органика – отдельными кучками или полосами: мёртвые стволы, ветки, отдельные кусты, помёт или трупы животных. Кроме того, концентрация веществ постоянно меняется: выпал дождь – растворы разбавились, настала сушь – сконцентрировались почти в соль. И нам, образованным, невдомёк: растения давно научились извлекать максимум пользы из этого хаоса. Задолго до появления динозавров!

Корни деревьев ещё намного умнее, чем может себе вообразить учёный-агроном. Они не просто поглощают всё, что находят по пути, как учит агрономия.

Во-первых, они активно ищут питание «по нюху».

Многие наблюдали мощные корни деревьев, отросшие за несколько метров, чтобы «всосаться» в сливные ямы, под тепличные грядки, под компостные кучи, да просто под фундамент. Это не секрет, явление хемотропизма – «движения по химическим следам» – давно описано. Только вот до конца не понято. Ну, просто представьте: корень, буквально как самец ночной бабочки, ловит молекулы и ионы, определяет, в какую сторону повышается их концентрация, и движется к их источнику. Это можно представить себе за полметра, ну за метр от этого источника. Но за десять метров?! Тут явная многомерная коммуникация. Уверен, хемотропизм – это не только «хемо», но и «микоризо», и «энерго», и «информато», и даже «психо». И это – только одна способность живого существа по имени «корневая система».

Во-вторых, разные корни специализируются на разном питании. Мы уже знаем: глубинные корни – для подпочвенной воды, питающие – для работы под мульчой у поверхности. Но и это не всё. Корни не просто разные – они становятся разными в каждом пункте питания. Для воды тут же образуются низкосолевые, или водяные корни. Для разной органики – свои типы корней. А для сгустков минералов растение создаёт специальные высокосолевые корни. Они способны поглощать самые насыщенные растворы. Если завернуть в кальку горсть удобрения – например, нитрофоски, и закопать весной возле куста или деревца, осенью вы найдёте тут комок тонких корней вокруг опустевшей бумажки. И при этом никакого «солевого отравления»!

Устройство разных типов корней, их биохимия и способы поглощения элементов – разные. И эти типы постоянно создаются, активно осваивая среду. Поглотив найденный «склад» питания, корень ищет новый и, найдя его, становится таким, какой нужен именно тут. Представьте эту картину в масштабах всей корневой системы и убыстрённо, как в ускоренном кино. Представили?

А теперь добавьте в-третьих: оказывается, любой корень добывает питание для всего дерева. То есть, если один корень нашёл одну кучку навоза, это питание достанется всему дереву, а не одной ветке.

Разумеется, у дерева есть свои устоявшиеся каналы, пучки сосудов. Но ведь они живые и связаны меж собой. И могут отчасти перестраиваться. Камбий, получив сигнал об утерянной части, тоже перестраивает свою работу, и новые сосуды образуются с учётом «ранения». Просто на это нужно много времени, запасных веществ и энергии. А в первый момент ветки, конечно же, увядают. Мы и думаем: ага, каждая ветка к своему корню подключена! но вдумаемся: если такие виды и были, они давно отбракованы эволюцией. Ураганные ветра, землетрясения, наводнения, прочие катаклизмы – да у них не было ни одного шанса выжить на этой планете! А глубокая вспашка междурядий в садах? Катастрофа для корней! Будь у них прямая и жёсткая связь с кроной, все крайние ветки должны были бы тут же сбрасывать листья и прекращать прирост.

Почувствуйте разницу: свобода выбора или насильственное откармливание тем, что взбрело нам в голову. Вот вам ещё одна искусственная проблема, созданная традиционной агротехникой.

Теперь представьте, что мы, «как положено», насытили удобрениями всю почву, разбросали их по всей поверхности. Дождь или обильный полив – растение попадает в капкан сплошных солевых растворов, которые вынуждено «хлебать» насильно, вместе с необходимой влагой. Затем высыхание, засуха – и раствор концентрируется. Это то же самое, что держать вас в сауне, а пить давать только сироп. Или насильно кормить здорового таблетками. Вот тут возможны любые перекормы и отравления. Тут удобрения могут вступать в антагонизм, блокировать усвоение друг друга. Может, поэтому мои саженцы, удобренные селитрой, страдали и не хотели расти?..

И ещё отличная вещь – древесная зола. Самое естественное и комплексное кальциево-калийно-фосфорное и микроэлементное удобрение. Повышает устойчивость к болезням, ускоряет вызревание тканей к зиме. Если она у вас есть, вам повезло. Только не нужно сыпать её без меры, особенно в молодом саду! Помните: зола – сильная щёлочь. Не надо сыпать её вёдрами! Достаточно рассыпать 5–6 кружек по периметру кроны взрослого дерева. А для саженца – кружку по приствольному кругу, и не прямо под стволик.

Подытоживая тему поведения и питания корней, не могу не показать раритетный рисунок из довоенного «Плодоводства» (рис. 3). Истинные учёные тех лет не поленились раскопать корни на многие метры в глубину! Саженец был пересажен через год после прививки на хорошо дренированную почву. Ясно видны три момента:

1) дичок восстановил «стержень» – отрастил глубинные корни и достал ими подпочву;

2) поведение корней активное и «осмысленное»: одни их выросты нашли «по нюху» и освоили локальные сгустки питания, другие образовали горизонтальные сплетения над горизонтами подпочвенной воды;

3) поверхностные питающие корни хорошо развиты, но это лишь часть корневой системы, использующая росу и осадки.

Рис. 3. Корневая система сеянца дикой лесной яблони-кислицы, привитого Ранетом шампанским

Налицо факт: корни дерева вовсе не «отражают форму кроны», а развиваются совершенно самостоятельно, тонко приспосабливаясь к условиям климата, к почвенной среде и источникам питания.

И есть идеальный для них способ кормить деревья, которые того заслуживают.

В природе растение всегда ест, пия. И на севере, и на юге. Отсюда и пляшем.

В чём основа питания растений? И все хором: азот, калий, фосфор! Кто читал «Мир вместо защиты», хитро улыбнётся: углерод, органика! Отлично. А я тут недавно наблюдал терриконы – отвалы донецких шахт, а потом карьерные отвалы гранита и мрамора. И там, и там ковром растут деревца – мощно и без крошки гумуса! Приходится копать глубже. И получается, что главная основа питания – вода. Будь то «бульон» распада органики или минералы – это всё водные растворы. С водой в корни поступают и карбонаты, и углеводы – соединения углерода, из которого растение себя и строит.

И вот факт: только природная почва – плотно-капиллярная, но пронизанная каналами и ходами, а сверху укрытая слоем опада – может накапливать нужное количество воды. Она каждый день осаждает в себе подземную росу, за сезон – две дозы годовых осадков. Ещё больше росы выпадает в массах камня. Ручьи начинаются где? В лесах и в толщах гор. Залезешь на небольшую, вроде сухую горку, и возле вершины – родник! Откуда?! А это подземная роса и есть. Вот эта вода и даёт корням возможность питаться и сотрудничать с симбионтами.

Прогони плуг, пройдись лопатой – и нет ни мульчи, ни каналов, ни подземной росы. И НЕТ ВОДЫ, сколько ни поливай. Какая тут сила? Тут жить не в чем. Кидаемся в другую крайность: отливаем, откармливаем минералкой. Бушуют жирные побеги! но они болеют ещё на порядок больше: рыхлые, изнеженные, иммунитета – ноль.

Умнее всего имитировать природное питание – ЛОКАЛЬНОЕ. Юные саженцы и ягодные кустарники лучше всего кормить-поить, укрывая приствольные круги слоем перегноя, а сверху еще и листвой, соломой, травой или живыми растениями. Если почва бедная, например в нечерноземье, то и в яму нужно добавить два-три ведра органики. На песках не повредят и кучки навоза между деревьями. Взрослые деревья лучше всего поить-кормить мульчой и шурфами.

Вода уходит сразу на нужную глубину, не теряется. Да и нужно её немного: два-три ведра на шурф (рис. 4).

Вариант шурфов – грядки-компостники между деревьями или в междурядьях винограда (рис. 5). Посадив здесь кабачки или тыквы любого вида, валите сюда всякую органику, укрывайте соломой и регулярно поливайте. Корни деревьев найдут эти грядки за пол-лета!

А что с удобрением в Сибири и на Севере? Там всё иначе. Снова передаю слово сибиряку В. К. Железову.

Рис. 4. Так же кормятся и кусты винограда, и ягодники

Рис. 5. Вариант шурфов – грядки-компостники между деревьями или в междурядьях винограда

«Скоро снова осень, и пойдут звонки от новичков: поливать – не поливать под зиму? Если и даю такие советы, то только своим землякам и только самой поздней осенью, когда уже ясна картина в саду и можно как-то спрогнозировать зиму. Могу лишь посоветовать и вам наблюдать за погодой и растениями, а не лить воду, глядя в книгу. Залить сад перед обильными осенними дождями – значит, сбить и спутать всю подготовку деревьев к зиме.

Свой же сад не поливал никогда. Он «экстремальный» – должен выжить при любых обстоятельствах. И уже выживает, даже после «сухих» осеней, бесснежных и морозных зим. Причина – многолетняя «принудительная» адаптация на диких местных подвоях и прививка на сеянцах без пересадки. Слава Богу, дикие подвои есть везде, и их семена всходят без проблем!

Ещё с ухоженных барских усадеб позапрошлого века до нас дошёл непременный агроприём по подготовке к зиме: «тщательно соберите граблями всю опавшую листву и сожгите». Целый век прошёл! В Сибири и на севере появилось садоводство, экология стала наукой, органическое земледелие преподают на кафедрах, природное земледелие доказало свои преимущества – а во многих изданиях всё тот же дикий совет. Очнитесь, господа авторы и редакторы! Это приём был «изобретён» на юге как санитарный, чтобы спасать сады от вредителей. Но вредители давно приспособились, и сжигание листвы ничего не даёт – как и перекопка. А в климате с суровыми зимами приносит колоссальный вред!

Правда, кое-какие журналы всё же продвинулись: советуют не жечь листву, а собирать и превращать в компост. Но и это не многим лучше. Опавшая листва для сада – и «одеяло», и корм для всей подземной живности, и заодно тёплый и уютный дом для неё. Нет опавшей листвы – из почвы уходят черви, насекомые, гибнут бактерии и грибы.

Сколько садоводов жаловались мне на тяжелейшую глинистую почву: мокро – растения вымокают, сухо – ломом не продолбишь. А я, копая колодец, видел: черви делают воздушно-транспортные ходы на всю глубину корнеобитаемого слоя – до двух метров. По этим ходам они затаскивают в почву органику. По ним же поступает воздух, а в нём – влага. По ним же стекает и вода осадков, по ним же испарения из сырой подпочвы поднимаются вверх, к корням. Перегнившие корни трав тоже оставляют массу каналов. Часто невидимые глазу, они играют такую же роль. Почва и сад – сложившаяся, цельная экосистема, куда нельзя лезть с граблями, а уж тем более с лопатой!

Вводная: всё нижеописанное – для зон уверенного садоводства: ЮФО и Черноземья.

Удобное дерево, после десяти лет работы с садами, мне видится однозначно. Оно достаточно низкое и маленькое, чтобы не падать с высоких лестниц. Крона его должна быть раскрытой – кустовой или чашеобразной. И вот удача: как раз в этом случае яблони, груши, персики, черешни и сливы плодоносят самым активным образом.

Плюсов тут сразу много.

Формировка довольно проста. Достаточно укорачивания лидера, пригиба веток и вырезки вертикальных побегов, пытающихся восстановить вертикальную справедливость.

Удобство: почти все ветки достаются руками. Работать с деревом, особенно собирать урожай, намного легче и безопаснее.

Такая крона меньше болеет. Значит, экологичнее: и среда, и фрукты существенно здоровее.

Но при нужде легко и качественно обрабатывается ручным опрыскивателем, потребляя минимум препаратов.

Рано начинает плодоносить – обычно с третьего года.

Плоды крупные, полновесные, поскольку крона позволяет регулировать нагрузку урожаем.

Не затеняет соседние растения – можно посадить рядом больше всяких овощей и цветов.

На одной сотке можно расположить до 6–7 таких деревьев без ущерба для их состояния. И они не создают проблем с урожаем – излишка нет, а собирать приятно. Наконец, такие деревья красивы!

Иначе говоря, их надо понять и общаться с ними так, чтобы и они тебя поняли. Но если уж вы дочитали до этого места, для вас это не проблема. Посему ближайшие главы мы посвятим идеалу. А потом рассмотрим реалии.

Чтобы сделать нормальное дерево, достаточно научиться создавать, а потом и поддерживать одну нормальную скелетную ветку. Здесь я имею в виду основные ветки, из которых состоит крона. А мелкие боковые ответвления веток, несущие на себе плодушки, мы будем называть плодовыми веточками. Нормальная, правильная ветка имеет четыре качества.

1. Она сильно наклонена или почти горизонтальна, а её приросты приподняты.

2. Она освещена прямым солнцем не меньше, чем полдня.

3. По всей её длине, через каждые 10–20 см, расположены работающие плодовые веточки.

4. Она доступна для рук без всяких лестниц.

5. Она компактна и не путается с соседними ветками.

Нормальное дерево состоит в основном из нормальных веток. Ну, во всяком случае, оно к этому стремится.

Исключения – особо ценные деревья, которым прощается многократное превышение человеческого роста: абрикосы, грецкий орех, свободнорослые черешни.

Абрикосы на Кубани можно сделать небольшими только одним способом: привить на специальный карликовый подвой. Но таковых пока дефицит, и абрикосы прут по два метра в год. И поверьте, никакое укорачивание или гнутьё тут ничего не даст: они вас победят.

Реальнее раз в 3–4 года спиливать крону по плечи – на полную омоложку. О замене кроны мы ещё поговорим.

Грецкие орехи можно пару раз укоротить в юности – разветвить, но потом лучше оставить вольно и убирать только больные и мешающие ветки. В конце концов, их урожай пропорционален именно объёму. Да и тень летом – чем больше, тем лучше. Разумеется, сажать их надо не в саду, а где-то к югу от беседки.

Черешни традиционно привиты на сеянцы, и растут огромными. За вкусные ягоды им можно простить и это, только сажать надо у северных заборов. И всё же их вполне можно формировать кустом. Тогда собирать их – сплошное удовольствие: древесина у черешни гибкая, и ветки легко нагибаются, не ломаясь.

Но с остальными деревьями такое не проходит, и лучше сразу задавать веткам наклон.

Формировка – это управление ростом и развитием дерева. Обрезка – это удаление того, что выросло без управления. Почувствуйте разницу! Обрезка – только один из приёмов, которыми пользуется формировка.

Дерево, развиваясь, естественно формирует само себя, и иногда весьма удачно. Можно умной обрезкой помочь ему сформироваться так, чтобы и нам было удобнее. Но оно, слава Богу, само себя не режет. Режем мы! И часто так, что даже естественную формировку портим непоправимо. Именно сие парадоксальное явление я и наблюдал чуть не на каждой второй даче.

Формировка – то, что делает обрезку почти ненужной или сводит её к прополке от мелких волчков. С точки зрения формировки на дереве вообще не должно расти ничего ненужного – всё лишнее удаляется вовремя; поэтому обрезка в традиционном смысле – вещь неразумная и жестокая.

Но нам, занятым, не до науки: проще верхушки укоротить. Потом снова укоротить… И только на четвёртый год, создав подобие великанского веника, допетрить: что-то тут не так… Да всё не так! Укорачиванием сильное деревце не остановишь – наоборот, разозлишь! А резать-то и вообще не нужно было. Ведь ветки уже есть, просто растут не туда. Чего проще – направь их куда надо, и всё!

Если ветке не дают расти вверх, у неё начинается лихорадочное плодоношение на нервной почве.

ПРИГИБ – хитрая штука. Не отрезав ни прутика, мы меняем природу ветки на противоположную: с роста на плодоношение. А усекновение голов? Оно только усиливает верхушечный рост, отменяя плодоношение!

И вот тут мы вежливо, не трогая ни листочка, кладём этого процветающего бизнесмена на бочок. Даже не горизонтально – на 30–40° от горизонта. Что тут начинается! Дерево уверено, что лидера просто отрезали.

Тех, кто не прёт вверх, дерево не кормит! Лидеры – вверх рвутся, пищу добывают – фотосинтезируют. Им и зарплата двойная. А боковые ветки – мамаши многодетные: им и на прожитьё дай, и детские отстегни. А на кой ляд дети молодому дереву?! Оно не нарослось, не нагулялось ещё!

Через пару недель, однако, все окончательно осознают своё положение. Дерево по команде «Аврал!» пробуждает группу почек на сгибе (и точно так же – на любом толстом срезе), выталкивает пучок побегов-заместителей и спускает их с цепи. Через год сильнейшим из них достанется львиная доля корневого питания, а через два он станет новым лидером – толще «мамы».

А наш «загнувшийся» бедолага, подсев на скудную диету и умерив пыл, логично решает: если расти не дают – остаётся размножаться. Надо же после себя хоть что-то оставить! И уже к концу лета ощущает гормональные сдвиги: плодушки начинают прорезываться. Через год перед нами – молодая мамаша. Правда, она ещё борется за свои права: по всей длине выбрасывает довольно сильные вертикальные побеги, и чем ближе к стволу, тем сильнее. Кого-то из них можно снова нагнуть, если есть место для новой ветки. Самые слабые и тоненькие быстро обрастут плодушками. Остальных надо удалять в фазе нежной зелени. Два года такой непыльной работы – и из бывших лидеров получаются нормальные плодовые ветки.

Итак, пригнутая ветка а) принимает удобное и нужное нам положение, б) перестаёт сильно расти и создавать новый скелет, в) начинает активно плодоносить, г) выбрасывает себе на замену побеги, которые можно использовать для дальнейшей формировки, и д) ветвится по всей длине. И всё это при том, что мы целиком сохраняем её для своих нужд, не потеряв ни одного побега! Я не знаю другого приёма, дающего столь положительные эффекты.

Трудность в гнутье одна: ветки должны гнуться. А они этого делать не любят. Ну, тонкие-то гнутся без проблем – но их как раз гнуть рано. А вот толстые, наоборот, сопротивляются, а начинаешь силу достойную прилагать – так и норовят сломаться. Сколько я их переломал, пока гнуть научился! Прошу вас, учтите мой опыт.

– Ветку толще запястья легче выпилить совсем, чем согнуть. Я поступаю так с центральными стволами (лидерами), с которыми встречаюсь на несколько лет позже, чем надо. За лето вместо лидера вырастает несколько сильных новых побегов, из которых можно оставить один. Весной его надо укоротить и летом получить из него новые наклонные ветки.

– Гнуть имеет смысл только сильные ветки, с приростом не меньше 60–70 см! Слабую ветку вы этим ещё больше ослабите, и она совсем зачахнет. То есть разгибать надо только сильные молодые деревья.

– По факту пригиб – для сильных, здоровых веток толщиной до 5–6 см. То есть в основном гнутся деревья не старше шести лет. Более взрослые деревья чаще приходится исправлять уже сильной обрезкой и доформировкой.

– Опыт научил: не стоит гнуть ниже 30° от горизонта. Со слишком пологой веткой слишком много возни – она изо всех сил пытается замениться волчками у основания, слишком быстро тормозясь в росте. Да и гнуть – чем ниже, тем рискованнее и труднее.

– Не стоит гнуть ветки с повреждённой в основании корой, а также ветки косточковых, пораженные внутри трутовиком: они, скорее всего, сломаются. Если, спилив одну из веток, вы видите тёмно-коричневую гнилую середину, то не сомневайтесь: и в других ветках трутовик уже есть. Загиб ускорит съедание такой ветки грибом.

– Чем выше деревья, тем гнуть труднее и тем больше нужно свободной площади. Разогнуть сад, где четырёхметровые деревья сидят через три метра, – геометрическая головоломка, не разрешимая, пока на землю не упадут «напрасно выросшие» части – и лидеры, и самые толстые ветки.

Вишни и черешни так гибки, что и до треска доводить не надо. Груши, напротив, так хрупки, что практически не сгибаются! Различать научитесь с опытом.

А если ветка толще 4–5 см – как её согнуть?

Пилу, топор, нож, стамеску, сверло – всё использует Иван Иваныч, формируя деревья. Сейчас он думает, как применить здесь рубанок.

Все ветки толщиной от 3 до 6 см очень легко гнутся, если их подпилить. Так часто гнут древесину столяры.

Острой и сильно разведённой пилой, со стороны нагиба, делаем серию подпилов не глубже, чем до половины толщины ветки (лучше – на треть!), через 5–8 см один от другого. Для ветки потоньше достаточно 6–8 пропилов, для толстой надо 12–15. Подпиленная, ветка легко сгибается, ранки сжимаются и полностью зарастают за одно лето.

Часто удаётся гнуть таким способом и лидеры, и целые деревца. Например, так я спас от пристроенного навеса молодую пихту.

И конечно, толстую отогнутую ветку нужно зафиксировать двумя оттяжками или стойкой, чтобы её не раскачивал ветер и кора срослась без помех.

Если подобным образом нагнуть целое деревце, оно выбрасывает заместителей и становится кустовым без всякой обрезки. Надо только не забыть разогнуть и заместителей.

Всё это давно и делают в парках Европы. Великий Николай Гоше прямо светится радостью, описывая, как подсмотрел этот приём у своего столяра и какие замечательные результаты получил, применяя его к деревьям. Я не гожусь Гоше и в подмастерья, но, перечитывая это место, пухну от гордости: до подпиливания додумался сам! И опыт у меня в этом деле солидный – сколько деревьев поломал, экспериментируя!

Учтя мои ошибки, вы поломаете меньше.

Во-первых, никогда не надо пропиливать ветку больше, чем наполовину: оставшихся тканей мало, и они рвутся под тяжестью самой ветки, особенно во время дождя, снега и ветра.

Во-вторых, чтобы долго не возиться с толстыми ветками, силён соблазн выпилить клинья. Даже в садовых журналах встречал статьи о сгибании деревьев путём вырезания единственного клина в 90°, причём клин советуют выпиливать до половины ствола, как на рис. 6 слева. Ответственно заявляю: авторы сих опусов в жизни не согнули ни одной ветки. Если гнуть по их совету, ткани просто идут на разрыв, и дерево однозначно переламывается (на том же рисунке справа). Даже более узкие клинья – это разломы!

Рис. 6. Клин советуют выпиливать до половины ствола

Единственная гарантия прочности – достаточное количество пропилов не глубже, чем до половины толщины. Правильно подпиленная ветка должна ложиться практически без усилий. Если же приходится догибать её с большим усилием, то подпилов недостаточно, и жди отлома!

В-третьих, уже упомянутое: растяжки всегда крепите ближе к концам веток, на двулетней части. Во-первых, эффект удочки тут ещё важнее – меньше риск отлома. Во-вторых, если вы забудете снять растяжки и они частично врастут, именно в этом месте ветер или урожай могут сломать ветку; обломившись на конце, почти вся она останется целой.

Четвёртое: для растяжек годится не любой шпагат. Не годится тонкий (леска, витые капроновые нитки) – он мгновенно врастает; не годится и быстро гниющий: ветки должны быть зафиксированы всё лето, а если подпилены – то пару лет. Идеальны бельевые верёвки, но дороговаты. Я использую полипропиленовый шпагат, который везде продаётся бухтами, выбирая самый толстый. Хорош также льняной и конопляный шнур.

Пятое. Привязывать растяжки можно к колышкам, но их надо глубоко вбивать. Можно – к заборам и к веткам соседних деревьев. Это проще, но трудно ходить по саду и косить траву. Высший пилотаж – притягивать ветки к основанию ствола своего же дерева. За одно лето это не вредит – наоборот, служит «кольцеванием», немного ослабляя рост. Но тут свои минусы: растяжку приходится крепить ближе к середине ветки, и натяжение сильно возрастает, а шатания от ветра увеличиваются. По факту приходится каждый раз выбирать способ по ситуации.

Разогнутые сильные деревца меняются радикально. Кроны раскрыты, основные ветки переключены на плодоношение. Теперь ваша задача – не дать заместителям встать у руля и низвести ваши труды до уже помянутого мегавеника. Надо всего лишь заполнить чашу: оставить всего пару центральных волчков и вывести из них небольшой новый ярус веток. И потом дважды в год удерживать его объём, не давая даже думать о лидерстве!

Когда лучше гнуть?

Вообще, на юге можно гнуть в любое время, особенно без подпилов. Гнуть с подпилами лучше весной: случись плохая зима, пиленые ткани пострадают больше. А с точки зрения заплодушивания – лучше гнуть молодёжь в июне. Тут две выгоды. Во-первых, уже отросший прирост сразу принимает наклонное положение. Из веток, пригнутых весной, он выстрелил бы вертикально вверх, и пришлось бы гнуть его отдельно. А во-вторых, отросшие летом ответвления более понятливы и потому быстрее заплодушатся.

Так или иначе, нагнутая ветка ещё пару лет отказывается признать своё «поражение» и отчаянно сопротивляется. Не захочешь регулярно объяснять ей новую судьбу – ох, зря ты тогда её гнул!

На самом деле, эти работы – на три минуты. Главное – не забыть про них.

– Из сгибов, а чуть позже по всей длине наклонной ветки уже в мае выстрелят сильные побеги-заместители. Оставить можно максимум по одному на каждой ветке – это будущий второй ярус. Остальные выламываем, пока зелёные.

– Через месяц вся эта картина повторится, хотя волчков вылезет уже поменьше. Снова всё выламываем.

– Ещё через месяц опять увидим какие-то волчки. Самые слабые из них, растущие наклонно, можно уже отставить: они заплодушатся.

– К июлю концы нагнутых веток и их ответвлений (то есть осевой прирост) плавно изгибаются вверх и продолжают расти. Их не укорачивайте! Они усиливают ветку и продляют ей жизнь. Только осенью нужно укоротить их на четверть, чтобы весной лучше разветвились.

– Оставленные лидеры второго яруса к июлю вытянулись на метр – укоротим их на треть: пусть ветвятся. В августе все их верхушки прищипнём. С этого момента даём расти только боковым, наклонным веточкам этих лидеров, а всё вертикальное вырезаем.

Так и заполняем чашу. Она должна быть полной или чуть с горкой, но не выше! А можно вообще не заполнять чащу – прищипывать или выламывать всё, что растёт вверх.

Нижние ветки, наоборот, надо целенаправленно усиливать: раз в два года бороздовать вдоль, а концы поднимать вверх, а при богатом урожае поддерживать с помощью опор, стоек и прочих торчков – делать чаталовку.

Тут есть важное правило: чем дольше нижний ярус ослаблялся верхними лидерами, тем меньше шансов его восстановить и усилить. Если вы на два года забыли о нагнутых ветках, они так ослабятся, что их уже не усилишь никакими средствами! Придётся гнуть вновь вымахавшие лидеры и делать новую крону из них.

Повторяю, то бишь по-матерински учу: верхние ярусы будут нестись вверх, как ракеты! Их необходимо тормозить, иначе нижние ярусы быстро придут в негодность. Прищипывайте верха, вырезайте, кольцуйте, ломайте – но дайте нижним веткам расти намного сильнее верхних.

В общем, главное – сделать крону, состоящую из одних заплодушенных боковых ветвей. Если они есть, они всегда будут плодоносить.

Отдаю себе отчёт: такие деревья – для истинных любителей. А нельзя ли обойтись одной обрезкой в год?

Можно. Плоских чаш, конечно, не получится, и формироваться крона будет медленнее. Но «бокалы» и «шарики» – вполне.

Всё описанное выше – тонкости биологии для понимания и подарок увлечённым. Но на практике даже старательный садовод ограничивается одной обрезкой в год – с октября до марта. На юге это реально со всеми свободными кронами средней силы роста. На северах – вообще со всеми деревьями. При грамотном исполнении результаты почти те же, просто не так быстро.

Даю основы.

Один из канонических приёмов, позволяющих сдерживать рост и расширять крону, – укорачивание прироста переводом на наружную боковую веточку. Но сначала давайте выясним, где взять эту самую боковую веточку, направленную куда надо.

Резать «на внешнюю почку» советуют все книги, журналы и все совхозные обрезчики, как заговорённые. На деле даже со среднерослым деревом это даёт противоположный результат!

О, сколько крепких выражений сотрясало воздух, когда я сталкивался с сильным деревцем, обрезанным на такие «внешние почки», язви их в печень! Умоляю вас: прежде чем резать, смотрите на само дерево!

Если побег средней силы, до 70 см – выберите внешнюю почку и режьте на почку выше неё. А если побег мощный, режьте на две почки выше внешней почки. К осени получите нужную веточку, переведёте на неё – и порядок!

О силе побегов надо сказать ещё пару слов.

СЛАБЫЕ ПОБЕГИ – летом не длиннее 30–40 см и не толще 4–5 мм, тонкий карандаш.

Появляются позже всех: когда сильные уже торчат на полметра, этих ещё и нет. Как правило, растут не вверх, а вбок. Обычно уже в июле сами вершкуются, заложив на конце плодовую почку. Осенью, разбухшие, эти почки толще самих побегов.

По сути, это почти готовые плодовые прутики. Если они коротенькие, их вообще трогать не надо. Если тянутся на полметра и больше, летом можно их ополовинить: дадут пару коротких плодовых прутиков или кольчаток. А можно просто прищипнуть.

ПОБЕГИ СРЕДНЕЙ СИЛЫ летом толщиной с карандаш и растут до метра. Их силы как раз хватило бы на 3–4 коротких прутика.

Они пытаются стать ветками – тянутся под острыми углами вверх. Укорачивать их до 3–4 почек бесполезно: получите такие же сильные побеги. А вот если укоротить их на треть в июне, а потом ещё чрез месяц, получите ветвистую веточку и какие-то плодушки. Правда, пока ещё без цветков – цветки будут зреть ещё одно лето.

Не поработали летом – остаётся весной переводить их на слабые боковые. Разумеется, будучи ненужными волчками внутри кроны, такие побеги вырезаются совсем.

СИЛЬНЫЕ ПОБЕГИ появляются первыми и растут непосредственно в небо. К июлю – под метр и толще карандаша, к осени – толще сантиметра и за полтора метра, а у косточковых – в большой палец толщиной и под два. Особенно сильны волчки – заместители, лезущие из наклонных веток. О них и говорим.

Не нужна ветка – срезайте почти всю, кроме самого основания, «на бляшку». Из бляшки часто лезет пара плодовых прутиков. Или выломать, пока зелёненький.

А чтобы сделать из акселерата новую плодовую ветку, пока не трогайте – пусть растёт. В следующем июне загнёте его на свободное место, прищипнув верхушки. И убирайте всё лезущее из сгиба и половиньте всю «расчёску». Через год послушно зацветёт.

А вот то, чего никогда не стоит делать с побегами. Особенно с сильными!

1. Самое бессмысленное – один раз укоротить и забыть. Вместо плодушек получится вдвое-втрое больше ростовых побегов. Прекрасный способ отложить плодоношение ещё на пару лет!

2. Вместо того чтобы перевести на слабую боковую, есть соблазн просто укоротить все отросшие побеги. Вдруг они плодушки дадут?..

У яблонь и груш не так много конкурентов, но за два-три ручаюсь.

Итак, на мощных вольных деревьях лучше всего:

а) оставлять побеги средней силы, удаляя акселератов совсем;

б) укорачивать весь оставшийся прирост биологическим способом – тогда они целиком заплодушатся через год-два.

Что за биологический способ такой?

Это такое укорачивание, чтобы не оставалось бесплодных частей веток. Где резать, показывает само дерево. Показатель здесь – видимая пробудимость почек.

Пробудимость – это способность почек двулетней древесины во что-то прорастать. То есть чем-то обрастать: побегами или плодушками. Смотрите: прорастают верхние почки под прошлогодним приростом – вверху побегами, ниже плодушками.

Если проросла почти вся двулетняя часть или хотя бы 2/3 – пробудимость высокая. Такое бывает у карликов, некоторых сортов яблонь и груш, и почти у всех косточковых.

Но бывает под приростом вылезают всего несколько плодушек на самом верху. Это низкая пробудимость, и это неудобно: крона состоит в основном из голой каркасной древесины. Такое чаще бывает у яблонь, привитых не сеянцы.

В идеале, таких тунеядцев надо карбовать: надрезать кору над почками – тогда они все пробуждаются (об этом позже). Но вольное дерево никто карбовать не станет – не для того его на волю отпустили. Что делать?

Укорачивать концевой прирост веток так, чтобы голой древесины почти не оставалось.

Насколько его укорачивать – самый путанный вопрос в руководствах: сорта разные, пробудимость разная. Но есть точный способ увидеть, насколько надо укоротить прирост в каждом случае. Я давно пользуюсь им интуитивно; тем большую радость испытал, встретив наконец его детальное описание в книге В. И. Сусова «новое в плодоводстве Мичуринского сада ТСХА».

Классический пример – яблони. Осенью смотрим на то, что сразу под приростом, – двулетнюю древесину (она чёрная на рис. 7). И ясно видим: чем ниже, тем обрастающие побеги короче. Значит, чем ниже, тем меньше соков получили почки. Максимум – лидеру, львиная доля – нескольким верхним конкурентам, остатки – середине побега, а нижним почкам – вообще шиш. Вариации бывают, но в целом этот закон просматривается. Прикинем примерно длину обросшей зоны под приростом – и оставим от прироста столько же (он серый на рис. 7). Конкурента на рисунке удаляем. Тогда сока хватит на все почки – обросшая часть как бы сдвинется вниз.

Рис. 7. Чем ниже, тем обрастающие побеги короче

Соответственно, если двулетние части веток обрастают почти целиком, прирост веток можно укорачивать всего на четверть. А центральных лидеров, для компактности дерева, переводить на слабые боковые.

А теперь внимание: если же пробудимость низкая и плодушек мало, то укорачивать прирост не надо (рис. 8)!

Рис. 8. Все ветки дерева лучше переводить на слабые боковые, убирая сильные концевые побеги совсем

Вот так всё просто. Деревья ничего от нас не скрывают! Каждая порода, каждый сорт искренне показывает вам своё обрастание. То есть сообщает, насколько укорачивать именно его побеги. Вот что я имею в виду, говоря, что растение отвечает нам, но мы не хотим видеть его ответы.

«Парковой стрижкой» я называю уже трижды помянутое эмоциональное обкорнание всего сильного прироста, от коего оставляют торчки в 3–5 почек.

Теперь можно ясно осознать, почему это усиливает рост макушек и отодвигает плодоношение на годы.

Мы уже знаем: где бы ни щёлкнул секатор, верхняя почка под срезом всегда даст лидер, а две-три следующие – сильные побеги-конкуренты. Ну вот, оставляя от прироста только эти считанные почки, мы и оставили только зону этих сильных ростовых побегов. Для обрастающей плодовой части просто ничего не осталось – мы всё срезали! Мало того: весь сок, предназначенный для всего обрастания, теперь достанется только этим побегам – и они станут ещё сильнее! Это так и называется: обрезка на усиление прироста. Какие уж тут плодушки, какие боковые веточки – тут почти одни лидеры!

И вот через год их – опять на три почки: раздражают же. А потом – опять. Получается «расчёска».

А что делать, если вы купили готовый сад – взрослый, несуразно огромный? За три года можно и его привести к приличному виду.

Попав в лесной массив из девятиметровых восьмилеток, смолоду жирующих на радость наивному хозяину, я понимал: труднее всего объяснить ему, почему это неправильно. Благо, если деревья росли вольно. Если же их пару раз пытались «остановить» корнанием, а потом бросили лет на пять – это вообще не для слабонервных.

Что мы тут имеем с помощью бензопилы?..

1. КАРДИНАЛЬНОЕ СНИЖЕНИЕ КРОНЫ. Основания веток уже голые, и есть один реальный способ их заплодушить – нагнуть их с подпилом и превращать в плодовые ветки всё, что полезет из них. Но пока цел лидер, он будет душить своей массой всё, что ниже. Вот по этой причине я выпиливаю лидеры, оставляя только самые плодоносные ярусы веток. Дерево становится ниже часто наполовину.

Примерно так же, но с сильным прореживанием, приходится исправлять сплетённые и заросшие «таганрогские лодочки из карликов», хозяин которых почему-то решил, что, раз их так назвали, они должны сами себя и формировать.

После двух-трёх лет такой коррекции получается плоское или чашеобразное дерево, хорошо плодоносящее во внешней части кроны и не мешающее соседям заниматься тем же благородным делом.

2. ПОСТЕПЕННАЯ ЗАМЕНА КРОНЫ. Обрезав сильное деревце пару раз в юности, про него забыли. И вот в небо прут сразу несколько стволов вместо одного. Жуть вся та же: стволы голые, цветут где-то над крышей двухэтажного дома. Так часто бывает у слив, абрикосов и полудиких алычей.

Сначала выпиливаем под корень половину стволов (сучьев) – тех, что больше мешают, несут меньше боковых веток и меньше плодят. Прежде всего центральные – самые длинные и голые. Остальные снижаем и прореживаем, как получится: пусть пока живут, работают (рис 9, слева). Из срезов пойдёт мощная замена. В первое же лето оставляем три-четыре самых сильных побега, разок их прищипываем. На второе лето в мае-июне гнём их, выводим на свет и до осени регулируем их прирост (рис. 9, справа). Не забываем удалять всё лишнее из срезов!

Рис. 9. Постепенная замена кроны

1. НИКАКОЙ ПИЛЫ – ТОЛЬКО СЕКАТОР. ДЕЛАЙ СРЕЗЫ ВОВРЕМЯ!

Начнём с главного: обрезка – занятие ежегодное. Тогда достаточно удалять и резать годичный прирост. Ну, максимум двулетние части веток. Иллюстрирую изречённую мудрость сию. Как видите, ранка почти заросла и через год сомкнётся. Кора цела, дерево реагирует – вот это культурная работа.

2. ПРАВИЛЬНОЕ УКОРАЧИВАНИЕ ПОБЕГА. Здесь имею в виду правильность механическую.

Смотрите: пара миллиметров над почкой, под углом примерно в 30°. Срезать выше – значит, оставить пенёк. Сухой торчок ещё на год-два, а если побег в палец, то и на три-четыре года – гнилая дырка с гарантией. Для косточковых особо опасно: трутовик залезет.

3. СЕКАТОРОМ РЕЗАТЬ ЛЕГКО! ну, чистый срез – это только острым секатором. Тупой, как ни исхитряйся, задранную кору оставляет. Я свой правлю на мелкой шкурке после каждой обрезки. Но главное – КАК резать. Тонкие прутики – нет проблем. А вот ветки толщиной в палец как попало не срежешь. Особенно те, что отходят под острым углом. Берите секатор, идите в сад – у нас практика.

Лезвие секатора направляйте всегда снаружи, ПО ХОДУ РОСТА. Тут древесина рыхлее, мягче. Лезвие при этом получается снизу, а опорная губа – сверху. Можно резать и сбоку. Но если всунете лезвие изнутри, нажмёте против роста – скорее отломите, чем отрежете.

А теперь главное: как отрезать толстый побег без усилия. Секатор режет, как топор, – вклиниваясь в дерево. Трудно резать именно потому, что лезвие сдавлено, защемлено веткой. Вот и весь секрет: вонзив лезвие, гните ветку по ходу лезвия, то есть к опорной губе. Освободили лезвию путь – ветка сама отскакивает. Во времена Мичурина любой опытный садовник обходился без секатора – отмахивал даже двухлетние ветки садовым ножом.

Но на практике резать вовремя – это для нас раритетный эксклюзив. Или эксклюзивный раритет?.. В общем, без пилы мы не можем. Ну, давайте поговорим о пиле.

4. КАК ПРАВИЛЬНО СПИЛИВАТЬ ВЕТКИ? Так, чтобы срез надёжно обрастал новой корой. Напомню: кора несравненно важнее для дерева, чем древесина. Неправильные срезы кору убивают, правильные – сохраняют.

Самое страшное, что мы делаем для наших южных деревьев, – оставляем ПЕНЬКИ, да такие короткие, что они уже не рождают побегов. Я думал, это от лени. Но многие старательно замазывают каждый пенёк. Ассоциацию понять можно, только замазка не помогает.

Дачники, видимо, берут пример с промышленных садов. Тамошние деревья запенькованы сплошь! Это понятно: у обрезчиков план, выработка на гектары. А сад посажен на выживание. Окупился, принёс доход – вот и ладно, перестал окупаться, затрухлявился – под корень.

Но нам, любителям, до такого сад доводить – себя не уважать и деревья ненавидеть. На юге вред от пеньков многократно больше, чем от самих ран.

Происходит так: сначала пенёк – мёртвая пробка в штамбе. Но зимы тёплые, межсезонье сырое, и мёртвая древесина гниёт – а что ещё ей делать? Никакая замазка не спасает, и образуется гнилая дырка. Но главное, на мёртвом пеньке умирает кора. А мёртвая кора – курорт для грибков и очаг рака коры. Гниль разрастается.

Нарастив массу грибницы и найдя тонкое место, трещину или рану, трутовик вылезает размножаться в виде плодовых тел – знакомых нам светлых «ушек» и «копыт». Увидели их – осознайте: дерево «не первый год за трутовиком». Спасение тут одно: сильный рост. То есть – регулярная разгрузка, омолаживание нижних ветвей, обрезка на усиление прироста. Сильное дерево опережает гриб, наращивая новые кольца древесины.

5. Другая вредная крайность – СПИЛ ЗАПОДЛИЦО. Получаются жуткие раны неоправданной величины. Оговорюсь: для молодого сильного дерева такая рана не криминальна – она просто втрое больше возможной и вряд ли зарастёт. Но юным деревцам и усталым старикам – медленная смерть. Разумеется, бывают вынужденно огромные и сложные срезы, бывает и радикальная хирургия во спасение. Но просто удаляя ветку– зачем удваивать вред своим кормильцам?..

СРЕЗ НА КОЛЬЦО – целая тема. Покажу самое главное, без тонкостей. Главное: КОЛЬЦО – вовсе не круглая рана от пилы! Вот оно, кольцо – утолщение в основании ветки, обозначенное кольцевыми морщинками коры. Когда ветка отходит почти под прямым углом, кольцо хорошо видно. По нему и режем. Приложите-ка линейку. Если пилить заподлицо, диаметр среза – почти двойной. Значит, площадь раны утроится!

6. СПИЛИВАНИЕ ТЯЖЁЛОЙ ТОЛСТОЙ ВЕТКИ.

Толстый и тяжёлый сук просто так не убрать: раньше, чем допилишь, он падает, отдирая кору вместе с древесиной. Поэтому сначала обезопасьте нижнюю сторону: подпилите снизу на треть. Затем пилите сверху, отступив на ладошку-две от ствола. Сук отпадёт тихо и мгновенно, как спелая груша. Оставшийся пенёк спилить совсем просто.

«Проще не бывает» – имею в виду, проще просто не получится.

Это мелкоплодные винные сорта можно выращивать абы как – они простят. Но столовый виноград точен, как компьютер. Самый минимум самых эффективных приёмов, и понимание, почему они необходимы, – в случае столового винограда и есть самое простое.

Но какой же сад без винограда? Сейчас его выращивают и в Вологде, и в Новосибирске! Все скрупулёзные детали – в книгах «Виноград: практические советы по выращиванию на юге и севере» и «Виноградные секреты для любого климата». А здесь – самое главное.

Сначала проясним слова и термины.

ФОРМА – это то, что мы видим, обрезав куст осенью: форма куста, расположение его рукавов и стрелок на рукавах. Формировка – процесс выведения и поддержания формы.

Формировкам нет числа, называются они по-разному. Но любая форма решает конкретные задачи. И даже полное бесформие: оно обеспечивает спокойный пофигизм хозяина.

Форма отвечает за четыре главных пользы.

1. Равномерное расположение летнего прироста по всей площади шпалеры. В природе куст стремится занять как можно больше пространства, чтобы побеги не мешали друг другу. Равномерное освещение всех листьев – большой плюс.

2. Максимальный запас мощной летней древесины. Часто говорят о ценном запасе многолетней древесины в толстых рукавах. Но если прирост выболел и не вызрел, никакой рукав не поможет! Реальный запас древесины – мощные летние побеги. Они кормят весь куст, они и создают все запасы этого года.

3. Удобство укрытия кустов, если их надо укрывать. Простое связывание лоз в фашины (пучки), то есть отсутствие торчащих рожков и сучков. Лёгкий нагиб и пришпиливание к земле.

4. Вам должно быть удобно работать с кустами весь сезон. Тут основа – умная шпалера, но форма должна ей соответствовать.

Итак, ваша задача – выдумать форму, идеальную для вас. Куст оптимальной мощности с сильными рукавами, весь прирост которого равномерно ловит солнце и требует минимум вмешательства, а после обрезки куст падает сам – остается только сверху что-то кинуть. Пару самых простых вариантов покажу.

Остальные проблемы решает нагрузка.

НАГРУЗКА – это количество побегов и гроздей, оптимально соответствующее силе корней. Осенью она регулируется количеством оставленных на стрелках глазков, а в начале роста – числом оставленных побегов и гроздей. Правильная нагрузка видна сразу: в кусте нет слабых побегов – все мощные.

ОБРЕЗКА – как сказал великий скульптор – своевременное удаление всего лишнего. Чтобы куст принял задуманную форму и был правильно нагружен, мы щёлкаем секатором. Выведение форм с нуля, переделка, омоложение кустов – всё делается обрезкой. На 90 % обрезка состоит из замещения старых стрелок, а иногда и рукавов, новыми. Главное требование к обрезке – не наносить вредных ран.

Во всех случаях главное в обрезке – просто знать, что вырастет в результате. К счастью, виноградный куст может понять даже ребенок.

Хотите – верьте, хотите, нет, но по сравнению с деревьями виноград прост до смешного. На каждом его побеге к осени вызревают совершенно одинаковые почки. Весной из этих почек появляются точно такие же побеги. На них к осени – снова почки. Из них – опять побеги. Всё одинаковое! Куда проще?

Однако разные части куста называются по-разному. Давайте сразу договоримся, что чем будем называть, – чтобы вы понимали всё так, как я рассказываю, а не по-своему.

ПОБЕГИ – все зелёное, что растет летом и несёт на себе листья. Вся куча побегов – это ПРИРОСТ. На шпалерах они растут вертикально.

Разные побеги имеют свои имена.

ПЛОДОВЫЕ, или плодоносные побеги растут из прошлогодних лоз и несут на себе грозди. Среди них встречаются и БЕСПЛОДНЫЕ. Они оставляются для выкармливания особо крупных гроздей. Большинство остальных побегов в кусте – лишние, и выламываются в «ясельном возрасте».

Прожив лето, дав грозди и вызрев – то есть одревеснев, – побег становится ЛОЗОЙ.

ЛОЗЫ – вызревшие осенью побеги. Следующим летом лоза, которую оставили, снова обрастает побегами и таким образом плодоносит. Осенью, когда ее побеги созрели, двухлетняя лоза становится РУКАВОМ, то бишь многолетней веткой винограда.

После обрезки лозы называют в зависимости от длины.

ПЛЕТЬ – очень длинная лоза, оставленная на замену рукава или для его удлинения; обычно в 10–15 глазков.

СТРЕЛКА – часть лозы в 4–8 глазков, оставленная специально для плодоношения. Длинные стрелки, загнутые вниз, часто называют дугами.

СУЧОК – короткая стрелка в 2–3 почки. Сучки дают самые мощные побеги и самые крупные грозди.

ПОЧКИ – все зачаточные точки роста, из которых могут появиться побеги в разных местах. Самые сильные и плодоносные из них формируются в пазухах листьев плодовых побегов, а потом находятся в глазках лоз. В лексиконе виноградарей глазки часто называются почками, особенно в плане длины обрезки: «Режь на три почки. Получится сучок в три почки» и т. д.

Кроме этого, масса спящих почек спрятана под корой штамба и рукавов, особенно в основаниях. Они пробуждаются, если над ними что-то отрезано или ослабло, и дают ещё три вида побегов. Это ПОРОСЛЬ в основании куста, ВОЛЧКИ – сильные побеги на штамбе и в основании рукавов, а также ДВОЙНИКИ и ТРОЙНИКИ – побеги, лезущие из запасных почек глазков помимо главного побега. Как уже сказано, все они, кроме нужных для замены или прибавления рукавов, – сорняки в буквальном смысле слова.

ГЛАЗКИ – зимующие почки, а на самом деле группы почек на узлах зрелых лоз. Под кроющими чешуйками глазка несколько почек: главная и 2–5 запасных. В главной почке с прошлого лета заложены зачатки соцветий. Нам важно, что они закладываются тем лучше, чем лучше условия развития побега.

ПАСЫНКИ – боковые ответвления всех побегов, растущие летом из вторичных пазушных почек каждого листа. По сути, точно такие же побеги и растут так же быстро, только тоньше и позже. Усекновение верхушки побега-мамы стимулирует рост пасынков неимоверно. У большинства сортов ранние пасынки могут плодоносить более мелкими и поздними гроздями.

Бесконечное запутывание формы, затенение главных листьев и пожирание питания в ущерб гроздям – вред от пасынков, но в основном на вертикальных коммерческих кустах и в тесноте. Свободно висящие кусты от них никак особо не страдают.

КИСТЬ – соцветие винограда до момента роста ягод. Дальше это уже ГРОЗДЬ, по-кубански – гронка. Но когда уже созрело, какая разница – гроздь или кисть? Была бы побольше да повкуснее!

Для виноделов важны также ГРЕБНИ – «скелеты» гроздей. Они могут придавать вину необходимую насыщенность и терпкость. То же – семена. Любители свежих ягод, напротив, мечтают о полной и всеобщей бессемянности столового винограда. Благо разных кишмишей уже предостаточно.

РУКАВА – многолетние ветки винограда с буро-чёрной корой. На разных формах могут быть длинными или короткими, жить долго или меняться каждые 3–4 года. Если новые лозы выращиваются всегда на одних и тех же сучках, образуются корявые многолетние сучки – РОЖКИ.

ШТАМБ – «ствол», основание куста до первого разветвления. Может быть вертикальным, наклонным или горизонтальным и даже подземным. Обычно ветвится снизу на рукава, которые оканчиваются стрелками, и куст получается ВЕЕРНЫМ. Но штамб может и сам быть одним сильным рукавом, и нести плодовые лозы на своей оси. Тогда его называют КОРДОНОМ.

Виноград так прост, что, освоив одну форму, вы легко выведите любую другую. Чтобы конструировать куст, о нем надо знать лишь главное – его чаяния и устремления.

1. АКСИОМА «РАСЧЁСКИ»: виноград ветвится по всей длине горизонтальных лоз. То есть почти каждый сохранившийся глазок лозы может дать такую же лозу.

В северных зонах до весны часто доживает половина глазков сильной лозы. На юге обычно живы почти все, хотя не все дают мощные побеги.

Арифметическое следствие 1: если не резать куст, количество лоз может возрастать в 6—10 раз ежегодно. А чем их больше, тем они мельче и хилее. Но каждый «хвостик» пытается плодоносить! Так многие столовые сорта душат сами себя вплоть до гибели целых рукавов.

Арифметическое следствие 2: чтобы поддерживать форму и силу взрослого куста, нужно уменьшать его ежегодно в несколько раз. При обрезке от каждой «елочки» или «расчески» оставляется всего одна лоза. И никакой жадной жалости! Это и есть замещение.

Геометрическое следствие 3: форма куста создается простым вырезанием лишних лоз. Поскольку любая лоза ветвится на новые лозы, можно всегда выбрать из них и нужные рукава, и осевое продолжение рукавов, и ответвления для стрелок или сучков в нужном месте. Всё прочее вырезается. Весной куст просто начинает развивать то, что оставлено, и форма просто наращивается куда надо.

Остаётся учесть вертикальную полярность.

2. ВЕРТИКАЛЬНАЯ ПОЛЯРНОСТЬ: куст всегда стремится вверх. Цель лесной ланы – любой ценой очутиться над кроной дерева. Посему, если лоза вертикальна или поднята выше 45°, она пробуждает только 2–3 верхних почки, отдавая им всю силу роста. Все нижние почки послушно спят.

Следствие 1: все круто поднятые лозы дают побеги в основном из верхушки, а всё, что ниже, оголяется.

Следствие 2: Сильные волчки-заместители всегда появляются непосредственно под срезом, под повреждением, под истощенной частью рукава. Всё, что выше волчка, для куста уже не актуально – на ослабшем рукаве уже поставлен крест.

Следствие 3: если загнуть лозу или рукав вниз, самые сильные побеги появятся из вершины дуги, а загнутый конец ослабнет. Отличная возможность для выращивания сильной замены стрелок или целых рукавов, не отрезая их преждевременно.

3. ЮНЫЕ КУСТЫ ОЧЕНЬ ХОТЯТ ОКРЕПНУТЬ!

Это очень важно. Юный куст – ещё не виноград, а с трудом выкарабкавшийся, выживший после укоренения и реанимации отрезок лозы. Два-три года он старается превратиться в куст, но пока не способен кормить урожай без ущерба для здоровья. Он остро нуждается в наращивании корней и древесины. И пока их нет, он не проявляет ни качеств ягод, ни сортовой морозостойкости.

Поэтому первые два-три года кусты надо беречь от урожая, обходясь единичными сигнальными гроздями, тщательно укрывать на зиму и резать как можно меньше. Только на очень богатом агрофоне и с очень сильными саженцами можно позволить себе роскошь на второй год роста оставить по одной грозди через один побег. И это уже предельная нагрузка для многих сортов даже на взрослых кустах!

Для формировки плеч или рукавов нужно выбирать самые сильные побеги и подвязывать их вверх, а остальные разумнее не выламывать, а только прищипывать для соподчинения. Б северных зонах, где виноград растёт слабее, лучше вообще не резать кусты первые два года – пусть нарастят корни по максимуму.

Остальные желания куста выполняются правильной загрузкой.

Цель дикого винограда в природе – родить максимум семян, и его естественное состояние – предельный перегруз побегами и гроздями. Увы, крупноплодные культурные кусты, отпущенные на волю, ведут себя точно так же. Число глазков и побегов молодого куста, забытого хозяевами, растёт ежегодно почти на порядок! Каждый побег пытается родить минимум по паре гроздей. И те, и эти, соответственно, мельчают, и рукава быстро стареют.

Тут всё как у деревьев! Замучив очередной рукав непомерным урожаем, куст просто выталкивает волчок на замену и переходит на него, забыв о «труженике», который за пару лет отсыхает.

Полновесные грозди – не генетическое свойство, а генетическая возможность сорта. Нет таких сортов, которые могут сами оптимально нагружать себя в угоду хозяевам! Куст самого лучшего столового сорта, «отпущенный на волю», мало похож на столовый виноград – скорее, на какую-то заросшую Изабеллу.

Перегруз вреден по 29 причинам, Он вреден, вреден, вреден, вреден, вреден, вреден… и все!

Накопленная мощность позволяют каждому конкретному кусту выкормить определенную массу ягод. Чем станет эта масса: двумя десятками сладких гроздей по два кило или сотней мелких гроздей, которые так и не наберут сахар? Это и определяет нагрузка. Но не только это.

От нагрузки зависит самая важная летняя работа куста. Думаете, наливать урожай? Отнюдь! Урожай – результат прошлогодней работы куста. Можно сказать – естественный побочный эффект. А главная работа – закладывать в пазушных почках урожай будущего года.

При перегрузе резко снижается величина и качество зачаточных соцветий – будущих кистей. Пожадничал сейчас – потерял урожай будущего года. Получить урожай, который уже хорошо заложен, и чайник сможет. А вот суметь заложить хороший урожай – это уже уверенный пилотаж!

Проще всего представить так:

Сильно недогруженный куст – то есть обкарнатый почти на ноль – уходит в вынужденный отдых с омоложкой. Он несёт слишком мало побегов и гроздей и направляет избыток силы на выращивание дикого метража жирующих «лопухов». Их зимостойкость снижена, несколько первых почек обычно бесплодны. Следующей весной надо загрузить куст под завязку, иначе не остановится!

Разумный недогруз – наша цель и оптимум: это самые крупные грозди, предельный урожай, мощность роста, здоровье и много хорошо вызревшей лозы для черенкования.

Идеально нагруженный куст даёт максимум стандартных гроздей, не теряя при этом сахаристость ягод, силу побегов и будущий урожай. Зимостойкость его предельная.

Перегруженный куст несёт слишком много гроздей и побегов, посему и те и другие недоразвитые, мелкие и незрелые. Созревание и ягод, и лозы затягивается, накопление сахара снижается, зимостойкость уменьшается. Число глазков в разы больше нормы. Соцветий закладывается тьма, но все слабые – куст ослабляется, то есть дичает. Прощают такое только технические, мелкоягодные сорта. Среди столовых же есть «сорта-самоубийцы» – без обрезки перегружаются так, что урожай не вызревает, а рукава преждевременно гибнут.

Свою силу роста всегда показывает сам куст. Она видна по числу сильных лоз, вызревших к осени. Слабые – просто не выполотые сорняки, о них вообще забудьте.

Считать начинаем со слабых лоз – тех, что не доросли до двух метров на севере и до трёх на юге. Берем секатор и напрочь удаляем всю эту мелочь – вот и весь счёт. Теперь можно применить простую формулу. Её предложил А. Цейко (НИИВ «Магарач», Ялта). Он исследовал режим замещения взрослых кустов. Лучшими и самыми стабильными оказались кусты, на которых оставляли в два раза больше глазков, чем они дали нормальных лоз.

По идее, на кусте нужно оставлять столько же глазков, сколько было нормальных лоз. Тогда, по идее, куст будет оставаться одинаковым из года в год. Но куст-то живой.

Во-первых, в первые 4–5 лет кусты должны ежегодно усиливаться. В первые 2–3 года – почти вдвое, а потом на 15–20 % в год.

Во-вторых, 20–30 % глазков на стрелках, как правило, не пробуждаются по разным причинам. Некоторые не переживают зиму. Все глазки пробуждаются только при очень короткой обрезке стрелок (на 2–3 почки) и благоприятной зимовке.

Получается, почти половина оставленных глазков может не дать нормальных плодовых побегов. Чтобы получить их плюс 20 % на развитие, мы и оставляем вдвое больше глазков. Весной, когда появились соцветия и стало видно, где, что и как пробудилось, мы удаляем лишнее и обеспечиваем точную замену куста.

Со временем вы привыкнете видеть нормальную дозу стрелок и глазков, особо не занимаясь арифметикой. В общем, если сила лоз не ослабляется и не очень усиливается, можно считать нагрузку нормальной.

Итак, нагрузка глазками посчитана. Осталось раскинуть эти глазки между сильными стрелками. У столовых сортов они не должны быть длиннее 7–8 глазков: если оставить больше, многие побеги «провалятся» по силе.

Много лет я регулярно получаю примерно такие просьбы: «Николай Иванович! Общие принципы – это хорошо. Но вы напишите книгу, чтобы в ней было прямо по неделям, а лучше по дням, что когда надо делать. Прочитал – пошёл, сделал. Лунные календари, журнальные статьи – там всё неконкретно. А нам надо, чтоб конкретно было!»

Ну, невозможно написать такой календарь для всех. Он немыслим в принципе. Я могу его написать только для себя, да и то уже осенью, вспоминая прошедший сезон. Потому что все сезоны разные. А вещать высосанное из пальца я точно не хочу. Вот в Бельгии такой календарь, может, и прокатил бы. А у нас на каждую область нужен свой.

Скажете: «Так давайте привяжемся к фенофазам, и нет проблем! Зазеленела берёза – сажай картошку, отцвели яблони – сажай рассаду помидор». Да, тут вы правы, фенология – самая верная привязка. Но…

Во-первых, за последние 20–30 лет климат сдвинулся недели на полторы-две, и везде по-своему.

Во-вторых, я же не знаю, какие у вас в саду сорта? Даже томаты бывают особо морозостойкие, их можно сажать раньше.

В-третьих, у всех разные теплицы.

Посему, братцы, я поступлю просто: опишу, что и когда мы делаем на участке сами.

Ещё хочется рассказать о том, чего мы никогда НЕ ДЕЛАЕМ. Или делаем крайне редко. Вспомним главный принцип пермакультуры: работа – это то, что приходится делать вам потому, что вы не устроили так, чтобы оно делалось само.

Если честно, я уже и не очень помню, что надо делать по рецептам стандартной интенсивной агрономии. Мы не делаем очень многое и давно:

• не пашем и не копаем землю;

• не тяпаем;

• не рыхлим;

• не ходим с лейками и шлангами;

• почти не пропалываем сорняки;

• почти не применяем пестицидов, хотя Кубань – мекка болезней и вредителей;

• минеральных удобрений в почву вообще не добавляем;

• не пачкаем ног в дождь, обходя весь участок;

• не выращиваем картошку, свёклу, морковь и бахчевые: уже не те физические возможности, да и аппетиты другие;

• приближаемся к тому, чтобы не кормить детей и внуков: у них уже своя земля, и мешать им осваивать собственное садоводство – большой грех.

Огородная весна начинается с февраля. Уже с конца января, то есть после полноценного усвоения всех январских приключений, в прояснившихся головах начинается сладостное огородное брожение мозгов. Но у большинства, по нашей старой традиции, это пьянящее чувство так и не переходит в действия до самых майских праздников. Тут все кидаются на рынок за рассадой. И в дни светлой Маёвки, предвкушая шашлык и баню, доблестно копают огород и тыкают в грядки купленное что попало.

Видя сию картину, хозяин облегчённо вздыхает: «Слава Богу, муки кончились!» – и забывает о грядках до весны. И плевать, что в октябре там уже обсеменяется бурьян ростом по грудь. Зато весной можно снова закопать его семена, опять выкопав прошлогодние, и вновь посетовать, какой же он неистребимый.

Прошу в наш весенний огород.

1. 80–90 дней до высадки рассады в грунт или холодную теплицу: инвентаризация и докупка кассет, горшочков, ящиков, грунта, семян, этикеток и пр.

2. 70–80 дней до высадки. Устройство фитотрона для рассады.

3. 60–70 дней до высадки рассады: посев в фитотрон по 8–10 кустов огурцов, томатов и перцев для баловства ранними плодами. Посев туда же 30–40 первых кустов салатов.

4. 60 дней до высадки: готовим рассадную тепличку. В тепличке – посев по одной строчке всякой зелени от весеннего авитаминоза.

5. 40–50 дней до ухода заморозков, то есть до высадки рассады:

Массовый посев семян в ящички, кассеты и горшочки. Высадка рассады салатов в тепличку.

6. Сразу после ухода морозов ниже –2–3: выносим рассаду в тепличку. Подключаем ночной обогрев. Следим за температурой и поливаем.

7. До высадки рассады 15–20 дней. Прореживаем зелень, рассаживая лишнюю на грядки. Что-то уже едим.

8. Устойчиво сошёл снег: сгребаем зимнюю мульчу, убираем сухой травостой осеннего сидерата – прогреваем почву. Грядки для теплолюбивых культур через неделю засеваем холодостойкими сидератами.

9. В это же время можно огораживать грядки, планировать участок, класть дорожки и что-то строить. Можно начинать мельчить ветки от обрезки сада.

10. Зазеленели берёзы: можно сажать картошку под солому, высаживать капусту, сеять морковь, свёклу.

11. Цветёт тёрн, слива, груша. С комом ещё не поздно пересадить многолетние луки, ревень, щавель, любисток и прочие многолетники. Не поздно сеять салаты и зелень.

Укрываем огород и виноградник кровлями и сетками – делаем «укрытый грунт».

12. Отцвели яблони – рубим весенние сидераты и высаживаем рассаду, если холодно – под бутылки, под плёнку. Сеем тыквенные и фасоль, сажаем лук-севок, подсеваем салаты и зелень второй волной. Огурцы лучше высадить на неделю-полторы позже.

13. Рассада томатов поднялась и пошла в рост – мульчируем грядки свежей травой, одновременно убирая сорняки. Капля – под мульчой. Подвязываем или пускаем на сетку томаты, огурцы, плетистую фасоль. Дальше – их формировка и минимальный уход.

14. Плетистые томаты встали по колено – пасынковка и подвязка шпагатом на проволоки. Зацвели – потряхиваем кисти для лучшего опыления. На перцах и баклажанах, с появлением первого бутона, удаляем его. А лучше удалить три первых бутона: это реально усиливает кусты.

15. Массово цветут 2 и 3 кисти томатов – невредно дать бор и магний по листу для лучшего завязывания.

16. Раз в месяц поливаем растения биопрепаратами: настоем компоста, АКЧ, если есть – стимиксами, «Сиянием» и прочими «эм». Под кровлями ими же увлажняем мульчу из леек – ускоряем гниение.

17. Каждые три недели удаляем постаревшие и болезненные нижние листья томата, а также огурца и баклажана.

18. Постоянно следим за появлением клеща, белокрылки, тли.

19. Когда нижняя треть листьев у огурца пожелтела от пероноспоры, обрываем их и делаем защитные обработки.

20. Зелень, которую не успеваем съедать, всё лето сушим на своих любимых умных сушилках. В августе массово сушим и вялим томаты, перец, баклажаны. Делаем любимые закрутки на зиму.

21. За 3–4 недели до заморозков сеем осенние сидераты.

22. После первого заморозка снимаем все кровли и сетки. Снимаем и перерабатываем ликвидный урожай. Незрелые плоды томатов кладём в сенях – они съедаются по мере дозревания. Убираем растения и шпагаты. Кладём на грядки содержимое компостника и укрываем соломой. Сезон окончен!